Спал Пётр плохо. Всю дорогу снилась какая-то хрень. Он куда-то бежал, потом полз и снова бежал. От кого? А Бог весть… В своих снах он редко видел лица преследователей. Наверное, потому, что насмотрелся на это в реальности. Ещё хорошо, что он чаще видел их с безопасного расстояния или из укрытия, сам оставаясь при этом невидимым. Они проходили мимо, держа пальцы на спусковых крючках. Оглядывались по сторонам, но беглец ухитрялся почти не дышать и не выдавал себя ни единым звуком. И погоня в очередной раз оставалась с носом.

Ему сильно повезло, если, конечно, такую вещь можно назвать везением…

В тот роковой день, когда все они, забившись в автомобиль и кое-как загрузив в него пожитки, рванули из города. Почему надо было так спешить, он тогда совершенно не понимал, поскольку из окружающей реальности выключился – второй день они с Бородой безбожно «квасили». Тот где-то ухитрился спереть целую канистру спирта!

Вот уж воистину – Божий дар! Махнув литр «продукта» на колбасу и прочую закусь, парочка добытчиков забурилась в квартиру Петра… и понеслось!

Так что когда в дверь требовательно забарабанили, приятель откликнуться на стук попросту уже не мог – пришлось идти хозяину.

– Ты собрался? – с порога озадачил его худощавый Витёк – Наткин муж.

– Э-э-э… куда?

– Ты, реально, допился до синих свиней?! С города сваливать надо! Сейчас – потом уже не выйдет!

– Чо… п-п-подожди… куда? Зачем?!

– Что-то в институте жахнуло! Говорят, полгорода уже потравилось, скоро карантин введут – и тогда уже всё! Жопа! Никого и никуда!

– А… это… врачи что…

– Баран! – не выдержал Витёк. – Пять минут тебе на сборы!

В квартиру как-то стремительно ввинтилась Натка, родная сестра. Молниеносно проносясь по комнате, она как-то ухитрилась побросать в старый рюкзак все необходимые бумаги, кое-какую одежку… Натолкнувшись на стол с закусью, одним движением руки смела её внутрь и кинула враз потяжелевший мешок брату.

– Пошёл!

С дивана тупо смотрел на всё это действо Борода – он ещё толком не проснулся.

И только выбегая на улицу, Пётр вспомнил – спирт! Канистра так и осталась лежать под диваном, куда он её затолкал. И было там ещё прилично! Но его робкая попытка возвратиться была немедленно пресечена очумевшей парочкой – сестра с мужем даже слушать ничего не стали. Витёк попросту заехал ему в поддых, и скрючившееся тело запихнули на заднее сиденье «девятки».

Там было тесно, повсюду громоздились пожитки семьи Нестеровых.

Водитель стартовал резко, нимало не волнуясь возможным появлением дорожной полиции. Ну да, Витёк всегда был лихачом…

Поворот, другой…

Петру подкатило под горло.

– Э-э-э… тормозни, а? Сблюю же ведь прям тут!

– А в лоб?!

«Девятка» снова заложила вираж, комок, подкативший к горлу, настойчиво стал просится наружу…

– Э-э-э…

– Заткнись! Ну, блин, Ната, и братец у тебя…

Бумс!

Что-то с дикой силой ударило машину в правое переднее крыло!

Грузовик!

Он выскочил из переулка справа!

Хрястнул, не выдержав замок, распахнулась дверь и Пётр, продолжая сжимать в руках рюкзак, выкатился кубарем наружу.

А «девятка», описав немыслимый пируэт, со всей дури врезалась в угол дома…

Ударивший её «Камаз» даже не притормозил. Никто не вышел оттуда, чтобы помочь людям, оставшимся в дымящейся автомашине.

Дымящейся… это она сначала дымилась…

Лежа на груде кирпичей, Пётр видел всё.

То, как что-то хлопнуло в машине, и через разбитые стекла вырвался язычок пламени. Сначала небольшой, потом – уже вполне серьёзный. А под занавес – так и вовсе маленький пожар! Рванула в огне канистра с топливом. Пламя занялось сильнее, с победным ревом вырываясь изо всех щелей. Надо же… сколько их, оказывается, много…

Он не встал на ноги, чтобы помочь сестре.

Вообще не двинулся с места – спина приложилась об кирпичи, а острая арматурина содрала кожу на виске. И ноги отказались повиноваться… совсем.

Пётр пролежал так три дня. Если бы не рюкзак с закусью – то там бы и загнулся. Руки двигались, и этого хватало, чтобы не помереть с голоду.

А на четвертый день он смог оттащить себя в подвал – там и пролежал ещё три дня, растягивая каждый кусочек. Спасла двухлитровая пластиковая бутылка кваса – Натка сунула её в рюкзак вместе со всей остальной снедью.

Никаких иллюзий не оставалось – Пётр слышал стрельбу. И одиночные выстрелы – наверное, из полицейских «Макаровых». И даже автоматные очереди – они звучали всё чаще. А пару раз что-то звездануло вообще не по-детски!

«Пушка… – подумалось ему. – Откуда тут пушки? У полиции? Нет у них, весь город бы знал. Чоповцы эти? Хотя они сейчас как-то иначе себя называют… Впрочем, и у них тоже пушек нет. Наверное, нет…»

А какая, собственно, разница? Что те, что другие – раненый человек не питал никаких иллюзий, он не нужен никому. Раз уж дело дошло до пушек… кому это дозарезу требуется парализованный инвалид?

Но здесь Пётр ошибался. Не в плане собственной нужности – тут он оказался прав, его никто не искал.

В плане паралича.

На восьмой день в ногах вдруг закололо! А на девятый он кое-как дополз до лужи и набрал оттуда воды. Бутылка с квасом давно уже показала дно.

Ещё три дня – человек уже стал вставать, пока просто приподниматься, подтягиваясь на руках.

А потом… потом он пошёл. Как-то сразу, словно повернули выключатель.

Но осталась память.

Он перестал чувствовать боль. Не в том плане, что перестал ощущать её вовсе, это не так. Остались чуткими пальцы – и укол гвоздём воспринимался вполне болезненно. А вот всё, что выше – и более сильно, ощущалось где-то там… совсем далеко…

«Я стал киборгом – они ведь не чувствуют боли! Во всяком случае, так показывали в кино…»

Да и с другими чувствами… тоже стало как-то не очень… Лежать и видеть, как в разбитой машине заживо сгорают близкие люди… это никому ещё даром не прошло.

И покрылись коростою нервы.

Бродя по улицам города, он не раз и не два слышал чьи-то крики о помощи – и шел своей дорогой.

«А кто пришел на помощь Натке?»

Вот и пожинайте плоды своего безразличия!

Проблемы, правда, оставались.

Еда – нумеро уно, как говорят в Италии. А попросту – жрать уже нечего!

Визиты в пару-тройку уже дочиста разграбленных магазинов никакого облегчения не дали. Ну, разве что пару банок с овощными консервами… и банка шпрот.

С питьем проще – воды в лужах пока хватало.

Жильё…

Света в окнах не было – надо полагать, электричества уже нет.

Сейчас весна… вопрос крыши над головой и отопления пока не актуален.

Одежда тоже есть.

Даже вопрос с продовольствием, в принципе, решаем. В бытность свою экспедитором он хорошо запомнил месторасположение различных больших складов и маленьких перевалочных точек. Товар там не залеживался, через день-другой ассортимент обновлялся почти полностью. Он сильно сомневался, что эти точки успели выпотрошить все. Что-нибудь точно уцелело. Надо только дойти…

А вот с этим были проблемы.

Две.

Собаки.

Они объединились в стаи и стали нешуточной опасностью. Пока спасал туристический топорик, подобранный возле обгоревшей «девятки». Пару раз им удалось неплохо отмахаться – потеряв несколько особо злобных представителей, собаки отступили. Пока… В дальнейшем это могло стать серьёзным явлением. Тут без дробовика не обойтись… Впрочем, Пётр не собирался тут жить долго. Да, возможно, все дороги и перекрыты, но ведь есть тропки через поля и леса – всё не заблокировать. По молодости он с ребятами даже в Чернобыль пробирался (наигрались, балбесы, в «Сталкер») и ничего – все обошлось. А уж там охрана – не чета здешней!

А вот вторая проблема была куда как более серьёзной.

Бог весть откуда, в городе вдруг объявилось нехилое количество вооруженного народа, который с нехорошим энтузиазмом занялся взаимоистреблением. Какие-то полувоенные формирования (даже в форме!), сомнительные личности с разнообразным вооружением и снаряжением. И вся эта нехилая толпа остервенело уничтожала друг друга. С какого бодуна, кто кого и за что там укусил – неизвестно. Но драки происходили весьма серьёзные, и попасть под раздачу можно было с легкостью необычайной – народ стрелял во всё, что только могло представлять опасность. Пару раз Петра выручало только необычайно развившееся в последнее время «чувство жопы». Он вовремя научился предвидеть грядущие неприятности – и сворачивал в сторону до того, как кто-то успевал нажать на спуск. Однако слишком долго так везти не могло – и это было ещё одной причиной, по которой следовало скорее сваливать из города.

Но просто так взять и свалить – в современной реальности задача, даже теоретически не исполнимая. Хорошо, через кордоны мы как-то пройдём… а дальше? Жить-то на что? Прийти в ближайший центр помощи бездомным? А кто вы такой, гражданин, откуда взялись? И если вдруг (с вероятностью в 90%) там установят его личность… а её установят, ведь поголовное дактилоскопирование населения провели ещё десять лет назад… то ничего хорошего ожидать не следует. Не просто так закрыли выезд из города. Если даже все эти вооруженные товарищи не могут уйти, значит, кордоны установили крайне серьёзные. Есть, стало быть, причины, по которым людей держат именно здесь, не выпуская никуда.

В какое-то там заражение и прочую фигню Пётр не верил. Ну, заразились… а дальше что? Что-то ведь должно в результате произойти? Рога расти начнут или хвост… или все дружно откинут копыта – какие-то последствия так или иначе себя проявят. Ладно, можно допустить, что он сам отчего-то не заразился. По причине беспробудного пьянства, надо полагать, – к хорошо проспиртованному организму никакая дрянь не липнет. А все прочие? Они тоже, вусмерть ужравшись, всё это время валялись? Что-то сомнительно… И какой, скажите на милость, инкубационный период у всей этой гадости? Неделя? Месяц? Год? Да, хрен его знает… Но покуда неведомая хрень никак себя не проявила, надо этим пользоваться.

Добыть денег – много. Золото – тоже вполне сойдёт, на него всегда спрос есть. И вот тогда, затарившись добром, можно уходить. Купить себе паспорт, пусть и не российский. Уехать куда-нибудь подальше, где никому и в голову не придёт искать сбежавшего. Купить дом где-нибудь в лесу – и жить. Год-два – и всё войдёт в колею. А уж потом можно будет подумать…

Таким образом, понемногу составилась программа-минимум.

Первое – найти еду.

Второе – выжить, не дать себя сожрать или подстрелить.

Третье – найти много денег. Или немного золота и прочих побрякушек, которые всегда в цене.

Четвертое – свалить из города нахрен.

До ближайшего промежуточного склада было не так уж и далеко – километра полтора. Но это если идти днем и по улице. Ага, являя собой классную мишень. Какой-нибудь дурак обязательно выстрелит. А ночью – собаки, им свет не нужен, унюхают и услышат.

Не вариант…

Вывод?

Идем днем и не по проезжей части. Двориками и подворотнями… Город, хотя и отстраивался заново в последние пятнадцать лет, все же сохранил достаточно старых одноэтажных домиков. Преимущественно на задворках и окраинах, но в центре иногда встречались такие вот строения.

Задача понятна и дорога в общих чертах, разумеется, тоже.

Без сожаления прикончив банку шпрот, Пётр запил её водой и сразу немного повеселел. Жизнь продолжалась!

Перебежав к забору, он осторожно, стараясь не особо не шуметь, через него перевалился. Присел на корточки и, не двигаясь с места, осмотрелся по сторонам. Больше слушал, чем смотрел. Не всё можно увидеть, а вот услышать – очень даже многое! Чьё-то тяжелое дыхание, хруст веток под подошвой тяжелого башмака, лязг затвора или звон упавшей на землю гильзы… всё несёт какую-то информацию.

Нет… тихо пока.

Какие-то звуки, разумеется, были – но все достаточно далеко отсюда. Конкретно здесь никто не шумел и не шарился.

Так, что у нас тут есть?

За кустами проглядывался дом. Насколько беглец помнил – городская станция санэпиднадзора. Двухэтажный длинный дом.

Интересно?

Ну… смотря, в каком смысле…

Всякие яды для грызунов и прочей дряни – точно есть, сам же сюда и привозил. Лекарства?

Ну, йод какой-нибудь – так просто обязательно присутствует! А вот что-нибудь более серьезное – сильно вряд ли.

Вывод?

Лезем и смотрим.

Во всякий дом можно войти несколькими способами.

Как все – через дверь. Там и встретят, если что…

Не хотим, нам и в одиночестве неплохо.

Через окно – тоже, кстати, неплохой вариант. Все окна проконтролировать невозможно.

В своё время, отдав должное всяким компьютерным играм, Пётр сделал для себя любопытный вывод.

Никто не хочет думать.

И сильно выеживаться.

Есть общепринятые пути – по ним и топай! А для того чтобы народ не увлекался всякой ерундой, создатели игр попросту заблокировали многие возможности обхода.

Но тут-то и таилась засада!

В игры у нас много кто играл. И фильмы всякие смотрел. А учитывая то, что и то и другое зачастую делают люди с похожим образом мыслей… понятно, какие сведения оттуда почерпнут зрители и игроки.

Поэтому будем искать другой путь.

Он точно есть.

Как найти? Да просто же всё!

Отбрасываем двери и окна – как наиболее очевидные способы проникновения. Подвал… тоже на фиг. Во-первых, выход в дом наверняка прикрыт какой-нибудь железной дверью. Во-вторых – там темно. А фонаря нет. И спичек тоже не имеется.

Что осталось?

Чердак.

Но он высоко. А нижних ступеней у лестницы, по давней идиотской традиции, нет – обрезали их. Чтобы такие вот «умники» не лазили…

Совсем, стало быть, судьба филейной частью повернулась?

Ага, ищите дураков…

Громоотвод!

Протянувшийся по стене толстый железный прут проходил вдалеке от окон. Разумная предосторожность – мало ли какие штуки может выкинуть молния?

Но он прочный. Не оторвется и не упадет, крепко присобачен.

А как лезть?

Ну, мужики… кино, что ли, никто никогда не смотрел?

Обмотав вокруг прута кусок веревки (вот когда добрым словом можно помянуть хомяческий инстинкт!), подобранный ещё позавчера, Пётр сделал своеобразные стремена.

А как вы думаете, народ по столбам и высоким деревьям лазил раньше? И чем тот самый столб принципиально отличается от дерева? То-то же…

Упор ногами в стену – сдвигаем стремя верх. Откинемся, зафиксируем это стремя в натянутом положении, ослабим натяжение веревки на другой ноге – сдвинем вверх следующее. И ещё разок… правда, есть ещё и костыли, которыми крепится к стене прут, здесь придётся задержаться и перевязать стремя. Ну, не страшно – четверо с кнутами за спиною не стоят, некуда спешить.

А вот и край крыши, остро пахнет гудроном. Всё верно, здесь она плоская, покрыта рубероидом, а он на солнышке нагревается.

Перевалившись через невысокий парапет, беглец некоторое время лежал – восстанавливал силы. Всё же такой подъем, пусть и всего лишь на второй этаж – дело не совсем привычное, и сил растратить пришлось много. Будет ли это оправданно? Вот сейчас и поглядим…

Выход на крышу из здания отсутствовал – вообще.

Незачем, проще по лестнице залезть при необходимости.

Облом?

Да, фиг там… Такую вероятность Пётр учитывал тоже. Но на втором этаже имелось открытое окно – и вот это представляло несомненный интерес!

Залезть в него особого труда не составило – все та же неизменная веревка, сложенная вдвое и обернутая вокруг какой-то железяки.

Хм, кабинет кого-то из начальства?

Похоже, мебель явно не простая, казенная. Вон и диванчик есть – кожаный и часто пользуемый, судя по потертостям.

Первым делом – дверь на замок, благо таковой присутствовал. Да, он заперт только на защелку, но мы это положение сейчас быстро исправим… нафиг нам не надобны незваные гости.

А вот теперь можно присесть, передохнуть и подумать.

Заодно и в столе пошарим…

Во втором ящике, точнее под ним, отыскался ключ. Судя по форме – от сейфа. Явно от того, что в углу стоит. Отложим в сторонку и продолжим поиски.

Зарядка для мобильника. Толку-то от неё теперь, телефона ведь всё равно нет…

Расческа. В карман!

Какие-то бумаги, начатый кулек с конфетами. Бумаги на фиг, а вот конфеты – это здорово! Если кто не знал – так они очень даже калорийные вообще-то!

Складной нож – совсем хорошо, даже открывалка для консервов есть, не надо будет банки ножом вспарывать, он в принципе для других целей предназначен. Хотя, банки тоже открывает неплохо, да.

Ложки-вилки?

Парочку возьмём, больше ни к чему.

Кончился стол? Не беда, ещё шкаф в углу есть.

В шкафу нашлась неплохая куртка – то ли охотничья, то ли туристическая – хрен их там разберёт. Но нам любая подойдет, своя, после кучи кирпичей, по которой пришлось проехаться спиной, выглядела совсем затрапезно. На пол её, она своё отработала.

Там же отыскались и ботинки. Чуток велики… но сойдут!

Рубашка?

Ну… в запас. А вот костюм не требуется – званых вечеров точно ожидать не стоит.

И всё?

А что, кто-то ожидал найти здесь филиал оптового магазина? И то хлеб, по крайней мере, оделся неплохо.

Сейф… самый лакомый кусочек!

Лязгнула дверь.

Ну, коньяк, в принципе, вполне ожидаем – не в столе ж его держать? Хороший, кстати, и надо полагать, не левак. Не тот уровень хозяина кабинета (судя по костюму) чтобы его левой продукцией угощать.

Конверт… что там?

Двадцать одна тысяча рублей и триста баксов – а нефигово так! Понятно, что долго на такие средства не прожить – но почин сделан! А вот таскать с собою мы их не станем, дураков нет.

Надрезав ножом обои в углу, Пётр запихнул туда конверт. Тут ему ничего не грозит, а вот вероятность обнаружения почти нулевая. Это ж умом двинуться надобно, чтобы все обои от стены отдирать! Сейф есть – туда и полезут, надо только не забыть его закрыть. И ключ с собою унести – пусть народ потеет, куроча тяжелую железяку. Зато, после такого облома, сюда точно никто более не полезет. И искать ничего не станет. Этим и воспользуемся. Проверенный путь сюда известен, можно сделать нычку.

Всё, более ничего приятного не отыскалось. Печати и прочую чушь оставим на месте, а вот связочку ключей бессовестно прихватизируем.

Лязгнул замок, ключ от сейфа вылетел в окно – пусть ищут.

Осторожно приоткрыв дверь, беглец прислушался.

Нет, не звучат в коридоре ничьи шаги. Можно идти.

Но сначала – к входной двери. Мало ли…

Один из ключей, кстати, к замку на двери покинутого кабинета подходил. Закрыть?

Но при осмотре двери снаружи выявились некоторые неприятные подробности. Дверь была основательная, и открыть её просто так не вышло бы. Но следы попытки взлома имелись.

И что это значит?

Только то, что те, кто пробовал это сделать, скоро сюда придут и попробуют это повторить уже более подходящими средствами. Так-то они дверь ломануть чем-то типа штыка пробовали – попытка незачётная. Значит – придут с топором. Или лом принесут.

Вывод?

Были здесь и, вполне вероятно, ещё придут.

Кто?

А нам-то не один ли фиг? Но вот кабинет открытым оставлять нельзя – сразу заподозрят что-то неладное. Запрем замок – так, как и было, на защелку.

И ещё вытекает из всего этого одна неприятная вещь…

Каковую беглец и обнаружил у входной двери.

Растяжка.

Точно такая, какими их показывают в кино и играх. Под вешалкой, слева от двери, была прикручена проволокой граната – РГД-5. К чеке со сведёнными усиками привязали верёвочку, которую, перекинув через загнутый гвоздик на стене, зацепили за ручку входной двери.

Дернет незнающий человек её, сделает пару-тройку шагов внутрь – и ляжет. Скорее всего, навечно. Или как повезёт. Может и подрыгаться ещё пару-тройку часов – это уж куда прилетит.

А что сделает знающий?

Просунет руку в форточку (как раз она и приоткрыта) и сбросит веревочку с гвоздика. Провиснет она, и можно будет дверь открывать – не выдернется уже из гранаты чека.

Хороший тут человек постарался, неленивый.

Гвоздик специальный забил. Значит, что? Имелся у него такой, как раз на подобный случай и сберегаемый.

Вот шагни Пётр через порог – так и лежал бы сейчас на полу, кишки руками собираючи.

Нет, никак нельзя такому человеку своё сердечное спасибо не сказать! Можно, разумеется, кровно его обидеть – снять гранату да с собой унести. А на полу в знак презрения кучу дерьма навалить. Затаит тогда он злобу да станет всякие нехорошие ловушки в этом доме дальше устраивать. А нам-то это зачем? Мы сюда ещё не раз придём – нычка у нас тут…

Гранату Пётр всё-таки снял. Но с собой уносить не стал. И даже веревочку не тронул, только от кольца отвязал. Пусть человек в окошко руку просунет да бечевку эту с гвоздика сбросит. Полегчает ему тогда на душе.

Отодранный от пластиковой обивки кусок был засунут между верхним краем двери и притолокой. Не нашлось при себе гвоздика, долго тут его искать. И пришлось привязать РГД-5 просто к проводу освещения, что по потолку шёл. Запихнув гранату в найденный в соседней комнате стакан, поставил Пётр его на кусок пластика, что торчал над дверью. Долго может такое сооружение стоять – годами! Не к чему было кольцо от чеки привязывать – да и не нужно. Вытащил её беглец и выбросил. Зачем она? Рычаг гранаты и стенки стакана хорошо удерживают. Откроют дверь – упадет пластик, а следом и стакан об пол брякнется. Только вот граната никуда не упадет – привязана она к проводу. И рычаг после падения стакана свободен будет – сработает тогда взрыватель…

А вот теперь, обезопасив себя от всяких неприятных гостей, можно и по комнатам походить.

Ничего особо ценного не нашлось, тут уже походили какие-то визитеры и всякие полезности утащили с собой. Так… кое-какие мелочи. Но не в нашем положении нос задирать, возьмём и это.

Присев на стул, беглец задумался. Что-то чувствовалось неправильное… но что?

Ключи!

Связка ключей в сейфе!

Какие двери они открывают? Судя по ключам, такие замочки должны стоять явно не в межкомнатных дверях. Металлические, скорее всего. Возможно, что и сейфового типа, серьёзные. И где на городской СЭС такие могут быть? А главное – зачем? Что здесь такого прятать?

Второй этаж весь просмотрен – там пусто, запертых дверей с такими замками нет. Первый… да и тут вроде пусто.

Подвал?

Подвал!

Нужная дверь отыскалась далеко не сразу. Ну, кто бы мог подумать, что её надо искать в подсобке с метлами и тряпками? Зато железная. Крепкая и даже на вид основательная.

Ключ подошёл с третьей попытки.

Привычно пощелкав выключателем, Пётр убедился – тут тоже ловить нечего. А вот керосиновая лампа, на удивление, нашлась!

Стояла себе мирно на полочке, как по инструкции полагается. Правда, керосину в ней было… словом, минут на несколько.

А раз так – надо искать что-то, что может гореть.

Оперативная пробежка по комнатам выявила парочку церковных свечей, не густо… но морду кривить нечего. Будь и этому рад!

Спустившись в подвал, беглец озадаченно повертел головой – идти-то куда? По наитию выбрав наиболее протоптанную дорожку, зашагал по ней.

Метров тридцать – и дорожка свернула.

Вот и дверь.

Подбираем нужный ключ…

Препарат «В-340» – что за хрень?

«Антимышин» и «Антикрыс» – тут, по крайней мере, всё понятно.

Судя по рисункам на этикетках, следующий стеллаж содержал всевозможные средства борьбы с тараканами и муравьями. Охренеть, какая ценность! Особенно сейчас, да…

Ещё один стеллаж… свечу скоро менять.

«Средства борьбы с садовыми вредителями». А с городскими нет? Жаль, очень бы сейчас пригодились.

«Аптечки ГО»…

Стоп!

Аптечки?

Прямоугольные картонные коробки. А внутри что? Ага, знакомые по кино и книгам розовые прямоугольники. Шприц-тюбики, какие-то таблетки. Интересно, а «номер один» сильно отличается от «номера пять»? А от «1а»? Да, черт его знает… Впрочем, есть какие-то инструкции, прихватим их с собой. На досуге почитаем.

Берем понемногу всего – и тех и других.

И ноги делать пора, вторая свеча вот-вот догорит, а на лампу надежды мало.

Входную дверь – на замок!

Набрав с пола мусора, беглец тщательно постарался загадить им дорожку, чтобы не была настолько очевидной.

В подсобке пришлось попотеть, передвигая шкаф со всякими уборочными причиндалами так, чтобы он закрывал дверь. Маловероятно, что сюда кто-нибудь полезет, но береженого Бог бережёт!

Присев в коридоре на пол, он перебрал улов. Не шибко до фига, но и не пустые руки! Приоделся, кое-какая жратва (недоеденное некогда сотрудниками СЭС печенье и начатые коробки конфет), коньяк и самое главное – медикаменты. Насколько Пётр помнил, срок хранения таких вещей весьма приличный. Так что ценность найденного достаточно велика!

Вот теперь уже можно искать лёжку. Ибо совмещать лёжку и нычку – идея крайне непродуктивная. В случае чего теряешь сразу всё! Некоторые соображения на этот счёт имелись, но забегать вперёд всё-таки не следовало.

Ладно, надо будет приоткрыть какое-нибудь окно на первом этаже, чтобы товарищи того, кто подорвётся у входной двери, не рыскали бы по всему дому в поисках затаившегося злодея. Мало ли, что они отыщут в результате таких поисков…

В качестве возможной лёжки рассматривались три объекта.

Старая трансформаторная будка (в ней Борода иногда прятал кое-какое интересное барахло). От сети её давно отключили и даже вывезли часть оборудования. Но провода остались, так что внешне это был ещё один объект энергоснабжения. Совсем неинтересное место для мародеров – тут нечего украсть. А стараниями сотоварищей там удалось в своё время оборудовать уютный уголок. Даже диван имелся и кое-какие полезные мелочи. Стояла и бочка с водой.

Второй объект – склад запчастей. Мишкино хозяйство… Формально одно из подразделений горкоммунхоза. Тут ремонтировали всевозможные уборочные и поливальные машины. А под этим благовидным предлогом ещё и разбирали по винтикам всякое старьё (и не совсем старьё…). Под крышей ангара притаилась крохотная комнатушка, где порою обмывали удачные сделки. Парочка топчанов, микроволновка, даже кулер с водой – всё присутствовало. Найти данную комнатку мог только знающий человек – с земли она совершенно не просматривалась. Зато был запасной выход на крышу, а уже оттуда, по пожарной лесенке, и на улицу. Причём – на соседнюю. Такое вот интересное местечко…

И третье – самое неподходящее, дома. В своей квартире. Ловушка, если что. Лифт не работает, выход на чердак закрыт массивной решетчатой дверью. Воды нет, ибо не работает водопровод. Нет и электричества. Газа, надо думать, тоже. Ничего особенно ценного там не имелось. Бывшая жена постаралась, мать её… Когда он после очередной командировки в составе «Лидера»[1] возвратился домой, так и замер на пороге. Пустые стены… и записка на столе.

«Будь рад, что тебе осталась хоть эта халупа!»

И всё – ни подписи, ни одного доброго слова.

Тогда он в первый раз запил – совершенно по-черному. Именно из-за этого запоя и вылетел с работы. Полуторамесячного прогула не простили бы никому, невзирая ни на какие прошлые заслуги.

Понятное дело, ни о какой работе в госструктурах речь больше не шла – кто возьмёт к себе алкаша? Да ещё и уволенного по «пьяной» статье? Откровенно говоря, и самому до кровавых соплей надоело уже это постоянное хождение по ниточке. Не туда шагнул, не за то дернул – и собирай кишки с окрестных кустиков. Хватит уже!

Надо отдать должное ребятам – они не бросили. Помогали чем могли. И на последнее место работы – экспедитором – тоже пристроили они. Вот там и задержался, благо требований особых не предъявляли. Отвез товар, сдал, получил подпись на документах – свободен! Денег одинокому мужику вполне хватало, заводить семью он более не собирался. А случайные подружки изредка скрашивали его существование.

Вот так прошло три года.

Никакие новости за пределами своего круга общения его не интересовали. Ни политика, ни общая обстановка в мире – всё было пофиг. Он словно сбежал от окружающей действительности.

«Беглец ты – от жизни сбежал!» – в сердцах как-то сказал ему Палыч, бывший их начальник группы.

Пётр не возражал. Беглец, так беглец. Не вор и не убийца, в конце-то концов…

Он выбрал склад запчастей – туда было короче идти. До темноты оставалось ещё достаточно времени, шансы пройти нормально имелись немалые.

И всё равно на улицу вылезать не нужно. Проще и дешевле чуток посидеть, прислушиваясь к окружающей обстановке, и уж после всего этого…

Птичий гомон был слышен издалека. Как и лай собак, что ему сопутствовал. Кто-то за что-то дерётся… поглядим! Хотя, судя по прошлому опыту, то, за что могли драться птицы с собаками, как правило, интереса уже не представляло. Разве что чисто исторический? Типа а как именно отбросил копыта сей уважаемый гражданин?

«Оглоушить канделябром аль подушкой придушить?» – писал в свое время Филатов. Нет, попади сей многоопытный поэт сюда… стих получился бы весьма продолжительный. Да и то все способы возможного отбрасывания коньков клиентом не смог бы предвидеть даже этот великий мастер! Тут, помимо упомянутого канделябра, присутствовало ещё, как минимум, полтора десятка всевозможных способов быстрой пересадки на тот свет.

Так и есть – труп.

Не слишком давний, иначе собаки бы за него не грызлись. Они только при крайней нужде употребляют в пищу сильно несвежее мясо. Откровенную тухлятину жрать не станут. А вот птицам (особенно воронам) это по фигу – они всё едят.

И людей рядом нет – слишком вольно ведут себя птицы.

При приближении Петра вороний грай только усилился. А вот собаки, напротив, отступили. Пуганые уже? Похоже…

Итак, клиент склеил ласты явно не сегодня. День, как минимум, он тут уже лежит. Никакая засада столько ждать не станет, да и птицы больше возмущены собаками, а не кем-то ещё.

И чем же знаменит именно этот покойничек?

Изорванная пулями разгрузка – явно забугорного происхождения. Искорёженный магазин в подсумке – тоже не наш, от «эмки» под калибр 5,56-мм.

Берцы… а нету их. И остатки боезапаса кто-то утащил.

Друг-товарищ убитого? Как версия – вполне. Труп явно не перетаскивали, судя по следам крови на асфальте. Переворачивали – вполне возможно, но не переносили никуда. Оружие и боеприпасы унесли, прочее же, по-видимому, особого интереса уже не представляло. А на рукавчике-то у нас шеврон! И нерусскими буквами там что-то написано! Точно не наш. В смысле, что не армия и не полиция – там так не одеваются и шевронов таких тоже не носят. Всё больше по-русски как-то пишут… даже в самых крутых конторах.

Вот тебе, друг ситный, и здрасьте! Американец? А чего он именно здесь потерял? Как попал в город-то? Да, тут не шибко далеко до границы… но ведь и войну, вроде бы, никто нам не объявлял…

Или не американец?

Но уж точно – не русский.

Момент… а ведь у этих… как их там… транснациональных корпораций, во! У них, вроде бы и своя охрана имелась? Как их там… нет, не помню.

Ладно, с принадлежностью клиента определились. А что с него поиметь можно?

Одёжку? Продырявленную пулями и с окровавленного тела? Ну… настолько нас пока не приперло…

Ботинок нет.

Снаряги какой-то… тоже не заметно. Проводок на шее?

А ну-ка, ну-ка…

Гарнитура от рации. Самой радиостанции, к сожалению, нет. Да и вообще больше ничего полезного не заметно.

Ладно, это спереди, на груди.

А на спинке у нас что?

Ладонь осторожно скользнула под тело… и Пётр, не разгибаясь, замер. Только не дернуться!

Осторожно, буквально по миллиметру, вытаскивал он назад руку. Опа… не идет, рукав за что-то зацепился. Опять вперёд?

И снова путешествует под мертвым телом рука. Жарко, пот заливает глаза. Или это от волнения, а не от жары?

Так, уже легче, этот самый крючок остался где-то справа.

Есть!

Он сел на асфальт.

Не привычная граната, нет, тут какая-то другая хрень лежит. Аналог «МЛ-7»[2]? Очень даже может быть. Переверни или приподними тело – и будет уже два покойника. Немаленькая там хреновина, заряд явно не как в обычной противопехотке.

Нет, друг ситный, лежи-ка ты тут и далее. Мне так как-то спокойнее будет…

Посидев пару минут, он поднялся. Нет уж… на фиг такие развлекухи.

Краем глаза он уловил какое-то движение, и уже в следующий миг его тело распласталось на растрескавшемся асфальте.

Что там?!

Человек.

Обычный, на двух ногах. Целеустремлённо куда-то топающий. Мимо нас – и слава Богу!

Проводив его взглядом, Пётр осторожно приподнялся и, стараясь не попасть на глаза прохожему, осторожно последовал за ним.

Худощавый шкет – но с ружьем! Нагляделись мы на таких вот умников в своё время. Дитя прогресса, мать его за ногу! На спуск нажимает с совершенно незамутненным взглядом – ему в кайф. А вот получив в ногу или в руку ответку, изумляется несказанно – как это?! Эльфы, блин, недоделанные…

Шкет с забранными в хвост белёсыми волосами продолжал переть прямо по середине улицы. Совсем дурной? Или уже обкурился?

Нет, явно дуракам везёт…

Впрочем, преследование продолжалось недолго, точка назначения эльфа находилась совсем недалеко.

Крепкий кирпичный дом, обнесённый забором из бетонных плит. Старый, так сказать, район – тут таких домиков предостаточно. Брошенным этот не выглядел, и даже вездесущего мусора поблизости было не так много.

Подойдя к воротам, шкет постучал в них прикладом ружья.

Чуток погодя в калитке приоткрылось окошечко, надо полагать, то проявили себя обитатели. Поскольку эльф по сторонам особо не пялился и раньше, Пётр рискнул и подобрался поближе.

– …Да я тебе точно говорю – возьмёт!

Что ответили из-за калитки, слышно не было, но, судя по реакции шкета, это ему сильно не понравилось. Поставив ружьё к воротам, тот стянул со спины рюкзак и выволок оттуда какую-то коробку.

– Во!

– …

– Могу и показать! – и с коробки была снята крышка.

Лязгнул засов, калитка чуть приоткрылась.

Подхватив ружьё, шкет ввинтился в узкий проём. Снова лязг запора.

Так… что мы только что видели? Клиент что-то на продажу принёс? Похоже.

Значит, какие-то товарно-денежные отношения уже имеют место быть. Это уже плюс – кое-что полезное и нам бы не помешало. Ладно, не станем спешить…

Эльф появился через двадцать минут – довольный. И рюкзачок за спиной топорщился, а ведь раньше был полупустым. Что-то ценное клиент приволок, раз такие явные диспропорции можем наблюдать. Не сбавляя хода, шкет сунул длинную руку под клапан рюкзака и добыл оттуда кусок хлеба. На бегу принялся его жевать. Оголодал, бедняга… ну, наедайся… напоследок. Такие очумелые и невнимательные лохи особо долго на этом свете не задерживаются.

Проводив парня взглядом, Пётр приподнялся с земли, отряхнул брюки и куртку. Небрит… так не на приём же к британской королеве идти!

Бум!

Воротина глухо загудела.

А вот и не станем второй раз колотить, такой грохот издалека слыхать.

Прошло не так много времени – скрипнуло, приоткрывшись, окошечко в калитке.

– Чего надо?

– Махнуть кой-чего хочу.

– Чьих будешь? Погоняло?

Так… бандиты или просто приблатнённые?

– Беглец я, слыхал?

За калиткой озадаченно замолчали. Задумались, поди…

– Группировка какая?

– А что, по морде не видать? На забугорника как-то не сильно машу…

– «Бродяги», сталбыть?

– А то ж…

– Что принёс?

Пётр продемонстрировал коробочку аптечки. Они при свете дня действительно оказались разными. Даже по цвету, не говоря уж о содержимом.

– Дай-ка глянуть!

Он огляделся по сторонам.

– Чего там смотришь?

– Зеркало ищу…

– За каким хреном-то тебе зеркало?

– Не мне – тебе. Чтоб ты там простака поискал…

За калиткой хмыкнули – развод лоха не состоялся. Лязгнул засов.

Опаньки!

А тут не лопухи собрались!

Ступив за калитку, гость попадал в узкий коридорчик. С одной стороны его ограничивал забор, с другой наспех сваренная из арматуры решетка. А калитка за спиной закрылась – для этого сквозь прутья был просунут специальный рычаг. Им её открывали и закрывали. С той стороны арматурин обнаружилось двое мордоворотов – поперек себя шире. С обрезами двенадцатого калибра. В данных условиях – вундерваффе, от картечи или крупной дроби с короткой дистанции спасения нет.

– Ствол клади!

– Нет ствола…

– А что есть?

– Топорик… нож ещё…

– Покажь!

Демонстрация наличного арсенала разочаровала охранников. Пришлось подойти к решетке, просунувшаяся сквозь неё рука ощупала куртку, скользнула по ногам. Дальнобойного оружия не отыскалось и в этом случае.

– Ты глянь – и впрямь пустой! Ладно… топай дальше.

Зарешеченный коридорчик привел в небольшую комнату. Стол, стул, топчан – и решетка в дальней стене. Под потолком – горящая лампочка! Стало быть, где-то и генератор имеется. Богато живут люди! А в дальней стенке – окошечко. Туда и направимся…

Ещё один мордоворот… их тут клонировали, что ли?

– Кто таков будешь?

– Беглец я, житель тутошний.

– Из «Бродяг»? А от кого беглец-то?

– Погоняло такое.

– А-а-а… ну а меня Кабаном зовут, слыхал, поди?

– Что ж я, совсем баран, чтобы неведомо к кому идти?

Кабан удовлетворённо хмыкнул – прокатила лесть!

– Чего притащил?

Сквозь узкое окошечко в решетке протиснулась ярко-оранжевая коробочка.

– Посмотри…

– Не протухла?

– Там этикетка есть… да и внутри бумажка лежит.

Торгаш засопел, изучая содержимое.

– Пойдёт… что хошь?

– Фонарь нужен. Батареи к нему. Пожрать чего-нить…

– Маловато будет!

Ещё три коробочки легли рядом.

– А так?

– Хм…

Фонарь он получил – китайский светодиодный налобник. Новенький, даже в упаковке. И три комплекта батарей. Невскрытый паёк – стандартный МЧС, для гражданского населения. Сверх всего добавились ещё и перчатки – эти уже б/у, хоть и не сильно. Пораздумав, Кабан положил рядом ещё один комплект батареек.

Значит, аптечки тут в цене! Учтём…

– Ещё что имеешь?

Гарнитура от рации – самому-то она на хрен не вперлась.

Ещё один паек.

– Такое завсегда приноси – возьму!

– Верёвку бы мне…

– Мыло тоже дать? – хохотнул торгаш.

– Мыло? Тогда уж и бритву.

– Репшнур есть – восьмерка, пойдёт? Бритвы «БИК». Одноразовые.

– Сойдёт.

– Что дашь?

Сквозь отверстие протиснулась коробочка желтого цвета. Кабан озадаченно хмыкнул.

– Это ещё что?

Зашуршал инструкцией, вникая в текст.

– Так… Веревку и мыло ты точно заработал. И бритвы… Ещё есть?

– С собой – только одна. Могу ещё порыть…

– Два пайка.

– Три. И батареек ещё дай.

Рюкзак приятно округлился.

– Вот, что, Беглец… Запомни номер – триста четырнадцать.

– Запомнил. И что это значит?

– Не в курсах?

– Я у вас не частый гость… Другие ходили.

– Твой личный номер в торговой сети. Меньше номер – больше скидки, усёк?

– Допер, – кивнул Пётр.

Значит, есть единая торговая сеть. Есть и обмен информацией – и довольно регулярный. Уж точно народ друг другу свои амбарные книги не таскает для ознакомления. Вывод? Есть компьютерная сеть, есть связь и есть электричество. Не для всех, понятное дело… ну, да, генератор-то у торгаша имеется, это я уже раньше понял.

После недолгого торга, удалось поменять три комплекта батареек и один паек на комплект аккумуляторов тех же массогабаритных размеров и солнечную зарядку для них. Правда, пришлось добыть из рюкзака последнюю желтую коробочку. Торгаш подкинул ещё две пачки сухого спирта. И три коробки спичек.

А нехило! С такими запасами вполне можно дотопать до вожделенного ангара и какое-то время там передохнуть. И выяснить, наконец, что за хреновина такая сейчас в городе происходит? Дней на пять еды вполне хватит, да и там, на месте, кое-что есть… проживём!

За спиною лязгнула калитка, и Пётр, закинув за плечо потяжелевший рюкзак, бодро двинулся в нужную сторону.

Однако стоило ему отойти от домика торгаша метров на двести, его окликнули.

– Эй, дядя!

И кто это там такой голосистый?

Ага… один из охранников-мордоворотов. И ещё какой-то тип.

– Что такое?

– Кабан за тобою послал, дело есть… Обожди, не несись так!

Ну, спорить с людьми, держащими в руках оружие, занятие не самое разумное. Подождём, может, и впрямь чего-то интересное скажут.

Однако интересного разговора не получилось, а произошёл самый обыкновенный грабёж. Второй тип ткнул обрезом в рюкзак.

– Снимай!

– Э-э-э, мужики, да вы что? Пошто, беспредел творите… а-ах!

Ему молча заехали в солнечное сплетение. Сдернули рюкзак и обшарили карманы.

– Бардак, парни… что скажет Кабан?

Давешний мордоворот ухмыльнулся.

– А ничё не скажет – ты уже больше, чем на полста метров от его забора отошёл. Не отвечает за тебя купец, тута уже город родной! Махновщина!

Беглец сел, подтянув колени. Вставать благоразумно не пробовал – могут ещё разок звездануть.

– И что теперь? Ответки не опасаетесь?

– От кого?! Ты совсем дурак, если прямо так к купцу полез! Кто за тебя скажет, а? Не знает никто такого вот типуса! Ни в одной группировке с подобным погонялом никого нет. Беглец! Вот уж придумал-то! – развеселился охранник.

– Вы же клиентуру у хозяина отбиваете…

– А нам не Кабан платит! Под Чеченом ходим, усёк? А вот уже он-то купца и крышует. И до бизнеса его нам, как до Пекина ползком, – пофиг! Не он один тут такой!

– Ладно… хорош базлать! – оборвал его веселье напарник. – Слышь, тело, у тебя ныне два выхода есть. Какой выберешь?

– И куда же?

– На тот свет, куда ж ещё? – пожал плечами бандит. – Только вот путь этот очень даже разным может стать…

– Например?

– Первый. Сдаешь нычку, и мы тебя не больно кончим. Второй. Не сдаешь, твое право. Прострелим тебе колено и бросим тут. А дальше собачки всё за нас сделают. Ну?

– А третий?

– Нет третьего. Только эти два. Ну?

– Первый, ясен пень…

– Тогда колись, где аптечки взял? – присел на корточки допрашивающий.

– С мертвяков взял. Не всё, там ещё есть… – понурил голову Пётр.

– Где?

– Тут рядом. Один на дороге лежит, а ещё двое – в доме неподалёку. Не наши, иностранцы какие-то…

– «Росомахи», должно быть… Ну, что ж, десять минут жизни и сигарету ты заслужил! Пошли!

Подходя к телу, снова спугнули собак и разогнали ворон.

– Этот?

– Да. У него под спиной, в сухарке, ещё две коробки такие лежат. Оранжевая и желтая. Я достану…

– Стоп! – ствол обреза уперся под лопатку. – Достанет он… Что там ещё есть?! Быстро, падла, отвечай – прямо тут ногу отстрелю! И собачек ждать долго не потребуется…

– Пистолет там… Кольт. И три патрона ещё есть, – понурив голову, ответил Беглец.

– Умник какой, а?! Ты глянь на него… А ну, лёг!

Асфальт пах какой-то химией… откуда?

– Руки, сука, за голову, ну! Лежать тихо!

Какой-то он злобный… неправильно это. И хамит так нехорошо…

– Михей, проверь там!

А мордоворот явно не на первых ролях выступает. Этот крикун, похоже, им помыкает.

– Сумка у него где? – это уже охранник. Судя по голосу, топчется около мертвяка.

– Под спиной. Лучше слева руку подсовывать, я там клапан отстегнул. Кровищи дюже много натекло… – покладисто ответствовал Пётр.

– Чистюля, блин…

Хрясь!

Волна горячего воздуха толкнула его в голову, что-то противно проехалось по руке – должно быть, осколок какой-то неудачно пришёлся.

А в следующую секунду он сноровисто перевернулся на спину, широко разведя ноги для удара.

Не потребовалось…

Схватившись руками за лицо, вертелся на асфальте его мучитель.

Бзынь!

Ботинком прямо по зубам – очень эффективная противохамская терапия. И доходчивая. Гарантирующая полное невмешательство клиента в происходящие события, как минимум, на пару минут.

Подхватив с земли обрез, Пётр быстро кинул взгляд. Михей отпрыгался – аж полбашки нафиг снесло. А второй пока ещё жив. Пока…

Присев на бордюр, Беглец осмотрел новое приобретение. Так называемый «омоновский обрез» – жуткая придумка московских спецов-оружейников. Берём обыкновенное охотничье ружьё МЦ-21-12 и отпиливаем у него ствол – почти по самую крышечку подствольного магазина. И приклад укорачиваем сантиметров на десять. В результате всех этих издевательств, ружьё почти безвозвратно утрачивало свойства охотничьего, зато становилось очень удобным для работы в узких коридорах, комнатах и вообще в городской застройке. Четыре патрона в магазине, пятый в стволе, двенадцатый калибр, самозарядное и скорострельное – вообще ночной кошмар хоплофоба. В «Лидере» парочка таких (внештатных, разумеется) в своё время имелась. И обращаться с подобным изделием было не в новинку. Что замок вынести, что собаку очумевшую к порядку призвать – на всё годился агрегат. И не собаку, кстати, тоже… бывали, знаете ли, прецеденты на необъятных просторах нашей страны…

А патрон у него в стволе есть? Есть… не совсем, стало быть, пропащим был прежний владелец. Впрочем, почему – был? И сейчас пока что есть…

А вот у многострадального Михея оружие имелось попроще – тоже обрез, но уже от обычной тозовской вертикалки. Не самая плохая штука, но с модернизированным МЦ-21-12, конечно, ей не тягаться. И патроны имелись, благо что калибр совпадал. И ещё всякая мелочь… но в жизни лишнего груза не бывает. Непосильный – этот встречается, а вот совсем лишнего Пётр покудова не встречал. «Нет такой вещи, чтобы за бутылку продать нельзя было!» – говаривал в своё время Борода, и он был, разумеется, прав. Пусть даже не за бутылку, но уж за стакан-то – совершенно точно!

Нож, кстати, имелся – очень даже неплохой, явно импортный. Уж в любом случае лучше того, что этот хам отобрал.

Кстати, как там наш крикун?

Крикливое хамло пребывало не в лучшем состоянии. Один глаз ему вынесло осколками, второй малость подзаплыл после молодецкого удара ботинком. Хм, я же, вроде, ему по зубам метил? Совсем окривел от пьянства беспробудного… пора завязывать с этим делом!

– Ну? Не испытываешь желания покаяться?

– Да с тебя Чечен теперь кожу с живого снимет!

– С хрена ли? Что я лично ему плохого сделал? Вы оба – так вообще на мине подорвались, с меня-то какой спрос?

– Бинт дай! Не видишь – кровью я истекаю!

– Нет у меня бинта. А и был бы – так его сначала заработать нужно. Откровенностью, как на исповеди.

– Я ж тут издохну!

– На здоровье! Мне-то что за печаль? Ты не друг, не родня…

– У Михея он был!

– Вставать лениво… правда, – Пётр посмотрел на левую руку, с которой скатывались на асфальт капли крови, – меня тут тоже попятнало малость, так что бинт этот самому как раз будет…

А ведь и верно, как это я такое сокровище прозевал?

Бинт действительно имелся, лежал в заспинном кармане куртки. В первый раз его обнаружить не удалось – незачёт! И не один он там присутствовал, а целых два индпакета! И пяток патронов с крупной дробью. Кстати, и крикуна тоже не мешало бы обшмонать получше…

Хамло уже пришло в себя и даже исхитрилось как-то замотать тряпкой кровоточащий глаз. А вот это наглость, между прочим, на это ему никто соизволения не давал!

– Ну? Говорить будешь?

– Бинт дай!

Вот заладил-то…

Вытащив трофейный нож, Беглец несильно ткнул крикуна в ногу. Так, чтобы почувствовал.

Вопль при этом был такой, что шарахнулись в сторону собаки вдалеке, а вороны, мирно сидевшие на крыше, всполошенно взлетели.

– Ты чего это? Больно!

– Да ну? А как людям ноги простреливать да собачкам их после оставлять – оно, что, под общим наркозом делается?

– Сука!

Собаки от греха подальше вообще слиняли куда-то за угол.

– А ведь у тебя ещё много чего есть… – Беглец уселся поудобнее на бордюр и стал внимательно изучать трофейный обрез. – Руки… задница, вон, вообще целая… Да и вообще…

Словом, крикун поплыл…

И перед изумлённым Петром стала понемногу проясняться общая картина.

Город после того, как из него вдруг очумело подорвалась большая часть обитателей, действительно был блокирован войсками. Причем (и это самое удивительное) не только российскими, но и международным контингентом войск ООН! Что уж тут такого должно было произойти, собеседник и сам толком не знал. Сынок оттопыренных родителей был остановлен на КПП самым эффективным образом – движок его «мерина» попросту разнесли в клочья из КПВТ с брони. Повезло, что ноги унес… Не раздумывая долго, он тотчас же примкнул к банде, благо что её предводителя Чечена знал и ранее. Правда, командных постов его отчего-то не удостоили и признавать офигенную крутость не спешили.

Вообще, в этом отношении в городе происходило что-то странное. Те самые ЧВК (что забугорные, что отечественные) тоже остались внутри кольца и выйти не смогли – их тоже не выпустили. Вот они и составляли теперь основной костяк вооруженных группировок. Их цели и задачи оставались пока не ясными.

А местное население – то, что осталось, разбрелось по всяким разным группам и бандочкам. В основном организованным по территориальному признаку. Правда, были и откровенные махновцы, никаких границ и прочей ерунды не признававшие. Тот же Чечен или Андрон. Всех их скопом окрестили «Бродягами». Не в последнюю очередь потому, что какие-то зачатки самоорганизации просматривались среди них с большим трудом. Те же ЧВК крыли их в этом смысле, как бык овцу.

А вот торговля, как ни удивительно, не загнулась. Опираясь на бывших воротил черного рынка, она в короткие сроки вдруг стала нужной всем. Купцов – так звали теперь торгашей – берегли. Не грабили и максимум крышевали, предоставляя вооруженную охрану.

Кстати, непонятные слова про «пятьдесят метров» объяснялись очень просто. По быстро установившимся обычаям, сами купцы и их магазины считались нейтральной территорией. Никаких перестрелок и разборок там не дозволялось – охрана была обязана жестко пресекать их в зародыше. Абсолютно любыми средствами и способами. Против нерадивых могли быть применены самые жесткие санкции – тут все группировки могли выступить единым фронтом.

Разумно – ибо никаких иных связей с внешним миром не имелось. Как смогли их установить сами купцы – так и оставалось пока тайной. Их тайной.

А вот за пределами пятидесяти метров от купца могло произойти что угодно и с кем угодно. Это уже считалось городом, торгаш и его охрана никакой ответственности за происходящее там не несли. Хоть на кол друг друга сажайте – только не перед воротами купца!

Кстати, на общем фоне благообразнее всех смотрелись именно торгаши. Те, хоть и обдирали своих клиентов по-черному, но, по крайней мере, никого не убивали. И связь какая-то у них точно была, крикун это подтвердил. И между собою, и с внешним миром. Они являлись своеобразными центрами информации, сообщавшими последние новости. И всегда были в курсе того, где и какая банда ныне обретается. Вот, оказывается, в чем был прокол Беглеца – не назвал он никакой группировки, которая могла бы за него вписаться при необходимости. И тотчас же стал в глазах бандитов законной добычей – с одиночками тут не церемонились в принципе. Не самая приятная новость, если подумать…

Крикун быстро выдохся. Да и знал он не так уж много. Впрочем, удивительно, что его на это хватило, – крови он всё-таки потерял изрядно. И так-то не здоровяк, а уж раненый – так и вовсе… Последние слова он уже выталкивал через силу. Жрать хотел, пить – как ещё в больницу не попросился? Мажор… незавидная твоя судьба… в любом раскладе такому ухарю ничего не светило. Уйти далеко он не сможет, не просто так ему в ногу ножом потыкали… Метров двести – и то в самом лучшем раскладе.

– Ладно! Что знал – сказал. О чём соврал, это я уж и сам догадался, не взыщи! Колено я тебе, как и обещал, простреливать не стану – цени мою доброту!

– Оценил уже…

– Ну и прощевай на этом!

– Что? Ты уходишь?

– Нет, ночевать тут буду! Своих дел невпроворот, знаешь ли.

– А я?

– Живой? Живой. А что ранен, так это не ко мне – не я мину эту ставил.

– Но я же тут подохну!

– А моя какая печаль? Можешь и в сторонку отползти, не возражаю. Там и тенечек есть, приятнее лежать будет, – Беглец поднялся на ноги и приладил за спину изрядно потяжелевший рюкзак. Нет, тут скорее надо лежку оборудовать, с таким грузом долго не побегаешь. Оглядев площадь, удовлетворённо кивнул – осмелевшие собаки кучковались совсем неподалёку. Недолго тебе, милок, тут в одиночестве пребывать осталось…

Вожделенный ангар отыскался достаточно быстро – его никто, разумеется, не украл. Не те у нас масштабы, не те… Вот на Украине бы за день снесли – и уже что-нибудь новое строить уже начали. Ну да, чтобы и это потом спереть.

Ворота были ожидаемо заперты, но это ничуть Петра не смутило. Он знал по меньшей мере два способа попасть внутрь, не трогая замков.

И попал.

Под ногами гулко прогрохотала тонкая лесенка. Это на первый взгляд она казалась хилой и ненадёжной – в реальности по ней целой толпой, бывало, хаживали – и ничего, выдерживала.

Клетушка под крышей оставалась необитаемой. Стало быть, Борода сюда не приходил… жаль!

В шкафу ещё оставались консервы, а вот хлеб весь зачерствел и порылся плесенью. Имелась и вода – почти половина девятнадцатилитровой пластиковой бутыли. Электричества, разумеется, не было.

А на топчанах сохранились одеяла и подушки. Даже простыни в шкафу лежали! А всё Борода… это он сюда своих девушек таскал!

Добрых два часа Пётр потратил на обустройство. Заныкал часть добычи, присобачил на балку тозовский обрез с десятком патронов – как ствол последнего шанса. Разрезав одно из одеял, тщательно законопатил все щели – топить клетушку было нечем, а исключать возможность внезапного похолодания – преступный идиотизм. Не хватало только подцепить элементарную простуду – и вилы! Врачей тут точно ждать не приходится. Да и «скорая» не приедет.

А вот теперь можно и перекусить!

С чего начнём?

Черт возьми, никогда не предполагал, что сама возможность выбора уже может доставлять такое наслаждение!

А уж сытый желудок – так и вовсе!

Дальше – спим, спешить пока некуда…

– Готов!

Хлопок ладони по спине – и очередной боец быстро перебежал на свою позицию. Опустился на колено, осторожно выглянул из-за угла и поднял руку в условленном жесте.

Порядок, можно идти следующему.

Хотя никаких признаков противника заметно не было, бойцы отряда Макулявичуса не расслаблялись – верить здесь нельзя никому и ничему. Да это и не было им в тягость, большинство уже просто не мыслило для себя иного. Не спокойная походка, а быстрая перебежка. Не расслабленный взгляд на красоты природы, а вычисление места вероятной засады противника.

И так во всём.

Благодаря этому, они все живы до сих пор. Уж в чём-чём, а в количестве желающих пресечь их жизненный путь, можно было не сомневаться. Каждый третий, не считая второго. Практически всё население этого города. Выручал только профессионализм.

– Хоп! – присел у крыльца, закрывшись слева и справа декоративными бортиками очередной боец. Декоративные или нет – а в кирпич толщиной! Не всякая пуля пробьёт. А уж от посторонних глаз такой бортик прикроет наверняка.

Опасность могла грозить только спереди – но туда уже смотрит тонкий ствол М-15А4, или сзади, со стороны входной двери. Но её надежно контролирует напарник, лежащий в траве напротив входа, – его оружие наведено как раз на вход.

И только после этого с места сдвинулся Станко Бранич – отрядный сапер. Опытный и осторожный хорват, прошедший три войны, он был высококлассным специалистом. В чём не раз убеждались его противники – теперь, разумеется, уже мертвые. Вместе с напарником, внимательно контролировавшим округу, он осторожно, осматривая ступени и густую траву, подобрался к двери. Осмотрелся ещё раз, заглянул в окно. Удовлетворённо кивнув, просунул туда руку и что-то сделал. Ещё раз осмотрел дверь и плавно потянул за ручку. Приподнялся и шагнул в проём. Не сводя винтовки с темного коридора, последовал за ним и напарник.

Бух!

И из дверного проёма выбросило клуб дыма!

Ничком рухнул в траву боец, сидевший между бортиками.

– Горги! – махнул рукой на дверь командир. – Проверь!

И новая группа бойцов, шаря по сторонам стволами оружия, рванула к повреждённому взрывом входу в здание.

Спустя несколько минут, Атанас сидел на теплых ступенях входа, прямо там, где ничком лежал в траве погибший боец. Со стороны здания СЭС ничего уже не грозило – все этажи контролировали его бойцы. А вот со стороны окружающих домов могли и выстрелить…

– Станко подорвался на растяжке, – докладывал сидящий рядом Горги. – Причём, скорее всего, на своей собственной.

– Это как?

– Я помню, как он её ставил, там был предусмотрен своеобразный предохранитель. Веревка зацеплялась за вбитый гвоздь. Снял её – и путь свободен.

– Ну?

– Он её снял. Но она ни к чему привязана не была. Гранату переместили куда-то в другое место. Такое впечатление, что она взорвалась в воздухе! Именно поэтому, не повезло и Марко, – кивнул собеседник командира на лежащего у крыльца покойника. – Стоял бы он, сидел или лежал – всё равно, осколки шли сверху. Поэтому и у Станко с напарником тоже не было никаких шансов…

– И кому мы обязаны такой ловушкой? «Стрижам»?

– Не похоже… они взломали бы дверь на втором этаже. Мы нашли открытое окно там, – махнул рукою в сторону торца дома Горги. – На подоконнике есть след ноги – кто-то выпрыгнул наружу. И окно потом прикрыл. Так, чтобы со стороны никто ничего не заметил.

– След?

– Смазан, прочитать невозможно, он торопился. Земля подсохла, значит, это было не сегодня.

– Но окно прикрыл… хотел вернуться? Зачем?

– Не знаю…

– Обыскать дом! Взломать все двери, которые заперты!

– Тут только одна такая и есть. Надо полагать, кабинет здешнего босса.

Через полчаса, разглядывая содержимое взорванного сейфа, Атанас Макулявичус никак не мог понять – почему у него на душе такое ощущение, словно его раздели до трусов в подпольном казино.

– И что ты хочешь этим сказать? – Чечен мрачно посмотрел на собеседника. – Что у нас народ занялся самодеятельностью? Рановато борзеть стали некоторые, как я погляжу!

– Ну, его после не видели…

– А что сразу не доложили?

– Так это… – замялся подручный. – Он же того… как-то с тобой…

– Не с ним – с папашей его я дела вёл! И никаких прав щенку это не даёт! Найти – и доложить! Мигом!

Собеседников словно ветром сдуло, а главарь грузно опустился на стул. Совсем народ от рук отбился… Вольницу почуяли? Ну, я вам покажу!

Информацию о том, что Ворон и Михей куда-то запропали, он получил ещё вчера. Но особо не взволновался. Не сосунки, чай. Михей боец опытный, просто так его не схавать. Ну, загуляли парни, бывает… Может, и бабу какую отыскали, тоже вполне вероятный вариант. Не все ещё сбегли, кое-кто прячется. Хуже если нажрались, тогда холодная обоим гарантирована!

С выпивкой в банде было строго. Только на базе – и без оружия! К чему приводит бесконтрольное пьянство, Чечен знал прекрасно. Именно поэтому ввел у себя жесткий полусухой закон.

Полусухой – в том смысле, что полного запрета на спиртное не предполагалось. Всю добычу подобного рода тащили в общак – Дымному. Тот, от природы спиртного в рот не бравший, к чужим страданиям подобного рода относился совершенно равнодушно. А пудовые кулаки отбивали охоту спорить хоть у кого.

Ежели у кого было желание поддать, так следовало постучаться к главарю. Тот, прикинув обстановку, чаще всего такую выпивку разрешал. Вот и шел счастливчик к хранителю спиртного, отдавал ему атаманскую записку и сдавал оружие. Всё, вплоть до ножей. Взамен получал желаемое, шёл в бар, к таким же осчастливленным – и вот там уже оттягивался! Хоть на рогах стой – но только тут! Охота кому в рыло дать – так и здесь никто не мешал. Но только на территории бара. И голыми руками.

Зато в банде не случалось пьяных перестрелок и поножовщины. Всех, в принципе, это устраивало. А для нарушителей и несогласных имелась «холодная» – глубокий подвал под бывшей пожарной частью. Температура там стабильно держалась на уровне плюс десяти градусов – не Сочи… Пара дней на этом пансионе способна протрезвить даже самого запойного пьяницу.

Но пропавшая парочка не появилась и сегодня – а это уже косяк! И отвечать за него, будь ты хоть Папа римский, придется!

Отдав приказ на розыск, атаман занялся повседневными делами. Если кто думает, что ремесло главаря банды – это синекура, он жестоко ошибается. Тут никакой «эффективный менеджер» и пяти минут не проживёт! Главарь должен быть самым умным и безжалостным среди всех этих волков. Но не только – один лишь ум и безжалостность ещё ничего не решали. Личная храбрость, способность повести за собой даже в самой тяжелой схватке – вот это уже солидная добавка к вышеперечисленным качествам. Звериное чутьё на опасность, нюх на добычу… да и много ещё чего…

Но он ничего не забыл – и уже к вечеру пред его очами предстали утренние собеседники.

– Ну?

– Михей на мине подорвался. В трех кварталах от избушки Кабана. Там мертвяк какой-то валялся – из закордонников. Так вот, его трупак и заминировали.

– Ворон?

– Тоже огреб – глаз ему выбило, да по ногам стегануло. Сразу не помер, метров триста отползти сумел. Ну… а там вечер, собаки…

– Оружие? Хабар ихний?

– Подчистили в ноль, тут с этим быстро. Вполне возможно, кабановы подручные и постарались.

– Что ещё выяснили?

– К купцу бродяга заходил – из одиночек. Приволок откуда-то медицину всякую. В целом всё, как всегда, но что-то там Кабан для себя нашёл… нормально с бродягой расплатился, что для него, в общем-то, несвойственно. Видать, одиночка этот и впрямь что-то полезное добыл.

– Ну и чего? Что мне с того бродяги? – не понял Чечен.

– Так вроде бы Ворон его тряхнуть собирался… За ним они пошли с Михеем, – вставил слово обычно молчаливый Лысый. – Видели их…

– Поймали?

– Должно быть, да… от Михея просто так не сбежишь…

– И где его тело?

– Дык… собачки, опять же… они там жрали кого-то, не шибко далеко от Кабана… может, бродягу того и схавали…

– Короче, собакам спасибо сказать надобно, так?

– Дык… так, вроде.

– Завтра, чтоб каждый по паре собачьих ушей приволок! Дымному сдавайте – он за это каждому сдавшему по стопарю нальёт! И это! Без фанатизма там! Ведра никому не обломится!

Первый нормальный сон всё равно был тяжелым. Что-то постоянно накатывало откуда-то из темноты. Оскаленные морды собак, глумливый хохот бандитов. И запах… Тот самый запах, который преследовал его все годы командировок. Запах умирающего города, развалин, сгоревшего жилья – оно благоухает совсем не так, как дым от костра на пикнике. Удушливая вонь мертвых тел и обугленной плоти. Тогда в командировках они глушили эти ощущения спиртом. А вернувшись домой, он не раз вскакивал ночью от того, что с улицы приносило ветром какие-то непонятные запахи. И тренированный мозг давал сигнал – опасно! Не идентифицировано! А это была обыкновенная сирень…

Но здесь, в обжитом и привычном месте, казалось бы, и сон должен быть спокойным. Ан нет… и он снова вскакивал с топчана, слыша в шуме ветра снаружи крадущуюся походку незваных гостей.

Пётр встал рано. Спустился вниз. Здесь среди поставленных на ремонт и техобслуживание машин разыскал поливочную цистерну. Чутье не обмануло – бочка оказалась заполнена водой почти под горловину. Натаскав наверх ведрами воду, выволок на крышу здоровенную лохань – в ней иногда отмывали растворителем снятые запчасти. Потратив целое ведро и немного «Фейри», обнаруженного в шкафу, отдраил лохань до более-менее приличного состояния. Наполнил водой и оставил греться на солнышке.

А вот теперь можно и перекусить…

Банка овощных консервов из старых запасов, пачка галет из пайка и пара конфет привели его в благодушное состояние. А подогретый на таблетке сухого спирта чай и вовсе заставил зажмурится от удовольствия.

Разложив на топчане трофейный боезапас, Беглец занялся подсчетами.

Всего имелся в наличии сорок один патрон. Пятерка пулевых, полтора десятка дроби «четыре ноля» и картечь. Волчья – 6,2 мм и кабанья – 8 мм. Волчьей было больше половины. Разобрал оба обреза, сбегал вниз за маслом и тщательно почистил оружие. После чего тозовка заняла свое место на балке, а «омоновский обрез» – в изголовье. Надо будет потом придумать какой-нибудь ружейный погон – таскать тяжелую хреновину в руках, разумеется, можно. Если только эти самые руки не заняты ещё чем-нибудь.

О!

Снова вниз, срезаем с машины ремень безопасности.

А теперь вспомним курсы кройки и шитья. Нитки были – целая коробка в шкафу. И пара иголок.

Угрохав на эти занятия три часа, он с удовлетворением осмотрел дело рук своих. Ружейный погон вышел малость корявый – зато прочный и функциональный. Из отрезков того самого ремня безопасности удалось соорудить ещё и два ременных патронташа на шесть патронов каждый. И даже на куртку присобачить парочку похожих – тоже на шесть патронов. Двенадцать штук на ремне, пять в магазине… даже если застанут врасплох (хоть верхом на горшке), то, подхватив обрез, можно будет дать нехилый отпор – боезапаса хватит. Двенадцатый калибр, на секундочку, это совсем не ПМ! Один выстрел – это восемь тяжелых картечин, приготовленных на кабана. На близкой дистанции – вообще тихий ужас. Здесь и калаш не пляшет против обреза. Привычка ходить со стволом даже в сортир вернулась с необычайной легкостью. Будто и не было трех прожито-пропитых лет. А уж спать со стволом в обнимку – вообще абсолютно естественное занятие. Как с любимой женщиной…

Однако вода, поди, уже нагрелась? Так и есть. Не Сандуны, конечно, но кто сказал, что лохань теплой воды – это не то, что сейчас нужно человеку для полного счастья?

А после мытья снова потянуло в сон, даже есть уже не так сильно хотелось.

И он, забывшись, наконец, крепким, без тревожных видений сном, не знал, что, плюнув на бесплодное ожидание, увел свой отряд из здания СЭС Макулявичус. Закончили отстрел собак на улицах бандиты Чечена – и по этому поводу на базе сейчас царило неприкрытое веселье.

Ничего этого не знал Беглец.

Он спал…

Забор был проломлен – надо полагать, бампером повалили. Ну, да – вот и следы колес… Пётр прислушался. Нет, никаких звуков, свидетельствующих о том, что здесь кто-то есть, не слышно.

Но пролом, вот он.

Зачем и кому потребовалось таранить забор гаражей? Спьяну или как?

Неизвестно. Но и сидеть тут долго не имеет никакого смысла.

Перехватив обрез, он быстро и бесшумно сместился под прикрытие забора. Нет, никто не окликнул и не выстрелил.

Пусто?

А вот сейчас и посмотрим…

Быстрый взгляд в пролом – никого. А теперь то же самое, но уже без спешки… пусто.

Некоторые ворота распахнуты, видимо, народ в спешке собирался. Вот и грузовик, что дырку проломил! Стоит себе, врубившись на полном ходу в стену гаража. Вон, даже дыра образовалась!

Осторожно обойдя машину, Беглец кивнул, всё ясно…

Лобовое стекло зияло сквозными пробоинами, дверца кабины распахнута, и на земле валяется труп водителя. Вот почему он не тормозил!

Быстрый осмотр покойника – пуст, карманы вывернуты. Да и лежит тут уже давно, пованивать начал.

Беглый осмотр пустых боксов тоже ничего интересного не дал. Так… мелочевка всякая. Конечно, если вдумчиво пошарить по гаражам и погребам, можно много чего отыскать, но тут без прикрытия фигово. Нырнёшь в такую вот яму – а на выходе тебя и встретят. И всё.

Нужный гараж почти в самой середине длинного ряда своих собратьев ничем особенным не выделялся. Глухие прочные ворота, маленькая калиточка с тяжелым замком. Так это навесной, а есть ещё и внутренние! Тоже не просто так всё тут оборудовано.

Но ломать замки открыто – глупость. Это заметят да ещё и услышат – не вариант. Если допустить такой неразумный поступок, то второй раз сюда уже не придешь – взломанную дверь неминуемо заметят. Но вариант имелся и здесь.

Обогнув линию гаражей, он подошел к небольшому боксу, что примыкал тыльной стенкой к нужному помещению. Замочек тут был хиленький, внутри стоял старый, давно уже недвижимый «Москвич».

Да и дверь тут самая обычная – деревянная. Поэтому вскрыть её большого труда не составило. Закрепив замок таким образом, чтобы со стороны не особо просматривался взлом, Пётр пробрался внутрь.

Обогнув старую машину, он удовлетворенно хмыкнул. Стена тут была чисто условной – лишь бы подпотолочные балки держались.

Кувалду он притащил с собой, а тряпок и здесь нашлось предостаточно. Поэтому удары получились не слишком уж громкими.

Не стесняемся ручками поработать! Не графья, чай!

Полчаса работы, и кувалда провалилась в дыру – есть!

Теперь не спешим… А вот этот кусок стены и просто плечом подтолкнуть можно, не бетон, поди, кирпичная кладка, она ударов кувалды не любит, трескается.

С шумом осыпались кирпичи, и беглец быстро обернулся, держа наготове обрез. Ждём…

Минута, другая… третья… Нет, никто ничего не услышал.

Луч фонаря высветил картонные ящики – есть попадание!

Перевалочный склад – один из многих. Отсюда выдавался товар на точки, именно в данное место они его и привозили с базы. Удобнее – и за аренду никому платить не надобно, гараж Остапу принадлежал. А он и сам точку держал. И отсюда же к себе возил.

Первый ящик обнадежил – сахар! Особенно ценно, его тут теперь фиг добудешь. Макароны, сигареты, спички и сладости – в соседнем штабеле. Подсолнечное масло, специи и банки со всякими «отвертками» и энергетиками – в другом.

Три ящика рыбных консервов. А вот мясных нет – вообще ни баночки, плохо…

Так, проблему с голодной смертью утрясли. Только на содержимом этого склада можно жить год, как минимум. А то и два. И на обмен кое-что есть. Ну, что ж, приступим…

Калитка торгаша противно взвизгнула петлями, и на улице появился очередной «торговый агент». Судя по опустевшему рюкзаку, мужик чем-то негабаритным затарился. Водка или боезапас – они много места не занимают.

Третий уже…

А вот охрана носа пока не кажет. Значит, будем ждать… Желания быть опознанным вторым охранником – напарником Михея, не имелось совершенно. Ничего, позиция тут у нас неплохая, дверь за спиною заперта, и любопытные собачки тихо не подойдут. И не собачки тоже.

В качестве замка Беглец использовал обыкновенный столярный бурав. В гаражах их удалось немного надыбать. И ввернутый через дверь в притолоку, он надёжно удерживал её от собак и сквозняков. Понятное дело, что плечом такой запор высадить можно – но и то, не с первого раза. А заряд картечи навстречу легко охладит пыл любого пихателя-толкателя.

Продукты имелись, с кровати в углу снят и брошен на стол матрац – можно ждать. Лежа на животе, Пётр сквозь кружевные занавески неплохо просматривал вход в купеческое гнездо.

Охрана сменилась к вечеру – и, как на грех, приперся именно тот самый напарник! Вот же мать его… Зато теперь понятно – они дежурят посуточно. Смена приблизительно в восемь часов. Значит, и до основного логова тут топать недалеко, навряд ли кто-то будет тут разгуливать в темноте.

Вопрос, в принципе, выяснен – нужный тип сменится завтра вечером. Сидеть тут более нет необходимости, можно топать в ангар. Как раз до темноты и успеем.

А вот эта ночь выдалась весёлой!

На соседней улице произошла неслабая заруба – перестреливались аж часов до четырех. Беглец, держа наготове оружие, прислушивался – нет ли желания у неведомых стрелков пройти ещё и через его место пребывания.

Но, слава Богу, народ, по-видимому, упорно желал отбить именно эту улицу. За каким фигом, честно говоря, Пётр понять не мог. Не один ли хрен, на какой именно улице помирать? Затихла перестрелка только под утро.

Выждав ещё пару часов, он выскользнул из ангара.

Осмотр места боя ничего интересного не дал – трупы, оставшиеся лежать на улице, были тщательно обшарены, и всё интересное победители утащили с собой. Кстати, любопытная деталь! Помимо уже известной ему забугорной конторы, добавилась и новая – уже насквозь отечественная. Сильно сомнительно, чтобы иностранцы стали носить шеврон с оскаленной медвежьей мордой. Это уж чисто родной прибамбас…

И снова знакомая улица, снова привычная наблюдательная позиция.

Ближе к вечеру лязгнула калитка, и за воротами появилась сменившаяся парочка охранников. Знакомый мордоворот выглядел довольным и благодушным.

Ну, что ж, родной я рад за тебя – день, надо думать, вышел неплохим…

Негромко переговариваясь, оба бандита топали вдоль домов. Не по центру улицы – пуганые!

Прикрыв за собою дверь и убрав бурав в карман, Беглец неторопливо двинулся следом. Нам тоже спешить некуда…

Таким макаром они прошли около трехсот метров, как вдруг справа бабахнул выстрел! Негромкий, явно не автомат или обрез.

Отчаянно забрехали собаки.

Оба бандита тотчас же вскинули оружие и повернулись в сторону шума.

А вот это – шанс!

Громко шарахнул «омоновец», выбросив из укороченного ствола здоровенное полотнище пламени. Не весь порох успевал сгореть в обрезанном стволе…

И ещё!

С визгом рванулась вдоль улицы картечь, снося всё на своем пути.

Мордоворота швырнуло вперёд, его оружие вывалилось из ослабевших рук.

А вот теперь – ходу!

Домой!

А сюда уже потом придём. Когда шум-гам затихнет…

– Давно тебя не было! – ухмыльнулся Кабан. – Я уж думал – всё, закопали где-нибудь.

– Приболел…

– Так у тебя же аптечки есть!

– Были! Теперь – у тебя они.

– Продать?

– Пока обойдусь…

– Чего принес? – деловито осведомился купец.

– Сахар. Возьмешь?

– Сколько?

– Пять пачек. Вот это ещё… – о прилавок стукнули банки с «отверткой» – упаковка. Рядом Беглец поставил десяток банок с «Рэд Буллом». Пять пачек макарон, две бутылки подсолнечного масла.

– Квартиру какую-нибудь обнёс?

– Ларек…

– Ну… – почесал в затылке торгаш. – Неплохо, конечно… но много не дам! Сам понимаешь…

– Понимаю, – кивнул Пётр. – А что надо-то?

– Медицину тащи – она всегда в цене! Продукты, конечно, тоже нужны… но лекарства завсегда дороже будут.

– Хех, сказал! Больницу-то, надо полагать, ещё когда обнесли!

И начался торг… В итоге, весь притащенный товар ушёл за три пачки картечи, бинокль, брезентовый плащ и портативный бензиновый примус. Дело в том, что в стоящих в ангаре машинах, имелся бензин – литров триста, в общей сложности. Девать его было некуда, ездить по городу явно не стоило, а так – хоть горячая пища будет, уже неплохо. Для отвода глаз попросил ещё и литр топлива к новому приобретению – торгаш выдал две пластиковые бутылки.

– Номер твой пока подтверждаю! – веско сказал Кабан. – Но смотри, если дальше так работать станешь… можно и вниз сползти!

– Учту, – кивнул Пётр.

А вот теперь самое главное – уйти!

Входя в дом, он продемонстрировал охране отсутствие оружия. Как в прошлый раз – топорик и нож. Ничего дальнобойного.

Но про магическую цифру – пятьдесят метров, помнил хорошо.

Именно поэтому, отойдя от калитки всего пару метров, он кубарем ушел в сторону, сваливаясь в промоину. Именно там ещё с раннего утра и был заныкан тозовский обрез. Для такого дела он был вытащен из тайника на балке и аккуратно упакован в полиэтиленовый пакет. Сбрызнутый бензином, который должен был отпугивать слишком любопытное зверье – не любит оно этого запаха…

Тащить с собою хорошо узнаваемое оружие мажора он не стал, проще было уж самому написать плакат – «Я угрохал ваших парней!» и повесить его на грудь. По этой же причине и купленный товар был не слишком тяжел и объемен, чтобы удобнее было с ним передвигаться и кувыркаться. Главное – отойти от здания купца, а уж там-то посмотрим… А по дороге ещё что-нибудь интересное отыскать можно, не просто так мы ещё один тайничок оборудовали, ждёт там своего часа и «омоновец».

Щелкнули взводимые курки – теперь мы готовы всерьёз с кем-нибудь побеседовать!

Да вот только желающих нет…

Не лязгнула калитка, и не выскочили из неё бравые разбойнички. Что, совсем не интересен вам бродяга-одиночка?

Нет… не представляет особой ценности такой человек…

Ну и хрен с вами, ребята… всё целее будем.

Бах!

Эхо выстрела ещё гуляло под сводом ангара, а Пётр уже был на ногах. Автоматическим движением он подхватил обрез, лязгнул затвором, загоняя в ствол патрон. И привычно дозарядил магазин ещё одним – пятым. Патрон из ствола он всегда на ночь вытаскивал и спускал курок, чтобы не ослаблять боевую пружину. И только потом запрыгнул в брюки и сунул ноги в берцы. А уж накинуть куртку – и вовсе секундное дело. Он не стал выскакивать из клетушки, заполошенно паля во все стороны, – сначала прислушался.

Что-то происходило во дворе, какая-то непонятная движуха. Кто-то двигался, причем все время натыкаясь на различные железяки, которые Беглец предусмотрительно раскидал в самых разных местах. Сильным препятствием для продвижения они не стали бы, но вот шумовой эффект создавали – и приличный.

Осторожно выскользнув на крышу, Пётр плавно продвинулся к её краю. Отсюда он мог накрыть огнем большую часть двора, причем стреляя из наиболее выгодного положения – сверху.

Снова шум… Кто-то невидимый пока в темноте передвигался к пристройке – там был один из входов, которым пользовался и сам Беглец. Вывод?

Этот человек может знать про данную дырку. А может и не знать и попросту хотеть там укрыться.

Бах! Бах! Бах!

Это от входных ворот!

Преследователи?

Очень даже возможно…

Прямо под ногами блеснула неяркая вспышка – грохнул выстрел. Уже в сторону ворот.

Это ещё не делало стрелявшего автоматически союзником, но какие-то теплые чувства к нему уже появились.

Преследователи тотчас же ответили, внизу противно взвизгнули пули.

Теперь убегавший ломился к пристройке напрямик, особо не маскируясь. И со стороны ворот это действие приветствовали дружной пальбой. Кто-то уже бежал через двор, стреляя на ходу.

– Анчар – фас!

Знакомый голос!

Да и кличка эта… Анчар – так звали здоровенного кобеля, который жил у Мишки дома. Серо-черный немецкий овчар, которого Мишка всё время старался забороть. Пробовал это дело и Пётр, но быстро отказался – собак был слишком силён.

Посреди двора кто-то завопил нечеловеческим голосом. Похоже, кобель добрался до своей цели.

Так внизу сейчас Миха? Именно он пробирается ко входу в ангар?

Перебежав по крыше, Беглец соскользнул вниз – на пристройку. Теперь вход у него под ногами, и каждого, кто захочет сюда войти, ждет «приятная» неожиданность.

Затрещали выстрелы – уже совсем рядом. Кто-то вскрикнул внизу.

– Гаси его! – какой-то незнакомый хриплый бас.

Плюнув на всё, Беглец включил фонарь.

Хоть и Китай, а штука оказалась вполне себе на уровне – яркий луч выхватил из темноты сразу двух человек. Один, стоя на колене, перезаряжал оружие и смотрел вниз. Поэтому его ослепить не вышло. А вот второй вскинул руку, закрывая глаза. И всё бы ничего – но в руке был зажат пистолет!

С тебя и начнём!

Гулко бахнул «омоновец» – и парня с пистолетом снесло. Пятнадцать метров – детская дистанция для такого ствола. Клиент грохнулся на спину, безвольно раскинув руки. Готов!

Опустив ствол на пару сантиметров, Пётр выстрелил ещё раз – и второй человек скорчился на земле, зажимая простреленное брюхо.

Справа сверкнули вспышки – и пули противно взвизгнули над головой.

Бу-бух! Бу-бух!

Рванулась с крыши ответная картечь.

Погасив фонарь, Беглец катанулся по крыше, затолкнул в магазин новые патроны.

Снизу неуверенно пальнули.

Ориентируясь по вспышкам, он выстрелил в ответ четырежды, каждый раз смещая ствол на пару-тройку сантиметров. При таком разлете картечи, что давал на этой дистанции обрез, накрывался весьма приличный кусочек двора!

– А-а-а! М-мать твою!

Похоже, попал…

Снова дозарядив оружие, Пётр подкатился к краю крыши. Тут внизу лежала пустая катушка из-под кабеля. Старая, ей уже сто лет в обед. Но как вариант спуска – вполне на своём месте. Под ногами скрипнуло дерево – и со двора тотчас же выстрелили. Жив, падла? Не переживай… это временно…

Уж свой-то двор он знал хорошо, и вполне теперь мог определить, что стрелок засел за пустым контейнером. Тот очень даже неплохо резонировал, когда злодей стрелял по крыше. Лопух… голову включать хоть иногда нужно! Впрочем, тебе уже не нужно!

Бу-бух!

Он стрелял параллельно стенке контейнера с таким расчетом, чтобы свинцовые «подарки» неминуемо стеганули бы неведомого злодея по ногам. Сидит он или стоит, неважно – они всё едино на земле.

Ответный вопль послужил подтверждением попадания.

Фонарь!

В ярком луче виден согнувшийся человек…

Бу-бух!

Фонарь долой, магазин дозарядить…

Быстро пробежавшись по двору, он убедился – живых нет. Некому выстрелить в спину.

Возвращаясь к пристройке, окликнул – «Миха!»

– Пётр?

– Тут я! Не шарахни там с перепугу-то!

– Так это… там…

– Нет уже никого – скопытились! Ты сам-то как?

– Фигово…

Дело, действительно, было плохо – пару пуль друг схлопотал. И если первая пробила ногу, то вот вторая… Присев на корточки, Беглец только головою покачал. Ранение в живот…

– Слышь! Я мигом!

Бегом взлетев по лестнице, он выдернул из тайника самую крутую аптечку из всех, что только были на складе. Врачебный комплект, не фельдшерский, здесь всё серьёзно. Тут тебе и обезболивающие и стимуляторы…словом, то, что нужно.

Спустившись, без лишних слов вколол Михе сразу два шприц-тюбика. Перевязал раны. Вроде всё… Сейчас ему малость полегчает.

Движение слева!

Кубарем он укатился под стену, вскидывая обрез.

– Не стреляй! Это Анчар!

И действительно, через порог вполз тёмно-серый собак. Так… ещё один пациент…

– Он мне руку не оттяпает?

– Анчар! Свой!

Кобель подполз к хозяину и положил здоровенную голову на колени. Да уж… досталось ему. Ножевой порез груди, простреленная лапа… да и по башке чем-то саданули.

– Мих! Ты попридержи его…

– Сколько смогу.

А голосок-то ожил! Блин, чего только пихают в эти аптечки?

Трудно сказать, как подействует на кобеля обезболивающее… но вариантов нет.

– Слышь, кольни его сам, лады?

Пес дернулся, но больше никак не отреагировал. Плохо дело… видать ему здорово досталось.

Выждав несколько минут, Беглец присел теперь и над собакой.

«Ладно, что хоть зашивать ему рану не нужно, а то спец по таким вещам из меня хреновый. Лапы, слава Богу, целы, а то б я тут замучился ему шину накладывать» – проскочила в голове шальная мысль.

А вот промыть и заклеить порезы и прочие «радости» медицинским клеем – это мы можем… бинт кобель всё равно сорвёт.

Примерно через час он облегчённо откинулся на стену – всё… Не в том смысле, конечно, что сделал всё, что нужно, нет.

Сделал то, что реально мог, – не врач всё-таки. Тут другие руки нужны. Заточенные не под смертоубийство, а под лечение.

А Миха задремал – подействовали укольчики-то! И собак его забылся.

Ну и ладушки, а мы пока другим делом займёмся – тоже, между прочим, немаловажным.

В темпе обшмонав всех мертвяков и свалив найденное в кучу, он накинул на себя куртку одного из покойников и взвалил на плечи первое тело.

Тяжелый, черт…

Путь его лежал недалеко – на ту самую улицу, где недавно произошла перестрелка. Парой жмуров больше, парой меньше – никто и не разберёт.

После второго он присел передохнуть, упарился, да здоровье ещё толком не восстановилось. Это на курок нажимать – особых сил не требуется. А вот мертвяков таскать…

Но так и ли иначе, а через пару часов и этот неприятный процесс был благополучно завершён. Периодически отвлекаясь от трудов по перетаскиванию, он заглядывал в пристройку, как там раненые?

Спали оба – видать лекарство в шприц-тюбиках и впрямь было слонобойным. Вот уж успокоительное! Один раз – и на всю жизнь!

Закончив работу по уничтожению улик, он ещё раз осмотрел двор. Окровавленная куртка напялена на прежнего владельца, а своя вернулась на плечи. Чистая – не просто так он брал одёжку у покойника. Уже светало, и в фонаре надобности больше не было. Ну… сойдёт для сельской местности… надеюсь, Миха там никому не проболтался, куда именно он собирается заглянуть?

Ещё раз оглядев подопечных, он прикинул – затащить Михаила наверх не выйдет, по такой узкой лесенке его не поднять. Ладно, оборудуем лежак тут – вон, в закутке за грузовиком и уложим. И для собаки что-нибудь соорудим.

Покормить бы их… но друг ранен в живот! И что надлежит делать в таком случае? Кормить – точно нельзя, это он помнил. А вот поить – так вроде бы и можно? А собаку сварим макаронов – их наверху достаточно. Рыбы банку – всё сожрёт!

Закончив оборудование лежака, перетащил туда раненого – тот всё ещё был в отключке. Хорошо это или нет?

Да, черт его знает…

Кобель – вон вообще без задних ног!

Ладно, а теперь можно и трофеи оприходовать.

У Мишки был старый «ТТ», и в магазине ещё оставалось два патрона. Негусто… Ничего, у супостатов такое оружие было, вот мы магазин-то и пополним.

Наган и десять патронов. Господи, да где ж раскопали-то такую древность? Ему же лет сто, небось! И точно – на рамке обнаружилось клеймо – 1913 год. Охренеть… так он вообще дореволюционный, получается? Раритет!

«ПМ» – ну, тут всё понятно… Двадцать один патрон – тоже нефигово.

Ижевская двустволка-горизонталка. Этого клиента завалил Миха, за что ему персональное спасибо! А то бы нас тут по дворику-то погоняли…

Четырнадцать патронов – дробь и пули. Двенадцатый калибр – хорошо!

Пистолет-пулемет «Кедр». Три снаряженных магазина и один полупустой. Гадость, если откровенно… да ещё и в чоповском исполнении, очередью не стреляет. На продажу!

Ещё один «ТТ» и полтора магазина.

Всё, вот и закончились приятности.

Сигареты и табак – однозначно, на обмен. А вот спички и зажигалки прикарманим. А больше в карманах ничего не нашлось – и это наводило на нехорошие мысли. Налегке парни вышли, стало быть, долго гулять не собирались. И еды с собой нет. Есть, значит, у них место, где можно поспать и пожрать. Зато имеются рюкзаки – вместительные и пустые. Что-то собирались принести?

Кстати, и у Михаила с собою ничего нет. И как это понимать? Вместе шли? А чего ради пальба началась?

Первым в себя пришел кобель. И глядя на то, как его колбасило, Беглец усомнился в том, что идея вколоть ему обезболивающее, была правильной. Слава Богу, что сил у собака было ещё немного, и вскоре он затих.

А почти сразу после этого очнулся и Миха.

– Пить дай…

– Держи! – минералки наверху хватало.

Сделав несколько глотков, друг выронил бутылку. Вода пролилась на пол.

– Ох…

– Забей! Ты как?

– Фигово… горит всё внутри. Слышь, ты это… кольни ещё разок?

– А можно? Шприц, как видишь, дюже неслабый оказался! Копыта бы тебе с такой дозы не откинуть!

– И то верно…

– Ты где был-то всё это время?

– Долго рассказывать.

– Спешишь куда-то? – хмыкнул Беглец.

– Нет…

Миха чуток перевел дух, ещё раз глотнул воды.

– Сюда слухай… Мэра нашего помнишь?

– Которого? Я и на выборы эти не ходил вообще-то!

– Да… В общем, оказался этот гадёныш полной падлой! Да и губер с ним заодно… Ты в своей конторе вообще от мира ушёл и не знаешь! – сплюнул на землю Михаил.

Ой, бли-и-ин… А плевок-то кровавый!

– Ладно… – перевел дыхание товарищ. – Слушай сюда…

Область и город были когда-то выбраны новым «локомотивом». Каковой должен был дать долгожданный импульс развитию экономики. Для этой цели и была образована особая экономическая зона. Принят ряд постановлений, облегчающих ведение совместного и чисто иностранного бизнеса. Сделаны существенные послабления в налоговой сфере и прочих, связанных с производством и научными исследованиями, законах.

Первое время всё шло вяло. Потом… Потом появились инвесторы. И надо сказать, что это были весьма серьёзные дяди. Во всяком случае, те законы, которые надо было принять на той стороне границы – приняли прямо-таки с рекордной скоростью.

В область рекою потекли инвестиции, стало развиваться производство. Лихорадочными темпами строились новые предприятия и реконструировались старые. По этому поводу в правительстве страны было настоящее ликование. Столько лет под всякими санкциями… хоть кто задолбается!

Странное дело – но в городе появилось множество народа, ранее проживавшего в центральных городах. И можно ещё было понять, когда приезжали научные работники и инженеры, – но вот появление здесь всевозможной «креативной» молодежи… они-то что тут потеряли? Сменить столичную прописку на областной центр?

Всё выяснилось на выборах. Именно благодаря голосам «новых» городских жителей мэром стал их сторонник.

Молодой и амбициозный, он сразу же вступил в конфронтацию с центром. Как ни странно, но его поддержал действующий губернатор.

Цели были заявлены самые благородные – развитие города в ногу со временем. Западные компании, которые работали в городе, получили режим наибольшего благоприятствования. И первыми, кто почувствовал это на своей шкуре, стали отечественные производители – им такого режима никто устанавливать не собирался. Все тендеры на распродажу или получения права на что угодно всегда выигрывали иностранцы. Нет, внешне-то всё было обставлено вполне законно и благопристойно. Ну да, учитывая, чьим сторонником был мэр… Дошло уже до того, что на улицах стали появляться вывески на английском языке. Мол, иностранным гражданам некогда учить русский язык – работать надо!

А после нескольких случаев вооруженных грабежей (виновных, кстати, так и не нашли) было принято постановление, разрешающее заводить на иностранных предприятиях свою охрану. В полном соответствии, разумеется, с нашими законами. Ну, поговорку про дышло у нас много кто помнит и сейчас…

Первой такой охранной конторой явилась некая «Росомаха» – и именно её и изобразили на своих шевронах бравые охранники импортного розлива. Следом появились и прочие, которых по аналогии с первой фирмой тоже стали звать «Росомахами».

Вполне понятно, что и чисто российские предприятия не остались в долгу, – на их проходных тоже появились крепкие парни в черной форме. У этих на эмблеме красовался летящий стриж – и все охранники, независимо от охраняемых объектов, принадлежали к одной конторе. Здесь существовало некое единоначалие.

Не остались безучастными и спецслужбы – на некоторых особо рьяных «инвесторов» возбудили уголовные дела. Кое-кого даже успели посадить!

Естественно, что это вызвало волну возмущения за границей. Благо, что идти было недалеко – с десяток верст. Зашлась в истерике пресса. Вся сразу – как западная, так и часть отечественной.

Уж чего-чего, а денег у инвесторов хватало… купили многих.

Но затормозить государственную машину оказалось слишком сложно. Это раскочегарить её – песня долгая. Зато уж остановить «асфальтовый каток» государственного механизма – задача, порою нерешаемая.

Неизвестно, чем всё кончилось, но явившийся с обыском на очередное предприятие ОМОН «импортная» охрана встретила огнём.

И вот тут наподдало…

Мэр города, поддержанный изрядным количеством «избирателей» (свой же!) обратился с призывом к иностранным государствам. Он просил помощи, ссылаясь на беспредел силовиков.

МИД России выступил с гневным опровержением. Специальным указом болтуна отстранили от должности, а в город выехала следственная бригада из центра.

Западные страны высказали недовольство, на что министр иностранных дел ответил весьма нелюбезно, посоветовав не совать нос во внутренние дела суверенного государства.

Трудно сказать, было ли всё произошедшее после случайностью…

Но на биохимзаводе, принадлежащем очередному инвестору, что-то вдруг бабахнуло. И почти немедленно с огромной скоростью по городу разнеслись самые жуткие слухи. Население рвануло в бега.

Причём, часть народу по давней привычке двинулась внутрь страны. А некоторое количество «креативного» класса побежало туда, куда звала душа, – на Запад. Там встретят и обогреют…

Встретили.

Граница оказалась наглухо перекрыта воинскими подразделениями. Заражённых неведомо чем людей (пусть даже потенциально зараженных) никто у себя видеть не хотел. А может быть, там что-то такое знали о возможном заражении…

Толпа надавила – и смела пограничную охрану РФ. И тогда открыла огонь погранохрана с той стороны… Досталось и нашим пограничникам, иностранные погранцы лупили по всем подряд. Спасаясь от пуль, народ рванул во все стороны. В том числе – и назад. А навстречу им из города пробивалась охрана иностранных предприятий, спешно эвакуируя что-то важное и ценное. Никакие кордоны внутренних войск их не волновали – приказ!

Но противоположные по смыслу приказы были и у тех, кто стоял на кордонах. И грянули пулеметные очереди. С обеих сторон.

Отстреливавшиеся охранники отступили. В эфир полетели просьбы о помощи – и с той стороны границы ударили загодя подготовленные группы головорезов.

Им никто особо и не мешал – пограничники расступились, пропуская ударные группировки наемников. И сомкнулись вновь, отрезая их от границы. А следом уже рычали моторами танки – Россия выдвинула в район границы целую танковую дивизию.

Прорвавшиеся в город деблокировщики оказались в надежном кольце…

Спешно собравшийся на экстренное заседание Совет Безопасности ООН остановил войну буквально в последний момент – уже разворачивались вблизи границы ударные части. И судя по той скорости, с которой эвакуировались жители соседних городов, надежды на то, что этот удар смогут остановить, не было ни малейшей.

Вокруг Таркова выросла сплошная цепь блокпостов и подвижных патрулей. Возможный выход из города перекрыли накрепко. Игнорировать угрозу заражения не мог никто. Сменив пограничные части соседей, встали на границе войска ООН, наглухо перекрывая путь возможной заразе в Европу. И в отличие от российских частей, они стреляли не раздумывая – слишком велик был страх.

Со временем и там и здесь появились представители ОБСЕ. Как-то же нужно было поддерживать контакт между всевозможными подразделениями разных стран. А, учитывая полное и абсолютное недоверие российской стороны к соседям… и тем, кто стоял за их спиной…

Судя по некоторым моментам, подобное развитие событий сюрпризом для Запада не стало. Слишком уж быстро и согласованно выдвинулись некоторые части и подразделения… Да и истерические призывы мэра города, тоже как-то уж единогласно были поддержаны западной прессой. К чему-то похожему готовились… вот только ураганной реакции России никто не смог предугадать.

– Да уж… обрадовал ты меня! – покачал головою Беглец. – Сталбыть, в котле сидим?

– И крышку прихлопнули…

– А ты-то сам как? И что это за гаврики по твоим следам припёрлись?

– Банда это… Гришки-радиста.

– Не знаю такого. А как они тебе на хвост сели?

Мишка снова вздохнул и попросил воды.

С наступлением тяжелых времён, жизнь в городе стала и вовсе «веселой». Откуда ни возьмись, появились всякие банды и группировки. Самое интересное, что большинство из них уже имели налаженную и отработанную структуру. Просто раньше они занимались «благородным» делом – контрабандой и банковским мошенничеством. Благо, что городские власти по странному совпадению смотрели на это сквозь пальцы. Естественно, пока группировка не начинала наглеть – здесь её быстро подводили под полицию. Откуда-то вдруг появлялись свидетели и убедительные доказательства. И вскоре все городские жулики и воры смекнули – возьми в долю власть (в виде конкретного чиновника) и проблем станет меньше.

В меньшей степени это касалось грабителей, но и с ними нашли общий язык. Вне города – хоть на ушах стойте. Но в пределах окружной дороги – тишина и благодать! Никому не позволено подрывать репутацию благополучного места! Парочка показательных рейдов – и бандиты присмирели. А то, что творилось на территории области, мэра не чесало совершенно.

И вдруг всё рухнуло.

Запершись на охраняемых объектах, ощетинились стволами частные охранные структуры – как местные, так и пришлые. Куда-то враз исчезли с улиц полицейские. По правде сказать, их и было-то не слишком много…

Не стало снабжения – вообще никакого. Свет, вода и канализация внезапно стали недостижимой роскошью. Правда, значительная часть горожан, всё-таки успела эвакуироваться. Очень многие погибли при попытке прорыва на Запад.

Но кое-кто остался. По самым разным причинам. Боязнь потерять нажитое здесь была далеко не на последнем месте. Бросить свой домик, хорошую квартиру… а жить-то как? Да и благодаря городским средствам массовой информации значительная часть обывателей традиционно сомневалась во всём, что только ни исходило из официальных каналов. А уж «креативный класс» этого не воспринимал в принципе. Они и не поверили призывам к эвакуации. А когда внезапно убедились в том, что это не шутки, – кордоны уже стали заворачивать людей назад…

– Вот так и стало… Хочешь жить – иди к «Бродягам», в банду. Там накормят, дадут кров, но отрабатывать заставят.

– К «Бродягам»? Кто это?

– Все мы. Те, кто не военные и не наёмники.

– То есть?

Миха облизал пересохшие губы.

– У тех всё просто. Те, кто под забугорниками ходил, объединились с теми, кто пытался устроить им прорыв через кордон. Местных к себе не берут, не доверяют. И правильно, в общем, делают…

– Ага… видел я их шеврон…

– Их всех кличут юсеками. Что это или кто это – не знаю. Наши же – в подавляющем большинстве вояки либо десантура. Отставные, естественно. Сидят на тех заводах, что раньше охраняли. Там у них такой Верден – закачаешься! Зовутся они «Стрижами».

– И этих видел. Тоже, надо думать, чужаков не жалуют, – кивнул Пётр.

– Ну, вот… так и я к Гришке попал. Там порядок простой – сдай свои нычки и живи. Больше сдал – лучше жизнь. Нечего сдавать – докажи свою ценность иным путём. Можешь кого-нибудь убить – из числа конкурентов или врагов.

– Что тебе отмерили?

– Завалить охрану купца – он под чужой крышей ходит. А как начну, так и прочая братва подоспеет. Дали пистолет с одним магазином – воюй!

– Что за купец такой?

– Лесная, дом семь. Никитой зовут.

– А ты, значит, решил в отрыв…

– Так мимо ангара же идём! Тут ни одна собака бы не нашла! Выбрал я момент, стрельнул – и ходу! – возбуждённо проговорил старый друг.

Ой, что-то румянец у него нездоровый…

– Ладно уж… стрелок! Лежи, поправляйся! Жмуров я со двора наладил, сюда их дружки прийти не должны.

Забот сразу прибавилось. Нормально было с едой – её пока хватало. Сделав пару ходок в гараж, Беглец притащил оттуда ещё несколько пакетов с собачьим кормом, решив тем самым проблему кормления Анчара. Ну, пока решив.… А вот что делать с Мишкой, как его кормить?

А ему день ото дня становилось хуже. Не сильно помогало и обезболивающее, теперь его приходилось колоть чаще. Кобель теперь всё время лежал около хозяина, уложив здоровенную башку на лапы и чутко следя за любым его движением. Вот Анчар-то поправлялся быстро, не зря говорят – заживает как на собаке!

Пётр прекратил все свои вылазки и целыми днями сидел около товарища. Поил его сваренным из консервов бульоном, как мог, выхаживал. Собак молча наблюдал за его действиями, не делая никаких попыток помешать. Его раны, слава Богу, обрабатывать больше не приходилось.

А на улицах текла своя жизнь… Кто-то постреливал, разок что-то серьёзное подорвали – словом, всё, как обычно. Но в ангар никто не заглядывал. Слишком уж затрапезно тот выглядел.

Пользуясь затишьем, Пётр слил бензин из автомобилей, использовав все ёмкости, какие только разыскал. Вышло его неожиданно много – литров четыреста с гаком! Если его расходовать только как заправку для примуса – ресторан можно открывать!

Проснулся он от того, что услышал собаку. Анчар плакал – именно так можно было описать те звуки, что он издавал. Скулеж… или тонкое подвывание – но Беглец воспринял это именно как плач. Спрыгнув из кузова грузовика, где он последнее время спал, не поднимаясь наверх, он подбежал к товарищу. Руки у Мишки были уже холодными…

Похоронил он его в углу двора, земля тут была относительно мягкой, и могилу удалось выкопать сравнительно легко.

Присел у изголовья: «Эх, Мишка, Мишка… каким бы ты ни был при жизни, но умер как человек. Как настоящий человек!»

Анчар, глядя на Петра большими глазами, не проронил ни звука. С того момента, как он опустил тело хозяина в землю, пес замолк и никак на происходящее не реагировал.

– Тут лежать будешь?

Собак не ответил.

– Ну, я тебе еды сюда принесу…

И опять – ни звука в ответ.

Купеческая контора выглядела… На ум пришло старинное слово – лабаз. Почему именно оно? Да, черт его знает. Но вот именно на лабаз это строение походило более всего. И охранник тут стоял на улице, не внутри сидел. Для этого был оборудован навес и легкая загородка с калиткой в ней.

Хотя процедура досмотра проходила похожим образом. Предложив повесить двустволку на специальный гвоздик, страж ощупал карманы потенциального покупателя. Заставил выложить на специальный столик и патроны к ружью.

– Что там? – кивнул он на сумку.

– Оружие. На продажу.

– Предъяви!

И на что тут рассчитывали бандюки Гришки-радиста? При таком-то контроле? Проверив отсутствие боеприпасов к продаваемым стволам, караульный чуть смягчился.

– Тебе туда! – и в стене приоткрылась дверь. Интересно, стало быть, за процедурой досмотра наблюдал ещё кто-то? Ведь сам охранник и с места не двинулся.

Коридор. Никаких решеток.

А вот в конце, там, где он сворачивал почти под прямым углом, в стене чернела амбразура. И оттуда явственно пахнуло табачным дымом.

Вот и второй охранник нарисовался… там он сидит, больше негде. Да и кладка свежая, недавно такую загородку соорудили.

Никита оказался полной противоположностью Кабану. Худощавый и с правильными чертами лица.

– Номер? Если есть, конечно…

– Триста четырнадцать.

Купец скосил глаза куда-то вниз, пару минут молчал.

– Годится. Что принёс?

Выложив на прилавок «Кедр», «ТТ» и магазины к ним, Пётр добавил ещё несколько аптечек. Парочку – уже вскрытых, что сразу же было отмечено Никитой.

– Что так?

– Пришлось использовать. И ещё – лично для тебя инфа есть.

– А именно? – скептически скривил губы торгаш.

– Тебя хотят грабануть. Группировка Гришки-радиста. Он послал для этого группу, но им сильно не повезло – попали в засаду. Но я так думаю, что у него это не единственные отморозки были.

– Откуда знаешь?

– Одного не сразу убили, он смог уползти в сторонку. Там я на него и наткнулся утром. Махнулись – я ему шприц, а он мне инфу. Так и договорились. Пока он рассказывал, я его и колол…

– И дальше что?

– Да помер он вскорости.

Купец побарабанил пальцами по столу.

– Ну… А ещё что он сказал?

– Тебе не интересно будет.

На этот раз пауза подзатянулась.

– Ладно. Проехали. Что хочешь за это добро?

– Ствол нормальный нужен. С глушаком, если есть. Бинты. Ну и патроны к стволу, сам понимаешь…

– С глушаком? Трудно с этим будет… – призадумался торгаш.

Он поднялся и ушел куда-то внутрь помещения. Отсутствовал достаточно долго. И вернувшись, положил на прилавок тяжелую брезентовую сумку.

– Вот. Ничего другого нет. У меня тут не арсенал, если хочешь знать.

«Кипарис» – знакомая машинка. Три магазина на тридцать патронов, один на двадцать. Отдельно, в специальном кармашке глушитель. Ремешок, чтобы носить на плече.

– Патронов дам на два магазина. И бинтов пять штук. Извини, но на большее ты пока не заработал.

– А…

– И номер тебе меняю – на полсотни сразу, цени!

Двести шестьдесят четыре, стало быть? Ну, что ж… и то хлеб.

Пётр проверил оружие, передёрнул затвор, нажал на спуск. Вроде бы всё в норме… Убрал в карман бинты и повесил сумку с «Кипарисом» на плечо.

– Патроны тебе на улице отдадут.

Разумная мера предосторожности, неплохо у него это тут организовано. Значит, помимо двоих охранников, есть и ещё кто-то, кто выполняет такие поручения.

Ветер?

Не похоже… он не бывает настолько постоянным. Всегда есть какие-то периоды затухания или, наоборот, повышения, порывы всяческие… А здесь движение постоянное, я бы даже сказал, что регулярное.

Не катит. Не бывает в природе постоянства, это только человеку свойственно. Или какому-нибудь механизму – но и они тоже порождение рук человеческих.

И какой тут, спустя почти два месяца, к чертям собачьим, механизм? На чём, интересно знать, он работает? На пердячем, извините, паре?

Кр-р-р… кр-р-р… кр-р-р…

Чок!

Кр-р-р-р-р…

И всё повторяется.

Беглец прислушался.

Нет, без людей тут точно не обошлось… Вон, слышно даже тяжелое дыханье. Возня какая-то…

Перекатившись к пролому в заборе, он осторожно туда выглянул.

И всё встало на свои места.

Группа людей копошилась около опрокинутого набок джипа – ставили его на колёса, подперев двумя реечными домкратами. Есть такие – здоровенные и длинные, почти по полтора метра. Возят их, как правило, прикрутив к багажнику на крыше, ибо здоровенная дура не влезает в салон.

Вот ведь народу делать нечего… И за каким фигом им сдался этот агрегат? Куда ехать-то собрались?

Сплюнув с досады, он повернулся, чтобы уходить.

Не его дело встревать с советами. Тем паче, что кое-кто из этой толпы вооружён. Правда, ведут они себя, как полные бараны. Не выставили охраны и вообще по сторонам не смотрят. Ну, нельзя же быть настолько безмятежными и благодушными идиотами!

За стеною стукнуло – и он задержал ногу на полпути. Ветра нет, и падать камням совершенно не с чего. А сами по себе кирпичи не катаются – должна быть причина. В виде человеческой ноги, например… «Омоновец» сам по себе оказался в руках. Большой палец привычно сдвинул предохранитель

Давай, родной, высунь рыло… мы тебе его враз разукрасим. Красивыми красными кровяными разводами и отвратительными дырами от картечи в упор. А что поделать, нет в жизни совершенства! Кровь отчего-то сама по себе наружу не течёт, требуется посильная помощь в виде картечного заряда, чтобы сделать нужную дырочку. Тут все сначала стреляют, а потом уже думают – я тоже не исключение. Как-то мало меня греет тот факт, что над моей могилой скажут проникновенные слова. Типа: «Эх, мужик, извини – не вовремя ты мне под руку подвернулся…»

Я и сам такую эпитафию придумать могу – любой грек или римлянин от зависти в гробу перевернётся!

Ему было абсолютно всё равно, кто там сейчас подбирается сзади. Баран-часовой или случайный прохожий – оба одинаково опасны. Увидят незнакомца – и нажмут на спуск, не раздумывая. Нет уж… извините, ребятки, но своя шкура мне втрое дороже, чем вы все, вместе взятые.

Но не высунулось ничьё любопытное лицо, прошел клиент стороной. Ну, счастлив твой бог…

Похоже, тут сейчас будет малость весело и шумно – лучше в этот момент здесь не присутствовать. Чужие разборки Беглеца не трогали абсолютно. Он не занимал ничьей стороны и не собирался этого делать в будущем.

Шаг…

Ещё один…

Он научился ходить по улицам почти бесшумно и осторожно. Невеликая сложность для того, кто привык передвигаться по минному полю. И никуда не спешил.

«Быстро бегающий – умирает уставшим» – умные, черт возьми, люди придумали это изречение. И он был всецело с ними солидарен.

Ещё шаг… присядем и выглянем…

Так и есть! На шум явились-таки гости. Сейчас тут пойдёт веселье…

Опа…

На левом рукаве одного из пришедших он увидел характерный знак – две белые ленты, перечеркнутые нашитой поперёк черной.

Помнится мне, что та самая курточка, что надевалась перед тасканием мертвяков со двора, тоже имела такую отличительную черту. И тоже – на левом рукаве.

Банда Гришки-радиста?

Не исключено…

И что, прикажете встать во весь рост, защищая этих благодушных придурков, которые копошатся сейчас возле джипа? Ведь они же – и это совершенно точно, шарахнут в нашу сторону изо всех стволов, не делая никакой разницы между бандитами Гришки и мною.

Один из бандюков тем временем повернулся назад… и его оружие тотчас же скакнуло вверх – увидел! Что, меня разглядел?! Ну, не обессудь тогда!

Жахнул обрез, посылая в сторону парочки заряд свинца.

Чрезмерно любопытный злодей скрючился, схватившись руками за живот. Ну, уж второго-то отпускать точно нельзя!

Ба-бах!

В три прыжка он подскочил к бандитам. Что-что, а упускать такую возможность… Подхватив с земли автомат, рывком перевернул бывшего владельца, сдирая с него разгрузку. И ведь прибарахлился же где-то, чертяка…

У второго оказался только пистолет «ТТ». Тоже не так плохо, надо сказать…

Шорох сзади!

И только большим усилием воли он сдержал палец на курке…

Девица – но с ружьем за спиной. Рот открыт в изумлении, руками держит брюки, ремень ещё не застегнут. Ах, вот оно что… часовой… пописать отходила? И закономерно прозевала бандюганов, поздравляю! Никто не говорил, что штаны надо не на ходу застегивать?

Вот, стало быть, в чью сторону повернулся бандит, меня-то он под этим углом видеть не мог!

Мысленно сплюнув, он гаркнул обалдевшей девке.

– Вали отсюда! Вас тут сейчас мочить станут! Ну?!

А у машины уже начался неизбежный гвалт и вселенский бардак. Где-то в стороне грохнул выстрел – и девицу словно ветром сдуло.

Вот и здорово, пора и нам ноги отсюда делать. Не подписывался я с бандитами воевать.

После того как бардак и сопутствующая ему беспорядочная стрельба остались позади, он присел передохнуть. Дозарядил обрез, положил его на колени и принялся за освидетельствование трофеев.

«ТТ». Сорок третьего года выпуска. Но во вполне приличном состоянии. Полный магазин. Эх, не пошарил я в карманах у бывшего хозяина! Не до того было, увы…

АК-74. В черном пластике, со складным прикладом. Да, ради такого ствола, пожалуй, что и стоило эту парочку завалить…

Разгрузка.

Дрянь, «сплавовское» производство, и не из самых лучших образцов. Но не из простой тряпки – и то хлеб! Ну да ничего… даст Бог, доберусь домой, в квартиру, там и получше есть. А вот два запасных магазина и полтора десятка патронов россыпью – царский подарок! К разгрузке была присобачена обычная армейская фляга с водой. В одном из карманов отыскался даже компас! Офигеть… и куда собирался идти его владелец? Пешком в Катманду?

Фонарь.

Не самый плохой. Мой, пожалуй, получше будет.

А вот за оружием бывший владелец ухаживал плохо – ДТК малость заржавел. И куда старшина смотрел?

Блин, какой в банде старшина?

Ладно, доберемся до ангара, там масла вдоволь. Вычистим ствол, как новенький будет!

Спустившись вниз, Беглец по привычке заглянул к Анчару – кобель по-прежнему нёс службу около могилы хозяина. Подсыпав в миску корма и налив воды, Пётр потрепал собака по холке. Видать, здорово был он привязан к Мишке… меня б так кто полюбил….

На сегодня была запланирована ходка к Кабану. Скинуть излишек стволов – можно будет сдать ему двустволку и один из пистолетов. Рацию бы добыть… ведь не могут же всевозможные группировки существовать совсем без связи? А информация о том, кто и куда собрался, порою может стоить очень дорого. Хотя… памятуя о том, с какой жадностью схватил тогда гарнитуру купец, можно было предположить, что стоить рация будет весьма и весьма недёшево. А лишний раз светить аптечки не стоит. Сопоставит торгаш кое-что – и жди охотничков по свою душу.

Разгруз… вот его, пожалуй, пока оставим дома, хватит и куртки – там карманы вместительные. А вот новенький автомат можно показать – они внешне все друг на друга похожи.

Особо нам у него ничего не нужно, разве что про себя напомнить и патронами разжиться. Как уже стало понятно, у торгашей тоже есть своя специализация. Кабан больше оружием приторговывает, а Никита всякой полезной для жизни мелочовкой. То-то он тогда так долго ствол мне искал… Кстати, вот насчёт рации, наверное, как раз его и трясти нужно.

Привычное место наблюдения оставалось пока нетронутым, никто сюда не заходил. Оставленные в паре мест «контрольки» красноречиво об этом свидетельствовали. Ну, кому, скажите на милость, интересна какая-то там ниточка, застрявшая в дверном косяке? Правильный ответ – никому. Кроме того, кто эту ниточку туда присобачил. Откроет неведомый визитер дверь – и упадет ниточка на пол… А тот, кому это интересно, сюда уже более не зайдёт.

Час… другой… всё, как обычно, ничего особенного. Редкие покупатели, всего двое. Полусонные морды охранников тоже ничего любопытного не представляют. А до смены ещё час… Рискнём?

Процедура досмотра тоже никак не поменялась. Повесив автомат на крючок в стене, он снял куртку – и для неё был загодя вбит гвоздик. Стволы на продажу, как обычно – без боезапаса. Привычный нож и топорик особого интереса у охраны не вызвали. Топорик даже из чехла доставать не пришлось.

А вот Кабан сегодня явно был не в духе, даже не поздоровался. Услышав новый номер, удивлённо приподнял брови вверх.

– За что ж это тебя так?

Ага, информация в их сети обезличена, кто и за что поднял номер неизвестно. Учтём!

– Так… помог кое-кому…

– Хм! Что за товар принёс?

Осмотрев оружие, купец сунул его в ящик около стола.

– Ну… сойдёт. Чего надо?

– «Пятерки» – пару пачек. Картечь, макаровская «девятка». Бинты.

– «Пятерка» – замётано. Картечь… две пачки дам. «Феттер» – там их по тридцать пять патронов в пачке, «шестерка». «Девятки» – пять. Бинтов… их мало, дам четыре штуки.

Нормально, Пётр на такое даже не рассчитывал!

– Задание к тебе есть, – доверительно сообщил Кабан.

– Слушаю!

– Пистолеты нужны. Тэтэшники, штук пять. В хорошем состоянии. Заплачу нормально. И быстро!

– Да, где ж я их столько зараз найду?

– Эти же нашёл? – пожал плечами торгаш. – Ещё порой… в твоих же интересах, между прочим!

– Задал ты мне задачку… Кстати, а нагановских патронов у тебя нет?

– Дефицит! Шучу… могу на «девятку» махнуть – пачку на пачку, идёт?

– Пачку дай… Так… на всякий случай. Хочу одно место проверить – там, вроде, был такой.

– Ну, его можешь на продажу не тащить – старьё!

Поскольку оружия у Беглеца при себе не имелось, патроны купец выдал сразу, заряжать их было некуда.

– А ты, бродяга, удачлив! – хмыкнул охранник, наблюдая за тем, как Пётр проверяет своё вооружение. – Иных одиночек уже и собачки глодать перестали, а ты – вон, отожрался и прибарахлился!

– Стараемся…

– Вот я и говорю – не может такая удача долго рядом ходить! Смекнул?

– Это предложение или как?

– Считай, что предложение. Про тебя сам Чечен спрашивал, цени!

– Моё ему уважение и почтение искреннее! – совершенно серьёзно ответил Беглец. – Чем это я его так заинтересовал?

– Тем, что пока не сдох! Тут одиночки долго не живут, учти…

– Учту, – вешая автомат на плечо, сказал Пётр. – А где его искать?

– Сюда приходи, смена проводит…

Так, вот звоночек и прозвучал… И вариантов «откосить» нет ни малейших. Такими предложениями не пренебрегают – чревато для здоровья. Если каждый бродяга будет манкировать словами лидера группировки – на репутации оного главаря можно ставить крест. Большой и жирный. А впоследствии и надгробный. Ибо, если отдельный бродяга может демонстративно начхать на недвусмысленный намёк бандитского вожака, то и члены его банды могут спокойно положить болт на любые его указания. «Тебя даже уличная шантрапа не боится!» Всё – начинай копать могилу. Или собирай манатки – и вали. Вопрос – куда? Это в обычном мире свалить можно, а отсюда как сбежать?

Никаких иллюзий Пётр не строил, разговор с Чеченом мог иметь только два исхода. В общий строй после согласия – или пулю в затылок в случае отказа.

Второго варианта очень не хотелось…

Да и первый на Мишкином примере ничего хорошего не обещал. Нычки сдай, оружие тоже – ибо не по чину тебе тут таким упакованным ходить. Бери, что дадут, и делай, что велят. И никаких шансов, даже в отдалённой перспективе, отсюда сбежать не будет. Вообще никаких. И никогда. А будет наспех забросанная землёй яма где-нибудь на задворках.

И что делать?

Первое – я никаких предложений не получал.

Тогда решение данного вопроса малость откладывается – но не отменяется полностью. Хотя некоторый временной лаг это даёт…

Есть ещё второе, третье и четвёртое – но всё это будет после. После решения первого вопроса.

Размышляя таким образом, он быстро удалялся от обиталища Кабана. Причём, не забывая зорко поглядывать по сторонам. Спешим… но головы не теряем!

Наблюдательный пункт показался уже вполне обжитым, где-то даже родным. Но некогда рассусоливать! Патроны, полученные от Кабана, – «девятку» он выложил и припрятал. Мало ли… А из тайника вытащил «Кипарис», тот был снаряжен старым, ещё трофейным боезапасом. Вот так, ребятки… и никакая маркировка на гильзах никого и никуда не приведёт! Привычное движение – и на ствол накручен глушак.

Прикрыв за собою дверь, Пётр скользнул по улице. Так… откуда-то отсюда приходят сменщики.

Ты, глядь, не иначе в лесу кто-то окочурился!

Вместо двоих привычных охранников по улице топало три человека! Разводящий? А почему бы и нет? Устав караульной службы, если его грамотно читать, вещь крайне полезная. И много на какие вопросы ответить может. И, кстати, вполне предупреждает желание сменившейся пары охранников заглянуть по дороге домой куда-нибудь в интересное место… Для того и назначен разводящий – он такие поползновения обязан пресекать.

Разумно!

Сам ли Чечен до такого додумался, или кто подсказал – сейчас неважно. Но выводы из гибели одного из своих обалдуев, главарь сделал правильные. И против обычного бродяги это вполне рулило.

А вот против такого морального извращенца, как Беглец, – нет. Ибо многолетние командировки в не самые приятные для жизни места приучили того мыслить нелогично и неправильно. С точки зрения нормального человека, разумеется…

А где тут в городе сейчас можно отыскать нормальных людей?

Нет, какое-то их количество, разумеется, присутствует… только вот найти их будет нелегко. Но и обычные бандиты, пусть даже главари, мыслят вполне себе в духе относительно мирных времён. А вот тут вы, ребятки, кардинально заблуждаетесь… времена на дворе волчьи, постоянно какой-то каверзы надобно ожидать. Потом-то, разумеется, и ваши мысли требуемое направление примут. У тех, кто до этого времени доживёт…

Сменившаяся охрана топала по улице вполне расслабленно. Ну, не повезло тут прежней парочке… бывает! А за каким фигом поперлись вы, ребятки, на какую-то там стрельбу? Делать вам было нечего?

Вот для того и приставлен разводящий, чтобы народ топал целеустремлённо и на всякие несуразности не отвлекался. Вот дойдёшь до места, доложишься… а уж потом…

Впрочем, у вас, парни, никакого «потом» уже не будет.

Разводящий был получше одет и вместо традиционного обреза имел при себе «ППС». Уж из какой ухоронки тот вытащили – Бог весть. Но внешне оружие выглядело вполне ухоженным.

С тебя и начнём!

Негромко кашлянул «Кипарис» – и бандит выронил оружие. Ослабевшие внезапно ноги отчего-то перестали слушаться, его повело вбок, и он всем телом навалился на соседа. Тот даже не успел удивиться – 9-мм пуля ударила в затылок, и наступила темнота…

Третий оказался самым сообразительным.

Сдергивая с плеча обрез, он резко присел, разворачиваясь…

И заработал пулю прямо в лицо – Пётр опустил оружие, рассчитывая влепить короткую очередь клиенту в брюхо… и нате вам!

Вместо пуза – в рыло!

Бывает…

А вот теперь – задачка посложнее! Как обставить произошедшее? Таким образом, чтобы не вызвать ненужных подозрений и направить мысли противника в конкретную сторону? Знать бы ещё – в какую…

Просто забрать стволы, мол – за оружием приходили?

Можно.

Но… как-то оно всё недостоверно получается… не хватает какой-то очевидной причины. Почему именно на этих бандитов напали, что, других в городе нет? Да и неизвестно пока – в каких отношениях Чечен состоит с прочими группировками. А может быть, они там в десны целуются и между ними имеется полное взаимопонимание? Ну, пусть не со всеми – но с соседями такое вполне возможно.

Ничего не взять? И уйти просто так?

Тогда во весь рост проявляется другая причина – устраняли кого-то конкретного. Кого? Причём, настолько было нужно убить именно этого человека, что завалили ещё и двоих сопровождающих. И кто же это из троих жмуров настолько важная персона? Нет, не убедительно…

Тогда – третий вариант.

Начинаем «растить дракона». Пока маленького, но не обольщайтесь, такие создания вырастают гораздо быстрее, чем вы можете себе представить.

Быстро обшмонав жмуров, Беглец разложил их на дороге. Одного за другим, поперёк улицы, уложив каждое тело в виде креста. Обмакнув палец в кровь, нарисовал у каждого на лбу и на щеках по перевёрнутой звезде. Вот так, дорогие вы мои… гадайте теперь – с чем же таким вы столкнулись?

– И что там ещё интересного нашли? – Чечен прошелся по комнате, повернулся и снова сел на своё место. – Ну?!

– Да только что землю не рыли… – пожал плечами помощник. – Гильзы отыскались, макаровские. Ну, в принципе, опосля того, как пули нашли, то никто в этом и не сомневался уже… Из «макарки» их уработали – всех троих.

– Что по гильзам?

– У Кабана другая партия – номера завода не совпадают и год выпуска. Таких у него вообще не было, он по записям проверил.

– Так…

– Выстрелов никто не слышал – с глушаком «Макаров» был. Там от купца всего метров шестьсот, было бы слыхать. И это… Корж говорит, что точно не один человек работал.

– С чего он это взял? – заинтересовался главарь.

– Двоих ребят сзади застрелили, а одному – точняк в лобешник прилетело. С двух точек, говорит Корж, стреляли. И быстро очень, никто ни пальнуть, ни крикнуть не успел.

Мнению Коржа можно было доверять, мужик он был многоопытный.

– Хм… – потёр подбородок Чечен. – Это где ж у нас такие спецы имеются?

– У «Стрижей» есть.

– Ага, и такие фокусы с покойниками их на бывшей службе делать приучили? Нет, Митяй… здесь другое что-то! Где-то я про такие вещи слыхивал… давно это было.

– Может быть, эти – забугорники? – осторожно предположил помощник.

– А им это за каким хреном сдалось? Терок меж нами нет, претензий… ну, тоже, вроде бы, особых не имеется…

Главарь призадумался. Митяй стоял перед ним, никак не комментируя его последние слова.

– Да ты садись! – махнул рукой на стул Чечен. – Думать надо…

– А может, сатанисты какие-нибудь?

– Здесь? С неба они, что ли, рухнули? Столько лет тишь да гладь, и вдруг – здрасьте, нарисовались! Что стволы взяли – понятно, а вот отчего тела так разложили? И знаки эти… самые, кстати, сатанинские – тут ты прав! Это ж у них перевёрнутая звезда что-то такое значит!

Главарь снова заходил по комнате, так ему проще думалось.

– Значит, так! Кинь вопрос купцам. Не было ли похожих случаев? Если были – то где и с кем? И вообще… они ж народ продувной да опытный, пусть поспрошают. В долгу, ясное дело, не останемся. И ещё…

Он на секунду призадумался.

– Если у нас в ближайшее время какая-нибудь заруба выйдет – хоть с кем! Так вот, мертвяков этих сразу напоказ не выставлять! Сначала мне сообщи – а там посмотрим… не только эти гаврики перевёрнутые звезды малевать могут…

Третий день Пётр сидел дома. Перебирал и чистил трофейное вооружение, приводил в порядок хозяйство. Ходить за продовольствием нужды пока не было, запасов хватало. И даже для собаки ещё оставался корм.

Анчар, кстати, начал покидать постоянное место около Мишкиной могилы и приходить в ангар. Здесь он ел, пил – и снова возвращался на пост. В то время как кобель насыщался, Беглец присаживался рядом, поглаживал и почесывал его. Пес не возражал, принимая это как должное. Но ночевать в ангаре отказался наотрез.

С вооружением оказалось совсем неплохо. К «ППС» имелось два запасных магазина и более полутора сотен патронов. Все имеющиеся в наличии пистолеты были вычищены, и их магазины снаряжены. Более сотни патронов к АК – тоже, в принципе, неплохо.

Полазив по ангару и окрестностям, Пётр оборудовал несколько тайников, в которых надёжно заховал по стволу с боеприпасами и немного продовольствия. Мало ли как может повернуться жизнь? Отстаивать ангар в одиночку – дело тухлое. Минут пять-десять он тут пошумит – и надо сваливать. А терять разом все накопленное добро не хотелось. Вот и устраивались тайники таким образом, чтобы к любому из них можно было подойти незаметно. И тихо изъять содержимое.

Эх, гранат нет!

Единственная эргэдешка, которую он оставил в здании СЭС, давно уже сработала. И судя по следам крови на полу – вполне успешно.

Вообще, нехватка взрывчатки или хотя бы гранат являлась крупной неприятностью. Эх, раздобыть бы где-нибудь самую малость подобного добра! Жизнь для любителей хапнуть чужое враз стала бы совсем уж трудной. Зато – весёлой! И очень шумной…

И вот на этой мысли его заклинило…

Где в городе вообще можно было добыть подобные вещи?

В УВД? Давно уже, поди, разграбили…

В бывших городках воинских частей? Так там и до всего этого бардака прошерстили всё так, что даже гвозди из стен повыдергали.

Есть, точнее, были части действующие. Но лезть в это осиное гнездо в одиночку? Есть и менее экзотические способы самоубийства…

И что осталось?

МЧС?

Черт возьми, но ведь не может же быть так, что в этой суматохе, когда и просто людей не успевали вывезти, кто-то вдруг озаботился тем, что стал эвакуировать учебные пособия! Полным-полно других, куда как более важных задач.

Так, на секундочку, весь наличный грузовой парк местного филиала МЧС не так уж и велик. Во всяком случае так было три года назад, и нет никакой объективной необходимости в том, чтобы штат грузовиков внезапно увеличили. Во всяком случае – не было тогда. А что принципиально изменилось за три года?

Город вырос.

В основном – вверх. Появились новые, вполне себе современные дома. Которые напрочь вытеснили старую малоэтажную застройку из центра. Стандартные девятиэтажки, в которой, кстати, жил когда-то и он сам, смотрелись на их фоне бледно. Как тощий цыплёнок на фоне откормленной индюшки.

Это повлекло взрывной рост пожарных частей – почти вдвое. С соответствующим укреплением их материальной части. Прочим службам пришлось потесниться. Да и суперсовременные системы жизнеобеспечения и безопасности свели к допустимому минимуму количество аварий на производстве – а оное тоже выросло. И весьма серьёзно. Помимо реконструированных заводов, спешно возвели новые.

Причём по самым современным технологиям – денег не жалели.

Фактически в городе со временем осталась лишь верхушка громадного финансово-промышленного айсберга. Филиалы местных заводов лихорадочно строились повсюду. И на это тоже хватало денег – они рекою шли из-за границы.

Не раз и не два приходилось Петру слышать высказывания на тему того, что вечно жадный центр мог бы и вспомнить, кто его кормит! На каждый отечественный рубль в городе приходилось двадцать – но пришедших из-за кордона.

И на этом фоне как-то незаметно прошло сокращение аварийных подразделений при предприятиях. Мол, у нас такая техника! Ещё ничего не произошло – а она уже сигнализирует! Аварию проще предупредить, чем устранять!

Кто б спорил…

А под шумок просачивались слухи о внеплановых выбросах на исследовательских комплексах… авариях на ряде производств…

Но – только слухи.

Компаниям было дешевле выплатить разовую компенсацию пострадавшим, нежели содержать целую аварийную службу. Да и деньги-то – страховой компании, не свои… А что до всяких там аварийщиков – так вполне достаточно иметь одно специализированное подразделение, которое можно привлечь при необходимости. Стоило ли говорить о том, кто именно работал в этом подразделении. «К сожалению, местные специалисты не знакомы с современным западным оборудованием…» – эта фраза стала уже настолько привычной, что даже произносить её целиком больше не требовалось.

Да и потом. «Кто платит деньги – тот и заказывает музыку» – а платили владельцы высокотехнологичных объектов. По странному совпадению – все сплошь граждане «развитых» стран. Либо надеющиеся ими стать в самом ближайшем будущем.

Мэр только руками разводил – рынок! И в этой сфере тоже!

Теперь-то понятно почему…

Но куда, черт возьми, смотрели те, кто сидел выше? Тот же губер, например… Ему же просто по должности положено во всё вникать!

Он и вник – учебный центр МЧС сократили сразу на 83%. Остался начальник, зам и три преподавателя. Ибо «отпала» нужда в подготовке столь большого числа различных спецов из местного населения.

И всё…

И кого можно выучить таким преподавательским составом?

Как следствие, стал ненужным и дом, который ранее занимал центр, – и в него с шумом и гамом только что не под оркестр вселились новые арендаторы. А бывшим хозяевам отвели пять комнатушек на первом этаже – и несколько подвальных помещений. И для того чтобы оттуда хоть что-нибудь эвакуировать, нужно было сначала разобрать многометровые завалы всякого хлама. Откровенно говоря, завалы эти являлись чисто оборонительным мероприятием против крадунов. Пока хоть куда-нибудь долезешь… Ибо на охранную сигнализацию денег не было – попросту не нашли соответствующей статьи в бюджете.

Нет, так-то они есть! Но, будь любезен, составь по форме заявку 5«в», подпиши её… И вот это тоже надо сделать! И вот это… А каково содержание драгметаллов в вашем оборудовании? Как? Настолько незначительное… нет, ну… вы продолжайте, пожалуйста… и обязательно в трех экземплярах!

Приняв решение, он как-то даже повеселел. По крайней мере, есть цель – и в перспективе может быть неплохой результат!

Пораскинув мозгами, он выбрал оружие – «омоновца» и «Кипарис». Для здания дробовик – самое то, а в случае чего можно будет поработать и тихо – глушак свою полезность уже доказал.

Топорик – просто обязательно, никаких ключей от подвальных дверей сейчас не отыскать. Фонарь – там внизу темно. Кое-какую еду, не факт, что там не придётся ночевать. Всё? Ну, теперь только Анчара погладить перед выходом. Да еды ему насыпать побольше…

Надо полагать, что офисное здание (в которое превратился бывший учебный центр) не представляло собой особо лакомой цели для мародеров и всяческих крадунов. Еды тут не имелось, а всевозможная электроника была абсолютно бесполезна по причине отсутствия электричества.

Да, прошлись по некоторым офисам лихие ребятки, разворотив столы и разбросав повсюду бумаги. Перевернули вверх дном помещения, явно чего-то полезное и нужное разыскивая… но так ничего и не нашли.

Однако, проходя по коридору и читая вывески на дверях, Пётр на секунду задумался – что-то не складывалось… какая-то мысль постоянно вертелась в голове…

Ладно, хрен с ними со всеми, у нас есть более важная задача.

Дверь помещения учебного центра, разумеется, была взломана. Хотя чего полезного собирались тут найти – знали, наверное, только сами мародеры. Ибо Беглец ничего из того, что тут имелось, с собою бы не взял – бесполезное в данной обстановке барахло. Его интерес был сугубо утилитарным – техническая документация. Ибо после трехлетнего неучастия в деле некоторые специфические наименования различных систем требовали освежения в памяти. Та же «Резеда», например – её сняли с вооружения сразу после Афганистана. Но ведь было же что-то новое, о чём (благодаря длительному «творческому» перерыву-перепою) он попросту не знал. А вот наша благословенная бюрократия тщательно подшивала все новости подобного рода. Надо только знать, какую именно папку искать. Наивно думать, что на ней будет красоваться гриф «Особо секретно, перед прочтением сжечь». Нет, там будет совершенно нейтральная надпись. Такие документы, по странному выверту бюрократического сознания, к секретным не относятся – это всего лишь перечисление должностных распоряжений.

«…считать утратившим силу пункт 3.5 в Наставлении от 23.04.2010 г., в части использования изделия «Гранит-5». С настоящего момента для указанных целей применять изделие «Ворон»…»

Вот и всё. Для того, кто совершенно не представляет себе, что то самое, ныне списанное изделие «Гранит-5», представляет собою не что иное, как выносной пульт управления системой «Т-6», эти слова звучат совершеннейшей абракадаброй.

Правда, надо ещё знать, что прибамбас под странной аббревиатурой «Т-6» – это модернизированная система дистанционно управляемой минной системы «Охота»…

Но кому надо – знают. А все прочие просто отбросят в сторону ненужную папку. Ибо не знают, не положено им…

Требуемая папка отыскалась в архиве.

Но Пётр не понёсся в подвал, сломя голову.

Приперев импровизированной баррикадой входную дверь, он забрался в самую дальнюю комнату и разложил бумаги на столе. Так, теперь включаем голову… надо запомнить как можно больше.

Через три часа он сделал вынужденный перерыв – сработал гидробудильник. Иными словами, надо найти туалет. Разумеется, он не стал разбирать баррикаду перед входной дверью – искомое помещение должно быть у начальника центра в кабинете. Так оно и оказалось, за сдвижной панелью отыскалась нужная комнатушка.

Попутно он обшарил директорский стол и удовлетворённо крякнул! Нет, не подвела многолетняя интуиция! Где, скажите на милость, будет прятать наиболее ценные мелочи начальник такого учреждения?

Только не говорите мне, что в комнате хранения оружия – таковая давно уже здесь ликвидирована. Все служебные стволы положено хранить в центральном управлении – там подобное помещение имеется. А оставшаяся здесь комнатушка официально не существует – и даже на пульт централизованной охраны не подключена. Ибо нельзя здесь что-либо хранить – не положено!

А как быть, если какие-то очень нужные вещи всё же иметь требуется?

Да так и поступим – раскидаем их по всему помещению. Ибо без некоторых, абсолютно необходимых деталей серьёзное устройство пригодно лишь для подпирания сломавшейся ножки книжного шкафа. Наивно думать, что на этих изделиях имеется предостерегающая табличка типа: «Предохранительная чека от взрывателя такого-то» – ничего подобного там нет да и быть не может.

Просто связка непонятных железяк…

Каковую Беглец, довольно урча, тотчас же запрятал в рюкзак.

Всё, наверху делать больше нечего.

А вот спуск в подвал оказался в вестибюле дома, пришлось, осторожно оглядываясь, пробираться через относительно открытое пространство. Ничего, обошлось…

Свет фонаря выхватывал из темноты одну дверь за другой – всё не то… а ведь в документах был даже номер двери – и где она тут?

Погасив свет, Пётр сел на пол и принялся размышлять. Коридор он прошел весь – и ничего нужного не нашёл. О чём это может свидетельствовать?

Первое – искомого склада уже нет. Не катит, куда тогда двери под этими номерами делись?

Второе – плохо искал. Вот в это поверить можно. Давай, будем думать…

В этот коридор мог войти каждый, кто хотел, а стало быть, начальник центра никак не имел возможности это контролировать. Но, насколько помнил Беглец подполковника Музыченко, тот явно не отличался повышенным раздолбайством и на такое никогда бы не пошёл.

Вывод?

Есть ещё один спуск в подвал и ещё один коридор…

Ну, скажите на милость, кто бы допёр, что спуск в подвал окажется вообще не в основном здании? А в отдельно стоящей бывшей котельной? Замок на двери серьёзным препятствием не стал – зачем-то же таскаем мы топорик? Как раз вот для таких случаев и носим…

Спуск начинался в подсобке – вниз уходила лесенка с обязательной дверью в конце. А дверка-то новая! Не в том, разумеется, смысле, что вчера поставленная, но по виду она отличалась от всех дверей в этом помещении.

И тоже – с замком. На этот раз с врезным.

А вот грубо курочить мы её не станем… не надо оставлять столь явных следов. И привлекать ненужное внимание. Некоторые двери в котельной неведомым крадунам ломануть-таки пришлось… То есть там что-то искали. Нашли или нет – но в открытую дверь кто-нибудь обязательно заглянет. А тут – коридор! Как не полюбопытствовать?

Полчаса возни – и удалось кое-как отжать язычок, дверь распахнулась. После чего Пётр, пошарив в мастерской наверху, приволок оттуда две накладные проушины для висячего замка, которые, стараясь не шуметь, приколотил к двери и косяку найденными там же, в мастерской, гвоздями. Теперь ещё и замочек сюда какой-нибудь присобачим – и всё! Не лазил сюда никто уже сто лет!

«Склад инженерно-технического имущества», «Архив», «Пожарно-техническое оборудование», «Учебно-методические пособия» – нам сюда!

Если кто-нибудь интересовался тем, чем собственно отличается учебное пособие «изделие №…» от штатной мины, то ответ очевиден – отсутствием капсюля-детонатора, собственно взрывчатого вещества и элементов питания, если таковые предусмотрены конструктивно. И более ничем – во всём остальном это обыкновенная мина. Да, какую-нибудь простую типа «ТМ-62» могут ещё заполнить песком по весу. Некоторые – так вообще распилить вдоль, наглядно показывая внутреннее устройство. А во всем, что более сложно, – сохраняется весь исполнительный механизм. Да, там нет взрывчатки, верно. Но вместо штатного капсюля-детонатора туда вполне возможно вставить специальный пиротехнический шумовой элемент. Чтобы он своим хлопком очевидно показал всем обучаемым – товарищ курсант, вы лопух! И невнимательно слушали инструктора. Не за то дернули или не туда нажали.

Да, в складском варианте такие вещи не снаряжают элементами питания – но они обязательно где-то поблизости имеются. Инструкция – великая вещь!

И ещё кое-какие важные штучки (типа лежащих сейчас в рюкзаке железяк…) обычно не хранят в одном помещении.

Ну и какой прок с учебной мины? Ну, сработает… хлопнет… и толку-то?

А что там хлопает? Пиротехнический элемент? То есть точно так же срабатывает капсюль-воспламенитель и заводит шумовой заряд? Так, что ли?

Так.

И мало кто мог предвидеть, что если вместо относительно безопасной пиротехники шаловливые ручки специалиста добавят обычного охотничьего пороха – то хлопок будет уже не таким безобидным! А засыпать порох можно в гнездо для крашеной деревяшки, изображающей тротиловую шашку, – места там вполне достаточно. Двести граммов бездымного пороха, это, конечно, не двести граммов тротила – но тоже не подарок… Воспламеняется-то не только пиротехнический заряд – капсюлю как-то фиолетово, что именно поджигать…

А уж всякие агрегаты дистанционного запуска и управления – это вообще сладкий сон и страстная мечта любого сапера. Имея недрожащие умелые руки вдобавок к умной голове… можно очень сильно усложнить жизнь всяким неприятным людям.

После тщательной ревизии содержимого он только в затылке почесал! Утащить всё было решительно невозможно, а так хотелось! Пришлось наступить на горло внутреннему хомяку и отбирать самое необходимое. А ведь ещё один склад есть… тот, который «Инженерно-техническое имущество». Там, понятное дело, таких ништяков не будет, но кое-что полезное добыть всё же возможно. Вот что он прикарманил немедленно – так это саперный мультитул отечественного производства. Шикарная штука, никакой Запад и рядом не стоял!

Рюкзак оказался неожиданно тяжелым, и пришлось, скрепя сердце, выложить несколько килограммов абсолютно необходимых вещей.

А вот до дому с таким грузом вовремя не дойти – стемнеет. Гулять же ночью очень не хотелось. И поэтому уже через полчаса пришлось искать временную лежку.

Плюнув на всё, Пётр забрался на верхний этаж современного жилого дома, безжалостно раскурочив топором квартирную дверь из каких-то ценных пород дерева. Особый, если кто не знал, шик среди некоторых «продвинутых».

А ничё так жили отдельные «товарищи»…

Обзор отсюда открывался очень даже неплохой. Правда, именно по этой причине нельзя было зажигать фонарь на полную яркость, пришлось вывести луч на минимум. Порывшись в рюкзаке, он быстро соорудил простейшую сигналку и, спустившись на пару пролётов, приладил её на лестнице. Ну вот, теперь хоть спать можно будет не вполглаза. Заодно и по шкафам пошарить… Тут, хотя и хватали всё подряд при спешных сборах, что-нибудь нужное вполне оставить могли.

Так и есть.

Хозяин квартиры, как это было модно у «молодых продвинутых специалистов», явно в прошлом увлекался выездами на пикник. Тем паче, что руководство западных компаний это всячески одобряло и даже пропагандировало. «Здоровый образ жизни», «общение в неформальной обстановке» – все дела… Большинство подобного барахла только для таких «воскресных вылазок» и годилось, но вот портативная газовая горелка и три баллона оказались очень кстати. Ну и ещё некоторые соображения возникли в голове, при разглядывании найденного добра… но это потом…

Еды не нашлось, но на подобную удачу и рассчитывать особо не приходилось. А из многочисленных пультов управления и видеоглазков были безжалостно выдраны все батарейки. Вам оно и нахрен более не надобно, а мы этому применение найдём…

Разогрев на найденной горелке (пришлось уйти для этого в ванную, чтобы отблески пламени не были бы кем-то замечены) банку каши с говядиной, Беглец и вовсе пришёл в благодушное настроение.

Так жить можно…

А в шкафу отыскалась начатая бутылка коньяка – сто грамм для сугреву ещё никому не повредили.

Та-тах!

Эхо от выстрелов ещё гуляло по улице, а Беглец уже распластался по полу, скатившись с широченного сексодрома, ибо иначе это роскошное сооружение назвать было невозможно. Мягкое, удобное… всю жизнь бы на таком нежился!

Но грохнули на улице выстрелы, и сон как рукой сняло.

Обрез нацелился на баррикаду у входной двери. Что там?

Ничего… да и сигнальная мина внизу не шарахнула. На улице всё происходит, в дом покудова никто не вломился.

А внизу и впрямь кто-то сцепился. То здесь, то там мелькали вспышки – противники перестреливались. По-видимому, произошёл встречный бой, неожиданный для обеих сторон.

Ну и фиг с вами, откровенно говоря. Скорее бы вы уж там разобрались – и можно будет спать дальше…

Перестрелка затихла только через час, причём, никто из стрелявших явной победы не одержал. Попросту оттянулись назад, оставив поле боя опустевшим.

Выждав ещё минут сорок, Пётр плюнул – и завалился на сексодром. Шарить ночью по недавнему месту боя? Да ещё с полным рюкзаком добра? А если там кого-то не дострелили? Нет уж, играйте в такие игрушки сами…

Утро, слава Богу, выдалось тихим – никаких перестрелок. Наскоро прикончив пачку галет и шоколадку, Беглец с сожалением сунул в рюкзак недопитый коньяк – пить перед выходом не следовало.

Огляделся – не забыл ли что полезного?

Сделал зарубку на память – в таких квартирах есть смысл искать всякие батарейки, это выгоднее, чем у торгашей добывать. Учтём и наведаемся в гости ещё разок!

Добыв из рюкзака бинокль, выбрался ползком на балкон. Здесь ограждение из светлого пластика, как обычно, не доходило до пола, оставалась щель. Вот в неё-то и посмотрим – что там внизу интересного?

Мертвец – оружия рядом нет, унесли, надо думать.

Ещё один – только ногу и видно из-за клумбы. Лежит невдалеке от первого, так что и там, скорее всего, тоже пусто.

Расколотая пулями гранитная плита и брызги крови на ней – это уже с другой стороны.

Тела нет, утащили с собой, наверное, только ранен был товарищ.

Россыпь гильз – ну, этого добра тут повсюду хватает!

И всё?

Да, больше ничего интересного нет.

Ну и ладно, зато никто мешать не станет. Один фиг – идём осторожно и не шумим. Выход из дома – как раз на улицу смотрит, так что тут надо ушки на макушке держать!

Тихо спустился по лестнице и присел около сигналки. Минута, другая… осторожно снимаем лучи, расходящиеся по лестничной клетке… есть! Смотав леску на катушку (хоть какая-то польза от увлечения Мишки рыбной ловлей!), он осторожно шагнул вперёд…

И замер, так и не поставив ногу на ступеньку.

Чуть слышное движение … что это?!

Лязг?

Нет… скорее кто-то протащил по полу какую-то железяку.

Где?

Внизу, где ж ещё?

Осторожно сбросив лямки рюкзака, Беглец снова достал бинокль. Площадка внизу находилась в полумраке: скудного света, падавшего из окон и открытой двери парадного, явно не хватало. Во всяком случае можно было попробовать что-то там разглядеть.

Мусор… да и фиг бы с ним…

Темные пятна…

Стоп! Пятна? А получше разглядеть?

Там, однако, и брызги есть! И направлены они в сторону противоположную входу! То есть несли оттуда, вот капельки-то выдали направление движения…[3]

А что это у нас такое – темное?

Может быть, красное?

То бишь кровушка чья-то?

Впрочем, почему чья-то? Раненый там лежит. Тот самый, которого с улицы утащили. Там и на месте боя-то кровищи натекло – будь здоров! Так что в том, что и тут кровушкой попятнали, ничего удивительного нет…

Так, это выяснили – что будем дальше делать?

Сидеть и ждать, пока за раненым кто-то придёт? А ведь придут… Не сам же он сюда заполз? Тогда бы на полу не брызги крови были бы – а полосы! Нет, затащили его явно на руках.

И как быть? Выйти каким-либо другим путём? Каким, например? Так или иначе, а на первый этаж попасть можно только по лестнице – лифты давно уже не работают.

Хорошо, допустим, что мы тихонько засядем где-нибудь… Где? Идти наверх, туда, где ночевал? А если клиент слышал, как я спускался? И прибывшая за ним команда первым делом рванёт зачищать верхние этажи. Не из врождённой злобности, а чтобы исключить огонь в спину.

Может ли такое быть? Да, запросто… решат, что наверху засада обосновалась, – и хоть кол им на голове теши!

Значит, извини, мужик, но ты уже никому не расскажешь, что ты тут слышал…

Рюкзак тихо опущен на лестничную площадку. Полежи тут…

Этаж.

Ещё один…

Ботинки давно уже стоят на лестнице – идём в носках, так тише. Не скрипит под подошвами песок. А всякая прочая фигня, попадающаяся под ногу, ничуть нам не мешает. Есть, знаете ли, определённые преимущества у того, кто умеет переносить боль…

Тень внизу.

Ну да, там позади клиента должен быть спуск в подвал – и ещё одно окошко, чуть выше уровня земли. Как позиция – очень удобно. Можно стрелять и в ту сторону тоже, а невысокая стена вполне способна защитить от пуль. И в другую сторону можно вести огонь – только развернись.

А откуда он может ждать гостей?

С улицы.

Но если они пойдут обычным путём – через дверь, то, проходя по холлу, неминуемо нашумят. Там на полу понабросано множество самого разнообразного мусора.

По улице же можно подойти вплотную к окну – и застрелить лежащего через стекло, он ничего не услышит. А стекло для пули не препятствие.

Значит, он должен смотреть наружу…

А про свет, падающий со стороны окна, клиент не подумал. Впрочем, эту тень видит только тот, кто смотрит сверху, с любой другой позиции она не видна.

Ещё этаж…

Нога в ботинке, правая. Носок смотрит вправо, внешней стороной обувь обращена вверх – на животе человек лежит, скорее всего. Теперь бы ещё левую… есть и левая. Поза… соответствует положению лежа, лицом к окну. Но, как сказано в одном хорошем кино – «А может быть вы двусмысленный и стреляете левой?» Не будем пока делать скоропалительных выводов, башка у нас одна!

Ещё этаж…

Точно, он лежит на животе.

Ну и ладушки, мы могём даже помочь… дадим ту самую цель, которую ты так ждешь.

Подобрав, валяющуюся на площадке, пустую бутылку, Пётр скользнул к окну, осторожно приоткрыл створку. Не заскрипело и не заклинило – хорошо всё-таки тут дома делали!

Держи!

Бутылка звонко лопнула где-то внизу.

А теперь – акробатика!

Веревка уже была привязана к перилам, так что соскользнуть по ней всего на этаж – проблема невеликая, даже руки не обдерём, всё-таки перчатки мы тоже зачем-то таскаем…

Едва коснувшись ногами пола, он сделал кувырок вперед, отбивая ногой шевельнувшийся в его сторону ствол. Непростой тут мужик лежит! Правильно, что я его сразу валить не стал, такой много чего рассказать может!

Если захочет, конечно…

Но у нас есть неплохой аргумент двенадцатого калибра!

Каковой недвусмысленно уставился сейчас в переносицу лежащего.

Ну?

Вот тебе и ну…

– Витя? – дрогнул в руках обрез.

– Беглец? – лежавший был удивлён ничуть не меньше.

Виктор Озеров, командир взвода из местного ОМОНа. Старый знакомец, сколько с ним было выпито-говорено…

– Ох, ты ж… ну и дела…

Обрез теперь окончательно смотрел куда-то в пол. Да и автомат у старого друга лежал где-то в стороне, а пистолет у бывшего омоновца в кобуре – не достать быстро.

Да и Виктор был плох – разгрузка на груди пропитана кровью, наспех наложенная повязка сползла.

– Кто ж это тебя так? – присел Пётр рядом.

– Кто… конь в пальто! «Росомахи», кто ж ещё?

– Так! – вскочил Беглец на ноги. – Обожди тут! И за ствол не хватайся, Богом прошу! Я ныне нервный стал…

Бегом! Мелькают под ногами ступеньки.

Сунуть ноги в берцы, зашнуровывать после будем. Подхватить рюкзак…

Озеров лежал на прежнем месте, не делая попыток куда-либо отползти. Плох парень, совсем плох…

Вколов ему сразу три шприц-тюбика, Пётр расстегнул разгруз. Так, что у нас тут? Пулевые ранения – два. Одна вскользяк прошла, вспоров мышцы на груди – именно от этой раны столько кровищи и натекло. Плохо, большая кровопотеря – это не гут! Второе… тут хуже, похоже, легкое задето… а может быть, и нет… Я ж не доктор! Плеснув на оторванный кусок бинта коньяком (Витька только вздохнул), он осторожно протер кожу вокруг ран. Начал накладывать повязку. Хорошо, что бинты с собою есть!

– А кучеряво ты живёшь! – кивнул Озеров на коробку аптечки. – Такая у торгашей нехило стоит!

– Лежи уж… коммерсант!

Второй бинт.

А вот и лекарства стали действовать, малость приободрился старый друг, голос увереннее стал.

– Заберут тебя? – поинтересовался Беглец.

– Должны вскорости прийти… Лёха, правда, и сам пораненный… но до базы дойдёт.

– Оптимист, однако! До вашей-то базы топать и топать ещё!

– Не… мы сейчас на «Прогрессе» обретаемся. Взяли его под охрану.

«Прогресс» – научная контора, что занималась какими-то разработками. Шибко заумными, там вечно что-то ото всех скрывали. Даже пожарная часть у них своя была.

– И за каким хреном он вам впёрся? Лежи! Я не закончил ещё! На вот… хлебни, проглот ненасытный!

Глотнув коньяка, Витёк повеселел.

– Пожрать бы ещё…

– Ага! И бабу теплую! На, вон… галет погрызи…

Закончив перевязку (я так вскорости медбратом заделаюсь!), Пётр сел прямо на пол и стал зашнуровывать берцы.

– Колись, злодей – какого хрена вы тут промеж себя не поделили?

– А ты сейчас с кем? – поинтересовался старый товарищ.

– Один, как перст! Когда это я с кем-то ходил? Мишку ранили – на руках у меня помер. Борода пропал неведомо куда… А про других ребят вообще не в курсах.

– Бродяга, стало быть?

– Нет, домашний! Что у вас тут за дележка такая пошла? Вчерась ещё людьми были – и, нате вам, Бродяги! Когда одичать-то все успели?

– Да не кипешуй так… Это не я придумал – во многом слово то правильное. Вчера, как ты верно подметил, все были промеж себя вежливые да обходительные. А как толстый северный лис под дверью тявкнул – так весь лоск-то и слетел! Друг друга так жрать стали – куда там твоим папуасам! Всё, что внутри какого-нибудь хлыща сидело – враз и повылазило. Тута ведь народ продвинутый жил… человека убивать привычный.

– С бугра ли он привычный? Всё больше ведь интеллигентные да научные…

– Так для них, для многих человека убить – это как в игре кнопку нажать, не страшно. Привыкли они… Не воспринимают противника как живого человека. Другое дело, что когда мозги по стенкам у оппонента брызнут, у такого «нажимателя», случается, что и крышак съезжает. Так то – потом! А на спуск он сейчас нажмёт…

Пётр прикинул – а ведь вполне такое может быть, прав бывший командир взвода. Мозги-то у многих совсем набекрень свернуты, и не такое ещё учудить могут.

– А вы-то что на этом «Прогрессе» делаете? Ваша база и укреплена лучше, да и добра там больше…

– Приказ… там наших спецов много, работают парни.

– Слушай, а заражение это самое – оно вообще было? Чего кордоны вокруг города стоят? Пошто людей заворачивают?

Взводный прокашлялся.

– Ну… было там что-то… Толком не знает никто, но какая-то дрянь в атмосферу попала. Тут на многих домах датчики стоят… стояли… они и засигналили! И на то среагировали… Именно потому и часть народа выехать успела – не накрыло их районов тогда ещё. А уж как облако на весь город легло… – видно было, что Виктору неприятно на эту тему говорить.

– То есть зараза какая-то всё же есть…

Неприятно! Знать бы – в чём всё это выражается. Чем опасно это заражение?

– Есть… тут целый букет… Опять же спецы пока все в догадках теряются. Не складывается у них картинка никак. Да и мешают им «Росомахи» замеры делать. Постреливают, гадости всякие устраивают, туману напускают… И документация – большей частью у них. Как впотьмах бродим!

Пётр помог раненому присесть. Дал глотнуть ещё чуток коньяка.

Виктор благодарно кивнул.

– Ты это… приходи к нам… ребят многих знаешь, дело тебе знакомое.

– Нет, Вить. Навоевался я – по самые уши уже! Спокойно жить хочу.

– По твоему арсеналу видно, как ты навоевался…

– Так то – мера вынужденная! С волками жить…

Собачий лай, прерванный одиночным выстрелом, заставил их обоих повернуть голову в сторону шума.

– Витёк, ты тут пока обожди, – положил на колени товарища его автомат Беглец. – А я быстренько смотаюсь – гляну…

С балкона второго этажа в бинокль удалось разглядеть несколько человек в разномастной одежде, которые приближались к месту недавнего боя.

«Бело-черные ленты – опять бандюки!»

Фигово…

Они сейчас начнут обшаривать покойников, увидят кровавые следы… и здрасьте! Витёк тут долго не повоюет – кинут гранату, и всё!

– Твоих долго ждать? – сообщив товарищу новости, поинтересовался он.

– Час… может, и быстрее придут.

Нет, не выйдет тут ничего… Не та позиция для долгого боя.

– Ладно… Заныкайся под лестницу – и тихо! А я попробую их в сторонку увести. Мало ли…

– Возьми! – и товарищ протянул ему руку.

Что это тут у нас?

«Ф-1», ого!

Ну-с-с… кому-то тут скоро поплохеет…

– Слова мои помни – ждём тебя!

Выбежав из здания, Пётр задержался всего на пару минут – ныкал рюкзак. Наспех – но надёжно, здесь искать не станут… Нет желающих добровольно в канализацию лезть. А то, что она уже почти месяц не работает, и даже запашок там уже не столь сильный – про то мало кто думает. Стереотип человеческого мышления!

Так, вот и нужное поленце – обломок какого-то строения детской площадки. Чем это являлось раньше – понять было невозможно. Да и нафиг не нужно, откровенно-то говоря. Насколько он помнил здешнюю обстановку – что-то авангардистское, простому человеку непонятное. И это для детей строили?

Быстрый взгляд за угол – топают пока бандюки, не спешат. И правильно, зачем на свои похороны торопиться-то? Без вас, один хрен, не начнут!

Скрипнула под ножом консервная банка – горошек долой! Пригоршню всё же сожрем…

Банка утоплена в землю, туда вставлена граната – есть! Щепочкой рычаг прижмём… эх, стакана нет!

Шнурок вокруг корпуса – нормуль!

Другой конец – за поленце. Теперь осторожно залезаем на заборчик… и ставим эту самую деревяшку на самый верх декоративной решётки… Она тут, между прочим, почти три метра в высоту! Это, действительно, была детская площадка, или место прогулок особо опасных уголовников?

Стоит?

Стоит.

Крепко?

Ну, само по себе не дербалызнется. Разве что ветер какой-нибудь особо сильный подует. Да откуда тут такой ветер вдруг возьмется?

А теперь…

Что «теперь» – Беглец додумать не успел. Прямо на него, что-то на ходу дожёвывая, из-за угла вывалился одинокий бандит. С обрезом на ремне. Воевать он явно не собирался, и никакой опасности для себя не ожидал. А зря!

Кашлянул «Кипарис» – Пётр, в отличие от бандюга, какой-то подлянки от жизни ожидал постоянно. И потому оружие всегда держал наготове.

Блин, так они рядом!

Сорвав с мертвяка пояс с патронами (охотничек, мать его), Беглец в темпе потащил тело к решетке. Поднял, прислонил – и застегнул вокруг прутьев брючный ремень покойника. Тот скособочился на ней в непонятной позе.

Бегом!

Проскочив с десяток метров, ныряем в какую-то канаву. Есть!

Фу-у-у…

Что у нас там с патронами? Ага, дробь есть, третий номер, нормально…

Перекинув за спину пистолет-пулемет, он заменил два первых патрона в обрезе на дробовые – они для данной задачи подходили лучше. Особой точности нам не нужно, а вот чем сильнее будет разлёт дроби – тем лучше.

– Э!

Товарищи «охотника» появились?

Точно, вон стоят у угла и по сторонам озираются. Ага, засекли обалдуя… а неча жрать в бою! Дольше проживёшь!

Толпень оказалась немаленькой – человек десять. И кто-то там что-то будет вякать про честный бой? Дуэльный кодекс не одолжить?

Бандиты выглядели малость ошарашенными. Ну, как же, нормально шли, всё тихо было – и вдруг, нате вам! Висит на решётке труп их товарища. Как он туда попал, почему на решётке, кто и как его урыл – неизвестно.

Завалившись кто куда, они ощетинились разнообразными стволами – и затихли.

На здоровье… нам тоже спешить некуда.

Прошло минут пять – ничего не происходило.

Ещё пять – то же самое.

Негромкая перепалка – ну, а чего ж вы хотели? Железной дисциплины в махновском воинстве? Ага, щас!

Поднялся какой-то тщедушный шкет и потрусил к решетке. Нашли, значит, крайнего…

Добравшись до тела, бандит быстро его осмотрел – и потопал назад.

Снова перепалка, а время-то идёт…

Наконец базар стих, бандиты поднялись со своих мест. Ну, стало быть, пришли к какому-то общему решению. Видать, наткнулся сотоварищ на одиночку и не рассчитал, тот его первым ухандокал. Выглянул убивец за угол – а там их куча!

И смотался от греха подальше, не стал рисковать.

Подойдя к решетке, обступили погибшего, начали с неё снимать.

Вот тут и выглянул из канавы ствол автоматического обреза…

Ба-бах!

Ба-бах!

Со свистом прорезала воздух дробь, слетел с решетки сбитый ею обрубок деревяшки.

Почти мгновенно рухнули наземь бандиты.

Нет дураков подставляться под огонь с фланга!

На здоровье… тут для вас особый сюрприз приготовлен.

Граната – штука вообще опасная.

Всегда.

Когда она падает на пол.

Правда, часть осколков при этом уходит в землю, часть – бесполезно улетает к звёздам. Однако, судя по тому, что ни одна из них ещё не рухнула с небес, осколки до них не долетают.

Но в этом случае достаточно упасть за бревно, за тело погибшего товарища – вообще за любое не пробиваемое осколками препятствие. Ещё можно уцелеть.

Иногда граната взрывается в воздухе, установленная на уровне колена или бедра на растяжку.

Такое тоже иногда случается.

Это очень опасный метод подрыва – осколки идут над землёй, поражая даже тех, кто вовремя укрылся за бревнами. Ибо часть осколков бьёт сверху вниз.

Но упавшее поленце потянуло за собою веревочку. И та выдернула из пустой банки гранату. Хлопнул капсюль-воспламенитель. А поленце продолжало падать. И скользила по перекладине ограды верёвочка, поднимая вверх рубчатое тело оборонительной гранаты. Упало поленце – прекратилось движение верёвки.

Не страшно – «Ф-1» уже раскачивалась над головами лежащих людей – почти в трех метрах над землёй…

И вот этот метод подрыва – самый неприятный. Ибо идут осколки вниз – почти вертикально. Неважно, лежит ли человек просто на земле, за бревном или в ямке – удар идёт сверху. Стоит он, сидит или пляшет – всё равно. И накрывает граната сразу многих. Не всех, разумеется, насмерть. Хорошо, если двоих или троих – это уже удача! Но вот раненых будет…

Какие уж после таких неприятностей поиски! Ноги бы унести…

Впрочем, быстро всё, один хрен, не закончилось.

Рассвирепевшие лентоносцы ещё пробовали было догнать своего обидчика. Но все попытки загнать его в угол и там прищучить, закончились картечным выстрелом, который враз обезножил одного из бегунов. Решив, что количество раненых и так уже слишком велико, бандиты грозно проорали что-то в сторону невидимого противника, несколько раз выстрелили – и отступили. Им ещё предстояло как-то тащить на базу своих пострадавших.

Какой-нибудь молодой «клавиатурный воин» непременно воодушевился бы достигнутым успехом и рванулся вслед за уходящими. Мол, всех их по дороге перебьём!

Там этого дурака и похоронили бы… Ибо бандиты будут заботиться о раненых ровно до тех пор, пока это не станет представлять угрозу для собственной жизни. А буде наступит таковая – бросят пострадавших, ни разу не раздумывая, развернутся в цепь… и можно будет рыть могилу. Количество в данном случае бьёт качество. Их всё же слишком много для таких вот фокусов.

Пусть идут.

Удалось отвести их от Витьки, сохранил рюкзак с добром, полтора десятка патронов к обрезу добыл – хватит! Ещё и сам живой, что немаловажно!

Подобрав своё добро (после того как целый час наблюдал за опустевшей улицей), он, разумеется, заглянул и в подъезд.

Понятное дело, подъезд был пуст.

Народ разумно не полез через вход – тихо выставили окно, через которое и вытащили старого товарища.

А на стене появилась надпись – «Заходи!»

Оно, конечно, спасибо, но как-нибудь в следующий раз…

Вся следующая неделя была весьма напряжённой. Он ещё несколько раз сходил на склад, навестил гаражи, тщательно обшарив некоторые боксы, добыл и приволок в ангар целую кучу всяких странных и непонятных предметов. Сделал запас еды, чтобы не было нужды его пополнять, – и засел за работу.

Нельзя сказать, что всё пошло, как по маслу – а вот фиг там…

Но и абсолютно нерешаемых проблем пока что не было. Худо ли бедно – но работа понемногу пошла…

Около него стал появляться Анчар. Молча лежал, наблюдая за тем, как Пётр что-то сосредоточенно монтировал, грел на примусе паяльник, разматывал трансформаторные обмотки. Время от времени приходилось бросать это дело, кормить собаку да и самому тоже соображать какой-то перекус.

Далёкие выстрелы его особо не беспокоили – хватало других забот. Самым первым делом, которое сотворил Беглец, стала установка ловушки около входных ворот. Там, особо не заморачиваясь, он присобачил пятилитровый бытовой баллон с газом. И завел его на хитрую многолучевую систему растяжек. По крайней мере, любой желающий навестить данное строение, как минимум, громогласно бы об этом объявил – неслабым таким бабахом… Всю площадку перед воротами подмело бы основательно, досталось бы и прилегающим улицам. Разумно предположив, что визитеры могут и не попереть к воротам сразу всей толпой, Пётр сориентировал будущий взрыв таким образом, чтобы поразить как можно большую площадь, «облагодетельствовав» и тех, кто останется стоять снаружи.

Пришлось напрячь голову и установить систему так, чтобы она не сработала на собаку. Анчар периодически покидал двор и бегал по округе – «поддерживал там порядок», как сказал бы его бывший хозяин.

Пускай. Пётр ничего против не имел.

А однажды утром, забывшись в тревожном сне, он проснулся от того, что кто-то большой и теплый устроился рядом. Опустив вниз руку и нащупав собачью шерсть, Беглец только погладил кобеля по голове. Тот что-то проворчал, не просыпаясь.

С этого дня они спали в одном помещении.

Собак достаточно быстро научился забираться и в клетушку под потолком – не зря Мишка так им гордился, сообразительный пёс!

Так…

Что за обалдуи здесь такие шарились?

Три гаража подряд были взломаны весьма неаккуратно и по-глупому. Вместо того чтобы спокойно перепилить дужку замка или попросту высверлить личинку, тут со всей дури поработали топором. Да и то – явно не профи им махал, вон, как створки изуродованы!

Да, в принципе бы и хрен с ними, с гаражами. Ничего особо интересного тут не имелось, Пётр эти боксы ещё по «прошлой» жизни помнил.

Настораживало другое.

Тот, кто курочил двери, совершенно очевидно искал что-то, чего тут попросту не имелось никогда. Оттого, толком даже гараж не осмотрев, начинал ломать соседнюю дверь. Что же такого он хотел найти?

А через полтора десятка дверей – та самая, с промежуточным складом. Если эти бараны вскрывают по три бокса за день, то перетащить добро он попросту не успеет. А в то, что они оставят нетронутым такое счастье, он не верил совершенно. Упрут!

Значит – ломать двери они более не должны. Да и привлечь стуком-грохотом кого-нибудь серьёзного они вполне способны.

Так что, извиняйте ребятки, но вашему промыслу пришёл конец! Пока ещё не окончательный, но если среди вас окажутся полные бараны – то не повезёт уже многим…

Ночь работы – и территория гаражей преобразилась.

Лаконичные таблички «мины», поблескивающие на солнце проволочки, непонятные бугорки – словом, всё то, что прочно ассоциируется в глазах большинства людей с этим коротким словом. Были здесь, естественно, и настоящие – не только муляжи. Но Беглец очень надеялся на то, что это добро пускать в ход не понадобится. Жаба душила… просто спасу нет!

А вот наутро никто не пришёл!

Здрасьте пополам, мы тут просто так всю ночь кандыбасились?

Но выждав несколько часов, он понял – сегодня уже не придут, скоро стемнеет. А ломать двери ночью… это, господа, ещё тот геморрой! Ну и ладно… несколько часов у нас есть, так что кое-какое добро перетаскать в новую ухоронку успеем.

Тайник располагался в смотровой яме давно вскрытого гаража. Ничего интересного тут не имелось (уже не имелось), а яма была засыпана всякой рухлядью.

Правда, если перекинуть через блок на балке трос… да подцепить крюком в нужном месте – то большая часть рухляди поднималась вверх вместе с помостом, на котором и была закреплена. И открывалась дверь – в доселе незаметную комнатку. Не шибко большую, зато рядом со складом. Далеко таскать не нужно.

Пять часов работы грузчиком… м-м-мать… людей вообще-то и за меньшие грехи, случалось, убивали! Особенно в нынешние времена!

Ладно, большую часть консервов перетаскать удалось. И даже немного собачьего корма – не сидеть же Анчару голодным. Но сколько ещё осталось! И ведь всего сюда не запихать!

Ладно… спим, утром снова на пост.

Злодеи появились ближе к полудню.

Загрохотали осыпающиеся кирпичи – и Беглец моментально плюхнулся на пузо, вжавшись в развалины.

Минута… другая – и из пролома высунулась чья-то башка. И что гораздо хуже – со стволом.

Огляделась, снова спряталась.

Тишина… снова шорох где-то слева. Обходят?

Похоже… а зачем? Там ведь стена, прохода нет.

Зато есть какой-то сарай, на который можно залезть и контролировать большую часть подходов к боксам. С него и спрыгнуть можно при желании. Не совсем тут круглые бараны собрались.

Впрочем, прыгуну Пётр не завидовал. Ещё бывшие сторожа гаражного кооператива накрутили под этим местом неслабый такой пучок колючей проволоки. Так что прыгнуть-то он, разумеется, может… только вот приземление будет весьма некомфортным, да…

А вот стрелять сверху этот клиент вполне способен. И это надо учитывать.

Ну, да нас вообще-то тоже не в ПТУ готовили…

Новая голова в проёме, а вот и первая показалась рядышком. Очень у них позиция удобная – хорошо таблички видно!

Читайте и не говорите, что среди вас есть неграмотные, – скидок на похороны не будет.

Из-за угла появилось тело. Оно держало в руках длинную палку с примотанным на конце электродом. Плоды длительного киновоспитания, блин! Увидел минное поле – бери щуп. Нет, сначала, конечно, миноискатель. Но где его взять в разоренном городе? Впрочем, на этот-то вопрос Пётр ответить мог. При желании даже поделиться. Но желание должно быть очень сильным. И должным образом мотивированным.

Но поскольку сидевшие снаружи люди с таковой просьбой к нему не обращались, то и топал доморощенный «сапер» с самодельным щупом. Особо долго его путь с таким снаряжением продлиться не мог, и конкретное место завершения его жизненной карьеры можно было предсказать с большой точностью. Ничего, второй, будем надеяться, проявит некоторое благоразумие. И хотя это тоже ему не сильно поможет, но есть шанс, что хотя бы третий задумается.

Есть такое понятие – цена вопроса. Допустим, что примитивное, поставленное срочником минное поле теоретически можно пройти с не очень большими потерями, но то же самое заграждение, сотворенное повернутым на всю голову специалистом, преодолеть будет крайне тяжело.

Рано или поздно, но у того, кто посылает на убой очередного доморощенного сапера, возникнет мысль: а не слишком ли до фига мы тут людей кладем? Может быть, есть какой-то иной путь?

Беглец не особенно обольщался относительно того, что ему удастся сохранить свои запасы неприкосновенными. Какую-то часть он успеет еще эвакуировать, пока эти лохи будут пробиваться через ловушки. Но в любом случае цена, заплаченная ими за это, будет достаточно большой. И в следующий раз, когда на дороге появится табличка с надписью «Мины!», народ пять раз подумает, прежде чем сделает шаг вперед.

Пиар – он, знаете ли, не всегда только на экранах телевизоров бывает. И такие формы тоже встречаются.

А клиент со щупом бодро топал вперед. Время от времени он останавливался и начинал тыкать железякой себе под ноги. Про противощупные ловушки он, надо полагать, отродясь не слыхивал. Ну, кто ж тебе доктор, родной? Еще десяток шагов…

Клиент остановился и поправил кепи, из-под которого вдруг вывалилась волна темно-русых волос.

Здрасьте вам пополам! Так это баба?!

Бинокль сам прыгнул в руки.

Точно! Та самая растяпа, что на посту стояла! Это ей тогда приспичило пописать в уголочке. И благодаря отсутствию часового бандюки ухитрились подойти на выстрел.

Тогда никаких вопросов нет. Понятно, почему послали именно ее. И ствол у нее на редкость своеобразный – «магазинка» двадцатого калибра. По всяким птичкам оно вроде бы как даже и ничего. Да и по лисе стрельнуть можно. А вот перестреливаться с автоматчиками из такого агрегата – плохо замаскированное самоубийство. Был бы еще обрез аналогичного калибра – так еще туда-сюда. С ним и двигаться быстрее, и обращаться удобнее. А с этой длинной бандурой?

Черт, а ведь жалко девку! Еще несколько шагов – и стеганут по ней болтики и гаечки, набранные в ближайших гаражах. Слабым утешением для нее будет то, что аналогичный взрыв жахнет еще и за спиной. Как раз там, где сидят люди, ее пославшие. Ну, а что ж вы хотите? Взрывчатки у нас мало, дефицит. Каждую мину как от сердца отрываешь. Поэтому не можем мы позволить себе такой роскоши, чтобы драгоценная взрывчатка попусту сотрясала бы воздух.

И все равно ее жалко…

Сплюнув, Пётр перекинул «Кипарис» и щелкнул предохранителем.

Фр-р-р!

Под ногами опешившей девицы взлетели фонтанчики земли.

– Любой шаг в какую угодно сторону – и твои кишки живописно повиснут на заборе!

И вот тут наступила немая сцена. Девица как подняла ногу, так и застыла, не решаясь опустить ее на землю. Головы, торчащие из прохода, моментально попрятались. На здоровье, ребятки, – вам это не сильно поможет.

– А что же мне делать? – вопросила кандидат в покойники.

– Ну, ногу-то ты можешь опустить. Только никаких движений более не делай. Чтобы не было никаких иллюзий, заминирован не только двор. В какой-то момент сработают заряды и в гаражах. А там есть чему гореть. Понятно?

– Да…

– Словом, делаешь так: следы свои видишь?

– Вижу.

– Вот ровно по ним медленно топаешь назад. А на это место и ни метром далее подходит тот из вас, кто уполномочен чего-то решать. Кстати, обалдую вашему, что на сарае сидит, настоятельно рекомендую тоже не двигаться, а то у меня палец на кнопке уже судорогой сводит. Вопросы есть?

– Нет.

– Тогда – пошла!

Кандидат в покойники медленно повернулась в сторону ворот и, тщательно вглядываясь в свои следы, заковыляла назад.

Через пару минут она скрылась за забором. Прошло еще минут пять, и оттуда высунулась палка с белой тряпкой. Парламентер? Ну, что ж, валяй!

На этот раз из-за забора появился мужик лет примерно сорока. Глядя на него, как-то с трудом верилось, что автомат, который он держал в руках, способен не то что в цель попасть, но и вообще выстрелить. Вот компьютерная мышь в его ладонях смотрелась бы намного естественнее. Потоптавшись на месте и дав рассмотреть белый флаг, парламентер убрал оружие за спину и сделал несколько осторожных шагов вперед.

– Где щуп из земли торчит, видишь? – окликнул его Пётр.

– Да, вижу.

– Вот ровно до этого места и топай. И никуда в сторону не сворачивай.

Мужик, с опаской вглядываясь в землю (интересно, чего он такого хотел там увидеть?), сделал несколько шагов вперед. Дотронулся рукой до деревяшки самодельного щупа. До места, где сидел в засаде Беглец, оставалось метров двенадцать. А до замыкателя заряда – около метра. Впрочем, он и дальше мог бы пялиться в землю сколько угодно, но на его дальнейшую судьбу это никакого влияния не оказало бы.

– Садись, где стоишь.

Мужик послушно присел и поправил свое оружие так, чтобы оно не уткнулось стволом в землю. Обычное «весло», ничего особенного.

– Ну, чего сказать хотел? – поинтересовался Пётр.

– Простите, но это же у вас были какие-то предложения?

– Все мои предложения изложены одним словом, которое написано на табличке у входа. Если кому-то непонятно, перевожу: здесь ходить нельзя!

– Простите, но нам очень надо…

– А моя-то какая печаль? Мое дело предупредить.

Собеседник почесал в затылке.

– Ну… Мы могли бы как-то договориться?

– В каком смысле?

– Нас очень интересует содержимое этих гаражей. Что бы вы хотели за то, что поможете нам их осмотреть?

– А что вы можете предложить?

– Мы готовы заплатить. Долларами. Наличными и прямо сразу.

– Вот прям сейчас и готовы? – удивился Беглец.

– Не сейчас, разумеется, – когда договоримся.

– А что конкретно вам нужно? Я знаю, что и в каком гараже находится, и могу ответить вам на этот вопрос.

Парламентер на некоторое время замолчал. Потом поднял голову.

– Простите, а ваш какой интерес?

– Живем мы тут – непонятно? Мастерские у нас здесь. Не трогаем никого, стучим-красим, примуса починяем. И чужих здесь видеть никого не хотим.

– Хорошо… Нам нужен транспорт. Что-нибудь грузоподъемное и проходимое. Микроавтобус типа «Мицубиси Делика» или какой-нибудь аналог. Джип подойдет.

– Понятно. Десять тысяч долларов.

Парламентер не долго раздумывал.

– Согласен! Завтра утром я приду к воротам, и у меня будут с собой деньги.

– С вами должно быть не более двоих сопровождающих. Имейте в виду: таблички мы снимем, но мин добавим еще. Надеюсь, у вас хватит ума не залезать сюда через забор?

– Нет-нет, что вы! Нам гораздо проще договориться с вами! Мы совершенно не намерены устраивать здесь какую-нибудь стрельбу.

– В таком случае – до завтра.

Переговорщик поднялся, поправил автомат, который немедленно съехал ему на бок, и осторожно потопал к выходу.

Проводив глазами удаляющуюся фигуру, Пётр только головой покачал. Что это за странное общество лопухов? Мужик даже длину ремня у оружия отрегулировать не может! Всей их фантазии не хватило даже на то, чтобы сделать примитивную «кошку», свернув в клубок кусок колючей проволоки. Вот уж этого-то добра тут повсюду навалом, ни разу не дефицит. Правда, это тоже не сильно бы им помогло… Но уж очевидно, что натянутые проволочки они могли бы попытаться и такой «кошкой» сдернуть.

Другое дело, что Беглец, который никогда не страдал излишним гуманизмом, хорошо продумал и этот вариант тоже.

Ну, вот представьте себе, вы куда-то топаете немаленькой такой толпой. И вдруг видите перед собой табличку, извещающую о том, что какие-то злодеи насовали у вас на дороге некоторое количество всевозможных взрывоопасных предметов. Ваши действия?

Вполне очевидно, что большая часть народа тотчас же будет спрятана в относительно безопасное место, а на разведку пойдут либо самые умные, либо те, кто не сможет отбрехаться от подобной чести. И если данным товарищам несколько не повезет, то в обычной ситуации командование просто пожмет плечами и назначит новых. Но поскольку Петра этот вариант категорически не устраивал, то, поставив себя на место незваных гостей, он прикинул, где и как заныкается основная группа злодеев. И поблизости от этого самого места он расположил основной заряд. Прихлопнет новоявленных саперов или нет – не столь важно. Их, в конечном итоге, можно и из обреза доработать. А вот с основной группой после взрыва проблем, скорее всего, никаких уже не будет.

И еще была одна причина, по какой он расположил заряды именно таким образом: это, если хотите, своего рода визитная карточка. Человек знающий, осмотрев место установки такого сюрприза, сделает однозначный вывод: сюда лучше не ходить. Ну, а незнающий поведет новую группу. И так будет до тех пор, пока либо не закончатся очередные лопухи, либо не появится тот, кто правильно оценит произошедшее. И дело даже не в том, что конкретно этот объект представляет собой немыслимую ценность. Задача поставлена немножко шире. Написано: «Прохода нет!» – значит, все – остановись, родной, и топай себе в другую сторону. И никакой самодеятельности.

Сожалел ли он о том, что ловушка не сработала? Ничуть. Ибо, судя по поведению парламентера, его манере общения и некоторым другим вещам, данный дядя привык вести переговоры в офисе, а не на бандитской стрелке. Предположить наличие среди них знающего человека – чушь несусветная. Если бы таковой был, он бы и пришел на переговоры.

И еще. Слишком уж легко мужик согласился с названной суммой. Какой из этого может быть вывод? Первое – он не умеет вести переговоры в принципе. Сомнительно и даже очень. Второе – десять тысяч долларов для него это не деньги. Точнее, не те деньги, ради которых стоит огород городить. Другими порядками сумм привык оперировать данный товарищ. И эта странная просьба: добыть микроавтобус… Он, простите, куда на нем ехать собрался? Да его первая же проходящая бандгруппа просто из принципа изрешетит! И логика у них будет простая, как пень: если человек драпает куда-то на автобусе, то он совершенно очевидно не просто сам по себе уносит ноги, а тащит с собою что-то объемистое и полезное. И именно поэтому пропустить такого человека ни один бандит не сможет.

Но впрочем, дело хозяйское. Охота мужику микроавтобус – будет ему такой. Не «Мицубиси», разумеется, – хватит с него и «буханки». А нам лишние десять тысяч очень даже не помешают.

Оставался вопрос: где раздобыть «буханку»? Но как раз данная проблема Беглеца волновала менее всего. Среди многочисленного добра, взятого в учебном центре, имелся также и эндоскоп, предназначенный для проверки всевозможных пустот. Такая штука широко использовалась при проведении спасательных работ. Он сам ею орудовал не единожды. И было бы странно, если бы в центре подобный прибамбас отсутствовал. Он там и был – причём, не в единственном экземпляре. А то, что в гаражах имелись «уазики», Пётр знал совершенно точно. Штук пять, если не более. Залезть в каждый гараж, взломав ворота – оно, конечно, можно, да и сильно большого ума не требует. Но надобно время, причем много. А вот пропихнуть сквозь щель в воротах тоненький хоботок эндоскопа можно куда быстрее и с не меньшей эффективностью. Да и не во всякий гараж «буханка» войдёт, значит, часть боксов можно пропустить.

А поскольку прибор потреблял ровно те самые батарейки, которыми заряжался любой пульт для телевизора, то проблем с его использованием в ближайшее время не ожидалось. Уж чего-чего, а таких батареек удалось нагрести почти полный карман.

В назначенный час переговорщик не пришел. Не то, чтобы он совсем забил на встречу. Скорее, попросту не сумел правильно оценить потребное для этого время. Он опоздал. Не сильно надолго, всего на полчаса. Но этого хватило, чтобы Беглец недовольно высказался по этому поводу.

– Милейший, так дела не делают! Обещали в конкретное время – будьте любезны соответствовать!

– Приношу свои извинения! Не волнуйтесь так, я готов компенсировать свое опоздание! Что вы можете сказать по основному вопросу?

– Есть автобус. Не «Делика», как вы просили, но так оно и к лучшему. Чтоб через поля да буераки проехать, вам уж точно не этот японский агрегат потребуется.

– То есть вы хотите сказать, что нашли машину?

– Да, нашел. Деньги у вас при себе?

Вместо ответа собеседник расстегнул молнию куртки и показал внутренний карман. Судя по толщине «котлеты», там лежало уж точно не две-три тысячи долларов.

– Добро. Машину вам нашли – УАЗ-452. На ходу. И что немаловажно, бензин для него здесь найти еще можно: эта свинья все подряд жрет. А вот где вы для японца собрались дизтопливо брать – это вопрос! Все наличные его запасы давно уже прихватизированы самыми разными людьми, и я сильно сомневаюсь, что кто-то станет ими делиться.

– А в машине, что, бензина нет?

– Вы, милейший, как-то научитесь свои вопросы правильно формулировать. Вы же у меня за автомобиль спрашивали, так?

– Да, – кивнул парламентер.

– Ну, так вот автомобиль вам и добыли. А за топливо разговора не было!

– А на какое расстояние хватит этих запасов?

– Ну… – почесал в затылке Беглец, – километров на пятьдесят точно хватит. А дальше придется искать бензоколонку.

– Ладно. На эту тему мы с вами еще поговорим. Вы ведь можете достать и бензин тоже?

– Могу. Пятьсот долларов за литр.

Парламентер кивнул. Видимо, данная сумма его устроила.

– Где автомобиль?

– Деньги?

Из карманов появилось три пачки денег. Две одинаковые и одна чуть-чуть потолще.

– Здесь все. Где машина?

Пётр убрал деньги в карман.

– Пошлите своего человека назад по дороге, третьи ворота справа. Зайдет внутрь двора, машина стоит за домом, с дороги не видна. Настоятельно рекомендую не перегонять ее днем. А ночью не включать фары.

– Я понял, – кивнул собеседник. – Как я найду вас в следующий раз?

– А на тех самых воротах сделайте вертикальную черту мелом. Как только она будет перечеркнута, образовав крест, – это значит, что я увидел ваше приглашение и буду около этого дома в двенадцать часов следующего дня. Такой вариант вас устроит?

– А раньше никак? Мы же можем и сюда прийти?

Беглец покачал головой.

– Категорически этого не советую! Мало ли… Возникнет у кого-нибудь из ваших желание заглянуть в бокс… А они тут хилые, не ровен час крыша внутрь упадет, а там и стеночки осыпятся… Очень не советую.

– Ну что ж, давайте договоримся таким образом.

Вернувшись домой, Беглец обнял выскочившую навстречу ему собаку. Анчар явно соскучился и всем своим видом показывал, как он рад возвращению друга. Надо будет положить псу что-нибудь вкусненького, побаловать.

«Буханка» исчезла с места уже ночью. Внимательно осмотрев дорогу, Беглец только головой покачал: на протяжении почти двухсот метров след от машины постарались замести. Скорее всего, попросту нарвали веток в ближайшем кустарнике. А через двести метров уже начинался асфальт. И отследить на нем, куда исчез автомобиль, было крайне затруднительно. Да, мания преследования у кого-то шурует во весь рост!

Выбрав время, Пётр навестил ближайшего купца.

Никита сегодня тоже был малость не в духе и на покупателя глянул весьма недобро.

– Ты чего, хозяин, такой смурной? Аль я не вовремя заглянул?

– Да не твоя печаль. Что притащил-то?

Беглец выложил на прилавок пару аптечек, эндоскоп (благо, что на складе их хватало) и еще некоторые полезные мелочи.

Купец молча сгреб аптечки, похмыкал над мелочевкой и озадаченно покрутил в руках эндоскоп.

– А это что за хрень?

Вместо ответа Беглец быстро собрал прибор и вопросительно посмотрел на Никиту.

– Батарейки дай!

Когда засветился тусклым светом маленький экран, он сунул прибор в руки купцу.

– А вот теперь берешь носик и суешь его хотя бы вон в ту дыру! – ткнул он пальцем в направлении стоящего рядом ящика.

Повозившись около ящика некоторое время, Никита довольно хмыкнул и осторожно положил прибор на прилавок.

– Занятная штука!

– И даже более чем занятная. С ним можно за угол заглядывать, в гараж какой-нибудь, да и просто темную комнату посмотреть. Сам видел, там подсветка есть.

– Да, оценил. Чего хочешь?

– Глушак нужен к автомату. Обычная «пятерка». Прицел хороший. Только глушак не такой, чтоб под спецпатрон, – под штатный хочу. Ну, и патронов подбрось.

Торгаш почесал в затылке, осмотрел предложенный на продажу товар.

– Прицел… «Кобру» дам. Коллиматор. Знаешь такой?

– В курсе дела.

– Глушак… Сейчас не найду. Послезавтра заходи. Будет тебя ждать. Сотню патронов еще дам. Эти сейчас тебе передадут.

– Не мало?

– Еще пачку добавлю. Все?

– Нет, конечно. Инфа для тебя есть. Ты же ведь у нас человек любопытный?

Никита с интересом посмотрел на собеседника.

– Ну, есть немного.

– Тогда слушай сюда. Некоторое время назад пришлось мне наблюдать за тем, как «Стрижи» с «Росомахами» махались. Ну, за причину я не интересовался. У них, поди, на пять лет вперед взаимной злобы накоплено. Интересное дальше было. Когда у них бодалово к концу подошло, нарисовалась рядышком группа интересная. Да под шумок и тем, и другим ввалила.

– Ну и что? – пожал плечами собеседник. – Такое тут сплошь и рядом происходит. Устарелая твоя новость…

– Не скажи… Ребятишки те очень даже непростыми оказались! Я-то от греха подальше в кусты какие-то залёг и видел… Трупак один со мною рядышком оказался, так они ему зачем-то кровью на лице что-то намалевали. Ну, в принципе, мало ли у кого как крыша едет? Сначала не шибко мне это в глаза бросилось. Они там побегали какое-то время – и попрятались. Не иначе, ждали кого-то.

– Дождались?

– Под утро уже. Я, как ты понимаешь, тише воды, ниже травы там сидел. Своя-то шкура дороже! Так вот, утром там ещё кто-то появился, но кто – толком и не видать было. Однако завалить кого-то эти гаврики ушлые успели! Да так ловко всё обтяпали – без выстрела! Притащили его, стоймя к железяке какой-то прикрутили… и опять на лбу что-то намалевали. А как дружки убитого к нему бросились – тут и жахнуло! Да неслабо так! Ну, тут и я ноги сделал…

Никита побарабанил пальцами по столу.

– А ведь и я что-то такое слыхивал! Не первый это случай, ох, не первый… Вот что! Как чего про них узнаешь – бегом сюда!

По результатам сделки и разговора номер уменьшился ещё на два десятка. Немного – но и то хлеб!

А на гаражах произошёл-таки подрыв… Были ли это те самые лопухи, или реально занесло кого-то залётного – по останкам определить было невозможно. Клиент ухитрился спрыгнуть со стены в двух метрах от установленного заряда. Так что опознать тело теперь было весьма затруднительно. Пётр не стал его хоронить – просто перетащил поближе ко входу. Чтобы было хорошо видно каждому, кто решит испытать судьбу. А заодно установил парочку зарядов в близлежащих домах. Никакой необходимости в этом не было, но если уж взялся нагонять страх – трудись!

А в закромах теперь прибавился карабин под патрон 5,6-мм. И три десятка патронов соответствующего калибра.

Собственные визиты на данный объект он теперь проводил по кабельному коллектору, для чего пришлось проломить проход в один из подвалов, который к нему почти вплотную примыкал. А уж из этого подвала он перебирался в домик сторожа, стоявший в глубине гаражной территории. Ещё один пролом в стене… нетрудно.

Часть продовольствия перекочевала в коллектор, кое-что было запрятано в близлежащих домах.

А вы думаете, мины в других строениях просто так ставились? То-то…

В один из дней на воротах условленного дома появилась меловая черта.

Наблюдение за окрестностями в течение четырех часов ничего не выявило. Пробежавшийся по улице Анчар тоже ничего неприятного не заметил.

Рискнём?

И на воротах появился крест.

Ночевать пришлось в сторожке, предварительно выгуляв собаку и заперев дверь. Шанс налететь на растяжку во дворе был слишком велик, и Пётр не хотел рисковать.

Утро…

Занимаем позицию напротив ворот.

И снова потянулось время. Собак, привалившись к стене, задремал.

Глядя на него, вздремнул и Беглец. Если уж пёс ничего не учуял, то не надо изображать из себя сверхчеловека и стараться засечь то, чего не услышали чуткие собачьи уши и не унюхал нос.

Сквозь дремоту он почувствовал, как напрягся Анчар.

Не меняя положения и не двигаясь, Пётр прислушался.

Шаги…

Осторожные и легкие – точно не какой-нибудь мордоворот.

Открыв глаза, он плавным движением переместился вбок – отсюда можно было видеть ворота.

А, вот, фигушки… не идет туда клиент. Как раз к нашему домику и топает.

Верхняя губа у собаки приподнялась, Анчар издал чуть слышное рычание.

– Т-с-с… – Беглец погладил пса по спине. – Тихо…

Тот затих, только под шкурой порою перекатывались напряжённые мускулы.

Чуть слышно скрипнула входная дверь (блин, вчера только маслом петли поливал!), осторожные шаги прозвучали совсем близко.

А Пётр уже стоял, прижавшись к стене, рядом с дверью.

Шорох…

Клиент что-то снял? Одел?

Лязгнул металл, взвизгнули дверные петли.

– Р-р-р… – приготовившийся к прыжку Анчар представлял собою достаточно жутковатое зрелище.

Для кого угодно – тут и здоровенный бугай в штаны навалит.

Протянув руку, Беглец забрал у стоявшей в дверях девицы оружие. Ту самую магазинку 20 калибра.

И патрон в стволе есть! Пулевой, однако умнеем на глазах!

Она даже не поняла, что произошло – оскаленные клыки овчарки заняли всё её внимание.

– Анчар – фу!

Рычание смолкло.

И вот только тут девушку пробрала дрожь… да какая! Ноги у гостьи подкосились, и пришлось придержать её за руку – а то так бы и грохнулась на пол.

– Да вы садитесь! Он не тронет теперь…

Собак и впрямь всем своим внешним видом показывал полное безразличие. Не дали кусочек отъесть – так и фиг с ним! Не очень-то, должно быть, и вкусно…

– Вы искали меня?

– Д-д-да…

– Пить хотите?

– Хочу!

Запасов дурацких тоников и энергетиков в гараже хватало – так что банку пресловутой «Отвертки» можно было пожертвовать с лёгкой душой.

– Ну? – убедившись, что гостья малость отошла и готова к общению, спросил Пётр. – У вас что-то есть ко мне?

– Да… – девушка несколько взяла себя в руки. – А он не укусит меня?

– Не будете обижать, не укусит. Правда, Анчар?

Собак наклонил голову, рассматривая гостью. Вздохнул и положил тяжёлую башку на лапы, всем своим видом выражая миролюбие.

– Ну, вот, видите? Он же у нас чуткий и ранимый… всякий обидеть может…

Девушка недоверчиво взглянула на собеседника.

– Вы меня разыгрываете… вон, какие у него зубы страшные!

Пёс как раз зевнул… зрелище было впечатляющее!

– Ну, а что – зубы? Есть-то ему ведь как-то нужно? Вон, какой большой вымахал! Пока косточку разгрызёт… Исхудал, жрать постоянно хочет. Правда?

Анчар кивнул, словно бы соглашаясь.

– Шутите вы… – не поверила визитёрша. – Ой, а ведь у меня к вам дело!

– У вас лично?

А она ничего… стройная, теперь, когда девушка сидит рядом, даже мешковатая одежда не скрывает более её фигуру. И волосы – чистые, что немаловажно! В этих-то условиях голову мыть, да ещё такую копну волос! Подвиг уже само по себе…

– Нет. У нашего главного. И даже два дела!

– А именно?

– Он с вами поговорить хочет. И бензин нам нужен – сто литров, вот!

То есть пятьдесят тысяч долларов? Где же тут обитают такие богатые буратины?

– И что сначала?

– Бензин!

– Его пока ещё привезут… давайте уж со встречи начнём.

Никакой проблемы с доставкой топлива не было. Но вот тут имелась закавыка…

Пока этим гаврикам нужен бензин, они со мною ничего не сделают! Мало ли… хрен его знает, главного ихнего – что за человек? И чего они от меня хотят? Откажешься – в спину на выходе пальнут!

Так что – валяем дурака и далее.

– И что мне тогда Викт… ой, главному сказать?

– Ничего не говорите – сам всё расскажу. Пошли?

– А-а-а…

– Да, держите вашу пукалку! Толку с неё, откровенно говоря…

Алёна, так звали провожатую, добросовестно пробовала валять дурака. Надо полагать, именно такие инструкции ей были дадены неведомым руководством. Она изо всех сил пыталась морочить Беглецу голову, путать следы и так далее. Местному-то жителю? При наличии собаки? Ну-ну… не смеем мешать. И даже подыграем, если уж так охота.

Открытых пространств проводница избегала, но и в какие-то закоулки лезть тоже не собиралась. Да и осталось в городе тех закоулков… после всех строек и реконструкций не так уж и много.

Но, так или иначе, а полтора часа на дорогу всё же ушло. И хотя Пётр неплохо знал эту часть города, понимания, куда именно они идут – так и не пришло. Все более-менее крупные и представлявшие интерес для мародеров объекты, остались позади. Не школу же в самом деле облюбовало её начальство?

Нет, не школу.

Здание финансового колледжа.

С точки зрения кого угодно – объект абсолютно бесполезный и бессмысленный. Денег тут нет никаких. Ценностей – тоже. А системные блоки учебных компьютеров никому не нужны и даром – ширпотреб. Устаревший и слабосильный. Когда это у нас в учебные заведения поставляли что-либо современное?

Остановившись посередине вестибюля, провожатая попросила подождать и исчезла за какой-то дверью.

Ну, подождать-то можно…

Присмотрев в углу кресло, Пётр плюхнулся туда, а довольный собак тотчас же скрылся за углом.

Интересно, здесь их гнездо или просто точка рандеву? Всё может быть, но что-то подсказывало – они где-то рядом! Для встречи обычно выбирают такое место, чтобы можно было контролировать противоположную сторону. Да и в плане отхода здесь не самое удачное расположение дверей и коридоров. Окна большие, можно снаружи свинцом весь вестибюль подмести, как метлой. Пока до двери добежишь – пять раз убьют.

Где-то в глубине коридоров раздались шаги – и из-за угла тотчас же высунул нос Анчар. Мол, тут я, если что!

Успокаивающе махнув ему рукой, Беглец ощупал пистолет под курткой. Береженого, как говорится, Бог бережёт…

Скрипнула дверь, и на пороге появилась целая делегация.

Давешняя провожатая, толстый мужик в тропическом камуфляже и двое парней помоложе – охрана, надо думать.

Далеко от двери они не отошли, безбоязненно отпустив охраняемое лицо на встречу с неведомым гостем.

Хм…

Охрана?

Если личка – то это полные дебилы.

А вот если объектовая охрана – то всё верно, они берегут конкретный объект, а не какое-то там физическое лицо. До этого мужика им особого дела нет, а вот перекрыть вход (куда, кстати?) – задача первостепенной важности.

Однако проявим вежливость – мы ведь на переговоры пришли.

Встав с кресла, Беглец кивнул в знак приветствия.

– Здравствуйте, – протянул руку и тропический мужик.

Вот, ей-богу, куда он так вырядился? За окном – ни разу не саванна!

– Добрый день.

– Простите, как я могу к вам обращаться?

– Пётр.

– А…

– Просто Пётр.

– Хорошо. В таком случае Владислав!

– Очень приятно! – кивнул Беглец.

– Присядем? – кивнул собеседник на кресло. Провожатая тем временем подтаскивала ещё одно.

– С удовольствием!

Охрана смотрела на это совершенно безучастно. Даже тот факт, что Пётр почти полностью был теперь загорожен собеседником, её нисколько не взволновал. Точно – объектовики.

– Итак, – устроившись в кресле, продолжил тропический мужик, – признаться, вы несколько поторопились – я вас сегодня не ждал, да…

Он несколько замешкался, что-то обдумывая.

– Дело в том, что требуемое количество бензина может не полностью перекрыть ваши потребности. А его доставка сопряжена с известными трудностями – и требует времени. Именно по этой причине я и настоял на личной встрече, чтобы подробнее прояснить для себя ряд вопросов, – пришел ему на помощь Беглец.

На лице собеседника отобразилось некоторое удивление – услышать такие слова от рядового, с его точки зрения, бандита он явно не ожидал.

– Ну… не стану с вами спорить. Раз уж вы сюда прибыли, я хотел бы обсудить с вами и ещё один вопрос.

– А именно?

– Судя по тому, сколь тщательно вы укрепили свой… г-м-м… объект, среди вас присутствуют квалифицированные специалисты в данной отрасли. Ведь так?

«А ведь этот, что подорвался, точно от них! Проверку послали…»

Вслух же он ответил коротко.

– Да. Такие люди у нас есть.

– Отлично. Так вот, задача состоит в следующем – нам нужно, чтобы вы провели небольшую группу людей по конкретному маршруту.

– Куда именно?

– К границе.

Нате-здрасьте… а про то, что там все вдоль и поперёк перекрыто, они знают?

Как выяснилось – да, знают.

– Маршрут согласован. С обеих сторон. Нам не станут мешать.

– Зачем тогда нужны наши люди?

– Мы не можем исключить того, что там будут заложены… э-э-э… «сюрпризы», так?

– Башку за такие вещи не отвинтят? – поинтересовался Пётр. – Насколько я в курсе, подобная самодеятельность как-то не прижилась в погранвойсках.

– Это… это не пограничники. Скажем так – есть некоторая группа людей, которая не желает благополучного завершения этого маршрута.

– Странно, что вы не попросили официальные структуры обеспечить ваше прохождение. Им-то это значительно проще сделать, чем нам.

– Есть причины, по которым нам не хотелось бы этого делать…

– А почему мы? В городе полно группировок. Там вам легко хоть роту в сопровождение выделят.

– Среди них нет настолько хорошо подготовленных специалистов-бомботехников.

Стоп!

Что-то царапнуло слух… Как он сказал? Этот термин в родных пенатах как-то вот не употребляется… чистый американизм! Кина импортного дядя насмотрелся или как?

Но внешне Пётр никак не отреагировал.

– Я доложу о вашем предложении. Однако нам необходимо знать маршрут – хотя бы приблизительно.

– Зачем?

– Вы по шоссе следовать собираетесь или всё-таки обходными путями? На шоссе искать подобные фокусы – одно, а в лесу или в поле – совсем другое дело. Дело в том, что поиск мин и всевозможных ловушек, установленных в различных типах грунтов, имеет свои особенности. Для этого порою необходима разная аппаратура. Какая-то техника у нас, разумеется, есть, а что-то, вполне возможно, надо будет найти, приобрести и доставить сюда.

Вот так! И сиди, гадай… Так всё обстоит или иначе – проверить они не смогут. А рисковать не захотят.

– Сколько вы хотите за свои услуги?

– Странный вопрос… Куда идти – мы не знаем, маршрут неизвестен. Состав конвоя – тоже не определён. Характер возможного противодействия, кто противник – вообще темный лес… И что я могу вам сейчас ответить?

– То есть вы отказываетесь?

– Нет. Просто не могу сейчас назвать вам цену. Именно что сейчас…

Тропический мужик задумался, побарабанил пальцами по подлокотнику кресла.

– Ну… допустим.… А что бы вы могли на себя взять прямо сейчас?

– Инженерную разведку предполагаемого маршрута, поиск и обезвреживание мин и ловушек, рекомендации по передвижению. Поверьте – и это уже слишком много, такого вам тут никто не предложит. Точнее – не сможет обеспечить, предложения-то будут… не сомневайтесь!

– Бензин?

– Протяженность маршрута? Количество и тип транспортных средств? Загруженность?

– Э-э-э… ну… пятьдесят километров – это максимум. Три машины. Около… тридцати человек.

Тридцать? Они на грузовиках ехать собрались?

– Нет, – покачал головою собеседник, увидев удивление на лице Петра. – Тридцать – это, включая охранников. Они, в основном, идут пешком. Чисто на машинах следует всего восемь человек вместе с водителями. Небольшой груз, достаточно малогабаритный и не тяжелый.

– Степень опасности груза? Огнеопасен? Или взрывоопасен? Чем ему может повредить разрыв около машины или шальная пуля?

Владислав уважительно покивал. Оценил, стало быть, вопрос.

– Нет, здесь вы можете не беспокоиться. Груз может сгореть, разумеется, этим и исчерпывается его огнеопасность. Не взрывается, и всякие там пули или осколки ему не страшны.

– Маршрут?

– Пока я не могу этого сказать. Относительно бензина – одна машина имеет дизельный двигатель и заправлена полностью. На двести километров пути этого достаточно. Даже по плохой дороге. Для двух других, в том числе и для той, что вы достали, требуется дозаправка до полного бака. По нашим подсчетам – это около ста-ста двадцати литров топлива.

– Ну, что ж… это уже лучше. Предварительно мы согласны. Но я жду от вас план маршрута. Сами понимаете почему…

– Мы подумаем. Связь с вами – тем же способом?

– У вас есть другие предложения?

Собеседник поворачивается к Алёне и щелкает пальцами. Топот ног – и перед Беглецом легла на подлокотник кресла темно-серая коробка радиостанции.

– Держите её включенной с десяти до часу дня или с пяти до восьми вечера. Заряда аккумулятора должно хватить на трое суток такой работы. Станция настроена, работать будет только на этой частоте. Так что не надо здесь ничего крутить или нажимать.

– Понятно, – Пётр подбросил на руке радиопередатчик. – Будем ждать от вас сообщений.

– Вас проводят.

– Спасибо! Всего вам доброго!

– До свидания.

«А вот тут я чего-то не сделал! – промелькнула в голове мысль. – Что-то он от меня ещё ждал, это точно!»

И судя по выражению лица тропического мужика, эта догадка имела под собою все основания.

Вернувшись к гаражам, Беглец отложил в сторону радиостанцию и полез в один из подвалов. Тропинка, по которой он сейчас прошёл, требовала некоторого дооборудования. Парочка зарядов не помешает…

Совсем недавно, обшаривая очередной гараж, он обнаружил там небольшие запасы всяческих удобрений – видать, у хозяина этого бокса имелась дача, на которой он занимался огородничеством. Полезное со всех сторон дело – ведь удобрения вполне пригодны не только для того, чтобы сыпать их в землю, – есть и другие способы их использования. Именно об этой сфере их применения Пётр и подумал, рассматривая лежащие вдоль стены мешки. Обнаруженной в гаражах солярки, возможно, было недостаточно для заправки автомобилей в течение сколько-нибудь длительного периода, но вот для других целей её хватало. А уж всевозможного мелкого железа тут было предостаточно.

Уже к вечеру, присев на верстак и вытирая замасленные руки ветошью, он принялся разглядывать радиостанцию.

Трудно сказать, кем его считали подручные Владислава, но о его умственных способностях они явно было невысокого мнения. Начать только с того, что у радиопередатчика имелось две антенны. И если эти самые деятели были свято уверены в том, что все их россказни будут приняты за звонкую монету, то их ожидает тягостное разочарование…

Вторая антенна – это признак наличия в станции приемника спутниковых сигналов. Таким образом, в момент включения (точнее, через несколько минут после него) передатчик сообщит своим корреспондентам точное местонахождение.

Вернее – должен сообщить.

Ладно, едем дальше…

Измерив длину основной антенны и произведя несложные вычисления, Беглец определил диапазон работы радиостанции – «двойка». То есть 140-170 мегагерц. Где-то в этих пределах. Имевшийся же на корпусе шильдик беззастенчиво утверждал обратное – на нём значился более высокочастотный диапазон. И в принципе, в это можно было бы поверить – такие станции действительно существовали. А вот тот гибрид, что лежал сейчас на верстаке, – это редкость! Подобные устройства выпускались лишь по спецзаказу.

Ручка переключения каналов здесь отсутствовала – её попросту сняли, оставив лишь ось на которую она крепилась ранее.

«Это, чтобы я случайно не ушёл на другой канал… – мелькнула в голове мысль. – Вы, ребятки, хотите понять – кто стоит за моей спиной?»

Не составляло никаких проблем им подыграть – вокруг того же «Прогресса» имелась куча заброшенных строений. Залечь там на пару дней, вообще не проблема ни разу – и пусть спецы «тропического мужика» засекут моё место пребывания.

Правда, исходя из прошедшего разговора, можно сделать вывод, что в данном случае его продолжения не последует. Владислав однозначно высказался – сотрудничество с крупными группировками им не интересно.

Ну, по крайней мере, в гаражи опосля таких уточнений они точно не полезут. Плохо это или хорошо?

Ну… на этот счёт могут быть разные мнения…

«Росомахи»…

В принципе, парочку их гнездилищ Беглец знал. Сидевший там народ, в отличие от бывшего ОМОНА, который выставлял повсюду посты, больше полагался на различные технические прибамбасы, каковые и должны были обеспечить им требуемую безопасность. Несколько таких устройств уже запланированы на раскулачивание – слишком уж там интересные штуки стоят…

Засесть рядом с этими парнями – тоже ни разу не проблема. Но будущие заказчики и это могут не оценить. Или, напротив, оценят – но по-своему.

Не станем рисковать.

Но кое-что всё же сотворим – пусть у ребятишек глаза на лоб вылезут!

– Владислав Викторович! – нарисовался в дверях кабинета связист. – Можно к вам?

– Что-нибудь срочное, Олег? – поднял голову от расчетов тропический мужик.

– Да, как сказать…

– А конкретнее?

– Помните, мы этому гостю, что из гаражей, радиостанцию свою отдали?

– Конечно! Что он – пропал уже? Передатчик у купцов?

Связист отрицательно покачал головой.

– Нет, с этим всё в порядке – мы его видим. В смысле можем видеть его маршрут. И на сообщения он отвечает. Мы пока держим его в ожидании, как вы и сказали.

– Так в чем же дело?

– Он станцию не выключает!

– То есть? – нахмурился Владислав. – Что-то я вас не понимаю…

– Когда мы отдавали станцию, его предупредили о времени, в течение которого нужно держать станцию включенной – иначе просто сядет аккумулятор.

– Ну да, я же сам ему ваши слова передавал, помню…

– Так вот, станция включена практически постоянно! Её выключают только на ночь, когда там все спят.

– И что это значит?

– Аккумулятор должен был уже сесть давным-давно! Но этого не произошло.

– Подождите, подождите… – поднял палец в предостерегающем жесте тропический мужик. – Они там заряжают его, что ли?

– Другого объяснения у нас нет.

Интересная получалась картинка!

Какая-то безвестная группировка имеет собственное энергоснабжение? Да такое, что может себе позволить подзаряжать радиостанции? В том числе чужие, полученные на время? То есть соответствующие специалисты у них есть… Интересно получается… кто же они такие?

– География его перемещений?

– Мы нанесли на карту его маршруты. Там есть, к сожалению, некоторые пропуски… но вы ведь знаете – спутник берёт далеко не везде…

– Он, что, под землю уходит? – поинтересовался хозяин кабинета.

– Не обязательно, может просто в дома заходить – если не стоять у окон, приёмник не поймает сигнал с орбиты. Поэтому в маршрутах есть небольшие лакуны…

Владислав уже разглядывал карту.

– Так… К «Стрижам» он не ходил… и вообще их район обходит преимущественно в ночное и вечернее время. Когда не спит, естественно… У наших друзей из-за кордона точно не был! Даже ближе километра к их постам не подходил. И у бандитов не отметился… у тех, о ком мы знаем…

Он отодвинул карту и призадумался.

– Вот что… давайте-ка его сюда. Надо поговорить. Время поджимает, и тянуть более нельзя. Шеф уже не раз высказывал своё недовольство нашими действиями.

Рация хрюкнула ближе к вечеру – Пётр как раз собирался поужинать.

– «Гость» прошу на связь!

Именно так всегда начиналось обычное общение с потенциальными заказчиками.

– Здесь «Гость»!

– Ждём вас завтра к двенадцати часам. Подтвердите приём информации.

– Принял, к двенадцати.

– Связь закончил.

– Связь закончил.

Вот так… обломались ребятки со своими хитрыми вывертами. Выключив теперь ненужную радиостанцию, он поставил её на зарядку.

Откуда дровишки?

Так оттуда же – из МЧС…

Переносной энергоблок с питанием от солнечных батарей давно уже стал обыденным снаряжением и в учебном центре имелся. Размером да и внешним видом устройство сильно напоминало обыкновенный чемодан. А мощности инвертора вполне хватало не только на зарядку аккумуляторов – при желании и небольшой холодильник можно запитать. Ну а уж на всякую там пайку и прочее… так что, не нужно теперь расходовать на это дело дефицитный бензин.

Да пришлось три дня проползать по окрестностям, изображая активность. Посильную помощь оказал Анчар – с прикрепленной к ошейнику рацией он добросовестно бегал туда-сюда. Можно представить, какую картинку там получили ихние связисты!

Нет худа без добра – кое-какие полезности удалось разыскать. Наведавшись в пару домов, он разжился там изрядным количеством батареек и даже добыл несколько аккумуляторов. А уж фонарей… хоть магазин открывай! Внимательно обшарив домашние аптечки, удалось существенно пополнить запасы медикаментов – особенно бинтами и тому подобными вещами. Те же самые женские прокладки – очень, между прочим, полезная фиговина. Для чего? А вы с мокрыми ногами себя комфортно чувствуете? То-то же… Они, если кто не знал, прекрасно поверх стелек в берцы идут.

Теперь, кстати, не надобно будет покупать подобные вещи у купцов. Да, в аптечках перевязочные средства есть. Но их наличие Беглец старался особо не светить, предпочитая для отвода глаз приобретать перевязочные средства у торгашей.

Да и с самими аптечками тоже не всё было ясно…

Обычно их хранят без обезболивающих средств – но в данном случае это было не так. И даже более того – в составе аптечек (хотя и не во всех) присутствовали какие-то и вовсе непонятные препараты. Применения им пока не находилось. Чем были вызваны все эти странности?

И почему аптечки находились в подвале СЭС? Вот уж, действительно, странное место! Больница – это, хотя бы, понятно. Где ж ещё хранить такие вещи? Но санэпидстанция совершенно никуда не вписывалась… порядок действий различных учреждений при возникновении ситуаций в рамках ГО давно и хорошо известен. И у СЭС там есть своя ниша, которую она и занимает. Хранение же и выдача медпрепаратов для лечения людей – это что угодно, но не функция санэпиднадзора. Для этого есть обыкновенные медики.

Да, и помимо СЭС в городе хватало несуразностей… так уж вышло, что шарясь по квартирам, Пётр иногда находил и наскоро просматривал какие-то записи или заметки. И та картина, что понемногу складывалась у него перед глазами, очень ему не нравилась.

Проглядывая записи в рабочем журнале учебного центра, он выяснил, что уже в течение года из города, под самыми разными предлогами, выживали государственные аварийно-спасательные службы. Где-то «внезапно» приходило в аварийное состояние занимаемое ими здание (это при том, что почти 70% всех построек в городе были моложе пяти лет!), «портились» линии связи и необоснованно долго затягивался ремонт техники. Начальник центра это видел и понимал, и, судя по записям в журнале, не он один. Видели это и наверху. Но… никто ничего не делал.

А вместо этого в город стягивались всевозможные охранные и полувоенные структуры и организации. Формально числясь охраной предприятий, они совершенно очевидно имели ещё и другие задачи – но какие? Выяснить это не удалось…

Новая встреча состоялась в том же самом вестибюле – и в той же компании.

Владислав сегодня был куда менее подозрительным и проявил большую готовность к сотрудничеству.

Или его так время припекло? Точнее, его нехватка.

– Вот… – карандаш скользнул по карте (обыкновенный туристический атлас автодорог). – Предполагаемые маршруты выдвижения.

Их было два, проходившие, примерно параллельно и не очень далеко друг от друга. Оба вели к конкретной точке госграницы. Но не к официальному погранпереходу.

– Пункты пропуска сейчас не работают, – пояснил собеседник. – Так что нет никакого смысла туда идти.

– Понятно… а в этих точках вас встретят…

– Это уже не ваше дело, тут мы и сами обойдёмся, – нелюбезно ответил тропический мужик. Впрочем, видимо поняв, что его слова прозвучали слишком резко, поправился. – В том смысле, что нет необходимости нагружать вас несвойственным делом.

– Да, мне как-то…

– Ну и хорошо. Нам хотелось бы, чтобы вы проверили оба маршрута на предмет их пригодности. Ну и, разумеется, на наличие там всевозможных препятствий. Как естественных – и тогда нам надо знать, как их объехать, так и искусственных – которые, как вы понимаете, надо устранить. Задача понятна?

– Вполне. А вы, что – так, по атласу, и ехать собираетесь?

– А в чём дело? – удивился собеседник.

– Да как вам сказать… тут ведь очень много чего не отмечено. Например, вот здесь, – палец коснулся отметки на атласе, – крутой откос, а вы именно тут проложили маршрут. Не спорю, пешком пройти не так уж и трудно, а вот на машине проехать – фигушки!

Владислав озадаченно прикусил губу.

– Даже так?

– Так это я ещё не всё там знаю!

Собеседник призадумался.

– Хорошо… Ваши предложения?

– Вы даёте мне в сопровождающие своего человека. Вместе с ним мы проходим оба маршрута. И уже он вам докладывает о степени готовности дороги. И о том, пройдёт ли там ваш транспорт. Кому, как не ему знать возможности ваших автомашин пройти тем или иным путём? Он же вас потом и ведёт по любому из выбранных вами маршрутов.

– Странное предложение… – удивился тропический мужик.

– А у нас и в городе полно дел… И позволить себе отвлечь специалиста на бегание туда-сюда мы попросту не можем.

На самом деле, истинная причина была совсем в другом.

Где гарантии, что по доведении колонны до нужной точки расплата последует не с помощью свинца и стали? Всё сделал, более не нужен… И деньги целее будут. Да и подстраховка кое-какая имелась. Ведь если специалист не вернётся домой целым и невредимым, оскорблённые в лучших чувствах его сотоварищи вполне способны кой-чего в землю и насовать… По своей, так сказать, инициативе. Похоже, что собеседник всё именно так и понял, вон как нехорошо у него глазки-то забегали!

– Ну… я должен обсудить это с руководством.

– На здоровье, мешать не смею. Как я узнаю о принятом вами решении?

– Да всё так же – по рации. Ведь проблем с зарядкой аккумуляторов у вас нет?

– Да сказал же тебе – с вами мне говорить не о чем! Озеров мне нужен! – Пётр благоразумно не высовывался из-за стены.

Даже говорил он, постоянно изменяя громкость, отчего у слушателя могло создаться впечатление, будто его собеседник постоянно смещается из стороны в сторону. Трюк, в принципе, несложный, но весьма эффективный. Голову оппоненту задурить можно качественно.

– Так я и ответил тебе – лежит он! Не ходит.

– Пусть кого-нибудь из знакомцев общих пришлёт. Он знает кого…

– Как руководство решит.

– Ну и хрен с тобой, золотая рыбка! – сплюнул Беглец под ноги. – Овёс к лошади не ходит! Сидите там у себя, как сычи!

И всё – прекратился диалог. Напрасно окликал его ещё не раз часовой, ответа не последовало. Дежурная группа, взяв в кольцо предполагаемое местонахождение упрямого типа, тщательно прочесала там каждую кочку и все укромные уголки, после чего вернулась несолоно хлебавши. И только после этого командир отряда заявился в санчасть к раненому Виктору.

Рассказав ему о странном визитере, он в ответ услышал только вздох.

– Как он пришёл?

– Как и все – подошёл к воротам. Назвался и попросил встречи с Виктором Озеровым. Охрана предложила ему положить оружие и пройти в специальную комнату – он отказался. Сказал, что будет говорить только с тобой – и только на этом месте. Ему ответили – ранен, мол, не ходит. Знаю, отвечает, пусть пришлёт кого-нибудь из общих знакомых. Часовой сгоряча ему автоматом пригрозил – и тот немедленно исчез. Словно под землю провалился!

– Этот может…

– Что за фрукт?

– Из «Лидера» он, сапер. И вообще спец классный! Наш человек!

– Так что ж он не с нами, коли наш? – спокойно поинтересовался майор Поддубный.

– Отставник… третий год уже не у дел. Как он был одет и вооружён?

– Камуфляжная куртка – не нашенская, ССЕ[4]. «АК-74М» с глушаком и коллиматором, пистолет в кобуре на ремне. Разгрузка – «сплавовская», рюкзачок…

– А когда меня раненого вытаскивали, у него был наш «омоновский обрез» и «Кипарис» с глушаком. Стало быть, уже прибарахлился где-то… Хотя мог и купить – у него есть на что.

– Откуда?

– Он на меня спецмедукладку израсходовал – не зажмотился. Видно было, что не последнюю отдаёт, уж я-то его неплохо знаю…

– И где ж он её раздобыл?

Озеров только плечами пожал.

– Про него последнее время вообще мало кто что знал. На встречи не приходил, не звонил – как умер. Где работал, не ведаю, ребята говорили, что устроили куда-то.

– Отчего уволился?

– Жена ушла. Любил он её сильно, оттого и сорвался – запил. Нервы не выдержали… А у парня, между прочим, несколько наград – и не за топотание по паркету! Мастер…

Майор призадумался.

– А как он мог уйти?

– Да черт его знает! Но уверен, что, прежде чем к часовому подойти, он себе путь-дорожку для отхода оборудовал. Предусмотрительный жук – из каждой норы у него всегда по три выхода, даже из собственной квартиры. Жаль, что сорвалось… Пётр просто так бы не пришёл…

– А где он живёт, знаешь?

– Да как не знать! Знаю, не раз у него дома бывал. Только там его сейчас искать – дело дохлое, другая какая-то у него лёжка есть.

Вернувшись к себе, майор постарался рассмотреть сегодняшний визит под самыми разными углами. Вызвал часового и подробно его расспросил. Заставил вспомнить все подробности разговора, описать детали вооружения и снаряжения визитера. И пусть тот не подходил ближе пятнадцати метров, кое-что рассмотреть всё же удалось. Картинка получалась интересная…

Гость не выглядел измождённым, как большинство бродяг и «Бродяг». Не создавал он и впечатления оголодавшего. Выбрит, бороды нет. И одежда в порядке, не драная и не грязная. Запылённая – так это тут у всех.

Значит – у него есть место, где он может спокойно отдыхать, не опасаясь внезапного визита непрошеных гостей. Неплохо охраняемое, что подразумевает некоторое количество охранников, или хорошо замаскированное. Чтобы никто из чужих не отыскал случайно. И что в данном случае лучше?

Пётр явно не страдал от голода – значит, есть запасы еды. Откуда?

Выбрит – есть время на бритьё, есть горячая или пусть даже теплая вода. А стало быть – и возможность её согревать. На костре из сломанных дверных косяков или на портативной горелке? Есть, знаете ли, разница! И потом человек, следящий за своим внешним видом, чувствует себя более уверенно, раз на такие вещи может тратить своё время. А с чего бы ему чувствовать себя уверенно?

Хорошо вооружён и неплохо одет. И если со вторым проблем особых не было (в брошенных домах чего только не отыщешь), то наличие у него специфических видов вооружения… это, если хотите, даже не звоночек – колокольный звон! Тех же «омоновских обрезов» Поддубному вообще в руках держать не довелось – слишком уж мало их в своё время выпустили. А у этого парня такой агрегат имелся!

И – последнее. Радиостанция. С двумя антеннами – часовой её хорошо разглядел. Она лежала в кармане на разгрузке, и только антенны выглядывали наружу. И вот это – самое фиговое.

Клиент не сам по себе шастает – кто-то контролирует его перемещение. И кто же это у нас тут такой выискался? Неслабо оснащённый в техническом плане, имеющий свою базу и запасы продовольствия? Да ещё и медикаменты из специального списка?

Точно не наш, да и не из «Стрижей» – майор бы про такого спеца знал. И подобные радиоприбамбасы имелись лишь у старших групп, не ниже. И то далеко не в каждый рейд их брали, слишком уж велика ценность такого оборудования. Носителя подобной штуки всегда сопровождало не менее пяти-шести человек.

Не «Росомахи» – в чём тогда был смысл спасения Озерова? Старший группы… весьма ценный пленник, многое знает…

Да и у них такие рации далеко не у всех имелись. И берегли их ничуть не хуже.

Глушак… не довод, это у многих есть. Прицел – аналогично.

Но вот все эти особенности, сложенные вместе, наводили на самые разные мысли. Не каждая группировка пошла бы на контакт, столь явно выставляя напоказ все свои возможности. Иногда, знаете ли, полезно бывает прикинуться таким вот слабачком… чтобы поближе подойти.

А тут – нате, шастает по городу «одиночка»! Ага, ищите дураков в зеркале… одиночка…

Сытый, бритый и хорошо упакованный.

И кто же это у нас в гости приходил?

«Вот, интересно знать, у кого там зуд административный такой прорезался? Нет, чтобы с человеком нормально поговорить да автоматом при этом его не стращать. Если б не приглядел я заранее водоотводную канаву поблизости от поста да не приподнял бы там загодя сливную решётку, чтобы в нужный момент не кряхтеть, ещё неведомо, чем бы наши препирательства закончились. Вполне часовой и гранату кинуть бы мог – с такого, пожалуй, что станется…» – думалось Беглецу, пока он топал восвояси.

И в самом деле, сидят ребята на своей территории, в не захваченном врагами городе, да и население тоже, вроде бы, не враждебное вокруг. Зачем такие строгости? Как они собираются с народом взаимодействие налаживать? А ведь без этого не прожить! Снабжение извне что-то пока отсутствует (или я попросту ничего про это не знаю), а выживать-то надо! У кого-то одно есть, у кого-то – совсем другое. Да, боеприпасов у парней хватает, так их ведь жрать не станешь!

Хотя… с другой-то стороны, этот самый мэр не сам себя на пост назначил – выбрали его. И если какая-то часть тех самых избирателей не слиняла из города вовремя и не передохла в первое время, то типусы здесь могут присутствовать самые разнообразные. И весьма неприятные – вспомнить хотя бы бывшего владельца «омоновского обреза». Уж чем-чем, а огородничеством они точно заниматься не станут, не тот народ. За болтовню и креативное мышление здесь платить ныне некому, а жить охота! И желательно – не сильно хуже прежнего. Значит, пойдут искать себе нового хозяина. Чтобы кормил и жить не мешал. Ну, а поскольку кормить задарма тут никто никого не станет, то и выполнять эти мальчики и девочки будут всё, что им только прикажут. И никаких угрызений совести при этом не последует.

Вон, даже та же самая Алёна шастает по городу со стволом? Шастает. И стрелять станет, особо не комплексуя, разве что по первости. Ну, не поспит ночку, порыдает, может, и проблюётся от переживаний. А потом обвыкнет и курок спустит без лишних волнений. И не одна она такая…

Интересно, а в прежней жизни Алёна кем была? Фигурка крепкая, спортивная, нигде (насколько это видно) ничего не обвисает… Не «шарпейчик», короче. Могла за собою следить, стало быть. А значит, время на это было и средства соответствующие. Небось, трудилась каким-нибудь манагером средней руки, бабки чужие пересчитывала…

Стоп!

Беглец аж тормознул!

Бабки…

А ведь не просто так эта мысль в голову пришла, что-то же её подтолкнуло!

Он присел и постарался собраться с мыслями.

Что-то такое начало складываться в голове, какие-то разрозненные факты и фактики…

Есть!

«… Одна машина имеет дизельный двигатель и заправлена полностью. На двести километров пути этого достаточно…» – так ведь Владислав говорил?

Так.

И что же это у нас за машина такая? Что ей одной заправки только на двести верст хватает? Хорошо, пусть мужик лопухнулся и ошибся на сотню – бывает. Тем более что про резервный запас топлива в баке мало кто из начальства вообще вспоминает, а он если и похож на кого-то, то уж точно не на начальника гаража. Это тот чисто по должности обязан все такие вещи и во сне учитывать.

«А ведь где-то это я уже слышал! – промелькнула в голове мимолётная мысль. – Точно, жаловался кто-то из ребят на такое дело… Кто? Не МЧС, другая структура была… чуть ли, не полицейская…»

Глянув на часы, он увидел, что уже скоро пора на связь выйти, как раз самое время. А за оставшиеся полтора часа можно и до дому, наконец, добежать, давно уже стоило бы это сделать.

Вот он, родной подъезд… Уткнувшись бампером в стену, стоит легковушка соседа со второго этажа. Всё заднее стекло в характерных пробоинах – недалеко успел отъехать… Под машиной уже намело всякого мусора, давно, стало быть, стоит.

Но всё равно, Пётр присел за ограждением спуска в подвал, осмотрелся и прислушался. Нет… тихо тут всё. Ну, как тихо… так же, как и везде. Ветер, деревья поскрипывают, где-то лязгает какая-то железяка. Монотонно так, видать, тем же ветром и шатает её.

Осмотримся, особое внимание уделяя приоткрытым окнам и тем, в которых стекол вовсе нет.

Побывав в своё время в Припяти, он обратил внимание, что в большинстве давно брошенных домов в окнах имелись целые стекла. В бетонных, разумеется: кирпичные строения, оставшись без людей, разрушаются очень быстро, и там стекол может не быть вовсе. Просела стена, рамы деформировались – и привет!

Но здесь дом панельный и простоит ещё долго. Не с чего тут стеклам лопаться. Так что если где в раме пусто, то это не просто так. Кто-то зачем-то окно выбил.

И зачем же?

Это пуле всё равно – стекло или занавеска. А вот глазу – оно не одинаково. Если через занавеску смотреть и стрелять как-то однохренственно, то стекло, бывает, искажает видимость, особенно если под углом смотреть. Опять же – окна тоже бывают разными…

Иными словами – через оконное стекло неудобно прицеливаться, вот его и выбивают. Да и нельзя исключить возможность, что осколки разбитого при стрельбе окна самого стрелка и поранят. Маловероятно это – наружу в основном эти самые осколки выхлопом от выстрела выносит. Однако ж приходилось слышать о подобных случаях, так что не всё так однозначно получается. Не просто так народ стекла бьёт…

Таких окон в доме оказалось три – и к ним Беглец присмотрелся повнимательнее.

Первое окно – второй этаж, слева от лестничной клетки. Рама закрыта, осколков внизу нет. И на раме, приглядевшись в бинокль, удалось обнаружить характерный такой следок… Пулей его вынесло, видать, шальная залетела.

Шестой этаж, справа, рядом с лестницей. А вот тут всё хуже – поблескивает на подоконнике осколок стекла. Изнутри выпал, но не судьба ему была до земли долететь. Так, здесь стекло изнутри вынесли. Зачем? Вниз стрелять? Не вариант, как раз в нижней части окна стекла сохранились. Чтобы под таким углом вниз стрельнуть, надо вплотную к окну подойти. И стать неплохой мишенью самому. Впрочем, что мы знаем о выбивавшем? Может быть, он в своё время боевиков насмотрелся? И возомнил себя несокрушимой и неуязвимой рэмбой? А что, и такое иногда бывает…

Третье окно, девятый этаж, слева – самое неприятное. Чем же это? А тем, что расположено оно аккурат под его собственной квартирой! Куда там стекла вывалились – неизвестно, отсюда не разглядеть. Но стена над окном характерно так закопчена…

Костер там жгли, что ли? Вполне может быть и так.

А кто у нас сейчас костры палит в домах?

Да, кто бы он ни был – один хрен, встреча с ним не желательна!

Эх, нет Анчара!

Но пёс вполне мог налететь на растяжку или дробовой заряд в упор – не спасла бы его немалая живучесть! Не хочу… второй раз может и не зажить!

Но не маячили в окнах ничьи головы, и не слышно было в доме признаков чьего-то присутствия. Хотя не факт, народец ныне битый пошёл, осторожный…

Рискнём!

Уже в подъезде, прижавшись к стене, он прислушался ещё раз.

Нет… только ветер…

А двери-то на этажах кое-где повыбиты! Странно, у нас не настолько богатый дом был. Чего тут мародерам-то искать?

Хотя… это уже от мародеров зависит, они тоже бывают разные. Одежку, во всяком случае, найти можно, кое-какую еду по первому времени… мелочевку всякую, тоже вполне возможно добыть.

Однако ж запашок в подъезде присутствует! И не только гари и нечистот, ещё кое-какие запахи неприятные. И это наводит на нехорошие мысли…

Ещё пролёт…

Снова выбитые двери.

Следы от пуль на стенах, стреляные гильзы под ногами. И чем тут у нас пользовались?

Двенадцатый калибр, двадцать восьмой даже! «ПМ» – ну, с этим всё понятно… «Пятерка», уже хуже…

Ещё этаж, ещё один.

Справа показалась выломанная дверь. Тут, судя по тому, что и сама дверь и косяк были изрублены картечью просто в хлам, побоище было серьёзное. Кровь на лестнице – кому-то из нападавших прилетело. Много крови…

А в квартире-то Сашка Гололобов жил – опер из убойного отдела. Крепкий мужик! Это, что же, его тут брать пробовали?

Надо посмотреть!

Шажок, другой…

Снова кровь – на полу и на стене, а ведь я в квартиру-то ещё не вошёл!

В прихожей тоже было запачкано кровью, но вот чьей именно – уже вопрос!

Первая комната – всё перевернуто, дверь шкафа пробита навылет дробовым зарядом. Искали кого? Или просто по злобе шарахнули?

Коридор, обои изодраны дробью и картечью, причем, судя по следам, лупили с обеих сторон. Снова кровавые пятна на полу.

Первое тело обнаружилось во второй комнате – хозяин квартиры. Выстрелом его отбросило к стене, а там, по всему видать, и добили… В упор стреляли, разлет дроби совсем небольшой.

А вот в третьей комнате… туда лучше было бы совсем не заглядывать.

Эх, Сашка, Сашка…

Как же так получилось, что ты вместе со всей семьёй остался здесь? Отчего не уехал, не успел?

Рассмотрев уже начавшее разлагаться тело бывшего опера, Беглец почесал в затылке. Камуфляж… изодранный дробью разгруз… что-то не припоминаю я его в подобном виде. Никогда он так не ходил и форму-то одевал от случая к случаю.

Пустая кобура на поясе – не «ПМ», между прочим что-то другое! Где же это он так приоделся и вооружился?

А ведь и его домашние тоже одеты похожим образом, не в гражданку! Не военный камуфляж, скорее туристическо-охотничья снаряга, но и это тоже кое-что! Кто-то их переодел… и кто-то выследил.

Снова лестница, под ногами что-то хрустнуло.

Чего это у нас там?

Стекло, битое стекло. И не только оконное, кстати! Ну, с ним-то было бы всё ясно, такого добра тут везде навалом. И его попадание на ступеньки, в принципе, объяснимо. А вот битые стаканы-то здесь откуда взялись? Нет, откуда – это понятно, из квартир. Но зачем? Для какой нужды надо было их там искать и сюда выбрасывать?

А для такой, чтобы любой, кто по лесенке идет, этими самыми стеклами бы хрустел!

– Я тебе скажу, Петька, почему тебя начальство не любит! – чокнувшись с Беглецом стаканом, сказал Михаил.

– И почему же?

– А ты весь такой из себя неправильный. Непредсказуемый и неизвестно, какой фортель завтра выкинешь! А руководству это не в кассу, оно должно каждый шаг любого подчинённого заранее предвидеть и спрогнозировать. Не должно так быть, чтобы на вопрос сверху – куда подевался такой-то товарищ, оно тотчас же ответить не могло! Мол, там-то он сейчас находится, выполняет работу, согласно утверждённому графику. И даже всякую взрывоопасную хрень тягает из земли установленным способом. А не как вы все – с помощью каких-то там самодельных фиговин!

– Всем бы такие самоделки… их в Москве, между прочим, не самые глупые люди разрабатывали! – фыркнул Пётр.

– Но ведь программу госиспытаний они ещё не прошли? – прищурился собутыльник.

– Так она на два года рассчитана! И сколько ребят мы за это время похороним?

– Всё по инструкции!

– Устарела та писанина давным-давно!

– Созови комиссию, рассмотри… и предложи новую – тебя ли учить?

– Не с моей колокольни такие документы оплёвывать…

– А тогда – сиди тихо и не выёживайся! И жить тебе будет проще, это уж точно, – поднял стакан Мишка Основин. – За то и выпьем!

А экстремистом меня тогда называли не зря… мы всякие фокусы выкидывали…

Те, кто рассыпал по лестнице стекло, рассуждали вполне понятным образом. Наступит человек на стекляшки – те хрустнут, мы и услышим. Всё разумно и понятно.

Но это если обычный человек пойдёт.

А вот на таких извращенцев они вряд ли рассчитывали…

Кто вообще сказал, что ходить нужно только по ступеням? А про перила такой человек совсем позабыл? Да, так не принято. Но кто сказал, что это невозможно в принципе?

Неудобно, небезопасно – но вот же, ходим!

Один пролет позади, держимся руками за прутья перил наверху, так и двигаемся потихоньку. Так, теперь на следующие перила перелезть надобно… а, впрочем, уже не надо – тут стекол нет. Только один лестничный марш стеклами засыпали. Лень, ребятки, не всегда двигатель прогресса … иногда и причина ураганного старения – вплоть до летального исхода.

Бубнят…

Где-то наверху.

У них там гнездо или как?

Похоже, гнездо…

Тут и запашок уже не так сильно ощущается – приоткрыты окна на лестнице. Ненамного – снизу особо и не видать, но сквознячок небольшой есть. Этого вполне достаточно, чтобы тут не так сильно пованивало.

Навряд ли тут основная лёжка, скорее, какая-то резервная точка. «Аэродром подскока», если так можно сказать. Долго тут жить никто не собирается, так, заходят иногда.

Но если насыпали внизу стекла, то должен быть и тот, кто этот хруст услышит. Не станет же он вместе с основной толпою наверху сидеть?

Рядом где-то этот тип заныкался… а где?

Да на этой площадке он сидит, больше негде. Как раз успеет тихо подойти и шарахнуть по незваному гостю, пока тот на следующий пролет поднимется.

А раз так, то сидеть он должен слева от лестницы, иначе, пока будет подбегать, могут его снизу засечь. И тогда уже шарахнут по нему.

Снова лезем на перила – перебираемся наверх. Теперь этот клиент, когда выбегать будет, у меня снизу окажется. А поскольку всё внимание будет обращено вниз, то к потолку ему голову незачем задирать.

Тихо переполз на следующую позицию предохранитель, будем одиночными стрелять. Патрон давно в стволе… но всё же проверим… порядок!

Несколько гвоздей-соток всегда с собой, старая привычка, знаете ли…

Взмах рукой – и гвоздь ушёл в проём.

Щелчок!

Не хруст стекла – но тоже звук непривычный!

Бзанг! Это уже о перила.

Часовой выскочил слева почти бесшумно, ноги у него были обмотаны каким-то тряпьём. И поэтому передвигался он достаточно тихо.

Чвак!

Только затвор лязгнул…

А вот гильза об пол не зазвенела – зажата прицельной планкой обыкновенная шапка. Да не просто так, а с умыслом – вылетевшая гильза туда падает. И об пол уже не брякает.

Старый это фокус… только с шапкой немного поработать надобно. Ну, ничего, руки на месте, а иголки с нитками у нас имеются в количестве немалом.

А что до прицельной планки – так у нас коллиматор есть, им и пользуемся.

Осел мешком на пол часовой.

Готов?

Присмотримся… да, похоже, отбегался клиент.

А что наверху? Не всполошились ли товарищи убитого?

Нет.

Не слышно там движения, по-прежнему изредка доносится какой-то бубнёж.

Снова переполз на другую позицию предохранитель – теперь уже и очередями стрелять можно. И даже нужно.

Здесь лестница была почище, надо думать, мусор попросту вниз сметали, то-то там всё так загажено…

Пролёт, второй…

Голоса стали громче.

И где же они тут устроили сходняк?

Вон там…

Чуть приоткрытая железная дверь, цепочка поперёк – не войдёшь незваным гостем! Ты сначала постучись, назовись…

Ага, и саван с собой не забудь прихватить – пригодится.

И в который уже раз сталкиваемся с проявлением шаблонного мышления! Блин, ну, реально достало уже! И когда же эти идиоты, наконец, повымрут? Да, недоглядела где-то небесная канцелярия – отчего их так у нас много?

Впрочем, говорят, что на Западе таких ещё больше…

Дано – железная дверь.

Изначально сия конструкция предназначена для того, чтобы входную дверь в квартиру попросту не вышибли плечом. И всё, никаких иных функций (ну, кроме противопожарной) она не несёт. Это вам не банк и не укрепрайон – там подобные изделия реально могут от чего-то защитить. Ну да, зато и весят раз в десять побольше…

Но некоторые, особо одаренные «товарищи» с «нестандартным мышлением» отчего-то воспринимают эту дверь неким универсальным средством защиты. А если подумать?

Судя по пробоинам в районе замка, вскрывали квартиру универсальной отмычкой калибра 7,62-мм. И никакое дверное железо от этого не уберегло.

Так почему же сейчас у вас, «дорогие друзья», вдруг возникла мысль, что блестящее металлоизделие китайского ширпотреба (дверная цепочка, если кто не понял ещё) вдруг сможет сделать то, чего не сумел сотворить куда как более надежный и крепкий замок сейфового типа? Он-то не из «дерьма и палок» сделан, там какое-никакое железо всё же присутствовало!

Но против аргументов товарища Калашникова замок не устоял. Угу, а тонкая цепочка на приоткрытой двери, стало быть, надёжнее…

Ну-ну…

Создаёт вам эта самая дверь иллюзию защищенности – и это плохо. Для вас, разумеется… Почему плохо? Да потому, что считаете вы все себя в относительной безопасности. Мол, надобно ещё как-то дверь открыть да к вам войти…

А, простите, зачем?

Вы – там, я здесь – никто никому не мешает. А про то, что и самим для того, чтобы как-то кому-то напакостить, сначала надо из квартиры выйти – никто и не подумал! Вот перекроют вам выход – что делать будете? Дверь железная, открывается наружу, к стене. Всё правильно, как иначе в квартиру что-то затаскивать? Но уже в силу этого никаким прикрытием ни от чего данная железяка служить не может – открыт всем ветрам человек, выходящий из квартиры. Ну и пулям, разумеется, тоже…

Вот поставили бы вы ещё и на этой площадке второго часового, помимо того, что внизу валяется, – тут уже мне бы поплохело основательно. Фиг в таком-то раскладе по перилам поскачешь…

Но у вас же «творческий союз нестандартно мыслящих свободных личностей» (банда, если на нормальный язык переводить), как тут кого-то заставишь на пост идти? В то время, когда все прочие балдеют?

А они, судя по характерному запашку, именно кайфовали. Травкой из-за двери тянуло, короче говоря…

Ну, откровенно говоря, Пётр такому делу не сильно удивился. Квартиру эту снимала парочка каких-то волосатиков. Программисты они или кто ещё, он не знал да и не особо интересовался. А вот запашок этот иногда ощущал – через вытяжку затягивало. Квартира-то аккурат под его жильём находилась! Стало быть, имелся у этих парнишек некоторый запас…

Впрочем, их судьбе Беглец не завидовал. Ребятки явно не по своему желанию запасами поделились, раз уж дверь им автоматом вскрывали. Может быть, исполнилась тогда заветная мечта многих нариков – полетать… А что, ведь окно-то открыто? Не исключено, в него и вылетели… а уж под кайфом или как, про то история не ведает.

Впрочем, устраивать сейчас перестрелку с неведомым итогом он совершенно не собирался. Вполне достаточно, если эти любители кайфа будут спокойно сидеть у себя в логове. Они ему никак сейчас не мешали.

Поэтому, не сводя с двери ствола, он осторожно поднялся дальше по лестнице. А вот на площадке присел – и быстро натянул прозрачную леску между трубой мусоропровода и перилами. Невысоко, сантиметров десять от пола. Точно такая же уже была натянута ниже площадки. Её и в нормальном-то состоянии не враз углядишь, а уж будучи обкуренным… Полёт вниз по ступенькам, сопровождаемый неминуемым грохотом и крепкими матерными выражениями, послужит хорошим звуковым оповещением о том, что кто-то решил вылезти на лестницу.

А вот и родная дверь. Следов взлома нет, что уже неплохо. И ключ в кармане лежит – уже давно. Своего часа ждал, вот и дождался. Хорошо смазанный в своё время замок открылся почти бесшумно.

Встретить тут Бороду Пётр не рассчитывал. Ибо всю закуску тогда уволокла сестра, а пить без неё старый товарищ не стал бы. Рано или поздно, а из квартиры он должен был выйти, чтобы что-нибудь подобное купить. Выйти-то да, а вот войти… это вряд ли, как говорил главный герой в одном фильме. Пусть дверь внешне и неказистая, металла сверху не видно, но это ещё не значит, что его здесь не имеется. Да и косяк тут укреплён неплохо, тоже не деревяшка…

Нет, Бороды в квартире не было.

Беглец облегчённо перевёл дух – очень уж не хотелось увидеть тут полуразложившийся труп старого товарища.

А вот спирт оказался на месте, правда почти пол-литра или чуть больше из него старый злодей отлил-таки! Ну и фиг с ним, осталось всё равно достаточно.

Первым делом – в шкаф!

Вот он, родной разгруз… Не левак какой-то, фирменная продукция «Корпуса выживания»! Удобный саперный разгруз. Черного цвета – ночью-то самое оно! И кое-какие небоевые, но крайне полезные мелочи в нём ещё остались. Особенно «саперный сникерс», эту «кошку» Пётр тщательно берёг. Сколько раз она ему жизнь спасала – не перечесть!

Пара мотков прочного шнура, леска, изолента – и прочая мелочь. На душе потеплело…

Так, всё старье – в рюкзачок! Спирт – туда же!

Быстро и бесшумно перемещаясь по квартире, он торопливо опустошал тайнички. Немного в них осталось, но в данной ситуации и это – манна небесная.

Остановившись на пороге, он осмотрелся.

Всё?

Да, вроде бы…

Так хотелось присесть на родной диван, откинуться на подушку… Да даже вздремнуть! Дом ведь! Родной, право слово, не хухры-мухры!

Нет. Нельзя. Не ко времени сейчас расслабляться.

Бух!

Эхо ударилось в стены и испуганной птицей рванулось по подъезду.

Внизу!

Точно не на восьмом этаже, громче бы бабахнуло…

Не иначе как навернулся кто-то из нариков, за леску зацепившись. Видать, вниз пошел часового менять. Ну и закономерно навернулся…

А выстрел – это уж само собою разумеющееся. А ты не таскай в руках взведённое оружие!

Внизу загомонили, затопали – весь кодлан подорвался, не иначе. И что теперь делать? Выскакивать на лестницу?

Не самая лучшая идея, надо сказать. Неизвестно, сколько там этих ухарей. По топоту и шуму-гаму если судить, то человек пять-шесть, не меньше. Да внизу ещё один… мало приятного.

Скользнув к двери, он прислушался. Топот – побежали вниз, хорошо… Авось, ограничатся тем, что обшмонают своего покойника, увидят отсутствие ствола и боеприпасов (а за батарею заглядывать им лениво будет) да на этом и успокоятся. Сильно сомневаюсь, что они тут после заседать станут, скорее всего, свалят куда-нибудь. Засвеченное место… здесь лучше не ночевать, уж больно сон тревожный будет.

– М-м-мать твою! – и лязг упавшего железа, не иначе кто-то ствол обронил.

Так, ещё кто-то наверх наладился.

Вот это плохо, сейчас они всем кодланом сюда попрут – квартиры шмонать. А их тут мало, и моя – самая ближняя к лестнице, с неё и начнут.

Тихо щелкнул замок, чуток приоткрылась дверь…

Так и есть – на площадке нарисовались поднимающиеся снизу «местные обитатели».

Чвак!

Патлатого парня толкнуло вперёд, и он боком навалился на трубу мусоропровода.

Чвак! Чвак!

Шедший за ним следом грузный мужик уткнулся лицом в ступени.

Двое…

Пётр вскочил на ноги!

Прыжок к краю площадки…

Трижды кашлянул автомат, и по ступеням вниз загрохотала двустволка.

Три.

Бу-бух!

Еле успел в сторону отскочить… Дробь со свистом ударилась в потолок, осыпалась штукатурка. Внизу торжествующе заорали. С какого хрена-то? Не задело нас ничего…

Но вообще поводов для веселья не имелось никаких. Ну да, троих завалил – и что? Внизу, если судить по плотности залпа, точно не меньше осталось. А если они ещё и за подмогой кого-нибудь наладят…

Ладно, штурмом им меня не взять – пока не взять. Если их там человек пять, то шансов прорваться наверх под автоматным огнём немного. Тем более у непрофессионалов. Обыкновенную «караколе»[5] они тут фиг изобразят. Не та у господ наркош выучка… а вот попереть дуром, непрерывно паля по сторонам, – это они вполне могут. Да, часть народа тут и ляжет, и к бабке не ходи. Но кое-кто может меня и зацепить… и вот это уже плохо. Или попросту навалят внизу чего-нибудь горючего и подпалят. Им этот дом, равно как и все окружающие, до фени. Так наверху и задохнусь…

Внизу послышалась какая-то возня, треск… они там, что, двери ломать взялись? Баррикаду городить? Какие-то у вас, господа, странные идеи в голове бродят… Или, всё-таки, костер складывать начали?

Но мысль в голове мелькнула! Минут пять у меня есть… Быстрый взгляд по сторонам – все двери заперты.

Эх, пропадай моё жильё!

Тихо приоткрыв окно (вот когда пожалеешь, что балкона нет), он привязал репшнур к раме. Выдержит… окна-то новые вставлял. Жаль, что реп короткий, этажа на три только хватит… или на четыре… А вот обвязка у меня есть – давно в шкафу своего часа дожидается. Вот и дождалась!

Привязав к концу веревки табуретку (чтобы сгоряча вниз не усвистеть, так хоть табуретка этому помешает), Пётр осторожно вытравил репшнур вниз.

Ну и что, что смешно выгляжу? Я всё же не профессиональный альпинист!

Теперь назад, на площадку.

Высунув руку с пистолетом, он веером выпустил весь магазин по лестничной площадке, стараясь если не подстрелить кого-нибудь конкретного, то уж, как минимум, напугать и обозначить своё присутствие.

Там заорали, грохнул ответный залп – дробь сбила почти всю штукатурку на стене напротив и вынесла к чертям оконное стекло.

Так, отлично, теперь вы знаете, что я тут и никуда не сбежал.

Вихрем проскочив квартиру и на бегу сменив в пистолете магазин, он загнал патрон в ствол и убрал оружие в специальный карман на груди. Защелкнув за веревку карабин, он сел на подоконник и свесил ноги.

Ну?! Начали!

Толчок, заскользил по карабину репшнур – черт, он более тонкий, нежели «основная» верёвка! Не выходит скорость регулировать!

А если так – и левая рука отвела нижнюю часть веревки в сторону… Скольжение слегка замедлилось, он облегчённо вздохнул и, подняв глаза, встретился взглядом с каким-то мужиком, который как раз выглядывал из окна!

Оф-ф-фигеть…

Мужик только рот раскрыл.

Беглец мгновенно выдернул из нагрудного кармана пистолет.

Бах!

Хрен там… пуля только заставила мужика нырнуть под подоконник.

Окно осталось наверху, Пётр стремительно проваливался вниз. Он едва-едва успел сунуть пистолет назад, как пришлось перехватывать репшнур двумя руками. Вот и окно!

Задержать падение…

Над головою грохнул выстрел.

Мимо!

Толчок ногами от стены… р-раз!

Тоже мимо, он только долбанулся об стену.

Хорошо хоть не боком!

Снова выстрел – и опять туда же.

Со звоном вылетело стекло, Беглец еле успел ухватиться руками за раму, чтобы не вывалится назад.

Карабин отстегнуть… к двери бегом!

Заперто!

Он отскочил назад, перебрасывая из-за спины автомат. Щелкнул предохранитель…

Кр-р-р-ах! В-в-и-у!

Дверь встопорщилась щепками, а от стены рикошетом взвизгнули пули – стреляли с той стороны.

Всё, приехали… выйти на лестницу уже не дадут…

И позиция тут заведомо хуже, чем наверху. Да и путей отхода никаких нет. Балкона и здесь не имеется, а сигать вниз с пятого этажа – удовольствие сомнительное.

С грохотом опрокинулся шкаф, упираясь торцом во входную дверь. Теперь её вынести – это очень серьёзно потрудиться надобно, господа наркоши! Тарана, типа переносного омоновского, у вас точно нет, а плечом наваливаться на дверь, когда с той стороны засел вооружённый человек, – плохой вид самоубийства.

Хотя, как тотчас же оказалось, кое у кого по ту сторону двери были иные соображения на этот счет.

От двери снова полетели щепки, и почти тут же её сотряс мощный удар. Не иначе как плечом саданули. И плечо это принадлежало какому-то весьма крепкому дяде, ибо дверь затрещала.

Но дернулся автомат в руках у Петра.

И за дверью заорали сразу в три голоса.

Неужто троим досталось? Да ладно… сказки это… чтобы так попасть! Одному, скорее всего, прилетело, а остальные просто от врождённой злобы орут. Вот в это ещё поверить можно.

Удары в дверь прекратились, зато стрельба возобновилась с новой силой. Ну и хрен с вами, пулями вы эту дверь сразу не снесёте…

Со стороны посмотреть – жопа. Полная и окончательная. И вариантов выхода никаких. Влезть наверх по репшнуру? Увы, Беглец настолько высоко нос не задирал – попросту не выйдет. Вниз – ещё так-сяк, а вот наверх взобраться… тут совсем другие руки иметь надобно, не такие кривые. Да и караулит там кто-нибудь, это уж наверняка. А лететь спиною вниз на землю очень уж не хотелось.

Современный дом, особенно типовой, – сооружение весьма сложное. И имеет множество разных, непосвящённому человеку не ведомых секретов и секретиков. Ну, кого, скажите на милость, интересуют системы водоснабжения и канализации заодно с вентиляцией? Течет вода, смывается в унитаз то, что должно туда попадать, в квартире относительно свежий воздух (ну, скажем, не совсем спёртый) – обывателя ничего более не волнует. А для всего прочего есть сантехники.

Но когда вдруг происходят катастрофы, что-то горит и взрывается, а, не дай Бог, ещё и обрушивается, тогда приезжают крепкие парни в спецодежде – МЧС. Вот мы-то и обязаны знать кое-что специфическое. И в тех объемах, что и не снились никакому сантехнику.

Как «пройти» через упавшее перекрытие?

Как быстро пробить стену, чтобы дать доступ воздуху в замурованное помещение?

Вы скажете – на это есть шахтеры. Профессионалы, работающие под землёй годами. Есть такие, никто и не спорит. Но отчего-то их не привлекают к нашей работе. Вот горноспасатели – это, да!

Пётр не раз мысленно снимал перед ними шляпу. Мужики мало того, что знали своё дело назубок, так ещё и спецами в нём были почти запредельными!

Но… бетонная плита и завал из грунта хоть в чём-то похожи, но всё же – вещи совершенно разные. Лопатой бетон не пробить. Во всяком случае далеко не сразу.

А вот современный дом… тут ведь не всюду стены из фортификационного железобетона. И не надо ха-ха! Самому такой дом в Сухуме попался. Все стены, как стены, а вот одну чем только не курочили! Ничего её не брало! Бур, даже победитовый – тупился, пройдя сантиметров пять. Прочные дюбеля, входившие в соседнюю стену, как по маслу, здесь только гнулись.

И вот кто скажет мне, какая-такая необходимость была именно эту стену делать столь прочной?

Но это всё лирика, а сейчас – к делу.

Мы имеем здесь стандартную девятиэтажку не самого современного проекта. Особенность именно этого дома в том, что здесь не все стены одинаково прочны. Впрочем, это и других проектов тоже касается…

Но здесь – здесь присутствует интересная особенность…

В некоторых местах межкомнатные и межквартирные перегородки, скажем так, условно крепкие. Нет, они тоже бетонные бывают, но не очень толстые и прочные. А иногда – так и вовсе не пойми, из чего сложены, даже из оштукатуренного алебастра бывают. Кулаком такую «стену», разумеется, не пробить, да и плечом тоже не повалить.

Но при наличии некоторых инструментов… В стандартных ситуациях порою и кувалдометром работали – выходило нормально. Однако кувалды у нас нет, да и шумно это…

Пётр остановился в двух метрах от стены. Пули, которыми продолжали осыпать входную дверь разъярённые наркоши, сюда не попадали. Хотя и пролетали порою в неприятной близости.

Чвак! Чвак! Чвак!

Глушитель снижал звук до приемлемого уровня, да и на лестнице продолжали свирепствовать осаждающие, так что никто ни на что внимание не обратил.

Для «семерки» пробоины должны располагаться не более, чем на десяток сантиметров одна от другой. Для «пятерки» это расстояние чуть меньше, да и патронов с бронебойными пулями у нас нет…

Когда закончился магазин, в стене имелось изрядное количество некрасивых дырок, расположенных в форме буквы «С».

Ещё стреляем? Или как?

Или как…

Удар ногой – и кусок перегородки вывалился в соседнюю квартиру. Ещё удар – и в дыру уже можно пролезть… Не с комфортом, да и черт бы с ним!

Пара выстрелов из пистолета по двери вызвала дружный залп противника. Бедная дверь… её уже, наверное, плевком можно выбить.

Дом, в котором довелось жить, имел стандартную планировку. Лифт посередине лестничной клетки, и по две квартиры с каждой стороны. Беглец ухитрился влезть в окно крайней, что у лестницы справа, если смотреть снизу. А теперь он переместился в соседнюю, но останавливаться на достигнутом не собирался – в этой квартире тоже имелась «слабая» стенка…

Смена магазина.

Черт, так ведь и без боезапаса можно остаться!

А вот в новой квартире приходилось быть осторожным и не шуметь – противник кучковался где-то поблизости.

Входная дверь…есть глазок! И, слава Богу, не новомодный электронный, а вполне себе обыкновенный оптический.

Строго говоря, прямо напротив двери никого быть не должно – это место простреливается из моего прежнего убежища. Так что осаждающие, если они не круглые дураки, будут стоять на лестницах и стрелять из-за угла.

Как и следовало ожидать, в глазок никого разглядеть не удалось – непосредственно в этом закутке желающие попусту рисковать башкой не прятались.

Осторожно поворачиваем головку замка… есть!

Толкаем так же осторожно дверь… совсем на чуток, только чтобы ствол высунуть…

За шумом-гамом, который царил на лестнице, тихих хлопков глушителя разобрать было невозможно. Автомат толкнул Беглеца в плечо – и на площадке внезапно наступила тишина. На лестнице, идущей вверх, осели кулями три неподвижных тела.

Всё? Да ладно… Должен же кто-то внизу сидеть.

Точно, вон и щелчки какие-то… снаряжает магазин?!

Бросок вперёд, на колено, выглядываем…

Выстрелы грянули одновременно.

Дробовой заряд прошёл над головой, не ожидал оппонент, что человек с колена стрелять станет.

А вот ответная очередь оказалась точнее.

Бля…

Пётр опустился на площадку – ноги не держали совершенно. В гробу я такие фокусы видал!

Однако ж рассиживаться тут нечего, а ну, как не всех ещё уработать удалось?

Три, четыре, пять, шесть… да часовой… И ещё трое наверху – неслабо их тут было!

Наклонившись к ближайшему мертвяку, выдернул у того из кармана магазин к автомату, глянул на контрольное отверстие – все тридцать, хорошо! У самого в автомате оставалось патронов десять-пятнадцать, надо перезарядить оружие, больше-то патронов нет.

Кстати, надо будет и других обшарить, патронами запастись, это уж как минимум.

«Поднять» (какой всё-таки ёмкий термин придумали в израильской армии для обозначения всевозможной добычи) удалось шесть магазинов к автомату. Три из них были с патронами, но полного больше не нашлось. Да и вообще патронов к автомату ни у кого не оказалось. Ладно, не графья, там потом разберёмся…

А что у того, который последним оказался? Ух ты! «Вепрь-205-3»! И полуснаряженный магазин. А в карманах у него что? Десяток патронов нужного калибра, крупная дробь. Самое то для подобной обстановки! Быстро дозарядив магазин, Беглец дослал патрон в ствол. Вытащил магазин, добил туда ещё один. Теперь в запасе девять выстрелов – аргумент! Прятаться опосля такого шума-гама смысла больше не имелось. А скорострельный дробовик в данной ситуации существенно перевешивал автомат – можно лупить просто в направлении цели, что-нибудь да зацепит. Разлет дроби у короткого ствола – тот ещё!

Поэтому автомат за спину, он своё уже отработал. А «Вепря» в руки! Тут и после пошарить можно будет, сначала проверим верхние этажи. Только вот натянем над ступеньками ту самую леску – она себя ох как хорошо зарекомендовала!

На площадке между восьмым и девятым этажами остывали трое покойничков. У одного из них обнаружился ещё один магазин к дробовику. Надо думать, то был его прежний владелец, не до конца обшаренный более удачливым сотоварищем. Впрочем, от судьбы и тот не убежал…

Обрезы остались на лестнице, мы и те, что внизу, брать не стали – не ишак, чай, всего не утащить. Да и хорош бы был в таком виде! С горой подобранного оружия прущий зачищать остальных бандитов… фиговая идея, откровенно говоря. А вот патроны – эти в рюкзачок! В карманах уже места нет. Тут и магазины к автомату, и подобранный «ТТ» – тоже, если поразмыслить, штука мощная. Даже некоторые здешние (и нездешние) стеночки прострелить вполне способен, не то что «ПМ».

Два снаряженных магазина к «Вепрю» – довод основательный, вполне достаточный, чтобы выиграть время и добыть из-за спины автомат. Ну, это если уж совсем плохо станет. Если даже полтора десятка дробовых выстрелов с короткого расстояния не тормознут нападающих… то тут и автомат не сильно поможет.

Стоп, а квартиру-то нариковскую мы не проверили!

Ну, особо ценного там, скорее всего, нет, но пройти мимо нельзя!

В прихожей на вешалке болталась импортная куртка с какими-то нашивками. Иностранного гостя заземлили? Бывает…

Брошенные на пол матрасы, мусор и пустые бутылки – притон, как он есть. Вроде бы наркоши не пьют? Или здесь не только они гнездовались? А на подоконнике банка рыбных консервов. Брать? Не, всего не утащить, ещё внизу «ППС» лежит и несколько калашей.

А куртку забирать? Чтобы меня из-за неё потом свои же и грохнули? Та, что сейчас есть, – для здешних мест камуфляж непривычный, с формой иностранных чоповцев не ассоциируется. Так есть шанс, что сразу стрелять не станут, подумают. Причём, что немаловажно – и свои и чужие! Ну, а пока человек думает, он обычно палец на спуске не сильно напрягает, случайно уж точно не пальнёт. Лишний шанс как-никак!

Вниз?

– Shit…

Что?

Какое ещё дерьмо?

Кто это?!

И где, черт возьми, он сидит? На кухне – пусто, во второй комнате тоже… В сортире заседает?

Клиент обнаружился в ванной комнате. Именно что в самой ванной. В пустом чугунном корыте лицом вниз, в крайне неудобной позе лежал какой-то мужик. Руки заведены за спину и скручены куском проволоки. Не бандит?

Похоже… вон и брюки на нём такие же, как и висящая на вешалке куртка. А вот ботинок нет.

Наклонившись над ванной, Пётр перевернул страдальца на спину.

– Ты кто, родной?

– Thanks… Спасибо…

– Садись! На жопу в смысле сядь.

Мужик завозился, но требуемую позу принял.

– Повторяю – ты кто такой?

Взгляд пленника пробежался по фигуре Беглеца. На секунду задержался на левой стороне разгрузки, там имелась нашивка с его фамилией. А уж фирменный лейбак «Лидера» не заметить можно было только спьяну. Двойной круг со вписанной в него восьмилучевой звездой был хорошо известен по всему миру.

– Марк Карински, сэр… Специалист второго класса.

– И откуда ты здесь взялся, Марк?

– Gangsters… бандиты захватили меня позавчера. Леона и Отто они убили, а меня привели сюда.

– И почему же они не убили тебя?

– Я медик… a contagious disease expert… как правильно говорить… эксперт по инфекциям. Они хотеть знать, что есть в воздух… какая болезнь…

– Так она всё-таки есть?

– Есть, сэр. Но не одна – тут их много есть всяких… не могу сказать точнее, мы не всё ещё проверили.

Медик?

То есть врач-инфекционист, по-русски говоря? Не похоже, чтобы он врал, видок-то у него не шибко воинственный…

– Вылезай.

– Ноги, сэр… их тоже связали.

Наклонившись, Пётр перекусил проволоку на ногах универсальным саперным мультитулом. Но даже после этого Марк вылезти не смог – в давно связанных ногах было, по-видимому, нарушено кровообращение. Поразмыслив, Беглец перекусил также и проволоку на руках. Никакого оружия под ногами не валяется, пальнуть в спину он не сможет.

Сходив в прихожую, кинул недавнему пленнику куртку.

– Твоя?

– Yes! Да, это моя одежда.

– Ты, дружок, уж какой-то один язык выбери для разговоров, хорошо? Я не шибко по-вашему понимаю.

– Sorry, sir! Я не есть хорошо говорить по-русски тоже…

Вот ведь блин горелый! Ладно, будем пока изъясняться так.

– Сэр, гангстеры могут быть тут скоро! Надо go – уходить!

– Сколько их тут всего было?

Марк задумался.

– Fifteen… no, twenty!

Фигово!

Пятнадцать или двадцать рыл?

На лестнице с десяток трупаков валяется – так это ещё не все, выходит? Ещё столько же где-то шастает? Ноги надобно отсель делать – да поскорее!

– Get up! Hurry!

Понял он? Хреновый из меня переводчик, откровенно говоря, но хоть так…

Да, зашевелился, куртку кое-как напялил, встать пробует. Так, об стену долбанулся. Но это, похоже, только на пользу пошло – ожил малость.

По лестнице врач спускался кое-как, ковылял, придерживаясь за перила. Скрипнув зубами, Пётр вытащил из рюкзака канистру, отвернул крышку и плеснул туда спирта.

– Drink!

Марк на автомате подчинился. Кто бы что ни говорил, а командирский голос действует на всех! Универсальное лекарство в ряде случаев…

У врача чуть глаза на лоб не вылезли, он закашлялся и уронил крышку. Пришлось её искать, поднимать и, закрыв канистру, убирать в рюкзак. За это время спутник чуток оклемался, и даже в глазах появилось какое-то осмысленное выражение.

– What’s it, sir?

– Vodka! Strong vodka!

А как ещё ему объяснить? Ну, не знаю я, как будет слово «спирт» по-английски. Но слово «водка» понимают все иностранцы, вот и бывший пленник закивал головой. Ну а то, что ты раньше спирт не пил… так это, родной, ты с нашими медиками не общался…

Спустившись на место недавнего побоища, Беглец немного задержался. В темпе вальса обшарив покойников, он разжился ещё кое-какими полезными мелочами. Повесил на Марка три пустых автомата – пусть несёт! Хоть какая-то с него польза будет. Поразмыслив, спустился вниз и достал из-за декоративной решётки батареи «ППС» с запасным магазином – оружие незадачливого часового.

– Mark, come here!

Давай, мужик, топай сюда!

Вооружив врача, Пётр послал его в авангард – так хоть в спину не пальнёт. А в случае чего сигнал подаст… если успеет, конечно.

– Ну, что там интересного, Гюнтер? – поднял голову навстречу безопаснику старший офицер оперативного отдела ЧВК «Тор». Франц Меер являлся теперь фактическим главой ЧВК, всё прочее руководство осталось там – за кордонами войск РФ. Никакой связи с ними более не имелось, и уцелевшим сотрудникам «Тора» предстояло теперь заботиться о себе самостоятельно.

Хороший вопрос – как? Да, слава Всевышнему, запасов хватало. Пока хватало, слишком многое успели завезти сюда перед тем, как всё началось. Но ныне никакой связи с внешним миром не существовало. Все средства коммуникации были заглушены аппаратурой русских, и единственным скудным источником информации являлись местные торговцы черного рынка. Понятное дело, ничего серьёзного через них не передашь и уж тем более не получишь. Да, какой-то взаимовыгодный обмен с ними наладился… но и только. Некоторые повседневные потребности можно было решать, но этим всё и ограничивалось.

А обстановка неумолимо требовала оперативного решения, причём немедленного!

И в этой ситуации внезапно пропадает патруль, сопровождавший одного из сотрудников исследовательского отдела. Неприятно – но увы, ничего тут не поделаешь, суровая реальность.

Поэтому громом среди ясного неба прозвучало сообщение, что пропавший медэксперт из состава патруля – доктор Марк Карински вышел к передовым постам «Тора». Спустя неделю после исчезновения – сытый и с трофейным русским автоматом. Если бы это сделал любой из пропавших с ним вместе сотрудников, никто бы особо и не удивился – там всё-таки присутствовали опытные и знающие парни. Но этот «яйцеголовый» умник?

Ерунда, так не бывает!

И старый волк Гюнтер Шаабе, который в свое время не зря протирал штаны в криминальной полиции Гамбурга (пятнадцать лет, между прочим!), заподозрив неладное, тотчас же уволок доктора в свою «берлогу». Так в личном общении именовали все прочие сотрудники ЧВК оперативный отдел.

И просидели они там почти сутки…

А вот теперь Шаабе явился на доклад к шефу. У того хватило ума не отвлекать старого оперативника от работы, требуя пропавшего эксперта пред свои очи. Если уж тот что и знает, то Гюнтер сможет это выяснить гораздо лучше любого начальства.

Старый оперативник не спешил.

Пододвинув к столу начальника кресло, устроился в нём поудобнее и разложил на столе бумаги. Увы, от использования современных средств хранения и обработки информации пришлось отказаться… Пока ещё работает дизель-генератор и функционируют солнечные панели – электричество имеется. Немного – но есть. А если иссякнут запасы солярки, далеко, между прочим, не бездонные? Чем заряжать аккумуляторы радиостанций и прочей аппаратуры? И так-то еле-еле на это хватает существующих мощностей, а уж в подобном-то случае…

– Тут такое дело, босс…

– А именно? Где прятался доктор? – не сдержался-таки Меер.

– Его захватили в плен «Бродяги». Какие-то наркоманы… Впрочем, Карински уверяет, что это были лишь исполнители. Руководил нападением кто-то другой, кого он не видел. Только слышал обрывки разговора. Да и то, через два слова на третье, с русским у него не очень-то…

– И как же он сбежал? В нём проснулся супермен?

– Он не сбежал – его освободили. Кто-то пробрался в самое логово этой банды и перестрелял всех, кто там находился в тот момент.

– «Стрижи»? – нахмурился Франц. И они потом отпустили эксперта? Да, ну, бред…

– Нет, – помотал головою оперативник. – Это были не они.

– Какие-то конкуренты этих «Бродяг»? Другая банда?

– Тоже нет. Марк нарисовал эмблему, которую разглядел на разгрузке своего освободителя.

– Подожди, подожди… освободителя? Так это был один человек?

– В этом-то и самое удивительное! Один! И без особых затруднений он перебил почти десяток бандитов.

– Родной брат Арнольда Шварценеггера?

– Сотрудник «Лидера». На разгрузке имелась и его фамилия – Фомин.

– «Лидер»?

– Аналог американской службы 911. Только гораздо более крутой и военизированной. Как, впрочем, всё, что создают русские. У них есть такая поговорка, что даже из мясорубки можно собрать автомат, если знать – как именно это делать. Американцы из 911 по сравнению с парнями из «Лидера» – это всё равно, что выставить студентов колледжа против морских пехотинцев, если тебе так понятнее.

– И даже круче их спецназа? – усмехнулся Меер.

– Ну, нет… Это всё же не солдаты… спасатели! Но очень специфические.

– В таком случае, – пожал плечами хозяин кабинета, – я не совсем понимаю, отчего ты так возбуждён?

– Франц… тут такая штука… Вот это всё, – обвёл старый оперативник вокруг рукой. – Вся эта разруха и беспорядок – ещё не война, но уже и не мирная жизнь. А эти ребята – они всегда работают в подобной обстановке. Землетрясения, пожары и наводнения – им не привыкать. Они этим живут, понимаешь? И та ситуация, где нам или «Стрижам» надо чему-то учиться или что-то для себя осмысливать заново, для них уже давно пройденный этап. Они не только выживут тут сами, но кого угодно смогут отсюда вытащить – это их работа! Они эксперты по выживанию в любой обстановке!

Старший офицер поставил в уме пометку – к этому мы ещё вернёмся! Вслух же он поинтересовался.

– И это всё, что тебе поведал наш доктор?

– Ты напрасно иронизируешь! – не принял шутку безопасник. – Этот парень, кстати, заслуживает твоей личной благодарности!

– За что? За то, что не произвели замеры в нужной точке? И вдобавок ко всему – ещё и утратили ценную аппаратуру?

– Этого добра у нас пока хватает… – отмахнулся Гюнтер. – А вот таких сведений мы до сих пор не имели.

– Тогда – по порядку.

– Яволь! Итак, будучи вытащен из комнаты, куда его заперли бандиты, наш доктор не только успел заметить эмблему подразделения и фамилию своего спасителя, он срисовал ещё кое-что…

На стол перед шефом лег рисунок. В прямоугольнике были изображены четыре буквы SRVV – таким образом, что две последние как бы сливались в одну.

– И что это такое?

– Survival Сorps – «Корпус выживания». Самая серьёзная и дорогая контора, которая занималась в России обмундированием и снаряжением спецподразделений. Их продукцию использовали практически везде. И хотя официально они не являлись поставщиками подобного снаряжения (во всяком случае – не везде), их вещи покупали даже за свои деньги. Они того стоили.

– Допустим. И что с того?

– А то, что человек, носящий такое снаряжение, скорее всего, сам его и приобрёл. Значит, имел на то средства и понимал необходимость такой покупки. Косвенный признак специалиста. Но! – поднял палец Шаабе. – Это не всё…

– Ну-ну!

– Он проводил доктора вниз – туда, где лежали тела убитых бандитов. И предложил найти себе обувь. У Марка не было ботинок – сняли бандиты. Пошарив по лестничной площадке и заглянув в открытые квартиры, он себе кое-что нашел. А попутно заметил ещё некоторые любопытные вещи…

Шеф наклонил голову и одобрительно кивнул – продолжай!

– В двух квартирах были пробиты стены – человек, который это сделал, таким образом обошёл своих противников. И ударил им во фланг. Заметь, всё это было сделано очень быстро – в разгар боя. Далее. На лестнице валялось оружие – автоматы и обрезы, несколько штук. Но ни одного патрона! Даже захоти наш доктор выстрелить, ему это бы не удалось по причине отсутствия боеприпасов. То есть его спаситель оказался ещё и очень предусмотрительным человеком…

– Интересно!

– А на спуске вниз Марк чуть не сломал себе шею – не заметил тонкой лески, что была натянута поперёк лестницы. И если бы не его проводник… Он, кстати, дал доктору автомат, с которым тот пришёл сюда.

– И не побоялся, что Карински выстрелит ему в спину?

– Нет, ибо поставил его первым, навьючив всем трофейным оружием. Сам шел сзади и указывал словами направление. У Марка хватило ума не изображать ковбоя, и они благополучно дошли до базы…

– С этого и надо было начинать! – резко посерьёзнел шеф. – Где она?

– Карински не знает. В какой-то момент русский приказал ему остановиться, забрал оружие и завязал глаза. Потом повел его за руку. Повязку снял только внутри какого-то дома. Там сидела большая овчарка. Фомин (будем пока звать русского так) указал собаке на доктора и сказал: «Охраняй!» И наш Марк чуть не обделался со страха – настолько недружелюбно на него глянул этот пёс…

– А дальше?

– Дальше… На следующий день доктора вывели на улицу и пояснили, что кругом стоят мины. Показали труп подорвавшегося человека – зрелище было то еще, как ты понимаешь…

– Постой, но ведь в городе пока никто не использовал этого оружия! У нас мин нет, у «Стрижей» тоже не было до сих пор…

– А ты не думал над тем, что те, кто на них нарвался, уже попросту не имели возможности об этом рассказать? – наклонил голову безопасник.

– Возможно…

– Так или иначе, но Карински не решился выйти из дома в одиночку. Тем более что собака всё время была где-то рядом. А вечером приходил русский, готовил еду и расспрашивал доктора.

– О чём? – поинтересовался босс.

– Обо всём… ты сам-то как думаешь, долго бы продолжалась в подобных условиях игра в молчанку?

– Ну… мне даже как-то сложно ответить… недолго, полагаю.

– Правильно думаешь… так вот, у Фомина нет недостатка в еде. Каждый день он приносил что-то новое. И даже собаке давал фирменный корм – доктор видел упаковки… У русского есть связь – Марк подсмотрел, как тот вел переговоры по рации. Кстати, она у него очень интересная – с GPS-привязкой.

– А потом?

– В один прекрасный день Карински опять завязали глаза, и Фомин за руку вывел его из дома. Так дальше и шли. Повязку сняли где-то через час. Русский показал, где лежит оружие и сказал: «Тебе идти в ту сторону, там твои друзья». А ещё через час Карински вышел к нашим постам. Мог бы и раньше, но он очень уж сильно всего боялся и поэтому двигался очень медленно, тщательно выбирая путь.

– Так… – старший офицер задумался. – И как прикажешь всё это понимать?

– Намёк. Хороший такой…

– И на что же нам намекают?

– Показали козыри – те, которые ещё не были на столе. Наличие подготовленных специалистов «Лидера» и готовность широко использовать мины, чего раньше не было, здесь ты прав. А против специалистов по выживанию в таких условиях нам противопоставить нечего. Нас предупреждают о том, что русские готовы пойти ва-банк!

– Ну и сколько у «Стрижей» может быть подобных спецов?

– Поверь, много и не понадобиться. Два-три грамотных сапера устроят нам всем весёлую жизнь. У нас, конечно же, есть свои мастера – драка будет кровавой. И просто так нас не сожрут. Кстати, это уже второй намёк!

– Не понял… А когда был первый?

– С «Фениксами» мы же вместе иногда работаем, ведь так?

Меер кивнул – ЧВК «Феникс» охраняла склады готовой продукции одного из филиалов фирмы «DGW». И её руководство часто контактировало с ним.

– Там преимущественно прибалты служат… Да, опыт у них есть, но я бы сказал, несколько специфический.

– Так вот, есть у них группа под началом Атанаса Макулявичуса. У парня за спиной шесть лет Иностранного Легиона, так что голова на плечах есть. И даже не совсем пустая, кое-что соображает. И вот он некоторое время назад рассказал, какую ловушку ему устроили на одном объекте. Там подорвался его сапер – некий Станко Бранич. А вот этот деятель прошёл три войны! Именно как специалист по всяким там минным ловушкам и сюрпризам. И опыт имел основательный! Только вот кто-то очень хитрый перенастроил его же собственную мину! На которой Бранич отдал Богу душу, как тут говорят. И не он один, кстати! Макулявичус был готов прозакладывать правую руку за то, что таких специалистов, как этот хорват, он за всю свою жизнь более не встречал. И переиграть такого мастера… – Шаабе покачал головой. – Если уж и это не намёк…

– Хорошо, пусть так! – согласился босс. – И что же от нас хотят, как ты думаешь?

– Нам засветили специалистов «Лидера». Это профессиональные спасатели. Дальше продолжать? У меня складывается впечатление, что нам что-то хотят предложить… «Стрижам» ведь тоже не очень по душе эта странная война. Да и «Бродяги» им пакостят ничуть не меньше, чем нам. Может, и больше, ведь они видят в них полицейских. Это же именно они не пустили сбежать на Запад!

– Туда и самих-то «Стрижей» не пропускают, не только нас.

– Попробуй, объясни это бывшим местным жителям. С их точки зрения – во всём виновата власть! И её представители, включая войска на кордонах и «Стрижей» в городе. Для «Бродяг» это одно и то же. Да ведь ты и сам знаешь – кого сюда целенаправленно завозили последние годы. Если эти люди являются «лучшими представителями» общества… то на прочих его членов я готов смотреть только через прорезь прицела. Вспомни, как они вели себя с нами!

– Ну, не все же здесь такие…

– Те, кто поумнее и умеет работать не только языком, – сбежали самые первые. Ибо – умные! И быстро поняли – чего им остаётся ждать. А остались «творческие» придурки, которые зарабатывали на жизнь преимущественно болтовнёй. И когда в ближайшем магазине вдруг не стало еды… их мир внезапно рухнул! Всё это не прибавило им любви и уважения к окружающим. Я сильно сомневаюсь, что руководство наших, скажем так, оппонентов, спит и видит своё будущее в непрерывной войне с «Бродягами».

– Ты думаешь… выход?!

– Ну, ты ведь сам это произнёс…

На какое-то время в комнате воцарилась тишина. Собеседники осмысливали сказанное.

– Ты уверен в том, что сотрудников «Лидера» не было в городе раньше? – Меер выглядел озабоченным.

– Полностью! Это не боевики и не солдаты, в их присутствии здесь нет никакой нужды. Даже учебный центр их конторы практически прикрыли. Остались только пожарные. Ну… может быть, ещё какие-то их административные структуры. Ты же знаешь, что возможность допуска местных специалистов на наши объекты исключалась с самого начала. Абсолютно никогда и ни при каких обстоятельствах!

– Ну, возможность взрыва на объекте тоже, знаешь ли, никогда и никем не рассматривалась…

– Да, с этими взрывами вообще ничего непонятно! Что там могло рвануть – да ещё так?! Такое впечатление, что это не было результатом аварии… – как бы между прочим заметил безопасник.

– Гюнтер!

– Да, босс?

– Я буду тебе очень признателен, если ты более нигде и никогда не станешь высказывать эту версию произошедшего! Понятно? – Меер был абсолютно серьёзен.

– Никому – это в том числе и тебе?

Старший офицер впился взглядом в лицо Шаабе, но тот оставался невозмутимым. Франц вынужден был сменить тон.

– Видишь ли… Меня и так слишком часто расспрашивают… И вопрос относительно того, почему вообще всё это произошло, – не самый редкий. А если вдруг у людей появятся какие-то дополнительные основания для сомнений, будет совсем невесело.

– А я, по-твоему, высасываю информацию из пальца? Ты не забыл, случаем, какие события всему этому предшествовали?

– Ты о чём?

– Всё о том же! Помнишь визит этих умников, которые всем делали уколы?

– Этого напыщенного болвана Мортимера? Надутого, как и все британцы? – припомнил Меер.

– Помнишь, стало быть… Это хорошо! – усмехнулся безопасник. – А тот нагоняй, что прилетел второму отряду? Причину напомнить или как?

– Подожди… Но какое это имеет отношение…

– Пропажа фургона со спецгрузом – это так себе, мелочи? А то, что в фургоне перевозили ту самую вакцину, которую нам всем кололи, тебя ни на какие мысли не наводит? Второй отряд налетел на штраф в размере полугодового заработка! Тоже, скажешь, просто так?

– Но ведь тот фургон сгорел… была же авария! В которой никто не уцелел!

– Увы… Но ведь я, старая полицейская ищейка, не верю в такие «случайные» совпадения! – безопасник полез в карман и выложил на стол ампулу с мутноватым содержимым. – Узнаёшь?

– Ты сохранил одну?! Гюнтер, при всём уважении – это преступление! Хищение собственности концерна…

– Успокойся, босс. Я её не крал.

– Но…

– Я её купил. Ты не хочешь знать – у кого?

– Ну!

– Его зовут Шамиль. Купец, один из многих. Предвосхищая твой следующий вопрос – я его не допрашивал. И делать этого не собираюсь.

– Почему?

– Потому что я, как и все мы, заинтересован в том, чтобы наше с ним сотрудничество продолжалось бы и далее. Чего совершенно точно не произойдёт, если мы проявим нездоровый (с его точки зрения) интерес к источнику происхождения его товаров.

– Ерунда! Обычный мелкий торговец с черного рынка…

– А ты, мой друг, никогда не задавался вопросом – откуда вообще взялись эти торгаши? С налаженной системой поставок, связью и своими оборудованными заранее точками? Кто стоит во главе? Каким образом функционирует их связная сеть? Скажу сразу – это не мы! Торговцы существуют абсолютно независимо от нас. Мы с ними сотрудничаем, это факт. Ты хоть раз поинтересовался – а как мы с ними расплачиваемся? Чем?!

Старший офицер озадаченно посмотрел на собеседника. И действительно, такой вопрос как-то не очень его занимал – хватало прочих. Первое время он сомневался, смогут ли они вообще хоть как-то договориться с этими людьми, но потом… потом как-то всё само собою решилось. Ведь были же специально назначенные люди, которые и отвечали за это!

– И чем же, Гюнтер?

– Как тебе хорошо известно, денег у нас нет. Наличных, я имею в виду. Банковские счета отсюда недоступны. Боеприпасы и вооружение, не говоря обо всём остальном, нам и самим крайне необходимы. Какие у тебя будут соображения на этот счёт?

Босс некоторое время молчал, изучая собеседника, словно увидел его впервые.

– Ты хочешь сказать… что мы продаем им то, что должны охранять?

– Да. Мы действительно расплачиваемся с ними всякими бумагами и прочей ерундой. Они берут всё – иногда так и очень даже выгодно для нас. Даже жесткие диски. Предвосхищая твой вопрос, скажу – относительно готовой продукции можешь быть спокоен. Всё на месте и под контролем. Мы никому ничего не отдали.

– И не продали?

– Нет. В конце концов, у нас контракт на охрану именно этого груза, на всё прочее никто не подписывался.

Здесь безопасник был прав, формально ни само предприятие, ни его оборудование и прочее под охрану никто не принимал. «Тор» нанимался с совершенно конкретной целью – охрана и транспортировка готовой продукции. Всё прочее входило в ведение собственной охраны предприятия, ЧВК за это никакой ответственности не несла.

– А что скажет по этому вопросу Мюллер? – поинтересовался старший офицер.

Хайнц Мюллер, начальник охраны завода, ввиду того что в его подчинении находилось всего пятнадцать человек, на первые роли не претендовал. Да и вообще вёл себя вполне корректно.

– А ему вместе с его парнями тоже что-то надо жрать!

Яснее и не скажешь…

Гости задерживались, и Пётр в очередной раз проверил снаряжение. Судя по последнему общению с заказчиками, они на полном серьёзе опасались того, что их попытка побега не вызовет понимания среди некоторых обитателей города. Можно даже, в принципе, предположить, каких именно…

Маршрут в общих чертах, разумеется, был согласован. И особо неприятных мест там имелось не так уж и много – но они были. И сколько ни напрягал голову Беглец, но предположить, каким именно образом собираются преодолевать некоторые такие участки его подопечные, не смог. Ладно, хорошо хоть открытых мест там было немного – и то хлеб! Но, исходя из некоторых особенностей предстоящего похода, он тщательно перебрал свои запасы. Кое-что нашлось, некоторые вещи пришлось ваять «на коленке» – и это не радовало. Это только в сочинениях прыщавых «непризнанных гениев» отдельные одиночки ухитрялись таким макаром сооружать «выдающиеся» устройства, которые по всем параметрам превосходили промышленные образцы. Ну, да… имея под руками какой-нибудь там завод, вполне возможно что-то подобное попробовать родить. Но здесь? При отсутствии электричества даже для паяльников? Не говоря уже о станках и сложных расчетах? На счетах прикажете вычисления производить или как? А сложнейшие детали выпиливать надфилем из цельного куска металла? Да не выплавленного с заранее заданными характеристиками, а подобранного на ближайшей свалке! А ху-ху не хо-хо?

Так что все эти досужие фантазии побоку – учимся правильно использовать то немногое, что удалось добыть на складе учебного центра.

За стеной стукнуло, посыпались камни…

Так, похоже, гостеньки дорогие пожаловали!

Анчар прижал уши, но хозяин отрицательно покачал головой – ждём…

Точно – двое их и должно быть…

А немаленькие такие парни… только именно что немаленькие. Нет в них какой-то крепости, что ли… Здоровые – да, но рыхлые какие-то. И вооружены странно. Автоматы у обоих, но у каждого своего калибра. Один с АКМ – стандартное «весло», а второй с «ксюхой». Ничего, ребятки, что у вас патроны разного калибра? Случись какая бяка, как друг друга будете патронами снабжать? Или у вас в рюкзаках передвижной пункт боепитания? А неплохо бы!

Пётр дважды присвистнул – и тотчас же нырнул за стену! Стволы обоих автоматов уставились на звук. Блин, но ведь всё же оговорено – два коротких свистка! Что за людей сюда пригнали? И где только таких умников выискали?!

– Так вы же нарушили условия! – возмущался старший из пришедших, Роман.

– То есть? – сразу даже не понял Беглец.

– Вы должны были дважды свистнуть!

– А я что сделал? Или это уже не свист? – ещё раз присвистнул Пётр.

– Так мы-то полагали, что вы воспользуетесь свистком! А вы…

Он реально такой баран или просто дурку гонит?

– Какой-такой свисток? – обалдело поинтересовался Беглец.

– А вот такой! – и Роман продемонстрировал ему обыкновенный звуковоспроизводящий агрегат из арсенала ГИБДД.

Ох, мать же твою расперекосяк и накрест! Не, реально мудак…

– Интересно знать, любезнейший, тут поблизости поста дорожной полиции нет?

– Откуда? – искренне изумился собеседник.

– А каким, позвольте вас спросить, половым органом, вы можете тогда объяснить звучные трели этого свистка? Тут у нас что – оживленное движение автотранспорта? Так, как я свистнул, здесь целая куча всяких птичек может. Даже лучше и гораздо мелодичнее! А вот очумелых гибдэдэшников я в городе уже давно не встречал!

Роман покраснел, поняв, что сморозил глупость.

– Ладно, – закидывая за плечо рюкзак, произнёс Пётр. – Топаем за мной…

Топать, однако, получилось недолго – гости явно за ним не поспешали. Что у них в рюкзаках? Такое впечатление, что еле их тащат.

Поэтому на ближайшем привале, куда добрались с часовым опозданием, Беглец устроил тотальное потрошение рюкзаков. На предмет их облегчения и ликвидации ненужного мусора.

– Охренеть…

Две складные походные кровати. Большая, слава Богу, алюминиевая, кастрюля. Сковорода – хоть не чугунная, на том спасибо. Палатка – аж четырехместная! Новенькая, будто вчера из магазина.

И ещё целая куча всевозможного барахла…

– Вот что, дорогие вы мои товарищи… Вы, простите, куда со всем этим добром наладились?

– Так на разведку же идём!

– Да? Однако… а я думал – на пикник! Кто-нибудь из вас мне внятно может объяснить наличие вот этой палатки – на хрен она сдалась?!

– Спать…

– Вечным сном, надо полагать? Чтобы нас за версту каждый-всякий увидеть мог? И еду, поди, на костре готовить собирались?

И понеслось…

Большая часть содержимого рюкзаков тотчас же упокоилась в ближайшем подвале, надёжно засыпанная всяким мусором. Дабы всякие любопытные «товарищи», обнаружив сие сокровище, не задались бы резонным вопросом – а как далеко успел уйти его хозяин? И раз он бросил здесь такие интересные вещи, что же он с собою уволок?

Недовольный Анчар бегал вокруг, всем своим видом выражая неодобрение задержкой. Пока производилось торжественное захоронение ненужного барахла, он уже кого-то успел задавить, сожрать и теперь сыто облизывался. Впрочем, глядя со стороны, можно было принять это довольное облизывание – за очень даже плотоядное! Это смотря под каким углом поглядеть…

Так или иначе, а к началу маршрута всё-таки добрались.

По прикидкам Петра, где-то неподалёку были заныканы автомобили. Раз уж народ собрался отсюда рвать когти на машинах, то, скорее всего, будет это делать не из центра, а как раз из такого вот места… И к границе города близко, да и жилья тут поблизости немного – больше промзоны всякие. Негде тут всяким бандюгам гнездилища устраивать, нет тут удобных точек для обороны. Забор на заборе – не углядишь, откуда граната прилетит.

Здесь ведущая роль перешла к Роману, о чём тот не преминул тут же напомнить. Даже командные нотки в голосе появились!

– Старт предполагается отсюда! – указал он какую-то точку.

– Вот так прямо и с этого самого места? – ехидно поинтересовался Беглец. – Чуть ближе или правее никак нельзя?

– А-а… зачем?

– Вот и я думаю… Ладно, давайте дальше…

– Следующий ориентир – вон та мачта с проводами. Левее на триста метров. Там в посадках прогалина есть.

Как раз этот отрезок маршрута никаких вопросов не вызвал. Здесь была не слишком удобная местность для покатушек – но джипы пройдут. Вокруг города таких мест – утопись! И минировать все – работы на полгода целой бригаде саперов.

Но работать, так на совесть!

И Пётр, тщательно осматривая местность, двинулся вперёд, оставив обоих спутников на старте.

– Любое подозрительное место буду обозначать вешкой.

– Чем, простите? – не удержался второй гость, доселе молчавший.

– Прутиком. Срежу и воткну в землю. Если есть маршрут обхода или объезда – надломлю верхушку и наклоню в противоположную сторону.

– А почему в противоположную?

– Шлагбаум видеть приходилось? Жердь поперёк дороги – хода нет!

И пошла работа… Впрочем, как раз тут сотворить какую-нибудь пакость было затруднительно, попробуй сыщи именно тот путь, по которому кто-то пойдёт или поедет!

И следующий участок особых вопросов не вызывал, хотя пару вешек пришлось-таки поставить. Но не в местах предполагаемого минирования, там просто имелся шанс пробить скаты из-за всякого неприятного (и острого) железа на земле. Кто-то здесь устроил импровизированную свалку… Надо сказать, гости добросовестно фиксировали такие места на бумагу, обходя их при этом стороной.

А вот через пару километров пришлось присесть и призадуматься… Предполагаемый маршрут проходил по участку дороги. Она тут делала крюк, обходя овраг, и на протяжении примерно километра совпадала с направлением движения. Вот и проложили путь именно по ней. Что можно сказать про данный участок? Судя по отметкам на плане маршрута, чуть далее располагался блокпост, запиравший выезд. Это было слева по ходу движения. А вот справа, куда уходила дорога, имелся лесок. Не так, чтобы очень густой… вполне, в принципе, проходимый и даже проезжаемый. Мотоцикл там во всех случаях проскочит. Даже автомобиль при наличии известного мастерства мог пролезть. И вот этот участок, насколько пояснили провожатые, никак и никем не контролировался.

Вообще, судя по некоторым обмолвкам гостей, этим маршрутом уже кто-то ходил. Не просто же так выбрали именно его. Имелись для этого какие-то причины, это совершенно очевидно! И этот прошедший нанёс на план отметки блокпостов и зоны прохода патрулей. Значит, как минимум, он это видел либо имел на этот счет конкретную информацию. Не одни только лохи в окружении у заказчика имеются… есть (или, по крайней мере, были) и более грамотные люди.

Но конкретно этот участок дороги – чем он интересен? Слева крутой косогор, справа ложбина. Пройти можно практически повсюду, а вот проехать… В радиусе пары километров – только здесь. Лес и неровная местность тому препятствуют.

Значит, сюрпризы тут могут быть.

А тем, кто дежурит на блоках, эта дорога зачем-нибудь требуется?

Смотрим на карту и чешем в затылке… нужна!

– А в том направлении у нас что? – поинтересовался он у Романа.

– Там? Э-э-э… там ещё один пост есть… был, во всяком случае.

– А почему на карте не отмечен?

– Так далеко же! Они нас не видят и не слышат…

Понятна логика этого розового дебила. Да и не он один там такой, судя по последним словам. То, что не касается лично нас, может и вовсе не существовать. И не быть отмеченным на карте.

Вывод?

Не верим никому и ничему.

Дорога используется. Во всяком разе – может использоваться. А раз так, все сюрпризы здесь должны быть управляемыми. Отключаемыми на время прохождения колонны или патруля, если кто не врубился до сих пор.

Дальше – проще.

Что тут поставили в данном конкретном случае?

Выбор не особо-то и велик. Подобных систем на вооружении не так уж и до фига, и их характеристики, слава Богу, известны.

То есть с управлением мы определились – уже хорошо.

А что в землю зарыли?

По рельефу местности судя – «озимые»[6] очень даже в кассу будут. «Монки»[7]? Могут быть и даже наверняка присутствуют… Как раз дорогу вон там и здесь подметут. Метров на полста – и к бабке не ходи! «Озимые» сюда имеют шанс не достать – бугор мешает. Не шибко высокий, менее полутора метров, но… какая-никакая, а защита! Кто-то получает возможность уцелеть. А вот если ещё и «монки» сработают – фиг тебе, родной, а не защита!

Взвод ляжет – никто и не мяукнет даже.

Но, по карте судя, клиент как-то дальше прошёл! Как?

Да обочиной и прошёл… никто ж его не заставлял именно по дороге топать!

Стоп…

В памяти тотчас же всплыли некоторые эпизоды службы. Вот, например, проводят ребята колонну с важным грузом. А местность тут неспокойная, всякие бородатые типы вокруг шастают. И всевозможным железом тяжко они загружены. А как чуток стемнеет, норовят часть своего груза в землю засунуть.

И вот ползёт медленно по дороге головной БТР, а впереди и по бокам топают ребята из инженерной разведки… Топают… ножками идут. А почему? Да потому что никто не гарантировал того, что где-нибудь в кустиках не установлен сюрприз типа «ПТМ-3»[8] или чего-нибудь аналогичного.

Но здесь нет танков! И нет нужды чего-нибудь подобное устанавливать! Однако есть автомашины, которые могут тут однажды проехать. И люди, которые по этой дороге однажды захотят пройти. Им вполне достаточно тех мин, про которые тут уже упоминалось.

Почему по дороге?

Да потому что до этого участка путь пролегал бы по всяким там буеракам да колдобинам. А тут – дорога! Пусть и не слишком большой кусок – а всё же не овраг и не лес. Удобно здесь ходить и ездить, именно для этого дорога, в общем-то, и предназначена. И, сам того не замечая, свернёт сюда водитель… да и пешеход следом пойдёт.

А как там у нас инженерная разведка ходит? По обочинам, правильно. И по самой дороге тоже, между прочим, топает. Ибо на ней всякие сюрпризы могут быть.

Но ведь тут мины стоят!

Верно, стоят.

Значит, перед проходом колонны или даже отдельной автомашины пройдёт тут разведка. И отключит перед этим свои заряды, дабы дуриком на них не подорваться. А вот чужие «сюрпризы» станет искать со всем превеликим старанием.

Так что один вариант решения у нас уже есть. Сидим и ждём прохода колонны. И смотрим – куда ребятки полезут, чтобы там нужную кнопочку нажать.

Только вот возникает резонный вопрос – когда пойдёт колонна?

Присев на корточки, Беглец разглядывал дорогу.

Да, есть следы. И туда – и оттуда. Не только от автомобилей, ножками тут тоже прошлись.

А как давно? Да хрен его разберёт… Явно не сегодня машина проходила. Так что можно здесь день просидеть… и два… и даже больше. И ничего толком не рассмотреть. Такое тоже, в принципе, вполне вероятно.

Ладно, пойдём с другого конца хвоста. Что стоит на дороге, мы предположить можем. И характеристики тоже вполне себе представляем. С большой долей вероятности здесь установлены неконтактные вибродатчики. Часть настроена на шаг, часть – на движение автотранспорта. Лошадей в городе вроде бы нет, так что на них никто систему не настраивал. Впрочем, изображать вместе со своими попутчиками коня Пётр не собирался. Не цирк…

Но! Есть управляющий блок – и он точно расположен вне зоны поражения. Дабы случайным осколком не накрыло. А чтобы не сперли его неведомые злодеи, он в свою очередь прикрыт парочкой автономных, от системы никак не зависимых мин.

Стало быть, задача проясняется – ищем место возможной установки блока. Нам проще, ибо в группе присутствует лучший помощник сапера – собака!

Да, Анчар не специальный пес-разведчик мин. Но следы человека он искать может. А я уж постараюсь его придержать, дабы не полез он в азарте туда, куда не нужно.

Собак не сразу понял, что именно от него требуется. Пришлось потратить некоторое количество времени, чтобы убедить его правильно выполнять нужную команду. Если бы не предыдущие тренировки… один только Бог знает, удалось ли что-нибудь из всей этой затеи.

Но Анчар, наконец, врубился…

Не мину мы ищем – след человека, который тут проходил.

И результат – вот он.

Стоим и разглядываем тонкую проволочку в траве. Значит, все догадки оказались не просто плодом воспалённого воображения. Вот она – мина…

Обычная «ОЗМ-72». Радиус разлета… угол накрытия… вон там управляющий блок стоит, больше негде. В любом другом месте его осколками просто в хлам измочалит.

А вон там, по логике вещей, ещё одна мина стоять должна, подход уже с той стороны прикрывать. Ну, да и Бог с ней, мы пока и эту трогать не собираемся.

А как же вы думали?

Придут на это место законные хозяева – и здрасьте! Нету здесь ничего… И какая реакция с их стороны последует? Не знаю, что они в данном случае решат, но я в подобной ситуации тут всё бы нашпиговал самыми разными зловредными устройствами. Дабы разом отбить охоту не только к воровству чужого добра, но и саму мысль тут гулять в зародыше уничтожить. Вместе с носителем таковой.

А вот и блок управления отыскался. Не «Тропа» и не «Охота» – нечто новое. Изделие «Р-8», если верить документации обнаруженной в учебном центре. Штука очень вредная и технически навороченная.

Восемь мин – любых, какие душа пожелает. Несколько типов датчиков – от вибрационных до инфракрасных. Обычные натяжные и нажимные взрыватели тоже вполне возможно использовать в дополнение ко всем прочим удовольствиям.

С точки зрения того, кто ставит, – просто прелесть, а не система! А вот с точки зрения того, кто ходит… Здесь аналогичного удовольствия ожидать не приходится. Вот всевозможные матерные выражения очень даже последовать могут – и в большом количестве. Если, разумеется, будет кому выражаться… опосля срабатывания всех этих прибамбасов.

Но пульт у нас в руках. И гаснут один за другим светодиоды датчиков. Безопасна теперь система, не рванут сейчас мины.

Кстати, на корпусе пульта стоит неприметная такая заглушечка – и это сильно радует! Ибо не задействован здесь канал дистанционного управления. Не подключена антенна, не на что сигналы принимать. И это хорошо, значит, есть кое-какая гарантия, что не вспыхнут светодиоды в момент прохождения колонны. Впрочем, мы тут не лопухи собрались и свои меры предосторожности примем.

Переключение тумблера – теперь и питание отключено. Положив пульт на место, Пётр осторожно выбрался на дорогу и окликнул собаку. Анчар, стороживший до этого мига рюкзак, подбежал, радостно виляя хвостом.

Подойдя к спутникам, Беглец кивнул на дорогу.

– Сделайте себе запись: этот участок пути заминирован. Я нашел возможность отключить мины на время прохождения колонны.

– Так, может быть, их лучше просто снять? – поинтересовался Роман.

– Идея, конечно, здравая и интересная. Только ведь те, кто эти мины сюда поставил, время от времени к своему добру наведываются. Если вы не знали, господа хорошие, то по этой дороге иногда катается автомобиль в сопровождении некоторого количества пеших товарищей. Я так понимаю, что они на соседний блокпост ездят. Если эти господа не обнаружат здесь свое добро, реакция может быть абсолютно непредсказуемой, вплоть до того, что посадят на этой горке пулеметчика, чтобы тот дождался вашего появления. Мне-то, в принципе, все равно. Ибо бороться с такими фокусами я не подписывался. Проверить и расчистить дорогу – одно, вот воевать с солдатами – совсем другое! Но вот у вас некоторый геморрой появится. С моей колокольни глядя, гораздо проще минное поле в нужный момент отключить.

Оба попутчика переглянулись и отошли в сторону.

Здрасьте, я ваша тетя! Опять секреты мадридского двора?

Впрочем, совещание продолжалось недолго, и вскоре попутчики вернулись.

– Поступайте так, как считаете нужным. Вы специалист, и вам в данном случае виднее.

Вопрос решился. Еще раз проверив дорогу, Беглец проводил группу в безопасное место. Вернулся и снова активировал датчики. Убрав пульт на место, придирчиво осмотрелся, не осталось ли каких-нибудь следов его деятельности. Ничего особенного не углядев, осторожно выбрался с места закладки пульта и окружным путем вернулся к попутчикам.

– Ну что, потопали дальше?

Впрочем, особенно далеко уйти не удалось. Возня с минным полем заняла несколько часов, и поэтому до наступления темноты добраться до следующего участка не получилось.

Характер местности, по которой пролегал маршрут, несколько изменился. Густых зарослей и крутых откосов стало существенно меньше. Машины здесь могли пройти в очень многих местах, поэтому минировать какие-то отдельные участки не имело ни малейшего смысла. Нет никакой гарантии, что автомобиль поедет именно в этом месте, а не обогнет заминированный участок.

Забравшись в подходящий кустарник, группа остановилась на ночлег. Наличие Анчара давало очень и очень серьезные преимущества. Ибо чуткий нос и уши собаки могли обнаружить любого гостя на достаточно большом расстоянии. Так что дежурного можно было не выставлять, никаких преимуществ перед Анчаром он бы не имел.

Из похудевших рюкзаков попутчиков появился вечерний перекус. И хотя больших проблем с продовольствием у Беглеца не было, воспользоваться подобной возможностью он не преминул. Раз уж наняли, то будьте любезны и кормить!

Ну, а где вы когда-нибудь встречали перекус без разговора? Не явился исключением и этот случай. И вот в процессе трепа вдруг начали вылезать некоторые любопытные мелочи. Если Петру ничего особенного выдумывать не было необходимости, достаточно просто обойти молчанием последние пару-тройку лет, то у его собеседников при всем желании изобразить правдоподобную легенду точно не получилось бы. Да, он вежливо кивал, соглашаясь со всем, что говорили его спутники. Удивлялся в положенных местах и, где нужно, восхищался. Но вот потом, уже лежа в спальном мешке, он долго думал. Услышанное и увиденное аккуратно расставлялось по местам. И многие несуразности и придумки постепенно отметались в сторону.

Никакие это не военные (что, впрочем, было понятно сразу), даже не из Арбатского военного округа. И не профессиональные телохранители, несмотря на габариты, накачанные мускулы и нарочито грозный вид. Источником рельефной мускулатуры являлся фитнесс-клуб, теперь можно было с уверенностью сказать, какой именно. А габариты… ну, тут уж как матушка-природа (и обильная еда) расстаралась.

По профессии Роман был… кем бы вы думали? Дизайнером! Зачем, правда, ему понадобились накаченные мускулы – так и осталось неизвестным. Вроде бы в их среде такое не слишком приветствуется? Там в моде вроде бы томные да стройные?

А вот второй гость – Дмитрий – оказался офис-менеджером. Чем занимается сей персонаж, Беглец, в принципе, мог предположить. Но вот каким образом применить его знания и умения здесь? Да и таланты Романа тоже как-то находили смутное использование. Дизайн минного поля? Интересная мысль…

Весь опыт общения с природой и длительного хождения у обоих ограничивался несколькими выездами на пикники. Нет, палатку-то они поставить могли… и даже шашлык (из магазинного полуфабриката) приготовить тоже вполне было им по силам. Полезные, в принципе, качества! В мирном обществе…

Стрелять не умели оба. Заряжать-разряжать автомат – да. Снаряжать магазин. И наводить оружие в сторону цели. Этим ограничивалась их стрелковая подготовка. Участия не то что в реальном бою, даже в каких-либо эпизодических перестрелках с бандюками, никто из них не принимал. Так что в случае какой-нибудь конкретной зарубы, толку от них не будет ни малейшего. Хоть на плечах не повиснут, здоровяки всё-таки – уже хорошо!

Ну и груз могут тащить, это конкретно радовало. Оставлю себе пару банок консервов и галеты, а всё остальное – им!

С этой мыслью Пётр, наконец-то, заснул…

Разбудил его дождь.

По старой привычке над спальником была натянута плащ-палатка. Не обычная армейская, а новомодное пончо. Но с задачей справлялось и оно, всё вещи остались сухими.

А вот попутчикам повезло гораздо меньше… Ещё вчера из разговора стало понятно, что большинство снаряжения попало к ним прямиком из магазина. Видать, кто-то из их руководства вовремя смекнул обнести какой-нибудь модный спортивный салон. Сомнительно, правда, чтобы там автоматы имелись… но всё ли мы знаем о современных магазинах? Где-то ведь и оружие с патронами тоже продают…

Но так или иначе, а кроме брошенной палатки, никаких средств обустройства лагеря у попутчиков не имелось. Максимум, до чего доперла креативная мысль, – прикрыть спальные мешки сверху ветровками из непромокаемой ткани. Теоретически, в надетом и натянутом состоянии такая ветровка могла сдержать легкий дождик. Типа грибного. А вот брошенная поверх спальника…

Словом, мужикам не повезло. Пробуждение у них было не из приятных. Мало того, что нафиг промокли спальники так ещё и ботинки, которые по укоренившейся привычке они поставили рядышком, выглядели так, будто только из болота. Их оставили просто под кустиком, так что ещё внутрь с веток накапало. Рюкзакам повезло чуть больше – они намокли только с одной стороны. Аналогичный предмет у Беглеца мирно лежал под натянутой плащ-палаткой. Да, на него тоже попала вода – видать, дождик косой был. Но ткань лишь немного потемнела снаружи, внутрь ничего не протекло.

Да… и как прикажете организовывать быстрый подъём?

Никак. Дай Бог, хотя бы к обеду выйти…

– Вы точно уверены, что идти надо именно тут?

– Да, – кивнул Дмитрий, сверившись с картой. – Так нарисовано.

– Но зачем? – удивился Пётр. – Место открытое… ну, согласен, не везде, но тем не менее! Вас попросту расстреляют из пулеметов!

– С такой дистанции?! Да здесь до ближайшего леска почти километр!

Мужик явно ничего не слышал про КПВ…

Да, местность тут хоть и не напоминала бильярдный стол, но для быстрого передвижения на автомашине вполне подходила. Однако поверить в то, что блокаду организовывали абсолютные дилетанты, – было решительно невозможно. Ни из каких предыдущих поступков данных людей это не следовало. Напротив, чем больше Беглец продвигался по предписанному маршруту, тем больше тот ему не нравился. Всё его естество не просто восставало против этого действия – прямо-таки вопило! Недвусмысленно и однозначно – стоп!

Так не бывает!

Насколько уже успел Пётр посмотреть в других местах, организацией блокады города рулили явно не лопухи. Уж с чем-чем, а со здравым смыслом у них всё было в порядке! И если до минного поля на дороге у него не было никаких подозрений, то здесь… Допустить такой ляп? Оставить неприкрытым изрядный кусок вполне проходимой местности? Воля ваша, но в столь явное помешательство он точно не верил. Как-то вот в жизни всё наоборот получается… Либо тут насовали охренительное количество мин, либо…

– Сидеть здесь! Тихо. Огня не зажигать и вообще – лучше лёжа. Не вздумайте развешивать свои вещи для просушки – саморучно пристрелю! Не курить, гадить хоть под себя, но из этих кустов не вылезать! Сожрали что-нибудь – упаковку тотчас же в песок заройте. И место замаскируйте!

– А как?

Господи, и за что мне эта мука?!

А здесь ходили… более того – ездили! Никак иначе невозможно истолковать следы, которые имелись в некоторых местах. Судя по протектору – джип. Понятно теперь, откуда у заказчиков эта идея. Кто-то уже прошёл этим маршрутом, именно от него эта карта и осталась… Но как он предыдущий отрезок пути преодолел? Или это минное поле появилось после? Очень даже может быть…

Ну, что ж, по следу и пойдём – только очень осторожно. Чтобы на влажной земле ещё и самому не наследить, мало ли кто тут ещё ходит.

Первые пятьсот метров удалось пройти без каких-либо затруднений. След от прошедшей машины просматривался хорошо, надо полагать, клиенты именно по нему и пойдут. А значит, всякие потенциальные злодеи тоже не станут особо морочить себе голову размышлениями – сюда «сюрпризы» и воткнут. Только место найдут соответствующее. Чтобы после подрыва первой машины, оставшиеся никуда не ушли.

Первый сюрприз… Без особых изысков, прямо в колею установили противотанковую мину. Тут уж безо всяких систем управления – обыкновенная «ТМ-62П».

А что?

Семь кило одной только взрывчатки – любой джип на запчасти разберёт, не сильно затрудняясь. Да и соседям мало не будет. По ушам взрывной волной стеганёт основательно…

А вот ставили её небрежно, грунт просел и обрисовал контуры «подарка». Кто угодно другой так несказанно бы обрадовался, а вот Пётр только сплюнул. Ну, не верил он в дураков! Особенно здесь. Где-нибудь в глубоком тылу – да, за ради Бога! Там, где от таких деятелей не шибко чего зависит. Могут хоть косяками бегать – не страшно, вреда особого не нанесут.

А после разговора с забугорным врачом у него никаких иллюзий не осталось. Их и раньше-то было не до фига, а уж теперь…

Крайне сомнительно, что кто-то из числа солдат, сидящих на блокпостах, горит желанием лично пообщаться с теми, кого они тут заперли. А значит – они сделают всё, чтобы шанс такого общения свести почти к нулю. Говоря по-русски, не подпустят они никого к своим постам – на дистанции бить будут.

Минами и дальнобойным оружием.

И для того и для другого здесь место почти идеальное.

Того, кто не гробанётся при подрыве, добьют пулеметами с дальней дистанции.

И если на выходе из города ещё присутствовали всевозможные предупреждающие надписи и различные плакаты, призывающие никуда не высовываться, то здесь ничего подобного не будет. Раз уж человек решился и пересёк периметр, обозначенный недвусмысленными пояснениями о недопустимости такового действия, то совершенно понятно, что «тысячепервое китайское предупреждение» ничего уже не решит. Попрёт он и далее, всячески (в том числе и с помощью оружия) возражая тем, кто решит ему в этом воспрепятствовать.

Так что все запрещающие таблички кончились там, на периметре. А здесь – грустная реальность. Никто ни о чём предупреждать не станет. Чисто по умолчанию – здесь уже не может быть таких людей, на которых подействует не то что какая-то там табличка, а даже громадный рекламный щит с грозным предостережением. Отморозки, сэр…

Щуп скрежетнул о препятствие – Пётр весь превратился в слух!

Так… Ещё одна мина – та же самая, противотанковая. Но на этот раз никаких провалов грунта не имеется. Присев рядом, он отложил в сторону оружие и аккуратно стал разгребать землю. Но вытаскивать мину не спешил, что-то удерживало его от такой поспешности.

Прокопав сбоку ямку, стал осторожно подкапываться под мину снизу.

А это у нас тут что такое?

Детонирующий шнур?

И куда же, интересно знать, он ведёт?

Над этой «минной банкой», если использовать флотский термин, явно потрудился кто-то знающий. Собственно под саму противотанковую мину снизу запихали ещё и элемент неизвлекаемости, нечто типа «МД-3». Так что любая попытка эту «тээмку» снять, неизбежно привела бы к тому, что жахнула бы не только она, но и ещё три установленные вокруг «ОЗМ-72». Вот тут хана наступила бы сразу многим – как самому незадачливому саперу, так и его сопровождающим – одна из «озимых» находилась почти в тридцати метрах назад по ходу движения. Прилетело бы и тем, кто остался там, ожидая результатов разминирования.

Ну, что ж…

Эту мину мы трогать не станем, дураков нет. Пусть себе дальше стоит, даже землей её обратно присыплем. А вот взрыватель – вывернем. Так что случайно наступивший на неё человек будет иметь хоть какие-то шансы уцелеть. Если, конечно, не станет сдуру её из земли тащить. В этом случае ему можно только посочувствовать…

А вот всю периферию, включая мины и детонирующий шнур, – снимем. И потащат мои попутчики этот груз в своих рюкзаках… Будет с них хоть небольшая, но польза.

Но оставшуюся мину, разумеется, придется объезжать. Ну, это-то как раз и не страшно…

До вечера Пётр обнаружил ещё две мины – обычные противопехотки. Стандартные «ПМН-2». Здесь все обошлось без изысков. Варварски, «по-азиатски» распотрошив обе «пэмэнки», он сложил всё, что только могло пригодиться в будущем, в рюкзак. Остатки пластиковых корпусов зарыл в землю.

Ну, с этой долинкой как-то обошлось… хотя пару килограммов я тут точно потерял!

На месте стоянки было тихо, никто не балаболил и не скакал по лесу. А учатся парни понемногу! Это хорошо!

Свалив на землю рюкзак, изрядно к вечеру потяжелевший, он уставился на провожатых.

– Ну и как вам тут? Обсохли?

– Да, – кивнул Дмитрий. – И даже место ночлега обустроили!

Пару минут Беглец ошарашено разглядывал почти капитальный шалаш, сложенный из сломанных веток и лапника, потом снова закинул за спину рюкзак.

– Поднимайтесь. Пошли…

– Но… куда? И почему?! Мы тут так капитально всё обустроили…

– А голову включить лишний раз лень? То, что над этим местом регулярно беспилотники шастают, кто позабыл? Один человек для них не сильно важная мишень, а вот такой шалаш? Да в нем целое отделение разместить можно! Кто-нибудь подумал над тем, как с воздуха этот дворец фараонов смотреться будет? И что по этому поводу подумают те, кто у монитора сидит? Бегом, бля!

Некогда было рассусоливать, вещи в рюкзаки запихивались как попало. А на душе тикали часики…

Быть не может, чтобы эдакое строение не засекли с воздуха! Не бывает чудес!

– Да, что ж вы тут копаетесь?! Бросаем нафиг всё – ходу!

Хр-р-р…

Первый разрыв поднял столб земли чуть в стороне. Роман, моментально врубившись, сиганул, как мартовский заяц, в лес. Похвально – рюкзак не бросил!

Пристрелочный!

Сейчас скорректируют наводку и…

Дмитрий в ужасе вжался в землю, закрыв руками голову.

Всё – этот готов… не жилец. Уговаривать его некогда да и ни к чему. Ужас, написанный большими буквами у него на лице, всё говорил за себя. Никуда он не побежит, страх сковал руки и ноги. Не боец более. И не помощник – балласт. А если он и побежит… то пусть бегает где-нибудь в сторонке!

Скрипнув зубами, Беглец вскинул автомат.

Чвак!

Парень даже не сразу понял, что произошло.

Что-то стегануло по ноге, и она враз онемела. Теперь не убежать…

Хр-р-р…

Уже вкатываясь в кусты, Пётр увидел, как столбы разрывов окружили шалаш сплошным кольцом.

Хр-р-р…

Не успокоились, черти!

– Бегом! – увесистый пинок поднял Романа с земли.

Ветки били по лицу, сейчас он даже не хотел думать, что где-то в кустах своего часа могут ждать новые мины. Одна мысль – бегом! Уйти с этого места! Любой ценой и поскорее!

Хрясь!

Взрывная волна, пусть и частично ослабленная лесом, таки долбанула в спину, и земля сразу ушла из-под ног. Кубарем покатился попутчик.

– Подъём!

И ещё один пинок в спину.

А вот и овражек небольшой слева – то, что нужно.

– Анчар, туда! – взмахом руки указано направление собакину, пусть бежит! Авось, хоть ему повезёт больше…

Скатившись вниз, рвём клапан рюкзака, где там накидка? Да вот же она!

– Ложись!

Нет, баран упертый, продолжает он свою попытку убежать! То полз, как беременная тля, а теперь понёсся, как пришпандоренный конь!

А по зубам?

То-то…

Свалив его в промоину, Пётр рухнул сверху, набрасывая поверх металлизированную накидку. Благословенный склад… в который раз ты мне помогаешь!

– В чём дело?!

Язык прорезался?

– Лежи, бля… молчи уж, умник!

Затихли разрывы, сейчас самое время… Он почти физически ощущал, как медленно ползёт над лесом темно-серый беспилотник, шарят по кустам и зарослям чуткие щупальца тепловизора. Это во время артобстрела они видят плохо – мешает бушующий на земле огонь. А вот после… разве что кроны деревьев над головой да теплоизолирующая накидка могут обмануть чуткое око прибора.

Могут.

А может так статься, что уже через пару минут снова закурлыкает в воздухе летящая смерть – и тогда всё. Отсюда уже быстро не убежать, склоны овражка сырые и скользкие, течет внизу ручеек – он тому виной. По таким быстро не залезть, это вниз лететь нормально, а вот назад…

Да, с точки зрения того, кто там смотрит в монитор, здесь крайне невыгодная позиция. Ручей относительно холодный – значит, на его фоне ярко будет выделяться любой живой объект. Не должен сюда никто залезть – это же нелогично! Но накидка рассеивает тепло, и не очень четко виден прибору объект, это тепло излучающий. Да и не в самом ручье, слава Богу, лежим – здесь сухо, а стало быть, и земля не столь холодна. Не пропитана она водой. И разница в изменении фона понятна – тут ручей, а здесь уже обычный лес. Да и листья – они тоже свою роль сыграть могут.

Минута…

Полчаса…

Ближний радиус он уже облетел, на второй круг пойдёт или как? Ему, черту пластиковому, всё равно – день или ночь. Но за пультом сидит человек, и у того есть определённый алгоритм действий.

Высылать сюда группу?

Несомненно, но не на ночь же глядя. Поднимать вертолет не станут… слишком незначительная цель. А посылать машину… это через минные-то поля? Ночью не пошлют. Только с рассветом.

Значит, продолжит дежурство БПЛА. А как долго? Взгляд на часы – двадцать сорок три. По логике вещей, смена у оператора – четыре часа. Две посадки беспилотника для смены питания, стало быть, чистого времени в воздухе у него часа полтора или чуть больше. Пока до места долетит, пока сядет, заменят батареи… Нет, скорее всего, даже меньше… Впрочем, это, смотря как далеко ему лететь. Но в любом случае, к смене БПЛА будет на старте, должен его принять новый оператор. Осмотреть, принять дежурство, записи в журнале сделать – ещё минут десять. А потом скользнёт почти бесшумно в воздух летающий шпион…

Три минуты ждём – для гарантии.

А потом…

Если пробежим пару километров быстро и не подорвёмся – будем жить. Может быть, будем…

Рухнув на землю, Пётр был уже готов выплюнуть наружу горящие легкие. Ноги совершенно не шли (сказалась дневная работенка). Да и попутчик… тоже хорош!

Пристрелить бы его – так нельзя! Ещё один покойник, но погибший от пули, не от осколка, – не комильфо, тут все разом на ноги встанут. Да и заказчику кто работу предъявлять будет?

Кое-как закрепив на ветвях плащ-накидку, он устало опустился на землю, мотнув головою Роману.

– Садись уж… только из-под накидки не вылазь.

Охлопал карманы – сигареты все. Легла пылью на траву их начинка, надо будет из рюкзака новые доставать. Недовольно фыркает в кустах пёс, неприятен ему запах табачный. Извини родной, но ведь, кроме тебя, тут и другие псы могут быть. И это действительно псы… злые и мощные. Загнать и разорвать – вот цель их жизни.

Открыв банку мясных консервов, вывернул содержимое на землю и собакину усталому кивнул – твоё!

Анчар поел, благодарно ткнулся носом в плечо.

– Хороший ты мой! – потрепал его по холке.

Пес осторожно отодвинулся – силен табачный запах от руки. Прости…

Ещё одна банка – это уже людям.

– Роман! Жри, давай!

Тот ел плохо, еда, надо полагать, в горле комом стояла.

– Надо назад…

– Чего? – аж поперхнулся Беглец.

– Там же Дима!

– А-а-а… да помер он, должно быть… или ты к нему спешишь присоединиться? Так вон березка стоит, там и сучок есть подходящий. Веревку дам. Зачем же так далеко топать-то?

Роман невидяще на него посмотрел.

– Как вы можете?!

– Шалаш – чья идея?

– Моя…

– Вот ведь блин! Не того я с собою потащил!

– Да вы хоть сказать-то можете?! Что такого мы сделали неправильно? Да, мы не солдаты… но старались, про вас думали…

– Про себя вы думали – мокнуть не хотели больше. Мне-то и так хорошо. А про то, что ваше сооружение с воздуха заметят, – догадаться было невозможно?

– Но ведь нас не должны были обстреливать!

– С бугра и свечки? Это ещё почему?

– Машины обещали пропустить!

– Машины – а не людей, которые строят шалаши! Шалаш – значит, надолго люди обосновались, есть у них тут свой интерес!

А в голове уже роились всевозможные догадки.

Он не увидел, как я выстрелил… и не услышал. Так… примем это к сведению, не похоже, чтобы Роман придуривался. Он просто ничего понять не успел. Дмитрию я в мякоть стрелял, пуля навылет прошла – сам фонтанчик на земле видел. С этой стороны вроде бы всё чисто – можно на осколочное ранение списать. Там миномет работал, по частоте разрывов судя – какая-то фиговина типа «Василька». Шалаш вообще в клочья разметало, не мог там никто уцелеть. Да и потом туда ещё разок шарахнули… а может, и не разок. Шансов у того лопуха уцелеть немного имелось. Так что придет дежурная группа, покойника отыщет и…

И что? Успокоится? Но ведь техника никого более не засекла! А почему, кстати? Почему не просматривался беспилотниками маршрут. Лес контролировали, а долину нет? С чего бы это?

Мины? Которые должны были надежно уконтрапупить каждого, кто по ней пойдет или поедет?

«Машины обещали пропустить!» – это же ведь слова Романа!

Обещали… Не потому ли, что дорога была заминирована, и проблема решалась подобным образом?

Тот, кто едет, – это тот, кого мы ждём. И путь его предопределён. Потому и не пугаем человека всякими летающими штуками. Чтобы со страху куда-нибудь не свернул и мимо не проехал. А предположить наличие среди пассажиров профессионального сапера… нет, можно, разумеется, но тут такую фантазию иметь надобно! И вполне логично, что пройдут по маршруту передовые. Пусть дорогу проверят. Деревья упавшие уберут… Мины-то, в основном, противотранспортные поставлены да на добивание уцелевших. Противопехотки, правда, в эту картину не совсем вписываются… но их и кто-то другой вполне мог туда запихать, не все же тут повязаны?

И ведь сходится!

И мины на дороге тоже прекрасно в эту картину ложатся – должны они всю кавалькаду ещё там положить. А эти, в долинке – контроль. Впрочем, и в обратной последовательности сработать можно. Долина – основное поле, а дорога на тот случай, если кто-то назад рванет.

Отчего же здесь нет никаких контролеров и наблюдателей?

БПЛА есть – чем не контролер? Или машину он не заметит?

Хотя все куда проще объяснить можно. Есть в окружении у «тропического» какой-то неприметный человечек – он сигнал и подаст в нужное время. Мол, пошла колонна, заводите свою инженерию. Скажете, не может быть? Ну-ну… такое слово – Чечня, ничего не напоминает?

А вот тот, кто шастает по лесу, – не наш. И его гнобим наглухо, ибо есть в лесу куда спрятаться. Непредсказуем такой человек, нельзя позволять ему туда-сюда бегать.

Ладно, кое-что уяснили… а пока – спим. Ничего другого не придумать, да и сил бегать по лесу не осталось. Один хрен, если с воздуха засекут какой-нибудь жуткой хреновиной, так опять «Василёк» сработает. Даже не проснёмся…

Но пробуждение оказалось не самым плохим, вполне себе нормальное. Холодило, правда, но это не страшно.

А вот Роман выглядел нехорошо. Гибель соратника вогнала его в какой-то странный ступор. «Это он не видел ещё, как я стрелял!» – промелькнула в голове мысль. Да и хрен с ним, он пока в ином, кроме носильщика, качестве и не нужен. Наскоро перекусив, Пётр стал рассматривать карту. Ничего тут особенного не имелось, да и опасных точек, кроме финишной, здесь больше не было. Странная какая-то блокада получается… Хотя если учесть договорняк…

Ладно, один хрен – ногами топать. Покосившись на Романа, Беглец сплюнул и, подняв того на ноги, безжалостно погнал по кустам ещё километра три. Вот теперь поспокойнее, можно хоть как-то отдохнуть. На старом-то месте не то что передохнуть – дышать-то было страшновато!

Легкий перекус, бросаем лопуха сторожить поднятое добро – и в путь. Надеюсь, нового шалаша он тут строить не станет.

– И вы хотите сказать… – «тропический мужик» вопросительно посмотрел на Петра.

– Что весь ваш поход заодно с маршрутом – авантюра. Чистой воды. Вас явно на этом пути ждут. Если уж кому-то так охота на тот свет, то за каким хреном так далеко топать? Верёвка, я полагаю, в хозяйстве отыщется, а уж найти подходящий крючок или гвоздь в стену забить – вообще не проблема…

– Вы абсолютно в этом уверены?

– Ну, на сто процентов вам тут никто и ничего гарантировать не может, но в данном случае – я уверен.

Собеседник кивнул. Он, похоже, ничуть не расстроился. А гибель одного из попутчиков воспринял совершенно равнодушно. Главное – пришёл хотя бы один. И он в своём рассказе полностью подтвердил всё сказанное проводником.

– Что ж, спасибо! Вы своё обещание выполнили.

На стол легла толстая пачка денег – евро.

– В пересчёте на доллары здесь сто пятьдесят тысяч.

Неплохо!

– Мы готовы заплатить вам пятьдесят тысяч евро, если вы исполните ещё одну нашу просьбу.

Деньги заняли место в кармане куртки.

– А именно?

– Проводить нас до той точки, которую вы указали на карте.

То есть до конца пройденного маршрута? За каким, хотелось бы знать, фигом? Не сильно похож заказчик на дурака…

– Расчет?

– Половина перед выходом, остальное на месте. Впрочем, если вы пожелаете, то можете уйти с нами. В данном случае… – «тропический» развёл руками, – мы не платим вам ничего. Полагаю, оно того стоит.

Угу… ищи лопухов в другом месте, дядя! Вот затарюсь я всеми наличными деньгами, а вы меня на выходе и примете…

– Благодарю. Если я захочу уйти, мне ваша помощь не потребуется.

Мужик с интересом посмотрел на Петра.

– Что ж, дело ваше. Но в этом случае у нас будет к вам небольшая просьба. Помимо, так сказать, основного контракта.

– А именно?

– Вы можете оставить нам какой-то канал связи? На тот случай, если нам потребуется встреча с вами или с вашим руководством?

– Есть же радиостанция…

– Вы думаете? – «тропический» покосился на лежащий перед ним передатчик. – Впрочем… Хорошо! Порядок связи и позывные оставим прежние. Пойдёт?

– Да мне как-то… Вас устраивает – и ладно!

– В таком случае выход послезавтра утром! С того самого места, откуда вы стартовали в прошлый раз! В семь часов.

– Без проблем.

Уже на выходе Беглец вдруг встретил Алёну. Девушка, поставив между колен своё нелепое ружьё, слушала Романа. Ахала и хваталась за сердце. Ну, вот рождение героя, так сказать…

Он сплюнул и повернулся в сторону, чтобы обойти рассказчика. Не то, чтобы ему было это неприятно… но вот так среди бела дня вешать лапшу на уши доверчивой девке… Можно подумать, ночью это было бы лучше, что ли?

– Пётр!

Быстрые шаги, скрежет подошв по камню.

– Подождите! Куда же вы?!

Ну и что ещё ей надобно?

– У?

– А-а-а… а где же ваша собака? Роман столько про неё рассказывал!

– Вон там сидит, – указал рукой он. – Меня ждёт.

– Мне Рома рассказал… Как у вас всё страшно было!

– Нормально…

– Это вам нормально! А мы тут все люди невоенные.

– Так и я давно не военный.

Девушка прикусила губу. Было видно, что она пытается найти какие-то слова и не находит. А зачем ей это? Послезавтра караван уйдёт в путь, и наши с ней пути никогда и нигде не пересекутся.

– Ну… я вам хотела спасибо сказать!

– За что это? – искренне удивился Беглец.

– Там, в развалинах… когда мы поднимали джип… вы ведь нас спасли, да?

– И так можно сказать. Ведь эти гаврики и меня завалили бы, не сильно задумываясь.

– Вы их… убили, да?

Он удивлённо приподнял бровь.

– А вы-то как сами думаете? Оружие носите, стало быть, стрелять тоже готовы. Или у вас ружьё солью заряжено?

Алёна внезапно опустилась прямо на камни. Из неё словно стержень вытащили – сломалась.

– Не знаю… не смогу, наверное…

– Вот тебе и здрасьте! – Пётр присел рядом. – Все такие вооруженные – и вдруг!

– Да бросьте вы… Я не солдат и никогда им не была! Тренером тут работала!

– То есть?

Какой-такой тренер? Чего она вообще преподавать могла? С её-то внешними данными…

– По фитнесу! Здесь же фитнес-центр был!

Вот так… Оказывается, как следовало из сбивчивых слов девушки, здесь некогда располагался закрытый фитнес-центр (а вероятнее всего, обычный бордель) для работников «STARBank». Сауна, бассейн и комнаты отдыха с баром и рестораном. Когда начался весь этот бардак и неразбериха, охрана центра заперлась внутри, наглухо перекрыв все входы и выходы. О существовании заведения знал очень небольшой круг лиц, так что незваных гостей не было. Для всех несведущих в здании располагалось учебное заведение – и всё… Разумеется, внутри остались и те сотрудники, которые не успели убежать. Их желания никого не волновали – существовала инструкция, подобных сантиментов не предусматривавшая.

Впрочем, вынужденное затворничество продолжалось недолго – вскоре фитнес-центр принял новых гостей. Вернее – старых, но в новом качестве. Все те же посетители, но на этот раз их сопровождали вооружённые охранники. Руководящий персонал «STARBank» и члены их семей. Из ранее закрытых складских помещений были извлечены ящики с консервами, вооружение и снаряжение – здание постепенно превращалось в крепость. Но внешне на первый взгляд всё обстояло по-прежнему. Обитатели фитнес-центра никуда не выходили и ни с кем не общались. Заработали во внутреннем дворе дизель-генераторы, а к установленным давным-давно панелям солнечных батарей были подключены провода – в здании появилось электричество.

Никакой спешки и самодеятельности – вновь пришедшие люди действовали по давно разработанному плану.

А для бывших тренеров и прочих сотрудников тоже нашлось занятие – всё, как оказалось, было предусмотрено заранее. Ведь такое количество людей надо было как-то обхаживать, кормить и поддерживать порядок и чистоту.

Была и связь – первое время. Во всяком случае, какие-то люди уходили и приходили. Что-то постоянно приносили и убирали до лучших времён – у сотрудников охраны имелась информация о местонахождении складов с одеждой и снаряжением.

– А потом… потом заместитель председателя правления банка Айварас Граудинь отбыл на встречу. Как потом говорили ребята из охраны, он должен был о чём-то договориться с чэвэкашниками… ну, с юсеками… – Алёна нервно потёрла лоб.

С этой встречи вернулся только один человек – все прочие полегли на асфальте, безжалостно расстрелянные в упор замаскированными пулемётчиками. Что произошло, почему был открыт огонь – никто не знал. Большая часть профессиональных охранников осталась лежать на улицах города. Был убит и Граудинь, его буквально нашпиговали свинцом.

И всё внезапно изменилось – никто уже не чувствовал себя в безопасности. Уцелевшие стали вооружаться – визита стрелков опасались все. Получила охотничье ружье и двадцать патронов к нему даже Алёна. Ей удалось из него выстрелить несколько раз – в подвале имелся тир. Каждому было назначено место, которое он должен был оборонять в случае чего. Несколько дней все провели в тревожном ожидании.

Странное дело, но нападавшие не пришли в фитнес-центр.

И что-то сломалось…

Не было больше уверенности в будущем. Даже запасы продовольствия и снаряжение перестали казаться неисчерпаемыми.

После гибели зампреда власть перешла к его ближайшему помощнику – начальнику кредитно-финансового отдела Карпову. Он, опираясь на немногих оставшихся охранников, попытался восстановить прежнее положение. Нельзя сказать, что это у него получилось в полной мере, по крайней мере, разброд и шатание удалось пресечь – народ слегка успокоился.

В один прекрасный день ушёл куда-то старший из оставшихся охранников – Дмитриев. Ушел не в одиночку – в сопровождении двоих уехал на имевшейся автомашине. Некоторое время от него не было никаких известий. Пока Карпов однажды не объявил – мол, ушедшие прошли за линию постов и встретились с теми, кто их ожидал.

И с этого дня началась подготовка к выходу – стали искать автотранспорт, который мог пройти указанным Дмитриевым маршрутом.

– Так радоваться же надо! – пожал плечами Пётр. – Думают о вас… эвакуацию готовят…

– Готовят? Ну, да… – печально улыбнулась девушка. – На машинах смогут уйти человек десять-двенадцать. Груз ещё какой-то у них есть, его тоже надо вывезти. Охрана – те, кто может держать оружие. Это ещё человек десять. А мы? Кто про нас подумает? С собою они нас точно не возьмут!

– И много вас?

– Человек тридцать ещё…

– Так, что же вам ваше начальство ничего не объяснило по этому поводу?

– Сказали, нас заберут позже. А пока мы должны тут сидеть тихо. И никак своё присутствие не обозначать. Тогда придут и за нами. Только я думаю, что не придут… зачем мы им?

Беглец озадаченно почесал в затылке. Ну, у них тут и разборки!

– Что же вы делать собираетесь?

– А что мы можем? – пожала плечами Алёна. – Наверное, будем пока тут сидеть… идти ведь нам некуда. А тут хоть еда кое-какая есть, да дом крепкий.

– И много вас тут таких сидельцев?

– А вам зачем?

– Не хотите – не говорите. Вы ведь этот разговор затеяли… – Пётр поднялся с места. – Счастливо вам!

Она ещё что-то порывалась сказать, но разговаривать со спиною уходящего – не самая хорошая мысль. Да, в принципе, девчонку понять можно… привыкла, что с её внешними данными (хорошими, чего уж там) всякие хороводы водят. Вот и сейчас чего-то там ожидает, не просто так она эти откровения изливала. Но тут уж извини, дорогуша! Армия спасения – это немного не здесь… до неё полдня лететь! А в городе благотворительностью как-то и не пахнет пока…

Что их ждёт?

Да, в общем-то, понятно.

Стоит только уйти вооружённым мужикам, как налетят сюда бандюки. Разграбят всё, что смогут. Особо упрямых пристрелят, прочих же… ну кое-кого, может быть, и с собою заберут. А некоторых могут и просто за ворота выгнать – живите, как хотите. Это если повезёт.

И что теперь?

Встревать в это дело, подставляя голову за благодушных идиотов, которые и по сей день живут в плену каких-то вымышленных идей? Щас, так прямо все вас и кинулись спасать…

А учитывая некоторые аспекты чисто медицинского свойства – вам не то что помогать не станут, так ещё и пятиметровую стену на периметре соорудят!

Да и благодарности никакой тут ожидать не приходится. Эти умники воспримут всё как должное, ещё и возмутятся – мол, чего вы тут расшумелись, спать не даёте!

Нет уж… город без банковских работников точно проживёт. Вполне даже возможно, что и лучше проживёт. Ну какая, скажите на милость, здесь от них польза?

Вот уходящие денег уже заплатили – и ещё заплатят. Здесь совершенно конкретный плюс имеется. И пренебрегать им не стоит. Даже тех баксов, что уже есть, вполне может хватить на обустройство где-нибудь подальше от цивилизации. И на безбедную жизнь в течение нескольких лет.

Но прежде чем уходить, надо кое-что успеть сделать. Не очень-то хочется вместо нормальной жизни бегать все оставшееся время по лесам. Нет, так тоже прожить можно – и даже довольно долго. Но неохота.

Вернувшись в ангар, он потратил довольно много времени, расставляя по местам трофеи. Слава Богу, нормальные мины появились… не наколеночная продукция. Это только в книгах всяких там великовозрастных обалдуев можно хоть дейтерий ведрами носить, не говоря уже о мощной взрывчатке, которую, ничуть не затрудняясь, легко сварганить в ближайшем сарае. В жизни-то оно куда как сложнее получается! И промышленное взрывчатое вещество всегда будет более предпочтительным, чем любые кустарные изыски.

Уже вечером, плотно перекусив и досыта накормив Анчара, Пётр занялся сборами. Особо много с собою тащить не имеет смысла, но кое-что совершенно необходимое взять, разумеется, нужно. И ещё одна мысль его продолжала беспокоить…

– Сэр, всё чисто. Можно выходить.

Подошедший старший патруля кивнул Мееру на проход, откуда только что выглянул его боец.

Франц вздохнул, перекинул за спину винтовку и шагнул вперёд.

Когда-то это всё равно пришлось бы сделать… так отчего бы не сейчас?

Выйдя из-под прикрытия стен, он увидел на противоположной стороне улицы какое-то движение. Мимолётное, на грани заметности – но оно было. Разумно со стороны противника – они заранее обозначают страховку. Пока в пределах договорённости, только с дальней дистанции. Но Меер себя не обманывал, он хорошо представлял, что может сотворить даже на таком расстоянии тяжелая пуля крупнокалиберной снайперской винтовки. Насмотрелся…

От стены дома отделился силуэт.

Один человек, как и договаривались. Оружие за спиной – спокоен оппонент. Это уже хорошо, нет ничего более неприятного, чем взволнованный человек с автоматом в руках.

Пара десятков шагов, теперь слышно, как пощёлкивают камешки под берцами подходящего.

– Добрый день! – поздоровался Франц. – Франц Меер, старший офицер подразделения.

– Майор Сазонов. Михаил. Добрый день! – протянул руку командир русского ОМОНа.

– Присядем? – Меер кивнул на скамейку поблизости.

– Добро.

Они уселись рядом, не прекращая изучать друг друга.

– Вы хотели встречи, мистер Меер. Зачем?

– Вам не кажется, майор, что затянувшаяся вражда не приносит пользы никому из нас?

– Не кажется. Именно так и обстоит дело.

Старший офицер удовлетворённо кивнул. Уже хорошо, русский принял его основной посыл…

– Можете считать, что ваше послание достигло своей цели, – Франц вежливо наклонил голову. – Кстати, хочу вас поблагодарить за спасение нашего медика, таких специалистов тут больше негде взять.

Русский молча кивнул и ничего не сказал в ответ.

– Я вполне серьёзно воспринимаю ваши возможности. Однако смею заметить, что мы не станем совсем уж легкой добычей. Впрочем, как я думаю, такая задача перед вами не стоит?

– Нет, – кивнул майор. – Мы никогда не задавались целью уничтожить всё и всех. В конечном итоге – это ведь наш город. Тут ещё жить…

– К вопросу о жизни. Вы ведь в курсе того, что выжить чисто в медицинском понимании этого термина смогут далеко не все? Ваш личный состав, как я понимаю, вакцинацию прошёл?

Русский с интересом посмотрел на собеседника. Пожалуй, впервые с начала встречи в его глазах промелькнуло что-то… что-то такое…

– Да, наши бойцы получили соответствующие препараты.

– В таком случае вы ведь понимаете, что вакцина может потребоваться не только вам?

– У вас есть конкретное предложение?

Меер на секунду заколебался… Сказав «да», он разом отсекал себе и своим людям возможность возвращения домой. Но, положа руку на сердце, он в это верил всё меньше с каждым днём. Не дадут… слишком много они знают о происходившем здесь…

– Если я отвечу положительно?

Вернувшись в расположение, майор немедленно затребовал к себе Озерова. И когда тот вошёл, командир сразу взял быка за рога.

– Твой этот специалист, он ведь сапер?

– Петька-то? – ничуть не удивился Виктор. – Да, причём очень даже неплохой. А что?

– Да, сдаётся мне, тут без него не обошлось! Я тут с росомахами пообщался, есть у них один толковый немец…

– Дык, у них там кого только нет! – пожал плечами бывший взводный.

– Не в том дело! Немец этот, Францем его зовут, кое-что мне рассказал… Я, понятное дело, не подал виду и прикинулся, что обо всем в курсе. Но кошки на душе заскребли!

– А конкретнее можно?

– Вот скажи мне, кто тут у нас настолько ловкий, что может установить минное поле?

– Да, до хрена таких… я и сам не лыком шит. Только вот ставить-то нечего – нет у нас мин!

Майор усмехнулся.

– Это у нас их нет! А кое у кого присутствуют! Чтобы пару улиц заминировать – как думаешь, сколько этого добра надобно?

Озеров присвистнул.

– Да как бы и не грузовик… только где их столько нарыть? В городе таких складов точно не было, мы бы знали! Ну и взвод грамотных парней – это уж само собою разумеется.

– А я о чём? Однако ж немец с уверенностью об этом говорил. Его врач даже подорвавшихся видел. Мы, кстати, тоже этого врача давно выпасали… ан, не вышло! Тут с ним есть о чем поговорить… Но нас кто-то ловкий опередил. Имеется у меня предположение, что это твой знакомец подсуетился! Он в бою-то как?

– «Лидер»… там лопухов не держали. Да и в разговорах у него иногда проскакивало… Может, он! Тот ещё, между нами говоря, головорез!

Сазонов усмехнулся.

– Да, строго говоря, мы все здесь тоже не из института благородных девиц…

Он постучал по столу.

– Короче! Найди его мне – и как можно быстрее!

Кабан сегодня выглядел малость подобревшим и каким-то сытым. Увидев посетителя, только кивнул и ехидно прокомментировал визит.

– А с заказом ты не справился!

– В курсах, – ответствовал Пётр. – Так ведь я не торговец стволами… не по Сеньке шапка!

– Твои проблемы, – пожал плечами торгаш. – А мог ведь заработать!

– Я и сейчас это могу.

На прилавок легли несколько аптечек – новенькие, даже не вскрытые. Два обреза, пистолет Макарова и один «ТТ». Ну и так, по мелочи ещё.

– Отдельно могу предложить три ящика «Отвертки». Пива баночного – два ящика. «Охота» и «Клинское». Сигареты «Ява», три коробки. Договоримся – присылай своих парней, заберут. Я, как ты понимаешь, далеко не Геракл и столько зараз не утащу.

Кабан озадаченно замолчал. Почесал в затылке.

– Где взял-то?

– Богатые у нас жмуры попадаются иногда…

– Хм! А с бандитами у тебя напряг не возникнет по этому поводу?

– Нет. Я по их тропкам не хожу.

– Сигареты… это ты хорошо подгадал! Спрос на них есть… Да и прочий товар вполне в кассу… – торгаш задумался.

Размышлял он не очень долго.

– Хорошо! Заметано – работаем! За это, – кивнул он на прилавок, – что хочешь?

– Ночник нужен. Хороший, не левак. «Двойка плюс», как минимум. Патроны 5,45. С бронебойными пулями тоже надобно. Гранаты – эргэдешки подойдут.

– Здесь у тебя только на боезапас… ну… – Кабан почесал в затылке.

– А ты не охренел, часом? Только за медицину – уже нехило получается!

И понеслось…

В конце концов договорились. Логово купца Беглец покидал не один – следом топали три мордоворота. Типа грузчики… Интересно, в прошлой жизни что такое они перегружали? Гробы в крематории ворочали, что ли?

Дойдя до нужного места, Пётр остановился.

– Значит, так, пацаны. Дальше идем сторожко, след в след. Не бегаем и не орём, тут посторонних нет, но шум не надобен всё равно.

– Чего так? – пробасил старший «грузчик».

Вот глядя на него, веры в светлое будущее как-то не возникало. Вполне возможно, что, получив товар, он, недолго раздумывая, нажмет на спуск – и хорош! А труп они обчистят…

Что, Кабан не мог такую подставу устроить? Да запросто!

Именно поэтому Пётр ничего с собою и не потащил – были у него кое-какие подозрения…

– А тута мины, пацаны… Кто сомневается – может лично по улочке вперед пройтись, мы пока здесь обождём.

– Брешешь… Откуда здесь мины?

– Я сам и ставил. Показать?

В луче фонаря блеснула натянутая проволочка. Проследив за ней, «грузчик» сглотнул – из кучи мусора высовывался темно-зеленый цилиндр.

– Сомнения есть – дерни за проволочку. Только мы заранее смотаемся, уж не обессудь! Неохота на тот свет, знаешь ли…

Желающих проверить правоту Беглеца не нашлось.

– Короче, пацаны, идем туда. Четко, по прямой. Там двое ждут, один со мной. Дистанция между мною и тем, кто следом пойдёт, – десять метров. Больше одного человека зараз там не пройдёт – мина на определённый вес рассчитана. Усекли?

– Да… – вразнобой ответствовали «грузчики».

А дальше все было просто.

Пока двое тихо сидели в указанном месте, третий, стоя у дыры в заборе, принимал вылезающие оттуда ящики. Забрав очередной, осторожно тащил его к товарищам. Вернулся – ан тут уже следующий стоит! Не сильно доверяя сопровождавшим, Пётр подходил к дыре только тогда, когда «грузчик» уже топал с ящиком к друзьям. Небось, памятуя о мине, рассчитанной на определенный вес, мужик семь потов со страху пролил…

Выглянув из-за стены, Беглец ещё раз осмотрел место встречи. Нет, ничего не изменилось – всё те же три человека. Давешний Роман и ещё двое каких-то деятелей. Сидят тут уже минут тридцать, по сторонам поглядывают.

А машины-то где? Бензин-то далеко тащить придётся, если что…

Нет, больше никого не видно. Ладно, потопаем…

Его заметили только на подступах к площадке, засуетились, повскакивали на ноги.

– День всем…

– Здравствуйте! – протянул руку коренастый мужик в охотничьем костюме. – Игорь!

– Пётр…

– А где же бензин? – оглянулся коренастый. – Вы его привезли?

– Привезли. А деньги?

– Вот, – протянул пухлый конверт Роман. – Всё тут, пересчитайте.

Деньги оказались все, впрочем, здесь подвоха вроде бы и не ожидалось.

Свистнув, Беглец подозвал Анчара, убрал в нагрудную сумку конверт.

– Домой!

И вскоре хвост собаки исчез за ближайшим строением.

– Вы как его тащить-то собираетесь? Втроём?!

– Это уже наша проблема – вы только покажите, где он лежит.

Опять секреты мадридского двора?

– Да ради Бога! Пошли!

Десяток канистр был заскладирован в небольшом подвальчике. Ох, и упарился Пётр, перетаскивая сюда груз! Хотя если учесть, сколько было за это заплачено… он поработал крайне высокооплачиваемым грузчиком!

На полученные от заказчиков деньги уже было можно жить. И неплохо жить!

Открыв наугад несколько канистр, Игорь принюхался и довольно кивнул.

– Всё в порядке! Нас устраивает!

– Ко мне вопросов больше нет?

– Нет-нет! Мы выйдем на связь в ближайшее время!

А ребятишки, что с ним пришли, деловито обустраиваются прямо в подвале. Интересно, они тут спать, что ли, собрались? А головка утром не бо-бо? Пары бензина вообще-то мало кому полезны… ну, впрочем, это уже их личное дело, я тут никому нянькой не нанимался.

Топая домой, он по привычке поглядывал по сторонам, фиксируя малейшие изменения в обстановке. А они были… Город, стоило только уйти отсюда людям, начал стремительно менять облик. И не так уж много времени прошло – а растительность поперла буквально отовсюду. Откуда-то появились битые стекла, стали понемногу покрываться ржавчиной машины и прочие металлические штуки.

Пройдёт ещё пара лет… Впрочем, дольше зимы он тут сидеть не собирался. Ещё и снег не ляжет…

Стоп!

Пётр замер, задержав в воздухе ногу. Постоял секунду и, повернувшись, поставил ступню на асфальт.

Что-то его «дернуло»… Не растяжка – здесь ощущение другое… а что же?

Не делая резких движений, он ещё раз мысленно прокрутил в голове картинку. Не останавливаясь ни на секунду, он медленно сполз по стене и буквально ввинтился между ней и декоративной оградой. Хоть и декорация, но бетонная! Не всякая пуля пробьёт!

Что зацепило его взгляд?

Улица… Пустая улица.

Дома? Да такие же, как и всегда…

Нет. Не такие же, что-то поменялось.

Быстрый взгляд из-за угла, расфокусировка зрения… есть!

На самой периферии, слева.

И ещё смотрим.

Свисая из приоткрытого окна, болталось по ветру красное полотнище.

Глянем в прицел…

Так, разбитое окно. Ну, да, ветерок пошалил.

Угу… на восьмом, между прочим, этаже! Хороший тут ветерок, вон куда камни забрасывает!

И не полотнище это – занавеска. Логично и правильно. Выбило стекло, вот и полощет по ветру сквозняком занавеску. Сквозняком. Ну-ну. Надо думать, окно с противоположной стороны тоже тем же самым камнем вынесло. Какие тут у нас камни! Летают по очень интересным траекториям! Особенно, если учесть планировку квартиры. Пётр её знал – ведь именно в этом доме он как-то ночевал, там и Витьку встретил поутру…

И ему было хорошо известно, что в квартирах домов этой серии нет окон, расположенных на одной линии. Так что никакой камень, даже трижды летучий, не смог бы выбить сразу два окна на противоположных стенах дома. И пуля бы не смогла. А от окон на одной стороне сквозняков не бывает.

Но со стороны выглядит вполне правдоподобно.

Дано – кто-то вошел в дом. Не поленился залезть на восьмой этаж, ломануть дверь и разбить стекло. После чего сорвал занавеску, прикрепил её куда-то к раме и выбросил свободный конец наружу. И что-то тяжелое к нему привязал, чтобы назад не забросило порывом ветра. Трудолюбивый товарищ… И зачем он всё это сделал? Хотел, надо полагать, чтобы кто-то на дом внимание обратил. А зачем? Со стороны глядя – так и вовсе незачем. Но тот, кто в этом доме бывал, может и под другим углом на это посмотреть.

Вот и подъезд. Тот самый, куда Озерова тогда затащили.

Приоткрыты двери, легкий ветерок покачивает створку.

Тихо тут.

Ну, не мёртвая, разумеется, тишина, но присутствия человека пока не слышно.

А вот и новости – нарисована на стене стрелка, на подъезд указывающая. Не было её раньше, это Пётр помнил хорошо.

Ещё раз оглядимся… а слева у нас что? Нет… почудилось? Ой ли?!

Перебежав открытое пространство, он прижался спиной к стене и быстро заглянул за угол. Пуст холл, только ветерок гоняет по полу какой-то мусор.

Быстро скользнув внутрь, он достал из кармана разгрузки гранату.

Желать ближнему своему всяких гадостей – нехорошо.

Так то – ближнему!

А про дальних в святом писании ничего не сказано…

Чеку долой, булавку на её место.

Скрипнула изолента, прихватывая темно-зеленый кругляш к двери, там, как специально для этой цели, дверная ручка прикручена.

Проволочку поверх, рычаг прижать…

Отступив на шаг, он полюбовался на результат своих трудов.

Натянута поперёк прохода проволочка – поблескивает в солнечном свете. Ясно видимое предупреждение – не лезь! А то некому будет вылезать…

И что сделает любой здравомыслящий человек, когда такое увидит? Умный – пройдёт стороной. Дурак… ну, дураков нам не жалко. А вот жадный – тот непременно захочет растяжку снять. Полезная вещь граната, всегда в хозяйстве нужна. Везде – даже в мирной жизни. Правда, по вопиющей несправедливости в мирной жизни нам отчего-то их всегда недостаёт… а зря!

Так, с этим закончили. А что у нас внутри?

Угу… Всё та же надпись на стене… только вот три восклицательных знака кто-то пририсовал. Зачем? Снова-здорово – опять приглашение? Так опоздали вы, ребятки… и без вас нонеча прожить можно. Как уйти – теперь знаю. Хоть и топали мы тогда к границе, но ведь периметр-то одни и те же люди строили. По одному принципу. Повсюду хоть на границе, хоть в глубине страны.

Это обычному человеку там пройти сложно, караулят его минные поля. А сапер – пройдёт. Умный сапер. Глупые в этой профессии долго не живут. А раз смог я выжить столько лет, этим делом занимаючись… то, стало быть, умом не обделён. Есть, разумеется, ещё кое-какие сложности… но и они вполне преодолимы. Теперь преодолимы.

Ладно, с этим всё ясно.

Остались ещё нехорошие люди снаружи. Будут ли они ждать, когда я назад выйду? Или следом почапают? Не хотелось бы думать, что это ребята Озерова…

Второй этаж, тут окно разбито на лестнице. Шальная пуля – вон и след от неё на потолке.

Зажав в руке зеркальце, Беглец осторожно приподнял руку над подоконником.

Нет, не ОМОН… и то хлеб! Не хотелось бы со своими бодалово устраивать.

Смурные какие-то парни. На тех бандюков, с какими раньше стычки были, не похожи. Одна деталь у них общая – серо-стальные куртки. Не иначе, как бомбанули ребятки какой-то магазин, вот и приоделись в один прикид.

Но идут грамотно, толпой не валят, друг друга страхуют.

Сколько их тут?

Один, второй… четверо?

Ну… вполне может быть.

Теперь вопрос – они специально меня ждали?

А за спинами-то у парней рюкзаки – основательно чем-то забитые! В бой собираючись, они их в кучку сложили, и хорошо можно всё это добро разглядеть. Стало быть, тащили ребята куда-то своё добро да и срисовали по пути одинокого лопуха. Однако ж, лопух с автоматом, да и за спиною у него тоже рюкзачок. Не сильно толстый (там, по правде сказать, кроме «Вепря» ничего и нет), но и не пустой!

Автомат – вещь нужная. Когда он в своём хозяйстве пребывает. А вот когда он у чужака – то уже совсем другой коленкор! Враз превращается вещь из нужной в опасную. И надобно это положение исправить. Желательно побыстрее. А то ведь может этот одиночка и пальнуть! И даже попасть – а это нам совсем не надобно.

Опять в подъезде бодалово?

Раз так – автомат за спину, а вот «Вепрь» из рюкзака достаём. Картечь на ближней дистанции немного шансов оставляет.

Щелчок – зафиксирован приклад. Патрон в ствол, магазин достать, ещё один патрон туда запихнуть. Присоединить магазин обратно – готов!

А вот лежать напротив входа мы не станем. Хорошая позиция, спору нет – можно даже на улицу стрелять. Беда в том, что и с улицы стрелять тоже никто не мешает. А укрыться на лестнице негде. Поэтому никуда мы не пойдём. Здесь ждать будем.

Ещё одна граната появилась на свет. И снова изолента – обматываем её вокруг корпуса, прихватываем верёвочку… Не шибко длинную – до земли она отсюда не достанет. Так и не нужно… Теперь свободный конец веревки к батарее привяжем… есть! И положим гранату рядышком, пусть ждёт своего часа.

Шаги внизу… шепот… пришли?

Тута они, голубчики…

Снова шепот – растяжку увидели? Ну, положим, на внезапно наступившую слепоту никто и не рассчитывал…

Выглянуло над площадкой зеркальце – где вы там?

Вот они… растяжку перерезать собираются. Мужики, а вам кто-нибудь говорил, что жадность приводит к бедности? Не вы поставили – не вам и снимать! Человек, может быть, последнюю гранату прикрутил, от сердца, так сказать, оторвал…

Блеснула на солнце перерезанная проволочка – и хлопнул капсюль-воспламенитель!

А что ж вы, ребятки, думали – к чеке проволочку только лопухи привязывают да солдаты-первогодки… В данном случае проволочка придерживала рычаг, а чека давно в кармане покоилась…

Рухнули на землю жадные до чужого добра парни – и вылетела в окно вторая граната!

Пах!

То сработал имитационный запал на учебной гранате – их на складе много имелось… Всего-то и делов – выкрасить черный корпус в зеленый цвет. И даже вблизи теперь не отличить учебную гранату от боевой. Задача у ложной растяжки всего одна – положить подходивших на землю. Если снаружи – так и вообще здорово!

А вот в окно вылетела граната вполне настоящая. Да, не судьба ей была до земли долететь – коротка оказалась веревочка. Но в результате этого рванула граната в трех метрах над асфальтом, осыпав осколками всех, кто лежал ничком на земле. Когда человек стоит, бьют его осколки сверху по голове и по плечам. Плохо это, неприятно.

Но голова, как говорил один уважаемый человек, это кость – там болеть нечему. И не всякий осколок её пробьёт. Плечи – место более уязвимое. Но вот когда человек ляжет… спасаясь от другой, ясно видимой угрозы… А граната наверху сработает…

Присев на ступеньку, Беглец дозарядил магазин. Три патрона… больше и не понадобилось.

– Что нового? – поднялся навстречу вошедшему майор.

Озеров тяжело опустился на стул и прислонил автомат к столу.

– Ребята пришли. Те, которых я посылал дом проверить.

– И что?

– Был там Фомин. И не просто так, а с шумом-гамом. Четырех полуобглоданных гавриков парни там обнаружили. Видать, они его в подъезде зажать пытались. На свою голову…

– Как это он их так?

– Взорвал – на стене наверху копоть от разрыва осталась и выщерблина от взрыва, а трупы осколками посекло.

– Наверху? – удивился Сазонов. – Как это?

– Его любимая штучка – воздушный подрыв. Он в своё время нам в отряде это показывал.

Командир призадумался.

– Подрыв… значит, взрывчатка у него есть. Как думаешь, придёт он к нам?

– После такого тарарама? Сомневаюсь… да и зачем ему? Он одиночка, уж несколько лет живет… жил бирюк-бирюком. Ему давно никто не нужен. Раз он свои любимые игрушки раздобыл, то сможет спокойно спать – фиг к нему подойдёшь. Да и тот факт, что на этом самом месте его встретила засада, доверия к нам точно не добавит.

– А что там за народ был?

– Пашутина парни.

– «Беса»? Они же вроде в стороне оттуда шастают?

– Да фиг их знает! Никаких договоров ни с кем они не подписывали…

Но на всякий случай Виктор, взяв с собою троих ребят из своего взвода, решил прогуляться к тому самому дому. И хотя он был ещё далеко не в той форме, которая позволяла подобные мероприятия, командир разрешил выход.

Что он хотел там найти?

А Бог весть… но интуиция подсказывала – надо идти!

Вот и дом, около стены валяются какие-то окровавленные лохмотья – собачки постарались. Но сейчас тут пусто, вон передовой из подъезда рукой помахал – свободен путь.

Видна надпись на стене и три знака восклицательных – всё, как сам тогда ребятам и говорил. Но нет никаких других надписей, только под самой стеной лежит стреляная гильза от дробовика. Не оставил никаких сигналов Фомин… не поверил. Ну, в принципе, его понять можно – опосля такой встречи кто хошь подозрительным станет!

Ладно… пора топать домой.

Озеров тяжело поднялся на ноги… и остановился.

Красная точка лазерного целеуказателя скользнула по полу, описала круг… метнулась туда-сюда, привлекая внимание. Поползла дальше, поднялась на стену… ещё выше…

– Так… – хрипло произнес старший лейтенант, чувствуя, как холодная струйка пота просочилась за шиворот. – Стоим на месте! Никому не двигаться! И оружие не трогать!

– Чо так, командир? – удивился здоровяк Петросов. – Чего стряслось-то?

Вместо ответа Виктор указал ему вверх.

Омоновец поднял голову.

– Етить твою…

Между первым и вторым этажом непонятным образом присобаченная к стене висела темно-зеленая коробка характерной формы.

«МОН-50».

Для этого помещения – по уши хватит.

Так и мало того – от мины отходил детонирующий шнур. Доходил до лестницы и разветвлялся. Концы шли вверх и вниз, под площадку. Понятно, что и там тоже что-то неприятное имеется.

Никаких растяжек не видно – не иначе, как установлены заряды на дистанционный подрыв.

Жопа.

Полная и окончательная – отсюда не уйти.

Но ведь если бы хотели убить, попросту рванули бы мину – и хорош. Не рванули, лазером аккуратно на неё указали.

Стало быть, есть ещё шанс…

– Всем выйти на середину! – отдался эхом на лестничной клетке голос откуда-то сверху.

Взоры бойцов скрестились на командире.

– Делайте, что он говорит. Не дергаемся пока… банкует мужик.

Вышли, в кучку собрались, Озерова со всех сторон прикрывая.

– Командир – наверх. Третий этаж. Оружие оставь, оно тебе не потребуется.

Поднявшись на несколько ступенек, Виктор услышал звонкий щелчок. Обернулся.

Тонкие лазерные лучи скрестились вокруг его парней, надежно перекрывая любую возможность кому бы то ни было придти на помощь командиру.

«Пастух», или по-правильному «изделие Р-82». Система мобильной объектовой охраны. Можно выводить на звонок, сирену… или вот как в данном случае на мину. Срабатывает по пересечению лазерного луча, причем, лазер может быть и инфракрасным, для невооруженного глаза невидимым.

Теперь, командир, только от тебя зависит – будут жить ребята или…

Беглец встретил его на площадке между этажами. Сидел в кресле, наверняка притащив его из какой-то брошенной квартиры. А рядом примостилась здоровенная собака – недружелюбная на вид. Точно, и американский врач про неё говорил – всё сходится.

– Садись!

Пролетом ниже стоял обыкновенный стул.

– Ты ведь ранен был, не поправился, поди? Чего ж тогда ботинки стаптывать, присаживайся!

Ну, раз прокурор говорит: «Садитесь», – как-то неудобно стоять…

– Ты зачем меня искал?

– Думал к нам пригласить. Там все свои…

– Угу, – кивнул Фомин. – Я оценил! Сдай оружие и жди! Хотелось бы только знать – кого? Узнаю родное гостеприимство! Тебя они позвать отказались, между прочим!

– Часовой своё получил за самоуправство…

– Три наряда на кухню, должно быть? Я польщён!

– А что ты хочешь?! Тебя там многие не знают и никогда не видели! А тут полгорода неадекватов! – вспылил Озеров.

Собак насторожил уши, но хозяин успокаивающе погладил зверя по голове – и тот опустил тяжелую голову на лапы.

– Я, между прочим, тоже городской житель… и даже вполне цивильный – менеджер по логистике, если хочешь знать! Тоже, значит, отмороженный?

– Ну… тебя я знаю!

– Как мне это у вас тогда помогло! – усмехнулся Беглец.

– Мы ведь можем туда вместе прийти…

– Я и в одиночку такое могу сделать, не сильно при этом вспотев. Да так, что твои бдительные часовые ничего не заметят. Прийти – не главное! Главное – вернуться! И ты можешь мне это гарантировать? При любом исходе разговора?! Что-то я сомневаюсь…

– Чего ты хочешь? – устало спросил Виктор.

– Будешь сильно удивлён, но от вас мне ничего не нужно. Совсем ничего. Всё, что только могло потребоваться, у меня есть. И я, чтобы ты знал, не собираюсь тут долго задерживаться.

– Ты не пройдёшь через кордоны.

– Кто это тебе сказал?

«А ведь пройдёт… – подумал Озеров. – Этот сможет. И не сильно его будут волновать те проблемы, которые могут за этим последовать. Да, его попробуют остановить, возможно, даже убить. И он покажет свои клыки…»

– Ты же не знаешь! Мы тут все…

«Как ему это сказать?!»

– Инфицированы? Знаю. Могу тебе сказать, что лично я с этого больших проблем не получил. Даже напротив…

Беглец вытащил из воротника иголку и спокойно, не изменившись в лице, проткнул ею палец.

Насквозь.

Воткнул иглу назад, достал флягу и промыл место укола.

– Видишь? Я перестал чувствовать боль. Практически совсем. Более того все раны и царапины заживают намного быстрее. Это плохо?

– Могут быть и другие последствия!

– Могут, – кивнул Фомин. – Для этого и была в своё время разработана специальная вакцина, которая может устранить большинство неприятных последствий. Препарат «Д-292», если не ошибаюсь?

– Возможно. Но не все, мы ведь до сих пор не знаем, как могли подействовать на людей эти штуки, попав в атмосферу. Там ведь ещё что-то было, до конца это так и не успели изучить… Да и препарата этого у тебя нет!

– Пока нет. Но скоро будет.

Они оба помолчали. Зная собеседника, Виктор понимал – его не уговорить. Этот пойдёт до конца, и ничьи проблемы его волновать не будут.

– У меня есть просьба, – внезапно сказал Пётр.

– Ну?

– Здесь есть некоторое количество гражданских… не банда, так… офисный планктон. Пока у них есть кое-какая защита, имеются запасы… но это пока.

– И что ты хочешь от нас?

– Заберите их. Место там, в принципе, неплохое, хорошо замаскировано. Во всяком случае – пока их там никто не нашёл. Там и снаряга есть, даже какие-то запасы продовольствия остались. Но они не бойцы, от слова совсем.

– И их так никто за это время и не попробовал нагнуть?

– У них была кое-какая охрана. Но они ушли. Пока этого никто вокруг не прочухал, но ты же понимаешь – это ненадолго.

– Где это?

– Я нарисую маршрут, как к ним подойти. Оставлю карту здесь – подсуну под ножку твоего стула. Не сейчас! – поднял руку Фомин. – Когда буду уходить. Я сорву эту дурацкую занавеску – это и будет сигнал. Вы со своей базы сможете это увидеть в бинокль. Приходите – мин не будет.

– Где ты нарыл всё это добро?

– Места надо знать! – усмехнулся собеседник. – Ладно, можешь идти к своим парням – я отключу систему…

На условленное место встречи Пётр, как всегда, пришёл заранее. Но к площадке не пошёл, а залез на четвертый этаж дома напротив. Вскрыв дверь брошенной квартиры, подтащил поближе к окну стол и улегся на него. Прихватил с кровати подушку и устроился – даже с удобствами.

Анчар разлегся на ковре и задремал.

Прикорнул и Беглец, времени ещё было достаточно.

Оп!

Где-то за домами рыкнул мотор… Вот у них где машины стоят! Стояли, если быть более точным. Там располагался старый почтовый терминал. По назначению он давно уже не использовался, но опустевшие помещения так никто до сих пор к рукам не прибрал. Теперь-то понятно почему… вот, стало быть, кто там рулил… надо будет там вдумчиво пошарить по возвращении!

Он перевернулся на живот и приложил к глазам бинокль.

Ага, вот и охрана появилась, разбежались по сторонам площадки, заняли позиции. Ну, что ж, всё правильно, по науке, как положено… тщательно народ всякие наставления читал, одобряю… Воевать они тоже, надо полагать, по учебнику будут?

Ага, вот и Владислав появился, начал порядок наводить. Ладно, пора и нам…

– День добрый!

Дернулись охранники, слишком неожиданно и незаметно появились на площадке новые персонажи. А что ж вы хотели, ребятки? Чтение инструкций – это, конечно, правильно, только вот жизнь – она куда интереснее. Нет в учебнике многого, оттого и не пробует никто делать операцию на мозге, руководствуясь исключительно учебными пособиями.

«Тропический» поднял руку, успокаивая охрану.

– Здравствуйте! Впечатлён! Честно – не ожидал. Вы готовы?

– Как юный пионер – всегда! Машины не подошли?

– Мы немного изменили порядок движения. Сначала выходит передовая группа, проверяет дорогу, а уже потом, после получения сигнала, выдвигаются автомашины. Таким образом, мы должны дойти вот до этой точки, – показал на карте Владислав.

– Разумно. Но уже вот отсюда, – палец Петра уткнулся в карту, – местность патрулируют беспилотники. И любую точку можно накрыть минометами. Вы об этом подумали?

– Да. И уже приняли соответствующие меры, не волнуйтесь…

– Как-то вот не сильно охота пораскинуть свои мозги по окрестностям, знаете ли!

– Мне тоже. Не забывайте, мы идем с вами рядом.

– Вы пойдете со мной? – удивился Беглец.

– Не я. Они пойдут, – указал «тропический» на охранников. – Я следом, с автомашинами.

– Ну, что ж… пошли!

Ничего принципиально нового на маршруте пока не прибавилось. Двигаясь вперёд, Пётр отмечал свои «контрольки», которые были поставлены в некоторых, особо «вкусных» местах. Пока ничто не свидетельствовало о том, что здесь поработали чьи-то шаловливые ручонки.

Первые два километра позади…

Теперь-то начинаются самые пляски!

А вот и машины – из-за бугра показалась небольшая колонна. И что у нас там такое едет?

Он остановился и поднял к глазам бинокль.

Уазик – ну, тут всё понятно.

Тот самый джип – поставили-таки его на колеса! На багажнике навалена целая куча всякого барахла. Даже на переднем бампере укрепили какие-то ящики. Вот что с людьми зелёное земноводное делает! Да, пресловутая жаба задушила фантастическое количество людей…

Небось, в «буханку» тоже позапихивали гору всевозможного добра.

Замыкающим шёл инкассаторский броневик. Его наспех перекрасили, постаравшись изобразить нечто вроде камуфляжа. А в результате получилось что-то вовсе невообразимое. Ну и ладно, хоть не жёлтый, уже хорошо!

Вокруг колонны растянулась охрана – человек пятнадцать. Кто с чем – автоматы соседствовали с охотничьими ружьями. Да… «грозная» сила!

Первый рубеж – тут на дороге стоит управляемое минное поле. Здесь общий стоп, топаем на проверку.

Новостей не оказалось и на этот раз. Но одного из сопровождающих Пётр отправил-таки за Владиславом.

Тот себя долго ждать не заставил и скоро нарисовался рядом.

– В чём дело?

Быстрый взгляд на сопровождающих – нет, разговора они не услышат.

– Мне нужен препарат «Д-292». У вас он есть. И не надо меня обманывать – в ином случае вас попросту не пропустили бы через посты.

«Тропический» с интересом посмотрел на собеседника.

– Так вот почему вы пошли с нами в одиночку! Не хотели ни с кем делиться?

– Вас это сильно удивляет? Вы тоже не слишком похожи на мать Терезу.

– Это дорого стоит!

Беглец задумчиво посмотрел на дорогу.

– Как я понимаю, мины здесь ставили те, с кем вы договориться не смогли? Деньги, надо думать, у них есть, да и вакцина им без нужды – всех уже вакцинировали давно. Да и стоимость препарата здесь и за периметром тоже может существенно отличаться…

– Я подумаю…

– Я тоже.

Владислав только головою покачал.

– Вам в бизнес пойти! С таким талантом переговорщика многого бы смогли достичь!

– Плохой из меня бизнесмен…

«Тропический» усмехнулся.

– Ну, уж мне-то в данной ситуации виднее! Ладно… будем считать, что мы договорились. Сколько вам надо?

– Для гарантии – пять доз.

– Аппетиты у вас, однако! Ну, да ладно…

Странное дело, но на пути колонны не встретилось ни одного патруля. И беспилотники не досаждали своими визитами, не говоря уже о чем-то более серьёзном.

Оставив позади лесок с развороченным шалашом, кортеж притормозил у входа в долинку.

Вот тут – самая работа!

Уложив на землю провожатых и скинув им на сохранение рюкзак, Пётр двинулся к проверенным ранее местам. Правда, не сильно доверяя этим ребятишкам, он ранее исхитрился – и вколол себе одну дозу препарата. Ничего, разумеется, не произошло.

Вот и метки. На первый взгляд, ничего не нарушено.

Так то – на первый…

А вот тут мы не поедем – ставим вешку! И здесь тоже стороночкой обойдём. Понимаю, что этими выкрутасами я кому-то сильно малину пообломал…но положа руку на сердце – мне-то с этого какая печаль? У вас там какие-то свои странные игры, а я тут при чём?

А вот этой мины раньше не было – свежачок-с… Качественный такой, на три кило взрывчатки. Хорошая штучка, мы и ей применение найдём.

Добравшись до кустов, Беглец обернулся.

Как, уже вечер?

Оф-ф-фигеть…

Сколько же я тут ползал?

Взмах руки – и двинулись по следам автомашины. Строго предупреждённые охранники топали точно по колеям, оставленным колесами.

Вариантов нет – надо ночевать. В темноте тут шастать – самоубийство.

Усевшись на пенёк, он принялся рассортировывать трофеи. Осмотреть, деактивировать взрыватель (если возможно), привести мину в безопасное состояние…

– Не помешаю?

Владислав. За спиною маячат два охранника. Правда, близко не подходят, поглядывают издали.

– Присаживайтесь! Мне немного осталось…

«Тропический мужик» храбро опустился рядом, с интересом обозрел разложенное на плащ-палатке «богатство».

– Впечатляет. Как я понимаю, даже одной такой штуки вполне достаточно на автомобиль?

– На любой. С большой гарантией. Этих клоунов, что бегают вокруг машин, уполовинило бы разом.

– Вы их не любите?

– Странный вопрос. Они явно занимаются не своим делом. Айпад в руках любого из них смотрелся бы куда как достовернее.

– Не могу не признать вашей правоты! – усмехнулся собеседник. – Это, действительно, не профессиональные охранники – в основном, все они банковские служащие. Но что делать? Профессионалов у нас не осталось…

– Я в курсе… – есть, встала на место чека, теперь можно и передохнуть! И пот со лба вытереть…

– Мы тут посоветовались… – «тропический мужик» огляделся по сторонам.

Нет никого поблизости, не услышат важных слов чужие уши.

– И? – Беглец отвинтил колпачок на фляге. – Пить хотите?

– Что там у вас?

– Вишневый напиток. Правда, газ почти весь ушёл…

– Не откажусь! Откровенно говоря, хочется выпить, но пока нельзя…

Сделав несколько глотков, он вернул флягу.

– А недурственно!

– Стараемся…

– Так вот, возвращаясь к разговору… Вы ведь пока не собираетесь уходить?

– Нет. Нам и тут хорошо. Всё есть, никто не мешается…

– Вас ведь немного? Вы попросили пять доз…

– Руководству. Ну и себе, в том числе, вы же дураком-то меня не считаете? – усмехнулся Пётр.

– Это так, не считаю. Отрадно сознавать, что имеешь дело с понимающим человеком. Откуда вы знаете о заражении?

На плащ-палатку легла коробка аптечки.

– Тут не все препараты стандартные – есть и новые.

– Откуда она у вас?! – собеседник чуть не вскочил. – Мы ведь их столько искали!

– Откровенность за откровенность – зачем?

– Это, – палец «тропического мужика» уткнулся в шприц-тюбик, – препарат «В-45». То, что идет в комплекте с вакциной. В случае комбинированного применения… а вот нам пришлось хорошо заплатить! Эх!

Мужик от огорчения аж губу прикусил.

– Ну? – Беглец вопросительно наклонил голову.

– Короче, это снимает вопросы чисто медицинского свойства, препятствующие выходу наружу. Исследование организма не выявит у вас никаких отклонений. Хотя у вас могут остаться некоторые побочные последствия…

– Например?

– Ну… пониженная чувствительность к боли… такое иногда случается.

Вот такие пироги… ай да директор СЭС! Всех объегорил!

– Что ж вы думали, мы тут совсем серые, да? – усмехнулся Пётр.

– Эти аптечки… они все у вас?

– А вы как думаете?

– Так много? Где ж вы их все храните-то?!

Заметочка – не всё, видать, в подвалах СЭС лежит…

– Да есть у нас такие места…

– Извините, но это несколько меняет дело! – вскочил на ноги Владислав. – Вы позволите?

И его рука протянулась к аптечке.

– Можете взять – у меня с собою есть ещё.

Долго ожидать не пришлось. Пётр не успел ещё упаковать все найденное, как «тропический мужик» появился снова.

– Пойдёмте, нас ждут!

Около инкассаторского фургона прохаживались двое охранников, отошедшие чуть в сторону при появлении визитеров.

– Добрый вечер! – поздоровался Беглец, забираясь внутрь кузова.

А тесновато тут! Всё свободное пространство занято какими-то коробками и пакетами. Только и осталось места, чтобы кое-как присесть двоим – третьему пришлось стоять в дверях. По врождённой наглости Пётр тотчас же занял второе свободное сиденье.

Новый собеседник, мужик лет сорока, никак на это не отреагировал – воспринял как должное.

– Максим Павлович! – протянул он руку. – Будем знакомы!

Вот, значит, таинственный начальник кредитно-финансового отдела… ничего мужик, крепкий, не рохля.

– Пётр.

– Я знаю. К делу?

– Не вопрос. Что именно вас интересует?

– Вы, как я уже понял, не представляете никакую официальную структуру, так?

– Да. Мы вполне самостоятельное образование. Предвосхищая ваш вопрос – нас немного, но мы хорошо вооружены и имеем свои источники снабжения. Мы не стремимся к захвату территорий, нам вполне достаточно того, что на наши объекты никто не посягает.

– Нескромный вопрос – у вас есть профессионалы? Я имею в виду – в военной области?

– Да. МЧС – «Лидер», если вам о чём-то говорит это наименование. Ряд наших людей имеет за плечами опыт ведения боевых действий в условиях городской застройки. Есть и специалисты по партизанской войне.

– Простите, но ведь у вашего руководства должны же быть какие-то цели? Я сильно сомневаюсь в том, что вы собрались только для бегания по городу с оружием!

– Мы вообще не любители воевать – мины всё сделают за нас. А что до целей… так деньги ещё никому не помешали.

– То есть вы не собираетесь сидеть в городе вечно? – наклонил голову на бок банкир.

– Ровно до тех пор, пока это будет целесообразно. И пока будет давать возможность заработка. Как вы уже имели возможность убедиться, мы можем отсюда уйти в любой момент.

Собеседник прикусил губу.

– Скажите… – он приподнял с полки коробочку аптечки. – Этот товар у торговцев – ваших рук дело?

– Да.

– Зачем?! Вы же сдавали их по демпинговой цене!

– Зато теперь в вашем лице я имею заинтересованного покупателя. Так ведь? Да и не так уж много было нами продано…

Уже после, когда все обитатели временной стоянки улеглись спать, Пётр, забравшись в спальный мешок и закинув руки за голову, попытался как-то систематизировать полученные сведения. Нехилым подспорьем явились рассказы спасённого импортного медика – тот тоже знал достаточно много. Другой вопрос, что все они – и медик, и банкир – смотрели на ситуацию со своей кочки. И из-за этого не замечали некоторых нестыковок. Впрочем, это как раз понятно.

ЧВК и объекты, которые они охраняют, – это одна группировка.

Банк – другая.

Формально, разумеется, и те и другие состоят в одной корпорации. Даже делают одно дело.

Формально…

Так жизнь у нас – штука сложная и порой непредсказуемая.

И ответов, даже на самый простой вопрос, в таких условиях может быть куда больше, чем просто «да» и «нет».

Да, но…

Нет, но…

Возможно, да, и возможно, нет – и это ещё далеко не полный перечень вариантов.

Ещё несколько лет назад учеными был синтезирован один препарат. Ни разу не оружие и не отравляющее вещество – он разрабатывался исключительно как лекарственное средство. Для лечения некоторых видов психических расстройств и фобий. Приём препарата должен был вернуть людям чувство уверенности в себе и устранить страхи. Уж чего-чего – а разнообразных самострашилок народ себе напридумывал… Сегодня мы вот этого боимся, а завтра уже вон того. И так – по кругу.

А тут ещё и всевозможные «модные» течения…

Мол, быть мужественным и сильным – это отстой и устарело. Мир давно поменялся, надо быть мягче (размазнёй) и добрее (чтобы не мешать умным людям залезать в твой карман). И так далее и тому подобное…

И в какой-то момент вдруг оказалось, что заботливо выращенные страхи и фобии без всякой видимой причины превысили критическую массу – здоровенная толпа народу могла вдруг начать истерить по самому ничтожному поводу. Ладно ещё когда эта истерика грамотно подогревается и направляется тем, кому это положено, а если нет? Если вдруг переклинит башку у кого-то постороннего? А эффект толпы… штука жуткая и неприятная.

Нет, понятное дело, что против десятка тяжелых «браунингов» на БТР никакие фобии долго не проживут – воображаемые страхи очень быстро будут заменены вполне реальными. В виде плюющегося огнём БТР, например…

Но это нетолерантно и вообще негуманно.

В конечном итоге, вся эта буйная толпа – избиратели. И что намного важнее – налогоплательщики и потребители. Ну, перестреляем мы пару тысяч очумевших от какой-то надуманной проблемы дебоширов – и что? Налоги за них кто платить будет? Они их не платят? На пособии сидят? Ну и что?

Хотите сказать, что они ещё и не покупают ничего? То-то же…

А вы за пулемёт хватаетесь…

Не так надо действовать, совсем не так!

Вот и появился на свет Божий некий препарат. У пациентов, которых им лечили, несколько успокаивались нервы. Повышалось чувство самооценки и уверенности.

Хорошо?

Ну… как сказать. Если с самооценкой и уверенностью – оно все правильно, то вот с нервами – это вы, парни, что-то там не додумали! Как управлять спокойным человеком? Он ведь думать станет… анализировать… его же убеждать надо! Доказывать свою правоту. Нет, ребята, доказательства – это к судьям, у нас все гораздо проще.

Этот вариант препарата был признан неудачным. Но идею в целом поддержали. И уже следующий эксперимент дал многообещающие плоды.

Пациенты получили некоторое повышение выносливости и снижение болевого порога. Улучшился метаболизм и пищеварение (испытуемые с одинаковым успехом жрали кормовую брюкву и элитную ветчину – для них это было равнозначно), пациенты могли обходиться меньшими порциями еды, всё усваивалось гораздо лучше и эффективнее. Да, разумеется, были локальные трудности. Препарат по-разному действовал на людей. У кого-то усиливались одни способности и резко ослаблялись другие. Но общий результат обнадёживал.

Естественно, такими успехами заинтересовалось сразу много людей – но концерн тотчас засекретил все работы. А дабы избежать ненужных вопросов – перевёл все исследовательские подразделения в Россию. Здесь при наличии некоторого количества «нужных» людей во власти и толстого кошелька можно было долгое время морочить голову всем любопытным.

Любые же запросы европейских (и заморских) властей попросту игнорировались – тут не ваша юрисдикция, господа! Данное юрлицо зарегистрировано в России по местным законам… и на вас чихать хотело с высокой башни.

Дело пошло. В результате исследований выявились некоторые интересные вещи. Так, например, сочетание препарата с опрееленными, на первый взгляд, совершенно безобидными веществами могло резко усилить одни процессы и ослабить прочие.

Оказалось, что можно определённым образом запрограммировать результат.

Вопрос оставался за малым – срок действия препарата. Он был недопустимо коротким – всего неделя. Это при том, что производство стоило денег – и весьма серьёзных!

И как прикажете планировать какие-то длительные действия, опираясь на столь малые сроки?

Сменилась команда разработчиков – прежние оказались недопустимо консервативными в своих методах.

И вот тут…

Пётр так и не понял, а объяснить было некому – доктор и сам ничего толком не знал. Хотя и работал в российском филиале со дня его основания.

Словом, из разработчиков остался только один из четырех зачинателей этой идеи. Второй таинственным образом ухитрился угореть в собственной машине. Добро бы ещё зимой да в закрытом гараже… Такие случаи происходили достаточно часто. Нет – всё произошло летом! Среди бела дня да на открытой стоянке около многоквартирного дома!

Третий, быстро сообразив, что ничего хорошего его не ожидает, моментально исчез, бросив жену и малолетнего ребенка. Испарился, как лёд на ярком солнце, – бесследно. А его семья недолго проливала безутешные слезы – вскоре прошёл слух, что они живут почему-то на Урале, в одном из закрытых научных городков. И ладно бы, если это касалось мужа! А его супруга была вообще недалёкой бабёнкой, бывшей манекенщицей. Сказать, что в её мозгах насчитывалось более трех извилин, – невообразимо ей польстить. Осторожные попытки что-либо выяснить были пресечены российскими спецслужбами с невообразимой жестокостью. По слухам, чуть ли не десяток человек около того города прикопали…

Четвертый же, холостой и одинокий мужик, самый старый в этой компании (40 лет, подумать только!) и вовсе повёл себя самым возмутительным образом. В один, далеко не самый прекрасный день, он выступил в Питере на пресс-конференции. И столько там всякого наговорил… Город были вынуждены спешно покинуть около десятка человек. И не самых бездарей, к сожалению. Самое же неприятное состояло в том, что дома их ожидали представители следственных органов. В некоторых деяниях указанных персонажей внезапно усмотрели признаки преступления.

Понятное дело, что тут не обошлось без кого-то из «своих» – слишком уж оперативно сработала полиция, получившая в руки документы весьма щекотливого характера. Большинство народа связало это с пресс-конференцией в Питере, но знающие люди только усмехнулись. Выступавший там человек просто не имел доступа к ряду финансовых документов – а именно они легли в основу обвинения. Какие-то там эксперименты неведомо где европейскую фемиду интересовали далеко не в первую очередь. А вот неуплата налогов и незаконные финансовые махинации – это же совсем другое дело!

Словом, кое-кто присел. На самые разные сроки – не помогли и дорогие адвокаты. А по проекту был нанесен неслабый удар – разработку препарата отбросило на несколько лет назад.

Это дело рук конкурентов – сомнений никаких не имелось. Злые языки, правда, поговаривали и о том, что эти самые «конкуренты» трудились в одном из подразделений концерна… Но чего только не наговорят злые языки! Были ведь и другие намеки… что-то такое и русские у себя исследовали…

Однако, несмотря ни на что, работа продолжилась. Пришедшие в проект новые люди привнесли перспективные идеи. И уже следующая партия препарата дала обнадёживающий результат – агрессивность испытуемых выросла очень значительно! Удалось улучшить и прочие параметры. К сожалению, степень воздействия варьировалась в весьма широком диапазоне. Испытуемый мог впасть в крайнюю степень агрессии почти тотчас же, а мог стать просто сильно раздражительным субъектом. Специалисты только разводили руками – процесс новый, должным образом пока не изучен…

Аналогичным образом менялся и болевой порог. От почти полной нечувствительности до относительно небольшого снижения.

Удалось лишь установить некоторую зависимость этих изменений от состояния организма в момент приема препарата. Так, наличие либо отсутствие в организме испытуемого некоторых веществ могло усилить эффект, а могло и ослабить. Так, например, сильно выпивший человек мог получить уменьшение болевого порога, но его агрессивность оставалась на прежнем уровне. Хотя метаболизм улучшался во всех случаях.

Распространялся препарат воздушно-капельным путем. И от человека к человеку передавался сравнительно легко. И попав в воду, своих свойств не утрачивал достаточно долго, так что и этот путь передачи был вполне надёжен. Задерживался же он фильтрами обычного противогаза и любыми подобными системами очистки.

Естественно, получив подобные результаты, руководство проекта немедленно приступило и к поиску, так сказать, противоядия.

Необходимая вакцина была разработана. Тот самый «препарат Д-292». Он нейтрализовывал чрезмерную агрессию. Увы, но и болевой порог при этом возвращался на прежний уровень… хотя и не всегда. У здоровых и физически крепких людей этого могло и не произойти.

Но тем не менее это уже было кое-что! По крайней мере, теперь можно было располагать относительно вменяемыми людьми, которые правильно воспринимали нужные указания. Появилась возможность формировать подразделения, которые вполне могли контролировать толпу, при этом лишь немного уступая заражённым по физическим кондициям. Впрочем, подобный разрыв в значительной степени компенсировался предварительной подготовкой личного состава. Уж по боевой-то подготовке они превосходили толпу многократно!

А учитывая то, что толпа, находящаяся в крайне неустойчивом и агрессивном состоянии обычно легко внушаема… Вопрос лишь в том, куда её повернуть. Впрочем, за этим дело не станет – этот вопрос был проработан одним из самых первых.

Оставался лишь вопрос распространения препарата…

Но вот тут и произошёл неприятный случай – в руки специалистов концерна попал некий шприц-тюбик. Содержащееся в нём средство полностью блокировало возможность передачи препарата от человека к человеку. А иным путем он не распространялся – разве что использовать для этой цели старые добрые методы, применявшиеся ещё печально знаменитым Исии Сиро…

Новость была оглушительная и крайне неприятная – секрета разработки более не существовало!

Да, ещё оставалась возможность быстро превратить любое количество людей в злобную и нечувствительную к боли толпу. Довольствующиеся малым количеством простой пищи, бойцы могли причинить неслабую головную боль кому угодно.

Но! У кого-то (а конкретнее, у русских) теперь имелась возможность предотвратить заражение тех, кого они посчитали бы нужным защитить.

И это было совершенно неприемлемо! Разом перечеркнутыми оказались результаты труда громадного количества специалистов! А уж сколько денег оказалось вбухано в никуда…

Как хотите, а терпеть такое положение дел было совершенно невозможно! Началась подготовка кампании в прессе и на телевидении, уже были сделаны запросы в международные организации. В том числе и в ООН. Разумеется, никто и не упоминал об агрессии, упор делался на улучшение метаболизма и сопутствующие вещи. Мол, мы тут старались, делали препарат, благодаря которому можно решить проблему с недоеданием хоть в той же вечно голодной Африке – и нате вам! Зловредные русские срубили эту мечту под корень! Доколе можно терпеть эти зловещие эксперименты?! Сколько ещё будет тормозить локомотив прогресса эта варварская страна?

Нет, собственно против самого антидота возражений особых не имелось. Напротив, он мог послужить хорошим средством удержания в руках тех самых воинских (и всяких прочих) подразделений, что прошли обработку препаратом. Мол, будете всё делать правильно – получите вожделенный укол и путевку в нормальную жизнь. Да и не только для военных это могло послужить хорошим стимулом к правильному поведению… Единственное условие – этот антидот не должен быть в чужих (читай – русских) руках. Мало ли кто там чего разработал… А, скорее всего, попросту украл. Саму ли идею или конкретное вещество – неважно! Журналисты напишут нужную статью, а юристы составят соответствующее исковое заявлении. Ну, а суд…

А что суд? Он же наш… пусть и называется «международным». Где он расположен? В Гааге или в Страсбурге? Неважно. В Европе он располагается. Сами понимаете, чьи интересы он обязан защищать в первую очередь.

И пусть только попробует эта страна не выполнить его решений! Ей враз припомнят, кому и чем она обязана! Хотите в цивилизацию? Так будьте любезны – исполняйте справедливое решение высокого суда (снимите штаны и встаньте в соответствующую позу)!

И вот тут – жахнуло… На одном из предприятий концерна, которое располагалось прямо в черте города, произошла странная авария. Странная потому, что никто так впоследствии и не понял её причин. А результатом стал неконтролируемый выброс большого количества спецпрепарата в атмосферу.

И понеслось…

К этому никто не готовился.

Хотя, как позже выяснилось, заблаговременные инъекции препарата «Д-292» были сделаны многим сотрудникам ЧВК, которые охраняли предприятия концерна. И ладно бы только тем, кто охранял непосредственно производство препарата! Привили почти всех. И вот это было совершенно непонятно.

Более того, вакцинированными оказались и сотрудники ЧВК противоположной стороны! А вот это уже с трудом укладывалось хоть в какую-то логику.

Зато местное население, в подавляющем большинстве состоявшее из пресловутого «офисного планктона», хватануло препарата с дикой силой!

Странным образом повели себя спасательные службы. Не те, что заботливо создавались концерном, – они сработали, как надо, в первую очередь эвакуируя ценных специалистов и часть руководства.

Нет, совершенно нелогично повели себя те городские службы, что контролировались федеральными властями. Местная власть ими распоряжаться не могла, хотя и очень того добивалась. Быстро и в короткий срок они вывезли обитателей окраин. Некоторым образом – логично, ибо туда не заползло ещё облако распылённого препарата. Оно накрыло в основном центр города. Но с другой-то стороны, как раз там обитали наиболее «продвинутые» и «креативные» жители. (Те самые избиратели, стараниями которых и пришел к власти нынешний мэр и его окружение.) Именно их надлежало спасать в первую очередь! Но машины спасательных служб туда не пошли.

Странным образом был организован и кордон вокруг города. Абсолютно непроницаемый в глубь страны, он оказался относительно прозрачным в направлении границы. Более того, даже информация кое-какая на этот счет просочилась. И приличное число тех самых «избирателей» ломанулось в сторону границы. Им не особо препятствовали. Так что некоторое количество заражённых людей успело её перейти до того, как спохватившиеся пограничники (а точнее, получившие соответствующий приказ) стали перекрывать границу и заворачивать бегущих назад.

Но поздно… Зараза уже пошла гулять по приграничным городам. А нужного количества вакцины не существовало в природе. Более того, почти все её запасы остались в городе!

А вот подразделения российской армии и части, осуществлявшие блокировку города, оказались снабжены теми самыми, вызвавшими столько недовольства шприц-тюбиками. И на них препарат не подействовал.

Любые попытки уговорить Россию «поделиться» этим добром натолкнулись на глухое «непонимание».

«Вы эту проблему породили – вы и расхлёбывайте!» – примерно так можно было перевести на нормальный язык ответ российского МИДа.

Кое-что из этого рассказал Беглецу тот самый мажор – бывший владелец «омоновского обреза», о многом поведал доктор (куда б он, интересно знать, делся-то). Некоторые любопытные подробности выболтал Роман. Находясь почти в беспамятстве после известных событий, парень не на шутку развязал язык. Похоже, в непрерывном разговоре он видел для себя хоть какой-то якорь, способный удержать его от срыва в безумие. А ведь он был системным администратором крупнейшего в городе банка! И знал достаточно много… и не только в сфере финансов!

И уже сейчас некоторые сведения, почерпнутые от банкира, расставили всё по местам. Да, оставались ещё некоторые моменты… но было бы странно, если бы и они вдруг прояснились. Так не бывает! Всегда есть что-то, что остается за кадром. А если нет… то есть повод почесать в затылке – а не задуривает ли нам кто-то мозги? Ибо полный и окончательный расклад бывает только в кино. Где злодей, прежде чем прикончить главного героя, долго и в подробностях посвящает его в свои зловещие замыслы.

Так то в кино!

А у нас – насквозь прагматическая реальность. И такие болтуны долго не живут. Да и до подобных откровений попросту не доходят – их хоронят раньше.

Недосказанные же моменты все понимают в меру своей испорченности. Импортный доктор, например, искренне не понимал нежелание русских продать секрет шприц-тюбика. «Ведь мы же готовы были заплатить такие деньги!»

А то, что наступило бы после, – он вообще отказывался понимать. Даже не думал.

Вот ведь – деньги дают! Надо брать! Двумя руками грести!

А что до ожидаемых последствий… да и хрен с ней, со страной, – на полученные деньги вполне можно куда-нибудь уехать и жить в своё удовольствие.

Да, уедут не все. Так ведь и не все же этот рецепт разрабатывали!

Переучивать? А за каким, простите, хреном? Пусть болтает… авось, побольше расскажет.

Вот и банкир. На минном поле сидит, не факт, что даже до завтрашнего вечера доживёт, – а туда же!

Бизнес! Волшебное слово… Помаячил перед глазами возможный заработок (вообще-то нехилый) – и всё, крышу снесло! Забыл мужик, что кое о чём лучше бы и помолчать…

А так – надо ему должное отдать, дядя оборотистый. В пять минут прикинуть контуры будущего бизнеса, распределить ответственность, рассчитать доли каждого – это ж какой калькулятор в башке иметь нужно!

Согласился Пётр. Но потребовал гарантий. Не денег, те ещё как-то потом унести надобно. Какой прок, что они у тебя в кармане лежат? Вокруг почти три десятка вооружённых людей. Да, не профи. Так пуле, в общем-то, фиолетово – из чьего ствола вылетать. Крутой профессионал и полный лопух на один и тот же спусковой крючок нажимают. Одинаково их пули мясо рвут и кости ломают.

Ну, прихлопну я человек пять – это, если повезёт. А шестой всадит мне пулю в бочину. И всё…

– Вы должны понимать, что, соглашаясь на сотрудничество с вами, моё руководство идёт на известный риск!

– Да, – кивнул банкир. – Вам нужны гарантии?

– Они должны быть достаточно весомыми. Что можете лично вы в создавшейся ситуации?

Мог дядя многое…

Уходя из города, он не видел особой печали в том, что те, кто в этом городе остаются, смогут что-то такое там увидеть… Толку-то?

Ну, увидели, поняли – дальше-то что?

Как вы это использовать собираетесь? В городе это никому на фиг не впёрлось.

А за кордоны ещё как-то выйти надобно! И связи у вас нет! Некому сведения передать. А особенно получить за них хоть что-нибудь.

Спокоен был банкир.

Впрочем, не особо волновался и Беглец. У него тоже имелись кое-какие соображения…

Второй день – и снова ковыряние в земле.

А беспилотников над головою не видно. Не врал, стало быть, банкир – есть у него договорённости! Не просто же так «ослепли» здесь наблюдатели.

И снова мины… на этот раз противотанковых нет, в основном «озимые». Расчет, что транспорта уже не будет, а пешеходов успешно покосят противопехотками? Возможно… Однако ж, на какую численность прорывающихся рассчитывали те, кто ставил мины? Тут уже роту можно было отправить в лучший из миров!

Ладно… это будем после обдумывать…

Ещё один участок пройден, есть время передохнуть. Пожрать, наконец!

Провожая взглядом проходящие машины, Пётр только головою покачал. Во что они верят? В то, что та сторона безукоризненно выполнит обещания?

Сам он в такие сказки не верил совершенно. Да, до определённого участка нам никто мешать не станет – есть всё-таки надежда на неведомых саперов, не просто же так они работали? А вот дальше – там заканчиваются узости, и возможность для маневра существенно больше. Что предпримут в подобном случае? Однако предыдущая машина тут прошла – мы идем по их следам. Но ведь мины-то появились именно после прохода! Их прямо в колеи ставили!

Значит, маршрут известен не только нам, есть ещё кто-то, кто в курсе дела. И эти люди не хотят, чтобы машины дошли до точки назначения. Интересный, должно быть, народ… открыто шуровать в зоне контроля охраны периметра – это надо иметь стальные яйца! Или соответствующие договорённости с охраной.

Второе – гораздо более вероятно.

И ещё есть нюанс… После первой минной банки – там, на дороге, мины ставились слишком уж по-писаному. Строго по наставлению. А так – не бывает. Есть у каждого сапера свой почерк, свои фишки и особенности работы. Годами подобная практика вырабатывается. Вот и отходят иногда от наставления. Не по глупости – тут иное есть. Правильно установить заряды таким образом, чтобы суммировать осколочное и фугасное действие, – этого в учебниках нет. Там стандартные методы описаны. Правильные, кто б спорил! Но нет мастерства в такой постановке, изюминки нет…

Так работает человек, лишь недавно всю эту науку изучивший. Грамотный, кто же спорит? Но не мастер. Ремесленник.

Почему?

Что, спеца хорошего не нашлось?

Ну-ну… рассказывайте сказки… Это в нашей-то стране?

А вывод какой?

Дымзавеса это. Опасная, никто и не спорит. С высокой степенью достоверности. Но дымзавеса… А значит, ждут нас дальше. С громадной вероятностью ждут… И надо чётко рассчитать момент – момент, когда надо будет вовремя отойти в сторону.

Фиговое дело – в чужом пиру похмелье!

Сделал своё дело – вали!

Выступать в роли Кассандры он не собирался. Один фиг – не поверят. Банкир, на высоком посту пребываючи, давным-давно составил своё мнение обо всём. И себе место в этом мире определил. Привык дядя к собственной значимости и важности – изо всех щелей прёт! Не может он того понять, что не пуп земли, – и поважнее люди имеются.

Или не хочет.

И большинство людей, вокруг него стоящих, этим тоже заражено. Босс всюду пройдёт! А мы – за ним следом.

Лишить их последней надежды?

Нафиг… чай, не кот, девяти жизней в запасе нет.

Хотя… вполне может и так быть, что всё это паранойя, – и встретят колонну на выходе дорогие друзья. Реально дорогие – даже представить трудно, сколько заплатил банкир за выход!

Ну, что ж, в таком разе за них можно только порадоваться!

А у нас своя дорога, нечего мне на Западе делать…

– Ну, что ж… – банкир окинул взглядом дорогу. – Вы точно уверены в том, что здесь больше ничего нет?

– Если по вешкам пойдёте – ничего. А вправо-влево я вам отклоняться не советую.

– Понятно, – он протянул Петру пакет из плотной бумаги. – Здесь деньги и то, о чём мы с вами договорились.

– Ясно, – пакет канул в рюкзак. – Будем ждать вашего человека.

– Прощайте! – протянул руку собеседник. – Жаль, что мы с вами, скорее всего, не увидимся. Мне было приятно вести с вами дела!

– Шарик круглый… всё может быть!

– А вы оптимист! – улыбнулся банкир.

Короткая команда – и пассажиры исчезли в автомашинах. Вытянулась по бокам цепочка охранников, и небольшая колонна двинулась в путь.

Вот и всё. Завершена работа, можно уходить.

Можно.

А нужно ли?

Занял своё место под деревом рюкзак. Пока полупустой, по дороге назад будем подбирать всякое, недавно ещё стоявшее в земле добро. А что ж вы хотите-то, в городе таких вещей не достать! И если ещё с Озеровым прокатило использование учебных «пустышек», то с другими-то такие шуточки не пройдут. Там все всерьёз – и мины, и стрельба.

Бежать налегке намного удобнее и существенно быстрее, чем завьюченным. Да и тропку, надо сказать, мы заранее проверили, ещё когда дорогу просматривали. Оттого и времени на это столько ушло. Необязательно клиенту об этом говорить, он никуда особо не спешит. А вот для себя такая предусмотрительность очень даже может пригодиться.

Вспоминая карту (не ту, что «тропический» показывал, а ту, что у клиента на столе лежала), Беглец понимал, что истинная цель путешествия гораздо ближе, чем это на ложной карте показано. Не к границе колонна идёт – к воде. По реке можно уйти быстро и относительно тихо. Через пару километров впадает она в море и до территориальных вод сопредельного государства – рукой подать.

А что – красиво придумано! Лопухи будут его ждать у сухопутной границы – и пусть ждут. Но банкир уйдёт водой…

Откуда такие домыслы?

Ну, вообще-то говоря, крайне сомнительно, чтобы он тащил с собою надувную лодку чисто из жадности и скаредности – не тот персонаж. На Западе такого добра… А использовать сей агрегат на суше – задачка своеобразная и решения не имеющая.

Вот и бугор… тут хорошее место для наблюдения.

Сверху было хорошо видно, что машины остановились. А чёй-то вы, ребятки, там делаете? Ага, перестраховка. Мол, мы пока туточки обождём, а вы вперёд ступайте. Встречайте наших друзей… ну и так далее. Логично, раньше-то я передовым дозором работал. А теперь надо кого-то другого посылать. Вот джип и поперся на разведку.

Как и положено «крутым», пешком никто не пошёл. Машина перевалила через пригорок и исчезла из виду. Практически тотчас же началось движение на стоянке. Отъехала в сторону «буханка», и попрыгал из неё вооружённый народ. Заняли оборону, направив стволы назад и в сторону, куда скрылся джип. Инкассаторский же фургон свернул в сторону и заехал в густые кусты.

Теперь смотрим…

От части сопровождающих банкир избавился. Насовсем или как – это потом видно будет. Теперь надо и этот лишний балласт с хвоста сбросить.

Ну да, бензин, палатки и продовольствие везли именно в джипе и «буханке». А в броневичке лежало кое-что поважнее… И если бы не переговоры, то и я не разглядел бы там внутри подвесного мотора.

Если догадки правильные, то сейчас ещё одна комедия тут разыграна будет…

Точно, мелькнули за кустами контуры бывшей инкассаторской машины. Твёрдый здесь грунт, да и к берегу близко подъехать можно. В незапамятные времена тут колхоз рыболовецкий промышлял, даже причал когда-то имелся, лодки стояли. Его уже давно нет – перестройка постаралась, а вот относительно проходимая дорога присутствовала. Чтобы эту щебёнку кому-то продать, её сначала из земли повытаскивать надобно – а это труд! Не плиты бетонные со старых аэродромов воровать… не поможет здесь кран. Лопатами… ручонки свои поднапрячь нужно! Но желающих работать среди тогдашних «кооператоров» не нашлось… так дорога и уцелела.

Любил когда-то Борода с компанией в эти края на рыбалку ездить, отсюда и знание местности.

Да, погранзона – и что? Для рыбной ловли загранпаспорт уже нужен? Погранцы – тоже, в принципе, нормальные мужики были – входили в положение. Тем паче, что все местные. И так, почитай, в погранзоне живут, чего уж там свирепствовать?

Беглец шёл спокойно. Не будет здесь мин, нет никакого смысла их тут устанавливать. Собственно периметр остался за спиной, а минировать все подходы к реке… для этого надо иметь не только буйную фантазию, но и два инженерно-саперных батальона в придачу к паре эшелонов минно-взрывного имущества. И толку ото всей этой грандиозной опупеи – пшик! Не полезет сюда никто… Только зверье лесное будет на этих минах зазря погибать.

Так или иначе, а к месту, где когда-то был причал, он вышел. И мысленно себя похвалил – не напрасно топал!

Вот он, броневичок. Открытая стальная дверь, и не топчется более около неё бдительный охранник. А на песке разлеглась надувная лодка. Уже и мотор подвесили, заливают в бак бензин.

Ну, что, можно поздравить банкира? Умный мужик, аккуратно всех вокруг пальца обвёл…

Сколько их тут?

Водитель, охранник – это обслуга. Должен же кто-то у мотора находится да рулить?

Владислав, сам банкир – это хозяева, им черная работа не к лицу.

Поднимет лодка четверых? Запросто, ещё и места для груза хватит. Вон, кстати, и груз… Небольшие серые ящики, пластик, судя по внешнему виду. Но не простой, такой ящичек нескоро сломаешь!

Пётр повёл биноклем по сторонам и ухмыльнулся.

Нет, наш мир далеко не прост! И умных людей в нём предостаточно! То, что пришло в голову одному, рано или поздно придёт ещё кому-нибудь. Особенно, если это входит в его служебные (или отдельно оплачиваемые) обязанности. Тут народ иной раз такие чудеса сообразительности и изобретательности проявляет!

А что у нас там про похмелье на чужом пиру сказано? Правильно – прикинься ветошью и не отсвечивай, дольше проживёшь…

Сполз Беглец вниз, автомат на грудь передвинул да с предохранителя его снял. А патрон у нас завсегда в стволе – есть такая вредная привычка, знаете ли…

А у воды кипела работа – таскали и грузили ящики, проверяли мотор. Ходил по песку недовольный банкир, прислушивался. Не ровён час, загудит за кустами мотор, и выкатятся на пляж две отставшие машины.

И что тогда прикажете им объяснять?

То, что возможность покинуть город предоставляется не всем? А только избранным? Сомнительно, чтобы их обрадовала эта новость…

Но – чу!

Шевельнулись кусты, и ступили на пляж новые действующие лица.

Камуфляж, без знаков различия. Никаких шевронов, надписей и прочей муры. Не нужно это профессионалам, и так они прекрасно знают, кто рядом идёт.

– Стокгольм! – подняв вверх правую руку, выкрикнул банкир.

– Богота!

Свои…

Замер водитель с охранником – направлены на них стволы бесшумного оружия. Остался на месте Владислав. Он-то как раз и дернулся было к хозяину, но недвусмысленно качнулся пистолетный ствол, и пришлось остаться рядом с лодкой.

– Здравствуйте! – двинулся к гостям банкир. – Я уж тут вас заждался…

– Вы закончили погрузку?

– Да.

– В лодку перенесли всё, что было в машине?

– Всё! Ничего там больше нет.

– Отлично! Эти люди вам более не нужны?

– Ну… нет.

Как удивительно иногда устроена жизнь! Ещё несколько минут назад посматривал ты свысока на всех прочих. Как же – приближенный самого крутого в здешних краях человека! Ну, пусть и не самого крутого вообще, но уж в данной-то группировке – несомненно! От твоего слова зависели судьбы (да и сама жизнь) всех остальных. Всё – ухватил Бога за бороду! Осталось немногое, несколько километров по морю – и здравствуй, нормальная жизнь!

Да, лодка поднимет не всех. Но ведь никто же не обещал всем спасения? Дали шанс. И ради него терпели и старались. Четверо из почти полусотни – вполне нормальный процент… грех жаловаться! И вдруг… В твои глаза смотрит пистолетный ствол.

Из кустов вышло трое. Если они возьмут шефа, то лодка больше никого не поднимет! Можно, разумеется, выбросить часть груза… но этого уж точно не произойдёт…

Что же делать?! Водитель и обычный клерк, ставший по воле судьбы охранником, – этих можно спокойно списать, не жалко.

Но… но я сам?! Я же не простой банковский клерк – руководитель! Ценный и нужный специалист! Со мною нельзя так!

Однако первым среагировал, как ни странно, водитель. Уж от него-то никто и ничего не ожидал, парень даже оружия не имел. Зато оно было у его соседа! Шофёр не стал отбирать автомат у охранника – попросту его перехватил, прикрывшись товарищем, как щитом.

Правильно, кстати говоря, сделал – в того тотчас же прилетел почти десяток пуль. Обитатели кустов своё дело знали! И обвис в руках соседа охранник, толком даже не успев ничего понять.

А в ответ ударил автомат! Короткая очередь срезала одного из стрелявших – наглухо, пули ударили в живот. И одна пуля в брюхо – совсем не подарок, а тут сразу несколько. Шансов нет.

Прошипели глушители – и окрасилось красным левое плечо водителя.

Зашёлся длинной, на весь магазин, очередью его автомат. И умолк… разжалась рука, осел на землю стрелок. Всё, отвоевался.

А рядом рухнул на песок «успешный руководитель» – он не успел сделать ничего… так и помер.

Чвак!

Уткнулся лицом в землю один из спецназовцев – пуля вошла в затылок.

Третий крутанулся на месте, вскидывая оружие навстречу новому противнику.

Сейчас!

Не в этой жизни, милок…

Упал на песок «Хеклер-Кох-416». Хорошая машинка… но хозяину она больше без нужды.

– Не срослось? – опустился Пётр на песок, неподалёку от банкира. Предварительно отбросив в сторону всё лежавшее на земле оружие.

– К-х-ха… – легкое собеседника было пробито пулей бывшего водителя, поэтому любые слова давались ему с большим трудом. – Это… это вы… Но как?

– Ну, совсем уж лопухом меня считать не надобно…

– Мы же… мы договорились…

– И я честно соблюдал договор! Пока вас не подстрелил ваш же сотрудник. И кто бы теперь стал его исполнять с вашей стороны? Мне по крышке гроба, что ли, морзянку выстукивать?

– Я ранен!

Беглец пожал плечами.

– Я бы сказал – убит. Жить вам осталось не так уж много, ведь госпиталя здесь нет, и немедленную операцию тут сделать никто не сможет. Минут десять…

Как ни странно, но банкир вдруг успокоился.

– Умеете вы людей утешать…

– Как могу, – пожал плечами Пётр.

– И что… что вы собираетесь делать?

– Ну, могилу вам копать точно не стану. А то в ней похоронят сразу всех. Точнее – рядом. Ведь не получив сигнала от этой троицы, сюда сразу же вышлют беспилотник, и всем, кому повезло в этот раз, – не повезет в следующий.

– А вы предусмотрительны, – закашлялся собеседник. На его губах появилась розоватая пена.

– Пить хотите?

– Давайте…

– Водку будете?

– А у вас есть?!

Вытащив из рюкзака фляжку, Беглец отдал её раненому. И тот одним махом опустошил её больше, чем наполовину. Опустил разом обессилевшую руку. Пришлось подхватывать флягу, чтобы она не упала.

– Уф-ф-ф… спасибо!

– Как я понимаю, оставшиеся машины…

– Ну, да – их тоже «встретят». А что ж вы хотели-то? Все «договорные» прорывы так заканчиваются! Через передовойо рубеж пропустят, да ещё и деньги вперёд возьмут…

– А на выходе, стало быть…

– Расстреливают их. А трупы сжигают. Никто ещё не ушёл. Настоящий кордон там, около города только передовые рубежи. Главная их задача – отследить направление, по которому идут на прорыв. И по возможности не слишком напугать идущих…

– Так на что же вы рассчитывали? Хотели водой уйти?

– Да. И ведь ушёл бы! – банкир закашлялся. – Водки дайте!

Допив флягу, он отбросил её в сторону.

– Ну, вот… теперь легче. Черт… надо было им сказать, что у меня есть второй препарат!

– Думаете, выпустили бы?

– Меня-то?! Хотя да, могли бы и…

– Мины на вас кто ставил?

– Свои… у нас тут тоже хватает всяких… сволочей… На моё место уже наверняка есть желающие!

Он слабел на глазах, кровь пропитала щегольскую куртку, потемнели и брюки. Пусть уж лучше так, от потери крови теряют сознание, и смерть приходит в беспамятстве. Клиент отключился, похоже, что всё именно так и будет. Навряд ли он ещё хоть чего-нибудь поведает…

Быстро осмотрев броневичок, Пётр мысленно восхитился предусмотрительностью банкира – в машине не осталось ничего лишнего, всё успели перегрузить в лодку. Ну, что ж… мы тоже не будем валять дурака, прорываясь к городу на броневике. Не факт, что минные поля уже не восстановлены. Жаль оставленных трофеев, но их и потом забрать можно. Заодно и новые постановки проредить…

Беглец быстро перетаскал в лодку всё, что представляло хоть какой-то интерес.

Обследовал погибших спецов – так и есть! У всех троих имелись включённые маячки-опознаватели.

Зародились в этот момент кое-какие нехорошие подозрения… впрочем, вполне обоснованные. Ну, что ж, ребятки, головоломку я вам обеспечу!

Один маячок занял место на крыше броневичка, под коробкой кондиционера. Так броня не будет его экранировать. Оставшиеся отправились в лодку и были пока размещёны на корме, в куче всякого добра.

По всем прикидкам, какое-то время в запасе имелось. Кто-то наверняка отслеживает маячки и фиксирует их перемещение. И что, интересно, там подумают, когда зафиксируют факт разделения группы?

Слишком много добра с собою прихватили?

Вполне вероятно, такая версия имела право на существование.

Но ведь «окно» в границе – пусть и морской, долго не может существовать! Не факт, кстати, что оно вообще есть… Вполне ведь могли банкиру попросту в уши напеть. Но что могут сделать встречающие в подобном случае? Понятно, что судьбы людей, которых они тут ожидают, мало кого беспокоят. Относительно них уже принято соответствующее решение. А вот то, что они могут с собой притащить…

И вот за этим следить будут!

Осмотрев пластиковые бутылки с водой, Пётр выбрал одну – пошире прочих. Вылил воду и аккуратно надрезал ножом верхушку. В получившуюся дыру отправился ещё один маячок. А прорезь была заклеена скотчем – в бардачке машины его нашлось аж три бобины! К горловине короткой веревочкой он привязал гаечный ключ – импровизированный якорь. Всё, можно стартовать!

Свистнув Анчара, который с интересом обследовал пляж, он оттолкнул лодку от берега. Мокрый собакин тотчас же в неё запрыгнул. Вот те раз – он, что, раньше с хозяином на рыбалку ходил? Пёс с довольным видом уселся на носу лодки. Не страшно, у нас большой недогруз, это «лодочка» рассчитана на шесть человек со снаряжением.

А вот мотор завелся не сразу, пришлось подергать веревку стартера.

Есть!

И лодка двинулась вдоль береговой черты.

Не просто так выворачивал руль Беглец – имелась у него цель…

Тут, если не изменяет склероз, ещё в незапамятные времена (перед войной) строились долгое время всяческие сооружения. Как чисто военные – артиллерийские батареи береговой обороны, доты и дзоты, так и относительно оборонительные. Ну, если артсклад к таковым относился во всех случаях, то вот, например, склад АХО подразделения ОВРА[9] отчего-то таковым не считался. Хотя и располагался точно в таком же подземном помещении. Может быть, из-за того, что хранились там всевозможные, абсолютно невоенные мелочи? Старые плакаты, даже бюсты руководителей. И прочее малоценное барахло. Артскладом сие помещение не стало по причине недостройки к нему железнодорожной ветки – не на руках же снаряды туда таскать? Да и батарею, для которой предназначался склад, тоже построить не успели. Началась война, и всем сразу стало не до этого. А по её окончании – так и вовсе… Иные времена, иные приоритеты…

Но бросить помещение просто так?

Щас! Зеленое земноводное и в те времена было немаленьким!

Вот так переходя из рук в руки, и перекочевало данное сооружение к МЧС. Ибо больше никому оно было не нужно – во всех бумагах склад проходил как недострой.

И вот как раз Петру выпало его принимать. Прибыв на место и узрев невзрачный домишко, он только сплюнул – стоило ли только ботинки топтать. Сопровождавший его пожилой дядька из расформировываемого АХО усмехнулся в густые усы.

– Удивлены?

– Да… как вам сказать…

– Так и говорите – разочарован! Вы-то, небось, какого-нибудь капитального здания ожидали? Но смею вас уверить – домик сей ещё вас переживёт!

И действительно, посмотрев на него изнутри, Беглец уверовал в слова провожатого – стены имели толщину около полуметра! Из крепкого железобетона… А само строение служило запасным входом на склад – основной был ниже. Там находились крепкие ворота, к которым должна была подходить узкоколейка. Но её так и не подвели. И все грузы затаскивались через вход для личного состава – тот самый домик. Вниз вела шестипролётная железная лестница. А рядом с ней имелся подъёмник для доставки негабаритных грузов.

– Это уже позже присобачили, изначально в плане его не было… – пояснил дядька.

Внизу имелся широкий коридор, соединявший несколько помещений. По полу шли рельсы узкоколейки, на которых стояло несколько платформ. Правда, возить на них было нечего. А из помещений занято было только одно, в прочих валялся всякий хлам. Из того, что и к делу уже непригодно, но и выкинуть жалко. Мало ли… может ведь что-то понадобиться, а это только вчера списали!

Было на складе и электричество – в скалах установили хитрую турбину, она и давала ток. Немного, но данному помещению хватало. Совсем недавно её даже заменили – всё-таки военный объект…

Но на доклад Петра руководство только плечами пожало.

– Понятно, что для всякого минно-взрывного добра – это самое то. Но у нас ведь не война! И добра этого в наличии нет. Да и расположен склад далеко, персонал туда как доставлять? Машиной? А сколько она бензина сожрёт? А главное – зачем? Нечего нам там хранить…

Пару раз заезжал ещё он в те края. В основном когда на рыбалку ездили. Один раз, в первый приезд, даже удалось увидеть того самого старика. Дернули с ним тогда по двести грамм… А во второй раз домик оказался закрыт, на двери висел основательный замок, а на окнах – массивные ставни. Перед дверью ветром намело песка и всякого мусора. Давно, видать, её не открывали…

Туда и шла сейчас лодка. По воде можно подойти достаточно близко, а там и до склада недалеко. Замок на двери – оно, конечно, препятствие… для лохов.

Прижавшись к берегу, Беглец размахнулся и забросил подальше в воду бутылку с включённым маячком – пусть себе плывёт к морю… Третий же, будучи выключенным, упокоился пока среди прочего барахла.

Вот и домик. Приставив к стене предусмотрительно захваченный из лодки ящичек, Беглец вскарабкался на крышу. С трудом протиснувшись в узкое слуховое окошко, он оказался на чердаке. А вот и люк…

В комнате царил полумрак, и отыскать рубильник удалось не сразу. Но свет был! Видать, на совесть сработали тогда неведомые электрики – турбина функционировала.

Вспыхнула под потолком лампочка. Теперь дело пошло увереннее!

Щелчок – и осветились уходящие вниз ступени. Можно идти!

На складе всё оставалось по-прежнему. Протопав по узкоколейке до въездных ворот, Пётр стал искать аварийный выход. По рассказам смотрителя склада, он был где-то здесь…

Ага!

За крепкой железной дверью (с амбразурой, между прочим) оказался узкий коридор. Здесь уже света не было, пришлось включать фонарь. Ещё метров тридцать, поворот… Люк в торцевой стене. Закрытая задвижкой амбразура в нём. Ещё одна – просто в стене. И тоже закрыта бронезаслонкой. Приржавело… Удар прикладом – и в подземелье повеяло свежим ветерком.

Ага, смотрим сбоку, слева от входа. Отсюда и ворота просматриваются. Вернее, где они должны быть. Сейчас там ноль видимости – кусты разрослись. Ну и фиг с ними, откровенно говоря, нам и этого люка – по уши!

А вот тяжелую створку удалось открыть далеко не сразу. Что уж там стряслось, землёю привалили или попросту заржавело всё – Бог весть. Только притащив из основного помещения специальный домкрат (до чего же были запасливы строители!), удалось наконец приоткрыть люк настолько, что стало возможным кое-как вылезти наружу.

Ну, точно – землею все позасыпало к чертям! Ничего, пехотная лопатка у нас есть… даже несколько!

Перекидав в темпе почти четверть кубометра, удалось-таки расчистить нормальный проход – люк откинулся полностью и, щелкнув, встал на фиксаторы. Есть путь в глубину!

А теперь – таскать…

– Сэр!

Сидевший у стола человек обернулся.

Он прибыл сюда совсем недавно и не успел примелькаться на заставе. Да, собственно говоря, он и на улице-то практически не показывался. Засел в предоставленной ему комнате и никуда не выходил. Постоянно торчал у своего ноутбука и появлялся только в столовой, где сидел рядом с начальником заставы. Неторопливо ел, перекидывался несколькими фразами и снова исчезал за закрытой дверью. Кто он, что он – никто, кроме двух-трех старших офицеров, не знал.

А у них и без него хватало забот…

Некогда рутинная, неспешная служба безвозвратно канула в прошлое – наступили дни тяжелой, можно сказать, тяжкой работы.

Это раньше на заставе имелась возможность никуда не спешить, со стороны России никаких проблем не наблюдалось. И работа на погранпереходе была самой трудной из всего прочего. Сейчас те дни вспоминались с ностальгией…

Никаких путешественников, желающих проехать в страну, более не существовало. И застава больше напоминала укреплённый армейский гарнизон, каковым по сути и являлась.

Противотаранные заграждения, «змейка» из бетонных блоков, колючая проволока по периметру – и это ещё не всё! Рота усиления занимала капитальные окопы и огневые точки, ощетинившиеся стволами крупнокалиберных пулеметов. В тылу базировалась приданная бронетехника и два взвода минометов.

И это пограничная застава?!

Вольно же вам шутить…

Правда, положа руку на сердце, можно было отметить, что и на противоположной стороне в рекордно короткие сроки появились аналогичные, если не более серьёзные, изменения. А свои танки русские вообще не считали нужным скрывать – тяжелые машины периодически появлялись в поле зрения. Россия наглядно давала понять, что не испытывает к соседям ни малейшего доверия. И надо сказать, причины для этого имелись.

Уж кто-кто, а пограничники хорошо помнили «внезапный» бросок через границу ударного кулака ЧВК. Там только что танков не имелось да зенитных ракет… И то, наверное, потому, что никто не ожидал столь молниеносной реакции русских. Ведь поблизости не имелось никаких крупных воинских частей – только погранслужба. А их западным коллегам недвусмысленно было приказано не встревать и не мешать деблокировщикам.

Может, именно поэтому на территорию погранзаставы не упал ни один снаряд, и не прилетела ни одна пуля.

Сначала…

Уже потом, когда рванули через границу толпы всевозможного народа. Как пешие, так и моторизованные, даже на тракторах! И не только через погранпереходы…

Значительная часть прорвалась – русские вообще этому никак не препятствовали, а пограничники Запада оказались к такому не готовы. Тогда и поступила команда на открытие огня по беженцам – с этими никто церемониться не собирался. Ну, и как часто бывает в такой обстановке, часть пуль залетела и к российским «коллегам»… Разрушенные строения на западной стороне границы недвусмысленно напоминали всем, сколь жесткой и молниеносной может быть реакция русского медведя!

Оказалось, что у противника (увы, да… теперь так) всё пристреляно давным-давно… Более того, есть из чего стрелять! И если бы не лихорадочно-поспешные действия ООН, кто знает, чем бы всё это закончилось. И на границе установилось шаткое равновесие. Редкие патрули погранслужбы теперь старались не мозолить глаза российским соседям. Мало ли… а то ещё чего подумают? И в связи с этим появление на заставе любых гостей сверху закономерно воспринималось как предвестие грядущих неприятностей.

Вот и этого встретили максимально прохладно. Он-то уедет… а нам что прикажете делать?

Но данный джентльмен никак не мешал и в работу не лез. Пару раз к нему приезжали какие-то визитеры, с которыми он запирался в комнате. И более ничего.

Пока вдруг сегодня он не потребовал отвести патрули от берега. И прекратить любое наблюдение на данном участке – до особого указания. Полномочия на это у него были – что тотчас подтвердил звонок сверху.

Но глаза-то у пограничников имелись! И эти глазки зафиксировали выдвижение к границе двух вооруженных групп. Большая по численности – около ста человек – заняла позиции вблизи нейтральной зоны и затаилась. А три человека ужом проскользнули на сопредельную территорию.

На заставу прибыла спецмашина радиоперехвата, тотчас же развернувшая свои антенны в ближайшей рощице. Уже хорошо… хоть на заставу русские снаряды не упадут…

Что ни говори, а кое-какие отношения между начальниками застав сохранились. И можно было заранее отмежеваться от любой неприятной активности непонятных персонажей. Добро бы это были какие-нибудь спецслужбы – тогда, конечно, им надо содействовать. Пусть даже ценой жизни – все мы государственные служащие в конце-то концов!

Но странный гость никак не обозначил своей принадлежности. Не подтвердило её и руководство. Да, ему разрешено нахождение на заставе. Позволено здесь жить и что-то там такое делать. Но и только.

Начальник заставы, равно как и все его подчинённые, никакой помощи ему оказывать не обязаны – такого приказа не поступало. И вины их в возможном провале операции никакой нет да и быть не может.

А вот веры в успех (глядя на многочисленные, пока ещё не засыпанные воронки вокруг закопчённых развалин погранперехода) отчего-то не имеется… так что и бонусы в этом маловероятном случае никого не заинтересовали.

Вот и поспешил начальник заставы уведомить коллегу с той стороны – мы тут ни при чём!

На что и поступил лаконичный ответ: «Понял».

– Да? – оторвался гость от экрана ноутбука. – Что у вас?

– Мы фиксируем сигналы от маячков членов спецгруппы. Один остался на месте встречи – неподвижен, не перемещается. Осмотр местности с помощью дрона показал наличие на берегу нескольких тел. По нашим предположениям, это те, кого они должны были встретить.

– Карпов?

– Убит. Опознан. Около инкассаторской машины.

– Чей сигнал идентифицирован на берегу? – гость повернулся к экрану. – Обеспечьте мне ретрансляцию картинки!

– Роджерса, сэр! Его мы не видим, на берегу тела нет, – вошедший сказал несколько слов в манипулятор радиостанции, и на экране хозяина комнаты появилась картинка пляжа.

– Где же он?

– Вероятно, в машине. Сигнал чёткий и ясный, без помех.

– Так. Дальше?

Изображение сменилось, теперь это была карта местности.

– Сигнал от Фолсома передвигается. Точное местонахождение в настоящий момент не установлено, но последняя отметка – вот здесь! – визитер указал точку на карте.

– Устье реки?

– Точно так, сэр. По-видимому, он в лодке.

– Дрон?

– Сбит русскими, сэр…

– Третий?

– Сигнала нет, сэр, – развел руками вошедший.

– Понятно. Продолжайте наблюдение, всем – максимальная готовность!

– Есть, сэр! – и входная дверь закрылась за спиной специалиста.

Гость некоторое время рассматривал изображение на экране, листал страницы, потом открыл кейс и вытащил оттуда трубку спутникового телефона. Набрал номер и подождал ответа абонента.

– Сэр Горн? Добрый день, это вас беспокоит Джаспер Веллони.

– Слушаю вас, – бесстрастно ответствовала трубка.

– Рандеву с командой Карпова состоялось. Вариант два. При этом, скорее всего, погиб один из членов спецгруппы.

– Ясно. Что с грузом?

– Лодка отошла от берега и двинулась к точке перехода. На настоящий момент мы не можем вести за ней наблюдение – наш дрон сбит. Высылать новый, значит, привлечь внимание противника именно к этому месту.

– Разумно.

– Пока мы можем отслеживать перемещение лодки по спутниковому маячку. Скорость продвижения внезапно снизилась, видимо, они идут на веслах.

– Не понял… У них, что, нет мотора?

– Был. Вероятно, вышел из строя. Или они не хотят привлекать ненужного внимания шумом – всё-таки это пограничная зона… Звук мотора на воде слышен издалека, – высказал свои предположения Веллони.

– Там есть посты? Поселения?

– Постоянных постов, насколько мы знаем, нет. Жилья или каких-либо производственных помещений давно уже не имеется, только старые развалины…

– Тогда чего же они там опасаются? – удивился невидимый сэр Горн.

– Не знаю, сэр. Полагаю, им на месте виднее. Во всяком случае никаких сигналов о помощи не зафиксировано.

– Держите меня в курсе… – в трубке пискнул сигнал отбоя.

– Не было никакой аварии, Витя… – отрицательно покачал головой Беглец.

– То есть? – Озеров непонимающе на него посмотрел. – А что тогда было?

– Да, как тебе сказать… Эта дрянь, что «фыркнула» в городе, должна была шарахнуть не здесь. И не в это время. Где именно, пардон, не в курсе. Но всё было обставлено так, чтобы виноватыми оказались мы! Если хочешь знать, аварию, разумеется, запланировали заранее. Даже круг потенциальных жертв был определён. Масштабы, само собою разумеется, предусматривались не столь значительные. Так… небольшая локальная авария, но достаточно серьёзная, чтобы её невозможно было бы утаить. Планировалось организовать заражение порядка сотни человек. Провели вакцинирование своего персонала, на всякий случай эвакуировали совсем уж серьёзных дядек…

– И кто же это делал?

– Как я понял, служба внутренней безопасности концерна – это серьёзные ребятишки.

– Да, «соседи» про них тоже упоминали…

– Эти твои «соседи» оказались ребятишками и вовсе жуткими – транспорт с дурью попросту испарился в никуда. Не хухры-мухры – там несколько тонн этой гадости было! И ни одного выжившего из числа охраны или сопровождающих – а это, если хочешь знать, уровень! Загрузили, из города вышли и даже границу пересекли – и всё, как в воду канули. А там пяток больших грузовиков, полста рыл только охранников! Не иголка… Словом – там, где надо, не рвануло. Местные задергались, сам понимаешь… А тут ещё сверху на них нажали – мол, срочно сделайте ещё! Вот они и пошли на риск – ускорили синтез этой отравы. Ну, а процесс там и так идёт при неслабом давлении. Вот, в этот самый момент вполне могло что-то прорвать! Причём, такая возможность вполне допускалась – но очень уж время поджимало, под это такие операции планировались… Тут тебе и местный филиал ихнего банка вложился, и другие дядьки с толстыми кошельками участие приняли. И жахнуть всё должно было в любом случае!

– Зачем им это? – пожал плечами комвзвода.

– Ну, я не финансовый жулик, всего знать, разумеется, не могу. Думаю, однако, что и там мало кто до конца всё себе представлял. Как это у нас в документах писалось в своё время? «Ознакомить в части, их касающейся…» Вот и там, наверное, точно так же поступили.

– Всё-таки аварийный выброс…

– Нет. Я тоже так сначала подумал. Но в бумагах Карпова была одна любопытная деталь… – почесал небритый подбородок Пётр.

– А именно?

– Я поддавши тогда был… фигово время запомнил. Во сколько всё это рвануло? Около двух, по-моему, так?

– В четырнадцать двадцать – это не я один зафиксировал.

– Ржать будешь – у банкира именно это время и указывалось.

– Так что ж тут такого удивительного?

– То, что дата планировалась другая! Дней пять оставалось ещё… В любом случае все руководители и ответственные лица должны были покинуть город минимум за день. Вывезти много чего требовалось, предприятия остановить… Причём, часть заранее вакцинированного народа оставляли здесь сознательно, пресекая на корню любые их попытки уехать. Джентльменам требовались наблюдатели и информаторы в окруженном городе – им была обещана поддержка и хорошая оплата. Снаряжение завезли, продовольствие – ты и сам, небось, базу ихнюю видел. Россия не должна была иметь возможность фильтровать информацию о происшедшем. «Мировое общественное мнение» получало бы от своих наблюдателей «правильную» картинку…

– Сволочи!

– Да уж, не ангелы… А потом бы сюда вошли «белые каски» ООН – как имеющие нужное лекарство. Раз, мол, русские не справились, то теперь этим займутся те, кто может это сделать. И вся область автоматом переходит под международный контроль. Ну, сам понимаешь, кто тут в реальности рулил бы… Но что-то там вдруг не срослось. По слухам, «соседи» проявили повышенную активность – и тогда была отдана команда на организацию «аварийного» выброса. Причём в нескольких районах города сразу. Помешать этому «соседи», по-видимому, не могли, но организовать относительно контролируемую панику и поспешную эвакуацию в нужном направлении успели. Вся эта толпень рванула к границе – погранцы предусмотрительно расступились, пропуская всех этих заражённых на Запад. Мол, жрите сами, что уготовили нам! Да и народ-то в основной массе побежал такой, что нафиг и тут не нужен никому. А так, хоть какая-то и от них польза будет – хотят они того или нет. Я не уверен, но, по-моему, там, за границей, сработала ещё и часть вывезенного ранее препарата. А что? Теперь-то есть на кого списать… Оно в любом случае где-то жахнуло – в бумагах Карпова упоминалась Сербия, и я думаю, что неспроста! А так получили эту дрянь на свою голову! И для «белых касок» нашлось занятие дома… До нашего ли города им теперь? Судя по тому, что я в банкирских бумагах рассмотрел, там сейчас такая каша заварилась! И данные отсюда им нужны любой ценой!

– Он-то откуда это знал? – в который уже раз удивился Озеров. – Ведь здесь же сидел!

– Ну, какая-то связь у него точно имелась… Банк… наверняка, что-то у них было предусмотрено. В записях есть информация, полученная после аварии. Откуда-то ведь он её взял?

– Сука!

– Да. А ведь наш, местный кадр…

– Доигрался!

– За дело, – согласился Пётр. – Я думаю, его в любом бы случае убрали – слишком много знал! Да и вопросики могли возникнуть… У них ведь там то ещё змеиное гнездо! Всякий нож за спиною держит, чтобы при случае пырнуть! Я не могу исключить того, что его целенаправленно выводили под расстрел, – тут он слишком хорошо запрятался. Да и вполне ведь мог слить чего-нибудь при возникновении угрозы – связь-то есть! Терять ему в таком случае уже было нечего. А там, в лесу, без связи и со всем добром… со всей информацией…

– Да, – кивнул Виктор. – База тут у них была приготовлена явно не наспех. Капитально сидели, много чего у них там было. Мы, кстати, её бросать не стали – там теперь наш гарнизон. Народу там было немного, мы их, разумеется, не оставили на произвол судьбы.

– И где они сейчас?

– Мужики – те, кто захотел, здесь. Учим понемногу, в патрули ходят. Бабы все там остались, привычное для них место. Думаем на этой базе госпиталь организовать…

– За госпиталь, кстати. Я могу вам чуток медицины передать.

– Вот за это спасибо!

– Не спеши! – поднял палец вверх Беглец. – Ты в курсах вообще-то, что в этих аптечках?

– Обычное наполнение для гражданской обороны – вещь нужная. А что?

Пётр усмехнулся и пересказал слова банкира. Озеров ошарашено замолк и некоторое время сидел, переваривая услышанное.

– Так это… значит, мы можем выйти?!

– Ты анекдот помнишь?

– Какой?

– «Так, значит, я имею право? Имеете. Так, значит, я могу? Не можете». Так-то вот… Кто ж выпустит отсюда столько народу? А если что-то не сработает? Аптечки эти действуют, если заранее их употребить да вместе с забугорной вакциной. А мы тут все как долго травленые ходим? Как в этом случае себя лекарство поведёт? Да и как ты собираешься это войскам на периметре объяснять? До них ещё дойти нужно – а этого попросту не допустят. Расстреляют на подходе из минометов – и хорош!

С интересом оглядываясь по сторонам, Пётр неторопливо шел по коридорам бывшего учебного заведения. Теперь кое-что зная, он уже совсем по-другому оценивал то, что успели здесь сделать банкирские подручные. Неслабо, надо сказать, поработали парни. И совсем не удивительным ныне казался ему факт отбора в команду таких странных, на первый взгляд, людей. Ну зачем, скажите на милость, нужен кому-то специалист по компьютерным сетям или системный администратор? Ещё как-то можно понять наличие человека, который неплохо разбирается в том, как работают солнечные панели. Нужен само собою специалист по инверторам. И ведь наверняка и тот и другой у банкира были. Интересно, кто именно из тех, что лежат сейчас у обгоревших машин? Беглец знал только одного – системного администратора Романа. Жаль мужика…

Постовые на входе, разглядев записку Озерова, не стали задавать вопросов, молча расступившись. И в самом деле тут теперь госпиталь… мало ли какая нужда может быть?

И таковая, действительно, имелась. Правда, увы, она мало имела общего с медициной…

Опа!

Из-за угла вывернулась давешняя знакомая – Алёна, тащившая какие-то коробки.

– Стоп! Стоять-дрожать-бояться!

– Ой! Это вы?! – ничуть не испугалась девушка.

– Нет, тень отца Гамлета.

– Да? – недоверчиво прищурилась она. – А не похож… короны нет!

– Блин, надо будет её где-нибудь надыбать… Ну и как ты тут?

– Ничего, ребята, что сюда пришли, вполне нормальными оказались. Не бандиты, вполне даже обходительные… Их старший сказал, что это вы их сюда направили.

– Было дело. Ты спешишь куда или как?

– Да, на склад кое-что отнести нужно… А так нет, не спешу.

– Инверторную мне покажешь? Ну, это куда кабеля с крыши приходят…

– А! Знаю, это рядом. Пойдёмте.

Незнающий человек точно бы сразу не отыскал, но Алёна к таковым не относилась.

– Вот…

– Ага! – почесал в затылке Пётр. – Спасибо, дорогуша, дальше я сам…

Попутчица тотчас исчезла за углом.

Так, хозяйство тут основательное и серьёзное, явно не наспех собиралось. Достав записную книжку, он неторопливо отыскал нужную страницу.

И где у нас этот блочок?

Вот он…

Уже не раз проверенный в деле мультитул привычно лег в руку. Болтики долой, панель в сторону… А вот и выключатель. Ставим его в нужное положение… строго говоря, оно тут вообще только одно…

Выйдя в коридор, он свернул влево и спустился на один пролёт по лестнице. Металлическая дверца – люк в шахту лифтового подъемника. По нему готовые блюда из кухни в столовую подавались. Но не работает более фитнес-центр, нет нужды и в подъемнике. Отключено от него питание, во всяком случае на контактах пускателя нет напряжения. Ну, скажем так, не было… до определённого момента.

Открыт люк, застыла напротив него клеть подъёмника.

Ежели в неё залезть…

То можно пролезть в неприметную дверцу, которая обнаружилась в боковой стеночке, – иным путем её не то что открыть, даже разглядеть-то можно далеко не сразу!

Маленькая комнатушка. Шуршит кондиционер, охлаждая воздух в помещении, – тесно тут. Подмигивают лампочками контрольные панели, еле слышно гудят компьютеры.

Контрольный центр.

Сюда стекается информация от датчиков на улицах и с крыш домов. Вот какую ещё работу исполняли подручные банкира! Не вся сеть была смонтирована в своё время до конца – не имелось в том необходимости. Не здесь должны были пройти масштабные эксперименты…

Но предусмотрительность всё же проявили! Кое-что сделали и тут. Так что не так уж и много пришлось доделывать, хватило и тех специалистов, что были сюда эвакуированы. Именно поэтому не пришли за ними автомашины – должны были люди начатую работу довершить.

Не всё знал покойный банкир, не поставили Карпова в известность. Более осведомлённым был его начальник охраны – того заблаговременно вакцинировали. И именно для него и его людей были приготовлены запасы. Должен был он всё тихо сделать и контрольную аппаратуру запустить. И не только из города таскали сюда всякую всячину – обратный процесс тоже имел место. Не просто так совершали рейды юсеки – начальник охраны банкира располагал немалыми полномочиями!

Так что сделали его ребятки всё, как полагается. Вовремя и должного качества. И никакие «Бродяги» им помешать не смогли.

Имел начальник охраны теперь все основания быть довольным собой. Присутствовало, как это когда-то писалось, чувство глубокого морального удовлетворения. Надо полагать, он его таки имел. С ним и помер, будучи расстрелян своими же охранниками во исполнение приказа банкира. Тот тоже был далеко не лопухом и о многом догадался…

Поручено тебе выполнить определённую работу?

Поручено.

Раз так – исполняй.

Но помни своё место!

Охранники, расстрелявшие своего босса, об этом помнили. Ибо платил им всё-таки Карпов, а не начальник охраны… И выход из города обещал именно он.

Правда, никто из них не учёл того, что у людей за периметром могут быть свои интересы… Кроме Карпова – и в этом была его личная страховка. Ибо код доступа в контрольную систему знал только он… Что-то мог рассказать и Роман, но увы… этот уже никому ничего не расскажет.

Щелчок – засветился экран монитора.

«Введите пароль».

И чем покойному Карпову так глянулся одиозный американский сенатор?

«Маккейн».

«Доступ разрешён».

«Прекратить передачу информации на внешний адрес».

«Команда выполнена. Передача информации прекращена».

«Сменить пароль».

«Для ввода нового пароля, введите действующий пароль».

Нажатие на клавиши.

«Введите новый пароль».

Уже спускаясь по лестнице, Пётр услышал знакомые легкие шаги. Опять Алёна?

Так и есть – уже без коробок.

Увидев его, она улыбнулась. Приподняла в приветствии руку.

– А вот притормози-ка ты на минутку…

– Да?

– Тебе кто-нибудь раньше говорил, что ты очень даже ничего?

– И не раз. А что?

– И кому-нибудь что-то обломилось?

Девушка нахмурилась.

– Куда-то вас в не туда понесло…

– «Я не просто балаболю – я политику веду!» Был такой классный поэт – Филатов! Слыхала?

– Ну…

– Понятно. А ведь у тебя могут быть красивые дети! И не спеши краснеть и возмущённо топать ногой! Могут. Ещё могут… Присядь-ка рядом и послушай. Топать ногами и матерно выражаться будешь после. Если захочешь…

Пять месяцев спустя.

По неширокой дорожке в глубине леса двигались две автомашины. Черные, с затонированными стеклами джипы уверенно преодолевали ямки и колдобины. По правде сказать, они тут ехали явно не первые – земля ещё хранила следы тяжелых грузовиков, которые прошли здесь не так давно. Дорогу для этого даже укрепили, подсыпав кое-где щебнем и срубив в узких местах мешающие проезду деревья. Но часто ею не пользовались – кое-где из-под щебня уже просунулись робкие зелёные ростки.

Поворот, ещё один – и перед глазами пассажиров вдруг открылся красивый вид. Около небольшого лесного озерца стоял дом. Совсем новый, вокруг ещё виднелись следы недавно законченной постройки. Но уже вполне обжитой. Поблескивали на крыше солнечные панели, крутился на мачте ветряк…

Моторы обеих машин замолчали почти синхронно, щелкнули замки на дверях.

Двое из приехавших неторопливо направились к дому.

Навстречу им с крыльца спустился мужчина, по-видимому, хозяин.

– Здравствуйте! – первым поздоровался самый молодой визитер.

– И вам не хворать… – довольно нелюбезно ответствовал хозяин. – Чем обязан раннему визиту? Я тут вроде бы никого не ждал!

– Да мы так… без приглашения… – развёл руками молодой. – Так уж вышло, что у нас с вами взаимный интерес…

– Нет у меня к вам никаких интересов! – твердо отрезал хозяин дома. – Тем паче общих!

– Вы точно в этом уверены, Пётр Михайлович? – спокойно поинтересовался старший. – Не надо делать резких движений, мы к вам не воевать приехали – только поговорить…

– Какой ещё Пётр…

– Фомин, если быть до конца правдивым. Или хотите сказать, я неправ?

Беглец скрипнул зубами.

– Ну… садитесь… Вон там, на лавочку. В дом не приглашаю.

– Понимаю, вашей супруге волнения сейчас ни к чему. В её-то положении… Миша, друг мой, вы погуляйте пока…

Молодой, коротко кивнув, отошёл к машинам.

Собеседники опустились на скамейку. Недавно сработанная, она ещё пахла свежей древесиной.

– Что вам от меня нужно? – хмуро поинтересовался Пётр.

– Отдаю должное вашему умению: так чисто уйти из города – это не каждому дано! Купить дом в глуши, не привлекая особого внимания, добраться сюда со всем вашим добром, ни разу нигде не засветившись, – таким вещам в школе не учат!

– У меня ещё есть вакцина! Я и жена не заразны больше!

– Вы твердо в этом уверены? Все, кто с вами контактировал в последнее время, сейчас в карантине, между прочим…

Фомин помрачнел.

– Так вы…

– Смотрим за вами достаточно давно. Кстати, можете меня звать Дмитрием Федоровичем.

– А по званию вы кто?

– Генерал-лейтенант.

– Нехило! И не боитесь…

– Мы все вакцинированы.

– Не этого…

– Не боюсь – я своё уже пожил. Потому и Михаила, кстати, отослал. Я ведь знаю, что у вас тут…

Сапер ухмыльнулся.

– С волками жить… – он вытащил из кармана пульт и положил на колени.

– Я не думаю, что у вас есть необходимость это использовать.

– Как знать… Что вам от меня нужно?

– Нашим сотрудникам удалось переговорить с Озеровым, тот много рассказал интересного.

– Да, могу себе представить!

– И не только с ним.

На этот раз Пётр не ответил.

– Мы имеем все основания предполагать, что вы знаете гораздо больше.

– И? Вы от меня отстанете?

– К сожалению, в городе осталось очень много людей, которым нужна помощь. И наша – и ваша. Многие обстоятельства не выяснены до сих пор. Разные непонятные предметы…

– То есть вариант, что вы оставите нас в покое, не рассматривается?

– Увы… Мы ещё не до конца изучили эту заразу.

– Пожизненный карантин?

– Не факт. К тому же, он тоже может протекать в разных условиях. Чем, например, это место хуже любого другого? В конечном итоге, вы ведь сами его выбрали!

– Отсюда можно сбежать…

– Да, если этого сильно хотеть. Сомневаюсь, что ваша жена захочет это сделать. Ведь она будет вас ждать… Да и вам есть куда возвращаться. Мы ни разу не посягаем на то, что вы с собою привезли, – учтите это. В том числе и на деньги. Ведь все ваши стройки производились на эти средства, так?

– Надо же! А как на это посмотрит закон?

– Ему есть куда смотреть и без вас, откровенно говоря. Вам напомнить, как у нас Кавказ себя вёл? За один патрон где-нибудь в Рязани можно было нехилый срок схлопотать. А в Дагестане на свадьбах стреляли из автоматов – и это было в порядке вещей. Времена меняются…

Пётр тяжело поднялся на ноги.

– Я должен подумать. С женой поговорить…

– Ради Бога! Не смею вам мешать! – выставил перед грудью руки генерал-лейтенант.

Он проводил глазами ушедшего в дом собеседника.

Позади послышались шаги, это подходил молодой визитер.

– Как там, Дмитрий Федорович?

– Он поедет…

– Вы уверены?

– В нём? Да, уверен. Этот не подведёт…

КОНЕЦ

«Лидер» – федеральное государственное казенное учреждение «Центр по проведению спасательных операций особого риска».

Мина-ловушка МЛ-7. Предназначена для установки противопехотных фугасных мин и зарядов ВВ в неизвлекаемое положение и применение в качестве мины-ловушки разгрузочного действия.

При падении капель с переносимого предмета или при разбрызгивании воды колесом брызги всегда направлены в сторону движения.

Французский армейский камуфляж.

«Караколе» (улитка) – построение солдат, известное ещё со времен мушкетеров. Передвижение одной шеренги происходит под прикрытием огня остальных.

«ОЗМ-72» – выпрыгивающая мина с круговым сектором поражения.

МОН – мина осколочная, направленного действия.

Противотанковая мина направленного действия. Поражает бронетехнику на дистанции «ударным ядром».

Склад административно-хозяйственного района подразделения охраны водного района – флотское подразделение.