Я ответил хриплым голосом:

— Когда ты просишь меня о чем-то настолько мило, я позволю тебя делать со мной все, что ты захочешь.

Она залилась румянцем, отводя от меня свой невинный взгляд.

— Я-я бы хотела попробовать.

Дерьмо. Ей даже не нужно было просить меня об этом так вежливо. Я бы дал ей все, что она захотела.

Медленно передвигаясь, я повернулся, чтобы сесть на край кровати, а ноги поставил на пол. Я оглянулся на нее и пояснил:

— Для начинающего в такой позе будет легче. — Я взял подушку с кровати и расположил ее между своих раздвинутых ног. Поглаживая свой член рукой, я кивнул ей. — Подойди, детка. Становись на колени между моих ног. Я покажу тебе как это сделать.

Она обошла кровать и встала на колени у моих ног, выглядя при этом такой покорной. Мой член даже подпрыгнул у меня в руке. Она заметила это и облизала свои губы.

— Возьми его, — приказал я. И она взяла. Она ласкала мой член так, как я ей и показал. — Жестче. Быстрее. — Она дрочила мне как раз так, как мне нравилось.

Я посмотрел на ее милое личико, обхватил ее щеки и наклонился к ней. В то время как ее руки были на моем члене, я крепко поцеловал ее, отстранился, затем провел большим пальцем по ее розовым, пухлым губкам.

— Соси мой член, Майя.

Она тяжело сглотнула, затем кивнула, наклоняя голову. Я внимательно наблюдал, помещая воспоминания об этом в специально отведенное для этого место в моем мозгу. Эта картинка будет всплывать у меня перед глазами, когда я буду собираться подрочить. Губы Майи разомкнулись, и она обхватила ими головку моего члена, ее маленький язычок выпорхнул и лизнул меня. Я зашипел.

Она отстранилась, выглядя виноватой.

— Прости меня!

Я толкнулся ей в руку.

— Сделай это еще раз. Это было невероятно.

Выглядя растерянной, она наклонила голову и снова лизнула меня. Все мое тело задрожало. Это было что-то новенькое.

Мои глаза закрылись.

— Да, детка. А теперь возьми меня в свой ротик. И поначалу соси нежно. — Ее губы обхватили меня, и я не мог вспомнить, когда ощущения на головке были такими приятными. Я посмотрел на нее и продолжил наставления: — Используй свои руки, Майя. Дрочи мне, пока сосешь. Двигай своим ротиком вверх и вниз. Не пытайся принять слишком много, иначе поперхнешься.

О, боже. Майя следовала инструкциям как профи. Она лизала, затем сосала меня, беря меня в рот наполовину, а потом выпуская меня, и так снова и снова. Ее руки ласкали меня, пока я был тверже долбаного камня. Она стала более раскованной, более смелой, когда продолжала это делать. Я застонал, мои бедра аккуратно толкались навстречу ее рту. Она открыла глаза и заурчала, и это отдалось вибрацией на моем члене.

Я отстранился, схватив свой член настолько крепко, насколько мог, а второй рукой схватил Майю за плечо, чтобы ее немного оттолкнуть.

— Срань Господня. Пока этого достаточно, малышка.

Она посмотрела на руку, сжимающую член, затем на меня.

— Что случилось?

Немного запыхавшись, я объяснил:

— Я не хочу кончать тебе в рот. В первый раз это может быть шокировать. Также, зная, насколько я возбужден, струя могла бы быть очень мощной. Я не хотел, чтобы ты подавилась.

Ее удивленное выражение лица смягчилось. Она улыбнулась мне и очаровательно поморщила свой носик.

— Я почти заставила тебя кончить?

Я пристально посмотрел на нее, но смягчил взгляд улыбкой.

— Никто не любит хвастунишек, Майя.

Упершись руками в мои колени, она встала и похлопала в ладоши.

— Что теперь? — я мог бы поклясться, что она выглядела почти возбужденной.

Я потянулся и взял ее за талию, прижимая ближе к себе. Скользнув руками к ее бедрам, я зарылся носом в ложбинке между грудей.

— А теперь я поиграю.

Мои пальцы играли с краешком ее нежно-розовых шелковых трусиков, мой взгляд опустился на ее грудь, облаченную в бюстгальтер им в тон. Она выглядела так невинно. Было так легко забыть о ее неопытности, когда она смотрела на меня этими возбужденными глазками.

Удерживая ее взгляд, я потянулся ей за спину и расстегнул лифчик одним простым движением. Я нахмурился, ожидая ее возражений. И был удивлен, когда их не последовало.

— Я сейчас прикоснусь к тебе и поцелую. Если я сделаю что-то, что тебе не понравится, что ты скажешь?

Бюстгальтер скользнул по ее рукам и упал прямо на пол между нами.

— Притормози, — она слабо проговорила. Мои руки скользнули вверх по ее талии, вдоль ребер, затем еще дальше вверх, пока я не взял ее груди в свои жадные руки. Они были восхитительны, немного не помещались в мою ладонь. Ее розовые соски дерзко торчали от возбуждения. Я ничего не мог с собой поделать. Я опустил губы к одному и пососал его своим ненасытным ртом.

Ее руки взлетели к моему затылку, она схватилась за мои волосы, прижимая меня ближе к себе. Ее тяжелое дыхание только поощряло меня.

Я пососал один сосок, прежде чем переместился к другому. Я слышал ее тяжелое дыхание и стоны, когда я сжимал рукой одну грудь, в то время как мой рот был на другой. Я был в раю. Моему члену нужен был контакт с ней и все к этому и шло. Я потянулся к ее руке на своей голове, схватил ее и потянул к своей жесткой эрекции. Ей не нужна была помощь. Она гладила меня, пока я пощипывал и ласкал ее тугую вершинку своим языком.

Ей нравилось, когда играли с ее грудью. Ну, а мне нравилось играть с ее грудью.

Сегодняшняя ночь должна была пройти хорошо, именно так я думал.

Как только я почувствовал, что вот-вот кончу, я сказал хриплым голосом:

— На кровать.

Не дав ей и шанса пошевелиться, я встал, поднял ее и положил поверх одеяла. Приглушенный свет позволил Майе чувствовать себя комфортно, но я мог все видеть. Посмотрев вниз на ее тело с аппетитными формами, я положил руку ей на живот и пробежал пальцами по рисунку, который уже видел. У нее была татуировка внизу живота. Это было татуировка в виде кружева, которая проходила вдоль ее животика, закручивалась на правом бедре и продолжалась чуть ниже на левом, снова переходя через животик. Она меня так возбудила, что мне захотелось провести по ней языком.

Я поймал ее взгляд своим и зацепил пальцами ее трусики.

— Я их снимаю. И после того, как я закончу любоваться тобой, я собираюсь вкусить твою киску, пока ты не кончишь.

Она напряглась. Ее глаза широко раскрылись, прежде чем она их крепко закрыла и ее тело расслабилось. Я воспринял это как разрешение. Подцепив кончиками пальцев ее трусики с обеих сторон от ее талии, я потянул шелковый кусочек ткани и посмотрел на ее обнаженное тело.

Мое сердце забилось быстрее. Она была красива. Я не мог понять, что я сделал для того, чтобы иметь дело с такой симпатичной, забавной и милой девушкой, но я был благодарен за это. Я надеялся, что наша дружба продолжится после того, как это закончится. На самом деле, я молился, чтобы так и было. Мне нравилась Майя. Мне она очень сильно нравилась.

Она все еще лежала с закрытыми глазами, и я улыбнулся. Я наклонился к ней и захватил в плен ее рот нежным поцелуем.

— Тебе не нужно смотреть, сладенькая Майя. Просто чувствуй, детка. Дай мне позаботиться о тебе.

К моему удивлению, она приподнялась и снова поцеловала меня. Ее полные губы на моих создали впечатление того, что это я должен был заплатить ей за эту встречу, а не она мне. Она выдохнула:

— Хорошо, Куинн.

Я проложил дорожку из поцелуев по ее телу: от щеки, ниже к области ее груди, дальше вниз к ее мягкому животу и бедрам. Я оставил укус на ее тазовой кости, прежде чем проиграл эту битву и скользнул языком по всей длине ее татуировки. От одного бедра к другому, я лизал, покусывал и целовал ее бархатную кожу, получая удовольствие от ее низких возбужденных стонов.

Я опустил руку к аккуратно подстриженной области между ее бедер, нежно пробежал кончиками пальцев по ней, лаская ее. По правде говоря, мне нравились женщины с пушком. Нет ничего сексуального в женщине, которая выглядит как маленькая девочка. Фу.

Я нежно схватил ее колени и развел их в стороны. Руки Майи взлетели к ее лицу, прикрывая глаза. Я улыбнулся и покачал головой.

Это и не могло быть легким для нее. Здесь был я, мужчина, которого она едва знала, и который вел себя с ней настолько интимно. Это тяжело, но она справлялась с этим лучше, чем ожидалось.

Раздвинув ее ноги, я согнул их в коленях. Ей нужен был комфорт, чтобы получать удовольствие. Я лег между ее ног и осмотрел свою цель.

Ее киска была такого же розового цвета, как и соски. Розовый — действительно был ее цветом. Я наклонился и вдохнул ее сладкий аромат, от которого мой рот наполнился слюной. Она пахла восхитительно. Я не мог дождаться, чтобы попробовать ее, поэтому и не ждал.

Разместив свой рот на ее лоне, я поцеловал ее там, где ее никогда не целовали. Майя застыла. А я продолжил. Мой язык ударял по ее теплой, гладкой, сладкой плоти, и я застонал. Я почувствовал капельку предэякулята на головке своего члена. Я продолжил, вылизывая ее медленно, пробуя на вкус, прежде чем раскрыл ее своими пальцами, входя в нее ими. Майя выкрикивала что-то снова и снова.

Это было странно. Я мог почувствовать ее девственность на своем языке. На вкус она была чистой, нетронутой. Ее приятный вкус сводил меня с ума.

То, что как я думал, должно было быть приятным первым опытом, быстро превратилось в стремительное безумие. Мне необходимо было поглотить ее, я чувствовал себя одержимым.

— Бл*дь, ты такая чертовски сладкая. Я бы мог вкушать твою киску весь день напролет, детка.

Это было впервые, когда я произнес эти слова, и это было всерьез.

Майя захныкала подо мной. Я щелкнул языком по ее клитору, прежде чем взять его в рот и нежно пососать. Ее спина оторвалась от кровати, когда из нее вырвался протяжный крик.

— Дерьмо! О, мой Бог!

Я широко улыбнулся, вспомнив слова, которые выкрикивала Майя, когда кончила по телефону. Я был на верном пути. Она была почти готова кончить.

— Иисус, детка. Я так сильно хочу тебя трахнуть. Мой член до боли хочет тебя.

Майя закричала еще громче, чем прежде. Ей нравились грязные разговорчики. Еще кое-что общее между нами.

Я потянулся и сжал пальцами ее соски, в то время как всосал ее клитор. Она измученно застонала:

— Святой Иисус! О, Господи! Вот дерьмо! Куинн!

Я начал ласкать ее влажный вход, уткнувшись носом в ее клитор. Затем, неожиданно, ее тело стало напряженным. Из нее вырвался низкий стон за мгновение до того, как ее киска стала неистово сжиматься вокруг моего языка. Она кончила мне в рот. Я испивал ее так, будто у меня было обезвоживание, а это единственная жидкость, способная утолить мою жажду.

И это, друзья мои, был вкус победы. И я жадно испил все. Все. До последней. Капли.

После того, как я стер с лица самодовольное выражение, я лег рядом с Майей, любуясь ее мягкой удовлетворенной улыбкой.

— Ты в порядке?

Не открывая глаз, она улыбнулась еще шире.

— В порядке — это не то слово, которым можно объяснить мои чувства на данный момент.

Это заставило меня широко улыбнуться.

— Хорошо.

Затем она повернулась ко мне и посмотрела в мои глаза со всей невинностью.

— Но разве это...? — она запнулась.

Я положил свою руку на ее обнаженное бедро, поглаживая его большим пальцем.

— Это безопасное место. Ты можешь спросить меня о чем угодно.

Она поморщила свой носик.

— Разве это не неприятное по вкусу?

Я поборол желание засмеяться. Вместо того чтобы ответить, я приблизил свой рот к ее.

— Вот, — проговорил я за секунду до того, как мои губы встретились с ее. Она вздохнула напротив моих губ, и я углубил поцелуй, скользя своим языком в ее рот, уговаривая ее попробовать себя на вкус. Отстраняясь, я прошептал ей на ухо: — Вот какая ты на вкус.

Она моргнула. Затем снова моргнула, прежде чем ответить:

— На вкус не такая, как я думала. — Залившись румянцем, она призналась: — На вкус... нормальная.

Я покачал головой.

— Нет. На вкус это лучше, чем нормальная, малышка. Ты по вкусу как пища богов, и если бы ты не была настолько чувствительна там прямо сейчас, я бы снова поглощал твою киску.

Она поморщилась, что я воспринял, как смущение. Она легонько шлепнула меня.

— Куинн!

Я не знаю, что на меня нашло. Я был похотливым, и что-то в Майе сделало из меня любителя командовать. Я хотел всю ее.

— Поцелуй меня. — Это была не просьба. Это было требование. Приказ.

С секунду сонные глаза Майи изучали мое лицо, прежде чем она пододвинулась ближе. Обернув свои руки вокруг моей шеи, она притянула меня к себе. И мне было интересно. Как это — целоваться с Майей по ее правилам? Всю время я был инициатором поцелуев. Я хотел, чтобы она показала, как ей нравилось целоваться.

Она оставила маленький поцелуй у меня на губах. Мои руки обвили ее талию. Она поцеловала меня снова, в этот раз более страстно. Я потянулся вниз, чтобы сжать ее задницу. Она немного наклонила голову и прижалась мягким влажным поцелуем к моему рту. Мой член дернулся напротив ее живота. В ответ на реакцию моего тела, Майя снова поцеловала меня, в этот раз решительнее. Она прижалась своей грудью ко мне, и мои губы разомкнулись от желания большего.

Я принимал поцелуи Майи. Они заставили мою голову кружиться. Она целовала меня нежно, но уверенно. Целовала меня, как женщина целует своего мужчину. Я не мог винить ее, она еще не знала разницы между сексом и занятием любовью, и если это то, чего хотела Майя, я собирался ей это дать.

Я был удивлен из-за реакции своего тела на ее нежные поцелуи. Я весь горел. Я поцеловал ее в ответ прежде, чем отстраниться достаточно далеко, чтобы спокойно произнести:

— Майя... мы собираемся сейчас заняться сексом.

Мои глаза были прикованы к ее, я наблюдал за чудесным мгновением, когда Майю покидали сомнения. С застенчивой улыбкой она прошептала:

— Я знаю. Я хочу этого.

Потянувшись, я провел пальцем вниз по ее щеке.

— Ты уверена?

Она провела рукой по моей груди и оставила ее покоиться на моем животе.

— Да. Я готова.

Это было все, что мне нужно было услышать. Аккуратно я толкнул ее назад на кровать, взял подушку, приподнял Майю, чтобы поместить подушку у нее под бедрами. Увидев ее растерянное выражение лица, я пояснил:

— Это поможет, правда.

Я засунул руку под подушку под ее головой и достал маленькую упаковку из фольги. Я сунул ее в рот, открыв с мастерством эксперта. Как только я хотел надеть презерватив на себя, я засомневался и посмотрел на нее.

— Хочешь одеть его? Ты знаешь, как это делать?

Брови Майи взлетели вверх.

— Я давно не делала этого, но, конечно, я попробую. — Я нахмурился. Прежде чем я смог спросить, на кого это она одевала презервативы, она стремительно пододвинулась, взяла презерватив из моих рук и добавила: — Конечно, это был не сексуальный опыт, и ты намного больше, чем банан.

Уф. Загадка была разгадана, и я сдержал смешок и проигнорировал ускоренное биение своего сердца.

Я не ревновал.

...точно нет.

Она стала передо мной на колени, и я с трепетом наблюдал, как Майя сжала основание моего твердого ствола, поместив презерватив на пульсирующую головку. Концентрируясь на поставленной задаче, она обхватила член пальцами и медленно, но уверенно раскатала презерватив вниз, оставляя место на кончике. Она проделала это настолько изящно, так, как я никогда раньше не видел. Я был заворожен ею.

Ее руки двигались медленно по моему стояку, облаченному в презерватив, когда она посмотрела на меня своими великолепными глазами.

— Как я справилась?

Она меня убивала.

— Отлично, — прохрипел я. Я прочистил горло и попробовал снова: — Послушай, я не думаю, что нам следует спешить. Мне бы хотелось целовать тебя какое-то время прежде, чем мы сделаем это. Дай мне немного больше времени, чтобы поласкать тебя.

Улыбка, которая появилась у нее на лице, была потрясающей, но когда она засмущалась и подняла руки, чтобы прикрыть свои розовые щечки, я потерял голову. Она была очаровательна и мила, и греховно сексуальна. Она пробралась ко мне под кожу, так не делала ни одна клиентка.

Правильно, я напомнил себе об этом. Она — клиентка. Она наняла тебя. Это не просто какая-то девушка, с которой ты встречаешься, придурок. Прекрати это.

Она могла бы быть просто клиенткой, но была кем-то большим, и я знал это. Но это не означало, что я мог воспользоваться этим. Я всего лишь надеялся понравиться Майе достаточно, чтобы она снова меня заказала.

Я надеялся на то, что так и будет. Нет, я молил об этом. Я еще не насытился. Мне нужно было больше ее.

Мое тело умирало от желания, я лег головой на подушку, затем протянул к ней руки, полностью открываясь. Она подползла ко мне и посмотрела на меня так, будто не была уверена, чего я хотел. Конечно, так и было. Она никогда прежде ничего из этого не делала. Поэтому я заговорил:

— Забирайся на меня, расположи колени по обе стороны моих бедер. Ляг на меня так, чтобы я мог держать тебя, целовать тебя и, чтобы у меня была возможность прикоснуться ко всему, что захочу. Иди сюда, малышка.

Ее лицо вспыхнуло, рот немного приоткрылся, когда она забиралась на меня, оседлав меня. Я схватил ее за бедра, прежде чем она успела лечь, и направил ее на себя. Ее киска устроилась на моем члене, покрывая его своими соками. Даже с презервативом, она ощущалась невероятно. Закрыв глаза, я вздохнул, когда продолжил проводить своим членом вверх-вниз по ее влагалищу.

Я должен был доставлять ей удовольствие, но, бл*дь, я сам потерялся в собственном первом опыте. И по стонам и тяжелому дыханию Майи, я понял, что поступал наилучшим образом. Кончик моего члена терся о ее клитор при каждом движении вперед. Я мог чувствовать это, и от этого ее стоны стали громче и настойчивее. Я начал проигрывать битву по контролю над собой.

— О, детка, — пробормотал я и сел, чтобы обернуть свои руки вокруг нее, а затем снова лег, привлекая ее за собой. Ее грудь прижалась к моей. Я упивался ощущением от наших переплетенных тел. Я продолжил толкаться, потираясь о ее киску. Ее глаза заволокло дымкой похоти, и она захныкала. Я жестко захватил ее рот поцелуем, покусывая ее пухлые розовые губы. Мое сердце быстро билось. Я застонал в ее рот, и она вернула мне такой же стон в ответ. Ощущения от нашей не-такой-уж-имитации-полового-акта были крышесносными.

Затем Майя удивила меня, отстранившись от меня на пару сантиметров и произнеся:

— О, Господи, Куинн, пожалуйста. Я не могу ждать. Пожалуйста.

Мой разум был затуманен. Я был пьян от сексуального возбуждения. Потянувшись между нашими телами, я сжал свой член и подразнил им, скользя у ее входа.

— Этого ты хочешь?

Она впилась в меня своим взглядом и умоляла.

— Да. Пожалуйста. Пожалуйста.

Не ответив на это, я замер, останавливаясь напротив ее входа и надавил. Раздутая от желания головка моего члена сразу же оказалась внутри нее, и мы с Майей одновременно застонали. Это была симфония секса.

Я толкался медленно. Она приняла еще один сантиметр прежде, чем я натолкнулся на препятствие. Мы застыли, и из нее выскользнуло тихое шипение.

О, да, несмотря на предварительные ласки, она должна была почувствовать боль. Я лежал неподвижно, а затем провел рукой по ее ярким темно-каштановым волосам и вниз по спине.

— Будет немного больно.

Ее выразительные глаза шоколадного цвета встретились с моими. Она грустно улыбнулась.

— Знаю.

Я удерживал ее взгляд и подался еще вперед. Она открыла рот, и боль исказила ее лицо. Но я все равно продолжал. Она стиснула зубы, и мой желудок ухнул вниз. Я мог сделать это одним из двух способов. Мог выскользнуть из нее, тем самым продлив ее боль, или войти в нее одним махом.

Я не хотел растягивать ее боль. Я хотел, чтобы боль прошла быстро, насколько это было возможно, чтобы мы могли насладиться друг другом. После этого, этой ночью мы больше не сможем заниматься сексом. У меня была только одна попытка, чтобы сделать все приятно для нее.

— Майя? — я застыл. Она вздрогнула от очевидной боли, когда посмотрела на меня. — Поцелуй меня, детка.

И она это сделала. Она поцеловала меня нежно, слабо, и я остановил свое вторжение. Я поцеловал ее в ответ, скользя руками вниз по спине, массируя ее, сжимая ее попку. В момент, когда я почувствовал, что ее тело снова расслабилось, я крепко обернул свои руки вокруг ее талии. Настолько крепко, чтобы она не смогла двигаться.

И вот тогда я это и сделал. Я толкнулся в нее до основания.

В ее испуганном вздохе и широко раскрытых глазах читалось, будто ее предали. Я чувствовал себя сволочью. Ее тело застыло надо мной, я наблюдал, как с ее глаза скатилась слеза и покатилась вниз по щеке. Прижимая ее к себе, я сцеловал эту слезу своими губами.

— Прости меня, малышка. Держись за меня. Я не двигаюсь. Просто держись за меня. Боль пройдет, я обещаю.

Она нахмурилась, часто задышала и схватилась за меня так крепко, что я был уверен — от ее ноготков останутся отметины, которые я собирался носить с гордостью. Скатилась еще одна слезинка. Я сцеловал и ее, прижавшись своими губами к ее щеке в молчаливой поддержке. Мы начали это вместе, и мы собирались пройти через это тоже вместе.

Прошло много времени, прежде чем Майя надула губки и прошептала:

— Оу.

Мои губы были все еще прижаты к ее щеке, я улыбнулся, не отрываясь от ее теплой кожи.

— Мне жаль.

Она прильнула ко мне, и я воспринял это как добрый знак. Минутой позже она заявила:

— Я думаю, что готова.

Закрыв глаза, я вдохнул ее запах.

— Ты уверена? — Черт она пахла лимоном и ванилью. Как долбаный пирог с лимонной меренгой. Восхитительно.

— Я уверена, — проговорила она тихо. Я решил это проверить. Выскользнув из нее, я наблюдал, как она вздрогнула, и медленно и осторожно снова вошел в нее. Ее дрожь была меньше в этот раз, поэтому я делал это снова и снова, пока ее тугая, влажная киска не приняла меня с легкостью, а Майя вздыхала при каждом моем погружении в нее.

Она была готова. Крепко придерживая ее, я перевернулся так, что оказался сверху. Все еще оставаясь в Майе, я обернул руку вокруг ее попки и приподнял ее, чтобы подложить подушку под ее бедра. Все это время она ошеломленно смотрела на меня. Когда она была в нужной позиции, я погладил ее по щеке тыльной стороной своих пальцев.

— Ты уже не девственница, Майя.

И тогда она улыбнулась. Нет, она засияла, и все, что я хотел сделать, так это поцеловать ее сладкий ротик. Я аккуратно лег на нее, целуя ее губы, растянувшиеся в улыбке, и это было настолько естественно, что я ощутил покалывание от тревоги в своем позвоночнике. Я толкнулся в нее, прижавшись своим ртом к ее, и вот тогда я и начал ее трахать. Вначале медленно, двигаясь размеренно, затем, набирая скорость. Звук ее мягких стонов подстегивали меня и в скором времени, я уже толкался в нее со всех сил. Обхватив руками ее голову, я трахал ее жестко, мне нравилось наблюдать, как немного приоткрывался ее ротик, и появившийся румянец на ее шее. Я не думал, что мне удастся заставить ее кончить. Не сейчас, не после боли от потери девственности, но как оказалось, я был не прав.

Ее горячая, скользкая киска пульсировала вокруг меня, сжимая еще крепче. Я толкался в нее еще сильнее, ее рот округлился буквой «О». Я был на грани потери самообладания; мои яйца напряглись, и я уже был готов выстрелить своим семенем в ее жаркое лоно.

— Оберни свои ноги вокруг меня, — я говорил, тяжело дыша, сохраняя свой темп.

Ее ноги поднялись, обхватывая мои бедра, и она ахнула на то, как смена позиции повлияла на ее удовольствие. Она схватилась за мои плечи, из нее вырвался низкий горловой стон, и я знал, что она уже чувствовала это. Потянувшись к ее бедрам, я схватился за них их и начал толкаться в нее как сумасшедший.

— Вот так, малышка. Почти все, — прошипел я сквозь сжатые зубы.

Я толкался, вдалбливался, трахал ее, и чем жестче я это делал, тем сильнее сжималась ее киска. Затем, неожиданно ее спина выгнулась. Она цеплялась за меня, пока ее глаза закрылись, на лице отразилась боль, и ее киска сжалась вокруг моего члена. Ее спина тяжело опустилась, а она все еще продолжала кончать, содрогаясь и ловя ртом воздух, а после из ее горла вырвался долгий низкий стон.

Ее ноги опустились на кровать, а я расположил свои руки на ее бедрах и, скользнув вниз, схватил ее за задницу, сжимая и массируя ее, пока работал над своим освобождением. Мои толчки стали резкими, и вскоре я уже был полностью потерян от ощущений внутри нее. Я вошел еще раз, второй, а затем замер внутри нее. Тело напряглось, челюсть сжалась, я тяжело дышал, и сквозь стиснутые зубы из меня вырвалось рычание. Теплая струя спермы наполнила презерватив, и я рухнул на Майю, зарывшись лицом в местечке между ее грудями.

Тяжело дыша напротив ее кожи, я медленно обернул свои руки вокруг нее, надеясь, что я не был слишком тяжелым. Должно быть не был, потому что она переплела свои ноги с моими и подняла руки, зарываясь пальчиками в моих волосах.

Момент осознания потряс меня.

Не было другого места, где бы я предпочел быть, кроме как в объятиях Майи.