Осознал я себя через полгода после рождения. Неприятное, помнится, было время. Начнем с того, что я никогда не любил молоко. Особенно парное, прямо из, так сказать… организма. Теплое… бр-р-р. Прибавьте к этому проблемы со зрением, слухом, непониманием окружающего, непривычным размером окружающих и отсутствием всякой коммуникабельности. Ах да, я даже в сортир нормально сходить не мог. Срать под себя – это… м-м-мать его так, я зря вспомнил. Ко всему прочему я еще и эмоции родителей ощущал. Хорошо хоть, только их. А учитывая, что в прошлой жизни ничего подобного за собой не замечал и распознать ничего не мог, то можете себе представить всю степень моего комфорта. Я даже просто полежать и поизучать потолок толком не мог. Только ночью и успокаивался. Благо с годами эта способность… притуплялась. Что тут еще сказать? Примерно до двух-двух с половиной лет у моего нового тела было всего две эмоции – смех и плач. Зашибись я с родаками общался.

Но все плохое, как и хорошее, к слову, рано или поздно заканчивается. Просто мы не всегда этот переход замечаем. Люди, что с нас взять, как тараканы ко всему приспосабливаемся. Короче, прошли и мои грудничковые времена. Не скажу, что все стало офигенно, но то, что проще – факт. Как только тело достаточно окрепло, я начал учиться ходить. И смех, и грех. Но в целом, это как на велосипеде кататься. Только дольше.

– Ну же, малыш, – вещал отец, держа меня за руки, – ножкой раз, ножкой два.

Иди ты в жопу, громила! Какие, нахрен, ножки? Это культяпки. Куль-тяп-ки!

– Иди ко мне, мой дорогой. Иди к мамочке.

А не пошла бы лучше ты ко мне? Эх, блин, если бы не ваши эмоции, послал бы я вас далеко и надолго.

Тренироваться приходилось ночью. Эти родительские сюси-пуси кроме того, что не помогали, еще и сильно выбешивали.

До того, как я стал нормально видеть, я думал, что попал то ли в прошлое, то ли в какой-то другой мир средневековья – уж больно архаичные одеяния носили родители. Туники, плащи, какие-то невыразительные платья. Домик наш тоже на современный не походил – скорей хоббичья нора какая-то. В оправдание могу сказать, что не так уж и часто меня выносили за пределы детской. Так что осознавать свою неправоту я начал, лишь впервые попав на нашу кухню. Где услышал водопровод. Смеситель, сцуко, отсутствовал, и все, что я видел, была раковина. А вот звук то льющейся, то нет воды я слышал. А потом батя купил на кухню какой-то агрегат, который мыл посуду. Вообще-то он делал не только это, но первое и единственное, что я увидел поначалу, была именно мойка посуды.

С каждым днем и месяцем я замечал все больше. В коридоре шкаф для одежды с автоочисткой. Не стиральная машина, конечно, но пыль собьет. Та самая стиральная машина, встроенная в стену ванной. Дырки у потолка по всему дому, оказывается, климат-контроль. А уж что творилось в гараже… Верстак с кучей непонятных инструментов, несколько роботов различной конфигурации и машина, висящая, мать ее так, в воздухе. А первый раз получил по рукам я, когда вскрыл странный шкаф в спальне родителей, в котором оказалось оружие. Футуристического вида, но, несомненно, огнестрельное. Отец, кстати, потом полдня возился с оружейкой, никак не мог понять, каким образом я ее вскрыл. Все допытывался, как я это сделал. А я что? Не говоря уж о том, что мне, ребенку, которому и трех лет не исполнилось, не хватало словарного запаса, я еще и сам ничего не понимал. Подошел, подергал, подергал еще раз, подергал исступленно. Бац! И шкаф открылся.

А еще через пару месяцев, за несколько дней до моего дня рождения, я узнал, куда попал.

В тот раз наша семья отмечала какой-то праздник, куда были приглашены десять человек, из которых я знал всего двоих – друга отца и его жену. Хотя насчет десяти человек – это я погорячился. Трое из них к человеческой расе отношения не имели. Итак, барабанная дробь! Это были пара тви'леков, видимо, семейная, и один забрак. И если с последним еще туда-сюда, ошибиться я мог, то кто на Земле не знает тви'леков? А уж увидев их вместе, могу с уверенностью сказать – попал я во вполне определенную галактику. Далекую-далекую. После всего этого проскочившее в разговоре вполне узнаваемое слово «джедай» меня не сильно удивило. Что характерно, при упоминании джедаев вся компашка морщилась.

А осознал я, в какую жопу попал, только вечером, когда родители уложили меня спать и я смог собраться с мыслями.

Перво-наперво, вселенная Звездных войн до краев наполнена войнами. И я говорю не про какие-то там местечковые войны, которых просто не перечесть, а про глобальные, галактические войны. И в жернова одной из них попасть до ужаса просто. Одна война с йуужань-вонгами чего стоит. Хотя она, кажется, одна из самых кровопролитных выдалась, но я ведь и не знаю, в какое время попал!

Реально попал. Моя вторая проблема состоит в том, что я не фанат «далекой-далекой галактики (ДДГ)». Мне всегда нравилась эта вселенная, но не настолько, чтобы разбираться в ней досконально. Представьте, что вы читаете книгу из серии Звездных войн, ну или фанфик. Вот ваш взгляд зацепился за название какой-нибудь расы. Но книга не фильм, а вам хочется узнать, как эта раса выглядит. Вы лезете в интернет, находите какой-нибудь специализированный сайт и выясняете, что вам нужно. Иногда переходите по ссылке и узнаете что-нибудь еще. Потом еще. А потом бросаете это дело и возвращаетесь к книге. Так вот, я не фанат. Я тех книг читал не так уж и много. Мало, прямо скажем. Правда есть еще компьютерные игры… Но согласитесь, знатоком вселенной таким образом не станешь. Правда мне эта тема всегда нравилась, так что я знаю чуть больше, чем обычный обыватель, но лежа сейчас в кроватке, находясь в трехлетнем тельце, чувствуя, как мои новые родители веселятся в компании трех нелюдей, я очень четко осознаю, как мало это «чуть больше».

Хорошо хоть, память у меня всегда была отменная. Жаль, что не идеальная. Надеюсь, я попал в относительно мирное время, иначе совсем швах. К моему сожалению, у меня даже с датами проблемы. Ибо единственное летоисчисление, которое я знаю, это «ПБЯ» и «ДБЯ», то есть после битвы при Явине и, соответственно, до. А если я попал до той самой битвы? Тогда у них тут принято совсем другое летоисчисление, а это долбаные тридцать пять-сорок тысяч лет.

А еще меня волнует моя новообретенная эмпатия. Лично для себя я еще не решил, хочу быть владеющим силой, он же форсюзер, или нет. С одной стороны – круто, с другой – геморно. Да и эмпатия та довольно странная. Кроме того, что ее сила с каждым годом затухает, так я еще и чувствую только родителей. Непонятно, однако. Может, и не джедай я. То есть не форсюзер. Джедаи-то – это орден.

Ах да, стоит также учесть, что это все же реальность, и с тем «каноном», что я знаю, может и не совпадать. Как в целом, так и в мелочах.

Эх, Леха, Леха… Ну что тебе стоило пристегнуться в той машине, может и не попал бы в такой переплет.

Через пару месяцев после осознания мной того, куда я попал, отец свозил меня в ближайший м-м-м… населенный пункт. Причем повез он меня на двухместном спидербайке, этаком аналоге той штуки, на которой любили гонять разведчики имперских штурмовиков. Название техники, кстати, прикольное, заметили? Для меня подобные вообще диковато звучат, я-то знаю, что в обозримом пространстве никакой Земли с ее английским нету. И тем не менее, вот он. Впрочем, знакомые по прошлой жизни словечки, мне встречались довольно часто. И не только английские, к слову. Так что я уже давно забил на подобные совпадения.

Мать отпускать меня с отцом не хотела. Не на спидербайке. Даже когда он пристегнул меня ремнями к животу, так что и захоти я, не смог бы свалиться, даже тогда сопротивлялась. Матери… что тут еще скажешь.

В целом, я был на ее стороне. Не то, чтобы я не хотел попасть в город, но вот мотоцикл, с которым я ассоциировал этот драндулет, доверия мне как-то не внушал. Особенно мне не внушало доверия то, что за рулем буду не я. Синдром водителя, как говорится. В своем мире я был гонщиком. Хреновеньким, да, но тем не менее. А заниматься я этим стал из-за любви к скорости, коя, хоть и не была страстной, но, так или иначе, присутствовала. И даже автокатастрофа, унесшая мою жизнь в эту вселенную, любовь эту не отбила. Скорей всего… не знаю. Зато неприятие другого человека за рулем управления машиной, на которой я еду, расцвело бурным цветом. Это я вам теперь со всей ответственностью могу сказать.

Ну да ладно. Отец переспорил мать, а меня никто и не спрашивал.

Папаша мой байкером оказался знатным и домчал нас до города минут за сорок. При средней скорости примерно в двести кэмэ в час. Хотя тут я ничего утверждать не буду. Лично для меня, как и ожидалось, поездка была не из приятных, и все то время, что я провел в дороге, надеялся, что город окажется вон за тем холмом. Поэтому не удивлюсь, если до цели мы доехали несколько быстрей. Забегая чуть вперед, отмечу, что ошибся я не сильно. Папаня доезжал от нас до города в среднем за тридцать минут.

Сам город… ну… населенный пункт, как я в начале и сказал. Всего два дома выше первого этажа, да и самих домов штук двести не больше.

В тот первый раз отец приехал туда, чтобы встретиться со знакомым и договориться о поставке запчастей к дроидам, починкой которых он и занимался. У него для этих дел на заднем дворе мастерская стоит. Договаривался он в кантине – полу-баре, полу-столовой. Заходя туда, я думал, что, как и в кантинах канона, увижу целую кучу различных рас. Оказалось, зря. Тви'леки и забраки – вот и все, что я увидел. Ну, не очень-то и хотелось. Кстати, ответственно заявляю – тви'лекские женщины просто чудо. Столько женственности и грации я в своем мире встречал очень редко. А вот их мужчины, на мой неискушенный взгляд, были на лицо довольно уродливы. И чего бедняжки в них находят? Хотя тут я, как любой мужчина, хоть и в этом теле, все же пристрастен. А вот про забраков ничего сказать не могу. Тут как и у людей – есть красавцы, есть уродцы.

В целом, довольно познавательная получилась вылазка.

После той поездки отец начал брать меня с собой в мастерскую, рассказывая, что есть что. На обучение такое не тянуло, но именно к этому все и шло. Интересно, а тут институты есть? Ну, или академии, кроме джедайской?

Ребенком я рос необщительным, так, по крайней мере, говорили окружающие. А как тут, мля, вырасти общительным-то, а? Я, конечно, не стариком помер, но как прикажете вести себя в теле трех с половиной годовалого ребенка, но с сознанием двадцатичетырехлетнего парня? Мля на вас еще раз! Мне что, с отцом за жизнь поговорить? Или со своими сверстниками о теории возникновения темных лордов? Да и видел я тех сверстников… Собственно, три раза только и видел.

С непонятной мне периодичностью на нашу планету прилетают торговцы, однако мои родители, да и не только они, всегда знают, когда произойдет это событие. И ровно за сутки до этого собираются всей кодлой и едут к черту на рога, оставляя нас, малышей, на одну из матерей. Причем женщины, у которых есть ребенок младше трех лет, в этой лотерее не участвуют.

В первый раз я в нашей гоп-компании малолеток тусовался у какой-то человеческой женщины, которую до того раза знать не знал. А было нас у нее девятнадцать малолетних террористов возрастом от трех до восьми лет. Я ее жалел, честно, но помочь ничем не мог. Разве что сидеть тихонько в углу и не отсвечивать. Не люблю детей.

Второй раз я попал к женщине расы тви'лек. И в который раз убедился, что рассказы о гибкости и координации движений их женщин ни хрена не преувеличены. Она на моих глазах, снимая какого-то мелкого забрачонка со шкафа, умудрилась изогнуться и удержать от падения другого, стоящего за углом. Ногой. Нет, я все понимаю, никаких чудес, все в рамках того, что может сделать, скажем, тренированная гимнастка. Но черт побери! Она же обычная домохозяйка!

Ну и в третий раз этот детский сад приехал к нам. Я, когда узнал об этом… мне маму так жалко стало… короче, я решил присмотреть хотя бы за своими сверстниками. И знаете, что я понял? Маленькие дети, они как животные, им даже драться не надо. Достаточно встать в эффектную позу, разную в разных ситуациях, и давить на них взглядом. В очень редких случаях, порыкивая. А когда сестра одного из мелких, которого я поставил в угол, решила отстоять честь семьи, я «задавил» и ее. Восьмилетнюю девочку-тви'лечку. Причем получилось это едва ли не проще, чем с ее братом. Да-а-а. Я под конец того собрания королем себя чувствовал. Все парни до пяти лет и девчонки до восьми, то есть все, подчинялись мне. Остальные старались не связываться. И, если что, выполняли мои просьбы. И тот день был, пожалуй, самым «общительным» в моей практике общения со сверстниками.

Собственно, к чему я вообще весь этот разговор завел? Меня чуть не отправили к моему дяде – брату отца, проживающему в городе и имеющему четверых детей. Сначала меня хотели отправить туда на полгодика. Я заплакал. Ну а что мне еще-то оставалось? В моем нынешнем возрасте меня по-другому и не восприняли бы. В общем, заплакал. И так этим поразил родителей, что те разом скинули срок до месяца. Я ведь чуть ли не в первый раз за свою жизнь начал слезы лить. Совсем уж грудничковый возраст не в счет, хотя и тогда, по словам родителей, был не особым любителем поплакать. После такой конкретной сдачи позиций я малость поумерил прыть и уже лишь всхлипывал. Но тут вдруг на мою сторону перешла мать, и все, что смог выбить отец, это два дня в неделю. Которые продлились всего месяц.

Во-первых, я начал изображать вселенскую скорбь при отъезде и такую же вселенскую радость при возвращении. А во-вторых, я с каждой неделей уменьшал общение с родителями. Получалось так, что от их затеи все становилось только хуже. И они сдались. Как же все-таки просто вертеть родителями, и я более чем уверен, что все дети делают так же. Не так продуманно, как я, но что-то где-то около. И это еще одна причина, почему я не люблю маленьких спиногрызов.

Интересна, кстати, и сама планета, на которой я родился во второй раз. Правда, не на первый взгляд. Прилетевший сюда путник увидит обычную аграрную планетку, главный доход которой – пища. Как растительного, так и животного происхождения. Управляет тут всем Совет, в состав которого входят тридцать восемь самых богатых и влиятельных жителей планеты. Среди них, между прочим, и мой отец. Папаша, как я со временем выяснил, является одним из четырех, ВСЕГО ЛИШЬ четырех, техников планеты. Причем его первый брат, тот, что живет в ближайшем городе, второй техник. А его самый младший брат занимается выращиванием злаков и рикритов – злобных на вид животных, которых разводят ради их мяса. Правда я не понял, как у братьев обстоит дело с разделением прибыли. То ли папаша главный в ОДНОМ предприятии, то ли каждый из них имеет долю в предприятии брата. Но если так, то папик имеет нехилую долю, потому что не стесняется отдавать приказы младшим братьям.

Сама планета находится на стыке Внешнего кольца и Диких территорий. С одной стороны, это круто. Есть огромная вероятность, что никто не станет обращать внимание на эту планетку. Я имею в виду всяких там Палпатинов и Юужань-вонгов. Так что если я хочу прожить спокойную, размеренную жизнь, отсюда лучше не высовываться. С другой стороны – планета фактически не попадает под юрисдикцию Республики, да и далековато она от нее, и если сюда нагрянут пираты или там работорговцы, ее жителям придется худо. Правда по обмолвкам родителей я понял, что оружие тут имеется у КАЖДОГО. И кому придется хуже: невинным жертвам или злобным агрессорам, тот еще вопрос.

В общем, на первый взгляд, планета довольно заштатная. Но есть здесь кое-что, что выделяет ее из сонма других. Узнал я об этом за пару месяцев до своего четвертого дня рождения. Я тогда сидел у своего дядьки, того, что в городе живет, и дожидался возвращения отца, встречавшегося с одним из местных обладателей собственного корабля. Таких, кстати, всего восемь человек на планете. И да, они члены Совета. Ну вот, сижу, жду, и тут во двор дома врывается радостный и практически светящийся от этого отец. И первым, кого он увидел, был я, примостившийся на скамейке у двери дома.

– Рейн, малыш! – подлетел он ко мне. – Твой папа очень, ну просто очень рад!

После чего меня подхватили и слегка подкинули вверх. И еще раз. И еще. Прервал папаню его брат, которого я в кои-то веки, был рад видеть. Он вообще-то неплохой мужик, но у него есть дети. Долбаные спиногрызы. И будь они постарше, я бы и к ним претензий не имел. А так как дядя и его дети были для меня пока неотделимы, то и мужика я, как правило, видеть был не рад.

– Вот уронишь сына на радостях, что потом жене говорить будешь? – поприветствовал он таким образом отца.

– Ха! Да чтоб я уронил малыша Рейна? Ни за что.

Но на землю меня, он все-таки отпустил.

– Ну давай, делись радостной вестью. Что там у тебя случилось?

– Сегодня Гаари домой вернулся.

– Оу, так он вернулся, – произнес дядя с усмешкой. С кем на встречу идет отец, знал даже я.

– Он сумел достать ее, Рам, – сказал отец, включив второй уровень яркости.

– Ее?

– Жемчужину крайт-дракона!

– Вот оно что, – покивал Рам. – Сбылась мечта идиота. Про цену я даже спрашивать не буду.

– Двести тринадцать тысяч! – воскликнул отец радостно. – Зеленая! – и подхватив меня на руки, подкинул еще раз.

– Тьфу, на тебя. Если бы случилось чудо, и ты продал бы свою коллекцию…

– Да я…

– Чудо! Повторяю – чу-до. Если бы ты это сделал, разбогател бы на несколько миллионов.

– Да мы и так не бедствуем, – отмахнулся отец.

– Это да, – кивнул дядя. – А если бы ты занялся экономикой и оставил железки на меня…

– Ой, не начинай.

– Род Дакари мог бы стать богатейшим на планете, – закончил Рам. Меня они, как и обычно, за полноценного человека не принимают. Да я и не обижаюсь. Четыре года всего. Скоро будет.

– Я справляюсь? Справляюсь. Наши семьи процветают? Процветают. Так и давай не будем об этом.

– Ты же знаешь, я, в отличие от тебя, ТОЛЬКО техник, – начал дядя говорить таким тоном, будто уже сотни раз произносил эту речь, – а наш младшенький вообще только о своих зверюшках думает. А ведь если…

– Щас тебе что-то в глаз прилетит, – произнес, улыбаясь, мой отец. Держа при этом меня на руках.

– Э… – прервался дядя. – Тебя жена убьет. Учти это.

– Что? – удивился батя, после чего глянул на меня. – А-а-а. Не, можешь не волноваться. У меня крепкий сын. Ты, Рейн, главное, извернись и попади этому дяде головой в глаз. Лады?

Ну и что мне оставалось ответить на это?

– Дя!

Все-таки братья Дакари очень дружны. И это без всякой иронии.

Где-то через час, распрощавшись с Рамом и его семьей, мы с отцом отправились домой. Всю дорогу я думал, как бы подступиться к отцу со своими вопросами, ибо любопытство мое было на пределе. Спрашивать его о чем либо по пути я не собирался, а вдруг отвлечется от дороги и поминай, как звали, но вот прикидывать, как я начну разговор, мне никто не мешал. Будь моя тушка повзрослее, так бы в лоб и спросил, но мне только четыре, почти… в общем, я решил перестраховаться. Хотя и сам понимал, что все это фигня. Вы только не подумайте, что я параноик. Просто попал я сюда со своим взрослым сознанием и просто не мог воспринимать все, как нечто само собой разумеющееся. И поэтому боялся сболтнуть что-то не то… Эх, трудно объяснить. Да и ладно.

Прибыв домой, отец поставил спидербайк в гараж и, подхватив меня, уже было собрался отправиться в дом, но на полпути замер на пару секунд. Оглянулся на спидербайк, на дверь ведущую в дом и, мотнув головой, произнес:

– А почему бы и нет. Когда-нибудь это надо тебе показать. Ладно, малыш, пойдем, предупредим маму, что у нас все хорошо, и я покажу тебе кое-что интересное.

Сану Дакари, мою мать, мы нашли на кухне, где она разливала по стаканам сок.

– Привет, дорогая, – чмокнул отец ее в ухо. – Смотри, малыш, какая у нас замечательная мама. Мужчины только вернулись домой, а их уже дожидается этот замечательный напиток.

После чего посадил меня на стул и придвинул ко мне один из стаканов.

– Рассказывай уж, мужчина, как у тебя прошла встреча? – произнесла женщина с улыбкой.

– Замечательно! Новые расходники к дроидам, новые семена и даже мешок джедайской пшеницы.

– Ого. Сумел-таки? А я и не верила.

– Это еще что, – произнес он заговорщицки. – Спустя все эти годы я, наконец, стал обладателем крайт-жемчужены! – воскликнул он под конец.

А мать улыбнулась. Искренне. Я чувствовал ее радость и совсем немного гордости. Но не ту радость, что испытываешь, когда получаешь что-то давно желанное, как, например, у отца сейчас, а ту, что испытываешь за любимого человека, радуясь вместе с ним. Испытывая удовольствие, что ОН радуется. Как же им все-таки повезло, что они встретили друг друга.

– Ты все-таки достал ее, – произнесла она улыбаясь. – Какого цвета?

– Зеленая. Пойдем, покажу!

– Сок сначала допей, торопыга.

– Так я уже.

После этих слов отец одним махом выпил содержимое стакана, а мать, покачав головой, кивнула на меня. Я в этот момент, зная отца, и боясь, что меня оставят здесь, пытался покончить со своей порцией. Но из-за возраста выпить все в один глоток, как отец, я физически не мог. Да еще и мой стакан был раза в два больше, чем у отца с матерью.

– Не спеши, милый, никуда мы без тебя не уйдем, – произнесла женщина, улыбаясь.

Сумку из багажника спидербайка отец вынимал, как какое-нибудь сокровище. И точно так же, но уже из сумки, вынимал небольшой металлический контейнер. А уж с каким лицом он этот самый контейнер вскрывал…

Сама жемчужина меня не впечатлила. Полупрозрачный зеленый шар размером с мандарин, центр которого был бледно-зеленого, почти белого цвета, а к краям от центра тянулись такого же цвета прожилки. Умом я понимал, что это редкая и дорогая вещица, но я похожей бижутерии еще в своем мире видел до жопы.

– Это еще что, – произнес батя. – Вот когда я его обточу, как это делают джедаи, вот тогда он будет по-настоящему прекрасен.

Двести тринадцать тысяч. Отцовский спидербайк стоит полторы штуки. Новый. И он хочет «обточить» эту штуку? А сломать не боится?

– А ты ее не сломаешь? – озвучила мои мысли мама.

– Я? Да ни за что. Не вручную же я буду это делать, – пояснил он матери. Которая скептически подняла бровь. – Он после этого даже стоить дороже будет.

– Откуда тебе знать, как их обтачивают джедаи? – не сдавалась мать.

– Видел, – буркнул отец. – Еще когда юнлингом был.

Что!? Юнлинг? Так это же вроде детишки, которых учат в академии джедаев. Мой отец был юнлингом? Во жесть. Так может он джедай? Блин, как бы спросить-то. Я ведь, по идее, ничего про это не знаю.

– Юнлинг? – выдал я, наконец.

– Это одаренные дети, сынок, которых обучают в главном храме джедаев на Корусанте.

– Папа джедай? – задал я новый вопрос. От которого отец грустно вздохнул.

– Нет, малыш. Я так и не смог выучится на джедая. Слишком слаб оказался, вот и ушел.

Офигеть. Оттуда можно уйти?

– Папа сильный, – как можно более уверенно произнес я.

– Ха-ха-ха. Конечно, сынок. Твой папа самый сильный из всех пап в Галактике, – потрепал он меня по голове. Причем его грусть на глазах уходила. – Пойдем, – сказал он, убирая жемчужину в контейнер, – я покажу тебе свою коллекцию. А то, похоже, – усмехнулся он, – данный экземпляр тебя не сильно впечатлил.

– Ладно, – молвила мама с улыбкой, – вы идите, а я пойду обед приготовлю. Через час подходите.

– Как скажешь, дорогая, – поцеловал он жену.

На заднем дворе у отца находилась мастерская. Сарай – не сарай, ангар – не ангар. Короче, что-то большое и жестяное. Вот только пошли мы не в мастерскую, а за нее. Метрах в десяти от строения на земле валялся валун, к которому батя и подошел.

– Смотри внимательно, сын. Видишь вот эту выемку, нажимаешь сюда и… оп. Открывается замаскированная консоль. Вводишь код… хоть ты его с первого раза и не запомнишь… ну да ладно, все равно смотри внимательно. – Набрав медленно десять цифр, он глянул на меня: – Не волнуйся, если что, потом выучишь. – Ой, зря ты так, отец. Память у меня по-настоящему хорошая. После того, как он нажал «ввод», в метре от нас что-то щелкнуло, и отец, подойдя к этому месту, поднял сливающийся с землей люк. – Ну-ка, иди сюда. – Подхватив меня подмышки и усадив себе на шею, папаня начал спускаться вниз. – Держись крепче, сына, – произнес он, – если упадешь, мама меня со свету сживет.

Спустившись, мы оказались в помещении два на два метра, прямо напротив металлической двери и еще одной консоли. Правда на этот раз она была понавороченней. Опустив мою бренную тушку на землю и взяв за руку, отец подошел к двери.

– А сейчас, малыш, мы впишем твои данные в перечень тех, кто может сюда входить. Ну-ка, положи сюда пальчик. – Положив палец, куда было указанно, почувствовал, как это место нагревается, а потом еще и резко укололо. – Вот видишь, совсем не больно. А теперь, посмотри вот сюда, – сказал он, подхватив меня и поднося к светящейся синим линзе. Вспышка, и я вновь на земле. – Молодец, сынок, ты настоящий мужчина. Дакари! – произнес отец с гордостью. Видимо, думал, что я тут истерику разведу – сначала палец колет, потом слепит… – А теперь еще один код… который тебе не нужен… так. Вот теперь запоминай. Хотя, потом заучим. И еще десять цифр. Все, можно заходить.

Открывшееся мне за дверью пространство было не таким уж и большим. Что-то около десяти на пять метров. А противоположная двери стена представляла собой огромный застекленный стеллаж, на котором красовалось множество разноцветных камней. Некоторые с первого взгляда определялись как кристаллы, а некоторые иначе, чем булыжниками, не назовешь. Даже было нечто, отдаленно похожее на корень женьшеня.

– Вот она – моя гордость! – выпятил грудь папаня. – Я собирал эти кристаллы с тех пор, как убежал из академии. Четыреста восемнадцать кристаллов для светового меча. Большинство – обычная, часто встречаемая дешевка, но есть здесь и довольно редкие экземпляры. – Похоже, отцу нужны новые уши. – Смотри, – сказал он, подойдя к стеклу и указав на один из камней пальцем, – Опила. Добывается в поле астероидов системы Фитх. Увеличивает режущие свойства меча. Его было достать относительно легко. А вот, – указал он на другой камень, – Некстор. Родом с планеты М'хаэли. Что делает, точно не скажу, но я три месяца блуждал по планете, пытаясь купить его у кого-нибудь. В итоге выиграл его в сабакк. Хотя по секрету скажу тебе, в карты я играть совсем не умею. Это, пожалуй, была самая удачная игра в моей жизни. Или вот, – еще один камень, – этот синий красавец называется упари. Встречается на орбите лесных миров, дает множество плюсов световому мечу. Правда, небольших. Этот я достал на Кашиике. Просто купил у местного торговца, они их как украшения используют. Двадцать тысяч за мелкого поганца отдал. Да-а-а… Практически за каждым кристаллом в этой коллекции стоит своя история. Как общая, так и моя личная. Например, из-за этого красного кристалла, очень редкого, твоему папе, малыш, пришлось два месяца водить за нос аж трех джедаев. Потому что квиксони – очень мощный кристалл, увеличивающий силу темной стороны. Про его уникальность я вообще молчу. Мне он бесплатно достался, а вот на черном рынке такой камушек будет тысяч пятьсот стоить. Хотя, как по мне, цена все же завышена. Этот, – указал он на молочно-белый камень, – выделяет огромный земляной червь, живущий на одной из планет Неизведанной территории. Знал бы ты, чего мне стоило его достать… Я чуть саму планету искать не начал. Сигил, – указал он на бледно-розовый камушек. – Чрезвычайно мощный кристалл, увеличивающий мощь меча. А уж про цену я лучше промолчу. До сих пор не по себе.

Кстати, про сигил я что-то помню. Вроде, в игре какой-то встречал. Ну да, точно. Он там и, правда, увеличивал урон. А ведь послушать отца, и становятся понятными все эти предосторожности с бункером. Если он не врет, а я в этом что-то сомневаюсь, тут кристаллов на несколько большую сумму, чем озвучил его брат. Пока я разглядывал камни, параллельно размышляя о великом, батя открыл стеллаж и положил на одно из немногочисленных свободных мест жемчужину.

– Эту жемчужину, малыш, – произнес он, любуясь на нее, – можно добыть лишь из желудка крайт-дракона. Редкой, огромной и очень опасной животины, обитающей в пустыне Татуина. Самой ценной считается черная жемчужина, но достать ее – это уж совсем чудо будет. Тем более, не покидая нашей планеты. Между прочим, – продолжил он, – на нашем заштатном Пзобе тоже есть пещера кристаллов. Только я не в курсе, что они дают одаренному. Вот они, кстати, – махнул он рукой куда-то вправо. – С самого краю, если интересно.

Опупеть! Пещера кристаллов? Здесь?! Ну ничего себе. После слов отца мне вдруг очень захотелось глянуть на это место. Ну очень. Ничего такого, обычное любопытство. Это ведь, черт возьми, пещера кристаллов вселенной Звездных войн! А-а-а, черт бы побрал этот гребаный возраст. Придется ждать.

– Что, малыш, заинтересовался? – спросил отец, глядя на меня. Кристаллы я так и не пошел смотреть, после слов отца про пещеру так и стоял, пялясь на него. А когда он спросил про интерес, быстро-быстро закивал. На что тот добродушно рассмеялся: – Не кивай так быстро, малыш, а то голова отлетит. Так уж и быть, свожу тебя туда. Я как раз на днях поеду в ту сторону за рудой, почему бы и не сделать небольшой крюк ради моего мальчугана, – на последних словах батя начал тискать меня, словно плюшевую игрушку. Впрочем, ради такого я готов перетерпеть данные издевательства без слов.

В пещеру, а точнее за рудой, которую отец использует в сплавах, мы поехали через день. Мама ходила с таким лицом, как будто мы на войну отправляемся, я же в ответ всеми доступными мне методами показывал, как я жду этой поездки. Как итог, матушка промолчала. А под конец она вообще ходила уже не расстроенной, а раздраженной.

Правда, когда меня посадили на машину и пристегивали ремнями, в моей голове промелькнула мысль – а может, ну его, но мысль промелькнула только раз и очень быстро. В конце концов, это ведь была пещера кристаллов! Блин, попасть в этот мир и не поглядеть на такую пещеру? Да, это можно сделать позже, но любопытство-то гложет сейчас. А вдруг я сам форсюзер и почую там свой кристалл? По-крайней мере, мне кажется, что именно так джедаи находят их. Утверждать конкретно не могу, но вроде что-то такое в голове крутится. Если же я прав… Нет, джедаем я быть не хочу, как, впрочем, и ситхом, мне и на этой планете неплохо живется, а вот форсюзером, Одаренным… или как их тут, таких, называют… в общем, хочу тягать предметы силой мысли. Уж такой-то малости, надеюсь, самостоятельно я научиться смогу. Мне даже великая мощь не нужна, хватит и того, что я буду отличаться от других. А уж как с этой силой можно развернуться… Здесь, на Пзобе, я имею в виду. Одна проблема – кто-то из джедаев, кажется, Оби-ван, сказал: в Галактике миллиарды живых существ, а джедаев всего лишь несколько тысяч. Шанс, что я окажусь чувствительным к силе, один к нескольким миллиардам. Довольно безрадостные шансы, согласитесь. Пусть даже джедаи находят лишь небольшую часть таких детей, все равно, один к нескольким миллионам – это, если максимум оптимизма, не сильно радужные шансы.

Первый час поездки папаня, не останавливаясь, рассказывал случаи из жизни, как он добывал тот или иной кристалл. Прервался он, лишь когда мы проезжали серпантин, и по правую руку от нас раскинулась живописная долина.

– Долина Талар, – произнес отец. – Именно там находится пещера кристаллов, но туда мы заглянем на обратной дороге. Сначала все-таки наберем руды кортозиса. Металл это хрупкий, но кое-где очень даже необходимый. А вот если мы на ближайшей развилке свернем на запад, можно будет добраться до залежей ломмита. Именно из нее делают дюрасталь и прозрачную сталь. Не такая дорогая руда, как кортозис, но тоже о-го-го. Пзоб вообще богат на всякие руды. Когда-нибудь наша семья накопит достаточно денег, чтобы иметь возможность начать добычу всего этого. Сначала что подешевле, чтоб сразу не подмяли, а потом, как развернемся, и самое дорогое. Как тот же кортозис. А когда станем большими людьми по меркам Галактики, займемся ближайшим астероидным поясом, – размечтался отец, в то время как я офигевал. – Там еще моим отцом, твоим дедом, были найдены залежи фрикита и тайдириума. А это, малыш, просто огромные деньги.

Во дает батя. Да у него наполеоновские планы, как я посмотрю. И я даже совсем не против – наследник-то у него всего один. А даже если и заимею пару братьев – не беда, старшим все равно буду… Черт, нет. Очень даже беда. Это ж два спиногрыза на мою голову.

– А наследником всего этого, малыш, будешь ты. Так что смотри у меня, не филонь. Прилежно учи все, что тебе будут преподавать. Когда тебе исполнится тринадцать, мы отправим тебя в Университет Алдераана. Удовольствие не из дешевых, но оно того стоит. Хотя лично я отправил бы тебя на Корусант, да вот беда, мама оказалась против. Там, видите ли, слишком много преступников, соблазна и извращенцев… Хотя ладно, тут я с ней согласен. Зато там лучше обучают техническим наукам.

А отцу, как я погляжу, собеседник-то не очень и нужен. Ишь, как разошелся. Впрочем, что бы он там не говорил, я только за. И мир погляжу, и знаний наберусь.

До места мы доехали только через полчаса после того разговора. Час отец копался в земле, выбирая булыжники, после еще минут сорок на езду до пещеры и, наконец, вот она – цель моего визита!

Таларская пещера кристаллов оказалась не такой уж и большой. Я представлял ее… ну, всяко больше. Там фактически и было-то четыре пещерки, соединенных ответвлениями. И захочешь, не заблудишься. Зато красиво. Стены пещеры были усеяны разноцветными, уже прозрачными кристаллами, и это в необработанном виде. А когда отец включил второй фонарь… Короче, выглядело это действительно потрясающе. Только вот зова я никакого не почувствовал. Целый час я там бродил, и хоть бы что. Интересно, джедайская пещера такая же маленькая? Хотя о чем я, конечно же, нет. Ее бы тысячелетия назад обобрали.

В целом прикольная поездка получилась. Познавательная, интересная и разочаровывающая. Даже не берусь сказать, насколько уменьшились мои шансы на то, что я стану форсюзером.

А еще через два месяца мне исполнилось четыре года.

С Чуу-талом и его падаваном мы расстались почти сразу по прибытии в храм. Меня с рук на руки передали пожилой статной женщине, которая и проводила меня к новому месту жительства. А место это оказалось всего лишь койкой и шкафчиком в большой комнате, где, кроме меня, обитали еще двадцать детишек. По-крайней мере, именно столько кроватей стояло в спальне. Правда детей я насчитал всего пятнадцать. Я был шестнадцатым. Остается надеяться, что это все временно. Вот подрасту, и выделят мне отдельную комнату. Если нет… то я даже не знаю. При таком размере Храма быть НАСТОЛЬКО прижимистыми? Да ну, бред.

Открыв шкаф, осмотрел содержимое. Вздохнул. Два комплекта одежды, пара сапог, какие-то чешки и пустота. Достав контейнер с кристаллами, кинул пустой рюкзак на верхнюю полку. Делать мне нечего, так хоть помедитирую. Как умею. Силу я, кстати, уже научился чувствовать, еще на корабле, а вот сама медитация мне не давалась. Знать не знаю, как это происходило в моем родном мире, а медитация джедаев представляла собой… э-э-э… успокаивание Силы. Как бы это объяснить?

Начнем с того, что Силу я ощущал в виде тумана. Прозрачного. Этакий налет белесой дымки, которая присутствует везде. Эта дымка не только обволакивала все и вся, она еще и чувствовалась внутри всего и вся. И эта дымка-туман находилась в постоянном движении. Не то, чтобы Сила перемещалась, как ураган, туда-сюда, а именно что двигалась. И чем сильнее твои эмоции, тем быстрее этот туман двигался. Само собой, я имею в виду ту часть Силы, что находится внутри джедая, и ту, которой он управляет.

Медитация же помогала джедаю замедлить движение Силы внутри себя, что влияет и на «туман», которым ты управляешь. Сильно подозреваю, что скорость… пусть будет движения Силы, влияет не на само управление, а на то, что ты с этим можешь сделать. То есть, если брать игровой аналог моего мира, то Силовой толчок – это нейтральная сила, и для его создания совершенно не важна скорость движения «тумана». А вот для Лечения важно, чтобы Сила находилась в как можно большем покое.

Но это так, размышления дилетанта. Кстати, «моя» Сила, та, что находится во мне, немного, но отличается по цвету от окружающей. Чуть-чуть более светлая. Возможно, это бред новичка, но если нет, то Свет и Тьма – ни фига не аллегория. А значит… много чего, но лично для меня это означает, что для техник важна не только скорость движения Силы, но и ее окрас. И, кстати, да, думая обо всем этом, страшновато становится.

Моя очередная жалкая попытка замедлить течение Силы в себе была прервана довольно грубым образом. Меня похлопали по плечу.

Так, медитацию мою прервали и, похоже, продолжить не дадут, я решил открыть глаза.

Охтыжйобаныйнахуй. От того, что увидел, я реально чуть не обосрался. Судя по вытянутой вверх треугольной голове и песочного цвета коже, этого индивидуума я видел, когда зашел в помещение. Но мать же ж его так – со спины. Сейчас же я наблюдал его вплотную ко мне. Безгубый клыкастый рот, находящийся там, где у всех нормальных людей, таких как я, нос. А на месте щек, ниже рта, шевелились глаза, растущие на двух стеблях. Заканчивали этот театр ужаса небольшие… щупальца, наверное… растущие из подбородка.

– Привет, – подняло это нечто трехпалую ладонь. – Меня зовут Джиро Джисс. Я с планеты Онгри, – произнес он тонким голосом. – А как твое имя?

– Рейн Дакари. С планеты Пзоб.

– А что ты делаешь?

Ответил я не сразу. Точнее, ответил не так, как хотел поначалу.

– Медитирую.

– Ух ты! Ты умеешь медитировать? А я здесь уже две недели, а меня никто этому не учил.

– Мы три недели добирались досюда. Вот я и попросил, чтобы меня чему-нибудь научили. А то скучно было.

– А-а-а… понятно. А здесь ничему не учат, – произнес он грустно. – Только бегать заставляют, прыгать, ожиматься…

– Отжиматься? – прервал я его.

– Да. Говорят, мы слабенькие, – кивнул Джиро. – А еще все время рассказывают истории про Респулику.

– Республику?

– Да, – еще один кивок. – А что это у тебя? – кивнул он на контейнер с кристаллами.

– Подарок отца перед отъездом, – открыл я крышку.

– Ух ты-ы-ы! А что это?

Забавный парень. Несмотря на внешность.

– Кристаллы, – про то, для чего они, я говорить не стал. Пусть считает, что красивые безделушки. И, в связи с этим, сразу же дополнил. – Красивые, правда?

– Да, – подтвердил ребенок завороженно.

– А для чего они? – спросил подошедший к нам мальчишка с зеленоватой кожей. Если бы не это, я бы посчитал его человеком.

– Что? – переспросил я его в попытке увести его вопрос в сторону.

– Ну… – замялся он, – для чего они?

То есть вопрос был вполне осознанный. Ладно.

– В смысле?

– Э-э-э… ну… а, ладно.

– Это подарок папы.

– А-а-а, понятно, – на что я, про себя усмехнулся.

Вот так, слово за слово, я и познакомился со всеми обитателями комнаты. Никто не постеснялся подойти и посмотреть на красивые камушки.

Из шестнадцати детей, что обитали в комнате, десять, включая меня, были человеческой расы. А вот остальные представляли собой сборную солянку. Парень, что подошел ко мне первым – онгриец… ну, или как-то так. Тот, что с зеленоватой кожей, забрак, два тви'лека и нечто… короче, нечто. Полностью покрытое белыми волосами лицо, зеленые ладони с когтями и змеиное тело вместо ног. Как я позже выяснил, зеленокожий был мириаланцем, лупоглаз Джиро был онгри, а пародия на нага – тисспиасцом. Хотя название этих рас мне ничего не говорило.

На следующее утро выяснилось, что роль будильников для малышни вроде нас, исполняют наставники.

– Подъем, юнлинги, – хлопал в ладоши джедай-человек. – Подъем. Вас ждут великие дела.

Этого белобрысого, сорокалетнего на вид джедая, как потом выяснилось, звали Руди Спак, и он был куратором той группы юнлингов, в которую я попал.

– Ну же. Вы ведь будущие джедаи. Неужто вы не справитесь с такой мелочью как сонливость?

Первое, что я сделал, когда более-менее проснулся, это поборол раздражение. В конце концов, такое пробуждение лучше, чем «рота, подъем». А ведь, если подумать, я опять попал в армию. И здесь нет штаба, в котором можно просидеть весь срок службы. Да и срок этот, мать его так, «слегка» увеличился.

Как и говорил Джиро, впереди нас ждала зарядка, на которую мы отправились бегом. Встали, оделись, выстроились в коридоре и побежали. Коридор тот, кстати, был достаточно большим, чтобы там поместились две группы бегущих детишек. Что мы и доказали, обогнав одну такую группу. Правда они только построились и даже толком разогнаться не успели. Были это, кстати говоря, спиногрызки такого же, примерно, возраста, как и мы.

Сама зарядка проходила в спортивном зале, который я бы мог назвать вполне обычным, но эта любовь джедаев ко всему каменному… Создавалось впечатление, что в зал для приемов какого-нибудь дворца поставили множество футуристических тренажеров, а между колоннами устроили места для спарринга. Зато я впервые увидел световые мечи. И пусть они были учебные да еще и в чужих руках, но выглядели все равно круто.

После зарядки нас всех отправили в общий душ – большое помещение, в котором стояло множество закрытых кабинок. Потом был завтрак, на котором мне стало грустно. Та каша, которой нас кормили… скажем так, я в очередной раз вспомнил российскую армию. Не, серьезно, я вновь почувствовал себя призывником, который еще вчера кушал бабушкины пирожки, а уже сегодня познакомился с суровой реальностью. И если кто-то мне скажет, что прошедшего нашу армию уже ничем не испугаешь, то я ему в глаз дам.

После завтрака нас отвели в учебный класс, где, прикиньте, не было ни одного стула. Одни… э-э-э… очень толстые коврики. Я балдею от этих джедаев. Что дальше, нас отправят на заработки?

В класс мы заходили с еще двумя группами малышни – девчонок и пацанят. А рассевшись, десять минут ждали наставника, потому что джедаи, что нас сюда привели, поспешили смыться. Ну и ладно, зато та бурда, которую я таки впихнул в себя на завтрак, успела уложиться. За это время к нам успели присоединиться еще две группы детишек. В итоге я насчитал аж семьдесят восемь спиногрызов обоих полов и разных рас. В одном долбаном месте.

Наставником, что пришел нас поучать, оказался человек. Очень старый человек. Звали его Эйлан Радау – высокий, статный, не согнутый годами дед. Встав напротив нас и окинув зал взглядом, он молвил:

– Сегодня, юнлинги, мы поговорим с вами о Первом Канцлере, вступившем в должность в год 25018 до Великой ресинхронизации, – чавось? Какая еще ресинхронизация? – Для выходцев с отдаленных планет, где все еще ведется счет от Руусанской реформы, поясню – четыре года назад Республиканским бюро мер и стандартов была введена новая мера отсчета времени, так что сейчас в Республике идет четвертый год от Великой ресинхронизации.

Круто. То есть со своей планеты я вылетел в девятьсот шестьдесят девятом году, а на Корусант опустился в четвертом. Прям в машине времени побывал, м-да.

Пока я размышлял о размерах ДДГ, старик начал свой рассказ. И знаете, что я вам скажу? Пропаганда! Но пропаганда талантливая. Рассказанная с огоньком и достаточно увлекательно, чтобы заинтересовать детей четырех-пяти лет. Но вот лично я не верю, чтобы новоизбранные сенаторы хором и без споров поставили над собой кого бы то ни было. А послушать этого Радау, так Первый канцлер был рыцарем без страха и упрека. Но, повторюсь, рассказывал он увлекательно, жаль только, о делах уж слишком далеких. Но кое-что действительно нужное мне эта лекция дала. Я имею в виду даты. Я вот точно помню, что Республика, та, что Старая, просуществовала порядка двадцати пяти тысяч лет, вот только точную дату не помню. Вполне возможно, да наверняка так и есть, что после циферки двадцать пять, есть еще что-то, кроме нулей. В любом случае, я живу в последнее тысячелетие Старой Республики, а это уже хоть какое-то, но все же уточнение. Есть шанс, что я попал в мирное время.

После урока истории нас направили, куда б вы думали – в спортзал. Где мы еще два часа занимались физкультурой. После этого был урок… м-м-м… основного галактического языка. Это который общий. Понятно, что учили не говорить на нем, а читать и писать. Мы ведь еще дети, если кто забыл. После него нас отправили на обед, который был получше завтрака, но не намного. Во всяком случае там уже была твердая пища. После обеда… да-да – спортзал. Затем был урок богословия, на котором нам весьма условно рассказывали, что такое светлая сторона Силы и насколько плоха темная. А ведь я поначалу даже даже пытался вникнуть, но увы: четыре года – это не тот возраст, когда будут рассказывать что-то серьезное. Была произведена банальная, пусть и интересно изложенная, промывка мозгов. Меня даже в сон не тянуло.

И вот, наконец, ужин. Так я сначала подумал. Но, увы – после него нас опять ждал этот гадский, тысячу раз проклятый, спортзал. После которого даже суперактивные существа, коими являются дети, поголовно клевали носом. Еще бы, не самый простой денек выдался. До душа я еле добрался, чуть не уснул там, кое-как добрался до своего койко-места, где и вырубился, поминая всех джедаев Галактики. А ведь в начале дня я еще и помедитировать хотел. Хех, наивный. Ну да не беда. Не знаю, как насчет остальных рас, а человек – это такая зверушка, которая ко всему привыкает. Лишь бы тренировки не были на это рассчитаны.

– Вставайте, юнлинги, вставайте. В это прекрасное утро будет преступлением отлеживаться в кровати.

Интересно, когда я начну ненавидеть нашего куратора? И о каком, мать его так, утре он ведет речь? Точнее, как он определил, что оно прекрасно. Я за весь прошлый день так и не увидел ни одного окна. По мне, так что день, что ночь – один хрен. Если здесь еще и выходных нет, то я с ума сойду.

Зарядка – тудыть ее, завтрак – мать его, учебный класс… в жопу все, достало. Буду учиться спать с открытыми глазами. Федька Жбот, которого все в нашем, и не только, взводу, называли Жмотом, освоил это полезное умение, так чем я хуже? А еще лучше совместить сон с медитацией… блин, бредово-то как звучит.

Сегодня на первом уроке нам продолжили рассказывать про Великого Первого Канцлера, а я, морщась, пытался отрешиться от ноющей боли в мышцах, параллельно фильтруя слова наставника. Проблема в том, что просто не знал ничего про те времена, и мне было сложно понять, где заканчивается статистика и начинается пропаганда. В том, что джедай может привирать, я сомневался, а вот то, что он может искренне верить в фальшивку, это запросто. Двадцать пять тысяч лет, пойди теперь узнай, где правда, а где ложь.

А вот с медитацией я обломался. Просто потому, что у меня ничего не выходило с открытыми глазами. А закрывать их я опасался, потому что и без этого почти спал. Сегодняшняя лекция, несмотря на усилия наставника, клонила в сон всех. Все же четырехлетним детям было плевать на законы, принятые на заре Республики.

В общем, этот день мало отличался от предыдущего. Те же лекции, такая же еда, тот же спортзал, в котором нас ничему не обучали, а лишь гоняли. Даже не объясняли, какое упражнение для чего нужно. А раз мозги в спортзале включать не надо, именно это время я выбрал, чтобы тренироваться в медитации. Ну а что? Для этого не так уж много и надо. Спокойствие, сосредоточенность и отсутствие мыслей. Впрочем, последний пункт лишь желателен. Грубо говоря, надо отрешиться от окружающего, а физические упражнения как будто специально для этого созданы. Тупо бегаешь, тупо прыгаешь, тупо тянешься… Мозги не нужны. Само собой, с первого раза у меня ничего не получилось. И со второго. И даже с десятого. Но через месяц я уже мог во время бега ощутить в себе Силу. Этот непонятный туман. Впрочем через месяц у меня оставалось достаточно сил, чтобы перед сном посидеть с кристаллами и повтыкать, как к ним липнет этот самый туман. Кристаллы вообще оказались довольно полезны при медитации. Во всяком случае, именно сосредотачиваясь на них, я быстрей всего входил в транс. Однажды я так просидел все ночь, и если вы думаете, что медитация помогла мне на утро быть бодрячком, то вы ошибаетесь. Хорошо еще куратор решил, что я просто раньше всех встал. Может, ничего и не было бы, но проверять мне как-то не хотелось. Если бы я знал, какие тут предусмотрены наказания, я бы еще подумал, признаваться ли мне в том, что всю ночь не спал, а так пришлось импровизировать. Меня за то, что я «раньше всех встал», даже похвалили, заметив, правда, что сон – это тоже важная часть распорядка дня.

За первый месяц моего пребывания в Храме койко-места в нашей комнате были заполнены полностью. Три из них заняли человеческие детеныши, а одно – тагрутеныш. Эту расу я помню. Еще бы, кто не помнит Асоку Тано? Вообще этот детеныш планеты Шили, по имени Палатт Гани, был довольно забавным малым. Начать с того, что он не носил обуви. Когда я спросил у него: «как так», он ответил, что в обуви они, тогруты, хуже слышат духов земли. После такого ответа я решил до него не докапываться, а то мало ли, вдруг эти духи земли скажут ему перегрызть мне глотку во сне. Утрирую, конечно, но с обкурышами вообще стремно общаться. Тем не менее что-то, видимо, духи ему все же нашептали, потому что после моего вопроса я заметил, что он все время крутится поблизости, а через несколько дней окончательно страх потерял, таскаясь за мной по пятам. Не знаю, может это оттого, что я был первым, кто с ним заговорил? Он даже в спортзале бежал рядом со мной. И это все при том, что парень в целом был весьма общительный и в наш детский коллектив вписался очень быстро. И знаете, что он ответил, когда я прямо спросил его: «какого дятла»? Ну так зацените – разумные должны держаться вместе, а я всегда отдельно. Это он, оказывается, пытается соединить меня и общество. Как может, но тем не менее. А вообще, согласитесь, довольно взрослый ответ для четырехлетнего карапуза. А ведь я даже не сразу это понял. Попав в среду своих физических ровесников, я подспудно держу их всех за ровню себе. Плюс другой мир – кто его знает, какие дети у других рас. Вон, Джиро Джисс, который онгри, пипец какой умный. Для своего возраста. Но все-таки замечу, что основная масса детишек ничем таким не выделяется.

– Рейн, а почему мы идем в спортзал? – спросил меня этот прилипчивый субъект.

Кстати, да. В данный момент мы соединились с другими группами мелких спиногрызов и направлялись, судя по всему, в спортзал. А должны были в учебный класс, на очередную лекцию.

– Не знаю, – ответил я коричневокожему. – Что ты меня-то вечно спрашиваешь? Вон, иди у Джиро спроси.

– Ну… ты старше… вот я и подумал… – замялся парень.

– Пал, – вздохнул я, – с чего ты взял, что я старше?

– Ну…

– Джиро на два месяца раньше меня родился, так что впредь задавай подобные вопросы ему.

– Не сердись, Рейн… – опустил он голову.

Во, видали! О чем я и говорил. Мелкий спиногрыз на жалость давит. И ведь как прочухал, а? Я хоть и циник, но сердце-то у меня не железное – детей я, может, и не люблю, но… блин. Долбаные дети. Сядут на шею – хрен снимешь.

– Я не сержусь, Пал. Но я, правда, ничего не знаю. Скорей всего, просто поменяли расписание, – сменил я тон, на что парень сразу заулыбался. И что, спрашивается? Как будто я ему секрет мироздания рассказал.

В спортзал мы зашли общей кучей в сотню детских рыл, но уже там нас разделили на группы, приставив к нам по наставнику. После чего развели по многочисленным площадкам для поединков, где и рассадили прямо на пол. Хорошо, что они хоть здесь не каменные.

– Что ж, юнлинги, – начал стоящий напротив нас наставник. – С сегодняшнего дня вам предстоит начать обучение бою без оружия. Примерно через год вы сможете взять в руки учебный световой меч, и моя задача, чтобы к этому времени вы имели представление о том, что такое бой в целом и умели владеть своим телом в достаточной степени для использования светового меча. Пусть и учебного. А начну я ваше обучение с небольшой лекции.

Начнем, пожалуй, с того, что есть семь форм боя на световых мечах. И у каждой из форм имеется рукопашный аналог. Эти аналоги не так хороши, как Боевое искусство эчани или, к примеру, Терас-каси, но тоже, несомненно, полезны. Хотя во многом все зависит от мастерства. С сегодняшнего дня вам начнут преподавать стиль рукопашного боя Шии-Чо, соответствующего форме один боя на световых мечах. И хоть рукопашный аналог этой Формы стали разрабатывать уже после создания Макаши – второй Формы, он полностью передает философию своего фехтовального брата. Прямота, решительность, резкость. Шии-Чо – самая старая Форма, разработанная еще древними джедаями специально для световых мечей, и очень хорошо подходит для борьбы с несколькими более слабыми противниками. Но из-за своей простоты и легкости освоения, ее помнят и используют по сей день. А некоторые достигли таких высот, что с ними опасаются сходиться в поединке и мастера более поздних Форм. Так что, юнлинги, я очень не советую вам, относиться пренебрежительно к Форме Решительности, как ее еще называют.

Вот с тех пор, так и повелось. Вместо того, чтобы просто бегать-прыгать, нас еще и обучали рукопашному бою. Впрочем, обучали – это слишком сильно сказано. Чему можно обучить четырехлеток? Но вот основы, да, вдалбливали. Как и многое другое. Про тренировку реакции, наработку нужных рефлексов и так далее, и тому подобное, все понятно. Так нам же чуть ли не каждое движение объясняли с философской точки зрения. Или как-то так. Что-то вроде: «Прямой удар есть суть решительность, квинтэссенция мощи и честности. Ответ на твою неуверенность». И ладно я, а многие ли из детишек поняли что такое «квинтэссенция»? Да и ладно. Можете считать это моим брюзжанием. Сейчас наставники вдалбливают в нас слова, которые потом будут обрастать пониманием. Сначала детей заставляют запомнить какую-то тарабарщину, понимание которой придет потом, но самое главное, как: «Так вот, что имели в виду наставники! Вот оно как! А я-то все думал. Понимаю. Теперь я понимаю!» Само собой, что такое не то, что запомнится, в подкорку забьется.

Со временем и лекции… как бы это сказать… стали усложняться. Больше всего мне не нравились лекции по законодательству Республики. Я понимал, что мне это нужно, но наставник, преподающий нам законы, был настолько нуден… Впрочем, парочку интересных фактов я узнал. Как вам утверждение, что, Республика, при официальном осуждении работорговли, не имеет ни одного закона, запрещающего оную? Она как бы против работорговли, но законных оснований запретить ее у Республики нет. И джедай, умыкнувший раба, будет не освободителем, а вором. Всего лишь воришкой. А ведь так было всегда. Если задаться целью обелить Республику… хм, все равно не получится. Ну ладно. В общем, если кто-то скажет, что Республика не может исправить этот момент, так как у нее нет войск и флота, пусть вспомнит, что такое положение дел существовало всегда, даже в те времена, когда она была особенно сильна.

Чем больше я слушал подобные лекции, тем больше понимал, насколько прогнила Республика. Взять хотя бы спайс. Это наркотик, если кто не знал. Зацените прикол – с одной стороны, Республика признает, что это наркотик, и даже борется с его распространением, а с другой – его имеют право делать и официально продавать лица, получившие на это лицензию. Вроде как лекарственный препарат, навроде земного морфина. Зашибись, да? Как я понял, заплатил денюшку Сенату, и ты фармаколог, не заплатил – преступник. И это только то, о чем я знаю.

Еще на Земле слышал, будто Республику подвели к этому ситхи. Типа, тысячу лет подтачивали ее изнутри. Может быть, не спорю. Но если это так, мне остается лишь поаплодировать им. За тысячу лет они сделали то, что их предшественники не смогли сделать за двадцать четыре. Очень надеюсь, что я попал куда-нибудь в середину этой тысячи лет. Вот только надеяться мне оставалось недолго.

После той лекции нас отправили в спортзал, где мы в очередной раз отрабатывали падения и перекаты. Я, кстати, наконец, определился, на что похож рукопашный бой Шии-Чо. На карате. Один в один с тем, что видел по телеку в своем мире. Интересно, а сама первая Форма, часом, не на кендо ли японское похожа?

– Стоп. Следующая пара, – произнес наставник. – Ты и ты, в круг.

Сейчас мы сидели кружком, в центр которого то и дело вызывались пары, которые отрабатывали броски под присмотром взрослого джедая. Который параллельно их комментировал и поправлял. Я побывал там в числе первых и сейчас просто отдыхал, внимательно слушая пояснения наставника. Можно было бы помедитировать, но тогда я пропущу саму учебу. А ведь это, как я подозреваю, сильно пригодится мне в будущем.

Краем глаза поймал движение на входе в спортзал. Там постоянно кто-то входил и выходил, а я так сидел, что непроизвольно отмечал этих людей. Точнее разумных. Или существ? Плевать. Сейчас в зал вошел разумный, расу которого я помнил еще по просмотрам мультсериала, который, как вы помните, я смотрел не весь и урывками. Название расы я не помню, но вроде именно такой джедай привел Асоку Тано в Орден. Как же его там?

– Мастер Пло Кун! – услышал я возглас за спиной. А обернувшись, увидел метрах в тридцати от нас маленькую тогруту, машущую рукой.

Точно! Именно так его и зва… Твою мать.

С того дня, как я увидел Пло Куна, прошло два месяца. Мои надежды, что я ошибаюсь, разбил один из наставников, ответивший мне на простой вопрос – кто сейчас канцлер? Оказывается, уже год как Палпатин. М-да. В неспокойное время я попал. Тут хочешь, не хочешь, а когти из Ордена надо рвать. Мне еще повезло, вот бы я прихуел, попади под самый замес… А так у меня даже есть время окончить обучение в Храме, после чего я пошлю падаванство нахрен и свалю отсюда домой. Но это я сейчас осознаю, а тогда, два месяца назад, малость перестремался. Но даже теперь, заходя в спортзал, да и вообще, как только встречаюсь с девчачьей группой, автоматически выискиваю взглядом маленькую тогруту. Сам не знаю, зачем. Самое интересное – нахожу. Проблема в том, что я их не различаю, а девиц тогрут, в отличие от парней, здесь до жопы. Я вообще, кроме Палатта Гани, ни одного тогрута-мужчины не видел.

В целом, хорошенько все обдумав, я принял решение не суетиться и набираться знаний, ибо они никогда не помешают. Ну и, конечно, тренировки с Силой. Я хоть и умею всего лишь медитировать, но даже это, как показала практика, дает немало. Во всяком случае, я понял, почему джедаи занимаются этим, как только выдается свободная минутка.

Начнем с того, что я, наконец, сумел замедлить движение силы до того уровня, когда появляется возможность ей управлять. Ну и первое, что я начал делать, это напитывать ею свое тело. Просто потому, что прочитал уйму фантастики, фентези и фанфиков, где этот способ позволял укреплять тело. Стереотип сыграл, можно сказать. Так ли это или нет, выяснить точно не получается. Вроде как в спортзале я начал выдавать более лучший результат, но это может быть обусловлено вполне обычным прогрессом. Хотя угнаться за мной теперь может только Рама Оланту, тот самый тисспианец с телом змеи. Впрочем, я некорректен – это я стал его догонять на пробежках. Но, как он однажды доказал, на прямой с ним до сих пор никто не может соревноваться. Хорошо хоть, с маневренностью у Рамы, как и у всех тисспианцев, не важно. А то совсем обидно было бы. И да, нам стали преподавать расоведение, так что информация об окружающих меня зверенышах полилась рекой. Но больше всего меня впечатлила самая первая лекция. Самое ее начало. А точнее слова наставника о том, что в Галактике аж двадцать миллионов рас. Да я даже осознать эту цифру не могу. Двадцать миллионов человек еще туда-сюда, хоть и с трудом. Но рас!

Кроме усиления тела, если это оно, конечно, я стал прогонять Силу через свои кристаллы, а потом вообще утрамбовывать ее там. Правда, получалось это только с той Силой, что я брал непосредственно из своего тела. Ну и, как продолжение работы с кристаллами, я начал пытаться управлять Силой разлитой вокруг. Но тут совсем швах. Она для меня слишком быстро движется. Я чувствую… я ее чувствую, но управлять могу только тем, что «прилипает» к телу, само собой только после того, как замедлю ее. Впрочем, я и этому радуюсь, в смысле, тому, что могу чувствовать Силу, раньше я ее только «видел». Кстати, замеры «на глаз» показали, что Сила вне моего тела движется с одинаковой скоростью, а если разница и существует, я ее не вижу.

Учеба рукопашному бою с каждым днем становится все интересней и интересней. В плане самого обучения. Например, мы стали устраивать спарринги. С четырехлетними детьми, это само по себе смешно, а если еще учитывать, что поведение во время спаррингов от ребенка к ребенку меняется… Палатт, например, показал себя с новой стороны. Вполне себе мирный и общительный ребенок в поединке преобразовывался в маленького хищника, который, пока наставник его не остановит, продолжает терроризировать свою жертву. Очень любит за спину заходить. А вот Джиро, это тот онгри с челюстью вместо носа, оказался довольно миролюбивым в схватке. И, несмотря на свой в целом неуклюжий вид, довольно ловким. Тисспианец Рама – это вообще что-то с чем-то. Против него даже не ставили поначалу никого. Как сказал наставник – когда все вырастут, разница в физической форме выравняется, а пока ему придется просто отрабатывать приемы. Он, наставник то есть, вообще заявил, что тисспианцам рукопашный бой Шии-Чо не подходит, но чтобы в будущем знать, на что может быть способен противник, изучать он его должен. Фехтование – да, подходит, рукопашка – нет. Но весело не это, весело было, когда Палатт, глядя на грустный вид Рамы, вот ведь наградили родители именем, предложил ему спарринг. А наставник вдруг согласился. В итоге я был свидетелем как тагрутёныша сначала валяли по земле, потом, когда он привык к броскам противника, гоняли по рингу, потом, как он наскакивал на змееныша, а под конец, как он повис на его спине и чуть ли не рычал. Вы только не подумайте, что это все выглядело хоть чуть-чуть профессионально, нет. Вся та же детская куча мала, но вот сдвиги в тактике Пала прослеживались довольно четко.

Я же в спаррингах даже не думал применять на практике то, что нам преподавали. Все эти прямые удары, боковые, удары сверху. Слишком уж четко я понимал, что для применения всего этого для начала нужно наработать удар. Иначе все скатывалось в кучу малу. Да и вообще, блин, чересчур рано нас, по моему мнению, стали ставить друг против друга. Так что я просто уворачивался и толкал. Ну… иногда бил. Если подворачивалась хорошая возможность. И, что удивительно, в итоге стал считаться лучшим бойцом в группе. Это при том, что я толком и не дрался. Ну ладно, дрался. Один раз. Когда наставник САМ выставил меня против змееныша Рамы. В расовом смысле змееныша. А ведь я даже не победил, правда и он меня забодать не смог. Эти его змеиные броски были уж слишком прямолинейны. После того поединка наставник заметил, что мне нужно учить Соресу, а не Шии-Чо, и, видя мое непонимание, пояснил, что это третья Форма боя на световых мечах, или как ее еще называют – Путь Майнока и Форма Эластичности. Но начинать мне все равно придется с Шии-Чо просто потому, что она проще в освоении, и все остальные формы включают элементы из нее.

– А когда я смогу начать заниматься Соресу? – спросил я тогда.

– Не раньше, чем с семи лет, – ответил наставник. – Да и то, если хорошо покажешь себя в Шии-Чо. Раньше ты просто физически… м-м-м… ты будешь еще слишком маленьким, чтобы обучаться чему-то серьезному. А так, стандартно юнлингам дается выбор с девяти лет.

На момент того диалога мне было всего четыре с половиной, а значит впереди меня ждало еще два с половиной года усиленных тренировок. А ведь у нас, детей, даже свободного времени не было, так что и поднажать я не мог.

Неизбежное, пусть и медленное, приближение Войн Клонов и того, что за ними последует, оставляло во мне ощущение какой-то гонки. Я знал, что никакого обучения после реорганизации Республики у меня не будет. Точнее будет, но лишь саморазвитие, а это, как ни крути, совсем не то, что систематизированное, отточенное тысячелетиями образование Ордена. Что уж говорить о накопленных в этих стенах знаниях. После зачистки Храма они в лучшем случае попадут в руки Империи, и при любом раскладе будут потеряны для меня. Вот я и впитывал любую кроху знаний, которые нам здесь давали.

Игры в «толкни ближнего своего» на ринге закончились. Я по-прежнему в основном уворачивался, но теперь старался чаще бить. Уворот – удар. Зайти сбоку – ударить. По-настоящему. Толчки превратились в броски, уход в сторону – в отвод удара или мягкий блок. Я слушал, что говорит наставник, запоминал, отрабатывал… и использовал эти знания против своих соперников. Еще через полгода я уже мог признаться самому себе, что да – я лучший боец в группе. Даже Рама, несмотря на свою массу, скорость и когти, при встрече со мной на ринге оканчивал бой на полу. Малость побитым и придушенным. Дошло до того, что наставник сам, без моих просьб, начал подкидывать мне приемы из других Форм. Правда, как я подозреваю, если бы я начал не справляться с усвоением знаний, он бы прекратил подобную практику. А незадолго до моего пятилетия он заявил, что Соресу мне тоже не подойдет. Форма, заточенная под глухую защиту, явно не для меня, а вот Форма пять, она же Форма Настойчивости, чуть ли не идеально ложится на то, что он видит во мне сейчас.

Форма пять, она же Путь крайт-дракона или Форма настойчивости, была создана мастерами Соресу, которым не нравилось, что у третьей Формы довольно скудный атакующий потенциал. Самый маленький среди всех семи Форм. Но и ту колоссальную защиту, которую предоставлял Соресу, они потерять не хотели. Вот их метания и вылились в пятую Форму. Причем, аж в две версии – Шиен и Джем Со. Первая была более приспособлена для отражения бластерных зарядов, а вторая для поединков. В этот момент рассказа наставник все же обратил внимание на множество любопытных мордашек, что окружили нас и с почтением внимали. И тут же решил всех обломать. Получалось, что Шиен, хоть и стал правопреемником Соресу, но все же многое потерял и сравниться с ним в защите мог лишь едва-едва. Больше всего Шиен подходил для атаки множества обычных людей, вооруженных огнестрелом. Хотя и от нескольких менее сильных одаренных со световым мечом позволял неплохо отбиваться. И побеждать. Джем Со, с другой стороны, ушел от Соресу еще дальше и сосредоточился на поединке против светошашки. Причем требовал от бойца немалой физической силы, да и подвижность хромала. В общем, этой небольшой лекцией наставник пытался всем объяснить, что идеала не существует и даже стили, разработанные чисто под себя, будут обладать какими-то недостатками.

В медитации я продвинулся еще дальше. Правда пришлось красть по два-три часа ото сна, но это, право слово, такие мелочи. По сравнению с тем, что надвигается на Галактику… Кстати, медитировал я не один. Рама и Палатт таки достали меня своим нытьем, спиногрызы долбаные, и я взялся за их обучение. Поначалу я не верил, что они чему-нибудь научатся… даже не так, я не верил, что я смогу их чему-нибудь обучить, но, как выяснилось, детишки оказались настырными, так что даже с моими невнятными объяснениями они смогли научиться медитации. М-да, так себе деньки были. Если бы еще эта мелкота не лезла постоянно со своими вопросами… Эх.

Так вот. В работе с Силой я за это время заметно продвинулся. Однажды ночью я понял, что пытаться замедлить движение того «тумана», что не является частью меня, – зряшная трата времени. Нет, можно и так действовать, но гораздо проще оказалось… подстроиться под это движение. А когда я это сумел, понял, что замедлять мне его и не надо. В конце концов, я это и делал-то для того, чтобы начать управлять им, так зачем замедлять теперь, когда я управляю?

А вот напитка тела Силой, несмотря на такие подвижки, продолжалась с прежней скоростью. Проблема была не в том, чтобы запихнуть Силу внутрь, это как раз просто, проблема утрамбовать то, что там уже есть. А если этого не делать, тогда поглощенная Сила очень быстро выветривается. Поначалу я загонял внутрь себя этот «туман» и уже после начинал «переваривать» его, но чем больше копилась во мне Сила, тем трудней стало удерживать… э-э-э… непереработанную ее часть. Так что теперь я сначала «утрамбовываю» и лишь потом закачиваю новую.

В управлении внешней энергией тоже были свои нюансы. Первое, что я научился делать, это поднимать вещи в воздух. Да-да, банальный телекинез. Но делал я это, прямо скажем, через жопу. Я чувствовал… «видел», что любой предмет вокруг меня: стены, пол, потолок, детишки, что спят неподалеку, – все это наполнено Силой. Но если управлять разлитым вокруг «туманом» я мог, то вот воздействовать на тот, что был внутри чего бы то ни было, нет. Точнее, не мог это сделать на расстоянии. А вот если взять в руки… м-м-м… тоже, по сути, не мог. Разве что начать замедлять движение Силы в нем. Впрочем, какое-никакое, а воздействие.

А еще была проблема с расстоянием. Пока что зона моего воздействия была метра три вокруг меня. И как маленький Старкиллер, как его там по имени… не помню, не важно… в общем, как он умудрился вырвать светомеч из рук Вейдера, находясь в нескольких метрах от него, я представлял лишь в теории. В частности, я сильно подозреваю, что тут дело в страхе, который он тогда испытывал. Сильном страхе. Ну и то, что его, хоть немного, обучали родители… Господи, до чего дошел? Воспринимаю трешевую игру, как реальность. Что дальше начну вспоминать игры на Super Nintendo? Тьфу. А что, блин, остается? Джедаи вот они – реальность. Как и Палпатин. Уж лучше, мать его так, перестраховаться.

Но были у меня и обломы. Я, например, так и не понял, как форсюзеры умудряются творить ментальные техники. Хотя бы то же предвидение, позволяющее отбивать бластерные заряды. А убеждение? Да я даже в теории понять этого не мог. Как так? На что там воздействовать? Как воздействовать. Что бы я не делал, как бы не тужился, ничего не выходило. Остается предположить, что для микропредвидения необходимо воздействие на пользователя. Да и то, оно не сразу проснется. Вон, Скайукера-младшего нехило покоцало, прежде чем он начал отбивать заряды дроида. Впрочем, я-то уже умею чувствовать Силу, может и получится побыстрее пройти этот этап. Когда нам учебные мечи дадут. Вот тут-то меня и вштырило – а на фига ждать? У меня ж, еп тудей, каждый день спарринги, почему бы и не приспособить их для тренировки еще и Силы? Точнее, в управлении ей.

На следующее утро, размявшись на зарядке и приняв душ, пошли завтракать. После чего были две лекции – ботаника и расоведение. Ботаника была новым уроком, и учили нас на ней не всему, что есть в галактике, это понятно, а лишь самым распространенным полезным и опасным растениям. А где наука о растениях, там и наука о животных. Так что вскоре, как мне кажется, нам будут еще и зоологию преподавать.

Забавно, а ведь если подумать, Энакин Скайуокер, сразу отданный Кеноби, как минимум большей части всего этого был лишен. Что-то ему, несомненно, преподавали, вчерашнему-то рабу, но вряд ли в таком же объеме. А ведь он сейчас где-то здесь, в Храме…

После обеда наша группа отправилась в спортзал, где после разминки наставник начал опять нас поучать, в смысле учить. И это плохо. Значит, нас ждет еще несколько уроков повторения, усвоения и лишь потом спарринги. М-дя.

Через пару недель после того случая, нам начали преподавать еще один предмет – Общие технологии. И все бы было круто для меня, если бы не способ подачи знаний. Я понимаю, дети и все такое, но каково было мне, чувствующему, как уходит время, сидеть в толпе детишек и слушать сказки про маленький репульсор, отправившийся путешествовать по Галактике?! Бля, долбаный репульсор! Я был настолько раздражен, что после очередного косого взгляда наставника, который, походу, что-то почувствовал, плюнул на эту сказку и начал медитировать.

В общем, я не выдержал. И после этой… лекции подошел к наставнику.

– М-м-м… э-э-э… – во, жесть, имя забыл.

– Я слушаю тебя, Рейн. У тебя какой-то вопрос? Не стесняйся, говори, – произнес мужчина с улыбкой.

– Наставник, – начал я. – У меня отец – техник.

– Вот как?

– И очень хорошая память.

– Оу.

– Я знаю, что такое репульсор. Знаю, из каких частей он состоит, на каких генераторах работает, самые частые виды поломок. Я знаю, куда их можно ставить, куда нельзя, если нельзя, то почему. Я в курсе техники безопасности при работе с ними.

– Это… – не сразу нашелся он, что ответить, – очень хорошо.

А сейчас осторожней, Леха, главное не съязвить, язвящий пятилетний ребенок – это уже гораздо подозрительней, чем тот же ребенок, настолько связано говорящий. Особенно после этого. Или я загоняюсь?

– Наставник, не могли бы вы дать мне почитать что-нибудь… ну… чтобы я…

– Для самостоятельного образования?

– Да, точно.

– Хм. Вообще-то личные датапады вам выдадут лишь через пару месяцев…

– У меня есть деньги, – прервал я его. – Мне папа их с собой дал. Может, вы купите мне датапад пораньше? – мне даже не пришлось строить умильную рожицу, в моем возрасте они все умильные.

– Торопыга, – потрепал он меня по голове. – Дело в том, что вместе с датападом вам еще и свободного времени выделят, а когда ты сейчас читать будешь?

Черт, а ведь он прав. Я и так ото сна урвал, сколько мог. Кстати, интересная информация.

– Во время еды, – ответил я. – Во время пробежки. Когда мы из зала в зал ходим. Ну-у-у пожа-а-алуйста.

– Ладно, ладно. Хех, какие дети пошли. Будет тебе датапад.

– Спасибо, – обрадовался я.

– Все, беги за своими. Будет тебе подарок к следующему занятию.

– У меня чип с деньгами в спа…

– Стой-стой, не нужно никаких денег. Я тебе стандартный достану. Просто получишь его чуть раньше других. И давай уже, беги.

Я и побежал, пытаясь убрать с лица улыбку. Вот уж подфартило. Я-то думал, что мне в лучшем случае планшетик какой-нибудь дадут, куда и закачают учебники. А тут – датапад. У отца был один, так что я знаю, что это такое. Если попробовать выразить это одним словом, то получится ноутбук. Чуть ли не один в один по функциям, если их перенести во вселенную Звездных войн. Только датапад меньше по размерам и не раскладывается, как книжка, хотя и такие, возможно, есть. И пусть я получу его всего на пару месяцев раньше, но два месяца – это так, черт подери, много. Надеюсь, выход в голонет мне не обрежут.

А на следующем уроке рукопашного боя мы вновь начали спарринговаться. Прям день подарков какой-то. Правда тут мне ничего не обломилось. Кроме хороших люлей. Валяясь на матах после очередного падения, я пытался понять, в чем дело? Вроде, делал все, как полагается – отрешился от реальности, практически войдя в транс, постоянно ощущал Силу, разлитую вокруг. Но все равно получал тычки, от которых валился на пол. Рама от неожиданности сначала обрадовался, даже шипеть начал чего-то бодренькое, а под конец уже и сам действовал как-то неуверенно. Он явно не мог понять, что происходит, но даже его детского понимания хватило для осознания, что тут что-то не так. Не может вчерашний самый сильный мальчишка так бездарно сливать поединок.

– Рейн, – подошел ко мне наставник, – с тобой все в порядке? Ничего не болит? Может быть, голова? Не кружится? Живот?

А может все дело в том, что я как раз слишком сильно углубился в транс? Все-таки говорится, что надо почувствовать Силу, а не медитировать во время боя?

– Рейн? – потрепал меня за плечо мужчина, сидя рядом на корточках.

– А? Ой, простите, тренер, – вскочил я с пола. – Задумался.

– Да? Быть может и проиграл ты из-за этого?

– Наверное, – опустил я голову.

– Давай-ка отойдем, – встал он. И хлопнув в ладоши, повысил голос: – Пять минут перерыв, – после чего, поманив меня за собой, отошел метров на пять в сторону от основной массы детей. – Поясни мне, юнлинг, что ты хотел сделать в спарринге?

Вот дерьмо, голова моя дубовая. Наставник не мог не заметить, что я не просто приболел, а пытаюсь работать с Силой. Ладно, сам виноват – увлекся.

– Я… кхм… э-э-э… – подгонять он меня не стал. Просто стоял и терпеливо ждал. – Я пытался… медитировать, – выдавил я. Тут главное, не скатиться в откровенную ложь. Я ведь, по идее, слишком маленький, чтобы знать о том, как джедаи отражают бл… Стоп. Во я дурак. У меня же папаня бывший юнлинг. – Папа рассказывал, что джедаи могут предвидеть удары, – сказал я, не поднимая головы. – Отражать мечом выстрелы. Вот я и подумал… может и я… это… ну…

– Для этого, Рейн, нужно научиться ощущать Силу. А учить вас этому будут лишь через несколько месяцев, – произнес тренер. И помолчав, добавил: – Через полтора, если быть точным. А без этого у тебя в лучшем случае ничего не выйдет, а в худшем ты можешь причинить вред себе и окружающим.

– Но я умею! – вскинулся я. Надеюсь, получилось по-детски. – Кор Чуу-тал научил меня медитации. Когда вез сюда. Я ощущаю Силу!

– Вот… оно как… – явно удивился наставник. – Интересно как. Да ты у нас талант. И за какое время ты научился медитировать?

– Эм-м-м… – попытался вспомнить я. – За четыре дня. – Интересно, это медленно или как обычно? Рама с Палом учились где-то месяц, но с таким учителем, как я, это… То, что быстро, как-то не верится. В смысле, было бы круто узнать, что я такой особенный, только вот вряд ли. В конце концов, я уже давно осознал, что не пуп земли.

– Хм.

– Медленно, да? – изобразил я печаль.

– Да как сказать. Бывает, и дольше учатся, – оу, то есть я в стандарт уложился? Тогда чего он такой задумчивый? – Но не в четырехлетнем возрасте, – произнес он, наконец. – Что же с тобой делать-то? – пробормотал наставник.

– Понять и простить? – не удержался я.

– Кха, – поперхнулся мужчина. – Что? – я же вновь опустил голову. И даже ножкой шаркнул. – Ладно, пойдем. Надо продолжать урок.

– А Рама с Палаттом тоже могут чувствовать Силу, – сдал я парней. Дабы поменьше выделяться, если кто не понял.

– Что? Ну, знаешь… А они-то… Нет, все. Пора продолжать урок. С вами позже разберемся.

Разговор возобновился только вечером перед сном, и уже с куратором нашей группы. Подозвав к себе меня, тогруту и тисспианца, отвел нас в коридор, где и присел на одну из стоящих там лавок. Как вы наверно догадались – каменных. И немного помолчав, разглядывая нас, спросил:

– Как давно вы научились медитировать? – и только я хотел ответить, добавил: – Про тебя я уже знаю, – улыбнулся он, махнув на меня рукой. – А вот вы, юнлинги, как давно этим занимаетесь?

Немного помявшись, за обоих ответил Палатт:

– Четыре месяца.

– А сколько учились? – задал мужчина еще один вопрос.

– Э-э-э… месяц, – и потупившись, спросил: – Медленно, да?

Я чуть не поперхнулся от этого вопроса. Он же, вроде, не мог слышать моего разговора с тренером. Ах ты ж черт, это ведь тогруты, у них слух как у собак.

– Весьма неплохо, юнлинги, весьма, – покивал головой куратор. – Вы в своем малом возрасте умудрились уложиться в стандарт. Насколько он вообще возможен. – Что-то я совсем потерялся. А как же тогда мой результат? Я что, настолько крут? Туплю. Конечно, крут, со взрослым-то сознанием. В отличие от этих детей мне концентрироваться на чем-либо гораздо проще. – Проблема состоит в том, что вы сразу перепрыгнули ступеньку. Как если б не научившись ходить, научились танцевать. Сейчас у вас очень велик шанс сломать себе ноги, танцуя. Всего одна ошибка… – поджал он губы.

Может поэтому я и не могу научится уклоняться от ударов? Там, где начинающий полагается на инстинкты, я задействовал голову. То есть, если обычному юнлингу приходится подчинять инстинкты, мне придется их пробуждать. Вот и думай, Леха, хорошо это или плохо.

– И что теперь делать? – спросил я мужчину. Змееныш с краснокожим после слов куратора как-то поникли. Как будто совершили нечто плохое, а их за этим застукали. Так что пришлось брать разговор в свои руки.

– Учиться, малыш, учиться. Уже очень скоро вашу группу должны будут расформировать. Поселить вас по пять человек в комнате, обеспечить вас некоторыми вещами. Такими как датапад… и будильник, – улыбнулся блондин. – Ну и, конечно, у вас появится личное время, которое вы можете потратить на сон, а можете выбрать дополнительный предмет обучения. Сверх стандартной программы. Да и сама программа изменится. Вы наконец-то начнете познавать таинства Силы.

И к чему тогда весь этот разговор?

– Так я не понял, мастер Спак, что нам теперь-то делать? Или вы имеете в виду, что ничего делать не надо?

– Можно и ничего не делать, – усмехнулся джедай, – но мы ведь не хотим пускать все на самотек?

– Не хотим, – вздохнул я.

– Тогда давайте для начала узнаем, чему вы уже научились.

Сначала он расспросил Раму и Пала. Выяснилось, что детишки до сих пор пытаются замедлить движение Силы внутри своих тел. Я, если честно, думал, что они уже прошли этот этап. А оно вона как. После их слов радостный куратор рассказал, что тут мы пошли по правильному пути – медитация для того и создавалась, чтобы прийти в равновесие с Силой. Это уже потом медитацию приспособили для других дел, но новичков именно этому и обучают – успокоить Силу внутри себя. Впрочем, у конкретно этих двух спиногрызов пока мало что получается. Как я понял из пояснений Спака, сначала юнлингов учат чувствовать Силу и использовать это чувство, и лишь потом медитации, которая позволяет напрямую работать с ней. А раз так, то пример с танцами некорректен. Мы скорей всю оставшуюся жизнь будем ходить приплясывая. На саму ходьбу это повлияет мало, а вот изучить другой танец мы уже не сможем. Ну, или это будет трудно.

Когда куратор только расспросил мальчишек, я уж было решил малость приуменьшить свои достижения, дабы поменьше выделяться, но как только он начал объяснять, что такое медитация и что с ней связано, я задумался. Может, ну его нафиг? Этак я и правда все возможности себе поломаю. С другой стороны, не так уж и далеко я ушел.

– Ну что, Рейн, – обратился блондин ко мне, – давай теперь узнаем, чего ты у нас добился.

– Э-э-э… – чего сказать, чего сказать-то? – М-м-м… – думай, башка, признаться, не признаться, что-нибудь утаить? – Ну… я как бы…

– Ну же, юнлинг. Побори стеснение, – посмеялся мужчина по-доброму.

Полуправда. Да, пусть будет полуправда.

– Я накачиваю тело Силой, – пробормотал я, опустив голову еще ниже.

– То есть, – покивал джедай, – ты уже можешь управлять Силой внутри своего тела. Что ж, ты всегда был талантливым парнем. – И немного помолчав, продолжил: – Что ж. Сейчас уже поздно. А вот завтра мы с вами сходим в зал медитаций, и там вы мне покажете, на что способны. Кстати, а когда вы этим занимались?

И опять ответил я.

– Перед сном. Часа по два. Ну и на лекциях… как получится.

– Два часа, – произнес задумчиво мужчина. – Лекции вообще не в счет. Хм. Забавно. Ладно, – хлопнул он в ладоши. – Бегите уже спать. И знаете… А впрочем, ладно, бегите.

Во что все это выльется, он нам так и не сказал.

Новая комната. Пять кроватей, пять шкафов, пять тумбочек. На каждой тумбочке по датападу. Чтобы подготовить все это после того разговора с куратором, джедаям хватило дня. Я, если честно, смысл отделять нас от основной части детишек не понял, но это ведь только начало. Вполне возможно, что у нас и режим дня поменяется.

– Круто, – слово, произнесенное из-за моего правого плеча, было, конечно, другое, но смысл именно этот.

Сказав это, мимо меня просочился Палатт и, подбежав к ближайшей кровати, плюхнулся на нее.

– Круто! – воскликнул он еще раз. – Смотри, Рейн, тут даже матрасы есть!

Господи. Что же это за организация, в которой дети радуются матрасам?

Возбужденное шипение из-за моего левого плеча стало еще громче. В отличие от мелкого Палатта, Рама не мог просочиться мимо меня, вот и маялся позади моей бренной тушки.

Зайдя внутрь и отступив в сторону, чтобы пропустить вперед тисспианца, еще раз окинул взглядом комнату.

Само помещение выглядело небольшим, примерно десять на пять метров. С одной стороны стояли пять кроватей – четыре обычные прямоугольные и одна круглая с углублением в виде воронки. Явно для змееныша. Между кроватями стояли тумбочки, на которых лежали датапады, а напротив койко-мест, у противоположной стены, пять шкафчиков. Серые стены, серый потолок, такого же цвета пол… Уныло, одним словом. Да и личного душа с туалетом нет. А ведь отсюда до них идти еще дольше, чем из общей спальни.

– Мягко, – погладил внутренности своей кровати Рама. Ему-то хорошо – я еще ни разу не видел, чтобы тисспианцу приспичило ночью до сортира сгонять.

Ближайшую к выходу кровать оккупировал Пал, я же подошел к стоящей за ней. Лично мне все равно где спать, гораздо больше меня интересовал датапад. Так что именно к нему я потянулся в первую очередь и лишь потом сел на кровать, отметив, что не такой уж он и мягкий, этот матрас.

Покрутив в руках чудо местной техники, понял, что он ничем не отличается от отцовского – все тот же «Версафункция 88», разве что поновей. И это не могло не радовать, с этой моделью я хотя бы знаком. Тэк-с… Включаем, смотрим… ага. Папка «Файлы» – четырнадцать штук чего-то. Потом посмотрим. «Архивы» – пусто, «Корзина», то есть ее аналог – пусто, приложения… тоже пусто. Соединение с голонетом… вау – работает. Ну, братва, живем. Время сейчас… ага – два часа до отбоя. Где тут у нас будильник? Угум.

– А вот это что за значок? – ёк макарёк. Я чуть не подпрыгнул от этих слов.

Подошедший незаметно Палатт с любопытством наблюдал за моими действиями. Оглянувшись, заметил, что Рама, в отличие от краснокожего звереныша, с удобством устроился в своей кровати и, похоже, уже медитирует.

– Журнал закачек, – ответил я тагрутенышу.

– А что это значит?

Долбаные дети.

– В этом разделе будет отображаться все, что ты закачал на датапад. Когда, сколько, откуда, за какое время. Что просмотрено, что – нет.

– А это рядом что?

– Палатт, тебе что, заняться нечем?

– Нечем.

– Тогда иди помедитируй.

– Ну, Ре-е-ейн.

– Хочешь обратно в общую спальню?

– Не-е-ет.

– Вот и иди, тренируйся.

Со скорбным выражением лица, пару раз на меня обернувшись, Пал устроился на своей кровати в позе лотоса и с тяжким вздохом закрыл глаза. Только меня хрен разжалобишь, так что, проводив его строгим взором, вернулся к изучению датапада.

Новую комнату мы получили на следующий день после разговора с куратором. Нас просто забрали перед последней лекцией и проводили сюда. Все. Ни инструкций, ни наставлений, ни пояснений, вообще ничего. А так как это попахивает дебилизмом даже для Ордена джедаев, уверен, что уже сегодня до отбоя или завтра с утра нам все объяснят. Если это, конечно, не проверка какая-нибудь. Хм, вполне может быть. Зачем только так заморачиваться?

То, что это не проверка, выяснилось перед отбоем. К нам в комнату зашла фиолетовокожая женщина-тви'лек джедайской наружности и объявила, что она теперь наш новый куратор.

– Как вы видите, – кивнула она на пустые кровати, – комната рассчитана на пятерых, но распределение юнлингов еще не началось, так что вам придется некоторое время пожить втроем. За это время я буду учить вас первым шагам в освоении Силы и надеюсь, что когда вас станет пятеро, вы не станете задирать носики, – улыбнулась она. – Тем более, не так уж и сильно вы будете отличаться. Моя задача на первое время – лишь показать путь, по которому должно идти развитие вашей Силы. Потому что пока вы свернули на другую дорогу, и если пойдете по ней дальше, вам будет очень сложно осваивать умения джедаев, а многое вы так и не освоили бы. М-м-м, например, отражение бластерных выстрелов. – Ух ё-ё-ё… А я-то уж начал было думать, что это какая-то джедайская философия. Или банальное ограничение, дабы мы чего лишнего не узнали. А оно вот значит как. – До распределения юнлингов и окончательного заселения вашей комнаты, я буду каждое утро приходить к вам и будить, но мой вам совет – привыкайте вставать по будильнику. Учиться вы будете по старому графику со старой группой, кроме последнего урока, вместо которого вы будете заниматься со мной. С этого дня у вас есть датапады и один час свободного времени перед отбоем. Как только младшие группы будут распределены, вы получите еще один час. В это время вы можете заняться своими делами, и я надеюсь, что это будет самообразование, – подарила она нам добрую улыбку. – Сегодня уже поздно, а вот завтра я свожу вас в библиотеку, где вы сможете попросить необходимую для образования информацию. – И, немного подумав, закончила. – На этом пока все. Если у вас появятся вопросы, зададите их завтра, а сейчас, юнлинги, бегом по кроватям и спать.

Когда за нашим новым куратором по имени Сафи Лаири закрылась дверь, я, откинув одеяло, точнее простыню, что здесь называют одеялом, потянулся за датападом. И впервые за то время, что нахожусь в стенах Храма, потратил время после отбоя не на медитацию. А вот Палатт с Рамой, судя по шуршанию, решили традицию не прерывать.

– Спите, – произнес я вполголоса. – Незачем усугублять ситуацию. Слышали же, что наставник Лаири сказала.

– А ты? – произнес так же тихо Пал.

– А я с датападом поработаю. Спите.

Республиканский голонет можно охарактеризовать одним словом – облом. Именно облом. Здесь, похоже, как и в земном интернете, можно найти все что угодно, но вот скачать – увы. Плати денежку. Я так и не нашел ничего бесплатного. Ни софта, ни книг, ни музыки, разве что аналог ютуба присутствовал. Да и то в половине, как мне показалось, роликов часть видео была закрыта. Типа, хочешь смотреть дальше – плати. Гребаная Республика с ее демократией. Возможно, пиратские сайты есть, но найти их мне вот так сходу не удалось. Ну, хоть статей различных было до жопы. И новостей, и форумов, и рекламы. Особенно рекламы.

Разобравшись с голонетом, решил глянуть, что там у меня за файлы в одноименной папке. «Техника для начинающих», «Сто способов применения репульсора» гы, «Механика», «Начальный инженеринг»… как-то все это для пятилетнего ребенка… сложновато. О! «Дроиды для детей», «Основы техника», «По следам гипердвигателя», «Базис для начинающих программистов». Вот с последнего я и начну. А то, вроде, попаданец, и не программист – непорядок. Студентом вроде как стал, пусть и с натяжкой, но до классического попаданца мне еще далеко. Ладно, шутки шутками, а возможность залезть в «мозги» дроиду и не только, никогда не будет лишней. И что главное в данный момент: до верстака пятилетнего юнлинга никто не допустит, а вот для работы с программками датапад у меня уже есть. И что интересно, даже деньги для покупки необходимого софта есть. Эх, надо бы еще узнать, как чип, оставленный отцом, в электронный счет превратить.

Следующее утро мало чем отличалось от предыдущих, разве что на зарядку бежать пришлось с другой стороны храма. В спортзале нас сдали с рук на руки прежнему куратору, после чего день протекал, как многие и многие до этого. А вот на последней лекции началось все самое интересное. У входа в класс нас уже ждала Лаири и, перекинувшись парой слов со Спаком, забрала нас троих с собой. И направилась она не в спортзал, как я подспудно думал, а Зал медитации. Правда тогда я еще не знал, как называется помещение, куда нас привели, но кучки детишек, примерно лет этак от шести до десяти, рассевшихся прямо на полу, как бы намекали. А полы здесь, кстати, классные, на жесткие маты похожи. Или татами, которые я не разу не видел, но о которых много слышал.

– Присаживайтесь, – произнесла красотка, отойдя вместе с нами в угол зала. – Усевшись кружком вокруг тви'леки, уставились на нее с любопытством. – Что ж, с чего бы начать? Как мне сказали, каждый из вас научился медитации, а значит каждый из вас умеет ощущать Силу. Это так?

– Да, – ответил я за всех после недолгого молчания.

– Перед тем, как мы начнем, я должна вам кое-что пояснить, – сложила она ладони в молитвенном жесте и поднесла их к губам, о чем-то на пару мгновений задумавшись. – То, чем вы занимались, – еще одна пауза, – была попытка, успешная, как ни странно, ощутить Силу. Почувствовать ее телом и разумом. И это, несомненно, важно. Но сначала вам нужно, – опять пауза, – почувствовать ее. Не ощутить, как, например, дующий ветер или холод родниковой воды в животе, а почувствовать… как нетерпение, любопытство… скуку. Попробуйте вспомнить, что вы ощущали при медитации, всего лишь вспомнить, и попробуйте использовать эти воспоминания, не входя в нее.

Я встряхнулся. Твою мать, меня что, сейчас гипнотизировали? Слова женщины оставили после себя ощущения полусна.

– Я не понял, наставник Лаири, – сказал я. – Ничего не понял.

После моих слов встряхнулись и Пал с Рамой.

– Эх, – вздохнула тви'лека. – Вот об этом я и говорю. Пошедших по пути Баран До очень сложно переучить. Но не печальтесь, вы даже не в начале пути, а так, лишь взглянули на него. Поэтому все у нас получится.

Хм. Похоже, нас все-таки пытались загипнотизировать.

– А что нам сейчас делать? – спросил я.

– То, что я и сказала, – улыбнулась женщина, – вы должны научиться чувствовать Силу, а не ощущать ее.

Ну ладно я, я разницу улавливаю, хоть и не знаю, как достичь нужного эффекта, а вот мальчишки, судя по их физиономиям, ничего не поняли.

– Как? – выразил я общий вопрос.

– Вспомните ваши ощущения во время медитации. А потом начинайте работать, как делали это раньше.

– Стоп, – остановил я Лаири. – Все, что они делали, – посмотрел я на парней, – это пытались замедлить течение Силы в своих телах. Вы предлагаете делать то же самое, но в воспоминаниях?

– Именно. До тех пор, пока они не смогут почувствовать движение Силы, не входя в медитацию. Чувствовать и ощущать – это очень разные вещи. Поверьте, вы сразу поймете разницу.

Вот, блин. Дети ладно, они не умеют работать с Силой без медитации, а мне-то как быть? Хотя… если разница и впрямь заметна…

– Ну, что вы на меня так смотрите? – спросил я мальчишек. – Вы все слышали. Работайте.

– А как? – пропищал сбитый с толку Палитт.

Р-р-р-р… дети… О! А что? Может и прокатить.

– Вот, – достав я из пояса, что подарил отец, один из своих чипов с деньгами, положил его перед детьми. Хотел сегодня попросить Лаиру перевести их в электронный вид, вот и таскаю весь день с собой. Ведь не факт, что она пойдет с нами до нашей комнаты. И я, кстати, почти забыл о нем. – Представьте, что он движется по полу. – И чуть подумав, достал еще один. – Держите. Каждому по чипу. Заставьте их двигаться.

– Но, Рейн, мы ведь даже… – начал Пал.

– Не думайте. Просто представьте, что двигаете чип по полу.

Пока я объяснял детям, что надо делать, Лаири с любопытством разглядывала нас троих. Так и не поправила меня ни разу, просто сидела и улыбалась. А когда мы затихли, наконец спросила:

– Ну а ты что будешь делать?

– Как вы и сказали, наставник – представлять, – вздохнул я.

Само собой, в тот вечер у нас ничего не получилось. Весь час, что мы просидели перед наставницей, я пробовал ПРЕДСТАВИТЬ, как загоняю Силу в себя и начинаю перерабатывать. Так что я совершенно не удивлен, что у меня ничего не получилось. Работать с третьим, имеющимся у меня чипом, я даже не пытался – это ребятишкам хорошо, они ничего такого делать не умеют, а я по любому сорвусь, начав его двигать. И что мне потом Лаири говорить? А может признаться? Ну не пришибут же меня за это? Но и светиться не охота. Хотя, куда уж дальше?

В итоге я решил подождать неделю. Каждый вечер я буду заниматься со всеми по «официальной» программе, а после отбоя пытаться двигать предметы силой мысли, и если по истечении этой недели я ничего не добьюсь, признаюсь нашему куратору. Может, она чего посоветует?

После часа издевательств над своим воображением, Сафи Лаири, наконец, закончила этот, с позволения сказать, урок. После чего, выполняя свое вчерашнее обещание, отвела нас в библиотеку.

Зал, в который мы пришли, был очень похож на какую-нибудь викторианскую библиотеку. Множество серверов там, где на земле стояли бы стеллажи с книгами, по обе стороны зала. Да еще и в два яруса. В целом, зал был очень похож на тот, что я видел еще в той жизни во втором эпизоде, только я тогда не знал, что это за огромные шкафы с синими лампочками, а оказывается вон оно что – сервера. На хрена только их на показ выставили?

А вот народу здесь было маловато. Даже для простой библиотеки маловато, а для лучшей в Галактике так вообще швах. Понятно, что обычные люди сюда не ходят, но неужто джедаи такие… м-м-м… нелюбознательные? Да и ладно, мне-то что? Мне главное, что здесь есть дроиды, семенящие по залу, а это значит, что мне не придется каждый раз искать живых работников Архива, которых я на данный момент что-то не вижу. Или, стоп…

– Наставник Лаири, а как нам отличать простых джедаев от тех, кто здесь работает? – задал я вопрос тви'леке.

– Они одеты немного в другую одежду, нежели обычные джедаи. Ты их сразу узнаешь. Ну а если их нет, вот как сейчас, – оглянулась она, – всегда можно подойти со своим вопросом к дроиду.

– Понятно. А отсюда можно скачивать информацию на датапад? – задал я следующий вопрос. – Или читать разрешено только здесь?

– Можно, – улыбнулась женщина. – Иначе здесь было бы не протолкнуться. – О как. А я-то дурак… – Только на другой носитель ты здешние файлы уже не перекачаешь. На них стоит специальная защита. – Ну да. Мне сразу же вспомнился голонет, где хрен чего забесплатно скачаешь.

В библиотеке, или как ее тут называют – Архивах джедаев, мы пробыли недолго. Побродили по залу, зашли в парочку других, посмотрели как работать с местной информацией, а работать с ней надо через пульты на местных столах, после чего были отведены обратно в нашу комнату. Удачно, что у меня действительно хорошая память, да и чувство направление не атрофировано, иначе хрен бы я нашел дорогу обратно в библиотеку. В смысле, в Архивы.

Проводив нас к своей комнате, Лаири попрощалась с нами, улыбаясь так, что я даже маму вспомнил. Обеих мам. И чуть было не забыв спросить про электронный счет.

Все оказалось, как я и думал, просто. Найти в голонете аналог вебмани, зарегистрироваться, после чего вставить один из чипов в датапад и перевести деньги с него на новосозданый счет. Впрочем, просто только в теории, если бы не наша красавица-куратор, я бы запутался в меню датапада, переводя деньги на счет. Кстати, показывать на примере, как переводить деньги она не стала, лишь объяснила, что и как надо делать, и тактично удалилась. Так что, сколько у меня на счету денег, не знает никто кроме меня. А было их много. Папаша по доброте душевной отвалил мне целых сто пятьдесят тысяч кредитов на трех чипах, правда на электронный кошелек я перевел деньги лишь с одного из них. Чтобы вы поняли, насколько это много поясню – тот корабль, на котором меня привезли на Корусант, стоит всего около двадцати тысяч кредитов. Подержанный, правда. Новый – около ста-ста двадцати. И это еще дорого. Корабли, которыми пользуется Корпус юстиции, стоят семьдесят тысяч. Новые! А транспортник YT-1760, более молодой брат корабля Хана Соло, всего восемьдесят тысяч. Опять же – новый. Если брать подержанные корабли, то за пятьдесят тысяч можно взять очень хороший кораблик в отличном состоянии и частенько уже модифицированный. В общем, вы можете понять меня, когда я отложил один из чипов на будущее. Попасть в «далекую-далекую» и не приобрести себе корабль, когда на него есть деньги? Да не бывать этому.

Прогресс на уроках Лаири у Палатта и Рамы наметился недели через две. Во всяком случае монетки, которые предоставила наставница, у этой парочки вполне заметно подрагивали. У меня тоже была монетка, как и у мальчишек – бело-золотистая, вот только у меня с ней были проблемы. Я легко мог поднять ее в воздух, но почувствовать нечто иное, нежели то, что я ощущал во время медитации, я не мог, хоть ты тресни. Даже стал подозревать, что и так уже все чувствую, в смысле, изначально чувствовал, а Лаири просто сбила меня с толку. Единственное, из-за чего я продолжал осваивать чувствительность, это понимание того, что Орден занимается обучением юнлингов не одну тысячу лет, и уж они-то знают, что делают. Можно, конечно, принять как факт то, что раз я попаданец, значит де-факто избранный, а раз так, то именно я тут всех учить должен, но глупая смерть в прошлой жизни как бы намекает, что не все так просто. Вот и сидел я каждый вечер в компании двух детишек и красавицы тви'леки, а ночью в компании датапада, который заменял мне лампу. Но это перед самым сном, а в остальное время я использовал его по назначению.

Прорыв случился через день после того, как Лаири сообщила нам, что скоро в нашей комнате появятся новые жильцы. И ровно через месяц, как монеты стали двигаться у парней. На вопрос «кто именно», она лишь загадочно улыбнулась. Скорее всего, и сама не знает. Да и ладно, главное, я наконец «почувствовал». Только вот как описать это чувство словами? Наверное, больше всего это напоминает знание или то самое «понимание без слов». Когда к вам в комнату входит отец с грустной миной на лице и молча бросает на вас взгляд, а вы просто понимаете, что он не может найти ключи от машины, и так же без слов тыкаете рукой куда-то в коридор у него за спиной. После чего лицо отца озаряется пониманием, и он убегает. И, как ни странно, находит эти ключи. Вот так и я сейчас просто знал, что во мне и вокруг меня струится Сила. Знал и понимал не умом, а чем-то глубже. И мне не нужно было ощущать или «видеть» этот «туман», чтобы приподнять с его помощью лежащую передо мной монетку. Спалиться я не боялся, ибо, как вы уже, наверное, догадались, давно рассказал, на что я способен на самом деле. Лаири тогда даже не удивилась, хотя я, может быть, этого просто не заметил, зато отругала меня за то, что скрывал важные при обучении вещи. А еще Лаири мне объяснила, что поднять монету я смог только потому, что умел делать это раньше. Вообще, медитация и способность ощущать Силу – это неотъемлемая часть обучения юнлингов, просто заниматься я этим стал слишком рано. То, над чем я бился полтора месяца, обычный юнлинг осваивает максимум за две недели. Я, как это услышал, очень грубо помянул Чуу-тала, который вместо того, чтобы уделить мне время, отделался теорией медитации, типа, думал, что я в свои тогда еще четыре года не потяну ее. Да и вообще брошу эту затею. Урод. Мы три недели летели до Корусанта, что ему, западло, что ли, было объяснить все нормально? Скотина.

А еще через пару дней после того урока к нам таки подселили новеньких. Первым зашедшим в комнату был Джиро Джисс. Да-да, тот самый онгри с челюстью вместо носа, который был первым заговорившим со мной в общей спальне Храма. А вот вторым был незнакомый мне краснокожий малыш тви'лек.

– Сэму'аракан ГораТина тей, – поклонился он нашей троице. С Джиро он, похоже, уже познакомился.

– Хм, – оглянулся я на Пала с Рамой, подошедших к нам. – А если попроще?

– Сэм Аракан, – поклонился он еще раз.

Забавный парень. В первый день мы про него, конечно, мало что узнали, но впоследствии стало понятно, что мальчишка просто грезит космическими кораблями, отдавая предпочтение истребителям. А сподвигли его на это, похоже, родители, которые работают в Корпусе юстиции на должности пилотов BR-23 – старого сиенарского челнока. Того самого, за семьдесят тысяч. И если его страсть к короблям не пропадет, будет у Ордена еще один джедай-ас. Хотя о чем я? Джедайская чистка и все такое. Боюсь, не доживет парень до звания аса. М-да. Грустно как-то.

Два новых жильца довольно органично влились в нашу компанию, что неудивительно, учитывая присутствие в ней представителя расы онгри. Джиро был ходячим подтверждением того, о чем нам рассказывали об этой расе на уроках. Несмотря на свою внешность, на которую реагировал, похоже, только я, джедаи онгри традиционно считались хорошими дипломатами, и Джиро доказал это, не только влившись в коллектив, но и затянув туда Сэма. После чего вся эта мелкота навалилась на меня.

– Рейн, давай сгоняем на ринг.

– Рейн, помоги мне с датападом.

– Рейн, давай сходим в библиотеку.

– Рейн, что скажешь об этом корабле?

За-дол-ба-ли! Гребаные спиногрызы. Господи, ну в чем я провинился? Какого хрена они ко мне лезут? На Пзобе ровесники от меня шугались, а здесь, блин, липнут. Что я делаю не так!? Уточнив у Лаири, чуть не застонал – личную каморку нам выдадут лишь в десять лет. В десять! Да я свихнусь за эти пять лет!

Поначалу я рассчитывал, что новенькие… точнее, старенькие увлекут новичков работой с Силой, но получилось с точностью до наоборот – Сэм своей неуемной энергией отвлекал всех от тренировок. Он, конечно, и сам ими занимался, но для него это было обязаловкой – просидеть час он еще мог, да и то лишь вместе с куратором, а вот в личное время заниматься этим отказывался.

– Рейн, гляди, что я нашел, – махая датападом, подбежал ко мне Сэм.

– Сэм, – поднял я руку.

– А? – притормозил он рядом со мной.

– Ты хочешь стать джедаем?

– Э… ну да.

– А вы хотите стать джедаями? – обратился я к остальным детенышам.

– Да.

– Конечно.

– Еще бы.

После их слов я, потянувшись к Силе, открыл свою тумбочку и заставил выплыть от туда монетку. Которая медленно, дабы все всё разглядели, подлетела ко мне и легла на мою ладонь.

– Ну так забудьте. Вам никогда ими не стать.

Притихли, засопели… кто мог, забурчали.

– Я стану джедаем! – воскликнул Сэм. А я вспомнил Наруто.

– Так нечестно, – произнес Палатт. – Мы тоже так сможем. Потом. Просто ты… ну… это ты.

– Я умею драться, – к чему-то заявил Рама.

– Давайте тоже займемся тренировками, – сказал Джиро. – Так мы быстрей станем джедаями.

Реально дипломат будущий.

Ну что ж, тренировкам они с тех пор стали уделять больше времени, а вот доставать меня не перестали.

– Рейн, помоги, ну пожалуйста, ну помоги.

– Смотри, смотри, Рейн – она сдвинулась, монетка сдвинулась.

– Рейн, я не понял, что здесь написано.

– Рейн, а это правда, что джедаи могут укреплять тело?

Твою же ж мать!

Сегодня у нашей группы, как и у всех остальных групп нашего возраста, начались первые официальные уроки по овладению Силой. Наша пятерка, и еще две других, попали под предводительство Лаири, что, хоть и было неудивительно, но меня все равно радовало. Выгнав нас поутру из своих комнат в коридор, тви'лека повела в спортзал на зарядку, а по дороге предупредила, чтобы мы не разбегались, ища свою старую группу малолеток, а ждали ее. Теперь, мол, мы состоим в новой группе, а она наш куратор. Знакомиться не пришлось, ибо мы уже с неделю были друг с другом знакомы. Кроме нас пятерых, в нашей новой группе были еще пять мальчишек и пять девчонок. Зеленокожая наутоланка, у которой вместо волос были какие-то шланги, да и вообще явно водная раса, синекожая родианка с вытянутым беззубым ртом, две тви'леки и человеческая девочка. Парней представляли собой икточи, саластианец, чагреанец, келдор и человек. Вообще людей что-то маловато, на самом-то деле.

А вот после завтрака урок и начался. И если парням из моей комнаты еще нашлось, что делать, монету они так еще и не подняли в воздух, то мне там оставалось лишь скучать, что меня немного раздражало. Сидя в круглом зале с окнами, в которых мелькали корабли, я очень четко вспомнил сцену из фильма, когда Скайуокер нашел спрятавшихся детей. И я просто не мог сидеть и ничего не делать, а Лаири, похоже, решила меня пока не трогать, подтянув, для начала, до моего уровня детей. Как же это раздражает.

Устроившись поудобней в позе лотоса, я вошел в медитацию. Буду совмещать чувства и ощущения.

– Рейн, – коснулась моего плеча куратор, – может, лучше поможешь своим новым товарищам? У тебя это неплохо получается.

Блин, и десяти минут не дала посидеть. Чего б такого ляпнуть?

– Я всего лишь юнлинг и сам ничего не понимаю.

– Ты понимаешь достаточно, чтобы помочь своим друзьям.

Вау. Уже друзьям.

– Здорово. А что я понимаю?

– Прости? – не поняла мой вопрос женщина. – Кхм. Вот оно что. Рейн… Ты так не хочешь ждать две недели? Или помогать товарищам?

– Я не знаю, как им помочь. И да, не хочу ждать.

– Малыш… ладно. Возможно, так даже лучше будет. Подожди немного, я сейчас вернусь.

После этих слов тви'лека поднялась с колен и вышла из зала. Вернулась она минут через десять, неся с собой слабо светящийся шар. И присев рядом со мной, положила его у моих колен.

– Этот шар, – начала она, – несмотря на свои маленькие размеры, очень сильный источник электрической, тепловой и световой энергии. Твоя задача – почувствовать хоть что-нибудь из этого. Когда сможешь, позови меня.

– И все? – спросил я удивленно у вставшей женщины. – А как это сделать-то?

– Через Силу, юнлинг, через Силу.

– Именно почувствовать?

– Именно.

– Да вы издеваетесь.

– Нисколечко, – улыбнулась она хитро.

Вдох, выдох. Успокойся, Леха, и действуй. Чуу-тал вон, тоже не думал, что ты научишься медитировать. А ты смог. И сейчас сможешь.

Первым делом я «взглянул» на шарик и ничего не увидел. «Туман», как и прежде, был везде, даже в шаре, а вот чего-то лишнего, что можно определить как «энергию», я не увидел. Попытался ощутить, но тоже обломался. Силу ощущал, а энергию, что, в принципе, понятно, нет. Что ж, будем, как и сказала Лаири, стараться почувствовать.

То, что ситуация с Силой выправляется, я осознал лишь в спортзале. И только после того, как нас разбили на новые группы. До этого наставник, обучающий нас рукопашке, ни в какую не хотел ставить меня с кем-нибудь в спарринг. С того самого разговора. Уж не знаю, что у него там в голове крутилось, но факт есть факт. После разбиения нас на пятерки учеба у него превратилась в постоянные повторения и заучивания. Как он пояснил, скоро нас начнут обучать со световым мечом, и посещение его уроков, точнее не только его, а рукопашной секции в целом, будет зависеть только от нашего желания. Если захотим изучать искусство боя без оружия более углубленно, добро пожаловать, не захотим – основы нам преподадут наставники фехтования.

Но пока за нас не взялись всерьез, мы каждый день приходили в спортзал и отрабатывали уже заученные приемы, в перерывах проводя спарринги. И вот на них я в полной мере ощутил, что такое боевое предвидение. Поначалу было непривычно – я вроде как знал, куда ударит соперник, но не мог вплести это знание в свой рисунок боя. Как бы это… короче, путался вечно. Собираясь сделать то или иное движение, вдруг понимал, куда ударит спарринг-партнер, а также то, что надо бы сделать что-то другое, не то, что хотел сначала. Начинал прикидывать, что именно, и получал по кумполу. Если просто парировать удары, все было просто, но научиться использовать это в бою было не просто. Но тут, как ни странно, помогла банальная практика. Мне не пришлось выдумывать что-то, что поможет мне лучше использовать предвидение, я просто привык к нему, начав воспринимать как нечто обыденное. Со мной после этого даже в круг выходить никто не хотел. А кто выходил… создавалось впечатление, что он сдался до начала боя. Наставник даже начал читать лекции о борьбе с пораженчеством. Джедай не должен думать о поражении, ведь тогда он скорей всего ничего не добьется, а еще хуже, если не выложится полностью, сделав минимум усилий лишь для того, чтобы потом была отговорка, что он «пытался, но увы». В общем, мозг детишкам он выносил знатно. Хотя тут я, наверное, не прав – вещи-то он говорил правильные, ведь сдавшийся заранее, считай, проиграл. Даже если возможность победить была и немалая. Хм, может, потому я так и не стал хорошим гонщиком в своем мире? Теперь уже не проверишь.

Появились новые лекции, в частности, астронавигация. Я, как услышал название урока, чуть не споткнулся. У меня в голове ну никак не укладывалось, чему можно учить пятилетних детей на уроке с таким названием. Оказалось, есть чему, в смысле, все было не так страшно, как я думал. Может, позже сложность и увеличится, да наверняка увеличится, но пока астронавигация была похожа на простую астрономию, которую нам преподавали в школе еще на Земле.

Старые лекции тоже никуда не делись. Биология, ботаника, расоведение, политика и законодательство Республики, история, математика, стандартный галактический язык, внутренние языки – аналог иностранных языков. В общем, много чего было и, как я подозреваю, будет еще больше.

Хочется также отметить голонет. Я ведь уже говорил, что это большой облом, да? Так вот, всю степень этого облома я осознал, когда узнал, что голонет, по которому я лазаю, это лишь Корусанский домен. Всего лишь малая часть всего голонета. Связь с другими доменами имеется, но чтобы там полазать нужно ТАКИЕ деньги платить… Я, собственно, и узнал обо всем этом, только когда решил наладить связь с родителями. Проблема была в том, что я не знал… как бы это… почтового ящика, если проще. Я не знал почтового ящика родаков. Если очень захотеть, многое возможно, но для этого нужна хотя бы возможность действовать, а я даже не знал, есть ли вообще на Пзобе голонет.

Ну, и нельзя не сказать про еще одну вещь. Как-то раз, разбирая очередную главу «Базиса», услышал ворчания Сэма, который занял следующую за мной кровать и в тот момент возился со своим датападом. И все бы ничего, но слова «хаттовы ограничения» заставили меня обратить на него внимания.

– Какие еще ограничения? – спросил я его.

– Да вот… – помахал он датападом, – отсюда многие ресурсы не доступны. Мне еще отец показывал один форум для свободных торговцев, там модификации кораблей обсуждают, да вот зайти не могу.

– А при чем здесь ограничения? – задал я осторожно вопрос, на который не хотел получать ответ.

– Так это не единственный не открывающийся форум. Тут много таких. И это только то, о чем я знаю.

Вот дерьмище. Тут еще и голонет обрезанный. Технически я могу понять Орден, но мне-то от этого не легче. А может попробовать обойти этот вопрос? Сейчас за выход в голонет платит Орден, может, если платить буду я… Да не, ерунда. Кто ж мне позволит? Ну… наверное, это и к лучшему – зато деньги сэкономлю. Блин, но вот ведь облом.

– Магистр Йода, – поклонилась розовокожая тви'лека представителю неизвестной расы.

– Мастер Лаири, – кивнул в ответ Йода. – Случилось епархии в вашей что-то?

– Не совсем, магистр. С самой группой все хорошо, учатся понемногу. Меня беспокоит, собственно, только один ребенок. Мальчик, человек… – замолчала женщина, подбирая слова. – Мне кажется, он не хочет оставаться в Ордене.

– Держать против воли их не можем мы, – пожевал губами старый джедай. – Опасно это. Для них. Для Ордена. И отпустить не можем раньше времени. Учи, воспитывай. Контролировать научиться должен он силу свою. Покажет время намерения его.

– В том-то и дело, магистр. Он не против обучаться, даже совсем наоборот. Но он уже в пятилетнем возрасте настроил себя на уход из Ордена.

– Держать против воли их не можем мы, – повторил старик.

– Но можно же что-то сделать, магистр.

– При чем здесь я? Джедая сделать из него задача твоя.

– У меня не получается. Мне все время кажется, что я делаю что-то не так. Он… странный мальчик. Я думала, что вы, магистр, с вашим огромным опытом, сможете повлиять на него, показать, что не обязательно уходить из Ордена.

– Тактично о возрасте моем напомнила ты, – отвернулся он, чтобы женщина не увидела его улыбку.

– Ой. Простите, магистр, я совсем не хотела сказать, что вы…

– Старый? Хе-хе-хе. Трудно с фактами спорить.

– Я… ну… хм, – замолчала тви'лека.

– Смущать интересно вас, детей, – повернулся он к ней лицом. – Но к мальчику вернемся. Сказала ты, что странный он. Объяснить сможешь ли?

– Ну… Я и сама не до конца разобралась, – проговорила она задумчиво. – К нему тянутся дети. Как к взрослому. Хотя ему всего пять. Да и я порой путаюсь. То он ребенок, то как ляпнет что-нибудь этакое. То же самое с поведением. На словах это сложно передать. Да и развитие. Я, конечно, все понимаю – мидихлорианы и все такое. Но я видела Скайуокера, общалась с теми, кто знает Избранного. Да, у него очень сильна связь с Силой, но он и выезжает именно на этом. При всей его силе, он так и остался обычным ребенком. А вот Рейн – это нечто. Такое впечатление, что он действительно понимает все, что ему говорят.

– Задача такова ваша, разве нет?

– Конечно. Но вы прекрасно знаете, что понимание во многом приходит со временем. Да, я стараюсь, чтобы дети все поняли сразу, поясняю, разжевываю. Но он… – покачала она головой, – ему даже разжевывать не надо. А это его стремление к развитию. Он не просто хочет узнать все и сразу, требуя знаний, он хочет побыстрей пройти именно учебную программу. Такое впечатление, что он очень четко понимает, что джедаи оттачивали систему обучения тысячи лет. Я ему недавно дала шар для обучения базиса тутаминиса. Так он не только смог почувствовать энергию, но еще и впитать ее. Сам, без моих подсказок. Но что интересно, после этого и словом не обмолвился о продолжении обучения. Впрочем, и сам тренировки не бросил. Недавно он подходил к некоторым наставникам, с просьбой указать ему материалы, дабы он смог самостоятельно изучить их и перейти к следующей программе. Или заняться чем-то другим. Понимаете? Не просто – «мне к хату не нужна зоология», или «давайте я буду изучать что-нибудь другое, а это мне не интересно», а конкретно программу обучения, дабы побыстрей ее выучить.

– Интересно это, – пробормотал Йода.

– Да, – вздохнула женщина. – У меня вообще порой складывается мнение, что он просто куда-то торопится. Как будто опасается, что мы вдруг прекратим его учить.

– Рейн… имя его. А фамилия?

– Дакари.

– Дакари? Хм, хм. Помню я юнлинга с фамилией такой. Добрый. Порывистый, но добрый. Сил было мало у него. Ушел из Ордена.

– Думаете, это его сын?

– Думаю, да. О мидихлорианах говорила что-то ты.

– Обследование показало 19361 на клетку.

– Хм, хм, – пожевал губами самый маленький член Совета. Даже Йаддль, принадлежащая к той же расе, как говорят, чуть выше него.

– Магистр Йода?

– Дакари. Добрый мальчик, – произнес старик задумчиво. И чуть встрепенувшись, посмотрел на Лаири. – Знаешь о том ты. Не можем удерживать в Ордене мы. Путь разумных – только их путь. Учи, воспитывай. Орден покажи ему. Не выделяй, но и не уравнивай. Умный мальчик. Поймет. Не дави. Путь выберет свой он сам. Только сам, иначе – тьма. Иди. Нет, подожди. Своди в ангар технический его. Отца сын он если, понравится ему. Все, иди, – махнул он рукой. И чуть сгорбившись, направился в центр комнаты. – Медитация ждет меня.

– Рейн! – окликнул меня наставник, когда наша группа выходила из класса.

– Слушаю, наставник Каджан, – обернулся я к нему.

– Ты уже прочитал те книги, которые я скинул тебе на датапад?

– Прочитать-то прочитал. Но вот разбираюсь по сей день.

– Что-то не так, мастер Каджан? – заглянула в класс куратор.

– Нет-нет, Лаири, все нормально. Просто ведем разговор о дополнительных материалах.

– Что ж, не буду мешать. Догонишь, Рейн. Куда идти, знаешь?

– На урок Истории, к наставнику Радау.

Проследив за тем, как женщина вышла из класса, обернулся к Каджану.

– Значит, прочитал, говоришь? – Я кивнул. – Но пока не разобрался. – Еще один кивок. – А я уж хотел тебе еще книг подкинуть.

– Так я не против, – ответил я быстро. – Всегда за. А то в Архивах столько всего, что даже не знаешь, что искать.

– Это да, наши Архивы – тот еще лабиринт. В таком случае, держи, – протянул он мне чип памяти, – на следующем уроке отдашь.

– Спасибо, наставник, – поклонился я, взяв чип. – Без вас я бы еще долго разбирался, что читать.

– Для того я здесь и сижу, – усмехнулся мужчина. – Все, беги. Догоняй свою группу.

Я и побежал. А так как разговор продолжался очень недолго, то и догнал быстро.

Оставшийся день прошел как всегда, а вот после уроков Лаири меня удивила. Проводив группу до нашего коридора, где детишки начали расходиться по своим комнатам, тви'лека отозвала меня в сторону.

Постояли, помолчали. Поглазели друг на друга.

– Я так понимаю, – начала женщина, – ты увлекаешься техникой.

– М-м-м… – начал я подбирать я слова. – Мой отец – техник, – и на всякий случай, вдруг что перепадет, добавил. – Да, я люблю… возится с техникой.

Еще немного помолчали.

– Ладно, пойдем со мной.

После этих слов меня разобрало любопытство. Сильное. Не знаю, что она задумала, но мне уже интересно.

Через пару минут я догнал, что меня ведут к лифту. А значит, куда бы мы ни направлялись, это находится не на нашем «юнлингском» пятом этаже. Отлично, вот и лифт. Оу. Второй этаж. Все интересней и интересней. Второй этаж в Храме можно назвать техническим, хотя это и не будет полностью корректно. Именно там расположены ангары, как планетарной техники, так и космической. Именно там находятся различные склады, большие и малые мастерские, приёмник для грузов, поступающих в Храм. Как и парочка «малых» генераторов, предназначенная только для этого этажа. Но самое интересное, что я уже пытался там… как бы это… приобщиться к знаниям, но, увы – меня быстро спровадили. Видите ли, свободный допуск туда только с восьми лет. Ну не засранцы ли? Кстати, когда меня развернули, я даже был несколько удивлен. Понятно, что есть места, куда запрещено ходить кому попало, не считая личных комнат, но я как-то успел привыкнуть к тому, что здесь очень многое разрешено. Я даже больше скажу – в Ордене вообще мало что запрещают. Зато очень часто натыкаешься на неодобрение. Мол, хочешь – делай, но учти, Орден этого не одобряет. Зато становится понятно, почему взрослых разумных не берут в джедаи. Нет, наверняка не только из-за этого, но тем не менее…

Сами подумайте, джедаи берут к себе либо младенцев, либо очень маленьких детей, после чего начинают воспитывать. А то, что именно из этого самого раннего воспитания и складывается образ мышления человека… разумного, в данном случае… знают все. Достаточно всего лишь строго покачать головой в нужный момент, и вуаля – миниблок готов. Я как сейчас помню момент, еще из прошлой жизни, когда идя из детского сада, увидел знакомого ребенка, только имя его вспомнить не мог. Ну и позвал его «эй, ты», да еще и руку вытянул, на него указывая, чтоб, значит, точно понял, кто именно. И закономерно получил по этой руке от матери. Она тогда сказала всего несколько слов, дословно не помню, но смысл прост – невежливо тыкать в других пальцем и кричать «эй, ты». Все. Блок на всю жизнь. Мне вообще с тех пор эти слова не нравятся. Я частенько был невежлив в своей жизни, но, по-моему, ни разу после того случая ни к кому так не обратился. И это только тот момент, который я помню, а сколько их всего было? И я не говорю, что это плохо, джедаи воспитывают действительно хороших лю… разумных. Это не плохо, не хорошо, это просто есть. Но вот на меня такое воспитание подействовать уже не может. Замечу еще одну вещь. В прошлой жизни пару раз натыкался на утверждение, что джедаи Светлые фанатики. Так вот, авторитетно заявляю, что подобного не замечено. Пока. Все же со взрослыми джедаями я как-то почти не общался, не считая наставников.

В итоге Лаири привела меня к воротам огромного ангара, в котором стояла целая куча различной планетарной техники. От спидербайка до чего-то, напоминающего автобус. Техники разных рас, дроиды разных моделей, верстаки, разобранная на запчасти техника… мне здесь однозначно нравится.

Остановившись на мгновение у ворот, Лаири окинула ангар взглядом и, найдя кого-то взглядом, направилась прямиком к одному из спидеров.

– Здравствуй, Дзик, – остановилась она рядом с огромным человеком. Лысый, усатый и, судя по выражению лица, добродушный.

– И тебе привет, Сафи. С чем пожаловала? – покосился он на меня.

– Вот, – положили мне на голову ладонь, – этот юнлинг выказывает интерес к технике. Я подумала, что ему будет интересно и полезно побывать здесь. Хотела попросить тебя приглядеть за ним.

– Хм. Юноша интересуется репульсорами? – пробасил мужик.

Дались вам эти репульсоры.

– Интересуюсь, – ответил я. И зачем-то добавил: – У меня отец техник.

После моих слов мужчина о чем-то задумался, косясь на Лаири.

– Ну так что, приглядишь? – нарушила молчание женщина.

– Конечно. Если уж отец техник, – бросил он взгляд на тви'леку, – то как я могу не пойти навстречу?

– Отлично. В таком случае я пойду, – сказала женщина. – Не задерживайся тут допоздна, – строгий взгляд в мою сторону.

– Конечно, наставник Лаири, – ответил я.

– Дзик, – кивок технику.

– Сафи, – ответный кивок, после чего женщина направилась на выход.

«Что ж, красотка, – подумал я, – прогиб засчитан».

Как ни крути, а повода тащить меня сюда у нее не было. Только в качестве извинений за тот шар, с которым я возился столько времени.

– Ну что ж, малыш, давай знакомиться. Меня можешь звать Дзик. Я старший техник, бригадир шестьдесят третьей бригады техников. Ну а как твое имя?

– Рейн. Рейн Дакари. А можно вопрос?

– Валяй.

– Вы постоянно косились на наставника Лаири. Почему.

– Э? Хм. Как бы это сказать? Видишь ли, в Ордене не одобряют связи с внешним миром, – начал он осторожно. – Друзья, любимые… родители.

– Да, я в курсе.

– Хех. В курсе. В общем я был удивлен, что ты так свободно об этом говоришь, а Сафи на это никак не реагирует. Повезло вам с ней все-таки. Ладно, хорош, не будем о грустном. Пойдем, я тебе покажу внутренности X-34. Отличный во всех отношениях спидер. Кроме, разве что, цены.

Спидер я узнал. Несмотря на то, что третий эпизод того самого фильма смотрел уже очень давно.

– А сколько он стоит? – спросил я громилу.

– Больше десяти тысяч, парень.

Вау. Половина корабля Хана Соло. А Люк с Оби-ваном продали свой за пару тысяч. Понятно, что в то время он должен будет стоить меньше, плюс то, что он не новый. Но две тысячи? Или я ошибаюсь? Кеноби, вроде, сам тогда говорил, что это мало. Тьфу, да какая сейчас разница?

В целом Дзик мне понравился. Большой и добродушный, он не заострял внимание на том, что мне всего пять лет, но и как со взрослым не общался. Познакомил со своей бригадой, среди которой аж половина была забраками, похвалился своим дроидом – R3-T1, который внешне был практически таким же, каким я запомнил R2-D2. А хвалиться, кстати, было чем – дроиды серии R3 выпускались ограниченным тиражом и только в определенные структуры, имеющие на то разрешение. Сомневаюсь, что это многих остановит, но факт оставался фактом – они были редки. Дзику просто повезло, что он работает в Храме, вот и достал по блату. Ему, как он рассказал, даже модернизировать его особо не пришлось. Так, оптимизировал под себя.

После того дня мне пришлось хорошенько переписать распорядок моего свободного времени и того, что я выделяю для себя после отбоя. Я даже задумался о том, что можно уменьшить время на ежедневную медитацию за счет некоторых уроков. Той же Технологии. Но прикинув, понял, что мне не дадут заниматься этим на уроках, да и обижать учителей не хотелось. Все-таки обиженный учитель – это кроме отмены некоторых поблажек и хорошего отношения, еще и достаточно опасно. В конце концов пришлось подходить к Лаири и уточнять, а насколько вообще полезна медитация? И она ответила. Так ответила, что что мне даже переспрашивать пришлось. Все-таки я еще не готов к столь углубленным философским темам. Из того, что я таки смог понять, получалось, что медитация… точнее через медитацию, джедай расширял свою связь с Силой. Заметьте – не усиливал, а расширял. Медитация позволяла понять себя и окружающие, что в свою очередь позволяло использовать больше джедайских техник. Ну и лучше, заодно. Хотя по поводу «лучше», тут на первом месте все же тренировки. Само собой, медитация давала не только это, но именно это не дало мне урезать выделяемое на нее время.

А тут еще и Асока, которая Тано.

Не знаю как, не знаю зачем, но она нашла комнату, в которой я жил. Не скажу, что девчонка у нас прописалась, но наведывалась достаточно часто. А так как в основном в своей комнате я занимался медитацией, именно эта часть моего развития попала под угрозу срыва. Хорошо я не один жил и сумел перевести ее внимание на остальных, что кроме Рамы, нашего юного боевика, никого не обрадовало. Причем Асока в реальности оказалось довольно упертой личностью, отделаться от которой удавалось совсем ненадолго. Один раз не выдержал и нагрубил ей. Господи, если б я только знал, к чему это приведет. Долбаные звереныши. Ревела вся комната, за исключением меня. Начала Асока, подхватил Палатт, там и Рама подключился… Один за одним дети начинали плакать, в итоге я чувствовал себя чудовищем посреди помятого цветника. Раздраженным чудовищем. Хорошо хоть, двери были закрыты.

Однажды, придя после тренировки фехтования, я сел на кровать и понял, что последние месяцы живу, как кот на рыболовной барже. Не успеваю попробовать последний улов, как на меня падает следующий, причем рыба там другая. А съесть надо все, или как минимум понадкусывать. Только вот лодка скоро причалит к берегу, и всю рыбу заберут глупые человечки. Медитация, Архивы джедаев, фехтование, рукопашка, поглощение энергии, второй технический этаж… А ведь это только направления. Я очень хотел создать своего дроида, провентилировать вопрос светового меча, порыскать в Архивах, от содержимого которого у меня разбегаются глаза, научиться поглощать энергию не только при касании, начать изучать другую Форму боя на мечах, а лучше парочку. А еще я задумался о своих финансах, но тут пока без вариантов – слишком молод. И на все это у меня два часа перед отбоем и два-три после. Правда, как я узнал у Асоки, после примерно шести лет нам дадут еще один час свободного времени, а Лаири подтвердила, что так будет каждый год. То есть к тринадцати годам у меня будет десять часов, но к тому времени я буду должен решить, что делать дальше – уходить из Ордена или подождать еще годик. Если подождать, то придется уклоняться от желающих взять меня в ученики. В смысле, не факт, что такие будут, но ведь все может быть, а становиться падаваном я не хочу. По многим причинам. Правда если не стану, меня в один из гражданских Корпусов засунут, что тоже не айс. Я уж не говорю, что большинство этих корпусов находится вне Храма, на других планетах. Что означает – прощайте, Архивы. Да и многое другое.

Примерно месяца за четыре до моего дня рождения я узнал, что у джедаев есть некий Великий голокрон. Что такое голокрон, я еще по прошлой жизни знал, но в частностях не разбирался, поэтому сильно удивился хреновине, которая хранит ВСЕ знания джедаев за, если и не все, то большую часть времени существования Ордена. Проблем было ровно две. Для меня. Во-первых – я слишком молод. Как сказала Лаири, которая и поведала нам обо всем этом, к Великому голокрону даже падаванов допускают только с сопровождением, и не факт, что меня туда пустят вообще. Ну а во-вторых – в каждом голокроне обитает Хранитель, он же Страж, этакая оцифрованная личность того, кто, собственно, голокрон создал. Только у Великого с этим какие-то непонятки – вроде как его Страж не тот, кто создал, а некая… некий разум, вобравший в себя личность нескольких джедаев. Так вот, проблема в том, что этот Хранитель выдает только ту информацию, которую он посчитает для пользователя безопасной. Мол, ты должен быть готов к знаниям, а степень твоей готовности определяет именно Страж.

Когда я дослушал рассказ нашего куратора, я понял, что это еще одна рыбина, до которой я обязан добраться в ближайшее время. Не для получения знаний, на это я не рассчитывал, а для того, чтобы понять, в каком направлении работать. Чтобы, когда я смогу нормально пообщаться с Хранителем… ладно, облапошить я его не смогу, но попытаться-то стоит. Вдруг сумею вытянуть из него хоть что-то. Попаданец я, в конце концов, или нет? Где мой большой рояль? А?

По здравому размышлению, я понял, что юлить смысла нет. Я не интриган, чтобы суметь сделать то, что мне нужно, парой слов, да так, чтоб никто ничего не понял. Поэтому, дабы не городить сущности, я просто подошел к нашей тви'леке.

В тот момент мы шли после завтрака на урок Истории, наш разговор могла слышать вся группа.

– Наставница Лаири.

– Что-то случилось, Рейн? – обернулась она ко мне.

– М-м-м, нет, все нормально. Я просто хотел у вас… попросить кое-что.

– И что же это?

– Сводите нас к Великому голокрону.

– Что?

– Голокрону. Великому. Сводите нас.

– Кого это нас?

– Да вот, всех нас, – обернувшись, я махнул на нашу группу рукой. – В качестве экскурсии. Очень хочется на голокрон посмотреть.

– Да там и смотреть не на что, – ответила слегка удивленно женщина. – Золотистый додекаэдр. – И, видимо, думая, что я не пойму, пояснила: – Двенадцатигранник.

– Это для вас там все обычно, а нам интересно. Ведь интересно? – обернулся я к детям.

На что получил быстрые кивки головой и множество голосовых подтверждений.

– Я посмотрю, что можно сделать.

– А еще нас можно познакомить со Стражем.

– Рейн…

– Очень хочется. Ведь так? – И вновь детишки, как один, согласились со мной.

– Знаешь, – покосилась тви'лека на зверенышей, – почему-то мне кажется, что не так они и хотят, как показывают.

– Вам просто кажется.

– Рейн…

– Я очень этого хочу. И я не вижу причин запрещать эту экскурсию.

– Ох, молодой человек. Ладно, я посмотрю, что можно сделать, но предупреждаю – это зависит не от меня.

– Ну, хоть так.

Если в течение недели у нее не будет подвижек, придется знакомиться с Джокаста Ню – главным архивариусом. Это так и так делать придется, но я рассчитывал начать, когда у меня будет побольше свободного времени. Годика через два. А сейчас надо сконцентрироваться на рукопашке – что-то я ее подзабросил. А ведь после Приказа 66, световой меч светить будет опасно.

Тренироваться этой же ночью пришлось идти не одному. Забежавшая к нам бойкая девица просидела в нашей комнате до самого отбоя. И если мою медитацию она старалась не прерывать, хоть и не всегда успешно, то вот почитать я спокойно не смог. Пришлось всю эту малолетнюю гоп-компанию тренировать в телекинезе. И вот ведь что странно – если у местных телекинез ассоциировался с поднятием штанги, то у меня с хождением по канату. К примеру, Асока, когда поднимала тот или иной предмет, пыжилась так, что ее хотелось затискать. А вот я никаких сил не тратил – мне что монетку поднять, что кровать – все едино, но с увеличением веса телекинез срывался. Как на тонкой нитке тяжелый вес поднимать – дернешь чуть сильней и все, начинай сначала. Но чисто теоретически Йода прав, и вес не имеет значения. Тут главное приноровиться. И вообще, в этом навыке, походу, имеет значение не сила одаренного, а восприятие. Как на проблему посмотреть, так и будешь ее решать. Интересно, как на нее смотрит Йода?

Все эти мысли, как и тренировка детей, сподвигли меня на то, чтобы вместо фехтовального зала, сходить в зал Силовых упражнений. Я и раньше туда ходил, но как-то так получалось, что до этого я там именно что тренировался, а сегодня я хочу поэкспериментировать. И все бы хорошо, да вот беда, Асока увязалась. И не просто так, а прихватив с собой остальных обитателей нашей комнаты.

– Слышь, рогатая, тебе что, заняться нечем? Может парни не хотят с тобой идти?

– Я не рогатая, это ты волосатый! А что хотят мелкие, мне все равно. Они должны тренироваться, чтобы стать хорошими джедаями, а не спать.

Я не психолог, да и со словесностью у меня не очень, мне трудно выразить словами то, что я сейчас ощущаю, но если б вы только знали, как мне хотелось после слов Асоки помянуть темную сторону силы.

– А ты спросила их, чего они хотят? Знаешь что, девочка, принуждение кого бы то ни было – это не путь джедая. Убеждение – да, но не принуждение, – и не выдержав, закончил: – Темной стороной отдает это.

– Ой. Я не хотела, – широко распахнув глаза, пискнула маленькая тогрута. – Правда. Мальчики, – обернулась она к ним, – если вы не хотите, я вас не заставляю.

Хех. Во дает девчонка. Да они теперь, если и хотели, никуда не уйдут. Гордость не позволит. И главное, я уверен, что она это не специально. Асока вообще девочка очень добрая, хотя по первому впечатлению так не кажется.

– Все нормально, Асока, – произнес Джиро, – нам и правда нужно тренироваться.

– Да, – кивнул Палатт. – Только мы не знаем, как.

Ну, блин, ты б еще ей горло подставил.

– Ха! Так я вам помогу! Если что непонятно, сразу спрашивайте. А что делать, когда меня нет, я вам расскажу. А сейчас мы идем на тренировку!

И никаких планов, одно воодушевление.

– А куда именно? – спросил Рама после того, как мы целую минуту простояли в молчании.

– Э-э-э… – посмотрела тогрута на меня.

– Что? Веди.

– А ты пойдешь с нами? – спросила она меня в ответ.

– Нет, конечно. Что я с вами, детишками, забыл?

– Эй, ты тоже ребенок! – ткнули в меня пальцем.

– Да? А ты докажи.

– Д-доказать? – ох, господи. Видимо, детский возраст все же как-то влияет на психику. Это я про себя, если кто не понял. Просто, вступать в спор с ребенком, особенно по такому дурацкому поводу, это как-то не по-взрослому. Ну что, в самом деле, мне может противопоставить шестилетняя девочка? – Ты младше меня! Я старше!

– Я физически млад… а-а-а, не важно. Короче, идите, куда собрались. – Стоят. Глядят, словно кролики на удава. – Что смотрите? Идите.

– Рейн…

Мля-я-я.

– Ладно, ладно. Пошли.

В зале Силовых упражнений мне нужна была секция с блоками различного веса. Это фактически была большая площадка с хаотично разбросанными кубическими каменными блоками. Причем там были не только большие камни, что понятно, но и куча маленьких, от ста грамм, примерно, и выше. Меня же на данный момент интересовали именно большие. Вот только от детей отделаюсь.

– Идите все сюда, – подозвал я их к краю площадки. – Садитесь.

Дотянувшись через Силу до ближайших камней весом примерно по килограмму, притянул к себе шесть штук, положив их прямо к ногам детишек.

– Пока не сможете удерживать их на весу хотя бы минуту, меня не беспокоить.

– Но, Рейн, – произнес Джиро, – они слишком тяжелые. Мы не сможем их поднять. Ну… кроме Рамы.

– Для того и тренировка. Дерзайте.

– А я смогу поднять этот камень! – заявила гордо Асока.

– Да? – хмыкнул я. После чего отшвырнул ее каменюку обратно, притянув в два раза большую. – А так?

– А так не честно, – надулась она.

– Не я такой, жизнь такая. Чего ты дуешься? Ты же сюда тренироваться пришла, вот и тренируйся, – ответил я девочке. И глянув на летающий камень Рамы, перехватил у него управление и швырнул килограммовый кубик к своим товаркам. После чего, как и в случае с Асокой, пролевитировал ему другой камень, потяжелей. На что тот, кажется, даже внимания не обратил. – Того, кто сможет продержать камень в воздухе минуту… нет, две минуты, я угощу пирожными.

– У тебя есть пирожные? – вскинулась особь женского пола.

– У меня есть знакомые, – ответил я. – Которые достанут пирожные.

– Познакомишь?

– Нет.

– Ну, Рейн…

– Это не от меня зависит. Он техник, на втором этаже работает. Вас туда не пустят, а сам он к нам не ходит. Понятно?

– Понятно, – пробурчали мне в ответ. И, кажется, все-таки немного обиделись.

– Ну а раз так, приступайте. Что без дела сидеть?

Что ж, мне тоже пора. Зайдя в центр площадки, нашел относительно пустое место, свободное от камней, после чего сел по-турецки прямо на песок. Начнем.

Неодушевленные предметы в Силе никак не ощущались. Точнее ощущались, но только когда ты уже коснулся их этой самой Силой. Той ее частью, которую контролируешь. Еще можно раскинуть что-то вроде Силовой сети, которая таким образом позволит ориентироваться с закрытыми глазами. Или если ты слеп, например. А уж если эта «сеть» большая, то ее можно использовать в качестве разведки. Правда другой одаренный такую разведку почует. Но самое главное, я до этого дошел сам, лишь потом найдя подтверждение в Архиве джедаев. Там же узнал, что некоторые уникумы могли такие «сети» на сотни километров раскидывать. Но против других одаренных, как я и сказал, неэффективно. Слишком грубо, если хотите.

Мне же сотни километров не нужны, мне и моих тридцати метров хватит. Достаточно чтобы контролировать ближайшее пространство. И это без подключения моего… э-э-э… «видения», или «взгляда»… не знаю, как сказать. Оказывается, тот «туман», который я воспринимаю как Силу, больше никто не видит. Все тот же Архив говорит, что это очень редкий дар. Ну очень редкий. Достаточно, чтобы я о нем помалкивал. Не дай Господи, до Палпатина дойдет. Тьфу, чур меня. Так вот, я к чему этот разговор-то завел? Для джедая очень важно держать глаза открытыми. Неживые предметы в Силе не видны, постоянно держать «сеть» слишком напряжно, все-таки плотность у нее должна быть ого-го, а в бою ее противник еще и «порвать» может. Вот и приходится удерживать зрительный контакт на цели. Гораздо проще тупо повернуть голову, чем шарить вокруг себя Силой. Попонтоваться, разве что. Из-за всего этого, как вы поняли, довольно трудно работать с тем, чего не видишь. Например, с внутренностями дроидов. Или человека. Все возможно, конечно, но контроль Силы должен быть очень высок.

А вот в спокойной обстановке, да еще и при медитации, когда твой контроль повышен, можно и с закрытыми глазами действовать. Еще проще, если ты заранее окинул взглядом свои цели. Поставил, так сказать, маркер. Вот я сейчас и сидел, медитировал, хех. Моя задача состояла в том, чтобы поднять как можно больше тяжелых камней. Можно и один очень тяжелый, но этим я чуть позже займусь. Сейчас моя задача понять, как именно я воспринимаю телекинез. Для обычных одаренных это поднятие тяжести, а что для меня?

Через полчаса я понял, что эта задачка не по моему умишке. Единственная стопроцентная информация состояла в том, что чем больше объект воздействия, тем у меня меньше контроль. Причем, заметьте, именно размер, а не вес. Такая же ситуация с количеством более мелких объектов. Чем их больше, тем… ну, вы поняли. Осталось выяснить, можно ли этот контроль тренировать, или это какой-то блок на сознании. Хотя нет, тренировать можно, проверено, но вот до какой степени? Влияет ли контроль на что-нибудь помимо телекинеза? Да и связаны ли количество и объем? Надо будет попросить у Дзика наделать мне маленьких шариков. Можно металлических, а можно и каменных. Стоп, во я туплю, у меня же под задницей песок, почему бы и не использовать его?

Зачерпнув рукой горсть песка, я поднес его к глазам, поднимая песчинку за песчинкой в воздух. Сначала было трудно – я просто не мог уследить за едва видимыми объектами. А когда их стало слишком много, я потерял возможность следить за таким количеством. Тупо глаза разбегались. Тогда я вновь вошел в медитацию, благо с подобной ситуацией уже сталкивался. Стало попроще. Вот тут-то я и понял, что мой предел – сорок три песчинки. Пока, надеюсь. Сорок четвертая либо не поднималась, либо падала одна из тех, что уже в воздухе. Замечу, что самых маленьких кубиков, которых полно на площадке, я мог поднять сорок семь.

– Я подняла! – услышал я крик Асоки. А глянув в ту сторону, увидел лишь булыжник, лежащий у ее ног.

Хе, до двух минут левитации камня ей, похоже, далеко. Но такими темпами мне, несомненно, придется делать заказ Дзику. М-дя, какие только препятствия не преодолевают женщины ради сладкого. А ведь парни, уверен, тоже не отказались бы от пироженок.

Бросив взгляд на настенные часы, отметил, что у меня еще час на самосовершенствования. Глянул на детей. На песок в моей руке. Опять на детей. Пойду, что ль, уменьшу требования. Да и развитие должно быть поступательным. И если для Асоки камень в самый раз, то вот мальчишкам его бы хорошо уменьшить. Кроме Рамы, конечно. В общем, потрачу этот час на детей. Лишь бы эти спиногрызы окончательно на шею не сели.

Лаири привела нас в большой зал, примерно в половину футбольного поля, но истинные его размеры мешала определить большая круглая голографическая панель в центре. В высоту около двух метров, эта панель занимала где-то треть всего пространства зала. По краям панели, напротив пультов непонятного назначения, стояли кресла. Само помещение было погружено в полумрак, в котором ярко светились лампочки и кнопочки пультов. Да и сама панель… мне с моим ростом было не видно, что там у нее в центре, но свет оттуда лился достаточно яркий. Как объяснила нам наставница, подводя к одному из пультов, Великий голокрон находился как раз в центре этой круглой хреновины.

Нажав пару клавиш, Лаири отошла чуть в сторону, представляя нашему взору появившуюся полуметровую голограмму мужчины-человека, одетого в стандартную робу джедая.

– Приветствую, Страж, – слегка поклонилась женщина, а вслед за ней и мы, – хочу познакомить тебя с будущим Ордена джедаев, а их с Хранителем Великого голокрона, – указала она рукой на всю нашу толпу.

– Хм, интересно, – похоже, это самое популярное слово в Ордене, – давно ко мне не водили экскурсии, – улыбнулся Страж. – Здравствуйте, дети.

После его приветствия мы все еще раз поклонились, вразнобой приветствуя его. Ну и я, соответственно, пробубнил вслед за всеми.

– Как ты смотришь на то, Хранитель, – произнесла тви'лека, – чтобы ответить на парочку вопросов этих детей? Думаю, им будет интересно задать их тебе.

– Как и мне, юная леди. Как и мне, – произнесла голограмма, после чего склонила голову набок. – Задавайте свои вопросы, юнлинги.

Стоим, молчим. Ну, если никто не хочет…

– А сколько вам лет? – опередил меня Шаули – мальчик из расы родианцев. У него еще имя прикольное – Булат.

– О-о-о, этот вопрос задавали мне очень многие, но, как и им, я могу ответить лишь одно – я не знаю, – усмехнулась голограмма мужчины.

– Но как же так? – удивилась Мити – девочка-тви'лека, – Вы не знаете, когда появились на свет?

– Прошлое, – ответил Страж, – и будущее – это прерогатива живых. Для меня же существует лишь настоящее. Поэтому мне и приходится полагаться в данном вопросе на вас. Но разумные так любят менять систему дат… – покачал он головой. – Лишь за последнюю тысячу лет уже дважды поменяли. И воевать любят. А в войнах теряется слишком многое, – закончил он грустно.

Тоже интересный вопрос, между прочим. А есть ли у него эмоции?

– Ну, хоть примерно, – не сдавался Булат.

– Примерно? – покосился он на Лаири. – Великому голокрону чуть больше двадцати четырех тысяч лет.

– Вау, – произнес родианец, и зашушукались остальные.

А я понял, что из Стража знания придется вытаскивать клещами. Вот что ему стоило сразу назвать эту цифру?

– Еще вопросы? – спросил Хранитель знаний.

На этот раз мешкать не стоило.

– Что такое телекинез? – произнес я, а шушукающиеся дети разом замолчали. Да и Страж отвечать не спешил, сверля меня взглядом.

– Это очень… интересный вопрос, – ответил наконец Страж и вновь замолчал. Но на этот раз определенно задумался. В смысле, понятно, что он и до этого о чем-то думал, но сейчас он еще и показывал это, задумчиво подняв взгляд. – Телекинез – техника одаренных, позволяющая перемещать физические объекты в пространстве.

М-дя, какой-то слишком стандартный ответ. Похоже, я еще не готов, по его мнению, услышать более развернутый. И это причина задуматься.

– Ладно, – подал я вновь голос. – Спрошу по-другому. Почему джедаям трудно поднимать большие объекты? Наставница Лаири говорит, что размер не имеет значения.

– А как сам думаешь?

Он еврей что ли?

– Я много чего думаю. Но хотелось бы услышать ответ… специалиста.

– И почему же ты не спросил у наставницы?

– Я спрашивал, – проворчал я в ответ, косясь на Лаири. – Но ответ получился… слишком детский. Я и так знаю, что надо больше тренироваться.

На этот раз он молчал еще дольше. Молчала и наша группа, включая куратора.

– Все дело в восприятии, – наконец ответил Страж. – В психологии, если хочешь. Пока сознание не будет готово к тому, что оно может, телекинез не будет работать в полную силу. И вы, по сути, не тренируетесь, а раздвигаете свои горизонты.

– То есть, тренировать надо не контроль, а концентрацию?

– Совершенно не важно, каким именно способом ты совершенствуешься. Разумные слишком разные, и у каждого из них свой путь. – И чуть изменив тон, Хранитель закончил: – Но лучше, конечно, тренировать и то, и другое. Пригодится.

В принципе, мне этого разговора для начала хватит. И так я веду себя чересчур по-взрослому. Как бы вопросов лишних не получить. С телекинезом тоже все понятно. Правда, похоже, только мне. Уж больно у детишек лица выразительные. И полученные ответы лишь подтверждают, а кое-где и дополняют мои выводы. Пора уходить на второй план.

Сама экскурсия продлилась полчаса и была зело познавательна. И дело тут даже не в вопросах-ответах, а в том, как именно отвечает Страж. Да и вообще, как ведет разговор. Создается впечатление, что он на ходу составляет психопортрет на каждого, кто задает ему вопрос. Невинные вопросы, ответы, данные так, чтобы его переспросили, просто мало что значащие фразы, после которых он отслеживает реакцию окружающих. Ну и конечно постоянное ощущение взгляда. Я сначала думал, что мне мерещится, но когда «глянул» на голограмму, если это, конечно, голограмма, «увидел»… тысячи, наверное, едва видимых нитей из Силы. Даже не нитей, а чуть более упорядоченные потоки Силы, которые тянутся к голограмме. И я совсем не уверен, что это единственный доступный ему способ отслеживать состояние собеседника. А то, что он именно отслеживает, и ничего более, я уверен. Все-таки способность «видеть» Силу дает немало плюсов.

Следующую неделю я все ждал «лишних» вопросов, но что удивительно, так и не дождался. Видимо, не один я такой «гений» в истории Ордена. Вон, взять того же Скайукера. Сколько ему там было, когда он из всякого хлама, будучи рабом, собрал себе гоночный кар? Десять лет? Думаю, он и в почти шесть, как я сейчас, был не намного глупей. Или им просто плевать, пока я на светлой стороне Силы? Не знаю.

Однажды, примерно за месяц до моего дня рождения, когда я тренировался ночью в зале фехтования, произошел случай, всю удачу которого я поначалу не осознал. Я тогда очередной раз пробовал отбивать выстрелы тренировочного дроида на пятом уровне скорости, и как всегда до этого, у меня мало что получалось. И причины были не только в том, что я не успевал, хотя и это присутствовало, но и в том, что мне просто не хватало движений светошашки. Все-таки чистый Шии-Чо не слишком пригоден для отражения бластерных выстрелов.

– Пятый уровень скорости, – твою мать! Я аж вздрогнул от голоса, раздавшегося за спиной. И пропустил пару выстрелов. – Весьма неплохо для столь молодого юнлинга. Я, если честно, уже лет пятнадцать не встречался с подобными самородками.

Выключив дроида, я обернулся. За моей спиной стоял высокий мужчина-человек в традиционной джедайской робе. Хотя будь он одет во что-то другое, я бы удивился. Джедай, и все дела. А еще у мужика были длинные белые волосы, не блондинистые, а именно белые. Да и уши слегка вытянуты, но это если приглядываться. Вообще-то я этого типа не раз видел во время обучения фехтованию, но издали, и имени его не знал. Теперь же, вблизи, хорошо заметно, что он полукровка, и кто-то из его родителей, походу, был из расы сефи. А может и не родители, а бабка или дед. Если бы не дурацкие прически этой расы в виде спиралей, которые стояли как башни на их головах, сефи были бы точной копией эльфов. Да они и так их напоминали. Даже продолжительность жизни у сефи была несколько выше, чем у человека.

– Рейн Дакари, – поклонился я, отключив меч.

– Цинн Драллиг, – усмехнулся чему-то мужчина. – Как я посмотрю, ты неплохо знаешь Шии-Чо. Опять же – для своего возраста.

– Он достаточно прост, мастер Драллиг. Порой слишком прост, – покосился я на парящего рядом тренировочного дроида.

– И этим очень часто пользуются мастера этого стиля, – покивал джедай.

– То есть? – не понял я.

– Это самый известный и самый простой в освоении стиль. Но лишь технически. Ведь главное не удары и связки, а их применение. Например, хорошо зная Шии-Чо, ты можешь предсказать следующий удар, а не то место, куда он будет нанесен. Но твой противник – мастер Шии-Чо, и он, несомненно, знает, что ты знаешь. Так же, как и ты знаешь, что он знает, что ты знаешь. В простоте этой Формы скрыта ее сила. И познав ее полностью, ты станешь очень, очень опасен для противника. Конечно, есть и у нее минусы. Но они есть у каждой Формы.

– Вы мастер Шии-Чо? – сам собой вырвался у меня вопрос.

– Я… практикую шесть Форм из семи.

Вау.

– Научите?

– Хех, торопыга. Для начала выучи Шии-Чо. Хотя бы на среднем уровне.

– Да я бы и рад, – не выдержав, поморщился. – Только ведь не учат. Все в рамках программы. Знали бы вы, чего мне стоило выпросить показать пару лишних приемов. Искал помощи в Архивах, но учиться по книжке… – покачал я головой. – Впрочем, я и оттуда пару приемов освоил.

– Осваивать бой на мечах без учителя можно… но сложно. А часто и вредно. И уж точно дольше.

– Вот и я о том, – произнес я, тяжко вздохнув.

– Но ведь и торопиться тебе некуда.

Я чуть не скривился от его слов. Некуда, мать-перемать. В общем, учить меня тут не намерены. И что тогда отвлекает?

– Прошу прощения, мастер Драллиг, но мне нужно заниматься, – активировал я меч и повернулся лицом к дроиду.

– Даже так? Что ж, не буду мешать.

Как ни странно, Драллиг не ушел, но и не мешал мне тренироваться. Просто стоял поодаль и наблюдал. Поначалу это раздражало, а потом как-то притерпелся. Ну правда, хочет смотреть, пускай. Я не красна девица, не растаю. Гораздо больше меня напрягало то, что я все никак не мог уменьшить попадания дроида. Примерный подсчет показал, что лишь в трех случаях из десяти я не успевал подставить под выстрел меч, а в остальных семи меня подводило знание Шии-Чо. Для некоторых положений просто не существовало нужных движений мечом, чтобы гармонично отбивать выстрелы. Приходилось импровизировать, но после этого следовало попадание. В крайнем случае я отбивал еще один-два выстрела, но ритма там уже не существовало, и конец был предрешен – очередной пропуск луча.

– Ты слишком рано перешел к пятому уровню, – произнес джедай минут через двадцать. И ведь не лень же ему тут стоять. – У тебя просто не хватает знаний. Ты ведь чувствуешь это? И наверняка грешишь на Шии-Чо. Самое интересное, что в целом ты прав, эта форма не рассчитана на отбивания бластерных выстрелов, но не в данном случае. Сейчас ты некомпетентен даже в первой Форме, из-за чего тебе не хватает движений.

Как же он задолбал под руку говорить. Потянувшись через Силу, отключил дроида. Повернулся к мужчине, отключая меч.

– И че?

– Э-э-э… хм. Я тебе не советую продолжать эти занятия. Сейчас ты нарабатываешь вредные для себя навыки, которые потом тебе сильно аукнутся. Если хочешь тренироваться, уменьши уровень скорости и пользуйся только тем, что уже знаешь. – Черт, резонно. По-крайней мере, с моим знанием фехтования оспорить это утверждение я не могу.

Глянув на часы, заметил что мне осталось еще минут двадцать из того времени, что я себе выделил. Что ж, поработаем на четвертом уровне.

– Благодарю за совет, мастер Драллиг, – поклонился я джедаю. – Можно вопрос?

– Прошу, – махнул он рукой.

– Могу ли я использовать в этих тренировках те приемы… которые я узнал вне стандартной программы?

– Это интересный вопрос, – произнес мужчина. – Если эти приемы показал тебе наставник, то несомненно. А вот добытые в Архивах лучше сначала кому-нибудь показать. Тому же наставнику. Будет неприятно, если ты раз за разом будешь тренировать немного неправильный прием. Я бы даже сказал, больше чем неприятно.

– Еще раз спасибо, мастер.

– Да ничего, мне не трудно. – И помассировав подбородок, добавил. – Не против показать мне, как ты справляешься с четвертым уровнем? А еще лучше, сначала с третьим, а уж потом с четвертым.

– Конечно, мастер. – Может все-таки покажет пару приемов?

Увы, не показал. Простояв со мной еще минут сорок, благожелательно улыбнулся, поблагодарил, попрощался и ушел. Скотина. Я даже время тренировки увеличил в своей беспричинной, как оказалось, надежде. Нет, но вот ведь обламайтунг. Засранца кусок. Припомню я тебе это.

– Запомни, Рейн, – вещал Дзик, возясь во внутренностях дроида, – никогда не нагружай распределитель полностью. Лучше поставить в дроида еще один, чем рисковать распределением питания. Я уж не говорю, что это просто рискованно. Одно замыкание, и дроид уже не очнется. Даже в своего R3 я засунул еще один, хотя у него и штатный распределитель один из лучших. Чем хороши R2, помимо всего прочего, это как раз двумя распределителями.

– Но если все так страшно, эти самые распределители должны быть очень надежны.

– Так и есть, – кивнул громила. – Но береженого, как говорится, и Сила бережет.

До моего дня рождения оставалось всего неделя, а так как в Ордене его отмечать было не принято, я решил сделать сам себе подарок. И вы уже, наверное, поняли, какой именно. Правильно – дроид. Но не покупной, а собранный собственноручно. Ладно, пусть и не совсем собственноручно, но уж при моем непосредственном участии, точно. Зачем мне дроид, спросите вы? А просто так. Может у меня игрушка быть?

Основой для дроида я решил сделать R2. Да, с воображением у меня не очень. Зато маленький пиликающий самовар с матрицей преданности дроидов серии R2 будет поднимать мне настроение каждый день. Уж всяко лучше, чем эти протокольные дроиды, которым поменять хозяина, что мне сплюнуть. Они, несомненно, полезны, но… да и не нужен мне дроид с человеческой речью. Хочу домашнее животное. Бейн, миляга, на родной планете остался, а местные звереныши на домашних не тянут.

В данный момент Дзик возился с основой моего будущего питомца, представляющего из себя лишь каркас, внутри которого было установлено всего несколько деталей. И к чему он заговорил о распределителях, которые устанавливают под конец сборки, лично я не понял.

– А к чему ты о распределителях заговорил? – не сдержал я любопытства.

– От их количества очень много зависит. Например… иди сюда, – махнул он рукой, подзывая меня поближе. – Смотри. Если распределитель будет только один, то примерно вот здесь, – показал он рукой на пустое пространство внутри каркаса дроида, – будет установлен управляющий блок датчиков. Но так как их у нас будет два, то фактически вся эта секция, – еще одно круговое вращение рукой, – будет смещена сюда. Это все так, для примера. На самом деле тут много всяких нюансов. От количества и состава самих комплектующих, до количества энерговодов. И это только, так сказать, мясо. Да… – вздохнул мужчина. – Как подумаю, сколь многому тебя еще учить… – покачал он головой.

– Дзик… Если тебя это так напрягает…

– Что? Нет! Нет, что ты. Просто я всего лишь техник. Не учитель. Каждый раз боюсь чего-то тебе не рассказать. Да и в какой последовательности все это делать, я не знаю.

– Просто поясняй, что делаешь, а дальше я и сам разберусь. У меня ведь и книги есть, которые я не забываю читать.

– Книги? Книги это хорошо, – улыбнулся техник. – Ладно, малыш, – потрепал он меня по голове, – справимся. – И встав с корточек, потянулся. – Все, на сегодня хватит. Завтра доставят последние детали, тогда и продолжим. А подготовку к сборке, можно сказать, закончили. Будет у тебя дроид ничем не хуже моего. Правда дороговатым он у нас выйдет.

– А как же орденская скидка? – поинтересовался я.

– Она нам, несомненно, помогла, но содержание и ТО будет тебе обходиться дороже обычного.

– Да и ладно, – махнул я рукой. – Не истребитель, поди.

– Это да. Впрочем, тебе в любом случае все равно. ТО он будет проходить здесь, а значит лично для тебя все будет бесплатно, – усмехнулся он под конец.

Вернувшись в свою комнату, застал там Асоку, которая развалившись на МОЕЙ кровати, тренировала телекинез с МОИМ датападом.

– Да ты совсем страх потеряла, рогатая.

– Ой, – уронила она себе на живот датапад.

– Ты чего так долго? – наехали на меня. И даже не потрудились встать.

– Асока. Ты наглеешь.

– Пф, – фыркнула она, вставая с кровати. – Пойдем лучше пофехтуем. Я покажу тебе новый прием. Уверена, ты сразу сольешся, – произнесла она этаким барским тоном.

– Шпилька, – впервые я назвал ее прозвищем из моего мира, – пора бы уже понять, что я не сливаюсь «сразу».

– Хватит уже придумывать мне прозвища! – воскликнула она возмущенно.

– А не то что? – помассировал я переносицу.

– Что? Ну… я тоже тебе что-нибудь придумаю.

– Да хоть десять раз.

– Да? Ну и отлично… тогда… это…

– Потом придумаешь. А сейчас пойдем, я вдруг очень захотел с тобой пофехтовать.

– Э… ладно… – закончила она неуверенно.

– Вы с нами, парни?

Парни согласились. Все кроме Джиро. Он уже второй день читает какой-то учебник по психологии рас, найденный им в Архиве.

– Вы только по-настоящему не подеритесь, – напутствовал он нас. Дипломат, блин. Я хоть раз позволял подобному случиться?

Придя в зал и взяв первый попавшийся тренировочный меч, пошел к ближайшей площадке, дожидаться Асоку. Та, видимо, за неимением нарядов, как истинная леди всегда выделяет время на выбор меча, хотя те как бы одинаковы, и что там выбирать, я лично не понимаю.

– А вы чего ждете? – обратился я к мальчишкам. – Схватили по мечу и бегом тренировать БП.

БП, оно же боевое предвиденье, у парней и так было нормально, для детей. Но надо же чем-то их занять.

– Так Асока… сам видишь, – промямлил Сэм. – Пока сама не выберет, другим тоже не даст.

М-да-а-а… Потянувшись через Силу к рукояткам мечей, подхватил три первых попавшихся. Да не тут-то было.

– Эй! – крикнула Тано, перехватывая рукой одну из них. – Куда лезешь? Я еще не выбрала!

Не обращая внимания, подхватил еще один меч.

– Держите, – опустил я рукоятки в руки мальчишек. – Шлемы с дроидами сами возьмете? – Проследив взглядом, как парни обходят Асоку стороной, посмотрел уже на нее. – И долго я буду ждать?

Рукоятку она так и не сменила, подошла ко мне с той которую успела перехватить у меня. И подошла, будучи довольно раздраженной.

– Приготовься, мальчишка. Сейчас я тебя всего отдубасю.

– Вперед, – активировал я меч.

– Ну держись.

После чего на меня посыпался не то чтобы град, но довольно обильный поток ударов. Скорость у девочки была, как всегда, на высоте. Ее синий клинок мелькал рядом со мной с характерным гудением, вот только пробить мою защиту она все никак не могла. Кроме того, что в самой Форме я знал как бы не больше нее, так она еще и не скрывала свои удары в Силе. Простейший с технической точки зрения трюк, но довольно сложный в исполнении. Она и раньше этим не блистала, а сейчас, будучи сильно раздраженной, фактически сама мне «говорила», куда ударит. Обычно в фехтовании, как и в отражении бластерных выстрелов, ты чувствуешь лишь то место, куда придется удар противника, а вот какой это будет удар, узнать довольно трудно. Даже если твой оппонент этого не скрывает. К примеру, ты почуял, что следующий удар будет нанесен в грудь. Но сверху ли, снизу, сбоку или прямой укол? В общем, если бы все было так просто, схватка на мечах была бы похожа на ту, что вели Вейдер и Кеноби на первой Звезде смерти. Минимум фехтовального искусства, максимум предвиденья. На деле же все похоже на схватку тех же личностей, только на той вулканической планете, названия которой я не помню. Сила, ловкость, скорость, знания, тактика и немного БП. Это если упростить.

А вот Асока сейчас ничего такого не показывала. Разве что скорость. И даже больше – то ли я так крут в БП, то ли она чересчур возбуждена, хех, но я, как уже говорил, чуть ли не видел, куда и главное как она ударит в следующий раз. Ха, и мне еще кто-то будет говорить, что ситы дают волю эмоциям? Используют, да, быть может, но дают волю? Если б это было так, они бы давно прекратили существование.

– Успокойся, – произнес я, отводя очередной удар девочки. – Ты слишком раздражена. Упорядочи свои удары. Увидь, наконец, своего противника.

Удар, удар, еще один. Блок моего удара и вновь атака.

– Ты тратишь силы, – продолжал я. – Ты не видишь, куда бьешь, как бьешь и зачем бьешь, – продолжал я нести ахинею. Тут главное ровный голос, мерный темп. Она должна успокоиться. Начать просчитывать свои действия. «Скрываться», наконец. Приняв на свой клинок мой удар, даже не до конца отведя его, она вновь бросилась в атаку. – Ты слишком торопишься, – произнес я, нанося удар ей в плечо. На что она не очень-то и обратила внимание. – Ты даже не следишь за моим клинком. – Жесткий блок ее выпада, мягкий отвод и еще один прошедший удар. На этот раз по правому бедру. – И ты начинаешь раздражать меня. – Неудивительно, что ее не хотели брать в падаваны.

Блок, подшаг вправо, удар по левой ноге. Блок, удар, отвод и укол в район сердца. Да когда ж ты очнешься? Удар, удар, блок, удар по вооруженной руке. Классический Чо май. Будь у меня в руках не тренировочный световой меч, Асока на себе бы испытала каково было Люку Скайукеру, когда Вейдер применил на нем Со чай в Облачном городе. А так, она всего лишь выронила рукоятку тренировочной светошашки. И замерла.

– Вы, тогруты, реально звери, – нарушил я тишину. – Начни, наконец, бороться с инстинктами. Ты вообще вторую половину поединка помнишь?

– Нет, – ответила та потерянно.

Вот ведь… блин горелый.

– Иди вон, успокойся, – махнул я со вздохом на тренировочных дроидов. – Поотражай выстрелы.

– Рейн…

– Только не хнычь. Нормально все. Ступай, давай. Успокойся, сосредоточься и возвращайся.

«М-да, – помассировал я лоб. – Тут надо думать».

Время до моего дня рождения, в который мы с Дзиком рассчитывали закончить сборку дроида, тянулось как-то уж больно медленно. Выбираться ночью на тренировки в одиночестве я почти прекратил. Бывало и такое, конечно, но за последнюю неделю всего два раза. Все остальное время меня сопровождала малышня, которая, если быть до конца честным, не сильно-то и мешала. А кое в чем даже помогала. Например, именно объясняя детям, как поглощать энергию, я понял, даже скорее осознал, что поглощаю энергию я не телом, а формирующимся с помощью Силы полем, на которое я раньше не обращал внимание. Если сесть и подумать, то все так и есть, но мне чисто психологически было удобней делать это через касание. Соответственно и толщину поля я подсознательно уменьшал до минимума. Если же его объем увеличить, то я смогу поглощать энергию пусть и на небольшом, но все же расстоянии. Причем плотность поля с расстоянием не уменьшается, то есть если раньше оно представляло тоненькую фольгу, то теперь… точно такая же фольга но толщиной в пять сантиметров. Так что теперь это и не фольга, по сути. И знаете, во что все это вылилось? Я, наконец, стал поглощать выстрелы тренировочного дроида. Правда не за счет скорости поглощения, а за счет плотности поля. Заряд просто не успевал пройти сквозь него.

Медитацию я урезал до минимума в полчаса. Понимаю, что решение это спорное, но мне просто дико не хватало времени. А когда я все-таки решился, поймал себя на мысли, что в своем мире никогда не учился с такой самоотдачей. Даже не так. С удовольствием. Мне жутко нравилась вся эта джедайская бодяга. Не само их учение, философия или кодекс, а именно прикладные науки. Все, что связано с Силой. Не скажу, что это сделало меня гением, с полпинка во всем разбирающимся, но желание узнать очень даже присутствовало.

Но, как бы медленно время не шло, оно все-таки двигалось, и я таки дождался своего дня рождения. Несмотря на то, что сам день ничем не выделялся, мне было все равно. Пусть никто не знал, что у меня сегодня праздник, пусть меня никто не поздравил, пусть. Это ведь не так уж и плохо, если подумать, отсутствуют не только мои поздравления, но и мне никого не надо поздравлять. Отслеживать дни рождения друзей и знакомых, мучиться с выбором подарков…

После последнего урока я, не заходя в свою комнату, чуть ли не бегом отправился к Дзику. Давно я не ощущал такого состояния, ни в этой жизни, ни в более долгой той. Предвкушение. Очень сильное предвкушение.

Зайдя в хорошо знакомый мне ангар, поприветствовал проходящего мимо техника. И еще одного. И еще. О, джедай – тебе тоже привет. И тебе. Да-да, и вам всем.

Но вот, наконец, рабочее место лысого громилы, и он сам, улыбающийся до ушей.

– Ну, здравствуй, именинник, – прогудел мужчина. – Пойдем. Завершим сборку и включим его уже.

Дроид стоял там, где мы его и оставили вчера. Практически собранный, оставалось только внешний корпус прикрутить к каркасу. Чем мы и занялись, затратив на это всего двадцать минут. И вот он, решающий момент. Я лично щелкаю переключателем внутри дроида и наблюдаю, как разом зажглись несколько огоньков на его теле. Помигал радарный глаз, подвигался внешний сенсор, что-то пощелкало внутри. Ну а я, закрыв крышку корпуса, отошел на пару шагов.

– Мне нравится этот матерщинник, – произнес я вполголоса на русском, когда дроид начал что-то пиликать на своем бинарном.

– Что? – повернулся ко мне Дзик.

– Да нет, ничего. Классно получилось.

– Ну еще бы. С таким-то техниками, как мы с тобой, иначе и быть не могло. Нет, не я, – ответил он моему дроиду. – Вот он твой хозяин, – положили мне руку на плечо. – Рейн Дакари. Представься, малыш. Ему надо тебя запомнить.

– Рейн Дакари. Шесть лет. Твой хозяин, если что, – произнес я с усмешкой. – А тебя я буду звать… э-э-э… а как его звать-то? – спросил я Дзика. – R2 к нему с трудом применимо.

– Собственно, как хочешь, так и зови, – удивился мужчина. – Хоть два, хоть двадцать два. Хоть Лапочкой назови.

– Э нет, я слишком мало выпил для этого.

– Ты что? Ха, шутник. Ладно, какое имя ему дашь?

– Может его ДР-6 назвать? В честь этого дня.

– Може…

– Не, не то. Пусть будет Дриш. Не, нафиг-нафиг. М-м-м… что б придумать? День рождения шесть, – постучал я себя по подбородку пальцем. – Пусть будет Дерош.

Я, вроде, говорил, что у меня с воображением не очень?

– Пусть будет, – хекнул Дзик.

– Ну что, коротыш, – обратился я к дроиду, – с этого момента твое имя – Дерош.

Это было первое утро условно нового учебного года. Вчера Лаири объявила, что уже завтра к нашему свободному времени добавляется час, и она надеется, что мы используем его с толком. Завидую Асоке – у нее уже четыре часа.

Откинув одеяло, бросил взгляд на своих мелких соседей. Спят. Даже будильник в датападе, похоже, поставил только я. Потянувшись через Силу, сорвал со всех одеяла. Нех спать, когда я бодрствую.

Встав с кровати и потянувшись, пошел одевать легкую робу – только чтобы дойти до душа и обратно. А дети так и не встали. Поворочались, поежились, перевернулись на другой бок и принялись дальше сопеть. И это, я вам доложу, они зря – кровати-то к полу не прикручены.

– А?

– Ш-ш-ш…

– Ой.

– Ре-е-а-а-у-й-н… – зевнул, уже будучи на полу, Палатт. – Зачем скидывать-то было?

– Бегом одеваться, сони, – ответил я сразу всем. – Палатт, ты, как самый шустрый, оббеги потом наших. Наверняка же половина еще спит.

– Ла-а-адно.

Тэк-с. Лаири вчера говорила, что теперь список уроков будут скидывать нам на датапады… ага, вот он. Хм. Первым у нас сегодня политика… мать ее так. Потом фехтование. Третьим уроком – Силовое воздействие. Четвертым, хм, история, пятым… ерунда, восьмым… Из нового только медитация. Что ж, любопытство утолил, теперь можно и в душ идти.

Перед завтраком, когда я вышел в коридор, увидел собравшуюся кучку ребятни, которая чего-то дожидалась.

– Вы чего ждете? – спросил я их.

– Ну… мы тут… – промямлила Налиса, девочка из расы тогрут. – Всех ждем.

– Оу. А зачем?

– Как это зачем? – возмутилась Мити. – Чтоб на завтрак пойти.

– А самим не судьба? Привыкайте уже все делать без куратора.

Пока мы перебрасывались словами, к нам подошли еще несколько детенышей. Да и остальные, как погляжу, уже вышли из комнат.

Постояли, подождали, когда все подойдут. Еще немного постояли. Помолчали. Мне-то было просто интересно, что дальше будет, а вот чего остальные ждут, непонятно. Точнее, понятно, но неужто никто не вылезет вперед и не поведет за собой? Впрочем, это не тот вопрос, ответ на который я готов обменять на завтрак. Поэтому, постояв еще несколько секунд, махнул на них мысленно рукой и пошел в столовую. Ребятня, соответственно, потянулась за мной, загалдев у меня за спиной.

Лаири уже сидела за столом кураторов, поглощая свой завтрак. Когда мы вошли, она подняла голову и, встретившись со мной взглядом, по-доброму усмехнулась. Похоже, совсем уж резко она нас бросать не собирается. Да и вообще бросать, скорей всего, не будет. Не зря же тви'лека зовется куратором. Пригляд будет стопроцентно.

После первого урока, на котором был переварен завтрак, всей гурьбой отправились в фехтовальный зал, где нас уже поджидал наставник. Сам зал, как всегда в это время, был забит до отказа. Кто-то, как мы только пришел, кто-то уходил, а у кого-то был лишь маленький перерыв в двойном или даже тройном уроке. Шум, гам, где-то смех, где-то выкрики в стиле «кия». Надежда на что-то новое, оттачивание того, что есть, махание светошашкой, что не только полезно, но и красиво… нравится мне здесь.

– Разбирайте мечи, юнлинги, – произнес наставник. – Сегодня я покажу вам новую технику, так называемые Пять шагов гармонии. А ты, – глянул он на меня, – можешь пока отрабатывать их в сторонке. – Ну да, я знаю эту технику. И даже, по совету Драллига, просил в свое время посмотреть и поправить, если что, наставника. Даже больше, я ему рассказал сопутствующую этой технике философию. Как я ее понял. Смысл-то там прост – что в отступлении, что в наступлении тобой должно владеть лишь одно чувство. Причем неважно какое. Меня, правда, поправили, что очень даже важно. Мол, такие чувства, как ненависть и ярость, не должны присутствовать вообще нигде, особенно там, где нужна гармония.

Сама техника представляет собой цикл, где пятое движение органично переходит в первое, и все начинается по новой. Также все пять движений… точнее связку, можно выполнять как с шагом вперед, так и с шагом назад. Можно и на месте стоять, но для начинающих не рекомендуется. Да и вообще вся первая Форма позиционируется как движение. Вперед, назад – неважно, лишь бы ты двигался.

Что я сейчас и делал. Четыре шага вперед, один вбок, четыре шага назад, опять вбок и вновь четыре шага вперед. И так по кругу. Скучно и монотонно, но если этого не делать, тело не успевает запомнить движения, и во время поединка ты начинаешь слишком много думать. И как результат – путаться. Я, кстати, подозреваю джедаев, что они добавляют нам что-то в еду, ибо скорость запоминания у меня, например, какая-то уж больно большая. Про детей не скажу, не в курсе, какая она должна быть у них, но я-то помню, что у меня с этим было в той жизни. Да, у меня всегда была отличная память, но не настолько же. Да и память у меня работала больше по части информации. Да плевать по какой части, она в любом случае была хуже. Я в Храме всего два года и уже знаю три языка помимо стандартного. Язык вуки, тви'леков и родианцев. Можно, конечно, подумать, что я долбаный попаданец-избранный, наделенный после перехода чудо-памятью, но дело в том, что я здесь не один такой. Кто-то сумел изучить два языка, кто-то, как и я, три. А кто-то, как Джиро и Рама, уже на четверых болтают. Не считая родных и стандартного. Короче, терзают меня смутные сомнения…

– Приветствую, мастер Шур, – раздался голос у меня за спиной. Очень близко за спиной. Но, видимо, я настолько проникся гармонией Пяти шагов, что даже не вздрогнул. Офигеть, неужто и правда работает?

– Приветствую, мастер Драллиг.

Вот тут я не выдержал и обернулся. И правда – Дралигг. Стоит, блондин хренов, слегка улыбается.

– Здравствуйте, мастер.

– И тебе того же, юнлинг, – кивнул он мне. – Мастер Шур, вы не против, если я украду у вас этого молодого джедая?

– Э… мастер Драллиг… вы уверены?

– Конечно, мастер Шур.

– Что ж… думаю, мастеру-наставнику, вроде вас, лучше знать.

Офигеть еще раз. Так этот гадский блондин – мастер-наставник? Мастер-наставник фехтования? И он меня забирает? Офигеть.

– Для этого не надо быть мастером-наставником. Ведь так?

– Да. Парень довольно занимательный.

– В таком случае, мы пойдем. Юнлинг, не отставай.

Направились мы на самый край фехтовального зала, к противоположной от входа площадке. Там уже собралась небольшая толпа юнлингов лет этак от семи-восьми до двенадцати-тринадцати. Точно сказать не могу, ибо в определении возраста всегда был профаном, а в определении возраста не совсем людей и совсем не людей – подавно.

Подойдя к своим ученикам, Драллиг произнес:

– Знакомьтесь, юнлинги. Этого юношу зовут Рейн Дакари, и с этого дня он, возможно, будет обучаться фехтованию в нашей группе. – Ого, только возможно? А я-то губу раскатал. – Но для начала мне нужно выяснить его возможности. Чабит, Рейн – в круг.

Вслед за парнем человеческой расы я вышел на площадку для поединков. Покосился на Драллига. Все-таки этот Чабит года на два старше меня. Ну, или просто крупнее. Но в любом случае надо быть готовым к тому, что меня сейчас разделают под орех. Не факт, конечно, но такое развитие событий очень даже возможно.

Встав друг напротив друга и дождавшись команды наставника, активировали рукоятки мечей.

Первый удар моего противника был классическим прямым сверху из Шии-Чо, что неплохо. Я-то боялся, что парень успел и из других форм приемов поднабраться, по возрасту как раз мог. Хотя о чем я, это же только начало. Отбив его атаку таким же классическим блоком, ударил в ответ. И чуть было не схлопотал пару ударов в тело, после нескольких резких и быстрых выпадов. Из той же Шии-Чо. Ладно, в конце концов, чего я боюсь, боли? Так не очень уж и больно получить мечом по шее. Проверено. Хотя, конечно, неприятно. В общем, хорош тут комплектовать, Леха, ты крут, а это всего лишь ребенок. Вспомни, что такое Шии-Чо. Это решимость. А то, блин, накрутил тут себя, осторожничаешь.

Следующей атакой провел два мощных, насколько это для меня возможно, боковых удара с одной лишь целью – посмотреть, как он будет отбивать, а значит, и как он будет после этого атаковать. Ну а зная, какой удар последует после конкретно вот этих блоков, легко рассчитать, какие места у этого Чабита будут открыты.

Парирование. И, как я и думал, правый бок и правая же нога мальчишки открываются для двух моих выпадов. Удар, удар. Враг ошеломлен. Сбить неловкий блок. Еще два удара. Отойти в сторону с парированием укола, и резкий мах клинком, остановив его у самой шеи. Хех, не так уж он и крут оказался.

– Полминуты отдых, – прозвучал голос наставника. – Талир, приготовится. Сражаешься в паре с Чабитом.

Ась? Двое против одного? Как-то это… ну ладно. Если этот синекожий тви'лек владеет мечом так же, как и Чабит, выдюжу. Если лучше… не знаю. Там видно будет. Талиру, кстати, примерно столько же лет, сколько и Чабиту, потирающему сейчас ногу. И даже не хмурящемуся между прочим. В смысле, его же сейчас победил пацан младше по возрасту, а ему хоть бы хны. Уважаю.

Но вот полминуты прошли, и мы вышли на позиции.

– Приготовились, – произнес Драллиг. – Стоп. Бисау, в круг.

Э? Что за…

– А не чересчур ли это, мастер Драллиг? – поинтересовался я.

– Я хочу увидеть все, на что ты способен.

– Вы думаете, что я успею что-то показать?

– Я думаю… – усмехнулся мужчина, – что нагрузку можно и уменьшить. Если что.

Зашибись.

– Условия есть?

– Стандартные, – произнес мастер-наставник. – Четыре касания либо «смертельное» ранение. Ну и никаких силовых атак, само собой.

– Понятно, – крутанул я в руке меч. Лица парней ничего не выражали, а Чабит вообще стоял с закрытыми глазами, готовясь к поединку. Поблажек мне, видать, никто давать не собирается. – Что ж, я готов.

– Отлично… начали, – прогремела отмашка, и пацаны сорвались с места.

Чабит был быстр, Бисау силен, а вот тви'лек Талир в первые секунды схватки ничего такого не показал. Он, в принципе, и не атаковал особо, зато круто поддерживал первых двух, отвлекая и страхуя своих напарников. И с каждой секундой он бесил меня все больше.

Блок, отвод, блок. Шаг в сторону, чтобы Чабит перекрыл обзор Бисау, и словно из ниоткуда появился Талир, сделал перекат и, не поднимаясь, нанес несколько ударов по ногам. Причем вовремя, так что я чуть не пропустил атаку сначала Чабита, а потом и подскочившего Бисау.

И так на протяжении трех минут. Стоило мне только провести какой-нибудь удачный маневр, и тут же появляется Талир, не дающий мне его развить. Это реально нервирует. Если бы не БП, я бы столько не продержался.

На исходе третьей минуты схватки я понял, что мои попытки атаковать, перейти в наступление, взять инициативу в свои руки, рано или поздно приведут к беде. А как понял, занял выжидательную позицию, атакуя все реже и реже. Еще через какое-то время они практически уверились в победе, допуская все больше и больше некритичных ошибок, которыми я не пользовался. Просто потому, что по очкам мне их не победить, тут нужен «смертельный» удар. Под конец дошло до того, что Талир перестал заниматься поддержкой и начал атаковать наравне с остальными.

Закончилась схватка, в принципе, закономерно. Я был еще слишком молод и неопытен, чтобы победить их, но прикурить я им дал. Подловив момент, прошел между Чабитом и Бисау, нанося удар снизу вверх по ноге Талира и тут же добивая его ударом сверху по шее. Изогнувшись, пропустил над собой клинок Бисау, параллельно нанося ему укол в сердце. И замер, почувствовав у шеи клинок доставшего-таки меня Чабита. В целом неплохо. Двоих вынес из этой троицы. А главное, все-таки засветил этому тви'леку по шее. Отвел душу.

– Стоп, – возвестил об окончании схватки наставник. – Встать в строй. – И уже обращаясь ко мне: – Что ж, юнлинг, это было весьма познавательно… А теперь встань в строй.

Примостившись к краю того, что здесь называют строем, а в России бардаком, я стал внимать своему новому наставнику фехтования, дефилирующему мимо нас.

– Сегодня, юнлинги, мы поговорим о движении…

После урока Драллиг отозвал меня в сторонку и предупредил, чтобы за час до отбоя я закончил свои дела и подходил сюда. Теперь я, мол, учусь в его личной группе, и уроки фехтования у меня будут увеличены. Также уточнил, что могу и не приходить, но тогда могу и дальше учиться со своим старым наставником, вместе с основной группой. Строгий дядька, но меня все устраивает, зато после отбоя могу уменьшить тренировки с мечом. Шии-Чо он, кстати, учил только меня, остальным показывая и рассказывая совсем другие вещи, а меня, как самого младшего, подтягивал в первой Форме. И да, я был самым младшим. До меня тут именно троица восьмилеток, с которой я спарринговался, была самой младшей. О чем я и узнал после окончания урока. От них самих и узнал, когда они подошли поздравить меня с вступлением в учебную группу лучшего мастера-наставника по фехтованию во всем Ордене. Заодно похвалили за то, что смог достать двоих из них.

Ну, дальше все так и пошло. Первый свободный час я использовал для медитаций и манипуляций с Силой, второй выделял на Архивы или на то, что там успел нарыть ранее, а третий час проводил в компании Драллига и других его учеников. Причем занятия шли не один час, а два. Плюс к этому время официальных уроков по фехтованию. Да и обычная физра перекочевала у меня в фехтовальный зал, благо рукопашке Драллиг обучал тоже, уже на втором уроке сбив с меня спесь, поставив против девятилетки, обучающегося у него целый год. Рукопашный бой я слил минут за пять, да и то лишь потому, что крутился вокруг противника. Бой на мечах продлился несколько дольше, но всю схватку лидировал отнюдь не я. Потом мне пояснили, мой противник использовал Макаши – вторую Форму боя на световых мечах, а дабы мне было не обидно, второй поединок тот же парень провел, используя только Шии-Чо. Тут меня тупо задавили силой. Простой физической… Ладно, буду откровенен сам с собой – технически я тоже проиграл. Единственное, что меня тогда успокаивало, это три года разницы.

Ночные тренировки я тоже не забросил, но упирал в основном на управление Силой, достигнув немалых, как мне кажется, результатов. Шестьдесят четыре песчинки. И, если Страж не соврал, рано или поздно должен произойти прорыв, во время которого не только сознание, но и подсознание поймет, что размер не имеет значения. Ведь нельзя тренировать понимание, ты либо понимаешь, либо нет. И вот когда мое подсознание поймет… Но это только в том случае, если мой способ тренировки правильный. В Архиве я нашел аналог, только там занимаются с маленькими шариками, так что, в принципе, я иду в правильном направлении, беспокоит только, что так тренируются все, а результатов Старкиллера, обрушившего на землю Имперский Звездный Разрушитель, как-то достигают не слишком многие. Может, надо комбинировать маленькие объекты, как те же песчинки, и большие объекты? Или даже, как можно больше увеличить разнообразие размеров? Где б еще об этом узнать? В Архивах уж больно трудно найти что-то определенное. Можно, уверен в этом, но столько всего перерыть придется…

Про технический этаж я тоже не забывал. Выбираясь туда вместо первого или второго часа. А порой и вместо обоих. Примерно через пару месяцев я приступил к первой, чисто своей, сборке дроида. Собирать я решил тренировочного дроида, но не эти летающие шарики, настоящую дуэльную машину. А так как познания мои были скромны, собирать мне его придется долго. Ну да тут торопливость неуместна. Собственно, можно было купить уже готовую учебную модель, но кроме высокой цены, была и еще одна причина, главная. Мне был не нужен спарринг-партнер, мне было нужно учиться. И самым сложным в этой учебе должно было стать создание управляющей матрицы. Да и вообще, мозги дроида. Так что, да, соберу я своего дуэлиста не скоро.

Дерош тоже не остался без работы. Кроме непосредственной помощи Дзику, я нагрузил его задачей отслеживать в голонете любые упоминания о своей родной планете. Я еще не распрощался с мыслью хотя бы письмо родителям послать. Надо только поймать какой-нибудь корабль, который будет проходить рядом с Пзобом или даже непосредственно заходить туда. Или оттуда. После этой мысли в задачу Дероша вошла и команда отслеживать названия кораблей, которые я помнил по жизни дома. В конце концов, почему бы и нет? Неужто они не посещают Коррусант? Наверняка посещают. Главное, успеть подловить их, когда они будут здесь.

Ну а через три месяца у нас начались уроки Силовой ковки. Учебники, которые нам скинули на датапад, назывались «Основы Силового воздействия и изменения неживых материалов». И знаете, даже основы впечатляли.

После того как мы расселись перед наставником, он телекинезом переправил каждому из нас небольшой брусок металла весом грамм в пятьдесят.

– Это, – начал наставник, – самый обычный кусок металла. Простейшее его проявление – железо. Если и есть что-то, что можно изменять проще, то я о нем не знаю. – И замолчав, пролевитировал себе на ладонь еще один брусок. – С давних, очень давних времен джедаи умели воздействовать на различные неживые предметы, напитывая их силой и изменяя так, как было им нужно. Самый известный пример вам рассказывали на уроках Истории. Вы ведь помните, какие мечи были у джедаев изначально?

– Мечи, проводящие Силу, – произнес Палатт, сидящий по правую от меня руку.

– Правильно, – кивнул наставник. – Однако это была хоть и достаточно тонкая работа, но далеко не самая тяжелая. Проблема таких клинков заключается в их достаточно долгом создании. А самые лучшие из них, ставшие ныне легендарными, подвергались воздействию всю жизнь их создателей. А иногда дорабатывались и их учениками. С гораздо более сложной работой вам еще предстоит познакомиться, когда вы будете готовы к созданию собственного светового меча. За тысячелетия существования Ордена Силовая ковка если и не достигла наивысшей точки, но наверняка где-то близко к этому. И это несмотря на то, что талант к ней имеют очень немногие. Тем не менее, основам выучиться может любой одаренный, да и основы эти по меркам тех времен, когда все пользовались мечами из металла, вполне тянут на средние знания. Все-таки время не стоит на месте, как и развитие. Но давайте я покажу то, с чем вам предстоит иметь дело.

Закончив говорить, наставник вытянул вперед ладонь, на которой лежал кусочек металла. Секунда-другая, и он начал таять. Я когда это увидел, даже зажмурился на мгновение, подавив желание протереть глаза. Металл реально таял, превращаясь в жидкую лужицу. После того, как он окончательно растаял, наставник повел ладонью, демонстрируя нам жидкий металл. Мгновение, и он подбрасывает вверх затвердевший и превратившийся в блямбу кусок железа.

– Вот так, – показал он нам итог своего воздействия. – Это то, что вам предстоит сделать в первую очередь. Если вы не сможете «плавить» железо, то и дальше идти бессмысленно.

– А что будет дальше? – спросил я.

– Хм, дальше? – улыбнулся мужчина. – А дальше все будет гораздо сложней.

После чего, вновь вытянув перед нами ладонь, продемонстрировал, как металл опять собирается в форму квадратного бруска.

– Это что ж получается, – не выдержал я, – можно сделать все, что угодно из чего угодно?

– Конечно нет, – усмехнулся наставник. – В этом искусстве очень много ограничений. Например, подобным образом нельзя воздействовать на живые объекты. Да и на органические очень трудно. А камни еще трудней. Нельзя сделать то, чего ты не понимаешь и не знаешь, как оно работает. Того же дроида я сделать не смогу, потому что не кибернетик, не инженер и даже не техник. Вся наука Силового изменения стоит на понимании.

– Получается, чтобы собрать световой меч, – вылез я опять, – нам придется понять, как он работает. Как работает каждая из его деталей?

– Если вы захотите собрать его с нуля, из подручных материалов, то да. Но даже в этом случае вам будут нужны либо иметь необходимые материалы, либо владеть Силовой ковкой на высочайшем уровне. Ну и кристалл потребуется, само собой.

– А что еще можно сделать таким образом? – задал я очередной вопрос. – Или только изменять форму?

– Нет, – тихонько посмеялся мужчина. – Изменение формы – лишь начало. Гораздо сложнее укрепить предмет или задать ему определенные функции, не предусмотренные природой или физикой. Например, намагнитить кусок дерева. А уж о добавлении Силовых атрибутов нам пока и говорить рано.

– Атрибутов? Каких еще атрибутов?

– М-м-м… чтоб тебе было проще понять… вот такой брусок железа, – подкинул он его в руках, – можно заставить менять цвет в зависимости от твоего настроения. Или сделать так, чтобы при касании он отбрасывал человека Силовым толчком.

Вау… Хотя стоп.

– И много джедаев могут такое сделать?

– Трое на весь Орден, – хмыкнул наставник.

Мдя. Облом. Вряд ли я такой гений.

– Ну и ладно, – озвучил я свои мысли. – Так что нам сейчас делать, наставник Гассид?

– Что, уже готовы приступить, хех? Тогда для начала напитайте свои бруски Силой.

Это я делать умел, но, как выяснилось, не до конца. Когда я продемонстрировал свой кусок железа, наставник заметил, что напитать я его должен ПОЛНОСТЬЮ. Не просто закачать в него Силу, а напитать вплоть до атомов. На вопрос «как это сделать», получил простой ответ. Сначала напитать, как это сделал я, после чего «почувствовать» Силу в нем, потом «ощутить», а потом напитать то, что «ощутил». И не дожидаясь следующего вопроса, пояснил: все надо делать постепенно, потому и не сказал сразу. Это просто я такой торопыга, умею закачивать в предметы Силу, а вот остальным на это потребуется время. На что хмыкнул уже я, покосившись на «своих» зверенышей. Уж эти долго не задержатся, зря я их, что ли, гоняю?

Также уточнил вопрос по «утеканию» Силы из «накачанных» предметов. Я и раньше это замечал, но как-то не было причин уточнять. Как выяснилось, очень немногие материалы в Галактике могут удерживать в себе Силу. Даже кристаллы далеко не все на это способны. Есть даже материалы, которые не то что удерживать, даже впитывать ее не могут. А еще есть такой параметр, как проводящая способность. Особенно заметно это на примере кристаллов, у которых данная способность варьируется в очень высоких пределах. Например, синтетические кристаллы плохо удерживают Силу, зато пропускают ее сквозь себя с потрясающей скоростью, что может очень сильно увеличивать мощность клинка. Правда тут многое зависит от пользователя. Зато природные кристаллы, те, что могут удерживать в себе Силу, очень часто способны видоизменять ее, придавая некоторые особенности. А так как сама она по-прежнему остается частью того, кто напитал кристалл, то он получает возможность этими особенностями пользоваться. Что в итоге приводит к настоящей охоте за некоторыми видами кристаллов. Да и цену в кредитах неслабо поднимает.

К концу урока все, что я успел сделать, это «почувствовать» брусок металла. Уже это давало ощущение того, что, захотев, я смогу его «расплавить», как наставник. Но увы, это были только ощущения. Когда Гассид скомандовал конец урока, я попросил у него разрешение забрать с собой брусок и получил в ответ «конечно». Вслед за мной стали просить и остальные, пока наставник во всеуслышание не объявил, что мы можем забирать инвентарь с собой.

Ну а дальше вновь потекли не такие уж и серые будни.

Прошел еще один месяц, и в библиотеке, то есть в Архивах джедаев, я примелькался настолько, что на меня обратили внимание. И хоть звучит это угрожающе, мне данное обстоятельство шло только на пользу. Медленно, но уверенно я начинал втираться в доверие к Джокасте Ню – главному архивариусу Архива. Тетка, точнее бабка, оказалась довольно забавной. При своем довольно добродушном, я бы даже сказал, добром характере, она была фанатиком… э-э-э… фанатиком Архивов. Если проще, то она боготворила всего две вещи: Архивы джедаев и графа Дуку. Да-да, того самого. Она считала его чуть ли не лучшим джедаем всех времен и народов, довольно часто поминая к месту и нет. Хотел бы я видеть ее лицо, когда она узнает, что он ситх. Хотя нет, не хотел бы. Как ни крути, бабулька она классная, а крушение одного из ее идеалов, наверняка, здорово ударит по ней.

Но пока на горизонте было чисто, и с тех пор, как я познакомился с бойкой старушкой, чуть ли не каждый мой заход в Архивы теребил ее с тем или иным вопросом. Параллельно восхищаясь собранной здесь информацией. Точнее ее количеству. Цель была проста – добиться свободного посещения Великого голокрона. Понятно, что пока я юнлинг, меня там не оставят одного, но я и не собирался выведывать какие-то страшные тайны. Даже новые, по сути, не собирался. А вот обучение тому, что я уже знаю, только более углубленно, может мне сильно помочь. Если обучение юнлингов условно было школьным, то знания Стража, несомненно, университетскими.

Вот после одного из этих посещений библиотеки, когда я вернулся в свою комнату и собирался вскоре уйти на урок Драллига, Асока и выкинула новый фортель. Притащила с собой еще одного ребенка. Как будто мне своих мало.

Развалившись, как обычно, впрочем, на моей кровати, она перекидывалась с незнакомой мне девочкой, моим, мать ее так, датападом. Само собой не просто так перекидывалась, а с помощью телекинеза.

– Шпилька, твою в душу мать, ты что творишь?

Если бы не ее подруга, а кого еще она могла сюда привести, датапад бы познакомился с полом. Но к счастью, вздрогнувшую и потерявшую контроль тогруту подстраховала шава – серокожая, рогатая, с черными полосками под глазами, хвостатая девчонка.

– Э-э-э… Рейн… а мы тут… вот. Тренируемся.

– С моим датападом?

– Ой, да ладно, – подала голос шава, – что с ним будет-то? Он же крепкий, его хоть об стену кидай.

– … – надо собраться и успокоиться. – Ты кто такая?

– Меня зовут Джосс Циленг, – задрала она кверху нос. – И я буду лучшим джедаем в Ордене.

– После меня, – поправила ее Асока.

– После тебя будут все остальные, а я буду перед вами.

– Ха! Ты сначала до меня хотя бы доберись.

– Подними голову, я уже выше!

– А ну тихо! – чуть не взорвался я. Лишь чудом прорычав эти слова, а не выкрикнув. – Мне плевать, кто там из вас будет выше и лучше, но если кто-нибудь еще хоть раз возьмет мой датапад, вы на себе познаете мой тяжелый характер. Все ясно!?

– Да!

– Да, конечно.

– А ну дай сюда, – вырвал я из рук Джосс свой датапад. Телекинезом ясен пень. – А вы что в угол забились, – обратил я свое внимание на парней, – так и будете перед двумя девчонками пресмыкаться? Трудно было у них мой датапад забрать?

На что получил невразумительные: «ну», «как бы», «мы это».

– Тьфу на вас. Мелочь пузатая.

Достав из кармана флешку и подсоединив ее к датападу, скинул на него все, что накачал сегодня в архивах. Мог бы и с датападом ходить и, собственно, ходил, но однажды узнал, что у тамошнего дроида можно достать вот такую штуку. Специальную библиотечную. Позволяющую один раз перекачать все на новый носитель. Ну и выбор, с чем ходить, после этого даже не стоял. Сами понимаете – флешка размером с мой большой палец и Версафункция 88.

– Ты, между прочим, на год нас младше, – заявила вдруг шава.

– Всего на год! – быстро ответила ей Асока, уже стоящая рядом с ней. – Всего на год. – Уже мне.

– Вы сюда с чем-то конкретным пришли? – обратился я к ним, вздохнув. – Или просто время убить?

– Хотим тренироваться! – бодро произнесла Асока. А я даже не сразу придумал, что ответить.

– Я… О-хо-хо… У меня ближайшие два часа заняты. Ты сама это знаешь.

– А потом? – сделала она щенячьи глазки.

Засранка. Как и любой ребенок, она уже давно научилась подбирать ко мне ключик. Сейчас, если пошлешь, сопли в ход пойдут. И не думаю, что ее остановит присутствие подруги.

– Асока…

– Ну, Рейн, я ведь не так уж и часто прошу тебя потренироваться.

Что да, то да, меру она знает. Да и бог с ней.

– Ладно. Что ты хоть хочешь?

– Фехтовать!

– Приемы Силы.

Не, бабы – это нечто, особенно мелкие. Мы же с этой Джосс даже не знакомы, но момент она словила очень удачно. Хотя, будь я и в самом деле ребенком, несомненно встал бы на сторону знакомой мне Асоки. Вот каким нутром они это чувствуют?

– Фехтовать, – не сдавалась Асока.

– Фехтовать мы и между собой можем. Ты же говорила, что он в Силе хорош.

– Он и фехтует лучше нас.

– Что? Он? Лучше меня?

– Он. Лучше тебя, – сказала тогрута, с явным удовлетворением.

– Ну ладно. Пусть будет фехтование.

– Господи, дай мне силы, – пробормотал я. – Через два… с половиной часа будьте в зале фехтования.

– Договорились! – аж подпрыгнула Асока.

– Вас это тоже касается, – посмотрел я на мальчишек. Ну а что, одному мне, что ли, мучиться? – Подкаблучники.

Чем мне нравятся уроки Драллига, так это… скоростью выдачи информации. Что не урок, так что-нибудь новенькое узнаешь. Закрепления тоже присутствовали, но, как правило, либо в спаррингах, либо в парах. То есть выучил удар, выучил блок, выбрал себе партнера и давай мутузить друг друга. Конкретно этим ударом, защищаясь этим блоком. Я поначалу думал, что этого будет недостаточно, но учебный процесс был так хитро построен, что мы не просто отрабатывали движения, но и сразу встраивали их в свои общие знания. И это только то, что я таки сумел осознать, а сколько всего нюансов было? Не знаю. Но учителем Драллиг был реально крутым.

На этом уроке, покивав с довольным лицом, белобрысый наставник заявил, что еще пара месяцев, и я буду готов к изучению других Форм. Технически. А на практике меня еще какое-то время будут гонять с Шии-Чо. Но на вторую часть его заявления мне было плевать, главное, что уже в этом году я закончу с первой Формой.

Сегодня мы изучали переходы из одного движения в другое, коих оказалось… несколько больше, чем я думал. Правда, тут тоже, как мне кажется, проявилась слабость Шии-Чо. Ведь все эти переходы были жестко фиксированы, что, несмотря на их количество, как мне кажется, есть минус. Я еще помню ту гору видео о системе Кадочникова, что я просмотрел в предыдущей жизни, и там позиционировалась естественность движений в зависимости от ситуации. Я себе плохо представляю боевые искусства своего мира, может я и не прав, но при том количестве рас в ДДГ и, соответственно, различной физиологии четко прописанные движения не есть гуд.

Ну а в конце занятий, как и всегда, между нами состоялись поединки с произвольными оппонентами. Точнее с теми, кого выбирает Драллиг. Сегодня мне достался парнишка десяти лет, который быстренько меня и вынес со счетом четыре один. Что неплохо, учитывая, что семь занятий назад он же слил меня в сухую.

После занятий вместо того, чтобы пойти потренироваться в управлении Силой, я поперся в общий зал фехтования, где меня уже должны были ждать девчонки. Целых шесть девчонок. Две из них определялись по половому признаку, а четыре по убеждениям.

Заявился я туда минут на пятнадцать раньше названного мной срока, но детишки уже были там, что, впрочем, и неудивительно. Когда я зашел в зал, две мелкие оторвы гоняли четверых парнишек, которые пытались им противостоять на одной из площадок. И знаете, мне как-то даже обидно за них стало. Две какие-то малолетние стервы, почуяв свою силу, гоняли ничего, по сути, не способных им сделать парней. На данный момент они слабее физически, меньше знают, обладают мизерным опытом, но при этом, насколько я вижу, не сдаются, пытаясь сделать хоть что-то. А эти мелкие пигалицы лишь насмехаются и дразнят.

Может мальчишек и в фехтовании начать подтягивать? А смысл? Год разницы. Это сейчас она хорошо видна, а к моменту их падаванства станет незначительна, а может, и совсем сотрется. Плюс Приказ 66. Тьфу, не думай, Леха, просто не думай… Нет, но в фехтовании я их подтяну, найду время.

– Ша, телепузики! Заканчиваем, – произнес я, повысив голос.

– Рейн! – воскликнула тогрута. – Видал, как мы их?

Так заигрались, что даже не заметили меня? А я ведь не сразу к ним подошел, сначала рукоять меча взял, пройдя по пути к нему мимо них.

– Пф. Детишки, – презрительно фыркнула Джосс.

– Оу, а вы значит взрослые многомудрые джедаи? – улыбнулся я. – Может, тогда покажете маленькому мне, как надо фехтовать?

– Ха, запросто! – усмехнулась хвостатая.

– Э… Джосс… – подергала ее за плечо Асока.

– Что?

– М-м-м… – хех, а сказать-то нечего. Ведь именно за этим они сюда пришли. – Нет, ничего, – буркнула девочка. – Осторожней будь.

– Буду, буду, – помахала хвостом шава и вновь активировала меч. Вслед за ней меч активировала и Асока.

Напали они синхронно, но до Талира обоим было далеко, так что сражался я не с парой противников, а с двумя отдельными личностями. Которые, если честно, были так себе. Отбив удар по ногам шавы и заблокировав удар сверху тогруты, сделал шаг в сторону, позволяя Джосс нанести боковой в корпус. Только вот меня на том месте не оказалось, а меч Асоки я все еще удерживал, так что выпад шавы попал в бок ее подруги.

Охнув и чуть согнувшись, Асока тут же получила еще один скользящий удар от меня, на этот раз в плечо. Продолжая движение, я развернулся на девяносто градусов, взмахом меча снизу вверх прошелся по груди замешкавшейся Джосс. А потом сверху вниз уже по ноге, заставив хвостатую встать на колено.

– И это все? Все, на что способны более старшие девицы? – произнес я, держа клинок у шеи шавы. – А где же сила, ловкость, насмешки, подтрунивания? Как-то вы меня разочаровываете. Ну ладно, – отошел я на несколько шагов, – дам вам еще один шанс.

– Ну все, Дакари, ты меня разозлил, – прорычала шава.

– Да? – приподнял я брови. – Хм. Получается парни гораздо более джедаи. Или они говорили вам то же самое, когда вы над ними издевались?

– Мы не издевались! – воскликнула Асока.

– Отрицание своих поступков. Нежелание критически на них смотреть, – покивал я. – Как это по темному.

– Мы не темные, – сказала Джосс. Но как-то неуверенно.

– Ну, тогда нападайте, – выключил я меч. – Посмотрим, кто вы такие.

– Э-э-э…

– Нападайте, не бойтесь. Меч, он быстро включается.

Шии-Чо, как же оно предсказуемо. Увернуться от первых атак, пропуская девчонок мимо себя, было совсем не трудно. Как и включить на мгновение меч, шлепнув клинком по заднице Асоке.

Вот пигалицы развернулись ко мне лицом. Асока потирает попку и хмурится. Джосс просто хмурится.

– Меч включи, – бросила она.

– Зачем? – удивился я напоказ. – Я с вами, великими джедайками, и так справлюсь.

А вот тогрута ничего говорить не стала, с места сиганула, совершив немалый для ее возраста прыжок. Только вот с равновесием у нее при приземлении было не очень, что я и доказал, сделав два шага и включив клинок точно между ее лодыжек.

– Ай! – полетела она кубарем.

Я же, развернувшись на сто восемьдесят градусов и пригнувшись, пропустил над собой клинок шавы, засандалив свой точно ей в живот. Ну, и немного подтолкнул согнувшуюся девчонку, дабы она присоединилась к подруге.

– Жалкое зрелище, – произнес я, глядя на упавших девиц.

– Рейн, ну что ты злишься, – проныла Асока.

– Я? Злюсь? Ты ошибаешься, Тано, я предельно спокоен.

– Ну, Рейн…

– Встань, – оборвал я ее. – И покажи мне, на что способно старшее поколение.

– Ну что ты… – произнесла Асока, нехотя вставая и помогая подняться Джосс. – Рейн… Что мы такого сделали?

Вот даже как? Понасмехались над мальчишками, поиздевались и даже не поняли, что в этом плохого? Значит, как силу почуяли, так можно и пинки пониже спины отвешивать, а как кто посильней пришел, так мы сразу бедные маленькие девочки?

С помощью телекинеза отправил рукоятку меча на ее законное место к таким же бесхозным мечам.

– Тренировка закончена. Пока не осознаете свою вину, ко мне не подходите. – И обернувшись к парням, столпившимся чуть поодаль, спросил у них: – Я сейчас иду тренировать Силовые приемы, вы со мной?

– Я с тобой, – ответил Рама.

– Я за! – Сэм.

– Почему бы и нет? – пожал плечами Палатт.

– Наверное, так будет лучше, – произнес неуверенно Джиро.

– Тогда бегом рукоятки складывать, – закончил я.

Асоку с тех пор, как собственно и ее подругу, я не видел две недели. Уж не знаю, что там у нее в голове творилось, может обида, может гордость, а может еще что-то, но целых две недели мне не приходилось никого сгонять со своей кровати. А через две недели, возвратившись после очередной тренировки в свою комнату, застал там два тела, спящих поперек моей кровати в позе эмбриона.

Так как Рама и Палатт уже спали, я не стал будить их голосом, просто подошел и слегка стукнул по ножке кровати. Не помогло. Потрепав их за плечи, имел удовольствие лицезреть заспанные и ничего спросонья не понимающие мордашки девчонок. Джиро и Сэм, что-то читающие на своих датападах, только раз покосились на меня, возвращаясь к своим делам, я же, приложив палец к губам, что и в этой вселенной означало молчание, поманил в сторону двери.

– Шли бы вы спать, – сказал я потирающим глаза детям, выйдя в коридор.

– Мы пришли извиниться, Рейн, – произнесла на это Асока. – Прости нас, а?

– Мы поступили недостойно джедаев, когда насмехались над мальчиками, – вставила Джосс, повесив голову.

– Ну так я тут причем? Перед ними и извиняйтесь.

– Так мы уже… – покосилась на дверь Асока, – извинились. Но мы ведь все друзья, а значит и перед тобой должны извинится.

– Шли бы вы спать, – повторил я, массируя переносицу. – Да и мне тоже пора.

– Так ты нас прощаешь? – спросила Асока, пытаясь поймать мой взгляд.

– Да, да, прощаю. Идите уже.

– Спасибо, – порывисто обняла меня тогрута и, подхватив подругу, ускакала прочь.

Надеюсь, я не зря их так быстро простил, и ничего подобного не повторится. Впрочем, уж лучше так. Я ведь ничего не понимаю в воспитании детей и мог сделать только хуже. Зря я вообще тогда сорвался… Хотя, о чем я? Именно, что сорвался. Так что зря, не зря, это не о моем случае… Ладно, пойду спать, что ли.

Через неделю после того случая я познакомился с Йодой. Строго говоря не один я познакомился, а вся наша группа, но я о таких материях в тот момент как-то не думал. В тот день мы, как обычно, собрались в одном из небольших лекционных залов, где Лаири преподавала нам работу с Силой, только самой тви'леки там не оказалось. И вот это уже было необычно. Женщина пришла минут через пять, но не одна, а с маленьким зеленым человечком, который и правда чем-то напоминал Чебурашку. Сильно постаревшего чебуратора.

– Ну что, юнлинги, готовы к учебе? – произнесла Лаири, глядя на нас с улыбкой. – Но сначала я хочу познакомить вас с магистром Йодой. Именно он будет сегодня заниматься с вами. Поприветствуйте его.

– Добрый день, магистр Йода, – вразнобой произнесли мы.

– Приветствую, юнлинги, и вас я, – а голос-то, голос! Реально, как в фильмах. Да и говорок тот самый. – Большие-то какие все, – покряхтел он. – Сильные, наверное.

– Вы уж позаботьтесь о них, магистр Йода, а я пойду, пожалуй, – после чего Лаири удалилась, оставив нас с этим… кхм, магистром.

– О равновесии поговорить хочу я… – начал Йода свою лекцию.

Я в тот момент подумал, что нам сейчас начнут задвигать про равновесие в Силе. Ан нет, ни фига. Как выяснилось, Йода говорил о вполне себе физическом равновесии. То есть, грубо говоря, как правильно стоять и не падать. Правда под конец все-таки не удержался и заметил, что равновесие тела есть первый шаг к равновесию в себе, что ведет к равновесию с мирозданием. Ну, в конце концов все так и должно было закончиться. Он же нам не физические упражнения преподавал.

После самой лекции он начал учить нас чувствовать «центр равновесия». По его словам, это некая прямая линия, которая проходит через все тело и упирается в землю. Почувствовав ее, падать мы станем очень редко, а когда сможем слиться с этой линией, уронить нас будет очень сложно.

Вот, собственно, после этих слов у меня и возник вопрос.

– Магистр Чебуратор, можно вопрос? – ой, бля, чой-то не то я сказал.

– Йода имя мое. Слушаю тебя я, – покивал он, даже не поморщившись.

– Э-э-э… – да чего уж теперь? – Йомоё?

– Йода, – поправил он меня.

– Йоханесбург?

– Йодой при рождении назвали, – почесал он своей палочкой висок.

– Иохим?

– Йодой зовут меня, – прикрыл глаза карлик.

– Йемен?

– Йодой сегодня еще звали меня.

– Йок-макарек?

– В мечтах разве что твоих.

– Йодль?

– Хм, хм, – пожевал он губами. – Йода, пожалуй, больше нравится мне.

– Йоркширский терьер?

– Не знаю зверя такого.

– М-м-м…

– Чебуратором звать можешь меня.

Хм, как-то это… чувство такое, будто меня уели. Ну и ладно.

– Так вот, магистр Йода…

– Кхе, кхе… – аж закашлялся он.

– Прошу прощения, магистр Чебуратор. Так вот. Почему чувству равновесия обучаете нас вы, а не наставник фехтования? Ну, или на уроках физры?

Ответил он не сразу. Постоял, посмотрел на меня строго, потом вздохнул напоказ и произнес:

– Учу я не бою физическому вас, а мир видеть. Лишь первый урок это, лишь начало. Почувствовать центр свой, – стукнул он своей палкой об пол, – почувствовать себя, – показал он ею на меня, – почувствовать мир, – обвел вокруг, – почувствовать равновесие его. – И снова несильный удар о пол. – В фехтовании гибкость главное, ее показывают вам. Физическую гибкость, для боя нужную. Не познакомив с ней, ошибку сделает наставник, к равновесию перейдя физическому.

– То есть сейчас, – почесал я нос, – мы готовы… познать равновесие, – хмыкнул я в конце.

– Готов в любой момент разумный к этому. Сейчас, – задумался он, подбирая слова, – не помешает это наставникам вашим, в их обучении юнлингов.

– Ясненько, – пробормотал я, мало чего поняв. – Магистр, а можно я буду называть вас Няшкой?

– Йодой зовут меня, – забубнил безучастно магистр.

– Слушай Дзик, – отвлек я техника от работы, – как по-твоему, что лучше – РР-7 или ПП-14?

– Что? – переспросил он, вылезая из нутра огромного спидера, и, глянув на детали, что я держал, уточнил: – Гироскопы? Хм. Немного некорректный вопрос, – потер он тыльной стороной ладони лоб. – Они хоть и называются одинаково, но предназначены немного для разных целей. Семерка больше рассчитана на выполнение множества акробатических трюков, в то время как ПП-14 больше напирает на стойкость. Э-э-э… ну вот, например, если ты хочешь, чтобы твой дроид выполнял различные кульбиты и был жуть как подвижен, то ему лучше ставить РР-7, а если хочешь, чтобы его хрен уронить можно было, тогда, соответственно, ПП-14.

– Я-а-асно, – протянул я. – Ну а с «ПП» дроид хоть бегать-то сможет?

– Конечно. И бегать, и прыгать. Смысл-то в том, что он лучше делать будет.

– Ясненько. Спасибо, – поблагодарил я, глядя на два шарика в моих руках – черный и серый.

– Да не за что, – ответил лысый техник. – Слушай, ты пэгэшку нигде не видел? – спросил он, оглядываясь.

– М? – оторвался я от размышлений. – Пимс, кажется, забрал.

– Вот скотина, – даже как-то растеряно произнес усач. – У нас что, больше плазменных горелок нет? Какого хатта у меня ее все время забирают?

– Не знаю. Но у Пимса еще недели три назад сломалась.

– А почему я об этом не знаю?

– Потому что ты три недели возишься с этим автобусом. И, по моему, тебе об этом говорили.

– Э-э-э… да? Хм. Ладно, пойду, разберусь.

А пока он разбирался в количестве плазменных горелок, я думал, что будет лучше для моего дроида. С одной стороны, ловкость рулит, с другой, никакой дроид не сравнится по этому параметру с джедаем. Гибкость или равновесие? Да и бог с ним. Пусть он будет неваляшкой. Все-таки прыгающего дроида подловить проще.

Кстати, с недавнего времени при сборке дроида я начал использовать Силовую ковку. Точнее, те азы, что успел освоить. Само собой, не для того, чтобы сделать дроида лучше, для этого моих знаний маловато. А вот для тренировки – самое то.

Как выяснилось, плавить металлы действительно оказалось непросто, в отличие от придания им формы. Для этого необходимо было почувствовать… суть предмета… пожалуй, так. Наставник называл это целостностью, но, по-моему, это не совсем верное определение. Хотя, возможно, каждый видит его по-своему. И если собрать расплавленный металл в какую-то форму без этого… понимания или не до конца соответствовать ему, предмет очень легко ломается. Даже я мог сломать металлический кубик как какой-нибудь графит. Так что при работе с дроидом мне приходилось быть очень аккуратным. Я, правда, ничего не плавил, а, так сказать, подправлял, но даже такое мелкое воздействие могло порушить всю работу, если не заметить ошибку вовремя. И да, работать я навострился не только с металлами, но и с другими материалами. Пластиком, к примеру.

А вообще, сборка шла довольно шустро, а если бы я не пытался понять, что делаю, какая деталь лучше и почему, как она работает, чем ее можно заменить и можно ли, то продвигалась бы еще быстрей. Но я пока никуда не торопился, рассчитывая к концу условного учебного года закончить оболочку. После чего начать заниматься «мозгами» дроида. Что, как по мне, будет не менее сложно, а скорей даже более. Все-таки тут мне помощи искать не у кого.

Продолжая пялиться невидящим взглядом на гироскопы, вдруг подумал: а почему бы мне не попробовать «прозондировать» шары у меня в руках? Понятно, что это не кусок металла, а сложная структура, но я ведь и не собираюсь что-то там менять. Так, посмотрю одним глазком.

В общем, не сдержался. Держа гироскопы по-прежнему в ладонях, напитал их небольшим количеством Силы, совсем немного, просто чтобы образовалась связь, через которую я и буду «сканировать». И первым делом попробовал разобраться в начинке шариков. Увы, там такое было намешано, что не с моими знаниями пытаться это осознать. Я уж хотел было бросить эту затею, но тут подумал: а на фига мне что-то там осознавать? Не, правда. Если подумать, любой металл тоже ни фига не прост. Я, например, не знаю, какое у него строение и за счет чего он вообще существует, но, тем не менее, способен ощущать его гармонию. Так почему бы и здесь так же не поступить? Короче, подумав пару минут, решил рискнуть, в конце концов не такие уж они и дорогие, эти гироскопы… Ну ладно, вру – дорогие, но уж парочку-то я смогу оплатить. К тому же ПП-14 вообще куплен за мой счет. Я тогда просто не знал, что у Дзика есть деталька не хуже этой.

Резко выдохнув, вновь настроился на предметы у меня в руках, но на этот раз не пытался заглянуть внутрь, а представил шарики единым целым. Сначала «почувствовал» саму деталь, потом «ощутил» ее через Силу, после чего совместил чувства и ощущения и, наконец, смог… наверное, все-таки ощутить некую неправильность внутри гироскопов. Попробовал понять более детально и сбился, потому что, как уже говорилось, разобраться, что там творится внутри, я не мог. Повторил процедуру и, когда вновь почувствовал нечто, что должно было быть не так, чисто по привычке послал внутрь одного из гироскопа импульс, который должен был все исправить. Чтоб вам было понятней, это как скатерть на столе – вроде все нормально, но небольшие складки цепляют глаз. Вот я сейчас одним движением и разгладил те «складки».

– Ой, – замер я, услышав довольно громкий щелчок.

– Представляешь, – подошел со спины Дзик, – это, оказывается, последняя рабочая пэгэшка. А ты чего застыл-то?

– М-м-м… слушай, Дзик, у меня к тебе просьба будет. Не мог бы ты протестить вот эту деталь.

– РР-7? А что с ней не так?

– Ну-у-у… я… как бы это… в общем, не нравится она мне что-то. Джедай я, в конце концов, или нет?

– Хм, ладно. Проверю.

– Только ты побыстрей, хорошо? Чтоб уж сделать, наконец, выбор.

– Ладно-ладно, торопыга. Завтра с утра и протестирую.

– Спасибо, Дзик. Ты самый лучший дядька на свете.

– Ну уж… – засмущался он слегка, – так прям и самый лучший.

– Для конкретно этого юнлинга – несомненно.

Фух, вроде отмазался. После такого щелка там по-любому что-то сломалось. А я, вроде как, и не при делах, просто что-то почуял… Блин, по-детски как-то. Надо уметь принимать ответственность за свои дела. И я, несомненно, буду это делать, но в другой раз. Да, несомненно. Черт, и что мне стоило «щелкнуть» в своем гироскопе?

– О-хо-хо. Совсем ты засмущал лысого меня, – потер Дзик упомянутую часть головы. – Сейчас-то что делать будешь?

– Да пойду, пожалуй, – глянул я на часы. – Помедитировать даже успею. Недолго, правда, но уж сколько есть. Ладно, Дзик, бывай, завтра увидимся.

– До завтра, малыш.

– Дерош, – обратился я к стоящему напротив R3T1 Дзика дроиду, – не посрами там хозяина, матюгайся от души. – В ответ раздалось пиликание сразу от двух дроидов. Я бинарный еще не очень хорошо знал, но то, что парочка жестянок жутко возмущалась, я понял. – Да-да, Артрит, – хмыкнул я, – и тебя туда же.

«Артрит», если кто не понял, мое вольное переиначивание имени R3T1. Ар, три, тэ. Последнюю циферку, я решил не замечать. Не совсем точное, ну так на то оно и вольное. Как же здорово, что в местном фольклоре мат тоже запиликивают, а то такую хохму пришлось бы забыть.

На следующий день нашу группу ожидал новый урок – стрелковая подготовка. Пятьдесят минут нам читали лекцию о различных стреляющих штуках, их применении, опасности для нас, для противника, когда можно пользоваться, когда нет, ну и, конечно, технику безопасности. И вот, наконец, нам вручили по учебному бластеру и дали пострелять по цели. И, скажу я вам, это было круто. Почти так же круто, как и световой меч. В своем мире я стрелял всего два раза. Оба раза зимой, и оба раза по пять патронов. А стрельбище зимой и в армии – это ни фига не здорово. Да еще и «калаш». Не то, чтобы АК-74 – это плохо, просто… ну… это ведь всего лишь «калаш». А тут, пусть и учебный, но бластер! Стреляющий светящейся хренью. Без отдачи. Вокруг меня была фантастика, знакомая с детства фантастика, но именно в такие моменты я это чувствовал даже кончиками волос. Не голограммы, не космические корабли, которых я толком и не видел, не вид Корусанта за окном, а световой меч, бластер и телекинез.

Выстрел за выстрелом я наблюдал, как в цель уносится заряд бластера, и слушал этот прикольный звук «пиу». Выстрел за выстрелом. И еще один, и еще. На, сука, на, на!

– Дакари! – Ой-ёй, кажется, я заигрался. – Я для кого распинался тут целый час? – подошел ко мне наставник. – Сколько раз мне надо повторить, что бластер – не игрушка для стрельбы из-под ноги? Или ты думаешь, что попал в развлекательный центр? А может и весь Орден для тебя всего лишь детская площадка? – Тут он бросил взгляд на экран с результатами моей стрельбы. – Дакари! Девятнадцать выстрелов, и всего шесть очков?! Да даже слепой стреляет лучше! Да моя бабка левой ногой стреляет лучше! Что это за результат такой, Дакари!? Ну и что ты молчишь, юнлинг? Отвечай!

Вот крикун, а? И что он хочет услышать?

– Ну… мне всего шесть лет, вот я и подумал, что шесть очков…

– Ах шесть лет… В году триста шестьдесят восемь дней, юнлинг, – произнес он благожелательно, а потом вдруг резко опять перешел на крик. – Так почему я вижу шесть очков, а не две тысячи двести восемь!?

– Потому что это против законов физики?

– Телекинез тоже вне законов физики, но ты ведь им пользуешься?! Или ты и им пользоваться не умеешь?! – Вот блин, этак он на любой мой ответ чего-нибудь придумает. Лучше вообще буду помалкивать. Изображу раскаянье.

И чего он, в самом деле, раскричался? Мне ведь и правда всего шесть лет, неужто нельзя сделать поблажку? Короче, распинался он минут пять, воруя мое время на стрельбу, но вот, наконец, закончил и отошел, а я вернулся к прежнему занятию.

Выстрел, еще один. Взгляд на экран – тридцать восемь очков. Маловато как-то. Прицелиться, выстрелить, бросить взгляд на экран. Опять прицелиться. Выстрелить, еще раз, еще. Черт, но как же меня все-таки прет это занятие. Выстрел, выстрел, выстрел… на, сучка, на. Что съел? На еще…

– Дакари!

Твою-ю-ма-а-ть.

В конце учебного дня выделил тридцать минут на медитацию, после чего пошел к Дзику. В Архиве мне сегодня делать нечего, еще не все я дочитал, а вот долбаный гироскоп установить все же надо. Хотя… нет. Всё ж сначала дочитаю, что уже накачал. А появившееся время потрачу на установку… Вот тоже вопрос. Что ставить сначала, энерговоды или сенсоры? В первом случае все проще укладывать, сначала все эти провода и трубки, а потом пара блоков сенсоров. Во втором мне не придется, если что, все разбирать и укладывать по новой. Там если и будут проблемы, то именно с энерговодами, которые на виду. Да и фиг с ним, у лысого спрошу.

Еще только зайдя в ангар, заметил, что около рабочего места Дзика, кроме него, стоят еще двое – мужчина-человек и парень лет тринадцати, хотя с такого расстояния могу и ошибаться. Парень тоже, кстати, человек.

– Добрый вечер, мастер Паратус, – по дороге к Дзику я поприветствовал довольно редкого в этих краях джедая.

– Иди в жопу, мелкий. Не видишь, я занят? – произнес тот задумчиво, нарезая круги вокруг трехметрового дроида.

Как всегда куртуазен. Каздан Паратус был джедаем из расы алинов. Маленький, с длинным вытянутым затылком, по краям которого росли шипы, и лицом какого-нибудь гремлина. Вот уж с кем я бы не хотел повстречаться спросонья. Инфаркт обеспечен. Если кто помнит того малого, которого угробил Старкилер на планете-помойке, то вы поймете, о чем я говорю. Я уж не помню, действительно ли один-в-один, но, тем не менее, очень похож. Несмотря на это, как и многие расы в ДДГ, при довольно страшной внешности алины имеют добродушный характер. Но это в целом. Впрочем, Паратус не был злобным или даже ворчливым, он скорей был одиночкой, предпочитающим общество дроидов. Соответственно, и характер у него был направлен на то, чтобы его оставили в покое. Но даже так, этот тип ни разу не послал меня, если я просил его в чем-нибудь помочь, а вот от обычного общения он уклонялся, как мог.

Наверное, стоит еще заметить, что Паратус гениальный техник и инженер, и если б не его асоциальный характер и то, что появляется он здесь как-то не очень часто, я бы сто пудов к нему в ученики напросился. И у меня бы получилось. Как я уже говорил, отказывать он не умеет. Кстати, еще прикол, этот мелкий грубиян был ни много, ни мало, а главой Технического отдела Ордена. То есть самым главным конкретно здесь. Начальником того же Дзика.

– Привет BBR-3, – махнул я тому самому трехметровому дроиду.

– Помогите, молодой сэр, – поднял он правую руку, – меня хотят убить.

– Улучшить, гора железа, – пнул его Паратус, – улучшить.

Хех. BBR-3 как всегда прикалывается. Он вообще горбит над своим мелким создателем нещадно. А тот терпит.

Вот так, здороваясь со всеми знакомыми в зоне слышимости и махая в зоне видимости, я и приближался к рабочему месту усача. Да и моему заодно.

– Прошу прощения, мастер Кеноби, но это невозможно, – помахал головой Дзик. – Даже если я вот прям сейчас побегу заказывать детали, а потом начну суетиться и делать все для скорейшей их доставки, даже тогда они придут не раньше, чем послезавтра.

Дослушав до конца, молодой бородатый мужчина задумчиво почесал бороду. А я вовсю на него пялился. Как и на пацана. Это ж надо, так подфартило. Увидел, можно сказать, легендарных людей. Парень, кстати, на избранного не тянул, скорей на тринадцатилетнего мальчишку, который уже устал слушать разговор взрослых.

– Хм, – подал, наконец, голос Кеноби, – жаль. Я бы даже сказал, плохо.

– Хаттова задница, – буркнул мальчик.

– Энакин! Что за выражения?

– А чо такого? Ситуация располагает.

– Это не повод ругаться.

– Во ты даешь, учитель. А что тогда повод?

– Для ругани повода не существует.

– Ага-ага, – покивал малец, покосившись на меня. – А я ведь говорил, что надо было брать тот корабль.

– Мы не могли этого сделать, ученик. Корабль нам не принадлежал.

– Да он вообще никому не принадлежал! Его единственный хозяин у твоих ног остывал.

– Кхм, Энакин, – еще один косой взгляд на меня. – Если у того человека были родственники, мы бы стали ворами.

– Родственники? У пирата? Ха!

– Даже у таких людей они могут быть. А проверять, сам знаешь, времени у нас не было. Как и лишнего пилота.

– Да я бы и сам… – вскинулся Избранный, но не договорив, махнул рукой. – А-а-а… Ты и сам себе не веришь, учитель. Пойдем лучше, может, сможем у кого-нибудь одолжить корабль.

– Да, пойдем. Мне бы не хотелось… – замялся он, глядя на нас с Дзиком, – опаздывать.

– Так возьмите корабль напрокат, – вылез я.

На что Кеноби глянул почему-то с осуждением на Скайуокера и проворчал:

– К сожалению, мы сейчас не имеем наличности.

– Не думаю, что там много надо, – почесал я затылок. – Если хотите, я могу дать вам пару монет.

– Деньги? У тебя? – спросил Скайуокер с таким уничижительным выражением лица, что мне просто ну очень захотелось дать им денег.

– Энакин, – одернул его Кеноби, после чего внимательно на меня посмотрел. Покосился на Дзика. – Не волнуйся, юнлинг, я думаю, если что, мы найдем деньги. Но за предложение спасибо.

– Всегда готов помочь, мастер Кеноби, – поклонился я.

– Что ж, – кивнул мне с улыбкой мужчина, – в таком случае мы пойдем. Мастер Дзик, – поклонился он ему слегка. – Доброго вечера. Пойдем, ученик.

– Эй, тебя звать-то как? – обратился ко мне парень, даже не посмотрев на своего отошедшего учителя.

– Рейн Дакари, – ответил я, постаравшись не поморщиться.

– Энакин! – поторопил его Оби-Ван.

– Я запомню твое имя, – сказал он покровительственно, прежде чем убежать.

Дождавшись когда они отойдут подальше и уж точно нас не услышат, произнес вслух:

– Неприятный мальчик.

– Ребенок, что с него возьмешь, – пожал плечами усач. – Да и Кеноби… слишком уж он добрый.

– Что, такая известная личность? – удивился я.

– Я тебе потом про него расскажу. А сейчас пойдем, хочу тебе кое-что показать.

Подведя меня к своему столу и нажав на пару клавиш встроенного пульта, показал на появившийся голографический экран.

– Во, глянь.

Ну я и глянул. Правда из-за специфических терминов мало что понял.

– Дзик, мне всего шесть лет. Пусть даже семь скоро. Но на что ты рассчитывал, показывая мне это?

– Хм, действительно, не подумал. Как-то я… – бросил он на меня взгляд, – неважно. В общем, это характеристики гироскопа, что ты мне вчера дал.

Ой, не нравится мне это. Неужто ругать будет?

– И что? – спросил я осторожно.

– Что-что… прав ты был, странная деталька к тебе попала, – произнес он и замолчал. – Хе-хе, ладно, не буду тебя мучить – характеристики этой детали в два раза превосходят те, что должны быть по паспорту. И я, хатт подери, даже не представляю, почему. Но это и не важно. Зато теперь у тебя не особо богатый выбор, ставить ПП-14, имея на руках подобный экземпляр, по меньшей мере неразумно.

Вах, вах, вах. Это что же получается, я таки улучшил деталь? При том, что там что-то довольно страшно щелкнуло внутри? Блин, черт возьми. Так, Леха, успокойся и приведи мысли в порядок. Привел? А теперь… теперь… Да, теперь надо рискнуть.

– А сколько стоит РР-7?

– Стоит? – удивился Дзик. – Прилично стоит. Пятьсот кредитов такой вот шарик. А что? – закончил он хитро.

– А за сколько ты сможешь продать конкретно этот гироскоп?

– Продать говоришь? – задумался он. – За семьсот уйдет точно. Но, Рейн, чтобы купить нечто похожее, тебе придется выложить тысячи две, так стоит ли оно того?

– Хрена се разница. А что так несправедливо-то? Хотя стоп, не говори, я понял. И модель, как ни крути, не та, да и мы не известные производители.

– Что-то типа того, – кивнул мужчина.

– В любом случае, это все ерунда, – произнес я задумчиво.

– То есть, как это? Ты о чем, вообще.

– Слушай, у тебя тестер в этом ангаре?

– Ну да, – махнул он куда-то за спину.

– Подожди, я сейчас, – сказал я, после чего метнулся на свое место, в поисках ПП-14. – Пойдем к тестеру, – обратился я к мужчине уже с гироскопом в руке.

– Подожди, парень, объясни толком, что случилось.

– Деньги, – произнес я, глядя на него. – Они тебе нужны?

– А кому нет? – почесал он лысину. Но даже не подумал вставать. В принципе, правильно. Шестилетний пацан начинает метаться и нести всякую непонятную ерунду. Что ему, вместе со мной метаться?

– М-м-м… – промычал я, закатив глаза. – Ладно, смотри.

Влить Силу в деталь. Настроиться. Почувствовать, ощутить, почувствовать. Разгладить.

Щелк.

– М-да. Мне кажется, ты только что сломал свой гироскоп, – заметил Дзик.

– Точно так же вчера щелкнул и РР-7, – ответил я. После чего вдруг подумал, что надо было преподнести этот факт как-то более мягко.

– Хе, – замер лысый громила, глядя на меня ничего не выражающим взглядом. Но вот он отмер и провернул нечто, напоминающее движение «рука-лицо», проведя по этому самому лицу ладонью. – Ре-е-ей-йн…

– А что сразу Рейн? Да я бы заплатил, если что. Ты ж знаешь, у меня есть деньги, – зачастил я. – Нет, правда, заплатил бы. Да ты успокойся. Вдохни, выдохни, подумай о чем-нибудь хорошем.

– Рейн.

– Рейн? Нет, я, конечно, хороший парень, но имел в виду нечто иное.

– Давай сюда гироскоп, – произнес устало Дзик.

– Держи, – тут же протянул ему деталь.

– Пойдем уж, глянем, что ты с ним сделал.

Тестер представлял собой тумбу. Не совсем обычную, с множеством разноцветных лампочек и кнопочек, тумбочку. У нас похожие в казарме стояли. Я, хоть и не часто там бывал, больше времени в штабе проводя, но уж не запомнить такую вещь сложно.

Подойдя к тестеру, Дзик нажал на нем кнопку и положил в открывшееся нутро тумбы шар гироскопа. После чего начал нажимать сенсоры на «крышке» тестера.

– Ну что там, Дзик, – спросил я у него.

– Не видишь, что ли, я даже еще не запустил тест.

– А-а-а… понятно.

Вот появилась голографическая панель, на которой я разобрал только шкалу, по типу эквалайзера. Что-то вспыхнуло внутри агрегата, после чего дернулась шкала.

– Что там?

– Отстань.

Еще несколько вспышек, и текст на панели начал меняться, а шкала то увеличиваться, то уменьшаться.

– Дзик…

– Да отстань ты от меня. Как закончу – скажу.

Еще минут пять вспышек, смены текста и дерганье шкалы, и вот, наконец, все замерло.

– Еще не все?

– Рейн, – обернулся ко мне мужчина, – я даже и не подозревал, что ты можешь быть таким… приставучим.

– Так интересно же… – пробормотал я.

– Интересно ему… мне тоже интересно, но я же не подпрыгиваю тут от нетерпения.

– Да я даже не дернулся пока, – возмутилось мое величество.

– Ну так и мне дергать некого. И отстань уже. Чем больше ты меня отвлекаешь, – повернулся он обратно к тестеру, – тем дольше ждать результатов.

– Молчу-молчу, – поднял я руки. После чего буркнул в сторону: – Блин.

Мне, как лицу заинтересованному, сложно сказать, сколько продолжалось сканирование, но минут десять точно. Все это время я стоически терпел и не отрывал Дзика от работы, хотя, поверьте, очень хотелось поторопить его. Но вот наконец раздался истошный писк, и все вспышки света, пощелкивания и мельтешение текста на экране прекратились.

– Итак, – произнес усач и замолчал. Я его в этот момент чуть под зад не пнул, – забавно. Характеристики увеличились на сто четырнадцать процентов. – И обернувшись ко мне, добавил: – Это даже чуть больше чем с РР-7.

– И? Цена увеличилась?

– Это смотря с чем сравнивать.

– Дзик…

– Хех, торопыга. В общем, как ни странно, но ты действительно улучшил деталь. Я удивлен. Стандартная цена ПП-14 – пятьсот десять кредитов, с учетом улучшений я смогу загнать ее кредитов на двести дороже. То есть, те самые двести кредитов в плюс. Это, конечно, немало, две сотни-то, но твою возбужденность я не понимаю. Ну ладно, пусть даже с РР-7 будет четыре сотни. И что?

– Дзик… – произнес я удивленно. – Ты что, лысый? Так еще и не догнал? Я же при тебе улучшил эту деталь за каких-то пять минут! Жалкие пять минут! Да я за час сделаю… э-э-э… двенадцать улучшений. Это две тысячи четыреста кредитов в день. Так, подожди, – начал я подсчет. В то время как выражение лица мужчины медленно менялось. Похоже, он и правда только сейчас начал догонять. – А-а-а, сбился. Короче, в год будет выходить около восьмисот восьмидесяти тысяч. И это работая всего лишь час в день. – И почесав репу, дополнил: – Мне даже, по сути, не надо тратить свободное время, я в течение дня эти жалкие двенадцать улучшений сделаю. Стоп. Дзик, а ты вообще сможешь хоть продать такое количество деталей?

– Сколько у тебя денег сейчас? – спросил он в ответ.

– Сколько? Ну… почти сто сорок тысяч. Пусть даже сто… тридцать будет.

Вот тут выражение его лица вновь изменилось.

– Ну ни… однако. Хм… м-да… Ладно. Тэк-с… получается двести шестьдесят деталей… это если по пятьсот кредитов… умножить на двести… пятьдесят две тысячи чистой прибыли. Меньше, чем за месяц… Ну, знаешь… Сбыть я сумею, с такими-то характеристиками и за такую цену у тебя их с руками оторвут, но две тысячи с тебя за работу. С каждого полтинника.

– Согласен, – подумав, ответил я. Это даже меньше, чем я рассчитывал. Что-то около четырех процентов. – Только знаешь, прежде чем начать, надо бы выяснить, что я еще смогу улучшить из того, что можно продать еще более выгодно.

– Можно, конечно, – пожал плечами мужчина. – Но вот так, с ходу, я даже и не знаю, что предложить. Что-то более дорогое не будут брать в таком количестве. Хотя тут надо уточнить. Ну а более дешевое, сам понимаешь, наверное, просто не выгодно. Это если учитывать работу – деталь в пять минут… В общем, надо смотреть.

– Ты посмотри, Дзик, обязательно.

– Ладно-ладно, – махнул он рукой, усмехнувшись. – Только вот… ты не подумал, что скажет на твои делишки Орден?

– А что с ним не так?

– Насколько я знаю, среди джедаев не принято иметь свои накопления.

– И что? – на этот раз усмехнулся я. – Не принято, лысый, ключевая фраза – не принято. Нету здесь никаких запретов. Хочу, зарабатываю, хочу, нет.

– Ты так говоришь, как будто не джедай. Да и вообще, довольно странные устремления для такой молодой личности, как ты.

Нет, не было в его словах никакого подозрения. Даже удивления. Просто подколка. Только что ответить-то? Что я не собираюсь связывать свою жизнь с Орденом? Хех.

– Я просто не хочу оказаться в ситуации мастера Кеноби, – ответил я технику.

– … – набрал он воздуха в грудь. – Ну, в принципе, верно, – сказал Дзик явно не то, что хотел в начале. – Я-то очень даже не против подзаработать, особенно ТАКИЕ деньги.

– Слу-у-ушай. А ты сколько зарабатываешь?

– Две тысячи в месяц, – пожал он плечами. – И это, поверь взрослому дяде, много.

Ого. То есть с моей помощью он будет иметь еще одну зарплату в месяц. Даже чуть больше. Некисло.

– У меня богатые родители, – вздохнул я. – Но знаешь, Дзик, я тебе как джедай говорю, пусть и молодой, жизнь слишком переменчивая штука, и если что-то произойдет… что-то глобальное, я бы не хотел полагаться только на них.

– Ну, знаешь… – усмехнулся мужчина, кладя руки на пояс. – У тебя есть целых две вещи, на которые ты можешь всегда положиться – это родители и Орден. И я даже не представляю, что должно случиться, чтобы тебе вдруг пришлось рассчитывать только на себя.

Асока уже минут двадцать с любопытством следила за моей возней с гироскопами. Сначала просто косилась, потом откровенно пялилась, а под конец начала наяривать вокруг меня круги. Но вот этот момент настал, и она не выдержала:

– Ре-е-ейн… а что это ты делаешь?

– Тренируюсь, – ответил я и, подняв на нее взгляд, пояснил: – В Силовой ковке тренируюсь.

– А-а-а… – протянула девочка и замолчала минут на пять. – Ре-е-ейн. Я тоже хочу потренироваться.

Гос-спадя… Не стоило это все-таки в комнате делать, я и в течение дня успевал сделать двенадцать, а иногда и пятнадцать деталей. Но жадность – такая жадность.

– Ты хоть можешь видеть суть предмета? – спросил я скептически.

– Конечно, – ответила она возмущенно, но тут же поправилась: – Небольших предметов.

Год разницы. Что-то я, и правда, зазнался чересчур. Но как же не хочется рисковать пятьюстами кредитами. А значит надо ей что-то другое подсунуть.

Вот только оглядевшись, я ничего такого не нашел. Не знаю, как комнаты полноценных джедаев, только у юнлингов они довольно пустынны. Хотя у меня же где-то кубик дюрасталевый был, честно выпрошенный у наставника.

Не вставая с кровати, на которой я сидел по-турецки, потянулся в свою тумбочку, заодно глянув время на датападе. Хм, скоро на урок Драллига идти.

ЩЕЛК.

Твою мать. Я аж вздрогнул, перед тем как резко обернуться. И что б вы думали, я увидел? Асока Тано, с одним из гироскопов в руке, которые лежали с краю на кровати прямо перед ней, стояла с разочарованной мордашкой и крутила оный гироскоп в ладони.

– И что тут такого? – спросила она разочарованно. – Ты ведь погрешности устранял, я правильно поняла? А я-то думала, – протянула она в конце, кидая деталь обратно.

То ли я лох, то ли она гений. А уж если ее способности среднестатистические по Ордену, то совсем грустно становится. Подняв с кровати обработанный Асокой гироскоп, потратил время на его сканирование и, конечно, не нашел никаких отклонений от того, что делаю я. Будь иначе, все было бы проще.

– Впечатляет, – произнес я медленно. – Тут ты меня обошла. – На что тогрута самодовольно улыбнулась. – На, держи, – кинул я ей еще одну деталь, – повтори.

Раз, два, три… семь, восемь… десять… Щелк.

Твою мать. Десять секунд. Когда я трачу на это пять минут. Блин, обидно-то как.

– Говорю тебе, это просто, – протянула она мне деталь.

Хм, и с этой все в порядке. Так, сегодня уже поздно, а вот завтра нужно заглянуть к Асоке и пройтись по ее ровесникам. И не забыть уточнить этот момент у Лаири. Вдруг и я через год так же смогу?

– Асока, – обратился я к ней, – мне сейчас на урок фехтования бежать надо, не могла бы ты мне помочь с оставшимися шарами?

– Конечно, – ответила она. – Только зачем? А как ты тогда тренироваться будешь?

Черт, неохота ей про деньги говорить, хрен знает, как на это отреагирует маленькая девочка. Вдруг тоже захочет? И если на мои делишки с Дзиком внимания обращать не будут, уверен в этом, то развращение юнлингов мне может аукнуться.

– У меня этих деталей еще много. Я их не только для тренировки использую.

– А для чего еще? – Вот настырная.

– М-м-м… для моей работы с Дзиком.

– А-а-а… понятно. – Что-то я сомневаюсь, но вот только ты в этом не признаешься.

– Ладно, пора мне, – глянул еще раз на время. И встав, наконец, с кровати, направился к выходу. – Как закончишь, сложи все в коробку, ладно? Только ты все же осторожней, уж больно дорогие эти шарики.

Гироскопы вообще штуки дорогие, но даже на фоне средней цены в сто кредо эти сильно выделяются. Я, в принципе, доверял девчонке, но и промолчать не смог.

Уже скоро мой день рожденья, а значит, скоро уже год, как я занимаюсь у Драллига. И что, чего я добился? А не знаю. Злобный наставник молчит на этот счет. Я по-прежнему с легкостью побеждаю восьмилеток и чуть дольше вожусь с девятилетками. Зато теперь, пусть и с трудом, но я все же выношу десятилеток. Правда не совсем за счет техники… нет, без нее никак, но начни я спарринг с каким-нибудь юнлингом десяти лет и из другой группы, я скорей всего сольюсь просто потому, что не изучил его как учеников Драллига. Единственное, что он мне сказал по поводу моих достижений, это то, что стиль Шии-Чо и я – несовместимы. И даже не из-за каких-то технических нюансов, а просто потому, что он мне сильно не нравится. Так что я теперь хожу на его уроки с надеждой, что вот сейчас, сегодня, мне наконец начнут преподавать другую Форму. Но, как вы уже поняли, все время обламываюсь.

Вот и на этот раз, вместо того, чтобы начать изучать что-нибудь новенькое, а я в последнее время даже из Шии-Чо ничего нового не изучаю, Драллиг сказал мне повторять защитную связку «Три столба». Название немного смешное, если знать, что каждый «столб» – это противник, зато связка достаточно действенная. Кстати да, тройка Чабит, Талир, Бисау для меня уже давно не представляет опасности. А если заменить Талира кем-нибудь другим, то даже и сложности.

Я, кстати, вполне сознаю, что сильней своих сверстников, причем не только в фехтовании, но и в Силовых приемах. Чистых Силовых приемах. Тот же Толчок я освоил почти сразу, как нашел его описание в Архивах, тогда как не то что мои соседи-детишки, но и на год старшие Асока с Джосс до сих пор возятся с этим приемом. А вот в… ну, назовем это ментальными техниками, хотя это и не совсем верно, я не то чтобы профан, но уступаю большинству даже своих сверстников. Например, Чувство жизни. Блин, вы бы знали, как я бесился в свое время, когда все детишки в нашей группе уже освоили этот навык, а я только подбирался к нему! Мое «зрение», давало мне огромные плюсы, но стоило только закрыть глаза… А Ориентация? Техника, позволяющая настроится на полюса планеты. Да я этот дебильный навык до сих пор освоить не могу! Да и ладно, зато я дерусь лучше всех. Ах да, еще и энергию быстрей всех поглощаю.

Как-то раз задался вопросом, а откуда у меня талант к фехтованию? Ведь в прошлой жизни ничего такого не было. Но попытавшись вспомнить, действительно ли не было, понял, что не знаю. В той жизни я был начальником складской службы… ну, неважно теперь, в общем большой компании, а увлекался лишь гонками и машинами. То есть с фехтованием никак не соприкасался. Может, и был такой талант, может мне это и понравилось бы, да вот как-то… другим занимался.

Следующий учебный день отметился уроком Йоды. И не тем, что его вел Чебуратор, а тем, что мы на нем делали. Хотя нет, он отметился еще одним моим обломом и довольно опасной для некоего Рейна Дакари ситуацией. В общем, на уроке Йоды мы толкались. Я просто не знаю, как это еще назвать. Вставали друг напротив друга и, используя все, что знали, пытались опрокинуть оппонента. Соответственно, были некоторые ограничения, такие как перемещения. То есть делать мы могли всего один шаг в разные стороны от того места, где начали… э-э-э… спарринг.

Вот после объявления ограничений я сдуру, а может и нет, подошел к Йоде.

– Магистр Йода, – шуткой с его именем, я решил не злоупотреблять, ну его нафиг. Но разрешение запомнил. – Можно вопрос?

– Слушаю тебя, юнлинг, – повернулся он ко мне и, изображая немощь, с кряхтением облокотился на свою тросточку.

– Я насчет «все, на что способны».

– Уточнения нужны тебе, юноша? – умный старикашка.

– Именно что уточнения, – замялся я, думая – а стоило ли вообще подходить? – Меня это утверждение тоже касается?

– Хм, хм, – пожевал он губами. – Навыками ты владеешь недоступными другим, как я понимаю?

– Ну, как бы… Да что уж там – да я крут.

– Хе, хе, хе, – посмеялся он добродушно. – Быть может, со мной хочешь ты сыграть в игру эту?

– Да ты оборзел, Чебуратор. То есть… прошу прощения, магистр. Но не будет ли это чересчур? У меня и против обычного-то джедая шансов нет.

– Победа не главное в споре этом, да и пары все равно нет тебе, – кивнул он на суетящихся детей.

Это да, пятнадцать на два не делятся.

– Ну, раз так… – произнес я неуверенно.

Как ни крути, а спарринг с Йодой не имеет вообще никакого смысла. Я даже себя оценить не смогу. Будь на его месте обычный джедай, еще туды-сюды, да и то… А что я могу вынести из спарринга с разумным, у которого за плечами почти девятьсот лет опыта?

Отойдя чуть в сторону, мы встали друг напротив друга, вытянув руки в сторону оппонента. Расстояние, которое нас разделяло, было около полуметра, так что, можно сказать, стояли вплотную.

– Хех, магистр, – усмехнулся я, из-за роста Йоды чуть наклонившись вперед, – а ведь у вас более выгодное положение, – и на мгновение замерев, вздохнул: – Хотя да, о чем это я. Прошу прощения, гранд-мастер.

И в следующую секунду атаковал.

Тянуться к телу мелкого магистра я посчитал слишком… долгим, поэтому попытался схватить за руки и резко дернуть. Увы. Чебуратор умудрился перехватить мои руки и перевести мой рывок в некое подобие волны, из-за чего я чуть сам себя не опустил на землю. И если бы не уроки Драллига, я таки упал бы, но, слава богу, уроки мастера фехтования все же присутствовали. Чуть сместив правую ногу, я разбил «волну» и даже умудрился дернуть правой рукой в сторону, все еще пытаясь уронить Чебуратора. Конечно же ничего не получилось, зато теперь между нами было некоторое равновесие. Фактически мы вернулись к тому, с чего все началось, только руки были не вытянуты в сторону противника, а сцеплены.

Ну что ж. Дергаю его руки на себя и в сторону, на что он делает шаг вперед и в момент, когда давление доходит до пика, а мне просто некуда его тянуть, дергает правой рукой, да так хитро, что у меня подгибается левая нога. На что я тут же формирую Силовой толчок и запускаю ему в ноги. Точнее в его левую ногу. А сам в это время еще сильнее, почти падая, дергаю Чебуратора за правую руку. Вообще-то бить надо было в точку опоры, а значит в правую ногу, но уж ее-то он точно прикрыл бы. Да вот беда, прикрывал он, походу, все тело, потому что мой Толчок его не то чтобы не задел, он просто не подействовал. Как об стену дым, пух – и только «туман» в разные стороны летит. Я знаю, что Силовые приемы можно рассеивать, но вот наблюдать за этим мне выдалось впервые.

Вообще, если смотреть со стороны, то Силовой толчок довольно примитивная техника. Собрать перед собой Силу, она же «туман», уплотнить, задать скорость движения в собранном комке Силы и запустить ее в противника. Вот только Палатт, Джиро, Рама и Сэм, которых я решил обучить этому приему, споткнулись уже на уплотнении. Как, кстати говоря, и Асока. Даже я, освоивший прием достаточно быстро, не сразу научился регулировать скорость движения в уплотненной Силе. Точнее, у меня не получалось ее ускорить. Но главная проблема здесь и сейчас состояла в том, что я не мог создать Толчок достаточно быстро, чтобы этот прием оказался неожиданным для Йоды. Хотя… это же гранд-мастер… В любом случае, даже стой напротив меня обычный опытный джедай, даже тогда я создавал технику слишком медленно.

Тут бы мне и пригодился телекинез, как самая быстрая из получающихся у меня техник, да вот беда, Йода, как ни крути, на обычного джедая не тянет и сможет засечь мое манипулирование с Силой в любом случае. И что делать? Ни так, ни сяк, я ему даже потенциал свой показать не смогу. Бр-р-р, заговариваюсь. Уж член Совета сможет разглядеть потенциал, как и возможности, но и проигрывать вот так просто у меня желания нет.

Стоит заметить, что все эти мысли промелькнули не в одно мгновение, но и много времени не прошло. Пока я обдумывал ситуацию, мы успели с Йодой вдоволь потолкаться, а я целых два раза чуть не проиграл. То есть тут даже дебилу станет понятно, что гремлин мне не то чтобы поддается, а скорей ничего не делает. Ну, или тянет время, буквально приглашая меня показать все, на что я способен. Что ж, потанцуем.

Итак дано – физически мне его не взять, а Силовые приемы… тоже вряд ли, но подергаться я еще могу. Главная проблема в чем? В том, что он заранее чувствует мои манипуляции и десять раз успевает приготовиться. Вывод? Мне надо как-то скрыть свое воздействие на Силу. Как это сделать? Первое, что приходит на ум, это туман Забузы из Наруто. В идеале, конечно, мне надо скрытность тренировать, но конкретно сейчас я могу лишь забить его чувствительность. Много-много манипуляций, чтобы он не понял, что именно я буду делать. Как этого достичь? Относительно просто.

Продолжая потолкушки с Йодой, я начал уплотнять перед собой воздух. Медленно. Параллельно с этим стал слегка закручивать «туман» над его правым ухом. И над левым. Уплотнял небольшие сгустки Силы то там, то тут. Где-то ускорял Силу, где-то замедлял. И все это вокруг мелкого гоблина. Чем больше и разнообразней манипуляции, тем больше нагрузка на его чувствительность. Заодно пусть гадает, где и как я ударю. Уплотнение, закрутка в разные стороны и с разной скоростью, «пощипывание» его одежды телекинезом… множество различных точек напряжения Силы скопились на небольшом расстоянии вокруг гранд-мастера. Некоторые манипуляции я бросал, как только начинал, некоторые держал относительно долго, а некоторые как создал в начале, так и продолжал поддерживать. Соответственно, вместо исчезнувших точек напряжения я создавал новые. Иногда даже на месте прежних. Гы-гы-гы, попробуй почуять что-нибудь теперь, зеленый человечек.

И вот когда я уже собирался перейти в настоящую атаку, Йода, наконец, ударил.

Это были два Силовых толчка. Первый, судя по силе, должен был откинуть меня метра на три, и уже это сбило меня с толку. Ведь несмотря на то, что я умею, навыки защиты я не показал, а значит удар Чебуратора был из разряда читерных. Ну не мог юнлинг моего возраста его отразить. Я, собственно, и не отразил. Увидев, как перед ним сформировалось облако, очень быстро и, по-моему, уже изначально уплотненное, сделал единственное, что мог в тот момент. Я его поглотил. Да-да-да, юный Дакари и на это способен. Знали б вы только, чего мне это стоило и сколько раз меня валяли более старшие коллеги из группы Драллига, а с каким удовольствием Асока и Джосс дерибанили меня телекинезом… В общем, может у меня и есть талант к этому навыку, да нет, определенно есть, но вот освоение его мне далось и продолжает даваться ни фига не с полпинка. Потрудиться пришлось знатно. Собственно, я и не прекращал тренировки.

Так вот, первый удар Йоды я поглотил, а вот следующий, способный отшвырнуть меня метров на… да бог его знает на сколько. Но факт остается фактом, шандарахнул Чебуратор если и не от души, то где-то около того. И лишь благодаря своим навыкам поглощения энергии и тому, что второй удар был нанесен практически сразу за первым, из-за чего я не вышел из состояния поглощения и сумел всосать в себя часть Толчка, только из-за этого я пролетел всего лишь шесть метров.

Концентрация была сбита напрочь, как и ориентация. Расстояние, которое пролетела моя тушка, я смог оценить только потому, что Йода так и не сошел со своего места, пока я приходил в себя. Встав на четвереньки, помотал головой, после чего глянул на этого мелкого урода. А кто он еще после такого? Даже я, со своим не очень-то и лестным отношением к детям, ни разу не позволил себе такого. Даже в том спарринге с Асокой и Джосс я держал себя в рамках. Но это… Что ему вообще в голову взбрело? Убить, может, и не убил бы, но будь на моем месте обычный юнлинг моего возраста, сломанных костей было бы не избежать. Плюс подготовка у Драллига, которая была достаточно жесткой для детей. По-крайней мере падать и приземляться он научил меня быстро и на всю жизнь. И если бы не это, еще косточку другую я вполне мог сломать. Короче, народ, че за нах?

Не скажу, что меня обуяла ярость, глядя на этого карлика, но вот злоба, где-то глубоко внутри, вполне четко ощущалась. Кое-как поднявшись на ноги и глубоко дыша, стараясь успокоиться, глянул в глаза этому… мать его так, гранд-мастеру. На что он, грустно вздохнув, поковылял в мою сторону. Лаири к тому времени успела прийти в себя и, кое-где даже подзатыльниками, вернула детишкам учебный настрой. А то они до этого все как один на меня пялились.

– Извиниться стоит мне, наверное, – произнес подошедший Йода. – Да, извиниться, – покивал он сам себе.

После чего, кряхтя, уселся передо мной по-турецки и похлопал по полу, приглашая меня тоже сесть. Что ж, вопить рано, можно и послушать, что он хочет сказать.

– Так вы извиняетесь или только раздумываете над этим? – все же съязвил я. Не удержался, каюсь.

– Извиняюсь, – кивнул он, уже мне. – Ошибка это моя. Не так надо действовать было. Испугался я. Да, испугался.

– Не понял, – да, тупо. Ну а что мне еще было говорить на такое заявление? Йода испугался? Испугался чего? Проиграть? Чушь. Вот только больше мне на ум ничего и не приходит.

– Ошибки, ошибки, – вздохнул Чебуратор. – Все совершают ошибки, но нам старикам прощают их реже. Ведь опытны мы, мудры. Забывают разумные, что слабости все имеют.

– Все равно не понял.

– Эх. Силен ты, юнлинг, разумен. Убедил ты в этом всех, меня убедил. Забыл я, что ребенок ты еще. Маленький, неопытный, лишь познающий мир, – жевал он губы, покачивая головой.

– И что, это повод шандарахнуть меня такой силы Толчком?

– Не-нет, что ты, – произнес он и замер с закрытыми глазами на пару секунд. – Ответь мне, юнлинг, что сделать ты пытался? – спросил он неожиданно.

– А если уточнить? – протянул я.

– Как победить меня хотел ты?

– М-м-м… за ногу дернуть. Телекинезом.

– Хм, – повел он ушами. – Неужто для этого хаос такой в Силе устраивать надо было?

– А как еще? – возмутился я. – Вы же любой мой прием на стадии формирования чувствовали.

– Так даже? Хм, – мне эти его «хм» уже надоедать начали.

– Так в чем вы ошиблись, магистр? И чего испугались?

– Чувствительность Силы у тебя плохая, юнлинг, даже для возраста твоего, – а то я, блин, не знаю. – Но то, что сделал ты, не мог почувствовать ни один юнлинг.

– Магистр, вы специально мне мозги пудрите?

– Получается неплохо, верно? Хе-хе-хе.

Вот засранец зеленый.

– Давайте все-таки по делу.

– По делу? Не может одаренный телекинез чувствовать. Ни один из нас.

– Но… От же ж дерьмище.

– Неужто не замечал ты этого? – спросил он с удивлением. Как будто не понял еще, приколист хренов. И ни с того ни с чего продолжил, покачивая головой: – Плохо голонет на поколение юное влияет.

– А это здесь при чем?

– Слова новые в лексиконе появляются. Нехорошие, – уточнил он.

– Э… прошу прощения, магистр Йода, не сдержался, – опустил я взгляд. – Виноват.

– О-хо-хо. Проблема наша, юнлинг, в том, как действия свои хотел ты скрыть, – и почесав свою макушку, продолжил: – Впервые видел я такое. Множество с Силой манипуляций разных на пространстве небольшом несомненно чувствительность забивают, но… страх почувствовал я, когда понял ведет к чему это. Запаниковал. Ударил. Не получилось. Ударил сильней… – прикрыл он глаза и замолчал.

– Я все еще не понимаю, магистр. Что вы там такое поняли? Да и почему никогда не видели, раз уж на то пошло? Все-таки опыта у вас немеряно, неужто никто никогда не пытался сделать так же?

– Пытался? Хе-хе-хе, хм, хм. Нет. Сомневаюсь сильно я. И ты делать так не должен.

– А почему? – дал я ему понять, что не отстану.

– Пространство корежить начал ты. Трещало оно, вопило, – даже, кажется, слегка поежился Йода. От чего и мне стало не по себе. – Считаюсь я старейшим джедаем в Ордене, не так это, ну да ладно. Опыт имею я кое-какой, но не способен даже я… – замялся он, подбирая слова, – манипуляций с Силой совершать столько. Одновременно и разных. Дар это твой.

– Стоп. Магистр… я опять что-то не догоняю. Я совершал не так уж и много манипуляций. Уплотнение, – зажал я один палец, – закручивание, – еще один, – ускорение, замедление. – Еще два. – Всего четыре разновидности.

– Телекинез и Паутина Силы, – покивал он. – Силовой Толчок…

– Подождите, но это ведь все то же уплотнение.

– Нет, совсем нет. Движение уплотненными сгустками Силы, если хочешь. Взрыв Силы еще…

– Магистр, – прервал я его устало, – а это еще что?

– Не знаешь ты? Странно, – удивился он. – Комок Силы это нейтральной, «остановленной» и заряженный твоей собственной. Будь осторожней с этим, – нахмурился Йода, – опасная вещь в руках неопытных.

– Хм. – Тьфу, заразился, что ль? – Я, если честно, даже и не заметил ничего подобного. Что ж, буду осторожен.

– Повторюсь я, юнлинг, в других не кидай, опасно это.

– Само собой, магистр, – кивнул я. – Но возвращаясь к прежней теме, всего получается… восемь различных манипуляций. Даже так, маловато.

– Не совсем так, юнлинг. Было множество «уплотнений», различных. «Ускорений» и «замедлений», с разной скоростью. «Закручивания»…

– Я понял – в разные стороны. Вы простите меня, магистр, что перебиваю, но разве это так важно? По-моему, это неважно, действие-то одно делается, просто… по-разному.

– Два меча представь себе, что в руках держишь ты. Один закручиваешь, другой из стороны в сторону водишь. Все это – просто махание клинком, но действия-то разные.

– А телекинез? Если я могу держать… – тут я замолчал, глянув, как отрицательно покачивает головой Йода.

– Действие это одно. И неважно, сколько объектов держишь ты.

Ох, да плевать, в конце-то концов. Раз уж Йода говорит, пусть так и будет.

– И сколько я действий выполнял?

– На двадцати восьми сбился я.

И насколько это круто, интересно?

– А сколько можете вы?

– Семь.

– Да ну нафиг! Извините, – поправился я.

– Семь всего лишь, – кивнул он. – Считаю я, правда, лишь силовые приемы. Внешние. Те, что направлены на нас самих, идут по другой категории.

– Это по какой?

– По мысленной, – припечатал ушастый.

Это он меня так послал? Типа, не лезь, куда не зовут? Лады, намек понял. А вот причины – нет.

Впрочем, может и не послал. Ну да в принципе, это я дурак. Нам же еще на лекции перед обучением Силового Толчка рассказывали про различные категории. Ментальные, силовые, усиливающие, сканирующие… Неудивительно, что он это таким тоном брякнул. Я, по идее, это и сам должен был знать.

– Извините, магистр. Это я еще от вашего удара не отошел…

– Кхе, – вставил он.

– …туплю еще, – блин, неудобно получилось, как будто я его мордой тыкаю в его оплошность. Да плевать. Не, в самом деле, с таким жизненным опытом и вдруг запаниковал. Тьфу. Не мог, зверь зеленый, поделикатней меня уронить?

Примерно на этой мысли я вдруг ОСОЗНАЛ! Едрить-колотить, как говорит одна медсестра. Это что ж получается, сейчас Йода встанет, отряхнется и пойдет по своим делам, а потом между делом расскажет Совету о таком уникуме, как я? А кто-нибудь из Совета поделится с кем-нибудь еще? А тот по секрету… мать моя женщина… Этак и до Палпатина дойти может. И если, пусть и талантливый, но не выходящий за рамки юнлинг ему нафиг не сдался, то одаренный с таким талантом как у меня… ну, как минимум его заинтересует. Ах ты ж, ё мое! Так я ведь еще и рвать ткань пространства могу. Или смогу в будущем.

Епа-а-ать… во я попал.

– Магистр, – начал я осторожно, – а можно этот разговор и то, что здесь произошло, оставить между нами?

– М? Беспокоит что-то тебя?

– Я… – твою мать, твою же мать! – Я вас очень прошу.

– Быть может… – начал он, глядя мне в глаза. – Тревогу чувствую твою я, причины только не понятны мне.

– Я… как бы… – мля, ну вот как заговорить почти девятисотлетнее существо? Да никак. Не мне.

Помолчали. У меня слов не было. Можно, конечно, рассказать ему про будущее и злобного Канцлера, только вот что-то говорило мне, что будет еще хуже.

– Будь по сему, – произнес вдруг Йода. – Но и ты обещай мне, что не будешь повторять подобное.

Я поначалу даже не поверил в услышанное. Точнее, не сразу осознал это.

– Магистр… – замолчал я, не зная, как бы его поблагодарить.

– Просто пообещай.

Да запросто!

– Я… – стоп. – Не могу.

– А причины этого какие?

Галактическая Империя, что охотится за одаренными? Последний шанс? Защита близких?

– Эта жизнь слишком неопределенная, чтобы давать такие четкие обещания. А нарушать их я не хочу.

И лишь произнеся это, я понял, что Орден таки промыл мне малость мозги. Ну что мне стоило пообещать? Ну, нарушу я слово, и что? В ад попаду? Или джедаи за мной погоню устроят, вырезая знакомых и близких? Какого хрена я сейчас ляпнул?

– Хм, хм, – потер подбородок Йода. – Будучи юнлингом, не будешь делать ничего подобного ты. А станешь падаваном, учителю все расскажешь.

– Обещаю, – сказал я сразу, как осознал слова гранд-мастера.

– В таком случае, закончим разговор этот мы, – поднялся магистр на ноги. Ну и я за ним. – Что касается урока этого, – оглядел он толкающихся детишек, – с Рамой Оланту сыграй ты. Не применяя Силу.

– М-м-м… магистр Йода, но он же тисспианец. Как мне этого змееногого без Силы повалить? Можно мне хоть телекинез-то использовать?

– Нет, – коротко, и лаконично.

– А если подумать, магистр Чебуратор?

– Нет.

– Мне вы тоже предлагаете не думать?

– Не… что? – посмотрел он на меня удивленно. – Хм-м-м. Да.

– … – не понял уже я.

– Не думай. В поединке этом просто не думай.

Определенно. Скилл «Озадачивание» у Йоды прокачан на максимум.

Шутки шутками, а в том, что я смогу повалить Раму, сомнений у меня не было. Ну и что, что с хвостом вместо ног? Ну и плевать, что нельзя пользоваться Силой. Уж кому-кому, а пацанам из своей комнаты я не проиграю.

Ох ты ж, твою мать! Пять полутонных камней рухнули на песок. Как, собственно, и песок, который я держал телекинезом вместе с камнями. Я чуть не подпрыгнул, когда посреди ночи в пустом тренировочном зале меня подергали за рукав. Этак инфаркт можно отхватить. Обернувшись, увидел маленькую беловолосую девочку, стоящую у меня за спиной, опустив взгляд. Сефи, однозначно. Детишек этой расы я уже достаточно повидал. Кстати, довольно высокомерны. Не настолько, чтобы это раздражало, но, тем не менее, заметно.

– Ну и что же маленькая красавица делает в… – запнулся я, глянув на настенные часы, – два часа ночи ВНЕ своей комнаты?

– Я заблудилась… – промямлила малышка.

– Тебе сколько лет, ушастая? – спросил я у нее.

– Пять… – опустила она голову еще ниже.

Плохо. Комнат для четырехлетних не так уж и много, в отличие от тех, что на пять человек.

– Ну, хоть номер комнаты ты помнишь?

– Да! Двадцать два, двадцать два! – вскинулась она даже немного с гордостью.

– Что ж, – почесал я затылок, – это многое упрощает, – и, покосившись на камни, махнул рукой. – Ладно, и правда, спать пора. Пойдем, провожу тебя. Меня, кстати, Рейном зовут. Рейн Дакари.

– Тами… – засмущалась девочка. Но через мгновение собралась и с неким даже вызовом произнесла: – Таминами Джакра.

– Приятно познакомиться, Тами, – улыбнулся я ей. – Сон – важная часть нашего распорядка.

– А почему ты тогда не спишь? – спросила она.

Блин, и что ей ответить? Ладно, пусть будет банальность.

– Потому что я старше и мальчик, так что могу себе это позволить. А вот у девочек от недостатка сна портится кожа, и они не могут пренебрегать сном, – произнес я, беря ее за руку и ведя в сторону выхода.

– Это все сказки, – надулась Тами, – ничего у нас не портится.

– М-м-м? Поэтому ты тут лазаешь? Проверить хочешь?

– Нет, – смутилась она, – просто интересно было… – пробубнила девочка, опустив голову. И, резко сменив тему, спросила: – А это тяжело, такие большие камни поднимать?

– Что? А-а-а… нет, конечно. Я же их не руками удерживаю. Воля и желание – вот все, что тебе нужно. Причем желание стоит на первом месте.

– Здорово, – вздохнула маленькая блондинка. – Я тоже так хочу.

– Со временем научишься. Главное, не обращай внимания на вес, он ничего не значит.

– А тебе сколько лет? – сменила она опять тему.

– Семь, – усмехнулся я.

– А это правда, что нам будут добавлять свободное время каждый год?

– Правда.

– А когда начнутся уроки с мечом?

– А у вас их еще нет? Ну, тогда со дня на день.

– А с какой ты планеты?

– С… с Терры я.

– А какой тебе цвет меча нравится? – не стала она уточнять.

– Синий.

– А когда нас будут учить поднимать камни?

Знаете, от того зала, где мы с ней встретились, до ее комнаты было довольно прилично тяпать, и все это время она закидывала меня своими вопросами. Всю дорогу, блин. Связанные с учебой, не связанные – ей, походу, было наплевать. Но я – избранный герой-попаданец, а не так, погулять вышел, так что с честью выдержал этот прессинг, в той или иной степени ответив на все ее вопросы.

– А это правда, что…

– Все, малышка, все. Мы пришли. Вот твоя комната. Беги уже спать.

Смутившись очередной раз и быстро поблагодарив меня, она скрылась за дверью, а я, наконец, избавился от этой говорливой особы. Тами, конечно, мила… с какой-то стороны, но у меня чуть мозг не взорвался, пока я ее сюда вел. А так как миссия по спасению девицы завершена, можно и честь знать, мне сон тоже необходим, сегодня я как-то подзадержался.

За следующий месяц до очередного знаменательного события не произошло ничего, о чем стоило бы упомянуть. А не, вру. Драллиг ни с того ни с сего вдруг начал обучать меня рукопашке. Просто в очередное мое посещение его уроков он сказал, что сегодня и в ближайшее время меч мне не понадобится. Так что светошашкой я махал исключительно в свободное время. По ночам. И были у меня подозрения, что наставник был в курсе этого, но никаких новых связок, приемов, движений… вообще ничего для отработки не давал.

Моя новая комнатка выглядела, как сильно уменьшенная на пять человек, в смысле разумных, из которой меня и парней только что выселили. Причем сильно уменьшенная. Если разделить общую комнату на пять частей, то эта как бы не меньше окажется. А так, все то же самое, что и у Асоки. То есть к тому, что я сейчас вижу, я был готов и ничему не удивился. Сегодня же закажу матрас у Дзика.

Закинув свой невеликий скарб в шкаф, мелочь в тумбочку, поставив коробку с гироскопами у кровати, упал на оную, раздумывая куда идти. Можно сходить порулить каким-нибудь кораблем, или на курсы к разведчикам, или к Дзику. А может в Архивы? Или пострелять? Не стоит и Драллига забывать – до начала занятий с личной группой он занимается с общей. Эх, блин, вроде и добавили целый час, а куда податься, все равно непонятно.

Кстати, соседей я так и не сменил. Если раньше мы жили в одной комнате, то теперь в одном коридоре. Кхм, ну вы поняли. Комнаты у нас в одном коридоре.

– Рейн? – о, вспомнил, называется. – Ты уже устроился?

– Да Сэм, – вздохнул я, – уже.

Было б странно, занимайся мы этим долго. При нашем-то количестве вещей.

– Так может того… полетаем?

Будем считать, что это судьба.

– Только выберем что-нибудь новенькое, – сказал я, вставая с кровати. – Задолбали эти истребители.

– М-м-м… – задумался парень, – канонерки?

– Сойдет, – махнул я рукой. – Кто-нибудь еще с нами идет?

– Не знаю, я к тебе первому зашел.

– Ну, пошли тогда узнаем, – прошел я мимо него, выходя в коридор. – Надеюсь, Джиро с Рамой не убежали.

Что онгри, что тисспианец крайне отвратно летали на… просто летали. Их во что ни посади, велик шанс, что они в чистом космосе куда-нибудь врежутся. Палатт тоже не блистал, но он был стабильным середнячком, обещающим вырасти в хорошего пилота. Вообще-то, было бы неплохо скинуть эту парочку лузеров на Сэма, но насколько тот был гениальным пилотом, настолько же был убогим учителем. Мне заранее жалко его падава… ну да… что это я? Даже если он переживет Приказ 66, Ордена с его институтом падаванства к тому времени уже не будет. С каждым годом, что и не удивительно, задумываясь о кончине джедаев, мне становится все неуютней и неуютней. По крайней мере, решение о помощи конкретно этим пятерым мальчишкам и Дзику я уже принял. А там, будь что будет.

После очередного издевательства над моей психикой, подхватив Джиро с Рамой, я отправился в зал фехтования. В конце концов, мне нужно было успокоиться, а лучше всего для этого подходит МЕСТЬ.

– Рейн, – канючил Джиро, – может, хватит, а? Ты же нас просто избиваешь. Чему тут научиться можно?

Рама, в принципе, был с ним солидарен, но плакаться себе не позволял, лишь шипел.

– Это спарринг, Джиро, – ответил я. – Тебя послушать, так они и вовсе не нужны. Мне, между прочим, со стороны видней, и я тебе авторитетно заявляю – несмотря на твою пацифистскую натуру, ты фехтуешь очень даже ничего.

– Ну и зачем мне это?

Приказ 66, чистка джедаев, гонения? Вот как ему объяснить, что такие спарринги, пусть на чуть-чуть, но приближают его к выживанию?

– Подними меч, Джиро. И не сдавайся никогда. Мгновение твоей нерешительности будет стоить очень дорого.

– Рейн…

– Подними меч! – надавил я на него. – А ты что шипишь, Рама? В круг, будете нападать вместе.

Активировав синий световой меч, наблюдал, как змееногий выползал на площадку для спарринга. Перед тем, как начать, бросил взгляд на свое оружие. Странно, синий цвет мне нравится, а вот меч – нет. Не знаю, почему так. Выбрал бы другой, но как-то забыл проверить, когда брал рукоятку, а возвращаться обратно к стойке мне было лень. Вот теперь и вздыхаю, не всерьёз, само собой, не настолько мне претит синий клинок.

Первым атаковал Рама. Грубо, прямолинейно. За что и получил по рукам. А Джиро, упустив момент, только начал обходить меня справа.

– Слишком спешишь, – сказал я тисспианцу. – А ты тормозишь, ставя напарника под удар, – это уже малолетнему онгри. – Блин, нас же учат работать в группе, неужто вот так враз все позабыли? Рама, успокойся. Гнев и раздражение ничего кроме темной стороны тебе не принесут. А на той стороне, я сильно подозреваю, гораздо хуже, чем на этой. Давайте, парни, соберитесь и нападайте.

Вот. Вот! Стоило им только успокоится, и сразу начали действовать слаженно. В Ордене групповому бою, кстати, уделяется немалое время, только вот я этим обделен. По основам меня Драллиг гонял, но, как он выразился, главным учителем должен стать учитель. Резон в его словах, конечно, есть, да вот беда – не быть мне падаваном. Впрочем, мне по жизни и фехтование в группе не нужно будет. Хотя, если подумать, то и с самим фехтованием не все просто.

Ладно, свою МЕСТЬ я исполнил и насладился, можно и правда их немного потренировать.

– Резче, Джиро. Бей резче. Такой вялый удар и четырехлетний отобье… Хм, Рама, будешь делать такие широкие махи, и у тебя никогда не получится нормальный Чо май. Джиро, Шиак – это укол, а не обнимание. Будешь так напрыгивать на противника, точно с ним обнимешься. Рама, Рама… это сейчас что было? Ты мне руки пытался отрезать или кисти? Ты знаешь, эти движения все же различаются, а будешь так махать мечом, скорей себе что-нибудь оттяпаешь. Говорил же, Джиро, бей резче. Да бля, резче, а не быстрей. Да, Рама, это больно, будешь делать такой широкий замах, больно тебе будет все время. До первого противника с мечом, само собой.

Пока я гонял двух малолетних обалдуев, вокруг нашей компании собралась небольшая толпа в двенадцать юнлингов, которые просто стояли и смотрели. А не, вру, иногда перешептывались. И вот минут через десять после начала спарринга с парнями в круг зашел неизвестный мне мальчишка лет десяти. Постоял, привлекая внимание, включил меч, крутанул им, еще немного постоял и резко включился в бой. На стороне Джиро и Рамы, конечно. И я был не против, вчетвером всяко веселее. Им. А мне лишний тренинг.

– Эй, блондинчик, – тьфу, я ж сам того, белобрысый, – ты слишком короткие шаги делаешь. Даже для Шии Чо короткие. Увеличь их раза в два. Мля, – получил он удар по бедру. – В два раза, а не в десять.

Так мы и колесили с ними минут десять. Этот блондинчик оказался хорош. В среднем. И главное, он действительно пытался следовать моим поправкам, и у него это даже немного получалось. И только я хотел заканчивать, как в круг вышел еще один юнлинг. На этот раз мой новый противник был саласстианином. С большими ушами, похожими на локаторы, большими черными глазами и двумя щеками. Почти как жабры, если не знать, что это лишь кожа. Вышел, подождал немного, крутя активированный меч, и атаковал.

Трое на одного – это, конечно, интересно, но четверо – интересней вдвойне. Хорошо еще, площадка для спарринга позволяла мне маневрировать, но, как ни крути, она была конечного размера, и я уже начал его ощущать.

Отбив два выпада, принял на жесткий блок третий и подшагом ушел между противниками, не давая четвертому достать до меня. Еще два выпада, и еще один уход. Мощный рубящий справа заставляет сделать Джиро шаг назад, а я уже атакую Раму и блондина. С шагом назад принимаю на блок атаку саласстианина и тут же уворачиваюсь от выпада змееногого. Блин, был бы у меня второй меч, и не пришлось бы делать лишнее движение. Ну и ладно. Может пора выводить их в аут? Нет, рано. Я только-только поймал ритм, можно еще немного пофехтовать с ними.

Через полчаса после начала спарринга с Джиро и Рамой вокруг нас собралась толпа, количество разумных в которой я даже не пытался считать. И если в круг выйдет пятый, их придется шустро валить. Если вначале еще ладно, то сейчас я малость подустал уже шашкой махать. Мои противники тоже, но их четверо, и пятый в этой компашке уже лишний.

– Ты смотри, Джиро, всего полчаса, а твой удар уже лучше. А вот ты, змеюка, по-прежнему спешишь. Слишком часто атакуешь, мелкий, – это я саласстианцу, он и правда был самым маленьким из нас, – не пренебрегай блоками. Ну, Джиро… неужто я зря тебя похвалил? А вот этот удар, белобрысый, нужно проводить кончиком меча. Нет, не так, и не так. Да-да, так бывает, если слишком часто повторяешься. О, Асока! И ты тут?

Вот это я и называю – сглазил. Не просто пятый противник, а, черт побери, Асока! Не уставшая, пышущая энтузиазмом тогрута. Но плохо не это, плохо, что я ее уже сколько времени натаскиваю. Она же… нет, не слабые мои места знает, у меня их мало, и я их учитываю. Гораздо хуже то, что она знает мои предпочтения. Тупо, как я ударю в той или иной ситуации, а такие вещи видней со стороны. И вот это ее знание, плюс четыре противника, двое из которых тоже со мной знакомы, вот это и есть главная засада. Блин, будь их хоть на одного поменьше, ну, или дело происходило бы на арене побольше, а так… Пятеро – плохо, но терпимо, Асока – плохо, но тоже терпимо, круг спарринга – плохо, маловат он для шестерых, но тоже, туды-сюды. А вот все вместе – просто хреново. Одно радует – тут и проиграть не зазорно. Но, блин, как же не хочется.

Скользящий блок, уворот, шаг в сторону, еще один блок и еще, жесткий блок с подшагом в сторону и, не размыкая клинков, отбить еще один удар. Опять уворот, одновременно с этим нанося выпад. Длинный шаг с поворотом корпуса и, держа клинок за спиной, принять на него горизонтальный удар Джиро. Не успевая отбить следующую атаку, очередной раз уворачиваюсь.

Может руки-ноги в ход пустить? Для чего-то же я изучал все эти месяцы рукопашный Ниман? Нет, пожалуй, нет. Я начал этот спарринг как тренинг по фехтованию, так его и надо закончить. Но, господи, как же мне не хватает второго меча. Даже те редкие уроки со вторым клинком, которые мне давал Драллиг, пока учил рукопашке, сейчас бы пришлись очень кстати. Да и все остальное… рукопашный стиль Ниман весьма и весьма развивает работу обеих рук… Вот хитрожопый полукровка, то-то я сейчас так остро чувствую пустоту во второй руке.

А детишки продолжали атаковать. Рубящие удары, уколы, перемещения, не дающие мне маневрировать. Можно сказать, что с приходом Асоки ребятня вошла в раж, задействовав второе дыхание. Я же практически перестал атаковать, во всяком случае, ради нанесения повреждений. Просто иногда лучше нанести удар одному, чем защищаться от двух. Ударить, увернуться, блокировать и снова увернуться, примерно так и прошли следующие пять минут. Уже второй раз я чудом избегал повреждений просто за счет ошибки противника. Слишком часто чужой меч стал мелькать рядом с моим лицом. Незапланированно мелькать. Отвести в сторону меч Джиро, увернуться от выпада Рамы, сделать шаг к салластианцу, дабы быть чуть дальше от блондина, который, несмотря на мои слова, все же делает время от времени слишком короткие шаги. Отбить удар Асоки, затем Рамы, чуть отклониться от рубящего горизонтального блондина, вновь удар Асоки, с наклоном и поворотом на девяносто градусов ухожу от меча Джиро… Не то чтобы паника, но, похоже, я проиграл.

Стоп! Собраться. Убрать лишние мысли.

Дакари не сдаются. Русские Дакари непобедимы.

Если мне не хватает еще одного меча, значит надо взять его.

Тянусь через Силу к стойке с мечами, одновременно с этим парируя поочередно удары блондина и Асоки. Жесткий блок Джиро и шаг вперед с разворотом на сто восемьдесят градусов. В итоге я оказываюсь лицом сразу ко всем противникам, с вытянутой вооруженной правой и убранной за спину левой рукой, в которую как раз в этот момент прилетел второй меч.

– Ну что ж, ребятушки, – произнес я и, так и не убрав из-за спины руку, включил второй меч, – давайте станцуем.

Дети не нападали, я ждал. Маленькими шажками, держа перед собой мечи, они выстроились вокруг меня полукругом и пару мгновений переминались с ноги на ногу, пока Рама наконец не сделал первый ход. Блок правой. И тут же парирование блондина слева. Секунд пять мы стояли на одном месте, обмениваясь ударами. Несмотря на то, что их было пятеро, прорвать мою оборону у юнлингов не получалось. И не получилось бы, что Рама, похоже, понял первым, подныривая под удар и заходя мне за спину. Вот тут-то все и закрутилось. Строй был нарушен, и я просто не мог не воспользоваться этим. Шаг, подшаг, и моя тушка перемещается на то место, где только что был змееногий. Так что белобрысый с Асокой, находившиеся с другого края, на несколько мгновений потеряли возможность атаковать. Причем они ступили и, вместо того чтобы обойти Джиро и салластианина с разных сторон, оба сместились вправо. От меня вправо.

Получилось так, что сделав пару шагов, я вернулся на прежнее место, по пути выбив меч из рук Джиро и сильно ударив по ноге салластианца. Подставив меч под удар Рамы, я нанес рубящий по упавшему коротышке. Еще один выпад, и сильный укол в сердце не только вывел из игры Джиро, но и уронил того на пол.

Увернувшись от горизонтального маха блондина, я двумя взмахами обозначил поражение Рамы. Будь это реальный бой, у него оказался бы вспорот живот и отрублена голова. Еще один наклон и уворот от удара Асоки, после чего оба моих меча останавливаются в нескольких миллиметрах от их сердец. Все. Амба. Бой окончен, Дакари выиграл.

Прежде чем наблюдающие вокруг нас юнлинги разразились громом оваций, вперемешку со свистом, я еще успел услышать шепот Асоки:

– Круто.

Выключив клинки, пару раз поклонился толпе, продолжающей аплодировать. Приятно, черт. Но надо идти – пока кланялся, заметил Драллига, который недвусмысленно махнул рукой, подзывая меня.

– Ты как всегда немного опережаешь мои планы, Рейн, – сказал он мне, когда я приблизился к нему достаточно близко.

– Какие планы? – не понял я.

– Поставить тебя в подобную ситуацию, – махнул он мне за спину. – Правда я думал, что до момента, когда ты будешь готов к прорыву, тебе еще пару месяцев вкалывать.

– Прорыву? – переспросил я. На что Драллиг приподнял бровь. Нет, понятно, что за прорыв – момент, когда накопленные знания будут готовы принять зримую форму. Просто немного неожиданно, вот так резко перейти на рабочий лад. Потому малость и ступил. – Хм, прошу прощения. Конечно, мне все понятно.

– Ну да, – хмыкнул он, – конечно. Пойдем, сегодня можно начать и пораньше. Ты ведь не против?

– Я только за, – ответил ваш покорный слуга. Попробовал бы ответить иначе…

– Ну, вроде все, – пробормотал я, сидя напротив малого верстака. – Дзик! – гаркнул во все свои восьмилетние легкие. – Я все!

– Что? – оторвался он от сварки какой-то детали, поправив черные очки.

– Я закончил с процессором.

– А-а-а, – повернулся он обратно. – Сейчас быстренько закончу, и посмотрим, что там у тебя получилось.

А получилась у меня непонятная хрень. Нет, тесты говорили, что все блоки в порядке. Не конфликтуют, не тормозят, совместимы, импульсы, мать их так, проходят. Только вот если бы я решил собрать эту матрицу заново с нуля, сомневаюсь, что что-то получилось бы. Уж больно много я тут всего понакрутил. Да и ладно. Все ж таки первый блин. Главное, я на этой матрице отработал мелочи, и в следующий раз все будет гораздо более структурировано. Зато есть плюсы – если кто-нибудь когда-нибудь попробует разобраться в моем первом опыте, хрен у него что получится… М-да, плюсы. Что-то я не представляю, зачем это может кому-нибудь потребоваться. Давайте уж реально смотреть на вещи – реально хрень, реально непонятная.

– Ну, что у тебя тут? – подошел ко мне Дзик.

Я к тому времени уже вставил, куда надо, процессор и был готов включить дроида. Собственно, мое величество уже успело пожалеть, что окликнуло техника – после его слов пришлось ждать, что любопытство переносило с трудом, причем сам Дзик пока был как бы и не нужен. Что я, без него дроида не включу?

– У меня? У меня все готово. Матрица создана, загружена и вставлена. Так что можно приступать к главному тесту, – потянулся я включить машину.

– Подожди, – придержал он мою руку. – Забыл технику безопасности?

Не понял, если честно. Даже ответил не сразу.

– Что?

– Техника безопасности при первом включении дроида в готовом теле с новой матрицей. По уму надо было сначала голову отдельно от тела включить. Потестить. Потом…

– Дзик, извини, что прерываю, но зачем?

– Рейн… – почесал он лоб тыльной стороной ладони. – Даже я знаю пару случаев, когда при первом включении дроиды нападали на разумных. А последнее, известное мне, – уточнил он, – восстание машин произошло всего сто пятьдесят лет назад. Параноиком от этого, конечно, становиться не стоит, но и таким безрассудным тоже.

– Все равно не понял. Почему тогда ты… – покрутил я ладонью. – Ну… Сразу не забраковал мою идею?

– Тестер личностной матрицы тоже не дураки сделали. Ты ведь проводил тест?

– Конечно.

– Во-о-от. К тому же, я своими глазами видел блок на безусловное подчинение. Шанс на то, что он взбесится – невелик, – кивнул он на дроида. – Но шанс все же есть.

Наверное, не стоит говорить ему, что в процессе множества переделок внутренней прошивки я этот самый блок куда-то потерял. Он точно есть, только сейчас там столько всего понаворочено…

– Кхм… Убедил, – огляделся я зачем-то. – И что делать надо?

– Все предельно просто, – пробасил он с усмешкой. – Подожди секунду, – отошел он к своему месту. А когда вернулся, держал в руках два плазменных резака. – Держи, – протянул он мне один. – Если что, жги не задумываясь.

– Ладно… – пробормотал я.

– Да подожди ты, – остановил он мою руку в очередной раз. – Включать буду я, а ты отойди метров на пять.

– Э… Дзик. Я как бы джедай. Пусть и младший. Уж с дроидом как-нибудь справлюсь.

– Ты восьмилетний пацан, а на все остальное мне класть. Так что давай, – помахал он рукой в стиле «кыш отсюда». – Пять метров.

Многотонный вес, который я поднимаю телекинезом, плачет от этой картины.

– Как скажешь, Дзик, – пожал я плечами, отходя в сторону. – Может тогда лучше кого-нибудь из взрослых джедаев позвать? Вон мастер Кук… – замолчал я резко. – Что это он делает?

А мастер Кук, брюнет с тремя косами на голове, в данный момент застыл в позе «Йес». Левая нога поднята, правая рука согнута в локте, голова опущена, и все это уже секунд десять.

– Наверно сумел-таки прикрутить джиэшку к своему спидеру, – произнес задумчиво Дзик. – Настырный. Даже я думал, что с этим движком у него ничего не выйдет. Кхм, ладно, давай начинать.

Хех, а мои слова он проигнорировал. Видимо, эта процедура не так уж и опасна, а значит, и привлекать других – позориться. Да и вообще, похоже, что вся эта лабуда с техникой безопасности показана чисто для меня. Чтоб, значит, в будущем не расслаблялся. Мало ли. Что ж, Дзик, к сведению принял. Ты ерунды никогда не советовал.

После включения дроида у того загорелись желтым глаза, мужчина же сразу после этого сделал пару шагов назад.

– Идет настройка сенсоров, – прокомментировал усач действие дроида, когда тот начал крутить головой.

Но вот настройка прошла, и взор железяки остановился на мне.

– Приветствую, Создатель, – услышал я звуки стандартного вокабулятора. И если не задать параметры, такими они и останутся.

– М-дя, – покосился я на Дзика. – Зови меня «мастер».

– Принято, мастер, – ответил дроид.

– Дай ему имя, – обратился ко мне Дзик.

– Вот прям сейчас? – С именами у меня напряженка, тут думать надо.

– Сейчас, – надавил техник.

– Блин… – пробормотал я. – Юстианус. Твое имя Юстианус.

Не знаю, первое что пришло на ум.

– Принято, мастер.

– Назови свои приоритеты, – продолжал Дзик.

– Служить и защищать мастера, – незамедлительно ответил дроид.

– Назови свои задачи.

– Обучение и тренировка.

– Так-так, – почесал лоб лысый техник. – Слушай задачу – входишь в спящий режим и форматируешь все информационные накопители.

– Эй-эй! – возмутился я. Если бы вы знали, сколько всего мне пришлось загружать ему, вы бы поняли мое нежелание повторять эту процедуру. Это ж часа четыре минимум. И ладно бы только диск с личностью, все-таки матрица на процессоре – это скорей установки, но он же сказал: «ВСЕ накопители», – а их у машины аж три, тогда как у среднестатистического дроида только два.

– Требуется подтверждение мастера, – ответил металлический болванчик. Пока еще болванчик.

А я посмотрел на Дзика. Дзик посмотрел на меня.

– Подтверждаю, – махнул я рукой.

– Принято. Выполняю. – После этих слов глаза Юстиануса потухли, а само тело замерло истуканом.

– Ну, – положил Дзик на мой стол горелку, точнее на то место, которое зарезервировано для меня, – вроде все в порядке.

– Что, и все? – не понял я. – Вот так просто?

– О! – чему-то удивился мужчина и взял с моего стола одну из множества лежащих там деталей. – А что это у тебя тут регулятор выхлопа делает?

– Пробовал силовой ковкой улучшить.

– И как? – повернулся он ко мне.

– Как и всегда у меня, – на что он поднял бровь. – Конечно, получилось.

– Как всегда, хех. Я тебе притащу пару регуляторов, обработаешь?

– Лады, – пожал я плечами.

– Отлично. А то все время забываю, что этим можно и для себя пользоваться. Кхм. Так вот. По поводу дроида. Несмотря на то, что в памяти даже «новорожденного» дроида записано очень много информации, при первом включении они тупы как ключ на двенадцать, и если в матрице личности закралась какая-то ошибка, пропущенная тестером, пятьдесят на пятьдесят, что он тут же бросится на тех, кого увидит. Далее стоит вспомнить об инстинкте самосохранения, который прописывают в личность каждого дроида, дабы хозяин не терял свою собственность из-за какой-нибудь ерунды. Поэтому первым делом только что активированному дроиду необходимо дать имя, что поставит точку в формировании его личности, а после этого приказать… фактически убить себя. Если он это сделал, девяносто девять из ста, что все нормально. А даже если и нет, мы с тобой это дело узнать не сможем.

– Как-то это… – начал я.

– Замечу, Рейн, что тестер матриц делали отнюдь не дураки, а тысячелетия доработок превратили его в очень надежный аппарат.

– Понятненько.

– Ты только не забывай, – предостерег он меня, – что ошибки чисто статистически возможны. Так что никогда не забывай о технике безопасности.

– Ла-а-адно, – протянул я. – А как же все эти восстания машин?

– О-хо-хо, – присел Дзик на мое кресло. – Малыш, а ты когда-нибудь узнавал, сколько стоит такой тестер?

– Э…

– Этот небольшой… относительно… приборчик стоит больше ста тысяч.

– Едрить-колотить.

– А таких, как ты, экспериментаторов немерено. Плюс, и у больших фирм и корпораций случаются проколы. Особенно со специализированными машинами. Например, на дроидов-убийц в Галактике смотрят очень косо.

– А как же боевые дроиды?

– Ну ты и сравнил, – усмехнулся Дзик. – Убийца просто обязан быть намного, намного умней обычного вояки.

– Понятненько, – повторился я. – Ладно, Дзик, сегодня я уже не успею загрузить в него, – кивнул я на Юстиануса, – все то, что он стирает, так что пойду, пожалуй. Делать мне здесь сегодня уже нечего.

– Давай, малыш, до встречи.

Кстати да, не забыть выбрать для дроида имя получше.

Отправился я в биб… в Архивы. Еще вчера я наткнулся на занимательную работу некоего Библа, который весьма увлекательно и, что самое главное, познавательно описывал Орден Зейсон Ша, созданный около четырех тысяч лет назад. Сам Орден практически во всем, начиная от количества адептов и заканчивая финансами, проигрывал джедаям, но все же кое в чем они были наголову сильнее – телекинез. Чего стоит только физический щит, созданный на его основе. А не Силы, как у джедаев. Я даже представить себе такое не могу, а в Зейсон Ша подобное обыденность. Правда создавать щит могли не все, а около трети его членов – все-таки непростая это техника.

Закончив с очередной главой, откинулся на кресле, размышляя, стоит ли навестить этот Орден после моего ухода от джедаев. С одной стороны – надо, с другой – время будет слишком неспокойное. С третьей – пара лет, или сколько там до войны клонов, как ни крути, лучше, чем ничего. После воцарения Палпатина найти их будет гораздо сложней, да и опасней для меня. Что ж, решено: после джедаев отправлюсь к ним. Думаю, родители поймут и подождут. Ну а как Республика рухнет, умотаю домой, дабы не попасть под раздачу. Сомневаюсь, что добрый дядюшка Сидиус будет охотиться ТОЛЬКО за джедаями.

Именно на этой мысли меня подергали за рукав.

– Тами, – выдавил я сквозь зубы. Вот как она так момент подбирает? У меня ж только что чуть сердце не остановилось. – Что-то случилось? Опять потерялась? – Стоп, Леха, сбавь обороты. Девочка от моего тона аж съежилась. Бог с ней, потом дочитаю, благо за сегодня все равно не успею. Вдох. Выдох. – Извини, малышка, уж больно ты неожиданно появилась, – на что она несмело подняла голову. – Ну, – приготовился я внимать, – полагаю, тебе нужна помощь?

– У меня не получается телекинез, – произнесла она стеснительно и, запнувшись, поправилась. – Плохо получается. Наставник Бадж посоветовал сходить сюда и почитать «Невидимые руки».

– М-м-м… не смогла найти книгу? – предположил я, когда она замолчала.

– Нет. Я спросила у дроида, и он нашел ее для меня. Только… я… – замялась девочка. – Я не могу в ней разобраться.

– «Невидимые руки», говоришь? Что ж, – повернулся я к панели управления, – в каком она разделе?

– Вот, – протянула она мне свой датапад. Умная девочка.

Книга оказалась довольно занимательной. Я даже почувствовал себя не слишком умным, когда понял, что все то, до чего я доходил сам и насчет чего теребил Хранителя, оказывается, уже не просто где-то написано, а вот оно – методичка, которую рекомендуют кураторы. С другой стороны, мне Лаири ничего такого не предлагала.

С Тами мы разобрали лишь первые две главы – на большее у меня просто не было времени, но и этого ей для начала должно хватить. Кстати да, некоторые словесные обороты в этой книге были и в самом деле немного… непонятны для детей возраста девочки, может так и должно быть, конечно, но, по-моему, ее куратор все же малость лиху дал, предлагая ее Тами.

Поначалу, помня нашу первую встречу, я боялся, что красна девица закидает меня вопросами, но нет, она была на удивление образцовой ученицей – тихой, внимательной, и спрашивала только по делу. Причем настолько по делу, что сомнений в ее уме у меня не оставалось. Да, малые годы накладывали свой отпечаток, но когда она вырастет, уверен, ее соображалке позавидуют многие. Ах да, она же не вырастет… На момент воцарения Сидиуса девочка будет еще юнлингом, а в этом случае я не смогу сделать вообще ничего. Дерьмово-то как. Настроение сразу в минус опустилось, желание помогать в том, что ей не понадобится пропало. Понимание… точнее напоминание, какой я мудак, жгло огнем. Сколько бы я не находил причин, и железобетонных, и надуманных, это не меняло того факта, что я фактически бросаю детей на смерть. Плевать на Орден, плевать на взрослых джедаев, но дети… Страх, вот что правило моим разумом, страх и уверенность, что я не потяну. Сколько бы я не иронизировал про себя насчет избранного-попаданца, какие бы успехи в учебе у меня не были, реальность такова, что я всего лишь начальник склада одной из множества фирм в мире. Посредственность. Моя гениальность в фехтовании не поможет против тысяч штурмовиков, которые будут атаковать Храм.

– Все, хватит на сегодня, – выдохнул я резко. – Да и вообще, подойди с этим к куратору, он объяснит гораздо лучше, а мне уже на тренировку пора.

– Хорошо, – произнесла она тихо.

– И хватит уже преследовать меня, – потер я переносицу. – Наставники для того и существуют, чтобы помогать в учебе. И делают они это гораздо лучше меня.

На это она мне ничего не ответила, только еще больше поникла.

Поганое настроение. Вообще все погано. Пока шел к Драллигу, жутко сожалел, что у одежды юнлингов нет карманов – так хотелось засунуть туда руки… Ну не ерунда ли? Идти по Храму, видеть вокруг себя будущие трупы и сожалеть о каких-то карманах. Бля. Одним словом – бля. Нет у меня сейчас других слов, во всяком случае, нематерных. Все, стоп, хватит самобичеваний.

Остановившись перед залом, в котором меня ждал Драллиг, глубоко вздохнул, выдохнул и влепил себе пощечину. Эка меня прихватило. Выкидываем из головы лишнюю хрень и идем учиться. Это все, что я сейчас могу сделать. Это все, что я вообще могу сделать.

– Асока! – повысил я голос, не выдержав. – Я не стану вступать ни в какой клан. У меня день чуть ли не поминутно расписан, о чем тут вообще может идти речь?

– Ну, Ре-е-ейн… – заныла она вновь.

Я был выловлен сразу после окончания уроков Драллига, и вот уже целый час выслушивал уговоры этой несносной девчонки. Слава богу, она уже вышла из того возраста, когда могла плакать по поводу и без, а на жалостливую мордашку у меня иммунитет после Тами.

– Да ты только представь, сколько новых друзей у тебя появится.

Так себе повод, но все более-менее нормальное она уже успела предложить.

– Хватит, Асока. Хва-тит. Меня это не интересует.

– Просто попробуй, Рейн, уверена…

– Довольно! – раздражение как-то резко перешло в злость, и те камни, что я держал сейчас на весу, были с силой впечатаны в песок. – Если не хочешь, чтобы мы поссорились, забудь об этом!

– Л-ладно, – дернулась девочка. – Что ты сразу злишься-то?

– Сразу? – съязвил я. – Вот прямо-таки сразу? А как на счет тех девяти, уже, дней, что ты меня преследуешь?

– Ой, да ладно тебе, – махнула она беззаботно рукой.

Что тут скажешь – матереет девица. Совсем взрослой скоро станет. Несмотря на то, что в Ордене детей растят в равенстве полов, у девчонок где-то в подкорке, я бы даже сказал в генах, заложена уверенность, что женщинам позволено больше, чем мужчинам, и на многое они вот так вот могут махать рукой.

– Асока, – потер я переносицу, – хочешь потренироваться в фехтовании?

– Нет! – быстро ответила девочка.

Первые два дня я пытался не обращать внимания на ее приставания. Еще два дня пытался отделаться от нее словами. А на пятый не выдержал и предложил пофехтовать. А она, дуреха, тут же согласилась. И соглашалась, что интересно, только не так быстро, конечно, еще два дня. Но, как выяснилось, даже у малолетних блондинок тогрут начинают работать мозги, если их хорошенько колотить несколько дней подряд.

– А если я вступлю в твой клан, – зашел я с другой стороны, – придется.

– С чего бы это? – спросила она осторожно.

– Потому что я жутко мстительный тип.

– Месть ведет на темную сторону, – ответила она неуверенно.

– То есть ты тянешь меня на темную сторону? – изобразил я изумление.

– Н-нет, – замотала она головой.

– И какой из этого вывод?

– Ты должен поговорить со взрослым джедаем, – сказала она немного покровительственно. А я прикрыл лицо рукой. – А лучше с мастером Пло Куном. Он очень опытный мастер-джедай, уверена, он тебе поможет.

Она очень упорная девочка, а вот в дурости и блондинистости замечена не была.

– Ты ведь издеваешься, да?

На что она на мгновение отвела глаза, после чего я понял, что она издевается даже не конкретно сейчас, а вообще со всем этим приставанием и кланом. Возможно, изначально она и имела планы затащить меня туда, но девять дней отказов даже полной дуре покажет мое отношение к этому. И, что немного уязвляет мое самолюбие, понял я это только сейчас.

– Конечно, нет, – ответила она, наконец. – Я просто считаю…

– Довольно, – прервал я ее. – Вот теперь действительно довольно. От тех тренировок, которым ты мешаешь, в будущем будет зависеть моя жизнь. Лучше бы ты тоже тренировалась, а не приставала ко мне.

Тяжко вздохнув, она с улыбкой посмотрела на меня.

– Видел бы ты себя со стороны. Это было действительно весело. А насчет тренировок, я думаю, что ты слишком усердствуешь. Нет-нет, – не дала она мне ответить, – я понимаю, что это все нужно, но ты действительно чересчур сильно усердствуешь.

– Асока… – начал я, не зная как продолжить. – Когда-нибудь… – замялся я, – ты поймешь.

– Пойму что? – вполне ожидаемо не поняла девочка.

– Почему я так исступленно тренируюсь и заставляю тренироваться парней.

Да-да, своих соседей я не бросил. Они, кстати, сейчас сидели метрах в двадцати от нас и медитировали над камнями. Не то чтобы я брал их на каждую свою тренировку, но все же частенько. Даже больше скажу, они иногда приглашали с собой своих новых и старых знакомых, которых я, задабривая свою совесть, не прогоняю.

– Не понимаю, – заявила девочка с серьезной миной.

Ох, копаю я себе сейчас яму. Она ведь может вспомнить этот разговор, когда начнется война, и как минимум обидится. А скорей всего еще и обвинять начнет, что не сообщил о своих «видениях» Совету.

– Предчувствия у меня плохие, – на этот раз уже я ответил неуверенно.

– Ты должен все сообщить взрослым джедаям, – сказала она через полминуты обдумывания моих слов.

Будь она рыжей, прозвал бы Гермионой.

– Сообщить что? – спросил я иронично.

– Ну… про предчувствия, – ответила Асока, зачем-то покосившись на парней.

– Ты хоть представляешь, что это такое? Я не знаю, что им говорить.

– Но надо же хотя бы попытаться, – произнесла она взволнованно.

Тьфу. Похоже, она верит в меня несколько больше, чем я думал. И что ей теперь ответить?

Блин, сам себя подставил.

– Ты знаешь, что за страна такая – Россия?

– Э, нет, – ответила та удивленно.

– А теперь иди и расскажи о ней наставникам. Ну а что, название-то ты знаешь.

В ответ она набрала в грудь воздух, но так ничего и не сказав, с шумом выдохнула.

– Понятно. – И потеребив свой воротник, дернула подбородком: – Пойду тогда тоже помедитирую.

До войны не один год, думаю, она вскоре забудет этот разговор. Надеюсь на это.

Следующий день… да и вообще месяц, ничем особенным не отметился. Вру. Почти ничем. Свою работу начал мой новый дроид Сирано. Почему-то это был первый фехтовальщик, который пришел мне на ум, когда я выбирал для него имя. Потом, правда, хотел д'Артаньяном обозвать, но как-то это слишком длинно мне показалось, а имени мушкетера я и не помню. Если вообще когда-то знал. В конце концов я не стал загоняться, чего-то там вспоминать, а просто выбрал самое первое пришедшее на ум имя.

Тренером, а точнее спарринг-партнером, Сирано оказался… устрашающим, я бы сказал. Пока это еще не очень заметно, но меня вгоняет в дрожь его способность к обучению. Право слово, господа, это что-то с чем-то. За какой-то месяц он не то чтобы догнал меня в мастерстве, но изменения более чем четкие. Думаю, еще полгода, и мне придется использовать Силу, иначе его не победить. Мне, во всяком случае. Возможно, не отведи я его в общий зал, где в мое отсутствие им пользуются другие юнлинги, скорость набора опыта и была бы поменьше, но что есть, то есть.

Да и ладно. Для этого я его и создал, ведь так? Зато теперь я мог сосредоточиться на своем новом, или лучше сказать старом-промежуточном, проекте. Если кто не помнит, напомню – дроид-телохранитель. Или скорее универсальный боец, который может быть как телохранителем, так и штурмовиком. Проблема, если это можно так назвать, была в том, что этот проект мне пришлось начать фактически заново. То есть пока я занимался этим в качестве отдыха, дабы отвлечься от создания матрицы Сирано, все было хорошо и логично. Но стоило только заняться им вплотную, как стали появляться мелкие и не очень проблемы. Например, у GX1, матрицу которого я собирался использовать, ее фактически и не оказалось. Разработчики почему-то отказались от установки эвристического процессора, ограничившись встроенными программами, созданными специально для него. И все те хвалебные отзывы, которые я слышал об этом дроиде, были возможны только благодаря им.

Впрочем, с процессором я рассчитывал использовать тот, что сам и создал. Лезть внутрь различных блоков было, если честно, стремно, но вот удалить некоторые из них и заменить другими было вполне возможно. Оставить «внутреннюю» прошивку – на саму личность, как таковую, она не влияет, – оставить блок на подчинение, блок на самосовершенствование и набор опыта. Убрать блок, отвечающий за фехтовальную часть личности, социальный блок заменить другим… Или оставить? М-м-м… тут надо подумать. Блок, отвечающий за самосохранение, тоже заменить. В общем, вы поняли принцип. Работа не самая простая, но уж всяко проще, чем все заново делать. А вот с программами GX1, которыми я все же попробую воспользоваться, придется повозиться – их разрабатывали специально под этого дроида, и я что-то сомневаюсь, что они легко встанут на другую платформу.

С телом нового дроида тоже не все ладно, но тут виноват только я, да и виноват, слишком сильно сказано. Просто мне жуть как не хочется, делать монстрика из деталей различных машин. Как, собственно, и брать что-то уже готовое. Понятно, что разрабатывать свою собственную начинку я не стану – не потяну, но уж с помощью Дзика сделать новый корпус вполне возможно.

Сам Дзик, когда я зашел в его закуток, развалился в своем супернавороченном кресле, которое он на моей памяти использовал ТОЛЬКО как кресло. Это даже хуже, чем купить последнюю модель мобильника и использовать только его фонарик. Я понимаю, почему он не пользуется блоком контроля аж пятидесяти дроидов, но ведь это кресло может летать! Моя лень, которую я вот уже не один год давлю, не понимает его. Ну да бог с ним и его креслом. В данный момент Дзик просматривал что-то на датападе, и стоило мне только поздороваться, сразу подозвал меня к себе.

– Смотри, малыш, – показал он экран девайса, на котором был изображен кусок стали.

– И… И, собственно, что? – не понял я.

– Супрасталь, – пробасил довольно мужчина, вновь откидываясь на спинку кресла. – Довольно редкий сплав. Точнее, редкий он для частников, а так, где только не используется. В основном при строительстве военных космических баз. Да и кораблей тоже. Если бы не сложность производства, а главное, монополия одной-единственной планеты, заменил бы половину ныне существующих броневых сплавов.

– Ну а ты-то что такой довольный? – все еще не догонял я.

– Что ж ты такой не догадливый? – усмехнулся усач, глядя на меня.

– Хочешь сказать, что сумел достать эту супрасталь?

– Практически, – вернулся он к экрану датапада. – Многоуважаемый… – и покосившись на меня, пояснил, – реально многоуважаемый мастер Паратус, умудрился пробить Беспану, это планета такая, заказ от Ордена. Так что теперь все бригадиры Ордена сидят и думают – сколько же им надо этого чудо-металла. И как совместить их желания с их же бюджетом.

Дроиды!

– Слушай… – начал я.

– Хех, а я все думаю, когда же до тебя дойдет, – улыбнулся бригадир техников.

– И сколько это будет стоить? – спросил я его.

– Тысяча кредитов за тонну, – ответил Дзик, покосившись в датапад.

– А мне тонны-то хватит? – спросил я неуверенно.

– Кхе-кхе… – аж подавился мужчина. – Рейн. Тебе же только на броню. Куда тебе тонна?

– Запас карман не тянет. Бери… бери десять тонн.

– Ты рехнулся, малыш?

– Ну, это ведь не последний мой проект, – пожал я плечами. – Кстати, а ведь я в будущем еще и корабль покупать хотел.

– Корабль? Хм, – задумался техник. – Не, все равно не катит. Если учитывать корабль, слишком мало, а на все остальное тебе и… и… ну ладно, две тонны. Двух тонн тебе выше крыши хватит.

– Нет уж, – не сдавался я, хотя и понимал, что он прав, – бери десять.

– Ты прям как… ну да, ты же и есть ребенок, – покачал он головой. – Рейн, бери две тонны, а сэкономленные восемь тысяч ты сможешь потратить более продуктивно.

– Ладно, – сдался я. – Пусть будет пять.

– Пять, – устало вздохнул лысый мужчина. – И куда ты будешь излишки девать?

– Дзик, – всплеснул я картинно руками. – Ну подумай сам – три тонны лишней супрастали, неужто мы не сможем ее куда-нибудь пристроить?

– Да куда ж ты его пристроишь? Это ведь не картозис, который килограммами отмеряется, а то и граммами. Это супрасталь! Из нее корабли строят! Куда ты денешь эту гору металла?

– Буду экспериментировать с Силовой ковкой, – буркнул я.

– Ой, да хатт с тобой, – махнул он рукой. – Пять, так пять.

Подойдя к мужчине и примостившись рядышком, окинул взглядом ангар.

Паратус долбит ногой дроида, который непостижимым образом умудряется выражать своим видом скорбь. Баба, Стойл, Гинис – вечная троица друзей, собравшись кружком, обсуждают что-то свое, техническое. Какой-то джедай, нет, вы вдумайтесь, джедай, материт группу дроидов. Другой мастер-джедай, кажется, Диду его зовут, отплясывает рядом со спидером нечто, похожее на лезгинку. Джаматидуджу Первый, он же просто Первый, дурос-бригадир, с удивленной миной на лице чешет лоб, глядя на двоих забраков-техников, которые явно что-то сделали не то, такой у них был подавленный вид. Кто-то что-то делает, кто-то не делает, суетится, сварит, тащит, отчитывает. Шум, гам… Жизнь, ептыть. Не то что у нас, на «учебном» этаже.

– С чего начнем, Большие Усы? – подал я голос, не оборачиваясь к Дзику.

– Кхе, – крякнули у меня за спиной. – Эх, молодежь. В любом случае – это тебе к мастеру Паратусу лучше подойти. Я, все же, больше техник, а не инженер.

М-м-м, засада. Глядя на злобного карлика, приходит понимание, что сейчас, как никогда, велик шанс моего посыла в далекие дали.

– Что, совсем без вариантов? – повернулся я к Дзику.

– Ну почему же? – погладил он свои усищи. – Но это будет долго, учитывая, что у меня и без этого работы хватает.

Спешу ли я? С одной стороны, да. С другой – чему надо, меня и отец потом доучит. Это я про технику. Но ведь и тормозить не хочется.

– Да и ладно, – махнул я рукой. – Зато уровень моего познания будет выше. За год-то справимся?

– Меньше, – задумался техник. – Месяцев за восемь. Хотя в таком деле точные даты сложно спрогнозировать. Может меньше, может больше. Нам главное – проект составить. Чертежи, – и почесав лысину, добавил: – Плюс «мозги». Тут я тебе не помощник.

– Ну да, – кивнул я. – С этим повозиться придется. Но и с нуля я ничего создавать не буду. Подправлю матрицу Сирано и все.

– Ну… как я и сказал – тебе лучше знать. А начнем мы все же с проекта. Пойдем к верстаку, – встал он с кресла. – Покажу тебе нужные опции. Да и сам на досуге этим займусь. Кстати, датапад тебе, наверное, лучше сменить на что-нибудь более новое и продвинутое. Есть пара «технических», как у меня, например. На крайний случай можешь взять какой-нибудь «универсал».

– И зачем? – спросил я, как раз когда мы подошли к верстаку.

– Некоторые модели, такие как, например, «Интех-55», предоставляют многие функции верстака. Электронную его часть, само собой. «Интех-55» вещь, конечно, дорогая, но его функции перекрывают многие дешевые верстаки.

– Это такой у тебя? – глянул я на мужчину.

– Нет. У меня «Ежиц-5», он больше для техников, а «Интех» – для инженеров.

– А для меня какой лучше?

– Не знаю, – отвлекся он от управления верстаком. – Смотря чем ты будешь по жизни заниматься.

Хм, вряд ли я буду инженером. Учитывая опыт отца, скорей техником. Но вот именно сейчас мне этот «Интех» был бы предпочтительней. Да и не стоит забывать, что я до этого вообще «Версафункцией» пользовался. А это, пусть и надежный, но все же староватый аппарат общего пользования. То есть возьми я сейчас «Интех», и хуже уж точно не будет. Ни сейчас, ни потом.

– Бери «инженерную» версию, – сделал я выбор.

– Хех, договорились, – усмехнулся чему-то Дзик.

Видимо, подумал, что я решил стать инженером. Да и пусть его.

Спустя полтора часа непонимания и попыток разобраться в новом для меня меню верстака я шел на уроки Драллига, и каково же было мое удивление после того, как я оглянулся на оклик из-за спины.

– Дакари!

– А? Скайуокер? – тот как раз в этот момент изобразил нечто вроде «Йес». – Ты-то что тут делаешь?

– Ха-ха, все-таки Дакари. Говорил же, что запомню твое имя.

А по виду складывается впечатление, что ты еле вспомнил, чему теперь и радуешься.

– Рад за тебя. Так что нужно-то?

– Да заблудился я немного, – развел руками мальчик. – Иду, никого не трогаю. Не трогаю. И опять не трогаю. А потом бац! И тронул бы, да некого. И куда идти, тоже непонятно. – На последних словах он показательно оглянулся.

– А куда надо?

Во время своего монолога Скайуокер неторопливо приближался ко мне, а после моего последнего вопроса, будучи вплотную к моей бренной тушке, обнял меня за плечи.

– А не подскажешь ли ты мне, юнлинг, – заговорил он полушепотом, – где здесь тренировочный зал с новым дроидом, – и уже нормальным голосом пояснил: – Я слышал у нас тут дроид появился, который юнлингов на раз щелкает, да и простым джедаям прикурить дает.

Это он о Сирано, что ли? Опупеть. Пошла слава.

– Я знаю только об одном дроиде, и если это не он, то никаких ко мне претензий, – ответил я слегка удивленно.

– Ну, – пожал парень плечами, – хоть так. А то я на «учебном» этаже совсем не ориентируюсь. Хоть до кого-нибудь меня доведи, а там я сам разберусь.

– Ладно, пошли, – пожал плечами уже я.

Самое интересное, что когда я возвращался после уроков Драллига, Скайуокер все еще был в зале с дроидом. И все еще фехтовал. Зайдя в помещение и понаблюдав как дроид, заметьте, именно дроид, гоняет парня, начал осознавать, что что-то в этом мире не так. И победить Сирано, без применения Силы, понятно, мне не светит. А ведь неделю всего с ним не фехтовал. Это как же его надо было заюзать, чтобы он мог сражаться со Скайуокером на равных?

– Вот и потренировался, называется, – пробормотал я вполголоса.

В этот момент дроид неизвестным мне финтом отвел меч парня в сторону, а свой упер в район его сердца. В зале, кстати, кроме нас двоих были еще восемь парней и девчонок, судя по возрасту – падаваны.

– В сторону, Скайуокер, моя очередь, – отодвинула того в сторону синекожая тви'лека.

Прям даже не знаю, еще одного делать, что ли? Мне сейчас с Сирано потренироваться точно не дадут. В смысле дадут, но лишь когда до меня дойдет очередь. А это несколько не то, чего я хотел.

Похоже, и правда, еще одного делать придется.

– Власть развращает и ведет на темную сторону, – вещал Хранитель Великого голокрона. – Но не всех. Разумные с сильным духом и волей вполне могут превратить правление в управление. Проблема в том, что никогда не знаешь, какой именно одаренный сломается и воспользуется данными ему возможностями. Именно поэтому Орденом всегда управлял Совет. – И ненадолго задумавшись, добавил: – Иногда не один. Бытует миф, что до Руусанской реформы джедаи несколько столетий правили Республикой. Это не совсем так. Во-первых, джедаи стояли лишь на центральных должностях. Возможно, это звучит по-детски, но это действительно не давало Ордену всей полноты власти. Во-вторых, не забываем, что такое Республика. Сенат состоит из делегированных своими мирами послов, а правителей этих миров никто власти не лишал. Орден именно что управлял Республикой, не властвовал, не владел, не правил. И в третьих – не смотря на то, что в руках Ордена оказалось много управленческих нитей, сам Орден не изменился, им по-прежнему управлял Совет, то есть, опять же, несколько разумных. Есть еще один миф, будто бы перед Руусанской битвой вся власть в Ордене оказалась в руках лорда Хота, он же мастер-джедай Хот. И нет, это не так. Точнее, не совсем так. Напомню, что в те времена гремела ужасная война, а на войне, запомни, юнлинг, должен быть один командир. Одна голова, что принимает на себя всю ответственность. Таким разумным и был мастер Хот. Военачальник, вот кем он был. Управлял ли он Орденом? Нет. И сейчас, и тогда Орденом управлял Совет.

– А как же те планеты, которыми управляли джедаи? Не зря же их звали лордами-джедаями?

– Управляли, юнлинг. Именно что управляли. Центральная власть все равно находилась на Корусанте. И они этой власти подчинялись. Да и управляли они лишь стратегически важными планетами. Были, скорей, генералами воинских корпусов. А вот та ситуация, что сложилась сейчас, мне откровенно не нравится. Орден всегда был независим. Наших дипломатов приглашали решать проблемы, тогда как сейчас их направляет Сенат. Не скажу, что на данный момент мы полностью подчинены, но тенденция угнетает.

– Ты же сам говорил, что это… ну… круговорот истории в природе. Что-то изменилось?

– Нет, не изменилось, – ответил он сухо. – Пока, – выделил он слово, – все в пределах нормы.

– И что тебе не нравится?

– История имеет свойство повторяться, и я боюсь, что скоро разразится война, ибо настолько подчинены мы не были никогда. А если этого не случится, что, с одной стороны, хорошо, то все идет к тому, что Орден потеряет независимость. Просто не будет… возможности, нет… причины, возвращать нам независимость.

– Думаешь, – спросил я его задумчиво, – Совет пойдет на это?

– Нет. Однозначно нет. Повторюсь – Орден всегда был независим.

– И? Я что-то запутался. Что нам остается-то? Не революцию же начинать.

– Что ты, конечно нет. Просто отделиться от Республики, поселиться на окраине Диких территорий… ну и… Не мне решать, что дальше.

– Думаешь, по финансам потянем?

– А ты считаешь, мы живем за счет Республики? Деньги, которые принимает Орден от государства, в дар, заметь, составляет… ох, дай сила памяти. – Очень смешно. Оценил. – Двести лет назад было всего тридцать процентов. Сомневаюсь, что сейчас что-то сильно изменилось. Даже если финансовая нагрузка на сам Орден останется прежней, думается мне, что мы справимся.

– По-твоему, все закрутится, когда я, скажем так, войду в силу?

– Если не придираться к словам, то да. Конечно, если не разразится война. А по тем слухам, что до меня доходят, такое вполне возможно.

И ведь не поспоришь. Я даже знаю, как эту войну назовут. Только вот даже тебе рассказывать о ней стремно. Не так, так этак. Даже если не Палпатин, то Имилий-16. Это, если кто не знал, планета-санаторий для душевнобольных джедаев. Не перешедших на ТС, а именно психов. Тихих, не опасных психов. Да, такие тоже существуют. Это не тюрьма, нет, просто разумного одаренного, считающего себя новым видом дроида и одновременно джедаем, ничего хорошего в жизни не ждет. Интересно, если бы я рассказал Совету, что я пришел из другой вселенной, где вся эта галактика считается выдумкой, сказкой, меня бы отправили на Имилий? Подозреваю – да. И знаете, пожалуй, это все же тюрьма. Будем объективны.

– И ты, значит, готовишь меня к предстоящему? – заговорил я, наконец.

– Скорей, к мирному варианту развития событий. К войне подготовить тебя затруднительно. Мне затруднительно, – уточнил он.

– Ты же хранитель всех знаний джедаев. Что, даже фехтованию не подучишь?

– Где? Здесь? – развел он руки и демонстративно огляделся. – Да и с живым наставником я не сравнюсь.

– Хм, ладно. А как насчет Силовых приемов?

– Уже проще. Но подобные знания, юнлинг, необходимо заслужить. А мы недостаточно знакомы для этого.

Качественно отбрил. С юморком, так сказать.

– То есть ничему прикладному ты меня научить не можешь?

– Могу, юнлинг, – вздохнул Хранитель. – Могу. Но не буду.

Очень редко от него можно добиться таких вот конкретных ответов. Тут даже спорить и юлить бессмысленно.

– Думаешь, твои лекции помогут мне в будущем?

– Думаю… Хм… думаю, это зависит в первую очередь от тебя. Я же постараюсь ужать их как можно сильнее и впихнуть в твою голову как можно больше. За то время, что нам осталось. О! – поднял он голову и посмотрел мне за спину. – Тебе пора, юнлинг.

Оглянувшись, успел заметить, как в зал с Великим голокроном входит неизвестная мне джедайка человеческой расы.

– До встречи, Хранитель, – поклонился я голограмме Стража.

– До встречи, юнлинг.

Выходя из Архива, глянул на часы, встроенные в мой комлинк, и получалось, что на встречу с Асокой в тире я успеваю тютелька в тютельку. Как время-то бежит, вроде только недавно зашел к Хранителю…

– Сука, сука, сука… – долбил я ногой по ножке кресла в зале Великого голокрона. – Блядь, сука, сука, сука…

– Может ты уже успокоишься, наконец? – не выдержал Страж.

– Успокоиться? – отвлекся я от сего занимательного действия. – Успокоиться?! Как тут, блядь, успокоиться? Как вообще в моей ситуации можно успокоиться?! Я покойник! На голову долбанутый покойник! Я знал, знал, что не надо этого делать. Жопой чувствовал, что это плохая идея. Но не-ет, я же геро-ой. Земля-янин. Все видел, все знаю. Гений, блядь! Сука, сука, сука…

– Для начала давай все же решим, так ли плоха ситуация. – После слов Стража я резко обернулся к голограмме с рукой, протянутой в жесте будто хочу что-то схватить. Его горло, например. У меня в одно мгновение в голове промелькнуло столько матерных слов, что я даже ничего не сказал. – А для этого, – продолжил он, – мне необходимо знать, что случилось, более подробно. Твоё – «я все рассказал, а меня послали», мне ничего не говорит.

– Эх, – упал я в кресло, которое совсем недавно пытался своротить. – Да что там рассказывать, – провел я ладонью по лицу. – Видение мне было. Хреновое. Пошел к Йоде…

– Магистру Йоде, юнлинг.

– Пошел к магистру Йоде, – поморщился я, но не стал спорить. – А этот долбаный чебуратор послал меня.

– Юнлинг…

– А-а-а… – махнул я рукой. – «Ложное видение», так он сказал. «Страшного нет ничего в этом», – передразнил я зеленого человечка. – Ему-то что, он-то выживет. В отличие от Ордена. Да и Республики. Знаешь, мне плевать на Республику. Если честно. Да и на взрослых джедаев тоже, – разоткровенничался я. Ну а что? Чего теперь терять-то? – Но дети, Страж! На детей ему совсем плевать, что ли? Плевать, что я сдохну, я готов к этому. Но неужто все это зазря?

– С чего ты взял, что умрешь? – не понял Хранитель.

– Главный злодей в моем видении – Канцлер. Как только информация дойдет до Палпатина, а из-за того, что во все это не верят, она дойдет до него еще быстрее… конец мне, короче. Этот гадский ситх сделает все, чтобы я сдох.

– Канцлер? Ситх? – поднялись брови у Хранителя, после чего он нахмурился. – И ложное видение, – и немного помолчав, спросил: – Значит слова магистра Йоды тебя не убедили?

– Ха!

– Видимо, он не потрудился объяснить тебе ситуацию. Что ж, позволь мне задать тебе несколько вопросов.

– Валяй, – произнес я заинтересованно.

Убедить меня, что все нормально, у него не выйдет, но мне было интересно, какими словами он попытается это сделать.

– Видение, которое ты видел, оно было четким и понятным, так?

– Ну да.

– В основном… – запнулся Страж. И покачав головой, поправился. – Всегда, юнлинг, ложные видения всегда четкие и понятные. Далее у нас идут имена. Вижу, ты не понимаешь. Скажи, из своего видения ты узнал хоть одно имя того, с кем ты никогда не встречался?

– Было дело, – процедил я.

Уже после этих двух вопросов стало понятно, какой я лох. Ну что мне стоило нагрузить Йоду чем-нибудь не столь понятным? Я же ему весь расклад до самого уничтожения Ордена выдал. По-крайней мере, тот, что помнил. А помнил фильмы, немного мультсериала, пару фанфиков и так, по мелочи, что успел зацепить мой мозг из интернета. По факту знаний не так уж и много, ну не был я фанатом ДДГ, но если призадуматься… Короче, я ему ДОХРЕНА чего выдал. Одно Йода так и не узнал – кто будет предателем. Думал, что если воспользоваться моей информацией, то Скайуокер и не перейдет на темную сторону, а подрывать и так невеликое доверие Совета к нему, возможно, ломая ему жизнь…

– Уверен, имен было больше чем одно, – продолжал Хранитель. – В основном, в девяти случаях из десяти, с ложными видениями так и происходит, – покивал он. – Я ведь прав?

– Да, – выдавил я из себя.

– Ну и наконец… как бы это сказать… длина видения. Уверен, это было непросто – плохой ситх убивает хорошего джедая. Наверняка этому предшествовала немалая история. В целом твое видение было довольно объемным. Я прав?

– Да… черт возьми.

– Там есть еще и другие признаки, например, последовательность действий, но даже первых трех хватит, чтобы со стопроцентной уверенностью сказать, что твое видение было ложным.

– Вот какашка.

Сказал бы дерьмище, но это уже как-то банально. И что мне стоило провентилировать вопрос насчет всех этих видений? В свое оправдание могу сказать лишь одно – приняв решение, я и правда поставил на себе крест. Понятно, что убьют меня не сразу, но… блин, я ж не пес войны, который ходит под пулями и знаком со смертью не понаслышке. Да, я был возбужден. Я вообще тогда мало о чем мог думать. Это сейчас более-менее успокоился. Спасибо Хранителю с его умиротворяющим тоном и креслу с его крепкой ножкой.

– Так что можешь не волноваться, Совет…

– Прошу прощения, Хранитель, что перебиваю, но у меня такой вопрос – что вы все скажете, когда то, что я предсказал, начнет сбываться? А?

Посмотрим, что он на это скажет. До начала событий осталось не так уж много времени. Если брать за отсчет тринадцатилетние Асоки. Именно в тринадцать лет становятся падаванами, а значит и к Скайуокеру ее направили в тринадцать. Правда тут косячок небольшой – падаванов выбирают сами рыцари, а Асоку направили, и Энакин о ней не знал. Так что возможно, только возможно, что и с ее тринадцатилетнем не все ладно.

– Ничего не скажут, – ответил мне страж. – Пойми, Рейн, это одна из тех вещей, из-за которых ложные видения и опасны – большая их часть сбывается. Но главная проблема не в этом, ложными они называются не из-за этого. В самой их сути, в самом центре, самое главное – ложь. Представь для примера. Ты «увидел», – выделил он слово, – как один человек убивает другого. Ты знаешь, когда это произойдет, ты знаешь их имена, где они работают, кем. Ты приходишь к злодею и… скажем, арестовываешь его. Вроде все хорошо. Но на самом деле оказывается, что злодей – тот, кого ты пытался спасти. И не просто злодей, а маньяк-убийца, который на следующий день убивает семью ни в чем не повинных людей. И вместо одной смерти ты получаешь пять. Это очень упрощенная схема, очень, но она показывает суть ложных видений.

Твою ма-а-ать… Это что ж получается, я не только не навел на Палпатина джедаев, я его в каком-то смысле еще и прикрыл? Еба-а-ать…

– Похоже, – произнес я, – мне пора готовить гробик.

– О-хо-хо, юнлинг… – покачал головой Хранитель. – Как же мне тебя убедить?

– Да не, все нормально, Хранитель, – ага, все просто замечательно. – Я все понял.

– Рейн, – не поверил мне Страж. – Если ты думаешь, что ты такой уникальный… э-э-э… в этом плане, то ты ошибаешься. Ложные видения – явления довольно частые. За последнюю тысячу лет даже до меня дошла информация о восемнадцати таких случаях. И как минимум о десяти из них знал Йода. А в двух случаях он потерял учеников. Поверь, он очень опытен в этом вопросе. И в том, как определить такое видение, и в том, что делать после. Я уверен, он отнесется к твоим словам более чем серьезно.

Да я, блин, тоже уверен. Да что толку, если он будет искать ситха где угодно, только не там где надо?

– Я предсказал войну, – сказал я мрачно. – Ее течение Совет тоже менять не намерен? Там ведь будут миллионы жертв.

– Не знаю, – «вздохнула» голограмма. – Я никому не пожелаю ту ответственность, которая лежит на Совете. Знать, что будет, и не знать, где изменить. А если ошибиться… Ты говорил про уничтожение Ордена и Республики, мне страшно представить, что может быть хуже, но если Йода ошибется, так и будет.

– Ну, что похуже я могу представить, но твою позицию я понял.

– Но не поверил, да? – закатил глаза Страж.

– Поверил. Я верю тебе, Хранитель. Проблема в том, что я не могу рассказать тебе, почему уверен в СВОЕЙ правоте.

– Даже так? – произнес Страж и замолчал, разглядывая меня.

Я же в это время раздумывал, станет ли рассказывать обо мне Совету чебуратор. Максимум, что я смог из него выбить, это обещание раскрыть мое имя лишь в особом случае. И только Совету Ордена. А вот о критериях этого «особого» случая ушастый помалкивал, оставляя себе простор маневра. По идее, мое имя ничего не даст другим джедаям, но зачем тогда… почему он просто не дал обещание? Что это, блин, за случай такой может быть?

– Скажи, – заговорил Хранитель, – у тебя действительно было… видение?

– Что? – насторожился я.

– Видение. А было ли оно?

– Э-э-э… кхм… не понял. Если не видение, то что?

– Это ты мне скажи, – этак… доверительно произнес Страж.

– Знать не знаю, о чем ты, – отрезал я.

И кажется, слишком резко. Косяк.

– Что ж, я подожду, – обозначил свою позицию Хранитель. Мол, я все знаю, но не настаиваю. Только вот… что именно он знает? Вряд ли это связано с моим попаданчеством, значит, есть что-то еще, чего я не знаю о Силе. А все, что с этим связано, приходится вытаскивать из него клещами. Я уж не говорю про то, о чем я даже не подозреваю. Бессмысленно, короче.

– Ты хоть намекни, – все же попытался я. – Тебя порой фиг поймешь.

– Намекнуть о чем?

– Ну… о том что… о чем ты… А-а-а, да хрен с тобой.

– Иди с богом, юнлинг. Тебе пора.

– Ухожу я, ухожу, – махнул на него рукой, вставая из кресла и едва слышно бормоча: – Засранец. – И лишь подойдя к выходу из зала, резко развернулся. – С богом? Эй, Страж, погоди!

Да только голограммы уже не было.

– Тебе никто не говорил, – раздалось у меня за спиной, – что это место не предназначено для криков?

– Прошу прощения, мастер Ню, – поклонился я ей. – Просто… кхм… Еще раз извините. Я уже ухожу.

После чего быстрым шагом почти выбежал из зала.

Долбаный Страж. Вот к чему он это сказал, а? Удот прозрачный. Наверняка просто дразнит, и ведь получается. Может, он во мне поклонника какого-нибудь бога подозревает? Да не, ерунда. А, тьфу! Реально козел. Не думай о белой обезьяне, Рейн. А как, блин, о ней не думать? Засранец. Завтра еще прикалываться будет… Стоп. Ну, хитер Страж. Пара слов, и я практически забыл о своих тяжких думах. Только вот… нельзя мне о них забывать. С угрозой жизни я ничего не смогу сделать, разве что еще раз поговорить с Йодой. А раз с этим ничего поделать нельзя, надо работать, как будто этого и нет. Во всяком случае, я попытался. Далее, Лёха, ты можешь рассчитывать только на себя. Ну и на семью. Кста-а-ати. В этом месяце должен прилететь Прон, а значит, надо подготовить письмо родителям. Ох, непростое оно будет. Тяжкое.

– Привет, мудрейший из онгри. Чего читаем? – надавил я пальцем на край его датапада. – Оу! «Репульсор и его влияние на развитие слаборазвитых рас»? Да вы извращенец, юнлинг.

– Привет, Рейн, – вздохнул Джиро. – Нету партнера для спарринга?

– Не говори ерунды. Уж спарринг-партнера я себе всегда найду.

– Ну да. Не за этим ли ты здесь?

– Здесь? – оглядел я его комнату. – Точно такую же как у меня. Даже матрас я ему такой же подогнал. – Нет, не за этим.

– Силовые приемы, пилотирование?

– Нет.

– Хм. На ментальные курсы я и сам хожу, – задумался он вслух. – На курсы скалолазания ты меня не затащишь. Астрофизику я сдал. Стрельба?

– Не-а.

Тут он задумался секунд на двадцать. Мне было любопытно, к чему он придет, так что мешать я не стал.

– Хочешь основать клан?

– Э… Да ты реально монстр, – удивился я. Вот уж не ожидал, что он угадает. Но сто процентов был уверен, что не сможет.

– Это типа «да»? – спросил он осторожно.

– Представь себе, – кивнул в ответ. И присев на тумбочку, почесал макушку. – Сам от себя не ожидал, но что-то вдруг так захотелось.

А если серьезно, то прикинул тут на днях, что если дойдет до штурма Храма, а оно, походу, так и будет, даже если я останусь здесь, что тоже вилами по воде писано, я просто не буду иметь влияния… пусть не управлять, а хотя бы направлять эвакуацию юнлингов. Меня ж банально никто слушать не будет. Ни наставники, хотя на этот счет я еще буду думать, ни сами юнлинги. Я уж не говорю про команду, которую я могу создать с помощью клана. Увеличить свое влияние на окружающих детей настолько, что они… ладно, замечтался я что-то.

Есть еще вариант вступить в уже существующий клан, но там мои влияние и известность будут делиться со всем кланом, а вот если я создам его сам и буду его бессменным главой, то уже сам клан будет работать на мое влияние. Эх, осталось его заработать, что будет непросто. Как я думаю.

– Жаль, что ты решился только сейчас. Твой выход в финал турнира добавил бы нам очков популярности.

– Нам? – спросил я иронично.

– Ну, ты же не думаешь, что я останусь в своем нынешнем клане?

– Тебе-то зачем переходить? Ты же чистый дипломат, а команда у нас подбирается боевитая.

– Потому и собираюсь, – засмущался парень. – Куда ж вы без моих мудрых советов?

– И где были твои советы, когда я проигрывал в финале? – усмехнулся я весело.

– Там же, где и мое мастерство фехтования. И, между прочим, зря ты огорчаешься из-за второго места. В твои восемь лет это очень приличный результат.

– Тут ты ошибаешься – я не огорчаюсь. И гораздо лучше тебя понимаю, чего стоит мое достижение.

– А выглядел ты очень расстроенным, когда выходил из круга.

– Четыре-три, Джиро! – взмахнул я руками. – Да кто угодно на моем месте расстроится. Я ж почти победил. В восемь лет!

– Ну… – замялся он. – Победишь в следующем году.

– Уж будь уверен, – хмыкнул я. – Да хрен с ним, с этим турниром, ты мне лучше скажи, что надо делать, чтобы клан создать.

– Все просто, – пожал он плечами. – Подойти к главному куратору и попросить об этом. А он уже тебе все и оформит.

Главный куратор Калис Орем, он же Большой Ка, заведует всеми кураторами и половиной наставников. Если представить нас большой школой, то этот надменный арканианец, несомненно, директор.

– Так а нужно-то для этого что? Тесты какие-нибудь? Условия-то должны быть, – настаивал я.

– Нет, никаких условий. Разве что возраст, но тут все нормально – восьми лет достаточно. Еще хорошо бы заранее придумать название клана, а то клан Банта, говорят, был назван так как раз мастером Оремом.

Ну, клан Корова еще не самое страшное, что может быть. Хотя сравнивать корову и банту можно только условно. Все-таки банта несколько более универсальное животное. Тускены на Татуине, например, используют их в качестве ездовых животных. Некоторые народы, несмотря на мирный нрав животных, умудряются натаскивать их на войну. А кто-то, не мудрствуя лукаво, разводят животинок на мясо. А в целом, не знаю, чего Джиро их не любит?

– То есть подходишь к Большому Ка, высказываешь ему свое желание, и он быстренько оформляет новый клан?

– Ну да, – подтвердил Джиро, самую малость неуверенно. Видимо, мой скепсис и ему немного передался.

– Ладно, – окинул я его комнату бесцельным взглядом. – Пойду тогда создавать клан.

– Может, с тобой сходить?

– Ну спасибо, папочка. А то я один не справлюсь? Сиди уж.

Всех наставников начальник сидел там же, где он и проводил большую часть дня – за своим терминалом в главном зале нашего этажа, больше похожем на мини-парк. Повсюду зелень, фонтаны, статуи прикольные…

– Добрый вечер, мастер Орем, – поклонился я.

– Здравствуй, юнлинг, – отвлекся он от печатания… чего-то.

Знаете, к разного вида снобам я отношусь довольно иронично, и если бы не это, есть вероятность, что Большого Ка я бы невзлюбил. Ибо выражать всем своим видом, что его окружает дерьмо, может далеко не каждый. А так, считаю знакомство с ним даже где-то полезным.

– Прошу прощения, что отвлекаю вас, мастер, но мне бы хотелось создать свой клан, и мне сказали, что вы можете помочь с этим.

– Нужно уметь контролировать свои желания, юнлинг, – вернул он взгляд без зрачков обратно на экран терминала.

Это типа – пошел в жопу? Во дает, мужик. Стоп, а если Джиро ошибся, и подходить нужно не к нему? Блин. Надо было все же взять онгри с собой.

– Порой, – все же не сдавался я, – наши желания лишь чья-то необходимость.

– Твои мысли слишком витиеваты, юнлинг, – не отрываясь от своей работы, произнес арканианец. – Считай, ты меня удивил, если вдруг понял свои собственные слова.

А голосом он владеет потрясно. Я почти поверил, что являюсь ничтожеством. Как бы его в деловое русло-то перевести? А, ладно. Бульдозер я или нет, в конце концов?

– Так что там насчет клана, мастер Орем?

– У тебя десять секунд, чтобы придумать ему название, юнлинг, – сказал он, не поднимая головы.

– Да мне как-то все равно, – ответил я слегка удивленно. – Слышал, вы умеете придумывать отличные названия. Так что полагаюсь на вас.

После такого он все же взглянул на меня. Правда через секунду вновь вернулся к своей, несомненно, важной работе. А еще секунд через пять протянул мне небольшой чип.

– Здесь пароль к разделу нового клана. И постарайся больше не беспокоить меня.

Э? И все? А как же… ну, не знаю. Пояснить хоть что-нибудь? Да и вообще, это он, типа, пока я тут мялся, клан мне регистрировал?

– М-м-м… мастер… – потревожил я его опять.

– Вся информация в чипе, Дакари, – как всегда не глядя на меня, ответил арканианец.

Опупеть. Он еще и фамилию мою знает? Он что, всех юнлингов по фамилии знает? Все четыре с хвостиком сотни? Мужи-ик! Ну, или просто я такая известная личность. В восемь лет дойти до финала турнира фехтования среди юнлингов далеко не каждый сможет. Но этот «Малфой» и правда прикольный тип.

Зайдя за ближайший фонтан, вставил чип в свой датапад, который на всякий случай взял с собой, когда шел к Орему.

Итак, мой новый клан называется… Нуна. Зашибись. Даже и не знаю, с чем сравнить из Земной фауны. Нуна – это птица. Маленькая, нелетающая, смесь цыпленка и жабы. Трусливая. Защищается только если загнать ее в угол. Сам не пробовал, но как пишут, мясо у нее вкусное. Вечная добыча всех, кто питается мясом. И зверей, и разумных. Но если вы думаете, что я расстроился от такого названия, вы ошибаетесь – мне банально плевать. Клан Нуна – звучит ведь! Для уха землянина, правда, но как по мне – неважно. Помнится, по молодости, еще на Земле, увлекался онлайн играми, и как-то раз на нашем серваке появился новый клан. Название не помню, но было оно до жути пафосное. Я бы даже сказал, до смешного. И что? Прошло время, все привыкли, а клан еще и в топ попал, после чего все как-то забыли, что у этого клана смешное название. Привыкли.

Что там у нас дальше? Клан-лидер – Рейн Дакари. Эмблема клана… тут я без понятия. Руна какая-то. Состав клана – один разумный, он же глава. Имеет право принимать в клан кого угодно, лишь бы эта личность не состояла в другом клане. Могу изгонять. Зачисление в клан происходит через один из терминалов Храма, в разделе клана Нуна. Пароль, логин. Хм… это неважно… это тоже… и все? М-дя, придется напрягать Джиро, пусть ищет все, что связано с кланами. Зато быстро, этого не отнять. Р-раз, и я глава.

Покосился на голографическую эмблему клана Крайт, висящую посреди зала. В конце каждого года наставники, или кто там, подсчитывают заработанные кланами очки, и эмблема победителя весь год висит в центральном зале. И это, собственно, все, чем награждают. Очки, насколько я знаю, зарабатываются в различных соревнованиях, турнирах, тестах, поединках. Это, кстати, тоже надо уточнить. Будет обидно прострать очки только потому, что мы не знали, где и как их можно заработать.

– Привет, дядь Прон! – обнял я торговца.

– Кхе, Рейн, – просипел он. – Ты из меня так все нутро выдавишь.

– Ой, да ладно, – отпустил я его.

– Страшно подумать, – повел он плечами, – на что способны взрослые джедаи.

Наша очередная встреча опять проходила на главной площади перед Храмом. А что? Просторно, и никого нет.

– После заряда бластера в голову еще не один джедай не выживал, – пожал я плечами.

– Какой серьезный молодой человек, – улыбнулся Прон. – Только есть расы, которые вполне могут и выжить.

– Да и пусть их, – махнул я рукой. – Как там дома?

– О-о-о! – протянул он. – Но это тебе лучше из письма узнать. Держи, – протянул мужчина информационный чип.

Вот. А я, дурак, целый голопроектор посылал. И Дзик не поправил. Видимо, другим голова была забита. Впрочем, я тоже не лох – в этот раз и у меня чип.

– Здорово, – взял я у него письмо. И сразу протянул свое. – Держи. Передашь ведь?

– Что за глупые вопросы? – оскорбился он слегка.

– Извини. Волнуюсь немного, – убрал я чип в кармашек на поясе. – А ты чего так долго не прилетал? Ой, извини. Я, наверное, не в свое дело влез.

– Нормально все, – взлохматил он мне голову. – Дела у меня на Набу были. А ты чего покрасился-то?

– Я еще и цвет глаз изменю, как только выберу нормальные линзы, – сморщился я. – Надоело. Голубоглазый блондин – это как-то… – покрутил я в воздухе ладонью. – Избито. Банально и пафосно.

– М-да, – приподнял Прон брови. – Никогда не замечал подобного.

Может у них тут в ДДГ и не так, но я все еще слишком землянин.

– Столица, – отмазался я. – Ты просто редко тут бываешь.

– Как скажешь, – усмехнулся он в ответ.

– Пойдем лучше, присядем, – махнул я в сторону ступенек, уходящих вниз к подножию Храма и платформ для глайдеров.

Покряхтев как старик, Прон уселся на каменные ступеньки и, повернув к моей усевшейся рядом тушке голову, с улыбкой произнес:

– Ну, рассказывай – как ты тут?

Уверен, это лишняя перестраховка, но мне как-то психологически проще находиться спиной к Храму, а значит и предполагаемым камерам.

– Нормально, дядь Прон, – начал я. – Недавно у нас тут турнир по фехтованию прошел, так я в финал вышел. Проиграл, правда. Но для моих лет и второе место тоже очень круто. А еще, – вспомнил я вдруг и чуть не подскочил от возбуждения… чертовы гормоны, – я научился поглощать выстрелы учебного бластера. А это, вы наверняка знаете, полноценный парализатор.

– Да ты крут, малыш, – покивал мужчина головой. С хитрой миной на лице, правда.

– Да, я супер-крут! На подобное далеко не все рыцари способны.

Вот тут он стал чуток серьезней.

– Рыцари-джедаи? – переспросил торговец. – Взрослые рыцари-джедаи?

– Ага, – кивнул я. – Поглощению энергии учат всех юнлингов с самого начала. Точнее основам поглощения. Только вот талантом к этому умению обладают очень немногие. Думаю, – слегка понизил я голос, – через пару лет, постоянно развиваясь, конечно, я смогу поглощать полноценный бластерный выстрел. А лет через десять я смогу делать это любой частью тела.

– А сейчас чем поглощаешь? – спросил торговец серьезно.

Хотел я пошутить, но решил не делать этого.

– Ладонью, – был мой ответ.

– Надеюсь… – начал он встревожено. – Бластерный выстрел, Рейн, это очень серьезно. Будь очень осторожен с этим.

– Уж будьте уверены, дядь Прон, – медленно сжав и разжав кулак, добавил, вспоминая выстрелы всего лишь учебного оружия. – Я очень хорошо это понимаю.

После этого уже Прон рассказал мне пару смешных историй, случившихся с ним за прошедший год. Особенно меня заинтересовала история про недотеп патрульных, которые обыскивали корабль честного торговца и, конечно же, ничего не нашли.

– Видел бы ты их лица, малыш, – закатил он глаза. – Услада очей моих. Знал бы ты, как эти патрульные меня бесят. – И тут же, чуть быстрее чем надо, добавил: – Мы ведь честные торговцы, у нас сроду не было никакой контрабанды, а они все ищут и ищут. Лучше бы делом занялись, а не искали, на чем навариться.

Именно после этих его слов на меня накатило. Нет, я и раньше подозревал, что он не всегда промышляет честной торговлей, но именно сейчас, в этот самый момент, у меня в голове очень четко проявилось несколько планов, которые смогут мне помочь в будущем. Хотя, планы – это слишком самонадеянно… но да, ты мне еще пригодишься, Прон. Ты еще поможешь мне прикрыть отступление из Храма. Если я доживу до этого.

– Слушай, дядь Прон, – положил я подбородок на ладонь. – Чисто теоретически, если бы ты вдруг решил заняться контрабандой… э-э-э… – запнулся я, глядя на его лицо. – Ты бы смог это сделать? – спросил я совсем не то, что хотел.

Молчал он с минуту, наверное.

– Разве что – теоретически, – ответил он, наконец. Очень ровно.

– Кхм. Прикольно, – отвернулся я от него. – Но ты бы не стал для этого менять корабль?

– Зачем? Я все равно в этом не разбираюсь, – ответил он мне.

Отлично. Учитывая размеры его кораблика, можно, очень условно правда, прикинуть размеры того, что можно заказать. Не сейчас, понятно. В свои восемь, пусть даже девять, лет, я банально не смогу протащить заказ в Храм.

– Слушай, – повернулся я к нему, – к хатту эту контрабанду. Я тут подумал, ты же много где был, со многими знаком, так?

– Есть такое дело, – кивнул мужчина. Все так же серьезно, между прочим.

– Скажи, дядь Прон, а ты сможешь достать немного бескара?

Это не контрабанда, но с чего-то же надо начинать? А достать этот сплав через Дзика и даже мастера Паратуса не представляется возможным. Нет у них нужных связей. Мандалор и Орден джедаев издревле не в самых хороших отношениях.

– Кха, кха, – закашлялся он. – Бескар? Мандалорское железо? Парень, да даже если бы мог, откуда у тебя на него деньги?

– В лотерею выиграл, – пожал я плечами.

– Оу. Кхм.

Ну да, ну да. Я же не спрашиваю, что ты делал весь год на Набу. И хоть мой способ заработка совсем не секрет, но и напомнить ему том, что не всякие вопросы можно задавать, тоже стоит.

– Ну так что там с бескаром?

Если вдруг кто не знает, мандалорское железо, он же бескар, считается самым крепким сплавом на данный момент. Во всяком случае, из тех, что находится в свободной продаже. Вот только цена у него…

– Я бы мог… – запнулся он. – Поспрашивать. Не знаю, в курсе ли ты, но последние годы бескара становится все меньше и меньше. Если раньше у него только цена была велика, то сейчас его вообще не факт, что продадут.

– Да мне и нужно-то… – прикинул я. – Грамм сто.

– Если не секрет, – спросил он осторожно, – для чего?

– Сейчас у меня постоянно растущий организм, но к тому моменту, когда все более-менее устаканится, я хочу сделать себе доспехи с бескаровым напылением.

– А джедаи разве носят доспехи?

– Смотря какие, – пожал я плечами. – У джедаев тоже есть различные специализации. В целом не носят, но это не из-за того, что они мешают одаренным. Просто как-то так сложилось.

– Понятно. Что ж, я посмотрю, что можно сделать. Но учти, это будет реально дорого.

– Сколько?

– Сто грамм? – задумался торговец. – Около миллиона кредитов.

Ну. Ни. Хрена. Себе. Блин, надеюсь, у меня на лице ничего не отразилось.

– Из бескара же, вроде, корабли со станциями строили. Тебе не кажется, что это было бы слишком дорого?

– Это было давно, Рейн. Те корабли да станции уже давно разобрали. Не знаю, можно ли переплавить бывший в употреблении, так сказать, бескар, но уверен, как минимум это пытались сделать.

– Ясненько, – похоже, с «супердоспехами» придется обломаться. Хотя… – А если серьезно, дядь Прон, сколько ты сможешь достать этого металла?

– Я не знаю, малыш, – покачал он головой. – Есть у меня знакомцы, которые… могли бы помочь мне его достать. Но сколько? Даже не представляю.

Ладно. И эту идею пока отложим.

– Есть, – замялся я, – шанс, что деньги найдутся. Само собой, тебе, как посреднику, тоже кое-что перепадет. Так что ты провентилируй этот вопрос. Ладно? Сколько стоит? Сколько можно достать? Когда? А то не знаю, в курсе ли ты, но Орден и мандалорцы слишком в плохих отношениях, чтобы достать бескар через Храм. При этом, уверен, некоторые личности очень даже не прочь его заиметь.

– Разве отдельные джедаи настолько богаты? – удивился Прон.

– Есть и такие, – повел я головой в сторону, как бы говоря, что есть, но мало. – Только я имел в виду джедаев, которые могут выбить деньги из самого Ордена.

Каздан Паратус, если ему очень надо, умеет быть настырным. Проверено.

– Что ж. Я займусь этим, – ничто так не сближает, как деньги. Обратное, к сожалению, тоже часто случается. Но это не наш с Проном случай. – На Корусанте я в следующий раз буду месяца через… хм, теперь уже четыре. Так что учти это в своих грандиозных планах, малыш.

– Обязательно, дядь Прон.

– Пойду я тогда. Родителям на словах ничего не передавать?

А ведь я его так и не расспросил, как там дома. Надеюсь, письмо будет объемным.

– Не. Я все, что только можно, им надиктовал, – кивнул на карман мужчины, куда он спрятал мой чип.

– Тогда бывай, малыш. Похоже, правы старики о том, что Дакари рано взрослеют.

– Не я такой, – развел руками и скорчил рожицу. – Жизнь такая.

Голограмма мальчика продолжала что-то говорить, но мужчина, сидевший напротив нее и обхвативший руками голову, уже слушал вполуха.

– Дети, дети, дети… – бормотал он. – А ты-то кто? – И не выдержав, выкрикнул, будто образ сына мог ему ответить: – Кто тебя-то спасет?!

Когда он вновь сосредоточил внимание на сообщении, не сразу понял, о чем говорит сын.

– Стоп, – хлопнул мужчина по голопроектору. – Значит, мозги ты растерял не до конца. Это хорошо. Это значит, что шансы есть. Шансы всегда есть. Ну, сын, ну, засранец мелкий. Что ж тебе ровно не сидится, что ж ты лезешь куда не надо? Прикрыть семью, говоришь? Это правильно. А что потом? Даже если у тебя все получится, что потом? Ох, не хотел я этого делать. Ох, не хотел. Придется использовать все, что есть, все связи. Но перед матерью будешь сам оправдываться. Ох, не хотел я ее привлекать. Ох, не хотел.

– Еще одно ложное видение, – произнес магистр Винду, сидя в своем кресле в зале Совета.

– Лично мне, – произнес цереанец Ки-Ади-Мунди, – от того, что оно ложное, как-то не сильно легче.

– У кого хоть это видение было, – помассировал лоб Винду.

– Не важна информация эта в данный момент, – ответил Йода.

– То есть как это, не важна? – вскинулся похожий на гоблина ланник Эвен Пиелл. Чем-то он напоминал Йоду, только лицо более человеческое, да кожа смуглая, а не зеленая.

– Что даст вам то имя? – спросил Йода. И сам же ответил: – Ничего. Ручаюсь я за джедая этого.

– Я бы поспорил, – заметил Винду. – Но не в этот раз. Вы правы, Йода, в данный момент, раз уж вы ручаетесь, имя неважно. Важно другое – что нам делать?

– Как вариант – ничего, – сказал тисспианец Оппо Ранцизис.

– Вот уж нет уж, – подала голос бывшая когда-то ученицей Винду Депа Биллаба. – Если верить этому видению, война будет воистину ужасной. И что? Мы должны сидеть и ничего не делать? Понятно, что нельзя вмешиваться слишком сильно. Понятно, что надо искать того, кто это все устроит. Но не влиять на ход войны совсем?

– На ход войны, как раз, – заметил Ки-Ади-Мунди, – мы влиять и не можем. Не дай Сила, все это обернется еще большим ужасом.

– Ладно, поправлюсь, – поморщилась женщина. – Не на ход войны, а на… – пощелкала она пальцами.

– Потери, – спокойно произнес Йода.

– Да. Потери. Зная некоторые факты, мы можем… – тут она о чем-то задумалась. – А ведь мы и не знаем ничего толком.

– Слишком рано что либо решать, – взял слово Винду. – Для начала мы должны проверить то, что можно проверить без какого-либо вмешательства. Например, эту планету – Камино. Правда ли там растут эти…

– Клоны, – помог чернокожему мужчине Йода.

– Да, клоны. Да и надо выяснить, как хоть называется эта планета с летающими жуками.

– Повторить могу я все, что знаю, – произнес Йода. – Но записать это лучше. Стар я слишком, повторять одно и то же.

– Да, прошу вас, магистр Йода, – кивнул Винду. – После чего мы разберем имеющуюся у нас информацию, и для начала проверим все, что можно. После чего начнем выяснять то, что нам известно не точно. Как, например, название той планеты. И лишь потом я предлагаю начать думать, куда мы можем влезть, а куда нет. Ну и, конечно, секретность. Будет весьма печально, если в это дело влезет кто-нибудь, пусть и с благими намерениями, кто не до конца осознает, что такое ложные видения.

– Причину не забываем всего этого, – вставил Йода. – Стоящий за этим не должен быть в курсе о знании нашем.

– Несомненно, – кивнул одноглазый Эвен Пиелл. – Но как быть с источником видения? Не станет ли он вмешиваться?

– Поручился за него я, – вздохнул чебуратор. – Мало вам этого?

– Кхм. Прошу прощения, магистр Йода, – поёрзал Пиелл. – Раз вы поручились…

Нечто странное, но при этом… знакомое, я почувствовал недалеко от лифта, на котором спустился на второй «технический» этаж. А когда зашел в ангар к Дзику, это «нечто» стало вполне четко ощущаться как раз там, где находится уголок моего знакомого техника.

– Здорово, Дзик, – поздоровался я, лишь бросив на него взгляд. Впрочем, и он не обернулся. Низко склонившись над какими-то микросхемами, лысый только буркнул:

– Привет.

– Чем занят? – спросил я, не отрывая взгляд от кучки кристаллов, что лежали неподалеку от мужчины.

– Масс-сканер модернизирую.

– Интересно как, – взял я один из кристаллов. – А камушки тебе зачем?

После моего вопроса он аж оторвался от работы, с удивлением глянув на меня.

– Это масс-сканер, Рейн, – сказал он где-то даже удивленно.

Черт, туплю. Большая часть сканеров работает в связке с тем или иным кристаллом. Точнее, с почти любым кристаллом, но с каким-то лучше, с каким-то хуже. А про масс-сканер Дзик мне всего пару дней назад рассказывал. Видимо, в преддверии этой самой работы.

– Извини, что-то я рассеянный сегодня. А кристаллы у тебя откуда?

– Это ж Орден, малыш, – усмехнулся усач. – И месяца не проходит, как нам сдают ненужные камни ваши падаваны. Да и рыцари порой тоже. Понаберут всякого, а лишнее нам отдают.

– А с чего так? – не понял я. – В смысле, почему именно вам? Ты ведь про техников сейчас?

– Что-то вроде негласного договора. Не выбрасывать же?

– Так могут просто складировать где-нибудь. Те же молодые падаваны вполне могут найти там себе кристалл.

– Это уже не ко мне вопрос, – пожал Дзик плечами. – Не я придумал традицию летать на планеты с кристаллами, где и искать свой собственный. И не думай, что другие дурней тебя, – произнес он, оборачиваясь назад к микросхемам. – Камни лежат на нашем складе, но будь уверен, падаваны с рыцарями там тоже частые гости. Кто-то кладет, кто-то берет.

– То есть, – отвлек я его опять, – ты не против, если я возьму себе этот? – продемонстрировал я опять обернувшемуся ко мне мужчине ярко зеленый кристалл.

– Хм, – почесал он подбородок. – Бери, раз нужно.

Интересно, а что это за камень? Я в них разбираюсь недостаточно хорошо, чтобы определить на глаз. А цвет такой имеют очень многие кристаллы.

– Дзик, а, Дзик? – продолжал я отвлекать техника.

– Ну что еще? – вздохнул тот, вновь оборачиваясь.

– Ты не в курсе, что это за кристалл?

Бросив взгляд на стол с остальными камнями и на пару секунд задумавшись, Дзик все же выдал.

– Понит вроде.

– Дзик! Ты собирался использовать понит в каком-то жалком сканере? Вот этот вот, жутко дорогой и редкий камень?

– Дорогой? – переспросил мужчина.

– Тебя, кроме техники, и правда вообще ничего не интересует? Это понит, Дзик. Самый редкий адеганский кристалл. Такой вот камешек тысяч двести стоит!

– Да ладно, – впечатлился техник. И бросив взгляд на стол с остальными кристаллами, почесал переносицу. – Да ладно, – повторил он. – Так я же… – посмотрел он куда-то в сторону выхода из ангара. – Тысяча хаттовых хвостов, – пробормотал он. – Двести тысяч.

– Ты что, уже кому-то что-то сделал с понитом внутри?

– Двести тысяч… – продолжал он бормотать.

– Э-э-э, Дзик. Забей, – начал я его успокаивать. – Ну просрал ты кристалл, и что? Это ж твоя работа, пристраивать их к делу. Джедаи сами виноваты, что складывают все камни в одном месте. Они ведь в одном месте лежат?

– Да… Но… двести тысяч!

Могу его понять. Это ж сотня его зарплат. И, судя по его состоянию, сунул он камень реально в какую-то хрень.

– Куда ты его хоть вставил?

– МОПС-9… – ответил он потеряно.

– От гавно, – действительно, жалко.

МОПС-9 – это всего лишь одноразовый передатчик связи. Овальная таблетка полуметра длиной. Выпускается в открытый космос и забывается.

– А ведь он всего час назад как улетел, – вздохнул мужчина. Даже не хочу спрашивать – кто.

– Ну и забудь. Тебе-то что? Или ты их сам теперь хочешь продавать?

– Не-не-не, – замотал тот головой. – И потерять работу? Я и на более мелких делах неплохо наварюсь. Причем вполне законных. А срубить куш и потерять работу у джедаев? Ищите дурака. Да я, с тобой работая, приличные деньги имею и не намерен так рисковать.

Такое впечатление, что он сам себя успокаивает.

– Ну и правильно. А на складе еще понит есть?

– Нет. Там всего два камня было, – помолчав пару секунд, вздохнул. – Иэх! Да и хатт с ними, с деньгами. Но если эти камни так редки, обидно использовать их в одноразовых вещах. Но ты прав, – махнул он рукой. – Пусть их. Раз ничего изменить нельзя. Тебе-то, кстати, этот кристалл зачем?

– Для меча, – потер я свой камешек о робу.

– А не рано ты об этом задумался?

– Я не смогу тебе этого объяснить, Дзик, но это МОЙ камень. Просто чудо, что я нашел его так рано и при таких обстоятельствах.

– Сила, – пожал тот в ответ плечами. – Ваши говорят, она может вести разумных. Может и этот камешек тебе по велению Силы достался.

Попробовав прикинуть весь путь этого камня и шанс того, что я его получу, признал, что в словах Дзика явно что-то есть.

– Моя прелесть, – произнес я тихо, выкинув из головы подсчет шансов попадания камня ко мне. Даже жаль, что никто не поймет этой шутки.

– Что, настолько понравился? – полюбопытствовал Дзик.

– Ты просто не понимаешь. Я ощущаю его как часть своей Силы. Как часть себя. Как генератор, который дает энергию только мне. Такое впечатление, – не отрывал я взгляд от кристалла, – что еще немного, и он растворится у меня в руках.

– Хм. Ясно, – отвел взгляд ничего не понявший техник. – Ну… любуйся им дальше, а я делом займусь.

– Кстати, – не дал я ему отвернуться. – Я тут клан организовал. Так что собираюсь в скором времени увеличить свои заработки за счет помощи соклановцев.

– Это, конечно, хорошо. Только я здесь при чем? Я только покупаю нужное количество деталей. Надо больше – возьму больше.

– Мне необходимо открыть еще несколько счетов. Или лучше один на всех? – задумался я. – Кхм. Еще надо будет, наконец, попробовать работать с другими деталями. Это в одиночку у меня выбор был небольшой, а теперь можно и поэкспериментировать.

– Что ж, я подумаю над этим вопросом. Еще что-то?

– Вполне возможно, я буду приводить сюда других юнлингов…

– У-у-у-у… – не дал мне договорить техник.

– Присмотришь за ними? – На что он закатил глаза. – Ой, да ладно тебе. Неужто лишние руки не нужны?

– Детей…

– Юнлингов, – прервал его уже я. – И не волнуйся, откровенных детей не будет. Как минимум, моего возраста.

– Ути, какой взрослый нашелся.

Эти его слова я решил пропустить мимо ушей.

– Само собой, я их заинструктирую насмерть, так что проблем они составить не должны.

– И зачем они мне тут нужны? – тяжко… очень тяжко вздохнул Дзик.

– Тут? Тут они скорей мне нужны. Но и тебе, если что, помогут.

– А тебе они тут зачем? – не сдавался бригадир техников.

– А ты представь, что тех дроидов, которых мы будем собирать, юнлинги предварительно будут обрабатывать Силовой ковкой.

– Хм…

– Тебе они тоже помогать будут, – соблазнял я техника. – Так же. Ты и так лучший, а с подобной помощью вообще недосягаем станешь. Может, даже премии увеличатся.

– Кхм. М-да. Ладно, приводи своих юнлингов. Присмотрю за ними, так уж и быть.

– И подучишь, если что, – решил я отхватить плюшек по максимуму. Пока он соглашается.

– И подучу, если что, – поморщился он слегка. Но главное, не послал.

– Отлично. С этим, значит, разобрались. Дальше у нас идет…

– Ты мне работать когда-нибудь дашь?

– Бескар, – закончил я предложение.

– Что?

– Следующим вопросом у нас идет бескар.

– А что бескар? – спросил Дзик подозрительно.

– Тебе для работы он нужен?

– Это довольно специфический сплав. Если что, я, конечно, найду куда его пристроить, но и без него горевать не буду.

Это… не совсем то, на что я рассчитывал.

– То есть Ордену мандалорское железо без надобности?

– Оно не может быть «без надобности», – пояснил усач. – Это как супер навороченный глайдер. Есть – хорошо, нет – ну и ладно.

Плохо-то как.

– А Паратусу, как думаешь, бескар пригодится?

Ответил он не сразу. С минуту, наверное, сверлил меня скептическим взглядом.

– Я не знаю, – ответил он, наконец. – А у тебя что, бескар под кроватью завалялся? Вроде, пару месяцев назад ты его сам искал, а сейчас решил лишним поделиться?

– Друг моих родителей – торговец, и у него есть выходы на нужных разумных.

– Ага. Понял, – усмехнулся техник. – Выходы есть, а денег нет. Так?

– Так, – повинился я.

– А ты понимаешь, что бескар слишком дорог, чтобы заныкать лишний кусочек?

– А я и не собираюсь «ныкать», – усмехнулся я. – Просто возьму у Ордена со скидкой. При ценах на этот сплав, даже небольшая экономия средств – пипец как много. Плюс не забывай, что именно я помогу Ордену. Может мне вполне официально достанется грамм сто, совершенно бесплатно. Ах да, не забываем мастера Паратуса. Если Орден и одобрит эту покупку, заниматься ей будет именно он, а уж с этим алином я как-нибудь договорюсь.

– Ты, я смотрю, неплохо все обдумал, – протянул мужчина.

– Не все, к сожалению. Ну так что, как думаешь, с позиции бригадира технического ангара, пойдет на это Орден? Станет покупать бескар?

– Вот уж не знаю, – состроил тот скептическую мину. – Я слишком маленький человек, чтобы строить подобные предположения. Тебе лучше сразу к мастеру Паратусу идти.

– Эх, – вздохнул я. – Жаль. Чуток конкретики перед этим разговором, мне бы не помешал.

– Ну уж извини, – развел руками Дзик.

– Да ты-то что извиняешься? – запустил я руку в шевелюру на затылке. – Ладно. Паратуса-то все равно сейчас нет. Пойду я тогда дальше над чертежами дроида корпеть.

– Иди уже. Мне тоже работать надо.

Но не тут-то было. Стоило Дзику повернуться лицом к своему столу, к нам подбежал забрак в техническом комбинезоне.

– Мастер Дзик, у нас там проблемка…

– Да чтоб вас всех! – не сдержался он. И глянув на вздрогнувшего подчиненного, выдохнул, – послал отдел кадров работничков. Идем. Но не дай Сила, ваша проблема – и не проблема вовсе, – встал он со стула. – Ноги склею и заставлю как хаттов ползать.

– С днем рождения, Леха, – пробормотал я вполголоса, глядя на свой завтрак. Протеиновая каша, неплохая на вкус, кстати, а то как вспомню, чем нас поначалу кормили… и нечто вроде минералки, в одноразовом стаканчике.

Этот день, как и другие дни рождения, проведенные мной в Храме, были, прямо скажем, не очень. Нет, с технической стороны этот день мало отличался от того, что было, скажем, вчера. Или позавчера. Но вот настроение у меня колебалось на отметке «как же все достало». Я даже хотел пропустить все свои обычные мероприятия, кроме уроков Драллига, конечно, этого он мне бы не простил, но титаническим усилием я все же переборол лень и отметился и в Архивах, и у Дзика, и в нескольких тренировочных залах. Разве что с сокланавцами не занимался.

А вот на следующий день настроение чудесным образом вернулось в обычное состояние, угнездившись на отметке «все хреново, но я выживу». И даже впервые привел к Дзику одного из членов клана Нуна, коей была Джосс. И хоть мелкая шава не горела желанием становиться техником, ее природное любопытство сыграло свою роль, так что вечер прошел довольно весело. Кстати, не помню, упоминал ли об этом, но именно Джосс обладала самым впечатляющим талантом к Силовой ковке в моем клане.

М-да, клан… Дело оказалось непростое. Даже учитывая невеликое количество состоящих в нем. Попробуйте организовать группу, состоящую из восьми-девятилетних детишек, пусть и юнлингов, и вы поймете меня. Впрочем, главная сложность состояла в том, что все надо было сделать так, чтобы мое участие было минимальным. Пока я был рядом, все было зашибись. Хватало пару раз рыкнуть, но стоило мне только оставить их одних, и… они не то чтобы разбредались, просто… Ну вот, к примеру. По плану в такое-то время у них занятия по пилотированию. С одной стороны, Сэм непререкаемый авторитет в этом, его даже слушаются, только вот сам Сэм при этом на наставника ну никак не тянет. Даже не так – наставник из него вообще аховый. Можно было бы оставить кого-нибудь за старшего, да вот беда – нет у нас в клане, кроме меня, хех, авторитета. Пробовал оставлять все на Джиро, как самого разумного, так его очень быстро стали посылать. Хотя, точнее будет – не обращать на его слова внимания. Да и вообще, как я быстро понял, оставлять их на самих себя – бесперспективно. Кроме Сэма, дерьмового инструктора, и Джиро, слишком мягкого командира, ни у кого не было ярко выраженных талантов. Даже Силовая ковка Джосс была лучшей только в нашей группе. Так она, ко всему прочему, еще и не горела желанием этим заниматься. Точнее, развивать этот талант. Посидеть с Дзиком и что-нибудь там поделать, шава была не против, но при этом, как говорится, без огонька.

А ведь уже вот-вот, на днях, начнется новый учебный год, и придет время зарабатывать очки. Я себя только тем и успокаиваю, что новый клан, так или иначе, все равно много очков не заработает. И что мне теперь делать? Нахрена я вообще этот клан создавал?

Выход, как ни странно, я увидел, когда наблюдал за Дзиком и Джосс, которую он гонял и в хвост, и в гриву. Я вдруг осознал, что дурак. Нет, ну правда, какого черта они должны заниматься самостоятельно, когда для этого в Храме присутствуют наставники. Не проще ли составить для каждого члена клана, благо их мало, только пока, надеюсь, расписание. Пусть занимаются у профессионалов. Главное, учесть в этом расписании себя и мои с ними тренировки. А занимался я с ними только фехтованием и Силовым воздействием. Не учил, нет, просто тренировал. Да и в целом надо учесть групповые занятия. Не только с мечом. Силовые приемы, стрельба, групповая медитация, синхронизация в Силе, джедайская полоса препятствий, симуляторы, причем не только пилотирования. Тут в Храме есть целые залы немалых размеров, утыканные голографическими проектами и симулирующие довольно разные ситуации. О, и еще чуть важную вещь не забыл – надо выделить время и согласовать его с остальными, чтобы мои соклановцы могли помогать младшему поколению. Мы ведь хотим со временем увеличить нашу численность. Как я заметил, другие кланы не занимаются помощью младшим юнлингам целенаправленно, а значит, необходимо занять эту нишу.

Сегодня ночью, после уроков Драллига, я решил заняться Сирано и его младшим братом Атосом. Не пытайтесь понять, почему именно такое имя, уж точно не потому, что мне нравится этот персонаж Дюма. Мне, по большому счету, было плевать, каким мушкетером обозвать дроида, просто именно это имя пришло на ум первым. И да, кстати, я таки сделал еще одного дроида-тренера. По проторенной дорожке все оказалось довольно быстро. И вот сейчас я веду Сирано в ангар к Дзику, дабы установить ему там модуль передачи памяти. Не ждать же мне, пока Атос наберется памяти.

– Дакари, – знакомый, мать его, голос.

– Скайуокер, – обернулся я к нему. – А чего это ты шляешься по Храму так поздно?

От подобной наглости парень не то чтобы растерялся, просто не смог сразу подобрать достойный ответ. Набрал в легкие воздух для ответа и замер.

– Сбил с толку, признаю, – выдал он, наконец. – Ты лучше ответь – куда дроида ведешь? Я ждал, со сном боролся, лишь бы очередь поменьше была, готовился морально, а по приходу в зал – ба, – развел он руками, – дроида-то и нет. Хорошо, услышал его шаги в коридоре.

– Да ты прям подсел на тренировки с ним.

– Ты просто не представляешь, как сложно найти достойного спарринг-партнера, – приблизился он ко мне, пока говорил. – Как бы я ни куражился, а до своего учителя мне еще года четыре работы с мечом. Так же и с остальными, с кем я могу пофехтовать – либо слишком сильны, либо слишком слабы. А этот дроид… если не применять Силу, то мы с ним почти на одном уровне. С его легким преимуществом. А его способность к обучению и, главное, применению накопленного опыта еще, пожалуй, с год не изменит данную ситуацию.

– Целый год? – удивился я. – Скайуокер, ты же Избранный, – на что парень только поморщился, а я все же решил закончить свою мысль: – Ты же по умолчанию – гений.

– Достали меня уже с этой избранностью, – выплюнул он. – Гений… Гений – тот, кто создал этого дроида, а я всего лишь рву жилы, чтобы поддерживать созданное мне кем-то реноме.

– А разве, – иронично улыбнулся я, – способность поддерживать ТАКОЕ реноме не есть гениальность?

– Гений, – ответил он, – делал бы это, не напрягаясь. А я сплю по пять часов в неделю.

– В неделю? – удивился я.

– Ну… с небольшими перерывами. Неделя рабочая, неделя обычная.

– Подожди… стоп, чего мы тут стоим-то? Пошли в ангар к техникам. Я, собственно, туда и шел.

– А на фига? – двинулся он за мной.

– Я как-то даже немного смущаюсь говорить об этом. После твоих слов. Но надо кое-что доработать в дроиде.

– Дорабо… Дакари, только не говори мне…

– Ну да, я его создал.

– Хаттова задница… – пробормотал он. – Да, я определенно хочу пойти с тобой к техникам.

Следующие несколько секунд ходьбы мы провели в молчании. Не знаю, о чем думал пятнадцатилетний Вейдер, а я решал, как бы спросить его о том, что меня интересовало. Ну и конечно, как бывало не раз, решил действовать в лоб.

– У меня вопрос есть, – начал я наконец.

– Задавай, – пожал плечами в ответ Скайуокер.

– Способность не спать неделю…

– Почти не спать, – поправил меня парень.

– Почти не спать неделю – это твое личное умение или прием Силы?

– Второе, – усмехнулся он. Видимо понял, к чему я клоню.

– Научишь? Надеюсь, это не секрет какой?

– Не секрет. Но учитель я плохой, – и вновь пожатие плечами.

– Плохой? Или ленивый? – решил я уточнить.

– Хм, – на секунду задумался Избранный. – Мне и правда не хочется этим заниматься, но и учитель я… а, впрочем, давай попробуем. Если подумать, я ведь и не учил никого до этого.

– Отлично, – произнес я тихо. – Ты эту технику в Архивах нашел?

– Ну да, – и усмехнувшись, добавил: – Ты ее и сам сможешь найти. Я просто написал в общем поиске «техника, позволяющая долго не спать».

И все?

– Вот так просто? – уточнил я.

– Ага, – кивнул Скайуокер. – Даже к дроидам подходить не пришлось.

Блин, если я не смогу освоить эту, вероятно, общедоступную технику, я словлю комплекс неполноценности. И как я сам-то не додумался до такого? Видимо, это было слишком очевидно.

Коридоры, повороты, лифт, коридоры, повороты. Пока шли к ангару, рассказали друг другу немного о своих буднях, и как-то незаметно, уже у самых ворот, разговор зашел о семье. Не то чтобы я ему всю свою подноготную выложил, нет. Совсем чуть-чуть. Не забываем, что рядом со мной идет очень даже возможный будущий Темный Лорд. Почему не стопроцентный? Просто планы, как этого избежать… попробовать хоть немного этого избежать, у меня к этому времени были. Собственно, потому я и перевел разговор на эту тему. Ну а после такого же, как и у меня, короткого рассказа Скайуокера, я и задал провокационный вопрос.

– И что? Твоя мать так и осталась рабыней. Там? Одна? И ты даже не поинтересовался ее судьбой позже?

– Не тереби душу, Дакари, – поморщился он. – У джедая не должно быть привязанностей. Бла, бла, бла.

– И? Тебя это остановило? Даже со мной бы это не прокатило, а я со своими родителями в четыре года расстался.

– Со мной тоже… не прокатило, – произнес он после минуты молчания. За которую даже не разу не посмотрел на меня. – Но это между нами, – покосился он в мою сторону. – Хотя какой это секрет, – вздохнул Скайуокер. – Навещал я маму. Денег скопил перед этим. Думал, выкуплю, заберу. Ну, или устрою куда получше. А когда мы с Беном все же попали туда проездом, выяснилось, что уже и не надо помогать. Оказывается, ее выкупил один мужчина – Клигг Ларс. Да не просто так, а чтобы жениться на ней. Он действительно ее любит, – как-то даже поник парень.

– Так это же хорошо.

Оказывается, Энакин Скайуокер не такой уж и засранец.

– Хорошо, – кивнул он. – Просто получается, что освободил маму не я, ее сын, а какой-то неизвестный мне человек. Они даже деньги взяли только потому, что Бен убедил их, что джедаям кредиты не нужны.

– И они поверили? – вырвалось у меня.

– Хех, – улыбнулся он мне заговорщицки. – Значит я не один такой, а? Впрочем, по факту они нам действительно не нужны и где-то даже опасны. Но я до десяти лет был рабом, и убедить меня в обратном довольно сложно. А насчет поверили… Оби-Ван Кеноби умеет убеждать. Что ты на меня так смотришь?

– Ты это так сказал, – остановился я перед рабочим местом Дзика, – как будто он их Силой убеждал.

– Конечно, нет! – возмутился парень.

– Это я понимаю, – кивнул ему. – Просто ты так коварно ухмыльнулся.

– Я два часа потратил на их убеждение, а Бен управился за десять минут. Одной лишь логикой, с пояснением уклада джедаев и опасности денег. – И чуть подумав, дополнил: – Я чуть сам ему не поверил.

– Страшный человек твой учитель.

– Страшный, – согласился он со мной.

После часа возни с дроидом, настройки его мозгов, точнее новой программы в них, множества вопросов по делу и нет от Скайуокера, тот неожиданно спросил:

– Сдаюсь. Как ты это сделал?

– Ты о чем, – удивился я.

– Как он у тебя умудряется побеждать падаванов? Меня, в конце концов!

– Э… так дело не в самом дроиде, а в его мозгах.

– Понятно, что дело в программном обеспечении, но в каком именно? Что ты такого в него впихнул?

– Программки-то как раз стандартные, – покосился я на него, прикручивая панель на затылке Сирано. – Дело в процессоре, который я лично… точнее, не процессор, а матрица личности на нем, которую я сам создал.

– Модуль личности? – пробормотал парень. – Логично. И что ты в нем такого наворотил?

– Э…

– Да что ты все «экаеш»?

– Тут, как бы, такое дело… Я и сам не знаю.

– Что? Это как? Такое вообще возможно?

– Понимаешь Скайуокер, – присел я рядом с ним в кресло. – Матрица личности Сирано – моя первая удачная работа. До него я даже и не пытался сделать чего попроще. Вот и получилось… – глянул я на отключенного дроида. – Что получилось.

– Не совсем понимаю, к чему ты ведешь, – сказал осторожно Скайуокер.

– Даже если бы от этого зависела моя жизнь, я бы не смог повторить эту матрицу, – вздохнул я. – Совершенно не понимаю, как она работает. Просто понапихал туда всего и много, и что удивительно – все заработало. И даже тесты на вшивость прошла.

– На что? – приподнял брови падаван.

– Ну… проверка на подчинение. Чтоб, значит, не восстал.

– А, ясно. – И помолчав, добавил: – М-да.

– Так что техник я средненький, а вот программер – так себе, – закончил пояснения.

– Да ладно, не наговаривай на себя, – покрутился в кресле Скайуокер. – Нормальный ты техник. Я в твоем возрасте не лучше был. Хм. Как-то это самомнением отдает. Короче, ты понял. Нормально у тебя все с этим.

– Спасибо на добром слове, – хмыкнул я с усмешкой.

– Ладно, – встал подросток. – Пойду я. Надо еще с Силой потренироваться.

– Вот так и уйдешь? – остановил я его.

– А что не так?

– Кто-то чему-то обещал меня научить, – прозрачно намекнул ему.

– Сейчас?

– Почему нет?

– И правда, – упал он обратно в кресло. – Почему нет?

Удар. Идеально. У меня идеальные удары господа. Блок, блок, отвод, удар. Шаг в сторону, пропуская концентрированный джедайский Толчок. Шаг назад, дабы сбить противнику «боевое» расстояние. Сейчас я находился ровно в полутора шагах от противника. Для меня это два шага, а вот Драллигу немного неудобно.

Заметив, как мой наставник потянулся телекинезом к моему рукаву, сделал подшаг назад, тем самым выравнивая наше с ним расстояние, и провоцируя его на атаку. Блок, отвод, обрыв телекинеза, контратака, шаг в сторону и назад, пропуская еще один толчок. После чего уже Драллиг делает два шага назад и останавливается, разглядывая меня.

– Интересно как, – произнес он вполголоса. – А если так?

Небольшой шажок в мою сторону, и я замечаю, как он начинает концентрировать Силу у правой руки, и в обеих ногах. Похоже, меня сейчас ждет резкий рывок на сближение и Толчок в упор. Почти незаметная вспышка Силы, после которой, даже, скорей, одновременно с ней, я делаю небольшой шаг в сторону и вперед, так что останавливается Драллиг, фактически под моим ударом. Толчок. Но будучи готовым, я рассеял часть техники, а остатки поглотил. Да только все равно у меня не вышло его достать. Как выяснилось через мгновение, подойдя слишком близко – я банально ступил и мой удар был перехвачен свободной рукой наставника. Не за клинок меча, понятно. Подшаг в сторону, доворот кисти, и я просто не успеваю ничего сделать, падая на пол. Миг. И меч блондинистого полукровки у моего горла.

Вот уже два дня, Драллиг обучает меня работать против противника, использующего Силу. Активно использующего. Вчера, как и всегда перед чем-то новым, была лекция и пояснение основ. Ну, и небольшой спарринг. А сегодня он решил конкретно меня заездить, устроив мне краш-тест в спарринге с собой. Но, как ни странно, все оказалось не так уж и страшно – моя способность видеть Силу, выручала меня в девяносто процентах случаев. Остальные десять приходились на моменты, когда он пользовался Силой на себя, как с тем же Рывком. Концентрацию «тумана» в таких случаях я видел, а вот понять, что произойдет за этим, не мог. Но тут дело опыта – с Рывком-то я разобрался. Хотя подозреваю, что Сила в ногах, это не всегда Рывок и Драллиг меня еще удивит.

Именно на этой мысли, я и заметил, что наставник не собирается останавливаться, и, так и держа клинок у моего горла, стал концентрировать Силу в свободной руке. Вот он вытянул ее в мою сторону, и мне ничего не оставалось делать, как перекатиться в сторону. Упор на руки, толчок, и я вновь на ногах готовый продолжить спарринг. Только вот Драллиг за это время даже не шелохнулся, просто повернул голову в мою сторону и, задумчиво так, на меня смотрит.

Постояв так секунд пять, вновь сконцентрировал «туман» в ногах, а я, чуть согнув колени, приготовился сделать перекат в сторону.

– Действительно интересно, – произнес наставник. И оглядевшись, махнул мне в сторону небольшой площадки для медитаций, на которой сейчас никого не было. – Пойдем. Разберем, что у нас получается.

Усевшись по-турецки на маты, приготовился слушать, примостившегося рядом, Драллига. Который, судя по его неуверенно-задумчивому виду, не знал с чего начать.

– Рейн, – начал он. – Мой вопрос, может показаться тебе странным, но я, все же, задам его, а ты постарайся ответить на него как можно более полно. – Уже интересно. Что это за странный вопрос может быть? – Когда я создаю ту или иную технику, что ты… чувствуешь? Или быть может… – тут он совсем уж неуверенным стал, – видишь?

Как бы это так… одним словом? Косяк? Да, пожалуй. Я бы даже сказал – КОСЯК. Причем лично мой. Я вполне мог понять, что наблюдательный Драллиг, сможет понять, что я вижу Силу. И что мне теперь делать? Врать нельзя – почует. Правду говорить… Одно его слово, а он наверняка побежит в Совет, и вокруг меня ТАКОЙ кипиш начнется… Вы только подумайте – ЧЕЛОВЕК, который может ВИДЕТЬ Силу. Такого, насколько я знаю, не было ни разу за всю историю ДДГ. Не способны люди на такое. Физиология не та. С другой стороны – а что я вообще знаю про ДДГ? Что здесь возможно, что угодно. Я уж молчу, про мое посредственное знание этой темы.

И вот теперь, мне остается лишь надеяться на молчание Драллига. Точнее, что он согласиться молчать. Ибо попросить-то я могу, а вот пообещает ли он, тот еще вопрос.

– Вижу, – вздохнул я тяжко. – И очень надеюсь, что об этом, никто кроме нас, знать не будет.

Он даже ответил не сразу. Такое впечатление, что он хоть и предполагал, но и сам до сих пор не верит в подобное.

– Кхм. Видишь, значит, – потер он глаза. – Это надо осмыслить, – после чего вновь глянул на меня. – Почему ты не хочешь, что бы об этом никто не знал?

– Я… – начал, и тут же запнулся. И вот что ему говорить? Видение было? Ага, ложное. Ну хоть к Йоде обращался, есть на кого ссылаться, если что. – Я не хочу… суматохи вокруг меня, – ответил я, наконец. – Если честно, мне просто страшно…

– Страшно? – прервал меня наставник. – Ты в Храме юнлинг, здесь тебе нечего бояться.

Ну да, ну да. Место прям пипец, как защищенное. Настолько защищенное, что во время войны, здесь наемники как у себя дома ходить будут. И беспредел творить.

– У меня было видение, – решился я. – О котором в курсе магистр Йода. Сразу скажу – он назвал его «ложным». И да, – не дал я ничего сказать вскинувшемуся наставнику, – я знаю, что это значит. Пусть с этим совет разбирается, а я просто хочу, что бы обо мне знало как можно меньше разумных. Точнее, не конкретно обо мне, а о моих особенностях.

– Что за видение? В смысле, что ты видел?

– Войну, наставник. Очень большую войну. Незадолго до окончания которой, Орден будет уничтожен.

– Ложные видения…

– Во многом правдивы, – прервал я его. – Пусть основа ложная, но война-то, все равно будет. И главный злодей, имеющий доступ в Храм, тоже будет, – я даже немного сник на последних словах, представляя, что нас всех ожидает. – Пожалуйста, наставник, не говорите никому ничего. Ведь даже если представить, что вообще ничего из того что я «видел» не сбудется, никто ничего не потеряет, если не узнает обо мне.

– Будь, по-твоему, – кивнул Драллиг после непродолжительного молчания. – Это будет только наш секрет. Но то, что ты «видел», ты мне расскажешь.

– Договорились, – вздохнул я с облегчением. Повезло мне с ним. Однозначно.

– Теперь, раз с этим разобрались, – встряхнулся полукровка, – давай вернемся к нашей первоначальной теме. Прежде всего, мне надо знать, насколько четко ты видишь Силу.

– Четко. Для меня это как туман, только вижу я его везде – и в воздухе, и в предметах, и в разумных. Хотя джедаи сильно «светятся» Силой, и различить, что в них самих творится, довольно сложно.

– Но можно? – уточнил Драллиг.

– Можно. Чем ближе я к разумному, тем проще.

После моего ответа, он опять задумался.

– Ты хоть понимаешь, – заговорил он, – что это тебе дает?

– Могу предсказывать Силовые атаки, – пожал я плечами. – Это если вы про бой. В мирной жизни возможности еще выше.

– Рейн, – покачал он головой. – Как же мелко ты мыслишь. А как на счет воздействовать на эти самые атаки? А как насчет, не просто предвидеть место удара, а сам удар? Ты же при должной тренировке, сможешь видеть, как тот или иной одаренный поступит еще до того, как сработает боевое предвиденье. Которое у тебя, кстати, и так очень впечатляющее. Далеко не у каждого рыцаря-джедая такое.

Вау. Приятно, черт подери.

– Но тогда получается… ведь Сила она во всем. Во всех разумных…

– Нет, – качнул головой наставник. – Тебе это не поможет. Что толку, если ты будешь просто видеть силу? Одаренные-то ей манипулируют, и ты сможешь прогнозировать ситуацию на основе этого манипулирования. Ты ведь видел, когда я был готов сделать Рывок в твою сторону?

– Да.

– Вот примерно так все и будет, только на более… тонком уровне. Впрочем, – поднял он взор к потолку, – абсолютного предвиденья не получится. То же усиление и ускорение – комплексная техника, действующая на все тело разом. А вот, если кто-то захочет усилить удар сверх этого… м-да, – опять ушел он в свои думы. – Все равно это будет сложно. Например, усиление связок кисти ведет только, навскидку, к трем действиям. Но какие перспективы… Жаль, что я узнал об этой твоей способности только сейчас, – вздохнул он. – Столько всего можно было сделать. Ладно, – оборвал он свои мечтания. – Это все потом. Для начала, с завтрашнего дня ты приходишь ко мне на час раньше, и уходишь на час позже, – ядрена кочерыжка. Бог с ним, невелика плата за молчание. – Далее, я все же начну обучать тебя усилению тела.

– М-м-м, прошу прощения, наставник. А почему только сейчас? Да и это ваше «все же», как бы намекает…

– Тут, Рейн, все дело в методике обучения. Она, порой, очень разнится от наставника к наставнику. И с «усилением», все еще довольно просто – есть всего два мнения. По одному, необходимо сначала научить юнлинга фехтовать, и уже потом, обучать «усилению», дабы он мог почувствовать разницу, и имел более широкое понимание силы своих оппонентов. Это если упростить. Ну и второе мнение, как несложно догадаться, состоит в том, что учеников надо обучать «усилению»… не то что бы с самого начала, а с девяти лет. Если быть точным. Твой великий наставник, приверженец первого мнения, только вот, ты выбиваешься из стандартов, и я все еще был в раздумьях. Но склонялся к тому, что надо подождать еще годик.

– Понятно, – а ведь была, была у меня мысль заняться этим самостоятельно. А оно вона как.

– Раз понятно… кхм… тогда далее. Третьим делом, юнлинг, мы займемся с тобой исследованиями. Все-таки, ты должен знать на что способен, а главное, это должен знать я. Ну и все, для начала. Остальное я додумаю чуть позже. А сейчас, мы с тобой займемся именно третьим делом, заодно и… короче, пошли в круг.

– И что мы там будем делать? – задал я глупый вопрос.

– А что делают в круге? Спарринговаться, конечно.

«На два часа больше, – подумал я в тот момент. – Даже не знаю, радоваться, или печалиться?»

– Мастер Паратус.

– Отвали. Не видишь, я сейчас занят?

– Мастер Паратус.

– Пошел отсюда.

– Мастер Паратус.

– Нет у меня на тебя времени.

– Мастер Паратус.

– Да что тебе от меня нужно, долбаный спиногрыз! – повернулся он от какого-то восьмирукого дроида.

О, как я тебя понимаю, но, увы – приходится выступать и в этой роли.

– Мастер Паратус, не могли бы вы глянуть на мой новый проект?

– Новый проект? – состроил он скептическую мину. И явно нехотя, взял мой датапад, протянутый ему заранее. – Это что? – приподнял он бровь. – Оу. Кажется, дроид. К корпусу ты, как я понял, еще не приступал. Хм. Не понимаю. Что за дроид-то? Судя по аж трем накопителям памяти, что-то вроде протокольного. Но тогда зачем ему, блин, два гироскопа? Хм, – почесал он лоб. – Количество энерговодов зашкаливает. Боевой? – поднял он взгляд от экрана датапада?

– Дроид-телохранитель, – кивнул я.

– С двумя гироскопами и тремя накопителям памяти? – И бросив взгляд на экран, добавил: – И генератором Хелтек. Ты ему в корпус дефлекторный щит вставить хочешь? Что, такой генератор мощный?

– Как-то не думал над этим, – почесал я затылок. – А ведь можно.

– Дроид-телохранитель со щитом? Смеешься? – ухмыльнулся карлик. – Ты в курсе, что при этом сильно уменьшается скорость машины? Если только она не на репульсорах. Это у тебя не телохранитель получится, а дроид прикрытия. Или штурмовик. Впрочем, – задумался он, – если прописать ему включение щита только в особых случаях… Нет, слишком затратно. Проще вместо щита аптечку ему всунуть. Что-нибудь вроде… м-м-м… «Бакта М-17». Дурацкое название, но прибор хороший. О! Можно ему на манипуляторы ростовые щиты приделать. И аптечку. Да. Генератор потянет. Хм. А вот два гироскопа – все же лишнее. Глядя на их модели, я понял, чего ты хотел добиться, – посмотрел он на меня. – Но, судя по всему, ты не в курсе, что синхронизация двух гороскопов приводит к усредненным результатом.

Ох ты ж, мать. А я в Сирано и Атоса… блин.

– Вы правы, мастер – не в курсе, – выдавил я из себя.

– Да я уж по твоему лицу понял, – усмехнулся Паратус криво. – Так зачем тебе столько памяти дроидам? Они ж только место занимать будут.

– Особенности матрицы личности. Набор опыта у них зашкаливает.

– Так его все равно надо будет форматировать, – пожал джедай плечами.

– Это только модуль с личностью, – возразил я. – А сам опыт конвертируется в сухие данные.

– Спорный момент, – глянули на меня исподлобья.

– Пусть даже так. У этой матрицы двойной модуль подчинения. Даже тройной, – вспомнил я про подчинение кому-либо кроме меня.

– Предположим. Но в этом проекте все равно слишком много лишнего. Даже не так – ненужного. Дроид выйдет неоправданно дорогим. Использовать его только как телохранителя… – покачал он головой. – Даже если сделать его универсальным бойцом, все равно неоправданно дорогой. А уж если его повредить, починка будет довольно… забавна.

Эх. Всем бы только критиковать.

– Вот поэтому я и обратился к вам.

– Хм, – покосился он на меня. – Тема интересная. В целом. Универсальный дроид-боец, с уклоном в телохранителя. Я правильно понял?

– Точно в цель, – кивнул я.

– Подобный проект пытались многие реализовать, а вот получалось, как ни странно, у тех, кто такой целью не задавался. Хм. Действительно, интересно.

– А вы разве не пытались создать нечто похожее? – спросил я.

– Пытался один раз. Получился штурмовик. Правда я тогда делал дроида под конкретную задачу, и получившийся результат меня устроил. А больше я как-то и не пробовал.

– Поможете? – блин, слишком просящее получилось. А, и ладно.

В ответ на мой вопрос-просьбу Паратус очередной раз покосился в мою сторону. И опять уставился на экран датапада.

– Признаться, – провел он пальцем по ободу моего «Интеха», – мне интересна эта тема. Но и насчет занятости я тебе не врал. А тут нужно сидеть и думать. – И глянув мне в глаза, добавил: – С тобой сидеть. Или тебе банально нужен проект от не самого плохого инженера?

– Нет. Вы правы. Я тоже хочу поучаствовать.

– Тогда я мало чем могу тебе помочь. Разве что критиковать твои проекты, когда я в этом ангаре.

– Жаль, – выдохнул я. – Но это лучше чем ничего.

– Тогда извини, – протянул он мне обратно датапад. – Но мне нужно работать.

– Извините, что побеспокоил, – поклонился я слегка.

– Все. Иди давай, – начал оборачиваться Паратус к своему дроиду. – Хотя стой, – задумался он. – Если ты не прочь лишиться… скажем, часа от своего сна, – обратился он ко мне, – я, так уж и быть, готов помочь тебе в конце рабочего дня.

– Я… – ну что за непруха. – Простите, мастер Паратус. Но первый час после отбоя зарезервировал мастер Драллиг. Однако я был бы вам очень признателен, – начал я говорить чуть быстрей, – если бы вы потратили на меня следующий час. Понимаю, что это слишком нагло с моей стороны… но…

– Договорились, – кивнул алин.

Фух, слава яйцам. Не знаю, что у него там в голове сейчас крутится, но возможность получить такой опыт я упускать не намерен. Остается только поблагодарить Силу и маленького мастера за то, что я смогу с ним поработать. И, несомненно, чего-нибудь от него почерпнуть. Все же интересно, с чего бы этот нелюдимый джедай согласился мне помочь. Только я не такой дурак, чтобы спрашивать его об этом. Еще спугну, не дай бог.

– Когда мне подходить, мастер Паратус? – решил я уточнить напоследок.

– Когда? – задумался он, облокотившись на дроида. – Давай через… – начал он, но запнувшись, повел головой. – К хатту. Сегодня приходи. Чего тянуть-то?

– Еще раз спасибо, мастер, – поклонился я.

– Да-да. Вали уже отсюда.

Когда я увидел, кто поднимается по лестнице вместе с Проном, я немного офигел.

– Э-э-э… мам?

Строгая леди в зеленом свободном платье, еще способном скрывать слегка округлившийся живот, босоножки и дорогущий комлинк в качестве браслета. Не знаю, что творилось на моем лице, но вряд ли я светился так же, как моя здешняя мать. И чьи эмоции я почувствовал метров за двадцать.

– Рейн, – осторожно кладя руки мне на плечи, она явно боролась с желанием обнять меня покрепче. – Как же ты вырос, – и взглянув мне за спину, произнесла: – К десяти вечера я его верну.

– Приятно отдохнуть, юнлинг, – улыбнулся незнакомый мне джедай. То есть он, конечно, представился, когда забирал меня после последнего урока, но до этого я с ним не встречался. И ведь главное, по дороге он так и не признался куда и зачем меня ведет. Сказал – сюрприз, и все.

Все-таки джедаи, несмотря на философию Ордена, к родителям относятся с определенным пиететом. Это вам не неизвестно кто, вроде Прона, который пытался в свое время встретиться со мной.

– Пойдем, сынок, – потянула она меня за собой. – Мне столько всего хочется тебе рассказать.

Два вопроса меня терзали. Во-первых – если мама могла приехать, почему не сделала этого раньше? И во-вторых – зачем взяла с собой Прона? Неужто не могла добраться сюда одна?

Не знаю, что за модель, но спидер, на котором прилетели сюда Прон с матерью, прямо-таки кричал о больших деньгах. Вкупе с внешностью, мама предстала передо мной с новой стороны.

– Наверное, дорогая штука, – погладил я обивку.

– Напрокат взяли, – пожала плечами мать. – Я здесь ненадолго, так что покупать нечто подобное считаю расточительством.

Забавно-то как.

– А брать напрокат – нет? – уточнил я скептически.

– Рейн, – вздохнула Сана. – Давай об этом потом.

Ну, потом так потом. Что я, совсем без понятий? Да и не факт, что Прон, сидящий сейчас за рулем, входит в число тех, кого этот разговор касается.

Привезли меня, как ни странно, в какой-то не выделяющийся ресторанчик. Я, если честно, после спидера ожидал чего-то другого. А так, трехэтажное здание, с характерной для Корусанта клиновидной крышей, ничем особо не выделялось, да и внутри, если уж на то пошло, тоже. Правда спорить не буду, при моей-то социальной адаптации я могу и ошибаться. Если кто не забыл, я на планете большую часть времени в Храме сидел. А редкие экскурсии как-то обходили стороной рестораны.

Прон покинул нас еще на входе, но перед этим посодействовал в ответе на один из моих вопросов.

– Ну все, благородная госпожа, – произнес он иронично у входа в здание, – на сегодня, я надеюсь, таксист вам больше не нужен?

– Как это? – приподняла бровь мама. – А обратно в Храм нас кто повезет?

– Саночка, я точно знаю – спидер ты водить умеешь. Вообще не понимаю, зачем я тебе потребовался.

– Включи мозги, Прон, – произнесла Сана ласково. – Джедаи – кто угодно, но только не дураки. Если раньше ты был для них неизвестно кем, то теперь ты друг семьи Дакари. Я фактически поручилась за тебя, засветив перед их камерами. В следующий раз ты уже и без меня сможешь забрать Рейна из Храма.

– Думаешь, прокатит? – спросил он неуверенно.

– С самыми известными дипломатами галактики? Ну, даже не знаю.

– Ладно, ладно, – махнул он обеими руками. – Я все понял. Но до десяти еще пять часов, что мне тут с вами делать?

– Не обязательно с нами. Ты, главное, будь здесь хотя бы за сорок минут до крайнего срока.

– А волшебное слово? – улыбнулся он, слегка приподняв голову.

Задумавшись на пару секунд, мама все же выдала, с этакой вопросительной интонацией:

– Исполнять?

– Ох-хо, – вздохнул он напоказ. – И как с тобой Умик управляется?

– Очень и очень осторожно, – фыркнула Сана.

– Ладно, – улыбнулся Прон. – Буду здесь к сроку. Бывайте.

– Э, дядь Прон, подожди, – остановил я его. – Мам, мне в восемь надо быть на важном уроке.

– Что? – приподняла та брови. – Какой-то урок тебе важней встречи с матерью?

– Вот только давай не будем по больному бить, – поморщился я. – Этот «какой-то урок» в будущем мне, возможно, жизнь спасет.

– Всего один урок, Рейн. У тебя впереди годы, уж наверстаешь как-нибудь.

– Мы тратим время, мам, – закатил я глаза.

– И после такого, – рассердилась она, – кто-то смеет говорить, что джедаи не промывают детям мозги.

Не люблю, когда некто, кто не сечет в теме, начинает выдавать различные утверждения. И я сейчас не про промывку мозгов. Не совсем о ней. Просто… когда над тобой довлеет ТАКОЕ будущее, пытаешься впитать любую крупицу знаний. Да я сплю по пять часов в неделю, как Скайуокер, и уж поверьте мне, это не просто. Я делаю все от меня зависящее, чтобы не только выжить в будущей мясорубке, но и попытаться спасти кого смогу, а она – «какой-то урок».

– Или все-таки родители, – процедил я, – вбив себе в голову подобное отворачиваются от детей?

– Не смей, – прошипела мать. – Никогда не смей говорить такое. Я никогда не отвернусь от тебя.

– Ага. То есть обвинять меня, что я отдаляюсь от семьи можно, а ты, значит, у нас святая?

– Эй, эй, народ, – вклинился Прон. – Вы для чего встретились? Для ссор?

– За два часа Прон. Лады? – произнес я, глядя на мать.

– Эм… ладно, – ответил он осторожно. Видимо, ожидая слов матери, но она, как ни странно, промолчала. Только смотрела на меня… странно. Настолько странно, что я даже эмоции ее определить затруднялся. Скажу только, что там преобладала гордость за меня. – Пойду я тогда? – И не дождавшись ответа, укатил.

– Может, пойдем уже? – обратился я к матери. – Чего тут стоять-то?

Та в ответ только губы поджала и все же вошла в здание.

Направились мы не к одному из местных столиков, за которыми сидели разумные разных рас, а поднялись на второй этаж, где были только двери, ведущие в отдельные комнаты. В одну из них мы и вошли.

– Фирменный на двоих, – произнесла женщина, нажав кнопку на краю стола. После чего села на край полукруглого дивана.

– Ну не сердись, мам, – сел я с другого края. – Это и правда важный урок. К тому же, если я на него не приду, наставник может осерчать. Я ведь даже не предупредил никого, что с матерью встречаюсь. Как-то некрасиво получится.

– Некрасиво? А то, что ты отбираешь у матери два часа общения с сыном, которого она не видела пять лет, это красиво?

– Нет, – подтвердил я. – Но мне и правда нужны любые крупицы знаний. Ведь когда все… когда я вернусь домой, учиться будет уже затруднительно.

– Что ж ты не договорил? Когда все… что? Закончится? Или начнется?

И все это она умудрилась произнести с болью, тревогой и злостью одновременно.

– Не понимаю, о чем ты, – ответил я спокойно. Но все же наверняка выдал себя тем, что на мгновение отвел взгляд.

– Знаешь, – усмехнулась она, – я понимаю, почему вы с отцом скрывали это твое пророчество. Или видение, уж не знаю как правильно. Но это не значит, что мне такое нравится.

– Мам, – замялся я. – Не думаю, что подобные разговоры…

– Это ресторан моего отца, – прервала она меня. – Даже если кто и заинтересуется нашей встречей, в чем я сомневаюсь, будь уверен – подслушать нас тут нельзя.

Отца? У меня есть дед? Как-то… неожиданно. Понятно, что… просто… блин, соберись, Леха.

– А почему… – попытался я подобрать слова. – Почему тогда Прон… ну…

– У меня с родней сложные отношения, – поняла меня женщина.

– Ладно, замнем. Лучше скажи… – опять я замялся.

– Почему я прилетела? Или почему только сейчас?

– Почему отец проболтался.

– Пф. А что ему еще оставалось? После твоего, маленький паршивец, сообщения. Остаться решил? А о родителях подумал?

– И даже о том, что могу не выжить. Да.

– Рейн… Ох, малыш, – пересела она ко мне поближе и обняла. – Ну зачем тебе все взваливать на себя? Почему этим не могут заняться взрослые джедаи? – гладила она меня по голове.

Даже не знаю. Думаю, не стоит ей рассказывать, как я лоханулся, когда общался с Йодой.

Материнские сюсюканья прервались, только когда в комнату вошел дроид, несущий поднос с едой. Тихо войдя и расставив еду на столе, он так же тихо ушел. И только после этого я ответил.

– Я сообщил о том, что знаю, одному из членов Совета, но меня, похоже, не так поняли, – придвинул я к себе тарелку с каким-то супом. – А настаивать слишком опасно. Не дай… Сила, об этом узнает кто-нибудь не тот.

– А ведь когда-то, – усмехнулась горько женщина, – я их чуть ли не почитала.

– Да ну, – поднял я голову.

– Ну а что ты хочешь? Я до двадцати лет жила на Корусанте, а Орден здесь – весьма уважаемая организация. – И вздохнув, добавила: – Если уж на то пошло, он в двух третях галактики весьма уважаем.

– И что же такого произошло, что ты поменяла свое мнение? – спросил я с любопытством.

На что она с удивлением ответила:

– Родила одаренного ребенка, – ах ты ж. Ну да. – Которого потом забрали.

– Вообще-то, – отодвинул я от себя тарелку, не то, чтобы у супа был противный вкус, просто необычный, – наша ситуация довольно редка. Джедаи стараются не трогать семьи, где родители против подобного. Можно сказать, нам просто не повезло с джедаем, который меня забирал.

– Ага. Мне прямо вот так сразу и полегчало.

– Кхм. Кстати, – перевел я тему, – а что у тебя за дела на Корусанте?

– То есть, – приподняла она одну бровь, – просто ради сына я сюда прилететь не могу?

– Можешь, – кивнул я. – Но я сомневаюсь, что ради этого ты стала бы одеваться в роскошное платье и нанимать такой же спидер.

– Твой отец, – произнесла она грустно, – говорил, что лучше не светиться перед Орденом лишний раз, а то они увеличат прессинг, и ты… – сглотнула она, – отдалишься от нас еще дальше.

– Э…

– Да-да, я знаю, что ты скажешь. Но подобная ситуация вполне возможна, и мы не хотели рисковать. А тут… Твое сообщение очень сильно меня расстроило. Как и то, что вы с отцом скрывали это от меня.

– Ну, мы… как бы… ты ведь умная женщина, мам, сама все понимаешь.

– Хех, – усмехнулась она. – Сын своего отца. Даже слова такие же. В общем, твое последнее письмо заставило твоего папу задействовать меня. – Ну, Умик, ну, шмыга. Припомню я тебе это. – И совсем не так, как ты сейчас подумал, – произнесла она, глядя на меня с улыбкой. – Пока он, как ты и просил, утрясает появление семьи Дакари совсем на другой планете, я здесь… – еще один тяжкий вздох. – У меня очень сложные отношения с семьей. Но не воспользоваться связями одного из директоров корпорации Сиенара в нашем случае слишком расточительно.

Сиенар? Те самые «Флотские системы Сиенара»? Это она о той самой корпорации, которая уже пятнадцать тысяч лет сотрудничает с Республикой?

– Не понял, – это все, что пришло мне на ум.

– Твоя мама, чтоб ты знал, – показательно задрала она нос кверху, – в девичестве носила фамилию Санте. И мой отец, твой дед, является одним из директоров корпорации. Куда очень энергично метит и моя старшая сестра Веллес.

Опупеть. Это реально… опупеть. Ее отец, это как… как…

– Осталось узнать, что папа тоже какой-нибудь принц. Пары-тройки звездных систем.

– Нет, – засмеялась мать. – Просто глава не совсем обычного рода. Который немало попутешествовал.

– И чем это наш род, такой необычный? – спросил я подозрительно.

– В каждом поколении есть хоть один одаренный, – пожала плечами женщина. – Потомки Ревана, – передразнила она кого-то.

– Ре… кхм… Ревана?

Я даже не сразу осознал ее слова.

– Ну да. Сама я не знаю, кто это, но твой отец весьма горд этим.

Не знаю, что об этом думать. Наверное, лучше вообще не думать. Даже если бы я не играл в первый KotOR, Реван – это фигура, которую поминают даже теперь. Не просто личность, знакомая лишь историкам и библиотекарям, а источник многих присказок и выражений. «Ревана тебе на мозги», для примера. Среди юнлингов я с подобным еще не встречался, а вот в ангаре у Дзика, где тусуются различные джедаи, я такое слышал не раз. А как вам название вполне официального в Республике маневра под названием «подскок Ревана»? Да, Сэм не только пилотирует хорошо, он еще и историю флота отлично знает.

– Мам. Просто для справки, – сказал я самую малость ошарашенно. – Здесь есть чем гордиться.

– Как скажешь, – пожала она плечами. Женщины, блин. Никакого авторитета. И потерев лоб, решил перевести тему. – Уже известно, кто будет? – кивнул я на ее живот.

– Да-а-а, – протянула она довольно.

– Мальчик, девочка? – мне было жуть как любопытно.

– И то, и другое. Близнецы.

– О-о-о… – откинулся я на спинку дивана.

Странные чувства, но в целом я рад. Про мать, которая закрыв глаза, выплескивала на меня нежность, и говорить не стоит.

– Еще три года без «детских» посиделок, – улыбалась она.

Что же они с отцом затеяли, раз даже в таком состоянии мама отправилась решать дела?

– Мам, а что ты хочешь от «Сиенара» получить?

– Умеешь же ты темы переводить, – поблекла ее улыбка. – Нам нужны люди, сынок. Чем больше, тем лучше, а у «Флотских систем Сиенара» очень грамотные спецы.

– Я, кхм… сомневаюсь, что они решат отправиться на край галактики.

– Это смотря как подойти к делу, – хмыкнула мать. – У «Сиенара» последнее время не все в порядке. Республика, которой они в прошлом столько раз помогали, по неизвестной причине сильно ополчилась на корпорацию. Понятно, что тут конкуренты подсуетились, но ведь не в первый раз, сейчас же на них давит сам Сенат. Еще терпимо, но тенденция плохая.

– Хочешь сказать, – произнес я скептически, – что от них сейчас люди уходить начнут?

– Нет, конечно, – махнула мама ладонью. – Уж что, а корпоративное единство у «Сиенара» развито очень сильно. Просто… сейчас, скажем так, хороший момент устроить парочку совместных проектов. На которые спецов командируют.

– Не понимаю, – мотнул я головой. – Совместных проектов… с кем? Наша семья вдруг стала настолько знаменита и перспективна, что такой гигант, как «Сиенар», станет с нами возиться? А секретность?

– Хм. Я, пожалуй, не так выразилась, – постучала пальцем по подбородку женщина. – Наверное, лучше сказать, отдельные проекты того или иного директора корпорации. Если все будет нормально, это принесет дивиденды многим, в том числе и политические. Например, сильно поможет моей сестре подняться еще выше в иерархии корпорации. При этом Дакари останутся за кадром. Все будет работать под патронажем семьи Санте.

– А твоя сестра не перехватит управление? – спросил я подозрительно.

– Ох, Рейн. Оставь это дело родителям. Мы как-нибудь с этим разберемся. – Но глянув на меня, все же пояснила: – Санте будут лишь прикрытием. Это раз. А два – несмотря на то, что отношения с семьей у меня сложные, это не значит, что мы враждуем. Твоя тетка – целеустремленная стер… кхм… особа, но именно она… – замялась мама. – Скажем так, именно она помогла нам с твоим папой в свое время. И именно она выбрала тебе имя. Ей вечно не везет с личной жизнью, так что… – она опять не смогла подобрать слов. – Несмотря на то, что вы с ней ни разу не виделись… вживую, она ради тебя на многое пойдет.

Ради меня, хех. Жесть.

– Не понял. Почему именно ради меня?

– Не бери в голову, сынок. Просто доверься мне. Когда ты… – втянула она носом, – вернешься, мы сможем тебя защитить.

– Мам, – произнес я осторожно. – Учитывая, что я «видел», – выделил я слово, – сильно сомневаюсь, что вы сможете меня «защитить», – еще одно выделение.

– Пусть так, – произнесла она тихо. – Но уж и помощь наша будет не маленькой. – И на секунду зажмурившись, продолжила жизнерадостным тоном. – Но давай о делах потом, лучше расскажи, как тебе живется. О друзьях, чему научился. Я хочу знать-все-все.

– Восемьсот тысяч за сто грамм?

С Проном мы встретились на следующий день. У мамы в ближайшее время множество дел, так что увидеться мы с ней сможем разве что перед ее отлетом. Причем, как я понял, не домой, а куда-то по делам. А вот Прон был свободен и не намерен терять барыши за посредничество.

– Да. Средняя цена. Плюс-минус пятьдесят тысяч. Но лучше на минус не рассчитывать.

– Что ж, – задумался я. – С разумным, что сможет выбить деньги из Ордена, я контакт наладил… Вы когда улетаете, дядь Прон?

– Вместе с твоей матерью, – усмехнулся он чему-то. – Впрочем, я ее одну и не отпустил бы.

– Но пару дней-то вы на планете задержитесь? – уточнил я.

– Скорей уж – неделю.

– Отлично, – кивнул я сам себе. – Тогда я сегодня же провентилирую этот вопрос и на днях свяжусь с вами.

– Договорились, – улыбнулся он, потрепав меня по голове.

После встречи с Проном, задумался куда идти. Можно в Архивы, а можно к Дзику. А можно не к Дзику, но тоже в ангары. Давно хотел посмотреть на ангары «ученического» этажа. Ведь именно через них будут эвакуировать детей.

Всего на пятом этаже было два ангара – небольшой, для малого транспорта типа спидеров, вплоть до тяжелых, и большой, для космической техники. Причем достаточно большой, чтобы там могли поместиться штук пять средних грузовиков, а это далеко не фрахтовщик Хана Соло.

Как мне удалось до этого выяснить, в Храме существовал план эвакуации, который заучивал любой джедай, и особенно крепко – наставники пятого «ученического» этажа. Даже больше скажу – по технике безопасности в ангаре 5.2, всегда должен находиться транспорт или транспорты, способные пусть и со скрипом, но вместить в себя всех юнлингов и хотя бы половину джедаев-наставников. Ну а дежурным кораблем на такой случай был кореллианский звездный челнок. Этакая восьмидесятиметровая розово-белая полусигара с двигательным блоком из трех сопел. Чтоб вам было чуть более понятно отношение Ордена к юнлингам, поясню: КЗЧ – это как два Боинга в длину и ширину, ценой в два миллиона шестьсот пятьдесят тысяч кредитов. Ах да, он еще и переоборудован под эвакуацию, что тоже денег стоило. Весьма и весьма хороший кораблик, правда сугубо гражданский.

И все бы хорошо, но простая логика говорит, что при атаке Храма планета просто обязана быть если и не блокирована силами Палпатина, то очень плотно контролироваться, а это значит, что как бы не был хорош Челнок, из системы ему не уйти. И это я еще не говорю про штурмовиков, которые наверняка первым делом ринутся блокировать ангары. И пока у меня есть лишь один план, пусть немного… гниловатый, как обойти блокаду планеты, и лишь наметки, как защитить ангар от штурмовиков.

Вот я сейчас и исследовал подходы к ангару 5.2, пытаясь придумать, что делать. При этом очень не хотелось думать о том, что ангар очень просто захватить снаружи. Просто послать туда десант на паре штурмовых машин, которые эвакуировали джедаев с арены планеты, название которой я не помню. Ну, с той самой, на которой Кеноби со Скайуокером казнить хотели. При таком варианте юнлингов придется сначала где-то собрать, отбить ангар, и лишь потом вести их к Челноку.

– Мины нужны, – вздохнул я тихо.

Коридоры, ведущие к ангару, было на удивление несложно защищать. Вообще, как я заметил, пятый этаж было легко защищать. Тут крайне мало мест, где можно зайти в тыл обороняющимся. А то, например, первый этаж больше на соты был похож – займешь оборону в коридорчике, а противник, через пару сквозных залов, уже у тебя за спиной хихикает.

А мины… было бы, конечно, здорово. Тут даже стены с потолком способствовали. Были они не каменные, как в большей части Храма, а обшиты пластиковыми… наверное… панелями, за которыми прятались различные провода и энерговоды. Мин там можно напрятать просто уйму. Да вот беда – КАК мне это устроить? А если, не дай бог, там что-нибудь замкнет, и техники полезут чинить?.. Я даже представлять не хочу, какой кипиш тут начнется. Но для начала надо решить КАК? Как мне на глазах снующих туда-сюда разумных заминировать хотя бы десяток метров коридора. Ну, или несколько мест.

– Печа-алька, – поджал я в задумчивости губы.

Ладно, пока есть время, пойду в Архивы – поищу план Храма. Может и придет что-то на ум.

У Драллига сегодня я продолжал осваивать усиление тела. А под конец урока, в качестве домашнего задания, получил два стальных бруска с наказом согнуть их. Это даже звучало диковато, а уж глядя на те самые бруски… скажем так, мыслей у меня в тот момент не было. Совершенно пустая голова.

После Драллига, но перед Паратусом, пришлось организовывать тренировку моего клана Силовым приемам. Кто-то мячиком резиновым друг с другом перекидывался, а кто-то Толчки отрабатывал. На Асоке с Джосс. А то задолбали эти гиперактивные девицы. Может, хоть так выдохнутся.

Ну а потом была разработка проекта дроида-универсала с Паратусом, где я и озвучил слова Прона.

– Сколько? – переспросил он.

– Девятьсот за сто грамм. Тысяч, – ответил я неуверенно. – Дорого, да?

– Издеваешься? На моей памяти Орден лишь раз сумел приобрести бескар. Официально, по крайней мере, – почесал он лоб. – Миллион четыреста. За те самые сто грамм. И один раз за миллион сто – неофициально.

– То есть предложение тебя интересует? – воспрял духом я.

– Интересует, – вздохнул тот. – Но ты ведь понимаешь, что это все равно огромные деньги.

– О, да, – кивнул я. – Но после того как ты озвучил цены… сто грамм у меня будет. По-любому.

– Откуда у юнлинга такие деньги? – удивился Паратус немного.

– Подрабатываю, – ответил я лаконично. – В Ордене, конечно, деньги не нужны, но как выяснилось, ситуации бывают разные.

– Настоящий техник, – похлопал меня по плечу алин.

– А это-то тут при чем? – не догнал я.

– Если кому в Ордене и нужны деньги, так это именно нам, – ответил он.

Уверен, есть и другие специальности, специалисты которых с ним бы поспорили.

– То есть ты тоже… подрабатываешь?

– Хо-о-о… – выдохнул он тяжко. – Бывает. Но редко. Уж больно удобная у меня должность.

– Ясненько, – сказал я, чтобы хоть что-то сказать.

– Но в данном случае, – продолжил он, – моих финансов не хватит на что-то крупное. А сто грамм… – поморщился он. – Сто грамм – это ни о чем.

– Ты меня совсем запутал, – тряхнул я головой. – Что мне посреднику-то говорить?

– Что говорить… – задумался Паратус. – Что говорить… О! – вскинулся он. – Кажется, я знаю, на что может клюнуть совет. Сколько там твой посредник может достать металла? Килограмм сто будет?

– Сто килограмм? Подожди… сто КИЛОГРАММ? Это же… – прикусил я язык. Почти сказал восемьсот миллионов. – Это же девятьсот миллионов.

– Спасибо, что просветил, – ответил мне Паратус язвительно.

– Сто килограмм… – продолжал я бормотать.

Это ж пипец афера. Рискнуть? Не рискнуть? Это ведь сто миллионов прибыли, или двенадцать с половиной кило бескара. Причем, можно взять те самые полкило, а двенадцать килограмм продать. Уверен, Прон сможет выручить даже больше. От же ж блин. Если честно, я на такое не рассчитывал – по привычке назвал чуть большую цену, забыв, что это Орден, и здесь привыкли доверять своим.

Ладно, пока признаваться в чем-либо рано. Посмотрим, как все будет развиваться. М-дя. Джедай из меня – так себе, если подумать.

– Будем уточнять, – вышел я из комы. – Но думаю, продавец не откажется от такого куша.

– Это если у него есть что продавать, – отметил Паратус скептически. – Может у него всего сто грамм и есть.

– Нет. Я просил как раз узнать о крупной партии. Просто думал, что это килограмма три, а не сто.

– А-а-а… – протянул алин. – Ну, тогда шанс есть. Три кило… как бы тебе сказать… это ни туды и не сюды. Для одиночки – много, для оптовика мало. Впрочем, ты все-таки уточни. В жизни всякое бывает.

– Завтра же, – кивнул я.

– Вот и отлично. А раз с этим все, давай вернемся к прослойке брони, – постучал маленький джедай по верстаку.

Он сидел в своей комнате и пытался выкинуть мысли из головы. Не думать. Не видеть. Не чувствовать. Сконцентрироваться на себе. Медитация помогала, но была сложна. Стоило лишь немного зацепиться за другие чувства, и даже сквозь толщу стен он начинал видеть тени. Проще не медитировать вовсе. А лучше пойти в какой-нибудь зал, где разумные бывают крайне редко. Теоретически таких мест в Храме было навалом, на практике же – туда еще нужно было дойти. Далеко не во все места его пускали. Однако за все то время, что он прожил в Храме, было бы странно, если бы он не нашел хотя бы одно такое местечко. В его случае это был музыкальный зал. Уж как-то так сложилось, что именно там тени беспокоили его реже всего.

М-да-а-а-а… тени. Выйдя из комнаты, он направился в музыкальный зал. Уже давно прошли те времена, когда он старался смотреть по сторонам как можно реже, дабы, не дай Сила, не столкнуться нос к носу с очередным образом будущего или прошлого. Сейчас его взгляд блуждал, не задерживаясь ни на ком, одновременно отмечая, где реальный разумный, а где всего лишь тень его будущего. Или прошлого. Порой и не угадаешь. В любом случае, блуждающий взгляд хоть и нервирует окружающих, но все же не так сильно, как если бы он постоянно косился на что-то, чего никто другой не видит.

Так как эти тени не показывали далекого времени, трудно узнать, к чему относится вот эта вот тень, похожая на цветную голограмму. Если с детьми разницу в плюс-минус год еще можно определить, то вот со взрослыми увы. А может и не увы. Хуже всего было в столовой – десятки, сотни разумных, рядом с которыми крутились их «голографические» копии, часто приводили к мигрени. А ведь тени порой показывали такие вещи, которые очень сложно отнести к прошлому или будущему. Например, нога. Точнее стопа, растворяющаяся метрах в двух от пола, соответственно, размером эти самые два метра. Он уже давно бросил попытки интерпретировать подобные образы. Но в основном, конечно, тени представляли собой образы своих оригиналов. Стоящие на месте и что-то разглядывающие, прыгающие, читающие, фехтующие, стреляющие, размахивающие руками и даже ногами… Далеко не сразу он понял, что означают эти тени, слава Силе, что в Храме есть магистр Йода, который в свое время помог разобраться в большинстве случаев. Ну, кроме тех самых ног…

Прошлое, будущее… Однажды он даже предотвратил смерть какого-то юнлинга, увидев образ его бездыханного тела, вокруг которого растеклась лужа крови. Во всяком случае, магистр Йода сказал, что смерть они предотвратили. Кстати, недавно он подходил к нему с вопросами и лично просил взглянуть на двоих людей. Первым был нынешний канцлер, случайную встречу с которым ему устроили. И ничего. Ничего странного, по крайней мере. А вторым был юнлинг Дакари, который занял второе место на последнем турнире по фехтованию. И в лицо которого он знал и раньше. Трудно не заметить человека, рядом с которым нет теней, кроме его собственных. Да, теней у него несколько, но это не такое уж и уникальное дело. Бывает и по две, и по три тени рядом с разумным крутится. Да вот только пять штук, и все разные, есть только у него. Опять же, чего только не бывает, та же нога… Гораздо больше его занимала способность юнлинга не давать появляться другим теням в радиусе метров пятьдесят вокруг него. Особенно это было заметно в столовой, где очень и очень много других теней. В такие моменты, когда они находились в общественных местах, он старался быть поближе к Дакари. Право слово, уж лучше пять «голограмм», чем пятьдесят.

Да и тени у него довольно забавные. Мальчик, ровесник самого Дакари, только вот лицо совершенно другое. Их даже с натяжкой не назовешь родственниками. Юноша лет пятнадцати-семнадцати. Вот он уже был похож на оригинала. Мужчина, лет двадцати пяти, в отличие от первых двух, одетых в джедайские робы, этот был облачен в какую-то блестящую броню, только без шлема, что давало рассмотреть его лицо, имевшее черты юнлинга. И… пожалуй, тоже мужчина. Одетый в какую-то странную робу, плащ с капюшоном, и в маске с узкой горизонтальной прорезью на месте глаз. Ах да, как он мог забыть пятую… тень. Комок тьмы, мечущийся вокруг Дакари и иногда превращающийся в огромного чешуйчатого кота. Пожалуй, самая странная тень, которую он когда-либо видел. Во-первых, она была гораздо менее прозрачна, чем все остальные, а во-вторых – она реагировала на окружающих. Однажды даже, превратившись в кота, тень подошла к нему и обнюхала протянутую им ладонь, после чего, фыркнув, умчалась дальше, носиться вокруг своего хозяина. Свое состояние в тот раз он до сих пор затрудняется определить. Что-то близкое к шоку, наверное.

Почему, наверное? Как-то раз, интереса ради, он решил помедитировать, настроившись на теней. Не просто так, конечно, просто хотелось понять, почему рядом с Дакари нет других теней. Так вот, они были. Тысячи образов сменяли друг друга с огромной скоростью. Тысячи путей. Тысячи развилок будущего. А может и больше. Дакари… Уже потом, когда очнулся в медицинском крыле, он осознал, что Дакари единственный из тех, кого он видел, сам создавал свое будущее. Но самое забавное, что не только свое.

Подходя к музыкальному залу, отметил, что дверь открыта, и чем ближе он подходил, тем отчетливей слышалась незамысловатая мелодия. В сам зал он заходить не стал, остановился у самой двери раздумывая, пойти ли поискать другое место или все же зайти. Нет, заходить точно не стоит – смысл тогда было сюда идти? Лучше пройти немного дальше и устроиться в другом зале. Или вернуться чуть назад. Пока он размышлял, мелодия затихла. Вряд ли, конечно, но может тот, кто там сидит, скоро уйдет? Неважно. Не ждать же этого под дверью. А может заглянуть? Просто интересно, кто это сегодня решил помузицировать. Любопытство, оно такое… Нет. Лучше уйти.

И в тот момент, когда он уже решил удалиться и даже развернулся на сто восемьдесят градусов, из зала раздался короткий крик на неизвестном ему языке. Хотя, может и просто крик, но почему-то ему казалось, что это именно какой-то язык.

– Нет!

И сразу за этим – треск разломанного инструмента, будто им ударили об пол. И еще раз.

– Никогда!

Кто бы там ни был, но он явно решил покончить с инструментом. Наверное, не будь он джедаем, то мысль свалить отсюда подальше наверняка бы появилась в его голове, но джедаем он все же был. Опять же – любопытство… Разумного, что ногами добивал нечто деревянное со струнами, он узнал сразу. Дакари. Вот только замереть в страхе его заставил совсем не он.

Тени. Первое, что ему бросилось в глаза, были три тени, стоящие посреди зала. Подросток удерживал со спины беснующегося и пытающегося вырваться ребенка, а мужчина, обхватив его голову руками и слегка склонившись, делал что-то совсем непонятное, но явно угрожающее. В целом создавалось четкое впечатление и ощущение, что две тени хотят убить третью. Четвертая тень – мужчина в маске – стояла чуть поодаль и лишь медленно покачивала головой. А комок тьмы, забившись в один из углов зала, вполне отчетливо дрожал, время от времени превращаясь в сжавшегося в клубок огромного кота. И все это совершенно беззвучно, не считая самого Дакари.

– Отсосите, суки, – произнес успокоившийся парень, невидящим взглядом смотря на искореженный инструмент.

Одновременно с его словами ребенок-тень отшвырнул от себя подростка и мужчину и зашелся в беззвучном крике, который заставил их скрючиться, зажать уши руками и пойти рябью. Миг-другой, и вот в зале осталось лишь три тени. Мужчина в маске, ребенок, превратившийся в восемнадцатилетнего юношу, чем-то похожего на себя прежнего, и кот, который на пузе, медленно и пришибленно, подползал к Дакари. Звуков по-прежнему не было, но он очень четко представил, как из приоткрывавшейся пасти животного раздается жалобное мяуканье.

Было страшно. Впервые ему было так страшно. То, что происходило, было очень похоже на попытку убийства. Тени убивали друг друга. Ни разу, за всю свою жизнь, он не видел даже намека на подобное. Он вообще никогда не видел, чтобы тени могли взаимодействовать друг с другом. Это ведь тени! Голограммы. Образы. Нечто, что может произойти или уже произошло… А тут такое.

Может быть, если бы ему дали еще пару мгновений, совсем чуть-чуть, чтобы прийти в себя, и он бы незаметно ушел из зала. Ушел и постарался забыть увиденное. Даже магистру Йоде не стал бы рассказывать, ибо то, что он видел, было… непонятным и очень личным. Он даже сделал маленький шажок назад, но, похоже, именно это и обратило на него внимание.

Четыре головы, совершенно синхронно, повернулись в его сторону.

Как я попал в музыкальный зал? Случайно. Насколько вообще возможна случайность, когда кого-то ищешь.

Сегодня я решил бросить вызов клану Крайт. К этому моменту от наших вызовов уже пострадали кланы Катарна, Медведя и Банты. Три вызова – три дуэли. Вызывающая сторона имеет право на выбор оружия и количество участников. Принимающая – на время. Совершенно не так, как в моем мире, насколько я помню, но и сравнивать наши миры тоже не очень корректно. Да и «вызов» – это слишком сильно сказано. Я, как глава клана, встречаюсь с главой другого, и мы договариваемся о проведении учебных спаррингов. На мечах, на истребителях, на огнестрельном оружии. Спарринг, если уж на то пошло, тоже не совсем верно звучит. Хотя бы потому, что я с трудом представляю себе, как можно назвать спаррингом… например, соревнование по восхождению на искусственную скалу. Или краш-тест по астрофизике. На котором, кстати, нас уделал клан Банты при ответном вызове. И если бы не Джиро и Сэм, продули бы мы в сухую. М-да-а, клан Банты страшный. Всякое я ожидал, но такое… Общим собранием постановили – больше их не вызывать. А то в следующий раз, как придет вызов на соревнование по танцам, и куда нам против их тви'лечек? Умных, сцуко, тви'лечек. Можно, конечно, и отказаться, при нашем количестве это не несет урон престижу, но в статистике отмечается. Причем просто – вызов брошен, вызов отклонен. А что за вызов, на какое соревнование – молчок. Уж проще принять и просрать – так хотя бы будет видно, что проиграли мы в танцах.

Вот и на этот раз, подойдя к группе юнлингов из клана Крайт, я полюбопытствовал, где их лидер, и был послан взмахом руки в сторону ближайшего крыла Храма. Мне бы подождать немного, да встретиться с ним в столовой или еще в каком-нибудь месте, где я хотя бы примерно знаю, когда он будет, но нет, я решил дойти до ближайших залов. Посчитал, что все равно тут недалеко, не будет его там – пойду по своим делам. Дошел. Оглянулся и решил еще пару залов проверить. Ну, раз уж они рядом. Потом еще парочку. А потом уже на принцип пошел – половину залов обыскал, так почему бы еще половину не проверить. Было бы обидно, если бы глава Крайт оказался в соседнем зале, а я как раз решил обратно пойти.

В итоге я здесь. Не такой уж и большей зальчик, полностью заставленный различными музыкальными инструментами, многие из которых заставляют лишь удивляться. Если подумать, волынка тоже странная штука. Дайте ее какому-нибудь юнлингу, и чесание репы ему обеспечено.

Бывал я тут раньше всего один раз. Навернул пару кругов вокруг хрени, очень сильно похожей на гитару, да ушел. Не знаю почему, но глядя на нее, меня разрывало противоречивыми чувствами. С одной стороны – я и в своем мире с пятнадцати лет играю, так что руки прямо-таки чесались побренчать на местном аналоге. С другой… блин, не знаю. Но мне точно было страшновато. Как будто бы взяв ее в руки, я окончательно распрощаюсь со своим старым миром. Как-то так. Определенности не требуйте, сам в непонятках.

Вот и на этот раз я, не удержавшись, подошел к инструменту. Посмотрел на него. Хмыкнул. Развернулся, чтобы выйти из зала, но не сделав и пяток шагов – вернулся. Не, ну в самом деле. Чего я боюсь? Можно даже по-другому вопрос задать – какого хрена я не борюсь со страхом? Есть препятствие – преодолей. Не сожрет же меня эта гитара. А с другой стороны – чуйка такая вещь… Зачем нарываться? Живу себе, не тужу. Планы строю. Она тоже еды не просит. И играть на ней меня никто не заставляет. Не, ну ее нафиг. Хотя нет, стоять. Возвращаемся обратно. Если подумать, это какой-то комплекс. А если что-то такое случится в ответственный момент? Это сейчас меня ничто не гонит и ничто не давит, а не дай бог припрет? Надо решать проблемы, пока все спокойно. А раз так – встряхнись, Леха. Сегодня я разберусь с этой гадской гитарой и пойду искать главу клана Крайт дальше. Всего лишь небольшой жизненный эпизод. Забацаем три аккорда, да забудем.

Окончательно решившись, беру инструмент в руки. Замер. Прислушался к чему-то, сам не понял к чему. Огляделся и пошел к ближайшему креслу. Были здесь и стулья, стоящие в ряд, но я ж не выступать буду, так, чисто для себя. Проведя пальцами по струнам, в очередной раз отметил, как некоторые предметы из этого мира похожи на свои аналоги из моего. Побренчав пару минут и настроив гитару, глубоко вздохнув, ударил по струнам. Ничего серьезного, три блатных аккорда – практически бесконечная мелодия.

Вот интересно, кроме того, что у меня не было практики уже девять лет, у меня еще и тела прежнего не было, как и наработанных рефлексов, а сбился я всего четыре раза. Да и нынешнее тело девятилетки не особо располагает. Понятно, что дети и в четыре года играют, но я-то не музыкальный гений. Мне это непривычно должно быть. Ан нет, все как по-писаному. Пять минут, и мозг отключается, работают лишь пальцы. Я даже ударился в воспоминания о том, как учился играть. И ради чего. Точнее кого. Эх, Танюха, Танюха. Так мы с тобой после школы и не встретились. И в армию меня никто, кроме родных и пары друзей не провожал. М-дя, армия. Распределяли нас наобум. То есть, конечно, сами вояки знали что почем, а мы, новоиспеченные защитники родины, сидя в большой комнате, по типу школьного класса, могли лишь догадываться, куда нас отправят. Лично я боялся лишь двух вариантов – стройбат и химвойска. Не потому, что знал о них чего-то особенное, а потому, что друзья перед уходом наговорили всякого. Поэтому, когда получил распределение в часть спецназа, даже где-то загордился. Недолго, правда. Армия для восемнадцатилетнего парня, который туда не хотел, но оказался слишком ленив, чтобы откосить, в любом случае будет чем-то весьма хреновым. Вне зависимости от того, куда его отправят. Вот и я гордился где-то минут десять. После чего была поездка до части, сложная первая неделя и выяснение того, что попал я, оказывается, в место, стоящее на первом месте по беспределу в Московском военном округе. Вы даже не представляете, как я обрадовался, когда узнал об этом.

Сейчас уже сложно сказать, спасло меня это или нет, но через три месяца я попал в штаб. Вечный наряд по штабу. И не тот, что на выходе, а тот, что в кабинете, за столом с компьютером. Первые пару недель я даже ночевал там, в штабе. Не потому что боялся возвращаться, просто работы было до жопы.

Эх, армия. Если подумать, то все два года меня не оставляло везение. По мелочи, но постоянно. Стоило, например, подвыпившему ротному пообещать устроить завтра марш-бросок всей роте, вплоть до штабных крыс, бац, и у дежурного по части на следующий день слетает винда. Как раз за час до начала марш броска. И так постоянно. Были и хреновые деньки, но они лишь оттеняли то везение, которое меня не оставляло.

А потом был дембель старшего сержанта Гардова и полгода гулянок. Сколько всего было выпито, сколько… юбок осмотрено, до сих пор вспомнить приятно. А потом… потом… Господи, ведь были хорошие деньки, были и плохие. Заурядная, в принципе, жизнь. Но ведь так хочется вернуться. Не из-за чистки джедаев, а просто так. Домой. Которого я больше не увижу. Может, ну его, хватит цепляться? Алексей Гардов умер и этого не изменить. Нет больше Лехи «Делита», кончился в той автокатастрофе. Зато есть паренек Рейн, которому предстоит спасти как минимум четыре сотни детских душ. И ему не нужны якоря, тянущие его… куда-то. А там… там меня ничего не держит. Родители, разве что, но ведь не изменить ничего. А у родителей еще Катька-стерва есть. Которую они, объективно, любили больше.

Да. Хватит уже себя Лехой называть. Я Рейн. Рейн Дакари. Потомок того самого Ревана. Гениальный фехтовальщик, а может и просто гениальный, хех. У меня родители в верхушке пусть и заштатной, но все же планеты. Богатые родители. Да и я не из бедняков. Впереди целая жизнь, не простая, но уверен – веселая. Я джедай, в конце концов. Одно это перевешивает всю мою прошлую жизнь. Так что да, пора принять свое новое имя. Свою новую жизнь. Я, Рейн Дака…

– Нет!

Вспышка злости заставила меня вскочить с кресла и, глядя на долбаную гитару, с размахом опустить ее на пол.

– Никогда!

И еще раз. И еще. Сломалась, тварь. Ну, тогда без обид. Получи от меня живительного пинка.

Суки. Прошлое забыть? Никогда. Никогда Рейну Дакари не справиться с поставленной задачей. Да кто он такой без меня? Никто! Я Гардов! Сержант войск спецназначения Гардов. Русский! Мать вашу всех за ногу! И я никогда, никогда не сдамся! Дакари? Да срать на этого Дакари. Срать на эту долбаную новую жизнь. Перерождение? Срать! Смена тела! Я всего лишь сменил тело. Всго лишь еще одна тушка, которая будет носить мой дух и разум. Я, блядь, бессмертный! Плевать на всех. На всех! Я делаю что хочу. Я, и только я. Никогда Леха не сдохнет, никогда я не оставлю прошлое. Моя жизнь – это оба мира. Оба! Суки! Твари! Пусть горит эта вселенная, синим пламенем горит, но никогда… никогда…

– Отсосите, суки.

Я никогда не сдамся. Никогда не забуду, кто я. Долбаный Вейдер с долбаным Сидиусом еще познают на себе, что такое долбаный русский партизан. Я еще создам свое государство и трижды долбаная галактика узнает, что такое русский спецназ. Да, узнает… А то, что я просидел большую часть времени в штабе за компом, всего лишь позор на ее звезды. Я смогу это сделать. Даже я смогу.

То, что я услышал тихое шуршание со стороны так и не закрытой мной двери, могло означать, что я успокоился. Ха! Забыть, кто я есть. Не дождетесь. Приходят же порой бредовые мысли в голову. А вот то, что я сорвался, закономерный итог. Когда-нибудь это должно было произойти. Все ж таки психика у меня не стальная. Странно уже то, что я держался так долго. Девять с лишним лет отгонял мысли от своего прошлого. К черту! Если я позиционирую себя с Алексеем Гардовым, то какого хера я должен ломать разум и перестаиваться на другие мысли? Иной мир? А плевать. Где наша не пропадала? Этот мир, другой мир. Главное, я жив. Думаю и чувствую. А все остальное – тлен.

Шуршание, что меня отвлекло, оказалось мелким пацаном, лет этак семи. Или восьми? Странный какой-то парнишка. Наверное, только недавняя эмоциональная встряска заставила меня сказать не то что нужно, а то, что на языке было.

– Тебе сколько лет?

– Во… – сглотнул он, покосившись на что-то справа от меня. – Восемь.

И тут… я до сих пор не знаю, что мне тогда в голову стукнуло.

– Пойдешь ко мне в клан?

– Да!

Охренеть. Даже не думал. И испуг, что всего мгновение назад был на его лице, куда-то исчез. Нет, определенно странный мальчишка.

– Тебя звать-то как? – спросил я, подходя к нему поближе. На что он опять стрельнул глазами мне за спину. – Что? – оглянулся я.

– Ничего. А зовут меня Мики.

– Не Мики Рурк случайно? – усмехнулся я.

– Нет, – удивился он. – Мики Джанрева.

– Хм. Так вот, Мики, если ты наконец успокоился, задам тебе вопрос еще раз. Ты точно хочешь в мой клан?

– Точно, – ответил парень уверенно.

– Ты ведь даже не знаешь, что за клан, – приподнял я бровь. Каюсь – тренировался.

– Нуна, – сказал он глядя мне в глаза. – Клан Нуна. А ты – Рейн Дакари.

– Оу, – остановился я рядом с ним. – Откуда информация?

– Ты в восемь лет занял второе место на турнире по фехтованию.

Какой я, оказывается, известный. А парнишка после своих слов замялся, будто хотел сказать еще что-то. Или спросить.

– Спрашивай, если есть вопросы, – произнес я, глядя на это.

– Нет, ничего, – мотнул он головой.

– В каком-нибудь клане состоишь?

– Нет.

– Какая-нибудь… – прервался я. – Пойдем. Чего на месте стоять? Или тебе здесь что-то нужно.

– Я… Нет. Пожалуй, нет.

– Ну, пошли тогда. Так вот. Какая дисциплина тебе удается лучше всего?

– М-м-м… менталистика… разве что. Я не особо блистаю, – ответил он спокойно.

И, как бы это сказать, довольно рассудительно, как по мне. Для восьмилетнего парня, во всяком случае. И дело даже не то, что он сказал, а то, как он это сделал. На словах трудно передать. Но особо выделялось его пофигистическое отношение к своим неудачам. Как мне кажется, дети должны реагировать на это… да хоть как-нибудь.

– Отлично, – убрал я панельку с голографической клавиатурой. План-минимум выполнен.

Сейчас была ночь и я находился в серверном крыле Архива джедаев. Официально, искал информацию трехтысячелетней давности. Списочный состав Ордена в свободном доступе отсутствовал, а находился он именно здесь, и получить к нему доступ можно было лишь с разрешения Джокасты Ню. Но, что самое главное, резервная копия всего Архива обновлялась тоже отсюда. Даже не так – главное, именно то, что обновлялось. То есть, через год, когда произойдет очередное обновление, информация о моей родной планете будет изменена окончательно и Рейн Дакари, как и Умик, к слову, станут урожденными жителями планеты Верджессо. И данная информация будет отображаться везде. Более того, как я и просил, отец устроил так, что если кто-нибудь решит проверить эту информацию, то он найдет официальное подтверждение на самой планете. А то, что семья Дакари после того, как их сына забрали джедаи, переехали куда-то в другое место, со мной никак связать не удастся. Я тут вообще не при делах. Сам об этом не знал.

Покинув серверную, отправился к Великому голокрону. Был у меня вопросик, с которым тот мог помочь. Дело в том, что на днях начался новый учебный год, а незадолго до этого мне стукнуло десять лет. Подумать только, я уже шесть лет в Ордене. А до основной жопы осталось всего два-три года. Смешной срок, если подумать. Через пару недель Асоке стукнет одиннадцать, а значит, если я все-таки не ошибаюсь, еще через два года ее отправят падаваном к Скайуокеру. Точнее не так – через два года начнется отсчет, тот самый год, с которого все и начнется. А уж в начале оного или в конце, то мне не ведомо. Но именно в тринадцать тогруту должны сделать падаваном.

И именно это меня и беспокоит – падаванство. Когда сюда придет Вейдер, я должен буду проконтролировать эвакуацию детей и сделать все, чтобы она состоялась. Да вот беда, шанс того, что я буду в это время здесь, стремится к нулю. Ну не сидят рыцари в Храме долго. Во всяком случае обычные. Было бы проще, если бы у меня была какая-нибудь зацепка о начале Чистки джедаев, но я не могу припомнить ничего такого. Все, что я помню, это то, что Йода будет в этот момент на Кашиике. То есть заранее я в Храм вернуться не смогу.

С другой стороны – если не падаванство, то один из мирных корпусов, которые в большинстве своем находятся вне Корусанта, что автоматом возвращает меня к вопросу о начале действа. Короче, я должен остаться здесь, но не знаю, как это сделать. Первое, что мне приходило на ум, это напроситься в падаваны кому-нибудь из местных джедаев, тех, кто на постоянной основе работают в Храме. Но таких знакомцев, а другие меня скорей всего пошлют, у меня только трое на примете.

В идеале это, конечно, Драллиг. Но, будучи наставником, я сильно сомневаюсь, что он возьмет себе падавана. У него и так на спине не один десяток спиногрызов. Он даже как-то обмолвился, что то время, когда у него в последний раз был падаван, было весьма непростым. И с таким видом покачал головой в тот момент, что у меня язык не повернется попросить его об этом. Нет, если прижмет… но пока об этом думать не стоит.

Следующий мой знакомый джедай – это Джокаста Ню. И если еще позавчера я бы задумался о ней, то сегодня увы. Причиной был тринадцатилетний парень человеческой расы, он же Джин-Ло Рэйс, со вчерашнего дня – падаван магистра Ню. Облом, что тут еще скажешь? И третий мой знакомец – Каздан Паратус. Только вот… Паратус и падаван? Я такое даже представить не могу. Какие бы хорошие у меня с ним не были отношения, а дружескими их, если честно, не назовешь, маленький алин ни за что не возьмет меня в ученики. Никого не возьмет. Впрочем, как и с Драллигом, откидывать этот вариант я не буду. Если мне поможет Хранитель Великого голокрона, у меня будет пара лет, чтобы убедить его… в том, какой я весь из себя хороший. На крайняк, скормлю ему инфу о будущем, пусть хотя бы формально меня падаваном сделает. С Драллигом такая же фигня. Правда вот как раз с полукровкой формальностью я вряд ли отделаюсь. Тут главное решить, кому на уши присесть – С Драллигом у меня будет меньше времени, с Паратусом… его уговорить будет сложней. Соответственно и плюсы от этих вариантов разные – наставник будет учить… учить… думаю, он найдет, чему меня обучать. А с алином в моем распоряжении окажется несколько больше ресурсов. Гораздо больше, если уж на то пошло. Но все-таки хотелось бы без подобного экстрима. Как ни крути, даже если я не стану их падаваном, я не перестану пользоваться расположением этих двух. Соответственно и учеба продолжится, и сотрудничество с техником-джедаем.

Есть еще один момент. Можете назвать это паранойей, но я так не считаю, а дело в том, что магистр Йода, очень может быть, приглядывает за мной, и если я стану слишком настырным в желании остаться здесь, он может меня послать. Куда-нибудь подальше. Туда, где я точно не смогу повлиять на «ложное» видение. Повторюсь – даже я считаю это из разряда «может быть». Но, блин, реально ведь может.

– Действительно, может, – подтвердил мои опасения Страж. – Но лишь в том случае, если ты и правда будешь слишком настырным. Но я также соглашусь с тобой, что это из разряда – «а может и не быть». Трудно сказать, что в голове у магистра Йоды.

– И что ты предложишь?

– Хм. Да вариантов, собственно, полно. Предположу, что ты задумался обо всем этом только сегодня?

– Вчера, – вздохнул я тихо. – Падаван магистра Ню был для меня откровением. Не думал, что она возьмет себе кого-нибудь. Но ты прав – по большому счету я решил сначала с тобой поговорить, а уже потом думать.

– Значит изначально ты рассчитывал податься к магистру Ню?

– Да, – еще один тяжкий, но тихий вздох. – Вариант не идеальный, но зато самый простой. Как мне казалось.

– А вариант просто пойти в Архивы работать ты не рассматривал?

– А что, можно? – вскинул я брови. – Вот так вот, без падаванства, будучи вчерашним юнлингом?

– Э-э-э… а почему нет? – спросил осторожно Страж. – Сомневаюсь, что за последние… м-м-м… шестьдесят лет что-то изменилось.

– Стоп. Давай-ка уточним. Я, сразу после того как перестану быть юнлингом, могу попроситься работать в Архивы, и меня вполне себе могут взять?

– Да.

– А… Хм. Я почему-то думал, что в распределении юнлингов сами дети участия не принимают.

– С ними в любом случае проводится беседа, – пожал плечами Страж. – Ты уж поверь, джедая, которому нравится копаться в технике, не отправят в Сельхоз корпус. Но, скорей всего, такое представление у тебя сложилось из-за того, что к окончанию обучения наставники и кураторы и так в курсе, что нравится юнлингу. Но опять же – беседа присутствует в любом случае.

– Все равно… вот так вот… без обучения…

– Юнлинг, – произнес Страж строго. – Пойми. Стать падаваном, а потом и рыцарем, это взвалить на себя ответственность. Именно поэтому там такой большой отсев. Но это совершенно не значит, что все остальные – разумные второго сорта, которых, как отбракованный материал, распределяют по местам, где они принесут хоть какую-нибудь пользу. Корпус рыцарей-джедаев – всего десять процентов от всего Ордена, даже в Исследовательском корпусе народу больше. А ведь там тоже присутствует отбор, и я бы не сказал, что он простой. Про Сельскохозяйственный и Медицинский я вообще молчу. Да ты сам представь, что такое джедай, работающий из-под палки? Само собой, тебя не пустят куда угодно и сразу, но и не отправят в далекие дали работать там, где ты не хочешь.

– А если нигде не хочу? – ляпнул я.

– Орден никого не держит, – пожал плечами Хранитель.

– Кхм. М-да. Ладно, а еще предложения у тебя есть?

– Можешь пойти в корпус Стражей.

– Да ну нафиг. Хочешь сказать, туда тоже берут без разбора? – спросил я скептически?

– Рейн, – как-то устало вздохнул Страж. – Ты же мне сам говорил, что выиграл в турнире по фехтованию. И я что-то не помню, чтобы это делал кто-нибудь другой твоего возраста.

И мой скептицизм, и его вздохи понять можно. Корпус Стражей – это джедаи, которые полностью отдали себя тренировкам по увеличению своей силы. Поверьте, слабаков там нет. Уже одно это ставит под вопрос принятие туда вчерашнего юнлинга. А ведь они, кроме этого, еще и ответственность на себе несут нехилую: защита Храма – это вам не пива жахнуть. А вот не подумать, что меня туда, теоретически, могут и взять – мой косяк. Правда, это с учетом того, что туда вообще могут взять юнлинга. Если это так, а это, походу, так, тогда да, уже сейчас я сильнее большинства… собственно я уже давно не встречал младшего джедая сильнее меня.

Эх, и правда, не загордиться бы.

– Ну ла-а-адно, – протянул я. – И что, меня прям так сразу и сделают Стражем?

– Не дорос ты еще до стража. Кхм. Пока. Да. М-м-м… чтобы стать Стражем, необходимо соответствовать. По силе, к моменту твоего тринадцатилетия, ты… Нет, невозможно… В общем, в корпусе Стражей есть своя градация – юнлинг, Принятый и, собственно, Страж. Будь ты опытным бойцом с богатым багажом жизненного опыта, стал бы Принятым. Ненадолго. А так, быть тебе еще несколько лет младшим джедаем.

Не пойдет. Чуйка говорит мне, что у этих Стражей свободного времени бывает мало. Если бывает. Если уж Драллиг говорит, что они постоянно тренируются, то мне страшно подумать, через что проходят их юнлинги.

– Опять? – изобразил я возмущение. – Нет уж. Не хочу быть младшим джедаем сверх положенного времени.

– Как скажешь, – усмехнулась голограмма многозначительно. – Тогда, если сдашь положенные тесты и квалификации, можешь попроситься к техникам. – Вау. Вот оно. Уж на уровень простого технаря я к выпуску сдать могу. – Но учти, – да чтоб тебя. – У техника-джедая эти тесты гораздо серьезнее, чем у простых людей. Но ты, вроде, говорил, что и этому обучаешься.

Ага, обучаюсь. Чтоб вы поняли, чем меня сейчас подколол Страж, поясню – обучаюсь я фехтованию, а у Дзика так, для души. Вот если бы мои знания были сопоставимы с умениями во владением мечом, тогда да, тогда бы взяли. Но, к сожалению, все совсем наоборот. Или не к сожалению. Если провести параллели, чтобы стать техником-джедаем, я должен хорошо знать одну, а лучше две Формы владения мечом, я же по этой градации знаю всего лишь несколько приемов. Да, хорошо. Может, даже отлично. Но квалификацию я с этим не пройду.

– То есть, – скривился я. – Никто подтягивать до нужного уровня меня не будет?

– Нет. Туда берут только специалистов.

– Бред.

– Традиция.

Тьфу на ваши традиции. Только работать мешают.

– Ну а есть в Храме места, где традиция на моей стороне? – потер я глаза.

– Есть, – усмехнулся Хранитель. – Как не быть? Корпус Равновесия называется.

После его слов я, не скрываясь, поморщился.

– Звездочеты? Нет. Спасибо.

– И что же, позволь узнать, тебе не нравится у них?

– Скука смертная – раз. И меня туда не возьмут – два.

– Не возьмут? – удивилась голограмма. – Ты успел проштрафиться у корпуса Равновесия?

После его вопроса я аж подзавис, пытаясь прикинуть, как у звездочетов вообще можно проштрафиться.

Дело в том, что так называемый корпус Равновесия – это сборище отмороженных нафиг пацифистов, которые целыми днями сидят под самой крышей Храма и медитируют. Но в отличие от всех прочих, у их медитации есть вполне себе четкая цель – они сканируют галактику. Искажения темной стороны, смерть разумных в огромных размерах и короткие сроки, просто непонятные явления, затрагивающие силу… они сканируют и ищут все, что выбивается из стандарта. Бесспорно, это важно, но, блин, как же скучно. В зале звездочетов хоть раз побывал любой юнлинг, нас туда в качестве практики отправляют. А также в качестве наказания. Что, как по мне, не лучшим образом отражается на численности корпуса. Понимаете теперь, почему меня туда не возьмут? С моей пусть и не атрофированной, но все же пониженной чувствительностью я там банально нахрен не нужен. А вообще, да – если куда и возьмут четырнадцатилетнего джедая, то это именно туда. И кстати, звездочеты – это жаргонное название тех, кто состоит в корпусе Равновесия. По-моему, резонно – сидят сутками и на звезды пялятся.

– Хранитель, – отмер я наконец. – Вы же знаете про мою пониженную чувствительность. И они там, между прочим, об этом прекрасно знают.

– М-м-м… – постучал Страж пальцем по подбородку. – Хочешь сказать, что ты не смог настроится и почувствовать Великую Силу?

Стоит, наверное, пояснить, что джедаи делят Силу на два вида – Великая и Низшая. То есть, если совсем просто, общая космическая и выходящая из нее Живая. Именно Живой ежедневно пользуются одаренные. Это очень, ну очень упрощенное определение. Но не пересказывать же вам многочасовые лекции? Великая Сила – это наше будущее и прошлое, а Живая – это наше настоящее.

– Ну, это надо обладать совсем урезанными способностями, чтобы не почувствовать подобное, – признал я. – Но то, что я… хм, видел, было больше на вспышки похоже. Тут вижу, тут не вижу.

Но даже то, что я видел… народ, это реально стремно. Даже не то, что я видел, а то, что при этом чувствовал. Именно после подобного начинаешь осознавать, что ты просто… хер там – даже не песчинка, а что-то еще меньшее. Один плюс, несмотря на то, что ты чувствуешь себя частью этой Силы, ты не перестаешь ощущать свое «Я». То есть паники и боязни не вернуться в свое тело можно не опасаться. Но вот чувство своей ничтожности… обезоруживает.

– Главное, – усмехнулся Хранитель. – Видишь хоть что-то. Учитывая их вечную нехватку кадров, туда возьмут любого желающего.

– А вот нехрена использовать этот корпус в качестве наказания. Понятно, что после такого туда не стремятся попасть.

– Желающего, юнлинг, – повторил Страж. – а не кого угодно. У корпуса Равновесия тоже есть своеобразный отсев.

Хм. Ну, в принципе, резонно.

– Ладно, – хмыкнул я тихо. – Еще варианты?

– А тебе уже предложенного мало? – удивился Хранитель.

– В таком деле вариантов много не бывает, – отрезал я.

– О как. «В таком деле», значит?

– Страж, – произнес я немного просительно. – Пожалуйста, не переводи тему.

– А с простыми вариантами все, – развел он руками.

– А не с простыми? – задал я ожидаемый вопрос.

– Можешь попроситься в Исследовательский корпус, а уж там выбить себе местом работы Корусант. Это, конечно, не Храм, но в пяти минутах лета отсюда. Да и жить ты будешь здесь. Еще, насколько я знаю, Сельскохозяйственный корпус проводит исследования на нижних ярусах Корусанта. Что-то там пытается вырастить. Можешь попробовать туда попасть. О! А ведь можно еще попытаться стать наставником юнлингов. Академия археологии джедаев тоже находится на этой планете. Медицинский центр находится по соседству с Исследовательским корпусом. В общем дерзай, юнлинг, вариантов уйма.

– И везде, как новичка, меня загрузят работой по самую макушку, – кивнул я сам себе.

– Вот уж чего не знаю, того не знаю, – дернул плечом Страж. – Но, как мне кажется, работать ты будешь ровно столько, сколько будет требовать от тебя твоя должность.

– Ну да, должность… – произнес я задумчиво. – Что ж, спасибо, Хранитель, – встал я с кресла и поклонился ему. – Пойду дальше вкалывать.

– Знаешь, некоторые техники могут быть вредны для организма, – намекнул он на то, что я мало сплю.

– Знаю, – кивнул я ему. – На том свете высплюсь.

Финиш.

Затормозить, остановиться, заглушить двигатель.

Выход.

Открыв крышку капсулы, вылез наружу. Оглядевшись, отметил, что заезд окончили всего двое, кроме меня. Они уже вылезли из капсул и направлялись к куратором своих команд. Одним из этих двоих был Сэм. С ним я и пошел свое выяснять время.

– Аракан, – произнес тот, когда мы к нему подошли. – Девятнадцать минут и три целых, одиннадцатых сотых секунды. Замечу, что тебе не хватило всего три секунды до нового рекорда. Первое место соответственно. Дакари – третье место. Девятнадцать минут и двадцать целых, восемнадцать сотых секунды.

В этот момент к нам подошла Джосс, и на подходе были Палатт с Асокой. Вся наша команда. Соответственно, гонщики других команд тоже уже закончили.

– На каком мы месте? – спросил я куратора.

– Хм. По результатам заезда – вы вышли на первое место. И если хотите выиграть турнир… – пожевал он губами. – Для стопроцентного выигрыша вам надо завтра занять первое и второе места. Впрочем, если придете как сегодня – шанс тоже будет. Хороший, но всего лишь шанс.

Хреново. Я за весь турнир, за все девятнадцать заездов, на втором месте был лишь два раза. На первом – ни разу. Обычно это было третье или четвертое место. Если бы не Сэм, о победе мы могли бы только мечтать.

– А у нас какое время? – спросил Палатт.

– Циленг. – Седьмое место…

Завтра придется выложиться на полную. Хотя, о чем это я! Никто не сможет сказать, что я гонял спустя рукава. И так на грани вожу.

Идя в ангар к Дзику, размышлял о завтрашнем заезде. Если выиграем, это неслабо нас поднимет в рейтинге. Но и второе место – неплохо, учитывая, что в самом турнире мы участвуем в первый раз. А еще я думал о том, что, похоже, и в этом мире мне не бывать отличным гонщиком. Не считать же за достижение «юнлингский» класс. Сомневаюсь, что смогу подняться выше. Даже странно. С истребителем я явно лучше управляюсь. Гораздо лучше. Нет, понятно, что гоночный спидер – совсем другое, но тот же Сэм плюет с высокой колокольни на эту разницу.

– Привет, Дзик, – произнес я, все еще задумчиво.

– Привет, – отвлекся он от своего датапада. – Ну как?

– А? – не понял я.

– Какое место занял?

– Третье, – ответил я, бездумно перебирая инструменты на верстаке.

– Ха! Неудачник.

– Что?! – вскинулся я. – Я третий, Дзик. Третий! Из сорока пяти гонщиков. Какой, к хатту, неудачник? Да наш клан на первое место вышел в итоговом рейтинге!

– Так то клан, – махнул он рукой. – А ты всего тре-е-етий.

– Ну, знаешь… – возмутился я.

– Не приближайся ко мне, неудачник, – отмахнулся от меня лысый черт. – А то еще заразишь.

– Я тебе усы сбрею, – процедил я. – Усыплю, а потом сбрею.

– Только на это ты и способен, – ответил тот пренебрежительно, возвращаясь к чтению.

– Скотина, – буркнул я в ответ.

– Да, да, да. Сэм-то, поди, опять первым пришел? – не отрываясь от датапада, спросил Дзик.

– Как будто он всегда первый приходит, – ворчал я.

– О, – покосился он на меня. – Значит, все-таки первый.

– Отвали. Хер лысый, – отвернулся я от него.

– И что, что лысый? – усмехнулся мужчина. – Главное усы. – Тут я не выдержал и все же глянул на него. А он на меня. И после демонстративного осматривания, выдал этак презрительно. – Неудачник.

– Дерош! – подозвал я пиликающего с Артритом дроида. – Видишь того лысого дядьку с длинными усами? Иди, ударь его током. – На что он пикнул пару раз и, развернувшись, покатил обратно. – Что значит «шутник»? Эй, консервная банка! Да ты совсем охренел, матершинник долбаный!

– Что? Уже собственные дроиды не слушаются?

– Иди в жопу.

В этот момент в ангаре заработала сирена и повсюду замигали желтые лампы. Удивленно вскинувшись, Дзик начал оглядываться, после чего дернулся, когда его датапад замигал красным. Секунда, другая, и удивленный мужчина произносит:

– Охренеть.

– Что происходит, Дзик? – спросил я его.

Только вот ответа не получил. Впервые на моей памяти мужчина воспользовался своим креслом. Нажатие на кнопку, и короткая команда:

– Всем собраться у меня. Код красный. Артрит, – обратился он к дроиду прозвищем, которое ему дал я. – Кати к малому складу и активируй две команды ремонтников. – И задумавшись буквально на пару секунд, крикнул ему вдогонку: – Пусть пару лишних резаков возьмут! Ты еще тут? – уже мне. – Бегом отсюда.

– Что здесь происходит?

– Фрахтовщик. Сильно побитый, на одном движке, с миной внутри и готовым вот-вот рвануть реактором. Ах да, еще там двое раненых, один при смерти.

– Охренеть, – повторил я его слова. – И зачем его сюда тянут?

– Не знаю. Дерош, что у тебя по расходникам? – И выслушав писк дроида, кивнул. – Отлично. О! – обратил он внимание на выход, где появились шестеро джедаев.

Похоже, мне и правда пора удалиться. Не из ангара, а отсюда.

– Пойду я, пожалуй.

– Да-да, беги уже, – махнул мне Дзик.

– Слышь, лысый, ты там поаккуратней. Ладно?

На что он выделил время, чтобы подойти ко мне и взлохматить голову.

– Не волнуйся. Все со мной нормально будет. Иди.

Ну, я и пошел. Мимо носящихся вокруг разумных и дроидов. Мимо пробежавшей команды Дзика. Почти в полном составе. Мимо джедаев, лишь покосившихся на меня. Только уходить из ангара я был не намерен, уж больно любопытство меня глодало. И пусть это самовнушение, но мне было спокойней, зная, что я рядом с Дзиком. Понятое дело – если произойдет что-то плохое, я не смогу ему помочь. Либо помогут другие. Но мне так, реально, спокойней.

Устроившись недалеко от входа, приготовился ждать. Минут через пять в ангар пришли еще пять джедаев, а через пару минут буквально пролетел Паратус, за которым на репульсорах летели два огромных дроида пожарной наружности. А там и команда меддроидов прошла, во главе с еще одним джедаем. Точнее джедайкой арканианской расы. Белые волосы, глаза без зрачков и надменное выражение лица даже в такой момент. Впрочем, что про них не говори, а медики они хорошие.

А вот, собственно, и корабль. Популярнейшая модель YT-1300, та самая, что была у Хана Соло. Не знаю, как этот корабль выглядел у самого Соло, а на этот без слез смотреть сложно. Закоптившиеся пробоины, в некоторых местах оплавленный корпус, огромный кусок металла, то ли пробивший обшивку, то ли являющийся обшивкой, с моего места не видно, венчал верхнюю часть корабля. Только один работающий движок, то там, то здесь вырывающиеся из него искры… Я без понятия, народ, как он вообще самостоятельно передвигается.

Залетев в ангар, корабль выпустил только одно шасси, да и оно подломилось, из-за чего тысяча трехсотый опустился… скорей даже, рухнул на пузо. После чего пяток ремонтных дроидов, напоминающих пауков, устремились вверх по обшивке, видимо, пытаясь добраться до аварийного люка на крыше.

Интересно было глянуть и на джедаев. Основная их масса расположилась на некотором удалении от корабля, тогда как пятеро из них подошли вплотную и, сев рядом по-турецки, начали медитировать. Не знаю, что они делали, но яйца у них стальные.

Впрочем, не только у них. Три бригадира техников, среди которых был и Дзик, возглавляя свои команды, облепили корабль, каждый чем-то занимаясь. Вот лысый обернулся к Паратусу и махнул руками, после чего два дроида маленького джедая, подойдя к кораблю, начали резать обшивку. Продолжалось это минуты три, во время которых на месте оставались только джедаи. Ну, кроме джедаев-техников, коих здесь было четверо вместе с Паратусом. А ведь он, насколько я знаю, в полном смысле слова техником не являлся. Алин, как ни крути, больше по дроидам специализировался. Но это так, к слову.

После того, как в корпусе корабля была проделана дыра, туда ринулась команда Дзика. Вместе с ним, понятно. Туда же направилась команда медицинских дроидов во главе с четырьмя джедаями, среди которых была и арканианка.

– Любопытство не порок, – раздался голос слева от меня. – Но сдерживать его необходимо, порой.

Твою мать!

– Здесь меня взрыв корабля не достанет, магистр Йода, – поклонился я ему.

– Стар я, – произнес чебуратор, оглянувшись в сторону главного действа в ангаре. – Но не до маразма. Опасность просчитать еще могу я.

– Да ладно вам, магистр. Тут метров триста…

– Корпус равновесия ждет тебя, – пристукнул он своей тростью об пол. – Подумай о любопытстве своем чрезмерном.

– Э…

– И вежливости, – припечатал он.

– Прошу прощения, магистр Йода, – поклонился ему. – Признаю наглость свою. И дерзость. Но прошу разрешить мне остаться здесь хотя бы до момента, когда минует опасность.

– Волнением своим другу не поможешь ты. Ступай. Нет смысла в риске бессмысленном.

– Магистр, прошу…

– Довольно, – прервал он меня. – Не заставляй меня разочаровываться в тебе. Иди.

В общем, если бы вы были на моем месте и видели в этот момент Йоду, вы бы поняли, что яйца мои, может, и не из стали, но чем-то металлическим покрыты точно. Однако всему есть предел, вот и я не стал испытывать терпение чебуратора, молча пройдя мимо него в сторону выхода.

Чуть позже я выяснил, что ранены были двое из четырех разумных, находящихся на корабле. Причем оба раненых оказались джедаями. И повреждения свои они получили, не когда вытаскивали вторую парочку из какой-то там жопы и не когда уходили от целой орды истребителей, а когда рванула одна из бомб, заложенных в их отсутствие. Так они потом умудрились найти вторую и что-то с ней сделать, не позволяя взорваться весь остаток пути. Жесть. Просидеть… сколько они там летели… короче, просидеть неизвестно сколько рядом с бомбой, которая готова взорваться, лишь только они дадут слабину, и не иметь возможности ни отойти от нее, ни тем более потерять сознание. А ведь один из них, напомню, был при смерти.

– …посему мной было принято решение… Асока, пни этого придурка, – кивнул я на юнлинга, сидящего рядом с ней и явно спящего.

Потрясающе. Нет, я понимаю – дети и все такое, да и я немного увлекся, но, черт побери, я говорил всего десять минут, а уже стали появляться спящие. Вот и собирай после этого весь клан в одном месте, дабы объявить новости.

Асока же, вместо того чтобы просто толкнуть в плечо, дала смачного подзатыльника уснувшему забраку, а когда тот очнулся и стал ошалело оглядываться, молча сунула ему под нос кулачок.

– Так вот. Посему я принял решение, что весь клан ближайший месяц будет усиленно заниматься астрофизикой.

– У-у-у-у… – пронесся по залу гул.

– Хватит выть! – повысил я голос. – Напомню вам – мы заняли шестое место. Всего за год. И пусть клан Банты не гонится за первым, а клан Бергруутф ненамного больше нашего, для нового клана, всего год как существующего, это достижение. И мы не должны снижать планку. Более того, мы должны ее повысить. И отомстить, в конце концов, Бантам.

Блин, чувствую себя Лениным на броневике.

– Нам что, еще и танцам учиться? – воскликнула со своего места Джосс. – А то давай, я не против.

– Нет, – процедил я. – Хватит и астрофизики.

– А давайте, – подала голос Асока, – те, кто не хочет этими формулами заниматься, будет танцевать.

Не сказать, что ее предложение вызвало бурю восторгов, но и откровенно против никто не был. Офигеть. Куда я попал? Где бластеры, взрывы, предатели, война? Какие, нафиг, танцы?

– Я не запрещаю заниматься вашими танцульками, но астрофизику будут учить все.

Как будто и не понимают, что эта гадская наука, которую я тоже не перевариваю, будет сильно востребована в будущем. И это без учета моих знаний.

– Но учиться из-под палки тоже не дело, – сказала юная синекожая тви'лека Руми.

Долбаные дети. И лидер из меня, походу, не лучший.

– Это кто тебе такую ерунду сказал? – спросил я ее.

– Ну-у-у… – протянула Руми.

– Вас с четырех-пяти лет обучают против вашего желания. Вы знаете несколько языков, ту же астрофизику, на начальном уровне как минимум, биологию, психологию, технологию, звездную географию. Вы умеете фехтовать, драться в рукопашной, стрелять, летать на различных кораблях, даже лазать по скалам. Про техники Силы я вообще молчу. И это лишь малая часть тех знаний, которые вбили в ваши головы и тела. Хотите сказать, что все мной перечисленное вы изучали с удовольствием?

– Н-нет… но…

– Вот ты, Руми, ты у нас жутко не любишь…

– Стоп! Хватит! Я все поняла. Признаю – была не права. Доволен?

– Доволен? По твоему, выиграть никому не нужный спор – это верх моих желаний? Или ты думаешь, что астрофизику я выбрал наобум?

– Я… ну… – мялась девочка. Остальные юнлинги тоже притихли.

– Как вы не можете понять? Всё, повторяю – всё, что мы изучаем в Храме, пригодится нам в будущем. Лишних знаний не бывает. А что вижу я? Из всех членов клана, которых на данный момент аж тридцать, такую важную дисциплину, как астрофизика, хорошо знают лишь трое. Трое! Пару дней назад я тешил себя иллюзией, что это лишь я один такой дебил, а оказывается, у нас весь клан такой! Нет, детишки, так дело не пойдет. – Тут я замолкаю и, дабы немного успокоиться, кладу руку на пояс, как раз туда, где в одном из кармашков постоянно таскаю с собой «мой» кристалл. Не знаю отчего, но он обладает прямо-таки магически успокоительным для меня свойством. – Даю вам месяц, и если по истечении срока в клане будет кто-то, кто знает астрофизику гораздо хуже меня… я вас уверяю, я найду на того юнлинга укорот. И чтоб вы не расслаблялись, с этого самого дня я и сам займусь этим предметом углубленно, – закончил я свой спич, «давя» взглядом этих спиногрызов. – Ну вот и отлично. Перейдем к следующему делу. На днях начался новый учебный год, а значит появилось много новеньких восьмилеток. Рама, – обратился я к онгри. – Ты подготовил план мероприятий по набору в клан?

Вот тут я запнулся и чуть было не выругался. До меня вдруг дошло, что месяц – это слишком мало, а значит, по истечении этого срока мне придется придумать, как наказать провинившихся. Либо забить на астрофизику самому, чего делать я не собирался. А и ладно. Прорвемся. Еще остается возможность, что я действительно самый тупой в клане.

Весь путь через ангар мой взгляд был прикован к купленному недавно кораблю. Не знаю, как я не налетел ни на что. Повезло, видимо.

– Дзик, – пораженно обратился я к технику. – Эй, Дзик.

– М? – оторвался он от датапада. – Что?

– Это я хочу спросить «что». Что это?

Посмотрев туда же, куда смотрел и я, техник усмехнулся.

– Последствия твоих необдуманных слов, – ответил он посмеиваясь.

– Но…

– Ты ведь сам кричал на весь ангар, что отдаешь корабль на поругание.

– Но…

– Что «но»? Разрешал его модернизировать? Разрешал делать с ним что угодно?

– Но я же пошутил, – сказал я полушепотом. – Кто ж знал… – И немного придя в себя, уже нормальным голосом добавил: – Да кому вообще надо улучшать чужой корабль? За бесплатно. Дзик, это шутка была!

– В этом ангаре, – объяснял мне как маленькому мужчина. – Есть два вида разумных. Те, для кого техника работа, и те, для кого увлечение. Иногда и то, и другое совмещено. Но если у меня банально нет времени заниматься тем, что мне нравится, то у большинства местных джедаев оно есть. А теперь и подопытный имеется, – бросил он еще один взгляд на полуразобранный корабль.

– Я же пошутил…

– Да ладно тебе, – махнул лысый рукой, возвращаясь к своему датападу. – Соберут обратно – еще лучше будет.

– Но… – проводил я взглядом забрака, левитирующего за собой антиграв.

– Соберут, не волнуйся.

– Да, но… – Нехилый кусок обшивки отделился от корабля и мягко приземлился на пол ангара.

– Не волнуйся. Думаю, месяца за два они управятся.

– Но как же… – заметил я чьи-то ноги, выглядывающие из верхнего люка «Барлоза».

– Займись чем-нибудь пока. Дроида какого-нибудь собери.

– Да я уже… – Весьма довольный тви'лек выскочил из корабля, неся на себе целую кучу проводов.

– Еще чем-нибудь займись. А хочешь, я тебе дело найду?

– Я… Стоп. Тебе моего дроида мало? Сам знаешь – я не против тебе помочь, но искать работу? Нет, спасибо. Найду, чем заняться.

– Хех. Попытка – не пытка, – усмехнулся Дзик в очередной раз.

В целом, это был один из тех нечастых моментов, в обоих моих жизнях, когда я был реально шокирован. Ну никак я не ожидал увидеть свой корабль выпотрошенным. Прикол в том, что с того моего высказывания прошло уже что-то около двух месяцев. Я уже и позабыть о нем успел, а тут такое. Похоже, эти умники составляли все это время план, а сегодня решили приступить. В принципе, у меня и больше двух месяцев есть, но, блин, неожиданно… Ладно… Дело, дело, дело… тьфу. У меня ж дроид-тренер на загрузке стоит. Я все же собрал третьего фехтовальщика, а вчера поставил его на загрузку – скачивать у двух предыдущих дроидов весь их наработанный опыт.

– Ну здраствуй, Портос, – обратился я к железяке.

– Приветствую, мастер.

– Что там у тебя с загрузкой данных?

– Закончена четыре часа назад, мастер, – ответил он мне. – Все системы в норме. Готов к работе.

– Отлично, – пробормотал я. И, глянув еще раз на свой корабль, вздохнул: – Часа через два отведу тебя в другое место. Вот там и будешь работать.

– Как скажете, мастер.

Асока нервничала. Была постоянно обеспокоенной и только и искала повод, чтобы ее успокоили. Асоке исполнилось тринадцать.

Если за несколько дней до она вся прямо-таки пылала предвкушением, то через пару дней после просто сгорала от беспокойства. Ее, наверное, каждый в клане хоть раз, но успокаивал. Или пытался. Но сколько ни говори, что впереди целый год, ей все по барабану – день рождения прошел, а учителя все нет. Как так? Мне страшно представить, что с ней будет, скажем, через полгода.

– Стоять бояться, – остановил я, проходящую мимо девочку.

– А? – посмотрела она на меня.

– Ты чего здесь бродишь?

– А? – огляделась она по сторонам.

Сейчас и я, и она, как и пол клана, находились в фехтовальном зале, и, кажется, только Асока ничем не занималась, шатаясь по залу.

– Чем ты занята? – задал я ей вопрос.

– Э… тренируюсь, – ответила она удивленно.

– Нет, ты не тренируешься. Ты бродишь по залу. Туда-сюда, – качнул я ладонью. – Туда-сюда.

– Я просто не могу настроиться, – смутилась тогрута.

– Вот, значит, как, – потер я переносицу. – Так, значит.

– Я тренируюсь, Рейн. Тренируюсь, – зачастила она. – Я… это… вон! Пойду с Джосс пофехтую.

– Оставь в покое хвостатую, – поморщился я. – Она и так весь день от тебя прячется.

– Я… просто волнуюсь, – поникла девочка. И совсем тихо добавила: – Совсем всех достала, да?

– Ох, Асока, Асока, – покачал я сокрушенно головой.

– Они говорят, что я слишком импульсивна, – произнесла она невпопад.

– Наставники? – уточнил я, на что тогрута кивнула. – Пойми, Асока, они не обвиняют тебя в этом, они предупреждают тебя.

– Знаю, – шмыгнула та носом. – но от этого ничего не меняется, я по-прежнему импульсивна, а значит и рыцарей, желающих взять меня в падаваны, может не оказаться.

– Впереди еще целый год. – отработал я Капитана Очевидность. – Уверен, найдется и для тебя учитель.

– Ага. Конечно, – кивнула с таким видом, что просто уверена в обратном.

– Бери пример с Джосс. – кивнул я в сторону шавы. – Думаешь, ей проще? И ничего, машет мечом и не унывает.

– Да ей вообще плевать на это, – ответила Асока обиженно.

В общем-то, что есть, то есть. У нашей Джосс пару лет назад прорезался огромный интерес к медицине и своего учителя она ждет разве что по инерции. То есть, будет – хорошо, не будет – плевать. В медкорпус уйду. Так что пример с Джосс, и правда, не к месту.

Напрягает меня этот разговор.

– А чего хочешь ты? – спросил я девочку. – Чего ждешь от падаванства, а потом от рыцарства?

– Ну-у-у-у… – протянула она. – Так прям сразу и не скажешь.

– То есть… давай-ка уточним – тебе просто хочется?

– Э-э-э… Ну да. – ответила она осторожно.

– Что ж, – похрустел я шеей. – Ладно. – И вот тут я решил рискнуть. Сильно рискнуть. – Будет тебе учитель. Обещаю.

Дело в том, что я знаю Асоку достаточно хорошо, чтобы… нет, не так… я… короче, она верит мне. Верит достаточно сильно, чтобы вот в таких ситуациях казаться со стороны жутко наивной.

– Круто! – воскликнула она. – Спасибо! – крепко обняла. И убежала в сторону Джосс.

Бредовая ситуация. Тогрута ни фига не наивная девочка и уж точно не дура, могла бы осознать, что мои слова мало чего стоят. Ну правда – юнлинг пообещал другому юнлингу учителя. Что он, мать-перемать, может сделать, дабы выполнить обещание? Условно говоря, придумать можно много чего, но реальность… такая реальность. Не знаю, за что заработал такое ее доверие, но факт есть факт. И на фоне этого вспоминается понятие – «эффект бабочки». Я точно помню, что Асоку направили Скайуокеру именно из-за ее характера. Причин для этого много было, но определяющим фактором для выбора юнлинга был именно характер. В общем, подкинули Скайуокеру проблемку, дабы не расслаблялся. А что теперь? Кто поручится, что Асока осталась такой же, какой и была бы без моего вмешательства? Кто вообще поручится, что в этом, вполне себе реальном мире, канон моего будет соблюдаться от и до? С другой стороны, если все пойдет, как и должно, видится мне, что для Асоки мой авторитет станет просто неубиваемым. А ведь она ключевая фигура… во многих вещах. Но как же все рискованно. И где-то даже неприятно.

Бросив взгляд на часы, окликнул Джиро. Может, онгри и посредственный фехтовальщик, но организовывать досуг клана навострился очень даже. Ну а мне пора к Драллигу. Вчера он обещал мне какой-то сюрприз, и чую я, будет он интересным.

«Пятьдесят два трупа», – думал Клигг Ларс, глядя на ряды мертвых тускенов. – «А сколько их всего напало на ферму»?

– Альфа, – обратился он к стоящему рядом дроиду, наблюдающему за окрестностями, – сколько их всего было?

– Зафиксировано восемьдесят три единицы противника, мастер Ларс, – ответил дроид, повернув к нему свою «голову».

«Святые силы», – даже поежился мужчина. – «Нам просто жутко повезло, что эта группа тускенов начала свой рейд именно с нашей фермы. Как и в том, что они вообще пошли в рейд».

Грабежи и разорения ферм начались всего пару недель назад, и фермерам хватило уничтожения всего двух, чтобы собраться и единой силой ударить по стойбищу этих песчаных демонов. А потом еще и удивляться, как все удачно получилось. Что ж тут удивительного, если у противника отсутствовало столько бойцов? Каково же было его потрясение, когда они с сыном вернулись домой. Полностью разрушенный «гостиный» дом, совсем недавно потушенный «жилой», десятки трупов песчаных людей и, самое удивительное, въехавший в мастерскую задом танк. Побитый, с искореженными гусеницами, кое-где до сих пор чадящий, но все еще грозно шевелящий своей пушкой. Кто притащил сюда этого монстра было понятно сразу, вопрос в другом – откуда у этих хаттовых дроидов целый танк?! Где они его вообще прятали?!

Впрочем, он не удивится, если эти прощелыги где-нибудь поблизости еще и боевой корабль припрятали. Шми в свое время уверяла, что Энакин уже с раннего детства был отличным техником, и глядя на этот его подарок в виде трех дроидов, у него просто не было сил сомневаться.

– Пап, – подошел к нему сын. – Там, – махнул он рукой, – еще восемь трупов.

«Шестьдесят», – покачал головой мужчина. – «Плюс те, кого мы убили с другими фермерами. Похоже, об этом клане тускенов можно забыть на многие годы».

– Как там мама с сестрой, Оуэн?

– Они сильные женщины, – ответил младший Ларс. – Но я все же сказал побыть с ними Лефу. Сам знаешь, как на него реагируют женщины.

– И не жалко тебе брата? Они ж его замучают, – усмехнулся отец. – А ведь он недавно вместе с нами тускенов бил.

– Не помрет, чай, – отмахнулся Оуэн. – Зато мама с сестрой отвлекутся.

– Тоже верно, – перевел взгляд на танк Клигг. – Альфа, вы где этого монстра прятали?

– На корабле, мастер Ларс, – ответил дроид.

– На кора… на корабле значит. – Может он тоже джедай? – А где корабль?

– В надежном месте, – продолжал наблюдать за пространством УБДД.

– И где это надежное место? – не сдавался мужчина.

– Там, где мы храним свои вещи.

– Где… Кхм. Где вы храните свои вещи?

– В надежном месте.

– Тьфу! – сплюнул в сердцах мужчина. Всегда с ними так.

Можно, конечно, настоять, но максимум, что ему удавалось достигнуть, это лаконичный ответ – «секретная информация». А ведь он поначалу им не доверял. Теперь же остается только коситься на трупы тускенов. Хорошо, что Шми тогда вмешалась – она-то сразу поняла, кто тот загадочный «Создатель, проживающий в Храме джедаев».

– Мастер Ларс, – окликнул его дроид.

– Ну что тебе еще? – слегка поморщился мужчина. Поморщился от боли. Рейд против тускенов дался ему не так уж и просто. И пусть ранение ноги было легким, боль тревожила достаточно сильно.

– Нам необходимо посетить город, – произнес дроид вкрадчиво.

– Зачем? И насколько срочно?

– Запчасти, мастер Ларс. Запчасти, боеприпасы, рассходники. Чем быстрее, тем лучше. Боеприпасов мало, но это не так страшно, на корабле есть запас. Танк в нынешних условиях не починить, и, конечно же, песок.

Да. Главной бедой этих дроидов был именно песок, из-за него различные масла, которых у них оказалось очень много, сразу видно, что Энакин учел природу Татуина, заканчивались просто с катастрофической скоростью. Но, видимо, это была необходимая жертва, все-таки боевые возможности, продемонстрированные дроидами, были потрясающими. На его дилетантский взгляд. Кто его знает, что там у других моделей, пусть и более защищенных от песка.

– Прямо сейчас нельзя. А вот через пару дней съездим, – кивнул Альфе мужчина.

– Мастер Ларс… – Когда им было надо, вокобуляторы этих дроидов очень даже могли передавать многие человеческие оттенки. В данном случае Клигг отчетливо слышал неуверенность. Дроид и хотел бы поторопить мужчину, но в то же время сам понимал, что стоит подождать.

– Вас никто не держит, – усмехнулся Оуэн. – Можете и сами прокатиться до города.

– Мы не можем оставлять подопечную, – резко отвернулся Альфа.

«Ага, ага. Подопечную», – думал с усмешкой Клигг. – «То-то вы поначалу шустрили вокруг фермы. Да так активно, что мне пришлось четыре раза забирать вас у джав».

М-да. Джавы. Маленькие, хитрые, слабые. Ни разу на его памяти не вступающие в конфликт, способный привести к драке. Но при этом просто кара небесная для любого дроида. За тысячелетия существования научившиеся просто виртуозно охотиться на любые виды механизмов. Присланные Энакином бойцы тоже сначала считали себя круче самых высоких скал Татуина. И что? Если бы не встроенные маячки и не то, что рядом со Шми всегда находился хотя бы один дроид, мы бы потеряли их в первый же месяц. А так… до смешного доходило. Раз забрал, второй, на третий джавы сами приволокли дроида и попытались срубить немного кредитов. А в четвертый раз пришлось забирать сразу двух дроидов. Жучок джавы, кстати, так ни разу и не нашли. Хотя, Клигг был уверен, пытались.

В общем, дроиды Эни старались больше не удаляться от фермы, не то чтобы далеко, а вообще не удаляться. Где они при этом умудряются прятать свой корабль, старший Ларс просто не представлял. Но наверняка, где-то тут, рядом. Впрочем, это же Татуин – тут много где и чего можно спрятать.

– Ладно, – оглядел Клигг окружающее пространство. – Мэлрои приедут через пару часов, тогда и будем приводить тут все в порядок. А пока пойдем спасать Лефа. В конце концов, пусть наши дамы и о нас позаботятся.

Нельзя сказать, что события, разворачивающиеся в галактике, совсем не трогали Скайуокера. Трогали, очень даже. Но война для него началась со свадьбы. Пусть тайной, но такой желанной. Глядя на спящую у него на плече девушку, он думал о том, что это судьба. Встретиться после стольких лет разлуки, вновь почувствовать то давнее чувство… А ведь ему тогда было всего лишь десять. Ни возраст, ни место обитания, ни социальный статус, ничто не располагало к влюбленности. А вот, поди ж ты. Но главное, она приняла его любовь. Любовь джедая. Сколько бы еще они ходили вокруг да около, если бы не арена Джеонозиса? Так что, да, война началась для Скайуокера довольно приятно.

«Хотя нет», – подумал Скайуокер и, приподняв протез, который совсем недавно заменил ему руку, пошевелил своими новыми пальцами. – «Не так уж и приятно».

Конечно, жаль тех семерых рыцарей, что погибли на той планете, но учитывая, с какими силами они там столкнулись, цена, право слово, не такая уж и большая. И даже нудная нотация учителя после боя, строгий выговор магистра Винду и укоряющий взгляд магистра Йоды не могли нарушить его радостного настроения – они выиграют эту войну, ведь иначе и быть не может. А он, ко всему прочему, еще и обрел свою любимую, ту, которую не отдаст никому. Даже смерть не разлучит их!

Единственное, что немного смущало его, да и то лишь поначалу, что он не навестил мать, а ведь Татуин находился очень близко, буквально в парсеке от Джеонозиса. Но даже это ерунда. Закончат они, быстренько, с сепаратистами, и он слетает к Шми. Познакомит ее со своим сокровищем.

– Ну, вот и началось, – произнес Умик, читая подборку информации, которую привез в этот раз Гаари Прон.

«Надо бы малый совет собрать», – подумал он, потянувшись к комлинку. – «Да и расширить его уже можно. Не сильно. Думается мне, что Прон заслужил узнать кое-что интересное».

Где-то через полчаса, в тактическом зале одной из охранных станций, что Умик выбрал в качестве семейной штаб квартиры, собрались четверо мужчин и две женщины. Три брата, с женой старшего и Прон с сестрой.

– Итак, дамы и господа, – оглядел людей Умик. – Вот, собственно, и началось. Конфедерация независимых планет объявила войну Республике.

– Пф, – фыркнул Прон. – Все-таки ты был в курсе того, что назревает. А я-то думал, к чему ты так усиленно готовишься? Только мне-то почему не рассказал? Я внушаю так мало доверия?

– Прон, – начал старший Дакари. – Прости. Я просто боялся. Боялся за сына. И думаю, ты сможешь понять меня.

– Что? – не понял торговец. – Причем тут Рейн?

– Это иррациональный страх, Прон. Уверен, ты бы не подвел, но я ведь и не делал никому хуже.

– Умик… – произнес с этакой «семейной» угрозой Гаари. Мол, говори уже, а то по кумполу настучу.

– Дело в том, дружище, что мой сын – джедай, и все то, что сейчас творится там, – махнул он куда-то за спину, – Рейн предсказал еще несколько лет назад.

– Твою дивизию, – пробормотал Прон.

– Бедный мальчик, – поднесла ладонь ко рту, его сестра.

– Да, Дисани, – заметила Сана. – Моему сыну явно приходится не просто. Но он справится, – закончила она гордо.

– Он Дакари, – практически одновременно с ней произнес Умик. И переглянувшись, оба улыбнулись.

– Он же всего лишь ребенок, – пробормотала Дисани.

На что ей никто ничего не ответил. И в самом деле, что тут можно сказать?

– Как я понимаю, – подал голос Прон, – парень предсказал не только начавшуюся войну?

– Да, – ответил Умик, оперевшись обеими руками на тактический голопроектор, стоявший в центре не такого уж и большого зала. – КНС будет повержено, Республика преобразована в Империю… – и немного помявшись, закончил. – Орден уничтожен.

– Твою хаскарал, в жайзе и тамаг.

– В самую точку Гаари, – кивнул Рам, средний из братьев.

– Прошу прощения, дамы, – повинился Прон. – Не удержался. Это что же получается, тысячелетия стояла Республика, и… и все? Можно готовить панихиду?

– Пока, – развел руками Умик, – предсказания Рейна сбываются.

– Ваш'тайн…

– Брат, – пихнула его под ребра сестра.

– Кхм. Еще раз извиняюсь.

– Надеюсь, – сузила глаза Сана, – моего сына ты этим словечкам не учишь.

– Как можно, Саночка? В его присутствии я предельно культурен.

– Кхм, кхм, – прокашлялся Умик. – Давайте уже к нашим делам вернемся. – Немного помолчав, обвел всех взглядом и продолжил: – В связи с началом войны, у нас прибавится не только прибыль, но проблемы. Главная из которых – как нам не встать на ту или иную сторону. Находись наша планета хотя бы в Среднем Кольце, и мы могли бы… повилять. Здесь же, как только мы увеличим товарооборот, нас захотят иметь… уж простите, дамы, просто иметь. И если Республика слишком далеко, то КНС уже гораздо ближе. Но даже это не самое страшное. С КНС мы, благодаря Шу, как-нибудь разрулим, гораздо более вероятным противником мне видится Корпоративный Сектор. Эти от нас не отстанут, пока не увидят за нашей спиной сильного союзника. И не просто технику, которую мы можем… да, собственно, уже закупили у КНС, теперь уже КНС, а чего-то более… замялся Умик, подбирая слова, – политического.

– И что ты предлагаешь? – спросил Прон.

– Воевать, – пожал плечами старший Дакари.

– Вот так вот просто? – удивился торговец. – И что, никаких тебе хитрых ходов?

– Именно, – усмехнулся Умик. – Как ни странно, но это решит множество вопросов.

– Это каких, например? – состроил скептическую мину Прон.

– «Например»? – усмехнулся в ответ Умик. – Например – зачем нам такие силы. Или ты думаешь, что новый хозяин галактики не задастся таким вопросом, когда придет время? К тому же, нам в любом случае придется расширяться, а делать это лучше, когда идет война, а не когда все более-менее устаканится.

– Зачем нам это? – спросил осторожно Прон.

– Гаари, – вздохнул Умик. – А зачем нам вообще нужно было высовываться, если мы не хотим идти вперед?

– Из твоих уст, о великий пофигист, – заметила Дисани, – это звучит как-то не очень.

– Зря ты так, – поморщился Умик. – План был старый. Еще наш отец его разрабатывал, – кивнул он на братьев. – Но если хочешь, скажу по-другому: чем больше у нас есть, тем больше народа захочет это отобрать. Тем большие силы мы должны иметь для защиты. А для этого необходимо много ресурсов. Причем не только финансовых и производственных, но и людских.

– Да ладно тебе, ладно, – помахала ладонями женщина. – Что ты разошелся, в самом-то деле?

– Тем не менее, – поджал губы Умик. – Чтобы между нами не было недоговоренностей, сразу скажу: дабы защитить сына… и тех, с кем он, возможно, вернется, мне нужны силы. Много сил. И если по старому плану все должно было происходить не так стремительно, то сейчас… – замолчал он. – Нет худа без добра. Если бы не все это, недавняя атака Гаморреанцев вряд ли бы оставила нам шансы на спасение.

– Семья – это святое, – кивнул Прон. – А насчет этих свинорылых, узнал, что они здесь забыли?

– Костоправы Джины сказали, они пришли нас именно что завоевывать. Это был не обычный пиратский налет. Но про то, что здесь есть кому и чем защитить планету, они не знали. Да и саму планету выбрали чуть ли не тыкнув пальцем, – покачал головой Умик.

– Гаморреанцы, – усмехнулся зло Прон. – В этом они все. Тупые, сильные, с дерьмовым флотом. Простите, дамы.

– Если этот флот у них вообще есть, – подтвердила его сестра. – К нам-то, по-моему, одни «торговцы» прилетели.

– Это не совсем так, – заметил Умик. – Но в целом, ты права. Если бы их войска высадились на планету, мы бы и пары недель не продержались.

– Ладно, – махнул рукой Прон. – С Гаморреанцами нам повезло. Но ведь так не всегда будет. Умик, обрадуй меня. Скажи, что у нас есть много-много страшных-страшных кораблей.

– М-м-м… нет, – потер нос глава рода Дакари. И покосившись на жену, дополнил. – Но я над этим работаю.

– Да ладно тебе, Гаари, – сказал Рам. – Мы же не собираемся атаковать корпоратов прямо сейчас. Да и они о нас узнают не сразу. Да и потом атакуют тоже не сразу, – уточнил средний брат. – Время есть.

– И зачем мы тогда здесь собрались, если все уже давно решено?

– Потому и собрались, – ответил Умик. – Что не решено. Предлагайте свои варианты. Свои мысли.

– Мы с сестрой торговцы, а не стратеги, – заметил Прон. – С этим вопросом сами разбирайтесь.

– Как же вы меня достали, – не сдержался Умик. – Один возится с техникой, хотя и я не прочь этим заняться, другой отгородился своими фермами, так теперь и ты – «я не стратег», – передразнил его мужчина. – По-вашему, я стратег?

– Жахнуть бы чего-нибудь, – вполголоса обратился Прон к сестре.

И, собственно, это было все, что услышал Умик в ответ на свой крик души.

– Сволочи, – произнес он ровно. – Ладно, тогда такой вопрос: где будем брать глав новых служб?

– Каких еще служб? – переспросил Галил, младший из братьев.

– Технический отдел взял на себя Рам. Отдел обеспечения ты. Служба охраны висит на Джине. А вот всем остальным занимаюсь я.

– А что не так? – спросил осторожно Прон.

– Разведка, – начал Умик. – Ее пора упорядочить и создать отдельную службу. И займешся этим ты, Гаари.

– Я?

– Ты.

– Но, я…

– Ты, – надавил на него Умик.

– Я… кхм. Э… кхм. Ладно. Кхм. Это, наверное, будет даже интересно. Но все же замечу – я торговец, а не…

– Ты контрабандист, – припечатала его жена Умика. – У тебя огромный опыт, огромные связи, живой ум, заточенный… – покрутила она ладонью. – Под всякое.

– Это, конечно, лестно, но… – запнулся он, наткнувшись на взгляды всех присутствующих в зале. Даже сестры. – Ладно-ладно. Я же не отказываюсь.

– Далее, – продолжил Умик, – у нас идет Отдел внешней торговли. Как вы понимаете, количество продукции, которую мы будем продавать, несколько большее, чем раньше, и тут нам просто необходима отдельная служба. Кто хочет заняться? Дисани?

– Не-не, – пошла в отказ сестра Прона. – Я лучше брату помогу. Пусть этим Сана займется.

– На ней уже висит отдел по связям.

– У нас и такой есть? – удивился Галил.

– Теперь есть, – кивнул Умик. – Так что…

– Олесы! – воскликнула женщина. – Пусть они этим займуться. Тылы должны быть сильными, а этим ходом мы их крепко повяжем. И тогда Совет фактически будет принадлежать нам.

– Олесы? – удивился Рам. – Ты с ума сошла? Отдавать такой отдел нашим главным противникам в Совете?

– Да, – заметил ее брат. – Это ты лиху хватила. Тогда уж лучше Полеты.

– А вы знаете, – подал голос Умик. – Она права. – На что собравшиеся в зале воззрились на него с удивлением. Даже Дисани. – Думос Полет, как и весь его род, – продолжал мужчина, – они скорей… как бы сказать-то? В общем, им лучше отдать отдел кадров, там они будут на своем месте. А вот Олесы… они ведь отличные торговцы.

– Которым нельзя доверять, – вставил Рам. – Весьма жадные до власти засранцы.

– Ты не прав, – покачал головой Умик. – Они просто борются за то, что считают своим. Никогда они не лезли в другие сферы, никогда не пытались взять побольше власти в Совете, никогда не предавали тех, кого считали союзниками. А все наши конфликты от того, что они посчитали, будто мы хотим подгрести под себя все планету, то есть забрать причитающийся им кусок власти. Если припомнить, они всегда были против тех, кто слишком сильно возвышался, но никогда не пытались воспользоваться плодами своих побед. – И, немного помолчав, обратился к Галилу: – Помнишь, старик Думос приходил к тебе по поводу выращивания различной скотины.

– Помню, – кивнул мужчина. – Только я так до сих пор и не понял, чего он хотел.

– Вот и Думос сообразил, что ты не догоняешь. Поэтому он сразу после этого пришел ко мне. И весь смысл нашего разговора сводился к тому – а не против ли мы, чтобы семейство Олесов тоже влезло в эту нишу? Понимаете? Любой другой просто стал бы разводить животных на мясо, а старик сначала пришел к нам. И вот теперь, да, он будет сражаться с любым, кто попытается влезть в торговлю мясом. С любым, кроме тебя, Галил. Впрочем, и с тобой, если ты начнешь кого-то поддерживать в этом плане. Для него есть всего два монополиста в этой сфере, а со всеми остальными он будет сражаться насмерть. И кстати, производством пищи у нас занимаешся ты, Галил, а вот обеспечением всего и вся, в том числе и пищей, должен заняться кто-нибудь другой. Потому что именно мне пришлось пару лет назад осаживать Свенсонов, когда те хотели начать разводить скот на продажу. Вместе с Думосом, если кто не помнит. Хотя заняться этим должен был ты.

– Вот уж фигушки, – ответил Галил. – Ты глава рода, тебе и решать такие вопросы. А так да, я и не против скинуть лишнюю работенку на других.

– Братишка, – приложил руку к лицу Умик. – У меня, по-твоему, других дел нет? – На что младший брат отвел глаза. – Короче, я за Олесов, кто против. И сразу давайте, почему. Замечу только, что то, чем мы с вами занимаемся, ну никак не стыкуется с делами рода Олес.

– Старик может не пойти под нашу руку, – заметил Рам. – А равноправным партнером его делать… не с чего, собственно.

– С этим я, думаю, смогу разобраться, – произнес задумчиво Умик. – Старик не дурак, понимает, что скоро мы выйдем на галактический уровень… или около того. А он, со своим родом, так и останется членом Совета провинциальной и никому не нужной планетки, на которой и жителей-то всего ничего. Ну, – обвел он глазами людей, – чего молчите-то? Кто против? Молчите? Засранцы, – покачал он головой. – Тогда с этим разобрались. А раз так, давайте поговорим о том, кто, собственно, будет заниматься организацией всех этих служб?

– Ну, здраствуй… зять, – произнес крепкий старик в строгом деловом костюме, сидящий в шикарном кресле.

– И вам не хворать… тесть, – ответил мужчина, одетый в простой многофункциональный комбинезон и сидящий на довольно непрезентабельном стуле. – Смотрю, – поелозил он, – у «Сиенара» проблемы сильней, чем я думал. – На что старик приподнял бровь. – Даже кресло гостю предложить не можете, – пояснил он. – Но не волнуйтесь, я все понимаю – проблемы с деньгами не располагают к гостеприимству.

– Как всегда нагл, – раздраженно ответил старик. – Непонятно, зачем ты вообще затевал эту встречу. Не думаешь же ты, что с таким отношением сможешь добиться от меня хоть чего-нибудь?

– Я всего лишь разговариваю на языке собеседника, – повозился Умик на стуле еще раз. – К тому же, смею напомнить, что это именно вы, господин Санте, позвали меня. Вместо того, чтобы решить все с моей женой.

– Я позвал тебя на Корусант, а не в Силой забытый сектор, никому неизвестную систему! – огрызнулся Ломар Санте. – Я даже и не предполагал, что ты забрал мою дочь в настолько дремучий край.

– Вообще-то, – почесал нос Умик. – Мы живем еще дальше, а эта система была выбрана произвольно. На полпути от вас и нас. Кстати, хочу отметить, что у вас отличная яхта, господин Санте.

– Уж ее-то ты точно не получишь.

– Э… – не нашелся, что сказать мужчина, который даже не думал об этом. – Жаль. А я-то уж губу раскатал. Хм. Так вот. Отличная яхта, говорю, наверняка спроектированная в вашем отделе. Хотя, насколько я знаю, вы специализируетесь на более крупных кораблях.

– И что? – опять его сбил с мысли Санте.

– Ничего, – процедил Умик. И решил перейти к тяжелой артиллерии. Зачем-то же тесть хотел поговорить с ним. – Было приятно с вами побеседовать, – сказал он, вставая со стула.

– Сидеть! – припечатал Ломар.

– А не пошел бы ты в жопу, старик? – ответил мужчина, глядя на тестя сверху вниз. – У тебя уже давно пиписюн отсох, мне указывать.

– Зато трость достаточно крепка, чтобы ребра тебе сломать. Сядь, я тебе говорю. – И видя, что зять собирается уходить, повторил более спокойно. – Сядь. Поругались, и хватит, давай уже к делам перейдем.

– Что ж, если вы готовы, наконец, слушать… – произнес Умик, присаживаясь.

– Ближе к делу, сосунок. Что ты хотел предложить мне?

– Не тебе, развалина, а всему «Сиенару». Вряд ли ты способен решить это дело… единолично.

– Да ты, я смотрю, галактическим магнатом себя почувствовал, – усмехнулся Санте.

– Все знают, – не обратил мужчина на слова старика внимания, – что в последнее время у корпорации «Сиенар» дела идут не очень. А те, кто смотрит более глубоко, понимают, что проблемы эти скорей политического характера. На вас давят, старик. Давят со всех сторон. И даже Республика, которой «Сиенар» столько раз приходил на помощь, против вас.

– У корпорации не раз были кризисы, выберемся и сейчас, – ответил Санте.

– Умолчим про Сенат, который до этого всегда был на вашей стороне, и предположим, что да, выберетесь. Но ведь может случиться и обратное, – продолжал Умик. – Уверен, руководство корпорации, в которое вы входите, понимает это. – И взяв небольшую паузу, Умик продолжил говорить: – Я предлагаю вам план, который может помочь «Сиенару», как минимум продержаться до лучших времен. А в перспективе вообще выровнять ситуацию. Нет, – заметил он скептически поднятую бровь старика. – Не сейчас. Я не настолько богат, чтобы помочь корпорации в целом, но вот продержаться, почему бы и нет? Но главное, – поднял Умик указательный палец. – Работать я буду через вас. И кто, в конечном итоге окажется спасителем корпорации?

– Я, – усмехнулся старик.

– Что поможет вам, в будущем, приподняться внутри «Сиенара» еще выше, – кивнул Дакари. – Но даже если все пойдет по наихудшему сценарию, у вас, Ломар Санте, будет «запасной вариант».

– Ну-ну. Осталась только узнать, что это за план такой, – произнес старик иронично.

– Все просто. Вы переносите свой отдел во Внешнее кольцо. Да-да, поближе ко мне.

– Ты рехнулся? – спросил старик спокойно.

– Ну, сами смотрите, – очередной раз попробовал устроится на стуле поудобнее Умик. – У меня есть ресурсы. Скоро будут деньги. И с помощью всего этого я буду финансировать те проекты, которые будет выдавать ваш отдел. После чего рекламировать их, используя в боях. И все это вдали от Сената и Республики, там, где у них нет власти. Там, где вам никто не помешает продавать свои корабли.

– Ты думаешь, у нас нет отделений во внешних территориях? – спросил старик.

– Уверен, что есть. Но у вас нет денег и тех, кто будет использовать вашу продукцию. Ведь мало спроектировать и создать, надо еще и продать. В нашем случае вы практически не будете тратить денег, зато у вас будут готовые проекты и реклама. Даже если вы не продадите ни одного нового корабля, все равно ничего не потеряете. Даже прибыль, какая-никакая, идти будет.

– У тебя не хватит денег, – покачал головой старик.

– Это сейчас. Но ведь и вы не начнете строить корабли десятками, тем более сотнями, в ближайшее время.

– Сенат в любом случае найдет к чему придраться. Еще раз напомню – у нас и без тебя во Внешнем кольце есть свои отделения.

– Господин Санте, – улыбнулся Умик. – Даже в обычной ситуации это можно обойти. Да вы бы и обошли, но только всполошились слишком поздно, а сейчас у вас просто нет денег на что-то глобальное. Но это в обычной ситуации, сейчас же, напомню, Республика в состоянии войны.

– Ты правда думаешь, что КНС долго продержится? – ухмыльнулся Ломар.

– Есть информация, что этот конфликт будет несколько серьезней, чем вы думаете.

– Откуда…

– Господин Санте, – прервал его Дакари. – Не заставляйте меня вам врать. Просто примите как данность.

Ломар, продолжая хмуриться и о чем-то думать, молчал. Молчал и Умик.

– Ты прав, – подал голос старик. – Я не могу принять такое решение единолично. Мне нужно время. Однако, предварительно я за этот проект.

– Отлично… – начал Дакари.

– Но с одним условием, – прервал его Санте.

«Ну вот», – подумал Умик Дакари. – «Похоже, он сейчас и озвучит то, из-за чего хотел со мной встретиться».

– Слушаю вас, господин Санте, – произнес осторожно мужчина.

– Отдай мне внука.

– Кха… – аж подавился Умик. – Что?!

– Внука отдай, – повторил Ломар, радостно глядя на реакцию зятя.

– Какого еще внука?

– А у тебя их сотня, что ли? Младшего. Лучше, конечно, старшего, но он вряд ли уйдет из Ордена.

– Старик, а не пошел бы ты…

– Подожди, – поднял руку Санте. – Шутки шутками, но давай серьезно. Я не предлагаю, прям вот так взять и отдать мне ребенка. Но когда он подрастет, ты отправишь его учиться на Корусант и не будешь противиться, если он захочет работать в корпорации своего деда.

– Стоп… – потер лоб Дакари. – Стоп…

Теперь понятно, почему он обратился с этой, давайте прямо говорить, просьбой именно к нему. Сана бы сразу послала его куда подальше. Уж она-то знает всю эту внутреннюю кухню крупных корпораций. С другой стороны, старик ничего не говорит о разрыве отношений, а учитывая, что он по-любому будет прикрывать внука… да и сестра жены за ним присмотрит. А карьера в подобной корпорации – это все же достижение. И статус.

– Уточню, – по-прежнему потирал лоб мужчина. – Никаких разрывов отношений с семьей? Даже намека на это?

– Абсолютно. Пусть хоть каждый отпуск к вам летает. Я ни в коей мере не буду настраивать его против вас. К тому же, ты знаешь, я люблю обоих своих дочерей и не стану настраивать сына против одной из них. Можете хоть поселиться на Корусанте и жить вместе с ним, но и вы не будете настраивать его против меня.

– Почему мой внук? – спросил Умик. – Понятно, что у Валлес нет детей, но она же еще достаточно молода. Будет и у нее потомство.

– Она слишком увлечена работой, – поморщился Санте. – Слишком. Я уже устал сватать ей мужчин. Она только посылает меня куда подальше. – И раздраженно добавил: – Если бы не ты, и не дурной пример Саны, уверен, она бы была более сговорчивой. А то ишь, взяли в моду, отца не слушать.

– Ну да, как я мог забыть, – ухмыльнулся саркастически Умик. – Я же виноват во всех ваших бедах.

– Не язви! – прихлопнул по ручке кресла старик. – Ты даже не представляешь, насколько прав.

– Ага, ага, – покивал Дакари. – Ладно. Замяли тему. На счет работы сына в корпорации «Сиенар» – я не против. И даже возьму на себя жену.

«В конце концов, кто сказал, что после войны люди и ресурсы „Сиенара“, которые корпорация выделит нам, вернутся на Корусант? Так почему бы моему младшенькому не работать рядом с семьей? Это надо обдумать».

– Вот и отлично, – расслабился старик. – А уж я позабочусь пробить твое предложение в Совете директоров.

– Да! Я понял! – чуть не подскочил с пластикового ящика, на котором сидел.

– Что ты понял? – спросил усталым голосом Дзик.

Он уже третий час, по его словам, не мог откалибровать блок, входящий в систему антигравитации, устанавливаемой на малых кораблях, типа фрахтовщик.

– Я понял, зачем этих клонов притащили в Храм.

– Да? – переспросил он лениво. – И зачем?

– Да ты глянь, – махнул я в сторону белых фигур. – Это ж идеальные грузчики.

И в самом деле, за тот час, что я наблюдаю за штурмовиками в ангаре, они только и делают, что переносят что-нибудь с места на место.

– Да-да, ты абсолютно прав, – пробормотал он, ковыряясь мизинцем в матово черном блоке. – Ах ты ж сука! – замотал он рукой, дуя на палец. После чего испуганно замер, глядя на меня. – Забудь, что я сейчас сказал.

– Да я ничего и не слышал, – усмехнулся я.

Конечно, ругнулся он не на русском, это уж я перевел, как мог.

– Ладно, – вздохнул техник, косясь на блок. – Сегодня, похоже, не мой день. Пойду лучше на этот LAAT/i гляну. Пойдешь со мной?

Если кто не понял, Дзик имел в виду штурмовой транспорт клонов. Тот самый, который высаживал десант штурмовиков на арену Джеанозиса. И, собственно, забирал тех, кто успел выжить. Хотя, как я успел узнать, благодаря мне, на этот раз Орден потерял лишь семь джедаев. Зачем они вообще допустили подобное, меня не спрашивайте. Но я уверен, что именно допустили. С той информацией, что получил Совет от меня, они вполне могли урегулировать этот конфликт. Но, видимо, решили до последнего следовать канве событий, лишь немного изменяя историю, дабы было меньше жертв. Ложное видение, сука. Умоетесь вы еще кровью.

– Почему бы и… – начал я и замер, увидев у входа в ангар маленькую зеленую фигуру. – А, да ну их. – И встав на ноги, не отрывая взгляда от Йоды, закончил: – Пойду лучше кое-кому нервы попорчу.

– С огнем играешь, – покачал лысой башкой Дзик. – Помню, когда только начинал здесь работать, был один случай… кхм, кхм. Короче, ты мастера Йоду не слишком прессуй. Если он разозлится, мы с тобой долго не увидимся.

– Ну, не покалечит же, – ответил я удивленно.

– Так-то да… – произнес Дзик неуверенно. – В общем, не рискуй.

– Договорились, – усмехнулся я.

Чебуратор явно заметил меня загодя, но виду не подал. Может, надеялся, что я не к нему направляюсь? Наивный.

– Магистр Йода, – поклонился я.

– Юнлинг, – ответный кивок.

– Отличный сегодня день, – произнес я нейтрально. Йода только покосился, после чего, изображая усталость, прикрыл глаза. – В такой чудесный день так и хочется взять какой-нибудь кораблик и вознестись к небесам, отдавшись просторам неба. А еще лучше, звездам.

– Нет, – сказал Йода.

– Что нет? – изобразил я непонимание.

– В Храме места нет для корабля твоего.

– А если подумать? – не сдавался я.

– В день этот чудесный, согласен я с тобой, к звездам душа просится.

– Вот-вот… – начал я осторожно, подозревая… всякое.

– Так иди к звездочетам, юнлинг, – продолжил умиротворенно Йода. – Прикоснись душой к ним.

Посыл был более чем понятен. Но борзеть, так борзеть.

– Не могу я, магистр Йода. Боюсь я.

– Страх – не лучшее чувство для джедая. Чего именно боишься ты?

Блин, да он, походу, забавляется.

– Душой я к ним прикоснуться боюсь. Это ж пипец как страшно.

– Выражения свои попридержал бы, юнлинг, – подобрался чебуратор. – И объясни мне, о каком страхе ты говоришь.

Как он… тему-то перевел. Впрочем, сам виноват.

– Я не знаю, как это объяснить, магистр Йода, – замялся я, думая, как бы развернуть беседу обратно, к месту в ангаре. – Просто, когда я… ощущаю вселенную… страшно это. Такое впечатление, что вот-вот потеряюсь и не смогу вернуться обратно в тело.

– И ты молчал, – то ли вопросительно, то ли утвердительно произнес Йода. – А я посылал тебя туда раз за разом, – поджал он губы.

– Да все нормально, магистр Йода. – Блин, во встрял. – Нельзя перебороть страх, не глядя в его глаза.

– Мудрые речи для ребенка, – покивал чебуратор. – Но… – и, немного помолчав, ткнул своей тростью в сторону створок ангара: – потуши это солнце.

– Э… Чего? – я совершенно не догонял, что он хочет.

– Потуши его. Сделай так, чтобы оно погасло, – сказал он, требовательно на меня смотря.

– М-м-м… вы прекрасно знаете, магистр, что я физически не могу этого сделать.

– Именно, – кивнул Йода. – Понимать ты должен, что есть вещи, с которыми не бороться надо, а обойти.

– Прикрыть вам глаза, что ли? – буркнул я.

– Хотя бы, – вздохнул мелкий джедай. – Не идти напролом. Но есть вещи вне наших возможностей, юнлинг.

– То есть, – приподнял я бровь, – мне никогда не победить этот страх?

– Быть может, – ответил Йода. – Не попробовав, не узнаем. – И без перехода: – Говорил ли ты наставникам, о проблеме своей?

– Нет, – повинился я. – Да и что там можно сделать?

– Пойти в обход, – сказал Йода задумчиво. И глянув на меня, предположил: – Возможно, это тебе и не нужно. Нельзя объять все, быть может, на другом сконцентрироваться ты должен.

– Точно! – воскликнул я. – На пилотировании корветов!

На этот раз во вздохе магистра вполне отчетливо слышалась тоска.

– Отстань от меня, юнлинг. Нет места в Храме для корабля подобного.

– Ну, магистр, – заканючил я. – А вдруг с эвакуационным кораблем что-то случится, а тут бац, – развел я руки. – Пожалуйте, дорогие юнлинги, у нас запасной есть.

Ответил магистр не сразу.

– Так вот зачем тебе корабль этот.

– Не понимаю о чем вы, – пошел я в отказ.

– Просил я тебя не вмешиваться в дело это.

– А я и не вмешиваюсь, – ответил чуть резче, чем хотел. И, дождавшись, когда мимо нас пройдет какой-то джедай, продолжил: – Это просто перестраховка. Будет стоять здесь корабль, не будет, на главные события это никак не повлияет. – Спокойно, Леха. Что это ты так разозлился? Ну не дадут мне это долбаное место, и что? Не критично. – А, да пошло оно все, – махнул я рукой. – Без вас разберусь.

– Юнлинг, – остановил меня Йода, когда я уже отошел от него метров на десять.

Развернувшись, посмотрел на чебуратора с раздражением.

– Я обещал, что не буду вам мешать, и свое слово я держу.

– На пятом этаже поставишь корабль свой. Я дам распоряжение, – произнес Йода спокойно. – Раз перестраховка лишь это, – закончил он.

На пятом «учебном» лишь один ангар, тот самый, где стоит кореллианский челнок, на котором должны эвакуироваться юнлинги.

– Спасибо, магистр, – поклонился я.

– Иди, – махнул тот рукой, отворачиваясь.

Спасибо, чебуратор. Я уж думал, что придется использовать связи Прона. Держать оба корабля в одном месте мне как-то не хочется, а ведь у меня контакт только одного такого места. Повторюсь, это не критично, но хотелось бы, чтобы мой корабль увидело как можно больше разумных. Даже не совсем так – как можно больше разумных должны увериться, что у меня есть корабль и что это именно он. Технические ангары, конечно, лучше, но и так хорошо.

– Едрить-колотить. Асока, кто тебе фингал поставил?

Бр-бр-бр… Даже стоя вплотную к девочке, я так и не понял, о чем она там бурчит.

– О-хо-хо, – повздыхал я. – Ты хоть отомстила?

– У-у-ух, – подняла она руку со сжатым кулаком. И даже погрозила им кому-то.

– Понятно. Ну что, сама наставникам сдашься, или будем ждать их прихода?

– Ну-у-у… – опустила она голову и шаркнула ножкой.

– Ясно все с тобой, – качнул я головой. – Что ж, будем ждать. И надеяться, что твои обидчики не сдадут тебя.

Я, вроде, уже говорил, но повторюсь – неудивительно, что в каноне ее не хотели брать в падаваны. И ведь добрая девочка, но до чего же импульсивная. А с началом войны и с приближением ее четырнадцатилетия, подобные потасовки стали происходить еще чаще.

М-да, война… Не скажу, что я не догадывался о ее скором приходе, но наступила она как-то неожиданно. Может потому, что мне было откровенно плевать на дату? Нет, ну правда, что мне с этого? Наплыв джедаев? Да он постоянно происходит. Пропажа Йоды? Ну, дык, а с чего бы ему постоянно сидеть в Храме? Я вообще не отслеживал события. Поначалу еще пытался следить за новостями, но что я помню из канона? Покушение на Амидалу. Но вот как раз новостей об этом в голонете и не было. Встреть я ищущего Камино Оби-Вана в Архивах, все бы стало понятно, но, блин, я ж там не днюю и ночую. Хоть и жаль. Вот уж кто прямо-таки создан для троллинга, так это он. Добрый, спокойный, со стальными нервами, истинный джедай, не поднимающий руку и голос на ребенка. И, вроде бы, не дурак, но такой наивный.

Вот еще интересно – по канону я этого не помню, но здесь и сейчас целая куча джедаев, тысячи, оказались против войны. И не просто против, а еще и отказались в ней участвовать. Так Совет даже ухом не повел – нет и нет, у нас хватает тех, кто согласен. В принципе, правильно. Кто-то же должен выполнять стандартные задания. А ведь сколько было в моем мире разговоров о фанатиках-джедаях, душащих несогласных с политикой Ордена… А у меня здесь порой складывается ощущение, что Орден – это не Орден, а так, группа единомышленников.

– А куда мы идем, Рейн? – спросила меня девочка после пары минут ходьбы по коридорам Храма.

– В зал симуляторов, – ответил я, после чего на всякий случай уточнил: – Корабельных симуляторов.

– Да ну-у-у их, – протянула Асока. – Лучше пойдем пофехтуем.

– Ты и так в этом хороша.

– Ага, конечно, – раздалось из-за моего плеча.

– Я серьезно, – обернулся к ней на ходу. – Твое фехтовальное искусство уже сейчас на высоком уровне и повысить его до получения падаванства все равно не успеешь. Пилот ты тоже хороший, – отметил я. – Но в связи с началом войны, как мне кажется, тебе лучше приналечь именно на это. И не на истребители, где ты особенно хороша, а на корабли покрупнее – корветы и фрегаты.

– Ерунда, – ответила она, слегка неуверенно. – Истребители еще ладно, но кто мне доверит управлять фрегатом?

– Ситуации бывают разные, – посмотрел я на поравнявшуюся со мной Асоку. – И если на истребителях, боюсь, практика у тебя будет частая, то вот более с крупными кораблями… – вздохнул я. – Короче, Шпилька, лови момент и тренируйся пока можешь, потом у тебя, скорее всего, времени не будет.

– Но зачем? – не сдавалась девочка. – Ведь…

– Достаточно одного случая, – прервал я ее, – чтобы отправить тебя на встречу с предками. Всего одного. И, согласись, будет обидно, если этот случай будет первым и последним.

– Ну да, – поежилась та в ответ.

– Асока… – начал я и замолчал, обдумывая, не рано ли. – Послушай меня внимательно, Шпилька. Уже очень скоро ты станешь падаваном.

– Но…

– Станешь, – прервал я ее. – И когда это случится, я уже не смогу тащить тебя за шкирку, тренировать второстепенные, как ты думаешь, навыки. Я тебя прошу, Шпилька, фехтование, Силовые техники, даже истребители – это все важно, но не забывай об остальном. Такие вещи, как, например, управление крупными кораблями. Хотя бы корветы. Тренируй все. Пусть по чуть-чуть, но тренируй.

– Не забуду, – произнесла серьезно Асока. – Я буду тренировать все, что умею. – И немного замявшись, дополнила: – Хотя бы по чуть-чуть.

– Вот и отлично, – кивнул я. – После симуляторов пойдем на курсы тактики космического боя. После чего настоятельно рекомендую тебе посетить курсы планетарного.

Совсем недавно в Храме появился новый урок. Свободного посещения. До этого у нас был только курс планетарного боя, он же тактика и стратегия, а вот космические сражения были представлены лишь боем в составе малых кораблей – истребители, канонерки и иже с ним. Нет, управлять нас учили и большими кораблями, а вот воевать только на мелочи. Ну, или защищаться от нее. И если на курсы планетарного боя я ходил уже не первый год, то вот с вторым приходилось справляться своими силами. Благо в Архивах можно найти и не такое.

А вот Асока, несмотря на мои увещевания, этим не заморачивалась, ей было банально не интересно. Даже в наших редких поединках с кланом Банты, где мы противостояли друг другу на симуляторах, она не участвовала. Кстати, редкие они потому, что мы всегда побеждаем, а кому понравится все время проигрывать. Даже странно, что они еще не бросили затею нас обыграть. С фехтованием, например, бросили. Собственно, как и мы с астрофизикой. Согласитесь, неприятно постоянно чувствовать себя идиотом.

Но самым интересным было еще и то, что моим образованием в плане космических баталий занялся еще и Страж Великого голокрона. Подгадав начало лекций с началом войны. Я еще и о наземных боях было заикнулся, но он ответил, что офицеры Антарских рейнджеров, которые ведут курсы на данную тему, более чем компетентны в данном вопросе.

Ко всему прочему, данный разговор был затеян с еще одной целью. Дело в том, что буквально через две недели, а они в этом мире пятидневные, без выходных, которые заменяют различные праздничные недели и месяцы, так вот, через десять дней у меня день рождения, а, соответственно, еще через чуть меньше чем два месяца днюха будет у Асоки. Четырнадцать лет, после которых падаванство ей будет закрыто. Вот и подбадриваю, как могу.

– Рейн! – помахал мужчина рукой.

– Привет, дядь Гаари, – улыбнулся я, подходя к нему.

С Проном мы встретились у основания лестницы, идущей от главного входа Храма.

– А ты все растешь и растешь, – сказал он, улыбаясь. Положил мне руку на плечо и немного сжал, обозначая приветствие. – Все еще брюнет?

Устал я от его подколок. Каждый раз при встрече одно и то же.

– Мне не нравится быть блондином, – произнес я, устало вздохнув.

– Но это же твой природный цвет волос! – возмутился он деланно.

– И чего? – Два слова, ставящие в тупик, наверное, в любом мире.

– М-м-м… – не сразу ответил Прон. – На блондинов девчонки ведутся. – Ха, такой простор для ответа. Ну, щас я ему… – Стоп, – не дал он мне ответить. – Замяли тему. Пойдем лучше. Ближайший уютный ресторанчик дожидается только нас.

Чуйка – что тут еще скажешь. В его деле без нее никак.

– Дядь Гаари, тут такое дело… впрочем, пойдем, по дороге все скажу. – И сделав пару шагов с лестницы, продолжил: – В общем, дело такое – мне дали отпуск. – Прон аж остановился от таких вестей. – На два месяца, – закончил я.

– Отпуск? – переспросил он после нескольких секунд разглядывания меня.

– Ну, технически это не отпуск, но как-то же надо обозвать…

– Да плевать, как это называется! – прервал меня мужчина. И на мгновение прикрыв глаза, произнес: – Дай уточню – у тебя есть два месяца, в течение которых ты можешь делать что угодно?

– Э… ты несколько неправильно поставил вопрос…

– Не придирайся к словам, – отмахнулся он. – У тебя есть два месяца, и ты хочешь слетать домой.

– Да, – вздохнул я.

– О-о-о-о… – протянул он, прикрыв глаза. После чего, бросил на меня взгляд и повторил: – О-о-о-о…

Я, если честно, не сразу понял, к чему это он, но Прон выглядел таким мечтательным в тот момент, что дошло даже до меня – родня. Вы только представьте, насколько они будут удивлены, неожиданно увидев меня, выходящего из корабля.

– Ты отсюда сразу домой, дядь Гаари? – вырвал я его в сей бренный мир.

– А? А, ну да, – перевел он на меня взгляд. – Заскочу на пару планет, но они как раз по пути. Недели за три долетим.

Сюда, помнится, добирались столько же, но при этом никуда не заскакивали.

– А недели за две можем управиться? – спросил я торговца. – Чтоб месяц на дом остался.

– Можем, – ответил он, хмыкнув. – Но тогда мне придется… нет, не получится, – закончил он, немного подумав. – Запланированные посещения очень важны.

Жаль. Просить его вернуться за мной, когда он завершит свои дела, слишком нагло. Сомневаюсь, что кому-нибудь может понравиться такой крюк. Покупать корабль только ради того, чтобы удивить родных… да и лететь на нем сквозь всю галактику в одиночку? Технически-то я справлюсь, но как-то это стремновато. Не по такому поводу, во всяком случае. А можно попробовать выбить пару лишних недель у Аэлори, но это тоже нагловато. И если Прона я, скорей всего, уговорю, то с главой корпуса Равновесия все не так определенно. Нет, к старому чагрианену я подходить не буду. Вдруг что-нибудь в будущем потребуется, не хочу портить его мнение обо мне. Какое бы оно ни было.

– Не судьба, значит, – вздохнул я. – Ну и ладно, две недели тоже неплохо.

– Скорей всего три, – улыбнулся мужчина. – Обратно тебя точно не я повезу.

– А кто? – полюбопытствовал я.

– Не знаю, – пожал он плечами. – Там сами разберетесь. Уж кораблик-то для этого твой отец найдет.

Улетал Прон через два дня вечером. За это время я предупредил о своей поездке всех… кого следовало. И больше всех, как мне показалось, расстроился наш пофигист Мики. Даже Тами отреагировала достаточно спокойно. Причем он этого даже не скрывал. Глядя на поникшую фигуру юнлинга, у меня аж мысля пробежала – а не попросить ли Аэлори взять Мики с собой? Тьфу, спиногрызы. Помню, когда мне было… не помню… Короче, было это до армии, и вот точно так же моя двоюродная сестренка, которой было тогда пять лет, выпрашивала сахарную вату. Поникла вся, смотрит грустно… то на меня, то на продавца ваты. Мелочь пузатая. И ведь добилась своего. Потом к нам подошли наши матери, и доевшая свою порцию девочка получила еще одну.

Нет уж, хрена, больше меня так не проведешь.

Пообщался с Йодой. Встретился с ним случайно в ангаре Дзика. Похвастался, что лечу домой и прикусил язык – с этого карлика станется запретить юнлингу покидать Храм, а скорей, навязать мне сопровождение. Но обошлось, слава богу. Чебуратор лишь покивал головой и заметил, что если что-то случится, отвечать за меня придётся мастеру Аэлори. В шутку попросил разрешения взять с собой Мики, на что этот гоблин ответил, что тогда отвечать кому-нибудь точно придется. Фух. Я на мгновение подумал, что он и правда разрешит. Надо заканчивать с приколами. Йода и сам тот еще приколист, ему над окружающими поиздеваться, что мне на пол Храма плюнуть. Ну, да будь иначе, это не было бы так интересно.

– Знаешь, юнлинг, – парой слов в спину остановил меня магистр. – Я разрешаю тебе взять с собой твоего друга.

Твою же ж душу мать.

– Ой, да ладно вам, магистр, – с виду беззаботно отмахнулся я от него. – Я ж пошутил.

– А я нет. Вместо экскурсии пойдет ему поездка эта, – облокотился он на свою тросточку с видом, будто вокруг благодать настала.

Оглядевшись в растерянности, вновь глянул на Йоду.

– Но, магистр… а если я не хочу брать с собой кого-либо?

– Волновать меня должно это? – Долбаный старый чебуратор. – Ответственность, юнлинг. Либо ее несешь ты, либо за тебя другие несут ее.

Это, типа, намек на сопровождающего? Блин… слов нет. Приколист мелкий, дошутился, называется. А и ладно – это же Мики, он мне такой артефакт забабахал, в двух экземплярах… заслужил.

– За что ж вы так мастера Аэлори, магистр Йода? – не удержался я.

– Кхм, – пожевал тот губами. – Если не сможешь позаботиться об одном ребенке, как обо всех будешь, перестраховщик юный?

– Вот уж кого это не должно заботить, – мой тон похолодел сам собой. – Доведя-то до подобного.

– Неудачны слова мои. Прости, юнлинг, – поник он немного. И переведя взгляд куда-то вглубь ангара, тихо произнес: – Сложна жизнь эта. Да и длится уж долго слишком.

– Пойду я, магистр.

– Ступай, – произнес он, с кряхтением поворачиваясь ко мне спиной.

У Дзика меня дожидались два дроида – один человекоподобный, серии LE, другой J9. Само собой, самых последних моделей. Ремонтный LE подарю дяде Раму – думаю, он придется ему в тему. А J9 – отцу, просто потому, что больше я и не знаю, кому его подарить. Дело в том, что изначально я не собирался покупать насекомоподобного J9 из-за того, что «Роше», фирма его создавшая, позиционировала дроида как протокольного – а в этом качестве он, если честно, так себе. Даже не так. Протокольный дроид рассчитан, прежде всего, на общение с разумными, а вот как раз это у J9 получается хреново. Потрясающие, как усирался Дзик, технические параметры и совершенно убогое исполнение. «Жужжащий» голос, безынициативность, «безэмоциональность», совершенно пофигистический взгляд на жизнь… Не, протокольный дроид из него никакой. Зато реально могучие «мозги» позволяли ему заниматься чуть ли не любой работой, начиная от уборщика и заканчивая военным тактиком. Как заявил Дзик, когда-то, когда его только выпустили, он стоил бешеных денег, но при этом единицы прочухали, что за чудо впихнули в него насекомые Верпина, и товар провалился в продажах. Его еще продают, но цены, при этом скакнули вниз чуть ли не на порядок. Только из-за этого и из-за советов Дзика, я и купил эту машинку.

– Ладно, Дзик, – обнял я лысого техника. – Бывай. Увидимся через два месяца.

– Осторожней будь, малыш, – похлопал он меня по спине. – Война, и все такое.

– Обязательно. Ли, хватай ящик и за мной, – обратился я к ремонтному дроиду. – Джей девять, ты тоже.

Мики уже ждал меня у выхода из Храма. Все такой же невозмутимый и слегка отрешенный. Если бы не видел, как он буквально засветился, когда я ему предложил лететь со мной, может и поверил бы, что ему пофиг на будущую поездку. А вот Тами, когда узнала, что я беру кого-то, но не ее, с собой, устроила мне сущую истерику с «битьем посуды». Пришлось напирать на то, что Мики старше, уроков у него меньше, а значит и свободного времени больше. Короче, успокоил, но прощен не был.

Заранее заказанный полугрузовой спидер ждал нас на общественной парковке, находящейся у подножия храма. Можно было бы, конечно, общественным транспортом добраться, но уж больно хотелось мне оказаться побыстрей на корабле Прона. Не подумайте чего плохого, никто мой отпуск у меня не заберет, просто банальное нетерпение.

На частную стоянку кораблей, где обитал Прон, мы прибыли часа через два. Неожиданно долго летели, как по мне. Все-таки Корусант не хилого такого размера, и настолько далеко от Храма я еще не забирался.

Прон уже поджидал нас у трапа своего корабля, видимо, через внешние камеры засек наше прибытие. И смотрит так удивленно… Ах ты ж черт, я ведь не связывался с ним и не говорил о дополнительном попутчике. А и ладно, ерунда.

– Привет, дядь Гаари, – махнул я ему рукой на подходе к кораблю. И уже подойдя, представил Мики: – Вот, знакомься – этого парня зовут Мики Джанрева, – указал я на мальчишку. – А это мой дядя, Гаари Прон. Именно он и повезет нас до дому.

– Э-э-э… привет, Мики, – разродился торговец.

– Приветствую, господин Прон, – поклонился парень.

– Ага, – почесал тот макушку. – Только давай не так официально. «Дядя Гаари» мне будет вполне достаточно. Хм… да… ну что, забирайтесь, – широким жестом указал он нам себе за спину.

Корабль Прона выглядел как огромный кирпич. И главное слово в этой фразе – «огромный». А вот внутри было на удивление тесновато. Тесные коридоры, отодвигающиеся в сторону небольшие двери, скромная кают-компания. Понятно, что все относительно, и мы не протискивались по коридорам, но в сравнении с теми кораблями, на которых я бывал до этого, здесь было именно что тесновато. Похоже, основная часть корабля – это его трюм. А учитывая, что Прон – контрабандист, скорей всего, кроме основного грузового пространства, на его корабле есть и скрытое.

– А ты что, – спросил я мужчину, оглядывая кокпит корабля, – так и летаешь в одиночку?

– Ну да, – сел он на место пилота. – Как-то так получилось. Сестра на моем старом корабле, а я на этом, – начал он предстартовую подготовку. – Да вы садитесь, – махнул он нам с Мики на свободные кресла. – Что на ногах-то стоять?

Такое впечатление, что из-за Мики говорливый Прон ровно в два раза уменьшил свою болтовню. Никакого стеснения не ощущалось, но и поговорить за жизнь тоже не выходило. Ну, думаю, это со временем пройдет. Надо с мужиком поговорить насчет парня, а если конкретно, то о доверии к нему. Если уж он про мины, заложенные в коридорах храма, все это время молчал, то и остальное потянет. В меру, конечно.

В общем, так мы промолчали, пока Прон выводил корабль в около-планетарное пространство и готовил его к прыжку в гиперпространство. А я на практике убедился, что отношения «пилот – диспетчер» гораздо менее формальны, чем то, с чем мы имели дело в залах симуляторов Храма. Там у нас царствовала уставщина.

– Прием, БК. Борт 98845273KF «Безумный банта» запрашивает коридор для гипер прыжка.

– БК-676 запрос принял. Ожидайте, «Безумный банта». – И через пару минут: – «Безумный банта», это БК-676, координаты коридора высланы на ваш компьютер. Удачного полета.

– Принято, БК-676. Спасибо.

И все. Это вам не долгие бла-бла-бла, которые мы отрабатывали на симуляторах.

– И что, – спросил я, не удержавшись, – с диспетчерами всегда так просто?

– Нет, конечно, – усмехнулся Прон. – Везде по-разному. Но это Корусант, тут поток кораблей такой, что если к каждому обращаться по протоколу…

– Я понял – они все просто встанут.

– Не совсем так, но смысл ты уловил, – кивнул мужчина. – Тут даже наем дополнительного персонала не поможет – коридоров-то для кораблей больше не станет.

Полет выдался скучным. Три недели все, что мы делали, это оттачивали приобретенные в Храме навыки. Понятно, что уж лучше так, чем все это время, скажем, от пиратов убегать, но я-то рассчитывал на нечто другое. И не спрашивайте, на что – сам не знаю. Но для себя я решил – лавры авантюриста, по типу Хана Соло, явно не для меня. Провести полжизни в космосе меня не прельщает. Хотя… если кораблик будет побольше… Не, путешествие ради путешествия – это не для меня. Дни и недели бороться со скукой? Всю жизнь? Ради пары дней приключений раз в полгода? Не вижу тут никакой романтики. Прон, кстати, тоже не видел и рассказывать мне про «свободу меж звезд», «лечу куда хочу», он не стал. А на вопрос, зачем же он занимается этим всю жизнь, и как он еще с ума не сошел, ответил:

– Я просто ждал своего шанса, малыш. Зарабатывал и ждал шанса.

В прошедшем времени сказал, заметьте.

– А если бы вы его не нашли? – спросил я его тогда.

– Ну, – закинул он руки за голову, сидя в кресле пилота. – Подготовил бы платформу для своего потомства.

Помолчали.

– Как-то не очень определенно, – заметил я.

– Знаешь, – заговорил он, глядя в никуда, – я ведь был знаком с твоим прадедом. Он частенько подкармливал нашу компанию печенюшками.

– Компанию? – спросил я, так как Прон замолчал, видимо, вспоминая прошлое.

– Ну да. Я, твой отец, твой дядя Рам… Галил уже тогда больше со своими растениями возился. Баск, его ты точно не знаешь, Джина, Умар… светлая ему память. Джага, Бир, Тонани… Ну и Дисани – сестренка вечно за нами хвостиком бегала. И, пожалуй, единственная, кто не мечтал тогда свалить с Пзоба, почувствовать ветер странствий и приключений. И знаешь, твой прадед частенько нам повторял – «не торопитесь». Мол, не для того они, старшее поколение, столько ждали, дабы дать нам шанс, чтобы мы свернули где-нибудь по глупости голову. Понимаешь, – обернулся он ко мне, – они поколениями ждали, копили деньги, связи, ресурсы, развивали планету… а ведь им тоже по молодости хотелось… – покрутил он рукой. – Всякого. Но они просто жили, надеясь, что будущее поколение воспользуется своим шансом, опираясь на то, что они успели скопить.

– Так цель-то какая? – Не в бровь, а в глаз, Мики.

– Как это, какая? – обернулся к нему Прон. – Делать то, что тебе по душе, а не хоть что-нибудь.

Прон – это Прон. Думаю, у моего отца «цель» будет другой.

Три недели. Даже запланированные остановки на планетах разочаровали. На первую торговец нас не пустил. Вообще из корабля не выпустил. Как он сказал: «Я здесь слишком часто бываю, чтобы оставлять такой яркий след – два ребенка, одетые как джедаи». А остальные две планеты… обыденные они какие-то. Мы с Мики, конечно, прошвырнулись по городу, близ порта, но там не было ничего такого, чего я не видел на Корусанте. Разнообразия рас меньше, это да, а так…

Выход из гиперпространства мы встречали в рубке управления. Прон, само собой, в кресле первого пилота, я в кресле второго, а Мики в кресле оператора связи. Всего пару минут и я, наконец-то, увижу родную планету. Три, два, один… Эффект размазанных звезд исчезает, корабль выходит в обычное пространство, но по инерции еще пару мгновений летит со скоростью, не доступной ни одному движку галактики. А на обзорном экране появляется зелено-голубой Пзоб.

– А мы не слишком близко от планеты вышли? – спросил Мики.

– Ну уж дома-то я могу пофорсить? – делано возмутился Прон.

Я же смотрел на планету и пытался успокоить стучащее чересчур быстро сердце. Дом. Все-таки джедаи не смогли обратить меня в свою веру и дом для меня важнее Ордена. Ого!

– Дядь Гаари… – тыкнул я в обзорный экран пальцем.

– М? – оторвался он от пульта. – А, это. «Огненная звезда». Орбитальная оборонительная станция. Их здесь две штуки, вторая с другой стороны. А во-он та-ам, – показал он левее, – висит «Голан-1». Джина все же выбила ее у твоего отца. Ей, конечно, лучше знать, но как по мне, соглашусь с Умиком – уж больно она дорогая, зараза.

– А как так получилось, – спросил я его, – что тетя Джина командует… э-э-э… военными силами?

– Постой, – глянул он на меня. – Я что, не говорил?

– О чем?

– Так Джина же командир нехилого такого отряда наемников.

– Тетя Джина? – приподнял я брови. Слегка.

Краснокожая, веселая тви'лека, вечно подначивающая окружающих ее мужиков? Больше похожая на танцовщицу, чем на воина? Не скажу, что я знаю ее очень хорошо, ту же тетю Шу я знаю лучше, но Джина не пропустила, кажется, ни одного моего дня рождения, да и так заглядывала постоянно. Я, если честно, вообще думал, что она живет где-то в городе. А раз так, получается, что я ошибся – вряд ли командир наемников может иметь постоянное место жительства.

– Неожиданно, да? – усмехнулся Прон. – Наверное, даже хорошо, что я тебе ничего не говорил раньше. Не увидел бы твою физиономию сейчас.

– То есть, – не обратил я внимания на его слова, – отец нанял ее отряд?

– Не, – вернулся мужчина к пульту управления. – Она вернулась домой навсегда. Ну и людей своих с собой захватила.

– Круто… А что, отряд большой?

– Хм, – задумался он на мгновение. – Немаленький. Был. Теперь-то побольше. Умик их нехило подогрел кораблями и вооружением. Кхм. Точнее не их, а отряд сил самообороны планеты Пзоб. Теперь уже.

– А большие корабли у них есть? – не отставал я от него.

– У нас, – поправил меня Прон. – И отстань уже. Не видишь, я занят?

– Ну, дядь Гаари…

– Я не знаю, что ты имеешь в виду под «большим кораблем», – вздохнул он.

– М-м-м… – задумался я ненадолго. – Больше трехсот метров.

– Да как бы… – глянул он на меня задумчиво. – Короче, есть.

– Круто.

Люблю большие корабли. К черту эти фрахтовщики. Может попытаться отжать один?.. Тьфу, куда-то меня не туда понесло.

– Вон, кстати, – махнул рукой Прон. – Один из, хех, больших кораблей.

– Где? – глянул я в сторону, кода показывал Прон. И правда, виднеется небольшой, с такого расстояния, кораблик. – Кру… – начал я. – Стоп. Это ж корабль КНС.

– Ну да, – пожал плечами мужчина и, покосившись на Мики, закончил: – Фрегат типа «Щедрость». У нас их четыре штуки. Шу, по блату, помогла достать.

М-да, и как я мог забыть. Представьте мое удивление, когда, после начала войны, я, интереса ради, глянул, кто там руководит КНС. И да, увидел там Шу Май. Закармливающую меня сладостями тетку Шу.

– А она… – запнулся я, глянув на Мики. А тот глянул на меня. – Она знает про предсказание?

– Хм. – Еще один взгляд на Мики, но уже от Прона. – Подозреваю, что она узнала об этом сразу после твоей матери. Сам-то я был посвящён среди последних, но что-то подсказывает мне, что это так.

– Может то, что они подруги? – усмехнулся я.

– Очень может быть, – улыбнулся торговец.

Мики надо об этом рассказать. Он парень спокойный, глупостей делать не будет и, если что, как с теми минами, поможет.

Уже будучи на орбите планеты, задал Прону вопрос:

– А тут что, совсем никакого контроля полетов нет?

– Ха! – воскликнул он самодовольно, но глянув на меня, все же пояснил: – Конечно, есть, просто у меня высший код допуска, работающий в автоматическом режиме. Где хочу, там и летаю, причем почти незаметно.

Чем ближе мы приближались к планете, тем труднее мне было усидеть на месте. Надеюсь, хоть лицо удержать получается. Понимаю, что это все ерунда, но вот не хотелось мне выглядеть как безумный ребенок. Даже странно, что меня настолько сильно распирает.

Как заметил Прон, когда мы были в плотных слоях атмосферы Пзоба, мой отец в данный момент может быть где угодно: и дома, и на одной из боевых станций, и на месте добычи руд, и на одном из кораблей наших вооруженных сил. Зато моя мать, с высокой долей вероятности, сидит на планете, именно поэтому мы сейчас направлялись ко мне домой. Благо, пару лет назад рядом с ним оборудовали площадку для малых кораблей и нам не придется добираться полчаса до него от города.

– Ну, вот мы дома, – произнес Прон, заглушая двигатель. Из обзорного экрана был виден дом, часть мастерской отца и двое малышей, бегущих в нашу сторону. – Твои брат с сестрой, – кивнул он на них, отключая системы корабля.

– Да уж понял, – ответил я медленно, разглядывая детей.

Мальчик и девочка, оба брюнеты. Девочка в платье, мальчик в штанах и рубашке, и все это синего цвета. Разобрать что-то более детально отсюда проблематично. Ну, не беда.

– Пара минут, и я закончу, – сказал Прон, нажимая на кнопки и переключая тумблеры.

– Мы тогда на выход двинули. Пойдем, Мики. И смотри мне, не пугай детей.

– Что? – удивился тот.

– Шучу я, шучу. Пошли уже.

Прон, как и обещал, появился у трапа через две минуты, сходу нажав открытие оного. Я же в этот момент был готов прибегнуть к Силе, чтобы он быстрей опустился. И вот, когда трап опустился примерно на метр, туда протиснулась голова огромной кошки. Кота, как я осознал в следующее мгновение. Сразу он протиснуться не смог и лишь скребся лапами по внутренней части трапа, но всего лишь секунда, и еще немного опустившаяся створка, наконец, позволила ему проникнуть на корабль и черной молнией наброситься на меня.

– Бейн, скотина, – прохрипел я. – Ты ни хрена не пушинка, слезай с меня уже.

А тот лишь терся о мои щеки своей головой и мурлыкал. Вы когда-нибудь слышали как мурлыкают большие кошки? Это, я вам скажу, не для слабонервных. Больше похоже на рычание, чем на мурлыканье.

– И ведь не показывался, пока я в рубке был, – проворчал Прон.

В общем, спихнуть мне его с себя удалось, но отходить дальше, чем на метр, он был категорически не согласен. Создавалось впечатление, что крутящийся у моих ног чешуйчатый черный кот, размером с крупную пантеру, только и ждал момента, когда я споткнусь об него, чтобы опять прижать меня своим телом к земле.

Но это было чуть позже, а в тот момент я все же сумел принять сидячее положение и начать почесывать, гладить и мять крутящегося на спине котяру.

– Как же я рад тебя видеть, черномазый, – чесал я ему складки на шее.

– Кхм, – подал голос Прон. И глянув на него, заметил, как тот кивнул мне в сторону выхода из корабля.

А там стояли два пятилетних ребенка, от которых буквально разило любопытством и немного смущением. Брат с сестренкой. Мне даже не надо было видеть то, как они похожи на мать, чтобы знать о нашем родстве. Я просто чувствовал их эмоции, что уже говорило о многом, если не обо всем.

Энош и Лиза Дакари – мои брат с сестрой. Маленькие близняшки пяти лет от роду. Они и правда были очень похожи на брюнетку мать, в то время как я больше пошел в блондина отца. Силу я в них не чувствовал, но при моей чувствительности это говорило лишь о том, что если она у них и есть, то где-то на среднем уровне. Помедитировав рядом с ними, мог бы сказать больше, но так ли это важно? Сейчас, во всяком случае?

– Ну что, малышня… Бейн, отвали… Будем знакомиться? – И, присев рядом с детьми на корточки, произнес: – Меня зовут Рейн, а вон того парня – Мики.

– Лиза, – первой представилась девочка.

– Энош, – произнес вслед за ней мальчик.

– Дайте уже обнять вас старшему брату, мелкие.

Что я и проделал с вспыхнувшими смущением детьми.

Какие же они маленькие и хрупкие. А еще милые в своих эмоциях. Кхм. То есть я, конечно, не люблю спиногрызов, но уж брата с сестрой как-нибудь потерплю.

Когда пошли в дом, попросил детей молчать, дабы сделать матери сюрприз. По их лицам было видно, что ничегошеньки они не поняли и зачем это нужно не догнали, но помалкивать обещали. Мама нашлась в гостиной. Сидя ко мне спиной, она просматривала голограмму с какими-то графиками. Когда мы все зашли в помещение, она как раз взяла в руку чашку, и перед тем как пригубить ее, скучающим голосом спросила:

– Как долетел, Прон?

При этом она даже не оглянулась. Вот только торговцу в тот момент было не до ее стервозности, точнее, ему было на это плевать. Он готовился к этому моменту три недели и сейчас стоял рядом со мной с записывающим обручем на голове. Типа, камера. Для потомков, ага.

– Привет, мам. А чем это ты занимаешься?

Увы, я не смог придумать более оригинальные слова, но мне, в принципе, и их хватило. Первое, что я успел уловить на ее лице и в эмоциях, было удивление. Мимолетное. После чего последовала прострация – лицо застыло, а в душе… она реально подзависла. Даже кружка, выскользнувшая из руки, не смогла обратить на себя ее внимание. Медленно встав, медленно подойдя ко мне, она так же медленно обняла мое бренное тельце и, кажется, только после этого осознала, что я ей не мерещусь. Как я понял? Ну, не считая эмоций, те самые объятья постепенно начали сжиматься все сильней и сильней.

– Мам, ты меня сейчас задушишь.

– Рейн… сыночек…

Ну, ёк-макарёк, вот и слезы появились. Какая огромная разница между тем, когда она навещала меня на Корусанте и сейчас. Две-три недели полета и моральной подготовки против такой неожиданности. Плюс, стоит учитывать страхи родителей, что я могу не захотеть возвращаться, а тут на тебе – сам прилетел.

Потом мне снова устроили знакомство с братом и сестрой. Гораздо более обстоятельное. С улыбками, смехом и тисканьем, слава богу, не моим. Заодно и я познакомил всех с Мики. В общем, я не удержался. Хотел, было, попросить отца позвать всю родню на обед, скажем, где и раздать подарки, но… не удержался. Энош и Лиза прямо-таки напрашивались подарить им что-нибудь, я и подарил. Сгонял на корабль, вывел дроидов с ящиком, откуда и вынул пару металлических дисков с вкраплением кристаллов. Эти два артефакта создал Мики, при моем активном участии в качестве генератора идей. На большее я, к сожалению, не способен.

– Держите, мелкие, – присел я перед ними на корточки. – Это мой вам подарок, как старшего брата-джедая. Видите камешек в центре? Потрите его пальцем. – Что они и проделали на пару.

Примерно секунду ничего не происходило, как раз достаточно времени, чтобы взять диск поудобней и наблюдать, как на его поверхности загорается синее пламя и захватывает всю площадь диска. Пара секунд, и часть огня приобретает форму двух человек, сражающихся на световых мечах. Эношу достались два меча против посоха, а Лизе большой меч против двух гвардейских шото – этаких полицейских дубинок моего мира, где из более длинной части «дубинки» и выходил короткий световой клинок.

Понаблюдав за детишками, удовлетворенно кивнул – судя по их загипнотизированному взгляду, игрушки пришлись им по вкусу. Можно было бы и технический вариант заказать, но тогда, боюсь, они уже через пару месяцев затерялись бы где-нибудь под кроватями детей, а так может и на годы хватить. Это ж артефакт! Как не пофорсить перед знакомыми в будущем?

А потом я вспомнил, что хорошо бы и отца увидеть. Он, по словам матери, находился сейчас на одной из станций, где они с Шу Май и Джиной пытались решить, что бы еще отжать у КНС. Понятно, что по блату и безопасно для себя. И чтобы это приносило пользу, а не висело мертвым грузом на нашей экономике, дожидаясь лучших времен. Само собой, мама тоже хотела посмотреть на отца, когда тот неожиданно увидит меня – не все же одному Прону веселиться?

– Умик Дакари, если ты и Шу немедленно не вернетесь домой, – закончила мать десятиминутные просьбы посетить отчий дом, стараясь при этом не выдать моего присутствия, – я разозлюсь.

Веско так сказала. Даже я, стоявший так, чтобы не попасть в зону действия голокамеры, проникся. А ведь мой ей подарок все еще в ящике. Что будет, когда она оденет небольшой артефакт в виде кулона, пусть и слабо, но все же воздействующий на ментальном уровне, распространяя вокруг себя угрозу по желанию пользователя, я даже не представляю. Черт меня дернул подготовить ей именно такой подарок. Хорошо хоть, на одаренных он не действовал – уж больно маленькое воздействие, чисто семейное.

Припечатав отца, Сана Дакари даже и не собиралась слушать его ответ, а сразу отключилась. Женщины.

– Как-то ты резковато, мам, – заметил я осторожно. – Он точно прилетит? Ты только не злись, но я после подобного точно бы сначала закончил со всеми делами.

– Прилетит, – фыркнула мать. – Куда он денется? А ты… – прищурилась она, я аж подобрался. – несомненно прав. Жену надо держать в строгости. Ты, главное, мать подобным не обижай.

Двойные стандарты в действии.

Отец, и правда, прибыл домой буквально через полчаса. Весь из себя раздраженный, он вошел в комнату, и первым, кого увидел, был Мики. В джедайской робе, напомню.

– Это что… – начал он удивленно.

– Это мой друг, – подал я голос из другого конца комнаты.

Он обернулся. Удивление, непонимание, осознание и, кажется, опасение, что ему это мерещится.

– Рейн? – Осторожный такой вопрос.

– Во всем своем великолепии, – развел я руки в стороны.

А ведь с мамой мы хотя бы виделись, а отец помнит меня четырехлетним карапузом. Это не считая моих голописем.

Медленно подойдя, не обращая внимания на Прона, который все записывал у меня из-за плеча, он так же медленно положил руки на мои плечи. И сжав их, произнес:

– Вживую… – сглотнул он. – Вживую ты выглядишь гораздо более представительно. – И не удержавшись, видимо, все-таки обнял меня. – Сын…

В этот момент в комнату вошла маленькая, хотя они все маленькие, представительница расы госсамов. Голубая сморщенная кожа, лицо, смесь динозавра с рыбой, длинная шея с этими ее вечными кольцами, похожими на пружину… В целом, ее типаж сильно напоминал злодейский, но лишь для посторонних. Я ее знал как тетку Шу, которая с каждым приездом обязательно привозила мне каких-нибудь экзотических сладостей, лучшую подругу матери и жуткую патриотку своей планеты.

– Смотри не раздави его, Умик, – проскрипела она своим голосом, подойдя к нам, после чего, этак по стервозному, постучала ладонью по ноге отца. Мол – давай-давай, вали отсюда. – Вот ты и вырос, мальчик, – произнесла она, когда отец разжал объятья. – Джедаем стал, – оглядела меня с ног до головы. – Будешь теперь ловить старушку Май.

– Ну какая же вы старушка, тетя Шу? – усмехнулся я. – В самом рассвете сил и красоты.

– Подхалим, – скрипнула она и усмехнулась. – Ну-ка, присядь, дай и мне тебя обнять.

Шум, гам, Бейн, крутящийся под ногами. Кто-то связался с остальной родней, и все шустро примчались к нам домой. Рам Дакари с женой и детьми, Галил Дакари с женой и детьми, родители тех жен, их братья, сестры, дети братьев-сестер. Друзья братьев, жен, родителей, родни жен… И Бейн, словно призрак, то там, то тут.

Встретился с поминаемой не раз Джейн. В принципе, память говорила, что мы с ней встречались, но по-настоящему познакомились только теперь. Джина оказалась краснокожей, офигительно сексуальной тви'лекой неопределенного возраста. Так глянешь – девчонка, этак – тетка. Но учитывая, что она гуляла в компании отца и Прона в детстве, склоняюсь к тому, что они ровесники. Плюс-минус пара лет.

Что еще о ней можно сказать? Единственная, кто разгуливал по дому с бластером на поясе. Даже Прон, и тот оставил оружие на корабле. Веселая. Любит пошутить как над окружающими, так и над собой. Троллит младшего брата отца, Галила. Минут пять приводила даже для меня дурацкие доводы того, что джедайская пшеница – отстой. А когда Галил, наконец, сумел вставить слово, тактично отступила, предоставив слушать возмущенный спич фермера окружающим. Со мной тоже пыталась провернуть нечто похожее, жалея бедного меня, что я попал к этим чудовищам-джедаям. Но у меня иммунитет. После нескольких лет знакомства с троллем нереального уровня по имени Йода, мне на эту шмакодявку плевать. Помнится, чебуратор как-то пригласил меня пообедать с ним… и было это жестко, народ. То, чем питается Йода, страшно вспоминать, а мне тогда нужно было как-то съехать, дабы избежать применения той пищи во внутрь. И ведь не пошлешь старика – восемьсот лет, грандмастер, дикий авторитет… Я тогда крепился только из-за разговора – думал, что-то серьезное, ан нет. Два часа болтовни ни о чем, и в конце – «Ступай, юнлинг. Сон здоровый важен слишком». Скотина зеленая.

Так что эта малолетка краснокожая, относительно Йоды, конечно, что комар – жужжит, раздражает, но не более.

Спонтанный праздник продолжался двое суток, пока гости не начали разъезжаться и, самое главное, не возвращаться после этого. До родителей, наконец, дошло спросить меня, на сколько я прилетел. Расстроились, конечно, но тут ничего не поделаешь – удалённость от центра галактики, как и от галактических маршрутов – это не только плюс, но и минус. Хотя то, что они находят в этом плюс, уже удивительно. Как по мне, если бы не знание будущего, были бы одни минусы.

Ну да ладно. Шухер от моего появления закончился, народ успокоился, разъехался по домам, подарки я все раздал, можно, наконец, уделить все свое время семье.

– Слушай, Рейн, – обратился ко мне отец, крутя в руках черный кристалл, неизвестного происхождения. Тот самый, что я ему подарил. – А сколько у тебя займет времени создание светового меча?

– Месяц минимум, – ответил я, роясь в инструментах гаража. Процессоры с матрицей личности, которую когда-то создал, я привез с собой, а вот собирать дроида хотел именно здесь, чтоб, значит, отец видел все это своими глазами и гордился. – Но тебе ведь не нужен меч, созданный чисто под меня, так?

– Да, – кивнул он, оторвавшись от камня. – Мне хватит и чего-нибудь типа тренировочного. Я, к сожалению, и такой не смогу сделать.

– Ну, – распрямился я, потянувшись. – Предположим, за оставшееся время можно и получше тренировочного сделать, но смысл я понял. Какой кристалл использовать?

– Этот, – показал он мне свой подарок.

– Пап… Черный кристалл – это, конечно, интересно, но мы же не знаем его характеристики. Может из него хрень, а не меч получится.

– А мне и не нужна супер-пупер световая палка, – хмыкнул он. – Мне ей не пользоваться.

– Но…

– Просто сделай, ладно? – прервал он меня. – Порадуй отца.

– Как скажешь, – пожал я плечами. – Но почему этот? Давай возьмем что-нибудь более распространенное. Да хотя бы из нашей пещеры, – махнул я головой за спину.

– Он необычен… да. И его привез ты… Короче, не лезь к отцу в душу, – засмущался он слегка. – И забабахай мне световой меч.

– Лады, – пожал я опять плечами. – Как скажешь.

– Отлично. Держи, – кинул он мне кристалл. – А пока, как ты смотришь на то, чтобы прошвырнуться по станциям? Нужно же мне похвастаться, чего мы тут достигли. – И вздохнув, дополнил: – Благодаря твоему пинку.

– Ну как? – спросил меня отец, кивая на обзорный экран своего системного шаттла. – Красавица, правда?

Не знаю даже. Станция как станция, вся из себя квадратная, с обилием прямых углов.

– Ничего так, – ответил я ему. Не говорить же, что мне пофиг.

Но что-то он, видимо, в моем тоне заметил.

– Орбитальная станция класса «Огненная звезда»! Да, броня не очень, да, орудия жуть какие косые, но несколько сотен истребителей нивелируют все эти минусы. Это отличная станция! Мики, скажи ему.

– Э… я… – выдал не ожидавший подобного мальчик.

– Видишь? Даже Мики со мной согласен, – кивнул удовлетворенно отец.

– Хм, – почесал я нос. – Ну, раз уж Мики подтверждает… И сколько у нас таких?

– Две штуки, – ответил отец. – И вон там, отсюда не видно, висит Голан-1. Гораздо более современная, если сравнивать со «Звездой», станция, но эта мне нравится больше.

– Она дешевле, – заметил Мики.

– Я не жмот, – быстро и как-то привычно ответил отец. – Просто так получилось.

Такое впечатление, что его всем миром убеждают купить тот самый Голан-1, а он отбивается нехваткой финансов.

– Вау, – произнес я на подлете к станции. – Это ведь фрегаты КНС? Тип «Щедрость»?

– Они самые, – кивнул отец.

Медленно и величественно в нашу сторону шли два фрегата, обходя станцию по обоим сторонам.

– А в реальности они более… крупные, чем кажется.

– Восемьсот пятьдесят метров, как никак, – хмыкнул Умик. – Чего ж ты хотел?

Помнится, когда-то читал, что эти вот фрегаты КНС нехило отхватывали от кораблей Республики и могли противостоять им только втроем-вчетвером. Но, боже ж ты мой, одно дело где-то когда-то читать, а другое – видеть эти махины своими глазами. И пусть они изначально всего лишь гражданские инкассаторы, когда такая дура пролетает рядом с тобой, сверкая главным калибром в носовой части, это, блин, внушает.

– Круто. – Хочу себе такой же. – А что еще из крупняка есть?

– Хе-хе, нравятся большие корабли? – хохотнул отец.

– Не без этого, – кивнул я.

– Настолько же больших больше нет, но есть четыре крейсера типа «Алмаз». Длина – двести метров, ширина – пятьсот. Так себе кораблики, зато быстрые.

А-а-а… видел, видел. Этакие скаты полукруглые.

– И зачем они нам, если и правда так себе?

– Халява, – пожал плечами отец. – Нам их Шу продала по цене металлолома. А уж настолько дешево, ты мне поверь, «Алмазы» не стоят. Понятие «так себе» довольно многогранно.

– А каких кораблей у нас больше всего? Не считая истребителей, – задал я очередной вопрос.

– Кореллианский «Гозанти». Официально легкий крейсер, а по факту – корвет от силы. Но корабль весьма хорош. Почти сорок два метра брони и вооружения. Движки никакие, но чем-то кореллианцам пришлось жертвовать, дабы им разрешили их производить.

– Ну… – заметил я осторожно. – Движки можно заменить.

– От пятидесяти до ста тысяч, – кивнул отец. – Учитывая, что корабли мы брали подержанные, двигатели нам обошлись по цене, а то и дороже, самих корветов. Зато теперь они не один год будут держать уровень в своем классе. Двадцать штук их у нас, кстати. И я склоняюсь к тому, чтобы взять еще. Хм, столько же. Мы сначала восемь «Перехватчиков» купили, тоже кореллианских, но цена-качество… – покачал он головой. – Проще двух «Гозанти» на одного «Перехватчика» взять оказалось. Были б они подешевле, а так… – скривился он под конец. – А вообще, Шу к нам по поводу кораблей и прилетела. Что-то они там новое создали. Крупное, – покосился он на меня с улыбкой.

– Ну же, малыш, – подначивала меня Джина, пока мы ждали тетю Шу и маму в одной из кают-компаний станции. – Покажи что-нибудь. Неужто все эти ваши джедайские штучки – просто фокусы?

Что-то дамы задерживались. Отец успел показать мне «Огненную звезду» и «Голан-1», свозить меня на рудодобывающую станцию и вернуться обратно на «Звезду», а женщин все нет и нет. Последние пару часов я «виртуально» знакомился с флотом нашей маленькой фирмы, весьма некислым, отмечу, пока меня не нашла тви'лека и не прицепилась со своим «покажи». Я сначала отнекивался, поскольку было лень, а потом просто закусил удила, уж больно достала меня эта наемница.

– Фокусы это, фокусы, – отмахнулся я от нее, лежа на одном из диванов кают-компании.

– Да ладно тебе, уверена, хоть что-нибудь, но вы можете.

– Не можем.

– Ну хоть фокус тогда покажи.

Может было бы проще показать? И отца рядом нет – он сейчас в ангаре, дожидается маму, которая вот уже минут сорок «на подлете». Скорей бы уж они пришли.

– Я же юнлинг, я и фокусов никаких не знаю, – ответил я, прикрыв глаза.

А Мики спит. Свернулся калачиком на другом диване и в ус не дует. Интересно, на кого мама близняшек оставит? Опять какой-то мамаше не повезет?

– Рейн… – зашептала она мне в самое ухо. И ведь незаметно как подобралась. – Покажи мне, на что способны… джедаи.

О-о-о… сколько всего я хотел ответить на этот сексуальный шепот, но я ведь маленький тринадцатилетний мальчик. А она еще и навалилась на меня своей грудью. Даже жаль, что это всего лишь ее шутка. Уж я бы забыл про свой возраст.

– Вы тяжелая, тетя Джина. Вам бы на диету сесть.

Грубо, конечно. Но и она пользуется отнюдь не разрешенными приемами.

– Что-о-о?! – вскинулась женщина. – Это я-то жирная?! – сам себя в ловушку загнал. И вот что мне ей говорить? Извиниться? Дальше гнуть линию «толстушки»? А пофиг, вообще ничего не буду говорить. – Эй! – пнула она меня по ноге. – Ну-ка отвечай на вопрос – я толстая?

Даже джедаи знают, что такое раздражение. А когда меня пнули еще раз, это самое раздражение вспыхнуло особенно ярко, и меня переклинило. Открыл глаза, посмотрел на нее, потянулся через Силу, «дернул». В одно мгновение верхняя одежда стоящей передо мной женщины крупными кусками разлетелась по всему залу. А сама Джина, как стояла, уперев руки в боки, так и продолжила стоять, но уже в одном нижнем белье. Белом. На красной коже. Сексуальненько.

– Нормально у тебя с фигурой, – произнес я, осмотрев тви'леку с головы до ног.

– М-да, – опустила она глаза, разглядывая свои ноги. – Знаешь, парень, я, может, и ответила бы на твои заигрывания, но замечу, что даже для меня ты еще слишком молод.

И ни грамма смущения. Классная тетка.

– Джинджа'лолис ТормАлана лиа! – раздался сердитый голос матери со стороны дверей. – Твои выходки переходят всякие пределы!

Ёпт. Пападос.

– Я как знал, как знал… – раздался с той же стороны, голос Прона.

– А ну выключи камеру, идиот! – Это опять мама.

– Да ладно тебе, Сана, – провела Джина ладонью по телу. – Мне нечего стесняться.

– Р-р-р-р…

Офигеть. Не знал, что моя матушка может так рычать. Мне даже расхотелось смотреть в ту сторону. Может, если прикрыть глаза, прокачу за спящего? А вот Мики этого сделать уже не сможет, он в данный момент удивленно пялился на Джину, потирая спросонья глаза. А главное, в отличие от моего места, его диван стоял прямо напротив выхода, тогда как я находился к нему спиной.

– Иди уже оденься, Джина, – проскрипел голос Шу.

– Да так тоже непло… ау. – Бедный Прон. От кого он, интересно, получил?

– Жене расскажу.

Тетя Шу, значит.

В зале для брифингов мы собрались лишь через пол часа. Из женщин тут присутствовали Шу Май, моя мама и Джина. Дисани – сестра Прона, прилетевшая в систему буквально час назад, присутствовать отказалась, ибо ее эти собрания напрягают. Дословно. Отреагировала она, кстати, на мое здесь нахождение довольно легко. Удивилась, понятно, но с реакцией отца и матери не сравнить.

Из мужчин в зале собрались отец, Прон, Галил – средний сын в семье, прилетевший с матерью и Шу, и, собственно, я. Насколько вообще меня в мои тринадцать лет можно обозвать мужчиной. Также отмечу, что все, находящиеся здесь, были в курсе моего «видения» и надвигающегося будущего.

– Итак, Шу, – начал отец, поставив локти на круглый голопроектор. – Перед приездом Рейна мы закончили обсуждать сроки поставки нашей руды. Но это, насколько я помню, был не единственный вопрос на повестке… того дня.

– Да, – нажав на кнопки своего пульта, она посмотрела на появившуюся перед нами крутящуюся голограмму корабля. – Разрушитель типа «Бунтарь», – откинулась она на спинку кресла. – Почти тысяча двести метров в длину, экипаж в триста разумных и чуть больше восемнадцати тысяч дроидов, десант – сорок тысяч B1. В «компактном» деактивированном виде, понятно. Скорость… м-м-м… – замялась она. – Выше среднего. Хотя, если честно, не уточняла. Щит – сто пятьдесят условных единиц, плюс такой же на капитанском мостике. Ангар на сто сорок «Стервятников» и два транспортника. Вооружение… долго перечислять. Но теперь уже, после стольких столкновений с кораблями Республики, можно точно сказать, что оно менее точное и мощное, чем у них. Рекомендуется использовать три-четыре «Бунтаря» против одного Республиканского «Венатора». Но это для гарантированной победы. А так, некоторые и в одиночку умудряются побеждать. В целом – первый и довольно удачный чисто военный корабль КНС. Ценой, кстати, в шестьдесят один миллион кредитов.

– Сколько? – переспросил Прон.

– Это нормально, – отмахнулся отец. – Те же инкассаторские «Щедрые» стоят всего на четыре миллиона дешевле.

– Ага, – не сдавался торговец. – Только благодаря Шу они нам по смешным ценам достались. Не как «Алмазы», конечно, но тем не менее.

– А вот тут, – взяла слово Шу Май. – Вам повезло особо. Заказ на этот проект сделала именно Коммерческая гильдия в моем лице, а значит и корабли я могу брать по себестоимости. – И сделав паузу, дабы уж точно всех заинтриговать, выдала: – Пятьдесят три миллиона.

– Пять поставок, – потер лоб отец. – В целом, приемлемо.

– Но это еще не все, – продолжила Шу. И нажав на кнопку пульта, посмотрела на сменившуюся голограмму. – Данный проект заказала Торговая федерация, соответственно, и достать такой корабль будет сложнее. Ну, или дороже, – поправилась она.

Еще один знакомый корабль. Как и «Бунтарь», он точно встречался мне в том мире.

– Это что? – спросил я, раз уж все остальные молчали.

– Линейный авианесущий крейсер типа «Предусмотрительный», – произнесла Шу Май. – Крайне удачный корабль, но, к сожалению, дороговатый. Семьдесят восемь миллионов вынь да положь.

– И что, – спросил Прон. – нет никакой возможности достать его подешевле?

– Есть, – кивнула Шу. – Если заказать их через военное ведомство. Точнее, это мы так говорим – заказать, а по факту это означает – попросить выделить корабли для тех или иных нужд.

– Так может, и ну их? – приподнял руку торговец, вроде как отмахнулся.

– Молчать, – тут же подала голос Джина. – Давай, Шу, расскажи про корабль.

– Только коротко, – вставил отец.

– Коротко? – усмехнулась госсамка. – «Предусмотрительный» уверенно разбирается с «Венатором» Республики. – Тут Джина присвистнула. – И неуверенно с двумя, – добавила Май. – Тут раз на раз не приходится. Чуть больше тысячи метров, экипаж из шести сотен разумных и двадцати двух тысяч дроидов, десант… даже перечислять долго, четырнадцать счетверенных турболазерных пушек, зенитная артилерия состоит из ионных пушек малого каллибра, и еще очень много торпед. Ах да – двести сорок дроидов-истребителей и восемь транспортных. Это если коротко. Полное ТТХ можете потом посмотреть.

– Семьдесят восемь миллионов, – покачала головой Джина. – Даже жаль.

– Тут проблема в другом, – заметил отец, постукивая пальцами по голопроектору. – Чрезмерная… – пощелкал он пальцами. – Под КНС все заточено, в общем. Мы просто не сможем долго содержать такой корабль. Расходников нет. А что будет после боя? В смысле, если он будет поврежден? Ну, один раз ладно – Шу выручит, но не все же время? Это, кстати, и к «Бунтарям» относится. Детали к «Щедрым» в свободной продаже, а к этим? – посмотрел он на тетю Шу.

– Нет, – покачала она головой. – Понятно, что все решаемо, но я тебя поняла – вы будете слишком сильно зависеть от КНС. И да – это неправильно, учитывая надвигающееся будущее, – покосилась она на меня.

– Ну, а прикупить заводик? – ответил я на ее взгляд. Просто для того, чтобы хоть что-то сказать.

– Во-первых – нам нужен завод полного цикла, и тут проблема в его сборке, – заговорил отец. – Не хотелось бы, чтобы все узнали, что у нас и такое есть. Во-вторых – нам нужен не абы какой завод, а вполне себе специализированный, что уже редкость. Ну и в третьих, нам нужен не один завод, а как минимум два – для создания дроидов… хотя с этим, в принципе, можно и повременить, и для корабельных систем. То есть тот, что создает корабельные запчасти. А найти такой… – покачал он головой. – Да полного цикла…

– Верфь тоже нужна, – вставила мать. – Расходники мало создать, их еще и применить надо.

– Небольшую верфь достать не проблема, – произнесла Джина. – Нам ведь даже не верфь нужна, а, скорей, ремонтный док.

– К хаттам верфь, – отмахнулся Умик. – Сиенарцы, если что, помогут.

Сиенарцы? Это еще кто?

– Это вы о чем? – спросил я эту компашку.

– Я тебе потом расскажу, – ответил отец.

Интересно как… но ладно, подожду.

– Знаете, – постучала себе по губам пальцем Шу. – А ведь я знаю, где достать мобильный завод по сборке дроидов. Как раз то, что нам нужно.

– И какие нюансы присутствуют? – спросил отец.

– Как ни странно, никаких, – проскрипела в ответ глава Комерческой гильдии. – Неудавшаяся идея. С полгода назад Торговый союз решил попробовать превратить свои «Лукрехалки» в мобильные заводы, и у них это даже получилось. Расчет шел на то, что их проще спрятать. Да вот беда, выход продукции такого завода оказался раз в десять меньше, чем у его полноценного собрата на поверхности планеты. А стоимость – лишь в два раза дешевле. Оказалось, проще потерять наземную структуру, чем делать мобильную. Проще и дешевле. Вот и летают сейчас по галактике десять убыточных кораблей.

– И сколько они стоят? – спросил отец.

– Я, – усмехнулась женщина. – смогу достать его за тридцать миллионов. Было уже такое предложение.

– Снизь до двадцати, – быстро сказал Умик. – И пять миллионов твои.

– Посмотрим, посмотрим, – усмехнулась Шу.

– Осталось решить вопрос по кораблям, – заметил Прон.

– Нам нужна судостроительная верфь, – не сдавалась Сана. – Само собой, полного цикла.

– Сана… – поморщился отец.

– Нужно думать о будущем, Умик, – прервала его мать. – В конце концов, сиенарцы будут тут не всегда. Да и зависеть от кого бы то ни было – не есть хорошо.

– И где нам взять такую верфь? – спросил скептически отец.

– Не тупи, Умик, – произнесла она, улыбнувшись так, будто отец даун. – Можно же просто заказать. У того же Куата.

– Или у Сиенара, – вставила Шу. – Раз уж у вас деловые отношения.

– Тогда будет лучше обратиться к Хёрш-Кессель, – заметила Джина. – Это ведь они КНС корабли строят?

– Они, – кивнула Шу. – Но не только. Я, правда, не слышала, чтобы Хёрш-Кессель выпускал мобильные верфи. Да и любые другие.

– Эй-эй, притормозите, – остановил их всех отец. – Вы хоть представляете, сколько это будет стоить?

– Думай о будущем, – тут же произнесла мать.

– Потом будет еще дороже, – почти одновременно с ней проскрипела Шу Май.

– Женщины… – воззвал он не пойми к кому. – Да вы по живому режете.

– По плану, – заговорил Рам, – нам все равно добывать нечто подобное.

– Но не прямо же сейчас! – возмутился отец. – Да это ж… – указал он рукой в никуда. – Это ж… да это все будет стоить дороже тех кораблей, с которых все и началось.

– Когда война закончится, – решил я вставить пять копеек, – республиканские «Венаторы» будут распроданы. Уверен, корпоративному сектору точно что-то перепадет.

Когда я закончил, мне волей-неволей вспомнились слова про Брута, так на меня посмотрел отец. Не, ну а что? Пока он не сказал, что денег нет или, к примеру, «не потянем», можно и надавить чуть-чуть.

– В общем, – припечатала мама. – ищем везде. Куат точно делает что-то подобное на заказ, я поспрашиваю у отца, а ты, Шу, у своих.

– Мы же разоримся, – простонал Умик.

– Я верю в тебя, дорогой, ты этого не допустишь. Заодно можно и у кореллианцев уточнить вопрос.

– Я что, разорваться должен?

– Зачем? – приподняла она бровь. – Для этого есть Прон.

– Эй!

– Гаари не трогай, – в один миг стал серьезным отец. – У него другая работа.

– Как скажешь, дорогой.

А маман знает предел, до которого можно давить. И который не стоит переступать.

– Так что там с закупкой корабля? – встряла Джина.

– Четыре «Бунтаря» и один «Предусмотрительный», – ответил отец. – Это максимум.

– Умик… – что-то хотела сказать тви'лека.

– Это. Максимум. – оборвал ее Умик. – Сначала найди команду для них, – произнес более мягко, скорее даже ворчливо, отец. – Потом еще столько же. К тому времени… видно будет. Но сразу предупреждаю – вряд ли. Работаем с тем, что есть. Да и вообще, когда-то же сиенарцы выдадут нужный нам результат? А то все истребители да истребители…

– Ну, предположим, корвет и фрегат они уже выдали, – заметила Джина.

– Ага, – хмыкнул Умик. – Один дороже их «Мародера», а второй настолько узкоспециализированный, что… а-а-а… – махнул он рукой. – Тоже вот – деньги в никуда уходят.

– Это, скорей, задел на будущее, – мягко произнесла мама.

– Да знаю я… знаю… – отмахнулся он от нее уже двумя руками. – Только мне от этого не легче. Такие деньги в никуда уходят, – пробормотал он. – И это я не только про Сиенар, – сообщил он уже всем.

– Согласен, – кивнул Рам. И уточнил: – Насчет Сиенара. Как-то это не совсем то, на что мы рассчитывали.

– Да дайте вы им время! – возмутилась мама. – Время-то всего ничего прошло.

– А мы что делаем? – пожал плечами отец. – Я их даже не подгонял еще ни разу.

– Вот они и расслабились, – усмехнулся Рам, опередив хотевшую что-то сказать маму. На что та надулась и промолчала.

– Пап, – заговорил я. – У меня к тебе разговор есть, скорей даже просьба. В принципе, можно его и сейчас его обсудить.

– Слушаю тебя, сын.

– Тут такое дело… – но меня прервал гул, раздавшийся на весь зал. А потом еще раз.

Это что, сирена у них такая? Отец и Джина синхронно подняли руки, глядя на свои браслеты.

– Что случилась? – спросила мама.

– Нападение, – бросила Джина и стрелой умчалась на выход.

– Гаари, – резко произнес отец. – Хватай Сану и Рейна и дуй на планету. Моя семья в твоих руках.

– Уберегу, будь спокоен, – кивнул Прон. – Пошли, народ. Рам, ты с нами?

Тот уже направлялся на выход вместе с моим отцом.

– За моими тоже присмотри, лады?

– Присмотрю.

– Пап, – окликнул я его. – Нерационально это, два световых меча на планету отправлять.

– Сейчас нет времени на споры, сын, – остановился он у двери. – Делай, что тебе говорят.

– Заставить меня довольно сложно, – ответил я, глядя ему в глаза.

– Рейн, – произнесла обеспокоенно мама.

– Ремня я тебе всыплю позже, – ответил Умик раздраженно. – А сейчас, марш с Гаари на корабль! – повысил он голос.

– Я, между прочим…

– Да мне плевать! – прервали меня. – Пока я могу уберечь своего ребенка от сражений, он не будет сражаться.

– Я… – что-то не привык я к тому, что на меня кричат. К тому же, отец – это отец. Не драться же мне с ним. А он сейчас в таком состоянии, что иначе его и не переубедить.

– Ты, – прервал он меня, – если так хочешь быть полезен, подумал бы о защите своих родных. Два меча им тоже могут пригодиться. Уводи их, Гаари, – закончил он, выйдя, наконец, из зала.

– Пойдем, – положил мне руку на плечо Прон. – Нам лучше поторопиться.

Первым, кто встретил меня у трапа шаттла, был Бейн. Он, понятное дело, был там не один, но первым добрался до меня именно хасийский гратт. Дождавшись, когда трап окончательно опустится, он трусцой подбежал ко мне, порыкивая, оббежал вокруг моей тушки и вернулся к матери, дожидавшейся снаружи. Явно обиделся, что я не взял его с собой на станцию. Но даже будь в моей башке такая мысль, я бы не стал лететь за ним к Галилу, где в тот момент находились мои брат с сестрой.

Вместе со мной из шаттла выходил лишь Мики, только нам после зачистки станции оказалось нечего делать. Да и в самой зачистке мы не особенно и участвовали. Так, вытягивали из-за спин бойцов отдельных дроидов, да и… того… ломали их. А по итогам всего боя, силы Пзоба потеряли треть флота, две трети истребителей и около сотни разумных. Огромные для нас потери. И, как я понял, самое плохое – это именно живые разумные. Но Умик сказал: «разберемся», и я ему верю. Уж не знаю, что он там придумал, но в эмоциях он был достаточно спокоен.

Кроме Бейна и матери, у трапа нас ждали Прон, младший брат отца – Галил, Энош и Лиза, которая сразу обхватила за шею вернувшегося к ним и усевшегося рядом Бейна.

– Рейн, – обняла меня мама, когда я к ним подошел. – Не делай так больше.

Женщины. Ведь умный человек, должна понимать, что еще не раз так… ну, не конкретно так… короче, не раз еще буду жизнью рисковать. Или это я чего-то не понимаю?

– Заставил ты нас поволноваться, – вставил Галил, покачивая головой. – Вон, Бейна насилу успокоили.

Тоже вопрос интересный – как он понял, что я именно сейчас головой рискую? Я в курсе, что животина он умная, но все же животина. Когда я отправился с отцом на станцию, он только хвостом лениво махнул, а тут обиды какие-то непонятные.

– Мики, – отойдя от меня, мама обняла идущего следом парня, чем заметно его смутила. – Как ты малыш? – спросила она, глядя ему в глаза.

– Нормально, – слегка покраснел он, отведя глаза.

На что Сана еще раз обняла его.

– Вы же проголодались, наверное, – вскинулась мама. – Пойдемте в дом. Я как раз ужин приготовила, только вас дожидались.

В последующие дни отец разрывался между домом и работой. Дел после нападения образовалась куча, но даже так он урывал моменты, чтобы посидеть всей семьей. Через несколько дней, почти одновременно, улетели Прон и Шу Май, а я, наконец, вспомнил, что хотел поговорить с Умиком, когда нас прервали корпораты.

– Пап! – подловил я его с утра, когда он собирался улетать на одну из станций.

– Доброе утро, Рейн. Чего не спишь? – Тут стоит заметить, что я тоже человек, и дома тренировался гораздо меньше, чем в Храме, предпочитая урвать пару лишних часов сна. Полноценного сна, а не той медитации, что я использовал на Корусанте.

– Да есть одно дело, все забываю поговорить о нем.

– Что-то серьезное? – спросил он, задержавшись у двери.

– Как бы да, – качнул я головой.

– Тогда садитесь за стол, – скомандовала Сана, провожавшая мужа и стоявшая рядом. – Думаю, папа не откажется от еще одного стакана сока, а ты позавтракаешь.

– Хорошо иметь ненормированный рабочий день, – хмыкнул Умик, идя к столу.

Еда на столе появилась как по волшебству – раз-раз, и вот передо мной завтрак. Похоже, Сана тоже хочет поучаствовать в разговоре, и чем быстрей она принесет завтрак, тем меньше пропустит.

– Тут такое дело, пап, – начал я, подбирая слова. – Когда… Хм. Спасение юнлингов… М-да…

– Да говори уж, как есть, – улыбнулся Умик.

– Мне нужен корабль, – выдал я. – Большой, способный не только вместить, но обеспечить хоть какое-то проживание сотням… ну, пусть будет пяти, разумным. Вооруженный, с нормальной защитой и скоростью. Понятное дело, с хорошей автономностью.

– Пять сотен разумных? – переспросил отец задумчиво. – Ты что, хочешь там детей поселить? А не проще их будет раздать надежным семьям? – спросил и сам ответил: – Ну да, откуда у тебя такая информация? Тогда поселить их на какой-нибудь планете. Да хотя бы у нас. Уж пятьсот детишек мы как-нибудь пристроим.

– Меньше, – поправил я его. – Пятьсот – это максимум, со взрослыми джедаями. Да и то, думаю, будет меньше.

– Тем более, – вставила Сана.

– Нет, – качнул я головой. – В любом случае, нет. Ты кое-что забыл, пап – даже четыре сотни одаренных, собранных вместе, будут фонить на всю галактику. Сильно сомневаюсь, что у… Императора будет много одаренных, способных их почуять, но они будут. Тот же Вейдер, как и он сам. И если юнлинги будут сидеть на месте, то им ничего не будет стоить послать туда флот для уничтожения. А вот поймать один единственный корабль, гуляющий по краю Внешних территорий, гораздо сложней. Я, вообще, сомневаюсь, что они смогут точно его засечь.

– Расстояние имеет значение? – удивился отец.

– Для Силы – нет, – ответил я ему. – А вот для того, кто ей пользуется – да. Это как с размером объекта, что ты поднимаешь с помощью телекинеза. В теории он не имеет значения, а вот на практике… – развел я руками. – Сам подумай, будь иначе, и зачем тогда Звездные разрушители, при наличии одаренных?

– Ну… – почесал голову Умик. – Какой-то резон в твоих словах есть. И что, больше никаких вариантов, кроме корабля?

– Я знаю только один, – хлебнул я сока из кружки. – Спрятаться на планете с ярко выраженной темной или светлой стороной. Чтоб, значит, Сила планеты, прикрывала «выхлоп» одаренных. Но, как ты уже понял, и тут есть проблема. Прятаться на условно «темной» планете… м-м-м… этот вариант не для детей.

– Ну да, – кивнул отец. – Там они быстренько в темных превратятся. А «светлая» планета?

– Тут сложней, – вздохнул я. – Если коротко, то это не поможет. Если чуть углубиться в вопрос, то Живая Сила планеты – это несколько не то, что Сила разумного одаренного. Это как… – не мог я подобрать слова.

– Разная? – попыталась помочь Сана.

– Не совсем, – качнул я отрицательно головой. – У разумных она более концентрирована. Нет, не так. Не только так. Блин… ну… представьте себе дикое растение и окультуренное. Тот, кто разбирается, различит их с первого взгляда. А Палпатин, уж поверьте, тот еще «садовод».

– Но найти такие растения в лесу… – начал отец.

– Не цепляйся к словам, – прервал я его. – Мы не про лес говорим, и, можете мне поверить, «светлая» планета не скроет пятьсот одаренных. – И помолчав, добавил. – Да и мало таких планет. Как и «темных», собственно. Но «темных», после раката, все же больше.

– Ну а замаскироваться? – спросила мама.

– Для этого, – усмехнулся я, – надо свести взаимодействие с Силой до минимума, на что способны очень не многие.

– Это так сложно? – вновь задала вопрос Сана.

– Это не нужно, – ответил ей отец. – Сейчас это просто не нужно, вот и не обучают.

– А на обучение нужно время, – продолжил я. – Которого у нас не будет, оставайся мы на одном месте.

– Значит корабль, – постучал Умик пальцем по столу. – Что ж, я подумаю, что можно сделать. А на кого ты, кстати, детей оставишь? Подобрал уже кандидатуру?

Э…

– Да я, как бы… м-м-м…

– Не думал? – нахмурился отец.

– Не то чтобы… Просто вместе с юнлингами по-любому уйдут и несколько взрослых джедаев. Те же наставники. Сомневаюсь, что по плану эвакуации детей сажают в корабль и отправляют в свободное плаванье.

– Хм, это да, – пробормотал Умик. – А с чего ты тогда взял, что наставники согласятся на твой план? Может, у них свой имеется?

– Умик… – накрыла его ладонь своей Сана. А в эмоциях у нее было беспокойство. – Уверена, эти ваши наставники не глупей Рейна. Они и сам прекрасно разберутся, что делать.

– Это да, – выдавил из себя отец. – Но… а, ладно. – И встав из-за стола, произнес: – Я подумаю, что можно сделать. Уверен, мы разберемся с этой проблемой. Не прямо сейчас, конечно, но, уверен, до главных событий все устроится. Ладно, я побежал. Работы невпроворот.

Наблюдая за тем, как он уходит с кухни, я думал, что он в чем-то прав. Откуда мне знать, что там втемяшит в голову наставникам? А выходов из этой ситуации немного – обратить кого-нибудь в свою веру, убедившись, что он попадет на эвакуационный корабль, или заняться всем этим самому. И первый вариант по всем параметрам предпочтительней. Но кого выбрать? Драллиг – кандидатура идеальная, но вот уйдет ли он с кораблем? Сомневаюсь что-то. Скорей будет сражаться до конца. А больше я никому так сильно и не доверяю. Паратус? Банально не потянет главенства. Точнее, даже не так: техника – вот его жизнь, в этой среде он может тысячами управлять, но стоит его только оторвать от своего любимого дела и все, пиши пропало. Им самим кто угодно рулить будет.

Действовать самому? Можно, конечно, но повторюсь, с юнлингами уйдут и взрослые джедаи. Будут они меня слушать? Само собой нет. Прислушиваться – очень может быть, но слушаться? Однозначно нет. Для этого мне надо нехилый такой авторитет набрать. А где его набрать, сидя в Храме и принадлежа к корпусу Равновесия, который никто ни во что не ставит? Засада. Напроситься на какую-нибудь операцию со Скайуокером? Не катит – таких операций мне несколько сотен надо будет. Но что бы там не произошло, мне все равно будет мешать статус юнлинга.

Хм. А ведь можно будет с Рулом Аэлори поработать. Взрослый, умудренный опытом джедай, глава корпуса Равновесия и в целом, вроде, не плохой старик. Одно плохо – опыта у него как бы не слишком много, он сам с кем хочешь поработает. Впрочем, спасать его в любом случае надо.

Система, куда прибыл YT-1760 Умика Дакари, не выделялась ничем – три безжизненные планеты, два астероидных поля… и все. Но именно здесь находился орбитальный комплекс Республиканских Систем Сиенара, о месторасположении которого вне этой системы знало всего несколько разумных. Именно туда и направился вышедший из гиперпространства кораблик.

Как отметил Умик, подлетая к одному из ангаров комплекса, жизнь тут бурлила. Чуть в отдалении кружили «СИД-Прототипы» – весьма перспективные истребители нового поколения. Ниже, относительно станции, выполняли непонятные маневры корабли, по размерам напоминающие корветы. Туда-сюда летали шаттлы неизвестной Умику конструкции. В общем, тайный комплекс Сиенара прямо-таки дышал жизнью.

– Растратчики чужих средств, – пробормотал Умик, глядя на эту картину из кабины своего корабля. И, неожиданно вспомнив командира десантной секции Скарша, добавил: – Мля.

В ангаре его, как и всегда, никто не встретил, на что Умику было плевать, благо он и так знал, куда идти. А направлялся он к директору комплекса и по совместительству главному инженеру. Как он умудрялся совмещать эти должности, мужчина не понимал – уж он-то знал, что это такое: руководить большим скоплением народа.

– Привет, Оди, – нашел он его в своем рабочем кабинете.

Оторвавшись от голограммы какого-то корабля, Ганго Оди с удивлением глянул на вошедшего мужчину.

– Дакари? – спросил он так, будто увидел призрака. – Ты откуда здесь взялся?

– Все никак не пойму, издеваешься ты или нет? – вздохнул Умик. – Каждый раз одно и то же удивление, с тем же самым вопросом. Как будто я в другой вселенной живу.

– Э… кхм… ну да… – прокашлялся Оди. – Все время забываю, что мы не дома. – И глянув на голограмму, направился к своему столу. – Ты как, по делу или любопытства ради? – спросил шестидесятитрехлетний человек, присаживаясь в кресло.

– И то и другое, – ответил Умик, садясь в «гостевое» кресло.

– Что ж, слушаю тебя, – сцепил он ладони в замок.

– Ты? Меня? – приподнял брови Умик. – Это я тебя слушаю. Поделись, будь добр, как идет разработка большого боевого корабля? Да и чем вы тут еще интересным занимаетесь.

– Ох, чую, не к добру это, – качнул головой Оди. – На моей памяти ты впервые интересуешься подобным. Точнее, специально прилетел за этой информацией.

– Мне хватало того, что вы на меня и так вываливаете, – вздохнул Дакари. – Ты бы меня в любом случае облопошил, захоти того. Я ж в кораблестроении ни бум-бум.

– И что же изменилось? – склонил голову на бок старик.

– Времени вдруг стало совсем мало, – пожал плечами мужчина.

– Не хотим, значит, говорить, – усмехнулся Оди.

– Лень, – кивнул Умик. – Если коротко, то скоро начнутся активные боевые действия. Кораблей пока хватает, но так не будет всегда. Мы в любом случае будем в меньшинстве, а значит, нужно что-то, что будет превосходить технику условного противника чисто технически. Иначе… отобьемся, конечно, но потери… Плюс еще одно дельце, но это после.

– Нет, ты скажи сейчас, – произнес Оди. – Разжег любопытство и по тормозам?

– Ты… – цыкнул языком Умик. – Ладно. Хочу сделать заказ на особый корабль. Большой, способный обеспечить проживание пяти-шести сотням разумных. С малым размером экипажа. Хорошей защитой и скоростью. Высокая автономность, понятно. Ну, и какое-нибудь вооружение, чтоб совсем уж не быть беззубым.

– Знаешь… – задумался инженер. – А это забавно. Любит тебя удача.

– Это ты к чему? – спросил подозрительно Дакари. Но, этак… напоказ. Словосочетание «удача» и «любит» настраивало на позитивный лад.

Оди же не спешил отвечать, пристально разглядывая мужчину, сидящего перед ним.

– Пойдем, – встал он из-за стола. – Покажу тебе кое-что. – И, направляясь к голографическому верстаку, на котором так и висела схема не пойми чего, бросил за спину: – Сразу предупреждаю – проект в завершающей стадии, но прототип мы еще и не начинали закладывать.

Сказав это, он хитрым движением ладони убрал висящую схему и, нажав несколько кнопок верстака, продемонстрировал Умику голограмму какого-то корабля.

– Что-то мне это напоминает, – медленно произнес Дакари.

– Военные корабли доруусанской эпохи, видимо, – усмехнулся почтенный инженер.

– Точно, – щелкнул пальцами Умик. – Крейсер «Молотоглав». – И кивнув, дополнил: – Правда, весьма отдаленно.

– Разве что формой передней части корабля, – подтвердил Оди. – Выпускался корпорацией Рендили. Но, так как дизайн они не патентовали, мы позволили себе позаимствовать идею. Собственно, как и Куат, у нас треугольник.

– У вас? – переспросил Умик.

– Ну да, – пожал плечами инженер. – Мало кто знает, но именно мы первыми использовали подобную форму. Там, кстати, забавная история произошла. Слышал когда-нибудь о Реване? – неожиданно спросил Оди.

– Э… кхм-кхм… ну да, кое-что, – ответил Умик.

– Так вот. В те времена, когда он еще не перешел на Темную сторону Силы, в галактике бушевала мандалорская война…

– Я в курсе той истории, – прервал его мужчина.

– Мандалорская война, – надавил голосом старик. – И единственным массовым кораблем Республики, который мог бы противопоставить мандалорцам хоть что-то, был именно «Молотоглавый». Но, как ни крути, противопоставить он мог не так уж и много. Республике требовался новый корабль, который мог бить противника в пух и прах, и Сиенар разработал такой корабль. Я не в курсе, почему его не приняли на вооружение, но, как и сейчас, Сенат отклонил проект Сиенара, предпочтя выпускать побольше «Молотоглавых». Единственный готовый экземпляр, которому дали имя «Левиафан», отдали известному в то время адмиралу… не помню его имя. Вот тут и начинается ирония судьбы. Сначала Республику предает Реван, пав на Темную сторону. Вслед за ним уходят и ведущие военные того времени, переманенные уже Дарт Реваном. Среди тех, кто последовал за ним, был и тот самый адмирал. Само собой, вместе со своим кораблем. И так Ревану понравился «Левиафан», что он поставил его на поток, создав сотни подобных кораблей. Согласись, иронично – то, что было создано для защиты Республики, активно ее уничтожало. А ведь прими тогда Сенат этот проект, и кто знает, как бы все обернулось.

– А теперь, – произнес Умик, когда Оди замолчал, – Сенат вновь ставит вам палки в колеса.

– Ничему не учатся, – вздохнул напоказ инженер. – И знаешь, я не сильно расстроюсь, если на этот раз Республика все же падет.

– Кхм… м-да… – не знал, что сказать на это Умик.

– Но давай все же вернемся к нашему новому кораблю.

– Давай, – кивнул Дакари, где-то даже с облегчением.

– Объект 3101, – начал Оди. – Собственного названия не имеет, но я склоняюсь к «Двуединому». – И замолчал, ожидая вопроса от Умика. И так выразительно, что, конечно же, получил.

– И почему «Двуединый»?

– О-о-о… – протянул инженер. – А все потому, что позиционировать мы его собираемся, как лайнер.

– Лайнер, – повторил тупо Дакари. – Какой еще, нахрен, лайнер?

– Самый, что ни на есть, элитный. Хотя тут все зависит от компоновки. Почему бы ему не быть и просто лайнером? – развел руками Оди.

Умик вздохнул. Умик выдохнул.

– Почему «Двуединый»?

– Правильный вопрос, – улыбнулся инженер. – А потому, что разрабатывался он именно как военный. Силовой каркас, живучесть, реактор, что потянет ну очень мощное вооружение, и не менее мощный щит. Крайне хорошие сенсоры, в чем Сиенар всегда был хорош. А это не только обнаружение объектов, но и наведение орудий. Кроме всего прочего. Сама форма корабля рассчитана так, чтобы была возможность рационально расположить многочисленное вооружение. Ангар, правда, небольшой, но вмещающихся там истребителей вполне хватит, чтобы обеспечить прикрытие «Двуединого». Мы даже торпедные шахты предусмотрели, которые в гражданской комплектации вполне себе гармонично маскируются ремонтным отсеком. Средненькая маневренность, но очень хорошая скорость. Да и маневренность для корабля в тысячу двести метров вполне себе приличная. А уж системы жизнеобеспечения, скажу тебе по секрету, просто бесподобны. И что самое интересное, корабль рассчитан на экипаж всего в две тысячи двести человек. А минимальный – всего на пятьсот. Но это для какого-никакого боя, чтобы перегнать корабль из одной точки в другую хватит и ста пятидесяти. М-м-м… наверное, – добавил он. – Самое важное состоит в том, что даже самый требовательный инспектор не сможет запретить этот проект. «Гражданская» версия корабля – стопроцентно гражданская, а уж за то, что там на него навесит хозяин, мы ответственности не несем.

– Автономность? – спросил Дакари.

– Шесть лет.

– Десант? – продолжал он спрашивать.

– Около двух тысяч со всей полагающейся техникой, – ответил самодовольно Оди.

– Есть возможность заменить живых дроидами?

– Если ты сможешь найти необходимый софт для дроидов на универсальной платформе… Ну, и рискнешь их бунтом, само собой.

– Напоследок, наверное, главный вопрос, – произнес Умик, разглядывая голограмму. – Цена?

– Сто миллионов в боевом виде. Со щитами военного образца, полным вооружением, торпедными аппаратами и даже истребителями.

– Дорого, – поджал губы Дакари. – Особенно для корабля, который даже не существует еще. А «гражданская» версия?

– Для тебя, Дакари, как для спонсора данного проекта, цена «боевой» комплектации равна «гражданской». То есть – шестьдесят пять миллионов.

– Беру, – быстро произнес Умик. – Если он будет так же хорош, как ты его описываешь, точно беру. Две… нет, три штуки. Когда будет готов первый корабль?

– Ну… – покосился на голограмму инженер. – Еще около полугода на доработку мелких деталей… где-то через год. Максимум полтора. А после наращивания производства будем их штамповать, как Сана пирожки, – тут он вздохнул и потер переносицу. – Если будет спрос. Последний проект Сиенара, «Мародер», тоже получился отличным. Да только заказов что-то не очень.

– Полтора года, говоришь? – задумался Умик. – Может, и поболее трех выйдет.

– Максимум полтора года, – поправил его инженер.

– Если «Двуединый» оправдает надежды, – не обратил внимания на его слова Дакари, – рекламу я тебе, будь уверен, обеспечу.

Назад на Корусант нас отвозила Дисани – сестра Прона. Причём не на своем корабле, а на отцовском YT-1760. Как он выразился: так ему будет спокойней. А причины так говорить у него были. YT-1760 представлял собой зримое подтверждение двойных стандартов. На рынке этот кораблик позиционировался как фрахтовщик, а по факту был плохоньким военным кораблем. Скорость, манёвренность, динамика, реактор, возможность установить разнообразное вооружение… и просто смешной для фрахтовщика трюм. Минусов у него было не так уж и много – относительно быстрый износ корпуса и невозможность впихнуть в него дефлектор щита военного образца, что при разнообразии гражданских некритично. В общем, отличный корабль для личного пользования. Можно не бояться, что тебя перехватят пираты. Слышали хохму про самого неприятного противника? Так вот, YT-1760 – это тот самый бегун. Если ты слабей – он догонит, если сильней – убежит. Все-таки кореллианцы, создавшие этот корабль, те еще прощелыги.

Мама плакала, провожая меня у трапа. Отец – криво улыбался. Брат с сестрой – несмело жались позади матери. А Бейн рассерженно шипел. Как совершенно случайно выяснилось, злобный кошак умел отводить разумным глаза. Представляете? Так он еще оказался достаточно умным, чтобы при этом не попадаться на глаза камерам, которые его прекрасно видели. Спалился он, когда хотел пробраться на борт YT-1760. Как выяснилось, его способность не действовала и на меня тоже. А вот Дисани, стоявшая в тот момент рядом со мной, его в упор не видела. Теперь-то понятно, как он умудрялся незаметно попадать на корабли и пакостить там. Или то, как он смог пробраться на орбитальную станцию.

– Уверен, что не хочешь взять с собой меч? – спросил напоследок отец. – Мне-то он не сильно нужен.

– Это подарок, пап, – проворчал я в который раз. – Я и делал его для тебя. Мне он, как бы, тоже не нужен.

– Ну, смотри сам, – вздохнул Умик.

А меч получился интересным. Я все же собрался и использовал часть черного кристалла, который подарил отцу. В итоге у меня получился меч с черным лезвием. Круто, брутально, пафосно… но по факту, в связи с облегченной версией сборки, получился обычный тренировочный меч. Сколько я не пытался прочувствовать, что он дает, так ничего и не получилось. Как истинный родитель, Умик пытался отдать мне остаток камня, да вот только на что он мне? Куда мне деть третий меч? В зубы? Так я в Звездные войны попал, а не в Ван Пис. А даже если и возникнет такая идея, попрошу у Прона достать еще один камень. Благо их носят вожди каких-то отсталых племен, и стоят они ровно один бластер. За пятнадцать кредитов. Хотя, может я и не совсем объективен – у меня с деньгами особый разговор. А пятнадцать кредитов… на них можно накупить еды на неделю. Или на две, если не шиковать. На четверых человек в месяц уходит порядка двухсот пятидесяти. Плюс полтинник на коммунальные услуги Корусанта. Забавно, никогда об этом не задумывался, но вот вспомнилось, что Дзик получает в месяц две тысячи, и выходит, не преувеличивал – две штуки реально много. А я, вообще, миллионами ворочаю…

Хрена се, я, оказывается, мажор.

Ну а дальше был перелет к Корусанту. Что о нем можно сказать? Ничего. Все как обычно – долго и скучно. Относительно долго, все же обратно мы добрались на неделю быстрей, чем туда. Припарковалась Дисани у знакомого Прона, а уж оттуда мы долетели до Храма на такси.

Чувства работяги с закончившимся отпуском вспыхнули особенно ярко перед главным входом. Все-таки, несмотря на годы проведенные здесь, я так и не смог называть Храм Ордена домом. Школой, институтом, местом работы, чем угодно, но только не домом. Даже проскользнула мысль вернуться. Или пойти к Йоде, предупредить, что ухожу, чтоб не искали… хотя, проще предупредить Мики, стоящего рядом. Я даже глянул на него, после чего оставалось только вздохнуть. Куда ж я от них денусь, от этих спиногрызов.

Первым делом нашел Аэлори и засвидетельствовал свое возвращение. Покивав, старый чангрианин сказал, чтобы завтра с утра я нашел его, а на сегодня, мол, свободен. Потом направился в свою комнату, дабы скинуть вещмешок с личными вещами. Скинул, посидел подепрессировал, встряхнулся и направился повидаться с мелкими. Я, хоть и не состою больше в клане Нуна, но забрасывать старые связи не намерен. К тому же, многие из тех детишек уже давно для меня нечто большее, чем просто связи. Впрочем, я даже не дошёл до «учебного» этажа, да что уж там – я даже от комнаты своей недалеко ушел. На первом же повороте, нос к носу, столкнулся с целой кучей юнлингов.

– Ре-е-ейн! – повисла у меня на шее Тами. – Я так рада, так рада, – терлась она лбом о мою грудь.

– Мы все рады, Рейн, – улыбнулся Росион Гран. Несмотря на то, что этот мальчик был чуть ли не насильно притащен Асокой в клан, он очень гармонично прижился в нем. И благодаря тому, что Мики, которого на удивление все слушаются, не сильно-то и инициативен, является самым авторитетным из их поколения. Именно его я и назначил главой клана, когда уходил.

– А что это я ни одного ровесника не вижу? – спросил я подозрительно. Из пятнадцати особей, что меня встречали, здесь были лишь одногодки Мики, а также Тами, которая младше их на год. Думаю, пришло бы больше, но был риск, что такую толпу, шастающую по Храму, разгонят.

– Так разбежались они, – развел руками Рос. – Как ты уехал, так прям эпидемия какая-то напала. Всех в падаваны забрали.

О как. Неожиданно. В смысле, неожиданно, что всех разобрали. Точнее то, что случилось это за какие-то пару месяцев. А так, прошаренный попаданец перед отлетом домой, не будь дурак, со всеми успел переговорить. И подарки выдать. Кто ж знал, что я настолько продуманный?

Так я и просидел до самого вечера со своим бывшим кланом. Много интересного узнал. Например, пока меня не было, некий наемник умудрился ограбить храм. Я как услышал об этом, сразу вспомнил мультсериал – там тоже некий дурос умудрился поставить раком весь Орден. Правда саму эту серию я смотрел урывками, как и всю ветку про этого наемника, поэтому и Йоде, в свое время, рассказал не очень много. Мало, прямо скажем.

Среди юнлингов, как ни странно, данный эпизод не вызвал ажиотажа, гораздо больше их занимал вопрос турнира по футболу, который клан Нуна без какого либо моего участия устроил среди жаждущих развлечений спиногрызов. Победила, кстати, команда из клана Банты. И да – до меня футбола в этой вселенной не знали. Есть чем гордиться. Правда, пришлось заметно расширить свод правил, чтобы Сила как можно меньше влияла на процесс игры… но это ладно.

Про свой полет домой я, по понятным причинам, рассказывал как можно меньше, да и Мики на этот счет предупредил. Да и не расспрашивали меня об этом особо. Так, проформы ради. Ну а вечерком, вырвавшись, наконец, из объятий клана Нуна, отправился в ангар к Дзику.

– Хо-хо, малыш, – обнял меня техник. – Всего каких-то пара месяцев, а я уже и соскучиться успел. Да и Артрит с Дерошем тоже, – кивнул он на двух дроидов R-серии, стоявших рядом и самозабвенно пиликающих. – Но-но, не хамейте, – прикрикнул на них Дзик.

Дерош и Артрит в этот момент как раз начали жаловаться на то, какой Дзик тиран и как сильно он их гоняет в мое отсутствие.

– Хех, Дзик, – усмехнулся я. – А ведь дроиды не запрограммированы врать.

– Ну дык, – почесал тот свою лысину. – Я, что ль, виноват, что работы прибавилось? Как у КНС появились эти их новые дроиды, совсем выходные исчезли. Такое впечатление, что вместе с ремонтными базами Республики.

– Что за дроиды? – спросил я.

– А хатт их знает, – махнул рукой мужчина. – Платформа, говорят, не сильно выдающаяся, но умны-ы-ы-е-е-е…

А я пытался в этот момент вспомнить, были ли у КНС умные дроиды. Не, понятно, что были, но в каком количестве? По канону я помню только каких-то супер бронированных дроидов, у которых было лишь одно слабое место – на спине. Да и то, не по сериалу, а на каком-то форуме глаз зацепил. Но это явно не соответствует «не сильно выдающейся платформе». Да и ладно. Палпатин не даст КНС победить Республику. А значит, рано или поздно, джедаям попадет в руки «информация от разведки», и прощай, новенькие заводы, на которых, вот чудо-то, находились единственные чертежи нового оружия.

Ничем серьезным я в тот вечер в ангаре не занимался. Отвлекал вернувшегося все же к работе Дзика, приветствовал знакомых техников и джедаев, издевался над клонами, которые половину шуток и не понимали… в общем, бездельничал.

После Дзика пошел навестить Драллига, и первой, на кого я наткнулся в спортзале, была Бене.

– Опоздал… – произнесла она малость пришибленно.

Увидеть меня тут Бене явно не ожидала, на что намекал ее удивленный вид, а свое традиционное приветствие она выдала на автомате.

– Ну, извини, – усмехнулся я. – Задержался немного.

– На два месяца? – прищурилась она. – Поди, и тренировки забросил. А ну, пошли в круг, покажу тебе, что такое настоящая гениальность.

– Хм-м-м… – задумался я. – Что-то ты больно смелая… Выучила новый прием?

– Я всегда смелая, – вздернула она свой носик. – И много чему научилась.

– Ну, раз так, куда деваться? – вздохнул я демонстративно. – Пойду только с мастером Драллигом поздороваюсь.

– Жду тебя в круге, – произнесла она и гордо удалилась.

Драллига я нашел в другом конце зала, где он наблюдал за отработкой четырех юнлингов Туа-при одного из приемов третьей Формы.

– Приветствую, наставник, – поклонился я.

Подойти к нему незаметно мне не удалось – еще шагов за десять тот обернулся, глянув на того, кто к нему подходит.

– Здравствуй, юный Дакари, – улыбнулся мужчина. – Когда вернулся?

– Сегодня. Решил не нарушать распорядок дня, вот и пришел как обычно.

– Распорядок это правильно. Что скажешь? – спросил он неожиданно, кивнув на четверку юнлингов.

– Ну вы, блин… – возмутился я. – Что можно сказать? Я их не знаю, тренируют они один и тот же прием…

– А ты попробуй, – прервал меня Драллиг.

Ну, посмотрим, раз он так хочет. Посмотрим… как-то они, уж слишком автоматически работают.

– По-моему, они в чем-то провинились и уже не первый час Туа-при оттачивают.

– Это да, – хмыкнул Драллиг. – Но я, вообще-то, немного другое от тебя хотел услышать.

– Все учите чему-то и учите, – проворчал я. – Крайние парни вошли в транс… им ведь лет по десять?

– Да, – ответил наставник.

– Ну, тогда Соресу их выбор. А вот те, что посередине, кажется, сейчас рычать начнут. Но работают четко и все еще осознано. Я бы попробовал их через пятую Форму провести. Благо, там много чего из Соресу взято.

– Вот и я так думаю, – кивнул наставник. – Довольно! – повысил он голос. – Пять минут перерыв! Пойдем, присядем, – обратился он уже ко мне. – Знаешь, – примостились мы на лавочку у стенки, – я подумываю взять Бене в падаваны.

Ну, ё-моё. А как же я, наставник? Понятно, что теперь поздно, но раньше-то? Я ведь прямым текстом просил.

– Это… пойдет ей на пользу, – выдавил я.

– Обижаешься? – спросил он, глянув на меня.

– Скорей, недоумеваю, – поморщился я.

– Мне нечему тебя учить, – выдал он неожиданно.

– Это как так? – не понял я.

– Я не про фехтование, – усмехнулся он очередной раз. – Ты… такое нечасто бывает в твоем возрасте, но ты уже сформировавшаяся личность. Тебя воспитывать – только ломать. Может быть кто-нибудь тебе и может дать больше, но я не из них. Мне есть чему гордиться в обучении фехтованию, но вот Учитель я, признаться, не очень.

– Тогда зачем… – пытался я подобрать слова.

– Но ведь не полный же неумеха, – хмыкнул он, поняв мои затруднения. – Уж на Бене-то моих воспитательных навыков хватит.

Помолчали, каждый о своем. Я, например, вспоминал мое у Драллига обучение.

– Как по мне – вы отличный Учитель, – произнес я неожиданно для самого себя. – Просто вы уже вложили в меня все, что могли. – После этих слов, Драллиг удивленно посмотрел на меня. Но промолчал. – Этакое нестандартное падаванство. Закончившееся, к сожалению.

– Это… интересная точка зрения, – произнес он, не глядя на меня.

– И кстати, – пихнул я его локтем. – Вы ведь не думаете, что отвязались от меня? Будете обучать фехтованию как миленький.

– Фехтованию… – улыбнулся он чему-то. – Ты в курсе, что на данный момент уже можешь претендовать на звание мастера Нимана?

Я услышал, но вот осознал не сразу.

– Мастера? В смысле… всамделишного мастера? В тринадцать, почти четырнадцать лет?

– Ну да, – продолжал он улыбаться, но уже по конкретной теме. – Ты только нос не задирай, впереди еще пять Форм. А в перспективе… чем хатт не шутит… может и шесть.

– Мастер семи Форм… – произнес я тихо. – Мне нравится, как это звучит.

– Дакари! – раздался крик с середины зала. – Сколько еще мне тебя ждать?!

– А вы не ищете легких путей, наставник, – сказал я, поднимаясь с лавочки. – Падаван Бене Дар… даже звучит страшно.

На следующее утро я в первую очередь направился к Аэлори. Не дело – опаздывать в первый же рабочий день. Правда, про время он не говорил, ну так и я не задерживался: после завтрака сразу к нему. Старого чангрианина я нашел в его каморке, иначе эту комнату не назовешь. Глядя на нее, появляются крамольные мысли, что юнлингов, с их комнатами, еще балуют. Впрочем, как живут обычные рыцари, я знаю, видел пару раз их жилища. Так что это, скорей, Аэлори аскет.

– Доброе утро, мастер, – поклонился я сидящему на каком-то половичке старику.

– И тебя, юнлинг, – усмехнулся Аэлори. – Рановато ты что-то.

– Рановато… – произнес я медленно. – Рано – не поздно, мастер. Да и не говорили вы о точном времени.

– И то верно. Что ж, – покряхтел он вставая. – Раз пришел, тобой сначала и займемся.

Мне оставалось молча последовать за стариком. Но минут через пять, когда я понял, что идем мы в зал для медитаций корпуса, любопытство все же возобладало.

– А что мы сейчас будем делать, мастер?

– Для начала, – ответил Аэлори, – мы тебя приоденем.

– А, точно… У вас же… у нас же своя собственная форма. А почему мы тогда наверх идем, а не вниз к складам?

– Потому, – усмехнулся старик, – что у звездочетов всегда было мало разумных, и мы вполне можем позволить себе держать комплекты одежды у себя.

– Не понимаю, – нахмурился я. – Какая разница-то?

– Никакой, – ответил чангрианен. – Просто так удобней. Не надо лишний раз делать круг.

У каждого свои заморочки. Что тут еще скажешь?

Пройдя в неприметный закуток центрального зала медитаций корпуса, мы попали в… м-м-м… знаете, когда я служил, у нас в казарме была точно такая же каптерка. Прям ностальгия напала. Маленькая темная комната с множеством полок и полочек, на которых чего только не было.

– Мастер, а на фига вам эти матрацы? – полюбопытствовал я.

– Это не матрацы, юнлинг, – улыбнулся Аэлори. – Это подстилки для медитации.

– Ясненько… А вот юнлинги от этих матрацев точно бы не отказались.

– Это не матрацы, – повторил он, улыбаясь уже несколько искусственно.

– Так и юнлинги все равно не отказались бы.

– Вот, – протянул он мне какую-то тряпку. – И это не простыня. Но, видит Сила, моя добрая душа не выдержит однажды и выдаст тебе, юнлинг, и одеяло, и простынь, и матрац.

Хорошо, что Аэлори не Йода. Вот чебуратор мог так пошутить, выдав мне в качестве одежды простынь.

– Прошу прощения, – пробормотал я на всякий случай. Начальник, как ни крути. А развернув ткань, не удержался и хмыкнул. – Прикольно.

– Это твое «прикольно», – покачал он неодобрительно головой, – джедаи корпуса Равновесия носят не одну тысячу лет.

Похоже, это накидка. Цвет черный. Сзади обычный плащ, а спереди две полоски ткани, на левой стороне белым вышиты какие-то буквы. Или иероглифы…

– Что за язык, мастер? – спросил я Аэлори, разглядывая надпись.

– Аурек времен дже'дайи, – ответил старик.

Говорила мне Лаири: «Учи древний аурек».

– И что здесь написано?

– «Зло не застанет врасплох детей Ашлы и Богана».

Скажи это Палпатину, старик.

– Понятно, – произнес я сухо. Ей богу, не хотел, этот тон сам как-то выскочил. – Спасибо за пояснения, мастер Аэлори. Можно еще вопрос?

– Конечно, юнлинг, – кивнул чангрианен.

– Стандартную робу обязательно носить? Или можно ограничиться накидкой?

– Юнлинг, – вздохнул тот устало. – Тебя никто не заставляет носить даже накидку. Ходи, в чем тебе удобней.

– Еще раз спасибо, мастер, – поклонился я слегка.

Конечно, настолько выделяться я не собираюсь, но кое-что в своем гардеробе изменю. Нет, если бы мне дали настоящую джедайскую робу, я бы и слова не сказал, но мне-то приходится носить юнлингский ширпотреб!

После получения одежки узнал распорядок дня. Хотя, это слишком сильно сказано. Мне, как юнлингу, полагалось просидеть за медитацией… точнее… ну, вы поняли – следить за звездами… Короче, от меня требуется три часа в сутки уделять слежению и выявлению. Когда стану полноценным джедаем и почтенным звездочётом, время увеличится до пяти часов. Но это обязаловка – обычно члены корпуса Равновесия тут целыми днями сидят, а мне и нужно-то «вздремнуть» тут три часа, в любое время суток, после чего свободен. Как птица в клетке, ага. Собственно, после разговора с Аэлори я сразу пошел отрабатывать повинность. Чего тянуть-то?

Ну а просидев положенные три часа в позе лотоса, честно, замечу, «полетав» средь звезд, решил направить свои стопы в зал для отработки Силовых техник, дабы размяться перед голографическим залом. На полпути, правда, изменил направление движения, решив сначала зайти в зал для физподготовки. Можно было бы к Драллигу пойти, но там весьма специфические тренажеры, рассчитанные для тренировки в фехтовании. Кстати, да, туда тоже надо заглянуть.

До тренировочного зала с голограммами ситхов я добрался лишь к обеду. И дабы проверить себя, сразу выбрал противника с четвертого уровня – максимального для меня на данный момент. По уму, надо было выбрать чего полегче, но если какие-то два месяца притупили мои навыки настолько, что я не смогу справиться с тем, с кем справлялся до этого, то грош цена моей силе. Поэтому и выбор пал на типа, что очень сильно напоминал эльфа из книжек моего мира. Разве что глаза у него были красные, да уши почти человеческие. Даже и не знаю, почему он мне эльфа напоминает…

Очень коварный противник, но тем он и хорош – никогда не знаешь, что предпримет на этот раз. Единственное, что я знал про него точно, это его стиль боя, являющийся четвертой Формой – Атару. А вот те же Силовые техники… ну да, я знал, какие он умеет использовать, да что толку – кроме того, что использует их просто виртуозно, он еще и частенько «радует» меня чем-нибудь новеньким.

– Ну, здравствуй, Ашол, – поприветствовал я медленно оглядывающуюся голограмму. Их имена присутствуют в списке, так что я знаю, как зовут того, кого выбираю.

– Джедай… – протянул он, не глядя на меня. – Маленький джедай… – уперся Ашол в меня взглядом. – Твои учителя сошли с ума, отправив сюда. Или… ты просто неугоден им?

Каждый раз одно и тоже. Меняются лишь слова.

– Давай уже начнем, – активировал я мечи и крутанул ими восьмерку.

– Маленький джедай хочет познать боль? – включил он свой красный меч. – Ну так он познает… боль!

С последним словом, которое он выкрикнул, Ашол ушел в Рывок, обрушив на меня по выходу из него мощный удар. И тут же использовал Толчок. Рассеивать техники, как Йода, я еще не научился, но вот поглотить часть их энергии вполне способен, что и проделал, чуть наклонив голову. Но это так, разведка боем, вряд ли он рассчитывал, что Толчок мне повре… ох ты ж, мать!

Как-то я не ожидал, что бой с Ашолом сходу примет такой активный вид, за что и поплатился, получив молнию в грудь. А молния ситхов, это я вам авторитетно скажу, не айс. Совсем не айс. А ведь она еще и от силы одаренного зависит… бедный Люк Скайуокер. Я-то ладно – вряд ли Ашол сравнится с Сидиусом, а вот бедный недоджедай нахватал люлей на Звезде смерти, мама не горюй.

Так вот, молния ситхов… Еще на Земле имел опыт знакомства с электричеством аж два раза, и это совсем не то, что молния этих засранцев. Если при ударе током ты не особо и чувствуешь боль, то это… это… это как боль от ожога, только сильней, и идущая из под кожи, а не от нее самой. Спасла меня привычка и испуг. Я по привычке начал поглощать технику ситха, и от испуга сделал Рывок в сторону. Жаль, что это были неосознанные действия. Но даже так успел хлебнуть боли.

А вот дальше работал уже на опыте, резко сблизившись с противником. Фактически, получился прием, которым меня, в свое время, удивил тот самый Ашол. Отскок-подскок. Рывок назад, и мгновенный Рывок обратно. Когда противник от тебя отскакивает, ты начинаешь просчитывать его следующий ход. Часто на одном опыте и инстинктах. Но это мгновенное обдумывание присутствует. Моя проблема в тот раз была в том, что именно опыта-то мне и не хватало, поэтому, когда он так же резво, как и отскочил, вернулся обратно, я растерялся. Не, ну правда, на хрена отскакивать, если тут же вернёшься? Лишние действия. Рискованные действия. А вот, нате вам, сработало. В тот раз мне последовательно отрубили ноги и руки, и только после этого голову. И пусть все это было иллюзией, те ощущения я бы не хотел пережить вновь.

На этот раз уже я проделал нечто подобное, только отскочил не назад, а в сторону. И тут же вернулся. Как раз в тот момент, когда ситх повернулся туда, где я был мгновение назад. Будь он чуть быстрей, и смог бы отбить мой удар. Тот же Драллиг наверняка бы смог. А вот Ашол нет. Как итог – потеря левой ноги, правой руки, правой ноги. Я не зверь какой, просто связка ударов такая. Завершающим движением зеленое лезвие моего меча, прочертив гудящую дугу, отрубило лежащему ситху голову. Все. Финита ля комедия. Неожиданно, больно и быстро. Я бы даже сказал, слишком быстро. И вроде, победа была чистой и убедительной, но червячок сомнения присутствовал. А раз так, то какого хрена? Времени у меня полно – пойду, загружу этого придурка еще раз.

– Я сделаю тебя ситхом, джедай. Через боль!

О-хо-хо. Скорей бы уж Драллиг разрешил мне перейти на пятый уровень. Там, вроде как, противники помнят свои прошлые поединки.

Лишь вечером, усталый но довольный, пропустивший ужин, который, между нами, не стоил того, чтобы на него торопиться, я шел в ангар к Дзику. Вообще-то, надо к Хранителю Великого голокрона наведаться, но у этой голограммы свои терки со временем, и я сомневаюсь, что он заметил мое двухмесячное отсутствие. К тому же, кушать все же охота, а у Дзика всегда есть заначка на черный день.

По итогам проведённых спаррингов в голографическом зале могу с уверенностью сказать – да, я крут. За чуть больше, чем шестьдесят боев, я проиграл лишь четырежды. И теперь начинаю и сам верить в то, о чем часто говорил Драллиг – я действительно сильней многих рыцарей. Поймите правильно: знать и осознавать – это разные вещи. И теперь я, кажется, начинаю понимать… верить в свою силу. Быть может… быть может к началу штурма Храма, я и смогу дать достойный отпор Скайуокеру. Хотя, по уму, с ним лучше не встречаться. Провернуть все тихо-мирно и свалить отсюда куда подальше.

Также не стоит забывать, что я весьма…

– Здравствуйте, мастер Паратус.

– Давай-давай, иди, куда шел.

Что я весьма силен в Силовых техниках. Точнее, в их боевых проявлениях. Но это ладно. Дело в том, что подавляющее большинство тех противников, с которыми я сталкивался в голографическом зале, были в этом плане хуже меня. Пожалуй, даже не так – они все были хуже меня. Просто некоторые из них могли защищаться от моих атак, сводя все к фехтованию и использованию собственного опыта. А вот в последнем я и проигрывал, выезжая за счет хорошего владения мечами и Силы. Скорей бы пятый уровень. Как сказал Драллиг – дело не в моем мастерстве, а в моем возрасте. Он просто опасается, что ушлые ситхи запудрят мне мозги.

– Привет, Дерош, а где Дзик? – на что получил ответ на бинарном. – Совсем охамели. У них что, своих техников нет?

Ой, мля. А как же мой ужин? Дзик сейчас в одном из сухих доков Корусанта, и там же контейнер с едой, который он возит с собой. Питаемся мы, если что, в одной и той же столовой. Ну и пох. Нет, не пох. Тело требует жрать, потерпеть можно, но не вижу смысла.

Мысли мои прервал Дерош, пробибикав длинную трель.

– А зачем, не говорил? – И отрицательный ответ дроида. – Ну… я, вроде, не прячусь. Если Скайуокеру надо, сам найдет. Комлинк еще никто не отменял… Ты, лучше, давай сделай заказ в «Миссис». М-м-м… давай «Классический»… Не-не, без этого… Сок давай… Фарровый… Вот засранец, это твои, что ли, деньги? Знаю, что дорогой, хочу и все… Сколько-сколько? Он все же дорогой… Давай…

– Рейн! – окликнули меня со спины знакомым голосом.

– Эх, гулять, так гулять, – произнес я, не оборачиваясь. – Бери два литра. – И обернулся, собираясь поприветствовать Асоку.

– Ты чего застыл? – спросила она подозрительно, когда подошла.

– От… – сглотнул я. – Отлично выглядишь.

– Да я это… – засмущалась она. – Ну… миссий никаких нет… вот и… а так удобней…

Сразу скажу – ничего в ее одежде не было этакого, просто она была домашней. Коричневая футболка, черные бриджи, белые мокасины. Так кроме того, что это само по себе было неожиданно, так подобная одежда ей еще и шла… очень. И знаете? Как-то уж больно резко она превратилась из ребенка в девушку. Во всяком случае, одежда у нее обтягивала все, что надо, где надо и как надо. А главное, бог ты мой, она еще и косметикой начала пользоваться.

До Джины… кхм… она пока еще не дотягивала, но такими темпами конкурировать с ней сможет очень скоро.

– Прелестно, просто прелестно, – продолжал я ее осматривать, из-за чего она жутко смущалась. – Что стоишь, присаживайся. А хотя нет, дай я тебя потискаю.

После чего уже сам встал и обнял ее, потряхивая из стороны в сторону.

– Эй… хватит… уже… – просипела она. – Домогаться… вздумал?

– Ой-ой, какие мы слова страшные знаем, – усмехнулся я, отпуская девочку. – Давно не виделись, Шпилька.

– А кто виноват? – нахмурилась она демонстративно. – Шляешься где-то, пропадаешь вечно.

– Садись уже, – махнул я с улыбкой рукой. – Ты ведь никуда не спешишь?

– Нет, – ответила она, присаживаясь на свободный стул. – Учитель тут еще как минимум на неделю задержится. А ты когда вернулся?

– Вчера, – пожал я плечами.

– И не навестил меня?! – возмутилась Асока.

О, женщины! Все бы вам повозмущаться.

– Ну, извини, – развел я руками. – Не заметил объявления на входе в Храм о том, что Асока Великолепная сейчас здесь. Ты сама-то как обо мне узнала?

– Клан навещала, – ответила она, немного смущенно из-за своей оплошности. – Там и сказали. Только найти тебя не получилось.

Так вот от кого Скайуокер узнал, что я вернулся.

– Тренировался я. А чего комлинком не воспользовалась?

– Ой, – прижала та к губам ладошку. – Забыла. Просто я сама им в Храме не пользуюсь, – понурилась она виновато. – Вот и…

– Да и ладно, – удивился я. – Что ты прям… Забыла и забыла. Скажи лучше, зачем меня Сковорода искала?

– Сковорода… – улыбнулась девочка. После чего состроила серьезное лицо и сказала: – Рейн Дакари, имей уважение к моему учителю. Ну ладно еще Сковородкин, я и сама… кхм… но Сковорода?

– Так чего он искал меня? – улыбнулся я на ее спич.

– Не знаю, – пожала она плечами, возвращая на лицо улыбку. – Но он сейчас возится с новыми дроидами КНС. Наверное, из-за них. Ты ведь тоже в них разбираешься, вот учитель, похоже, и хочет с тобой поговорить. Он, кстати, зайдет сюда через часок.

– Ладненько, – глянул я на часы. – Поговорим, раз ему неймется.

Скайуокер пришел не через час, а через сорок минут. Я, к тому времени успел уже поужинать, и мы с Асокой наслаждались дорогим соком под ее рассказы об их с учителем миссиях.

– Дакари, – подошел ко мне джедай.

– Скайуокер, – поприветствовал я его в ответ. – Что за нужда привела тебя в сию обитель отвертки и горелки?

– Дела государственные ведут меня, – ответил Избранный, присаживаясь на последний свободный контейнер рядом со мной. Правда через мгновение вновь встал. – Чего это я, в самом деле? Хочу сделать тебе сюрприз, Дакари. Пойдем?

– Сюрприз, надеюсь, приятный? – спросил я вставая. Ну а что, делать-то все равно нечего.

А Скайуокер в этот момент набрал воздуха в грудь, да так и замер.

– Это с какой стороны посмотреть, – выдохнул он, наконец.

О, как.

– Заинтриговал, признаю, – произнес я медленно. – Веди Сусанин.

– Надеюсь, – направился он в сторону выхода из ангара. – Это было не оскорбление.

– Смотря с какой стороны смотреть, – усмехнулся я в ответ.

Водил нас с Асокой, которая, понятное дело, не захотела оставаться одной, Сусанин… то есть, ну, вы поняли, Скайуокер недолго. Выйдя из одного ангара, мы, прошли метров сто и зашли в другой, мало чем отличающийся от того, где работает Дзик. Первое, что бросалось в глаза, то, что здесь больше военной техники. Точнее даже, целой военной техники. Если у Дзика ее чинили, то в этом ангаре скорей проводили профилактические работы. Особенно меня впечатлили штурмовые транспорты LAAT/i, точнее, их количество. Да и выглядели ряды этих машин грозно.

У Скайуокера в этом ангаре было свое место, по типу моего, только более навороченное – два верстака, куча контейнеров, два кресла, вроде того, что есть у Дзика, несколько столов, заваленных… всяким разным, ну и парочка дроидов серии R3.

– Ну и бардак у тебя здесь, – заметил я, оглядываясь. – Ты ж всегда чистюлей был.

– Времени последнее время… тьфу ты. Короче, нет времени наводить порядок.

– Времени у него нет… – пробормотал я, осматривая один из столов. – Зато есть ученица!

– Эй! – возмутилась Асока.

– Молчать, рабыня, – отмахнулся я от нее.

– Я тебе сейчас по лицу настучу, – сжала она ладонь в кулачок.

– Потом, – махнул на нее учитель. – Глянь на это, Дакари, – нажал он на пару кнопок верстака, после чего появилась голограмма, в которой я узнал программный код матрицы личности дроида.

– Сковорода долбаная, – буркнула Асока.

На что Скайуокер даже внимания не обратил.

– А что это, собственно, – спросил я, разглядывая голограмму? – Или лучше сказать, что в ней особенного?

– Это матрица личности новых дроидов КНС.

– Оу, – продолжал я рассматривать схему. Что-то в ней было… что-то…

– Что-то знакомое, – глянул я на Скайуокера.

Тот не ответил, лишь кивнул на голограмму, чтобы я сам разобрался.

– Дроиды КНС, значит… – протянул я. – Твою мать! Это ж моя матрица, – вскинулся я, когда, наконец, узнал то, что видел перед собой.

– Именно, – кивнул Скайуокер. – Если не считать небольших, я бы даже сказал – ювелирных, изменений во внешней оболочке, это полная копия того, что создал ты.

КНС. Украла. Мою. Матрицу.

– Охренеть, – произнес я и повернулся к Асоке. – И ты молчала.

– Я не знала, – пискнула та возмущенно. – Меня не интересуют такие вещи. Но вы, учитель, – ткнула она в него пальцем. – Могли бы и сказать.

Тот лишь устало вздохнул.

– А смысл?

– Но…

– Отстань, ученица, мне сейчас совсем не до этого.

– Нет, ну вот ведь засранцы, – провел я рукой по волосам. – Я ночами над этим корпел, все мозги себе сломал, а они просто взяли и выкрали мои труды… стоп. А как они это сделали?

– Это у тебя надо спрашивать, – ответил Скайуокер. – Но те дроиды, что ты отослал моей матери – целы и невредимы.

– Хм, – задумался я. – В принципе, с дроидами-тренерами были странные случаи, когда их непонятно кто кромсал. Но, видишь ли, в чем дело, Скайуокер – это бессмысленно. Если шпионы КНС спокойно гуляют по Храму, то им ничего не стоило просто зайти ночью в ангар, где у меня рабочее место, и просто скачать оттуда матрицу.

– И ты что, – начал заводиться Скайуокер, – держишь подобную информацию фактически у всех на виду?

– Ты тон пониже возьми, – нахмурился я. – Если б я знал, что Храм – проходной двор, я бы, несомненно, все спрятал. А если бы знал, что он проходной двор для КНС – вообще бы нахрен удалил. Но резвящийся здесь наемник, вас, похоже, ничему не научил.

Немного нечестно с моей стороны – я-то все прекрасно знал. Но вот то, что кто-то позарится на мою интеллектуальную собственность, мне в голову как-то не пришло.

– Извини, – еще раз вздохнул Избранный. – Нервы. Кто ж знал, что все так получится. Эти B4 стали очень неприятным сюрпризом для нас.

– Расскажешь?

– Да что тут рассказывать? Крайняя степень обучаемости, на довольно подвижной платформе, – подошел он к одному из столов и начал перебирать запчасти к каким-то дроидам. – Если бы у В4, кроме подвижности, было бы ещё что-нибудь, нам бы совсем кисло стало.

– Странно, как-то, – потер я лоб. – Моя матрица, конечно, рассчитана на обучаемость, но я бы не назвал ее выдающейся.

– А она и не выдающаяся, – заметил Скайуокер. – Она просто очень хорошая. Зато процессор, который КНС разработал специально под нее, оказался… ну очень дешевым. Ну и того, кто разрабатывал для В4 софт, иначе как гением не назовешь. Там и сами программы хороши, так он сумел их оптимизировать четко под твою матрицу. А учитывая ее запутанность…

– Это да… – пробормотал я. – А не странно, что КНС вообще решили ее использовать? Как-то это… – покрутил я ладонью. – Рискованно.

– Если бы они провернули все это за несколько месяцев, я бы согласился. А так… Судя по тому, что я наблюдаю, работали КНС как бы не несколько лет. Года два минимум. За это время можно многое учесть.

– Тебе лучше знать, – хмыкнул я.

И это так. В отличие от меня, Скайуокер хороший программист. И хакер, к слову.

– Я, собственно, что тебя позвал? Это, кстати, башка В4, – показал он мне голову дроида, которую крутил в руках. – Кхм, так вот. Хотел попросить тебя глянуть на то, что сделали КНС с твоей матрицей. Лучше тебя ее никто не знает, может, сможешь найти какое-нибудь слабое место?

– А сам? – удивился я.

– Не смог, – скривился он. – Я вообще ничего там не понимаю. Я, и ничего, – покачал он головой. – Взять хотя бы воинское приветствие. У них в «мозгах» прописано двадцать одно приветствие, и почему они пользуются именно тем, чем пользуются, я не понимаю. Причинно-следственные цепочки запутаны так, что… короче, запутаны.

Ну да, взять хотя бы их обращение ко мне. «Создателя» я точно не прописывал. И как они пришли именно к этому слову, не в курсе.

– Ладно, – покачал я головой. – Но сразу предупреждаю – сам не знаю, что сотворил. А как программист ты лучше. Так что не жди много.

– Понимаю, – кивнул Скайуокер. – Но хуже точно не будет, может, и найдешь что-нибудь.

Идеально. С этими новыми дроидами получилось идеально. Скайуокер на себе почувствовал, что такое бессилие. Дуку показал ему боль. В4 показали ему бессилие. Подстроить ему задание с сотнями детских трупов, и он познает гнев. Гордыню я разжигаю уже не первый год. Обиду обеспечит Совет джедаев. Хотя, тут надо помочь. Неуверенность в том, за что он сражается, я ему устрою. А страх… страх ему подарит некий сенатор. Пара разговоров с Энакином, несколько ситуаций на грани смерти с Амидалой, еще пара разговоров, и он будет дрожать от страха за свою любовь. Хорошо бы еще обеспечить ему пару видений… но нет, не стоит. Слишком велико его сродство с Силой. Чем и ценен. Может и заметить влияние. Так что будем работать по старинке – психология и много задушевных бесед.

Есть еще Дакари, но уж больно сложно с ним. Зато в качестве запасного плана и противовеса он хорош. Надеюсь, Скайуокер не оплошает и сможет вытащить его из Храма, а уж я обеспечу мальчику безысходность. Надо бы поговорить с Избранным еще раз. Проверка на Илуме очень многое показала, хоть было и непросто ее провернуть. Надеюсь… да, очень надеюсь. В том числе и на то, что он выживет. Ну а если нет, что ж, не в первый раз ошибаюсь. Главное ведь не в том, чтобы не совершать ошибок, а в том, чтобы обернуть их в свою пользу. Если же он выживет, останется провести последнее испытание на прочность… чуть позже. И вот после него, опять же – если выживет, можно начинать работать. Благо, после падения Ордена ограничений не будет никаких.

То, что сепаратисты сотворили с моей матрицей, я посмотрел. И вывод получился довольно забавный. Поначалу я не поверил в то, что вижу, потому перепроверил. А потом перепроверил еще раз, но менее забавным он быть не перестал. По факту КНС всего лишь добавило несколько блоков во «внешнюю» часть матрицы – дешево, сердито и элегантно, если честно. Эти блоки не меняли ничего, кроме того, каким именно разумным должны служить дроиды. Причем имелись в виду не расы или национальности, а вполне конкретные личности в виде членов совета КНС, все остальное определялось программно, то есть ложилось на плечи софта.

Да, софта… Пытаясь разобраться в тех программах, которыми снабдили дроидов, меня не покидало ощущение, что создавший их – либо гений, либо псих. Они настолько органично ложились на матрицу, что создавалось впечатление, будто и то, и другое писал один человек. Но мы-то знаем, что это не так. И что получается? А то, что тот неизвестный программист полностью разобрался в структуре матрицы, чего не получилось ни у Скайуокера, ни республиканских спецов, ни даже у меня – ее создателя.

Но если вы подумали, что это все и есть то самое «забавное», то вы ошиблись. Нет, забавное заключается совсем в другом, и это косвенно подтверждает факт, что писавший софт все же псих, а не гений, вникнувший в суть.

– Скайуокер, – поймал я его через несколько дней в том же ангаре у своего рабочего места.

– Дакари, – кивнул он на приветствие.

– Скажи, а у тебя есть рабочий экземпляр В4?

– Хм, – покосился он на один из столов, заваленный запчастями к дроидам. Похоже, тем самым. – Нет. Но собрать недолго. Только зачем?

– Хочу провести эксперимент, – ответил я осторожно.

– Что-то выяснил? – аж даже подобрался он. – Важное?

– Эй-эй, Скайуокер, – помахал я руками. – Успокойся. Ты воспринимаешь все слишком близко к сердцу.

– Близко? О, да. Это не ты, Дакари, раз за разом теряешь своих людей. Это не ты ночами не спишь над планами битвы, а потом видишь, как все рушится у тебя на глазах. Это не ты гадаешь, получится или нет на этот раз.

Последние слова он практически шипел. А как все начиналось – люди! Потери! Только вот закончилось несколько иным. Гениальным полководцем себя почувствовал. Победы, поверженные враги… а тут раз, и на землю опустили. Противник думать начал, какая печаль. И ведь не ткнешь его в это носом, не сейчас. Он и так взорваться готов.

– Кхм-кхм, – прокашлялся я. – Потери, конечно, плохо. Но и не повод срываться на юнлингах.

– Извини, – выдавил он из себя. – Но это я еще не срываюсь. Лучше выкладывай, что накопал, – перевел он тему.

– Это надо видеть, – почесал я нос. – Да и не факт, что получится.

– Собирать долго, – прищурился он. – Может, тебе одна голова сойдет?

– Хм… пожалуй, – отвел я от него взгляд. Знаете, смотреть на такого Скайуокера где-то даже стремновато – не дай бог реально сорвется, чай не обычный джедай, хрен утихомиришь. – Но потом все равно придется проводить дополнительные тесты.

– Что? Ты? Нарыл?!

– Мне не нравится твой тон, Скайуокер. – Давать слабину тоже нельзя. Сядет на шею и погонять будет.

– Да мне… плевать, – еле сдержался Избранный. – Ты играешь на моих нервах.

– А ты успокойся, – поймал я его взгляд. – Говорят, джедаям это помогает.

– Ты… – начал он, а потом медленно выдохнул. – Все, я спокоен. Говори, что… хатт с тобой. Вот, эта вроде рабочая, – взял он одну из голов, лежащих у него на столе.

Вы только не думайте, что я специально его доводил, просто так оно получилось. Уж больно резко он завелся, а прогибаться под него мне как-то не с руки. Только не под него.

– Ну и что ты мне ее тянешь? Ставь и включай.

– Дакари… – прикрыл он глаза. – Ну и язва же ты.

Плевать на слова, а вот судя по тону, он, похоже, действительно успокоился.

– На том стоим… – протянул я задумчиво, наблюдая за манипуляциями Скайуокера.

Вот он поставил голову дроида на стол. Развернул ее «лицом» к нам. Включил.

– Приветствую, Создатель.

– Гав, – неожиданно гавкнул Скайуокер.

– Не понял, – глянул я на него.

– Гав, – повторил он. – А что тут еще скажешь?

Время шло. После последнего разговора со Скайуокером прошло около полугода. Наступил 979 год от Руусанской реформы, а я справил свое четырнадцатилетние. Точнее, сначала он наступил, потом моя днюха, потом, если что, днюха Асоки, потом еще пара месяцев прошла… Короче, время шло.

С Избранным я за это время больше не разговаривал, такое впечатление, что он на меня обиделся. Даже здоровался при встрече нехотя, кивком. Моя личная шпионка в его стане говорила, что ничего не изменилось, просто дел у них много, но… то ли я ошибаюсь, то ли она.

А дел, судя по всему, у них и правда было немало. КНС напирала по всем фронтам и останавливаться на новых дроидах не собиралась. Появлялись и новые танки, и новые корабли, да и дроиды новые, кроме В4, тоже были. С ними, кстати, как я понял, ситуация выровнялась – клоны очередной раз доказали, что никакая техника с живыми разумными не сравнится. Несколько месяцев боев с не такими уж и многочисленными В4 заставили их приспособиться, да так, что обычных В1 они вообще на раз выносили. Примерно один к тридцати – такое соотношение потерь было у клонов и простых дроидов КНС. А вот с флотом у Республики все было не айс. Он, то есть флот, был всяко лучше того, что присутствовало у сепов, но один к шести, господа… ни один «Венатор» не выдержит, когда на него напирают шесть «Бунтарей». А увеличить количество кораблей мешало количество клонов. Корабли было просто некем укомплектовывать. Дошло до того, что стали набирать команды из обычных разумных, а не как раньше – ставить их лишь на командные должности. Да и в целом все шло именно к этому – все больше и больше появлялось подразделений, где клоны просто отсутствовали. Сложилась интересная ситуация, когда на требование Сената увеличить количество клонов Палпатин разводил руками, мол, не имеем возможности, а предложения создавать альтернативные армию и флот резались им на корню. Мы, мля, не можем допустить гибели обычных граждан Республики. Но самое поганое, что подобные вещи проходили у него очень легко. Ведь больше клонов – это деньги, которые можно уворовать, а альтернатива – это вообще «непомерные траты».

Но это то, что касается Республики. В Ордене тоже все было далеко от идеала. Больше всего меня поразил случай, я бы даже сказал – событие, которое я в каноне не помню. Но и повлиять на развитие ситуации так, чтобы все это произошло, не мог. А значит, либо я просто об этом не читал, либо канон моего мира и эта реальность имеют различия.

Началось все еще в начале войны, тогда очень многим джедаям не понравилось, что Республика втянула в нее Орден. Поймите правильно – да, джедаи очень активно участвовали в самом начале, фактически, официально начав ее. Но действия на Джеанозисе были достаточно легитимны со стороны Республики и Ордена. Понятно, что незаконное проникновение сенатора на планету не есть гуд. Даже не само проникновение, а то, как Амидала его совершила, но и так, все непросто. Если кто не помнит, повторю – Кеноби преследовал наемного убийцу, скрывшегося на планете. Случайно узрел то, что видеть ему не стоило. И что он делает? Никуда не ломится, никого не убивает, ничего не взрывает, просто отходит к кораблю и передает послание, где его и ловят. Заметьте – ловят. Я там не был, но Кеноби, чёрт возьми, не тот тип, которого можно просто поймать. Что он и доказал на арене чуть позже. Налицо то, что Оби-Ван просто не хотел разжигать конфликт. Он-то не знал, что будет всего лишь наживкой и формальным поводом. В общем, с какой стороны ни посмотри, но мужик, Орден и Республика были в своем праве.

А дальше идет Скайуокер. Прилетел на SOS учителя, увидел незаконную деятельность, был атакован, защищался, попался. Но даже так, убивал он ни фига не мирных жителей, а то ли охранников, то ли солдат… непонятно, короче. Но всяко разумных при исполнении, сознательно преступивших закон. А постройка дроидов, если вы не в курсе, точнее сборка именно В1, и именно теми личностями, была за несколько лет до этого законодательно запрещена.

Ну и наконец Амидала… Дура она, одним словом. Но ладно. Фиг с ним, что там произошло конкретно с ней, факт в том, что она была сенатором с дипломатической неприкосновенностью. Да даже если без нее – Республика не может позволить быстренько осудить и казнить своего сенатора. Она должна была отреагировать. А то, как она это сделала… ну… повод-то у нее был. И не надуманный, смею заметить.

Короче, случилось, что случилось. Главное же, что джедаи все прекрасно понимали и, в принципе, были не против произошедшего. Даже не против того, что какая-то их часть будет участвовать в войне. Это их дело. Но! Что сделала Республика? Она надавила на Орден, и тот выступил на ее стороне. Орден! Весь, и официально! Я уж не говорю про «надавили». В итоге, очень многие джедаи просто отказались принимать участие в этом «фарсе», как они говорили. Благо, Орден не та организация, которая заставляет своих членов что-то делать.

Но время шло, война набирала обороты, появились первые… «сорвавшиеся». Те, кто пал на темную сторону. Количество жертв войны росло, Сенат занимался фигней, а джедаи смотрели на это все со стороны и офигевали. Они и так знали, что внутри государства не все ладно, но то, что творилось… в общем, очень быстро стало распространяться мнение, что Республика потеряла право на… как бы это сказать… на то, чтобы быть хранителем равновесия в галактике. На то, ради чего, собственно, ее и создавали. Многие джедаи стали считать, что Республика не то государство, с которым Ордену по пути. Что Республика прогнила до основания.

Нет, никто не подстрекал на переход в стан КНС, ее они тоже не считали достойным политическим образованием, но они говорили о выходе из войны Ордена. Глупо, как по мне, но что есть, то есть. Правда на их стороне то, что это были лишь разговоры. Мол, я бы был не против – пусть сами разбираются.

Тем не менее, разговоры были, а война набирала обороты. Республиканские СМИ превозносили Палпатина и, тут стоит отметить, лишь некоторых джедаев, про остальных скромно умалчивая. Как и о тех, кто пал на ТС. Но слухи просачивались. Также не стоит забывать, что лидер КНС – тоже бывший джедай. С популярностью Палпатина могли соперничать лишь Скайуокер, Кеноби, Винду и Йода. Были и другие… популярные, но тут уж канцлер вырывался вперед. А главное, популярность популярности рознь. Тот же Скайуокер был всегалактическим героем войны, в то время как Палпатин считался героем от политики. То есть супер-пупер управленцем. Был случай, когда выступивший против одного из его решений сенатор был прилюдно освистан, что, в конце концов, просто убило его карьеру. Пропаганда работала по полной, быть в прошлом знакомыми с членами КНС стало банально опасно. Не для жизни, нет, для карьеры. И вот на этом фоне всплывает отношение некоторых джедаев к Республике. Уж поверьте – Ордену это популярности не принесло. И тут, как гром средь ясна неба – группа джедаев официально на весь Корусант, читай на всю галактику, заявляют… хотя обращение было достаточно продолжительным, сводилось оно к одному: Республика затягивает войну, и хорошо бы уже начать хоть какие-то переговоры. Хотя бы, блин, попытаться, чего не было сделано ни разу.

Что тут началось… в чем только джедаев не обвиняли… Свелось, однако, все к утверждению, что как минимум часть Ордена – предатели. Ату их. И что сделал сам Орден? Я, по понятным причинам, не знаю, что творилось в Совете и Сенате, не знаю, какими причинами они руководствовались, но вот итог меня огорошил – несколько десятков одаренных показательно изгнали из Ордена. За брожение внутри организации, что могло привести к расколу. Да, десятки – это немного, по сравнению с парой сотен тысяч имеющихся джедаев, но, народ… это… это сложно объяснить. Я не раз и не два говорил, что члены Ордена почти семья. А для очень многих без всяких почти. То есть отец пендалем выгнал младшего сына из дома за то, что тот хотел решить конфликт не отца даже, а его знакомых. Какого хрена, а? Какого хрена, народ?!

Доверие… было подорвано очень сильно. Не знаю, что творилось вне Храма, а здесь царила тишина. Даже гражданский персонал, те же техники, старались работать молча. Да мне и самому как-то говорить не хотелось. Нейтральные темы не ко времени, шутки… м-да, о случившемся – муторно. Вот и говорили все только по делу. А ведь Орден старался держаться подальше от политики, а ничем иным все это и не объяснишь. Что смешно – я тоже старался держаться подальше от Ордена, от его проблем и удач. В конце концов, мы-то с вами знаем, что существовать ему недолго осталось. А что в итоге? Хандрю, как и все.

Что не мешает мне заниматься делами. Например, самыми нижними этажами Храма. Про то, что где-то там вход на нижние этажи Корусанта, я знал давно, более того, это знает каждый юнлинг, из уст в уста, шепотом передавая истории об этом жутком месте. Информация эта не секретная, в отличие от входа туда из Храма и схем этих этажей. Джокаста Ню довольно вежливо послала меня, заметив, что не тот у меня уровень допуска, чтобы знать входы-выходы секретных ходов. Типа информация о том, как скрытно можно попасть в Храм слишком опасна, чтобы рассказывать ее пусть и не простому, но все же юнлингу. Да и опасно там. Когда о лабиринтах, в которых живут жуткие существа, шепчутся дети – это одно, а вот когда это делает архивариус Ордена, задумывается даже такая тупая личность, как я.

Тем не менее, запасной выход из Храма, когда его будут штурмовать, мне необходим, и достать информацию по нему нужно сейчас, дабы было время проверить, как оно там. Посему пришлось направить свои стопы к Хранителю Великого голокрона. Уж у него-то нужная мне инфа точно имеется.

– Нет, – обрадовал он меня. – Мне запрещено выдавать эти схемы.

– М-м-м… – почесал я затылок. – И как мне получить разрешение?

– Его могут выдать члены любого из четырех Советов.

Тут стоит пояснить. До того как я попал в этот мир, да и некоторое время после, я был уверен что в Ордене есть лишь один Совет, тот самый, в котором состоял Йода. Однако в реальности… как минимум этой, их насчитывалось четыре. Высший Совет – основной управляющий орган Ордена. Последняя инстанция, так сказать. Именно там сидели суровые дядьки Йода и Винду. И именно отсюда в свое время ушла Джакаста Ню. И знаете куда?

Совет Первого Знания – орган, отвечающий за знания Ордена. В том числе и Темные. Именно здесь обосновалась Ню, заняв пост Главного библиотекаря Архивов джедаев. А всего пару недель назад совместила этот пост с Хранителем знаний. Это, если совсем просто, глава Совета Первого Знания. До нее это место занимал Эвен Пиэлл, также бывший член Высшего совета, но недавно он погиб на планете Лола-Сауи. Темная история, в которой засветилась наша троица беспредельщиков – Скайуокер, Оби-Ван и Асока.

Следующим у нас идет Совет Примирения. Весьма неоднозначный орган. Основной сферой его деятельности была… барабанная дробь… политика! Само собой, обзывалось это все иначе, но именно члены этого Совета представляли Орден в Сенате. Также, помимо утрясания конфликтов политиков, Совет занимался судебными делами. Фактически судом Ордена были именно они. Пал на Темную сторону? Взорвал какую-нибудь станцию? Надавал по морде простому разумному? Они очень тщательно рассмотрят ваше дело, и не факт, что оправдают. Хотя Скайуокеру, стоявшему перед ними больше десятка раз, до сих пор везло. И это не считая Кеноби, стоявшего вместо него, будучи учителем Избранного.

Четвертым Советом был Совет Назначения. Именно они управляли Корпусом Обслуживания, в который входили все «гражданские» корпуса. И именно они отвечали за юнлингов и, в какой-то мере, падаванов. Это они, если что, распределяли детишек по корпусам. Членом Совета Назначения был главный куратор младших джедаев – Калис Орем. Тот самый надменный арканианец. Ну, и не стоит забывать моего непосредственного начальника Рула Аэлори, являющегося действующим главой Совета.

Помимо этих, главных, Советов Ордена, были и местечковые, обитающие на различных планетах. У Академии джедаев, располагающейся на огромном корабле, курсирующем по галактике, тоже был свой Совет. Да и у каждого корпуса имелся свой собственный. Но именно эти четверо считались и, собственно, управляли Орденом. Но, еще раз отмечу, главным управляющим органом был Высший Совет.

Ах да, не могу не упомянуть, что членство сразу в нескольких Советах не запрещалось, однако, джедаи такие джедаи… ответственность не позволяла им сидеть на двух и трех стульях, если они не справлялись со своими обязанностями. Я уж не говорю про простое желание заниматься чем-то конкретным, к чему душа лежит. Джокаста Ню вам в пример.

Так вот, возвращаясь к вопросу о схемах подземных этажей – среди моих знакомых присутствуют аж несколько членов Совета. Или Советов, если точнее. Джокаста Ню свое слово сказала. К Орему можно и не подходить. Йода… спорная личность, подойти можно, но лишь в последнюю очередь. Аэлори тоже не прост, да и не настолько у нас с ним дружеские отношения, чтобы он выдал разрешение. Эх, жаль Драллиг не состоит ни в каком Совете. Зато я хорошо знаком с другим магистром, который может мне помочь. Оби-Ван Кеноби – уже с год как входит в Высший совет Ордена. Мужик, стоит признать, тоже довольно непростой, но с ним у меня, возможно, что-то и получится. Главное, действовать осторожно, а то закусит удила на почве опасности нижних этажей, и хрен его переубедишь, что я, как бы, тоже не пальцем деланный.

Впрочем, данное дело пришлось отложить – как выяснилось, Кеноби буквально вчера отправился на очередную миссию, и когда будет – неизвестно. Я же, раз такое дело, решил заняться обдумыванием способа задержать клонов при штурме Храма. Отбить оный штурм полностью, как по мне, довольно проблематично, хоть и не без шансов. Только вот что это даст? Сидеть потом посреди враждебной планеты с кучей планетарных сил? И долго сидеть будем? Определенно нет. Так что именно задержать.

И первое, что мне пришло в голову при обдумывании данной проблемы – это дроиды. Да вот беда: на полноценных боевых дроидов в нужном количестве мне не хватит ни денег, ни ресурсов, ни времени. Да и толку нет, если честно. Не думаю, что Палпатин не учтет пары тысяч… ну, пусть тысячи, дроидов-охранников, тут нужно что-то менее заметное. Одноразовое, я бы даже сказал. Да такое, чтоб джедаи не противились присутствию этого в Храме. Дроиды-уборщики-убийцы? Смешно звучит, но, в принципе, почему бы и нет? Вот только их придется делать очень много, ибо ничего, кроме платформы с бластером, тут не придумаешь. А простая платформа, типа турели, это просто тир для клонов. Вот будь она тяжело-бронированная… но замаскировать ее после этого под уборщика будет сложно.

Что там у нас еще есть? Тренировочный дроид. В целом, если бы его можно было обработать, было бы идеально – тысячи летающих, стреляющих и жутко маневренных шариков – это стремно. Но увы – прикинув, сколько это будет стоить, от идеи пришлось отказаться. Проблем тут было… много. В такой маленький корпус просто не влезет полноценный бластер. Это ведь и источник энергии, и контейнер с газом тибана в качестве патронов, и небольшой репульсор, дабы он мог летать, и плата обеспечивающая его манёвренность. Увеличить? А замаскировать тогда как? Главное ведь, это маскировка, причем даже не от Палпатина, а от самих джедаев. Попробовал всунуть в него не бластер, а лазер, но и тут фигня получилась. Мощности такого лазера просто не хватало, чтобы пробить броню штурмовиков. Лично позаимствованный шлем подтверждает. Решил испробовать банальную взрывчатку – получился воистину одноразовый дроид. Он даже был способен убить. Но и тут закралась проблема – как натравить их на клонов? Процессор данного аппарата не был приспособлен для подобной работы. Если точнее, он не мог… как сказать-то… в общем, он мог лишь подлететь к заданной цели и взорваться. Проблемы, спросите вы? А проблема в том, что если задать цель как бойца в броне клонов я еще мог, то вот сделать так, чтобы они отличали труп от живого, уже нет. Выслеживать цель? Затаиться? Уворачиваться? Не взрываться, если рядом со штурмовиками кто-то еще? Да хотя бы не лететь на одного человека толпой? Нет, это не про них. И другой процессор в них не вставить никак – не рассчитаны они на это.

Подумав и прикинув, я понял, что замаскировать что-то боевое под то, что уже есть в Храме, я не смогу. Так или иначе. Все время всплывают препятствия. Разве что, того же уборщика, представляющего из себя прямоугольную коробку десять на двадцать сантиметров. Но сделать они смогут очень мало. Да ладно, и то хлеб. Но и придумать что-то альтернативное тоже нужно.

Про свой бывший клан я тоже не забывал, как, собственно, и клан обо мне. Рос нашел своего учителя и, будучи падаваном, передал бразды правления Тами. В этот же год клан Нуна стал лучшим в Храме, и его герб повесили в главном зале «учебного» этажа. Нехилое достижение, между прочим, учитывая его возраст. И да, я гордился ими, даже устроил небольшой праздник, заугощав всех сладостями до потери подвижности.

Интересный фактик: Рос, когда я одаривался по поводу его падаванства, ни слова не сказал на некоторую сумму в кредитах, выданную ему мной. Лишь кивнул, хмуро поинтересовавшись, каким образом я свяжусь с ним, когда начнется начало конца, ведь они с учителем могут оказаться в любой части галактики. На что пришлось заметить, что Храмовый передатчик достанет их где угодно.

Бене Дар тоже получила своего учителя… настолько радостной я не видел ее никогда. Еще бы… я б тоже был радостный, попади в падаваны к Драллигу. Но это мы с Бене, не помню, говорил ли, но наш наставник слыл жутким типом, получив среди юнлингов кликуху Тролль. И уж поверьте, троллем он был далеко не форумным.

А еще через месяц Храм потрясло очередное событие – две сотни джедаев, как обычных, так и рыцарей, добровольно, по своей личной инициативе, демонстративно ушли из Ордена. Я был там, как и многие другие. И своими глазами видел вереницу одаренных, выходящих из главных ворот. Один за другим они ступали на лестницу ведущую вниз, к подножию Храма, и один за другим пропадали из виду стоящей у ворот толпы. Добровольное изгнание, так они это назвали, уйдя вслед за теми, кого вышвырнул Орден незадолго до этого.

Грустно было. Грустно от осознания того, что, в принципе, они были правы, и прислушайся к ним Орден, возможно, он бы избежал своей участи. Хотел было поинтересоваться, где их можно будет найти, куда-то же надо девать спасенных юнлингов, но после того, как их лидер во всеуслышание объявил, что новообразованный Орден Дженсаарай ждет всех несогласных с политикой Ордена джедаев на планете Сесефи, я отказался от этой затеи. Что знают двое, то знает свинья, как говорится. И, как мне кажется, до прилета пополнения из юнлингов эти Дженсаарай не доживут.

Примерно об этом я и размышлял, медитируя в главном зале звездочетов. Не только об этом, конечно, у меня вообще настроение в тот раз было довольно меланхоличным, но перед тем как поставить точку и закончить с медитацией, мысли мои возвращались «в ту степь». Время «обязаловки» кончилось, и весь оставшийся день был в моем распоряжении. Наверное, стоит покаяться и признаться, что я именно что медитировал – «следить за вселенной» мне по-прежнему не нравилось, а так как смысла в этом, учитывая то, что случится в будущем, не было, я и не заморачивался.

– Мать… – открыл я глаза и тут же закрыл их вновь. – Скайуокер, я чуть душу Силе не отдал. Не подкрадывайся так больше.

– Здравствуй, Дакари, – открыл глаза сидящий прямо напротив меня Избранный и, по всей видимости, тоже медитирующий. – Не хотел тебе мешать, вот и решил дождаться, когда ты закончишь.

– А на хрена так близко подбираться?

Скайуокер, как и я, сидел по-турецки, и его колени почти касались моих.

– На всякий случай, – ответил он.

– На какой такой…

– На всякий, Дакари. На всякий, – повторил он. – Пойдем, Совет Ордена ждет нас, – встал он на ноги.

– Что? Какой еще… – и тут до меня дошло. – Скайуокер, су… – прикрыл я глаза и начал считать до десяти. – Что бы там ни было, технически я все еще юнлинг, и без Аэлори мне перед членами Совета делать нечего.

– Рул Аэлори уже там, – произнес он, глядя на меня сверху вниз.

Обложил, сучонок.

– Ну что ж, – начал я, медленно вставая. – Пойдем. В таком случае, – закончил я сквозь зубы.

Само собой, никто нас специально не дожидался, и уже перед дверью в зал Совета мы прождали еще минут пятнадцать. И лишь после того, как оттуда вышли несколько незнакомых мне джедаев, прошли внутрь. Вот тогда я и понял, НАСКОЛЬКО меня обложили. Кроме членов Совета и Аэлори, там находился еще и Драллиг. Сам по себе он ничего не решает, но вот подтвердить мои боевые навыки вполне способен, а большего от него и не требуется. Дерьмище.

Совет представляли всем известный Йода, чернокожий Винду и змееногий Оппо Ранцизис. Эти были, так сказать, во плоти. Кроме них, в виде голограмм присутствовали Пло Кун, приведший Асоку в Орден, и Кит Фисто – водоплавающий тип с желто-зеленой кожей, огромными черными глазами без зрачков и множеством щупалец на голове.

Слегка подтолкнув меня в центр зала, Скайуокер отошел к Драллигу и Аэлори, стоящим немного в стороне, но так, чтобы любому из членов совета не пришлось выворачивать шею, дабы обратиться к ним.

– Здравствуй, Рейн, – обратился ко мне Йода. – Собрались мы здесь сегодня, дабы тему важную обсудить, – пожевал он губами. Похоже, и сам не знает, как подступиться.

Впрочем, заметил это не только я один, и возникшую паузу заполнил безбашенный Винду.

– Мы в курсе того, как обстоят дела с дроидами В4, и что ты можешь на них… влиять. В связи с этим у нас есть задание для тебя, – вот тут я хотел было его прервать и послать куда подальше, но сдержался. В конце концов, отказать я могу и после того, как он выскажется, зато это будет не так нагло и вызывающе. – Три дня назад в руки Республиканской разведки попала информация о местонахождении завода полного цикла по сборке этих, в высшей степени неудобных, дроидов. Как ты знаешь, из-за В4 армия Республики несет заметные потери, слишком заметные. Если с этим что-нибудь не сделать, вскоре КНС решит, что затраты на данные дроиды окупают себя, и такие заводы поставят по всей территории сепаратистов. Во что это выльется, думаю, ты и сам понимаешь.

Ну да. Говорить о том, что Великую Армию Республики расколошматят в хлам, не приходится, но потери и впрямь будут колоссальные. Вот только с моей стороны есть два возражения, которые я не могу озвучить. Первое – так будет лучше для всех. Кроме клонов, понятно. Ведь тогда Камино не будет справляться с поставкой бойцов, и Сенату просто придется бросить клич среди обычных разумных. И второе – Палпатин не даст КНС перейти на В4, ведь ему тоже нельзя допустить того, что последует за этим.

И хоть озвучивать я свои мысли не могу, кое-что спросить все-таки следует.

– Зачем вам я? И что помешает КНС поставить другой завод на новом месте?

– Взаимосвязаны вопросы эти, – ответил Йода. – Над планетой Рагуолис, что в секторе Райобалло, флот вражеский находится в количестве… немалом. Прямая атака к потерям приведет большим. В то время как сам завод лишь В4 охраняют.

– Ты нужен для того, – вновь заговорил Винду, – чтобы провести операцию малыми силами и тихо. В этом случае мы сможем запустить дезинформацию, что у нас появился способ противостоять этим дроидам. Новое оружие, вирус, что угодно, лишь бы они посчитали В4 нерентабельными и закрыли производство. Само собой, корабли мы тоже подготовим на всякий случай. Если что-то пойдет не так, будет кому отвлечь флот КНС и забрать вас с планеты.

План, прямо скажем, не идеален – не дебилы же в КНС сидят… Ах, ну да – Палпатин.

– И вы вот так возьмете, – спросил я, приподняв бровь. – И пошлете юнлинга рисковать жизнью?

– План этот… – начал Йода, но его прервал негр.

– Падаванами становятся в тринадцать лет. С тринадцати лет они рискуют жизнью! Ты же на год старше и юнлингом являешься лишь технически. К тому же, мастер Драллиг утверждает, что ты уже давно готов к серьезным делам.

– Не играйте словами, магистр Винду, – нахмурился наставник. – Вам это не идет.

– Что? – повернулся к нему этот черномазый.

– Не играйте моими словами, – повторил Драллиг. – Я всего лишь сказал, что он не уступает падаванам в фехтовании. Про готовность я не говорил ни слова.

– А еще вы говорили, что он достаточно самостоятельная личность, с трезвыми, взрослыми рассуждениями.

– Именно, магистр, – аж процедил Драллиг. – И будьте уверены, лезть на рожон парень не станет. Если он посчитает, что не готов к такой миссии, это будет означать, что он действительно не готов.

– Но верно и обратное, – не сдавался Винду.

– Вот и спросите его об этом, а не решайте за него сами.

– Обязательно спросим, – сел Винду прямо. – Но для начала необходимо и самим решить этот вопрос. Пока я склоняюсь к тому, что он готов.

Даже не знаю, злиться или гордиться. Чтоб вам было понятней – именно Винду не раз и не два высказывался в том плане, что тринадцатилетние – слишком ранний срок для падаванства. Мол, в этом возрасте дети остаются детьми. Не помню, говорил или нет, но у Винду к спиногрызам довольно трепетное отношение. В самом лучшем смысле этого слова.

– Ты так и не унял свой нрав, юный Мейс, – покачал головой Йода.

– Кхм, кхм, – прокашлялся Винду. Все-таки Йода умеет осадить, не думаю, что сегодня его еще раз перебьют.

– Что скажете вы, магистр Аэлори? – продолжил чебуратор.

– Я против того, чтобы моих юнлингов отправляли на войну, – прикрыл он на мгновение глаза. – Для этого есть армия, флот и рыцари-джедаи.

– По этому поводу…

– А если они не справляются, – перебили уже Винду. – То что-то мы делаем не так, – припечатал Аэлори.

– Что ж, – потер лоб Мейс Винду. – Ваша позиция ясна.

– Скажи мне, Энакин, – заговорила голограмма Пло Куна. – Насколько вообще реально провести задуманную тобой операцию без юнлинга Дакари.

– Нереально, – покачал тот головой. – На заводе более четырех тысяч дроидов В4, и это я не считаю тех, что законсервированы и ожидают отправки на фронт. Одна команда, и за несколько секунд от двадцати до двухсот тысяч единиц противника будут готовы вступить в бой. Про флот, который окажет поддержку, и вовсе молчу.

– Но не находятся же они там постоянно, – заметил Пло Кун. – Можно подгадать под отправку дроидов в армию.

– Именно так мы и сделаем, – кивнул Скайуокер. – Но названные мной цифры – это неприкосновенный запас. А так, по данным разведки, там склады на четыреста тысяч дроидов.

– Серьезно, – заметил Оппо Ранцизис. – Если таких заводов будет несколько… – замолчал он.

– Миллионные армии ежемесячно, – подтвердил Скайуокер. – Не думаю, что они откажутся от В1 и остальных дроидов, но и того, что будет, хватит для нейтрализации клонов. По большому счету, я удивлен, что они не сделали этого до сих пор.

Да кто ж им даст, Сковородкин? Палпатин не дремлет. Как подумаю, какими делами он воротит, становится еще страшней. Это ведь только со стороны кажется легко – тут он Канцлер, там есть Дуку. А на деле, тысячи сенаторов, которых необходимо контролировать. Не обязательно управлять, но хотя бы контролировать их действия. Да тот же граф по традициям ситхов просто обязан плести против Палпатина интриги – то есть контроль необходим еще и Дуку, как и всему КНС. Но это только контроль, а ведь он еще и управляет всем этим.

Великий голокрон давал мне уроки управления различными структурами, так что я примерно представляю, каково приходиться Палпатину. Даже больше скажу – в теории я бы смог управлять Республикой или КНС, но не тем и другим, разыгрывая войну, когда враги по обе стороны, а половину твоих дел приходится делать тайно ото всех. Но опять же – это все в теории. По факту, я обычный кухонный политик.

– Ну а что насчет атаки в лоб? – спросил Кит Фисто. – Насколько реален такой вариант?

– Второй Джеонозис, – покачал головой Скайуокер. – Взять планету мы сможем, да нам даже брать ее не надо, но потери будут колоссальными. Я уж не говорю про то, что сепаратисты могут посчитать, что мы готовы ради уничтожения В4 пойти на любые жертвы. А это, несомненно, подтолкнет их к развертыванию других заводов. А ведь придется еще и наземную операцию проводить, где дроиды покажут себя во всей красе, что опять же…

– Подтолкнет их к созданию новых заводов, – кивнул Винду. – Эта операция тем и сложна, что нам надо победить минимальными силами и быстро. Сделать так, чтобы КНС разочаровалась в В4.

На меня сейчас такие ощущения накатили, будто я бегу по коридору, спасаясь от чудовища, и при этом уверен, что впереди меня ждет тупик. Еще немного, и мой отказ от участия в миссии будет выглядеть как-то не так. Вот интересно, они специально так разговор ведут, или у них само собой это получается? Покосился на Драллига – хмурится, на Аэлори… ну, по этому лицу хрен чего поймешь.

– Прошу прощения, – я даже руку приподнял немного, как какой-нибудь школьник моего мира. – Мне кажется, что вы слишком упираете на военные действия. Неужто нельзя придумать что-то другое?

– Мальчик прав, – заговорил Аэлори. – Вы забыли, что Орден не только военизированная организация. Может пора уже мозгами поработать?

– Ну-ка, ну-ка, – состроил ироничное лицо Винду. – У вас есть какие-то иные предложения?

– У меня? – изобразил удивление чангрианен. – Вообще-то это ваша задача.

– Как вариант, – встрял я, – можно демонстративно посетить ту планету с заводом, а потом атаковать какой-нибудь менее защищённый. Мол, плевать нам на ваши В4. И если уж вы можете распускать слухи в их стане, убедите КНС, что огромная масса В1 страшнее для нас, чем лучшие, но не такие многочисленные В4.

– Вариант интересный это, – заметил Йода. – Но больно ненадежный он.

Вот же ж скотина мелкая.

– Просто как вариант, – постарался не процедить я эти слова.

– Страха нет, лишь злость горит в тебе, – посмотрел на меня пристально чебуратор. – Ты так не хочешь Республике помогать?

Тему переводит старик. Неужто тоже хочет, чтобы я поучаствовал в этой авантюре?

– Республика и сама может себе помочь, – ответил я ему. – Но даже так, дело не в этом, просто Орден перестает быть таким, каким был до войны.

– Много ты знаешь, каким он был.

– Без обид, Скайуокер, но побольше тебя.

Каюсь, не утерпел.

– Довольно, – произнес строго Винду. – Нашли место для перепалок. Мы обсуждаем совсем не это. И даже не то, каким был Орден, хотя тут я с тобой не согласен, юнлинг. Или скажешь, что я тоже чего-то не понимаю?

На авторитет давит. Ладно, промолчим.

– В спорах рождается истина, – произнес неожиданно Кит Фисто. – Послушав вас, я пришел к выводу, что Рейн Дакари действительно готов к этой миссии.

Вот дерьмище.

– Согласен, – подал голос змееногий.

Пипец.

– Поддерживаю.

Жесть. И Пло Кун туда же.

– Мое мнение вы слышали, – заявил Винду.

Ниггер чернозадый. Остался Йода. Конечно, теперь от его слов мало что зависит, но если и он согласится, Аэлори с Драллигом промолчат точно. А чебуратор молчал, о чем-то задумавшись.

– Скажи мне, юнлинг, почему джедаи из Ордена выгнаны были?

Неожиданный вопрос. И, признаться, в тему. Если бы не тот случай, я бы, пожалуй, не стал так злиться. Поломался для виду, да полетел дроидов крошить. Все же были у меня мысли на войне побывать, дабы репутацию укрепить. Ведь тогда мне будет проще и с юнлингами, и с падаванами, и даже с некоторыми взрослыми. А тут такое! Если до изгнания джедаев я не горел желанием сражаться за Республику, то после мне и за Орден воевать как-то не хочется. А если решат пожертвовать? Что им теперь какой-то юнлинг?

– Жертва, – ответил я наконец. – Слишком большой резонанс в галактике. Как-то нужно было решать вопрос, вот вы их показательно и выкинули. Да и Сенат, уверен, давил на Совет.

– Как-то даже обидно, – хмыкнул Винду.

– Знали они, на что шли, – покачал головой Йода. – Говорили мы им, просили, убеждали, объясняли… да без толку все было.

– Совет знал об их желании выступить, – опять встрял Винду. – Но это было глупо. То, чего они хотели, можно было сделать, и, уверяю тебя, юнлинг, все к тому и шло. Но действовать надо было тише. Тише, юнлинг! Эти идиоты знали о том, что произойдет после их заявления, и вместо того, чтобы просто выполнять свои обязанности, которые и состояли в том, чтобы закончить эту войну более-менее мирным путем, решили идти в прессу. Это был удар в спину Ордена. Лишь Сила знает, на что они рассчитывали, но лично я думаю, что они хотели отделения джедаев от Республики. И что ты считаешь, нам было делать? Ждать следующего удара? Многие считают джедаев наивными. Может быть. Но разве мы похожи на идиотов? Что скажешь, юнлинг, стоило нам ждать, пока собственные братья спровоцируют выступление Республики против нас, с оружием в руках?

Твою мать… ну не знал я таких подробностей. С другой стороны, сам виноват – догадаться, что будет после того выступления в прессе, они были обязаны, а я обязан был это понимать. Да что уж там, на их месте я бы точно так не поступил. Это было просто глупо.

– О помощи мы просим тебя, Рейн, – заговорил Йода. – Миссия эта многих смертей избежать позволит. Заставлять не в наших принципах, потому и решение от тебя лишь зависит.

Шах и мат, Леха. Рано тебе с магистрами спорить. Но Скайуокер, какая скотина…

Я взял время на «подумать». Не люблю, когда на меня давят, да и никто этого не любит, а на меня именно что давили. Хрен с ним, со Скайуокером, его позиция была высказана раньше, хрен с ним, с Винду, ничего другого я от него и не ожидал, но Йода… какого черта он творит? Что ему от меня нужно? Чего он добивается? На этом фоне удивленное лицо и почесывание затылка Оби-Вана, когда он узнал о том, что меня хотят отправить на фронт вместе с диверсионным отрядом, выглядят как-то естественно. Вот уж истинный джедай – для него данная ситуация выглядит диковато.

– Не ожидал подобного от Совета, – пробормотал он тихо.

Встретились мы с ним случайно, через пару дней после разговора с Советом, а так как разрешение мне по-прежнему было необходимо, я его и перехватил. Ну и выдал для затравки свою историю – с чего-то же надо разговор начинать.

– Магистр Винду говорил, что падаванами становятся еще более молодые, чем я, – хмыкнул в ответ.

– Действительно, – сложил он руки на груди. – Тогда надо собрать всех библиотекарей, учителей и звездочётов, что сидят в Храме безвылазно, и отправить их на войну. В конце концов, многие из них в прошлом были рыцарями.

Кеноби… Умеет он сбить с толку. И дело не в тех словах, что он говорит, а в тоне, которым он вещает. Я вот лично совершенно не понял сейчас, шутит ли он, говорит ли серьезно или иронизирует.

– Да… я… эм-м-м… тоже об этом подумал.

– Ну а сам что думаешь обо всем этом? – спросил Оби-Ван, поглаживая бородку.

– Технически, – скривился я, – они все правильно говорили. Республике ведь, после этой операции, даже слухов никаких не надо пускать – на заводе наверняка имеются камеры наблюдения. И что-то мне подсказывает, на таком объекте информация с них будет идти не только на основной сервер, но и на резервный.

– Который, по правилам, прячется ну очень хорошо, – кивнул Кеноби.

– И который точно переживет разрушение завода, – вздохнул я. – Вряд ли КНС продолжит выпускать дроидов, по сути им не подчиняющихся.

– Могут попытаться убить тебя, – нахмурился джедай. – Правда, в Храме это сделать крайне затруднительно, – всполошился он после своих слов.

– Да ладно, мастер Кеноби, – махнул я рукой. – Не стоит меня успокаивать. Как мне думается, даже после этого сепаратисты закроют этот проект, а значит, и тратиться на мое устранение бессмысленно.

Ну и про Палпатина не забываем – Скайуокер наверняка уже давно ему все растрепал. И если я до сих пор жив, значит и ему выгодно устранение завода. К тому же, из-за того же Палпатина, мне совершенно плевать, выгорит операция или нет – я в любом случае под ударом.

Блин, как бы на разрешение к допуску к информации по катакомбам перейти?

– Значит, ты решил пойти навстречу Совету? – прервал мои мысли Кеноби.

– Не знаю я, – лицо скривилось против моей воли. – Не решил еще. И не хочется, и… – замолчал я, вздохнув.

– Если тебе интересно мое мнение, то я против, – произнес мягко Кеноби. – Но ты всегда был ответственным парнем, и подозреваю, согласишься. Поэтому мой тебе совет – ищи плюсы.

– Например? – заинтересовался я.

– Ну… ты всегда любил возиться с дроидами, а тут такая возможность умыкнуть пару десятков.

Или сотен. Мля. Или тысяч. Там ведь по-любому грузовые корабли имеются.

– Не, – пробормотал я, задумавшись о своем. – Десятки и в Храме валяются.

– Хм… ну тогда… – принял Кеноби ответ на свой счет. – Красочный рассказ для юнлингов.

– Причина не очень, – покосился я на мужчину.

– Так я не о причинах, а о плюсах, – улыбнулся он в ответ.

Да и не важно. Об этой причине-плюсе я думал в первую очередь. Не о рассказе, понятное дело, а о репутации после него. Вообще, если не брать во внимание раздражение от навязывания мне этого дела, плюсов в нем очень много. Начиная от той самой репутации, и до выбивания различных плюшек после него. Тот же допуск. Может не спешить с этим? Здесь и сейчас мне как-то не приходит на ум, как свернуть разговор на эту тему. И гарантированно получить разрешение. И если уж на то пошло, в свете новых событий лучше об этом поговорить с Йодой. Этот мне где-то даже должен. Заодно провентилирую вопрос о том, что ему от меня потребовалось.

Хм, мои мысли сейчас похожи на попытки человека оправдать свою лень, отложив какое-нибудь дело на потом. О!

– А ведь если подумать, – начал я. – КНС может из принципа попробовать меня… кхм… того…

– Ну что ты, Рейн, – попытался успокоить меня джедай. – Храм – чуть ли не самое безопасное место в галактике.

– Ситхские голокроны подтверждают? – ухмыльнулся я в ответ.

– Охо-хо… нам теперь до скончания веков этот момент поминать будут? – покачал головой Кеноби. – То происшествие было учтено, Рейн, и теперь пробраться сюда еще сложней.

– Но можно, – отрезал я. – Неудачников сюда и не пошлют, а профи найдут путь. Через те же катакомбы под Храмом.

– Это… – замялся Оби-Ван. – Маловероятно.

– Вот вы сами и ответили – маловероятно – не значит невозможно.

– Данные о катакомбах засекречены, Рейн. Достать их со стороны невозможно. К тому же, служба охраны Храма утверждала, что все учтено, значит, и этот путь тоже.

Ну вот и причина подойти к нему после миссии. Хотя…

– Надо проверить, – произнес я задумчиво.

– Эта информация тоже засекречена, – важно кивнул в ответ Кеноби. – Говорю же, систему охраны со стороны не узнать.

– То есть Дуку может быть в курсе?

– Э… – подзавис Оби-Ван. – Случай с проникновением в Храм был уже после его ухода, а значит про новые охранные системы он не в курсе.

– Вот и проверю эти системы, – не желал я сдавался.

– Знаешь, давай лучше этим займусь я, – произнес он неуверенно.

Вот ведь святой. У него и без этого дел навалом, но говорить об этом бессмысленно – лишь удила закусит.

– Проверяйте, – пожал я плечами. – А потом проверю я.

– Рейн, – вздохнул мужчина устало. Наверное, о глупых детях сейчас подумал. – Это все-таки небезопасно. Ты мне совсем не доверяешь?

Крупная артиллерия Кеноби? Но меня этим не пронять.

– Доверяю. Но две пары глаз лучше, чем одна, – ой мля, не то сморозил, как бы он меня с собой не потащил.

– Ты не сможешь этого сделать, Рейн, – как маленькому начал он объяснять. – Для этого надо иметь информацию по катакомбам, а она…

– Засекречена, я в курсе, – позволил я себе перебить его. – Значит, придется рисковать и идти так.

– Ох, парень… – потер он лоб.

– Не волнуйтесь, магистр Кеноби. Совет посчитал меня готовым к поездке на фронт, значит, и там я как-нибудь разберусь.

– Значит, ты все-таки решил ехать, – начал он опять поглаживать бороду.

Это что ж получается, я сам себя в угол загнал? Нет. Пожалуй, нет. Приходится сознавать, что я уже мысленно смирился с этой поездкой. Как ни крути, а плюсов действительно много. Но с Йодой я все-таки поговорю.

– Получается, так, – пожал я плечами.

– Давай сойдемся на том, что посетим катакомбы вместе, – он все-таки сказал это. Впрочем, подобное решение на поверхности плавало.

Дурку, что ли, включить? Или детское упрямство? Как бы он после такого окончательно не воспротивился.

– А может, уважаемый магистр Ордена, член Высшего совета, просто даст мне допуск?

– Чем тебя предыдущий вариант не устраивает? – не повелся Кеноби на смену темы.

– Тем, что у вас слишком мало времени. Да и я не могу пойти туда в любое время, – надеюсь, последнее утверждение прокатит. – А проверять там, как я подозреваю, очень много, и за один раз это не удастся. Растягивать подобное дело на месяцы? Да мне проще самому там полазить.

– Это опасно, Рейн, – слегка закатил глаза мужчина.

– Я – мастер Нимана, – в который раз пожал я плечами. – Если это так опасно для меня, то лучше мне забиться в темный угол и не отсвечивать.

– Даже так? – да-да, он вновь схватился за свою бородку.

Как бы он меня хвастуном не посчитал.

– Технически, – дополнил я. – Я с трудом верю, что стал настоящим мастером, но даже так, у меня должно хватить боевых умений на безопасное обследование катакомб.

– Пусть так, – покачал головой Кеноби. – Но одному там, и в самом деле, лучше не появляться.

Да что такое?! Может, ну его, такой запасной план? Если там так опасно, то как мне провести там толпу детей?

– Я не настаиваю, – чуть склонил голову. – Побродить по катакомбам я могу и без информации о них.

– Вот ты упрямый юнлинг. Ладно, я подумаю над твоей просьбой.

Просьбой? Разве я о чем-то просил его?

На следующий же день я нашел Йоду и официально согласился на миссию. Можно было послать весь совет, да толку? Что бы это принесло, кроме морального удовлетворения? Безопасность? Ага, с Палпатиным, который знает про мастер-код. Мне вообще сейчас остается только надеяться, что я лишь причина для устранения В4, потому что если нет – гадский канцлер с меня не слезет. Еще и в самой миссии что-нибудь подстроит. Но сейчас у меня есть реальная надежда на Скайуокера, который летит вместе со мной – уж его-то Сидиус подставлять не станет. Не на смерть.

Мне даже винить некого, сама ситуация, в которую я попал, спровоцирована именно мной. Низменным желанием похвастаться. Ведь нетрудно было догадаться, что если про мастер-код узнает Избранный, про него тут же узнает и Палпатин. Но нет, решил, дебилоид, удивить Скайуокера. Удивил, мля.

Но даже не будь тут замешан ситх, что будет, если Йода резко потеряет ко мне доверие? Не знаю. Но рисковать неохота. Из Ордена, конечно, не выкинут, а вот услать куда-нибудь после битвы при Корусанте – запросто. Чтоб делов не натворил. А то, фиг знает, что может предпринять эта осуждающая Республику и Орден личность. Ведь мое невмешательство в события моего же «видения» держится именно на уважении Совета, Ордена и Йоды в частности. Засомневаюсь в их попытках все исправить и тю-тю – начну действовать по-своему, пытаясь изменить «ложное видение». Чебуратору даже уверенности не надо, хватит сомнения – уж больно ставки высоки.

– Еще что-то спросить желаешь? – переступил с ноги на ногу гранд-мастер.

Хм, попытаться что-нибудь выбить?

– Магистр Йода, – начал я осторожно. – Не будет ли против Орден, если я захвачу из миссии трофеи. Скажем… несколько сотен дроидов.

– Кхе, – издал непонятный звук чебуратор. – Обширные планы у тебя, юнлинг. Орден не одобряет накопления личные, но и не запрещает. Нюансов, правда, есть несколько. Дроиды КНС опасны слишком, безопасность обеспечить ты должен…

– Лично каждому мозги перепрошью, – вклинился я. – Удалить лишние блоки не проблема. С программами вообще легко – подправить и разом всем перезагрузить.

– Не знаю, не знаю… – вздохнул джедай. – Работа объемная слишком.

Не стоило его перебивать.

– Уж я постараюсь, магистр. Помощников тоже найти не проблема. И простите, что перебил.

– Молодость, молодость, – покачал тот головой. – Второе, на чем настаиваю я – задание на первом месте должно быть. Не стоит ради игрушек миссией рисковать.

– И захотел бы – не смог, магистр. Рисковать жизнями окружающих меня не прельщает.

– Что ж, тогда оставим в покое нюанс третий. Остальное обговорить можно, когда вернетесь вы. И если трофеи будут.

– Как скажете, магистр.

А не слишком ли легко мне досталось разрешение? Орден – реально непонятная штука.

– Думаешь, почему согласился я так легко? – прервал мои мысли Йода.

Епт. Во дает старик. Опыт, мля. Как сказал бы тот мужик со станции отца.

– Так и есть, магистр, – кивнул я.

– Что-то подобное предполагал я, – вздохнул джедай. – Обдумать успел. Скажи, – поменял он резко тему. – Не задумывался ли ты, почему настойчив я так был на совете?

Не думал, что он первый заговорит на эту тему. Да и высказался он чересчур дипломатично. Нет, чтоб сказать: «Загнал в угол».

– Думал, магистр, – поджал я губы. – Слово там, слово здесь, и завершающий удар в конце. Вы мне выбора не оставили. Как будто я априори готов вам был отказать. Я уж не говорю про дурацкие доводы.

– Последние слова для других были сказаны, – удивил меня чебуратор. – Внимания не обращай. Другое важно. На миссии побывать ты должен был, остальное – мои интриги.

– Интриги? В самом сердце Ордена?

– Не против джедаев интриги те, хотя и им посмотреть стоило. Главное, ситх в окружении канцлера.

– Вы даже на мгновение не задумывались, что я могу быть прав? Да? – что тут еще скажешь? Остается только головой качать. И жалеть Скайуокера, которого втемную… Стоп. Чего это я? Так ему и нужно, любимцу подстав.

– Задумывался, – поник Йода. – Обязан я и о таком думать. Потому и подстраховку готовлю. Ведь так ты сказал однажды?

Неожиданно. Крайне… неожиданно. Особенно то, что он со мной этим поделился.

– Но основная версия, как я понимаю, это «ложное видение».

– Слишком многое говорит об этом, – кивнул старый джедай и даже повторил: – Слишком многое. Будь иначе, было бы проще намного.

Не очень удачное место для подобного разговора. В смысле, коридоры Храма, где я перехватил чебуратора, ничем не хуже зала Совета, но вот мрачности они добавляют точно.

– Так зачем вам посылать меня на войну? – спросил я, нарушив тишину.

– Перестраховка, – поднял он на меня глаза. – О детях кто-то позаботиться должен, но простому юнлингу сделать это сложно будет.

– Ну ты… прошу прощения… вы даете. А сами? В изгнание?

– Не знаю я, что произойти может. Уверен ли ты, что выживу я?

– Уверен, – произнес как можно более уверенно.

– А я нет, – ответил он серьезно.

Так старик что, умирать надумал? Хотя, с его колокольни видение ложное – тут, и в самом деле, что угодно произойти может.

– Но если что… – начал я.

– Не думай о плохом, юнлинг. К пораженчеству приводит это. К отговоркам. Думай. Делай. Побеждай. А если проиграл ты, не должно быть сожалений. Ты сделал все, что мог.

Я вдруг вспомнил слова Йоды из фильма.

– Не пытайся. Делай или не делай, – произнес я тихо.

– Истинно так, – кивнул старик. – Нельзя пытаться. К неуверенности ведет это.

– Я понял, магистр. Позвольте еще вопросик. Следует ли из ваших слов, что вы будете пихать меня и в другие миссии?

– Пихать, – проворчал старик. – Нет. И одной хватит.

– Не подумайте, что я против, но… одна? Какой в ней смысл?

– Юнлингам и этого хватит. Как и тебе. Как и мне. Думаешь, мне просто было принять решение это?

– Вас послушать, так меня может любой падаван заменить. Главное, быть в нужное время в Храме.

На это Йода сокрушенно покачал головой и ответил:

– И старше меня в Ордене джедаи есть, так почему в Совете не заседают они? Вместо меня. Вместо магистра Винду? На своем ты месте, юнлинг, и заменить тебя некем.

– Так значит, – решил я уточнить. – Одна миссия и все?

А ведь я сейчас могу отказаться, и это не повлечет за собой последствий.

– Все так, – кивнул магистр.

Интересно, а он догадывается, какие у меня мысли в голове крутятся? Про отказ и прочее.

– Я согласен.

Хоть и говорил уже ему это, но лучше повторю. Ну его нафиг. Вдруг, проверка какая?

– В таком случае…

– Прошу прощения, что перебиваю, магистр Йода, – поклонился я слегка. – Но у меня есть еще один вопрос.

– Дослушать ты мог вполне, – вздохнул старик. – Слушаю я тебя.

– Что насчет камер наблюдения? Учитывая, что завод непростой, данные с них, как и многое другое, должны собираться на резервном сервере, который запрятан очень далеко, и вряд ли буден уничтожен вместе с ним.

– Логичные мысли, юнлинг, – нахмурился Йода. – Но разведка утверждает, что протокол гражданский при постройке использован.

– Это… странно, – удивился я.

Получается, что там нет ни резервного сервера, аналога «черного ящика», ни защитных турелей, причем, как внутри, так и снаружи, ни дополнительных систем датчиков. Да там даже прямой связи с внешним миром нет. То есть, если на них нападут, они должны вручную связаться с военной базой, ну, или там со станцией на орбите, чтобы им прислали помощь.

– Странно, – кивнул магистр. – Но факт фактом остается.

– Вам ведь тоже это не нравится, магистр, – потер я лоб. – На ловушку как-то все смахивает.

– Похоже, вот только на кого? Без тебя операция эта смысла не имеет, но ловушка на юнлинга?

– На того единственного юнлинга, – не согласился я с его скепсисом, – который может управлять В4.

– Что может один, то могут двое. Не стали бы КНС дроидов таких использовать, – покачал он слегка головой.

– Тут я, пожалуй, с вами соглашусь, – пришлось мне кивнуть. – Но все-таки… похоже ведь.

– Похоже, – пожевал он губами. – Но причина другая тут должна быть. Что-то, чего не видим мы.

– Так может… ну его, – повел я плечами. – Если уж вы так хотите устроить мне выход в свет, можно и что-нибудь другое придумать.

– Проблема в том состоит, юнлинг, что от дроидов тех и правда избавляться нужно.

– Да ладно вам, пусть воюют, – произнес я осторожно.

За что заработал неопределяемый взгляд от Йоды.

– Клонов ты за людей не считаешь, а в обычных разумных личностей не видишь, – попенял он мне. За дело, в принципе. – Учитель тебе нужен, чтобы показал галактику во всех ее гранях.

– Да мне как-то и у звездочетов неплохо.

Свят-свят. Одна, две, ну три миссии, это еще ладно, но колесить по галактике и иметь реальный шанс пропустить кульминацию истории? Вот уж нет уж. Зато я вдруг осознал, что бы случилось, откажись я от этой миссии прямо в зале совета. Правильно у меня чуйка сработала.

Ой-ей… чего это он на меня так странно смотрит? Оценивающе.

– Не на кого менять тебя, – повторил он вдруг неожиданно.

Ну точно, я сейчас в Храме на птичьих правах тусуюсь. Прелестно.

– Да и бессмысленно, – решил я все-таки побороться немного. – Убить, разве что.

– Знаешь ведь ты, – вздохнул Йода тяжко и очень устало, – что не сделаем мы этого. Не надо слова такие вслух произносить. Больно это, знаешь ли.

– Простите, магистр, – самую малость устыдился я. – Но наша с вами ситуация вокруг моего видения… – запнулся я, подбирая слова.

– Понимаю я все, юный Дакари. Не будем об этом. К дроидам же возвращаясь, информация у нас есть… неподтвержденная, что новую платформу под твою матрицу КНС разрабатывает.

Ох ты ж мать… да не…

– Палпатин не даст, – озвучил я свои мысли.

– Ситх, – посмотрел на меня строго Йода, – что в окружении Канцлера, ты хотел сказать.

– Да даже если так, ему не нужно, чтобы КНС выиграла. К тому же Палпатин знает… обо мне, – выдавил я под конец.

– Канцлер может и знает, а вот в ситхе не уверен я, – покряхтел магистр. – КНС и в этом случае победа не гарантирована, а вот джедаев погибнет гораздо больше. На это ситх и рассчитывает. Готовы мы были к войне этой и сил сохранили больше, чем в видении твоем. Теперь же… – замолчал он. – Как бы потери наши еще выше не стали. Видения ложные тем и опасны – сложно изменять их.

Вот ведь старик завернул. А главное, как стройно в его теорию вписывается. И на совете ему помалкивать пришлось. Можно, конечно, было недомолвками все пояснить, но там ведь не дураки сидят, по-любому чего-нибудь заподозрят, а учитывая, что он обещал хранить тайну того, кто ложное видение выдал… И сам совет нужен был для каких-то там интриг. И мой вариант решения проблем, который я перед Советом озвучил, теперь бессмысленен – ну не будет обращать Республика внимания на В4, и что? Всего лишь появится В5. После чего ВАР захлебнется в крови. Я-то знаю, что Палпатин не допустит этого – ему позарез нужны клоны, которые будут окружать джедаев в час икс, но Совет-то в этом не уверен. Точнее, они уверены, что все может легко повернуть в еще более худшую сторону, потому имеют в виду и такое развитие ситуации.

И кстати, они в чем-то правы – что стоит Палпатину увеличить численность Великой, мать ее, Армии Республики, за счет обычных разумных, а клонов сделать элитой, которой будут управлять джедаи? И что тогда изменится? Ничего, только война быстрей закончится. А на войну в целом и ее причины мне как-то плевать. Хм, а ведь как бы цинично это ни звучало, но мне выгодно, чтобы война длилась как можно дольше, дабы у моей родни, было больше времени на усиление. Было бы гораздо проще, знай я точно, сколько по канону продлилась Война клонов.

Блин, как все запутанно.

– Почему вы не поговорили со мной обо всем этом заранее? До совета, – заговорил я после продолжительной паузы, во время которой Йода не мешал мне думать, терпеливо дожидаясь, когда я разложу все по полочкам у себя в голове.

– Реакция нужна была естественная, – ответил он мне спокойно.

Мне только вздохнуть оставалось. Прав ведь старик. Учитывая, какие монстры ментального сканирования находились в зале Совета.

– И какая конкретно? – полюбопытствовал я.

– Любая, Рейн. Любая. Лишь бы естественной была она.

Понятно. А после совета я и сам подойти должен был. Собственно, и разговор обо всем этом завел именно он. Одно радует – я не дебил, просто не обладал всей полнотой информации.

– Магистр, – вздохнул я показательно, мол, все понял, со всем согласен. – Раз уж пошел такой разговор, у меня к вам личная просьба – не могли бы вы дать мне допуск к информации по катакомбам под Храмом?

Ну а что? На Кеноби надейся, а сам не плошай.

– Опасно бродить там в одиночку, – нахмурился старик.

– Я знаю, но мне это необходимо, – я уже совсем не уверен, что такой запасной план нужен, но проверить обязан. – Поверьте, я тоже не горю желанием туда соваться, но… мне не нужны сомнения.

– Не знаю, для чего тебе это, хоть и догадываюсь, но и спрашивать не буду. Допуск получишь ты. После миссии.

– Спасибо, магистр Йода.

И на фига я мозг ломал с Оби-Ваном? Ладно, будем считать это тренировкой в убалтывании.

– Все будет нормально, Рейн, – вещала Асока на храмовой парковке, пока мы ждали челнок. – Слетаем туда быстренько, сделаем быстренько все дела, и обратно. Ничего там опасного и не будет. Все рассчитано, план…

– Асока, – прервал я ее на полуслове. – Хватит нудеть.

– Я? Нудеть? – возмутилась девочка. – Я всего лишь пытаюсь успокоить друга, а ты сразу «нудеть»!

– Успокоить? – повернул я к ней голову. – Так это ты меня успокаиваешь? А позволь спросить, что именно ты хочешь успокоить во мне?

– Ну… это… – замялась она. – Э-э-э… ну… волнение, – произнесла она осторожно.

– Волнение разное бывает, – не отставал я от нее. – Давай-ка ты поконкретней.

– Н-не понимаю. Чего ты пристал ко мне, вообще?

– Да вот, терзают меня смутные сомнения…

– Как настроение, Дакари? – хлопнул меня по плечу подошедший Энакин.

– По делу… – рыкнул я на него, немного сорвавшись. – Скайуокер. Ко мне обращайся только по делу.

– Кхм. Челнок будет через минуту.

Только не думайте, что я разозлился на Асоку за то, что она намекала на мою трусость перед миссией. Мне глубоко плевать, на самом деле, на такие вещи. Все несколько сложней и проще одновременно.

Дело в том, что после того, как я озвучил свое согласие перед Йодой, об этом откуда-то узнал Драллиг. Он, кстати, не был зол или недоволен моим решением, реально принял, как есть. Так вот, когда он узнал о моем решении, пообещал мне жесткие тренировки и слово свое выполнил. Не прошло и трех дней, как мы стояли с ним в Голографическом зале, где он разблокировал для меня двух противников пятого уровня. Как объяснил наставник, в будущей миссии мне потребуется скорей внимание, чем опыт дуэлей, и конкретно эти ситхи помогут мне его тренировать.

Первым противником были два близнеца, работающие в паре, вторым – тип, что умудрялся создавать пять своих клонов. Типа, плотная иллюзия, ага. Так что, и в первом, и во втором случае, я оказывался в меньшинстве, и крутиться мне приходилось ой-ей как. И что б вы думали? За тот месяц, что подготавливалась миссия, и за который, к слову, Скайуокер с Асокой успели слетать на очередное задание, я выиграл лишь четыре раза. По два раза там и там. И попытки переломить ситуацию я предпринимал до последнего, лишь сегодня выделив день на отдых. Хотя здесь и сейчас я прикидывал, сколько нам добираться до цели, и что времени на отдохнуть у меня будет полно.

Надо было еще пару боев провести. Хотя бы.

Именно в этот момент я и почувствовал, как мне на плечо легла рука. Повернув голову, сталкиваюсь взглядом с Асокой. Ее серьезно-обеспокоенная мордашка вызывала дикое умиление.

– Я чувствую твою злость, Рейн. Не стоит. Поверь, я знаю – ни к чему хорошему она не приводит.

– Ох, Шпилька, – улыбнулся я. – Ты такая милая, когда серьезная. Не волнуйся, все со мной будет нормально.

Кстати, поверьте моему опыту – когда краснеет кто-то с красной кожей, это все равно заметно.

– Это… приходит незаметно, – мягко убрала она руку с моего плеча. – Будь осторожней со своим гневом.

Ого. Что ж у нее там за история была?

– Гнев ведет на темную сторону, – ляпнул неожиданно Скайуокер. Похоже, он просто не знал, что сказать, но очень хотел.

Капитан Очевидность, мля.

Впрочем, наши с Асокой взгляды, судя по тому, как он смутился, таки заставили его осознать свою никчемность, как учителя.

Забирал нас вошедший недавно в строй штурмовой челнок типа «Ню», своими опускающимися и поднимающимися крыльями напоминавший мне тот, на котором летали Вейдер и Император в первых фильмах канона. По плану мы должны были добраться до ближайших, к нужной нам планете, скоплений сил ВАР, и уже оттуда на добытом разведкой шаттле КНС лететь к заводу. Ну, а так как штурмовой челнок не был рассчитан на длительные полеты, в его задачу входило лишь доставить нас на «Венатор» – основной боевой корабль Великой Армии Республики.

О, «Венатор»… Тысяча сто тридцать семь метров металла и мощи. Обладающий весьма нехилым вооружением, но при этом, по сути, являющийся авианосцем. Может я немного и предвзят, но единственным минусом, который я в нем видел, было отсутствие капитанского кресла на мостике. Чтоб, значит, сесть и ощутить, что все это твое. А то стоишь, как и все остальные… Хочу трон, как у Сидиуса на Звезде Смерти-2. Да и «Венатор» к трону тоже был бы не плох.

В общем, скучать за те четыре дня, что мы летели к точке встречи, мне не пришлось. Конечно, все облазить я не смог, но и без этого разочарованным не остался. Где я только не побывал. Капитанский мостик, что без кресла, был не очень интересен. Орудийные палубы, взлетная, генераторная. Даже жаль – если я и смогу когда-нибудь заиметь такой же кораблик, он к тому моменту, уверен, сильно устареет.

А когда мы прилетели на место встречи, и я с мостика окинул взглядом десяток «Венаторов», меня посетило забавное чувство – я хотел посмотреть вживую на бой этих кораблей с равным противником и, одновременно, не хотел оказаться в подобном замесе. Можете считать меня трусом, но когда от меня ничего не зависит, становится как-то некомфортно.

Тянуть Скайуокер не стал – уже через час после прибытия мы стояли в ангаре другого «Венатора», где находился челнок Торговой Федерации, на котором мы и полетим до нашей конечной цели.

– Ну и уродец, – заметил я, ни к кому не обращаясь.

– Четырнадцать с половиной метров, – заговорил стоящий рядом Скайуокер. – Два дроид-пилота, пассажирский отсек на десять мест, в данном экземпляре немного увеличенный, средняя скорость в космосе, средняя в атмосфере, слабенький щит, такой же корпус, обладает тремя хилыми пушками. Специально для этой миссии был поставлен убогий гипердвигатель, что в КНС явление нередкое. Но главное, в его бортовом компьютере имеются все актуальные на данный момент коды доступа. Что? – обратил он внимание на мой взгляд. – Скажи еще, не по делу.

Стоит отметить, что за все время полета мы так и не нашли с ним общий язык, и виноват в этом только я. Несмотря на то, что я давным-давно успокоился, все еще продолжал терроризировать бедную Сковороду, которому реально было не по себе после своего поступка с Советом. Знаю, поведение детское, но вот такой вот я засранец. Сейчас, кстати, никаких злобных рож с моей стороны не было, обычное вежливое внимание, но, похоже, предыдущие разы сделали Скайуокера параноиком, и он видел то, чего не было.

Пора с этим заканчивать.

Но не сейчас – не то место, не то время. Да и один из клонов, что грузили в челнок оборудование и припасы, подошел. Нет, я их не стесняюсь, но, может, с чем важным идет?

– Челнок загружен, сэр, – отрапортовал он.

– Отлично, – ответил Скайуокер. – Кстати, Дакари, познакомься – капитан Рекс. Именно он со своим отделением полетит вместе с нами.

Что можно сказать о Рексе? Клон как клон. Волосы, разве что, высветлены. Но учитывая, как порой эта братия изгаляется, чтобы выделиться, данная деталь – мелочь. А вот с броней у Рекса несколько интересней. Дело в том, что подошедший к нам клон был облачен в доспехи первой фазы, что славились своим неудобством. А вот шлем, который он нес в руках, был от доспехов второй фазы. Сами по себе они были более удобны и функциональны… за исключением того самого шлема. Функций в нем было побольше, а вот в удобстве шлему первой фазы он проигрывал. Реально, забавный выбор. Ну и нельзя не отметить два пистолета DC-17 у него на поясе. Отличные армейские машинки. Не без минусов, но да кто же станет поставлять в ВАР самое лучшее оружие? Повезло, что откровенное дерьмо не шлют.

Ах да, чуть не забыл сказать про ткань, по типу юбки, на поясе и синие части брони, что выдавало в нем 501 легион. А ведь, вроде, именно они будут штурмовать Храм.

– Не нравишься ты мне, – произнес я медленно.

– Э… прошу прощения, сэр? – переспросил он осторожно.

Это я, не подумав, ляпнул. И Скайуокер с Асокой осуждающе молчат.

– Блондинка с оружием – это всегда страшно, – выдал я, подумав.

Пауза несколько затянулась. Тут хохмы про блондинок нет, но Асока с нашим Избранным не раз от меня подобное слышали.

– Зато грудь колесом. Сэр, – первым заговорил штурмовик.

А я не выдержал и улыбнулся. Было что-то в Рексе… располагающее. И можете мне поверить – я хоть и не воевал с клонами бок о бок, но общался с ними тоже немало. И эта его особенность не относится ко всем клонам. Да и в Силе, если приглядеться, он источает некий располагающий к себе задор. Еще Йода говорил, что все клоны, хоть и на одно лицо, но внутри очень разные, и моей чувствительности вполне хватает, дабы подписаться под его словами. Собственно, из-за этого я и недолюбливаю клонов – если они такие разные, то какого хрена все как один выполнили «приказ 66»? Почему никто не воспротивился? Да хотя бы вопросы задавать не начал? А ведь они умудрились укокошить своих командиров-джедаев, и это означает, что в Силе они до последнего не воспринимались как враги. То есть они не считали джедаев врагами, просто выполнили приказ. Ни ненависти, ни сожаления, ни удивления, ни обиды, что джедаи их предали. А ведь по сути «приказ 66» – это директива уничтожения предателей Республики. Смотрел я эти приказы, их никто и не секретил. Там помимо атаки джедаев, оказывается, есть и атака канцлера. С этим вообще забавно – приказов, так или иначе отстраняющих Канцлера от власти, аж двенадцать штук, а джедаев – лишь один. Неудивительно, что Совет согласился со всеми ста пятьюдесятью директивами. Вот и думаю я, как все это несочетаемое может сочетаться в клонах? Может, все-таки были не выполнившие приказ 66?

Короче, Рекс мне понравился, и все тут. В будущем, если не помрет, он будет штурмовать Храм и убивать всех без разбора, но пока он союзник. А там видно будет.

– Грудь – это да… – хмыкнул я. – Ладно, сисястый, меня Рейн Дакари звать, – протянул я ему руку. – Будем знакомы.

– КК-7567, – ответил он на рукопожатие. – Но откликаюсь и на «Рекс». Сэр.

– Всегда подозревал, что ты, Скайуокер, падок на блондинок, – повернулся я к нему.

– Что? Нет! О чем ты, вообще? – удивился джедай.

– Это он так шутит, учитель, – пояснила Асока ворчливо.

– Глупые шутки… Ха, так, значит, я прощен? – наставил он на меня указательный палец.

И где тут логика? Может, я не шучу, а издеваюсь. Впрочем, чуйка у Скайуокера отменная, как и повод для меня.

– Но с тебя желание, Скайуокер, – ответил я ему. – Потом подумаю, что с тебя стребовать.

– Везде выгоду ищем? – спрятал он ладони в рукава и, сложив их на груди, демонстративно нудным голосом произнес: – На темную сторону ведет поведение такое.

Еле сдержался, чтоб не ответить по этому поводу. Нашелся, блин, светлейший джедай. Вот уж кому на эту тему лучше не шутить, а быть предельно серьезным. Ладно, замнем для ясности. Кстати, отделение Рекса, которое полетело с нами, состояло из десяти человек, с броней, как и у их командира, промаркированной в синий цвет. Еще немного 501 легиона, чтоб им пусто было. Лучше бы кого-нибудь из спец отрядов взяли, вместо чисто штурмового подразделения.

До Рагуолиса мы летели неделю, несмотря на то, что планета была ближе, чем эскадра «Венаторов» от Корусанта. Но в этом, как я понял, виноват хреновый гипердвигатель челнока. Также по плану через пару дней за нами должна выйти эскадра, в обязанности которой вменялось прикрыть нас, если что. Она, кстати, была усиленной, состоящей аж из сорока кораблей одних лишь Разрушителей. Точнее не так – тридцать шесть «Венаторов», четыре десантных «Акламатора» и десять кораблей поддержки, а именно корветов CR90. Вынести оборону Рагуолиса, состоящую из двух крепостей и трехсот кораблей разного тоннажа, этими силами не выйдет, а вот вытащить нас из жопы – вполне. Но я все же рассчитываю на тихую операцию, с отходом на грузовом корабле завода в конце. Как вспомню тот срач, что возник, когда я озвучил желание уйти на грузовике, прихватив трофеи… так приятно становится. Вы ведь не думали, что я буду секретничать, не обсудив ни с кем свои действия? Нет уж, слишком много проблем это несет. Начиная от банального отсутствия жрачки и заканчивая тем, что сбить меня будут пытаться как чужие, так и свои, ибо пропусков и документов у меня нет. По факту остановить меня, в любом случае, никто не мог, разве что исключив из миссии, вот им, точнее Энакину, и пришлось согласиться, немного переработав план. В конце концов, уйти всегда было проще, чем прийти. Это подходить вплотную к планете из гиперпространства еще не научились, а свалить можно сразу, надо лишь чуть-чуть от нее отойти. Можно, конечно, рассчитать прыжок беглеца, но есть туча способов затруднить расчёт, например, вывести движки корабля в момент прыжка на пиковую мощность. Или при выходе в чистый космос скакнуть еще раз. А потом еще. С каждым прыжком поиск становится все трудней и трудней. В этом способе, правда, есть и минусы, такие как мощность навигационного компьютера, от которой зависит скорость расчета координат. Или тот же гипердвигатель, многие из которых не рассчитаны на беспрерывные скачки. Но в моем случае, все это фигня – я прыгну в точку эвакуации, где нас будет ждать усиленная эскадра ВАР, а я сомневаюсь, что вслед за убегающим грузовиком пошлют большие силы.

Первая часть плана, подразумевающая проход челнока через оборону планеты, прошла как по нотам. В тот момент все, Скайуокер, Асока и я, столпились в кокпите, наблюдая за огромным количеством кораблей, циркулирующих по орбите Рагуолиса, и была эта парочка на удивление нервной. Нет, я понимаю, что многие планы не выдерживают столкновения с реальностью, и готовым надо быть ко всему, но не постоянно же. Это если читать разные приключенческие книжки да смотреть фильмы, создается впечатление, что все планы по той или иной операции просто обязаны пойти как-нибудь не так, в реальности же такое – крайне редкое событие. Ну, может, и не крайне, но не постоянное точно. Скайуокер же со своей ученицей выглядели так, будто для них это данность, а планы они составляют просто потому, что такова традиция.

Но вот все коды были приняты, и дроиды-пилоты направили челнок на поверхность планеты, а Скайуокер поджал губы.

– Эм… учитель, – произнесла неожиданно Асока. – Должно же и нам когда-нибудь повезти.

Похоже, я прав на их счет, а они понимают друг друга без слов.

– Центр даже на связь с пилотами не вышел, – ответил Энакин. – А ведь нашего появления в их плане полетов нет. Должны же они были хотя бы спросить, кто мы и зачем сюда прилетели?

– У вас вообще бывает, что все идет как должно? – спросил я с усмешкой.

– Иногда, – вздохнула в ответ Асока.

– Эх, – покачал я головой. – Чувствительность моя хреновая… это ж надо было отправиться на миссию с двумя проклятыми напрочь джедаями.

– Но-но, Дакари, – вскинулся Скайуокер. – Задание-то мы выполняем. И плевать, что они почти все… с накладками.

– Вам-то может и плевать, а окружающим? Сколько клонов погибло рядом с вами?

После этих моих слов Асока как-то приуныла, но ей на помощь пришел Скайуокер.

– Много, но это не из-за того, что они рядом с нами. Просто у нас подготовка лучше, и мы выживаем там, где остальные гибнут.

– Да! – произнесла Асока с вызовом. Не хочет девчонка быть проклятой. Да и тему пора замять, хрен с ними.

– Как вариант, – пожал я плечами.

– Я не проклята, – нахмурилась падаван. – И учитель… – замялась она на пару мгновений, успев на него покоситься. – Тоже.

– Знаешь, ученица, – скривился Скайуокер. – Мне вот не понравилась эта твоя пауза, – и глянув на обзорный экран, направился в пассажирский отсек. – А ты, Дакари, лучше поинтересуйся приключениями Оби-Вана. Вот уж кто проклят.

Очень даже может быть. Но, чисто теоретически, вполне возможно, от него хочет избавиться Палпатин, оттого и вечные траблы. Все же Кеноби имеет нехилое влияние на Скайуокера, чего Палпатину не нужно. Но тогда учитель Энакина реально бессмертен.

Планета представляла собой каменистую пустыню. Красный песок, красные камни, красные скалы и огромные красные каньоны. Вот на краю такого каньона и стоял нужный нам завод. Огромный, сцуко, завод. Еще когда нам показывали его голограмму, я поверил, что ему действительно нужно аж четыре тысячи охранников. А когда увидел из челнока, последние сомнения исчезли. И что интересно, по данным разведки, обслуживали его всего пять живых разумных. Точнее, дежурили на нем, потому что обслуживали его тоже дроиды, только гражданской модели.

Понятное дело, приземляться прямо перед заводом мы не стали – мало ли. Приземлились чуть в стороне, и как давай топать ножками целый километр. Мне-то что, а вот клоны, кроме своего снаряжения, тащили на себе и приличного размера ранцы с взрывчаткой. Одиннадцать клонов – одиннадцать ранцев. Кстати…

– Слышь, сисястый, – приотстал я. – А одиннадцать зарядов на завод хватит?

– Так точно, сэр, – раздалось из под маски. – Заряды барадиевые.

Ох ты ж, мать-перемать!

– Э… – отодвинулся я от него. – Ты это, плавней иди. Плавней.

Барадий – не только опупеть какая мощная взрывчатка со своей спецификой, она еще и опупеть какая нестабильная. Меня теперь две мысли преследуют: хорошо, что я не знал о барадии, пока летел на челноке, и не многовато ли это – одиннадцать ранцев. Половины хватит, чтобы превратить «Венатор» в шарик плазмы.

– Не теребите душу, сэр, – ответил клон. – У меня от волнения сиськи трясутся и центр тяжести скачет.

– Это у тебя не от сисек, Рекс, – отодвинулся я еще немного. – Это от стальных яиц.

– А я думал, это броня при каждом шаге звуки характерные издает. А оно вон значит как. Сэр.

– Да вы хоть голос приглушите, пошляки хаттовы, – возмутилась Асока, идущая впереди.

Но вот наше великое путешествие, длиной в километр, закончилось, и мы все расположились за небольшой скалой – последним укрытием перед тремястами метрами открытого пространства, в конце которого нас ожидал укрепленный пост охраны, состоящей из пяти В4. Такие посты, кстати, охватывали весь завод полукругом, а условно задняя его часть упиралась в скальный обрыв. Вообще, если подумать, жутко неудобное место для обороны, а вот для окружения и атаки – самое то. Такое впечатление, будто при его закладке просто тыкнули пальцем в карту. А вот другие заводы на этой планете для обороны пригодны гораздо больше. Это не мои слова, это Скайуокер сказал. Типа, нам еще повезло, мол, остальные заводы бла-бла-бла. Защищены, короче.

Да бог с ними, с мелочами. Про все рассказывать никаких записывающих устройств не хватит. Учтите это, слушающие данную запись. Если вам нужны подробности, идите в Архив, в тамошних файлах, если вы их найдете, подробно расписана данная операция.

Я же стоял у края камня и набирался духу, чтобы выйти. Проблема не в том, что жалкие пять дроидов мне опасны, и даже не в том, что к нам побегут с ближайших постов, а в том, что если что-то пойдет не так, придется атаковать в лоб, а это уже реальная заварушка. Ну… не прям вот так в лоб, но смысл вы поняли. Жаль, что Скайуокер не отступится. Да и барадиевые бомбы требуют своего использования.

– Ладно, я пошел, – бросил Скайуокеру.

Вот интересно, наш Избранный порой дуб дубом, но торопить меня не стал, дождался, пока я сам вперед не пойду.

Дроиды заметили меня сразу, но все, что сделали – повернули в мою сторону головы. Двести метров, сто, а охрана не двигается. Даже когда я подошел к ним вплотную, они не шелохнулись, и лишь после моей остановки все разом, хором, произнесли:

– Приветствую, Создатель.

– Смена статуса. КНС – враги, Республика – союзники. Ты, – указал я пальцем на ближайшего дроида. – Говоришь за всех. Каков статус подчинения?

– Согласно ранжиру Республики дроиды В4 имеют ранг рядового.

Забавный моментик – если у них не спросить напрямую, про Создателя они молчат как партизаны.

– Статус Создателя?

– Наивысший приоритет.

Ну, и слава богу. Можно расслабиться. Осталось пройти по всем постам, и можно идти на завод.

– Связь с остальными В4, как я понимаю, у вас есть?

– Так точно, Создатель.

– Зови меня мастер, – поморщился я. – Связь с дежурными завода имеется?

Вопрос, на который ответила еще наша разведка, но спросить стоит.

– Только сигнал тревоги, мастер.

Ну да. Завод полностью автоматизированный, режимный, и гражданские сотрудники тут не решают. По крайней мере, безопасность не в их компетенции. Все что они могут в этом плане, это принять сигнал тревоги и отправить послание на орбиту. Я говорил, что это весьма странный режимный объект? Такое впечатление, что те, кто его создавал, сделали все от них возможное, чтобы, возникни у Республиканцев желание уничтожить завод, у них было бы как можно меньше проблем с этим. До абсурда, конечно, не доводили, но я сомневаюсь, что спецназу ВАР, тем же коммандос, было бы очень сложно тут все вынести. И если бы не желание Совета засветить переподчинение В4, так бы оно все и вышло. Неудивительно, что Скайуокер хмурится – не знай я про Палпатина и не догадывайся про его желание слить этих дроидов изначально, я бы тоже нервничал.

Чтобы обойти все посты, мне потребовалось сорок минут, после чего наш отряд выдвинулся в мою сторону.

– Ну что, – обратился я к Скайуокеру. – Возьмем их с собой, – кивнул я на дроидов, – или оставим тут?

– По уму, – покосился на ближайший пост Скайуокер. – Их надо бы оставить. Но как-то мне не по себе оставлять их за спиной.

– Значит берем? – уточнил я.

– Да погоди ты, – потер лоб Энакин. – С одной стороны, они нам и внутри пригодиться могут, с другой… хоть и вряд ли, но вдруг какой проверяющий припрется?

– Мне казалось, – заметил я. – Что при озвучивании плана на «Броском», – это флагман эскадры «Венаторов», если что, – подразумевалось, что мы возьмем их с собой. Проверяющий, если мне память не изменяет, был тут вчера, а следующая проверка завтра.

– Да-да, я помню, – поморщился Скайуокер. – Предположительная охрана из дроидов иных моделей. Но их ведь не должно быть много, а если начнется бой, нам, что с В4, что без них, разницы никакой, тревога в любом случае будет поднята.

– Знаешь, Скайуокер, мне кажется, что ты тупишь.

– Обоснуй, – хмыкнул он.

– Если начнется бой, будет лучше, если между нашими носильщиками с барадиевыми бомбами и противником, будет как можно больше препятствий. Не дай Сила, если кому-то из них придется в перекат уходить от шального выстрела.

– Но ведь подозрительно, Дакари! – воскликнул он неожиданно. – Как-то все слишком легко. Обязательно что-нибудь пойдет не так.

– Это тебе Сила говорит? – спросил я спокойно.

– Это мне опыт говорит! – а вот Скайуокер был более экспрессивен.

– Это паранойя, Скайуокер. Ты же сам этот план составлял, если бы он начал ломаться еще в начале, на хрена тогда вообще планы нужны? Да мы еще толком действовать не начали, а ты уже панику поднял.

Вот после этих слов Избранный и успокоился.

– Никакой паники, Дакари. Ты еще не видел, как я паникую, – и, повернувшись к ближайшему посту лицом, задумался. – Будь по-твоему. Логика говорит, что ты прав, попробуем послушать ее. Собирай дроидов, и идем к заводу.

Что я и проделал, добравшись до ближайшего поста. Тут я немного поясню, чтоб вы поняли. Как уже говорилось ранее, В4 не реагировали на приказы, отданные через мою голограмму или любую другую связь, но это лишь в том случае, если они предварительно не были мной обработаны. Уж будьте уверены, такую мелочь, как связь, я не забыл. Да там и дел-то – пара фраз.

– Свяжись со всеми республиканскими В4, – приказал я одному из дроидов, добравшись до цели своего забега. – Пусть выдвигаются в нашу сторону. Да, кстати, нарекаю тебя Маркони, будешь моим адъютантом и средством связи.

– Так точно, Создатель.

– И называй меня мастер, – поморщился я. – И всем передай, чтобы так называли.

– Так точно, мастер.

Надо было сразу так поступить.

В общем-то, наши дальнейшие действия были предельно просты – я шел впереди, остальная команда сзади, а дроиды с внешних постов, по возможности, окружали нас. В узких коридорах просто становились спереди и сзади. Так и шествовали, от точки до точки. Нашей задачей было установить заряды в определенных местах, дабы не оставить заводу вообще никаких шансов. Правда, сначала мы все же заглянули в дежурку, где и повязали сразу всех гражданских, коих было всего пятеро. Это не важно, но если кому интересно, они все были неймодианцами.

– Главное, не забыть забрать их с собой, когда будем уходить, – произнесла Асока, наблюдая, как вяжут техников. После чего выбрала пятерых В4 и приказала им следить за гражданскими.

Джедаи, что тут еще скажешь? Хотя, конечно, да. Отдавать приказ на убийство безоружных, да еще и связанных, разумных… или убегать, зная, что они сидят там и ничего не могут сделать… В смысле, и так можно поступить, но если есть возможность вывести их наружу, то почему нет?

А после установки третьей бомбы Скайуокер не выдержал.

– Дакари, ты за старшего. Рекс, пригляди тут за всем. А я с Асокой пойду, гляну, что там снаружи творится.

– Мы же отправили дроидов обратно на внешние посты, – не понял я. – Если что произойдет, они сообщат.

Как вы понимаете, было бы глупостью набрать несколько сотен В4 внутри завода и оставить посты снаружи пустыми. Впрочем, сотни – это я с потолка взял. На деле нас сопровождали пять десятков, остальных новообращенных мы оставляли на месте. Не, ну не ходить же толпой в пару тысяч.

– Хочу пробежаться по окрестностям, – поджал губы джедай. – На всякий случай. Хуже не будет. А тут ты и сам справишься, делов-то. А Рекс, если что, поможет. Все, пошли мы. Будь на связи.

Заговаривается Избранный – кто ж сейчас будет связь отключать. А даже и взбреди мне такое на ум, остается еще Рекс.

После ухода Скайуокера с Асокой ничего не изменилось. Я шел впереди, обращал появляющихся дроидов в свою веру, клоны ставили бомбу, и мы шли дальше. А после десятого заряда мы уже целенаправленно обшаривали завод в поисках неподконтрольных нам В4. И, учитывая размер данного сооружения, управились довольно быстро – часа за два, оставив склад напоследок.

Сам склад находился фактически под заводом и был просто монструозного размера. Кроме, собственно, штабелей местной продукции, там присутствовал и корабль, стоящий носом к ангарным створкам. Напомню, завод располагается на краю скалы, вот часть этой стены под зданием и представляла собой эти самые створки. Правда, было странно, что вместо нескольких относительно небольших грузовиков, которые отвезли бы дроидов на тот же трехкилометровый «Лукрехалк», здесь стояло пятисотметровое тяжелое транспортное судно Торговой Федерации. Да еще и в одиночестве, хотя места на два тут точно есть. Ну да, если судить по кораблю, то ангар размером шестьсот на шестьсот метров. А ширина судна метров двести. Да и ладно, мне-то что? Даже лучше. Так я рассчитывал на несколько сотен дроидов, а получу несколько тысяч. Хотя, конечно, еще один кораблик не помешал бы, посадить туда того же Скайуокера и… нет. Прочь жадность, прочь.

Но это ангар, а сам склад находился чуть в стороне, за огромными створками шлюза. И зачем они нужны, интересно? Чтобы попасть внутрь, нам понадобилось одно нажатие на кнопку, и аж целых две минуты ожидания, пока откроются ворота, а вот там…

– Я что-то не понял, – вырвалось у меня. – А чего их так мало?

– Не могу знать, сэр, – ответил Рекс, стоящий рядом. – Видимо, недавно была отгрузка, и здесь лишь остатки.

Вы только не подумайте, что я сильно огорчился, найдя на складе всего около пяти тысяч дроидов, находящихся в контейнерах барабанного типа. То есть снаружи это стандартный пятиугольный контейнер КНС, а внутри барабан с четырьмя десятками «обойм», в каждой из которых находится двадцать пять дроидов. Сейчас я наблюдаю шесть контейнеров – пять закрытых, видимо, полных, и один открытый, но практически пустой. Там и сотни В4 не будет. В общей сложности, пять с хвостиком тысяч. Надо бы проверить, может и остальные контейнеры пустые. В любом случае – склад, рассчитанный на двести… э-э-э… двести пятьдесят, примерно, «ящиков», выглядит откровенно пустым. Повторюсь – плевать. Мне, по большому счету, хватит и охраны завода, да и то, всех увезти я даже не рассчитывал. Я и со склада брать ничего не намерен был – охрана-то уже обработана, а этих еще активировать нужно. Просто интересно стало. Здесь мне нужен только корабль, и он есть. А то, что он больше, чем я ожидал, только в плюс.

– Ладно, Сила с ними. Маркони, свяжись с остальными В4 и передай…

– Сэр, – прервал меня Рекс. – Я не могу связаться с генералом Скайуокером. Уже пять минут не могу выйти с ним на связь.

– Ладно, – повторил я. – Отставить, Маркони. Пойдемте, глянем, что там не так. Может, снаружи и связь появится.

Так мы всей толпой и поперлись на выход. Я, пятьдесят дроидов и одиннадцать клонов, включая Рекса. Полчаса! Полчаса мы шли на выход. А я проклинал долбаных сепаратистов за то, что тут не было транспорта для внутреннего перемещения. Точнее был, но только у живых сотрудников и, гадство такое, одноместный. Вот бедным нам и приходилось на своих двоих топать. Чуть не забыл упомянуть – пересекающих весь завод коридоров, или хотя бы более-менее длинных, тут тоже не было. Приходилось плутать.

Иху мать. Полчаса. Вы просто засеките и представьте, что бы смогли сделать за это время.

Дойдя, наконец, до главного холла, я открыл дверь наружу… и через секунду закрыл вновь, резко уходя в сторону. Еще ничего не поняв, клоны повторили мой маневр. Кто прижавшись к стене рядом со мной, а кто нырнув за ближайшую колонну. Дроиды, впрочем, как стояли, так и остались стоять.

– Что такое, сэр? – спросил Рекс. Он был из тех, кто прыгнул в мою сторону, и сейчас, находился рядом.

– Их там тысячи, – прошептал я.

– Кого, сэр?

– Дроидов, – прокричал я шепотом, если так можно выразиться. – Тысячи дроидов В1. Дроидеки, танки, бронетранспортеры, машины десанта. Расположились, суки, прямо напротив завода, и стоят.

– Я не… секунду, сэр.

После чего довольно шустро подполз к двери и немного ее приоткрыл, выглянув наружу. После чего осторожно прикрыл и отполз обратно ко мне.

– Вы немного ошиблись, сэр. Их там не тысячи, а десятки тысяч. И очень странно, что они просто стоят и не атакуют. А иначе чем для атаки, я не вижу смысла собирать их здесь, – отрапортовал капитан. – Хатт с ним, с «собирать». Строить в атакующие порядки, параллельно блокировать пространство и стоять при этом на месте? Все это слишком подозрительно.

– Кого-то ждут? – спросил я, очевидную вещь.

– Единственное объяснение, – кивнул клон. – Но тогда мы изначально шли в ловушку.

– Да это и так понятно, – пробормотал я, прогоняя в голове ситуацию. Долбаный Скайуокер. Он реально проклят.

Тут и дроиды зашевелились, но подняв взгляд, я увидел совсем не то, что ожидал. На нас, точнее, конкретно на меня смотрели пятьдесят стволов, казалось бы, верных В4. И все что я смог выдавить из себя в тот момент, было:

– Вот блядь.

На краю скалы лежали двое, наблюдая за тем, что творится внизу, перед огромным заводским комплексом.

– Всегда поражался, как эти засранцы умудряются падать буквально на голову. По скорости развертывания они всегда были лучше ВАР, – произнес мужчина, наблюдая за войсками противника через электронный бинокль.

– Мы ведь их не бросим? – спросила пятнадцатилетняя девушка из расы тогрут.

– Глупый вопрос, ученица, – ответил мужчина, не отрываясь от наблюдения.

– И что будем делать? – не отставала от него Асока.

– Выбор у нас невелик, – произнес Скайуокер и, вздохнув, убрал от лица бинокль. – Мы должны подать сигнал флоту, но из-за глушилки сделать этого не можем. А значит, либо найти и уничтожить ее, либо выйти из радиуса действия, – и, зачем-то оглянувшись назад, дополнил: – А это минимум километров двадцать.

– Десять минут бега, – заметила девушка. – А атаковать, судя по всему, в ближайшее время они не будут.

– Что навевает грустные мысли, – произнес Энакин, проведя рукой по волосам. – Наверняка кого-то ждут.

– Ну и что? – удивилась Асока. – Нам же лучше. Там четыре тысячи дроидов, да при обороне, да на складе что-то должно быть. Плевать, кого они там ждут.

– Даже если это Дуку? – хмыкнул мужчина.

– Не… ну это как-то слишком, – пробормотала Асока. – Сам Дуку… Не будет глава КНС по всяким засадам летать.

– Дакари хватит и кого-нибудь другого из его темных одарённых, – дернул плечом Скайуокер.

– Он продержится, – произнесла уверенно Асока.

– Даже если это будет Асажж Вентресс? – поднял бровь Энакин.

– А… – махнула беззаботно тогрута. – Против Вентресс даже я держусь. Рейн ее на кубики нарежет.

– Даже… так… – замолчал Скайуокер, глядя на ученицу скептически. – Ты когда с ним последний раз… впрочем, неважно. Выбор, как я уже говорил, у нас все равно невелик. А так как искать машину с глушилкой – дело долгое и неблагодарное, придется бежать. Тебе, ученица.

– Ладно, – сказала та недоуменно, удивившись на такое уточнение. В конце концов, он мог просто сказать ей «беги», и она побежала бы. – А что будете делать вы, учитель?

– А я… – замолчал он на пару мгновений. – А я все же попробую найти машину. Если получится, смогу с тобой связаться. Так что ты возвращайся осторожно, тут, скорей всего, будет шумно.

Пятьдесят стволов, направленных мне в лицо, довольно сильно нервировали. И даже то, что дроиды не стреляли, не очень-то и помогало, зато очень даже сильно стимулировало мои способности. В конце концов, еще две недели назад я и помыслить не мог, что за какие-то две секунды смогу «законтролить» аж двадцать пять целей. А время-то шло. Еще немного, и конкретно эти В4 уже ничего не смогут мне сделать. Да и сейчас, по сути, для них уже поздно метаться. Боевое предвиденье, совмещенное с усилением тела, позволит уклониться выстрелов от пяти. Силовая броня и Силовой щит защитят еще от… пятнадцати, это если сто процентов. Ну и поглощение энергии позволит мне выдержать пяток выстрелов. Остальную половину дроидов, как уже было сказано, я контролирую. Правда, это только первые выстрелы, но мне главное их пережить, а потом пусть попробуют поймать на прицел. Хотя, о чем это я? Время-то идет.

Но тут случилось странное – почти одновременно железяки опустили оружие, и тут же вновь навели на меня. Мгновение, и стволы очередной раз опускаются. Секунда и… ну вы поняли – я опять под прицелом.

– Маркони, доложи о ситуации, – закинул я удочку, так и не встав на ноги, сидя у стены. Да я вообще не пошевелился.

– Конфликт статуса, – ответил он тут же. – Получен приказ наивысшего приоритета – взятие под стражу Рейна Дакари. При невозможности – уничтожить. Мы не можем принуждать Создателя. Мы не можем причинить ему вред. Мы не можем не выполнить приказ наивысшего допуска.

И что тут скажешь? Я даже на Рекса покосился в поисках поддержки. Но что можно понять по маске клона, особенно если тот замер, не двигаясь. А время-то тикает. Эти дроиды мне уже не страшны, но снаружи еще тысячи железяк. Надо что-то делать. Уничтожу этих, и остальные, вполне возможно, сделают выбор не в мою пользу.

О! Как-то раз Сирано выдал одну хрень, и, если честно, я некоторое время думал, что он прикалывается. Несмотря на то что дроид.

– Маркони… каков Создатель?

Ответ последовал незамедлительно.

– Создатель бесстрашен. Создатель безгрешен. Создатель бессмертен.

Три «Бэ» о Создателе. О-о-о… как смеялись Асока с Джосс, когда услышали это. Я не знаю, как и многое другое, откуда у них подобное в мозгах, но оно есть.

– Что такое бессмертие, Маркони?

– Бессмертие – это различная форма жизни, не способная прерваться.

– Получается, что вы не могли выполнить приказ о моем уничтожении, а значит, он изначально некорректен. И источник подобных приказов… в лучшем случае несостоятелен. В худшем – попытка взлома противником.

Секунда, и вот все пятьдесят дроидов становятся на караул.

– Принято, – ответил за всех Маркони. – Ожидаю приказов, мастер.

– Рекс… кха. – кашлянул я. Так, надо собраться. – Рекс, связь со Скайуокером не появилась?

Знаю, что вопрос глупый, но что-то же надо было сказать.

– Никак нет, сэр, – ответил клон.

– Кхм… значит так… Стоп, – вскинулся я. – А чего это я должен думать? Кто тут из нас капитан Республиканской армии?

– Минимальное звание, которое получает джедай, это коммандер. Сэр, – ответил мне Рекс. А я, всего лишь, – выделил он. – Капитан.

– Я вообще гражданский!

– Но участвуете в боевой операции, – и, не давая мне ответить, быстро проговорил: – Сэр, у нас просто нет времени на споры. Я понимаю, в какой вы ситуации, но поймите и меня – клоны никогда не приказывали джедаям. Отдайте приказ, и мы обязательно что-нибудь придумаем, но последнее слово за вами.

– Ну, тогда давай… – действительно, не время для споров. – Хотя стоп. Маркони, у вас внутренняя связь работает?

– Так точно, мастер, – ответил дроид.

– Тогда сообщи остальным В4 выводы по приказу о моей поимке и уничтожении.

– Уже, мастер. Сообщение было отправлено сразу, по определению статуса приказов.

– Выступивших против меня не было? – уточнил я.

– Никак нет.

– Что там с дроидами снаружи? – продолжил я пытать Маркони.

– За неимением приказов Создателя вошли в симуляцию подчинения командующим КНС – последовал ответ.

Во выдал. А сказать проще: «замаскировались» не судьба была?

– Запроси сведения о ситуации за пределами завода.

– Слушаюсь. Ответ получен. Доложить?

– Давай, – махнул я рукой. Учить его еще и учить человеческой речи. – И да, отдай приказ тем, кто внутри, чтобы занимали оборону. Надеюсь, подобные директивы у вас есть?

– А я надеюсь, – проворчал Рекс, – что на этот раз доклад будет более корректен.

Ну да. Еще когда он только доложил о прекращении связи со Скайуокером, и мы выдвинулись сюда со склада, я уточнял через Маркони о ситуации снаружи. И ответ был более чем лаконичен: «без происшествий».

– Так точно, мастер, – ответил мне дроид, проигнорировав Рекса. – Приказ об обороне отдан. Начинаю доклад внешней охраны.

Судя по словам Маркони, ситуация для нас складывалась не очень. Более двадцати тысяч В1, около двух тысяч дроидек, всего три десятка танков ААТ, но это и понятно, завод ими штурмом не возьмешь. Пять четырнадцатиметровых боевых дроидов «Октуптарра», тоже не пойми для чего, сотни мотоспидеров различных моделей, неустановленное количество «Огненных градов», но не меньше десяти, шесть «Тяжелых ракетных платформ», что недавно пустили в серию КНС, и самое хреновое – более двадцати зенитных установок. То есть и улететь мы отсюда не сможем. Да что уж там – не факт, что помощь пробьется.

– Однако, – потер я лоб. – Какие мы, оказывается, страшные.

– Скорей всего, сэр, – капитан штурмовиков. – все эти силы собраны не против нас, а против тех, кто должен нас отсюда вытащить.

– Как страшно жить, Рекс, нас ведь с потрохами сдали.

– Согласен, сэр, неприятная ситуация, – звякнул стальными яйцами клон.

«Неприятная», хех. Он бы еще «напряжная» сказал.

– Мастер, получен внешний приказ на самоликвидацию всех активных дроидов внутри станции.

Жаль, конечно. Была надежда, что получится водить КНС за нос чуть дольше. И ведь имитировать выполнение приказа нельзя – тогда они точно сюда кого-нибудь пошлют, а так, может подготовку какую-нибудь устроят. С другой стороны – с чего бы? Поди, и так готовы. А так, сначала выдвинутся далеко не основные силы, которые мы должны отбить. То есть, у нас будет чуть больше времени перед главным штурмом.

– Отрубайте связь с этим источником, – ответил я почти сразу, благо все предыдущие мысли, только описывать долго. – Имитируйте самоликвидацию. Отдай приказ внешней охране, пусть по возможности незаметно, ищут аппаратуру, глушащую связь. При невозможности изображать подчинение – сделать все возможное для ухода хотя бы одного из дроидов, с последующим поиском генерала Скайуокера.

– Принято, мастер.

– Не найдет он генерала, – покачал головой Рекс.

– Скорей всего, – согласился я. – Блин, вот мы дебилы, пошли уже отсюда. А по поводу дроидов, я больше рассчитываю, что если они смогут оторваться от основных сил, Скайуокер сам не удержится и попытается им помочь. Не ради самих дроидов, понятно, а ради информации.

– Такой вариант… возможен, – замялся Рекс. – Генерал Скайуокер всегда был… рисковым парнем.

Это он так на безбашенность Избранного намекает? Что ж, согласен. По уму, ему лучше сидеть и не высовываться. Стоп, и как он тогда пошлет сигнал о помощи?

– Кстати, Рекс, а какой у «глушилки» может быть радиус действия?

– Максимальный, о котором я знаю, если не брать те, что охватывают всю планету, это двадцать километров. Есть еще те, что на всю систему действуют, но это как планетарный щит – ну очень дорого. Сомневаюсь, что КНС притащит сюда такой. Даже ради генерала Скайуокера, который у них хорошо известен.

– А двадцатитысячный корпус – это не дорого? – приподнял я иронично бровь, про себя надеясь, что Рекс меня сейчас успокоит.

– Я в этом не специалист, – сказал клон. – Но генерал как-то говорил, что стотысячный корпус, а это, как вы, наверное, знаете, не только дроиды, стоит как раз в сто раз дешевле, чем перегонка такой «глушилки» из одной системы в другую. И я не верю, что торгаши из КНС пойдут на такое даже ради генерала.

Ну, вроде логично. Слать сигнал, в этом случае он отправит Асоку, как мне кажется, а сам в это время останется следить за ситуацией. Логично? Логично. Но лично я одну ее не отпустил бы. Понимаю, что девчонка не лыком шита и прошла уже через многое, но… Эх, как бы комплекс наседки не заработать.

Тут мы дошли до ближайшей развилки, и я задумался о том, куда, собственно, идти.

– Так, стоп, – остановился я, зажмурив глаза и начав тереть виски в размышлении. – Рекс, пошли… двоих клонов в ангар. Пусть возьмут десяток дроидов и протестируют системы корабля, что там стоит. Лучше даже двадцать дроидов, заодно и осмотрят его.

– Есть, – ответил он коротко. – Дист, Пятерня, вы слышали приказ. Выполнять.

– Есть, – приняли приказ два штурмовика.

– Думаете, что корабль в нерабочем состоянии, сэр? – спросил Рекс после того, как клоны убежали.

– Ну, знаешь ли, – качнул я головой. – По-моему, это очевидно. Организовывать ловушку и оставлять корабль, на котором можно удрать?

– В обычной ситуации все верно, сэр, – кивнул Рекс. – Но если информация о ситуации за пределами завода верна, то пригнанные ПРО нам в любом случае не дадут улететь. А значит, и возиться с кораблем не имеет смысла.

– Согласен, – хмыкнул я. – Оба варианта могут оказаться верными. Потому я и отдал такой приказ, а не отбросил эту идею сходу. Точная информация по кораблю нам так и так нужна. На всякий случай.

– И куда мы идем сейчас, сэр? – заметил он, как я очередной раз сверяюсь с голографической картой, загруженной мне в комлинк перед началом задания.

– В дежурку, – ответил я. – И, кстати, да, у нас нет времени на ходьбу. Побежали.

Времени реально не хватало, точнее, прям-таки физически ощущалось, как оно уходит. Если бы не это, то бы я, как минимум, покопался в «мозгах» одного из дроидов. Лично мое, субъективное, мнение, что их фортель с внешним приказом был вызван аппаратным способом, потому что я сильно сомневаюсь, что можно так ювелирно взломать матрицу В4. Проще поставить в его корпус другой процессор и имитировать подчинение Создателю. Но раз они смогли «перебороть» сторонний приказ, значит это все та же матрица, от маэстро Дакари. В смысле, раз подчиняются, значит, она.

Что интересно, пока бежали, число дроидов, сопровождавших нас, вновь увеличилось с тридцати до пятидесяти единиц. И… я, конечно, не параноик, но ситуация… сами понимаете… в общем, новоприбывших я тоже взял «на контроль».

Немного не добежав до цели, вновь подал голос Маркони:

– Мастер, внешняя охрана докладывает, что на базу КНС совершенно нападение.

Скайуокер! Нет, ну а кто еще-то?

– Стоп! – крикнул я остановившись. Думай, голова, ведь была мысль. – Маркони, блок внутренней связи у вас голове находится?

– Так точно, мастер.

– Передай дроидам снаружи – любой ценой отдать напавшему на лагерь джедаю голову одного из В4. По возможности, придерживаться маскировки до контакта с целью. После, обеспечить ему отход.

Ну а что, уйти с головой дроида всяко проще, чем с целым. Жаль, я не увижу этот момент. Последний приказ они, конечно, толком выполнить не смогут, не семью десятками машин, но уж лучше так, чем бессмысленное уничтожение всего что видят.

– Мы на месте, сэр, – отметил очевидное Рекс.

В дежурке, кстати, кое-что изменилось – вместо пяти дежурных, там находились четыре, и один неймодианский труп.

– Кхм. За что вы его так? – спросил я одного из дроидов, охраняющих гражданских.

– Попытка к бегству, мастер, – ответил один из них.

Это, похоже, когда прошел внешний приказ. Видимо, техники смогли просечь ситуацию и попытались… не знаю. Да и пофиг.

– Пофиг, – озвучил я мысли. – Ты, – подхватил я ближайшего неймодианца. – Необходимо запустить завод, сколько времени на это уйдет?

– Я… я…

– Сколько? – встряхнул я его.

– Два д'ня, – выдал он испугано.

– Сколько?! – выдал я в лучших традициях гопников.

– Стан'дартная акт'ивация произ'водственных линий – два дн'я, – затрясся он.

– Мне не нужна стандартная, мне нужна максимально быстрая.

– Но господ'ин…

– Молчать! Обращаюсь ко всем, – произнес я, не отпуская из рук техника. – Времени мало, поэтому думайте быстро. Скоро начнется бой, и мне не нужны противники в своем тылу. Лишь ваша полезность спасет ваши жизни. Либо вы запускаете завод в течение пятнадцати минут, либо мы прощаемся с вами. Навсегда, – закончил я угрожающе.

– Но господ'ин, – заговорил один из техников на полу. – Это невозм'ожно. Даже на аварийный запуск тр'ебуется целый час.

Уже лучше.

– Тогда без обид, – выпустил я из рук неймодианца. – Капитан, вы знаете, что…

– Сор'ок м'инут, господ'ин! Это вс'ё, что мы м'ожем! Н'е убив'айте нас, господ'ин!

Пару мгновений помурыжить их молчанием и отдать приказ:

– Действуйте. У вас сорок минут.

Так, что хотел и что было в голове, я сделал, дальше надо с Рексом советоваться. А нет, надо еще на склад сбегать – пять тысяч дроидов нам будут не лишними. Правда, активировать их стремно – это с уже действующими В4 прокатило, из-за конфликта директив, а если свежим дроидам дадут какой-нибудь хитрый приказ? С другой стороны, вряд ли с этим вообще будут заморачиваться – раз уж с первой партией не покатило.

– Господ'ин… – заговорил осторожно один из техников. – Какую лин'ию дроидов пускать в произв'одство?

О как. Интересненько.

– А какие есть?

Как выяснилось, завод мог выпускать аж три модификации В4 – экспериментальная версия, которую собирали в самом начале, основная, она же доработанная экспериментальная, и спецзаказ. Вот последняя меня и заинтересовала. Спецзаказ был произведен всего несколько дней назад, в количестве десяти тысяч штук, и отличался от основной версии лишь маленьким чипом в голове, который позиционировался как дополнительный модуль для связи. И вроде все нормально, но забавный момент – половиной этой партии сразу после выпуска заменили всю охрану завода, а вторую половину оставили на складе готовой продукции. Не забыв всех остальных дроидов оттуда выгрести. А сам завод после этого остановить на внеплановое ТО.

– Пускай основную линию В4, – сказал я неймодианцу, когда с этим вопросом разобрались. – Вот так вот, Рекс, – повернулся я к стоящему рядом клону. – Специально для нас сделали особую модификацию В4.

– Как-то странно все это, сэр. Слишком сложно. Не проще было сбить наш челнок на подлете? Раз уж КНС о нас так много известно.

– Правильный вопрос, капитан, – кивнул я задумчиво. – Очень правильный.

Рули операцией по нашей поимке чисто КНС, все так и вышло бы, тут явно Палпатин постарался. Но на фига, если он хотел просто слить В4? Слить всех кроме Скайуокера? Так он не мог знать, что тот в последний момент пойдет наружу колобродить. Еще и корабль в ангаре. Вот зачем? Если сломали, то зачем вообще было здесь оставлять? Если он в рабочем состоянии, то зачем было ПВО подгонять? Все выглядит, как игра. Уровень, полный мобов и с первого взгляда непроходимый. Но никто не будет делать непроходимую игру, просто надо найти оставленные разработчиками секреты. Палпатин что, решил с нами в игры поиграть? Этакий учитель, устроивший жесткое испытание, но оставивший неочевидные пути решения проблем. Дерьмище… Вот и думай теперь – хорошо ли, что Скайуокер с нами. Не будь его, и нас могли бы банально слить, или наоборот, все прошло бы чисто и тихо.

Если все так, как я думаю, то корабль должен быть в рабочем состоянии. Останется только решить проблему ПВО.

– Ну что, Рекс, побежали в ангар? Предлагаю устроить там штаб, как раз рядом со складом готовой продукции, куда будут приходить собранные дроиды.

– Возражений не имею, сэр. Но может, оставить здесь кого-нибудь… помимо дроидов?

– На твое усмотрение, – ответил я клону. – Но как по мне, ситуация может сложиться так, что оставленный здесь боец не успеет в ангар к эвакуации.

– Мы солдаты, сэр. Умирать наша работа. Курт, Балласт, проследите, чтобы здесь все было нормально.

– Есть, сэр! – ответили ему хором клоны.

– Вы пятеро, – обратился к дроидам, качнув головой. – Подчиняетесь этим бойцам.

– Слушаюсь, мастер, – еще один хор голосов.

И уже сделав пару шагов в сторону выхода, остановился, обернувшись к Рексу.

– Кстати, капитан, ну ладно я гражданский, мне можно ошибаться, но вот ответь мне – как мы будем руководить боем из ангара?

– Все под контролем, сэр, – ответил клон. – В прошлое посещение дежурки я подключился к местным датчикам и системам контроля. Армейский датапад вполне может спроецировать схему завода в реальном времени. Мы будем видеть все, что здесь происходит, и вовремя отдавать приказы дроидам.

– Хм. Ладно, признаю – сглупил. Побежали тогда.

И мы побежали. По дороге получили сообщение об успешном окончании операции внешней охраны. Причем, настолько успешной, что со Скайуокером умудрились уйти аж три дроида и одна дроидская голова. Точнее, уйти из лагеря. На момент сообщения они виляли меж скал и камней, пытаясь сбросить преследователей. А буквально через десять минут, когда мы подбегали к ангару, один из постов внутренней охраны доложил о нападении противника. Но это ожидаемо, ибо засекли три отряда В1 еще раньше. И судя по их количеству, это что-то вроде разведки.

Первым делом, прибыв в ангар, я связался с дроидами, сопровождавшими клонов, отправленных проверять корабль. Диагностика систем уже была произведена и не выявила проблем, в данный же момент клоны проверяли корабль вручную, пытаясь обнаружить… хоть что-нибудь. Бомбы, например. Понятное дело, что эту махину такими силами не проверить, потому клоны, с посильной помощью дроидов, лазили только в жизненно важных системах корабля. Сам торговец был пуст, что позволяло без промедления загнать туда пару тысяч дроидов. По идее, можно и больше, но это в стандартных контейнерах. Впрочем, если заполнить все отсеки и коридоры, где-то так и выйдет.

– Врубай карту, Рекс, – остановился я рядом с каким-то контейнером, как раз нам вместо стола.

– Есть, сэр.

Сняв с руки узкий датапад, Рекс положил его на контейнер и, пошаманив над ним, развернул трехмерную голограмму всего завода, где синими точками обозначались наши силы, а красными – противники.

– Хм, – глянул я на ситуацию. – На данный момент наших, несомненно, умнейших команд, кажется, не требуется.

– Согласен, сэр, – кивнул Рекс. – С этой кучкой В1 наши дроиды и сами справятся.

– Ладненько, – протянул я и, обращаясь к стоящим рядом В4, произнес: – Вы, прикройте входы-выходы из ангара… Рекс, выдели им пару клонов в качестве сержантов. Один остается здесь для связи, Маркони – со мной. Пойду на склад, – это я уже Рексу говорил. – Надо бы активировать тамошних дроидов.

– Сэр, не забывайте, что они из последней партии, – напомнил мне капитан.

– Как будто я могу забыть о подобном, – проворчал я. – Следи за ситуацией, Рекс, – кивнул я на карту.

– Может, – не сдавался капитан, – не стоило отсылать дроидов? Мало ли. Неизвестно, что придет в голову тем, что на складе.

– Я же не собираюсь их всех разом активировать, – отмахнулся от его слов. – Справлюсь, не волнуйся.

Начать я решил, что и понятно, с открытого контейнера. Несколько кнопок, два нажатия, и выгруженные наружу дроиды автоматически включаются.

– Приветствую, Создатель, – выдали все дроиды хором.

Покосился на закрытый контейнер, припомнил, что прямо в этот момент собираются новые… и заранее устало вздохнул – нудятины впереди ожидается много.

На то, чтобы объяснить машинам политику партии, мне потребовалось три минуты. Если я продолжу активировать их партиями по сто единиц, мне только на следующий контейнер, потребуется два с половиной часа. А это слишком много. Тут или уменьшить время болтовни, что рискованно, либо увеличить количество единиц в одной партии. Рискнуть, и включать по тысяче дроидов? Блин, тоже рискованно. Или нет? Какая вероятность, что они резко взбунтуются? Очень маленькая. Только если снаружи продолжают слать приказы. Причем ежеминутно. Задав Маркони вопрос на эту тему, получил отрицательный ответ. Ладно, учитывая ситуацию, нам необходимо рисковать, да и не так уж он велик, этот риск.

Первую тысячу дроидов я оставил в ангаре – контролировать вторую и последующие. Нет, я не параноик, просто по-человечески страшно, и будет страшно до тех пор, пока я не покопаюсь у них в голове.

Минут через пятнадцать все было закончено, и четыре тысячи дроидов отправились занимать свои места, которые им указывал Рекс. Я же, распределив по ангару оставшуюся тысячу, наблюдал и сравнивал с тем, что сделал бы сам. И если не обращать внимание на мелочи, то действовал бы так же. Но это ерунда. Пока ерунда. Несмотря на обширную схему завода, пригодных для удержания точек было не так уж и много. А вот когда начнется основное месиво, вот тогда и выяснится, вынес ли я что-нибудь из обучения тактике и стратегии в Храме.

– Мастер, – оторвал меня от разглядывания карты Маркони, – на связи генерал Скайуокер. Запрашивает информацию о ситуации на заводе.

О-хо-хо. Ладно, о неизвестном модуле в головах дроидов ему сейчас лучше не говорить.

– Передай. Активировал дроидов на складе. На данный момент имеются в наличии около девяти с половиной тысяч дроидов, занявших оборону по всему заводу, – вот, кстати, еще один момент – куда делись остальные пять сотен В4 из той сборки? – Пусть будет осторожен – велика вероятность, что в окрестностях завода находятся пятьсот В4. В ангаре найден тяжелый транспорт Торговой Федерации. Проверка показала, что он на ходу, – и бросив взгляд на молчащего дроида, добавил: – Конец сообщения.

– Сообщение принято, – отозвался Маркони. – Генерал Скайуокер приказывает удерживать завод до подхода подкрепления. Использовать корабль только если будет соответствующий приказ.

– Принято. Спроси, когда будет подкрепление, и что там с Асокой. Передавай, – махнул я рукой ждущему Маркони.

– Силы Республики высадятся в течение часа. Асока в шестнадцати километрах от завода, генерал Скайуокер движется в ее сторону.

Что ж, ожидаемо. О, чуть не забыл, хоть и фигня.

– Передай, что завод запущен. Будем получать каждый час двести пятьдесят дроидов. Конец сообщения.

– Принято. Генерал Скайуокер надеется, что это не пригодится.

Да я, блин, тоже. Подспорье, прямо скажем – так себе. Да и прервать его достаточно просто.

На этом наши переговоры со Скайуокером и заглохли. Можно было бы, конечно, сообщить ему о начале атак, но как-то я забыл об этом – не военный. А Рекс, стоявший рядом, промолчал. Видимо, приказ об удержании обороны не подразумевает доклад о каждом нападении. А оно набирало обороты.

– Всей первой линии отходить на запасные точки, – скомандовал Рекс. – Первому и шестнадцатому отряду оставаться на местах.

Первая линия, если что, это дроиды, контролирующие подступы к заводу, и именно по ним сейчас отрабатывают танки КНС.

– Не думал, что они станут по собственному заводу стрелять, – заметил я.

– Это всего лишь стены, сэр, – произнес капитан, не отвлекаясь от карты. – Но на самом деле, я сильно удивлюсь, если они предпримут массированное наступление.

Ход мыслей Рекса можно понять – КНС ждет атаки Республиканских сил, и отвлекать значительные силы в преддверии этого?

– Не согласен, – покачал я головой. – У них достаточно войск, чтобы сражаться на два фронта. А вот постоянно ожидать удара во фланг от нас их вряд ли прельщает. Кстати, Маркони, у охраны завода наверняка есть приписанный к вам склад вооружения, я прав?

– Так точно, мастер, – ответил дроид. И даже Рекс поднял голову.

– Там что-нибудь кроме винтовок и боеприпасов есть?

От того, что мы услышали, Рекс изобразил нечто, напоминающее фейспалм.

По словам Маркони, склад вооружения был рассчитан не только на четыре тысячи охраны, а на наполовину заполненный склад, то есть на двести тысяч дроидов. Предполагалось, что большее число завод просто не вместит. По факту, тут и двести тысяч не поместятся, но что есть, то есть. Далекая Галактика никогда не разменивалась на мелочи.

Но главное для нас, не количество стволов, а их разнообразие. Винтовки-пистолеты, это понятно, но там же были еще и гранатометы, ручные пусковые установки, малые переносные турели, тяжелые винтовки, применяемые против легкой бронетехники, скорострельные бластеры, по типу земного «Гатлинга», мины.

А наши дроиды вооружены стандартными винтовками и двумя гранатами.

– М-да, – покачал головой Рекс. – Теперь я с вами согласен, сэр – КНС просто обязаны связать нас боем и не дать атаковать их во фланг.

– Сколько у нас времени до следующей атаки?

– Минут пять будут работать танки, – ответил Рекс. – Еще минут пять им собраться.

– Как думаешь, – спросил я у капитана, – если не светить складских и новособранных дроидов… хотя как этих-то не светить… в общем, как думаешь, могут они выделить против нас чуть меньше сил?

– Это смотря кто там командует, сэр, – ответил клон. – И есть ли у них информация о тех В4, что находились на складе.

– Инфа о лишних дроидах у них наверняка есть, – вздохнул я.

– Не могу ручаться, сэр, но мое мнение, что они будут действовать ровно так, как было спланировано вначале.

– Жаль, конечно, но чтобы выбраться отсюда, нам в любом случае придется избавиться от их ПВО.

– Для этого надо знать ее точное местоположение, – заметил Рекс. – А от внешней охраны поступили довольно-таки приблизительные координаты.

– Разведка боем? – предположил я.

– Потери, – произнес тот в ответ неуверенно. – Чем потом защищаться? Да и нападать. Если и идти, то сразу всеми силами.

– Да уж, – почесал я лоб. – Нам бы глушилку уничтожить, тогда можно было бы получать сведения от наших спасателей.

Рекс даже не ответил. Еще бы – проще разведку боем устроить, дабы ПВО вычислить. Зато спросил другое:

– Сэр, – начал он осторожно. – Прошу прощения, но я никак не могу понять – зачем нам вообще пытаться уничтожить ПВО? Наши силы высадятся в стороне, доберутся сюда, пробьют нам коридор, по которому мы уйдем и уже после, за пределами действия ПВО, уберемся с этой планеты.

– Это все понятно, Рекс, – ответил я ему. – Но ты оглянись. У нас в руках тяжелый торговец, который может вместить в себя порядка двух, а то и трех тысяч дроидов. И ты предлагаешь мне все это бросить? Вот так взять, и бросить? Нам… похоже… в любом случае нужна сторонняя помощь – в одиночку у нас ничего не выйдет, но вместе, с нашими силами, мы тут не просто коридор пробьем, мы тут вообще все к хаттам разнесем. Да в конце-то концов! Мне всего четырнадцать лет, могу я позволить себе игрушек нахапать?

– Мне вообще одиннадцать, – проворчал Рекс. – Но я более умерен в своих желаниях.

Упс, как говорят американцы, забыл. Клоны ведь дети, если судить по дате рождения. Какой простор для судебных разбирательств.

– Мои желания тут учитываются в последнюю очередь, – отрезал я. Вот и пусть думает, к чему я это сказал.

Впрочем, молчать он тоже не стал и сказал как есть:

– Я не понимаю, сэр, но вы тут командир, и вам решать.

– Как ни странно, – вздохнул я. – Ладно, ты не в курсе, сколько может выделить наша эскадра людей для десанта?

– Шестнадцать тысяч с усилением, – ответил клон.

– Сколько-сколько?! – удивился я. – А как же те четыре «Акламатора», что с нами летели? Да там в каждый по шестнадцать тысяч влезет.

– Их как суда сопровождения используют. Боеприпасы, топливо… расходники всякие.

– Да вы издеваетесь, – облокотился я на контейнер, заменяющий нам стол.

– Замечу, что план не рассчитан на полное подавление и захват окружающего пространства, – произнес Рекс. – Все что им нужно, это вытащить нас отсюда.

Спросите в чем проблема? Их шестнадцать, плюс нас девять с половиной, против двадцати тысяч КНС… Но тут есть пара нюансов. Во-первых – мы действуем на чужой планете с неподконтрольным небом против окопавшегося противника. И во-вторых – стоит только немного промедлить, и с орбиты будет сброшено подкрепление противнику. И вполне возможно, что готовить его станут сразу, как увидят, сколько сил высаживает Республика. То есть для плана Скайуокера высадится-пробить коридор-уйти сил и времени хватит, то вот для моих планов уже нет.

Блин, нам еще хотя бы столько же клонов, и под предводительством Скайуокера они вынесли бы тут всех, даже с учетом подкреплений для КНС… ну… не сильно больших подкреплений. И дело тут не в количестве войск, а в том, что рулить будет Скайуокер со своим «Боевым единением». Супер техника, как по мне, и главное использовать его может почти любой джедай. Разница только в количестве людей, которых может охватить джедай. Чем-то эта техника напоминает «Боевую медитацию», но очень отдаленно. К тому же «медитация» – это крайне редкое умение, а «единение» – именно что техника, которой можно обучить любого. Почти. Даже я умею ей пользоваться. Правда мне необходимо предварительно подготовиться… помедитировать там…

Откровенно говоря, «Боевая медитация» бьет «Боевое единение» по все параметрам. Начнем с того, что принцип действия у них абсолютно разный. «Боевое единение» создает из разумных твоего войска единую сеть, позволяя не только джедаю чувствовать, на каком направлении творится беда, но и остальным людям. Там много, на самом деле, плюсов, все описывать не буду, скажу только, что именно благодаря «единению» джедай может позволить себе быть на передовой, командуя войсками. Это не значит, что он всегда бежит с шашкой наголо впереди войска, но если надо использовать «тяжелый» аргумент в виде одаренного со световым мечом, джедай начинает действовать. Тут… тоже есть нюанс. Чем выше твоя связь с Силой, тем больше людей ты можешь охватить «единением», и тем лучше твое управление войсками. Наверное, именно из-за этого такие личности, как члены совета, или тот же Скайуокер, в тылу и не сидят. Все что им нужно, это комлинк, какая-нибудь гарнитура в ухо и все… командовать войсками они могут откуда угодно и в любой ситуации. Я уж не говорю про сильно возрастающее взаимодействие войск. Насколько я знаю, особенно силен в этой технике Йода. Он не раз и не два бил многократно превосходящих в числе противников, обладая жалкой кучкой людей. Вполне возможно, кстати, что «Боевое единение» стало еще одной причиной, почему приказ 66 прошел так гладко – добавленные в единую «сеть» разумные по умолчанию ощущаются как союзники.

Что же делает «Боевая медитация»? О-о-о… знакомые с онлайн РПГ поймут меня. «БМ» – это баф своих войск и дебаф чужих. Причем мощнейший баф-дебаф. «Медитация» воздействует как на свои войска, так и на чужие, в отличие от «единения». Да, необходимо поддерживать постоянный контроль, и по передовой уже не побегаешь, но когда войска противника теряют волю к сражению, а порой даже жить не хотят, воевать лично не надо. И ведь что интересно, это не внушение, а вполне конкретное воздействие Силой. Союзники получают реальную прибавку в силе, реакции… мотивации, а врагам никакая сила воли не поможет сбросить наваждение. Во всяком случае полностью.

К сожалению, «единение» – это не «медитация», которая хоть и не действует на дроидов, зато отлично действует на тех, кто ими управляет. А Скайуокер – это не Йода, и шестнадцать тысяч клонов, пусть и с танками, не смогут расколошматить укрепившегося врага, обладающего как теми же танками, так и многим другим. Точнее, Скайуокер не сможет сделать этого быстро.

– План не меняется, – произнес я наконец. – Просто действовать придется быстрей. Да и мне, похоже, поучаствовать.

– Сэр, это… это… кто-то должен будет командовать дроидами.

– Вот ты и будешь, – хмыкнул я.

– Моя задача… – запнулся он. – Я должен быть рядом с вами, сэр.

– И как ты себе это представляешь? – приподнял я бровь, глядя на него. – Быть рядом с джедаем, носящимся по всему полю боя?

– Я резко против, сэр. Такие джедаи не выживают. Даже джедаи. Вам в любом случае придется действовать в связке с отрядами, и мне вполне по силам быть рядом с вами. Генерал Скайуокер и коммандер Тано подтвердят это.

Потерев лоб, я все же вымолвил это, хоть и не хотел:

– Это приказ, Рекс, – вот и проверим, насколько он подчиняется. – Кто-то должен командовать нашими силами. Тут ты правильно сказал. Но и «тяжелый» аргумент, в виде джедая на поле боя, нам тоже нужен.

– Есть, сэр, – выдавил он из себя. – Но хочу отметить, что дроиды, даже такие и в таком количестве, не стоят подобного риска.

По больному ударил. Если я погибну, кто займет мое место? Но и В4 во время штурма Храма очень даже не помешают.

Мне нужен… преемник. Мысль неожиданная, но очень верная. Правда немного не ко времени. Сейчас необходимо решить – стоят ли дроиды риска, и насколько оный вообще велик.

А пока есть время, уж до подхода подкрепления мы как-нибудь продержимся, нужно отвлечься.

– Маркони, а вот скажи мне – где тут склад запчастей?

– Вау.

Мы с Маркони стояли рядом с ящиком, который только что сняли со стеллажа. Ну и, конечно же, открыли. Если бы не прямая связь с дежуркой и живые неймодианцы, хрен бы мы чего нашли здесь интересного – уж больно обширен склад, а в местной маркировке, по понятным причинам, я не разбирался.

Ну а благодаря источнику информации, я имел удовольствие наблюдать полностью заполненный ящик с процессорами В4. Ровно сто тысяч процессоров. Даже если им цена сто кредитов, все равно получается, что у меня в ногах лежит десять миллионов. А тут таких ящиков три – два полные и один полупустой. Только вот сомневаюсь, что смогу их продать, а использовать самому… не двести с лишним тысяч. Пару десятков, ну сотню, если ничем другим не заниматься, но не двести тысяч. Зато их можно отослать домой, уж отец-то разберется, куда их пристроить.

– Ты, ты и ты, – обратился я к сопровождающим меня дроидам. – Хватайте вот эти ящики и топайте в ангар, – благо этот склад оказался поблизости от ангара. – Сложите их рядом с капитаном Рексом. Тэк-с, смотрим дальше.

Где-то тут рядом должны находиться такие же процессоры, только пустые, без матриц личности. Их продать было бы еще сложнее, но… дом, отец, вся фигня.

– Позволено ли мне будет уточнить, мастер? – ого, как заговорил наш Маркони. – Мы ищем малоразмерные, но дорогие детали?

– А что, есть предложения? – заинтересовался я.

– Судя по загруженному прайсу, – отозвался дроид, – недалеко отсюда находится стеллаж с модулями памяти, а рядом с ним – сайнитовые трубки. В свою очередь, если…

– Стоп, – прервал я его. Всего одно предложение, и сразу два вопроса. – Ты что, уже маршрут проложил?

– Так точно, мастер.

Ну и более важный.

– В ваших телах используют сайнитовые трубки?

– Никак нет, мастер.

Мля. У меня теперь еще больше вопросов.

А для не разбирающихся в технике поясню, сайнитовые трубки – и не трубки по сути, с виду они больше напоминают тонкие чешуйчатые шланги и используются для охлаждения синтетических мышц. Но в В4 сервоприводы. И да, они весьма дороги.

– И много здесь… – задумался я на мгновение, подбирая слова. – Деталей, не применяемых для сборки В4?

– Не могу знать, мастер. Я не имею схем остальных моделей.

Долбаный тролль.

– Возьми себя как эталон, – произнес я слегка раздраженно.

– В этом случае – тридцать четыре процента деталей на этом складе не имеют отношения к модели В4.

Етить. Тридцать четыре процента, это ж пипец как много. И на фига они тогда здесь лежат?

– Свяжись с командой, проверяющей корабль, – приказал я Маркони. – Уточни, не нашли ли они каких-нибудь проблем. Даже мелких, не влияющих на работоспособность.

Тут одно из двух – либо этот завод подготавливали для сборки других дроидов, либо Палпатин играет ну очень тонко. Я склоняюсь к первому варианту, но мало ли. Вдруг на корабле намечается поломка, и мы должны будем найти детали для починки.

– Неисправности на корабле не выявлено, – отрапортовал через несколько секунд дроид.

Ну да, ну да – сомневаюсь, что канцлер заморачивался тем, чтобы не дать мне заработать. Скорее всего, просто не посчитал это важным. А раз так, вперед за ништяками. Стоп.

– Маркони, а откуда ты знаешь, какие детали дорогие?

– В дроидах модели В4 устанавливается стандартная программа «Мародер», – ответил тот. – Она позволяет быстро, и главное, то…

– Все-все, – остановил я его. – Я понял. Еще по названию понял. Давай уже, веди по своему маршруту.

А сепаратисты, оказывается, продуманные типы.

Для начала, мы все же забрали «чистые» процессоры, а уж потом направились к модулям памяти. Что тут скажешь – джекпот. Это оказались достаточно распространенные, до войны, модули GVT. Я, если честно, не вникал, как называется фирма, их производящая, знаю только, что с начала Войны клонов она оказалась в стане КНС, а в Республике цены на ее продукцию резко взлетели, на чем торговцы нехило наживаются. Если до ВК модули продавали по сто кредитов, то сейчас их цена в районе ста шестидесяти. И если на кого-то цифра сто шестьдесят не произвела впечатления, вспомните, что зарплата Дзика, мастера-техника, всего две тысячи и считается совсем немаленькой.

Когда мы нашли нужные контейнеры, и я вскрыл один из них, определив, что именно попало в руки скромному юнлингу, мне оставалось только вздохнуть. На глаз в таком контейнере поместится около тысячи модулей, а самих контейнеров здесь порядка пары сотен. А уточнив у Маркони, все же вздохнул – ровно двести тысяч по прайсу. Тридцать два миллиона кредитов. В среднем. Но ёптудей – двести контейнеров. Куда их пихать? Хотя, если прикинуть на глазок… ну не влезет в корабль сотня-другая дроидов, переживу как-нибудь… Черт с вами, уговорили. Беру!

После модулей мы отправились смотреть на сайнитовые трубки. И знаете, умом я понимал, что на таком заводе их должно было быть много, но, тем не менее, когда увидел их количество, впервые в жизни почувствовал на себе, что такое мифическая книжная жаба-убийца. Как бы банально это ни звучало, но меня реально душила жаба. Сотни катушек, километры сайнитовых трубок… миллионы кредитов. Если округлить в меньшую сторону, то метр трубок стоит пятьсот республиканских рублей.

– Сколько? – задал я вопрос Маркони. И он, как ни странно, понял.

– Двести тридцать два километра.

Около ста десяти миллионов… Плевать. Да с такими деньгами я смогу оплатить сборку десятков тысяч дроидов. А у меня, еще и процессоры имеются. Понятно, что такое количество боевых машин, мне никто держать в Храме не даст, да мне и не нужно, но все то, что я хотел прихватить с этой планеты, я точно достану. Еще и на содержание юнлингов после воцарения Палпатина останется. Заниматься этим будут другие, но моя совесть, после передачи им денег, будет чиста полностью.

Подумав-прикинув, я решил не продолжать поход по складу. Дабы более не чувствовать на себе дыхание жабы.

– Маркони, – начал я, потерев переносицу. – Организуй… добычу отмеченных тобой… трофеев, – вы же не думали, что я все так и брошу? – А мы, пожалуй, вернемся в ангар. Только проследи, чтобы на корабле осталось место для… пусть будет… тысячи дроидов. Но модули памяти и сайнитовые трубки, бери все.

Нет, я не параноик. Просто… это же солдатики. Сол-да-ти-ки! Блин, ну вот хочется мне. Ребенок я, в конце концов, или где? Иметь под рукой тысячи боевых дроидов и не прихватить совсем ничего? Я для этого и со склада ухожу – не хочу видеть, сколько денег уйдет у меня из рук. Даже если остальное будет на порядок дешевле, то, что я уже имею, все окупает.

– Слушаюсь, мастер, – ответил Маркони.

В тот же момент часть дроидов направилась к катушкам сайнитовых трубок, а оставшийся десяток перестроился, прикрывая меня.

Эх, хорошо бы, клоны нашли на корабле какую-нибудь мелкую неисправность, лучше даже две, а то подозрительно как-то… Тьфу, тьфу, тьфу, отставить паранойю. По уму, Палпатин делал ставку на ПВО, именно оно должно заблокировать транспортник, и именно с ним у нас должны быть главные проблемы. Иначе совсем стремно становится – сомневаюсь, что мы сможем починить что-то серьезное. Или успеем не серьезное.

Нет, погодите-ка, что-то тут не так. Я сейчас исхожу из того, что свалю с этой планеты на корабле, который «забыли» в ангаре, но в этом нет смысла, если Скайуокер, с помощью клонов, создаст коридор, по которому мы уйдем. Как так, Палпатин знал о силах Республики, но все равно оставил тут корабль? Он что, помогает мне трофеи унести? Подзаработать? Это имело бы смысл, если бы дроиды в самом начала не получили сигнала извне и не спалились… Все равно фигня – он же не думает, что я принесу в Храм непроверенные боевые машины? Да я их по винтику в любом случае разберу. Хотя… могло и прокатить. В памяти завода есть три версии сборки дроидов, и троян замаскирован под систему связи. Мог я не понять, что это? Мог. Но тогда получается, что кто-то не выдержал и послал сигнал вопреки приказу Палпатина, спалив контору. Возможно? С натягом, но да. Либо дело тут совсем в другом. Например, замаскированные точки ПВО. Понятно, что они и так будут, но если их увеличить вдвое? Или втрое? Или вчетверо, заодно перекрыв гораздо большую территорию? Тогда высаживающимся войскам Республики кранты, а запасных у нас нет. Высаживаться слишком далеко – тоже не вариант, их просто расстреляют с орбиты, пока они до нас добираться будут.

– Маркони, – обратился я к дроиду на выходе из склада. – Свяжись со Скайуокером и передай ему, что у меня есть очень, выдели это слово, серьезные подозрения, по поводу замаскированных точек ПВО КНС. Велика вероятность того, что их количество сильно увеличили.

Ответ пришел всего через несколько секунд.

– Генерал Скайуокер передает, чтобы вы не волновались, мастер. Он помнит о ловушке и уже подумал об этой проблеме – точка высадки сильно удивит КНС.

Даже так? Что ж, я никогда и не считал себя супер полководцем. Скайуокер с его, каким-никаким, но опытом, всяко лучше меня. Но что значит «удивит»? Не решил же он им прямо на голову… да ну нафиг…

– Уточни, – потер я переносицу. – Точка высадки – лагерь КНС?

И подтверждающий мою гениальность ответ.

– Так точно, мастер.

Все зависит от ситуации – именно так говорил наш инструктор по тактике наземного боя. Если надо, можно и в жерло вулкана прыгнуть, главное, иметь необходимое оборудование. Первое, о чем вы должны думать при разработке плана операции, это самый безумный вариант. В девяносто девяти случаев из ста, он и правда будет безумным во всех смыслах, но именно с него и надо начинать. В нашей же ситуации у Скайуокера, по сути, и нет другого варианта – если какое место и не усиливали, то это именно скопление войск противника. Тут другая проблема – если утыкать все пространство точками ПВО и взглянуть потом на карту, невозможно не заметить подобную зияющую дыру в обороне. Тут, хочешь не хочешь, подумаешь об усилении. Но есть и шанс – если этим занимался не дилетант Палпатин, сомневаюсь, что он еще и военный тактик, а кадровый военный, то усилены именно возможные точки высадки десанта. В этом случае, мобильных ПВО, рассчитанных скорее на прикрытие от лихого налета бомбардировщиков, вполне достаточно. Точнее, этого достаточно совместно со скрытой поблизости станционарной противовоздушной обороной. Но если сюда ломанутся и бомбардировщики, и истребители, и десантные челноки… и два джедая, скрывающиеся где-то поблизости. В общем, шансы весьма неплохие. Да, потери будут адские, но, несмотря на нытье Скайуокера, к высоким потерям ему не привыкать.

Зато теперь абсолютно понятно, почему Сковорода настаивал, чтобы мы атаковали первыми. Сразу после его сигнала. Меня другое волнует – неужто я настолько не внушаю доверия, что планы высадки узнаю только после личного запроса?

– Генерал Скайуокер передает о десятиминутной готовности, – прервал мои мысли дроид. – Капитан Рекс выдвигается на точку один.

– Начинается, значит, – пробормотал я. – Что ж, Маркони…

– Прошу прощения, мастер, – перебил он меня. – Группа на корабле передает, что закончила проверку. Неисправностей не обнаружено.

– Вовремя они. Пусть готовят его к отлету и ждут команды. Загрузку трофеев не прекращать. Рексу передай, чтобы начинал выдавливать противника.

Десятиминутная готовность означает, что операция начнется через десять минут, и еще через десять клоны упадут на голову лагерю перед заводом. Получается, что у нас максимум пятнадцать минут на выдавливание штурмующих дроидов КНС наружу. Возможно? Глупый вопрос. В конце концов, их никто и не пустил вглубь завода, что было непросто, используя лишь половину наличных у нас сил. А со штатным вооружением и вовсе невозможно.

До Рекса я добрался как раз за десять минут.

– Ну что, стальнояйцевый, – подошел я к нему. – Как у нас дела?

– Звенят во всю, сэр, – ответил он, не отрываясь от голографической схемы завода.

Э… Надо заканчивать с подколками.

– Отлично! А на поле боя что творится?

– Все по плану. В течении пяти минут выйдем наружу и атакуем лагерь сепаратистов.

Как бы это сказать… что-то мне не нравится, а что именно, сказать не могу. Хм…

– Рекс, а ты обсуждал план атаки со Скайуокером?

– Так точно, сэр, – ответил клон. – Благодаря генералу, я внес несколько важных правок, так что беспокоиться нечего.

Вот оно – чувство, что ты оказался в пролете. Вроде командир, а вроде и нет.

– А сообщить об этом, значит, не судьба, – даже не знаю, злиться, обижаться или проигнорировать.

– Сэр? – обернулся он ко мне. – Это важно, сэр? Вы же отдали мне управление В4.

Да все я понимаю – координация и все дела. Плюс пара дельных советов…

– Ладно, забыли, – покачал я головой. – Про мое желание поучаствовать в битве ты, конечно же, тоже сообщил.

– Было бы безрассудно промолчать об этом. Сэр.

И опять он прав. Но тут у меня никаких претензий – я и сам собирался все ему рассказать… в последний момент, правда. Интересно другое – Скайуокер и слова мне не сказал, значит, одобряет. Или, как минимум, не против. Причины этого, уже дело десятое.

Но получается, что и про мое желание ПВО покрошить, он тоже знает. Стоп.

– Рекс, какие конечные цели этой атаки?

– Зачистка квадрата, сэр, – ответил клон. – Прошу прощения, сэр. Связь. Отряд восемнадцать и двадцать, поддержите отряды девятнадцать и двадцать один. После зачистки – занять оборону в квадрате А7 и ждать команд.

– Сообщение отправлено, – произнес дроид, стоящий рядом с клоном. – Подтверждение получено.

– Кхм. Так вот, сэр. Из-за предполагаемого усиления ПВО, генерал Скайуокер собирается полностью зачистить этот квадрат, предположительно самый слабый в этом плане. Если делать это в другом месте, то само наше спасение продлится слишком долго, что, несомненно, даст время и возможность для атаки с орбиты.

Зачистить квадрат, добраться до нас, повоевать здесь, вернуться… хм, что-то в этом, конечно, есть.

– Ясненько…

– Прошу прощения, сэр. Связь. Отряды с тридцатого по тридцать пятый – выдвинуться на усиление первого и второго. Отрядам сто три и сто четыре – атаковать квадрат А2 через квадрат А5.

Судя по карте, мы практически заняли всю линию «А», которая является передовой. Дальше идет открытое пространство перед заводом, линия блокпостов внешней охраны и, собственно, лагерь КНС. Самое поганое, что то самое открытое пространство – под прицелом танков и со всех сторон простреливается, из-за чего атака блокпостов, в лучшем случае, приведет к колоссальным потерям. Но благодаря местной оружейке и строению завода, нашу атаку начнут дроиды с крыши первого яруса. Понятное дело, что стрелять они будут не простыми бластерами.

– Сообщение отправлено. Подтверждение получено, – вещал все тот же дроид.

– Ладно, – произнес я, глядя на карту. – Выдвигаюсь в квадрат А5.

– Вас понял, сэр. Через десять минут направлюсь туда же.

К тому времени, как попаду на место, дроиды уже совершат залп из тяжелого вооружения, что имеется в наших руках, тем самым накрыв первую линию танков, которые стоят как на параде. После этого начнется основная атака наших сил. Моя задача переждать самый опасный момент, когда В4 будут пересекать открытое пространство, после чего атаковать. И главной моей целью будет не тяжелая техника и даже не мобильная ПВО, а как раз все легкое, отличающееся повышенной скорострельностью, что для наших пехотных сил будет особенно опасно. Дроидеки, как и другую технику, защищенную дефлекторными щитами, тоже забывать не стоит. Впрочем, про танки я тоже забывать не буду… если подвернется такая возможность.

Вот я и на месте. Почти на месте. Остался один поворот, и я окажусь в цехе чего-то-там, который и является квадратом А5. Выглянув, на всякий случай, из-за угла, убедился, что впереди чисто, а сквозь огромную дыру в стене, проделанную танками КНС, видны взрывы, всполохи бластерного огня и дым.

– Маркони, доложи ситуацию, – произнес я, медленно подходя к разрушенной стене.

– Силы В4 заняли линию блокпостов внешней охраны. Во время рывка было уничтожено семь танков ААТ, восемь мотоспидеров STAP и шестьдесят девять дроидов В1. Наши потери тридцать одна единица В4. С учетом предыдущих боестолкновений, на данный момент уничтожено двести пятьдесят пять… поправка – двести пятьдесят семь дроидов В4. Поправка…

– Стоп, стоп, – остановил его, подняв руку. – Понятно все. Что ж, – выглянул я из пролома в стене. – Дальше ты меня сопровождать, пожалуй, не сможешь.

Бля, стремно-то как. Реально – дым, вспышки бластеров, мелькающие фигурки дроидов… м-да, взрывы. Ничего не понятно. И вот туда я должен сейчас ломануться?

– Жду ваших приказов, мастер.

– Приказов… – пробормотал я, глядя на развернувшуюся баталию. – Будешь, по возможности, прикрывать меня.

Я, конечно, опережу его сейчас, но и ломиться в центр лагеря, в самую гущу врагов, тоже не намерен. Рано или поздно догонит. О сопровождении и говорить не стоит, но постреливать издали – вполне.

– Слушаюсь, мастер.

– Возьмешь себе десяток дроидов в помощь, и отстреливай всякую мелочевку вроде В1, что рядом со мной крутиться будет.

– Слушаюсь, мастер. Будьте осторожны.

О, как!

– Уж будь уверен, Маркони. Создатель бессмертен.

– Создатель бесстрашен, – вытянулся он по стойке смирно. – Создатель безгрешен.

О-хо-хо. Хорошо, этого Асока не видит.

Еще раз выглянув из пролома, собрался с мыслями. На этот раз, кстати, предыдущая картина дополнилась рвущимся ввысь бластерным огнем и небольшими, с такого расстояния, точками десантных транспортов. LAAT/i, если мне глаза не изменяют. А раз дело дошло до этого, пора и мне в бой. Вдох-выдох. Вперед.

Прыжок через пролом в стене, мгновение, и я срываюсь в Рывок, выйдя из него уже на полной своей скорости. Нет коридоров, нет препятствий, пятнадцать секунд, и я пересекаю линию, занятую нашими дроидами. Ускоренная реакция, ускоренное восприятие, прыжок на крышу блокпоста, активация мечей, еще один прыжок на чадящий остов танка, и уже с него, отразив мечом пару выстрелов и подбросив метров на десять вверх тройку В2, что попались мне на глаза, делаю Рывок в сторону ближайших В1.

Дилемма. Чем выше я, тем больше вижу, тем легче и продуктивней использовать Силу… и тем легче в меня попасть противнику. Многочисленному противнику. Какое-то время, я могу отбивать выстрелы В1, но применять при этом Силу? Можно, не спорю, но результат будет не сильно выдающийся, да и то, ровно до того момента, как в меня шмальнет какой-нибудь танк. Или «Октуптарра». Там такой калибр, что мне тупо не хватит толщины меча отбить этот выстрел, про то, что меня даже при этом банально сметет силой выстрела, можно и не говорить. Ну да, парень я легкий, что уж там. Именно поэтому я и пошел в ближний контакт.

И вот она, моя первая жертва – стандартный В1. Рассекая его на две части, ухватил себя за мысль, что у джедаев крайне мало настоящих боевых техник, в отличие от тех же ситхов. Причем, что интересно, именно у джедаев, а не у светлых одаренных. Существует множество светлых Орденов и организаций, которые сконцентрировались именно на боевке, придумав тучу различных техник, помогающих в этом. А джедаи пошли по пути познания Силы, точнее, глубины ее применения. Да и в целом нельзя сказать, что Орден джедаев – военизированная организация, процент военного обучения там, относительно всего остального, от силы до десяточки доходит. Остальные девяносто процентов – гуманитарные и прикладные науки. Да что уж там – боевиками в Ордене, в основном, являются рыцари, но даже среди них до трети в этом весьма слабы. Да и самих рыцарей тысяч десять из ста. Но даже так, джедаи и ситхи умудряются перманентно устраивать войны галактического масштаба. Страшно подумать, что случится, если в их веселье однажды пожелают поучаствовать остальные одаренные. Как светлые, так и темные. Слава яйцам, что галактика действительно велика.

Но это так, отступление. Мысль моя была гораздо короче и длилась один росчерк меча, после чего я сделал очередной Рывок, оказавшись рядом с отрядом в двадцать дроидов.

Удар горизонтальный, удар вертикальный, подшаг вправо, и еще один удар снизу вверх. Шаг вперед, в строй дроидов, прикрывшись одним из них от выстрела со стороны и широкий круговой удар обоими мечами, которые я окружил молниями, действующими только на дроидов. Вариация Оглушения дроидов. За счет этих самых молний длина моих клинков увеличилась вдвое, разрезав ближайших и оглушив тех В1, что были дальше. Полторы секунды от начала контакта с этим отрядом, и два десятка противников выходит из строя.

Но мне-то нужна не эта мелочь, мне нужно было время, дабы найти какую-нибудь стоящую цель, а эти дроиды… ну не стоять же мне без дела, право слово. Да и просто пробежать мимо них, когда уничтожение займет так мало время… Короче, ничего достойного я не увидел, разве что танк ААТ, стоящий чуть в отдалении, прикрывающийся искореженным нечто. Но тут, словно услышав мои мысли, из-за танка выкатилась пятерка дроидек. Если бы они были уже в боевом режиме, их щиты заставили бы повозиться, но они не были. Пять шариков, катящихся в нашу сторону, одновременно взмыли в воздух, где и были сплющены. Можно было бы их и не поднимать, но с воздуха гораздо проще метнуть моих жертв в кого-нибудь другого. Первой моей мыслью был ААТ, но танк… это танк. Его пятью кусками покореженного металла не пронять. Я уж хотел было метнуть дроидек в В1, как раз взявших меня в прицел, но тут из-за того же танка выкатились еще пять дроидек. Неудачники. Неплохо получилось – поднял, сжал, метнул, ушел в рывок. Минус десять дроидек.

После выхода из Рывка взмахом руки отправил за спину самый «широкий» Толчок, на который был способен, а сам сконцентрировался на ААТ. Если честно, для меня стала полной неожиданностью скорострельность его двух вспомогательных орудий, все-таки раньше я был знаком с этим танком лишь заочно. А тут еще и главное орудие в мою сторону повернулось. В общем, он подписал себе смертный приговор. К тому же, у него передо мной был весомый недостаток – он был легкий. Относительно, понятно. Конечно, вес, как и размер, значение не имеет, но это для Силы, а мне, как ни крути, проще работать с маленькими легкими объектами.

В следующий момент я допустил не то чтобы ошибку, но повторять подобное я не намерен. Вместо того, чтобы сделать еще один Рывок, ваш покорный слуга решил уклониться от выстрела главного орудия ААТ. Понятное дело, уклонился, но, народ, когда рядом с вами пролетает заряд пушки такого калибра, это пробирает до костей. Как в прямом, так и в переносном смысле. Пережив такое, дальше рисковать не стал и в три диагональных Рывка приблизился к танку с борта. И пусть это напряжно, такие частые Рывки, но жить хотелось больше.

Запрыгнув на машину, срубил спаренную малую и основную пушку, после чего, слегка переместившись, со всего маха вогнал в центр лба танка меч. Там как раз должен сидеть механик-водитель. Отключив меч, чтобы не заморачиваться с вытаскиванием, запрыгнул на башню и провернул такой же прием с люком чуть позади главного орудия. Там у нас сидит командир. Все, остались два стрелка, но не помню точно, где они сидят, да и не важно это – из орудий сохранились одна спаренная противопехотная пушка и ракетное вооружение, которым заведовал водитель. Но без целеуказания командира… Впрочем, чтоб уж не обращать на них внимания, делаю прыжок вперед, оказываясь в корме машины. Два удара, и генератор выведен из строя. Стрелять они, по идее, еще могут, но лежащий на земле без репульсоров танк и отсутствие вращающихся орудий делают данный механизм практически бесполезным. Я уж не говорю про В4, которые подорвут его при первой же возможности.

Неожиданно метрах в ста от меня рухнул республиканский LAAT/i. И все бы ничего, но он еще и знатно рванул, выкосив полсотни вражеских дроидов, которым не повезло оказаться рядом, и заставил меня нырнуть за танк, скрываясь от тучи осколков. Можно, конечно, было положиться на Силовую защиту, которую я навесил на себя перед боем, часть осколков перехватить мечами, от части уклониться, но про все это даже говорить долго, а тут хоп, и ты под защитой.

Сделав перекат, оказался на четвереньках, одновременно с этим выхватывая взглядом четверку мотоспидеров STAP. Это такие летающие платформы с ручками, на которых летают В1. Скорость, маневренность, и две скорострельные пушки. Моя добыча.

Но что б вы думали? Не успел я сообразить, как лучше их уничтожить, они начали вспыхивать взрывами – В4 не спят. Почти уйти удалось лишь одному, но именно что почти – я тоже, знаете ли, клювом не щелкал. А сразу после того, как последний STAP, не без помощи телекинеза, на полном ходу поцеловался с землей, в той стороне, где рухнул LAAT/i, прогремел близкий взрыв. Как выяснилось, это был еще один ААТ, который шел на усиление данного направления, но ему не повезло – тупо не успел.

– Квадрат взят, Создатель, – произнес подошедший В4. – Но дальше идти мы не можем – благодаря вам, наши отряды вырвались немного вперед, но подобная ситуация только у нас. Приказ капитана Рекса занять оборону.

– Резонно, – приподнялся я из-за туши танка. – Будем ждать удобного случая для атаки. В смысле, вы будете ждать, а я пойду дальше веселиться.

– Поправка, – вновь заговорил дроид. – Вторая рота, при поддержке генерала Скайуокера, также вырвалась вперед.

– Что там с десантом клонов?

– Неизвестно. Связь отсутствует.

– Ладно, работайте, а я пойду… а вот туда и пойду, – закончил я, глядя на приближающегося к нам Октуптарру. Хорошо, что тут остовов различной техники хватает – есть чем прикрыться. – И взорвите этот танк, – хлопнул я ладонью по машине, за которой мы скрывались. – Не хватало оказаться рядом с ней, когда в нее пальнет эта махина.

– Слушаюсь, Создатель.

И стоило ему только закончить, окружающих Октуптарру дроидов атаковал чудом прорвавшийся к нам LAAT/i. Впрочем, недолго – стоило лишь Октуптарре навести на него орудие, он резко сдал в сторону, и как я успел заметить, клонов он еще не высаживал. Все что мне оставалось, это вскочить на танк и начать махать включенными мечами, привлекая внимание пилота, указывая, где тут можно безопасно приземлиться. И ведь получилось, что интересно. Сделав еще пару рывков, LAAT/i поднялся чуть выше и ушел нам за спину. И сразу после этого, когда я почти сорвался вперед, Октуптарру протаранил другой LAAT/i, чадящий черным дымом и явно почти не управляемый.

– Ептыть, – пробормотал я. – Камикадзе хреновы.

– Сэр, – подошел ко мне один из дроидов. – Капитан Рекс…

– Вот, блядь… – прервал я его.

У страха глаза велики, но даже так, в нашу сторону летело как минимум четыре десятка ракет, и заметил я это, к сожалению, слишком поздно, чтобы убежать. Оставалось попытаться перехватить их Силой. И первое, что я сделал: перехватив телекинезом три ракеты, впечатал в землю. Времени это заняло мгновенье, но даже так, слишком много. Четко помню, что понять я это успел, а вот дальше действовал на одних рефлексах, интуиции или даже наитии. Я не стал пытаться «законтролить» ракеты, а просто подхватил их как песок – скопом, и это при их удаленности друг от друга. Но даже так, провернуть я это смог лишь с теми, что летели примерно по центру, на глаз самыми опасными для меня. А в следующий момент сыграли моя неопытность и отсутствие необходимых рефлексов. Не перехваченные мной ракеты достигли земли, окутав пространство вокруг меня взрывами и летящими в разные стороны пластами земли и камней. А я как дебил стоял с чуть разведенными руками, боясь упустить искрящиеся в воздухе приветы от КНС.

Присевшего рядом со мной дроида снесло куда-то в сторону, в мою Силовую защиту дважды ударилось что-то крупное и десятки раз мелкое. Казалось, что звуки взрывов вокруг меня порвут барабанные перепонки… а я стоял как столб и не шевелился. И знаете, что забавно? Это был не страх, а въевшаяся еще с той жизни привычка не суетиться. Что бы ни случилось – не дергайся, станет только хуже. Убивают в компьютерной игрушке? Фигня – это всего лишь игра. Вызвали к злому гендиректору? Ерунда – больше увольнения не получишь. Занесло на повороте? Тем более – лишнее дерганье руля лишь угробит тебя. Что бы ни случилось – не дергайся, не ускоряйся, не останавливайся. Дай мозгу пару мгновений, он сам найдет решение. Для кого-то это все сложно, для кого-то нет, а для меня просто привычка. Я уж и не помню, с чего она появилась, но точно еще в детстве. Это не значит, что меня невозможно испугать – если прыгнуть из-за поворота, я как раз дернусь или шарахнусь в сторону, но если будет хотя бы пара мгновений перед этим, и мозг не выдаст приемлемый план действий за это время…

Забавно. Я вспомнил, с чего все началось. Именно сейчас, посреди этого ада, я вспомнил. Все дело в фильме-катастрофе, который я смотрел в далеком детстве. Там какой-то американский городок оказался рядом с действующим вулканом, и был момент, когда рядом с толпой пожарников из разлома в земле вылетел раскаленный камень, и главный герой криками остановил толпу, мол, ждите, ждите, ждите… а теперь головы вверх и смотрите, куда падает камень.

Не знаю, насколько это реально, но именно из-за того фильма, так впечатлившего тогда меня, я сейчас то ли выживу, то ли нет.

Вот проходит секунда, другая, третья… и я резко дергаю руками вперед, направляя парящие ракеты в ту сторону, откуда они прилетели и где виднелась группа противников.

– Пипец, какой…

– Сэр, – окликнул меня дроид. Обернувшись, увидел ковыляющего ко мне В4 с оторванным левым манипулятором. – Капитан Рекс передает, что наблюдатели на крыше завода засекли две системы залпового огня типа «Огненный град». Их местоположение загружено вам на датапад. Также, он добавил, что из трех джедаев вы ближе всего к ним. Из-за рельефа местности дроиды с тяжелым вооружением достать их не могут.

– Потери после последнего залпа, – произнес я, активируя карту.

– Выведен из строя тридцать один дроид. Повреждены восемь дроидов. Функционируют, но не способны сражаться – два дроида. В шестьдесят пятой роте полностью исправны – пятьдесят дроидов.

Дрянь дело. То-то к силам КНС, которые я атаковал, так и не подошло подкрепление. Перезарядка у «градов» примерно минута… Епт, что ж я стою-то?

Сорвавшись в бег, стал забирать вправо, где находилась группа невысоких скал, именно там, судя по карте, скрываются СЗО КНС. Да вот беда, это место является тылом сепаратистов, и чтоб добраться до «Огненных градов», мне придется пересечь скопление войск противника. И первыми, кто меня встретил, были мотоспидеры STAP в количестве десяти штук. Снижать скорость бега, как и юлить, я, конечно, не стал – отбил несколько бластерных выстрелов, а потом «сжал» эти мобильные платформы и швырнул получившиеся комки металла в подходящих слева В2. Просто потому, что они были ближе. Увы, но это было самой простой частью – всего несколько секунд бега, и вот я сблизился с основными силами противника в квадрате.

Три Рывка, и три выстрела ААТ уходят в молоко. Взмах рукой, и еще два STAPа впечатываются в землю. До линии танков остается метров сто, и я решаю применить технику, которую я до этого лишь изучал, но ни разу в ней не практиковался. Если не получится – не беда, просто пробегу между танков, там всего с десяток дроидов стоят.

Рывок – это, условно и очень приблизительно, раздвигание Силой пространства перед тобой и толчок в спину. Я же собирался использовать технику «Ядро», чем-то похожую на Рывок. «Раздвинуть» пространство Силой и одновременно закрутить ее по часовой с одновременным сжатием. Из той же Силы, только просто сжатой, выстроить перед собой клин. Затем идет тот самый «толчок» в спину, но не прекращать действие, а продолжать равномерно давить. И последнее – резко отпускать сжимаемую ранее Силу в «коридоре», но не всю разом, а лишь ту, что в метре передо мной.

Если Сила имеет хоть какие-то чувства, то она явно меня любит. «Ядро» считается довольно сложной техникой, и хоть мне манипуляции с Силой определенно даются проще, чем большинству джедаев, даже я был готов, что у меня ничего не выйдет. Однако ж… В итоге, со стороны это должно выглядеть как бегущий с огромной скоростью джедай, вокруг которого слегка искажается пространство, а все не закрепленные вещи, начиная от песка и заканчивая… танками, разлетаются в сторону. Один из минусов – таранить тяжелые объекты нельзя, Сила сметает то, что находится по краям от джедая, и если бы передо мной были легкие дроиды, я бы их даже не заметил, но это оказался какой-то то ли транспортник, то ли броневик-переросток.

Резко затормозив и проскользив по скалистой местности несколько метров, бросил взгляд на дело ног своих.

Зачетно.

Один танк лежал кверху брюхом, второй на боку, придавив своим весом третий ААТ. Впрочем, пошевелив своей тушей взад-вперед, он довольно быстро освободился, начав разворачиваться в мою сторону. Думаете, я стоял и смотрел на это просто так? У меня были несколько секунд, и я решил их потратить на уничтожение танка, так как к «граду», по моим прикидкам, до его перезарядки и выстрела, я все же не успевал. Поэтому я стоял у этой непонятной машины и, отбивая обоими мечами выстрелы дроидов, поднимал телекинезом непонятную машину за спиной. Уж не знаю, для чего она, но потери – это потери, а раз она тут стоит, значит, для чего-то нужна. Однако, стоит поспешить – если поначалу выстрелы сыпались на меня с двух сторон, то при поднятии броневика мне и в спину стрелять начали. Да и сам ААТ, наконец, развернулся. Кстати, похоже, у него заклинила башня главного орудия. Но это так, к слову.

Блин, надо торопиться – пусть в меня и не могут стрелять ВСЕ дроиды, но и тех, кто имеет такую возможность, становится слишком много. Сжав машину вдвое, я понял, что немного ступил – мне просто повезло, ведь она всего лишь вспыхнула огнем у меня за спиной. А если бы взорвалась? Бог с ней, пусть летит себе, а мне пора бежать. Не стоять на месте, во всяком случае.

Но на пару секунд я все же задержался, цыкнув языком и немного поморщившись. Танк… оказался танком, а не фольгированой машиной на репульсорах. Многотонный комок металла лишь на мгновение прижал его к земле, оставив на корпусе пару вмятин. Ну, и главное орудие окончательно вышло из строя, нехило погнувшись. Если б знал, что так получится, то потратил бы те секунды на поднятие не броневика, а танка. Почему не сделал? Ну, дык… уничтожить две машины одним ударом предпочтительней, чем одну. Кто ж знал, что ААТ такой крепкий? А теперь, когда на меня наведено столько стволов, рисковать как-то не хочется. Все, пора двигать.

Но задержаться еще на пару секунд мне все же пришлось – за неимением главного орудия, развернувшийся-таки в мою сторону танк открыл огонь из левой спарки своих скорострелок, правая, похоже, тоже неисправна. Но главное, он сделал залп из пусковых установок, расположенных в нижней части корпуса. Шесть не таких уж и быстрых ракет вылетели из раструбов в мою сторону и практически сразу повернули обратно – после обстрела «градами» у меня с ракетами свои терки.

А рвануло-то знатно, отбросив танк метра на три в сторону. Со стороны на это даже прикольно смотреть. Тем не менее, пора бежать, действительно пора.

Клоны, меж тем, продолжали умирать. Переход довольно резкий, но не могу не отметить это. Если в начале битвы их смерть я ощущал как серое, быстро исчезающее облачко где-то в небе, внутри которого, я был уверен, затруднено дыхание, то сейчас создавалось впечатление, что потемневшие небеса готовы упасть нам на голову. И это не только десант, похоже, до меня и отголоски того, что на орбите, доходят. Я уже и не чувствовал отдельные смерти, мне было просто некомфортно находиться в этом месте.

Но, хочешь жить, умей вертеться, вот я и вертелся как мог. Бег, Рывок, перекат – главное, не прыгнуть слишком высоко, ибо в воздухе отбивать десятки выстрелов я не учился, а уклоняться и подавно. Вот передо мной еще одна непонятная машина, правда, другой модели, чем та, что я бросил в танк. Максимально сжатый Толчок делает в ней сквозную дыру размером сантиметров в десять. Перестарался. Еще один Толчок, и смятая покореженная машина улетает метров на десять в сторону. Немного концентрации, и другой Толчок, наоборот, максимально расфокусированный, улетает в сторону наибольшего скопления дроидов В1. Они хоть и считаются боевыми, но по факту мало чем отличаются от гражданских моделей с бластером. Так что падение с четырех-пяти метров явно не пойдет им на пользу. Сразу после хватаю телекинезом покореженную до этого машину и отправляю ее в группу В2, у которых тоже есть слабости, но падение с высоты там отсутствует.

Вот я приблизился к еще двум ААТ, которые, похоже, задолбались пытаться подловить меня пушками и выпустили разом двенадцать ракет. Я их, конечно, перехватил, но отправлять обратно не стал – на данный момент для меня гораздо опаснее многочисленные дроиды, именно в очередное скопление этих засранцев я и отправляю ракеты. Любоваться взрывами нет времени, уже вот-вот «Огненные грады» должны произвести залп, и если я хочу перехватить хотя бы часть ракет, мне нужно относительно безопасное место, где стрелять в меня будут хотя бы с одной стороны. И тут нужна либо скала, либо… либо подготовить место самому, благо на примете есть пара транспортников. Только вот танки, с их тяжелым вооружением… Надо спровоцировать их на залп ПУ. Долго стоять на месте нельзя, иначе они шмальнут в меня из пушек, а вот останавливаться на две-три секунды, почему бы и нет?

Приняв решение, не тормозя направился в сторону ближайших дроидов – там и постою на месте. Но стоило мне только добежать до них, как раздался рев, и у меня над головой пролетел рой ракет обоих «градов». Не успел, мля. Да и не мог успеть, по факту, но материться хотелось все равно. И знаете, сдерживаться я не стал.

– Бляди ебучие. Как же бесит. Суки.

Раздражение перешло в злость, и три десятка дроидов передо мной резко сжались до состояния метровой кучки металла. Короткий рывок вперед, и я начал вымещать злобу на очень даже повинных дроидах. Первая пятерка разлетелась на запчасти, взгляд влево, и еще пять машин будто взорвались. Взгляд вправо, и, отбив несколько выстрелов, впечатал в землю еще пятнадцать машин. После чего понял, что хочу не этого. Я хочу рубить их, кромсать, чтобы их электронный мозг успел понять, что они умирают.

Я уж было сорвался вперед, но тут мое внимание привлек залп ракет ААТ. Суки, что ж вы твари, все время мне мешаете? Ну так горите, ублюдки!

Двенадцать ракет, больше похожих на небольшие торпеды, не успели пролететь и сотни метров, как были перехвачены и отправлены назад хозяевам, превращая их в плазменный шар. А я взмахом руки отбросил ближайших дроидов метров на пятьдесят, расчистив себе путь к СЗО сепаратистов. Зря вы меня выбесили.

Но и этому не суждено было сбыться – совершенно для меня неожиданно заговорил комлинк. Причем настолько неожиданно, что даже злость отошла куда-то в сторону. Сумели-таки глушилку уничтожить.

– Дакари, это Скайуокер, командую экстренное отступление. Эвакуация захлебнулась. Десант почти весь выбит. Еще немного, и уже сеппы начнут слать подкрепление. Я отвожу все оставшиеся силы обратно на завод. Что бы ты там ни делал – заканчивай и дуй обратно. Дело швах, Дакари, поэтому не тормози.

Секунда, другая… Охренеть…

– Принято, – очень хотелось почесать затылок. Ведь бой, по сути, идет всего ничего и мы уже проиграли? – Охренеть.

Повезло вам, «грады», в который раз. Но не беда – эту войну вам не пережить. Так или иначе. Все равно, суки, сдохнете.

Командовать дроидами оказалось не в пример сложнее, чем живыми разумными. Увы, но «Боевое единение» не действует на дроидов. Уже не в первый раз у Скайуокера мелькала мысль, что лучше бы ему сидеть где-нибудь в тылу, с динамической картой боя перед носом. Однако, сделай он так, займи место Рекса, и их войска лишились бы такой боевой единицы, как мастер-джедай. И что бы тогда дроиды делали вот хотя бы с этой «Октуптаррой»? Уже второй на его пути, между прочим. Это уже не говоря о клонах, которыми лучше командовать джедаю и которые высаживаются полным ходом. Да и оставлять тут Асоку в одиночестве тоже не следует. Ах да, Дакари. Но это скорей ученице пришлось бы приглядывать за ним, чем наоборот. Что бы она там ни говорила, но боевого опыта у нее гораздо больше, чем у юнлинга. Пусть и такого необычного.

Размышляя подобным образом, Скайуокер не забывал и о противнике. Да и как тут забудешь – судя по его ощущением, вокруг творилась сущая мясорубка, и не только в небе над ними, но и на орбите планеты. А самое хреновое, что десант толком и не мог пробиться к ним. Основная масса клонов, добравшихся до поверхности, была из первой волны – хоть к дроидам это и не применимо, но складывалось впечатление, что сеппы просто не ожидали от них такой наглости, но быстро пришли в себя. И несмотря на то, что его «Боевое единение», пусть и по чуть-чуть, охватывало все больше и больше клонов, но еще большее количество умирало. Плюс отсутствие должной связи делало эту операцию одной из самых провальных в его карьере.

Но прямо сейчас ему стоит побеспокоится об «Октуптарре», наседающей на них. Выглянув на мгновение из-за укрытия и оглянувшись на всякий случай, Скайуокер сорвался в бег, сходу перерубив двух В1. Прыжок на ААТ, подбитый, но все еще огрызающийся, и уже с него, рубанув на ходу по пушке танка мечом, Скайуокер взмыл вверх на десяток метров, приземлился точнехонько на макушке огромного дроида.

В начале войны, когда «Октуптарра» только появилась в войсках КНС, приходилось повозиться, чтобы уничтожить эту машину, уж слишком много у нее было дублирующих модулей. Из-за этого первым делом уничтожались пушки главного калибра, а уж потом, если того требовала ситуация, «ронялся» сам дроид. Но время шло, и на данный момент любой джедай ВАР, да и не только он, знал слабое место этой машины. Никто не похищал техническую документацию на нее, не устраивал разбор схем, лишь опыт и ничего другого. Для Скайуокера же, уничтожившего не один десяток «Октуптарр», опасней был ААТ с его двумя спаренными скорострельными турболазерами и отличной подвижностью, чем эта неповоротливая махина.

Удар рукой, усиленный джедайскими способностями, и в броне дроида появилась дыра, за которую так удобно держаться, и место для которой, само собой, было выбрано не случайно. К сожалению, слабое место «Октуптарры» находилось не на макушке, а на его покатом боку, и достать его не скатившись с корпуса, было довольно сложно… не джедаю. Но мы-то знаем, кто такой Скайуокер. Уцепившись за проделанную дыру, Избранный со всего маху вонзил свой меч в непримечательное место на боку дроида, не забыв еще и повозиться им в его внутренностях. Именно там у «Октуптарры» находился распределяющий энергию блок, после уничтожения которого оная энергия в единое мгновение разошлась по всем системам колосса, спалив большую их часть, что привело к резкой остановке машины. Теперь проще собрать ее заново, чем заменять все сгоревшие части. Что интересно, распределитель в «Октуптарре» тоже дублировался, но по какой-то причине включался не сразу после уничтожения предыдущего, а через пару мгновений, чего явно было недостаточно.

В общем, Скайуокер дольше бежал до дроида, чем уничтожал его.

– Хм, – выдал Энакин, оглядевшись. – А я неплохо вишу.

По большому счету, рота В4, которой помогал джедай, уже очистила квадрат от противника, а те недобитки, что еще оставались, находились с другой стороны «Октуптарры» и обстреливать Скайуокера не могли. Сейчас их добьют, и квадрат с двадцатиметровой скалой, дающий тактическое преимущество, будет взят. Можно и окинуть взглядом остальную часть поля боя.

А вещи творились довольно неприглядные. Что происходило на другом фланге, даже с джедайским зрением рассмотреть было проблематично, а вот в центре, судя по всему, вперед продвинулась лишь одна рота. Вместе с его второй получалось всего две. Из восьмидесяти. Конечно, времени прошло немного, но достаточно для смерти нескольких тысяч клонов. А те крохи, что все-таки сумели высадиться, вызывали лишь слезы. В принципе, В4 могли достаточно долго удерживать позиции, и даже продвигаться вперед, но темп этого продвижения… да в тылу противника… да с заявленными целями операции…

Полный, не вызывающий сомнений провал. Плевать на дроидов, но смерть тысяч клонов… ради чего? По сути, ради одного лишь Дакари. Если бы не он, они с Асокой тихо ушли бы, оставив взрыв завода на Рекса. Да, он бы погиб вместе с его отрядом. Да, Скайуокер бы долго сожалел об этом. Но они не стоят таких потерь. И они воины, рожденные умирать. Окажись Энакин в такой же ситуации, и он тоже пожертвовал бы жизнью – это война, не хочешь рисковать, иди в звездочеты. Но что делать, когда один из этих самых звездочетов оказался в окруженном заминированном заводе, без возможности сбежать оттуда? Сам Скайуокер сумел бы уйти, с Асокой – быть может, но «гражданский» Дакари?

Был вариант натравить на КНС В4, уведя под шумок и мальчишку, и Рекса с его отрядом, но при обдумывании этого плана пришлось признать, что в планировании операции была допущена критическая ошибка – шаттл, на котором они прибыли, не был способен «оторваться» от планеты, а выходить на нем на орбиту… собственно, только туда они и смогут добраться, после чего их собьют. Но даже это – самый оптимистичный расклад, не стоит забывать о ПВО, разбросанной по округе. Провести отвлекающий маневр, но высадку совершить в другом месте? Можно. Но потери были бы такие же, может, чуть поменьше. Не стоит забывать, что там, где нет войск КНС, нет и армии дроидов В4. Не проводить высадку, а послать маленький шустрый кораблик? Можно. Только вот что делать с ПВО, которая будет сконцентрирована на этом самом корабле? Причем вся. Короче, тоже не вариант. Да и не стоит забывать, что у них просто нет такого кораблика. Маневренный есть, но без гиперпривода, то есть ему придется опуститься и подняться с планеты. Двойной риск. С гиперприводом – да, но не маневренный. Этому надо только опуститься… м-да, всего лишь… Кто ж знал, что их операция будет слита противнику вся и полностью? Собственно, в основном именно из-за этого и приходится действовать столь грубо – кто знает, что сеппы приготовили им еще?

Обдумав сложившуюся ситуацию, Скайуокеру пришлось согласиться с тем, что даже и без Дакари у них было мало вариантов действия, а уж если вспомнить, что без него и сама операция носила бы другой характер, с гораздо большими жертвами, то и вовсе говорить не о чем. Правда, когда Рекс доложил, что мальчишка хочет поучаствовать в предстоящей битве, он поматерился про себя пару минут, но все же разрешил – какой-никакой, а джедай. К тому же, это был его выбор, а кто он такой, чтобы идти против осмысленного выбора одаренного. А назвать Дакари несмышленышем, это надо совсем с головой не дружить. Или не знать его.

Сейчас же, вися на боку «Октуптарры», Скайуокер остро сожалел об отсутствии связи со своим флотом.

Где-то в середине фронта виднелся еще один дроид класса «Октуптарра», четвертый виденный сегодня Скайуокером. Двоих уничтожил он, одного Асока… ну да, четвертый. В данный момент его обстреливал один из немногих прорвавшихся к ним LAAT/i, довольно самонадеянно с его стороны, к слову. Но вот он, слава Силе, додумался уйти в сторону, и взгляд Скайуокера ухватился за два зеленых световых меча, которыми размахивали в опасной близости от «Октуптарры». Дакари, больше некому. Асока находилась ближе, и несколько в стороне от того места, а значит, это Дакари. Кстати, их рота, к удивлению джедая, умудрилась вырваться вперед и в данный момент укреплялась в том квадрате. Ой, идиот… он что, на подбитом танке стоит? А если в него сейчас выстрелит «Октуптарра»? Он же вместе с боекомплектом ААТ ввысь улетит!

Но повезло. Ему. Подбитый LAAT/i протаранил «Октуптарру» почти сразу, как прежний транспорт отлетел за спину Дакари. Везение, в целом, прямо скажем, спорное. Скайуокер уже и не знал, на кого материться, на Дакари, на LAAT/i, или на себя за то, что разрешил мальчишке участвовать в атаке на лагерь КНС.

То, что произошло вслед за этим, заставило Скайуокера сжать челюсть и прикрыть глаза. Он бы их и вовсе закрыл, но делать это посреди битвы, было бы… плохим признаком.

В Дакари летел залп ракет «Огненных градов», а он их, похоже, даже не замечал. Впрочем и сам Скайуокер заметил их слишком поздно. Судя по количеству ракет, это был полный залп двух ракетных дроидов. Шестьдесят снарядов, летевших точнехонько на позиции Дакари, с ним самим в центре. Такое не пережить и ему – Избранному. Точнее, он бы пережил залп и большего количества «градов», но не когда их ракеты появляются прямо перед носом, как, похоже, происходит с Дакари. Вот парень дернулся, и в отдалении от него земля взбухает тремя взрывами, после чего ракеты таки накрывают позицию юнлинга.

Взрывы, всполохи огня, поднятые в воздух камни, тучи пыли, скрывшие немаленькую площадь от глаз Скайуокера.

– Дакари… твою мать… как же так… – пробормотал Энакин, продолжая висеть на «Октуптарре».

Стоп. Стоп-стоп-стоп. Даже несмотря на тысячи убитых клонов и удушающую эманацию их смерти, гибель одаренного Энакин пропустить не мог. А ее не было. Не было, хатт его задери!

И только Скайуокер хотел спрыгнуть на землю, чтобы побежать на помощь наверняка раненному Дакари, пыль от взрывов ракет немного улеглась, и джедай увидел множество светящихся точек метрах в десяти над тем местом, где стоял парень. Еще пару мгновений, и до Скайуокера дошло, что он видит все еще работающие, но, тем не менее, висящие на одном месте ракеты «градов». Штук тридцать, не меньше. Собственно, работающие сопла он и увидел поначалу. И вместо того, чтобы спрыгнуть вниз, Энакин прыгнул вверх, приземляясь на макушку «Октуптарры».

В том, чтобы «поймать» столько движущихся объектов, ничего удивительного нет. Сложно – это да. Но не удивительно. Но сделать это за такой промежуток времени? Успеть среагировать? А потом стоять посреди взрывов ракет и удерживать оставшиеся? Реакция, самообладание, мастерство в техниках Силы. Смог бы он так? Несомненно… если бы успел среагировать. Но юнлинг?

– Очуметь… – вот и все, что смог выговорить Скайуокер. После чего наблюдал, как Дакари дернув руками, отправил висящие в воздухе ракеты в сторону виднеющиеся вдали скопления войск КНС. Не попадет, конечно, но вряд ли он о таком и думал.

Вот к нему подковылял дроид, переговорив с которым, Дакари замер на месте. И правильно, пора тоже узнать, как у нас дела обстоят.

И опять не успел. Глянув напоследок в ту сторону, где был Дакари, заметил, как тот, сорвавшись вперед, на полной джедайской понесся в сторону ближайших к парню скал, где скопились немалые силы КНС.

– Хаттова задница… – так и замер в полуприсяде Скайуокер. – Ты что творишь, придурок?

А придурок бежал. Умудряясь параллельно уничтожать платформы STAP и дроидов В2, что попытались его перехватить. Сделав три Рывка, дабы не попасть под выстрелы главных орудий трех ААТ, прямо перед ним Дакари ускорился еще больше. Метров за двести от танков его скорость увеличилась до вообще каких-то невообразимых величин, после чего за ним стал появляться шлейф искаженного, как над пламенем огня, воздуха. Мгновенье-другое, и вот эта живая торпеда проноситься между двумя танками, разбрасывая их в стороны, как игрушечных.

«Ядро». Мать его так, «Ядро». Техника, также известная под названием «Живая торпеда». Она же «Бросок». В исполнении напоминающая «Рывок», но в разы сложнее. На порядок сложнее. Даже если не вдаваться в технические дебри, Толчок – это два действия, а Бросок, более известный как Ядро, это пять действий. Предел, на который способен он, Скайуокер. Но в Ядре мало совершить пять действий одновременно, это надо сделать последовательно и очень точно, после чего еще и поддерживать их. Не забывая держать окружающее пространство под контролем, ибо не дай Сила на такой скорости куда-нибудь врезаться.

Сам Энакин пользоваться этой техникой не мог – уж больно ювелирной она была. Последняя попытка принесла ему пару сломанных костей и нагоняй от Бена. Причем переломы-то он как-нибудь пережил бы, но знаменитое Оби-Вановское занудство… В общем, даже нетерпеливый Избранный решил подождать лучших времен, поднабраться опыта и уже потом взяться за эту технику. И тут такое. Юнлинг! В боевой обстановке! Использовал «Ядро»! Технику уровня опытного мастера-джедая!

Скайуокер даже отметил про себя, что будь он ситхом, наверняка бы позавидовал. И тут же прислушался к себе, облегченно выдохнув – не ситх, слава Силе. Просто удивлен очень. Нет, ну каков парень, а? Может, и правда, справился бы с Вентресс. Конечно, одна техника – не показатель Силы, да и Ассаж, прямо скажем, весьма технична, но способность так куролесить на поле боя явно показывает, что мальчиком для битья он при встрече с ней не будет… Да что уж там, надо быть честным с собой – Дакари силен. Сильнее Асоки. А вот насколько, это может показать лишь спарринг. Но… спарринг… м-да… И хочется, и колется.

Однажды Энакин предложил ему померится силами, после чего Дакари неслабо так над ним посмеялся. Можно даже сказать поиздевался. Высмеивая тогда еще падавана, почти взрослого, желающего поднять свою самооценку на малолетнем юнлинге. Небольшой эпизод из жизни, над которым они потом не раз вместе смеялись, перерос в этакое табу – никаких спаррингов между ними. Это примерно как их обращение друг к другу только по фамилии – вроде и друзья, а вон оно как. С чего эта традиция пошла, Скайуокер даже и не пытался вспомнить, он вообще не уверен, что были какие-то причины. Просто так сложилось. Наверное, тот день, когда они обратятся друг к другу по имени, будет окончанием их странной дружбы.

А парень продолжал веселиться, кинув в оставшийся танк какой-то броневик, на что Энакин лишь покачал головой. Лучше бы он таким образом сам ААТ обработал, раз может стоять под выстрелами десятков дроидов необходимое для этого время. Да вообще, что-то он засмотрелся, пора уже и самому повоевать. Но сначала узнать ситуацию в целом.

– … вызывает генерала Скайуокера, – заговорил комлинк на руке джедая. – Коммандер Линс вызывает генерала Скайокера. Отзовитесь, сэр. Коммандер Ли…

– Скайуокер на связи, – это было неожиданно. Судя по всему, кто-то уничтожил глушилку, может быть даже этот кто-то Дакари, с тем броневиком.

– Сэр, это коммандер Линс. Докладываю обстановку. Кораблей КНС на орбите оказалось в два раза больше. Потеряна половина кораблей, и если не отступить прямо сейчас, мы потеряем все.

– Что с высадкой десанта?

– Восемьдесят процентов штурмовиков и сто процентов техники сброшено.

– Сколько… – прошептал Скайуокер?

Фактически весь десант сброшен, а на поле боя он ощущает от силы процентов двадцать клонов. Скорей, даже меньше. Плюс те же двадцать процентов на орбите. Это что получается, десять тысяч штурмовиков потеряны за несколько минут боя?

– Сэр?

– Отменить десант, – выдохнул Скайуокер. – Повторяю – отменить десант. Уводите флот, коммандер. Спасайте то, что еще осталось.

– Принято, генерал, – произнес Линс после небольшой паузы. Они оба понимали, что выбраться тем, кто сейчас оказался на планете, будет крайне сложно. – Удачи вам, сэр.

– Отбой, – произнес Скайуокер. Кинув напоследок взгляд в сторону Дакари, который в этот момент отправил в полет около сотни В1, и качнув на это головой, Скайуокер спрыгнул с «Октуптарры». – Всем силам ВАР, – переключился он на общую волну. – Это генерал Скайуокер. Командую отступление в сторону завода. Повторяю. Экстренное отступление в сторону завода, – отдав приказ, он вновь переключился на новую волну. – Рекс, это Скайуокер. Прием. Отзовись, Рекс.

– Рекс на связи.

– Командуй дроидам отступление и позаботься, чтобы они прикрыли отход клонов. И да, первую линию обороны на самом заводе пусть они тоже на себя возьмут.

– Принято.

– Отбой, – и еще одно нажатие клавиши. – Дакари, это Скайуокер, командую экстренное отступление, – и дабы не повторять одно и то же несколько раз, ожидая приема от парня, продолжил. – Эвакуация захлебнулась. Десант почти весь выбит. Еще немного, и уже сеппы начнут слать подкрепление. Я отвожу все оставшиеся силы обратно на завод. Что бы ты там ни делал – заканчивай и дуй обратно. Дело швах, Дакари, поэтому не тормози.

Судя по всему, в данный момент юнлинг был занят, потому что ответил он лишь через несколько секунд:

– Принято, – и через секунду в чем-то даже понятное: – Охренеть.

Знаете, сидя на ящике в одном из цехов завода и наблюдая за тем, что творится вокруг, мне неожиданно вспомнился анекдот еще из моего мира. Это где окончивший рабочий день гинеколог выходит на улицу, оглядывается и умиротворенно произносит: «Лица, лица, лица». Так вот, я себя в тот момент ощущал тем самым гинекологом, только в разгар рабочего дня – клоны, клоны, клоны.

Я сейчас находился в глубине завода, в нескольких минутах ходьбы от ангара, и наблюдал, как штурмовики занимаются обустройством огневых точек. Дроидов здесь не было, основная масса В4 находилась на переднем плане, заняв оборону на первых трех линиях. Но, как ни странно, атаки до сих пор не было, хоть и прошло уже минут двадцать, как закончилось наше отступление. Даже не так, понятно, почему они не атакуют сейчас – разбираются с тем разгромом, что мы учинили, но почему они не попытались войти в завод на наших спинах? Когда стало понятно, что противник отступает, войска КНС тоже немного отошли, занимая оборону и позволяя нам уйти. То ли это какой-то хитрый план, то ли мы им реально крепко по зубам дали. Вот только цена оказалась чересчур высока. Не знаю точно, что там с клонами, но наши дроиды потеряли треть личного состава, выделенного для атаки. Из восьми тысяч В4 выжили… то есть остались готовыми продолжить бой, всего лишь пять триста с мелочью. Плюс та тысяча, что сидела в ангаре, плюс те пять сотен, что были на крыше, плюс та тысяча, что скопилась после сборки на складе. В итоге, у нас всего осталось чуть меньше восьми тысяч. Семь девятьсот девять, если уж быть совсем точным. Из этого числа, тысяча имеет те или иные повреждения.

И несмотря на то, что даже теперь количество наших дроидов впечатляет, все те потери, которые мы имеем, оказались банально бессмысленны, ибо ситуация сейчас как бы не хуже, чем была в начале. Десант просрали, флот ушел, и я сомневаюсь, что сделал он это без потерь, ПВО как стояли, так и стоят, так еще и заблокированы. Теперь не один джедай и десяток штурмовиков, а три джедая и как минимум полторы тысячи клонов. Если судить по тому, что я вижу перед собой.

– Ты как, Рейн?

– Нормально… – удивился я ее участию в ее голосе. Как будто я кого близкого потерял.

Ах, ну да. Первый бой, и все такое.

– Ты уверен? Когда я впервые оказалась в центре такого количества смертей, вела себя достаточно неадекватно. Но у меня есть учитель, а ты совсем один… – присела она рядом.

– Ой-ей, женщина, – слегка толкнул ее плечом. – Не стоит сравнивать свою нежную натуру со мной. Я брутальный юнлинг, пьющий кровь врагов на завтрак и закусывающий их сердцами на ужин.

– Не стоит с этим шутить, – показательно нахмурилась девочка. Но я-то ее знаю, и то, что губы она поджала, дабы не улыбнуться, вижу.

– Ты сама-то как?

– Сложно, – вздохнула она в ответ. И на этот раз серьезно. – Чувствовать смерть и тьму, скрывающуюся за ней. Окунаться во все это. Сколько бы раз не переживала подобное, каждый раз опасаюсь, что произойдет… что-то. Каждый раз вспоминаю слова наставников, о том, что я легко поддаюсь эмоциям, а ведь стоит только дать слабину, забыть, пожелать… – зашептала он под самый конец. Но, обхватив себя руками, все же продолжила, только я уже совсем ничего не понимал. – Они говорили, что это яд, что я не виновата, что Сын был слишком силен, но разве Темная сторона настолько сильна? Неужто ей совершенно плевать, что творится в твоей душе, и ею можно отравиться как каким-нибудь газом или ядом? Нас учили, что только от тебя все зависит, что лишь ты делаешь выбор. Да, это непросто, но если ты силен духом, если ты сильный… Получается, меня всего лишь успокаивали, а тьма уже во мне. Она всегда была со мной. А я… просто слабачка.

Мля.

Ни хрена не понял. Асока что, успела на той стороне побывать? Так. Спокойно. Если перед тобой открывают душу, собеседник хочет услышать от тебя слова успокоения. А вся эта фигня про «выговориться», фигней и остается. Только что мне ей сказать? Вот что? Ох, дерьмище. Думай, придурок, думай. Может, что-нибудь этакое, чтоб самому ни черта не понять? И пусть гадает. Не, неправильно это как-то – Асока не какой-нибудь левый человек. Черт, черт, че… а-а-а… пошло оно все нафиг!

– Женщина и не должна быть сильной, а тебе, ко всему прочему, до женщины еще года два. Для силы у тебя есть я, можно сказать – универсальный антидот. Если что, живительная порка быстро вернет тебя на правильную сторону. А если серьезно – тьма она ведь у всех в душе есть. Святых не бывает. Я тебе даже больше скажу… кхм… м-да… сила в истории! Не забыла, чему нас учили на истории? Помнишь Орден дже'дайи? Так вот, если ты не забыла, опустившихся слишком глубоко во тьму ссылали на луну Боган. Но было и обратное наказание – если в тебе было слишком много света, ждала тебя прогулка до луны Ашла. Даже если учесть изменившееся мировоззрение Ордена, что, кстати, отдельный разговор, нас учат равновесию в душе. Держать эмоции под контролем, а не изживать их из себя. А там где есть эмоции, там есть и тьма. Увидеть ее и победить, вот в чем сила.

– Но я не смогла, – влезла в мой монолог девчонка. Что даже радует. – Меня… излечили, поморщилась она в конце.

– Ох, не смеши мои мокасины, Асока. Не знаю, что там у тебя произошло, но… излечили? От темной стороны? Ты правда думаешь, что это какой-то яд? ТС можно сравнить с ядом, но она ни в коем случае им не является. Мы уже пришли к тому, что тьма есть у всех в душе, но и свет, как ни странно, тоже. Если бы ты не старалась «вернуться», если бы ты этого не хотела, если бы не боролась, то вряд ли бы мы с тобой сейчас общались. Да, думаю, ты и сама бы со временем вернулась на светлую сторону. Что бы там ни говорили наставники, что бы ты ни придумала на свой счет, – обнял я ее за плечи и потрепал по макушке. – Ты слишком добрая девочка, чтобы быть темной. Это тебе Рейн Дакари говорит. Веришь?

– Верю, – буркнула она мне в подмышку.

Фу, мля, вроде логических нестыковок не было. Хотя говорил я, по сути, что первое в голову взбредет. Напоследок надо немного авторитетом надавить.

– И не забывай, пока жив антидот в моем лице, можешь плевать в лицо Тьмы, – и немного юмора напоследок. – В следующий раз, как почуешь неприятности, можешь эту гадость ко мне посылать. Так и скажи: Дакари пожалуюсь, – закончил я, отпуская ее плечи.

– Пфхр, – хрюкнула она, сдерживая смех. – Такое сложно представить.

– Я порой сам себя боюсь, что уж про какую-то темную сторону говорить, – улыбнулся я.

И через несколько секунд тишины, она положила голову мне на плечо.

– Спасибо.

– Всегда пожалуйста.

Идиллию нарушил комлинк, голосом Скайуокера попросивший подойти к нему в ангар. И почти сразу того же потребовал комлинк Асоки.

Первое, что привлекло мой взгляд, когда мы зашли в ангар, это два LAAT/i, каким-то макаром умудрившиеся сюда добраться. Ну и конечно, Сковорода, стоявший в задумчивости рядом с голографической картой местности, которая висела над ящиками.

– Итак, коллеги, – произнес избранный, скрещивая руки на груди. – Дела наши, как у того хатта – денег нет, можно стреляться.

Одна из древнейших шуток этой галактики. Имеется в виду, что если отобрать деньги у хатта, то против него пойдут все, ибо друзей они не имеют, а их союзы стоят на силе, которые им обеспечивают деньги. Так, ко всему прочему, это такие гадкие типы, что за свою жизнь собирают вокруг себя только врагов. Если перевести на русский, то Скайуокер имел ввиду, что дела наши хуже некуда.

– Мне религия не позволяет стреляться, – заметил я на это высказывание.

– Религия? – удивился джедай. – А, понятно… мне, в принципе, тоже. Однако, шутки шутками, а дела наши, и правда, не очень. И самая главная проблема в том, что я приказал флоту уходить. Теперь мы предоставлены сами себе, а наша единственная надежда – это корыто, – махнул он себе за спину, где стоял торговец КНС.

– Которое даже до орбиты не доберется, – кивнул я в ответ.

– Именно, – кивнул Энакин. – Перед уходом флота они скинули мне информацию о засеченных точках ПВО, и теоретически можно найти несколько брешей… – замолчал мужчина.

– Но? – поторопил я его.

– Но… – повторил он. – Куда же без «но». Дело в том, что мы находимся в жутко неудобном месте. Чтобы пробить брешь, нужно уничтожить одну, лучше две конкретных ПВО. Но даже в этом случае, эти слабые точки находятся слишком далеко от нас. То есть… слабые места в ПВО есть, но не для нас. Есть и другой вариант, – глянул он на нас с непонятным скептицизмом. – Взгляните на карту и скажите, что интересного видите.

Карта показывала уменьшенный завод и несколько километров вокруг него. Первое, что, несомненно, бросалось в глаза, это различные разноцветные точки, второе – огромная расщелина в земле, на краю которой и стоял завод. Впрочем, полагаю, Скайуокер хотел указать не на это.

– Красные точки – это ПВО, надо понимать?

– Да, – ответил на мой вопрос Скайуокер.

Я же глянул на корабль за спиной мужчины, а потом на силовое поле, прикрывающие выход наружу.

– Получается, с той стороны только один комплекс ПВО? Бред. А раз так, они просто не стреляли, дабы не выдать себя.

По карте выходило, что все ПВО находятся лишь с одной стороны завода, тогда как со стороны расщелины только одна. Это, конечно, не позволит нам просто вылететь на корабле и свалить с планеты, но этого и не нужно, достаточно просто проделать некоторое расстояние вдоль земли, выходя из зоны действия тех ПВО, что расположились на этой стороне. Само собой, ликвидировав ту единственную систему, что умудрилась засветиться на той. Но это реально бред – настолько лажать не может никто.

– Правильно, Дакари, – кивнул Скайуокер. – И эта бы не стреляла, если бы не LAAT/i, выгрузившие здесь клонов и попытавшиеся вернуться на поле боя. Сюда-то их пустили, а вот обратно уже нет. Из пяти машин только две выжили.

– Но там нет войск сеппов, – заговорила Асока. – А значит и действовать надо в ту сторону.

– «Надо» – слишком сильно сказано, – заметил Скайуокер. – Я вас для этого и пригласил, чтобы подумать над нашими дальнейшими действиями. Засвеченное ПВО на той стороне ущелья действительно надо уничтожать в любом случае, иначе мы из него не вылетим, но вот что дальше?

– Разведка, – пожал я плечами. – Прежде чем что-то уничтожать, необходимо разведать, что там дальше. В частности, где остальные ПВО.

– Согласен, – кивнул джедай. – LAAT/i не может вылететь из разлома, но подлететь к другой стороне и высадить нас на скалу вполне возможно.

– Учитель, – замялась Асока.

– Знаю, знаю, – поморщился Скайуокер. – Дакари, надеюсь, хоть ты можешь по скалам лазить.

Я еще раз глянул ему за спину, туда, где за защитным полем виднелась далекая отвесная скала. В отличие от той, что окружала ангарные створки, она была не обработанной, а значит по ней вполне возможно вылезти из разлома.

– Думаю, это не обязательно, – заметил я на вопрос Избранного. – Надо только подвести LAAT/i поближе к краю, и мы просто запрыгнем туда.

Удивленно посмотрев на меня, Скайуокер тоже глянул себе за спину.

– Действительно. Туплю что-то. Нам и прыгать не надо – мы будем слишком низко для ПВО.

– Жаль, на торговце такое не повторишь, – вздохнула Асока.

В этом вздохе явно чувствовался вопрос, на который и ответил Скайуокер:

– Да, крупноват он для этого. Да и удар с орбиты, при движении вдоль земли, нельзя не учитывать.

Меня же все это время интересовал один вопрос, который я, наконец, сподобился задать:

– Гляньте сюда, – указал я на карту, куда уходил один из краев разлома. – В этом месте ущелье сужается, но все еще подходит для прохода торговца. Как думаете, что там дальше?

– Хм, – вновь скрестил руки на груди Скайуокер. После чего покосился на другую сторону разлома, где уже у края карты он становился слишком узким для нашего корабля. – Хм, повторил он. – Надо проверить. Полагаю, он сужается, как и с другой стороны.

– Ладно, выскажу свои мысли полностью, – произнес я. – Внутри разлома наш торговец не достанет ни одна ПВО, при этом само ущелье в той стороне, – махнул я рукой, – даже по карте уходит очень далеко. Велика вероятность, что за пределы основной сети противовоздушной обороны. Ставить там орудия просто бессмысленно, ибо высаживать войска в той местности слишком далеко. Их просто с орбиты размажут, пока они до нас бы добрались. Но, учитывая, что это ловушка, которая не должна выпустить нас отсюда, что-то там должно стоять. Скорей всего, в том месте, где этот корабль, – кивок на торговец, – уже не сможет идти по ущелью, будет стоять позиция ПВО. Понятное дело – замаскированная. Чтоб мы, значит, не смогли улететь, упершись в стену. Так почему бы нам не уничтожить ее, после чего спокойно свалить отсюда на торговце. На нем даже на орбиту не обязательно выходить.

– Добраться до места сужения на LAAT/i, – произнес задумчиво Скайуокер. – Высадиться. Найти и уничтожить ПВО. После чего сеппы всполошатся. Связь заглушена, для дроидов такое расстояние велико, выводить корабль раньше времени и ждать команды тоже не дело – сеппы узнают о нашем шевелении еще быстрей.

– Ну, LAAT/i, предположим, – заметил я, – тоже вряд ли незаметно пройдет.

– Это несколько не то, но да, ты прав. Только ты не учитываешь, что десантный корабль может нырнуть в разлом и идти уже там. Тоже не факт, что останемся незамеченными, но шансов на это больше.

– В нужном месте, – заговорила Асока. – LAAT/i придется подниматься. В любом случае, придется.

– Это, конечно, лишнее время, – произнес неуверенно Скайуокер. – Но можно и не поднимать LAAT/i.

– Выбираться наверх по скале?

– Именно, ученица, – кивнул Избранный. – Поэтому пойду я один.

– Кхм, кхм, – прокашлялся я.

– Нет, Дакари. Хватит того, что я разрешил участвовать тебе в битве. Показал ты себя неплохо, но тут несколько иная специфика.

Можно и поспорить о моей профпригодности, но не очень-то и хотелось. Скайуокер, как ни крути, тот еще монстр, один справится. А с меня на сегодня хватит рисков. Вот найду себе преемника, тогда и буду головой везде рисковать. Но и совсем промолчать было бы не комильфо, вот я и подал голос.

В отличие от меня, Асока реально выглядела расстроенной, но при этом молчала в тряпочку. Видимо, и правда не умеет по скалам лазить, вот и молчит. В смысле, без оборудования лазить. Это я на необходимые курсы ходил, а она обошлась стандартным обучением. Что забавно – сильно сомневаюсь, что Сковородкин ходил на те же занятия что и я, тем не менее, рассуждает об этом более чем уверенно. И, правда, что ль, гений?

– А связь можно и через дроидов настроить, – высказалась Асока. – Просто взять голову вам, учитель, и по дроиду в каждый LAAT/i.

– Цепочка ретрансляторов? Тоже дело, – произнес медленно Скайуокер, разглядывая карту. – Необходимо заранее подготовиться. Собрать всех клонов здесь, и как только я буду точно знать, что… что план жизнеспособный, начать погрузку.

Есть у меня еще один животрепещущий вопрос.

– А сколько, кстати, всего клонов выжило?

– Две тысячи двадцать восемь, – Ответил Скайуокер, не отрываясь от карты.

М-да. От солдатиков придется отказаться. Трофеи бы вывезти. Да и с самими дроидами надо что-то решать. Не оставлять же их на заводе, когда он рванет. Впрочем, тут и думать нечего – отправлю их на прорыв, а те, кто выживет, будут партизанить. Сомневаюсь, что они продержаться долго, но нервы КНС потреплют.

– Ладно, – вздохнул Скайуокер, и подняв на нас взгляд, произнес: – План, какой-никакой, есть, а времени у нас, сомневаюсь, что много. Асока, займись клонами. Дакари… – что, не можешь подобрать мне занятие? – На тебе дроиды. Перед отлетом можно отправить их в атаку. Ненадолго, но отвлекут внимание. Подготовь все для этого. И будьте внимательны, пока меня нет – слишком подозрительно ведут себя сеппы. Как бы не учудили чего в ближайшее время.

– Не волнуйтесь, учитель, все будет нормально, – успокоила его Асока.

– Надеюсь, ученица. Надеюсь, – покачал он головой. И уже перед самым отлетом, сидя в готовящемся взлететь LAAT/i, бросил напоследок: – Рассчитываю на тебя, Дакари. Позаботься тут обо всем, пока меня нет.

– Уж будь уверен, – ухмыльнулся я в ответ.

– Как думаешь, – спросила Асока, наблюдая, как вылетевший из ангара LAAT/i резко ухнул вниз, – сколько ему потребуется времени?

– Ну и вопросики у тебя, – хмыкнул я. – Сама смотри: добраться до места, взобраться по скале, осторожно обследовать несколько километров пространства… и если очень повезет, найти замаскированную ПВО. Подать нам сигнал, вывести ПВО из строя, после чего на всех порах мчаться обратно и где-нибудь на полпути встретиться с нашим кораблем.

– А если не повезет? – ухватилась она за мою оговорку.

– А если не повезет, – усмехнулся я. – После обследования одной стороны разлома он отправится на другую. Объяснять, сколько это займет время?

– Столько же, – вздохнула девочка. – Может, чуть меньше.

– Мое мнение, что у нас как минимум два часа ожидания. Скорей, даже три. Это если Скайуокеру будет везти. А так, готовься к пяти и больше часам.

Еще раз вздохнув, Асока развернулась в сторону выхода.

– Пойду к Рексу, – и к его карте, ага.

– Иди, – произнес я задумчиво. – А я наведаюсь на крышу. Хочу своими глазами глянуть, что там сеппы делают.

– Может не надо? – обернулась она ко мне. – Вдруг учитель быстро управится, а ты… – замялась она, – где-то.

– Я быстро, не волнуйся, – и, не удержавшись, погладил ее, проходя мимо. – Ты, – подозвал я ближайшего из дроидов, что постоянно крутились рядом со мной. – Нарекаю тебя… э-э… Маркони-2, – жаль предыдущего, не пережившего атаку на лагерь КНС. Они хоть и одинаковые все, но к Маркони я успел привязаться. Чуть-чуть.

– Принято, Создатель, – ответила железяка.

– Что за нелепые имена, – влезла Асока. – Будь оригинальней, назови его… ну, хотя бы… Тортик.

Стерва она, а не шпилька.

– Чтоб на меня потом мужики косились? Я знал, что ты настоящий друг.

– А что такого, – не поняла девочка?

Ох, дитя невинное. Ну как таким не воспользоваться?

– Тортик, Киска, Лампапушечка… если я так буду называть своих дроидов, многие меня не поймут.

– Чего такого-то?

– Для тебя это так естественно… может ты из этих… любителей однополой любви? У тебя много подруг?

– ЧТО? Я… да как ты… конечно, много… ну, то есть не очень… в смысле, мне хватает… не в том смысле… это совсем не из-за того, что… не из-за этого… как ты вообще мог…

О, как она смущена и возмущена. Милота – одним словом.

– Маркони, – прервал я ее пыхтение. – Называй меня Мастер. Ты ведь не против? – обратился я под конец к Асоке.

– Пф, – фыркнула она. – Делай, что хочешь.

Ребенок. Будь она постарше, отреагировала бы не так импульсивно. Учитывая размер галактики, будьте уверены, тут есть извращения похлеще гомиков, и это я говорю про виды, у которых два и более пола. Но вместе с этим есть и определенные стандарты, считающиеся нормой, и обсуждающийся вопрос в эти нормы не входит. Да и сам вопрос секса для Асоки по молодости смущающ. По молодости и воспитанию.

Технически, у завода было всего два этажа, не считая подземных, но на практике даже первый пересекало множество лестниц, кранов, переходов и иже с ним. Так что не ошибусь, если разделю каждый этаж еще на несколько ярусов. Сколько их конкретно, не скажу, но примерно… даже примерно не скажу – реально, лабиринт из лестниц, переходов и платформ. Само собой, были на заводе и лифты, но, по непонятной мне причине, эти монструозные штуковины не работали, как и их младшие братья, к слову.

– Да ну нафиг, – понажимал я еще раз на кнопку вызова лифта. И подняв голову к потолку, разглядывая примерный маршрут наверх, закончил: – Ну что за непруха? Маркони, как дроиды наверх поднимались?

– На лифте, мастер, – ответил В4.

А вот это уже плохо. С чего это они вдруг сломались? И когда? И почему не доложили?

– Свяжись с дежуркой, спроси их там насчет лифтов, – обратился я к Маркони. Секунда, другая… третья, четвертая… и тишина. Что за нах? – Маркони…

– Отсутствует связь с комнатой управления, – выдал он наконец. – Рекомендую…

– Объявляй тревогу по заводу, – прервал я его. – И направь туда десяток дроидов, что поближе.

– Принято.

Дерьмище. Куда идти-то? В дежурку, обратно в ангар, на крышу? Нужна информация.

– Маркони, что там с наблюдающими? С ними хоть связь есть?

– Так точно, мастер. В лагере КНС движения не наблюдается.

– Стоп, – аж замер я. – Дроиды в дежурке еще в сети?

– Так точно, мастер.

И не отвечают. Перехватили контроль? Вряд ли – тогда бы ответ был. Банально чтобы нас не всполошить.

– Как думаешь, – обратился я к дроиду. – Почему они не отвечают?

– Предположительно, – ответил Маркони, – выведены из строя электромагнитной гранатой.

Хм, и, правда. А клоны, что там были, связаться с нами не могли и, скорей всего, уничтожены. И то, что завод работает, тоже понятно – чтобы мы не подняли тревогу раньше времени. И какие же тогда цели у диверсантов? Блин, не вижу смысла. Ну, не на Скайуокера же они охотятся – пора бы уже понять, что подобным его не взять. На меня? На Асоку? А смысл, в глобальном плане? Взорвать завод? Так проще с орбиты по нему жахнуть. Собрать информацию? Тогда незачем было так с дежуркой палиться. Создать брешь для атаки извне? Не смешно. Для этого надо вообще всех наблюдателей перебить, иначе незаметно к заводу не подойти. А даже если подойдут, и что? Ну, займут они первую, может даже вторую, линию обороны. Дальше-то что? Один хрен – долгая осада. У нас этих линий аж двадцать три. Если уж и атаковать, так со стороны ангара. Но у нас там главные силы. Стоп. Стоп, стоп, стоп… Это ведь изначально была засада. Они изначально все про нас знали. В частности про то, что дроидами управляю я. Да, если убить меня, то конкретно сейчас ничего не изменится – дроидам уже «мозги» промыли, все приказы розданы. Но в глобальном-то плане? Что я, в конце концов, знаю про планы Палпатина? Да ничего. У меня лишь домыслы. И реальность может сильно от них отличаться. Может ему понравились В4? А убить меня до этого момента, мешал Скайуокер, который постоянно крутился рядом. Это что касаемо уничтожения челнока на подлете планеты. Избранный, как мне кажется, ему все-таки нужен. А как только подвернулась возможность… «Огненные грады» могли пальнуть куда угодно – того же Скайуокера и Асоку в КНС знают и, соответственно, опасаются больше меня. Сомневаюсь, что у них есть конкретный приказ не убивать Энакина. И Асоку.

– Получен запрос о ситуации от коммандера Тано, – прервал мои мысли Маркони.

– Объясни ей все, – вздохнул я. Дроиды порой такие дроиды. Что ему стоило сделать это без уведомления и моего приказа? – И уходим. Возвращаемся в ангар. Если здесь диверсанты, их цель предположительно я.