Прожив на свете целых двадцать лет, леди Мэри Бингхэм никогда не встречала такого превосходного представителя сильной половины человечества, как тот, кому она протянула руку, чтобы подняться на борт. Пират или нет, Васко Рамирез пленил ее своей мужественностью. А если и не пленил, то его голубые, как океан, глаза тронули такие струны ее души, о которых она не подозревала раньше.

Если бы леди Мэри обладала способностью падать в обморок, это был бы самый подходящий момент. Но она этого не умела и, по правде сказать, презирала женщин, падающих в обморок и требующих нюхательную соль каждые две секунды, как, например, ее тетя.

Рамирез бесцеремонно изучал каждый дюйм ее тела. Когда он поднял свои невероятные глаза, опушенные длинными ресницами, у нее не осталось сомнений в том, что ему понравилось увиденное.

Леди Мэри смотрела на его экзотическое лицо, зная, что ей следовало бы испугаться: ведь она из огня угодила прямиком в полымя. Но, как ни странно, ей не было страшно. Даже когда он взглянул на ее тонкую шею. И даже когда его взгляд скользнул по ее груди, вздымающейся над тугим корсетом.

Ее дядя, будучи епископом, наверняка объявил бы его орудием дьявола. Перед Мэри стоял мужчина, увлекающий ничего не подозревающих девушек к самому краю пропасти под названием Грех. Как ни странно, ей еще никогда так сильно не хотелось переступить черту. Однако она, глубоко вздохнув, начала раздражаться оттого, что слишком быстро после знакомства морской разбойник решил навести на нее ужас.

В конце концов, разве не все пираты одинаковы?

Она смотрела, как его пальцы плавно скользят по ее локтю.

— Не смейте прикасаться ко мне! — высокомерно отрезала Мэри.

Улыбка Рамиреза состояла из девяти частей обаяния и одной части наглости.

Он медленно, очень медленно убрал руку.

— Как пожелаете, — прошептал Рамирез, проводя пальцами по нежно-голубым венам на ее запястье.

— Я требую, чтобы вы немедленно вернули меня дяде.

Васко восхищался смелостью девушки. Вчерашний подросток, она уверенно смотрела ему прямо в глаза, не выдавая страха, который ощутил бы даже участник сотни сражений в открытом море.

Только Господу Богу известно, что произошло с ней за те два дня, когда она была отдана на милость Хуана дель Торо и его головорезов. Но что-то подсказывало Рамирезу, что эта высокомерная английская мисс умеет постоять за себя.

К тому же девственницы ценились куда выше на рынке рабов.

— Как пожелаете, — повторил он.

Мэри прищурилась, не доверяя столь быстрой капитуляции:

— Вы знаете моего дядю? Вы знаете, кто я?

Васко улыбнулся:

— Вы леди Мэри Бингхэм. Епископ поручил мне… вернуть вас.

Впервые с момента похищения Мэри почувствовала облегчение и чуть не упала прямо на мокрую палубу у его ног. Она много слышала о невольничьих рынках и была до смерти напугана.

Но, увы, воспитанные юные леди не падают к ногам пирата, и не важно, послан он ее дядей или нет.

— Спасибо, — сказала она вежливо, — я благодарна вам за успешное выполнение поручения моего дяди. Люди Хуана дель Торо понятия не имеют, как обращаться с леди.

— Не благодарите меня, — улыбнулся он. — Отсюда до Плимута тысячи миль, и в конце пути мои люди могут увидеть в вас не леди, а женщину.

Мэри приподняла одну бровь, надеясь, что это скроет участившееся биение пульса.

— И вы допустите такое поведение?

Васко одарил ее самой обаятельной улыбкой, однако взъерошенные волосы делали его похожим на дьявола.

— Моей команды? Конечно нет, леди Бингхэм. Но капитаны иногда пользуются своими привилегиями.

Шесть месяцев спустя…

Стелла густо покраснела.

— Тсс! Не говори глупости.

Диана рассмеялась:

— Сдается мне, леди слишком энергично возражает.

Стелла снова повернулась к раковине, делая вид, что занята мытьем бокалов.

— Небольшое сходство есть, — признала она.

— Небольшое? — вскрикнула Диана. — Я была уверена, что знаю его, просто не могла вспомнить откуда. Черт, ты прекрасно понимаешь, что, если бы мы где-то с ним встречались, я не забыла бы такого красавчика. И похоже, это настоящий секс-маньяк.

— Диана!

— В хорошем смысле.

— Не смотри на меня, — промямлила Стелла. — Сама знаешь, что у меня был только Дейл.

Диана фыркнула:

— Не могу поверить, что ты ни разу не попыталась… То есть очевидно же, что ты думала об этом, если написала триста семьдесят пять страниц, посвященных твоим сексуальным фантазиям с этим мужчиной.

— Неправда, — упорствовала Стелла, нервно протирая бокалы полотенцем.

Диана вздернула бровь.

— Стел, это я, Диана. Кто знает тебя лучше всех?

Стелла посмотрела в глаза подруги и поняла, что та имеет в виду. Она наклонилась над раковиной.

— Ладно, ты права, — вздохнула она, — Рик был прототипом Васко.

Изначально Стелла не собиралась делать Рика главным героем романа, но Васко сам собой перенял его черты. Она не осознавала этого, пока не закончила сцену первого поцелуя.

И тогда сходство стало столь очевидным, что Стелла не переставала удивляться, почему не заметила этого раньше.

— Ха! Я так и знала! — Диана радостно захлопала в ладоши.

— Это останется между нами, — взмолилась Стелла. — Обещаешь?

— Не волнуйся, — отмахнулась Диана, — твой секрет умрет со мной.

— Спасибо.

— Только одно условие, — предупредила Диана, усаживаясь в кресло. — Ты поедешь с ним.

Стелла уставилась на нее:

— Что?!

— Этот мужчина вдохновляет тебя. А вдохновение необходимо, чтобы писать. Тема закрыта.

— Джой не нужен еще один Васко Рамирез.

— Нет, нужен, — запротестовала Диана. — Это именно то, чего она ждет от тебя. Васко продавался, как горячие пирожки. Васко — король. Конечно же она будет рада еще одному Васко Рамирезу. — Диана вздохнула. Ей очень не хотелось пускать в ход тяжелую артиллерию. — Стел, тучи сгущаются. Поверь мне, не стоит ругаться с таким серьезным издательством. Они привлекут адвокатов. Так что сейчас самое время покончить со ступором и начать писать.

Это был удар ниже пояса.

— Считаешь, я все придумываю?

Диана покачала головой. Ей было известно, что молниеносный успех Стеллы усугубил уже зародившуюся боязнь второй книги, а смерть отца еще больше ее обострила. Диана прекрасно понимала, что муза оставила Стеллу. Но…

— Адвокаты решат именно так.

— Мне просто нужно еще немного времени, — проговорила Стелла еле слышно.

Диана кивнула:

— Нужно. Поезжай с Риком, найди свое вдохновение.

Стелла посмотрела на подругу. Она думает, что все так просто?

— Это безумие, — покачала головой Стелла.

— Почему? — настаивала Диана. — Потому что ты к нему что-то испытываешь?

— Ничего я не испытываю, — быстро ответила она.

Пожалуй, слишком быстро.

— Он очень старинный друг, — пояснила Стелла, не потрудившись скрыть раздражение. — Мы знакомы вечность. Нет у меня к нему ничего.

Диана посмотрела на подругу. О нет, точно что-то есть.

Так даже лучше.

Только Господу Богу известно, был ли у Стеллы секс в течение последнего года — после почти пяти лет жизни с заурядным и скучным Дриари Дейлом. Если герой ее чувственных фантазий окажется рядом в подходящий момент, все только выиграют.

— Тогда проблем нет, — заявила Диана.

Стелла открыла рот, собираясь возразить, но подруга остановила ее:

— Слушай, Рик прав. Подожди до утра. Я понимаю, что все не так просто, но ты сглупишь, если упустишь такую возможность.

— Но книга… — Стелла снова попыталась воззвать к разуму Дианы.

Та пожала плечами:

— На суше у тебя все равно ничего не получается. Разве нет?

Стелла отправилась спать, твердо решив утром послать к черту и Рика, и Диану.

Она так и сделала бы, если бы не сон.

Всю ночь ей снилась русалка, преследующая пиратский корабль. Этой русалкой была она. Изредка с палубы доносился тенор, поющий грустную песню о потерянной любви. И она влюбилась в того мужчину, даже не видя его. Каким-то образом Стелла-русалка знала, что он пленник, и ей надо его спасти.

Что он предназначен ей судьбой.

Стелле было семь лет, а Рику десять, когда они впервые увидели «Дельфина». Дети замерли, открыв рот, пораженные красотой деревянной яхты. Тик, дуб, кипарис и медная фурнитура — все вместе придавало ей блеск ушедших времен, когда мастерство почиталось, а вещи делались на века. Стелла все еще помнила благоговейный шепот Рика: «Когда-нибудь она будет моей».

И сейчас, стоя у причала под палящим австралийским солнцем, яхта выглядела величественной и роскошной, как никогда.

Люсинда в ее голове вздохнула.

— Боже, Рик! — У Стеллы перехватило дыхание. — Она еще прекраснее, чем я помню.

Рик взглянул на ее длинные, развевающиеся на ветру волосы, на приоткрытый от восторга рот. Стелла переоделась в топ без рукавов и джинсовые шорты и казалась такой крошечной, что ему немедленно захотелось прижать ее к себе.

— Да, она чудо, — пробормотал он, отводя глаза.

Стелла посмотрела на Рика. Морской бриз растрепал его пиратские кудри, а мужественный подбородок казался темным из-за трехдневной щетины.

— Она, наверное, обошлась тебе в целое состояние.

— Некоторые вещи дороже денег. А она стоит каждого потраченного на нее цента.

— Почему сейчас? — спросила молодая женщина.

— Твой отец рассказывал о «Русалке» всю свою жизнь. О том, как однажды он отыщет последнее пристанище Иниго. А потом Натан умер, так и не найдя ничего. — Он умолк, почувствовав, что у него сжалось горло, обнял Стеллу за плечи и легонько притянул к себе. — Я всегда считал Натана непобедимым.

Стелла обняла его за талию. Ее сердце сжималось: она и сама так считала. Ее отец чем-то походил на капитана Ахава, а «Русалка» — на Белого Кита.

— Я мечтал об этой яхте с десяти лет, — продолжил Рик, справившись с эмоциями, — и не хотел больше ждать.

Стелла ощутила связь с ним, которая, казалось, была глубже, чем кровное родство.

И которой не было бы, будь они любовниками.

— Кроме того, — ухмыльнулся он, — яхта принадлежит нашей компании.

Она рассмеялась:

— Творческий подход к ведению бухгалтерии, да?

— Типа того.

— Получается, половина моя? — хитро спросила Стелла.

Рик скинул рюкзак и прыгнул на палубу.

— Mi casa es su casa[1], — сказал он, протягивая ей руку.

У Стеллы перехватило дыхание. Он говорил на безупречном испанском и, с его бронзовой кожей и невыносимо голубыми глазами, выглядел истинным испанцем.

Оказавшись на палубе, она заметила на корме небольшую моторную шлюпку. Потом ее взгляд упал на правый борт, где золотыми буквами с черной окантовкой было написано новое название яхты. Стелла споткнулась и наскочила на Рика.

— Эй! — Он обхватил ее бедра, но тут же, напомнив себе, что женское тело в его руках принадлежит Стелле, отодвинулся. — А ты превратилась в сухопутную крысу.

Она уставилась на него:

— Ты переименовал ее?

Он пожал плечами и улыбнулся, увидев ее смущенное лицо:

— Я же обещал.

Стелла легонько ударила его по руке.

— Мне было всего семь! — закричала она.

Она бросилась к борту и нагнулась, разглядывая шесть букв.

«Стелла».

— Тебе не нравится?

Она заморгала, чтобы не расплакаться, и, подойдя к Рику, ударила его в грудь.

— Очень нравится! Для меня никто ничего подобного не делал.

Стелла бросилась к нему в объятия.

Даже отец не называл яхту в ее честь.

Рик засмеялся и, обняв ее, приподнял.

— Не могу поверить, что ты это сделал! — воскликнула она.

Казалось, все было только вчера. В то лето, когда они впервые увидели «Дельфина», Рик постоянно твердил, что когда-нибудь яхта будет принадлежать ему. А Стелла заставила его пообещать, что он назовет судно ее именем.

— Что угодно для моей любимой девочки.

Стелла сделала вид, что не слышит этих слов.

— Надо было отказать мне. Я была избалованной девчонкой.

— Да, была.

Она снова в шутку ударила Рика, не переставая улыбаться. Он улыбнулся в ответ, и мгновение они просто стояли, связанные общими воспоминаниями.

Ладно, — сказала она наконец, — покажи мне все.

Винтовая лестница вела на нижнюю палубу. Полированное дерево так и манило провести по нему рукой, Медная фурнитура блестела. Большую масть потолка занимала балка, тяжелые жаккардовые портьеры закрывали иллюминаторы, почти все пространство было занято восточными коврами и темными кожаными креслами.

Роскошный интерьер. Но роскошь была мужественной, полностью отражающей характер Рика. Он чувствовал себя совсем как дома в этой морской нирване, и Стелла представила его в расстегнутой шелковой рубашке, потягивающим ром после тяжелого штормового дня.

Рик неумолимо превращался в Васко.

— Гостиная здесь, камбуз там, — объяснял он. — Машинное отделение прямо под нами. В каютах на корме и на носу есть свои ванные. Думаю, тебе больше понравится носовая. Она чуть-чуть больше.

— Ладно… — От увиденного у нее бешено забилось сердце. — Звучит неплохо.

Рик, который до этого момента видел законченную отделку только на фотографиях, сел в кресло.

— Мастера великолепно поработали.

Стелла посмотрела на него. Если и было тут что-то великолепное, так это он. Она припомнила сцену из своего романа, когда леди Мэри наконец сдалась, поняв, что жизнь слишком коротка, чтобы прожить ее, не познав ласк воистину чувственного мужчины.

Она стояла перед Васко в его каюте, пока тот, вальяжно развалившись в кресле, поглаживал подлокотник, как будто это была грудь красивой женщины. Она посмотрела на него в ожидании. Она не возражала, когда он подался вперед и запустил руку ей под юбку. Не отпрянула, когда он обхватил ее за ягодицы, придвинул к себе и усадил на колени…

— Выглядит лучше, чем на фото, — тихо заметил Рик.

Стелла моргнула и очнулась. Ей с трудом удалось отделаться от Васко.

— Тут прекрасно, Рик, — согласилась она, — просто… невероятно.

Он улыбнулся, продолжая поглаживать подлокотник. Он был счастлив разделить такой момент со Стеллой. Из всех яхт, на которых они побывали, именно эта связывала их так, как может связать только детская мечта.

— Давай опробуем ее, — предложил он, вставая. Внезапное желание поднять паруса и выйти в море охватило его. — Нам нужно подготовить яхту к путешествию, но мы можем сделать это и завтра. Поплывем-ка к Зеленому острову, поныряем там с аквалангом. У нас есть все самое необходимое… пиво, по крайней мере. Наловим рыбы и останемся там на ночь. Хочу лежать на палубе и смотреть на звезды, прямо как в детстве.

— Давай, — согласилась Стелла, готовая на что угодно, лишь бы выбраться из каюты, подальше от своих фантазий.

Нет! Она больше не будет фантазировать!

Во всяком случае, не в присутствии Рика.

— Отличная идея. Можно я встану за штурвал?

Стелла научилась управлять яхтой раньше, чем начала ходить. Это была заслуга ее отца. Да и матери тоже. Линда Миллз в свое время сама стояла за штурвалом.

— А ты точно помнишь, как это делать? — дразнил ее Рик.

Она улыбнулась:

— Это нельзя забыть. Это — как ездить на велосипеде.

Или как заниматься сексом.

— Не беспокойся, я буду рядом. Ты мне веришь?

Именно это спросил Васко у леди Мэри…

Стелла сглотнула.

— Я верю, что ты не хочешь, чтобы я встала за штурвал твоей дорогой яхты, извини, корпоративной дорогой яхты, и случайно налетела на риф.

Рик рассмеялся:

— Имеешь полное право. Ладно, пошли, старпом, выведем эту красотку в море.

Около десяти утра Стелла открыла глаза. Она быстро приняла душ, накинула саронг и топ и поднялась наверх. Рик в одних шортах — и, конечно, без майки — жарил что-то на гриле, отчего по палубе разносился аппетитный аромат. На минуту Стелла остановилась, чтобы полюбоваться его широкими бронзовыми плечами и узкой талией. Но урчание в животе заставило ее очнуться и подойти.

— Извини, что так поздно встала, — сказала она.

Рик повернулся и улыбнулся:

— Смена часовых поясов штука такая. Я сам проснулся полчаса назад. Но, к нашей радости, — его улыбка растянулась шире, — рыба уже давно проснулась.

Стелла вдохнула аромат.

— М-м-м, как вкусно пахнет.

— Бери тарелки. Сначала поедим, а потом вернемся к причалу.

Они быстро перекусили и уже через полчаса были в пути. Рик снова позволил Стелле встать у штурвала. В полдень они вышли из такси у торгового центра.

— Ты не забыла, как закупать провизию на пару недель? — поинтересовался он.

Стелла кивнула. В детстве она часто отправлялась вместе с Сержио за провиантом перед экспедицией. Серж, ветеран торгового флота, часто выходил с ними в море в качестве кока. Он хорошо готовил простую домашнюю еду, а от его выпечки нельзя было оторваться.

— Я проверил, сколько места на камбузе. Думаю, свежие продукты мы будем покупать по дороге.

— Хорошо.

— Так что бери самое необходимое, — посоветовал Рик и вручил Стелле кредитную карту компании на ее имя.

— А ты куда? — спросила она, засовывая карту в задний карман шорт.

— Я иду в магазин товаров для туризма и отдыха. Встретимся вон там, — Рик показал на небольшое кафе, — скажем, через час.

Стелла посмотрела на часы:

— Договорились.

Шопинг в чужой стране не самое простое дело. В Пензансе она часто посещала местные супермаркеты и знала, что и где найти. Вдали от дома уходит гораздо больше времени, чтобы купить все, что нужно. В Кэрнсе, по крайней мере, жители говорили на ее родном языке.

Почти через час Стелла с тележкой, набитой провизией, опустошила кредитную карту. Она решила не экономить на качестве продуктов. Дорогой шоколад для нее, лучшее печенье, которое можно купить за деньги, — для Рика.

Стелла еле проволокла металлического монстра на неустойчивых колесиках через огромный торговый центр, по дороге чуть не въехав в витрину.

Наконец она добралась до кафе. Мышцы сводило от усталости. Ее настроение испортилось окончательно, когда она увидела Рика с одним маленьким пакетом, непринужденно болтающего с темноволосой официанткой.

— Привет, — сказала Стелла, еле докатив тележку до Рика и использовав его в качестве тормоза.

Он подпрыгнул от неожиданности.

— Ой, извини, этой чертовой тележкой невозможно управлять, — начала оправдываться Стелла, сладко улыбаясь официантке, готовой отчитать ее за то, что она врезалась в посетителя.

Посетителя, похожего на секс-бога.

Стелла была уверена: если бы въехали в нее, официантка даже бровью не повела бы.

— Привет, Стел, — сказал Рик, — садись. Кофе будешь? Или хочешь перекусить? Рамона сказала, что здесь делают потрясающие начос.

Стелла снова улыбнулась Рамоне:

— Кофе со сливками и начос, пожалуйста.

Рамона повернулась к Рику:

— Вернусь через мгновение.

«Ну а как же», — со злостью подумала Стелла, усаживаясь за столик.

— Ты что, скупила весь магазин? — спросил Рик, осматривая тележку.

— Надо было все предусмотреть, — съязвила она.

— Ух ты, «Сникерс»! — Он вытащил батончик из пакета. — Мой любимый.

Именно поэтому Стелла его и купила.

— Могу я принять ваш заказ?

Стелла подняла глаза и увидела еще одну королеву красоты, смотрящую на Рика так, будто он изобрел кислород. Боже, где они понабрали официанток? Прямо финалистки конкурса бикини.

— Спасибо, мы уже заказали, — оборвала ее Стелла.

— Извините, — добавил Рик и улыбнулся.

— Ничего, — ответила девушка, не отрывая от него взгляда. — Если что-нибудь потребуется, просто позовите. Я — Холли.

— Спасибо, Холли, уже зову, — сказал он, и она захихикала.

Стелла закатила глаза:

— Ты неисправим.

Рик ухмыльнулся:

— Не понимаю, о чем ты.

Игнорируя его, Стелла решила пройтись по списку. Если она что-нибудь забыла, то после отплытия будет поздно. По крайней мере еще две официантки подходили к их столику с предложением принять заказ.

Наконец заказ принесли, и Стелла еле сдержалась, чтобы не расхохотаться. С подносом подошла уже другая, на этот раз рыжеволосая, длинноногая официантка.

Может быть, они тянут жребий?

Эта выглядела старше и походила на амазонку, отправившуюся на охоту.

Она представилась владелицей кафе.

— Рамона сказала, что выходите в море на пару недель. Вам, наверное, потребуется команда? — пошутила она, ставя тарелки на столик.

— Я и есть команда, — отчеканила Стелла.

Она невидимка, что ли?

Неужели они не считают ее его девушкой? Должно быть, это невозможно, учитывая презрительные взгляды всего женского персонала и их недвусмысленные намеки.

Стелле захотелось встать и объявить: «Эй, я вообще-то известная писательница». Но Рик подмигнул ей, и она почувствовала себя так, будто он потрепал ее по голове, сунул пару долларов и отправил погулять, пока он занимается делами.

Она ощутила себя его младшей сестрой.

— А вы что-нибудь знаете о мореходстве?

Хозяйка кафе улыбнулась:

— О да, у моего бывшего была яхта. А ваша, говорят, настоящая красавица.

Рик закивал:

— Вам надо побывать на ней. «Стелла» — настоящее произведение искусства.

Стелла моргнула.

Он что, приглашает эту пантеру на борт?

Женщина снова улыбнулась Рику:

— Возможно.

— Принесите перец, — попросила Стелла.

Женщина бросила на нее беглый взгляд.

— Я скажу Рамоне, чтобы она подошла, — ответила она и удалилась.

— М-м-м, выглядит вкусно, — прокомментировал Рик, повернувшись к столу.

У Стеллы вдруг пропал аппетит. Иногда она просто не понимала Рика. Он знал, как реагируют на него женщины, но не понимал, насколько сильны его чары. Даже когда он не пытался пользоваться этим, женщины кружились вокруг него.

Стелла поковырялась в тарелке, и спустя полчаса они покинули кафе — к ее облегчению. Рик вез тележку, управляя ею с той же легкостью, что и толпой официанток. До причала они добрались на такси.

На яхте они перенесли пакеты на камбуз, потом сели за стол попить пива и обсудить поездку. Разница во времени снова начала сказываться, и под бархатный голос Рика и ритмичное покачивание яхты Стелла задремала. Разбудил ее чей-то голос, и она, очнувшись, поняла, что практически не слышала ничего из того, что говорил Рик.

— Эй, там! Кто-нибудь дома?

Рик нахмурился:

— Кто это?

Стелла окончательно проснулась, узнав томный голос хозяйки кафе.

— Это длинноногая рыжеволосая тигрица.

Он рассмеялся, приканчивая вторую бутылку.

— Да ну? Ой…

Рик выглядел разочарованным, отчего она почувствовала себя одновременно и счастливой, и недовольной.

— Ну… ты сам ее пригласил. А что ты ждал?

— Пригласил? — нахмурился он.

Рик явно успел об этом забыть.

— Ты сказал: «Вам нужно побывать на ней». Женщины все понимают буквально.

— Круто.

Он исчез в камбузе и вернулся с еще одной бутылкой пива.

— Провести время с красивой женщиной — всегда удовольствие. Особенно с той, которая разбирается в яхтах.

— Она лет на десять старше тебя, — возмутилась Стелла.

Рик пожал плечами и улыбнулся, открывая бутылку.

— И что? — бросил он и поднялся по винтовой лестнице на верхнюю палубу.

Ну, отлично!

Какого черта! Что делать ей, пока он заигрывает с женщиной? Едва ли он станет заниматься сексом прямо на палубе. Скорее всего, приведет ее в свою каюту.

От этой мысли Стелле стало еще хуже. Ей очень не хотелось, чтобы другая женщина осквернила все, что было так важно для нее. Для них. Боже, неужели ей придется слушать их всю ночь?

Она не поверит, что Рик может заниматься любовью тихо. Он должен быть шумным в постели.

Прямо как Васко.

Оставалось только молиться, что разница часовых поясов снова погрузит ее в глубокую звуконепроницаемую бездну.

Стелла слышала приглушенные голоса наверху и злилась. Она постаралась сосредоточиться на прогнозе погоды в своем ноутбуке, но в глазах у нее двоилось. Она достала бумаги отца и попыталась разобраться в них, но слишком устала, да и хриплый голос рыжеволосой отвлекал ее.

Стелла бесилась все больше и больше.

Как он посмел бросить ее и развлекать другую женщину, как будто она мебель?! Как будто ее здесь нет!

Может быть, это и его яхта, но она не позволит, чтобы ее игнорировали. У него впереди вся жизнь, чтобы развлекаться с любой, да со всеми женщинами! Но следующие несколько недель Рику предстоит провести на яхте с ней, поэтому ему лучше перестать быть мистером Меня-Все-Хотят и заняться делом.

Стелла мерила камбуз шагами, когда Рик спустился к ней пять минут спустя.

— Что-то ты быстро, — съязвила она.

Рик пожал плечами. Даниелла, конечно, мила, но сегодня у него было не то настроение. Во-первых, необходимо было разработать план, а во-вторых, внизу его ждала Стелла.

— Завтра большой день, — заявил он, проходя мимо нее к мусорному ведру и выбрасывая пустые бутылки.

— Надо было пригласить ее осмотреть все. Уверена, она до смерти хотела взглянуть на нижнюю палубу, — продолжала Стелла.

Рик мыл руки в раковине.

— О да, ей очень хотелось. Но я сказал, что у тебя мигрень.

— Умно, — проговорила она уже нежнее. — Бедняжка, наверное, расстроилась.

— Вряд ли. Не думаю, что ее так уж интересовала яхта.

Стелла фыркнула:

— Это точно.

Рик повернулся к ней:

— А ты становишься стервозной из-за нарушения биологических часов.

— Ага. А из-за мигрени превращаюсь иногда в мегеру, — парировала она.

Рик заметил искру в ее светло-зеленых глазах. Он чувствовал, что провинился, но не совсем понимал, как именно.

— Что не так? — спросил он осторожно, подходя к ней.

Стелла не понимала, в чем причина ее злости, но в одном была уверена: она разозлилась. Молодая женщина покачала головой.

— Все в порядке? — не унимался Рик.

— Ты правда не можешь это выключить?

— Что выключить? — нахмурился он.

— Боже, как ты собираешься провести на яхте целых четыре недели без женщин?

— Думаю, я справлюсь, — сказал он сухо.

— Справишься? — Стелла снова фыркнула. — Ты и дня не можешь прожить, чтобы кого-нибудь не подцепить.

Рик звонко рассмеялся:

— Ты немного преувеличиваешь.

Стелла остановилась и посмотрела на него.

— Последние тридцать шесть часов ты флиртовал с каждой женщиной, попадавшейся у тебя на пути. Диана в фирме проката автомобилей, девушка за стойкой регистрации в аэропорту, бабуля в Хитроу, пара стюардесс, водитель такси, официантки в кафе, — перечисляла она, загибая пальцы. — А завтра ты начнешь флиртовать со мной, потому что просто не сможешь совладать с собой!

Рик моргнул от неожиданности. Стел никогда не была ворчливой и истеричной, так что либо сказывается разница во времени, либо у нее критические дни. В глубине души он надеялся, что это последнее, потому что долго он не выдержит.

— Но я всегда флиртую с тобой, — заметил Рик, пожав плечами, — и это ровным счетом ничего не значит.

— Это еще почему? — спросила она, уже зная ответ. — Со мной что-то не так?

Рик снова моргнул, не веря своим ушам.

— Я не это имел в виду. С тобой все так… Ты такая… — Он тщательно подбирал слова, чтобы сделать Стелле комплимент, но не выдать то, о чем думал все эти годы. С аппетитными формами… милая… сексуальная… Порядочная.

— Порядочная?!

Боже, это прозвучало так, будто она была кузиной, которую можно ущипнуть, но которую не позовешь играть в бутылочку.

— Ну, спасибо, — отрезала Стелла.

Рик убрал волосы с лица, пытаясь понять, как прекрасный вечер превратился в кромешный ад.

— Ты хочешь, чтобы я правду сказал? — наконец не выдержал он.

У Стеллы перехватило дыхание от противоречивых эмоций. Каково это — чувствовать, что все его обаяние обращено на нее? Так бывало, когда они были подростками и их дружеские шутки иногда заходили на опасную территорию.

Только теперь они взрослые.

Стелла вспомнила совет Дианы переспать с Риком, но тут же постаралась забыть об этом.

— Конечно нет! — проговорила она тоном учительницы, беседующей с влюбленным студентом. — Я просто не хочу, чтобы ты волочился за каждой юбкой. Очень утомительно за этим наблюдать. И совершенно непродуктивно.

Рик поднял бровь. Лично он не считал флирт непродуктивным. Но Стел, совершенно очевидно, обвиняет его в отсутствии контроля над собой.

— Думаешь, я не в состоянии протянуть и двух недель без флирта?

Стелла скрестила руки на груди:

— Я в этом уверена.

— Считаешь, мне слабо?

Разговор неожиданно принял другой оборот. Это должно было напомнить ей об их детских спорах, но бархатный голос Рика напомнил о другом.

О чем-то совсем не детском.

— Да. Слабо не флиртовать ни с одной женщиной в течение нашей поездки?

Рик ухмыльнулся, пристально глядя ей в глаза.

— И что я получу, если выиграю? — спросил он с хрипотцой.

Она нервно сглотнула:

— Получишь?

Стелла растерялась. Раньше они спорили просто так.

— Как насчет моей вечной благодарности? — сострила молодая женщина.

Рик покачал головой, опустив взгляд на ее губы:

— Как насчет почти поцелуя?

Это было искушающее предложение. Рик был уверен, что она его не примет. Однако Стелла была не тем человеком, который отступает в спорах, да и само предложение показалось ей волнующим и запретным одновременно.

— Идет. — Она улыбнулась и протянула ему руку.

Конечно, он проиграет, но, учитывая такую интересную ставку… Возможно, он хотя бы попытается.

Рик пожал ей руку, скрепляя сделку.

Интересно, а губы ее тоже со вкусом кокоса?

Леди Мэри еле сдержала стон, когда капитан Рамирез встал в жестяной ванне с грацией породистого жеребца. Вода стекала по его телу, отражая свет одинокой лампы, оставлявший кое-что для фантазии.

В горле ее пересохло, а сердце бешено забилось в груди.

Она не должна была здесь находиться.

Она не должна была шпионить за обнаженным мужчиной, который понятия не имел, что за ним подглядывают.

Но Мэри не могла отвести взгляд.

В последний раз плоть так завораживала ее в конюшне лорда Ладбрука. Она раздула ноздри, вспомнив, как мчалась без седла на арабском скакуне, сжимая бедрами его мощные бока.

К разочарованию своей тетушки.

Только Господу Богу известно, чем та сейчас занимается. Знай ее тетушка, что делает в этот момент ее племянница, уже приложилась бы к нюхательной соли.

Но, увы, Мэри не могла не смотреть на этого мужнину. От его тела шел пар, пока он стоял в ванне. Она задержала дыхание, переведя взгляд на его широкие плечи, наполовину скрытые мокрыми длинными волосами. С волос медленно стекала вода, и Мэри проследила за одним из ручейков, бежавших по спине к упругим, идеально очерченным ягодицам.

Небольшой изъян на левой ягодице привлек ее внимание. В самом центре виднелось большое родимое пятно. Как завороженная, Мэри любовалась им, открыв рот. Оно было таким ровным, как будто одна из многочисленных любовниц пирата, в наличии которых она не сомневалась, поставила свое клеймо.

Щеки Мэри залил румянец, а дыхание стало частым и глубоким.

Только она подумала, что он окаменел, как Васко повернулся, чтобы открыть ей вид с другой стороны. Ее взгляд скользнул по его бицепсу вниз, к мужественному бедру. От него исходила необузданная мужская сила.

И потом ее взгляд скользнул на…

Мэри сглотнула. Обнаженного мужчину она видела только на картинках в книгах по анатомии, листая их в библиотеке дядюшки. Но тогда ей было пятнадцать лет, и она еще не могла оценить всю прелесть увиденного. Мужское достоинство во всей своей красе было зрелищем, на которое стоило посмотреть.

Мэри ощутила странное чувство, зарождающееся где-то внутри.

Но капитан Рамирез неожиданно схватил полотенце, пряча родимое пятно от ее глаз. Вытершись на скорую Руку, он скрылся за дверью, ведущей в спальню.

Мэри выдохнула. Она знала, что ей надо уйти, но не могла пошевелиться. До этого момента она не предполагала, что пираты принимают ванну.

А тем временем Васко тяжело дышал, закрыв дверь и прислонившись к ней. Его длинные черные ресницы скрывали чертовщинку в голубых глазах. С тех самых пор, как он подглядел за леди Мэри, ему хотелось поразить ее.

Но он не был готов ни к столь высокой оценке, ни к своей собственной невольной реакции на это.

Как правило, в его фантазиях отсутствовали девушки из высшего общества, но он заметил раздутые ноздри и слышал приглушенный стон.

Возможно, за чопорными нижними юбками и высокомерным взглядом скрывается страстное сердце. Возможно, она не так уж равнодушна к нему, как пытается продемонстрировать.

И возможно, ее удастся убедить сделать их совместный вояж более сносным.

Ночь была тихой и безмятежной. Облака закрыли почти полную луну, а паруса не развевались. Из яхт-клуба доносилась музыка, но ни на одной яхте не слышались голоса, ни в одной каюте не горел свет.

Не было никого, кто мог бы увидеть Рика, стоявшего опустив голову на штурвал.

Когда он решился на этот вояж, все было предельно просто. Сокровища «Русалки» и Иниго ждали, и Рик собирался найти их вместе со своей старинной подругой Стеллой, которую, несмотря на редкие волнующие сны, считал сестрой.

В конце концов, этого хотел Натан.

Но теперь у него перед глазами стояла совершенно иная картина, и ничего братского в ней не было. И уж точно не этого хотел Натан.

Натан не просил его оставить Стеллу в покое в тот День, когда поймал их чуть ли не целующимися. Но он таким тоном убеждал Рика в том, что его дочь особенная, что у последнего не осталось сомнений: ей нужен кто-то столь же особенный.

Натан желал для дочери того, что не смог дать своей жене. Стабильности. Кого-то, кто всегда будет рядом. И он дал понять своему окружению, что Стелла — запретный плод.

В том числе и для Рика.

Но то было давно. Натана уже нет, а Стелла стала взрослой. У нее выросла грудь, появились бедра и такое воображение, от которого и бывалый моряк покраснеет.

Ну как, боже правый, ему игнорировать это? Особенно когда он слышит позвякивание этого чертова браслета. Она там танцует, наслаждается жизнью…

А прошло всего-то два дня. Что же будет через неделю?

Если только…

Рик поднял голову, когда вспомнил о коварных мыслях одного знакомого пирата.

Что, если он возьмет ситуацию в свои руки? Поменяется с ней ролями?

Что, если претворить в жизнь некоторые сцены из «Охоты за наслаждением»? Они же условились, что флирт со Стеллой не считается, так почему бы ему не воспользоваться этим?

Васко Рамирез намеревался превратить плавание в охоту за наслаждением, так, может, и ему сделать то же самое? Конечно, он никогда не переступит определенную черту, например, не привяжет Стеллу к кровати, но было бы неплохо довести ее до исступления. В конце концов, она писала о нем. Может, стоит дать волю этим фантазиям и позволить ей вкусить что-то стоящее?

Будет интересно посмотреть на ее реакцию. Поймет ли Стелла, что он действует намеренно? Отвергнет она эту игру или примет так, как приняла героиня романа?

Его взгляд упал на палубный душ, и Рик улыбнулся.

Стелла разбирала покупки на камбузе, когда услышала плеск воды. Она нахмурилась и выглянула. Уж не бросился ли Рик за борт из-за пари?

— Рик! — с улыбкой позвала молодая женщина. Ответа не последовало. — Рик!

А может, кто-то из бандитов Порт-Морсби забрался на яхту за наживой и скинул Рика за борт? Улыбка сошла с ее лица, и сердце забилось со страшной силой. Стелла потянулась за ближайшим оружием — чугунной сковородой — и пошла наверх выяснить, что же происходит. Медленно поднявшись, она глубоко вздохнула и выглянула из люка.

— Рик… — прошептала она, пытаясь всмотреться в темноту.

Ответа по-прежнему не было.

Она заметила какое-то движение у штурвала, а шум воды выделялся на фоне плеска океана и цокота насекомых. Она прищурилась, чтобы хоть что-то разглядеть.

Это был человек.

Мужчина…

Принимающий душ.

Именно в этот момент луна решила выйти из-за туч, скрывавших ее всю ночь, и у Стеллы появилась возможность разглядеть мужчину под душем, как будто кто-то включил прожектор.

Рик.

Совершенно точно, это был Рик.

Стелла застыла, раздираемая на части желаниями сбежать, пока он ее не застукал, и остаться и осмотреть каждый дюйм его великолепного тела.

Под луной, отбрасывающей мягкий молочный свет, победило второе.

Душевая насадка была позади Рика, голова его была запрокинута, лицо поднято вверх, мокрые волосы покрывали плечи. Его глаза были закрыты, как будто он молился лунному свету.

Он был похож на статую. Вроде тех, которыми прославился Микеланджело.

Вода лилась на широкие плечи, грудь, бицепсы. Стекала по спине, очерчивая выемку над ягодицами. Водопадом лилась с живота. Одна нога была выставлена вперед, закрывая то, что находилось ниже, и Стелла нахмурилась.

Вот черт!

Сцена в ванне, написанная ею, не совсем была плодом воображения. Стелла росла рядом с Риком, а он носил либо шорты, либо обтягивающий гидрокостюм, и это дало ей много пищи для вдохновения. Именно поэтому она смогла так ярко изобразить Васко.

Правда, были части тела, которые пришлось додумать.

И Стелле хотелось выяснить, так ли все обстоит, как она описала. Вдруг, как будто прочитав ее мысли, Рик повернулся, выпрямляя одну ногу и перенося вес на другую. Больше ей не надо было гадать, поскольку она увидела доказательство того, что была абсолютно права.

Рикардо Гранвиль — Васко Рамирез во плоти.

Рик повернулся к Стелле спиной и улыбнулся сам себе, наклоняя голову из стороны в сторону и позволяя прохладной воде стекать по мышцам, которые почему-то были напряжены. Выглядеть расслабленным и раскованным было очень сложно. Но жадный взгляд Стеллы, который был так же ощутим, как вода, льющаяся из душа, стоил того.

Если Стелла, написав о нем роман, решила, что он не сможет придумать, как получить от этого удовольствие, то она, должно быть, забыла о его чувстве юмора.

Если он будет помнить, что она дочь Натана, а не взрослая женщина, пишущая эротические романы, и не будет переходить черту дозволенного, все будет хорошо.

Они оба посмеются в конце путешествия и продолжат жить, как прежде.

«Это всего лишь безобидный розыгрыш», — подумал Рик.

В середине залитой солнцем палубы сидела на стуле леди Мэри, стараясь не замечать нескрываемое любопытство экипажа.

— Надо откинуться назад, — послышался голос Васко, стоящего у нее за спиной.

— Не считаю это необходимым, — чопорно возразила она, сложив руки на коленях.

Васко положил руку ей на плечо:

— Леди желает, чтобы ей вымыли волосы. Если леди чего-то желает, она это получит.

— Капитан Рамирез, я в состоянии вымыть волосы самостоятельно.

Васко нагнулся к ее уху и вдохнул цветочный аромат, исходящий от нее, — запах женщины среди мужчин.

Мэри почувствовала, как от звуков его голоса у нее набухли соски под блузкой. Она не посмела противиться: за неделю пребывания на судне она усвоила, что, если капитан чего-то хочет, он это получает.

К тому же ее волосы действительно надо было помыть.

Трясущимися пальцами она вынула шпильки, распуская замысловатую прическу. Мэри тяжело дышала, ощущая близость капитана Рамиреза. Она встряхнула волосами и провела пальцами по кудрям, чтобы распутать сбившиеся пряди.

Перешептывания экипажа стихли, и она стала объектом всеобщего внимания.

— Капитан, — сказала она, чуть дыша, — ваши люди смотрят на меня.

Васко не мог их винить. Волосы Мэри горели, как огонь, под палящим солнцем. Он взял один локон и слегка потянул, распрямляя. Отпустив его, Васко любовался, как он принимает первозданную форму.

— Они не часто видят женщину такой красоты, мадам.

— Я бы предпочла, чтобы они не смотрели, — высокомерно заявила она, хотя ее смутил комплимент, полный благоговения.

Правда, Васко тоже предпочел бы, чтобы моряки не смотрели на них, и, выкрикнув приказ разойтись, с удовольствием наблюдал за немедленным его исполнением.

— Спасибо, — кивнула Мэри.

Он залюбовался копной ее волос и представил, как будут смотреться локоны на фоне молочной груди.

Скоро она будет принадлежать ему.

— Откинь голову, — приказал Васко чересчур резко.

И теперь ждал возражений. Однако Мэри послушно выполнила приказ, и ее волосы волнами рассыпались по спине. В последний раз он был с женщиной много месяцев назад. А такой красавицы у него не было ни разу за все двадцать восемь лет. Васко взял ведро и осторожно вылил воду на ее волосы, наблюдая, как кудри намокают и темнеют, превращаясь в блестящий шелк. Вокруг его сапог образовалась лужа, но он не замечал этого. Его внимание привлекла одна-единственная капля, скользившая по лбу Мэри, по ее фарфоровой щеке к губам. Она высунула кончик языка и слизнула ее.

Васко чуть ли не отшвырнул ведро, сгорая от желания впиться в эти соблазнительные пухлые губы. Желание копилось уже несколько дней. Но, несмотря на дымку похоти, погрузившую его в кромешный ад, он понимал, что Мэри еще не готова. Что прелюдия не закончена.

Поэтому он взял мыло и намылил ее шелковые пряди. Бросив мыло в ведро, он принялся взбивать пену.

Мэри чуть не застонала, когда его руки погрузились в ее волосы. Мужские пальцы нежно массировали кожу. Ее соски и живот напряглись. По телу побежали мурашки. И она не понимала отчего. Ведь ей было жарко как никогда. Должно быть, из-за солнца.

— Как ощущения? — прошептал Васко.

В глубине души Мэри знала, что ей следует воздержаться от ответа, но волшебные прикосновения его рук, запах лаванды и чеснока и палящее солнце притупили голос разума.

— Удивительно, — выдохнула она, и Васко усмехнулся.

Дома мытье волос входило в обязанности прислуги, и никогда это действо не было таким… неприличным.

И уж конечно Васко не был слугой. У ее тети случился бы удар, если бы она увидела руки пирата в волосах своей племянницы. Но Мэри наслаждалась новым опытом. Она наклонила голову вперед, предоставив Васко возможность добраться до ее затылка.

Васко массировал ее голову, затылок, шею и сглотнул, когда с ее губ сорвался стон. Руки Мэри сжимали юбку, а бюст так и хотел выскочить из корсета. Васко почувствовал, что она испытывает незнакомые доселе ощущения.

Он вернулся к вискам, спустился к аккуратным ушкам, помассировал их большим пальцем и улыбнулся, услышав ее учащенное дыхание.

Он наклонился к ней:

— Мэри, ты прекрасна.

Его слова проникли в каждую клеточку ее тела. Тысячи ответных колкостей пришли ей на ум. Ему не следовало так с ней разговаривать. Но из-за его прикосновений ее тело жаждало того, что она не могла осознать. Мэри удалось вымолвить только:

— Как и ты, Васко, как и ты.

Потому что он действительно был самым красивым мужчиной, которого ей доводилось встречать.

Замерев, Рик смотрел, как она придерживает раненую левую руку. Ее зубы впились в нижнюю губу, все еще влажную и припухшую от поцелуя. Он пытался понять, что же стало причиной такой реакции.

Что это вообще было, черт возьми?!

— Я в порядке, — процедила Стелла сквозь зубы. В его глазах она увидела растерянность. — Дай мне минутку, — заверила она Рика, наблюдая, как его голубые глаза теряют чувственный блеск и он отодвигается от нее. — Ну вот, — наконец улыбнулась она. — Так на чем мы остановились?

Рик потряс головой, пытаясь разогнать туман. Затем он застонал и лег на спину.

— О боже!

— Рик, — начала Стелла, поглаживая его по руке, — все в порядке.

— О боже, — повторил он, закрывая глаза рукой и отчаянно мотая головой. — Что я наделал!

— Рик…

— Нет! — Он вскочил на ноги. — Это сумасшествие…

Не ожидавшая такого яростного отпора Стелла села.

— Почему?

— Потому что, — чеканил он каждое слово, — ты — Стелла, а я — Рик. И мы этим не занимаемся.

— Мы поспорили на поцелуй! — возразила молодая женщина.

К тому же Стелла была уверена, что это был лучший поцелуй в ее жизни. Поцелуй, который затмил Даже самый восхитительный поцелуй Дейла. Поцелуй, на фоне которого померкли все остальные.

Рик покачал головой:

— Не на такой.

— Почему?

Ей уже не шестнадцать лет. Неужели он думал, что она удовлетворится целомудренным братским поцелуем?

— Как насчет двадцатилетней дружбы? И бумаги с нашими подписями, подтверждающей партнерство в бизнесе? Да, а еще твой отец!

Стелла нахмурилась:

— Мой отец?

— Да! — вскипел Рик. — Он сказал, чтобы я держался от тебя подальше.

— Мой отец?!

— Стел, все на яхте знали, что к тебе дорога закрыта. Натан не хотел, чтобы кто-то крутил шашни с его маленькой девочкой.

Стелла, опираясь на правую руку, встала, слегка поморщившись от боли.

— Не знаю, заметил ли ты, но я уже не маленькая девочка. А мой отец умер.

Рик неосознанно посмотрел на ее грудь.

— Ага, — скривился он, — заметил.

Стелла рассмеялась:

— У меня есть грудь, ты уж извини.

— Да, есть. Когда ее не было, было проще.

Женщина нахмурилась:

— Рик, она у меня уже давно. Что изменилось сейчас?

Чертова «Охота за наслаждением»! Благодаря Натану и воспоминаниям о детской платонической дружбе Рик смог много лет общаться со Стеллой, как с другом. Пока не прочитал книгу.

И теперь все катилось в тартарары.

— Не знаю, — соврал он, решив, что она не оценит творческий подход к ее роману. — Раньше это не было проблемой. Впрочем, раньше мы никогда не оказывались в таких обстоятельствах.

— Не оказывались.

— Стел, боюсь, потом ты пожалеешь об этом. Нас связывают детские воспоминания. Каникулы на «Персефоне». Как мы доставали испанские монетки с морского дна. Как играли в пирата и русалку. Глядя на тебя, я вспоминаю, как ты и твой отец приняли меня в семью. Стел, это чудесные воспоминания. Они много для меня значат. Я не хочу все испортить, поддавшись… сумасшествию… Пусть будет, как прежде… Мне нравились наши с тобой отношения…

Стелле больше нравилось то, чем они занимались пять минут назад. Она все еще чувствовала пульсацию между бедер. Боже, ну почему он такой благовоспитанный? Еще чуть-чуть — и она испытала бы удовлетворение. И смущение.

Если ей предстоит ближайшие пару недель притворяться, что ничего не было, будь она проклята, если станет играть по правилам.

— Ну и ладно, — фыркнула Стелла, проходя мимо него. — Я захватила с собой вибратор.

Рик моргнул.

— Ты взяла вибратор?

— Рик, я взрослая женщина. У меня есть потребности.

— Стел, мне от этого не легче! — крикнул он вслед, уставившись на ее покачивающиеся бедра.

Она обернулась и улыбнулась:

— Сладких снов.

Ничего более сладкого, чем сок, который он слизал с твердых сосков, Рик в жизни не пробовал. Стелла источала аромат морского бриза, разбавленного кокосом, а крепкое словцо, слетевшее с губ женщины, когда он ласкал ее, звучало подобно сладострастной симфонии.

Ее сердце стучало с грохотом, и Стелла на секунду задумалась, знает ли Рик, как на нее действуют его прикосновения. Она застонала, когда он сильнее зажал сосок между нёбом и языком. Стелла выгнула спину и начала умолять его не останавливаться. Рик слегка сдавил сосок пальцами, и она вскрикнула, а он нагнулся, заглушая стон поцелуем.

Стелла, охваченная неудержимым желанием, приподнялась и жадно впилась в его губы. Рука Рика спустилась на ее живот. Женщина беспокойно извивалась. Ей хотелось заполучить мужчину целиком. Пусть он прижмется к ней, и их тела растворятся друг в друге, а она обовьет его ногами и отдастся ритмичному покачиванию океана.

Рик проложил на ее теле дорожку из поцелуев и добрался до трусиков. Ее кожа горела. Тем временем его пальцы неловко распутали завязки.

Стелла вздрогнула, когда он снял с нее крохотный треугольник.

— Эти чертовы завязки весь день сводили меня с ума, — сказал Рик и поцеловал ее за ухом.

Его губы снова спустились к груди Стеллы, в то время как рука ласкала ее бедра.

Новая волна желания охватила ее, разливаясь по всему телу.

Ей стало мало этого, захотелось прикоснуться к нему, свести его с ума.

Стелла ухватила край его рубашки и стянула ее через голову. Она глубоко вздохнула, как только губы и руки Рика оторвались от нее на долю секунды, и застонала громче, когда ласки возобновились. Пальцы Рика опустились на самую чувствительную точку, и ногти Стеллы впились в него.

Он вздрогнул. Стелла гладила его плечи, спину, опускаясь к ямочкам на ягодицах, которые она пару дней назад разглядывала в лунном свете.

Рик застонал: эрекция стала почти болезненной.

— Стелла, — прошептал он.

Он снова поцеловал женщину, окончательно растворяясь во вкусе ее губ, в ее аромате. Его рука снова оказалась между ее бедер, и он почувствовал, как она возбуждена. Стелла выгнула спину.

— Боже, Стел…

Бедра ее нетерпеливо двигались.

— Пожалуйста, — взмолилась она.

— Что пожалуйста? — спросил Рик, едва касаясь губами ее губ. — Чего ты хочешь?

Его пальцы надавили чуть грубее, и Стелла снова выгнула спину.

— Хочу больше, — прошептала она, не переставая двигать бедрами и сжимать его ягодицы.

Палец Рика скользнул внутрь, и ее крик разнесся эхом над океаном.

— Так? — Он принялся покрывать поцелуями ее шею и грудь. — Или так?

— Рик! — воскликнула она, прижимаясь к нему всем телом.

Напряжение ее продолжало нарастать. Она была готова достигнуть пика. Стелла извивалась под ним, умоляя остановиться, потом — умоляя не останавливаться. Даже когда спустя несколько минут она вздрогнула, Рик продолжал дразнить и ласкать ее.

— Хватит, хватит! — закричала она, заходясь в конвульсиях.

Рик отодвинулся, тяжело дыша и с наслаждением разглядывая обнаженную Стеллу, лежащую на палубе.

— Похоже, тебе было нужно это, — заметил он, подняв бровь.

Стелла была не в состоянии произнести ни слова. Звезды сияли над ней, как фейерверк.

— Даже не представляешь…

Рик снова посмотрел на нее. Она выглядела расслабленной, соски все еще были тверже камня, ноги слегка раздвинуты. Его возбуждение усилилось.

— Думаю, представляю.

Стелла внезапно осознала, что он-то как раз и не получил вожделенную разрядку.

— Извини… — выдохнула она.

Рик засмеялся:

— Пожалуйста.

Он притянул ее к себе и поцеловал в нос:

— Наверное, мечтаешь о душе?

Рик поднял ее на ноги и повел в носовую часть. Там он включил душ и стянул с себя шорты. Через секунду мужчина, обнаженный, стоял перед женщиной.

Рик почувствовал, как что-то дернулось внутри, когда Стелла уставилась на самую выдающуюся его часть.

— Твоя очередь, — прошептал он пересохшими губами.

Стелла нахмурилась, не понимая, потом посмотрела на свой наполовину снятый купальник. Она осторожно, чтобы не повредить едва зажившую руку, сняла бюстгальтер.

Взгляд Рика медленно скользил по ее телу.

— Ты прекрасна, — выдохнул он.

— Как и ты, — прошептала она, любуясь его идеальным телом.

Именно таким она представляла себе Васко. Но Рик реален, он из плоти и крови, и именно его хотела Стелла.

До этого момента ей даже в голову не приходило, что она завидовала Мэри.

Но тут Рик протянул ей руку, и все было забыто. Он отступил на шаг назад, она последовала за ним, наблюдая, как вода стекает по его груди. Стелла придвинулась и, встав на цыпочки, обняла его за плечи. Его достоинство уперлось ей в живот, и Стелла протянула к нему руку, одновременно прижимаясь губами к губам Рика.

— О… боже… — застонал он, когда она начала ласкать его.

Но ей хотелось почувствовать его внутри себя.

— Войди в меня, — попросила она.

Рик схватил ее за талию и приподнял. Стелла обвила его ногами, он повернулся вместе с ней, и они оказались под душем. Она продолжала жадно целовать его, пока все вокруг не потеряло значение для обоих. Рик прильнул к пышной груди Стеллы. Она выгнула спину и застонала.

— Сейчас, — с мольбой прошептала женщина.

Рик был готов и не мог больше терпеть. Он приподнял ее немного выше.

— Рик! — вскрикнула она, в шутку ударив его кулаком по плечу. — Поторопись.

— Стел, спокойно. Давай отложим главное блюдо напоследок, а?

Стелла ударила его сильнее.

— Сейчас! — приказала она.

Он ухмыльнулся:

— Слушаюсь, капитан!

И слился с ней.

— О боже, да! — стонала женщина. — Не останавливайся!

Именно так она себе все и представляла.

Рик смотрел, как раскачивается ее грудь. Вода, стекая, задерживалась на сосках. Звезды образовали корону над ее головой, и с мокрыми светлыми волосами Стелла была похожа на морскую нимфу.

— О боже, — простонал Рик, прижавшись головой к ее груди, — ты такая красивая…

— Я хочу признаться, — прошептала она.

— В чем?

— Ты как-то принимал душ на палубе… — Стелла закусила нижнюю губу и сжала его плечи. — Я подглядывала.

— Я тоже хочу признаться. — Он был не в силах сдерживать нарастающее желание. — Я тебя видел.

В любой другой ситуации Стелла наверняка разозлилась бы. Смутилась бы точно. Но сейчас это возбудило ее еще больше.

— Извращенец, — пробормотала она, дрожа и извиваясь.

Рик застонал, когда ее ногти с силой впились в его мышцы.

— Да, Стелла, да, — прошептал он ей прямо в ухо.

Она откинула голову и выкрикнула его имя, а потом расслабленно упала в его объятия.

Мэри попыталась высвободиться из шелковых уз, лежа на кровати Васко. Она посмотрела на красавца пирата в галифе и в сапогах, мерившего шагами каюту.

Он остановился у кровати, подбоченился и посмотрел на нее:

— Мэри, я жду.

От низкого бархатного голоса ее сердце неровно забилось, а соски набухли. В голубых глазах Васко блеснули чувственные искры. А как иначе, учитывая, что она лежит перед ним полуобнаженная? Десять минут назад он раздел ее до белья и привязал.

— Капитан Рамирез, я настаиваю, чтобы вы сию же секунду меня отвязали.

Васко усмехнулся, глядя на два соска, выступающие под тонкой сорочкой.

— А мне кажется, вам, леди Мэри, весьма приятно быть привязанной, — прошептал он, опираясь коленом на кровать.

Она подняла на него глаза, полные гнева и страсти одновременно:

— Капитан Рамирез!

Не обращая внимания на угрожающий тон, он придвинулся ближе:

— Я предпочитаю, чтобы ты называла меня Васко. Как на палубе, когда я мыл твои прекрасные волосы. И когда я впервые к тебе прикоснулся. — Васко провел рукой по разрезу ее панталон. Мэри тяжело задышала, и он победоносно улыбнулся. — Как вчера, и позавчера, и пять дней назад…

Мэри воспламенилась от его прикосновений.

— Васко, пожалуйста, — стонала она, — среди дня… команда…

Он покачал головой и усмехнулся. Леди старается соблюдать приличия, даже будучи привязанной к кровати.

— Скажи это, — настаивал он, — если хочешь, то тебе надо попросить.

Ему необходимо было знать, что ее снедает страсть так же, как и его.

Мэри покачала головой. Воспитанные девушки так не выражаются.

— Не буду.

Васко улыбнулся, увидев, как она закусила нижнюю губу.

— Мэри, ты же хочешь. Я чувствую это здесь, — сказал он, лаская ее, отчего она громко застонала. — Я изучил тебя, Мэри.

Она ненавидела его способность сводить ее с ума.

— Сэр, вам обо мне ровным счетом ничего не известно, — упиралась она, беспокойно крутя бедрами.

Васко ухмыльнулся:

— Я знаю, тебе нравится это. — Свободной рукой он обнажил ее молочную грудь и розовый сосок, тут же набухший под его ласками. — Я знаю, что у тебя есть маленькое родимое пятнышко в форме клубники…

— Васко… — выкрикнула Мэри, выгибая спину от I ласк его языка и пальца.

Он улыбнулся, поднимаясь:

— Я знаю, тебя возбуждают шелковые путы, несмотря на голос дядюшки в твоей голове, твердящий, что мы попадем в ад.

— Что ж, капитан Рамирез, увидимся там, — высокомерно парировала она.

Васко закинул голову и рассмеялся. Остановившись, он устремил на Мэри горящий страстью взгляд. Затем принялся снова ласкать ее.

— Да, но важно, как мы туда попадем…

Больше всего Мэри ненавидела то, с какой легкостью он доводил ее до оргазма.

— Васко, — простонала она.

Он поднял бровь, немного отодвигаясь, не позволяя ей получить того, чего она жаждала. Если она хочет получить от него что-то, ей придется произнести эти чертовы слова.

— Мэри, так чего ты хочешь?

Она сходила с ума, задыхалась от безысходности.

— Васко, пожалуйста…

Возбуждение Васко было сильнее, чем когда-либо, ведь она лежала перед ним наполовину обнаженная, привязанная, крутя головой из стороны в сторону, а ее тело умоляло сделать с ним то, что Мэри не могла произнести вслух.

Васко покачал головой:

— Что «пожалуйста», Мэри?

— Васко!

— Скажи! — зарычал он.

— Черт побери, Васко! — Мэри была готова сделать все, что бы он ни попросил. — Я хочу тебя. — Ее руки дергали шелковые веревки. — Я умоляю тебя…

Он улыбнулся:

— Мэри, конечно, тебе стоит только попросить…

Когда она пришла в себя, все еще сбивчиво дыша, то открыла глаза и увидела его победную улыбку.

— Ладно, Васко, — вздохнула Мэри, — а теперь отвяжи меня.

Он покачал головой, снимая сапоги.

— Я только начал, — заявил пират. В его глазах блестело что-то похотливое.

Эми Эндрюс

АРОМАТ ЖЕЛАНИЙ

Amy Andrews

THE DEVIL AND THE DEEP

Две вещи стали ясны Рику: во-первых, Дейл был самым настоящим идиотом, оставив Стеллу. Черт, если бы у него была женщина, которая писала бы такие любовные сцены, он не выпустил бы ее из своей постели, не говоря уже о своей жизни. Второе открытие было более пугающим. Стелла написала роман о нем. Васко Рамирез — это он…

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Мой дом — твой дом (исп.).