Имя великого поэта средневековой Индии Кабира (1440-1518), выдающегося деятеля религиозно-реформаторского движения бхакти, "простого ткача из Бенареса", хорошо известно каждому индийцу, известно оно и за пределами Индии.

Жизнь каждого человека зависит от реалий времени, в котором он живет, от стереотипов современного ему мышления. Поэтому, чтобы правильно понять творчество Кабира, следует представить себе эпоху поэта, печали и надежды его современников.

Кабир жил в эпоху, когда Делийский султанат, бывший когда-то сильным государством, приходил в упадок. Надвигались смуты и беспорядки, а вместе с ними вечные спутники политической нестабильности – тревожные слухи, эпидемии, голод. Закат Султаната начался с падения Мухаммада Бин Туглака (1325-1351), недальновидного и жестокого властителя. Его преемнику, Фируз Шаху Туглаку (1351-1388), несмотря на попытки проводить более мягкую, гуманную политику, не удалось предотвратить бедствия, обрушившиеся на страну. Все это не могло не ослабить военную мощь Султаната. И поэтому, когда в Северную Индию в 1398 г. вторгся Тимур – Железный Хромец, делийские правители не смогли оказать ему достойного сопротивления. Дели был разграблен, жители его вырезаны, каждый шаг завоевателя сопровождался убийствами, насилиями, грабежами.

После ухода Тимура правление страной ненадолго захватили афганские династии Сайидов (1414-1450) и Лоди (1451 – 1526), власть которых реально ограничивалась только Дели и его ближайшими пригородами. Можно представить себе, в какой обстановке жили родители будущего поэта. Безумные прорицатели бродили из деревни в деревню, на дорогах кишели шайки разбойников, брахманы посылали "нечестивым" смертоносные проклятия, каждый маленький князек воображал себя владыкой Индии. Непрекращающимся гонениям подвергалась традиционная религия индусов: разрушались храмы и святыни, избивались брахманы, практиковалось насильственное обращение индусского населения в ислам.

Множество бедняков, в основном представители низших каст, принимали ислам, желая избавиться от имущественного и духовного гнета. Принимая веру Мухаммада, человек избавлялся от джизии, налога на иноверие, и из парии – представителя низшей касты – превращался в равноправного члена общества, так как ислам не знал кастовых различий. Целые поколения ткачей Северной и Восточной Индии, среди которых жили традиции сект натхов и сиддхов, не признававших ортодоксального индуизма, становились мусульманами.

Афганские правители, несмотря на попытки удержать власть в Делийском султанате, не смогли изменить ход истории. У порога уже стояли новые завоеватели – то были воины Бабура, Великого Могола из Ферганы. Судьбу преемника и сына Сикандара Лоди, Ибрагима Лоди, решила битва при Панипяте, в которой Бабур одержал победу.

Более терпимая, тонкая и последовательная политика новых правителей изменила духовною атмосферу в Северной Индии. Отношения между хинду и мусульманами стали принимать мирный характер, между ними наступило известное взаимопонимание. В Индии в XV – XVI вв. возникает индо-мусульманская культура. Вполне естественно, что две великие культуры, вступившие в близкий контакт, должны были воздействовать друг на друга во всех областях – религиозной, философской, литературной, художественно-изобразительной. Многолетнее cocvществование ислама и индуизма обогатило эти разные культурные традиции во всех сферах жизни Индии той эпохи, что привело к возникновению интересного и своеобразного феномена культуры – индо-мусульмапского синтеза [119, 137]. Движение бхакти ("любовь к Богу") было одной из форм проявления этого синтеза. "В Индии мусульмане победили на политической арене, но в области культурной и духовной жизни победителями вышли и мусульмане и индусы, достигнув тесного и далеко идущего сотрудничества. Истинная история Индии в средние века – это история попыток синтеза и сотрудничества между индусами и мусульманами в тысяче областей. Сразу же на ум приходят имена Рамананды, Кабира, Нанака, Чайтаньи" '[44, 22].

Учение бхакти зародилось в глубокой древности. Уже в упанишадах (важнейшей в философском отношении части ведического канона) мы можем проследить зарождающиеся элементы этой системы. Дорога к Божеству через любовь к нему и к каждому отдельному человеку – структурная основа индуистской этики. Бхакти – один из основных, практиковавшихся в индуизме способов постижения высшей истины и достижения освобождения, включающий путь знания – джнянамарга (jnanamarga), путь соединения – йогамарга (yogamarga) и путь преданности – бхактимарга (bhaktimarga). Последний предполагает установление эмоционального контакта верующего с Богом. Для бхакта необязательно знать священные тексты и совершать обрядовые действия, чтобы постигнуть Бога. В этом смысле путь бхакти оказывается наиболее открытым и демократичным [31]. Основное развитие концепции бхакти дает "Бхагавадгита", и центре этических проблем которой – пути спасения и освобождения души индивидуума с помощью бхакти. "Бхагавадгита" служит источником развития этого учения философами раннего и позднего средневекового периодов Индии.

Наиболее детально учение бхакти было освещено в трудах философов школы "адвайта-веданты", и в первую очередь Рамануджи, религиозного реформатора, жившего в XI-XII вв. на юге Индии. "Всеобъемлющей философии, которая отстояла права и обязанности свободной души, Рамануджа придал религиозную форму, что дало простор для выражения духовных эмоций. Идея бога, внутренне присущая помыслам и деяниям любого человека, открывала возможности безграничной терпимости, опрокидывавшей барьеры каст и верований" [28, 200].

Среди причин, вызвавших появление бхакти, можно назвать распространение в Индии буддизма, демократической направленности и этике которого не мог удовлетворить традиционный брахманизм с его громоздким культом жертвоприношений и каст. Возникла необходимость реформации, проводниками которой стали в VII-VIII вв. тамильские поэты-бхакты, последователем которых был ачарья Рамануджа. "Люди в сансаре, согласно доктрине этого философа, похожи на островитян, живущих, не замечая моря" [28, 633-34].

Основой поэзии, выражавшей идеи бхакти, явилась многовековая традиция почитания заступника простых людей, справедливого и любящего бога Вишну в двух его земных аватарах-воплощениях – пастуха Кришны и царя Рамы, о многочисленных и добрых деяниях которых рассказано в пуранах и мифах, а также в древнеиндийском эпосе "Рамаяна". В средние века поэты-бхакты, отказавшись во многом от канонов классической санскритской литературы, переосмыслили традиционные сюжеты мифологии, писали на народных языках.

В эпоху расцвета бхакти (XV-XVI вв.) поэтов привлекает не Кришна-царевич, а Кришна-пастушок, который выбирает себе в возлюбленные пастушку-Радху. Любовь Радхи к Кришне в этот период явилась нравственным идеалом бхакти, ибо она символизировала слияние человека со своим божеством. Культ любви к Кришне способствовал возникновению трогательной и лиричной кришнаитской поэзии на брадже, представленной знаменитыми поэтами-бхактами Сур Дасом (1478-1582), Мира Баи (1499-1547) и другими.

Среди движений вишнуитского бхакти большую популярность получает сагун-бхакти (почитание Бога в образах Кришны и Рамы) и особенно рамаитское движение, героем которого был Рама. Сказание о Раме широко распространено в Индии, пользуется огромной любовью народа. Вот почему идеология бхакти охотно обращалась к нему в целях пропаганды своего учения. Персонаж "Рамаяны" и многочисленных народных сказаний о Раме Вальмики был могучим, благородным и способным на великие подвиги героем древнеиндийского эпоса. С течением времени происходит постепенное обожествление Рамы, его наделяют сверхъестественными чертами и поступками. Впервые в "Вишну-пуране" (очевидно, IV век) четко фиксируется определение Рамы как аватары Вишну. Ярчайшим представителем рамаитского бхакти был великий поэт Тулси Дас (1532-1634).

Воззрения упоминавшегося выше Рамануджи оказали огромное влияние на развитие именно народного этического сознания в средневековой Индии. Это объясняется не только доступностью основных идей мыслителя, отсутствием эзотеризма в его требованиях к обыкновенному человеку, но и демократической, антикастовой направленностью религиозного учения.

Учение Рамануджи воспринял и развил индийский философ и проповедник Рамананда (1400-1470). Переселившись на север страны, он организовал религиозную общину "Рамананда-сампрадай", куда имели доступ все желающие, не исключая женщин. Рамананда учил, что все люди – индус или мусульманин, мужчина или женщина, пария или аристократ – достойны уважения и любви перед лицом единого Господа. Свое учение Рамананда распространял повсюду от юга до севера Индии – это придало новый импульс движению бхакти по всей стране.

Поэты-бхакты Южной, а потом и северной Индии переходят на диалекты и народные языки, ставшие впоследствии национальными языками. Демократизация литературы неминуемо влекла за собой и демократизацию самого учения. Его все чаще начинали проповедовать представители не только брахманских, но и низших каст, основываясь не на традиционном авторитете, а на личном почитании. Среди них был Кабир – ткач, Раи Дас – сапожник, Нанак – торговец, Дхана – крестьянин из касты шудров и другие. В основе проповедуемого ими бхакти лежала возможность спасения путем любви и преданности Богу, которая противопоставлялась догме "джняны" – "знания" ортодоксального индуизма.

В этот же период (XV-XVI век) получает распространение и учение ниргун-бхакти, т. е. любовь к невоплощенному Богу – Абсолюту. Поэзия ниргун-бхакти примыкает к поэзии индийских суфиев и связана с учением религиозных сект натхов, сиддхов и тантрических буддистов, среди которых господствовала идея поклонения абстрактному Божеству, включающая отрицание внешней обрядности и ритуала.

Идея любви к Богу также нашла свое яркое проявление в суфийской поэзии XV-XVI вв. – в литературах урду, пенджабской, синдхи, кашмирской, персоязычной и др. Ортодоксальный ислам рассматривал связь души (духа) и Бога как отношения слуги и господина, и поэтому в основе религиозной этики лежала идея почитания, подчинения адепта божеству. Но поэты-суфии, провозгласив единство души человека с душой Господа, заменили категорию почитания аллегорической любовью противоположных полов: мужчины и женщины. В свою очередь, и исламский пантеизм оказал воздействие на поэзию бхакти. Таким образом, поэзия суфиев и бхактов развивалась и взаимообогащалась, и уже к XV в. формируется синтез индусских и мусульманских традиций, идей бхакти и суфизма. Подобное слияние двух различных традиций наблюдалось по преимуществу в демократической, близкой к народной, литературе идейно не связанной с ортодоксальным индуизмом и исламом. Эстетическое приобщение человека к миру божественному духовно поднимало человека средневековой Индии, заставляло его задуматься над смыслом бытия, своего места и назначения на земле.

Поэзия ниргун-бхакти, вобравшая в себя гуманистические идеи философии веданты, демократическую идеологию сект сиддхов и натхов, идеи мистической любви суфизма, – явление глубоко народное, и в то же время синкретическое по своей сути.

Духовным центром ниргун-бхакти стал Бенарес (Каши), священный центр индуизма на берегу Ганги. Именно там, по преданию, жил и творил Кабир.

1.1. Кто может быть тебе родней, чем истинный гуру? Hи один дар не сравнится с духовной чистотой.

Кто тебе ближе, чем Хари ⁽²⁾? Нет касты, подобной касте хариджана ⁽³⁾.

1.2. Я приношу себя в жертву моему гуру, не раз отдам [свое] тело [Тому], кто из человека превратил [меня] в Бога не помедлив ни мгновения.

1.3. Величие истинного гуру бесконечно, бесконечны его благодеяния.

Он открыл [мне] глаза на бесконечное, он показал Бесконечного ⁽⁴⁾.

1.4. За имя Рамы взамен [мне] нечего дать.

Чем обрадовать гуру? Вот желание, которое |терзает] мою душу.

1.5. Я приношу себя в жертву истинному гуру, свидетель [этого] – мое сердце.

Калиюга ⁽⁵⁾ [тщетно] борется со мной, потому что твердо мое решение.

1.6. Истинный гуру взял лук [знания] и начал пускать стрелы ⁽⁶⁾ [наставлений].

Одна, которую он послал с любовью, осталась внутри [моего] тела.

1.7. Истинный гуру, настоящий воитель, метнул [в меня] одно-единственное слово.

Как только оно коснулось [меня], в сердце [моем] открылась рана.

1.8. Истинный гуру с силой пустил стрелу, крепко держа лук [в руке].

Она опалила мое обнаженное тело, словно вспыхнул лесной пожар ⁽⁷⁾.

1.9. Не смеется, не говорит, душа парализована. [Говорит] Кабир: оружие истинного гуру глубоко проникло [в меня].

1.10. Я стал немым, безумным, уши [мои] стали глухими. Перестали двигаться ноги, словно у паралитика, когда истинный гуру пустил стрелу.

1.11. Я шел путем, [проложенным] людьми и Ведами ⁽⁸⁾. [Но] впереди встретился [мне] истинный гуру и дал мне в руки светильник ⁽⁹⁾.

1.12. [Истинный гуру] дал светильник [знания], наполненный маслом [любви], фитиль которого никогда не сгорит.

Кончил я торговать, больше не пойду на базар ⁽¹⁰⁾.

1.13. [Свет] знания вспыхнул, [когда] встретился гуру: никогда не отделяйся от него.

Когда Гобиннд ⁽¹¹⁾ оказал милость, тогда встретился гуру.

1.14. Кабир: встретил прославленного гуру – соль смешали с мукой ⁽¹²⁾.

Все исчезло: каста, род, семья. Как назовешь меня теперь?

1.15. Если учитель слеп, [то] ученик [и] вовсе слепой.

Когда слепой ведет слепого, оба они падают в колодец.

1.16. Не встретил [истинного] гуру, не стал [знающим] учеником – корысть повела [здесь свою] игру.

Оба утонули в потоке, забравшись в каменную лодку ⁽¹³⁾ [неведения].

1.17. Возжены шестьдесят четыре ⁽¹⁴⁾ светильника при четырнадцати лунах ⁽¹⁵⁾.

Но какой же лунный свет может быть в доме ⁽¹⁶⁾, где нет Говинды ⁽¹⁷⁾?

1.18. Чтобы разогнать темноту ночи, светят восемьдесят четыре лакха лун ⁽¹⁸⁾.

С большим трудом [ты] родился [человеком], но все равно не обрел [истинного] зрения.

1.19. Какое счастье, что [я] встретил гуру: иначе бы погиб. Как мотылек ⁽¹⁹⁾, который летит на пламя светильника, пропал бы, все сознавая.

1.20. Майя – светильник ⁽²⁰⁾, человек-мотылек, кружась вокруг [пламени], падает в него.

Говорит Кабир: благодаря знанию, [полученному от] гуру, спасаются немногие.

1.21. Что делать бедному гуру, если ученик бестолков? Пытаться его пробудить – то же самое, что играть на бамбуковой свирели ⁽²¹⁾.

1.22. Сомнение ⁽²²⁾ поглотило весь мир, но никто не поглотил сомнение.

Только тот, кто пронзен словом гуру, поглотил сомнение.

1.23. Восседая на чауки ⁽²³⁾, истинный гуру наградил [меня] стойкостью.

Освободясь от страха и сомнения ⁽²⁴⁾, Кабир поминает только [Бога].

1.24. Если душа погрязла в заблуждениях, какой толк, что ты встретил истинного гуру?

[Если] ткань загрязнена ⁽²⁵⁾, что может сделать бедная красная краска?

1.25. Тонул [я], но спасся, волна [озарения] от гуру ⁽²⁶⁾ вынесла [меня].

Увидев, что лодка дырявая ⁽²⁷⁾, [я] тотчас покинул ее.

1.26. Гуру и Гобинд – едины, [но] формы [их различны]. [Только] уничтожив свое "Я" [и как бы] умерев при жизни ⁽²⁸⁾, обретешь Творца.

1.27. Кабир: [тот, кто] не встретил истинного гуру, остался недоучкой.

Приняв обличье аскета, просит милостыню, [ходя] от двери к двери.

1.28. Истинный гуру – настоящий воитель, [как] кузнец, он [кует] раскаленное железо.

Он очищает его и делает [подобным] золоту ⁽²⁹⁾, огнем выявляя его сущность.

1.29. Нашел опору, обрел стойкость, истинный гуру придал мне смелости.

[И] на берегу озера Мансаровар ⁽³⁰⁾ Кабир сторговал Алмаз ⁽³¹⁾.

1.30. С нетленным Сокровищем соединил [меня] истинный гуру, твердый, терпеливый.

Многие хотели бы обрести [такое Сокровище] ⁽³²⁾, но Кабир [ни с кем] не делится.

1.31. Игральная доска ⁽³³⁾ раскинута на перекрестке между верхом и низом базара ⁽³⁴⁾.

[Говорит] Кабир: о слуга Рамы, думай, играя, о святом.

1.32. Схватив игральную кость любви [к Раме], превратил тело в доску [для игры].

Истинный гуру обучил игре Кабир даса ⁽³⁵⁾.

1.33. Истинный гуру оказал милость – открыл мне тайну. Из облака любви полил дождь, наполнились любовью члены моего [тела].

1.34. Кабир: облако любви излилось на меня.

Душа [моя] пропиталась влагой, и все зазеленело в лесу моего [тела].

1.35. [Я| познакомился с Господом ⁽³⁶⁾ – Он все печали мои прогнал.

Душа моя стала чистой, поэтому я стал вечным слугой [Всевышнего].

⁽¹⁾ Уважение и доверие к гуру – духовному наставнику, без которого немыслимо подлинное познание истины и достижение спасения, свойственно всей индуистской традиции. Кабир в этом смысле не представляет исключения, и в любом сборнике его произведений значительное число двустиший посвящено восславлению "истинного гуру". Этими же стихами и открывается собрание стихотворений.

⁽²⁾ Хари – одно из имеен Вишну. В данном контексте под Хари Кабир понимает высочайшую божественную субстанцию.

⁽³⁾ хариджан (harijana, букв. "человек Хари", "божий человек"), или адепт, дас, бхакт, т.е. "слуга Хари" (вишнуит); обычно хариджанами именовались представителя низших каст, неприкасаемые. Кабир называет себя хариджаном, имея в виду и касту, и свою принадлежность к бхакти.

⁽⁴⁾ Бесконечный (Ананта) – в мифологии имя змея Шеши, на котором покоится Вишну в мировом океане. Данное имя может относится и к другим божествам. У Кабира – эпитет Рамы.

⁽⁵⁾ Калиюга – последний из четырех мировых периодов индийской космогонии, известный как век зла, насилия и страдания. Индийская космогония делится на четыре цикла, или юги: 1. Сатьяюга (истинный, или золотой век); 2. Третаюга (серебрянный век); 3. Двапараюга (медный, или бронзовый век); 4. Калиюга, или Кали ("черная", "бедственная", железный век).

⁽⁶⁾ стрела – метафора, символизирующая мистическое наставление, которое наставник-гуру передает своему ученику. Благодаря ему адепт постигает знание о Всевышнем.

⁽⁷⁾ лесной пожар (davaa) – познание божества порождает в душе адепта мистическое озарение, которое сравнивается с всепожирающим лесным пожаром.

⁽⁸⁾ Ведами: путь Вед – священных книг связан с традиционной индуистской религией. Кабир-бхакт отказывается от традиции Вед и обращается к пути любви-бхакти.

⁽⁹⁾ светильник – символ духовного прозрения, приобретенный благодаря слову истинного гуру.

⁽¹⁰⁾ базар – аллегорическое изображение мирской жизни, которая является источником соблазна для людей и лишает их возможности вырваться из круга перерождений (сансары), см. 1.19.

⁽¹¹⁾ Гобинд, или Говинда, этимологизируется как "знаток коров", или "Глава пастухов", возводится к Гопендра, Гопала – именам пастуха Кришны, земного воплощения Бога Вишну. У Кабира гобинд – одно из многих имен неперсонифицированного Всевышнего.

⁽¹²⁾ По свидетельству Ш.Водевиль [96, 157], выражение "соль смешалась с мукой", близкое к пословице, – одно из клише средневековой поэзии хинди, обозначающее полное, неразделимое соединение.

⁽¹³⁾ каменная лодка – здесь под каменной лодкой подразумевается мирская жизнь, исполненная различных прегрешений, которые препятствуют адепту служить Богу и обрести спасение. В религиозно-философской литературе это понятие ассоциируется с вожделением, грехом, переселением душ и заблуждениями [12, 25, 137].

⁽¹⁴⁾ "возжены шестьдесят четыре светильника" – здесь светильники соотносятся с 64 различными видами искусств (kalaa). Полный их список см. [108, 261].

⁽¹⁵⁾ Согласно Ш.Водевиль [96, 151], "14 лун – это 14 лунных дней, которые обратились в 14 видов наук". Число наук определяется индийской традицией по-разному, при данном подсчете оно складывается из четырех Вед, шести ведант, из пуран, мимансы, ньяйи и дхармы, см. [108, 963-964]. Параснатх Тивари же замечает, что 14 лунных дней свойственны мусульманскому календарю, см. [60, 112].

⁽¹⁶⁾ Дом может быть символом человеческого тела. Ср. в "Дхаммападе" [12, с. 145].

⁽¹⁷⁾ См. примеч. 11 (1.13).

⁽¹⁸⁾ "восемьдесят четыре лакха лун" – это восемь миллионов четыреста тысяч (лакх – 100 тысяч) живых существ, в которых, перерождаясь, может воплотиться душа, но только одна оболочка – человеческая – позволяет освободиться из круга перерождений (сансары).

⁽¹⁹⁾ мотылек – символ безрассудной гибели. Приверженный мирским страстям человек гибнет, как мотылек в пламени. Этот образ – символ суфийской поэзии и бхакти.

⁽²⁰⁾ Светильник в данном контексте символизирует мирское бытие ("мая"), в пламени которого сгорает человек, ввергнувший себя в пучину мирских страстей.

⁽²¹⁾ Кабир сравнивает нерадивого ученика, не прислушивающегося к наставлениям своего учителя, с полой бамбуковой трубкой, в которую сколько не дуй, все равно не извлечешь музыкального звука.

⁽²²⁾ сомнение – здесь отсутствие осознания себя и Божества как единого целого.

⁽²³⁾ чауки – высокий деревянный помост, на котором восседает сам гуру, а его ученики обычно располагаются ниже.

⁽²⁴⁾ освободясь от страха и сомнения – имеется в виду состояние, при котором исчезает страх перед мирскими искушениями.

⁽²⁵⁾ [если] ткань загрязнена – данная фраза плохо поддается переводу. П. Тивари интерпретирует слово "грязь" двояко: 1) грязь – paasi, букв, "пыль", "грязь", "навоз" (удобрение); 2) специальный способ вымачивания ткани перед ее окраской [60, 163]. Шарлотта Водевиль переводит фразу так: "Если материя испорчена". Слово paasi понимается, как "грязь". При опросе ткачей Бенареса, существует ли специальный способ окраски, она получила утвердительный ответ, однако с этим выражением ткачи оказались незнакомы [121а, 166]. П. Сингх слово paasi читает, как put denaa – "слегка обрызгать", "подкрахмалить", "подкрасить" [59, с. 75].

⁽²⁶⁾ В "Адигрантхе" [11, 64] вместо гуру ("наставник") дается гуна ("добродетель"), отсюда перевод – "волна добродетелей".

⁽²⁷⁾ лодка дырявая – символизирует мирское существование. У Ш. Водевиль-человеческое тело [96, 154].

⁽²⁸⁾ умерев при жизни (или умереть заживо) – эта концепция, заложенная уже в "Бхагавадгите", была разработана последующей вишнуитской традицией. Она содержит идею отказа от мирского бытия при жизни, чтобы полностью отдаться служению Господу и тем самым обрести спасение от цепи перерождений.

⁽²⁹⁾ Золото в данном случае символизирует духовную чистоту.

⁽³⁰⁾ Мансаровар – озеро Манаса в Гималаях, которое считается священным. Ш. Водевиль предлагает: "небесный источник", "амброзия" [96, 101].

⁽³¹⁾ Алмаз ("хира") – у Кабира часто является аллегорическим изображением Рамы, символом знания любви-бхакти.

⁽³²⁾ Имеется в виду Всевышний.

⁽³³⁾ игральная доска – клетчатая крестообразная доска для игры с исполь зованием шестнадцати фишек четырех цветов и трех игральных костей: в игре участвуют двое. Здесь доска является символом человеческого тела, находящегося в мире сансары ("базар"). Ш. Водевиль отмечает, что это сравнение принадлежит эзотерическому языку тантрической традиции [96, 159].

⁽³⁴⁾ между верхом и низом базара – это выражение Ш. Водевиль интерпретирует как парное сочетание, передающее процесс дыхания – вдох и выдох согласно философии хатха-йога [96. с. 101].

⁽³⁵⁾ дас – санскр. dasa (букв, "слуга", "раб") – адепт, бхакт.

⁽³⁶⁾ В тексте: Пура (букв, "полный", "пройденный", "истекший"); у Кабира – одни из эпитетов Всевышнего.

«Если вы спросите: «Нужда, горе, грех, страдание, несчастия – что это такое?» Я отвечу, что они существуют только для дживы (для индивидуального «я»). Они не задевают Брахмана. То, что есть зло для дживы, не есть зло для Брахмана, точно также, как яд в клыках змеи не есть яд для самой змеи» Рамакришна

2.1. Кабир: я постоянно повторяю, слушайте все: Произносите [имя] Рамы, [от этого вам] будет благо, иначе блага не будет.

2.2. [Говорит] Кабир: [я] уже говорил; это говорили Брахма и Махеш ⁽²⁾.

Имя Рамы — сущность сущего: всем даю [такое] наставление.

2.3. Истинная реальность — тилак ⁽³⁾ трех миров ⁽⁴⁾, а имя Рамы — суть его.

Бхакт ⁽⁵⁾ Кабир поставил [тилак] себе на лоб и стал беспредельно красив.

2.4. Бхакти ⁽⁶⁾ и бхаджан ⁽⁷⁾ — вот имя Рамы, все другое — бесконечная скорбь.

Суть [всего]—поминание [Всевышнего] в мыслях, и словах [и] делах,— о Кабир!

2.5. Кабир: суть [всего]—поминание [Всевышнего], все остальное—[пустые] хлопоты.

Все обыскал везде и всюду — вокруг одна смерть.

2.6. Одна забота [у бхакта] — имя Хари, иных забот нет у слуги.

Все заботы, кроме [как забота о] Хари,— силки смерти.

2.7. Пятью чувствами [бхакт] повторяет: «пиу», «пиу» ⁽⁸⁾, а шестое ⁽⁹⁾ — душа, которая поминает [имя Рамы].

Когда дождь Свати ⁽¹⁰⁾ излился на [раковину] Кабира, тогда [он] получил жемчуг Рамы.

2.8. Моя душа поминает имя Рамы, моя душа [слилась] с душой Рамы.

Теперь моя душа стала Рамой, перед кем теперь склоню [свою] голову?

2.9. Повторяя «Ты», «Ты», я стал Тобою — во мне не осталось [моего] "Я".

Я жертвую и жертвую собою [ради Тебя], куда ни посмотрю — везде Ты.

2.10. Кабир: без страха ⁽¹¹⁾ поминай [имя] Рамы, пока в светильнике есть огонь ⁽¹²⁾.

Когда кончится масло [и] светильник погаснет, будешь спать денно и нощно.

2.11. Кабир: что ты делаешь, спящий ⁽¹³⁾? Почему, пробудившись, не поминаешь Мурари? ⁽¹⁴⁾

Еще день – и ты расстанешься с жизнью.

2.12. Кабир: что ты делаешь, спящий? [Почему], пробудившись, не поглядишь [вокруг]?

Почему отделился [от Господа]? Вернись [к Нему].

2.13. Кабир: что ты делаешь, спящий? [Почему], пробудившись, не рыдаешь от горя?

Как может спокойно спать тот, чье жилище — могила?

2.14. Кабир: что ты делаешь, спящий? [Пробудись и] прославляй Гобинда.

Яма ⁽¹⁵⁾ стоит у изголовья [и] мало-помалу пожирае [свою жертву].

2.15. Кабир: что ты делаешь, спящий? [Пока] спишь, терпишь урон.

[Даже] Брахма сдвинулся [со своего] места, услышав шаги смерти.

2.16. Зови: «Кешав» ⁽¹⁶⁾, «Кешав», не [трать] попусту [время на] сон.

[Если] будешь взывать день и ночь, когда-нибудь [он] услышит [твой] зов.

2.17. В тех сердцах нет любви, ни сока ⁽¹⁷⁾ любви, [кто] языком не произносил [имя] Рамы.

Те люди напрасно пришли в этот мир.

2.18. Кабир: не вкусил любви, а если и вкусил, то не познал ее вкуса.

[Такой человек, словно гость] в пустом доме,— к пришел, так [и] ушел.

2.19. Раньше [в прошлых рождениях], накопив дурные деяния, завязал узелок с ядом ⁽¹⁸⁾.

[Но] миллионы дурных деяний ⁽¹⁹⁾ исчезнут в одно мгновение, [когда] придешь в убежище Хари.

2.20. Миллионы дурных деяний исчезнут в один миг, едва лишь [уста] помянут имя Хари.

[Но] добрые дела, накопленные, в течение веков, бесполезны без [имени] Рамы ⁽²⁰⁾.

2.21. Кто на сколько познал Хари, на столько [и] получил пользы.

Росой жажды не утолишь, пока не войдешь в воду.

2.22. Оставив любимого Раму, поклоняется другим [божествам].

[Такой человек] подобен сыну падшей женщины. Кому [он] может сказать: «отец»?

2.23. Кабир: тверди сам [имя] Рамы и вели другим повторять его.

[А если кто] не произносит [имя] Рамы, снова и снова настаивай, чтобы твердили.

2.24. Как в душе поселил майю ⁽²¹⁾, так же посели [и] Раму.

Оставив мир, иди туда, где [обитает] Кешав ⁽²²⁾.

2.25. Можешь грабить — грабь, [если] добыча — имя Рамы. Иначе потом пожалеешь, [когда] оставишь это [человеческое] тело.

2.26. Можешь грабить — грабь сокровищницу имени Рамы. [Иначе] смерть схватит тебя за горло, [и] десять дверей ⁽²³⁾ окажутся закрытыми.

2.27. Долог путь, далек дом, дорога опасна, [на ней] много разбойников ⁽²⁴⁾.

Скажи, сант ⁽²⁵⁾, как добиться недоступного видения Хари?

2.28. [Когда ты] славишь достоинства [Рамы], рвутся мирские путы; [почему] не твердишь имя Рамы в разлуке [с Ним]?

[Если] день и ночь не размышляешь о Хари, [то] как достигнешь труднодоступного соединения [с Ним]?

2.29. Кабир: немалое это искусство — [всей душой] поминать имя Хари.

[Это все равно, что] балансировать на острие кола: свалишься — не уцелеешь.

2.30. Кабир: размышляй о Раме, вслух повторяя мантру ⁽²⁶⁾. Не забывай океан Хари, увидев много небольших прудов ⁽²⁷⁾.

Соединись [с ним так], как скрепляют [между собой] кусочки сколотого драгоценного камня.

2.32. Кабир: душа вздрогнула [от страха], увидев со всех сторон огонь [чувственных желаний].

[Взяв] в руки кувшин поминаний Хари, скорей затуши его.

⁽¹⁾ Поминание (sumirana, smarana) имени Бога носит сакральный характер в традиционном вишнуитском культе. Согласно учению бхакти и Кабира, поминание имени Бога – важнейший аспект благочестивого поведения, открывающего путь к спасению.

⁽²⁾ Брахма – одно из главных божеств индуистской триады: Брахма – бог-создатель; Вишну – бог-хранитель; Шива – бог-разрушитель. Махеш – "Великий бог" эпитет Шивы.

⁽³⁾ тилак – красная краска, получаемая из смеси желтой куркумы (хны) с негашеной известью (чуна); используется для нанесения на лоб ритуальных знаков.

⁽⁴⁾ "трех миров" – согласно индийской мифологии три мира – это воздушное пространство (бхувар), земля (бхуми) и небо (свар), находящееся владении бога Вишну, с тех пор как Вишну совершил три своих знаменитых шага.

⁽⁵⁾ бхакт, или бхагат, букв. "преданный" – последователь какого-либо из течений бхакти. У Кабира – истинно верующий (см. примеч. 6 (2.4).

⁽⁶⁾ См. Введение, с. 10.

⁽⁷⁾ бхаджан – букв, "поклонение Богу", "восславление", "молитва".

⁽⁸⁾ В данном случае бхакт, взывающий к Всевышнему, сравнивается с птицей чатак, или чатрик (индийская кукушка), которая издает звуки "пиу", "пиу". С птицей чатак связано поверье, будто она не пьет обычную воду. Лишь один раз в году, когда луна проходит через созвездие Свати (Млечный путь), чатака выпивает несколько капель. С помощью этой аналогии Кабир показывает страдания истинного бхакта, ищущего Раму.

⁽⁹⁾ Согласно различным школам индийской философии, обычное восприятие бывает двух видов: внешнее и внутреннее. К внешним чувствам относятся: обоняние, вкус, зрение, осязание и слух. По своей природе внешние чувства являются физическими. Шестым чувством считается манас, центр эмоций, способности осмысления [45, 156].

⁽¹⁰⁾ В тексте – suti, сути, букв, "раковина". Параснатх Тивари [60, с. 118] переводит как "рождение" (ребенка), объясняя свою точку зрения тем. что в тексте фигурирует число шесть. Ш. Водевиль трактует suti как "дождь Свати". Этот вариант нам кажется более логичным. Согласно поверью, капля дождя Свати, попадая на раковину, создает жемчуг.

⁽¹¹⁾ Т. е. поминай имя Рамы, не боясь отбросить все мирское.

⁽¹²⁾ огонь – здесь имеется в виду жизнь.

⁽¹³⁾ спящий – предающийся мирским удовольствиям вместо того, чтобы поминать Всевышнего и тем самым стремиться к слиянию с ним. Тот же смысл и в последующих сакхи (2.12-15).

⁽¹⁴⁾ Мурари (букв, "враг Муру") – эпитет Кришны, восходящий к легенде, согласно которой Кришна убил демона Муру. У Кабира – имя Всевышнего.

⁽¹⁵⁾ Яма, или Джама (букв, "близнец") – первый из людей, ушедший под землю и ставший богом смерти и владыкой мертвых. Приговор умершим выносит сам Яма. Отсюда его эпитет Дхармараджа – "царь справедливости", "владыка закона".

⁽¹⁶⁾ Кешав (Keso, Kesava, букв, "обладающий длинными или густыми воли", "кудрявый") – эпитет Вишну и его ипостаси Кришны, сохранившийся с того времени, когда Вишну считался олицетворением Солнца.

⁽¹⁷⁾ У Кабира – это мистическая божественная субстанция, "пьянящая" душу м несущая откровение. Ср. "Глава о соке (Рамы)". См. Введение, с. 27.

⁽¹⁸⁾ завязал узелок с ядом – у Кабира это выражение обозначает множество грехов, которые человек совершил на протяжении своей жизни.

⁽¹⁹⁾ дурных деяний – в тексте: karma – концепция судьбы и воздаяния за прошлые деяния, основы ее были заложены еще в упанишадах – древнейших философских памятниках Индии. Согласно им после смерти живого существа его душа переходит в новую телесную оболочку. Поток перерождений регулируется законом кармы, по которому каждое последующее рождение детерминировано деяниями предшествующего (концепция воздаяния). Избавление от цепи перерождений достигается при слиянии индивидуальной души с Брахманом ("Мировым духом"), представляющим собой первооснову всего сущего [31, с. 208]. У Кабира концепция освобождения проявляется в стремлении верующего к слиянию с Всевышним.

⁽²⁰⁾ Доктрина бхакти, которой следовал Кабир, провозглашает единственное условие спасения: достаточно одного акта веры, одного повторения имени Бога, чтобы загладить все грехи, содеянные на протяжении всей жизни.

⁽²¹⁾ майя (maya) – одно из важнейших понятий в индийской мифологии, философии и литературе, имевшее на различных этапах исторического развития различное содержание. В "Ригведе" термин "майя" обозначал могущественную силу богов и демонов, их способность совершать сверхчеловеческие поступки и действия. В упанишадах майя понимается обычно как магическая способность Абсолютного духа (Брахмана) к сотворению мира, материи, имеющих реальное существование: "...материя (природа) есть майя, а Всемогущий является Творцом этой майи" ("Шветашватара упанишад", IV, 10). В философии веданты термин майя употреблялся в значении "иллюзия", "видимость", "мираж"; чувственно воспринимаемый материальный мир, окружающая нас природа лишь по незнанию (авидья) принимается обыденным сознанием за реально существующий. На самом же деле все многообразие мира – иллюзия, сон, т. е. майя, скрывающая истинную природу Брахмана.

Понятие майи нашло широкое отражение в литературе индийского средневековья. Как правило, в большинстве случаев образам, связанным с майей, дается отрицательная характеристика. Майя – это средоточие всего дурного, что существует в мире, особенно в аспекте морали, этики, нравственности. Майя лежит в основе мирской суеты: страсти к славе и богатству, алчности, скаредности, похоти, зазнайства.

Кабир называет майю великой мошенницей, чародейкой, околдовывающей и вводящей в заблуждение всех: святых, богов, аскетов и мудрецов, весь мир опьянен ею. Майя совращает с пути истины подвижников, бхактов и от служения Господу. Ср. "Глава о майе" ⁽¹⁶⁾.

В вишнуитских вероучениях майя, соотносимая с совокупностью атрибутов эгоистического мирского существования, рассматривается как основное препятствие на пути постижения единственной реальности (Всевышнего) и слияние с ней. См, об этом [31, 508].

⁽²²⁾ Ср. чтение этой строки в "Адигрантхе" [11, 41]: "Иначе потом пожалеешь, когда жизнь покинет тебя". См. примеч. 16 (2,16).

⁽²³⁾ десять дверей – два глаза, две ноздри, два уха, рот, задний проход, мочеиспускательный канал и закрытое отверстие в темени (у младенца "дышит"), через которое выходит душа.

⁽²⁴⁾ Данную аллегорию следует понимать так: путь к спасению очень труден. На пути достижения его – человеческие страсти ("разбойники"), мешающие человеку соединиться с божеством.

⁽²⁵⁾ сант (букв, "сущий") – святой; адепт воспитывает в себе идеальные качества, позволяющие ему познать блаженство слияния с Божеством и выйти из-под власти майи.

⁽²⁶⁾ мантра (мантр) – магическая формула, заклинание.

⁽²⁷⁾ небольших прудов – т. е. иных божеств, кроме Рамы.

⁽²⁸⁾ амрита (букв, "бессмертный") – нектар бессмертия; согласно индийской мифологии, возник от пахтанья мирового океана богами.

«Что бы ни было произнесено человеческим языком, становится как бы оскверненным, как остатки пищи. Откровения Священных Писаний, Веды, тантры, пураны и все Священные книги – все это как бы осквернено, подобно остаткам пищи, которые уже никто не будет есть, потому что все это написано человеческими словами… Брахман – невыразим, неописуем, превыше всякой мысли» Рамакришна

3.1. Супруга, которая разлучилась [со своим Возлюбленным], всю ночь плачет, словно кундж ⁽²⁾ по своим птенцам.

Кабир: душа сгорела дотла, страдает несчастная, покинутая.

3.2. Кундж взывает с жалобой к небу: все озера наполнились [водой] после грозы ⁽³⁾.

Каково же положение тех [людей], которые отделились от Гобинда? ⁽⁴⁾

3.3. Чакви ⁽⁵⁾, разлучаясь на ночь [со своим супругом] встречается [с ним] утром снова.

Тот, кто разлучен с Рамой, не встречается [с Ним] ни днем, ни ночью.

3.4. [Тому, кто разлучен с Рамой], нет счастья ни днем ни ночью, нет счастья [и] во сне.

Кабир: [тому, кто] разлучен с Рамой, нет счастья н под солнцем, ни в тени.

3.5. Супруга, которая разлучилась [со своим Возлюбленным], стоя на обочине, обращается к путнику:

Скажи [хоть] одно слово о [моем] Возлюбленном: когда [Он] вернется [ко мне]?

3.6. Много дней я смотрю на дорогу, о Рам, ожидая тебя. [Моя] душа жаждет встречи с тобой, нет душе покоя

3.7. Супруга, которая разлучилась [со своим Возлюбленным], [горя желанием] увидеть [Его], падает [от усталости и снова встает.

[Если ты] покажешься [мне] после [моей] смерти, то какая польза от этой встречи?

3.8. Если встретимся после смерти, о Рама, то что пользы от этого, о Рам? — говорит Кабир.

[Когда] все железо изотрут о камень, то какая польза от параса? ⁽⁶⁾

3.9. Беспокойство [мое] не развеется от [одной только] весточки.

[Оно] развеется [только тогда], когда Хари придет ко мне, или я пойду к Хари.

3.10. [Я] не могут прийти к Тебе [и] не могу позвать Тебя: Вот так [Ты] возьмешь [мою] душу и сожжешь в огне разлуки.

3.11. Сожгу это тело и сделаю сажу, как только дым поднимется к небу ⁽⁷⁾.

Может, [тогда] Рама окажет милость и, пролив дождь погасит огонь [разлуки].

3.12. Сожгу это тело, сделаю [из него] чернила [и] напишу имя Рамы.

Из костей [своих] сделаю перо, [чтобы] написать [послание] Раме.

3.13. Кабир: боль мучительна, [эта] боль не покидает тело. Всепоглощающая боль любви ранила мое сердце.

3.14. Рана разлуки мучает [меня] и терзает все тело. [Это] понимает тот, кто метнул [стрелу], и тот, кто страдает.

3.15. [Истинный гуру], взяв [в руки] лук, натянул [тетиву] и пустил стрелу.

[Она] глубоко вошла в [мое] тело – [теперь я не знаю], жив [я] или мертв.

3.16. Когда [истинный гуру], натянув [тетиву], послал [стрелу], тогда я получил знание [о Всевышнем].

Она пронзила мое сердце и принесла мучительные страдания.

3.17. Стрела, которую послал [истинный гуру] вчера, осталась в моей душе.

Ту же стрелу пошли и сегодня – без этой стрелы [я] не постигну истины.

3.18. В [моем теле] поселилась змея – разлука ⁽⁸⁾, не действуют [на нее] никакие молитвы.

Разлученный с Рамой не живет, а если живет, то слывет безумным.

3.19. Змея – разлука проникла [внутрь] и ранила сердце. [Но] садху ⁽⁹⁾ [даже] не пошевелился: "Как хочешь, так и жаль".

3.20. Все сосуды – струны, тело – рубаб ⁽¹⁰⁾, разлука беспрерывно играет [на нем].

[Но] никто не может слышать [эту музыку], кроме Господина и души [разлученной].

3.21. Не говори, что разлука плоха, разлука – это султан. Тело, в котором не трепещет разлука, подобно масану ⁽¹¹⁾.

3.22. В гладах [моих] потемнело, [от того что] все время смотрю на дорогу.

Язык [мой] покрылся ранами, [от того что] все время зову Раму.

3.23. Из своего тела сделаю светильник, из души [своей] фитиль.

Кровью [своей] наполню [светильник], словно маслом. О Возлюбленный, когда [же я] увижу [твой] лик?

3.24. Поток [слез] льется из [моих] глаз, словно [поток воды, льющейся из] колеса [мельницы], [которое] вращается день и ночь.

[Я], словно папиха ⁽¹²⁾. кричу: «пиу», «пиу», когда же [Ты] встретишься со мной, о Рам?

3.25. [Мои глаза] покраснели от страданий любви, [а] люди думают, [что они такие] от болезни.

Я постоянно плачу из-за любви к своему Господину.

3.26. Эти слезы святые, а те – греховные, [как их различишь]?

[Но] если из глаз текут кровавые слезы, то знайте: это истинная любовь!

3.27. Кабир: оставь смех и плачь во весь голос.

Как без слез обретешь любовь Возлюбленного?

3.28. Если плачу [в разлуке] – силы покидают [меня]; смеюсь — Раме не нравится.

Тоска гложет мою душу, словно жучок дерево.

3.29. Смеясь, не обретешь Бога; тот познал, кто плакал. Если бы, веселясь, можно было познать Хари, то не осталось бы несчастных женщин.

3.30. Если [Хари] можно было бы познать, играя и смеясь, то кто бы согласился [изнурять себя на точильном камне] ⁽¹³⁾.

Кто оставит жадность, злость и похоть, тот встретит Бхаганана ⁽¹⁴⁾.

3.31. Сын, любя своего Отца, подбежал прямо к нему. [Но Отец] дал в руки [сыну] сладости-искушения и, таким образом, обманув его, ушел ⁽¹⁵⁾.

3.32. Ребенок бросил сладости, страх охватил [его] душу, [когда он понял, что наделал].

Долго плача, он, наконец, вернул [своего] любимого Отца.

3.33. [Когда ты] войдешь в [мои] глаза, я день и ночь буду смотреть на тебя.

Когда настанет такой день, когда Хари покажет [свой] лик?

3.34. Кабир: день прошел в ожидании [Возлюбленного] ночь тоже прошла.

Супруга не обрела [своего] Возлюбленного, сердце [ее] терзается, о подруга!

3.35. Дай супруге, которая разлучилась с Возлюбленным, посмотреть на Тебя или разреши умереть.

[Я] не могу больше выносить [огонь страданий], который [жжет меня] восемь пахаров ⁽¹⁶⁾.

3.36. Супруга, разлученная [со своим Возлюбленным], почему осталась жива? Почему не сгорела на костре, который разжег Возлюбленный?

Остановись, о глупая, не позорь любовь!

3.37. Я – головешка разлуки и, понимая это, постепенна тлею.

Когда мое тело сгорит совсем, тогда [я обрету] спасение и [освобожусь от страданий] разлуки.

3.38. Кабир: тело и душа сгорели в огне разлуки:

Мертвец не чувствует боли, [но я] чувствую этот огонь.

3.39. [Я] горю в огне разлуки и, охваченный огнем, иду к водоему.

Увидев меня, и водоем загорелся: «О сант, как объяснить [это]?"

3.40. Я [долго] бродил с горы на гору ⁽¹⁷⁾, плача, [я] выплакал глаза.

[Но] я не нашел той целебной травы ⁽¹⁸⁾, которая сохраняет жизнь.

3.41. [Я] разорву в клочья шелковую одежду и завернусь в [грубое] одеяло ⁽¹⁹⁾.

3.42. Глаза мои ослепли ⁽²⁰⁾ от [слез] в постоянном ожидании Тебя.

В какой одежде надлежит встретить Хари, такую одежду и надену.

[Но] я не встретил Тебя и нет мне радости – таковы мои страдания.

3.43. В океане [бытия я] с трудом нашел плот [любви, на котором была змея разлуки].

Если оставлю [его], то утону; [если] ухвачусь [за него], то [змея] ужалит в руку ⁽²¹⁾.

3.44. Отделилась от Океана ⁽²²⁾, о раковина! ⁽²³⁾ Погоди немного, не кричи [так].

Ты будешь громко кричать в каждом храме, когда взойдет солнце.

3.45. Все люди счастливы – едят и спят.

[Только] Кабир дас ⁽²⁴⁾ печален – [он] бодрствует и проливает слезы [по Всевышнему].

⁽¹⁾ разлука – вираха (viraha). Это слово связано с индийской литературной традицией. В поэзии Кабира и вообще в поэтической традиции сантов концепция разлуки связана со страстным желанием души соединиться с Божественной душой, которая находится с ней в разлуке.

⁽²⁾ кундж (санскр. kraunca) – кроншнеп (журавль, цапля), в индийской традиции крик этой птицы связывается с отсутствием возлюбленного. Кундж и другие водоплавающие птицы играют важную роль в народных песнях о разлуке, особенно в Раджастхане; эти песни исполняются в сезон дождей [95, с. 160].

⁽³⁾ Возможно следующее толкование: водой Божественной истины наполнилось все вокруг, но ослепленные майей люди томятся жаждой, как кундж.

⁽⁴⁾ См. примеч. 11 (1.13).

⁽⁵⁾ чакви (cakvi – жен. от cakva) – красная, или "брахманская", утка (Anas Casarca). В индийской поэтической традиции служит образцом супружеской любви и преданности. Согласно легендам, самка чакви с наступлением ночи разлучается с самцом, и оба тоскуют в разлуке, издавая печальные крики.

⁽⁶⁾ парас – философский камень (paras, sparsa), обращающий железо в золото. Здесь парас служит символом слова – наставления истинного учителя о бренности человеческого существования в исключительности рождения в облике человека. Отсюда мораль: размышляй о Раме сейчас, пока ты человек.

⁽⁷⁾ к небу – небо (сварга, букв, "ведущий к северу") в индуизме – райская обитель богов, обычно помещаемая на мифической горе Меру. Сюда направляются души тех, кто вел добродетельную жизнь, и здесь они пребывают в блаженстве, ожидая очередного рождения.

⁽⁸⁾ образ змеи – разлуки традиционен в индийском поэтическом каноне.

⁽⁹⁾ См. Введение, с. 15.

⁽¹⁰⁾ рубаб – струнный музыкальный инструмент арабского происхождения. Индийское его название – саранг. Особенно распространен среди странствующих музыкантов и йогов.

⁽¹¹⁾ масан – возвышенное место, предназначенное для сожжения трупов; кладбище.

⁽¹²⁾ папиха – популярное название птицы чатак, или чатрик. См. примеч. 9 (2,7).

⁽¹³⁾ 'Метафорические образы, связанные с пробным (пробирным) камнем (касаути), постоянно используются Кабиром, когда речь идет о моральных ценностях.

⁽¹⁴⁾ бхагаван (букв, "процветающий") – Всевышний; чаще всего встречается у кришнаитов как эпитет Кришны.

⁽¹⁵⁾ Двустишие в форме притчи, или иносказания: Всевышний ("отец") ввел в заблуждение душу человека ("сына"), предоставив ему все соблазны иллюзорного мира ("сладости"); его сын (бхакт) воззвал к отцу (Богу) и соединился с Ним. Ср. 3, 31, 32.

⁽¹⁶⁾ пахар – промежуток времени, равный трем часам; восьмая часть суток-стража, отсчет которой начинается с рассвета, с шести часов утра. Таким образом, восемь пахаров равны суткам.

⁽¹⁷⁾ Имеется в виду душа человека, которая разлучилась с душой Всевышнего и странствует от рождения к рождению.

⁽¹⁸⁾ целебная трава – здесь трава бути (buti), символизирующая соединение души бхакта с душой Всевышнего. Намек на самдживани (samjivani), мифическое целебное растение, которое символизирует соединение души адепта с душой Всевышнего [96, с. 165]. У П. Тивари бути – символ Всевышнего, или Возлюбленного [60, с. 116].

⁽¹⁹⁾ Имеется в виду отказ от всех мирских удовольствий и посвящение себя служению Всевышнему.

⁽²⁰⁾ ослепли – в оригинале букв."сгорели".

⁽²¹⁾ Двустишие аллегорично: любовь к Раме ("плот") позволяет бхакту благополучно переплыть океан бытия. Но любовь эта неразлучна со страданиями, которые испытывает истинный бхакт в разлуке с любимым Божеством.

⁽²²⁾ от Океана – Океан (renaidura) – видоизмененная форма от renaira (ratnakara), букв, "делающий жемчуг". В данном случае Океан символизирует Мировую душу [6, 115].

⁽²³⁾ раковина (шанкха) – в данном контексте раковина – символ человеческой души, отделившейся от Мировой души. Шум, который слышен внутри раковины, если ее приложить к уху, интерпретируется как жалобный стон – раковина тоскует по океану, в котором она родилась. Смысл таков: пока душа человека отделена от Души божественной, ей каждый день приходится переносить страдания разлуки с Божеством. Ср. подобную интерпретацию у П. Тивари [60, с. 124]. Ш. Водевиль дает следующее толкование, соглашаясь с интерпретацией, данной П. Тивари: "На рассвете в каждом храме разносится голос раковины, чтобы пробудить адептов к службе". Возможно, смысл данного стиха состоит в том, что горестные страдания раковины никогда не прекратятся, т. е. от рождения к рождению, и она обречена стенать вечно" [96, 161 – 162]. Возможны еще два варианта перевода: 1. "О чакви, ночь разлучила (тебя с любимым). Не кричи так горестно, не зови его в храмах и домах. Взойдет солнце и соединит вас". 2. "Ночь (неведения) разлучила тебя с Богом. Ты, как чакви, горестно зовешь (Бога) в храмах, но только солнце (знания) соединит тебя (с Богом)" [59, 96].

⁽²⁴⁾ дас – см. примеч. 35 (1.32).

«Познание абсолютного Брахмана достигается в состоянии самадхи. В этом сверхсознательном состоянии постигается Брахман. Тогда течение мыслей прекращается, и совершенное молчание царит в душе. Даже сила речи остается непроявленной. Как можно даже пытаться описать Брахмана человеческими словами? А между тем человек иногда думает, что он познал абсолютного Брахмана» Рамакришна

4.1. Светильник и пламя соединились, масло тоже соединилось [с ними].

[Все] трое, соединившись, зажглись: мотылек, долго летая над ними, упал, сгорев ⁽²⁾.

4.2. Умереть можно и без стрелы [гуру].

Упадешь [ты] под дерево, крича [от боли] в ожидании близкой смерти.

4.3. В сердце горит огонь, но дыма не видно.

Это чувствует тот, кто разжег пламя, и тот, кто охвачен им ⁽³⁾.

4.4. Огонь охватил [все вокруг], сгорела одежда, чаша для подаяний ⁽⁴⁾ разлетелась на куски.

Был джоги ⁽⁵⁾ и слился с [Богом], осталась на месте асаны ⁽⁶⁾ лишь горстка пепла.

4.5. Огонь, который вспыхнул в воде, сжег ил, грязь.

[Все] пандиты Севера и Юга остались в раздумье ⁽⁷⁾.

4.6. Разгорелся огонь и спалил океан [бытия], птицы прилетели и сели там.

Сгоревшее тело не возродится [вновь, потому что] истинный гуру развел [этот огонь].

4.7. Гуру разжег огонь [знания], и [ученик] [его] сгорел в огне разлуки.

Спасся [лишь] маленький побег травы, растворившись во Всевышнем.

4.8. Охотник разжег в лесу огонь, антилопа стала взывать и плакать:

"Горит лес, в котором я [недавно] резвилась".

4.9. Огонь [появился] на воде, [а затем] разгорелся.

Остановилась бегущая река, [и вся] рыба выпрыгнула из воды.

4.10. Огонь охватил море, реки сгорели [и] превратились в пепел.

Кабир! Пробудившись [от сна майи], смотри, как рыба взбирается на дерево ⁽⁸⁾.

⁽¹⁾ Чувство разлуки появилось у бхакта от незнания, только знание истины приведет к встрече с Всевышним.

⁽²⁾ Аллегория: духовное прозрение ("светильник"), Всевышний ("пламя") и любовь к нему ("масло") соединились вместе и уничтожили суетную душу мирского человека ("мотылек"). Ср. 1.12; 1.13.

⁽³⁾ Ср. 3.14.

⁽⁴⁾ чаша для подаяний (кхапара) – имеется в виду череп.

⁽⁵⁾ джоги, или йог (yogin – "соединенный", "связанный с чем-либо") – последователь философии йога, уделявшей особое внимание физической тренировке тела как основе совершенствования духа. Позднее в обыденном смысле – странствующий аскет.

⁽⁶⁾ асана – (букв, "сидение", "пребывание") – практика йоги разработала целую систему поз (более 80), способствующих установлению контроля над чувствами и сосредоточению.

⁽⁷⁾ В литературной традиции секты натхов был весьма распространен жанр аллегории. Аллегории лежат в основе стихов 5-10: "огонь" – Божественное знание в душе бхакта; "вода" – мирские страсти; "птицы" – освобождение души бхакта от круга сансары; "океан", "лес", "река" – символы мирского бытия; "побег травы", "рыба", "антилопа" – душа мирского человека; "охотник" – истинный гуру.

⁽⁸⁾ Аллегория: огонь знания охватил мир, и Кабир увидел, что человек взбирается на дерево познания Божества, оставив мир страстей. Отсюда возможен и такой перевод этой строки: "...Кабир, увидев это, пробудись [от сна майи]".

«То, что Веды и другие Писания говорят об Абсолюте, похоже на описание океана, сделанное одним человеком, видевшим океан. Когда его спросили, на что похож океан, он воскликнул в крайнем недоумении: «О! что я видел! Какой простор! Какие огромные волны! Какой шум!» Рамакришна

5.1. Кабир: свет Бесконечного – это свет множеств восходящих солнц.

Красавица ⁽²⁾ пробудилась возле [своего] Супруга, [и] великолепное зрелище предстало [пред ее взором].

5.2. Удивительное зрелище [увидела красавица] – без солнца и луны [вокруг] был чудесный свет ⁽³⁾.

Поглощенный служением [своему] Господину, слуга безразличен [ко всему остальному].

5.3. Как можно [словами] передать [красоту] света Парабрахмы? ⁽⁴⁾

Сказанному [никто] не поверит, увидеть [эту красоту] – вот доказательство.

5.4. Недоступен, невидим, недосягаем; там, [где находится Всевышний], всегда свет.

Там, где почитают Кабира ⁽⁵⁾, не отличают греха от добродетели.

5.5. Оставив ограниченное ⁽⁶⁾, я стал безграничным – обрел вечное жилище.

[Я увидел] лотос, который цветет без цветов ⁽⁷⁾, его может лицезреть [только] самый доверенный слуга.

5.6. Кабир: душа стала пчелой ⁽⁸⁾ [этого] лотоса [и] нашла жилище.

[Я увидел] лотос, который цветет без воды, его может лицезреть [только] самый доверенный слуга.

5.7. Внутри [моего сердца] расцвел лотос, там поселился Брахма.

Душа-пчела – жадно устремилась туда: [эту тайну] могут понять [только] святые, [постигшие Божественную суть].

5.8. Нет Океана и раковины, нет и капель [дождя] Свати ⁽⁹⁾.

[Говорит] Кабир: [однако] Жемчужина зародилась вершине шуньи-крепости ⁽¹⁰⁾.

5.9. В теле [моем] появился Недоступный, а в Недоступном поселилось [мое] тело.

[Говорит] Кабир: [я] встретился [с Господом] – гуру указал [мне] этот путь.

5.10. Солнце растворилось в луне ⁽¹¹⁾, [и теперь] оба живут вместе.

Исполнилось желание души – такова [моя счастливая] судьба.

5.11. Оставив ограниченный [мир бытия], я достиг Безграничного и совершил омовение в шунье.

[Даже великие] муни ⁽¹²⁾ не получили дворца, в котором Кабир построил [свою] обитель.

5.12. О человек! Смотри на карму ⁽¹³⁾ Кабира – такова моя счастливая судьба.

Невидимого, чьего дворца не достигли муни, [я] сделал своим другом.

5.13. В сердце появилась любовь, пробудилась извечная связь [души и Бога].

Рассеялись сомнения, пришло счастье – [я] встретил Возлюбленного.

5.14. В сердце появилась любовь, [все] внутри [у меня] озарилось сиянием.

Рот полон аромата мускуса ⁽¹⁴⁾, [и повсюду] распространилось благоухание от слова [«Рама»].

5.15. Моя душа соединилась с душой Всевышнего и достигла неба, [обители Его].

[Она] увидела лунное сияние без луны – там жилище мого Господина, Ниранджаны ⁽¹⁵⁾.

5.16. Моя душа ⁽¹⁶⁾ соединилась с Богом ⁽¹⁷⁾, а душа Бога слилась с моей душой.

Так соль растворяется в воде, а вода исчезает в соли ⁽¹⁸⁾.

5.17. Вода превратилась в лед, лед [же], растаяв, превратился в воду.

Что было, то прошло: сейчас невозможно сказать, [что исчезло, а что осталось].

5.18. Хорошо, что меня обуял страх [перед рождениями] – я забыл [обо] всем вокруг.

Град, растаяв, стал водой, [она] потекла и влилаcь в озеро ⁽¹⁹⁾.

5.19. На базаре выставили драгоценную Жемчужину, и воры ⁽²⁰⁾ завладели ею.

О Господин, сжалься надо мною – теперь я никогда не встречусь ни с кем другим.

5.20. Душа-птица улетела в небо, а тело [ее] осталось на чужбине.

[Она] без клюва выпила воду, забыв этот мир бытия ⁽²¹⁾.

5.21. Душа-птица улетела в небо и достигла обители Бога.

Слово-стрела [истинного гуру], пронзившее небо, звучит у нее в ушах.

5.22. Любовь к Господу все равно, что размышление [о Нем], а размышление ведет к единению с Господом.

Любовь и поминание соединились – теперь раскрылись врата обители Бога.

5.23. Любовь к Господу растворилась в размышлении, произнесение [имени Бога] – в поминании.

Видимый растворился в Невидимом.

5.24. [Я] пришел в этот мир, чтобы созерцать множеств [различных] форм [мирского бытия].

«О святой,— говорит Кабир: перед моим взором предстал Несравненный».

5.25. Все части тела полны [Всевышним], а в душе нет стойкости.

Говорит Кабир: «Как встречу Господина, если [наши] тела разделены?»

5.26. Постиг истину, обрел счастье, полноводна река-сердце.

Все грехи [мои] легко ⁽²²⁾ исчезли, как [только я] встретил Господина.

5.27. «[Если даже] не будет ни земли, ни неба, ни воздуха, ни воды, ни звезд,

То [все равно] будет Хари и слуги Хари», – roворит Кабир в раздумье.

5.28. В тот день, когда не было иллюзорной вселенной ⁽²³⁾, не было ни базара, ни торговли.

[Но] был Кабир, слуга Рамы, который созерцает видимый и невидимый мир.

5.29. Обрел постоянство, душа стала стойкой – истинный гуру оказал мне помощь.

Он рассказал историю Единственного, в [моем] сердце [поселился] властитель трех миров.

5.30. Соединился с Хари, [и] остыл ⁽²⁴⁾, исчез жар заблуждений.

Дни [и] ночи утопаю в радости, [с тех пор] как Ты появился внутри [меня].

5.31. Душа внутри тела [обрела] покой, [но] внешне [это] состояние невозможно выразить.

Пламя превратилось в воду, и [она] затушила огонь страстей.

5.32. Познал сущность [Всевышнего], забыл о теле, когда душа сосредоточилась [на Раме].

Жар прошел, [я] остыл, когда совершил омовение в шунье ⁽²⁵⁾.

5.23. Тот, кто обрел [Всевышнего], исполнен восторга – [он] отведал вкус [сока Рамы] ⁽²⁵⁾.

Получил редкую Жемчужину, [которую] мир тщетно ищет.

5.34. Кабир: сердце стало стойким ⁽²⁷⁾ [я] получил плод Всевышнего ⁽²⁸⁾.

[Я] искал [его] в океане, [а] Алмаз попал [прямо] в руки.

5.35. Когда был я, то не было Хари; сейчас есть Хари, но нет меня.

Исчез мрак [невежества], когда [я, взяв] светильник [прозрения], заглянул внутрь себя.

5.36. Тот, кого я искал, пошел мне навстречу.

[Но] не отличается чистотой супруга, [а] Возлюбленный чист ⁽²⁹⁾ – как я могу коснуться [его] стоп?

5.37. Того, кого я искал в другом месте, нашел в своем доме.

Он стал моим [Другом] – кого позову другого?

5.38. Кабир: увидел одну часть — о величии [ее] невозможно рассказать.

Знакомство [со Всевышним]—словно [ослепительный свет параса] ⁽³⁰⁾, [которым] наполнены [мои] глаза.

5.39. [Озеро]-сердце наполнено [чистой] водой бхакти, лебеди ⁽³¹⁾ резвятся в нем.

[Они] клюют жемчуг спасения ⁽³²⁾: отныне [они] никуда не улетят [отсюда].

5.40. Грохочет небо, идет дождь амриты ⁽³³⁾, цветут банан и лотос [тысячелепестковый] ⁽³⁴⁾.

Там почитают [Бога] Кабир или преданные слуги.

5.41. Храм без фундамента, Божество без тела,

Там поселился Кабир и служит Невидимому.

5.42. Двери, ведущие в храм, узки, подобно кунжутному семени ⁽³⁵⁾.

Есть листья, вода [и] почитающий [Всевышнего].

5.43. Кабир: расцвел лотос, взошло безупречное солнце.

Мрак ночи исчез, [повсюду] звучит рог [любви].

5.44. Звучит рог [любви], струится амрита— [я] получил знание Брахмы.

Внутри проявился Всевышний, [зто состояние] — размышление о любви [к Всевышнему].

5.45. Небесный колодец ⁽³⁶⁾ перевернут отверстием вниз, панихари ⁽³⁷⁾ из колодца [черпает воду].

Эту воду ⁽³⁸⁾ пьет лебедь, мало подобных ему, думающих [о Боге].

5.46. Кто смотрит в сторону Шивы и Шакти ⁽³⁹⁾, [тот] видит [лишь] столб пыли на западе.

Лев построил [себе] жилище на воде, [а] рыба взобралась на пальму.

5.47. Излился дождь амриты, пророс Алмаз, раздается ясный звук [рога любви].

Ткач-Кабир стал Пророком [и] без страха перешел [океан бытия].

5.48. Что может сделать себялюбие, если любовь отворила врата [к Богу]?

Достиг встречи с Милосердным – боль превратилась в радость!

⁽¹⁾ о знакомстве [с Богом] – в тексте parisaya (букв. ""знающий", "знание", "знак", "признак", "особенности", "знакомый"). У Кабира "знакомство с Богом" означает внутреннее откровение, своего рода мистическое ощущение единства бхакта с Богом.

⁽²⁾ красавица – душа преданного бхакта; "супруг" – олицетворение Божества. Здесь традиционная для бхактов (а также для суфиев) аналогия между стремлением к Богу и любовным влечением и отождествление союза с Богом – с брачным союзом. Ср. "Глава о прекрасной [возлюбленной]" ⁽⁵²⁾.

⁽³⁾ чудесный сеет – Кабир проповедовал любовь к Божеству, не имеющему никаких форм, лишенному каких-либо качеств (ниргуна); он не признавал Раму как персонифицированное (сагуна) божество.

⁽⁴⁾ Парабрахма – букв, "дальний", "отдаленный". В индийской философии имеет также вертикальный смысл: "высокий", "небесный", "божественный"; у Кабира – эпитет Всевышнего, Абсолюта.

⁽⁵⁾ Кабир – араб. "великий", у мусульман – один из постоянных эпитетов Аллаха, которым поэт пользуется наряду с именами индуистских богов для обозначения Всевышнего.

⁽⁶⁾ оставив ограниченное – т.е. мир иллюзий, майи.

⁽⁷⁾ лотос, который цветет без цветов – метафора, весьма популярная в средневековой поэзии, особенно для секты натхпантх, символизирующая Всевышнего.

⁽⁸⁾ душа-пчела – традиционная индийская метафора. Ср. в "Махабхарате" [11, с. 190].

⁽⁹⁾ нет и капель [дождя] Свати – т.е. нет условий, при которых зарождается жемчуг. Ср. примеч. 10 (2.7).

⁽¹⁰⁾ шунья (sunya, букв, "пустой", "лишенный") – философский термин. Например, философы Махаяны (школы мадхьямиков) в своей доктрине шуньявыда рассматривали вселенную как шунью, т. е. пустоту.

В понятиях же хатха-йоги "шунья" означает место, где реализуется состояние единства с Божеством. У Кабира шунья часто выступает как эквивалент Рамы, или обители Рамы.

⁽¹¹⁾ Согласно хатха-йоге, выражение "солнце (pingala nadi) растворилось в луне" (ida-nadi) означает состояние единения с Божеством, которое достигается путем овладения дыханием.

⁽¹²⁾ муни (букв. "вдохновенный") – термин, которым с ведических времен обозначались окруженные ореолом святости мудрецы и подвижники. У Кабира муни, являясь носителем ортодоксальных верований, противостоит санту, как заблуждающийся – просветленному.

⁽¹³⁾ См. примеч. 19 (2.19).

⁽¹⁴⁾ рот полон аромата мускуса – символ имени Рамы, которое вслух, губами поминает истинный бхакт.

⁽¹⁵⁾ Ниранджана (nir-anjan) – букв. "непорочный". Этот термин часто встречается в йогической литературе, где он значит "Абсолют". В традиции секты натхов "ниранджан" – это Брахман, а также мистическое состояние, к которому стремятся йоги. У Кабира Ниранджан – эквивалент Рамы.

⁽¹⁶⁾ В тексте: man – "душа" – в традиционно-философском употреблении. См. манас, примеч. 9 (2.7).

⁽¹⁷⁾ В тексте: unman – Мировой дух, Абсолютная душа, именно с ним человеческая душа стремится к мистической транспозиции.

⁽¹⁸⁾ Соль растворяется в воде, а вода исчезает в соли – состояние полного слияния с Божеством. Ср. подобную символику в "Чхандогья упанишаде" [48, 117].

⁽¹⁹⁾ Двустишие можно истолковать так: страх перед рождениями, внушенный мне наставником в вере, заставил меня забыть весь видимый мир и обратить мысли к Раме. В результате душа моя слилась с мировым духом, подобно тому как градины, вначале существующие обособленно, затем тают и с потоком воды вливаются в озеро.

⁽²⁰⁾ Здесь, как и в (22.10), "воры", а также "пять недругов" (13.21) и "пять пехотинцев" (45.3) символизируют пять видов дурных страстей: страсть (kama) гнев (krodhe), горячность (mada), алчность (lobha), заблуждение (moha) [75, 69]. Ср. в "Дхаммападе" (12, 121): "Отсеки пять, откажись от пяти, стань выше пяти; Бхикшу, преодолевший пять привязанностей, называется "Пересекший поток".

⁽²¹⁾ Образ птицы у Кабира символизирует душу человека (птица без клюва – душа), стремящуюся освободиться от мирских страстей и желаний. Ср. замечание Р. К. Шармы [116, 72]: "Движение птицы в небе выражает идею полной свободы". Ср. в "Дхаммападе" [12, 74]: "... их удел – освобождение от желаний и условий. Его стезя, как у птиц, трудна для понимания".

⁽²²⁾ В тексте – сахадж (sahaja), букв. "мистический транс". Кабир заимствовал понятие "сахадж" у натхпантхов, но употребляет его в различных значениях В одних случаях этот термин поэт идентифицирует с Высшим божеством Рамой и состоянием полного слияния с ним, см., например, Глава 21 (1-24), в других случаях мистическое понимание этого термина исключается и очо означает "легкий", непосредственный", "естественный", "обыденно простой", ср. 5.26; 13.1; 21.3. Подробно см. [50, 240]. В данном случае уместно именно одно из этих значений – "легко".

⁽²³⁾ См. примеч. 21 (2.24).

⁽²⁴⁾ остыл – в смысле "обрел покой". Познав сущность Мировой Души (Брахмана), душа человека обрела покой, отрешилась от мирских забот, порождаемых иллюзорным миром (майей), в огне которых горят суетные смертные. См. также 5.31; 5.32; 5.33.

⁽²⁵⁾ См. примеч. 10 (5.8).

⁽²⁶⁾См. примеч. 17 (2.17).

⁽²⁷⁾ Значение выражения "стало стойким" (syabatibhayu) не совсем ясно. В одном случае оно может пониматься как svati (капля дождя Свати, благодаря которой в раковине появляется жемчуг). П. Сингх считает его производным от sabut "целый", "полный" [59, 110]. Ш. Водевиль употребляет это слово в значении "стойкий", непоколебимый", "неделимый". Ср. (121.106). Мы считаем, что syabati – искаженное sthapita, букв, "определенный", "установленный".

⁽²⁸⁾ В тексте: Самаратха (букв. "способный", "могучий", "сильный"); у Кабира – эпитет Рамы.

⁽²⁹⁾ См. примеч. 2 (5.1).

⁽³⁰⁾ парас – в данном случае философский камень, выступает как символ Рамы.

⁽³¹⁾ Образ лебедя – символ освобожденной от мирских страстей души человека. Ср. подобную символику в "Дхаммападе" (12, 89): "Лебеди путешествуют тропою солнца; они путешествуют по небу с помощью иддхи (мистического транса. – Н. Г.). Мудрые уходят из мира, победив Мару с его воинством". Обычно мудрый человек сравнивается с лебедем. Существует легенда, что лебеди, резвясь в священном озере Мансаровар, обрели необыкновенный дар – умение отделять молоко от воды.

⁽³²⁾ Здесь Кабир развивает концепцию спасения, или освобождения, заложенную в упанишадах и продолженную в "Бхагавадгите": "освобождение" достигается через преданную любовь к Всевышнему. Верховное божество "освобождает" адепта от тягостных уз земного существования и тем самым спасает от вечного колеса перерождений.

⁽³³⁾ См. примеч. 28 (2.31).

⁽³⁴⁾ Согласно йогической символике, небо, небесный свод – это шунья, где очищается амрита. Лотос тысячелепестковый и банан у Кабира символизируют Божество.

⁽³⁵⁾ Соотнося размер двери с кунжутным семенем – традиционным символом мизерности, Кабир подчеркивает, насколько трудно стать истинным бхактом и достичь слияния с Божеством. Вторую часть двустишия надо понимать так. У человека есть все, что необходимо для почитания Всевышнего: дары,

приносимые Божеству ("листья", "вода"), и он сам – почитающий ("пуджана-хар"). Здесь отражена основная доктрина философии бхакти, согласно которой Бог внутри человека, а не в местах паломничества и храмах. В "Адигрантхе" [11, 58] вместо "дверей", ведущих в храм, – двери спасения.

⁽³⁶⁾ Согласно системе хатха-йоги, "небесный колодец" (сахасрадал, или шунья-мандала) – точка, находящаяся в верхней части черепа, где реализуется состояние единения с Божеством, достигаемое благодаря контролю над дыханием.

⁽³⁷⁾ панихари – букв. "черпающий воду", "водонос".

⁽³⁸⁾ эту воду – имеется в виду раса (санскр. rasa). См. примеч. 6 к гл. III, "Введения".

⁽³⁹⁾ Видимо, Кабир имеет в виду тех, кто почитает Шиву и Шакти, т.е. сторонников шактизма и шиваизма. Он считает их поведение неестественным ("лев на воде", "рыба на пальме"), особенно при сопоставлении с амритой бхакти (5.47).

«Кто познал Брахмана, тот молчит. Рассуждения и аргументация существуют только пока не пришло познание (реализация) Абсолютного. Если вы растапливаете масло в сковородке над огнем, то как долго будет оно шипеть? Только пока в нем есть вода. Когда вся вода испарится, кипящее масло перестанет производить шум» Рамакришна

6.1. Кабир выпил нектар Хари,— и исчезла усталость.

Обожженный горшок ⁽²⁾ уже не ставят на гончарный круг.

6.2. Волшебный напиток ⁽³⁾ Рамы — сок любви, пьющий [его чувствует] бесконечную сладость.

Кабир: [Но] напиток трудно [получить, потому что] Калал ⁽⁴⁾ просит [взамен] голову.

6.3. Кабир: многие приходят к Калалу посидеть [и попить вина].

[Но лишь] тот испил [сока], кто взамен отдал голову. Если нет, то не выпил.

6.4. Знай, [если] выпил сок Рамы, опьянение никогда не пройдет.

Опьяненный слон ⁽⁵⁾ бродит [повсюду] — он не в состоянии совладать с собой.

6.5. Опьяненный слон не ест травы, душа [его] страдает от любви.

Связанный узами любви, [он] сыплет пыль на [свою] голову.

6.6. Опьяненный слон возлюбил [Бога], [он] победил [свои] желания.

[Он] опьянен амритой Рамы, обрел спасение при жизни.

6.7. В том пруду, где не тонет кувшин, купается слон, растирая себя.

Храм утонул с крышей, [но] птицы [все равно] страдают от жажды ⁽⁶⁾.

6.8. Я перепробовал все волшебные напитки, но ни один [из них] не может сравниться с [напитком] Хари.

[Если хоть] одна капля [его] попадет на кувшин, то все тело превратится в золото.

⁽¹⁾ См. Введение, с. 27, а также примеч. 17 (2.17).

⁽²⁾ Метафоры – "кувшин" (6.7), "глиняный горшок" (25.6), "деревянный горшок" (12.31), "необожженный горшок" (12.38); (12.39) – подчеркивают идею бренности человеческого бытия. В данном случае "обожженный горшок" символизирует "освобожденную" душу человека.

⁽³⁾ В тексте: расаин (rasain), санскр. rasayan – "эликсир жизни", "волшебный напиток".

⁽⁴⁾ Калал – калал, калавар – каста винокуров и продавцов спиртных напитков. Согласно интерпретации Ш. Водевиль, "сок любви" (она называет его ликером) сравнивается с народным напитком, который сами изготавляют и продают в своих лавках калавары [96, 226]. У Кабира – продавец напитка символизирует Раму (см. также термин "виночерпий" у суфиев).

⁽⁵⁾ "Опьяненный слон" – трафаретное сравнение в индийской литературе. Опьянение соответствует состоянию слона в брачный период течки. У Кабира этот образ соотносится с бхактом, погруженным в созерцание Божества и опьяненным этим созерцанием. В религиозной литературе, например в "Дхаммападе" (с. 114), символизирует неукрощенный дух.

⁽⁶⁾ Первая часть аллегории раскрывается следующим образом: мирской человек ("кувшин") не чувствует ("не тонет") любви к Раме ("пруд"). Истинный же адепт ("опьяненный слон") полностью посвятил себя служению Всевышнему ("совершает омовение"). Вторая строка может быть истолкована так: тело ("храм") погрузилось в "океан любви Рамы", но души адептов ("птицы"), не осознавшие свое единство с Рамой, не могут утолить своей жажды любви к Божеству.

«Кто познал Брахмана, тот молчит. Рассуждения и аргументация существуют только пока не пришло познание (реализация) Абсолютного. Если вы растапливаете масло в сковородке над огнем, то как долго будет оно шипеть? Только пока в нем есть вода. Когда вся вода испарится, кипящее масло перестанет производить шум» Рамакришна

7.1. Тело, что камандал ⁽¹⁾, [я] наполнил чистой [и] свежей водой [бхакти и знания].

Тело [и] душа пьют [ее] большими глотками, но жажда не покидает тела.

7.2. Душа перевернулась ⁽²⁾, встретилась с рекой [любви к Богу и] стала купаться в ней, очищаясь [от скверны сансары].

[Купаясь], в глубине [она] не нашла дна: «Ты бездонен, о Милосердный!»

7.3. [Везде] ищу тебя, о подруга ⁽³⁾, но Кабир исчез.

Как найдешь ту каплю, которая растворилась в Океане? ⁽⁴⁾

7.4. [Везде] ищу тебя, о подруга, но Кабир исчез.

Как найдешь Море, которое растворилось в капле?

⁽¹⁾ камандал – сосуд, в котором аскет держит воду. В данном случае "камандал" соотносится с телом человека, а "вода" – с душой.

⁽²⁾ душа перевернулась – в смысле "душа была убита". См. примеч. 17 (5.16).

⁽³⁾ о подруга! – обращение к душе.

⁽⁴⁾ капля – душа и Океан – Мировая душа. Эти образы связаны с идеей мистического слияния души адепта с душой Всевышнего.

«Пока индивидуальная душа имеет хотя бы самую маленькую привязанность к миру чувств и желаний, она не может достигнуть Брахма-джняны. Только тот истинный джняни, кто оставит одно за другим все мирские желания и чувственные удовольствия, говоря: «не это, не это», и затем почувствует Высшего Брахмана, достигнув состояни самадхи» Рамакришна

9.1. [Я] твержу пандитам ⁽¹⁾ [об этом удивительном зрелище], но никто не верит мне.

[Когда] я говорю [им], что я един со Всевышним, они очень удивляются [этому].

9.2. В сердце [человека] обитает Божество без тела, и все же никто не может видеть Его.

Говорит Кабир: «О святой, я удивляюсь тому, [что люди не могут достичь Его]».

⁽¹⁾ пандит – ученый-богослов.

[Пурушакара янтра. Рисунок на ткани. Раджастан. Конец 18 в. Частная коллекция.]

Пурушакара янтра. Рисунок на ткани. Раджастан. Конец 18 в. Частная коллекция.

«Джнянин идет настолько далеко, что постигает, что Брахман есть абсолютная Реальность, а все феномены – нереальны. Виджняни идет еще дальше и чувствует больше. Он видит, что крыша и ступеньки сделаны из одного и того же материала. Очень немногие люди могут стоять на крыше (царство Абсолютного). Все те, которые достигли состояния самадхи, должны вернуться потом в более низкие сферы. Они не могут держаться на этой высоте, точно так же, как никто не может долго тянуть самую высокую ноту. Чувство «я» притягивает человека вниз» Рамакришна

10.1. В том лесу, куда не забредает лев, не залетает птица, куда не достигают солнце и луна,

Обитает Кабир, [слившись с Рамой].

10.2. Колодец тысячелепесткового лотоса [наполнен] соком любви, [которую] беспрерывно пьет [бхакт],

Наполнив [ею из колодца] сосуд своей души с помощью журавля [любви] и веревки [растворения во Всевышнем].

10.3. Ганга и Джамуна находятся в сердце [человека], cахаджшунья служит им гхатом ⁽¹⁾.

Именно в том месте [душа] Кабира построилг себя] обитель, [а] мудрецы ищут [туда] дорогу.

⁽¹⁾ Двустишье содержит сложную систему философских категорий. Пункт между Гангой и Джамуной (Гангом и Джамной) географически соотносится с городом Праягом (Аллахабад) – местом слияния обеих рек, священным и почитаемым; гхата – "спуск к реке", "место, где берут воду и моются". В индуистской религиозной традиции – это места, где совершаются очистительные омовения, они привлекают много паломников. Сахаджшунья состоит из двух терминов: сахаджа (см. примеч. 23 (5.26) и шуньи (см. примеч. 22 (5.24), каждый из которых служит для обозначения трансцендентального состояния, когда адепт осознает свое единство с Высшей реальностью.

«Существуют разные пути, которые ведут к познанию (к реализации) абсолютного Брахмана. Путь джняни (то есть путь знания) так же хорош, как путь бхакти (то есть путь веры). Джняна-йога истинна, и точно также истинна и бхакти-йога. Существует еще путь бхакти, смешанный с джняной, который также истинен. Пока в человеке, стремящемся к Божеству остается чувство «я», «мой», «мне», до тех пор путь бхакти легче для него» Рамакришна

11.1. Кабир: «О мой, обладающий всеми достоинствами Господь! [Я] возлюбил только Тебя».

[Я] выкрашу зубы [свои] в черный цвет ⁽¹⁾, [если] буду разговаривать и смеяться с другим.

11.2. [О Возлюбленный!] Войди внутрь моих глаз, как только [Ты] войдешь, [я] тотчас же закрою [их].

[Я] не увижу [больше] никого, кроме Тебя, [и] никому не дам смотреть на Тебя.

11.3. [О Господь!] Во мне нет ничего моего, все, что есть, – Твое.

[Если] вручу тебе [мою жизнь и тело], что же останется мне?

11.4. Кабир: [я| покрасила пробор синдуром ⁽²⁾, каджал ⁽³⁾ мне ни к чему.

Мой Возлюбленный обитает в моих глазах, [и] нет там места другому.

11.5. Кабир: раковина моря взывает: «жажда», «жажда»!

В надежде на глоток воды дождя Свати она [целый] Океан считает малой каплей.

11.6. Я шел, чтобы обрести счастье [страдания в мире перерождений], но впереди встретил несчастье [разлуки со Всевышним].

О мирское счастье, распрощайся со мной, потому что я узналстрадания [разлуки с Божеством].

11.7. Я согласен на возмездие в аду ⁽⁴⁾, у меня нет страха перед ним.

[Но] без Тебя, о мой Возлюбленный, мне не нужен и рай ⁽⁵⁾.

11.8. Кто познал Единственного, тот познал все знания.

Кто не познал Единственного, у того все знания – неведение.

11.9. Кабир: [если] не познал Единственного, то к чему все знания.

Все происходит от Единственного, но не из всего произошел Единственный.

11.10. Пока существует корыстная любовь, служение Всевышнему бесполезно.

[Говорит] Кабир: как познаешь корыстной любовью бескорыстного Господа?

11.11. Единственная надежда — на Раму, все другое принесет разочарование.

[Человек] построил свой дом на воде ⁽⁶⁾, но все равно умирает от жажды.

11.12. Если душа предана [одному] Всевышнему, то она обретает спасение.

Тот же, кто играет сразу на двух дудках, заслуживает быть битым.

11.13. Кабир: пришел в век Калиюги ⁽⁷⁾, завел множество друзей.

Лишь тот, чье сердце связано с Единственным, спит счастливо и спокойно.

11.14. Кабир: я — собака Рамы, зовут меня Мутия ⁽⁸⁾.

На шее моей — ошейник Рамы: куда Рам потянет, туда и пойду.

11.15. [Если Хари ласкает меня] и зовет: «Эй, эй, сюда, я прижимаюсь к нему ближе; если гонит, то ухожу.

В каком месте Хари оставит меня, там остаюсь; что дает, то и ем.

11.16. Нет ни уверенности в душе, ни любовного настроя, ни [старых] привычек.

Как буду забавлять своего Возлюбленного при встрече с Ним?

11.17. Я— слуга Всевышнего, и [потому] никогда не буду в убытке.

Если преданная жена будет [ходить] нагой, то стыдно будет ее мужу.

11.18. Слушай, о любящий слуга, приветствуй Парамесура ⁽⁹⁾ в доме [своем], словно гостя.

Разнообразной [и вкусной] пищей угощая, возлюби [Его], чтобы Он никогда не оставил тебя.

⁽¹⁾ [я] выкрашу зубы [свои] в черный цвет – т. е. "я стану бесчестной". В Индии женщины древней профессии употребляют черный порошок (мисси) для подкрашивания зубов и губ.

⁽²⁾ синдур – свинцовый сурик, красная краска; употребляется, в частности, в свадебной церемонии: жених окрашивает ею пробор невесты при заключении брака. У последователей секты натхов и у Кабира красный цвет – символ супружеской верности.

⁽³⁾ каджал – ламповая сажа; символизирует мирские привязанности.

⁽⁴⁾ ад – в тексте: нарака ("обитель мучений"), куда на время может попасть душа умершего. Нарака имеет подразделения (обычно их двадцать одно, а иногда во много раз больше), различающиеся характером принимаемых там мук [15].

⁽⁵⁾ См. примеч. 7 (3.11).

⁽⁶⁾ построил свой дом на воде – т. е. в мире сансары.

⁽⁷⁾ См. примеч. 5 (1.5).

⁽⁸⁾ мутия – уменьшительное от моти (moti) – "жемчужина". Ш. Водевиль допускает здесь ассоциацию с термином "мукти" (mukti) ("освобождение", "спасение"), создающую характерную для Кабира антитезу: "ошейник Рамы – залог освобождения" [96, 108]"

⁽⁹⁾ Парамесура, Парамешвара – букв. "Высший бог", "Всевышний".

«Майя или Пракрити состоит из видьи и авидьи. Видья есть та энергия, которая ведет к Богу. Она проявляет себя истинным различием реального от ложного (вивека), отсутствием привязанности (вайрагья), верой в Бога и любовью к нему (бхакти, према). Авидья, наоборот, ведет ко всему земному. Эта энергия выражает себя в различных страстях, в желании богатства, почестей, в гордости, в работе из-за личных интересов, в эгоизме» Рамакришна

12.1. Кабир: [все] десять дней [жизни не забывай] 6ить в свои литавры ⁽¹⁾.

Ты больше не вернешься в этот город, в это селение, на эту улицу ⁽²⁾.

12.2. Кто бьет [только] в свои литавры, к дверям того привязан бешеный слон ⁽³⁾.

Без имени единственного Хари вся жизнь прошла напрасно.

12.3. [Человек], играя одновременно на дхоле, дамаме, дурабаре, саханаи, бхери ⁽⁴⁾.

Упустил случай [родиться человеком]—больше [он] не подвернется [тебе] снова.

12.4. В тех домах, где звучат семь звуков и раги ⁽⁵⁾,

Те дома окажутся пустыми, и в них поселятся вороны.

12.5. Кабир: жизнь коротка, [а люди] превратили [ее] в огромную арену для представлений.

[В конце концов] все уйдут из этого мира – раджа, бедняк или султан.

12.6. Наступит такой день, когда со всем придется расстаться.

О раджа, царица, правитель! Почему сейчас не заботитесь о будущем?

12.7. Кабир: караван остановился в городе ⁽⁶⁾, где пять воров ⁽⁷⁾ и десять дверей ⁽⁸⁾.

[Однажды] Ямарадж ⁽⁹⁾ разрушит [этот] город – [помни], поминай [имя] Творца.

12.8. Кабир: не гордись своей юностью.

Дерево палас ⁽¹⁰⁾ цветет четыре дня, [затем] становится сухим, как скелет.

12.9. Кабир: Не возносись, глядя на [свое] красивое тело.

Ты скоро расстанешься с ним, как змея со старой кожей.

12.10. Кабир: He возгордись, глядя на [свой] высокий дом.

Скоро будешь лежать в земле, а сверху вырастет трава.

12.11. Кабир: Не гордись собой и своим телом,

[Даже тому, кто сегодня восседает] на боевом коне, под царским опахалом, впереди [уготована] яма в земле.

12.12. Кабир: не возносись, [ведь] смерть [уже] схватила [тебя за] волосы.

Неизвестно, где умрешь – в [родном] доме или на чужбине.

12.13. Этот мир подобен цветку хлопчатника ⁽¹¹⁾.

Не обольщайся его ложью. Немного [дано тебе] для жизни.

12.14. Думай о рождении и смерти, брось презренные дела.

По какой дороге тебе [следует] идти, той дороги [и] придерживайся.

12.15. Без сторожа птицы съели урожай ⁽¹²⁾.

[Но] осталась [еще] часть урожая; если можешь думать [о том, как спасти оставшееся], то думай.

12.16. Кости горят, как дрова, волосы горят подобно траве.

Видя, как горит все это тело, Кабир стал печален ⁽¹³⁾.

12.17. Кабир: храм разрушился и порос могильной травой.

Каменщик, [строивший этот храм], ушел и не верется вновь ⁽¹⁴⁾.

12.18. Кабир: храм разрушился, кирпичи [его] заросли могильной травой.

Возлюби этого Каменщика так, [чтобы этот храм] не разрушился во второй раз.

12.19. Кабир: этот дорогой храм украшен алмазами и рубинами.

Но зрелище [это] – на несколько дней: завтра же [это все] исчезнет.

12.20. Кабир: собрав щепотку праха, завязали в узелок – [вот так выглядит наше тело].

Но зрелище [это] – ненадолго: в конце концов прах [снова станет] прахом.

12.21. Чисты [помыслами], кто работает; не трудясь, не станешь чистым.

[Но] те люди уничтожают себя, которые в мирских делах не размышляют о Боге ⁽¹⁵⁾.

12.22. Кабир: [человек живет в миру, словно] спит ночью с открытыми глазами.

[Ему снится, что] он грабит несметное богатство, однако, проснувшись, [понимает], что ничего не приобрел.

12.23. Кабир: ночью, во сне [неведения] я чувствую, что душа и Всевышний различны.

Когда сплю – чувствую двойственность, просыпаюсь – [вижу], что [моя душа и Всевышний] едины.

12.24. В этом мире много неразумных людей.

[Они] не знают [о величии] имени Рамы и вводят мир в заблуждение.

12.25. Что [мы] совершили [хорошего], придя в этот мир?

Что расскажем, уйдя [из него]?

[Мы] в этом мире не остались, промотав все [свое] состояние.

12.26. Напрасно пришел [в этот мир тот], кто привязан к мирскому бытию.

Впал в заблуждение [и] беспечность, из-за глупости [своей] потерял цену [жизни].

12.27. Кабир: без любви к Хари жизнь в этом мире – презренна.

Она, словно башня из дыма, которая моментально рассеивается.

12.28. Те [люди] не верны Хари, которые забыли воспеть достоинства Рамы.

Творец их сделал цаплями, которые [от стыда] склонили голову к воде.

12.29. [Твое положение такое же, как у] глины, [которую] гончар мнет [и она] терпит удары [ногами].

[Ты] не думал о [таком своем] положении и упустил случай [получить свободу].

12.30. Не думал о своем положении, словно животное питал [свое] тело.

Не осознал значение бхакти, в конце концов рот оказался наполненным прахом.

12.31. Не понял имени Рамы, погряз во множестве грехов.

А ведь тело [твое] – не деревянный горшок, вторично [на огонь] не поставишь.

12.32. Не узнал имени Рамы — потерял самое главное.

Растратил [свои] силы в мирских хлопотах, в конце концов рот оказался наполненным пылью.

12.33. Не понял [смысла] имени Рамы, [лишь] вырастил большую семью.

Умер в мирской суете, и не осталось [от тебя] даже эха.

12.34. Не просто родиться человеком – не станешь им в новом рождении.

Так плод, созрев, падает на землю [и] не может снова прорасти.

12.35. Кабир: возлюби Хари, оставь пристрастие к мирским соблазнам.

[Ведь] счастье родиться человеком не подвернется второй раз.

12.36. Кабир: это тело разрушится— [поспеши] выбрать путь:

Или служи святым, или прославляй [имя] Гобинда ⁽¹⁷⁾.

12.37. Кабир: жизнь уходит зря, попытайся вновь стать человеком.

[Ведь] с голыми руками ушли те, у кого были миллионы и тысячи ⁽¹⁸⁾.

12.38. Это тело подобно необожженному горшку, [который] терпит удары со всех сторон.

Без имени единственного Рамы исчезнет [это тело].

12.39. Это тело подобно необожженному горшку, [который ты] всюду берешь с собой.

[Но он однажды] разобьется от удара, [и] ничего не останется [от него].

12.40. Не позволяй [своему] телу следовать желаниям, изо дня в день [эта] болезнь разрушает [тебя].

Кабир питает любовь к Раме [как] к единственному спасителю от жара мирских страстей.

12.41. Кабир: устрани нз души своей две вещи:

Алчность и гордыню — из-за них не теряй самого основного.

12.42. Один столб, два слона: как привязать [двух слонов] к дверям?

Будешь себялюбивым, не [достигнешь] Возлюбленного, [достигнешь] Возлюбленного, значит, истребишь гордыню.

12.43. Забыл веру ради мирской [суеты], но люди не пошли [с ним] после [его] смерти ⁽²⁰⁾.

[Так], заблудший [своей] собственной рукой отсек [себе] ноги топором.

12.44. Это тело превратилось в лес, карма ⁽²¹⁾ стала топором.

[Так] мы изрубили самих себя,— говорит Кабир в раздумье.

12.45. Если утратишь родство с миром – обретешь истинную связь [с Господом], а сохранишь родственные связи с миром – лишишься Истинного.

Обрети, безродный, родство с Рамой ⁽²²⁾, все родство воплощено [в Нем].

12.46. Умерли [люди], обманутые мирскими соблазнами, кто гордился своим родом.

[Но] каким родом будешь гордиться, когда [тебя] понесут на кладбище.

12.47. [Этот] мир – горшок несчастий, до краев наполненный страстями.

Без милости Аллаха и Рамы – живот пуст от [горошины] кулатхи ⁽²³⁾.

12.48. О Кабир! Не связывай [себя] той веревкой, какой связан мир.

[Иначе] тело, подобное золоту, исчезнет, как coль в муке.

12.49. Слушают, говорят и уходят из мира [люди, занятые] мирской суетой, не думают о смерти.

[Только один] Кабир полными пиалами пьет расалу ⁽²⁴⁾ любви к [Раме].

12.50. Кабир: не открывай тайну своей любви [суетному] человеку.

Открой тайну [души] такому [человеку], [который] идет по пути к безграничному [Господу].

12.51. Кабир: не покидай [прибежища] Рамы.

[Иначе] подобно железу, [которое находится] между наковальней и большим кузнечным молотом, получишь по голове.

12.52. Кабир: произноси только [имя] Рамы, в страданиях и бедности поминай [имя Рамы].

Утопи порочную гордыню, [которая] завтра обернется тяжким бременем.

12.53. Что с того, что моешься и постоянно стираешь одежду?

Стал [внешне] чистым — еще не обрел спасение, [nоэтому] не пребывай в счастливом сне.

12.54. [Люди] носят чистую одежду, жуют пан ⁽²⁵⁾, супари ⁽²⁶⁾,

[Но] без имени единственного Хари связанными пойдут в Джампур ⁽²⁷⁾.

12.55. У тебя нет [настоящего] друга – все заботятся лишь о себе.

Пока в душе не зародится любовь [к Всевышнему], душа не достигнет спасения.

12.56. [Моя] мать – чужая ⁽²⁸⁾, отец —чужой, я тоже чужой среди них.

[Мы встретились случайно] в лодке, плывущей по реке [мирского бытия].

12.57. Здесь – чужой дом, там – наш собственный дом. [Сюда] мы пришли на базар, [чтобы] заняться торговлей.

Продав плоды своих дел, [мы] уходим безвозвратно.

12.58. Пряди [свою] тонкую нить с большим тщанием и [тогда] продашь [ee] за дорогую цену.

Покупателем будет [сам] раджа Рама, никто другой [и] близко не подойдет.

12.59. Совершай бег по неровной лесистой местности, не пребывай в счастливом сне.

За прошлые заслуги [ты] получил тело, [так] не потеряй [его] напрасно.

12.60. Повторять «я», «я» – тяжкая болезнь, [если] можешь, избавься от нее.

О подруга! До каких пор можно хранить огонь, завернутый в вату? ⁽²⁹⁾

12.61. Не говори «я», «я», «мой», «мой» – это главная причина гибели.

«Мой» – оковы на ногах, «мой» – петля на шее.

12.62. Кабир: лодка ветхая, лодочник – грешник.

Самые легкие [лодки] переплыли; потонули нагруженные доверху ⁽³⁰⁾.

⁽¹⁾ литавры – в тексте: наубати (араб. naubat) – устанавались в специальном помещении у подъезда в крепость или во дворец индийских феодалов, а также на дверях богатых людей; их боем отмечалось время. Первую строку можно понимать как рекомендацию следить за часами своей быстротечной жизни и не тратить их попусту.

⁽²⁾ В "Адигрантхе" [11, 80] вторая строка гласит: ["Наша жизнь"] – словно встреча на лодке [у перевозчика через] реку – больше встретиться не доведется".

⁽³⁾ Объятый гордыней дух ( "бьющий в литавры" см. [96, 127]) уподобляется слону, которым в пору спаривания овладевает бешенство.

⁽⁴⁾ дхол – народный инструмент; имеет форму удлиненного барабана; его кладут на плечо и играют на нем, одновременно пританцовывая. Дамама – большой барабан. Дурабар – маленький барабан, разновидность тамбура, на котором играют палочками, повесив себе на шею. Саханаи, или шаханаи (перс, sah-nai), – разновидность индийской флейты; сделанная из бамбука флейта отличается превосходным качеством звучания. Бхери – большой военный барабан. Подробно об инструментах см. [1].

⁽⁵⁾ Семь звуков – имеются в виду семь нот, составляющих гамму раги; рага – букв. "цвет", "оттенок", "тон", "мелодия", "мотив". В более широком смысле рага – это строгая мелодическая схема, которая является исходной для создания произвольного музыкального образа. Набор paг чрезвычайно разнообразен: существуют раги настроений, раги, связанные с различным временем суток, сезонами года, например, "басант" – для весны, "калахар" – для сезона дождей и т. д.

⁽⁶⁾ Здесь аллегория: город символизирует преисполненное страстями тело человека с десятью органами.

⁽⁷⁾ См. примеч. 20 (5.19).

⁽⁸⁾ См. примеч. 23 (2.26).

⁽⁹⁾ См. примеч. 15 (2.14).

⁽¹⁰⁾ палас – дерево (Butea Frondosa); пышно цветет, но дает некрасивые и несъедобные плоды; символ бесполезного существования.

⁽¹¹⁾ "цветку хлопчатника" – хлопчатник (сенбал, самал, Selmania Malabarica) цветет яркими цветами. Символ соблазна для попугая, не знающего, что внутри нет плода.

⁽¹²⁾ съели урожай – букв. "съели поле". Аллегория раскрывается следующим образом: без наставлений истинного гуру ("сторожа") земные страсти ("птицы") уничтожили в душе человека любовь к Всевышнему ("съели урожай"). Но еще есть время и, если хочешь спасти свою душу, то иди путем любви к Всевышнему.

⁽¹³⁾ Согласно религилзному обычаю индуистов, тело покойника подвергается кремации. Картина кремации и побудила Кабира напомнить своим последователям о бренности человеческого тела. См. вторую строку в "Адигрантхе" [11, 36]: "Видя, как горит этот мир, Кабир стал печален".

⁽¹⁴⁾ Аллегория: "храм" – тело; "каменщик" – Всевышний. Мысль такова:возлюби Творца, чтобы не попасть в водоворот сансары. Ср., однако [12, 185]: "Строитель дома – имеется в виду желание, жажда (tanha) – одно из важных понятий в буддизме. Желание жить вовлекает в свою сферу все новый жизненный материал и строит из него новые формы бытия (цепьць рождений, привязывающая к колесу существования)".

⁽¹⁵⁾ В этом двустишии отражена основная этико-философская мысль Кабира – в действии, в труде поминать Бога и тем самым достичь единения с Ним.

⁽¹⁶⁾ Кабир имеет в виду исключительность рождения в облике человека. Ср. 12.3.

⁽¹⁷⁾ См. примеч. 11 (1.13).

⁽¹⁸⁾ Ср. вторую строку в "Адигрантхе" [11. 27]: "Ведь босыми ушли те, у кого [было богатство на] лакхи и кроры".

⁽¹⁹⁾ Один, столб, два слона: как привязать [двух слонов] к дверям – смысл этой аллегории таков: "у тебя одна душа ("столб"), как совместишь в одной душе и любовь к Раме и гордыню?" ("два слона")?

⁽²⁰⁾ Т.е. умирая, человек лишается свосвго veotcndf b gрочих мирских благ.

⁽²¹⁾ В соответствии с учением о карме, все добрые и злые дела, совершаемые живым существом, предопределяют последующую форму его существования. См. примеч. 19 (2.19).

⁽²²⁾ Обрети, безродный, родство с Рамой – т. е. отрешись от связи с миром. В тексте: кул – "род", "семья", а также "племя", "каста".

⁽²³⁾ кулатхи – сорт бобовой культуры (Doliches Uniflarus), стручок которой содержит одну-единственную горошину.

⁽²⁴⁾ расала – санскр. rasala – простокваша с сахаром и специями.

⁽²⁵⁾ пан – жевательная смесь слабого наркотического действия. Лист бетеля смазывают раствором извести и соком каттха (Mimosa Catechu), посыпают толчеными орешками арековой пальмы (Areca Catechu) и другими пряностями.

⁽²⁶⁾ супари – бетелевый орешек (плод пальмы Areca Catechu) коричневого цвета, сладкий на вкус. Используется для жевания как в составе пана, так и в чистом виде.

⁽²⁷⁾ Джампур (Ямпур) – в индийской мифологии обитель Ямы, бога смерти и правителя царства мертвых. Согласно индуистским верованиям, сюда направляются души умерших для определения их дальнейшей судьбы, диктуемой кармой. Приговор им выносит Яма, отсюда его эпитет Дхармараджа – "царь справедливости", "владыка закона". Ср. примеч. 15 (2.14).

⁽²⁸⁾ чужая – т.е. временно живущая в этом мире.

⁽²⁹⁾ хранить огонь, завернутый в вату – значение этого выражения не совсем ясно. Ш. Водевиль трактует его как "мудрость несовместима с эгоизмом и чувственностью". Ср. [96, 146]. Мы предполагаем следующий смысл того выражения: эгоизм человека возрастает, становится все сильнее.

⁽³⁰⁾ Аллегория: "море" – мирское существование; "лодка, нагруженная тяжелым вьюком грехов" – тело; "лодочник – грешник" – душа.

«Нет ничего ценного в простом книжном знании. Человек должен изучать книги только для того, чтобы найти пути, по которым может быть достигнут Абсолютный Брахман» Рамакришна

13.1. Не следуй желаниям своей души, избавься от них.

Подобно тому как необработанная нить на веретене обматывается вокруг его оси, так и твоя неопытная душа соединяется [со Всевышним].

13.2. Изгони из сердца мирские заботы, не думай ни о чем.

Подави [свои] желания, и [тогда ты] легко обретешь Господа.

13.3. [Мирские] желания употреблю на топливо, [сожгу] душу[свою] и превращу в пепел.

Буду скитаться всюду, как йог, [в поисках Всевышнего]; таким образом, [я] спряду нить [благих деяний].

13.4. Кабир: узка дорога [к Богу], а душа алчна, словно вор.

[Она] поглощена восхвалением [имени Рамы], одна в ней же [есть и] другие [желания].

13.5. Кабир: умерщвлю [непостоянную] душу [свою], [разрублю] на мелкие кусочки.

[Если] сначала засеял грядку [мирских страстей], почему теперь сожалеешь, собирая [урожай]?

13.6. Сделав душу [свою] невосприимчивой [к сансаре], увижу невидимое Божество.

Пусть горячие угли падут на мою голову, если я не посвящу себя служению Всевышнему.

13.7. Душа понимает все [и], зная, поступает дурно. Велика ли удача [иметь в руках] лампу, [если так или иначе суждено оступиться] и упасть в колодец.

13.8. Внутри сердца есть зеркало ⁽¹⁾, но лица [Всевышнего] не видно.

Лик [этот] можно увидеть лишь тогда, когда сомнения покинут сердце.

13.9. Отдал [свою] душу, получил душу Господа, без [Всевышнего] нет души человеческой.

Моя душа растворилась в душе Всевышнего, как вселенная растворилась в эфире и огне.

13.10. Душа —Горакх ⁽²⁾, душа — Гобинд ⁽³⁾, душа — великий йог.

Тот, кто владеет своей душой, может стать caмим Божеством.

13.11. Я сделал своим Другом того, чья голова украше красным тюрбаном.

[Этот красный цвет такой глубокий], что если бы все прачки мира умерли [от усердия], стирая [эту ткань], [и тогда бы] цвет ⁽⁴⁾ [ее] не поблек.

13.12. [Кто] жиже воды, тоньше дыма, стремительнее ветра.

Того Кабир сделал своим Другом ⁽⁵⁾.

13.13. Кабир: [я] обуздал своего коня ⁽⁶⁾, взяв в руки плеть ⁽⁷⁾.

Пока не кончился день, встречу Всевышнего, [а] потом пусть наступает ночь.

13.14. Душа поселилась между небом и землей и стала тонкой.

В созерцании Господа [она] обрела истинное знание итеперь никогда не расстанется с ним.

13.15. Не обуздал душу [свою] [и поэтому] не смог победить пять [дурных страстей] ⁽⁸⁾.

[У такого человека] нет ни добродетелей, ни истины, ни веры – сегодня же избавься от [своих] желаний.

13.16. Кабир: душа погрязла [в мирских] страстях, пресытилась [мирскими] удовольствиями.

Теперь, когда она уже насытилась недозволенным, как ты овладеешь ею?

13.17. Кабир: душа стала беззаботной, не поминает [имя Всевышнего].

[За это она] будет терпеть ужасные муки в царстве Ямы.

13.18. В одно мгновение накопил миллион дурных дел, [потому что] душа отведала вкус мирских удовольствий,

Не слушала советов истинного гуру, и жизнь прошла напрасно.

13.19. Укроти [этого] бешеного слона — душу ⁽⁹⁾, окружив [его] со сторон.

Если [попытается] убежать, пригони [его] вновь анкушем ⁽¹⁰⁾.

13.20. Укроти [этого] бешеного слона – душу, [разруби] на мелкие кусочки.

[Только] тогда красавица ⁽¹¹⁾ обретет счастье, когда свет Брахмы засияет над ее головой.

13.21. Лодка сделана из бумаги, а в Ганге течет вода.

Говорит Кабир: как переплыву [его], если со мной еще пять недругов ⁽¹²⁾?

13.22. Кабир: куда ушла эта душа, которая была еще только вчера?

[Она] моментально исчезла, словно дождь, падающий с [вершины] холма.

13.23. [Человек, отрешенный от мира], словно мертвец, ничего не чувствует, моя душа тоже.

Но лишь заиграют на струнах грехов и страстей, оживает и мертвый.

13.24. Рыбу-[душу] разрезали на мелкие кусочки [и] подвесили в сетке [к потолку].

[Но] один лишь звук в душе [заставил ее] вновь прыгнуть в озеро [мирского бытия] ⁽¹³⁾.

13.25. Кабир: душа стала птицей и взлетела высоко в небо,

[Но] упала с той высоты в [сети] майи.

13.26. Двери бхакти узки, как десятая доля горчичного зерна.

Душа [же] подобна бешеному слону. Как пройти через них?

13.27. Почему не думал о том, что вершил [дурные] дела? Почему теперь жалеешь о содеянном?

Посадив дерево бабул ⁽¹⁴⁾, можно ли есть [сладкие плоды} манго? ⁽¹⁵⁾

13.28. Тело – храм, душа – знамя, [которое] трепещет на ветру мирских страстей.

Ушла душа, ушел [и] храм – так все разрушилось.

13.29. О душа, откажись от [мирских] желаний, [все равно] желания твои не сбудутся!

Если бы, сбивая воду, можно было бы получить масло, то никто не ел бы сухой хлеб.

13.30. Натяну [свое] тело, словно лук; из пяти элементов ⁽¹⁶⁾ сделаю стрелы.

Убью оленя – душу ⁽¹⁷⁾, а не то знание [о Боге] бесполезно.

⁽¹⁾ Уподобление зеркалу души человека известно было уже древнеэпической литературе: "Бог тот, кто лучше всех среди аскетов; дисциплинирован, одарен силой медитации, видит самого себя, как отражение в зеркале" См. [116, 115].

⁽²⁾ Горакхнатх – имя известного святого, основавшего секту натхов в VIII в. Во времена Кабира Горакхнатх якобы воплотился в знаменитого йога Горакхнатха, жившего в Бенаресе (XV-XVI вв..) и имевшего множество учеников. См. [84, с. 143]. Здесь возможен намек и на того, и на другого Горакхнатха.

⁽³⁾ См. примеч. 11 (1.13).

⁽⁴⁾ Красный цвет – символ преданной любви, цвет свадебного сари.

⁽⁵⁾ Имеется в виду Всевышний.

⁽⁶⁾ Метафора "конь", символизирующая дыхание, весьма популярна в поэзии натхов и сиддхов. Считалось, что с помощью дыхательных упражнений можно достичь единства с Божеством. У Кабира же "конь" символизирует душу аскета. См. свидетельство Р. К. Шармы [116] о том, что в древнеиндийском эпосе "кони" символизируют органы чувств человека. Ср. также "Дхаммападу" [12, 74]: "Чувства у него спокойны, как кони, обузданные возницей. Он отказался от гордости и лишен желаний".

⁽⁷⁾ плеть – любовь к Раме; соотносится с идеей сдерживающей и управляющей силы.

⁽⁸⁾ См. примеч. 20 (5.19).

⁽⁹⁾ См. примеч. 3 (12.2).

⁽¹⁰⁾ анкуш – металлический крюк, с помощью которого погонщик управляет слоном. Ср. "Дхаммапада" [12, 115]: "Этот ум бродил прежде, блуждая, как ему хочется, как ему нравится, как ему угодно. Теперь я его полностью сдержу, как погонщик – взбесившегося слона".

⁽¹¹⁾ Ср. примеч. 2 (5,1).

⁽¹²⁾ См. примеч. 20 (5,19).

⁽¹³⁾ Двустишие аллегорично: душа отрешилась от иллюзорного мира, отдавшись целиком служению Раме. Но, поддавшись влиянию соблазнов мира иллюзии, она вновь вернулась в водоворот мирской жизни. Ср. 13.25.

⁽¹⁴⁾ бабул – акация (Mimosa Arabica). Это дерево не дает цветов и не дает тени, поэтому является символом бесполезности. У Кабира – символизирует дурные дела, совершаемые человеком.

⁽¹⁵⁾ Плоды манго в данном контексте – символ счастья, соединения с Всевышним.

⁽¹⁶⁾ из пяти элементов – имеются в виду земля, вода, огонь, воздух и небо.

⁽¹⁷⁾ олень – это человек в мирском бытии или его душа, которая является активным посредником между ним и миром бытия.

«Возьмем священную книгу Бхагавадгита. Чему она учит?.. Главная истина, которой учит Бхагавадгита, заключается в следующем: «О, джива, отказавшись от привязанностей к земным вещам и земным наслаждениям, борись для того, чтобы достигнуть Бога» Рамакришна

14.1. Скажи, как узнать, из какой страны пришла cюда [эта душа]?

Не найдя той дороги, [которая ведет к Всевышнему], душа сбилась с пути [и теперь] блуждает в этом [мире].

14.2. Оттуда еще никто не возвращался, у кого спрошу, как туда добраться?

Все [люди] ушли отсюда, нагруженные [тяжелым грузом].

14.3. [Я] спрашиваю у всех, как надо жить, [но] ни не может сказать [мне этого].

[Если люди] не любят Раму, [то] как могут [они] жить [в этом мире]?

14.4. Все говорят: "идем", "идем", но меня охватывает сомнение,

[Если они] не знакомы с Господином, [то] куда они пойдут?

14.5. Нет места, куда идти; нет места, где жить.

Говорит Кабир: о святые, дорога к Непостижимому иная.

14.6. Кабир: труден путь [к Всевышнему], не каждый постигнет его.

Кто дошел [до Всевышнего], тот не вернулся. Кто кажет дорогу туда?

14.7. [Истинная] обитель бхакта Кабира на вершине [горы], дорога туда трудна и опасна.

Туда, [где] не удержится [даже] муравей, хочет взобраться нагруженный доверху вол ⁽¹⁾.

14.8. Куда не может взобраться муравей, где не удержится и горчичное зернышко,

[Куда] не может долететь душа и ветер, туда дошел [Кабир].

14.9. Кабир: трудна дорога, все мудрецы, устав, сели [отдохнуть].

[Но] Кабир дошел туда, вняв советам истинного гуру.

14.10. Боги, люди, мудрецы – все, устав, не могли дойти туда.

Один Кабир поселился там – такова [его] счастливая судьба.

⁽¹⁾ Смысл данного двустишья основан на реальном сравнении: по крутой или отвесной скале муравью легче взобраться, нежели волу. В традиционной символике йогов муравей – символ подвижника, постепенно и упорно идущего к Богу. Образ же вола, нагруженного (доверху) грузом, соотносится с невежеством и приверженностью к мирским страстям, которые лишь отдаляют человека от пути к спасению.

«Ум человека (все равно, святого или мирянина) должен быть свободным от всякой привязанности к миру. Только тогда будет очищено сердце и может быть почувствован Абсолют» Рамакришна

15.1. Кабир: душа не ведает о тайне неуловимого слияния с Господом.

Говорит Кабир: о душа, прогони ужасную смерть.

15.2. Дыхание покинуло тело, все говорят: "Он умер".

[Но] состояние быть мертвым при жизни ⁽¹⁾ [такое] непонятное, что никто не знает, [как это объяснить].

⁽¹⁾ См. примеч. 28 (1.26).

«…для обыкновенных же смертных почти невозможно удалить из себя это чувство «я», «мой», «мне». Сколько бы раз вы не обрезали ветви дерева ашваттха, пока корень цел, они будут вырастать заново. Подобным же образом вы можете стараться избавиться от чувства «я», но, пока корень жив, это чувство снова и снова будет возникать в вас. Даже после приобретения Брахма-джняны освободившаяся от рабства душа насильно возвращается в сферу «ахам», то есть в сферу чувства «я» Рамакришна

16.1. Кабир: мир – базар, вожделение – разбойник, майя – падшая женщина, [которая] сопровождает [его].

[О человек], крепко привяжись к стопам Хари, а не то [она] похитит твою жизнь.

16.2. Кабир: майя – грешница, которая раскинула [свои] сети на базаре.

Весь мир попал в [эти] сети, [один] Кабир разорвал [их и] ушел.

16.3. Майя – грешница, [которая] лаской увлекла [за собой] людей.

Никто не [успел] вдоволь насладиться [ею], как [она] разлучила их с [Рамой].

16.4. Майя – грешница, которая отвращает [от] Хари.

Она закрывает грешные уста [людей], не давая [им] произносить [имя] Рамы.

16.5. Понимаю, [что] поглощен поклонением Хари, но душа моя [полна] мирских желаний.

Майя-изменница разделила меня с Рамой.

16.6. Кабир: майя — чаровница, которая обвораживает [даже] самых известных мудрецов.

Они не могут спастись [даже] бегством – всех [она] поражает [своими] стрелами ⁽²⁾.

16.7. Майя – соблазнительница, сладкая, словно самый сладкий сахар.

[Но] истинный гуру оказал милость [и спас меня], а не то она превратила [бы меня] в шута.

16.8. Майя – чародейка, весь мир бросила под колеса [страстей].

[Только] те спаслись, которые порвали с мирскими обычаями.

16.9. Кабир: майя – колдунья, желаешь [ее] – в руки не дается.

[Но, если] душа, поняв ее лживость, отвращается [от нее], она сама [неотвязно] идет [за ней] следом.

16.10. Майя – рабыня святого [робко] стоит [и] шлет благословения.

Он [слушает, а затем] пинками гонит [ее], все время поминая имя Джагадиши ⁽³⁾.

16.11. Майя не умерла – не умерла душа. Люди умерли и ушли.

[Но] желания и жажда [мирского бытия] не умерли – так сказал Кабир.

16.12. Желания живут, а мир умирает; люди умирали и умирают.

Умер тот, кто копил богатство, спасся тот, кто тратил [его].

16.13. Кабир: собирай такое богатство, которое пригодится [тебе] в будущем.

Никого [еще] не видели [уходящим из этого мира] с тюком [добра] на голове.

16.14. Вожделение – падшая женщина, не связывай себя [с ней] любовью.

Идешь [своим] путем, [спасаясь от нее], она – за тобой, и опозорит тебя.

16.15. [Огонь] вожделения не затушишь водой, [он] разгорается с каждым днем,

Подобно дереву джаваса ⁽⁴⁾, которое засыхает от сильного дождя.

16.16. Кабир: что говорить о простых смертных? [Даже] слуги [Хари] тонут в океане бытия.

Покинув Господина, [будешь] подчиняться гордыне [своей] души.

16.17. Отрекся от майи, ну и что? Не расстался с гордыней.

Великие мудрецы погибли из-за гордыни – гордыня всех пожрала.

16.18. [О человек], совсем мало зная о Раме, [ты] считаешь сансару слишком значимой.

Душу, которая подчинена майе, называешь раджей.

16.19. [О человек], почему ты гордишься собой? [Ведь] твое тело – [это] бутон, состоящий из женской крови [и] мужского семени, которому придали [красивую] форму.

[Но] без имени Рамы [ты] потонешь в колодце мирского бытия, [наполненного] золотом [и] женщинами.

16.20. Майя – дерево, которое [связано] с тремя видами [страданий] ⁽⁵⁾, ветви [его] – страдания [и] муки.

[Оно] не дает прохлады [даже] во сне, а его безвкусные плоды приносят мучения телу.

16.21. Кабир: майя – ведьма, всех пожирает.

О падшая! Я вырву [твои] зубы, если [ты] приблизишься к святым.

16.22. Лотос обитает в океане, [но вдруг] неистовый пожар разразился на воде ⁽⁶⁾.

[Лотос] сгорел, превратившись в уголь, – таков плод прошлых деяний.

16.23. Кабир: [спасаясь от] дождя гун, [люди] нашли убежище под женским деревом [майи] ⁽⁷⁾,

[Но] остались сухими, кто был снаружи, промокли, кто был в храме ⁽⁸⁾.

16.24. Кабир: майя ввела [всех] в заблуждение, весь мир ослеплен [ею].

[Она] ограбила тех, кто спал ⁽⁹⁾; спаслись, кто дома рыдал [по Всевышнему].

16.25. Всех в этом мире майя сковала [железной] цепью.

Как могут освободиться [от нее] несчастные [смертные], если сам Брахма опутан майей? ⁽¹⁰⁾

16.26. Желание опутывает [душу], словно лиана ⁽¹¹⁾, взобравшаяся на стену и цепляющаяся [за нее].

[Даже] разрубленная [на куски], она не отпускает, будто человек, давший клятву.

16.27. Надежда всех людей – это Господь, [Но] никто не возвратился [к Нему] из мира сансары.

Если [человек] находится в мире сансары, то как же он пойдет по пути соединения с Божеством?

16.28. Кабир: этот мир обманут чарами майи.

В доме, где много привязанностей, – много печалей.

16.29. Майя сказал мне: "Эй ты, не отвращайся [от меня]!

Все в моей власти". – Но Кабир ушел [от нее], разгневанный.

16.30. Цапля испила воды и осквернила [весь] океан.

Другие птицы пили [эту воду], но лебедь [даже] клювом не прикоснулся ⁽¹²⁾.

16.31. Кабир: не приближайся к майе, [хоть она] сотни раз протянет [к тебе] руки.

[Она] погубила [такого] великого мудреца, как Нарада ⁽¹³⁾ – ей нет веры.

16.32. Из-за [страсти] к золоту [и] женщинам мир сгорел в огне майи.

Скажи, можно ли уберечь вату, в которую завернули огонь? ⁽¹⁴⁾

⁽¹⁾ См. примеч. 4 (2.24).

⁽²⁾ стрелами [майи]. Кабир, очевидно, соотносит стрелы "майи-чаровницы" со стрелам бога любви Кандарпа (камадевы).

⁽³⁾ Джагадиша (букв. "владыка мира") – эпитет Брахмы, а затем и других великих богов традиционного индуизма (Шива, Вишну); у Кабира – имя Рамы.

⁽⁴⁾ джавас – колючий кустарник (Algari Mauromum, или Hedysarum Algari). В жаркий сезон он сохраняет листья, в то время как другие деревья их сбрасывают. В сезон же дождей он теряет листву. Образ джаваса соотносится с идеей жажды в "Рамаяне" [8, 644]: "в великом изобилии жажда, как колючий джавас..."

⁽⁵⁾ с тремя видами страданий – тривидха, букв. "тройной", "утроенный". Согласно индийской философии, страдания бывают трех видов: 1). телесные – от тела (даухика); 2). божественные – от богов (даивика); 3). происходящие от злых духов (бхаутика, бхута). Возможно, здесь имеются в виду гуны (букв. "волокно", кратность", "свойство"); в философском смысле гуны – три начала, составляющих природу (пракрити): саттва – "легкое и свтелое"; раджас – "подвижное, деятельное"; тамас – "тяжелое и инертное". Майя в этом случае идентифицируется с гунами.

⁽⁶⁾ Аллегория: "лотос" – душа человека; "Океан" – Брахман (Мировая душа); "пожар" – символ майи.

⁽⁷⁾ См. примеч. 21 (2.24). В данном случае Кабир рассматривает майю не как мировую иллюзию, а как божественную женскую силу (шакти), проявляющуюся в гунах – эта мысль была детально разработана в "Бхагавадгите". См. [42, 58].

⁽⁸⁾ остались сухими – т.е. от цепи перерождений спаслись те, кто служил Раме; промокли – погибли те, кто в мире бытия поклонялся другим божествам.

⁽⁹⁾ См. примеч. 13 (2.11).

⁽¹⁰⁾ Согласно традиции веданты, а также теологии бхакти, майя является энергией Абсолюта, ей подчиняются и боги, см. примеч. 7 (16.23).

⁽¹¹⁾ Лиана – вьющееся растение (Aegle Marmehus), довольно часто встречающееся в лесах Индии. В индийской литературе – символ желаний, проникших в человека через органы чувств и память и буйно разросшихся в нем. См. "Дхаммапада" [12, 155]. Ср., однако, примеч. 1 (58.1-6).

⁽¹²⁾ Аллегория: чистая душа адепта ("лебедь") не поддается мирским соблазнам, в то время как люди ("птицы") находят радость в суетном мире бытия.

⁽¹³⁾ Нарада – имя мифического божественного мудреца, который почитается сыном Брахмы, Творца вселенной. С именем нарады связано много легенд. См. [7, 233].

⁽¹⁴⁾ См. примеч. 29 (12.60).

«Рамачандра (воплощенный Бог) однажды спросил своего великого подвижника Ханумана: «Мой сын, в каком отношении ты рассматриваешь меня?» Подвижник отвечал: «Когда я думаю о себе, как о воплощенном, я Твой слуга, и Ты мой господин. Когда я думаю о себе, как о дживе («я»), я – Твоя часть, и Ты Всеобщее Целое; но, когда я думаю о себе как, как об Атмане, я с Тобой одно. Тогда я чувствую, что я – Ты, а Ты – я» Рамакришна

17.1. Человек просил [подаяние] у [другого] человека [ради Господа], но Невидимый ⁽²⁾ не появился [в его сердце].

[Он] не встретил Гобинда, не затушил огня [страстей], который разгорается все сильнее и сильнее.

17.2. [Чтобы наполнить] свои живот, [человек] день и ночь просил милостыню,

[Но] так и остался опьяненный гордыней власти, не исполнив своего обета.

17.3. Гуру – хозяин тех слуг-учеников, которые прислуживают [ему].

Овцу привели, чтобы снять с нее шерсть, [а она], привязанная, съела весь хлопок ⁽³⁾, [хранящийся в доме].

17.4. Гуру – богатый купец, держит множество разносчиков [товара] ⁽⁴⁾.

Имя Рамы не произносит устами, а жаждет [только подаяний].

17.5. Кабир: [гуру] странствует с полной корзиной желаний.

Он не волнуется об имени Рамы, а признает только металл.

17.6. Хозяин в век Кали ⁽⁵⁾ жаден, собирая в чашу медные монеты.

Он прогуливается у ворот раджи, словно прожорливая корова [на чужом поле].

17.7. Хозяин в век Кали жаден, алчность его все возрастает.

Его занимают [только] деньги, и все [свое] время проводит, подсчитывая их.

17.8. Кабир: век Кали порочен, [в нем] не встретишь [ни одного] истинного муни.

Алчные, обжоры, лицемеры – вот кто в почете!

17.9. Даже прочитав четыре Веды ⁽⁶⁾, [пандиты] ⁽⁷⁾ не привязались к Хари.

Кабир унес [свой] урожай, а пандиты ищут его в поле ⁽⁸⁾.

17.10. Пусть брахман – гуру в мире, но он не гуру noдвижников.

Запутавшись в четырех Ведах, он губит свою жизнь, несчастный.

17.11. Шакт ⁽⁹⁾ – словно веревка из конопли, [которая] от влаги становится крепче.

Без двоих – Буквы ⁽¹⁰⁾ и гуру, связанный, [он] пойдет в Джампур ⁽¹¹⁾.

17.12. Пандит, словно джайн ⁽¹²⁾, пьет воду, процеживая ее.

А сам, ссорясь со своими соседями, по крупице теряет [свое] счастье.

17.13. Пандит без толку болтает [о Боге], [но] сердце [его] не ранено [любовью к Нему].

О[н] дает наставления другим, [а сам] попал в пасть [Ямы].

17.14. Не выходя из [своих] клеток, попугаи обучают премудростям других.

Они дают всем наставления, сами ничего не понимая.

17.15. Следя за чужим урожаем, прозевал [урожай] со своего поля.

Поучая других, [остался] со ртом, полным песка ⁽¹³⁾.

17.16. Среди звезд луна пользуется уважением,

Но, когда восходит солнце, [она] скрывается, так же как и звезды.

17.17. С виду кажется красивой, словно крепость из инея,

[Но, когда] восходит солнце, [луна] тает, так что не наберешь и горсти воды.

17.18. Совершая паломничество и купаясь в воде, все люди вымерли.

[Ибо] имя Рамы повторяли [только губами], смерть увлекла [их за собой].

17.19. Хоть поселись в Каши ⁽¹⁴⁾, хоть пей святую воду [Ганга].

[Все равно] нет [тебе] спасения без имени Рамы, – так говорит Кабир, слуга [Рамы].

17.20. Кабир: сколько раз я объяснял этому миру:

Схватившись за хвост овцы, как переплыть [океан бытия]?

17.21. Кабир: расхаживая с гордым видом, [люди говорят]: "Я соблюдаю свой религиозный долг».

Hе осознают своих заблуждений, уходят из мира с миллионом грехов.

17.22. [Весь] мир связан, как жертвенное животное, одной цепью: "мой", "твой".

Семья, сыновья, жена, подобно сухой траве, горят снова и снова ⁽¹⁵⁾.

⁽¹⁾ В этом двустишии, как и в последующих, Кабир порицает лжесадху, для которого нажива – главное в жизни, противопоставляя ему бхакта, живущего во имя любви к Богу.

⁽²⁾ В оригинале – Алакх (Alakh), санскр. Alakhya, букв. "невидимый", "незаметный", "неописуемый" – эпитет Всевышнего.

⁽³⁾ Кабир иронически сравнивает жадного и корыстного гуру, собирающего дань со своих учеников ["слуг"], а не дающего истинного духовного наставления, с овцой, которую привели, чтобы снять c нее шерсть, а она съела весь хлопок, который был дома.

⁽⁴⁾ разносчики [товара] – ученики гуру, которые "продают" мирянам имя Рамы ради процветания своего духовного наставника.

⁽⁵⁾ См. примеч. 5 (1.5).

⁽⁶⁾ четыре Веды – четыре древнейших сборника ритуальных гимнов: 1. "Ригведа"; 2. "Яджурведа"; 3. "Самаведа"; 4. "Атхарваведа". См. примеч. 8 (1.11). Кабир отрицает авторитет Вед, противопоставляя Ведам путь бхакти.

⁽⁷⁾ См. примеч. 1 (9,1).

⁽⁸⁾ Смысл двустишия в том, что Кабир обрел Бога ("урожай"), в то время как пандиты тщетно ищут Бога, выполняя все обряды, предписанные Ведами.

⁽⁹⁾ Шакт, или сакат – почитатель Шакти (Дурги, Кали), божества, воплощающего в себе женскую творческую энергию. Культ Шакти в средние века был особенно распространен в Бенгалии, Ассаме, на юге Декана (подробнее о шактизме [31]). У Кабира шакт олицетворяет нечестивца, противопостоящего благочестивому бхакту-вишнуиту.

⁽¹⁰⁾ Буква, обозначающая слог, с которого начинается имя Хари или рамы ("ХА" и "РИ"; "РА" и "МА").

⁽¹¹⁾ См. примеч. 27 (12.54).

⁽¹²⁾ джайн – последователь джайнизма – индийского религиозно-философского учения, возникновение которого связано с именем Махавиры Джины (VI век до н.э.). Джайны отличаются крайним аскетизмом и бережным отношением ко всему живому. Джайны пьют воду, процеживая ее, боясь, что вода содержит какие-нибудь зародыши, на рот надевают марлевую повязку, чтобы невзначай не проглотить мушку, ходят с веником, очищая себе дорогу, дабы не раздавить какое-нибудь насекомое.

⁽¹³⁾ остался со ртом, полным песка, т.е. "остался ни при чем". "Адигрантх" [11,98] дает иной вариант: "Кабир: [Пусть] песком наполнится рот у того, кто дает советы другим. Он следит за урожаем чужих, а свой давно проел". Двустишие представляет собой пословицу.

⁽¹⁴⁾ Каши (Варанаси, Бенарес) – считается святым городом (штат Уттар-Прадеш). Расположен на берегу Ганга.

⁽¹⁵⁾ По представлению индуизма, бренное человеческое тело бесконечно умирает и рождается снова.

«Все принадлежит Господу. Смешно, когда человек говорит: «Я карта (делающий), все эти вещи мои» Рамакришна

18.1. Что с того, что читаешь проповеди, если не подтверждаешь [их делом]?

Это похоже на крепость из земляной опоки, [которая] разрушается на ваших глазах.

18.2. Подкрепляй делами слова, [которые] исходят из [твоих уст].

[Тогда] будешь жить рядом с Парабрахмой ⁽²⁾, и он в один миг проявит к [тебе свою] милость.

18.3. Те, кто говорят одно, а [в жизни] поступают иначе,

Не люди, а собаки; связанные, они пойдут в Джампур.

18.4. От пения пад ⁽³⁾ радуется сердце, от чтения сакхи ⁽⁴⁾ проистекает покой.

[Но ты] не постиг [сердцем] суть Господа, и веревка [смерти] опутывает [твою] шею.

18.5. Распевает киртаны ⁽⁵⁾, подняв высоко голову.

[Но он] не понимает их божественной сути, [он] слеп, словно туловище без головы ⁽⁶⁾.

⁽¹⁾ В этой главе речь идет о пандитах, которые рассказывают народу предания из эпоса и пуран, сопровождая их комментариями и назиданиями.

⁽²⁾См. примеч. 4 (5.3).

⁽³⁾ пад, или шабда (сабад), – небольшие стихотворения – гимны различных метрических размеров. В падах содержатся раздумья и душевные переживания.

⁽⁴⁾ сакхи (букв. "свидетель") – одна из основных жанровых форм в творчестве Кабира. По форме это двустишие, по содержанию – афоризм.

⁽⁵⁾киртан – религиозный гимн, прославляющий и восхваляющий Бога.

⁽⁶⁾ В тексте: "тунда", что означает "клюв птицы" или "голова животного".

«Абсолютный Брахман не может быть познан путем рассуждения. Будьте его слугой, прибегайте к Нему с молитвой, искренне и глубоко. И тогда Он, наверное, откроется вам. Книжное знание и интеллектуальные рассуждения не могут открыть Божество» Рамакришна

19.1. Я считаю ученость благом, йогу – лучше учености.

Возлюби же имя Рамы, даже если люди осудят [тебя] ⁽¹⁾.

19.2. Кабир: брось чтение, пусти книги плыть по реке.

Ищи среди пятидесяти букв [«ра» и «ма»] ⁽²⁾ и cocpедоточь свои мысли [на имени Рамы] ⁽³⁾.

19.3. Кабир: брось чтение – мир и так грамотен.

[Если в сердце] не появилась боль любви, то что пользы от твоего крика?

19.4. От чтения [священных] книг вымер мир, [и] не осталось ни одного пандита.

[Но кто] познает хоть одно слово Возлюбленного, тот станет [истинным] пандитом.

⁽¹⁾ Возлюби же имя Рамы, даже если люди осудят [тебя]. Второе полустишие в "Адигрантхе" (11,45) гласит: "... (Но) буду (только) бхактом, (преданным) Раме, даже если люди осудят меня". В данном двустишии отражено отношение Кабира к путям достижения спасения. Из шести путей Кабир выбрал единственный путь преданности – бхактимарга (bhaktimarga).

⁽²⁾ Пятьдесят две буквы – алфавит санскрита в основном состоит из сорока восьми ⁽⁴⁸⁾ букв. Но если к ним прибывить, как это практиковала традиция йоги, еще три буквы и мистический звук Аум, то мы получим пятьдесят две буквы. Кабир выделяет из всего алфавита только два слога, составляющих имя Всевышнего ("РА" и "МА", или "ХА" и "РИ"). Ср. примеч. 10 (17.11).

⁽³⁾ Ср. "Адигрантх" [11, 173]: "Кабир: Отбрось сомнения, пусть книги плывут (по реке). Изучи пятьдесят две буквы и склони свои мысли к стопам Хари".

«Абсолютный Брахман не может быть познан путем рассуждения. Будьте его слугой, прибегайте к Нему с молитвой, искренне и глубоко. И тогда Он, наверное, откроется вам. Книжное знание и интеллектуальные рассуждения не могут открыть Божество» Рамакришна

20.1. Женщина в трех мирах ⁽¹⁾, словно змея.

Любящие Раму спаслись [от нее], чувственных мужей пожрало пламя [страсти].

20.2. Женщина, словно пчела, кто подойдет [к ней], того и жалит.

[Но она] не приближается к тому, кто предан стопам Хари.

20.3. Те, кто прелюбодействуют с чужой женой, пользуются ворованным добром.

Они наслаждаются недолго [и] в конце концов погибают.

20.4. Мало кто избавлен [от желания обладать] чужой женой.

Они [сначала] едят сахар, который затем превращается в смертельный яд.

20.5. Страсть к чужой жене – порок, а не добродетель.

[Мужчины], словно рыбы, сколько их плавает в горько-соленом океане [бытия]!

20.6. Любить чужую жену, что есть чеснок.

[Хоть и] спрячешься в углу, но в конце концов запах обнаружится ⁽²⁾.

20.7. [Связь] мужчины и женщины – сущий ад, когда [их охватывает] похоть.

Говорит Кабир: те [люди] принадлежат Раме, кто поминает [его имя], не ведая похоти.

20.8. [Мужчина], полюбив женщину, теряет все: разум и рассудок.

[О человек]! Зачем ты тратишь силы [ради любви к женщине], ведь так [ты] не добьешься успеха ⁽³⁾.

20.9. Еда всех видов, превосходная еда, развлечения с женщиной.

Скорее брось [все это, а не то] будешь сожалеть, когда тело [твое] разрушится.

20.10. Женщины разрушают три вида счастья, когда [они] находятся рядом с мужчиной.

Мужчина, [любящий женщину], никогда не обретет любовь [к Господу], не обретет спасение [и] Божественное знание.

20.11. Золото и женщины – одно и то же: они подобны отравленным плодам.

Посмотришь на них – отравишься, употребишь [их] – умрешь.

20.12. Золото и женщины – словно пламя огня.

Смотришь на них – загорается тело, дотронешься – сгоришь.

20.13. Кабир: из-за счастья обладания женщиной сколько погибло!

Сколько [их] сегодня, веселящихся, отправляется в преисподнюю.

20.14. Женщина – очистки мира, [она – нечто] среднее между хорошим и плохим.

[Кто держится] от нее дальше – хорош, низок тот, кто близок с ней.

20.15. Женщина – колодец ада, редок [тот мужчина], который сдерживает свои желания.

Спаслись [от нее только] редкие садху – весь мир умер в [ее] объятиях ⁽⁴⁾.

20.16. Лучше кол, чем красавица; мало кто спасается [от нее].

Железо, сгорая в огне, медленно превращается в золу, [так даже твердые характером мужи гибнут от связи с жениной].

20.17. Ослепленный [любовью к женщине], мужчина ни чем не думает, теряя самообладание.

Говорят, Хари прощает все грехи, [если поминать Его имя], но у сластолюбца нет ни веток, ни корней.

20.18. Наслаждаясь, сластолюбцы разрушают бхакти.

Они потеряли [бесценный] Алмаз [и] провели [свою] жизнь напрасно.

20.19. Сластолюбцу не правится амрита, [он] ищет яда.

Сластолюбие не покидает его душу, [даже если сам] Всевышний предостерегает ослепленного любовной страстью.

20.20. Страсти пожирают душу, как червь [пожирает] зерно.

Не взойдет побег знания [в сердце сластолюбца], даже если [истинный гуру] или сам Всевышний наставляют eго.

20.21. Надев на себя змеиную кожу чувственной страсти, превратился в змею.

Хоть разбей ему голову, не воспринимает истину – кто может быть несчастней его!

20.22. Чувственный муж никогда не поклоняется Хари и не повторяет имени Кешава ⁽⁵⁾.

[Хоть и] произносит [имя] Рамы, но [все равно] умирает, сгорает за свои прошлые грехи.

20.23. Чувственный муж не ощущает стыда, он радуется в душе, предаваясь чувственным наслаждениям.

[Сластолюбие бывает неразборчивым, как] и усталость не требует [удобной] постели, [а] голод не нуждается во [вкусной] пище.

20.24. Присвоив чужую жену, предается чувственному наслаждению – [такой человек] пойдет в ад.

Все, [кто связан с женщиной], говорят: "Огонь", "Огонь", но не суй [свои] руки [в него].

20.25. Кабир: я постоянно повторяю, [что женщина – это грех], но глупые [люди] не слушают [меня].

Что отшельник, что домохозяин – сластолюбцев и там и здесь хватает.

20.26. Если [сластолюбец] хоть немного о чём-то ведает, то уже считает себя всезнайкой, ему неведомо сомнение.

Лучше бы задумался, почему он, попав во власть своих чувств, предается чувственным наслаждениям.

20.27. [Сластолюбец] восхваляет себя, считая себя Творцом.

[Но] мирянин лучше его, [потому что] в душе [у него] есть страх [перед Богом].

21.1. Все говорят: "сахадж", "сахадж", – [но] никто не понимает, [что такое] сахадж ⁽¹⁾.

Когда человек легко отказывается от [своих] чувственных страстей и удовольствий, это и есть сахадж.

21.2. Все творят: "сахадж", "сахадж", – [но] никто не понимает, [что такое] сахадж.

Кто покорил [свои] пять страстей, тот достиг сахаджа.

21.3. Обыденно [и] просто все ушли: сын, богатство, женщина, любовь.

Теперь раб Кабир слился воедино с Рамой.

21.4. Все говорят "сахадж", "сахадж", [но] никто не понимает, [что такое] сахадж.

Кто легко соединился с Хари джи ⁽²⁾, тот понял, [что такое] сахадж.

22.1. Кабир: [О человек!] Ростовщик дал [тебе] взаймы денег, так не промотай же их напрасно ⁽¹⁾.

[А не то] окажешься в бедственном положении, когда придет срок возвращать долг.

22.2. Хорошо возвращать долг, если сердце [твое] чисто.

И на высшем суде никто не схватит [тебя] за полу ⁽²⁾.

22.3. Кабир: в душе забрезжил слабый свет сознания, когда я отправился в далекое странствие.

Кабир: Счетовод ⁽³⁾ взял книгу счетов [моих деяний], и на Высшем суде [выяснилось, что я] выплатил долг сполна.

22.4.[Когда] Счетовод откроет книгу счетов, [найдет] [у тебя] несметное количество долгов.

Пока в [твоем] теле есть дыхание, взывай к [имени] Рамы.

22.5. Кабир: О люди! Все это ложно – пять раз [в день совершай] молитву ⁽⁴⁾.

Кази ⁽⁵⁾ оскорбляет веру, читая лживые [молитвы].

22.6. Кабир: для удовлетворения своего аппетита кази может убить [животное] – это все равно, что убить двух браманов ⁽⁶⁾.

Взобравшись на минарет, кричит: ["Бог] един", [но] какую будет говорить истину во дворце [Всевышнего]?

22.7. Кази [и] мулла [впали в] заблуждение, пошли мирским путем,

Забыли веру в [своем] сердце, когда взяли в руки нож.

22.8. Употребляя насилие ⁽⁷⁾, убивает живых [существ] и заявляет, [что это] дозволено.

Но в каком он окажется положении, когда Господь oткроет книгу [деяний]?

22.9. Применять насилие – несправедливо, [а еще] просить у Бога справедливости.

Убийца, стоя у порога во дворце [Творца], будет бит по лицу.

22.10. Обокрал Всевышнего, подружился с ворами ⁽⁸⁾.

Ты поймешь [все], о душа, когда [Господь] обрушит на тебя удары.

22.11. Шейх ⁽⁹⁾, если ты лишен смирения, зачем совершаешь хадж к Каабе? ⁽¹⁰⁾

Где найдет Бога тот, у кого сердце нестойко?

22.12. Хороша еда кхирчи ⁽¹¹⁾, если в нее добавить немного соли ⁽¹²⁾.

[Зачем] резать горло [живым существам] ради лакомства к хлебу?

22.13. Грешники, [собравшись в круг], совершают пуджу ⁽¹³⁾ – едят мясо и пьют вино.

Им не достигнуть спасения, они примут миллион мучений и аду.

22.14. Все варны ⁽¹⁴⁾ объединились; поклоняются Шакти и едят [мясо] все вместе.

[Они] выдают себя за слуг Хари, но [они] пойдут только в Джампур.

22.15. Кабир: стыдясь людей, [никто] не поминает истинного [имени Бога].

Сознательно отказываются от золота [и] хватают деревяшку.

22.16. Кабир: [почему те люди], которые познали, что Творец – единственная суть всего,

Впав в заблуждение, привязались к [этому] фальшивому миру?

22.17. [Если] лживый встречает лживого, то обоих связывают узы любви.

[Если] лживый встречает правдивого, тогда [узы] любви разрываются.

⁽¹⁾ Смысл аллегориив том, что Всевышний ("ростовщик") даровал милость человеку – рождение. Ш. Водевиль толкует слово "ростовщик" как судьба, которая требует свой долг в конце жизни человека. Ср. [96, с. 269].

⁽²⁾ никто не схватит тебя за полу, – т.е. не уличит в греховных деятниях. Ср. вариант в "Адигрантхе" [11, 201]: "Кабир: Запись (в книге деяний) облегчит (твою участь), если на сердце (у тебя) чисто. И на высшем суде никто не схватит (тебя) за полу".

⁽³⁾ Счетовод – Читрагупта (citragupta) – один из приближенных Бога смерти Ямы. Мусульманская и индуистская религиозные традиции предусматривают регистрацию богами всех поступков, совершаемых человеком в течение жизни. По мусульманским представлениям, такой реестр (a'mal-nama) ведут ангелы у престола Аллаха, по индуистским, – подобный список (agrasandhuni) составляет Читрагупта. В том и другом случае этот список зачитывается, когда душа умершего появляется на высший суд, и на его основе решается его дальнейшая судьба. Ср. 22.3; 22.4; 22.8; 22.9. Посколько в сакхи 22.8 данный список назван просто "тетрадью" (перс. daftar), представляется затруднительным определить, на какую из двух традиций опирался Кабир.

⁽⁴⁾ В тексте: нивага (nivaga). Ш. Водевиль переводит его "пять чувств". Мы предполагаем, что здесь имеется в виду намаз – обязательный молитвенный ритуал, совершаемый мусульманами пять раз в день.

⁽⁵⁾ Кази – ученый-богослов у мусульман.

⁽⁶⁾ Бхакти, как и представители многих других религиозных учений (начиная с буддизма и джайнизма), в качестве одного из важнейших этических принципов выдвигали требование не причинять зла живым существам (ahimsa), с этим связано, в частности, строгое вегетарианство.

⁽⁷⁾ насилие (перс. zori) – Кабир осуждает установления, которые санскционируют действия, содержащие элемент насилия (например, употребление животных в пищу, ср. 17.7, 9, 12).

⁽⁸⁾ См. примеч. 20 (5.19).

⁽⁹⁾ шейх (араб saih) – Глава мусульманской общины.

⁽¹⁰⁾ Кааба (араб. Ka'aba) – храм в Мекке, главная святыня мусульман и объект их паломничества, именуемого хадж.

⁽¹¹⁾ кхичри – похлебка из риса с лущеным горохом, иногда на молоке, слегка сладковатая и приправленная небольшим количеством соли, служила основным блюдом крестьян Индии и признавалась бхактами, проповедывавшими умеренность, подходящей пищей.

⁽¹²⁾ Ср. первую строку в "Адигрантхе" [11, 188]: "Кабир: хороша еда кхичри, а в ней и сладость, и горечь..."

⁽¹³⁾ пуджа (puja) – совершение богослужения.

⁽¹⁴⁾ Все варны объединились – варна (букв. "цвет") – каждая из четырех главных сословных групп: брахманы, кшатрии, вайшьи и шудры.

«Единственная вещь, которая необходима, это вера и бхакти – любовь, преданность, любовь к молитве и готовность к самопожертвованию. Необыкновенно трудно, особенно в наш век, для человека с его ограниченными способностями, прийти к моей Матери путем вичары (то есть путем различения Реального Брахмана от нереальной феноменальной вселенной), без помощи Божественного лица» Рамакришна

23.1. Из камня сделано изображение, которому поклопяются, как творцу ⁽¹⁾.

Те, кто пребывает в этой вере, потонет в темном потоке [сансары].

23.2. Этот мир – грязное жилище, черные деяния – дверь его – тоже в саже.

Каменными идолами усеяна земля – такой дорогой ведут пандиты ⁽³⁾.

23.3. Почему [человек] поклоняется камням, которые никогда не дадут ответа?

Глупец, ожидая милости [от камня], теряет уважение к самому себе.

23.4. Я тоже поклонялся камню, был, словно антилопа в лесу.

[Но] истинный гуру содеял милость – сбросил с головы груз [этой слепой веры].

23.5. Сколько в мире людей, столько и шалиграмов ⁽³⁾.

Садху – вот истинные божества, а какая польза от камня?

23.6. Поклоняясь шалиграму, душа остается в заблуждении.

[Она] не находит себе покоя, даже во сне изо дня в день ее сжигает огонь [неведения].

23.7. О человек! Ты служишь камню, привязан к мирскому бытию.

Завернувшись в черное одеяло, принимаешь [его] за белое.

23.8. Чтение молитв, аскеза, паломничество, обеты – все бесполезно.

Человек обманут [этим], словно попугай плодами хлопчатника ⁽⁴⁾.

23.9. Святые места – это все лиана, которая опутала весь мир.

[Но] Кабир вырвал [ее] с корнями, чтобы никто не проглотил [ее] яда ⁽⁵⁾.

23.10. Душа знает Матхуру ⁽⁶⁾, сердце – Двараку ⁽⁷⁾, а тело – Каши.

[А] десятая дверь ⁽⁸⁾ – храм, в нем сосредоточен свет [Всевышнего].

23.11. Кабир: люди в храмах склоняют голову перед [Божеством].

[Но] Хари обитает в [твоем] сердце, так дай обет себе всегда быть с Ним.

⁽¹⁾ Ср. в "Адигрантхе" [11, 36]: "Кабир: Из камня сделан Парамешвара. Весь мир поклонятеся (ему)..."

⁽²⁾ "Каменными идолами усеяна земля – такой дорогой ведут пандиты". Эту двустишие, как и другие, направлено против атрибутов ортодоксальной брахманской обрядности: священных книг и идолов ("камни"), преклонение перед которыми проповедывали пандиты. Р. Варма предлагает несколько иное чтение заключительного полустишия: "... таков путь, выбранным пандитами" [71, 177]. Ср., однако, вариант "Адигрантха" [11, 137]: "Кабир: [Книги] – бумажная темница, двери [в которую] – чернильные буквы. Камнями забросана земля – такой дорогой ведут пандиты".

⁽³⁾ шалиграм – разновидность черного камня, который был найден в реке Гандаки. Впоследствии индусы стали поклоняться ему как воплощению бога Вишну.

⁽⁴⁾ Хлопчатник привлекает птиц и особенно попугаев своими яркими оранжевыми цветами. Они жаждут плодов, но вместо них находят только бесполезную для них вату. См. примеч. 11 (12.13).

⁽⁵⁾ Здесь Кабир уподобляет себя Шиве, который, чтобы спасти мир от огня, проглотил яд. Поэт хочет, избавившись от зла, спасти людей от сансары.

⁽⁶⁾ Матхура – один из семи священных городов Индии, где, по преданию, родился бог Кришна.

⁽⁷⁾ Дварака – по легенде, столица бога Кришны в Гуджарате, которая была затоплена океаном спустя семь дней после его смерти. Это один из семи священных городов. Сейчас в этом штате есть город с таким же названием.

⁽⁸⁾ См. примеч. 23 (2.26).

[Сваямбхунатх. Рисунок на материи. Непал, 17 в.]

Сваямбхунатх. Рисунок на материи. Непал, 17 в.

«Бхакти или вера (благоговение, преданность) означает любовь к Богу от всего сердца. Автор гимнов называет абсолютного Брахмана «Божественной Матерью». Рампрасад просит свой ум, чтобы тот понят его по намекам; Тот, кто описывается в Ведах, как абсолютный Брахман, есть моя Божественная Мать. И Ей я молюсь» Рамакришна

24.1. Вертя в руках четки, повторяют [имя Всевышнего], а в сердце бушует ураган [мирских страстей].

Ноги [их] окоченели в снегу, [они] измучились от желания оставить мир бытия ⁽¹⁾.

24.2. Пальцами [перебираешь] и считаешь четки, а душа твоя мечется в разные стороны.

Думал достичь Хари, перебирая [четки], а стал чурбаном ⁽²⁾.

24.3. Перебираешь четки, [которые висят у тебя] нагруди, [пользы от этого] нет.

Перебирай четки души, и мир [для тебя] озарится сиянием [Всевышнего].

24.4. Много таких невежд, которые перебирают четки [у себя] на груди.

[Они] не возлюбили Хари и плывут [бесцельно] по течению Ганги.

24.5. Кабир: деревянные четки говорят тебе:

"[О человек!] Почему не перебираешь свою душу, а перебираешь нас?"

24.6. Кабир: четки души – [вот истинные четки; все] остальное – видимость мира.

[Если] надев [на шею] четки, [можно] достичь Хари, то посмотри на колесо для выкачивания воды из колодца! ⁽³⁾

24.7. Перебирание четок бесполезно, только умрешь с этим грузом на [груди].

Сверху на тебе одеяние аскета, окрашенное охрой, [а] внутри – мусор.

24.8. Перебирание четок бесполезно, если [они] не пронзают твою душу.

До тех пор пока Хари не покажется [тебе], ты ничего не получишь в руки.

24.9. Перебирание четок бесполезно, [из-за них ты] потерял сокровища дворца [Хари].

Припади к стопам Хари [и] тогда [ты] достигнешь Амарапура ⁽⁴⁾.

24.10. Перебирание четок напрасно, [если] ты не обладаешь бхакти.

Сбрив усы и волосы, пошел вместе с мирянами [по одной дороге].

24.11. О брат! Будь честен по отношению к Господину, и сомнения покинут тебя,

Носишь ли ты длинные волосы, или бреешь [голову] наголо ⁽⁵⁾.

24.12. Чем тебе навредили волосы, что ты бреешь [голову] сотни раз?

Почему не обрил душу, полную страстей и пороков?

24.13. Брей порочную душу, к чему обрил голову?

Все, что сделано, сделала [твоя] душа, [а] не волосы ⁽⁶⁾.

24.14. В бритье головы пролетели дни, и сегодня не встретил Раму.

Невозможно произносить имя Рамы, если душа занята другими делами.

24.15. Приняв личину [святого], стал господином, пил и ел досыта.

Но дорога, по которой идут [истинные] садху, для тебя закрыта.

24.16. Стал вишнуитом, но что с того? Ведь не обрел знания [Бога].

Поставив [на лоб] тилак и чхапу ⁽⁷⁾, постоянно сгораешь в огне сансары ⁽⁸⁾.

24.17. Все могут заниматься йогой тела, [но] редок тот, кто [совершает] йогу души.

Все сиддхи ⁽⁹⁾ достигли сахаджа, [потому что] занимались йогой души.

24.18. Кабир: [Бог] един, но сокрыт [от нас] иллюзорным миром.

Оставь все: заблуждения, [неверные] дела – и тогда Невидимый проявится всюду.

24.19. О душа, ты принимала множество личин, однако не избавилась от заблуждений.

Ты хотела постичь Истинного гуру внешними [средствами] ⁽¹⁰⁾, и Рама не проявился в твоей душе.

24.20. Мир придумал ад, рассказывая ложные [легенды] о происхождении родовитости.

[Это] тело уйдет, уйдет и род, если не ухватишься за лодку Рамы ⁽¹¹⁾.

24.21. Пристрастие к ложной родовитости погубило людей.

Не распознали Невидимого в мире бытия, потонув в темном потоке сансары.

24.22. Хитростью не достигнешь Хари – это основа основ.

[Только] беспомощных и бескорыстных Гопинатх ⁽¹²⁾ возьмет под свою защиту.

24.23. Красавица украшает себя украшениями шестнадцати видов, [она] ублажает тело и душу.

[Но если] в душе [она] не чувствует любви [к своему] Возлюбленному, [то] к чему украшать себя?

24.24. Пока девушка не встретила [своего] Возлюбленно], она остается девственницей.

[Но вот она] дала [свою] руку [Жениху] и обрела радость, но познание любви – дело трудное.

24.25. Кабир: любовь к Хари [дает] душе [бхакта] огромную радость.

[Его] слуга не бежит вон, а хочет соединиться с Bсевышним.

24.26. Слуга [Господа] убил вора ⁽¹³⁾, избавился от негодяев ⁽¹⁴⁾

В царстве любимого Рамы, в городе, полном благоденствия.

⁽¹⁾ Кабир намекает на известных гималайских паломников Кедарнатха и...марнатха, которые, коченея в снегу и во льдах Гималаев, преодолевали все трудности аскезы и обрели святой сан.

⁽²⁾стал чурбаном, т.е. душа его одеревенела, и в ней нет живого чувства любви к Богу.

⁽³⁾ Колесо для выкачивания воды из колодца напоминает Кабиру огромные четки, которые, по мнению пандитов, способствуют утолению духовной жажды.

⁽⁴⁾ Амарапур – букв. "обитель бессмертных". Ш. Водевиль интерпретирует Амарапур как сахасрара, или гаганмандала, – место в теле йогина, которое считается центром единения с Божеством, согласно философии хатха-йоги. Ср. [96, 176].

⁽⁵⁾ Ср. "Адигрантх" [11, 25]: "Кабир: Если ты возлюбишь одного (Раму), то все сомнения покинут тебя, носишь ли (ты) длинные волосы, или бреешь (голову) наголо. По мнению Кабира, аскетические подвиги сами по себе не приводят к конечному освобождению. Имеются и иные толкования: М. Маколиф считает, что здесь можно усмотреть намек на несущественность противопоставления мирян ("носящих волосы") и отшельников ("бритоголовых"), см. [102, 103]. Менее обоснованным представляется толкование Р. Вармы: "...и если желаемое тобою исполнится, носи длинные волосы; в противном случае – обрей голову наголо", ср. [71, 170].

⁽⁶⁾ Ср. вариант "Адигрантха" [11, 101]: "Кабир: Дух (свой ты) не обрил, так зачем же обрил голову? Все, что (ты) сделал, сделал (твой) дух, (так что) бритье ни к чему".

⁽⁷⁾ чхапа – один из видов ритуального рисунка на лбу, обычно обозначает имя божества.

⁽⁸⁾ Ср. вариант "Адигрантха" [11, 145]: "Кабир: Стал вишнуитом, надел четыре ожерелья, но что с того? Снаружи чистейшее золото, (а) внутри полно мусору".

⁽⁹⁾ сиддхи – здесь восемьдесят четыре подвижника, наделенные сверхъестественной силой и обретшие спасение.

⁽¹⁰⁾ внешними (средствами) – имеются в виду четки, тилак, идолопоклонство, паломничество и пр.

⁽¹¹⁾ лодка Рамы – олицетворение праведной жизни, осененной любовью к Раме.

⁽¹²⁾ Гопинатх (Gopi-nath) – букв. "Владыка пастушек", эпитет Кришны. У Кабира – одно из имен Всевышнего.

⁽¹³⁾ Т.е. эгоизм, собственное "Я".

⁽¹⁴⁾ См. примеч. 20 (5.19).

"...слабые деревья, как банан и древовидный хлопчатник, не превращаются в сандаловый лес. Равным образом, лишь достойные сделаются совершенными. Мирской характер означает влечение к наслаждению и богатству. Многие мирские люди считают богатство кровью своего сердца. Но если вы слишком заботитесь о своём богатстве, оно, быть может, совершенно уйдёт от вас в один прекрасный день. В нашей стране земледельцы сооружают земляные насыпи вокруг своих полей. У тех из них, которые не устраивают истока для воды и слишком заботятся о своих насыпях, последние неизменно сносятся сильным потоком воды, у тех же, которые оставляют одну сторону открытой, поля удобряются наносными осадками и делаются плодородней. Лучшую пользу из своего богатства извлекают те, которые употребляют его на служение Господу и святым мудрецам. Пожинают добрые плоды от своего богатства те, которые щедро дают бедному и нуждающемуся и работают на пользу человечества". Рамакришна

25.1. Чистая капля с неба упала на землю [и стала] грязной ⁽¹⁾.

Человек, лишенный [благого] общества [святых], стал подобен золе в очаге.

25.2. Не води дружбу с глупцом – ведь железо не плавает в воде.

Одна и та же капля, [попав] на дерево банана, раковину [и] в пасть змеи, образует три [разных] вещества ⁽²⁾.

25.3. Слуги Хари не нравятся тем, [кто] привязан к мирским людям.

В сердце [у них] не взойдут ростки бхакти, они добны бесплодному полю.

25.4. Гибну от дурного общества, словно банан от близости ююбы ⁽³⁾.

Она раскачивает [свои ветви и] терзает его [шипами. [Вот почему] не [следует] искать общества шакта ⁽⁴⁾.

25.5. Эгоизм – признак смерти, дурная компания – сан смерть ⁽⁵⁾.

Говорит Кабир: "О люди! Устами повторяйте [имя] Брахмы".

25.6. Муха попала в гур ⁽⁶⁾, и ее крылья завязли [в нeм].

[Она тщетно] отталкивается лапками, мотает головой – она пленница лакомства, о друг!

25.7. Что с того, что высок происхождением, если дела не благородны?

Если [даже] золотой кувшин наполнен вином, аскеты порицают его.

⁽¹⁾ М. Маколиф усматривает здесь следующую аллегорию: "чистая капля" – слово откровения, исходящее от наставника; "земля" – душа адепта [102, с.308-309]. Р. Варма, напротив, соотносит "каплю" с человеческой душой, а "земля", по его мнению, это земное существование [71, 183]. Ср. "Адигрантх" [11, 195].

⁽²⁾ Согласно народному поверью, капля дождя Сватии, попадая на дерево банана, образует камофору, на раковину – жемчуг (ср. 2.7; 5.7), в пасть змеи – яд. Точно также характер человека ммжtn vtyznmcz в зависимости от того, в какой компании он находится.

⁽³⁾ Ююба, или бэр, – дерево, имеющее острые шипы, о которые легко могут ободраться мясистые листья банана. Ср. "Адигрантх" [11, 88].

⁽⁴⁾ См. причем. 9 (11,17).

⁽⁵⁾ Здесь "смерть" соотносится с идеей духовного разрушения. Ср. "Дхаммапада" [12, 62]: "Легкомыслие – путь к смерти. Серьезные не умирают. Легкомысленные подобны мервецам".

⁽⁶⁾ гур – необработанный сахар, сладкое вещество, вид патоки.

«Термин «Брахман» относится к тому аспекту Божества, который безличен и стоит выше всякой деятельности. Но когда мы начинаем думать о Нем, как о создающем, сохраняющем и разрушающем все явления, тогда мы называем его личным Богом, Божественной Матерью или Кали» Рамакришна

26.1. Люди, ухватившись за видимый [мир бытии], пропустили невидимое [Божество].

[Но те] немногие спаслись, [кто] крепко держался за руку истинного гуру.

26.2. Истинный бхакт [не тот, кто] окрашен в цвет любви к Господу ⁽¹⁾.

Лишь только [ему] встретятся трудности, [он] отрекается [от Господа], словно змея, сбросившая кожу.

26.3. Если выбираешь друзей, то подумай о том, чтобы друзья были из твоего круга.

Одеяло [хоть и] изорвется в мелкие кусочки [от стирки], но цвета ⁽²⁾ [своего] не изменит.

26.4. Отдай свою душу тому, кто на самом деле верный слуга [Рамы].

Хоть [держи] топор над [его] головой – [он] все равно не станет другим.

26.5. Не вбивай гвоздь в камень, не делай отверстия в глиняной посуде ⁽³⁾.

[Ведь тот, кто] привязан к майе, терзается [только] мирской любовью.

26.6. Кабир: возлюби того, кто жизнь [свою] посвятил любви [к Раме].

Не связывай себя с разными женщинами, смотреть на них – [и то] грех.

27.7. Кабир – тело словно птица, куда летит душа, туда [и оно] ⁽⁴⁾.

Какое общество [ты себе] находишь, такой и плод вкушаешь.

28.8. Этот мир – закопченное жилище.

Я жертвую собой ради того слуги [Господа], который, войдя [в него], чистым выходит оттуда ⁽⁵⁾.

⁽¹⁾ кто окрашен к цвет любви [к Господу] – букв. "пропитан красным цветом". См. 2 (11.4).

⁽²⁾ Ср. 26.2.

⁽³⁾ камень и глиняная посуда – подразумеваются люди, погрязшие в эгоистическом мирском бытии.

⁽⁴⁾ Ср. вариант первой строки в "Адигрантхе" [11, 86]: "Кабир: Дух, словно птица, которая во время полета десять [раз] меняет направление..."

⁽⁵⁾ Здесь говорится об иллюзорности мира и воздается хвала тому, кто, поняв это, обращается к служению Господу и достигает спасения. Ср., однако, "Адигрантх" [11, 26]: "Кабир: Этот мир – каморка с сажей. Слепнут (те, кто находятся) в нем..."

«Божественная Мать дает высшее знание Брахмана (Брахма-джняна), приводя своего преданного слугу в состояние самадхи. Она же возвращает его обратно на плоскость чувственного сознания и позволяет ему удерживать чувство «я» и «мне» Рамакришна

27.1. Кабир: [носят] одежду аскета, но совершают множество грехов.

Снаружи выглядят, словно садху, [а] на самом деле ведут себя безнравственно.

27.2. Не доверяй [тому, кто] одет в белоснежную [одежду].

[Он], словно цапля ⁽¹⁾, застывшая над водой в ожидании [рыбы].

Тихонько сидя у воды, [он] съедает [рыбу], утопив свою мудрость [в воде].

27.3. Не считай святым того, кто сладко говорит.

Сначала он покажет [тебе] брод, а затем потянет в глубину.

⁽¹⁾ Цапля, верхняя часть опрения которой белая, а нижняя – черная, символ лицемерия. Обычно цапля подолгу стоит у воды, высматривая лягушку или рыбу, а затем моментально хватает свою жертву.

«По воле Божественной Матери все смертные (дживы) обладают чувством «я» и «мой». И Она же открывает душе человека, находящегося в состоянии самадхи, что все живые существа и вся вселенная только проявление Божественной энергии» Рамакришна

28.1. Кабир: общение со святым никогда не будет бесплодным.

Тот, кто видел сандаловое дерево, [уже] не скажет, что это дерево ним ⁽¹⁾.

28.2. Кабир: води дружбу со святыми – поспеши сделать [это].

Это общение поможет устранить [все] неприятности и укажет правильную дорогу.

28.3. Иди в Матхуру ⁽²⁾ или Двараку ⁽³⁾, а желаешь – иди в Джаганнатх ⁽⁴⁾,

[Но] без общества садху и любви Хари ничего не получишь.

23.4. У меня два друга : один – вишнуит, другой – Рам.

Один ниспосылает спасение, другой заставляет поминать имя [Рамы] ⁽⁵⁾.

28.5. Кабир: я [долго] бродил по лесам ⁽⁶⁾ в поисках Рамы

И наконец встретил слуг, любящих Раму; теперь исполнились все мои желания.

28.6. Кабир: тот день хорош, в который [ты] встретишь святого.

Ты крепко обними [его, и] грехи покинут [твое] тело.

28.7. Кабир: бетель ⁽⁷⁾ содержит чистотел и куркуму [тоже]; смешавшись с ним, сандал сохраняет свои свойства.

А [они] выросли рядом с сандалом и тоже становятся [благоуханными], как сандал.

28.8. Кабир: застоявшуюся во рву воду никто пе пьет,

[Но] когда эта вода сольется с водою Ганги, она станет, как вода Ганги.

23.9. Кабир: [люди] сознательно отвергли истину [и] полюбили ложь.

О Рам джи ⁽⁸⁾, такого общества не приведи мне увидеть даже во сне.

28.10. Кабир: О Всевышний, познакомь [меня] с теми, в чьих сердцах ты обитаешь!

А не то забери мою жизнь: как [мне] вынести это бесконечное страдание?

28.11. Сколько волн у моря? Где [они] рождаются и куда уходят?

Я приношу себя в жертву такому дасу ⁽⁹⁾, который возвратился [в Океан], чтобы раствориться [во Всевышнем].

28.12. Этот мир – грязное жилище, стены которого тоже в саже,

Я жертвую собой ради такого даса, который живет под покровительством Рамы.

28.13. Бхакт, словно дорогое полотно, к которому [никогда] не пристанет грязь.

Шакт ⁽¹⁰⁾ [же] подобен черному одеялу – где хочешь, там [и] стели.

⁽¹⁾ Дерево ним – маргоза (Ficus Religiosa) обладает сильным и едким запахом.

⁽²⁾ См. примеч. 6 (23.10).

⁽³⁾ См. примеч. 7 (23.10).

⁽⁴⁾ Джаганнатх[пур] (совр. Пури) – город в штате Орисса, один из семи священных городов, где находится священное изображение Кришны – Джаганнатха.

⁽⁵⁾ Ср. первую строку в "Адигрантхе" [11, 164]: "Кабир: В вере [человеку] необходимы двое: один – сант, другой – рама..."

⁽⁶⁾ Я долго бродил по лесам – т.е. претерпевал различные рождения.

⁽⁷⁾ бетель – дерево (Piperbetel), листья которого употребляюсят для приготовления жевательной смеси. см. примеч. 24 (12.54).

⁽⁸⁾ См. примеч. 2 (21.4).

⁽⁹⁾ См. примеч. 35 (1.32).

⁽¹⁰⁾ См. примеч. 9 (17.11).

«Когда я пою хвалу моей Божественной Матери, я в то же время приношу хвалу абсолютному Брахману. Но слово «Мать» так сладко. Поэтому я люблю называть Его «Матерью». Мы должны научиться любить личного Бога (Ишвару). Он легко может быть достигнут через любовь. Любовь, преданность и вера, это самые ценные вещи» Рамакришна

29.1. [Жить] без вражды, бескорыстно, преданно любить Господина,

Быть вдалеке от [мирских] страстей – таковы свидетельства святости.

29.2. Святой [никогда] не утрачивает святости, хоть встретятся ему миллионы не святых.

[Как] сандаловое дерево, обвитое змеей, не теряет [своей] прохлады ⁽¹⁾.

29.3. Кабир: того, кто страдает по Хари, видно издалека –

Тело худое, желания умерщвлены ⁽²⁾, и живет [он] вдалеке от мира.

29.4. Кабир: тело страдающего по Хари худое, как скелет.

Ночь его без сна, и тело [его] иссохло.

29.5. [Тот, кто] не любит [Хари], спит спокойно, любящий [же] не спит по ночам.

Он мучается и страдает, словно рыба, [которую] вытащили из воды.

29.6. Кто не знает [о любви к Всевышнему], пребывает в счастливом сне.

[Но, когда] я познал Непознаваемое, то на меня свалились все беды ⁽³⁾.

29.7. Жизнь знающего бхакта – бесконечная смерть, а незнающий живет, словно принц.

[Он] не разбирает, что плохо и что хорошо. Занят [лишь тем, чтобы] наполнить свой живот.

29.8. Знающий бхакт страдает [в разлуке с Господом].

Он постоянно борется без меча со своей прельщающейся жизнью душой.

29.9. [Бхакт] страдает в разлуке с Рамой, и никто не знает о его страданиях.

[Он] бледнеет с каждым днем, так же, как вянут [листья бетеля] у торговца паном ⁽⁴⁾.

29.10. О Господин! [Тело мое] пожелтело |от разлуки с Тобой]. Люди говорят, [что эта] желтизна от болезни.

[Но] я дал вечный обет, чтобы соединиться с любимым Рамой.

29.11. [Нельзя] Раму соединять с Камой ⁽⁵⁾. [Это] волен испытать каждый.

Что может сделать бедный Кабир, если Сукхадев уже рассказал об этом ⁽⁶⁾.

29.12. Тот, кто отвращен от плотских желаний и привязан к Хари,

Станет бессмертным в век Кали, как Горакхнатх ⁽⁷⁾, [являющийся] свидетелем [этого].

29.13. До тех пор пока ты привязан к мирским страстям, Хари не поселится внутри [тебя].

[Если же] в душе поселился Хари джи, то [ты] не будешь чувствителен к [мирским] страстям.

23.14. Рама не может поселиться в том теле, где сомнение.

Между Рамой и любящим дасом не может стоять и былинка.

29.15. Всех связала личная корысть, [она] связала весь мир.

[Но тот, кто] бескорыстно почитает [Господа], будет вознагражден любовью Хари.

29.16. Как скроешь свет в [том] сердце, где поселился Хари?

Чем больше стараешься загасить [его], тем ярче [он] светит.

29.17. Я брожу с широко раскрытыми глазами, [но] не вижу ни одного [бхакта].

Как скроешь тело, в котором [поселился] мой Господин?

23.18. Мой Господин поселился в сердцах всех людей, нет ни одного пустого ложа.

Всех счастливее те, о подружки, в чьих сердцах Он проявился.

29.19. Рама – это огонь, который живет в каждом сердце.

[Но, если] душа не станет огнивом, от нее будет исходить только дым.

29.20. Кабир: бодрствует [только] Господин, и больше никто.

Бодрствует [также] мирской человек, чтобы насытиться ядом [мирских страстей], и дас, [который] служит [своему Господину].

29.21. Кабир: шел я, [но] впереди мне встретился Кхуда ⁽⁸⁾.

Миран ⁽⁹⁾ так сказал мне: "Кто велел тебе идти [туда]?" ⁽¹⁰⁾

⁽¹⁾ Ствол сандалового дерева на ощупь прохладный, а яд змеи порождает в теле жар. Ш. Водевиль свидетельствует, что данное выражение относится к поговоркам [96, c. 178]. Ср. первую строку в "Адигрантхе" (11.174): "Кабир: "Совершенный не теряет (своего) совершенства, [даже] когда встречает миллионы не обладающих совершенством..."

⁽²⁾ желания умерщвлены – в тексте: (manmarna). Достигаемое в результате состояние именуется unman. См. [96, VI-VII].

⁽³⁾ то на меня свалились все беды – имеются в виду страдания в разлуке с Господом.

⁽⁴⁾ См. примеч. 25 (12.54).

⁽⁵⁾ Кама – бог любви. Ср. примеч. 2 (16.6).

⁽⁶⁾ Кабир подчеркивает мысль о невозможности совмещения чувственного бытия с Рамой. Подтверждением этому служит вторая строка двустишия, где упоминается имя Сукхадевы, сына святого Вьясы, известного почитателя Кришны, лучшего сказителя пуран.

⁽⁷⁾ Горакхнатх – см. примеч. 2 (13.10).

⁽⁸⁾ Здесь – Кхуда (от араб Хувва) – Бога как высшую действительность Кабир определяет термином, заимствованным из ислама.

⁽⁹⁾ миран, мир (перс. mir "глава", "руководитель"). В историческом плане – титул сейидов, потомков пророка Мухаммада.

⁽¹⁰⁾ Вероятно, здесь намек на паломничество (хадж) к Каабе в Мекку, которое мечтает совершить каждый правоверный мусульманин.

«Молитвенные упражнения, обряды, церемонии, жертвы, возлияния воды на священный огонь – все это становится ненужным, когда в сердце человека является истинная любовь к Богу. Опахало нужно до тех пор, пока нет ветра. И когда начинает дуть ветер Божественной любви, все ритуальные действия становятся ненужными» Рамакришна

30.1. Кусочек сандала лучше, чем лес акации.

Хижина вишнуита лучше, чем большая деревня шакта ⁽¹⁾.

30.2. Благоустроен город, всюду радость и покой ⁽²⁾.

О брат! [Но, если там] нет любящих Раму, [он] для меня – пустыня.

30.3. В доме, где не поклоняются садху, не служат и Хари.

Такие дома подобны кладбищу – в них поселяются бхуты ⁽³⁾.

30.4. Тысячи коней, слонов, колесниц; сотни тысяч знамен полощутся на ветру.

[Но] нищенство лучше такого счастья, если день проходит в раздумье [о Раме].

30.5. Тысячи коней, слонов, колесниц у супруги царя,

Но не сравниться ей с той, которая носит воду слуге Хари.

30.6. Почему порицается царица? Почему почет служанке Хари?

Эта красит пробор ради возлюбленного, а та поминает имя Хари.

30.7. Кабир: та красавица богата, которая родила сына вишнуита.

[Он], поминая Раму, стал бесстрашным, между тем как весь мир остался без [такого] сына.

30.8. Кабир: тот род хорош, в котором родился дас [Хари] ⁽⁴⁾.

А род, в котором не родился дас, [подобен] аку паласу ⁽⁵⁾.

30.9. Не встречайся с шактом, [будь он даже] брахманом, [а] встречайся с вишнуитом, [будь он даже] чандалом ⁽⁶⁾.

Обними его так, как будто встретил Гопала ⁽⁷⁾.

30.10. Поминать [имя] Рамы хорошо, [когда] ты нищ [и] крыша твоего дома провалилась.

Сожги высокие дворцы, где нет любви к Всевышнему.

30.11. Кабир стал цветком жасмина, все дасы стали пчелами ⁽⁸⁾.

Везде, где цветет любовь Кабира, там обитает Рама.

⁽¹⁾ Ср. вариант в "Адигрантхе" [11, 15] – "Кабир: Хижина сантов хороша: селение неправедных (подобно пышущему жаром) горнилу. (Путь) сгорит тот дворец, где нет имени Хари".

⁽²⁾ Ср. первую чарану в "Адигрантхе" [11, 14] – "Кабир: Куда ни повернусь – везде зрелище..."

⁽³⁾ бхуты, бхута (букв. "бывший") – духи умерших, обитающие в местах сожжения трупов. Суеверия, связанные с бхутами, заимствованы индуизмом из анимистических представлений неарийских племен. Ср. "Адигрантх" [11, 192].

⁽⁴⁾ Ср. "Адигрантх" [11, 111]: Кабир: Тот род хорош, в котором родился раб Хари..."

⁽⁵⁾ аку палас – ак, дхак палас – дерево (Butes Frondosa), которое пышно цвете, но дает некрасивые, несъедобные плоды. Оно как бы является символом бесцельного существования.

⁽⁶⁾ чандал – представитель одной из самых низших каст в Индии.

⁽⁷⁾ См. примеч. 11 (1.13).

⁽⁸⁾ Адепты стремятся к Кабиру так же, как пчелы слетаются на запах жасмина. Ср. вариант "Адигрантха" [11, 147], где Кабир сравнивает себя с мускусом.

«Единственный вопрос, который я ставлю перед каждым мужчиной, женщиной или ребенком, когда они проходят физическое, интеллектуальное или духовное обучение: «Сильны ли вы? Чувствуете ли вы силу?» Потому что я знаю, что только истина дает силу. Я знаю, что только истина дает жизнь; ничто не сделает вас сильным, кроме продвижения к реальности; ни одни человек не обретет истины до тех пор, пока он не станет сильным» Вивекананда

31.1. Кабир: те, кто идут срединным [путем], быстро перейдут океан [бытия].

[Te], кто идут двумя [противоречивыми] путями, потонут в море сансары.

31.2. Кабир: оставь двойственность, придерживайся срединного пути.

Первый путь [дает] прохладу, второй жар: оба [пути] – огонь [страданий].

31.3. [Птица] Анал ⁽²⁾ свила гнездо в поднебесье – [она] всегда придерживается срединного пути.

Она отдалилась от земли и неба – ее вера не [нуждается] в опоре.

31.4. Кабир построил жилище там, где не бывает ни дня, ни ночи,

Где нет ни сна, ни бодрствования; где нет ни холода, ни жары.

31.5. Люди толпой идут по дороге, по которой пошли пандиты ⁽³⁾.

Кабир [же] взбирается по недоступной дороге, которую указал гуру.

31.6. Благодаря милости гуру [я] стал равнодушен к раю и аду.

[Погрузившись] в благость лотосов – стоп [Всевышнего], я обрел бессмертие ⁽⁴⁾.

31.7. Умирая, хинду взывают: "Рам!" Мусульмане – "Кхуда"!

Говорит Кабир: "Тот будет жив всегда, для кого оба имени значат одного Бога".

31.8. Несчастный оплакивает свое несчастье, счастливый – в заботах, как бы не утратить счастье.

[Только слуги] Рамы всегда радостны, потому что они далеки от счастья [и] несчастья.

31.9. Кабир: куркума – желта, известь бела ⁽⁵⁾.

Когда любящие Раму встречаются, оба цвета исчезают, [сливаясь в один].

31.10. Теперь Кааба стала Каши, Рам стал Рахимом ⁽⁶⁾.

Мука грубого [помола] превратилась в муку высшего сорта ⁽⁷⁾ – Кабир сидит и питается ею.

31.11. Земля и небо – две несвязанные сферы ⁽⁸⁾.

[Поэтому] шесть философий ⁽⁹⁾ впали в заблуждение и восемьдесят четыре сиддха ⁽¹⁰⁾ [тоже].

⁽¹⁾ В тексте: мадхи (санскр. madhyam, букв. "середина"). Этот термин служит для обозначения трансцендентального состояния, когда fltgn jjnhtitncz от дуалистического восприятия мира и осознает свое единство с Высшей реальностью.

⁽²⁾ Согласно Парасантху Тивари (60, 150), огненная птица Анал, вероятно, идентифицируется с птицей Феникс, которая свила себе гнездо в небесах, а затем сгорела от собственной песни, вновь возродясь впоследствии из пепла, как гласит известная легенда. Во всяком случае, первая строчка свидетельствует об этом. Кабир не говорит, что Анал сгорела в собственном огне (хотя ее имя подтверждает это), а поселилась в "середине" между небом и землей.

⁽³⁾ Люди идут по дороге, по которой пошли пандиты, – т.е. дорогой ритуалов и идолопоклонства, которая, согласно Кабиру, ведет к заблуждению. Ср. вариант второй строки в "Адигрантхе" [11, 165]: "...но по крутой тропе, (ведущей) к раме, взбирается (только) Кабир".

⁽⁴⁾ обрел бессмертие – букв. "остался без начала и конца".

⁽⁵⁾ куркума – желта, известь – бела. Куркума (Curcuma Longa, haldi) под воздействием негашеной извести (cuna) приобретает красный цвет, который у сиддхов (одна из шиваитских сект), натхов и у Кабира признается цветом любви. Получаемая таким образом краска используется, в частности, для нанесения на лоб ритуальных знаков. Традиционные комментаторы усматривают здесь следующую аллегорию: под куркумой подразумеваются представители низших каст, обладающих смуглой кожей, а под известью – светлокожие представители высших каст; встреча истинно верующих из обеих групп открывает перед ними путь к Богу и способствует ликвидации кастовых различий. Ср. "Адигрантх" [11, 56].

⁽⁶⁾ Рахим (араб. "милосердный") – эпитет Аллаха. Индусские и мусульманские святыни и боги играют огромную роль в процессе постижения Бога как у мусульман, так и у индусов. В этом стихе Кабира звучит тема единства индусов и мусульман. Поэт отвергает идею исключительности и тех, и других. Его Бог принадлежит всем народам, несмотря на различные вероисповедания. Ср. (12,47).

⁽⁷⁾ Мука грубого [помола] превратилась в муку высшего сорта, т.е. исчезла двойственность и наступило состояние единения с Божеством.

⁽⁸⁾ Первая строка двустишия допускает ряд толкований, вытекающих из различной трактовки слов: tumbari (1. tumari, tobari – "бутылочная тыква" и такие изделия из нее, как "нищенская чаша для подаяний" или "резонатор струнного музыкального инструмента"; расширительно – сфера; 2. tobari – "ты – великая"; abadha (1. abadhya – санскр. "нерушимый"; 2. abadha – санскр. "несвязанный", "свободный") и qui (1. "два"; 2. "двоичность"). Однако во всех случаях здесь усматриваются ассоциативные связи, порожденные представлением Кабира о спасении как о преодолении дуалистического восприятия мира и достижения единения с Богом. Традиционным символом дуальности является вина – струнный инструмент с двумя резонаторами [11, 95].

Предлагаемый М. Маколифом вариант перевода: "О двоичность, на земле и в небе ты нерушима", – не противоречит сказанному выше. Ср. "Адигрантх" [11.202].

⁽⁹⁾ Шесть философий (darasana, санскр. darsana – шесть основных систем классической индийской философии: ньяя (nyaya), вайшешика (vaisesika), санкхья (sankhya), йога (yoga), миманса (mimansa) и веданта (vedanta). См. подробно [25; 31].

⁽¹⁰⁾ Традиция тантрического буддизма и индуизма насчитывает восемьдесят четыре имени наставников (siddhi или siddha), достигших просветления. Ср. примеч. 9 (24.17).

«Тот, кто может погрузиться в море Блаженства, становится бессмертным. О Господе говорится в Ведах, как об океане вечного Блаженства. Кто входит в него, становится свободным от смерти» Рамакришна

32.1. Имя Рамы – молоко, все остальное – вода.

Редкий садху, подобно лебедю, способен отличить их.

32.2. Кабир: шакт не знает ничего, вишнуитам же все известно ⁽¹⁾.

Те, чьи уста не произносят [имя Рамы], гибнут.

32.3. Кабир: не приобретай пороков, собирай добродетели,

Как пчела [собирает нектар с каждого цветка, так и ты] ищи в каждом теле Всевышнего.

32.4. Бесчисленное множество [различных] цветов [и] плодов на земле,

[Но] Кабир выбрал [из них самое] сладкое [и] ароматное – какой прок от ядовитого плода?

⁽¹⁾ Перевод первой строки у Ш. Водевиль гласит: "Кабир, нет шактов, всех считай вишнуитами..." Автор поясняет: "Смысл первой строки не совсем ясен. Возможно, поэт считает, что все люди рождены вишнуитами, т.е. потенциальными святыми, так как Высшая реальность, рама, обитает во всех людях. Только отвернувшись от Рамы, они стали "шактами", т.е. безнравственными людьми..." [96, 288]. Правомерность нашего варианта перевода подтверждает вторая строка двустишия.

«… когда наступает темнота, отстаивайте реальность и все враждебное должно исчезнуть… Не бойтесь: это запрещено. Раздавите страх и он исчезнет. Наступите на страх и он умрет. Не бойтесь. Не думайте о том, сколько раз вы терпели неудачу. Не обращайте на это внимания. Время бесконечно. Идите вперед; утверждайте себя снова и снова, свет должен прийти» Вивекананда

33.1. Все твердят имя Рамы, но с разними мыслями.

По-одному зовет Раму сати ⁽¹⁾, по-другому – лицемер ⁽²⁾.

33.2. Говоря "огонь", никто не обожжется, пока не сунет в [него] ноги.

До тех пор пока [ты] не познаешь [Раму], какая польза от повторения: "Рам".

33.3. Кабир: [я много] думал, размышлял [и пришел к выводу]: никого нет, кроме [Рамы].

Когда [я] увидел Всевышнего, [я] стал единым целым [с Ним].

33.4. Кабир – кукла, надутая воздухом, словно пузырь [на воде, который однажды лопнет].

В этом пузыре Творец возжег пламя [любви], поэтому он способен действовать.

33.5. Девять манов ⁽³⁾ нитей, о Кабир, запутано в каждом доме.

Тот, несчастный, распутает [их], кто познает любовь к Мурари ⁽⁴⁾.

33.6. Кто с верой прочтет [хоть] половину моего стиха, тот достигнет спасения.

Но [если] у кого в душе нет веры и любви, то распевай [он стихи] хоть день и ночь, от этого пользы не будет.

33.7. Те же буквы, те же слова, но люди произносят [их] по-разному;

Поэт [своим] мастерством придает [стиху] красоту, наполняя [его] чистой амритой [и] эликсиром жизни ⁽⁵⁾.

33.8. Хари подобен жемчужному ожерелью, [жемчужины которого] нанизаны на тонкую нить [раздумья о Нем].

Чрезмерное стремление к мирской суете может порвать ожерелье.

33.9. Душа не избавилась от страстей, а страсти не покинули душу.

Такова их природа – они закабалили человека.

33.10. Если утрачена вера в Бога, как восстановить [былую] веру?

Как всё отражается в воде, так [и ты] признавай Раму проявленным во всем [бытии])6).

33.11. Та же душа, то же тело, те же чувства ⁽⁷⁾; как назову его Господином трех миров? ⁽⁸⁾

[Говорит] Кабир: он обитает во всех людях, как вода содержится в любой жидкости.

⁽¹⁾ сати (букв. "сущая" и "истинная") – верная жена, которая, овдовев, заживо предает себя огню вмесет с телом мужа. У Кабира сати – символ истинного бхакта.

⁽²⁾ лицемер – в тексте: "актер". Истинный бхакт ("сати") любит Раму и произносит Его имя с упованием и любовью; лицемер же ("актер") – с холодным рассчетом. Ср. вариант "Адигрантха" [11, 190]: "Кабир: К Раме взывают по-разному, помни об этом одно: тот, кого все зовут Рамой, (на самом деле) просто актер".

⁽³⁾ ман – мера веса, равная 40 кг. Первая строка двустишия аллегорична: "девять манов нитей" это деяния – хорошие и дурные, которые совершает человек в своей жизни.

⁽⁴⁾ См. примеч. 14 (2.12).

⁽⁵⁾ См. Введение, с.27, а также примеч. 28 (2.31); 3 (6.8).

⁽⁶⁾ Кабир развивает здесь пантеистические идеи, содержавшиеся уже в древнеиндийском мировоззрении – брахманизме, индуизме, веданте, а также в исламе, – о безличном Мировом духе (боге), скрытом в самой природе.

⁽⁷⁾ Речь идет о человеческих ипостасях (аватарах) Всевышнего – Кришне, Раме.

⁽⁸⁾ См. примеч. 2 (2.3).

«Знание (джняна) не может быть передано сразу. Достижение его совершается постепенно. Представьте себе припадок жестокой лихорадки. Никакой доктор не даст хинина при таких обстоятельствах, зная, что лекарство не будет полезно. Припадок лихорадки должен пройти, и тогда хинин произведет своё действие. То же самое бывает с человеком, ищущим знания. Религиозные поучения бывают часто бесполезны для него, пока он поглощен мирской жизнью. Предоставьте ему известное время для наслаждения мирской жизнью, и его привязанность к миру постепенно ослабнет. И тогда вот будет иметь успех всякое религиозное поучение, преподанное ему» Рамакришна

34.1. Хари джи дает такое наставление: "О Кабир, слагай стихи, [чтобы помочь людям]!"

Много людей [обитают] в океане бытия, но редкие достигают берега.

34.2. Век Кали скор [на воздаяния], не совершай дурных поступков.

В левой [руке] зерно, в правой – серп; что посеешь, то и пожнешь ⁽¹⁾.

34.3. Кабир: Человек затрудняется ответить на вопрос и объяснить,

Куда исчезает [душа], которая только что произносила разные слова?

34.4. Кабир: Удали сомнения, рождение, смерть, заблуждения,

И тогда пять элементов ⁽²⁾, [из которых состоит твое тело], растворятся в Истине, [и] душа достигнет спасения.

34.5. Если [ты] домохозяин, то [тебя] одолевают хлопоты; если отшельник, то [приходится] просить милостыню.

Человек оказался в тисках [бытия]; о сант, [только] наставления [гуру] избавят тебя от [такого] состояния.

34.6. Отшельнику следует быть равнодушным [к бытию], домохозяину – великодушным.

[Если] оба лишатся своих свойств, то существование их будет бессмысленно.

34.7. Как появляются плоды на дереве, так и ты веди себя.

Собирая пайсу к пайсе ⁽³⁾, в конце концов соберешь тысячи и миллионы [благих деяний].

34.8. Кабир: [если бхакт] навсегда возлюбит имя Хари,

То уста [его] будут источать жемчуг [и] бесчисленное количество алмазов.

34.9. Говори такие слова, смирыв гордыню в душе,

Которые охладят твое тело [от жара мирских страстей и] принесут счастье другим.

34.10. Бхакту следует быть осмотрительным и осторожным,

Так хранить посуду и одежду, чтобы воры ⁽⁴⁾ не похитили [их].

⁽¹⁾ Аллегорический образ сеятеля; "зерно" – благие дела, "серп" – дурные поступки.

⁽²⁾ См. примеч. 16 (13.30).

⁽³⁾ пайса – медная монета.

⁽⁴⁾ См. примеч. 20 (5.19).

«Мирские люди обладают таким знанием различия между реальным и ложным, которое равно незнанию. Но истинное знание учит единству бытия. Незнание говорит: это золото, а это медь. Истинное знание говорит все золото. Всякое различение исчезает, когда является истинное знание» Рамакришна

35.1. Сначала Хари создал тело из семени.

[Затем] сотворил уши, руки, ноги, душу, вложил в уста язык.

Вверху – ноги, внизу – голова, в таком состоянии [Всевышний] держал [человека] девять месяцев ⁽¹⁾.

[В желудке] горит пища и вода, но ребенок не чувствует этого огня.

35.1. [Пребывая] в таком страшном месте, [эмбрион] никогда не остается в пустоте.

Говорит Кабир: "О милосердный Кришна! ⁽²⁾ Почему ты покровительствуешь [человеку]?"

35.2. Почему люди постоянно кричат: "Голоден!", "Голоден!"

[Неужели] тот, кто вылепил [этот] глиняный горшок и содеял рот, не способен наполнить его?

35.3. [О человек], признавай Творца! Почему просишь еды?

Войдя в храм [своего] сердца, [где обитает Господь], стань беззаботным и засни счастливым сном.

35.4. Посей имя Рамы, [потому что] это семя – плодородное.

Ороси поле – и, даже если потом земля засохнет, все равно это зерно даст урожай.

35.5. В душе пребывает драгоценная жемчужина, поминай [же ее] в [своем] сознании.

Действуй, не суетясь. Господь позаботится [о тебе].

35.6. Кабир: почему ты суетишься напрасно? К чему твои хлопоты?

Хари джи исполнит все, не хлопочи напрасно.

35.7. Судьбу, предопределенную Всемилостивым, уже не изменишь ⁽³⁾.

Судьбу не изменишь ни на йоту, хоть примени сотки тысяч [различных] средств.

35.8. Что [Всевышний] уготовил, то и будет.

Судьбу не изменишь на на йоту, сколько ни бейся головой.

35.9. Не суетись, будь спокоен – Господин всемогущ.

[Кроме людей] на свете существуют животные, птицы и другая живность. Как можно сосчитать, [сколько их]?

35.10. Святые не собирают богатств, им нужно лишь немного еды.

Что просят, то [Всевышний] им [и] дает.

35.11. [Я] соединился с именем Рамы в своем сердце, и Яма потерпел урон.

Я [полностью] доверился Всевышнему – [Его] слуга не отправится в ад.

35.12. Кабир: Почему тебя одолевает страх? [Ведь] Хари покровительствует тебе.

Взобравшись на слона, не бойся, хоть тысяча собак будут лаять [на тебя].

35.13. Сладка, как патока, еда подаяний, хлеб всех видов.

Ни у кого [к тебе] нет претензий – велик владыка без владений ⁽⁴⁾.

35.14 Основное в душе – сок любви; гордость и нежность – свойства тела.

Все исчезнет, когда произнесешь: "Подай мне".

35.15. Просящий [подаяние], словно смерть ⁽⁵⁾, редок [тот], кто спасается от нее.

Я говорю Рагхунатху ⁽⁶⁾: "Не заставляй меня просить".

35.16. Это тело – цветок розы, душа – пчела, [которая обожает ее необыкновенный [аромат].

Имя Рамы орошает их амритой, и появляются плоды веры.

35.17. Исчезла привязанность [к мирскому бытию], обрел веру в Брахму.

Теперь у меня [ничего] другого нет – только надежда на Тебя.

35.18. Почему страдает тот человек, в сердце которого поселился Хари,

[Ведь одна лишь [волна] Океана Хари смывает страдания и бедность.

35.19. Поглощен пением гимнов, [но в душе] не разорвал тенет сомнений.

Все [в мире] – пустое без веры в Единственного.

35.20. Как в песне присутствует рыдание, а в рыдании – рага ⁽⁷⁾,

Так и в байраги ⁽⁸⁾ может обитать [душа] домохозяина, а в домохозяине [душа] байраги.

35.21. Пением [религиозных гимнов] не смогли обрести [Всевышнего], [потому что] находились вдалеке от [Него].

[Но] тот, кто пел [с верой в Раму], полностью в Нем растворился.

⁽¹⁾ Первые два двустишия в оригинале идут без нумерации.

⁽²⁾ Кришна (букв. "черный") – самый почитаемый герой в индийской мифологии и самое популярное божество индийского пантеона (обычно его изображают окрашенным в синий цвет из-за темного цвета кожи), у Кабира – имя Всевышнего.

⁽³⁾ В двустишии Кабир декларирует неотвратимый характер судьбы, детерминированный волей Всевышнего.

⁽⁴⁾ Велик владыка без владений – Кабир оправдывает "нищенство" такого рода как путь к духовной и материальной свободе ("ни у кого к тебе нет претензий – велик владыка без владений").

⁽⁵⁾ В данном случае Кабир порицает аскета, получающего подаяние от мирян, сравнивая его со смертью.

⁽⁶⁾ Рагхунатх – защитник царского рода (рагху, букв. "защитник", "опора рода"); у Кабира – одно из имен Всевышнего.

⁽⁷⁾ См. примеч. 5 (12.4).

⁽⁸⁾ Байраги – отшельник, аскет преимущественно вишнуитского толка.

«Поверить, что в дровах содержится огонь – это вера. Но другое дело – извлечь этот огонь из дров, сварить что-нибудь на этом огне, съесть и достигнуть затем мира и счастья. Таким образом верить, что Бог существует в мире и поймать отдаленный проблеск Его – это одна вещь; но вступить в непосредственное сношение с Ним, наслаждаться Его сообществом и вкусить духовного блаженства – другое дело» Рамакришна

37.1. В моей душе пролегла глубокая трещина [между мной и миром бытия].

Как невозможно склеить трещину в расколотом горном хрустале, так и не соединить вновь мою душу с этим миром.

37.2. Как сворачивается молоко, как засыхает дерево ак,

Так и разорвалась моя душа от недоброго слова – разорвалась связь с верой [в мир бытия].

37.3. [Если] сандаловое дерево расколешь [на кусочки] или орех в листе бетеля, [они все равно] сохранят свои свойства,

[Но есть] две вещи, [которые если] расколешь, [то уже] не склеишь, – это Жемчуг ⁽¹⁾ и душа.

37.4. Как старая и рваная одежда не может сохранить своего цвета,

Так и Кабир, познав [эту истину], отверг золото и женщин.

37.5. О друг, погрузившись в размышление [о Всевышнем], почему не был осмотрителен?

О чем будешь думать, когда в этом городе ⁽²⁾ столько страданий и переживаний?

37.6. Хочешь уйти [из этого мира] – уходи, [но это] ничего не изменит для тебя.

Ты встретишь [еще] столько людей, сколько в лодке у перевозчика [при переправе через реку].

37.7. Почему ходишь из дома в дом [и] поишь людей водой [из Океана]?

[Ведь] тот, кто почувствует жажду [любви ко Всевышнему], выпьет [ее] сам.

37.8. Аскет [для стойкости] завязывает на набедренной повязке] семь узелков, он не ведает страха [перед мирским бытием].

Упоенный восторгом от Рамы, [он] Индру ⁽³⁾ считает бедняком.

37.9. Притязания порождают страх, не имеющий притязаний свободен от страха.

Тот, кто не имеет притязаний, считает Индру бедняком.

37.10. Кабир: обошел весь мир, взвалив на плечи [свой] скарб.

Внимательно все осмотрел [и пришел к выводу]: "Нет у меня никого, кроме Хари".

⁽¹⁾ Жемчуг – символ Рамы.

⁽²⁾ в этом городе – т.е. в этом мире сансары.

⁽³⁾ Индра – ведийский бог небес, Глава древнеиндийского пантеона. Хотя впоследствии Индра отошел на второй план по сравнению с великой триадой (Брахма, Вишну, Шива), представление о нем как Верховном боге, владельце роскошных дворцов и несметных богатств, сохранилось. Ср. "Адигрантх" [11, 169].

«Вера, вера, вера в себя, вера, вера в Бога – вот секрет величия. Если вы обладаете верой во все тридцать три миллиона мифологических божеств, а также во всех богов… и все же не обладаете верой в себя, тогда вам не будет спасения. Имейте веру в себя, придерживайтесь этой веры и будьте сильными; именно это необходимо человеку» Вивекананда

38.1. Я ничего не сделал, ничего не в состоянии сделать, и [йог] не в силах [что-либо] cделать.

Все, что [я] сделал, – содеял Хари, [только] его милостью Кабир стал великим ⁽¹⁾.

38.2. Все, что сделал Кабир, не существует, но существует все, что не сделано [им].

Что сделано, то существует, [но это] содеяно Господом.

38.3. У кого [в этом мире] нет никого, у того есть Ты; у кого есть Ты – у того есть всё.

В твоем дворце, о Господин, не может быть пусто.

38.4. Один бхакт созерцает [Всевышнего]; другой, лишенный истинной любви, рыдает [по Нему].

Милосердный господин пробудил меня ото сна [мирского бытия].

38.5. [Если даже] семь океанов превратить в чернила, [все] деревья – в перо,

[Всю] землю превратить в бумагу, [то все равно] я не смогу описать величие Хари.

38.6. Как описать Неописуемого? Я не в состоянии описать [Его].

[Но я] опишу Его таким, каким я Его себе представляю. Я устал говорить постоянно о Тебе, о мой Друг!

38.7. Огонь слева, огонь справа, огонь повсюду – я сгораю [в этом] огне мирских страстей.

Впереди и позади [меня] тоже огонь, только творец может меня защитить.

38.8. Мой господин – купец, который занят торговлей:

Без гирь и весов Он взвешивает целый мир.

38.9. Я соединился с именем [Рамы], как смешалось горчичное зерно с солью.

[О Всевышний], как собъешь с пути того, кого Ты направил по пути [любви]?

38.10. Кабир: к чему твои хлопоты, если Рам не поможет [тебе]?

На какую бы ветку [ты] не поставил ноги, она [все равно] согнется [под твоей тяжестью].

38.11. С тех пор как я познал этот мир, нет мне счастья.

Сколько ни брожу [в поисках счастья], страдания не покидают меня.

38.12. Господь располагает всем, у [Его] же слуги – нет ничего.

Горчичное зернышко он превращает в гору, [а] гору – в горчичное зернышко.

⁽¹⁾ Ср. вариант "Адигрантха" [11, 62]: "Кабир: Я не сделал (ничего) и не сделаю, и тело (мое) не в состоянии (что-либо) сделать. Как я могу знать, (что мне делать)? Ведь это Хари сделал так, что Кабир стал Кабиром".

«Твердость в поклонении одному аспекту Бога абсолютно необходима. Ныряйте глубже. Не опустившись на самое дно океана, человек не может достать сокровище. Если вы будете плыть по поверхности, вы не можете достигнуть его. Учитесь любить Бога. Будьте поглощены любовью к Нему» Рамакришна

39.1. Рана от копья легка – получивший [ее] продолжает дышать.

Но тот, кто излечит рану от злословия, [будет мне] гуру, я – его слугой ⁽¹⁾.

39.2. Как земля терпит [страдания] от того, что ее топчут, лес терпит [страдания] от [ударов] топора,

Так и слуга Хари терпит [страдания] от злословия, и никто другой.

39.3. Истинный покой не обретешь, оставаясь равнодушным.

Избавься от пороков, стань безупречным, [и тогда ты] не будешь страдать от злословия.

39.4. Кабир: [душа] обрела покой, получив знание Брахмана.

Огонь [страстей], который сжег весь мир, мне кажется водой ⁽²⁾.

⁽¹⁾ Ср. "Адигрантх" [11, 183].

⁽²⁾ Кабир излагает здесь концепцию "освобождения", которая состоит в следующем. Познав сущность Мировой души, или Всевышнего, и достигнув слияния с Ним, душа индивида обрела покой, отрешившись от забот, порождаемых иллюзорным миром (майей). Кабира эти заботы не трогают. Ср. вариант второго полустишия в "Адигрантхе" [11, 175]: "...Огонь, который опалил весь мир, слуге (Хари) кажется водою".

«Видение Бога трудно бывает объяснить другим. Это состояние можно, однако, описать приблизительно. Вы, без сомнения, бывали в театре на драматических представлениях. Вы, конечно, замечали, как до начала представления зрители разговаривают между собой о разных предметах – политике, домашних делах, о правительстве. Но как только поднимается занавес, и горы, селения, реки и люди представляются взорам, шум стихает, разговоры прекращаются, и каждый зритель всё своё внимание отдаёт действию, которое разыгрывается перед ним. Почти в таком же состоянии находится человек, который благословлён видением Бога» Рамакришна

40.1. Кабир: в теле [живет] слово [истинного гуру], инструмент играет без струн.

Снаружи [и] внутри – все наполнилось [словом гуру], исчезли все заблуждения.

40.2. Истина, радость, бдительность, благородные помыслы – всем этим пронизано слово [гуру].

Милостью истинного гуру я достиг всех добродетелей, являющихся сутью всех учений.

40.3. Истинный гуру должен быть таким, как шлифовальщик.

Вращая [свое] слово на точильном камне, [он] делает тело [блестящим], как зеркало.

40.4. Истинный гуру – настоящий воитель – метнул в меня одно слово.

Едва [оно] коснулось [меня], я [пал] наземь, и в сердце [у меня] открылась рана ⁽¹⁾.

40.5. Стрела [любви] Хари попала в [его] слугу, [и он] не в состоянии ничего сказать.

Удар поразил тело, [а] боль [осталась] в сердце.

40.6. Чем больше я поминаю достоинства Хари, тем глубже вонзается стрела [любви].

Чем сильнее натягиваешь тетиву лука, тем глубже вонзается стрела.

40.7. Чем больше я поминаю достоинства Хари, тем глубже вонзается стрела [любви].

Кто выдержит эту боль [разлуки], тот станет бхактом, подобно Кабиру.

40.8. Громко взывает здоровый, еще [громче] – раненый.

Сраженный же словом [гуру], Кабир не сдвинулся с места ⁽²⁾.

⁽¹⁾ Ср. двустишие (1.7), а также "Адигрантх" [11, 194].

⁽²⁾ Двустишие допускает ряд толкований (см. [67.71; 102], сводящихся к противопоставлению либо показной и подлинной боли, либо боли телесной и духовной. Наиболее приемлемым представляется второе противопоставление (телесный-духовный), которое укладывается в систему используемых Кабиром аллегорий (например, "рана от копья – рана от слова"). Ср. также вариант "Адигрантха" [11, 182]; "Кабир: Раненые (телесные) сильно кричат, но испытавшие настоящую боль ведут себя по-другому. Пораженный в самое сердце, Кабир не сдвинулся с места".

«Твердость в вере есть первая вещь необходимая для познания Бога как Реальности. Ничто не может быть совершено без твердости. Если вы твердо верите в Бога, имеющего образ, вы достигнете Его; равным образом, если вы твердо верите в безличное и не имеющее формы Божество, вы достигнете Его. Сахар остается сладким, все равно, кусать его прямо или косо» Рамакришна

41.1. [Если человек] живет, словно мертвый, отказавшись от всех мирских желаний,

И служит своему Господину, то Хари оберегает [своего] слугу от страданий.

41.2. Кабир: [моя] душа умерла, а тело [мое] ослабло.

Тогда Хари последовал [за мною], взывая: "Кабир", "Кабир" ⁽²⁾.

41.3. Кабир: умерев [при жизни], остался презренный [людьми] на кладбище – никто не понял моей тайны.

Только Хари нежно призвал меня, словно корова, любящая [своего] теленка.

41.4. [Если] сжигаю [фальшивый] дом, [то] спасаю дом [истинный], если сохраняю [фальшивый] дом, [то] теряю дом истинный ⁽³⁾.

[Я] увидел удивительное – тот, кто умер [при жизни], победил смерть.

41.5. Смерть за смертью – так вымер [весь] мир, [но] никто не знает, как умирать.

Кабир: умирать надо так, чтобы не пришлось умирать снова.

4.1.6. Умер лекарь, умер больной, умер весь мир.

Не умер [лишь] один Кабир, опорой которому служит Рама.

41.7. [Моя] душа умерла, умерли все привязанности, прошла корысть, [все] исчезло.

Был йог, но слился с Всевышним, [и от] асаны ⁽⁴⁾ [его] осталась [лишь горстка] пепла.

41.8. Смерть лучше, чем жизнь [в мире сансары], для тех, кто знает, как умирать.

Кто умирает до своей смерти, тот становится бессмертным в век Кали.

41.9. Никто из лицемеров не может выдержать испытания на пробном камне Рамы ⁽⁵⁾.

[Лишь тот] выдержит испытание, кто живет, словно мертвый.

41.10. [Когда] подавишь в себе себялюбие, [тогда] встретишь Хари, [если] забудешь Хари – потеряешь все.

Невыразима история любви – сказанному никто не поверит.

41.11. [Тот, у кого] нет Госаина ⁽⁶⁾, погубит себя, потому что у него нет опоры.

О человек, сделай бедность своей верой – и будь что будет! ⁽⁷⁾

41.12. Кто беден, тот смирен; кто богат, тот объят гордыней.

Сердце высокомерного полно яда, сердце бедняка переполнено Рамой.

41.13. Кабир – ученик Святого, ничтожный слуга всех слуг [Рамы].

Кабир: "Я стал травою, которая стелется под ногами".

41.14. Стань камнем на дороге, отринув гордыню [и] лицемерие.

Кто станет истинным бхактом, тот встретит Бхагавана ⁽⁸⁾.

⁽¹⁾ Ср. примеч. 28 (1.26).

⁽²⁾ Ср. вариант "Адигрантха" [11, 55]: "Кабир: Душа стала чистой, как вода Ганги. Хари последовал (за мной), взывая: "Кабир", "Кабир".

⁽³⁾ Смысл двустишия в том, чтобы подавить в себе мирские устремления и обратить все помыслы к Раме. По Маколифу, "дом" соотносится с телом и "поджечь его" – значит воспламенится любовью к Раме [102, 284]; однако Р. Варма трактует "сожжение дома" как искоренение желаний [71, 172].

⁽⁴⁾ См. двустишие (4.4) и примеч. 6 (4.4).

⁽⁵⁾ Ср. вариант первого полустишия "Адигрантха" [11, 33]: №Кабир: ни один лжец не может выдержать испытания на пробном камне Рамы..."

⁽⁶⁾ Госаин (Gusai, Gosvamin, букв. "владыка коров") – 1) вишнуитский нищенствующий подвижник, 2) эпитет бога Кришны и отсюда, расширительно, обозначение Всевышнего. Двузначность термина дает повод к расхождениям в толковании двустишия. М. Маколиф переводит "лишенный гуру", т.е. наставника в вере [102, 286], тогда как у Ш. Водевиль находим maitra в значении "владыка", "господин", т.е. Бог [96, 63]. Так же следует понимать его и в нашем толковании. Ср. "Адигрантх" [11, 51].

⁽⁷⁾ Здесь дано одно из возможных толкований. У Маколифа [102, 286] два варианта. "Будь покорным и смиренным – и будь что будет" и "Сделай смирение своей верой – и будь что будет". Расхождение основывается на двояком понимании слова din: как санскр. dina ("смиренный" и т.п.) или как араб. din ("вера", "религия"). Последнее представляется мне удачным как по лексическим (практическая неупотребительность этого слова в средневековых диалектах хинди), так и по метрическим (нарушает метрическую структуру стихотворения) соображениям.

⁽⁸⁾ См. примеч. 14 (3.30).

«Вот тест для истины: отвергайте как яд все, что делает вас физически, интеллектуально и духовно слабым. В этом нет жизни, это не может быть истинным. Истина является укреплением. Истина – это чистота, истина – это всезнание; истина должна укреплять, просветлять и воодушевлять» Вивекананда

42.1. Кабир: не иди туда, где лицемерная любовь.

[Я] сжег бутон канира ⁽¹⁾, [у которого] тело красное, а душа белая.

42.2. Занятый мирскими делами ⁽²⁾ шакт – хорош, если он подобен девственнице.

Грешный вишнуит – плох, слуга Хари не должен приближаться [к нему].

42.3. Поминай чистейшее имя Хари! Молись самому чистому [имени Его], о брат!

Иначе ты так запачкаешься, что не отмоешься и мылом.

⁽¹⁾ канир – ароматный олеандр. Бутон олеандра – белый, а раскрытый цветок – красный, поэтому олеандр служит символом лицемерной любви.

⁽²⁾ занятый мирскими делами – в тексте: "сансари". П. Тивари переводит это слово как "мирской" [60, 132]. Ш. Водевиль предлагает свое чтение – "женатый" [96, с.242].

«Все зависит от ума. Нечистый ум приносит привязанность к миру, ум же очищенный приносит познание Бога» Рамакришна

43.1. Не встретился [еще] тот, кто дал бы нам совет,

Схватив рукой за волосы, вытащил бы тонущих в океане бытия.

43.2. Не встретился [еще] тот, кто, признав нас, сделал бы своими учениками

И, оказав [свою] милость, переправил бы нас на другой берег [океана бытия].

43.3. Не встретился [еще] тот, кто был бы преисполнен любви к Раме,

[Кому бы мы могли] вручить [свое] тело [и] душу, словно антилопа, очарованная песней охотника ⁽¹⁾.

43.4. Не встретился [еще] тот, кто сжег бы собственный дом.

Изгнал бы [пятерых] сыновей ⁽²⁾ и сосредоточился на любви к Раме.

43.5. Не встретился [еще] тот, за кем мы могли бы последовать,

Видя, как горит все человечество в огне своих прихотей и желаний.

43.6. Не встретился [еще] тот, кому бы я [мог] рассказать все откровенно, – все, что у меня на душе,

Кому бы я мог рассказать о том, что я мертв [при жизни].

43.7. Не встретился [еще] тот, кто показал бы нам дорогу [к Всевышнему],

Направил бы все мысли и чувства на Хари, который обитает один в пустоте.

[Но] не встретился [еще] тот, кто, взяв нас за руку, вывел бы [из круговорота рождений].

43.9. Три рода влюбленных встречаются часто, [но] любящих четвертого рода не встретишь ⁽³⁾.

[Хоть] все и любит Раму, [но все равно] остаются верны своим страстям.

43.10. Много встречается околдованных мирским бытием [и] тех, кто предпочитает произносить никчемные речи.

[Но] не встретился еще такой, чье сердце ранено любовью к Господину.

43.11. Много встречается храбрых бойцов, но раненых [любовью к Раме] не встретишь.

Когда раненый ⁽⁴⁾ встречает раненого, то любовь становится сильнее.

43.12. Я повсюду ищу влюбленного [в Бога], но не встретился мне воистину влюбленный.

[Если] любящий встречает любящего, то весь яд превращается в амриту.

43.13. Я сжег свой дом, взяв в руки факел.

Теперь я сожгу дом того, кто пойдет вместе со мной.

⁽¹⁾ Аллегория: адепт ("антилопа") вверяет свое тело и душу истинному гуру ("охотник").

⁽²⁾ Под пятью сыновьями подразумеваются пять дурных страстей, искореннеи которых необходимо для бхакта. Ср. примеч. 20 (5.19), а также "Адигрантх" [11, 83]: "Кабир: Нет такого, кто бы сжег собственный дом [и], убив [своих] пятерых сыновей, отдал [свою] любовь Раме".

⁽³⁾ три рода влюбленных – три цели, которые человек старается достичь в своей жизни: богатство (artha), физическая любовь (kama) и выполнение своего ддлга (dharma); четвертой является спасение (moksa, или mukti), т.е. соединение со Всевышним и избавление от круга перерождений.

⁽⁴⁾ раненый – преданный бхакт, который ранен наставлением-словом истинного гуру, связанным с Божественным откровением.

«Человек должен обладать настолько сильной верой в Бога, что он сможет сказать: "Что? Я повторял имя Бога, разве может грех по-прежнему прилипать ко мне? Разве я могу все еще быть грешником? Разве я могу все еще быть в рабстве?» Рамакришна

45.1. Трусостью не обретешь спасения, так будь же храбрым.

Отринь [лживое] оружие заблуждений [и] овладей копьем-поминанием.

45.2. Забившись в угол, не обретешь спасения, о глупец!

Кабир: чтобы достичь спасения, умри на поле брани с мирскими страстями.

45.3. Кабир: тот [настоящий] герой, [кто] сражается со [страстями своей] души,

[Кто], сразив пятерых пехотинцев ⁽¹⁾, уничтожит двойственность ⁽²⁾.

45.4. Герой тот, кто сражается, окруженный [врагами] со всех сторон,

Кто сражается с одним войском, того не признавай героем, – говорит Кабир.

45.5. Кабир: тот герой, [кто], войдя в лес ⁽³⁾, остается [в нем] властелином,

[Кто] остался верен своему Господину, не ожидая награды [от Него].

45.6. В пустоте раздается звон литавр, гремит барабан войны,

Герой сражается на поле брани, презрев саму смерть.

45.7. Кабир: я возлюбил Хари, и во мне не осталось сомнений.

На широком поле [бытия] я сражаюсь с вожделением и гневом.

45.8. Герой, взяв в руки меч [сосредоточенности], надел доспехи единства [с Божеством].

Он взобрался на слона знания, теперь настало время покинуть поле [боя].

45.9. Того признавай героем, [кто] сражается ради любви [к своему Господину].

[Если] даже [его] разорвут на мелкие кусочки, [он не покинет поля [боя].

45.10. Герой не оставит поля [битвы], сражаясь с [вражеским] войском,

В душе [своей] не думай ни о жизни, ни о смерти.

45.11. Не оставляй [поле] сражения, не беги вспять, ведь твой дом далек.

Вручи [свою] голову Господину, не заботясь ни о чем.

45.12. Случилось так, что сбылось желание души –

Зачем бояться смерти, когда в руках синдур? ⁽⁴⁾

45.13. Мир боится смерти, а я радуюсь [ей],

Когда же я умру, когда же увижу Истинное блаженство ⁽⁵⁾?

45.14. Трус любит бахвалиться, герой никогда не хвастает.

Только их дела покажут – на чье лицо падает свет ⁽⁶⁾.

45.15. Иди [и] спроси у раненого, [который] не спит от боли ни днем, ни ночью.

[Эту] боль знает [только тот, кто] пустил стрелу, или тот, кого [она] поразила ⁽⁷⁾.

45.16. Раненый [словом гуру] бродит повсюду и не ищет убежища.

Кто ранен стрелой гуру, не переживет [боли] – смертельна его рана ⁽⁸⁾.

45.17. Дерево высокое, плоды [его] в небе; птицы погибли, отчаявшись [достать их].

Великие мудрецы исчерпали [свои силы], тщась достать [их, но] безупречные плоды остались недосягаемы ⁽⁹⁾.

45.18. Остался вдалеке [от Всевышнего] – ну и что? Отдай свою голову [Господу] и станешь близким ему.

Но пока не вручишь [свою] голову [Всевышнему], не достигнешь успеха.

45.19. Кабир: этот дом любви — не дом кхалы ⁽¹⁰⁾.

Сняв собственную голову, вручи [ее Господу] – вот плата за вход в [этот] дом.

45.20. Кабир: дорога к истинному дому любви – тернистая [и] труднопроходимая.

[Если] снимешь [свою] голову и положишь к ногам Всевышнего, тогда почувствуешь вкус любви.

45.21. Любовь не растет в поле, любовь не продается на базаре.

Раджа или слуга – всяк получит [ее], если взамен отдаст [свою] голову.

45.22. Отрезав [свою] голову, сделал противовес и отдал свою жизнь за каплю любви.

Всякий, кто хочет, пусть берет любовь за ту цену, какую я установил.

45.23. Герой снял [свою] голову, отрекшись от [всех] желаний тела.

[Тогда] Хари издалека увидел слугу и радостно встретил [его].

45.24. Бхакти – супруга Рамы, она не для трусливых.

[Кто] снимет [свою] голову и вручит [ее Раме], тот обретет имя Рамы.

45.25. Бхакти – супруга Рамы, [она], словно [острое] лезвие.

Кто колеблется, тот порежется об него, стойкий пройдет по нему [невредимым].

45.26. Бхакти – супруга Рамы, [она], словно пламя огня.

[Кто] прыгнет [в него], тот спасется, сгорит [тот, для кого оно – просто] зрелище.

45.27. Кабир: осторожно взберись на коня любви.

И, вооружившись знанием, сильным ударом снеси голову смерти.

45.28. Кабир: [я] сторговал Алмаз по безумно дорогой цене:

Взамен [его] отдал [свое] тело и пожертвовал головой.

45.29. У меня столько врагов, сколько звезд на ночном небе.

[Но, если даже] отрежут [мне] голову и насадят на зубец крепости, а тело – на железный кол.

То [я все равно] не смогу отделиться от Тебя, [мой Господин].

45.30. Если [я] останусь побежденным, то буду с Хари; стану победителем – моя удача.

Буду служить Парабрахме ценою своей головы – это не такая большая плата.

45.31. Ценою [своей] головы служи Хари, оставь мирские заботы.

Кто отдал [свою] голову и встретил Хари – удачно сторговал [Алмаз].

45.32. Если оборвется канат, натянутый высоко в небе, никто не поддержит акробата.

[Так] садху, сатн [и] герой балансируют на острие меча.

45.33. Сати восклицает, взойдя на костер: "Слушай, о мой муж на погребальном костре!

Все люди ушли, и наконец мы с тобой остались [наедине]".

45.34. Несчастная душа совершила обряд сати – расстелила [брачное] ложе на костре.

[Она] заснула вместе со своим Возлюбленным, [и] огонь охватил |их] со всех сторон.

45.35. Сати и герой совершили подвиг, отдав [свое] тело [и] душу.

Пожертвовали собой ради Возлюбленного, и теперь поляна сожжения прославляет [их].

45.36. Сати вышла, чтобы сгореть [на костре, который разжег Возлюбленный], поминая Его с любовью.

Услышав [одно] слово [Возлюбленного], лишилась жизни, забыв о своем теле.

45.37. Сати вышла, чтобы сгореть [на костре, который разжег Возлюбленный], она думала только о Единственном

Когда [она] вверила тело [и] душу своему Возлюбленному, [тогда] не осталось различия [между ними].

45.38. Кабир: я спрашиваю у тебя, о подруга, почему не умерла при жизни?

Умерла [вслед за Возлюбленным], совершив обряд сати, [но] почему [ты] при жизни не сделала это?

45.39. Кабир: взывай к Раме открыто, не воспевай [имя] Рамы тайком.

Избавься от соломенной занавеси майи, чтобы не загорелась [она] второй раз.

45.40. Кабир: Хари почитает всех, [но] никто не почитает Хари.

Пока ты заботишься о своем теле, не станешь слугой [Всевышнего].

45.41. Весь мир охвачен корыстью, даже бхакт корыстен в [своем] служении [Раме].

[Но] корысть Кабира – [только] Рама, поэтому я расстался со своими желаниями.

⁽¹⁾ См. примеч. 20 (5.19).

⁽²⁾ См. примеч. 1 (гл. 31).

⁽³⁾ лес – традиционный символ темных и греховных желаний. Ср. подобную идею в "Дхаммападе" [12, 106]: "...Из леса рождается страх. Вырубив лес и чащу, вы, о бхикшу, станете свободными".

⁽⁴⁾ синдур – поскольку синдур (красная краска) служит символом супружеской верности (ср. примеч. 2 (11.4), герой уподобляется верной жене (сати). Ср. "Адигрантх" [11, 71]: "Мечта сбылась. (Рама простер над) душой свою милость. Что мне смерть, когда уже в руках синдур?"

⁽⁵⁾ увижу Истинное блаженство – т.е. Всевышнего.

⁽⁶⁾ на чье лицо падает свет – т.е. на чьей стороне будет победа.

⁽⁷⁾ Ср. подобную идею 3.14.

⁽⁸⁾ См. гл. 41 "Мертвый при жизни".

⁽⁹⁾ Аллегория: "птицы" – бхакты, ищущие Божественного откровения, "плоды" – результат познания Всевышнего истинным бхактом.

⁽¹⁰⁾ кхала – тетка по материанской линии.

«Пока существует влечение к мирской жизни и желание мирских вещей, имеется привязанность к телу. По мере того, как уменьшается влечение к миру, ум устремляется к Атману или истинной сущности, и тогда привязанность к физическому телу ослабевает. Когда влечение к миру совершенно исчезает, приходит самопознание, и Атман отделяется от физического тела» Рамакришна

46.1. О человек, поддельное счастье [ты] принимаешь за [истинное], радуясь этому в душе.

[На самом деле весь] мир для смерти – что жареные зерна; одни [у нее] во рту, другие [пока] в подоле.

46.2. Сегодня ночью [или] завтра [она] застанет нас в дороге.

Человек – воробей, смерть – сокол, [который] неожиданно нападает.

46.3. Смерть стоит у [твоего] изголовья. Проснись, о любимый друг!

Почему без любви к Раме спишь спокойно?

46.4. Весь мир погружен в сон, [только одному] святому не спится,

[Потому что] он понимает, что смерть стоит у изголовья, словно жених у ворот [невесты].

46.5. Сегодня говорит: "завтра буду почитать Хари". Завтра опять говорит: "завтра".

Так, откладывая со дня на день, упустил благоприятное время ⁽¹⁾.

46.6. Кабир: не заметил, [как] прошло мгновение в хлопотах о завтрашнем дне.

Смерть внезапно нагрянет, как сокол на куропатку.

46.7. Кабир: [человек, как птичка], клевал кусочек за кусочком – [так] промелькнули мгновение за мгновением ⁽²⁾.

Душа [еще] не освободилась от забот, а Яма [уже] пришел и ударил в барабан.

46.8. Я один против двух, между ними нет разницы:

Если спасусь от Ямы, [все равно] старость настигнет [меня].

46.9. Один за другим ушли любимые друзья.

О душа, теперь [и] твоя очередь приближается с каждым днем.

46.10. Стоящее в лесу дерево, загоревшись, взывает:

"Да не окажусь [я] во власти кузнеца, который сожжет [меня] второй раз" ⁽³⁾.

46.11. Что взошло, закатится; что расцвело, завянет.

Что построено, разрушится; что пришло, уйдет.

46.12. Что надето, порвется; имя, [которое] дали, уйдет.

О Кабир, пойми ту истину, [которую] изрек истинный гуру.

46.13. Душа взывает к сознанию: почему живешь без страха, оставшись без Рамы?

[Знай], ведь это тело – пузырь на воде, [который] очень скоро лопнет.

46.14. Пузырь на воде – такова наша жизнь.

Однажды [мы] исчезнем, как звезды на рассвете.

46.15. Кабир: этот мир – пустое. Иногда [бывает] горьким, иногда – сладким.

Тот, [кто] вчера восседал [на троне] во дворце, сегодня виден [горящим] на поляне сожжения.

46.16. Кабир: каждый день [женщина] в своем дворце скрывает свое лицо ⁽⁴⁾,

Страшась смотреть на масан ⁽⁵⁾, [а сегодня] ее сожгли на нем у всех на глазах.

46.17. Только вчера [женщина] блистала своей красотой, словно пламя светильника.

[А сегодня] лебедь ⁽⁶⁾ отправился в путешествие, и люди сказали: "Вынеси этот мусор из дома" ⁽⁷⁾.

46.18. Храм высок, высока башня, двери [его] разрисованы,

[Но] без имени Рамы Яма даст подзатыльник.

46.19. Кабир: к чему гордиться, [если] смерть, схватив тебя за волосы,

Неизвестно куда швырнет – уничтожит в своем доме или на чужбине.

46.20. Кабир: инструмент не играет, порвались все струны.

Что может поделать бедный инструмент, [если] ушел музыкант? ⁽⁸⁾

46.21. Кузнец ушел, а кузнечный горн продолжает пылать.

Наковальня и кузнечный молот остались ненужными ⁽⁹⁾.

46.22. Странник шагал по дороге, взвалив на спину мешок,

[А] впереди его ждала смерть – все в жизни иллюзорно.

46.23. [Человек] пришел [в этот мир] издалека [и] сегодня же отправляется в далекий [путь].

[Он] остановился на полпути, [чтобы] насладиться [жизнью], [но] смерть уже стоит на обочине дороги.

46.24. Никогда не произносил имя Рамы, [а тут] пришла старость.

Что успеешь вытащить, когда двери храма [уже] закрыты? ⁽¹⁰⁾

46.25. Годы прошли, силы иссякли, [даже] цвет [волос и кожи] изменился.

Разрушенного не восстановить, как ни раскаивайся,

46.26. Годы прошли, силы иссякли, а ты накопил [множество] дурных дел.

Выпустил Хари из своих рук, а день смерти уже пришел.

46.27. Кабир: возлюби Хари, не думай о дурном. [Как] привязанное к двери животное не знает, сколько ему еще осталось жить,

[Так и ты] не знаешь, когда [смерть] придет за тобой.

46.28. [Я] построил дом в ядовитом лесу ⁽¹¹⁾, а вокруг меня змеи.

Страх охватывает [мою] душу, [и] поэтому я не сплю по ночам.

46.29. Кабир: счастье – это Рама, все остальное – несчастье.

Боги, люди, святые, демоны – все попали в [сети] смеющейся смерти.

46.30. Тело бренно, душа неустойчива, [а человек] беззаботно хлопочет о своем, не поминая имя [Рамы].

[Но] чем беззаботней живет человек, тем [сильнее] смеется смерть.

46.31. Плакальщики умерли; умерли [те, кто] разжигал [костер].

Ушел тот, [кто] оплакивал [их], кого [теперь] позовешь?

46.32. Те, кто дал нам жизнь, умерли, [и] мы тоже собираемся в путь.

И те, [кто] нам встретится впереди, тоже уже увязывают поклажу.

⁽¹⁾ упустил благоприятное время – т.е. человеческое рождение.

⁽²⁾ Т.е. беззаботный человек, занятый мирскими удовольствиями, не заметил, как уже пришла пора расставаться с этим миром.

⁽³⁾ Аллегория: "дерево" – тело, "загоревшееся" – чувствующее близость смерти, "кузнец" – Яма, "сожжет второй раз" – заставит родиться вновь и, следовательно, вновь умереть. Ср. "Адигрантх" [11, 90].

⁽⁴⁾ [женщина] в своем дворце скрывает свое лицо – в домах знатных хинду молодой женщине разрешалось находиться рядом с мужчиной, накинув на лицо вуаль или край сари.

⁽⁵⁾ См. примеч. 11 (3.21).

⁽⁶⁾ лебедь – душа. Ср. примеч. 31 (5.39).

⁽⁷⁾ Как только душа покидает тело, семья умершего спешит вынести труп за пределы дома, так как считается, что присутствие его оскверняет домочадцев и привлекает злых духов.

⁽⁸⁾ Под инструментом подразумевается тело; под струнами – чувственные восприятия; под музыкантом – душа. Ср. "Адигрантх" [11, 103]: "Кабир: У инструмента, на котором я играл, порвались струны..."

⁽⁹⁾ Символика этого двустишия такова: "кузнец" – символ души; "кузнечный горн" – тело; "наковальня и кузнечный молот" – чувственные восприятия.

⁽¹⁰⁾ См. примеч. 23 [2.26].

⁽¹¹⁾ В ядовитом лесу – т.е. в мире бытия.

«Человек, познавший Бога, подобен сухому кокосовому ореху; его душа отделилась от его тела, и всякая привязанность к телу покидает его. Он равнодушен к наслаждениям и страданиям тела; он не ищет удобств для тела; он переходит с места на место как освобожденная душа» Рамакришна

47.1. Иди туда, где нет ни старости, ни смерти, где никто не слышал о смерти.

Иди, о Кабир, в ту страну, где лекарь – сам Всевышний.

47.2. Кабир: живет в лесу, став йогом, собирает и ест дикие коренья.

[Но] я не знаю, от какого корня ⁽¹⁾ [тело] стало бессмертным.

47.3. Кабир достиг стоп Хари, разорвались сети заблуждений, [расставленных] майей.

Теперь [он] принял позу йога в пустоте ⁽²⁾, [и] смерть ушла, колотя [себя] по голове.

47.4. Три и перетирай ⁽³⁾ [грязь] со своей души, пока не исчезнет себялюбие.

Словно паралитик, взывай [к Любимому]: "пиу", "пиу" ⁽⁴⁾, тогда смерть не сможет поглотить [тебя].

47.5. Кабир отточил [свою] душу о точильный камень разлуки.

Теперь моя душа растворилась в стопах [Хари], и рука смерти не дотянется туда.

47.6. Проводи много времени под таким деревом, [которое] плодоносило бы двенадцать месяцев ⁽⁵⁾,

[Давало] прохладную тень, изобилие плодов, [и на нем бы] резвились птицы.

47.7. Дерево [дарует] милость, благодетельны плоды [его] для живущих.

Но птицы ⁽⁶⁾ улетают в далекие края от дерева, приносящего благие плоды.

⁽¹⁾ корень (sanjivani) – магический корень бессмертия, который у Кабира отождествляется с Рамой – дарующим бессмертие. В традиции бхакти "корень бессмертия" – это истинное почитание Рамы или Вишну – Хари. Согласно индийской мифологии, sanjivani, или mrt sanjivani, – один из четырех целебных корней, который, как предполагают, устраняет смерть.

⁽²⁾ принял позу йога в пустоте – букв. "остановился в пустоте".

⁽³⁾ три и перетирай – здесь показан типично индийский способ стирки белья, когда его с силой бьют о камни и энергично перетирают руками. Кабир советует таким способом "очистить" свою душу, пока она не станет чистой.

⁽⁴⁾ См. примеч. 8 (2.7).

⁽⁵⁾ Имеется в виду древо любви к Раме, источник благого существования. Под птицами подразумеваются адепты, ищущие божественного откровения. Ср. "Адигрантх", первое полустишие [11, 229]: "Кабир: Посади семя этого дерева, чтобы оно плодоносило круглый год..."

⁽⁶⁾ Птицы в данном контексте символизируют души людей, живущих в мире сансары.

«Земное тело, со всеми его привычками и прихотями, не долго существует. Один пьяница увидев на празднике Дурги изображение богини, великолепно разукрашенное драгоценностями, воскликнул: «Мать, Ты можешь украшать себя всеми этими вещами, но через три дня они возьмут Тебя и бросят в Гангу» Рамакришна

48.1. Бросил бесценный Драгоценный камень [и] взял в руки [простой] булыжник ⁽¹⁾.

Оставил лебедя ради дружбы с цаплей.

48.2. [Я] увидел одну удивительную [вещь]: на базаре продавался Алмаз,

[Но] не было [там] знатока, и пошел он за каури ⁽²⁾.

48.3. Кабир: на ненужный хлам нашелся покупатель.

[Он] связал [тяжелый] тюк негодных вещей – теперь [ему] ничего не унести [с собой].

48.4. Жемчужины рассыпаны на дороге, вышел слепой [и не заметил их].

[Так и тот, кому] недоступен свет Джагадиши ⁽³⁾, обойдет весь мир, но не заметит [достоинств] мира ⁽⁴⁾.

48.5. Кабир: этот мир слеп, как слепая корова.

Был теленок и умер, [а она] продолжает лизать его шкуру [от любви и горя].

⁽¹⁾ под "бесценным драгоценным камнем" подразумевается Рама; "простой булыжник" – бренное существование.

⁽²⁾ каури – небольшая раковина, использовавшаяся в Индии в качестве мелкой монеты.

⁽³⁾ См. примеч. 3 (16.10).

⁽⁴⁾ не заметит [достоинств] мира – имеются в виду пути достижения Всевышнего – бхакти ("путь любви"); гьяна – ("путь знания"); садхана ("подвижничество", "йога").

«Абсолютный Брахман и Мать вселенной одно и то же. Где нет никакой деятельности, там состояние абсолютного Брахмана, а где эволюция и разрушение, там проявление Божественной Матери» Рамакришна

50.1. Я не знаю названия [той] деревни, куда иду ⁽¹⁾.

Только вчера [я] занозил [себе ноги] колючками, так почему же [сегодня] не надел деревянные сандалии?

50.2. Получив урок сансары, [я] пошел к [своему] Господину,

Нетленный увел меня [с собой] – исполнилось мое [заветное] желание.

50.3. [Увидев это], удивились все в раю. Брахма впал в раздумье.

Кабир отправился с Рамой, и собралось бесчисленное множество зрителей.

50.4. Все: животные, птицы, люди – утонули в своей гордыне.

[О бхакт], оставь гордыню и поселись в шунье ⁽²⁾.

50.5. Кабир извлек чистую воду из очень глубокого колодца и выпил [ее].

Все живые создания, погрязшие в мирской суете, умерли от жажды.

50.6. Кабир: во сне [ко мне] явился Хари, разбудил меня, и я восстал от сна [неведения].

[Но я] не в силах открыть глаза, боясь, что рассеется это сновидение.

50.7. У Гобинда ⁽³⁾ множество добродетелей, [которые] записаны в моем сердце.

[Поэтому я] боюсь пить воду, чтобы не смыть [записанное].

50.8. Кабир: так случилось, что мое имя стало бесценным.

Прежде [же я] скитался с места на место, подобно [шарику] ртути.

50.9. Океан [бытия] полон ядовитой водой, душа лишена стойкости.

[Но], когда Кабир встретил любимого Хари, тогда [он] перешел океан бытия.

50.10. Целый и невредимый я перешел океан [бытия] – такова моя счастливая судьба.

[Я] ухватился за лодку Рамы, и ни вода, ни грязь ⁽⁴⁾ не смогли коснуться [меня].

50.11. Кабир: Кешав ⁽⁵⁾ оказал милость – удалил все мои сомнения.

Дни, прошедшие без бхакти, были днями заблуждений.

50.12. Кабир: [я] вышел искать счастья, [но] впереди встретил несчастье.

[Оно] увело [меня] домой, [и там я] нашел огромное сокровище [любви к Раме].

⁽¹⁾ Имеется в виду путь к спасению.

⁽²⁾ См. примеч. 10 (5.8).

⁽³⁾ См. примеч. 11 (1.13).

⁽⁴⁾ вода, грязь – в данном контексте символизируют мирские страсти.

⁽⁵⁾ См. примеч. 16 (2.16).

«Рассуждение дает лишь интеллектуальное понятие об Абсолюте, которое далеко от истинного осознания Его. Последнее может быть достигнуто посредством медитации в уединении (дхьяна), но оно весьма несходно с непосредственным осознанием Бога, даруемым Его благодатью» Рамакришна

51.1. Кабир: сгорела река [сансары], вода и земля [тоже] в огне.

[Но огонь] не одолел Гопала ⁽¹⁾, не уничтожил бесценную Жемчужину.

51.2. Поднявшись высоко, тучи извергли дождь раскаленных углей.

Поднимись, о Кабир, [и] громко взывай о том, что мир горит [в огне мирских страстей].

51.3. Пылает огонь, и все страдают ⁽²⁾, я не вижу ни одного счастливого.

[Но] там, куда Кабир направил свои стопы, он обрел облегчение.

⁽¹⁾ См. примеч. 11 (1.13).

⁽²⁾ Сравнение страдания с горением весьма распространено также и в буддийской литературе. Ср. параллель: "Что за смех, что за радость, когда мир постоянно горит? Покрытые тьмой, почему вы не ищете света?" [12, 143].

«Три препятствия лежат на пути к совершенству – стыд, презрение и страх» Рамакришна

52.1. Кабир: красавица взывает: "Послушай [мою мольбу], о мой мудрый Супруг!

Если не встретишься со мной и не придешь ко мне, жизнь покинет меня".

52.2. Кабир: красавицу, которая добровольно прелюбодействует [с другими],

Никогда не будет почитать и любить Супруг.

52.3. Ту красавицу, которая почитает [своего] Господина, отринув все желания,

Никогда не покинет [Супруг] и не расстанется [с нею] ни на миг.

52.4. Терпеливо мели эту душу – перемалывай в муку мелкого помола.

Красавица тогда обретет счастье, когда появится свет Брахмы ⁽²⁾.

52.5. Над рекой висят качели ⁽³⁾, которые Супруг повесил для [своей] возлюбленной.

[Его] возлюбленная счастлива, потому что днями качается [на них].

⁽¹⁾ Глава в аллегорической форме повествует о любви возлюбленной (души) к супругу (Бог), что характерно для бхакти и суфизма. Ср. "Глава о знакомстве [с Богом]", а также Введение, с. 13.

⁽²⁾ Ср. двустишия 5.1-3.

⁽³⁾ качели – блаженство и покой, которые супруг (Рама) доставляет своей прекрасной возлюбленной (душе).

«В этом относительном мире добро и зло, добродетель и порок существуют, но они не касаются Господа. Бог не связан с ними, подобно ветру, на который не действуют приятные и дурные запахи, которые он разносит» Рамакришна

53.1. Мускус находится в пупке антилопы, [а] она ищет [его] в лесу ⁽¹⁾.

Хотя Рама [обитает] в каждом сердце, люди не видят [Его].

53.2. Редок тот святой, который знает, [что Всевышний обитает в каждом сердце], которому подвластны пять [чувств] ⁽²⁾.

[Но] кто не [может] обуздать [свои] пять [чувств], не будет с Хари.

53.3. Господин обитает в [каждом] сердце, [но] заблудшие не понимают этого.

Они подобны мускусной антилопе, [которая ищет его] повсюду, обнюхивая траву.

53.4. Кабир: в поисках Рамы [подвижник] отправился на Сингхалдвип ⁽³⁾,

[Но] Рама обитает в теле того, кто верит в Него.

53.5. [Никто] и нигде не видел [Господа] ни малым, ни большим; [но] Брахма, как в зеркале, отражается повсюду.

Тот, кто знает [это], находится рядом [с Ним], далек от [Него тот], кто считает, что [Он находится] вдалеке.

53.6. Я считал, что Хари [находится] далеко, а Хари, как в зеркале, отражается во всем.

Я считал, [что] Он вне меня, а [Он] рядом.

53.7. Рама – сокровенный побег травы, скрытый высоко в горах.

[Но] я встретил истинного гуру, обрел видение [Бога], и тогда Хари проявился в [моем] сердце.

53.8. Имя Рамы во всех трех мирах, [Он], как в зеркале, отражается в душе [человека].

Сожги эту ложь, которая взыскует Господа вдалеке.

53.9. Как зрачки [находятся] внутри глаз, так и Господин обитает во [всех] сердцах,

[Но] невежды не знают [этого] и ищут [Его] снаружи.

⁽¹⁾ Аллегория: невежественный человек ("мускусная антилопа") тщетно ищет спасения в мирском бытии ("лес"), т.е. в посещениях святых мест, поклонении идолам, в соблюдении ритуалов, а на самом деле спасение – в сердце каждого.

⁽²⁾ См. примеч. 20 (5.19).

⁽³⁾ Сингхадвип, или СВарнадвип ("золотой остров"), – древнее название острова Цейлон. Здесь имеется в виду, что подвижник отправился очень далеко в поисках Рамы, а Он обитает в его сердце.

«Абсолютный Брахман находится вне пределов достижения знания или незнания. Это и удерживает человека от постижения Абсолюта. Абсолютный Брахман вне пределов достижения Майи, потому что Майя – или видья или авидья. Видья Майя и авидья Майя, и то и другое существует в этом мире» Рамакришна

54.1. Несчастные люди, не обретшие знания [о Всевышнем], пребывают во сне [неведения].

Но [святые], которые обожают имя Рамы, не могут [уже] испытывать другие чувства.

54.2. Заметив недостатки других, [глупцы] поднимают [их] на смех.

[Они] не думают о своих собственных недостатках, которым нет ни начала, ни конца.

54.3. Держи клеветника около себя, построй [для него] хижину в своем дворе.

[Ведь он] без мыла и воды [своей клеветой] очистит твой характер.

54.4. Не гони клеветника, относись к нему с любовью и уважением.

[Он] очистит [твою] душу и тело своей клеветой.

54.5. Кто клевещет на аскета, тот навлекает на себя несчастье.

[Он] умрет в аду – спасение не для него.

54.6. Кабир: не порицай траву за то, что [она] стелется [у тебя] под ногами.

Если [хоть одна травинка] попадет [тебе] в глаз, принесет немало страданий ⁽²⁾.

54.7. Не восхваляй себя [и] не унижай других.

Неизвестно, под каким деревом [твой] скелет превратится в прах.

54.8. Кабир: обманывай себя самого, [но] не обманывай других.

Обманываешь себя – обретаешь счастье, обманываешь других – становишься несчастным.

54.9. Если сегодня встречу Господина, то, рыдая, расскажу [Ему] о [своих] страданиях.

Преклонив голову к Его стопам, скажу все, что хочу сказать.

⁽¹⁾ Общая мысль этой главы типична для религиозной литературы бхакти – "не восхваляй себя и не унижай других".

⁽²⁾ Смысл: не презирай скромность, покорность и смиренность, отбрось гордыню духа, "гордыня" в индуизме – один из главных грехов.

«Тот, кто достиг Бога, живя в миру, подобен человеку, живущему в хрустальном дворце и видящему все, как снаружи, так и внутри дворца» Рамакришна

55.1. Зеленый побег знает о милости воды [Хари].

Сухое [же] бревно не ведает, когда прольется дождь [милости Господа].

55.2. Дождь, [капля за каплей], пролился на камень.

Земля, [которую окропил дождь], измельчилась и соединилась с водой, а камень остался таким же твердым, каким и был ⁽¹⁾.

55.3. Парабрахман излил дождь жемчужин и покрыл ими вершины гор.

Те, кто обрел истинного гуру, собрали их; с пустыми руками остались те, у кого [гуру] не было.

55.4. Кабир: сок Хари излился на вершины гор и холмов.

[Но] вода стекла с вершин и задержалась в низинах ⁽²⁾.

55.5. Кабир: глупцы, совершающие ритуалы, подобны камню с ног до головы.

Что делать [бедному] лучнику ⁽³⁾, [если] стрелы не могут пронзить камень?

55.6. Кабир: дни прошли в [бесполезной] болтовне и слушании [ее]; душа, попав в сети [сансары], не смогла распутать [их].

Говорит Кабир: "О душа! [Ты] ничего не поняла и находишься в заблуждении, как и раньше".

55.7. Говорит Кабир: [сердца мирян] так жестоки, что наставления [истинного гуру] – пустой звук для них.

[Но] наставление, попав в сердце [человека], обладающего знанием о Боге, рождает знание и поминание [Всевышнего].

55.8. В надежде найти облегчение люди остановились на длинной дороге [жизни].

Их тела полны ядом мирских страстей – в них нет места для амриты.

55.9. [Если] змею поить молоком, [то] и молоко превращается в яд.

Не встретился [мне] еще такой, кто бы мог проглотить яд ⁽⁴⁾ змеи.

55.10. Не моя ошибка, что кхаджури ⁽⁵⁾ так высока и [ветви] ее раскинулись во все стороны.

Птицы не могут найти тень [под ней], а плоды находятся так высоко!

55.11. Из-за того что бамбук высок, [он] считает себя высокородным.

[Он] не воспринял благоухание сандала, и все [его] высокородие сгорело в огне.

55.12. Кабир: в соседстве с сандалом дерево ним ⁽⁶⁾ тоже становится как сандал.

Бамбук же утонул в гордыне – [пусть] никто не утонет так.

⁽¹⁾ Зеленый побег и сухое бревно, земля и камень – противопоставление преданного Богу бхакта и мирского человека, который остался глух к словам откровения истинного гуру. Ср. 25.1.

⁽²⁾ Люди, объятые гордыней ("вершины гор и холмов"), никогда не смогут познать любовь ("сок, вода") Всевышнего; только преданные бхакты ("низины") способны постичь ее.

⁽³⁾ Лучник – символ истинного гуру, религиозного наставника, без которого немыслимо, по убеждению поэта, подлинное познание истины и достижение спасения. "Стрела" – слово наставника. Ср. в "Дхаммападе" [12, 64]: "Трепещущую, дрожащую мысль, легко уязвимую и с трудом сдерживаемую, мудрец направляет, как лучник стрелу".

⁽⁴⁾ Реминисценция мифологического сюжета о Шиве (ср. примеч. 5 (23.9). В данном случае истинный гуру уподобляется Шиве, который своими наставлениями спасает бхакта от цепи перерождений.

⁽⁵⁾ кхаджури – финиковая пальма (Borras us Froleli Formis), дерево тал, пальмира. В индийской литературе – символ гордыни и спеси.

⁽⁶⁾ дерево ним – см. примеч. 1 (28.1.).

«Тот, кто живет со своей семьей, но не привязан к мирским отношениям и вещам, кто исполняет свои обязанности, не ища результатов своих трудов, достигает Бога точно также, как тот, кто отрекся от мира, убедившись, что земные отношения и цели скоротечны и нереальны» Рамакришна

56.1. Кабир: когда [я] встречу Господина, [то сначала] справлюсь [у Него] о новостях.

Затем расскажу [Ему] все до конца, что у меня на сердце ⁽¹⁾.

56.2. Кабир: в своих заблуждениях я забыл Тебя, [о Господь]! Нет мне прощения.

[Но] Господин взирает на это спокойно, ибо в этом виноват всегда [только Его] слуга.

56.3. Творец обладает всеми благими свойствами – [у Него] нет недостатков.

[Если] я загляну в свое сердце, то найду там одни пороки.

56.4. Пропустил случай [познать Всевышнего], и Возлюбленный остался в чужой стране.

О Кешав! Уничтожь скверну [мирского бытия], удали заблуждения и сомнения.

56.5. Окруженный океаном бытия, Кабир взывает с мольбой к Господину.

"О Госаин! ⁽²⁾ [Яма] совершает насилие над Твоим слугой, отрази его [натиск]".

56.6. "Я много раз совершал хадж к Каабе, о, сколько раз!" – говорит Кабир.

"О мир ⁽³⁾, в чем моя вина, что ты мне ничего не говорил? О мой пир ⁽⁴⁾"!

56.7. О Всевышний! Как моя душа [слилась] с Твоей, так и Твоя [Душа слилась с моей],

Так плавится [в печи] железо, сливаясь в единый поток.

⁽¹⁾ Ср. двустишие 54.9.

⁽²⁾ См. примеч. 6 (41.11).

⁽³⁾ См. примеч. 9 (29.21).

⁽⁴⁾ пир – (перс. pir, букв. "старец") – Глава мусульманской секты, обычно учитель у суфиев. Здесь обозначает наставника в вере (гуру), либо – что представляется более вероятным – самого Раму. Ср. "Адигрантх" [11, 198].

«Набожный человек, живущий в миру, может размышлять о Боге и призывать Его святое имя, но его ум снова подпадает под власть наслаждения и жажды богатства, подобно тому, как муха садится иногда на вкуснейшие конфеты, а иногда смакует грязь и падаль» Рамакришна

58.1. Случилось так, что не оказалось ни тыквы, ни лианы.

Полено, которое принесли, чтобы разжечь огонь, вдруг пустило зеленые побеги.

58.2. Сначала горит в огне, [а] потом снова зеленеет.

Я приношу себя в жертву такому дереву, которое приносит плоды, [если даже] вырубаешь [его] корни.

58.3. Если рубишь [лиану, то она] зеленеет, если поливаешь, то засыхает.

Невозможно рассказать о свойствах этой удивительной лианы.

58.4. Лиана [растет] во дворе, [а] плоды ее – в небе.

Это подобно молоку бесплодной коровы, смычку [музыкального инструмента] из усов зайца, игре с сыном бесплодной женщины.

58.5. Кабир: горька лиана, горьки и ее плоды.

[Только] тогда ты станешь святым, когда оставишь эту лиану.

58.6. Стал святым, слава [о тебе распространилась] повсюду. Но что с того?

Ведь семена [лианы] остались и сегодня, [а завтра] они дадут всходы.

⁽¹⁾ первые четыре двустишия носят характер стихов-парадоксов, известных под названием ультабамси (ultabamsi), и имеют много общего с поэзией натхов. Последние использовали этот поэтический стиль, бывший в традиции тантрического буддизма и индуизма. Его, в свою очередь, переняли у натхов Кабир и другие поэты-санты эпохи позднего средневековья. См. [50; 60; 67; 80; 95; 96].

Аллегория: тыква, выдолбленна и высушенная, которая служит аскету посудой, – символ человеческого тела; лиана – мир бытия; ср. примеч. 1 (16.26); полено отождествляется с мирскими страстями.

«Когда звонит колокольчик, он создает волны, подобные волнам в воде, в которую брошен тяжелый камень. Из Абсолюта исходят все феномены; из того же Абсолюта, который есть великая Первопричина, развиваются грубые, тонкие и причинные тела. Из того же Абсолюта опять, который есть четвертое состояние, исходят три другие состояния сознания. Волны опять расходятся по океану» Рамакришна

http://www.soullife.de/books.htm

* * *

Низка моя каста, низка моя каста,

и все надо мной насмехаются часто.

Но сердце я отдал своей низкой касте,

в ней славлю я Бога, и в ней – моё счастье.

* * *

Воду истины однажды

в кубок мне пришлось налить.

Пью всю жизнь её, но жажды

я не в силах утолить.

* * *

Кабир нам говорит: “Мир счастлив, сыт,

и сном невежества он сладко спит,

А я не сплю, познанию причастен,

но плачу, в знании своём несчастен”.

* * *

Кабир с учителем соединён любовью,

он слился с ним, как соль с мукой.

Всё уничтожилось – и каста и сословье.

Но кем я стал? Кто я такой?

* * *

На пустынной и сухой земле

лотос вечной мудрости цветёт,

Там душа моя сродни пчеле,

извлекающей чудесный мёд.

* * *

Как та вода, что превратится в лёд

и вновь, растаяв, побежит ручьём,-

В ученике учитель оживёт,

а ученик – в учителе своём.

* * *

Там, где нет основанья у храма,

там, где нет у наставника плоти,

Там наставника с радостью вижу,

там всегда вы Кабира найдёте.

* * *

Моя душа, искавшая добра,

совсем не та сегодня, что вчера:

Кто на гору обратно повернёт

поток, что с горных ринулся высот?

* * *

Метнул с любовью живою

учитель стрелу из лука,

И в сердце моё стрелою

вонзилась его наука.

* * *

В сей лавке я достал весь нужный мне товар.

Чтоб знанье не погасло,

Учитель мне поднёс такой светильник в дар,

который

* * *

Не будь учителя, стряслось бы горе:

как мотылёк, ты смерть обрёл бы вскоре,

Светильником заворожённый,

но призрачным огнём сожжённый.

* * *

Учитель, как поможешь ты, бедняга,

ученику, что не желает блага?

Он так легко покинет верный путь, –

о, стоит только в дудочку подуть!

* * *

Учитель тебе не поможет, невежда,

чей дух окунулся в зловонную грязь:

Так целой не станет худая одежда,

хоть красною краской её ты покрась.

* * *

Мы плыть хотим по морю бытия

в ладье обрядов старых и молений,

Но говорит учитель, что ладья

прогнила и потонет в бурной пене.

* * *

Так говорит Кабир: “Учитель, ты хорош,

но только если ты даёшь, а не берёшь.

* * *

Тону, тону в пучине бытия!

Ладью я вижу, только в ней – змея.

* * *

Узнал я, что такое ад, – и не пугаюсь ада.

Ищу я лишь твоей любви, а рая мне не надо.

* * *

И хорошие люди плачут,

и плохие слезу прячут,

* * *

“ Ты – всюду, ты – во всём, изо всего”, –

с настойчивостью светлой и упрямой

* * *

Говорит индус: “О Рама!”, мусульманин: “О Аллах!”

Но мертвы и тот и этот, мгла и холод в их делах.

* * *

Ты один, ты один у того,

у кого – никого, никого,

* * *

Мы жить хотим легко... Но что это “легко”?

Искать значение не будем далеко:

* * *

К чувственной страсти стремишься впустую,

этим погубишь своё бытие.

* * *

Оттуда к нам никто ещё не приходил,

чтоб я у них спросил: “Как там живётся?”

* * *

Джапу джи или утренняя молитва сикхов открывает вводную, литургическую часть писания сикхов "Ади-грантх".

Оно принадлежит самому Нанаку – основателю сикхизма – и является сравнительно небольшим, но достаточным произведением, чтобы выявить особенности сикхской религиозной, философской и религиозной мысли. На русский язык "Ади-грантх" не переводилась ни целиком, ни частично, что и толкнуло переводчика на работу со старыми сикхскими текстами. Общепризнанно, что Священная Книга составлена в 1603-1604 г.г. пятым Гуру – Гуру Арджаном. Идею ее создания сикхская традиция объясняет обилием поддельных стихов под именем Нанака, хотя в нее включены стихи и более ранних поэтов-бхактов, а также добавлены сочинения последующих Гуру.

Большая часть данного перевода была опубликована в журнале "Всемирная литература" No3 1998 г., Минск. Разрешается перепечатка частей или всего перевода со ссылкой на имя переводчика.

© Copyright Перевод с панджаби А. Елизарьева, 1998

elizarev@yahoo.com

Джапу джи

Сущий изначально,

Сущий на все времена,

и ныне Сущий,

и во веки веков Сущий!

О Нанак!

Символ Эк онкар, являющийся эмблемой Сикхизма, изображается обычно в сикхских храмах (Гурдвара). Он обозначает «Бог един», олицетворяя веру сикхов в единство Бога. По сути, это ОМ (АУМ), начертанный на пенджаби.

В сикхизме Бог воплощает в себе Создателя, Хранителя и Разрушителя (качества, присущие индуистским богам Брахме, Вишну и Шиве). Он всемогущ и всеведущ. Мир, созданный им, изменчив и невечен, в то время как сам Бог вечен. Он существует в прошлом, настоящем и будущем сам по себе; к нему применимы такие эпитеты, как «анади» ( «без начала» ), «акал» ( «существующий вне времени» ), «аджуни» ( «нерождённый» ) и «амар» ( «бессмертный» ). При встрече сикхи даже приветствуют друг друга словами: «Сат сри акал», что означает: «Истинный бессмертен». Бог — вне цепи перерождений, вне смерти, и поэтому у него не существует зримых воплощений, как у индуистских богов; он никогда не принимает видимого облика. Его невозможно описать, он непостижим, непознаваем и невидим, он необъясним с помощью произнесённого или написанного слова.

Эк онкар начинает первую сикхскую мантру, именуемую «Мул Мантра», с которой начинается священная книга сикхов «Ади Грантх», выглядит следующим образом (она написана на пенджаби):

Звучит она так: «Om sati namu karata puruku nirabau niravairu akal murati ajuni saiba gur prasadi», что в переводе означает: «Бог един и вечен. Он содержится во всём, и в то же время Он — творец всего сущего. Он лишён страха и враждебности. Он существует вне времени. Он вне рождения и смерти. Он познаётся милостью Гуру». В этом кратком изречении изложена суть учения Нанака.

Чёрный символ на маленьком треугольном «флаге почитания» (Сагиб Нишан, Шафрановый флаг), который вывешивают у дверей храмов, называемых Гурдварос — «дорога к гуру». Эта традиция существует с XVII века.

Символизирует четыре столпа сикхской веры.

Символ включает в себя:

КХАНДА, обоюдоострый меч (давший название символу), находится в центре. Его острые грани отделяют Истину от Невежества. Правый край меча символизирует Свободу и Власть, которые находятся под конторем моральных и духовных ценностей. Левый край олицетворяет божественное Правосудие, карающее врагов.

Вокруг кханды расположен ШАККАР — древний индийский символ (замкнутый круг без начала и конца), символизирующий совершенство вечного Бога, его творческую энергию, единство Бога.

С обеих сторон находятся пересечённые кинжалы (КИРПАН), именуемые Пири и Мири (ввёл гуру Харгобинд) — один символизирует духовную власть, другой — светсткую. Они подчёркивают, что для сикха одинаковое значение имеют как духовная жизнь, так и обязательства перед общиной.