Тесса Тислей потерла глаза, смотря на работу, на экране компьютера. Взглянув в нижний угол, она увидела, что было уже восемь часов вечера, черт, как же я потеряла счет времени? Она удивилась. Это не было похоже на то, что она наслаждалась своей работой в бухгалтерской фирме. На самом деле, все было наоборот. Она ненавидела ее. Все ее коллеги были неприветливые и неприятные ей или скучные и на тридцать лет старше ее.

Единственная причина, почему она допоздна задержалась, был ее недавний разрыв с женихом Крисом… или ее экс-женихом, теперь, когда он изменил ей, ублюдок. Она решила, что единственный способ справиться с болью, это утопить ее в работе, как бы утомительно это ни было. Хотя она и не думала оставаться так допоздна.

Вздохнув, она выключила компьютер и собрала вещи. С другой стороны, она не ждала предстоящей долгой дороги домой. До разрыва, она и ее жених жили вместе в коттедже в черте города, но после того, как она застала его за изменой с соседкой в их спальне, она не могла войти в этот дом, и сразу стала искать новое жилье.

К сожалению, с тем, что творилось на рынке аренды в городе в эти дни, единственное местечко, которое она могла позволить себе, на ее мизерную зарплату был маленький домик, в какой-то глуши. Почти сорок пять минут езды вниз по дороге из города на северо-запад, и она была удивлена, что еще не разорилась на покупке такого количества бензина для машины.

Может, мне лучше было бы арендовать более дорогое место ближе к городу, подумала она уже в третий раз за неделю. Моя старая машинка не прослужит так долго.

Прежде чем покинуть офис, она воспользовалась туалетом и мельком взглянула на себя в зеркало. Со времени разрыва с Крисом, она еле питалась, и похудела от 16-го до 14-го размера в течение месяца, что было забавно, потому что одна из жалких причин для измены состояла в том, что она видимо, стала слишком толстой для него, и он стал искать более привлекательную.

Она знала, что он наверняка просто искал причины винить ее, вместо того чтобы признать, что проблема была в нем, но услышанное от него все еще грызло ее. Сильно. Каждый раз, когда она одевалась по утрам, то смотрела в зеркало и вздыхала, крошечную частичку мозга интересовало, прав ли он был.

После того, как она вышла из офиса и добралась до шоссе, она включила радио и слушала старые песни шестидесятых. Музыка была единственным способом коротать время скучной езды. На одной стороне дороги был бесконечный участок фермерских земель, а с другой огромный лес.

Тогда же, когда одна из любимых старых песен заиграла по радио, Тесса услышала странный скрежет из двигателя.

Нет, нет, нет! Не сейчас, пожалуйста!

Но ее мысленные мольбы не сработали и машина, заскрипев, остановилась на краю дороги.

— Черт! — сказала она, прежде чем достать сотовый из сумки. Нет связи. Замечательно. Может ли эта ночь стать хуже?

После того, как она осмотрела двигатель и поняла, что нет ни единого шанса, что машина заведется в ближайшее время, она решила подождать на краю дороги, полагая, что, в конце концов, кто-то, кто поможет ей проедет мимо. Сорок пять минут спустя, семь машин проехало мимо, и каждый водитель проигнорировал ее беду.

Испытывая отвращение к людям в целом, она решила, что может попробовать дойти до ближайшей заправки. Она знала, что есть одна, примерно в десяти милях отсюда, так что это будет очень долгая прогулка.

Я думаю, что использую это, как тренировку. Подумала она, вздыхая, и поплелась по краю дороги.

Было холодно и, она вздрогнула, с горечью подумав о жизни в данный момент.

Я замерзла, застряла тут без надежды на помощь, моя работа отстой и я разорвала отношения в городе, где я почти никого не знаю.

Единственная причина, по которой она переехала сюда, в первую очередь для того, чтобы быть с Крисом. А теперь она застряла здесь.

Я клянусь, как только у меня будет достаточно денег, я уеду из этого места навсегда.

После того, как прошла около мили, она заметила небольшую грунтовую дорожку, ведущую в лес с лева от нее. Интересно, куда она ведет, она посмотрела вдаль дорожки и увидела свет. Она думала, что лес был частью национального парка, и что никто не мог войти туда не говоря уже о поездках на авто и проживании там.

Несмотря на это, там может быть кто-то, кто может помочь мне, подумала она, решив пойти по извилистой дорожке к свету. Это был долгий и извилистый путь, и свет казался все дальше, чем дольше она шла. Она начинала чувствовать усталость и растерянность и на миг остановилась, чтобы отдышаться. Мне нужно просто немного отдохнуть. Я на ногах с пяти утра.

Вдруг, огни полностью исчезли, и ее окружила лишь тьма, иногда с проблеском лунного света, проникающего сквозь плотные лесные кроны. Ей пришло в голову, что бродить по лесу, в одиночестве в девять вечера, было, наверное, глупой идеей, в первую очередь поэтому, она повернулась и пошла обратно.

Минуточку… это не та дорога, поняла она. Где-то, она сошла с нее на другую, на той было меньше грязи, и теперь, Тесса понятия не имела, куда идти. Она даже не помнила когда оставила первую дорожку, оглядевшись, она потерла уставшие глаза. Вперед или наоборот назад? Боже, идти сюда было ошибкой.

Спустя мгновение, она поняла, насколько большой ошибкой это было. Она услышала шорох среди деревьев, затем рычание. О, нет. Медленно поворачиваясь, она увидела две пары светящихся зеленых глазах, которые смотрели прямо на нее. Дерево качалось на ветру, и лунный свет пробивался сквозь кроны, осветив площадку на несколько секунды. Волки. Бежать!

Тесса повернулась на каблуках и побежала быстрее, чем за всю свою жизнь, слезы страха появились на глазах, когда она услышала тяжелое дыхание позади себя. Оглянувшись через плечо, она увидела, что два волка приближаются к ней очень быстро, и она знала, что не сможет бежать от них еще быстрее. Они были огромны; больше чем любые другие волки, которых она когда-либо видела и, их серый и белый мех и светящиеся глаза были бы действительно красивыми, если бы они не преследовали ее.

Несколько секунд спустя один из них прыгнул на нее и, Тесса вскрикнула от ужаса, когда упала на землю. Когда она все еще кричала, ее перевернули на спину две сильные руки и мужской, человеческий голос заговорил.

— Ты посмотри, какая сладенькая. Правда, ведь, Михей?

У Тессы были зажмурены от ужаса глаза, но теперь они распахнулись. Большой светловолосый мужчина удерживал ее на земле, а другой поменьше стоял неподалеку. Волки, преследовавшие ее видимо ушли.

— Что происходит? — воскликнула она.

— Ты наверняка не захочешь знать, маленькая человеческая девочка, — сказал блондин, ухмыляясь и смотря на нее сверху вниз, — ты идешь с нами.

Она пиналась и кричала, когда он закинул ее с легкостью на плечо, а затем ахнула, когда увидела, что меньший человек, каким-то образом трансформировался в волка. Его тело поросло мехом, его руки превратились в лапы с длинными острыми когтями и его уши пристроились сбоку на голове. Несколько секунд спустя, он был бело серым волком, таким же, как один из волков которые преследовали ее.

Тесса ущипнула себя за руку, чтобы понять, что это ей привиделось, но боль, отозвавшаяся в ее мягкой коже, сказала ей, что это было не так. Это на самом деле происходит. Она вдруг вспомнила слухи, которые она слышала об оборотнях в лесу за пределами города. Когда она переехала сюда, то подумала, что это была странная народная легенда, но теперь она поняла, что это все это правда. Существование оборотней, было не легендой… она только что видела превращение своими глазами.

Она прикусила губу, чтобы удержаться от рыданий, когда человек, держащий ее, зашагал через лес. Из того что он сказал, было не похоже, что она когда-либо получит шанс рассказать миру о том что видела. Неудивительно, что это всего лишь легенда. Никто не выживал после того, как они видели их.

Закрыв глаза, она смирилась с судьбой, быть съеденной этими существами и почти захихикала как сумасшедшая, когда нелепая мысль пришла ей в голову. Я думала моя ночь не могла стать хуже того что было и вот я поймана теми, о которых я думала лишь как о мифических существах. Это говорит о том… что всегда может стать еще хуже.

Мужчина, который держал ее, остановился и страх пронесся по венам. Это оно, подумала она, готовя себя к ужасающей боли человека жестоко истерзанного и избитого до смерти. Вместо этого, ее бросили на землю. Открыв глаза, она увидела, что была на какой-то деревенской площади, окруженная стаей волков, все они голодным взглядом смотрели на нее.

Приподнявшись на локтях, она быстро оглянулась. Это должно быть свет, что я видела раньше. Несколько зданий и домов было вокруг, и большой костер освещал площадь, на которой они были.

Когда она испуганно посмотрела назад на волков, у одного из них стала дыбом шерсть на загривке и оскалились зубы. Он был значительно крупнее остальных животных, и он рванул в ее сторону, обогнул ее в последнюю секунду и, налетел на светловолосого мужчину, который закричал от боли. Только несколько секунд спустя, большой волк стал человеком, и пнул белокурого мужчину, который сейчас лежал на земле, постанывая.

— Как ты смеешь оскорблять святость этого места, принося человеческий трофей? Мы не охотимся на людей, — прошипел он. — Я знаю, ты молод, Дэйн, но если ты когда-нибудь сделаешь что-то подобное еще раз, ты будешь изгнан из стаи. А теперь убирайся отсюда, пока я не разорвал тебя на куски!

Блондин, которого, теперь Тесса знала, зовут Дэйн, превратился обратно в волка и побежал к одному из небольших зданий с поджатым хвостом. Крупный мужчина, так же предупредил волка, который был с Дэйном, Михея, а затем отпустил и его.

Тесса уставилась на мужчину, когда он повернулся и посмотрел на нее. Он был высокий, его оголенная грудь, демонстрировала твердые, четко очерченные мышцы с небольшим количеством темных волосков. Его сильные руки, смотрелись так, будто они могли поднять вес в два раза больше его веса и, она задохнулась от страха, когда он подошел к ней и протянул руку.

— Я не причиню тебе вреда, — мягко сказал он. — Пожалуйста, встань.

Его голос был хриплым и совершенно мужественным и его рука на ее, послала столь необходимый прилив тепла замерзающему телу Тессы, когда она позволила ему поставить ее на ноги, лицом к лицу с ним. И до этого, она видела, что он был на самом деле очень красив. С твердым подбородком, носом с горбинкой и ярко-зелеными глазами, которые загорелись каким-то незнакомым выражением, когда он увидел ее растрепанный вид.

— Я глубочайше извиняюсь за действия отдельных членов моей стаи. Я Рохин, — сказал он. — А как твое имя?

— Те… Тесса, — пролепетала она в ответ.

Она уже так не боялась как раньше, но его прикосновения и ласковые слова, очень нервировали. Он был настолько сильным и красивым… и я такая слабая и пухлая, подумала она, смутившись, от того, что такой сексуальный мужчина видел ее в таком уязвимом состоянии.

— Что ты делала в лесу Тесса? — спросил он и его глаза, казалось, могли просверлить в ней дырку.

— Мой автомобиль сломался на дороге. Я думала, что увидела свет здесь и, что может быть тут был дом, и что кто-то, возможно, поможет мне, — сказала она, опуская глаза от стыда. Такая глупая причина, чтобы пойти блуждать по незнакомому лесу ночью… он, должно быть, думает, что я полная идиотка.

Рохин рявкнул приказ двум волкам, которые все еще сидели вокруг костра наблюдая за ними.

— Найдите ее машину и почините.

Двое волков сразу превратились в людей.

— Да вожак, — сказали они в унисон.

Рохин повернулся к Тессе.

— Ну, Тесса, позволь предоставить тебе теплую кровать, чтобы ты смогла остаться на ночь. Тебя никто не побеспокоит, и добро пожаловать в мой дом, — сказал он.

Тесса была истощена и мысль о теплой постели, сейчас казалась раем.

— Спасибо, — тихо сказала она, — это было бы замечательно.

После этих слов он поднял ее на свои сильные руки и понес в сторону большого дома, стоящего в отдалении от поселения. Я могу привыкнуть к этому, подумала она. Быть отнесенной в постель великолепным мускулистым мужчиной всегда было моей мечтой. Обидно, что я буду спать в одиночестве, хотя…

Она знала, что это глупо, после той ночи, что до сих пор была, но что-то в этом мужчине делало ее сумасшедшей и, не смотря на истощение, тепло распространилось между ее ног и, дрожь пробежала по позвоночнику. Он посмотрел на нее и улыбнулся, и ей показалось, что она свалилась бы прямо на землю, если бы он не нес ее.

Как только они добрались до дома, он поставил ее на землю, прежде чем открыть дверь. Тесса ахнула, когда увидела обустройство дома. Это было все, о чем она могла мечтать, теплый и уютный интерьер в классическом французском стиле.

— Это место потрясающее! — сказала она, восхищаясь антикварной мебелью в гостиной.

— Спасибо, — сказал он. — Мои родители построили и обустроили его, а я жил здесь с ними пока они не умерли.

— Это хорошо. Я имею в виду, хорошо, что они построили и обустроили его. Не то, что они умерли. — Понимая, что она лепетала как сумасшедшая.

Он мгновение изучал ее лицо, а затем улыбнулся.

— Я понял, что ты имела в виду. Мои родители были удивительны. Трудно не вспоминать их каждый раз, когда я сижу в этой гостиной.

— Мне жаль, — пробормотала она, удивляясь, почему он открывал столь личную информацию, незнакомому человеку.

— Они умерли всего год назад. Это был несчастный случай, но я тот час же стал Альфой, — продолжил он. — И теперь, я живу здесь в полном одиночестве. Так что можешь оставаться здесь дольше, чем на одну ночь, если пожелаешь. Я скучаю по хорошей компании.

Тесса поняла, что большой и сильный оборотень был на самом деле одинок и вероятно почти столь же уязвим, как и она, и тогда Тесса почувствовала себя скверно. Он казался таким добрым и гостеприимным, меньшее, что она могла сделать, это побеседовать с ним, вместо того, чтобы разглядывать его прекрасное лицо и грудь, будто он был куском мяса.

— Что значит Вожак? — спросила она. — До тех пор, пока я около пятнадцати минут назад, не появилась здесь, то даже не знала, что оборотни существуют, поэтому, пожалуйста, прости, если я кажусь невежественной.

— Это то, как оно и звучит. Я вожак этой стаи. Статус передается по наследству из поколения в поколения в этой стае, и моя семья всегда были вожаками. Так как я, единственный Альфа-самец в семье, то честь передалась мне. Хотя у меня есть две сестры. Они повязаны с другими и больше не живут здесь.

Когда он сказал слово «Повязаны», казалось, его глаза загорелись еще ярче, и он посмотрел на нее сверху вниз.

— Я наверно наскучил тебе этими разговорами. Хотела бы ты принять горячий душ, или предпочла сразу отправиться в кровать?

— Принять душ это было бы замечательно, — ответила она. — Я вся грязная после того, как те волки… мужчины напали на меня.

— Еще раз прости за это. Дэйн и Михей молодые волки и это не первый раз, когда они влазят в неприятности. Хотя и последний. Они будут изгнаны из стаи, если сделают это снова.

— Что это значит?

— Это значит, что они не будут в стае, чтобы жить и работать с ней. В принципе никакой поддержки. Мы не все связаны между собой кровными узами, но мы все еще семья, если ты понимаешь, что я имею в виду. Мы заботимся друг о друге и, изгнание из стаи является величайшим позором, который можно навлечь на себя.

— Ох.

— В любом случае, я покажу тебе ванную комнату и свободную спальню, в которой ты сможешь переночевать.

Когда она пошла за ним вглубь дома, Тесса продолжала в изумлении осматриваться вокруг. Рохин остановился и повернулся к ней, на секунду, улыбка появилась на его красивом лице.

— Я полагаю, ты поражена нашими домами. Ты думала, что оборотни живут в хижинах без электричества и проточной воды или чего-то подобного?

— Честно говоря, я не уверена, — ответила она, — как я уже говорила, до недавнего времени я даже не знала, что вы существуете. Я все еще пытаюсь все это осмыслить. У меня такое чувство, что я проснусь в любую минуту и пойму что это был лишь сон.

— Ну, мы определенно реальны, — сказал он, прежде чем повернуться и продемонстрировать ей ванную. — Вот и пришли. Спальня справа, там должны быть чистые и сухие полотенца рядом с душем.

С этими словами он развернулся и ушел, а Тесса закрыла дверь ванной. Там не было замка, но она не возражала. Она была просто благодарна, что у нее есть возможность принять горячий душ после такой сумасшедшей ночи.

Включив душ, она шагнула под теплые струи воды, наслаждаясь, тем как она текла по телу, смывая грязь с рук, шеи, ног, которые она запачкала, когда Дэйн решил повалить ее на землю. Она практически решила согласиться на предложение Рохина остаться подольше, но потом вздохнула, когда вспомнила, что ей завтра нужно на работу. Я, вероятно, опоздаю, пока вернут мою машину, поеду домой и переоденусь. Если только не проснусь в 5 утра… но после такой ночи, какая у меня была, я сомневаюсь что я это сделаю. Тем не менее, мысль о проведении большего времени в деревне оборотней, в глухом лесу и подальше ото всех стрессов была заманчивой. Особенно когда в этом участвовал великолепный вожак….

Уже опасаясь внимательного взгляда ее босса завтра утром, она закрутила воду и осталась в душевой кабинке на несколько минут. Это была странная привычка, она стояла под душем еще какое-то время после того, как закрутит и стряхнет с себя воду как собака после купания. Она делала это еще с того времени, как была ребенком, ее родители всегда считали это глупой причудой.

Через несколько минут, она услышала звук и поняла, что дверь в ванную открылась. Не было никакой душевой занавески, только стеклянная дверь душа и она закричала, когда Рохин вошел.

— Ох, прости! — сказал он, закрыв глаза, а затем отвернувшись в сторону. — Я пришел, чтобы забрать зубную щетку. Я услышал, что вода выключилась несколько минут назад и, думал, что ты уже вышла. Пожалуйста, прости.

По-прежнему не смотря на нее, он вытащил белое полотенце с полки и бросил его через плечо. Тесса поймала полотенце и обернула его вокруг тела, ее лицо пылало от смущения.

— Нет, это моя вина, — сказала она. — У меня есть глупая привычка стоять в душевой, какое-то время после того, как я выключаю воду. Ты не мог знать об этом.

Теперь, когда она была завернута в полотенце, Рохин повернулся к ней. Его глаза задержались на ее влажных волосах, чистом лице, голых руках и ногах, и они загорелись теми же эмоциями, что она видела раньше.

— О Боже… — пробормотал он. — Тесса, прости, но ты должна отправиться домой. Сейчас. Твою машину починили. Я отправлю волка, чтобы он провел тебя обратно.

— Что? Почему? — спросила она в замешательстве.

Наверно я что-то сделала неправильно. Прекрасно Тесса, ты как обычно что-то сделала неправильно.

— Если ты останешься еще на минуту, я боюсь, что никогда больше не смогу отпустить тебя, — сказал он и его глаза загорелись еще ярче.

Тесса испугалась на секунду и отпрянула, но потом поняла, что в его взгляде было чистое, обжигающее возбуждение. Его… его на самом деле тянет ко мне? Нет, этого не может быть. Посмотрите на него и на меня.

— Я не понимаю, — сказала она, чувствуя, что ее щеки принимают яркий оттенок красного. — Почему ты не сможешь отпустить меня?

— Из-за того кто ты есть. Когда Дэйн и Михей привели тебя сюда, я поймал твой запах и узнал, что ты… нет, это не имеет значения. У тебя своя собственная жизнь в городе. Я не могу просить тебя бросить ее, как бы сильно мне не хотелось. Привести тебя в свой дом было ошибкой.

Его голос казался еще глубже, чем раньше, он жадно смотрел на нее сверху вниз. Тесса протянула руку и неуверенно погладила его, по-прежнему, оголенную, грудь, а затем посмотрела на него широко раскрытыми глазами.

— Пожалуйста, — сказала она. — Просто скажи мне, что ты имеешь в виду.

Когда она прикоснулась к нему, то почувствовала, будто каждую частичку ее тела охватило огнем. Электричество казалось, пронеслось через каждую вену и тепло что было ранее, увеличилось между ее ног; это вызвало пожар внутри ее живота, она никогда не испытывала чего-то подобного раньше.

Рохин, кстати, должно быть почувствовал то же самое, его челюсти сжались, когда она нервно провела пальцами по волосам на его груди.

— Я не могу быть рядом с тобой ни секундой дольше, — сказал он, рывком убирая ее руку и, повернулся, чтобы уйти из ванной.

— Подожди! Чтобы ты сделал, если бы я сказала, что хотела бы остаться с тобой? — спросил она, понимая, что это большая авантюра, говорить все это.

— Ты понимаешь, что говоришь? — прорычал он, поворачиваясь к ней спиной.

Она обдумала его вопрос, а затем кивнула.

— Да.

— Я так не думаю. Твой запах… я хочу тебя в качестве своей пары. Но мы не люди. Когда мы берем себе пару, это на всю жизнь. Понимаешь ли ты это?

— Да, — сказала она, задыхаясь, не в силах поверить, в то, на что только что согласилась. Казалось, будто целый новый мир только что открылся ей, и она не могла сопротивляться и оттягивать встречу с этой новой жизнью, с таким удивительным мужчиной, оборотнем или нет.

Без лишних слов, Рохин потянулся к ней и поднял ее на руки, как и до этого, когда он нес ее от площади получасом ранее. Тесса почувствовала тепло и безопасность в его сильных руках и спрятала лицо на его груди, когда он пошел через дом.

Он пнул дверь и вошел в комнату, Тесса осмотрелась и увидела, что это была прекрасная спальня со старомодной кроватью с балдахином, она всегда мечтала, чтобы такая стояла в ее собственной спальне.

Рохин бросил ее на кровать, а после метнулся обратно к двери, захлопнул и запер ее. Затем он поспешил обратно к кровати и залез на нее, подтягивая Тессу за ноги так, чтобы она лежала ровно посередине. Она слегка расставила ноги, а он раздвинул их еще дальше друг от друга, прежде чем лечь сверху, распределяя свой вес на ней таким образом, что его бедра и пах были под правильным углом около нее.

— Я хотел бы избавиться от этого, — прошептал он, слегка перебирая полотенце, что все еще каким-то образом было обернуто вокруг нее.

Тесса покраснела, и он улыбнулся ей.

— Я уже видел тебя обнаженной, — напомнил он. — Ты самая прекрасная женщина, которую я когда-либо видел.

Она посмотрела ему в глаза и не увидела ничего кроме того же жгучего желания, и все ее сознательные запреты казалось, испарились в воздухе. Выгибая спину, прижимаясь к нему, она позволила откинуть полотенце в сторону, а затем прилегла на кровать, наблюдая, как сжимается его челюсть, когда он прикоснулся к ее восхитительным изгибам.

В комнате было довольно холодно, но все тело Рохина, казалось бы, излучало жар, добавив его к тому теплу, что уже текло сквозь ее тело. Он приподнялся на локтях по бокам от нее, а затем наклонился и поцеловал ее.

Тесса много слышала о том, что первый поцелуй влюбленных должен быть волшебным моментом, но по ее опыту первый поцелуй был скорей неловким, чем волшебным. Однако когда Рохин прижался своими мягкими, теплыми, губами к ее, она почувствовала нечто большее, чем волшебство. Это было просто идеально и, сильная дрожь пронзила ее тело, когда тепло от его губ начало затапливать ее тело, что добавило жару в ее сердцевинке.

Поцелуй, казалось, длился целую вечность, это было, будто они знали друг друга всю жизнь. Когда его язык скользнул ей в рот, сплетаясь с ее языком, это чувствовалось так, будто происходило уже миллионы раз до этого, и они уже знали каждый уголок рта друг друга.

Когда он наконец-то оторвался от нее, то посмотрел вниз на девушку, его глаза были полны удивления.

— Знаешь ли ты, что делаешь со мной? — спросил он, опускаясь и поглаживая волосы.

— Нет, — прошептала она. — Скажи мне.

— Ты делаешь меня совершенно диким, — прорычал он, схватив ее за руки и прижимая к бокам. — Я никогда не отпущу тебя. Никогда.

— Почему бы тебе не показать мне, каким диким я тебя делаю? — ответила, задыхаясь Тесса, чувствуя влагу между ног и слегка извиваясь.

Его глаза вспыхнули, он медленно пополз вниз, держа своими руками ее, прижимая их к кровати. По пути вниз, он прижался своими губами к ее, потом оставляя поцелуи сверху вниз по мягким изгибам груди, бедер и живота, когда он это сделал, то достиг развилки ее бедер и игриво стал покусывать ее нежную кожу.

Тесса ахнула при его укусах, чувствуя неясную смесь боли и удовольствия, второе, в конце концов, победило, сделав так, что ей захотелось протянуть руки вниз и прижать его голову, чтобы заставить укусить ее снова. Он посмотрел на нее, оставаясь у нее между ног и, сверкнул шаловливой улыбкой и на секунду ей почудились волчьи клыки, торчащие из десен.

Наконец-то его губы были именно там, где она хотела, он отпустил ее руки. Опустив их туда, где он был, использовав одну, чтобы пододвинуть ее бедра, а затем пустился вдоль чувственной линии внутренней стороны бедра. Тесса охнула и прогнулась, не в силах игнорировать щекочущее ощущение от его прикосновений, несмотря на то, как хорошо она себя чувствовала, он улыбнулся ей еще раз, прежде чем остановиться на ее складочках.

Его палец продолжал двигаться вверх-вниз, по коже выводя нежные круги, тогда как его теплый язык скользил вверх вниз между складочками длинными, тягучими движениями. Тесса снова застонала, и почувствовала, что он вновь улыбается, не отрываясь от нее, затем положил руку на одну из ног, чтобы удержать ее на месте. Потом его язык начал обводить более чувствительный клитор, и она вскрикнула от восторга.

Она чувствовала себя прекрасно, и уже чувствовала мощный оргазм, который зарождается в ее глубинах, когда он продолжил проводить языком по клитору, дразня его еще больше и отправляя дикое покалывание пронзающее ее. Казалось, он может прочесть в ее мыслях, где точно прикоснуться к ней, чтобы принести максимум удовольствия и уже через несколько мгновений, она почувствовала, как достигла вершины наслаждения и закричала в экстазе, когда первые волны удовольствия и жара затопили ее.

Пока она стонала и вздыхала под его губами, ее ноги непроизвольно подрагивали и каждое нервное окончание, казалось, было в огне. Когда она отошла от оргазма, то потянулась и провела руками по его волосам, желая, чтобы он был внутри нее. Рохин, казалось, снова прочитал ее мысли и оторвался от ее клитора, прежде чем проникнуть указательным пальцем в нее, чувствуя ее влажную тесноту. Он медленно двигал в ней пальцами, на мгновение, посмотрев на нее, все еще находясь между ее ног, а затем подушечкой большого пальца провел по все еще невероятно чувствительному клитору, поглаживая, дразня ее, пока Тесса снова не потерялась в ощущениях.

Постанывая от удовольствия, она задрожала и затрепетала и Рохин приподнялся, прижавшись своим телом к ее.

— Ты готова для меня? — спросил он, сверкая глазами с пламенной страстью.

— Да, — сказала она, затаив дыхание, отчаянно желая почувствовать внутри своего нового любовника-оборотня.

Его челюсть снова сжалась, будто он с трудом сдерживал страсть, и Тесса тихо застонала в нетерпении, когда он потянул руку, чтобы расстегнуть брюки. Взяв ее руку, он потянул ее вниз, к своему паху и она ахнула, когда ее ладонь прикоснулась к его члену. Он был толстый, гладкий и очень твердый и лишь прикосновение к нему, заставило Тессу сойти с ума.

— Пожалуйста, — попросила она. — Ты нужен мне, сейчас.

Он улыбнулся, потерся вверх вниз по ее мокрой щелочке, дразня ее до тех пор, пока она не потерялась в этих ощущениях. Затем он прижался к ее средоточию, и она вскрикнула, когда он начал входить в нее. Почти сразу ее тело стало приспосабливаться к его размерам, она расслабилась, прикрыла глаза, а он начал двигаться в ней, сильно, быстро.

— О Боже, ты идеальна. Ты такая теплая и тугая, — прорычал он, зарывшись лицом в ее плечо и покусывая ее нежную кожу.

Его слова практически снова послали ее через край и, Тесса открыв глаза, смотрела на него, когда он увеличил темп, двигаясь внутри нее еще быстрее, еще глубже. Она выгнула спину, задвигала бедрами в одном ритме с ним, испуская небольшие вздохи и стоны, каждый раз, когда он толкался обратно, попадая в нужное место внутри нее с каждым движением и посылая ее к новым вершинам экстаза.

— Пожалуйста… никогда не прекращая делать это, — сказала она, подняв свободную руку и впилась ногтями в его подтянутый зад и притянула его еще ближе, глубже и ее голова закружилась от удовольствия.

Он наклонился и поцеловал ее, и молнии казалось, взорвались в ее крови, когда он скользнул в нее и вышел. Его пах потерся о ее уже стимулированный клитор, и когда он это сделал, Тесса ахнула и, ее третий оргазм накрыл ее. Она никогда не испытывала столько удовольствия с одним человеком за одну ночь, и знала, что приняла правильное решение выбрав остаться с вожаком. Все в нем было идеально, и он явно думал то же самое о ней. Это было так, будто они были созданы друг для друга.

Рохин выскользнул из нее, тяжело дыша и, она лихорадочно ухватилась за него.

— Почему ты остановился? Прошу, продолжай! — сказала она.

— Нет, я хочу, чтобы ты была сверху. Ты Альфа, сейчас, — сказал он с дьявольской улыбкой на губах.

Тессе ненужно было объяснять дважды. Он перекатился на спину, она оседлала его и, приподняв бедра, опустилась на его член. Когда он снова наполнил ее, она вздохнула и откинула голову назад, а Рохин застонал от удовольствия. Она начала двигаться вверх вниз, подпрыгивая на нем сверху и задыхаясь от каждого движения вниз, а затем начала двигать бедрами вперед назад круговыми движениями.

Его член стал бить по таким местам, о которых она даже не подозревала, она посмотрела вниз и увидела, как он сжал челюсть в концентрации. Он протянул руку, чтобы сжать ее полные груди, слегка пощипывая и перекатывая ее твердые розовые соски между большим и указательным пальцами, и она задвигалась все быстрее и быстрее, пока не почувствовала, что достигла следующего пика наслаждения.

Она и не думала, что можно получить столько оргазмов за одну ночь, но несколько секунд спустя, она плакала в экстазе снова и упала на грудь вожаку, пытаясь протолкнуть в легкие немного воздуха. Он протянул руки и обхватил ее бедра, двигая ее вверх и вниз, перемежая каждый толчок внутри нее, мягким порыкиванием от удовольствия. Она все еще лежала на его груди, пытаясь отдышаться, когда волна за волной охватившего ее экстаза накрыла ее.

Наконец, он громко застонал и вонзился в нее последний раз, сильно, и Тесса не могла удержаться от улыбки, когда почувствовала теплую влагу, распространяющуюся внутри нее от еще одного оргазма. Рохин притянул ее лицо к своему и снова поцеловал, она застонала, когда он прикусил ее нижнюю губу, отправив жгучее, но чувственное ощущение через ее тело.

Совершенно обессиленная, она скатилась с него и легла на кровать рядом. Он положил руку на нее и посмотрел сверху вниз, его глаза наполнились обожанием.

— Я дал ответ на твою просьбу? — тихо прорычал он.

— На какую просьбу? — спросила она в замешательстве.

— Ты просила меня показать тебе, что я имел в виду, когда сказал, что ты делаешь меня диким.

— Ох. Ну, нет, ты не сделал этого. Я думаю, что мне нужно, чтобы ты показал мне еще что-то, — сказала она, дразня его.

Он зарычали, прыгнул на нее сверху, прижимая ее кровати, снова.

— Вот как? — сказал он, наклоняясь и скользя губами по ушку. — Ты уверена, что хочешь этого?

— Да, — ответила она.

Как только она сказала это, удовольствие продолжилось снова и снова. Казалось, оборотень способен привести ее к вершинам экстаза, такими способами о которых она не знала, это было, будто он видел, что находится в ее мыслях, и знал точно, где и когда прикоснуться, поцеловать, покусывать ее.

Когда они оба были обессилены, то лежали, переплетясь в объятиях, купаясь в приятных чувствах, после занятия любовью.

— Расскажи мне больше о том, что значит остаться тут с тобой, — прошептала она.

— Ну, как у моей пары, у тебя будет все, что пожелаешь. Вожакам, в конце концов, дали определенный статус. Я буду заботиться о тебе, а ты обо мне, — ответил он.

Звучит заманчиво, подумала Тесса, прежде чем кое-что, вспомнила из того, что он сказал раньше в ванной комнате.

— Что ты имел в виду, когда сказал, что учуял мой запах и знал, кем я была? — спросила она.

Он усмехнулся.

— Ох, это. Я имел в виду… хм… как это объяснить тому, кто не является чистокровным оборотнем. У тебя просто очень специфический запах. Мало того, что меня невероятно тянуло к нему, но я еще и понял, что ты, по крайней мере, немного оборотень. В некотором смысле, ты уже одна из нас. Я удивился, что Дэйн и Михей не почувствовали этого запаха. Хотя они молоды и неопытны.

— Я не оборотень!

— Ну, в основном ты права. Но должно быть твой предок в далеком прошлом, был оборотнем. Так что ты не оборотень по виду, но запах все еще остался, — пояснил он.

— Погоди. Это может объяснить то, почему у меня всегда была привычка стряхивать по-собачьи воду с себя после душа? — спросила она.

— Я бы сказал что да. Это то, чем ты занималась, когда я зашел к тебе ранее?

— Да, — ответила она, хихикая. — Мои родители всегда считали это странной причудой, когда я делала так.

— Ну, теперь ты знаешь, почему это делаешь, — ответил он с волчьим оскалом.

Тесса прижалась к нему еще ближе, с чувством, будто наконец-то вернулась домой. Рохин предназначен ей. Чтобы быть с ней, а она с ним. Она никогда не вернется к своей удручающей жизни вне поселения оборотней, и останется с ним здесь навсегда; как пара вожака. В некотором смысле, она уже была дома.

Доктор Стефани Миллер тепло улыбнулась мимо проходящим детям, когда шла по старой проселочной дороге к своему новому дому. Люпекс Бридж, городок с Сент-Мартин, штат Луизиана, она переехала сюда, после того, как выросла и получила образование в Нью-Йорке. Переизбыток студентов медиков, в то время, когда она училась, сделало почти невозможным найти работу, после окончания ординатуры, поэтому Стефани, решила сделать огромное изменение в своей жизни и переехала сюда.

Первым предложением, которое она получила, было: врач общего направления, в небольшой больнице в Люпекс Бридж и она, выбрав ее, ни разу не пожалела. Это были освежающие перемены, находится в таком небольшом городке; особенно с местным хорошим отношением к еде. В Нью-Йорке люди всегда ехидно посматривали на нее, потому что она не питалась только салатом и продавцы часто оскорбляли ее, когда видели, что она не типичная «Нью-Йоркская худышка» со вторым размером.

Однако здесь в Люпекс Бридж, ее пышный четырнадцатый размер был оценен по достоинству. Всякий раз, когда она проходила по городу, чтобы пообедать или сделать покупки, она часто замечала восхищенные взгляды различных мужчин и женщин. Кроме того, любимая часть города, по которой она проходит, это до офиса врача и обратно.

Пейзаж был красивым, и воздух всегда был свеж и чист, но начинало холодать. Напомнив себе, что нужно бы не забыть сходить домой, взять шарф и кардиган, в обеденный перерыв, она направилась вверх по небольшой дорожке, которая вела в офис, затем зашла в Главный Областной Медицинский Центр.

— Да, миссис Бейкер, все хорошо, — проговорила девушка на ресепшене, когда Стефани быстрым шагом пересекла комнату.

Это была очаровательна, блондинка по имени Эмили, и она, улыбнувшись, повесила телефонную трубку, когда увидела приближение Стефани.

— Какие-то сообщения для меня? — спросила Стефани.

— Да, это была миссис Бейкер, позвонила, чтобы отменить прием. Вы должны были принимать ее первой сегодня утром, — ответила она. — Но, она не может прийти сегодня. Вместо этого, записала ее на среду.

— Ладно. Это хорошо, даст мне шанс наверстать упущенное по некоторым документам утром.

— На самом деле, — сказала Эмили, слегка поворачиваясь, — кое-кто есть в вашем кабинете. Я пустила его в кабинет, когда поняла, что миссис Бейкер, не придет в назначенное время. А потом, она позвонила, так что он все еще там. Его зовут… подождите, я занесла его в компьютер… Тейт Армстронг.

— Ох. Что с ним случилось?

— Очень сильный укус. Он говорит, что его покусала соседская собака, но если честно, это выглядит, будто его цапнул Ругару.

— Какой еще, черт возьми, Ругару? — спросила Стефани.

Эмили рассмеялась.

— Извините, доктор Миллер. Я забываю, что вы здесь новенькая. Ругару, это старая французская легенда об оборотнях. Они, очевидно, имеют голову волка и тело человека и ходят по болотам в ночное время, — ответила она.

Стефани весело улыбнулась.

— Я поняла. Спасибо Эмили.

Когда она вошла в кабинет, то резко выдохнула, увидев мужчину сидящего на одном из стульев. Он был великолепен, с темно русыми волосами, карими глазами и сильным, мужественным подбородком. Он был одет в старую, выцветшую, черную футболку, которая оставляла немного простора для воображения, она могла видеть четкие очертания мышц на груди и руках.

— Эм, здравствуйте, мистер Армстронг. Я, доктор Стефани Миллер, — сказала она, понимая, почему Эмили покраснела, когда называла его имя. — Я слышала, вас сильно покусали.

Он усмехнулся и встал, чтобы пожать ей руку.

— Верно, Док. Соседский пес перепрыгнул через забор и попал на мой двор. Я пытался убедить его вернуться домой, и он оттяпал кусок руки, прямо у плеча.

Он немного повернулся и потянул рукав вверх, а затем стащил большую повязку и, Стефани вздрогнула, когда увидела травму.

— Когда это произошло? — спросила она. — Это не выглядит как недавний укус.

— Да, это произошло прошлой ночью. Я подумал, что просто подожду до утра, прежде чем приду на осмотр. Не понимал, насколько плохо все было, а когда проснулся, понял. Я немного выпил вчера.

— Ах, ладно. Нам нужно прочистить рану, сейчас же. Надеюсь, какая-то инфекция не попала туда. После этого потребуется несколько швов, — сказала она, копаясь в ящичке с необходимым оборудованием.

— Спасибо, Док, — сказал он и снова улыбнулся ей.

Его голос был глубоким и хриплым, и его улыбка послала дрожь по позвоночнику Стефани. Боже, этот мужчина очень сексуальный. Я жалею, что не встретила его раньше! Конечно, он вероятно не одинок, подумала она, тайком проверяя его левую руку на наличие обручального кольца. Не женат. Но все же… наверняка есть девушка. Мужчина, который выглядит так, просто не может быть одинок.

Когда она прочистила рану на руке и наложила швы, то была поражена, насколько сильным он был. Он даже ни разу не вздрогнул. Большинство людей, так делало; даже плохие парни, но Тейт выглядел совершенно непринужденно.

— Итак, я довольно недавно здесь, — сказала она, пытаясь завязать разговор. — Мне нужно найти новое любимое место, где можно поесть. Есть какие-то предложения?

— Хм… зависит от того, что вы хотите поесть, — ответил он. — Мое любимое место это гриль бар. Отличная еда, а также дешевая.

— Туда вы водите вашу девушку? — спросила она, прежде чем поняла, как это прозвучало, будто она выпытывала информацию.

Он тихо засмеялся.

— У меня нет девушки, Док. К несчастью для бедного старого меня, все девушки в этом городе, кажется, вышли замуж практически в средней школе или уехали в колледж и не вернулись. Я практически старик, в свои двадцать девять.

— Я уверена, что еще есть одинокие женщины, — сказала она, втайне радуясь, что он был свободен.

— Ну, есть, но никто не настолько красив как Вы, — сказал он, подмигивая ей.

Стефани покраснела и не ответила на его заявление. Она понятия не имела, что ответить, это было так давно, последний раз, когда она флиртовала с мужчиной.

— Ну, Ваша рука скоро начнет заживать. Я бы хотела, чтобы Вы вернулись, чтобы я могла проверить ее и снять швы. Примерно через неделю?

— Да, хорошо, — сказал он, смутно расстроенное выражение, появилось на его лице, когда она не ответила ему, на предыдущую фразу.

— Прекрасно. Эмили, запишет Вас на стойке регистрации. Если Вам покажется, что рана начинает выглядеть зараженной или что-то в этом роде, то Вы должны придти прямо тогда и, я сразу же приму вас.

— Окей.

— И еще одно. Вы, довольно высокий парень, — сказала она. — Как же собаке удалось укусить Вас за плечо?

Улыбка сползла с его лица на долю секунды.

— Ох, эээ… ну, он очень хорошо прыгал. Как я уже сказал, я выпил немного пива. Не могу точно вспомнить детали.

— Я поняла. Вы, возможно, захотите рассказать соседу. Его собаку могут забрать, за нападение на человека, — сказала она.

— Я не хочу этого, — ответил он. — Он, как правило, послушный, хороший пес. Просто на улице было темно, и он наверно растерялся, понимаете?

— Мм. Тогда ладно. Ну, хорошего Вам дня, мистер Армстронг.

— Называйте меня Тейт, Док, — ответил он, еще раз усмехнувшись, прежде чем покинуть кабинет.

Остаток дня, пролетел как в тумане и, Стефани поймала себя на мысли, что уплывает в мечты каждые несколько минут, представляя себя с Тейтом их обнаженные тела, переплетающиеся вместе, как он входит в нее, прося стать его. О боже… слишком много времени прошло, с тех пор, когда я последний раз была с парнем. Ее последние отношения закончились внезапно, прежде чем она уехала из Нью-Йорка и уже несколько месяцев она не чувствовала мужского прикосновения.

После окончания рабочего дня, она съела ужин в гриль баре, о котором Тейт сказал ей и, затем, отправилась домой. Когда она вышла на улицу и направилась по главной дороге, то поняла, что забыла в обеденный перерыв сходить домой, и взять какую-то теплую одежду. Черт возьми. Дрожа, она шла как можно быстрее по главной дороге, а затем свернула на дорожку, которая вела к ее дому.

Какое-то время назад, она обнаружила кратчайший путь, который сокращал пять минут ходьбы и, она решила использовать его. Это была немного грязная дорожка, которая уходила от дороги, через лесопарковую зону рядом с болотом, которые окружали Люпекс Бридж. Как правило, она использовала тропу утром, когда при дневном свете, было легче увидеть, куда она шла, но она слишком замерзла, чтобы быть на улице дольше и мурашки уже пробегали по голым рукам, пока она шла.

Когда она бродила по лесу, то могла видеть ее дом на расстоянии; свет на крыльце включался автоматически, как только начинало темнеть. Еще десять минут и я буду в тепле, думала она, ее зубы стучали, когда она потерла ладошками вверх и вниз по замерзшим рукам, пытаясь немного согреться.

Вдруг, шум где-то слева испугал ее. Задержавшись на секунду, она повернулась и посмотрела на болото. Лунный свет отражался на воде, поэтому она точно знала, что шум был не от какой-то болотной живности. Хм, наверное, что-то в деревьях, подумала она, прежде чем продолжить свой путь.

Луна скрылась за облаками и Стефани окружила тьма. Она задрожала, когда шум послышался вновь. Что это, черт возьми? Она могла бы поклясться, что услышала, как зашелестели листья и ветки, словно тяжелый человек внимательно следил за ней, но когда она обернулась, то ничего не увидела. Было слишком темно.

Луна вышла из-за облаков, освещая все вокруг и, Стефани в ужасе ахнула, когда увидела, как что-то вышло из темноты, в нескольких ярдах позади нее. Это был высокий, хорошо сложенный человек с головой волка. Ругару. Он реален.

Казалось, что у существа, глаза светились зеленовато-желтым цветом в лунном свете и у Стефани был лишь такой выбор, либо биться либо бежать. Она побежала, так быстро, как только могла, ее сердце безумно колотилось в груди, адреналин заструился по венам.

Низкое рычание за спиной, сказало ей о том, что эта тварь гналась за ней, она почувствовала, что горячие слезы потекли по щекам, когда она начала задыхаться, то новый прилив адреналина, помог ускориться. Она посмотрела на огни, виднеющиеся впереди, сквозь деревья и знала, что она быстро приближалась к дому. Молясь, чтобы все получилось, она проглотила страх и свернула влево, а затем вправо, спрятавшись за большим деревом. Надеясь, что это существо запутается и оставит ее в покое.

Несколько секунд спустя, она тихо вздохнула с облегчением, поскольку услышала, как он пробежал мимо ее укрытия. Подождав пару минут, ее сердце все еще колотилось, когда она выглянула из-за дерева и увидела, что путь впереди был чист.

Она почти всхлипнула от облегчения, когда снова начала бежать, а затем завопила от ужаса, когда почувствовала, как две сильные руки, схватили ее сзади и потянули на землю, пинающуюся и кричащую. Ругару должно быть умнее, чем она думала, она закрыла глаза и почувствовала, как существо перевернуло ее на спину.

— Все хорошо, Док, — сказал спокойный, глубокий голос. — Это всего лишь я, Тейт Армстронг. Мы виделись сегодня ранее.

Стефани распахнула глаза и увидела, что это и правда Тейт, удерживал ее на земле. Его темные глаза были полны беспокойства, и кода он отпустил ее руки, она начала рыдать.

— Я думала ты… я видела его… я видела это… существо, Эмили рассказывала мне о нем. Он гнался за мной, и я думала, что это ты.

— Ш — ш-ш, Док, — прошептал он, скользя рукой по ее лицу и поглаживая ее мягкие щеки.

Когда он вытер ее слезы, что-то дошло до нее.

— Подожди… зачем ты повалил меня на землю? — спросила она.

Когда, она сказала это, его глаза засветились желтым и Стефани с ужасом поняла, что он и Ругару это одно и тоже существо.

— Ты… это… ты гнался за мной! — пролепетала она, находясь в полном ужасе.

— Верно, — сказал он, ухмыляясь ей, смотря сверху вниз.

— Что ты?

— Я оборотень, это же очевидно. Ты видела меня, правда же? — ответил он.

Его голос звучал еще более глубоко и более хрипло, чем тогда, когда она встретила его в своем кабинете и она изо всех сил пыталась вырваться из его хватки. К сожалению, он был гораздо сильнее и с легкостью удерживал ее на земле.

— Я не хотел напугать тебя, — сказал он. — Я сожалею. Позволь мне объяснить.

Стефани была слишком напугана, чтобы спорить и просто кивнула.

— Спасибо. Как я уже сказал, я действительно не хотел тебя пугать. Это не собака укусила меня прошлой ночью. Это был другой оборотень. Напал на меня, прямо на моем собственном дворе. Эта местность была известна своими оборотнями в течение столетий.

— Нет… это должно быть сон. Оборотни не реальны, — ответила она, убеждая себя, что нужно проснуться.

Тейт усмехнулся, смотря на нее сверху вниз.

— Как ты думаешь, почему город называется Люпекс Бридж? Люпекс дословно означает «водный волк» с французского. Каждый оборотень в Америке произошел отсюда. Отсюда же пришли легенды о Ругару. Прямо отсюда.

Это давало странный, но определенный смысл, и Стефани наконец-то поняла, что не застряла в каком-то кошмаре. Это реальность.

— Когда меня укусили, я ощутил эту перемену почти сразу. Легенда гласит, что если тебя укусили, ты должен передать проклятие другому кровью, — продолжил он.

— Так ты собираешься укусить меня? — испуганно спросила она.

Он переместил свой вес немного в сторону и она почувствовала знакомое давление в живот, а его бедра двигались по ее. Это не подходящее время, чтобы получать хоть небольшое возбуждение, упрекнула она себя, интересно, почему лежа на земле, ее тело все равно реагировало на него.

— Нет, это всего лишь легенда. Я всегда буду волком. Я почувствовал что-то еще, когда превратился впервые, хотя и понял, что есть только один реальный способ контролировать изменения, всякий раз, когда темнеет.

— И что это? Ты собираешься меня съесть?

Тейт снова засмеялся, и его глаза приняли более яркий оттенок янтаря.

— Конечно, нет. Я имею в виду… я мог бы это сделать, но это не то, что я хочу. Когда я превратился, то просто знал, что единственный способ вернуть себе контроль, найти свою пару.

— Какое это имеет отношение ко мне?

— Потому что ты нужна мне. Мне нужно спариться с тобой. Я все еще буду волком, но я смогу контролировать, когда и где измениться, с парой, чтобы держать энергетический уровень в узде. Сегодня вечером, я ничего не мог сделать. Я очнулся и, нашел себя бродящим здесь и, гоняющимся за тобой, потребовалось много усилий, чтобы вернуть контроль. Помоги мне, доктор, — взмолился он.

— Почему я?

— Потому что, не могу себе представить кого-то лучше, — прорычал он. — Когда я увидел тебя в медкабинете утром, то не мог поверить в свою удачу. Это было похоже на вмешательство судьбы. Я знал, что должен найти себе пару, а потом вошла ты, одна из самых потрясающий женщин виденных мною. Я думаю, что поэтому, я оказался здесь сегодня вечером, после превращения.

Его слова затуманили разум Стефани желанием. С одной стороны она была напугана человеком или оборотнем, кем бы он ни был, который был на ней, но с другой стороны, его красивое лицо и хорошие слова, чуть не свели ее с ума от страсти. Несмотря на страх, она почувствовала что трусики повлажнели и стало тепло покалывать между ног, обеспечивая столько необходимое тепло ее замерзающему телу.

Он, должно быть, прочитал ее мысли и понял запутанную смесь эмоций, которые затопили ее, когда он наклонился и погладил ее по щеке еще раз.

— Я не причиню тебе вреда. Обещаю. Если ты не хочешь меня, просто скажи — нет, и уходи домой так быстро, как только сможешь, прежде чем я превращусь снова. И прошу, не говори никому о том, что видела. Люди в этих местах, буду стрелять, если узнают об оборотнях.

Когда Стефани посмотрела в его желтые глаза, свечение в них исчезло, пока они не вернулись к своему обычному карему цвету. Она не могла оставить человека в страданиях, кроме того, всего несколькими часами ранее, она испытывала похоть и молилась, чтобы такой момент наступил; и вот он, Тейт взял ее за руки и просит ее быть его.

— Ты действительно хочешь меня? — прошептала она.

— Да, — ответил он, его голос выдавал его нужду в ней.

— Я тоже тебя хочу, — ответила она.

Брови Тейта сошлись на переносице вместе в замешательстве.

— Правда? Я был уверен, что ты, никогда бы… не важно, — прорычал он, сжав челюсти и наклонившись ближе к ее лицу.

— Что? — спросила она с придыханием.

— Я никогда бы не подумал, что женщина, такая умная и великолепная, как ты, захочет кого-то вроде меня, — сказал он, находясь в нескольких дюймах от ее лица.

Стефани не могла поверить в то, что слышит. Это звучало так, будто этот мужчина не знал, как действует на женщин. Неудивительно, что он не женат. Теперь, когда ее страхи медленно рассеялись, она схватила его за рубашку и притянула его ближе. Он воспользовался возможностью, чтобы переместить губы к ее ключице, мягко покусывая оголенную кожу и, Стефани испустила тихий вскрик.

Его теплые губы на ее коже, распространили пожар по ее телу, и она провела руками по его кудрявым волосам, тянув его до тех пор, пока он не поднял голову вверх.

— Поцелуй меня, — смело сказала она.

Его глаза засветились желтым, когда она это сказала, и он прижал свои губы к ее, сразу же жестко, его язык начал скользить по губам, ища путь в ее рот. Она открыла рот, позволяя ему углубить поцелуй, а потом закрыла глаза, пока его язык жадно исследовал каждый сантиметр ее рта. Тепло от его губ просочилось в ее тело, и ее язык жадно переплелся с его языком, отвечая на поцелуй в полную силу.

Она уже давно не целовалась и, поняла насколько сильно, желала прикосновений мужчины… особенно мужчины, который выглядит как Тейт. Секунда, прежде чем он прервал поцелуй, потоки тепла струились по ее телу, пробегали по позвоночнику и затопляли ее мозг таким сильным желанием, которое она когда-либо испытывала.

Тейт, наконец, оторвался и посмотрел на нее, его глаза стали снова карими. Они потемнели от возбуждения, когда увидел, насколько возбужденной она была, и прошептал прямо на ушко.

— Пошли к тебе домой.

— Нет! — сказала она. — Что если ты снова обратишься? Я хочу почувствовать тебя во мне прямо сейчас, и тогда, ты сможешь контролировать это, как ты и сказал. Мы можем пойти ко мне в любое время.

Он усмехнулся.

— Ты права. Думаю именно поэтому, ты доктор. Ты — умная.

С этими словами, он снова поцеловал ее, а затем скользнул губами вниз, целуя и пощипывая ее шею и мочки ушей. Стефани почувствовала, что ее сердцевинка начала пульсировать в нужде и тихо застонала. Хотя она согрелась, мурашки пробежали по рукам и груди, снова и она откинула голову назад, наслаждаясь его теплыми губами, когда они продолжали осыпать нежными поцелуями ее шею, испуская время от времени мягкие вскрики, когда он нежно покусывал ее.

Она жаждала его прикосновений, и хотела, чтобы он дал ей все, что только мог. Обхватив его за шею, она провела вверх и вниз по его спине, прежде чем сдвинуть рубашку, вздыхая от восторга, почувствовав его твердые мышцы.

Тейт, опустил одну руку вниз и медленно нырнул под ее платье, лаская мягкие формы, что находились под тканью. Его вторая рука скользнула под нее и подтянула ее тело чуть вверх от земли и ближе к нему. Он легко поддерживал ее вес одной рукой, другой продолжая двигаться по бедрам и животу, пока не достиг верхней части бедер.

Стефани кивнула, когда увидела его глаза, желающие получить разрешение, а затем выдохнула, когда почувствовала, как его теплая рука, подняла подол ее платья так, что оно собрался вокруг ее талии. Убирая руку, которая была на ее талии, он аккуратно опустил ее на землю и, она вздрогнула, почувствовав, как ветки и листья начали колоть ее голые бедра.

Тейт увидел выражение ее лица и тихо зарычал, сорвал свою рубашку и подложил ее под нее. Она с благодарностью улыбнулась и пробежала руками по его теперь уже обнаженной груди, восхищаясь его видом, как он купался в ярком лунном свете.

Дыхание Стефани стало быстрым и поверхностным, ее сердце билось как бешенное, когда он потянулся руками вверх по ее ногам, поглаживая нежную кожу ее внутренней поверхности бедер, прежде чем начать двигаться все выше и выше. Когда они достигли чувствительной линии, прямо на краю ее трусиков, она изогнулась, немного хихикая от щекочущего чувства, когда он провел вверх и вниз.

Каждый нерв в ее теле, казалось, очутился в огне, когда Тейт скользнул двумя пальцами под резинку ее трусиков и стянул их вниз. Когда он откинул их прочь, она раздвинула ноги, отчаянно желая, чтобы он продолжил поглаживать и играть с ней. Прохладный воздух прошелся меж ее ног, но она уже настолько горела желанием, что совсем не чувствовала холод.

Он улыбнулся и развел ее ноги еще шире, прежде чем опуститься перед ней, удерживая вес на локтях. Затем, он опустился губами к ее розовому бутону, и прежде чем она поняла, его язык уже двигался вверх и вниз по ее щелочке, которая блестела от ее собственной влаги.

Он скользнул языком в ее складочки и вылизал все до конца, так медленно, прежде чем двигаться, вверх оседая на ее клиторе. Она задыхалась и извивалась под ним, не в состоянии вынести эти удивительные ощущения, которые его губы вызывали где-то внутри ее сердцевидки, и когда Тейт чертил, дразнящие круги на ее пульсирующем клиторе и передвинул одну руку, чтоб та оказалась меж ее ног.

Нажав пальцем он, посасывая ее клитор и, скользнул пальцем внутрь, чувствуя ее гладкую и теплую тесноту, порыкивая. Вибрация от его рта, направила дрожь по телу Стефани и она застонала, когда Тейт скользнул пальцем внутрь и из нее, двигая бедрами вперед нуждаясь, чтобы он был ближе.

Его рот продолжал лизать, сосать и покусывать ее между ног, пока она не почувствовала, будто может сойти с ума, она застонала, когда почувствовала напряжение закручивающееся в ее животе. Тейт скользнул еще одним пальцем внутрь и, стал покручивать оба пальца внутри нее манящими движениями, Стефани вдруг почувствовала охватывающие ее теплые волны экстаза.

Задыхаясь и всхлипывая, в то время как его руки и рот продолжали работать между ее бедер, она скользнула руками в его волосы и потянула.

— Пожалуйста, прекрати, — задыхаясь, сказала она. — Этого достаточно.

Он взглянул на нее с дьявольской усмешкой.

— Нет, этого не хватит. Это только начало милая, — прорычал он.

Передвинувшись вверх, он прижался своими губами к ее, и Стефани почувствовала свой вкус, когда они жадно исследовали друг друга еще раз. Она не могла поверить, что делает это. Всего несколько часов назад, она фантазировала о нем, а теперь он был здесь, между ее ног. Неважно, что он обратился в оборотня вчера, это ее не волновало. Все что имело сейчас значение, это то, как он заставлял ее чувствовать — чувственной, сексуальной и невероятно желанной.

Когда их языки переплелись, Тейт просунул руки в лямки ее платья, стянул их вниз по плечам, а потом прервал поцелуй. Ее полная грудь была в розовом бюстгальтере и на секунду, Стефани почувствовала неловкость, что не носит что-то сексуальное или что-то, что сочеталось бы с трусиками.

Хотя казалось, его это не волнует и, его глаза сверкнули желанием, когда взгляд задержался на ее декольте. Потянув чашечки вниз, он сжал ее груди, а затем аккуратно ущипнул и сжал ее соски, отправив дикую электрическую встряску по ее венам.

— Пожалуйста, — сказала она. — Ты нужен мне, внутри, сейчас!

Она могла чувствовать его твердый член у бедер, когда он начал двигать своими. Он по-волчьи оскалился, когда протянул руку и расстегнул штаны.

— Я хотел сделать это в течение всего дня, — прорычал он, оттягивая белье в сторону и направляя головку члена к ее гладкой щелочке.

Стефани испустила тихий стон предвкушения, когда почувствовала его толчки в ее вход и несколько секунд спустя, он толкнулся внутрь нее, закрыв глаза и, застонал, когда ее горячая теснота поглотила его. Используя мышцы, Стефани сжала и отпустила его член, когда он начал толкаться в нее, а затем инстинктивно выгнула спину, двигаясь в такт с ним.

Она и не думала, что будет так хорошо, но с каждым толчком внутрь нее, она чувствовала, будто взрывались фейерверки. Обхватив руками его спину, она провела ногтями вверх и вниз по его жестким мышцам, а затем провела ими дальше, обхватывая его подтянутый зад и притягивая его в себя так глубоко, как только могла.

Тейт ускорил движения внутри нее, а потом начал двигать бедрами круговыми движениями, попадая по таким местечками, о которых Стефани даже не догадывалась. Когда он скользнул рукой между их извивающимися, потными телами и начал тереть все еще чувствительный клитор, Стефани потеряла себя. Ее ноги бесконтрольно задрожали и, она зажмурившись, закричала, когда второй оргазм накатил на нее.

Ее голова кружилась от удовольствия, и все ее тело пылало изнутри. Тейт толкался в нее с дикой энергией, она, открыв глаза, смотрела, как он двигался туда и обратно, перемежая каждый толчок рычанием.

Без предупреждения, он вышел из нее и перевернулся на спину, а затем посадил ее сверху. Она с удовольствием оседлала его и опустилась на его член, зарываясь ногтями в твердые мышцы груди и живота, пока скакала на нем.

Тейт начал стонать, и она улыбнулась ему, прежде чем, откинувшись и упираясь руками ему в голени, используя их для поддержки, когда начала скользить бедрами вперед и назад. Она любила, какой наполненной она себя чувствовала в этом положении и ахнула от восторга, когда он вставил один палец ей в ротик.

После того, как она обсосала его, он вытащил палец и прижал его к клитору, потирая тот с деликатной точностью до тех пор, пока она снова не взорвалась на нем. Как только она оправилась от оргазма, он протянул руку и обхватил ее грудь снова, потянул чашечки лифчика вниз, а затем притянул ее грудь вперед, чтобы прикоснуться к ней.

В этой новой позе, он мог двигаться в ней, в то время как они терлись друг о друга и, всего несколько секунд спустя, Стефани кричала от удовольствия, пока очередная волна тепла растекалась внутри нее, затопляя разум и тело чистым экстазом.

В то время, когда мощные спазмы продолжали сотрясать ее сердцевину, Тейт схватил ее за задницу и, продолжал двигать ее взад и вперед по его члену. Мгновение спустя, он громко застонал и вздрогнул, а Стефани почувствовала, как ее заполняет теплая влага, когда он был глубоко внутри нее.

Полностью истощенная, она скатилась с него и легла на землю, не заботясь о том, что ветки покалывают тело, и когда, наконец, перевела дыхание, приподнялась на локтях и подтянула лямки платья по плечам.

— Где мои трусики? — спросила она, оглядываясь вокруг.

Тейт потянул ее вниз на землю, и обхватил ее своими сильными руками, крепко обнимая ее.

— Какая разница? — прорычал он. — Разве ты не говорила, что мы можем вернуться в дом?

— Ты прав, — сказала она. — Он всего в нескольких минутах ходьбы. Я уверена, что никто не заметит мое растрепанное состояние и то, что я без трусиков.

— Так, правильно ли я понял, это значит, что ты правда хочешь, чтобы я пошел с тобой? — сказал он.

— Конечно, — ответила она. — Я хочу, чтобы ты сделал то, что делал только что, снова и снова и никогда не прекращал.

Тейт по-волчьи оскалился.

— Ну, тебе повезло, Док. Я заметил, что один из плюсов оборотня в том, что у меня гораздо больше сил и энергии чем было.

Стефани усмехнулась ему, когда они встали и отряхнулись, прежде чем отправиться к ней в дом. Был ли он оборотнем или нет, она не могла отрицать, что нашла для себя идеального мужчину, и из того, что сказал Тейт, он, очевидно, нашел в ней идеальную пару для его нового статуса оборотня. В то время, как ей уже нравился Люпекс Бридж, ее будущее в городке казалось все ярче и ярче с каждым шагом, что они делали. Они не просто шли к ее дому, они вместе направлялись в новую жизнь.

Лия Харисон, взяла бокал с коктейлем и выпила первый напиток за сегодняшнюю ночь, прежде чем заказать второй. Ее лучший друг — Джеймс Веллингтон, сел напротив нее за столиком и стал перелистывать фотографии в цифровой камере. Он был заядлым фотографом, хотел запечатлеть каждый миг, за прошедшие три дня, Джеймс сделал более тысячи фотографий.

Он, вообще-то, был геологом по профессии, но предпочел путешествовать и исследовать этот мир, как это делала Лия. Она изучала антропологию в университете и настояла на том, чтобы Джеймс сопровождал ее в поездке по Европе, так что они могли проверить все древние археологические памятники, о которых она знала. Оба работали несколько лет после выпуска, так что у них было достаточно денег, для их продолжительного отпуска.

Сейчас они были в баре гостиницы в Нови Сад, городе в Сербии. У Лии вначале были некоторые проблемы с убеждением Джеймса, что Восточную Европу надо посетить, так как он не верил, что там может быть что-то интересное, но он пошел на уступки, когда прочитал на каком-то сайте о Сербии, что это родина оборотней. Лия не верила в сверхъестественное, но Джеймс был этим одержим, и постоянно пытался всех убедить, что такие существа, как оборотни и вампиры существуют на самом деле.

«Они существуют Лия. Вот увидишь. Я был прав!» говорил он на прошлой неделе.

Они были в стране уже неделю. После посадки в Белграде, они провели там два дня, а затем направились на восток, чтобы посетить Лепенски Вир; наиболее интересное место, о котором Лия узнала за всю свою ученую жизнь. Затем, они отправились на северо-запад в Нови Сад. Отель, в котором они остановились, назывался «Вук» и был довольно хорош и очень дешевый, по сравнению с тем, что они должны были бы заплатить в Австралии, откуда они и были оба родом.

Из всех стран, что они посетили до сих пор, Сербия была у Лии любимой… в основном, потому что мужчины здесь были очень привлекательны. Казалось, куда бы она ни пошла, везде бродили высокие и сексуальные мужчины. Но не только это; их акцент делал ее по-настоящему дикой. Славянский акцент был невероятно горяч. Она не сказала это Джеймсу, он бы только посмеялся над ней. Опять же, он тот, кто приехал сюда, чтобы найти оборотней, — подумала она и улыбка появилась на ее лице.

Пока они ели и попивали свои напитки, она осмотрелась вокруг. Бар был не сильно забит, хотя было уже девять часов вечера. Когда она повернулась обратно к Джимми, то увидела, как группа молодых людей вошли в комнату и направились прямиком к бару. Они все казались, чем-то взбудоражены, и она попросила Джеймса перевести. Она мало говорила на сербском, но он сумел выучить довольно много. Джеймс поднял глаза от камеры и, склонив голову в сторону, прислушался.

— Хм… похоже их футбольная команда выиграла. По крайней мере, это то, что я понял из разговора. А что?

— О, нет, ничего, мне просто было интересно, — ответила Лия, бросая взгляд на группу.

Один мужчина в особенности выделялся. Он был высокий и мускулистый, с короткими темными волосами, и когда он повернул голову в сторону, то она увидела, что у него были пронзительные зелено-голубые глаза. Когда она смотрела на него, то внезапно занервничала. Есть что-то странное в нем, — подумала она. Но он такой сексуальный. Джеймс проследил за ее взглядом и громко вздохнул.

— Ах, так вот оно что. Ты выбрала себе мужчину, да?

Он усмехнулся и шутливо пихнул ее.

— Заткнись! Это не так, — сказала она, смеясь.

— Похоже, они решили устроить конкурс, кто кого перепьет, чтобы отпраздновать, — сказал он, все еще прислушиваясь к разговору.

— Я не участвовала в таком со времен старшей школы, — заметила Лия.

— Ну, учитывая, сколько ты пьешь, я уверен, ты могла бы одержать победу, — подразнил он ее.

Они закончили с едой и обсуждали свои дальнейшие планы на поездку, а через полчаса или около того, группа мужчин стала еще громче и более буйной. Джеймс продолжал слушать.

— Окей, они всем бросают вызов, тем, кто сможет перепить одного из парней в питьевом споре. Кто сможет быстрее выпить огромный стакан пива, тот и победит.

— Кхм. Я не пила пиво со школы, — сказала Лия.

Это могло прозвучать, будто она была молоденькой девчушкой, но она предпочитала фруктовые коктейли.

— Думаю, ты сможешь пойти против него, — сказал Джеймс, с хитрым огоньком в глазах.

— Нет! — сказала она, но прежде чем Лия смогла остановить его, он встал и подошел к мужчинам. На ломаном сербском, он спросил, говорит ли кто-то из них на английском, потому что его друг хочет бросить им вызов. Один из мужчин ответил ему на прекрасном английском.

— Да, я говорю на английском. Меня зовут Милош. Кто твой друг? И откуда вы?

Лия спрятала лицо в ладошках и надеялась, что Джеймс оставит ее в покое, но он указал прямо на нее.

— Я Джеймс и мы из Австралии. Это она. Ее зовут Лия.

Мужчина рассмеялся и перевел фразу Джеймса остальной группе. Они все рассмеялись, а затем один из них, быстро сказал что-то англо-говорящему мужчине на сербском. Тот посмотрел на Джеймса и перевел.

— Хорошо, пусть твоя подруга подходит. Она будет против Ненада. Никто никогда не побеждал его в этом. Знайте, у нее нет никаких шансов. Но на это будет интересно посмотреть.

Лия встала и подошла к группе мужчин и зашипела на Джеймса.

— Я собираюсь прикончить тебя. Но я подожду с этим, и тогда ты будешь мучиться от вины, когда я умру от алкогольного отравления.

Она улыбнулась остальным мужчинам, которые с удивлением смотрели на нее. Даже с учетом ее ботинок на каблуках, ростом она была всего пять футов три дюйма и, не смотря на ее четырнадцатый размер, у нее не было шансов на победу, вот этим-то, они были удивлены. Высокий, темноволосый мужчина, на которого она обратила внимание ранее, шагнул вперед и посмотрел на нее сверху вниз. Его взгляд на мгновение задержался на ней. Было что-то странное в выражение его лица. Его глаза сверкали, и она не могла понять почему. Разозлился ли он, что я бросила ему вызов? Спросила себя Лия.

В следующий момент, он улыбнулся и сказал что-то по-сербски Милошу. Его акцент и глубокий голос послал дрожь по ее позвоночнику, и она почувствовала теплое ощущения, пробиравшее ее вниз от шеи.

— Он говорит, что чувствует себя плохишом, конкурируя с тобой. Ты на фут его меньше, нет ни единого шанса, что ты сможешь выпить столько же алкоголя, сколько и он. Почему ты думаешь, что сможешь победить? — спросил Милош.

— Потому что я из Австралии, — сказала Лия, так, будто это был самый очевидный ответ в мире.

Она посмотрела с вызовом на Ненада, когда говорила. Милош перевел все ему и, когда он снова заговорил, его глаза все еще сверкали.

— Он был в вашей стране раньше, так же как и я. Ваш алкоголь слабый; даже ваш кофе слабый, — сказал Милош.

— Ну, это, наверное, потому, что австралийцы смотрели на вас, и думали, что вы выглядите как маленькие слабые девочки, и лучше бы дать вам напитки послабее, — ответила она.

Милош перевел ее слова и мужчины засмеялись, все, кроме Ненада, который свирепо смотрел на нее и сказал что-то. Она не поняла что, но его голос прозвучал сердито.

— Ладно, давайте начнем. Он сказал, что посмотрит, как маленькая глупая девочка погубит себя, — сказал Милош.

Она посмотрела на Ненада, когда Джеймс принес их напитки; два огромных бокала пива. Она сглотнула, когда поняла насколько влипла; Лия сомневалась, что, столько жидкости поместиться в ней. Хотя, Джеймс всегда дразнил ее тем, насколько она быстро пила и съедала все, так что возможно у нее все же был шанс. Она сняла теплое черное пальто, которое одела поверх чулок и черно-белого полосатого платья с длинными рукавами и сделала вид, что не заметила, как Ненад осмотрел ее сверху вниз. Как только она мельком взглянула на него, ей показалось, что его глаза пару секунд светились желтым. Игра света? Подумала она.

Возможно, у нее и был четырнадцатый размер, то, что некоторые называют полненными, но ее бедра и талия по-прежнему формировали великолепную пышную фигуру песочных часов. Подрастая, Лия всегда была неуверенна в ее полной груди и бедрах, но, в конце концов, пришла к выводу, что она могла привлекать многих мужчин, своим чувственным телом. Теперь, она надеялась, что ее фигура сможет отвлечь его хоть немного, но ей не повезло. Лицо Ненада ожесточилось и, он снова впился в нее взглядом, когда один из мужчин стоящий рядом с ним, что-то сказал ему.

Выпивка стояла перед ними на столе и, Милош делал отсчет от трех.

— Пейте! — крикнул он, когда достиг одного.

Лия взяла бокал и стала пить как можно быстрее. Слишком медленно, слишком медленно, скандировала одна мысль в мозгу, пока она продолжала пить пиво. Она всегда ненавидела вкус пива, но сейчас не хотела проиграть и выглядеть глупо перед этим человеком. Он был очень привлекательным, но, подумала она, и слишком высокомерен; и это не то качество, которым она восхищалась в каком-либо человеке. Когда последняя капля скользнула по бокалу, она со стуком поставила его на стол, и через две секунды за ней повторил Ненад. Все начали аплодировать, а Джеймс похлопал ее по плечу.

— Ты представила Австралию, — сказал он, смеясь.

Лия не могла поверить, что на самом деле выиграла. Она вытерла капельку пива, что стекала по ее подбородку, и посмотрела на Ненада. Он по-прежнему смотрел на нее и, его лицо было немого красным. Он чувствует себя неловко, что проиграл «маленькой девочке» подумала она и улыбнулась ему. Его яркие сине-зеленые глаза, казалось, вновь засветились желтым на долю секунду и он отвернулся. Лия протерла глаза, удивляясь тому, что снова видела то, чего не могла. Думаю, я просто уже опьянела. Еще через час, то огромное количество пива, что она выпила, действительно начало действовать на нее.

— Я чувствую легкое головокружение. Наверно, я поднимусь наверх и прилягу. — Сказала она Джеймсу.

— Хорошо. Я останусь здесь и побуду еще с этими ребятами. Увидимся утром, — ответил он.

Лия поднялась в гостиничный номер, Джеймс забронировал две смежные комнаты для них, у них была общая ванная, но в то же время они все еще имели личное пространство. Все еще чувствуя головокружение, она включила телевизор и забралась в постель. Спустя полчаса она вздохнула. По телевизору не шло ничего интересного, и она не могла уснуть. Ее голова уже кружилась меньше и она встала налить себе стакан воды, когда позвонил гостиничный телефон.

— Алло? — ответила она, взяв трубку.

— Эй, это я, — сказал Джеймс, его голос был невнятный.

— Воу, да ты пьян, — поддразнила она его.

— Да, в любом случае, ты оставила свое черное пальто здесь. Я собирался взять его, но на того парня, Ненада, пролили напитки. Я сказал ему, что он может воспользоваться нашей ванной, и он ответил, что возьмет твое пальто с собой.

Тьфу, последнее, что мне хотелось бы сделать, это иметь дело с этим раздражительным, высокомерным мудаком.

— Все хорошо? — спросил Джимми, когда она ничего не ответила.

— Ох. Гм, да, все хорошо. Я поговорю с тобой позже.

Повесив трубку, Лия вошла в ванную, чтобы поправить волосы и макияж. Даже если ей не нравился Ненад, после часа их знакомства, что-то заставляло ее заботиться о том, как она выглядит перед ним. Спустя пару мгновений, она услышала громкий стук и открыла дверь. Ненад возвышался над ней в дверном проеме, его белая футболка была покрыта чем-то красным.

Не говоря ни слова, он подал ей пальто и прошел мимо нее.

— Конечно, заходи, добро пожаловать, — сказала Лия с саркастической усмешкой, прежде чем вспомнила, что он ее не понимает. — Жаль, что ты не говоришь по-английски, а я не говорю на сербском, потому что, тогда я рассказала бы, каким высокомерным придурком я тебя считаю, — продолжала говорить она, мило улыбаясь.

Он, наверное, думает, что я говорю что-то милое и вежливое, — размышляла она, когда он посмотрел на нее и улыбнулся.

Он сказал что-то на сербском, а затем снял с себя футболку. Взгляд Лии задержался на его сильной мускулистой груди и руках, прежде чем показать пальцем в сторону ванной. Он снова улыбнулся и бросил футболку на пол, она вздохнула. Здесь была маленькая кухонька на другой стороне номера, поэтому, она решила попробовать замыть пятно на его футболке там. Она в любом случае не могла уснуть, и все равно нечего было делать в одиннадцать часов вечера. Пятно сошло на удивление легко, и Лия повесила футболку на стул, прежде чем сесть на другой. Она слышала, как работает душ и, не смотря на нелюбовь к Ненаду, она не могла удержаться, прикрыла глаза и представила его обнаженное тело под теплыми струями воды, как она стекала по нему. Мммм…

Ее фантазии были прерваны минуту спустя, когда она услышала какой-то шорох перед ней и открыла глаза. Душ был выключен и Ненад стоял рядом с ней, вопросительно смотря на нее. Белое полотенце было обмотано вокруг его бедер, а на темных волосах блестели капельки воды. Быстро сказав что-то на сербском, он продолжил смотреть на нее и она вздохнула.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь, но твоя футболка вон там. Я выстирала ее, но она все еще влажная. Ты можешь остаться здесь и посмотреть со мной телевизор, пока она высохнет, — сказала она, указав сначала на футболку, а затем на телевизор.

Ненад повернулся, посмотрел в ту сторону, куда она показывала, а затем вновь посмотрел на Лию. Он снова сказал что-то на своем языке и, Лия почувствовала, что может растаять. Этот акцент. Но вспомнив, что он ее раздражает, она решила продолжить оскорблять его на английском, для собственного развлечения.

— Ты выглядел таким грустным, когда я победила тебя. Тебе не нравится проигрывать маленьким девочкам, не так ли? Ты думаешь, что ты большой, сильный и мужественный, ведь так? — сказала она с приклеенной экстра-милой улыбкой на лице.

Его глаза вдруг словно засветились ярко янтарным светом, и он посмотрел на нее сверху вниз.

— На самом деле, я просто не люблю, кому-либо проигрывать, — ответил он, на прекрасном английском.

Улыбка моментально слетела с лица Лии, а ее рот широко открылся от удивления. Ее лицо горело от смущения, и она знала, что ее щеки стали ярко красными, когда она заговорила.

— Ты говоришь по-английски? Что… что с твоими глазами? — спросила она, потирая глаза.

Я определенно вижу невозможные вещи снова. Я сегодня слишком много выпила.

— Я никогда и не говорил, что не знаю английский. Вы просто предположили, что я не знаю, а я не стал разуверять, — сказал он, проигнорировав ее вопрос о глазах.

— Почему… почему ты сделал вид, что не понимаешь нас, тогда, раньше?

Его глаза заблестели еще ярче, когда он посмотрел на нее и, Лия заерзала на стуле. Что, черт возьми, происходит?

— Таким образом, мы могли говорить что-то о вас на своем языке, не вызывая подозрений, — ухмыльнулся он. — Твой парень знал, о чем мы говорим, но он подумал, что это весело и ничего не сказал тебе. И еще, я позволил тебе выиграть.

— Джеймс не мой парень. Он просто друг. И я определенно победила, — ответила она сердито, несмотря на холодок, пробегающий по спине.

— О, я вижу. Знаешь, можешь думать, что победила, но ты просто не очень хорошая девочка. Мой вид не часто сравнивают с «маленькими девочками», — сказал он, улыбка играла на его губах.

Лия посмотрела в пол, не в силах встретиться с его взглядом. Постойте… что он имеет в виду, «мой вид»? И его глаза…

— Что ты? — спросила она, быстро поднимая голову вверх.

— Ты действительно еще не поняла? — ответил он.

Она не ответила и снова посмотрела в пол. Чем бы он ни был, он заставлял ее нервничать. Ненад тихо засмеялся, а затем снова заговорил:

— Почему бы мне не показать тебе?

Лия в шоке уставилась на него, когда он стал превращаться на ее глазах. Его уши вытянулись и передвинулись, руки и ноги стали лапами, а мех появился на руках и груди. Через пару секунд, огромный, мощный серо-белый волк сидел перед ней и смотрел прямо на нее.

Рука сразу подлетела к губам. Он оборотень? О Боже… Джеймс был прав! Она смотрела в ужасе на волка, а он рванулся к ней. Встав со стула, она попыталась убежать, но он прыгнул на нее. Лия упала на кровать и, сразу же, ее придавило тело этого существа.

— Прости! — выдохнула она в ужасе. — Я не хотела тебя обидеть! Пожалуйста, не ешь меня.

Она зажмурилась и к удивлению, волк не стал разрывать ее на части когтями и зубами. Вместо этого, он мягко лизнул ее лицо, а затем прижал ее плечи и шею. Лия не открывала глаз, а затем услышала знакомый глубокий рычащий голос.

— Хорошо, я прощаю тебя. Видишь ли, я говорил не очень приятные вещи о тебе раньше.

Глаза Лии широко распахнулись и, она увидела, что сейчас придавлена Ненадом, у которого все еще было полотенце вокруг бедер. Она почувствовала, как ее ноги задрожали под ним, когда прошептала:

— О чем ты говоришь?

— Ну… я не думаю, что такая маленькая девочка как ты, сможет вынести то, что я говорил, — ответил он ехидно улыбаясь, а его янтарные глаза сверкали.

Лия сглотнула и вдруг обрела голос и настрой снова. Если бы он хотел порвать меня на части за грубость, то уже сделал бы это. Ему должно быть нравится, когда я начинаю дерзить.

— Я победила тебя в конкурсе выпивки, так что уверена, что смогу вынести любую гадость, которую ты говорил обо мне! — сказала она, надеясь, что голос, не выдал ее нервозность.

— Ох, я и не сказал, что когда-то говорил что-либо гадкое о тебе. Я сказал, что это были не самые приятные вещи. Это может означать, больше одной такой фразы. — Сказал он, яркие глаза по-прежнему смотрели на нее.

Он наклонился к ней ближе и, Лия с трудом сглотнула, когда знакомый жар стал ползти вниз по шее. То же чувство в его глазах, что она видела раньше, вернулось и, она поняла, что это было чистое возбуждение. Он испытывал тоже влечение, что и она к нему. Когда тепло распространилось между ног, она сказала себе, что это была лишь реакция на алкоголь. Ненад встал с нее, схватил за руки и поставил ее на ноги.

— Ты действительно хочешь знать, что я говорил о тебе? — пробормотал он, смотря в ее большие карие глаза.

Когда она посмотрела на него, он запустил руку в ее волнистые белокурые волосы и погладил ее по голове. Исходя из этого, Лие пришла довольно хорошая идея, о том, что он сказал, хотя она хотела в любом случае, чтобы он рассказал ей. Несмотря на первоначальную неприязнь к этому мужчине, ее тело реагировало на него так, как не реагировало уже многие годы.

— Да. Расскажи мне. Но сначала… расскажи мне больше о том, что ты, — прошептала она.

Он не ответил. Вместо этого, он наклонился и поцеловал ее. Его теплые губы нежно прижались к ее, а его язык искал вход в ее рот. Лия приоткрыла губы и позволила ему углубить поцелуй, положив руки ему на грудь, она обвела очертания его жестких мышц, пока их языки жадно исследовали уста друг друга.

Когда он прервал поцелуй, то притянул ее ближе, провел руками по пышным бедрам и остановился на ее спине. Когда она прижалась к нему, то почувствовала, как что-то толкается в нее через полотенце и, понимая, что это, притянула его к себе и поцеловала Ненада, прежде чем скользнуть правой рукой по животу. Медленно она пробралась рукой под полотенце, а он начал проводить носом по ее шее. Дрожь пробежала вниз по спине, и она остановила руку чуть выше его твердого члена. Ненад откинулся назад, наклонился и нежно убрал ее руку.

— Еще нет, — прошептал он, прежде чем прижаться губами к ее шее, покусывая ее и двигая их обоих к кровати.

Его руки двигались по ее спине, но на этот раз, он медленно сдвинул их вверх и остановился на верхней части молнии ее платья. Усмехнувшись, он потянул молнию вниз и сдвинул платье с плечей. Под ним, она была одета в черно-синий кружевной бюстгальтер и такие же трусики, а ее ножки были в длинных тонких чулках. Его глаза загорелись еще ярче при взгляде на нее, он провел руками по всему ее телу, лаская и поглаживая. Лия вздохнула, когда почувствовала, как его грубые руки касаются ее и в ответ тоже провела руками по нему.

Ненад опустился на колени и взялся за резинку одного из высоких чулок. Смотря на нее, он улыбнулся, а затем медленно начала снимать чулок с бедра по ножке, а затем на пол. После повторения этого же и с другой ножкой, он отступил и провел рукой вверх по ее правому бедру, остановившись на ее попке.

— Я хочу, чтобы ты сняла это, — потребовал он, скользнув другой рукой на переднюю часть трусиков и начиная медленно ласкать ладонью.

Даже сквозь кружево, он мог чувствовать какой гладкой и голой она была. Лия была рада, что сделала восковую депиляцию три дня назад, хотя Джимми посмеялся над ней:

«Мы путешествуем, тебе действительно нужно посетить салон красоты?»

Он просто издевался над ее суетливостью. Но это окупалось сейчас, хотя бы, потому что Ненад приглушенно прорычал и укусил ее за шею, продолжая ласкать ее, и его глаза горели желанием к ней.

— Только, если ты расскажешь о своем виде и о том, что ты говорил обо мне, — прошептала она.

— Я потом тебе расскажу, — ответил он, проводя рукой вверх и вниз по спине, а затем сжимая ее попку.

Другая его рука продолжала ласкать ее поверх нижнего белья, и она вздохнула, когда почувствовала покалывающие разряды в теле. Когда он ласкал ее, она могла сказать точно, что становилась мокрой, а ее нижнее белье повлажнело под его рукой.

— Я хочу знать сейчас! Если ты не собираешься говорить мне, то я не сниму это, — сказала она, смотря ему в глаза.

Он покачал головой, а она надула губки. Именно тогда и там, она поняла что делать. Оборотень он или нет, я хочу его.

— Может, тебе нужен какой-то стимул? — сказала она.

Она сняла с него полотенце одним быстрым движением и опустилась на колени. Он взглянул на нее и улыбнулся, увидев, как ее глаза расширились при виде его твердого и гладкого члена. Крепко сжимая основание его члена одной рукой, она стала поглаживать его вверх и вниз, постепенно увеличивая скорость. Глядя на него, она улыбнулась и медленно провела кончиком языка по губам. А затем взяла его в рот и ласково пососала головку, прищелкивая язычком, когда она это сделала, Ненад застонал в знак одобрение, его руки опустились ей на голову, поглаживая волосы в знак поощрения.

Свободной рукой, Лия слегка погладила его бедра, а затем взяла в руку яички. Она захватила его больше, когда он заскользил ей в горло и, продолжила сосать, лизать и двигаться, а затем слегка сжала яички в руке. Как только она это сделала, он застонал в одобрении и, схватив ее за волосы, стал толкаться сам. Она позволила ему сделать это, принимая его все глубже и глубже в горло с каждым толчком, и уже через пару мгновений, почувствовала, как его яички слегка подтянулись в ее руке. Со стоном он толкнулся еще раз ей в рот, прежде чем солоноватая, горячая сперма попала ей в горло.

Лия проглотила все, а затем снова посмотрела на него, проводя языком по губам. Ненад поднял ее на ноги, а затем наклонился и скользнул губами к ушку.

— Если ты и, правда, хочешь знать обо мне, сними это, — прорычал он, слегка теребя ее нижнее белье.

Она с радостью повиновалась, стянув трусики по ногам, когда он протянул руку и расстегнул лифчик. Они стояли обнаженные друг перед другом, любуясь телами, а затем Лия толкнула его, сильно. Он упал на кровать, потянув ее за собой. Она ахнула, когда почувствовала, как его член упирается ей в бедро, и понимая, что он уже твердый. Оседлав его, она схватила Ненада за руки и положила их на свои полные груди, ее розовые соски тот час отвердели, когда он начал сжимать их.

Пока он ласкал и сжимал ее, Лия стала двигаться по его телу своим. Ненад пробормотал что-то на своем языке, и она снова почувствовала покалывание между ног. Было что-то странное с этим акцентом, который делал каждое его слово настолько мощным, мужественным, не говоря уже о том, насколько сексуальным. Кроме того, все было, наверное, еще и в том, что он был сверхъестественным существом, что делало весь опыт еще горячее.

Он скользнул одной рукой к ее клитору и начал поглаживать ладонью. Она застонала, от его прикосновений и наклонилась вперед, чтобы поцеловать его в шею и мочку уха. Медленно он скользнул пальцем внутрь нее, продолжая стимулировать клитор подушечкой большого пальца, она простонала, когда он сжал пальцы и прижался к стеночке ее теплой влажной киски.

Горячие ощущения затопили все тело Лии, когда она почувствовала приближение оргазма и, закрыв глаза, застонала от удовольствия. Было такое чувство, что оборотень мог читать ее мысли и точно знал, когда и где нужно прикоснуться к ней. Ненад рассмеялся, а затем отстранился.

— Нет! Почему ты остановился? — спросила она, пытаясь схватить его руку и вернуть ее туда, где та была.

Он притянул ее ближе к себе и прошептал на ушко:

— Когда я увидел тебя раньше, то сказал, что ты самая сексуальная штучка, которую я видела за последние годы. Тогда же, я сказал, что позволю тебе выиграть, а затем оттрахаю жестко и быстро, как ты того заслуживаешь, за смелость бросить вызов Альфе.

— Что в этом плохого? — Выдохнула она, чувствуя себя больше польщенной, чем оскорбленной. — Это то, кто ты есть? Альфа оборотень?

— Да. Это не очень хорошая вещь, чтобы сказать о такой хорошенькой леди как ты, не так ли? — прорычал он, хватая ее за задницу и сжав ее, прежде чем приподнять и опустить на свой толстый, твердый член.

Лия ахнула, когда он вошел в нее и, откинувшись назад, стала раскачиваться назад вперед. Она была безнадежно потеряна. Ненад рыкнул и позволил ей сделать всю работу, сжима ее полные груди, пока она скакала верхом на нем. И всего через пару мгновений, Лия взорвалась в оргазме, радость и тепло наполнили ее тело, она не могла поверить, насколько лучше, она себя чувствовала с оборотнем, чем с обычным человеком.

Когда ее внутренние мышцы стали сокращаться вокруг его члена, Ненад притянул ее за волосы ближе к себе и бормотал что-то на ушко. Она не понимала что, но его глубокий, хриплый голос, в сочетании с его сексуальным акцентом, сделали так, что ее голова пошла кругом от желания, и она не хотела, чтобы он прекращал это делать с ней.

Когда она пришла в себя после первого оргазма и ее глаза сфокусировались, Лия поднялась с него, отвернулась и выгнула спину, глядя на него через плечо.

— Ты сказал, что оттрахаешь меня жестко и быстро, как Альфа, — сказала она. — Так сделай же это.

Он зарычал и двинулся за ней, и она задохнулась в предвкушении, когда почувствовала, как головка его члена уперлась в нее. Одним быстрым движением он вошел в нее, а затем начал двигаться в ней, все быстрее и жестче с каждым движением. Несколько минут спустя, он шлепался об нее, ее яйца хлопали по ее бедрам, а Лия стонала и задыхалась от наслаждения. Ненад замедлился на мгновение, нашел пальцами ее клитор и потер его.

Лия почувствовала очередную волну удовольствия, что поглотила ее, и закричала, пока он продолжал долбить ее жестко и быстро. Она почти рухнула на живот, но он держал ее и наконец, он застонал от удовольствия и излился глубоко внутри нее. И спустил немного на живот, Лия вздохнула со смесью счастья и усталости, он взял салфетки с тумбочки и протянул ей, а затем перевернул ее. Ложась на нее, он втиснулся между ее ног и наклонился, чтобы поцеловать ее.

— Ты чертовски сексуальна, — пробормотал он, оторвавшись от нее. — Женщина с таким формами, как у тебя, может сделать любого Альфу диким.

— Теперь ты весь потный, — ответила она. — Может, ты должен принять душ снова.

— Только если ты присоединишься ко мне, — прорычал он, прежде чем встать с кровати и, рывком, поставив ее на ноги.

Они вбежали в ванную и зашли в душ вместе, Лия прикрыла глаза, когда теплая вода заскользила по ее телу. Когда она открыла глаза, Ненад смотрел на нее с улыбкой, а, затем, не говоря ни слова, он опустился на колени. Разведя ее бедра руками, он скользнул губами между ее ног, а затем глянул на нее и усмехнулся. Вздох нетерпения вылетел с губ, и она снова закрыла глаза, а за тем ахнула, когда почувствовала холодный нос, обнюхивающий ее бедра. Посмотрев вниз, она увидела, что Ненад снова стал волком и, казалось, что он пытался унюхать ее запах.

Через пару секунд, он снова был человеком. Он провел языком по теплой, влажной щелочке, а затем облизал всю дорожку до верха медленно. Лия все еще была чувствительна после двух оргазмов, и застонала, когда он начал посасывать клитор. Обхватив его голову руками и проводя по волосам в знак поощрения, она позволила ему продолжить, пока ее ноги не задрожали.

— Ненад, я так близко, — выдохнула она, потянув его за волосы.

Он скользнул двумя пальцами внутрь нее и почувствовал, как обвились мышцы вокруг него, когда она скользнула за край и застонала от удовольствия. Когда ее ноги задрожали и подкосились, Ненад встал, поднял ее на руки и прижал к стене. Она сцепила ноги за его спиной и захныкала, когда он грубо вошел в ее тугую, скользкую влажность. Как? Он снова твердый? Удивилась Лия. Может быть, все обороти такие? Если так, то я точно знаю, что буду искать в мужчине теперь… Лия почувствовала свой вкус на его губах, когда он поцеловал ее, она впилась ногтями в его подтянутую задницу, когда он начал двигаться.

Изо всех сил стараясь не поскользнуться на мокрой плитке, Ненад двигался в ней, поддерживая ее вес на своих руках. Он уткнулся лицом ей в шею и тихо зарычал.

— Знаешь, я нарочно позволил пролить напитки на меня, для того, чтобы прийти сюда и увидеть тебя, — сказал он, его голос был низким и хриплым.

Его голос и акцент снова отправили Лию через край, и она закричала от удовольствия, пока он продолжил двигаться в ней. Ненад застонал, снова почувствовал, как ее внутренние мышцы сжались вокруг его члена и спустя еще один толчок, он пришел к удовольствию, его теплое липкое семя излилось глубоко в нее. Истощенный, он остался в ней на мгновение, не доверяя ногам достаточно, чтобы куда-то двигаться.

В конце концов, он вышел из нее и, поставив ее, вышел из душа. Когда он вытерся, то восхитился телом Лии, пока она оставалась в душе, убирая липкую, белую жидкость, что стекала по ее бедрам. Она вышла из душа, и он сразу протянул ей мягкое белое полотенце. Посмотрев в его глаза, когда вытерлась, она стала расспрашивать его.

— Ведь действительно ты не поддавался мне раньше? Я видела, как смущенно ты смотрел потом.

Ненад посмотрел на нее сверху вниз и улыбнулся. Впервые Лия заметила, что его улыбка не была высокомерной; скорей она была дружественной и поддразнивающей.

— Хорошо, я признаю это. Я не поддавался тебе. Ты победила меня. Ты первая человеческая женщина победившая альфу. Поздравляю, — сказал он, прежде чем подхватить ее и относя обратно в комнату.

Он бросил ее на кровать и наблюдал, как она укрывается простыней.

— Моя футболка выглядит еще мокрой, поэтому, я наверно останусь здесь на ночь, — сказал он с огоньком в глазах.

— О нет, — сказала Лия, изображая досаду, прежде чем улыбнуться и поманить его присоединится к ней в кровати. — Ты обещал рассказать мне о своем виде.

Он лег рядом с ней и заключил ее в свои крепкие объятия, прежде чем пуститься в объяснения того, как появились оборотни в Восточной Европе, там, где сейчас стоит Белград. Лия была поражена, и пожалела, что не слушала, что ей говорил Джеймс обо всей его теории раньше. Черт, Джеймс… он оказался прав, подумала она с улыбкой. Только плохо для него, что оборотня нашла я, а не он.

Легкий ветерок трепал каштановые волосы Мии Гартланд, длинною до плеч, когда она внимательно изучала множество фотографий, которые ее коллега Каллум сделал во время интервью, которое они только что брали. Она была репортером Личефилдской Городской Газеты уже два года и интервью, что она брала, было с женщиной, у которой было двадцать кошек, кому, черт возьми, это интересно? Думала она, удивляясь, почему шеф всегда давал ей такие ненужные задания. Она была хороша в своем деле и еще была замечательным писателем, так что было ощущение, что все это было от того, что шеф думал, что женщина не может выполнять ту же работу, что и мужчина, не смотря на то, что множество раз доказывалось обратное.

Это можно считать жалобой, но честно говоря, она даже не хотела здесь работать. После изучения английского и творческого письма, она мечтала писать романы. К сожалению, жизнь ставит препятствия и это единственная работа, которую она смогла найти по специальности. Чтобы оплатить счета, она должна была работать шестьдесят часов в неделю; и это совсем не оставляло времени на обдумывание ее истории.

— А как насчет этого? — спросил Каллум. — Если ты опубликуешь это в статье, она будет любить тебя вечно. Она выглядит на этой и правда человечной.

— Это не очень приятно, — сказала она, пытаясь подавить смешок.

Хотя он был прав. Женщина была похожа на стереотипную «безумную леди кошатницу», из фильмов. — Длинные, редкие волосы, странная одежда и очень широко посаженые глаза, и поэтому она выглядела так, будто у нее не все дома.

— Ну, мы опережаем график работы. Давай пойдем и выпьем кофе. Тебе нужен перерыв, — сказал Каллум. — Ты работала до девяти прошлой ночью.

— Откуда ты знаешь, что я была в офисе вечером?

— Потому что и я был здесь, — ответил он с сардонической усмешкой. — Давай, давай, пойдем в Leaf and Bean.

Десять минут спустя, двое коллег наслаждались латте в их любимом кафе. Наблюдая, как мир суетится за окном. Это была хорошая суета, что помогло расслабиться и Миа, глубоко вздохнула, откинувшись в кресле.

— Плохо, да? — сказал Каллум, придвинувшись и похлопывая ее по руке. — Не волнуйся, я уверен, тебя скоро повысят. Ты так много работаешь.

— Не знаю. Кажется, Боб ненавидит тот факт, что я женщина, — ответила она.

— Думаю, Боб ненавидит тот факт, что женушка орет на него, за его взгляды на тебя, — сказал Каллум.

— Что?

— Ой, да ладно Миа. Я думал, ты знаешь. Всякий раз, когда ты не видишь, он смотрит на тебя и делает совсем… непристойные комментарии о твоем теле.

— Воу, нет, я не знала.

Боб Картер, был их боссом, и работа на него была ужасна для Мии. А теперь, можно добавить сексуальные домогательства, к списку того, что я ненавижу в нем, подумала она. Она мечтала о том дне, когда сможет бросить все это и заняться ее первой книгой, но чем больше Миа думала об этом, тем больше ей казалось, что это не случится. Никогда. Ну, такова жизнь, я думаю.

Она даже не была удивлена, что кто-то делал замечания по поводу ее тела за спиной. Еще в колледже, люди говорили ей это в лицо. Ее плотная фигурка, часто вызывала зависть других женщин и в то время, когда она была одинока, у нее было несколько поклонников. Честно говоря, она не знала, почему люди думали, что ее тело было красивым — половину всего времени, она чувствовала себя полной и нежеланной.

— Кстати говоря, о взглядах, Миа… не смотри, сейчас два человека наблюдают за тобой, — сказал Каллум, почти переходя на шепот.

— Где? — спросила она.

— Второй столик слева.

Миа сделала вид, будто почесала нос и повернула голову немного влево, Каллум оказался прав. Двое мужчин смотрели прямо на нее. Когда они поняли, что их поймали с поличным, то отвернулись и заговорили друг с другом. Она почувствовала острый укол желания и быстро связала это с мужчинами. Один выглядел обычно, но второй… вау. Он был абсолютно великолепен, с короткими темными волосами и даже, из того что она заметила, когда он смотрел в ее сторону, у него были потрясающие сине-зеленые глаза.

— Вау. Я натурал, но это и, правда, красивый парень, — отметил Каллум.

Миа повернулась к нему, чувствуя, как щеки заливает румянец.

— Ой… Миа влюбилась! — продолжал он дразнить ее.

— Нет, не влюбилась. Заткнись, — сказала она, прежде чем тихо рассмеялась.

— Ну, он идет сюда.

— Что?

Прежде чем Каллум смог ответить, Миа услышала спокойный мужской голос слева от нее.

— Здравствуйте Мисс. Меня попросили передать Вам это.

Повернув голову, она увидела сексуального мужчину, который стоял рядом и протягивал ей конверт. В замешательстве, она взяла его, и когда их руки соприкоснулись, она могла поклясться, что почувствовала искру, которая пронеслась по венам.

— Что это? — спросила она, наконец, вернув себе дар речи.

Мужчина не ответил, лишь улыбнулся, а затем ушел, оставив кафе со вторым парнем.

— Гм… и что это, черт возьми, значит? — спросил Каллум. — Открой конверт!

Она так и сделала, аккуратно разорвала сторону конверта и вытащила содержимое. Это был тисненый лист бумаги, и это, оказалось своего рода рукописным приглашением.

— Тут сказано, что я приглашена к Дамиену Колингвуду, который «выражает интерес», об интервью о какой-то работе в Колингвуд Истед, — сказала она.

— Эээ… Колингвуд Истед? Почему эти люди отдали это тебе?

— Не знаю. А что за Колингвуд Истед?

— Вау, ты называешь себя репортером и никогда не слышала о Дамиене Колингвуде? — сказал Каллум, приподнимая бровь.

— Просвети меня.

— Он действительно, жутко богатый парень. Я думаю, он миллиардер. Сделал капитал на фондовом рынке и теперь владеет множеством компаний в других городах. Здесь же, ничего, кроме его недвижимости. В Клеренс Гарденс. Все знают, что он живет здесь, но вряд ли кто-то знает, как он выглядит.

— Если он такой отшельник, как ты говоришь, то вполне понятно, почему я о нем ничего не слышала.

— Ну, видимо он о тебе слышал достаточно, чтобы отправить двух мужчин следить за тобой и отдать приглашение, — сказал Каллум, широко улыбаясь. — Собираешься пойти?

— Нет. Я понятия не имею, зачем и, кроме того, он просит прийти меня завтра в два, я буду в офисе в это время.

— Тебе даже не любопытно, что он хочет от тебя? Притворись больной; я подтвержу. Скажу Бобу, что леди кошка, дала тебе закуски, от которых тебе стало плохо.

Миа должна была признать, что странное приглашение миллиардера пробудило в ней интерес.

— Хм. Я думаю, что, по крайней мере, должна проверить его. Может он серийный убийца. Если ничего не услышишь обо мне завтра, отправляй полицию на мои поиски, — пошутила она.

— Так ты пойдешь?

— Да. Мне нечего терять, и я не брала ни одного больничного, так что думаю, будет жаль, если Бобу это не понравится.

На следующий день, Миа взяла больничный на работе, а затем вернулась в кровать, выспаться, кажется впервые за все время. Когда она все же вытащила себя из кровати, то приняла душ, тщательно накрасилась и выпрямила свои дико вьющиеся волосы. Несмотря на то, что она ничего не знала, об этом затворнике миллиардере, ей хотелось произвести на него впечатление. Если он на самом деле, хотел предложить ей достойную работу, по какой-либо причине, то ей нужно произвести на него хорошее впечатление.

Все еще завернутая в фиолетовое полотенце, она направилась из ванной в спальню, чтобы выбрать одежду. Порывшись в шкафу, Миа выбрала платье кремового цвета с запахом, которое уже давно не надевала. Надев его, она полюбовалась собой в зеркале. Платье подчеркивало ее мягкие изгибы, и даже глубокое декольте, выглядело уместно.

Потом она выбрала пару черных, лакированных туфелек, которые обувала к платью, Миа снова посмотрелась в зеркало, наконец-то удовлетворенная тем, что увидела в нем. Хорошо. Я готова идти! Смелее, сказала она себе, чувствуя, как нервозность овладевает ей.

После этого, в своей машине, она проигрывала свои любимые песни, надеясь, что это успокоит ее. Когда она подъехала ко двору усадьбы, то почувствовала, как окрепло возбуждение и, поняла, она была наконец-то готова. Ворота были закрыты и, она должна была поговорить с охранником в небольшой кабинке, прежде чем ее впустили в частную собственность.

— Поезжайте вперед, объедете кольцевую дорогу, и вы увидите несколько парковочных мест слева. Хорошего дня, мисс Гартланд.

— Спасибо, — ответила она, прежде чем поехать вперед.

Действительно, впереди нее, была большая кольцевая, которая была окружена ухоженной темно-зеленой изгородью, и она проехала вокруг нее, прежде чем остановиться. Особняк Колингвуд, был справа от нее, когда она вышла из машины и резко вдохнула, посмотрев на него. Он был огромен и напоминал уменьшенную версию дворца в Версале, который она посетила во время поездки во Францию со своими родителями, когда была меньше. Хотела бы я жить здесь.

Не зная, куда еще отправиться, она поднялась вверх по широкой лестнице, которая вела к входной двери и нажала пальцем на то, что как она поняла, было дверным звонком. Посмотрев вверх, она увидела камеры видеонаблюдения, которые следили за каждым ее движением, она удивилась, зачем здесь так много охраны.

Через пару минут, входная дверь открылась и, она удивилась, увидев того мужчину, что отдал ей приглашение в кафе. Застыв на пару секунд, она изучала его тонкие черты лица и яркие глаза, она наконец-то смогла заговорить.

— Кхм… здравствуйте, я Миа Гартланд. Я получила приглашение…

— Да, я помню Вас, — сказал мужчина, его голос был таким ровным и глубоким, какой она никогда не слышала. — Как я мог забыть Вас? Прошу следуйте за мной. Вы немного рано, господин Колингвуд в настоящее время на видеоконференции. Он не думал, что это затянется, так что просил передать извинения и сказать Вам, что он, как только будет возможно, присоединиться к Вам.

Миа была очень разочарована. Она надеялась, что шикарный мужчина перед ней и был миллиардером, но видимо, он был только помощником. Я не возражала бы поработать с ним. Хотя, если я буду работать на миллиардера, то думаю, получила бы возможность работать с этим парнем, подумала она, чувствуя знакомый укол в своей сердцевинке, когда мужчина отвернулся и повел ее к тому, что оказалось большой гостиной.

Улыбка заиграла на ее губах, когда она последовала за ним. Даже его задница прекрасна. Он выглядел надежным и сильным, она могла увидеть его четко очерченные мускулы, под простой белой рубашкой, в которую он был одет. Она представила его без рубашки и работающим на улице, ее улыбка стала еще шире, когда она представила, как его мышцы напрягаются от каждого движения, а маленькие капельки пота скатываются по его гладкой загорелой коже…

— Вы в порядке, мисс Гартланд? — спросил мужчина.

Миа поняла, что смотрела в никуда и покраснела.

— Ох. Да. Извините, я думала о… работе, — ответила она, надеясь, что ее ложь была не слишком очевидна.

Мужчина улыбнулся и протянул ей руку.

— Я забыл представиться. Меня зовут Дэйн. Я помощник господина Колингвуда. Пока он занят, он попросил меня, чтобы я поговорил с Вами о том, что он хочет вам предложить.

Когда она пожала ему руку, Миа почувствовала ту же искру, пронесшуюся через нее, и спрашивая себя, почувствовал ли он эту искру тоже.

— Хотите присесть? — спросил он.

Она села на вельветовый диванчик и нервно осмотрелась вокруг, все еще не зная, чего ожидать, и чего хотел от нее миллиардер. Комната была красиво обустроена, персидский ковер на полу и высокие книжные полки, тянущиеся вдоль стен. Мягкая музыка играла рядом с ними, и она поняла, что это была песня «In the Still of the Night» одна из ее любимых песен.

— Ладно, мисс Гартланд, мне нужно чтобы Вы подписали этот документ. Он запрещает Вам обсуждать любые сведения об этом интервью, даже если Вы не примите предложение.

— Хорошо. Зовите меня Миа, пожалуйста, — сказала она, подписав бумагу, которая еще подтолкнула ее любопытство.

— Хорошо, Миа, это не только интервью, но и… ладно, я уверен, что вы слышали о Дамиене Колингвуде раньше?

— Нет, на самом деле, до вчерашнего дня, я о нем не знала.

— Оу, — ответил он, сверкая улыбкой. — Ну, это не важно. Как теперь ты знаешь, он очень состоятельный человек, и у него есть определенные потребности, которые не купишь ни за какие деньги.

— Какие, например? — спросила она, гадая, где на земле взялся такой великолепный помощник.

— Это сложно принять Миа… но, он оборотень. На самом деле, он вожак одной из самых больших волчьих стай в государстве. Он пришел к той стадии своей жизни, когда должен найти пару и, это очень трудно, встретить кого-то, кто не гонится только за деньгами. Ему нужна настоящая любовь и дружественные отношения, но, увы, когда ты миллиардер, такое трудно найти, так что он почти отказался от этого.

Миа почувствовала, как смех зарождается где-то в горле, а потом больше не смогла себя контролировать.

— Это шутка, да? — спросила она, прежде чем засмеяться. Меня пригласили, чтобы рассказать шутку об оборотнях? О боже, если бы не было так смешно, я бы очень разозлилась.

Дэйн поджал губы и подождал, пока ее смех смолкнет, прежде чем снова заговорить.

— Миа, я понимаю, как это звучит для человека, но могу заверить тебя, что оборотни реальны.

— Ох, я уверена, что они существуют, — ответила она. — Так же как Санта и зубная фея. Пожалуйста, скажи мне, почему меня сюда пригласили? Чья идея была с этой шуткой? Я пропустила работу сегодня.

Пока она говорила, Дэйн встал и поднялся в полный рост, выглядя немного обозленным. Его глаза начали светиться ярко-желтым цветом, а смех Мии умер в горле. Какого черта?

Секундами позже, Дэйн исчез, а большой серый волк стоял на том месте, прямо перед ней. Он переместился так быстро, что она едва видела что-то; лишь пятно. Потрясенная Миа, уставилась на волка с открытым ртом, он напружинился, прежде чем прыгнуть к ней и положить лапу ей на колени.

Желтые глаза зверя уставились прямо на нее, и она задохнулась от ужаса, когда он превратился обратно в Дэйна, который поднялся и снова встал перед ней.

— Теперь веришь мне? Мы очень даже реальны.

— Я… я даже не…

— Я знаю. Это трудно для понимания людей, потому что мы очень долго скрывались.

Миа была поражена второй раз за этот день. На этот раз, ей понадобилось больше времени, чтобы голос вновь слушался ее, и наконец, робко заговорила, по-прежнему еле веря в то, что только что видела.

— Так… вы реальны. Оборотни существуют. О, Боже мой.

— Верно. Как я уже говорил, господин Колингвуд, вожак одной из самых крупный стай в стране. И ему нужна пара.

— Почему я здесь?

— Он учуял твой запах, и понял, что ты очень особенная. Таким образом, он послал нас, чтобы мы нашли тебя и доставили приглашение. Он хочет, чтобы ты стала его парой.

— Мне жаль, но я не понимаю вашу… терминологию оборотней. Что это означает?

— Если ты будешь его парой, то ты будешь его женой. В обмен на твое дружественное отношение, он даст все, о чем ты когда-либо мечтала. Мы изучили твое прошлое, и узнали, что ты писала короткие рассказы в колледже. Если написание чего-либо, является твоей мечтой, то ты сможешь воплотить ее с поддержкой господина Колингвуда.

Предложение прозвучало заманчиво, но Миа думала, что это звучало, будто она была кем-то вроде высококлассной проститутки. Я могла бы писать романы, но я в принципе продала бы себя человеку, который хочет, чтобы я использовала его деньги… это не правильно.

— Слушай, я извиняюсь, уверена, что твой босс очень хороший человек, но я не продаюсь. Было приятно познакомиться, и пожалуйста, передай ему от меня привет, когда он придет. А мне надо уходить, — сказала она.

— Подожди. Не уходи прямо сейчас, пожалуйста. Он спуститься вниз в любой момент, — сказал Дэйн. — Позволь мне объяснить еще пару вещей о нашем виде, пока мы ждем. Может, ты передумаешь.

Миа вздохнула. Я проделала весь этот путь сюда; думаю, я могла бы послушать, что он хочет сказать.

— Хорошо. Почему бы тебе не начать с того, кто, черт возьми, такой вожак?

Дэйн усмехнулся.

— Вожак, это глава любой волчьей стаи. Обычно, статус — вожак, передается от отца к сыну, в большинстве семей, но в случае господина Колингвуда, он заслужил это.

— Как?

— Когда он заработал много денег, предыдущий вожак был не слишком рад своему сокращающемуся влиянию и вызвал мистера Колингвуда на бой. Господин Колингвуд победи и стал вожаком.

— Так он убил его?

— Нет. У них у обоих было много ран, но предыдущий вожак не был убит. Только побежден.

— Ох.

Дэйн рассказал Мии несколько рассказов об оборотнях, а затем изложил их историю. Она обнаружила, что смеется и наслаждается проведенным временем с ним и тайно желала, чтобы это он, попросил ее стать его парой. Я бы определенно не возражала бы, провести свою жизнь с таким мужчиной как он.

Посмотря на антикварные часы, которые висели на стене перед ней, она поняла, что было почти четыре часа.

— О, Боже. Мы говорили в течение двух часов, — сказала она. — Где мистер Колингвуд? Разве он не хотел встретиться со мной?

— Я уверен, что он спуститься в ближайшее время. Я прошу прощения за его опоздание; он очень занятой человек, и его встречи иногда могут длиться вечность.

— Я должна идти, — ответила она, вставая.

Дэйн поднялся со своего места и посмотрел ей в лицо.

— Так твой ответ, однозначно, нет? — спросил он.

— Насчет пары? Однозначно нет. Мне жаль, как я уже сказала, это очень заманчивое предложение, но я не продаюсь за деньги человеку, которого даже не видела, независимо от того, каким замечательным он считает мой запах.

— Интересно, что нужно сделать, чтобы ты сказала «да», на чье-то предложение стать парой? — спросил Дэйн, его великолепные глаза смотрели прямо на нее.

— Ну, — начала она, чувствуя, как ее щеки заливает румянец. — Это будет звучать действительно неловко, но я всегда думала, что я бы не согласилась ни на что меньше чем фейерверк. В смысле, я хочу быть с кем-то, кого я действительно полюблю, независимо от того кем он будет. С кем-то с кем я почувствую химию — чувств. Я думаю это то, что твой босс хотел, прежде чем он понял, что большинство женщин хотят использовать его деньги.

Дэйн шагнул к ней чуть ближе.

— Когда ты говоришь о химии… ты имеешь в виду, ту искру, что я почувствовал, когда прикоснулся к твоей руке раньше?

Миа на мгновение остановилась в шоке. Он это почувствовал.

— Кхм. Да. — Сказала она, опустив взгляд, когда поняла, в чем только что призналась.

— Я знаю, я только помощник, Миа, но что-то пробежало между нами. Пожалуйста, скажи, что ты это почувствовала. Я имею в виду, мы провели только два часа вместе, разговаривая, и кажется, не было времени на что-то, — сказал он.

Пока говорил, он протянул руку и погладил ее по щеке. Его касания отправили электрические разряды бежать по крови Мии снова и снова и ее ноги превратились в желе.

— Меня не волнует, кем ты работаешь, — выдохнула она, чувствуя внезапный прилив уверенности. — Я подумала, что ты самый красивый мужчина, которого я когда-либо видела, еще там, в кафе. Все это время я желала, чтобы ты попросил меня стать твоей парой, а не твой босс, где бы он ни был.

Дэйн улыбнулся ей, и глаза его загорелись желанием, он наклонился ближе, заправил прядку волос за ухо, посылая волну тепла через ее тело.

— Если это так, то я хотел бы тебе кое-что рассказать Миа, — пробормотал он.

— Что же?

— Я не был честен с тобой. Мое настоящее имя не Дэйн.

— Ох. А как тебя зовут?

— Дамиен Колингвуд, — сказал он, прежде чем по-волчьи оскалиться.

— Я не понимаю. Ты же… его?

— Да. Прости, за то, что обманул тебя, но мне нужно было узнать, что ты не такая как другие женщины, которых я встречал. Мне нужна пара, но я такой же, как и ты. Я хочу настоящей любви, а не неопределенности, я чувствую, когда женщина действительно любит меня, а когда просто хочет моих денег.

Миа была потрясена. Все это время, я сидела и разговаривала с миллиардером? Она чувствовала себя подавленной.

— Ты, должно быть, думаешь, что я полная идиотка, — тихо сказала она. — Я должна была понять. Что-то в этой истории не складывалось, и теперь я знаю почему.

— Ты не идиотка. Я обманул тебя. И мне очень жаль. Сможешь ли ты меня простить?

Миа посмотрела в его яркие глаза и поняла, что это был тот человек, на которого она не смогла бы сердиться. Он солгал ей, но насколько она поняла, он сделал это по причине, для того, чтобы найти пару и возможно истинную любовь.

— Да, — прошептала она. — Я прощаю тебя.

— Когда ты сказала, что желала, чтобы я попросил тебя стать моей парой. Это все еще в силе?

— Я не хочу использовать тебя.

— Ты и не будешь. Ты, можешь делать все, что захочешь, со своей жизнь. Все чего хочу, это чтобы ты была со мной. Если ты чувствуешь, будто используешь мои деньги, тогда можешь заработать свои собственные. Независимо от того что сделает тебя счастливой, это сделает и меня счастливым.

Мии нужно было рассмотреть его предложение пару секунд, хотя уже знала что ответит.

— Да. Я принимаю твое предложение, — сказала она. — Я буду твоей парой.

Глаза Дамиена превратились в глубокие бассейны жажды и снова пожелтели, на его лице появилось ожесточенное выражение.

— Ты уверена? — прорычал он.

— Да.

После этого, он подхватил ее на руки и закружил, ее голова закружилась и, головокружение совместилось с желанием. Когда он, наконец, поставил ее на пол, то скользнул рукой по талии и коснулся другой рукой подбородка, поднимая его вверх, чтобы она встретилась с ним глазами.

Через несколько секунд, он прижался своими губами к ее и Миа почувствовала, будто умерла и попала в рай. Те электрические разряды, что она почувствовала раньше, были ничто, по сравнению с тем, что она чувствовала сейчас. Потоки тепла пронеслись по телу, разум помутнился и не было ничего, кроме мыслей о человеке прижимающего ее.

Когда его язык яростно ворвался в ее рот, жадно исследуя его и переплетаясь с ее, он провел рукой по ее волосам, а затем одна рука переместилась по спине, лаская ее сквозь платье кремового цвета.

Миа глубоко вдохнула через нос — казалось, поцелуй продолжался целую вечность — и вдохнула чистый, свежий аромат Дамиена. Его другая рука рассеянно погладила ее по плечу, а рукой что была на спине, притянул ее ближе и их языки продолжали танец, когда тепло пронеслось по обоим телам.

Миа мягко простонала, когда Дамиен прервал поцелуй и его руки, которые поглаживали спину и руки, заставляли ее чувствовать себя так, будто ее тело зажглось, где-то глубоко внутри. Она жаждала, чтобы он был внутри нее, когда вцепилась в его широкие плечи и посмотрела ему в глаза, тогда он заговорил с хриплым рычанием.

— Я хочу тебя сейчас.

— Я хочу тебя тоже, — ответила она затаив дыхание, с улыбкой смотря на него, когда она опустила руки и играла с пуговицами на его рубашке.

Ее сердце бешено стучало в груди и когда задела пальцами пуговицы, посмотрела на него вопросительно. Он кивнул и, она расстегнула рубашку так быстро, как могла, в то время как его руки продолжали гладить и ласкать ее, посылая дрожь по ее телу. Когда он опустил руки на ее пышные бедра, она вздохнула в ожидании.

Наконец стянув его рубашку, она бросила ее на пол, а затем посмотрела ему в глаза. Они светились ярко-желтым и, казалось, гипнотизировали ее, когда она инстинктивно потянулась к завязкам на платье.

Когда она развязала его, Дамиен наклонился и поцеловал ее снова, сначала губы, а потом нежную кожу ее шеи. Ее кремовое платье упало на пол, и она стояла перед ним в своем кружевном белье лавандового цвета, чувствуя себя невероятно сексуальной, когда увидела, как его глаза горят необузданным желанием.

Зарычав, он поднял ее на руки и вернулся к диванчику, на котором Миа сидела ранее. Поставив ее на пол, он сел, тогда как она осталась стоять перед ним и его желтые глаза задержались на ее мягких изгибах, желая, чтобы она сняла с себя все.

Миа просунула пальцы под бретельки лифчика и быстро заговорила, задыхаясь.

— Ты хочешь, чтобы я сняла это?

— Ты же знаешь, что да. — Прорычал он.

Его глаза горели страстью и, Мии нравилось, каким диким она могла сделать этого мужчину. Расстегнув лифчик на спине, она сделала вид, что медленно снимает его, а затем отбросила его на пол, что высвободило ее полные груди из чашечек, ее розовые соски сжались на холодном воздухе.

— И твои трусики, — пробормотал он.

Миа могла видеть выпуклость в его черных брюках и дьявольская улыбка расплылась по ее губам, когда она смотрела, на его эрекцию.

— Почему бы тебе не снять их с меня? — спросила она, глядя на трусики.

Дамиен зарычал и поднялся, сжал ее полные груди, прежде чем упал на колени перед ней. Переместив руки на ее кремовые, мягкие бедра, он просунул пальцы за пояс ее трусиков по обе стороны и удерживал там мгновение. Смотря на нее, он медленно потянул их вниз.

— Ты уверена, что хочешь, что бы я их снял, — спросил он.

Миа могла увидеть, что он едва контролирует желание и кивнула.

Он стащил их вниз пока они не остались у ног, и прежде чем она переступила через них, он раздвинул ее ноги и стал ласкать ее внутреннюю поверхность бедер, двигаясь медленно вверх. Миа наслаждалась его мягкими поглаживающими прикосновениями, а потом тихо ахнула от наслаждения, когда он прикоснулся губами между ее бедер.

Его губы отправили потоки тепла по ее телу, когда он просунул язык, между ее мягких розовых лепестков; уже влажный от ее желания. Она издала тихий стон, и он начал мягко посасывать ее клитор, посылая электрические разряды по позвоночнику Мии.

Она схватила его голову и провела руками по его коротким волосам, откинув назад голову и, застонала от удовольствия. Дамиен начал пощелкивать теплым языком по ее пульсирующему клитору, а затем медленно проник пальцем внутрь нее. Ее ноги задрожали, он ввел второй палец, и посмотрел на нее с волчьим оскалом.

— Ты хочешь этого?

— Да! — выдохнула она.

Он зарычал, а затем снова поднялся во весь рост, схватив ее в объятия, а потом укладывая ее на диванчик. Ее тело дрожало, когда он набросился на нее, прежде чем медленно двинулось тело вниз, и она развела бедра в стороны. Он двинулся к ее внутренней поверхности бедер, вызывая мягкие стоны Мии, когда она почувствовала, как его острые зубы погружаются в нее, а потом он передвинул губы обратно к ее складочкам, поглаживая ее чувствительный бугорок снова.

После нескольких минут такой стимуляции, он проник двумя пальцами в ее теплую тесноту, а Миа тяжело задышала, чувствуя, как становится еще влажнее, при его волшебных прикосновениях, прежде чем она стала двигать бедрами ему на встречу, извиваясь на пальцах и пытаясь ввести его пальце еще глубже. Мощный оргазм уже зарождался где-то внутри нее и всего минуту спустя, она почувствовала теплые волны экстаза, прежде чем погрузиться в океан удовольствия.

Пока она извивалась и стонала, Дамиен оторвался от нее и лег сверху, глуша ее стоны поцелуем. Она почувствовала свой вкус на его губах, когда он жадно исследовал ее рот и, выгнулась ему навстречу, испытывая нужду почувствовать его внутри себя.

Он улыбнулся и придвинул одну руку к ее груди, покручивая и сжимая розовые соски, между большим и указательным пальцами, а затем поместил губы на сосок. Его другая рука двинулась дальше вниз между телами, пока он не достиг своей молнии, и Миа застонала от нетерпения, когда услышала, как медленно расстегивается молния.

— Пожалуйся! Я хочу тебя сейчас! — она умоляла, обхватив его ногами и притянув ближе.

Он улыбнулся и отодвинул свое нижнее белье в сторону. У Мии перехватило дыхание, когда она почувствовала, как его член двигается вверх вниз по ее мокрой щелочке, а затем застонала в отчаянии, когда он отодвинулся и скользнул ладонью к ее влажности и потер ее клитор подушечкой большого пальца.

— Ты такая влажная, — прорычал он. — Но я хочу, чтобы ты сказала, насколько ты хочешь меня.

— Сильно, — сказала она. — Все время, что я сегодня здесь была, я могла думать только о том, как ты срываешь мою одежду и входишь в меня. Пожалуйста!

Она тихо застонала и Дамиен улыбнулся.

— Ты намного пошлее, чем я предполагал… не волнуйся, я дам тебе все что хочешь, а затем еще больше, — сказал он, его челюсть сжалась, когда он посмотрел на нее сверху вниз.

Взяв свой напряженный член, он направил его к ее щелочке и вошел в нее, Миа вскрикнула, почувствовав как он растягивает ее больше, чем она когда-либо испытывала прежде, чем с любым другим мужчиной. Практически сразу же, он начал двигаться в ней, жестко, быстро, яростно утверждая свое владение ею каждым толчком.

Миа ахнула и застонала от восторга, когда он вошел в нее и начал двигать бедрами взад и вперед, и она стала двигаться с ним в одном ритме. Она никогда не чувствовала себя, такой цельной и совершенно наполненной, раньше, а через пару мгновений Дамиен перевернул ее и лег на спину, прорычав ей объездить его.

К счастью взобравшись на его жесткое, мускулистое тело, Миа приподняла бедра и опустилась на его член, закрыв глаза и вздыхая от удовольствия, когда она почувствовала, как его твердость снова наполнила ее. Дамиен поднялся, приподнявшись на локтях, когда он двинулся ей на встречу, толкаясь бедрами, когда она поднялась вверх и вниз. Еще одна теплая волна удовольствия затопила ее, Миа застонала и почувствовала, что упадет на него, но он протянул руки и схватил ее за задницу.

Его руки были достаточно сильными, чтобы удерживать ее и поднимать вверх и вниз насаживая на себя, с каждым движением вниз, Миа позволяла ему двигать ее, наслаждаясь скользящими звуками их занятия любви, когда он двигался в ней. Она едва могла дышать; ее второй сильный оргазм, сделал ее совсем слабой и, когда она взглянула вниз, на своего оборотня любовника, то увидела его глаза полные страсти.

Выражение его лица подтолкнуло ее к краю, и она соскользнула с него, оборачиваясь лицом в другую сторону, снова скользнула на его член. Она никогда не использовала позу обратной наездницы раньше из-за того, что это заставляло ее чувствовать себя каким-то объектом, но сейчас она не чувствовала ничего кроме чистой животной похоти.

Дамиен лег на спину и зарычал за ее спиной, когда она двигалась туда и обратно на нем, а потом протянул руку к ее клитору, нежно лаская его. Почти сразу она взорвалась в еще одном оргазме, и он положил обе руки на ее бедра и держа ее в жестком захвате, двигал ее вверх и вниз снова, толкаясь бедрами к ней и сопровождая каждое движение глубоким рычанием.

Используя всю свою силу воли, когда мощная дрожь продолжала сотрясать все ее тело, Миа снова поменяла позицию, встав с него и став на руки, и колени на диванчике. Оглядываясь через плечо, она провела кончиком языка по губам, заставляя его прийти и получить ее, выгнув спину и разведя ноги шире.

Дамиен снова прорычал, подошел к ней, а затем снова погрузился в нее одним быстрым толчком и задвигался в ней, он протянул руку и потер ее клитор. Миа закричала от удовольствия, когда он начал входить в нее сильнее и глубже, а затем он на секунду замер, наклонился вперед и прикусил ее ушко, прежде чем вернуться к своему делу.

Она почувствовала, как его член подрагивает внутри нее, и поняла, что он приближается к своему оргазму. Ее ноги бесконтрольно дрожали и, секунду спустя он испустил громкий стон и подошел к краю глубоко внутри нее, покрывая ее липкой белой жидкостью. Медленно выходя из нее, он, задыхаясь, притянул ее к себе и, наклонившись с жадностью, поцеловал ее.

Влюбленные легли на диван и после этого, сплелись в объятиях, когда перевели дух и оправились от своих оргазмов.

— Это было так же удивительно, как я и думал, — сказал он. — Когда я увидел тебя в том кафе и поймал твой запах, я знал, что ты особенна. Я знал, что должен сделать тебя своей.

— Я рада, что ты это сделал, — ответила она, прижимаясь к нему. — Даже если ты обманом заманил меня сюда.

— Я сказал, что мне жаль, — прорычал он, прежде чем понял, что она дразнит его.

Он игриво прижался к ее шее и ушку.

— Похоже, мы оба получили то, что хотели, — продолжил он.

— И что же это? — спросила она, все еще поддразнивая его.

— Ты точно знаешь, о чем я. Я получаю тебя, а ты меня.

Миа улыбнулась и снова поцеловала его, чувствуя, как ток и фейерверки пронеслись по ней снова, когда она прижалась губами к ее губам, и она знала, что он прав. Явно было что-то особенно между ними, и они оба получили именно то, что хотели; у нее был идеальный мужчина, а вожак нашел свою идеальную пару.

— Давай, Ханна! — слабым голосом окликнули ее через окно.

Лучшая подруга Ханны Адамс, Лиза, звала ее из такси, что было припарковано у первого этажа квартирки, что они снимали вместе, и она громко застонала.

— Подожди! Я не могу найти зубную щетку. Почему всегда так? — ворчала она про себя.

— Ханна, мы пропустим свой рейс. Быстрее!

— Ладно, я спущусь через секунду! Куплю зубную щетку в магазине в аэропорту.

Она взяла чемодан и заскочила в такси, где сидела Лиза, драматически закатывая глаза.

— Самое время. Ты купила сапоги для верховой езды? — спросила она, когда Ханна присела рядом с ней.

— Да. Не могу поверить, что мы выехали так рано. Я хочу вернуться в постель.

— Ну, ты можешь поспать в самолете, — ответила Лиза.

Две женщины были на пути к знаменитому гостевому ранчо в Монтане, где они должны были провести длинные выходные, что им удалось получить на работе. Выезд из Нью-Йорка, где они жили всю свою жизнь, загородный воздух и огромное пространство открытой земли, будет хорошим изменением для них.

Кроме того, Ханне было бы неплохо уйти от толпы высоких и худеньких моделек, которые были в фотостудии, где работала она и Лиза. Она комфортно себя чувствовала с ростом 159 см, и четырнадцатым размером одежды, но быть постоянно окруженной этими женщинами, иногда надоедало, особенно когда ее неряшливый босс Хавьер, пускал слюни на моделек, а потом полностью игнорировал ее.

— Эти длинные выходные именно то, что нужно мне, прямо сейчас, — сказала Лиза, пододвинувшись и похлопав ее по руке.

— О, мне об этом можешь не говорить. Хавьер так раздражает. Настолько, что я готова бросить все, упаковать вещички и поехать в какую-нибудь глушь, — ответила она.

— Эй, ты этого не знаешь. Может тебе понравится в Монтане, и ты захочешь остаться там! — подразнила ее Лиза.

Я и хочу, подумала Ханна. Она ненавидела жизнь в городе, но идея уехать из него навсегда пугала ее. Это должно быть что-то очень особенное, чтобы заставит ее оставить город.

Несколько часов спустя, две женщины приехали на ранчо. Пейзаж вокруг был невероятным, Ханна глубоко вдохнула, смотря на далекие горы. Владелец, мужчина, по имени Билли, показал им округу и вежливо забрал их чемоданы.

— Вот здесь. Эти две комнаты Ваши. Они устроены таким образом, что объединены, на самом деле две раздельные комнаты, но внутри есть дверь, соединяющая их, так что у Вас будет личное пространство, если понадобится, — сказал он, улыбаясь и вручая им два ключа.

— Спасибо, — сказали Ханна и Лиза в унисон.

— А сейчас, вы, вероятно, устали после перелета, поэтому если хотите вздремнуть, прямо сейчас, это очень хорошая идея. Если что, я с несколькими другими гостями поедем на конную прогулку, на пару часов. Если хотите присоединиться к нам, просто приходите к красному амбару через час или около того, — сказал Билли, указывая вдаль.

— Конечно, звучит здорово, — сказала Лиза.

— Да, и еще кое-что. У нас, чертовски, много очень дружелюбных, фермерских кошек здесь. Иногда они любят прийти и царапаться в двери комнат посреди ночи. Просто игнорируйте их. Конечно, если вы любите кошек, то всегда можете пригласить их войти в комнату, — сказал Билли, усмехнувшись, прежде чем уйти.

Как только он ушел. Ханна открыла дверь своей комнаты, и начала распаковывать вещи, Лиза вышла из своей комнаты через двадцать минут, одетая в клетчатую рубашку, джинсы и коричневые сапоги для верховой езды.

— Как тебе мой наряд наездницы? — спросила она, поворачиваясь вокруг.

Ханна рассмеялась.

— Да, я так понимаю, мы собираемся проехаться верхом сейчас? — спросила она.

— Ну, я хотела бы. Если ты устала, я могу пойти сама.

— Нет, все нормально, я иду.

Спустя час, две женщины подошли к красному амбару и встретились с Билли и небольшой группкой туристов, которые казалось, были очень рады верховой езде на коне впервые. Билли быстро прочитал инструктаж о безопасной верховой езде, а потом громко свистнул. Все посмотрели направо и взволновано ахнули, когда увидели нескольких лошадей, что вели к ним.

Когда они были наконец-то оседланы и готовы к работе, Ханна оглянулась на Лизу, у которой на лице читался ужас.

— Может это была не самая лучшая идея! — окликнула Ханну Лиза, смотря на нее. — Я чувствую, будто упаду в любую минуту!

— Все будет хорошо. Просто следуй за остальными, — сказала Ханна, усмехаясь.

Она посмотрела на горизонт и наслаждалась поездкой, как бы тяжело это не было. Она не думала, что это будет так; каждые несколько секунд, она подпрыгивала вверх и вниз в седле, жестко… но она и правда, чувствовала себя замечательно. Было ли это, потому что у нее давно не было секса, и от этого получаю удовольствие, подскакивая вверх и вниз на лошади? Боже, это печально. Ее работа не оставляет времени на личную жизнь и как следствие, ее сексуальная жизнь тоже сильно пострадала в последнее время. Может быть, я действительно должна собраться и уехать из Нью-Йорка.

Билли возглавлял их группу, ехавшую вниз в небольшой каньон, где и трава и деревья были такие зеленые, что казались ненастоящими. Ханна на секунду прикрыла глаза и вдохнула прохладный воздух, наслаждаясь свежими запахами вокруг. Полчаса спустя, группа въехала в каньон, с которого открылся большой плоский участок земли, где несколько ковбоев, сгоняли стадо крупного рогатого скота.

— Ух ты, там действительно реальные ковбои, — крикнула Лиза откуда-то справа от Ханны.

— Верно, — отозвался Билли. — Давайте на секунду остановимся и отдохнем. Вы можете посмотреть, как ковбои делают свое дело.

Все в группе спешились и позволили Билли и другим экскурсоводам привязать коней к старому деревянному забору, который стоял неподалеку.

— Ханна, иди, сядь здесь — сказала Лиза, подбегая к деревянному забору.

Он был сделан из бревен и, Лиза взобралась на него, прежде чем подать руку Ханне, чтобы помочь ей подняться. С того места, где они сидели, открывался хороший вид на ковбоев, и хотя день был довольно прохладный, им должно быть было жарко от тяжелой работы, потому что по крайней мере двое из них были с оголенным торсом. Один из них подъехал к двум женщинам, и Лиза осторожно толкнула Ханну локтем.

— Посмотри на него. Он очень сексуальный, — прошептала она.

Ханна посмотрела на его загорелую гладкую кожу, темные волосы и угловатые линии челюсти, и поняла, что Лиза была, как и обычно, полностью права. Мужчина был великолепен. Ручейки пота стекали по жестким, четко очерченным мышцам груди и спины, когда он повернул лошадь в сторону и улыбнулся им, он приподнял шляпу, приветствуя их, и уехал.

— О, ничего себе. Он улыбнулся нам. Я думаю, что хочу собственного ковбоя, прямо сейчас, — сказала Лиза.

Ханна засмеялась и игриво похлопала ее по руке. Они услышали, что Билли созывает их обратно к лошадям, а через пару часов верховая езда, наконец, закончилась. Измученные Ханна и Лиза, пошли в свои комнаты и долго принимали горячий душ, прежде чем пойти к главному зданию ранчо, где согласно брошюре, был «Стейк-хаус» и еще ресторан.

— Ты хочешь стейк? Я не чувствую, что готова к роскоши сейчас, — сказала Лиза и Ханна согласилась.

— Да, мы прибыли сюда, чтобы сбежать от всех приятностей города. Так что Стейк-хаус это то, что нужно!

За ранним ужином, две женщины болтали и хихикали, благодарные за время вдали от напряженного графика работы.

— Сегодня будет полнолуние, — сказала Лиза между глотками. — Я слышала, как Билли говорил об этом раньше. Если мы еще не будем спать, когда солнце сядет, мы должны будем выйти и сделать парочку фотографий.

— Да, это будет замечательно. Мы могли бы даже показать некоторые из них в студии… если Хавьер, и правда, одобряет наши навыки фото, — ответила Ханна, посмеиваясь.

Краем глаза, она увидела того же ковбоя, что видела ранее, он сидел в Стейк-хаус с группой мужчин.

— Лиза… это тот самый горячий парень, — прошептала она, стараясь не привлекать к себе внимания и, слегка кивнула в его сторону.

Лиза повернула голову и посмотрела.

— Вау, и, правда, он!

— Вау, не могла бы ты сказать это еще громче, чтобы сделать очевидным, что мы только что говори о нем? О Боже, он идет сюда, — сказала Ханна, опустив взгляд в тарелку от смущения.

Ковбой подошел к их столику и широко улыбнулся.

— Привет. Я Калеб Кейлсон. Думаю, я видел вас ранее сегодня прекрасные дамы, правда, ведь?

Ханна представилась и почувствовала, как ее щеки розовеют, от того, что почувствовала странное покалывание между ног. Лиза спросила Калеба, есть ли у него милые ковбойские друзья, с которыми она могла бы встретиться, и он улыбнулся, ответив, что может это устроить.

— Ну, чего же Вы ждете? Представьте меня им! — сказала Лиза. — Ханна, ты идешь?

— Кхм. Нет, я действительно устала. Я, наверно, просто вернусь в свою комнату, — ответила она.

Что-то в этом ковбое заставляло ее нервничать, но она не могла понять, что именно. Дело не в том, что он слишком хорош для меня… есть что-то еще. Он, определенно, что-то скрывает. Лиза встала и взяла Калеба под руку, когда они шли вместе, он повернул голову и посмотрел на Ханну через плечо.

Его пронзительные голубые глаза, казалось, смотрели прямо ей в душу и он улыбнулся, будто знал, какой эффект на нее оказывает. Ханна вздрогнула и отвернулась, чувствуя внезапный холод, а затем взяла свою сумочку. Оплатив счет, она вернулась в комнату, переоделась в атласную ночнушку, а затем рухнула на кровать, уставшая от долгого дня. Засыпая, она думала, почему Калеб так смотрел на нее. Что же это был за взгляд?

Ханна проснулась среди ночи от звука того, как кто-то царапается в ее дверь. Присев на кровати, она протерла мутные глаза, и посмотрел на часы, которые стояли на тумбочке. Было чуть больше полуночи, а она ушла спать в восемь вечера, так что она проспала несколько часов. Почему я проснулась? Снова услышав тот звук, она вспомнила почему. Это должно быть одна из кошек, о которых Билли говорил ранее, царапают мою дверь. Думаю, я могу впустить ее и погладить.

Вздохнув, она подошла к двери и открыла ее. Там не было кота, которого она ожидала увидеть, Ханна вышла за дверь, чтобы осмотреться. Это странно. Куда же он делся?

— Кис-кис-кис. Ты где? — позвала она.

Кот не вышел, где бы он ни прятался, так что Ханна пожала плечами и вошла обратно. Теперь было трудно уснуть, когда она уже проснулась от яркого света полной луны, который лился через окна. Вздохнув, она подошла к окну, чтобы закрыть шторы и как только она это сделала, снова услышала царапанье.

— Ладно-ладно, я впущу тебя, — проворчала она, удивляясь, почему она заплатила такие деньги, чтобы остаться там, где очевидно ее будут преследовать кошки всю ночь напролет.

Открыв дверь и выйдя на крыльцо, она снова увидела, что там никого не было, и уже собиралась вернуться внутрь комнаты, когда услышала низкое рычание, откуда-то слева. Повернув голову, она увидела огромного волка, сидящего на веранде и смотрящего прямо на нее. О, нет. Я думала, что ранчо должно быть безопасным!

Она знала, что волк увидел ее, но надеялась, что если медленно попятится и вернется в комнату, он оставит ее в покое. Она начала двигаться маленькими шажками обратно к комнате, не отрывая взгляда от животного, и была удивлена, что он вообще не двигался. Все идет хорошо.

Внезапно, глаза волка, кажется, засветились ярко желтым цветом и, Ханна не смогла удержаться, закричав в ужасе, побежала. После того, как забежала в комнату, она снова повернулась, чтобы захлопнуть за собой дверь и увидела, как волк прыгнул на нее. Крича, она упала на пол и закрыла глаза, гадая, были ли это ее последние минуты на земле.

К ее удивлению, волк не стал нападать на нее. Она почувствовала, как он облизал ее шею, руки, его теплое дыхание согревало ее, на самом деле, она себя чувствовала очень хорошо. Держа глаза закрытыми, она взвизгнула, когда он нежно прикусил ключицу, а затем услышала ровный и низкий рычащий голос у ушка.

— Господи, ты такая сексуальная. Я должен быть в тебе, прямо сейчас, — сказал голос.

Глаза Ханны в шоке открылись, и она увидела Калеба, на ней, и он был без рубашки.

— Что? Что происходит? Почему ты здесь? — крикнула она.

— А как ты думаешь, что происходит? — прошептал он, передвигаясь губами от шеи к ушку, прежде чем прикусить мочку уха.

— Это сон… это сон, — шептала она, закрыв глаза и желая проснуться.

Когда она снова открыла глаза, сексуальный ковбой все еще был на ней и ухмылялся, все еще прижимая ее к полу.

— Это не сон. Я здесь, и мне нужно быть в тебе, — снова прорычал он.

Ханна вдруг вспомнила, что сегодня полнолуние и сразу поняла, кем он был.

— Ты… ты оборотень! — сказала она.

— Верно, — сказал он, его глаза снова засветились желтым. — Я оборотень и мне нужно спариться с тобой. Ты точно мой тип.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Ханна, все еще в ужасе.

Калеб придавил ее своим весом, так, что она была не в состоянии двигаться, а затем схватил за запястья и поднял их над головой, удерживай их одной рукой.

— Я имею в виду, ты точно мой тип женщины альфы, которая нужна мне в качестве пары. Великолепная и соблазнительная… такая женщина как ты, сводит с ума чистокровных волков. А теперь, я поимею тебя, — прорычал он.

Ханна посмотрела в его глаза, горящие желанием, и они загорелись еще ярче в лунном свете, который пробивался сквозь окно и открытую дверь.

— Нет, я… — она начала говорить, прежде чем Калеб заставил замолчать ее грубым поцелуем.

Его щетина колола ее подбородок, его губы были удивительно теплыми и мягкими, когда он надавил на нее, его язык попытался пробраться ей в рот. Вопреки ее убеждениям, она обнаружила, что наклонила голову немного в сторону и открыла рот, позволяя ему углубить поцелуй.

Через некоторое время, Калеб прервал поцелуй и прижался носом к ее шее, вдыхая аромат ее ванильного лосьона для тела, снова прикусывая ее нежную кожу. Ханна снова закричала, но в этот раз, это было не от страха. Ее шея, была одним из самых чувствительных местечек на ее теле, и его нежные укусы и ласки посылали дрожь по телу, в разуме не было ничего кроме желания к красавцу оборотню. О Боже, почему мое тело ответило так быстро на его ласки? Он же напал на меня!

Он продолжал обнюхивать ее шею, и она издала тихий стон, когда тепло стало распространяться по телу, от груди распространяясь вниз к животу, а затем между бедер. Он держал ее руки, поднятые над головой, рот Калеба скользнул по ее телу вниз, взяв лямки ночнушки, он свободной рукой стянул их по плечам, позволяя им сгрудиться вокруг талии.

Ее соски напряглись, когда холодный ночной воздух, прошелся по ним, его глаза задержались на ее полной, мягкой груди, он тихо зарычал, наклонился, осторожно прикасаясь к ее левой груди щетиной. Ханна ощутила слабый пряный запах одеколона, смешанного с потом, и искра, казалось, пронеслась по ее венам, когда он взял ее сосок в его теплый рот, нежно покусывая и посасывая его, прежде чем проложить рисунок по ее сливочной коже.

Через пару секунд, он оторвался от нее и снова посмотрел ей в глаза. Ханна тихо ахнула, когда увидела взгляд едва контролируемого желания, с намеком на жестокость, на его лице, и не могла поверить, какой дикой она была из-за этого человека… или оборотня. Кем бы он ни был, это не имеет значения… она тянулась к нему, так же как и он к ней, и чувство, кажется, не собиралось уходить в ближайшее время.

— Ты же не скажешь мне нет? — спросил он, его голос был хриплым и очень мужественным.

— Нет. То есть, нет, я не скажу, «нет» тебе, — ответила Ханна, затаив дыхание, отчаянно желая почувствовать его твердость, что толкалась в ее бедра, глубоко в себе. Это от того, что на самом деле я была так давно с мужчиной или это что-то внутри взывало к этому человеку? Подумала она.

Когда он снова поцеловал ее, она поняла, что это конец. Все дело в нем. Он нужен мне, думаю я всегда нуждалась в нем. Она так сильно хотела его сейчас, ответила на его поцелуй, жадно изучая его рот и запоминая каждую его частичку своим языком, прежде чем оторваться и еще раз тихо застонала. Тепло, между ног, превратилось в сильное покалывание и ей показалось, что она сойдет с ума, если он в ближайшее время не войдет в нее.

Внезапно, Калеб отпустил ее запястья, поднял ее на сильных руках и встал. Он пересек комнату, бросил ее на кровать, а затем пошел обратно к двери, пнув ее ногой и закрыл. Ночнушка Ханны была все еще вокруг талии, когда он медленно зашагал обратно к постели и она сдвинула ее вниз по бедрам и лодыжкам, наблюдая, как его глаза загораются возбуждением, когда он увидел, что она делает.

Он скинул ботинки, расстегнул штаны, все еще смотря на нее, подходя ближе и ближе, Ханна скользнула вверх по кровати и сильно сжала колени, вдруг занервничав. Калеб забрался на кровать, подтащил ее ноги вниз, пока она не расположилась в середине кровати, а затем развел ее ноги.

Он расположился на ней, так что он прижал ее снова, а затем начал двигаться против нее, вызывая тихие стоны Ханны, когда он провел грубыми руками вверх и вниз по ее рукам, прежде чем передвинуть ладони на ее груди, сжимая их.

Ханна вздохнула от удовольствия от его прикосновений и попыталась выгнуть спину, чтобы прижаться своим телом к его. Он улыбнулся и удержал ее, казалось, желая доминировать и управлять каждым ее движением, она услышала, как он тихо зарычал, когда взял ее левый сосок в рот, его язык дразнил его, пока большой и указательный пальцы левой руки сжимали ее правый сосок.

На мгновение, у Ханны сбилось дыхание, когда тепло продолжило увеличиваться между ног, превращаясь в что-то безумное, бушующее в ее сердцевинке, когда она представила его внутри. Понимая, что ее руки свободны, она протянула руку и провела по его темным волосам, а затем застонала, чувствуя, как его твердость толкнулась в ее бедра снова.

Калеб продолжил исследовать ее грудь, а затем начал двигаться вниз по кровати. Его теплый рот спустился к ее животу и бедрам, а затем остановился прямо между ее ног, он посмотрел на нее с дьявольской усмешкой, прежде чем скользнуть языком между ее складочек, пробуя ее сладко-кислые соки и мягко потирая ее пульсирующий клитор.

Ханна протянула руки к его затылку, притянув его к себе сильнее, когда его язык медленно закружился по ее клитору. Когда давление стало собираться глубоко внутри нее, она вскрикнула от восторга и запуталась пальцами в его волосах, расставив ноги так широко, как только смогла. Калеб лизал ее быстрее и более настойчиво.

Она могла слышать его тихую отдышку, когда он начал ее лизать быстрее и тихо застонала, когда он начал сводить ее с ума, чередуя удары и покусывания ее бедер. Она протянула руки и схватилась за изголовье кровати, когда она была ближе и ближе к оргазму, дрожа от неудовлетворенного желания, которое срочно нужно было удовлетворить.

Казалось, фейерверк пронесся по мыслям и телу, внезапно, и застонала в экстазе, когда дикие волны удовольствия поглотили ее, наполняя невероятной теплотой и еще большее чувство жажды мужчины, что был у нее между ног.

Она вздрогнула и задрожала под ним, Калеб усмехнулся и снова вернулся на нее, скользя пальцем между ее складочек, иногда задевая ее чувствительный клитор. Он исследовал ее влажное тепло двумя пальцами, а затем отодвинул нижнее белье в сторону, медленно вытаскивая пальца и прижимаясь к ее щелочке.

Ханна вскрикнула от смеси боли и удовольствия, когда он погрузился в нее, его толстый член вторгся в ее теплую тесноту, растягивая ее, так что она чувствовала себя полностью наполненной. Он полностью вошел в нее, а затем остановился, давая ей время привыкнуть к ощущению наполненности.

Когда она расслабилась и приспособилась к его размерам, он начал медленно двигаться в ней, посылая волну тепла по всему телу Ханны. Она все еще была чувствительна и подрагивала, после первого оргазма, и его движений в ней хватило, чтобы отправить ее через край снова и встретить второй океан удовольствия.

Спустя пару мгновений, он увеличил темп, двигаясь быстрее, сильнее, внутри нее и Ханна воспользовалась возможностью, чтобы обхватить ногами его спину, наблюдая, как его глаза темнеют от удовольствия, когда она сильнее прижалась к нему. Она была так близко к краю; ей нужен был только небольшой толчок.

Он наклонился и прорычал ей в ушко, и она закричала, почувствовав, как волны наслаждения накатывают на нее, снова и снова, спровоцированные звуком его глубокого, хриплого голоса. Ее пальцы сжались и ее ноги задрожали от неудержимого оргазма, который затопил ее тело, а Калеб продолжил входить в нее, ожидая пока она не восстановится. Когда ее глаза сфокусировались на нем снова, он наклонился и скользнул губами по ее уху.

— Я хочу тебя сзади, сейчас, — сказал он. — Повернись.

Он вышел из нее и смотрел, как она повернулась и стала на четвереньки, выгнув спину. Она посмотрела на него через плечо, широко распахнув глаза и, ждала, когда он войдет в нее, он мягко прорычал и схватил ее за бедра, удерживая на месте, когда провел твердым членом вверх и вниз по ее теплой, влажной щелочке. Ханна издала стон разочарования, отчаянно желая почувствовать его в себе снова.

Через пару секунд, он погрузился обратно в нее и, она закричала от удовольствия, когда Калеб начал двигаться в ней, перемежая каждый толчок стоном, когда видел, как его член исчезает в ее мягкой влажности. Ханна закусила губу и оглянулась через плечо снова, задыхаясь, когда увидела выражение концентрации на его лице, когда он двигался в ней.

Его челюсть сжалась, когда он увидел, что она наблюдает за ним и наклонился, придвинув губы к ее ушку.

— Я собираюсь кончить внутрь тебя, и когда я сделаю это, ты будешь просить о большем. Я буду продолжать трахать тебя, пока ты не забеременеешь, — прорычал он. — Скажи, что ты хочешь быть моей парой.

Она не знала, почему, но мысль быть связанной с сексуальным оборотнем сделала ее дикой и, ее разум затуманился экстазом, когда он двинулся между ее ног, потирая ее клитор и продолжая толкаться в нее.

— Да! Я хочу быть твоей парой, — прокричала она в ответ, понимая, что действительно хочет этого.

Ее слова воспламенили Калеба, он начал двигаться в ней еще сильнее, быстрее, глубже, с каждым толчком. Ханна вскрикнула от удовольствия, чувствуя, как его яйца хлопают по ней с каждым движением и через пару секунд еще один оргазм пронесся по ней. Задыхаясь, она почти рухнула на кровать, но Калеб удерживал ее сильными руками, губы задрожали, когда его собственный оргазм приблизился.

Мгновение спустя, Ханна услышала, как он громко застонал и, почувствовала теплую влагу между ног, когда он глубоко вошел в нее и излил свое семя в нее. Пока он, задыхаясь, пытался отдышаться, она, извиваясь под ним, легла спиной на кровать, наслаждаясь ощущением его липкого семени на своих бедрах.

Отдышавшись, он перевернулся на спину и обнял ее одной рукой, покрывая нежными поцелуями ее щеку, прежде чем наклониться и уткнуться носом в шею.

— Я надеюсь, ты имела в виду, то же, что и сказала, — пробормотал он.

— О «паре»? — спросила она.

— Да.

— Ну, я думаю, пришло время, уехать из грязного перенаселенного города, как тот в котором я живу. Да, я имела в виду, то, что сказала, — ответила она.

Он улыбнулся и провел рукой по гладкой коже, выводя небольшие круги у нее по животу.

— Итак, — продолжила она игриво, — означает ли это, что ты собираешься царапаться в мою дверь каждую ночь?

— О, я сделаю гораздо больше, чем царапины в дверь, — ответила он.

Он зарычал, прижал ее к кровати, и она удивилась, почувствовав, что он снова тверд. Она ахнула и улыбнулась, удивляясь, как же так, но она собиралась выяснить это. Она должна была бросить свою работу, и найти что-то здесь в Монтане, но это было идеальное изменение ее жизни, учитывая, какой была грустной и скучной ее жизнь в Нью-Йорке. Когда Калеб поцеловал ее, она вспомнила разговор, который был между ней и Лизой, по пути в аэропорт и улыбнулась.

Всего один день, а эти долгие выходные, уже именно то, что мне нужно.

Короткие, шелковистые, светлые локоны Кэри Морган подскакивали, пока она бежала по грунтовой дорожке в лесу с сестрой, Хейли. Она жили в одном доме, который находился на другой стороне леса и две сестры часто совершали длительные прогулки вместе, через эту территорию. Сегодня, фитнес — помешанная, Хейли настояла на том, чтобы они побежали, а не просто прогулялись. Это было мирно и приятно… по крайней мере для Хейли, в любом случае. Для Кэри же, это было мучение.

— Подожди, — выдохнула она. — Я скоро свалюсь. Мои легкие горят!

Хейли засмеялась и продолжила идти в течение минуты, прежде чем полностью остановиться.

— Давай Кэри! Все не так уж плохо.

— Я, правда, чувствую себя не очень хорошо, — ответила Кэри, капельки пота собрались над бровями.

— Ладно, мы пройдем, оставшуюся, часть пути. Я не понимаю, зачем ты настояла на том, чтобы пойти со мной, когда знала, что мы побежим. — Хейли подразнила, шутливо похлопав ее по руке.

Они брели через лес и, вскоре пришли к знакомой поляне, где были железные, кованые ворота, у какой-то большой частной собственности, стоящей на другой стороне. Кэри застонала и остановилась, прислонившись к воротам, пытаясь отдышаться. Ворота ограничивали вход длинной изгородью, вдоль подъездной дороги, а вдали виднелся большой белый особняк.

— Давай остановимся на секунду. О, Боже, я никуда не гожусь. Не знаю, как ты это делаешь Хейли, — выдохнула она.

— Ты не так уж и плоха. Мы бежали в течение целых двадцати минут. Могу поспорить, не любой может сделать это. Не плохо, я просто дразнила тебя ранее, — ответила с усмешкой Хейли.

Сестры имели одних и тех же родителей, но были полными противоположностями во всем. В то время как Кэри была миниатюрной, блондинкой с пышными формами. Хейли же, была высокая, худенькая и темноволосая. Кэри всегда немного завидовала обмену веществ Хейли; она могла съесть все, что захочет и не прибавила бы в весе ни на один килограмм, и она, всегда, казалась, переполнена энергией.

Кэри же, с другой стороны, могла, наверное, голодать в течение недели или около того, и не потеряла бы ничего от своего двенадцатого размера. Она не возражала против этого. Она любила свои мягкие, округлые формы и полные груди и особенно любила восхищенные взгляды, которые бросали на нее мужчины, когда она шла по улице.

— Как ты думаешь, кто живет здесь? — сказала она, поворачиваясь и смотря через ворота, на которые она опиралась. — Они должны быть довольно странными, построив такой большой особняк посреди леса. Я бы удивилась, если бы машины могли проехать по такой грунтовой дороге.

— Ты знаешь, что спрашиваешь меня об этом уже третий раз. — Сказала Хейли, хихикая. — Ты так забывчива.

— Спрашивала? Да, не помню.

— Себастьян Уинтерс, помнишь?

— Нет.

— Он действительно странный парень миллиардер. Он сделал что-то, несколько лет назад, на фондовом рынке и сейчас, владеет, в принципе, всем на территории города. Ничего не припоминаешь?

— На самом деле нет. Откуда ты знаешь?

— Кто-то на работе рассказывал. Видимо, он общеизвестный затворник и вряд ли когда-либо покинет собственность, — ответила Хейли.

— Так ты думаешь, он сейчас дома? — спросила Кэри, прищуриваясь, осматривая особняк. Она не могла кого-то увидеть, но что-то глубоко внутри не, говорило ей, что за ними следят.

— Может быть. Кстати говоря, о работе, куда вы с Томом собираетесь?

— Я расскажу тебе по пути. Давай убираться отсюда, — сказала Кэри, направляясь обратно к грунтовой дороге и нервно оглядываясь через плечо на железные ворота.

Том был ее парнем в течение двух лет. Они встретились еще в колледже, и он нанял ее на работу в его компанию по разработке программного обеспечения, как только она закончила обучение. Однажды ночь, они выпили, и он поцеловал ее. Одно привело к другому, а два года спустя они все еще работали вместе и были вместе вообще. Для Кэри это было лучшее чувство в мире — просыпаться каждый день и идти на работу со своим парнем.

— Так… ты и Том? — спросила Хейли.

— Ох. Ну, как думаешь? Он позвал меня сегодня вечером в Сиднейс.

— Ооох, Сиднейс? Это самый хороший ресторан во всем городе! Как думаешь, что он задумал?

— Например?

— Ну, может… кое-какие вопросы?

Кэри хихикнула. Это на самом деле происходило с ней, он может сделать предложение вечером. Иначе, зачем бы он приглашал ее на такой приятный ужин? Он никогда не водил ее в модные рестораны и не делал романтических жестов, так что, это было очень большое дело.

Она никогда не была уверена насчет женитьбы с ним, когда она думала об этом в прошлом. Ей всегда казалось, каким-то внутренним чутьем, что ей было предназначено, ожидать кого-то другого, кого-то невероятного и захватывающего, и что брак с кем-то будет чем-то несущественным. Когда она стала старше, конечно, она поняла, что эти мысли были глупыми. Свадьба с Томом не было бы «оседанием». Я должна сказать да, если он сделает предложение.

— Да, я думаю, он может, — ответила она.

— Ну, это довольно захватывающе, думаю. — Сказала Хейли, она растянула немного слова.

Она никогда не относилась тепло к Тому и Кэри не знала почему. Всякий раз, когда она спрашивала, Хейли утверждала, что у нее не было никаких проблем с ним и, даже сказала, что он ей нравится. Но в ее глазах всегда что-то было, что говорило Кэри, она лгала; В конце концов, они были сестрами. Кэри могла определить такие вещи. Это не было большой проблемой, хотя… не все могли поладить. До тех пор пока они вежливы друг с другом, это не имеет значения и, кроме того, если бы была реальная проблема, Хейли сказала бы ей.

Они наконец-то дошли до края леса и начали снова бежать.

— Назад к цивилизации! — пошутила Хейли, когда они добежали до дороги, которая вела к их дому.

Когда они были дома, Кэри скинула туфли и расслабилась на диване со своим ноутбуком. У нее было несколько эпизодов ее любимых ТВ-шоу, чтобы просмотреть, но это могло подождать. Преисполненная решимостью перестать быть такой забывчивой, она ввела в Гугле: Себастьян Уинтерс. Так я точно запомню, и перестану задавать Хейли один и тот же вопрос снова и снова.

Хейли оказалась права. Он был затворником. Существовало мало информации о нем, кроме нескольких статей написанных пару лет назад, когда он начал богатеть, играя на фондовом рынке. Она нажала на одну из ссылок и удивилась, увидев, что на странице была фотография. Согласно надписи, под изображением, это было видимо, фото редкого появления на публике, которое он сделал несколько лет назад, чтобы отпраздновать приобретение еще одной крупной компании.

Вау, он сексуальный, подумала она, прежде чем почувствовать себя виноватой. Я не должна думать такое о каких-то других мужчинах. Чтобы подумал Том, если бы узнал? Себастьян Уинтерс, был, безусловно, очень привлекательным. На фото, она видела, что он был довольно высок и хорошо сложен, с широкими плечами и мускулистыми руками. Фотография была слишком мала, чтобы рассмотреть какой у него был цвет глаз, но она могла сказать, что у него были густые, темные волосы. Она почувствовала укол в сердцевинке, будто что-то притягивало ее к этому человеку, даже через фотографию и, она быстро вышла со странички, снова чувствуя себя виноватой.

После закрытия веб-браузера, она посмотрела несколько эпизодов ее любимых шоу, а потом отправилась в ванную, чтобы подготовиться к сегодняшней большой дате. Она приняла долгий горячий душ, промыв волосы с ее любимым кондиционером и когда это сделала, вытерлась и намазала все тело лосьоном для тела с ароматом ванили. Перед тем, как одеться, она феном высушила волосы и нанесла макияж, а затем, наконец, она была готова выбрать наряд для ночи.

Видя особый повод, Кэри решилась настолько же специальный наряд — совершенно новый и очень дорогой корсет с такими же трусиками, которые она еще не надевала, и облегающее белое платье сверху. Том сойдет с ума, когда я покажу ему, что у меня под ним. Они были так заняты в последнее время, что совсем не занимались сексом, но Том любил ее.

Автомобиль просигналил снаружи, и она знала, что это Том приехал, чтобы забрать ее. Она взволновано спускалась вниз, попрощавшись с Хейли на пути.

— Повеселись, — сказала Хейли ей вслед. — Кстати, я ухожу выпить с Митчем и Эми в ближайшее время, так что меня не будет дома до завтра.

— Хорошо. Увидимся завтра! — ответила она, прежде чем выбежать.

Том подарил ей натянутую улыбку, когда она присела на пассажирское сиденье.

— Готова? — спросил он.

— Конечно.

Он молчал всю дорогу к ресторану, и она подумала, что это, потому что он нервничал. Боже мой, я собираюсь обручиться. Это довольно захватывающе!

Еда в ресторане была удивительна и после того, как прошло какое-то время, Кэри заинтересовалась, когда он собирается спросить ее. Они только что закончили с основными блюдами, и она была обеспокоена тем, что она, возможно, неправильно поняла причины, по которым он ее пригласил.

— Закажем десерт? Думаю, крем-брюле звучит прекрасно, — сказала она.

— Хм. Я не думаю, что тебе нужно крем-брюле, — ответил Том.

Потому что он положил кольцо в суфле или что-то еще?

— Почему я не могу получить что — то особое на десерт? — спросила она с улыбкой, появляющейся на ее лице.

Том вздохнул.

— Я просто думаю, что тебе вообще не нужен десерт. Когда ты собираешься начать заботиться о себе? — ответил он.

Кэри была ошеломлена. Она чувствовала, будто ее только что ударили в грудь кувалдой.

— Что? Что ты говоришь? — спросила она.

— Я говорю, что устал от твоей лени, когда дело заходит о твоей диете. Меня на самом деле волнует мое здоровье, Кэри. Я хожу в тренажерный зал каждый день и провожу там два часа, как ты знаешь, я практически всегда правильно питаюсь. Ты же с другой стороны, прибавила по крайней мере пятнадцать фунтов с того времени, как я с тобой познакомился, и ты кажется счастлива впихнуть в себя еще что-то. Почему, как ты думаешь, у нас не было секса так давно? Я не хочу смотреть на тебя.

Кэри не могла поверить своим ушам. Как мог человек, в которого она была влюблена в течение двух лет, говорить о ней такие гадости?

— Прости? Я хожу на регулярные осмотры, и мой врач говорят, что я здорова. Двенадцатый размер это не «жирная»! — сердито сказала она.

— Не тогда, когда ты ростом 161 см., - заявил он.

— Нет, это не так. Если ты думаешь что я такая отвратительная и жирная, то почему ты пригласил меня сюда сегодня вечером? — спросила она, ее глаза сверкали. Как он смеет так со мной поступать? После двух лет, что мы были вместе… это все, что я заслуживаю?

— Потому что я знал, что ты устроишь скандал в противном случае. Это не значит, что ты соберешься кричать и истерить в пятизвездочном ресторане.

— Воу. Просто… ничего себе. Я не могу поверить, что после всего, ты смог это сделать со мной, — сказала она и слезы, наконец, выступили на глазах, печаль обогнала гнев.

Том взял ее за руку.

— Мне жаль Кэри. Я просто предпочитаю другие… эстетические формы сейчас. Как, например, девушка в моем тренажерном зале; она так подходит и такая легкая, что я действительно могу взять ее без трудностей, и…

Его голос затих, когда понял, что он только что признался, что прикасался к другой женщине.

— Ты изменял мне с какой-то девушкой из зала?

— Черт… Я не хотел тебе говорить. Слушай, почему бы нам не уйти отсюда, пока ты не закатила истерику? — сказала она.

Его новое отношение к ней, до сих пор принималось, и Кэри откинулась на спинку стула, онемев, пока он оплачивал счет. Он просто считал ее непривлекательной, он обманывал ее, бог знает, сколько времени, и в довершении ко всему, он теперь обвиняет ее в этом, иррационально, хватит эмоций, закатить истерику в общественном месте.

Как только они вышли из ресторана, она села в машину и игнорировала его, когда он начал длинную поездку к дому. После всего, казалось, прошла целая вечность, вдруг что-то произошло с ней.

— Как насчет моей работы?

Том повернул голову и на секунду посмотрел на нее, а потом снова сосредоточился на дороге.

— Ну… я не собирался говорить тебе об этом до понедельника, потому что думал, что это все будет слишком много, для одного вечера. Но… я не думаю, что это хорошая идея, работать вместе. Ты понимаешь ведь? Из-за нашей романтической истории.

Слезы потекли по щекам Кэри, пока он говорил.

— Я дам тебе великолепные рекомендации, — сказал он, и это была последняя капля.

— Останови машину. Выпусти меня. Я не могу находиться с тобой рядом, — сказала она, пытаясь приглушить слезы.

— Не будь смешной. Сейчас холодная, темная ночь. Я отвезу тебя прямо домой.

— Нет! Остановись! — закричала она и он, наконец, сделал это.

— Хорошо, хорошо. Если это то, что ты хочешь, то есть наверно весело идти домой по темноте, — сказал он, глядя на нее, когда она схватила сумочку и распахнула дверцу.

Он умчался и, на этот раз, Кэри обрадовалась, что носила балетки. Обычно она пожалела бы, что не носит каблуки, когда выходила, потому что все остальные возвышались над ней, но она была рада этому сегодня.

Оглядываясь вокруг, она поняла, что была на другой стороне леса, где они с сестрой гуляли и, судя по всему, она была на грунтовой дорожке, куда они, как правило, не заходили так далеко.

Прежде чем идти, она решила узнать, сможет ли Хейли забрать ее. Она ответила на звонок, на третьем гудке.

— Эй! Он спросил тебя?

— Нет. Он сказал, что я толстая, бросил меня, а потом уволил, — со слезами на глазах ответила Кэри.

— Что? Ты серьезно? Пожалуйста, скажи, что это шутка, Кэри!

— Я серьезно.

— Я собираюсь выследить его и убить. Я никогда не говорила тебе об этом, но всегда получала странного рода вибрации от этого парня, — сказала Хейли.

— Почему ты не сказала ничего?

— А что бы я сказала? У меня есть странное предчувствие о кое-ком, так что, даже если у меня нет доказательств, ты должна бросить его? Во всяком случае, ты дома?

— Нет. Я хотела спросить, можешь ли ты забрать меня.

— О, дерьмо. Мы все много выпили, поэтому не можем сесть за руль. Как насчет поехать на такси, а я встречу тебя, где ты? Боже, я не могу поверить, что это произошло.

— Нет, все нормально. Я не так далеко от дома. Думаю, я должна побыть в одиночестве сейчас. Повеселись с Митчем и Эми, ладно? — сказала Кэри.

— Ладно. Мне так жаль, что это произошло, Кэри. Если ты решишь, что больше не хочешь быть одна, позвони мне, и я сразу приеду домой.

— Я хочу побыть одна, — сказала Кэри, прежде чем попрощаться и закончить разговор.

Думаю, прогулка по лесу, будет мне на пользу, потому как я, по-видимому, такая толстая и нежеланная, подумала она уныло. Она до сих пор не могла понять, как после столь долгого времени, Том мог быть таким отвратительным. Это не из-за того, что у меня была другая фигура, когда мы встретились; я всегда была довольно полненькая. И я гордилась своим телом! Теперь это, вероятно, навсегда разрушено.

Когда она поплелась вниз, по лесной дорожке, то вздрогнула. Сегодня вечером было холодно, и она начала сожалеть, что оставила тепло машины Тома, несмотря на то, насколько ненавидела его сейчас. Реальность ситуации поглощала, и она плакала, идя, глотая соленые слезы, когда они струились по щекам, губам и подбородку.

Свет показался в отдалении между массивными деревьями, и она поняла, что приближается к особняку, странного миллиардера. Ох, хорошо, это означает, что я недалеко от дома. Еще только пятнадцать минут ходьбы.

Внезапный шум испугал ее. Она замерла на мгновение, а затем повернула голову. Она была достаточно расстроена расставанием, и ей даже не пришло в голову, что бродить по лесу ночью, действительно глупая идея. Борясь со слезящимися глазами, чтобы что-то увидеть в темноте, она заметила кого-то подходящего с расстояния все ближе. О дерьмо. Волк.

Кэри всегда думала, что в этой части страны не было волков, но не было никакой ошибки в том, кем было это существо. Это был большой, серый, с янтарными глазами, которые казалось, светились даже в темноте, волк. Который подошел к ней, ее реакция борьбы-и-бега, наконец, проснулись и она, повернувшись, попыталась убежать, адреналин побежал по венам, когда ее сердце застучало как сумасшедшее.

Через несколько секунд, она споткнулась о корень дерева и полетела на землю, приземлилась она неудачно. Когда она перевернулась на спину, то могла услышать дыхание волка неуклонно приближающегося все ближе и ближе. Тем не менее, пытаясь отдышаться, она села и увидела, что волк теперь был в нескольких ярдах. Он побежал к ней, и она снова легла, закрыв глаза. Это оно. Это ночь, когда я умру. Как будто эта ночь могла быть еще хуже.

Она почувствовала, как волк стал над ней сверху, поставив лапы, по обе стороны и стала ждать боли. Она даже не боролась; он был огромный, так какой смысл? Через пару секунд, она поняла, что он не нападал вообще. Он облизывал ее щеки, слизывая все ее слезы.

Открыв глаза, она увидела светящиеся желтые глаза волка, пока он продолжал вылизывать ее лицо и секунды спустя, он спрыгнул с нее и присел рядом. Может быть, это не волк, в конце концов. Может быть, это просто чей-то пес, который сбежал, и просто выглядит как волк. Приподнявшись на локтях, она обратилась к животному.

— Ты действительно напугал меня, мальчик. Я подумала, что ты собираешься напасть на меня. Чей ты питомец? У тебя есть ошейник?

Глаза волка, кажется, вспыхнули от гнева, и он снова бросился к ней, прижимая ее к земле. Кэри закрыла глаза и удивилась, услышав мужской голос, шипящий ей в ухо, всего пару секунд спустя.

— Я не домашнее животное, — выплюнул голос.

Ее глаза в шоке распахнулись, волка не было видно. Она, сейчас, была придавлена очень сильным и очень знакомым на вид мужчиной.

— Что… что случилось? — спросила она. — Я думала, что… тут был волк или собака.

— Был. Это был я. — Прорычал мужчина.

Он наклонился вниз и сдвинул губы к ее шее, его дыхание обеспечило Кэри столь необходимым теплом.

— А теперь… ты идешь со мной.

Что? Его слова пробежали холодком по ее позвоночнику, и она удивилась, что происходит. Это все сон, должно быть сном. Я просто закрою глаза и скоро проснусь в своей кровати.

Когда она закрыла глаза, то почувствовала, как ее сгреб на руки этот мужчина, а потом закинул на плечо. Хорошо, я не просыпаюсь… может быть, это не сон.

— Куда, черт возьми, ты меня несешь? Отпусти меня! — она кричала, избивая кулаками его спину, пока он шагал по лесной тропинке.

Мужчина ничего не ответил, и через несколько минут, он полез в карман и нажал что-то. Они дошли до железных, кованых ворот, и то, что было у него в кармане, сделало так, что ворота распахнулись, позволяя им войти на частную собственность затворника миллиардера.

— Подожди… ты он? Себастьян Уинтерс? — спросила она, но он продолжил ее игнорировать.

Она наблюдала, как закрылись за ними ворота и, закричала, а затем закричала сильнее, когда он понес ее по длинной дорожке. Когда они дошли до особняка, он опустил ее на землю и открыл входную дверь.

— Не убегать. Ты далеко не убежишь, — сказал мужчина, ехидно улыбаясь, когда она отпрянула от него в страхе.

Дом был даже больше, чем Кэри оценила поначалу из-за ворот в то утро, и она вздохнула, когда входная дверь открылась, показывая красиво освещенное и искусно украшенное фойе внутри с покрытой ковром двойной лестницей в центре. Вспомнив об обстоятельствах, которые привели ее сюда, она посмотрела на мужчину стоящего рядом и заговорила:

— Пожалуйста… что я здесь делаю? Зачем ты меня сюда принес? Кто ты?

Он посмотрел на нее и улыбнулся, прежде чем потянуться к ее спине и подтолкнув ее в дверь. Внутри было тепло и, Кэри была благодарна за это, несмотря на пугающие обстоятельства.

— Ты была права. Я Себастьян Уинтерс. Это мой дом, — ответил он и его ровный, мужской голос отправил дрожь по спине, несмотря на тепло в помещении.

— Но, почему я здесь?

— Почему бы тебе не пройти и присесть со мной, и я объясню. Прошу прощения за мою грубость ранее; Я просто должен был привести тебя сюда любым способом.

Удивительно и по-прежнему страшно, но любопытно, что красивый, странный миллиардер хотел от нее, Кэри последовала за ним через арочный дверной проем налево в большую гостиную. Он повернулся к ней лицом и без какого-либо предупреждения его рот оказался на ее.

Потрясенная, она стояла и позволяла ему целовать ее. Он не был груб, и поцелуй не был агрессивным; он просто прижался губами, близко и мягко коснулся ими к ней. Его рот чувствовался горячим против нее, так как она, была по-прежнему замерзшей, и она вдруг забыла о кошмарной ночи, которая у неё была… и то, что он был совершенно незнакомый.

Через несколько секунд, Себастьян протянул руку и положил ее на плечо, нежно поглаживая ее прохладную кожу, и она сразу почувствовала, будто тепло зародилось в глубине. Он отстранился, когда тихий стон сорвался с ее губ и посмотрел ей в глаза.

— Мне жаль. Я не должен был этого делать. Я не мог сопротивляться. Но это не оправдание, — сказал он.

Миллионы фраз были на губах и умерли, прежде чем она могла произнести хоть какие-то слова. Она не могла поверить в то, как ее тело откликнулось на прикосновения этого, практически, незнакомца. Мужчина был настолько странным, но в тоже время красивым. Его теплый поцелуй и мягкие руки заставили ее мгновенно забыть все свои заботы и, это дорого стоило, особенно после того вечера, что был у нее с Томом.

Себастьян все еще стоял рядом с ней и тепло, которое излучало его тело, грело ее, вместе с огнем в животе, которое создало его прикосновение.

— Ты сказал, что можешь объяснить, почему я здесь, — наконец удалось прошептать ей.

— Да, я объясню. Пожалуйста, присаживайся, — ответил он, указывая на черный кожаный диван рукой.

Он остался стоять и начал говорить. Его голос был глубоким, но таким нежным и Кэри больше не боялась, несмотря на то, что все еще не имела никакого понятия, что происходит.

— Ты видела мою… другую… форму, там, сегодня вечером. Ты видела, кем я являюсь. Ты понимаешь, что ты видела?

— Нет. Что ты имеешь в виду, твою другую форму?

— Я оборотень Кэри.

Кэри снова закрыла глаза. Да, точно сон. Почему я просто не проснулась?

— Это не сон Кэри. Открой глаза.

— Откуда ты знаешь мое имя? Я не говорила тебе. — Спросила она, внезапно осознав, что он обращается к ней по имени.

— У меня очень острые чувства, по сравнению с обычным человеком. Я видел и слышал как ты и, как я думаю, твоя подруга или сестра, гуляли по лесу много раз. Я слышал, как тебя называли Кэри.

— Нет… я не понимаю. Оборотни не реальны. Это все какая-то большая шутка?

Как только слова слетели с ее губ, она ахнула, когда Себастьян стал превращаться прямо перед ней. Его глаза пылали желтым, его лицо исказилось, а затем его тело изменилось в большого волка. Это произошло так быстро, что Кэри едва успела заметить это, прежде чем он изменился обратно в свою обычную человеческую — мужскую форму.

— О, Боже, — сказала она, и голос ее оборвался шепотом. — Ты действительно волк. Я думала что…

— Что мы мифические существа?

Она кивнула и Себастьян рассмеялся.

— Мы существуем сами по себе, в основном, скрываемся от человеческого мира. Некоторые из нас, включая меня, решили взаимодействовать с людьми, но мы никогда не показываем свою истинную природу. Я могу работать только так, поэтому я остаюсь здесь большую часть времени и нанял менеджеров, работающих с большинством моих дел.

— Так вот почему ты затворник… ты хочешь оставлять все в секрете и вдали от большинства людей.

— Да.

— Почему же показал себя мне, — спросила Кэри.

Он вздохнул и, наконец, сел.

— Как я уже говорил раньше, я часто видел и слышал, когда ты ходила по моей территории. Не только это; я почувствовал тебя. Ты несешь наиболее опьяняющий аромат, это заставляет меня бежать, схватить тебя и никогда не отпускать.

— Это немного жутко.

— Я прошу прощения. Позволь объяснить кое-что. Оборотни часто чувствуют и испытывают все на более глубоком уровне, чем люди. Я узнал, когда увидел тебя и учуял твой запах, что ты для меня.

— Не понимаю.

— Я тоже, если честно. Как правило, нас влечет, только к нашему виду, но ты… совершенна, и когда я впервые увидел тебя, сразу понял, что ты моя истинная пара.

— Твоя пара?

— Да. Мы создаем семью с парой на всю жизнь. После того как мы находим пару, это так. Мы женимся и заводим щенков… я имею в виду детей… сразу же.

Огонь в теле Кэри до сих пор не утих и, она не могла понять почему. Себастьян возможно и был очень привлекательным, но сейчас он сильно взволновал ее. Она опустила глаза на коленки и ждала, пока он объяснит ей больше.

— Я понимаю, что это для тебя в новинку. Я дам тебе привыкнуть, — мягко сказал он.

— Если я твоя «истинная пара», как ты говоришь, то почему, ты никогда не подходил ко мне? Ты сказал, что видел меня, когда я гуляла, много раз.

— Потому что на тебе был запах другого мужчины. Как бы я не хотел, я не мог взять то, принадлежит другому.

— А сейчас?

— Сегодня вечером, я наслаждался прохладным воздухом, когда снова поймал твой запах. Я нашел тебя и увидел, что ты плачешь и сразу понял, что произошло. Мужчина в твоей жизни… он ушел, да?

— Да. Он сказал, что я слишком… толстая.

Глаза Себастьяна потемнели, его взгляд задержался на ее мягких изгибах.

— Толстая? Ты прекрасна для меня. Что за смешное понятие у вас у людей, сравнивать тонкое с совершенным? Вы совершенны, какие есть, — прорычал он. — Скажи мне, что он еще сказал тебе.

Что-то вдруг подсказало Кэри, что она знала его всегда, даже если это было не так, и она рассказала ему все; как Том бесцеремонно бросил ее, а затем уволил ее в течение получаса, и что она была уверена, что он, на самом деле, собирался сделать ей предложение. Себастьян внимательно слушал, склонив голову на бок.

— Ты любила его?

— Да.

— И до сих пор любишь?

— Нет! Конечно, нет! Он оказался худшим человеком в мире, — сказала она, всхлипывая и давясь снова набежавшими слезами.

— Истинная любовь вечна, Кэри, — пробормотал Себастьян, положив одну руку ей на колено. — Если ты разлюбила его всего лишь за несколько часов разрыва, то он не твой суженый. Я уже знаю, что он не для тебя, из того что я сказал, ты должны быть моей, но чем раньше ты поймешь что он был неправ, тем лучше.

Кэри сразу поняла, что Себастьян прав, всхлипнув еще раз. Его рука на ее коленке, отправляла дрожь по ее позвоночнику, но она чувствовалась странно хорошо.

— Ты прав. Думаю, меня расстроило больше то, что мы были вместе так долго, и он относился ко мне, как к чему-то ненужному, даже если он был тем, кто обманывал меня. Я ничего плохого не сделала.

Он тепло улыбнулся.

— Верно, Кэри. Ты не сделала ничего плохого. Кроме того, что неправильно выбрала пару.

— Ты все еще не объяснил, почему именно я здесь, — сказала она.

— Когда я увидел, как ты плачешь, то не смог сопротивляться. Мне нужно было иссушить все твои слезы. Я не мог стоять и смотреть, как тебе больно. А потом было уже слишком поздно; ты увидела меня, волком, поэтому я решил, что пришло время, прийти и честно признаться, что ты нужна мне.

— Нужна тебе?

— Как моя пара. Я нуждаюсь в тебе, здесь, со мной.

— Я не знаю тебя, — пробормотала она, смотря на свои коленки.

Ее сильно тянуло к нему и, не было никакой ошибки, что означало тепло, что он вызывал в ее теле. С каждым прикосновением, ее тело отвечало ему как сумасшедшее. Меня невероятно тянет к нему… но я не могу… я только рассталась с Томом. Слишком рано.

Как будто читая ее мысли, Себастьян наклонился и прошептал ей на ушко.

— Никогда не слишком рано, Кэри. Не только тогда, когда ты знаешь кто твоя пара. Не говори мне, что ты ничего не почувствовала, когда я поцеловал тебя.

— Я почувствовала, — прошептала она.

— Тогда будь со мной. Стань моей парой, — сказал он мягко, взяв ее за подбородок и поворачивая так, чтобы она смотрела прямо ему в лицо.

Его глаза умоляли ее, и она вдруг обнаружила, что на самом деле рассматривает эту идею. Действительно, между ними было какое-то притяжение, сказать да будет не слишком сложно… но у нее все еще было много вопросов.

— Но… что это будет означать? — спросила она. — Если бы я сказала да.

Мысль, кажется, пробудила Себастьяна и его глаза вспыхнули золотыми крапинками на мгновение, прежде чем стать, снова, обычного темно-коричневого цвета.

— Если бы ты сказала да, — прорычал он. — Я бы всегда заботился о тебе. Ты бы осталась здесь со мной, и моими детьми, после того как мы бы поженились, конечно.

— Но… как насчет моего дома? И мне нужна новая работа, — ответила она.

Он улыбнулся, показывая белые, ровные зубы.

— Это твои единственные заботы? Я миллиардер, Кэри. Тебе не нужна работа. Поднятие молодняка оборотней более сложная работа, чем то, что вы люди называете «реальной» работой. Конечно, я буду здесь, чтобы помочь. Поднятие нашего молодняка, является тем, что мы должны разделить.

— Я не могу поверить, что ты говоришь это мне. Как я уже говорила, я даже не знаю тебя, — сказала она.

— Знаешь. Ты признала это, — сказал он тихо.

— Нет, я этого не делала.

— Сделала. Когда я спросил, что ты почувствовала, когда я поцеловал тебя раньше, ты сказала, да… что есть притягивающая сила между нами. Это всегда было так, с самого твоего рождения. Твое тело знает меня всю жизнь, как мое тебя.

Кэри вспомнила странное чувство, что всегда преследовало ее в мыслях, то которое было уверено в том, что ей не нужен Том или другой мужчина. Она не чувствовала этого с этим мужчиной. Себастьян прав. Я знаю его, и мое тело и мой разум знал всю мою жизнь, что никто другой не был бы правильным выбором для меня.

— Да, — прошептала она, едва поняв, что сказала.

— Да, что?

— Ты прав, во всем что сказал. Я только встретила тебя, но мой разум и тело, кажется, чувствуют, будто всегда знали тебя.

Глаза Себастьяна вспыхнули желтым.

— Так ты говоришь да, тому чтобы быть моей парой? — прорычал он.

— Да.

Его глаза продолжали светиться, когда он набросился на нее, с места, где сидел, а руки, легли ей на плечи, гладя и лаская ее нежную кожу. Фейерверк, казалось, взорвались в мыслях Кэри, когда он поглаживал пальцами, и мягкий стон удовольствия сорвался с ее губ, когда она откинулась назад и слегка раздвинула ноги, давая ему доступ ко всему телу.

Он по-волчьи оскалился и взял ее руки, переплетя пальцы и положив руки на плечи, в результате, они стали еще ближе.

— Я хочу, чтобы ты ко мне прикасалась, как и я прикасаюсь к тебе, — пробормотал он, прежде чем двинуться вниз, оставляя теплые поцелуи на ключице и груди.

Наконец, опустив все свои барьеры, Кэри провела руками по его плечам, вниз по спине, сжимая и чувствуя жесткие мышцы, которые перекатывались под черной футболкой. С каждым поцелуем, что он оставлял на ее шее и груди, она чувствовала, будто маленькие искры пробегали через нее в показывая, чтобы случилось, если бы она почувствовала, как он движется в ней, голый и жесткий.

Он поднял голову, а затем снова прикоснулся своими губами к ее, и огонь, который зарождался в животе ранее, стал бушующим адским пламенем. Она задохнулась от жажды него, и он оторвался усмехаясь.

— Я же говорил тебе, что это правильно, — сказал он, обхватывая и сжимая ее еще прикрытую грудь обеими руками.

— Отнеси меня в спальню, — выдохнула она.

Себастьян прорычал и встал, прежде чем взять и перекинуть ее через плечо снова. В этот раз Кэри наслаждалась этим, осматриваясь, когда он подошел к двойной лестнице и большой спальне. Он бросил ее на огромную кровать с балдахином, а затем взобрался на нее, его глаза горели дикой, едва сдерживаемой, страстью.

— Я хочу тебя. Сейчас, — прорычал он.

— Так возьми. Сними рубашку, — попросила она, не веря, что эти смелые слова сказала она.

Его челюсть сжалась и, секунду спустя, он разорвал на себе рубашку, и отбросил в сторону ее платье. Кэри помогла ему, а затем приподняла бедра и ахнула, когда он соскользнул с нее, одним плавным движением.

Себастьян снова зарычал, когда увидел ее дорогое белье, перебирая его руками. Кэри улыбнулась, и подразнила его, медленно двигая бедрами взад и вперед, наблюдая, как его глаза загорелись нуждой в ней.

— Хватит дразнить меня, — прорычал он, игриво прикусывая мочку ее ушка.

— Тогда сними их, — прошептала она.

Передвинув руки, он расцепил крючки корсета и бросил его на другую сторону кровати, дыша быстро и тяжело, когда он взял ее чувственные груди и улыбнулся, наблюдая, как твердеют ее соски, от ее желания.

Кэри снова подняла бедра, он просунул пальцы за поясок трусиков, глядя ей в глаза, он стащил их. Наклонившись, он поцеловал ее снова и на этот раз, его язык, постарался проскользнуть между ее губ. Она раздвинула губы, позволяя его языку, наконец, скользнуть внутрь, чувственно переплетаясь с ее и отправляя еще больше и больше электрических разрядов бежать по венам.

Поцелуй, казалось, никогда не закончится, они жадно исследовали рты друг друга, пробуя и запоминая, каждый уголок друг друга. Кэри чувствовала, что его сердце быстро бьется, и знала, что ее пульс такой же быстрый. Так, будто они совпадали во всех отношениях, и знала, что сделала верный выбор, сказав ему да.

После того как он наконец оторвался от нее, он мягко прикоснулся к ее нижней губе, а потом спустился с кровати, оперевшись на локти, остановился между ее бедер. Кэри посмотрела на него, и он снова взглянул на нее с хитринкой, прежде чем прикусить внутреннюю часть бедра. Она задохнулась от странной смеси удовольствия и боли, а потом ахнула с восторгом, когда его рот передвинулся ближе туда, где она хотела его больше всего.

Его теплый язык скользнул вдоль чувствительной линии, где бедра встречались с ее пахом и, она вздохнула от нетерпения, от невозможности больше ждать, но зная при этом, что это стоило ожидания, он дал ей то, что она хотела.

Себастьян переместил одну руку ей между ног, продолжая лизать и покусывать чувственное местечко, а затем слегка прикоснулся подушечкой большого пальца к клитору, очень нежно. Еще один мягкий стон вырвался из Кэри, когда его палец прикоснулся к ее припухшему клитору, и она не смогла это больше выносить.

— О, пожалуйста, Себастьян! — попросила она. — Прикоснись ко мне.

Она почувствовала, как он улыбается у ее бедер и секунду спустя, его язык прикоснулся к ее складочкам, двигаясь вверх и вниз, плавными движениями, пока его палец продолжал кружить над ее клитором, слегка нажимая и поглаживая его. Кэри хотелось закричать от наслаждения, и она откинула голову назад, закрыла глаза, наслаждаясь ощущениями наполняющими голову и тело, когда он продолжал работать у нее между ног.

Через пару минут такой обработки, Себастьян перешел к ее клитору и стал сосать и покусывать пульсирующий бутон, у Кэри перехватило дыхание, когда он скользнул пальцем между ее складками, а затем внутрь нее, изучая и чувствуя ее тесное, влажное тепло.

Он что-то пробормотал, медленно двигая пальцем в ней, и она громко застонала, когда вибрация от его рта вызвала удивительные спирали по всему телу. Она была уже близка к блаженству, которое не чувствовала месяцами, с мужчиной, которого она только что встретила. Мысль послала еще одну волну дрожи по спине, и она скользнула руками к его голове, проведя пальцами по шелковистым темным волосами, когда его губы кружили над ее клитором.

Это был тот момент, которого она ждала всю свою жизнь; момент, когда она, наконец, испытала, что значит быть с мужчиной, предназначенным ей, и это уже превосходит все ее ожидания. Никогда она даже не думала, что такой великолепный, сильный и богатый мужчина, попросит ее стать его, и никогда бы она не подумала, что он может быть… оборотнем. Хотя это не имело значения. Он был прав, насчет нее, ее тело и так знало. Это было так, будто он знал, где именно ее коснуться, будто мог заглянуть в ее мысли и узнать, что принесет ей наибольшее удовольствие.

Ее бедра приподнялись, желая, чтобы его пальцы были еще глубже, и он скользнул еще одним пальцем в нее. Она продолжила двигаться против него, скользя на его руке, зажмуривая глаза, чтобы еще больше сконцентрироваться на том, как его пальцы входят в ее мокрую щелочку. Они прижались к чувствительному местечку, и она закричала в экстазе.

— О Боже… я так близко! — сказала она, дыша глубоко и быстро.

Себастьян принял ее слова за знак, что нужно ускорить движения, его язык по-прежнему кружил над ней, когда он увеличил давление и скорость движения пальцев. И секундой позже, тело Кэри сильно сжалось вокруг него, когда теплые волны удовольствия захлестнули ее, казалось бы, сметая ее в пропасть, где разум больше не работал, а ноги невольно дрожали.

Пока она стонала и кричала от удовольствия, Себастьян вернулся на кровать и провел руками по всему телу, а затем наклонился и поцеловал ее. Она почувствовала свои сладковато-пикантные соки на его губах, когда ответила на поцелуй, и обхватила его за плечи, нуждаясь в опоре, когда весь ее мир, кажется, вышел из-под контроля.

Каждое нервное окончание было в огне, когда он поднял голову и снова поцеловал ее, а она раздвинула для него ноги, умоляя взглядом. Его глаза снова сверкали желтым, и она почувствовала, как его твердость прижимается к ее входу. Она даже не помнила, когда он снял штаны, но ее сознание было настолько затуманено желанием, что сейчас могло произойти что угодно, а она не заметила бы. Все, что она видела, это его лицо, челюсти сжаты, а глаза горят от возбуждения, когда он потерся о ее влажную щелочку, дразня, пока не зная, что она больше не выдержит.

Он поцеловал ее еще раз и тогда проник, толкаясь глубоко в нее, посылая волну удовольствия по ее организму и вызывая крик наслаждения. Она всегда наслаждалась сексом, но ее прошлый опыт, не шел ни в какое сравнение с тем, что она чувствовала сейчас, когда он двигался в ней.

Кэри выгнулась, притягивая его еще глубже, когда он продолжил двигаться, а затем подтянул одну ее коленку к груди. Себастьян прорычал, почувствовав, что она стала теснее, а потом подхватил ее другую ногу и положил ее себе на плечо. Он начал двигать бедрами круговыми движениями, и она задохнулась от удовольствия, наслаждаясь каждой секундой.

Когда она застонала, Себастьян двинулся вниз, снова сжав ее груди, улыбнувшись, заметив, как мурашки побежали по рукам и груди. Увеличив скорость, каждый толчок стал жестче и быстрее глаза Кэри едва ли не закатывались в экстазе, когда его пах терся о ее набухший клитор, посылая следующую волну удовольствия за собой.

— Я хочу чтобы ты была сверху, — прорычал он, после того как был полностью удовлетворен.

Не давая ей возможности ответить, он столкнул ее ногу с плеча и перекатился на спину, притянув ее сверху. Кэри поцарапалась ноготками по его мускулистой груди, когда села на него, а затем приподняла бедра и опустилась на него, наблюдая, как его глаза темнеют от удовольствия, когда он исчез в ее горячей, влажной, тесноте.

Себастьян обхватил ее за бедра, удерживая ее, когда она скакала на нем верхом, а затем начал двигать бедрами круговыми движениями, перемежая каждое движение тихим стоном.

Кэри почувствовала, что снова приближается к краю, и откинулась назад, положив руки ему на голени. Он скользнул ладонью по ее клитору, нежно потирая и улыбаясь, видя, как она снова взрывается, закрывая глаза, откидывая назад голову и крича от восторга.

Мощные сокращения продолжали проноситься по самой ее сути и, Кэри рухнула на грудь возлюбленного оборотня, постанывая и тихо вздыхая, когда он усилил хватку на ее мягких формах бедер, двигая ее вверх вниз. Его глаза сверкали и, она знала, что его собственное удовольствие должно быть уже близко.

Через несколько секунд, Себастьян громко застонал и, вонзившись в нее еще раз, излил свое семя глубоко внутри нее. Двое влюбленных, лежали, переплетясь в объятиях друг друга, в течение пары мгновений после этого, без возможности сказать хоть слово.

Когда он, наконец, отдышался, Себастьян наклонился и прошептал Кэри на ушко.

— Я же говорил тебе, мы созданы друг для друга.

— Ну, в это было трудно поверить, во-первых, учитывая то, как ты, фактически, похитил меня, — поддразнила она, подняв руку и погладив его по голове.

— Я не похищал тебя, — прорычал он. — Я только принес тебя домой, где я точно знал, что ты принадлежишь мне.

— Знаю, — прошептала она, понимая, что он оказался прав.

Он был ее, а она его; и это был теперь ее дом, их общий дом.

— Эмма! Завтрак готов!

Эмма Чепмен вздохнула, услышав, как ее мать, зовет ее снизу. А она все еще не одета, и если она потратит слишком много времени на завтрак с семьей, то опоздает на работу. Она была в середине стажировки, в одном из местных журналов светских хроник города, и трудно было получить работу, но еще труднее удержать ее. Она уже видела, как уволили двух стажеров, просто за то, что они сделали кому-то неправильный кофе.

Торопливо подойдя к шкафу, она выбрала сине-белое платье, которое облегало ее грудь и талию, а потом стекало по бедрам. Не слишком облегающее, но и не старушечье, подумала она, оценив свое отражение в зеркале, прежде чем спуститься.

Она хотела попытаться влезть в пару дизайнерских джинсов, которые ее мать купила дня нее пару лет назад, но в брюки любого покроя, заставляли впадать ее в депрессию. Она любила свои пышные формы, но у нее, как называли некоторые ее друзья «Округлые бедра». Другими словами на взгляд это было красиво и округло, но это делало почти невозможным найти брюки, которые бы облегали и бедра и талию. Так что оставались только платья и юбки. Хотя она не возражала, ей нравилось быть женственной.

— Мама, у меня есть время только на быстрый завтрак, а потом я должна бежать, — сказала она, обнимая мать и говоря доброе утро.

Отец вздохнул.

— Ты слишком суетишься, насчет этого места, Эм. Это не хорошо. Почему бы тебе не найти хорошего парня и не осесть?

— Папа, мне только двадцать два. И мы живем не в 1940-х годах. Я хочу построить свою карьеру, — сказала она, раздраженно. Ее отец всегда говорил ей такое, и она не могла понять, говорил ли он серьезно или просто пытался досадить ей.

После завтрака, она схватила сумочку, и сев в машину поехала в город к главному офису журнала. Ее семья жила на большой территории, на расстоянии от делового района города, там было хорошо растить детей, Эмма же, уставала от длинной езды на и с работы каждый день. Я хочу, чтобы стажировку оплатили. Тогда я могла бы позволить себе жилье в городе.

Как только она приехала, к ней подошел ее босс, высокий, краснощекий мужчина, по имени Томас, сжимая пачку бумаг в руках.

— Мне нужны ксерокопии всего этого, без промедлений. И тогда нам нужно кофе в писательской комнате.

— Хорошо, — ответила она.

— Да, и после этого, я подумал, что ты можешь пойти со мной сегодня на интервью и фотосессию. Это было бы хорошим опытом для тебя.

— Конечно, спасибо. Это фотосессия холостяков, да?

— Ага. А теперь иди!

Взволнованная, Эмма отправилась делать то, что было задано. Она не могла дождаться интервью с Томасом. Журнал делал список «50 самых горячих, завидных холостяков» и она будет прямо там, рядом со всеми этими сексуальными мужчинами.

После того, как отнесла кофе, она чуть не столкнулась с Триной, модным фотографическим стилистом.

— О, Эмма. — Сказала она, своим пронзительным, мелодичным голосом. — Пойдем со мной, интервью начинается, и Томас сказал мне, что ты будешь наблюдать!

С этими словами, она развернулась и направилась по коридору, стуча шпильками, по плитке, с каждым шагом. Эмма закатила глаза. Она не могла понять, как люди могут носить каблуки каждый день. Это больно и единственная удобная пара, которую она примеряла, стоила несколько тысяч долларов в универмаге.

У Трины же, казалось, не было проблем с покупкой и ношением дорогой обуви. Она происходила из богатой семьи и пыталась пробиться в модельный бизнес, в течение нескольких лет. В результате, она пыталась выглядеть «лучшей» во всем, и это значило, что она разодевалась в пух и прах всегда. Она представляла собой все то, что для Эммы было недостижимо, она была высокой и худенькой, со светлыми волосами и ярко-голубыми глазами. Тем временем, как Эмма была низкая, пухленькая, с темными волосами и карими глазами.

Когда Эмма вошла в главную комнату, где проводились интервью, она стала в стороне от Трины и наблюдала, как мужчины отвечают на общие вопросы о них, которые задавал Томас.

— Видишь парня? — прошептала Трина, указываю на блондина, у которого Томас сейчас брал интервью. — Его глаза, каким-то образом, исчезают на снимках, так что нам пришлось наклеить ему накладные ресницы, чтобы он выглядел нормально.

Эмма с трудом подавила смешок. Томас закончил интервью и проводил мужчину, прежде чем попросить стажера пригласить следующего.

— О, Боже мой, — сказала Трина, чуть погода, ткнув ее локтем. — Посмотри кто следующий.

Высокий, темноволосый мужчина, только вошел в комнату и пожал руку Томасу. У него были ярко-зеленые глаза, и он осматривал комнату, наткнувшись взглядом на Эмму и Трину. Его лицо выражало удивление всего секунду, но он снова принял бесстрастное выражение и сел. Томас начал интервью, но он то и дело бросал взгляды украдкой в их сторону.

Наверное, смотрит на Трину. Если бы он смотрел на меня, подумала Эмма, когда почувствовала, как покраснели щечки. Из того, что Трина только что прошептала, она знала, что мужчина был Маркусом Уинтерсом, завидным холостяком миллиардером. Ему было тридцать пять, но почему-то он выглядел намного моложе. Ну, думаю, богачи могут позволить себе все самые лучшие омолаживающие процедуры, подумала она.

Он не только выглядел молодо, но был и одним из самых красивых мужчин, которых она видела. Каждый раз, когда он бросал взгляд на них, она чувствовала, что ее лицо вспыхивало все больше и больше, пока она не стала, уверена, что ее лицо стало ярко-красным.

— Итак, Маркус, — сказал Томас. — Вы, вероятно, самый завидный холостяк из всех, кого мы спросили, в этом году. Вы миллионер, явно хороший парень и еще… Вас никогда не видели с женщиной. Вы скрываете бедняжку или просто меняете подружек?

Маркус тихо засмеялся.

— Нет, я никого не скрываю. Я просто еще не нашел нужную женщину. Когда это случится, я сразу хочу остепениться и жениться. Я не тот тип парня, которого можно назвать… игроком или что — то в этом роде. — Ответил он.

Его голос, спокойный и мелодичный, посылал дрожь по спине Эммы каждым словом, которое он произносил. Боже, он невероятно великолепен. Я бы хотела быть его женщиной.

— Приведите пример Вашей идеальной женщины, — сказал, улыбаясь, Томас.

— Ну, я не хотел бы никого смутить, но… та девушка, что стоит там, — ответил, указывая, Маркус.

Он указывал прямо на Трину и Эмму, и Эмма почувствовала, как горячие слезы набегают на глаза. Она повернулась и выбежала из комнаты, сказав Трине, что должна отнести еще кофе журналистам. Это была единственная причина, почему миллионер продолжал смотреть на Трину, но для него просто указать на нее и сказать, насколько она идеальная женщина по сравнению со стоящей рядом Эммой… ну, это просто обидно.

Она повернулась и посмотрела через плечо, уходя и, увидела, как Трина делает беспечный вид, получая внимание. Маркус вдруг смутился и опустил указующий палец, прежде чем сменить тему.

Оставшаяся часть дня, пролетела как в тумане и в пять часов, Томас позвал ее в свой кабинет.

— Объясни свое сегодняшнее поведение, Эмма, — резко сказал он.

— Что Вы имеете в виду? — спросила она нервно.

— Ты убежала с интервью и все потому, что миллионер заявил, что ты его идеальная женщин. Думаю, ты смутила его.

— Что? Я думала, он указал на Трину! — ответила она.

— Нет. Я спросил его позже, потому что, казалось, он был смущен после того, как ты ушла. И он ясно сказал, что указывал на тебя. Он просил передать извинения от его имени.

— Извинения?

— Ну, он подумал, что ты смутилась из-за его слов. Смущены все вокруг, не так ли?

Эмма присела, интересно, Томас так жестоко шутит. Почему бы он интересовался мной? Я просто скромный стажер. Он миллионер, конечно, он может встретить кого-то более подходящего.

— Ну, думаю это не так уж важно, — сказал Томас посмеиваясь. — Это было на самом деле мило. Во всяком случае, есть другая причина, почему я тебя позвал, у меня для тебя есть специальная работа.

— Ох, ладно. Конечно.

— Ну, мы, по правде говоря, не поверили ему, когда он сказал, что он не игрок. Ну, в смысле, мужику тридцать пять, и он хочет, чтобы мы поверили, что у него не было связи ни с одной женщиной? Ну да, конечно.

— Так что нужно от меня?

— Я думаю, что он точно скрывает какой-то тайный женский гарем в своем загородном доме. Я хочу, чтобы ты взяла одну из камер и поехала к его дому. Если сможешь получить фотографии хоть с одной женщиной загадкой для меня, то я смогу гарантировать тебе постоянное место здесь, после окончания стажировки.

— ММм… а разве это не запрещено? — спросила Эмма, нервно накручивая прядь волос.

— Не совсем. Камеры имеют очень хорошее приближение. Если ты просто припаркуешься на улице, то ничего не нарушаешь. Щелкнешь пару фото, бац, и ты все сделала. Как ты думаешь, папарацци получают фотографии знаменитостей? Кроме того, ты нравишься ему. Если он поймает тебя, то вероятно не будет выдвигать обвинения или что-то такое.

— Я до сих пор думаю, что это вторжение в частную жизнь, — сказала она.

— Эй, если ты не хочешь, я могу послать другого стажера. Я выбрал тебя, так как до сих пор, ты была моей любимицей. Но если это не для тебя…

Томас затих и выжидающе посмотрел на нее.

— Ладно. Я сделаю это. Сегодня вечером? — спросила она.

— Да. И завтра вечером. Так много ночей, сколько понадобиться, чтобы заполучить что — то. Ты можешь приходить на работу позже, в течение всего дня. Я не хотел бы, чтобы ты не высыпалась, потому что всю ночь была у дома какого-то парня.

— Хорошо, — сказала она.

После того, как оставила офис, она взяла из медиа центра камеру и размышляла, что сказать родителям. Они уже считали, что она проводит на работе слишком много времени, а теперь, она будет тратить еще и ночь, следя за мужчиной в его особняке, только ради сплетни. Наверно, просто скажу им, что буду с друзьями, подумала она, чувствуя себя нехорошо, от того, что приходится лгать. Не в ее характере было лгать, особенно родителям, но она очень хотела постоянную работу в журнале. Это было очень хорошая возможность для карьерного роста.

Томасу удалось узнать адрес Маркуса Уинтерса, и она даже не хотела знать, как он это сделал. После ужина, она сказала родителям, что уйдет с подругой и приедет домой поздно, а потом села в машину и поехала. Дом миллионера, был не так уж далеко от ее дома; хотя это было более приятное место в холмах.

Когда она ехала, то заметила, что здесь было темнее. Территория холмов, славилась своими лесными массивами, и дороги были обсажены деревьями. Лесной покров закрывал лунный свет, и луна скрывалась за облаками. В общем, это все делало территорию устрашающе темной. Хотя, тут было приятно, здесь все кажется таким спокойным и тихим.

Она решила припарковаться на расстоянии от дома, так, чтобы не вызывать подозрений, а потом взяла камеру и прошла пешком оставшийся путь. Когда приблизилась, она подошла к воротам, как можно тише и заглянула внутрь. Она ожидала увидеть огромный особняк с длинной, извилистой подъездной дорогой, но дом был довольно далеко и, его нельзя было назвать особняком. Он был большой и окружен лесом, но не так она представляла жилье миллионера. Думаю, он скромный парень. Это, собственно говоря, приятно.

Когда она смотрела через ворота, то увидела свет в доме. Ладно, он определенно там. Она использовала функцию приближения в фотоаппарате, нацелившись на окно, но оно было зашторено и поэтому было невозможно что-либо увидеть. Разочарованно, она присела на землю и решила просто подождать, пока она что-то не увидит или услышит. Если у него есть женщина, то она должна будет уйти, и я тогда ее сфотографирую.

Ей вдруг пришло в голову, что если у него есть женщина, она может остаться с ним на ночь и тогда все ее усилия впустую.

Почувствовав укол ревности, как она это идентифицировала, она схватила телефон и стала играть в игры, оглядываясь каждые несколько минут, чтобы посмотреть были ли какое-то изменения.

После четырех часов, она уже готова была сдаться. Ей еще никогда в жизни не было так скучно и становилось холодно, а на ней все еще оставалось платье. Ни одна работа не стоит четырех часов отмораживания задницы. Хотя, может я смогу носить джинсы, если отморожу ее, подумала она, хихикая про себя.

Дрожа, она спрятала телефон и подняла камеру, когда увидела движение на периферии зрения. О, дерьмо. Это был Маркус, и он направлялся вниз по дорожке.

Отходя от ворот, так аккуратно, как только возможно, она скрылась за большим деревом, затаив дыхание, чтобы он ее не услышал. А сердце колотилось так быстро, что она была уверена, что он услышит, но он прошел мимо нее и направился к, казалось бы, неприметной тропинке, которая вела в лес.

Когда он отошел на безопасное расстояние, Эмма последовала за ним, она подозревала, что он назначил кому-то там свидание, так поздно вечером. Когда она подумала об этом, то снова хихикнула. Почему, черт возьми, миллионер крадется через лес, чтобы встретиться с женщиной? Вряд ли это кажется романтичным!

Проходя по тропе так тихо, как только возможно, она продолжала следить за ним, сохраняя безопасную дистанцию, было темно, но она все еще могла различить его белую рубашку и светло серые брюки, когда он шел. Слава Богу, он не оделся в черное, я бы уже давным-давно его потеряла, подумала она.

По ощущениям, они шли уже минут пятнадцать, когда он остановился на небольшой поляне. Эмма нырнула за дерево, боясь, что он услышит ее, но, кажется, нет, он стал снимать рубашку. Окей, он определенно здесь с кем-то встречается, подумала она, спокойно поднимая камеру и приближая фото, остановилась на его торсе. ММм… он великолепен.

Его живот и руки были крепкие, мускулистые, и на широкой груди были небольшая поросль темных вьющихся волосков. Он повернулся и стал снимать штаны и трусы, и Эмма решила не делать никаких фото, пока что, просто смотрела на его подтянутую задницу. Она хотела подождать, когда придет его тайная подруга. Тем не менее, интересно, зачем он прошел весь этот путь по лесу, в полночь, только чтобы увидеть кого-то, она зевнула и потерла глаза.

Через пару секунд ее рот приоткрылся, но на этот раз не из-за зевка. Что-то происходило с Маркусом. Его руки и ноги, покрывались волосами и, когда он обернулся, она увидела, что его, обычно, зеленые глаза, светились ярко-желтым светом. Его уши поменяли форму, и прежде чем она поняла что либо, огромный серо-белый волк стоял на поляне. Он оборотень? Что за…? Я думала, что они всего лишь старый миф. О, Боже, что, мать его, происходит?

Когда Эмма осознала то, что видела, то ущипнула себя, чтобы убедиться, что не спит. Понимая, что она точно не спит, она увидела, как волк начал принюхиваться и ужасающая мысль пришла ей в голову. Волки чуют запахи очень хорошо. Мне нужно убраться отсюда, сейчас же!

Она попыталась уйти, как можно тише, а затем ругнулась, услышав, как ветка хрустнула под ее ногами. Рычание за ней, предупредило ее о том, что волк услышал это, и она побежала так быстро, как только могла.

Оглянувшись через плечо, она вскрикнула, увидев, как близко уже был волк. Его глаза засверкали, когда он приблизился к ней и секунду спустя, она почувствовала толчок со спины, поваливший ее на землю. Приземлившись на кучу мха, с глухим стуком, Эмма попыталась перевести дыхание, а потом, закричала от ужаса, почувствовав, как ее переворачивают на спину.

К ее удивлению, волк исчез и Маркус держал ее, тяжело дыша и свирепо глядя на нее. Его глаза горели желтым, а клыки вытянулись, но, несмотря на это, он был в своей человеческой форме.

— Пожалуйста, позвольте мне уйти, — вскрикнула она. — Я никому не расскажу, что видела!

— Правильно, не расскажешь, — прошипел он. — Я запомнил твой запах, и если ты даже заикнешься об этом, я буду охотиться за тобой, а когда выслежу, разорву…

Он затих, луна вышла из-за облаков, освещая территорию, его голос и выражение лица сразу смягчились.

— Это… это ты, — сказал он.

— Что Вы имеете в виду? — спросила она.

— Ты та девушка. Девушка моей мечты, из газеты. Мне жаль. Пожалуйста, прими мои извинения. Не хотел сделать тебе больно.

Он отпустил ее руки, которые удерживал над головой и его желтые глаза, темнели, пока не приняли обычный зеленый цвет. Хотя он и не отошел от нее. Вместо этого, он протянул руку и убрал прядку волос с лица за ушко, проведя большим пальцем по щеке.

Эмма сильно замерзла, но его рука была неожиданно теплой. Когда он провел пальцем по щеке, она почувствовала, как в груди разгорается тепло, и хотя по-прежнему боялась, какая-то часть ее, хотела, чтобы он продолжал прикасаться к ней. Оборотень или нет, но он все еще был прекрасным мужчиной, который так привлек ее ранее, и его прикосновения приносили столько необходимое тепло ее телу.

— Ты оборотень, — прошептала она, по-прежнему не в силах поверить, что мифические существа реальны, даже не смотря на то, что один из них был прямо перед ней.

— Да, — ответил он и его глаза снова засветились. — Могу поспорить, что это неожиданно, да? Я пришел сюда, чтобы никто не заметил меня с дороги, так часто делают волки. Хотя я и не думал, что меня будет преследовать девушка моей мечты.

— Почему ты меня так называешь? — спросила она, съеживаясь от холода, когда убрал руку.

— Потому что ты она и есть. Разве ты не заметила это? Это судьба. — Ответил он и его мелодичный голос отправил еще волну тепла по позвоночнику.

— Я не понимаю.

— Когда я увидел тебя сегодня, то подумал, что ты самая прекрасная женщина, которую я когда-либо видел. Когда ты сбежала, я подумал, что ты не заинтересована. Но теперь, ты здесь, со мной. Это судьба.

— Нет, меня послали следить за тобой, — призналась она. — Мой босс, хотел заполучить твои фото.

— Это не важно. Это по-прежнему судьба. Мы, волки, верим в нее очень сильно. Я был рожден под звездами, и старейший волк, сказал моим родителям, что я найду свою единственную истинную пару под звездами. Смотри.

Он взглянул вверх, и Эмма повторила за ним. Облака разошлись, и луна и звезды ярко сияли над ними.

— Я до си пор не понимаю, — растеряно сказала она. — Я обычный стажер. Не твоя женщина мечты или что-то в этом роде.

— Ты она и есть. Если ты разрешишь, то я сделаю тебя своей, прямо здесь и сейчас. У меня такого никогда не было раньше. Вот почему я уверен, что ты моя истинная пара, — прорычал он, наклоняясь и прикусывая ей ушко.

Его прикосновения отправили электрические искорки по венам и, Эмма не смогла удержать тихий стон. Она была смущена, но ее тело сильно реагировало на него. Несмотря на то, что он все еще лежал на ней, она не пыталась бороться. Этот великолепный мужчина — или оборотень — ощущался так правильно на ней.

— Что это будет означать, если ты возьмешь меня как свою пару? — поинтересовалась она, если решится все же на такое изменение своей жизни. Еще пару минут назад, она даже не знала, что оборотни существуют, а сейчас, один такой просит стать его парой. Это все так быстро.

— У волков, одна пара на всю жизнь. У меня никогда не было пары, потому что я не встречал правильную женщину, но если ты согласишься, то я никогда не оставлю тебя, — прошептал он ей на ушко.

Его теплое дыхание на шее послало потоки тепла через все ее тело, и Эмма обдумала его слова. До этого, она даже не задумывалась о том, чтобы осесть с одним человеком, как всегда хотел ее отец, но этот мужчина сводил ее с ума.

— Я не хочу бросать свою жизнь. Я слишком молода, — ответила она, понимая, что ее карьера для нее важнее, чем мужчин, которого она практически не знала.

— Ты и не должна. Продолжай работать в журнале. Проклятье, да я куплю тебе журнал, — прорычал он. — Я просто хочу, чтобы ты была со мной. У тебя будет все, что только захочешь.

Его предложение было заманчивым, но Эмма все еще была не уверена.

— Я даже не знаю тебя. И я хочу сама построить карьеру. Я не хочу, чтобы это было моим, только потому, что ты миллионер со связями.

— Как я уже сказал, у тебя будет все, что захочешь. Если это то, что тебе нужно, то ты это получишь. Все, чего я хочу, это ты. Я знаю, что мы не знаем друг друга, но волки это просто чувствуют. Ты моя пара. Моя единственная.

— Что если я скажу да, а потом пойму, что это не для меня?

Он отпрянул, а затем по-волчьи усмехнулся.

— Даже если я сказал, что пары это на всю жизнь. Я так уверен, что ты моя, что обещаю… если по какой-то непонятной причине, я ошибаюсь, то позволю тебе оставить меня, — сказал он.

— Ты уверен, что я единственная… твоя истинная пара? — затаив дыхание, спросила она.

— Да.

Его глаза стали светиться ярко-янтарным цветом, он смотрел на нее сверху вниз.

— Если ты скажешь, нет, я отвезу тебя домой. Если тебе нужно время обдумать это, то я буду уважать твое решение. Я ждал тридцать пять лет, прежде чем нашел тебя и я могу ждать еще сотню лет, если это понадобиться, чтобы убедить тебя, — прорычал он.

Эмма знала, что ее жизнь вот-вот измениться, когда она произнесет свой ответ, но она чувствовала себя непривычно правильно.

— Да. Мой ответ да. Мне не нужно время на размышления, — сказала она, мгновенно взволновавшись, что сделала неправильный выбор.

Его глаза горели яркой страстью, когда он посмотрел на нее.

— Ты уверена?

— Да, сделай меня своей парой.

Маркус зарычал и встал, и собирался поднять Эмму, когда она, протянув руку, коснулась его ноги.

— Подожди, — сказала она. — Возьми меня прямо здесь. Под звездами.

Ему не нужно было повторять дважды. Опрокинув ее обратно на спину, он провел руками по платью, пробежав руками вверх и вниз по ее полной груди, пышным бедрам и животу, прежде чем скользнуть одной рукой на талию и притянуть ее ближе.

— Я знал, что ты предназначена мне, — прошептал он, прежде чем наклониться и поцеловать ее.

Когда его рот прижался к ее, Эмма поняла, что сделала правильный выбор. Его губы были горячими против нее, и она почувствовала взрывающиеся фейерверки по всему телу и мыслям, когда она приоткрыла губки, позволяя ему углубить поцелуй.

Его язык жадно исследовал ее рот, проскользнул мимо ее зубов, и переплелся с ее, прежде чем отстранившись, напоследок прикусив нижнюю губу. Эмма зажмурилась, когда он начал целовать ее. И когда он отодвинулся, она открыла их, смотря в его желтые глаза, смотрящие на нее сверху вниз со смесью обожания и едва контролируемого желания обладать ею.

Теплое покалывание быстро распространилось вниз по животу и между ног, и она уже точно была мокрая для него. Она никогда не чувствовала себя настолько готовой на все, и протянув руку погладила его по голове, путаясь пальцами в его шелковистых, темных волосах.

— Прошу, — пробормотала она. — Не сдерживайся. Возьми меня, так как хочешь.

Он зарычал, когда она это сказала, и она заметила, как сжались его челюсти. Через несколько секунд, он снова был волком, и она смотрела, как он, вцепившись в платье, разорвал его и откинул прочь, не повредив нежную кожу. Когда она осталась лишь в лифчике и трусиках, он отпрыгнул в сторону, чтобы найти свои рубашку и штаны, а затем вернулся, неся их в пасти.

После того как принес их, он вернулся обратно в человеческую форму, а потом поднял Эмму, подсовывая под нее одежду, чтобы ей было комфортнее.

— Ты действительно хочешь, чтобы я взял тебя как настоящий альфа? — спросил он, его глаза сияли от возбуждения.

— Да, — выдохнула она, когда приподнялась на локтях, вдруг отчаянно захотев почувствовать этого прекрасного мужчину, двигающегося внутри нее, касающегося ее, ощущать его везде.

Он толкнул ее обратно на спину и лег сверху, придавливая своим весом и раздвигая ее бедра ногой. Он начал медленно двигаться напротив нее и Эмма застонала в предвкушении, когда его пах потерся об нее.

Она была почти не в состоянии поверить, что делает это, она протянула руку и погладила вьющиеся волосы у него на груди, он продолжал свои движения. Маркус улыбнулся и стащил чашечки бюстгальтера вниз, обнажая полную, сливочную плоть груди, а ее розовые соски напряглись под его пристальным взглядом.

Наклонившись, он втянул один сосок в рот и нежно пососал его, прежде чем перейти к другому, уделяя обеим грудям равное внимание. Затем он прикусил ее нежную кожу, вызывая небольшой вздох у Эммы, когда она почувствовала удивительное ощущение удовольствия смешанного с болью.

Электрические потоки взрывались в каждой вене и артерии ее тела, когда он прикусил ее грудь, а потом, начал двигаться вниз, оставляя теплые поцелуи на животе и бедрах.

Наконец он достиг развилки бедер, и, сверкнув волчьей ухмылкой, проскользнул пальцами за поясок трусиков и стянул их вниз. Затем он зарылся лицом между ее ног, и Эмма, выгнувшись, застонала, откинув голову назад, закрыла глаза.

Она почувствовала прохладные, влажные ощущения на внутренней поверхности бедер и сразу поняла, что это Маркус в форме волка, обнюхивал ее между ног, втягивая ее женский аромат. Она открыла глаза, но он был быстрее, и когда она взглянула на него, он уже был сам собой, опирался на локти и смотрел прямо на нее, прежде чем стал двигаться у нее между ног.

Его язык начал скользить вверх и вниз по теплым складочкам, раздвигая нежные розовые лепестки и вызывая у Эммы тихие стоны, когда она почувствовала, как он облизал ее долгим, плавным движением. После, скользнув языком сверху вниз по ее щелочке и обратно, останавливаясь на клиторе, кружа над чувствительной жемчуженкой, прищелкивая языком вокруг него.

Эмма выдохнула и снова закрыла глаза, когда почувствовала, как теплая рука проскользнула к бедрам, а затем тихо вскрикнула от восторга, когда Маркус скользнул пальцем между ее складочек, нажав на влажную теплоту ее влагалища.

— Да, да… сделай это, — прошептала она, когда он начал двигать пальцем, сначала медленно, а затем быстрее и быстрее.

Она снова вскрикнула, на этот раз громче, когда он стал двигать пальцем внутри, слегка прокручивая его, прежде чем прижаться к чувствительной точке на передней стеночке. Эмма даже не представляла, что у нее было такое местечко, ее глаза в удивлении распахнулись, когда он стал увеличивать давление пальцев.

Его язык все еще вырисовывал узоры на ее клиторе, который теперь пульсировал, когда мощный оргазм зарождался глубоко внутри нее. Движения рта и пальцев оказалось слишком много для нее, чтобы выносить их еще, и она застонала и вскрикнула, когда первая волна экстаза затопила ее тело, наполняя невероятным чувством тепла.

Ее ноги подрагивали, когда волны удовольствия продолжали проноситься по ней, Маркус поднялся обратно, удерживая ее сильными руками, пока она извивалась под ним.

— Это было вкусно, — прорычал он.

Эмма поняла, о чем он говорил, и почувствовала явную твердость у ее бедра. Отчаянно захотев почувствовать его внутри себя, она отчаянно обхватила его за грудь, проскользнув по спине и, сжала его тугую задницу, попытавшись притянуть его в себя.

Маркус улыбнулся, но почти сразу улыбка исчезла с его лица, сменившись холодным, твердым выражением альфа волка.

— Ты готова к этому? — прорычал он.

— Да, — ответила она. Она никогда не была ни в чем так уверена, как в этом.

Когда он прижался своей твердостью к ее мягким складочкам, наконец, в ее мутном сознании, проскользнула мысль, насколько большим он был. Она никогда не чувствовала никого такого толстого, и в течение доли секунды она хотела оттолкнуть его. Что делать если он разорвет меня пополам это штукой? Она не оттолкнула его, вместо этого, подумав, что она должна, по крайней мере, попытаться. Из всех кого она знала, он мог принести ей наибольше удовольствие в жизни.

Он начал. Он, стиснув зубы, протолкнулся внутрь нее, и Эмма вскрикнула, сразу почувствовав волну тепла и экстаза, наполнившее все ее тело. Она никогда не чувствовала себя настолько наполненной, и когда его толстый, гладкий член растянул ее, она закричала, нуждаясь в продолжении.

Он зарычал и стал толкаться в нее сильнее и быстрее с каждым движением, сердце Эммы безумно билось в груди, когда она начала подмахивать бедрами в такт с его.

Посмотрев вниз, она наблюдала, как он полностью входит в нее и обратно, и чувствовала, как становится влажнее и влажнее, наслаждаясь видом. Вид как его член исчезает от головки до основания внутри нее, был самым сексуальным, из всех, что она, когда — либо видела, и она начала стонать все громче и громче, когда она почувствовала, как он снова и снова заполняет ее.

Маркус внезапно передвинулся, притянув одну ее ногу себе на плечо, прежде чем скользнуть ладонью между их телами. Кончиком пальца, коснулся ее пульсирующего клитора. И Эмма быстро почувствовала, как еще один оргазм зарождается в ее сердцевинке, в этот раз еще больший, чем в прошлый.

— Да — да! — воскликнула она, когда волны удовольствия, наконец, обрушились на нее.

Когда она кончила, то посмотрела на него, заметила, как пот покрывает его лоб, когда он двигался в ее теплой тесноте. Он был сконцентрирован, а секунду спустя столкнул ее ногу вниз и, наклонившись вперед, прорычал ей на ушко.

— Ты чувствуешься, слишком хорошо вокруг меня, — сказал он. — Мне нужно взять тебя сзади, прежде чем я кончу.

При этом, он выскользнул из нее и потянув ее за руки, перевернул ее на живот. Эмма удивилась его невероятной силе, когда она встала на руки и колени, выгнув спину и бросив на него взгляд через плечо.

Его глаза горели желанием, когда он схватил ее за округлые, пышные бедра и погладил их, удерживая их, когда потерся членом о ее влагалище. Эмма застонала от отчаяния, хотя почувствовать его в ней снова, а затем радостно выдохнула, когда он толкнулся в нее.

— Ммм.… О, да! — воскликнула она. — Продолжай делать это! Не останавливайся!

Он начал перемежать каждый толчок стоном, когда двигался в ней, а через пару мгновений он двинулся руками вниз, потирая двумя пальцами между ее ног, пока она не почувствовала еще один зарождающийся оргазм. Она понятия не имела, что может перенести столько удовольствия за одну ночь, не говоря уже о том, что за одно занятие любовью, а она ахнула и вздохнула, представляя жизнь, которая у них будет после сегодняшней ночи.

Когда третий оргазм прокатился по ее телу, у Маркуса, кажется, осталась только одна цель в мыслях. Он интенсивно толкался в и из нее, и Эмма почувствовала, что ее мышцы двигаются и сжимаются вокруг него, когда приятные судороги встряхнули ее от самого ее ядра.

— Я собираюсь кончить внутрь тебя, — прорычал он, вызывая еще один стон у Эммы.

Одних только слов хватило, чтобы отправить ее к краю снова, и она закричала от удовольствия, когда ее новый возлюбленный оборотень пришел к собственному оргазму. Громко взревев, он еще раз вошел в нее, прежде чем излил теплое, липкое семя глубоко внутри нее.

Эмма радостно вздохнула, когда почувствовала влагу, покрывающую ее изнутри, а потом перевернулась на спину, смотря на луну и звезды, пытаясь отдышаться. Маркус присоединился к ней, тяжело дыша, оправляясь от своего оргазма, Эмма положила ладошку на его широкую грудь.

— Так будет каждый раз? — затаив дыхание, спросила она.

— Да, — пробормотал он. — Хотя…

— Что?

— В полнолуние будет еще лучше, — прорычал он, и потянувшись стал щекотать ее.

Она извивалась и хохотала, а потом вдруг вспомнила, что ее платье разорвано когтями.

— О, нет… мое платье! — простонала она.

— Ты можешь надеть мою рубашку, а я надену штаны. И вообще никто нас не увидит, — сказал он, улыбаясь ей. — Присоединишься ко мне сегодня в моем доме? Я надеюсь, ты осмотришь все, как моя официальная пара. Хотя я пойму, если тебе понадобится время, чтобы приспособиться и рассказать своей семье и друзьям.

— Нет, я пойду с тобой, — сказала она.

Остальной мир подождет. Хоть он и был оборотнем, она встретила мужчину своей мечты, а он встретил девушку мечты. Вместе они останутся как супруги и, ничего не встанет у них на пути.

Джесса Уильямс нервно кусала ногти, сидя в холле Тейлор Индастриз. Она искала работу секретаря два месяца, и кадровое агентство, наконец, нашло одну, у самого Грега Тейлора. Она не могла поверить своей удаче, когда они позвонили ей. Грег Тейлор был не только миллиардером, но и чертовски сексуальным мужчиной. Джесса знала это, потому что видела его фото на сайте, который часто посещала, чтобы получить свою дозу сплетен о знаменитостях. Из того, что она видела, он был высокого роста, с темными волосами и шикарными зелеными глазами. Женщины, наверное, доплачивали, чтобы работать с ним, а я буду получать зарплату за это, радостно думала она, узнав новости. Сейчас её желудок выделывали кульбиты, пока она ждала кого-то, кто придёт и встретит её.

— Мисс Уильямс? — произнёс четкий женский голос, напугав её.

Она подняла взгляд и увидела, худенькую, женщину блондинку, стоящую перед ней.

— Да, это я, — ответила она.

— Я Джейн, администратор офиса верхнего этажа, где Вы и будете работать. Извините, что я так долго, был инцидент с кофе машиной. Прошу, пройдемте за мной, и я покажу Вам, где вы будете работать.

Джесса взволнованно встала, повесив большую сумку на плечо. Джейн осмотрела её сверху вниз, от кремовой блузки до серой юбки. Джесса не знала точно, что надевать на работу к миллиардеру, но полагала, что типичный деловой костюм будет тем, что нужно. Лицо Джейн сказало ей о другом.

— Все нормально? — спросила она, не желая произвести плохое первое впечатление.

Джейн поджала губы.

— О… да. Это просто… Мистер Тейлор обычно предпочитает, когда мы нанимаем… стройных девушек. Но я уверена, что Вы даже лучше.

Джесса почувствовала, что её лицо начало краснеть. Она была так взволнована новой работой, но эта женщина заставила почувствовать себя несчастной, всего парой слов. Может ли она себе позволить говорить такие вещи мне? Разве это не дискриминация или притеснение? Подумала она, вдруг устыдившись своё тела.

Она всегда была пышкой, которую она давно приняла в себе. Независимо от того что она ела и сколько упражнений делала, у неё всегда будет четырнадцатый размер. В средней школе, она голодала, доведя себя до десятого размера, но очутилась в больнице с дефицитом железа.

Джейн развернулась на каблуках и пошла к лифту. Джесса пошла за ней, опустив глаза в пол, интересно, все в этом офисе такие стервозные. Они добрались до верхнего этажа в тишине и, приехав, Джейн провела ей экскурсию по офису, прежде чем показать её стол.

— В общем, если понадобится помощь, найдите меня. Большая часть работы должна быть в файлах, что я Вам отдала, — сказала Джейн, когда Джесса отдернув юбку, присела.

— Мистер Тейлор, сейчас здесь? — спросила она.

— Нет. Он не так часто бывает здесь, как Вы знаете у него много дел, что бы проводить время в других местах. Хотя это не значит, что Вам не придётся много работать. Вы должны будете принимать все его звонки, планировать его встречи… ну, вы знаете что делать.

Больше ничего не говоря, Джейн ушла. Джесса начала печатать документы, которые нашла в файлах, что оставила ей Джейн, и скоро почувствовала, будто работает на Тейлор Индастриз уже несколько недель, а не несколько часов. Изредка, другие сотрудники приходили знакомиться, и она с облегчением отметила, что они намного дружелюбнее, чем Джейн. Одна женщина особенно, высокая, рыжеволосая, по имени Ники, была мега дружелюбна.

В обеденное время, она принесла Джесси сандвич и латте, и сидела с ней, пока она кушала.

— Я подумала, что ты голодна. Здесь много работы, так что ты должна поддерживать энергию! — сказала она.

— Спасибо, Ники, — ответила Джесса. — Знаешь, я была немного обеспокоена, что здесь все будут,… я не знаю, более…

Ники ее перебила на полуслове.

— Более похожие на Джейн? Это нормально, можешь сказать это. Она бывает стервой, когда хочет, что она тебе сказала?

— О, я не хочу сплетничать.

— Ладно. Не говори. Я расскажу тебе кое-что, в мой первый день здесь, она сказала мне, что я должна покрасить волосы, потому что «никто не хочет видеть рыжеволосых». Серьезно, так и сказала.

— Это ужасно. Ну, она, в общем, сказала, что я… толстая, — сказала Джесса.

— Что? Боже, она становится все хуже. Не слушай ее. Она просто зла, что ты работаешь рядом с мистером Тейлором. Она всегда хотела быть с ним, но он не дает ей надежд на это.

— О, понятно, — ответила Джесса.

Добрые слова Ники заставили ее почувствовать себя немного лучше, но фраза, которую ранее бросила Джейн, продолжала преследовать ее весь день.

«Мистер Тейлор обычно предпочитает, когда мы нанимаем… стройных девушек».

Она не могла отделаться от ощущения, что он будет недоволен, когда увидит ее впервые. Понимая, что уже пора идти домой, она собрала свои вещи и вышла, надеясь, что скоро снова начнет себя чувствовать комфортно в своем теле.

Прошла неделя, как Джесса начала работать на Тейлор Индастриз, и она удивлялась, что до сих пор не виделась с мистером Тейлором. Независимо от того, разочаруется он в ней или проявит симпатию, она хотела встретиться с ним, просто чтобы посмотреть, какой он человек. И ее желание наконец-то сбылось в следующий вторник во второй половине дня.

Двери лифта издали звенящий звук на другом конце офиса, Джесса рефлекторно подняла взгляд и увидела, кто пришел. Когда дверь открылась, она почувствовала, будто ее сердце свалилось куда-то вниз. Там стоял Грег Тейлор. Он выглядел в реальной жизни даже лучше, ни одно фото, что она видела, не передавали его красоту. Он был моложе и выше ростом, чем она думала, с тяжелым подбородком и орлиным носом и она заметила, как пронзительно зеленые глаза смотрели туда, где она сидела. Он шагнул к ней, и она встала, чтобы поприветствовать его.

— Здравствуйте, мистер Тейлор. Я Джесса, Ваш новый секретарь. Так замечательно, наконец-то встретиться с Вами, — сказала она, протягивая руку.

Его взгляд задержался на секунду на ее теле, и она почувствовала, как розовеют ее щеки. Проигнорировав ее протянутую руку, он посмотрел ей в глаза. Его собственные глаза, мерцали незнакомым выражением. Гнев? Отвращение, что я не привычная стройная секретарша? Джесса не могла точно сказать.

— Я рад, что наконец-то встретился с Вами. Придержите мои звонки на некоторое время, пожалуйста, — сказал он, прежде чем пройти в свой офис и сильно закрывая за собой дверь. Его голос был глубоким, хриплым и, дрожь пробежала по ее спине, когда она посмотрела на закрытую дверь.

Мистер Тейлор не выходил оставшуюся часть дня, и как раз перед уходом домой, он вызвал ее к себе в кабинет. Джесса вскочила на ноги и поспешила туда так быстро, как только возможно. Он сидел за большим столом из красного дерева, затачивая карандаши.

— Да, мистер Тейлор? Я могу наточить эти карандаши, если хотите, — сказала она.

— Хм? О, нет, я люблю точить их по некоторым причинам. Дурацкая привычка. Я извиняюсь, что вызвал Вас, но нам нужно еще немного поработать. Нужно перенести встречи Вилсона, все из них. Кроме того, Джейн должна принести файл с документами, которые надо напечатать. Одна из девушек должна была это сделать, но пошла домой заболев. Это не слишком проблемно?

Джесса заметила, что он, кажется, смотрел на все вокруг, но не на нее. Я что, действительно толстая и уродливая, настолько, что он даже не хочет смотреть на меня? Подумала она.

— Все нормально, мистер Тейлор.

— Хорошо. Спасибо. Это все, — сказал он.

И все так же, не встречаясь с ней глазами, он махнул на дверь. Джесса вышла, прикрыв за собой дверь и села за свой стол, заметив, как темно уже стало на улице. Была почти зима, поэтому солнце садилось рано, даже если было только шесть часов. Во время работы, она заметила, что возможно услышала странные приглушенные звуки, доносящиеся из кабинета мистера Тейлора, но его дверь оставалась закрытой.

Наконец она завершила работу. Не желая надоедать ему, Джесса сложила свои вещи и ушла не попрощавшись.

На улице было холодно, и она обернула красный шерстяной шарф вокруг шеи, перед тем как отправиться на стоянку. Тейлор Индастриз был одним из крупнейших работодателей во всем городе и парковку сделали соответствующую. Джесси везло, если ей удавалось найти парковочное место меньше чем в десяти минутах ходьбы от главного здания. Заметив, что фонари на стоянке, похоже не работают, она вздрогнула и поспешила к своей маленькой белой машине.

Внезапно, два здоровых мужика, вышли из темноты перед ней.

— Здрасти мисс. А который час? — спросил один из них.

Джесса унюхала слабый запах пива и сигарет, исходящий от мужчин и укуталась в пальто поплотнее.

— Чуть больше семи, — ответила она, надеясь, что не попадет в неприятности.

— Спасибо. Не хотите присоединиться к нам? Мы устроим вечеринку, — сказал другой мужчина.

Даже в темноте, Джесса могла увидеть злобный блеск в его глазах.

— Нет, спасибо. Мне действительно нужно домой, — пробормотала она.

— Да ладно тебе. Пухленькие как ты, должны благодарить за внимание, — сказал первый мужчина, схватив ее за руку.

— Отстань от меня! — Закричала она.

Второй мужчина схватил ее за другую руку и потянул ее к траве на краю стоянки. Испугавшись, Джесса попыталась закричать, но первый мужчина прижал руку в перчатке к ее рту. Толкая ее на землю, один из мужчин, грубо раздвинул ее ноги и умостился на нее. И вдруг, она почувствовала какую — то силу, оттягивающую мужчину от нее, и запах сосны заполнил ноздри. Приподнявшись на локтях, она увидела большую темную фигуру, оттаскивающую мужчин в нескольких метрах и секунду спустя, она услышала рычащий звук, с последующим глубоким рычанием.

Все происходило так быстро, что разум Джесси не мог обработать все сразу. Разве собака напала на них? Как понять, кто спас меня? Я могу поклясться, что видела мужчину, оттянувшего того с меня. Благодарна, что она, по крайней мере, в безопасности, встала и смотрела, как мужчину прихрамывая, уходят прочь так быстро как могут. Собаку, или что это было, не было видно.

— Что, блять, это было? — услышала она, крик одного из них. Их голоса терялись на ветру, они отошли еще дальше, и она не услышала ответ второго.

Ноги Джесси были как желе, ее руки дрожали, когда она подошла к своей машине и стала возиться с замком. Она не могла поверить, что ее чуть не изнасиловали на парковке, это будто было кошмаром. Когда она повернула ключ в замке, то услышала звук позади нее. Повернувшись, опасаясь, что несостоявшиеся насильники вернулись, она ахнула, когда поняла, что позади нее стоит мистер Тейлор.

— Ты в порядке? — спросил он, его голос был добрее, чем раньше, но все еще невероятно глубокий и мужественный.

— Да. Спасибо. Двое мужчин, пытались на меня напасть и…

Ее голос дрогнул, когда она поняла, что не совсем уверена в том, что только что произошло.

— Я знаю, — сказал он, приближаясь к ней. — Я видел. Я стащил их с тебя. Я искренне надеюсь, что ты в порядке. И… прошу, не говори никому, что ты видела сегодня вечером.

Джесса втянула слабый пряный запах дорогого одеколона, смешанного с запахом пота, когда он посмотрел ей в глаза.

— Что Вы имеете в виду? — спросила она удивленно.

Его глаза, казалось, светились в темноте, какая-то уловка лунного света, предположила она. Джесси вдруг посетила странная мысль, вызванная большим количеством фильмов.

— Подождите,… то существо… это был…

— Это был я. Да. Вот почему ты никому не можешь рассказать, — сказал он.

— Я не понимаю. Что… что это было? Что Вы?

— Это трудно объяснить. Просто,… пожалуйста, не говори никому, что ты видела. Я собираюсь послать одного из водителей последовать за тобой до дома, чтобы убедиться, что ты вернешься домой в безопасности. Есть правило, охранники патрулируют участок ночью, но я думаю, что все они разленились. Они все будут уволены. Я сейчас позабочусь об этом.

Он отошел от нее, чтобы сделать несколько звонков. Джесса еще понятия не имела, что происходит, но точно знала, что чувствовала себя намного спокойнее и безопаснее рядом с ним. Когда он закончил говорить по телефону, то вернулся к ней.

— Я подожду здесь, пока мой водитель не прибудет. Он должен быть здесь через минуту. Мне так жаль, что это случилось Джесса, — пробормотал он.

Она удивилась, что он вспомнил ее имя, и благодарно улыбнулась ему.

— Спасибо, мистер Тейлор, — сказала она.

Его глаза снова начали мерцать, и на этот раз Джесса поняла, они и правда светились. Что же, черт возьми, он? Тот же непонятный взгляд, которым он одарил ее в первую встречу, был в его глазах и он наклонился к ней ближе. Ей пришло в голову, что он, может быть, поцелует ее, и она немного склонила голову. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но был отвлечен слепящими фарами черного автомобиля.

— О, это мой водитель. Он проследует за тобой до дома, как я уже говорил. Береги себя Джесса.

Сказав это, он ушел. Будто он собирался целовать меня. Я такая глупая, подумала Джесса, стыдно, что она даже подумала о чем-то настолько глупом. Я веду себя как школьница. Я села в свою машину, выехала со стоянки и направилась домой. После того, как я доехала туда, помахала черному авто, которое мистер Тейлор послал за мной, а потом вошла внутрь. Я чувствовала себя крайне истощённой, после всего, что случилось, поэтому после легкого ужина и часа перед телевизором, решила принять долгий, горячий душ, а потом отправилась в постель. Когда залезла под теплое одеяло и уснув, не могла отделаться от ощущения, что кто-то или что-то, наблюдает за ней. Хотя не чувствовала неловкости. Это заставляло ее, чувствовать себя в безопасности.

Когда Джесса открыла входную дверь следующим утром, то увидела черный автомобиль, блокирующий ей дорогу. Из него вышел высокий блондин, когда увидев, что она приближается, подозвал к себе.

— Мисс Уильямс? Я Том. Я провожал Вас вчера вечером до дома. Мистер Тейлор, попросил, чтобы я подвез Вас на работу сегодня, — сказал он.

Том выглядел деловым парнем, так что Джесса не спорила. Он открыл ей дверцу и помог присесть, а затем начал ехать к Тейлор Индастриз.

— Почему он хочет, чтобы меня привезли? — спросила она.

Том проигнорировал ее, как она предположила, он ее не услышал. Когда она повторила вопрос, он вздохнул.

— Для того чтобы Вы были в безопасности, мисс Уильямс. Он очень расстроен из-за того, что случилось вчера вечером. Когда я проследовал за Вами до дома, он пошел и уволил тех охранников лично, — сказал он.

— Защищает ли он так всех своих сотрудников? — спросила она.

Том снова не ответил, и Джесса запуталась еще больше. Я знаю этого мужчину менее суток, в течение которых, он даже не пожал мне руку или смотрел в мою сторону, и вдруг он беспокоится за мою безопасность… настолько, чтобы отправить автомобиль, чтобы забрать меня? Что, черт возьми, происходит? Она вспомнила темную фигуру, которую видела, потянувшую двоих нападавших от нее ночью. Он, безусловно, был похож на высокого человека, но потом она услышала рычание… и когда посмотрела, могла поклясться, что видела большую собаку, нападающую на мужчин. Может быть стресс, от того, что произошло с теми двумя мужчинами, просто засел в моей голове. Но если это так, то почему мистер Тейлор, заставил меня пообещать, никому не говорить, что я видела? А глаза…

Они наконец-то доехали к Тейлор Индастриз, и Том проводил ее до самого верхнего этажа. Когда Джесса прошла по комнате к столу, то увидела Джейн, смотрящую на нее с возмущением на лице. Когда Джесса села, Ники подошла к ней.

— Эй, милая. Я слышала, о ситуации на стоянке прошлой ночью. Ты в порядке?

— Ох. Да, спасибо, — ответила она.

— Ну, в общем, Джейн сказала мне, чтобы я передала тебе, что мистер Тейлор хочет тебя видеть в своей кабинете. Он уже здесь. Она должна была сама тебе это сказать, но думаю, ее ревность снова взяла верх.

Ники улыбнулась и вернулась к работе, а Джесса встала и постучала в дверь мистера Тейлора. Ее ноги тряслись и сердце, кажется, наматывало миллион миль в час. Дверь открылась, и мистер Тейлор пригласил ее в свой кабинет. Пахло его пряным одеколоном и кофе, она сделала глубокий вдох, прежде чем взглянуть на него, опасаясь, что у нее по какой-то причине неприятности.

— Присаживайся, пожалуйста, Джесса. У нас есть о чем поговорить, — сказал он, и его голос был глубоким и хриплым как никогда.

— Я сделала что-то неправильное, мистер Тейлор? Почему Вы прислали того мужчину забрать меня? — нервно спросила она.

Он улыбнулся и сел за стол.

— Ты не сделала ничего плохого. Я бы предпочел, что бы ты называла меня Грег. Мистер Тейлор, заставляет меня чувствовать себя старым. А мне только тридцать пять, знаешь ли. У тебя есть вопросы, я уверен. Пожалуйста, позволь мне объяснить.

Почувствовав себя немного смелее теперь, когда она знала, что ее карьера вне опасности, Джесса заговорила.

— Ну, мистер Тей… Грег. Почему бы тебе не начать с того, что рассказать, что, черт возьми, я видела прошлой ночью на стоянке?

Его зеленые глаза мгновенно вспыхнули весельем.

— Откуда пришел этот подход? Мне нравится это. Джесса, есть вещи в этом мире, которые ты даже не можешь осознать. Я не называю тебя невежественной или глупой, просто эти вещи часто остаются скрытыми от людей. Хотя я думаю, что в глубине души… ты знаешь, кто я. Скажи, что как ты думаешь, ты видела.

— Я видела мужчину, который спас меня,… но потом мужчина, кажется, стал собакой, или что-то вроде того. Я думаю, что мой мозг только все запутывает. — Ответила она.

— Собака?

— Ну, нет. Больше похоже на волка, наверное.

Лицо Грега приняло более серьезное выражение.

— Так что же говоришь себе Джесса? — сказал он, и голос его понизился до шепота.

— Я не знаю.

— Да, ты знаешь. Ты знаешь, что ты видела, но твой ум отказывается обрабатывать это, потому что ты думаешь, что это не может быть реально. Я оборотень, Джесса. Вряд ли какие-то люди знают мою истинную сущность, но вчера вечером, ничего не смог поделать. Я увидел тех мужчин, и я просто… Мне пришлось обернуться, чтобы спасти тебя. Я не могу простить себя за то, что допустил, чтобы это произошло с тобой. Я считаю, что несу личную ответственность за твою безопасность и безопасность других моих сотрудников.

Его слова повергли ее в растерянность. Было ли это шуткой? Оборотней не существует! Это сон, это сон, это сон, повторяла она в мыслях.

— Ты, наверное, очень растеряна сейчас, Джесса, поэтому позволь, объяснит еще кое-что. Хотя я считаю себя ответственным за безопасность всех моих сотрудников, ты, очевидно, заметила, что я проявляю особый интерес к тебе, — продолжил он.

Джесса уставилась в пол, желая провалиться сквозь него. Он что-то говорил, и это не сон, а Грег Тейлор действительно сказал, то, что она услышала.

— Причина, по которой мой вид принимает человеческую форму, это то, что мы, по сути, происходим от древних людей, как и все. Нас все еще может привлекать, и мы можем спариваться с человеческой женщиной. Когда я повзрослел, мое желание найти себе пару, опередило все другие мои желания,… но это трудно, когда я богат. Людям и женщинам оборотням, нужны мои деньги и их не заботит что я за человек. Я одинок. Я хочу любви, настоящей любви. Мы, веры, часто чувствуем связь с нашей парой сразу,… это, правда не то, что человеческий разум может понять. Но когда я впервые увидел тебя, учуял запах,… я понял.

— Понял что? — спросила Джесса.

— Что ты особенная. Очень особенная. Что ты бы не стала использовать человека. Что я хотел бы, чтобы ты стала моей парой.

— Ладно, стоп. Это смешно. Сначала ты говоришь мне что оборотень, как будто я просто должна в это поверить. Потом ты говоришь мне, что хочешь от меня, чтобы я стала твоей «половинкой», но вчера ты так не думал, даже не смотря в мою сторону! — Сердито сказала Джесса.

— Это потому что я знал, если посмотрю на тебя, то не смогу контролировать себя, — прорычал он, вставая и смотря на нее сверху вниз.

Джесса почувствовала привкус страха.

— Ты знаешь, что такая женщина как ты, делает с красной кровью волка как я? — продолжил он. — Эти пышные формы твое,… твое прекрасное лицо… эти длинные волосы. Ты идеальная спутница жизни. Если бы я прикоснулся к тебе, я боялся, что я взял бы тебя и разорвал твою одежду прямо тогда и там.

— Но… Джейн сказала, что ты предпочитаешь худых женщин, — пробормотала Джесса, чувствуя себя глупо, после того как слова слетели с ее губ.

— Я обычно нанимаю таких, да. Потому что меня не влечет к ним, и нет никаких шансов, что я стал бы на них реагировать так, как реагирую на тебя. Я уезжаю на две недели, оставляя Ники заботу о приеме на работу и в конечном итоге это… ты. Боже, Джесса, ты не представляешь, что ты делаешь со мной.

Джесса до сих пор не верила, что это не была всего лишь большая шутка за ее счет.

— Докажи, — сказала она.

— Что я оборотень? — спросил он, его зеленые глаза стали снова мерцать. — Ты уверена, что сможешь с этим справиться? Даже с людьми, которые знают мою истинную природу,… я не часто показываюсь.

— Ну, я не поверю ни одному слову, что ты сказал, пока ты не сделаешь это.

Сильный сосновый запах, вдруг начал появляться в комнате, глаза Грега начали светиться; даже в свете дня было очевидно, что его глаза не нормальны. В одну секунду он был там, а потом Джесса смотрит на большого серого волка со светящимися глазами. Волк подскочил к ней, поставил передние лапы на колени, а затем потерся мордой близко к ее лицу. После обнюхал ее и отступил, а в следующее мгновение, Грег вернулся, стоял в костюме, будто ничего не случилось.

Джесса обомлела. Он и правда, оборотень. Запах сосны начал исчезать, ее рот в шоке открылся.

— Как… как ты это сделал? А что с твоей одеждой?

— Когда я изменяюсь, одежда перестает существовать вместе с человеческой формой. Опять же, это не совсем то, что человеческий разум может понять. Теперь ты мне веришь?

— Да.

Грег подошел к ней ближе.

— Я хочу тебя Джесса. Твой запах опьяняет меня, так что мне пришлось запереться вчера здесь и выть. Это еще одна моя привычка. Когда я злюсь или на эмоциональном подъеме, то я превращаюсь и вою несколько часов.

— Так этот шум был вчера?

— Ты слышала? Эта комната звукоизолирована на вот такие случаи. Я не понимаю, как ты меня слышала. Во всяком случае, Джесса… Ты должна понять, кое-что. В то время как люди моего вида сильные и доминанты, женщины стоят в основе нашей власти. Моя стая матриархальна. Женщины дают разрешение.

— Разрешение на что?

— Я не могу прикоснуться к тебе, не могу поцеловать тебя, не могу почувствовать твое тело на своем, пока ты не дашь мне разрешение на спаривание с тобой. Это наши правила. Вот поэтому я последний день схожу с ума. Я хотел тебя так сильно, но не думаю, что ты можешь понять почему. Я чувствую, что инцидент прошлым вечером, был знаком для меня, признаком того, что я должен был открыться тебе, кто я.

Джессе показалось, что она на самом деле провалиться под пол. Она понятия не имела что этот мужчина, великолепный мужчина или оборотень… что он хотел ее так сильно. Ее сердце забилось быстрее, и она почувствовала, как ее ноги дрожат.

— Что ты хочешь услышать от меня? — прошептала она.

— Я хочу твое разрешение. Я не могу заставить тебя дать мне его, конечно, но я был бы счастливейшим волком на планете, если бы ты дала мне его.

Джесса обдумала его слова. Как часто, сексуальный оборотень миллиардер, приходит и просит меня, чтобы я была с ним? Конечно, не каждый день, подумала она. Она сделала свой выбор.

— У тебя есть. Мое разрешение.

Глаза Грега снова засветились зеленым, и он зарычал, его голос был глубоким и хриплым.

— Ты уверена? Как я уже сказал, верволки довольно доминирующие.

— Да.

Больше ничего не говоря, он стянул пиджак, подошел к Джесси, а затем схватил ее за руки и поднял ее на ноги. Усмехнувшись ей сверху вниз, он взял ее на руки и положил ее на край стола, прежде чем наклониться и уткнуться носом ей в шею. Его теплое дыхание, гоняло мурашки по спине Джесси, и она поняла, что сделала правильный выбор.

Грег оставлял нежные поцелуи на гладкой коже ее шеи, она почувствовала слабый запах сосны, смешанный с его одеколоном. Ее ноги свисали со стола, она схватила его за рубашку и подтащила его ближе. Он зарычал в ухо, а потом посмотрел ей в глаза, прежде чем наклониться и прижать губы к ее губам.

Джесса закрыла глаза, откинула голову назад, позволив ему взять над ней контроль, его язык скользил по губам, пока она не открыла ротик. Жадно изучая ее рот, Грег обвил руку вокруг спины и притянул ее еще ближе.

Их языки переплетались, потоки тепла текли по телу Джесси, мурашки бегали по ее спине и наполняли ее разум желанием этого великолепного мужчины. То, что он ее босс, и оборотень, делало этот опыт еще горячее. Грег наконец-то прервал поцелуй, и она увидела, как его глаза потемнели от возбуждения, когда его взгляд задержался на ее лице. Она почувствовала покалывающее, пульсирующее ощущение, которое начало распространяться между ног и тепло начинающее расти в груди.

Грег снова уткнулся носом в ее шею и когда сделал это, стал возиться с пуговицами на блузке, Джесси помогла ему расстегивать их, а затем стащила блузку с плеч. Его челюсти сжались в желании, когда он взял ее мягкую кремовую плоть ее полной груди, в чашечках черного кружевного лифчика, и он уткнулся лицом в ее декольте. Разряды электричества, кажется, проносились по венам, и она не могла поверить, что это происходит.

Наконец, вынырнув, Грег положил одну руку ей на спину. Другой рукой, скользнув по животу, двигаясь по коже круговыми движениями. Потом сжал грудь.

— Боже, твое тело… я хочу видеть его полностью. Прошу, — сказал он, его глаза передавали всю срочность этого.

Никто никогда не заставлял ее чувствовать себя так прекрасно из-за своих форм, и за считанные минуты с ним, она забыла все, что ей говорили вчера. Она откинулась назад, расстегнула бюстгальтер и бросила его на стол, его глаза загорелись страстью, когда он осмотрел ее грудь, освобожденную от материала. Положив одну руку на ее правую грудь, он скользнул губами на левую. Кружил языком на ее нежном, розовом соске. Другой разряд электричества, кажется, прошел сквозь нее, она почувствовала, как ее ноги дрожат, от немыслимого желания.

Зарычав, он стянул ее со стола и опустил на пол, затем его руки скользнули ей под юбку, касаясь ее ноги и поглаживая нежную кожу внутренней поверхности бедер, медленно продвигаясь все выше и выше. Дыхание Джесси стало быстрым и поверхностным, сердце билось быстрее, чем раньше. Она потянулась к юбке, пытаясь найти молнию, но Грег оттолкнул ее руки. Схватив ее за запястья, он прижал их над головой.

— Я хочу снять ее. Я здесь главный, — прорычал он, сверкая глазами от злости.

Джесса вздрогнула от этих слов. Он сказал, что может быть доминантом, и, кажется, эта альфа сторона проявила себя именно сейчас. Он оттащил руку прочь, расстегнул молнию на юбке, а затем рывком снял ее с лодыжек, прежде чем отбросить в сторону. Сейчас на ней были только черные кружевные трусики. Джесса подумала, по-прежнему, ли привлекает его, когда он увидел почти все.

Но не о чем было беспокоиться. Его глаза загорелись, задержавшись на ее мягких изгибах. Он раздвинул ее ноги, прежде чем разместить свой вес на ней. Обосновавшись между ее ног, так чтобы его пах был напротив ее. Задыхаясь, она почувствовала, какой твердый он был в своих черных брюках, Джесса почувствовала тепло в груди, которое начинает распространяться по телу, начинаясь глубоко внутри. Она так сильно нуждалась в нем.

Он снова прижал ей руки над головой и начал тереться между ее бедер. Джесса почувствовала, что ее трусики повлажнели, она отчаянно захотела, чтобы его одежда исчезла с него. Казалось бы, прочитав ее мысли, Грег вдруг оторвался от нее и расстегнул рубашку, обнажив мощные мышцы груди и низа живота. Его грудь была в темных вьющихся волосах, его челюсти сжались снова, когда он посмотрел на нее сверху вниз. Опустившись вниз, он снова опустил бедра на нее, а затем скользнул губами возле правого ушка.

— Что ты хочешь, чтобы я сделал? — пробормотал он.

Джесса смутилась. Она точно знала, чего он хочет, но она не могла заставить себя сказать это. Грег зарычал ей в ухо и переспросил:

— Скажи мне. Мне нужно услышать это от тебя.

— Я… я хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне. Мне нужно почувствовать тебя внутри меня. — Прошептала она, чувствуя, что ее щеки покраснели.

Она почувствовала, что он улыбается ей в ухо, и мурашки побежали по ее коже. Держа одну руку над головой, удерживая ее запястья, он медленно двинулся вниз другой, по ее твердым соскам, а потом на ее мягкий живот и бедра. Наконец он достиг края трусиков, он скользнул ладонью внутрь.

Джесса тихо застонала, зная, что он хочет узнать насколько влажной она была. Он снова зарычал ей в ухо, когда его рука стала гладить ее между складочками, чувствуя, насколько она готова для него.

— Я думаю, ты можешь сделать кое-что получше, чем ты сказала раньше. Скажи, ты, правда, хочешь, чтобы я сделал это? — пробормотал он.

Она снова застонала, когда он скользнул пальцем внутрь нее. Она увидела его глаза, светящиеся торжеством, когда он поднял голову и посмотрел на нее. Отпуская запястья, он опустил ее и взял за подбородок.

— Скажи, — потребовал он.

— Я хочу, чтобы ты трахнул меня. Жестко и быстро, — сказала она, зная, что ее лицо стало ярко-красным.

Ее глаза, кажется, разожгли его больше, и он скользнул еще одним пальцем в нее, прежде чем погладить большим пальцем по чувствительной жемчужине клитора. Чувствуя давление глубоко внутри, Джесса начала двигать бедрами, в ритм пальцам, когда они двигались внутри. Грег усмехнулся ей, а потом вытащил руку из трусиков.

— Что ты делаешь? — выдохнула она, желая, чтобы он продолжил.

— Ты получишь награду, за то, что рассказала мне, что действительно хочешь, — сказал он.

Он спустился, пока его голова не оказалась между ее ног, а потом зацепил двумя пальцами ее трусики. Глядя на нее с яростным выражением лица, он медленно стащил их и бросил через всю комнату, прежде чем прикоснуться губами к ее пульсирующему клитору. Он нежно посасывал его мгновение, а Джесса извивалась под ним.

Грег отстранился и снова ей улыбнулся, на мгновение, Джесса почувствовала какое-то холодное и мокрое прикосновение на внутренней поверхности ее бедер. Она поняла, что это был холодный, слегка влажный нос волка, и как-то поняла, что он просто захотел запомнить ее запах. Посмотрев вниз мгновение спустя, она снова увидела Грега, в его обычной человеческой форме, он все так же медленно провел языком по ее влажной щелочке, а потом снова остановился на клиторе.

Он сосал, лизал и покусывал ее, пока она не почувствовала, будто не может больше терпеть. Давление внутри, кажется, вот-вот выйдет из-под контроля, она двигала бедрами, когда он снова скользнул пальцем внутрь нее. Джесса стонала от восторга, когда он начал двигать пальцем внутри нее, попав на одно из более чувствительных местечек. Его теплый язык, продолжал рисовать небольшие круги и узоры на ее клиторе, а секунду спустя, она почувствовала, как ее сметает лавиной экстаза.

Невероятное тепло пронеслось сквозь нее, когда оргазм хватил ее, она застонала и вздохнула от удовольствия.

— О боже, я хочу тебя внутри. Сейчас! — взмолилась она, уже не стыдясь своих слов, которые срывались с губ.

Он снова зарычал и поднялся вверх, пристроив свой вес на ней, и удерживаясь на локтях. Джесса услышала металлический звук, когда он расстегнул штаны и потянул белье в сторону, а затем она ахнула снова, когда он потерся своим твердым членом по ее мокрой щелочке, прежде чем прижаться к ее все еще чувствительному клитору.

— Ты готова для меня? — прошептал он, его глаза горели дьявольским огнем.

— Да!

Грег прижался к ее гладкой киске и медленно вошел в нее, застонав, когда почувствовал ее теплую тесноту захватывающую его член. У Джесси перехватило дыхание, когда он вошел в нее, и инстинктивно выгнула спину, притянув его ближе и глубже в нее. Она провела руками по всем напряженным мышцам спины и рук, двигая бедрами в ритм с его, когда он начал двигаться в ней. Она никогда не чувствовала такого желания, и зажмурилась, когда он начал двигаться быстрее, постанывая от удовольствия с каждым движением.

Через пару мгновений, она обхватила его спину ногами, чтобы придвинуться еще крепче к нему. Его глаза потемнели, когда она провела ногтями вверх и вниз по спине, он продолжил скользить в ней, становясь все жестче и быстрее с каждым толчком. Наконец, он замедлился внутри нее и скользнул между их телами.

— Я хочу, чтобы ты снова кончила для меня, — прорычал он.

Когда он нажал подушечкой большого пальца ей на клитор и стал тереть, Джесса потерялась. Ее ноги начали дрожать и каждое нервное окончание, было будто в огне, когда она снова кончила. Ее голова кружилась, а ноги бесконтрольно дрожали. Ни один человек, никогда не мог принести ей столько удовольствия раньше, но с Грегом, это чувствовалось абсолютно естественно.

Он застонал от удовольствия, когда почувствовал, как ее мышцы сжались вокруг него и наклонился вниз, снова скользнув губами над ее ушком.

— Ты невероятная, Джесса. Я хочу, чтобы ты была Моя, навсегда. Моя пара. Скажи это, — прорычал он.

— Я твоя, — выдохнула она. Прямо сейчас, она бы согласилась на все, чтобы он ни попросил.

Ее слова вызвали еще более дикое у него состояние, он вышел из нее, перевернул ее на руки и коленки. Джесса выгнулась, раздвинула ноги, прикусывая губу, она посмотрела через плечо. Грег стоял так, что был прямо позади нее, а потом погрузил свой твердый член в нее. Схватив ее за бедра, чтобы удержать ее, он вошел глубоко внутрь, и вышел, сильнее и быстрее, задыхаясь, постанывая, когда входил.

Джесса спустила руку между ног, к клитору, а потом начала медленно тереть. Через пару мгновений, она взорвалась в следующем оргазме, и захныкала от восторга, ее бедра непроизвольно дернулись вверх и вниз. Грег не собирался отпускать ее теперь. Он вошел в нее, его яйца ударились о ее бедра, когда он сделал это. Вызывая более громкие стоны у нее, когда ее смела другая волна экстаза.

Желая задержать собственное удовольствие настолько долго, как это возможно, Грег использовал всю силу воли, чтобы выйти, а потом встал. Подтянул Джесси на ноги, он поднял ее на руки и положил ее обратно на стол.

Джесса откинула голову назад и обвила ноги вокруг него, притянув к себе. Сцепив ноги за спиной, она ахнула, когда он прижался членом к ее теплой влажной щелочке, желая и нуждаясь в нем внутри себя. Грег яростно улыбнулся и потерся головкой члена о клитор, дразня ее, пока не понял, что она больше не вынесет.

— Прошу, Грег. Я хочу тебя в себе, снова! — она поскуливала в отчаяние.

Его глаза горели желанием, он наклонился и грубо поцеловал ее. Когда он это сделала, она провела руками по его темным волосам, и он вошел в нее одним быстрым движением. Он почувствовал себя лучше, чем раньше, а Джесса хотела, чтобы это продолжалось вечно.

— О боже, не прекращай делать это, никогда не прекращай, — простонала она.

Приподнявшись, она схватила его за тугую задницу, притянув его внутрь себя еще глубже. Грег застонал и медленно спустил одну руку вниз ее живота, остановившись чуть выше клитора. Следующая теплая волна экстаза начала поглощать ее тело, когда он потерся ладонью и, когда она взорвалась в еще одном оргазме, ее мышцы сжались вокруг него.

Он застонал от удовольствия, когда она сжалась вокруг него и удерживая ее на столе сильными руками, продолжал двигаться в и из нее. Наконец, она почувствовала, как его тело напряглось, а потом он кончил, содрогаясь, он выплеснул горячее семя глубоко внутри нее.

Задыхаясь от усталости, Грег вышел из Джесси, сильно целуя ее. Через некоторое время, он прервал поцелуй и передал ей коробочку с салфетками. Пока она вытиралась, он смотрел на нее горящими зелеными глазами.

— Ты имела в виду то, что сказала? — прорычал он.

— Да. Я твоя, — ответила она, смотря ему прямо в глаза.

Она точно знала, что значит быть его парой, теперь. Она не знала, как это поняла, она просто сделала это.

— Ты понимаешь, что это значит, правда ведь? Ты не просто моя пара, ты будешь вынашивать моих детей. Наших детей. Семя моего вида доминирующее, и они будут оборотнями, как и я.

— Я понимаю, — сказала Джесса, до сих пор, не веря, насколько ее жизнь изменилась за последние двадцать четыре часа.

— Ты не должна больше работать. Я смогу обеспечить тебя всем, что пожелаешь.

— Я хочу работать. Я очень хотела быть твоим секретарем. Особенно если каждый день будет как этот, — ответила она.

Он подарил ей волчью улыбку, его глаза блеснули.

Обвив руки вокруг ее талии, он наклонился и снова уткнулся носом в ее шею. Джесса закрыла глаза и на мгновение снова почувствовала холодный влажный нос его волчьей формы. Она протянула руку, чтобы погладить его мех, но он уже превратился обратно в человеческую форму. Она не возражала. Она знала, что со временем, он позволит ей увидеть и прикоснуться к его волку, и что ни один из них не будет снова одинок. Они нашли друг друга, и она будет его парой всегда.

Джесса смотрела на ее босса и любовника, Грега Тейлора, когда он жевал свой завтрак за столом напротив нее. Она осталась на ночь в его прекрасном доме, что она и делала в большинство ночей в эти дни и она, зевнув, потянулась, прежде чем встать.

— Вижу, ты просто немного голоден, — подразнила она, подходя к нему и скользнув руками вокруг его шеи.

— Джесса, я ем. Остановись, — сказал он, нахмурившись и оттолкнув руки.

Она сразу же убрала их и села на свой стул, чувствуя укол грусти от его холодного отказа ей. Несмотря на то, что он пометил ее как свою пару, ее оборотень любовник вел себя довольно странно в последние несколько недель. Он, казалось, был далеким и равнодушным, и она спрашивала себя, а что если он передумал насчет нее. Она отчаянно надеялась, что это не так. За последние два месяца, что они были друг с другом, она уже успела по уши влюбиться в него.

Вспоминая ту ночь, когда он спас ее от двух мужчин на парковке, она улыбнулась и приободрилась. Этого воспоминания всегда хватало, чтобы сделать ее счастливой, и когда улыбка заиграла на ее губах, Грег пристально изучал ее лицо.

— Почему ты улыбаешься? — спросил он огрубевшим голосом.

Его губы изогнулись немного вверх, что выдало его веселье, и она хихикнула.

— О, это не важно. Я просто подумала о первой ночи, когда увидела тебя в форме волка, — ответила она.

Он снова нахмурился.

— Ты считаешь что это «не важно»? — спросил он.

— Ну, нет,… ты знаешь, что я имела в виду.

— Не уверен в этом. Думаю, я должен взять тебя обратно в спальню и выяснить, — сказал он, его губы снова изогнулись.

Джесса усмехнулась, когда он встал и подошел к ней, прежде чем поднять ее на сильные руки отнести ее в спальню. Это было единственное, что не изменилось в нем за последнее время; он был таким же диким и внимательным любовником, и казалось, всегда желал ее чувственное тело.

Его пронзительные глаза смотрели прямо в ее, когда он бросил ее на кровать. Она делала вид, что борется с ним, извиваясь, когда он пытался взобраться на нее.

— Грег! Я уже оделась на работу! Мы опоздаем, — возразила она.

Он широко улыбнулся, и, схватив ее за запястья прижав их над головой.

— Я босс, помнишь? И меня не волнуют, если ты опоздаешь, — прорычал он.

Он отпустил ее руки, и Джесса хихикнула под ним, когда он расположил свой вес на нее. Она закрыла глаза и легла на спину, когда он взялся за ее блузку и разорвал ее, глаза Джессы в шоке распахнулись.

— Грег! Эта блузка дорогая.

— Ты, кажется, забываешь, что я не только твой босс, я так же миллиардер. Я куплю тебе тысячу новых дизайнерских блуз, если ты прекратишь жаловаться.

Он наклонился и в ту же секунду, когда он прижался губами к ее губам, Джесса почувствовала знакомое тепло, зарождающееся в ее теле, а потом тихо застонала. Не имело значения, сколько раз они занимались любовью, она, кажется, никогда не уставала от него, а он, кажется, не уставал от нее. Заряд электричества пронесся сквозь нее, когда он углубил поцелуй, жадно исследуя его рот языком.

Пока он продолжал целовать ее, Джесса казалось, что все ее тело зажглось изнутри. Каждое нервное окончание было в огне, когда он прервал поцелуй и посмотрел ей в глаза, ища в них ответы на вопрос, который он еще не задал. Она знала, что он хотел бы знать, что она его любит. Но она слишком нервничала, чтобы признаться, насколько глубоки были ее чувства к нему. Он должен знать, что я люблю его, сейчас. Мне не нужно говорить ему прямо сейчас, подумала она, когда тихий вздох сорвался с ее полных приоткрывшихся губ.

Он скользнул под нее руками и приподнял на мгновение, подбираясь к кружевному бюстгальтеру. Как только он нашел, то расстегнул его и отбросил в сторону, его глаза от возбуждения потемнели, когда он задержался на мягкой кремовой плоти ее полных грудей. Ее нежные розовые соски напряглись под его взглядом, и он осторожно приласкал их большим и указательными пальцами правой руки, а другой провел вверх и вниз по ее мягким изгибам.

Джесса закрыла глаза, когда он наклонился, зная чего ожидать. Он был оборотнем, поэтому он любил кусать ее гладкую кожу, и она вскрикнула от восторга, когда он укусил ее левую грудь. Он жаждал ее, но все еще был достаточно мягким, чтобы не причинить ей боль. Каждый нерв в ее груди, кажется, сразу соединился с местечком у нее между ног, она извивалась и тихо стонала, когда он взял сосок в рот и нежно всосал, дразняще обвел языком по ее ареолам.

На мгновение отступив, Грег расстегнул рубашку и снял ее, его глаза, кажется, светились желанием, он посмотрел вниз, на его полуголую пару. Джесса улыбнулась и потянулась к его брюкам, играя молнией и бормотав от удовольствия, когда почувствовала твердость, что была под тканью.

— Ты непослушная девочка, Джесса, — сказал он. — Сначала отвлекла меня от завтрака, а теперь делаешь так, чтобы я опоздал на работу.

— Я думала, ты сказал, что тебя не волнует, если мы опоздаем, — простонала она, пытаясь скрыть улыбку, которая наползла на лицо. Она знала, что это было только частью игры.

— Я передумал, — прорычал он.

Он зарылся лицом ей в шею, прижимаясь и целуя ее мягкую кожу, и Джесса почувствовала огонь зарождающийся внутри. Она не думала, что это возможно, но она хотела его больше чем когда-либо хотела раньше. Одна из его рук медленно пропутешествовала вниз по ее мягкому животику и бедрам, выписывая узоры на коже, прежде чем остановиться на ее юбке.

— Это ужасная юбка. Мне и правда не нравится она, — прошептал он. — Думаю, мы должны снять ее.

— Сделай это, — ответила она.

Его глаза загорелись, когда он расстегнул молнию на юбке и дернул ее вниз с бедер, у него перехватило дыхание, когда он увидел, что под ней ничего не было.

— Ты хотела прийти на работу без нижнего белья? — спросил он, с горящими глазами.

— Да.

Она подняла руку и остановилась на жестких мышцах груди и рук, он посмотрел на нее сверху, делая вид, что сердиться на нее.

— Ты не исправима. Я мог бы уволить тебя за возмутительное поведение, ты же знаешь.

— О нет, прошу, не увольняйте меня! — сказала она, ее глаза расширились в притворном ужасе. — Должно же быть что-то, что я могу сделать для вас.

— Кое-что есть. Скажи мне, что именно ты хочешь, чтобы я сделал прямо сейчас, — прорычал он.

— Я хочу, чтобы ты вошел в меня, — умоляла она. — Прошу.

Убрав грозный вид с его лица, Грег улыбнулся и расстегнул штаны, удерживая ее руки вверху над головой, одной рукой. Джесса простонала, когда он оттянул в сторону нижнее белье и, заерзала в ожидании, когда он потерся своим твердым членом вверх и вниз по ее уже мокрым складочкам.

Наклонившись, он игриво прижал мочку ушка и секунду спустя он толкнулся в нее, наполняя ее тугое влажное тепло и двигая бедрами назад и вперед. Джесса застонала с восторгом, и он скользнул губами к ее ушку и прошептал.

— Это то, что ты хотела?

— О да, — прошептала она.

Она выгнула спину и подняла бедра, чтобы встретить его движения, находя ритм, когда он входил в нее все сильнее и сильнее, быстрее и быстрее. Заряды, кажется, протекали по венам, когда они двигались вместе, он отпустил ее руки и тихо застонал, когда они осторожно скользнула ими в его волосы.

Мгновение спустя, она потянулась к его подтянутой заднице, притянув его еще глубже, когда он продолжил входить в нее. Его пах терся о ее с каждым движением, а когда он стал двигать бедрами круговыми движениями, стимулируя ее клитор, посылая волны по ее системе.

— О боже,… ах, да, — пробормотала она, задыхаясь, а Грег рычал ей в ухо.

— Я хочу, чтобы ты кончила для меня.

Его слова почти послали ее через край, и она, задохнувшись, стала двигать бедрами быстрее, достигая почти лихорадочной высоты, когда Грег похоронил себя в ней. Она впилась ногтями в его спину, и он тихо застонал от удовольствия, прежде чем скользнуть ладонью между их извивающимися телами.

— Кончи детка… кончи для меня, — говорил он.

Его глубокий, мужественный голос, наконец, толкнул ее через край, ее мышцы сомкнулись и дико сокращались вокруг него, когда волны удовольствия сомкнулись над ней. Она стонала его имя снова и снова и скребла ногтями по его спине, притягивая его еще ближе, когда он наклонился и стал глубоко целовать ее. Ее мысли, и тело затопил жар и она, закрыв глаза, позволяя волнам экстаза поглощать ее все больше и больше.

Спустя несколько мгновений, он громко застонал и кончил, извергая свое семя глубоко внутрь нее. Тяжело дыша, он перевернулся и лег на спину, отдышался и приподнялся на локте.

— Думаю, что нужно ехать на работу. И думаю, ты должна носить какое-то нижнее белье, — сказал он, его глаза сияли дьявольским огнем. — Но не волнуйся, всегда есть обеденный перерыв, чтобы снять их.

Коллега Джессы Ники встретила искренне парочку, когда они вошли в кабинет и Грег кивнув, пошел вперед в свой личный кабинет.

— Все еще не могу поверить, что вы двое вместе, — сказала Ники. — Это полностью сводит Джейн с ума. Посмотри на нее.

Джесса взглянула на Джейн, она сортировала файлы на другой стороне комнаты. Она была администратором офиса и завидовала ей, так как, по-видимому, была влюблена в Грега. И теперь, когда Джесса и Грег были вместе, Джейн едва скрывала свое презрение к ней и кажется, изо всех сил старалась осложнить ей жизнь.

— О, я знаю, — ответила она. — На днях, она отключила мой телефон, когда я ушла на обед. Я пропустила много звонков, но не понимаю, почему ей не надоело это делать. Не похоже, что Грег собирается уволить меня.

Ники рассмеялась.

— Это напомнило мне… у тебя сообщение, которое ты бы получила, если бы не пришла так поздно.

Она игриво хлопнула Джесси по руке, а потом продолжила.

— Никогда не слышала о парне, по имени Оливер Мартин?

Джесса напрягла память. Она помнила откуда-то это имя, и наконец-то оно выплыло в голове.

— Хм… думаю да. Разве он не главный соперник Грега в бизнесе?

— Да. Они ненавидят друг друга с колледжа. Грег всегда немного опережал Оливера, а в прошлом году, Оливер ужасно разозлился, когда Грег выкупил компанию, на которую он уже положил глаз.

— Так… что это было за сообщение? — спросила она в замешательстве.

— Ну, по-видимому, он ищет нового офисного администратора. Кто-то, наверное, рассказал ему о тебе и дал твои данные, потому что он звонил сюда лично и просил о встрече.

— Грег рассказал ему обо мне?

— Ни в коем случае, Джесса. Как я уже говорила, они ненавидят друг друга. Он, вероятно, услышал о тебе, от других богатых парней, которые видели тебя и Грегом и захотел, чтобы ты была его секретарем или что-то такое.

Джесса обдумала то, что сказала ей Ники. В то время как она любила работать на Грега в качестве секретаря, но работать в качестве администратора офиса будет более прибыльно, и она хотела иметь возможность зарабатывать себе на жизнь. Она никогда не хотела чувствовать себя содержанкой ее любовника оборотня миллиардера, хотя он неоднократно говорил, что хочет заботиться о ней.

— Мне рассказать Грегу? — спросила она.

Ники вздохнула.

— Если честно, даже не знаю. Может быть, ты выяснишь, подходит ли тебе работу, а потом, если подойдет, то расскажешь Грегу, — сказала она.

— Хорошая идея, — согласилась Джесса, вдруг почувствовав тошноту.

Мысль о разговоре с Грегом, заставила ее нервничать и, кажется, заболел живот. Она не знала, будет ли он зол на нее, из-за того, что она, возможно, оставит должность секретаря, и он и так ведет себя достаточно странно в последние недели. Постучав в дверь, она решила, по крайней мере, узнать его реакцию на Оливера Мартина.

— Входите, — сказал он.

— Грег, меня кое-что интересует. Что ты думаешь об Оливере Мартине?

Его лицо потемнело, и он слегка сжал челюсти.

— Почему? — спросил он.

— О, на самом деле нет причин. Ники только что говорила о какой-то статье, в которое он был, и я вспомнила, что ты упоминал его несколько раз.

— Он змей. Ему не следует верить. Есть причина, почему я никогда не веду бизнес с ним. Он просил меня сделать это, много лет назад, но я знаю какой он. Во всяком случае, Джесса, мне нужно сделать пару звонков.

Она улыбнулась и закрыла за собой дверь, прежде чем сесть за собственный стол вне его офиса, уверенная, что он просто все преувеличивает. Думаю, я должна перезвонить мистеру Мартину. Она набрала номер, который был в сообщении, которое Ники записала для нее и четкий женский голос ответил.

— Офис Оливера Мартина, чем я могу помочь Вам?

— Здравствуйте. Меня зовут Джесса Уильямс, и я перезваниваю…

— О, да, мисс Уильямс. Я Вас соединяю, — сказала секретарь.

Ну, это было быстро. Он, наверное, действительно хочет, чтобы я перешла к нему на работу, подумала она. Спустя несколько мгновений, ровный, мужской голос поприветствовал ее.

— Здравствуйте, мисс Уильямс. Я Оливер Мартин. Благодарю Вас, за столь быстрый отклик. Я так понял, Вы хотите поинтересоваться о встрече со мной, чтобы поговорить о возможной вакансии в моей компании?

— Хм. Да, — ответила она нервно.

Он негромко засмеялся.

— Не нервничайте; я не кусаюсь. Я занят в течение большей части дня, но как насчет того, что мой секретарь закажет нам ранний обед в ресторане Анжело, в центре города? В шесть часов?

Джесса обрадовалась, что все-таки одела трусики утром, и почти засмеялась при мысли посещения собеседования без них.

— Да, было бы прекрасно, — сказала она, зная, что Грег будет работать до позднего вечера, если вспомнить о том, как поздно они приехали сегодня утром.

Оставшийся остаток дня пронесся, и прежде чем она ушла, она на прощание поцеловала Грега и надеялась, что ее нервозность не отразилась. Последнее что ей нужно, это вызвать его злость на нее за сокрытие фактов от него. Если встреча пройдет хорошо, я позвоню ему и расскажу, пообещала она себе.

Грег, кажется, ничего не заметил и кажется, с удовольствием отвлекся на что-то другое. Почему он ведет себя так странно? Спросила она себя уже должно быть двадцатый раз на этой неделе. Пожав плечами, она покинула здание и поймала такси, поехав к ресторану Анжело.

Когда она вошла в ресторан, ее снова одолела тошнота. О, Боже, я так нервничаю. Что если он меня возненавидит? Официантка отвела ее к небольшому угловому столику, который был освещен двумя свечами, и светловолосый мужчина встал, протянув ей руку. Он был намного выше нее, с бледными угловатыми чертами, и только одна часть его лица казалась цветной, темно-красные губы.

— Мисс Уильямс, я Оливер. Могу я называть Вас Джесса? — спросил он, взяв ее за руку.

— Конечно, — ответила она.

Полчаса спустя, встреча шла хорошо и Джесса была удивлена. Оливер не был холодным, ужасным змеем, которым обрисовал его Грег, на самом деле, он выглядел весьма очаровательным и гостеприимным. Когда он сказал ей сумму ее стартовой зарплаты — которую она будет получать, если будет работать с ним, ее сердце почти выскочило из груди. Это было почти вдвое больше того, что она получала в качестве секретаря.

— Если Вам подходит, мы могли бы вернуться в офис прямо сейчас и начать составлять документы, — сказал он, его бледно-голубые глаза, сияли юмором от ее реакции.

Джесса согласилась и через полчаса, она уже сидела в его кабинете, не в силах поверить, как быстро все происходит. Я действительно должна позвонить Грегу. Надеюсь, он не разозлиться на меня, за то, что я уволюсь. Не то чтобы я оставляла его, это просто работа. Кроме того, мы видимся так много друг друга, когда работаем вместе каждый день. Может поэтому, он так странно себя ведет.

Оливер сел напротив нее и улыбнулся, прежде чем снова внезапно извинившись встав.

— Простите. Я совсем забыл, что обещал коллеге позвонить после обеда, сегодня вечером. Вы не возражаете? Я приду через пару минут.

— Хорошо, — ответила Джесса.

Когда он вышел, ее мобильный зазвонил.

— Алло? — ответила она на вызов.

— Джесса? Это Ники. Где ты?

— Я с Оливером Стоуном в его офисе. Он действительно хочет нанять меня.

Она собиралась рассказать, как хорошо прошло собеседование, вместе с предложенной зарплатой, когда Ники оборвала ее.

— Джесса, послушай меня. Помнишь, как я сказала, что кто-то рекомендовал тебя Оливеру?

— Да.

— Ну, я узнала, кто это был. Это была Джейн.

— Джейн? Зачем она это сделала? Она просто пыталась избавиться от меня из офиса или как? — спросила она в замешательстве.

— Больше чем это. Она подставила тебя. Она подслушала твой разговор сегодня утром, а потом отправилась за тобой в ресторан, где ты встречалась с Оливером. Она сделала кучу фото, где ты обедаешь с ним, а потом показала их Грегу. Она пыталась убедить его, что ты изменяешь ему с его заклятым соперником!

Сердце Джесси сжалось. О, нет. И я просто спросила Грега сегодня утром об Оливере Стоуне. Будто все это уже не было достаточно подозрительным. Ники продолжала говорить, ее тон был настойчивым.

— Во всяком случае, после того как он увидел фотографии, он ушел не говоря ни слова. Прости, Джесса, я не должна была говорить тебе, чтобы ты скрывала что-то от него. Я думаю, было бы лучше, если бы рассказала ему о предложении работы.

— Ты не виновата, Ники, — ответила Джесса.

Она снова почувствовала себя нехорошо, когда закончила звонок, не в силах поверить, как низко пала Джейн, чтобы получить Грега. О боже… он, наверное, ненавидит меня сейчас. Мне нужно все объяснить ему.

Движение за спиной испугало ее, она, обернувшись, увидела Оливера, возвращающегося после звонка.

— Все в порядке? — спросил он, увидев ее бледное лицо.

— Ох. Да, все хорошо. У меня был просто неприятный телефонный разговор, вот и все.

Он с забавой мгновение разглядывал ее лицо, а потом отвернулся и закрыл за собой дверь. Потом он пересек комнату и встал рядом со стулом, на котором она сидела, Джесса, вдруг, почувствовала себя неуютно. Он был слишком близко к ней.

— Итак, Джесса… помните, как я сказал, что я не кусаюсь? — мягко спросил он.

— Да, — ответила она, удивляясь, что он имел в виду.

Он оскалился и два белых клыка выскочили из его десен.

— Я солгал, — прошипел он.

Он вампир? Джесса была в ужасе. Она понятия не имела, что они вообще существуют, но если оборотни существуют, то можно предположить, что была огромная возможность, что вампиры тоже существовали.

Она вскочила на ноги и попыталась убежать, но Оливер остановил ее, схватив сильными руками ее, а затем, подтаскивая ее обратно к своему столу, пока она пиналась и кричала.

— Шшш… — прошипел он, его ладонь зажала ей рот. — Все разошлись по домам, так что никто не услышит твой крик, пока я пью из тебя.

Она застонала от ужаса и закрыла глаза, когда он наклонился к ее шее, клыки были в нескольких дюймах от ее мягкой кожи. Вдруг раздался громкий грохот, и он шокировано оглянулся на дверь, на секунду выпуская ее. Это был Грег.

Сильный сосновый запах наполнил комнату и прямо перед глазами, он стал меняться. Его зеленые глаза ярко загорелись, уши удлинились. Его руки и ноги стали лапами, и секунду спустя, он стал мощным волком, рычащим на вампира. Он прыгнул и набросился на Оливера когтями и зубами, и только когда Джесса испугалась, что он может убить его, он превратился обратно в обычное человеческое «я», и, схватив ее, перекинул через плечо.

— Это твое первое и последнее предупреждение, — прорычал он, когда Оливер застонал на полу. — В следующий раз, я убью тебя.

Грег молча вынес Джесси из здания и она, всхлипнув, вцепилась в его рубашку. Когда они оказались на улице, рядом с его машиной, он опустил ее на ноги и уставился на нее сверху вниз, пока не появился его водитель Том.

— Куда теперь мистер Тейлор? — спросил он, отмечая растрепанный вид Джесси, когда открыл для нее дверцу машины.

— Отвези нас домой, — прорычал Грег, прежде чем захлопнуть дверь и пойти на другую сторону.

Он все еще молчал, когда Том отвез их к нему домой, горячие слезы катились по щекам Джесси. Она не могла поверить, что только что с ней случилось, и кроме того, она не могла поверить, что Грег спас ее, несмотря на мысли, что она изменяет ему с заклятым врагом.

После того, как они доехали до дома, Грег внес ее внутрь и положил на черный кожаный диван, что был в гостиной. Посмотрев на нее сверху вниз, минуту, он стащил рубашку и использовал ее, чтобы аккуратно вытереть слезы с лица. Когда он закончил, Джесса всхлипнула и попыталась заговорить.

— Грег, прошу, не злись. Позволь мне объяснить. Джейн солгала… я бы никогда не…

Он поднял руку и она замолчала.

— Я не злюсь. Я бы никогда не смог разозлиться на тебя. Я испугался. Так сильно испугался, как ни разу в моей жизни. А нас оборотней, напугать сложно, — сказал он, его голос был таким глубоким и мужественным, как никогда.

Джесса уставилась на него широко раскрытыми глазами.

— Почему ты испугался? — спросила она.

Он сел рядом с ней и скользнул рукой по ее колену, нежно сжимая его.

— Я испугался, что возможно потерял тебя. Я знал, кто Оливер Стоун и я знал, что он сделает с тобой, если когда-либо получит тебя. Когда ты спросила о нем сегодня утром. Я и не думал, что ты собираешься увидеться с ним насчет работы. Я должен был знать. Я должен был сказать тебе больше и остановить тебя.

— Ты знаешь, что я не изменяла тебе, так? — со слезами на глазах, сказала она.

— Конечно. Я знаю, что Джейн лгала. В машине, по дороге к тебе, чтобы забрать тебя из здания Оливера, я позвонил ей и уволил ее. Я бы сделал ее в ту же минуту, когда она показала мне фотографии, но мне нужно было немедленно ехать за тобой. Если бы я оказался там на несколько секунд позже…

— Чтобы он сделал?

— Он бы осушил тебя, просто отомстив мне, за то, что я лучше, чем он. Он всегда ненавидел меня, что я более успешный, чем он, и я уверен, что Джейн, рассказала ему все о тебе и мне, когда говорила с ним.

Он глубоко вздохнул, прежде чем посмотреть ей прямо в глаза.

— Почему ты не сказала мне, что идешь на собеседование с ним, Джесса?

— Прости, — ответила она, опустив от стыда глаза на коленки. — Это было похоже на такую хорошую возможность, и я подумала, что ты можешь разозлиться на то, что я оставляю свою работу с тобой. Так что я подумала, что просто посмотрю, как пройдет собеседование и если оно пройдет хорошо, расскажу тебе.

— Почему бы я разозлился на тебя? — спросил Грег, мягко взяв ее за подбородок одной рукой и притянув ее лицо, чтобы посмотреть в него. — Джесса, я поддерживаю все, что ты делаешь на все сто процентов, в том числе и твою карьеру. Если ты решишь, что хочешь работать в другом месте, я бы не разозлился. Я радовался бы за тебя. Я имею в виду, ты же знаешь, что я люблю заботиться о тебе, но ты независимая девушка и я уважаю это.

— Но ты вел себя так странно в последнее время, — сказала она.

— С чего ты взяла?

— Ты был очень раздраженным и отвлеченным. Я думала, что ты начал уставать от меня, или что-то такое. Я действительно не хочу рисковать, раздражая тебя.

Его зеленые глаза стали светиться, и улыбка прокралась на лицо.

— О, Джесса. Прости. Ты права; я отвлекался в последнее время. Но не, потому что ты что-то делала. Ну, на самом деле, не совсем так. Именно из-за того что ты сделала, — сказал он.

— И что я сделала?

Он встал и начал нервно вышагивать по комнате.

— Ты пришла в мою жизнь и украла мое сердце, это то, что ты сделала, — сказал он, опуская руку в карман. — Я отвлекался в последние несколько недель, потому что пытался выяснить, как отдать тебе это.

С этими словами, он опустился на одно колено и преподнес ей кольцо.

— Я хочу жениться на тебе. Думаю, сейчас такое же хорошее время спросить тебя. Я люблю тебя, Джесса.

Рука Джесси подлетела к ее рту.

— Поэтому ты вел себя странно?

— Да. Так… у тебя есть для меня ответ? Ты вроде оставила меня в подвешенном состоянии, — сказал он.

Джесса в волнении подскочила.

— Да! — вскрикнула она. — Я тоже люблю тебя!

— Хорошо, — прорычал он, прежде чем надеть колечко ей на палец и сгребая ее в объятия. — Я был обеспокоен тем, что ты не говорила это.

— Я знаю, — сказала она, ее глаза сияли от счастья.

Грег улыбнулся и усадил ее обратно на кожаный диван, а потом встал на колени у нее между ног, подняв лицо навстречу ее поцелую. Поцелуй, казалось, никогда не закончится, и Джесса могла почувствовать, как ее сердце бешено бьется. Она протянула руку, чтобы притянуть его ближе и почувствовала его сердцебиение. Его пульс был таким же быстрым, как и у нее, и она была удивлена, насколько хорошо связаны их тела. Это было так, будто они идеально совпадали во всех отношениях, и она почувствовала, как разряды пробегают по венам, когда его язык скользнул в рот, чувственно сплетаясь с ее и отправляя крупные мурашки по ее коже.

Пока они целовались, он скользил обеими руками по бедрам, двигая медленно ее юбку вверх, пока они не превратились в пояс над ее светло-розовым бельем. Отодвинувшись назад и смотря ей прямо в глаза, он стащил их вниз по бедрам и отбросил на другую сторону комнаты, а потом поднял юбку вверх.

Джесса улыбнулась и откинулась назад, позволяя ему опустить голову между ее бедер, и он игриво прикусил внутреннюю поверхность ее бедер, заставив застонать со странной смесью боли и удовольствия. Он посмотрел на нее с яростным выражением, а потом опустил голову вниз, придвигаясь теплым ртом ближе и ближе туда, где она хотела его больше всего.

Раздвигая ноги еще шире нежным толчком, он продолжил лизать и покусывать ее внутреннюю поверхность бедер и каждый раз, когда его теплый рот опускался на другую часть ее, дрожь пробегала по позвоночнику Джесси. Его язык стал ласкать чувствительную линию ее бедер, там, где встречалась область между ее ног и она откинула голову назад, застонав в предвкушении.

Он переместил одну руку между ее бедер, когда скользнул языком вверх и вниз по ее мягкой коже и поглаживал ее уже влажные складочки с нежной точностью, слегка потирая ее пульсирующий клитор и заставляя ее извиваться.

— Спокойнее, — прорычал он между ее ног и вибрации отправили покалывания через все ее тело.

Громкий стон вырвался из ее уст, когда он обосновался на ее клиторе, и она изо всех сил пыталась удержаться, пока он нежно сосал и лизал его, прежде чем скользнув длинным, плавным движением вверх и вниз по ее теплым складочкам. Она не могла вынести его поддразнивания больше и провела руками по его волосам, притягивая голову ближе.

— Прошу! — умоляла она. — Сделай это быстрее!

Она почувствовала его ухмылку напротив нее, когда он увеличил скорость, а потом вздрогнула, когда он скользнул двумя пальцами внутрь ее теплой тесноты. Она чуть не заплакала от облегчения, когда закружил на ее клиторе языком, а затем закрыла глаза, наслаждаясь каждой секундой его обхождения.

Ее мысли скоро заполнило желание оборотня находящегося между бедер, и он что-то пробормотал, входя в нее пальцами. Вибрация от его голоса, вызвали шокирующие спирали по ее телу снова, и она поняла, что она была близка к достижению чистого блаженства.

Ее сердце все еще бешено билось, когда она стала двигать бедрами вверх и вниз к его губам и секунду спустя кончила, задыхаясь и вздыхая от восторга, когда Грег продолжал стоять на коленях у ее складочек. Наконец он глотнул воздуха и улыбнулся, прежде чем наклониться, чтобы поцеловать ее. Она могла почувствовать свой вкус, когда он прижался губами к ее губам, и тихо застонала, все еще не полностью наполнена.

— Я хочу большего, — прошептала она, когда он оторвался.

Его глаза начали светиться ярко-зеленым светом, и он, схватив ее за лицо обеими руками, посмотрел на нее.

— Ты многого требуешь, — прорычал он. — Тебе повезло, что я люблю, когда ты это делаешь.

— Почему мне повезло? Чтобы ты сделал, если бы тебе это не понравилось? — спросила она, дразня его.

— Я бы забросил тебя на плечо, перенес бы тебя в свою комнату, и был бы там с тобой. Вторая мысль… мне не нравятся все новые требования. Ты идешь со мной юная леди!

При этом, он снова закинул ее на плечо и Джесса хихикнула, когда он понес ее в спальню, чувствуя дежавю, когда поняла, что он делал тоже самое сегодня утром, после их завтрака.

После того, как он бросил ее на кровать, он расстегнул штаны и набросился на нее, прижав ее и разместившись так, что его пах потерся о ее все еще чувствительный клитор. Она тихо застонала, и он прижался к ее скользкому входу. Рыча от удовольствия, когда он толкнулся в нее, чувствуя ее тугое тепло затягивающее ее.

— О, боже, — прошептала она. — Делай это жестко и быстро, и не останавливайся!

Грег наклонился и скользнул губами к ее уху, а потом провел ими вниз, когда она выгнула спину, чтобы встретить его.

— Ты ведешь себя очень плохо, требуя чего-то от меня. Разве ты не знаешь, что я твой босс? — прорычал он, прикусывая мочку ее уха.

— Да… прости, — пробормотала она, не понимая, что говорит.

Он снова зарычал, а потом вышел из нее. Джесса заскулила от отчаяния, и он улыбнулся ей, его глаза сияли.

— Ты, кажется, думаешь, что ты здесь главная. Давай, покажи мне, — сказал он, перекатываясь на спину.

Джесса взобралась на него сверху, и, приподняв бедра, опустилась на него, простонав от восторга, когда он снова наполнил ее. Его глаза потемнели от удовольствия, и он тихо застонал, когда она начала скакать на нем вверх и вниз, царапая ногтями по его мускулистой груди, когда делала это.

Когда она набрала обороты, то откинулась назад и положила руки на его голени, чтобы не упасть, а Грег скользнул одной рукой вокруг бедер, придерживая ее. Другая его рука медленно двинулась вниз от ее груди, обосновавшись между бедер, и потер подушечкой большого пальца ее клитор, наблюдая за ее лицом, когда она стала дышать быстрее. Спустя мгновения, он стал двигать круговыми движениями, и Джесса почувствовала взрывы по всему телу.

Задыхаясь от удовольствия, когда теплые волны экстаза сомкнулись над ней, она упала на его грудь, а мощные сокращения продолжали сотрясать ее сердцевину. Глаза Грега сверкали, и он, удерживая ее за бедра, раскачивал ее взад и вперед, пока не пришел к собственному удовольствия. Громко застонав, он кончил, вливая свое семя глубоко внутрь нее, двое влюбленных лежали в объятиях друг друга в течение пары минут тишины, не в состоянии сказать, ни слова, поскольку не хватало воздуха.

Неделю спустя, Грег сидел в своем кабинете, когда Джесса ворвалась к нему.

— Что случилось? — спросил он.

— Присядь. Я кое-что должна сказать тебе, — нервно сказала она.

— Я сижу, — усмехаясь, сказал он. — Что ты должна сказать?

— Ну,… ты знаешь, что чувствовала тошноту в последние недели или около того? — ответила она.

Улыбка на его лице становилась все шире и шире, когда он понял, к чему она ведет, он вскочил на ноги.

— Ты беременна?

— Да, — сказала она. — Я просто провела тест в ванной комнате. Я чувствовала себя все хуже и хуже, и теперь мы знаем, почему.

— Мне жаль, — сказал он, вставая и сильно обнимая ее. — Это моя вина.

— Нет, это не так, — сказала она. — Я ведь тоже там была, ты же знаешь,… когда мы сделали этого ребенка.

— Ну, утренняя тошнота, часто хуже с многоплодной беременностью. Вот что я имел в виду, когда сказал, что это моя вина, — сказал он.

Джесса в шоке отшатнулась.

— Что?

— Беременность у оборотней всегда двойня. Иногда тройня. Я забыл упомянуть это? — сказал он.

— Да! — сказала Джесса, не в силах поверить в то, что слышит.

Грег усмехнулся, и, опустившись на колени, поцеловал ее живот.

— Ну, я же говорил, чтобы ты родила мне детей. Прости. Я должен был сказать, что все будет сразу. Это нормально? — спросил он, снова поднявшись на ноги.

— Да, но только потому, что это ты, — сказала она, тыкая ему в грудь. — Они все будут волками, как и ты?

— Да.

Джесса наклонила голову и поцеловала жениха, все еще не в силах поверить, несколько изменилась ее жизнь в последние несколько месяцев. Сейчас все было прекрасно, для них обоих. У Грега была его пара, а у Джессы был он… и скоро, к ним присоединится много детей оборотней. Лучше и не может быть.

— Я люблю тебя, — сказала она, как только он прервал поцелуй.

— Я тоже люблю тебя, — пробормотал он. — Всегда.

Снаружи было холодно и Эмили Филдс, собиралась справиться со всем в течение дня. Когда она вышла, отправляясь по дорожке через сад, отец позвал ее из кухни.

— Эмили, дорогая. Сегодня довольно холодно. Прошу, накинь что-то на это платье.

Он подошел к двери и вышел вслед за ней.

— Вот, надень это.

Эмили набросила теплый красный плащ с капюшоном, который он поднес, а затем улыбнулась.

— Спасибо папа. Скоро увидимся.

После обняв его на прощание, она направилась по тропинке, свернула вправо, а потом пошла в центр деревушки. Она шла к новому дому ее бабушки, который купил отец, после того, как бабуля стала слишком стара, чтобы жить в более крупном городе в нескольких милях к западу. Она была довольно бодрой старушкой, но родители Эмили были обеспокоены тем, что она может заболеть или упасть дома и никто не поможет. Сначала бабушка протестовала, но согласилась, когда Эмили с отцом позволили ей сохранить независимость, купив причудливый маленький коттедж вдоль Коттенхем Вудс Роуд.

Повезло, что родители были предусмотрительны и переселили ее ближе к ним, потому что она уже подхватила насморк. Отец Эмили, навестил ее днем ранее, но сегодня ему нужно было работать, так что ей нужно было отнести бабушке какой-то суп, хлеб и свежие фрукты.

Направляясь в местную пекарню, Эмили чуть не врезалась в высокого мужчину.

— Ой, простите, — пробормотала она, ее щеки порозовели.

Она была совершенно невинна в путях любви, но могла сказать, что великолепный мужчина, которого она увидела такой единственный. У него были густые темные волосы и ярко-зеленые глаза, и, не смотря на серое пальто, которое он носил, она могла сказать, что он был довольно мускулистым.

— Все в порядке, — ответила он, улыбаясь.

Его зубы были необычно белые, и что-то в мужчине нервировало Эмили. Она заставила себя улыбнуться и прошла мимо него. Деревенский пекарь, мистер Прентис, разгружал поднос свежеиспеченного хлеба на прилавок.

— Эмили, моя дорогая, — сказал он. — Как ты сегодня?

— Очень хорошо, спасибо. К сожалению, бабушка заболела, и я несу ей суп. Мама приготовила суп, а я так же взяла пару яблок со своего дерева, но подумала, что свежий хлеб из пекарни был бы так же хорош.

— О нет. Это ужасно. Надеюсь, что бедная женщина скоро поправиться. Я говорил с твоим отцом на днях, разве он не сказал, что она только переехала в деревню?

— Да, совсем недавно. Я даже не видела ее новый дом, потому что была занята, помогая маме с шитьем. Это на Коттенхем Вудс Роад, хотя папа говорит, что она очень рада дому, — ответила Эмили.

Мистер Прентис положил божественно пахнущую теплую буханку хлеба в бумажный пакет.

— Я в восторге, от всех этих нововведений, которые они придумали. Бумажные пакеты, а дальше будут бумажные дома! — пошутил он. — Случайно, твоя бабушка не живет в доме номер четыре в Коттенхем Вудс Роад?

— Нет, она в доме десять. А что? — спросила Эмили.

— Я часто гуляю по лесу и наткнулся на номер четыре, какое-то время назад. Красивый маленький садик перед входом, и он спрятан в лесу, как маленький коттедж феи. Совершенно прекрасный, — ответил он.

— Осмелюсь сказать, что там все коттеджи такие, — сказала она улыбаясь. — Я бы хотела жить в маленьком доме, спрятанном в лесу.

— Ну, тебе уже восемнадцать. Пора бы твоему отцу подыскать подходящего молодого человека, который жениться на тебе. Может быть, твой будущий муж купит там дом.

— Может быть, — ответила Эмили, опуская взгляд в пол так, чтобы мистер Прентис не увидел, как неловко ей было.

Она достаточно долго была заинтересована мальчиком по соседству, но когда, она подняла вопрос о том, что однажды они, возможно, женятся, он рассмеялся ей в лицо, и жестоко сказал ей, что она слишком пухлая. Она никогда не чувствовала себя непривлекательной до того момента, и ушла домой в слезах. Ее мама утешала ее, говоря, что у нее не было лишнего веса, она просто полногрудая, и многие другие девушки, вероятно, завидовали ее щедрому бюсту.

Эмили попыталась вытолкнуть случившееся из головы, но речь мистера Прентис вернула ее воспоминания. Расплатившись за хлеб, она опустила его в свою корзинку, поблагодарила его, а затем направилась к двери. Уголком глаза, она увидела как высокий мужчина в сером пальто, по-прежнему стоял на другой стороне пекарни, смотря на торты, которые пек мистер Прентис.

Она повернула голову и заметила, что он на самом деле смотрел на нее и только делал вид, что изучает торты. Ее лицо стало ярко-красным, и она поспешила уйти на главную улицу. Теперь в Коттенхем Вудс Роад… я должна спуститься по Дарби Лейн, а потом повернуть налево, когда увижу знак.

После того как нашла дорожку, она отправилась вниз, качая в одной руке тяжелую корзинку. Напевая старую мелодию, которой ее научил папа еще ребенком, она заметила, что небо, кажется, внезапно темнело. Подняв глаза, она поняла, что это было из-за густой кроны дерева. Дорога шла через лес, и она все углублялась и углублялась в него с каждым шагом.

После знака с надписью «Номер четыре», она вытянула шею и посмотрела налево. Мистер Прентис был прав, с дороги, она увидела красивый маленький сад, а также можно было увидеть маленький домик. Если я когда-нибудь выйду замуж, я бы хотела такой сад. Полюбовавшись минутку садом, она продолжила свой путь.

Волосы на затылке встали дыбом и, что-то подсказывало ей, что это не от холода. Она на мгновение застыла на месте, а потом обернулась. Серо-белый волк за ней, довольно близко, она окаменела. Она слышала ужасные истории о людях, на которых нападали и съедали волки, но никогда в Коттенхем Вудс. Этот лес был безопасным, вот почему так много людей построили здесь дома.

Оглядываясь вокруг, Эмили заметила, что никого и ничего не было вокруг. Никто не поможет ей. О нет.

Волк продолжал следовать к ней, медленно, а ее ноги стали как желе. Пожалуйста, не рухни. Ее папа когда-то сказал ей, что если опасно выглядящий пес приближался, не надо показывать страх. Возможно, то же самое было и с волками.

— Хм… кыш! — сказала она, как только почувствовала себя достаточно смелой.

Ее сердце безумно билось, и на минуту она подумала, что оно может вырваться из груди. Она нервно прикусила губу и выставила яблоко из корзинки перед ней.

— Хочешь яблоко? Если ты голоден, это очень приятно. Они только что собраны с нашей яблони, — сказала она.

Волк, склонил голову набок и внимательно осмотрел ее, прежде чем двинуться вперед и обнюхать яблоко. Он вновь взглянул на нее, через пару мгновений, его зеленые глаза ярко светились.

— Может, ты хочешь суп. Ты же волк, какая я глупая… хочешь мяса. В супе есть курица.

Эмили полезла в корзинку и вытащила закрытую миску, в которую ее мама налила суп. После, аккуратно поставила ее на землю, смотря, как волк понюхал, а потом кивнул на крышку.

— Вот, — сказала она, сняв ее.

Волк, взглянул на нее, как ей показалось, благодарным взглядом, а потом вылакал всю миску супа за секунды. Думаю, мне придется сейчас пойти домой и набрать еще супа.

Она вдруг вспомнила, что хлеб был теплым и свежим, и она знала, что бабушке понравится, поэтому вместо того, чтобы отправиться домой, она решила отнести яблоки и хлеб к бабушке, а потом принести суп, позже, ближе к вечеру. Волк сидел, наблюдая за ней.

— Прощай волк, — прошептала она, прежде чем повернуться на каблуках и зашагать прочь так быстро, как только возможно.

Когда она обернулась и посмотрела через плечо, волк погнался за ней, и на мгновение она снова испугалась. Вместо этого, он бросился перед ней, и скрылся в лесу, дальше по дороге. Ее сердце безумно билось, но она гордилась тем, как справилась с ситуацией.

Она шла дальше и дальше по дорожке, когда увидела маленькую табличку с надписью «номер восемь». Скоро будет и бабушкин дом.

Следующий дом, на который она наткнулась, был темно-коричневым деревянным коттеджем, с еще более красивым садом, чем тот который был перед четвертым домиком. Когда она смотрела на него, восхищаясь красочными цветами, она пожалела, что не может найти мужа, который бы купил этот коттедж для нее, чтобы она могла провести свои дни, стремясь к такому невероятному саду. Кроме того, это был дом номер девять, это значило бы, что я жила бы по соседству с бабушкой! Думаю, девушка может помечтать.

Она посмотрела на знак, по-прежнему считая, что это номер девять. Но это был номер десять. Ох,… думаю, что прошла номер девять, даже не заметив этого, думала она, поднялась по тропинке к входной двери. Папа уверен, что купил ей прекрасный коттедж. Не могу поверить, что бабушке так повезло; она может сидеть здесь, в этом невероятном саду весь день… пока не болеет.

Постучавшись в дверь, она подождала секунду, но не слышала, как бабушка говорит, что можно войти.

— Бабушка? Это я, Эмили. Я принесла тебе поесть. Ты там? — сказала она, интересуясь, вдруг бабушка спала или может, слишком больна, чтобы даже крикнуть.

— Бабушка, я вхожу внутрь, все нормально?

Дверь была не заперта, и когда она распахнула ее, то от удивления у нее перехватило дыхание. Интерьер коттеджа был даже более красив, чем вид снаружи. Он был наполнен красивой мебелью и картинами, а на одной из стен гостиной, была полка с книгами. Я и не думала, что папа может себе такое позволить. Думаю, бабушка этого заслуживает, ведь она воспитала его.

— Бабушка? — позвала она снова.

Но ответа не было, даже болезненного стона. Она, наверное, спит. Эмили оставила корзинку на кухонном столе, который стоял рядом с ней, а потом оглянулась. Впереди был маленький коридор, ведущий к другому концу дома, и она предположила, что вел к спальне. Когда она стала идти по коридору, то увидела знакомую фигуру, выходящую из одной из комнат. Волк.

На этот раз Эмили закричала. Она повернулась и попыталась бежать, когда услышала тяжелое дыхание прямо за спиной. Вдруг, две сильные, волосатые руки обвились вокруг ее талии, притягивая назад, и она снова громко закричала.

— Тише, девочка, — сказали глубоким мужским голосом.

Голос был знакомым, и Эмили сразу поняла, кто это. Мужчина с пекарни раньше. Она попыталась освободиться от его хватки, но он просто отпустил ее, прежде чем развернуть лицом к себе. Волк исчез, и она понятия не имела, как он выскользнул из дома так быстро.

— Здесь был волк! — сказала она, ее сердце билось быстрее, чем когда-либо прежде. — Что вы делаете в доме моей бабушки? Я очень беспокоюсь за нее. Думаю, что волк мог напасть на нее.

Мужчина улыбнулся и сделал шаг назад.

— С твоей бабушкой все хорошо, — сказал он, ничего не объясняя, относительно того, откуда он это знал.

Эмили уставилась на него, и потерла поясницу, по-прежнему не имея понятия, что происходит.

— Ну, где она? Боже, у вас сильные руки. Думаю, вы могли оставить синяки на моей талии.

— Это для того, чтобы лучше держать тебя, моя дорогая, — ответил он.

Его глаза, светились сверхъестественным зеленым, а через пару секунд он исчез, изменяясь в серо белого волка. У нее перехватило дыхание, а рука взлетела ко рту, волк снова превратился в мужчину. Оборотень. О, нет. Всем было известно, что они существуют, но Эмили никогда не слышала, чтобы хоть один жил в ее деревне.

— Что…? Я не понимаю… — бормотала она, в совершенном ужасе. — Прошу, не ешь меня!

— Я не собираюсь, есть тебя, — сказал он, приближаясь к ней и скользнув руками вокруг талии.

Эмили чувствовала спутанную смесь эмоций, которая нахлынула на нее. Она была крайне напугана; этот мужчина превратился в волка прямо перед ней… что если он лжет? Он все еще может меня съесть! С другой стороны, его сильные, мускулистые руки и глубокий хриплый голос вызывали теплое чувство, зарождающееся в области шеи и груди, постепенно распространяющееся вниз по мягкому животу и между бедер. Она понятия не имела, что это было, но он чувствовался, как ни странно хорошо, и у не было четкое ощущение, что это было своего рода ощущение, которое люди чувствовали, когда они женятся и глубоко влюблены. Но я его не люблю. Я даже не знаю этого мужчину, … волка… кем бы он ни был. Так что это за чувство?

Глаза мужчины снова засветились, когда он стянул ее красный капюшон вниз, открывая ее взъерошенные светлые волосы. Эмили вдруг почувствовала себя смелой и влепила ему пощечину.

— Как вы смеете прикасаться ко мне! — крикнула она.

Его хватка на талии ослабела, поэтому она дернулась из его рук и побежала к двери. Когда она побежала, услышала рычание за спиной, и несколько секунд спустя, он был позади нее, снова удерживая ее в своих объятиях. Она боролась с ним, но это было бессмысленно. Он был слишком силен.

— Прошу, отпустите меня! — всхлипнула она.

— Я не хочу отпускать тебя, — прорычал он, прежде чем начал оборачивать ее, чтобы встретиться лицом к лицу снова.

Его зеленые глаза сверкали от гнева и ожесточенное выражение, было на его лице, когда он смотрел на нее сверху вниз. Эмили пристально посмотрела вниз, широко распахнув глаза, а он протянул руку вперед и взял за подбородок, заставляя ее смотреть на него. Она все еще была напугана, но теплое чувство растекалось по ней, и вдруг почувствовала необходимость снять красный плащ. Боже, здесь становится так жарко.

Мужчина наклонился и грубо поцеловал ее, его язык прорвался ей в рот. Эмили никогда раньше не целовалась, и с удивлением отметила, что чувствует себя довольно приятно. Озноб стал пробегать по позвоночнику, и она поняла, что она не хотела прекращать его нападения на ее губы. Он был груб, но что-то в его поцелуе, несомненно, было очень приятным.

Подождите. Моя мама и папа убьют меня, если узнают, что я позвонила мужчине поцеловать меня… особенно оборотню.

Несмотря на ее желание о продолжении, она знала, что это ошибка, позволить мужчине прикоснуться к ней до замужества, поэтому она стала бороться с ним, пытаясь его оттолкнуть. Ей не удалось, но он, наконец, глотнул воздуха и ухмыльнулся ей сверху вниз.

— Пожалуйста,… скажи, чего ты от меня хочешь, — прошептала она, потирая подбородок. Его щетина задела ее мягкую кожу, и она знала, что ее лицо было ярко-красным.

Он не ответил ей и надел красный плащ. Он скользнул вниз по ее плечам и на пол, а он поднял ее на мускулистые руки, взвалив на плечо, а потом понес ее по коридору в сторону одной из комнат.

— Нет,… пожалуйста! Отпусти меня! — возмутилась она, избивая маленькими кулачками его спину, когда он подошел ближе к закрытой двери.

Пнув и открыв ее одной ногой, он вошел в комнату, а затем бросил ее вниз на большую, мягкую кровать. Эмили отползла в дальний конец кровати, ожидая, что он поднимется и нападет на нее, но он вместо этого стоял рядом с кроватью и смотрел на нее своими искрящимися глазами.

— Ты спросила, чего я хочу? Я хочу тебя, — прорычал он.

— Почему,… почему ты меня хочешь? Кто ты? — прошептала она, ее щеки все еще горели.

Без своего красного плаща, она чувствовала себя уязвимой и беззащитной. Голубое платье, которое она носила под ним, было сделано из тонкой ткани, которая плотно обхватывала ее полные груди и бедра, и она видела, как глаза оборотня обводят участки ее тела. Он улыбнулся ей, и его глаза, кажется, горели какими-то эмоциями, не знакомые Эмили.

— Меня зовут Генри Грей. Я увидел тебя сегодня в пекарне и сразу захотел. Ты видишь, что я, я оборотень. Я достиг возраста, когда должен связать себя с парой, но до сих пор, в этом деревушке я не видел подходящую женщину. Но это до сегодняшнего дня, — сказал он, его глубокий голос послал мурашки по коже Эмили.

— Почему я? — спросила она, все еще находясь в ужасе.

— Из-за твоего аромата, твоего лица, твою доброту… и твоего тела. Даже под красным плащом, я заметил тело настоящей женщины. Ты будешь моей парой.

Эмили поняла, что означало его выражение глаз. Он хочет меня… тем самым образом. Тем, что я чувствовала раньше. Она знала, чего хотело ее тело, чтобы он трогал ее, но она не могла разочаровать свою маму и папу. Я должна противостоять искушению.

— Нет, — сказала она. — Я должна выйти замуж, прежде чем позволю мужчине прикоснуться ко мне таким образом.

Он уставился на нее сверху вниз.

— Если я должен приспособиться к вашим смешным человеческим церемониям, то я сделаю это. Но сначала, я хочу взять тебя как мою пару, как один из моего рода, — прорычал он, подкрадываясь ближе к кровати.

Теплые чувства в ее теле быстро стали покалываниями и несколько секунд спустя, она почувствовала крошечную область прямо между ног, которая начала пульсировать. Это было странно, но в хорошем смысле, и она поняла, что хотела его так же, как он хотел ее.

— Хорошо, — прошептала она. — Я буду твоей парой. Но пожалуйста,… не делай мне больно.

Оборотень зарычал.

— Я не могу обещать тебе это. Я грубый, как и все мужчины моего рода, но могу пообещать, что сделаю все, чтобы ты почувствовала себя хорошо, — сказал он.

Он начал изменяться прямо у нее на глазах снова, и секунду спустя серо белый волк запрыгнул на кровать. Эмили легла, замерев на месте, и волк разорвал когтями переднюю часть ее платья. Она посмотрела вниз, ожидая увидеть царапины на коже, но он был нежным с ней. Только ее платье было испорчено.

Волк вновь стал Генри, он тихо зарычал, когда сорвал уже порванное платье. Под ним она носила тонкое нижнее белье кремового цвета, что ее мать сшила для нее. Его глаза горели возбуждением, когда он потянул его.

— Ты невероятно красивый человек, которого я когда-либо видел, — прорычал он, когда она осталась совершенно голая. — Твои сочные изгибы, могут свести с ума любого волка.

Они никогда не позволяла кому-то увидеть ее голой, даже ее мама и папа не видели ее тела, после того как купали ее еще ребенком. После комментария, который бросил соседский мальчишка, она никогда не ожидала услышать мужчину, говорящего ей, что она привлекательна под одеждой.

Пробежав руками по ее коже несколько минут, лаская и любуясь ею, он раздвинул ее ноги и поднялся между ними. Прежде чем скользнуть губами к ее ушку.

— Теперь, девочка, … ты влажная для меня? — пробормотал он.

Эмили не знала, что он имеет в виду. Зачем мне быть влажной?

— Ммм… я не знаю, — прошептала она.

Генри отодвинулся, и скользнул обеими руками по ее полной, мягкой груди. Ее розовые соски напряглись под его руками, Эмили удивилась. Мне даже не холодно, так почему они напряглись?

— Ты действительно невинна, — сказал он, его зеленые глаза мерцали от удовольствия.

Эмили смутилась и отвела взгляд. Он схватил ее за подбородок и заставил ее снова смотреть на него.

— Не смущайся. Я рад, что ты невинна. Это значит, что я буду твоим первым… и последним. Я был первым мужчиной, который поцеловал тебя, да?

Вспоминая о его губах, грубо прижимающих ее, Эмили покраснела.

— Да, — ответила он.

— Хорошо. Теперь я буду первым мужчиной внутри тебя, — прорычал он.

Он наклонился и снова поцеловал ее, а через некоторое время оторвался и прокладывал дорожку к ее горлу, оставляя мягкие теплые поцелуи по нежной коже ее шеи и ключиц. Когда он понюхал ее, Эмили откинула голову назад и тихо простонала, понимая, что она очень наслаждалась его прикосновениями. Она даже не стыдилась обнаженного тела, лежа под ним, несмотря на первое беспокойство, что она была слишком полной. Генри явно сильно хотел ее, так что уже не стоял вопрос о беспокойстве.

Когда он продолжил прижиматься к ней лицом и целовать ее, он стянул свое серой пальто, под которым оказалась темная одежда и Эмили увидела, что ее предыдущая оценка его тела была правильной. Под черной рубашкой, которую он носил, она могла видеть четко очерченные мощные мускулы и она издала небольшой вздох.

Генри откинулся назад и расстегнул рубашку, прежде чем сбросить ее на землю рядом с кроватью.

— Тебе нравится то, что ты видишь, да? — прорычал он, видя реакцию Эмили, на его тело. — Не волнуйся, я буду в твоем расположении в ближайшее время, и ты узнаешь, как это почувствовать мужчину внутри тебя.

Его слова послали незнакомое ощущение по ее телу, и она поняла, что он имел в виду, спросив влажная ли она. Что-то странное творилось у нее между ног, там было влажно, что она могла почувствовать извиваясь.

Генри снова раздвинул ноги и обосновался на ней, опустив свой вес на нее, чтобы она не могла двинуться.

— Ты должна прекратить извиваться, — сказал он, его глаза зажглись ярче. — Теперь, позволь мне почувствовать тебя.

Он продвинулся одной рукой вниз по ее мягкому животу, и Эмми тихо застонала, когда он скользнул рукой между ее ног, двигаясь вверх и вниз по ее розовым складочкам. Она трогала себя между ног, несколько раз, но ничего не происходило.

Это было по-другому. Когда его пальцы двигались вверх и вниз по ее щелочке, она почувствовала давление, зарождающееся глубоко внутри живота. Его прикосновения были похожи на волшебство; чувствовались так, будто молнии спустились с небес и теперь бежали по ее венам, она глубоко задышала.

— Ну и ну, ты такая прекрасная и влажная для меня, не правда ли? — пробормотал он.

Спустя пару мгновений, она издала небольшой стон и закрыла глаза, когда его большой палец остановился на ее самой чувствительной части, той, которая раньше пульсировала. Он начал потирать пальцами, это было щекотно, но невероятно прекрасно в то же время.

Эмили попыталась извиваться, переживая, что это чувствовалось слишком хорошо, но Генри зарычал и прижал ее вниз, хватая ее запястья свободной рукой и удерживая их над головой.

— Ты не будешь пытаться сбежать, — проворчал он. — Теперь ты моя.

— Я не пыталась, — сказала она, затаив дыхание. — Это просто… то, что ты делаешь, так приятно… это не может быть правдой. Мама всегда говорила, что женское занятие это просто вынашивать детей, а не чувствовать себя хорошо от прикосновений мужчины. Она говорила, что только мужчина должен чувствовать удовольствие.

Удерживая ее руки над головой, он наклонился и скользнул губами к ушку.

— О, действительно? Либо твоя мама тебе врала, чтобы удержать подальше от парней, либо мне ее очень жаль. Мужчина испытывает удовольствие, делая ребенка, но так же важно, чтобы и женщина чувствовала себя хорошо. И я собираюсь заставить тебя чувствовать себя прекрасно, так что смею предположить, что ты не сможешь ходить в течение нескольких часов после этого.

Его слова звучали зловеще, но Эмили уже не боялась, так что она закрыла глаза, и великолепный оборотень продолжил удерживать ее одной рукой, потирая ее между ног. Внезапно, она почувствовала, что давление, которое зарождалось глубоко внутри нее, кажется, вырвалось из нее, и волна самого невероятного экстаза захлестнула ее, заливая ее тело и мысли теплотой и радостью.

— Ох,… ох! — выдохнула она. — Что со мной происходит?

Глаза Генри сверкнули, когда он почувствовал, как извивается ее тело под ним, он продолжал удерживать ее внизу, с нечестивой ухмылкой на его лице.

— Это был вкус удовольствия, которое я смогу доставить тебе, как твой супруг, — пробормотал он.

Его слова послали дрожь по ее позвоночнику, хотя ей совсем не было холодно. Как он делает это со мной?

— Есть что-то еще? — выдохнула она.

— О да, моя девочка, есть еще, гораздо больше.

— Прошу… я хочу почувствовать это «еще», — сказала она.

Он тихо зашептал ей на ухо.

— Ты очень требовательна. Что мне сделать с тобой, непослушная девочка?

— Все что хочешь.

Эмили услышала слова, выскальзывающие из ее рта и, не могла поверить, что действительно говорит это. Чтобы мои родители подумали обо мне? Сейчас она не была уверена, что волновалась, о чем они подумают. Генри зарычал и поднял голову, позволив увидеть дикую, еле сдерживающую похоть в его глазах.

— Я собираюсь войти в тебя скоро. Это то, чего ты хочешь девочка?

— Да. Пожалуйста, — всхлипнула она, отчаянно, хотя испытать все то, о чем он рассказывал ей.

Она почувствовала, как его руки ползут вниз ее живота, но он не прикоснулся к ней. Ее запястья, которые были над головой, он отпустил. Посмотрев вниз, она увидела, что он расстегнул брюки и что-то толстое, гладкое и совершенно незнакомое появилось из них. Это… это та часть, которая есть у мужчин. Мама никогда не говорила, что она такая большая.

— Ты никогда не видела член раньше? — сказал он, улыбаясь, потом сел. — Давай, потрогай.

Это прозвучало невероятно грубо для нее, но только увеличило желание. Она смело протянула руку и почувствовала его. Он был гораздо мягче, чем она себе представляла, и очень теплый.

— Ох, Боже, — выдохнула она. — Твой… член… он такой большой!

— Все для того, чтобы порадовать тебя, моя дорогая, — прорычал он.

Опрокинув ее на спину, он раздвинул ее ноги и начал тереться бедрами об нее. Ее руки были свободны, чтобы исследовать его тело, Эмили протянула руку и коснулась жестких мышц груди, наслаждаясь этими ощущениями того, что наконец-то почувствовала мужчину. Маленькая штучка между ног все еще была очень чувствительна, и она чувствовала, как она трепещет и пульсирует.

Что-то подсказывало ей, что это прекратиться, когда он бы вошел в нее своим… членом. Она привыкла к нему, и улыбка заиграла на ее губах.

— Из-за чего ты улыбаешься, девочка? — сказал он, неистовое выражение пересекло его лицо.

— Не из-за чего, — солгала она.

Он зарычал, на этот раз громче.

— Я тебе не верю тебе, — сказал он. — Скажи мне, чего ты хочешь? Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя?

Слово, которое он только что сказал, было еще грубее чем «член», и Эмили ахнула.

— Значит ли это, что?..

— Да. Это то, чего ты хочешь? Ты хочешь, чтобы я обнял тебя и трахнул, девочка?

— О, да, — выдохнула она.

Генри скользнул одной рукой под ее спину, притягивая ее ближе к нему, а другой прижал ее запястья вверх над головой. Она снова оказалась в ловушке под ним, но на этот раз ей было на все наплевать. Что-то от мысли удерживания ее внизу, сильным, мужчиной оборотнем помутнило ее разум, заставляя ее забыть все, что она когда-либо узнала, и как быть хорошей девочкой тоже, она всхлипнула от отчаяния.

— Ты действительно этого хочешь? — сказал он, снова с усмешкой.

Эмили ахнула, когда почувствовала, как его член давит на ее теплый, влажный вход. Подруга девушки, которая уже была замужем, когда-то доверилась ей, рассказывая, что в ее первую ночь, она испытала невообразимую боль от ее мужа. Она никогда не рассказывала подробности Эмили об этом, так что в сочетании с тем, что говорила ее мама, снова заставило ее бояться.

— Подожди,… нет,… не думаю, что он сможет войти в меня, — прошептала она.

— Он сможет. Не волнуйся. Это будет больно сначала, а потом ты почувствуешь невообразимое счастье, — ответил Генри.

Ее сердце забилось чаще, ее дыхание стало поверхностным и быстрым, когда он прижался к ней, и несколько секунд спустя, он толкнулся внутрь нее, его толстый член вторгся в ее тугое тепло, и вызвало острую боль, проносящуюся через все ее тело, несмотря на то, что она была мокрой. Она вскрикнула, когда он начал входить в нее, и она отчаянно хотела его остановить.

— Пожалуйста! Это больно! — взмолилась она.

Секунду спустя, боль внезапно исчезла и заменилась чувственным наслаждением, которое было даже более удивительно, чем экстаз, к которому он привел ее руками.

— Ты уверена, что хочешь меня остановить? — спросил он, его бедра остановились посреди толчка.

— Ох,… нет… уже все нормально. Прошу, продолжай делать это! — сказала она, затаив дыхание.

Она стала расслабляться вокруг него и увидела, как челюсти Генри сжались от возбуждения, когда она застонала и вздохнула под ним. Его член наполнял ее тесноту, с каждым сильным толчком, и Эмили не могла поверить, насколько хорошо он чувствовался, когда продолжил скользить, входя и выходя, сильнее и быстрее. Их тела были настолько близко друг к другу, что его пах терся о ее с каждым движением, она почувствовала, как чувствительный бутон между ног начал пульсировать еще больше.

Следующее давление выстраивалось глубоко внутри нее, и она знала, что когда она взорвется на этот раз, это будет намного лучше. Когда он двинулся внутри нее, казалось, будто она летит в высоте удовольствия, о котором даже не мечтала. Генрих застонал, этот звук ни с чем не спутаешь; ее тело давало ему столько же удовольствия, сколько и его ей.

Давление снова взорвалось и, она в экстазе застонала, когда новые волны удовольствия захлестнули ее. Генри не прекращал движение внутри нее и она, всхлипнув, застонала под ним, не в силах поверить, насколько хорошо он себя чувствовал.

— Я собираюсь взять тебя сильнее сейчас, девочка, — прорычал он ей на ушко и прикусывая мочку уха. — Этого ты хочешь… а?

— О да,… да, — выдохнула она.

— Тебе нравится быть в моей власти, да? Ты хочешь, чтобы тебя удерживал и трахал оборотень каждый день, да?

— Ммм… да, — сказала она, постанывая, когда он начал двигать бедрами быстрее, входя все глубже и глубже в нее.

— Не волнуйся, девочка. Я собираюсь трахать тебя каждый день и ночь всю твою жизнь, — прорычал он.

Его слова послали еще один поток удовольствия через тело Эмили, и она закричала от восторга. Несколько секунд спустя, он громко застонал, и она почувствовала его дрожь, прежде чем войти в нее последний раз. Она почувствовала теплую, липкую влагу глубоко внутри и она знала, что он сделал.

— Подожди, — выдохнула она. — Тебе не следовало этого делать!

— Делать что? Извергать свое семя в тебя?

— Да. Вот откуда берутся дети.

— Я прекрасно отдаю себе отчет в том, что сделал, — прорычал он. — Как моя пара, ты будешь вынашивать всех моих детей, и ты будешь воспитывать их со мной.

Эмили едва рассматривала идею иметь детей; она всегда думала, что будет беспокоиться об этом, после того, как выйдет замуж. Хотя что-то подсказывало ей, что ей не нужно беспокоиться. Мысль о воспитании детей оборотней Генри, заставила почувствовать всплеск эмоций, которые она никогда раньше не испытывала.

— И не переживай, — продолжил он. — Я представлюсь твоим родителям, и пусть они знают о моих намерениях жениться на тебе. Они не скажут «нет».

— Откуда ты знаешь?

— Оглянись вокруг. Этот дом мой, и это не все что у меня есть. Я из очень состоятельной стаи и ты не будешь ни в чем нуждаться. Я буду заботиться о тебе и нашем потомстве всю оставшуюся жизнь. Ты будешь жить здесь со мной.

Коттедж моей мечты… и он мой. Кое-какая мысль вдруг пришла в голову Эмили, теперь, когда ее ум больше не был затуманен сексуальной энергией.

— Подожди,… нет, этот коттедж моей бабушки, — сказала она. — О Боже… моя бабушка!

Генри перекатился на бок и рассмеялся.

— Нет, это не так. Не волнуйся, с твоей бабушкой все прекрасно.

— Но мой папа сказал, что ее коттедж номер десять, и этот десятый.

Волчий оскал расплылся на лице.

— Я слышал, когда ты зашла в пекарню, из разговора с мистером Прентисом, где она живет. Этот номер девять. Я проследил за тобой, после того, как ты накормила меня вкусным супом, я побежал вперед и подменил знаки.

— Так вот почему я не видела номер девять на табличках.

— Да, это девятый. Твоя бабушка, моя соседка. И не волнуйся, я проведывал ее каждый день с тех пор, как она переехала, чтобы убедиться, что она в порядке. Я отнес ей сегодня утром еду, и она весьма быстро выздоравливает. Поэтому я был в пекарне, потому что собирался купить для нее свежего хлеба,… но потом понял, что это сделала ты.

— Почему ты следил за мной?

— Я уже говорил тебе. Потому что хотел тебя, — прорычал он, снова поднимаясь на нее. — И теперь думаю, я хочу тебя снова.

— Почему ты захотел, чтобы я накормила тебя?

— Я и не хотел. Но ты, кажется, подумала, что я голоден, и я бы едва ли отказался от миски вкусного куриного супа.

— Ох. Так ты проведывал мою бабушку? Ты не так страшен, как я думала. На самом деле, ты… милый.

Генри подарил ей еще один оскал.

— Я могу быть таким. Все вещи, которые я хочу сделать с тобой прямо сейчас, конечно, не такие милые. Но сначала, возможно, мы должны отнести яблоки и хлеб твоей бабушке.

— У меня нет одежды.

— Уверен, что мы может сместить твое платье вместе как-то и скрыть разрыв твоим маленьким красным пальто.

Эмили улыбнулась, он помог ей одеться, а через пару мгновений они уже шли по садовой дорожке к домику ее бабушки. Она любила видеться с бабушкой, но сейчас, она с нетерпением ждала, когда окажется наедине с Генри, будущим мужем, которого она, наконец, нашла, несмотря на то, что он оборотень. Она была его, и он был ее… ее супруг.