Прошло полгода с тех пор, как я оказался в этом мире. Я очень удивился, осознав себя в качестве занпакто в мире Блич.

Не думал, что выдумка Тайто Кубо окажется реальностью. А уж то, что я окажусь на месте духовного меча и подавно. Они же, вроде, отпечаток души владельца, а я под эту категорию никак не подхожу. Наверное дело в том, что пребывая в потоке, я утратил значительную часть своей личности и не мог существовать самостоятельно в виде души. Вот меня и затянуло в безымянный асаучи. Впрочем, обо всем по порядку.

После того, как меня втянуло в меч, я оказался во внутреннем мире того парня. Мир этот представлял собой цветущую холмистую долину, ярко освещенною солнцем, на горизонте виднелся лес. Я далеко не сразу понял, где нахожусь. Поначалу я бродил по долине пешком, потом подумал, что раз я дух, то и летать, наверно, могу. Да, оказалось, могу, и это не вызывает у меня каких-либо затруднений.

Дальше больше. Я заметил, что реальность подстраивается под мои мысли. Уже тогда я начал подозревать, что я оказался в чужом внутреннем мире, — что-то такое я помнил из аниме. Ну, а дальше я решил проверить это, попытавшись выйти из этого мира. Как? Помнится, чтобы войти во внутренний мир, синигами медитировали с мечом на коленях. Ну, меча у меня нет, но кто мешает просто помедитировать. Хотя… Усилие воли и у меня в руках появляется классическая японская катана, с темно-серой рукоятью и цубой в виде шестилучевой звезды с неравными лучами. Я же говорил, что реальность реагирует на мои мысли.

Постепенно я научился материализовывать и дематериализовывать предметы, а также перемещать их в пространстве. Да я здесь практически бог! Только погода от меня не зависит. Она, кстати, стояла в основном такая же как и при моем появлении здесь — только иногда небо заслоняли облака, но это, обычно, быстро проходило. Вот и сейчас на бескрайнем голубом небе без единого облачка, ярко светило солнце. Я сел по-турецки, положил катану себе на колени и начал медитировать. Я закрыл глаза, выровнял дыхание и попробовал почувствовать окружающий мир. Получилось с легкостью. Еще бы не получилось — я этот окружающий мир и с открытыми глазами превосходно чувствую! Не чувствовал бы, не смог изменять. Дальше я попытался абстрагироваться от мира. Хм, получится то получилось, но что-то пользы от этого ноль. А если попробовать выйти из мира? Приступим. Спустя довольно длительное время и большое количество неудачных попыток у меня получилось! Надо было всего лишь максимально почувствовать мир вблизи, а потом рывком расширить восприятие.

Если расширять восприятие постепенно, то я просто увеличивал радиус обзора. Скачкообразное же расширение восприятия помогло мне добиться цели — я вышел во внешний мир! Ну как вышел — я просто стал воспринимать информацию из внешнего мира. Восприятие, кстати, оказалось довольно странным — я видел и слышал как обычно, но вот остальные органы чувств… они оказались мне не доступны. Взамен этого я превосходно чувствовал потоки реяцу.

Да и странно было бы, будь иначе. Все-таки я меч — сейчас я окончательно в этом убедился. Я висел на поясе того самого парня, которого видел перед затягиванием во внутренний мир, и выглядел как самая обычная, ничем не примечательная катана. Парень же выглядел лет на 17, был высок, черноволос и кареглаз, а еще он все время улыбался! Ясно теперь, почему во внутреннем мире всегда солнце светит. У меня оказался весьма жизнерадостный хозяин. Хотя лучше сказать носитель. Да, так и буду его называть. Носителя, как я потом выяснил, звали Харуку Кейго и был он студентом третьего курса Академии духовных искусств. Учился Кейго во втором классе, мог бы и в первом, но для этого он был слишком ленив. Хотя может и не ленив — особой лени я в нем не замечал, — просто относился к учебе он без огонька, как к чему-то обязательному, но не интересному. Да ему бы нужную мотивацию, и он, лет этак через пятьдесят стал бы капитаном. Благо предпосылки имелись — у Кейго резерв реяцу был гораздо больше, чем у большинства других учеников, даже старшекурсников, и был сравним с резервом преподавателей, правда до ректора Академии Генгоро Онабары очень сильно не дотягивал. Офицеров же Готей 13 мы с носителем еще не встречали, так что сравнительной силы Кейго я не знал.

Несмотря на большой резерв реяцу, управлял этой самой реяцу Кейго просто отвратительно, что его огорчало, но не сильно: после окончания урока кидо, на котором парень опять взрывал что-нибудь не то, а во внутреннем мире появлялись тяжелые дождевые облака, не проходило и десяти минут, как парень был бодр и весел, а во внутреннем мире во всю светило солнце. Очень жизнерадостный парень. Помимо кидо в Академии преподавали Хакуда — рукопашный бой, Хохо — основы сюмпо, Зандзюцу — основы владения катаной плюс правила обращения с занпакто, а также, некоторые общеобразовательные предметы типа Духовной географии, Истории и банальных математики с письмом. И если в хохо у Кейго дела обстояли ничуть не лучше, чем в кидо (сюмпо у него недавно начало получаться, но было крайне корявым), а в хакуда он был крепким середнячком — побеждал всех одноклассников, но не за счет умения, а за счет силы и скорости, которые давал ему больший резерв реяцу, сенсею же, не смотря на примерно одинаковый резерв, разгромно проигрывал, то во владении мечом он достиг значительных успехов. Учителю зандзюцу он, конечно, проигрывал, но мог продержаться против того довольно долго. Про одноклассников же и упоминать не стоит.

А еще Кейго был первым, кто пробудил занпакто. Да-да, мой прорыв во внешний мир заметили — трудно было не заметить — не понравился мне мой внешний вид, и я его немного подкорректировал. Помните материализованный мною меч? Так вот — я стал выглядеть также. Только больше я менять свою форму не смогу, по крайней мере до достижения шикая. Я пробовал — не получилось. Наверное, то первое изменение было моим воплощением во внешнем мире — до этого клинок асаучи был пластичен, а теперь принял окончательную форму. Ну и ладно, не больно и хотелось, эта форма мне нравится (сам выбирал!). Хотя, конечно, печально, я то, сначала, думал, что смогу менять форму во время боя — вот бы врагам был сюрприз, но не судьба. Может в шикае смогу. Правда, хотелось бы способности пополезнее. И да, не знаю как другие занпакто, а я свои способности пока не знал. Может это моя попаданческая природа сказывается? Так что узнаю их, когда достигну шикая.

Касательно этого, дела обстояли не лучшим образом. Что там нужно для достижения синигами шикая? Нужно чтобы он услышал имя своего занпакто. Всего-то. Проблема же состояла в том, что Кейго не то, что имени моего не слышал, он вообще меня не слышал!

Со времени моего прорыва во внешний мир, я теперь все время воспринимал информацию оттуда, даже находясь в мире внутреннем и занимаясь своими делами. Можно было и отстраниться от наблюдения, но я, обычно, этого не делал — вдруг что интересное пропущу. Но на наблюдении мои успехи и заканчивались. Достучаться до Кейго я не смог, как ни пытался.

Помимо наблюдения за внешним миром были у меня и другие занятия. Я тренировался. Во-первых, в управлении внутренним миром. Но тут особых подвижек не было. Всего, что было возможно, я достиг довольно быстро. Я по-прежнему мог материализовывать/дематериализовывать предметы, перемещать их в пространстве, а также самому перемещаться в любую точку этого мира. Мог локально изменять ландшафт, но не слишком радикально. Например тренировочные площадки оставались на месте с самого их создания, тогда как лавовые поля исчезали из метрики этого мира буквально через несколько минут. А еще я мог управлять течением времени относительно внешнего мира, но тут уже сказалось знание из манги. Вряд ли я бы сам додумался, что это возможно. Оказалось возможно и даже не особо сложно. Постепенно я смог ускорять течение времени во внутреннем мире раз где-то в триста. Но ненадолго.

Чем сильнее я ускоряю течение времени, тем меньше я могу его использовать. Трехсоткратное ускорение я могу держать 9 секунд реального времени, а потом долго не могу использовать ускорение вообще. Использовать же постоянно я мог только восьмикратное ускорение, но, обычно, все же жил по времени внешнего мира — иначе следить за Кейго было очень скучно. Время можно было не только ускорять, но и замедлять, но это, на мой взгляд, уж совсем бессмысленно.

Во вторых я тренировался во владении оружием и рукопашном бое. Я отрабатывал подсмотренные на уроках хакуда и зандзюцу приемы, а также технику владения двулезвийной глефой (ну нравится мне это оружие!) Без противника было не очень, но со временем мой «бой с тенью» кардинально поменял смысл.

Дело в том, что я материализовал эту самую тень. Я и до этого пытался создать живое существо, но полученное назвать иначе, чем мерзостью не получалось. Как вам понравится птичка с членистыми насекомьеми лапками вместо обычных, и щупальцами вместо перьев. Вот и мне не очень. После нескольких десятков неудачных попыток и кучи подпорченных нервов я забросил эту затею. Созданный же мной спарринг-партнер не был живым существом. Больше всего он напоминал именно тень, только трехмерную. Каждый раз перед боем я создавал его заново и помещал слепок своей памяти, так что двойник владел всеми приемами, что и я в данный момент. Сражаться с ним было довольно жутко, успокаивало только осознание, что я в любой момент могу его дематериализовать.

С момента создания «тени» мои боевые навыки стремительно поползли вверх. До преподавателя Хакуда мне еще далеко, а вот с его коллегой по Зандзюцу, как мне кажется, я уже вполне бы справился.

Бедный Кейго, такими темпами ему никогда не освоить банкай. Там же надо материализовать клинок и победить его. Интересно, а поддаваться можно? Вряд ли. Может мне стоит меньше тренироваться? Да хрен там! Тренироваться мне нравится, а с банкаем мы что-нибудь придумаем. Времени до этого события вагон. Он меня даже не слышит пока.

Пробовал я упражняться и в кидо, но тут меня ждал грандиозный облом.

Нет, создавать кидо было не сложно, — дело в другом. Просто, хотя у меня и была своя реяцу (очень похожая на реяцу Кейго, но все же заметно отличающаяся), во внутреннем мире я ее тратить не мог. Тут все изменения проводились только силой воображения. Да и если бы мог — где гарантия, что заклинание удалось на самом деле, а не было лишь плодом моего воображения. Именно то, что занпакто не могут тратить реяцу во внутреннем мире (а также отсутствие собственного источника духовной энергии), мешало нам развиваться в энергетическом плане. Занпакто развивались только во внешнем мире во время сражений или тренировок с использованием их силы. Только во внешнем мире мы можем оперировать реяцу и, соответственно, развиваться. Ведь занпакто часть души синигами, и, как и тот, развивается лишь тратя духовную энергию, а затем восполняя её.

Но кидо я все-таки учил. На всякий случай. С моей новой памятью это не составляло труда. Нет, она была не абсолютна, я не мог в голове воспроизводить дословно раз виденные страницы книг или тому подобные трюки, но все же… Японский язык я выучил за месяц. С нуля. Так что забыть что-либо я больше не опасался. Особенно важно это было в связи с моим знанием канона.

К сожалению, на события, произошедшие до моего перерождения, это не распространялось. Свою прошлую жизнь я помнил довольно смутно. Урывками. Помню лица родителей, но не помню их имен. Помню каких-то смутно знакомых парней и девушек моего возраста — это мои друзья? Были ли у меня вообще друзья? Помню сюжеты фильмов и книг, некоторых довольно подробно. Помню довольно много об устройстве того мира, но своего прошлого практически не помню. Может, воспоминания со временем вернутся, но мне, в последнее время, кажется, что нет. Хотя, кто знает? Хорошо хоть канон этого мира помню.

Кстати, насчет канона. Не знаю точно, в какое время я попал, но явно до начала каких-либо событий. По крайней мере, Айзен был лейтенантом при Шинджи, да и остальные будущие вайзарды были на месте, Урахара капитаном еще не был, а капитаном 11-го отряда был Кенпачи Киганджоу. Про исчезновения людей тоже никто ничего не слышал. Единственной отсылкой по времени могло стать то, что в прошлом году, на втором курсе обучения, экстерном закончил Академию Кайен Шиба. Но, к сожалению, я не знал, когда это случилось в аниме, так что это мне тоже ничего не дало.

Наконец-то это случилось! Этот остолоп решил все-таки заглянуть в свой внутренний мир. Учителя тоже молодцы — могли бы его надоумить. Но нет же! Прошло еще восемь месяцев, Кейго успел побывать на практике в мире живых и перевестись на четвертый курс, и только сейчас соизволил наладить со мной контакт.

Да и то, если бы его друг Юшика Маю не пробудил занпакто и не начал с ним общаться в своем внутреннем мире, а затем не похвастался бы Кейго, хрен бы тот додумался. Все-таки носитель мне достался сильный, но глупый.

Кстати, насчет силы — он уже сейчас соответствовал где-то 3-4-му офицеру Готей 13, теперь то мне было с чем сравнивать — видел перед отправлением на практику.

На практике юные синигами учились проводить обряд упокоения и даже нарвались на одного пустого, которого с трудом уложили всей группой из 5 человек (старшекурсники, сопровождающие практикантов, следили, но не вмешивались). Что сказать о пустом? Внешне он внушал: четырехметровая образина поперек себя шире с костяной маской на морде. Увидь я такого в свою бытность человеком — бежал бы без оглядки, но сейчас… Да он в несколько раз слабее того же Кейго. Группа студентов с ним провозилась только из-за отсутствия опыта и некоторого испуга, который вызвал у них пустой. А так бы этого пустого и один Кейго завалил, а будь у него опыт, то и не одного.

И только сейчас носитель соизволил со мной пообщаться. Не будь это и в моих интересах, то хрен бы ему, а не шикай. Хотя и так вряд ли получится.

Тем временем Кейго сидел с катаной на коленях и пытался погрузится во внутренний мир, но у него ничего не получалось.

Чтож, поможем! — я потянулся навстречу носителю, и тот рывком оказался во внутреннем мире.

Как долго я этого ждал!

— Вот мы и встретились, Харуку Кейго!

Ура, занятия, наконец, закончились. Не то, что бы я их особо не любил, но и желанием учится не страдал. Разве что фехтование. Это единственное, что у меня получалось, причем получалось очень не плохо. Я лучший на курсе! И даже против сенсея скоро смогу выстоять. Но с остальными предметами все гораздо печальнее. Раньше я и в Хакуда был лучшим, но когда начались энергетические техники..

Да, контроль явно не сильная моя сторона. Поскорей бы отучиться. А там поступлю в одиннадцатый отряд и буду убивать пустых. Почему одиннадцатый? Так это единственный отряд, где не надо знать ни кидо, ни поступь, что бы дослужиться до лейтенанта, — а я планировал стать лейтенантом. Да и умение махать мечом там очень ценят. Надеюсь, мой занпакто физического типа — не хотелось бы из-за него идти в другой отряд. Хотя это и не критично — у Ичиносе, который сейчас там лейтенант, занпакто Ниджегасуми управляет светом, но все же.

— Хей, Кейго — окликнул меня мой друг и спарринг-партнер по Зандзюцу Юшика Маю. Маю учился на пятом курсе, но часто тренировался вместе со мной — на его курсе достойных противников ему не было. Как и мне на моем.

— Пойдем я тебе кое-что покажу.

— И что же?

— Пойдем, увидишь!

Заинтригованный я последовал за Маю на тренировочные площадки.

— Ну и что ты хотел мне показать?

— Смотри — он указал на рукоять своего занпакто.

Хм, рукоять изменилась, как и у меня где-то год назад. Значит его занпакто тоже обрел личность, хотя на счет своего я сомневался — Кроме изменения формы меча ничего не произошло.

— Твой занпакто обрел личность — решил уточнить я.

— Бери выше — Улыбнулся Маю. Он принял пафосную позу и произнес:

— Разрушай, Гае Ассайл.

Катана в его руках изменила очертания и через пару мгновений мой друг держал в руках полутораметровое копье с листовидным наконечником.

— Шикай — удивленно спросил я — и когда ты его достиг?

— Вчера вечером — с гордостью ответил Маю, — после нашей с тобой тренировки.

Я как всегда сел медитировать с асаучи, но в этот раз меня затянуло во внутренний мир. Там мы с ним и познакомились и он сразу назвал мне свое имя. А до этого он приходил ко мне во сне, так он сказал, но я этого не помню.

— Сразу назвал имя? — А мой даже ни разу со мной не общался. Постой, ты сказал медитировал с асаучи, а как это?

— Очень просто — Садишься, кладешь меч на колени, и пытаешься погрузиться во внутренний мир. А ты разве этого не делал? — Удивился Маю.

— Да, я думал, что все эти медитации чушь — резерв реяцу и без них увеличивается, но теперь обязательно попробую.

— Попробуй, попробуй, а сейчас смотри, что мой Гае Ассайл умеет! Он размахнулся и направил копье в один из валунов, которые в изобилии присутствовали на месте нашей тренировки. Попадание, взрыв, летящие в стороны осколки камня и копье, торчащее из земли.

— Впечатляет, а в ближнем бою он так же действует?

— К сожалению нет. Только в полете, я сам еще толком не разобрался, но, кажется, чем дольше летит Гае Ассайл, тем большую мощь он набирает.

— Мощно, конечно, но это оружие одного удара.

— А вот и нет! Смотри! — Он вскинул руку и копье, вырвавшись из земли прилетело ему в ладонь.

Мы немного потренировались, но настроения сегодня особого не было, поэтому быстро разошлись. Вернувшись к себе в комнату, я задумался над особенностями духовных мечей.

Демонстрация, устроенная Маю, впечатлила, но я все равно остался при своем мнении — мне ближний бой как-то ближе, чем все эти метательные и магические штуки. Надеюсь, мой занпакто меня не разочарует.

Как там говорил Маю? Медитация. Я сел на коврик, скрестив ноги, положил меч на колени и попытался погрузится во внутренний мир. Поначалу ничего не получалось, но потом что-то устремилось мне на встречу и я оказался в собственном внутреннем мире.

Вокруг была, ярко освещенная солнцем холмистая равнина, с лесом на горизонте, а прямо передо мной находился русоволосый сероглазый парень европейской внешности и примерно моего роста. Одет парень был в штаны и кофту неизвестного мне дизайна, а поверх этого был надет коричневого цвета плащ.

— Вот мы и встретились, Харуку Кейго — со зловещей улыбкой проговорил парень, — а затем я почувствовал сильный удар в грудь и ощущение полета.

Да, отмутузил я его знатно. И это без использования читерства (управления внутренним миром, в котором я был гораздо опытнее), а в относительно честном бою, в котором Кейго вроде как был неплох. Да недооценивал я себя, ну или его переоценивал, неважно. На первый удар носитель даже среагировать не успел, да что там среагировать, по-моему он его даже не увидел. Как живописно он тогда летел! Душа радуется!

Последующие удары Кейго уже замечал, и даже мог кое-как реагировать, но до меня ему было очень далеко — сказались мои постоянные тренировки, да и вообще, не знаю почему, но я был гораздо быстрее Кейго. В общем, досталось ему не слабо.

Нет, я не садист, просто за свою глупость надо платить. Вот он и изображал некоторое время грушу для битья.

Наконец, остыв, я пояснил ему, за что, собственно, он получил люлей и попытался назвать ему свое имя. Не тут-то было! Впечатленный устроенной взбучкой носитель стоял и помалкивал, слушал мои пояснения и кивал в нужных местах, но имя, которое я ему назвал, не услышал.

Сначала, я подумал, что имя не истинное (я использовал свой ник из того мира), но эта точка зрения быстро разрушилась под напором логики. С чего бы ему его не слышать? Остальное то он прекрасно слышал. Значит имя настоящее, а дело в чем-то другом. Для чистоты эксперимента я назвал свое настоящее имя, как в паспорте записано, но и его он не услышал.

Так, значит имя себе выбираю я сам. Хорошо. Кейго не слышит это имя. Плохо. Надо исправлять.

В каноне шикай достигался, когда синигами начинает лучше понимать занпакто. Наверное, дело в этом. Трудно нам будет. Обычно синигами требуется понять осколок своей души, а тут совершенно левая сущность. Хотя так ли это? Может мой случай не исключение, а норма? Не знаю, надо попробовать пообщаться с другими занпакто на эту тему. Но это потом, сейчас способа общения между духовными мечами я не знаю. Может в шикае появится возможность.

Но вернемся к нашим баранам (барану). Надо, что бы он начал лучше понимать меня, а я его. Что для этого нужно? Общение! Нам нужно больше общаться. Система понятна. Теперь осталось только убедить Кейго наведываться сюда регулярно. Приступим.

Убеждать никого не пришлось. Кейго сам пылал энтузиазмом получить шикай, да и от тренировок во внутреннем мире отказываться не собирался. Вот и ладненько. Не думаю, что скоро, но шикая мы определенно достигнем

Прошло десять лет. Много событий произошло за это время. Кейго побывал на нескольких практиках, закончил академию и вступил в 11 отряд, как и хотел. По запасу реяцу он тут только капитану уступает, и скоро его сделают третьим офицером, а то и лейтенантом. Хотя последнее вряд ли — Ичиноса свое место по праву занимает, а Кейго гораздо менее опытен. Почему не сделали до этого? Так, несмотря на значительные запасы реяцу, шикаем он не владел. Но не смотря на это (благодаря большому резерву) его назначили 10 м офицером. Должность не ахти какая, но все же офицерская. А совсем недавно мы освоили шикай. Регулярные тренировки во внутреннем мире не прошли даром. У Кейго заметно возросло умение махать мечом, и, хотя я оставался все же искуснее и гораздо быстрее, некоторое время против меня он держался. К сожалению, обучится здесь чему-либо еще, кроме махания мечом, Кейго не смог. По той же причине, что и я. Кидо, а также сюмпо и энергетические техники хакуда, оставалось прерогативой мира внешнего. Зачем тратить реяцу, если достаточно воображения и небольшого усилия воли. Так считал этот мир, и нам не удавалось его переубедить. Помимо владения оружием, выросло еще наше взаимопонимание. На это ушло десять долгих лет — уж очень мы оказались разными, — но Кейго все-таки достиг шикая! Ну и я заодно. Но обо всем по порядку.

Закончил носитель Академию Духовных Искусств примерно восемь лет назад. За два года обучения ничего особенного не произошло, кроме одного события, но об этом позже. Кейго еще три раза проходил практику в мире живых, причем в третий раз в виде куратора младшекурсников. В первый раз они с однокурсниками убивали искусственных пустых — очень слабые твари, гораздо слабее первого встреченного нами. А вот во второй уже была настоящая практика — студенты патрулировали настоящий человеческий город. Пустые тут встречались довольно редко и были, обычно, не очень сильными, хотя и в несколько раз сильнее искусственных пустых.

Кстати, интересен процесс взаимодействия занпакто и душ. Души-плюс мы переправляли в Общество душ, просто завершая естественный процесс. Мы немного подталкивали душу и она сама переносилась в мир иной. Гораздо интереснее обстояли дела с пустыми. Помните, что происходит с пустым, когда его убивают занпакто? Он сразу распадается на духовные частицы. А теперь, Что происходит с пустыми в Уэко Мундо? Они остаются лежать трупиками! И дело здесь не только в концентрации духовных частиц. Помнится, когда Ашидо Кано убивал пустых в Уэко Мундо, они тоже сразу распадались. Это, конечно, не подтверждено фактами, и опирается только на мое знание канона, но пока канон работает. Да и доказательства у меня все же были. А именно личные ощущения. Когда я разрубаю маску пустого, я уничтожаю сущность пустого. При этом душа остается не повреждена и переправляется в Сообщество душ, лишенная всяких воспоминаний. Но это душа. Без реяцу. Что же случается с реяцу? Да, она рассеивается в пространстве… Но далеко не вся. Значительная часть, в зависимости от силы пустого и занпакто, поглощается последним, но не накапливается, а проходит через духовный меч, очищается и тоже рассеивается. Почему не запасается? Так реяцу все же чужеродная, хоть и очищенная. Мы не зависимые, не квинси и не пустые — мы осколок души синигами (ну я исключение), то есть, практически, те же синигами, только без центра выработки реяцу и с некоторыми интересными способностями. Думаю, не придумай кто-то в древности способа создания занпакто, синигами могли бы то же самое, что и мы, хотя, по идее, и на гораздо более низком уровне. Не зря же нас все-таки создали.

Так вот, мы практически синигами, и поглощать чужеродную реяцу не можем. Но и от не поглощенной реяцу пустых есть польза. Отрицательная реяцу пустого при очищении резонирует с реяцу занпакто и, тем самым, повышает нашу максимальную вместимость. Чем сильнее был пустой, чем больше его реяцу нужно очистить, тем сильнее увеличивается наш собственный резерв. То есть, чем больше пустых убил синигами при помощи занпакто, тем сильнее становится духовный меч. С ростом силы меча, слабые пустые, естественно, перестают увеличивать резерв занпакто. Капитанским мечам, наверное, только адъюкасы прибавляют сил. Ну и вастерлорды с арранкарами, конечно.

А теперь насчет интересного события, про которое я говорил. Случилось это, когда Кейго учился на четвертом курсе, примерно через месяц, после нашего с ним первого общения во внутреннем мире. Точнее, случилось оно в самом начале учебного года, но заметил я это только тогда. А дело в том, что в Академию Духовных Искусств поступил один белобрысый вундеркинд, прозванный Ичиго при встрече «Лисья морда», а через год капитаном 12-го отряда стал Киске Урахара. Теперь я точно знал в каком времени нахожусь. Оставалось девять лет до одного знаменательного события.

И вот это время прошло. Я долго думал, рассказывать ли носителю про Айзена и его планы. В конце концов решил, что нет. Если он будет контактировать с Айзеном расскажу, а так смысла нет. Помнится Ямамото давно догадывался об истинной природе этого прохвоста, но ничего не предпринимал.

Доказательств у него типа не было. Мы же с Кейго просто не сможем ничего сделать. По крайней мере пока. Чтобы противостоять Айзену, надо быть хотя бы на капитанском уровне и как-то видеть сквозь иллюзии. До первого нам было еще очень далеко, а с иллюзиями вообще не ясно. Как можно не видеть шикай, если он с нами им сражаться будет? Придумать альтернативный орган чувств? Можно. Только как? И ведь еще его контролировать как-то надо будет. Новый орган чувств это не хухры-мухры. Да и есть у меня сомнения в его эффективности против Айзена. Не даром же способность Кьёко Сойгетсу называется Абсолютный гипноз. В общем, проще всего не видеть шикай Айзена. Но видеть на поле боя все же надо. Поэтому, с момента этого своего решения, я стал больше времени уделять чувству реяцу. Делал я это так: находясь сознанием во внешнем мире, я отключал свое зрение и пытался почувствовать мир. Далеко не с первого раза (с закрытыми глазами реяцу ощущалась иначе), но у меня получилось! Мир ощущался размыто и на небольшом расстоянии, но улучшение такого виденья, вопрос времени. Так же я заставил тренироваться в этом и Кейго.

Я все-таки предупредил его не смотреть на меч Айзена, не открывая, в общем, причин. Я просто сказал, что чувствую опасность, исходящую от Кьёко Сойгетсу, и опасность эта связана со зрением.

Носитель не больно впечатлился, но все же пообещал не смотреть на меч Айзена. Сам я большую часть времени проводил с закрытыми глазами, полагаясь лишь на чувство реяцу. И это принесло определенные успехи. Я стал гораздо четче воспринимать мир и делал это на гораздо большем расстоянии, чем в начале. Сейчас радиус моего «обзора» составлял метров сто пятьдесят в пассивном варианте. В активном я мог раскинуть его на несколько километров. Также можно было сосредоточится на одном направлении, и дальность «видения» существенно увеличивалась. У Кейго же с этим дела обстояли не очень хорошо. Он не видел особой необходимости в такой способности и, поэтому, занимался спустя рукава. Возможно, расскажи я ему зачем это нужно, он бы серьёзнее относился к этим тренировкам, но я, все же, решил промолчать. «Видел» носитель, с закрытыми глазами, всего на 5 с небольшим метров. И это за десять лет тренировок! Но это и неудивительно — у него вообще хреновое чувство реяцу. Я, в общем-то, забил на его обучение чувствительности. Буду надеяться, что на занпакто Абсолютный гипноз действует по тому же принципу, что и на синигами, то есть через зрение, а не передается через носителя. Еще можно не лезть в события канона — там-то все хорошо закончилось, но ведь не было в каноне Харуку Кейго! А ведь должен был. Он уже сейчас по силе равен лейтенанту, а через сто лет так и вовсе капитаном должен стать, если не прекратит развиваться. Но, тем не менее, Кейго в каноне не было. А значит что? Либо здесь канон соблюдаться не будет, либо с Кейго скоро что-нибудь случится. В любом случае нужно держать ухо востро и всячески развивать носителя и развиваться самому.

Одной из ступеней такого развития стало достижение шикая. Случилось это пять дней назад.

Был обычный рабочий день. Мой взвод патрулировал в пятьдесят седьмом районе Руконгая. Ну как патрулировал — ребята небольшими группами разбрелись по району, при этом занимаясь своими делами, типа пития пива или игры в карты. Я же просто дремал на лавочке. А что? Все мы люди, хоть и духи, и ничто человеческое нам не чуждо. К тому же работу по предотвращению преступлений ребята выполняют одним своим присутствием. А пустых в этом районе давно не было. Да и случись что, мой занпакто сразу же об этом сообщит. Чувствительность у него отменная, не то что у меня. Даже странно, что другие синигами не пользуются помощью своих занпакто для таких целей. Все же меч у меня замечательный. Только ни на грамм меня не уважает — я поморщился, вспомнив сцену нашего знакомства. Да и потом подобные сцены встречались, — но это уже в плане тренировки. Благодаря таким вот тренировкам я теперь отменно владею занпакто, — с нашим лейтенантом, если он не использует шикай, легко справляюсь. Да и в хакуда подтянулся. Жаль, нельзя во внутреннем мире полноценно использовать реяцу. А то бы я уже капитаном стал! Ну, почти… Банкай то мне не светит. У меня даже шикая пока нет. Хотя занпакто говорит, что осталось совсем чуть-чуть. Да я и сам это чувствую. Хотя, по сравнению с десятью годами, чуть-чуть может растянуться на пару месяцев.

Из размышлений меня вывел сигнал, пришедший через адскую бабочку. В семьдесят пятом районе были обнаружены пустые. Нам, как и остальным синигами из ближайших районов, предписывалось срочно выдвигаться к месту прорыва. Я огляделся в поисках ребят из взвода — надо передать сообщение, у них-то адских бабочек нет.

— За углом вон того здания — послышался в голове голос Занпакто и пришла картинка нужного здания. Интересно, а другие занпакто так могут?

— Спасибо.

За углом указанного здания действительно располагалась группа синигами моего взвода, которые устроились на скамейке и попивали пиво.

— К-командир — вскочили они, увидев меня; думают, сейчас отчитывать буду. Стоило бы, но не время сейчас.

— Вольно. В семьдесят пятом районе прорыв пустых, найдите остальных и выдвигайтесь. — Выполнять!

— Есть!

Отдав распоряжение, я сорвался в сюмпо в направлении прорыва. Хотя это и не моя сильная сторона, но регулярные тренировки сказываются — тех же рядовых я обойду как стоячих. В общем, ждать их смысла нет. Не думаю, что те пустые будут опасны для меня. К тому же, на место уже наверняка прибыли синигами из более близко расположенных кварталов.

Мои ожидания оправдались. Прибыв на место, я застал пару десятков синигами, которые увлеченно рубили пустых на куски. Тварей было много, — на первый взгляд пара сотен, но все они были какие-то слабенькие. Тут мне даже вмешиваться не придется. Но все же стоит размяться, да и Занпакто «покормить» — он недавно рассказал мне как энергетика пустых влияет на духовные мечи. С этими мыслями, я врубился в ряды пустых, оставляя в них широкую просеку. Удар, удар, удар, сюмпо и я спасаю зазевавшегося парня из седьмого отряда, в спину которого бил пустой. И снова — удар, удар, удар… Сейчас бы чем-нибудь массовым ударить, жаль кидо я на должном уровне так и не освоил. Кстати, стоит в нем попрактиковаться. Массовых атак у меня нет, но хоть имеющиеся отточу. Пустые почти закончились, когда произошло ЭТО. Нас, внезапно, накрыло волной сильной агрессивной реяцу. Мне-то ладно, но большинство рядовых буквально вжало в землю! Адъюкас! Плохи дела — с этим классом пустых не каждый лейтенант справится, а я даже шикаем не владею.

— В сторону! — Раздался в голове резкий окрик. Я среагировал, мгновенно уйдя в сюмпо. И вовремя! Мимо того места, где я только что стоял, пронесся красный луч серо, уничтожая все на своем пути. Что подтвердили несколько синигами попавшие под него. Их буквально испарило! В месте попадания произошел взрыв, и, находящихся рядом, раскидало в разные стороны, оставив лежать в бессознательных позах. Жаль парней, но горевать будем потом, сейчас надо что-то делать с этим Адъюкасом. Постараюсь потянуть время — такой всплеск реяцу не останется не замеченным, сюда, наверняка, уже спешат капитаны.

Но Адъюкас не собирался давать мне время — видимо, тоже понимал, что его у него не много — он внезапно исчез из поля зрения, и, появившись передо мной, нанес мощный удар лапой, на который я не успел среагировать. Полет, удар об стену здания, которое мое тело пробивает насквозь, удар об землю, а Адъюкас уже тут! В пасти твари начинает формироваться серо, которое отправит меня к праотцам. Я никак не успеваю выйти из-под удара! Как же не хочется умирать! Мама, Папа, Сестренка, прощайте! Я больше никогда вас не увижу..

— Эй, а про меня забыл? Я не собираюсь помирать вместе с тобой! Мое имя Ранд, пользуйся с умом! — услышал я, и одновременно, мне пришло знание о свойствах моего занпакто.

— Изменяй, Ранд! — произнес я, уходя из-под атаки Адъюкаса.

Почему я с легкостью ушел от атаки, уклонится от которой раньше у меня не было ни малейшей возможности? Дело в том, что Ранд — занпакто времени. Он может замедлять течение времени для владельца, чем я и воспользовался.

Внешний вид занпакто тоже изменился. Теперь я держал в руках не привычную катану, а оружие непонятного типа. Больше всего, Ранд теперь походил на бисэнто: полутораметровое древко заканчивалось тридцатисантиметровым, расширяющимся к концу, а затем резко сужающимся лезвием, однако, такую классификацию портил еще один клинок, находящийся по другую сторону древка. Клинок был тоже сантиметров тридцать длиной, но, в отличие от первого, прямой, обоюдоострый, и по моим ощущениям, состоящий из более плотного вещества. Так что, как ни странно (первое лезвие выглядело гораздо массивнее второго), баланс сохранялся. Эх, придется учится сражаться еще и этим.

— Ты, сначала, выживи! Про Адъюкаса-то забыл!

Он, что мои мысли читает? Ранд, конечно, часть меня, но все же не приятно, когда кто-то знает о тебе чуть ли не больше чем ты сам.

— В шикае да, но не все, а только наиболее громкие, можешь не переживать. — Успокоил меня занпакто.

Адъюкас, тем временем, снова атаковал серо, от которого я легко ушел. Сюмпо, уклоняюсь от удара лапой и отрубаю ее! Впрочем, на месте старой тут же выросла новая, а Адъюкас скрылся в своем варианте сюмпо и появился у меня за спиной. Ну нет, так дело не пойдет. Уклоняюсь, снова отрубая ему лапу, результат тот же.

Так продолжалось довольно долго. Пустой не мог по мне попасть, а я не мог нанести ему заметного вреда — он успевал убрать маску из-под удара, подставляя тело или конечности, которые тут же отрастали. Но где же капитаны? По моим подсчетам они давно должны быть здесь! Пустой, видимо, разделял мои мысли и попытался скрыться. Он, серией сонидо, разорвал дистанцию и начал открывать гарганту.

— Не дадим ему уйти. Я могу ускорить тебя гораздо сильнее, но на это уйдет вся твоя реяцу, к тому же ты можешь получить травмы духовного тела.

— Действуй, отомстим ему за ребят! Хоть я их и не знал, не дело оставлять их неотомщенными! — Согласился я, и, в тот же миг, реяцу принялось стремительно убывать, а мир вокруг стал медленным-медленным.

В пару сюмпо я оказался рядом с открывающим гарганту Адъюкасом, удар, на который он никак не успевает среагировать, и лезвие Ранда надвое разрубает его маску.

А потом я потерял сознание.

— Что ты об этом думаешь, Гин?

— Похоже ваши планы по захвату того адъюкаса нарушены, Айзен-фукутайчо.

— Вовсе нет, — улыбнулся Айзен — я всего лишь проверял действие приманки, но я не об этом. Что ты думаешь о том парне, которому удалось убить пустого?

— Хм, не ожидал такого от десятого офицера. Его шикай довольно интересен — чем-то напоминает мой.

— Нет, Гин, ты ошибаешься — внешний эффект схож, но принцип работы несколько различен. Впрочем, меня сейчас гораздо больше занимают другие исследования.

— Что вы имеете в виду?

— Скоро увидишь, Гин.

Да, повеселились мы тогда знатно! Наконец-то был достигнут шикай, а я еще и поднял собственный резерв за счет тех пустых и, особенно, адъюкаса. Ощущения от убийства последнего были незабываемые. Меня всего переполняло энергией, которая вошла в резонанс с моей собственной, и, очистившись, покинула меня, оставив заметную прибавку к резерву. Класс! Еще так хочу!

Но, помимо положительного, был и отрицательный момент. Ну, теоретически отрицательный — на практике он, в ближайшее время вряд ли осуществим. Дело в том, что очищая адъюкаса, я почувствовал, что у моей способности очищения есть пределы. Пока они были где-то в два раза больше, чем реяцу того адъюкаса. То есть, попадись мне вастерлорд, убить я его может и убью (что очень маловероятно), но вот его реяцу просто порвет мою энергетическую систему.

Со временем, конечно, моя очищающая способность усилится, но пока лучше с вастерлордами не связываться. Еще надо будет попробовать очищать реяцу по частям. Так, на всякий случай, вдруг мне удастся все же убить пустого, реяцу которого во много раз превосходит мою. Или, хотя бы, не позволить этой реяцу пройти через меня. Надо бы найти пустых и проверить на них, но не скоро я теперь пустого найду — в Руконгае они редкость. В командировку в мир живых отправится бы, но это надо убедить Кейго, который никуда не собирается командироваться — родня у него в Руконгае, не хочет он с ними надолго разлучатся — а время в мире живых течет в полтора раза медленнее. И, даже если удастся его убедить, не факт что у него получится напроситься в командировку.

Кстати, насчет Кейго — капитаны прибыли только через двадцать минут после нашей победы. Хорошо хоть все мелкие пустые к этому моменту были уничтожены, а то бы схарчили Кейго за милую душу. И меня вместе с ним.

Кейго, так и не пришедшего в себя, доставили в расположение четвертого отряда для оказания медицинской помощи. Ничего серьезного с ним не произошло — всего лишь крайнее истощение и незначительные повреждения души — медики четвертого отряда справились с этим за пару часов, хотя и оставили Кейго долечиваться еще на пару дней. За это время моего напарника посетило множество людей. Сначала заявились представители второго отряда, а именно его капитан Йоруичи Шихоуин, которая почему-то сама решила выяснить у Кейго, что же произошло в семьдесят пятом районе. Впрочем, заинтересованность главы второго отряда выяснилась в ходе разговора. Мало того, что прорывы пустых происходят довольно редко, а уж с участием адъюкасов не было, пожалуй, несколько сотен лет, что уже очень интересно, так это было далеко не все.

Дело в том, что появления адъюкаса никто не заметил! Капитанов на место действия привлекла резко возросшая, а за тем исчезнувшая реяцу Кейго. Они бы, наверное, вообще не поверили в адъюкаса, если бы не следы на месте сражения. Но мы-то адъюкаса прекрасно ощущали! Получается кто-то прикрыл его от внимания капитанов. Кто бы это мог быть?! У меня только одна кандидатура. Соске Айзен начал действовать! Но этого я сообщать ни Кейго, ни, тем более Йоруичи, не стал. Только попросил Кейго никому не говорить, что я занпакто времени — а то запечатают еще, сочтя слишком опасным. Для всех, теперь, я занпакто скорости. Разницы во внешнем проявлении шикая нет, но такие клинки гораздо чаще встречаются, а мне так гораздо спокойнее: помимо возможного запечатывания, Занпакто времени может и Айзена заинтересовать, а я пока не хотел бы привлекать его внимания.

После капитана второго отряда напарника посещали его друзья из одиннадцатого, а также Юшика Маю, который был сейчас четвертым офицером третьего отряда. Ну и под конец заявился капитан одиннадцатого отряда Кенпачи Киганджоу собственной персоной, что, учитывая его лень, было великой честью. Капитан порадовал нас вестью о повышении, которое состоится после теста способностей шикая, который поможет определить, должность какого офицера мой напарник займет в отряде. Потом была еще пара дней, когда Кейго прохлаждался в лечебном корпусе. Ну как прохлаждался? Прохлаждалось его тело. Сам же он усердно тренировался во внутреннем мире.

Тренировался напарник во владении той формой оружия, какое я представляю в шикае. Даже не знаю как назвать свою форму. Больше всего напоминает двулезвийную глефу, но там-то стороны симметричны. И если я уже умел более менее управлять своей новой формой (да здравствует глефа!), то Кейго осваивал данное умение с нуля. Для увеличения времени тренировок я даже ускорил время во внутреннем мире в двенадцать раз. Такой режим я могу продержать довольно долго. Сам я тоже учился. Оставив напарника тренироваться с тенью, я тоже тренировался … с тенью. Да, я научил Кейго вызывать тень. Получилось это на удивление просто, чуть ли не с первого раза. Подозрительно даже. Тень Кейго, как и моя в начале, ничего не умела, но очень быстро училась. Так что обучение напарника шло семимильными шагами. Хотя все же пришлось ему показывать основные удары и связки. Пока Кейго учил основу, я пытался разобраться с особенностями моей новой формы. Два лезвия сильно различались. Как по форме, так и по сущности. Ими обоими можно было и рубить и колоть, хотя рубить было удобнее клинком бисэнто, а колоть, соответственно, мечеобразным клинком. Надо, кстати, их как-то назвать. Пусть один будет крыло, а второй — клюв. По птичьи как-то, ну да ладно, я название не для конкурса изящной словесности придумывал. Клюв был гораздо компактней, но и гораздо плотней. Думаю, эту сторону стоит использовать против бронированных целей. Крыло же особой плотностью не отличалось, зато область его действия была заметно выше. И это не только из-за видимой площади — Крыло, во время удара, наносило повреждения уплотненной реяцу врагам, находящихся в плоскости атаки на расстоянии в несколько метров от нас. Повреждения, конечно, были гораздо слабее, чем от удара лезвием, но, против большого количества слабых врагов, очень даже не плохо. Особенно учитывая, что это далеко не основное мое свойство. Основное — управление временем — здесь тренировать было невозможно из-за особенностей внутреннего мира. Срочно нужны тренировки в мире внешнем.

Но вот больничный Кейго прошел, и буквально на следующий день ему предстоит тест способностей.

Даже потренироваться не дали!

Тест на получение нового звания представлял собой поединок. А так как претендовал Кейго на звание третьего офицера, в противники ему дали…

Нет, не третьего офицера, а лейтенанта! Такие уж в Готей 13 традиции. Сражаться против нас будет Маки Ичиносе с его световым занпакто. Поединок привлек довольно много народа — третий офицер довольно значительная должность. Даже сам капитан присутствовал — поединки он любит. Бой проходил на полигоне отряда. По сигналу судьи, роль которого выполнял капитан, Кейго и Ичиносе сошлись в поединке. Сначала был классический бой на катанах — ни один из противников не применял ни сюмпо, ни кидо. Шикай также не был высвобожден. Будь это реальный бой это не имело бы смысла, но у нас то тут оценочный поединок. Наконец, шинигами надоело вести такое подобие боя (в котором, кстати, напарник теснил лейтенанта и, даже, несильно ранил) и они перешли на использование поступи и кидо. Ну что сказать? Лейтенант владел этими приемами на гораздо более высоком уровне. Кейго еле успевал отражать атаки, которые Ичиносе наносил выходя из очередного сюмпо! Сам напарник тоже использовал сюмпо, но поступь его противника была гораздо точнее и несколько быстрее. Картину разгрома довершало кидо. Путь связывания против противника с реяцу лейтенанта почти бесполезен — начальные бакудо не подействуют, или подействуют совсем не надолго, а более продвинутые Ичиносе, без заклинания, к счастью не знал. Зато он компенсировал это хадо. От большинства Кейго сумел увернутся, но парочка оставила на нем серьезные подпалины. Так и проиграть можно.

— Не надоело проигрывать, напарник? Такими темпами тебя оставят на должности десятого офицера.

— Да, ты прав, я так долго не продержусь. Пора!

— Изменяй, Ранд! — активировал Кейго шикай.

— Засияй, Ниджигасуми! — продублировал его действие противник.

Поединок проходил так, как и планировали мы с Рандом. Вначале был поединок на катанах, который оценивал искусство владения мечом — тут я оказался на высоте. Многочисленные тренировки не прошли даром — я уверенно теснил противника и даже задел ему руку, но потом. Впрочем, тоже как мы предполагали, хотя я надеялся на обратное. Надо будет потом поработать над контролем реяцу. Если я планирую стать капитаном — а теперь это не кажется невозможным — я должен превосходно владеть сюмпо, да и кидо надо серьезно подтянуть, что без высокого контроля просто нереально. Есть еще путь Кенпачи, но он не для меня — мне наш капитан нравится. Хотя он порядочно ленив, но заместителей себе находит умело, так что дела в отряде идут хорошо. Да и привязался я к нему уже. Да, даже реши я пойти по пути Кенпачи, сюмпо все равно следовало бы порядочно подтянуть — только сейчас, в поединке с равным противником, я понял какое значение оно имеет в поединке. Определяющее! После реяцу, конечно. Хотя реяцу у Ичиносе меньше, чем у меня, а пока он ведет, так что может и не после. Правда, при высокой разнице реяцу более слабый противник не сможет даже поцарапать более сильного. В общем запутался я. Не до этого сейчас. Сюмпо надо будет прокачать. А сейчас сосредоточимся на поединке. Но толком сделать этого не получилось. Я отбил пару выпадов и не заметил формирования Бъякурая у себя под носом. Хорошо хоть, что это заклинание хоть и быстрое, но не особо сильное — четвертый номер всего, так что отделался я неприятными ощущениями и подпаленной кожей. Но дальше так продолжать нельзя.

— Не надоело проигрывать, напарник? Такими темпами тебя оставят на должности десятого офицера. — Напомнил о себе Ранд.

Ну да, пора. По нашим прикидкам в шикае я смогу победить Ичиносе, но тут главное, как говорит Ранд, не спалить его способности слишком сильно — то есть не ускоряться выше определенного предела. Не знаю, зачем это нужно, но он сильно на этом настаивал.

Я активировал шикай и Ранд изменил форму на двулезвийное. Бисэнто, наверное. Мир привычно замедлился. Процентов где-то на тридцать.

Противник, в свою очередь, тоже активирует шикай. Вот теперь настоящая битва! Служа в одиннадцатом отряде я невольно проникся его идеологией, что отразилось на моем отношении к сражениям. Пора задать этому Ичиносе жару!

Сюмпо. Я оказываюсь перед не успевшим среагировать лейтенантом, и Крыло Ранда отрубает ему правую руку! Неужели все? Как-то слишком просто. Внезапно меня кольнуло сильным чувством опасности, и я, рефлекторно, ушел в сюмпо. Вовремя! Место, где я только что стоял пронзило несколько световых лезвий. Так это была иллюзия! Я знал, что Ичиносе умеет их создавать, но когда он успел?! Неважно, это ему не поможет, как и невидимость. Ниджигасуми создает только зрительные иллюзии, против чувства реяцу они не помогают. Не зря Ранд заставлял меня тренироваться! Радиус моего «зрения» невысокий, но незаметно Ичиносе не подберется. Я разрубил очередную иллюзию, делая вид, что не могу отличить ее от оригинала, а затем ушел от очередной серии световых лезвий. Хорошо, что они хоть и световые, распространяются далеко не со скоростью света, а то бы мне тут и настал конец. Ну же, твои дистанционные атаки не работают, я тебя не вижу — атакуй с ближней дистанции! Но лейтенант приберегал еще один козырь — со всех сторон, вдруг повеяло опасностью. Семь бед — один ответ: Сюмпо! На месте моего прошлого нахождения возникла сфера слепящего света! Это что-то новенькое — про такое умение лейтенанта я не знал. Не знаю, что бы произошло, будь я внутри этой сферы, но явно ничего хорошего! Спасся я только благодаря неизвестно откуда взявшемуся чувству опасности — раньше я за собой таких способностей не замечал. Впрочем, подумаю об этом после боя. Сейчас же надо поставить точку в этом затянувшемся бою. Применение этой техники со сферой сняло с противника невидимость и предоставило великолепную возможность для атаки, если это, конечно, не иллюзия.

— Он настоящий! — раздался в голове голос Ранда.

— Что ж, пора заканчивать! — я перемещаюсь к не ожидавшему такого противнику и Клюв Ранда, по пути перерубая занпакто противника, вспарывает ему грудь! Хм, надеюсь я его не убил — вроде рана не очень глубокая. Вот и все, поединок закончен.

— Молодец парень, это была хорошая битва! — Раздался над трибунами голос капитана. — Ты заслуживаешь звания третьего офицера. Приходи завтра в расположение, получишь инструкции, а на сегодня получаешь выходной. — Произнес Кенпачи и удалился с полигона.

Ичиносе унесли медики из четвертого отряда, а меня поздравили с победой многие сослуживцы.

Потом мы пошли отмечать мою победу и назначение.

Хорошо погуляли. Единственное, что омрачало праздник — легкое беспокойство за родных. Несколько человек, недавно патрулировавших Руконгай принесли тревожащие известия — там начали пропадать люди.

Я пребывал в задумчивости. Этому было несколько причин. Во-первых, во время боя я попробовал поговорить с Ниджигасуми, но у меня ничего не получилось. Возможно, дело в недружественности этого занпакто на тот момент, но мне это кажется маловероятным.

Возможно, не все занпакто могут общаться между собой — надо будет попробовать с другими. В любом случае, вопрос из-за которого я хотел пообщаться с другими духовными мечами изначально, был мной уже решен. Да, видимо, я все же исключение — ни разу не слышал о синигами с более менее высоким уровнем реяцу, который достигал бы шикая так долго. Обычно это происходит если и не сразу — как у того же Маю, то где-то за год-два. Три максимум. Синигами же с незначительным количеством реяцу могут за всю жизнь так и не распечатать способности своего занпакто. Это вызвано тем, что, раз, имея почти неограниченные возможности развития (хотя скорость развития для всех разная), они так и остались на уровне рядовых, значит душа их довольно слаба — куда уж шикаю формироваться — там даже личности у асаучи не возникает. А если и возникает, то им, просто-напросто, не хватает реяцу на формирование шикая. Но Кейго к этой категории явно не относился. Так что наш случай действительно уникален. Хотя, у меня не так уж много данных, чтобы судить — про достижение шикая старых капитанов мало что известно, да и вообще такая информация не афишируется.

Но, тем не менее, хотя с этим вопросом я более-менее разобрался, общение с другими занпакто может принести ощутимую пользу, да и интересно, честно говоря. Так что продолжу поиски способа общения. Возможно, по достижении банкая, эта проблема разрешится, но далеко не факт. Еще можно Мурамасу найти, но не факт, что он вообще существует, а если и существует, то нет никаких гарантий, что будет сотрудничать. Кстати, он основной кандидат на должность собрата-попаданца, — вел он себя весьма нетипично для занпакто, но его собачья преданность Коге сильно смущает. Хотя, тут целых два варианта. Первый: Мурамаса при жизни был слугой из той породы, что безмерно предана своему господину.

Второй: Мурамаса немного не той ориентации, на что намекает так же и его внешний вид. Но ладно, оставим Мурамасу — все равно неизвестно где его искать — где-то в Уэко Мундо, он там пустых поглощает, но Пустой Мир огромен — гораздо больше Земли, так что искать его там бессмысленно. Да и не возможно для нас пока что.

Второй причиной моей задумчивости служили мои способности. Как ни странно, я знал о них далеко не все — или другие занпакто тоже осваивают их постепенно? — еще один повод с ними поговорить. В момент освоения шикая у меня появилось знание, что я занпакто времени, и могу этим самым временем немного управлять, тратя при этом реяцу. Управлять, кстати, по-разному — не только ускорять Кейго, но и замедлять противника. Но тут эффект зависел от реяцу этого самого противника. Рядового мог бы полностью остановить секунд на пять. Того же Ичиносе я смог бы только замедлить в два — три раза на те же пять секунд, капитана — даже не знаю, на незначительный процент на незначительное время; но тут еще от вложенной реяцу зависит, если вложить всю реяцу рывком, как мы сделали против адъюкаса, то и капитана можно серьезно замедлить, но лучше уж Кейго ускорить в таком случае.

Это то, о чем я знал сразу после достижения шикая. Теперь же к этим способностям добавилась еще одна — то самое чувство опасности, которое так выручило Кейго во время поединка с Ичиносе. По механизму действия оно напоминает Боевое предвиденье из Звездных войн, но гораздо более слабое. Хотя и в таком варианте очень полезное свойство (назвать умением будет не правильно — оно действует само, вне зависимости от моей или напарника воли). Жаль, что действует только в шикае. Надо будет его тренировать — помню я джедайскую методику тренировки Боевого Предвиденья. Может, если его хорошо натренировать, оно и без активации шикая действовать будет? Ага, а я сменю форму на световой меч! Прям как Ниджигасуми. И буду силой воли тяжести тягать и молнии посылать. Щазз! Но попробовать все же стоит. Кстати, насчет молний — если мне все же удастся воссоздать кидо самостоятельно, одно из моих мечтаний осуществится — будут мне и молнии, и огнешары, и барьеры, и, даже, пространственно-временные техники (Курохицуги), последнее, правда, в очень отдаленной перспективе.

Третьей и главной темой моих рассуждений были начавшиеся пропажи людей. Это значит, что Айзен начал активно действовать. Хотя, это случилось чуть раньше — ни за что не поверю, что тот адъюкас появился случайно. Интересно, кстати, зачем он нужен был Айзену? Блин, а ведь его убийством мы нарушили планы этого пока-еще-не-капитана! И привлекли к себе внимание. Зря тогда убили адъюкаса — надо было дать ему сбежать, но теперь уже ничего не поделаешь — внимание привлечено, остается ждать действий со стороны Айзена. Хотя, может он и не обратит на этот эпизод внимания — вполне в его духе. Но лучше рассчитывать на худшее, и готовится к неприятностям. Знать бы еще к каким именно. Может нанести превентивный удар — рассказать представителям второго отряда, или лично Ямамото, что за пропажей людей стоит Айзен? Бесполезно. Доказательств у меня нет, а алиби у него, благодаря Абсолютному Гипнозу, железное. Так что скорее Кейго заподозрят в причастности к исчезновениям, чем его.

Итак, этот вариант не подходит. Остается только быть начеку и вовремя сделать ноги, в случае опасности. Следовательно, Кейго одному вне Сейретея лучше не бывать. Но разве его убедишь не навещать родных? Особенно сейчас, когда в Руконгае пропадают люди? Ладно, с активным шикаем убежать мы, думаю, сумеем, хотя может и нет — сюмпо Кейго и рядом не стояло с Айзеновским. Остается надеяться, что охотится за Кейго будет не сам лейтенант пятого отряда, а, скажем, Гин и Тоусен, или какая мелкая шушера. Последнее вряд ли — Кейго их легко раскидает, а вот первые двое — вполне возможно. Не хотелось бы с ними встретится — с одним Гином Кейго может и справится, а вот что противопоставить банкаю Тоусена мне не известно — он даже чувство реяцу глушит. Если столкнемся с ним, надо просто не дать ему активировать банкай. Или вовремя унести ноги, но этот вариант мне не нравится. Да и не будет Кейго убегать. Он-то, в отличие от меня, не знает реальных сил этой компании.

Блин, чуть не забыл — можно еще поговорить с Урахарой насчет Айзена! Он и так того подозревает, так что поверит нам с Кейго. Не знаю, что это даст, но, думаю, поговорить стоит. Может с достижением банкая поможет, этой своей штукой, при помощи которой банкая можно за три дня достичь. Хотя нет — Кейго еще не готов. И дело не в том, что я его с легкостью уделаю — Зангецу, если бы хотел, с легкостью убил бы Ичиго за те три дня — дело в другом. Для достижения шикая, занпакто и синигами нужно не только хорошо понимать друг друга, но, также, должен быть преодолен порог в определенное количество реяцу у шинигами. Порог этот у всех различен и обусловлен количеством реяцу необходимом для активации шикая. То есть, реяцу синигами тратится на активацию шикая, но эта реяцу не рассеивается (в идеале), а преобразуется в этот самый шикай. Так как занпакто имеют еще и свой резерв, который становится доступен им при высвобождении, суммарная реяцу синигами и занпакто даже несколько возрастает (не очень сильно — помним про потери при активации).

Это шикай. Насчет банкая — я практически уверен, что ситуация сходна. Только количество реяцу для активации должно быть гораздо больше. Кейго до этого уровня довольно сильно не дотягивает. И это еще не все: готов должен быть не только синигами, но и занпакто. Не знаю, что это за готовность, но чувствую, что еще не готов. Надо будет понаблюдать за чьим-нибудь банкаем, чтобы сказать точно.

В любом случае, чтобы стать сильнее, нужно больше тренироваться.

План ясен, приступаем к выполнению.

Должность третьего офицера это не только престижно, но и хлопотно. Обязанностей уйма. Интересно, а у лейтенанта и капитана их еще больше? У лейтенанта может быть, а вот у капитана. Ни за что не поверю, что он проводит хотя бы час в день за разбором всех этих бумаг. Хорошо быть капитаном. А мне еще и рядовых нужно тренировать. Но это, кстати, Ранд придумал как повернуть себе на пользу. Пока основная часть тренируемых отрабатывает удары, или спаррингуется, часть, которая имеет занпакто дистанционного типа, или стремится отработать свои способности в кидо (таких очень мало — одиннадцатый отряд все же, — но есть), старается попасть по мне. По словам моего занпакто, это поможет мне натренировать чувство опасности, которое дважды спасло меня в поединке с нашим лейтенантом. Но как-то оно не желает тренироваться — в шикае я слишком быстр и с легкостью ухожу от всех атак рядовых. Тренировать же эту способность вне шикая не имеет смысла — она действует только при высвобождении.

— Получилось! — радостно сообщил Ранд, и я почувствовал, как мир возвращается к привычной скорости. — Так вот чему он радуется — нашел способ не ускорять меня в шикае. Сомнительная способность, но сейчас весьма к месту.

Теперь, без ускорения, уклонятся стало гораздо сложнее — рядовые даже начали в меня попадать, но знакомого чувства опасности так и не возникло.

— Отзови реяцу — посоветовал Ранд, имея в виду уплотненную реяцу, вокруг моего тела. Часть этой реяцу была там постоянно и пассивно укрепляла тело, но часть вполне можно было убрать.

— Но это опасно! — По мне попало не мало снарядов, будь я без защиты — уже лежал бы в медкорпусе!

— А что мы с тобой тренируем? — ехидно отозвался меч. — Разве для тренировки Чувства опасности не нужна опасность?

Да, тут он меня уел. Вздохнув, я убрал защиту.

Тренироваться сразу же стало гораздо интереснее — теперь значение имел каждый пропущенный удар!

Уклоняюсь от серии низкоуровневых кидо, пропускаю мимо занпакто в виде бумеранга — не забыть, что он еще обратно полетит. Внезапно проснувшееся чувство опасности заставляет уйти в короткое сюмпо. Место моего прошлого пребывания пронзает Бъякурай! Ура! Цель тренировки наконец достигнута — продолжим.

Дальше не было ничего интересного — если, когда на мне была защита, по мне нередко попадали, то теперь чувство опасности полностью компенсировало мне её — знай успевай реагировать. Хотя это было не так уж и просто. Да и не стоит забывать, что мои противники рядовые, пусть и в большом количестве.

— Я смотрю, у тебя не плохо получается, а теперь закрой глаза.

— Что? — изумился я.

— Закрой глаза и продолжай тренировку. Если боишься — можешь оставить только пять противников.

— Нет, пять слишком много — возразил я, тем самым соглашаясь, в принципе, с такой формой тренировки. — Одного оставлю.

— Мало — толка не будет — четырех.

— Так уж и быть — двух.

— Ну что ты, не хочешь хорошенько испытать новую способность? Трех.

— Хорошо, уговорил!

Распустив большинство моих спарринг партнеров, я продолжил тренировку с оставшимися тремя.

Закрыв глаза, я отдал приказ атаковать. Больших усилий стоило не открывать их и не срываться в беспорядочные сюмпо. Мгновения тянутся часами, но вот срабатывает чувство опасности и я, с облегчением, перемещаюсь в другое место. Хм, судя по всему они все трое атаковали одно место — уклонится не составило труда!

Дальше было сложнее — мои оппоненты поняли, что так ничего не добьются и скоординировали свои действия — первый бил в место, где я нахожусь, второй и третий в место куда я уклоняюсь. Вовремя реагировать на чувство опасности становилось все сложней. Можно было просто постоянно уходить в сюмпо, но я здесь не его тренирую — хотя и его тоже. Под конец я все-таки ошибся — не успел среагировать и словил Бъякурай в плечо. Остановив тренировку я отправился в казармы четвертого отряда.

— Лейтенант Айзен, а это не опасно? — спросил Ичимару, наблюдая за очередной неудачной попыткой пустофикации. — Пустым-то несчастный стал, но именно самым обычным пустым — силы синигами у него были, но в очень маленьком количестве, что делало и этот эксперимент неудачным.

— О чем ты, Гин?

— Вы не боитесь привлечь лишнее внимание к своей деятельности? Сначала прорыв пустых, теперь эти эксперименты — в Готей 13 уже обнаружили пропажи людей, впрочем, вы это и без меня знаете.

— Не стоит беспокоится, Гин — улыбнулся Айзен — нет ничего плохого, что Готей заинтересовался этим случаем.

— Что вы имеете в виду? — Удивился третий офицер.

— Все просто — решил пояснить лейтенант, что было несколько не в его характере — у меня, насколько ты знаешь, неплохое алиби. А вот у одного излишне умного капитана алиби нет. — На этот раз улыбка у Айзена вышла крайне зловещей.

— К тому же опыты скоро прекратятся — я, кажется, понял, почему до этого ничего не получалось — просто нужно использовать более сильных синигами для процесса пустификации. Думаю, вскоре нас ждет первый серьёзный успех в этой области.

— Хватит на сегодня! — Сказал Кейго, уклоняясь от очередной серии хадо и срывая с глаз повязку.

Да, теперь он тренируется в повязке, а не просто с закрытыми глазами. Так ему гораздо удобнее, а я не вижу смысла этому мешать. Вот если бы от отсутствия повязки была хоть какая-то польза..

Кейго, кстати, тренируется уже против пяти противников. Именно такое количество для него пока оптимально — уже против шести он слишком часто ошибается. Можно, конечно, вернуть напарнику ускорение и увеличить число спарринг-партнеров, но я считаю, что именно тот тип тренировки, который мы используем сейчас, наиболее полезен. Тренируясь таким образом, Кейго развивает собственную скорость реакции и технику сюмпо — за те две недели, с назначения его третьим офицером, скорость и точность его мгновенных шагов заметно выросли. Опасность — очень хороший стимул! Так же он, наконец, научился медицинскому кидо. В Академии ему учат далеко не всех, а только учеников с достаточно мягкой реяцу. Впрочем, остальные тоже могли научиться простейшим техникам, было бы желание. У Кейго не было — зачем, если медики всегда под боком. Сейчас же, путешествовать в четвертый отряд после каждой тренировки, напарнику было откровенно лень. Настолько лень, что он даже напросился на изучение лечебных кидо и все же выучил простейшие способы лечения. Против серьезных ранений они были бесполезны, но заживлять ожоги и ссадины, которые напарник, в основном, и получал на тренировках, вполне годились.

Кстати, насчет кидо: у меня, наконец, получилось! До достижения шикая, не смотря на все попытки, кидо мне не давалось — я просто не мог оперировать реяцу. В шикае же, такая возможность появилась. Но архимагом или, по крайней мере, мастером кидо я не стал. Да что уж — сначала я вообще не смог применять кидо! Дело в том, что для применения заклинаний надо произносить их. Вслух! Чего, вследствие своей сущности, делать я ну ни как не могу. Печально.

Но печалился я не долго. Способ применения кидо все же был мной найден! Чтобы сделать это, мне пришлось хорошенько разобраться в работе кидо, донимая Кейго просьбами «что-нибудь сколдавать». И таки разобрался.

Словесные заклинания воздействуют на организм синигами, вызывая изменения в их энергетической структуре таким образом, что формируется нужное кидо. Для начальных кидо достаточно всего нескольких изменений, тогда как для высокоуровневых количество таких изменений может достигать нескольких тысяч.

Так вот, при должной сноровке, можно самому вносить нужные изменения в своей энергетической системе. Высокоуровнего кидо так не создать, но на безрыбье…

В общем, сейчас я могу создавать уже пять хадо и четыре бакудо — на большее времени пока не хватило. Сложное это дело — изучать кидо без заклинаний! Да еще и шифроваться приходится — не перед Кейго — он уже привык, что его меч несколько странен, а перед всеми остальными. Тут напарник мне, кстати, помогает — маскирует мои действия под свои. То есть, когда я подготавливаю заклинание, я сообщаю об этом ему. Он произносит название, и я, одновременно с этим, запускаю кидо. Интересная, кстати, техника — как-то мы попробовали запустить два заклинания одновременно. Мое и его. Последствия были… печальные. Напарника сильно опалило, и ему пришлось идти-таки в четвертый отряд. Но тут дело в нашей неопытности. В следующий раз обязательно получится! Осталось только Кейго в этом убедить.

А еще я таки убедил напарника поговорить с Урахарой. Долго ж его пришлось уговаривать!

Я в нерешительности стоял перед входом в Центр Технологического Развития. Именно сюда меня послала лейтенант Хиёри. Ну, послала-то она меня много куда, — вредная девчонка — но все же разъяснила, что капитан, скорее всего именно здесь. Вот я и пришел, а теперь не знаю что делать — на стук никто не реагирует, а так заходить как-то неудобно. Может здесь вообще никого нет? Стою теперь и пялюсь как баран на новые ворота. А все из-за Ранда. Ему, видите ли показалось, что во время нашего сражения с адъюкасом, он заметил невдалеке реяцу лейтенанта Айзена. Почему тогда сразу не сказал? Говорит, что не придал значения, а теперь, в связи с пропажей людей, об этом стоит рассказать. У него, вообще, мания насчет этого Айзена — подозревает его во всех смертных грехах. Ладно бы просто подозревал, так он еще и меня действовать заставляет — вот, сейчас, например! И почему именно Урахара, а не второй отряд или сам Главнокомандующий? Хотя, честно говоря, со вторым отрядом я и сам не горел желанием общаться, а для главнокомандующего наши подозрения слишком мелки, чтобы отвлекать его от дел.

— Не меня ждете, Харуку-сан? — вывел меня из размышлений голос искомого капитана.

— Да, вас, Урахара-сан.

— И о чем же вы хотели со мной поговорить? Впрочем, что это я! Проходите, не стоит говорить на пороге.

Я последовал за Урахарой и, пройдя мимо различных агрегатов непонятного назначения, оказался в его кабинете.

— Располагайтесь, может чаю? — вежливо поинтересовался капитан.

— Нет, спасибо, — я и так отнимаю у вас много времени.

— Ну что вы! Я уже закончил на сегодня основные дела, так что вы меня нисколько не отвлекаете. Захотите чаю — скажите. Так о чем вы хотели со мной поговорить?

— Значит, ваш занпакто утверждает, что там был Айзен Соске? — переспросил капитан, — весьма интересно! У меня были некоторые подозрения на его счет.

Нет-нет, ничего определенного — пояснил он, видя удивление на моем лице — я-то думал, что это у Ранда паранойя, а нет, нашел он себе единомышленника!

— Кстати, у вас очень интересный занпакто, можно взглянуть?

— Нет! — категорически заявил Ранд.

— Прошу меня извинить, но Ранд против этого. — Вот же железяка, ну посмотрел бы Урахара на него и что?

— Вот как? Весьма интересно. — Ничуть не смутился капитан. — Я слышал, вы очень долго достигали шикая. Возможно, с банкаем дела обстоят точно так же. Я смог бы помочь вам со скорейшим его освоением, но для этого мне нужно исследовать ваш меч.

Заманчивое предложение, но я знаю, что пока не готов.

— Благодарю, но я все же попробую сам разобраться с этим.

— Как знаете, Харуку-сан. Если передумаете, вы знаете где меня искать.

Что же касается Айзена — я займусь этим. Доказательств у нас нет, так что придется довольствоваться пристальным наблюдением.

— Скажи ему, что занпакто Айзена, на самом деле, способно создавать иллюзии. — вновь вмешался мой духовный меч.

Я передал Урахаре его слова.

— Вот как, а это вы откуда знаете, хотя нет, не говорите — это тоже сказал вам ваш занпакто. Может все-таки оставите мне его на исследования?

Мне тоже было очень любопытно, откуда Ранд это знает, но ведь не скажет — знаю я его. А на исследования? Нет, мне мой меч нужен при мне. Так что, очередной раз вежливо отказавшись и получив совет быть бдительным, — еще один параноик — я распрощался с Урахарой и покинул Центр Технологического Развития.

А на следующий день меня отправили на задание.

Я сидел на берегу реки и думал о визите к Урахаре. Что за река? Обычная такая река. Она здесь уже давно. За минувшие годы мой контроль над внутренним миром довольно сильно развился, и, теперь, я вполне могу создавать даже столь заметные изменения пейзажа. Не противоречащие характеру Кейго, впрочем, — какие-нибудь лавовые поля, или, даже, дремучую чащу, мне здесь надолго не создать. А вот речку — пожалуйста! Но вернемся к Урахаре: визит имел как плюсы, так и минусы.

К плюсам можно отнести, прежде всего, налаживание контактов с Урахарой. Если все пойдет как в каноне, то он переселится в мир живых, и мне, казалось бы, не будет до него никакого дела. Но, во-первых, все может пойти и по другому — не зря же я его предупреждал, а даже если и нет, — я знаю где он будет прятаться, и, в случае чего смогу обратится за помощью. Вторым плюсом является то, что, наблюдая за Айзеном, капитан отвлечет его внимание от Кейго. Вот, пожалуй, и все плюсы. Теперь минусы.

Первым и самым главным минусом является вмешательство в канон. Теперь я не знаю, как пойдет история. Вполне возможен как и арест Айзена, с завершением всей истории, так и смерть многих действующих лиц. Также, вполне возможно, что мои действия ни на что не повлияли, и все будет как в каноне. Зачем я вообще на это решился, раз не представляю последствия? Я бы и не решился, будь я мечом Бьякуи Кучики, или, на худой конец, Зараки Кенпачи. Ну или любого другого КАНОННОГО персонажа. Кейго же в каноне нет. А это значит, что на канон можно забить. Если напарник и был в каноне, то либо погиб, либо пропал. Не нравится мне этот вариант, хотя с пропажей еще более-менее. Если же его в мире канона вообще не было, что, кстати, весьма маловероятно — остальные события сбываются в точности — то история и так не известно как пошла бы. Так что мое вмешательство оправдано.

Минус второй — излишняя заинтересованность Урахары. Но это имеет значение, только если он останется в Сообществе Душ. Да и не такой уж это минус — главное убедить Кейго не отдавать ему меня на исследования, и все будет замечательно. Рассказывать кому-то о моих странностях не в духе Урахары — он предпочитает держать свои мысли при себе. Скорее уж Кейго проболтается. Его, кстати, сейчас зачем-то вызвали к капитану. Пора переключатся на внешний мир. Посмотрю, о чем они говорят.

Оказалось, нас отправляют на задание в мир живых. Там завелся какой-то пустой, который уничтожил нескольких синигами. Пустой был довольно сильный — среди погибших был пятый офицер. Вот и решили послать Кейго — по силе он, фактически, лейтенант, но занят гораздо меньше чем Ичиносе. Еще напарнику хотели дать отряд из пары десятков рядовых, но он категорически отказался, ссылаясь на то, что в битве с сильным пустым они будут только мешать. Верно, в принципе. Я тоже так думаю. Если пустой слаб — они не нужны, потому что Кейго сам легко справится, если силен — не нужны тем более — пользы в бою от них не будет. Стоило бы, конечно, взять медика, но напарник об этом не подумал, а я решил ему не напоминать — пусть учится на своих ошибках. Так что Кейго отправился на задание один. Что, возможно, и предопределило нашу судьбу.

Пройдя через сенкаймон, я оказался на окраине небольшого городка. В мире живых сейчас был 1935 год. Середина осени, но погода была на удивление солнечной. По улицам ходили пешеходы и ездили автомобили. Помню, первый раз, когда увидел их, а это было на первой практике в Академии, сильно удивился. В Сообществе Душ такого нет. Зачем? Сюмпо гораздо удобней. Хотя в Руконгае они бы пригодились. Но в Сообществе Душ правит знать, которая сторонится любых отклонений от традиций. Так что автомобилей у нас нет. Сейчас, после неоднократного посещения мира живых, сначала на практике в академии, затем служа в Готей 13, я давно уже привык к их внешнему виду, но мне по-прежнему не верилось, что подобная конструкция возможна без магии. А ведь еще и самолеты есть! Но, хватит, успею еще навосхищаться достижениями человеческого разума. Я здесь не для этого. Где-то в этом городе скрывается сильный пустой, который уже уничтожил нескольких синигами. Возможно, прямо сейчас он поглощает очередную душу. Нужно найти его как можно скорее! Я посмотрел на прибор, который мне выдали в 12-ом отряде. С его помощью я смогу засечь пустого, который здесь обитает. Экран был девственно чист. Чтож, подождем.

Прошло уже полдня. Я успел устроить себе экскурсию по городу, поболтать с Рандом и уже порядочно заскучал. Даже хотел отправится во внутренний мир потренироваться, но побоялся, что пропущу сигнал прибора. Может он не работает?

Стоило так подумать, и, прибор, словно в опровержение моих мыслей, резко завибрировал! Пустой! И, судя по всему, совсем рядом.

Серия сюмпо, и я оказываюсь на месте. Да, вот он, пустой. Трехметровая гориллообразная фигура только появилась в мире живых и еще не нашла себе жертву. Да, он довольно силен — по реяцу пустой, пусть и не на много, но превосходил меня. Но с тем адъюкасом, что я убил в Руконгае и рядом не стоял. Так что проблем возникнуть не должно. Смущает только два факта: почему его реяцу мне смутно знакома?!

Скрыв часть реяцу, — умею я это плохо, но и этого должно хватить, чтобы пустой погнался за мной, а не скрылся, опасаясь отпора, я показался ему на глаза и, дождавшись, когда он на меня среагирует, направился к окраине города. Хоть я и уверен в своих силах, драться в городе полном людей — перебор. Выбравшись за город, я, рывком, сбросил маскировку и бросился на встречу пустому. Шикай я пока не активировал — посмотрим, на что я гожусь без него! Сюмпо. Враг скрывается в сонидо, избегая удара занпакто. Еще сюмпо. Ситуация повторяется. Еще и еще раз. Он что, издевается? Ну, сейчас ты у меня получишь! Очередное сюмпо, но, теперь, в вышедшего из сонидо врага летит беззаклинательный Бьякурай. Это всего лишь четвертое хадо, но он весьма быстр, а с вбуханной в него реяцу может нанести серьезные повреждения. Есть! Заклинание попало пустому в правый бок и нанесло существенные повреждения, которые, впрочем, на глазах затягивались. Нужно его добить. Я устремился к пустому, намериваясь завершить начатое, но не тут то было. От пустого, навстречу мне, устремился быстро летящий сгусток реяцу в форме копья. Даже слишком быстро — еле успел среагировать.

— Хватит играться, это может быть опасно. — посоветовал занпакто. Тут я с ним согласен — эта атака в форме копья очень опасна, а у пустого могут быть и другие сюрпризы.

— Изменяй, Ранд! — произнес я слово-активатор, и мое восприятие заметно ускорилось. Настолько, что я даже смог уклонится от летящего сзади копья. Сзади? Какого йокая! Пустой-то передо мной. А других источников реяцу поблизости нет. Видимо, это вернулась прошлая атака. Что-то мне это напоминает. Неважно. Сюмпо, и я отрубаю пустому правую руку. Намериваясь нанести завершающий удар, я заметил кое-что странное — у него же нет дыры! Как так?! Это без сомнения пустой, но дыры в груди, олицетворяющей внутреннюю пустоту нет. Как я раньше этого не заметил?! И тут в голове что-то щелкнуло, и факты собрались воедино. Смутно знакомая реяцу. Отсутствие дыры пустого. Атака в форме копья. Нет, не может быть! Я лихорадочно пытался вспомнить, когда в последний раз видел Маю. Выходило, что две недели назад, — с момента вступления в должность третьего офицера, я был слишком занят и не находил времени пообщаться с другом. Не хочется этого признавать, но факты говорят сами за себя — передо мной находится мой друг и офицер Готей 13 Юшика Маю. Но как он стал таким?

— Захвати его, Урахара, возможно, сможет вернуть ему человеческое обличие. — посоветовал Ранд, слушавший мои мысли — видимо, они были достаточно громкими.

Действительно, ничего другого не остается, только как я его захвачу?

— Отруби конечности и обездвижь бакудо — пустые от такого не умирают.

— Хорошо, приступаю!

Отклонив очередную атаку пустого, я планировал отрубить ему левую руку, но не тут-то было. Пустой, неожиданно, выпустил в меня копье из реяцу прямо в упор, и на этот раз, даже не смотря на увеличенную скорость, уклонится мне не удалось.

Уклониться — нет, а вот парировать я сумел. Но и это имело плачевные последствия. Соприкоснувшись с Рандом, копье… взорвалось! Удар был принят на край занпакто, поэтому, от взрыва он развернулся и, с огромной силой ударил в маску пустого, тем самым прекращая его жизнь. Прости Маю, я не сумел тебя спасти.

— Как трагично. Собственными руками убить друга. Ты ведь его узнал? — раздавшийся сзади голос заставил резко обернутся. Передо мной стоял лейтенант пятого отряда Соске Айзен. Выходит, не зря его Ранд с Урахарой подозревали.

А ведь я не заметил его приближения, и, судя по матерящемуся во внутреннем мире Ранду, он тоже.

— Беги, тебе с ним не справится! — взволновано сказал меч, но у меня были на этот счет другие соображения.

— Так это твоих рук дело?! — указал я на горстку песка, оставшуюся от моего друга, и не слушая ответ, устремился в атаку.

— Ранд, максимальная скорость, он должен умереть!

Мир сильно замедляется и я лечу к Айзену.

…! — кричит что-то Ранд, но я его не слышу — есть только я и Враг, остальное не важно!

Вот я достигаю Айзена, вот Клюв вспарывает ему бок, вот образ Врага плывет и исчезает. Что?! Иллюзия! Так вот о чем говорил Ранд.

Сработавшее чувство опасности заставляет меня сорваться с места. Там, где я только что стоял, возникает черное пространство Курохицуги. А Айзен-то не мелочится — аж девяностое хадо применил! Но ему это не поможет.

— Где он? Спрашиваю у занпакто и, дождавшись ответа, устремляюсь к скрытой в невидимости фигуре. Лишь бы успеть! В мгновение оказываюсь возле врага и наношу удар, вкладывая в него всего себя. Айзен успевает среагировать, но слишком поздно — Крыло уже у его шеи! Что?! Занпакто бессильно отскакивает от неизвестно откуда взявшегося щита, а я, лишившись последних крох реяцу, теряю сознание. Последнее, что я вижу, прежде чем сознание погрузилось во тьму, была какая-то белая мерзость, летящая мне в лицо.

В отличие от Кейго, который заметил отсутствие дыры пустого в самом конце, я сразу обратил на это внимание, но факты, как ни прискорбно, это осознавать, не сопоставил — тут напарник справился гораздо лучше меня. Заметив отсутствие дыры, я сделал вывод, что это один из экспериментов Айзена, но дальше моя мысль не зашла. Еще и дал напарнику сражаться со столь сильным пустым самостоятельно. Тогда это казалось хорошей идеей — это был бы неплохой толчок, для его развития. Но эта атака копьем чуть нас не убила! Не стоило все же так рисковать. Сегодня прямо-таки день моих ошибок. Еще и Айзена проворонил! До сих пор не понимаю, как он смог подобраться незамеченным. Потом-то я его прекрасно ощущал. Наверное, слишком увлекся анализом ситуации с Маю, вот и пропустил приближение врага — еще одна ошибка!

Кейго, тем временем, долго не раздумывал, а кинулся на врага. Я пытался его остановить, но он был слишком опечален смертью друга и зол на себя и Айзена. Так что это было бесполезно. Пришлось ему помогать. На максимальном ускорении небольшой шанс победить у нас был. Черт, этот придурок несется к иллюзии, тогда как сам лейтенант спокойно стоит в сторонке.

— Иллюзия, идиот! — кричу я, но Кейго не слышит меня.

— Где он? — спросил напарник, уходя от Курохицуги. О, до него, наконец, дошло, что один он этот бой не выиграет — просто не увидит Айзена. Жаль, что только сейчас — реяцу уже практически не осталось.

Я посылаю Кейго картинку, нарисованную моим чувством реяцу, — недавно разработал этот метод. Но пользуемся мы им редко — у Кейго от него сильно болит голова. А чувство реяцу на Айзене, оказалось, прекрасно работает! Правда, Кьеко Сойгецу он из ножен так и не вынимал — значит, либо Кейго видел его меч раньше, либо это самые простые кидо-иллюзии. Склоняюсь ко второму варианту, — не мог Кейго видеть его меч.

Черт, реяцу почти закончилась! В этом режиме она расходуется с огромной скоростью. Быстрей заканчивай бой, Кейго! Иначе, мы просто упадем в истощении. Напарник, видимо, думал также и, стремительно приблизившись к Айзену, нанес удар тому в шею. В удар он вложил не только всю оставшуюся реяцу (жалкие крохи), но и часть своей души, значительно усиливая удар, но повреждая при этом душу. Получившийся, в результате этого аналога жертвенного кидо, удар был чудовищно силен, но все было напрасно. Появившийся у шеи Айзена щит, с трудом, но отразил удар. А Кейго, лишившись последних сил, потерял сознание. А ведь победа была так близка! Еще одна моя ошибка — забыл про этот гребаный щит. Кто же знал, что он его уже сейчас поставил?! Ну чего Кейго стоило ударить в другое место?! Но, ладно, раньше надо было думать.

События, тем временем, продолжили развиваться. Айзен, сразу после заключительного удара напарника, отправил в него какую-то белую массу. И я очень скоро узнал — какую! Это оказалась та штука, при помощи которой он пустофицировал вайзардов! И она очень быстро начала преобразовывать Кейго, который валялся в отрубе и никак не мог ей противодействовать. Тело Кейго начало стремительно меняться — оно сильно выросло в размерах и покрылось костяными пластинами. Появившаяся маска закрывала не только лицо, но и голову, напоминая греческий шлем без гребня. Изменения затронули не только внешность Кейго, но и его внутренний мир. Грозовые тучи, занимавшие небо после смерти Маю, исчезли — им на смену пришла серая хмарь, которая устремилась к земле, стремясь полностью переделать внутренний мир. Но если во внешнем мире ей некому было противостоять, то тут был я. И я не собирался позволить какому-то недопустому что-либо тут менять! Усилие воли — и тянущиеся к земле полосы хмари, сильно напоминающие щупальца стягивает в одно место. Секунда, и их выжигает ярким пламенем, на миг затмившим показавшееся солнце. И в этот миг, мне показалось, что я, на грани восприятия, слышу панический визг. Новая порция хмари, которая стремилась к земле резко развернулась и начала куда-то втягиваться — я отстоял свой мир, но надолго ли?

Хотя внутренний мир я отстоял, контроль тела оставался у пустого. Я не стал ему мешать. Пока Айзен здесь — пусть пустой владеет телом. Но как только я останусь один… Надеюсь, к тому времени, напарник еще не погибнет окончательно. Держись, Кейго, скоро я приду за тобой!

Лейтенант пятого отряда Готей 13, а, по совместительству, главный злодей Сообщества Душ был расстроен. Надо же так глупо подставится! А если бы пассивного щита на шее не было? Или этот парень ударил бы в другое место? Конечно, разница в реяцу у них была огромна, и, ожидай Айзен атаки, он бы от нее ушел. Да что там — достаточно было просто высвободить реяцу, и противник, не то чтобы пробить ее покров, он бы стоять на ногах не смог. Но дело в том, что Айзен не ожидал — ну чего можно ждать от мальчишки, который даже не лейтенант. Вот он и не предполагал. И его это сильно печалило. Знал же, что занпакто временного типа, но предположить такую скорость?! Пусть и очень не долго. Да, парень уникум. Такого надо было к себе вербовать, но не заметил вовремя. Теперь же это всего лишь еще один подопытный экземпляр. Довольно удачный, кстати. Нет, разум, к сожалению, не сохранился, хотя, со временем, определенно появится. Может даже часть воспоминаний сохранит. Удачность же этого образца заключалась в том, что он сохранил довольно много сил синигами. Около трети, от того, что было, но и это уже серьезный прогресс. Эксперименты подходят к концу. Нужный результат уже близко. Пора провести пустофикацию на ком-то уровня капитана. Да и от Урахары надо избавится, — в последнее время он сильно мешает.

Дождавшись, пока новый пустой придет в себя, Айзен связал его бакудо и, оставив метку — вдруг что интересное получится — переместил того в Лес Меносов. Сам же лейтенант отправился в Сообщество Душ — завершать приготовления к грандиозному эксперименту.

Когда пустой, захватив власть над телом, попытался напасть на Айзена, я неслабо испугался: а что если лейтенант не станет заморачиваться и размажет его тонким слоем по округе? Ну и нас с Кейго, заодно. Но все обошлось: главный злодей Сообщества Душ всего лишь обездвижил пустого высокоуровневым бакудо, повесил метку, которую, кстати, было довольно сложно заметить, не зная о ней заранее, и переместил нас в Уэко Мундо, а сам открыл сенкаймон и отправился в Сообщество Душ. Бакудо он и не подумал снимать. Хорошо хоть оставил нас в относительно безопасном месте — на ветке одного из гигантских деревьев, произрастающих в Лесу Меносов. А то ведь на это и Пустой Мир, что здесь полно пустых, которые друг дружку пожирают с не меньшим аппетитом, чем души-плюс. Не понимаю, кстати, — зачем пустые едят души-плюс. Ведь души, оставшиеся в мире живых довольно слабы — гораздо слабее, чем подавляющее большинство пустых в Уэко Мундо. Следовательно, прироста к силе практически нет. Получается, только из-за «вкуса»? Впрочем, сейчас это совершенно не важно — пора брать ситуацию под свой контроль.

Первым делом я решил спасти Кейго. Только сначала надо его найти. Есть у меня одна идея как это сделать. Кейго, судя по всему, сейчас находится в другом участке своего внутреннего мира. В него у меня доступа не было. Получится ли сейчас проникнуть туда? Не попробую — не узнаю. У меня просто нет другого выхода. Ведь оставить все как есть — значит бросить друга в беде. А Кейго, несмотря ни на что, уже успел стать моим другом. Лучшим я бы сказал (других-то нет). Да и оставлять власть над телом безмозглому пустому совершенно не хочется.

Я сузил восприятие, а затем, рывком, расширил его, как делал вначале, чтобы проникнуть сознанием во внешний мир. Сейчас проникновение туда осуществлялось просто по желанию, не требуя дополнительных действий. Только моей целью был не он. И это вызывало определенные трудности.

Суть идеи по проникновению в другие места внутреннего мира состояла в том, что он находится на полпути от моего обитания, до мира внешнего. Следовательно, надо по пути во внешний мир остановиться на середине. Проблема состояла в том, чтобы уловить момент перехода и, непосредственно, остановиться.

С первой попытки у меня не получилось. Не получилось и с десятой. Сначала я долго не мог почувствовать момент перехода. Раз — и я во внешнем мире. Или, если сильно осторожничать, вообще ничего не получалось. Хотя, с выкидыванием во внешний мир, выходило гораздо чаще. Но все же, неизвестно с какой попытки, у меня получилось! Но не почувствовать момент перехода. Нет. Я сразу оказался в другом участке внутреннего мира! Надо было всего лишь сразу после расширения восприятия снова сузить его. И все! А я пытался почувствовать переход, что было почти невозможно — он же мгновенный! Но, получилось, и ладно. Я все же не гений, чтобы все сразу получалось правильно.

Сейчас я находился в месте, больше всего напоминающем космос. Темноту вечной ночи разгоняли три источника света. Первый, возле которого я нахожусь — ровный неяркий свет; желтый, напоминающий солнечный. Это мое место обитания. Не знаю, как оно выглядит, когда я там, но сейчас именно так.

Второй источник света выглядел удручающе. Цветом он напоминал мой, но свет от него был тусклый и не ровный. Он то почти затухал, то довольно ярко вспыхивал. Это Кейго. Надеюсь, он продержится еще чуть-чуть.

Довершал картину третий источник света. Свет от него был белесый и какой-то мерзкий. От этого источника распространялись такие же, как и он сам, белесые нити-щупальца. У меня их внешний вид вызывал ассоциации с раковыми метастазами. Подтверждало такое сравнение и поведение этих нитей: они сетью расползлись по всему пространству «космоса», выискивая себе жертву. Только к моему миру они не приближались — помнили, что с ними случилось в прошлый раз, но, я уверен, они еще вернутся, и так легко с ними будет уже не справиться.

Нити распространялись повсюду, но наиболее плотно они оплели источник Кейго, добивая и так поврежденную душу. Мерзость! Нужно срочно спасать напарника.

Я попытался переместится к Кейго, чтобы помешать нитям завершить начатое. Не тут то было! Это в своем мире я практически бог, здесь же мои возможности оказались сильно ограничены. В частности, перемещаться я мог не быстрее чем синигами, использующий сюмпо, что для этого пространства было очень медленно. Но это еще полбеды: едва я удалился на более-менее приличное расстояние от своего мира, активизировались нити. Они устремились ко мне со всех сторон, стремясь оплести и заключить в кокон и переварить, ну или изменить — не знаю уж, что за планы у этого пустого. Давать им сделать это я, естественно, не собирался. В щупальца полетели немногочисленные известные мне кидо. Черт, хоть бы одно массовое знал! Нити легко разрушались от попаданий, но их было слишком много, а я кастовал кидо слишком медленно. Довольно много нитей успевало ко мне подобраться. Их я просто разрубал своей материализованной формой. Сильно помогала способность Крыла. Без нее справляться было бы на порядок сложнее. Но нитей становилось все больше — вскоре я могу и не успеть разрубить все. Что тогда будет? Узнавать как-то не хочется. Ясно, что ничего хорошего.

Сюмпо тоже не спасало. Это все же быстрое перемещение, а не телепортация — чертовы тентакли устроили целую ловчую сеть. К тому же, реяцу у меня начало стремительно убывать. Нет, так я не справлюсь. Надо поворачивать назад, а то не только Кейго не спасу, но и сам погибну. Что я и сделал. Нити попытались мне помешать, но новая тактика — пробивание бреши Бьякураем — сюмпо в полученную брешь — обрубание нитей — пробивание бреши Бьякураем — позволила мне таки вернуться к своему миру.

Здесь меня ждал неприятный сюрприз: оказывается, нити атаковали не только меня. За то время, что я пробирался к Кейго, они почти успели захватить мой мир! Нити проникли в него, но что-либо серьезно изменить все же не успели. Разбираться, что к чему, времени не было — неизвестно, сколько еще протянет Кейго, поэтому я просто все выжег. Хм, такие масштабные изменения отозвались мне сильнейшей головной болью. Это еще не предел, но близко к нему. Хорошо, что я, теперь, это знаю, — надо уметь трезво оценивать свои силы.

Внутренний мир, сейчас, представлял собой бескрайнее пепелище — от горизонта до горизонта. Но ничего, он очень скоро восстановится. Главное, чтобы изменения не успели зайти далеко.

Проблема, однако: если я удалюсь отсюда надолго, пустой здесь все захватит. Если он успеет сильно изменить этот мир, то, возможно, я потеряю свои возможности по управлению им. Тогда я буду обречен.

Вполне возможно, что контроль останется прежним, и, пустой, как захватит мир, так и отхватит… нечто иное. Этот вариант для меня гораздо более оптимистичен, но рисковать, узнавая какое из предположений истинно, все же как-то неохота. Ставить барьер тоже не вариант — он противен природе этого мира и, без моей поддержки, просуществует лишь пару мгновений. Но Кейго спасать надо! Тоже, кстати, неизвестно как — с моими нынешними силами мне к нему не пробиться.

То есть, с одной стороны у нас необходимость находится все время в этом мире, а с другой — невозможность пробраться к цели вне этого мира. Казалось бы, что самым разумным решением будет сидеть здесь и не высовываться — если не весь мир, то участок его я отстоять смогу; напарнику никак не помочь — это вне моих способностей, так зачем рисковать?

Разумно? Да! Только ебал я в рот такую разумность! Бросить друга умирать, даже не попытавшись, толком, его спасти; забиться в угол как крыса и смотреть, как пустой, занявший тело этого самого друга, тупо, руководствуясь инстинктом, убивает и пожирает себе подобных; видеть, как этого самого пустого, и тебя, заодно, пожирает его более удачливый собрат; — разве это жизнь?! Уж лучше умереть, чем так жить!

Но умереть я еще успею, сейчас же, время спасти, наконец, напарника. Ко мне, неожиданно, пришла гениальная в своей бредовости идея!

Кейго мучили кошмары. Начало было каждый раз разное: вот он ужинает в кругу семьи; вот — гуляет по парку с любимой девушкой (кошмары иногда повторялись, но девушка в них была разная — такая уж у Кейго натура); вот — веселится с друзьями из академии. Начало было разным. Единственное, что объединяло эти начала, — там все было просто замечательно. До определенного момента.

Этот момент был един для всех снов и, собственно, и превращал их в кошмары: Кейго превращался в пустого и нападал на окружающих его, кем бы они ни были. При этом сам Кейго терял контроль над телом и выступал в роли наблюдателя. Он изо всех сил пытался вернуть контроль и помешать пустому, но у него ничего не получалось. Парень, с ужасом и отчаяньем смотрел, как, некогда его тело убивает и пожирает его родных и близких. От сумасшествия Кейго спасало лишь то, что краем сознания он осознавал ненастоящесть происходящего. Но долго так продолжатся не могло — рано или поздно очередной кошмар лишит парня рассудка. Хоть Кейго и понимал, что это сны — это с самыми первыми кошмарами все было по-настоящему страшно, — он каждый раз переживал события, как будто они происходили на самом деле, лишь в немного ослабленной форме. Предотвратить события сна, покинув родственников и друзей, тоже не получалось — тогда пустой просто убивал всех встречных, а затем возвращался, и все происходило как всегда. С каждым новым кошмаром Кейго все сильнее хотелось уйти в спасительное безумие. Но парень еще держался, непонятно чего ожидая; он огромное количество раз пытался проснуться, но и это у него не выходило.

Был перерыв между кошмарами. Обычно эти перерывы длились совсем чуть-чуть, но этот почему-то затянулся.

«Наверно готовится что-нибудь совсем кошмарное» — подумал парень.

Когда появился Ранд, синигами решил, что это наступил-таки очередной кошмар, и, сейчас, пробудившийся пустой убьет занпакто. Но этого не происходило. Ранд что-то говорил — затуманенное пережитым сознание не воспринимало, что, — а Кейго все ждал, когда же пробудится пустой, надеясь, что у Ранда хватит сил с ним справится. До этого противостоять пустому никто не мог, но ведь все они были слабее, чем сам Кейго. Занпакто же, во внутреннем мире, всегда с легкостью выигрывал у синигами тренировочные поединки.

Но пустой все не появлялся, хотя, по представлению Кейго, прошло уже довольно много времени. Ранд же перестал говорить, видимо поняв, что Кейго его не воспринимает, и молча совершал какие-то странные манипуляции, — он как будто выдергивал из тела Кейго что-то невидимое. Внезапно, парень почувствовал, что давящее ощущение, что всегда присутствовало в кошмарах, исчезло, оставив вместо себя необычайную легкость, и провалился в сон. На этот раз обычный — не кошмар.

Единственное, что его сознание все-таки восприняло перед этим, были слова Ранда:

— Не смей умирать, Харуку Кейго.

Да! У меня получилось! До конца не верил, что эта идея сработает. Но все удалось. Кейго, освобожденный от нитей, находится в моем участке внутреннего мира, а сам я направляюсь к месту, откуда все эти нити-щупальца распространяются — к пустому. Пора с ним покончить!

Когда я прибыл к напарнику, пришлось изрядно потрудится, выжигая нити, окутавшие его мирок. Они упорно не хотели упускать добычу. В отличие от нитей, рассеянных в «космосе», они не распадались от простых кидо, довольно плохо рубились и, даже, горели как-то неохотно. Но все же, потратив довольно много времени, я справился. Старые нити были уничтожены, а новые пока не спешили появляться.

Закончив с деятельностью на «орбите», я спустился в мир Кейго.

Напарника было не сложно найти — обрывки уничтоженных вне мира нитей вполне сохранились и, большинство из них вело к Кейго. Они буквально облепили его. Хм, получается, не так уж они и опасны, раз парень до сих пор держится.

Выглядит, правда, неважно: напарник весь осунулся, черты лица заострились, кожа выглядит неестественно бледной*. Да, еще глаза, — они были наполнены безумием. Еще не совсем, но до окончательного сумасшествия осталась самая малость.

На меня Кейго посмотрел со смесью страха, обреченности и робкой надежды.

— Я пришел, теперь все будет в порядке — говорю ему. Не реагирует. Такое ощущение, что вообще не слышит. Еще немного попытавшись достучаться до напарника и, увидев бесперспективность этого занятия, я, наконец, занялся делом.

Под делом я понимаю уничтожение остатка нитей. Их пришлось буквально поштучно выдергивать из тела напарника, к которому они присосались. Сам Кейго их совершенно не воспринимал — наверное, пустой как-то исказил его восприятие. На процесс их выдергивания он тоже никак не реагировал, только странно на меня косился. Нити, кстати, были до ужаса прочные, — они уже практически не рубились Крылом, но Клюв с ними справлялся без труда. Но это так — эксперимента ради. Основную же работу приходилось совершать вручную. Если нити обрубить, некоторая их часть останется внутри Кейго.

Вырывание нитей до ужаса напоминало мне прополку огорода, за которой я иногда наблюдал, когда напарник навещал родных в Руконгае. Нитей было до ужаса много, так что пришлось провозиться довольно долго.

«Прополка» возымела результат — к Кейго, постепенно, возвращался здоровый внешний вид. Вдруг, когда я уже почти закончил, напарник удивленно захлопал глазами и как-то неуверенно улыбнулся. А затем начал падать.

— Не смей умирать, Харуку Кейго — только и успел сказать я, прежде чем он погрузился в сон. Всего лишь сон. А я уже успел подумать, что он, на радостях, решил коньки отбросить. Закончив с нитями, я переместил Кейго в свой участок внутреннего мира. Этот, к сожалению, придется оставить — уж слишком он пропитан миазмами пустого.

Напарник находился в состоянии сна и будет в нем, судя по всему, еще долго — слишком большой участок души поврежден. Слишком много надо восстановить.

Я поместил его на лежанку в свежесозданном доме и задумался. Цель достигнута. Кейго спасен, пусть пока и пребывает без сознания. Что теперь делать мне? Варианта два: подождать пока Кейго очнется или самому попробовать справиться с пустым. В итоге, я принял решение действовать: неизвестно, сколько напарник еще проваляется. Да и когда очнется, будет не в лучшей форме для битвы с пустым. А тот, за время нашего бездействия успеет набрать силу. Да и схарчить его могут — он хоть и довольно сильный — на уровне гиллиана, недавно вставшего на путь адъюкаса, — но мозги у него пока на зверином уровне. Может запросто попасться какому-нибудь пустому третьего поколения. Кстати да, из-за временного отсутствия разума, тоже стоит поспешить — с животным справиться гораздо легче, чем с разумным противником. Так что решение принято, и я лечу к пустому.

Как лечу? Также как к Кейго — внутри собственного участка внутреннего мира! Перед спасением напарника стояло две проблемы: невозможность надолго оставить мир из-за щупалец, и невозможность добраться до Кейго — из-за них же. И я нашел решение! А что если двигаться вместе с миром?! Мы же в «космосе», а там, как известно, движутся даже сверхтяжелые объекты. Бредовость идеи зашкаливала, но она сработала! Всего-то надо было создать толчок, и мир полетел! Как создать? Очень просто — по закону сохранения импульса. То есть — по примеру обычного реактивного двигателя. Ничего сложного, но… работать приходилось вне мира — на его орбите. И это значительно все усложняло. Внутри мира я мог свободно управлять окружающей реальностью. Вне его — мог воздействовать на окружающую действительность не больше, чем любой другой синигами или занпакто, а то и меньше — кидо я мог использовать весьма посредственно. Кстати, насчет него: во внутреннем мире я ведь могу свободно его применять! Вот балбес! Как я раньше об этом не подумал — во время боя с нитями очень бы пригодились массовые заклинания. — Это во внешнем мире я могу использовать четыре хадо и пять бакудо; в мире внутреннем в моем распоряжении по четыре десятка и того, и другого — все, чему учат студентов Академии. Нет, способные студенты занимаются с преподавателями дополнительно и изучают гораздо больше. Но Кейго в число одаренных в области кидо не входил, а просить его подсмотреть то или иное заклинание я считал преждевременным — все равно использовать ничего не мог. Жаль, но кто же знал, что все так обернется — надо было все же их изучить.

Но вернемся к теме «космических» путешествий. На решение проблемы меня надоумили… нити. По сути — это часть мира пустого, которая вышла из него во внешнее пространство. Так что мне мешает сделать также?! Ничего!

Я мысленно потянулся к своему миру, пытаясь почувствовать его. И это, практически сразу, получилось! Усилие воли — и от мира ко мне потянулось желтое, по цвету мира, щупальце. Но не как нити пустого — те были довольно тонкие — от нескольких сантиметров, до нескольких метров в диаметре, — это щупальце было диаметром в несколько сотен метров. Вот, оно приблизилось ко мне, и я оказался внутри него. Да! Внутри щупальца я мог управлять реальностью, как и внутри мира. Теперь дело за малым. С противоположной от цели путешествия стороны, я создал огромную — метров тридцать в диаметре и двести в длину трубу, которая упиралась в мир. Сделать это было не так, чтобы просто — в щупальце, все же, менять реальность гораздо сложнее, но я справился. Ну, а теперь топливо. Не знаю, чем там топят ракеты — я решил поместить внутрь трубы просто спрессованный огонь. Есть. А теперь — ослабить контроль!

Лишенный сдерживающего фактора огонь с ревом вырвался из трубы и устремился в глубины «космоса». Мир же, несколько мгновений находился на месте, словно колеблясь, а, затем, сначала медленно, затем все быстрее начал свой ход к миру Кейго.

Это было раньше, — сейчас мир, и я, соответственно, двигались в гости к пустому. Полет проходил не то, чтобы совсем ровно — пару раз приходилось немного подправлять траекторию, — но без серьезных помех. Нити, встреченные по пути, сжигались в выставленном мною барьере. Но гладко все было лишь на удалении от пустого. По мере приближения нити становились толще и плотнее. Сопротивление движению значительно возросло. Пришлось, даже, обновлять процедуру «толчка» с использованием трубы и сжатого огня.

Когда до мира пустого оставалось совсем чуть-чуть, продвижение остановилось. Здесь щупальца уже сложно было назвать нитями — большинство из них достигло диаметра нескольких десятков метров, а самые толстые сравнялись с моим щупальцем-протуберанцем. Огненный барьер вокруг мира уже не мог удержать их. Благо, они пока не реагировали на мое присутствие. Эти отростки пустого напоминали мне ствол дерева, — загрубевший, не способный реагировать сам, но служащий опорой для всего остального. Также, как ствол, они несли на себе более тонкие нити-ветви, те, в свою очередь, еще и так до привычной мне по «космосу» толщине. Эти ветви могли реагировать и реагировали на мое появление, но очень скоро большинство из них обратились пеплом, оставив только «стволы» и наиболее толстые ветки. Мир я временно обезопасил, но продвигаться вперед это мне не поможет. Ну, если нельзя двигаться вперед, можно двигаться назад. Ведь моя задача уничтожить пустого, а не контактировать с ним. Раз, и труба возникает с этой стороны мира; — после практики управлять реальностью в протуберанце стало значительно легче. Два, и спрессованный огонь заполняет ее. Три, и мир движется в направлении, противоположном расположению пустого. Мир-то движется от пустого, а вот столб пламени из трубы устремляется прямо к нему, сжигая все на своем пути! Вот, он достиг пустого и врезался в оболочку мира, прошивая ее! Ха, знатно его приложило: монотонная, до этого, оболочка мира пошла буграми, а сам мир как-то скособочился. Понравилось? Лови добавку!

Но повторить атаку на себя пустой мне не позволил. Доселе неподвижные щупальца-гиганты пришли в движение и, захватив мой мир, потащили его на встречу пустому. Обычный огненный барьер с ними не справлялся, поэтому, создав гигантский раскаленный меч, я направлял его от одного щупальца к другому, обрубая их. Но чертовых нитей-гигантов было слишком много. На смену обрубленным тут же приходили новые — пустой выращивал их прямо во время сражения. И, хотя эти нити были гораздо менее устойчивы, чем старые, их хватило, чтобы подтащить мой мир вплотную к миру пустого.

В момент столкновения, я находился уже внутри своего мира — здесь справится с пустым будет гораздо проще. Интересно, кстати, — внутрь мира можно попасть просто проникнув в него физически. Выйти же из него таким способом нельзя. Я попробовал — оказался в космосе, только не в нужном мне, а вполне обычном: с Солнцем и звездами. Такие вот странные законы внутреннего мира.

Изначально, я и планировал действовать при соединении миров — вариант с обстрелом, хоть и появился сразу, но основным не был. Я не думал, что обстрел сможет причинить пустому значительный ущерб. Однако же смог. И я бы продолжил уничтожать пустого, находясь в безопасности, если бы не гребаные щупальца! Теперь же придется рискнуть.

После стыковки миров, в атмосферу моего мира устремились десятки тысяч нитей. Они все были довольно тонкие, и уничтожать их не составляло труда, — после работы «на орбите» мои возможности существенно возросли. Но я пришел сюда не затем, чтобы сидеть в обороне. К тому же, скоро пустой поймет бесперспективность такого способа атаки и применит что-нибудь еще. Например: те же толстые щупальца, что притащили меня сюда. Оборонятся от них будет значительно сложнее. В общем, — пора действовать!

Я уже привычно вышел из мира, постаравшись сразу захватить с собой его частику. Получилось: я оказался недалеко от места стыковки миров, уже окруженный протуберанцем своего мира. Максимально уплотнив его — он стал около пяти метров в диаметре, вместо нескольких сотен, — я устремился внутрь мира пустого.

Мое щупальце, как бур, вгрызлось в плоть мира и устремилось к его центру. Только там можно окончательно уничтожить пустого. Сильно уплотненная частичка моего мира с легкостью вспарывала серое желе, служившее пустому телом. Оказалось, белым пустой был только снаружи. Белым и пушистым, хе-хе, если принимать нити за пух.

Пустой не бездействовал — дорогу мне пытались преградить многочисленные щупальца, в плоти пустого возникали водовороты, пытавшиеся затянуть меня, но все было тщетно — я упорно продолжал свой путь вперед. По мере продвижения к центру сопротивление все возрастало. Сама плоть мира стала гораздо плотнее, но он не стал твердым — нет, взамен этого он стал гораздо более вязким. Для того, чтобы продолжить путь требовалось прилагать все больше усилий. Мир вокруг как будто взбесился. Меня мотало из стороны в сторону. Щупальце, в котором я находился, пришлось ужать до полутораметрового диаметра, но я, все же, упорно двигался вперед. Один плюс — вражеских щупалец здесь уже не было.

Сколько я уже движусь так? Не помню. По-моему целую вечность. Частичка моего мира плотно прижалась ко мне, образуя некое подобие скафандра. Чтобы продвигаться вперед, пришлось разорвать связь с миром, сконцентрировав весь протуберанец в столь малом объеме. Вещество вокруг уже не было вязким — теперь оно было именно твердым. Протискиваться сквозь него было довольно сложно. Хорошо хоть водоворотов больше нет. Они мешали двигаться гораздо сильнее. Да и щупалец не наблюдается.

Внезапно я вылетел на открытое пространство и очутился в просторном помещении наподобие гигантской пещеры. От стен и потолка исходил гнилостный зеленый свет. А в центре пещеры располагалось ОНО. Я нашел то, что искал!

Существо выглядело так же, как и тело Кейго после трансформации. Точнее выглядело бы, если бы было раз в три поменьше и не таким аморфным; — тело Существа не имела четко очерченных границ; оно напоминало поверхность моря во время сильного ветра. Бр. Мерзкое зрелище! Единственное, что было четко оформлено, это кисти рук и голова. Я думаю, пустой просто не успел еще окончательно сформироваться, вот и выглядит таким образом. Но я сюда не рассматривать его пришел. Пора завершить начатое! Вызвав материализованную форму себя и покрыв ее высокотемпературным пламенем я устремился к врагу.

Пустой встретил меня мощным серо, от которого я без труда увернулся. Сюмпо. Я оказываюсь возле ноги пустого. Разворот, пропускаю мимо пучок щупалец, выстреливший из ноги, и, продолжая движение, Клюв врубается в ногу, начисто срубая ее! Но радовался я не долго — нога, практически мгновенно, отросла, а пустой буквально взбесился.

Сюмпо. На этот раз луч серо был гораздо мощнее и быстрее — еле успел уклониться. Оказываюсь за спиной врага и вновь отрубаю ему ногу, но на этот раз это не все! Клюв отрубает правую ногу, разворот, и Крыло проделывает то же самое с ногой левой! Ноги тут же отросли, но задуманное я выполнил: временно лишившийся опоры пустой рухнул на пол! Моя цель была отнюдь не ноги, — чтобы победить пустого мне надо поразить маску!

Можно было просто подняться в воздух, и разрубить маску оттуда, но, я думаю, пустому нашлось бы, чем меня встретить — для такой громадины он просто невероятно быстр.

Устремляюсь к начавшему подниматься пустому. Он пытается отмахнутся от меня руками, но слишком медленно: поднырнув под левую, а затем, уклонившись от правой, я оказался прямо перед маской. Удар!

Но за мгновение до того, как окутанное огнем лезвие коснулось маски, мою грудь пронзили десятки выстреливших из груди монстра щупалец! Впрочем, лезвие они так и не остановили…

Устремляюсь к упавшему на пол пустому. Он пытается отмахнутся от меня руками, — бесполезно. С легкостью увернувшись от них, я оказываюсь прямо перед лицом врага. Удар!

Но за мгновение до того, как лезвие бисэнто коснулось маски, мою грудь пронзили десятки щупалец. Впрочем, удар они не остановили.

Не остановили, но сильно смягчили — вместо того, чтобы распасться на две половинки, маска пустого покрылась густой сетью трещин, но рассыпаться не спешила. Враг серьезно ранен, но если его не добить, он, рано или поздно восстановится.

Но сил на это у меня не было. Я сам практически не отличался от пустого по состоянию здоровья. Возможно, мне было даже хуже. — Пустой отлежится и придет в норму. Я же, пока сохранял сознание, но это явно ненадолго. Я чувствовал как жизнь, тонким, но неостановимым ручейком, покидает меня.

Внезапно, мое внимание привлекло некое шевеление в груди. Скосив голову, я заметил, что это по щупальцам, все еще торчащим из моей груди, идет слабая пульсация. Так вот значит, куда утекает моя жизнь! Но сил, чтобы вырвать щупальца из груди уже не было — да и не изменит это ничего: вырви щупальца, — и раны откроются. Я так и так не жилец.

Ну уж нет! Я не могу здесь погибнуть! Тем более таким образом: став пищей пустого. Ведь вместе со мной погибнет и Кейго — мой единственный друг в этом мире, а Айзен так и останется безнаказанным!

Лихорадочно ища выход, я попытался потянуть жизненную энергию пустого, прямо через его же щупальца! Бесполезно. Как только я начал это делать, щупальца засохли и отделились от тела пустого. Черт! Ну, хоть утечка сил прекратилась.

Однако, жить мне осталось считанные минуты. А ведь возможность спасения совсем рядом — буквально в двух шагах от меня! Но сил не было даже на то, чтобы сделать эти шаги.

Неожиданно, взгляд зацепился за бисэнто, торчащее из тела пустого. Ударившись о маску, оно отскочило, а, затем, впилось в слабозащищенную ногу чудовища. Второй же конец бисэнто до сих пор находился у меня в руках. Чудо, что я, до сих пор, не выронил его.

Вот он шанс! Бисэнто же часть меня! Концентрируюсь на нем, и пытаюсь вытянуть жизнь из пустого. Да! Я почувствовал резкий прилив сил. Казалось бы, я спасен. Но, оказалось, пустой был еще в сознании и не собирался так просто сдаваться. Он попытался остановить утечку жизни через бисэнто и потянул жизненную энергию в свою сторону. Это напоминало перетягивание каната. Так как канат был мой, преимущество было на моей стороне. На некоторое время установилось хрупкое равновесие, а, затем, жизнь вновь, тоненьким, постепенно расширяющимся ручейком потекла ко мне. Все, победа за мной!

Я недооценил пустого. Не знаю, получилось ли это случайно, или враг, к тому времени уже приобрел разум, но, как оказалось, он все это время копил силы.

Резкий, неимоверно сильный рывок захватил не только остатки жизненных сил, которых, к тому моменту, вполне хватало, чтобы выбраться за пределы этого мира и остаться в живых, но и саму мою сущность и сознание. Миг, и я осознаю себя втягивающимся внутрь тела пустого. В панике, тянусь к частичке моего мира. Она почти полностью рассеялась при моем ранении, и, на то, чтобы исцелить меня, ее было явно недостаточно — мне очень плохо даются манипуляции с живыми объектами, а с самим собой еще на порядок хуже; но сейчас, она была моим единственным спасением.

Чувствуя, как буквально растворяюсь в пустом, формирую огненный покров. Есть, поглощение меня откладывается на неопределенный срок, — ощущение растворения прошло, а я услышал нечто, напоминающее взвизг. Что, не нравится? А если так?

Устремляюсь к источнику визга. Да, это именно то, что я искал: сознание пустого!

Ну теперь ты у меня попляшешь! Огненный поток устремляется к врагу, который выглядит так же, как и во внешнем внутреннем мире! Черт! Этого не достаточно — врага окутала белесая пленка, мешающая моему огню добраться до плоти! Придется рискнуть. Снимаю с себя огненный покров, и концентрирую все пламя в одной точке!

Такого напора пустой не выдержал: пламя легко преодолело защищавшую его пленку и, радостно ревя, впилось в плоть пустого, мгновенно превращая ее в пепел.

Враг повержен!

Но это было последнее, что я увидел. Сняв защиту, для того, чтобы уничтожить пустого, я оказался полностью открыт для его воздействия. Чем он и воспользовался — я чувствовал себя хуже, чем тогда, когда меня пробили щупальца.

Враг побежден, теперь и умереть не стыдно. — Успел подумать я.

А затем наступила темнота.

Я открыл глаза. Где это я? Вместо привычного пейзажа внутреннего мира, мне открылись бесконечные ряды гигантских деревьев, скрывающиеся в темноте подземелья. Мрачный пейзаж. Я погиб и попал в Ад? Да нет — там должно быть светло и жарко, хотя много ли я знаю об аде?

А, вспомнил: я в Уэко Мундо. А перенес меня сюда Айзен. Точнее, не меня, а нас — со мной был еще напарник, и пустой, занявший его тело. С этим самым пустым я и сражался. И даже победил. Но потом… погиб?

Помню, что был смертельно ранен, а затем… темнота. Но, как говорил Рене Декарт: «Cogito ergo sum». — Я мыслю — значит существую. Да и пейзаж знакомый. Не мог же я после смерти остаться в Уэко Мундо. Или мог? Если остался, я должен был превратиться в пустого. И тут я сделал то, что надо было сделать с самого начала — осмотрел себя.

Так и есть — я нахожусь в теле пустого. Получается, я все же умер?

Хм, а тело-то знакомое! Особенно маска — это подобие шлема трудно с чем-либо перепутать. Точно — именно так выглядел тот пустой, что захватил тело напарника.

Но он же погиб. И почему я в этом теле?

Словно в ответ на вопрос, в голове всплыла цепочка воспоминаний: вот, мое сознание затягивает внутрь пустого; вот — я выжигаю его сознание, ставя точку в затянувшемся поединке; вот — я теряю последние силы и растворяюсь в теле пустого. Стоп. Растворяюсь. Растворяюсь в теле, лишенном сознания!

Теперь понятно, что произошло: сознание пустого погибло, но тело, на голых инстинктах, еще некоторое время, продолжало цепляться за жизнь. У тела, в тот момент, не было сознания, а у меня, в тот момент, не было тела. Вот они объединились! Это, конечно, всего лишь мои домыслы, но другого варианта я не вижу.

Интересно, что творится сейчас во внутреннем мире, и как там Кейго? Сейчас посмотрю. Но, сначала, надо убедится в безопасности своего новоприобретенного тела. Благо связывающее заклятие с меня уже спало.

Осмотревшись, и не обнаружив поблизости агрессивно настроенной ксенофауны, я приступил к медитации. Забавно, наверное, выглядит со стороны: двух с половиной метровый монстр, садится в позу лотоса и кладет на колени, кажущийся игрушечным в его лапищах, меч. Довольно странно, кстати, к нему прикасаться — все же, это мое бывшее вместилище. Сомневаюсь, что теперь, когда меня в нем нет, он сохранит свои свойства. Впрочем, посмотрим. Но это потом. Сейчас же, пора узнать, что твориться во внутреннем мире.

Внутренний мир встретил меня на удивление неприветливо. Сначала, я долго не мог в него войти. Как будто я неожиданно забыл, как это делать и стал зеленым новичком.

Хм, а ведь я и есть новичок: я ведь ни разу не заходил во внутренний мир с этой стороны, да и тело пустого накладывает определенный отпечаток.

Но все же, спустя довольно большой промежуток времени и огромное число попыток, мне это удалось. Я, наконец, немного адаптировался к новой энергетике и смог проникнуть в него.

Я оказался в месте, весьма отдаленно напоминавшем тот внутренний мир, каким я его помнил.

Даже после смерти Маю, здесь было гораздо менее мрачно. Небо закрывала сплошная стена серых облаков. Вокруг стояла атмосфера запущенности.

Но это было далеко не самым главным изменением, произошедшем здесь: наибольшие изменения претерпел ландшафт. Привычная холмистая долина сохранилась лишь на относительно небольшом участке, как раз там, где я сейчас и находился. Основную же часть поверхности занимала бескрайняя каменистая пустыня, чем-то напоминающая Уэко Мундо.

Пустыня, кстати, начиналась не сразу. Между ней и долиной была небольшая переходная зона, в которой земля становилась все менее плодородной и, наконец, переходила в пустыню.

Вот, значит, как выглядит проявление силы пустого. Займусь этим позже — пора, наконец, проведать Кейго.

Я переместился к зданию, в котором спал раненый напарник, и зашел во внутрь.

Кейго мирно спал на лежанке. Ничего с ним не случилось. Зря я переживал.

Напарник спит, и, судя по всему, спать будет еще долго. Во сне он восстанавливает поврежденные участки души.

Чудо, что он вообще жив остался с такими повреждениями. Сначала гибель Маю серьезно на него повлияла, затем — использование души как источник реяцу, и, наконец, этот чертов пустой.

Да у него повреждения сильнее, чем у меня, после смерти! Надеюсь, он все же сумеет восстановить свою душу. Пусть спит.

Я поправил, съехавшее на бок легкое одеяло и вышел из комнаты.

Айзен, я убью тебя! Нельзя так просто ставить подобные эксперименты над живыми людьми. Жди, я лично убью тебя! И плевать я хотел на канон!

Но для того, чтобы убить Айзена, надо стать гораздо сильнее. Что ж, время у меня есть. В Уэко Мундо оно течет в два раза быстрее, чем в Обществе Душ. До событий канона у меня порядка двух сотен лет, которые я, и, надеюсь, Кейго, потратим на то, чтобы сравняться с Айзеном.

Цель ясна. Теперь посмотрим какой стартовый капитал мы имеем.

Начал я с внутреннего мира, что и логично — раз в нем сейчас нахожусь с него и начинать. К тому же, отсюда легче всего разобраться, что я из себя теперь представляю.

Большую часть мира занимает пустыня — олицетворение силы пустого. Значит, эта сила теперь преобладающая. А вот тот участок равнины, что сохранился, вызывал сомнения: моя это сила или Кейго? Непонятно. И если это сила одного из нас, то где второго? Или та переходная полоса и есть моя сила? Вопросы, на которые я пока не знаю ответа.

На всякий случай, я проверил «космос» — вдруг там тоже что-то есть?

Но нет — этот мир был единственным источником света. Цвет его изменился: он еще оставался желтым, но стал гораздо более холодным. Как у солнца зимой, даже холоднее.

Вернувшись в мир, я попробовал провести изменение ландшафта.

Ну что могу сказать — это оказалось бесполезно. Нет, мир по-прежнему слушался меня, и пустыня благополучно изменялась на плодородную долину и покрывалась ковром трав, только вот стоило мне ослабить контроль…

Ладно, с чем мог здесь разобрался. Пора во внешний мир. Надо проверить, что я могу, на практике.

Первым делом, я проверил способности синигами. Точнее — возможность создавать кидо. Теперь-то я могу их произносить.

— Хадо № 33 Сокацуй! — Ничего не произошло. Хм, а если так:

Заканчиваю заклинание, и с моей руки с ревом срывается мощный поток синего огня.

Получилось! А я сомневался, — все-таки я теперь пустой, хоть и не совсем, а они кидо не владеют. На кидо, кстати, расходовалась реяцу из источника синигами. И она восполнялась! Ну да, Сон Души и Звено Цепи, как ни странно, были невредимы, хотя и серьезно пострадали в битве с Айзеном. Получается, во время пустофикации он их восстановил? Звучит логично, хоть и не припомню такого, но я, в тот момент, был слишком занят пустым, мог и пропустить. Или механизм их восстановления изначально закладывался в процесс?

Теперь уже не узнать. Главное, что они работают. Было бы проблематично сражаться с Айзеном, имея только силы пустого.

Кстати, насчет нее: это теперь основная моя сила. Надо научиться ей пользоваться. И Кейго научить, когда очнется.

Интересно, а форма пустого убирается? Должна, у вайзардов-то убиралась. Да и у Ичиго.

Я мысленно попытался убрать форму пустого. Не тут-то было. Как я ни пытался ее убрать, ничего не получалось. Наконец, мне надоели бесплотные попытки, и я бросил это дело.

Может, ничего не выходит, потому что я занпакто, а у Кейго легко получится принять человеческую форму? А может, так и должно быть — вайзарды приняли человеческий облик только при помощи Хогёку Урахары. Но, буду надеяться, у нас, все же, ситуация как у Ичиго. Если принимать меня за внутреннего пустого, то Кейго, когда вернет контроль над телом, вернется в привычную для себя форму. Но ждать этого, судя по всему, еще долго.

Но вернемся к способностям пустого. Отрицательная реяцу, сейчас, составляла основу нашей энергетики. Её уровень был где-то на уровне гиллиана, ставшего на путь адъюкаса. То есть значительно больше, чем у обычного гиллиана, но существенно меньше, чем у самого захудалого адъюкаса.

Уровень же положительной реяцу существенно снизился: от старого уровня Кейго осталась где-то треть. Если брать суммарный уровень реяцу, то он вырос процентов на сорок, но что-то я не испытываю к Айзену ни малейшей благодарности.

Что там у нас могут пустые? Серо, сонидо, бала, поиск — никогда не запоминал как он называется, — иерро, открытие гарганты, негасьон и какое-либо индивидуальное умение, которое может быть усилением перечисленного, или чем-то принципиально иным. Посмотрим, что из этого я могу.

Начал я с серо. Концентрирую духовную энергию из источника пустого в одной точке. В моей руке медленно начинает появляться красный шар. Хм, оказывается, он действует не только на моей энергии — в формирующийся шар с огромной скоростью втягивались частицы из окружающего пространства. Получается, в Уэко Мундо, из-за высокой концентрации духовных частиц, эта способность особенно сильна.

Наконец, формирование серо завершено. Выпускаю его, и в сторону ближайшего дерева несется красный, постепенно расширяющийся луч.

Ой, я не хотел: дерево, в которое угодило серо, затрещало, накренилось, а затем, с громким стуком рухнуло на землю. Как они здесь вообще растут, если от серо ломаются?

Хотя, это дерево было довольно небольшим по местным меркам. Вот то, на котором я сижу, таким серо точно не сломать.

Ну что я могу сказать про серо: мощно, но медленно. Я его формировал секунд пять. Для боя — уйма времени. Да и скорость полета не впечатлила — при помощи сюмпо или сонидо уйти проще простого. Еще и жрет много — на его формирование у меня ушла где-то десятая часть резерва.

В общем, чтобы получилось что-нибудь вменяемое, придется долго и упорно тренироваться.

Но этим я займусь позже — сейчас желательно выяснить все свои способности.

Следующим номером шло сонидо. Оно практически ни чем не отличалось от сюмпо, но работало на отрицательной реяцу. Ну, в сюмпо я тоже мастером не был — во внутреннем мире его было не натренировать — слишком поздно я обнаружил «космос». Так что над этим направлением тоже еще работать и работать. Хотя, в отличие от напарника, у меня с контролем все в порядке — проблем с освоением возникнуть не должно.

Дальше я попробовал освоить бала. Получилось это на удивление просто. Нужно всего лишь уплотнить реяцу, формируя из нее «снежок» и отправить этот «снежок» во врага. Ничего сложного. Даже не знаю, почему в каноне бала владели только арранкары. Или, оно у меня получается, потому что я сам в какой-то степени арранкар? Хотя скорее вайзард. Только не я, а Кейго. Я же вообще не пойми кто — в каноне слившиеся с пустым занпакто были, но отдельного названия не имели.

Прикольная штука это бала: убойная мощь у нее низкая, зато летит быстро, да и формируется на порядок быстрее, чем серо. Против всякой мелочи самое то. Да и в серьезном поединке может помочь — при помощи него можно отвлечь или дезориентировать противника. Еще бы было немного поубойней. Но это уже мечты.

Что там дальше? Поиск? Я им и так владею. Значит — открытие гарганты. Но тут я не преуспел — просто не представляю, как это делать. Честно говоря, особо и не старался — не к спеху это. В мире людей, а тем более Сообществе Душ, мне делать в таком виде нечего.

С негасьоном у меня тоже ничего не получилось, но я не особо расстроился. Этой техникой владеют только гиллианы и никто больше. Уж не знаю почему. Наверное, вследствие своей безмозглости. Надо будет посмотреть как они его делают. Может и научусь.

Ах да, есть же еще контроль гиллианов, но это тоже откладывается до встречи этих самых гиллианов.

За то время, что я экспериментировал, поблизости не появился ни один пустой. Точнее они изредка появлялись, но, почувствовав мое духовное давление, спешили убраться подальше. Это обычные пустые. Гиллианов, или, не дай Бог, адъюкасов поблизости не было. Я еще не достаточно освоился с телом, чтобы связываться с последними.

Да, кстати. Чтобы не привлекать ненужного внимания, нужно скрыть реяцу.

Ну, это просто — надо всего лишь не позволять реяцу вытекать за пределы тела. Не совсем, конечно, — реяцу, все же, должна циркулировать, но большую часть внутренней энергии этот прием скрывает.

Ну и на последок — иерро. Это скорее не умение, а пассивная способность, выраженная в повышенной прочности кожи за счет реяцу. Хотя. Можно, ведь, туда дополнительную реяцу направлять.

Иерро у меня было. Но особо прочным бы я его не назвал. Мои собственные когти, при некотором усилии, оставляли на коже вполне ощутимые царапины, которые, впрочем, тут же заживали.

А теперь добавим в иерро реяцу. На лицо значительное уплотнение — когти уже ничего не могут сделать, как бы я ни пытался. Но. Стоило добавить реяцу теперь уже в когти, и ситуация свелась к предыдущей.

Ясно. Над иерро тоже работать и работать. Буду постоянно держать его в активном состоянии, может и улучшится. Правда, это плохо сочетается с маскировкой, но где-то половину реяцу я все же скрою. Достаточно, чтобы мной не заинтересовался какой-нибудь адъюкас.

Все. Со способностями пустого более-менее разобрался. Есть еще индивидуальная особенность, но ее выяснить не так-то просто. Со временем узнаю.

Теперь же, я приступил к тому, что беспокоило меня больше всего — проверка своих способностей занпакто.

Я вынул свое бывшее вместилище из ножен, и, чувствуя себя идиотом, произнес фразу активации шикая:

— Изменяй, Ранд!

Ничего не произошло. Пробую снова и снова, пытаясь вложить во фразу-активатор все свое желание вызвать шикай. Ни-че-го. Пробую активировать шикай просто усилием воли — вдруг, фраза-активатор мне мешает? Результат тот же. Что бы я ни делал, активировать шикай так и не получилось.

Этого-то я и боялся. Теперь мое вместилище не меч, а тело Кейго. И свойства занпакто мне недоступны. Надеюсь, когда напарник очнется и займет тело, я все же смогу восстановить свои силы. По идее, должен, но мало ли?

Ладно, не раскисать. Все будет хорошо. Ну, а пока Кейго спит, и власть над телом принадлежит мне, нужно как можно лучше освоить новые умения!

Разобравшись с умениями, я серьезно задумался над их развитием.

Со способностями синигами все ясно — надо просто их отработать: улучшить владение сюмпо, научиться использовать двойное и тройное сюмпо, а также научиться применять кидо без заклинаний.

В результате тренировок количество положительной реяцу будет постепенно увеличиваться, и, рано или поздно, достигнет своего предыдущего значения, а затем превзойдет его. Нужно лишь время и тренировки.

По-другому обстоят дела с реяцу пустого. У простых пустых, включая адъюкасов, и, возможно, вастерлордов, — с ними ни в чем нельзя быть уверенным — реяцу, путем тренировок не увеличивается. А вот у арранкаров и вайзардов как раз наоборот. Но, тут я не уверен: возможно, у них увеличивается именно составляющая синигами, а реяцу пустого остается без изменений.

Но, даже если у кого-то из них реяцу пустого и увеличивается путем тренировок, то неизвестно, распространится ли это на меня. Хотя, это можно выяснить. Достаточно несколько дней к ряду упорно тренироваться, тратя резерв пустого, и я увижу, есть прирост к силе, или нет.

Этим я и занялся, полностью забив на тренировку способностей синигами — должен же быть резерв на случай опасности. Я, раз за разом, полностью опустошал резерв пустого, ждал, пока он восстановится, и снова опустошал его.

Время восстановления резерва я проводил во внутреннем мире, либо навещал Кейго, который спал и, судя по всему, не собирался просыпаться в ближайшее время, либо сражался в форме пустого с тенью — надо привыкнуть к новому телу.

Стоит отметить, что во внутреннем мире я выглядел по-прежнему, и принимать форму пустого у меня стало получаться далеко не с первой попытки. Все же, манипуляции с живыми существами, включая меня самого, даются мне до ужаса плохо. Я даже удивился, когда удалось в первый раз принять форму пустого — видимо, форма тела все же нашла отражение во внутреннем мире.

Так прошло три дня. Здесь определять время очень сложно — вечная ночь, но я, все же, был занпакто времени.

Так вот, насчет результатов эксперимента: а нет никаких результатов! Если прирост резерва и наблюдается, то он настолько мал, что я его не ощущаю. По-хорошему надо бы продолжить эксперимент, но. Как только я в первый раз опустошил резерв отрицательной реяцу, то сразу же почувствовал сильный голод. По мере заполнения резерва он проходил, но, даже когда резерв полностью заполнился, слабое чувство голода осталось.

С каждым опустошенным резервом чувство голода становилось все сильнее. Во внутреннем мире он не ощущался, но стоило вернутся во внешний…

В общем, продержался я только три дня. Как бы мне ни хотелось этого избежать, придется есть пустых. Я не могу себе позволить игнорировать силу пустого. Иначе, мне не стать достаточно сильным для противостояния Айзену.

Морально, пусть и не до конца, смирившись, что придется пожирать себе подобных, я отправился на охоту.

Начать я решил с гиллианов. От простых пустых толка будет мало, да и поглотить гиллиана мне психологически легче — они безмозглые.

В том, что справлюсь с меносом, я не сомневался — я банально сильнее, а если еще и разум учитывать. Сомнения вызывала у меня возможность его поглотить. Нет, поглотить-то я его смогу, но вот сколько времени на это уйдет? А если представить, как это будет выглядеть. Впору забить на силу пустого.

Единственное, почему я вообще решил напасть на меноса, это надежда, что кое-какие свойства занпакто у меня сохранились.

Сканирую окрестности чувством реяцу, и, довольно скоро, обнаруживаю одинокого гиллиана. В принципе, можно было бы и на группу напасть — они никак не реагируют на нападение, разве что убежать могут. Но это в каноне. Как обстоят дела в реальности неизвестно.

Так что, лучше не рисковать. Вот разберусь с силами гиллиана, так и на группу нападу… или не нападу.

Как ни странно, мы с Кейго за время службы в одиннадцатом отряде так и не встретили ни одного меноса гранде.

Простых пустых — довольно много, даже одного адъюкаса, но гиллианов — нет.

Вот и посмотрю, что он из себя представляет.

А вот и жертва! Приблизившись к гиллиану, отправляю луч серо прямо ему в маску. За эти три дня я довел время формирования серо до двух секунд — все еще долго, но ведь это только начало. Убойность техники тоже несколько выросла — за счет сужения луча.

В серо, как я заметил, чем концентрированнее луч, тем больше урон и скорость полета. Напоминает струю воды под напором. Вот я стремился к тому, чтобы диаметр серо был как можно меньше. Но пока получалось слабо. Хотя, в некоторых ситуациях, большой диаметр луча это преимущество — от него сложнее уйти, при помощи сюмпо. Но тут тоже не ясно — скорость-то у него меньше.

Но вернемся к гиллиану. Ему моего серо хватило за глаза: оно, без особых усилий, пробило ему маску, и менос, пошатнувшись, с грохотом упал на землю.

А теперь самое важное: я достал катану из ножен и, с замиранием сердца, вонзил ее в плоть поверженного противника.

Ну же, работай!

И она не подвела: тело гиллиана стало стремительно распадаться на духовные частицы, которые безудержным потоком начали вливаться в меня!

Будучи занпакто, я ведь тоже впитывал реяцу пустых. Только, тогда я пропускал ее через себя и очищал, теперь же, имея силы пустого, я просто поглощаю ее, становясь сильнее!

Не знаю, почему занпакто могут впитывать реяцу непосредственно, а пустым необходимо пожирать собратьев, но хорошо, что я, все же, не до конца утратил способности духовного меча. Представить себя пожирающим гиллиана я не могу.

Что ж, путь получения силы определен.

От немедленной новой охоты меня удерживало только то, что полученной реяцу еще предстояло усвоится.

Голод, терзавший меня все это время, прошел. Я чувствовал себя бодрым и полным сил.

Что ж, пока реяцу усваивается, надо провести время с пользой. Пора вернутся к тренировкам.

На этот раз, еще и способностей синигами.

Уклоняюсь от луча серо, и во врага летит серия бала. Противник, а это разумный гиллиан, взревел и отшатнулся, но, затем, снова начал формировать серо — бала не нанесли серьезного урона.

На этот раз на пути серо возник желтый полупрозрачный барьер — бакудо № 39 Энкосен.

Луч серо врезался в него и остановился. На пару мгновений. Серо, с легкостью пробив щит, устремилось ко мне!

Вот только меня там уже не было. В то же мгновение, когда рухнул барьер, я ушел с пути луча.

Как выяснилось, я вовсе не утратил способности занпакто; когда моя сущность слилась с пустым, они… тоже слились с пустым.

Проще говоря — пока я в форме пустого, у меня вечный шикай. Есть, даже, ощущение, что мои способности несколько усилились, но уверенности в этом нет — сравнить не с чем.

Впрочем, способности вернулись не полностью. У меня осталась лишь высокая скорость, основанная на пассивном ускорении моего времени и чувство опасности.

Способности замедлять врага я лишился. Также как и возможности вложить всю реяцу в один рывок.

Если на замедление мне было практически плевать, то по поводу рывка я сильно расстроился — он очень хорошо зарекомендовал себя и сильно пригодился бы в битве с Айзеном. Но чего нет, того нет.

Хотя, может он и вернется, когда я вновь стану мечем.

Я с нетерпением ждал, когда же проснется Кейго. Да, сейчас я управлял телом, и это давало мне дополнительные возможности — те же кидо, например, но желания занять его насовсем у меня совершенно не возникало. Я всегда ненавидел всякого рода предателей и, становится одним из них, ну совершенно не желал. К тому же, мне и во внутреннем мире неплохо, а случись что с напарником, я всегда смогу ему помочь, временно захватив контроль над телом — как пустой Ичиго, когда тот кому-нибудь эпически продувал.

Но вернемся к настоящему. Гиллиан вновь начал заряжать серо. Обычно, пустые второго поколения могут использовать серо два, максимум три раза подряд, после чего их резерв опустошается. Этот же, использует серо уже в седьмой раз. Думаю, ему уже недолго осталось до превращения в адъюкаса.

На этот раз я снова использовал Энкосен. Только, в отличие от предыдущего, этот был с заклинанием — я начал читать его заранее и, к моменту, когда серо было сформировано, как раз завершил.

Луч серо ударился в барьер. В прошлый раз он продержался две секунды. Что будет в этот?

Одна секунда, две, три, пять, и, когда барьер уже был готов рухнуть, серо заканчивается.

Слабовато пока. Впрочем, серо этого гиллиана довольно сильно — почти не уступает моему, если, конечно, я его не концентрирую. Научился, противничек, за столько поединков-то.

Да, это не первое мое сражение с этим гиллианом. Впервые я его встретил около полугода назад, когда он напал на безмозглого гиллиана в моих «охотничьих угодьях».

Я тогда неслабо разозлился и чуть его не убил, но, все же, вовремя спохватился.

Это же неплохой партнер для тренировок! Придется сдерживаться, но лучше, чем ничего. В итоге, гиллиан отделался несколькими подпалинами, распоротым боком и меткой, наподобие той, что повесил на меня Айзен, только сильно упрощенной.

От Айзеновской метки я, кстати, давно избавился. Он, видимо, не особо заморачивался, когда вешал ее, и избавится от нее не составило труда.

С тех пор я регулярно нахожу этого пустого и устраиваю с ним спарринг.

Ну, это для меня спарринг, для него же, это битвы не на жизнь, а на смерть, хотя, может он и понял, что я не хочу его убить. Не совсем же он тупой.

Хм… Разумным его назвать тоже язык не поворачивается — скорее уж полуразумный. Как какая-нибудь собака. Довольно умная собака, но, все же, зверь — не человек.

А это еще что? Гиллиан принялся заряжать восьмое серо. Растет — раньше семь серо было его потолком. Да и сильнее они стали.

На встречу лучу гиллиана устремился его аналог моего производства. Лучи встретились на середине пути, и, мой, преодолев сопротивление, устремился к пустому. Впрочем, он был уже сильно ослаблен и серьезного урона не нанес.

Но, хватит на сегодня. Вряд ли менос способен продолжить бой.

Убедившись, что гиллиан больше не способен использовать свое единственное оружие, я развернулся и направился к своему убежищу. Надо проверить как там Кейго.

Прошел уже год с тех пор, как я попал в Уэко Мундо, а он все еще спит.

За это время у него восстановилось только около половины повреждений. Не знаю, при каком проценте целостности души он очнется. Очень надеюсь, что скоро. Одному в Уэко Мундо очень … одиноко. Даже поговорить не с кем. Не сказать, что я большой любитель болтать, но сейчас этого очень не хватает. Хоть с гиллианом разговаривай.

Добравшись до убежища, расположенного в дупле гигантского дерева, я приступил к медитации.

Внутренний мир встретил меня привычным пейзажем. Ничего не изменилось. Разве что пустыня выиграла у долины еще немного территории, да граница между ними стала шире.

Так проявляется то, что силы пустого у меня растут заметно быстрее сил синигами. По уровню реяцу пустого я уже равен слабенькому адъюкасу. Реяцу синигами растет гораздо медленней.

За минувший год ее уровень вырос, примерно, в два раза, что является фантастически быстрым для синигами. Видимо, духовное тело «помнит» свой прежний уровень и стремится его вернуть.

Но, как бы то ни было, сил пустого на порядок больше сил синигами. И этот разрыв продолжает расти. Может, стоит реже поглощать пустых?

Впрочем, это риторический вопрос.

— Привет, напарник! — неожиданно окликнул меня знакомый голос.

Я открыл глаза. Я находился в просторном помещении, освещенном неярким солнечным светом, проникающим через широкие проемы окон. Я встал с лежанки и осмотрелся. Помимо моей лежанки в комнате был еще массивный стол, стоящий у окна. В остальном же, комната была совершенно пуста.

Где это я? Место мне не знакомо. Как я здесь очутился?

Словно в ответ на вопрос, на меня нахлынула череда воспоминаний: вот я сражаюсь с пустым, оказавшимся Маю и случайно убиваю его, вот — появляется Айзен, вот я несусь к нему на полной скорости и наношу удар, вкладывая в него саму душу, вот — белая мерзость летит мне в лицо.

На смену этим воспоминаниям пришли другие: я видел, как превращаюсь в пустого и убиваю родных и близких. Я, даже сейчас, с трудом понимаю, что это сон, а тогда… Меня невольно передернуло. Последнее, что я помню, это Ранд, появившийся в одном из кошмаров и куда-то меня унесший.

Хм, наверное, я как раз там, куда он меня принес, но где это? Надо осмотреть окрестности.

Отворив дверь, я вышел наружу. Перед моим взглядом простиралась зеленая холмистая равнина. Но, простиралась — это громко сказано: на самом деле она ютилась на относительно небольшом участке в несколько километров со всех сторон окруженная бескрайней пустыней.

Никогда раньше здесь не был. Хотя… Равнина кажется мне знакомой.

Точно, очень напоминает мой внутренний мир, вот только там всегда было солнечно, тогда, как здесь небо было полностью скрыто серыми облаками, да и пустыни никакой не было.

И, тем не менее, я склонялся к мысли, что это внутренний мир. Хотя, что гадать — можно и проверить. Усилие воли, и передо мной возникает тень — мой вечный спарринг-партнер в этом мире. Что ж, сомнений в том, где я нахожусь, больше нет. Но где Ранд? И что за изменение мира?

Хотя, если подумать, ответ на второй вопрос становится ясным — так сказывается та белая штука от Айзена, будь он неладен. Но что именно это значит?

Не знаю. Надо вернуться во внешний мир. Но как? Обычно, хватало простого желания, чтобы очутится в нем. Сейчас это не сработало.

Еще есть метод Ранда — он выходил как-то по-другому, но я никогда не интересовался как. Теперь сожалею.

Да и куда он, вастерлорд побери, делся? Неужели с ним что-то случилось? Да не должно — спас же он меня из того кошмара. Значит, был жив после встречи с Айзеном. А раз я жив, значит и мое тело цело. Следовательно с Рандом все в порядке. Разве что… В голове родилась страшная догадка — Ранд погиб, спасая меня.

Верить в это очень не хотелось, но это было единственным разумным объяснением, почему его нигде нет.

Сначала Маю, затем Ранд — мои друзья погибают, а я не могу ничего сделать! Очень некстати вспомнились мучавшие меня кошмары. Я несу только смерть и опустошение.

Зачем жить? Теперь, я даже боюсь вернутся к родным, опасаясь, что кошмары станут явью. Я должен умереть. Жить мне больше не зачем.

Внезапно возникнувшая мысль вернула мне волю к жизни — а ведь во всем виноват один человек: лейтенант пятого отряда Соске Айзен! Я должен его убить!

Но как, если мы вдвоем с Рандом, используя рывок, не смогли ничего ему сделать?!

Ответ прост: надо стать сильнее. Гораздо сильнее. А до тех пор в Сообществе Душ лучше не появляться.

Мелькнула мысль, что можно вернутся и сдать Айзена главнокомандующему, но я отбросил ее — я должен лично его убить. Он слишком мне задолжал.

Мысль о том, как я могу стать достаточно сильным, чтобы тягаться с Айзеном, не имея занпакто, мне, на тот момент, как-то не приходила.

Задумавшись, я не сразу заметил, как в воздухе передо мной, из ниоткуда возникла знакомая фигура.

Похороненный мной Ранд стоял спиной ко мне и вглядывался в даль, совершенно меня не замечая.

Как же я рад, что он жив! Что ж, на один должок к Айзену у меня стало меньше, но это не отменяет желание его убить.

— Привет, напарник! — окликнул я продолжающего неподвижно стоять Ранда.

Не ожидал, что Кейго очнется. У него едва-едва восстановилась половина повреждений. Я думал, что он будет спать, еще, по крайней мере, полгода.

Но как же я рад, что он очнулся! Теперь, наконец, есть с кем пообщаться. Да и развитие пойдет быстрее — пока Кейго тренируется во внешнем мире, я вполне могу делать это, в «космосе».

Вот только интересно, когда напарник займет тело, оно вернется человеческому обличию? По идее должно. Странно мы будем смотреться в Уэко Мундо. Арранкаров здесь пока нет — разве что Старк, да и то, мне неизвестно, когда он стал арранкаром — сейчас он вполне может быть обычным вастерлордом.

Неплохо было бы, кстати, его найти, но как это сделать я совершенно не представляю — Пустой Мир огромен — в несколько раз больше Земли.

— Доброе утро, Кейго! Долго же ты спал! — ответил я на приветствие напарника.

Он изменился. Когда он спал, этого было не заметно: разве что цвет волос — они полностью поседели.

Этот Кейго, в отличие от предыдущего, был какой-то более взрослый что ли?

Весь осунувшийся, — особенно лицо, с седыми отросшими чуть ниже плеч волосами, он ничуть не напоминал себя прежнего. Но главным отличием были глаза: в них не было больше ни капли веселья, всегда присущего напарнику, только печаль, затаенная боль и решимость.

— Как хорошо, что ты жив! — Воскликнул Кейго — я думал с тобой что-то случилось, когда не смог найти тебя здесь, — он указал рукой на окружающее пространство — и что произошло с внутренним миром? Да и вообще, что случилось после нашего поражения Айзену?

Я вздохнул и начал, со всеми подробностями, рассказывать Кейго, что произошло в мире, пока он спал. Разговор предстоял долгий.

… значит, мое тело слилось с пустым? — уточнил Кейго.

— Да нет же! Это я слился с пустым и, если ты займешь тело, облик пустого исчезнет.

— И все же нет. — с непоколебимой уверенностью сказал парень — Понимаешь, те кошмары, из которых ты меня вытащил… Я… боюсь. Я очень боюсь, что произошедшее в них может повторится в реальности. Поэтому, я не буду возвращаться в это тело.

— Уверяю тебя, я полностью контролирую пустого, да и нет здесь никого, кому ты можешь навредить! — пытался я настоять на своем.

— И все же нет. Я пока не готов. — Покачал головой Кейго. — Возможно позже, когда воспоминания о кошмарах поблекнут… но сейчас — нет! И не напоминай мне больше — я просто не могу этого сделать!

— Хорошо, напарник — сдался я. — Значит, ты не хочешь занимать тело потому, что оно запачкалось пустым?

Что ж, обещаю, я найду тебе новое тело!

Ну, а пока… Не думай, что, находясь во внутреннем мире, ты сможешь избежать тренировок!

— И не думал, напарник, — печально улыбнулся Кейго. — Если это поможет мне стать сильнее..

— Очень хорошо! Начнем прямо сейчас. — Заявил я, ожидая возражений, но, так и не дождавшись их, продолжил.

— Итак: тема нашего сегодняшнего занятия: Управление течением времени внутреннего мира…

С момента пробуждения Кейго прошло пять месяцев. К моему расписанию: охота — тренировка способностей синигами — тренировка способностей пустого, добавились еще тренировка Кейго.

С управлением внутренним миром он более-менее разобрался. Что-то давалось ему лучше, что-то хуже.

Например: время он мог замедлять всего в сто четырнадцать раз, против моих, уже, 342х. В остальных направлениях Кейго тоже от меня отставал, но, ведь, у меня было двенадцать лет, чтобы научится всему этому.

Зато, он мог создавать живых существ! Не разумных — этому что-то мешало, но всяких птиц, зверей и гадов ползучих, напарник насоздавал огромное количество, что, несмотря на общую мрачность пейзажа, заметно оживило внутренний мир.

Тренировки у нас с ним состояли из двух этапов. Сначала шла разминка: мы с Кейго устраивали тренировочный поединок, используя все возможности управления миром. Точнее: он все, а я старался подстроится под его уровень. Получалось это у меня довольно плохо. Поэтому разминка длилась ровно до тех пор, пока Кейго не создавал опасную для меня ситуацию (тогда я, рефлекторно, использовал что-нибудь помощнее и поединок заканчивался), или, что гораздо чаще, сам ошибался и попадал под мою атаку.

Тренировки эти выглядели весьма опасно и были бы таковыми, если бы не Кейго. Он мог практически мгновенно залечить любые травмы, если только оставался в сознании. На его собственную душу это, к сожалению не распространялось.

После «разминки» мы переносились в «космос» и устраивали уже полноценную тренировку, которая очень напоминала детские игры.

Включала тренировка следующие этапы: догонялки — мы носились друг за другом в сюмпо и пытались догнать; прятки — один максимально маскировал реяцу, а другой, с закрытыми глазами, пытался его найти.

Третьим этапом шла отработка кидо.

Иногда, мы совмещали догонялки и отработку кидо — получалось что-то типа войнушек. Когда Кейго научится хорошо чувствовать реяцу, можно будет и «прятки» в «войнушку» включить.

Да, во всех этих упражнениях мне приходилось сдерживаться, иначе, пользы для Кейго не было бы никакой — сюмпо и контроль реяцу не его сильные стороны. Зато потом…

Потом я разрешал напарнику использовать частицу внутреннего мира, и тогда сдерживаться приходилось уже ему.

Так что, тренировка была полезна для нас обоих.

Я не забыл про свое обещание найти напарнику тело. Есть у меня одна идея по этому поводу. Точнее идеи две, но вторая, в случае Кейго неосуществима — вряд ли он захочет менять это тело, которое хоть и было заражено пустым, но все же его родное, на тело настоящего пустого — гиллиана.

Так что вариант у меня остается один.

Не знаю, как мое вмешательство повлияло на канон, но, сейчас, надеюсь что никак.

Потому что для осуществления плана мне нужен Урахара Киске. И, желательно, в мире живых.

Да, план прост — заявится к шляпнику и попросить создать для Кейго новое тело. Думаю, его это очень заинтересует. Главное, чтобы он на этом и ограничился, а то мало ли, что придет в его безумно-гениальную голову…

План прост, но есть два нюанса.

Первый: как вы себе представляете здоровенного монстра вваливающегося к вам в дом? Лично я попытался бы его приложить всем имеющимся. Не думаю, что Киске поступит иначе. Да и о Сообществе Душ забывать не стоит — они, по-любому, отреагируют на появление пустого.

Второй нюанс заключался в том, что я, до сих пор, не умею открывать гарганту, а ведь Урахару, да и саму Каракуру, надо будет еще найти…

Но ладно, это потом. Для начала нужно стать достаточно сильным, чтобы Урахара, в компании с двумя другими капитанами, вздумай они атаковать, не смогли убить меня… сразу.

О том, чтобы, в ближайшее время превзойти эту троицу и речи быть не может.

Хотя Урахара сейчас гораздо слабее себя же, через сто лет, но есть еще Богиня Скорости — не доводилось видеть ее в деле, но такие прозвища просто так не дают — и главный маг Сообщества Душ. В общем, та еще компания.

Как можно быстро стать сильнее? Тут вариант только один — охотится на адъюкасов. К тому же, гиллианы, уже почти не дают прироста сил, так что настала пора подняться из Леса Меносов на поверхность — здесь адъюкасов практически не встречается.

Задумал я это давно, но осуществить решился только сейчас, когда моя маскировка стала более-менее приличной.

Боевые навыки тоже заметно подросли, и мне не терпелось опробовать их на сильном противнике.

Мощное серо в потолок решило проблему с поисками выхода. Пролетев в образовавшуюся дыру, я оказался в бескрайней пустыне, сильно напоминающей мой внутренний мир.

— Потише нельзя было, напарник? — возмутился моей безалаберностью Кейго. — Ты так всех пустых сюда соберешь!

Да, он стал гораздо взрослее — раньше сам бы поступил точно также, а сейчас возмущается.

— Вот и проверим наши навыки маскировки — усмехнулся я. — А если навыки маскировки откажут — придется проверять несколько иные навыки…

— Бега, например. — Не разделил моего энтузиазма Кейго.

— Ну, зачем же сразу бега? — не согласился я. — Мы, все-таки, владеем сюмпо…

На самом деле, я тоже опасался, что привлеку внимание группы адъюкасов или, не дай Король Душ, вастерлорда. Но последние, к счастью, встречаются очень редко, а от группы адъюкасов я, в крайнем случае, всегда сумею убежать.

Искать выход было откровенно лениво, да и вполне возможно, что его кто-нибудь контролирует. Поэтому-то, я избрал такой способ проникновения на поверхность.

Меня, все же, заметили. Причем сразу, как только я поднялся на поверхность пустыни.

— Кто это тут у нас буянит? Ай-ай-ай, как нехорошо! — Произнесла здоровенная уродливая тварь, напоминающая помесь кузнечика-переростка и носорога: задние лапы, да и лапы вообще были от кузнечика, — все остальное от носорога.

Помимо задних, явно прыгательных конечностей, у него было еще две пары лап. Они, как и задние, были насекомьего типа, но предназначались явно для бега.

Размером адъюкас, а это был именно он, достигал два метра в холке и около четырех в длину. Все его тело покрывала прочная на вид костяная броня, из которой торчали длинные острые шипы.

— А тебе какое дело? — отозвался я. Не сказать, что я рассчитывал избежать драки, скорее наоборот, но поговорить перед ней можно — вдруг, что интересное узнаю, хотя это вряд ли.

— Ты потревожил мой покой и, поэтому, умрешь! — Не стал тянуть кота за… лапку пустой и бросился в атаку.

Тварь ушла в сонидо и на огромной скорости устремилась ко мне, намериваясь проткнуть своим рогом!

Черт, как же быстро! Такого быстрого мгновенного шага я еще не встречал. Возможно, Йоруичи могла бы потягаться с ним в скорости, но пока не увижу ее в деле, не поверю — уж очень быстр оказался пустой.

Будь я самую малость медленнее, тут бы мне настал конец.

Я еле-еле успел уйти с траектории этого монстра, пропуская массивное тело в паре метров от себя.

Тварь вышла из сонидо, развернулась и вновь устремилась ко мне. На этот раз я был готов, и уйти с пути монстра было заметно проще.

Пока пустой разворачивался, я успел отправить в него серо, но, на концентрированное времени у меня не хватило, а это оставило лишь подпалину на шкуре, никак серьезно не повредив врага.

Хм, да он действительно напоминает носорога: такая же толстокожесть, такие же прямолинейные атаки на бешеной скорости, а вот повторно в сонидо он уходит довольно медленно — ему надо развернутся мордой к врагу.

А еще — в этот раз я успел заметить — перед уходом в сонидо пустой совершает очень мощный и быстрый толчок задними лапами. Так вот откуда такая скорость! Ну что ж, теперь я знаю, как с тобой справлюсь, носорожек!

В очередной раз пропускаю адъюкаса мимо себя и, пока тот не успел развернуться, запускаю серо, но целюсь не в шкуру — это бесполезно, а в сочления задней ноги.

Есть, попал! Надеюсь, регенерация у тебя не очень быстрая, иначе даже не знаю как с тобой разобраться.

Носорог, как будто и не замечая травмы, развернулся ко мне и приготовился атаковать.

Неужели лапа уже зажила?

Но мои опасения оказались напрасны: пустой, как ни в чем не бывало, совершил свой фирменный толчок задними лапами и ушел в сонидо, но…

Полноценно оттолкнулся он только правой ногой — левая была повреждена. И это критически сказалось на исходе боя — вместо стремительного рывка вперед, пустого развернуло в полете и неслабо приложило о землю!

Ну и я медлить не стал: оказавшись возле противника я с силой вонзил острие духовного меча тому в маску! Враг начал стремительно распадаться на духовные частицы, и сила рекой потекла в меня.

— Это, конечно, хорошо, что ты справился, — заметил Кейго — но тебе не кажется, что оставаться здесь дальше, опасно?

— Да, ты прав, но не оставлять же адъюкаса здесь? К тому же, я не чувствую поблизости врагов. Ой, уже чувствую!

Ко мне стремительно приближалось пять источников реяцу. Пора делать ноги. А пустой, как назло, еще не полностью поглотился. Хотя… я подхватил остатки противника бакудо, замаскировал реяцу и на всей возможной скорости устремился прочь.

Вот уже месяц, как я здесь. За это время я охотился только один раз, кроме того, первого.

Дело в том, что пустые третьего поколения усваиваются гораздо дольше гиллианов, но и прирост сил дают гораздо более заметный.

Эти два адъюкаса — второй был довольно слабый и умел только пулять слабое серо, да посредственное сонидо; он сам напал на меня, купившись на маскировку реяцу, за что и поплатился — дали мне пятнадцати процентное увеличение резерва. Причем прирост сил от второго в несколько раз уступал таковому от первого. Да, мощная была зверюга.

Думаю, это пока я слаб по меркам адъюкасов прирост сил идет быстро. Вскоре, он должен замедлиться, а на то, чтобы сравнятся с вастерлордом, уйдет уйма времени.

Надеюсь, хоть усвоение реяцу у меня ускорится, а то полумесячное ожидание серьезно замедляет процесс обретения силы.

Впрочем, это относится только к силе пустого. В перерывах я продолжаю тренировки, и сила синигами постепенно растет. Медленнее, чем хотелось бы, но что есть, то есть.

Только, во внутреннем мире я стал бывать гораздо реже. Все же, вероятность того, что на мое убежище наткнется какой-нибудь не в меру любопытный адъюкас, пока я пребываю во внутреннем мире, далеко не нулевая.

Остается, только, надеяться на свое чувство опасности, да пореже заходить во внутренний мир. Ничего, Кейго и сам тренироваться может.

Мне очень не понравился мой бой с носорогоподобным пустым — я, практически, ничего не мог ему сделать.

Хорошо хоть догадался по лапе бить. А если бы у него была мощная регенерация?

Тогда, наша с Кейго история на этом бы и закончилась — я бы даже убежать не смог. Так что, после того боя я серьезно задумался, что могу противопоставить подобным противникам.

Выходило, что практически ничего. Единственное, что здесь может помочь это старый добрый удар мечом. Ну, еще концентрированное серо, но зарядить его я вряд ли успею.

Кидо было бесполезно. Может восьмидесятые-девяностые хадо и бакудо окажутся эффективными против адъюкасов, но я ими, к сожалению, не владел. Первые же четыре десятка были почти бесполезны, хотя стоит над этим подумать, может и найду им применение в бою.

Вообще, чем отличаются кидо меньшего порядка, от кидо большего порядка?

В основе лежат минимально необходимое для активации количество реяцу, максимальная емкость и сложность структуры.

Это общее для пути связывания и пути разрушения. Теперь о различиях.

Начальные заклинания пути разрушения весьма просты. Они, в большинстве своем, представляют собой сгусток реяцу, преобразованный в какой-либо тип энергии. В основном, это различные виды огня, но встречается молния, кинетическая энергия, ветер и, даже, яд и свет.

Также, к начальным четырем десяткам относятся вариации использования тех же типов энергии при помощи занпакто. Духовный меч, в данном случае, резонирует с заклинанием и существенно его усиливает.

К сожалению для синигами, это применимо только для простых заклятий. Хадо, начиная с сорок первого, имеют сложную структуру, которая плохо сочетается с пропусканием через занпакто. Проще говоря, она разваливается. Но есть и специальные кидо высокого уровня, разработанные специально для применения с помощью занпакто. В основном они относятся к седьмому-восьмому десятку.

Да уж, учителя кидо в Уэко Мундо не найти, так что вся эта красота мне не светит. Будем довольствоваться тем, что есть.

А есть у нас четыре десятка начальных хадо. Чем плохи начальные хадо? Они имеют довольно гибкую структуру, и в них можно вбухать довольно много энергии, но, все же, конечное число — иначе структура может развалиться, или, что гораздо хуже, взорваться. А еще, начальные хадо это просто энергия, и особых повреждений они не наносят. По крайней мере, защищенным противникам. Серо гораздо эффективнее. Из-за того, что основано на отрицательной реяцу.

То есть, получается, все известные мне хадо бесполезны из-за меньшей эффективности. Хотя… Хадо № 39 Плевок Небесного Змея.

Оно создает небольшую область ядовитого вещества, внешне напоминающего зеленое пламя.

Не пользуется успехом, потому, что довольно сложно и очень опасно в освоении, хотя старшекурсникам его все же показывают, но учить крайне не рекомендуют, а против пустых оно малоэффективно. Ну, как мало: если попадет на незащищенный участок — капец пустому, но вот если на броню…

Это заклинание обладает весьма малой проникающей способностью. Попав на броню или маску пустого (если не заденет глаз) оно просто стечет на землю, не причинив никакого вреда. А если вспомнить, что большинство пустых бронированы…

В общем, практики этого заклинания встречается довольно редко. Но вот если попасть в глаза, или рану…

Тогда заклинание распространится подобно пожару, разлагая духовные частицы в теле пустого.

Рану, правда, еще нанести надо. С занпакто это заклинание, к сожалению, сочетается плохо — при длительном контакте оно может повредить духовному мечу. Не сильно, но все же… Я бы не хотел, чтобы с моей помощью, в бытность мою мечом, использовали это хадо. Другие занпакто, думаю, меня поддержат.

И все же, было бы замечательно применять это хадо так — нанес небольшую рану и все — нет противника. Только против вастерлордов или арранкаров это кидо не действенно даже в ране — их плотность реяцу слишком высока.

Хадо более высокого порядка обычно обладают большей емкостью и более сложной структурой. Чаще всего, это объединение нескольких начальных хадо одного типа. Например: Сорен Сокацуй — объединение двух Сокацуев, а хадо № 77 Хёга Сэйран — приспособленное под занпакто и умноженное хадо № 34 Сэйран.

Также часто встречается усиление начальных кидо за счет существенной доработки структуры. От начальных заклинаний там остается только тип энергии.

Ну и отдельно стоит выделить девяностые хадо. Это заклинания огромной сложности и мощи. Вот, что не уступает, а значительно превосходит серо. В основе их лежат совсем другие принципы, чем в предыдущих девяноста. Ими владеют только настоящие мастера кидо. Надеюсь, я тоже когда-нибудь войду в их число…

Теперь о бакудо:

Тут заклинания весьма различны, и малые номера отличаются от высоких, в первую очередь, емкостью. Следует различать барьерное и, непосредственно, связывающее бакудо.

Барьерное бакудо по своим свойствам сходно с хадо. То есть, в барьеры можно вливать довольно много реяцу, укрепляя их.

Связывающее кидо этого лишено. Его структура довольно статична. Его тоже можно усиливать вливая реяцу, но в совсем небольшом диапазоне. Если его превысить, кидо моментально развалится. На этом, кстати, основан метод избавления от бакудо — просто выпустить свою реяцу. Бакудо переполнится и развалится. Но если реяцу недостаточно, то это только укрепит заклинание, так что, тут стоит трезво оценивать свои силы.

По этой же причине, все известные мне бакудо, помимо Энкосена, абсолютно бесполезны. Против адъюкасов. Доводись мне сражаться с синигами, вплоть до лейтенанта, они будут очень кстати. Замедление, пусть и на пару мгновений, может стоить жизни — сюмпо-то никто не отменял…

Но хватит теории — пора приступать к практике. Адъюкас полностью усвоился, и мне пора на охоту.

Высвободив часть реяцу так, чтобы соответствовать совсем слабому адъюкасу, я, используя не быстрое сонидо, отправился на поиски жертв. Не быстрое, потому что я верен своим принципам — есть только тех пустых, которые сами на меня нападают, за исключением гиллианов, конечно. Если же использовать быстрое сонидо, враги могут и не успеть на меня среагировать, а долго охотится мне не охота.

О, а вот и жертва: здоровенный адъюкас, напоминающий пингвина — даже ласты есть, — только весь покрытый длинными острыми шипами, да и маска не соответствует — она напоминала цилиндрический шлем — запустил в меня довольно мощным серо.

Мощным, но, для меня, довольно медленным. Так что, уклонится проблем не составило. В ответ запускаю во врага несколько бала — прощупать оборону. По реяцу пустой процентов на двадцать превосходил меня, но в бою, в первую очередь решает, все же, не реяцу.

Решает умение. А еще скорость: что толку от мощного удара, который не попадает по противнику? Хотя реяцу тоже очень важна.

Пустой полностью оправдал мои ожидания — бала он словил все, но сколько-нибудь значимого ущерба не понес. То что нужно: «толстый» и медленный. На нем-то я и буду кидо тренировать.

Мой старый спарринг-партнер — разумный гиллиан из Леса Меносов — как-то избавился от метки, еще, когда я сам был там. Тут варианта два: либо его съел другой разумный гиллиан, хотя скорее адъюкас — с гиллианом-то мой знакомый справился бы, либо он сам стал адъюкасом, а метка спала в процессе трансформации.

Еще возможно, что он просто повредил метку, но это, опять-таки указывает на то, что он с кем-то серьезно сражался.

Надеюсь на второй вариант — я успел к нему привязаться.

— Не теряй бдительности. — Напомнил мне Кейго. — Раз этот адъюкас до сих пор жив и сумел набрать столько реяцу, то должен иметь в запасе какую-нибудь пакость.

— Хорошо, напарник, буду начеку — успокоил я его. Да, эпизод со смертью Маю крепко врезался нам обоим в память. Никогда не стоит недооценивать незнакомого противника. Так что, я приступил к бомбардировке противника всякими низкоуровневыми кидо, сохраняя повышенную бдительность.

Эффекта от них было… Как от бала до этого. То есть практически никакого. Легко уходя от атак противника, я посылал в него различные комбинации заклинаний: молния, огонь, лед, снова огонь — все без толку.

Наконец, когда сил синигами у меня осталось совсем немного, я решил таки проверить действе тридцать девятого хадо.

В очередной раз уйдя от серо, я оказался прямо перед лицом противника. Это было необходимо, чтобы точно попасть в прорезь маски.

— Хадо № 39 Плевок Небесного Змея!

Сфера ядовитого пламени летит точно в глаза врагу, а меня, внезапно, буквально прошивает взбесившимся чувством опасности! У врага оказалась-таки припасена пакость, и пакость серьезная: чувство опасности уверенно говорило мне, что я не смогу от нее увернуться!

Раз не могу увернуться, остается только один выход:

— Энкосен! — Я чувствовал, что времени нет даже на сокращенный вариант заклинания, довольствуясь одним его названием.

Поэтому, когда множество шипов, покрывавших тело моего противника, на огромной скорости устремились ко мне, барьер не выдержал.

Не выдержал, но несколько снизил скорость их полета, поэтому второй рубеж обороны — иерро — пробило всего несколько шипов. Да и те вошли неглубоко.

Но и этого оказалось достаточно: попытавшись тут же подняться с земли, куда меня повалили шипы, и уйти в сонидо от возможной атаки противника я, с ужасом, осознал, что не могу двигаться. Похоже, меня сейчас будут есть. Потренировался, блять! А ведь готовился ко всяким сюрпризам, но, что-то не помогло.

Ладно, без паники — нужно попытаться сбросить с себя паралич. Как? Да просто выпустить всю реяцу. Вон и Кейго что-то такое кричит. Только будь я на месте врага, не дал бы себе такой возможности.

Ежесекундно ожидая добивающего удара, — лежа на земле, противника я не видел — выпускаю реяцу, медленно смывая с себя паралич. Секунды, кажущиеся годами, идут, а удара все не следует. Чего же ждет враг?

Наконец паралич спадает, и я, со всей возможной скоростью, ухожу в сонидо.

Теперь можно и посмотреть, почему адъюкас не атаковал.

Я поискал глазами врага и… нашел. Только не врага, а то, что от него осталось.

На песке Уэко Мундо сиротливо лежала маска в виде цилиндрического шлема и шкура пустого, как будто выеденная изнутри.

Но что с ним произошло?!

— Видимо, в шипах был не только парализующий яд, но и отупляющий. — Вмешался Кейго — видимо, я рассуждал вслух. — Это же очевидно, напарник. Вспомни, что ты делал, когда получил заряд шипов.

Хм, действительно, этот яд отупляет. Иначе я бы сразу вспомнил, что отправил в пустого предположительно смертельно заклинание.

— То есть, ты хочешь сказать, что это результат Плевка?

— Ну да, пока ты паниковал, я мог во всей красе полюбоваться, как умирает этот пустой. — Голос Кейго слегка дрожал. — Бр, не хотел бы я попадать под этот твой Плевок. Никогда не думал, что он настолько эффективен. Я-то его так и не освоил, как и никто из моих сокурсников, насколько я знаю.

— Да, не любят ваши преподы это кидо: если, неправильно создав Сокацуй или Шаккахо, ты отделаешься ожогами, то тут малейшая ошибка приведет к гибели — сам видишь, что от него осталось. — Я указал рукой на шкуру пустого. — Даже поглощать нечего. Придется идти на новую охоту.

— Не наохотился на сегодня? — ехидно поинтересовался напарник.

— Есть то что-то надо. — Возразил я ему.

На этом наш разговор завершился. Прихватив остатки пустого — повешу в убежище, будут мне напоминанием — я направился на очередную охоту.

На этот раз все прошло гладко. Молодой адъюкас, напавший на меня, ничего особенного не умел, а может и умел, но не успел использовать — все закончилось слишком быстро: серо с его стороны — ухожу; отправляю серию бала, которые дезориентируют врага, и в завершение, — серо. Пустому этого хватило.

Впитав его сущность, я уже было собирался возвращаться в логово, как мое внимание привлекли несколько источников реяцу, появившиеся на границе моего восприятия.

Обычное, в общем-то дело — группы адъюкасов встречаются довольно часто. Только вот, один из этих источников был мне как-то смутно знаком…

Максимально скрыв реяцу, я приблизился к этой группе пустых, а это оказались именно они: группа из трех адъюкасов, двое из которых были несколько слабее меня, а последний заметно превосходил, окружила четвертого.

Этот четвертый и являлся источником знакомой реяцу. Только, я никак не мог вспомнить, где же ее встречал.

Выглядел он как очень крупная — немного крупнее амурского тигра — пантера, только не черного, а огненно рыжего цвета. По уровню реяцу этот пустой примерно соответствовал мне.

Подобравшись на достаточное расстояние — это не составило труда: пустые совершенно не следили за окружающим пространством — я прислушался к разговору.

Он, судя по всему, подходил к своему завершению.

— В последний раз повторяю: присоединяйся добровольно к фракции владыки Гадеса, иначе нам придется приволочь тебя силой! — Проговорил предводитель троицы адъюкасов. Внешне он напоминал средневекового рыцаря: все его тело покрывали пластины прочной на вид костяной брони. На сгибах локтей и плечах красовались внушительные шипы. Такие же шипы, только поменьше, были и на костяшках пальцев.

Довершала картину, напоминающая рогатый рыцарский шлем, маска. Только меча и щита не хватает для полноты образа.

Два других пустых тоже отдаленно напоминали людей, облаченных в доспехи, но выглядели далеко не так внушительно.

— В последний раз повтор-ряу, не собир-раусь я вступать ни в какуу фракциу. Отстаньте уже со своим владыкой! — ответил им котоподобный голосом, которым, на мой взгляд, и должны разговаривать кошки. От голоса кота Матроскина из мультфильма он отличался только несколько большей мягкостью и чистотой.

— Что ж, ты не оставляешь нам выбора. Ганс, Ульрих, взять ее! — Приказал «рыцарь» своим подчиненным.

Что, её? Так это не пустой, а пустая! То-то мне голос странным показался. Но где же я ее встречал?

События, тем временем, набирали оборот.

— Есть! — Одновременно ответили оба пустых и бросились в атаку.

— Ну, попр-робуйте, мелюзга! — ответила кошка, встречая, вышедшего из сонидо на мгновение раньше товарища, Ганса мощным ударом лапы, сопровождающимся оранжевым свечением.

Не хилый вышел удар: четырехметрового пустого отбросило словно пушинку! Отлетев метров на десять, он и остался там лежать — на груди адъюкаса, в дополнение к основной, зияла еще одна дыра. Не сквозная, но пустому от этого было не легче — обгорелая плоть, с торчащими из нее осколками брони, выглядела жутко.

Второй пустой оказался более ловок. Он сумел увернутся от удара хвоста и последующим за ним ударом лапы, и, даже, вскользь задел кошку ударом руки, но на этом его успехи кончились: пустая, коротким сонидо разорвала дистанцию, и зарядила в противника серией бала!

Да, несомненно, это были бала. Они отличались от моих только цветом — бала кошки были оранжевые, под стать ее шерсти — и убойной мощью. Как не печально это осознавать, снаряды пустой были гораздо убойнее моих аналогов — они сами по себе нанесли пустому заметный урон, а уж последующее за ними серо… В общем, адъюкасу настал каюк.

Так-так: серия бала, последующее за ними серо — да это же моя тактика! И вообще, откуда она знает о бала? Обычные адъюкасы им не владеют. Да еще реяцу эта знакомая…

В замешательстве, я, даже, высказал эти мысли напарнику.

— Либо отупляющий яд еще действует, либо с тобой что-то не то. — Отозвался Кейго. — Но, думаю, ты, все же, скоро догадаешься. — Не стал делиться он своими мыслями.

Ну ладно, можно и погадать малость. Отгадка где-то на поверхности. Это либо какая-то знакомая Кейго, ставшая пустым, возможно, при помощи Айзена, либо я встречал эту пустую уже здесь.

— По-моему тебе пора вмешаться, если не хочешь потерять нашу знакомую. — Прервал мои мысли напарник.

За размышлениями, я совсем упустил происходящее из виду, а зря — картина боя резко изменилась.

Оба пустых, противостоявших кошке, валялись на песке Уэко Мундо без признаков жизни, зато в битву вступил их командир.

И очень результативно вступил. Начало сражения рыцаря и кошки я пропустил, но, сейчас, второй приходилось очень не сладко. На ее боках отчетливо виднелись несколько ран от ударов рыцаря, и, хотя они уже почти зажили, в целом, картина боя явно была не в пользу кошки.

Не удивительно. С такой-то разницей в реяцу. Резерв рогатого превосходил мой и, соответственно, ее где-то раза в три.

Таких сильных пустых я еще не встречал. И он еще не вастерлорд! Ощущается, как адъюкас. Не знаю почему, но я уверен, что вастерлорды ощущаются по-другому. К тому же, рыцарь говорил что-то о фракции владыки Гадеса.

Это, видимо, и есть вастерлорд, которому он служит.

Бой, между тем, скатился в избиение. Кошка просто не успевала реагировать — для нее противник был слишком быстр и силен. Рыцарь легко уходил от ударов лап и хвоста, а на бала, изредка посылаемые кошкой, просто не реагировал — его броня прекрасно справлялась с этими отнюдь не безобидными снарядами.

Сам же он наносил сильные и точные удары, оставляя на теле пустой очередные раны.

Наконец, ему явно надоело избивать кошку. Мощнейший удар в живот заставил ее подлететь в воздух и, обрушившись на землю, замереть в неестественной позе, злобно сверкая глазами.

— Если ты хочешь вмешаться, сейчас самое время — напомнил мне Кейго.

Я и сам думал об этом, но что я могу сделать? Боюсь, даже самое мощное мое серо оставит на рыцаре лишь неглубокую рану. И по скорости он мне практически не уступает.

На Плевок тоже надежды нет: во-первых, им надо попасть в глаза или рану, что, учитывая скорость противника, очень сложно, а во-вторых, сомневаюсь я, что он подействует — плотность реяцу противника слишком уж высока. Разве что…

Эта мысль появилась у меня совсем недавно, когда я размышлял о природе кидо, и я еще не успел проверить соответствие моих мыслей действительности. Как раз сегодня собирался.

Что ж, придется проводить испытания в боевых условиях.

Ну, а если не получится… Думаю, убежать я смогу. А пока пустой будет гонятся за мной, у кошки должно хватить ума смыться — это сейчас она не может шевелится, но быстрая регенерация, в той или иной степени, присуща всем пустым. Ну, если арранкаров не брать.

— Не надейся, что умрешь сейчас! — обратился рыцарь к поверженной пустой. — Я доставлю тебя в цитадель, где тебя ждет долгая и мучительная смерть. А ведь не убей ты ребят, то все бы обошлось — наш владыка милостив к принявшим его волю.

Кошка, в ответ на эту пафосную речь, лишь продолжала злобно сверкать глазами.

— Да, убивать я тебя не буду, — протянул рыцарь, начиная формировать меж рогов.

Серо. — Но лишить возможности передвигаться стоит! — завершил он фразу, когда серо полностью зарядилось.

И именно в этот момент я, наконец, завершил формирование собственной атаки! Не люблю бить в спину, но они сами, обладая качественным и количественным преимуществом, принуждали эту пустую вступить в какую-то там фракцию, а потом обещали казнить. Так что успокоения для собственной совести я нашел быстро.

Идея атаки была довольно проста. Если занпакто усиливает кидо, пропущенное через него, то что будет с серо? Тип энергии другой, но, помня, как развивался, будучи занпакто, я решил рискнуть. Сформировав серо наивысшей, доступной мне, концентрации, я пропустил его через занпакто. То засветилось красным цветом и аж завибрировало. Лишь бы не сломалось — мелькнула в голове мысль.

Луч энергии, ставшей, почему-то, насыщенного синего цвета, с неимоверной скоростью устремился к пустому, грозя не оставить от него даже воспоминания. Я, даже, успел подумать, что так и кошку может заодно снести, но рыцарь доказал, что не зря является обладателем столь мощной реяцу.

За мгновение, прежде чем его настигло серо, он что-то почувствовал и, даже, сумел среагировать.

Нет, уйти от атаки он не смог. Зато сумел встретить мое серо своим. Тем, что предназначалось кошке.

Не знаю, что было бы, бей он в полную мощь, но это серо было не очень сильным — оно продержалось против моего лишь несколько мгновений, впрочем, несколько снизив его силу. И пустой, которого должно было испарить, выжил, хоть и оказался сильно изранен: у него не доставало левой руки и куска туловища, которое, впрочем, на глазах заживало.

— Кто ты, и зачем пошел против владыки?! — воскликнул он, глядя на меня.

Поговорить вздумал? Ну уж нет. Надо добить его, пока не восстановился.

Устремляюсь к пустому и наношу удар занпакто в маску. Не тут-то было — рыцарь с легкостью заблокировал мой выпад здоровой рукой. От довольно сильного удара на броне осталась лишь небольшая царапина. Да как его убивать?! А рана от серо продолжает затягиваться! Когда он полностью восстановится, мне придет каюк. Стоп, рана. Точно же — рана!

Уклоняясь от мощного удара ноги, я оказался со стороны поврежденного бока.

— Хадо № 39 Плевок Небесного Змея!

Было сложно уворачиваться от ударов противника и готовить кидо, но я справился. Ядовитая сфера устремилась к противнику и впилась прямо в рану от серо!

Но особых результатов это не принесло — только регенерация прекратилась, да пустой, на мгновение, застыл на месте от сильной боли.

Не нравится? Держи добавку! — Следом за кидо устремилось несколько бала, расширяя рану.

Рыцарь взревел и яростно кинулся на меня. Рога и шипы на его уцелевшей руке засветились зеленым светом. Похоже, меня сейчас будут убивать.

Спешно формирую серо и пропускаю его через занпакто. В тот же момент, свечение на шипах и рогах рыцаря достигает своего апогея, и, слившись, устремляется ко мне в виде зеленой молнии.

Снаряды сталкиваются, и молния, постепенно продавливая серо, устремляется ко мне, но, не долетев буквально пары метров, рассеивается. Вот это мощь! А ведь обычно в формировании молнии участвует и левая рука. То есть, эта молния была ослаблена где-то на треть. Да и про ранение рыцаря забывать не следует.

Однако, надо с ним заканчивать, пока он еще одной молнией не зарядил. Сонидо.

Оказавшись перед противником, наношу удар заряженной реяцу левой рукой, который противник легко блокирует, а теперь…

Несколько бала устремляются прямо в глаза рыцарю, и пока тот не успел оправится, с силой наношу колющий удар занпакто прямо в маску! Есть! С огромным трудом, но меч, все же, пробил маску пустого. Я, буквально, потонул в водовороте силы, вливающейся в меня! Тело охватила невиданная легкость. Казалось, сейчас я могу свернуть в бараний рог не только какого-то вастерлорда, но и всю эспаду с Айзеном в придачу.

Не знаю, сколько это длилось, но, когда я пришел в себя, кошка уже стояла на ногах и недоверчиво меня рассматривала.

— Ты! — Неожиданно воскликнула она и зарядила в меня серией бала, от которых я ушел только благодаря повышенной скорости, да, вовремя предупредившему меня, чувству опасности.

— Разве так встречают своих спасителей? — Произнес я, выходя из сонидо на безопасном расстоянии от этой сумасшедшей.

— Так встр-речают своих мучителей! — возразила она, не предпринимая, впрочем, больше попыток атаковать. — Хотя, ты пр-рав, что бы ни было р-раньше, сейчас ты меня спас. Можно сказать, что мы в р-расчете.

Мучителей, о чем это она? Не припомню, чтобы кого-то мучил. Наверное, она меня с кем-то путает. Но почему ее реяцу мне знакома?!

И тут до меня наконец дошло, где я встречал похожую реяцу. Подобная, но довольно сильно отличающаяся, была у того гиллиана, с которым я тренировался в Лесу Меносов! Не удивительно, что реяцу изменилась — все-таки он стал адъюкасом. Точнее она.

— Так ты и есть тот гиллиан? — На всякий случай уточнил я.

— О, узнал, наконец. — Согласилась она. — Р-раз уж мы знакомы, предлагаю убр-раться отсюда и обсудить пр-роизошедшее в безопасном месте. Жаль их бросать, — она указала лапой на трупы пустых, — но сюда, с минуты на минуту могут прибыть их товар-рищи, так что поглощать времени нет.

— Это не проблема, — возразил я, подхватывая пустых кидо. — Веди в свое безопасное место.

— Господин Гадес, группа Зигфрида, включая его самого, уничтожена! — проговорил вастерлорд, напоминающий закутанного в плащ невысокого и довольно щуплого человека, обращаясь к существу, которое Ранд, будь он здесь, непременно счел бы за арранкара.

Мощная двухметровая фигура была облачена в темно-серый доспех готического типа с небольшой дырой в районе груди. За спиной Гадеса развивался такого же цвета меховой плащ. На голове сидела, образованная из остатков маски, диадема, того же, темно-серого цвета. Из-за спины арранкара торчала витая рукоять двуручного меча. Да-да, вы угадали — темно-серого цвета.

Единственное, что имело другой цвет, это лицо и волосы Гадеса. Шикарная грива густых волос, тоже, поначалу, темно-серых, спадала до пояса, постепенно становясь все более светлой, и, в конце, поражала своей безукоризненной белизной.

Лицо владыки тоже было очень бледным — почти белым и совершенно безэмоциональным. Ранду бы оно, непременно, напомнило бы о Кучики Бьякуе или Улькиорре Шифере.

— Как это произошло, Меркуцио? Кто поверг седьмую опору? В наши земли заглянул кто-то из соседей-вастерлордов? Они забыли, чьей милостью до сих пор живы? — На холодном лице владыки проступили признаки гнева.

— Как ни странно, но нет, владыка. — Развеял его предположения Меркуцио. — Это сделал адъюкас. — ошарашил он своего владыку, что, впрочем, никак не отразилось у того на лице, и, не дожидаясь вопросов, продолжил рассказ.

— Группа Зигфрида преследовала пустую, которая убила довольно сильного адъюкаса из Ваших подданных. Нам нужны сильные подданные, и, для того, чтобы завербовать ее в наши ряды, Зигфрид и его фраксьены отправились на место.

Пустая еще была там — она только-только поглотила убитого адъюкаса. Эта кошка — голос Меркуцио выражал презрение — отказалась вступить в фракцию и оказала сопротивление, убив обоих фраксьенов Зигфрида.

Но самого Седьмого повергла не она. Вам лучше видеть это самому — произнес он, и в воздухе возникла трехмерная картинка произошедших событий.

Вот, сильнейшее серо, которое больше пристало вастерлорду, чем адъюкасу, тем более столь слабому, летит в Зигфрида, вот — тот встречает его своим, но не выдерживает противостояния и получает серьезную рану; вот — молния гнева — особая способность Зигфрида — летит в странного пустого, но тому удается ее остановить.

Завершился просмотр видом меча, устремляющегося прямо в маску Зигфриду.

— Извините, Владыка, мои способности основаны на том, что я вижу глазами тех, с кем предварительно установил контакт, так что, дальнейшего мы не увидим.

— Я знаю, Меркуцио, незачем лишний раз напоминать мне. — Произнес Гадес, все тем же, безэмоциональным голосом. — Меня заинтересовал этот пустой. Распорядись, чтобы его доставили ко мне. Живым. Я хочу с ним поговорить.

— Будет исполнено, Владыка! Что делать с кошкой?

— Что хочешь, мне она не интересна.

— … став адъюкасом, я хотела найти тебя и за все расквитаться, но осознавала, что на тот момент ты сильнее. — Энъен — так звали пантеру — состроила печальную физиономию, что на ее кошачьей морде смотрелось весьма забавно. — Я решила выбраться на повер-рхность, набр-рать сил, а уж потом возвр-ращаться и мстить — зеленые глаза кошки кровожадно блеснули. — И вот, когда я сочла себя достаточно сильной, чтобы спр-равиться с тобой, появился этот пустой…

Мы сидели в небольшой пещерке, куда Энъен привела меня, и беседовали.

Энъен не помнила свою жизнь до того, как стала пустой. Только имя, но и то, что это именно ее имя, она поручится не могла, но, все же, решила взять его себе. Будучи пустой, она вела себя так же как и остальные пустые — то есть охотилась на других пустых и, однажды, угодила в побоище всех против всех, предшествующее рождению гиллиана. Как не сложно догадаться, сознание Энъен взяло верх в образовавшемся меносе.

По ее словам, реальность она воспринимала урывками, как будто спала и время от времени просыпалась, а потом вновь засыпала. Вновь полностью осознала себя, она только став адъюкасом.

— Но я не забыла, как ты меня мучил! — Напомнила мне кошка. — Впрочем, я тебе даже чуть-чуть благодарна: не будь этих издевательств, именуемых тобой тренировками, тот пустой меня бы убил…

Это был довольно сильный адъюкас — где-то на треть сильнее меня. Он выловил кошку, когда та сидела в засаде. Внешне он напоминал вставшего на задние лапы жука, гуманоидной конституции тела. Как там фильм был? Человек-муравей, вроде. А это человек-жук.

Появившись из сонидо перед пантерой, чем изрядно напугал ту, он предложил ей вступить во фракцию Владыки Гадеса на что получил твердый отказ — у кошки были свои планы. Не добившись желаемого, он напал на Энъен.

— Было сложно, но мои огненные снар-ряды, или, по-твоему, бала, опалили ему усики, и он стал гор-раздо медленнее р-реагир-ровать. В итоге, огненный всплеск — она взмахнула лапой с появившемся на ней оранжевым свечением — р-решил ситуацию в мою пользу.

Но кошка, как она сама признала, была молодой и глупой: она принялась есть адъюкаса прямо на месте сражения. И, даже, успела доесть, прежде чем появилась уже знакомая мне троица.

Их главный представился Зигфридом и сообщил Энъен, что раз она убила одного из фракции Владыки Гадеса, то обязана занять его место.

— Этот Зигфрид долго пытался меня убедить. Говор-рил, что служить Гадесу честь, что ему подчиняются даже вастерлорды, что мне не надо будет больше есть других пустых, чтобы избежать регресса. Будь я в трезвом уме, то, наверное, согласилась бы, но эйфория от поглощения сильного пустого сделала свое дело — я его послала. — Кошка горестно вздохнула. — Дальнейшее ты знаешь.

— Думаю, нас будут искать, — сказал я, когда моя новая знакомая завершила свой рассказ — поэтому лучше пока держаться вместе. Так проще отбиться.

— Я за — так буде пр-роще тебе отомстить — заявила кошка. Надеюсь, в шутку.

— Я буду следить за ней, напарник. — Успокоил меня Кейго.

— Вот, теперь ты все обо мне знаешь. — Нарушила Энъен затянувшуюся паузу. — А я о тебе не знаю почти ничего. Р-рассказывай.

И я рассказал. Все и без утайки. Разве только то, что я попаданец опустил. Об этом не знает никто, хотя Урахара, да и Кейго, возможно, догадываются.

— Значит вас двое. Вот почему ты так силен. — Непонятно с чего сделала вывод Энъен. Я не стал ее разубеждать.

— Твоего товарища зовут Кейго? Он слышит нас?

— Да, но ответить может только через меня.

— Бр-росай этого мучителя и экплуататр-ра, Кейго, пер-реселяйся ко мне. — Обратилась кошка к напарнику, напрочь меня игнорируя.

— Экая ты быстрая — не успели познакомится, а уже друзей переманиваешь! — Возмутился я.

— А что, интересное предложение — в голосе напарника слышались веселые нотки. — Там меня хоть мучить на тренировках не будут…

— Он согласен. — Передал я кошке слова Кейго.

— Эй, я же пошутил/а! — Хором возмутились они.

Мы с Энъен решили покинуть ставшую опасной территорию. Мы не знали, в какую сторону двигаться, поэтому решили идти строго на луну. Рано или поздно, но владения Гадеса мы покинем.

Возможно, уже покинули, но, в данном случае, лучше пере, чем недо. Раз уж этому Гадесу вастерлорды служат. Да кто он вообще такой? Кому могут служить вастерлорды? Другому, гораздо более могущественному, вастерлорду? Арранкару? Или кому-то принципиально иному. Ответов на эти вопросы у нас не было, и вряд ли они появятся в ближайшее время.

Перемешались мы при помощи сонидо, до половины резерва кошки, а затем шли пешком — если нас настигнет погоня, нужно иметь силы для драки.

По пути нам встретилось несколько крупных групп адъюкасов, которые кого-то искали. И что-то подсказывает мне, что этим чем-то были мы. Приходилось затаиваться и огибать их по широкой дуге.

Но все же, как бы мы не прятались, под конец второго дня путешествия погоня настигла нас.

Это оказались два адъюкаса. Каждый где-то на треть сильнее меня. А ведь после поглощения сил Зигфрида, мой резерв пустого увеличился на тридцать процентов. И это еще далеко не вся реяцу успела усвоится.

Я заметил их издали, но не спешил скрываться. Противники показались мне не особо опасными. К тому же… Один бы я смог скрыться, но не бросать же Энъен?

— Попались! — воскликнул один из адъюкасов, выходя из сонидо. Внешне он напоминал человека. Трехметрового человека в набедренной повязке с дырой в районе сердца и маской, на которой застыла безумная улыбка. Его товарищ, напоминающий кинг-конга из фильма, но, все же, несколько меньшего размера, молча сверлил нас взглядом.

— Позвольте представиться: я — Восьмая Опора Трона Владыки Ральф Безумный. — Обратился к нам «улыбчивый». — А это — он указал на «кинг-конга — Тринадцатая Опора — Гунк.

— Гунк-гунк. — отозвался его спутник, продолжая сверлить нас взглядом.

Что-то меня смутило в его фразе, но я не уловил, что?

— Зигфрид, которого ты завалил, — обратился Ральф ко мне — был, кстати, седьмым.

Точно! Я понял, что меня смущало: реяцу.

Почему у тринадцатой и восьмой опоры реяцу почти одинаковое количество? Или он ее скрывает? Но зачем?

Да нет. Я бы почувствовал. На таком расстоянии-то.

Или я не правильно понял, и номер опоры присуждается не по силе.

Последнее, кажется, я высказал вслух, потому что Ральф ответил.

— Все ты понял правильно — по силе. Но именно по силе, а не количеству реяцу!

Реяцу у меня, от чего-то, почти не растет, — он печально склонил голову — но вот моя сила… Ее хватит, чтобы уничтожить тысячи таких, как вы, жалкие букашки! А-ха-ха-ха-ха! — Внезапно расхохотался он.

А в следующий миг, Ральф, продолжая смеяться, закрутился на месте, а взвывшее чувство опасности, бросило меня в сторону. Место, где я только что стоял, пронзило серо. Серо оранжевого цвета.

На меня напала Энъен, но почему?! Посмотрев на кошку, я понял — с ней что-то не так. Она кружилась на месте и, время от времени, посылала серии бала или серо в невидимого врага.

Ральф продолжал кружиться и хохотать. Единственным, кто вел себя адекватно был Гунк.

Та-ак, Ральф Безумный, безумие, охватившее Энъен — все ясно. Но почему его сила не коснулась меня? Или он может контролировать только одного противника? Черт, голова кружиться! Кажется, я тоже начинаю попадать под действие безумия. Или уже попал?

Надо как можно быстрее это прекратить.

Сказано — сделано. Несколько секунд, и синее серо пробивает маску и не подумавшего увернутся Ральфа! Головокружение стремительно проходит, а Энъен без чувств падает на землю.

И только сейчас начинает действовать Гунк.

Яростно взревев, он устремляется ко мне, намериваясь размазать своими гигантскими кулачищами. Но с его скоростью, опасности для меня он не представлял.

Выгадав момент, я пропустил серо через меч и, некоторое время, мог любоваться картиной огромной сквозной дыры в груди «кинг-конга». Впрочем, она практически мгновенно затянулась, а Гунк, кажется, стал двигаться заметно быстрее, и его реяцу несколько возросла. Что это с ним? Не нравится мне это. Надо быстрее с ним заканчивать.

Регенерируешь? Что ж, есть у меня тактика против тебя!

Очередное синее серо перебило оби ноги гиганта, и, пока тот не успел восстановиться, я устремился к его голове и вонзил меч прямо в маску. Победа!

Ну, а теперь… Пора отсюда линять! Подхватив бесчувственную Энъен и обоих пустых кидо, я постарался как можно быстрее покинуть это место.

Элизиум. Дворец Владыки Гадеса.

— Владыка, мы их обнаружили! — Доложил Меркуцио, сидящему на резном троне из белого камня, Гадесу.

— Кому это удалось? — безучастно спросил Владыка.

— Это сделали Ральф и Гунк, но…

— Ральф? Надеюсь, Гунк сумел вовремя вывести его из безумия и тот пустой еще жив…

— Все не так, господин. Восьмая и Тринадцатая Опоры пали. — Огорошил Меркуцио своего владыку.

— Получается, есть еще кто-то, кроме Гунка, на кого безумие Ральфа не подействовало. Интересно…

— Возможно, он просто прячет свою силу, а на самом деле, его плотность реяцу достаточна, чтобы противостоять безумию. — Решил возразить вастерлорд.

— Нет, Меркуцио, здесь что-то другое. И скоро мы узнаем что… — Губы Гадеса сложились в некое подобие улыбки.

— Отправь за ним Пятого.

— Слушаюсь, Повелитель, но почему именно Пятого, а не Первого или Третьего?

— Этот пустой очень быстр. Особенно, для своей ступени развития. От всех, кроме пятого, он сумеет сбежать. Если же и пятый не справится, — Гадес поднялся с трона, и вокруг стремительно похолодало — я займусь им сам!

Пятая Опора Трона Владыки был несколько удивлен, когда к нему заявился лично Вторая Опора. Обычно, Второй передавал все приказы Владыки удаленно, при помощи своей силы, но сейчас, почему-то, решил заявится лично. К чему бы это?

— Приветствую, Пятый. Не отвлекаю?

— Что тебе нужно, Меркуцио? — Перешел сразу к делу Пятый.

— Как не вежливо! — Усмехнулся его собеседник. — Но ладно, к делу — так к делу. У меня тоже нет особого желания с тобой рассусоливаться.

— Ты ведь знаешь о смерти Зигфрида? — спросил он после непродолжительного молчания.

— Что за вопрос?! — Возмутился Пятый. — Об этом знают все в Элизиуме, если не во всей Фракции. Какому-то адъюкасу очень повезло.

— А знаешь ли ты, что этому адъюкасу «повезло» справится еще и с Ральфом и Гунком? И, кстати, я не назвал бы его адъюкасом.

— Что?! Восьмая опора пал? Но его силе могли противостоять только вастерлорды, или стоящие на пороге превращения адъюкасы. — Поразился Пятый. И только тут до него дошел смысл второй половины фразы.

— Не адъюкас? Так он вастерлорд?!

— Нет, по духовной силе он не дотягивает даже до Тринадцатой Опоры, — возразил Второй — но его сила очень необычна.

«И опасна» — добавил он про себя. — «Меч, напоминающий занпакто синигами, отсутствие дыры пустого, странные серо» — Способности этого существа напомнили Меркуцио некоторые из способностей Владыки. Потому, он и пришел к Пятому лично.

— В чем же заключается эта необычность? — Заинтересовался Пятый.

— Скоро сам все увидишь — не стал делится выводами Второй — ведь Владыка поручил тебе привести к нему этого пустого. Координаты ты получишь. Однако, у меня будет к тебе одна просьба… — Меркуцио сделал небольшую паузу, после которой завершил фразу, которая, в зависимости от реакции Пятого, могла стоить тому жизни:

— Этот пустой не должен встретиться с Владыкой. Разве справедливо, что тот, кто убил троих из нас будет жив. Да еще, возможно, войдет в наши ряды? Я считаю, что нет. Убей его, Пятый! Ты сделаешь это?

— Ослушаться приказа Владыки — возмутился тот. И, когда Второй уже решил, что от строптивого вастерлорда надо будет избавиться в ближайшее время, завершил фразу. — За просто так?!

О, — улыбнулся Второй — никто и не говорил, что за просто так! Мне кажется, что имя Четвертый, тебе подходит куда больше, чем Пятый.

И, глядя в загоревшиеся глаза собеседника, добавил: — Постарайся сделать это, как бы случайно. Я могу изменять то, что показываю, но, возможно, Владыка потребует просмотра в реальном времени…

Удалившись на достаточное расстояние от места боя, я остановился и отдышался. Да уж, тяжело перемещаться в сонидо с таким грузом — я бросил взгляд на свою поклажу. Энъен, как и тело пустого, мирно покоилась в путах тридцать восьмого бакудо. Второго пустого я успел поглотить во время движения, и, на этом, моя поглотительная способность временно угасла — еле-еле «доел» эту обезьяну.

Что-то долго кошка без сознания. Неужели, та атака так сильно на нее повлияла? Но присмотревшись внимательнее, я понял, что Энъен просто спит.

Впервые вижу спящего пустого. Но это не помешает моему коварному замыслу:

— Хадо № 5 Гейзер!

Струя воды, сорвавшаяся с моих ладоней, устремилась прямо к спящей пантере.

Реяцу я вложил совсем немного, поэтому такого эффекта не ожидал: Энъен подскочила словно ужаленная и, громко шипя, запустила в меня несколько бала.

— Не делай так больше, идиот! — Возмутилась она, стряхивая с шерсти остатки воды.

— Я, ведь, не просто не люблю воду — моя реяцу содержит элемент огня, и вода, попавшая на шерсть, мне очень неприятна — пояснила она.

— Ну, извини — повинился я — больше не буду так делать. — Хм, неловко получилось — как будто вместо воды, я использовал, скажем, кислоту, но выглядела Энъен в этот момент весьма забавно.

— Перекуси — обратился я к кошке, указывая на труп пустого — ты, должно быть, потратила немало сил. Что с тобой, кстати, произошло?

— Помню, появились те два адъюкаса, — ответила Энъен, приступая к трапезе, — а затем все как-то смутно: появилось огромное количество вр-рагов, а ты куда-то исчез. Я била их всем, чем могла, но меньше их не становилось. Потом я потратила все силы и вырубилась. Получается, ты со всеми ими спр-равился? — Закончила пантера свой рассказ.

Так вот оно как действовало! Хорошо, что я избежал той же участи. Интересно только как?

— Так и есть — ответил я кошке. — Только врагов было гораздо меньше, чем ты думаешь. Ты попала под действие силы одного из них. Вот тебе и казалось, что врагов много. Кстати, ты меня своим серо чуть случайно не убила! — Не удержался я от шпильки.

— Убьешь тебя, как же… — проворчала она, но в голосе слышались виноватые нотки.

— Ксо! Какая же я дур-ра! — Неожиданно произнесла Энъен, закончив трапезу. — Мы, ведь, могли уйти с помощью гар-рганты и не пришлось бы ни с кем ср-ражаться!

— Так ты умеешь её открывать? — Удивился я. Такая мысль мне в голову отчего-то не приходила.

— А ты, разве, нет? — В свою очередь удивилась кошка. — Знание, как откр-рывать гар-рганту было у меня всегда.

— Вот оно как. Так чего мы ждем? Открывай ее быстрее!

— Вовремя я вас нашел! — Произнес небольшого роста пустой, буквально появляясь из воздуха.

В отличие от остальных виденных мною пустых, этот был одет. Серое кимоно было заправлено в такого же цвета гетры. Маска, у этого пустого, напоминала капюшон, с закрывающими лицо полосами «ткани». Только вот, боюсь, «ткань» эта попрочнее стали будет. Руки нашего нового противника заканчивались некими подобиями индийских пат[1]. Дыра пустого у него располагалась в районе шеи. Не уверен, но, вроде, это значит, что он умер от удушья.

Та-ак, небольшой рост, одежда — это, должно быть вастерлорд, но почему я совсем не ощущаю его духовной силы? Неужели, она так велика?!

— Позвольте представиться: я пятый из Опор Трона Владыки Гадеса. Имени у меня нет. Все зовут меня просто Пятый. Я специализируюсь на незаметных убийствах. Я мог бы разделаться с вами так, что вы до конца ничего и не заметили бы, но считаю это скучным. Поэтому, дал вам небольшой шанс. На этом вступительную часть считаю законченной. Поехали!

Он в мгновение ока оказался рядом с Энъен и вонзил одну из рук-пат ей в бок.

— Минус один — произнес вастерлорд, оказываясь возле меня.

Почему минус, он же ее только ранил? Но вскользь брошенный взгляд подтвердил слова пустого — Энъен неподвижно лежала на песке. Впрочем, судя по всему, она была жива, просто не могла шевелиться. Парализующий яд?

Дальше рассуждать мне не дали. На меня обрушился град ударов, который я сдерживал с огромным трудом — враг был гораздо быстрее меня.

Черт! Что же делать?! Долго я так не продержусь! Да и сейчас мне казалось, что враг пару раз мог меня достать. Один раз в руку, второй раз в бок, но, отчего-то не сделал этого. Не увидел? Наверное. Других объяснений у меня нет.

— А ты не плох, — сказал Пятый, разрывая дистанцию — но мне надоело с тобой возиться. — Пустой, неожиданно, буквально растворился в воздухе.

Пятый был приятно удивлен. В кои-то веки удалось нормально размяться с реальным противником, а не на этих скучных тренировках, которые иногда проводились среди Опор по поручению Владыки. В тех тренировках не было самого главного — риска. Владыка тщательно следил, чтобы опоры не поубивали друг друга. Так что, добравшись до реального противника, который может хоть как-то ему противостоять, Пятый был счастлив. Он бы с удовольствием поиграл с этим странным адъюкасом еще, но если Владыка действительно следит за поединком…

Задание лучше выполнить как можно скорее. Причем, задание, вовсе не пленить адъюкаса…

Пятый хотел во время боя как бы случайно нанести удар в маску, но, к удивлению, это не вышло. Вастерлорд несколько раз мог достать противника, однако, все эти удары были бы не смертельны. Владыка очень бы удивился, вздумай Пятый добить противника, попавшего под действие парализующего яда. Продлись поединок еще некоторое время, и у Пятого получится задуманное, но за это время, придется не нанести еще несколько парализующих ударов. И если два удара можно списать на невнимательность, то пять или шесть… Владыка может и опустить его до Шестой Опоры.

Так что, решил Пятый, надо заканчивать быстро. Из невидимости он нанесет удар, который противник «случайно» заметит и заблокирует. А вот второй удар, опять-таки «случайно» попадет в маску. Все должно выйти правдоподобно.

Черт! Куда он делся? Совсем его не ощущаю. Да и раньше не ощущал, а теперь еще и не вижу. Ничего не могу сделать. Остается только ждать удара и надеяться, что я его замечу и успею среагировать. Больше ничего.

— Настала моя очередь тебя спасать, напарник. — Услышал я голос Кейго. А затем, меня затянуло во внутренний мир.

— Ускорь время, у тебя это лучше получается — были первые слова Кейго, когда я очутился во внутреннем мире. Что ж, сделаем.

— И как ты собираешься меня спасти? — Спросил я напарника, который задумчиво смотрел на меня. Его седые отросшие волосы развивались на ветру.

— Я могу тебя еще немного ускорить за счет увеличения скорости твоего метаболизма, но до этого Пятого тебе будет все равно далеко. Так что, я решил рассказать тебе о своих силах, а как их использовать — сам решай.

— И давно ты так можешь? — Изумился я.

— С момента боя с Ральфом — это я защитил тебя от его безумия. С тех самых пор… — сделал он паузу — как стал занпакто.

— Сейчас не время удивляться — вывел меня из ступора напарник — время, хоть и замедленно, но течет, а тебе, сейчас, будет важно каждое мгновение. — Кейго был как никогда серьезен.

— Должен сказать тебе еще кое-что: мое новое имя — Крео. Не сказать, что я против старого, но сейчас тебе понадобится именно это. А теперь, пора рассказать тебе о своих способностях…

Пятый уже собирался нанести удар, как заметил, что глаза его противника остекленели и он начал падать на землю. Он что, сознание от страха потерял? Так выполнить поручение Меркуцио становится нереально. Видимо, придется забить на него. Гнев Владыки гораздо страшнее недовольства Второго. Но все же, очень жаль: место четвертого было у него в кармане — Второй всегда сдерживает обещания — а тут такой облом. Приспичило же этого пустого в обморок упасть. Вставай и сражайся, трус!

И, словно в ответ на эти мысли, тело, только-только упавшее, зашевелилось, и поднялось.

— Создавай и Очищай, Крео! — Произнес противник Пятого, и меч в его руках поплыл, превращаясь в резной посох, заостренный к низу и увенчанный трилистником сверху.

Что это?! Насколько знал Пятый, только мечи синигами и Владыки могли менять свою форму. Но синигами его противник явно не был.

Значит… Он такой же, как Владыка! А Второй хочет его смерти, потому, что боится, что тот станет слишком силен и станет, вместо него, Правой рукой Владыки. Не принимать же в расчет Первого. Он хоть и был машиной для убийств, но в дела Фракции предпочитал не вмешиваться.

Значит, ценность этого задания очень велика. Можно будет стрясти с Меркуцио много чего еще, помимо места Четвертого, может, и до Третьего удастся подняться…

Но, сначала, его нужно выполнить.

С этими мыслями, Пятый устремился к противнику, намериваясь провести свою комбинацию. К удивлению, это не получилось — противник отбил не только первый удар, но и второй, который должен был стать смертельным.

«А он стал быстрее» — отметил про себя вастерлорд. «Хотя до меня ему еще далеко. Что ж, раз так, то можно завершить все в поединке — никто не заметит, что смертельный удар нанесен не случайно…»

Блок, блок, блок, уклонение, блок! Я снова с трудом сдерживаю атаки противника. Удается это мне только благодаря чувству опасности. Оно неслабо прокачалось и уже почти тянет на джедайское Боевое Предвиденье.

— Что-то ты снова стал медленным, выдохся? — Спросил меня противник, разрывая дистанцию.

— Не твое дело! — Я сам бросаюсь на врага.

— Так не терпится умереть? Жаль, мне приказали доставить тебя живым… Но покалечить-то я тебя могу!

Хм, что-то не похоже. Я абсолютно уверен, что он намеренно целился в маску, а вот остальные участки старался не задевать.

Удар, удар, удар, а теперь… Я отпускаю посох и хватаю руки противника своими.

— Что ты делаешь, самоубийца! — Удивляется тот. И небезосновательно: лезвия его пат глубоко входят мне в грудь.

— Побеждаю… — хриплю я, а в следующее мгновение враг выгибается дугой — мощное серо оранжевого цвета врезается ему в спину! Враг пытается вырваться, но я крепко держу его — Кейго, или, правильнее, Крео, значительно усилил меня, позволяя непродолжительное время удерживать вастерлорда. А серо все длится и длиться, медленно, но верно отнимая жизнь врага.

— Не может быть, он же парализована… — пораженно произносит вастерлорд.

— Видишь ли, мой занпакто целительного типа — решил пояснить я. — И пока мы с тобой сражались, он снимал паралич с моей спутницы. Трудно делать это на расстоянии, вот ему и потребовалось время. Вот собственно и все. — Сказал я, заряжая серо прямо в маску пустому.

— Энъен, Кейго, — какие же вы у меня молодцы! Вместе мы можем справится с любым врагом! — Произнес я, из последних сил пытаясь, не потерять сознание.

— Не всегда же, тебе меня спасать. — Голос кошки лучился довольством.

— Да, это было впечатляюще. — Произнесла фигура, закованная в броню темно-серого цвета.

А затем я, все же, потерял сознание…

Урахара Киске пил чай. Чай, по мнению ученого, был не очень. Нет, на самом деле, это был превосходный чай, но с его аналогом, заваренным Тессаем, не шел ни в какое сравнение.

Сейчас Тессай исследовал магические практики индейцев где-то в Америке, и чай Урахаре приходилось заваривать самому, что вызывало у него легкое раздражение.

Прошло уже три с половиной года, как Урахара, в компании еще с десятью капитанами и лейтенантами Готей 13, покинул Общество Душ. Тогда, благодаря полученной от Кейго и его странного меча информации он был уверен, что ему удастся остановить Айзена. Однако не смог.

Более того — его самого выставили виновником случившегося. Так что, пришлось срочно бежать в Мир Живых.

Как ни странно, несмотря на учиненный Йоруичи в зале совета погром, их никто не преследовал.

У Урахары сложилось четкое впечатление, что многие в Готей 13, включая главнокомандующего, знают, где он скрывается, но, отчего-то, не спешат засадить беглого капитана в Гнездо Личинок.

«Наверное, они знают, кто настоящий виновник произошедшего» — решил Урахара.

Внезапно, на полке зазвонил один из сигнальных приборов.

«По-видимому, в Каракуру пробрался очередной пустой» — решил шляпник: «Ничего интересного, им есть кому заняться».

Но, взглянув на прибор, он резко изменил свое мнение: сигнал, который засек прибор, был от открытия гарганты. Реяцу пустого же, нигде не наблюдалось.

«Хм, пришел и сразу ушел? Или… Он так хорошо скрывать реяцу, что мои приборы ее не замечают… Надо проверить» — решил Урахара. «Если так, — это, определенно, очень интересный экземпляр. Надо изучить его получше» — решил ученный, собираясь направится на поиски пустого.

«Но как его найти? Дождаться, пока он на кого-нибудь нападет? Видимо, придется. Но, для начала, стоит исследовать место открытия гарганты».

С этими мыслями Урахара направился на окраину города, где был открыт проход.

Каково же было удивление экстайчо, когда заинтересовавший его пустой сам появился перед ним. А после фразы, произнесенной пустым, удивление многократно возросло:

— Приветствую Вас, Урахара-сан! Как устроились на новом месте?

— Мы на месте, — сопровождавший меня пустой развернулся и отправился обратно в Уэко Мундо.

Я вышел из открывшейся гарганты и, на мгновение, застыл, любуясь пейзажем.

В Мире живых сейчас была весна. Проход был открыт на окраине города, и перед моим взором все утопало в буйстве зелени. Трава, деревья, птицы — все радовало взгляд и слух. А еще здесь было солнце!

Как давно я его не видел! Целых десять лет.

Находясь в Уэко Мундо, я не особо скучал по всему этому, но, увидев вновь, понял, чего был лишен. Надо будет чаще сюда выбираться.

Кейго молчал, но, я уверен, он полностью разделяет мои чувства.

Вволю налюбовавшись пейзажем, я приступил к исполнению цели моего визита: поискам Урахары.

Я рассчитывал на долгие поиски, поэтому весьма обрадовался, когда обнаружил шляпника, спешащего к месту открытия гарганты.

— Приветствую Вас, Урахара-сан! Как устроились на новом месте? — Сказал я, выходя из сонидо перед носом ученного.

— Приветствую Вас, Пустой-сан! Мы знакомы? — Урахара изо всех сил стремился скрыть удивление, но получалось это у него откровенно плохо.

— Да, мое имя — Ранд — сообщил я, ожидая реакции шляпника.

— Ранд, Ранд… О, Вы и есть тот странный занпакто, который предупреждал об опасности Айзена! — Воскликнул Урахара. Быстро же до него дошло.

— Но где Ваш напарник, и почему Вы так выглядите?

— Напарник здесь — я похлопал рукой по ножнам висящего на поясе занпакто, — а насчет выгляжу… думаю Вы и сами догадываетесь чьих рук это дело. Я бы с удовольствием вам все рассказал, но, думаю, здесь не самое подходящее место для разговора.

— Да, конечно — спохватился ученный — Идемте за мной.

Спустя полчаса мы сидели в магазинчике Урахары, пили чай и беседовали.

К этому моменту, я поведал собеседнику о своем попадании в Уэко Мундо, борьбе с пустым и последующей жизни в этом мрачном месте. Закончил я свое повествование тем, что очнувшийся Кейго отказался занимать тело, а, вместо этого, стал занпакто.

— Собственно, из-за этого я Вас и искал. Вы сможете создать для него новое тело? — закончил я свое повествование.

— Стал занпакто, значит… очень интересно. Думаю, после некоторых исследований, я смогу вам помочь, но, сначала, — Урахара сделал внушительную паузу — ответьте на вопрос: Кто Вы такой на самом деле?

Вопрос, на несколько мгновений, заставил меня растеряться. Я знал, что Киске догадывается о том, что я не совсем обычен, но не думал, что он спросит об этом прямо.

И что отвечать? Рассказать все как есть? Нет, не годится. Не знаю почему, но делать этого мне совершенно не хотелось. А значит, надо придумать правдоподобную отмазку.

Так, с чего Урахара решил, что я странный? Во-первых, для занпакто я слишком странно себя вел. Но это отбросим. Занпакто самые разные бывают. Уверен, подобные мне тоже встречались. Гораздо интереснее то, что я заранее знал о планах Айзена. Отсюда и будем плясать.

— Видите ли, — ответил я ученному после некоторого молчания. — Я — занпакто времени. Вас, наверное, интересует, откуда я знал о планах Айзена? — Спросил я, и дождавшись утвердительного кивка продолжил: — Мои силы затрагивают время. Обычно это изменение скорости его течения, но это только одна из граней моих способностей. Вторая — это чувство опасности, которое, на самом деле, является ни чем иным, как кратковременным предвиденьем. Но есть еще одна грань. — Я сделал небольшую паузу и продолжил. — Иногда мне бывают видения…

— Видения? Как это проявляется? — Уточнил Урахара.

— Они приходят мне во сне. — Ответил я. И тут же уточнил: — Не знаю как другие занпакто, а я очень даже способен спать. — Это было правдой. Я на самом деле мог спать. Вот только способность эта проявилась только после того, как я слился с пустым. К счастью, спать мне было совершенно не обязательно, но иногда я позволял себе расслабиться подобным образом.

— Впервые это случилось много лет назад, еще даже до обретения шикая. — Продолжил я свой рассказ. — Просто во сне передо мной появилась четкая картина предстоящих событий. Конечно, я не сразу понял, что это видение, но когда некоторые события из него начали сбываться… Например: назначение Вас, Урахара-сан, капитаном двенадцатого отряда, я понял, что и остальные события виденные мной вполне могут произойти, вот и встревожился. К сожалению, изменить что-либо ни мне, ни Вам не удалось…

— Да, он оказался на удивление силен. — Сказал Урахара с виноватым видом. — Мы ничего не смогли ему сделать.

— Вы и не могли, — «успокоил» я его. — Единственный, кто сейчас в Готей 13 способен с ним совладать, — это главнокомандующий. Ну еще, может быть, Укитаки с Кёраку, если будут действовать сообща.

— Тоже видения? — Поинтересовался ученный.

— Да, что касается силы Айзена, остальное — банальная логика.

— И часто Вам бывают эти видения?

— Нет, после того первого раза, было только два. Но говорить о них, думаю, пока рано.

— Ну раз Вы так считаете… Можете подробнее рассказать о первом видении?

— Думаю, не стоит. Все события, что я там видел, уже прошли. А до событий второго моего видения еще много лет. Думаю, нам лучше обсудить совместные действия против Айзена. На том уровне сил, что у нас сейчас, мы ничего не сможем ему сделать. Надо стать сильнее.

— Я работаю над этим. — Ответил Урахара после некоторого молчания. — Уже сейчас я гораздо сильнее, чем три года назад.

— Я так понимаю, в этом Вам помогают ваши разработки? — Перебил я его.

— Да, мои исследования весьма благоприятно сказались на увеличении моих сил синигами. К сожалению, после некоторого скачка, дальнейшее увеличение силы идет весьма медленно, хотя и быстрее, чем у синигами это обычно бывает. Кстати, насчет силы, не могли бы Вы снять маскировку. Здесь Вас никто не засечет.

— Знаю, — ответил я ему, высвобождая реяцу — я заметил маскирующие кидо, правда, только находясь внутри. Должен признать, сделано мастерски.

— Работа Тессая, — отозвался ученный. — Ого, а Вы неплохо поднабрали сил! Более чем двукратный капитанский резерв за такое короткое время. Смотрю, Вы настроены крайне серьезно!

— В Уэко Мундо прошло десять лет. — Напомнил я собеседнику. — Так что время у меня было. Но вернемся к цели моего визита: Вы поможете Кейго обрести тело?

— Я никогда раньше подобным не занимался, но, думаю, смогу. Правда это займет довольно много времени. И, вы уверенны, что стоит переселять вашего напарника в отдельное тело до того, как мы справимся с Айзеном? Не поймите меня неправильно, но он сейчас Ваш занпакто, и, лишившись его, Вы станете гораздо слабее.

— Не беспокойтесь об этом, — заверил я собеседника. — По-отдельности мы тоже кое-чего стоим. Кстати, насчет этого… Насколько я знаю, у Вас есть контакты с кланом божественных оружейников — Шихоуин… — Я снял с пояса занпакто и протянул собеседнику. — Не могли бы Вы достать еще один такой же асаучи?

— Такой же асаучи, зачем он вам? — Удивился ученный. — Впрочем, может и получится, — пробормотал он, очевидно сделав правильные выводы.

— Это можно попробовать сделать, — сказал он после некоторых раздумий — но Вам придется на некоторое время оставить занпакто у меня.

— Сколько Вам потребуется времени? — перспектива надолго оставить Кейго в лапах ученного меня совершенно не прельщала.

— О, не беспокойтесь! Одного дня будет вполне достаточно, чтобы снять все показатели. Но вот когда будет готов асаучи, я, честно говоря, понятия не имею. Сначала нужно дождаться возвращения Йоруичи-сан. Надеюсь, Вы никуда не торопитесь?

— Нет, времени у нас пока достаточно.

— Вот и хорошо. Ну, а теперь, раз уж Вы настаиваете на создании Кейго отдельного тела, мне необходимо провести некоторые измерения.

Ничего не поделаешь: пришлось терпеть пока Урахара проводил с пару десятков различных манипуляций, которые, в общей сложности, заняли около двух часов.

— Вот и все. — Сказал Урахара, разбирая странного вида аппарат, на котором я проходил последнее тестирование.

— Ну, а теперь, я бы с удовольствием послушал продолжение Вашей истории, если Вы, конечно, не против.

— Ну что Вы?! С удовольствием расскажу ее Вам. Не напомните, на чем мы остановились?

— На том, что Ваш напарник стал занпакто, а потом за вами явился сам местный владыка.

— Ах, на этом! Сам я дальнейшего не видел, но по рассказам… Кейго тогда все же переборол свой страх…

Резкая боль пронзает правый бок, и я отлетаю в сторону не в силах пошевелится. Что со мной? Скашиваю глаза — это единственное, что удается сделать — рана не такая уж и серьезная, но почему я не могу двигаться?! Остается только лежать и смотреть, как Ранд противостоит атакам неизвестного вастерлорда.

Долго он не продержится. Просто не может продержаться. Не при такой разнице в реяцу.

Остальные бои Ранд выигрывал за счет своей необычайно высокой скорости, но сейчас…

Сейчас он проигрывал и в этом показателе, и проигрывал сильно. Шансов у моего спутника не было никаких, но, тем не менее, я отчаянно надеялась, что он справится.

И он держался. Не знаю, как ему удавалось при такой разнице в скорости, но Ранд, раз за разом, отбивал смертоносные лезвия рук-кинжалов противника.

Но вот вастерлорду надоело такое течение боя. Он резко разорвал дистанцию, а затем просто растворился в воздухе. А через несколько мгновений глаза Ранда остекленели и он начал медленно заваливаться на бок.

Неужели это конец?! Противник сумел его как-то достать? Теперь, когда Ранд повержен, противник наверняка добьет меня. А я по-прежнему могу шевелить только глазами… Ксо!

Но не успела я толком испугаться, как Ранд, только-только упавший на песок внезапно поднялся на ноги в полной готовности продолжить бой. Как будто ничего и не было.

— Создавай и Защищай, Крео! — произнес этот странный пустой, и меч в его руках поплыл, превращаясь в резной посох, заостренный книзу и увенчанный трилистником сверху.

И тут же ему пришлось применить посох в деле, непонятно как отражая удары противника, который вновь стал видимым.

Ранд вновь противостоял вастерлорду, и, вроде, даже стал значительно быстрее, чем раньше, но все равно уступал противнику в скорости. Внезапно он снова замедлился. Ксо! Похоже выдохся. В отчаянной попытке как-то помочь, я попыталась пошевелится, и у меня это получилось! Тело пока вяло, но с каждым мгновением все лучше слушалось меня.

Ранд, как будто зная, что я очнулась, бросился на врага, строя бой так, чтобы тот оказался спиной ко мне. Нужно использовать этот шанс. Я начала заряжать серо. Только вот боюсь, что даже самое мощное мое серо его не убьет. По крайней мере при кратковременном действии. Но, когда атака была готова, Ранд внезапно кинулся на оружие врага, удерживая того на месте!

Что ж, это должно помочь! Оранжевый луч самого мощного моего серо впился в спину противника. Тот попытался было уйти от атаки, но Ранд, каким-то непостижимым образом удерживал того на месте. Мне стоило огромных усилий долго удерживать атаку, но это было необходимо, и я, из последних сил все вливала и вливала в серо новые порции реяцу. Но точку в поединке все же поставил Ранд, зарядив в маску врага серо, выпущенное изо рта.

— Энъен, Кейго, — какие же вы у меня молодцы! Вместе мы можем справится с любым врагом! — произнес Ранд. От этой похвалы, в груди, впервые за все время пребывания в Уэко Мундо стало странно тепло.

— Не всегда же, тебе меня спасать. — отозвалась я, стараясь сдержать радостное мяуканье. Непонятно почему, но сейчас оно казалось мне неуместным.

— Да, это было впечатляюще, — произнесла фигура, закованная в броню темно-серого цвета непонятно как здесь оказавшаяся. Ксо! Никем иным как врагом эта фигура быть не может, а сил сопротивляться совсем не осталось. Да и Ранд выложился на полную.

Я бросила на него взгляд: Ранд, державшийся из последних сил, все же потерял сознание. Я осталось один на один с неизвестным врагом. Ничего, я справлюсь. Должна справиться. Ведь от меня сейчас зависит не только моя жизнь.

Враг, тем временем, не спешил нападать. Он неподвижно стоял на месте и с интересом разглядывал нас. Я тоже не стремилась перейти к активным действиям — пока враг бездействует, силы потихоньку возвращаются ко мне.

Я тоже с интересом разглядывала противника. Существа, подобные ему мне еще не встречались.

Больше всего незнакомец походил на человека или синигами. Он имел довольно высокий для этого рода существ рост и красивое, с правильными чертами лицо, на мой взгляд, слишком безэмоциональное. А еще у него были замечательные волосы: их густая грива темно серого цвета спадала аж до пояса, постепенно светлея. На кончиках они были уже цвета свежевыпавшего снега. Но не в этом заключалось основное отличие нашего гостя от смертных и синигами: на голове, образуя диадему, покоились остатки костяной маски, в отличие от всех встреченных мною пустых, темно серого цвета, а в груди находилась небольшая почти незаметная дыра пустого.

— Очень интересно — произнес он, закончив, наконец, нас разглядывать. — Ты можешь идти куда хочешь — обратился он ко мне холодным ничего не выражающим голосом. — А вот твоего спутника я заберу.

И ведь действительно заберет — больно уверенно говорит, а мои силы не восстановились еще даже на четверть. А еще я совсем не ощущаю его реяцу. Только смутное ощущение крайней опасности этого существа. Но отдавать ему Ранда?! Нет уж — я еще не расквиталась с ним за все издевательства, что он со мной совершал! Да и вообще: найти в этом мире какую-никакую компанию и тут же ее лишится? Я не согласна!

Я уже было собиралась кинутся в безрассудную атаку на это существо, как в расстановке сил произошли заметные изменения: фигура Ранда, лежавшая на песке, внезапно поплыла и резко уменьшилась в размерах. Мгновенье, и перед нами стоит фигура молодого синигами, со странными черно-белыми волосами. Как у зебры, — внезапно пришло ко мне воспоминание из прошлой жизни. — Только полосы не поперек, а вдоль: две трети черных и треть белых.

— Не так быстро, — произнес он, заряжая в этого странного пустого серо с кончика меча.

А дальше произошло нечто непонятное: от неподвижно стоящей фигуры нашего противника на миг дохнуло невероятной силой, а потом снова стало как было. Только вот песок вокруг него оказался насквозь проморожен, а в воздухе закружились мириады белых, как кончики его волос снежинок.

Но самое интересное произошло с серо: мощный луч энергии просто застыл в воздухе!

Секунду провисев, будто решая, как ему поступить, он упал на песок и со звоном разбился на множество маленьких синих осколков!

— Не советую повторять. В следующий раз я могу и не рассчитать силу.

Только сейчас я заметила, что граница оледенения проходит буквально в полуметре от того, в кого превратился Ранд.

— Ты ведь не обычный занпакто, — внезапно обратился пустой к моему спутнику. — Неважно. Ты будешь служить мне! Ты, и твой партнер, который так лихо управился с Пятым. Не советую совершать необдуманных поступков. Я — Гадес, владыка Востока Уэко Мундо, и очень мало существ во всех мирах способны противостоять мне. — Гадес говорил спокойным уверенным тоном в котором не было ни грамма хвастовства, лишь сухая констатация факта. Не знаю как Кейго — теперь-то мне понятно, что это он, — а я ему сразу поверила.

— В тебе и твоем товарище я вижу потенциал. Жаль, что пришлось приглашать вас силой, но думаю, вы вскоре измените свое мнение насчет службы мне. Но поговорим во дворце. Прошу. — Перед этим странным пустым возник разрыв гарганты. Кейго хотел было что-то возразить, но столкнувшись со взглядом Гадеса быстро передумал и молча вошел в проход. Я с непонятной тоской наблюдала как его фигура исчезает в междумирье.

— Можно мне тоже? — неожиданно для себя спросила я собиравшегося уходить Гадеса. — Он молча сделал приглашающий жест рукой, и я стремглав, словно боясь что он передумает влетела в проход между мирами.

Очнулся я в большом светлом помещении. В отличие от других виденных мною помещений, здесь был очень необычный источник света — светилось само помещение. Точнее потолок, стены, и даже немного пол излучали ровное голубоватое сияние, которое и освещало все в округе. Впрочем, освещать было нечего: кроме кровати, на которой я находился, в комнате абсолютного ничего не было.

Куда это меня угораздило попасть? На внутренний мир не похоже. На Уэко Мундо тем более. Последнее что помню: бой с вастерлордом, Кейго, ставший занпакто и какой-то непонятный пустой появившийся сразу после нашей победы. Я видел его всего пару мгновений перед тем, как потерять сознание, но тем не менее был уверен — это был арранкар. Возможно тот самый Владыка Гадес, которому подчиняются местные пустые.

От размышлений меня оторвал радостный мявк, раздавшийся со стороны двери — Энъен, и она здесь. Хорошо.

— Привет, — обратился я к ней. — С тобой, я гляжу все в порядке, но где это мы находимся?

— Мог бы и у меня спросить, — раздался в голове голос Кейго.

«Извини, не подумал как-то, — повинился я. — Потом расскажешь свою версию истории, а пока послушаем Энъен».

— Пр-ривет, во дворце владыки Гадеса. Здесь хор-рошо, зря я не хотела сюда идти. Пустые тут не особо приветливые, но и напасть и сожр-рать не стр-ремятся. А с некотор-рыми вполне можно общаться. Только верхние Опор-ры меня пугают. А еще, здесь совсем не нужно есть пустых, — вывалила она на меня ворох информации.

— Тихо-тихо, я же ничего не понял. Давай сначала и по порядку. Как мы очутились во дворце этого Гадеса. Почему еще живы и даже, вроде бы — я кинул взгляд на приоткрытую дверь — свободны?

— Владыки Гадеса, — поправила меня Энъен. — Он действительно внушает уважение. Когда ты стал Кейго и напал на него, он просто замор-розил твое серро.

— Стал Кейго? Давай все-таки рассказывай по порядку.

И она рассказала.

— Так ты все-таки поборол свой страх? — обратился я к напарнику.

— Совсем немного, — Отозвался тот. — в безвыходной ситуации я снова могу занять тело, но без этого — уволь. Премерзкие ощущения!

Энъен, дав мне немного побеседовать с Кейго, продолжила рассказ. После путешествия через гарганту мы оказались во дворце Гадеса — Элизиуме. Точнее не во, а возле — пространство самого дворца было защищено от подобных перемещений.

Нам выделили комнаты и сказали, что поговорят позже — Гадес не уточнял когда. А потом Кейго, убедившись, что опасность нам не угрожает, поспешил вернуться во внутренний мир, вернув телу форму пустого. Пока я пребывал без сознания — прошло около суток, — Энъен успела ознакомиться с дворцом и его обитателями. Помимо самого Гадеса здесь обитали сильнейшие из пустых подчиненных владыке — Опоры, а также их фраксьены. До недавнего времени Опор было тринадцать — семь Нижних и шесть Верхних, но мы с Энъен несколько подсократили их число, лишив Гадеса трех Нижних и даже одной Верхней Опоры.

А еще здесь совершенно не надо было поглощать пустых, чтобы не деградировать — даже некоторый прогресс в развитии наблюдался — это Энъен узнала у фраксьена одного из Опор.

— Ты уверена, что это правда? Никогда ничего подобного не слышал, — удивился я.

— А смысл ему вр-рать? Я сама никогда о подобном не слышала, но мне кажется, что это правда.

— Надо будет спросить у Гадеса.

— Владыки Гадеса, — вновь поправила меня кошка. — И не вздумай назвать его просто Гадесом в пр-рисутствии его подданных. Многие тут очень трепетно относятся к своему владыке. Особенно Пер-рвая Опор-ра. По слухам, он боготворит Гадеса. И, как ни странно, чер-рпает силу в своей вере.

— И такое может быть? — Задал я вопрос. Не Энъен, а скорее себе самому. Меня очень заинтересовала эта тема. Хотя информацию стоит еще проверить. Надо будет понаблюдать за этой Первой Опорой.

Хм. Вера, усиливающая пустого, пустые, которым не нужно есть других пустых, сам Владыка Гадес, подозрительно смахивающий на арранкара, да сам этот дворец в конце концов! Сколько еще тайн скрыто в этом месте?

Пожалуй, мне ничуть не жаль, что нам не удалось избежать знакомства с Элизиумом и его могущественным владельцем. Надеюсь, при встрече его не затруднит прояснить для меня эти тайны, ну, а пока дослушаю Энъен, которая, кажется, немного обиделась из-за того, что я ее совсем не слушаю, и пойду сам знакомится с местными реалиями.

Достопримечательности поджидали меня сразу, как только я покинул свою комнату: стены коридора были исписаны барельефами, изображающими людей и животных.

На некоторых были изображены и пустые, но их было гораздо меньше, чем представителей мира живых. Особую красоту изображениям придавало то, что стены светились.

В отличие от ровного света моей комнаты светились они совсем неравномерно. Где-то ярче, где-то слабее, где-то вообще отсутствовало освещение. Цвет был все тот же — голубой, хотя местами он переходил в синий, иногда практически фиолетовый, а иногда становился совсем светлым — практически белым.

Эта игра света и цвета создавала необыкновенные ощущения у зрителя. Фигуры были наполнены жизнью: казалось, вот-вот услышишь звон стали, ржание лошадей, карканье воронов и предсмертные хрипы людей.

Помимо необычайной красоты была в изображениях еще одна странность: они казались мне смутно знакомыми.

Точно, — вспомнил я — подобные я видел в книге мифов Древней Греции. Хотя, конечно, не такие — пустых на древнегреческих изображениях определенно не было. Но все равно очень похоже. Люди на барельефе — вылитые древние греки.

О, а это что? — Мое внимание привлекло изображение величественной фигуры, сидящей на троне. Гадес! Видел я его один раз и то мельком, но ошибиться было невозможно — его необычные волосы трудно не узнать. Но удивило меня вовсе не изображение местного владыки. Нет. Меня поразил пустой застывший у подножия его трона. Выглядел он как собака. Только вот не бывает собак размером с микроавтобус, не говоря уже о дыре и масках.

Да, именно масках, я не оговорился, — их было три, ровно по числу голов этой ужасающей собаки.

Не узнать Цербера было решительно невозможно! Я по-новому взглянул на барельеф. Теперь, зная, что искать, я быстро убедился в верности своей догадки: вот немного напоминающий льва пустой повержен высоким и очень сильным на вид человеком, вот — тот же человек сражается с другим пустым, напоминающим гигантского вепря. А вот другой герой, в мускульной силе явно проигрывающий первому, сокрушает пустого с маской, сильно смахивающей на бычью голову.

Черт, эти барельефы не похожи на древнегреческие мифы — это и есть древнегреческие мифы!!!

Но что тут делает Гадес? Хотя… Я где-то слышал это имя.

Немного покопавшись в памяти я все же нашел нужную информацию.

Лучше бы не находил. От осознания с Кем я имею дело у меня по спине пробежал табун мурашек.

Единственная вспомненная информация об имени Гадес гласила: Гадес, или по-другому Аид — древнегреческий владыка царства мертвых. И что-то подсказывало мне, что это не простое совпадение имен…

— Смотрю, ты уже разобрался, кто я, — раздался со спины холодный безэмоциональный голос.

Оборачиваясь, я уже знал, кого увижу. Да, так и есть — передо мной стоял владыка этого места и по совместительству древнегреческий бог подземного царства. Владыка Гадес стоял в паре метров и задумчиво смотрел на меня.

— Вы и вправду он? — сохранять хладнокровие в присутствии существа, про которого в детстве слышал легенды, было сложно, но я справлялся.

— Смотря кого ты имеешь в виду. Если одного из богов твоей родины, то вынужден тебя разочаровать: я был им когда-то, но сейчас таковым не являюсь. Был бы наверное до сих пор, если бы не этот мальчишка… В чем-то я ему даже благодарен…

Объяснения Гадеса больше запутали, чем объяснили, но только я хотел что-либо спросить, как он меня прервал:

— Пока что, знать это совсем не обязательно, — сказал он своим обычным безэмоциональным тоном, но что-то подсказывало, что лучше пока оставить эту тему. — А вот то, что знать тебе надо: ты достойно проявил себя в бою и достоин занять место Седьмой Опоры. Твоя спутница может стать твоим фраксьеном, или быть свободным пустым. Выбор за ней. Остальным Опорам я покажу тебя завтра. И еще кое-что: драки до смерти среди Опор запрещены. Также вам запрещается беспричинно убивать чужих фраксьенов. Вопросы?

— Что будет если я нарушу эти правила?

— Смерть или изгнание — лаконично ответил Гадес.

Видимо, от тяжести проступка зависит.

— Я слышал, здесь совсем не надо есть… — я решил задать интересующий меня вопрос.

— Да, это правда. Дворец находится на источнике силы, да и мое прошлое дает о себе знать… — Опять эти загадочные ответы.

— Больше ничего, что тебе следует знать, — снова прервал меня Гадес, когда я собрался задать кучу уточняющих вопросов. Ну нет, так нет. Рано или поздно я это узнаю.

— Ну, а теперь можешь продолжить осмотр дворца. — Мгновение, и в коридоре рядом со мной уже никого нет.

«Наверное, это было просто очень быстрое сонидо» — успокоил я себя и продолжил осматривать дворец.

Кто я такой, чтобы игнорировать совет бога?

— Вот так и началась моя служба Владыке Гадесу, — закончил я рассказ. Рассказал я Урахаре далеко не все — нечего ему знать о некоторых вещах, — но и то, что рассказал его очень заинтересовало. Долго пришлось убеждать шляпника, что я больше ничего не знаю на эти темы.

В конце концов, мы сошлись на том, что я проведу в Элизиуме пару безобидных экспериментов, а Урахара постарается как можно быстрее решить мои проблемы.

Но даже так работа над новым телом для Кейго займет по его прикидкам никак не меньше месяца, а если еще учитывать занпакто…

Да, ждать мне придется долго. Но ничего. Десять лет ждал, подожду еще немного.

Зачем я ждал десять лет? Так Гадес отказывался меня отпускать далеко от своих владений. На его взгляд я еще слаб и не опытен. Хотя, если сравнивать с ним самим, то так оно и есть.

Распрощавшись с ученным, я открыл гарганту и отправился домой — в Уэко Мундо. Странно звучит, но за прошедшее время это место действительно успело стать мне домом.

Элизиум очаровывает. Помню, когда впервые увидел его со стороны, был потрясен до глубины души. Как ни странно, учитывая «национальность» его владельца, дворец был выполнен не в греческом, а скорее арабском стиле. Больше всего он напоминает мне собор Святой Софии в Стамбуле. Вот только размеры… Элизиум больше примерно раз в двадцать! А еще он светится. Все тем же бледно-голубым светом. Это свечение на фоне вечной ночи Уэко Мундо придает ему совершенно особенное очарование.

Благодаря красоте дворца, я вполне способен терпеть те мерзкие рожи, что его населяют. Шучу. Мерзкие рожи там и вправду встречаются, но я уже давно к ним привык — у самого не лучше. К тому же довольно много вполне симпатичных пустых. В основном это зооморфы — та же Энъен, например, — но бывают и вполне красивые гуманоидные пустые.

Выйдя из гарганты перед дворцом, я немного постоял, любуясь им, а затем, в пару сонидо, оказался у входа. Страж врат обнюхал меня и сдвинулся в сторону, освобождая проход, при этом не забывая радостно махать хвостом в ожидании какой-нибудь вкусняшки. Я не стал его разочаровывать:

— Держи, Кер — я вынул из сумки честно скоммунизженный по дороге к Урахаре свиной окорок и бросил его псу, который тут же поймал его центральной головой, проглотил и тут же снова уставился на меня, ожидая добавки.

— Извини, больше нет — я погладил пса по лобастой голове, которая была на уровне моего лица и, игнорируя жалобный взгляд Керра направился вглубь дворца.

Кер, кстати, это сокращение. От Кербер. Ну, или Цербер, мне так привычнее, но Гадес и все обитатели дворца зовут стража именно Кербер, так что и я уже привык.

Раньше он жил в тронном зале, но однажды чем-то прогневал Владыку. С тех пор его место здесь — у входа в Элизиум. Он очень скучает по своему хозяину, но вынужден быть вдали от него. Надеюсь, Гадес вскоре сжалится над несчастным псом.

Помню, когда впервые познакомился с Кером, несколько испугался. Выглядит он действительно внушительно: два с лишним метра в холке, покрыт густой черной шерстью, на шеях бордового цвета шипастые ошейники, горящие красным светом глаза и костяные маски, немного напоминающие намордники. Добавить к этому духовную силу, которой позавидовал бы любой вастерлорд и получим эту милую зверушку.

Что примечательно, дыры пустого у Кербера нет. Честно говоря, я не знаю к какой категории пустых его отнести. Ближе всего адъюкас — они часто имеют форму зверей, но отсутствие дыры и гигантская духовная сила не позволяют отнести его к этой категории. А еще он не разумен. Какие-то зачатки разума у него имеются — Керр гораздо умнее обычных собак, но все же, разум у него именно собачий.

Я подозреваю, что с этим связано отсутствие у него дыры. У него никогда не было пустоты — сердце этой большой собаки заполнено верностью и преданностью своему хозяину — Владыке Гадесу.

Преодолев несколько коридоров, я добрался до своей комнаты.

— Привет, босс, — поприветствовала меня Энъен, разлегшаяся на огромном, предназначенном специально для нее диване. — Пока ты непонятно где гулял, у нас тут произошло одно важное событие…

Она замолчала, выжидательно глядя на меня.

— Держи, вымогательница! — я вынул из сумки шоколадку, освободил от обертки — самой Энъен трудно это сделать из-за строения лап — и протянул ей.

Кошка аж зажмурилась от удовольствия, поедая вожделенный продукт.

— Владыка Гадес объявил, что с завтрашнего дня будет турнир на подтверждение звания Опор, — сообщила она, доев шоколадку. — А еще есть?

— После того, как ты расскажешь подробности.

Турнир среди Опор на подтверждение звания…

На самом деле это не было турниром в привычном мне понимании. Никаких турнирных таблиц и поединков с неизвестными противниками. Точнее, все это было, но не для Опор. Для кандидатов.

Победитель такого кандидатского турнира мог бросить вызов Тринадцатой Опоре, и, если побеждал, занимал ее место. Но вот если проигрывал… Тогда он умирал.

Так Гадес отбирал в Опоры только тех, кто трезво оценивает свои силы.

Да, Владыка иногда излишне жесток. Но стоит отдать ему должное — это единственная смерть на турнире.

Что же случается с Тринадцатой Опорой в случае поражения?

Ничего страшного — она просто теряет все привилегии и отрезалась от дополнительной подпитки.

Тут следует пояснить подробнее. Элизиум стоит на месте Силы, и концентрация реяцу здесь сильно увеличена. За счет этого пустым, находящееся в нем, или недалеко от него не нужно питаться. Но помимо общего повышения фона реяцу существуют еще и некоторые Потоки, которыми управляет лично Гадес. За счет этих потоков и идет подпитка Опор.

Чем меньше твой номер, тем больше подпитка. Таким образом, доказавшие право быть Опорой становятся только сильнее со временем, тогда как всем остальным остается довольствоваться незначительным приростом сил, или, даже, только избавлением от голода. Неплохой стимул стать Опорой! Особенно если учитывать, что неадекватные адъюкасы, которых Гадес разрешает убивать, а не вербует, появляются здесь довольно редко — большинство знает, что их ждет и обходит эти земли стороной.

Что касается самих Опор — у нас ситуация сходна: меньше номер — больше подпитки.

Больше подпитки — быстрее прогресс. Поэтому конкуренция среди Опор довольно сильна.

Каждый из Опор в ходе турнира должен сразится с предыдущим и последующим номерами. Если претендент с более высоким номером побеждал, то занимал место своего проигравшего противника, а тот, в свою очередь, опускался на ступень.

Победитель после этого мог бросить вызов следующей по номеру Опоре.

— А ты не хочешь поучаствовать в турнире претендентов? — спросил я Энъен.

— Да, но… — она замолчала, не окончив фразу. Вид ее стал какой-то поникший.

— Не бойся, ты справишься — подбодрил я ее. — В конце концов, Тринадцатой Опоры сейчас нет. Тебе надо всего лишь победить в турнире претендентов.

— Дело не в этом — наконец заговорила Энъен — ведь тогда я пер-рестану быть твоим фраксьеном…

— Но, ведь, ничего не измениться! Ты по-прежнему можешь заходить сюда, когда захочешь. — И видя сомнение на кошачьей морде добавил:

— Перестав быть моим фраксьеном, ты вовсе не перестанешь быть мне другом!

— Да, конечно. Я пр-риму участие в этом турнире, — Уверенно произнесла Энъен после небольшой паузы. Мне показалось, или в уголках ее глаз, блеснуло несколько капель влаги?

Серия оранжевых бала рассекает воздух, грозя, если не убить, то серьезно повредить противника, после чего победа будет у Энъен в кармане, однако снаряды не достигают своей цели — на их пути, в мгновение ока возникает липкая белесая масса, превосходно справившаяся с ролью щита. Мгновение, и такая же масса летит в пантеру, стремясь заключить ту в кокон. Вот только она уже в другом месте и снова отправляет во врага бала. Впрочем, с тем же результатом.

Противник Эньен в финале — человек-паук, точнее паучиха. Если быть совсем точным — это пустая с телом женщины, насколько это понятие применимо к пустым, которое с уровня пояса переходит в тело паука.

Эта пустая плохо владеет сонидо, ее серо довольно слабы, броня, судя по прошлым поединкам, оставляет желать лучшего. Да и запас реяцу, хоть и довольно большой для адъюкаса, многим другим участникам турнира заметно проигрывал. Так что же позволило ей дойти до финала?

Ответ прост — ее индивидуальная особенность — паутина! Гарха — так зовут эту пустую — развила контроль над ней на полную. В начале боя она быстро создает вокруг себя сеть, которая не позволяет приблизится, а затем закидывает противника паутиной. Кидает она ее очень быстро, просто не давая противнику времени на формирование серо.

Энъен наблюдала за прошлыми поединками Гархи и попыталась в начале боя не дать ей создать защиту, но пантеру поджидал сюрприз — паучиха, оказывается, может создавать две паутины одновременно, и пока задние паучьи лапы были заняты созданием защиты, передние — человеческие, не давали Энъен приблизиться, беспрестанно забрасывая паутиной.

Я уж было подумал, что когда задние лапы освободятся, Энъен проиграет, однако паучиха продолжала действовать одной парой конечностей. Задние ноги действуют только вблизи?

Как бы то ни было, ситуация на площадке сложилась патовая: Энъен не может пробить защиту, Гарха не может в нее попасть. Тут кошке помогло бы серо, но времени на него противница давать явно не намерена.

Получается, исход битвы определит объем реяцу — кто выдохнется первым, тот проиграл, — но ждать этого придется очень долго — обе противницы еще полны сил.

Внезапно, Энъен стремительным сонидо устремилась к противнице, чтобы… оказаться с ног до головы запутанной в паутину, окружавшую паучиху.

Неужели ошиблась?! По трибунам, откуда мы наблюдали за боями, пронесся разочарованный вздох — большинство пустых болели за пантеру.

Нет, не может такого быть. Она явно что-то задумала. Я в этом абсолютно уверен.

И я не ошибся: паучиха продолжала закатывать Энъен в толстый слой паутины, когда, внезапно, из глубины кокона проникла небольшая струйка дыма. Вслед за дымом появилось и то, без чего его обычно не бывает. Мгновение, и кокон оказывается полностью охвачен огнем, который тут же распространяется по всей паутине и охватывает, находящуюся в центре ее паучиху!

Но Гарха не собирается так легко сдаваться: сонидо, и она вне эпицентра пламени. С трудом, но ей удается сбить с себя весь огонь, оставшись сильно обожженной, но живой.

Однако, радовалась она не долго — возникшая из пламени кошачья фигура, казавшаяся еще одним языком пламени, в мгновение ока оказалась возле Гархи и, мощным ударом лапы в маску, поставила точку в поединке.

— Победителем турнира и новой Тринадцатой Опорой становится адъюкас Энъен — прогремел над трибунами голос Маркуса — судьи данного мероприятия, а по-совместительству — Первой Опоры. — Поприветствуем нашего нового собрата!

Все Опоры, которых, включая меня и Маркуса, насчитывалось десять, поднялись со своих мест и немного склонили головы, приветствуя Энъен.

— По традиции, я должен тебя спросить, — продолжил Маркус, когда Опоры опустились на свои места — Энъен, готова ли ты продолжить битву и бросить вызов Двенадцатой Опоре? Хорошо подумай, прежде, чем дать ответ.

Но кошка думала над этим предложением совсем недолго:

— Да, готова! — просто ответила она.

— Да будет так! — торжественно произнес Маркус. — Твой поединок совершиться завтра. Тебе следует восстановить силы. Пока же, прими награду. Владыка Гадес ожидает тебя!

Энъен, в сопровождении Первой опоры, подошла к ложе, откуда Владыка наблюдал за поединками.

— Неплохой бой, может из тебя и выйдет толк, — только и сказал он своим обычным безразлично-холодным голосом, и Энъен почувствовала, как что-то изменилось.

Ее буквально захлестнула сила! Недавний противник, изрядно вымотавший пустую, стал казаться не сильнее низшего пустого. Казалось, сейчас Энъен может с легкостью свернуть горы или победить какого-нибудь вастерлорда.

Но ощущение длилось не долго. Несколько мгновений, и нахлынувшая эйфория отступила, оставив, однако, полностью заполненный резерв реяцу и чувство, что она стала немного сильнее. Таково было влияние присоединенного к ней Потока.

— Теперь же, тебе стоит набраться сил перед следующим боем. Пойдем, не стоит отвлекать Владыку.

Энъен последовала его совету — она забралась на зрительские трибуны и устроилась рядом с Рандом.

— Приветствую победительницу — поприветствовал тот ее. — Поздравляю, теперь ты Тринадцатая Опора! Кстати, Кейго тоже передает поздравления.

— Было не сложно — приуменьшила свои заслуги кошка — пр-росто противница оказалась уязвима к огню.

— И все равно — ты молодец! До финала ведь еще добраться надо было.

— Ты сам знаешь, что это было совсем не сложно.

Это было действительно так. Благодаря регулярным тренировкам с Рандом, Энъен в совершенстве овладела своими возможностями, и мало какой адъюкас мог ей противостоять.

— Да, все так, но это не в коем случае не уменьшает твоих заслуг.

— …

В этот раз, что было для нее совершенно не свойственно, Энъен решила промолчать.

Тем временем, действия на арене продолжались. Маркус, вернувшись, занялся одной из своих обязанностей — сохранением жизни сражающихся. Во время боя, Энъен нанесла своей противнице смертельный удар, и для той все было бы кончено, если бы не Маркус.

— О Владыка, стоящий на границе жизни и смерти, освети мой путь среди Вечной Ночи! Даруй Силу, чтобы спасти эту несчастную! — Фигуру рыцаря охватило бледно-голубое свечение.

— Во имя Владыки нашего, Гадеса, Воскресни!

Свечение охватило лежащую с разбитой маской Гарху, а в следующее мгновение маска с щелчком срослась!

Несколько мгновений, и глаза пустой открылись, непонимающе глядя на своего спасителя.

— Благодарю тебя, о Владыка — преклонил колено Маркус.

— Благодаря воле Владыки, я вернул тебя к жизни — пояснил он воскрешенной. — Не подведи же его ожиданий! Ступай, и сражайся во славу его!

Гарха, бормоча слова благодарности, поспешила убраться с арены, а Маркус вернулся к проведению турнира.

— Сегодня мы наблюдали турнир претендентов. Все вы видели, чем он завершился. Завтра мы сможем наблюдать за боем Чемпиона турнира Энъен против Двенадцатой Опоры — адъюкаса Моррака. Все мы с нетерпением ждем этого момента. Сейчас же, вы увидите поединки между Верхними Опорами!

Прямо сейчас произойдет битва между мной, Первой Опорой, лордом Маркусом и Второй Опорой Меркуцио Платос!

Казалось, сейчас должна произойти самая грандиозная битва за весь турнир, однако…

— Я признаю свое поражение и право лорда Маркуса быть Первым, — Меркуцио склонил голову без боя признав превосходство противника. Оно и не удивительно — боевая мощь Первой Опоры была чудовищна и Меркуцио не хотел зря тратить время. К тому же, в этом поединке пришлось бы выложится на полную, чтобы продержаться хоть сколько-нибудь долго и не выглядеть посмешищем, а Второй не хотел раскрывать свои умения. Когда придет время, он еще покажет этому выскочке, но для этого надо хорошо подготовиться.

— Да будет так! — провозгласил Первый, принимая капитуляцию противника.

— Ну и последний бой на сегодня. Изначально планировался поединок между Шестой И Четвертой Опорами, но, благодаря тому, что лорд Меркуцио сохранил силы, нас ожидает незабываемое зрелище битвы между ним и Третьей Опорой — Баргганом Луизенбарном!

Да-да, Баргган служит здесь в качестве Третьей Опоры. Причем, очень давно. Как минимум пару сотен лет. Из всех моих знакомых пустых нет никого, кто появился в Элизиуме раньше него. Разве что первые две Опоры. Но Меркуцио меня недолюбливает, Маркус держится от всех отчужденно, а Владыки я пока не решался спрашивать. Не так уж важно, сколько здесь служит Баргган, гораздо интереснее сам факт того, что он здесь.

Только вот… я представлял его несколько сильнее. Сейчас на арене он с треском проигрывал Меркуцио.

Волны темной энергии, обращавшие в прах сам песок арены бессильно разбивались о защиту Второго. Несколько импульсов телекинеза на мгновение развеяли защиту Барггана и тому пришлось уходит в сонидо, чтобы избежать атаки противника. Однако это его не спасло — стоило Третьему выйти из сонидо, как он тут же попал под мощный телекинетический импульс, от которого тот отлетел до края арены. Не успел Баргган что-либо предпринять, как оказался сжат невидимой силой и неподвижно завис в воздухе.

— Победу одержал Меркуцио Платос! — провозгласил Маркус.

— Что ты несешь, пес, я еще могу сражаться! — произнес Баргган, освободившись от захвата. Называя Первого псом он ничуть не рисковал — Первый полностью игнорировал оскорбления направленные на себя. Вот если бы Третий оскорбил Владыку…

— Теперь да, но пару мгновений назад Меркуцио мог сжать гораздо сильнее — объяснил он свое решение.

— Второй, благодарю, что избавил меня от лишней работы. Воскрешение Третьего отняло бы очень много сил.

Баргган собирался возмущаться и дальше, но его остановил поднявшийся с трона Гадес.

— Ты проиграл, — только и сказал он, но этого оказалось достаточно, чтобы Третий с удрученным видом молча покинул арену.

На сегодня поединки были завершены и пустые стали покидать трибуны. Присоединились к ним и мы с Энъен. Завтра нас обоих ожидают напряженные бои. Надо хорошенько отдохнуть перед предстоящим испытанием, но сначала… пора выполнить свою часть договора с Урахарой.

— Держи — челюсти левой головы сомкнулись на очередном свином окороке. — Если что, ты меня не видел.

Пес радостно завилял хвостом. На его мордах читалось непонимание, как он мог не видеть такого замечательного меня, но, тем не менее, в том, что Керр меня не выдаст я был уверен. Гадес, которому Цербер с удовольствием выложил бы все, с ним в последнее время практически не общается, а Маркусу и его подручным — ответственным за безопасность в Элизиуме — пес ничего не скажет. Они, в отличие от меня, так и не стали друзьями этого милого песика.

Цербер, с момента своей немилости у Владыки, стоит на страже единственного входа в Элизиум и вынужден ежедневно отчитываться перед подручными лорда Маркуса, что не вызывает у него особого энтузиазма. Как Керр отчитывается? Говорить пес не может, но зато вполне способен отправлять мыслеобразы состоящие из картинок и эмоций.

На самом деле, скрывать свой выход за ворота необходимости не было — как Седьмая Опора, я могу покидать замок когда захочу, правда, только оставаясь в пределах Уэко Мундо, но у меня нет ни малейшего желания, чтобы о моих передвижениях кто-либо знал. Не только сейчас, а вообще.

Оказавшись за пределами дворца, я направился к тайнику, в котором лежали датчики Урахары.

Мое задание было довольно простым: надо всего лишь разместить несколько датчиков вокруг Элизиума. Сначала Киске хотел, чтобы я разместил датчики и в самом дворце, но я наотрез отказался это делать. Во-первых — из-за опасности быть застигнутым за этим занятием, а во-вторых, как ни странно это звучит, учитывая способ моего появления здесь, — из-за нежелания предавать Владыку — мало ли, чем шляпник напичкал свои датчики.

В тайнике находилось восемь серых прямоугольников с одной кнопкой на каждом.

Забрав их, я приступил к следующему этапу — установке.

Она не заняла много времени: требовалось только найти нужную точку — датчики нужно было располагать по сторонам света — и нажать на кнопку. После этого датчик нужно было засыпать песком, чтобы его случайно не обнаружили пустые.

Закончив миссию я вернулся обратно в замок. Я хотел зайти за Энъен и немного потренироваться, но неожиданно наткнулся на Барггана, который куда-то шел.

Казалось бы, ничего удивительного, идет себе и идет, но он был один! Для Барггана, которого всюду сопровождала его многочисленная фракция, это было весьма необычно, настолько, что я решил за ним проследить. Благо это было не сложно — Третий и не думал скрывать свое реяцу. Я же всегда поддерживал маскировку, так что не думаю, что он меня заметил.

Пару раз свернув Баргган оказался у входа в одну из пустующих комнат, коих во дворце было огромное количество, и вошел в нее. Что ему там понадобилось? Выглядит весьма подозрительно.

Я подобрался к двери и прислушался. Баргган был там, но вот других источников реяцу я не ощущал. Тем выше было мое удивление, когда я обнаружил, что Третий с кем-то разговаривает.

— Вы молодец, что сдержались сегодня. Еще не время раскрывать свою силу.

— Я понимаю, но зря ты заставил меня пережить такое унижение! Сразись мы по-настоящему и даже Маркус не смог бы тебя воскресить!

— Да-да. После завершения нашего дела я с радостью присягну Вам, Ваше величество! — в голосе Меркуцио, а это был именно он, чувствовалась насмешка, но Баргган не обратил на это внимания.

— Да, перейдем к делу. Что удалось нарыть твоим шпионам?

— У шинигами появился новый капитан. Говорят, он убил предыдущего одним ударом.

— Он настолько силен?

— По реяцу уступает Маркусу, но не сильно.

— Не плохо для шинигами. Его можно использовать?

— При случае, да, безусловно. Но, на самом деле, не так уж он и силен — этот варвар не то что банкай, даже шикай толком использовать не может.

— Оставим это, до шинигами нам пока нет никакого дела, что там с Аресом?

— Вот тут довольно интересно. Подручные ему квинси развернули бурную деятельность в Европе. Похоже «племяш» нашего владыки хочет в очередной раз завоевать мир.

— Хм, довольно интересно. Это поможет в наших планах?

К сожалению, дослушать мне не удалось.

— Сюда приближаются пустые, — отвлек меня Кейго. И действительно, по боковому коридору двигалась группа из нескольких адъюкасов. Меня они пока видеть не могли, но вот когда выйдут из коридора…

Так что пришлось срочно прерывать свою шпионскую деятельность. Скрывшись в коридоре и подождав, пока группа пройдет, я хотел вернутся к подслушиванию, но с сожалением обнаружил Барггана, выходящего из комнаты.

Убедившись, что на этот раз он направляется к себе, я тоже направился в свои покои. На сегодня мои шпионские приключения были закончены. Полученную информацию надо хорошенько обдумать. Но это потом. Сейчас нужно сосредоточится на турнире.

— Открывает второй турнирный день бой за звание Двенадцатой Опоры! Текущий обладатель этого титула Моррак сразится с победительницей Турнира Претендентов, а сейчас — Тринадцатой Опорой, Энъен, которая превосходно себя показала в предыдущих боях. Кто из них окажется сильнее? Сейчас мы это узнаем. Да начнется бой!

Моррак был трехметровым адъюкасом гуманоидной формы с маской напоминающей треуголку и дырой в левой части груди. Из сильных сторон у него было крепкое иерро и большой запас реяцу — на треть больше, чем у Энъен, а из слабых — низкая скорость и плохое владение серо.

Такой противник был идеален для кошки. Ее обычная серия: несколько бала, дезориентирующие врага, а затем серо, возымела огромный эффект.

Противник просто не успевал реагировать. Трех серо хватило, чтобы поставить точку в этом бою.

— Победитель — Энъен! — объявил Маркус после того, как пантера переместилась к сильно обожженному и лишенному передних конечностей противнику и обозначила добивающий удар тому в маску.

— Желаешь ли ты принять дальнейшее участие в турнире и бросить вызов Одиннадцатой Опоре?

— Да, желаю.

Маркус, как и в прошлый раз, хотел отвести Энъен к Гадесу, но Владыка его остановил:

— В следующий раз, — раздался над ареной его голос.

Бой Энъен опять перенесли. Но не на следующий день, а просто на второй круг турнира, который состоится сегодня же. Владыка решил, что двух дней для турнира вполне достаточно, и, на мой взгляд, он совершенно прав — не так уж много поединков должно состояться.

Следующим был бой между Одиннадцатой Опорой — Ларандом и Десятой — Эссархом. По реяцу они были примерно равны и все ждали интересного боя.

Вот только Десятый быстро показал, что не зря стоит на ступень выше своего оппонента.

Как только раздался сигнал к началу боя, Эссарх, выглядящий как гигантская плащеносная ящерица, буквально растворился в воздухе.

Ларанд, являющийся собратом Энъен по семейству кошачьих — он имел пятнистый окрас и сильно напоминал леопарда, — застыл на месте, напряженно пытаясь обнаружить противника.

Вот только его чувствительности оказалось недостаточно — на мощное серо с расстояния в пару метров он отреагировать успел — скорость была его сильной стороной, но вот выйти из зоны поражения… Сонидо, все же не мгновенны.

Повреждения, по не имеющему хорошей защиты пустому были ужасны. Маркусу даже пришлось его воскрешать.

— В следующем бою встретятся Девятая Опора — Снирк и Седьмая — Ранд!

Вот и пришла моя очередь.

Впрочем, ничего интересного от боя я не ожидал. Боевой потенциал Снирка, а это был адъюкас сильно напоминающий скорпиона, был гораздо ниже моего.

Снирк и сам это понимал, поэтому:

— Я признаю свое поражение и право Ранда занимать место Седьмого — произнес скорпион выйдя на песок арены.

— Да будет так! — провозгласил Маркус, и я вернулся на свое место среди зрителей. Эх, не будет мне разминки перед сложным боем.

Следующий бой был между Шестым и Четвертым. Большинство ожидало, что Ричард — такое имя носил Шестой — подобно Меркуцио и Снирку признает превосходство своего оппонента, который стоял на две ступени выше, но его честь не позволила ему отступить и он ввязался в безнадежный бой.

Ричард, подобно Маркусу и ныне покойному Зигфриду был «рыцарем». Он имел плотный костяной панцирь, надежно защищающий как от физических, так и от энергетических атак и маску напоминающую остроконечный шлем. А вот из оружия у него были только когти на руках. Дыра пустого располагалась в районе шеи.

Его противник — Критос смотрелся намного внушительнее. В отличие от Ричарда, чей рост составлял всего метр восемьдесят, он возвышался над землей на целых три. Очень много, учитывая что он, как, впрочем и его противник, был вастерлордом. Да и по реяцу он превосходил даже Барггана с Меркуцио, и не сильно уступал Маркусу.

Так же, в отличие от других вастерлордов, которые были похожи на людей, Критос выглядел как натуральный минотавр. Его мощный торс, с дырой в районе живота, был покрыт короткой бурой шерстью. Ноги заканчивались копытами, а вот руки были гуманоидного типа, правда с четырьмя пальцами вместо пяти. На могучих плечах располагалась бычья голова, увенчанная двумя внушительными рогами. Дополняло образ большое медное кольцо, вдетое в нос вастерлорда.

А еще у него было оружие! Не знаю, откуда оно взялось, но Критос всегда таскал с собой огромную двулезвийную секиру, которой мастерски управлял.

По сигналу к началу боя в руках Ричарда возник красного цвета клинок из серо и он бросился в атаку на противника, но был встречен волной серо, сформировавшегося меж рогов Четвертого.

Это было еще одной особенностью Критоса — он мог очень быстро формировать серо. Правда контроль реяцу у него был никакой и его серо расходилось широкой волной и не наносило больших повреждений.

Вот и Ричарда оно просто слегка опалило. Могло бы и ослепить, но пустой знал об этой способности врага и вовремя закрыл глаза. Переждав серо, он вновь устремиляется к минотавру. И… едва уворачивается от удара секиры, способного легко располовинить его, не смотря ни на какую защиту!

Ричард вновь пытается атаковать, но вновь вынужден уходить от грозного оружия противника. Присев, рыцарь пропускает секиру над собой, но минотавр тут же, благодаря своей гигантской силе, разворачивает ее, и лезвие летит вниз!

Донг! — на пути секиры в последний момент возникает меч, и… растворяется в воздухе искрами реяцу, будучи разрубленным надвое!

Однако, Ричард добился своей цели — он сместил траекторию секиры, и вместо того, чтобы быть разрубленным, отделался ранением — секира лишь краем задела его и глубоко ушла в песок.

В руках Ричарда вновь возникает меч, а Четвертый только вытаскивает свое грозное оружие. Идеальный момент для атаки!

Но Критос не дает ему шанса на победу. Следя за секирой, Шестой забыл, что это не единственное оружие противника и поплатился за это.

Мощный удар копытом заставляет рыцаря, несколько раз кувыркнувшись в воздухе упасть на песок!

Он пытается подняться, но, оказавшийся рядом Критос, мощнейшим ударом кулака разбивает ему маску, попутно, чуть не сорвав голову с плеч.

— Победитель — Критос! — объявляет Маркус и тут же приступает к лечению его оппонента.

— О, Владыка, стоящий на границе жизни и смерти, освети мой путь среди Вечной Ночи! Даруй Силу, чтобы спасти твоего верного слугу! Да вернется он в этот мир и продолжит службу тебе!

Во имя Владыки нашего, Гадеса, Воскресни! — на этот раз молитва была чуть длиннее, да и результат был более скромным — маска Ричарда восстановилась, и он ожил, но пока пребывал без сознания.

Для полного восстановления ему понадобится время.

Результат воскрешения связан с силой воскрешаемого. Чем больше у него реяцу, тем слабее результат. Гарха, например, с самого начала полностью восстановилась, а вот в том, что Маркус сможет воскресить кого-то по реяцу равного Гадесу, я очень сильно сомневаюсь.

Поединком Шестого и четвертого первый круг был закончен, и начался второй.

Первым во втором круге был поединок между Энъен и Ларандом.

Обе кошки — и пантера и леопард — были примерно равны по реяцу, с незначительным преимуществом Ларанда. В скорости он тоже выигрывал. И довольно сильно. Но зато у Энъен было то, чего у него не было — бала!

Непрерывно бомбардируя ими противника, она буквально не оставила тому шансов. От некоторых он все же увернулся, но после того, как в парочка шаров настигла его, Ларанд уже не смог избежать остальных. Реши Энъен потерять время на серо и противник бы полностью оклемался, но она не сделала подобной глупости.

От непрерывного попадания множества бала, содержащих реяцу огненного типа, ее противник неожиданно загорелся, но кошка продолжила забрасывать его энергетическими снарядами пока Маркус не остановил бой:

— Победитель — Энъен! Желаешь ли ты продолжить турнир и сразиться за звание Десятой Опоры? — в который раз за турнир спросил Маркус у кошки.

— Желаю!

Следующим был бой между Эссархом и Снирком.

Как и в прошлом бою, ящер сразу же стал невидимым, но, на его беду, у скорпиона было превосходное чувство реяцу. Он сделал вид, что не замечает противника, а когда тот подобрался поближе, чтобы надежно зажарить Снирка серо, мощным ударом хвоста буквально прошил противника! На этом их поединок и закончился.

Ну, а теперь снова мой черед. Только вот противник еще не оправился от прошлого боя. Об этом, кстати, и Маркус сейчас говорит:

— Следующий поединок должен был состояться между Седьмой Опорой — Рандом и Шестой — Ричардом, но, так как последний пока не может сражаться этот поединок переносится на неопределенный срок. Так что сейчас будет бой между…

— Постойте, — решился я. — Я хочу воспользоваться своим правом и бросить вызов Четвертому.

Маркус, да и все остальные сильно удивились.

— Да, у тебя есть такое право, — согласился Первый. — Но знаешь ли ты о последствиях?

— Да, знаю. В случае поражения я умру.

— И все равно хочешь сразиться?

— Да.

Маркусу ничего не оставалось, как признать мое право на бой.

— Да будет так! — объявил он.

Это было одним из правил Гадеса: кто не может трезво оценить свои силы — должен умереть. Это правило нашло отражение в регламенте турнира: каждый его участник может бросит вызов кому угодно, но в случае поражения, его ждет смерть.

По слухам, много достойных пустых самоубились благодаря этому правилу в прошлом.

Однако, в последние пару веков самоубийц не было. У меня появился шанс возобновить эту порочную практику. Постараюсь им не воспользоваться.

— Итак, сейчас состоится поединок между Седьмой Опорой — Рандом и Четвертой — Критосом!

Под неодобрительные и слегка заинтересованные взгляды пустых я спустился на арену. Их можно понять. Никто не любит выскочек. А тут кто-то, кто даже вастерлордом не является, бросает вызов самому Четвертому. В общем, победы мне никто не желал. Кроме Энъен. Находящаяся на трибунах кошка сильно махала хвостом, что выдавало крайнюю степень волнения. Хоть кто-то за меня переживает.

— Да начнется бой! — объявил Первый, когда мы с противником заняли места на арене.

Я тут же начинаю заряжать серо в мече, но не успеваю этого сделать — в меня уже летит серо противника. Довольно слабое, особенно для вастерлорда, но повреждения нанесет, а самое главное — собьет зарядку моего серо. Так что, я вынужден защищаться.

— Энкосен!

На пути серо возникает полупрозрачный барьер, еле-еле, но сдержавший атаку противника. Учитывая, сколько я туда вбухал реяцу… В следующий раз надо будет защищаться как-нибудь по другому.

Дзинь, — барьер разлетается в дребезги от протаранившей его туши Четвертого, который решил прикончить меня в ближнем бою.

Э, нет. Так дело не пойдет. Сонидо! Я заметно быстрее, чем Критос, но проблема в том, что в ближнем бою я не смогу нанести ему значимого урона — прочность иерро противника весьма высока.

Разорвав дистанцию, я вновь начал заряжать серо. Видя это, Четвертый тут же отправляет в меня свое. Умный гад! Однако, в этот раз я заряжал обычное серо, поэтому успел его завершить прежде, чем меня настигла атака противника.

Шух, — мое серо прошивает серо противника и врезается в него! Мне повезло — Критос своим же серо закрыл себе обзор и просто не видел моей атаки до последнего момента. Ну, как повезло… Я его немного опалил. Вот черт!

Рассчитывая на замешательство противника, я уже начал заряжать серо в мече и совершенно не ожидал контратаки врага! А ведь в этот раз, раздосадованному моему попаданию в него минотавру удалось создать довольно мощное серо. Черт, Энкосен здесь не поможет. Уйти тоже не успеваю.

В отчаянии, я взмахнул перед собой занпакто, пытаясь хотя бы смягчить повреждения. В аниме Ичиго вообще удавалось сдерживать серо мечом, но мне как-то не верится, что меч может сдержать волну энергии. Эти моменты в аниме всегда казались мне дурацкими. Настолько, что я даже никогда не проверял истинность этого приема. Сейчас же, мне не оставалось ничего, кроме этого. От одного серо я не помру, но, если его пропустить, инициатива окончательно перейдет к Критосу и выиграть бой будет нереально. Оставалось только попытаться разрубить серо противника, без всякой надежды на успех.

Однако неожиданно произошло то, что спасло меня и сильно повлияло на ход боя.

Заполненный отрицательной реяцу меч повел себя совершенно неожиданно: летящее ко мне серо оказалось рассечено на две части, сильно смягчив повреждения, а к моему противнику устремился вырвавшийся из занпакто серп синей энергии!

Минотавр не ожидал от меня такой подлости и второй раз за бой оказался поражен. И в этот раз все было не настолько безобидно. Синяя энергия обладала заметной разрушающей силой: на груди минотавра появился огромный ожог. Не сказать, что это его серьезно повредило, однако Критос впал в животную ярость, полностью забыв о тактике боя. Чего я и добивался.

Сонидо, сонидо, сонидо! — я со всей возможной скоростью оторвался от Критоса и вновь принялся за серо. Противник, вместо того, чтобы сбивать мои атаки своими, со всей скорости ломился ко мне, стремясь разрубить на две не обязательно ровные половинки! Ему же хуже!

— Гетсуга Теншоу! — выкрикнул я, уже намеренно направляя в противника серп синей энергии. А что? У Ичиго ведь нет авторских прав на название атаки. К тому же, я живу раньше него, так что еще вопрос, кто у кого название скоммуниздил. Мухахахаха!

Повторим! Снова разрыв дистанции и снова гетсугой во врага. Ой, мы так не договаривались!

Получивший очередной ожег, вастерлорд вконец озверел. И, что самое печальное, стал быстрее. Теперь мне не хватало времени, чтобы оторваться и зарядить в меч достаточное для гетсуги количество энергии. Придется принимать ближний бой. Но сначала… Не хотел я раскрывать свои способности остальным, но, похоже, без этого не обойтись.

— Создавай и Очищай, Крео! — произнес я, и меч в моих руках поплыл, превращаясь в резной посох, заостренный к низу и увенчанный трилистником сверху. — Все в скорость!

— Принято, напарник — отозвался Кейго, и Критос, сравнявшийся со мной в скорости, вновь стал казаться медленным. Настолько, что уклоняясь от его атак, я смог, наконец, полностью зарядить серо в клинке!

Уклоняюсь от удара секиры, а затем и от пинка, способного с легкостью положить конец моей истории. Есть! Критос открылся!

Удар! — острие напитанного реяцу посоха без труда входит в грудь минотавра. Туда, где виднеются следы от ожогов, и защита сильно ослаблена! Но это еще не все: как только заостренный конец занпакто оказывается в ране, я высвобождаю накопленную в клинке реяцу. Серо!!!

Казавшегося несокрушимым противника буквально разорвало изнутри. В груди Критоса образовалась гигантская сквозная дыра с обгорелыми краями. Минотавр, пошатнувшись, выронил зажатую в руках секиру, и с грохотом рухнул на песок арены.

Но даже этого не достаточно, чтобы победить настолько сильного вастерлорда, и Критос попытался это доказать — продолжая лежать на песке он, практически в упор, отправил в меня серо. И довольно мощное серо! А самое главное — уйти или защитится я не успевал. Оставалось только закрыться посохом. Хотя было еще кое-что.

— Кейго, лечение! — скомандовал я, максимально уплотняя иерро.

— Сам знаю.

На этот раз энергии в посохе не было и серо оказалось ослаблено совсем немного, однако Кейго превосходно справился со своей задачей. Повреждения от серо тут же регенерировали и непреодолимых последствий оно не имело. О восприятии боли Кейго тоже позаботился. Так что, вместо того, чтобы обгорелым валяться на песке арены, я преодолел серо и, оказавшись возле противника, со всей силы обрушил ему на маску острие посоха с небольшим количеством накопленной в нем реяцу.

С трудом, но занпакто все же вошел в твердую плоть врага. Минотавр в последний раз дернулся и затих, а меня, внезапно, захлестнуло чувство вливающейся в меня силы. Черт! Я быстро вынул занпакто из раны противника. Надеюсь, никто не заметил случившегося, а то могло стать печально — у нас тут все-таки турнир, а не бои на смерть, с пожиранием противника. А я сейчас делал именно это. Хоть и непреднамеренно.

Кажись пронесло. Если кто-то что-то и заметил, то не стал акцентировать на этом общее внимание.

— Победитель, и новый носитель звания Четвертой Опоры — Ранд! Он совершил невозможное, будучи еще даже не вастерлордом, победив известного своей силой Критоса! Иди, Владыка ждет тебя! — сообщил Маркус, а сам принялся за лечение минотавра.

В этот раз его молитва была на удивление длинной, а результат более чем скромным — маска у Критоса восстановилась, а вот дыра в груди зажила совсем немного. Сам Маркус выглядел крайне уставшим.

— Хорошо, что ты победил — поприветствовал меня Владыка, когда я приблизился к его ложе. — Время умирать еще не пришло. Маркус сейчас занят, поэтому спрошу я: ты будешь сражаться за звание Третьего?

Сложный вопрос. Узнав о турнире, я планировал забраться так высоко, как смогу, но подслушанный вчера разговор изменил мое мнение. Видя бой Барггана против Меркуцио, я понял, что справлюсь с Третьим. Однако информация о том, что он сдерживался, несколько подточила мою уверенность. Но не это было главным — теперь я знал, что Второй и Третий что-то затевают, и сейчас лучше не светиться.

Я, конечно, и так засветился, победив Четвертого, но смести я Барггана… Пристальное внимание от этих заговорщиков мне будет обеспеченно. Плюс ненависть от самого Барггана, который сейчас относится ко мне снисходительно. Оно мне надо?

— Нет. Звание Четвертого меня вполне устраивает.

— Что ж, — в голосе Владыки мелькнула тень разочарования! — тогда прими свою награду! — меня накрыло волной эйфории. Так же, как когда я стал Седьмым, только гораздо сильнее. Увидь я сейчас Айзена, с вживленным в него Хогёку, посчитал бы за не заслуживающую внимания помеху!

Вот ощущение эйфории прошло, но… Что это?! В прошлый раз так не было! Я почувствовал, что вся реяцу в моем теле пришла в движение, сжимаясь и уплотняясь. Само мое тело начало резко уменьшаться в размерах. Помутневшими глазами я успел разглядеть заинтересованный взгляд Владыки и взволнованную Энъен, мчащуюся ко мне. А затем меня поглотила тьма.

Древний бог, практически утративший свою божественность, наблюдал за изменениями, происходящими с молодым пустым. На что-то такое он и рассчитывал, когда немного увеличил входящий в того поток энергии. Рано или поздно это и так бы произошло, так что Гадес только ускорил процесс.

Тело пустого менялось: оно сильно уменьшилось в размерах и стало, примерно, с обычного человека. Маска, ранее полностью закрывающая лицо, обнажила заостренный, вполне человеческий подбородок. На теле появилась одежда — серый кожаный плащ и такие же штаны. На ногах нового вастерлорда была надета незнакомая Гадесу обувь. На вид — довольно удобная. На поясе висели ножны с занпакто, который не понес каких-либо видимых изменений. Дыры пустого, как и раньше, нигде не наблюдалось.

Изменения коснулись и реяцу пустого: она стала гораздо концентрированнее и агрессивнее. Максимальный объем ее увеличился почти в два раза.

— Можешь не волноваться. С ним все в порядке — сказал Гадес подруге Ранда, которой удалось как-то пробиться через фраксьенов Маркуса, охраняющих Владыку. И негромко добавил: — Более чем…

Очнулся я у себя, и, в этот раз, провалов в памяти у меня не было: вот, я побеждаю Критоса, вот — разговариваю с Владыкой, а вот — моя реяцу начинает странно себя вести, и я теряю сознание. Думаю, это из-за слишком мощного подключенного потока «подпитки». А притащила меня сюда скорее всего Энъен. О, а вот и она!

— Привет, долго я был без сознания? — поприветствовал я ее, приподнявшись с внезапно ставшей для меня слишком большой кровати. Да и вся комната стала выглядеть как-то… больше.

Вошедшая в комнату кошка вместо приветствия резко подскочила ко мне и нанесла неслабый удар лапой в грудь. Я не ожидал с ее стороны подобной подлянки и не успел среагировать, пропуская удар, который, впрочем, ощутился как слабый толчок, вернувший меня обратно в лежачее положение.

— Эй, за что?! — возмутился я. — Ты решила воспользоваться моим ослабленным состоянием и таки отомстить?

— Дур-рак!

— …

— Вот зачем ты кинулся в дрраку с этим Крритосом?! Ты ведь мог погибнуть, по настоящему погибнуть! И даже меня не предупрредилл! — Энъен в возмущении начала бить себя хвостом по бокам. — А потом еще и сознание потерял!

— Эмм, извини, я посчитал, что Критос для меня весьма удобен как противник — запоздало решил объяснить я. — Против нас с Кейго его шансы были низки…

— Ах, низки! — на этот раз чувство опасности сработало как надо, и угрожающе гудящий шар оранжевой энергии развалил надвое не меня, а всего лишь мою кровать и, достигнув пола, взорвался, немного опалив мою одежду. Одежду?!

Это открытие было столь шокирующим, что я полностью упустил из виду взбешенную Энъен и едва уклонился от еще одного гудящего шара!

— Все-таки решила отомстить — сделал я вывод.

— Да ну тебя! — кошка резко выскочила за дверь, оставив меня в одиночестве. Что это с ней? Никогда не видел Энъен в таком бешенстве. Но ладно, позже с ней поговорю. Сейчас меня гораздо больше волновали произошедшие во мне изменения.

Я внимательно осмотрел себя. Мой рост изменился: теперь он был примерно таким же, как и при жизни. То есть порядка ста восьмидесяти сантиметров. Телосложение тоже вернулось к прошлому. На теле, как я ранее заметил, появилась одежда: на плечи был наброшен серый кожаный плащ, прямо на голое тело, а на ногах появились такого же типа штаны. А еще, к глубокому удивлению, я оказался обут в самые натуральные кроссовки! Не отличающиеся по цвету от остальной одежды. Разве что чуть темнее. На поясе, не претерпев никаких видимых изменений, висели ножны с занпакто.

Лицо я разглядеть толком не смог. Надо будет захватить в следующий раз из мира живых зеркало. Путем ощупывания и разглядывания в поверхности занпакто, который обладал прехреновейшими отражающими свойствами, мне удалось выяснить, что маска почти не изменилась — только открытый подбородок добавил ей сходства с греческим шлемом. Подбородок, кстати, мой, родной! Если бы не жесткая, неестественно бледная кожа пустого, меня можно было бы принять за человека.

Изменилась и духовная сила. Да еще как изменилась! Она стала гораздо плотнее, агрессивнее, и ее стало почти в два раза больше! Как ни странно, но реяцу синигами тоже выросла. За предыдущие десять лет она поднялась до уровня Кейго до превращения, а затем сильно замедлила свой рост. Теперь же, произошел некий качественный скачек, и ее уровень стал как у слабого капитана. В сумме мой запас реяцу теперь составляет около шести капитанских резервов! Освоюсь с этим, и можно смело идти убивать Айзена!

Шучу. На самом деле все далеко не так просто. Резерв того же Критоса все еще превосходит мой. А я его победил будучи еще в предыдущей форме. Да и с Баргганом я всего лишь сровнялся, а Айзен с ним легко справился. Капитанов помимо Айзена тоже опасаться стоит.

Казалось бы, ну что они могут сделать при такой разнице в реяцу?!

На самом деле — довольно много. Резерв вастерлордов сильно превосходит капитанский, но даже форма шикая практически удваивает силу синигами и, к тому же, дает тем различные читерские способности. Они, конечно, есть и у пустых, но способности занпакто выглядят, на мой взгляд, более… продвинутыми что ли? Про банкай вообще молчу — механику действия я пока не совсем понимаю, но он, по крайней мере, уравнивает шансы капитанов и вастерлордов, если не дает первым преимущество!

Так, с внешностью разобрались. Еще надо протестировать где-то, как теперь действуют мои способности. А по дороге можно узнать у Кейго, что точно со мной произошло. Вообще странно, что я превратился — никак не ожидал от себя подобного — я ведь не обычный пустой. Так что эволюция стала для меня очень приятным сюрпризом. Судя по всему, я как был чем-то непонятным, так и остался им — то ли вастерлорд, то ли арранкар. Скорее первое — превращаться-то я не могу. Или могу? Тоже надо узнать у Кейго. Кстати, странно, что он до сих пор молчит.

— Кейго — позвал я его. — Хватит молчать, рассказывай, что произошло!

Но лишь тишина стала мне ответом.

Ничего непоправимого с Кейго не произошло, хотя сам он так и не считает.

Не на шутку обеспокоившись молчанием напарника, я тут же рванул во внутренний мир. Долго искать его не пришлось — Кейго нашелся на кровати в домике, в котором спал во время заживления души.

Сейчас он тоже спал. Я присмотрелся. На вид Кейго был вполне здоров, вот только его энергетика… От напарника вовсю разило моей реяцу. Моей реяцу пустого!! Вот черт, похоже мое превращение затронуло и его. Боюсь представить, как Кейго на это все отреагирует, когда проснется, с его-то боязнью стать пустым!

А еще совершенно непонятно, что теперь будет при высвобождении занпакто. Ладно, поживем — увидим. Главное, что с Кейго все в порядке. Ну, более-менее.

С этими мыслями я покинул внутренний мир. И вовремя: в дверь кто-то настойчиво стучал.

— Войдите! — дверь с негромким скрипом открылась. Это оказался небольшой (всего два метра ростом) адъюкас, лично мне напоминающий белку. Наверно, своими ушами. Или маской. Или манерой говорить и двигаться. Или еще черт знает чем — наверно всем одновременно.

Этого пустого я знал: он был посыльным Гадеса и я нередко его видел.

— Владыка Гадес желает Вас видеть! Следуйте за мной. — не дожидаясь ответа он направился вперед по коридору. Мне не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ним.

Владыка, как и ожидалось, оказался в тронном зале. Он величественно восседал на троне, положив руки на подлокотники. Взор Гадеса был устремлен вдаль. Казалось, он даже не заметил нашего появления.

— Оставь нас, Брэвис. — ни на йоту не изменив выражения лица повелел он.

— Слушаюсь, мой повелитель! — пустой-белка, которого, оказывается, звали Брэвис, поспешил скрыться за дверью.

— Настало время кое-что тебе рассказать — произнес Гадес, когда мы остались одни. — Сядь, разговор будет долгий.

Не успел я спросить куда сесть — в тронном зале помимо трона не было никаких сидений, пустым полагалось стоять в присутствии своего повелителя, как прямо передо мной появилось кресло. Из ниоткуда появилось!

— В этом месте подобные трюки совершать весьма просто. Все-таки, это средоточие моей силы, — пояснил Гадес. Вот если бы я попробовал сделать подобное в мире людей… то у меня бы получилось — не зря же я был богом, — но на это ушло бы слишком много сил.

— Были богом? — я и сам догадывался об этой странице жизни нашего Владыки, но сейчас мне выпал шанс узнать все из первых рук.

— Да. Давно это было — начал Гадес свой рассказ.

Из рассказа следовало, что это была общепринятая, для сильнейших существ практика — использовать энергию веры.

Основоположниками такой традиции были, кстати, не пустые — это были синигами. Те самые духи предков, в которых верили во многих первобытных племенах.

Синигами помогали людям, и люди обожествляли их, наделяя особым типом энергии. У нее много названий. Сам Гадес называл ее неким труднопроизносимым словом, я же буду звать ее праной. Так вот: в малых племенах влияния праны на синигами не ощущалось, однако, чем больше было племя, тем больше было верующих, и прана начинала оказывать влияние, давая заметную прибавку к силе синигами.

Поначалу, заметившие это «духи предков» поддались пороку алчности и принялись нещадно уничтожать друг друга. Действительно — чем меньше конкурентов, тем больше праны достанется именно тебе. Но не все было так просто.

Неожиданно оказалось, что один «бог» может впитывать только один тип праны, коих оказалось великое множество.

В зависимости от обстоятельств, и испытываемых эмоций смертные выделяли абсолютно разные типы праны. Духи предков начинали приобретать некий мистический атрибут, связанный со «своей» праной и становились, в представлениях людей, богами чего-либо.

Племен было много, и богов, соответственно, великое множество. Жаждущие большей власти, боги часто подбивали смертных устраивать военные походы, чтобы расширить свое влияние. Постепенно так образовывались крупные племена, а затем и государства.

Пустые присоединились к синигами далеко не сразу. Мелкие пустые обычно стремятся лишь пожирать вкусные души смертных, а адъюкасы и вастерлорды редкие гости на поверхности. Но все же они узнали. И присоединились. Причем не сформировали собственный пантеон, а влились в пантеоны синигами!

Дело в том, что синигами, в большинстве своем не способны, или крайне плохо способны поглощать отрицательную прану. А девать ее куда-то надо. Отдавая положительную прану богам, смертные скапливали в себе много отрицательной праны. В комплекте с положительной она была безвредна, но без — постепенно меняла людей, делая их более злыми и жестокими.

Так что, чтобы избежать этого, синигами были вынуждены договариваться с пустыми. Одним из таких богов и был Гадес.

— Сейчас мы утратили большую часть своей божественной силы. Почему? Я не хочу сейчас об этом говорить. Того, что я уже сказал, более чем достаточно для начала. — Закончил Гадес свой рассказ.

— Я рассказал тебе это не просто так. Настала и тебе пора стать богом.

«Стать богом?» — сказать, что я в шоке, это ничего не сказать!

— Сейчас нас, тех кто знает, очень мало, так что свободный тип праны должен найтись. Отправляйся куда-нибудь, где не распространены Ислам, Христианство или иудаизм и соверши чудо, с точки зрения смертных. Потом повтори подобное в ближайших поселениях. Выбирай определенный тип чуда. Думаю, ты разберешься, какая именно энергия веры тебе подходит. Как почувствуешь изменения в себе приходи снова, я скажу, что тебе делать.

— Благодарю, Владыка, но почему именно сейчас? — задал я мучивший меня вопрос. — Все вастерлорды так делают?

— Среди Опор — да. Кроме Маркуса. С ним все гораздо сложнее. Большинство других вастерлордов в Уэко Мундо — нет. Сейчас вера смертных дает лишь жалкие крошки того могущества, что было раньше, но и это слишком важный секрет, чтобы им делится с посторонними. Учти это.

— Хорошо, Владыка, — согласился я.

— Можешь присупать к заданию.

— Можно еще один вопрос, что со мной произошло? — У самых дверей вспомнил я, хотел спросить еще и про Кейго, но решил не палиться.

— Я всего лишь немного ускорил твое развитие. — Ответил Гадес.

— Насчет твоего занпакто — ничего плохого с ним не произошло. Подожди и сам все узнаешь — Услышал я его голос уже за дверьми тронного зала.

Похоже мысли он все-таки читает.

Ануке с самого утра было не спокойно. Безо всякой причины — просто неспокойно и все. Она доверяла своей интуиции. Когда она чувствовала нечто подобное, обязательно происходило что-нибудь нехорошее. Обычно это были мелкие неприятности, вроде промокшей обуви или плохого урожая грибов, но иногда случалось нечто гораздо более страшное. В один из таких дней ужасная потусторонняя тварь, с здоровенной дырой в груди, сожрала родителей девочки. Они оба были шаманами, но единственное, что смогли — это задержать тварь, чтобы их единственная дочь смогла спастись.

С тех пор, а было это три года назад, когда Ануке только исполнилось восемь, девочка стала крайне замкнутой и ни с кем, кроме бабушки, которая теперь воспитывала ее, не общалась.

А сегодня ее опять посетило дурное предчувствие. Почти такое же сильное, как перед смертью родителей. Наверное, стоило прислушаться к нему и сидеть весь день дома, но вчера как раз прошел дождь, и в лесу намечался хороший урожай грибов.

Когда бабушка взяла лукошко и сказала, что сегодня они идут за грибами, Анука попыталась ее отговорить, но та ее не послушала.

Нет, обычно она доверяла предчувствиям девочки, но ведь за грибами идут не они одни. Среди сборщиков будет немало и взрослых мужчин, не понаслышке знающих, как управляться с копьем и луком. Даже сам верховный шаман, по слухам, решил размяться и самолично поискать грибов. Так что, по мнению бабушки, сегодня с ними решительно ничего плохого произойти не могло. Как же она заблуждалась!

Шаман действительно пошел. Анука убедила бабушку держаться к нему поближе, и все, казалось, шло хорошо — урожай грибов действительно был очень хорош; девочка уже представляла с каким аппетитом будет их уминать за ужином, как внезапно, притихшее было чувство приближающихся неприятностей взвыло, вызвав у Ануки непроизвольный вскрик.

— Что, с тобой, Эни? — бабушка обеспокоенно на нее посмотрела.

Но объяснять ничего не понадобилось — ответ появился сам. В виде здоровенной твари напоминающей вставшего на дыбы коня, но почему-то рогатого, с клешней вместо правой руки, и с огромной дырой в груди!

Анука сразу узнала монстра. Ведь именно он убил ее родителей и едва не убил ее саму!

— Ахаха, повезло мне! Зря ты вылез из своего убежища, — обратилась тварь к верховному шаману Нараку и тут же атаковала. Шаман не успел ничего сделать. Миг, и его тело отлетает от мощного удара монстра и падает на землю, не в силах подняться.

— Один готов, — прокомментировала тварь свои действия. — Съем его позже, а сейчас — монстр обернулся на застывших в страхе и недоумении людей (насколько знала Анука, видеть монстра могли далеко не все, но внезапный полет шамана не мог не напугать) — посмотрим, какие еще блюда мне послала фортуна в добавок к основному. О, — тварь посмотрела прямо на Ануку с бабушкой, — две весьма аппетитные душонки. Кажется тебя я не съел в тот раз. Оно и к лучшему. Сейчас ты выгладишь гораздо аппетитнее!

— Беги, Эни! — Закричала бабушка, которая тоже видела и слышала монстра, но девочка не могла бежать. Тогда, три года назад, она оправдала свое имя (ветер), но сейчас не собиралась этого делать. Анука уже потеряла родителей, и не могла потерять еще и бабушку, но что она могла сделать?! Только молиться. Что она и сделала:

— О, великие духи предков, защитите бабушку, меня и других людей от этого монстра — всхлипывая от страха пробормотала Анука. И, о чудо! Ее молитва сработала!

Монстр, неторопливо приближающийся к беспомощным жертвам, внезапно развалился на две ровные половинки и под непонимающе-потрясенными взглядами нескольких видящих его людей, растаял в воздухе.

Впрочем, Анука недолго пребывала в недоумении насчет кончины монстра. Она, вернее он, обнаружился неподалеку.

Это был среднего роста мужчина одетый в серые кожаные куртку и штаны, за спиной мужчины, несмотря на отсутствие ветра, развевался плащ. На ногах была какая-то незнакомая обувь, а на голове, почти полностью закрывая лицо, шлем. В руках мужчина держал нечто, отдаленно напоминающее огромный нож. Это нечто и послужило причиной смерти монстра.

А еще Анука сразу почувствовала колоссальную силу, исходящую от незнакомца.

— Ты звала, и я пришел! — произнес тот, обращаясь к девочке. — Извини, к твоим предкам я отношения не имею, но помочь, как видишь, вполне способен.

Держи, — он кинул так и не пришедшей в себя девочке медальон, напоминающий снежинку, но почему-то серого цвета, — будут проблемы — обращайся.

После этого он подошел к неподвижно лежащему шаману и слегка ткнул его концом непонятно откуда взявшегося посоха.

— Ничего, жить будет. Кстати, чуть не забыл: мое имя Ранд.

Миг, и незнакомец исчез так же внезапно, как и появился.

На память о нем остался лишь амулет в форме странной снежинки.

Наверное, через некоторое время о странном незнакомце все бы забыли, если бы не слухи, пришедшие из других поселений. Слухи, в которых странный незнакомец, по имени Ранд, спасал людей от ужасных монстров. Его быстро включили в число духов предков, хотя сам он и утверждал обратное и стали почитать как Ранда-защитника.

Вот уже полгода, как я торчу в мире живых. Без подпитки от источника между прочим! Она действует только в Уэко Мундо. Поэтому, за все это время — в мире пустых уже полтора года прошло — моя сила ни капли ни выросла! Но ничего — это была необходимая инвестиция. Благодаря энергии веры все мои усилия окупятся. Рано или поздно.

Шесть месяцев я мотался из одного конца Земли в другой, спасая незадачливых смертных от происков потусторонних тварей. Хотя не только потусторонних — иногда и от обычных хищников, а то и лихих людей. Благодаря гарганте это было не так уж и долго, но все же я изрядно измотался психологически. Наверное, не стоило брать такую большую территорию под контроль. Но что теперь поделаешь?

А территория была действительно огромная: от сел и кочевий Восточной Сибири, до индейских резерваций Северной Америки. Хорошо хоть хватило ума не соваться к жителям Океании и Африки — совсем бы спятил от перенапряжения.

Хотя не все так печально. Моя работа мне нравилась. Приятно это, оказывается, спасать. Видеть, какими глазами смотрят на тебя люди, когда вытаскиваешь буквально с порога смерти, слышать благодарность, ощущать эмоции… Своего рода наркотик. Хорошо, что я к нему устойчив.

А сегодня, я, наконец, смогу вернутся в Уэко Мундо. Дело в том, что недавно приток праны стал достаточно мощным, чтобы покинуть пределы мира. Теперь он будет доступен мне в любом из этих четырех связанных миров. Хотя насчет ада не уверен — я слишком мало про него знаю.

Благодаря пране я теперь смогу слышать молитвы и в Уэко Мундо. Изначально, для того, чтобы спасенные могли впоследствии со мной связаться я выдавал им специальный артефакт. Выглядел он как снежинка. Только серая. С восьмью лучами, заканчивающимися наконечниками как у стрел. Звезда Хаоса — один из символов в оккультизме. Но внешний вид не несет особого смысла — так прикола ради. Смысл заключался в одном простеньком бакудо, наложенном на амулет. Хотя, не таким уж и простеньким. В Академии его не изучают. Потому, что это прослушка. Не принято, почему-то давать такие знания студентам.

Впрочем, обычная прослушка, как я теперь знаю, — весьма простое бакудо. Это же — модифицированное. К тому же, работает на отрицательной реяцу.

Откуда я его знаю? Меркуцио научил. По прямому приказу Владыки. Он же научил привязывать заклинания к предметам. И предоставил материал — далеко не все подходит для привязки заклинаний. Но как он при этом кривился! И даже не пытался этого скрыть. Отношения у нас с самого начала не заладились. Мы друг друга плохо переносим. И, не знаю, как у него, а у меня на это причины имеются.

Началось все с того, что в самом начале нашего пребывания здесь, этот гад попытался влезть мне в мозги. Видите ли, установить контакт, чтобы он мог видеть моими глазами.

Мне такое сильно не понравилось, и, не смотря на огромную, на тот момент разницу в силе, я его послал. Далеко и надолго. Это не понравилось уже ему, и Меркуцио решил силой влезть в мои мозги. Только вот, спасибо Кейго, ничего у него не вышло. Вернее, все бы у него получилось — мы с напарником изо всех сил сопротивлялись, но я чувствовал, что еще немного, и защита моего разума падет, но в самый ответственный момент, появился сам Владыка и велел Меркуцио меня не трогать. Второй повиновался, но с той поры относиться ко мне откровенно враждебно. Как и я к нему.

Масла в огонь моей неприязни ко Второму подлил еще и подслушанный во время турнира разговор. Они с Баргганом явно что-то замышляют. К сожалению, выяснить что, у меня не получилось. Банально не было времени. Поручать Энъен это дело я тоже не стал. Если кто-то из этих двоих заметит слежку, её могут просто убить. Это меня лично курирует Гадес, да и постоять за себя я могу. Пантеру в это дело лучше не впутывать.

Кстати, насчет нее: помирились мы в тот же день, что и поругались. Энъен вообще не может долго злится. Подобно своей стихии — огню, она быстро вспыхивает и столь же быстро остывает. Так что, спустя где-то полчаса она заявилась ко мне, занятому наведением уборки после устроенного погрома, и, как ни в чем не бывало принялась рассказывать последние новости.

Наши с ней тренировки не прошли даром. Ну как не прошли… кошка теперь занимает место Восьмой Опоры. Легко справившись с Эссархом — его маскировка опять не прошла — она умудрилась проиграть скорпиону. Противники были примерно равны, но Снирк оказался чуть ровнее.

Не знаю, как она умудрилась проиграть. Подробности кошка не рассказывала.

Скорпион не создавал впечатления сильного противника. Хитрого — да. Сильного — нет! Но, тем не менее, факт остается фактом: Энъен — Восьмая. И весьма расстроена этим фактом. И вовсю жаждет тренироваться. А меня, как назло, отправляют в Генсей.

От разговора с Энъен меня тогда отвлекло появление Меркуцио.

Ну, а потом, получив вводную теперь от Второго, я попрощался и отправился в Мир Живых.

И вот теперь, спустя полгода, я, наконец, могу вернуться. Как изменился Элизиум за это время? Как там Энъен? Что за коварные планы строят Меркуцио с Баргганом. Совсем скоро я это узнаю.

Но перед этим стоит, пожалуй, заглянуть к одному любителю носить шляпы.

С Урахарой Киске мы, в последнее время, видимся часто. Работаем над созданием тела для Кейго.

Обещал он это сделать за месяц, но не справился до сих пор. Видите ли изменения ментального тела слишком серьезные и это надо тщательно изучить, чтобы избежать риска ошибки. Так что, хочешь не хочешь, а приходится частенько наведываться к нему в гости. Для прохождения всяких измерений и экспериментов. Подозреваю, что ученый занят не столько созданием тела для моего напарника, сколько изучением меня, как новой формы жизни, но не возражаю. Ведь эти визиты и мне приносят пользу, и не малую — я изучаю кидо!

Пять месяцев назад, когда я заявился к Урахаре с его датчиками, забранными из Уэко Мундо (тогда еще можно было беспрепятственно покидать мир), и потребовал соблюдения условий договора, он сообщил, что все готово, кроме меча, и если я хочу осуществить свою задумку, то надо подождать. Он клятвенно заверил меня, что уже связался с Йоруичи и скоро все будет готово.

Однако, ученный заметил, что мое духовное тело претерпело изменения. Поэтому пришлось заново проходить ряд замеров. Результаты повергли ученного в шок. А еще, заставили схватиться за голову, так как все созданные им расчеты были сделаны для ментального тела синигами, ну или занпакто. Никак не, хоть и частично, но пустого.

Новые расчеты оказались гораздо сложнее предыдущих, так что Киске потребовалось намного больше времени. Нет, тело можно было создать уже месяца четыре назад, но вот меч… Частичная пустофикация Кейго очень сильно осложнила осуществление этого моего замысла.

Так что, получить тело Кейго мог уже давно, но, в этом случае, мы оба остались бы без занпакто. Что не очень хорошо вообще, а в связи с предстоящим противостоянием Айзену и вовсе смерти подобно.

На самом деле, как заверил меня тот же Киске, вполне возможно вырастить новый занпакто, взамен утраченного. Для этого всего лишь нужен асаучи и… время. От одного года до десятка лет. А еще новый занпакто поначалу будет слаб. Сильный синигами, конечно, разовьет свой меч быстрее, чем студенты Академии, но терять время сейчас совершенно не хотелось.

Хотя, если моя задумка удастся, занпакто все равно получится слабым, но, как я надеюсь, развиваться будет гораздо быстрее. Так что остается уповать на Урахару.

Сам Кейго перенес новость о своей частичной пустофикации довольно спокойно. За прошедшее время, кошмары, мучавшие его, несколько поблекли.

Имея каждодневный опыт наблюдения за вполне вменяемыми пустыми он уже не был столь категорически настроен против такой формы существования. Так что, хотя реакция напарника была далека от положительной, ожидаемой истерики не было.

Добавление реяцу пустого, кстати, не принесло никаких изменений в способностях Кейго. В будущем, она, возможно, и проявит себя, но будет это скорее всего еще очень не скоро.

Пройдя гаргантой, я привычно очутился недалеко от Каракуры. Можно было оказаться и в самом городе, но маскировать открытие гарганты я не умею, привлекать внимание синигами совершенно не хочется.

Так что, приходится появляться километрах в десяти от города, а уже потом добираться туда. Добираться, кстати, очень быстро. Удивительно, как другие пустые не додумались до такого способа маскировки. Впрочем, не все же умеют так хорошо прятать реяцу, как я, и их в любом случае быстро засекают. Так что им действительно лучше открыть гарганту сразу в нужном месте, по-быстрому хапнуть чью-нибудь душу и смыться. Ну, а большинство пустых вообще об этом не задумывается — живут, ведомые простейшими инстинктами.

Оказавшись на пороге знакомого магазинчика я уверенно постучал в дверь.

— Приветствую, Ранд-сан, — поздоровался Урахара, открывая дверь. По скорости появления его на пороге было ясно, что он знал, что я сейчас приду. Откуда спрашивается? Всех жучков, которых он мне внедрил я вывел. И убедительно попросил его больше так не делать, намекая на разрыв всяческих связей и причинение физического вреда в случае повторения подобного. Он внял. Вроде.

— Приветствую, Урахара-сан, Вы, я смотрю, меня ждали…

— О, просто я настроил прибор для регистрации гарганты так, что он теперь захватывает пятнадцатикилометровый радиус вокруг Каракуры. А гарганта за городом открывается крайне редко — пустых привлекают большие скопления народа…

— Хм, весьма оригинально. Об этом я как-то не подумал. Как там Ваши исследования?

— Создание нового образца самопишущей ручки, работающей на принципиально ином принципе прошло успешно. — Принялся вдохновенно рассказывать Киске. — Образец уже прошел первичные испытания и готовится к…

— Это все, конечно, очень интересно, но я об иных исследованиях.

— А, — выражение лица ученного мигом стало скучающим, — все готово. Неделю как. Просто Вы давно не заглядывали…

Признаться честно, я был удивлен. В последний мой визит сюда Урахаре оставалось сделать еще довольно много. Хотя визит этот и впрямь был довольно давно — около трех недель назад. После этого я осваивал новый регион, и приходилось почти безвылазно сидеть там, перемещаясь, время от времени, в другие регионы, чтобы помочь молившимся мне.

Ужасно хлопотное занятие. Спасибо еще, что мои верующие находятся вдали от городов — там мороки было бы гораздо больше. А так, большинство пустых удалось выбить сразу, тем самым здорово упростив себе задачу. Да и появляются они там на удивление редко — все же шаманы кое-что могут.

Но, тем не менее, реагировать приходится. И не редко. Я же не только от пустых защищаю. Приходится мотаться из одного конца мира в другой довольно часто. Надо с этим что-то делать. Вернусь в Уэко Мундо — расспрошу Гадеса. Не замечал я, чтобы он постоянно куда-то исчезал. Да и культ свой вряд ли забросил. Должно быть какое-то решение!

— Очень неожиданно! И когда мы можем приступать? — Я ощутил сильное волнение. Не только свое, но и Кейго.

— Ты как, готов снова стать синигами?

— Да как-то не очень. Подожди, может сейчас не подходящее время или еще что-то в этом роде и придется нам еще некоторое время быть вместе.

Но Урахара мигом развеял это его предположение:

— Да хоть прямо сейчас. Только надо сделать контрольный замер, и сразу же можно приступать.

— И долго будет проходить. — я замялся, ища подходящее слово — операция?

— Около двух часов, насколько я знаю — раздался из дома голос, напомнивший мне голос Энъен.

— Приветствую, Йоруичи-доно — я слегка поклонился здоровенному черному коту, появившемуся на пороге, ой, то есть кошке, конечно, учитывая ее настоящий пол. Но первое впечатление от этой животины были именно — «Кот».

Никогда не видел подобных кошек. Не удивительно, что Ичиго и компания не подозревали, что это существо женского пола. Видимо, этот кот отражение внутреннего мира Йоруичи.

Неудивительно. Яйца-то у нее есть. Стальные. В переносном смысле конечно. Хотя…

Резким движением я схватил кошку и поднял, держа на вытянутых руках животом к себе. Мгновения, пока она не пришла в себя, мне хватило, чтобы убедиться — да, действительно кошка.

— Ты что твориш-шь, гр-рубиян! — возмутилась Йоруичи, успешно избавляясь от моего захвата. — И вообще, откуда ты знаешь, кто я?

— Простите, Йоруичи-сама, не смог удержатся. Уверяю Вас, что больше подобного никогда не повториться. — Рассыпался я в извинениях. Действительно, что это на меня нашло? Ребячество какое-то. Никогда за собой подобного не замечал.

— Ладно, уж, живи, — милостиво позволила мне эта кошатина, с важным видом вылизывавшая бока, — но это в первый-последний раз!

— Кхм, — напомнил о себе Урахара. — Я хотел вас познакомить, но, вижу, вы и сами прекрасно справились.

— Он еще не ответил, откуда меня знает, — все еще недовольно сообщила кошка.

— Да оттуда же, откуда и остальное мое знание — видения. Думаю, Киске Вам об этом рассказывал. — По недоумевающему виду кошки я понял, что нет — не рассказывал. И ничего хорошего ему теперь не светит.

— Значит, скоро расскажет, — решил спасти я ученного от немедленной расправы.

— Да-да, конечно, просто как-то повода не было… — Очень в этом сомневаюсь, но это его дело как и что кому рассказывать. Хотя, сейчас и мое тоже, потому что информация касается меня, но уж Йоруичи я доверяю. Не зря, надеюсь. — … если никто не против, давайте перейдем уже к эксперименту.

Эксперименту? Зря я его спасал. От этого слова веет чем-то неопределенным.

Но вслух я свои сомнения высказывать не стал. Раз уж решил доверить ему это дело, надо доверять до конца. Никаких причин сливать меня сейчас у Киске нет.

С этими мыслями я и прошел контрольные замеры. А потом:

— Сейчас будет отделение Кейго от вашего духовного тела. Это может быть немного болезненно. Готовы?

— Не очень, — голос Кейго во внутреннем мире был полон сомнения. Сам я, честно говоря, тоже не был так уж готов, но это было необходимо нам обоим.

— Готов! — уверенно ответил я, а потом меня накрыла Боль.

Шух, шух, шух, — несколько бала пролетели практически вплотную к телу, так близко, что я почувствовал исходящий от них жар. Я специально подпускаю их так близко, чтобы лучше развить свое чувство пространства. И чувство опасности заодно — делаю я это с закрытыми глазами, и насколько это возможно, с отключенным чувством реяцу. И, если глаза закрыть просто, то с чувством реяцу гораздо сложнее.

После приобретения невозможно полностью его отключить — можно только максимально снизить радиус восприятия. Так что, вблизи я бала таки ощущаю, но среагировать не успеваю — разве что чуть-чуть.

— Стоп, — скомандовал я Энъен, отвлекшись на подергивание мочки левого уха — символ Вестника. Бомбардировка меня огненными шарами made in Hueco Mundo тут же прекратилась.

— Что-то серьезное?

Я взглянул на мир глазами Вестника:

— Нет, моего вмешательства не требуется. Вестник справится.

На самом деле, здесь даже без вмешательства Вестника можно было бы обойтись. Уж с парочкой бандитов одаренный должен справится самостоятельно.

А взывавшая ко мне девушка была именно одаренной. И довольно сильно, раз сумела дозваться меня без передающего устройства — того самого амулета, который я вручал своей пастве. Не всем, конечно, а только способным хоть в малейшей мере взаимодействовать с миром духов. На всех амулетов не напасешься. Да и головной боли бы мне заметно прибавилось.

Те, кто захочет, сделают амулет сами. Поначалу это будет бесполезный кусок дерева/металла/кости — да чего угодно, но потом, накопив энергию веры, он приобретет те же свойства, что и врученные мной. Как хорошо, что у меня есть Вестник!

Так вот: с парочкой бандитов, пусть и вооруженных ружьями, девушка должна была справится самостоятельно. Но, либо ее совсем не обучали, либо она просто сильно растерялась и не нашла ничего лучшего, чем молится.

Что ж, раз молится — надо помочь. Вестник, являющейся внешне точной копией меня материализовался на поляне, на которой двое мужчин среднего возраста прижимали к дереву молоденькую девушку лет семнадцати-восемнадцати.

Довольно красивую: густые светлые волосы, небесного цвета глаза, сейчас расширенные от испуга, правильные черты лица, и фигура, изящество которой не скрывала даже накинутая на плечи девушки куртка.

— Посмотри, Дейв, какая нам сегодня досталась цыпочка — с этими словами заросший щетиной мужик стащил с отчаянно сопротивляющейся девушки куртку, оставив ее в одной майке. Хм, грудь у нее тоже ничего. Третьего размера примерно. Но, что-то я не о том думаю. Пора бы вмешаться.

Обычно, в таких ситуациях Вестник действует самостоятельно, но сейчас я решительно взял его под контроль — хочу сам поучаствовать в наказании этих ублюдков.

— О, какая грудка! А по фигуре и не скажешь! — громко засмеялся мужик, — сейчас мы ее опробуем!

Вжух! — тянущаяся к груди девушки рука бандита падает на землю, обдавая их обоих брызгами крови.

— Ааа, — истошно кричит мужик, недолго, правда — следующей атакой, я пронзаю ему сердце, прерывая его бесполезную жизнь.

Второй насильник, опиравшийся на ружье метрах в пяти от нас, недоуменно переводил взгляд с нее, на своего падающего на землю товарища. Он, в отличие от девушки, меня не видел.

— Что ты с ним сделала, сучка?! — он решительно вскинул ружье. По глазам было видно — сейчас прозвучит выстрел!

Шух!

Мое бала сильно проигрывает созданным Энъен, но бандиту хватило и этого. На землю опустился труп с выжженной дырой в груди. А через мгновенье мы с потерпевшей стали свидетелями довольно редкого зрелища: души обоих бандитов затянуло в, буквально выросшие из-под земли, большие красные врата.

— Qu’est-ce?[2]- негромко произнесла девушка.

В отличие от бандитов, которые говорили на английском, не плохо знакомом мне еще с тех времен, кода я был обычным человеком, спасенная использовала язык Дюма и Бомарше.

Будь дело полугодом ранее и я бы ее просто не понял. Французский был мне не знаком.

Во время создания своего культа я пользовался специальным амулетом-переводчиком, выданным Меркуцио. Не сказать, что я сильно доверял этой вещице, точнее ее создателю, поэтому как только отпала необходимость, поспешил от нее избавится.

Так что-то, что я все же понял девушку, заслуга исключительно моей, начинающей формироваться, божественности. Я, теперь, понимаю все языки, на которых говорят верующие в меня. И даже говорить могу.

Сделав умственное усилие, чтобы переключится на французский, я ответил:

— Врата Ада. Туда затягивает души тех, кто при жизни совершил много грехов. Эти двое получили по заслугам. — Я проследил за взглядом спасенной, который перебегал с одного мертвого тела на другое.

Далеким от сострадания взглядом.

Ну, и правильно — врагов надо ненавидеть, а не жалеть.

— Ты как? — спросил я ее. Этот простой вопрос послужил спусковым крючком: казавшаяся неестественно спокойной, девушка внезапно громко разревелась.

— Почему они так со мной… хнык-хнык… за что… я же им ничего не сделала… хнык-хнык-хнык.

Продолжая всхлипывать, она без сил опустилась на землю и села, обхватив колени руками.

Эх, не люблю, когда кто-то плачет, особенно, если это красивая девушка.

Не придумав ничего лучше, я присел на землю рядом с ней и обнял ее за плечи.

— Тихо-тихо, милая, все уже позади. Больше с тобой ничего плохого не случится, — принялся я ее успокаивать. Не самые подходящие слова, но не мастер я успокаивать плачущих девушек.

Спасенная неожиданно развернулась, и, уткнувшись носом мне в плечо, продолжила всхлипывать. Теперь, правда, гораздо тише.

— Ну что ты, красавица, успокойся. Твои обидчики свое уже получили. Или тебе их жалко? — Отрицательные движения головой, уткнувшейся в мое плечо, послужили ответом.

— А ты знаешь, что, если много плакать, то раньше времени образуются морщины? — ноль реакции.

В конце концов мне надоело придумывать аргументы для ее успокоения — все равно не реагирует, и я молча сидел гладя ее по голове и спине.

Прошло где-то полчаса, прежде, чем девушка выплакалась и взяла себя в руки.

Отстранившись, она бросила взгляд на тела несостоявшихся насильников, от чего ее передернуло, и обратилась ко мне:

— Спасибо большое, что помог! Если бы эти… эти… — на глазах девушки вновь выступили слезы, но она волевым усилием взяла себя в руки и закончила фразу:

— Если бы они совершили бы то, что задумали, то я, наверное, покончила бы с собой. Спасибо!

Глядя в сияющие глаза девушки, устремленные на меня, я почувствовал себя на удивление неловко.

— Эмм, пожалуйста. — Ответил я первое пришедшее на ум.

— Я — Энжель, — решила представится спасенная.

— Ранд.

— Ранд? То есть, ты тот, кому я молилась? Ой, извините, что так непочтительно себя вела!

— Все в порядке, — рассмеялся я. — Можешь обращаться как и прежде.

— Но это ведь будет непочтительно…

— Я молодой бог, у меня нет закидонов с почтительностью, — сообщил я, но, подумав, добавил. — Только остальным это не сообщай.

— Эм, хорошо, а кому остальным?

— Ну, у кого-то же ты узнала, как мне молится…

— У моей подруги — Иоки. У нее в деревне все в Вас, то есть тебя верят. Я вообще атеистка… была, но слова Иоки, что нужно молится тебе в сложной ситуации запомнила. А в этой ситуации мне не оставалось ничего, кроме как молится.

— Что весьма странно. Ты бы и сама могла справится с этими бандитами.

— Что ты имеешь в ввиду? — заинтересовалась девушка.

— Пойдем, я провожу тебя до дома. По дороге поговорим.

— Да, хорошо, только… — девушка кинула взгляд на валяющиеся трупы.

— Это не проблема:

— Хадо № 54 Хайен! — пламя пожирает труп первого бандита.

Еще один Хайен, за первым следует второй.

В довершение я применяю чистящее кидо, избавляя одежду, с изумлением наблюдающей за мной Энжель от пятен крови.

— Идем.

— Идем, у меня тут велосипед неподалеку. Я как раз ехала от Иоки домой, но заметила белку и решила за ней понаблюдать, а тут эти…

Ранд, ты ведь можешь перемещаться со скоростью велосипеда? — обеспокоенно спросила Энжель. — А то пешком мы будем добираться до середины ночи. Ничего страшного, но родители будут волноваться.

Вместо ответа я использовал сюмпо, переместившись на другой край поляны, еще одно — и я стою на прежнем месте.

— Вопрос снимается, — пораженно сказала девушка. — Идем.

Добравшись до дороги, где, в кустах, был спрятан велосипед мы направились в город. Энжель ехала на велосипеде, а я неспешно скользил рядом.

— Тут, конечно, безлюдно, но что будет, если тебя заметят? — Спросила Энжель, когда мы только начали движение, и сама же ответила на свой вопрос:

— Хотя, тебя же, не заметят. Обычно люди не замечают подобных тебе. Я сталкивалась несколько раз с подобным, но те люди от тебя сильно отличались. Они, кроме одного, одетого во все белое, и таскающего при себе средневековое оружие, напоминали самых обычных людей. А ты напоминаешь того белого, но ощущаешься как-то иначе.

— Этот белый, скорее всего, представитель САЭ — Священного Альянса Экзорцистов — местный аналог синигами. А синигами это…

Я рассказал Энжель о Сообществе Душ, Уэко Мундо, синигами и пустых, и об их вечном противостоянии.

— А ты тогда кто? — возник резонный вопрос, — синигами? На пустого не похож. Но почему тогда откликнулся на мою молитву? Или у всех синигами такие способности?

— А я вообще не пойми кто, — рассмеялся я. — Можешь считать меня начинающим богом.

— Так у вас и боги есть? В твоем рассказе ничего такого не было.

— Есть, но это, — я приложил палец к губам, — страшная тайна! Так что, если у тебя вдруг появятся друзья среди синигами, пустых или кого-то в этом роде не вздумай рассказывать об этом.

— Хорошо-хорошо, — рассмеялась девушка, но внезапно погрустнела, — сомневаюсь, что у меня могут появится друзья среди них. У меня вообще очень мало друзей. Иоки только.

— Но почему? У такой хорошенькой девушки должно быть много друзей.

Девушка молчала. На ее лице отразилась внутренняя борьба. Я уже думал, что она не ответит, когда Энжель заговорила:

— Все дело в моем даре. Я ведь не только могу видеть таких как ты. Хотя лучше бы это было так. Мой дар, а точнее — мое проклятье в том, что я чувствую эмоции других людей.

— Почему проклятье? Вполне полезный дар. — Спросил я, хотя уже догадывался в чем дело.

— Да, временами это полезно, — согласилась Энжель, — но благодаря этому у меня и нет друзей, — печально закончила она. — Когда постоянно чувствуешь эмоции окружающих трудно с кем-то дружить. Большинство девушек мне, отчего-то завидует, а с парнями и того хуже…

Она не стала уточнять почему, а я не стал спрашивать — тут и так все понятно.

— А вот твои эмоции я не ощущаю, — поделилась девушка.

— Наверное, это потому, что я не человек.

— Может быть, хотя мне казалось, что эмоции того типа в белом я ощущаю. — Пожала плечами Энжель. — Но это не точно. Он был далеко, так что я могла и напутать.

Внезапно пришедший вызов отвлек меня от разговора с девушкой.

— Извини, у меня возникли дела в другом месте, — обратился я к ней. — Так что дальше тебе придется ехать одной.

Энжель уже достаточно успокоилась, и я не переживал по ее поводу. Дальше и сама превосходно доберется. Я и так провел с ней излишне много времени.

Однако у девушки было на этот счет другое мнение:

— Ранд, постой, мы ведь увидимся снова? — Неожиданно спросила она. Голос девушки был крайне взволнован.

— Если попадешь в опасную ситуацию, то обязательно, — ответил я, намериваясь переместиться к источнику вызова.

— Ты говорил, что я и сама могла бы справится с теми бандитами, но как? Ты научишь меня?

Вот жешь очередная мигрень на мою голову!

— Я очень занятое существо, — попытался отказаться я.

— Пожалуйстааа!

Глядя в эти прекрасные голубые глаза просто невозможно было отказать.

— Я подумаю, — ответил я, растворяясь в воздухе.

Но, перед этим, я кинул на Энжель метку. В глубине души я все уже давно решил.

Он не помнил своего прошлого. Не помнил имени. Не помнил даже каким именно существом являлся. Было ощущение, что человеком, но он абсолютно не был в этом уверен.

К тому же, сейчас его внешность лишь отдаленно напоминала человеческую.

Да что там! Он походил какого-то персонажа фильмов ужасов: трехметрового роста, гориллообразный, с внушительными когтями и жуткой маской на лице!

Удивительно, почему эти люди, называющие себя квинси, были так добры к нему.

Он не помнил своего прошлого до того, как очнулся в военном госпитале квинси.

Доктор Мэлв, который занимался его лечением, сказал что его тело, уже почти не подававшее признаков жизни нашел лично он сам в одном японском городке.

На вопрос, почему тот решил спасти чудовище, а по людским меркам Юнг, такое имя ему дал Мэлв, как ни крути, был чудовищем, доктор ответил, что Юнг, безусловно, заинтересует Его Величество.

С момента своего окончательного выздоровления, Юнг был приписан к одному из отрядов квинси. Вместе с ними он тренировался и, временами, охотился на пустых.

Пустые.

Юнг заметил, что больше всего он похож именно на них. Но, тем не менее, он был уверен, что не являлся пустым в «прошлой» жизни. К тому же, у него не было присущего всем им атрибута — дыры пустого. Так, что, хоть он и имел маску, назвать себя пустым Юнг не мог.

Так кто же он?!

Этот вопрос мучил его все свободное время.

Чтобы забыться, Юнг все свободное время посвящал тренировкам.

В первое время, после тренировок его начинал терзать жуткий голод, но доктор Мэлв заметил это и нашел решение.

Он что-то поколдовал в своей лаборатории и выдал Юнгу пилюли, которые нужно было применять всегда, когда появится подобный голод. Так проблема была решена.

Поскольку Юнг все свое время посвящал тренировкам, он становился все более и более сильным.

Он мог справится с пустым за несколько мгновений!

Дошло даже до того, что командир его отряда просил не вмешиваться в охоту за пустыми, чтобы остальные тоже могли тренироваться.

И вот сегодня Юнг получил вызов на аудиенцию к самому Императору.

— Приветствую, Ваше Императорское Величество Владыка Арес, — как велел этикет, Юнг опустился на оба колена, но все равно был несколько выше обычного человека.

— Можешь подняться. Я вызвал тебя, потому что решил поручить тебе одно очень важное задание. От этого задания может зависеть судьба всей Империи. Ты готов выполнить его?

— Да, Владыка! Что нужно сделать? — Этот человек был добр к нему, вылечил, дал кров и помог стать сильнее. Юнг без сомнения выполнит любой его приказ.

— Хорошо. Тебе предстоит отправится в Уэко Мундо…

С вызовом я разобрался быстро. На этот раз причиной послужил пустой. Быстро прикончив тварь, я оставил Вестника и вернулся в свое тело.

Полезная это техника — Вестник. Не знаю, как бы справлялся без него. Постоянные мотания из одного края мира в другой меня совершенно не прельщают. Так что, слава Гадесу, что есть Вестник.

Он (Гадес) меня ему и научил. Произошло это, как только я вернулся из мира людей.

Вестник — это своего рода аватар бога. Он может действовать самостоятельно — согласно полученным при создании установкам, или непосредственно под управлением бога.

Он, по сути, является копией бога, но без собственного сознания. Вестник очень напоминает робота, с записанным заранее алгоритмом действий.

Хотя нет, сознание у него все-таки есть, но не человеческое, а, скорее, собачье. Довольно умной собаки, но все-таки…

Впрочем, это неважно. Для выполнения большинства задач хватает и алгоритмов.

Большим плюсом Вестника является то, что он может действовать самостоятельно, не отвлекая меня передавать то, что видит, слышит, ощущает и т. д.

А еще то, что он может мгновенно перемещаться из одного места в другое.

Это плюсы. Теперь минусы.

На самом деле минус у Вестника всего один, а остальное так — недовольное ворчание, что могло бы быть лучше, но перечислю:

1. Некоторая ограниченность действий. — Если ситуация будет слишком уж сложной Вестник не сможет адекватно среагировать.

В действительности такие ситуации встречаются довольно редко. Мне пока встречалась только единожды. И Вестник, благополучно оказавшийся под моим непосредственным управлением, со всем быстро управился. Так что, как видите, минус довольно надуманный.

2. Привязанность к области.

Вестник может появляться только в местах где в меня верят, и не может удалятся далеко от этой области.

Не знаю с чем это связно — может недоработанность техники, может — один из мировых законов, но это так.

Так что для слежения за кем-либо он подходит слабо. А жаль, — было бы неплохо использовать его для слежки за Баргганом и Меркуцио. Я так и не узнал, что они задумали. В свите Третьего появился очень хороший сенсор, так что незаметно проследить за ними не получалось.

3. Ну, и третий минус, который действительно минус: мне пришлось пожертвовать пятую часть своего резерва на его создание!

Не навсегда — при желании я могу вернуть потраченное обратно, но Вестника потом придется создавать заново. А процесс это довольно медленный и трудоемкий, так что возможностью этой стоит пользоваться лишь при большой нужде. Битве с Айзеном, например.

Не сказать, что расставание с двадцатью процентами собственного резерва меня обрадовало, но Вестник был действительно необходим. Так что пришлось смирится.

В конце концов, поддерживая веру в себя, я получу гораздо больше. Такая, своего рода, инвестиция.

— Что-то ты долго, — обратилась ко мне сидящая неподалеку Энъен. — Обычно ты управляешься гор-раздо быстррей. Что-то сер-рьезное?

— Серьезное? — Я бы не сказал. А вот интересное — да. Помнишь, я рассказывал, что среди людей довольно много одаренных?

— Да, шаманы там всякие, — пренебрежительно махнула хвостом кошка. — Для них достигнуть ур-ровня силы гиллиана великое достижение.

— Ты права. В большинстве случаев так и есть. Исключая квинси, конечно. Среди них процент сильных одаренных заметно выше, но я сейчас не о квинси. Среди видящих тоже иногда встречаются алмазы. Очень-очень редко. Не чаще, чем вастерлорды в Уэко Мундо. Но сегодня я нашел один из них.

— Ты хотел сказать одну? Это та девчонка, которрую ты спасал? — это был скорее не вопрос, а утверждение.

— Э-э, да, — потянул я, удивленно глядя на недовольную Энъен.

— Только не говори, что ты будешь ее учить…

Что-что, а делать выводы пантера умеет, или это женская интуиция?

— Именно это я и собираюсь сделать. А что?

— Да почти у любого адъюкаса здесь гор-раздо больший потенциал, чем у любого человеческого видящего! Почему ты не набер-решь фрраксьенов среди них, раз уж р-решил набиррать. — Хм, почему это она так против Энжель? Она ведь ее даже не видела.

— Тех адъюкасов, которые более-менее уже давно разобрали по фракциям, а у оставшихся либо слишком мало сил, либо весьма скверный характер. Да и не хотел я набирать фракцию. Мне тебя одной позарез хватало.

— А сейчас, значит, не хватает?!

— Ну, сейчас ты все же не мой фраксьен, — после некоторой паузы нашел что ответить я.

— Ах так, значит!

От дальнейшего разговора меня спас внезапно прогремевший по всему Элизиуму голос Маркуса:

— Повелеваю всем Опорам немедленно собраться в Малом Зале.

— Пойдем, Первый зовет. — сказал я Энъен и первым устремился к Малому Залу. Через секунду за мной последовала и кошка.

Хм, что-то срочное. Редко нас так вызывают. Надеюсь, на нас не напал весь Готей в полном составе. Владыка, конечно, крут, но за его поединок с Ямамото я не ручаюсь — просто не видел настоящей силы командующего-доно. Может Гадес с ним и справится, но они явно тут все порушат. Да и нас могут ненароком зацепить.

Или это не Готей, а кто-то еще? Мало ли сильных существ в Уэко Мундо. Может еще какой древний бог напал.

Не знаю, сколько всего я бы напридумывал, пока шел, но Первый повторил свое повеление, на этот раз дополнив его:

— Всем Опорам немедленно собраться в Малом Зале. Пора поприветствовать нашего нового собрата!

Сегодня был неудачный день.

Привычные места сбора орехов и ягод неожиданно оказались кем-то обобраны подчистую.

У Юки, для которой дары природы были единственным средством к существованию, невольно выступили на глазах слезы. Но она быстро взяла себя в руки.

Слезами горю не поможешь, — решила девушка — придется идти дальше.

Обычно Юки собирала орехи и ягоды не углубляясь в лес, но она знала, что рано или поздно придется это сделать — запасы даров природы на опушке подходили к концу. По подсчетам девушки их должно было хватить еще на пару недель. Если экономно расходовать — на месяц. Но реальность преподнесла ей неприятный сюрприз, и углубится в лес придется уже сегодня.

Раньше Юки неоднократно пыталась устроится на работу, но все заканчивалось примерно одинаково: начальник неправильно понимал обязанности девушки и пытался распустить руки.

Хорошо, хоть, Юки была достаточно сильна, чтобы не позволять подобного.

В итоге, спустя десяток сломанных рук и отбитых «достоинств» этих похотливых свиней, она совершенно отчаялась найти нормальную работу и перешла к текущему образу жизни.

А все из-за этой проклятой красоты!

После первого случая потери работы, Юки старалась косить под мальчика. Она безжалостно срезала свои роскошные косы, цвета спелых плодов каштана и стала носить мальчишескую одежду, но это не помогло. Ее лицо и фигура все равно оставались слишком привлекательными. Она даже подумывала изуродовать себя, нанеся шрам на лицо, но так и не решилась этого сделать.

Вздохнув, девушка углубилась в лес. Это было довольно опасно, но другого выхода не было. Хотя от большинства животных, обитающих в лесу, Юки могла защитится, но это не относилось к пустым, которые могли прятаться там от синигами.

В этот раз обошлось. Юки довольно быстро нашла несколько ореховых деревьев, полностью усыпанных плодами. Неподалеку обнаружились заросли ежевики. Набив сумку, а заодно и перекусив, девушка отправилась обратно — в 47-ой район Руконгая, туда, где ждал ее маленький брат.

На самом деле, Юджио не был родным братом Юки, но она воспринимала его именно так. Они очнулись одновременно в 47-ом районе Руконгая и решили держаться вместе. Можно было бы предположить, что они действительно брат и сестра, но слишком сильно они отличались. Юджио, в отличие от сестры, которая имела каштановые волосы и голубые глаза, был зеленоглазым блондином. Черты лица этих двоих тоже сильно различались.

Обычно Юджио сопровождал Юки, когда она ходила к лесу, но недавно он подвернул ногу и сегодня остался дома — в одной из лачуг, которую им с сестрой посчастливилось занять.

Подходя к дому, Юки неожиданно почувствовала смутное беспокойство. 47-ой район был довольно спокойным местом, но сейчас явно что-то было не так. Было как-то слишком уж тихо, для обычно оживленного района. Девушка ускорила шаг, стремясь быстрее оказаться дома.

Немного не доходя, она услышала громкие голоса, которые, в стоящей тишине были отчетливо различимы.

— Говори, щенок, где шляется эта потаскуха, твоя сестра! — грубый мужской голос.

— Ничего я вам не скажу! — звонкий мальчишеский — голос Юджио!

Его оборвал звук удара.

— Ну, что ты, ты нам все обязательно расскажешь… — это уже третий голос.

Дальше Юки не слушала — она кинулась вперед — туда, где был ее брат.

Вбежав в дом, она увидела троих синигами с нашивками пятого отряда, один из которых склонился над ее братом. Немного в стороне от синигами виднелась еще одна фигура — ее бывший работодатель, господин Матои.

Девушка превосходно осознавала, что с тремя синигами ей не справится, однако не раздумывая бросилась на них.

Отчаянье придало девушке сил, да и внезапность нападения сказалась — ближайший синигами не успел даже глазом моргнуть, когда прочная деревянная палка, вот уже два года служащая Юки оружием, встретилась с его головой, моментально вырубив. Второй враг уже почти выхватил клинок, когда получил ногой в пах, а потом палкой по затылку, тоже временно покидая поле боя. Однако на этом успехи девушки кончились.

Острое чувство опасности заставило ее резко отпрыгнуть. И вовремя — на месте, где она стояла, возникла фигура третьего синигами с уже обнаженным занпакто.

«Сюмпо» — вспомнила девушка название приема. Юки сильно интересовалась синигами, и сама планировала стать одной из них, однако, она не хотела бросать Юджио одного. Он тоже мог оперировать реяцу, но, пока что, на слишком низком уровне для поступления в Академию, поэтому Юки решила подождать, пока тот будет готов и уже вместе поступать. Не сказать, что сама девушка была таким уж мастером в оперировании духовной энергией, однако усилять удары она умела неплохо, что ей сейчас и помогло.

Но везение кончилось — последний синигами был явно не чета двум предыдущим.

— Беги, Юджи, — крикнула девушка, понимавшая, что с этим противником ей не справится.

Однако мальчик не побежал. Крик сестры вывел его из замешательства, но вместо того, чтобы спасаться бегством, Юджио схватил лежащий на столе нож и кинул его в синигами. Довольно умело кинул — быстро и точно — не зря тренировался. Однако для синигами это было, что слону дробина. Одним плавным движением он разрубил летящий нож на две примерно равные части!

— Не мешайся, мелочь! Бьякурай!

Белая молния поразила Юджио в грудь, и тот без чувств упал на пол.

— Нет! Юджио!

— Не волнуйся, он жив, — прервал начинавшуюся истерику синигами. — Вот только для него было бы лучше умереть. Вот этот господин, — он указал на забившегося в угол Матои — не чурается и мальчиков. А еще знаменит своими садистскими наклонностями. Мне самому немного противно помогать ему, но больно уж хорошо платит. Так что, увы, ваша участь предрешена. Хайнава!

Желтый канат из духовных частиц устремился к неуспевшей среагировать Юки и связал ее, плотно примотав руки к туловищу.

— Ну, вот и все, — заключил синигами — жаль, что такая красотка достанется Матои, но работа есть работа. Можешь приступать, господин. — Последнее слово синигами произнес с нескрываемым презрением.

— Она надежно связана? — облизав губы, уточнил толстяк.

— Да, но если боишься…

Синигами прочитал длинное заклинание, которое легло поверх первого. — Теперь точно не вырвется.

Осмелевший толстяк подошел к связанной Юки и с размаха ударил ее ладонью по лицу.

— Ну что, жалеешь теперь, что тогда мне отказала!

Вместо ответа, Юки плюнула в склонившееся над ней лицо.

На этот раз Матои ударил кулаком в лицо, разбивая Юки губы в кровь.

— Это ты зря, если будешь хорошей девочкой, то останешься в живых, наверное, — гадко улыбнулся он.

Толстяк по-хозяйски погладил связанную девушку, а потом запустил руку ей под юкату.

Не в силах вырваться, связанная по рукам и ногам девушка сделала единственное, что пока еще могла в этой ситуации — она закричала.

— Кричи-кричи, — усмехнулся Матои, поглаживая девичье тело под одеждой — услышать-то тебя услышат, но вот на помощь никто не придет. Да, даже если и придет — Томоэ-сан решит эту проблему. Так что кричи. Как же приятно это слышать! Хм, а интересно как ты будешь кричать, если я начну с твоего братика?

Ты же его очень любишь, не так ли?!

Матои отстранился от девушки и направился к неподвижно лежащему Юджио.

— Не надо его, — вырвалось у девушки. Делайте со мной что хотите, но отпустите Юджио!

— Ну, уж нет, — не согласился толстяк — я итак сделаю с тобой что хочу. А сейчас я хочу, чтобы ты мучалась, смотря, как я развлекаюсь с этим мальчишкой!

— Разбросанные кости зверя! Пик башни, алый кристалл, стальное колесо.

На раздавшийся от входа голос поначалу никто не обратил внимания.

— Помчитесь и обратитесь ветром. Остановитесь и обратитесь ничем!

Первым среагировал Томоэ, развернувшись к двери и собираясь встреть незваного гостя.

— Свист летящих копий да наполнит пустой замок!

Однако было уже поздно.

— Хадо № 63. Райкохо!

Ревущая желтая молния устремилась к Матои, буквально испепеляя его.

— Не охота было клинок марать этим ничтожеством, — сообщил стоящий у двери высокий черноволосый кареглазый парень.

— Наниматель скончался, — какая жалость! — Сообщил окружающим Томоэ. — А ведь он успел заплатить мне только аванс. И второй части мне теперь не видать, хнык-хнык. Кто-то должен за это заплатить. И это будешь ты!! — Он резко кинулся к пришельцу, рассчитывая застать того врасплох. Юки едва различала его движения. Девушка понимала, что парень, пришедший ей на выручку силен, раз сумел сотворить 63-е хадо, однако Томоэ тоже был совсем не прост. Не ниже шестого офицера — решила девушка. Так что Юки искренне переживала за исход боя.

«Ну, почему он не направил Райкохо в Томоэ? Ясно же, кто более опасен!» — внутренне возмущалась девушка.

Однако ничего у Томоэ не вышло. Его рывок, казавшийся Юки нереально быстрым был неожиданно прерван встречным ударом занпакто. С трудом уклонившись, Томоэ атаковал, но после короткого обмена ударами был вынужден отступить. Из глубокой раны на груди у нег текла кровь.

— И это все, на что способен четвертый офицер пятого отряда?

Четвертый — поразилась Юки, — а этот парень с ним так легко справляется. Да кто же он такой!

Томоэ пришли в голову те же мысли:

— Да кто ты, чтоб тебя пустые сожрали, такой?! Не припоминаю тебя среди офицеров Готей 13. И откуда ты меня знаешь?

— Позволь не отвечать на эти вопросы. Мертвым знания ни к чему.

— Да что ты о себе возомнил! Ты кое-что забываешь — офицерами становятся не просто так:

— Усиляй, Сенши но Тори!

Фигуру Томоэ окутала багровая дымка. Он разом стал казаться выше и массивние, рана на груди перестала кровоточить и зарубцевалась; катана в руках синигами тоже изменилась — теперь это был здоровенный фальчион, также окутанный багровой дымкой.

«О нет, шикай!» — Обреченно подумала, все еще связанная кидо, Юки. Противостоять шикаю может только другой шикай — это знали абсолютно все жители Руконгая, кто более-менее интересовался синигами. Но есть ли шикай у незнакомца?!

Ответ не заставил себя долго ждать:

— Я смотрю, ты тут шикай активировал. Усиление и регенерация, насколько помню. Весьма полезно — на неглубокие раны можно не обращать внимания. Жаль, достался такому ублюдку как ты… Извини, мне шикай временно не доступен, так что придется разобраться с тобой без него.

— А ты самонадеян! — Рассмеялся Томоэ. — Признаю, без высвобождения занпакто, ты меня превосходишь, но надеяться победить сейчас?! Я пожалуй сохраню твой череп и сделаю из него кубок. Это будет напоминать мне о том, насколько самонадеяны могут быть люди. Умри!

Сюмпо! Окутанный багряным ореолом фальчион устремился к парню, намериваясь разделить его на две, не обязательно ровные, половинки!

Юки, расширенными от страха глазами, смотрела, как лезвие фальчиона неотвратимо опускается на не успевшего уклонится парня! Тот еще мог закрыться зампакто, но девушка была уверена, что меч ее спасителя просто не переживет такого столкновения.

Того, что произошло дальше, ни Юки, ни Томоэ никак не ожидали.

Занпакто незнакомца резко устремился вверх — навстречу фальчиону, но не просто вверх, а образуя наклонную плоскость! Не такой уж и сложный прием, но учитывая мощь удара Томоэ, требовал просто поразительной силы и точности. И незнакомец эти силу и точность показал! Фальчион, столкнувшись с преградой, не разрубил ее, как боялась Юки, и не смял, на что рассчитывал Томоэ, увидев блок, а скользнул по клинку противника и с силой врезался в землю!

В следующее мгновение все было кончено: незнакомец едва различимым движением меча перерубил Томоэ горло, а затем, импульсом реяцу, развеял связывающие Юки бакудо.

— Бери, брата и идем, — обратился он к девушке — они, возможно, и заслуживают смерти, — указал он на лежащих без сознания синигами — но убивать тех, кто не может сопротивляться не в моих правилах. Впрочем, можешь сделать это сама.

Девушка яростно замотала головой. В бою она бы тоже убила тех двоих не задумываясь, но находящихся без сознания? Нет! Не смотря на то, что они хотели сделать с ней и Юджио, Юки не собиралась становится безжалостной убийцей. В конце концов, главные зачинщики этого уже мертвы.

— Вот и хорошо, — сообщил незнакомец — но оставлять их безнаказанными тоже не следует.

Он подошел к лежащим без сознания синигами, подобрал лежащие рядом с телами асаучи, и легко, казалось даже не прилагая усилий, разрубил их.

— Будет им урок, — довольно улыбнулся парень — но пора идти, а то они скоро очнутся, да и другие могут нагрянуть.

Юки подхватила на руки находящегося без сознания Юджио и направилась к выходу. Неожиданно ей пришла в голову мысль, что идти-то ей и некуда. Это место долгое время служило ей и Юджио домом, но оставаться здесь больше нельзя. Желательно вообще покинуть район, ну, или спрятаться в глубине леса, однако, там могут водится пустые, так что этот вариант Юки отмела. Остается только покинуть район.

Из размышлений ее вывел голос спасителя:

— Извини, что отвлекаю, но вам наверное некуда идти?

Юки не стала отрицать очевидного:

— Да, мы с Юджио здесь три года, но кроме этого и пары соседних районов нигде не были. Так что, идти нам действительно некуда, но ничего, мы обязательно что-нибудь придумаем. Спасибо за заботу, и что спасли нас господин…

— Кейго, — отозвался парень, — только давай без «господинов», просто Кейго.

— Хорошо, Кейго, — улыбнулась девушка. — Я — Юки, а это Юджио. Еще раз огромное спасибо, что спасли нас!

— Пожалуйста! — улыбнулся парень. — Я тут подумал, — немного смутившись продолжил он. — Только не пойми неправильно — вам негде жить, а мне бы совсем не помешала помощь по хозяйству, в общем: вы могли бы некоторое время пожить у меня, если хотите, конечно.

— Конечно мы согласны! — неожиданно для самой себя выдала Юки. Хотя, если подумать, это действительно был неплохой вариант.

Вот так, совершенно неожиданно для себя, я обзавелся двумя помощниками. Не сказать, что они мне были так уж нужны, но лишними точно не стали. Можно сбросить с себя многие бытовые проблемы и больше времени посвятить делам и тренировкам. Опять-таки, есть с кем пообщаться.

За время, проведенное во внутреннем мире, я должен был привыкнуть к одиночеству, но этого не случилось.

Ранд всегда был рядом. Даже когда я не выглядывал во внешний мир, а занимался какими-либо делами во внутреннем, я четко ощущал его присутствие. Так что да, — я никогда не был одинок.

Никогда — до Разделения. А вот после Разделения — постоянно.

Первое время после этого знаменательного события я гостил у Урахары. Пребывание в качестве занпакто сделало меня гораздо сильнее и искуснее. Даже не смотря на то, что при Разделении я потерял часть сил, сейчас я нахожусь на уровне среднего капитана.

Капитан, без шикая, да…

Во время Разделения мы обменялись с Рандом маленькими кусочками души. Эти кусочки были помещены в новые асаучи и со временем разовьются в полноценные занпакто. Но пока что они недостаточно развиты даже для шикая. Да что там — не знаю как у Ранда, но у меня осколок даже на контакт не выходит — прячется, когда я нахожусь во внутреннем мире. Я решил ему не мешать и теперь погружаюсь туда довольно редко, что плохо сказалось на количестве и качестве тренировок — во внешнем мире времени у меня гораздо меньше. Не знаю, какой у меня теперь будет занпакто. Вряд ли точно такой же, как и прежде, но и сильно отличаться не должен — все-таки это осколок Ранда. Да и асаучи идентичен прежнему.

Почему я думаю, что занпакто получится другой, не смотря на вышесказанное?

Так это слова Ранда. Я мало что понял из его объяснений про генотип, фенотип, влияние среды и конк… как его там? — конкордантность, во, — но суть уловил.

Она сводится к тому, что даже абсолютно одинаковые близнецы, если их воспитывать в совершенно разных условиях будут сильно отличаться.

А я очень сильно изменился за прошедшее время, да и сам Ранд тоже.

Так вот, даже находясь в гостях у Урахары, я чувствовал себя ужасно одиноким. И это при том, что я был постоянно занят: учил кидо, изучал изменения произошедшие в Обществе Душ, участвовал во многих мелких эксперимента Урахары.

А уж после переселения в Руконгай… Чувство одиночества покидало меня только тогда, когда я посещал семью. Но делал я это редко и недолго, чтобы не вызывать лишних подозрений.

Родители и братья сильно удивились, увидев меня на пороге своего дома. Потом не менее сильно обрадовались. Уговаривали остаться, но я объяснил им ситуацию, и они приняли мой выбор. Теперь вот иногда навещаю их. За прошедший месяц — два раза, помимо того, первого. Но от одиночества меня это не спасало.

Все изменилось в тот вечер — три дня назад.

Я возвращался после очередного рейда. Обычное для меня в последнее время дело — живя в Руконгае, я поставил перед собой две задачи: найти выход на синигами и бороться с несправедливостью по мере моих сил.

С первой задачей дела обстояли не очень. Нет, существовали агенты Урахары и Йоруичи, так что общие сведенья у меня были, но нужен мне был выход на капитанов, или, как минимум лейтенантов. А встретить их в Руконгае довольно сложно. Так что пока дело стоит, хотя и есть некоторые наметки.

Со вторым дела обстояли хуже и лучше одновременно. Лучше — потому что я действовал. За прошедший месяц я здорово сократил поголовье самых отпетых бандитов в различных районах Руконгая. А хуже — потому что, начиная с района 60-го, законов, как будто, не существовало в принципе. Хотя нет, был один — закон сильного! И что-то там изменить я был просто не в силах. Оставалось только наведываться туда время от времени и искоренять совсем уж зарвавшуюся мерзость.

Вот из одного такого рейда в 71-й район я и возвращался. Рейд прошел довольно спокойно — ничего выбивающегося из общей картины того района я не обнаружил.

Каково же было мое удивление, когда почти вернувшись домой, в относительно спокойном 47-ом районе, в лесу на границе которого и стоял мой домик, я услышал отчаянный женский крик.

Переместившись к источнику звука я застал интересную картину: два валяющихся без сознания синигами пятого отряда, так же лежащий без сознания мальчуган лет десяти. К этому мальчугану, оставив девушку, которую лапал до этого, направлялся противного вида толстяк. Девушку, кстати очень красивую: невысокая — где-то метр шестьдесят пять, короткие каштановые волосы, ясные голубые глаза, сейчас заполненные ужасом и отчаяньем, грудь второго размера и очень красивое лицо, которое нисколько ни портила разбитая губа. Сейчас девушка, связанная парочкой бакудо, уже не кричала, а только отчаянно смотрела на толстяка.

А у девчонки неплохие задатки — вырубить двух синигами — это очень сильно. Однако, последний присутствующий не оставлял ей никаких шансов — Четвертый офицер Пятого отряда Томоэ Рензю. Видел его картинку у Урахары, как и характеристику. Мразь редкостная. Хоть и предпочитает работать наемником, а не сам является инициатором всяких зверств, но ему это явно нравится. Девушку надо срочно спасать.

Начать я решил с толстяка — уж больно мерзко выглядит, да и похотью от него так и прет. Не охота пачкать об него занпакто, — многие пустые и то поприятнее будут — поэтому в борова устремляется мощная желтая молния. Пришлось читать заклинание, чтобы полностью его испепелить.

Пока я читал заклинание, Томоэ меня заметил. Но помешать уже не успел.

Обмен ударами. Противник, получив ранение, отступает.

Эх, а я думал — разомнусь.

Может хоть от шикая его польза будет?

Активировав шикай, противник стал гораздо сильнее, но вот умения ему это не прибавило. Кто же вкладывает все силы в один удар?! Как только до Четвертого офицера дослужился?

В общем ну его, не интересен он мне. Быстро перерубив горло полностью открывшемуся противнику, я обратил внимание на остальных.

Двое синигами и пацан по-прежнему были без сознания. Надо уходить пока не очнулись. Это я и озвучил, освободив девушку от бакудо.

Она была со мной полностью согласна, вот только по ее задумчивому виду, я понял, что идти им с братом некуда. Неожиданно для себя, я предложил им пожить у меня. А что? Дом, любезно предоставленный мне Урахарой, был довольно вместителен. Не знаю, для чего он изначально предназначался, но мог свободно вместить пару десятков человек, а не только девушку и десятилетнего пацана.

Они согласились. Точнее согласилась одна только Юки, Юджио, лежащего без сознания никто не спрашивал. Я мог сразу привести его в чувство — бытность занпакто не прошла даром, и я теперь очень хорошо оперирую целительной энергией, — но решил этого пока не делать. Мне было проще донести бессознательного ребенка, чем разъяснять что к чему. Разъяснениями занялась сама Юки, когда мы были уже дома.

Юджио, что-то проворчал, и первое время ходил недовольный, — мол, он мне очень благодарен, но они с сестрой сами могут обеспечить себя жильем, но быстро успокоился, и уже сегодня ведет себя так, как будто он прожил здесь всю жизнь, а я его любимый старший брат.

Юки тоже быстро втянулась в новую жизнь. На следующий день после их спасения я буквально не узнал свой дом. Он был убран.

Не сказать, что я жил как свинья, но особый порядок никогда не поддерживал, а на нежилые комнаты вообще забил.

Теперь же все блистало чистотой! Все, включая нежилые комнаты!!

Поговорив с Юки, я убедил ее так больше не делать. Нет, если хочет, то пусть убирается, но комнат-то много. А Юки все же человек. Так что, после получасового спора, мы сошлись на том, что она убирает только жилые помещения, а остальные иногда протирает.

Готовку девушка тоже взяла на себя. И, когда она впервые приготовила обед, я понял, что очень даже не зря ее спасал — так вкусно я не ел никогда!

А еще, отвечая на вопросы непоседливого Юджио, наблюдая за работой Юки, принимая ужин в дружной компании, я заметил, что одиночество, обитавшее в моем сердце после Разделения, куда-то незаметно исчезло, как будто его никогда и не было.

В Малом Зале мы с Энъен оказались одними из первых. Все-таки Элизиум большой, это мы были недалеко, а кому-то с другого конца дворцового комплекса добираться. Кроме того, многие Опоры вообще не в Элизиуме. Тем, кто недалеко, сигнал собраться передаст Меркуцио. Те, кто далеко, возвращаться не будут — не столь это важное дело, чтобы возвращаться.

Помимо нас в зале присутствовали лишь семеро пустых: Маркус и Меркуцио, как и положено заместителям уже были, Баргган отсутствовал — думаю придет после всех, а то и опоздает, Критос и Ричард сейчас были в рейде, а младшие Опоры жили на другом конце Элизиума. Хотя Гарха и Ларанд, как и их фраксьены уже были здесь. Фраксьенов Первого и Второго не наблюдалось, что неудивительно — не любят они когда их сопровождают, в отличие от Барггана.

Последним присутствующим был незнакомый пустой. Вероятно, наш новый собрат. Хотя, не знакомым он был, Энъен, например. В этот раз я его сразу узнал:

— Маю, — еле слышно произнес я.

Я был крайне удивлен и обрадован, тем, что Маю жив. А то, что это он, у меня не возникало никаких сомнений: с нашей последней встречи его вид нисколько не изменился. Да и реяцу вполне узнаваема. Только вот много ее — за прошедшее время Маю стал гораздо сильнее. Сейчас он находится примерно на том же уровне, что и Энъен — очень сильный адъюкас, стоящий на грани превращения в вастерлорда. Только вот дыры у него нет. Впрочем, как и у меня. Так что это еще ничего не значит.

Первым порывом, когда я увидел Маю, было бросится к нему и расспросить, что же с ним случилось, но сопливым юнцом, руководствующимся эмоциями вопреки логике, я перестал быть еще в том мире. Да и был ли вообще?

В общем, к Маю я подходить не стал. В отличие от Кейго, меня он не знает. Точнее знает только имя, но мало ли Рандов существует на свете? Так что сам о нашем знакомстве не догадается. Подойду к нему, но позже — незачем остальным знать о том, что мы знакомы. Итак, вон подозрительно смотрят на отсутствие у него дыры пустого. Раньше такое было только у меня, так что не надо быть интеллектуалом, чтобы связать нас воедино. Так что, нечего давать лишних поводов для домыслов.

Зал постепенно заполнялся. Почти сразу за нами подошли Моррак и Эссарх с фраксьенами. Еще спустя пять минут бывший за пределами Элизиума Снирк.

И только после этого заявился, сопровождаемый толпой фраксьенов, Баргган.

Немного погодя на троне возник Владыка. Да, именно возник. Как я теперь знаю, он способен свободно телепортироваться в пределах Элизиума. Насчет других мест не поручусь, но и исключать такой возможности не стоит.

— Поприветствуем нашего нового собрата, — взял слово Маркус, как только Владыка занял свое место.

— Его зовут Юнг.

Хм, вполне ожидаемо. Если вспомнить обстоятельства нашей прошлой встречи, да и само превращение в пустого, ничего удивительного, что он потерял память. Гораздо интереснее как он выжил, и где был все это время.

— Его сила позволяет ему стать одним из нас. Согласно традиции, он может занять пустующее место Двенадцатой Опоры… если победит Гарху.

Да, место Двенадцатого пустовало. Гарха, проигравшая в финале претендентов Энъен, все же стала Опорой, но низшей — Тринадцатой. Подняться выше она теперь могла только на следующем турнире, который будет еще очень не скоро, или… сейчас. Появление нового претендента давало ей шанс стать на ступеньку выше, если она, конечно, победит.

Вот только шансов у нее немного — реяцу моего старого знакомого намного превосходило реяцу паучихи. Разве что неопытность скажется…

Но нет, не сказалась, даже если она и была.

Все закончилось, даже не успев начаться.

Как только Маркус объявил начло поединка, Гарха тут же стала плести паутину: паучьми лапами — защитную, а человеческими — атакующую, которую сразу отправила во врага.

Вот только против Маю подобная тактика оказалась обречена на провал: от первых снарядов тот легко увернулся, а затем у него в руках появилось копье из красной реяцу, которое он незамедлительно отправил в противницу.

С огромной скоростью копье устремилось к Гархе, и, словно не заметив ее паутинчатой защиты, пробило ту насквозь! Впечатляющая атака.

— Победитель, и новая Двенадцатая Опора: Юнг! Поприветствуем нашего нового собрата!

Все стали по очереди подходить к Маю и представляться. Настала и моя очередь:

— Четвертая Опора Ранд рад приветствовать нового собрата. — На физиономии Маю не отразилось ни намека на узнавание. Это еще ни о чем не говорит, но будем считать, что память он потерял. Надо будет потом пообщаться с ним — может и удастся растормошить его память.

Следом за мной Маю, точнее Юнга, поприветствовали Баргган, Меркуцио, Маркус и сам Владыка Гадес, подключив того к Потоку. На этом церемония и закончилась.

Исчез со своего трона Владыка и все остальные стали постепенно расходится. Я хотел прямо сейчас поговорить с Маю, но к нему неожиданно подошел Меркуцио и они вместе покинули Малый Зал.

Хочет покопаться у Маю в мозгах — решил я и незаметно последовал за ними. Не стоит позволять ему копаться в мозгах моего возможного будущего союзника.

Однако, вопреки моим опасениям, они мирно разговаривали. Вот только тема разговора моментально насторожится:

— Ну и как тебе наш Владыка? Они с Аресом похожи, не так ли?

— Что-то общее у них есть, — коротко отозвался Маю. — Величественность, — после некоторого размышления заключил он. — А в остальном они сильно различаются.

— Да, Гадес слишком… консервативен. Мы слишком долго стоим на месте и не развиваемся. А ведь с его силой давно можно было захватить все Уэко Мундо. Да что там Уэко Мундо — весь мир! Арес же развивается. За прошедшее время он неоднократно проигрывал, но становился только сильнее. Вот поэтому я и помогаю ему. Только он достоин править миром! А что насчет тебя, почему ты служишь ему?

— Он спас меня, разве нужны другие причины?

— Да, этого вполне достаточно. Что ты собираешься делать?

— То, что прикажет Владыка Гадес. Я ведь теперь Двенадцатая Опора, — усмехнулся Юнг (называть его Маю после услышанного было как-то неправильно). — А если серьезно: набираться опыта, завести связи, втереться в доверие, стать сильнее и, когда придет время, сыграть свою роль!

Список содержит номер Опоры, ее имя, краткое описание внешности и способностей.

XIII

Гарха

Классический драук — верхняя часть человеческая (не совсем — пустая все же), а нижняя — паучья. Дыра пустого находится в районе человеческого пупка. Маска напоминает женское лицо. Особая способность: Паутина.

Используется как для защиты, так и для атаки. Гарха может создавать ее очень быстро не давая противнику сосредоточится.

XII

Юнг

Трехметровый гориллообразный (по фигуре) пустой. Маска в виде шлема коринфского типа. https://commons.wikimedia.org/wiki/File: Corinthian_helmet_Louvre_Br4491.jpg?uselang=ru

Дыра пустого отсутствует. Довольно силен. По силе и способностям должен занимать гораздо более высокое положение, но пока будет Двенадцатым.

Способность: Копье из реяцу. Довольно мощное, к тому же способно возвращаться к владельцу. Не может быть создано более одного копья за раз.

XI

Моррак

Трехметровый же адъюкас гуманоидной формы, маска напоминает треуголку, дыра в левой части груди. Особой способностью стоит считать довольно прочное иерро, но даже до обычного иерро вастерлорда ему далеко. Довольно слаб. Пожалуй, слабейший из Опор, но ему пока повезло остаться Одиннадцатым.

X

Ларанд

Полутора метров в холке леопард. Маска соответствует. Дыра в районе живота. Очень быстр. Других особых качеств не замечено.

IX

Эссарх

Пустой - ящер. Дыра в левой задней лапе. Способен становится невидимым для глаз, но сильно развитое чувство реяцу позволяет его заметить.

VIII

Энъен

Огненно-рыжая пантера. Способна создавать серии бала и придавать своей реяцу огненные свойства. Дыра по центру груди. Ранее была фраксьеном Четвертой Опоры.

VII

Снирк

Адъюкас-скорпион. Очень хорошо чувствует реяцу. Способен стрелять ядовитыми иглами из хвоста. Для пустого очень умен. Дыра в основании хвоста.

VI

Ричард

Покрытый костяной броней рыцарь. Способен создавать клинок из серо (красный). Вастерлорд. Поэтому рост его заметно уступает Младшим Опорам — всего метр восемьдесят. Дыра в районе шеи.

V

Критос

Трехметровый минотавр-вастерлорд. Очень силен. По чистой силе второй среди Опор. Имеет оружие — секиру. Способен очень быстро создавать разреженные серо. Дыра в районе живота.

IV

Ранд

Очень похож на человека. Дыра пустого отсутствует. Из оружия имеет катану. Раньше мог превращать ее в посох и, с его помощью лечить и усиливать себя, сейчас неизвестно — фон катаны несколько изменился. Помимо этого имеет множество других способностей. См. Личное дело.

III

Баргган Луизенбарн

Вастерлорд-скелет. Обладает силой старения. Может быть очень опасен, но пока Третий (Второй и Первый вообще монстры).

II

Меркуцио Платос

Невысокий, щуплый, сильно похож на человека. Фигура всегда закутана в плащ и определить где дыра пустого не представляется возможным. На голове крылатый шлем закрывающий верхнюю часть лица. Способен силой мысли воздействовать на предметы и живых существ (подробности см. в Личном деле). Очень и очень опасен.

I

Лорд Маркус

Свое второе имя упорно скрывает. Полностью облачен в латный доспех. Истово верует в нашего Владыку и эта вера дает ему Силу, с которой он может делать что угодно. Правая рука Владыки и мой непосредственный начальник, кхе-кхе. Слава Лорду Маркусу, Слава Владыке Гадесу!

Они говорили еще некоторое время, но больше ничего важного не прозвучало.

Говорить с Юнгом, мне перехотелось совершенно. Нет, я это сделаю, но позже.

Сейчас надо обдумать услышанное.

Итак, что следует из разговора?

1. Меркуцио и, видимо, Баргган, сговорились с неким Аресом против нашего Владыки. Возможно не только они. Вряд ли Маркус. Точнее не так: точно не Маркус. Вряд ли Критос — его итак все устраивает — заговорщикам просто нечего ему предложить. Может быть Ричард. Хотя он же рыцарь и должен иметь что-то вроде чести, так что не знаю. Насчет младших Опор тоже ничего не ясно. Заговорщики могли привлечь их в свои планы, а могли и пренебречь. В любом случае доверять теперь можно только себе и Энъен.

2. Арес, или его подручные, спасли Маю, когда тот чуть не погиб от нашей с Кейго руки. Маю потерял память и не помнит ничего из своей предыдущей жизни. Он слепо предан Аресу и вряд ли получится до него достучаться. Но попробовать стоит.

3. Действовать заговорщики пока не собираются. Иначе зачем Маю внедряться и заводить связи. Не знаю, чего они ждут, но будет это еще не скоро.

Такие вот выводы. И что мне теперь делать? Немного порассуждав, решил идти к Гадесу.

Долго его искать не пришлось: Владыка сидел на троне в Тронном зале и о чем-то думал.

— Владыка Гадес, — обратился я к нему, и только хотел продолжить, как он прервал меня:

— Тебе тоже стало известно о предательстве Меркуцио?

— Да, вы знали? — поразился я, — и ничего не предприняли?

— В пределах этого места, — он повел руками, явно имея в виду Элизиум, — я всеведущ. И не скрываю этого. Вот только мальчик решил, что может от меня закрыться. Пусть думает. Я не буду ничего предпринимать. Пока. Только не сообщай об этом Маркусу. Он быстро разберется со всем этим заговором. Слишком быстро. А я хочу посмотреть что из всего этого выйдет.

— Э-э, хорошо, Владыка, — только и оставалось сказать мне. Я, вероятно, как и Маркус, имел на этот счет другое мнение, но Гадес — Владыка, ему видней. Может он просто хочет так выманить Ареса.

— В благодарность за твою преданность, я кое-что расскажу. Помнишь наш разговор о природе божественности?

— Да, конечно.

— Ну, а теперь слушай продолжение, — сообщил он, и не дожидаясь ответа, начал свое повествование.

— Нас было много, — тех, кого смертные называют богами. Столько, сколько аспектов у человеческой веры.

И даже больше.

Ведь у разных народов — разные боги. Некоторые, особо могучие, существовали под разными именами во многих странах. Был среди них и я. Гадес, Аид, Дит, Плутон, Орк, Диспатер — далеко не все мои имена.

Я был богом мертвых.

Не богом смерти.

Богом смерти был Танатос.

Сам Танатос как ни странно погиб, когда Это произошло, но тот, кого ты знаешь как Барггана, занял его место.

Еще среди богов мертвых были Осирис, известный в Индии как Яма, а в Японии как Эмма, а также Хель — Маржана, Моргана, Морриган.

На другие континенты мы обычно не совались — вполне хватало того, что есть.

К тому же, тамошние представления о богах сильно отличались от привычных нам. Перекраивать их мировоззрение было слишком скучно. Да и бессмысленно, на самом деле.

Видишь ли, каждый бог имеет определенный предел, после которого энергия веры уже не идет впрок.

У всех он разный.

Кто-то может навсегда остаться местечковым духом, почти ни на что не способным, а кто-то — мановением руки стирать с лица Земли целые города.

Я, и многие мои собратья достигли предела.

Ну, а те, кто не достиг…

Они отправлялись на другие континенты, и у некоторых даже что-то получалось. Большинство, однако, так ничего и не добилось, будучи убито и съедено тамошними кровожадными божками.

Очень сильными, возле своих, пропитанных смертью храмов, божками.

Что самое обидное, божки продержались гораздо дольше нас.

Пока до них не добралось то же, что послужило причиной нашей гибели.

Ты ведь знаешь о Короле Душ.

Религия, почитающая его, появилась давно — задолго до моего рождения.

В той или иной форме он присутствует в большинстве верований. У славян он — Род, у индусов — Брахма, в Египте — Хнум. Даже на чуждые нам материки забрался. Там его величают Виракочей. На моей родине четко выраженного поклонения ему нет — нам удалось это предотвратить.

Зачем предотвращать?

Помнишь, я рассказывал про предел поглощения энергии веры?

У него его нет.

Но хуже всего то, что он может поглощать любую энергию веры. Да и не только веры. Поэтому во всех религиях, где он присутствует, его стараются отодвинуть, замять, сделать так, чтобы о нем не вспоминали. Благо сам он не в состоянии напомнить о себе.

Во всех.

Кроме одной.

Проклятые иудеи.

Они были почти безобидны. Но довольно умны.

Заставить их отречься от Яхве у нас не получилось.

Однако, мы договорились, что они не смущают своим учением другие народы. В противном случае им пригрозили полным истреблением.

И они соблюдали условия договора.

Соблюдали.

Пока не случилось это.

Пришествие того, кого ты знаешь под именем Иисус.

— А что дальше-то было? — спросила Энжель, завершив выполнение комплекса.

— Что-что, разве неясно? — недовольно отозвалась, тоже присутствующая на тренировке, Энъен.

— Не совсем, — обезоруживающе улыбнулась девушка. — Ясно, что боги лишились божественных сил, но ведь не совсем. Того же Гадеса взять. А как это происходило, куда делись остальные?

Вот же почемучка! Притащил ее сюда на свою голову!

Под сюда, я имею ввиду Элизиум в частности и Уэко Мундо в целом.

Не слишком правильно было ее сюда приводить, особенно в преддверии большой заварушки, но иначе не получилось. Мое время слишком дорого, чтобы тратить его в мире людей. Да и обучение в Уэко Мундо с его насыщенной рейши атмосферой пойдет гораздо быстрее. А монструозные хари всякого рода адъюкасов… Ну, никто Энжель насильно тут не держит.

С чего я ее вообще взял в ученики?

Еще тогда, после первой встречи с девушкой, я решил, что сделаю это. Открывшиеся обстоятельства могли повлиять на мое решение. И повлияли.

Я твердо решил, что Энжель здесь не место. И около недели так оно и было. Однако, к концу недели, решил через метку глянуть как она там. И был неприятно удивлен.

Я не эмпат. Я могу чувствовать эмоции окружающих, но очень слабо. Однако ту гамму чувств, что испытывала сейчас девушка, я почувствовал необычайно остро.

Одиночество, обида, сожаление, злость на себя и свой дар, и сильный привкус надежды. Не знаю, что так повлияло на мое восприятие — метка, или то, что Энжель сама является эмпатом, но ее чувства я не только почувствовал, но и прочувствовал.

И решил, что в Уэко Мундо ей будет лучше.

После этого осталось только спросить саму девушку и наведаться к Урахаре.

С первым пунктом проблем не возникло совсем.

Давно моему появлению так не радовались. Да что там давно — никогда. Ни в той, ни в этой жизни.

Стоило девушке, печально бредущей по набережной, меня увидеть, как ее печаль как рукой сняло. Через мгновение у меня на шее висел пушистый комок счастья. Меня буквально окатило теплой волной ее чувств.

— Я тоже рад нашей встрече, но может не будем смущать прохожих? — произнес я, спустя полминуты обнимашек.

— Ой, — отстранилась Энжель. — В ее эмоциях появилось смущение и легкое опасение.

— Не бойся, я как раз пришел сказать, что согласен тебя учить…

Мои слова прервала очередная порция обнимашек, правда, на этот раз совсем короткая.

— Но тебе придется переселиться в Уэко Мундо. Помнишь я рассказывал? Это может быть опасно для твоей психики и даже жизни.

— Я согласна, — даже не раздумывая согласилась девушка, но внезапно смутилась:

— Вот только что я скажу маме? Она будет переживать, если я внезапно исчезну.

Я задумался. Вспомнив, что Энжель рассказывала о себе, я придумал легенду.

— Скажи, что перевелась в зарубежный вуз, ты же отличница — это будет вполне логично.

Девушка действительно очень хорошо училась — была лучшей на курсе. И это довольно легко объяснялось — лишенная общения со сверстниками, она нашла свое призвание в учебе. Да и мозг одаренного развит гораздо лучше мозга обычного человека. Не во всем, но память и координация движений довольно ощутимый бонус. И если координация на учебу (исключая физкультуру) никак не влияла, то хорошая память была весомым подспорьем.

— Хорошо, думаю, такое объяснение маму устроит.

Еще некоторое время ушло на то, что бы выбрать вуз, куда Энжель будет переводится. После этого я попрощался с девушкой и отправился к Урахаре.

Технология переноса людей в духовную форму, вопреки моим опасениям уже существовала. Так что здесь проблем тоже не возникло.

Проблема возникла в совмещении Энжель и оборудования.

Без преобразования гаргантой девушка путешествовать не могла. Гражданской транстихоокеанской авиации еще не существовало. Лайнером путешествовать было очень долго. Но, если гора не идет к Магомеду…

В общем, мне удалось уговорить Урахару, самому пребыть в Канаду вместе с оборудованием.

Как-то подозрительно быстро он согласился. Может технология еще не опробована?

Как бы то ни было, все прошло успешно.

Энжель сейчас в Уэко Мундо; живая, здоровая и не в меру любопытная.

— Дальше? Если кратко, — Энъен права. А если чуть менее кратко…

— Мы проморгали его рождение. Не обратили внимания. Даже тот земной царек был прозорливее нас — вечных и бессмертных богов. — горько усмехнулся Гадес.

— Не обратили внимания, даже когда его распяли. Очередная секта иудеев, — думали мы. И оставили эту секту на самих иудеев, которые, помня о каре, сами стремились ее уничтожить.

Но у них не вышло. Христиан преследовали повсеместно. Их мучили, сжигали, распинали на крестах, подобно их богу, травили дикими зверьми, но их, вопреки всякой логике, становилось все больше и больше.

И даже тогда мы не спохватились.

Христиане не поклонялись Яхве. Точнее поклонялись, но прана ему не шла. Она шла новому божеству, по имени Иисус.

В будущем он может быть довольно опасен, — решили мы.

Новый бог был почти как его «отец» — Яхве. Он мог поглощать любую светлую прану.

Однако это будет не скоро. Когда придет время, мы легко его уничтожим. А пока можно понаблюдать.

И мы наблюдали. Наблюдали, надеясь на его примере понять, как поглощать более широкий спектр праны.

И донаблюдались! Жадность сгубила нас. Как поглощать больше праны так никто и не понял.

Но, благодаря своей жадности, мы потеряли все. — в голосе Гадеса было все то же горькое сожаление.

— Начни мы, да нет, не мы — начни Я действовать чуть раньше, и Персефона была бы жива! — сожаление в голосе бога можно было намазывать на хлеб.

Помолчав немного Гадес продолжил рассказ:

— Все случилось в один день.

Большинство богов уже отчаялось в надежде получить, как ты говоришь, халяву, и хотело убить его.

Некоторые даже пытались, однако для них он был уже слишком силен. Сильнейшие же боги, — и я в том числе — губы Гадеса искривились в самоуничижаючей ухмылке — еще надеялись. Но надежды, вместе со всей прошлой жизнью, в один миг провалились в Тартар.

В самое глубокое его место.

Гадес.

Все случилось неожиданно. Мы с Персефоной делили брачное ложе, когда внезапно раздался гром. Гром, который, как оказалось, пронзил весь мир. Все три мира, если быть точным.

— Что это, кто-то из твоих врагов? — спросила Персефона, прижимаясь к моей груди.

— Не похоже, но если это так, он будет страдать вечность! — ответил я, раздосадованный, что наше занятие прервали.

— Что ты, милый, надо быть добрее, — чисто улыбнулась Перси, — пары недель мучений им вполне хватит, чтобы осознать свой поступок.

— Только, если ради тебя, — поцеловал я девушку.

Оторвавшись от нее, я переместился из дворца, намериваясь разобраться, что случилось, когда последовал второй удар грома.

Гораздо более сильный, чем первый.

Да что там происходит. Гремит, как будто «братец» развлекается. Если это действительно он, то я не посмотрю на прежние договоренности — покажу этому зарвавшемуся засранцу, кто из нас на самом деле сильнее.

Однако, некое дурное предчувствие подсказывало мне: это не Зевс, — все гораздо хуже.

И оно не обмануло: следом за вторым ударом последовал третий. Самый сильный. От него, казалось, содрогнулось само пространство.

Да нет — не казалось: само пространство и содрогнулось! По волнам мировых энергий прошла волна искажений.

Энергетические потоки вокруг буквально взбесились, стремясь закружить/унести/разорвать незадачливо подставившуюся душу или, даже мелкого бога. Что со многими и случилось.

Буйство стихий длилось недолго — не больше минуты, а затем, мгновенно, будто по команде, прекратилось.

Полностью изменив энергетическую картину мира.

Воздух ранее буквально пропитанный праной, теперь почти лишился ее. Прислушавшись к себе, я с ужасом понял, что изменения коснулись не только воздуха, — я сам лишился большей части своих божественных сил! Да что там большей части, — почти всех! Напади на меня кто из других старших богов — вмиг разделает под орех.

Однако, нападать на меня никто не спешил. Здесь вообще не было заметно никого живого — разбушевавшаяся стихия постаралась на славу.

Персефона! — возникла в голове тревожная мысль. Надеюсь она в порядке — Элизиум должен был защитить от удара стихии.

Не медля ни мгновения, я переместился во дворец.

Она лежала на полу возле нашего ложа.

Мое сердце, обретенное вновь, только благодаря ей, неподвижно застыло в груди.

— Перси! — я кинулся к ней и подхватил на руки. Вопреки моим опасениям, Персефона была жива. Сердце набатом застучало в груди, отыгрываясь за недавнюю остановку.

— Гадес, — прошептала она, с трудом поднимая голову и смотря мне в глаза, — прости, я оказалась слишком слаба… Я люблю тебя, и буду вечно любить… — произнесла девушка, а затем затихла на моих руках.

— Перси, не покидай меня, прошу! — я лихорадочно применял все известные средства реанимации, но все было бесполезно — девушка у меня в руках, моя единственная любовь была мертва.

— Перси-и-и, Не-е-ет!!!

— В тот момент я потерял рассудок. А когда вновь пришел в себя, на месте сердца у меня вновь зияла дыра пустого.

Как я узнал позже, в тот момент ОН покинул наш мир. Основательно изменив его напоследок.

Большинство богов полностью лишились праны и погибли. Как моя Персефона. Они полностью перестроились на прану и ее потеря стала фатальна. Не повторяй этой ошибки.

Хотя у тебя и не получится ее повторить.

Как и у остальных богов — выживших и вновь рожденных.

Вера уже не та. Она уже не дает той силы, что раньше. Прана стала слабее влиять на мир. Нет, не так. Не слабее — ограниченнее.

До определенного момента она воздействует на мир так же как и раньше, но выше этого предела ее расход растет в геометрической прогрессии.

Единственное исключение — чертоги сильнейших богов. Как Элизиум, или Олимп.

Но исключения лишь подтверждают правило.

Тогда, очнувшись, я кинулся мстить.

Я убивал.

Убивал много.

Убивал христиан, ставших причиной гибели моей Персефоны. Убивал мелких божков, посмевших выжить, тогда, когда она погибла. Убивал пустых и синигами просто вставших на моем пути. Даже нескольких довольно сильных богов убил — за то, что они бездействовали. Возможно, и Танатоса убил я — те времена отложились в моей памяти лишь кровавым бредом и жаждой убийства.

Все кончилось, когда я встретил его. Не помню уже его имени, да оно и не важно. Важно, то, что он помог мне остановиться.

Он был одним из христиан. Наверное, потом его стали почитать как святого, не знаю. Суть в том, что он был весьма силен. Достаточно, чтобы я не смог убить его. Пожалуй, в тот момент он был сильнее меня.

Все дело в пране. На нас — бывших богов — легло ограничение по ее использованию. А вот на приверженцев Иисуса — нет. Они не могли сами накапливать ее, однако, могли заимствовать ее у своего бога, находящегося за границами нашего мира. Далеко не всегда могли заимствовать — если на них нападали люди, у христиан ничего не выходило, а вот если пустые, или мы, боги, то тогда их бог не скупился.

Довольно правильный подход, — иначе мы бы их уничтожили полностью. Но вернемся к тому святому.

Тогда, защищая от моих атак себя и своих спутников, и даже не думая атаковать, он спросил, почему я, и подобные мне, убивают таких как он.

Было у него в голосе что-то такое, что кровавый зверь, обитающий во мне, притих.

Более того, я ответил ему.

Услышав мою историю, он сочувствующе улыбнулся и сказал, что сочувствует моему горю, а потом попросил следовать за собой. И я последовал.

Он привел меня в христианскую общину. Глупо было с его стороны — несмотря на всю его заимствованную силу, он не смог бы защитить всех.

Но я не атаковал. Будучи невидимым я следовал за этим человеком и смотрел.

Смотрел на жизнь обычных христиан. На их радости и горести.

Вопреки невзгодам, сыплющимся на них со всех сторон, они были счастливы. Вокруг царила необычная для меня атмосфера — атмосфера тепла и любви к ближнему.

И тогда, наблюдая за этими людьми, я понял — мне некому мстить.

Тогда я решил умереть. Жить дальше без Персефоны казалось бессмысленным.

Сделать это я решил в Элизиуме — на месте гибели моей возлюбленной.

И я бы исполнил свою задумку. Исполнил. Если бы не Цербер.

В безумии, после смерти Персефоны, я очень сильно покалечил его, когда он пытался меня успокоить. Почти убил.

Я думал, что теперь он будет меня ненавидеть, но я ошибался. Очень сильно ошибся. Я забыл, что собачья преданность не имеет границ.

Он встретил меня на входе в Элизиум. Керр еще не мог толком ходить — мой удар выжег ему тогда почти всю энергетику, и восстанавливался он очень медленно.

Не мог ходить — но мог ползать. И когда я, твердо намеренный умереть, возник на пороге дворца, он, радостно повизгивая и во всю виляя хвостом, пополз мне на встречу.

Глядя в его светящиеся счастьем глаза, я понял — мне есть, зачем жить.

И я решил воссоздать Элизиум. Сам дворец практически не пострадал, что не скажешь о его обитателях. Кто-то погиб в момент исхода Иисуса, кого-то, в приступе ярости, убил я сам, остальные просто разбежались. Так что, задача передо мной стояла непростая.

Но я не торопился. И постепенно разбежавшиеся стали возвращаться, а вслед за ними приходить новые. В Элизиуме снова закипела жизнь.

Много времени утекло с тех пор. Из первого поколения Опор, учрежденных после воссоздания Элизиума, остались лишь Критос и Меркуцио. Баргган и Маркус и Ричард появились в моей свите со времен земного средневековья. Безымянный, которого ты убил, примерно тогда же. Ну, а Младшие Опоры часто меняются, чему способствуют постоянные войны.

В последнее время их не было, но сейчас, как ты мог догадаться, одна намечается.

С Аресом мы воевали неоднократно — на то он и бог войны, но на этот раз он перешел все границы.

Я кажусь равнодушным, и по большей части так оно и есть, но то, что он завербовал Меркуцио, который верно служил мне почти шесть тысяч лет, я не прощу! Эта война станет последней! Для него, или для меня.

Вжах, — большой шар красного огня взрывается не долетев и пол пути до цели, и стоящая рядом со мной Энжель, печально вздыхает. Не даются ей пока кидо такого типа.

Что самое примечательное, тридцать второе и тридцать третье хадо она уже полностью освоила, а вот Шаккахо у девушки получается стабильным очень редко. Как и всякого рода бакудо. Нет, в отличие от Шаккахо они не взрываются, но удержать могут разве что обычного человека. И это через полгода обучения!

Для Академии синигами — срок совсем небольшой. Они там кидо до сорокового пять лет учат, и то далеко не у всех получается. Но люди, если верить моим знаниям канона, прогрессируют гораздо быстрее. И это я сейчас не про Ичиго. Он — аномалия. Остальные люди тоже ненормально быстро развивались.

Чад в рекордные сроки достиг уровня лейтенанта, если даже не капитана. Да и остальные подчинители не хуже — уровень лейтенанта у них у всех был. Можно списать это на особенности Полного Подчинения, но их предводитель, Куго Гинджоу, сначала был временным синигами и тоже очень быстро прогрессировал.

Подтверждала это наблюдение и Энжель. Ее духовная сила росла просто чудовищными для синигами темпами. Когда я ее нашел, ее сила примерно равнялась силе пятого офицера. За полгода тренировок резерв Энжель вырос в несколько раз и теперь почти не уступал лейтенантскому.

С физическим развитием тоже все было хорошо. Сила и скорость девушки многократно возросли и тоже примерно соответствовали лейтенантскому стандарту. Вот только сила и скорость это одно, а умение сражаться — совсем другое. С последним у нее было не очень.

Оно и неудивительно. Даже самый способный новичок не сможет за полгода научится прилично владеть оружием. Это у меня был внутренний мир с многократным замедлением времени и тенью спарринг-партнером, а Энжель приходится учиться по старинке.

Пробовал я ее научить погружаться во внутренний мир, но у девушки ничего не вышло. Не знаю почему. Может для этого необходимо иметь занпакто?

— Ладно, думаю, учить тебя всем заклинаниям подряд — бессмысленно. У тебя явная склонность к воздушным и молниевым кидо. Этому и буду учить. Но повышением контроля мы тоже займемся.

— Куда же без него… — вздохнула девушка.

На самом деле, Энжель весьма прилежная ученица, но неудачи в кидо ее сильно расстраивают.

Особенно, она переживает из-за своего низкого контроля. Девушка изо всех сил пытается это исправить, но получается это у нее плохо. Вот и расстраивается.

— Не переживай, — научишься еще. Главное не прекращать тренировок и все обязательно получится!

— Да, я знаю, — устало улыбнулась измотанная тренировкой девушка, — когда-нибудь получится. Но надо стать сильной как можно быстрее. Ты ведь говорил, что скоро будет большая заварушка, а я не хочу в ней быть тебе обузой.

— Мы же договорились, что ты не будешь в ней участвовать.

— Но Ранд…

— Никаких «Ранд»! Как только все начнется, ты отправишься в мир живых!

— Но ведь там тоже будет опасно. Враги знают, что я твоя ученица, и могут меня найти. А в мире живых их основная база…

— Рядом с Урахарой и вайзардами будет гораздо безопаснее, чем здесь, в эпицентре событий.

— Ладно, — кисло согласилась девушка, — но если я к тому времени смогу пять минут продержаться против Энъен, то останусь тут.

— Договорились, — легко согласился я, — только, без использования твоего дара.

Пять минут, при таком условии, Энжель не продержится точно, но так хоть дополнительный стимул развиваться будет.

— Так не честно…

— Пользоваться уязвимостью Энъен — не честно! Это на ней твой дар превосходно работает, а вот я его и вовсе не замечаю. Может у врагов тоже будет повышенное сопротивление эмоциональным атакам? Ты можешь точно утверждать, что это не так? Я вот нет. Так что, твое участие в предстоящем, я допущу, только если ты достаточно разовьешься, чтобы продержаться против кошки без своего читерства.

Девушка как-то сразу погрустнела.

— Кстати, о твоем даре: он, на мой взгляд, уже достаточно развился. Так что…

Жди здесь, я скоро.

Серией сюмпо я переместился в свою комнату и, достав из-под кровати длинный продолговатый сверток, отправился обратно к Энжель.

— Держи, это тебе, — кинул я сверток девушке.

— Это то, о чем я думаю? — взволновано спросила она.

— Думаю да, открывай.

Через пару мгновений из свитка была извлечена обычная на вид катана, но на самом деле, обычной она не являлась. Это была заготовка под занпакто — асаучи.

— Так как твой дар в должной мере развился, я считаю, что теперь он не воплотится в занпакто, и у тебя будет дополнительная способность. Так что, владей!

— Спасибо, Ранд! — девушка быстро приблизилась ко мне и поцеловала в незащищенную «шлемом» часть щеки.

— А ш-што это вы тут делаете? — раздался за спиной знакомый голос. На этот раз, в нем преобладали не только рычащие, но и шипящие звуки.

— Привет, Эни! Ты уже завершила трансформацию? Поздравляю! Тебе очень идет! — поприветствовала подругу Энжель.

— Не называй меня так! Мое имя не сокращается. И вообще, вы не ответили на мой вопрос!

— Привет, Энъен. Энжель права, — тебе и правда идет, — поприветствовал я кошку. Хотя, теперь уже бывшую кошку.

Передо мной стояла стройная рыжеволосая девушка, одетая в обтягивающий белый с оранжевыми вкраплениями костюм, который выгодно подчеркивал достоинства фигуры новоиспеченного вастерлорда. А именно: длинные стройные ноги, в меру узкую талию и грудь, которая была чуть меньше, чем у Энжель. То есть, слегка недотягивала до третьего размера.

Лицо девушки было по большей части закрыто маской, напоминающую ее прежнюю, но теперь создавалось впечатление, что это карнавальная маска. К тому же, маска была не цельная и оставляла взгляду несколько участков вполне человеческого лица. Довольно симпатичного лица!

На голове девушки располагались небольшие кошачьи ушки, что только добавляло ей обаяния. Единственное, что портило впечатление, это небольшая дыра в груди. Дыра, кстати, стала заметно меньше и сейчас была всего около двух сантиметров в диаметре. Это становление вастерлордом так сказалось? Или что-то еще?

Изменилась Энъен и внутренне. Ее реяцу стала гораздо плотнее и агрессивней, а резерв теперь лишь немного уступал моему.

— И против нее мне нужно продержаться пять минут?! — возмутилась тоже заметившая это Энжель.

— Ты о чем?

— О моем участии в предстоящем сражении, — девушка пересказала подруге наш недавний разговор.

— Правильно, — заметила Энъен, которая, после трансформации стала говорить гораздо чище, — тебе пока не место на поле боя. Так что, можешь даже не рассчитывать, что я буду поддаваться!

— Но ты ведь теперь вастерлорд. Не думаю, что у врагов есть кто-то подобной силы, — не сдавалась девушка.

— Скорее всего, есть. Вряд ли бы они стали нападать, будь иначе. А даже если и нет — врагов в любом случае будет гораздо больше, чем нас. Элизиум силен, но немногочисленен. К тому же, ты забываешь про предателей, — возразил я.

— Владыка легко уничтожит их, когда все начнется.

— Может и так, но лично я в этом сильно сомневаюсь.

— Почему?

— Гадес любопытен. Насколько я его понимаю, в этом спектакле он до конца будет зрителем и вмешается только при появлении Ареса. Ну, или, если заговорщики будут действовать совсем нагло, но сомневаюсь, что это случится до появления того же Ареса. Так что с ними нам придется разбираться самостоятельно. Как видишь, сильные противники тут будут. Очень сильные и опасные. И это еще мы ничего не знаем про войска Ареса…

— Но я ведь могу помочь. Мой дар…

— Мы уже говорили об этом. Продержишься пять минут, и я позволю тебе поучаствовать, ну, а если нет, то тебе здесь будет слишком опасно.

— Три минуты…

— Сама предложила пять.

— Я не знала, что Эни настолько усилится! Ранд, ну пожа-а-алуйста…

У нее был такой жалобный взгляд, — как у несправедливо обиженного ребенка — что я не смог отказать и в этот раз.

— Договорились.

В конце концов, чтобы продержаться даже три минуты против Энъен теперь, когда она стала вастерлордом, нужно быть как минимум капитаном. У Энжель нет и тени шанса.

Урахара Киске был взволнован. Посторонний человек никогда бы этого не понял, — внешне ученный выглядел абсолютно невозмутимо, но Тессай знал его как облупленного.

— Выпейте чаю, Урахара-сан.

Привыкший, что легче согласиться, чем спорить, Киске покорно принял из рук друга чашечку с чаем.

— Как тут быть спокойным, когда скоро начнется война? Крупнейшая, за всю человеческую историю!

— Война — это свойство людей, — глубокомысленно заключил Тессай, — человечество постоянно воюет между собой. А насчет того, что грядущая война будет крупнейшей…

Пожалуй да. Население земли очень быстро растет. Получается переизбыток душ в этом мире и их недостаток в различных сообществах душ. Не знаю, кто осуществляет регуляцию, но она работает. Поэтому, либо опять вспыхнет крупная эпидемия, либо война. А может обе сразу. Как во время Первой Мировой.

— Да, в то время тоже наблюдался дисбаланс распределения душ между мирами. Тогда погибло шестьдесят миллионов, причем большинство именно от эпидемии. А сейчас количество населения снова возросло. Только интересно, почему война назревает в Европе. Гораздо логичнее было бы стравить Индию и Китай — так погибло бы гораздо больше.

— Погибло бы больше, но силы, которые стоят за этой войной, располагаются в Европе. А с Китаем мы и так воюем.

— Да уж, воюем. Вот действительно мирная нация! Сколько там у них армии? Около двух миллионов. А населения — пятьсот! У нас жителей в семь раз меньше, а армия почти такая же. Хоть и воюет в Китае всего триста тысяч. Но это еще что, — в Германии, где засели квинси, армия уже шесть миллионов и продолжает расти, а ведь населения у них столько же, сколько у нас!

Киске сделал большой глоток чая и продолжил:

— Но это все ерунда. Человеческие войны нас касаются мало. Гораздо серьезней то, что одновременно с этим, что-то замышляют квинси. Их концентрация в Германии сейчас сильно увеличена и достигает нескольких десятков тысяч. Кроме того, в Германию стекаются так же подчинители и другие одаренные.

Ранд говорил, что они намериваются атаковать его Элизиум, но не думаю, что все настолько просто. Судя по всему, Мировая Война назревает не только в среде смертных.

В Германии уже полгода, как не появляется никто из Трибунала. То же самое и в Италии. В соседних с ними странах представители этого сообщества душ появляются, но только большими отрядами. До меня дошли слухи, что Трибунал договаривается с другими обществами душ о совместном выступлении, против квинси. Не знаю, чем завершаться эти переговоры, но ясно одно: войне — быть!

— Может и так, — глубокомысленно заключил Тессай, — что ты планируешь делать?

— Пока — наблюдать. Ну и помогать нашему не совсем пустому другу, по мелочи. А там — видно будет…

Год — много это или мало? Понятие относительное. Для многих видов насекомых это целая жизнь, для домашних питомцев типа собак и кошек — значительная ее часть. Для людей — по-разному, зависит от жизненных обстоятельств, но, в основном, тоже весьма немаленький промежуток времени. А вот для сущностей, которые живут уже много тысячелетий и, по идее, могут жить вечно, год — лишь короткое мгновение, недостойное упоминания, если, конечно, в этот год не произошло ничего особенно интересного. Например: мировой войны.

Но, даже готовя эту самую мировую войну, подобные сущности не торопятся. Хотя, возможно дело не в них — в данном деле нельзя торопиться.

Вот уже полтора года, как я знаю о готовящейся войне. Сколько времени о ней знает Гадес — не имею ни малейшего понятия, но явно дольше, чем я. Тем удивительнее, что он не готовится. По крайней мере, внешних проявлений этого я не замечаю.

Хотя, должен признать, качественный состав Опор несколько увеличился: Энъен, а следом за ней и Снирк, стали вастерлордами. Эх, было бы в нашей среде поменьше предателей, мы бы раскатали войска Ареса тонким слоем. А так — даже не знаю.

Меркуцио, Баргган, Юнг, который тоже теперь где-то на уровне вастерлорда, хотя никаких трансформаций и не проходил, — все они представляют довольно серьезную опасность. С последним, я, кстати, пытался поговорить.

Когда я рассказал, что являюсь его знакомым, Юнг сказал, что потерял память и ничего не помнит, но, через некоторое время, сообщил, что смутно припоминает, что я был его другом. Да, я не рассказывал ему, что не я, а Кейго, так что ни капельки ему не поверил. Но сделал вид, что поверил. А затем он попытался меня завербовать. Ненавязчиво. До сих пор пытается, а я упорно делаю вид, что не понимаю, о чем он, попутно пытаясь перевербовать его. Так же ненавязчиво. Но боюсь, нам все же предстоит встретиться с ним на поле боя. И случится это, судя по всему, уже скоро.

Арес собрал мощную армию. Одних только квинси около десяти тысяч. Большинство, конечно мелочь, способная справится лишь с низшими пустыми, но и более серьезных кадров там хватает. К сожалению, узнать подробности не удалось. Точную силу командования мои источники информации не знали. Те не афишировали свои возможности.

Единственное, что поведали мне, захваченные при попытке изнасилования какой-то смертной немки, квинси, что их командование невероятно сильно, но насколько именно и какими силами владеет, пленные не знали.

Поимка и допрос одного из младших офицеров тоже ничего не дали — он знал ровно то же самое, что и рядовые, а старших офицеров было так просто не достать. Обычно они находились недалеко от замка, где по идее находиться и Арес, и если он столь же силен, как наш Владыка… В общем, лучше не рисковать. Гадес, например, как он сам мне сказал, чувствует абсолютно все, что происходит в Элизиуме…

В общем, оставив в память о своем визите в Германию четыре трупа, я поспешил убраться оттуда. Насмотревшись, что творят эти, возомнившие себя сверхлюдьми, мрази, я не испытывал к ним никакой жалости, а пиетета перед ценностью человеческой жизни я уже давно не питал.

Помимо квинси, как я выяснил, у противника был еще Корпус Магов. Насколько я понял, туда входили Подчиняющие. Их было немного — не более нескольких сотен, и основу корпуса составляли слабейшие из них, но некоторые, сумевшие достичь в своем ремесле значимых успехов, входили в состав других корпусов. По слухам — даже в Корпус Особых Поручений. Последний был аналогом то ли разведки, то ли спецназа, и про него было известно не больше, чем про силы руководства. Еще одна головная боль — фуллбрингеры, при правильном подходе, могут очень многое.

Неожиданно я почувствовал подергивание мочки левого уха. Вестник, в последнее время набрался самостоятельности и редко меня беспокоит, так что, что-то серьезное.

Хм, оказалось я был прав — серьезное. Даже — очень серьезное! Таким хитрым способом вызывал меня Урахара Киске. Ему даже пришлось мне помолиться, хе-хе, после чего он сообщил появившемуся Вестнику срочную новость, которую тот и передал мне:

Несколько сообществ душ объединились и выступили против Ареса и квинси, но получили мощный площадный огненный удар, уничтоживший значительную часть их войск, и отступили для перегруппировки. Вскоре они снова пошли на штурм, но в этот раз, помимо кучи ловушек, никакого сопротивления не получили. Ни самого Ареса, ни кого-либо из его подчиненных в замке не оказалось. Не смотря на пристальное наблюдение, все жители замка исчезли без следа.

Увидев это, Союзники решили, что Арес просто сбежал, но Урахара и я знаем, что произошло на самом деле: очень скоро к бесконечному морю смертей ежедневно происходящих в Уэко Мундо добавиться еще одна капля. Но, в этот раз, жертвами безносой станут не обычные низшие пустые. Нет! Скоро, совсем скоро, на песок Пустого Мира будет проливаться кровь необычных для этого места квинси и подчинителей, могучих адъюкасов, великих лордов разрушения, и, вполне возможно, даже, самых настоящих древних богов! Война в Уэко Мундо началась!

Арес был не доволен. Очень не доволен. Эти тартаровы синигами объединились так не вовремя! Еще бы чуть-чуть и подготовка была бы окончательно завершена! Какая-то пара месяцев и Арес вполне смог бы воевать на два фронта одновременно, но, к сожалению, Союзники напали именно сейчас, и богу пришлось выбирать: засесть в обороне, постепенно уничтожая захватчиков, или же осуществить то, ради чего это все, по большей части и затевалось — уничтожить Гадеса, и, поглотив его силу, стать сильнейшим существом в этом мире, а уже потом, ни на что больше не оглядываясь, уничтожить зарвавшихся букашек, осмелившихся пойти против самого бога войны!

Арес злобно рассмеялся, напугав этим ближайших к нему подчиненных. Он, после некоторых размышлений, выбрал второй вариант. В конце концов, для вторжения все было готово, а сидеть в осаде просто противоречило его сути.

Выйти в поле и перебить всех лично он тоже не мог: главы Трибунала, Асгарда и Вирия были довольно сильны и вместе представляли для Ареса нешуточную угрозу.

Выместив раздражение волной огня, уничтожившей немаленькую часть союзных войск, — к сожалению только разного рода мелочь, — бог взял себя в руки и отдал всем войскам приказ выступать.

Гарганта, открытая Аресом перенесла войска в мир Вечной Ночи примерно в двухстах километрах к западу от Элизиума. Можно было и ближе, но был риск оказаться обнаруженным раньше времени. Переход десяти тысяч разумных через гарганту был делом довольно длительным, и ударь противник в этот момент, большую часть войск пришлось оставить бы в мире живых.

— Переход завершен, Владыка! — доложил Аресу Ульрих фон Виттенштейн — командор квинси-рыцарей и, заодно, правая рука Ареса в деле управления войском.

Отличительной чертой квинси-рыцарей являлись огромные двуручные мечи, созданные по технологии, сходной с технологией производства зелешнайдер. То есть, в не боевом состоянии, они выглядят просто как рукоять меча, а мощное, вибрирующее с высокой частотой лезвие из духовных частиц, появляется только по желанию своего владельца. Цвейхандер дез Гестес — такое название носило это разрушительное оборудование. Еще одной отличительной чертой рыцарей было виртуозное владение блют вене.

Мощная атака и несокрушимая защита — отличное сочетание. Да и остальными техниками квинси они владели, но предпочитали, все же, ближний бой.

К сожалению Ареса, Орден насчитывал всего порядка пятисот рыцарей. Большинство квинси предпочитало оставаться от врага на расстоянии, да и отбор в Орден был довольно строгий.

— Отлично! Артиллерия?

— Только приступили к сборке. На все орудия уйдет около двух часов, — отозвался Ганс Майер — глава артиллеристов.

Арес недовольно поморщился, но говорить ничего не стал. Он знал, что артиллерия, способная работать в этом мире, довольно сложна и требует много времени на сборку. Два часа — это еще очень быстро. Недовольство бога вызывал сам факт промедления — он был уверен, что Гадес вскоре узнает, о том, что войска его врага уже в Уэко Мундо, и проведет какие-нибудь контрмеры. Но деваться некуда — придется ждать. Без артиллерии победить будет довольно сложно. Как бы не хотел Арес этого признавать, но его «дядя» был сильнее него, и в прямом столкновении шансов у бога войны немного.

Поэтому, ему и нужны войска, и, особенно, артиллерия. Точнее — только артиллерия, а остальные войска — только для того, чтобы ее защищать. В битве такого масштаба от них не будет ровно никакого толка. Только под ногами путаться будут!

— Какова ситуация в стане врага? — раздраженно спросил он Мэлва Рауша, главного по научной части, а по совместительству — главу разведки.

— Меркуцио передал, что около трети простых адъюкасов и большая часть Опор находиться под его контролем.

— Неплохо, — произнес бог, а про себя подумал, что способности Меркуцио слишком опасны, и, не смотря на вклад того в общую победу, жить он будет не намного дольше Гадеса. Это, конечно, испортит богу войны репутацию, но в тот момент она будет ему уже не нужна. Ведь с силой Гадеса он станет сильнейшим существом в этом мире!

Как ни странно, я оказался первым, кто узнал о вторжении Ареса в Уэко Мундо. Выслушав мой доклад, оставшийся совершенно невозмутимым Гадес, тут же объявил срочный сбор всех в Большом Зале. Причем всех — это всех, а не только Опор и их фраксъенов.

Всего в подчинении у Гадеса было порядка сотни адъюкасов, и вскоре в Большом зале стало довольно тесно. Он хоть и Большой, но адъюкасы тоже существа не маленькие.

— Я собрал вас здесь, чтобы сообщить, — начал Владыка, когда все оказались в сборе, — на нашу территорию вторгся враг, и мы должны достойно встретить его!

Зал было зашумел, но волна холода, пробежавшая по залу, живо заставила всех замолчать.

— Думаю, вам не надо объяснять, что случиться, если враг победит? В лучшем случае, вас ждет возвращение к прежней кочевой жизни, а в худшем… вас просто принесут в жертву. Глава вражеской армии, Арес, часто использует такое, чтобы увеличить свою силу или силу своих подчиненных. Я уже неоднократно сталкивался с ним, но эта битва будет последней. Совсем скоро один из нас двоих умрет. И в ваших интересах, чтобы это был не я! Поэтому, повелеваю: всем рядовым адъюкасам немедленно отправиться в Лес Меносов и подчинить столько гиллианов, сколько сможете! Опорам — пока оставаться тут. Вы получите указания после. Не знаю, что задумал враг, но в Элизиум, пока я здесь, он точно не сунется. На этом все свободны. Выполнять!

Гадес завершил свою речь, и все поспешили убраться по своим делам. Точнее, немалая часть Опор осталась обсуждать услышанное, рядовые адъюкасы поспешили в Лес Меносов, а вот я, Энжель и Энъен, направились завершить одно дело…

Я говорил, что люди быстро развиваются. Так вот — это не правда. Люди — невероятно быстро развиваются! Что и доказала Энжель, поднявшись за какие-то полтора года тренировок до уровня капитана.

Слабенького капитана, и только по уровню реяцу, но и это было невероятно — тем же синигами для достижения подобного уровня требуются десятки если не сотни лет. Может это потому, что сильные синигами довольно редко сражаются? Случаи, которые требуют вмешательства лейтенантов, не говоря уже о капитанах — не частое явление.

Тренироваться большинство из них тоже не спешит. Хотя есть и исключения — Абараи Ренджи и Иккаку Мадараме, например, но… может у них просто задатки плохие? Скорость развития даже в среде синигами весьма разниться. Бъякуя вроде бы достиг уровня капитана довольно быстро, а про Тоширо и говорить нечего, хотя точные сроки я не знаю, но он изначально обладал огромной духовной силой. Хотя это, скорее, из-за его занпакто.

Еще из подобных уникумов Ичимару Гин и, конечно же, Урахара Киске, но про сроки достижения ими силы капитана я ничего не знаю. Гин, насколько я помню, закончил Академию за один год, а потом сразу занял место третьего офицера Пятого отряда. При том, что лейтенантом был сам Айзен… Может он тоже скрытый человек?

Про Урахару, несмотря на личное знакомство, я знаю и того меньше. Только про достижение Банкая за три дня и то, что он, в отличие от большинства капитанов, продолжает развиваться. Монстр!

Но вернемся к Энжель. Точнее, к тому, что сейчас происходит на тренировочной площадке. А происходит там поединок за право Энжель участвовать в этой войне!

Знал бы, что она так быстро развивается — оставил бы пять минут! А три она вполне способна продержаться. Наверное. Энъен — тот еще монстр!

— Начали! — дал я сигнал к началу поединка, одновременно засекая время.

— Путеводной звездою во тьме воссияй, врагов ослепляя, Тенши но Рай! — скороговоркой выпалила Энжель название своего шикая, и катана в ее руках преобразилась.

Теперь она держала короткий — чуть больше метра в длину — сияющий желтым, солнечным светом жезл. Нижняя часть его была заострена, образуя довольно внушительное лезвие, а в верхней располагался круг, с вписанными в него лучами-молниями, выходящими за его пределы своими заостренными концами.

Шикай Энжель освоила уже довольно давно — спустя четыре месяца после получения занпакто, и все это время усиленно его развивала.

Сразу после активации шикая, девушка сразу выполнила уход в сторону при помощи сюмпо. И вовремя! Место, где она только что стояла, поразило разом с десяток бала, выпущенных ее противницей.

Впрочем, с нового места ей тоже пришлось срочно убираться — кошка не дремала!

Так продолжалось примерно с минуту. Энжель очень хорошо освоила сюмпо, к тому же ее шикай, помимо всего прочего увеличивал скорость. В шикае у нее даже не сюмпо получалось — что-то среднее между этой техникой синигами и брингерлайтом подчинителей, которым она, по сути, и является. Но техникам подчинителей я ее не учил — сам в этом крайне слабо разбираюсь. Точнее, я пробовал это сделать, но у меня ничего не вышло. Все попытки, что ее, что мои собственные, что-нибудь подчинить ждал неминуемый крах. Может, для этого нужно иметь материальное тело? Или мы просто что-то делаем не так?

В любом случае, сюмпо Энжель в шикае гораздо быстрее обычного и без труда позволяет ей уходить от бала Энъен.

Та тоже это поняла и решила сменить тактику. Сонидо! Пустая, оказавшись неподалеку от противницы, торжествующе выпускает в нее очередную серию бала. От такого ей уже не уклониться!

Энжель тоже это понимает, и даже не думает уклоняться. Вместо этого она вскидывает в защитном жесте жезл, и бала, совсем немного не долетев до нее, застывают в воздухе! Точнее — в магнитном поле.

Этот прием Энжель освоила около двух месяцев назад. Я-то про него знаю, а вот для бывшей представительницы семейства кошачьих это оказалось неприятным сюрпризом. Энжель очень старалась не светить перед ней свои умения и тренировала новые приемы только в ее отсутствие. Не знаю, правильно ли это было в плане развития, но удивить Энъен она смогла. И это далеко не единственный сюрприз!

Сюмпо! — Энжель вновь разрывает расстояние. Сонидо! — Энъен не собирается ее отпускать. Сюмпо! Сонидо! Сюмпо…

Еще одна минута ушла на такую вот игру в догонялки. Но, в конце концов, Энжель все же ошиблась…

После очередного сюмпо-брингерлайта она немного замешкалась, и Энъен поспешила этим воспользоваться.

Выйдя из сонидо очень близко от девушки, она не стала как раньше кидать в ту бала, — они неизменно застывали в защитном поле — а нанесла быстрый и мощный удар рукой с вложенной туда реяцу, который без труда прошел через защиту!

В последний момент, Энжель все же успела среагировать, закрывшись жезлом, но от силы удара, ее отбросило на несколько метров!

Энъен тут же бросается к ней, чтобы завершить начатое, но…

— Вспышка света!

Слепяще-белый свет вырывается из навершия жезла, даже меня заставляя зажмуриться! Что уж говорить про находящуюся совсем близко Энъен… На несколько мгновений она буквально ослепла. Превосходный момент для атаки!

Но Энжель не стала атаковать. Наоборот, она поспешила убраться от своей противницы на как можно большее расстояние. Правильно, наверное. Ведь ее задача не победить, а продержаться.

Когда пустая пришла в себя, девушка была уже на другом конце совсем не маленькой тренировочной площадки.

— Стрелы света!

От жезла девушки стали отделяться солнечного цвета лучи, мгновенно достигающие Энъен! Они хоть и не наносили заметного урона, но не позволяли той уйти в сонидо.

— Р-р! Мряуу! — яростно тряхнула Энъен гривой волос, и воздух вокруг нее засветился оранжевым. Высвобожденная реяцу вастерлорда легко поглощала слабые атаки противницы.

— Р-раз так, то… Пожар! — во все стороны ударила волна оранжевой реяцу, буквально поджигая воздух вокруг. Повинуясь воле своей создательницы, облако огня резко направилось в сторону Энжель, по пути разрастаясь в размере. Та попыталась уйти от него, но область огня быстро разрасталась, и девушке вскоре некуда стало отступать — только за пределы тренировочной площадки, а это считалось поражением!

Я думал, что она так и сделает, признав победу противницы, но Энжель меня удивила — на максимум врубив свое магнитное поле, она бросилась прямо в огонь, стараясь прорваться на свободную от него сторону площадки. И у нее это даже почти получилось!

Точнее — получилось, вот только за время прорыва она полностью лишилась своего защитного поля, а на ее теле появились многочисленные ожоги. Хоть она и прорвалась бой был практически законен, что и подтвердила Энъен, запуская в девушку серию бала от которых та уже не могла уклониться!

— Время вышло! — сообщил я, появляясь перед Энжель и отражая бала волной энергии из меча.

— Эх, надо было настаивать на пяти минутах, — притворно вздохнув, сказал я несколько обгорелой, но от этого не менее счастливой, девушке…

Мэлв Рауш пребывал в отличном расположении духа. По его внешнему виду этого никто бы не сказал — Мэлв отлично умел контролировать эмоции, но внутренне он ликовал. Ведь все шло точно по плану. Не тому, который собирался осуществить Арес, а его, Мэлва, собственному плану! Наивный бог войны думает, что все пляшут под его дудку. Пусть думает! Скоро, совсем скоро, месть Мэлва осуществится!

Глава ученых и разведчиков отчетливо помнил тот момент, когда этот проклятый владыка походя уничтожил его родителей — молодую чету квинси, которая отказалась ему подчиниться. Трехлетнего мальчугана, расширенными от ужаса глазами наблюдавшего за произошедшим из-за угла дома, Арес не заметил. Или не обратил внимания. Или не запомнил. Зато мальчуган его запомнил! Запомнил и поклялся отомстить.

Через двенадцать лет в двери резиденции Ареса постучался пятнадцатилетний юноша и сходу заявил, что будет тому полезен. Арес предложил испытание — победить одного из его воинов — и Мэлв его с легкостью прошел, разнеся вояку в пух и прах. Это был далеко не самый сильный служащий Аресу, но и Мэлв только набирал силы. Благодаря столь впечатляющей демонстрации, юношу сразу записали в лейтенанты, дав под начало сотню квинси.

Так юный мститель оказался в окружении объекта своей мести. Юноша обладал выдающимся умом и очень скоро понял, что с нахрапа месть не осуществить — Арес буквально подавлял своим могуществом, и, кроме того, как гласили дошедшие до Мэлва слухи, в своем дворце был чуть ли не всеведущ.

Поэтому Мэлв действовал крайне осторожно. Он временно отбросил мысли о мести, которую, как известно, лучше подавать холодной, и начал верно служить этому чертову владыке.

Как вскоре совершенно случайно выяснилось, Мэлв имел талант, граничащий с гениальностью в плане научной деятельности. Просто как-то зайдя по делам в научную лабораторию, он заинтересовался проходящими там исследованиями.

Когда тупому солдафону неохотно объяснили суть происходящего, он в пух и прах раскритиковал текущую методику и взамен предложил свою, которая оказалась в разы эффективней.

Тогда в лаборатории находился прошлый глава научного отдела Фридрих Мерц и он очень заинтересовался юным дарованием. И через несколько дней Мэлва перевели под его начало.

Юноша был просто невероятно талантлив в области науки и совсем скоро стал заместителем Фридриха. А потом тот, видя, что его ученик уже во всем превосходит его, сам подал в отставку, уступив тому свое место, и теперь преспокойно доживает остаток жизни на каком-то тропическом острове.

Ну а Мэлв получил одну из руководящих должностей, что значительно увеличило его шансы на месть. Но вот возможности никак не возникало. Она возникла только совсем недавно, когда Арес открыл своим помощникам план по захвату мира.

Кто может победить древнего бога, как не другой древний бог? Но как-то воздействовать на самого Ареса, чтобы тот точно проиграл «дяде», возможности у Мэлва не было. В своем дворце тот действительно почти всеведущ, а вне дворца это тем более почти не осуществимо.

Именно поэтому Мэлву пришлось сотрудничать с Меркуцио. Тот, как и Арес, был богом, поэтому особого доверия у ученого не вызывал, но… неизвестно откуда прознав о тайном желании Мэлва, Меркуцио сделал тому предложение, из-за которого тот временно отбросил свою неприязнь. Предложение, от которого просто невозможно отказаться!

Меркуцио предложил Мэлву убить бога.

Двух богов, если быть точным.

— Но почему Арес решился напасть? Ты же говорил, что у себя дома наш владыка почти всемогущ. Или Арес настолько его превосходит?

— Напротив, — ответил я сидящей передо мной Энжель. Прошло уже три часа с момента общего собрания, но пока никаких изменений в ситуации не произошло.

Сейчас, в преддверии грандиознейшей битвы, мы втроем собрались в моих покоях и битву это обсуждали.

— Гадес, насколько мне известно, заметно сильнее Ареса, и в прямом столкновении тому ничего не светит. Поэтому, я тоже даже не представляю, почему он решил явиться сюда, в сосредоточие мощи своего оппонента. Но не думаю, что просто так. Наверняка у него есть какой-то план, скорее всего связанный с Меркуцио. Но даже если так, что думаю, ему надо будет как-то выманить Гадеса отсюда. Хотя тот может и сам выдвинуть войска на встречу Аресу. Типа: нечего шастать по моей территории!

— Понятно, то есть нападения на Элизиум можно не ждать?

— Да, только если Гадеса тут уже не будет. Еще теоретически нужно опасаться Меркуцио и Барггана, но, думаю, пока владыка здесь, они тоже будут вести себя смирно.

— Но когда они планируют действовать?

— Скорее всего, во время битвы. Когда Гадес будет занят боем с «племянником». Хотя возможно ничего у них и не выйдет, если владыка решит, что стоит разобраться с ними раньше, чем с Аресом, но боюсь, это все же ляжет на наши плечи.

— Бр-р, — передернула плечами Энъен, — что Меркуцио, что Баргган прросто пугающе сильны… — в голосе девушки сквозила неуверенность.

— Да, — согласился я. — С одним из них я справлюсь, но вот с обоими… Постараюсь натравить на них Маркуса, но, если вдруг что-то не сложиться, вам придется мне помогать.

— Конечно, Ранд! Поэтому я и решила остаться!

— В этом случае, на вас двоих будет Баргган. Сам я займусь Меркуцио. Не думаю, что среди вражеской армии будет кто-то даже близко настолько опасный. Они всего лишь люди…

— Эй, я вообще-то тоже человек!

— Извини, — улыбнулся я своей ученице, — просто ты стала настолько своей, что я уже перестал считать тебя человеком.

— Это сейчас был комплимент или оскорбление? — хихикнула Энъен.

— Конечно комплимент! Учитель не стал бы оскорблять меня столь завуалировано!

— Да-да, Энжель полностью права, но вернемся к предстоящей битве…

Бууум!

Договорить мне не дал мощный удар, сотрясший, казалось, весь Элизиум.

— Что это?!

— Не знаю, похоже именно так Арес собирается выманить нас отсюда!

Буум, буум!

За первым ударом последовал второй и третий!

— ВСЕМ СОХРАНЯТЬ СПОКОЙСТВИЕ! — разнесся по дворцу голос владыки. — ВОЙСКА МОЕГО ПЛЕМЯННИКА РЕШИЛИ ОБСТРЕЛЯТЬ НАС ИЗ ДАЛЬНОБОЙНЫХ ОРУДИЙ. НАПРАСНО! ЭЛИЗИУМ БЕЗ ТРУДА ВЫДЕРЖИТ И НЕ ТАКОЕ! НО НЕ БОЙТЕСЬ, МЫ НЕ БУДЕМ ОТСИЖИВАТЬСЯ ЗА ЕГО СТЕНАМИ! КАК ТОЛЬКО ОСНОВНАЯ ЧАСТЬ АДЪЮКАСОВ ВЕРНЕТСЯ С ВОЙСКОМ, АРЕС ПОЙМЕТ, ЧТО ЗРЯ СУНУЛСЯ В ЭТОТ МИР! НУ А ПОКА, ВСЕМ НАМ ПРИДЕТСЯ ПРОСТО ПОТЕРПЕТЬ ЭТОТ ШУМ.

Буум!

Очередное попадание как будто подтвердило слова Гадеса. Вот, значит, как нас решили выманить из Элизиума. Что ж, у них это уже почти удалось. Осталось только дождаться войска. Эта часть партии осталась за Аресом.

Искренне надеюсь, что только эта.

Мы слушали канонаду еще час. Именно через столько вернулись адъюкасы, отправленные в Лес Меносов. С гиллианами. Их было много, даже очень. Каждый из адъюкасов привел с собой от двух до пяти десятков этих гигантов.

Гиллианы не могли перемещаться при помощи сонидо, поэтому перемещение их от Леса Меносов до Элизиума заняло бы гораздо больше времени, чем четыре часа, но, к счастью, даже сами они были способны открывать гарганту, так что перемещение не заняло много времени.

Сразу после этого, мы, под предводительством самого владыки, отправились на встречу вражескому войску.

Совершив марш-бросок опять-таки при помощи гарганты, наши войска оказались в паре километров от врага и сразу же пошли на сближение. Расстояние играло на руку противнику, который, в отличие от нас, обладал дальнобойной артиллерией.

Я ожидал, что Арес воспользуется своим преимуществом и основательно проредит наши ряды на подходе, однако артиллерия отчего-то молчала. Пока толпа в несколько тысяч гиллианов и сотню адъюкасов приближалась, квинси не сделали ни одного выстрела.

Наконец, приблизившись на расстояние двухсот метров, наша армия остановилась и от нее отделилась одинокая фигура, направившаяся к вражескому войску. Со стороны врага произошло ровно то же самое.

Боги, а это были именно они, остановились ровно посередине разделяющего войска расстояния.

— Зачем ты пришел сюда, Арес? — прозвучал над полем будущей битвы голос нашего владыки. Казалось, что Гадес ни прилагал для этого никаких усилий, да и не звучал его голос излишне громко, но не услышать его было просто невозможно.

— Разве ты не знаешь, «дядя»?! — голос Ареса, чуть более грубый, и… наверное живой, тоже был превосходно слышен всем присутствующим. — Конечно же для того, чтобы забрать твою силу!

— Как и много раз до этого, «племянник». И чем все это кончилось?

— О, этот раз сильно отличается от предыдущего…

— Например тем, что тебе помогают мои подручные? — в голосе владыки мелькнула нотка презрения. — Или то, что Меркуцио подчинил своей силой большую часть Опор и немало простых адъюкасов? Так вот, тебе это не поможет. Я уже принял все необходимые меры. Маркус, начинай!

— Не только это! Извини, я бы с радостью с тобой поболтал, но, раз тебе обо всем известно, я вынужден вмешаться. Не могу бросить союзника в беде.

— И тебя не смущает, что этот союзник — предатель? Предавший однажды предаст и во второй раз.

— А вот это «дядюшка», уже мои проблемы! Войска, план F, в атаку!

— Что ж, раз ты торопишься, закончим с этим побыстрее, Арес! Защищайся!

Гадес в мгновение ока выхватил из-за спины свой меч, и обрушил его на Ареса!

Удар бога был поистине страшен: воздух вокруг меча владыки буквально дрожал, от вложенной в удар мощи, даже до нас, стоящих в сотне метров от богов донесло неслабую волну морозной энергии.

Ареса, принявший удар на мгновенно появившийся в руках щит, выдержал. Хотя и вынужден был отступить на несколько шагов.

— А ты все так же силен, «дядюшка»! Да, поглотив твою силу, я стану воистину сильнейшим существом в этом мире!

От следующего удара Арес уклонился, и попытался контратаковать, но бог подземного мира с легкостью пресек его попытку.

— Ты забываешь про так называемого Короля Душ.

— Этот обрубок былой мощи? Не смеши меня! Ты бы еще титанов вспомнил!

— Яхве, в отличие от них, был не только невероятно силен, но и разумен. И я не исключаю того, что он может пробудится.

Росчерк двуручного меча буквально срезал край неудачно подставленного щита, но тот, вспыхнув огнем, тут же восстановился.

— Пробудится? Да, этот ублюдок может! — меч в руках Ареса тоже вспыхнул, и он послал в оппонента волну огня, которую тот просто разрубил щитом. — Поэтому, как только разделаюсь с тобой и этой мелочью из старых богов, возомнивших себя чем-то большим чем тараканы, я обязательно убью и его!

— И как же ты планируешь меня убить? До сих пор ты защищаешься, как и во все прошлые разы. Не верю, что ты всерьез рассчитывал на этих предателей.

— И на них тоже! Но основа плана была не в этом. В чем, сейчас узнаешь:

— К предвечным силам взываю! Вы, что древнее богов, услышьте мою просьбу…

— Не выйдет. Предвечные не помогают напрямую никому. Кому как не мне это знать!

Гадес, даже не пытаясь атаковать, с интересом наблюдал за своим противником.

— … я, сын Зевса и Геры, закладываю свою жизнь, силу и душу и молю: позвольте провести мне Суд Богов!

Результат не заставил себя ждать. Когда в последнее слово этого странного заклинания-молитвы прозвучало, вокруг двух богов вспыхнул круг диаметром около пятидесяти метров, состоящий из странного черно-белого огня.

— Ну и зачем тебе Суд Богов? Ты же теперь не сможешь отсюда сбежать. Решил, наконец, сражаться до конца и погибнуть с честью? Не ожидал от тебя такого!

— Ха-ха-ха! Все совсем не так как кажется! Знаешь, дорогой «дядя», в чем заключается мой план? Теперь, когда ты уже не в силах ничего изменить, я отвечу: Суд блокирует только попытки сбежать из круга. Понимаешь? Проникновению в круг он не мешает. Все еще не понимаешь? Опыты показали, что не мешает даже энергии! Вот теперь, я вижу, ты все понял! Артиллерия! Весь огонь на меня!!!

В следующее мгновение богов буквально накрыло градом энергетических снарядов полностью скрывая их от нашего взора.

Мэлв Рауш не сдержал довольной ухмылки. Ему было отчего радоваться — ведь все шло по плану. Даже то, что Меркуцио раскрыли никак не влияло на основную задумку. Ведь было уже поздно. Оба бога оказались заперты в одном месте под непрекращающимся напором артиллерии.

Нет, Мэлв не был столь наивен, чтобы полагать, что атаки орудий убьют кого-то из богов. Ведь это было планом Ареса и он позаботился, чтобы не получать повреждений от собственных пушек. Они стреляли специально синхронизированными с энергетикой Ареса снарядами и Мэлв не мог тут ничего поменять — к этой части плана бог войны относился крайне серьезно и внимательно следил, чтобы снаряды были именно те, что ему нужны. В то, что снаряды повредят Гадесу, Мэлв, в отличие от цели своей мести, тоже не верил. Хотя вместе с ними у Ареса и появляется шанс на победу, но гораздо меньший, чем тот считает. Мэлв уже прикинул пару способов как, находясь в круге, можно защитится от артобстрела. Обладая силой богов, конечно. Сам бы Мэлв прожил там секунды две.

Но, тем не менее, все шло именно так, как и задумали Мэлв с Меркуцио. За исключением раскрытия второго, конечно. Сейчас Второй Опоре должно быть не сладко, но это ведь целиком и полностью его проблемы. Если Меркуцио погибнет, Мэлв не особо расстроится. В конце концов, тот ведь тоже бог. А с тех самых пор, как погибли его родители, богов Мэлв искренне ненавидит…

— Святое возмездие!

Удар невероятной мощи обрушился на телекинетический щит, сминая его словно бумагу, и выбравший защиту вместо бегства Меркуцио, тут же лишился левой руки вместе с приличным куском тела!

Ничего. Даже такая рана на нем заживет очень быстро! Да и в бою особо не помешает — древнее божество отлично контролировало свой разум и мгновенно отключило болевые ощущения.

«Я и забыл насколько он может быть силен», — подумал вастерлорд, — «особенно, когда пылает праведным гневом. Несомненно, лучше было сразу попытаться бежать, а не строить из себя героя».

Что Второй и проделал, уйдя от следующего удара Первого, который его несомненно бы убил, телепортацией.

Маркус был для Меркуцио пожалуй самым неудобным из всех возможных противников. Вера хранила его! Ни одно из доступных Меркуцио воздействий не было эффективно против Первого. Телекинез за того не цеплялся. На расстоянии пары метров от Маркуса, эта способность Меркуцио как будто полностью исчезала. Именно поэтому, кстати, Второй не мог использовать и свой излюбленный прием: Телекинетические Лезвия.

О воздействии на разум тоже не могло быть и речи — это было еще безнадежнее, чем телекинез. Меркуцио оставалось лишь разгонять телекинезом посторонние объекты и направлять их в Первого, но это было даже менее эффективно, чем серо, которым Меркуцио уже забыл, когда в последний раз пользовался, всецело полагаясь на свои особые способности.

А еще была прана. Но тратить прану сейчас — когда она поступает жалким ручейком вместо полноводных рек, что были ранее — непозволительная роскошь. Меркуцио применит ее только если попадет в совсем безвыходное положение.

Раз уж его раскрыли, придется применять один из козырей раньше времени. Сейчас, повинуясь его воле, войска Гадеса начнут уничтожать сами себя! Даже вмешательство квинси не понадобится. Ведь Меркуцио поработал воистину на славу: в его подчинении была треть простых адъюкасов, и подавляющее большинство Опор.

Избежать его воздействия удалось только Седьмой и Восьмой из Нижних Опор. С Верхними все тоже обстояло радужно. Подчинить большинство из них не удалось, но с Баргганом и Ричардом получилось договорится, а Критоса… Критоса Меркуцио все же подчинил. Пусть тот и обладал колоссальной реяцу, но вот его разум был весьма примитивен и потому, в итоге, оказался единственным из вастерлордов, поддавшийся силе Меркуцио. В итоге больше половины Верхних Опор оказались на его, Меркуцио, стороне. И вот теперь настал, наконец, момент, когда можно смело заявить о себе!

Вастерлорд потянулся своей силой к разуму сразу всех обработанных им адъюкасов, намериваясь отдать приказ атаковать. Он уже представлял, какой хаос породит его воздействие, но… с недоумением и ужасом обнаружил на месте своих закладок лишь пустоту!

— Что, не работают твои бесчестные методы? — произнес Маркус возникая возле Меркуцио. — Владыка давно знал о твоем предательстве, и, сегодня перед битвой, просто развеял эти все твои закладки! В Элизиуме он всесилен!

Второму от этой новости оставалось только скрежетать зубами. Он сильно недооценил Гадеса! Но ничего, даже при этом тот уже обречен! Их с Мэлвом плану ничего не угрожает. Меркуцио, с некоторой долей зависти, но гораздо большей — восхищения, вспомнил подробности предложенного ученым квинси плана. Войска для него были безусловно нужны, но именно само наличие войск, сражающихся друг с другом. Победа одной из сторон была абсолютно не важна! Все, что Меркуцио остается, это дожить до свершения своего плана. Конечно, было бы неплохо если бы подчиненные ему выжили, надо же кем-то править, да и с оставшимися верными Гадесу, тем же Маркусом, например, нужно разделаться. Но главное — Источник. Подчиненных можно и новых найти. А вот Маркус… Маркус проблема. Но, если Меркуцио правильно понимает характер Первого, тот сгинет вместе со своим Владыкой. Главное — продержаться!

— Сегодня, когда Владыка сообщил мне, что ты являешься предателем, мне стоило огромных усилий не уничтожить тебя в тот же миг. — Продолжил Маркус. — К сожалению он запретил мне это делать раньше времени, что позволило тебе просуществовать несколько лишних часов, но на этом твоя удача закончилась. Умри!

От атаки Маркуса Меркуцио ушел лишь чудом. Сначала он попытался телепортироваться, но у него ничего не вышло — неизвестная сила блокировала эту его способность. Хотя почему неизвестная — очень даже известная — вон, напротив стоит. Поняв, что телепортироваться бесполезно, Второй все же успел при помощи сонидо уйти от атаки. Частично его зацепило, но лишь самым краем, и защита на этот раз справилась.

«Что ж, деваться некуда; придется использовать прану», — огорченно вздохнул вастерлорд, извлекая из-под плаща Кадуцей[3]

— Войска, план F. В атаку!

Повинуясь приказу своего предводителя стройные ряды армии противника пришли в движение. Девять с половиной тысяч квинси вскинули луки. Залп! Волна светящейся смерти устремилась к нашим рядам, но мы были к этому готовы. Часть гиллианов, выстроившись в одну линию так, чтобы прикрыть остальные компактно расположенные войска, открыли рты и в них стало формироваться серо. Залп! Прямо навстречу несущейся к нам смерти!

Единый фронт серо оказался мощнее, чем тысячи разрозненных стрел, и полностью смел их, вот только за первой волной тут же последовала вторая — квинси сильно превосходили гиллианов в скорострельности. Но дело было сделано: пока войска врага стреляли по гиллианам, адъюкасы ворвались в ряды вражеского войска, сея смерть и разрушение. А вот с вастерлордами все было иначе.

Я кинул взгляд на несколько схваток, возникших прямо в наших рядах: Маркус по всем фронтам теснил Меркуцио, Ричард схватился сразу с несколькими младшими Опорами, уверено противостоя им, Критос наседал на Барггана, пока не поддаваясь его силе старения, а Юнг схватился со Снирком и битва у них шла на равных. Это при том, что Снирк пусть молодой, но вастерлорд! Жаль, что он все-таки выбрал сторону Ареса…

Я хотел, уже было, вмешаться в эту схватку с предателями, но…

— Артиллерия! Весь огонь на меня!!! — прозвучало над полем боя, и обоих богов накрыло ливнем снарядов, скрывая из вида.

Что за ерунда, они же и самому Аресу повредят! Или нет? Вряд ли он бы отдал такой приказ, если бы действительно вредили. Может, у него защита именно против них сильно увеличена? Наверно, так и есть.

А вот Гадес к такому не готовился! И сейчас, под градом снарядов сражаться против Ареса ему совсем не просто. Боюсь, бог войны все рассчитал верно, и, если ничего не изменится, именно он выйдет из круга победителем!

— Энъен, Энжель, план меняется! Нужно пробиться к вражеской артиллерии и уничтожить ее. За мной!

— Хорошо! /Окей!

Они не стали спрашивать, почему мы изменили прежний план. Должно быть тоже поняли, что иначе Гадесу придет каюк, или… просто поверили, что я лучше знаю, что делать. И если это так, то… от подобного доверия несколько не по себе…

Стихийным бедствием мы ворвались в ряды противника, сминая и уничтожая все на своем пути. Очень быстро мы преодолели большую часть пути до орудий, но неожиданно были вынуждены остановиться. Сметающее все серо, которым я расчищал путь, внезапно напоролось на препятствие, которое оказалось ему не по зубам: настигнув высокого мускулистого квинси с короткими черными волосами и льдисто-голубыми глазами, оно было, в прямом смысле этого слова, разрублено надвое светящимся синим цветом клинком в его руках! Точнее — синей волной энергии, вылетевшей из него.

— Решили пробиться к артиллерии и спасти своего владыку? — обратился к нам мужчина, за спиной которого собралось около пяти десятков квинси с такими же, как у него мечами. — Как благородно! К сожалению, я, Ульрих фон Виттенштейн, командор Ордена квинси-рыцарей, вынужден вас остановить! Сдавайтесь, и после победы Владыки Ареса, я обеспечу вам справедливый суд! Скорее всего, вас даже примут в наши ряды. Владыка всегда рад сильным воинам!

— Извини, Ульрих, но мы все-таки рассчитываем победить, так что, почему бы тебе не освободить нам дорогу, и тогда, после победы Владыки Гадеса, я замолвлю за тебя словечко, — ответил я ему в той же манере.

— Что ж, было глупо пытаться договориться, — немного расстроился квинси. — Тогда вы умрете здесь и сейчас. Взять их!

Сонидо! Ухожу от ливня стрел, обрушившегося на место, где мы стояли. Девушки тоже не сплоховали и вовремя уклонились, так что, залп оказался полностью бесполезен. Вот только лучники и не подумали прекратить стрелять, а к нам устремились эти странные квинси-рыцари с мечами.

Вот с ними сражаться оказалось действительно проблематично. Они не были такими уж сильными, хотя богатый духовными частицами воздух Уэко Мундо здорово увеличил их возможности, один на один они справились бы разве что с самым слабым адъюкасом. Вот только было их пять десятков и работать в команде они умели, ловко сменяясь, чтобы отбить наши атаки, или выгадать момент для собственной.

Они тоже допускали ошибки и на песке Пустого Мира уже лежало с десяток рыцарей, но, как же медленно! Если так пойдет, мы точно не успеем спасти Владыку. Да еще и подкрепление к ним может нагрянуть. Не знаю насколько точны разведданные, но по ним всего этих рыцарей около пяти сотен. Внушительная сила!

— Ранд, слишком долго! Задерржу, прорывайтесь! — короткими рублеными фразами прокричала мне Энъен. От волнения в ее голосе вновь появились почти исчезнувшие после эволюции в вастерлорда рычащие звуки.

— Ты уверена?

Это действительно было практически единственным выходом, но оставлять девушку одну среди врагов было не по мне.

— Да! Пожар! Вы мне только мешаете!

Хм, действительно, из-за нас с Энжель, Энъен не может применить свою площадную атаку, которая мгновенно выкосит большинство врагов.

— Хорошо! Удачи!

Мне ничего не оставалось, кроме как оставить Энъен сдерживать рыцарей. Надеюсь, Пожар их проймет. Должен пронять! Он даже Энжель, которая по реяцу равна капитану пронял. Отбросив тревожные мысли в сторону, я устремился на прорыв, скомандовав Энжель следовать за мной.

По лицу девушки было заметно, что она хотела что-то возразить, но, взглянув на Энъен, вокруг которой уже начали полыхать языки пламени, уверенно развернулась и последовала за мной. Вот и хорошо. Если бы она проявила своеволие и попыталась помочь рыжей, то, на самом деле только помешала бы. И ей и мне.

Разметав нескольких рыцарей и попутно снеся одному из них голову, мы вырвались из окружения и со всей доступной скоростью, больше ни на что не отвлекаясь, устремились к орудиям.

«Какие смелые! И не побоялись втроем прорываться к вражеским орудиям! Ой, уже вдвоем!» — Мэлв с интересом наблюдал как троица существ, внешне напоминающих людей, как нож через масло шло через войско квинси. Они были весьма сильны и рядовые бойцы просто ничего не могли им сделать. Так что, троица уверенно продвигалась к позициям артиллеристов, где, кстати, сейчас находился и Мэлв. Но так не могло продолжаться долго. Группа смельчаков просто обязана была столкнуться с кем-то, кого не сможет сразу смести, и, когда те преодолели две трети войска, это случилось. Навстречу троице вышел сам Ульрих фон Витгенштейн с отрядом элитных рыцарей и пррывающиеся закономерно застряли.

Впрочем, они быстро нашли выход: одна из двух девушек, бывших в группе прорыва, связала боем сразу всех рыцарей с Ульрихом во главе, дав остальным спокойно смыться.

«Энъен» — опознал ее Мэлв по рыжим волосам и огненной реяцу, которая сейчас воплотилась во всепоглощающий пожар, быстро скрывший происходящее там от взора Мэлва. — «Остальные, получается, Четвертая Опора Ранд и эта его ученица из людей. Не думаю, что они вдвоем справятся с артиллеристским расчетом и охраняющими его КОПами».

Вообще-то КОПы или Корпус Особых Поручений номинально подчинялись Мэлву, но на самом деле это было не совсем так. Типы там собрались исключительно скользкие и шипящие. Особенно командный состав. Так что, приказания Мэлва они выполняли, но, стоит тому оступиться и эти змеи не преминут засадить ядовитые клыки ему в спину, так что, с ними нужно было быть предельно аккуратным.

Хотя были там и преданные лично Мэлву люди. Но их было довольно мало. Как ни странно, в данной ситуации это было плюсом. Сославшись на то, что война войной, а за миром живых тоже пригляд нужен, Мэлв оставил их там, и теперь с нетерпением ждал, когда скользкие ядовитые КОПы столкнуться с праведной яростью вастерлорда, желающего спасти своего владыку.

Сам Мэлв в обороне орудий участия принимать не собирался. Его задача — уничтожение Ареса. Ну и Гадеса заодно, по договоренности с Меркуцио. А вот до орудий ученому не было абсолютно никакого дела.

По расчетам Мэлва, Гадес уже нашел как им противодействовать, и теперь орудия лишь незначительно отвлекают его. Так что, от артиллерии ровным счетом ничего не зависит, хотя… В голове ученого мелькнула довольна интересная мысль, но тут же угасла, задавленная голосом логики. Можно было бы значительно ускорить завершение Плана, но артиллеристы ни за что не будут стрелять по своим, так что, придется еще немного подождать. Ну, а пока план не вступил в свою завершающую стадию, Мэлву остается только наблюдать. Сейчас ученый планировал наблюдать за тем, как двое смельчаков противостоит немалому отряду элитных войск, и надеялся, что зрелище его не разочарует.

Серо! Волна синей энергии слетает с клинка и устремляется к ближайшему орудию. Взрыв! Защитный барьер, прикрывающий орудие с обоих боков и сверху был не монолитен, иначе оно просто не смогло бы стрелять; и, вследствие этого, не очень прочен. Усиленного занпакто серо вполне хватило, чтобы пробить его и уничтожить само орудие вместе с находящимся внутри расчетом.

С легкостью ухожу от ливня стрел и парочки непонятных техник и устремляюсь к следующему орудию. Извините ребята, но я здесь не для того, чтобы с вами сражаться! Моя цель — орудия! И именно их я должен уничтожить.

Серо вспарывает защиту очередного орудия и мощный взрыв возвещает о том, что я стал еще немножко ближе к своей цели!

Уклоняться от стрел и одновременно создавать серо невероятно сложно, практически не реально, но это в обычном состоянии. Сейчас, с активированным шикаем, это не доставляет особых проблем. Крео — занпакто лечебного типа. После нашего с Кейго разделения, я временно утратил шикай, но где-то через полгода вновь обрел его. Как ни странно, шикай оказался тем же. Как я выяснил у Кейго позже, у него шикай сильно отличался от предыдущего. И в отличие от моего, хоть и был сильно похож на меня внешне, но все же отличался. По крайней мере, он был жив. Мой же — был мертв.

Не совсем, конечно, верное определение, но… личности у моего текущего шикая не было. Нет, на первый взгляд его можно было принять за личность: внешне это был все тот же Кейго, да и говорить он мог, вот только… поведение его напоминало поведение робота, четко выполняющего все указания, а никак не живого человека. В какой-то степени это было даже хорошо — не хотелось путать его с настоящим Кейго, но все же… довольно неприятно.

Каждый раз активируя шикай или погружаясь во внутренний мир, я с ностальгией вспоминал о временах, когда мы с Кейго делили на двоих одно тело. Тогда я твердо знал, что в случае чего, мне есть на кого положиться. Теперь же… ну, по крайней мере, Крео очень функционален…

Сейчас он разгонял и очищал мой мозг, позволяя совершать вещи, просто недоступные в обычном состоянии. Те же серо в движении, например.

Уничтожив очередное, десятое уже орудие, я задумался, что энергию надо расходовать более экономно. Если все пойдет так и дальше, то уничтожив всю артиллерию я останусь практически без сил и стану легкой добычей для неспособных сейчас ничего мне противопоставить квинси.

Как жаль, что в этом месте под пустыней нет Леса Меносов — мелькнула мысль. Иначе можно было бы просто обрушить всю артиллерию вниз. Что ж, придется действовать как Энжель.

Девушка к текущему моменту уничтожила только одно орудие. У нее, в отличие от меня, не было каких-либо сверхмощных дистанционных атак, поэтому ей приходилось уничтожать защиту вплотную при помощи занпакто, а уже потом бить по орудию. Ей, конечно же, мешали квинси, поэтому у Энжель и были столь скромные результаты. Но защиту она успела подточить уже у многих орудий, порхая от одного к другому и нанося по ним быстрые удары своим занпакто. Еще немного, и сразу у нескольких орудий исчезнет защита и они станут легкой добычей. Я старался специально не трогать такие орудия, сосредоточив свое внимание на тех, у которых щиты были полностью целы.

Серо, серо, серо! Доведя счет до двух десятков — Энжель за это время уничтожила пять — я понял, что пора-таки переходить на тактику девушки, если действительно не хочу растратить раньше времени весь резерв.

Сонидо. Удар по щиту наполненным энергией посохом. Есть! Защита рухнула всего от одного удара. Бала!

Перемешаюсь от взрывающегося орудия, но, внезапно взвывшее чувство опасности заставляет меня переместиться в сторону.

Попытаться переместиться. Выбраться из пентаграммы, образованной пятью зелешнайдерами я не успеваю. Взрыв!!

Ульрих фон Виттенберг пребывал в состоянии смешанной с замешательством ярости. Он не понимал как такое могло случиться, хотя и видел все собственными глазами. Элита Ордена, пять десятков квинси-рыцарей, состоявших в личной гвардии Ульриха были только что безжалостно уничтожены! И большинство из них — одной единственной пустой с рыжими, как огонь уничтоживший его людей, волосами!

Самому Ульриху тоже досталось, но он не зря был командором — сильнейшим из рыцарей. То, что убило остальных, оказалось для него хоть и очень неприятным, но далеко не фатальным.

— Уничтожу! — яростно прошептал квинси растрескавшимися от жара губами и стряхнув с полысевшей головы пепел волос в мгновение ока переместился к виновнице своего позора. Удар! Но цвейхандер пронзает лишь пустоту, а в грудь Ульриха врезается сразу несколько состоящих из все той же огненной реяцу снарядов!

Впрочем, никаких особых повреждений они не наносят — блют рыцаря с достоинством выдержал недавнее буйство стихии, уничтожившей его отряд, что уж говорить про снаряды подобной мощности. Но их было много, и нацелены они все были всего в несколько точек, постепенно снижая защиту рыцаря. К тому же, это жутко раздражало!

Взревев раненным зверем Ульрих вновь устремился к своей обидчице. В этот рывок он вложил всю свою ярость и, на этот раз, меч совсем немного разминулся с телом врага, а вылетевшая из него волна энергии все же достала девушку, заставив ее злобно зашипеть.

«Прямо как кошка» — мелькнула в голове Ульриха мысль, а затем ему стало совсем не до мыслей — приходилось отбиваться от бешено атакующей в ближнем бою противницы! Выбрав момент, та ловко поднырнула под руку с мечом и сильнейший удар заставил командора рыцарей отлететь на пару метров. Не успел он приземлиться, как за первым ударом последовал второй, совсем не менее слабый, а за ним третий, четвертый и пятый.

«Я не могу проиграть ей! Придется использовать это…» — решился квинси лежа на песке и смотря на заряжающую серо девушку. В следующее мгновение он резким движением сорвал с себя перчатку санрей!

Летцштиль — финальная техника квинси после которой они теряют свои способности. Ульрих еще ни разу не применял его, поэтому способности можно будет потом вернуть, вот только в этом бою он станет абсолютно бесполезен и, скорее всего, погибнет. Но, пока этого не произошло и летцштиль действует — его долг как рыцаря забрать с собой как можно больше врагов! И в первую очередь — эту рыжую тварь!

Короткий взмах двуручником и волна ослепительно белого света просто сметает рвущееся к рыцарю серо и, продолжив движение, отбрасывает недоуменно смотрящую на происходящее девушку!

— Ахахаха! — рыцарь смеется от переполняющей его тело мощи. Всего одна атака, а враг, с которым он только что не мог справиться, повержен!

Впрочем, Ульрих ошибся. Хотя волна света и нанесла ей серьезные повреждения, Энъен не была повержена. Заметив это, квинси, резко оборвав смех, отправил в нее еще одну, подобную предыдущей волну, но в этот раз Энъен была готова.

Атака противника захватывала очень большую область и уйти сонидо от нее было практически невозможно, однако… именно площадь, а не объем! Энъен резко взмыла в воздух, пропуская смерть под собой. А затем на полной скорости устремилась прочь — в гущу войск квинси!

Не зря же они с Рандом изучали возможности противника. То, что сейчас произошло с этим квинси не могло быть ничем иным, как летцштилем. Следовательно, скоро он пройдет сам, оставив использовавшего его полностью без сил. В сторону скопления войск Энъен двинулась тоже не просто так: Ульрих, если решит преследовать ее, не сможет применять эти свои волны света, опасаясь задеть своих, ну, а если будет… Энъен решила, что это тоже будет неплохим вариантом!

Баргган Луизенбарн пребывал в состоянии плохо сдерживаемой ярости. Ему никак не удавалось разделаться с этим тупым быком — Критосом, что и вызывало гнев вастерлорда. И дело даже не в колоссальной реяцу последнего, а в том, что тот непроизвольно использовал для защиты прану.

Критос — минотавр с Крита. Время слабо властно над ним, так как он живет в умах людей. На это, насколько мог судить Баргган, и опиралась защита того. Хотя и реяцу не было пустым звуком. Кого послабее Третий бы давно отправил на перерождение. Но все было так как было и Барггану оставалось только возиться с этим бычком.

«А ведь Меркуцио говорил, что тот под его контролем! Как и многие другие. Но где это?» — вастерлорд бросил взгляд на поле боя, где гиллианы и адъюкасы сражались против квинси и подчиняющих, но никак не между собой. Лишь в некоторых местах наблюдались стычки между пустыми, но все они были именно между Опорами. — «Понятно, значит за нас лишь те, кого завербовали. Тартаров Меркуцио! Не стоило доверять его силе»!

Баргган, продолжая поливать противника потоками несущей смерть всему живому энергии, нашел взглядом Второго.

«Ахаха! Пусть расплачивается теперь за свои ошибки!» — рассмеялся вастерлорд, глядя как его союзник орудую Кадуцеем с трудом сдерживает натиск Маркуса.

«Хотя надо бы ему помочь. Если Маркус разделается с ним, то столкнуться с ним придется уже мне»!

Сделав такой несложный вывод, Баргган подозвал пустого-оруженосца из своей свиты, и, приняв у того свое оружие, направился на сближение с Критосом. Настала пора выяснить, чья секира окажется острее!

Взрыв мне повредил не сильно. Все-таки, в последний момент я успел максимально укрепить свое иерро. Полностью от повреждений это не спасло, но с остальным легко справился Крео, быстро приведя организм в относительно здоровое состояние. Разве что резерва после всего этого у меня осталось меньше трети. Легко отделался! Не учитывать того, что на земле могут быть ловушки — было глупо. К тому же, я ведь знал про эту технику квинси — шпрингер, но почему-то не думал, что ее применят против меня — моя ошибка! Удивительно, что попался только сейчас. Наверняка, таких ловушек здесь много.

Так и есть. Бросив взгляд на поле боя я заметил, что шпрингеры были расставлены во многих местах. Следует быть аккуратным с местом посадки и Энжель желательно предупредить. Хотя, обеспокоенно поглядывающая на меня девушка, похоже и так все поняла.

Сонидо! Стоять на одном месте во время боя категорически не рекомендуется. Это опасно для здоровья. Увидев, что я выбрался из взрыва вполне себе целым и невредимым квинси вновь сосредоточили по мне огонь.

Вот жеж! Едва я вышел из сонидо, как взревевшее чувство опасности заставило стремглав отскочить в сторону! Во время! Это позволило мне разминуться с зелешнайдером. Сонидо!

Но в точке моего выхода меня опять поджидала стрела! Да как так! Враг как-то предугадывает куда я перемещусь и стреляет туда, или что-то другое? В любом случае, оставлять этого снайпера за спиной слишком опасно!

Я снова переместился, избегая града стрел, и снова был вынужден уклоняться от еще одной. Просчитав траектории стрел, я выяснил где засел стрелок. Сонидо!

В этот раз пришлось защищаться не от одиночного зелешнайдера, а от ливня обычных стрел квинси.

— Энкосен!

Большинство стрел разбилось о выставленный мной щит, полностью истощив его, а оставшихся я уклонился или отбил. Короткое сонидо, и я оказываюсь совсем рядом с тем местом, откуда вылетают стрелы. Есть! Я вижу его!

Невысокий, на полголовы ниже меня, русоволосый сухопарый квинси, в настоящий момент срывал с руки перчатку. Насколько я мог судить — перчатку санрей.

Летцштиль значит хочет применить. Ну уж нет! Серо!

Луч синей энергии сорвался с моего занпакто и с огромной скоростью устремился к врагу!

Сорвавший перчатку квинси вскинул лук и выстрелил мощной волной белой энергии!

Две силы столкнулись ближе к квинси и взаимоуничтожились, породив мощный взрыв, от которого моего противника откинуло в сторону.

Я не стал терять момент и расстрелял противника бала, одновременно сближаясь с ним. Удар! Острие посоха входит в грудь врага, прерывая его жизнь, но, перед смертью, квинси успевает выстрелить из так и не выпущенного из рук лука!

Мощнейшая атака в упор едва не поставила точку в моей жизни, но, мне чудом удалось вывернуться и лишиться только левой руки. Досадно! Да и увернутся действительно удалось лишь чудом. Окажись я самую малость менее быстрым… Все же, нужно быть аккуратнее, особенно с квинси, применяющими летцштиль!

Ухожу от очередной волны стрел в сторону ближайшего орудия. Рука рукой, а артиллерию нужно уничтожить! Если проиграет Гадес, Аресу понадобятся считанные минуты, чтобы разобраться со всеми остальными!

Керру было неспокойно. Верное собачье сердце чувствовало беду, крадущуюся к его Повелителю. Это чувство особенно обострилось после того, как в купол Большого Дома начало что-то тарабанить, сильно беспокоя огромного пса. Он, даже слегка поскуливал, когда этого никто не видел, конечно — не дело грозному стражу выглядеть жалко. Но когда никто не видел, или видел один лишь Хозяин, он давал волю щенку, живущему в его сердце.

Еще сильнее тревога возросла, когда Хозяин и все остальные, живущие в Большом Доме, куда-то ушли. Керр очень хотел пойти с ними, но Хозяин запретил это делать, наказав охранять Большой Дом. Пес не мог ослушаться воли Хозяина и остался, хотя все его собачьи мысли пребывали с Хозяином.

Остался, но сейчас тревога вышла на совсем новый уровень! Кербер всем своим существом ощутил, что Хозяину грозит Опасность. И он сделал то, что не делал еще никогда за свою очень длинную жизнь — ослушался приказа Хозяина.

Выбежав из ворот Элизиума, гигантский пес безошибочно отправился туда, где сейчас решалась судьба этого мира.

Мэлв, давно уже покинувший расположение артиллерии и перебравшийся на более спокойную позицию, внимательно разглядывал поле боя. Все шло именно так, как ему и было нужно: пустые убивали квинси и относительно немногочисленных подчиняющих, квинси и подчиняющие — пустых.

Волна гиллианов, от которых уцелела едва ли треть, уже приблизилась на расстояние выстрела серо и сейчас гигантские пустые безжалостно уничтожали лучников врага.

Те не оставались в долгу и в свою очередь отправляли в меносов бесконечные потоки стрел, одного за другим выводя их из строя.

Посеявшие в момент своего наступления панику и смерть адъюкасы тоже быстро встретили противодействие. Им на перехват выдвинулся Орден и некоторые из не задействованных на охране артиллерии КОПов. Разбившись на стандартные звезды по пять человек, рыцари успешно противостояли третьему поколению пустых.

Не везде — в некоторых случаях адъюкасы быстро находили способ им противодействовать и элита войск квинси гибла, но чаще, все же, было наоборот — слаженная группа справлялась с одиночным монстром, хотя обычно — не без потерь.

Численность обеих армий стремительно уменьшалась.

«Это она умно придумала — использовать летцштиль Ульриха против нашей же армии»! — подумал Рауш, разглядывая огненногривую пустую, которая скрывалась от впавшего в ярость командора рыцарей в гуще войск.

Ульрих совершенно не сдерживался и не успевшие вовремя скрыться рядовые лучники гибли сотнями; виновница же всего этого ловко уклонялась, раз за разом устремляясь в места с наибольшей плотностью солдат.

«Хм, а я и не знал, что он берсеркер. Но так даже лучше»!

Ученый бросил взгляд на место своей прошлой дислокации и как раз застал момент, когда острие посоха вошло в грудь главного артиллериста, а его противник лишился руки.

«Эх, не помогла Гансу его способность к Наведению, даже немного жаль его. Этот квинси хоть и мешал моим планам, но был весьма неплох как человек».

На миг, в голове Мэлва даже промелькнула мысль отомстить убийце Майера, но он тут же отбросил эту мысль. По его расчетам до полного насыщения фигуры ритуала, скрытой сейчас под песком, оставалось совсем немного. Смерть одного из двух сражающихся сейчас богов, безусловно активирует ритуал и тогда лучше находиться оттуда подальше. Настоящее положение Мэлва вполне подходит, но вот если он сунется на поле боя, то попадет под его воздействие.

Учитывая то, что смерть бога может наступить теперь уже в любой момент, покидать текущее местоположение было просто глупо.

Вообще, для полной активации фигуры хватило бы и смерти бога, но только в том случае, если бы большинство его силы ушло именно на активацию. Но не дурак же будет победивший бог, чтобы упускать дармовую силу! Некоторая часть усвоить все равно не удастся и она уйдет на ритуал, но этого было бы явно недостаточно. Так что, пришлось включать в план войска. Точнее — их гибель.

Но гибели даже всех войск опять-таки не хватило бы. Только смерть большей части войск обоих сторон и гибель одного из богов активировали бы фигуру. И первое условие было уже практически выполнено! Оставалось лишь второе, которое будет выполнено в любом случае — живым из Суда Богов выйдет лишь один!

Мэлв предвкушающее рассмеялся. Было невероятно приятно чувствовать, что твоя задумка вот-вот завершиться. Ему стоило немалых трудов, чтобы завести Ареса именно в это место. Нет, на самом деле не трудов: основную работу осуществлял Меркуцио. При помощи подчиненных его силой пустых тот построил вокруг Элизиума восемь подобных фигур — заговорщики не знали с какой стороны Арес решит напасть. Мэлву оставалось лишь, учитывая дальнобойность пушек выбрать наиболее подходящие для сражения места — с точки зрения Ареса, конечно — и указать на них Меркуцио. Как выяснилось — он не ошибся. Мэлву даже не пришлось прилагать для этого никаких усилий — Арес выбрал одно из этих восьми мест абсолютно самостоятельно!

И вот теперь, когда почти все элементы плана завершены, Мэлву остается лишь немного подождать. Кто бы не победил в Суде, Арес умрет сегодня!

Меркуцио с трудом отражал атаки Маркуса. Попробовав атаковать того при помощи праны, Второй быстро понял, что это бесполезно. Убежать он тоже не мог. Все, что ему оставалось, это продержаться до завершения Суда и активации ритуала, и он щедро тратил прану на то, чтобы до этого момента остаться в живых.

Заодно он увел Маркуса из области действия ФИГУРЫ. Все равно после Суда тот кинется в самый ее центр — спасти Гадеса или отомстить за него, а сам Меркуцио таким образом избежит ее воздействия.

Краем глаза Второй видел, что его примеру последовал и Баргган, тоже посвященный в план. Тот тоже выманил своего противника за пределы ритуала, и сейчас, не прекращая давить на него своей силой, с секирой в руках отправился сражаться с тем в рукопашную. На взгляд Меркуцио это было глупо, но каждый развлекается как умеет — ему самому бы эту битву пережить, а не о глупости других думать.

Ричард и Юнг, в отличие от Барггана, использовались в темную, поэтому пределов ритуала не покидали. Стоило, наверное, скомандовать им, чтобы они покинули опасную зону, но Меркуцио было малость не до этого.

«Умрут, так умрут» — решил Меркуцио полностью сосредоточившись на бое.

С уничтожением снайпера трудностей разгром артиллерии не составил. Пожалуй, в охране было еще несколько опасных существ, в основном фуллбрингеров, но мы с Энжель не сражались с ними, а уничтожали орудия. Весьма успешно уничтожали — к настоящему моменту из полусотни осталось только двенадцать «пушек». Уже одиннадцать! В общем, с оставшимися орудиями не должно было возникнуть проблем.

Одно время квинси пытались создать вокруг них живой щит, но парочки серо хватило чтобы покончить и с орудиями и с квинси, так что больше подобной ошибки они не совершали.

Я уничтожил очередное, сорок второе уже орудие, когда на поле боя обрушилась чудовищное духовное давление. Знакомое духовное давление — именно такое было у Кербера, хотя обычно он его скрывал. Сейчас же, на нас обрушилась действительно колоссальная мощь! Многие квинси, из тех, что послабее, просто рухнули замертво!

На самом деле, реяцу Керра все же была гораздо меньше, чем у Гадеса или Ареса, но те, до вступления в Суд Богов ее не высвобождали, иначе, боюсь, большая часть обеих войск погибла бы, даже не начав сражаться! В круге же, насколько я понял из их слов, наружу ничего не выходило, в том числе и энергия.

Простым появлением Кербер понятное дело не ограничился. Усилив зрение реяцу, я внимательно наблюдал за дальнейшими его действиями. Квинси, до этого осыпавшие меня стрелами, тоже оставили это бесполезное занятие и уставились на спешащую к ним смерть. А Кербер полностью соответствовал этому имени!

Увидев большую кучу сражающихся квинси и гиллианов и не опознав ни в ком из них своих, пес просто дал по ним залп серо из всех трех пастей!

Есть войско — нет войска! Хотя до глубины строя квинси, где сражались и знакомые Керру адъюкасы дело не дошло.

Завершив свое неблагодарное дело, пес принюхался. Моя теория оказалась верной и того, кого он искал, а именно Владыку Гадеса, пес не нашел. Ведь запах из Круга Суда тоже не поступал! Зато обнаружил сражающихся Маркуса и Меркуцио.

Пес никогда не испытывал теплых чувств ко Второму и знал, что Первый предан его Хозяину не меньше, чем он сам. Поэтому Керр думал недолго: невероятно быстрое перемещение, и не успевший никак среагировать Меркуцио оказывается перекушен надвое, а затем выплюнут, однако, после короткой фразы Маркуса, вновь оказался в пасти пса, и на этот раз был съеден. Еще одна короткая фраза, и Маркус верхом на Кербере несется прямо к Кругу Суда!

Они что, вздумали вмешаться в поединок?! Хм, а ведь вдвоем они действительно способны помочь, хотя скорее всего и погибнут. Надо им помочь, хотя бы защитив от огня орудий. Отбросив наблюдение, я решительно развернулся к орудиям. Их осталось всего восемь штук!

Однако, сделать что-либо ни я, ни Маркус с Кербером не успели: ярко вспыхнул Круг Суда и на всех обрушилась колоссальная реяцу, буквально развоплотившая большинство из еще живых квинси и подчинителей, а также всех уцелевших гиллианов. Реяцу, с явным привкусом Холода. Реяцу Владыки Гадеса! Значит, он все же победил и в целом победа за нами!

Но на смену радости тут же пришла настороженность, поскольку земля на поле боя внезапно засветилась. Сначала я подумал, что это последствия Суда Богов, но, судя по проступившему на лице Гадеса удивлению, это было совсем не так!

— Энжель, уходи из свечения! — крикнул я, ища глазами Энъен.

Немного запоздав, видимо не сразу опознав угрозу, белугой взвыло чувство опасности. Опасность чувствовалась буквально со всех сторон и исходила явно от этого свечения. Следовало наверно, тут же улетать из этой зоны, но я не мог бросить Энъен в неведении!

К счастью, мои душевные терзания были тут же прекращены Гадесом:

— Всем покинуть светящуюся территорию! — повелел он, и все уцелевшие, независимо от того, к чьей армии принадлежали, поспешили за границы свечения! Я последовал общему примеру.

Однако никто из нас не успел. Слабое свечение внезапно многократно усилилось, буквально ослепляя всех вокруг, а затем опало, оставив в своем центре черную, подобно глубинам космоса, дыру, которая стала стремительно расширяться!

Настолько стремительно, что убраться за пределы свечения так никто и не успел.

Единственное, что я запомнил, прежде чем меня втянуло в эту черноту, была в испуге прижавшаяся ко мне Энжель, почему-то так и не убежавшая, и разнесшиеся по всему бывшему полю боя слова Маркуса:

— Жертвую свою силу и жизнь, дабы Владыка Гадес и все кто с ним выжили!

Мэлв, с отдаленной возвышенности наблюдавший за всем произошедшим, довольно потер руки. Ничто не греет так, как чувство свершившейся мести! Много лет он жил только ради этого момента, и вот, он произошел!!!

Арес мертв, и это самое главное! Хотя в плане, как оказалось, были недоработки. Например, кто бы мог подумать, что Маркус, силой своей веры сможет изменить суть Ритуала?!

Насколько мог судить Мэлв, Первый, пожертвовав собой, изменил Ритуал так, что вместо хаотического, разрывающего всех попавших в него портала, получился тот же хаотический портал, только… гораздо менее хаотический. Теперь, всех затянутых в него ждет не мучительная смерть, а путешествие в какой-либо случайный мир. Хотя вовсе не обязательно — вполне возможно, что их ждет лишь вечное странствие в потоке межмировых течений, однако, рано или поздно, их все равно куда-то выкинет. Другое дело, что этот мир может быть вовсе не приспособлен для жизни…

В любом случае, жертва Маркуса дала всем затянутым в портал Шанс. А вот какой именно — зависит только от их удачи.

Еще немного порассуждав на эту тему, квинси полностью выбросил произошедшее из головы. То, чего он хотел — завершено! А то, что кто-то, кто должен был умереть, возможно остался жив, его, Мэлва совершенно не касается!

Вот и дописан, наконец «Вайзард?», мой первый фанфик! Больше полутора лет ушло на его написание. Временами он писался хорошо, временами я не мог заставить себя писать проду месяцами, но, в конце концов, это произошло! Он дописан! Автор выражает глубокую благодарность всем тем, кто поддерживал его в процессе написания, ставил лайки, оставлял отзывы и указывал на ошибки в публичной бете. Спасибо! Именно благодаря вам «Вайзард?» все-таки был дописан. Что касается продолжения: оно будет. Сейчас я буду думать над сюжетом и одновременно писать «Убийцу драконов» и еще один проект, который пишу очень понемногу и не буду выкладывать пока не наберется хотя бы 30(а лучше 50) страниц. Выкладка второй части «Вайзарда?» начнется после завершения первой книги «Убийцы» (там осталась где-то треть), хотя может и раньше, но, в этом случае крайне медленно. Вначале действие будет происходить в новом мире (пока не определенно каком) но потом вернется в мир блича. На момент канона, да. На этом, пожалуй все, что я хотел сказать. Еще раз большое спасибо тем, кто был со мной, Рандом и Кейго все это время!