«За окном медленно падал снег, похожий на серебряную пыльцу. Он засыпал дворы, мохнатыми шапками оседал на крышах и растопыренных еловых лапах, превращая грязный промышленный городишко в сказочное место. Закрой его стеклянным колпаком – и получишь настоящий волшебный шар, так все красиво, благолепно и… слегка ненатурально…»
v 1.0 – создание файла
За окном медленно падал снег, похожий на серебряную пыльцу. Он засыпал дворы, мохнатыми шапками оседал на крышах и растопыренных еловых лапах, превращая грязный промышленный городишко в сказочное место. Закрой его стеклянным колпаком – и получишь настоящий волшебный шар, так все красиво, благолепно и… слегка ненатурально.
Нина отвернулась от окна и посмотрела на белую, глянцево поблескивающую коробочку. «Egoiste Platinum. Chanel» – значилось на упаковке. Эту туалетную воду Нина купила для Димы еще, дай бог памяти, в августе, на распродаже. Выбрала по совету продавщицы как один из самых модных ароматов и… если уж совсем начистоту, из-за скидки. Но название оказалось идеальным. Просто как для Димы придуманным. Платиновый эгоист. Идеальный эгоист в своем роде.
Коробочка празднично бликовала, отражая свет лампы. Нина тупо смотрела на нее минут пять, а потом подхватила двумя пальцами и выбросила в ведро. Но и этого оказалось недостаточно. Только когда содержимое ведра отправилось в мусоропровод, загрохотав по его бездонному зеву, она перевела дух и наконец почувствовала себя свободной.
Их отношения продолжались семь лет, напоминая стоячий, загаженный утками пруд, от которого уже давно ощутимо пованивало, и причем отнюдь не «Шанелью». Они жили бок о бок, совершенно чужие люди, каждый со своими интересами и ритмом жизни. Оглядываясь, Нина не понимала, как и, главное, зачем им удавалось сосуществовать рядом так долго?! Все-таки привычка – страшное дело. Только ленивый не прошелся по их отношениям. «Бросай его! – хором говорили родители и немногочисленные подруги. – Если он не сделал предложение в первый год, то уже и не сделает! Не видишь, что ему просто удобно: кормишь, стираешь, не мешаешь день и ночь у монитора сидеть?!»
А Нина молчала. Ей тоже было удобно. Вроде не одна. И к тому же уже… те же лет семь, вот как раз как начала жить с Димой, к ней не подходили на улице знакомиться. Как отрезало, словно у нее печать на лбу поставили. «Вышла в тираж, – с горечью думала Нина, – тридцать два – это вам не шутки». Вокруг действительно оказалось полным-полно симпатичных бойких и совсем молоденьких. Куда за ними угнаться? Как-то, втайне от Димы, Нина даже зарегистрировалась на сайте знакомств, но на второй же день удалила анкету, с удивлением обнаружив, что притягивает только придурков и фриков и опять же исключительно с одной целью.
В общем, она уже свыклась со своей жизнью и с Димкиными носками, обнаружить которые можно было в совершенно неожиданных местах, иногда даже под подушкой, к которой прижимаешься во сне щекой.
Вот только в последнее время ей вдруг стало тоскливо. И чем дальше, тем сильнее. И как раз накануне Нового года Нина внезапно поняла: все, хватит, приехали. Состоялся короткий, но темпераментный разговор с Димой, закончившийся громким хлопком входной дверью. «Принца ищешь? Ну-ну, сама далеко не принцесса», – сказал он, уходя.
И воцарилась тишина. Вначале благословенная, но как-то незаметно, будто украдкой, все более напряженная, колкая.
Семь долгих лет не спустишь в мусоропровод.
Поэтому и кружила она по квартире, не находя себе места.
Город готовился к празднику. Украшался яркими гирляндами и нелепыми клубками мишуры, оседавшей на люстрах, витринах и даже наивно-кудрявых прическах продавщиц. Люди, одержимые всеобщей эйфорией, возбужденно бегали по магазинам, скупая всякий хлам, без дела пролежавший целый год, придирчиво выбирали колбасу для оливье и традиционное шампанское, живо обсуждали фасоны праздничных платьев и давным-давно записались в парикмахерскую и на маникюр… И только Нина выпала из всеобщей суеты.
Лучшая подруга Таня, конечно, приглашала встретить Новый год вместе, но Нина отказалась: смотреть на счастливую Танину семью сейчас было как-то слишком тяжело. «Я обещала родителям», – соврала она. Но и с родителями праздновать не хотелось. Ей и так достаточно всех этих «Мы же говорили!» и «Где же теперь твой Димочка?».
И вот он ее идеальный выбор – пустая, вылизанная до отвращения квартирка, доставшаяся от бабушки. В углу комнаты – унылая искусственная елка, украшенная шарами, которые они купили с Димкой еще в первый год знакомства, когда их прудик еще поплескивался… Мишура на окне… И комок в горле, стойкое ощущение казенного, ненужного, ненастоящего.
Ловушка, в которую она себя поймала.
Завтра – последний день года. Сколько раз она в нетерпении ждала боя курантов, чтобы загадать желание, надеясь на чудо, на новую жизнь, которая непременно начнется вот сейчас… Сколько раз ощущала горечь разочарования от того, что новой жизни не наступало. Чудес не бывает. Нужно брать все в свои руки и самой строить эту самую новую жизнь.
Телефон лениво пискнул. Нина взглянула на него, подумывая, не отправить ли и его в ведро, чтобы уж действительно начать с чистого листа… но, конечно, не стала, а взяла мобильный. Таня без всяких комментариев прислала ей ссылку.
«НАДОЕЛА СКУЧНАЯ ЖИЗНЬ? ХОТИТЕ НАСТОЯЩИХ ПЕРЕМЕН? СЯДЬТЕ В ПОЕЗД», – прочитала Нина.
«Какая ерунда! Какой еще поезд?!» – подумала она с раздражением и швырнула телефон на диван… Но тут же снова схватила.
А почему бы и нет? Почему бы не встретить Новый год в поезде?! Какие у нее альтернативы? Сидение за столом с родителями? Толкучка на главной площади среди незнакомых пьяных людей? Ей же хотелось перемен – так вот они, буквально как по заказу.
Сейчас – или никогда.
Если она не решится на перемены вот в эту секунду, то так и останется одна или найдет себе нового Диму, идеальную копию прежнего, и будет бесконечно бултыхаться в подернутом ряской пруду, удивляясь, почему же у нее ничего не складывается.
Нина решительно открыла сайт заказа железнодорожных билетов. Ее не интересовала точка прибытия. Главное – чтобы ехать всю ночь. Новый год в дороге она еще не встречала. И вот место забронировано. Отправление – в семь вечера, и никакой предпраздничной маеты и возможных сюрпризов в виде Димы, как раз то, что нужно.
После этих нехитрых действий, совершенно обессиленная, она заснула.
«Я сошла с ума. Никуда я не поеду. Что я буду делать одна в этом поезде?» – думала Нина наутро, пакуя в рюкзак какие-то кофточки. И все же в нужное время она очутилась на перроне среди кучек людей, часть из которых, как и она сама, казались заблудившимися и растерянными, другие уже отмечали праздник, смеялись и дурачились…
Ее поезд стоял на дальних путях, потрепанный и облезший, какой-то устаревший и маленький. Так и казалось, что собратья с соседних путей взирают на него с презрением и жалостью.
– С наступающим, девушка! С новым счастьем! – закричал ей проходивший мимо совсем молоденький парень.
В ее вагон ввалилась пестрая веселая компания.
«Еще не поздно вернуться, – думала Нина, протягивая старенькому смешному, будто мультяшному, проводнику распечатку электронного билета. – Ну, встречу Новый год одна, а если Димка появится, дверь не открою. Или к Тане пойду. У нее хорошая семья, никто не даст мне понять, что я лишняя».
Она продолжала думать об этом, шагая по узкому проходу, подозрительно пахнущему нафталином. В одном из купе, где остановилась шумная компания, похоже, уже вовсю праздновали.
«Да и с родителями нормально. Посидим, съедим салат и выпьем шампанского, а потом спать. Куда меня понесло?!» – спрашивала она себя, занимая место у окна в крохотном купе с дерматиновыми, заметно потертыми сиденьями.
Поезд был полупустой. Очевидно, не всем казалась привлекательной идея изменить свою жизнь, сев в новогодний поезд.
В ее купе протиснулась старушка.
– С наступающим! – громко поздоровалась она, устраивая под сиденье огромные баулы.
Ну вот. А Нине на какой-то момент вдруг подумалось, что сейчас, как в книгах, в купе войдет прекрасный незнакомец, предназначенный ей самой судьбой и, как подарок под елочку, подкинутый в новогодний поезд.
«Я дура!» – поняла Нина и вскочила, заторопившись к выходу. Она бы успела, но дорогу перегородила веселая компания из соседнего купе. Пока девушка пробиралась через них, наступая кому-то на ноги и бормоча извинения, поезд тронулся.
– Мне нужно выйти! – закричала Нина.
Сухонький проводник, похожий на старичка-лесовичка, посмотрел на нее с укоризной.
– Что же вы, молодые, шебутные такие? – покачал он головой. – Следующая остановка в двадцать два тридцать два. Тверь.
– Спасибо, – отозвалась Нина и привычно добавила: – Извините.
Можно выйти в Твери, но что делать там в половину одиннадцатого ночи, накануне Нового года? Нет, лучше остаться в поезде. Тут, по крайней мере, тепло. Соседка рано ляжет спать, если уже не спит. И она поступит так же. Просто проспит Новый год под дробный перестук колес, переживет этот праздник – и ладно.
Но соседка не спала. Напротив, вернувшись в купе, Нина увидела, что весь столик завален разнообразными яствами, а старушка все продолжала извлекать из своей, кажется, бездонной сумки-самобранки лоточки, пакетики, сверточки…
– Я Полина Семеновна. Добро пожаловать к столу. – Соседка улыбнулась и, заговорщически подмигнув, показала Нине бутылку шампанского.
«Алкоголичка! Старая алкоголичка!» – подумала девушка с ужасом, представляя, во что превратится ее новогодняя ночь. Воображение почему-то вознесло Полину Семеновну на хрупкий столик и заставило старушку отплясывать там нечто вроде гопака.
– Мы понемножечку, в честь праздника. – Старушка ловко вытащила из сумки стаканчики. Вроде пластиковые, но похожие на бокалы, даже с приставными ножками.
– Хорошо, – смирилась с неизбежным Нина.
Напиться в новогоднюю ночь в компании старушки – почему бы и нет? Может, в жизни как раз и недоставало подобного абсурда.
…А примерно через час Нина поняла, что Полина Семеновна – самый душевный человек на свете. Даже рассказы о многочисленных внуках и собственных болячках вопреки ожиданиям не казались занудными. Девушка уже вовсю смеялась над описанием последнего посещения поликлиники, выходившем в интерпретации рассказчицы как смесь детектива и комедии положений.
– Наверное, я вам наскучила, Ниночка, – выдала вдруг Полина Семеновна, прервав очередной веселый рассказ. – Все болтаю и болтаю. А вы девушка молодая и очень, очень интересная. Вам бы другую компанию.
– Что вы, – отмахнулась Нина, угощаясь отменным холодцом, принесенным старушкой в специальном лоточке. – С вами не соскучишься.
– Да ладно! – Полина Семеновна совсем по-молодому засмеялась и махнула рукой. – Погоди, Ниночка, я сейчас!..
Нина осталась одна в купе и с удивлением обнаружила, что от тягостной тоски не осталось и следа. Ей было легко – даже не от выпитого полбокала шампанского, пузырящегося теперь в крови, а от какого-то странного ощущения правильности, своевременности происходящего. Выходит, ей просто нужно было сесть в этот поезд и уехать от всех своих проблем. Пусть даже на одну ночь.
– С Новым годом! С Новым годом! – в купе ввалилась молодая шумная компания.
– Ты не возражаешь, Ниночка, я позвала гостей… – Из-за спин высунулась Полина Семеновна.
Нине оставалось только мысленно аплодировать. Похоже, знакомства – еще один конек неугомонной старушки.
Тут же воцарилась веселая суета. Все болтали, смеялись, чокались шампанским и передавали друг другу восхитительные пирожки из самобраной сумки.
И Нина почувствовала, что ее несет эта счастливая новогодняя волна. Ей, достаточно осторожной и малообщительной, вдруг стало хорошо среди незнакомых веселых людей, чудом набившихся в маленькое купе так, что не ощущалось дискомфорта.
После традиционной речи президента, просмотренной на чьем-то планшете, начался бой курантов.
– Ура! – закричали попутчики.
Взорвалась хлопушка, осыпая всех разноцветным конфетти… За окном проплывал какой-то городок, в темном небе вспыхивали огни салюта…
– С Новым годом! С новым счастьем!
Нина глотнула шампанского и, не удержавшись, загадала то самое новое счастье, которого так ждешь с каждым новым годом.
От шума немного кружилась голова. Все-таки достаточно с нее общества. Ей ужасно захотелось побыть одной.
Девушка протиснулась к выходу и шагнула в полутемный тамбур, чтобы подышать свежим воздухом.
– С наступившим, – послышался рядом мужской голос.
Нина вздрогнула – она и не заметила, что здесь кто-то уже есть.
– Извините, – пробормотала она, – я помешала?
– Не извиняйтесь, не нужно просить прощения за все подряд, – ответил мужчина, плохо различимый в полумраке, но, кажется, довольно молодой. – Не любите праздничную суету? Я терпеть не могу.
«Эгоист. Платинум эгоист», – подумалось Нине. Дима тоже обожал рассказывать о себе и о собственных предпочтениях.
– Я, пожалуй, пойду, – она взялась за ручку двери.
– Ну вот, я вас напугал, – собеседник усмехнулся, а Нина, покосившись на него, заметила, что у него красиво очерченный профиль. – Идите, празднование в самом разгаре.
Из приоткрытой двери действительно доносилось громкое пение. Нина заколебалась.
– А хотите – останьтесь. Я помолчу, честное слово.
Нина, прислонившись спиной к двери, замерла, готовая бежать в любую минуту.
Громко стучали колеса, и вагон под ногами сотрясался, словно живой. Мужчина молчал, и это начинало беспокоить.
– С вами все в порядке? – поинтересовалась Нина.
– Нет. То есть да. Это не важно, – путано ответил он.
– Извините… – начала она.
– Не извиняйтесь, – прервал он. – Вы слишком воспитанная, а это вредит.
– Неужели? – пробормотала Нина. – А вы?
– А я не очень.
– Ага… – Она помялась и вдруг спросила: – А вы куда едете? В отпуск? Домой?
– Просто еду.
– Правда? – Она по-настоящему заинтересовалась. – Вот так, в никуда?
– Вот так. Иногда нужно просто уехать, – ответил он глухо.
Они проговорили, наверное, целый час, не обращая внимания на холод, пробивающийся через щели, и Нина подумала, как важно иногда сделать шаг в сторону, пусть даже это кажется безумием. Будет ли эта встреча судьбоносной или нет, пока неясно. Но все равно сейчас, в трясущемся на шпалах тамбуре, она ощущала дыхание ветра перемен, которые обычные люди могли бы легко перепутать со сквозняком.
– Таня! С Новым годом! – набрав номер подруги, прокричала в трубку Нина. – Спасибо за поезд!
– За какой поезд? Ничего не понимаю! – отозвалась та удивленно. На заднем фоне слышался голос ее старшенького, умоляющего дать взорвать еще одну петарду.
– Ну ты прислала мне ссылку на статью про то, что нужно уехать! Это оказалась просто отличная, чудесная идея!
– Ничего я тебе не присылала… Никитка, ну потише ты! – обратилась к сыну Таня.
– Ничего?.. – Девушка рассеянно потерла лоб. – Но как же…
– С наступившим, девушка, с новым счастьем! – Старенький проводник, похожий на старичка-лесовичка, озорно подмигнул ей из-под железнодорожной фуражки.
– А, не важно, – махнула рукой Нина.
Настоящее чудо не нуждается в объяснениях. Все, что нужно, – это ждать и просто в него верить.