Алекс Карт очень медленно выбирался из царства Морфея. Голова чуть побаливала, сам же организм немного подташнивало и потряхивало от излишнего количества алкоголя в крови… Наконец он смог сфокусировать глаза на затейливо украшенном потолке. Тот был достаточно высоким, по нему медленно скользили тени от качающихся за окном деревьев.

«Значит я где-то за городом» — подумал он — «Хоть убей, не помню концовки вчерашней вечеринки». Алекс пошевелился, справа что-то теплое коснулось его бедра. Парень приподнял синюю простыню и увидел голое девичье тело. Девушка лежала спиной к нему, и только копна ярко-рыжих волос прикрывала ее спину. Чуть ниже спины соблазнительно округлялись крепкие ягодицы. Его тело почувствовало подобное прикосновение уже с другой стороны. Алекс ощутил знакомую упругость девичьих грудей, осторожно повернулся и увидел безмятежное лицо спящей блондинки. Ее бюст достаточно соблазнительно вылез из простыни и был довольно-таки впечатляющего размера. От такого возбуждающего зрелища у юноши появилось желание заняться с этими малышками чем-нибудь этаким веселым. Оставалось только выбрать с какой из девчонок начать.

Вот на этой расчудесной задаче Карта и застали дальнейшие пренеприятнейшие события. Пока молодой человек размышлял о позах утренней гимнастики, дверь в уютную спальню резко распахнулась и в нее залетела целая уйма народа. В комнате сразу стало очень шумно, заскочившие типы в форме громко кричали, а проснувшиеся от нежданного визита девчонки оглушительно визжали. Один только Алекс непонимающе таращился на пришельцев.

Чуть позже, когда все успокоилось, и девушек увели, Алекс смог натянуть штаны, к нему на кровать подсел среднего возраста мужчина, в форме полиции континента.

— Ну что парень, поздравляю!

— С чем это? — подозрительно посмотрел на него Алекс.

— Ты бегун года. На нашем североатлантическом континенте ты последний призывник этого сезона. Мы получим премию, а ты неофициальное право выбрать род войск.

— Хм, не знал о подобном бонусе. Это вы серьезно?

— Вполне, сынок. Плюс ко всему мы утерли нос военным копам — полисмен здесь употребил древнее словечко из американского языка — и контрразведке. Ты оказался уж очень шустрым малым… Так что удачи тебе. Через 10 лет можешь зайти в наше управление. Для таких засранцев всегда найдется настоящая мужская работенка.

— Спасибо на добром слове — Алекс не скрывал сарказма.

Дверь распахнулась, и в комнату стремительно вошли двое в форме военной полиции.

— Свободно рожденный в Земной Федерации Алекс Карт? — вперед выступил толстяк с погонами капитана.

— Ну и что дальше? — парень спокойно присел на край дивана в ожидании. Так официально к нему давно не обращались.

— Согласно пятой статьи конституции Земной Федерации вы призываетесь на действительную военную службу и обязаны проехать в ближайший призывной пункт. В случае вашего несогласия мы будем обязаны препроводить вас в Континентальный Трибунал — капитан неожиданно зло смотрел на «Последнего бегуна». Их служба опять проиграла эту игру, что руководству явно не понравится.

— Валяйте… — нехотя выговорил Карт и встал с кровати, не застегнутые штаны упали вниз, представив миру утреннюю юношескую эрекцию, которую не успели убрать старым проверенным способом. Сержанты местной полиции весело заржали, а военные покрылись пунцовой краской.

— Парень — континентальщик умирал со смеху — тебя форма, что ли, так возбуждает.

— Ага — машинально кивнул юноша и потянулся за штанами.

— Ну, теперь у тебя впереди 10 лет непрерывного возбуждения — вслед за полицейскими уже вовсю заржали военные. Капитан же был в ярости. Он раздосадовано замахал руками и что-то негромко прошипел. Алекс же флегматично произнес.

— Не надо тут вентилятором работать, у меня нет жара. Лучше грузите в машину, я что, до призывного пешком пойду?

Карт бросил мимолетный взгляд на Ларсена. Коротко стриженый гигант сидел спокойно и сосредоточенно слушал лектора. Ведь занятия сегодня проводил сам заместитель начальника базы по боевой подготовке майор Пьер Ширак. Невысокий, жилистый и подвижный, он слыл знатным специалистом по рукопашному бою. И понятно, что Ларсену не терпелось с ним схватиться, ведь лучшим ученикам это позволялось.

— Итак, курсанты, сегодня мы изучаем общую структуру войск Земной Федерации. Отметьте на ваших планшетах важность этой информации. Ведь вам в боевых условиях придется контактировать со многими из видов вооруженных сил, и поэтому стоит лучше изучить особенности их устройства.

Войска ЗФ имеют сложную разветвленную структуру и включают в себя десятки миллионов человек. Это самая большая армия в составе Спирального Альянса. И она несет большую часть бремени ведения военных действий. Основным родом земных войск является федеральная тяжелая пехота. В просторечии за ними закрепилось древнее название — гренадеры. Состоит тяжелая пехота из отдельных батальонов, бригад и дивизий. Тяжелая пехота имеет на вооружении стрелковое оружие, тяжелые системы огневой поддержки, и бронетехнику доставки к полю боя. Гренадеры являются самым массовым видом войск. Они активно участвуют непосредственно в боевых действиях, осуществляют охрану военных объектов и коммуникаций. Имеют очень гибкую тактическую структуру.

Поясню на примере: при масштабных боевых действиях в тактический корпус могут входить и дивизии, и отдельные бригады гренадеров, действующими совместно с бронетехникой легионеров и батальонами рейнджеров. А для осуществления охраны космопорта достаточно бывает и отдельной роты с приданым усилением в виде батареи тяжелого ПВО.

И тут Карту вспомнилось происшествие в Олимпийском лагере, в том году, когда ему было 16 лет. Их тогда закинули на северо-запад территории, называвшейся некогда Монтаной. Лесистые горы, глубокие ущелья, бурные реки, там было великолепно! Они ловили рыбу, стреляли и потрошили оленей, бегали по горам и холмам, жизнь на лоне дикой природы казалась прекрасной!

Их команде досталось тогда непростое задание: перейти на ту сторону хребта и найти спрятанный между гор лагерь. Все необходимые припасы находились в том лагере, точка связи тоже. Их личные датчики на время пребывания в этой местности блокировались. С собой претендентам разрешалось взять только оружие, снаряжение и паек на один день. Посовещавшись, группа решила выдвинуться вперед на самодельных плотах, так они могли пройти две трети пути за очень короткое время.

Поначалу все складывалось просто чудесно, группа шла в опережении графика. Они ловили речную рыбу, подстрелили горного козла и прямо на плоту жарили его мясо, вымоченное в отваре из местных трав. Но на третий день начался проливной дождь, водный поток неожиданно резко поднялся и стал бурлить, а участники команды не заметили вовремя каменистые пороги. Плот разбило вдребезги, парней расшвыряло по всему горному потоку. Как потом узнал Алекс, два парня из их группы тогда утонули, еще один остался на всю жизнь инвалидом. Олимпийские испытания всегда жестоки и нацелены на выживание. Еще троих бедолаг вынесло на берег и их подобрали через два дня спасатели. А Карт успел вцепиться мертвой хваткой в бревно, и его утащило намного дальше. Так он и плыл по бурной горной реке, слившись с бревном, пока его не вынесло на отмель в двадцати километрах от крушения. Очнулся Алекс же на следующий день. Все также накрапывал дождь, вокруг возвышались высокие горы. Алексу было холодно, он насквозь промок и замерз. Юноша огляделся и увидел сухую площадку под нависающим скальным выступом. Плавника на берегу оказалось полно, а простое огниво всегда висело на крепком кожаном поясе. Поэтому в скором времени юноша сидел у полыхающего костра, и на деревянных палках сушилась его одежда. А он сидел и размышлял, что ему предпринять дальше.

Итак, что у него осталось в наличии: крепкие трековые ботинки, очень полезная вещь в горах, они не пострадали, горные штаны из очень прочной ткани с вставками на коленях, термобелье и парка. Еще был крепкий пояс-ремень из кожи, на нем в ножнах висел настоящий боевой нож, контейнер с огнивом и трутом. Еще осталась целой небольшая фляга и подсумок с инструментами. Алекс открыл его, мультиинструментальный набор остался в целости, есть несколько штырей и гвоздей, иголки и нитки. Он внимательно посмотрел на гвозди и в течение следующего часа занимался изготовлением рыболовных снастей для ловли форели. Она в изобилии водилась в этих заповедных местах. В качестве лески он использовал моток суперпрочного шнура, оставшегося в кармане куртки, ножом срезал несколько упругих веток, оделся и отправился на речку. Солнце уже клонилось к закату, стало ощутимо холоднее. Карт нашел подходящее место и начал рыбалку. Теперь это была не забава, а возможность выжить. Тихая охота увенчалась успехом, через пару часов, когда совсем стемнело, у него было три больших рыбины. Он снова разжег костер и поджарил рыбу на самодельном вертеле. Сытый и очень усталый юноша заснул сразу же. Ночью он несколько раз проспался, прислушиваясь к непонятным ночным звукам. В этих местах водились и медведи, и волки, поэтому его сон был чуток.

На следующее утро Алекс покончил с остатками ужина и решил пройтись по берегу, оглядеться. Река текла по узкой теснине между высокими горами. Только в этом месте она разлилась шире, протекая между разбросанными валунами, то бурно ревя мощными потоками, то, разливаясь мелкими лагунами. Его внимание привлек темно-зеленый предмет, зацепившийся за корягу, торчащую в воде. Ловко прыгая с камня на камень, он добрался до нее.

Предмет оказался небольшой поясной сумкой одного из его товарищей по несчастью. Радостный и возбужденный удачей, он вернулся обратно на берег и открыл сумку. К сожалению, внутри оказалось мало чего полезного. Кусок крепкого туристического шнура, метров на двадцать, стальная кружка и набор трав для чая, а на самом дне лежали крепкие альпинистские перчатки. Именно они натолкнули Алекса на авантюрную идею. Он еще раз огляделся, впереди русло руки резко сужалось, и она текла фактически в пропасти, вдоль берега пройти было невозможно.

Алекс по памяти попытался привязать себя к карте местности и его взгляд зафиксировался на далекой горе в виде конуса. Он узнал ее, именно в ту сторону его группе и следовало двигаться. Чуть северо-восточнее этого потухшего вулкана находились жилые зоны ученых-исследователей, и там можно было найти помощь. Оставалось только перевалить через эти горы. Он задумался: для такого безумного перехода он имел вполне подходящую одежду, даже имелся моток альпинисткой веревки, также в наличии была фляга для воды, огниво. Оставалось только запастись провизией, поэтому целый день он потратил на ловлю рыбы. Даже соорудил несколько ловушек из лозы прибрежного кустарника. Их изготовление сподвигнуло его на одно нестандартное решение. Пока пойманная рыба коптилась над дымящимся костром, Алекс изготовил из ивовых веток что-то наподобие ранца. В качестве ремешка он использовал пояс от найденной сумки.

Вечером, попивая травяной чай из кружки, юноша настраивался на дальний переход. Ему уже было понятно, что спасти себя он сможет только сам. Датчик слежения отключен, а спасатели наверняка прочесали близлежащие от места крушения окрестности. И его, похоже, течением унесло намного дальше. Как пить дать руководители спишут юношу на приемлемые потери. Ну что ж, значит, Олимпийские испытания будут для него более жесткими и суровыми, но это не повод унывать. С этими мыслями он и уснул, надо было отдохнуть перед дорогой.

Мобильные силы в целом состоят из стрелковых батальонов и батальонов поддержки и снабжения. Тактические боевые группы могут состоять как из отдельных стрелковых взводов, так и одного батальона и приданных ему взводов тяжелого вооружения, специальных групп огневой и транспортной поддержки. Их структура зависит от конкретной боевой задачи. Где-то может действовать и одно отделение, а где-то мощная группа из нескольких батальонов и приданных им огневых маневренных групп. Батальоны тогда разворачиваются в оперативные бригады. Зачастую мобильная пехота действует совместно с гренадерами и легионерами, при поддержке Космического флота.

Сейчас рассмотрим различные тактические схемы конкретно на примерах — майор внимательным взглядом оглядел курсантов. В этот раз отсутствующих глаз не было — если необходима обычная разведка или диверсионная акция, то может хватить и одного отделения, или усиленного взвода. Это зависит от масштаба поставленных задач. Допустим, есть задание обезвредить патруль противника, тут и одной боевой тройки достаточно, а вот захват станции снабжения потребует уже нескольких стрелковых взводов, плюс поддержку транспортом и огнем. Важна в таких случаях и координация с другими родами войск, например с атмосферными эскадрильями, или гренадерами. Временами необходима поддержка и от боевых платформ легионеров. Даже при действии мобильных войск в глубоком тылу противника часто приходится использовать помощь других родов войск, или действовать с ними заодно.

Другое дело массированный десант на вражескую планету. Ведь тогда высаживаются десятки батальонов мобильной пехоты, тут же происходит высадка тяжелых легионов и дивизионов снабжения. В воздухе прикрывают наступление сотни атмосферных и суборбитальных аппаратов. Такие глобальные десанты нынче редкость, мне за всю службу пришлось принять участие только в двух из них. Но это было незабываемое событие, когда мощь земных войск просто поражает воображение.

— Можно вопрос, сир — раздался сзади глухой голос. Алекс обернулся и увидел Сифа Марокона, плотного парня с южного побережья.

— Что ты хотел спросить курсант?

— Сир, а в каких больших операциях вы лично участвовали?

— Хороший вопрос — майор улыбнулся — Первой была высадка на Кууни, это 21 сектор спирали. Это произошло еще в самом начале моей карьеры, я тогда был еще неопытным лейтенантом. Мы создавали там передовой плацдарм. Аборигены не оказывали сильного сопротивления, поэтому высадка прошла вполне успешно. Я высаживался в качестве командира взвода, в штурмовой группе было три батальона рейнджеров и когорта легионеров. А вот второй десант пришелся на Хромсбт.

По рядам курсантов прошелся шелест, это самое крупное поражение войск федерации произошло всего два года назад, и об этой неудачной высадке ходило много всяческих мрачных слухов. Ширак еще раз оглядел курсантов.

— Вы, похоже, уже в курсе, что мы там проиграли битву. Да и компанию в целом. Это война, здесь нельзя постоянно выигрывать, зарубите это на своем носу. И будьте всегда готовы к наихудшему варианту, тогда ваша задница останется целой. Я командовал в том злосчастном десанте батальоном «Черные орлы», это элитная часть штурмовиков. Наш авангард целиком попал в засаду и был жестоко разбит. Если бы не мой опыт и выучка моих бойцов, мы бы тогда вообще живыми не вылезли. Это я вам официально заявляю, мне не стыдно перед погибшими товарищами, мы свой долг выполнили до конца. Дали спастись остаткам Пятнадцатого легиона, вывезли целиком полевой госпиталь. А оставшиеся из живых «орлов» ушли с планеты на последних двух дисколетах. И я оставил там вот это — майор поднял правую руку и чуть задрал рукав куртки, стала явно заметна разница в цвете кожи на кисти и на остальной руке. Такое бывает, когда идет искусственное стимулирование роста, взамен потерянной конечности — и вот поэтому я здесь. Я хочу, чтобы вы все остались живы и вернулись домой, на Землю. А для этого необходимо стать самыми лучшими бойцами и не отлынивать на занятиях.

В аудитории стояла тишина, рекруты думали о будущем, а командир о прошлом.

— А сейчас, курсанты, открываем планшеты и начинаем изучать тактические схемы работы стрелковых троек. После обеда начнется работа на тренажерах.

Карт лениво потянулся, похоже, сегодня полеты отменяются. Желающих с ним прокатиться, опять не нашлось. Неожиданно позади него раздался сухой голос.

— Курсант Карт?

Алекс повернулся и сразу наткнулся на холодный взгляд незнакомого капитана в форме инженерных войск.

— Так точно, сир! — привычно вытянулся он. Полгода муштры уже вбили это в рефлексы.

— Я ваш новый инструктор, капитан Чамп — представился незнакомец — где у вас можно надеть летный комбез?

— Там за углом, кубрик — показал жестом Алекс — мне готовить машину?

— Вы часто задаете глупые вопросы? — взгляд капитана казалось, прожег в курсанте большущую дыру. «Серьезный парень» — мелькнуло в голове Карта, а ноги уже несли его в ангар.

— Идем на базу — раздалось прямо в голове у курсанта. Вместо наушников они использовали передачу сигнала прямо на участок мозга, отвечающий за слух. Такое было возможно в новых тактических шлемах, которые привез капитан Чамп. Он же выдал курсанту и противоперегрузочный костюм, который выпускал болезненные импульсы во время попадания в скутер. Такие использовали штурмовики в процессе обучения, самые элитные подразделения мобильной пехоты.

Смертельно усталый, но довольный курсант выбрался из машины, с заднего кресла послышалось кряхтение инструктора. Значит, ему тоже досталось. Без тени улыбки Алекс обернулся к капитану и увидел, что у того на лице застыла гримаса боли.

— Какие-то проблемы, сир? Нужна помощь?

— Да пустяки, старая рана заныла, надеюсь, у тебя их будет немного.

Наконец капитан смог выбраться наружу и распрямиться.

— Значит так, курсант. Сегодня ты уже начал работать головой. Это похвально. Завтра снова засядем на тренажеры — видимо некоторое неудовольствие все-таки проявилось на лице Карта, и Чамп расхохотался — А ты думал, что так крут и сможешь избежать курса обучения тактики движения?

Нет, брат. Пока ты только учился владеть машиной. Это ты можешь, я несомненные достоинства у тебя не отнимаю, но теперь пора заняться твоими мозгами. Ведь ты должен не только отвечать и реагировать на угрозы, но и предвидеть их. Так что в последующую неделю мы будем изучать все виды засад и тактику работы ПВО войск противника. Тактику особенностей движения на различных видах планет. Затем две недели практики на дальнем Полигоне, который в самих Андах, ну и зачет. Понятно, курсант?

— Так точно, сир! — Алекс уже привычно вытянулся во фрунт. Служба постепенно впитывалась во все поры организма. Капитан кивнул на прощание, и чуть прихрамывая, двинулся к общежитию офицеров.

— Загонял тебя начальник? — вдруг раздался рядом голос могучего норвежца.

— Да нет, нормально, уже вошел в рабочий ритм. А ты чего здесь?

— Майор послал. Пошли к складу, получать припасы. Завтра общие маневры в горах, твоя учеба временно откладывается. Вся база туда выдвигается. Так что будет у нас сплошная романтика: ночевка под открытым небом, пешие прогулки по горным долинам и много, много вводных от сержантов.

— А ты что, не хочешь прогуляться? — весело откликнулся Алекс, ему уже прискучило летать постоянно на скутере, и он был не против разнообразить времяпровождение.

— Да нет — лениво потянулся Олд — только ведь за плечами будет еще ранец с четырьмя десятками килограмм и на шее висеть всяческое такое оружие.

— Ого! Полный выход! Его же должны были через месяц устроить?

— Что-то начальство там поменяло. Не нам решать, короче, ты идешь?

— Ага — Алекс закинул шлем и костюм в скутер, и двинулся за другом.

Скутер шел с самой максимальной скорость, не совершая резких маневров. Карт каким-то непостижимым образом угадывал резкие повороты ущелья и плавно входил в них. Это позволяло ему не сбрасывать лишний раз скорость. Что не сказать было о преследователе, на прямых участках он догонял десантную машину, его атмосферник был мощнее, но на поворотах снова отставал. Похоже, пилот истребителя уже начинал нервничать, Алекс отметил десяток ушедших в пустоту учебных выстрелов. Но вот на экран вышел полученный кибермозгом машины сигнал от разведдрона, он предназначался истребителю, но шедший впереди скутер сумел перехватить его первым. Видимо этот дрон висел сверху, над скалами, и теперь у Алекса была в наличии трехмерная карта ущелья, по которому они мчались. До выхода из него оставалось всего два стандартных километра, половина этого расстояния приходилась на широкую котловину, а затем ущелье снова резко сжималось.

Казалось бы, все, экзаменационный вылет закончился неудачей. По прямой от более скоростной атмосферной машины было не уйти, но молодой водитель сделал невозможное. Войдя в котловину, он ушел резко вправо, машина не поворачивала, а просто шла боком, вводя в заблуждения пилота истребителя. Тот не смог сразу оценить маневр, ведь при повороте обычно скорость сбрасывается. Так уж устроены двигатели десантных машин, но не в этом случае. Карт увел машину и буквально прилип к боковой стене, включив попутно Гравипривод. Эти маневры привели к тому, что мало того, что атмосферник излишне ушел вперед, приблизившись к скутеру слишком близко, что не позволяло применить ракеты. К тому же пилоту истребителя пришлось резко тормозить, уводя машину в позицию для атаки импульсниками. Так еще и автоматический привод для импульсных орудий истребителя перестал работать, ему мешал работающий Гравипривод скутера. Поэтому пилоту истребителя пришлось наводить орудия вручную, а это время, которого у него не было. За эти пару секунд машина Карта успела нырнуть в резко сузившуюся расщелину, превратившуюся буквально в тоннель, и все усилия пилота истребителя пошли прахом. Пока он выравнивал машину, скутер уже ушел в расщелину, куда ходу для тяжелой машины не было. Но, по-видимому, пилот уже закусил удила, и ворвался все-таки в тоннель, за что сразу же пострадал. Алекс отчетливо видел на заднем экране, как тяжелый истребитель сначала задел левым пилоном остроконечный выступ, потом, резко потеряв маневренность, ударился верхним ребристым горбом о скалу, и, наконец, нехотя остановился. С задних сидений раздался победный вой, работники Полигона радостно приветствовали невероятную победу молодого пилота. Капитан коротко бросил «На базу», отменив вводную для доставки десанта. Через пять минут Алекс как всегда лихо совершил причаливание на площадку Горного Полигона.

Еще через минуту, мокрый как мышь, курсант вышел из машины. Десантники еще приходили в себя, потом они, громко крича и ругаясь, начали приветствовать молодого пилота. Капитан Чамп успел снять тактический шлем и расстегивал комбинезон. К площадке подбежал дежурный сержант — Капитан, сир, вам сообщение от пилота истребителя.

— Да? — обернулся к сержанту Чамп.

— Он спрашивает, давно ли на нашем полигоне совершают переподготовку водители штурмовиков, и передает большой привет офицеру, проходившему сейчас маршрут.

— Вот как? — капитан уже улыбался — Передай пилоту, что его сегодня сделал курсант, будущий чемпион Большой Гонки.

Сержант несколько изменился в лице и только после этого посмотрел на Карта, удивленно отметив на его форме синий треугольник курсанта — Понял, сир, я тогда запишу на файл выражение лица пилота?

— Давай — смеясь, отослал дежурного Чамп и подошел к Карту — Ну что, курсант, вот, пожалуй, и все.

Алекс напряженно взглянул на обветренное и узкое лицо инструктора. За эти недели они даже немного сдружились, и пусть инструктор был с ним временами очень строг, но он был хорошим человеком.

— Мне нечему тебя уже учить, Алекс, так что дальше сам. Самое главное, ты научился думать. Летаешь ты и так отлично.

— Спасибо, кэп — Алекс расчувствовался — я уже привык к вам, вы самый лучший инструктор, каких я только видел.

— Я отдал тебе все, Алекс, что знал и умел — Чамп внимательно посмотрел в глаза курсанта — Ты очень необычный пилот, запомни это, и действуй, поэтому всегда нестандартно. Не бойся никого и ничего, ты можешь с проблемами справиться. Поверь мне, старому офицеру, прошедшему через многое.

В словах Чампа было еще что-то, ускользающее от понимания, это несколько напрягло Алекса. И взгляд какой-то у него сейчас был странный, как будто удивленный.

— Я оставлю мастер-сержанту Ригеру программу для твоего дальнейшего обучения. Он уже в курсе и подберет тебе адекватных инструкторов. Тебе сейчас главное отшлифовать различные тактические приемы, сегодня еще видны некоторые шероховатости, я позже скину свои замечания тебе на планшет.

— Вы уезжаете? Почему так быстро?

Чамп скинул инструкторский комбинезон и достал из кармана маленькую коробочку с пилюлями, она была искусно инкрустирована синим и красным камнем. Капитан перехватил удивленный взгляд курсанта — Эта шкатулочка с планеты Их`вариш, купил в очень отдаленном уголке планеты, там еще остались древние ремесла. Советую тебе побывать на ней в отпуске, там очень интересная культура. А по поводу меня, я ведь не совсем инструктор, меня просто попросили поставить на место одного наглого курсанта — капитан усмехнулся — К счастью, курсант быстро сам пришел в чувство и занялся делом. Береги себя, Карт, ты нам нужен, дай бог, еще увидимся — Чамп неожиданно древним прощанием закончил разговор, хлопнул Алекса по плечу и пошел к транспортной лодке.

Карт повернулся и озадаченно смотрел вслед офицеру. Потом глубоко вздохнул и двинулся к скутеру, предстоял еще непростой разговор с механиком Полигона. Да и ко всему прочему добавилась новая непонятная пока для него загадка. Чамп так торопился к отлетающему рейсовому дисколету, что не заметил, что на его повседневном мундире остался след от характерного знака отличия.

«Значит, космическая разведка, да и звание явно повыше» — в голове у Алекса колыхался туман: экзамен, прошедший просто на грани возможного, плюс неожиданное открытие об истинном положении его странного инструктора. Что же тут на самом деле происходит?

Спустя полчаса на безымянной вершине уже кипела работа. Были установлены комплексы ПВО и смонтированы станции связи. У соседних первого и второго взводов дела шли откровенно плохо. Алекс в визир наблюдал за неудачными попытками товарищей уничтожить огневые точки противника, несколько троек попали в довольно-таки простые засады и были «уничтожены». Затем из-за скальной гряды вылетели два атмосферника и начали атаку в сторону десантников. Оба взвода незамедлительно могли быть уничтожены, если бы не пуск ракет с вершины, на которой обосновался третий взвод Карта. Один атмосферник успел увернуться и ушел обратно за гряду, второй же был подбит, выбросил облако черного дыма, и тяжело плюхнулся об камни. На вершине горы раздался радостный рев.

— Отставить — закричал лейтенант Эрнандо — десант на подходе!

Все живо разбежались по постам. Через несколько минут со стороны леса показались два «Паруса». Один из них совершил крутой пируэт, и, прикрываясь небольшой скалой, высадил взвод с тяжелым вооружением. Второй, выполнив замысловатую восьмерку, подлетел напрямую к каменной осыпи, и, идя с креном вдоль нее, смог вплотную подойти к группе двигающихся Дронов, имитирующих легкую бронетехнику противника. Затем катер выскочил чуть выше уровня осыпи и ударил из всех бортовых орудий, дополнительно выстрелив тремя ракетами по дальним огневым точкам. Бойцы взвода Карта в это время сумели засечь большинство укрепленных точек противника. Атмосферники в воздухе больше не появлялись, а прибывшие свежие два взвода десантников живо разобрались с оставшимися дронами. Затем штурмовые группы обошли защитные укрепления с флангов. Они ударили по противнику из переносных ракетных установок и имитаторов боевых лучеметов. С пункта управления Полигоном пришло сообщение, предназначенное курсантам — «Зачет».

Это было очень серьезное испытание, и они его удачно прошли! Курсанты радовались, как дети, они обнимали друг друга, кричали, стукали по плечам. Лейтенант Эрнандо и сержант Майер с довольными минами наблюдали за происходящим нарушением дисциплины. Это ведь был итоговый зачет начального курса обучения, и их взвод прошел его очень успешно. Именно благодаря ним остальные подразделения учебной базы смогли победить и успешно пройти зачетные испытания.

Теперь экзамен можно было и отпраздновать. Весь личный состав получил трое суток отпуска. В ближайших к базе городках в эти дни будет очень весело!

Последние семь дней прошли для Карта очень насыщенно. Он кроме подготовки к самим гонкам следил и за остальными соревнованиями Большого Куша. На трибунах и у больших экранов толпилась разномастная толпа. Офицеры, сержанты, рядовые и курсанты. Здесь не соблюдалась субординация, а наоборот царила атмосфера настоящего боевого товарищества, наблюдалось всеобщее предвкушение большого праздника. Алекс вспомнил вечер в ангаре, на следующий день после зачетного испытания на Полигоне. Тогда его позвали в каморку главного механика. Кроме самого Роудена в ней присутствовал и мастер Липс. Пилот встретил Алекса по-дружески, хлопнул его по плечу и кивнул в сторону стула. Затем он протянул курсанту открытую банку пива.

— Угощайся, салага, заслужил.

Алекс взял спиртное в руку и вопросительно взглянул на Роудена, то одобрительно кивнул.

— Мы сегодня не механик и курсант, Алекс, мы боевые товарищи. Просто мы с Аликом пока более опытные, чем ты.

Карт совершенно не возражал против предложения и быстро опорожнил банку, ему кинули еще одну. На базе царила праздничная атмосфера, испытания прошли успешно, впереди соревнования Большого Куша и распределение курсантов на базы второго круга обучения.

— У меня вопрос к тебе, курсант — Липс сидел напротив Алекса — Где ты так научился водить? Я знаю о твоем участии в Диких гонках. Но гонки это одно, а боевые полеты совсем другое. Честно скажу, я бы тебя в свой эскадрон прямо сейчас взял.

Алекс вопросительно взглянул на мастера.

— Я возвращаюсь в действующую армию. Надоело тут шарахаться с новобранцами, хочу снова в серьезное дело.

— Ну да — засмеялся Роуден — ты же у нас крутой парень, яйца у тебя больше арбузов.

— Да пошел ты — беззлобно ругнулся Липс — И ты же меня знаешь, в гнилые дела я ни разу не влезал, поэтому еще жив.

— А по поводу, кто научил — механик сделал паузу — приезжал тут один капитан, парню хорошенько мозги вправил. Из пижона-гонщика сделал боевого пилота.

— Классного боевого пилота — добавил Липс — некоторые твои маневры, парень, я бы и сам не повторил. У тебя офигенная реакция, а, учитывая, что машина была не твоя… Да и мои фишки ты быстро просек.

— Странный какой-то капитан — пробормотал Роуден — для такого возраста и квалификации, звание слишком маловато, а он ведь реальный боевой офицер, я таких за милю чую. И мне тут один дружок с комендачей шепнул — шеф-сержант придвинулся к собеседникам поближе — непрост оказался этот псевдокапитан. По закрытой базе данных он проходит по совершенно другому ведомству.

— Ну, ясен пень — замысловато выразился Липс, еще раз поразив Алекса своим нестандартным для военного мышлением — разведка, небось, где еще спецы такие есть. Только что им от парня надо?

— Черт знает — почесал подбородок Роуден, его глаза чуть осоловели, видимо они с пилотом уже давно присели за пиво — может он уникум какой, генетический сбой, вот они и решили проследить за ним.

— Хм, грубовато, грубовато для разведки. Нас совсем за лохов держат.

— А чего им боятся? Здесь же военная база, чужих не водится.

— Да, парень, попал ты — механик обратил, наконец, внимание на Алекса — как пить дать, захотят предложить тебе вступить в этот ихний Орден. И ведь не откажешься. На, возьми еще банку, сегодня твой день. А после увольнительных начнем к гонкам готовиться.

Больше ни о чем серьезном в этот вечер они не говорили. Сержанты травили байки о боевых победах, рассказывали о далеких загадочных планетах. И Алекс похоронил в памяти новость о неприятном открытии. Было приятно вот так запросто сидеть в компании ветеранов, ударившихся в увлекательные воспоминания. О таком ведь не расскажут на лекциях, не напишут в учебных пособиях.

Через час они расположились в распадке между двух скал с двумя упаковками настоящего сибирского темного пива. В этом месте не было ветра, а вид открывался прямо на море. Не спеша, глотая пенный напиток, они обменивались байками из прошлой жизни и рассуждали о будущем. Алекс через некоторое время глянул на часы и удивленно ахнул — Мы уже спать должны, а солнце мне прямо в глаз светит!

— Друг, тут Приполярье и сейчас самые белые ночи начинаются.

И в самом деле, солнце из желтого став краснопунцовым, чуть нырнуло к морю, но заходить в него отнюдь не спешило. Светило оно уже практически с севера. Чуть спрятавшись за легкие облака, земное светило не било прямо в глаза, мягко освещая приморский ландшафт. Оно своим причудливым оранжевым светом нарисовало на окружающей местности фантастически красивую картину. Скалы стали как будто более выпуклыми и обрели медный оттенок, трава и мох из зеленых превратились в желтые. Временами казалось, что ты попал в какую то странную сказку. Все замолчали, наслаждаясь этим состоянием расстилающейся вокруг природы. Ведь завтра уже начинаются занятия, и времени наблюдать местные красоты у них совершенно не останется.

— Здесь природа похожа на ту, которую мы видели в приполярном Урале, разве что моря там нет — проговорил Василий, потом добавил — у нас в тех местах Олимпийские испытания проходили. Хорошие места, дикие, безлюдные.

— Ага, проходили — вдруг хохотнул Иван — Вася на что у нас тихий чувак, но отчебучить может, дай боже. И знаете, что этот тихоня придумал? Заблокировал датчики и предложил слинять по реке за двести километров. И пока нас в старом районе поисковые дроны пытались найти, мы вышли на производственный блок. Там люди раз в полгода приезжают, но запасов то всегда полно. Вот мы две недели там дурака и валяли, рыбу ловили, по озеру на парусах гоняли. На скутерах гонки устраивали, короче весело провели время. Потом активировали датчики и по видеосвязи на начальников Олимпийского лагеря вышли. Надо было видеть эти унылые рожи! — белокурый здоровяк снова засмеялся.

— А как удалось датчики то вывести из строя? — удивленно спросил Алекс.

— Да я не выводил, а просто экранировал. В мастерской у знакомого сварганил по футляру из бинтов крилита, он все волны гасит, если знать, что в него вшить.

— Вот как?

— Так уже не сделать — добавил Иван — нам по шапке за это дело дали, но опять же, промах то выпускающей команды был. Теперь всех проверяют, и порядки ужесточили. Не так уже весело на Олимпиках стало.

Алекс погрузился в собственные воспоминания, а ведь и с ним случилось тогда что-то непонятное. Его датчик также перестал работать в том юношеском приключении в горах. Работники комитета ему сказали, что это произошло вследствие удара, во время аварии. Но ведь он сам ничего особого не почувствовал, а датчик такая штука, он как часть тела. Организм понял бы, если что-то бы случилось. Тогда, уже после всего произошедшего, он списал подобную реакцию организма на стресс, а теперь же задумался.

Солнце уже исчезло в океане, только его яркие багряные отблески мелькали на самых вершинах скал. Небо же было прозрачно и светло, раскинувшись где-то очень высоко, высоко. На горизонте не наблюдалось яркого черезполосья заката, так характерного для более южных широт. Напротив: мягкие пастельные тона очень осторожно окрасили переход дня в ночь. Сумерки начали мягко обволакивать сидящих на камнях товарищей, стало немного зябко. И откуда-то сразу появились полчища комаров, раньше их сносил сильный ветер. Пора было возвращаться на базу.

И вот, переключив пару тумблеров, он полностью заблокировал автоматику защиты двигателя. Карт перехватил невозмутимый взгляд командира, уж Робинсон точно знал, чем это может грозить экипажу. Но молодой водитель выдержал испытующий взгляд, и уверенно положил руки на джойстик управления. Командир коротко бросил фразу на русском «Поехали». Так, судя по старинной легенде, сказал человек, первым полетевший в космическое пространство, и он был именно русским. Именно эта нация проложила путь к звездам и была одним из главных основателей Земной Федерации.

Алекс резво вывел машину из-под каменного карниза, и наклонил широкий нос скутера вниз. Они ухнули на пару десятков метров, а потом стали стремительно подниматься, прижимаясь бронированным днищем к каменистой поверхности. Иногда машина чиркала по скале, но Алекс сейчас на это внимания не обращал: «Проныра» была крепкой машинкой. Перед большим выступом на скале, на котором находился пост охраны, водитель совершил невероятный спиральный вираж. Сработавшая достаточно быстро автоматика орудия промазала мимо, а сидевший поблизости экипаж поста ПВО просто ничего не успел сделать, Иволгин влепил заряд учебной ракеты точно в бок боевого орудия. Вспыхнуло яркое пламя, по окрестностям разнеслись громкие вопли автоматических систем, раздались чьи-то злые выкрики.

Но боевой скутер в это время уже совершил невероятный прыжок вверх, абсолютно против всех правил Алекс жег двигатели машины, краем глаза отмечая, как уровень безопасности стремительно идет в красную зону. Но именно этот сумасшедший маневр помог им выиграть. Автоматика защитных дронов ошиблась, показывая неправильные зоны поражения для малокалиберных игольчатых орудий. Только на одном из орудий, сидевший за управлением опытный артиллерист-ветеран, успел внести поправки и чуть чиркнул иглами по задней полусфере. Взвыл резкий звуковой сигнал, раздался шипящий звук автоматического пожаротушения, но машина и после такого чувствительного толчка не потеряла управление. После подъема Алекс вывел скутер четко на идеальную боевую позицию. Затем кормовые стрелки мощным ударом уничтожили энергетическую станцию, обезопасив себя от последующих залпов, и заодно выведя из строя батарею ПВО.

— Твою мать! — закричал по-русски Иволгин — Мы это сделали! Парни, это было круто!

— Круто — поддакнул Фишер — я чуть в штаны не наделал во время последнего броска, думал, что сейчас движок взорвется, к едрени фени. Карт, ты везунчик, сукин сын, но больше я с тобой не поеду.

— Так, успокоились! — вмешался в перепалку Робинсон — Дело сделано, можно получать лайки. Карт, выруливай вон к тому домику, нам надо там получить подарки от не очень добрых фей.

Командир хищно осклабился, а Алекс своим «фирменным» винтом свалился к стоящей рядом с домиком для персонала маленькой посадочной площадке, вызвав попутно поток ругательств экипажа. Робинсон оглянулся назад и оглушительно захохотал, у него было хорошее настроение. Обезображенное косым шрамом лицо вдруг на мгновение стало приятным и приветливым. Он первым вышел из скутера и двинулся по дорожке, навстречу им показались люди. Серая мгла приполярной «белой ночи» начала чуть проясняться под напором необычного белого света, над скалами вставало солнце.

— Берг! — крикнул шедший впереди седоусый сержант — Я смотрю, ты нашел классного водилу на этот чертов драндулет. Сколько ты отвалил тому ветерану, старый везучий пердун?

— Самвел, ты как всегда любезен, но не умен — Берг обернулся назад — а за рулем сегодня салага, восьмой месяц обучения.

На лице сержанта так ярко проявилось изумление, что все команда Робинсона неистово захохотала.

— Курсант Карт — вышел вперед и представился Алекс. В глазах Самвела кроме изумления он прочел и искреннее уважение.

— Берг — сержант залапал Робинсона — Ты всегда умел подбирать людей! Этот салага, небось, уже у тебя в экипаже? Я бы не упустил такую возможность, парень знает свое дело.

— Нет, Самвел. Мы скоро уходим, а паренек пусть еще поучится. У него свое будущее.

— Ну, тебе видней — сержант обернулся — Джейсон, тащи ящик. Проиграли, так проиграли, все было по-честному. А вам, парни, пожелаю и в дальнейшем такой удачи. Ведь прошли буквально в игольное ушко.

Через пару минут два капрала сверхсрочника принесли на площадку настоящий деревянный ящик, в нем что-то тихо позвякивало. Как позже выяснилось, это была запрещенная федеральным законом настоящая крепкая русская водка. Именно сорокаградусная, а не тот слабый напиток, продающийся в маркетах под этим древним названием.

Уже позже, в ангаре, компания села праздновать успех диверсии. Командованию с утра было доложено о блистательной победе над персоналом Полигона, и об их команде забыли до вечера. Алекс никогда не пил подобной водки, и эффект от принятия на грудь сего крепкого напитка произвел на него неизгладимое впечатление. А в напитках то он уж разбирался, друзья всегда считали Карта гурманом и сибаритом, и прожигателем жизни.

Алекс с любопытством наблюдал в иллюминатор, как длинный шланг манипулятора мягко разворачивал небольшой челнок, а вот и он отсоединился, чуть слышно заработали маневровые движки. Громада станции начала удаляться, поначалу медленно и плавно, затем вступил в дело основной маршевый двигатель, и люди ощутили небольшую перегрузку, а приемная станция Африка-5 стремительно унеслась назад. «Вот это скорость»- подумалось Алексу. Он оглянулся, товарищи по учебе подстраивали под себя удобные кресла, собираясь, не мудрствуя лукаво, дать храпака. «Солдат спит, служба идет» — пришедшая из глубины веков древняя мудрость была актуальна и сейчас. Карт еще некоторое время смотрел на находящуюся чуть ниже плоскости полета земную поверхность, но они стремительно уходили на темную сторону планеты, и смотреть там было уже не на что. В этот момент дверца в кабину пилотов неожиданно приоткрылась и оттуда вышла, кто бы мог подумать! Это была та самая блондинка с Солнечной флотилии, которую он мельком видел в зале прилета. Она явно растерялась, увидев его, а Алекс сумел достаточно быстро оценить прелести ее фигуры в обтягивающем пилотном костюме, затем расцвел той самой улыбкой, на которую ему уже не раз приходилось ловить множество представительниц женской половины человечества.

— Добрый день, миледи. Не ожидал увидеть такую обворожительную космолетчицу на борту этого странного летающего корыта.

Блондинка отошла от растерянности и строго ответила — Вообще-то я командир этого…» корыта».

— О! Извиняюсь. Могу я предложить командиру свою помощь? — продолжал нагличать курсант.

— А, пожалуй, да — женщина посмотрела на Алекса с интересом — Мне нужно пройти в грузовой отсек, посмотреть все ли там в порядке. Мужская сила мне не помешает.

Алекс только хмыкнул на двусмысленное предложение и пошел вслед красавице. Сзади она смотрелась тоже хорошо, даже можно сказать, очень хорошо! Они прошли мимо спящих курсантов, зайдя в багажный отсек, и лавируя между большими тюками и ящиками. В задней части челнока, как, оказалось, находился еще один отсек, закрытый. Космолетчица нажала на кнопку наплечного коммутатора и дверь в грузовой отсек уехала в сторону. Зажегся неяркий свет, осветив стандартные контейнеры, расставленные вдоль стенок узкого помещения. Гул двигателя в этом месте стал заметно громче. Главный движок, похоже, находился сразу за переборкой. Пилот зашла внутрь и позвала жестом за собой курсанта. Алекс с любопытством осматривал внутренности отсека. Челнок был земного производства: угловатость, утилитарность, практичность, явно чувствуется земной стиль.

— Элен Мирош, капитан этой старой посудины — блондинка представилась, одновременно закрыв дверь в отсек. Затем она достала планшет и стала сверять номера контейнеров.

— Алекс Карт, курсант…

— Штурмовиков мобильной пехоты — Элен продолжила сама.

— Откуда ты…

— Милый юноша, если вы летите на эту базу, то, значит, явно не из обычного подразделения.

— Однако ты не похожа на обычного извозчика — Алекс с большим интересом взглянул на подтянутую космолетчицу. Она как раз в этот момент нагнулась к нижнему контейнеру, и облегающая форма четко обрисовала крепкие мускулистые ягодицы молодой женщины — А что ты делаешь?

— Я? Проверяю, не взяли ли мы лишнего веса. У нас маневровый левый барахлит, поэтому Энрико немного нервничает.

— Немного? — хмыкнул Алекс, подойдя к Элен поближе — Скомандовала бы ему, ать-два! Ты же командир.

— Чем тут командовать? — женщина усмехнулась, не отодвигаясь от подошедшего вплотную курсанта — Было время, я пилотировала лоханки и больше этой.

— Да? — Алекс встал вплотную к женщине и положил руки на талию.

— Много вопросов, курсант. Это допрос? — голос женщины стал немного хриплым.

— Да, с весьма изощренными пытками — юноша сжал правой рукой ягодицу, переместив левую на выпуклую грудь космолетчицы. Та потихоньку начала поддаваться умелым мужским ласкам, и больше они не разговаривали.

Через пятнадцать минут пара уже одевалась. Элен собирая заново в пучок гриву своих светлых коротких волос, ехидно посматривала на раскрасневшееся лицо Алекса. Верхняя часть комбинезона еще не была застегнута, открывая взору юноши красивую подтянутую грудь.

— А ты ведь был любимчиком у женщин?

— Ну, как-то не жаловался — Алекс с трудом натянул ботинки, присесть было некуда — А ты тоже красивая, даже очень красивая для космолетчицы. Зачем ты в космосе?

Элен странно посмотрела на молодого человека и тихо спросила — У тебя была любовь? Настоящая любовь, не обычная интрижка, а так, чтобы сердце улетало в небеса, и не возвращалось?

Курсант пришел в замешательство от вопроса в лоб и молчал.

— Значит, не было еще — утвердила вердикт Элен — а вот у меня она была, и у меня есть цель, чтобы ее снова вернуть.

— Он воюет? — догадался Алекс.

— Много вопросов, курсант, одевайся, выходим — женщина сузила глаза и подошла к двери отсека.

У входа в пассажирское отделение их уже ждал Сопат.

— Извините, сержант, мне понадобилась помощь вашего курсанта. Спасибо за понимание — Сопат что-то попытался ответить, но пилот его опередила — Вы так сладко спали, сержант, не хотелось вас беспокоить.

Заместитель командира отряда сразу же пошел пунцовыми пятнами, то ли от слов Элен, то ли от ее ослепительной улыбки, но отступил в сторону и дальше помалкивал. Алекс же добрался до своего кресла и провалился в приятный, освежающий сон, который прервали буквально через пару часов. В отсеке раздалась короткая сирена, и в сети появился мягкий голос Элен — Приготовиться к причаливанию, застегнуть ремни безопасности.

Карт еще раз посмотрел на исходные данные, они постоянно менялись, капсула приближалась к терминатору, где кромешная тьма уступала место безумно яркому свечению лунной поверхности. Он заранее установил защитные фильтры на необходимые значения, и прикинул по скорости спуска, когда окажется на освещенной стороне Луны. Где-то там надо будет начинать маневрировать. Алекс вдруг взмок от нашедшего на него ужаса, в голове мелькнула картинка разбитой капсулы, высохшего в вакууме розового куска мяса, бывшего некогда человеком. «Нет, так нельзя, соберись, бродяга. Не из таких ситуаций выбирались. Мне-то проще, чем товарищам».

И в самом деле, он вспомнил о своих новоприобретенных друзьях, они точно меньше его соображали в полетах. Сразу стало стыдно, голова курсанта начала лихорадочно работать, а руки действовать. Вернее сказать кончики пальцев, руки же находились в специальном скелетонизированном корсете, как, впрочем, и остальные части тела. Ведь этот типа капсулы приземлялся достаточно жестко. А на кончики пальцев десантника прикреплялись сенсоры, поэтому автоматика капсулы достаточно четко реагировала на движения десантника.

«Так, Рубикон прошли. Вот и новые данные, температура на поверхности, температура окружающего пространства. Угол наклона, осевое вращение, величина местного гравитационного потока, воздействие ионных частиц, давление солнечного ветра» — все сложилось в единую мозаику, как детские цветные пазлы. Алекс дал четкое задание двигателям, послышалось еле заметное шипение. Датчик показателей уровня топлива резко пошел вниз — «Стоп! Цифра требуемой скорости сравнялась с реальной. Получилось! Ждем…»

Поверхность луны стремительно приближалась. Яркая до невозможности, с черными провалами кратеров, каких то рытвин или каналов, с множеством огромных валунов и камней на поверхности. В этом квадрате лунного ландшафта не наблюдалось больших цирков и каньонов, но создавалось впечатление, что тут находится огромная заброшенная стройплощадка, вся изрытая и искромсанная неведомыми инженерами Космоса. Последний штрих, и выжав топливо досуха, Карт, выровнял и стабилизировал капсулу, а через минуту со скрежетом грохнулся на планету.

Через пару минут командиры отделений и водители собрались в кружок для совещания. Остальные же бойцы действовали по обычному протоколу высадки. То есть специалисты ПВО и технической разведки развернули свою аппаратуру, спецы тяжелого вооружения также подготавливали технику к бою, заряжали картриджи, проверяли уровень зарядки батарей. Стрелки первого отделения занялись охраной периметра, второе отделение провело ближнюю разведку на триста метров в каждую сторону, третье находилось в резерве. Все бойцы знали свое место в отряде.

— Ну что, братцы кролики — Плант улыбнулся во все 33 зуба — вот какое хреновое заданьице нам нарисовало наше гребаное командование.

— Ты это, боец, не забывайся — вмешался в разговор, опешивший от наглости своего ученика, Сопат — Я то все еще тут.

— Короче — командир первого развернул большой тактический планшет, укрыв его от дождя накидкой — вот наша точка высадки. Спасибо пилотам той круглой лоханки, высадили нас предельно точно. А вот здесь типа передовая база пришельцев — Плант явно ерничал, блудливо улыбаясь глазами — напрямую туда не пройти. Тут и тут высокие горы, а здесь быстрая горная река. И везде, везде вот этот гребаный тропический лес. Кто-нибудь знает, где мы находимся?

— Похоже на юго-восточную Азию — ответил за всех Карт.

— Откуда такие домыслы? — криво ухмыльнулся в ответ Плант. Они оба недолюбливали друг друга. Плант считался лучшим бойцом отряда, буквально образцовый отличник боевой и моральной подготовки, поэтому его и выдвинули первым комотда. Карт всегда недолюбливал подобных выскочек. А Планту не нравился своевольный водитель второго отделения, получавший слишком много, на его взгляд, славы.

— На это указывает характер окружающих нас джунглей. Да и в этот период года здесь идут длительные дожди.

— Насколько длительные? — поинтересовался командир второго отделения Игорь Стрелков.

— Несколько недель. Смотря по сезону. Я жил некоторое время в этом регионе.

Бойцы выругались, им и так уже было достаточно сыро и неприятно, а если такая погода будет во время всего рейда, то радости в таком мало.

— Маловато у тебя данных — продолжил гнуть свою линию Плант.

— Карт прав, командир — вмешался в разговор водитель третьего отделения Кранц — Вот, передали ребята из второго. Они отметили непонятную активность на правом фланге, успели заснять.

И он вывел на командирский планшет увеличенное изображение какого-то животного. Длинные руки, мохнатое оранжевое тело, похожее на обезьянье.

— И что это за фигня?

— Это орангутанг, человекообразный примат. Живет, кстати, именно в Юго-Восточной Азии — подколол комотда Карт.

— Вот ведь б. во — неожиданно ругнулся Стрелков по-русски.

Все поежились. Во время Великой Чумы именно в этих местах находился один из очагов болезни, и здешнее население вымирало стремительно. Военные одной из местных стран произвели переворот и установили жестокую диктатуру, уничтожая заболевших десятками тысяч, и спровоцировав военный конфликт с соседними государствами. Итогом всего этого стала очень кровавая война, закончившаяся применением биологического оружия. Эти места просто вымерли на двести лет. Да и даже сейчас человеческие поселения здесь очень редки, и на месте Индокитайского полуострова получилось что-то вроде огромного заповедника. Таких закрытых мест сейчас много на Земле. Ходили слухи, что выпущенная из секретных лабораторий зараза породила в этом регионе множество мутантов.

— И откуда ты такой умный выискался? — Плант сплюнул — Тогда действуем по «красному» режиму. Второе отделение вперед, ты умник, пойдешь первым разведчиком. Первое отделение идет в середине, всех ПВОшников к нему. Третье в тыловом охранении. Расстояние между группами пятьдесят метров.

— Не многовато? — возразил Стрелков — Смотри какие здесь плотные джунгли, видимость плохая.

— Пожалуй ты прав — согласился первый комотда — сократим до тридцати, на открытой местности увеличиваем до пятидесяти.

Все согласно кивнули.

— Разведчики, пока разработайте маршрут движения. Командирам отделений проверить личный состав, разъяснить задачу и через пятнадцать минуть снова собираемся.

Водители отделений, а в пеших выходах они становятся разведчиками, уединились под большим разлапистым деревом, здесь меньше капал надоедливый дождь. Кранц, Фош и Карт внимательно рассматривали на планшетах имеющуюся у них карту местности, а также полученные спутниковые снимки. Понемногу у них возникали предложения по маршруту, и вскоре они смогли представить командирам его примерный план, нанесенный на планшеты. После совместного мозгового штурма его утвердили, и спустя двадцать минут отряд выдвинулся вперед.

Идти налегке, не контролируя тяжелый буксир и большие сани, было относительно легко. Впереди группы двигались Карт и Ларсен. Алекс только по ему понятным меткам выбирал направление, как каждому хорошему водителю, ему специальными упражнениями прививалось чувство направления. Ларсен же страховал товарища, они были связаны легкой и прочной лентой, заправленной в лебедку. Заодно Олд контролировал пространство с помощью пехотного радара. Хотя кого они могли тут встретить? Заснеженная и скованная морозом Антарктида все также оставалась безмолвна и пустынна, жизнь теплилась только в близлежащих к континенту водах.

Пару раз им попались небольшие расщелины, осторожно обойдя их, они двигались дальше. Через пару часов отделение стала подниматься, впереди уже завиднелись черные отроги скал. Дорога шла по жесткому, почти ставшему ледяным снегу. Курсантам пришлось снимать короткие лыжи и одевать на ботинки противоскользители, специальные пластиковые накладки. В лицо дул мерзкий ледяной ветер, но шагать стало относительно легко. Ноги не проваливались в снег, а спокойно ступали на твердую поверхность. Видимость была отличной, солнце все выше поднималось вверх, заливая снежную пустыню своим до нестерпимости ярким светом.

Через полчаса подъема взору Алекса открылась огромная котловина, окруженная с трех сторон черными скалами, им, похоже, туда. Он спокойно прилег за снежным валуном и стал осторожно рассматривать окружающую его местность в оптический прибор. Потом отполз обратно и махнул рукой Стрелкову. Тот кивнул в ответ и начал аккуратно выдвигать круглую антенну. Теперь самое главное: четко послать шифрованный сигнал основным силам. Чтобы сигнал не запеленговали, его посылали очень узким лучом. Один из буксиров служил приемной антенной, и тут же живо откликнулся на короткий сигнал, длящийся жалкие доли секунды. После этого они получили подтверждение и послали шифровку «Дорога свободна» с прилагаемым к ней файлом маршрута.

Алекс осторожно двинулся между двух черных скал, там просматривался спуск вниз. Он старался потеряться в небольших складках местности, снег не лежал здесь ровно, ветер выдувал из него самые легкие фрагменты, оставляя на склоне причудливые ледяные узоры. Здесь вообще был странный снег, жесткий, колючий, спрессованный ужасающими зимними температурами и постоянным ветродуем. Падаешь на него, как на камень. Перевалив через один из снежных заносов, Алекс с ужасом увидел, как один, из казавшихся обычным, камней пришел в движение. «Дрон, черт, проморгали!».

Руки привычно метнулись за оружием. Вместо игольчатых ружей, бесполезных в таком климате, штурмовики были вооружены пехотными бластерами. Оружие, использующее слабые плазменные разряды. Главным его недостатком было маленький боезапас, да и точность оставляла желать лучшего. Припав к короткому стволу, Карт начал палить в быстром темпе в движущийся механизм.

— По антенне пали, по антенне. Он не может ничего еще передать, скалы мешают — послышался в наушниках крик Ларсена. Затем и сам норвежец плюхнулся позади и зачастил из своего оружия.

Наконец-то Карт смог взять себя в руки и третьим выстрелом снес с дрона антенну. Ларсен добил выехавшую из отверстия запасную и яростно выкрикнул — Эта тварь все равно движется! А у нас нет ни лучемета, ни ракет!

Они оба сидели на коленях, и с растерянностью смотрели на сверкающий от солнца разведывательный робот. Тот имел на вооружении небольшой гравистаб и спокойно плыл над землей. Неожиданно с противоположной стороны на аппарат налетел огромный боец в белом камуфляже. Он возвышался над роботом, как сказочный Голиаф. Сначала робот получил хорошего пендаля, и отлетел, отчаянно жужжа, к черной каменной стенке. Потом Иван Дуб, а это был именно он, поднял над головой здоровенный камень и со всей силы ударил им дрона. Тот в ответ что-то жалобно пискнул и завалился на бок. Дуб еще пару раз повторил удар, после такого напора робот превратился в сильно помятую жестянку. Мимикрирующий камуфляж на нем больше не работал, и стал виден ободранный, чуть проржавевший бок дрона, аппарат оказался довольно-таки стареньким.

— Ну, ты, Ваня, монстр — рядом устало присел Стрелков — не хотел бы я попасть под твою горячую руку.

— Фу — Дуб снял шлем и маску, с лица валил пар — вот тварь, крепкая какая оказалась, даже камень раскрошился от удара.

— Еще бы не крепкая — у дрона присел приданный им из первого отделения техник Жан Пуаро — вегановская техника, хоть ему и сто лет в обед, но серьезный механизм. Хорошо парни сразу дрона подловили и антенны сбили, и, похоже, от жара разрядов управление гравистабом заклинило. Иначе он сразу бы ушел, такие штуки очень прыткие. Так, давайте-ка посмотрим, что он тут делал.

Пуаро достал какой-то прибор и начал внимательно рассматривать маршрут разведробота. Алекс и Ларсен пошли за ним следом, осторожно озираясь по сторонам. Через двести метров пути они повернули к заснеженной скале. Техник подошел к ней и принялся внимательно изучать выщербленную поверхность, потом острым ножом зачистил небольшое углубление ото льда и снега. Глазам разведчиков предстал стандартный пульт управления.

— Это что? — Алекс заинтересованно смотрел на скалу.

— Технологический вход. Этого робота послали осмотреть его, наверное, неисправность из-за этого намерзшего льда. Командир — Пуаро обратился к Стрелкову — а мы ведь можем здесь внутрь пройти.

— Ты сможешь открыть?

— Да без проблем, тут все старое, главное тревогу не поднять.

— А мы там пройдем? — Дуб устало бросил разбитый дрон на обледенелую площадку.

— А чего нет? Это же выход для регламентных работ.

— Сейчас свяжусь с Плантом — командир посмотрел на своих разведчиков, остальные бойцы отделения к этому времени рассыпались вокруг, прикрывая их — А вы пока проверьте здесь все на предмет камер слежения и сканеров, определите главный вход в Авиадром. И смотрите у меня в оба, похоже, эта местность постоянно патрулируется дронами. Скоро охранники и этого хватятся.

Спустя пару часов вполне умеренной ходьбы, когда взбодренные близостью окончания задания и немного передохнувшие люди дошли до отвесных черных скал, их ждало глубокое разочарование. Ожидаемого легкого подъема на плоскогорье не предвиделось. Плант, посовещавшись с командирами и разведчиками, предложил разбить у подножия скал лагерь. А самым опытным скалолазам было приказано начать обустройство подъема.

Курсанты сметливо расположились в складках пересеченной местности, используя местные укрытия в качестве маскировки, и этим сильно облегчая жизнь изможденным ПВОшникам. Карт в визир внимательно осмотрел отвесные скалы, подыскивая удобные места для навесок подъемных устройств.

— Там! — он указал Ларсену небольшой каменный выступ, подсвечивая его зеленым лучом лазера. Норвежцу, как одному из лучших стрелков поручили выстрелить из складного арбалета. Современная техника позволяла обойтись без изнурительного скалолазания.

Ларсен и в этот раз не промахнулся — арбалет выплюнул болт со специальной присоской, на конце которого начала развертываться катушка с супертонкой леской. Болт крепко присосался к скале, затем с помощью лески туда подтянули страховочный фал с гравизахватом. Это специальное приспособление могло действовать и как стояночный якорь.

Через пару минут с помощью механического захвата наверх поднялся Ирм Тусон, самый опытный и ловкий скалолаз во взводе. Он с помощью пневматического пробойника закрепил на скальной полочке еще пару якорей, и сразу же помог подняться еще двум бойцам. Солнце тем временем близилось к закату, в его красных лучах скалы стали похожи на бронзовые сооружения некой неизвестной цивилизации, оставшиеся тут еще с незапамятных времен.

Сам заход солнца в этих широтах явление стремительное, поэтому группа скалолазов и их помощники старались действовать быстро. Но все равно, самые верхние якоря они ставили уже в полной темноте, работая в очках «ночного зрения». Пару раз пост ПВО командовал тревогу, все живо прятались в щелях и углублениях, дополнительно накрываясь тонкими маскирующими плащами, полностью гасящими все тепловые и радиоизлучения, гордости земной военной техники. Вообще в области маскировки Земная Федерация была далеко впереди большинства известных им цивилизаций. Сказывались прошлые тысячелетия удачной охоты и многочисленных войн.

Затем часть отряда легла отдыхать, а остальные бойцы помогали поднимать наверх грузы. Первым ушел оставшийся рабочим буксир. Его пришлось поднимать вручную, очень осторожно, останавливаясь в самых опасных точках. Затем к поднятому механизму подключили лебедки, и теперь оставалось только подвешивать на фалы груз и принимать его наверху. В итоге к рассвету весь взвод уже находился наверху.

— Ал, не спи! — его подтолкнул сзади друг Ларсен. Им повезло оказаться вместе в одном батальоне и даже в одном взводе. Хотя скорей всего на это решение повлияли их победы в Больших играх. Карт бежал вслед за бойцами, идущими гуськом вдоль зеленой мигающей ленты. Это был цвет их команды. Все здесь было очень практично продумано: каждой команде при погрузке присваивался тот или иной цвет, а дальше просто надо было следовать за указателями. Погрузка шла быстро, и вскоре Карт заскочил внутрь десантной капсулы и сразу повернул налево. Тело работало на автомате: заскочить в отсек, найти свое место, занять его, накинуть противоперегрузочное приспособление, отжать кнопку готовности. Над его головой загорелся желтый огонек, как и у других бойцов. Значит, все было сделано правильно. Заместитель командира их пятого взвода сержант Принер прошелся по отсеку и удовлетворенно хмыкнул, затем доложил по переговорному устройству о готовности, и сам занял посадочное кресло. Огоньки переключились на зеленый свет. Капсула была готова к прыжку. Через некоторое время Алекс почувствовал, как капсула приподнялась над палубой ангара, и пошла по гравитационным рельсам куда-то в бок. Он час назад наблюдал похожий старт грузовой капсулы. И явственно представил себе как их «Прыгун» заходит по рельсам в большое отверстие шлюза, створки за ними быстро закрываются, моторы вентиляторов работают очень тихо. Затем в эфире раздался голос штурмана капсулы

— Готовность. Пять, четыре, три, два, один — пошли!

Все десантники почувствовали, как под ними уходит палуба. Это они распрощались с гравитационным полем корабля-матки. Ощущения полета не наблюдалось, просто появилась обычная невесомость. Пока они двигались в «гравитационном» лифте, предохраняющем капсулу от перегрузки и позволяющем экономить энергию. Карт покрутил головой — все парни сидели спокойно, многие закрыли глаза, или спят или расслабляются. Бойцы вообще переживают боевое десантирование по-разному. Хотя если быть до конца честными, то все равно всем им было страшно. Очень страшно. Ведь до поверхности планеты можно и не долететь. Обидно так просто сгореть в атмосфере, или выпасть из разбитого ракетой транспорта, такая вот бессмысленная собачья смерть. Лучше об этом даже и не думать, поэтому Алекс погрузился в воспоминания, десантироваться им еще минут двадцать.

Прошло уже почти два месяца, как они эвакуировались с Калунии, где войска Федерации потерпели жестокое поражение. Им же повезло тогда выжить. После того, как Алекс привел скутер на базу, их посадили в эвакуационный дисколет и через час они уже сидели в уходящем от проклятой планеты транспорте. На огромной базе Космофлота уцелевших рейнджеров встретила целая делегация. Офицеры разведки подробно расспросили о произошедшем на Калунии.

Пара из них даже усомнилась в правдивости информации об их приключений, но у Алекса все произошедшее оказалось записано на информационный кристалл. Со времен Диких гонок у него осталась полезная привычка все фиксировать. Спасательная поездка на скутере произвела на разведчиков флота большое впечатление, и они стали более уважительно относиться к рейнджерам. На следующий день их навестил полковник Кристабель, начальник оперативного штаба базы. Он сердечно поблагодарил новобранцев за службу и вручил каждому по престижной награде — ордену Серебряная звезда. Также им было сообщено, что по достижении полугодового срока службы в Действующей Армии, молодые бойцы получат звание капрал. Чем несказанно удивил рейнджеров, ведь обычно такое звание можно было получить только после двух лет безупречной службы.

После опроса их выпихнули на уходящий дежурный транспорт, на котором они прибыли в огромный орбитальный госпиталь. Планета, на орбите которой вращалась эта бубликообразная махина, была необитаемой, но ее поверхность земляне использовали для получения энергии и ресурсов, подаваемых в госпиталь по орбитальному лифту.

Они прошли в стандартный для станций этого типа переход. 45-я станция формой, также как большинство других земных космических баз, напоминала бублик, поэтому переходы в виде спиц имели меньшую силу тяжести. Движущаяся лента за двадцать минут домчала их до противоположного сектора, самое хитрое здесь было — вовремя соскочить и не ушибиться. Тут то и становилось заметно кто здесь новичок, а кто бывает в таких местах часто. Рыков шел уверенно вперед, повернул сразу в правый коридор и прошел его до конца. Местечко оказалось сильно запущенным, похоже, автоматические уборщики давно забыли сюда дорогу. Да и не все лампы на потолке горели.

Капрал подошел к неприметной двери и пальцами выстучал первые ноты гимна штурмовиков. Через пару секунд дверь со скрипом открылась, и они вошли внутрь. Карт огляделся, просторная комната была разделена на несколько отсеков. В одном была сложена какая-то диагностирующая аппаратура, в другом стояли в два ряда стандартные кровати, а в третьем на удобных диванчиках расположились пятеро человек в форме техников.

— Привет! — Рыков поздоровался со всеми и приглашающим жестом подозвал Алекса к себе — Принимайте новичка. Это тот самый «водила генералов»!

— Неужели!? — с любопытством спросил краснощекий здоровяк — Привет, братан, наслышаны. Да ты проходи, садись, в ногах правды нет.

По еще одной произнесенной русской присказке, Карт, понял, что здоровяк скорей всего тоже русский. Алекс прошел вперед и присел на крутящееся кресло. Ему в руки тут же сунули бокал с чем-то крепким, а в другую руку дали вилку с настоящим соленым огурцом! Где они его только взяли?

— Ну, давайте за новичка, нашего полку прибыло! — воскликнул громила с черными бровями, и компания стукнула емкостями. Алекс глотнул напитка, и чуть не закашлялся. Он давно не пил такой крепкий алкоголь, поэтому сразу же закусил огурцом, стало немного легче.

— О! — взглянул на него одобрительно громила — Наш человек! Рыков, а он, в самом деле, так хорош за рулем?

— Ага — капрал уже чего-то жевал — виртуоз в своем деле. Пару раз вывез наши задницы из полного дерьма.

— Даже лучше, чем Унион? — вступил в разговор длинный и худощавый блондин.

— А чего Унион? Он перед Картом, как студент перед профессором. Я тебе так скажу, я видел много хороших и очень хороших водителей, но этот парень Бог в вождении.

— Вот даже как? — блондин с удивлением кинул взгляд на Карта.

— Ладно, парни, раз Рыков так человека рекомендует, значит, он наш — закончил разговор громила и подошел к Алексу — привет, я Грэм Робенсон. Этот худой и настырный Дитер Модель. Наш красавчик — Грэм показал на крепкого симпатичного брюнета — Джузеппе Валентиано, а этот бутуз с вечно красно физиономией Миша Карпов.

Карт поздоровался вежливо со всеми и его пригласили сесть к столу поближе. На нем в центре восседала пятилитровая емкость с крепким напитком, а также была раскидана по тарелкам немудреная закуска. Выпили еще по пятьдесят грамм, закусили, пошли неспешные разговоры.

— Парни, а огурцы то у вас откуда? — спросил опешивший от редких разносолов Алекс.

— А, это? — повернулся к нему Миша — У Джузеппе есть связи в теплице на пятом уровне, там берем, я солю. А мы им взамен наш фирменный напиток.

Все засмеялись. Карту уже похорошело, тепло разлилось по всему телу. Глаза немного осоловели.

— Э, парень, что-то ты поплыл — Миша засуетился — давно видно не налегал на крепкие напитки, счас я тебе кофейку организую.

Чуть позже, прихлебывая настоящий земной напиток, Карт беседовал с русским парнем об особенностях службы на таких базах.

— Эту горилку, мы так этот напиток называем, гоним из отходов, которые нам различные столовки поставляют. Мы же техники обогревательных систем, у нас теплых и неприметных местечек хватает. Ну, а мы с ребятами потом, естественно, делимся. Со снабженцами также делимся, оттуда и всякие вкусности. Флотским тоже подгоняем за доставку земных продуктов. Короче, все в доле. Принцип службы на любой большой станции такой: службу тащи, умей делиться и не выпендривайся. Жадных нигде не любят!

— А как же командование?

— А что командование? Мы службу тащим исправно, оргии не устраиваем, все по уставу — Карпов засмеялся — Да и офицерам иногда охота гульнуть, а по тому же уставу далеко не все доступно. Мотай на ус, молодой.

— А чего вы все меня молодой, да молодой — Алекса немного повело на разговоры.

— Так радуйся — снова заговорил Робинсон — ты из категории салаг резко перескочил в молодые. Считай, у тебя сегодня крещение, а у Рыкова награждение.

Тут уже все присутствующие с непониманием посмотрели на громилу, тому пришлось сразу выложить запасенную новость — Димон, с тебя причитается. Мне тут штабные шепнули, что тебе сержанта на днях присваивают.

Все дружно загоготали и захлопали. По спине капрала прошелся град дружеских ударов и похлопываний, после некоторых из них можно было и в госпитале очутиться. Ну и, конечно же, выпили за новое звание.

Рыкову пришлось опрокинуть целый стакан, такой здесь был обычай.

— А вы как все познакомились? — Алекс с помощью крепкого кофе пришел немного в себя и с любопытством слушал их разговоры. Все еще сидящий рядом с ним Миша охотно пояснил.

— Так мы все штурмовики, многие служили вместе, я с Димой в «Орлах» пересекался, а Грэм с ним с «Акулах» долго служил, даже в одном отделении.

— А тогда тут то вы чего делаете?

— Как чего? Служим. Многие наши батальоны расформированы, вот сидим пока на технических должностях, дослуживаем до дембеля. Да ты не удивляйся, служба у нас ведь опасная, поэтому командование время от времени отсылает опытных бойцов в тыл. А там уж кто чего может, то и делает. Мы техники по образованию, есть инженеры, повара. Ты вот кто?

— Он у нас спец по УФО — донесся довольный голос Рыкова. Уже клюющий носом Модель встрепенулся и пробурчал

— Тогда тебе надо записаться на дополнительную учебу, как только «окно» в боях появится, сразу пошлют. Полгода дурака проваляешь.

— Что-то я не пойму — Карт был несколько обескуражен — а почему не посылают тогда штурмовиков в простые части? Вы ведь все ветераны и хорошие спецы, такие всегда нужны.

— А смысла то? Сейчас не те времена, обычные мобильные батальоны, как легкая пехота везде используется. Редко где они по делу работают. Вот командование и придумало, как самых опытных бойцов тихарить. Сидим здесь, служба идет, когда понадобятся серьезные люди, о нас и вспоминает. Вон того же Рыкова также в «Бурые медведи» дернули. Ты до звания дослужишь и сразу увидишь изменения, пошлют куда-нибудь в отдаленную дыру, пока не понадобишься в лихом рейде.

— Так и в дыре можно по рогам получить — загоготал Робинсон — вон Джузеппе попал как-то.

Алекс с любопытством посмотрел на черноволосого красавчика. Удлиненное лицо, прямой нос, густые брови, светлые глаза, непокорная шапка волос — такие типы нравятся женщинам.

— Да ладно тебе — брюнет махнул рукой — ничего особенного. Послали меня в том году с тремя парнями на дальний космодром. Дыра дырой, кругом песок и камни, изредка корабли садятся, охрана из гренадеров. Ну и тут как-то местные решили в партизан поиграть, в наш законный выходной на космодром напасть. Вот и получили соответственно по рогам два с четвертью.

— Наш красавчик как всегда скромен — пояснил Робинсон — нападающих было человек пятьсот, да еще и техника. Гренадеров бы сразу снесли, но Джузеппе успел организовать оборону, благо там еще из пехотинцев ветераны были. Запряг он, значит, инженеров, те ПВО переформатировали на прямую наводку работать. А всем техникам дали оружие и загнали за бараки, огнем поливать и внимание отвлекать. Эти партизаны на техников и сунулись, тут ПВОшники вдарили, а с тылу Джузеппе со своей группой. Короче тем партизанам полный облом вышел, никто не ушел. Пленных быстро допросили и в течение недели все базы местных вояк покрошили. Вот для таких случаев нас и держат. А сейчас так, отдых для души и тела. Давай, молодой, еще бахнем. Чтобы количество уходов в рейды совпадало с количеством возвращений.

За такой тост пожелали выпить все присутствующие.

В небольшом зале, используемом и как столовая, и как место для занятий, набилось человек пятьдесят. Весь несколько уменьшившийся состав взвода: ведь с начала активных боевых действий батальон почти не получал подкреплений, часть людей оказались ранены, кого-то отозвали в другие подразделения, кто-то написал просьбу о переводе. Командир взвода включил командирский планшет, и перед собравшимися бойцами возникла голографическая карта.

— Значит так, бойцы. Что назревает большое наступление, вы уже, думаю, догадались. Ну и мы, конечно же, будем на самом его острие. Вот здесь — лейтенант уменьшил масштабирование — находится полуостров, на наших картах обозначен П-08. В этой точке, на мысу, у противника большая база слежения за нашим флотом. В этом месте северный континент вдается далеко на юг, и этот мыс самая южная точка этого континента. Задача наших войск захватить эту базу. И именно наш взвод должен служить маркером. Нас высадят в ста километрах от базы, в горах. Космодром, который находится на соседнем мысу, в это время будет подвергнут бомбардировке с орбиты, вот здесь мы под шумок и проскочим. Атмосферники при высадке нас прикроют дополнительно. Выдвигаться будем на легких скутерах, надо будет снять с них все лишнее. Главное для нас в этой операции — это скорость. Мы должны в назначенное время захватить центральную вышку и быстро отмаркировать самые важные цели в системе обороны противника.

— А кто наступать то будет? — удивленно уставился на взводного Комотд Два сержант Первухин — Как я понял, с воздуха только мы пойдем, а не только мобильщики?

— Правильно понял. Наступать будут «мазуты». Мыс то где расположен?

— У океана.

— Вот оттуда и пойдут.

— На кораблях что ли? — Первухин был озадачен — Их же перебьют суборбитальщики задолго до цели. Там все, как на ладони.

— Вот тут кроется самое интересное — Сухоруков улыбнулся — они из-под воды выйдут. Там какие-то новые хитрые аппараты будут использоваться. Что-то вроде кораблей-маток, но подводных. Спутники в этом бардаке ничего путного показать не смогут, и наши, и ихние будут все сбивать. Поэтому легионеры у самого берега вынырнут, а потом уже на своих бронированных чушках вперед поскачут. Мощи там достаточно. Наша задача им сразу правильные цели поставить.

— А нас сразу оттуда не вышибут? — спросил Рыков.

— Уже некогда будет. Мы на подходе сигнализируем, сразу атака и начнется. Вот здесь примерный маршрут и точка входа. Карт, ты идешь первым.

— Откуда дровишки? — кивнул на обозначенные огневые точки противника Алекс.

— Разведка поработала — Сухоруков усмехнулся, увидев, кислую физиономию своего лучшего пилота — да не флотские тут трудились. Гренадеры постарались, а они ребята толковые. Им еще этот полуостров с северо-запада очищать.

— Ну, тогда ладно — согласился Карт.

— И еще, с тобой их разведчик пойдет, в качестве штурмана.

Ларсен вышел на террасу чуть позже, потирая шею, плюхнулся на плетеное кресло и взял в руки чашку с кофе. Как ни странно, но эта земная культура здесь прижилась и пришлась по вкусу варишанцам.

— Опять чего потянул? — подколол друга Алекс.

— Да нет, просто уже утомился от постоянных бурных ночевок. Интересно, они долго так могут?

— Вряд ли. Насколько я понял из их традиций, у женщин на секс в их семьях очередь. Вот и отрываются, когда могут. А наши подруги еще не в семье, у них вообще с этим беда. Мы уедем и им снова ждать.

— Ага, не очень долго — норвежец усмехнулся — новая солдатня подтянется. Тут же курортный центр.

Белокурый гигант потянулся к корзине с пирожками. Их по утрам доставлял старый варишанин, с удивлением поглядывавший на высокого и мощного телом Олда. На гиганта норвежца вообще на улицах часто оглядывались. Алекс же удивил хозяек своей манерой езды на транспорте. На третий день по приезду он попросил арендовать местный вариант скутера, поменял в нем некоторые схемы и отвез компанию к подножию гор. Вместо обычных трех часов путь у него занял меньше часа. Девушки поначалу визжали, вцепившись в кресла, а по приезду к горным вершинам полчаса просто лежали на траве, приходя в себя. Ирва впоследствии прокомментировала, что была наслышана какие земляне сумасшедшие гуманоиды, и теперь получила этому явное подтверждение. Но сам полет произвел все-таки на девушек неизгладимое впечатление, и вечер закончился достаточно горячо. Прямо под открытым небом приветливой планеты. Ну и, конечно же, с утра девушки проспали на работу. Пришлось Карту снова показывать чудеса пилотирования, припарковав свой скутер прямо напротив окна Диспетчерской, чем вызвал немалую шумиху среди местной дорожной полиции.

После этого скандального происшествия арендованный скутер у них отобрали с дальнейшим запретом на прокат. Приходилось теперь летать на автоматизированных такси. Вот и сейчас друзья неспешно плыли над постриженным газоном, подразумевающим трассу для такси. Хотя и в таком неспешном движении был свой плюс, можно было спокойно наблюдать жизнь местного населения. Через полчаса полета показались башни и пирамиды Старого города, своего рода музея под открытым небом. Никто не знал, сколько этому городу лет. Здания в нем совершенно не походили на нынешние. Внутри же города можно было передвигаться только пешком, чем друзья с удовольствием и воспользовались. Хотелось все-таки иногда напрячь и другие группы мышц.

На следующий день, после часового зачета на тренажерах, мастер Нильс удовлетворительно хмыкнул — Похоже ты, сержант, и в самом деле хорош, как и твой дружок. Ну, а раз ты уже сержант, то будешь старшим водителем, и соответственно водилой первого отделения. Все понятно?

Карт удивленно кивнул. Получалось так, что он теперь самый квалифицированный водитель батальона, и должен натаскивать остальных, не смотря на разницу в выслуге лет. Более высокое звание означало и более высокую ответственность. А ведь еще совсем недавно он был зеленым салагой! Как быстро бежит время!

— Вот это да! — Ларсен с восторгом озирался вокруг. Они только что прилетели со станции космического лифта, расположенного на темной стороне планеты. После мрака вечной полярной ночи открывшаяся перед друзьями картина напоминала древние изображения рая. Вдалеке блистали своими снежными вершинами горы, чуть ближе виднелись поросшие густым хвойным лесом изумрудные холмы. Направо сверкало водной гладью широкое озеро, наполненное горной чистой водой. Вдоль него виднелись яркие домики коттеджей. На самом водоеме можно было заметить лодки с архаичными веслами, или ножными педалями. Налево расположился шикарный сад с множеством цветущих деревьев. Здесь вообще цветы были повсюду, вдоль пешеходных дорожек из розового камня, около зданий, выстроенных из легкого материала. Каждый свободный метр поверхности оказался засажен цветущими кустарниками или заставлен цветочными горшками. Поэтому в воздухе благоухал настоящий божественный аромат. Вокруг неспешно прогуливались люди, молодые и не очень мужчины с военной выправкой. На планете форма была не в ходу, ее носили только патрульные или офицеры местного штаба. И главное: на бесчисленных пешеходных дорожках и тротуарах можно было увидеть множество женщин. Некоторые носили форму космических войск, официально Ферис считалась военно-космической базой, другие шли в синей одежде медиков, а многие просто в легких летних платьях.

Алекс шагнул вперед, кинул на дорожку тяжелый баул, подставил лицо мягкому теплу местного солнца, вдохнул полной грудью прохладный воздух, сильно разбавленный ароматом всевозможных цветов, и произнес

— Парни, я в раю!

Товарищи присоединились к нему, побросав сумки, они восторженно осматривались. После множества чужих планет, чаще всего недружелюбных к землянам, оказаться в такой чудесном уголочке живым и невредимым, это было большой удачей!

— Молодые люди, я могу вам чем-нибудь помочь? — раздался рядом мелодичный женский голос. Рейнджеры живо обернулись на него: около их группы остановилась женщина лет тридцати в форме космофлота, на шевроне виднелись две звезды штатс-лейтенанта. Бойцы тут же подтянулись, но продолжали рассматривать стройную женщину с определенным интересом. Та мило улыбнулась и произнесла — Можете не соблюдать субординацию, вы не мои подчиненные. Я младший инспектор этой секции Оливия Орейро, слежу за порядком в размещении. Просто меня не известили о прибытии группы таких сильных и молодых людей.

Женщина-офицер достаточно кокетливо рассматривала отпускников рейнджеров.

— Мы, лейтенант — Алекс решил все-таки общаться согласно уставу — из состава батальона «Носороги», прибыли сюда на кратковременный отдых.

— Вот как? — улыбка Орейро была просто ослепительной — Значит, вы не выздоравливающие?

— Нет, сир. Просто догуливаем отпуск.

— Вы же штурмовики? — женщина с интересом остановила свой взгляд на Ларсене, тот живо выпятил вперед грудь и приосанился — Нечасто к нам в секцию попадают парни из ваших подразделений. Обычно они прибывают в зоны госпиталей.

— Нет, лейтенант. Мы полностью здоровы и готовы для полноценного отдыха.

Орейро лукаво улыбнулась — Ну тогда, мальчики, живо направляйтесь в секцию 5А, я сейчас отправлю туда сообщение. И можете сразу снять форму, одежду вам подберут. И желаю вам счастливого отдыха! Если у вас возникнут вопросы, то я в центре координации — женщина показала на круглую стеклянную башню, возвышавшуюся над группой пальм.

— Непременно вас посетим — Ларсен галантно поклонился.

Песок был везде, скрипел на зубах, забивался в складки одежды, старался пробиться в закрытый боевой шлем. Такая вот была эта планета! Карт со вниманием наблюдал тренировочные заезды. Они второй день в хвост и гриву использовали машины гренадерского полигона. Хотя планета стояла вдали от основных боевых операций, этот полигон оказался весьма неплохо оборудован, да и техника тут была самая современная. Местность здесь оказалась в меру пересеченная, имелась даже небольшая речка, несущая свои желтые воды среди песчаных холмов. Да и сам Алекс воспользовался оказией и перепробовал некоторые новинки. Особенно его заинтересовала Комета — 5бис, местные инструктора поначалу не давали ее на обкатку, но, увидев его виртуозное владение техникой, согласились. А затем и сами высыпали из бункера: они совершенно не представляли, что может вытворять эта новая машина.

— Отличный аппарат! — сказал Карт, выходя из Кометы, следом за ним выполз бледный штурман. Хотя к его чести можно добавить, что он ни разу не проблевался.

После этого заезда Карту разрешили все. Часто на наблюдательной вышке собирались местные инструктора, опытные сержанты, в большинстве своем сверхсрочники. Они внимательно отсматривали маневры рейнджеров, многое было им в новинку. Совершенно не рефлексируя, они живо интересовались тем или иным маневром, им было совершенно не зазорно поучиться мастерству у этого молодого сержанта. Они видели, что он их выше на голову по умению водить технику. Самые опытные из инструкторов уже пытались повторить его «фирменные» финты, но ни у кого пока не получилось. А Карт же щедро делился знаниями. Он вдруг воочию ощутил всю мощь солдатского братства землян. Это было новое, незнакомое ему чувство.

Да, есть высокие штабы, генералы, стратеги, снобы из разведки. Но войну делает обычный солдат и его ближайший друг сержант. Именно они выигрывают сражения, ставят точку в боевых действиях, несут все тяготы войны и кладут свои жизни на ее алтарь.

Бездонное чрево глубокого космоса завораживало. В этой части Галактической Спирали Карт плохо разбирался с картами звездного неба, все-таки он не космолетчик. Сейчас его взору предстало множество неизвестных созвездий, выделялись светлые пятна туманностей и темные «угольные мешки». Где-то среди этих бесчисленных звезд находились планеты с разумными существами, среди них и его голубая планета — колыбель человечества, ради которого он час назад шагнул в бездну.

Полет на небольшом рейдере Глубинной разведки проходил достаточно напряженно. Присутствие на борту десанта, в три раза превышающего численность экипажа создавало множество бытовых неудобств. Почти треть боевой группы составляли штурмовики и технари, не особо знакомые со специфическими условиями работы в Глубоком космосе. Поэтому космодесантники с усмешкой и иронией вводили новичков в курс дела. Например, на борту разведчика не было душевых кабин в обычном понимании. Водяная пыль обволакивала тело, затем следовало включить ионизатор и массажный поддув. Таким образом, удавалось вполне сносно помыться, не тратя при этом большое количество воды. Были проблемы и в уборной. Если забудешь включить дополнительный подсос, то рискуешь выйти из отсека с грязной задницей. Боевики десанта питались в дороге обычными пайками, несколько ящиков им загрузили на перевалочной базе. Там же находились баллоны со свежей водой, ставшей «менной» валютой при общении с местным экипажем. Космолетчики здесь подобрались опытные, все сверхсрочники и фанаты своего дела. Экипаж рейдера был маленьким, и свободных рук на корабле не наблюдалось, люди или стояли на вахтах, или отдыхали.

Они вошли под сень высоченных хвойных деревьев. Рата с подругами в свободное от работы время показала землянам чудесные места в горах. Здесь росли густые леса, текли чистые реки, все было пропитано свежайшим горным воздухом. Они два дня всей тусовкой плескались в горных озерах, ловили рыбу, и занимались любовью на изумрудных лугах. А теперь именно отсюда Карт решил начать свою длинную дорогу за Истиной. Он остановился у цветущего куста, и устало присел на согретый солнцем валун.

— Садись, Олд. Подождем.

— Кого?

— Сам увидишь.

Минут через пять среди деревьев послышалось чье-то пыхтение, было такое впечатление, что по лесу пробирались какие-то большие животные. Ларсен напрягся, он не знал, водились ли тут дикие звери. Ветки с цветами раздвинулись и на полянку вломились два огромных землянина.

— Дуб, Игнатов! — Ларсен кинулся обниматься со старыми друзьями.

— Карт, ну ты и завел нас в дебри, насилу вас нашли — Иван улыбался до ушей и крепко стиснул старого товарища.

— Так вы тут не просто так появились? — Ларсен кинул подозрительный взгляд на Алекса.

— Просто так? — Василий уже копошился в огромном бауле — Да он неделю назад выцепил нас аж с другой стороны спирали. Далеко, видать, пошел, бродяга. Откуда у тебя вообще подобные связи появились, мастер?

— Так он из этих — криво усмехнулся Олд. Иван тем временем установил походный столик и «накрывал поляну». На столе чудесным образом появились куски жареного мяса, овощи, круглый хлеб местного производства. К ним добавилась пара булькающих фляг из настоящего стекла. Дуб покрутил головой и спросил — Кого ждем?

— Ага! — вдруг раздалось за кустами, и показался еще один долговязый землянин — Без меня начинать не комильфо.

— Игорюха! — Дуб с непосредственностью дикого носорога бросился навстречу товарищу. Со стороны все действо выглядело как брачные игры животных. О чем и не преминул заметить Ларсен, за что сразу схлопотал леща от Игнатова. Дружеская потасовка закончилась только после командного окрика Карта.

— Бойцы! Строится быстро! — друзья не раздумывая, по вбитым за четыре года инстинктам, выстроились в ряд. Через полминуты «новобранцы» очухались и заулыбались.

— Ал, откуда у тебя такие командные нотки прорезались? — засмеялся Стрелков.

— Дык он у нас мастер-сержанта получил недавно, да и вообще сержант уже более года — заметил Василий, усаживаясь у столика с закусками — Ну так мы что, так и будем насухую беседовать?

— Ого! Силен удалец! Так, Вася, обожди, у меня тут заначка — Игорь достал из рюкзака увесистую баклажку и передал Дубу — Разливай. Это земное, настоящее.

Вскоре друзья подняли бумажные стаканы с рубиновым вином, и выпили за встречу. Закусив, товарищи подняли тост за Землю. Затем за столом воцарилось напряженное молчание.

— Ал — Олд толкнул друга под локоть — ты ничего нам сказать не хочешь?

— А, знаешь, хочу — Карт поднялся с места и встал перед своими боевыми товарищами — Я не просто так вас вместе собрал. Но начну с небольшого исторического дискурса. Если вы помните, то через десять лет после создания Федерации наши наблюдательные спутники стали замечать в ближайшем Космосе странные явления. Затем все орбитальные станции оказались разом уничтожены, и на землю началось инопланетное вторжение. Это были шактанцы, планету которых, мы потом в отместку хорошенько проутюжили. Они создали тогда плацдармы в пустынных районах и стали наращивать силы для последующего захвата планеты. Но, не смотря на технологическое превосходство бойцов Галактического Союза, а это были именно они, представители союза цивилизаций центра нашей Галактики, мы смогли дать сокрушительный отпор.

На Земле к тому времени образовалась крепкая централизованная система командования, земляне были уже закалены испытаниями и лишениями. Да и, как оказалось, наше передовое вооружение получилось вполне боеспособным. Ученые, инженеры и военные смогли в короткий срок произвести достаточное количество военной техники и оружия. А наши солдаты, не жалея жизней, били насмерть коварного врага. Шактанцы начали нести невиданные для них потери. В плане военной тактики они оказались просто детьми против закаленной былыми распрями армии объединенных землян. Ну а природная свирепость наших бойцов стала очень неприятным сюрпризом для всех центровых.

Несколько их плацдармов оказались просто-напросто уничтожены, в других днем и ночью не утихали бои. Ну а чуть позже с руководством Федерации связались представители Спирального Альянса, союза цивилизаций окраины Галактики, которые уже тысячи лет боролись с экспансией рас Центра. На Земле появились бойцы с Хэша, а на орбите встали корабли веганов. Вот так мы и встряли в эту бесконечную бойню, оплачивая своей кровью членство в Альянсе.

— И к чему эта лекция? — у Ларсена сегодня было явно плохое настроение — Официальную версию истории Вхождения мы еще в школе изучали.

— А ты хочешь что-то добавить из того, что не вошло в учебники? — Стрелков внимательно наблюдал за пылким норвежцем.

— Есть множество расхождений. На русском севере находятся остатки поселений, пораженных из космоса. Тогда погибло много людей. А ведь шактанцы старались мирное население не трогать, не в их это духе. А ведь именно эти удары очень сильно разозлили тогдашних землян, и они намного охотнее пошли на союз с Альянсом.

— Ты хочешь сказать?

— Олд прав — Василий почесал массивный подбородок — там дело явно не чисто. И у нас ходили слухи, что веганцы намеренно поразили наши поселения, чтобы мы были посговорчивее. Показать, так сказать, возможности своего оружия.

— Один хрен, в стороне отсидеться не получилось бы — мрачно добавил Дуб.

— И все-таки, к чему нам этот исторический рассказ? — Стрелков поднял бокал с вином и махом его осушил.

— Именно тогда и была создана организация, которую вы знаете под именем Ордена.

— Контора разведчиков — Василий криво усмехнулся — пересекались с ними. Вечно какие-то секреты.

— Да. Организация была создана на базе разведки космофлота. И ее задачей была защита интересов непосредственно землян и самой планеты.

— Не доверяли, значит, с самого начала союзничкам. Ну и правильно — Иван был, как всегда, непосредственен.

— Ал, а ты к чему нам это все рассказываешь? — Ларсен встал с места и подошел к другу — Вербуешь?

— Не все так просто, Олд — Карт нервно зашагал по изумрудной траве — Я в Организации уже больше года, но и сам до сих пор мало что понимаю. Бесконечные секреты, мутные какие-то разводки. Меня приблизили к внутреннему кругу, но это так и не добавило ясности.

— Ну, так расскажи, что знаешь — Стрелков взял сочный фрукт и начал спокойно его разжевывать — Вместе чего и порешаем. Да, друзья?

Все кивнули головой. Карт, видимо, принял решение, сел к столу, осушив залпом бокал вина.

— Вы и сами знаете, что наши самые старые союзнички имеют свой интерес в этом конфликте. Они часто обманывали нас и использовали вслепую. Открыто неповиноваться мы не могли. Больно разброс в технологиях у нас велик. Для этого умные люди и создали Организацию, что блюсти наши интересы и втемную противоборствовать «союзникам». Как вы знаете, со временем мы завоевали достаточно высокую репутацию среди рас, похожих на нас. У нас появились искренние друзья, боевые товарищи, торговые связи. Именно благодаря пролитой землянами крови за пятьдесят лет была ликвидирована угроза захвата центровыми множества самых слабых планет Альянса. Именно наши войска переломили ситуацию в этой части Галактики. Центровым пришлось привлекать новые расы и ресурсы, чтобы хотя бы остановить наше всеобщее наступление. Мы понемногу завоевали право иметь собственный флот, стали сами производить многие виды высокотехнологичного оружия. Часть технологий мы получили от «старых» рас. Ведь им пришлось выполнять условия договора, и перевести земную промышленность на новые стандарты. Вы согласитесь, что жить на Земле еще никогда не было так комфортно и сытно. Столетия генетического и евгенического контроля сильно оздоровили нашу расу. Стабилизировав наше население на цифре в миллиард человек, мы уменьшили нагрузку на планетарные ресурсы, более целесообразно расселили население. Люди колонизировали Луну и Марс, начали осваивать планетоиды Солнечной Системы.

— Ал — мягко прервал рассказ товарища Стрелков — нам эта лекция ни к чему. Мы уроки не прогуливали. Ты ведь прекрасно знаешь, что именно за процветание нашей расы мы и проливаем кровь на этих чертовых планетах.

— Да, Игорь, ты прав. Мы проливаем свою кровь, замерзаем насмерть в растерзанных звездолетах, сгораем в плазме, умираем страшной смертью на неведомых планетах этой бесконечной войны. Так вот: Организация и была создана для того, чтобы уменьшить потоки человеческой крови. Чтобы наших бойцов не посылали на бессмысленную бойню. Поэтому она и пронизала всю структуру армии Федерации. Но..

— Но в итоге она перестала работать на изначальную цель? — Василий с шумом поставил пустой стакан столик — Мы уже не первый год в армии, Ал, навидались Этих. Да и к самой разведке в войсках отношение неоднозначное. Сам знаешь, флотские у нас не в чести.

— Вася, разведка не подчиняется флоту. У них только форма одинаковая. Организация просто пользуется разведкой, как самой закрытой структурой.

— И, ты, значит, решил нас вербануть. Своих лучших друзей… — Ларсен смотрел на Карта исподлобья.

— Олд, ты мне что, сегодня решил нервы помотать? Ты кто такой, чтобы мне указывать?

— Кто? — норвежец вскочил с места — Я из-за твоей тупости уже лишился лучшего друга и напарника.

— Тебе то что? — Карт стал напротив — Дорогу выбирать моя прерогатива.

— А ты не охренел часом, мальчик? — Ларсен резко набычился. Остальные недоуменно смотрели на товарищей.

— Ты что ли меня остановишь, тормоз норвежский — Алекс принял бойцовую стойку.

— Парни, вы что? — Дуб не успел встать, события закрутились стремительно. Ларсен как мощный бык-перволеток кинулся на маленького и относительно щуплого Карта. Казалось, секунда, и он его поломает. Но произошло немыслимое. Алекс в последнее мгновение неведомым образом уклонился от удара опытнейшего борца, и, падая, сам нанес удар. Последствия его удивили всех присутствующих: норвежец только охнул и свалился наземь. Он катался по траве и рычал от боли.

— Дайте ему обезболивающее — спокойно произнес Карт и налил из баклажки порцию рубинового напитка.

— Ал, ты как смог? Ларсен же реальный чемпион — Василий от удивления даже не вставал с места.

— А ты не понял? — Стрелков выудил из баула нужный прибор и поднес его к предплечью поверженного норвежца — Ал его спецом завел, чтобы показать свои возможности. Олд всерьез ведь кинулся.

Карт усмехнулся, сделал еще один глоток вина и начал разрывать руками мясо. Ларсен, наконец, очухался и присел, все еще возмущенно тряся головой. Дуб уселся напротив, и все вопросительно уставились на Алекса.

— Теперь увидели? Извини Олд, так надо было, иначе ты бы и сам не поверил. Теперь у меня есть и невероятная реакция, и такая же сила. Мальчик вырос, парни, и принял решение. Я также не слепой и вижу, что нынешняя Организация не выполняет свою функцию, она и в самом деле превратилась в какой-то закостенелый древний Орден. У нее нет уважения в войсках, она запуталась в своих решениях. Поэтому я не вижу своего будущего в самой Организации. Конечно, меня оттуда полностью никогда не отпустят, но я хочу действовать по-своему, независимо.

— У тебя есть план? — Стрелков напряженно смотрел на своего старого товарища.

— Точного нет, Игорь — Алекс покачал головой — не все так просто.

Мастер-сержант замолчал, что-то напряженно обдумывая.

— Тут вот какое дело, парни. Как-то мой командир батальона вправлял мне мозги, и произнес очень важную фразу «Главной нашей задачей является не сама победа в бою, а победа меньшей кровью». А ведь и в самом деле, сколько раз вы все видели напрасные жертвы, дурь и предательство отдельных командиров. Обычные солдаты и сержанты ничем не защищены. Они обязаны присягой выполнять приказы командования, не смотря ни на что. Только не все приказы правильны, и за ошибки никто не отвечает.

— Есть такое — мрачно прошелестел Дуб.

— Нужна новая система, чтобы это положение дел поломать. Я пока не знаю как, но мы обязаны это сделать. И мне нужны верные товарищи в команде. Мы сами подберем нужных людей, и будем действовать самостоятельно, без оглядки наверх.

— Есть, значит, все-таки у тебя идеи?

— Я уже сказал, Игорь, только наметки. Но как нам попасть всем вместе в одну команду план есть.

Карт хитро посмотрел на товарищей и улыбнулся. Все узнали эту коварную улыбочку. Самые каверзные поступки совершались «водилой генералов» именно в этой улыбкой.

— Олд. Ты со мной?

— Куда я денусь, сукин ты сын! — выкрикнул норвежец и тут же скривился от боли.

«Твою мать!» — Дисколет опять тряхнуло. Карту было очень страшно. Это десантирование и так должно было состояться при очень непростых условиях, а тут, похоже, и вовсе пошло не по плану. «Прыгун» опять здорово мотнуло.

— В отсеке! — прокричал через внутреннюю связь Карт — Всем держаться!

Но рейнджеры и так уже поняли, что высадка будет непростой. Бойцы первого взвода были пристегнуты на все ремни и внимательно смотрели на табло, где горело два красных огонька «Экстренный спуск». Это означало, что десантные дисколеты подвергаются опасности нападения и идут на экстремальной скорости. «Прыгун» здорово мотало. Временами его буквально швыряло из стороны в сторону, планета имела своеобразную атмосферу, еще не до конца выстроенную архитекторами-морфами. Двадцать пятый батальон десантировался на колонию Дезугчан — Октавия 15. Как ее называли сами зеленокожие жители Дезуха Карт не знал. Земляне использовали собственные названия, выговорить инопланетные, зачастую было невозможно.

И вот теперь половина батальона болталась в этом весьма поюзанном дисколете. Не зная, удастся ли им удачно приземлиться, ли бойцы мобильной пехоты погибнут еще в воздухе. Драка за эту богом забытую колонию шла ожесточенная. Транспортники на орбите совершенно не задерживались, выплевывая десантные суда или автоматические грузовые капсулы, они сразу же отчаливая восвояси. Каждый транспорт охраняло до десятка фрегатов и небольшие рои рейдеров.

Огромные корабли-матки «карьеры» также время от времени появлялись в обычном пространстве. То и дело на орбите вспыхивали короткие схватки, и неудачник сгорал в безвоздушном пространстве, не успев даже крикнуть «мама». Ну а кому повезло еще меньше, тот вылетал из корабля в открытое пространство, и его тело начинало разрывать изнутри избыточным давлением. Или он пытался судорожно расположиться в спасательной капсуле, больше похожей на гроб, в надежде, что автоматический буй его заметит. В лучшем случае его подберет спасательная команда и прицепит на буксир, в худшем возьмут в плен, тогда хоть будет надежда на дальнейший обмен. Космолетчики противоборствующих сторон соблюдали негласный кодекс, вне зоны боевых действий излишне не зверствовать. Бывали даже случаи, когда противник помогал терпящему бедствие звездолету, а командование закрывало на эти случаи глаза. Ну а в самом худшем случае в спасательной капсуле начинал заканчиваться кислород, батареи разряжались, и у тебя был выбор умереть от удушья или от смертельного холода. Космос и так безмерно жесток к живым существам. Это подвиг даже просто передвигаться по нему, а уж воевать в нем… Это практически безумие!

В зал заходили люди, заполняя собой пространство. Шума не было. Члены организации высокого ранга с солидной неспешностью усаживались на предназначенные им места. Настраивали под себя кресла, заказывали на панели напитки. Станция была до предела роботизирована, лишний персонал здесь был совершенно не нужен.

Регент держал в руках высокий стакан с тоником, и спокойно наблюдал за приходящими людьми. Он был уже бесконечно далеко от всей этой карьерной суеты и непосредственного командования людьми. Его задачей было наблюдать. Вмешиваться приходилось в крайне редких случаях. И его слова тогда становились весомей остальных. И отменить его приказы могло только одновременное вмешательство остальных двух регентов. Такого на его памяти давно не происходило. А регентом он являлся уже пятьдесят лет, и отлично понимал, что его отставка означает неминуемую смерть. Нет, его не убьют, просто организм, почувствовав ненужность, тут же выключиться из течения времени, называемого жизнь.

Со стороны казалось, что он спит. Взгляды, изредка бросаемые на регента, его совершенно не волновали. Он и так отлично знал и чувствовал присутствующих здесь высокопоставленных членов Организации. Тайного сообщества по существу и управляющего Землей. Регент обратил внимание и на двух вошедших после всех людей. Один был в синей адмиральской форме, второй в черном комбинезоне косморазведки. Старик почувствовал, как между ними проскользнула искра неприязни. Да и в самом зале то и дело прорезались взаимные недомолвки и скрытые упреки. Что ж, похоже, сегодняшний консилиум будет непростым, но зато интересным. Регент глубоко вздохнул и выпрямился в кресле. Его правильно поняли, и с места поднялся пожилой генерал, являющийся на сегодня Гроссмейстером Земного отделения организации. Он с достоинством оглядел присутствующих, включил на пульте управление кнопку, и посередине круглого зала, и такого же округлого стола, загорелась трехмерная карта-трансформер.

— Достопочтенные сиры, заседание консилиума объявляется открытым. Повестку вы знаете.

В небольшом помещении началось некоторое оживление, одни удобнее устраивались в креслах, другие достали рабочие планшеты. Кто-то даже недовольно хмыкнул, получив от коллег сочувствующий взгляд.

С места поднялся двухзвездный генерал, чье лицо часто мелькало в новостях Федерации.

— Уважаемые сиры, не будут утруждать вас подробностями прошедшей только что глобальной операции. Могу только констатировать, что это наша самая удачная боевая комбинация за последние десять лет. Конечно, не все прошло так гладко, как хотелось бы, но сами понимаете. Война, дело тонкое. Могу отметить, что в целом наши позиции очень сильно улучшились, и мы можем себе позволить оперативную паузу.

— Генерал Мазерини — спросил с места человек в старомодном костюме — вы можете прояснить причины, из-за которых мы все-таки не достигли стопроцентного успеха.

— Сир канцлер, причин много. Одна из основных: большие потери нашего космофлота. Это произошло в самом начале компании. Мы потеряли много транспортов и кораблей сопровождения, и это достаточно сильно повлияло на возможности переброски наших войск. Несколько театров военных действий сильно пострадали от отсутствия резервов.

— Хочется отметить — вступил в разговор высокий напористый адмирал Космофлота — что у нас было достаточно подготовленных людей, но не хватало самих кораблей.

— Это так? — сухопарый канцлер поднял вверх густые брови.

— Так точно, сир. К сожалению, наши союзники не смогли вовремя удовлетворить заявки флота.

— Эти чертовы ублюдки нарочно задерживали заказ — пробормотал адмирал.

— Полегче с выражениями, адмирал Бойль — сделал замечание Мазерини — Ваши люди и так повели себя на переговорах очень неосмотрительно.

— Простите, сир. Но именно мои ребята гибнут в космосе, а эти… — адмирал еле сдержался — не могут поставить дополнительные смены.

— А что там произошло на переговорах? — плотный краснощекий человек был одет в гражданскую одежду, но в нем явно угадывался служивый.

— Наши горячие командоры просто-напросто накостыляли по шеям доблестным союзникам — моложавый военный в форме полковника еле сдерживал улыбку. По столу пробежало оживление, не все знали пикантные подробности этого инцидента. Некоторым людям показалось, что даже в глазах регента что-то живое промелькнуло.

— Да, потом нашим дипломатам стоило больших усилий погасить возникший конфликт. Вам, адмирал, следует тщательнее подбирать переговорщиков — канцлер Русаков всем своим вытянутым лицом показывал крайнее неодобрение. Сидящие здесь знали, что недавно исполнительный директор Верховного совета Земли отметил свое столетие, поэтому уважительно кивнули на его замечание.

— Простите, сир. Моя ошибка. Один из переговорщиков оказался командиром сорок второй флотилии, потерявшей много кораблей. Не уследил — адмирал чувствовал себя неловко.

— В следующий раз уж проследите. Генерал Мазарини, что вы там говорили о паузе?

— Сир, пользуясь достигнутыми успехами, мы можем воспользоваться передышкой и провести давно назревшую перегруппировку. Да и многие наши части остро нуждаются в подкреплениях.

С левого крыла стола раздался ворчливый голос.

— Особенно рейнджеры и штурмовики, эти парни славно поработали, но потери…

— Это война, генерал.

— Роджерс прав, Мазарини. Потери наших передовых отрядов были чрезмерными. Именно они закрывали своими жизнями просчеты ваших штабов, и неумение некоторых офицеров обходиться собственными силами.

— Генерал Франхейм — начальник оперативного штаба помрачнел, камень был в его огород — Вы стали рассуждать совсем как эти «братья».

— А что «братья»? Они просто стараются вернуться живыми, их, между прочим, ждут дома. Мы стали как-то забывать, ради чего ведем войну, и для каких целей создана наша организация.

— Франхайм, осторожней на поворотах — гроссмейстер привстал с кресла.

— Правильно, сир гроссмейстер, генерал забывается. Это не факультативная площадка, где-нибудь в далеком тылу, в окружении любимых учеников.

— Ха. Мазарини, мне нисколько не стыдно за своих учеников. Насколько я наслышан, именно они все воюют очень успешно, и с малыми потерями.

— Хватит, успокойтесь! — канцлер стукнул по столу длинной кистью, его брови нахмурились. Ему никогда не нравились склоки в высших кругах Организации — Мазарини, что это за братья, и откуда они взялись? За последний месяц они достаточно часто попадают в мои сводки.

— Сир — начальник штаба вытер потный лоб шелковым платком — все началось во время наступления, происходившего на старой колонии Дезугчан — Октавии 15. Тактическая группа сорок пятого батальона рейнджера высаживалась на плацдарм в районе озера Таксо. Но противник, а это в основном были Нектирианцы, сосредоточил в этом районе большое количество атмосферных истребителей.

— Можно короче — канцлер не любил воды в докладах.

— В общем, дисколет потерпел аварию и оказался в восьмистах камэ от линии фронта. Все офицеры погибли. Один из сержантов взял командование в свои руки, они прошли более тысячи камэ по тылам противника и сумели выйти к нашим позициям, а затем с боем прорваться.

— Вот как? Это же настоящий подвиг и показатель высокой выучки наших солдат.

— Да, сир. Но в ходе эвакуации в составе батальонной группы образовалась некая новая организация «братья». Они утверждают, что являются подобием семьи для всех солдат, заботятся друг о друге. Сорок пятый вывел всех своих бойцов, оставшихся после аварийной посадки, мертвых в капсулах «последнего одолжения», и раненых. При такого рода операции у них просто уникально низкие потери личного состава. Это происшествие произвело большое впечатление на наши войска. Подобные «братства» стали организовываться во множестве подразделений.

— И что здесь плохого? — канцлер недоуменно поднял брови.

— У нас появилась проблема с дисциплиной.

— Не путайте, дорогой генерал, дисциплину и субординацию — язвительно заметил с места Франхайм. Мазарини недовольно скосил на него глаза, но вынужден был согласиться.

— Пока нет явных признаков неподчинения, но на офицеров оказывается негласное давление.

— Даже так? — канцлер нахмурился, в зале прошел легкий шепоток. Не все были в курсе возникших в последнее время перемен — Вы считаете, что «братья» принесут нам проблемы?

— Так точно, сир. Не дело солдат указывать своим командирам, что им следует делать. Армия стоит на единоначалии.

— Только вы, Мазарини, забыли добавить, что в подразделениях, где существуют «братья», значительно сократились потери. Не будем забывать, что костяк нашей армии это сержанты, младший командный состав, вышедший из рядовых. Они опора офицеров, все грамотные командиры работают с ними заодно. А вот всяческие остолопы и имеют на свою задницу проблемы.

— Франхайм, вы опять забываетесь! — гроссмейстер встал с места — Оставьте свои штучки при себе.

— Сир, есть еще одна проблемы — послышалось с другой стороны стола, там преобладали синие и черные мундиры.

— О, и контрразведка подтянулась. У вас есть, что сообщить?

— Да, сир. По имеющимся у нас сведениям, в подразделениях, где утвердились «братья», постепенно выживают из своих рядов членов Организации.

Гроссмейстер вздрогнул, в кои веки на подобных совещаниях регент поднял голову, и все увидели заблестевшие глаза одного из Трех, поэтому ведущий сразу поспешил с вопросом.

— И что вы намерены предпринять?

— У меня связаны руки, сир. Они действуют, не нарушая устава. Вдобавок «Братья» не подчиняются определенному центру, мы не знаем, с кем конкретно иметь дело.

Канцлер начал нервничать, потирая сухие кисти, старая болезнь точила его организм. Даже высокоразвитая земная медицина не могла помочь бренному телу старого человека. Он бросал задумчивые взгляды на Регента, предчувствуя будущие неприятности. Гроссмейстер же решил довести расследование до конца, обращаясь и к начальнику штаба и куратору контрразведки.

— Офицеры, а откуда вообще появилось это явление

Мазарини кивнул в сторону седого командора, и тот взял слово.

— Моя служба провела расследование и установила, что все началось с речи некоего мастер-сержанта Карта.

— Уже штатс-сержанта — донеслось сбоку.

— Вы правы, Франхайм, его повысили в звании. Самый молодой штатс-сержант среди солдат мобильной пехоты. Он и является зачинателем этого явления.

— Получается, что с ним и надо вести переговоры?

— Не все так просто, сир гроссмейстер. Он своего рода пророк, а не глава, и явно не ставил целью создание некоего «братства». Во всяком случае, мои аналитики не находят связи между этим Картом и новыми ячейками «братьев». Это совершенно новое явление для нас, похожее на «сетевой вирус».

— Так ли, командор? — раздалось с середины круглого стола, самой узкой его части. Высокий мужчина в форме военной полиции жестко посмотрел на своего вечного конкурента — А по моим данным ваш сержант имеет какую-то давнюю связь с вашим отделом Ч.

— Это так? — гроссмейстер недовольно повернулся в сторону, где преобладали синие и черные мундиры Космофлота — Адмирал Нахимов и командор Трещина, мы требуем объяснений.

Высокий и подтянутый адмирал встал с места. Он обвел спокойным взглядом присутствующих и нехотя начал отвечать — Да, мой сектор давно работает с сержантом Картом.

— Это, правда, что Карт уже больше года является членов Внешнего круга?

— Да — коротко ответил адмирал. По столу прошелся ропот, кресла задвигались, многие протянули руки к пультам — Мы привлекли этого необычного бойца, чтобы он был всегда под нашим наблюдением.

— Ага — куратор военной полиции саркастически улыбнулся — только шесть месяцев назад он совершил тяжкое преступление и улизнул от вас в штрафной батальон.

— Кто его куратор? — гроссмейстер хмуро смотрел на Нахимова — Я хотел бы побеседовать с ним.

— Полковник Чамп, сир. К сожалению, он сейчас в дальнем рейде, и вне зоны досягаемости нашей связи.

— Интересно получается, адмирал. Ваш странный подопечный вышел из-под контроля, устраивает черти что, а ваши подчиненные куда-то улетают.

— Сир, полковник Чамп не мой подчиненный, он из Дальней разведки Флота. Мы его привлекаем в особых случаях.

— Эх, адмирал, адмирал — Мазарини со стуком поставил высокий стакан на стол — сколько проблем из-за вашего неуставного метода работы.

— Генерал, за три десятилетия, что я возглавляю пост начальника сектора исследований, мои методы принесли нам множество дивидендов. Да и вам лично — Нахимов держался совершенно спокойно — Не благодаря ли усилиям моего сектора вам удалось провести более точную разведку, в этот раз серьезно помогшую нашим войскам в проведении операций.

— Да — начальник штаба вынужден был кивнуть головой — в этот раз спиральщикам не удалось слить наши планы. Как это часто бывало раньше.

— Тут многие поработали — добавил человек в форме адмирала Космофлота — но, черт побери, Нахимов, кто этот парень?

— Очень необычный парень — вдруг снова ввязался в разговор Франхайм. Начальник же контрразведки саркастически усмехнулся

— Еще бы, генерал, вы ведь знаете его лично.

Присутствующие в зале повернули головы к профессору стратегии. В глазах многих высокопоставленных лиц читался неподдельный интерес. Заседание приняло сегодня очень необычный характер. Обычно на подобного рода консилиумах решались глобальные вопросы, определяющие судьбы миллиардов живых существ. А сейчас они уже так долго обсуждают какого-то сержанта, и главы всемогущих спецслужб серьезно обеспокоены.

— Ведь это вас, Франхайм, Карт вывез из окружения на Калунии, по существу спас от смерти.

По столу прошел легкий ропот, кто-то из военных не сдержался

— Так сержант Карт и есть тот самый «водила генералов»?

Куратор контрразведки старший советник Франц молча кивнул головой.

— Он еще участвовал в пяти десятках довольно-таки опасных рейдов, и выходил из них живым. У Карта был конфликт с командиром батальона, ему грозило тюремное заключение, но именно в этот момент полковник Чамп вербует его в Организацию.

— Вы через чур много знаете, земная ищейка — Нахимов зло сощурил глаза.

— Прошу без оскорблений — колыхнулся Гроссмейстер.

— Мы знали, что этот индивидуум обладает особыми способностями, поэтому и хотели использовать его. Никто не знал, чем это обернется в дальнейшем.

По рядам опять прошел шорох. От самых внимательных членов Высшего Совета не ускользнуло, что глаза Регента вдруг вспыхнули чуть зеленоватым свечением. Хрусталики его глаз, да и сами глаза, давно были заменены на искусственные, и сейчас этот могущественный член Организации принимал непосредственно на них информацию из банка данных. А это случалось достаточно редко.

— На это раз цена ошибки оказалась достаточно высока — Мазарини нервно стучал пальцами по столешнице из настоящего дуба, неслыханная роскошь в космосе — Ваш подопечный вышел из-под контроля.

— Генерал, очень высока была и ставка — многие из сидящих в зале переглянулись. Мало кто мог вот таким образом бросить вызов самому успешному за последние пятьдесят лет Начальнику штаба. Канцлер недоуменно вперился в Нахимова. Перепалка между главами могущественных кланов сильно обеспокоила его. И вдруг в зале раздался звук, заставивший многих вздрогнуть. Казалось, что ломается и скрипит дерево, но это была речь очень старого человека, связки которого уже почти высохли, и приходилось использовать усилитель звука

— Кто он? И откуда он?

Все оглянулись на Регента. Они ошеломленно наблюдали, как Член Трех скинул с головы капюшон и внимательно смотрит на Нахимова.

— Я требую ответа от вас, адмирал.

В зале установилась мертвая тишина. По спинам большинства людей пробежал холодок, намертво свело скулы. Такие вопросы Высшего в былые времена зачастую приводили к смерти обвиняемого, а в нынешние к отставке и полному забвению. Нахимов побледнел, но не дрогнул.

— Сир, я не могу ответить на этот вопрос. Это не ваша компетенция.

Регент не удивился, его брови не дрогнули, только уголки губ чуть шевельнулись.

— Суть проблемы.

— Нужно разрешение Первого, сир.

Члены Высшего Совета Организации не верили своим ушам. Глава сектора рискнул перечить одному из Регентов! Что-то очень странное происходит сейчас в их мире. Многие уже готовились услышать слова обвинения или жесткую отповедь, но неожиданно Регент просто устало откинулся в кресле и произнес своим скрипучим голосом

— Консилиум закончен.

К вечеру, после непродолжительного пути по барханам и плоскогорью, группа из шалшианцев и землян подошла к небольшому ущелью. Видимо когда-то тут протекали быстрые и мощные реки, пробившие себе путь через скальную породу. Они вымыли в поверхности очень глубокие щели и промоины, затем подземные воды углубили и промыли боковые ответвления. Горные породы вообще имеют свойство образовывать трещины. А если они еще и растворяются водой, то есть являются карстовыми, то через несколько тысяч лет жди образования пещер. Вода давно ушла отсюда, а огромные подземные лабиринты остались. Здесь, похоже, и жили потомки варишанцев. С орбиты их обнаружить было сложно, да и добраться сюда тоже. Шалша не являлась первоклассным местом боевых действий. Местного земного гарнизона хватало только на патрулирование и охрану. Поэтому местные жители чувствовали себя вполне вольготно.

Карт шел вслед за воином в красном подобии бурнуса. Тактические шлемы у них с Ларсеном отняли сразу, выдав взамен их красные тряпки. Как ни странно, это одеяние было вполне функционально, выполняя роль фильтра, и защищая голову от палящего солнца. Во всяком случае, стоила такая тряпка на много порядков дешевле. На границе камня и песка их встретили часовые, вынырнувшие непонятно откуда. Солнце уже заходило, поэтому спускались в ущелье они в сумерках. В отличие от Сахары, где Карт с товарищами проходил последний экзамен, солнце здесь не гасло сразу, как лампочка. Они находились на достаточно высоких широтах. Вскоре по пути им стали попадаться гуманоиды. Большинство в таких же свободных одеяниях. Некоторые были одеты более легко, в желтые подобия хитонов, с плащами сверху. Многие шалшианцы бросали на землян любопытные взгляды. От них не исходила враждебность или радость при виде пленных врагов. Воины вообще были скупы на эмоции. Только одна из женщин, встреченных по пути, невольно воскликнула.

Внизу поверхность была полностью каменная, отшлифованная временем и ногами. Только изредка попадались пучки травы и мха. Главный конвоир показал в сторону темневшего в скале входа. Они прошли по узким пещерным коридорам, то и дело приходилось нагибать голову. Освещение включалось само, при проходе людей, Карт заметил несколько экономных светильников знакомого производства. Их довели до небольшой камеры, всунули в руки светильник и ушли. Вместо двери на входе висела сетка, но подошедший к выходу Ларсен сразу наткнулся взглядом на красневшие в темноте глаза какого-то зверя.

— Ха, смотри, Ал, собачку посадили.

— А ты думал они совсем дураки? Давай устраиваться, мы тут надолго.

На полу они обнаружили несколько охапок колючей травы и что-то наподобие одеял. Ночи здесь холодные. В углу был устроен настоящий ватерклозет, зияло отверстие, при нажатии палки текла по желобу вода. На небольшой каменной полке стояла простая посуда из глины.

— Эй, семляни! — раздался голос, у выхода они увидели фигуру в красном — Вна Тиш ут.

Он показал рукой на поднос и ушел в темноту.

— Что тут у нас? Я чертовски голоден — Ларсен сноровисто схватил поднос и поставил на возвышение — Так, это какой-то супчик. Ал, доставай те плошки. Тут и лепешки, зелень. А тут? Ого, вкусно! Похоже на пиво.

Олд разлил из кувшина напиток и присел.

— А не плохо.

Суп был густой и наваристый. Иногда попадались прожилки мяса, присутствовала какая-то крупа и овощи. Лепешки показались землянам суховатыми, приходилось их размачивать в похлебке. А в кувшине и в самом деле оказалось пиво.

Ларсен закончил трапезу, набил травой тюфяк и прилег.

— Как ты думаешь, Ал, с этими парнями удастся договориться?

— Очень даже да. Не зря Чамп указал на них. Один камень покатится, пойдет обвал.

— О-хо-хо. Как бы нам самим под этим обвалом не очутиться.

— А ты думал историю поворачивать легко? — Алекс усмехнулся — Привыкай, брат.

Второй старшина Франц Беккенбауэр дотошно изучил документы двух странных сержантов рейнджеров. Его несколько напрягло указание в путевом листе какой-то особой миссии, не любил он всяческие секреты. Но бравый вид настоящих бойцов и внушительный список наград несколько сгладил первоначальное мнение опытного боцмана. Беккенбауэр сделал пару звонков «кому надо» и отметил галочку на своем раздвижном планшете.

— Так парни, двигайте на шестой уровень, кубрик пятьдесят семь. Там есть несколько свободных коек, и не отсвечивайте на палубе. В обозначенном секторе будем дней через десять.

— А что так долго?

— Штатс-сержант — старшина посмотрел на сухопутного как на больного — мы вообще-то на боевом патрулировании.

— Понял — кивнул головой Карт — Тогда будем отдыхать.

— И то верно.

Перед боем Карт разогревался в маленьком спортзале. Ларсен внимательно наблюдал за ними давал советы. У выхода находилось несколько гренадеров, знакомцев Ибрагимовича. Рядом с Олдом стоял высокий и жилистый парень, техник, также любитель рукопашной. Он еще по гражданской жизни знал Ларсена в лицо и был рад его увидеть на базе. Техник и наставлял будущего участника нелегального боя

— Алекс, учти, что Орлов любит играть не по правилам, на базе он заткнул рот всем недовольным, и он очень сильный боец. Может, лучше пусть Ларсен вместо тебя выступит.

— Не получится. Это наш личный спор.

— Карт, ты парень конечно авторитетный, но драться со старшим офицером? — Технарь со сомнением покрутил головой. Полковник был раза в два больше Алекса.

— Ничего, не привыкать — Карт вытирал пот полотенцем, а Ларсен давал последние наставления.

— Ал, вырубай его сразу. Никаких финтов и красивостей. Надо ошеломить их. Потом мы в дело вступим. Я беру на себя этих двух громил, а ты парень — норвежец повернулся к технику — контролируй сержантов. Кто рыпнется, гаси сразу. Ну, все, нам уже сигналят.