Что делать, если Академия Зла — единственное твое спасение? И неважно, что ты совсем даже и не ведьма… Ведь об этом можно никому не говорить!
И все было бы хорошо, но в первый же день Селлина умудрилась стать преступницей, спасти двух замечательных животинок и провалить вступительные экзамены… И теперь ее ищет вся Академия, ректор изрыгает огонь при одном упоминании ее имени, и Селлине приходится скрывать не только свою сущность, но и дар… Оказывается, быть ведьмой очень непросто!
1.0 — создание файла (Kaya)
Ворота выросли передо мной неожиданно. Вот стелется вдаль равнина, безмолвная, однообразная, казалось, что бесконечная, а шаг — и преградили путь чугунные двери, скрестили секиры два каменных тролля.
— Куда? — проскрежетал безэмоциональный низкий голос.
Как будто и так не понятно, что в Академию Зла! Близко бы к ней не подошла, да вот пришлось…
Молча развернула пропуск, который вручил мне щедрый дядюшка. Хоть какая-то польза от академика, раз больше ничем помочь не смог. Или не захотел…
Крупные узловатые пальцы одного великана взяли бумажку, поднесли к глазам; губы безмолвно шевельнулись, читая.
Внутри меня натянулась нервная струна. А вдруг провалится мой план? А если не пустят меня за ворота? Все-таки впервые приходится выдавать себя за ведьму. Я старалась. Я очень старалась.
Судя по оценивающему взгляду тролля, который вдруг превратился в жалостливый, даже перестаралась с маскировкой. Ведь если тебя начинает жалеть монстр с каменным сердцем, что-то явно не так. Взгляд его переместился куда-то в сторону, уперся в руку, в которой я сжимала впопыхах намотанные на палку стебли засохшей крапивы.
— Метла? — спросил неуверенно.
Угу, я же типа ведьма. А какая ведьма без метлы? В последний момент про нее вспомнила, а город позади остался, да и с кустарниками на Великой равнине беда прямо.
— Болеет, — шепотом призналась я, как будто по секрету.
Тролль недоверчиво покосился на нее, на меня, подался чуть назад.
— Болеть не положено, — гулко заявил он после минутного раздумья.
Я мысленно чертыхнулась, незаметно постучала ногтем по древку. Сухая крапива с шелестом затрепетала.
— Ей уже лучше, — заверила я, делая честные глаза. Голосом воздействовать не решилась — каменюки вроде как к магии невосприимчивы. Надеюсь, что к вранью это не относится.
Второго тролля судьба метлы волновала не в пример меньше.
— Сдаст на хозинвентарь, а сама нормальную получит, — удивительно радушно произнес он и, распахнув одной рукой тяжеленные ворота, наклонился ко мне ближе и проорал прямо в ухо, как для глухой: — Не волнуйся, совет бесплатный, ведьмочка. Юродивым и так тяжело приходится. Удачи, первокурсница!
Первокурсницей я была уже давно. И пятикурсницей. И аспиранткой даже. И с удовольствием оставалась бы дальше в Академии Дружбы Темных Народов, но… С преподаванием как-то не сложилось. Бесят меня адепты! Терпения не хватает, рука так и тянется им шею свернуть, чтоб вместо тупых вопросов хоть раз попробовали сами учебник открыть. А еще лучше, открыв, прочитать пару строк! Наш декан говорил, что я слишком требовательная и нетерпимая, что со временем я привыкну…
Все равно ушла от греха подальше. Как раз после того, как на практическом занятии один долбо…ящер, испугавшись внезапно вынырнувшей из воды любопытной болотницы, превратил ту в лягушку, всю группу — в пиявок, а меня — в выдру, на что я особенно обиделась… Досталось всем: болотнику — за то, что жену пустил за арендованную на время занятий территорию; болотнице я чуть лапки ее ластоногие не поотрывала, чтобы в истинном виде больше перед неподготовленными адептами не появлялась — тонкий радостно оскаленный рот, наполненный острыми зубами, желтые мутные глаза навыкате и покрытая слизью оливковая кожа…
В общем, та еще красавишна. Не понять мне вкусов истинных жителей трясин, и не только мне: горе-адепт с перепугу вот тоже не оценил. Его самого я, кстати, просто швырнула в портал, ведущий прямиком в деканат, от переизбытка эмоций зачерпнув вместе с ним изрядное количество тухлой воды с болотной жижей. Слишком велик был соблазн с хрустом переломить шейные позвонки юноши, а декан у нас терпеливый, пусть сам разбирается, зато не убьет.
От терпеливого декана мне тоже досталось — официальный выговор и неофициальная, но очень нудная нотация. В общем, поняла я, что не мое это все, распрощалась с Академией и всем этим учебным кипишем, радостно вдохнула свежий, не наполненный искрами неудавшихся заклинаний воздух и принялась зарабатывать себе на жизнь. Чем? А чем умела и чем нравилось.
Так уж получилось, что закончила я Болотный факультет, где помимо создания топей, марей, трясин и грязевых големов научилась варить яды, защитные мази и восстанавливающие эликсиры. Научиться-то научилась, клиентов заимела постоянных, ингредиентов редких набрала целый воз и была вполне счастлива целых полгода. А потом — бах!
Докатились дурацкие законы и до нашего Царства. И прикрыли лавочку. Нет лицензии — нет работы… Диплом есть, а лицензии на производство составов нет. Зельеварение — предмет непрофилирующий, я в основном сама изучала, частенько по ночам и в ущерб болотоведению. Кто ж знал, что алхимия мне так понравится, а зелья лучше ведьминских получаться будут? Знала бы — на другой факультет поступила.
Но ничего, я девочка упорная. Лавку забрали? Я лучше открою, я же талантливая. Будет вам лицензия. Второе высшее? Пожалуйста. Еще и экстерном сдам, годика за три максимум, а то и за год. Только вот закончу Ведовский факультет. Что? Я не ведьма? Так я никому об этом не скажу…
Юркнула в открывшуюся дверь, словно каменные стражники могли вдруг передумать и захлопнуть ее перед моим носом, и быстрым шагом пошла по извилистой тропинке, вдоль которой возвышались исполинские сосны. Шпиль Академии маняще сверкал издалека; уж никак я не думала, что на единственной развилке смогу выбрать не то ответвление, но через некоторое время вышла не к Главному корпусу, как ожидала, а на каменистый берег озера. Красивого озера! Такого красивого и чистого, что у меня, привыкшей к зловонным болотам, невольно перехватило дыхание.
— Ух! — не сдержала я эмоций и, стиснув «метлу» крепче, подошла к самому краю, совсем не жалея, что меня занесло именно сюда.
Ровная гладь отражала немного затянутое кучевыми облаками ярко-голубое небо, по кромке зеленели кустарники, а чуть увлажненный воздух показался таким… таким… что не надышаться никак! Я присела на корточки, опустила руку, зачерпнув пригоршню воды. Теплая…
Как оказалось, здесь я не одна. Резко поднялась, увидев в отражении позади себя смазанное движение, обернулась.
Прямо передо мной стояла девочка около пяти лет на вид. Выражение лица серьезное, а на носу темные очки — совсем не по погоде, ведь день-то не сказать, чтобы солнечный.
— Привет, — мирно поздоровалась я, наклонившись к ней. — Ты заблудилась?
Нет, ну а что еще может делать маленькая девочка в стенах Академии Зла? Да еще и одна?
Девочка не ответила; лишь склонила голову набок, задумчиво меня разглядывая.
— Теть, ты кто? — решилась она спросить.
— Ведьма, — не без гордости ответила я, в очередной раз порадовавшись, что удалось проникнуть на территорию.
— Вообще-то ведьмы красивые! — с упреком заявила она и взялась маленькими пальчиками за дужку очков. Я даже опешила.
Вообще-то обычно я тоже ничего!
Кто бы знал, какого труда (а если честно, силы воли) мне стоило выкрасить свои белоснежные, платиновые волосы в рыжий? В хороший такой рыжий цвет, чтоб все ведьмы от зависти подохли да с метел своих посваливались! А в кудри их превратить? Такие, чтоб ого-го… Они же не вьются совсем! Шляпка, правда, подкачала — остроконечная, черная, но немного выцветшая, да и поля обвисли. Старенькая шляпка, если честно, но уж какую нашла. Наши ведьмы не очень-то любят со своими вещами расставаться, да и вообще вредные они и носатые все как одна. Одну только неносатую знаю, но это скорее исключение из правил, так что носик я себе на всякий случай немного нарастила. И брови свои бледные подвела. И перед самыми воротами капли в глаза закапала, чтоб слегка вытянутый зрачок скрыть, правда, они от этого покраснели и один косить начал, но ничего, это пройдет через часик. А вот платье пришлось сознательно испортить, припорошив его пылью дорог и надорвав по краю подол. Я же типа пешком всю равнину прошла, как положено адептам, а не воспользовалась порталом, который в такую даль только дядюшка и смог открыть.
И вот смотрю я на свое отражение в темных стеклах малявкиных очков и понимаю, что наращённый нос почему-то повело в сторону и странно изогнуло, роскошные кудри стали совсем не роскошными, а обвисли спутанными сосульками, еще и песок налип… И ощущение такое возникло, что я очень даже напоминаю сейчас собственную метлу. Неизвестно еще, кто лучше выглядит… Вот стыдобища-то!
— Аля! Нельзя! — раздался звонкий голос.
Светловолосый мальчишка подбежал к нам, схватил девчонку за руку, не позволяя ей снять очки.
— Нельзя, мама опять ругаться будет! — наставительно произнес он капризно надувшей губки девочке.
— А я маме не скажу, только папе, — бесхитростно ответила она и снова потянулась к очкам, перебарывая его руку. — Похвастаюсь! А попрошу — может, в комнате разрешит оставить. Смотри, какой нос удобный — одежду можно будет вешать!
Пощупала нос. Да уж, с ним точно надо что-то делать… Жалко… Дольше делала, чем носила. Произнесла заклинание отмены, и вернулся ко мне мой носик — прямой, аккуратный и маленький, а девочка заметно расстроилась и приуныла, но борьбу не прекратила, продолжая тянуться к очкам и канюча, чтоб отпустили.
Мальчик удержал ее за запястье, проигнорировав упорное барахтанье, — все-таки старше на пару лет, сильнее.
— Шли бы вы своей дорогой лучше, — посоветовал он на редкость серьезно, не обращая внимания на обиженную физиономию малышки и не менее обиженное пыхтение. — Вас утащить я точно не смогу, вчера гнома-то еле докатил, и то кусок бороды откололся, так что мне тоже влетело. А ей все мало! Не наиграется никак в кукол!
— Сестренка, — с улыбкой поняла я, заметив их сходство, несмотря на то что мальчик был светлый и зеленоглазый, а — девочка темненькая, с пышными ведьминскими кудрями. Неосознанно провела рукой по собственным паклям. Куда бы спрятать их, чтоб не позориться? А вот кое-что не поняла: — Та-ак… А зачем вы меня куда-то тащить собрались?
Мальчик посмотрел на меня как на дуру:
— Потому что ни одна каменная статуя при мне сама еще не ушла, а мама нам зелье оживляющее не дает. Говорит, совсем обнаглеем, и вообще оно у нее уже кончается.
Оценивающе взглянула на девочку, на темные стекла очков, на напряженно держащего ее руку мальчика…
Блин, василиска! Самая настоящая! Это же редкость какая!
Восхищение редким видом уступило место осознанию, негодованию и немного испугу.
— Это она меня же… — задохнулась, представив, как каменную меня катят вниз по склону, отбивая руки или ноги о попадающиеся на пути валуны, а то и в качестве мебели используют, если уцелею после подобной транспортировки. — Уши оборву! — погрозила я пальцем.
Вдруг в буквальном смысле из-под земли появился огромный лохматый пес с зеленой шерстью. Отряхнулся, разбрасывая комья земли в разные стороны.
— Пошла вон от деток, — меланхолично сообщил он мне. Зевнул и добавил: — Не то сожру. Вместе с ушами, даже обрывать не стану.
— Гринпис! — прикрикнул на него мальчик. — Как тебе не стыдно!
— Никак не стыдно, — лениво ответил пес. — Совсем никак. А что?
— Нельзя говорить «пошла вон», это невежливо, — укоризненно посмотрел на него маленький джентльмен. — Надо говорить «уйдите вон», она же женщина. И незнакомая!
Пес повернулся ко мне и медленно, по слогам произнес:
— Уйдите вон, незнакомая женщина, а то сожру.
— Ну вот еще! Не хватало, чтобы всякая нечисть мне угрожала! — фыркнула я, не впечатлившись. Возможность превратиться в камень была намного неприятнее.
— Я не нечисть, — возмутился пес. — Я порождение магии земли.
— Я и говорю: нечисть!
— Р-р-р! — раззявил он пасть.
Буме! Огрела его по голове своей палкой, которая сразу покрылась мхом… Кусачим мхом! Позеленевшую метлу пришлось откинуть в сторону. Следом полетела шляпка, затем один стоптанный башмачок, потом другой, потом рукава закатала, готовясь к рукопашке. Пес угрожающе фыркнул и ударил лапой по земле…
Понеслись вперед лианы, гибкие, быстрые, как змеи… Им ли со мной тягаться в ловкости? Завязала их трепыхающимся узлом в считанные секунды. Покосилась на детишек. Сидят такие наглые на валуне, щелкают орешки, с удовольствием за битвой наблюдают. А где писки, визги, слезы, «собачка, не ешь тетю!»? Неправильные дети!
Пес же поступил крайне подло, потому что нападения сзади я никак не ожидала. Гибкие зеленые побеги, пробив почву позади меня, в два счета опутали запястья и щиколотки, лишая возможности пошевелиться. Вот зараза травяная! Да чтоб тебя в желудке переварили!
Дернувшись пару раз, поняла, что так просто мне не выбраться, а самодовольная улыбочка пса выводила из себя похлеще связанных рук. Так, значит? Ну, потом не обижайся… Остается только сделать вид, что смирилась.
— Слушай, порождение, какая-то хреновенькая из тебя нянька, — посетовала я, заметив, как мальчик ставит четыре орешка против двух, что я проиграю.
— Не нянька, а телохранитель, — поправил пес, проследив за моим взглядом. Он ставкой остался доволен. — Знаешь, сколько на их уши желающих?
— Догадываюсь, — миролюбиво кивнула я и пошевелила пальцами, незаметно отправляя заклинание по кромке берега.
Вспучилось озеро, поднялась со дна бурлящая грязь, вырастая на глазах. Двинулся вперед грязевой голем, с каждым шагом обретая более четкие очертания. Вот Тьма! Видимо, я слишком сильно хотела, чтобы травяного пса сожрали… Потому что голем вышел из воды, приобрел форму коровы и методично начал жевать зеленый хвост… Почувствовав неладное, пес медленно обернулся. Детишки же лишь поменяли ставки.
— Выплюнь! — приказала я.
Слишком буквально. В морду удивленного пса тут же прилетел комок грязи с налипшими зелеными шерстинками.
Угораздило же создать! Корова! Тоже мне беспроигрышное оружие…
— Забодай его! — пришло в голову в тот самый момент, как разозлившийся пес замахнулся на травоядного и меланхоличного голема лапой.
Нет, рога из грязи никуда не годятся… Брызги даже до меня долетели, а оскорбленный и уже безрогий голем, замычав, перешел в наступление всем мощным телом.
— Пш-ш-ш, Алька, сваливаем, — шепот мальчишки, рассовывающего остатки орешков по карманам, прозвучал издевательски, потому что я бы тоже с радостью свалила отсюда!
Пес с упоением бил когтистыми лапами по голему, расшвыривая ошметки во все стороны. Корова упорно надвигалась, намереваясь похоронить животное под собой, придавив его всей массой.
Очередная порция холодной грязи приземлилась на моей щеке. Бр-р-р… А я даже утереться не могу, связанная!
— Эй, — шикнула вдогонку убегающей парочке. — Мелкота! Меня освободите!
Оглянулись, вдвоем… Оценили. И так же вдвоем продолжили побег, прикрываясь от летящих в разные стороны грязных брызг и больше не оглядываясь.
Не то чтобы я кровожадная… Но зря они так.
Капли грязи вновь окропили лицо. Все, это была плохая идея, хватит с меня големов!
Щелчок пальцев, и коровий голем прекратил свое существование. Нет, к сожалению, не развеялся, а лопнул, окатив весь берег своим содержимым. Пес чуть не захлебнулся, поскользнувшись на разъехавшихся лапах, я сама стала похожа на голема, только гораздо злее, а мелюзга, взявшись за руки, все-таки успела смыться.
Грязь стекала по зеленой шерсти, на ухе повисла какая-то водоросль. Пес угрожающе повернулся ко мне, но секунду спустя заулыбался клыкастой пастью, хмыкнул. Ну да, и до этого красотой не ослепляла, а сейчас то еще зрелище, даже нечисть эта травяная прониклась…
— Тьфу, — выплюнула я набившуюся в рот жижу. — Не думай, что сдаюсь!
Пес поморщился.
— Гадкая у тебя магия… Ты кикимора болотная, что ли? — оценивающе взглянул он на меня. — Так вроде не похожа…
Какая еще кикимора?!
— Ведьма я! Ведьма! Не видно, что ли?
— Ну… Так… — пробубнил пес. — Ведьмы вроде не умеют… големов-то…
Что-то нечисть больно сообразительная попалась. И общительная…
— На факультативы ходила, на допзанятия… Я еще мавок призвать могу! — с вызовом вскинула я подбородок. — С пиявками! Хочешь?
— Наших-то? — с сомнением ответил пес. — Они ленивые, не придут.
Отряхнулся по-собачьи. На лбу пса распустился белый цветочек. Ромашка, кажется.
— Из ила удобрение неплохое, — заметил он, скосив глаза кверху.
— Угу… — не разделила оптимизма. — Зато средство для укладки никудышное… Может, отпустишь уже? Охранять-то больше некого!
Тот оглянулся, меланхолично пожал плечами — видимо, не в первый раз сбегают подопечные.
— Шляпу только свою выбрось, не носят здесь ведьмы шляп, — посоветовал он.
Ага, так я и поверила.
Отмывались в озере мы вместе. А сушилась я уже одна, потому что Гринпис с ворчанием «Опять нарываются» провалился сквозь землю. А ничего такой песик, преданный.
Распушившиеся волосы странного оттенка пришлось прятать под шляпу, которая после полоскания в озере стала выглядеть еще более жалко. Все равно не выкину! С такой прической она для меня теперь предмет первой необходимости! Задрала повыше нос и направилась к самой Академии.
Вблизи здание Главного корпуса казалось куда массивнее, величественно уходя ввысь. Хоть перспектива провести здесь пять лет, грызя гранит науки, и не прибавляла хорошего настроения, но не оценить цветущие деревья под вытянутыми окнами, уютные лавочки и радостно журчащий фонтан я не смогла. Ни зеленого тумана, ни бурлящей жижи под каменными плитами, выполняющими роль тропинок… Красотища!
Вокруг сновали адепты — в меньшем количестве, чем в моей родной Академии, но такие же шумные и прущие напролом. С ног не сбивали, и ладно… Замерла, вдыхая чуть сладковатый воздух, осмотрелась, вновь привыкая к учебной суете — чужой и незнакомой. И заозиралась, услышав подозрительный писк, на который никто почему-то не обращал внимания.
О, а вот и источник…
Два адепта в черных кожаных куртках тащили за хвост упитанных белых крыс. Крысы вырывались и орали вполне человеческими, но крайне писклявыми голосами.
— Отпустите! — визжала одна, суча короткими лапками. — Вы еще пожалеете, что связались! Я смерть! Я тьма!
— Я зло! — верещала вторая. — Я страх! Я ужас!
Один из адептов остановился, поднял крысу на уровень своего лица, посмотрел в ее красные глаза и серьезно сообщил:
— Ты — неудачный эксперимент. Неудачный и очень жирный эксперимент. Столько лет на халяву ели вместо того, чтобы быть уничтоженными.
— Я буду жаловаться! — взвизгнул эксперимент.
— Ведьме! — поддакнул второй. — Она нас уже спасала!
— И кормила!
— И она декану скажет, а он вас пор-р-рвет! — расхорохорились крысы.
— Размечтались! — усмехнулись адепты. — Спорим на твой хвост, что он нам стипендию добавит?
Крысятка схватилась двумя лапками сначала за сердце, потом за хвост — за ту его часть, до которой смогла дотянуться.
А парни, рассмеявшись, продолжили свой путь, размахивая зверюшками.
— Это унизительно, — понуро вздохнула одна крыса, вися вниз головой.
— Отпустите! — принялась снова визжать вторая. — Да я… Да я вас! Вы… Вы…
— Мы все умрем? — подсказали адепты.
— В мучениях! — пообещала крыса. От безысходности, не иначе! Бедняжечка…
Нет, ну разве можно издеваться над беззащитными животными?
— Стойте! — окликнула я удаляющихся быстрым шагом адептов.
Они остановились, с интересом посмотрели на меня.
— А что вы хотите с ними сделать? — подойдя ближе, спросила я.
— Ликвидировать, — с готовностью ответил парень.
— Они опасные? — с сомнением скосила я глаза на жирные белые тушки, болтающиеся в руках адептов.
— Очень! — гордо ответила одна крыса. Вторая изогнулась и, с трудом дотянувшись, дала той щелбан.
— Они неизученные, — с холодным спокойствием уточнил адепт. — Собственность факультета.
— Поменяемся? — импульсивно предложила я.
Так оценивающе на меня давно не смотрели. Причем все — и адепты, и заткнувшиеся крысы.
— На что? — с легким разочарованием спросил парень, не найдя в моей персоне ничего примечательного. Да и ценного тоже.
— Смотря с какого вы факультета, — ответила вопросом на вопрос. Если уж предлагать что-то, так наверняка: чувствую, второго шанса не будет. Серьезные больно парни.
— Контроля за Магическими Воздействиями, — напыщенно прозвучало в ответ.
Нет, я, конечно, не кикимора, но жаба внутри ощутимо попыталась меня придушить. Этим что попало не впаришь. А жаль, а очень-очень жаль. Но погрустневших крыс жаль чуточку больше.
Поэтому, скрипя зубами от жадности, полезла в потайной карман в складках платья. Под заинтересованными взглядами достала артефакт и вытянула вперед руку, не разжимая кулак.
— Осколок мистического зеркала, настроенный уже. Стоит взглянуть, и перенесетесь в Зыбкую Топь, — и пусть не жалуются, что я не предупреждала. Сама там сколько раз компоненты для зелий добывала — то кислотную слизь ушастых улиток, то слюну жабокрыла, то вообще пиявок отлавливала — они там крупные, на случай, если кровь чью-нибудь добыть надо. Эх… Надеюсь, это того стоит…
Глаза адептов загорелись; еще бы! Там и флора, и фауна уникальные, только природа такова, что вглубь своим ходом только единицы могут проникнуть, точнее, живьем дойти. А материала для любой курсовой — тьма просто!
— Давай! — две руки метнулись ко мне одновременно.
— Э, нет… — покачала я головой, пальцем указав на голохвостых жертв несправедливого отношения. — Крысы вперед!
Адепты переглянулись.
— Да забирай, — невежливо швырнули ставших не особенно нужными грызунов прямо за хвост. Прямо в меня. Те перекувыркнулись и крепко вцепились в подол платья. Только тогда я разжала руку, предварительно зажмурившись.
Стекло тихонько звякнуло о мостовую. И тишина. Я выждала еще пару секунд. Достаточно для того, чтоб осколок вернулся в ту руку, что держала его последней. Надеюсь, парней не зашвырнуло в разные стороны, иначе одному из них придется плохо. И только тогда открыла глаза.
Крысы тем временем ловко забрались по моей одежде. Одна уселась на одном плече, вторая на другом. Тяжелые… Видать, действительно не голодали.
— Я Рикки, — весело представилась одна.
— А я Тикки, — представилась вторая и галантно протянула мне лапку, которую я пожала в ответном приветствии.
— Вы мальчики? — поинтересовалась я.
— Я мужчина! — возмущенно уточнил Рикки.
— А я девушка! — обиженно заявила Тикки. — Разве не заметно?
Вообще-то нисколько не заметно, и я совсем не знаю, как буду их различать. Но сейчас меня волновал несколько другой вопрос.
— Так… — напряглась я. — Сладкая парочка, а вы тут у меня размножаться не собираетесь?
Крысы оценивающе посмотрели друг на друга, презрительно наморщили носы и дружно ответили:
— Не-е…
Присела на бортик фонтана, чтобы собраться с мыслями. Задумчиво огладила складки на платье. Вот ведь… В деканат еще не попала, с жильем не определилась, а уже спиногрызами обзавелась…
— Берт! — взвизгнул Рикки… или Тикки, хрен их разберешь, хвостом указав куда-то в сторону. — У этого не выкупишь, опять в клетку посадит!
Проследила, куда крыс показывает. А там двое мужчин уверенным шагом спускались по ступенькам, оживленно о чем-то переговариваясь. Один приземистый, ширококостный, грудь броней обтянута, глаза желтым сверкают. Сразу видно, зверюга. Второй повыше, в черной безрукавке, от запястий до самых локтей — металлические напульсники с выгравированными сложными узорами, волосы на концах чуть завиваются, кокетливо так. Красавец мужчина… Поймал мой взгляд, губы насмешливо дрогнули. Меня от этой улыбки передернуло, и я чуть в фонтан не свалилась, разглядев его внимательнее. Темный маг! Думает, любуюсь? Терпеть их не могу! Зато сомнений не осталось, кого из двоих так боятся мои новые питомцы.
— Живодер! Сюда идет! — заверещала вторая. — Прячь нас!
Еще больше уверилась в своей неприязни к темным магам. Мало того что женщин беременными бросают, так еще и над слабыми издеваются. Чего еще от них ожидать, кроме предательства и жестокости? Мерзкие личности. Презрительно наморщила нос и отвернулась — не хватало еще пялиться на темных, потом глаза — и те мыть придется. Пора крысяток спасать.
Куда их прятать-то только?
Сорвала с головы шляпу, высохшие и уже совсем посветлевшие волосы мягко рассыпались по плечам, прикрывая беглецов от чужих взглядов. Шаг. Еще шаг. Не оглядываюсь, чувствую — приближаются, слышу басовитые голоса. Крысы запаниковали, заметались из стороны в сторону.
— Да прячьтесь уже! — шикнула я, подгоняя, и поудобнее расправила перевернутую шляпку, чтобы зверята нырнули внутрь.
Любезно предоставленное убежище очень нелюбезно проигнорировали, запрыгнув мне прямо в декольте! Я от неожиданности взвизгнула, позорно так, по-девчачьи совсем. Шляпка полетела в воду, я, не раздумывая, за ней. Из глубины фонтана стремительно вынырнула рыбешка с во-от такенными клыками! Лязг! Полшляпы мне оттяпала, скотина!
Да я тебе…
За талию ка-ак дернули обратно.
— Адептка, вы и необкусанная очень хорошенькая, — раздался над ухом смешливый голос. — А зубатка пускай поголодает, до сессии еще далеко. Понимаю, приметы и все такое…
Какое «такое»?
Я возмущенно дернулась, развернувшись в кольце чужих рук, замахнулась на нежданного спасителя. Кстати, а от кого он меня спасал?
Вдох застрял где-то на полпути. Темный! Тот самый! Два одинаково пораженных взгляда схлестнулись между собой, только мой через секунду наполнился злостью, а маг едва успел схватить меня за запястье, с восхищением взирая на лязгающую зубами рыбину, которой я на него и замахнулась.
— Оу, прямо за жабры! — недоверчиво уставился он на мою добычу, не торопясь ни выпускать из захвата мою руку, ни расслабить свою, до сих пор нагло обхватившую меня за талию. — Вот так реакция!
— Шли бы вы… — крайне любезно прошипела я. — Путем. Дальним.
О, я сегодня тактична до невозможности, ибо послать мне его хотелось гораздо дальше и гораздо конкретнее.
— Я вам даже рыбку подарю, — миролюбиво предложила я и ткнула ею прямо в его лицо.
Лязг! Прямо как будто металл об металл! Жаль, не дотянулась.
Меня молча подволокли обратно к фонтану. Покусанная шляпа одиноко плавала в воде, колыхаясь на волнах, остальные рыбки держались от нее на почтительном расстоянии и, выпучив глаза, настороженно смотрели на нас.
— Что? Носить это будешь? — недоверчиво взглянул на меня мужчина. Губы сжала, но взгляд не отвела и ответом не удостоила. Буду, не буду… не его это дело вообще.
Маг перегнулся через край, двумя пальцами подхватил огрызок шляпы и с довольно брезгливым видом положил его на бортик.
— Отпустите! — потребовала я, так как операцию по спасению шляпы провели, не выпуская мою руку с зажатой в ней рыбиной. Рыбина била хвостом, щелкала зубами и, кажется, плавником угрожающе провела пару раз себе по горлу, обещая отомстить.
— Да, конечно, — покладисто пробормотал он, но… Ничего не изменилось.
— У меня рука затекла! — не люблю повышать голос, но приходится, потому что, когда меня игнорируют, я тоже не люблю.
С мужчиной было что-то не так. В глаза он мне больше не смотрел. Смотрел ниже, с крайне растерянным выражением лица и вообще, судя по направлению взгляда, заслуживал нехилую пощечину, ибо это выходило за все рамки приличия. Я от возмущения вдохнула побольше воздуха…
— У вас это… Грудь шевелится, — задумчиво произнес темный.
Я аж поперхнулась от неожиданности и тоже медленно опустила взгляд на предмет обсуждения.
И правда шевелится, причем явно и в размере увеличилась так раза в два. Конспираторы, блин, хвостатые! Но они-то ладно, животные, им простительно… А этот? Этот-то что в моем декольте забыл? Подняла вмиг озверевший взгляд на мага:
— А нехрен смотреть! Моя грудь!
И если раньше она только шевелилась… То теперь еще и щекочется! Крысы, решив, что их раскрыли, начали зарываться глубже… А-а-а-а-а!
— Не спорю ни с одним из пунктов, — кивнул мужчина. — Но, согласитесь, это как-то странно. Может, вам помощь нужна?
— Нужна, — прошипела я, изнемогая от щекотки, но стоически держа лицо непроницаемым, а спину прямо. Еще секунда издевательств — сама выловлю беглецов за хвост и лично сдам магу.
— В чем?
Ну вот же зануда, свалился на мою голову…
— В дрессировке! — не выдержала я, свободной ладонью долбанув по кому-то с самой щекотливой шерстью и лапками. Точнее, по правой груди.
Раздался сдавленный писк. Попала! Надеюсь, кроме меня, это никто не слышал… Зря.
— Хм… — маг с возросшим и каким-то явно исследовательским интересом наклонил голову набок. — Метод кнута и пряника?
Ага, только вместо пряника лучше использовать сыр… А кнута, между прочим, бесстыжий темный заслуживает гораздо больше!
— Да хватит пялиться уже! — возмутилась я.
Маг как-то слишком покорно отвернулся, устремив взгляд вдаль, правда, через секунду повернулся обратно.
— Это невозможно, — констатировал он с неподдельной печалью в голосе. — Меня прямо-таки одолевает любопытство. Я не смогу дальше жить, не узнав, что там происходит.
— Тогда можете помереть прямо здесь, и я пойду, — миролюбиво предложила компромисс.
Компромисс его не вдохновил.
— Начинать знакомство с чьей-то смерти — не самая хорошая идея, — укоризненно произнес он.
Начинать знакомство с темными магами — вообще идея хуже некуда и в мои планы не входила. Но куда деваться: Колдовские Земли — это тебе не Царство Змей, здесь их полно.
Я не прониклась укором и хмыкнула, а он спокойно продолжил:
— Но, видимо, придется.
Что? Даже моргнула растерянно.
— Это угроза, или к вам приближается инфаркт? — уточнила на всякий случай, потому что признаков недомогания у мага заметно не было, а жаль.
— Просто констатация факта, — равнодушно пожал плечами мужчина. — Возможно, вас это удивит, но рыбы на воздухе гибнут. А конкретно эта особь в Академии дольше меня живет, раритет, можно сказать. И ректор этих зубаток жесть как любит, за дохлый экземпляр точно не похвалит.
При слове «ректор» сработал многолетний рефлекс и рука, крепко стискивающая жабры, разжалась сама собой. Темный сцапал падающую рыбину за хвост, зашвырнул ее подальше в фонтан, а меня подхватил одной рукой за талию и ловким движением переместил от края подальше.
— Подходить ближе не советую. Садиться на бортик теперь тоже — рискуешь остаться без…
Он многозначительно взглянул на мою плотненькую филейную часть, в карих глазах зажегся любопытный огонек, и я, кажется, знаю, о чем он подумал.
— А…
Нет, ну неужели у него хватит наглости поинтересоваться вслух?
— Нет, даже и не смотрите! — грозно опередила я его, потому что по выражению лица поняла: хватит, и еще как.
— Что «нет»? — невинно переспросил он, зато хоть в глаза стал смотреть.
— Ничего у меня больше нигде не шевелится! — выпалила я, ощущая себя при этом крайне странно.
— Спасибо за предупреждение, буду иметь в виду, — подчеркнуто вежливо поблагодарил маг, сдерживая улыбку.
Почувствовала себя идиоткой окончательно, ибо прозвучало это не только издевательски, но и многообещающе.
Резко развернулась, собираясь позорно удрать из-под этого насмешливо-пытливого взгляда, и втемяшилась в того мужлана, с которым темный и вышел из Академии. Звяк! Лбом об броню — аж искры из глаз!
— Куда ломанулась-то? Больно?
Пока я с шипением прижимала к пострадавшей части ладошку, меня за плечи повернули к себе, наклонились ближе, отвели мою руку в сторону, рассматривая, насколько серьезная травма.
Заботливого тона еще не хватало. И от кого? От этого темного?
— Берт, ну нельзя же так бесшумно со спины к девушкам подкрадываться! — беззлобно пожурил он напарника.
— А я виноват, что ли, что от тебя уже не только твои — чужие ведьмы шарахаются, — ворчливо пробасил тот. Кажется, от одного только этого голоса крысы упали в обморок, мгновенно прекратив свое шебуршание. Лишь бы не сдохли от страха!
Любитель ведьм, значит… И, судя по всему, у него их не одна штука… Кобелина темная, типичный представитель!
— Холодненького бы приложить, шишак наливается, — вынесла кобелина неудивительный вердикт, небрежно погладив место удара большим пальцем.
Я нервно дернулась и моментально отстранила от своего лица чужую руку. Пусть спасибо скажет, что не заклинанием шмякнула!
— Ну вот, — хохотнул мужлан, судя по желто-зеленому отблеску глаз — оборотень. — Девка еще освоиться на новом месте не успела, а ты ее уже зашугал!
Зашугал?
— Не успела? — тихо то ли повторил, то ли переспросил темный, как-то по-новому на меня взглянув. — Хм… И правда, что-то не помню ни у кого такую форму…
О, он наконец-то переключил свое внимание на мое платье, а не на то, что оно скрывает!
А холодненького бы действительно приложить…
— Ква! — недовольно вякнула лягушка, внезапно появившаяся в моей руке.
Я мрачно посмотрела на гостью. Да уж, Болотный факультет не прошел даром, заклинание вызова срабатывает автоматически.
— Ква-а-а! — еще более возмущенно заверещала она, когда ее бесцеремонно схватили за заднюю лапу и бросили в ближайший куст, а мне ко лбу приложили какой-то пятак, от которого тут же разбежались морозные узоры, покалывая кожу.
— Так-то лучше, — одобрительно пробормотал маг.
— Э-э-э, верните лягуху! — возмутилась я. Но с монеткой на лбу и правда гораздо лучше, чем с лягушкой.
— Чего это? — почему-то вместе переспросили мужчины.
— Она не местная!
— Ты тоже, — привел неоспоримый аргумент оборотень. Ну и ладно, не хотят ловить — пусть не удивляются, когда через пару лет ее выводок начнет горлопанить матерные песни под их же окнами. Певучая лягушка почему-то матерные всегда громче других и с особым удовольствием исполняет, к тому же исключительно по ночам! А когда возмущенные жильцы начинают ее гнать прочь — еще и репертуар пополняет, ловко маневрируя между летящими тапками.
— Приемная комиссия начнет свою работу только завтра, — задумчиво заметил темный. — Рано пришли. Сегодня вас никуда не возьмут.
Меня? Ха, он меня плохо знает! Меня — возьмут! И именно сегодня, так как в моих планах было обойти эту самую приемную комиссию стороной, поговорив с деканом Ведовского тет-а-тет.
— Я все-таки рискну пробиться сегодня, — улыбнулась обворожительно настолько, насколько смогла.
— Главное, не убиться, магистр Каллохен сегодня не в духе — у него преподаватель в декрет ушла и в честь этого несанкционированный шабаш устраивает, — хрипло посмеиваясь, предупредил Берт.
— Так праздник же, радоваться надо! — неподдельно удивилась я.
— Ведьмы-то как раз и радуются, а вот магистр прикидывает, сколько после этого шабаша замуж соберутся и кем он будет дыры в расписании закрывать, когда они тоже в декрет свалят, — все так же посмеиваясь, пояснил он.
— О-о… — задумчиво протянула я. — А с чего он решил, что соберутся?
— Так приворотными зельями на всю Академию воняет, в Лабораторный корпус заходить страшно: вот так зайдешь нормальным и холостым, вдохнешь поглубже — и выйдешь летящим на крыльях любви придурком, пускающим розовые сопли…
— М-да? И чего они так расстарались вдруг? — сложив на груди руки, мрачно поинтересовался маг.
— Ревнуешь, что ли? — басовито хохотнул оборотень.
Темный лишь саркастично приподнял бровь:
— Эх, Берт, жестокая шкура, а как же мужская солидарность?
Тот равнодушно отмахнулся:
— Да ладно, змеюк не жалко! Не нашинские же, пускай сами расхлебывают!
Не жалко, значит… А мне жалко! А мне очень даже жалко своих соплеменников! И хоть конкретно против ведьм я ничего не имею, но пусть честным путем мужиков завоевывают.
— А далеко Лабораторный корпус? — невинно поинтересовалась я, подхватывая с земли самопальную метлу, с которой целых полчаса на берегу отскребала кусачий мох.
— Не совалась бы ты туда, девонька, — неожиданно ласково проговорил Берт, положив мне руку на плечо. — Там такой ажиотаж — со стороны мужа все двадцать братьев приезжают, и все при регалиях, иностранцы — из Царства Змей пожаловали. Матерые ведьмы в тебе конкурентку почуют — всё! Пиши пропало!
— Что пропало? — заторможенно переспросила я, потому что в глазах у оборотня разгорался необычный красный огонек, завораживающий, танцующий.
— Ты пропала! Сумочкой с тобой точно не поделятся, — жестко отрезал он, взглянув поверх моей головы. Тон резко поменялся: — Арен, что за херня с полигоном?
Все одновременно обернулись, и вдалеке я увидела сияющий купол: красный, с разбегающимися по поверхности молниями, — который, подрагивая, увеличивался, надувался, как мыльный пузырь, готовый вот-вот лопнуть.
— Учитывая, что сейчас время совместной тренировки вампиров с некромантами, даже боюсь представить, — нахмурился темный. — Мало им драки было неделю назад.
— Ну, пошли, посмотрим, кто кого, — предвкушающе потирая запястья, предложил Берт.
— Ставлю на некромантов! — Мужчины, даже не кивнув мне на прощание, двинулись в сторону пульсирующего купола.
— Чего это? Я тоже на дохляков ставить не собираюсь! — возмутился оборотень. — Спят в гробах, а не закапываются, неправильно это — мертвым среди живых ходить!
Н-да, чувствую, любят тут вампиров… Хотя змей, как я поняла, тоже не жалуют.
Темный вдруг приостановил свой решительный шаг, оглянулся:
— Вы все же разберитесь… — сделал паузу, многозначительно взглянул на собственный бюст. — С методами дрессировки. А то не у всех мужчин нервы крепкие, могут и в обморок упасть.
— Вы еще раз посмотрите — тоже в обморок упадете, — я демонстративно перехватила черенок метлы поудобнее, делая вид, что замахиваюсь.
— Да я насмотрелся, — нахально ответил он и, махнув мне на прощанье, быстрым шагом догнал оборотня, более не оглядываясь.
Дождавшись, пока два силуэта пройдут сквозь магическую преграду потрескивающего купола, я за хвост выудила сначала Рикки, потом Тикки, которые усиленно продолжали притворяться дохлыми.
— Сейчас в фонтан кину, к зубаткам, — пригрозила я.
Сладкая парочка тут же ожила, забралась на плечи.
— В деканат с собой не возьму, — предупредила я. — Попаситесь где-нибудь сами.
— Как это сами? — пискнули они. — В столовой ловуш… В смысле, мы тебе с поступлением поможем в знак благодарности!
Я с сомнением взглянула на уверенные мордочки, на важно растопыренные усики, на честно поблескивающие красные глаза.
— Давайте договоримся, что помогать вы мне не будете! Не хотите оставаться одни — милости прошу, — я второй раз за день любезно развернула перед ними шляпу.
Рикки недовольно пошевелил носом:
— Тиной воняет и старостью, то есть древностью… А это что? Плесень?.. Хви-и-и-и!..
Тикки, молча столкнув собрата в шляпу, отряхнула лапки и с достоинством спустилась в предоставленное убежище сама. Кажется, у меня появился любимчик…
Дверь деканата Ведовского факультета я открывала с трепещущим сердцем, а в кабинет все равно ввалилась в обнимку с самодельной метлой, запнувшись о порог. Шляпа, которую я, как мешок, сжимала в руке, с глухим писком упала на пол, но подбирать я ее пока не стала, дабы не привлекать к питомцам ненужное внимание.
За столом сидел ведьмак. Длинные серебристые волосы, рассыпавшиеся по плечам, нос с горбинкой, жесткая линия губ, которые невозможно представить в улыбке. И пронзительно-черные глаза, которые тут же на меня недоуменно уставились.
— Всего наипротивнейшего, — скромно поздоровалась я.
— Вы ко мне? — уточнил магистр, вскинув брови.
Я решительно преодолела расстояние до его стола, достала из скрытого в складках платья кармана серебряный футляр и вытряхнула из него все имеющиеся бумаги.
— Абсолютно точно к вам! — подтвердила я.
Декан небрежно подхватил один лист, пробежался по нему взглядом, не отпуская, взял другой, внимательно изучил и положил обратно, откинувшись в кресле.
— Завтра, — холодно отозвался он. — На общих основаниях, прием по результатам конкурса. Свободны, госпожа Селлина Краст.
Ответ меня не удивил, лишь раззадорил.
Я оперлась двумя руками о столешницу, наклонилась ближе.
— Извините, магистр Каллохен, но я вынуждена настоять, — четко произнесла я, глядя в его вспыхнувшие злобой глаза.
Мои глаза тоже вспыхнули. Я знала: сейчас по чистой голубой радужке запляшут золотистые искры, разбегутся от зрачка такие же золотистые разряды, — и заговорила до того, как он успел произнести хоть слово:
— Сейчас вы берете ручку, вносите Селлину Краст в список поступивших первым номером, никому его не показываете до того, как не наберется еще ведьм десять, число поставите завтрашнее.
Ведьмак медленно сполз по спинке кресла ниже, не отрывая от меня взгляда. Лицо приобрело дебиловатое выражение, но я не собиралась останавливаться на достигнутом — мой голос набирал мощь, звенел переливами:
— Отдельным приказом выделите мне самую лучшую комнату в общежитии, можно дом. После первой сессии переведете меня сразу на курс вперед, через месяц учебы «поймете», что ошиблись, и переведете еще на два курса вперед.
Подумала секунду, ничего ли у меня не слипнется, и решила, что уж второе высшее лучше получать с максимальным комфортом, раз уж я вообще вынуждена его получать. Подалась вперед, чтобы не терять зрительного контакта с расслабленным телом. Слова лились речитативом, магия тонкими спиралями окутывала жертву:
— Обеспечьте мне лояльность преподавателей, повышенную стипендию на весь период обучения, диплом с отличием и лучшую характеристику…
— Хорошо поёшь, — задумчиво проговорил магистр Даррей Каллохен и подпер рукой подбородок, ожидая, что бесплатный концерт продолжится.
Я осеклась на полуслове, отпрянула назад, наткнувшись на его осмысленный взгляд. Это было не по плану! Вот вообще!
— Стоя на табуретке, лет двадцать назад ты тоже красиво пела, — похвалил он, пока я ошарашенно моргала, и теперь, перестав притворяться, сам подался вперед, упершись ладонями о край стола. — Как там поживает Шиар Диссот? Не облез родственничек?
Отрицательно и несколько испуганно помотала головой, не ожидая, что меня так быстро раскроют. Ноги предательски подкосились, и я мешком свалилась на стул. Как? Как он меня узнал?
— Что тебе понадобилось на Ведовском, змейка? — голос обманчиво вкрадчивый, в котором улавливаются звенящие злобой нотки.
— Диплом, — еле слышно пролепетала я, лихорадочно придумывая пути отступления. — Чтоб работать… по лицензии…
— Диплом ведьмы, — холодно уточнил он. — А ты ведьма, деточка? Судя по глазкам — вовсе нет… А родовая магия, которую ты неосмотрительно пыталась на мне применить, весьма четко показала, из чьего именно ты гнезда.
Я решила ухватиться за последнюю ниточку надежды, пока меня не вышвырнули за порог.
— Я буду ведьмой! Буду! Никто не отличит, больше не спалюсь! Вы только дайте шанс!
— Шанс загипнотизировать меня получше? — усмехнулся ведьмак.
Ну естественно!
— Нет, что вы! — я сделала вид, что оскорбилась, и незаметно развеяла пущенные над самым полом нити убеждения. — Я стану лучшей ученицей, гордостью факультета, талант у меня имеется, могу продемонстрировать любое зелье! Хотите, хит этого сезона — приворотное «Раб страсти»?
Деловито зашуршала складками платья, выискивая нужный пузырек, дабы впечатлить декана.
Ведьмак впечатляться не собирался — вскинул руку в защитном жесте, отпрянул назад.
— Никаких демонстраций, ладони на стол!
Я обиженно поджала губы, но недвусмысленному приказу последовала, сложив руки за столом, как школьница.
— Зелья для ведьмы — это еще не все, — отчеканил мужчина. — Ты провалишься на первой же практике — в буквальном смысле, а именно с метлы.
Я воровато покосилась на свою подделку — летать я не планировала не только на ней, но и в принципе!
— Порча, сглаз, проклятье в спину, — принялся перечислять он то, чего я определенно не умела. Я поняла, что это отказ, окончательный и бесповоротный.
— Тогда я скажу, что вы меня домогаетесь! — в отчаянье выпалила я.
— Что? — кресло с грохотом отлетело в стену.
Ноздри раздулись, глаза яростно сощурились.
— Вконец оборзела! — вскочив на ноги, рыкнул декан.
Черт! Кажется, я погорячилась с шантажом…
— Я побои сниму! — взвизгнула испуганно, заметив его сжатые кулаки, и попятилась к двери.
— Ч-что? — кажется, дар речи дал сбой.
— Женщин бить нельзя! — на всякий случай предупредила я, сомневаясь в адекватности декана. — Меня — тем более!
Взгляд немного прояснился:
— Почему? — но через секунду снова потемнел. — В смысле, за кого вы меня принимаете! Вон из Академии!
Порыв ветра взметнул мои волосы, едва не сбив с ног; второй такой же швырнул к выходу. Кое у кого терпение кончилось, и почему-то намного быстрее, чем я рассчитывала. Я зажмурилась от хлестких порывов, вслепую хватаясь за все подряд, но подряд попадался лишь воздух.
Ба-бам! Грохот, тонкий перезвон хрусталя и глухой шмяк, после которого ураган в кабинете прекратился и наступила подозрительная тишина.
Осторожно приоткрыла один глаз, потом второй, снова зажмурилась, молясь самой Тьме, чтоб у меня начались галлюцинации, и распахнула их снова.
— Твою ж прабабушку! — Нет, не показалось!
Тело ведьмака лежит на полу, ноги в дорогих, до блеска вычищенных ботинках раскинуты в стороны, серебристые волосы переливаются, усыпанные стеклянной крошкой, по лбу стекает вяленькая струйка крови, а рядом с деканом валяется разбившаяся люстра — судя по всему, виновница произошедшего.
— Что замерла, рот раскрыла? — раздалось писклявое сверху. — Лопату неси!
Задрала голову: а вот и настоящие виновники!
Две нагло улыбающиеся крысы довольно помахали лапками, сидя на деревянной потолочной балке, из которой торчал ныне голый крюк. Вышло издевательски.
— Яд крысиный в самый раз, а не лопата! Охренели совсем? — разозлившись, швырнула в парочку какую-то печать со стола.
— А-а-а-а! Убивают! — крысы прямо по потолку проворно разбежались в разные стороны.
Я кинула вдогонку еще подставку для письменных принадлежностей — тяжелую, малахитовую, — в потолке даже вмятина приличная осталась.
— А где спасибо? — верещали оскорбленные помощники, забившись в какую-то щель, пока я прагматично и торопливо запирала дверь — еще свидетелей мне не хватало!
— Ну спасибо! — прошипела сквозь зубы, опускаясь перед мужчиной на колени.
— Добей его! Добей! — одобрительно загалдели на два голоса.
Проигнорировав кровожадные советы, я откинула подальше разбитую люстру, склонилась над ведьмаком, слушая рваное дыхание, пальцами коснулась раны на голове — хорошо его приложили…
— Э-э-э! Не вздумай его лечить! — заволновался Рикки, когда я выудила из кармана воду Сияющего Источника: мертвого на ноги поднимет, а этот дышит, значит, точно подействует. — Шиш тебе, а не учеба! Он тебя выгонит, как только глаза откроет! — Рука с пузырьком, уже поднесенная к сжатым губам, предательски дрогнула. — Навсегда!
— Если сразу шею не сломает, — поддакнула Тикки.
Я шумно сглотнула.
— А водичка-то, поди, дефицитная… — ехидным шепотком добил Рикки.
Вот черти! Ведь теперь меня декан сам прикопает по-тихому, ему даже лопата не понадобится!
— М-м-м… — слабый, беззащитный стон. Мужчина еле заметно пошевелился, приоткрыл глаза. — Вы кто?
Я труп!
Ведьмак приподнялся на локте, дотронулся до лба и с удивлением посмотрел на окрасившиеся в алый пальцы. Я не то что пошевелиться — вздохнуть боялась, так и замерла рядом на коленях и с нетронутым бутыльком в руках. Авось память отшибло…
— Какого черта?..
Обвиняющий взгляд безошибочно уперся в меня, и тут мои слабые нервы не выдержали.
Тюк!
Глаза декана закатились, и он вернулся в исходное положение, глухо стукнувшись затылком о пол. Надеюсь, он не очень любил эту статуэтку? Теперь без головы она выглядит гораздо менее симпатично. Зато череп ведьмака — крепче закаленной керамики!
Что-то новые знакомые дурно на меня влияют. Такими темпами ведьмам скоро придется искать нового декана, посговорчивее…
Подобрала с пола оброненный пузырек с целебной водичкой и, только спрятав его в карман, с обреченным стоном схватилась за голову: что делать-то теперь?!
Рикки уже деловито шебуршал на подоконнике — уперся лапками в оконное стекло, обернулся.
— Обставим все как самоубийство! — заявил он уверенно. — Тащи его сюда!
— Как? — я с сомнением посмотрела на взрослого, неподвижного и крайне тяжелого мужика.
— За ногу! Так удобней!
И откуда у крыс подобный опыт?
— Так он мне живым нужен! — с искренней печалью вздохнула я.
— А ему змейка на факультете ведьм не нужна! — безапелляционно возразил слишком сообразительный крыс.
— Ты еще громче крикни, чтоб вся Академия услышала, — шикнула я.
— Не волнуйся, этот очнется — еще не так заорет! — успокоил Рикки, пытаясь дотянуться до шпингалета. — Тащи давай, дважды предлагать не буду! Декана надо убрать!
— Тебе не кажется, что второй этаж — это низковато? — ехидно поинтересовалась я у кровожадинки. — А убийство — несколько жестоко?
Тот задумчиво почесал ухо:
— Серьезно?
Кивнула.
— Можно живьем закопать, но ты тело до клумбы точно не дотащишь, — грустно выдал он результат напряженного обдумывания.
Представила лица преподавателей и адептов, на глазах которых я бы это провернула средь бела дня…
— С ума сошел?
Крыс насупился.
— А ты ядовитая? Может, укусишь его в шею, и всё? — внесла предложение Тикки.
— Нет!!!
— Что «нет»? — как ни в чем не бывало переспросила она. — Не ядовитая или не укусишь?
— Ничего нет, и вообще хватит мне помогать советами! Сосредоточиться не могу! Пошли прочь!
— Преступные элементы должны держаться вместе, — важно сообщили мне, нисколечко не испугавшись. — А ты нервная.
А я злая! Мне в эту Академию край надо поступить! И именно в этом году, иначе мне жить не на что будет. Эх, вернуть бы назад пару часов… Слизь борочавника! Точно, вызывает кратковременную потерю памяти, правда, вместе с галлюцинациями…
— Познакомимся с вами завтра, магистр Каллохен, — утешающе шептала я, вливая эту гадость меж стиснутых зубов, в качестве извинений смешав ее с целебной водой Сияющего Источника.
Дверь вдруг сотряслась от яростных ударов, я от неожиданности аж пролила половину.
— Магистр Каллохен! — женский грубый голос, требовательный и больше похожий на голос рассерженной жены, а не подчиненной и тем более не адептки. — Я знаю, что вы тут!
Неужели у него есть жена? Ревнивая? Этого еще не хватало! Такая точно вломится внутрь!
Я метнулась к окну, распахнула створки. Второй этаж. И что-то теперь он не кажется мне таким уж низким.
— А ну открывайте! — новый голос, звонкий, молодой. — Куда метлы наши спрятали? Отдавайте!
Метла! Я от окна бросилась обратно к порогу — за уликой.
В дверь перестали колотить кулаками и принялись долбить каблуками.
— Нас много, а вы один! — посыпались угрозы.
Что-то даже жалко мужика стало. Может, спрятать его?
— Мы все уволимся! Замуж выйдем! Родим!
— Одновременно!
— От вас!
Ой, чувствую, не готова я стать ведьмой…
И вдруг наступила тишина. Напряженная, выжидательная — казалось, что ведьмы слышат даже мое дыхание, пока я на цыпочках кралась обратно к окну.
— Странно… Магистр Каллохен, с вами всё в порядке? — тон моментально поменялся на робкий и заискивающий.
Я как раз скинула в открытое окно метлу. У-у-у, как жаль, что она не полетела! В смысле, полетела, но вниз, а не горизонтально…
— Девочки, посторонитесь, — кто-то решительный приступил к активным действиям. Я тоже медлить не стала — перевалилась через подоконник, повисла на вытянутых руках, ногами пытаясь нащупать опору. Взрыв! Я, сорвавшись, с визгом полетела вниз.
Черт! Нет, ну реально черт, конкретный такой, волосатый, рогатый, копытатый и с хвостом. Но за то, что он меня поймал, я готова простить многое, даже повышенную волосатость рук и груди.
— О! — дыхнул он перегаром, задрав пятачковую морду кверху. — Девки с неба падают. Там еще есть такие?
Я отрицательно помотала головой:
— Вряд ли.
— Жаль, — вздохнул черт.
И понес меня куда-то. А я как-то не привыкла, чтоб меня на руках носили, да еще и без разрешения.
— Спасибо, что поймал, но дальше я сама, — сделала попытку вырваться.
Вот вроде не особо мускулистый, не сказать, чтоб высоченный, да и вообще среднестатистический такой черт, а держит крепко, не пошевелиться.
— Не-е, ты сбежишь, — не согласился он, уверенно цокая по вымощенной дорожке.
— Как сбегу? — задохнулась от возмущения, потому что продолжать знакомство не собиралась, но побегом это называть как-то чересчур.
— Так! Не отработав спасение, — и настолько оценивающе прошелся по моей фигурке, что я невольно сглотнула.
— Чевой-та побледнела? — заволновался черт. — Тебе силы понадобятся: полы мыть, туалеты драить, а потом еще самогонный аппарат начищать. Знаешь, какой у нас самогон? У, закачаешься!
Если аппарат чистят в последнюю очередь, то не сомневаюсь, что качаться придется долго!
Смотрю, а шляпка-то моя за нами следует, не отстает, только два лысых хвоста из-под нее виднеются. Ну и хорошо, ну и не потеряются.
— Слушай, черт, а какое общежитие тут самое лучшее?
— Наше! — уверенно так и гордо, не сбавляя шага.
— А объективно?
Молчание, обиженное такое, потом неохотно:
— Третье.
— Вот и неси меня туда, — распорядилась великодушно.
У черта челюсть отвисла от моей наглости:
— Чевой-та?
Я его за пятак ухватила, в глаза заглянув, и медленно повторила:
— Неси меня в третье общежитие. Бегом!
И он побежал! Мама дорогая, как же быстро черти-то бегают! Еще и препятствия перепрыгивал! И адептов!
— Тпр-р-ру! — притормозила я своего скакуна перед самыми дверьми высокого, каменного и серого здания, ничем абсолютно не примечательного, кроме огромной огненной цифры «3», горящей над крыльцом. — Приехали, отпускай.
Черт послушно, очень бережно, а главное, без пререканий поставил меня рядом с собой.
И смотрит преданным, влюбленным, но типично затуманенным взглядом, а у самого аж пятачок вспотел и дыхание шумное, срывается, грудная клетка ходуном туда-сюда ходит. Жалко стало черта — устал, бедняга, да и вообще послать его надо куда подальше, пока в себя не пришел.
— Иди помойся, — распорядилась я. — В озере, — уточнила, задумавшись. — Там красиво.
И, что немаловажно, вероятность встретиться в таком состоянии с кем-то знакомым намного меньше, чем в чертовом общежитии.
Развернулся рогатый на пятках и направился в указанном направлении. А я платье оправила, поднялась по грубым ступенькам и открыла тяжелую дверь, потянув за бронзовое кольцо.
А там… А там темнота такая, что не видать ничего! Ни окна, ни светильничка…
— Пропуск, — раздалось в темноте старческое брюзжание.
— Мне бы коменданта, — неуверенно обратилась я к неизвестному голосу.
— Я комендант, — снова равнодушно из темноты.
— А не вахтер? — засомневалась я.
— И вахтер. Что хотела?
Хотела воспользоваться чарами и переночевать в лучшей комнате. Только вот сегодня явно не мой день, ибо зачаровывать оказалось некого.
— Появись — поговорим, — предприняла попытку выманить жертву.
Жертва оказалась на редкость послушной.
Свет залил комнату, с непривычки ослепив. Небольшой красный диванчик, подсвечники по углам, и во всю стену в бордовой раме испещрен мелкими старинными буквами «Устав общежития». Но самое соблазнительное — ведущая наверх, в жилые комнаты, лестница — было надежно скрыто мерцающей преградой.
— Говори, — безэмоцинально разрешили мне.
И стало абсолютно ясно, что ночевать я буду под открытым небом, ибо день не просто не мой — он катастрофически не мой! Потому что бестелесным духам на мой дар глубоко наплевать, а зависший под самым потолком полупрозрачный лохматый дед со старинными кандалами на запястьях даже самым дряблым и захудаленьким телом точно не обладал.
Я понуро опустила голову.
— Говори, — ровно напомнили опять.
— Переночевать бы у вас, — набравшись наглости, решилась я действовать прямо в лоб.
— Ночуй, — отстраненно-равнодушно в ответ.
Я удивленно вскинула на деда взгляд.
— Вы точно комендант?
— Я еще и вахтер, — кивнув, напомнил он. — Пропуск.
— У меня его нет, — насупилась я. Похоже, призраки тоже любят поиздеваться.
— Поступишь — выдадут, тогда и придешь, — звякнув кандалами, развел он руки в стороны.
На эти самые кандалы я и покосилась с затаенной надеждой.
— Удобно?
— Не твое дело, паршивка!
Судя по раздраженно затрепетавшему в светильниках пламени и изменившемуся тону, попала прямо в цель.
— А если сниму? — самоуверенно предложила я.
— Не снимешь, пошла вон! — Больная тема, понимаю.
— В обмен на пропуск — сниму! — заявила провокационно.
Призрак пораженно замолчал, переваривая информацию.
— Что? Даже не побоишься? — не поверил призрак.
— Ну и где твой труп? — деловито поинтересовалась я, не ответив.
Труп — это громко сказано. Очень громко, ибо в глубоких катакомбах общежития, куда мы спустились в мгновенье ока, покоился древний скелет. Прямо на полу, и от тонких лучевых косточек тянулись стальные цепи, вкрученные в стену на уровне колен.
— За что тебя так? — невольно вырвалось у меня. Знаю, что на такие вопросы живые-то редко отвечают, а уж мертвые — тем более.
— Чтоб не убег, — к моему удивлению, ответил дед.
Ну, собственно, тайну века он мне не открыл.
— А кто? — я продолжала озираться по сторонам. Больше никаких скелетов не заметила и немного успокоилась.
— Демон, — снова ответил он.
Я наклонилась над ссохшимися костями, неестественно ярко белеющими в полумраке подвала.
— Что ж тебя раньше-то не освободили? — с укоризной спросила я. — Вредничал?
— Вредничал, — согласился тот. — Цепями по ночам гремел, спать мешал, парочки любовные расшугивал. Ругались, но терпели, ни одна душа не согласилась со старика оковы снять. Я уж лет сто назад мечтать перестал…
Он показательно шмыгнул.
— Что? Правда не боишься? — взволнованно спросил комендант, подлетев ниже и зависнув у меня над плечом.
— Скелет как скелет, ничего особенного, — фыркнула я, царапая ногтем ржавчину на замочной скважине в стальном браслете. Не люблю я темную магию, но ради такого дела, пожалуй, воспользуюсь отцовым наследием. Плестись через всю равнину в город и искать ночлег там не хотелось еще больше.
— Осторожней, руку не оторви! — встрепенулся дед, когда я не очень ловко перехватила оковы поудобнее, чтоб доцарапать на них нужную руну. Хрупкая кость и правда чуть хрустнула, за что мне тут же стало стыдно. Но не признаваться же!
— Тебе точно эти кандалы надоели? Могу оставить, — вполголоса произнесла я, не отвлекаясь от своего занятия. Дед понятливо замолчал.
Начертанные символы засветились изнутри голубым — сначала тусклым, а затем, набирая силу, почти ослепили даже через полуприкрытые веки. Я осторожно вынула из оков сначала одну кость, потом другую, и руны потухли.
А внутри меня осталось гадливое, мерзопакостное чувство, которое всегда оставалось после обращения к темным силам. Горьким привкусом осело на языке, выедая тепло изнутри. Как эти темные живут так всю жизнь? При каждой ворожбе поднимать в себе все самое грязное, низменное, чтобы магия откликнулась… Бр-р-р… Лучше бы мамка с некромантом связалась! Да что уж теперь… И вообще, вряд ли могильный холод многим лучше черноты внутри…
— Я свободен! — орал дед, нарезая круги под самым потолком, становясь все прозрачней. Сделал залихватскую мертвую петлю и с дурным хохотом пролетел сквозь стену. Передо мной из воздуха материализовался желтый сверкающий прямоугольник и плавно спланировал прямо в подставленную ладонь. Пропуск.
Собственно, больше источника света в подвале теперь не наблюдалось. И только когда единственная дверь оказалась запертой и не поддалась ни на предъявление пропуска, ни на толчки плечом, ни на удары ногой, ни на матерную ругань, я заподозрила, что слишком бурная была радость у старикашки. Похоже, моими стараниями лучшее общежитие лишилось коменданта, надежно привязанного к самому зданию. А сняла я не только призрачные кандалы, но и саму привязку. Ну и хрен бы с ним, летел бы на свою свободу, а меня зачем запер? И не вместо себя ли он меня тут оставил?
Заволновавшись пуще прежнего и не собираясь занимать чужое место на цепи, я торопливо зарядила руны и вернула кости в оковы. Увы, магия обратно не действовала. Я с досады распинала скелет по всему подвалу, наслаждаясь мстительным хрустом. Попрыгала на ребрах, превращая их в мелкую крошку. Но дедуле было уже все равно, иначе он не преминул бы вернуться и расквасить мне нос. Связи с телом теперь тоже не существовало.
День все-таки оказался охренительно не мой, хоть я и обзавелась ночлегом, и даже не на одну ночь. В общежитии, угу. В лучшем. Но перспектива по понятным причинам не радовала.
— Эге-гей! — без всякого пиетета долбила я по окованной двери берцовой костью. Долго долбила, часа два, и долбеж все больше превращался в вяленькое постукивание.
Тихие, крадущиеся шаги даже не услышала — почувствовала и вместо того, чтобы обрадоваться, вдруг испугалась. Не знаю, кто идет, но вряд ли просто так спускается проведать дедушку. Или потеряли коменданта, или… потеряли коменданта, потому что мою мышиную возню наверху вряд ли услышали. Вскочила, притаившись за стеной, замахнулась костью, перехватив ее поудобнее…
Дверь медленно открылась, в осветившемся проеме появилась черноволосая лохматая голова, на которую я, не раздумывая, замахнулась своим оружием, собираясь воспользоваться заминкой и сбежать. Парень уловил мое движение, вскинул ладонь в защитном жесте, и кость-предательница, вывернувшись из моих рук, наподдала мне же по голове. И не один раз!
— Ай! — отмахивалась я от взбесившейся кости. — Хватит!
— Хорошо, — голос у гостя оказался приятный, спокойный. — В лицо мне не вцепишься? Или только исподтишка нападаешь?
— Извини, — прошипела я, прикрывая лоб ладонью.
Кость оттарабанила по моей макушке какой-то сложный ритм и плавно опустилась на пол.
Я наконец взглянула на парня и едва не отшатнулась. Некромант. И одежда типично некромантская — черная, с заклепками в форме черепов, с нашитыми для устрашения костями на груди и вдоль рукавов — надеюсь, не куриные из супа выловил? Но устрашало в нем вовсе не это, а огромный, на пол-лица фингал не первой свежести, который цвел уже всеми цветами радуги — от темно-сизого заплывшего века до желто-зеленых пятен на скуле.
— Освободила все-таки деда Мамая, — обведя внимательным взглядом подвал, усыпанный обломками костей, выдохнул он с какими-то недоверчивыми и восхищенными нотками в голосе.
— Угу, а старый хрыщ меня в благодарность запер, — проворчала я.
— Вот отчаянная! Бежим, пока не застукали! — потянул некромант меня за рукав к выходу. Я спорить не стала, послушно увязалась за ним. — Откуда ты бесстрашная-то такая? — торопливо поднимаясь по покатым каменным ступеням, спросил он, обернувшись.
— Глупая, ты хотел сказать? — самокритично отозвалась я, еле успевая следом.
— Не без этого, — кивнул парень. — Но не знаю, чего должно быть больше — глупости или смелости, чтоб связаться с нашим ректором.
Нехорошенькое предчувствие кольнуло кожу.
— А ваш ректор случайно не демон? — осторожно и почему-то сорвавшимся на фальцет голосом спросила я.
— Ага, огненный! — довольно подтвердил некромант. — Идиотка?
— Идиотка!
Я обреченно застонала и, не разделив радости, на первом же повороте обогнала адепта. Оказывается, в случае необходимости я умею очень даже неплохо бегать и даже не путаться в подоле. Парень все равно меня догнал и, рванув за плечо, взмахнул пропуском, толкнув прямо в стену.
Мы прошли кирпичную кладку насквозь и вдвоем ввалились в плохо освещенную комнату с задернутыми занавесками и огарком черной свечи на грубо сколоченном дощатом столе.
— Передохни, беглянка, ректор пока за тобой не гонится, — выдохнул мой то ли спаситель, то ли похититель, выдвинув из-за стола ногой стул и с силой меня туда усадив.
— Ведьмочка! — дружно взвыли со стола, и стало тут же понятно, что все-таки спаситель. Пожеванная шляпа никчемно валялась в углу, посреди паутины.
— А вы тут какого лешего оказались? — строго взглянула я на мирно жующих сыр крысяток.
Рикки даже подавился и без слов указал лапкой на некроманта, усевшегося напротив меня.
— Думаешь, они только у ведьм кормятся? — усмехнулся тот, пожав плечами. — Как поступил, так три года и подкармливаю. А сегодня прибежали, вой подняли, что в нашем общежитии черт ведьму сожрал беззащитную. Только чертей у нас отродясь не было, а пропажа коменданта насторожила. Ведьмы — народ жалостливый, вот и решил проверить подвал. Зря? — он лукаво улыбнулся. Несмотря на фингал, улыбка ему очень шла, делая лицо крайне располагающим.
— Мне каюк, — мрачно сообщила я. Сгребла со стола пискнувших крыс, вручила парню. — Завещаю их тебе! Нет, лучше дарю!
Некромант мой щедрый порыв не оценил и упорно отталкивал хвостатый подарок, пока я не менее упорно совала его ему в руки.
— Да на кой они мне? Знаешь, сколько жрут?!
Крысы заверещали, суча лапками; я в итоге бросила их обратно на стол. Возмущению грызунов не было предела:
— Ах вот, значит, как! Вот, значит, благодарность! Да вы оба… оба… — слов, достаточно точно характеризующих нас и нашу вероломность, подобрать не смогли и только выпалили: — Все, обидимся и уйдем!
— Идите! — дружно отмахнулись мы. Сейчас были проблемы посерьезнее. Во всяком случае, у меня.
Рикки возмущенно запыхтел, спрыгнул со стола, Тикки, вздохнув, отправилась следом.
— Сыр оставьте! — не оборачиваясь, приказал парень. А вот я обернулась.
В качестве моральной компенсации парочка катила к выходу целый желтый кругляш.
— Хотите на голодную смерть нас обречь? Маленького кусочка пожалели? — запищали они.
— Я потом оживлю, — отозвался некромант. — Верните еду на место, нечего ей пропадать.
Убедившись, что сыр с горестным вздохом покатили в обратном направлении, парень посмотрел на меня. Долго, внимательно.
— Морри, — протянул он в знак приветствия руку.
— Селлина, — ответила я тем же, сжав холодные пальцы. — Меня тоже потом оживишь?
— Я думаю, сутки в нашем распоряжении есть, — успокоил он. — Первые поступающие прибудут только завтра, заселение начнется тогда же.
— И коменданта хватятся тоже, — понятливо кивнула я, снова помрачнев.
— Тебе не хватит суток, чтобы свалить подальше? — фальшиво поразился Морри.
— Поступить не успела и уже сбегать? — удрученно вздохнула я. Но огненный демон — это страшно, очень. А если он еще и разозленный ректор, чьего пленника я освободила…
Некромант вдруг оживился.
— Не успела? Так это все меняет! Не пойман — не освободитель, это раз; вряд ли кто-то знаком с твоей магией, чтоб узнать следы, — это два…
И вряд ли узнает — это три, так как больше к темной магии без крайней на то необходимости я прибегать не собиралась…
— А через пару недель все постепенно забудется. Подумаешь, комендант сбежал, не преступник же! Ну и если что — оживлю и сделаю из тебя зомби. Это три, — весело улыбаясь, договорил парень.
Я тоже заулыбалась.
— Значит, останешься без наследства! Рикки, Тикки, пошли искать свободную комнату! Зря, что ли, я себе пропуск выторговала!
— Эм-м-м… Я бы не стал торопиться… — замялся Морри.
— Чего это? — я оглянулась уже на пороге.
— Все свободные комнаты заблокированы комендантом.
— Что? Вообще все? — глупо уточнила я.
Тот пожал плечами.
— В любом случае, единственная девушка в мужском общежитии вызовет вопросы, так что в коридор лучше не высовывайся.
На свой пропуск я взглянула с ненавистью.
— Лучшее общежитие! — прозвучало как ругательство.
— Ну да. А что?
— Ничего.
Подошла к окну, выглянула за занавеску. Темнеет.
— Постелю тебе на полу… — донеслось в спину.
Я резко развернулась, гневно взглянув на своего спасителя. Пол? Девушке?
— Что? — тот удивленно приподнял черные брови. — Неужто ты надеялась, что я уступлю свою кровать? А может, всю комнату сразу? Нет, дед, конечно, был вредным, но не настолько, чтоб я тебе в благодарность пятки целовал. Переночуешь — и катись отсюда, желательно незаметно!
Прикинув расстояние до города, решила, что ночевка у третьекурсника в мужском общежитии вряд ли скажется на моей репутации хуже, чем в полном пьяни трактире, работающем круглосуточно. Да и ночью по незнакомым улицам шататься небезопасно.
— Пол превосходно подойдет, благодарю, — с достоинством кивнула я, словно и не собиралась минутой ранее послать его со своим предложением в пеший тур по Колдовским Землям. Правда, когда я поглядела на засаленный пол, покрытый толстым слоем пыли, в которой можно было прикопать парочку зомби, решимость моя поубавилась, а лицо красноречиво скривилось. Настолько красноречиво, что мне тут же вручили веник.
— Знаешь, как с этим обращаться? Вот и прекрасно! Готовь себе спальное место.
Ага, знаю, и даже приготовилась продемонстрировать на «добродетеле». Однако тот сделал вид, что замаха не заметил, и доверительно наклонился к крыскам:
— Бегите на кухню, посмотрите, готов ли суп.
Те радостно взвизгнули и выбежали в коридор. Мой желудок, кажется, взвизгнул не менее радостно, и я с особым ожесточением принялась выметать грязь вперемешку с драными клубочками носков из угла. Когда намелась нехилая кучка, некромант сделал пасс, и сор растворился черным дымом. Мне бросили подушку, стеганое и шерстяное одеяла.
— Располагайся, гостья!
Да чтоб тебя так в гости звали!
Стелить я закончила аккурат в тот момент, как дверь приоткрылась и крысиная парочка протолкнула в комнату небольшую дымящуюся кастрюльку. Рикки держал ее за одну ручку, обмотанную полотенцем, Тикки — за другую, а передвигались они на задних лапках.
— Готов! Сварился!
Парень с готовностью принял у них кастрюльку, поставил на стол, открыл крышку, одобрительно зажмурившись, втянул носом распространившийся по комнате душистый аромат, от которого моментально навернулись слюнки.
— О-о-о-о! Борщец!
Ловко разлил половником по двум тарелкам и двум пиалкам, не обделив крыс, повылавливал мясо, добавил в кастрюльку воды из графина, долив до прежнего объема, и вручил, точнее, влапил кастрюльку обратно.
— Поставьте, где взяли.
Крысы переглянулись, но приказ отправились исполнять молча.
Меня широким жестом пригласили за стол.
— Угощайся.
Некромант торопливо сел сам, отломил краюху хлеба, отхлебнул из ложки.
— М-м-м-м, — раздалось одобрительное урчание. — С чесночком!
— Удивлен? — прищурилась я.
— Приятно удивлен!
Я села, настороженно глядя на свою тарелку. Парень вовсю работал ложкой.
— Кто варил?
Тот, не отвлекаясь, пожал плечами.
— В смысле? — Нет, я прекрасно поняла, что это означает, но до конца не верилось, что при мне у кого-то только что сперли с плиты борщ.
— Ешь! — огрызнулся некромант. — Привыкай к законам общаги!
— Каким таким законам? — Пах ворованный борщ ничем не хуже неворованного, а с голодухи так даже вкуснее. Да что скрывать: пах он великолепно, восхитительно, а на вкус… Короче, ответ я расслышала только с четвертого раза.
— Не приколотил — не отворачивайся!
— У нас за такое морду били!
— У нас тоже!
Многозначительно уставилась на заплывший лиловый глаз, и все стало как-то понятней. Некроманту направление моих мыслей — тоже.
— Нет, меня пока не ловили! — с искренней гордостью возмутился он.
Зато вспомнился утренний разговор Берта с темным. Про драку.
— Вампиры? — сочувственно спросила я.
— Я, между прочим, тоже на месте не стоял, — парень откинулся на спинку стула, запустил руку за ворот и вытянул висящий на веревочке трофейный клык. — Неделю уж ношу!
Хвастун.
— А что, некому было…? — я красноречиво дотронулась до своего века.
— Декан запретил магией залечивать, — хмыкнул Морри. — Чтоб помнили подольше. Вампирский декан, кстати, тоже им на месяц регенерацию заблокировал. Слышала бы ты, как они теперь шепелявят!
Он легко и заразительно засмеялся, я тоже невольно улыбнулась.
— А сегодня на полигоне, так понимаю, реванш устроили?
Некромант нахмурился.
— Нет, распри распрями, а в случае опасности мы с недоклыкастыми плечом к плечу стоим.
Улыбка с губ стерлась.
— Что там произошло?
— Да кто его знает, воронка какая-то открылась, купол затрещал, преподаватели со всех сторон набежали, нас выпнули, полигон закрыли. Перед адептами редко отчитываются, — развел он руками. — Но ты туда не ходи лучше.
Я и не собиралась. Подобную воронку я видела только один раз, у нас тогда разлетелся в щепки целый корпус. Закрывали прорыв из Нижнего Мира магистры, меня и близко не пустили, поручив транспортировать адептов на Дальнее Болото. Но бордовые щупальца, извивающиеся высоко над землей, я запомнила надолго. Как и того, кого мы тогда недосчитались…
Укладываясь на жестком полу, я решила, что все могло закончиться еще хуже, но на всякий случай воспользовалась защитным заклинанием, и теперь мое спальное место окружала невидимая топь. Кто этих некромантов знает, что им по ночам в голову может прийти.
С соседней кровати тихонечко хмыкнули.
— Не боись, — раздался насмешливый шепот. — Ни ногтей, ни волос для реактивов стричь с тебя не буду. Ведьм в округе хватает. С трупами тоже дефицита не испытываю, так что подушкой не задушу…
Я напряглась. Он ведь не читает мысли?
— Что ты там от меня наплела? Тиной пахнет, — тем временем проворчал парень, уткнувшись носом в подушку.
Ничего-ничего, пусть пахнет, зато мне спокойнее. Тем более что я-то никакого запаха не чувствую.
Спала я на новом месте на удивление спокойно, сладко, даром что на полу… А самое главное, что почти до обеда! И никто, ни одна сердобольная скотина не нарушила сон опаздывающей на вступительные экзамены ведьмы! И оправдание-то себе придумали какое-то несуразное, пока я торопливо металась по комнате в попытках прилично одеться!
— Мы жить хотим! — в ответ на мой рев хором пропищали крысы, спрятавшись под кастрюлю, и в таком виде вышмыгнули в коридор, громыхая на всю общагу.
Морри рядом тоже не наблюдалось, зато наблюдалась черная записка на столе, при моем приближении вспыхнувшая мертвенно-зелеными светящимися буковками.
«Болотистые ловушки твои — хрень полная, вонючая и въедливая. А ты — психованная выдра, даже пытаться тебя будить больше не стану. Чтоб ты провалилась на своем экзамене! Если успеешь на него, ха-ха-ха…»
Я сжала бумагу в кулак, рыкнула что-то не особо цензурное и на ходу плеснула себе в кружку чего-то из чайника вместо запланированного желудком завтрака. Нечего было в мои ловушки лезть! А ведь разбудить хотели, наверно… Эх, люблю поспать, жаль, редко получается, и вдвойне жаль, что именно сегодня я отоспалась всласть! Вот если не поступлю, так можно сказать, на год вперед выспалась!
Бумага в кулаке зашевелилась; я поспешно разжала ладонь, отшатнулась, когда листок взлетел в воздух, расправил уголки и завис над моим лицом. Одна за другой на нем появлялись новые строчки.
«Во-первых, не порть средство связи, ведьма!»
Я, нахмурившись, сложила руки на груди.
«Во-вторых, стирать мою форму от болотной трясины будешь ты! Обувь отскребать тоже! И начистишь до блеска!»
Ага, мечтай, некромантишка…
Листочек уголком дернулся в сторону, указав, как рукой, на сложенные на стуле вещи, с которых самым натуральным образом стекала грязь зеленоватого оттенка. Ботинки стали похожи на валенки, на грязевые такие валенки до колен, которые начали уже подсыхать по краям, превращаясь в прочную и толстую корку со сталактитовыми потеками по бокам.
Зато теперь верю, что он действительно пытался меня поднять с кровати… Хех, мертвяков поднимает, а меня не смог! Ну ладно, со своей грязью я справлюсь. Взмах рукой, короткое заклинание, и вещи стали заметно чище — грязь вернулась в родное болото, а все остальные пятна, не моего происхождения, так и остались на своих местах. Не прачка же я, в конце концов!
«В-третьих, лягушек, которыми в меня кидалась, тоже теперь сама отлавливай. Кстати, у них отменная память и хорошо поставленная матерная речь, я оценил, мы с ними, так сказать, обменялись опытом…»
Так, а лягушки — это печально. Нет, по ночам будет весело всем, особенно лягушкам, но, когда станет известно, откуда они тут взялись, печально станет мне…
«В-четвертых, за выдру извиняться не буду».
Философски пожала плечами.
«В-пятых, приемная комиссия Ведовского работает в Лабораторном корпусе, аудитория 112, народу осталось не так уж много, очередь я занял, но на меня уже странно косятся…»
Я не дочитала, с визгом поцеловала листочек, он вырвался из моих объятий, раздраженно зашуршал и, кажется, сплюнул.
Шляпка моя, заботливо заштопанная, стояла в углу, ободранное подобие метлы — тоже, причем заметно подремонтированное. Я прямо умилилась новым друзьям — обо мне со школы никто так не заботился! Шляпку — на голову, метлу — подмышку, и вперед, со всех ног к Лабораторному. Благо вчера хоть заметила, из какого здания со всех щелей розовый дымок сердечками летел. Приворотные у ведьм — они в большинстве своем такие банальные, тьфу просто! Но сильные, это бесспорно.
Вприпрыжку вверх по ступенькам, нырнула в темный коридор первого этажа, сбавила шаг, завороженно глядя по сторонам… Так, 109, 110, 111, 112… О! Пальцы уверенно обхватили дверную ручку…
— Куда прешь, малява приезжая, не видишь, здесь очередь? — противно взвизгнула… Эм… Я оглянулась по сторонам, на скромно топчущихся вдоль стеночек ведьмочек, на активно машущего мне рукой из-за колонны Морри… И еще раз сжала дверную ручку. Посильнее на этот раз…
— Не поняла, что ли, мымра малолетняя! — взвыла, да, судя по всему, именно она. — А ну брысь в конец очереди! И руки помой, когда в следующий раз ко мне подойдешь, а то фиг откроюсь! Расходились тут… Ходют и ходют… Лапают по двадцать раз…
Спорить с истеричной дверной ручкой я не стала и медленно отошла назад. Морри тут же схватил меня за руку и потянул в сторону, подальше ото всех, а ручка еще долго верещала что-то о своей нелегкой судьбе и том, что молодежь совсем оборзела.
— Ну наконец-то! — прошептал парень, оттеснив меня к стенке и загородив от чужих взглядов. — Может, мне еще и экзамен за тебя сдать, соня?
Тут в 112 аудитории что-то как бабахнет! Здание подпрыгнуло, я тоже, ведьмочки в стороне загалдели взволнованно, а дверная ручка издала-таки образцово-показательную матерную тираду и удовлетворенно старчески крякнула, выговорившись.
— Эх, похоже, не сдала, — вздохнул Морри. — Жаль, симпатичная, а я даже познакомиться не успел… Ну да ладно, может, успею еще, все равно результаты только в конце объявят, когда всех испытают…
Дверь распахнулась, и оттуда, пошатываясь, вышла черная ведьма. В прямом смысле черная: и руки, и лицо, и вся одежда — в пятнах сажи. Кудрявые волосы всклокочены, взгляд затуманен, но подбородок упрямо выставлен вперед, а сама она почему-то показалась похожей на ворону, точнее, на глазастого вороненка, пролетевшего через печную трубу и пытающегося сделать вид, что так и было задумано.
В открывшуюся дверь тут же шмыгнула маленькая скромненькая ведьмочка с венком полевых цветов на голове. Лесная, наверно… Впрочем, через пару секунд дверь снова отворилась, венок со свистом пролетел несколько метров, ударился о пол и покатился в неизвестном направлении.
Мы вместе проводили его задумчивым взглядом, и Морри хмуро посмотрел на меня.
— Насчет шляпы поспорим?
Я сняла ее сама, отдала некроманту. Тот решительно повернулся к урне.
— Ну на память-то хоть оставь, — задержала его за плечо. Антиквариат, как-никак…
— Светлая память, — покладисто ответил он и разжал руку, шляпа, ухнув, провалилась на самое дно мусорки. — Хочешь — на обратном пути заберешь.
Я не ответила, руками приглаживая непослушные волосы, чтобы смотреться перед комиссией посимпатичней. Рыжий цвет они уже почти утратили и отливали на свету легкой, приятной рыжинкой, мне даже стало нравиться. Только вот рядом с по-настоящему рыжими ведьмами я казалась блеклой.
— Хм, первый раз вижу такую светленькую ведьму, — заметил Морри, когда я привела в порядок свои локоны.
Угу, только не ведьму, да еще и наполовину темную…
— Я рыжая! — возмутилась обиженно.
— Как скажешь, — покладисто развел он руками.
А я все равно обиделась. Мог бы и поправдоподобней согласиться и без гадской ухмылочки.
— Ты идешь после этой, — некромант кивком указал на низенькую ведьму в черном балахоне. — Взгляд у нее бр-р-р… просто… Того и гляди съест!
Взгляд как взгляд, ведь не каждая глазки строить умеет.
Нет, ничего такая ведьма, миловидная, даже нос прямой, но все-таки…
— Вылетит, — уверенно заявила я, лишь мельком удостоив ее взглядом, чтобы впечатлительный некромант зря не волновался.
— Чего это? — оторопел Морри от внезапно проснувшейся во мне проницательности.
— Значит, выкатится, фигура позволяет, вполне шарообразна, — исправилась я и зашептала, наклонившись к его уху. — Морри, ты примерную грузоподъемность метлы знаешь?
Тот отрицательно помотал головой.
— Вот и я не знаю, — вздохнула я. — Но, чувствую, треснет как минимум!
— Твоя вообще поддельная, — не остался он в долгу. Ишь ты, еще и проверить успел…
— Поддельная, неподдельная… — проворчала я. — А треснуть тоже может! По лбу кое-кому или глазу, для симметрии…
— Злая ты, — сокрушенно покачал некромант головой. — И неблагодарная. Ведьма, короче…
Я аж расплылась в улыбке — лучшего комплимента в моей ситуации сложно было придумать! Прямо возгордилась своей маскировкой.
— Спасибо, — потрепала его по плечу. — Это я от волнения. Но! Чем меньше конкурентов, тем лучше! Так что не мешай мечтать!
Тот неопределенно хмыкнул. Может, свои вступительные вспомнил…
Оглянулась на помрачневшую ведьму. А чего она вообще на нас с Морри так пялится, будто я у нее жениха увожу?
— Вот зельеварение ей точно не сдать, — злорадно вернулась я к теме экзаменов.
— Ну это-то ты с чего решила?! — закатил он глаза.
— Зелье для похудания — одно из простейших! — припечатала я.
— А слабительное еще проще, вертихвостка, — донеслось мне в спину, и я еле увернулась от летящей в меня круглой склянки, полной этого низкоуровневого снадобья. От удара о стену осколки брызнули в разные стороны, зелье с шипением впитывалось в штукатурку, оставляя за собой некрасивые потеки. Запах стоял отвратный.
Все понятно: ревность!
— Мазила! — почему-то довольно проорала я в ответ и засмеялась. Нет, ну разве так открыто разбираются с соперницами?
Ведьма побагровела и тут же швырнула в меня следующим пузырьком.
— Кобыла!
Я отмахнулась метлой. Отмахнуться-то отмахнулась, но метла на тонких ножках с копытами вырвалась из моих рук и тут же поскакала по коридору. Кто в этот момент из них заржал — метла или ведьма, — я даже и не поняла. Ну все, ведьма, ты меня достала! Я медленно и качественно засучила рукава. Подготовленный арсенал у меня — тоже будь здоров! Я к экзаменам давно готова!
Бум! Бах! Жалко на эту недотепу сильные зелья тратить, так я самыми простыми отвечала — шума и вони много, а действие ей только на пользу, как раз для похудания первым оказалось.
Да нет чтоб поблагодарить за постройневшую фигурку, отчего-то еще сильнее разозлилась — только успевай уворачиваться.
— Следующая!
Как так получилось, что дверь в деканат оказалась внезапно за моей спиной, да еще и не менее внезапно открылась, я тоже не поняла, но медлить не стала. Услышала только вдогонку визгливое:
— Ах ты, выдра выдрибонистая, еще и без очереди!
И какая-то дрянь все-таки успела вылиться на меня из взорвавшегося пузырька.
— Зла всем! — от всей души поздоровалась я, повернувшись к комиссии, и утерла брызги с лица.
За длинным столом собралась вся приемная комиссия Ведовского факультета… В центре сидел магистр Каллохен, который смерил меня леденящим душу взглядом; рядом с ним, гордо выпрямив спину, откровенно разглядывала меня ведьма с высоко зачесанными черными волосами и профессорской мантией на плечах, небрежно накинутой явно для обозначения своего статуса. Хотя табличка с надписью «Профессор Розалия Грэдис» тоже неплохо справлялась с возложенной миссией.
— Девушка, вы мероприятие точно не перепутали? — Магистр Каллохен, сложив на груди руки и откинувшись на спинку кресла, рассматривал меня своими пронзительно черными глазами.
Я нервно сглотнула.
— А вступительные экзамены проводят в этом помещении? — уточнила на всякий случай.
— Да, — коротко и лаконично.
— Тогда не перепутала, — с немалым облегчением выдохнула я.
— Видимо, сегодня у вас вдвойне знаменательный день, — холодно заключила Грэдис. — Повезло.
Мне оставалось лишь кивнуть. Не каждый день в Академию поступаю.
— Поздравляю, — прищурившись, нарушила снова воцарившееся молчание вторая ведьма, довольно молоденькая, с улыбчивым лицом. «Альфрея Леган. Замдекана по внеучебной работе» — гласила табличка.
— Спасибо, — неуверенно поблагодарила я. А так как причина для поздравлений могла быть только одна, с надеждой уточнила: — Так я уже сдала?
— А ваш жених находится в этом помещении? — в тон мне поинтересовалась молоденькая Альфрея, приподняв бровь.
Женихом я пока не обзавелась, только крысами, но чисто инстинктивно обвела взглядом комнату в поисках потенциальных женихов. По левую сторону комиссии ровным рядком стояли столы, заполненные склянками, колбочками, ретортами, по другую — стеллаж с редкими ингредиентами, на которые я прям-таки засмотрелась, едва не пустив слюни, обнаружив и редчайший позвоночник кракозябры… А в остальном… Тут не то что женихов, тут мужчин-то не наблюдалось… Кроме магистра Каллохена, который с откровенным интересом ждал моего ответа, подавшись вперед.
— Нет, — покраснев, ответила я, поймав его прямой взгляд.
— А вы присмотритесь, — с ленивой издевкой предложил ведьмак, откинувшись на спинку кресла. — А-то что-то долго думали… Точно нет?
— Точно, — смущенно пробормотала я. — Точно… извините… нет…
— Может, забыли? — ехидно предположил он.
Внутри все похолодело… А он, стало быть, все вспомнил? Вот прям всё?! Нет, не может быть, точно не может!
— На память не жалуюсь, — взяв себя в руки, ответила твердо. На ведьмака в этот момент я старалась не смотреть.
— Ну, тогда придется сдавать как всем, без блата, — пожав плечами, равнодушно ответила профессор Грэдис и протянула руку. — Пакет документов.
Я привычно потянулась за футляром в потайные карманы платья… И так и замерла, наклонившись. Нет, платье было на мне, и даже карман — на том самом месте, где ему положено, только вот само платье было белым. Нет, не белым… Сверкающе-белым! Пышным, искрящимся, с кружевными оборочками в десятки слоев и очень явно свадебным! Я нервно икнула и все-таки отдала свиток документов ведьме.
А сама словно невзначай дотронулась до головы, проверяя прическу. Не знаю, как насчет прически, а фату я нащупала довольно пышную.
— Что-то не так, госпожа Селлина Краст? — участливо настолько, что захотелось свернуть ему шею, поинтересовался магистр Каллохен. Видимо, когда я обнаружила на голове фату, выражение моего лица очень красноречиво изменилось.
— Да так, локон выбился, — посетовала я, мило улыбнувшись, и прикрыла лицо фатой.
Была мысль признаться: «Нет, достопочтимая комиссия, я вовсе не выхожу замуж, я всего лишь устроила потасовку в коридоре, ворвалась на экзамен без очереди, за что какая-то недоделанная ведьма швырнула в меня неизвестным зельем, обрядившим вот в это пирожнообразное свадебное платье. А избавиться от него я на глазах у всех рисковать точно не буду, ибо велик шанс предстать полностью голой!» Но она погибла в зародыше, ибо шестое чувство подсказывало, что в таком случае меня ждал «неуд» автоматом.
— А вас совсем не смущает мой внешний вид? — как можно небрежнее спросила я, потеребив складки платья.
— В попытках добиться снисхождения комиссии к нам не заявлялись разве что топлес, — на полном серьезе ответила профессор Грэдис. — Собираешься стать первопроходцем?
Я поспешно помотала головой.
— Ну и правильно, — одобрила она. — Наличие или отсутствие на теле одежды на знания в голове не влияет никоим образом.
Я с явным облегчением кивнула, что усвоила.
— Так что раздевайся, — в этот миг услышала голос ведьмака.
— Что?! — две ведьмы и одна недоведьма, то есть я, одновременно уставились на нахального мужика.
К Грэдис подлетела метла, которую она угрожающе сжала за черенок, молоденькая замдекана вскочила и схватилась за спинку стула, явно приготовившись им замахнуться. И тут все трое посмотрели на меня, просто застывшую столбом.
— Раздевайся, — холодно повторил ведьмак. — Будешь сдавать голой.
— Извините, — с трудом произнесла я сквозь зубы, представляя, как сворачиваю ему шею, а потом душу, а потом снова сворачиваю, и снова душу, а потом прыгаю ногами по трупу. — Но нет.
Ведьмы разочарованно переглянулись. Грэдис отпустила метлу, которая отлетела и послушно прислонилась к стенке, Альфрея поставила стул и села обратно.
— Раздевайся, — настойчиво предложил магистр, зачем-то беря в руки карандаш.
— Не буду я раздеваться! — твердо ответила я, сжимая кулаки. Сердце бешено стучало в груди, я сдерживалась как могла, чтобы магия не плескала через край, особенно опасаясь за темную составляющую своего дара.
— Точно? — погрустнев, спросил он.
— Абсолютно! — победоносно заявила в ответ, чувствуя, как расслабляется внутри натянутая струна.
Ведьмы почему-то вдруг с жалостью на меня посмотрели, а декан стал что-то записывать в документах.
— Минус один балл на экзамене, — ровно сообщил он, не поднимая головы.
— Что?! — не поверила я. — За что?
— За не достойную ведьмы реакцию на прямое оскорбление, — пояснила профессор Грэдис и куда более эмоционально и нравоучительно продолжила: — Взрослый мужчина при всех предлагает чужой невесте раздеться! А ты чего? «Не-е-ет…», «Извините…» — изобразила она, добавив голосу блеющие нотки. — Метлой его огрела? Стулом? Да пощечину хотя бы!
Я от ее напора даже растерялась.
— Да я бы с удовольствием… — начала оправдываться и сама же поняла, как жалко это выглядит. — Но как же так, экзамен вроде идет, ответственное мероприятие, а он, — я кивнула на скучающе следившего за нашим разговором ведьмака, — председатель комиссии… Лицо официальное…
— Вот и плюнула бы ему прямо в это лицо! — хлопнув ладонью по столу, крикнула разгневанная ведьма. — В официальное!
И ведьма, и сам магистр на это только одобрительно кивнули.
А я поняла, что о ведьмах знаю гораздо меньше, чем думала. А о ведьмаках — так вообще…
— Ничего, профессор Грэдис, не злитесь. Девочка молодая, научится. Первое время, конечно, придется приглядывать, но я думаю, она сейчас просто растерялась, — вступилась за меня Альфрея.
— Стресс, — выдала я. Покосилась на свой свадебный наряд и добавила: — Двойной!
— Все равно минус балл, — безжалостно повторил магистр.
Я горестно вздохнула.
— Ладно, тяните экзаменационное задание, — милостиво разрешил декан, указав ладонью в сторону.
На специальной треноге стоял котел, обычный такой, пузатенький, закопченный и вместительный. Внутри что-то булькало, взрываясь разноцветными пузырьками.
— Доставайте свое задание, да держите крепче, чтоб не сбежало, — наставительно посоветовала профессор Грэдис, заметив, с каким ужасом я смотрю на кипяток.
— Не бойся и не вздумай визжать, а то еще балл сниму, — строго добавил магистр Каллохен.
Я подошла ближе и, зажмурившись, окунула руку прямо в бурлящий котел. Нет, он не был горячим и вовсе даже не кипел… Он кишел какими-то тварями, склизкими, противными, которые бешено носились внутри довольно густой жижи, проскальзывали между пальцами. Но реакция моя была хорошей, а к склизким тварям я, можно сказать, с детства приучена. Поэтому через секунду один «билетик» бился в моей руке.
— Кого поймала? — любопытно спросила Альфрея.
— Рыбку, — с удивлением ответила я, рассматривая золотисто-красную чешую и трепещущий хвост. Слегка разжала руку, и рыбка вспорхнула под потолок, обратившись деловито чирикающей птичкой.
— Так кого, говоришь, поймала? — прищурилась профессор Грэдис.
— Не знаю, но на экзаменационный билет это похоже меньше всего, — честно ответила я.
— Как это не похоже? — возмутилась ведьма. — Идентифицируй магию и сооруди нечто подобное. У тебя десять минут на подготовку, можешь занять место за лабораторным столом, реактивов хватает. Пользуйся, колдуй.
Я села на предложенное место, размышляя. Во-первых, передо мной явно не иллюзия, ведь я четко чувствовала рыбку в руках; во-вторых, объект сам сменил внешний вид, стоило мне разжать кулак. И улетел. Тоже сам. На ум пришло только оборотное зелье, которое я бы приготовила без труда. А вот как сделать, чтобы его действие прекращалось без применения антизелья, да еще и при определенных условиях…
Я рассеянно принялась набрасывать нужный рецепт, думая, как его усовершенствовать, во-первых, и где взять жертву, во-вторых. Украдкой оглядев кабинет, никого подходящего не нашла, даже мухи не жужжали. А время шло…
В итоге я решила, что члены комиссии тоже живые существа, значит, для опытов сгодятся, и принялась за работу. Смешивать в нужных количествах ингредиенты, нагревать над маленьким огоньком, загоревшимся прямо на столе, как только он мне понадобился. Когда прошло десять минут, я держала в руке пробирку, наполненную синей жидкостью, и мне прям не терпелось испытать ее в деле!
— Все готово! — торжественно сообщила я и подошла к комиссии, сияя счастливой улыбкой и с пробиркой в руке.
— Расскажи, что делала, как и для чего, — магистр Каллохен счастьем не светился и на пробирку поглядывал со здоровым опасением.
— Итак, — отчеканила я, — очевидно, что в билете было задание создать оборотное зелье, прекращающее свое действие после изменения среды обитания, при этом дождавшись разрешающего сигнала — то есть разжать руку, отпустить на свободу.
Грэдис и магистр Каллохен слушали с непроницаемыми лицами, а вот Альфрея одобрительно кивнула. Я приободрилась и продолжила:
— Я изготовила самое простое оборотное зелье на основе слизи двухвостых метаморфов, добавила туда аквакристалл, позволяющий дышать под водой и генерирующий превращение именно в водного обитателя. Для того чтобы сработал обратный эффект и объект при смене окружающей среды на привычную принял свой обычный вид только после разрешения — то есть моего касания, — я добавила туда заговоренную траву забвения, переплетенную моим же волосом. Таким образом, объект расколдовать смогу только я!
Я с гордостью обвела комиссию взглядом.
— Печально, — вздохнул магистр Каллохен, опять пометив что-то карандашом. — В задании расколдовать птичку мог любой, дав ей свободу. А ты завязала на себя. Все проще: нужно было всего лишь добавить в траву забвения гвоздику — символ свободы; тогда любой смог бы вернуть объекту прежний вид.
Я опустила голову, в бессилии кусая губы. Так просто! Так стыдно, что сама не сообразила!
Комиссия вволю понаблюдала, как я расстроилась, после чего ведьмак широким жестом предложил:
— Ну что? Дальше экзамен будем сдавать или поплачем все вместе да разойдемся…
А я, между прочим, и не плакала вовсе! Всего один раз шмыгнула, думала, незаметно…
— Сдавать, конечно! — я распрямила плечи, обвела комиссию вопросительным взглядом. Кто же из них жертва? То есть доброволец! Интересно, ведьмы тогда в русалок превратятся? А магистр… М-м-м-м, русал из него получился бы очень даже ничего…
— Ну так уж и быть, выбирай любого сама, — Альфрея поднялась со своего места, с дальнего стеллажа принесла коробку, которую поставила прямо перед моим носом.
Похоже, русалы откладываются, с грустью подумала я.
— Не визжать, — строго напомнил ведьмак.
Ведьма как раз сняла с коробки дырявую крышку.
— Мышки? — удивилась я, разглядывая серое семейство. — М-м-м-м… А может, все-таки…
Красноречиво и с надеждой посмотрела на комиссию. Особенно умоляюще взглянула на Каллохена. Ответный кукиш не менее красноречиво подсказал, чтоб даже не надеялась…
— Какие-то проблемы? — угрожающе прищурилась профессор. — Боимся грызунов? Не устраивает порода? Может, вам элитного слона привести для опытов? — И как рявкнет: — А может, сразу за дверь пойдете?
— Никаких проблем! — замахала я руками. — Отличные экземпляры!
Только ма-а-аленькие…
Схватила первого попавшегося мышонка, с грустью прикинула, во сколько раз он меньше Каллохена, и все-таки капнула в усатую мордочку зелье, самую мизерную капелюшечку, что отмерить смогла, и кинула его в аквариум. Мышонок профессионально нырнул в прозрачную воду, проплыл круг, загребая уже ластоногими лапками, второй, на третьем круге я заметила, что он начал лысеть, еще через два круга стало понятно, что кожа его ярко-зеленого цвета, а сам подопытный весьма и весьма быстро набирает в весе. И росте. И вообще хвост толстым стал, с гребнем, да и пасть вытянулась, зубастая! И зубы тоже активно набирают в росте! Активней всего остального!
Я решила, что за метаморфозой дальше понаблюдаю откуда-нибудь со стороны. А именно из-за спин достойнейшей комиссии, с уст которой уже начинали срываться неудобные и не очень цензурные вопросы, на которые я предпочитала не отвечать. Объект, то есть мышонок, назывался теперь исключительно «хренью», а про себя я вообще молчу.
Когда лопнул аквариум, вода хлынула в разные стороны, а его житель, продолжая расти, развалился на столе, стало понятно, что это не «хрень», а крокодил.
— Госпожа Селлина Краст, потрудитесь объяснить, вы дозировку компонентов какую выбрали? — со сдерживаемой яростью поинтересовался ведьмак, наблюдая, как крокодил жует какой-то мокрый учебник.
— Эм-м-м, — какая тут дозировка, крокодил на стол вмещаться перестал и неуклюже шмякнулся на пол.
— Для слона, что ли? — развернувшись, гаркнул мне в ухо магистр Каллохен, которому надоело, что я прячусь за его широкой спиной. Оказалось, не просто прячусь, а для надежности еще и двумя руками за плечо впилась.
— Нет, для вас рассчитывалось, — пришлось честно признаться и переместиться уже за спину профессора Грэдис. — Но, кажется, я вам польстила в плане веса… В смысле наоборот… — запуталась я. — В смысле, не такой уж вы и тяжелый!
— Для меня? — он побагровел, и мы, включая Грэдис, вместе посмотрели на осколки аквариума. Она как-то сразу передумала быть моим укрытием и предательски толкнула в объятия ведьмака.
— А вы разве никогда не хотели стать русалом? — заговорщицким шепотом поинтересовалась я.
Глаз магистра нервно дернулся, в остальном лицо осталось каменным.
— Русалки, морское дно, новые возможности… — не теряя надежды, продолжила я с придыханием. Какой соблазн снова опробовать змеиный дар! А потом и память стереть… Всем!
— А вы очень любите жизнь? — склонившись к самому лицу, в тон мне ответил он. И я поняла, что да, я очень-очень люблю жизнь! И еще она у меня всего одна! — Тогда вперед, расколдовывай мыша! У него теперь тоже «новые возможности»!
Крокомышь как раз звонко щелкнул новообретенной пастью, что-то сожрав. Судя по стону Грэдис, что-то ценное, но гораздо менее ценное, чем я, потому что она зло развернулась ко мне да как скомандует:
— Пошла!
Я от неожиданности мало того, что в свадебном платье через стол перепрыгнула, так еще и на два шага к крокодилу подбежала, прежде чем остановилась как вкопанная. Это мне чудище ведь придется сначала за холку взять, а потом отпустить, чтоб заклинание обратно сработало. И сколько раз он успеет меня разжевать, проглотить и переварить?
Подсчеты произвести не удалось, так как вмешались высшие силы: пока крокодил мирно и меланхолично грыз ножку лабораторного стола, метла профессора Грэдис вероломно подлетела сзади и хлопнула по моей заднице для придания ускорения телу и стимула мыслительному процессу.
В общем, на крокодила я упала. Он обалдел от моей наглости и, извиваясь, попробовал скинуть со своей спины не менее обалдевшую меня, которая вцепилась в него руками и ногами, как клещ. Так и проскакали мы по всей лаборатории, сшибая все на своем пути. Я, зажмурившись, прижималась к нему всем телом, как к норовистому скакуну, он пытался дотянуться до меня зубастой пастью, а фата развевалась на ветру…
— Все, хватит, дай ему свободу! Свободу! — наперебой орали ведьмы с магистром, пока я, верхом на крокодиле, носилась по кабинету. — Отпусти его!
Ага, отпусти! Он, пока мышем станет, меня как раз доесть успеет. Мыша можно будет год не кормить!
На помощь снова пришла метла Грэдис. Точнее, прилетела и черенком начала тыкать мне в бок. Тык-тык. Тык-тык. Вот же вредная деревяшка!
Не выдержала, как схватилась за нее, а она меня в воздух вздернула и понеслась нарезать круги под потолком, пока я с визгом пыталась удержаться на вытянутых руках. Когда мы приземлились, мышь был надежно заперт в коробке, мое зелье запечатано в кристалле, а вокруг творился невообразимый бардак! Как после урагана перемешаны обломки мебели, бумага, разбитое стекло…
— Минус балл за визг, — мрачно сообщил мне ведьмак.
— Но магистр Каллохен!.. — жалобно начала я.
— Экзамен закончен, — холодно произнесла профессор Грэдис. — Ждите снаружи результатов. И да, предупредите остальных, что сейчас технический перерыв.
В вихре из цветов и соломы явился домовой, огляделся вокруг и тяжко вздохнул.
— Аббитюриенты, мать их…
Едва я сделала робкий шаг в коридор, как дверь за спиной с грохотом захлопнулась.
— Зад свой убери из-под носа, — ворчливо нарушила тишину ручка двери.
Я торопливо отодвинулась.
— Тех… Технический перерыв, — дрожащим голосом сообщила, не глядя ни на кого.
Среди ведьм тут же побежал шепоток:
— Не сдала…
— Выгнали!
— В таком платье должны были сразу выгнать!..
— А она магистру предложение сделала?..
— Ну не Грэдис же!
— Бедняжечка…
— Героиня!..
— Отказал, видать…
— Угу, во всем…
— Так ей и надо! — злорадно и не таясь сообщила изрядно постройневшая ведьма, наградившая меня свадебным нарядом, и повернулась к Морри, мило хлопая ресницами. Некромант увидел меня и, проигнорировав активно улыбающуюся ему ведьму, прошел мимо нее, подхватил меня под локоть и куда-то повел. Куда-то, потому что я совершенно не смотрела по сторонам, лишь отстраненно переставляя негнущиеся ноги.
— Морри, — еле слышно произнесла я, когда он, подхватив за талию, усадил меня на широкий подоконник. — Я провалила экзамен! Нет, не так… Я! Провалила! Экзамен!!!
— Что? Вообще никакой надежды? — с сомнением спросил некромант бессовестно спокойным голосом.
— Абсолютно! — истерично выкрикнула я. — Еще и минус два балла!
— Не психуй, давай результатов дождемся! — грубо откликнулся он.
Я вяло отмахнулась. Для меня все было предельно ясно, и, когда через час объявили результаты, сидела я на том же подоконнике, кусала губы и молча пялилась в пол. Меня, лучшую адептку и не самую плохую преподавательницу Академии Дружбы Темных Народов в Царстве Змей, талантливого в своих кругах зельевара, только что не взяли на какой-то там вонючий факультет ведьм!
И в голове билась только одна мысль: они об этом пожалеют! На коленях приползут! Куда? Вот с этим проблема… Времени до заката, зато потом — целый год на переподготовку. Может, уборщицей здесь остаться? И доставать, доставать вредного ведьмака, пока не сдастся…
Морри наворачивал передо мной круги, запустив пятерню в свои непослушные волосы.
— Не реви, не выношу, — остановившись, нахмурился некромант.
— Я и не реву!
— Ха! — только и ответил он, продолжая нервно прохаживаться передо мной.
Часть ведьм радостно прыгала и поздравляла друг дружку. Часть, молча и не оборачиваясь, гордо покинула заведение, и лишь несколько девушек, включая меня, сидели по разным углам, ревели, орали на гномьем наречии или усиленно думали, что теперь предпринять.
Молодой темный маг появился неожиданно, оценивающе оглядел ревущих ведьм, любопытно покосился на радостных.
— Хех, опоздал, влетит же ему от декана! — усмехнулся некромант, глядя на темного адепта. — Одна некондиция осталась!
И засмеялся, весело и заразительно, забыв про солидарность моему горю.
— Какая еще некондиция? — проворчала я.
— Ты! — невежливо ткнули мне в грудь пальцем. — Зато у тебя, кажется, появился шанс, — заявил Морри, потирая ладони.
— Чего? — я подняла на него взгляд. — Какой шанс?
— Шанс задержаться в Академии на ведьминской специальности, правда, на другом факультете…
Я тут готова в уборщицы податься, а он молчит, что ведьмы еще где-то учатся!
— Плевать на факультет! — перебила я. — Ведьминская специальность? Ты сказал «ведьминская»?! Там диплом выдают? Зелья варят?
— Даже позабористее, чем на Ведовском, — уверенно кивнул Морри.
Я его уже не слушала и строила планы, как в скором времени, подтянув знания, утру нос всем отличникам, переведусь на основной факультет и получу так необходимый мне диплом. А главное, лицензию! Или не буду переводиться, если диплом нового факультета откроет мне путь к законной деятельности по зельеварению. Главное — результат!
Морри активно махал адепту, который с грустным, но серьезным видом слонялся от одной ревущей ведьмы к другой.
— Ща договоримся, — обнадежил некромант. — Аззи!
— Фу, темный, — не сдержалась я, когда поняла, кто именно мой шанс. Так-то парень как парень, высокий, затянутый в черную форму с воротником-стоечкой, длинные волосы собраны в низкий хвост, в ухе болтается серьга в виде эмблемы темных — перевернутой звезды. Но невесомая темная дымка, которую я всегда замечала благодаря своему ненавистному наследному дару, портила все впечатление. Стоит приблизиться — и сам вляпаешься в эту темную дрянь. Так и шарахалась от темных на уровне инстинктов… А если не шарахалась — кривилась так, что они сами старались не приближаться.
Морри шутливо толкнул меня плечом.
— Да ладно тебе, ты приглядись: он же няша!
Я сначала усилием воли погасила магическое зрение, чтобы эта самая дымка не мельтешила перед глазами, лишь после этого пригляделась и еле успела зажать ладонью рот, чтоб не прыснуть от смеха на весь корпус. Вся его няшность выпирала сзади из штанов в виде милого белого кроличьего хвостика, который меленько подрагивал при каждом шаге.
— Чего тебе, костобряк? — подойдя, недобро поинтересовался няшный темный у Морри.
— Ведьма, — без лишних слов указал на меня некромант, торжественно, как на главное блюдо за столом. Учитывая мой наряд — как на торт.
— Настоящая? — усомнился тот.
— Могу в рожу плюнуть и метлой по голове дать! — тут же применила я полученные на экзамене знания.
— Могу в ответ колдануть так, что горстка пепла останется, — не впечатлился темный. — Поступать будешь?
— К ведьмам?
— Как раз группу набираю. «Неклассическое ведьмачество».
— А ты тут при чем? — насторожилась я. — Ты разве ведьма?
— Задание у меня такое! — раздраженно ответил Аззи. — Задание! Ну так что? Другую уговаривать?
— А что, меня возьмут?
Стон — длинный, протяжный, обреченный, — но отвернувшись в сторону. Ко мне он повернулся уже с натянутой во все лицо улыбкой.
— С руками, ногами и даже хвостом.
— Нет у меня хвоста!
Морри сдавленно хихикнул в сторону.
— Это до первой сессии, потом — не факт, возможно, появится, — на удивление спокойно отреагировал маг.
— Вряд ли, — пожала я плечами. — Я старательная ученица…
— Я вот тоже старательный, но от неудавшихся заклинаний двоечников никто не застрахован даже в коридоре! — проворчал он. — А они, как правило, такое наворотят, что потом не нейтрализуется. Даже морду бить бесполезно…
Я покосилась на беленький кроличий хвостик парня.
— Да-да, мне еще повезло. Всего пара дней позора. А вот павлиний… Бедняге Леру пришлось по перышку выщипывать, сам никак не отваливался!
Я улыбнулась, а он критично меня осмотрел.
— Так поступать будешь, невеста? — гораздо мягче спросил Аззи.
— Попробую, — вздохнула я. — Если снова экзамены не провалю.
— Какие экзамены? — поразился тот. — Документы давай, я оформлю!
— Так просто? — не поверила я.
— Мне целую группу ведьм надо набрать! — весомо повторил он. — А все почти разбежались или уже поступили. Лови их теперь, уговаривай…
— Спать надо дольше, — ехидно заметил Морри. Тот ответил ему нецензурным жестом и мелким проклятьем. Кожа некроманта тут же пошла струпьями. Отчаянно чешась, он нейтрализовывал эту гадость, повернувшись к нам спиной. А я впервые была на стороне темного.
Достала футляр с документами, вручила Аззи. Он спрятал свиток за пазуху, подмигнул мне и пошел к следующей ведьме — убалтывать.
— Вот засранец, — некромант наконец-то сладил с проклятьем, но все еще нервно почесывался.
— Это чтоб ты языком меньше чесал, — наставительно пояснила я. — А больше — руками.
— Неблагодарный народ ведьмы, — делано вздохнул он. Но тут же гордо выпрямился, откинул назад непослушные волосы. — Как я выгляжу?
— Тебе честно или польстить? — оценив, уточнила я.
— А, — махнул Морри рукой. — Ну тебя, ты и польстить не сможешь. И вообще, хватит уже в свадебном ходить, особенно рядом со мной!
Он мило улыбнулся через мое плечо ведьме, похожей на вороненка, которая тоже не поступила.
— Не могу, боюсь остаться голой, тогда вообще всех твоих потенциальных невест распугаю! — шепотом предупредила я.
Морри посмотрел на меня, потом на ведьму, подумал и… дал мне ключ от комнаты. И кучу наставлений.
— Пропуск у тебя есть, номер помнишь. Кстати, грызуны должны были обед сварганить; проверь и, если лентяйничают, пригрози выбросить в окно. — Методы дрессировки совпадали с моими, и я понятливо кивнула. — Все, беги, переодевайся, не мешай охоте на симпатичненьких ведьм!
Ну наконец-то избавлюсь от этого зефирного наряда!
Подобрав юбки, я торопливо шла к третьему общежитию, ловя на себе недоуменные взгляды прохожих. Свадебного наряда никогда не видели? Бесят! Все! И платье это — больше всего!
И ведь почти дошла, когда у самого крыльца мне преградил путь черт. Руки в боки, копыта на ширине плеч, пятачок угрожающе морщит. А позади него группа поддержки. Черти, ага, такие же угрюмые, воинственные, и их до черта. Целое шевелящееся чертово пятно. И ждут. А кого ждут, я как-то сразу догадалась по крику:
— А-а-а! Вон она, убийца!
Я, оценив силу и количество противников, в бой решила не лезть. Преимущество явно не на моей стороне, я бы даже сказала, на противоположной рогато-копытатой стороне.
— А в чем дело, уважаемый? — предельно вежливо поинтересовалась я, не двигаясь с места. — Я вас как-то обидела?
Черт побагровел даже через шерсть.
— Обидела?! Это ты меня на озеро отправила, ведьма?
Что-то мне подсказало однозначно на вопрос не отвечать и с гордым возгласом «я!» себя в грудь не бить, иначе бить будут меня, а возможно, даже пинать. Копытами.
— А что не так с озером? — невинно поинтересовалась я, незаметно стряхивая с ног туфли, которые даже не успела рассмотреть после приобретения нового наряда, но нехилые такие каблуки я прочувствовала во всей красе еще по дороге из Лабораторного корпуса. — Красивое, чистое, купаться — одно удовольствие!
— Купаться, значит, — прищурился черт. — А нахрена?!
— Для чистоты, например, — теряя терпение, а вместе с ним и благоразумие, раздраженно ответила я.
— А нахрена черту чистота? — приблизил он ко мне свой наглорылый пятак.
— Да ты вонял! — не выдержала я. — Мухи дохли!
— Не мои проблемы! — обнаглел черт. — И вообще, я плавать не умею! Еле откачали!
— Не мои проблемы! — в тон ему ответила я, уперев руки в бока.
Наступила пауза осознания.
— Все-таки она, Грен, — раздалось торжествующе из глубины чертовой кучи.
— Она, она, — черти медленно двинулись на меня.
Я с той же скоростью попятилась назад. Туфли остались лежать на земле… Черт! Классные туфли! Белоснежные, изящные, с искрящимися камушками, складывающимися в тонкий цветочный рисунок, и высоким узким каблучком…
— Пошли вон! — От моего рева черти замерли, я сцапала туфли в охапку и продолжила пятиться.
— Убьем? — вопросительно так и явно обо мне.
— На принудительные работы ее!
Я, продолжая отступление, продемонстрировала им недвусмысленную дулю.
— Ведьму хрен принудишь, — печально вздохнул кто-то. — Не то что жену…
Я одобрительно кивнула, прижимая туфли к груди.
А на меня пристально так посмотрели. На меня, на платье, на сбившуюся фату…
— Женюсь! — решил черт Грен, с которым меня вчера так неудачно судьба свела.
Я чуть туфли из рук не выронила.
— Чего это ты? — раздался возмущенный голос. — Я первый!
— Нет, я!
— Обойдешься!
— Ты как со старостой разговариваешь? — Хлоп, звук подзатыльника.
Ну, в общем, не стала я дожидаться, кто из чертей в мужья мне выберется. Развернулась и в обнимку с обувью припустила со всех ног в сторону Академии, раз уж путь к общаге отрезан. Погоня не заставила себя ждать.
— Лови ее!
— Невеста убегает!
— Моя невеста!
— А ты вообще женат, в сторону!
Чертовы черти! Вонючие, волосатые, рогатые, а всё в мужья набиваются… Запустила руку в декольте — вот вам, женихи, одеколончик.
Пузатая баночка разбилась под копытами, выпустив желтое облако болотного газа. Преследователи закашлялись, жмуря глаза и шаря в тумане, но большой форы мне это не дало.
Мало того, метров через тридцать свадебного, точнее, антисвадебного забега на пути возникло препятствие. Я как раз бросила назад еще одно из своих зелий, даже не читая этикетку, как врезалась в гору. Гора оказалась живой и мускулистой, а рука, что проворно задвинула меня за спину, довольно сильной. Я, тяжело дыша, уперлась лбом в спасительную, пышущую теплом спину, выравнивая дыхание. Черти, похоже, тоже приостановились.
— Куда бежим? — насмешливый голос показался до боли знакомым.
— Жениться! — дружно выкрикнули несколько голосов. Я слегка высунулась из-за плеча: а чертей-то убавилось! Вот ощутимо так убавилось, раза в три!
— Что? Все сразу? На одной? А невеста-то хоть согласна?
Я ответила. Молча и элегантно показав через чужое плечо чертям известный жест.
— Невеста, вижу, против, — чуть обернувшись, улыбнулся мужчина. Да не простой — темный! Тот самый, что мое декольте шевелящееся давеча разглядывал.
— Мало того, я уверен, что она чужая! — подмигнул он мне.
Естественно, не чертова!
Чертям жест не понравился; им вообще не понравилось, что я спряталась за этим мужчиной. Судя по всему, из-за спины кого другого меня давно бы выцарапали, воспользовавшись грубой силой и превосходящим количеством.
— Лорд Тиан, а не могли бы вы отойти в сторону или вообще пройти мимо?
Я дыхание затаила, сердце в груди не бьется — колотится, ладони на плечах темного лежат, пальцы судорожно сминают черную ткань рубашки.
— А ваш чертов факультет не оборзел ли вконец? — В обычно насмешливом голосе спасителя появились стальные нотки. — Чтоб близко к этой девушке не подходили, понятно?
— Понятно, — с готовностью кивнул черт. — А только сейчас или вообще?
— Значит, непонятно, — со вздохом решил темный.
— Вы извините, но это наше с ней дело, должок за ведьмой, — кто-то настырно не хотел меня отпускать. Кто-то упертый. Или тупой. Или Грен.
— Что-то чертей развелось в Академии, — задумчиво заметил темный. — Кажется, кое-кто слишком много адептов набирает, надо бы проредить…
— Адептов убивать нельзя, — нахально отозвался кто-то из чертей.
Я почувствовала, как по лицу мужчины скользнула улыбка.
— Зато калечить — сколько угодно…
Ага, а виновата в этом опять окажусь я…
— Пусть отрабатывает или замуж выходит, — не сдавался черт. — Все равно не ваша ведьма…
Хм… Наша, ваша… Что-то мне подсказывает, что, несмотря на врожденную неприязнь, один темный явно предпочтительнее сотни чертей…
— Я и так выхожу, придурок! — оскалилась я в ответ, тряхнув фатой.
Вышла из-за спины, встала рядом с темным, положила руку на его локоть.
— Дорогой, — протянула капризным голосом. — Давай ты их потом покалечишь, мы опаздываем! Можешь даже убить, я помогу трупы спрятать, а могилки под клумбы замаскировать.
Морды у чертей вытянулись, брови у темного удивленно приподнялись, но он быстро с собой справился.
— Конечно, милая, как скажешь, — ответил он, моментально привлекая меня к себе ближе. — Кстати, напомни куда? — шепнул, наклонившись к самому моему лицу.
— На свадьбу! — рыкнула я и потянула его вперед, к третьему общежитию. Не знаю, где у них свадьбы играют, но черти почтительно расступались перед нами, а мы с гордым видом шествовали вперед по образовавшемуся живому коридору.
— Нет, меня и раньше домогались, но так открыто под венец еще никто не вел, — вполголоса проговорил темный.
— А вы и не мечтайте, я с вами скорей на плаху вместе пойду, чем к алтарю, — улыбаясь чертям сквозь стиснутые зубы, прошептала я.
— Вот как? А так и не скажешь… И чем же я успел заслужить такую нелюбовь? — ехидно поинтересовался он.
— Какая нелюбовь? Тьма с вами! Ничего личного, но я органически не переношу темных, извините, — спокойно пояснила я.
— Органически, — прищурившись, повторил маг. — И почему?
— Вам не понять, — не стала я тратить время на объяснения. Да и ему действительно не понять.
— Куда уж нам, убогим, — съязвил он.
С трудом удержалась от подтверждающего кивка в ответ, но все-таки этот мужчина меня сегодня спас, пусть и случайно. Благодарность в виде доли уважения темный наглый маг заслужил.
— Симпатичные туфли, — краем глаза указал он на пару обуви, с которой я так и шла, держа в свободной руке и слегка размахивая ими при ходьбе. — Почему не на ногах?
Я молча продемонстрировала ему каблук-шпильку.
Он остановился, забрал обе туфельки, покрутил в руках, критично осмотрел, зачем-то пощелкав ногтем по каблучку, и встал передо мной на одно колено. Черти замерли, я тоже, а он… Он… Нет, я, конечно, догадалась, для чего он приподнимает подол пышной юбки, но только любопытные взгляды чертей спасли его от рефлекторного удара ногой по лицу. А уж когда моя стопа оказалась в его прохладных руках, я аж зубы стиснула… Для горящих после бега ступней это действие оказалось сущим удовольствием. Мурашки пробежали по ногам вверх, гораздо выше чуть приподнятого подола, гораздо выше щиколоток, где проворные пальцы придерживали ногу, поправляя на ней свадебную туфельку…
— А-а-а-а-а! — заголосил кто-то из чертей. — Сейчас еще и подвязку кинет!
— Ага, обязательно, вместе с взрывающимся пульсаром, — не оборачиваясь, мрачно подтвердил темный. — Кто поймает — получит диплом. Посмертно.
Послышался топот копыт разбегающихся женихов.
Маг, не отвлекаясь, обхватил за пятку вторую ногу, надевая туфельку и на нее, и я едва не упала — качнулась вперед, удержавшись за его плечи.
— Я имела в виду, что бежать в них совершенно невозможно, — воспользовалась моментом для пояснения, пока он был так близко. Голос мой был тихий-тихий, я до сих пор чувствовала мужские бережные прикосновения, от которых по коже, как круги на воде, разбегались маленькие леденящие искорки.
— А вам и не придется, — ответил он серьезно, выпрямляясь, и вновь подал мне локоть, за который я ухватилась и пошла рядом уже молча, в некотором смятении. И даже то, что чертов коридор рассосался, заметила не сразу. Но заметила.
— М-м-м-м, а вы куда? — поняв, что темный не собирается прощаться, спросила я.
— Как куда? — делано удивился тот. — На свадьбу. Не хотите же вы бросить меня, даже не дойдя до алтаря? А как же слухи? Моя репутация, наконец?
— Между прочим, драка с чертями отразилась бы на вашей — не знаю, есть ли она у вас вообще — репутации еще хуже, — возразила я. — К тому же конфликт мог закончиться и не в вашу пользу. Так что считайте, что я вас спасла!
Мужчина остановился, едва не споткнувшись.
— Да-а? Когда мимо проходила? — хитро сверкнули его глаза. — В таком случае в знак благодарности я вас провожу, геройство должно поощряться…
— Не стоит… — попыталась я вырвать свою руку.
— Вот и прекрасно, я так рад, что вы согласились, вы даже не представляете, — возобновляя шаг, увлек он меня за собой, явно издеваясь.
Ну не драться же с ним посреди Академии! Тем более до конца пути десяток шагов остался. Я громко вздохнула и… смирилась.
— Если честно, — перешел он на шепот, — боюсь ходить по территории один, если б не вы…
— Да хватит уже! — оборвала я веселящегося мага. — Идите молча!
— Ну от скуки-то вы меня точно спасли, воспринимайте благодарность достойно, — высокомерно заявил он, прежде чем — о чудо! — заткнуться! Но всю дорогу, гад, улыбался.
— Третье? — удивленно спросил маг, когда мы дошли до общежития и я достала пропуск.
— Пока да, а потом — куда поселят, — призналась я, пожав плечами.
Никогда еще на меня не смотрели с таким хмурым и брезгливым подозрением. Он даже руки о брюки вытер!
— Я не мужчина! — торопливо ответила и, не знаю зачем, начала оправдываться. — Вчера до города не успевала, а приютили меня только тут…
— Только в мужском? — прозвучало издевательски.
— Где нашлась понимающая душа, там и договорилась! — а вот я выпалила это довольно резко. Не люблю странных намеков, да и вообще… Ему-то что?
Темный мягко усмехнулся, явно подумав о коменданте, и как-то подуспокоился.
— Тебя ж предупреждали, что Каллохен не в духе, — снисходительно пожурил меня лорд Тиан. — Сегодня-то хоть поступила?
Я потупила взгляд.
— Что? Нет? — кажется, он искренне удивился.
— Поступила, — пробурчала я. — Только не на Ведовский…
Темный вдруг заулыбался.
— «Неклассическое ведьмачество»? Хороший выбор.
— Ага, вроде, — не разделила я его радости. — Странная какая-то специальность, сроду бы туда сама не пошла…
Улыбка с лица сползла.
— Палкой загнали? — хмуро спросил мужчина. — Вообще-то всем дается право выбора факультета.
— Если один раз право выбора уже использовано, придется идти куда берут, — проворчала я.
— То есть, — он снова прищурился, — ты провалила экзамен Каллохену?
— Да.
Оценивающий взгляд на мой свадебный наряд, участливое шепотом:
— Ну конечно… Надо было другой наряд выбирать, поразвратнее: корсетик, там, чулочки, декольте опять же поглубже, юбочку покороче… И… — он пристально уставился на мою грудь, потом вопросительно — на меня. — И где? Где…
Мои недостающие два размера? В комнате, суп воруют!
— Я поняла, — холодно оборвала я его. — Вы извращенец.
— Нет, дорогуша, я мужик, и он тоже.
— Издеваетесь? — вскинула на него возмущенный взгляд.
Надеюсь, это все-таки какой-нибудь аспирант, а не преподаватель!
— Совсем чуть-чуть, — примирительно улыбнулся он. — И ты, значит, решила пойти на другой факультет? Долго уговаривала принять?
— Собственно, уговаривали меня, а я особо не сопротивлялась. Тем более берут без экзаменов.
У темного как-то странно вытянулось лицо.
— Совсем без? — упавшим голосом спросил он.
Что-то я разболталась, сдаст еще ректору нашего декана!
— Да вроде были какие-то, — затараторила, пытаясь прикрыть свою оплошность. — Я так переволновалась, в голове все путается… Даже факультет как называется — не спросила! Но, наверное, какой-то не очень популярный, раз ведьмы поступать туда не торопятся, — предположила со вздохом. — Но ничего, даже если это самый отстойный, я перетерплю.
— Зря не спросила, — с каким-то злым удовлетворением произнес темный. — А факультет очень даже популярный! Специальность, правда, действительно малоизвестная, но это потому что новая — третий год только существует, еще ни одного выпуска не было…
Он шумно выдохнул, словно с трудом заставил себя остановиться.
— Популярный факультет? — я искренне улыбнулась. — Здорово! Если не врете…
Маг едва заметно скривился.
— Тебе вот там придется тяжко, — с показным сочувствием покачал он головой. — Да, прям беда, как тяжело… Каждый день себя переламывать придется, бедняжечка…
— Трудностей я не боюсь, — пожала плечами. — Да и с Ведовским так просто прощаться не собираюсь, подкоплю знаний и снова попробую.
— Перебежчиков нигде не любят, — строго предупредил темный. — Особенно если придется бежать обратно.
— Я учту.
Взбежала по ступенькам, потянула на себя ручку двери, оглянулась — стоит, вслед смотрит.
— Спасибо, что спасли! — крикнула, помахав ему.
— Спасибо, что перенесла меня… — Я удивленно уставилась на заложившего в карманы брюк руки мужчину, который, оказывается, умел улыбаться одними глазами, а внешне оставаться серьезным. — Органически. А то всю дорогу боялся, что тебя стошнит.
— Вам говорили, что вы придурок?
Он задумался:
— Редко. И либо очень близкие, либо очень мертвые.
— Тогда просто до свидания, — поняла я намек.
— Пока, ведьма, — подмигнул он и, улыбаясь себе под нос, развернулся и медленно пошел по тропинке, все так же держа руки в карманах. — До встречи.
Крысы, конечно же, обед не сварганили, зато где-то успешно его выкрали, так что голодным никто не остался — ни я, ни Морри, радостно сообщивший, что вечером — встреча с деканами и заселение. Меня приняли.
От свадебного наряда я избавилась сразу же, переодевшись в скромное черное платье. Выдрав из волос фату, выбросила ее в урну, а сама высоко заколола волосы, выпустив пару локонов. Сразу стала выше и стройнее, а главное — не похожа на бешеную сбежавшую невесту, какой меня видели будущие одногруппницы.
Свадебное платье повесила на стул, долго ходила вокруг него, думая, чем же таким интересным меня облили и какие слова вдогонку зелью произнесли, а потом решилась и метнула развоплощающим заклятьем. Платье и развоплотилось, хлынув со стула потоком воды.
— Опять мне весь пол залила! — возмутился Морри. — То тина, то лягушки, теперь уже просто вода! Тебе сейчас свою комнату выделят, вот ее можешь хоть в болото превратить, хоть в грязевой источник!
— Прости, сейчас уберу, — пробормотала я, и вода послушно испарилась в считанные секунды.
— Это чего, платье твое растеклось? — уже мирно полюбопытствовал он. — Хитра ведьма, явно рассчитывала, что ты или в коридоре, или на экзамене этот фокус продемонстрируешь, — хохотнул некромант. — Вместе с нижним бельем!
— Ты веселись, веселись, — спокойно ответила я. — Вот начнет она на тебе все приворотные испытывать, тогда и повеселимся вместе.
Морри побледнел, скривился.
— На мне?!
Я собрала свои вещи, подхватила саквояжик из черненой кожи, украшенный черепами, костями и рунами от воровства, помахала рукой щедрому парню уже на пороге:
— Ну, я по-дружески предупредила, а дальше не мое дело. Но еду лучше сразу не ешь, особенно в столовой, обязательно с кем-нибудь поделись сначала! Кстати, не слышал, что она мне в спину крикнула, когда зельем метнула?
Он усмехнулся:
— Еще бы, конечно, слышал. «Чтоб ты захлебнулась, невеста…» Ну, дальше там такие сравнения, что мне повторять стыдно. Считай, что не расслышал… Это ты ведь пошутила? Про приворотные, да?
— Извини, — развела руками, — но это ведьма.
Он вздохнул, покосился на саквояжик в моих руках.
— Может, оставишь? — спросил шепотом.
— Морри, если она нас кормить не будет, мы сами к тебе сбежим, — донеслось писклявое из саквояжа на прощанье. Встряхнула саквояжик напрашивающихся на опыты, чтоб умолкли. Нет, не оставлю, нечего на моих личных крысах чужую еду на привороты испытывать!
Морри вздохнул и вяло помахал в ответ, а я побежала искать нужную аудиторию.
Главный корпус, Восточное крыло, второй этаж, 211.
Пробежала мимо деканата Ведовского факультета, вздохнув. Нужная аудитория располагалась чуть дальше и оказалась лекционной — огромной, с трибуной, большой черной доской, мелком-огневиком в жестяной коробочке. Три ряда сдвоенных парт уходили вверх, а чуть дальше последней парты виднелась еще одна дверь.
Несколько знакомых уже ведьмочек облюбовали первый ряд и скромно приютились на лавках, сжимая свои нехитрые пожитки. Метлы рядком стояли вдоль стены, я с удивлением увидела среди них и свою — без копыт и изрядно распушившуюся.
Ведьма-вороненок подвинулась, постучала по лавке приглашающим жестом.
— Привет, — усаживаясь рядом, поздоровалась я вполголоса.
— Я Равьена, — представилась она, протягивая руку. Хоть девушка и смыла с себя сажу неудачного эксперимента, черные волосы все равно торчали во все стороны, а на лице появились очки в толстой красной оправе, отчего она казалась еще больше похожей на любопытную глазастую птицу.
— Селлина, — ответила, сжав ее тонкие пальцы. — Что там у тебя за взрыв был? — нескромно поинтересовалась я.
— Ингредиенты перепутала, — потупила она взгляд. — Подопытный материал взорвался, вместо того чтобы в размерах увеличиться, — грустно добавила она. — Жалко мышку…
В саквояже солидарно заскреблись и всхлипнули.
— Жалко, что сразу не поступили, — несолидарно вздохнула я.
— Угу, — донеслось со всех сторон.
Нас, ведьм-неудачниц, оказалось шесть штук. Кроме меня с Равьеной-вороненком была лесная и робкая Полина — стройная, тоненькая и белокожая. Она вообще-то мечтала стать Хранительницей леса, но родители настояли на высшем образовании ведьмы, и, собственно, когда она провалилась у Каллохена, именно они нашли и разбудили действительно спящего Аззи, чтобы пристроить девочку хоть куда-нибудь.
Яркая и рыжая Динэя сразу заявила, что будет старостой. Громкоголосая, кудрявая, нахальная — ей для полного образа только козы не хватало, чтобы доить! На старосту всем было плевать — есть она, нет ее… Мы с факультетом-то до сих пор не определились. Оказалось, хитрый Аззи делал упор на специальность, а про факультет мямлил что-то нечленораздельное.
Еще с нами была Есения — типичная ведьмочка, местная, из Колдовских Земель — кареглазая, пушистоволосая, курносая, на метле держится уверенно, составы зелий от зубов отскакивают. Заучка, старательная, но глупенькая-а-а… Мне заранее за нее стало стыдно, еще до того, как она наивно рассказала всем, что начала раздеваться на экзамене, ведь это было одним из правил. И одежда уму не помеха. И искренне не понимала, за что ее вышвырнули вон и не дали блеснуть знаниями. Короче, я заранее оплакивала свой новый факультет и искренне сочувствовала декану и всему преподавательскому составу, что им придется иметь дело с нами.
Вновь растолстевшая ведьма подсела ко мне сама, сбросила свои вещи на лавку рядом.
Я настороженно и вопросительно на нее посмотрела, дожидаясь объяснений.
— Я Павла, — немного помявшись, представилась она наконец.
— Извиняться пришла? — равнодушно спросила я.
— Нет, — поджав губы, холодно отозвалась она и отвернулась. — Предложить перемирие и сотрудничество.
— Да? — приподняла я бровь. — Против перемирия ничего не имею — извини, что обидела ненароком, и про некроманта забудь, — а насчет сотрудничества подумаю.
Кажется, если бы я сейчас, прямо здесь живьем съела огромного паука, она бы удивилась меньше.
— Ты сразу-то так перед всеми не извиняйся, на шею сядут! — выпучив глаза, прошептала она. — Запомни: приличные ведьмы отпираются до последнего и своей вины не признают! Ты откуда такая?
— Издалека, — не стала я вдаваться в подробности.
— Я тоже. Горная ведьма, из Гребенчатых гор… Ну, в общем-то, полукровка от полукровок, и были среди отцовых предков и гном, и тролль каменный, и ведьмак, и демон даже… Но главное — гном, — удрученно повторила она. — И фигура моя — спасибо предку, классическое гномье пузико с рождения, ладно хоть с ростом повезло и дар ведьмы от мамы достался. А ты… Ты поняла, что сделала?! — она от нетерпенья вцепилась в мое запястье.
— Я не помню уже, что именно в тебя кидала и с какими эффектами, — опасливо отодвинулась я подальше, отцепляя ее от себя.
— Ты сделала меня худой и с правильной фигурой! А такого не может быть! Ты видела где-нибудь гнома без пуза? Это особенность строения тела, только иллюзия может спасти…
До меня начало доходить.
— Ты хочешь, чтоб я приготовила еще такое зелье?
Она с грустью провела руками по своему телу:
— Ненадолго помогло, видишь? Я хотела предложить усовершенствовать твое зелье, поработать над ним вместе…
— А взамен?
Нет, мне действительно стало немного жаль молодую ведьму-гнома, да и над зельем интересно поработать, но, если все делать даром, действительно на шею сядут.
— А взамен, — она понизила голос, — я расскажу тебе побольше о НАСТОЯЩИХ ведьмах.
Мы схлестнулись взглядами.
Я вымученно и неестественно рассмеялась.
— «Чтоб ты захлебнулась, змея подколодная, невеста гадючья», — шепнула она и отстранилась. — Неужели ты думаешь, что я тебе платье колдовала? Я швырнула в тебя заговоренной водой, чтобы стекала она и с волос, и с тела. Вместе с настоящей одеждой…
А заговоренная, особенно ведьмой, вода нестабильна, ненадежна, и действует в пользу своих — водных представителей, и выбирает для них минимальный ущерб и максимальную выгоду. Болотная гадюка, естественно, не захлебнулась, не осталась голой, а превратилась в невесту, как пожелали…
Я замерла. Это шантаж. Скоро я его прекращу. Она еще не представляет, с кем связалась…
— Я поняла, — спокойно ответила. — Мне нравятся условия.
В аудитории вдруг стало тихо, очень тихо. Замолкли шепотки, ведьмы приосанились, выпрямили спины, выпятили грудь, прилежно сложив руки на партах. А всего лишь открылась дверь, и вошел он.
Мой недавний провожатый. Темный маг.
Мне стало не по себе еще тогда, когда он широким шагом преодолел расстояние до лекторской трибуны и обвел внимательным взглядом наш более чем скромный и разнообразный коллектив. За ним, виновато понурившись и поджав трусливый хвост, плелся Аззи, держа в руках стопку папок.
— Поздравляю, — обворожительно улыбнулся темный.
И как-то так улыбнулся всем, что каждой показалось, что только ей. По аудитории пронесся полувздох-полустон, а у меня комок в горле встал. Потому что мне он тоже улыбнулся — особенно мило.
— Я ваш новый декан, магистр Темной магии, лорд Арен Тиан, — пронесся на всю аудиторию его громкий голос, а мне захотелось приложиться головой прямо о парту. Пару раз.
Нет-нет-нет! Этот нахальный спаситель, с которым я сегодня обсудила «самый отстойный факультет»? И он подло промолчал!
— Сегодня вам повезло поступить на один из лучших факультетов Академии Зла — факультет Темной Магии…
Я с ненавистью взглянула на нового декана — об этом он тоже промолчал пару часов назад! Зато сейчас смотрел на меня в упор, лишь лучики морщин выдавали едва прищуренные глаза, и продолжал говорить.
— …На новейшую специальность «Неклассическое ведьмачество». Лишь лучшие ведьмы удостаиваются чести учиться здесь, — с непроницаемым и торжественным лицом врал он.
Мы с такими же лицами слушали откровенное вранье. Каждая еще помнила, как и почему здесь очутилась, но просвещать декана об этом никто не торопился.
— Наши адепты не только изучают стандартные заговоры, проклятья и зелья, но и учатся совмещать и использовать разные виды магии. Как известно, темная составляющая есть в каждом… А если нет, то всегда найдется ее источник, — улыбнулся он под дружное «О-о-о-о-о!».
Я сидела мрачнее тучи, сложив руки на груди, и не думала скрывать своего отношения.
— И каждая, — он снова посмотрел на меня, но на этот раз серьезно и даже угрожающе. — Каждая научится ее использовать, будет применять на практике, учиться у лучших темных магов и ведьм…
Я глянула на своих одногруппниц — они были еще не в восторге, но на декана смотрели одобрительно и почти влюбленно.
— К выпуску вы будете владеть магией лучше любой ведьмы с Ведовского, любая дорога станет открытой, среди магических учреждений за вас будут рвать глотки…
— Выпуска-то еще ни одного не было, — фыркнула я. Негромко, себе под нос, но услышали все.
Ведьмы удивленно загалдели, лесная заплакала, Аззи крепче прижал к груди стопку документов.
Лорд спокойно подождал тишины.
— Не было.
Снова выждал паузу, но ведьмы притихли и только слушали, когда его размеренный, наполненный гордостью голос вновь огласил аудиторию.
— На третьем курсе обучается двадцать две ведьмы. На сегодняшний день на каждую из них приходится по пятнадцать вакансий, и многие конторы готовы забрать их прямо с третьего курса. Но я постоянно напоминаю своим девочкам, чтобы они знали себе цену и не дешевили, даже соглашаясь на подработки в каникулы. А еще два года — и они станут первоклассными специалистами в области темной магии, алхимии и разовьют природные дары ведьм. И вы станете. Но для этого придется много трудиться, не сдаваться при первых трудностях, чем-то жертвовать и перебарывать себя, каждый день перебарывать себя… Станете, — уже тише повторил он персонально для меня.
Я плотно сжала губы и не отвела взгляд.
Темная магия для ведьм… Я не ведьма. Я ненавижу темную магию. Я ненавижу ее в себе, я прекрасно знаю, из каких чувств, эмоций она берется. Из грязи. И последователи этой магии такие же грязные внутри — откуда взяться прекрасному там, где тьма, пустота, холод? Там, где привыкаешь доставать из себя гнев, стыд, похоть, зависть, трудно пробиться любви, верности и честности. Из-за того, что моя мать поверила такому, воспитывала меня одна. Одна, брошенная, преданная, но все равно верящая в его любовь. И в то, что он вернется. И за это, за эту слепую веру, мне обидней всего.
Я выдержу год, выдержу. С такими же ведьмами-неудачницами проучусь как-нибудь. И буду наблюдать за настоящими ведьмами, запоминать и копировать их привычки, а к следующим вступительным я стану ведьмой, лучшей, и свалю с этого факультета.
— А сейчас, — лорд Тиан открыто и расслабленно улыбнулся, — можете отдохнуть и наконец заселиться в свои комнаты. Общежитие номер два. Вам понравится! Можете быть свободны!
Прозвучало как приказ, и мы немедленно засобирались.
Я уже прикрывала за собой дверь, когда услышала довольно громкий и злой шепот нового декана.
— Ты видел, кого набрал, уродец?
Я замерла на месте, так и держась за ручку двери. По сердцу словно царапнули когтистой лапой.
— Магистр, я не понимаю, как это произошло, — торопливо начал оправдываться Аззи. — Я подготовился еще с утра, когда ведьмы только начали прибывать в Академию, обосновался в Лабораторном корпусе, как раз чтобы перехватить поток девушек, стремящихся на Ведовский… А очнулся, когда все уже закончилось!
— Я зато понимаю! Розалия!
По аудитории пронесся ведьминский низкий хохот.
— Да, дорогой, — милый голос профессора Грэдис заставил темного поморщиться.
— Какого хрена, Розалия! — прорычал маг.
— Что-то не так, Арен? — насмешливо переспросила ведьма. — Не набрал группу? Твое дебильное нововведение теперь прикроют, и ты наконец перестанешь переманивать лучших адепток на свой недофакультет? Какая жалость!
— Набрал! — зло огрызнулся мужчина. — Не дождешься!
— О, даже так! Тогда какие претензии? Помощничек не выспался? Прости, недоглядела, вот в следующий раз…
Раздался звук разбивающегося о стенку кристалла. Сеанс связи был окончен.
— Ты у меня вечно практику проходить будешь! — прошипел темный. — Отчет будешь писать на тему «Как меня обвела вокруг пальца ведьма» или «Сладкий сон — залог успеха». К диплому не допущу, об аспирантуре вообще забыть можешь! Секретарем точно не оставлю, дождусь, когда Холин раны залечит и вернется!
Аззи шумно вздохнул.
— Чтоб эта группа стала лучшей, понял? — темный перебрал пару папочек, видимо, наших личных дел, со злостью бросил их на стол. — Лучшей! Что хочешь с ними делай, но через пару месяцев мимо Ведовского факультета они должны ходить, задрав нос! А сейчас это не группа темных ведьм, а сплошное недоразумение…
Кажется, декан, распинавшийся, какие мы замечательные, и улыбавшийся во весь рот, едва не сплюнул на пол от разочарования.
— Но как?.. — простонал Аззи. — Это же… Это же… Девки! Да они у Каллохена даже на трояк не наскребли, со свистом вылетели!
— Прелесть какая! Сейчас станцую от радости. Набрал мне группу отличниц, вот и разбирайся, — холодно ответил тот. — Отличилась-то там каждая…
Нет, он, конечно, прав, и я ему искренне сочувствую — группа у нас набралась из отбросов Ведовского факультета, — но ощущать себя в его глазах тупым и безруким ничтожеством всего лишь из-за проваленного экзамена было обидно и несправедливо. А еще улыбался нам, как будто от души… Ну да. От двуличной темной души. И вообще мне должно быть плевать на его мнение, но плевать как-то не получалось — разве что только в него, и вместе с обидой внутри кипела и нарастала злость.
— Ты их расселил? — после траурной паузы обреченно спросил декан.
Аззи под тяжелый вздох лорда подскочил как ужаленный, бросился к двери, от которой я тут же шарахнулась и отбежала на почтительное расстояние.
— Вернитесь! Ведьмы! Ведьмочки, куда собрались?
Ах, теперь мы ведьмочки, а не девки и недоразумение…
Да далеко не ушли, толпились в коридоре, переговариваясь.
— Пропуска-то ваши у меня! — перекрикивая гам, сообщил Аззи и скрылся в аудитории, садясь за преподавательский стол.
Не очень длинная вереница ведьм выстроилась в очередь. Аззи протянул голубой клочок бумаги и ключ Динэе, которая, конечно же, растолкала всех и была первой. Она восхищенно взвизгнула, когда пропуск взмыл из ее рук в воздух и превратился в прозрачную голубую капельку, а черненая цепочка подхватила его, застегнулась на шее ведьмы, кулоном украсив ее пышную грудь.
— Девушки бывают такими рассеянными, постоянно что-то теряют, — с грустной улыбкой пояснил Аззи фокус с пропуском.
Настроение ведьм поднялось, а очередь передо мной постепенно растаяла. Жаль, что остальные не слышали того разговора, не знали истинного к нам отношения и располагающе улыбались парню. Аззи достал пропуск и для меня. Я едва взялась за краешек трепещущего прямоугольника, как мою ладонь накрыла широкая мужская, бесцеремонно прижав ее к столешнице.
— Простите, адептка Селлина Краст, но, кажется, у вас уже есть один…
Его голос прозвучал мне в висок, а сам мужчина неслышно подошел со спины. И даже мое имя в сочетании с так непривычно прозвучавшим для меня «адептка» воспринималось угрожающе, напряженно, предупреждающе. Как он посмел вообще ко мне приблизиться? Неужели не понимает, насколько мне его хочется придушить? Особенно теперь.
— Предлагаете мне поселиться там? — не оборачиваясь, спросила я спокойно, чувствуя, как он при этом на долю секунды задерживает дыхание.
— В мужском общежитии? — раздраженно переспросил темный. — И вы согласитесь?
— Решать вам, — сдержанно отвечаю я, злая до невозможности от его наглости, близкого присутствия и твердой руки, так и не позволяющей мне забрать пропуск. Злая настолько, что действительно готова подхватить саквояжик и направиться в гости к Морри.
— Просто отдайте мне другой, — мягко подсказал он непонятливой мне, наклоняясь ближе и почти касаясь подбородком моих волос.
— Нет.
— Нет? — он аж вздрогнул от моего ответа, а я резко выдернула свою руку из-под его, развернулась.
С места нахальный лорд не сдвинулся, и мы оказались с ним лицом к лицу. Край стола больно впивался в бедра, а его руки, упирающиеся кулаками в стол по обе стороны от меня, не давали ни шанса на отступление. Но я и не собиралась. Пусть дрессирует «своих ведьмочек». А я не ведьма, не его и дрессировке не поддаюсь.
— Нет, — повторила я твердо, глядя прямо в карие, с чуть подрагивающим зрачком глаза. — При всем уважении, лорд Тиан, вы можете выделить мне место в общежитии или не выделить, но забирать у меня что-то никакого права не имеете.
— Вы отдадите сами, — ровно ответил он.
— Вы отказываете мне в заселении? — словно не услышала я. — Можете сделать это в письменном виде?
Чтоб мне было с чем идти к ректору…
— Ни в коем случае, комната остается за вами, — самообладанию лорда я начинала завидовать, ибо глаза его метали молнии, а голос оставался спокойным. — Но мне бы не хотелось, чтоб вы попали в беду.
— Вам бы не хотелось за это отвечать, — с улыбкой поправила я.
Глаза потемнели, словно сгустились вокруг тучи.
— Пропуск!
Вот и прогремел гром.
Я развела руки в стороны.
— Обыщите.
Черное платье, обтягивающее хрупкую фигуру, не имело карманов и даже декольте. Кстати, желтый пропуск спокойно лежал в саквояжике, и, если лорд догадается засунуть туда руку, очень надеюсь, что крысы ему ее отгрызут.
Он смотрел на меня секунды три, играя желваками.
Потом почти придавил своим телом, потянувшись взять что-то со стола за моей спиной.
— Я привык к упрямству, — выдохнул мне на ухо и отстранился, держа в руках голубой пропуск. Мой. — Не представляете насколько…
Сделав шаг назад, декан тщательно изучил его, словно первый раз увидел, а потом одним движением смял в кулаке. Я вздрогнула от раздавшегося хруста. Псих, да еще темный… Ну, ничего, к Морри так к Морри… Я гордая, но не настолько, чтоб жить на улице…
— Придется принять меры, — он разжал ладонь, потянул за цепочку появившийся на ней кулон. Приблизился и застегнул на моей шее замочек. Я не спорила. Передумал? Мне же лучше! — Знаете, — он склонил голову набок, поправляя камень на моей груди, — я тоже упрям. И не позволю своей адептке шастать непонятно где. И вы отдадите мне чужой пропуск либо так и будете под присмотром.
Я нахмурилась, не поняв странной угрозы. Только подняла на мага удивленный взгляд, а он уже с расслабленной улыбкой и довольными глазами шаловливо щелкнул по кулону. И все вокруг завертелось, слившись в безумном цветном хороводе.
— Подумайте, — донесся до меня его ироничный голос, пока я летела в неизвестность.
Перенос магией — это гадко. Особенно когда к нему совсем не готов!
Я нелепо плюхнулась на траву, ушиблась, между прочим.
— О, долетела, — раздался над головой голос Равьены. — А мы думали, декан тебя сожрет.
И протянула мне руку, помогая подняться.
— Почти голову отгрыз, зверюга, но я вырвалась, — усмехнулась в ответ, унимая запоздалую дрожь во всем теле.
— Мы-то на метлах долетели, а тебя пинком под зад доставили? — хихикнула Динэя.
Я в гневе развернулась, но при виде нашей новой общаги застыла, позабыв, каким заклинанием хотела заткнуть ей рот. А, нет, все-таки не забыла… Легкое сплетение пальцев в воздухе, и изо рта рыжей нахалки полилась тина. Она в ужасе закрыла его обеими руками, хотела попробовать что-то сказать, но раздалось лишь бульканье, и грязная вода полилась сквозь пальцы.
— Я не в настроении выслушивать гадости, — предупредила на всякий случай остальных, но желающих нахамить или съязвить не нашлось. Все смотрели прямо перед собой на новое жилище и, честно сказать, смотрели озадаченно. Потому что общежитием номер два оказалась избушка. Хотя нет, не избушка, а избень! Многоэтажная, бревенчатая, просмоленная, такая основательная, с резными ставнями, с жердочкой у каждого окна — как я поняла, для прилетов на метле… Такая шикарная, истинно ведьминская общага, и стояла очевидно спиной к нам, ибо дверей с этой стороны не наблюдалось.
— Избушка, избушка… — начала я неуверенно, но Равьена с предостерегающим шипением зажала мне ладонью рот.
— Она этого не любит, — шепотом пояснила ведьмочка и мотнула головой в сторону. — Как выяснилось…
В отдалении от нас, на пеньке сидела печальная лесная Полина, потирала ушибленный лоб и выдирала из одежды репей. Ближайшие кусты оказались примяты. Хорошо так примяты и даже слегка поломаны… Ого, избушка-то агрессивная!
Я промычала, что поняла, и даже с Динэи заклятье раньше времени сняла.
— Может, через окно? — предположила Павла.
— Лети, попробуй, — в ответ предложили ей остальные.
Та хмыкнула, передернула плечами — типа, трусихи — и взгромоздилась на метлу. Мне стало страшно. Сначала за метлу, потом, когда метла стала набирать высоту, за ведьму, потом, когда Павла встала на жердочку у окна на четвертом этаже, я вовсе зажмурилась, представляя, как эта жердочка сейчас надломится.
Тук-тук-тук костяшками пальцев по стеклу. Значит, не надломилась, тяжелые грузы выдерживает…
И тут изба зашевелилась, встала! На лапищи свои куриные, размерчику которых любой дракон бы позавидовал…
— А-а-а-а-а! Павла, сваливай! — заорали мы и свалили сами, отбежав подальше.
Но поздно. Едва общага начала шевелиться, ведьма мертвым хватом вцепилась в жердочку, побледнела и на взволнованно летавшую вокруг метлу даже не смотрела.
Зато изба встала на одну лапу и медленно, даже меланхолично, зато очень элегантно дотянулась второй до несчастной ведьмы, подхватила ее за шкирку, так же медленно отпустила на землю и дала щелбана! Когтем, одним, по спине, отправив первокурсницу кубарем катиться в кусты. А сама невозмутимо села обратно.
— И что теперь? Нам эти пропуска для красоты, что ли, дали? — я раздраженно приподняла за цепочку свой кулон.
— У-у-у-у, а у тебя другой, — задумчиво протянула Равьена и взяла в ладонь свой, сравнивая.
— Да? — удивилась я, и вокруг меня сгрудились ведьмы, рассматривая пропуска-украшения.
Мой и правда отличался — такой же каплевидной формы, он был чуть крупнее, чуть синее, а внутри, в самой глубине, шевелилось что-то темное, похожее на сгусток тумана.
— Это неспроста… — пробубнил кто-то. Жаль, так и не узнала кто.
Решение было принято оперативно.
— Твоя очередь попробовать! — ведьмы слаженно начали оттеснять меня к дому.
— Спасибо, на вас посмотрела, не хочется! И вообще, все вопросы к Аззи! Он наш куратор! Он нас расселить должен был! Вот где он сам?
Не проняло. Ни одну.
— Мы ночевать где будем? Под открытым небом? Хочешь?
И стыдно даже стало самую малость. Вот меня-то одна общага точно пускает, а Морри места на полу не пожалеет, тем более я ему бесплатную уборочку организовала… И порадовалась, что декану желтую бумажку не уступила! А вот сокурсницам так не повезло…
— Ладно-ладно, — отмахнулась я, повернулась к избушке, прочистила горло. — Э-э-э-э…
Что-то не очень представляю наш диалог. Но требовательные взгляды ведьм не дали отступить. Эх… Заранее почесала спину, покосилась на измятые и поломанные кусты, вздохнула.
— Первый курс факультета Темной Магии, специальность «Неклассическое ведьмачество», прибыл на заселение, — громко и четко проговорила я.
Тишина. Ни шороха. И ведьмы с надеждой притихли, и избушка игнорирует… Собственно, неудивительно.
— Все, я попробовала, — с чувством выполненного долга повернулась я.
Вот бывают же у ведьм жалостливые глаза! Надо учиться! Учиться и брать на вооружение!
— Впустите нас, пожалуйста, мы устали, — обреченно обратилась я к избушке.
И — о чудо! Она прониклась! Заскрипела, затрещала и повернулась к нам распахнутой дверью!
Мы осторожно вошли друг за дружкой. Заходим, а на каждом кулоне номер комнаты высвечивается! И этаж! Впрочем, этаж оказался у всех одинаковый — третий.
Мы потоптались-потоптались внизу, осматриваясь. Дощатый пол, белоснежные занавески на окнах с ярким цветастым рисунком, печь посредине — мощная, огромная и тоже белоснежная, коврик под ногами самотканый, и запах такой — свежий, древесный, немного хвойный… Непривычно, но мне понравилось. А чуть левее печки круто уходит вверх не очень широкая лестница с резными перилами. Ну, мы, переглянувшись, к ней и направились.
— Где староста? — низким басом огласило жилище, и с потолка на блестящей паутине скользнул черный мохнатый паук размером с кулак, а то и с два! И завис на нашем пути на уровне лица.
— Мать моя! — взвизгнула Есения, конкретно перед лицом которой он и завис, и метлой сшибла встречающего, отправив его в полет.
Шмяк о стену! Восемь лап в разные стороны, и стон — мужицкий такой, с матом чередующийся…
Надеюсь, это не комендант!
Полина — не зря лесная ведьма, живности, видать, не боится, — подошла к сползшему на пол пауку, поддела аккуратно черенком метлы, проверяя, не превратилась ли живность от удара в неживность.
— Эй, вы как? — вежливо поинтересовалась она, невежливо тыкая его черенком.
— П-п-п… Привык уже, — хрипло проговорил он в ответ, зашевелив лапами. — Да убери уже палку!
— Простите, — спрятала она метлу за спину. — А вы кто?
— Кто-кто, — проворчал он, поднялся на ноги, отряхнулся, став еще мохнатей. — Жорж. Ткач, портной, пошивщик форм, мерки пришел снять… Так где староста?
— Здесь! — Динэя сделала шаг вперед.
Жорж швырнул вверх паутину, та прилипла к потолку, и он медленно поднялся вверх, завис перед Динэей, слегка покачиваясь.
— Нет, не ты.
— Она! — подтвердили мы хором.
— Не она! Декан кого назначил?
— Никого, — рассеянно ответили мы.
Паук нахмурился.
— А зашли вы как? Изольда первый курс на заселение только со старостой пускает…
— А Изольда — это?.. — я демонстративно оглянулась вокруг, испытывая дурное предчувствие.
Жорж кивнул, а мы с ведьмочками сглотнули.
Капец, мы живем в Изольде!
Тем временем Равьена оттеснила недовольную Динэю в сторону и поставила вместо нее меня. Я не сопротивлялась, уже поняв, что лорд Тиан «отблагодарил» меня за упрямство.
— Та? — спросила ведьма.
— Та! — довольно кивнул паучок, изучив мой кулон. — С тебя и начнем!
Чертов темный! Не рвалась я в старосты, мне лишняя головная боль ни к чему, а ответственность на его факультете — тем более. К тому же интересно, Динэя ночью меня придет душить или, судя по взгляду, не дотерпит до темноты…
— Что начнем? — насторожилась я.
— Снимать мерки для новой формы! — торжественно произнес Жорж, потирая многочисленные лапки.
— Э-э-э… — попятилась я. — Ты, что ли, снимать будешь?
— Ну а кто ж еще? — удивился Жорж. И, качнувшись на паутине, с размаху прыгнул мне на грудь! — Зато ты можешь выбрать цвет за весь курс!
Какая честь! У меня на груди сидит огроменный паук и как бы между прочим измеряет ее полуобхват паутиной!
— Нахрен цвет! — огрызнулась я, боясь пошевелиться.
— Как нахрен? Нельзя нахрен! Распоряжение декана! — возмутился Жорж, переползая мне на спину. — И пожелание к одежде ведьм: каждый курс отличается своим цветом, так что фиолетовый и черный уже заняты…
— Индивидуальная форма! — восторженно и как-то недоверчиво прошептала Полина.
— Мы не будем сливаться с толпой! — обрадованно поддержала ее Динэя.
— Наш декан такой лапочка! — прижав руки к груди, пропищала Есения, и ведьмы дружно забормотали что-то одобрительное.
Да уж, только лапочка мог прислать ползать по телу девушки паука. Тот опять куда-то пополз, протягивая вдоль тела липкую паутину и перебирая лохматыми лапами. Мерзость! Я аж содрогнулась.
— Извращенец ваш декан! — не выдержала я, вспомнив единственные пожелания насчет одежды. — «Корсетик, там, чулочки, декольте опять же поглубже, юбочку покороче…» Вот в чем он мечтает увидеть ведьм! — со злостью процитировала я. — Такую вот индивидуальность!
Ведьмы ахнули.
— Ты-то откуда знаешь?
— Сам сказал! Ему еще нравится, когда грудь шевелится, глаз отвести не может! — сдала я его полностью. Ну, не сдала — приукрасила… Может, зря? Да пусть знают! А то слюни распустили до пола от одного упоминания. Прям злость берет.
Паук с меня свалился — кажется, в обморок упал от переизбытка информации. Зато ползать по мне перестал, надо было раньше его шокировать!
— С цветом решайте, — понуро попросил он, залезая на попискивающую и жмурящуюся Есению.
— Девочки? — обвела я комнату взглядом. Опыт подсказывает, что такие вопросы лучше решать коллективно. Форма! Для всех! Не приведи Тьма, кому-нибудь под цвет глаз, волос или метлы не подойдет!
— Зеленый! — тут же предложила Полина и мечтательно вздохнула. — Как лес…
— Красный! — поправила очки Равьена.
— Полнит! — рявкнула на нее Павла.
— Белый! — пискнула Есения, втягивая голову в плечи, пока Жорж переползал с места на место.
— Маркий! — солидарно возмутились мы с Равьеной.
— И полнит! — снова весомо добавила Павла.
— Зеленый рыженьким идет очень, — спокойно отозвалась Динэя. — Я за него.
— Я тоже, — внезапно согласилась Павла.
— Да мне так-то пофиг, — пожала плечами Равьена. — Можно и зеленый.
Ну, я против зеленого тоже ничего не имела. На том и сошлись.
Жорж понятливо кивнул, когда я официально, от лица старосты огласила наше решение, и продолжил обмерять девчонок. Обмеренных он отпустил, даже меня, и мы с радостью рванули вверх по лестнице, к своим комнатам. Мало ли кто в Изольде еще водится…
На третьем этаже нас ждала большая общая комната без окон, но хорошо освещенная магическими сианитами, с диваном посередине, креслами, маленьким столиком, застеленным узорчатой скатертью. А по периметру располагались шесть дверей с вырезанными в грубом дереве номерами комнат. Мы тут же разбежались, каждая искать свою.
Моя комната оказалась небольшой — вмещала только кровать, шкаф, письменный стол, — но главное в ней было то, что она теперь стала моей!
— Селли! Селли! — запрыгал по столу саквояжик, напоминая о себе. — Выпусти нас!
Ну ладно, теперь уже не только моей…
— Когда ужин? Где кухня? — высунулись две любопытные мордочки.
— Воровать запрещаю! — строго пригрозила я пальцем. Не скажу, что эти вопросы меня тоже не волнуют, но… — Мы это… как бы сказать… в Изольде…
И неизвестно, как она отреагирует на двух живущих в ней крыс! И на того, кто их привел.
— О-о-о! Обитель ведьм! — довольно потер лапки Рикки. — Шикарненько!
— Почему обитель? — не поняла я. — А не… — шепотом, озираясь по сторонам, — …изба?..
Пол под ногами не провалился, дом не заскрипел от оскорбления, и я невольно выдохнула. Изольда или не услышала, или не обиделась.
— Так потому что все ведьмы живут здесь! И с факультета Темной Магии, и с Ведовского, — пояснил крыс. — Раньше-то ведьмы в третьем общежитии жили, вперемешку с другими адептами, а потом лорд Тиан открыл новую специальность и для своих Изольду откуда-то пригнал. Откуда — неведомо, но девчонкам понравилось… А ректор Форнеус взял и всех ведьм туда сселил! Тогда вообще массовое расселение было со скандалами, подлянками и слезами. Гоблинов вот тоже хотели в Палаточный городок переселить, подальше ото всех, но факультет Контроля грудью встал, не отдали. Еще бы, там, говорят, фруктовые деревья на каждом шагу растут, сами с себя плоды срывают и тебе в руки складывают. Жаль, не пускают посторонних, я бы там пожил… — мечтательно прикрыл глаза Рикки. — А вдруг там и сырные деревья есть…
Вдруг с улицы донесся звериный рык. Стекла зазвенели, бревна жалобно заскрипели, а крысы в ужасе бросились под кровать.
Я подавила желание броситься вслед за крысами и опасливо подошла к окну, отдернула ситцевую занавеску. Не видать ничего. Неужто монстр какой-то завелся?
— Эллиан! — раздался громогласный вопль. Нет, похоже, не монстр, а кто-то, умеющий говорить и, возможно, даже разумный…
— Слышала? — бесцеремонно ворвалась в комнату Равьена, почему-то уже воспринимающая меня своей подругой.
— Ага, — отворачиваясь от окна, кивнула я равнодушно. — А…
А она еще и с метлой!
— Так чего стоишь? — ведьма нагло отстранила меня в сторонку, запрыгивая на подоконник. — Знаешь, кто орет?
— М-м-м… — невнятно промычала я. — Местный псих?
— Ректор! — припечатала она, устраиваясь на метле. — Полетели смотреть!
Пока я придумывала, как объяснить ей, что никуда не полечу и что метла моя в принципе для антуража, Равьена уверенно протянула мне руку.
— Когда ты еще настоящего огненного демона увидишь?
Надеюсь, что вблизи и так орущего на меня — никогда! А вот приглашение полетать как настоящая ведьма выглядело соблазнительно…
Черт, зачем я это делаю!
— А метла нас обеих выдержит? — запоздало спохватилась я, усаживаясь позади ведьмы.
Судорожно вцепилась в ее талию. Свалюсь, точно свалюсь. И ее еще за собой утяну…
— А то! — уверенно заявила она, лихо отталкиваясь от подоконника.
Мама! Мама! Мамочки! Мы падаем! А-а-а-а-а-а! А-а-а-а-а-а! А-а-а… А нет, всего лишь пикировали, разгоняясь, и теперь устремились вверх, набирая высоту.
— Чего орешь прямо в ухо, как первый раз на метлу села? — возмутилась ведьма, но мне уже было не до нее.
Небо! Небо вокруг! Так близко, что дух захватывает! Синее, ослепляющее, бесконечное… Ветер свистит, метла под нами подрагивает, воздух бьет в лицо, заставляя жмуриться, развевает волосы…
— Ты это… — запинаясь, выдохнула я, стараясь не смотреть вниз. — Не гони так больше!
Равьена в ответ фыркнула, но полет сразу стал более плавным. Мое сердце тоже стало биться ровнее, но дыхание все равно замирало…
И раскинулись цветастым полотном внизу зелень деревьев, разнообразные постройки, соединенные паутиной дорожек, полыхающая огнем цифра три, к которой мы и начали снижаться… Возле крыльца общежития собралась толпа растерянных адептов, сжимающих в руках свои вещи… Ой, а я, кажется, знаю, отчего орал ректор…
— Летим обратно! — я резко дернула Равьену за локоть.
Мы опасно накренились вбок, ведьма в ответ молча отпихнула меня и, крепко сжимая черенок, вернула метлу на прежний курс.
— Какого черта я не могу войти! — громыхнул голос рассерженного ректора совсем близко.
Нас тряхнуло, я снова дернула Равьену в сторону, она — в другую и тут же потеряла управление.
На этот раз мы не пикировали. Мы просто ухнули вниз — вместе с метлой и матом. Страшно, быстро и больно! Ненавижу летать!
— Ты что натворила, сумасшедшая? — У Равьены в гневе даже сквозь очки промелькнули красные искорки.
Ну научусь обязательно!
— Давай свалим, а? — умоляюще попросила я.
— Смотри, сколько народу, да и ректор не будет просто так орать. Что-то произошло, — она уверенно развернулась в сторону толпы. — И я хочу узнать что!
А вот я уже знаю, что произошло, и бежать отсюда — лучшее решение!
Адепты стекались со всех сторон, привлеченные рыком ректора, и теперь напирали сзади, увлекая за собой вперед. Еще чуть-чуть — и не выберусь!
— Какой придурок освободил черного духа! — Готовая сбежать, я замерла на месте. — Эллиан, что у тебя? Ринтан? Да отзовитесь вы, черт подери!
Черного духа? Да разве похож этот несчастный старикашка на смертельно опасную сущность? На неуловимого паразита, высасывающего силу, энергию и даже жизнь! Я же живая осталась! И невредимая!
Теперь я тоже двинулась вперед, протискиваясь между широких спин, приподнялась на цыпочки, чтобы разглядеть получше.
Взбешенный демон, полыхая огненными рогами и хвостом, нервно прохаживался вдоль крыльца, изредка касался ручки двери и вспыхивал уже весь гудящим желто-красным пламенем высотою в два его роста. Пожалуй, я теперь вряд ли осмелюсь подойти к нему просить перевода на Ведовский!
— Еще минуту, ректор Форнеус, — донесся из глубины здания приятный мужской голос, от которого веяло невозмутимым спокойствием. — Боюсь, новости вам не понравятся…
— Они мне уже не нравятся! — проворчал ректор. — Два месяца я рыскал по болотам, ища его мертвое тело, чтобы выманить и привязать! Два месяца он безнаказанно жрал моих адептов и преподавателей! Я не нашел способа его убить, зато сумел смирить его безумную злость, сделать беззащитным, как котенок, и послушным, как верный пес… Из пленника получился отличный комендант: связанный с самим зданием, он знал все, что происходит внутри, а правила заставлял соблюдать безукоризненно… И теперь какой-то идиот освобождает его прямо у меня под носом!
Дверь открылась, и наружу вышел светловолосый мужчина в темных очках. Совсем как у той девочки-василиски! Мои губы невольно расползлись в улыбке. Такая редкость — настоящий василиск! С тех пор как их страну затопило лавой проснувшегося вулкана, василисковых семей остались единицы, и те предпочитали вести уединенный образ жизни. Наши расы считаются самыми близкими, но за всю жизнь я видела василисков только на картинках в учебниках, а тут уже второй экземпляр, встреченный мной живьем за несколько дней!
Только моя радость тут же исчезла, едва он открыл рот. Лично придушила бы этот уже не особо вымирающий вид!
— Тела больше нет, привязку сделать невозможно, — спокойным голосом сообщил он порыкивающему от злости демону. — Черного духа тоже нет.
— Понятное дело, я и не надеялся, что он нас внутри дожидается. — Из ноздрей ректора пыхнули две струйки черного дыма.
— Нет, его совсем нет. Черного духа теперь не существует в природе, — из общежития вышел высоченный некромант, зачем-то натягивая кожаные массивные перчатки.
Пошевелил пальцами, затянул застежки на запястьях и только тогда поднял голову. Коротко стриженные черные волосы, хищный нос, глубоко посаженные темные глаза и жесткая полоска губ. Выглядел он внушительно, нашивки из костей на рукавах не вызывали смеха, плащ с фиолетовым подбоем крепился на груди сложно сплетенным бронзовым амулетом, по линиям которого волнами проносились зеленоватые всполохи магии, капюшон был небрежно откинут назад. Я знала, что они предпочитают скрывать лицо при некоторых ритуалах, чтобы духам сложнее было найти того, кто потревожил покой мертвых. И, судя по всему, один из таких ритуалов он и проводил. Только что. Там, внизу, в подвале…
— Он перешел на высший уровень, видимо, в процессе разрыва привязок высвободилась необходимая энергия, — с подчеркнуто равнодушным видом продолжил некромант. — Он теперь не черный дух, а бесцветный.
Наступила гнетущая тишина. Даже всегда шумные адепты притихли, осознавая, чем это грозит Академии.
— Что там с магическим воздействием? — цедя слова сквозь зубы, угрожающе поинтересовался ректор.
— Темная магия, — безэмоционально отозвался василиск. — Женская.
Мне крышка. Если правда вскроется, не учиться мне больше здесь, да и вообще не учиться, а тухнуть в подвале с кандалами на ноге! Я теперь самый настоящий преступник, выпустивший в наш мир духа-убийцу! Еще и уровень ему повысила, сделав его неуловимым. Еще и не та, за кого себя выдаю…
— Тиан!!!
Этого еще не хватало! Я нырнула вглубь толпы, но успела заметить, как воздух подернулся прозрачной дымкой, являя нашего декана. Лорд Тиан с интересом огляделся, скользнул взглядом по сгрудившимся адептам, нахмурился.
— Что случилось?
Василиск был краток:
— Кто-то освободил черного духа, превратив его в бесцветного, и есть все основания предполагать, что это кто-то из твоих адепток.
— Собери их всех сейчас же, Арен, по свежим следам найдем, — гортанно, но сдержанно проговорил ректор Форнеус.
Темный остался на редкость спокойным.
— Хорошо. Но у меня из девчонок в основном ведьмы, и силы перевести дух на новый уровень им точно не хватит, если только… Там рядом свежий живописный трупик не валяется?
— Будет валяться, и не только там, если не придумаем способ изловить Мамайуса, — прорычал ректор. — Но для начала я хочу найти его освободителя!
От обещания скорой расправы, прозвучавшего в голосе демона, по спине мурашки пробежали… Мать моя! Вот тебе и несчастный дед Мамай, жестоко прикованный к стенам…
— Строиться! — негромко приказал темный в пустоту и принялся перечислять названия групп.
Адептки факультета Темной Магии одна за другой выходили вперед — большинство оказалось здесь, среди зевак, и с легкостью шли на проверку. Становились в ряд: их действительно оказалось немного — с пяти курсов около двадцати девушек. Темноволосые красавицы, одетые в черную форму, укрепленную металлическими пластинами на плечах, груди, от запястий до локтей. Лица жесткие. Подбородок выставлен чуть вперед, губы плотно сжаты, в лицах — застывший холод. Сразу видно: готовые хоть сейчас в бой.
Каждую заставили создать над ладонью маленький шарик, и василиск пошел вдоль строя, касанием туша трепыхающиеся темные сгустки.
— Здесь нет, давай следующих, — заявил он в конце строя.
— Ведьм? — усмехнулся лорд Тиан.
Василиск лишь развел руками, соглашаясь с абсурдностью просьбы.
— Я обязан проверить всех.
Темный подал знак проверенным адепткам, и они отошли к толпе. А толпа слегка отступила от них, как от проклятых. Плевать, что девушки только что на глазах у всех прошли проверку, — пока не найден виновный, подозревать будут в первую очередь их.
Жалко девчонок, но я искренне надеюсь, что виновный найден не будет. И что Морри меня не сдаст! Черт! От этой мысли я заметалась на месте — мне надо увидеться с ним раньше, чем начнут всех опрашивать…
Тем временем собрались ведьмы. Второй и третий курс. И их было немногим больше темных. И они улыбались, выстраиваясь в строй. И сияли. Сияли глаза, сияли вьющиеся волосы, тонкие фигурки, аккуратно затянутые в брючную форму фиолетового и черного цвета. Рубашечки с воротничком-стоечкой, приталенные пиджачки, голубой кулон на шее. Сиял декан, с отцовской гордостью глядя на них. А я не сияла. Я зеленела от зависти, Равьена — тоже, прикусывая губу. Цвет для своей формы мы выбрали правильный — она была бы сейчас нам очень к лицу, практически сливалась.
— Начинай свою проверку, — уверенно махнул рукой темный.
И снова безуспешно пытался василиск найти у них следы моей магии. И снова всех отпустили, и снова толпа держалась от них подальше.
— Я, конечно, очень рад, что среди моих адепток не оказалось освободителя Мамайуса, — в полной тишине негромко проговорил маг. — Но проблема осталась нерешенной…
— Тревога по Академии! — проревел ректор на всю округу. — Бесцветный дух на свободе!
Тотчас же его клич подхватили птицы, эхом разнося слова по всей территории.
А он уже тише добавил:
— Смотри, Арен… Если узнаю, что ты прикрываешь кого-то из своих девок, — с факультетом можешь распрощаться!
Лорд Тиан вскинул на ректора самоуверенный взгляд, но промолчал.
— Да снимите уже со здания эту чертову защиту, я хочу лично все осмотреть! — раздраженно пробормотал Форнеус.
— Вы извините, — еще тише ответил василиск. — Но снимется она только вашей смертью, там изнутри видно пле…
— Я ее убью! — выпалил Форнеус, и я сжалась, неосознанно попятилась назад, но уперлась спиной в другого адепта. — Только поймаю эту тварь, что тут завелась и строит козни! Это не просто диверсия против Академии — это вызов лично мне!
Тварь нервно сглотнула, оставшись на месте и боясь даже вздохом привлечь к себе внимание.
— Это месть пойманного вами духа, — пожал василиск плечами.
Я невольно перевела дыхание: хоть тут я ни при чем.
Ректор еще сильнее разозлился.
— Расходитесь! — рявкнул он на толпу.
Я бы с радостью, но никто не двинулся с места. Невиновные ректора боялись гораздо меньше, чем я.
— А как же заселение? — раздался первый робкий голос.
— А кто теперь наш комендант?
— А устав еще действует? Или теперь можно… Ой! — тычок под ребра заставил обрадованный голос заткнуться.
— А нас теперь будут убивать? — деловито осведомился кто-то из толпы.
— Для начала самых непонятливых убью я, — зло пообещал демон. — Те, кто оказался без места в общежитии, — останьтесь, займемся вашим расселением; остальные — все вон! Соблюдайте осторожность, сообщайте о недомоганиях и, если заметите что-то подозрительное, — поднимайте тревогу, сообщайте старшим и не геройствуйте в одиночку. С сегодняшнего дня действует комендантский, мать его за ногу, час!
Неохотно толпа начала рассасываться. Я уже не торопилась обратно — постоянно оглядывалась, приподнималась на цыпочках и искала глазами знакомую темную фигуру.
— Вот ты где! — сзади резко схватили за запястье, я испуганно дернулась, но запыхавшийся Морри сам нашел меня, и теперь быстрым шагом мы удалялись от общаги прочь.
— Ты поняла, как вляпалась? — развернулся он ко мне, требовательно глядя в глаза, когда мы дошли до лесного массива, растущего вдоль озера, и вокруг не осталось ни единой души.
Вот! Сейчас самое время! Селлина, ты же не зря его искала!
— По самую… макушку, — опустив взгляд, выдохнула я обессиленно, не воспользовавшись моментом.
— Ага, макушку, — возбужденно пробормотал Морри. — В заднице мы с тобой! В заднице! В огромной такой, полной вонючего…
Я возмущенно кашлянула, не намереваясь слушать описание физиологических подробностей своего положения. Но то, что он сказал «мы», определенно приободрило. Значит, не побежит сломя голову к ректору с донесением. Впрочем, он уже не побежал…
— Не кричи, — прошептала я. — Не привлекай внимания.
Он хотел еще что-то сказать. Много. Но замолчал. Лишь шумное дыхание выдавало его волнение, недовольство и… страх.
Подло гипнотизировать друзей, подло делать это с тем, кто тебе помог, и не раз… Но надо. Странно, раньше угрызений совести по этому поводу я никогда не испытывала.
Раньше я и преступницей не была. Так что прочь сомнения! Я решительно подняла голову, ловя зрительный контакт.
— У тебя такие чистые голубые глаза, — задумчиво произнес Морри через некоторое время, явно озадачившись, чего это я на него так пристально уставилась. — Я и не замечал. Очень красиво и очень странно для ведьмы.
Как это чистые? А как же золотистые искорки, вспыхивающие по кругу радужки и подчиняющие своему ритму чужую волю? Как же мой дар? Почему так долго?
Я молчала, глядя в темные глаза некроманта, и понимала, что что-то держит, не дает применить змеиную силу. Совесть? Редкое качество и абсолютно лишнее.
— Особенно для темной, — многозначительно обронил некромант.
Фраза словно разорвала все барьеры.
— Забудь, — приказала я тихо, но внятно, медленно отмеряя слова. — Ты встретил меня в коридоре, заблудившуюся и усталую, пожалел и привел к себе.
Морри удивленно сморгнул, когда я отстранилась.
— Я прекрасно помню, где и при каких обстоятельствах тебя встретил, — язвительно произнес он. — И глаза твои, хоть и красивые, но не настолько, чтоб ради них я все забыл… Хоть бы поцелуй добавила, я, может быть, еще и притворился склеротиком!
Я мысленно выругалась. Я могу приказать что-нибудь сделать, и никто не вспомнит, как я отдавала приказ, но изменить воспоминания не в силах. Попробовать все равно стоило… Жаль, настойки, стирающей память, с собой нет. Хотя, если подумать, то и она бы не помогла — больше суток прошло с нашего знаменательного знакомства, а зелье стирает память на час-два до ее принятия. А если сделать концентрацию побольше, на выходе можно получить блаженно улыбающегося идиота. Такой точно никому и ничего рассказать не сможет, но я еще не настолько тварь, чтобы экспериментировать на Морри. Но и не настолько безобидна, чтоб не предпринять еще одну попытку.
— Когда тебя начнут спрашивать о нашей встрече, ты скажешь, что встретил меня в коридоре общежития, поднимающуюся по лестнице, — медленно и четко проговорила я, снова поймав его взгляд.
На этот раз он не язвил, не улыбался и не моргал.
— Ты что-то сказала? — выйдя из ступора, он удивленно оглядывался по сторонам, словно что-то почувствовав.
— Да, — удовлетворенно произнесла я. — Что будем делать?
— Искать способ избавиться от перерожденного духа, пока от нас не избавились первыми. А там, глядишь, ректору и неинтересно будет, кто отпустил Мамайуса, если он снова окажется на цепи.
— Заодно героями помрем, — безэмоционально поддержала я.
Морри разочарованно на меня посмотрел.
— Сбегать нужно было раньше, пока я тебе предлагал.
— Я не собираюсь сбегать! — возмутилась я. — Но возможность ловить непонятно кого предоставила бы более опытным и сильным магам, а сама бы лучше затаилась, не привлекая внимания… А если мы будем бегать с сачком в руках по всей Академии, то это точно не останется незаметным! Не знаю, что будет с тобой за соучастие, но меня ждет вполне реальная тюрьма!
— Меня как минимум отчислят из Академии, — спокойно ответил он. — И это если он никого не сожрет! И на наших магов я бы надеяться не стал и поторопился бы с ловушкой сам…
— Что? Настолько слабые? — выдавила я насмешку, хотя смеяться совершенно не хотелось.
Молодой некромант тоже даже не улыбнулся.
— Позволь на правах некроманта рассказать тебе о бесцветных духах. Они потому так и называются, что даже сильный маг не заметит, если эта дрянь присосется к нему, питаясь его теплом и магией! Даже сам ректор! А значит, и избавиться от него не сможет… — Морри выдержал многозначительную паузу. — А теперь подумай, насколько хватит тебя, или меня, или любого другого адепта, если дух выберет нас своей жертвой? Если уже не выбрал…
Перспектива не одухотворяла, да и вообще вся Академия казалась сейчас полной таинственной и невидимой опасности.
— И как же тогда мы-то справимся? Есть идеи?
Глаза Морри оживились, словно он уже знал ответ.
— Раз он использовал твою энергию для перехода на новый уровень, то вы с ним должны стать в некотором роде связаны, я это у нашего декана подслушал, — возбужденно заговорил он. — Магистр Ринтан Сонер уверен, что можно будет снова обезвредить духа, используя тебя, а он специалист в своем деле…
— Это тот страшный некромант? Я к нему не пойду! — возмутилась я, вспомнив внушительного мужчину с хищными глазами. — И вообще неизвестно, он меня живую или мертвую использовать собирается!
— Знаешь, к нему даже я не пойду добровольно, — согласился Морри. — Но раз ему известен способ, то мы тоже должны о нем узнать и применить, пока никто не пострадал…
Мысль, что по моей вине дух может кого-то высосать, пугала неимоверно, но идти и сдаваться ректору или некроманту было не менее страшно…
— Надо исправлять ошибку, — кивнула я. — Тащи свои книги по некромантии, будем информацию искать…
Стая птиц вспорхнула с деревьев от пронзительного гула, я вздрогнула, вопросительно посмотрела на Морри.
— Комендантский час, — пояснил он. — Первое предупреждение — все должны разойтись по комнатам. После третьего по территории пройдет гигантская паутина, собирая ослушавшихся…
— Жуть какая!
Мы заторопились в обратный путь.
— Я сам посмотрю — пока в тех книгах, что у меня есть. Завтра встретимся после пар; если не найду ничего, пойдем в библиотеку. — Морри говорил торопливо и тихо, но понизил голос еще: — Если не найдем и там, придется наведаться в деканат…
Я обреченно застонала, но не спорила. Может, все окажется легче, чем мы думаем, и не придется нарушать комендантский час и лезть ночью в некромантский кабинет? Но что-то внутри подсказывало, что мои надежды не оправдаются…
Наутро меня разбудил шум, доносящийся из общей комнаты. Кто-то вопил, кто-то всхлипывал, кто-то чем-то стучал. Я вскочила и бросилась к двери прямо в батистовой сорочке.
На третьем этаже творился хаос. Полина сидела на диване и плакала, сморкаясь в какую-то зеленую тряпку. Павла ругалась на тролльем, размахивая зеленой же шториной с кружевами. Есения робко стояла в сторонке и выглядела как… как…
Полосатые зелено-черные чулочки, широкую резинку которых не скрывала короткая пышная юбочка с несколькими слоями кружев под ней, талия, утянутая ярким корсетом, и грудь, готовая из этого корсета выпрыгнуть от любого движения…
Равьена с Динэей на пару били Жоржа, загнав его в угол. Метлой. Паук возмущенно орал и прикрывал многочисленными лапами голову-тельце.
— Что за безобразие? — с трудом перекрикнула я этот гам. — Первый курс! Успокоились быстро!
В голосе невольно проступили забытые командные нотки.
Стало значительно тише, паука перестали бить, прижав метлой к полу, Павла повернулась ко мне, растянула во всю длину рук шторину, которая оказалась необъятной по своей ширине юбкой.
— Вот безобразие! — взволнованно заявила она.
— Это форма, я всю ночь шил! — сдавленно проговорил Жорж.
— Врешь! — Равьена кулаком замахнулась на зажмурившегося от страха паука. — Я вчера видела форму — она брючная, элегантная, удобная и красивая!
— Это форма, — упрямо повторил паук, высунувшись сквозь прутики метлы.
— Делай другую! — угрожающе наклонилась к нему Динэя.
— Не могу, только по приказу декана…
— Мы в таком виде на пары не пойдем, — всхлипнула Полина, утерев лицо юбкой.
— Да я это даже надевать не собираюсь! — подтвердила Павла.
— Отдай нам нашу одежду! — потребовала Равьена, сопроводив просьбу очередным тычком метлы.
— Не могу, — уже жалобно завыл он. — Адепты обязаны носить в Академии форму, так что Изольда припрятала вашу одежду до ближайших выходных…
Насчет Изольды у всех появились определенные мысли, которые никто не осмелился высказать вслух, дабы не быть вышвырнутым в полуголом виде на улицу.
— Ты попросил, животное? — грубо перебила его Равьена. — Знал, что нам не понравится?
— Главное, чтобы декану нравилось, — огрызнулся паук.
— Я могу сходить к лорду Тиану, попросить поменять нам форму, — робко предложила Есения.
Мы оценивающе посмотрели на ведьмочку. Судя по тому, как любовно она разглаживала складочки, ей форма пришлась по душе. Страшно подумать, на какую она попросит ее поменять.
— Сама схожу, — буркнула я недовольно. В конце концов, я староста, мне и отдуваться.
Никогда я еще не одевалась с таким остервенением. Отрывистыми, резкими движениями натянула чулки, едва их не порвав, затянула корсет, напялила юбку. Критично осмотрела себя в зеркало и едва не сплюнула — кажется, остаться в полупрозрачной сорочке и то было бы приличнее…
Когда я ворвалась в деканат, лорд Тиан безмятежно потягивал чай, рассматривая какой-то документ.
— Зла вам! — Я громко захлопнула за собой дверь.
Темный маг недовольно взглянул в сторону нарушителя спокойствия и поперхнулся чаем.
— Это, черт возьми, что?! — дар речи вернулся к прокашлявшемуся декану далеко не сразу.
Я меланхолично покрутилась вокруг собственной оси и уперла руки в бока.
— А это, черт возьми, наша форма! Нравится, да? — в тон ему заявила я, двумя пальчиками подцепила складочки на юбке и, подобно девочке-припевочке, развела их в стороны, очень аккуратненько, дабы случайно не продемонстрировать срам. Хотя вся форма эта — уже сплошной срам!
Декан несколько замешкался, не решив, чем ему любоваться в первую очередь — грудью, ножками или всем сразу, — а потом как-то резко вскинул взгляд прямо на меня. Самое удивительное, что посмотрел именно в глаза!
— И откуда она?
Я даже растерялась.
— Жоржа знаете? — Дождалась кивка и уже уверенней продолжила: — Так вот этот многолапый по вашему извращенскому заказу и сшил!
Меня наградили совершенно офигевшим взглядом.
— По моему?! Извращенскому?
— Ну, не по моему же! — возмутилась я.
Судя по подозрительному выражению лица, декан придерживался полностью противоположной точки зрения.
— Что с моим пауком? — требовательно спросил он.
— Его бьют, и бить будут еще долго, — равнодушно пожала я плечами. На мой взгляд, он этого вполне заслуживал, как и сам декан.
— Пусть бьют, — к моему удивлению, благодушно отозвался темный.
— Как бьют? — не поняла я.
— Хоть как, и хоть чем, и желательно подольше, — на этот раз он пожал плечами, глядя куда-то в пустоту. — Иначе появится сейчас здесь, попадет под горячую руку, пострадает…
И все это произнес таким спокойным, размеренным тоном, что мне стало не по себе.
Темный снова посмотрел на меня в упор, откровенно прошелся взглядом по моей фигуре, отчего захотелось сжаться, — но я все равно стояла, гордо расправив плечи и не отводя взгляда.
— А что, адептка, вы сейчас в таком виде ко мне через всю Академию приперлись? — вкрадчиво начал он, и что-то в таком логичном вопросе очень явственно угадывались угрожающие нотки. Видимо, форма ему все-таки не понравилась…
— С трудом добралась! — гордо подтвердила я.
— На метле? — помрачнел он.
— Тьфу на вас, вы представляете, сколько бы я так заноз нацепляла в самых нежных местах?! — Судя по вытянувшемуся лицу, он не представлял. — Скажете тоже… Пешком, естественно! Правда, пришлось сократить через Оборотничий сектор, зато так даже быстрее получилось.
— И как дошли? — напрягся он еще больше. — Все нормально?
Я молча взяла его под руку, подвела к окну.
Внизу под окнами, прямо на грядке с цветами, рядком сидели несколько волков, парочка медведей гризли, даже ярко-оранжевый лис затесался.
— И не тронули, — оценивающе и с некоторой долей уважения посмотрел маг снова на меня.
— Не-а, проводили, — радостно улыбнулась я. — Вот ждут теперь.
— Чего ждут?
Я тяжело вздохнула, подтянула рискующий сползти от этого движения корсет. Темный с каменным видом сглотнул. Два раза.
— Вот вы взрослый мужчина, маг, декан уже… Давно, наверно… — получилось как-то снисходительно-сочувственно, и локоть лорда под моей ладонью словно окаменел, а сам он обжег меня взглядом. — Вот скажите, что любят оборотни больше всего на свете?
— В звериной ипостаси? Секс и пожрать, — совсем непедагогично резко ответил магистр, с каким-то остервенением сжав кулаки и метнув за окно, наверное, сотый злой взгляд.
— Ну… — я замялась. — В принципе, да.
А чего спорить? В полнолуние только этим и занимаются. Ну, по крайней мере, все так считают…
— Но больше всего на свете они любят быть лучшими, вот я им и устроила своего рода соревнование на долготерпение… — Последнюю фразу я договаривала совсем тихо, почти беззвучным шепотом, потому что темный стал совсем уж темным и смотрел на меня абсолютно недобро…
На всякий случай отступила на шаг назад.
— И ждут они?.. — еще более недобро проскрежетал его ставший хриплым голос, вынуждая говорить правду.
— Приза, — я с трудом не опустила голову под его въедливым взглядом.
— А приз — это?..
— Ну-у… Я.
Нет, а что я еще могла пообещать, кроме поцелуя самому доблестному охраннику? Зато остальные адепты нашу вышагивающую компанию по широкой дуге обходили!
— Вся? — чуть не задохнулся он, явно подумав не о поцелуе.
— Облезут от счастья! — оскорбленно возмутилась я. — Хватит и того, что любовались мной всю дорогу! Бесплатно и безнаказанно!
— Вы дура, адептка, — холодно заявил мне декан, повернул за плечо к окну, заставив наблюдать, как вскидывают волки головы в нашу сторону, поводят носом, и раздается дружный, протяжный вой, от которого мурашки по коже. — Они еще с вас плату спросят за то, что их инстинкты звериные разворошили!
Волна обиды накрыла с головой, лишая дара речи. Дура, значит! Да эта собачья свора прицепилась ко мне только из-за его идиотской формы! И Жоржа, что ее сшил! И Изольды, что нашу одежду по его просьбе спрятала! Черт, кого бы из них прибить первым…
— А вы не могли принести эту форму мне завтра, завернутую в бумагу? — продолжал он отчитывать меня как маленькую девочку, даже не подумав, что в таком случае мне пришлось бы идти вообще голой.
А я мучительно справлялась с зудом в пальцах, чтобы не утопить кое-кого прямо здесь, а уж воду-то я бы для этого дела нашла без труда.
— Да даже сегодня, но аккуратно сложенную, а не надетую на себя? Нравится провоцировать мужчин? Чего теперь от меня хотите? Чтоб я разогнал собранную вами толпу лохматых женихов? А пока разгоняю, вы новых соберете, да? У вас это удивительно хорошо получается! Кстати, я тоже мужчина, и я… Я смотреть на вас не могу!
Темный, резко закончив нотацию и так и не услышав от меня ни слова в оправдание и знак раскаяния, с видимым раздражением отпустил мое плечо и, беря себя в руки, тяжело выдохнул, вернулся в свое кресло, отодвинул в сторону недопитый чай и вообще принялся делать вид, что меня здесь нет. Но, во-первых, у него это плохо получалось, а во-вторых, я была здесь и не могла позволить о себе забыть.
Я тоже подошла к его рабочему месту, встала напротив, сверля злобным взглядом. Он открыл перед собой какой-то журнал, но хмурый взгляд, напряженные скулы и играющие желваки подсказали, что ни строчки он прочитать сейчас не в состоянии.
— Журнал переверните, — ехидно подсказала я.
Он, не поднимая головы, раздраженно перевернул его вверх ногами и снова вперился с самым серьезным и невозмутимым видом в текст.
— Еще раз переверните, — хмыкнула я. — Правильно было.
Тот чертыхнулся и вообще захлопнул журнал.
— Вы еще здесь? Чего надо? Чертей позвать в придачу к оборотням, чтобы вы перед ними тоже дефилировали? — несмотря на грубый вопрос, тон был крайне сдержанный, спокойный, но издевательский.
Козел темный!
— Форму, черт побери, смените первому курсу, или до пар будет доходить одна ведьма из четырех, и то беременная! — не выдержав, ладонью ударила я по загроможденному декановскому столу.
— Сменю, черт побери! — его удар кулаком по той же столешнице вышел убедительней, а с трудом держащаяся маска умиротворения слетела без следа. — Не сомневайтесь!
— Спасибо! — гаркнула я без единой благодарственной интонации в голосе и повернулась к двери.
Почему-то стало дико обидно. Вот давно так обидно не было! Еще недавно нормальным казался, без разговоров от чертей спас, а теперь сам, не раздумывая, отправил беззащитную девушку, да еще и свою ученицу, на расправу похотливым оборотням. Как-то не рассчитывала я и обратно в таком виде идти…
— Куда собралась? — еще обидней рявкнул он позади.
— Арен… — дверь распахнулась без стука, меня тут же отбросило назад, к темному, который одним движением сорвал с окна штору и спеленал меня, оставив торчать лишь нос.
Василиск скептически приподнял бровь, но все равно без колебаний прошел в кабинет, аккуратно закрыв за собой дверь.
— Новая форма для ведьм? — насмешливо спросил он, не представляя, насколько угадал.
Я высунула из-под ткани подбородок и попыталась чуть расслабить свой кокон.
— Уже старая, — проворчал декан и, заметив, что я почти выбралась, недовольно сжал губы и запахнул штору на моей груди плотнее.
— Да ладно, меня в полуголом виде уже половина Академии видела, чего уж стесняться, — ехидно заметила я.
— Адептка Краст, имейте хоть какой-нибудь стыд и не напоминайте мне об этом с такой гордостью, — поморщился лорд Тиан.
От возмущения я аж задохнулась, а он воспользовался моментом и затянул ткань еще туже, завязав края в обычный, но до обидного крепкий узел.
— Можете быть свободны, — подтолкнул он меня в сторону выхода.
— Да я руками пошевелить не могу! — возмутилась я, упираясь. — Развяжите меня!
— Ногами можете? Вот и шевелите вон в том направлении, — остался он безучастным к моему сопротивлению. — Эллиан, открой даме дверь…
— Меня там ждут, помните? А я даже отбиться не смогу! — на расправу к ждущим оборотням в связанном виде не хотелось категорически, поэтому я старательно добавила к голосу жалобные нотки.
— Вы же сами им приз обещали, считайте, что я его упаковал, — зло произнес декан.
— Мало ли чего я там кому-то обещала! — искренне и не менее зло возмутилась я. — Я дохрена чего наобещать могу, особенно если мне это нужно! А мне очень было нужно добраться до вашего кабинета целой и невредимой!
Лорд Тиан вдруг на секунду задумался, словно вспомнив о чем-то важном, а потом удовлетворенно улыбнулся и толкнул меня в собственное кресло.
— Обожаю лживых ведьмочек, — его тон мне совсем не понравился. — Особенно когда они начинают говорить правду…
Я так кулем в кресле и замерла от нехорошего предчувствия. Может, выйти к оборотням было безопаснее?..
Он повернулся к терпеливо наблюдающему за нами василиску.
— Ну? Что нового? Ни за что не поверю, что ты с самого утра просто поздороваться зашел…
Василиск понимающе усмехнулся:
— У тебя сегодня мания выводить всех на чистую воду… Да, я по делу. Форнеус приказал проверить всех девушек, женщин и даже старух, и ему плевать, сколько времени на это понадобится. Грэдис возмущена, что ее ведьмы под подозрением, как и она сама, теперь вопит, что это только с твоего факультета могла появиться такая напасть, что пудришь своей темной магией добропорядочным ведьмам головы, потакаешь опасным экспериментам, плодишь вседозволенность…
— Чушь какая, — фыркнул декан. — Совсем сдурела Розалия.
— Озлобилась, — поправил василиск. — Я тебя предупреждал: не связывайся с ведьмами.
Лорд Тиан болезненно скривился.
— Уж кто бы говорил, — ехидно произнес он.
— Да уж знаю, о чем говорю, — не менее ехидно отозвался тот, и по губам его скользнула улыбка. Улыбающийся василиск — мне почему-то стало страшно.
Темный же только рассмеялся — громко, открыто и как-то непривычно радостно.
Василиск тем временем выудил из-за пазухи черный кристалл.
— Вот, держи, — протянул он его темному. — Слепок магии отличившейся, раздам всем деканам, пусть тоже на своих факультетах ищут.
Я, затаив дыхание, следила, как улика перекочевывает в подставленную ладонь темного.
Лорд Тиан внимательно осмотрел, как сплетаются внутри кристалла потоки магии, как перетекают из стороны в сторону черные подрагивающие нити, и положил его на стол прямо передо мной. Небрежно положил, даже, скорей, обронил с высоты ладони — со стуком, как откидывают в сторону ненужную вещь, — но я невольно сжалась, не в силах оторвать взгляд от лежащего на расстоянии вытянутой руки предмета.
— Новеньких твоих тоже проверить надо. Сорвем немного им первую пару?
Темный усмехнулся.
— Эту зелень неумелую? Ну давай, первая пара и так практически сорвана…
Василиск бросил взгляд на часы.
— Хорошо. К началу подойду.
На пороге он слегка замешкался.
— И да, Арен… Надеюсь, ты не станешь никого прикрывать и на проверку они явятся в полном составе?
Глаза темного сощурились.
— А ты как думаешь?
— Думаю, что не стоит рисковать родным факультетом, — серьезно ответил тот.
— Конечно, — холодно улыбнулся маг и, едва закрылась дверь, повернулся ко мне. Подопнув ногой поближе стул, уселся напротив, облокотившись на стол. — Ну-с-с-с… Поговорим, милая?
— Я вам не милая, — затравленно огрызнулась я. — И вообще скоро на пару опоздаю, а новой формы еще нет!
— Чем тебе не форма? — насмехаясь, поддел он край шторины, в которую сам меня и завернул.
— Цвет не тот! — я мрачно посмотрела на коричневую ткань с золотистыми узорами. — Не по заказу! И не к лицу! И вообще, — мой взгляд красноречиво опустился на руку темного, что касалась моей шторы, я скривилась брезгливо. — Соблюдайте субординацию, господин декан, не тыкайте мне, да и в меня пальцами своими не тыкайте. Неприятно, знаете ли…
Отчетливо услышала, как напротив меня скрипнули зубами, но пальцы разжали.
— О, прекрасно… — Прекрасного я в его тоне ничего не нашла и снова заерзала в кресле, пытаясь обрести свободу передвижений. — Давайте поговорим о субординации, раз уж вы начали… Например, о том, что вы мне не отдали чужой пропуск по первому требованию…
«Мой пропуск!» — едва не возмутилась я вслух. Лучше бы он про него забыл! И про него, и про меня, и вообще про освобожденного духа…
— У нас там проверка, слышали же? — занервничала я, еще до конца не осознавая, как я этой проверки смогу безнаказанно избежать. Но лучше уж массовая проверка, чем подобный разговор один на один. — Нас ждут!
— Без меня не начнут, — «успокоил» он и с самым серьезным видом подался вперед. — Так, говорите, какая душа вам пропуск в чужое общежитие незаконно оформила? Или дух? И за какие заслуги?
Я сделала все, чтобы при слове «дух» лицо не дрогнуло.
— Это был очень милый дедулька, — невозмутимо ответила я. — Может, впервые за сотни лет пожалел кого-то, а вы уже тут… А в чем, собственно, я виновата?
Рука декана опустилась на черный кристалл; пока сам он продолжал глядеть мне в глаза, пальцы задумчиво погладили гладкую поверхность. Жест, прямо скажу, в моем положении угрожающий.
— Покажите мне пропуск, — холодно произнес темный. — И после этого можете даже нажаловаться на меня ректору…
Угроза стала ощутимей.
Вот теперь уж точно не желаю, чтоб он его даже в руки брал! Кто знает, сможет ли он с помощью магии определить, при каких именно обстоятельствах пропуск попал ко мне? А именно — что вручал его уже ставший бесцветным дух…
— Вы же понимаете, что с собой его у меня точно нет? — несколько нахально отозвалась я.
— Значит, отправимся туда, где он есть, — заявил лорд, забирая с поверхности стола кристалл и отправляя его в карман.
Я выдохнуть не успела — все-таки эта штука со слепком моей магии перед носом изрядно нервировала, — как меня подхватили на руки, словно гусеницу, и шагнули в подрагивающий портал.
Декан мягко приземлился на зеленую траву, лишь слегка покачнувшись, чтобы сохранить равновесие.
— Изольда, впусти, я ведьму принес, — обратился он к избушке.
Ага, значит без приглашения он в женское общежитие, которое сам же и пригнал откуда-то, зайти не может! Учла на будущее. И еще раз учла, что с Изольдой надо дружить.
Избушка жалобно заскрипела, разворачиваясь. Несколько любопытных кудрявых голов высунулись с верхних этажей, и даже улицу огласил истошный крик:
— Мужчина у порога!
Топот многочисленных ног, суета, потом разочарованное:
— У-у-у-у… Не один…
— Черт, да это же… — ставни резко захлопнулись, отсекая от нас все звуки.
И суета как-то разом утихла. Даже обидно. А еще обидней, что декану повторно Изольду просить не пришлось — она сама гостеприимно перед ним дверь распахнула, и он легко забрался по ступеням внутрь и направился прямиком на третий этаж. На котором было подозрительно тихо, чем-то воняло и даже никого не били. За Жоржа стало откровенно страшно… И общая комната была пустой. Где все?!
— Эй, — я снова дернулась в мужских руках. — Да отпустите меня уже! И паранджу эту с меня снимите, здесь у всех такая форма, а некоторые еще и не переоделись!
И как-то неприятно стало, что он сейчас полуголых ведьмочек может увидеть. За ведьмочек неприятно, ведь они точно не заслужили, чтобы темный маг своими темными глазищами по их фигурам скользил…
Декан замер посреди общего зала, хмуро огляделся и неохотно спустил меня на пол.
— Развяжите, — подсказала я. Крепкая штора, зараз-з-за…
— Нет.
— Вы меня позорите перед группой! — возмутилась я.
— А вы меня перед всей Академией своей утренней прогулкой уже опозорили, — не остался он в долгу. — И вообще, где ваша комната?
— А не оборзели ли вы, часом, в мою комнату наведываться? — мрачно осведомилась я.
Он хмыкнул, с прищуром посмотрел в потолок, словно задумавшись, и снова перевел взгляд на меня.
— Нет, — нахально ответил темный, еще более нахально потянувшись рукой к моей груди.
Ну, это уж перебор! Я отпрыгнула в сторону, едва не зашипев от злости.
— Укушу — сдохнете! — вполне серьезно предупредила я.
Рука замерла в нескольких сантиметрах от меня.
— Правда? — саркастично приподнял маг бровь. — Неужели в вас столько яда?
Больше, чем он думает!
Я промолчала, не сводя с него насупленного взгляда.
Темный улыбнулся, и рука уверенно продолжила свое движение. Я отступила еще на шаг и свалилась кулем на диван. Улыбка мага стала шире и хитрее, когда пальцы скользнули по моей шее, извлекая на свет голубой кулон с предательски сияющим номером комнаты. Один мельком брошенный на него взгляд — и лорд стащил меня с дивана и уверенно поволок, приобнимая за талию, к моей же комнате. Я старательно упиралась ногами в пол, но это как-то не помогало…
И тут мы услышали голоса.
— Так, открой ротик, не капризничай, маленький…
В ответ раздалось невнятное мычание и слабенькое поскребывание в стену. Декан остановился, прислушался заинтересованно, толкнул ладонью ближайшую дверь, за которой находилась комната Динэи.
Наши ведьмочки загнали несчастного Жоржа в угол, три лапки его были перебинтованы, глаза наполнены ужасом, а к крепко сжатому рту сама по себе неотвратимо приближалась маленькая ложечка с зельем. Зелье, кстати, варилось прямо на столе в горшочке, кипело, бурля зелеными пузырями, и именно оно на всю избушку воняло. Воняло отвратительно, поэтому паук из последних сил пытался избежать лечения чрезмерно жалостливыми ведьмами.
— А давайте вы меня лучше бить будете? — затравленно предложил он, зажимая лапками рот. Ложечка тут же подлетела ближе и выжидательно замерла в считанных сантиметрах от испуганно примолкнувшего паука. Пусть только откроет рот…
— Бредит, — уверенно заявила Полина.
— Вот, — прошипела Равьена в сторону несостоявшейся старосты. — Я же говорила, сотрясение! А ты: нечему там сотрясаться, нечему… Надо бы в лекарство пару перьев гиацинта добавить — мозги прочистит…
— Ага, а мне потом комнату проветривай! — возмутилась Динэя и удивительно ласково прощебетала: — Открой ротик, дорогой… Мы тебя вылечим… А-ам!
Вторая ложка приблизилась к Жоржу с другой стороны.
— Убивают! — не выдержал он нервного напряжения, за что и поплатился. Проглотив одновременно две ложки зелья, он позеленел, выпучил глаза, когда у него одна за другой стали отрастать новые лапки…
— Ой, переборщили, — пискнула Есения.
— Ничего, лишние оторвем! — оптимистично заявила Динэя и восторженно цокнула языком. — Зато результат-то! Результат!
…И, насчитав десять новых конечностей, паук рухнул в обморок.
— Что, Жорж, на жалость давишь? — бесцеремонно усмехнулся лорд Тиан с порога.
Я еле успела спрятаться за его спину, как ведьмы медленно повернули в нашу сторону головы, оценили гостя, оценили, во что сами одеты, точнее, не одеты — кто в цветастой сорочке, кто в панталонах, кто юбку на плечи закинул, чтоб с пауком расправляться не мешала, — и как завизжат, прикрываясь руками и чем попало! Изольда — и та на месте подпрыгнула!
И полетели в нас расческа, табурет, паук и проклятия!
Только Есения, томно надув губки и опустив глаза, кокетливо вышла вперед, не стесняясь ни новой формы, ни своих форм.
— Мы так рады вас видеть, лорд Тиан…
Ничего себе, какой голос у нее грудной при необходимости…
— Вижу, — весело отозвался темный, опуская пойманный предмет мебели рядом с собой. Отцепил от своей груди трясущегося мелкой дрожью Жоржа и посадил на табурет. — Извините за вторжение, но, кажется, у нас какое-то недоразумение с формой… — Он обаятельно улыбнулся, и из чьей-то груди вырвалось тихое «А-ах!..»
— Юбочку бы покороче, — вынесла тут же скромное предложение Есения — и опять до невозможности томным голосом!
Ведьмы зло зыркнули на нее и разом вспомнили, за что били Жоржа. Кажется, она следующая…
Темный с поразительной выдержкой предложение проигнорировал.
— Ну признавайся… Решил ткань сэкономить или Академию голыми девицами развлечь? — наклонился он к пауку, который теперь больше напоминал лохматый шевелящийся шар с глазами…
— Лапы… Лапы! — только и смог беспомощно прошептать тот, оглядывая себя. — Раз, два, три… Пять… Десять… Восемнадцать… Восемнадцать!
— Не стыдно? — осуждающе посмотрел на своих первокурсниц темный. — До чего ткача довели! Кто теперь его работу делать будет? Вы?
— Мы всё вернем как было! — уверенно пообещала Динэя и протянула вперед руку, намереваясь схватить жертву собственного лечения.
— А-а-а-а-а! — И куда делся паучий бас, когда он попытался спрятаться темному за пазуху! Кстати, почему маг его за такое еще не растоптал или не размозжил заклинанием? Вместо этого аккуратно отцепил от себя, как любимую кошку, разве что не погладил, вернул на табурет и строго сдвинул брови.
— Кровопролития я не разрешал.
Ведьма смущенно потупилась.
— Ну ладно, тогда нейтрализующее зелье сварим, — буркнула она недовольно.
— Главное, снова не переборщите с дозировкой, — насмешливо заметил удовлетворенный ответом маг. Отчего успокоившийся было паук вздрогнул и заботливо подобрал под себя все лапки, включая лишние. — А теперь с тобой разберемся, — повернулся к нему лорд Тиан. — Это что за диверсионный наряд у моих подопечных? Хотел вывести из психологического равновесия всю мужскую часть населения Академии? И банально уничтожить женскую?
— Про мужскую понятно, — поправив очки, тихо заметила Равьена. — А с женской-то что не так?
— Большинство бы подохло от зависти, — не отрывая взгляда от провинившегося паука, просто и коротко объяснил магистр.
— Да что вы, лорд Тиан! — возмутился Жорж, который в присутствии защитившего его декана приосанился и вообще стал заметно увереннее. — Всего лишь выполнил указания. Я и сам в шоке от вашего вкуса…
— Чьи указания? — вкрадчиво спросил темный. — Я тебе их лично давал?
— Как всегда, через старосту, — паук даже привстал на лапках, заглядывая через плечо мага, чтобы никаких сомнений не осталось.
— Чего? — я мелкими шажочками вышла из-за спины декана.
Теперь злые взгляды ведьм устремились на меня, плюс еще добавился злой взгляд темного.
— Она? — обличительно указал он на меня пальцем. Ух, оторвала бы, но руки связаны!
— «Корсетик, там, чулочки, декольте опять же поглубже, юбочку покороче… вот в чем он мечтает увидеть ведьм!» Я все записал! — Из воздуха появился блокнот, с которым паук и сверился, прежде чем процитировать… меня.
— Та-ак, — протянул декан, как-то по-новому на меня посмотрев. — Выходит, сами виноваты, по вашему извращенскому заказу сшито, — язвительно добавил он.
— По вашему, — упрямо повторила я. — Но, кажется, мы уже договорились по поводу новой формы…
Загалдевшие было ведьмы притихли и уставились на меня.
— А может, лучше старую форму оставим? — задумчиво предложила Павла. — Эта какая-то совсем позорная…
— Это штора! — прошипела я, безуспешно пытаясь освободить хотя бы руки. Поднявшаяся с нее пыль защекотала нос, и я громко чихнула. — Кстати, когда вы ее стирали последний раз?
— Никогда, — глазом не моргнул декан. — Но могу предоставить такую возможность вам.
— Спасибо, обойдусь, — процедила я сквозь зубы.
Но мое мнение на этот счет его не интересовало.
— Сколько времени понадобится, чтобы сшить новую? Без моих особых предпочтений? — мрачно уточнил маг.
— Ночь точно уйдет, — опустил взгляд паук.
— А на зелье? — посмотрел он на ведьмочек.
— Ровно столько же! — мстительно ответила Равьена.
— Ведьмы! — выдохнул обреченно темный и тут же решительно заговорил, чеканя каждое слово: — Значит, так. С этого момента вы переходите в полное распоряжение лучшего ткача Академии Зла — Жоржа! Шьете, вяжете, прядете — беспрекословно выполняете всё, что он прикажет, и быстро. К началу первой пары форма должна быть готова! Какую сошьете — в такой пойдете, и не приведи Тьма, если она будет недостаточно аккуратна! Кстати, и на свою любимую старосту не забудьте сшить…
На меня уставились с особой злостью.
— А она… — Динэя не договорила, точнее, не дошипела.
— А она, — покровительственно приобнял меня декан, — будет наслаждаться отдыхом и сытным завтраком. Вам не говорили, что старосту нужно беречь, холить и лелеять? За работу! — рявкнул он ошарашенным ведьмам, прежде чем захлопнуть за нами дверь.
До моей комнаты оставалось несколько шагов.
— Вот вы… — Нужные слова даже не подбирались. — Вы… Да меня теперь возненавидят, вы понимаете?!
— Естественно, — не стал он спорить.
— Это подло! — я наконец-то смогла цензурно выразить вслух свои мысли. — И несправедливо!
— Мир вообще неидеален, — философски заметил вероломный темный, открывая передо мной мою же дверь.
Ну вот, теперь выхода нет…
— Помните, зачем мы сюда пришли? — притянув меня к себе за узел ткани на груди, таинственно спросил он.
Обманчиво мягкое выражение глаз, располагающая улыбка, волнующий мужской запах со свежими нотками хвои и душистого перца и темное-темное нутро…
— Помню, — резко ответила я, хотя больше всего на свете хотелось изобразить прогрессирующий склероз.
— Мне придется устроить обыск, или вы сами? — великодушно предоставили мне право выбора.
— Сама! — не успела я буркнуть, как штора упала к моим ногам.
Только пусть не надеется, что я сразу предъявлю ему такую необходимую бумажку! Ну уж нет, для начала я ее хорошенечко поищу…
Я внимательно и медленно оглядела комнату, стараясь не задерживать взгляд на расстегнутом саквояже, который вызывающе стоял прямо на столе. Лорд Тиан насмешливо проследил за мной и хмыкнул.
— Дайте угадаю. Потеряли? Не помните, куда положили? У пропуска отросли ноги, и он сбежал?
Хорошая идея; жаль, не пройдет… Может, самой бежать или для начала огреть слишком дотошного декана по голове чем-нибудь тяжелым? Из тяжелого в комнате был только табурет…
— Ну-ну… — перехватив мой взгляд, скрестил он руки на груди. — У нас несколько разные весовые категории, а эффект неожиданности, увы, уже упущен… Не тяните время, адептка Краст, показывайте пропуск, и если…
Он осекся, нахмурился, услышав странный звук. Я тоже насторожилась, прислушиваясь, пока не поняла, что это чавканье, и доносится оно прямо из глубины саквояжа!
Переглянувшись, мы с магом наперегонки рванули к столу, но мужчина был быстрее и тут же перевернул некромантский саквояж вверх дном. Оттуда на стол грузно шлепнулся Рикки, на ходу запихивая в рот небольшой желтый огрызок бумаги, который потрескивал магическими искрами на зубах, пока крыс, зажмурившись, его жевал! Вывалившаяся следом Тикки сыто икнула и, смутившись, скромно помахала ошарашенному магу лапкой.
— Крысы, — зло выдохнул темный, и зверьки бросились врассыпную, не дожидаясь, пока их выпотрошат живьем. А судя по взгляду, именно это он и собирался сделать!
— Глупые животные, грызут всё подряд, не убьете же вы их за это? — Я двумя ладонями уперлась темному в грудь, наивно заглядывая в глаза, мешая сделать в их сторону шаг и вообще стараясь закрыть своим телом как можно больший обзор. Судя по тому, что скрылись они во внезапно появившейся щели между досками пола, Изольда тоже ничего не имела против присутствия этих животных.
— Они… — Грудная клетка под моими руками резко вздымалась и опускалась, пока темный справлялся со своим бешенством. — Они сожрали ваш пропуск!
— Они сожрали мой пропуск… — с глупой улыбкой повторила я и поспешно попыталась убрать ее с лица; вместо этого лишь сильнее заулыбалась.
Бешеный взгляд темного прояснился, и я сама не заметила, как он превратился в удивленный, заинтересованно изучающий мое счастливое лицо. Я убрала руки с его груди и сделала шаг назад.
— Извините.
Впрочем, прозвучало не очень искренне.
— Вы по жизни такая удачливая? — сердито спросил темный маг.
Я отрицательно покачала головой и, наверное, впервые за долгое время ответила по-настоящему откровенно:
— Я по жизни лишь собираю неприятности, увы.
И хорошо, что он сейчас не подозревает масштабов неприятностей, что меня преследуют. Но неподдельная грусть в голосе от него не укрылась и вроде как даже смутила.
— Тогда наслаждайтесь минутной удачей. И на будущее — не делайте глупостей…
Странный совет, совсем не ожидаемый от него.
— Каких? — окликнула я его на пороге.
Он остановился, обернулся, внимательно на меня посмотрев.
— Никаких.
И ушел. А я села на край кровати, закрыла лицо руками и рассмеялась безумным смехом.
— Крысявки, я вас люблю! — выкрикнула в пустую комнату.
— Любовью сыт не будешь! — возмутился было откуда-то из-под пола Рикки, потом икнул и лениво добавил: — Впрочем, я вполне сыт… Надеюсь в ближайшем будущем не жрать магические предметы, а то несварение заработаю, так что поосторожнее там с уликами-то! — ворчливо добавил он. — И с темными магами!
Обязательно найду своим хвостастикам вкуснейшего голубого сыра! Заслужили!
Сунувшись в комнату Динэи, я никого там не нашла. Видимо, паук забрал их в свой укромный ткацкий уголок — отрабатывать в поте лица каждую лишнюю лапку. Поэтому решила последовать совету темного и плотно позавтракать. Пусть меня возненавидят, но хотя бы сытую.
Новая форма была готова к назначенному времени — все-таки связываться с лордом Тианом не рисковал никто… кроме меня. С издевательским поклоном мне вручили аккуратную стопку одежды.
— Старостам — все самое лучшее, — язвительно произнесла Динэя.
— Полуголым старостам в объятьях декана — особенно! — злорадно добавила Павла.
— Девочки… — укоризненно протянула я. — Ну вы чего… Он же специально — вас позлить, на меня натравить в качестве наказания…
— А кто нашего декана при всех озабоченным извращенцем выставил? Кто Жоржу дизайн формы подсказал? Кто перед магистром своими прелестями тряс? Ты! А исправлял все это кто? Знаешь, какой у Жоржа ткацкий станок? — Мне продемонстрировали сбитые в кровавые мозоли ладони. — Хотя откуда… И вообще мы жертвы обстоятельств!
— Для жертв вы очень лихо довели паука до заикания! — не согласилась я.
Все дружно плюнули в мою сторону и разошлись по комнатам переодеваться. Я сама передернула плечами, плюнула им вслед и захлопнула дверь. Ну и ладно, пусть дуются, у меня есть проблемы посерьезнее — вроде приближающейся проверки и гуляющего по Академии освобожденного мной духа.
Первой парой должно было быть мое любимое зельеварение с таинственной приписочкой: «В боевых, полевых и смертельно опасных условиях». Впрочем, сама по себе приписочка была вполне понятна и не допускала двояких трактований, чем мне сразу и не понравилась.
Новая форма оказалась ладной, приятного приглушенного оттенка зеленого — тонкие эластичные брючки по фигуре, коротенький пиджачок с вышивкой по вороту и рукавам, легкая белоснежная блузка с довольно откровенным вырезом, хотя под застегнутым наглухо пиджачком все равно не видно. Приятным открытием стало множество карманов — потайных и не только, разных размеров. В придачу к этому выдали, точнее, едва не швырнули в меня удобные коричневые башмачки. Я посмотрела в зеркало: стройная привлекательная девушка, так и не скажешь, что ведьма… Но настоящие ведьмы остались таким внешним видом довольны и гордой толпой прошествовали в Лабораторный корпус, где нам предстояло познакомиться с первым преподавателем — Анэлией Гадтер.
Не дело преподавателям приходить в кабинет раньше адептов, но сегодня был исключительный день, и в просторной лаборатории нас поджидали трое: наш декан, вольготно присевший на край парты и беседующий с хладнокровным василиском, на лице которого не читалось никаких эмоций. Напротив, за преподавательским столом, подперев подбородок ладонью, сидела приятной наружности ведьма, которая блеснула в нашу сторону любопытными живыми глазами и тут же приветливо улыбнулась.
Лорд Тиан не преминул покоситься на часы, но мы пришли вовремя, поэтому он встал, махнул рукой в сторону лабораторных столов и дал приказ рассаживаться. Я не стала прятаться и по привычке заняла первую парту. Видимо, у Равьены была такая же привычка либо она оказалась самой незлопамятной, но именно она без колебаний села рядом. Темный оглядел нас внимательным взглядом, увиденным остался доволен и даже улыбнулся.
— Вижу, вы хорошо потрудились.
Ведьмы угрюмо кивнули, а я вдруг почувствовала, как у меня нестерпимо начинает чесаться спина. И плечи. И грудь. И руки… Чертовы мстительные одногруппницы!
Я напряглась, неестественно выпрямилась, сжала губы, пытаясь игнорировать зуд и не дать ведьмам возможность наслаждаться моими мучениями и гордиться своей пакостью. Сзади раздался сдавленный смешок. Кто-то точно знал, что гадость начала действовать.
— Позвольте представить: ваш преподаватель по зельеварению в обычных и экстремальных условиях Анэлия Гадтер, — с некоторой хорошо удающейся ему торжественностью в голосе произнес темный маг.
Ведьма откинула назад свои роскошные каштановые кудри и кивнула нам в знак приветствия.
— Поскольку все уже наслышаны о комендантском часе и его причинах, — продолжил он, и, как ни странно, несмотря на неприятную тему, торжественности в его голосе не убавилось, — не буду скрывать, что все вы находитесь под подозрением. Поэтому сейчас декан факультета Контроля за Магическими Воздействиями, магистр Эллиан Гадтер проведет небольшую проверку.
Одинаковая фамилия ведьмы и василиска не ускользнула от наших ушей, и теперь взгляды адепток откровенно скользили по семейству Гадтеров. Как они, даже внешне такие разные, оказались вместе, было гораздо любопытней какой-то проверки. У меня даже спина чесаться меньше стала. Но наши любопытные носы быстро прищемили коротким:
— Первая пошла.
Указав, к счастью, не на меня, а на Равьену.
Та спокойно вышла к василиску.
— Мне надо взглянуть на вашу магию, — сообщил он ей, поправив темные очки. — Небольшого концентрированного сгустка будет вполне достаточно.
Она послушно вытянула вперед руку, нахмурилась сосредоточенно — над ладонью начал расти переливающийся зеленый шарик, по поверхности его бегали разноцветные разряды, а сам он стремительно увеличивался, как мыльный пузырь.
— Достаточно, — резко приказал василиск, когда магический шар достиг размеров кулака и не собирался останавливаться на достигнутом.
По виску Равьены скатилась капелька пота, губы плотно сжались, она свободной рукой обхватила собственное запястье, чтобы не дрожало.
— Н-не могу… Он по инерции… И сейчас…
Взорвется! Точно, без малейших сомнений!
Я подскочила с места, намереваясь вышибить сгусток энергии с ее ладони, отправив его в окно, но нас резко накрыло черным щитом, меня обдал пробирающий до костей холод темной магии, заставив поморщиться и сесть обратно, а василиск сам осторожно, двумя руками перехватил у нее гудящий и потрескивающий шар уже сантиметров тридцати в диаметре. Равьена обессиленно выдохнула и медленно сползла на пол, в ужасе смотря на декана факультета Контроля.
— Разнесет весь корпус, — задумчиво сообщил он, держа смертоносный пульсирующий комок в руках.
Воздух рассек стремительный удар непонятно откуда взявшегося зеленого чешуйчатого хвоста, и василиск исчез. Вместе с шаром и вместе со своим хвостом.
Только тогда темный снял с нас защиту, подошел к Равьене и подал ей руку, помогая подняться.
— Сильная, — только и сказал он; почему-то это прозвучало осуждающе.
Где-то вдалеке прогремел взрыв, Анэлия встревоженно взглянула в окно, но вслух ничего не сказала. Моя чесотка усилилась, я впивалась пальцами в край парты и искренне мечтала снять с себя кожу.
— И неуправляемая! — темный помог ослабевшей Равьене сесть рядом со мной, случайно задел меня локтем, так я еле удержалась, чтоб не потереться об него, как медведь о дерево! Или не удержалась, судя по брошенному вскользь его настороженному взгляду?
— Часто так бывает? — требовательно спросил он.
— Почти всегда, — дрожащим голосом ответила Равьена и вдруг беспомощно вскричала, подскочив на ноги: — У меня всё всегда взрывается! Сила течет, как песок сквозь пальцы, и я не могу ее вовремя остановить! Выходит либо пшик, либо… Я и на Ведовский поэтому не поступила! При магистре Каллохене разгромила всю лабораторию!
— Жаль, что не его кабинет, — хмуро усмехнулся темный, и она замолчала, переводя дух и разжимая сжатые кулаки. — Ничего, сила есть, а… управляться с ней научим! — с наигранной веселостью заявил декан, ласково усаживая ее обратно. И руки его были осторожны, пальцы успокаивающе поглаживали плечи… Плечи Равьены! И в голову пришла неуместная и эгоистичная мысль, что лучше бы он меня почесал, а не ее успокаивал! А потом бы я с чистой совестью ему эти руки переломала!
Василиск вернулся так же внезапно, как и исчез, флегматично поправил рукава и холодно произнес.
— Я хочу видеть в их исполнении темную магию.
— Еще бы, я тоже хочу, — буркнул себе под нос лорд Тиан. — Обращайся через год.
— Прямо сейчас, — убил всю мою надежду на счастливое избавление от проверки магистр Гадтер.
— Лично я не темная и пользоваться вашей непонятной темной магией не умею! — во всеуслышание заявила я.
Все взгляды устремились на меня, а ведьмочки неожиданно поддержали мое наглое вранье:
— И я не умею!
— И я!
— Как это вообще?
— А где брать темную магию, если я лесная ведьма?
— Врут! — оборвал галдеж магистр Гадтер. Наш декан сурово сдвинул брови, и тот неохотно исправился: — Или не врут. В любом случае, пока не проверю, не успокоюсь.
Темный вопросительно посмотрел на с интересом наблюдающую за нами преподавательницу:
— Анэлия, я украду у тебя еще часть пары? Устроим экспресс-обучение темному колдовству!
У меня внутри все похолодело, снаружи зачесалось еще сильнее, и я поняла, что сбегу. Вот прямо сейчас, и плевать, что обо мне подумают!
— Да хоть всю, лорд Тиан! — Голос у ведьмы оказался звонкий, взгляд — хитрый, а улыбка — обворожительной. — Только потом насчет дополнительных часов с факультетом Контроля сами договаривайтесь!
Темный понимающе усмехнулся, кивнул и не удержался от вопроса:
— Тебя-то муж тоже проверил?
У василиска губы сжались в тонкую полоску, а она заливисто рассмеялась:
— А то! Одну из первых! Обещал взбучку устроить, если это окажусь я, и запереть в глубокой-глубокой норе!
— Пещере, — невозмутимо поправил ее муж. — Кстати, даже присмотрел в какой…
Да уж, и присмотрел, судя по тону, уже давно… Не удивлюсь, если в день свадьбы, а то и раньше!
Я аккуратно сдвинула рукав. Кожа под ним покрылась красными пятнами, что указывало не на магию, а на вполне материальный состав, которым пропитали мою одежду.
— Можно я выйду? — с самой вежливой улыбкой спросила я и, не выдержав, принялась украдкой царапать собственные запястья. Гордость гордостью, но месть ведьмочек оказалась невыносима!
— У нас занятие, адептка Краст, — надменно произнес лорд Тиан. — И сейчас начнется самое интересное!
Я открыла было рот, чтобы сказать, что мне о-очень надо, но он перебил меня язвительным:
— Я помню о вашей органической непереносимости, придется вам потерпеть!
Дверь тут же заблокировалась заклинанием, лишая меня всяческой возможности уйти, не привлекая внимания.
— Тогда вам тоже придется потерпеть! — зло сообщила я и, вскочив на ноги, принялась одну за другой расстегивать пуговки пиджачка.
Пуговичек казалось неимоверно много, чешущиеся руки плохо слушались, но, глядя на выражение лица декана, я решила, что с удовольствием повторила бы это снова!
— Действительно, начинается самое интересное… — в кромешной тишине, нарушаемой только моим возмущенным пыхтением, хмыкнул магистр Гадтер.
— Адептка, а вам не кажется… — пришел в себя лорд Тиан.
— Неправильно, помедленнее надо, — перебила его Анэлия. Щелчок тонких пальцев, и помещение наполнилось музыкой. — А ты не смотри, не тебя соблазняют! — строго прикрикнула она на поперхнувшегося от такого заявления василиска.
— Соблазняют? — я с силой дернула последнюю пуговицу, та не выдержала моего напора и, оторвавшись, со стуком закатилась в угол. — Его?! — швырнула во вредную физиономию темного сорванный с плеч пиджак. — Да он последний, кого я буду соблазнять!
Тот с легкостью поймал элемент одежды прямо у своего лица. Злого лица! Очень-очень злого лица! Глаза сощурились, он с силой втянул воздух, сжимая пальцы на предмете моего гардероба так, что, казалось, ткань вот-вот порвется, и вдруг замер, по-прежнему прижимая пиджак к своему лицу. Так мало того, он начал подобно оборотню его обнюхивать. Мне аж не по себе стало, я даже края заправленной блузки прекратила вытаскивать из-за пояса брюк.
— Фу! — грозно скомандовала я. Получилось не очень грозно, потому что я нервно почесывала себе шею, пытаясь залезть поглубже за ворот. — Не смейте свои сопли об него вытирать!
Лицо декана знатно перекосило, он брезгливо отбросил мой пиджак в сторону. Я на сей жест почему-то оскорбилась.
— Дверь разблокируйте, не то продолжу! — держась из последних сил, чтобы не сорвать адскую блузку через голову, предупредила я.
— А продолжайте! — хрипло ответил он, делая шаг вперед и на ходу расстегивая собственный пиджак, пуговиц на котором было несравненно меньше, чем у моего.
Шаг, еще шаг, наливающийся самой Тьмой хищный взгляд, в котором плескался нескрываемый вызов, плавные перекаты плеч… Да пошел он к черту, меня не запугаешь!
Одним движением я развернулась лицом к окну, задрала блузку и скинула ее на пол, почувствовав на обнаженной и пылающей коже прохладный воздух, и вздохнула с облегчением.
— Класс! — донеслось сзади.
— Смотри, какие волдыри на локтях!
— А вся спина-то в язвах!
— О, и в пупырышках!
— Красотища! — восхитились своей работой ведьмы.
— Кошмар какой! Отвратительно! — поморщился над ухом подкравшийся декан, набрасывая на меня свой преподавательский пиджак. — Только штаны не снимайте!
К слову, под брюками у меня ничего не чесалось, но не возмутиться я не могла:
— Почему?!
— Потому что своими я точно не поделюсь!
— А я и не прошу! Еще трусы свои предложите! — фыркнула я, крепче заворачиваясь в висевший на мне пиджак, который доходил аж до середины бедер.
— Мне одной жаль, что состава на брюки не хватило? — раздался позади негромкий голос Динэи.
— Тш-ш-ш!.. — зашипели на нее со всех сторон. — Не «не хватило», а из жалости!
— Сок борщевика, кислотная слизь красной улитки, слюна жабокрыла… — не оборачиваясь к группе, зло проговорил лорд Тиан, все еще держа руки на моих плечах. — Как это сочетается с моими словами про заботу о старосте?
Группа виновато притихла, а Анэлия деловито направилась к чугунному котелку, прихватив с полок несколько ингредиентов. Василиск проводил ее молчаливым взглядом, посмотрел на нас, подозрительно хмыкнул и пошел помогать: достал с самой высокой полки какой-то пузырек, предусмотрительно зажег под котелком синий огонек. Кажется, меня собираются лечить… Прямо здесь! Видимо, чтоб не сбежала к лекарю и не отвертелась от проверки.
— Как? — снова рявкнул лорд Тиан, отчего я вздрогнула, а кто-то из ведьмочек даже испуганно пискнул.
— Так заботимся же! — бесстрашный низкий голос Динэи я узнала. — Вшей вот выводим, сама-то никак не сподобится!
Нет, ну это уже чересчур!
Темный перехватил меня за талию как раз в тот момент, когда я со звериным рычанием бросилась ее убивать голыми чешущимися руками.
— Не мешайте правосудию! — возмущенно взвизгнула, когда оказалось, что мои ноги болтаются в воздухе, а сама я повисла на его руке. На одной руке! И он спокойно меня в таком положении, сопротивляющуюся, удерживает!
— Я сейчас тут кое-кому кое-что выведу! Вместе с волосами!
Темный нагло улыбался и не собирался меня отпускать.
— Мордобой не по расписанию мне не нужен, — снисходительно произнес он.
— А когда по расписанию? — тут же поинтересовалась я, прекратив брыкаться.
— На следующей неделе. Практика по рукопашному бою, — с готовностью ответил маг.
— Долго, — недовольно фыркнула я. — Тогда хоть спинку мне почешите, раз уж руки распускаете…
Вместо этого он просто поставил меня на пол, и я даже слегка обиделась.
— Терпеть не могу, когда мне врут! — громко обратился он к ведьмам, и на этот раз никто даже не вякнул ничего в свое оправдание.
А декан хмуро сдвинул брови и раздраженно почесал нос. И еще раз. И еще. И сквозь зубы вылетело очень тихое и крайне нецензурное ругательство. Я опасливо подняла взгляд, оглянулась через плечо. Довольно немаленький нос темного мага стремительно покрывался красной сыпью, часть щеки тоже, а на верхней губе уже вскочил наполненный прозрачной жидкостью волдырь! Прямо-таки наглядное пособие: не суй свой нос в чужие дела, а точнее, нечего нюхать чужую одежду!
— О-о-о… — протянула я жалостливо, но резко осеклась и отвернулась. — Отвратительно выглядите! Впрочем, как всегда!
— Как я уже ненавижу эту группу! — в сердцах прорычал он, сжимая кулаки, на тыльной стороне которых тоже появились красные пятна. И, в общем-то, сейчас я была с ним солидарна.
— Лорд Тиан, я так понимаю, экспресс-обучение темной магии откладывается? — невинно поинтересовалась ведьма, помешивая деревянной ложкой с длинной ручкой зелье, кипящее в котелке.
— Ненадолго, — процедил он сквозь зубы.
— Ну и прекрасно, я уже знаю, какое зелье мы сегодня будем готовить! — обрадовала она присутствующих и ослепительно улыбнулась нашему аж физически пышущему злобой декану. — Только не мешайте, вам понравится!
— Ни капли не возьму из рук этих… — красноречивый взгляд в сторону девушек, прилежно сложивших руки на партах. — Ведьм!
А ведь, между прочим, они успешно оправдывают свое призвание, не то что я…
— Итак, — передавая ложку василиску, звонко произнесла Анэлия. Подошла к небольшой черной доске, скромно установленной на треноге чуть поодаль от ее стола, огневиком вывела название трех веществ, виновных в моем мучительном состоянии.
— Все ли компоненты вашего зелья угадал уважаемый лорд Тиан?
Щека темного нервно дернулась, но в остальном он сохранил невозмутимый вид и даже нос не чесал, а хотел, уж я-то знаю насколько!
Поняв, что наказание откладывается, ведьмы оживились.
— Нет! Не все!
И радостно принялись перечислять, а я — с каждым произнесенным словом мрачнеть, ибо изготовление нейтрализующего зелья все усложнялось и оттягивалось. А ведьма записывала, доставала что-то с полок, кидала василиску, а он покорно добавлял в котел.
Список уже достиг десяти наименований, когда молодые ведьмочки не без гордости выдохнули:
— Всё!
В этот момент темный осторожно потянул меня за собой, отступая в сторонку, подальше от рядов парт. Анэлия помешала бурлящую жижу, одобрительно кивнула, заметив наш маневр, а потом с легкостью подхватила котелок, размахнулась и окатила его свежесваренным содержимым всю группу, предварительно что-то прошептав, отчего резкий порыв ветра разбрызгал зелье по ведьмам равномерно!
От неожиданности задохнулась даже я, глядя на опешивших, отплевывающихся ведьм.
— А теперь начнем наше занятие! — равнодушно объявила молодая преподавательница, вновь повернувшись к доске. — Тема: «Создание нейтрализующего и восстанавливающего зелья в экстремальных условиях и условиях ограниченного времени».
Ведьмы недоуменно хлопали глазами.
— Записываем! — скомандовала Анэлия, и перед каждой тут же появилась тетрадь с ручкой, даже передо мной, хоть я теперь сидела не за партой, а в стороне, на каком-то табурете.
— Всем известно, что для того, чтобы нейтрализовать сок борщевика, требуется корень кровохлебки, — напротив первого пункта появилась соответствующая надпись, и мы лихорадочно записали. — Далее… Слизь красной улитки хорошо ликвидирует экстракт жуков-древолазов… Кора дуба… Зеленая плесень… Лапки птицееда…
Лица девушек уже пошли характерными пятнами, но все старательно записывали названия компонентов, боясь пропустить хоть слово.
— Вот теперь каждая из вас готова приготовить спасительную мазь! — в итоге объявила преподавательница.
Ведьмы блаженно заулыбались, предчувствуя скорое излечение. Смешать нужные вещества, нагреть — и вуаля!
— Только вот беда, — с показной грустью продолжила она. — Приготовление зельев в экстремальных условиях не подразумевает, что нужные компоненты вам преподнесут на блюдечке… Добыть их обязаны вы сами, ведь в реальной жизни запасы порошков не всегда будут в кармане, и действовать придется быстро, пока зуд не свел вас с ума… Не буду тянуть ваше и без того мучительное время. Рядом есть лес. И озеро. И парк. В парке вы точно найдете все необходимое!
Короткий кивок, и девушек след простыл. Нет, не испарились — выбежали в коридор, отчаянно почесываясь, проклиная всё и вся, и понеслись по коридору сломя голову. Я тоже рванула за ними, но меня удержали за плечо.
— Кажется, вы не очень-то в равных условиях — терпели на полчаса дольше, одежда неподходящая… — произнес темный. — Пр-равда, Анэлия?
— Без сомнений, — подтвердила та и выставила передо мной десять баночек, пузырьков и мешочков с порошками. Котелок я взяла сама.
— На двоих готовь, — распорядилась ведьма.
Я покорнейше кивнула, а маг подозрительно посмотрел в мою сторону, но вслух ничего не произнес.
— Она только что отправила твоих дорогих ведьм в парк, — ехидно заметил василиск.
Подумаешь, событие! Что они, в этом парке заблудятся, что ли? Тем более среди них есть Полина — лесная ведьма… Я меланхолично принялась смешивать ингредиенты, прислушиваясь к разговору.
— Знаю, — буркнул в ответ магистр Тиан.
— И молчишь? И даже не бежишь за ними вдогонку? — не успокаивался Гадтер.
— У меня для этого есть кое-кто другой, — дернул уголком рта темный и сразу скривился от боли — на губе красовалось уже несколько волдырей.
Достал из кармана какой-то камушек, сжал в ладони и тихонько позвал:
— Аззи… Срочно.
Молодой маг появился довольно быстро, весь запыхавшийся влетел в двери. Заячий хвостик, от которого он так и не сумел избавиться, меленько подергивался.
— Звали, лорд Тиан? Что-то случилось?
— Хочется верить, что пока ничего, — постукивая пальцами по столешнице, задумчиво произнес декан. — Но пять маленьких, глупеньких и беззащитных ведьм только что отправились в парк собирать травки, коренья и дергать лапки у монстрообразных пауков.
— В парк? — округлив глаза, переспросил Аззи. — В тот самый?
— А у нас их несколько? — приподнял бровь темный.
Парень тут же стушевался, переступил с ноги на ногу.
— Нет…
— Значит, в тот самый, что за тупые вопросы! — вспылил декан.
— Одни?! — в голосе парня прозвучал откровенный ужас.
— Почему одни? — маг позволил себе снисходительную улыбку. — С тобой!
Аззи обреченно застонал, скривился, как будто его живых тараканов есть заставили.
— Со мной?..
— А ты имеешь что-то против? — недобро прищурился мужчина.
— Нет, что вы…
Оправдываться у Аззи получалось плохо — совершенно неправдоподобно, — и, помявшись пару секунд, он все-таки выпалил на одном дыхании:
— Лорд Тиан, их же пятеро! Целых пять совершенно необученных ведьм! Разбрелись, поди, попробуй собери их в кучу, я же не пастух… И один не справлюсь! Зачем вы их вообще туда послали?!
Лицо темного словно онемело.
— Пошел вон, — холодно указал он на дверь, и этим ледяным тоном с металлическими, звенящими нотками окатило даже меня, заставив поежиться. — Либо придешь обратно вместе с ведьмочками, либо не вернешься никогда! И поторопись: вдобавок ко всему, боюсь, они сейчас не очень хорошо соображают…
Но парень с заячьим хвостом, несмотря на свой трусоватый внешний вид, даже не двинулся с места и с жалобными глазами попробовал еще что-то возразить:
— Но магистр…
Тут за молодого мага стало откровенно страшно, и я не выдержала:
— Слушай, что ты так побледнел, словно тебя на каторгу отправляют? Это всего лишь девчонки! Погуляешь, свежим воздухом подышишь, ведьмочкам глазки построишь, улыбнешься, хвостиком приветливо помашешь — сами за тобой пойдут! Цветочки, грибочки заодно пособираешь или что там еще в вашем парке растет…
Тот округлил на меня глаза:
— Что растет? Деревья огромные, заросли колючие, зомби вот иногда из земли вырастают… А вообще нечисть в основном, это для нее, можно сказать, заповедник!
— Заповедник нечисти? — осторожно уточнила я.
Все четверо уверенно кивнули, а я, бросив ложку, подбежала к Аззи, схватила его за рукав, потянула к выходу.
— Так чего стоишь? Пошли быстрее! Сейчас сожрут же мою группу!
— С тобой, можно подумать, не сожрут, — проворчал в ответ парень. — Ты как раз за десерт сойдешь…
— Десерт останется здесь доваривать лечебную мазь! — твердо заявил лорд Тиан, и Аззи тут же испуганно отпихнул меня к закипающему котелку, да так, что я чуть не упала.
— И что же, вы ничего не собираетесь делать? — беспомощно кинулась я к темному, хватая его за локоть.
Он задумчиво почесал нос, поморщился.
— Переживаешь, что ли? — рассеянно спросил у меня.
Я поджала губы, неопределенно дернула плечом. Волноваться за вредных ведьм вроде как-то несолидно, истинная ведьма еще бы вдобавок и позлорадствовала. Но… Эх, никогда мне не стать одной из них!
— Зря, — не дождался он моего ответа. — Но то, что чувствуешь ответственность, несмотря на обиду, меня радует!
— А меня — нет! — огрызнулась я, еще сильнее расстроившись.
Он только рассмеялся:
— Ну и правильно, пакости у ведьм в крови и в характере, а вам вместе еще пять лет учиться! Привыкай, староста! Это только начало пути!
Наверное, я слишком сильно побледнела и чересчур громко закашлялась. Настолько, что вызвала жалость даже у темного, у которого сердца нет и быть не должно!
— Так и быть, можешь взять двоих с пятого курса, — великодушно разрешил он Аззи. Тот обрадованно кивнул, расторопно бросился к двери, пока магистр не передумал.
— Стой!
У меня чуть не оборвалось все внутри: все-таки передумал! Да так быстро!
— Сначала издалека понаблюдайте, без необходимости не вмешивайтесь, — распорядился он.
— Чтоб прочувствовали, куда попали? — догадался Аззи.
Губы мага растянулись в злой ухмылке, и парень тут же скрылся в коридоре.
— Вот, — темный самодовольно посмотрел на меня сверху вниз. — Ничего с вашими ведьмами не случится, можете не волноваться.
— Точно? — засомневалась я.
— Хотите сказать, что я пять лет напрасно учил своих адептов? — прищурился он.
И я как-то сразу с жаром выпалила:
— Да разве я могу!..
…Сказать это вслух. Хотя да… Могу! Но сейчас совершенно не хочется тренировать на нем свой остренький язычок. Оторвет еще… Вместе с головой…
— Испортишь зелье — новых ингредиентов не получишь, — равнодушно подала голос Анэлия.
Пришлось возвращаться к котелку, помешивать бурлящее варево, чтоб не пригорело и через край не выплеснулось. Ложка, хоть и деревянная, громко стукала о чугунные стенки, выдавая мою нервозность.
— Да не волнуйтесь, не пропадет там никто, — успокаивающе проговорил темный за моей спиной. — Даже Аззи один бы справился, недооценивает он себя просто, сомневается, а это в его случае лишнее… Иногда надо действовать, а не думать.
— А вот у меня пара адептов все-таки пропала… — невесело усмехнулся василиск. — Весь парк обшарил — никаких следов.
Лорд Тиан резко повернулся к нему.
— Дух?
Я вздрогнула, закусила губу. Неужели появились первые жертвы? Неужели я виновата в чьей-то смерти?
— Не думаю, — магистр Гадтер отрицательно покачал головой. — Двоих сразу он бы не осилил. Ну прицепился бы к одному… А второй тогда где? Третий день как исчезли!
— Ой, а я, кажется, знаю, куда они подевались… — негромко проговорила я, не успев перевести дыхание от осознания, что пока еще ничего непоправимого не случилось.
— Вы? — в голосе темного отчетливо слышалась насмешка.
Но я на него даже не смотрела и сейчас обращалась исключительно к василиску.
— Три дня назад я как раз выменяла кое-что у двух адептов факультета Контроля и отдала им осколок мистического зеркала. Они посмотрели в него вдвоем и вполне могли перенестись в разные точки… Извините.
Даже сквозь темные стекла очков взгляд василиска давил, ввинчиваясь в самую душу, будто там он мог увидеть всю правду, прочитать меня насквозь. Очень надеюсь, что на самом деле он этого не может… Воцарившееся молчание угнетало, лорд Тиан переводил взгляд с меня на василиска и обратно и все больше хмурился.
— Куда зеркало настроено было, тоже знаете? — строго спросил магистр Гадтер.
И вот как бы мне ни хотелось соврать, но…
— В Зыбкую Топь, — выдохнула я.
Хвост стремительно пролетел перед глазами, описывая дугу, и василиск исчез в зеленоватом свечении. Надо же, как быстро он создает порталы и даже не трансформируется для этого полностью! Я искренне позавидовала — создать-то портал я могу, но тогда все увидят мой истинный облик, и одним неясно мелькнувшим хвостом я не отделаюсь.
— Я смотрю, вы не такая безобидная, как кажетесь… — задумчиво произнес темный.
А меня совершенно не радовала его задумчивость — много думать вредно для здоровья! Особенно для моего!
Поэтому никак не отреагировала и сделала вид, что целиком и полностью поглощена своим варевом. Всматривалась в котелок, как будто на дне его были как минимум все сокровища мира, и мне ни в коем случае нельзя отрывать от него взгляд.
— И в личном деле о Царстве Змей ни слова…
А в личном деле из правды — только мое имя!
— Ой, а мазь уже готова! — воодушевленно воскликнула я.
Хотя кипеть и кипеть ей еще полчаса как минимум, пока не загустеет…
С огня убирать не стала, щедро зачерпнула ложкой жиденький отвар.
— Щеку подставляйте!
Магистр опасливо покосился на содержимое и сделал шаг назад.
— Там кипяток!
— Вы же мужчина, потерпите! — не прониклась я состраданием.
— Никогда ничего подобного не терпел и начинать не собираюсь! — отрезал он. — И вообще я вам не верю, вы слишком много врете даже для ведьмы! Анэлия!
— М-м-м?.. — преподавательница неохотно оторвалась от толстенного талмуда и рассеянно взглянула на нас. — А в Зыбкой Топи настрадамусы растут, оказывается…
«Знаю!» — чуть не брякнула я, но вовремя удержалась.
— Жаль, Эллиану заказать не успела… — с искренней печалью в голосе проговорила она. — Эх, кто бы мне их добыл… Вместе с ледяным флоксом…
— Проверь, что она наварила, — хмуро попросил декан, на всякий случай прикрывая рукой щеку. — Не хочу вдобавок облезть или еще чего похуже…
Я разочарованно опустила ложку в котелок и отвернулась.
— Нечего проверять, не готово еще, — пробурчала недовольно.
Услышала позади тихий женский смешок и следом — шелест перелистываемой страницы: жене василиска было жуть как интересно, какие еще полезные растения можно добыть на самом страшном болоте мира. А чем я готова была обмазать морду магистра, интересовало не в пример меньше. Точнее, вообще не интересовало!
— Вот чего-то подобного я от вас и ждал, — обличительно заявил темный. — Полное отсутствие совести, стыда и чувства опасности!
— Я так понимаю, опасность — это вы? — не оборачиваясь, уточнила я.
— Было бы неплохо, если б не только понимали, но и осознавали, — высокомерно прозвучало в ответ.
«Я скромная адептка, мне положено молчать…»
«Я скромная адептка, мне положено молчать…»
«Я скромная адептка, мне положено молчать…»
Мантра не помогала.
— А вы сами-то осознаете, что успех вашего излечения в данный момент зависит от меня? — провокационно заявила я.
Так и хотелось подсыпать в варево какую-нибудь гадость! Любопытно, настоящая ведьма сдержала бы свой порыв?
— Нашего излечения, — невозмутимо поправил он. — Вдобавок от меня зависит ваша успеваемость. А вы порой не похожи на дуру…
— Порой?! — возмутилась я, едва не уронив ложку прямо в котел.
— Временами, — ровно подтвердил этот… этот… Гад он! И нечего на меня так пристально смотреть своими прищуренными и насмешливыми глазищами!
Отвернулась, стараясь не выдать обиду.
Он облокотился на стол, подпер ладонью подбородок.
— Что? Даже магией не швырнешь? — расстроенно проговорил провокатор. — А я так хотел посмотреть на плетение…
— Все равно оно не совпадет с образцом в кристалле, — чересчур самоуверенно заявила я.
— Не факт…
Разозлившись, почти выкрикнула:
— Я не темная!
— Как эмоционально… — спокойно произнес лорд. — А знаете ли вы, что неприязнь обычно возникает из-за заблуждений или, наоборот, при слишком близком знакомстве? И мне начинает казаться, что вы неспроста ненавидите мою магию и у вас с ней гораздо больше общего, чем хотите это показать…
— Держите свое мнение при себе, — процедила я, пытаясь успокоить вдруг бешено застучавшее сердце. — Вы меня совсем не знаете.
— Это вопрос времени…
На откровенный вызов я не поддалась и доваривала зелье молча, плотно сцепив зубы, чем неимоверно бесила магистра, который сделал еще пару попыток завести разговор о темных и, когда это не увенчалось успехом, принялся доставать меня другими способами. То и дело заглядывал через плечо, спрашивал, скоро ли будет готово, и издевательски пытался давать советы, как правильно помешивать, в какую сторону и какой рукой лучше ложку держать. В общем, он напрашивался. И отнюдь не на лечение!
Наконец-то зелье загустело, превратившись в мазь, я слила ее остужаться и была как никогда близка к тому, чтобы огреть чью-то темноволосую голову освободившейся чугунной посудиной, как из коридора послышался шум.
Ведьмы возвращались с победой. Мокрые — озеро стороной явно не обошли. С трофеями: зажатыми подмышкой баночками жуков, холщовым мешком улиток, сквозь который уже просачивалась ценная слизь, а Равьена волокла за мохнатую лапу с крючковатым когтем на конце гигантского птицееда прямо по полу.
Девушки были горды собой до невозможности, но важно вышагивать им не позволяли обстоятельства, поэтому движения их были дерганые и весьма нервные. Вода хоть и смыла большую часть зелья, выплеснутого в лицо, но от дискомфорта не спасла, поэтому, не дожидаясь специального распоряжения преподавательницы, девушки расхватали котелки и принялись за работу. А следом за ними, шатаясь, как пьяные, вошли трое магов, бледные и потрепанные.
— Все на месте, можете перез… через… херес… пересчитать, — заплетающимся языком проговорил Аззи и вцепился в косяк двери, чтобы не сползти вниз.
Лорд Тиан посмотрел на довольных и совершенно не обкусанных ведьм, занятых делом, перевел взгляд на обессиленных парней. Брови его удивленно и явно против воли ползли вверх.
— Задание вып-полнено. П-позвольте удалиться в лазарет? — мертвенным голосом спросил из-за спины Аззи лохматый рыжеволосый маг.
— Что? Зачем лазарет? — Анэлия уверенным движением распахнула дверцы стеклянного шкафа и принялась выбирать оттуда различные скляночки. — Сейчас наши девочки вас сами на ноги и поставят!
Глаза ведьминских защитников наполнились таким отчаянным ужасом, что даже лорд Тиан проникся и молча кивнул на выход. Они улепетывали без разговоров и настолько быстро, насколько это вообще было возможно в их состоянии.
— Ну зачем ты их отпустил? — укоризненно проговорила преподавательница, прижимая к груди бутыльки с разноцветными составами.
Темный снова задумчиво оглядел деловито копошащихся ведьм.
— Чтоб мои сами попросились в лазарет… — покачал он головой. — Должно было произойти что-то действительно страшное.
Анэлия равнодушно пожала плечами и, обиженно прикусив губу, принялась расставлять все обратно.
— Страшное-страшное… — пробормотала рядом Павла, вдохнув пар, поднимающийся над котелком. — Ну, медведь рогатый разлегся прямо у входа в нору птицееда… Подумаешь, палочкой его потыкали! Что огнем-то сразу плеваться?! Не зверь, а припадочный какой-то!
— А незачем тыкать палочкой адского выкормыша! — негромко прорычал декан. — Особенно если не вам расхлебывать последствия!
— Так он нам мешал! — возмутилась полугномка. — Храпел к тому же, аж земля дрожала…
— Медведь был милым! — протянула Есения. — А вот стая какой-то прозрачной гадости, в которую Динэя камнем кинула… Бр-р-р… Кто-нибудь собрал в баночку кислоту, которая с их клювов капала?..
Ведьмы, не отвлекаясь от собственного зелья, продемонстрировали полные пузырьки с шипящим содержимым. Запасливые…
— Так… — темный нахмурился. — Надо будет увеличить количество часов на изучение бестиария парка, — сделал он тут же соответствующий вывод. — Сегодня пятой парой и поставлю!
Про пятую пару услышали все и дружно застонали. Особенно я: у меня встреча с Морри накрывалась медным котелком!
— Я так понимаю, готово? — прозвучало раздраженно.
Прежде чем я успела ответить, магистр зачерпнул из пиалы мазь и вместо того, чтобы обмазать ей свою морду, развернул меня к себе спиной, рывком дернул назад пиджак, обнажая ключицы и спину до лопаток, и ладонью провел от шеи вниз по позвоночнику.
— Да вы охренели! — выдохнула я, двумя руками вцепившись в края одежды на своей груди.
Судя по воцарившейся в классе тишине, охренели все, но только не он. Лорд Тиан молча и медленно растер лекарство в стороны.
— Хочу убедиться, что оно действует, — без тени улыбки проговорил он.
И оно действовало. Касаясь кожи, почти мгновенно приносило облегчение, приятным холодком расползаясь под горячей мужской ладонью.
Это позор. Меня на глазах у всех лапает темный маг, вызывает мурашки, щекотно расползающиеся по всей спине, прикрываясь своим положением, а я ничего не предпринимаю!
— Убедились? — голос прорезался с трудом и был довольно жалким.
— Вполне.
— Тогда пользуйтесь!
Я, трясясь от злости, зачерпнула горсть мази и резко развернулась к наглецу — нанести мазь способом, соответствующим ситуации, и хоть чуть-чуть компенсировать моральный вред.
— Вот!
Шлепок вышел звонким и очень смахивал на плохо замаскированную пощечину. Зрачок сузился от боли, несколько волдырей под моей ладонью лопнули, излишки мази брызнули во все стороны, но темный устоял с каменным лицом и даже не шелохнулся, сверля меня вмиг почерневшим взглядом.
На мгновение я устыдилась своей реакции, но лишь на мгновение, а следом хладнокровно размазала лекарство по его носу и губам, прежде чем мое запястье обхватили стальные тиски рук вконец разозлившегося мага. Качественная работа — кожа заживала практически на глазах: краснота пропала, а ранки затягивались. Мне есть чем гордиться.
— Я достаточно позаботилась о вашем здоровье? — тихо прошипела по слогам, выдерживая этот убийственный, пристальный взгляд.
Я видела, как яростно пульсирует венка на его виске, показывая, с какой скоростью гонит кровь сердце, видела, как напряглись мышцы рук и шеи, как тяжело ему сдержать свой гнев, но и отпустить его перед всеми не позволяет… что-то… Девяносто процентов мужчин бы на его месте не сдержались, и мне бы уже давно прилетело в ответку. Как минимум — мелкое проклятье или матерное пожелание, как максимум — переломили бы хребет. С каждой секундой молчания я все отчетливей это осознавала, и на душе становилось гадко. Чувство отмщения и торжества справедливости почему-то не появлялось.
— Я могу сломать руку ста разными способами, — глядя исключительно на мое тонкое запястье, обхваченное его лапищей, произнес он наконец.
Я нервно сглотнула, потому что нисколько в этом не сомневалась, и заодно прикинула: интересно, а сколькими разными способами я смогу довести его до нервного срыва…
— Шестая пара — «Техника безопасности при работе с лекарственными препаратами», — выдержав красноречивую паузу, холодно отчеканил он и усилием воли заставил себя разжать пальцы, отпуская меня. Для всех остальных его голос прозвучал абсолютно спокойно. Для тех, кто не видел сейчас его лица.
— Анэлия, проведешь, — распорядился темный, даже не взглянув в ее сторону. — Компенсирую твое бесценное время тройным гонораром.
Развернулся на пятках и вышел, оставив меня в своем пиджаке пылающую от стыда, гнева и еще какого-то непонятного скребущего на душе чувства. Как будто меня пожалели, а я этим бессовестно воспользовалась… И меня снова пожалели! Но ведь это не так? Не может быть так! Или… Противное все-таки чувство, мерзкое.
— Шесть пар! — простонали на разные голоса. — Это вообще законно?
— На его собственном факультете? — усмехнулась преподавательница — единственная не расстроившаяся от такого поворота дел ведьма. — Конечно! Главное — успеть добраться до дома раньше общего отбоя…
— Зверь!
— Садист!
— Красавчик…
Все хмуро глянули на томно вздохнувшую Есению.
— Что? — удивленно моргнула она. — Садист разве не может быть красавчиком?
— Ну у тебя и вкус, — не выдержала я, скривившись.
— А у тебя — размах! — встряла Динэя. — Никуда не годится!
Я даже смутилась.
— Тебе показалось! Разве осмелилась бы я бить декана?! — Что-то возмущение вышло не очень натуральным.
— Да-да, точно. Показалось. Всем, — покивала она. — Руки-то перцем ради этого гада, кхм… в смысле, мага не догадалась посыпать?
Да уж, две дополнительные пары в первый же день настроили почти весь ведьминский коллектив против лорда Тиана.
— Да как-то не настолько мне надоело жить, — пробурчала я. — Детей не родила, замуж не вышла, мир не посмотрела — рано умирать!
— Таких, как он, бить надо наверняка, чтоб сознание потерял прямо на месте! — нравоучительно высказалась Равьена. — Стулом!
— Ты серьезно? — округлила я глаза. Все-таки именно она казалась мне более здравомыслящей!
— Не слушай их, — степенно возразила Анэлия. — Если уж угораздило… м-м-м… Если эмоции сдержать не удалось, самый лучший выход — бежать! Хотя надежней — улететь, зарыться в землю, воспользоваться порталом…
Подумала и добавила:
— Но на моем веку от таких мужчин еще никто не убегал…
Я бежала. В сгустившейся темноте. Быстро. Не оглядываясь. За мной с тихим шелестом неотвратимо двигалась паутина.
Шесть пар прошли… тяжко. Причем, как выяснилось, тяжко для всего нашего новообретенного факультета.
Темный был зол. Даже злее, чем мне сперва показалось. И горе тем курсам, чьи представители попались ему по пути! В общем-то, всем, даже его любимым выпестованным и послушным темным ведьмам.
Было как-то необыкновенно приятно и злорадно осознавать, что именно благодаря мне эти длинноногие красотки полдня проползали в грязи, выковыривая оттуда камни с нацарапанными цифрами и огрызаясь заклинаниями на гигантского, вьющегося над их задницами грифона. А именовалось это издевательство «поиск улик в условиях повышенной сложности». Повышенной! Боюсь представить, что ждет в особо тяжелых…
А у нас была теория. Скучнейшая, нуднейшая и лично мне вообще не нужная. Я ведь собиралась старательно делать вид, что в темной магии полный дебил, не подлежащий обучению! Не знаю, сколько мне удастся продержаться, но уж лучше вылететь из Академии, чем остаться в ней же, но за решеткой.
Ну, собственно, только из-за небывалой скуки мы то и дело глазели в окно, откуда хорошо просматривался прозрачный, выросший на наших глазах защитный купол, под которым скрывались месиво зеленоватой грязи и величаво парящий грифон, а мощный широкоплечий маг, явно полукровка, сложив бессовестно мускулистые руки на груди, отдавал короткие команды ведьмам. И те ныряли! А после выныривали, отфыркивались, перекатывались от птичьих когтей… Было весело. Нам!.. И да, мы не скрываясь хохотали и довольно невежливо указывали пальцем на объект нашего хохота… Кстати, темные ведьмы, оказывается, ничуть не менее злопамятны, чем обычные!
И именно поэтому я сейчас бежала не одна, а в хорошей компании! Зато завтра вместе со всей группой получу новую, исправную метлу… Настоящую!
— Помогите-е-е! — истошный крик Динэи сначала заставил вздрогнуть, а после, когда рыжая ведьма весьма шустро меня обогнала, и ускориться.
Избушка вдали привстала на куриных лапищах, словно присматриваясь, но, засранка такая, ни шагу навстречу уставшим ведьмам не сделала!
— Я помру в самом расцвете лет, — запыхавшейся Павле приходилось тяжелее всех. Гномье круглое пузико не располагало к бегу, а надвигающаяся паутина — к передышке. — Вот прямо сейчас… И здесь… И… Ой!..
Девушки бывают довольно неуклюжи, и иногда это происходит совсем не вовремя! И вообще: падаешь — падай назад, особенно если являешься счастливой обладательницей крупных габаритов! Не тащи за собой товарищей, в смысле, товарищиц, в смысле, половина нашей группы свалилась, образовав кучу-малу…
И бежать бы мне и не останавливаться, да и оборачиваться в такой момент вредно, но…
— Держись за руку! — Пришлось вернуться назад, поднять кого-то за шкирку, другой замешкавшейся дать пинок под вторые «девяносто». — Вперед!
Теперь я точно знала, что от паутины веет холодом и сладковатой гнилью. Глупая ворона злорадно каркнула где-то над головой и спустя секунду уже трепыхалась крыльями в липкой ловушке.
— Я ногу подвернула! — жалобно заныла Павла, когда я попыталась поднять ее с земли.
— Так выпей обезболивающего зелья и вставай! — зло прошипела я, подхватив ее подмышки. — Ведьма ты или кто?
— Фиговая из меня ведьма, — всхлипнула она, достав из кармана осколок бутылька.
— Ну и дура! — с этим раздраженным возгласом назад вернулись Равьена с Динэей и принялись мне помогать.
Все вместе, пошатываясь под грузом тяжелой ноши, мы сделали даже шаг, второй… Медленно, безумно медленно…
Кажется, моих волос коснулось что-то липкое…
— Изольда-а-а! — Все, голос я сорвала!
Злости было во мне сегодня невероятно много, и страха, и желания убивать… А когда окатило еще и чувство брезгливости, я с руганью яростно отмахнулась от настигнувшей нас паутины. Темная, сидящая глубоко внутри меня магия не заставила себя ждать, и я лишь оторопело моргнула, когда с кончиков пальцев сорвался искрящийся разряд, запахло паленым, а паутина прекратила свое движение и мирно задымилась. А-а-а-а-а! Так нечестно! Я готова была разрыдаться… Обещала, свинья, то есть змея, не пользоваться своим темным даром! А если кто заметил? А если найдут следы? А если маги наутро начнут расспрашивать «обожающих» меня ведьм?!
Бум! Бум! Бум! Бегущая и грохочущая изба — это страшно! Зато внезапно оказавшиеся перед носом распахнутые двери — это прям невероятнейшая радость! И плевать, что влетели мы внутрь кубарем, все равно нам досталась самая крутая и, мало того, разумная и понимающая общага!
— Спасибо! Спасибо! Спасибо! — Визг, писк, поцелуи — все смешалось: кто-то целовал пол, кто-то — стены, а кто-то и меня в приступе эйфории чмокнул.
— Больше таких шесть пар я не выдержу! — Павла обессиленно разлеглась в коридоре, раскинув руки в стороны.
— Все, — я устало выдохнула, опершись спиной о стену. — Завязываем злить декана!
— Да мы еще не начинали! — возмутилась было Равьена.
— Старосту тоже злить не рекомендуется, — намекнула я и украдкой выглянула из-за узорчатой занавески в окно.
Изольда вприпрыжку отдалялась от места происшествия. Паутина все еще дымилась, а в ней чернела дыра с оплавленными краями. Большая дыра, внушительная, в три-четыре моих роста, а учитывая, что нити там как канаты, а прочность ой-ей-ей, то бабахнула я по ней неслабо…
В свете луны на верхних углах паутины что-то сверкнуло. Я прищурилась, присматриваясь. Серебристые паучки, целое полчище, спустились на таких же серебристых нитях вниз и методично принялись латать дыру. Комендантский час никто не отменял…
— Эй, староста, ты бы это… — Динэя сначала замялась, но потом откинула назад взлохмаченные волосы и уверенно продолжила, выразительно глядя мне прямо в глаза: — Матрас сменила… И подушку… И простыню… И…
— Я поняла, — холодно кивнула я, но жест доброй воли оценила. Шутка ли — ведьма от запланированной мести отказывается! — Всю постель сменю!
— Руками голыми только не трогай, — заботливо предупредила она.
А я, вздохнув, вымученно улыбнулась и направилась к лестнице.
— Ой, чуть не забыла!
Я подозрительно оглянулась на порозовевшую от чего-то Есению.
— Из кружки своей не пей! — торопливо проговорила она. — Никогда! И вообще выбрось ее лучше…
— Больше никто ни о чем не забыл меня предупредить? — обвела я внимательным взглядом присутствующих.
То ли диверсантки закончились, то ли совесть у них, но все промолчали, и я опасливо поднялась в свою комнату — устранять рассекреченные ловушки и искать новые.
Изольда шикарна! Вот честно, не ожидала, что так полюблю эту избушку на курьих ножках! Но вечно горячая банька на первом этаже и скатерть-самобранка на кухне — это вещь! Это та самая вещь, которая способна растопить мое сердце! Разрумяненная, сытая, в белоснежном мягоньком халате, который нисколько не портила казенная эмблема в виде метлы на груди, я наконец-то плюхнулась на кровать. Кстати, в шкафу обнаружилась еще и ночнушка — не моя, но миленькая, и форма новая — запасной вариант. Сразу видно, у Жоржа тоже был тяжелый день — работал не покладая лап.
Тихое поскребывание в окно разрушило все мечты на заслуженный отдых! И, кажется, я уже знала, кого обнаружу за стеклом…
— Селлина, мать твою етить! — раздалось злобное шипение, следом — приглушенный вскрик, а за ним — глухой удар.
— Морри! — Я распахнула створки настежь, перевесилась через подоконник. — Комендантский час, ты сдурел?! Как ты вообще сюда добрался?
— Как-как… — пробурчал он, потирая ушиб на заднице. — Сейчас покажу, спускайся!
— Спасибо, мне не настолько интересно! Сладких снов! — я решительно захлопнула окно.
Стать добычей паутины нисколько не хотелось, да и вообще ночные прогулки с некромантами априори не могут закончиться ничем хорошим!
Окно снова распахнулось. Нагло, нахально, раздраженно!
— Так! — Морри запрыгнул на подоконник. — Напомнить тебе, кто заварил эту кашу с освобождением кое-кого? И по чьей вине любому адепту в Академии угрожает опасность? Или ты забыла, что самое главное сейчас — найти информацию? Именно за ней мы отправляемся! Сию минуту, и никаких отговорок, я, в конце концов, рискую не меньше тебя!
Вот не надо подобным до тошноты нравоучительным тоном будить во мне дух противоречия! Хватать меня за запястье — тоже плохая идея!
— А напомнить тебе, — я с силой ударила его по руке, — что у меня нет ни сердца, ни совести, и вообще я злая беспринципная ведьма, которую одолевают лень и усталость, а теплое одеяло манит намного больше твоего предложения?
Я еще не договорила предложение, а из темноты появилась когтистая птичья лапа, подхватила недовольного некроманта за шиворот, и все повторилось: полет, тихий сдавленный вскрик и глухой звук приземления.
— Тупая курица! — И я не уверена, что этот возмущенный возглас предназначался именно нашей избушке. — Убийца! — О, а это точно мне.
— Кто?! — я разъяренно высунулась из окна.
— Потенциальная, — примирительно исправился он. — Селли, ну что ты трусишь? Ты же смелая, сильная, ты же не пустишь всё на самотек! И поторапливайся, паутина скоро пойдет в обратную сторону…
Я безжалостная. Я уставшая. Я не пойду ночью в деканат Некромантского факультета. Я не нарушу комендантский час, а совесть моя давно издохла в мучениях…
Я критично осмотрела себя в зеркало — второй комплект формы сидел идеально, но…
— Изольда, — я с надеждой заглянула в шкаф, оглядела ряд пустых вешалок. — Мне бы сейчас черный балахон с капюшоном… И маску… На лицо… Эх…
Я осеклась на полувздохе, заметив внезапно появившийся на спинке стула плащ. С капюшоном. Черный, правда, изрядно поношенный и немного выцветший, но то, что надо! А на столе маска, ага. Медовая, с овсяными хлопьями, в стеклянной баночке… Ну, не то немножко, но в целом…
— Изольда, ты великолепна! — с восхищением проговорила я, накидывая балахон. Уселась на подоконник, украдкой погладила стену, прошептала: — Если я не вернусь, позаботься о мелких… Ну, ты знаешь…
И прыгнула вниз, прямо в объятья поджидающего меня некроманта.
— Быстрее!
Серебряные нити угрожающе блеснули в лунном свете. Морри крепко обхватил мою руку и побежал, увлекая меня за собой, свернул с дорожки в какие-то колючие кусты, не снижая темпа. Кромешная темнота, тишина, цепляющиеся за одежду, а то и вовсе хлещущие по лицу ветви, а даже выругаться от души нельзя! Я вдруг потеряла под ногами опору, мы рухнули куда-то вниз, а некромант умудрился сгрести меня подмышку, так что дальше мы покатились по склону в обнимку, наперегонки с осыпающимися камушками.
— Ты!.. Ты!.. — да у меня слов даже не было, когда наш бешеный спуск наконец-то закончился.
— Потом выскажешь свое восхищение, — великодушно разрешил некромант, шаря руками по высохшей траве под огромным дубом, чьи мощные корни значительно возвышались над землей. Вдруг под его ладонью что-то щелкнуло, засветился фиолетовый символ, и ушла вниз прямоугольная плита, открывая нам зияющую чернотой дыру.
— Только не говори, что нам туда, — сделала я неуверенный шаг назад.
Мою просьбу исполнили — скинули в неизвестность молча.
Парень спрыгнул следом, и крышка над нами захлопнулась, оставив полное ощущение, что мы в заплесневелой сырой могиле. Вспыхнула зеленоватым светом гнилушка в руках некроманта, выхватив из темноты земляные стены со свисающими тонкими корнями растений и деревьев.
— Не бойся, — Морри уверенно сжал мою ладонь. — Здесь сейчас намного безопаснее, чем снаружи.
— Нас будут охранять зомби? — с надеждой спросила я.
— Размечталась!
— Несправедливо, — пробурчала я, еле поспевая за его широкими шагами. — Некромант, ночью, под землей и даже без зомби… Ты точно с третьего курса?
— Какие зомби, Селли? Здесь нет трупов, но, если ты настаиваешь, в ближайшем будущем один точно появится! — Кажется, парень рассердился.
— Из меня будет никудышный зомби, — не согласилась я. — Маленький, тщедушный и в случае опасности прятаться будет за спиной своего создателя!
— Из тебя и ведьма-то никудышная, — пренебрежительно фыркнул он.
А я не обиделась — с интересом разглядывала грубо вытесанные стены, вдоль которых пролегал наш путь, потолок, укрепленный просмоленными досками, и не могла не спросить:
— А подземный ход здесь откуда?
— Черви, — небрежно пожал он плечами.
Я открыла рот, закрыла, представила, поразилась, и лишь потом до меня дошло:
— Врешь!
Морри ухмыльнулся, и в неестественном зеленоватом свете перекошенное лицо стало жутковатым.
— Академия Зла не всегда была такой огромной и процветающей. Не было никаких корпусов, кроме Главного, вокруг не было общежитий, не было защитных стен и стражников, даже парк и озеро — все появилось постепенно, по приказу ректора… Великая равнина, простирающаяся на многие километры, Академия, стоящая на отшибе, — прекрасное место для магических ритуалов, тренировок и боев… Учебные заведения, где воспитывают магическую мощь Земель, испокон веков были одной из главных целей врагов, поэтому нападения случались довольно часто. Адепты, особенно младшие курсы, несмышленые, уязвимые, их требовалось спасать в первую очередь, выводить или переносить в безопасное место. Порталы стабильностью не отличались, поэтому под Академией — целая сеть катакомб, старых, заброшенных, пересекающихся под странными углами, но когда-то они спасали жизни.
— О как, — только и выговорила я. — И многие об этом знают?
— Знают? — он удивленно приподнял бровь. — Да практически все.
Я настороженно заозиралась по сторонам, и некромант негромко засмеялся:
— Нет, загулявшихся влюбленных парочек мы здесь точно не встретим! Знать и найти — вещи разные! Я нашел… — с гордостью добавил он. — Но не многие любят копаться в земле.
— А ты, значит, любишь, — поддела я.
— Специальность обязывает, — пожал он плечами.
Миленькая у него специальность, ничего не скажешь.
Тоннель пошел под уклон, нам не приходилось нагибаться, места было достаточно, но с каждым шагом все увеличивающийся слой грунта над головой давил, заставлял двигаться быстрее. И тишина, и ничего живого кругом… К счастью!
Когда от спертого воздуха начала кружиться голова, перед нами возник тупик — неровная кладка стены с потеками цемента. Дети грязью и то аккуратнее бы скрепили…
Я провела ладонью по прохладному камню, подцепила ногтем рыхлый с виду кусок штукатурки — ноготь обломился. Штукатурка — нет!
Пока я в шоке взирала на обломанный ноготь, меня плечом оттеснили в сторону.
— Что ж только пальцем потыкала? Надо было головой стену на прочность проверить! — издевательски посоветовал Морри, прижал ладонь к одному из камней, и разбежались от нее магические нити, сплетаясь в сложный узор. Пара мгновений, и проход открылся, пропуская нас в таинственный полумрак.
— Цокольный этаж, — шепотом пояснил некромант, делая шаг вперед.
Нам предстояло подняться на четвертый. Осторожно ступая по пустынным лестницам, освещая путь гнилушкой, вздрагивая от малейшего подобия шороха, мы прокрались в противоположное от факультета Темной Магии крыло и замерли перед дверью деканата.
— Подержи, — источник света передали мне.
Я вцепилась в гнилушку обеими руками и нервно оглянулась. Никого.
— Не могу поверить, что в кабинет вашего страшенного некроманта так легко проникнуть, — пересохшими губами прошептала я.
Было не по себе. Было еще как не по себе! Ведь если нас поймают… Тут уж точно не отвертеться…
— Никто и не говорит, что будет легко, — фыркнул парень и просто провернул ручку. Дверь отворилась, у Морри от удивления приоткрылся рот, но «взломщик» тут же сделал вид, что так и задумывалось, и приглашающим жестом пропустил меня вперед.
— Ты хоть знаешь, что мы ищем?
— Предполагаю, — был ответ. — Смутно.
И начался обыск.
Я положила гнилушку в пустую кружку, стоящую на столе, и руки мои теперь тоже были свободны. Два стеллажа, доверху набитые пухлыми томами книг, исписанные блокнотики в ящике стола, свитки… Здесь целая куча всевозможных записей! Череп с рубинами в глазницах угрожающе щелкнул челюстью, когда я потянулась за очередной, пожелтевшей уже бумажкой, небрежно оставленной на столе. И это было странно, потому что в кабинете магистра Ринтана Сонера в остальном царил завидный порядок.
— Я думаю, это оно, — кивнула я на бумаженцию.
Морри заинтересованно подошел, протянул руку и тоже едва не остался без пальцев. Череп неплохо справлялся с возложенной на него миссией.
Но мы были настойчивее. Спустя минуту он лязгал зубами и разъяренно летал под перевернутым мусорным ведром, на котором сидела я, а Морри рядом расшифровывал запись с некромантских символов на общедоступный язык.
— Итак, все духи делятся на три категории. Самые безобидные — это так называемые призраки, которые остаются после смерти телесной оболочки, сохраняя всю свою память, характер и знания, — Морри говорил негромко и неторопливо — видимо, специально для меня, чтобы я успевала переваривать информацию.
— Следующая категория — проклятые. Они появляются вследствие каких-либо целенаправленных ритуалов, проведенных в момент смерти, либо по вине проклятья, полученного еще при жизни. Как правило, это неуправляемые злобные сущности, лишенные разума, черные духи.
— Что-то не был ваш комендант похож на безумца, — подозрительно прищурилась я.
— Не был, — задумчиво согласился некромант. — Наверное, ректор постарался… Интересно, как ему это удалось?..
— Давай дальше, — поторопила я.
Он послушно встряхнул листок и продолжил:
— Третья категория — перерожденные. Когда черный дух напитывается достаточным количеством энергии, он переходит на совершенно новый уровень — становится неуловимым, невидимым ни для кого, кроме своего создателя. Если тот после этого выживает, конечно, что случается очень редко. Поэтому их и называют бесцветными. У духа вновь проявляется память о прошлом, силы его увеличиваются, а вместе с ним и жажда, и он начинает высасывать силу с утроенной энергией, выпивая вместе с магией и саму жизнь. Некоторые маги сознательно превращаются в черных духов, чтобы превратиться потом в бесцветных, а за этим уровнем происходит новое перерождение — дух становится бессмертным и может занять любое тело, уничтожив душу хозяина, и начать новую жизнь… До тех пор пока не придет время искать новое тело…
— Теория — это прекрасно… А про его убийство там ничего не сказано? — Что-то я в последнее время стала кровожадной. Ведро подо мной в очередной раз подпрыгнуло, и пришлось сильнее в него вцепиться, чтобы беснующийся череп не вырвался на свободу.
Морри замолчал, вчитываясь в строчки, и вынес вердикт:
— Убить нельзя; можно изгнать туда, где этим сущностям самое место.
— Загробный мир, — мрачно констатировала я. — Надеюсь, не придется сопровождать его туда лично…
— Надо будет — проводишь! Ты поняла самое главное, ради чего так активно ведутся твои поиски?
Я все еще находилась в размышлениях о мире мертвых, поэтому, не дождавшись ответа, Морри требовательно пихнул меня в плечо.
— Что? — вскинула я голову.
— Я говорю, ты единственная, кто может теперь увидеть Мамайуса!
— Всего-то… — я снова уставилась в пол.
— На меня посмотри! — разозлился некромант.
Я без энтузиазма подняла взгляд. Парень, словно красуясь, повернулся одним боком, другим, прокрутился вокруг своей оси и остановился, смотря на меня из-под хмуро сведенных бровей, словно ожидая чего-то. Я не заставила себя долго ждать — в ответ покрутила у виска.
— Что-нибудь видишь? — не смутился он.
— Некроманта с подбитым глазом! Кстати, хорошо заживает…
— И все?
— Слушай, не беси меня! Я прямо воочию представляю, какими путями придется загонять беглого духа в Загробный мир и как он на это отреагирует! На его месте я бы прицепилась в первую очередь к себе, высосала всю до капли, чтобы раз и навсегда убрать единственного, кто может его обнаружить! Читай дальше!
Морри упрямо поджал губы, уставился в бумагу, но через мгновение не справился с искушением и спросил прямо:
— То есть у меня на загривке никто не сидит?
— А ты думаешь, я бы промолчала? — поразилась я.
— Возможно, — несмело произнес он, — тебе нужно присмотреться…
Я присмотрелась.
— Ничего.
Некромант украдкой перевел дух и продолжил чтение.
— Хм… Ритуал изгнания не такой уж и сложный… В принципе, обычный для…
— Очень даже обычный, — раздался позади низкий и какой-то угрожающе вибрирующий мужской голос. — Только у вас силенок не хватит, крысята!
И с этими словами двоих перепуганных диверсантов невидимая сила рванула кверху и с размаху впечатала в стену.
Ба-бах! Ух, прямо головой, аж в глазах потемнело! Словно стальная рука впилась в горло, приподняв на несколько сантиметров над уровнем пола, заставляя хрипеть от боли и нехватки воздуха, но лишая возможности пошевелиться… Мой голубенький кулон в тот же миг почернел изнутри, словно взорвался самой тьмой, и из такого же черного пятна, появившегося в воздухе, вывалился наш декан собственной персоной, спешно запахивающий полотенце на бедрах и выглядевший… Ну, слегка ошарашенным…
И почему-то я во все свои перепуганные глаза смотрела именно на него, а не на того, кто издевательски скрипучим голосом продолжил:
— Лорд Тиан, я даже спрашивать не буду, ради кого вы так оперативно ввалились в мой кабинет…
В этот момент мы с сориентировавшимся в обстановке магистром встретились взглядом, и мне очень даже захотелось в Загробный мир, лучше прямо сейчас и своим ходом… Но, судя по тому, что душить меня не прекратили, это и так произойдет довольно скоро.
— А я, пожалуй, спрошу, — темный затянул полотенце потуже. — Что происходит? Ринтан, хватку ослабь, это адепты, один из них, между прочим, твой…
Горло разжали, дышать стало легче, но в остальном наше с Морри положение мало изменилось. В том смысле, что так и остались мы пришпиленные к стене, как бабочки с распахнутыми крыльями в альбоме коллекционера.
— Какое совпадение, что с ним именно твоя адептка! — язвительно ответил некромант. — Девушка с факультета Темной Магии, активно интересующаяся изгнанием духов. Ты все еще собираешься ее прикрывать?
Нет, меня собираются убивать. Судя по выражению лица — медленно, со смаком разрывая на кусочки… Вдруг эту зверскую физиономию осветило подобие улыбки — вымученной, кривой и абсолютно ненатуральной.
— Брось, это первокурсница и всего лишь ведьма, — небрежно отмахнулся лорд Тиан. — Не самая талантливая представительница своего рода, надо сказать. И из темного у нее только… э-э-э…
Оценивающий взгляд на меня и выражение полной растерянности на лице. Вот не надо меня осматривать на предмет темной составляющей! Тем более так пристально!
— Прошлое, — ляпнула я, причем абсолютно искренне.
— Допустим, — согласился он. — Короче, это безобидное и глупое создание я накажу самостоятельно.
Обалдеть! Меня решили защищать! Ну, в смысле, сейчас защищать, а потом убивать… Я, в шоке, даже на оскорбления не обиделась… Все-таки свой декан, хоть и темный, предпочтительней чужого, да вдобавок некромантского, который к тому же как-то меня использовать намеревался для поимки духа!
Магистр Ринтан Сонер неторопливо поправил на руке плотную перчатку, хмыкнул.
— Арен, с каких это пор ты так отзываешься о собственных адептках? Помнится, они твоя гордость и не самым лучшим представителям места на достойнейшем факультете не находится…
Темный скривился от неприкрытой издевки, но неохотно ответил:
— Этот курс особенный. Спроси у Грэдис, она с радостью поделится своим успехом.
Некромант громогласно захохотал, на минуту перестав казаться кем-то ужасным.
— Старая ведьма все-таки обвела тебя вокруг пальца!
Лорд Тиан, напротив, помрачнел:
— Мы с ней вообще-то ровесники…
Ринтан удивленно приподнял угловатую бровь:
— Это ты сейчас за себя обиделся или за нее?
Магистр с демонстративным молчанием сложил на груди руки и… Нет, я не пялюсь, честное слово, и полуголый мужик меня не смущает, и в пресс пальцем потыкать не хочется, и тем более под полотенце заглянуть… Но взгляд отвести не могу от этих самых рук: от бугрящихся мышц, обтянутых смуглой кожей, от тугих жил, кривыми дорожками разбегающихся от локтей до широких запястий, и от того, какая сила и напряжение в них чувствуется даже в покое. Так… Похоже, я все-таки пялюсь. На темного, который меня прибьет, едва не останется свидетелей! Кстати, этими самыми руками и прибьет…
Змеи в большинстве своем тонкокостные, худощавые, берут ловкостью, изворотливостью, а не силой, так что будем считать, что я просто провожу сравнительный анализ двух видов… И поймала себя на том, что снова рассматриваю темного. Ну твою ж прабабушку!
— Можешь нас оставить, нам предстоит серьезный разговор, — декан Некромантского факультета перестал улыбаться, повернулся ко мне, и я невольно вжалась в стену.
У него был крючковатый нос, похожий на клюв хищной птицы, узкий подбородок, глубоко посаженные черные глаза, а неровно остриженные черные волосы рваными прядями прикрывали высокий лоб. А еще казалось, что от него пахнет влажной землей. Могильной.
Нет-нет-нет, только не оставляйте меня одну!
Темный перехватил мой умоляющий взгляд, прищурился.
— Я с удовольствием поприсутствую, — маг внаглую отодвинул декановское кресло и по-хозяйски уселся в него. Так что понятно стало, что сдвинуть его отсюда можно будет только вместе со всей Академией.
— Твою голую задницу я тут видеть не намерен, — поморщился некромант.
— Никаких проблем! — из воздуха со звоном шмякнулась одежда. Похоже, металлических заклепок на ней не меньше, чем самой ткани. Облачение явно было боевое, и это навевало мысли, что, если возникнет необходимость, меня собираются отбивать силой.
Только радоваться ли этому, я пока не решила…
— Ну и что ты забыла в моем кабинете? — начался допрос.
— Я… я… — Черт, врать надо увереннее! — Нам было страшно! Сами подумайте: ученикам Академии угрожает опасность, а никто толком ничего не говорит. Нужно же было найти информацию о таинственном духе, а не сидеть сложа руки…
— Для этого есть библиотеки, — магистр Ринтан рыкнул в нашу сторону, у меня даже волосы кверху взметнулись.
— Зато в библиотеках нужного ничего нет, — присоединился к разговору Морри.
— То есть мне ждать сюда паломничество еще полутора тысяч адептов? — Декан издевательски скрестил на груди руки и покосился на дверь.
Увы, вряд ли, но было бы неплохо.
— Остальные безынициативные! — судорожно выпалила я.
Одежда снова звякнула, отвлекая внимание, и я спешно зажмурилась, не желая видеть переодевающегося темного еще более голым, чем уже пришлось.
— Смотри-ка, скромная, — насмешливо хмыкнул некромант. — И любопытство все куда-то испарилось, и тяга к знаниям… Да и инициатива испарилась без следа…
А он… Язва! Гадкая некромантская язва! От возмущения распахнула глаза, наткнулась на тонкую ухмылку.
— Ты можешь рассказывать мне что угодно, девонька. — Лицо его приблизилось к моему. — Но не надеешься же ты, что я тебе поверю?
Я нервно сглотнула.
— Девочку носом своим не проткни, — шутливо, но ревностно отозвался лорд Тиан, застегивая ремень. — К тому же не верить можно и на расстоянии вытянутой руки, у меня вот не хуже получается.
Некромантская язва проигнорировала темную.
— Ты боишься призраков? — заговорщицки спросил он, не вняв совету держать свою рожу подальше от моего лица. И снова меня обдало земельным холодом, заставив передернуться от страха и вжаться в стену.
Крючковатый нос вмиг скукожился, как увядший бутон черной розы, но я тут была совсем ни при чем!
— Не мешай допросу! — взъярился некромант, метнув в декана темно-фиолетовую молнию.
Кресло позади того задымилось, лорд Тиан критично пошатал подлокотники, проверив его на прочность, и преспокойно уселся на покалеченный, но выживший предмет мебели.
— Речь шла о разговоре, — невозмутимо возразил темный.
Лицо некроманта перекосило от наглости ночного посетителя, но я по-прежнему интересовала его намного больше пререканий со старым то ли приятелем, то ли наоборот… Короче, два декана по-любому между собой разберутся после того, как разберутся со мной. Еще бы взаимоуничтожились во время этих разборок!
— А сможешь ли ты себя защитить, если бешеный дух решит тобой пообедать? — прищурившись, вкрадчиво продолжил магистр Сонер.
Тема нашего диалога мне совершенно не нравилась.
— Я убегу, — доверительно сообщила я. Между прочим, абсолютно честно. — Только отпустите.
— Хе-хе, — хрипло прокрякал некромант и, взяв за запястье, освободил мне одну руку. Нежданная свобода? Хрен!
Попробовала пошевелить второй рукой, ногой — ничего не получилось. Покосилась на Морри: у бедного парня вдобавок к неподвижности еще и губы надежно закрывал крупный коричневый слизняк.
— Фу, гадость какая!
— В общем-то, это сделать легко. — Мой выкрик оставили без внимания, продолжая говорить обманчиво сладким тоном. — «Аллерго. Прента. Франт!», и мелкий дух не причинит тебе вреда…
Даже неграмотная я знала, что это простецкое заклинание темной магии, и к борьбе с призраками оно имеет такое же отношение, как я к ведьмам…
— Как и она ему, — подтверждающе фыркнул магистр Тиан. — Без специальных навыков…
Он не договорил. Некромант недовольно дернул уголком рта и снял с руки перчатку.
Рука была костлявая, как обтянутый кожей скелет, и испускала черно-фиолетовый свет. Костлявые узловатые пальцы растопырились в мою сторону, и я чуть не задохнулась от порыва ветра, ударившего в лицо. Не просто ветра, а зловонного, холодного, несущего прямо на меня толпу призраков. С раскрытыми в немом крике ртами, с пустыми глазницами, с искаженными лицами они бросились на ошалевшую меня все вместе.
— Аллерго. Прента. Франт! — Я испуганно отмахнулась свободной рукой, с пальцев скользнула черная, почти невесомая дымка и… Исчезла. Призраки же, напротив, никуда не испарились, я лишь увидела, как приближается к моему лицу чья-то разинутая окровавленная пасть, и… весь этот ужас проходит сквозь меня, а некромант держит в поднятой руке черный кристалл…
— Неплохой улов, — усмехнулся магистр Сонер, рассматривая узор магии в гранях камня. — А ты говоришь, навыков нет. Сейчас мы его сравним с образцом…
Я… Я… У меня глаз задергался! И не только у меня! Лорд Тиан напрягся всем телом и уперся ладонями в подлокотники кресла, медленно поднимаясь. Кому-то конец. Деревянный подлокотник с хрустом треснул, некромант хладнокровно запустил руку в карман и торжествующе поднял второй черный кристалл с моей запертой магией.
Я в ужасе сжалась, ожидая немедленной казни. И когда казалось, что хуже уже некуда, мое прошлое, мой ночной кошмар настиг меня наяву.
Ба-бах! Академия сотряслась от страшенного удара, окно выбили вместе с рамой и частью стены, обнажив каменные блоки и ощерив арматуру. Обоих деканов сбило с ног бордовое извивающееся щупальце, проникнувшее в дыру, и обвилось вокруг моего тела. Я заорала как сумасшедшая, а оно с легкостью отодрало меня от стены, совершенно наплевав на магию некроманта, и вздернуло высоко в воздух. Как когда-то Кати…
Кати… Маленькая скромная блондинка, аспирантка-тихушница. Похожая на меня как две капли воды, с поправкой на характер. Тоже голубые гипнотические глаза, платиновые волосы, собранные обычно в высокий хвост, тонкие черты лица и в противовес тихому и покладистому нраву — мощный дар. Настолько мощный, что девушке приходилось носить очки с толстыми стеклами, чтобы собеседники не бросались исполнять ее волю прямо во время безобидного разговора.
В тот день, когда разверзлась земля, выпустив наружу этого монстра, она успела открыть портал адептам, у которых вела практическое занятие. А сама… Я не знала, почему она медлила… Я не слышала ее визга, не видела, как обмоталось щупальце вокруг тонкой талии, мне рассказали потом, когда все кончилось. Чудовище же, словно получив откуп, тотчас перестало громить Академию Дружбы Темных Народов, скрылось в недрах земли вместе с девушкой и больше не появлялось, а меня еще долго мучили кошмары по ночам, и просыпалась я неизменно в слезах.
И вот кошмар ожил.
На щупальце были крупные розовые присоски, нежные на вид. На самом деле они рвали ткань, они сдирали кожу до крови, где прикасались к ней, а далеко внизу, подо мной, прямо в глубокой яме, щелкали клювообразные челюсти. Я их хорошо разглядела. Я вообще, как завороженная, не могла отвести от чудовища взгляд. Все равно мне больше ничего не оставалось, кроме того как глядеть в крупный, черный, как маслина, глаз своей смерти, подернутый мутной пеленой, и молиться, ведь я не могла пошевелить и пальцем.
Щупальце извернулось петлей и со свистом стремительно полетело вниз, решив утянуть меня за собой. Забрать, как Кати, как плату за спокойную жизнь всех остальных.
От ужаса я даже не смогла закричать — горло словно парализовало спазмом; да что там, я даже вдохнуть не могла!
Падая вниз, в образовавшемся проеме здания увидела полусогнутую фигуру темного, одной рукой опирающегося на обломок стены Некромантского деканата. И выражение лица его было страшное. Как у хищника, у которого забрали добычу. Ну и пусть добычей была всего лишь я, все равно за свое он был готов драться. Сведенные брови, звериный оскал, короткий замах, и со сжатого, как для удара, кулака вниз скользнула чернота, заставив землю содрогнуться.
Монстр пронзительно заверещал, когда почва вокруг проломилась, а глыбы камней и песок осыпались ему в пасть и глаза. Но главное, что в щупальце, как лезвие, наполовину вошел крупный обломок разрушенной им же стены Академии. Фонтаном хлынула сизая кровь.
Вниз я не долетела. Поврежденная конечность, конвульсивно извиваясь, метнулась в сторону, потом в другую и, несколько раз вздрогнув, обессиленно опустилась на газон, продолжая крепко стискивать мое тело. Так, смерть вроде отменяется; я напрягла плечи, заерзала, пытаясь освободиться…
И тут с диким ревом землю проломило второе такое же! И сколько же там их у него?!
Темный так громко и сочно выругался, что даже я услышала!
Магистр Сонер с моим деканом уже спустились с четвертого этажа и теперь торопились в мою сторону, изредка отправляя заклинания в верещащего монстра. Рука некроманта светилась, а вслед за ним вылезали из-под земли зомби, толпой выходили из парка по его призыву, и их было… Много!
Щупальце резко опустилось на землю, чтобы прихлопнуть обоих настырных деканов. Мужчины бросились в разные стороны, а на чудовище напал отряд зомби, вгрызаясь пожелтевшими зубами в здоровое щупальце. То изогнулось, поднялось вверх, стряхивая мертвых паразитов, но их не страшила смерть, и они продолжали работать челюстями и глубоко впивались в бордовую плоть ногтями, защищая хозяина.
Откуда-то вдруг понабежала куча народа, да не простых адептов, а магистров, профессоров и преподавателей. Вспышки молний, взрывающиеся о бордовую кожу шары, сама земля светилась изнутри, из дыры, откуда вырвалось это чудовище, гость из другого мира. Рев, треск, ругань…
— Цела? — лорд Тиан ловко взобрался прямо ко мне.
— Да! — голос больше походил на подавленный писк.
— Тебя не прокляли, часом? — хмуро спросил он и ухватился за край щупальца, оттягивая его в сторону.
— Почему? — удивилась я и с его помощью смогла освободить одну руку, которой тут же уперлась в бордовую плоть монстра и освободила вторую.
— Везучая до посинения потому что! — зло огрызнулся темный и удвоил усилия по моему спасению.
Костяшки побелели, на шее выступили вены, волосы на лбу намокли от пота, а зубы стиснуты в страшной гримасе. Кажется, он даже зарычал…
— Пригнись!
Я послушно нырнула вниз, задев щекой присоску. Кожу как будто содрали заживо, я взвыла от боли, но назад не дернулась. Второе щупальце вместе с гроздьями болтающихся на нем зомби пронеслось прямо над макушкой.
Когда я подняла голову, маг нахмурился, оценив мою пылающую как от ожога щеку.
— Давай, давай, еще немного, — тон его, однако, заметно смягчился, а сам он забрался повыше, уперся ногами во внутреннюю стенку зажавшего меня кольца, а руками — в само щупальце чуть дальше. — Подтянуться сможешь? — спросил строго.
Я кивнула. Когда на кону жизнь, сможешь все что угодно.
Краем глаза заметила присоединившегося к схватке огненного демона. Ректор был весь объят пламенем и щедро делился своим огнем с монстром, который отмахивался изувеченным зомби щупальцем. А наше щупальце тем временем дернулось!
— Твою мать! — процедил темный сквозь зубы, едва не потеряв равновесие. — На счет «три»! Раз! — Я поудобнее расставила руки. — Два! — Глубокий вдох. — Три! — Он со всей силы толкнул щупальце ногами, тесное кольцо ослабло, я подтянулась, навалилась животом на край своей тюрьмы, а дальше меня дернули за шкирку, освобождая окончательно.
— Уф-ф-ф! — шумно выдохнул лорд Тиан мне в волосы, и лишь тогда я поняла, что безвольно распласталась прямо на нем. — А теперь валим отсюда!
Он сжал меня крепче, и нас засосало в черный портал. Легкий озноб, неприятное касание темной магии, и вот мы… А где это мы? Я рассеянно оглянулась, оторвав лицо от его груди.
— У меня, — коротко ответил на невысказанный вопрос декан.
А у него было довольно… Интересно.
Красные, мерцающие искорками стены, льющийся с потолка белый свет, диван, камин с мраморной облицовкой, множество полок с различными артефактами, статуэтками, макетами монстроподобных существ. Широкое, вдвое шире обычного кресло с вырезанными в форме львиных голов ножками, куда меня тут же достаточно грубо толкнули:
— Сядь.
— Лорд Тиан! — Я возмущенно вскочила; меня трясло от пережитого, ноги подкашивались, тело ломило, и к предстоящим разборкам я была совершенно не готова. — Я хочу домой!
Меня снова толкнули.
— Не зли меня! — прорычал он.
— Но…
— Достаточно на сегодня! — От его тона по коже побежали мурашки, и я притихла, покорно ожидая свою судьбу.
Он тем временем с дико недовольным и озабоченным лицом принес таз воды, вылил туда содержимое зеленого флакончика, судя по запаху — дезинфицирующее средство, оторвал белую тряпку, бросил туда же. Я настороженно наблюдала за его приготовлениями. А когда он присел рядом со мной на подлокотник и поднес обильно смоченную в растворе тряпку к моему лицу, лишь жалобно попросила:
— Не надо…
— Сделай милость, — темные брови хмурились, глаза смотрели колюче и осуждающе, — заткнись.
Наверное, я первый раз видела его злым по-настоящему, поэтому, замолчав, поджала губы. Хотелось разреветься, но это было бы слишком позорно.
И я молча стерпела, когда он коснулся мокрой тряпкой ободранной присоской щеки. Вода полилась ручейками по моему лицу, закапала прямо на пушистый ковер; я только зажмурилась. Было больно.
Он обработал рану, смазал лечебной мазью и перешел к следующей — руки тоже все были ободраны и кровоточили. И правый бок, и бедро, и одежда-то на мне висела клочьями. Жалкое зрелище. И абсолютно неуместное в этих апартаментах с серебряными канделябрами.
Через некоторое время лекарство подействовало, кожа перестала гореть.
— Спасибо, — я разлепила зажмуренные во время процедур глаза.
Темный равнодушно вытер руки полотенцем, оценивающе взглянул на дрожащую от холода меня и принес одеяло, укутав сверху. И все молча, и это напрягало больше всего.
— Теперь я могу идти? — робко спросила я.
— Теперь, — он сложил на груди руки, пристально разглядывая меня, — у меня к тебе куча вопросов, темная…
— В-вам пок-казалось. — Столько приходится врать, а до сих пор ненатурально выходит!
— Да ну? — приподнял он бровь. — Докажи!
— Там без вас Академию разрушают, — напомнила я, переводя тему. — Чудовище, щупальца, товарищи в беде…
— Справятся, — равнодушно бросил он, чем вогнал меня в абсолютный ступор.
— Ректор вам припомнит! — нахально пригрозила я из-под одеяла.
Темный лишь громко расхохотался.
— О, чувствую, он мне многое припомнит… Не так ли, милая безобидная девушка?
Я наивно захлопала ресничками, притворяясь, что намека в упор не понимаю.
— Плохо получается, — вновь серьезно ответил он на мои жалкие попытки. — Я видел твою магию, она темная, так что не моргай мне тут. Примени любое заклинание. — Он достал из кармана черный кристалл.
Это будет конец. Конец всему. Один раз монстр уже вмешался в мою судьбу, не дав сравнить мое магическое плетение с кристаллом, второго такого же я не желала.
— Я не смогу! — я вжалась в кресло, почти утонув в нем. — У меня случайно получилось, от страха!
— Напугать? — участливо склонился ко мне темный. Слишком близко, так что его дыхание коснулось меня. Непозволительно близко, и грех этим не воспользоваться…
В моем арсенале остался единственный способ переключить внимание, истинно женский и самый неприятный.
— Отпустите, — томно прошептала я, опустив глаза.
Положила руки на широкие плечи, привлекла к себе, прижалась всем телом, подавшись вперед, и поцеловала прямо в губы. Мягко, нежно, умоляюще — разве можно отвернуться от такой невинной девушки?!
Он и не отвернулся, хотя сначала я целовала его неподвижные губы, вкладывая всю страсть, на которую была способна… в данных обстоятельствах. И он поддался — ответил…
Глубоко внутри что-то сладостно и торжествующе запело, когда я почувствовала ставший жадным поцелуй этого мужчины. Уверенного, сильного, но, к сожалению, темного… При этой мысли я вздрогнула. Он тоже.
Крепкие мужские руки сжались вокруг талии, сгребая в охапку, и… резко оттолкнули в сторону!
— Неубедительно, — холодно произнес он, выпрямляясь. — Из вас паршивая актриса.
Мои глаза широко распахнулись от удивления и… шока. Не такой реакции я ожидала в ответ на отчаянный для своей холодной натуры поступок! А его карие глаза, обычно лучащиеся мальчишеским задором и странной для темного теплотой, вдруг почернели, превратились в ночную стужу.
— Интересно, насколько далеко вы готовы пойти, чтоб не раскрывать свой секрет? — злобно прорычал он, выдергивая меня из кресла, и прижал к стене своим телом. — Думаете, поцелуя достаточно? А если я запрошу больше? Дадите?
Ладонь его с напором, медленно и жадно поднялась от талии до груди, на которой остановилась, оглаживая и лаская. Ладонь была горячая, так и пылала жаром; его тело — тоже. От него у меня самой в груди все запылало, дыхание сперло, и я вдруг осознала, что замерла с открытым ртом и распахнутыми, перепуганными глазищами перед ним, как перед удавом, а вообще-то пару секунд назад сама собиралась стать хищницей. И взгляд напротив меня был злым, даже презрительным, а движения ласковые, нежные, заставляющие колотиться сердце и ждать… чего-то большего. А на губах все еще чувствовался вкус его поцелуя…
В этот момент я возненавидела нас обоих.
— Вот вам! — Две фиги уперлись прямо в его лицо, после чего я вывернулась из-под его руки.
Впрочем, он и не особо старался меня удержать.
— Что вы там хотели увидеть? — закричала я в бешенстве, тело колотило ознобом и осознанием, что это мое разоблачение, а стало быть, и конец всему: учебе, надежде на светлое будущее, да и со свободой можно распрощаться. — Мою магию? Да подавитесь!
Мои эмоции стали отличной подпиткой. Я стегнула материализовавшимся из воздуха черным гибким хлыстом, разрубив массивную тумбочку с кучей безделушек напополам.
Рисунок магии тут же отпечатался в кристалле.
— Не нравится, когда вас используют? — не обратив на это внимания, угрожающе произнес магистр, делая шаг в мою сторону. — Неприятно, не правда ли?
— Вас?! — взъярилась я и замахнулась хлыстом снова, но уже на мага. — Используют?!
Удар. Рука лорда резко взметнулась вверх, перехватила мой хлыст, который обмотался вокруг его кулака, не причинив вреда. Ловко. Я оторопело моргнула, а он рванул его конец на себя так, что я чуть не упала в его объятия. Но вместо объятий меня ждала его ладонь, крепче кандалов обхватившая одновременно оба моих запястья.
— Не слишком ли вы агрессивны по отношению к собратьям по дару? — со злой издевкой процедил он мне в лицо.
Я вскинула голову, стойко выдержав этот насмешливый взгляд.
— Да, я темная! Темная, довольны? И, если хотите знать, ненавижу судьбу за это! Вы говорите, вас используют? Ха-ха! Я — вот наглядный результат использования! Полюбуйтесь! Один, такой же как вы, испортил всю жизнь моей матери, затуманил мозги и бросил беременную! А она его любила, любила, понимаете? Верила, ждала, всю жизнь ждала, да так и не дождалась!
Он, поморщившись, упрямо сжал губы.
— Вашу мать обманули, сочувствую, — совершенно равнодушно произнес он в ответ на мою откровенность. — Но это мог оказаться любой…
— Но им оказался темный… — обессиленно выдохнула я. — А я росла одна и не подозревала о своем даре. И однажды он проснулся. О, вы вздрогнули, значит, вам тоже есть что вспомнить, — невесело усмехнулась я. — Я тоже не забуду это чувство, когда тебя выворачивает изнутри, когда затапливает отчаяние, безнадежность и кажется, что сходишь с ума от черноты этого мира, когда смотришь на хорошо знакомого и вдруг начинаешь видеть на нем пятна, и от этих пятен почему-то трясет, а потом так же резко проходит, но чувство презрения остается на всю жизнь. И не было со мной того, кто мог бы рассказать, что происходит, не было того, кто мог бы помочь и смягчить этот период. Оказывается, от чужой злобы можно закрыться! Оказывается, можно не чувствовать отпечатка чужих убийств и боли их жертв! Оказывается, можно не испытывать тошноты от переизбытка глубинной тьмы в окружающих… Знаете, спустя сколько лет я об этом узнала?! Знаете, как я успела возненавидеть и вас всех, и ваш долбаный дар!
Он разжал мои руки и отступил на шаг назад. Задумчиво взглянул на кристалл, в котором моя магия в точности легла поверх образцового слепка с места преступления, и переменился в лице. А у меня как будто разом кончились все силы. Будь что будет. В конце концов, я осознавала, как рискую, оставшись в Академии.
— Да, я темная, — грустно повторила я, проследив за его взглядом. — Но проблема ведь не в этом…
— Ты освободила Мамайуса, — пораженно озвучил он наши общие мысли. — Ты?! Почему ты?!
Отпираться было глупо, убегать — бессмысленно; мне оставалось лишь сожалеть о своем поступке…
— В свое оправдание могу лишь сказать, что не разглядела в привязанном старикашке черного духа, — опустив голову, прошептала я. — И можете теперь с чистой совестью сдать меня ректору. И мне жаль, правда. И я попросту…
— Дурында ты безмозглая, — кивнув, договорил он за меня.
Я от такого определения поперхнулась, а он с неподдельным интересом спросил:
— Только как? Как тебе это удалось?
Я пожала плечами.
— Просто. Даже очень. Даже чересчур.
Темный тяжело вздохнул и протянул руку к кулону на моей груди; я испуганно шарахнулась в сторону.
— Я сама!
Сняла его с шеи, отдала явно удивленному моим поступком магистру. Я ведь прекрасно понимала, что теперь я никакая не староста и даже не адептка, так что пропуск в общагу мне уже без надобности. Но и расстаться с ним так унизительно — чтобы его с меня просто сорвали — я не могла. И каково же было мое удивление, когда темный провел с кулоном какие-то манипуляции и вернул обратно!
— Зачем?! — распахнула я глаза, когда голубая подвеска коснулась кожи.
— Перенастроил, как и обещал, — не без гордости ответил темный, ничего тем не менее не став объяснять.
— И как это теперь работает? — настороженно спросила я.
— Очень желаю, чтобы тебе не пришлось об этом узнать, — серьезно ответил он. — Но в твоих жизненно важных интересах никогда ее не снимать!
Раздался стук в дверь. Даже не стук — долбеж! Мы переглянулись, он прижал палец к губам, чтоб я сидела как мышка, а сам пошел в прихожую — открывать.
Щелчок замка.
— Ну это просто хамство — обносить свой дом подобной защитой! — разгневанно произнес ректор.
— Не люблю незваных гостей, — с наигранной беззаботностью ответил лорд Тиан.
— Где она? — услышала я скрежещущий голос некроманта.
— Здесь. — Мое сердце ухнуло куда-то вниз.
Ну вот и все. За мной пришли и ректор, и некромант… И темный, который уже в курсе, с радостью передаст меня им в руки…
— Я хочу с ней поговорить!
— Боюсь, это невозможно.
Я аж вздрогнула от неожиданности.
— Твоя ведьма оказалась темной!
— Чему я оказался неимоверно рад, — невозмутимо соврал магистр, я даже умилилась.
Рад он, как же, прямо так и светится от счастья, но… Но, похоже, он не собирается меня отдавать! По крайней мере, прямо сейчас… Это открытие поразило настолько, что я даже не смогла как следует обрадоваться.
— Кристалл с ее магией и образцом погребен под обломками здания, а возможно, и вовсе разбит!
— Печально.
— Ар-р-рен! — Магистр Сонер был явно на грани, поэтому вмешался ректор.
— Есть все основания полагать, что она именно та, кого мы ищем, — в его спокойном голосе угрозы было гораздо больше, чем в истеричном крике. — Ты ведь осознаешь всю ответственность за сокрытие преступников? И понимаешь, что, даже если сейчас поможешь ей сбежать, мы ее найдем?
— Конечно, — спокойно ответил он. — Но мою адептку чуть не убили, ее вина не доказана, у девушки стресс, поэтому предлагаю отложить проверку на утро.
В этот момент я им восхитилась, правда! Столько самообладания, и ради кого — ради меня… Той, которая смотрела в его глаза и шипела от злобы, от боли, вывалившая на его голову всю накопленную ненависть. И, что парадоксально, ненависть эта, которую я холила, лелеяла и копила, убавилась после этого вполовину — и еще на четверть, когда я не наткнулась на ответную жестокость…
— Утром Эллиан и так проверит всех твоих оставшихся ведьм! И мы будем присутствовать! А сегодня — она!
— Я повторяю: это невозможно! — раздражаясь, повторил темный.
— Повторяю: дело не терпит отлагательств!
— Она… Она без сознания!
Ух ты! Гений вранья!
— Я ее осмотрю! — настойчиво произнес некромант.
— Э-э-э… Я сказал, без сознания, а не мертвая!
— Все, Арен, уйди с дороги. — Терпение ректора кончилось.
— Да пожалуйста, — обиженно ответил тот. — Убедитесь сами, раз мне не верите…
Я не успела притвориться, только заняла в кресле живописную позу дохлого кролика, как в глазах резко потемнело, и я по-настоящему провалилась во мрак.
Последняя ночь в Академии пролетела незаметно, бессмысленно и безрезультатно. Без малейшей возможности сбежать, разработать план спасения или просто обдумать свое положение.
Я просто отключилась в доме лорда Тиана, а очнулась уже утром, в своей кровати, аккуратно укрытая одеялом, и долго соображала, что произошло. С одной стороны, это сберегло мне изрядное количество нервов, с другой… Я уже раскрыла себя перед деканом; самое странное, что он меня сразу не выдал, и теперь все остальное — на его усмотрение. А я даже не знаю, чем закончился ночной разговор с ректором, но, поскольку еще не чахну в темнице, а жуткий некромант не ставит надо мной опыты, надежда на лучшее все же есть…
Я откинула одеяло в сторону, уставилась на свое одеяние и, покраснев, спешно укрылась обратно.
— Проснулась! Уи-и! — две белые увесистые тушки запрыгнули на постель. — Ты как, живая?
— Это правда, что тебя чуть не сожрали? Ой, а сама-то бутербродика хочешь? С сыром!
— Рикки. Тикки, — вволю наобнимавшись, я строго посмотрела на усатые мордочки, потом — на свою сорочку. — Скажите мне только одно…
— Кто тебя переодевал? — догадалась Тикки.
Я с замиранием сердца кивнула.
— Мы!
Я выдохнула с несказанным облегчением.
— Ха-ха-ха-ха-ха! — хохочущий Рикки тут же удостоился подзатыльника от своей подруги и, странно крякнув, заткнулся.
Я аж на месте подскочила.
— Кто тогда?! — требовательно повторила я.
— Кто принес, тот и переодевал, а что, надо было тебя в грязной и драной одежде на кровать укладывать? — пробурчал толстый крысик, потирая за ухом.
Вот сейчас я искренне пожелала, чтобы принес меня не ректор! И не некромант! Хм… А темный-то, оказывается, не самый плохой вариант… От стыда я поежилась, нервно сжала на груди ткань сорочки.
— Ну он же просил! — укоризненно протянула Тикки.
— Сыр у меня уже кончился, значит, плохо просил! — вынес вердикт продажный хвостатый.
— Не волнуйся, тут темно было, он все равно ничего не разглядел, — успокоила Тикки, поглаживая лапкой мою руку.
Ну и правда, чего я переживаю, было бы из-за чего…
— На ощупь действовал, — подавился смешком Рикки и удрал, увернувшись от полетевшей в него подушки и моей ругани.
В шкафу аккуратно висела то ли новая, то ли отремонтированная форма, в которую я, умывшись, незамедлительно переоделась. В общей комнате уже вовсю шуршали ведьмы, переговариваясь и хихикая. Для них это был новый день, полный неожиданных открытий, а для меня…
Я хорошо помнила о предстоящей проверке. Кстати, надо бы успеть найти Морри. Надеюсь, с ним все в порядке и его декан позаботился о своем подопечном в первые же минуты боя; по крайней мере, в нашей Академии всегда было заведено, что в случае чрезвычайной ситуации адептов отправляли куда подальше, лишь бы под ногами не путались и живы остались.
— Селли! — Не успела я выйти из комнаты, как на меня набросилась толпа взволнованных ведьмочек. — Это правда?!
— Ч-что? — сделала я опасливый шаг назад, покосилась на стоящую около самой двери новенькую, появившуюся здесь за ночь метлу. Интересно, она крепкая?
— Как что? Монстр! Мы почти ничего разглядеть не успели, Изольда ставни захлопнула и деру дала!
— Он тебя схватил?
— А что ты там делала?
— А как же комендантский час?
— А тебя лорд Тиан спас, да?
— Вы там вместе были?!
— С деканом? И чем вы ночью занимались?
Меня закидали вопросами настолько, что я не знала, на какой именно отвечать. Надо было через окно выбираться!
Ведьмы наступали грудью, а я…
— Я ничего не помню! — трагично всплеснула руками.
А какая вообще официальная версия?
— Как ничего? — возмутились сокурсницы.
— У меня шишка на затылке, ударилась, наверное! — соврала я.
— Амнезия… — разочарованно протянули ведьмы, но разочарование длилось недолго. — От страха, поди! Сейчас мы зелье сварим!
Ага, и сыворотку правды туда заодно добавят!
— Вечером, после пар и приготовим, — обрадовала меня Равьена, взглянув на настенные часы с вороном. — А сейчас — по метлам!
— Что первым-то? — обреченно спросила я, обнимая радостно подскочившую ко мне метлу.
— Теоретические основы темной магии!
Девушки лихо оседлали метлы и одна за другой вынырнули в окно. Я было двинулась к двери, но замешкавшаяся Павла своим необхватным телом преградила мне путь.
— Куда направилась, кикимора? Летать не умеешь?
Двинуть ей, что ли, по лбу за кикимору-то…
— Прогуляться хочу.
— Не умеешь, — констатировала она, смерив меня оценивающим взглядом. — Неудивительно.
— Тебе чего надо? — не выдержала я.
— И в расписание не заглядывала… — подозрительно прищурилась Павла. — Или название «Скоростные полеты» тебе ни о чем не говорит?
Я в ответ равнодушно пожала плечами: еще не факт, что первая пара не станет для меня последней.
— Вот что, — торопливо заговорила ведьма. — Ты меня вчера от паутины спасла, не бросила; хороша же я буду, если сейчас по-своему не помогу. Вдобавок я все еще надеюсь, что с твоей помощью моя фигура наконец-то станет стройной и красивой! Так что мне совсем не хочется, чтобы тебя выперли из Академии!
А мне-то как не хочется!
— И что ты предлагаешь?
Она многозначительно указала на мою метлу.
— Полетели!
Я вспомнила полет с Равьеной и скривилась.
— Разобьюсь к чертям.
Павла тяжело вздохнула, немаленькая такая грудь плавно колыхнулась, а сама ведьма сочувственно посмотрела на меня сверху вниз.
И тут произошло совершенно непредсказуемое!
— Полетели! — Меня подняли за шкирку, взгрузили на метлу и выбросили в окно!
— А-а-а-а! — Е-мое, лучше бы сразу согласилась! — Тпр-ру! Стой! Хватит!
Земля! Черная, вытоптанная! Приближается! А метла все летит… Вниз, ага. Так я и без метлы летать умею.
Но в черенок все равно вцепилась и руками, и ногами, и зубами бы вцепилась еще, но тогда орать не смогу. А я орала, еще как…
— Гадина! Лети, собака! Ой, прости! Чик-чирик, как птичка! Чирик-чик-чик! Как птичка лети! Как жук! Как дракон! Как бабочка! А-а-а-а-а!
Земля вдруг оказалась совсем близко, перед самым носом, а потом мы с бешеной деревяшкой резко взмыли вверх, набирая скорость. А потом опять вниз! И снова вверх! И кульбит через голову! И… Что-то меня укачивает… Ненавижу ведьм! Ненавижу метлы! Хочу к себе, на болото… О, а вот и Морри… С метлой?!
Я чуть со своего ненормального транспортного средства не свалилась, когда увидела понуро опустившего голову некроманта, сжимающего в руке черенок хозинвентаря, пока не поняла, что он-то как раз использует его по назначению. В смысле, не очень старательно подметает двор перед Академией.
— Куда понеслась?
Кое у кого хватать меня за шкирку входит в привычку. Вот и сейчас массивная Павла незаметно подлетела откуда-то сверху и таким невежливым способом прекратила мой неуправляемый полет.
— Это все она! — возмущенно стукнула я кулаком по деревяшке, откинув со лба взмокшую прядь волос. Метла не менее возмущенно подо мной дернулась. — В термитник брошу! — пригрозила я.
Кажется, эта хрень фыркнула! Ух, палка с крапивой мне нравилась больше! Она хоть не шевелилась! И не пыталась меня убить!
— Вообще-то это ты должна управлять метлой, а не она тобой, — нравоучительно заметила Павла, все еще надежно держа меня за загривок. Только толку-то от пустых нравоучений!
— Как? — нервно рыкнула я. И вообще, на пары опоздаю, решат еще, что сбежала…
— Она теперь — твое продолжение в воздухе, твоя опора и твои крылья! А руль — это ты. Погладь ее, скажи, какая она у тебя замечательная, она же все чувствует…
Я два раза послушно провела по черенку, без особых эмоций. Паршивка сердито распушила прутики в знак протеста.
— Может, ты нас просто добуксируешь до аудитории? — с надеждой попросила я ведьму.
— Тебе не нравится метла, которая тебе досталась? — строго заглянула мне в глаза Павла. — Пойдем на склад менять?
Метла подо мной замерла, притихла.
— Да нет. — Я рассеянным движением провела по отполированному дереву. — Так-то крепкая вроде, быстрая, совершенно точно быстрая, еще и маневренная к тому же… Только вот я неумеха, другая ведьма бы, поди, радовалась…
— Ну вот и береги! Берегите друг друга! — отпустив меня, выкрикнула она, быстро удаляясь в сторону правого крыла Главного корпуса. А мы остались… висеть в воздухе! Наедине!
— Эм-м-м… Ну, полетели, что ли тогда? Осторожненько-о-о-о!..
Осторожненько метла не умела, а может, молодая была, а может, вздорная, а может, сама решила меня подрессировать, но, по крайней мере, когда я с визгом пригрозила, что от страха могу перепутать ее с туалетом, доставила к нужной аудитории намного спокойнее. И все бы хорошо, если бы к двери, а не к закрытому окну на четвертом этаже! Ну что теперь делать, пришлось стучаться!
— Любите же вы эффектно появляться, адептка Краст! — с ворчанием донеслось из распахнувшегося окна.
Узнав голос, я ногтями вцепилась в метлу, но меня схватили за запястье, подтянули к подоконнику и весьма галантно помогли спуститься, придержав за талию.
— Благодарю вас, лорд Тиан, — как можно более безмятежно улыбнулась я, пытаясь унять вдруг участившееся биение сердца.
Что это я так разволновалась, я ведь не боюсь его? Нет, не боюсь, совершенно точно не боюсь, разве что чуть-чуть… опасаюсь. И как никогда сейчас завишу от него. И пора бы ему меня уже отпустить… Ведь не может же он не чувствовать, как меня трясет! Подозреваю, сейчас за нами следит вся аудитория, а я носом ему в грудь дышу — так он близко…
Подняла на него вороватый взгляд; в ответ еле заметно дрогнули уголки его губ, и он наконец развернул меня к кафедре.
— Ужасного дня! — поприветствовал меня ректор.
— Отвратительного, — кивнул василиск.
— Вы заставляете себя ждать, — недовольно проскрипел некромант.
— Ничего не бойтесь. — Сделать шаг назад мне не дала твердая ладонь на пояснице, а темный смешливо-небрежным тоном огласил на всю аудиторию: — Всего лишь очередная проверка!
Прозвучало так, как будто эта самая проверка ждала всех, но я-то знаю правду. И он знает. Знают ли они?
Черный кристалл завис в воздухе, поднявшись из ладони василиска. И он был пустой. Пока.
Некромант поджал губы, подался вперед, глядя на меня с какой-то пугающей жадностью.
— Мы начнем с вас.
Кто бы сомневался!
— Уж вас-то учить не нужно, — не удержался он от ехидства. — Настоящая темная ведьма — большая редкость в наших стенах.
Ведьмочки загалдели, заинтересованно вытянули шеи, наблюдая за начавшимся представлением. Просто они-то не знали, что никакая я не настоящая.
Я слегка закатала рукава. Не то чтобы они мне мешали — просто своеобразный ритуал перед важным событием. А ведь предстоящая тюрьма и отчисление из Академии — события, безусловно, важные! Наверное, самые важные за всю мою недолгую жизнь…
Я думала, что буду паниковать, метаться, но нет. Лишь потяжелело слегка дыхание и пальцы плели простецкое заклятие подозрительно медленно. Темный стоял позади, близко настолько, что хотелось отодвинуться, нервно постукивал носком ботинка по полу и заглядывал мне через плечо, раздражая своим дыханием и скептически-надменным взглядом. Да, я самоучка, возможно, что-то делаю неправильно, но даже в такой ответственный для меня момент он скорчил такую рожу, что стало понятно всем: я бездарь! Но этого ему показалось мало.
— Быстрее! — толкнул он мой локоть, прямо в болезненную косточку, так что по руке пробежал чувствительный разряд такой силы, что она обвисла безжизненной плетью. — О, Тьма, адептка Краст, за это время в бою вас бы убили уже раз тридцать! А если бы не убили, то все соперники бы сами померли, от скуки!
— Да что вы себе позволяете? — возмущенно развернулась я, обхватив здоровой рукой онемевшую конечность. — Вы не дали мне сосредоточиться! Вы! Вы…
На глаза чуть слезы не навернулись. Он забрал мои последние секунды свободы! Знал, почему я медлю, и все равно вмешался!
— Учитесь ценить время, — нравоучительно-холодным тоном произнес он. — И свое, и чужое. Даже я чуть не уснул! А меня трудно усыпить, если рядом симпатичная девушка…
— Все! Ничье время я больше отнимать не буду! Особенно ваше! — Мои руки непроизвольно сжались в кулаки, плечи затряслись. — Довольны? Что ж сами-то так долго думали? Надо было еще вч…
Темные глаза чуть заметно сощурились. Руку снова прострелило болью, и я, задохнувшись, замолкла.
— Ваш наставник прав, — раздался позади тошнотворно-спокойный голос василиска. — С магией нужно обращаться слегка… поувереннее. Особенно когда вас ждет немалое количество народа, а вы всех задерживаете. Следующая.
Я ушам своим не поверила.
Следующая?!
— Займите свое место, кажется, вы еще не отошли от ночного шока, — с подозрительной заботой декан подхватил меня под локоток и торопливо довел до третьего ряда парт. И усадил за нее. Грубовато. Предостерегающе сверкнул глазами, пока никто не видел, а потом нацепил на лицо благожелательную улыбку и вернулся к преподавателям.
В черном кристалле, зависшем в воздухе посреди аудитории, плескалась магия. И мне не надо было протирать глаза, чтобы увидеть, что на мою она совсем не похожа. Абсолютно. Совершенно.
Невозможно.
Начали вызывать других девчонок, а я все пялилась на этот кристалл до тех пор, пока его не очистили от плененной магии. Перевела взгляд на кафедру — Павла пыхтела и, направляемая терпеливым голосом лорда Тиана, неуклюже пыталась создать темный шарик. Ректор откровенно скучал, василиск изображал вселенскую невозмутимость, а некромант, игнорируя происходящее, пялился прямо на меня. Очень недобро пялился.
Закончив проверять моих одногруппниц, преподаватели раскланялись, степенно извинились перед лордом Тианом за доставленные неудобства.
— Что вы, что вы, — ехидно взмахнул руками темный. — Всего-то половина пары впустую пропала. Подумаешь! Кому нужна теория темной магии на моем факультете! Неужели молоденьким ведьмочкам? Так я их тогда сразу в поле выпущу, на практику!
— Не наглей, Арен, — обернулся у самого порога ректор. — И помни, что позиция Грэдис относительно твоих нововведений мне кажется не такой уж бредовой.
При упоминании старшей ведьмы декан позеленел и молча проводил уважаемых проверяльщиков до двери. Лишь для того, чтоб с силой эту самую дверь за ними захлопнуть. Затем неторопливо обвел немногочисленную аудиторию взглядом и предвкушающе потер руки:
— Ну что, первый курс… Половина пары у нас еще впереди!
На партах материализовались тетради.
— Лекция первая. «Основные источники темной магии». Кто-нибудь уже может перечислить?
Динэя торопливо вскинула руку, дождалась сдержанного кивка и оттарабанила как по заученному:
— Внутренний резерв темного мага, негативные эмоции, темная энергия, что в природе встречается крайне редко, чужая сила, отобранная насильственно…
— Да… А еще?
Динэя замялась.
— Ну же, не бойтесь, — пошевелил пальцами маг, поторапливая ее.
— Смерть, — еле шевельнула она губами.
— Что? — он сделал вид, что не расслышал.
— Смерть, — уже увереннее повторила она. — Есть теория, что именно смерть является причиной появления темной энергии. Боль, страх, отчаяние выплескиваются в мир и невидимыми пятнами наполняют его.
— Это не теория, — улыбнувшись, декан поднял указательный палец, подчеркивая важность своих слов. — Это действительно так. И я вам больше скажу: это самый доступный источник энергии, с которым вам и предстоит работать.
Впечатлительные девушки застонали, кто-то менее впечатлительный довольно присвистнул, кажется, Равьена.
— А что вы хотели? — смешливо проговорил он. — Ловить негативные эмоции? Даже если сможете уловить такую деликатную вещь, как чужие чувства, как в нужный момент вы собираетесь их генерировать? А если рядом никого нет? Через себя? Так недолго и умом тронуться, и копыта откинуть. Использовать внутренний резерв тоже не сможете — вы ведьмы, а не темные маги по рождению, так что у вас его попросту нет.
— Зато у Селли есть, — недовольно подала голос Есения. Скромная девица оказалась крайне возмущена этим фактом! — И теперь мы с ней никогда не будем находиться в равных условиях. Может, стоит вообще перевести ее на другой факультет?
И вряд ли эта ведьма имела в виду Ведовский факультет!
— А может, вам стоит усерднее заниматься? — не повелся на провокацию темный. — Будет куда расти. Или вы боитесь конкуренции?
Прозвучало как-то неоднозначно, Есения вздернула носик, повела плечами, словно разминаясь, посмотрела на свою грудь, на мою и, видимо, решила, что конкуренции не боится. Я не удержалась, опустила взгляд вниз, оценив собственную конкурентоспособность. Неужели все настолько печально?
— Лорд Тиан, а у вас уже были темные ведьмы? — заинтересованно спросила Равьена.
Я поперхнулась, закашлялась на весь класс и поспешно закрыла рот руками. Двумя сразу.
— Нет, — улыбаясь, ответил мужчина. — Дар ведьмам в основном достается от матери, хотя бывают и исключения. Так что это первая истинно темная ведьма, которую я встретил. Остальных я создал сам, и их таланты — результат упорного труда, в том числе и моего.
— Надеюсь, вы после этого вашего вложенного труда никого не заставите называть вас папой… — негромко пробормотала я.
Долгий взгляд из-под длинных ресниц, во время которого наступила полная тишина, а я успела пожалеть, что не удержала язык за зубами, короткая непроницаемая улыбка и холодное:
— Вас — точно нет.
Как ни в чем не бывало он повернулся к доске, зарисовывая знакомые мне с юности символы поиска.
— Использовать смерть не означает, что ради этого вам придется убивать, — рассказывал он, сжимая пылающий мел-огневичок в длинных пальцах. — Главное — суметь найти ее след, а следов этих хватает везде: от придушенной ловким котом полевки до павшего жертвой кровавого маньяка. Последнее предпочтительнее в качестве источника силы.
Ага. И отвратительнее в качестве эмоций. И этому он собирается нас учить?
Он обаятельно улыбнулся и добавил:
— Для меня. Вам пока достанутся нерасторопные мышки.
— Почему? — уязвленно спросила Динэя. — Мышки — это как-то… несерьезно.
Темный приподнял бровь.
— Правда?
— Ну так… Что с нее взять-то? — Ведьма сложила пальцы, наглядно показав, что с хвостатой жертвы сил и на полноготка не будет.
— Хм… — Лорд Тиан напряженно задумался. Потом вытянул вперед ладонь, и в ней материализовался двуручный меч. Красивый эфес, украшенный темным, словно напившимся крови рубином, широкая гарда с защитными рунами, и сам клинок — мощный, тяжелый… Основательное оружие. Мужское. Я бы на такое даже претендовать не стала.
— Нападайте, — милостиво разрешил магистр, протягивая орудие убийства Динэе.
Острый укол зависти неожиданно поразил в самое сердце. Я тоже хочу пощупать это произведение искусства!
— Я? — затравленно завертела она головой по сторонам, неловко держа меч обеими руками острием вниз. — На вас?!
О, еще бы день назад я вызвалась вместо нее и с радостью показала, как нарубается на кусочки мясо темных магов! Угу, в мечтах… На самом деле с такой махиной хорошо бы при собственных пальцах остаться! А теперь…
Я украдкой посмотрела на «беззащитную жертву».
Он кивнул Динэе и приглашающе развел руки — весь твой, бери, нападай. Ноги широко расставлены, поза расслабленная, волосы небрежно откинуты со лба… Хорош, зараза, глаз не отвести… Я и не отводила, и, к сожалению, не только я…
Одногруппницы взволнованно заохали, и вообще, неужели все девушки подвержены его обаянию? Почему-то именно сейчас это жутко раздражало. Я снова на него посмотрела — исподлобья, неприязненно, с целью всенепременно выявить недостатки, хотя самый главный недостаток был у нас одинаковым — темный дар. Только он относился к своему дару с трепетом, уважал его и лелеял, превозносил на пьедестал, вместо того чтобы забыть о нем и постараться избавиться, развивать другие способности… Ха, с досадой оборвала я собственные мысли. Как я? Так же безуспешно? Да какие у него могут быть еще способности, если руки созданы убивать.
Зато… Зато… Я безуспешно блуждала взглядом по идеально самоуверенному темному, настойчиво выискивая неидеальности. Вот! Зато у него огромный нос! Обрадованно я уставилась на самую выдающуюся часть тела. Да, большой! И хищный, почти как клюв. И походка слишком вальяжная для преподавателя, как и манеры. И плечи слишком широкие, того и гляди лопнут под их напором швы пиджака, и вообще заметно, как тяготит его строгий камзол и как все его мужское тело ждет момента, чтобы скинуть его куда подальше…
— Нападайте, — ободряюще повторил он. — Хотя бы поцарапайте. Обещаю не сопротивляться.
Динэя шумно и решительно втянула воздух и пошла в атаку, с трудом волоча меч за собой! Острие гадко скрежетало по полу, оставляя за собой довольно глубокий след. Когда она доковыляла до стоящего на месте мага, с нее ручьями тек пот, она тяжело дышала, но все же предприняла попытку замахнуться. С трудом оторвала меч от пола… Приподняла, приняв весь вес на живот… И с визгом уронила его на ногу! На свою!
— А-а-а-а! *** итить, *** мою, *** твою, ***! ***! * в ***! На ***! *ть!
А ничего так девушка изъясняется, с чувством…
Темный с вежливым участием всё выслушал и лишь после этого поднял меч с ее придавленной ноги, с легкостью подкинул в руке.
— Это прекрасное оружие, — любуясь отражающимся от лезвия светом, проговорил он и перехватил уже обеими руками, делая плавный замах. — Идеальное. Потрясающее. Видите рубин? Это «Кровавая звезда»: каждая капля крови, пролитая этим мечом, дает дополнительные силы владельцу…
Он говорил тихо, завораживающе, по-настоящему наслаждаясь смертоносным оружием, которое словно расцвело. И все следили за каждым его движением, потому что в его руках этот тяжеленный меч танцевал. Взмах. Поворот. В воздух взметнулась тонкая черная лента; два едва уловимых росчерка острием — и на пол мягко упали несколько ровно разрезанных кусочков ткани.
— Но для вас это всего лишь железяка, которая больно отдавила ногу, — насмешливо произнес лорд Тиан, и меч как-то сам собой исчез. Взамен него в руке появился маленький складной нож, который он и протянул Динэе. — Вот. Закончите начатое.
— Какое начатое? — На этот раз она настороженно взяла ножичек двумя пальцами, держа от себя на вытянутой руке.
— Нападайте, — невозмутимо повторил темный. — Надеюсь, вам хватит сил донести его до меня?
Динэя обхватила рукоятку поудобнее, лицо стало суровым. Она замахнулась, прицеливаясь магу в плечо. Потом переместилась, замахнулась, целя в запястье. Опять передумала, направила нож в его предплечье и, наконец взвыла, опустив руки:
— Так нечестно, да и ранить вас неинтересно, вы же не сопротивляетесь!
— Я и раньше не сопротивлялся, однако вы и не думали меня жалеть — очень целеустремленно тащили меч в мою сторону.
Ведьма понуро вернула ему нож.
— Кажется, я и до мышек еще не доросла, — мрачно произнесла она при этом.
Он в ответ улыбнулся.
— Вы весьма сообразительны. Итак, — темный вновь повернулся к доске. — Нити смерти и их здравомысленное использование.
Девушки теперь слушали вдвойне внимательно, записывали старательнее и даже не пытались коснуться мощных силовых линий, которые находили случайно, повторяя за лектором. Что ж… Лорд Тиан умел преподавать и умел заразить своим энтузиазмом. Даже мне к концу пары темная магия стала казаться чем-то простым, безобидным и безумно интересным. Опасная иллюзия — уж я-то на своей собственной шкуре знала насколько…
Когда лекция закончилась, я замешкалась, пока ведьмы шумно покидали свои места. Под предлогом того, что надо забрать метлу, стоящую у окна, подошла к кафедре, дождалась, когда захлопнется дверь.
— Вы меня спасли, — остановилась я напротив магистра, который собирал со стола две бумажки подозрительно медленно, явно напрашиваясь на разговор.
— Имеете что-то против? — вскинул он колючий взгляд.
— Хотела спросить зачем.
— За спасибо, — фыркнул лорд и указал мне на дверь. — Идите, учитесь, не забивайте свою маленькую головку лишней информацией, а то нужная не усвоится!
— Спасибо, — покорно кивнула я. — И все же…
— Голубушка, — злобно перебил он меня, — хочу предупредить, что муки совести абсолютно недопустимы! Я пошел на должностное преступление не за тем, чтоб вы кинулись к ректору и чистосердечно во всем признались! Так что давайте закроем эту тему, пока уши у стен не превратились в локаторы!
— Вы решили привязать меня к своему факультету! — внезапно догадалась я, и раньше-то совершенно не веря в темное благородство. — Чтобы я и не вздумала рыпаться, а иначе…
А иначе сдать меня — дело двух минут…
— У тебя намного больше перспектив, чем у остальных, — не стал он отнекиваться. — А амбиции — это дело десятое. А эмоции — тридесятое. Переживешь, перебесишься и станешь первоклассной темной ведьмой…
— Да не хочу я быть темной ведьмой! Я лавку хочу открыть, с зельями! — повысила я голос, хотя на самом деле хотелось зареветь от безысходности. — Мне диплом нужен, а не темная магия!
— Нужен — учись, — коротко ответили мне. — Я как раз такую возможность и предоставил.
Возможность без права выбора…
— А вам-то это зачем? — угрюмо спросила я.
— Мне? — притворно удивился он, но потом подался вперед и выдохнул шепотом: — Ради престижа, конечно…
— А если мне плевать на ваш престиж? — провокационно прищурилась я. — Я могу учиться, но стать позором всего факультета! Вашей личной занозой!
— Н-да? — приподнял он бровь. — Ну, предположим, занозой ты уже стала, а позорить свой факультет я не дам. И угрожать в твоем положении несколько… неосмотрительно. Кстати, что вам с одноглазым Морри удалось накопать?
Я уязвленно прикусила губу.
— Ответ «ничего» принимается?
— А угадай, — темный с насмешливым вызовом сложил руки на широкой груди.
Еще бы… Интересно, ему вообще в лицо отказывали? Хоть раз? Хоть в чем-нибудь?.. Вот и я сейчас всего лишь скромно уточнила:
— Вы действительно хотите это знать?
Карие пронзительные глаза задумчиво исследовали меня.
— Пожалуй, да, хотя и сомневаюсь, что вам известно то, что неизвестно мне. Только сейчас не время и не место для подобного разговора. Я сам тебя найду, поторопись на следующую пару.
— Вы странный, — буркнула я, зажав дергающуюся метлу подмышку.
— Да? Почему? — неподдельно заинтересовался он.
— Сейчас не место и не время для такого разговора! — мстительно ответила я и с гордо поднятой головой обошла мужчину.
В ответ не менее мстительно распахнулось окно, и свободолюбивая и плохо управляемая метла вынырнула наружу! Вместе со мной, обхватившей двумя руками черенок и болтающей в воздухе ногами. Кстати, я ругалась. Красочно, сочно и все больше про темных скопищем и конкретно про одного в отдельности! Надеюсь, у него хороший слух!
Оказалось, что это цветочки, потому что ягодками являлись те самые «Скоростные полеты». Ибо вела пары по истинно ведьминскому искусству молодая да наглая Индира! Я чуть с метлы не свалилась, когда увидела законную супругу своего дядюшки, поджидающую нас на стадионе! Между прочим, именно благодаря ей я и была уверена, что все ведьмы рыжие!
Шмяк! Метла-предательница позорно сбросила меня прямо перед ее носом.
— Хм… — Зеленые глаза тут же сощурились, как только она узнала племянницу. — Нынче летают все кому не лень… Точнее, падают… Ползать-то, поди, проще?
Я молча отряхнула коленки от грязи и выпрямилась, оказавшись на полголовы выше ведьмы. Тем не менее на ее высокомерном взгляде это обстоятельство нисколько не отразилось.
— Никуда не годная техника! — отчеканила она, не проявив ни малейшего удивления от встречи. — И маневренность на нуле. Про скорость я вообще молчу…
Прутики моей метлы понуро обвисли — обиделась. Ведьмы, успевшие ровным рядком выстроиться позади меня, с интересом рассматривали мою рыжую тетушку, которая, как я чувствовала, появилась здесь вовсе неспроста!
— Уровень остальной группы такой же, как у старосты? — Индира устремила строгий взгляд за мое плечо.
Теперь обиделись все присутствующие!
— Пр-роверьте! — задрав подбородок, выпалила Есения.
— Не откажусь от подобного удовольствия, — хмыкнула ведьма.
Перед нами материализовался уменьшенный и полупрозрачный макет Академии. И парк, и озеро, и общежития — все оказалось как на ладони.
— А вот и ваша трасса, — объявила преподавательница.
Трасса тут же проявилась красным пунктиром и казалась подозрительно легкой — ни одной петли, никаких резких поворотов, почти идеально ровный круг. Пожалуй, это даже мне под силу.
— Полосу препятствий крупным планом! — тут же злорадно скомандовала она, заметив наши снисходительно улыбающиеся лица.
И улыбки стерлись одна за другой. Потому что трасса шла низко-низко и пролегала через густой пролесок, за которым обнаружилась скала с горгульим гнездом.
— А теперь слушайте задание.
— Еще и задание?! — простонала Павла, которой трасса не понравилась едва ли чуть меньше, чем мне.
— А как же! — дернула уголком губ Индира. — Я должна определить, на что вы способны, ведь у большинства уровень далеко не нулевой, не первый день на метле! Ведь так, или я ошибаюсь?
Ведьмы напряженно подобрались. Гордость — весьма чувствительный орган, и теперь каждая из кожи выпрыгнет, но докажет, что лучшая в группе!
— Итак, преодолев полосу препятствий, вам предстоит атаковать вот это здание. — Обсуждаемое строение на макете увеличилось в размере, и я разглядела два красноречивых рога на ее крыше! Демоны?! — Черти, — небрежно пояснила она. — Хватаете самого лучшего и транспортируете сюда!
Мы потрясенно молчали.
— А как? — робко спросила Полина.
— Хоть как, — пожала плечами Индира. — Хоть за хвост, хоть за копыто, хоть за любой другой выступающий орган… Кто притащит самого-самого, тот получит зачет автоматом!
Ведьмы оживились, но как-то вяло. Потому что зачет получить хотелось, а вот получить еще больше от самого-самого черта — вовсе нет!
— А самого-самого… Это означает самого хиленького? — с надеждой спросила Равьена.
— Самого сильного, смелого и упитанного! — разрушила всякую надежду на зачет ведьма.
— Мы что, их еще и взвешивать будем?! — прониклась перспективой побледневшая Павла.
— Вы сначала принесите мне хоть одного, а там на месте разберемся! Уж самого-самого-то я определить сумею, — ухмыльнулась Индира.
Жаль, что дядя этой ухмылки не видит, он бы впечатлился!
— Итак, займите свои метлы. Охота на чертей объявляется открытой!
Старт мы все взяли довольно бодро. Я даже ехала верхом на метле, а не безвольно болталась под ней. Ровно до того момента, как на пути возник подлесок. Более опытные ведьмы весьма успешно маневрировали, огибая кусты и бурьяны, а менее опытная я перла напролом. Не то чтобы мне нравились бьющие по лицу и угрожающе пытающиеся воткнуться в глаза ветви, но это однозначно нравилось моему транспортному средству!
Я пыталась ей управлять — дергала черенок вправо, влево, вверх, вниз… Хрен! Мое право на управление унизительно игнорировали!
Зато я значительно сократила путь, и из подлеска мы с ведьмами вылетели практически одновременно, и так же одновременно нас встретил горгулий вскрик.
Нам повезло. Каменная птичка оказалась примерной и самоотверженной мамашей — гнездо не покинула, но булыжниками нас обстреляла знатно! Прочный клюв без труда крошил скалу, на которой гнездилось чудище, выковыривая каменья поувесистее, затем камень подбрасывался вверх, и по нему с размаху ударяло крыло, придавая небывалое ускорение снаряду. Даже не знаю, чей инстинкт самосохранения оказался выше: мой, который заставлял меня всем телом вжиматься в черенок, или метлы, которая виртуозно уворачивалась. В общем, никогда бы не подумала, что буду настолько рада чертям!
— О, ведьмочки-симпатюшечки… Раз, два, три, ох, да тут целая компания! Никак на чашечку самогончика пожаловали, на носках настоянного! Вовремя, вовремя… — приветственная речь оборвалась визгливым: — Ой-ей-ей-ей, отпусти, зараза!!! Не хочешь на носках — сделаем на мухоморах! Хви-и-и!
Мощная рука Павлы в два оборота намотала на кулак хвост с кисточкой, а метла, привыкшая к перегрузкам, медленно, но верно двинулась в обратный путь. Черт извивался, брыкался, но, вися руками и ногами книзу, хвостом кверху, дотянуться до ведьмы не мог при всем желании и угрозах.
Два черта, азартно играющие под кустом в карты, лишь хрюкнули ему вслед, но с места не двинулись. А зря.
«Самого-самого» ведьмы по понятным причинам выбирать не стремились — такого фиг донесешь, — а вот безынициативного, вялого, не умеющего вовремя распознать опасность… Короче, на бедных чертей пикировало пять ведьм! Да-да, я тоже решила попробовать! Карты полетели в стороны, черти полетели вверх, я на метле воткнулась в землю, промазав. Более удачливые Равьена с Динэей гордо удалялись с добычей, зафиксировав ее бечевкой.
— Это что за?.. — Из общежития высыпало несколько объектов охоты.
— Похищение! — звонко объявила Есения и распахнула на груди блузку. Даже у меня челюсть отвисла; про чертей и говорить нечего, там слюна весь газон, полный сорняков, полила.
Один отмер первым, в два шага оказался рядом с ней, завороженно глядя в глаза.
— Я весь твой, моя королева! — занимая место на метле, провозгласил он и довольно обхватил ведьму за талию, и толпа отмерла как раз в тот момент, когда счастливая обладательница копытатого трофея устремилась в небеса. Очарование длилось недолго — через пару минут черт по собственной воле выпил что-то из рук Есении и безвольно обвис, перекинутый поперек метлы.
Мы с Полли к таким подвигам оказались не готовы, но заинтересованные черти уже сами плотоядно косились в нашу сторону.
Метла вдруг, трепыхаясь, резко припала к земле.
— Моя! — раздалось торжествующе снизу.
Грен двумя руками схватился за черенок и, упираясь ногами, теперь тянул нас назад, прямо к своему жилищу. И вроде бы не входила эта встреча в мои планы, да и вообще черт противный, но не отказываться же от трофея. Главное, вырубить его и привязать понадежнее!
— Все-таки поняла, какое счастье упустила! — улыбался он во все рыло. — Ничего, я возьмусь за твое перевоспитание! Будет у меня своя личная перевоспитанная ведьма! Тапочки приносить, копыта полировать, да и симпатичная ты… — черт многозначительно хмыкнул.
Я аж поперхнулась от такой наглости, такого тона и вообще подобного заявления! Отвлек меня пронзительный, наполненный отчаянием визг. Взволнованно обернувшись, я лицезрела сцену очередного и беспощадного похищения. Визжал черт. Громко визжал, во всю пасть, тоненько, совсем не по-мужски, а растерянная Полина крепко держала того за язык. Сам черт держался обеими ногами и руками за метлу, которая уже набирала высоту, и очень-очень боялся отпустить ее!
— Он тут мне такое предложил! — словно оправдываясь, затравленно проговорила ведьма, а сама злобно дернула свою добычу за язык. Черт перешел на фальцет, а метла приобрела ускорение.
А я тут осталась один на один с…
— О, давай я тебе помогу!
— Пшелнахрен! — локтем оттолкнул помощника Грен.
— В общаге все равно все общее!
— Брысь отсюда, я сказал!
— Жмот!
— Подеритесь еще, — с надеждой подсказала я.
Черти переглянулись из-под насупленных бровей, но носы разбивать друг другу не кинулись. Вместо этого Грен с удвоенным усердием принялся тянуть меня ко входу в общежитие.
— Ты крепко держишься? — невинно поинтересовалась я.
— Не бойся, не вырвешься! — гыгыкнул он, широкими шагами стремительно сокращая расстояние до дверей.
Да я, собственно, и не собиралась. Не одной же с пустыми руками возвращаться — Индира засмеет!
— А весишь много?
— Нормально я вешу, жиром не оброс! — огрызнулся черт.
— Жаль, — вздохнула я. — Мне бы самого-самого… Самого упитанного, например. А ты какой-то… Среднестатистический!
— Чего?! Да я вообще шикарный! — возмутился он.
— Чем докажешь? — Я критично осмотрела не особо шикарного черта.
— Ты слепая? — Плечи его затряслись от праведного гнева. — Зенки-то разуй! Во, гляди, какие мышцы! А волосатость! А ум! Ум-то какой! И вкус у меня самый лучший! И вообще я рыло кому хошь начистить могу!
— Умом? — усомнилась я.
— Каким еще умом?! Во! — мне продемонстрировали две волосатые лапищи, выпустив метлу.
Я резко развернула свое транспортное средство, оказавшись лицом к пятаку, пристально взглянула в маленькие глазки.
— Ну, садись тогда и держись крепче! — приказала я отшатнувшемуся было черту. — Не будем скрывать такой экспонат от общественности!
На поляне ждали только нас. Терпеливо ждали и смирно, особенно похищенные черти. Еще бы: рядом с Индирой стоял огромный чертеняка! Та ему как раз чуть повыше пупа доставала, а любого из трофейных чертей он на две головы выше был и шире в полтора раза! И грудь бочонком, и плечи ого-го! И шерсть шелковистая на солнце блестела, из-под расстегнутого ворота рубашки вырываясь, и рога кривые да мощные, а взгляд угрюмый настолько, что печеньку дать хочется.
— Декан! — выдохнул мигом разгипнотизированный Грен и предпринял попытку спрятаться за мою спину.
Чертов декан еще больше нахмурился.
— Ну вот, а ты говоришь, черти у тебя боевые да гордые, ведьмам моим малолетним не по зубам! — ехидно и щедро подсыпала ему соли на раны Индира.
Тот молча отдал ей недвусмысленно брякнувший монетами мешочек, который тут же исчез в складках ведьминского платья.
— А ничего так экземплярчики, да? Не самые замухрыжчатые? — прищурилась она, глядя на черта, способного переломить ей шею одним движением, снизу вверх.
Еще один мешочек со звоном перекочевал к ней.
— Позор! — прогрохотало на всю округу. Чертов декан был в гневе. Самих чертей стало жалко. Но в любопытных ведьминских глазах помимо жалости читался общий вопрос: а чей черт самый лучший-то?!
— Шесть адептов не смогли устоять перед чарами молодых ведьмочек! — продолжал басить декан.
Два черта украдкой потерли хвосты, но поправлять декана и признаваться, что перед чарами-то они устояли, а перед неожиданно грубой девичьей силой сопротивление оказалось бесполезно, не стали.
— Зачет по боевым искусствам аннулируется! По противоядиям тоже! По противостоянию соблазнам вместо зачета теперь будете экзамен сдавать! Всем факультетом! А теперь живо к себе, принимать благодарность от одногруппников!
Чертей как ветром сдуло, ни один даже не оглянулся.
— Эй, а сравнить по всем параметрам?! — жалобно крикнула вдогонку Есения.
— Мы все сдали! — гордо объявила Павла.
— А нам сейчас чертов… чертовый… чертовский… Эм-м-м. В общем, их декан и скажет, кто там у них самый крутой, — рационально предположила Равьена.
У вышеозначенного декана угрожающе дернулось веко.
— Кхм-м-м… — кашлянула в кулак Индира и успокаивающе положила руку на его напряженное плечо. — Я думаю, что никто не будет спорить, что самого-самого что ни на есть черта привела сюда я?
Наступила гробовая тишина. Спорить никто не собирался, особенно под мрачным взглядом самого-самого черта, но вероломство преподавательницы возмутило даже наши метелочки, которые старались едва ли не больше нас!
— Так что зачет сдавать будете в равных условиях, никаких автоматов, — беспечно заявила Индира. — Все на сегодня свободны. Эдвард, — она пожала мохнатую руку декана. — Спасибо за сотрудничество и спонсорство!
— Можешь подавиться, — буркнул он и, излучая жгучую ненависть на весь ведьминско-чертов род, удалился.
— Ну ты и даешь! — восхитилась я, когда мы с тетушкой остались вдвоем.
— Взаимно, — хмыкнула она и даже небрежно потрепала меня за волосы. — Вот уж где-где, а у лорда Тиана тебя встретить не ожидала! Странный выбор…
— Я тебя здесь вообще встретить не ожидала! — парировала я, не желая признаваться, что просто провалила экзамен. — Следишь за мной? Дядюшка же меня отпустил, документы все сделал, портал открыл. Что не так?!
— А что не так? Я здесь совершенно случайно! — с таким искренним лицом заверила она, что сейчас же стало понятно: врет!
— Совершенно случайно за пару дней устроилась преподавать именно на моем факультете? — я скептически прищурилась.
— Чего это на твоем? Я вообще-то еще на Ведовском первый курс обучаю! — возмутилась Индира.
Ага-ага, именно там, куда я и должна была поступить!
— С чего бы вдруг?
— Подругу подменяю! — Ведьма начала злиться.
— А что с ней?
— Забеременела!
— Так внезапно? — скривилась я.
— Абсолютно! — С таким лицом только смертный приговор зачитывать, и я перестала настаивать, все равно бесполезно.
— А что, — сменила я тему, перейдя на шепот, — дядюшка еще не знает, что я на Темном учусь?
— Узнает! — злобно пообещала она.
— Ну тетя! — взвыла я.
— Ш-ш-ш-ш! — Вдогонку полетел неслабый подзатыльник. — Поори у меня! А лучше сразу на лбу напиши, кто ты и откуда! Я тут ради нее конспирацию соблюдаю… Тьфу, бестолочь, до сих пор всему учить надо!
— Прости, — опустила я голову. — Так все-таки ты здесь ради меня?
— Не волнуйся, все пять лет рядом торчать не собираюсь, — проворчала она. — Свое я уже отучилась, повторно мучиться в отличие от тебя желания не испытываю! И чего это ты разулыбалась?
Родное лицо всегда приятно видеть, а уж родное и переживательское лицо — вдвойне! Особенно когда жизнь повернулась совершенно противоположным местом!
— Просто, — не переставая улыбаться, пожала я плечами. — Я очень рада, тет… Индира.
— Рада она. Рассказывай, что натворить успела!
Естественно, ничего я не рассказала! Потому что сразу за тетушкой прибыл бы дядюшка!
Нет, ну кое-что, конечно, рассказать пришлось…
— Как не сдала?! — пришла в ужас родственница. — Ты?!
— С пропорциями напутала, точнее, не рассчитала… — вяло оправдывалась я.
— Ты не могла напутать!
— Я… — Я решила, что декан — подходящая жертва эксперимента; ага, представляю ее лицо. — Я неверно растолковала задание…
— Я с ним поговорю! — заявила она.
В другое время я была бы в восторге, а теперь перед внутренним взором встал темный. Во весь рост и с черным кристаллом в руке.
— Нет!
— Что?!
— Я хотела сказать «нет», — менее импульсивно повторила я.
Она сочувственно поглядела на меня:
— И тебя обаял лорд темный? Тогда все становится яснее…
— Что?! Да нет же…
Но тетушку было уже не остановить.
— Я все понимаю, мужчина он видный, с дамами обращаться умеет, да только не надо обольщаться, девочка… Не принимай любезность за внимание, а вежливость за чувства! За ним всю жизнь адептки толпами бегали: и в кабинете голышом поджидали, и в дом прокрадывались, пока он все вокруг защитой не обнес, и в обморок прямо под ноги на лестнице падали — лишь бы поймал!
Ох, не думала, что у нашего декана такая жизнь веселая! Так… А я?! В кабинет в срамной форме к нему пришла, в дом он сам меня притащил, вот только под ноги еще не бросалась…
— Ага, покраснела; так я и думала! Что? И с магией темной ради него примирилась? А ведь раньше ревела, чуть воспользуешься…
— Да ничего я не покраснела и не примирилась! Перейду я на Ведовский! Но… Сама. Сама, понимаешь? Не вмешивайся пока, а то ведь магистр Каллохен совсем засмеет, что сама я не способна ни на что!
Вот разберусь я с духом, перестану зависеть от лорда, тогда и можно будет заняться следующей проблемой. Сейчас вопрос факультета казался мне таким несерьезным…
— Сама, все сама, — знакомо проворчала Индира. — Ты со своим «сама», главное, до следующих вступительных дотяни.
Мы с Морри встретились под раскидистым дубом.
— Ты как? — крикнули одновременно, потом внимательно оглядели друг друга и с облегчением рассмеялись. Даже синяк некроманта оказался тщательно залечен — значит, о нем хорошо позаботились.
— Мне ночную вылазку не спустили, — легкомысленно заулыбался он. — Отрабатывать еще неделю!
Но, судя по горделивой интонации, сам он считал, что легко отделался.
— А тебя как наказали? — поинтересовался парень.
Я на минутку задумалась и поняла, что…
— Никак.
— Как никак?! — опешил он.
— Кажется, про мое наказание запамятовали, а напоминать я не собираюсь, — пожала я плечами.
— Вот как… Хочу на Темный факультет! — недовольно пробурчал Морри.
— Тебе там не понравится.
Мы с некромантом резко обернулись на голос. Лорд Тиан подкрался незаметно вплотную к нам, но спина его была прямая, движения уверенные, не вороватые, и я с завистью осознала, что это просто его манера — так тихо передвигаться.
— Следите за нами? — настороженно нахмурился парень.
— Да, и прячусь, лишь бы не попасться двум нерадивым адептам на глаза, — фыркнул темный.
Морри заметно смутился.
— А вот Ринтан к тебе маячок прикрепил, — насмешливо добавил декан.
— Где? — завертелся некромант волчком.
— Ты четвертый курс или первый? — не вздумал больше помогать ему лорд Тиан, но терпеливо подождал, пока тот отыщет магического жучка и избавится от него, лишь после этого принялся забрасывать нас вопросами.
Врать не имело смысла; мы и не врали.
— Значит, ритуал изгнания духа — типичный? — задумчиво поглаживая подбородок, уточнил темный, выслушав нас обоих.
— Ну… — Морри подозрительно замешкался с ответом. — Нужно только мистическое зеркало…
Лорд Тиан присвистнул, я поперхнулась воздухом. Нам никогда этого не сделать! У меня был всего один осколок такого зеркала, который я выменяла на двух вредителей в приступе неблагодарного крысолюбия, но и тот в свое время достался мне недешево. А тут — целое мистическое зеркало!
— Я знаю, где его можно достать! — торопливо проговорил некромант.
Темный смерил его презрительным взглядом.
— То есть ты настолько не дорожишь своим местом в Академии, что готов обокрасть собственного декана? — уточнил он.
— Не обокрасть, а взять на время! — обиделся тот.
— О, да, Ринтан, несомненно, проникнется разницей, — саркастично протянул лорд Тиан.
— Конечно, проникнется! — убежденно закивал парень. — Особенно когда узнает, какой подвиг мы совершили! Спасли целую Академию от духа! Сделали то, что не под силу самым сильным магам!
— Э-э-э-э… — протянула я, лишившись дара речи. Вообще-то ни о чем подобном мы не договаривались.
— Она против, — заботливо перевел темный, насмешливо глядя на распалившегося молодого некроманта, возжелавшего геройских лавр.
— Я бы не хотела ничего афишировать, — подтвердила я, когда Морри с детской обидой во взгляде повернулся ко мне.
— Селли, ты не понимаешь, какие возможности откроются передо мной, если все получится! Я же некромант!
— Перед тобой — откроются, за мной — закроются, — пробурчала я. — И не возможности, а двери тюрьмы!
— Так мы никому не скажем, что ты в чем-то виновата!
— Ну-ну, а работал ты вслепую? Ловил духа на ощупь? — издевательски проговорил магистр Тиан. — Брось, тебе никто не поверит, а вот нужное имя вытрясут.
Парень замолчал. Может, обиделся, может, задумался, но генерировать идеи перестал.
— Так как насчет мистического зеркала? — напомнила я.
— Ринтан нам этого не простит, — усмехнулся темный.
— Нам?! — спустя минуту дошло до меня.
Преподаватель одобрил вылазку в чужой деканат?!
— От Мамайуса-то избавляться все равно надо, — развел он руками.
— А может… Он сам уйдет? — малодушно предположила я.
Как вспомню, чем вчера все закончилось, так хочется спрятаться в глухой гроб, еще и изнутри закрыться.
— Исключено! — разрушил даже намек на надежду магистр. — А вот ловушки проверить бы надо…
— Какие ловушки? — встрепенулась я.
— Если виновница не ловит беглеца, еще не значит, что вся Академия сидит сложа руки! — насмешливо заявил темный, заставив меня покраснеть от стыда.
Ловушки! Ловушки! Какой идиот ставит ловушки в самой глубине парка?!
— Ректор, — с готовностью ответил мне лорд Тиан, размазывая пульсаром какую-то очередную визжащую тварь. — А вот это — магистр Сонер, для его магии характерно фиолетовое сияние. Ну как?
— Пусто, — в который раз выдохнула я, к досаде темного, не оценив ни красоты плетения, ни умелой маскировки.
— Прекрасная работа! — подчеркнуто восхитился он.
До сих пор не знаю, благодарить его или ненавидеть за то, что он не позволил Морри сопровождать нас.
— Два сосунка мне там не нужны! Но эта хотя бы зрячая!
Морри обиделся, я знаю, но настаивать не стал.
— И снова пустая, бесполезно потратившая чей-то резерв ловушка… — медленно проговорил темный со странной, осуждающей интонацией.
Я заинтересованно подняла взгляд. Чего это он перестал нахваливать работу ректора? Достаточно глубоко зашли, чтоб не быть услышанными?
— Скажи, белая ведьма, что не хватает ей, чтобы стать не капканом, а именно ловушкой? — спросил он.
— Бьющегося в ее нутре призрака? — предположила я.
— Почти. — Он не стал устраивать мне подобие экзамена и ответил сам: — Приманки. Всей этой красоте не хватает элементарной приманки!
По коже пробежался неприятный холодок.
— Так вот для чего я здесь…
Заманить меня сюда было подло, мерзко, жестоко… Как раз в духе темного мага.
Мужчина с непониманием моргнул. Я попятилась.
— Нет. Нет, Селлина, из тебя получится самая дурная приманка на свете!
— Правда? — я зыркнула по сторонам. Сколько метров я пробегу в парке абсолютно одна?
— Сама подумай, — темный сделал один крадущийся шаг ко мне. Я отступила на три, и он остановился. — Ты его видишь, ты его чувствуешь, ты поднимешь шум, если он осмелится попасть в зону твоей видимости. Как прикажешь ему тебя поедать? Не плоть, а силу, жизненную энергию, ведь на это уйдет не один день…
Он говорил тихо, но каждое слово было весомым.
— Ректора он будет обходить за тридевять земель, — продолжил лорд Тиан. — Ведь он помнит, как тот его пленил, соответственно, и его ловушки тоже узнает. Ринтан пытался замаскировать свою, но некроманта, врага всех мертвых, узнает любой, а уж тот, кто питается энергетикой, тем более. Как видишь, ловушки — пшик… Пока в них нет приманки.
— И… — я нервно сглотнула. — Кто же идеальная приманка?
— Кто-то сильный, — темный перестал смотреть мне в глаза, подошел к магической ловушке вплотную. — Кто-то, кто не увидит его… Кто-то, кого он не боится… Кто-то, кем можно наесться надолго…
Чирк! Острие кинжала рассекло ладонь темного; я закрыла руками рот, чтоб не вскрикнуть, когда алые, тягучие капли окропили ловушку. Магистр посмотрел на меня и улыбнулся.
— Ты ожидала, что я воткну его в твое трепещущее сердце, верно? — насмешливо произнес он.
У меня настолько жалкий вид?!
— Нет! — вышло громче и истеричнее, чем я планировала. Наверное, ему действительно смешно.
Кровь все еще капала со сжатого кулака, вытянутого над ловушкой.
— А вы решили согнать сюда всех чудных обитателей парка? — красноречиво посмотрев на его рану, перевела я тему.
— Боишься? — только усмехнулся он.
— Естественно! — не стала я спорить.
— Но я же рядом… — укоризненно произнес он, сдвинув брови.
— Тем более! — выпалила я.
Где-то совсем рядом завыла какая-то очень голодная тварь. И еще одна, и еще парочка присоединилась. Меня передернуло.
— Знаешь, я хороший воин. — О, кажется, я его обидела.
— А я — нет!
— А тебе, — темный стиснул мне руку повыше локтя, ведя за собой через заросли, — нужно всего лишь глядеть в оба и предупредить, если увидишь нашего общего мертвого знакомого.
Следующая ловушка; снова капли крови, обильно пролитые над ее магическим плетением.
— Много еще? — поинтересовалась я.
— Не волнуйся, моей крови хватит на все, — успокоил он.
О, да, его крови было даже с избытком! Привлеченные запахом монстры сновали туда-сюда, пытаясь откусить кусок темного, а заодно и меня на зубок попробовать, но он действительно был хорошим воином.
И магом. Когда парк остался уже метрах в двадцати позади, а очередная обгорелая тушка снова упала между нами, я не выдержала.
— А давайте я вас перевяжу! — прошипела злобно.
Он удивленно поглядел на свою ладонь.
— Эту царапину? Не стоит.
— Я бы с удовольствием связала вам и руки, и ноги, и в особенности крепко завязала бы рот, но все остальные части тела пока не привлекают столько внимания! — Я махнула рукой в сторону парка, из которого на этот раз вереницей выходили зомби. Угадайте, за кем?
— Да ладно, парк не обеднеет! — фыркнул он. Как будто я об этом беспокоюсь!
— Руку! — угрожающе прорычала я. — С вас течет, как с раненого козла, все вокруг заляпаете!
— Какие мы нежные, — пробормотал он. — Отвыкай!
Но руку вперед вытянул, ладонью вверх, тщательно следя за моей реакцией и проверяя, боюсь ли я вида крови. Вида я не боялась, а вот когда видела раны, всегда чуть ли не на своей шкуре представляла чужую боль. И пусть он при мне даже не пытается притворяться, что ничего не чувствует. Ведь даже я чувствовала, как она саднит, и меня это безумно раздражало.
Капля обезболивающего зелья прямо в рану, две капли обеззараживающего — ведь я не садист, не хочу быть виноватой в том, что она загноится, — и лишь потом обвязала его ладонь сравнительно чистым носовым платком, возможно, затянув узел сильнее необходимого.
Магистр наклонил голову набок, и непослушный, чрезмерно отросший завиток волос упал на лицо, скрывая взгляд, которым он смерил мою работу.
— А ты профессионал, — заключил лорд Тиан.
— Я всего лишь ведьма, это мой дар, — нахально солгала я, не поняв, насмехается он или действительно хвалит.
— Завтра снова проверим ловушки, — никак не отреагировал темный. — Без меня не лезь.
— А… — я растерялась. — А сегодня?.. Что мы будем делать?
— Ночью? — насмешливо уточнил он, так что я залилась краской. — Лично я буду спать. Хочешь составить компанию?
— Лишь в страшном сне! — отшатнулась я. — Я вообще-то имела в виду зеркало! Мы пойдем за ним?
— А мы поймали духа? — удивленно приподнял бровь темный. — А я не заметил!
Я выжидательно молчала, сверля его неприязненным взглядом.
— Ты хочешь, чтобы Ринтан искал не только тебя, но и свое зеркало, подняв на уши всю Академию? — смягчил он тон. — Надо сначала поймать беглеца, а остальное намного проще. Не торопись.
У него удивительная способность делать так, что я ощущаю себя полной дурой. И, что самое странное, когда он перестает издеваться и говорит серьезно, это чувство только усиливается.
Он галантно протянул свой локоть.
— Я тебя провожу. Скоро комендантский час.
Я не стала кокетничать: в сумерках возвращаться домой с мужчиной и правда спокойнее, а я в последнее время очень стала ценить свой покой.
— Ты куда собралась в такую рань? — испуганно спросила Тикки, проснувшись от моих сборов, едва забрезжил ярко-розовый рассвет. — Мстить?! Кому?
Я потрепала ее шерстку. Маленькая наивная крыска. Мстить я так и не научилась…
— Пришла пора творить добрые дела… — таинственно подмигнула я и хлопнула дверью.
Добрые дела начались со взлома замка лаборатории зельеварения.
Рецепт зелья для похудения я помнила замечательно, но ведь его еще требовалось усовершенствовать! А для этого нужно сделать несколько вариаций с самыми разными ингредиентами, а у меня их запас ограничен. Весьма. Поэтому я повязала фартук и принялась за работу. Идей было море, а времени — в обрез.
— Кхе-кхе, — раздалось позади, когда я увлеченно переливала содержимое котелка в стеклянный пузырек. На удивление, рука не дрогнула, мимо я не пролила ни капли, хотя после посещения парка в компании темного неплохо бы как следует пролечить нервы… Развернулась я к хозяйке лаборатории, лишь надежно заткнув бутылек пробкой.
— От вас одни убытки, адептка Краст, — заметила Анэлия Гадтер, красноречиво покосившись мне за плечо — там как раз закипал второй котелок со слегка отличавшимся по цвету зельем. — Новых ингредиентов вы не принесли, а старые тратите. Мои, между прочим…
— Простите, — стыдливо склонила я голову. Впрочем, о такой перспективе я подозревала, поэтому мне было что предложить взамен. — А ваш муж ведь уже вернулся из… командировки?
— Вернулся, — ехидно ответила она. — И двоих охламонов своих забрал. О чем они только думали, когда подарок твой приняли!
Ясно о чем. О том, какие они сильные и смелые и как будут хвастаться перед друзьями редкостными трофеями с Болотной Земли…
— А больше он ничего не принес? — осторожно спросила я. — Я имею в виду лично вам…
Молодая ведьма нахмурилась:
— Например?
— Например, — я вытащила из кармана блокнотик, — цветок настрадамуса…
Между страничек лежал засушенный нежно-голубой цветок, который я демонстративно положила на парту, с удовлетворением и гордостью наблюдая, как затаила дыхание преподавательница.
У меня хорошая память, и я прекрасно запомнила, чего ей не хватает для полного счастья зельевара.
— Или, — на свет появился холщовый мешочек, — ледяной флокс.
Я пододвинула редкие растения ближе к ведьме.
— Можно я воспользуюсь вашей лабораторией?
— Ты уже ей пользуешься, — прищурилась она.
— Только потому, что раньше вас проснулась, — миролюбиво улыбнулась я.
— На двери был замок.
— Не очень надежный.
Анэлия распустила завязки у мешочка с флоксом, блаженно вздохнула его запах.
— Настоящий! — потрясенно выдохнула она.
Даже обидно: неужели я могла бы подсунуть какую-нибудь подделку?!
— Что хоть варишь? — прибрав подарки, поинтересовалась ведьма. — Отраву для Арена?
Я аж поперхнулась.
— Чего?! — А, собственно, идея была не такой уж и бредовой.
— Правильно, не надо, — как ни в чем не бывало продолжила она. — Мужик он хороший, а декан и вовсе замечательный. А то, что бесите вы друг друга, — так это ничего, не первый раз…
— А были и другие? — заинтересовалась я. Интересно, кто из тех красоток-старшекурсниц сточил об него свои коготки?
— Тех, кто при этом на глазах у всех перед ним разделся, еще не было, — хмыкнула она, заставив румянец залить мои щеки.
— Не по своей воле, — пробормотала, отвернувшись в сторону.
— Да. Конечно, — излишне покорно согласилась ведьма. — Так, значит, нашему темному магу ничего не угрожает… Тогда за кого бояться?
Я с облегчением засмеялась, радуясь, что неприятная тема раздевания позади.
— Ни за кого, это всего лишь зелье, чтоб скинуть лишний вес…
— Дамочка! — всплеснула она руками. — Ты в зеркало давно смотрелась? Ты что собралась скидывать?! Зубы и волосы?!
Даже представить страшно!
— Э-э-э… Все не так кардинально… И вообще я не для себя!
— Значит, бояться все-таки надо, — удрученно вздохнула она. — И кто жертва?
— Гном.
— Гномы не худеют, это факт, — помотала головой преподавательница.
— А полугномы?
— Хм… А это уже интересно. Рассказывай!
— А что тут рассказывать? Вы нашу Павлу видели? Большую такую…
— Девушку сложно не заметить даже издалека, — кивнула Анэлия и тотчас же деловито поинтересовалась: — И какие рецепты ты выбрала?
Уже через пять минут мы с жаром спорили насчет лучших ингредиентов, времени кипения и количества возможных вариантов. Остановились на оптимальных и самых теоретически сильных пяти штуках. Варили, цедили, переливали…
И так увлеклись, что не сразу спохватились, что до начала пар осталось пять минут! И спохватились-то только потому, что в лабораторию стали заглядывать ведьмочки из другой группы.
— Ой, — Анэлия торопливо сгрудила мне в руки все подготовленные пузырьки. — Опоздаешь ведь! Какая пара первая?
Одна из самых неприятных…
— Практика по темной магии, — понуро ответила я.
— Арен ведет? Не вздумай опаздывать!
Да как тут не опоздаешь, если практика на самом настоящем полигоне, а до него пилить и пилить!
Ну, как смогла, добежала. До сплошного красного купола. Ткнулась носом в одну сторону, в другую… Так, а где дверь?
Пришлось осторожно, чисто символически постучать прямо по куполу, лишь бы купол в ответ не постучал по мне! Там, где я его коснулась костяшками пальцев, на секунду отпечаталось багровое пятно, а потом пошли разряды — все выше и выше, разветвляясь, как молния. Казалось, что внутри бушует гроза. Пока я пялилась на все это дело, вдруг из-за преграды появилась мужская рука, схватила меня за запястье и властно втащила внутрь.
Я от неожиданности чуть все свои боеприпасы не рассыпала, еле успела к груди прижать свободной рукой.
— Адептка Краст! — раздалось над ухом. — Только не говорите мне, что вы проспали!
— С чего бы это? — воспротивилась я такому предположению.
— Гуляние по ночам точно не входит в сферу ваших интересов? — понизив голос, спросил лорд Тиан, стремительно, не сбавляя шага, подводя к группе. О чем это он?
А, все волнуется, как бы мы с Морри за зеркалом без него не отправились…
— Мы же договорились, что бродить по ночам будем вместе, — излишне громко заявила я, вовсе не то имея в виду. У темного брови вспорхнули вверх; у ведьмочек, между прочим, тоже.
— Ну ничего себе заявления, адептка Краст, — не растерялся он. — Однако за мои ночи в роли репетитора вам не расплатиться!
Это прозвучало еще хуже! И еще громче! И провокационнее! А еще с такой гордостью, что смолчать я не могла…
— Они мне и не потребуются! Я буду старательной ученицей, магистр! Старательной настолько, что вам придется кусать локти от досады и грызть асфальт только потому, что я не приглашу вас в самый ответственный момент!
Вообще-то я имела в виду поимку Мамайуса, но мысли темного оказались направлены совсем в другую сторону.
— Разрази меня Тьма, если я пожелаю при этом присутствовать! — поморщился мужчина. — Ответственные моменты в жизни женщины — это лишение девственности, роды и что-то еще такое же отвратительное!
— Свадьба, — злорадно подсказала я.
— О, точно, свадьба, как я мог забыть о нашей! — подобным же тоном прошипел он.
— Ничего-ничего, зато весь Чертовый факультет помнит!
— У них коллективная потеря памяти!
— Вы им угрожали? — поразилась я, едва не споткнувшись на ровном месте. — Всем?
— Ну вот еще! Мне так завидовали, так завидовали… Что чуть сами от зависти и не сдохли, слюнями подавившись!
— Вы же декан!
— А они — черти! Адептка Краст, вы всегда так любите поболтать?
— Нет, только когда оттягиваю неизбежное!
— Поздно, мой горе-цвет! — он довел меня до строя. Со стороны смотрелось даже галантно, если бы туда он меня втолкнул хотя бы чуть нежнее.
— Вы действительно считаете меня красивой? — нахально окликнула я его, зная язык цветов.
— И ядовитой.
Я улыбнулась, глядя на его удаляющуюся спину.
— Последнее время каждый только и делает, что пытается сорвать мне занятия, — недовольно бормотал он под нос, а потом резко развернулся, строго посмотрев прямо в глаза. — А причина на всё — одна!
Конечно одна. Я.
Именно из-за меня все адептки факультета Темной Магии оказались под подозрением, именно из-за меня срывались пары ради проверок, именно из-за меня ведьмам пришлось бежать в парк за ингредиентами, чтобы смыть с себя чесоточное зелье… Впрочем, в последнем они сами виноваты!
— Итак, — тон его снова стал деловым. — Повторяю еще раз, чтобы услышали все. Сегодня мы учимся использовать на практике темную энергию. Как ее получить, вы уже знаете; теперь нужно не просто уловить источник подпитки, но и материализовать, а затем направить, как нужно вам. Для начала создадим плеть.
О, это я хорошо умела, когда злилась!
Но сейчас я не злилась, и это оказалось несколько непривычно. Ведьмы разбрелись по разным сторонам, на безопасное друг от друга расстояние, чтобы не задеть случайно.
— Правильно сделанная плеть вполне может разрубить пополам, — оптимистично напомнил нам лорд Тиан.
— А неправильная? — спросил кто-то.
— Лучше делайте правильно, — заботливо посоветовал он таким тоном, что это заменило целую лекцию по технике безопасности. Ошибиться теперь боялись все!
Я аккуратно сгрудила все свежесваренные зелья под чахлый кустик, росший у самого основания купола, — эксперименты над Павлой еще впереди. Таскаться полдня с бутыльками не особо хотелось, но если отдам ей все прямо сейчас, то она что-нибудь точно попробует сию же секунду, а за последствия я поручиться не готова.
Встала в боевую стойку, которую нам показал лорд Тиан. Полубоком, одна нога чуть вперед, лицо суровое… Ну, про лицо он не уточнял, но сам при этом выглядел устрашающе. Кожаная безрукавка, кинжал на поясе, непослушные волосы связал в хвост, чтобы не мешались.
Я подумала и тоже решила, что во время тренировки пиджачок будет лишним, сняла его и, аккуратно свернув, положила к зельям, оставшись в тоненькой блузе с короткими рукавами. Вот так-то лучше, ничего не будет стеснять движения…
Итак, нога вперед, чуть наклонить корпус, сосредоточиться, улавливая энергетический поток… Взмах! Плеть звонко щелкнула в воздухе — получилось! И еще раз! И еще раз! И еще… Я вошла в азарт — это так просто, когда получается. Чуть влево, чуть вправо, с разворота, а если вот такой петлей… Плеть выписывала в руках пируэты — красивые, четкие, словно я всю жизнь танцевала с ней в руках. И мне нравилось! О, Тьма, я пользовалась темной магией и наслаждалась этим!
Вскоре мне надоело впустую щелкать в воздухе или поднимать пыль ударами о землю. Войдя в раж, приметила пару кустарников в стороне и целенаправленно подошла к ним… Взмах… Кусты разлетелись на две половинки, а полигон охватил истошный крик. Надрывный, обезумевший от боли предсмертный крик, который так и звенел у меня в ушах…
— Адептка Краст! — Встревоженный лорд Тиан бежал ко мне с противоположного конца полигона.
Плеть растаяла в моих руках черным туманом. Я кого-то убила!
Я только что кого-то убила, потому что крик оборвался звенящей тишиной и больше не раздавалось ни звука.
Первым делом магистр проверил кусты — взмахнул рукой, и ветви разлетелись в разные стороны, оставив голый клочок земли.
Я стояла ни жива ни мертва, боясь пошевелиться.
Осмотрев место моего преступления, он направился собственно ко мне.
— Селлина…
— Я кого-то убила, — мертвым голосом проговорила я, невидяще смотря перед собой.
— Селлина. — Две крепкие руки стиснули мои плечи, темный попытался заглянуть мне в глаза, пусть для этого ему пришлось даже наклониться. — Это всего лишь крот. Крот. Ничего страшного.
— Я убила крота, — потерянно повторила я. Маленького беззащитного кротика, который виноват был только в том, что подвернулся под мою слепую руку, выкопав выход из норы не в том месте и не в то время.
— Испугалась? — участливо спросил магистр, почувствовав, как меня потряхивает. Меня от этого проникновенного, даже нежного шепота словно ледяной водой облили. Я резко отстранилась.
Я испугалась? Я? Спрашивает ли он у маньяков, не слишком ли они переволновались, расчленяя жертву?
— Эта штука разрубает тело пополам, — безэмоционально ответила я, внезапно осознав, насколько могу быть опасной для окружающих, для любого, кто просто находится рядом.
Темный хотел что-то сказать, но, рассмотрев что-то в моем пустом взгляде, осекся. Оглянулся на ведьм, пялящихся на нас, нахмурился и, приобняв за плечи, резко увел подальше. Я понуро шла, еле переставляя ноги, а в ушах все звенело и звенело…
— Так, Селлина. — Отойдя на безопасное расстояние, он резко развернул меня к себе. — Что за реакция?
— Я убийца, — просто ответила я. — Вдобавок ко всем моим… э-э-э… прегрешениям.
— Это всего лишь маленький грызун, вы таких сотнями на зелья пускаете! — заметно разозлился лорд Тиан.
— Он был живой! Я не хотела его убивать! — вскричала я.
— Это крот!
— А если в следующий раз под руку попадется ребенок?! А если я снова кого-нибудь не замечу? А если промахнусь? Ваша магия несет смерть и не различает, что попадается на пути! А возврата оттуда нету… Такие ошибки не исправляются… Р-раз — и все!
Больше самого убийства меня поразило именно осознание этой самой точки невозврата. Взмах руки — и решилась чья-то судьба…
— Да, магия опасна, поэтому требует повышенного внимания и самоконтроля, — спокойно подтвердил он. — Именно поэтому вас и учат…
— Но я не этому хотела учиться! Не этому! Не для того я здесь! — чуть ли не со слезами на глазах перебила я его.
— Вы никогда никого не убивали? — в голосе сквозило явное удивление.
Самое страшное, что я делала с помощью магии на Болотном факультете, — это швырялась лягушками, уж в них-то недостатка не было…
— А должна? — теперь разозлилась я.
— Должны научиться, — кивнул он в ответ. — Я устрою.
Это я тебе устрою! Хочешь научить меня убивать, так готовься стать первым кандидатом на тренировку! Наглядным пособием…
— Не считаете ли вы живой нежить? — ехидно осведомился магистр, не подозревая, какие кровожадные фантазии во мне вызывает одним только своим видом.
— Смотря кого вы подразумеваете под нежитью, — не стала я торопиться с выводами.
Он хмыкнул куда-то в сторону.
— То, что без раздумий сожрет вас при встрече, если вы провозитесь или вас слишком долго будет обуревать жалость…
Я показательно скривилась, а он как рявкнет прямо в лицо:
— Нельзя быть такой мягкотелой!
— А давайте вы не будете указывать, какой мне быть! — Да, я тоже умею громко кричать.
— Вы сами обещали стать хорошей ученицей, — прищурившись, напомнил он.
— Но я не обещала менять свой характер! И если вы такой черствый, эгоистичный и равнодушный, то я становиться такой не собираюсь! Это мне противно!
— Что «это»? — перекосило его. — Умение защитить себя и других? Не хотите менять характер? А я разве заставляю? Можете оплакивать каждую подохшую нежить сколько душе угодно, только сначала справьтесь с ней в бою, причем не всегда честном!
— Никого я не собираюсь оплакивать, — обиделась я и отвернулась, сложив на груди руки.
— Ну и прекрасно. Ну и замечательно. Значит, у вас еще остался здравый смысл.
Да, остался. И этот самый смысл настойчиво подсказывал, что на этом факультете мне не просто не место — это каждодневное испытание на прочность!
— Мне идти убивать кого-нибудь прямо сейчас? — с вызовом вздернула я подбородок.
— Нет. Я организую практику для всей группы, но только после того, как вы будете достаточно готовы, — пообещал он в ответ.
— Насколько готова? — не успокоилась я.
— Настолько, что не перепутаете заклинания, а меня — с брюхокрылом!
Я критично оглядела своего преподавателя.
— Ой, что вы, мне никогда не справиться… — прищурилась слепо, размахивая перед собой руками. — А у вас морда или лицо? Никак не разгляжу…
Он окатил меня презрительным взглядом и перехватил руку, дернул на себя.
— Можете пощупать. — Поднес мою ладонь к своим губам и, глядя прямо в глаза, опалил ее своим дыханием, приоткрыв рот.
По спине прокатились мурашки, целая толпа, а он медленно провел по коже языком. Это было кошмарно! Ноги ослабли, а по руке как будто пробежал разряд молнии — через локоть, плечо, к шее, через сердце, заставив споткнуться его быстрый ритм…
Я в ужасе выдернула руку, спрятала ее за спину для надежности, а сама, вытаращив глаза и тяжело дыша, смотрела на неподвижного как статуя магистра. Кажется, мои щеки заливал непозволительный румянец, а мужчина напротив только улыбался, оставшись равнодушным.
— Ой, к вам вернулось зрение, — ехидно произнес темный. — Какое счастье!
Я его убью! Только без применения темной магии, а голыми руками! Задушу вот прямо сейчас…
Он строго погрозил мне пальцем, как ребенку, едва я только шевельнулась.
— Продолжайте тренировку и не думайте о ерунде, — наставительно произнес магистр. Интересное предложение. А о чем я теперь должна думать?! — Продолжайте тренировку! — громко обратился лорд Тиан к остальным и направился в их сторону — руководить процессом обучения.
Он прошел было мимо меня, но все же остановился.
— Кстати, вечером нам снова предстоит прогулка, — напомнил он про расставленные ловушки. — Вы будете мне нужны.
— Что ж… — я отвернулась, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Найдете меня сами. У вас это неплохо получается.
И даже немного жаль, что не увидела в этот момент его лица.
— Вас я всегда найду, — зловеще донеслось мне в спину. — Не сомневайтесь.
Я и не сомневалась. Ведь на моей груди все еще был его кулон.
После злополучной пары нам дали время переодеться, умыться и покушать. Я не могла не воспользоваться большим перерывом и, приведя себя в порядок, нашла Павлу на первом этаже Изольды за скатертью-самобранкой, жующую сочный кусок мяса.
— Ты хотела похудеть, — укоризненно напомнила я, встав позади нее.
— Я талию хотела, — кивнула она и вместо хлеба откусила пирожок. — Но ее мне все равно не видать, так смысл морить себя голодом?
Я выдернула пессимистически настроенную ведьму из-за стола буквально за шкирку.
— Пойдем! Избавим окружающих от печального зрелища!
— Куда это?
— Искать твою талию.
Увидев бутылек с зельем в моей руке, она округлила глаза и уже сама потащила меня вверх по лестнице в свою комнату.
— Как думаешь, получится? — взволнованно спросила она, пока я расставляла зелья на ее столе.
И вроде жаль ее разочаровывать, но врать еще хуже.
— Мне не на ком испытывать, кроме тебя. Страшно?
— Вот еще! — с поразительным бесстрашием фыркнула она. — С чего начнем?
Я молча отмерила в ложку несколько капель темно-фиолетового цвета. Красивенько… Пожалуй, состав ей лучше не знать…
Павла поставила перед собой зеркало во весь рост и лишь после этого проглотила зелье, не отрывая взгляда от своего отражения.
Я тоже аж дыхание затаила от напряжения…
— Может, еще добавить? — шепотом спросила Павла, не наблюдая в себе никаких изменений.
— Ага! А потом как подействует, и останется от тебя один позвоночник! — припугнула я, умолчав про возможные побочные эффекты, которые мне пока были неизвестны.
— Ой! Ой…
Ведьму впечатлили не мои угрозы, как я поначалу думала. Форма на девушке плавно обвисала, а глаза, наоборот, увеличивались в размере: думала, побочка, ан нет — крайняя степень удивления.
— Ого, — Павла неуверенно пощупала свою грудь, которая хоть и не подросла, но смотрелась теперь на фоне тонкой талии крайне выгодно. — Это что, я теперь такая?
— Не нравится? — напряглась я. Все-таки старалась, помочь хотела…
— Нравится! — крикнула она. — Только… Это все и правда мое?
— Это вообще-то и было твоим, — не удержала я улыбку. — А вот это явно лишнее…
И больно дернула ведьму за выбившийся из штанов очаровательный хвостик с кисточкой.
— А-а-а-а! Не отрывай! — взвыла она, испуганно забрав его из моих загребущих рук. Что я, садист, что ли, живьем хвосты отрывать?
— Сейчас зелье намешаем, сам отвалится, — успокоила я паникершу.
Ее лицо приобрело странное выражение.
— Зачем?
— Как… — растерялась я. — Это же хвост… Он для ведьм вроде бы нехарактерен…
— Ничего ты не понимаешь! Это же хвост демона! Я же говорила, что у меня в предках кого только нет, так вот пусть все знают, что я немного демоница! В общем, я решила его оставить!
Гномье пузико, которое тоже немало рассказывало о ее предках, она, значит, оставлять не захотела… А какой-то там хвост демона… Налицо расовая дискриминация!
— Вот у тебя есть хвост? — Если она пыталась вызвать во мне зависть, то неудачно. Потому что в своей второй ипостаси я вся, можно сказать, хвост!
— Нету, — говорю. — Ты бы заметила!
— А у меня теперь есть! — гордо заявила она. — И он шикарственный! Пойду чертей подразню!
— Хм… Ну, удачи…
Постройневшая ведьма вдруг сникла, подтянув сползающие штаны.
— Черти подождут. Кажется, Жоржу есть работа…
Я медленно кивнула, представляя мученическую морду паука, а Павла сграбастала меня в благодарственные объятия.
— Спасибо! — выдохнула она. — Мы из тебя такую ведьму сделаем — все от зависти подохнут!
Это если я не подохну раньше от недостатка воздуха…
Поскольку я однозначно убедилась, что на Темном факультете учиться не смогу в силу своей «мягкотелости», то приняла решение поговорить с магистром Каллохеном. Нет, не сейчас… Потом, когда все утрясется.
А сейчас я крутилась возле Ведовского факультета, присматриваясь к ведьмам, стараясь запоминать их повадки, характерные жесты и, если повезет, заклинания. А главное, я пыталась понять, чем смогу убедить ведьмака, что его факультету для полного счастья не хватает именно меня!
Там меня и нашел уже знакомый мальчик, брат василиски.
— Привет, — требовательно поздоровался он, так чтобы у меня и сомнений не осталось, что так просто мне не отделаться.
— Привет, малыш, — улыбнулась я. — Как сестренка?
— Дуется, — сказал он серьезно. — От нее потенциальная жертва сегодня убежала, а за непотенциальную мама наказала…
Внезапно мальчик замолчал, вперившись в меня своим взглядом. Зрачок расширился, закрыв собой почти всю зеленую радужку.
— Встань, — он приглашающе похлопал по подоконнику и услужливо распахнул окно. — И иди…
Теперь понимаю, почему у охранявшей его зеленой собаки столько работы… Я любопытно посмотрела вниз на каменную мостовую.
— А ты не оборзел?
Взгляд мальчика тут же стал обычным.
— А я еще в первый раз понял, что ты не ведьма! — торжественно заявил он. Громко заявил! И не по-детски уверенно.
— С чего ты взял? — настороженно поинтересовалась я, оглядываясь по сторонам.
— Я же ведьмак, — он выждал красноречивую паузу, во время которой я должна была осознать его слова.
Но я не осознала.
Его глаза вновь наполнила угрожающая чернота.
— А я ведьма! — с показной небрежностью отмахнулась я.
— А вот и нет! — обиженно насупился он.
— А вот и да!
— Нет!
— Да!
— Нет!
— Докажи обратное!
Мальчишка заметно разозлился, щеки его пылали, а дышал он учащенно, но старался сохранить серьезный вид.
— Будь ты ведьмой, — прозвучало излишне торжественно, — то слушалась бы меня во всем!
— Ага, и сейчас бы украшала собой дорожку внизу, — съехидничала я. — Добрый мальчик!
— Я знал, что ты не ведьма, — ничуть не смутился он.
Я недоверчиво приподняла бровь. Все равно ребенку никто не поверит, особенно такому пакостному.
Он заметался взглядом по коридору, выбрал симпатичную ведьмочку с Ведовского в неказистом сером платье и поманил ее пальцем. И она пошла как завороженная, глядя на него.
— Принеси мне мороженое! — потребовал он.
Она медленно подняла руку, сложила кукиш, предъявила его прямо в лицо маленькому обманутому ведьмаку, после чего весело засмеялась и убежала.
— Что и требовалось доказать, — саркастично заметила я. — Или это тоже не ведьма?
Он недовольно запыхтел, поерзал на месте и выцепил взглядом следующую подопытную. Глаза его буквально сверкали черным, и даже я чувствовала исходящую от них силу.
— Выдери вон у той клок волос! — сердито указал он на первую ведьму.
Эм-м… А ведь подействовало. Девушка кивнула и одеревеневшей походкой пошла к толпе у аудитории. А малыш перестал казаться безобидным. Если на такое способен маленький ведьмак, то ко взрослому мне вообще лучше не приближаться… А как же Ведовский?! Мечта договориться с Каллохеном сдохла на корню. К тому же один раз мы с ним уже «поговорили»… Зато теперь понятно, почему мой дар с ним не сработал: если ведьмак может подчинять чужую волю, то он мне не по зубам…
— Сейчас что-то будет! — Маленький проказник выглядел довольным, но недолго. — Ой, дядя Арен!
Темный маг целенаправленно шел к нам. Черный плащ взлетал волной в такт его шагам, волосы колыхались, а лицо выражало решимость…
— Дядя?! — с ужасом переспросила я. — Вы что, родственники?
— Да нет, не родной он мне, но от этого не менее любимый, — пояснил он, заметно занервничав при виде «любимого» дядюшки. — С ним интересно, он мне барабашку подарил — под кроватью живет. И, когда в гости приходит, столько интересностей рассказывает! А еще мы с ним в поход ходили, как настоящие мужчины!
В голосе его появилась нескрываемая гордость.
— А тебя не учили, что с чужими куда бы то ни было ходить опасно?
— С ним нигде не опасно! Он сильный! И смелый! И любит нас с Алькой, как родных!
— Бред. Темные не любят детей, ни своих, ни тем более чужих! Не играют и не возятся с ними. Они никого не любят, кроме себя! — фыркнула я, вспомнив свои личные обиды.
— Неправда! — убежденно воскликнул мальчик.
О, Тьма, кому я это объясняю… Доверчивый ребенок…
Вдруг раздался женский вопль, а следом началась самая настоящая грызня: жертва завороженной ведьмы не собиралась так просто прощаться со своей шевелюрой, и кто у кого выдрал больше волос — это еще вопрос! Главный виновник произошедшего под шумок смылся — как раз в тот момент, как ко мне подошел озабоченный лорд Тиан, наклонился к самому лицу.
— Чтобы рядом с мальчишкой тебя больше не видел! — строго заявил он.
— Детей не ем, не беспокойтесь, — поморщилась я в ответ.
— О! Если этот ребенок вздумает тебя чем-нибудь накормить, ты будешь есть все, что он скажет! — усмехнулся темный. — Так что беспокоюсь я совсем не о нем… Вон, пусть над ведовскими издевается…
— Он уже хвастался своими талантами, — призналась я, покосившись на раскрасневшихся ведьм, которые пытались привести в порядок свои прически. — Весьма сомнительными талантами.
— Вот поэтому и держись от него подальше. Он будет сильным ведьмаком и… довольно хладнокровным.
— Я слышала, что его мать в свое время перевелась на другой факультет, — прищурилась я, посмотрев на лорда Тиана снизу вверх.
— О… Так вот что мы делаем в лагере конкурента, — проницательно заметил он. — И от кого же ты это слышала?
— Анэлия сама рассказывала.
— А она не рассказывала, каким образом ей это удалось?
— Договорилась с ректором? — предположила я, наивно взмахнув ресницами.
Магистр расхохотался.
— Что? — утирая слезы из глаз, переспросил он. — Ну, можно сказать, что договорилась! Только перед этим приворожила своего декана и пыталась совратить его на глазах у всей группы! Как тебе способ? Может, тоже… — он многозначительно повел плечами.
— Так себе способ, — буркнула я, отвернувшись.
— Я знал, что вам не понравится, — хохотнул снова нескромный декан. — Не с вашим характером!
— Не с вашей кандидатурой.
— Я вообще-то обидчивый!
Прозвучало неправдоподобно и угрожающе.
— Вы куда-то шли? — намекнула я.
— К вам. Хочу пригласить вас на вечернюю прогулку. Вы просили, чтобы я сам вас нашел, — я нашел…
Он шутливо поклонился и протянул руку.
В ловушках опять было пусто, зато их количество увеличилось. Теперь они расположились не только в парке, но и ближе к самому зданию Академии — именно их мы проверили в первую очередь. Как неохотно объяснил лорд Тиан, такая установка нежелательна, потому что в нее могут попасть и адепты, но время идет, а дух долго морить себя голодом не будет. Особенно когда рядом столько еды…
Хотя в Парке, на мой взгляд, тоже есть чем подкрепиться — вон сколько гадов… Правда, едва мы туда вошли, стало понятно, что в нас видят особый деликатес.
— Как поживает ваша жалость? — небрежно спросил лорд Тиан, так же небрежно отправляя черный пульсирующий шар прямо мне за спину.
— Сдохла в мучениях, как и эта тварь, — уверенно ответила я. — Только позаботьтесь, чтобы нас с вами не постигла та же участь. Ну, хотя бы меня…
Он криво улыбнулся одним уголком рта, но глаза остались серьезными.
— Пусто, — тоже серьезно произнесла я, разглядев впереди ловушку.
Лорд Тиан коротко кивнул в знак того, что понял, и пришлось продираться дальше, сквозь густые заросли и бурелом.
Что-то мелькнуло высоко над нашими головами, какой-то силуэт. Лорд Тиан отпихнул меня к стволу, а сам ударил магией в облезлую крону с черными листьями. Сверху посыпался мусор из поломанных веток, а следом раздалось разъяренное шипение. Первый раз за все время, что мы бродили по парку, первый же его удар не стал последним. Магистр плотно сжал губы и повторил атаку. И еще. И еще… Озадаченно взглянул на свои ладони, и мне стало жутко. Гибкая тень с горящими глазами прыгала из стороны в сторону, ловко и как будто насмешливо уворачиваясь от мага. А потом ринулась вперед, растопырив когти и обнажив клыки.
Вжик! Черная петля со свистом разрезала воздух, капли крови окропили мое лицо, и изувеченное тело покатилось в сторону.
— Ты что творишь? — взбешенно развернулся ко мне лорд Тиан, сжимая в одной руке материализовавшийся меч.
— Спасаю вас… нас… — быстро поправилась я, чувствуя, как уязвлена гордость мужчины.
Он резко вогнал непригодившееся оружие в ножны, достал из кармана носовой платок и спешно принялся вытирать мне лицо. Я от неожиданности даже не протестовала, лишь смотрела во все глаза на озабоченного и несколько растерянного мага.
— Никогда не лезь под руку! — раздраженно ворчал он. — И смотри, на кого нападаешь. Кожу жжет?
Я отрицательно помотала головой, а в следующий момент взвыла от боли. Как будто кислотой облили!
— Тише-тише, — ласково пробормотал он и, приподняв мне подбородок, подул на кожу, как ребенку. — Я успел убрать капли, иначе пришлось бы хуже…
— Как я выгляжу? — нервно сглотнув, спросила, едва боль начала стихать.
— Прекрасно, — не задумываясь ответил мужчина.
— Врете! Скажите честно: я вся облезла или покрылась волдырями?
— Все хорошо, твое миленькое личико не пострадало. — Он погладил пальцами сначала по одной щеке, потом по другой. Слишком нежно, интимно, и, видимо, сам это понял, раз резко отдернул руку, словно обжегся. — Кстати, поздравляю, у тебя отлично получилось применить темную магию, и даже никакого отката не было…
И правда. Причем даже угрызений совести никаких. Когти, готовые распороть нашу плоть, клыки, которые без жалости вонзились бы в горло, и едкая кровь изничтожили это чувство на корню. Но радоваться мне не позволила одна мысль.
— Как вы себя чувствуете? — требовательно спросила я.
— Все нормально, — соврал мне в глаза темный.
— Вы промахнулись, — обвиняюще продолжила я. Конечно, промахнуться мог любой, но не будет такой высококлассный маг просто так доставать меч!
— Селлина!
— Что с вашей магией?
— Ты въедливая до нетактичности!
— Плевала я на тактичность в такой момент! Если вы и дальше собираетесь промахиваться, то все равно никому о ней не расскажете!
Он тяжело вздохнул и невнятно пробормотал:
— Возможно, я чересчур потратил свой резерв…
— Когда? — не унималась я.
— Не знаю! — огрызнулся он и, не оглядываясь, пошел вперед. И тут я увидела причину…
Он сидел у него на загривке. Черное пятно, совсем не похожее на деда Мамая. Оно пульсировало, вбирая в себя чужую энергию, и наполовину скрывалось под плащом, но я все равно его заметила. Призрачные руки, изъеденные кандалами, обхватывали широкие плечи, вонзаясь длинными пальцами в плоть через одежду. А лорд Тиан этого даже не чувствовал, считая, что просто ослабел.
Как же меня взбесил этот паразит, когда я увидела его за трапезой! Хватанула рукой, собираясь содрать его за шкирку, но рука лишь прошла сквозь черную шевелящуюся мглу, совершенно ничего не почувствовав, а дух так и остался на месте, поглощенный своим делом.
Магистр, не оборачиваясь, сердито шел вперед, пока я растерянно разглядывала свою ладонь. На всякий случай обтерла ее об штанину и бросилась догонять декана.
— Ло-о-орд Тиан! — медленно окликнула я, намереваясь «осчастливить» его новостью, что пропажа нашлась. А он взял и грязно выругался.
— Ар-р-рен… — донеслось впереди.
Теперь выругалась и я. Не хуже. Маг бросил на меня короткий взгляд — то ли восхитился словарным запасом, то ли ужаснулся.
— Ринтан, — расплылся в лживой улыбке магистр. Даже при виде меня его так не перекашивало, как от встречи с деканом некромантов. — Безумно рад встрече!
Мрачная фигура не торопилась отвечать взаимностью.
— Что ты тут делаешь, и опять, — красноречивый взгляд на меня из-под капюшона, — с этой ведьмой?
— Прогулка у нас, — как ни в чем ни бывало отозвался магистр.
— Романтическая? — съязвил некромант.
— Не очень, — со вздохом признался мужчина.
— Тогда я с радостью составлю вам компанию, — «обрадовал» незваный гость.
— Это лишнее, — попытался отказаться декан.
Я молчала в тряпочку, надеясь, что прилипчивый некромант как-нибудь самоустранится.
— Лишнее, — прищурившись, прошипел он, — вести свою темную адептку именно сюда, что наводит на определенные мысли…
— У нас практика, — бесстрастно ответил лорд Тиан.
— Индивидуальное занятие? — с сарказмом протянул недоверчивый некромант.
— Именно. Девушка слишком добрая и жалостливая, но мы уже боремся с этой проблемой…
Ринтан Сонер презрительно фыркнул.
— На твоей новой специальности у каждой второй такая проблема!
— А твоих первокурсников тошнит на каждом занятии! — не остался в долгу темный.
Еще бы! Меня бы от его вида тоже воротило!
— Да, некоторые умертвил выглядят довольно отвратно, — философски пожал плечами некромант. Покосился на меня, на свежеустановленную ловушку, снова на меня. — Позволите? — протянул он затянутую в перчатку руку, сверля меня взглядом.
Я похолодела от ужаса и плавно переместилась за спину темного мага. Ему предложение тоже не понравилось.
— Что тебе от нее надо? — нахмурил брови мужчина.
— Ничего страшного, всего лишь небольшая проверка, — небрежно усмехнулся магистр Сонер.
— Ее уже проверили в твоем присутствии. Если будешь и дальше выдвигать безосновательные обвинения моему факультету, тебе придется пару дней полежать у лекаря, размышляя о краткости бытия, — угрожающе намекнул лорд Тиан, и я почувствовала, как напряглись его плечи и торс, как подался он чуть вперед, собравшись, как тигр перед атакой.
Заметила и заволновалась. Мериться силами в его положении чревато, что за безрассудство?!
— Пойдемте домой, — тихонько попросила я, коснувшись его локтя.
— Конечно, — не оборачиваясь, ответил он.
— Прошу прощения, что испортил вам охоту! — саркастично произнес некромант. — Хотя могли бы продолжить и в моем присутствии, вам одним его все равно не одолеть.
— Я, кажется, предупреждал…
— Как будто ты хуже меня знаешь, насколько опасную тварь выпустили на свободу, — отмахнулся тот.
Прибегать к его помощи и делиться своими планами лорд Тиан явно не собирался, а я — тем более, желая лишь увести темного мага подальше от навязчивого некроманта и раскрыть ему правду. Но, когда мы развернулись в обратную сторону, магистр Сонер увязался за нами, пытаясь то ли воззвать к совести, то ли просто испортить настроение.
Призванные им зомби шли впереди, расчищая дорогу от попадающихся на пути чудиков, и позади, прикрывая с тыла, а сам хозяин поставил своей целью допечь нас разговорами. А конкретно — меня.
— В кои-то веки повезло Арену с ученицей. Урожденная темной ведьма — просто для тебя факультет создан! — вещал он словно в пустоту.
Я злилась, но старательно игнорировала.
— А как к этому отнеслись твои родители? Обрадовались, что провалила экзамен? Факультет Темной Магии попрестижнее Ведовского будет, почему сразу туда не пошла?
Молчу.
— Мать, наверное, настояла… — размышлял он. — Ведьминский дар обычно по женской линии передается. Хотела, чтоб ты по ее стопам пошла, еще и лавочку в деревеньке присмотрела, поди? В каком-нибудь захолустье…
Иду, молчу, а сама пыхчу от возмущения. Какое ему дело до моей биографии?! И чем лавочка не устраивает? Я как раз о такой мечтаю!
— Ты гадай-гадай, — поддел его лорд Тиан. — Личного дела тебе все равно не видать!
— Личное дело — это, конечно, интересно, — равнодушно отозвался тот. — Но правда намного интересней! Особенно из первых уст!
Хрен я теперь эти уста при нем вообще раскрою! Зато кое-кто свой рот закрывать не собирался даже на минуту…
— Неужели варить сомнительные зелья от мозолей интереснее темной магии? А может, ты просто владеешь ею в совершенстве? Когда в тебе проснулся дар? Отец многому успел научить-то до совершеннолетия? Никогда не слышал твоей фамилии…
Интересно, если я его прибью на месте, лорд Тиан закроет глаза и на это преступление?
— Ринтан, отвали от девчонки! — раздалось к моему облегчению.
— Что? Я просто общаюсь! — с напускным возмущением развел он руками.
— Я сказал, отвали! — раздраженно повторил темный.
— Мне просто интересно, насколько она талантлива и сильна.
— Не настолько, чтобы ты постоянно к ней цеплялся.
Он замолчал, но ненадолго, решив морально уничтожить нас разговорами о духах. Бесцветных.
— Все перерожденные мечтают обрести тело, — нудел он своим скрипучим голосом. — Все без исключения.
Лорд Тиан тихонечко хмыкнул:
— И как думаешь, о чьем теле мечтает наш «друг»?
Мечтать он может о чьем угодно, а вот кушает сейчас вполне определенное!
— Арен, только не говори, что не догадываешься! — возмутился некромант.
— Занять шкуру своего врага — что может быть мстительнее? — криво усмехнулся темный.
— Вашу? — испуганно вырвалось у меня. Сейчас как загорятся огнем глаза, как станет уравновешенный темный маг неадекватным, как начнет рубить все вокруг…
— Мою? — дружно переспросили мужчины. Переглянулись и так же дружно расхохотались. Вот и пойми их — то они морды друг другу бить собираются, то совместно развлекаются.
— Да на кой ему мы? — уверенным голосом заявил магистр Сонер как главный специалист по мертвецам. — Разве только на пищу сойдем!
Я нервно сглотнула, а лорд Тиан лишь усмехнулся, по-видимому, совершенно не веря в такую возможность. Мне стало совсем не по себе.
— Ректор Форнеус его поймал, пленил да на цепь посадил, как пса. Вряд ли дух оставит это без внимания, — продолжал рассуждать некромант.
— Будь я духом, — издевательски-мечтательно протянул темный, — занял бы твое тело и построил бы всех духов и мертвяков!
— А ректором он будет строить всю Академию, и шиш ему кто возразит, — фыркнул магистр Сонер из-под своего надвинутого до самых глаз черного капюшона.
— Сначала пусть нашего ректора из своего тела выгонит, тот ведь всеми рогами да копытами упираться будет, — насмешливо произнес лорд Тиан.
— Представляешь, сколько народа он сожрет, чтобы нужное количество сил накопить, — мрачно заметил некромант, и в воздухе повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь треском ломающихся под ногами ветвей.
— А за какое время дух способен убить, присосавшись к жертве? — робко спросила я, прижимаясь все ближе к темному. Стыд одолевал все больше и больше с каждым жадным глотком духа. И мага было жалко, пусть даже и темного.
— Может, за день, а может, и за неделю… Кто его знает, — ответил он сам.
— Обычно не больше трех дней, — категорично заявил некромант.
У меня нервно дернулся глаз. Мало!
— Тебя, быть может, сожрет за четыре, — критично осмотрев лорда Тиана, добавил он. — Пока резерв весь высосет, ты же его то и дело пополнить можешь, пока до жизненной энергии доберется… Смотря с каким аппетитом подойдет…
— Я гадкий на вкус. Он будет жевать меня медленно и печально и то и дело давиться! — самоуверенно заявил темный.
Ага, как же! Уплетает за милую душу и чуть ли не урчит. От их разговоров меня каждый раз передергивало, но, увидев впереди Изольду, я совсем не обрадовалась — деканы не собирались расставаться и решили проводить меня вместе, чтобы потом обсудить что-то без моих ушей. И даже скорей не что-то, а кого-то! И я почти уверена, что меня…
— Все, беги, малышка! — нарочито громко попрощался лорд Тиан.
Некромант изобразил подобие улыбки и повернулся спиной, но, когда я сделала шаг, темный поймал меня за локоть и прошептал:
— Не смей сегодня никуда выходить!
Вот черт!
Мне оставалось только наблюдать из окна, как два мага удаляются от моей избушки, жарко о чем-то споря, а на загривке темного чернеет увеличивающееся в размерах пятно.
На плечо взобралась упитанная Тикки, проследила за моим взглядом, вздохнула понимающе.
— Влюбилась? — участливо прошептала она на ухо.
— Помрет скоро, жалко… — протянула я задумчиво. Но размышлять на эту тему было особо некогда, а то ведь и правда помрет. — Так, где моя метла?!
Я решительно распахнула окно, сжимая в руке черенок своей боевой подруги. Окно внаглую захлопнулось обратно, едва не прищемив мне нос, а на запотевшем стекле появилась надпись: «Я предупредил, малышка!»
Что?! Да как он вообще посмел меня контролировать, когда самого его жрут! Я его, между прочим, спасать собралась, а не развлекаться!
— Изольда, что за дела?! — гневно выкрикнула я в пустоту.
Курячья избушка хранила молчаливую невозмутимость и на провокацию не отреагировала.
— Хм… А малышка — это ты? — скептически поинтересовался Рикки. Почесал за ухом, лениво зевнул.
— По сравнению с некоторыми, — любезно пояснила Тикки. — Хорошо еще, дитем не назвал…
Так, а некоторые слишком много болтают — видимо, рот занять нечем…
— Мне нужно срочно отсюда выбраться! Грызите пол! — скомандовала я, для наглядности указав пальцем, где именно следует сделать дыру.
— Пф-фы-ы! — дружно зафыркали закормленные грызуны. — Тебе надо, ты и грызи!
— Совсем зажрались! — проворчала я и снова обратилась к избушке, как к самой здравомыслящей. По крайней мере, надеюсь, что у нее куриные только лапы, а не мозги! — Изольда, выпусти меня, пожалуйста! Там нашего декана дух бесцветный высасывает, а он и не подозревает об этом! Не откроешь окно, так точно помрет!
Избушка переступила с места на место, словно раздумывая.
— Запугал тебя? — поняла я и выразительно вздохнула. — Ну, ничего, недолго ему осталось…
Окно осталось неподвижным, а вот дверь комнаты тихонько отворилась и игривый солнечный зайчик приглашающе трепыхнулся в коридоре. Я побежала за ним вниз, на первый этаж. За большой и доброй печкой оказался припрятан люк, только подпола здесь быть не могло.
Так вот где у Изольды черный ход! Потянув за толстое кольцо, я заглянула внутрь, точнее, наружу. А до земли-то метра два!
— Ну, что, пикируем? — спросила я деревянную задиру. Метла было трепыхнулась, но я все равно обхватила ее руками и ногами и неловко вывалилась в люк…
— Спасибо, — прошептала я уже в воздухе, когда мы набирали высоту. Только бы он был у себя!
— Морри! Морри! — долбилась я в окно третьего общежития, гарцуя на метле.
— О, ну наконец-то! — высунулась лохматая голова, а следом рука втянула меня внутрь. — Как успехи?
— Мне срочно нужен адрес лорда Тиана! — ошарашила я его, спрыгивая с подоконника.
Нет, в гостях-то я у него уже была, но порталом — туда, без сознания — оттуда, этак в каждый преподавательский дом стучаться придется, пока нужный найду!
— Ты уверена, что он будет рад тебя видеть на ночь глядя? — с сомнением протянул парень, критично меня разглядывая.
— Я уверена как раз в обратном, но его мнения спрашивать никто не собирается!
— Э-э-э-э… — замялся Морри, аккуратно подбирая слова. — Ты девушка ничего такая, симпатичная, но не пристало бегать за мужчинами, которые видеть тебя не хотят… Скажу тебе по секрету: мы навязчивых не любим!
Блюститель нравственности нашелся! Как ночью в подземный ход заталкивать да кабинет деканата взламывать, так это нормально, так это никаких вопросов — добро пожаловать, я провожу!
— Я не поняла, ты ревнуешь, что ли? — нахмурилась я, сурово сложив на груди руки.
— Вот еще! — наморщил он нос и получил обидный тычок от моей напарницы.
— Так ты будешь мне помогать или нет? — поторопила я его с ответом.
— Вот приспичило, — проворчал некромант себе под нос. — Нужен он тебе!
— И не только мне! А я еще и не хочу брать на себя вину за его смерть!
— Без твоей любви он не помрет, — язвительно отозвался некромант.
— Мой бесцветный дух посчитал его очень аппетитным и теперь радостно пожирает магический резерв! — выпалила я. — Я обязана его об этом предупредить! Если бы не ваш вредный декан…
— Мамайус напал на лорда Тиана? — выпучив глаза, перебил парень.
— Ну, как напал… Нападение подразумевает хоть какое-либо сопротивление, а тут… Сел на плечи и жрет! — возмущенно прорычала я.
— И ты ему ничего не сказала?
— Да я не успела! Но собираюсь…
— Собираешься заявиться к нему домой, ткнуть пальцем в духа и заявить: вот он! Вот прямо так? — С чего бы такой сарказм в голосе?
— Ну… Да, — я растерянно уставилась на некроманта. Что его не устраивает?
— То есть у тебя где-то припрятано мистическое зеркало и все готово к ритуалу?
— Нет, — развела я руками. — Вместе с темным и достанем!
— И как ты думаешь, перерожденный дух совсем ничего не соображает? — прищурился Морри. — Настолько тупой, что останется на месте после того, как ты начнешь тыкать в него пальцем? И сколько времени потом его придется снова искать, чтобы поймать? Он вполне может спрятаться так, что мы найдем его тогда, когда для жертвы будет уже поздно. Не у всех есть такой запас энергии, как у лорда Тиана…
— И что ты предлагаешь делать в первую очередь, чтобы его не спугнуть? — вздохнула я, признавая его правоту.
— Воровать! — торжественно провозгласил напарник.
Воровать так воровать. Чего не сделаешь ради собственного и пока единственного декана! Главное — успеть; но ничего, у нас еще вся ночь впереди…
Как оказалось, мистическое зеркало Ринтан Сонер хранит у себя в доме, и что-то мне подсказывало, проникнуть внутрь незамеченными будет трудно, очень трудно.
Дом был мрачен, под стать некроманту. Из темного, грубого камня, с вытянутой высоко вверх острой крышей, заканчивающейся флюгером в форме летучей мышки. Полуарочные окна забраны изогнутыми решетками, а на двери — черный череп с рубиновыми глазами и кольцом-колотушкой в носу. Подозреваю, этот тоже кусается…
Мы с Морри сидели в близлежащих колючих кустах и пялились в окна, пытаясь что-нибудь разглядеть, но ничего не предпринимали, потому что от дома фонило магией настолько, что даже я чувствовала мертвенный холод, пробирающий до костей.
— Сама в гости пришла, надо же… — плечо стиснула костлявая рука, а Морри кувырком полетел вперед, прямо к крыльцу, отшвырнутый невидимым ударом.
— Мы тут это… м-м-м… случайно… — пролепетала я, почему-то с ужасом думая не о собственной судьбе, а о том, что же будет с лордом Тианом, если мы с Морри не вернемся. Или вернемся с пустыми руками, что не лучше…
— Да, конечно случайно… — прокаркал хриплый голос, и мои руки торопливо связали за спиной обычной веревкой. — Я тоже собирался тебя сегодня случайно встретить; видишь, как здорово все обернулось…
Ага, так здорово, что волосы на голове шевелятся!
— Проходите, гости дорогие! — насмешливо раздалось у меня прямо над ухом, и дверь сама услужливо распахнулась. Охваченный фиолетовым сиянием, туда впереди нас влетел Морри. — Теперь я не сделаю такой ошибки, не буду использовать магию против тебя, — прошипел некромант, ведя меня за связанные запястья. — А вот против твоего дружка — можно!
С этими словами моего несчастного напарника грохнуло об стену, да там и зафиксировало. А не так уж мне и не повезло с деканом, оказывается… Вон у некоторых — совсем психи!
Я испуганно оглядывалась, попав в чужую гостиную. В камине тлел синий огонь, по углам комнаты слабо мерцали магические камни, создавая полумрак. Меня толкнули в кресло, нависли сверху, упершись ладонями в подлокотники.
— Хорошая вещица, знакомое плетение… — Магистр Сонер подцепил ногтем мой кулончик, хмыкнул. — Арен подстраховался… Теперь в случае опасности ты сама переместишься в безопасное место, а не он свалится на голову в непотребном виде… Удобно, но не для меня… Так что не бойся, я буду обращаться с тобой очень бережно!
— Отпустите! — потребовала я. — У меня много дел и мало времени!
— Знаешь, — от его дыхания пробежали неприятные мурашки, — у меня тоже! Не знаю, чем ты его так подкупила, не смазливенькой мордочкой же, в самом деле… Но он вставляет мне палки в колеса! А я этого не приемлю!
— Кто? — не поняла я.
— Тот, кто отказался со мной сотрудничать!
— Вот с ним и разбирайтесь! — отрезала я. — А меня отпустите! Я буду жаловаться! Ректору!
— Ой ли! — насмешливо передразнил он, затягивая на талии ремень, надежно пристегнувший меня к креслу. — Вот прямо так и ректору! И что ты ему скажешь?
— Что вы меня преследуете!
— Можешь говорить что угодно, но уже завтра я предъявлю ему пойманного духа! — прошипел он мне прямо в лицо. — И не просто изгоню его, а заставлю служить еще вернее, чем прежде! Кстати, прекрасная тема для диссертации…
— А может, просто выгоните его в мир мертвых, и дело с концом? — миролюбиво предложила я, решив, что ради этого можно намекнуть, где этого самого духа поискать.
— Когда у меня в руках его создатель, глупо не попытаться приручить перерожденного. С его умением незаметно высасывать чужую энергию это просто непобедимое оружие, если научиться им управлять. — Его глаза возбужденно заблестели. — Другое дело, что для всех, кроме тебя, он невидим… Но теперь-то у меня есть ты!
Как-то незаметно получилось, что в моем преступлении он даже не сомневается.
— Дяденька, вы ошиблись, я тут вообще ни при чем! — как можно честнее соврала я.
— Были бы у меня доказательства, я бы делал все это с разрешения ректора, а быть может, и в его присутствии… — пробурчал он, с трудом подтаскивая в середину комнаты какой-то увесистый пестрый камень с отполированной поверхностью, с выдолбленными в нем пересекающимися дорожками, образующими собой перевернутую звезду… Алтарь! А эти дорожки — желобки для крови!
— Если все пройдет неудачно, я все равно оживлю, — успокаивающе проговорил он, заметив, как я начала трепыхаться и подпрыгивать в кресле. — Но сначала его надо приманить, потом — сделать видимым, потом — подчинить… На это требуется много энергии и твоей крови, но всё — только ради безопасности Академии!
Ага, сейчас, размечтался! Я готова была разорвать веревки голыми руками, а потом и ненавистного некроманта заодно! Но сил не хватало…
— Я знаю, что делаю, — тон его стал мягким, ладонь накрыла мое плечо, а вторую он прятал за спиной и думал, что я не заметила в ней атам! Некромант проникновенно заглянул мне в глаза… Зря…
— Эй ты, слушай сюда! — разъяренно прошипела я ему прямо в лицо. — Сейчас же расколдовал Морри, прихватил свое мистическое зеркало вместе со всем необходимым для ритуала изгнания перерожденного в мир мертвых и притопал к дому лорда Тиана!
Мой голос клокотал от ярости, взгляд наполнился невиданной доселе силой, я даже чувствовала, как пульсирует голубая радужка, порабощая чужую волю.
— Там дожидаешься моих дальнейших указаний! Понял?!
Некромант, сохранивший выражение ошарашенности на лице, медленно кивнул. Я кипела от злости и едва удержала себя от соблазна дать ему еще пару заданий. Каких-нибудь особо травмоопасных…
— Это что это? — Морри с ужасом взирал на меня, когда его декан убрал с него магические путы и каменной походкой отправился исследовать собственный дом.
— Это смерть моя, если сейчас очнется… — пробубнила я и дернула связанными руками. — Давай развязывай, что смотришь! Что делать для изгнания перерожденного, знаешь? Этот, — кивок в сторону меланхолично складывающего в кучу разные вещи и книги некроманта, — справится?
— А насколько он сейчас разумен? — растерянно взглянул на него парень.
— Ну… Простейшие команды выполнять сумеет, думать — нет.
— Тогда зеркало придется настраивать и открывать мне самому. Магистр Сонер будет читать заклинание, чтобы дух не смог выбраться из круга и перекинуться на кого-либо другого; это он и на автомате сможет. А тебе придется держать магистра, чтобы его не засосало вслед за монстром в мир мертвых… И, Селлина, — голос парня стал просящим, — если сможешь, подпитай лорда Тиана своей энергией — дух вцепится в него с утроенной силой, когда его начнут отдирать от жертвы. Я знаю, как тебе неприятно обращаться к темной магии, но…
— Да поняла я, поняла, — перебила я его. Подумаешь, магия темная, перетерплю. Тем более что без улыбчивого декана мир станет чуточку грустнее… — Морри, — обратилась я к парню, — оставайся со своим деканом, помоги ему собраться и приходите вместе к дому лорда Тиана.
— А ты?
— А я подготовлю всё к вашей встрече!
— Ты же не знаешь адреса, — усмехнулся парень.
— А это теперь не проблема! — торжественно заявила я. — Слышал, что сказал магистр Сонер? Бей!
— Что бей?
— Не что, а кого. Давай, швырани в меня своей магией!
— А ты уверена, что сработает? — с сомнением оглядел он меня с ног до головы, судя по взгляду, уже представляя на моем месте печеную курочку.
— Зная дотошность своего декана и помня возмущение твоего… Да, уверена! — Я раскинула в стороны руки, но все равно зажмурилась, когда сияющий фиолетовым шар полетел прямо мне в грудь.
В гостиной темного было парадоксально светло и просторно, ноги по щиколотку провалились в пушистый ковер, а сам хозяин замер у края дивана — в трусах, с чашкой чая и высоченной стопкой бутербродов в руках. При моем внезапном появлении верхний упал прямо на пол, а у темного пропал дар речи. Рот приоткрыт, глаза распахнуты, и молчит…
— Здрасти, — виновато поздоровалась я.
— Ты… Вы… — магистр наконец пришел в себя, сгрузил свой провиант на резную тумбочку, отряхнул ладони. — Что случилось?! Тебя снова пытались убить? Кто на этот раз?!
— Да все хорошо, правда, — поспешила я успокоить его. — Я сама попросила, хотела вашу экспресс-доставку в деле проверить…
— Доставку? — переспросил он, нахмурившись.
— Ага, — радостно подтвердила я, преисполненная гордости от своей сообразительности. — Вы же мой кулон заколдовали, теперь я знаю, как именно! Всего-то потребовалось, чтобы в меня смертоносным заклинанием пульнули, и — вуаля, я уже тут!
Магистр, с шумом выдохнув, сел на диван, зарылся двумя руками в волосы, обхватив голову.
— Ты вообще нормальная? У меня дверь есть! Окно, на крайний случай!
— И защита от навязчивых поклонниц! — улыбнулась я, пялясь на него во все глаза.
А как не пялиться, когда тут плечи широкие, и грудь могучая, и руки мужественные, и трусы… А вот трусы — черные с каким-то мелким рисунком. То ли цветочки, то ли звездочки, то ли рыбки мелкие — не разглядеть… Но любопытно — жуть!
— Ой, — по его изменившемуся выражению лица я поняла, что недопустимо долго разглядываю то, что видеть в принципе не должна, и вообще смотреть в том направлении неприлично, поэтому и спросила вслух как можно более заинтересованно, вкладывая в интонацию весь исследовательский интерес: — А что это у вас такое мелкое…
Магистр проследил за моим взглядом и побагровел.
— …На трусах нарисовано? — торопливо договорила я и покраснела.
— А может, лучше обсудим ваше нижнее белье, адептка Краст? — холодно заявил он, незаметно подтягивая к себе на колени край покрывала с дивана.
— Да как вам не стыдно вообще! — возмутилась я, а декан изумленно вскинул на меня заинтересованный взгляд.
— Мне?!
Мне-то стыдно, но я красноречиво промолчала, чтобы ему стало гораздо стыднее!
Не стало.
— А вы, собственно, с какой радости ко мне нагрянули? — подозрительно нахмурился магистр. — Решили пополнить ряды моих поклонниц?
— Мне показалось, что вы себя плохо чувствуете… — даже нисколько не соврала я, проигнорировав его язвительную провокацию.
Маг как-то сразу помрачнел.
— Вам показалось, — холодно подтвердил он.
— Ну, конечно, вы же в этом никогда не признаетесь, — фыркнула я.
— Мне не в чем признаваться!
— Смелые мужчины никогда не признаются в своей слабости. Поэтому я позвала на помощь и решила проконтролировать, чтобы вы не сопротивлялись, — как ни в чем не бывало продолжила я.
— Вы пригласили лекаря? — возмущенно вскинул он брови. — Ко мне?!
— Не совсем, — уклонилась я от ответа и строго посмотрела на мужчину. — Но советую одеться: скоро нагрянут гости, и вы их впустите!
Кстати, вещи темного были хаотично разбросаны по всей комнате, словно он содрал их с себя, едва только остался один. Даже неудобно как-то перед некромантом за этот бардак…
— А не пойти бы вам нахрен? — меланхолично и оттого еще обиднее произнес магистр, обессиленно откинув голову на спинку дивана и глядя в потолок. — Со всеми своими гостями! Это вообще-то мой дом, и мне решать, кого впускать, а кого нет!
Вот ведь упрямец! Не думала, что с ним будет настолько трудно… У меня аж дыхание в горле перехватило от возмущения. Его еще и уговаривать надо!
— Не пойти, — медленно и зло процедила я.
— Вы самая бесстыжая ведьма, что я встречал, — с налетом восхищения проговорил он. — Пришла без приглашения, раскомандовалась, еще и убраться по-хорошему не желает…
— Пошла нахрен — это по-хорошему? — поморщилась я.
— Да я вежлив и даже не вышвыриваю вас через окно, — важно кивнул этот… этот… Нет, ну вот же гад, может, мне его самой убить?!
— О, благодарю! — язвительно раскланялась я.
Темный криво усмехнулся.
— Люблю понимающих девушек. Дверь вон там, до комендантского часа добежать успеете…
— Вы перепутали бесстыжую ведьму с понимающей девушкой? — удивленно вздернула я брови. — Магистр, у меня для вас плохие новости: вас одолели галлюцинации и теперь я никак, ни в коем случае не оставлю вас одного!
— Не хотите по-хорошему — будет по-плохому! — Он болезненно поморщился, но все равно поднялся с дивана одним плавным движением, скрывая, насколько тяжело это ему далось. Бесстыдно подошел ко мне вплотную, как огромный черный ленивый кот, даже не удосужившись накинуть на себя хоть какой-нибудь предмет гардероба. Так, что жар его обнаженного смуглого тела чувствовался даже сквозь мою одежду.
— Выставите меня за дверь, применив грубую силу? — не двинувшись с места, прищурилась я.
— Именно.
Лорд Тиан выглядел неважно: пронзительные глаза утратили свой мальчишеский блеск, потускнели, под ними появились темные круги, а лицо осунулось. Сердце в груди защемило от осознания, что это я виновата в его состоянии. Ругаться с ним сразу расхотелось, но и уступать я не собиралась.
— Простите, — покаянно прошептала я.
— За что? — с вызовом поинтересовался он.
— Вам интересно? — загадочно и еще тише прошептала я, надеясь протянуть время за счет мужского любопытства. План с треском провалился в преисподнюю.
— Нет! — Тон резко стал холодным, руки развернули меня за плечи, подталкивая к выходу.
Да что же это такое! Никогда еще мужчина не выпинывал меня за дверь, словно собачонку!
— Ну магистр Тиан! — обреченно взвыла я, упираясь обеими ногами в пол. — Это вопрос жизни и смерти, причем вашей! Ну послушайте же меня! Да хватит меня толкать!
Я все-таки вырвалась из его рук. Сердито развернулась к нему лицом, уперлась ладонями в каменную горячую грудь.
— Слушайте меня сюда! — жутко хотелось воспользоваться своей родовой магией, но я не осмелилась, не зная, какая последует реакция.
Магистр только усмехнулся моей грубости и с легкостью вздернул в воздух, крепко держа за талию. И так и понес. К двери.
— Я буду вынуждена применить силу! — отчаянно кричала я, изрядно его веселя. — Сдавайтесь миром!
— Селлина! — он возмущенно перехватил мою ногу, когда я замахнулась коленом прямо в его мелкий рисунок на трусах. А что? Я от безысходности! Зато ему пришлось остановиться и во избежание повторного нападения спустить меня на пол.
— Лорд Тиан, вы мне еще спасибо скажете, только послушайте меня…
— Никогда еще не говорил спасибо за то, что превращают мой дом в проходной двор!
— Обещаю, никаких лекарей! Никто не будет знать о вашем «недомогании»… Вам нечего позориться и бояться!
— Единственное мое недомогание здесь — это вы! — так натурально прорычал он, что я бы поверила, если бы не черное пятно у него на загривке.
— Ах так! — я окончательно разозлилась. — Ну давайте, выгоняйте. Придется попросить еще кого-нибудь, чтобы ударили в меня магией… — и совершенно невинно поинтересовалась: — А если прыгнуть со шпиля Академии, защита сработает?
— Не смейте маяться дурью! — разъяренно сжал кулаки темный, но лицо дрогнуло, даже побледнело немного.
— Так сработает или нет? — докопалась я. — А если в парк прогуляться?.. Или оборотня подразнить — сегодня же полнолуние, да?
— Что вы от меня хотите? — обреченно спросил он, и я поняла, что добилась своего.
— Для начала… — я невольно скользнула взглядом по упругим мужским мышцам и сглотнула. — Оденьтесь.
Он помедлил немного, изучающе рассматривая меня, поджав губы. Видимо, взывал к совести, но не на ту напал. Я не собиралась оставлять его спокойно помирать в тишине и одиночестве. Если он и умрет когда-либо, то только от моих рук! Остальные, в том числе и перерожденные духи, пускай встают в очередь…
Махнув на меня рукой, декан наконец удалился в гостиную. Там, собрав в охапку собственные вещи, ушел переодеваться, всей своей спиной излучая недовольство.
Я устало присела на краешек дивана. Все-таки спорить с мужчинами — дело утомительное! Украдкой взяла со стола тяжелую массивную кружку, сделала осторожный глоток. Сладкий до невозможности, почти приторный, но все еще обжигающе горячий. Наверное, кружка заколдованная.
Темный появился неожиданно, уже одетый — и штаны, и рубашка, которую он поленился застегивать на верхние пуговицы, и даже носки. И на лице уже исчезло недовольное выражение. Видимо, смирился с моим присутствием.
— Вам налить? — вежливо спросил он, забирая чай из моих рук и присаживаясь рядом.
— Нет, спасибо, — поспешно отказалась я.
— Черт с вами, — негостеприимно пробормотал маг.
Но белая чашка с блюдцем сами появились передо мной прямо из воздуха, а следом сахарница, серебряная ложечка и вазочка с конфетами. Сам же темный вверг меня в шок.
— Вы это едите? — ужаснулась я, глядя, как он запихивает в рот бутерброд со шматом сала. — Это же страшно… калорийно!
— Вот поэтому и ем, — ворчливо пробурчал он, запивая все это сладким чаем.
И мне вновь стало стыдно: пытается пополнить энергию, а она все равно утекает сквозь пальцы.
— Может… Хотя бы чаем не запивать? — робко предложила я, пожалев его желудок. На меня тут же посмотрели как на врага всех темных магов, даже жевать перестали, и я заткнулась.
— А чем тогда? Молоком? — издевательски переспросил он и продолжил свое занятие.
А я смотрела на его отрывистые движения, на напряженные пальцы, сжимающие хлеб, на чуть вьющиеся взлохмаченные волосы, которые он нервным движением отбрасывал со лба, и хотела хоть что-нибудь для него сделать, вот прямо сейчас. Почему я не радуюсь, когда ему плохо? Это же ненормально…
— Хватит смотреть на меня как на умирающего. Мне это совершенно не льстит, — проворчал темный, уткнувшись в кружку.
— Вам это к тому же не идет, — ничуть не смутилась я.
— Вы хотели что-то мне рассказать, — сухо напомнил маг.
— Нет. — Я с честью выдержала звереющий на глазах взгляд. — Я хотела, чтобы вы вновь стали противным темным магом, а не его бледной тенью.
Мужчина захлебнулся чаем от подобной искренности, я услужливо постучала его по спине и широко улыбнулась.
— На правду не обижаются, верно?
— Но за нее иногда убивают, — мрачно заметил он. — И кого вы наняли в службу моего спасения? Надеюсь, красивеньких, молоденьких девушек, чтобы подняли мне настроение?
— Увидите, — усмехнулась я, представив его разочарование.
Стук в дверь был странным — сначала напоминал робкое царапанье, а потом его сменил уверенный и наглый долбеж. Похоже, Морри подошел чуть раньше, но его тут же оттеснили в сторону.
— Открывайте, — обрадованно скомандовала я.
— Там Сонер, — предупредил маг, подойдя к двери и прислушавшись.
— Я знаю, открывайте, — повторила я настойчиво.
— Только за мою спину даже и не думайте прятаться, — ворчливо предупредил он и распахнул дверь.
Мимо него, деловито пыхтя, пронесся Морри с мешком в руке и талмудом подмышкой, а следом несколько заторможенный Ринтан Сонер внес мистическое зеркало, закутанное в покрывало.
— Приступайте, — отдала я короткое распоряжение, когда вся эта процессия заняла гостиную.
Лицо лорда Тиана вытянулось, он вопросительно посмотрел на меня:
— Вы… Вы серьезно?!.
Некромант профессионально и молча устанавливал зеркало на подставку. Декану не потребовалось много времени, чтобы понять, для чего оно здесь. Я поспешила закрыть его рот ладонью, пока он не поделился своими догадками вслух.
— Только молчите! — прижавшись вплотную к его груди и чувствуя, как подрагивают сухие губы под ладонью, прошептала я. — Молчите и доверьтесь мне… нам…
Он медленно кивнул в знак понимания.
— Вам… — как-то обреченно повторил темный, наблюдая за приготовлениями к ритуалу.
Ну да, я бы тоже не радовалась…
Некромант зажигал треугольные черные свечи, выкладывал ими ровный круг прямо вокруг всех нас и бормотал под нос какое-то заклинание. Повинуясь указаниям Морри, я повернула своего декана спиной к зеркалу, сама встала напротив почти вплотную и переплела наши пальцы. Сердце билось в груди как сумасшедшее, руки дрожали. Темная магия, некроманты, портал в мир мертвых, чужая жизнь, которую надо удержать во что бы то ни стало…
— Не кусай губы, — шепнул мне лорд Тиан.
Я подняла затравленный взгляд. Темный смотрел на меня пронзительно и прямо, а в глазах было что-то такое… Что-то такое, что я сжала его пальцы крепче. Как будто это он собирался удерживать меня на краю пропасти, а не я его.
Вокруг нас вспыхнуло ярко-фиолетовое кольцо, отрезав от окружающего мира. Речитатив Сонера набирал громкость и отзывался набатом в ушах. Дух на плечах магистра недовольно зашевелился, почуяв неладное, и в этот момент Морри встал позади зеркала и коснулся двумя руками его рамы, сдергивая покрывало.
По гладкой поверхности пробежала рябь, парня передернуло, как от разряда молнии, лицо исказила болезненная гримаса. Запрокинув голову, он впивался пальцами в края зеркала, и рябь постепенно превращалась в шторм. Жидкое серебро закручивалось водоворотом, вокруг все гремело, сверкало и выло, а мы с магистром стояли посреди этого, вцепившись друг в друга и трясясь от вибраций, что пронизывали всё насквозь.
Черное пятно на плечах магистра заметалось из стороны в сторону, но выбраться из замкнутого пространства было некуда, вдобавок заклинания некроманта сдерживали его от нападения. Из зеркала дохнуло мертвенным паром и холодом, обволакивая спину магистра.
Портал был открыт.
И в следующий миг нас чуть не снесло в этот зияющий зев портала порывом ветра!
Я уперлась ногами в пол, пытаясь сохранить равновесие, потянула на себя лорда Тиана, которого буквально всасывало в мистическое зеркало. Одежда трепыхалась и кое-где рвалась, растрепавшиеся волосы лезли в глаза. Стихия мертвого мира бушевала вокруг, и покоем здесь и не пахло. Пахло серой и дымом.
Я с ужасом увидела, как проступают на лице лорда стремительно темнеющие вены, как становятся острее черты, как натягивается кожа, готовая вот-вот лопнуть… Перерожденный не желал переезжать в новый мир и черпал, черпал энергию мужчины, которого я держала.
— Не хватит сил, все равно не удержишь…
Я не поняла, кто это сказал, до ушей донесся лишь слабый шепот.
— Он мой…
И тут я поняла, кто подрывает мою силу воли.
— Мой! — заорала я во все горло, стискивая переплетенные пальцы до боли, до побелевших костяшек. — Мой!
Темный вздрогнул, поднял на меня опустошенный взгляд. Теперь он сам кусал пересохшие губы, но от боли, а не от волнения. Ноги широко расставлены, спина напряжена, ветер бьет в лицо, а сил все меньше и меньше. Почувствовав, что пахнет жареным, дух брал от него все, вгрызаясь все глубже и глубже, проникая руками-ниточками до жизненных потоков.
— Все равно не отдам, — воинственно пробормотала я себе под нос.
Я никогда этого не делала, но темная магия скользнула по моим пальцам удивительно легко и понеслась, понеслась вперед, как будто к настоящему хозяину, которого заждалась.
Хриплый вдох напугал меня до полусмерти. Тело темного конвульсивно дернулось, я сжала руки крепче. Мышцы болели от напряжения, но отпускать нельзя, думать нельзя, смотреть по сторонам нельзя, нужно держать. Держать и подпитывать.
По лбу скатилась капля пота, я вся дрожала, а в глазах давно и безвозвратно потемнело.
— Куда столько? — прохрипел магистр. — Перестань…
Я с трудом сфокусировала взгляд. Лорд Тиан выглядел ненамного лучше, хоть и расплывчато, так что…
— Заткнитесь.
Горло пересохло, и голос оказался такой же скрежещущий, как у мужчины.
Дух вдруг стал более расплывчатым, бесформенным… Края его стали рваными, части черного тумана отрывались порывами ветра и впитывались в зеркало. Он взвыл. Страшно.
Вслед за ним, запрокинув голову, взвыл и лорд Тиан.
Я судорожно перехватила воздух, зажмурилась и поймала такую волну чужой боли и страха, что чуть не захлебнулась. По щекам потекли слезы, но я впитала это все в себя, и темный дернулся, когда поток энергии резко возрос, пульсируя в наших сомкнутых ладонях, как живой.
Что-то громыхнуло, визг перерос в рев, и рассыпающийся на части черный визжащий туман оторвало от лорда и втянуло в мир мертвых. Морри быстро накинул на зеркало черную ткань, и все стихло. Стих вой, прекратился грохот, и некромант перестал бормотать заклинания.
И в этой безумной тишине на меня медленно навалился темный, едва не придавив своей тяжестью. Я еле устояла на ногах, упершись плечом в его грудь и обхватив за спину. Его сердце билось тяжело и неровно, каждый удар эхом отдавался по моей коже.
— Только не раздавите меня, — сдавленно пропищала я. — Вы тяжелый…
Мужчина с шумом вдохнул воздух, также шумно выдохнул.
— Селлина… Ты… — Язык его не особенно слушался, и я наклонилась ухом к пересохшим мужским губам, чтобы расслышать, что он там шепчет. — Ты… Ты сумасшедшая, безумная, отчаянная ведьма!
На комплимент не очень походило, но я расплылась в счастливой улыбке. Ругается — значит, на моих руках сейчас не помрет и мне не надо будет думать, куда прятать труп.
Магистр выпрямил спину и поковылял к графину с водой. Дрожащими руками поднял его и начал пить, захлебываясь и проливая большую часть себе на рубашку.
— Как ты его уговорила? — утерев рот рукой, махнул он головой в сторону некроманта.
Я помрачнела.
— Никак. Он меня убьет.
— И все же? — пытливо взглянул на меня лорд Тиан.
Я вздохнула.
— Считайте, что он пьян. Жаль, что он не может пребывать в этом состоянии вечно.
— Ты крайне талантливый зельевар, я начинаю бояться… — насмешливо произнес темный и, согнувшись пополам, закашлялся от собственной слабости.
Ринтан Сонер обессиленно сполз на пол и теперь сидел, судорожно растирая виски и тряся головой. К сожалению, он приходил в себя.
— Что… — некромант содрал глотку, пока читал заклинания, голос сел. — Что происходит?..
Он сначала огляделся по сторонам, а потом медленно поднял на меня взгляд, который тут же налился неприкрытой злобой.
— Адептка Краст!
— Проблема… — обреченно констатировала я факт.
— Нет никаких проблем, — тихо возразил темный, обрушивая на голову коллеги здоровенный табурет с изогнутыми бронзовыми ножками.
Поверженный некромант упал навзничь, а декан шатающейся походкой подошел ко мне. Чуть не упал, но я подхватила его за локоть, иначе на Академию никаких деканов не напасешься. Слишком уж опасная у них профессия.
— Какой же вы агрессивный, — укоризненно посмотрела я на мага снизу вверх. — Едва дышите, а на коллег кидаетесь…
Впрочем, я была искренне рада его вмешательству.
— Утащи его, а? — попросила я Морри.
— И что мне с ним делать? — хмуро спросил парень, глядя на своего распластавшегося на полу декана.
Я серьезно задумалась.
— Как думаешь, какова вероятность того, что он примет все произошедшее за сон?
— Зависит от тяжести табурета, — не задумываясь выпалил Морри.
— Я могу добавить, — с готовностью вызвался мой декан, все еще опиравшийся на меня.
— Э-э-э-э! — возмутился некромант. — У вас рука и без табурета тяжелая, а я к этому хмырю уже привык!
— Домой ему надо, в кровать… — вздохнула я и добыла из глубины карманов зелье, с которым имел уже радость познакомиться магистр Каллохен, протянула парню. — Капнешь потом на губы и смоешься.
— Лекарство? — с сомнением вопросил Морри.
— Обойдется! — фыркнула я. — Зелье забытья. Для надежности еще пустую бутылку самогона рядом поставь…
— Какое коварство!
— А вы вообще помалкивайте, — косо взглянула я на лорда Тиана. — А то там и на вас хватит…
— Молчу, — на редкость покладисто согласился он. — Только Ринтан не пьет самогон. Коньяк — вот его напиток. Загляни в кабинет, там наверняка припрятана бутылка, и не одна…
Некромант понимающе кивнул и взвалил на себя неподвижного мужика. А ведь за окном уже стемнело; представляю, как обрадуется ректор, когда они оба влипнут в паутину!
— Помочь? — участливо предложила я.
— Своему помогай, тоже на ногах не стоит, — тряхнул головой парень и направился со своей ношей к выходу.
— Погоди… — остановил его темный, перестав опираться на меня. — Я помогу.
— Вы-то куда?! — всплеснула я руками, когда он, шатаясь, сделал несколько шагов. — Имейте совесть, ему тащить еще и вас будет вдвойне тяжелее!
— Не надо никого тащить, — ворчливо отозвался маг и достал из ящика черный шарик. — Портал сам откроется; ударь о пол и представь, куда надо перенестись и что с собой взять…
Хотя при слове «что» он глазами явно указал на магистра Сонера, Морри чрезвычайно обрадовался и исчез вместе со всем некромантским скарбом, оставив на полу лишь оплавленные свечи.
— Сообразительный парнишка, — одобрительно кивнул лорд Тиан, с облегчением сползая на диван. Глаза его закрылись, и он замер без движения с выражением полного блаженства на измученном лице.
— Эй, вы как? — взволнованно спросила я, борясь с желанием потыкать его какой-нибудь палкой, чтоб проверить, живой ли.
— Идите домой, — попросил магистр, не открывая глаз.
Я осторожно присела рядом на подлокотник.
— Вам стало еще хуже, да? — тихо и скорей утвердительно, чем вопросительно произнесла я.
— Идите домой, — безэмоционально повторил он. — Не бесите.
Я тяжело вздохнула и ушла — в спальню, стелить беспомощному, но гордому магу постель. И пусть только попробует съязвить мне по этому поводу! Затоплю все чистые простыни болотной грязью, будет сидеть тут и квакать, пока не расколдую!
— Вы еще здесь? — вяло откликнулся он, полуприкрыв веки, когда я принялась тормошить его за плечо.
— И вы еще здесь, — ответила я тем же. — Даже до кровати не доползли.
— У меня прекрасный диван, — разлепил он губы. — Просто превосходный, великолепный и оч-чень удобный…
— Да-да, конечно, — торопливо согласилась я, пытаясь поднять такого же тяжелого, как и его характер, мужчину. — И сегодня на нем сплю я, так что освобождайте мое место!
Маг тут же распахнул глаза; кажется, в них застыл неподдельный страх. Да-да, я тоже считаю, что сдурела…
— Зачем?
— Уже поздно, и я не хочу попасть в паутину, что отлавливает нарушивших комендантский час, — уверенно ответила я, хотя дело было, конечно, вовсе не в этом. — А вы все еще не оставляете попыток вышвырнуть меня из своего дома?
Он устало отвернулся и снова закрыл глаза, так и не ответив.
— Вставайте! — потребовала я, закидывая его руку на свое плечо.
— Селлина… — в голосе его сквозила обреченность. — У меня не менее прекрасная кровать, устраивайтесь там, а меня не трогайте. Пожалуйста…
Именно это молящее «пожалуйста» заставило меня трогать его с удвоенной силой.
— Садистка, — прошипел он едва слышно. — Ведьма, дай сдохнуть спокойно!
Размечтался! Такую роскошь еще надо заслужить! Но вредное мужское тело ни в какую не хотело отрываться от дивана. Прилип он там, что ли?
— Я говорила, что ненавижу темных? — утирая пот со лба, спросила я. — Так вот… Терпите! Это кара за ваш паршивый дар! И за то, что из вас отвратительно негостеприимный хозяин!
— Отстань, — отмахнулся он и начал заваливаться набок.
— Куда?! — взвыла я. — А ну не вздумайте подыхать, я вам еще не все высказала!
Мужчина не отреагировал на мои тормошения, он и дышал-то через раз. Я тихонечко всхлипнула и с размаху ударила его по лицу. Магистр даже не дернулся, лишь голова безвольно мотнулась в сторону, а на щеке остался белый след, который не спешил наполняться кровью. Плохи дела. Кошмар, насколько плохо!
Испугавшись до безумия, я наклонилась прямо к нему, убрала со лба волосы, осторожно погладила по холодным щекам, извиняясь за собственную грубость и беспомощность. Нужно было срочно что-то делать, а я не знала точно, что именно. Очевидно, что дух добрался и до неприкосновенной жизненной энергии. И сейчас она расходовалась, но не пополнялась.
Мои руки дрожали, мне еще не приходилось никого вытягивать из-за черты второй раз на дню. И с темной магией я до сих пор не общалась так близко. И так часто.
Я встала на колени рядом с диваном, переплела наши пальцы и закрыла глаза. Как я тебя ненавижу, Арен Тиан! Только живи, мерзавец, и не приведи Тьма ты попробуешь уйти сейчас!
«Живи!» — отчаянно звучало в моей голове. «Живи!» — беззвучно шептали мои губы. «Дыши!» Я не знала, почему льются слезы. Почему внутри все кипит, бурлит и горит огнем, когда я не ощущаю его дыхания. И почему, черт возьми, не слушается темная магия, которая так легко откликнулась совсем недавно?! Чем еще я могу помочь магу, как не пополнить его резерв? А там… Организм сам перенаправит энергию в нужное русло.
Но я все не могла уловить ни одной подходящей ниточки — они все выскальзывали, заставляя нервничать и совершать все больше ошибок. Непростительных ошибок! Так нельзя! Так нельзя, Селлина, он же погибнет! Этот сильный маг, твоей глупостью выкачанный до предела перерожденным, а ты все медлишь, неумеха!
— Ну же! — шептала я, сжимая его руки. — Я сейчас… Сейчас…
Что-то теплое заструилось по моим венам. Я замерла, боясь потерять это ощущение. Но это была не магия. Точнее, не темная магия. Что-то светлое, золотистое, как янтарный мед, переливающееся ручейком… Как бы не отравился, все-таки темный!
Мужские пальцы шевельнулись. Сначала слабо, еле уловимо, а потом с силой сжали мои, а сам он хрипло набрал полные легкие воздуха и закашлялся. Я выдохнула, губы мои дрогнули в невольной улыбке, но я не отпустила своих рук. Что бы это ни было, магу оно оказалось полезно. Я держала, пока у самой не начала кружиться голова. Так, хорошенького понемногу…
— Брх… — что-то невнятно сказал магистр, узрев меня перед собой на коленях.
— Ага, — глубокомысленно ответила я.
Сил встать особо не было, и я просто устало привалилась к его ноге щекой, прикрыв глаза. Может, что-то золотое было моей собственной энергией? Не магией, а самой жизнью?
Я не знала, можно ли ей делиться и как это делать, нас этому не учили. Но если это так, темному перепал щедрый дар, и я сполна спрошу за подобную ценность! И отдельно — за мой дискомфорт и перенесенный ужас. Потом, когда в себя придет…
— Что… вы… делаете? — О, уже пришел, правда, немного заикается. Ну чего так быстро-то, я еще не отдохнула…
— Молюсь… — лениво ответила я, утыкаясь лбом в его колено.
Свет почему-то жутко раздражал, хоть и не был ярким, но глаза болели.
— За меня?
— Конечно, — равнодушно кивнула я. — Чтоб сдохли уже и перестали меня мучить!
Он промолчал, и стало как-то неуютно. Ну чего я на него срываюсь, он же не виноват… Из-за меня вся каша, мне и исправлять. И заботиться о нем сейчас — тоже моя задача.
Я тяжело вздохнула и поднялась. Ноги затекли, и мышцы свела болезненная судорога. Я охнула, схватившись за икры. Поймала взволнованный взгляд и на немой вопрос беспечно отмахнулась:
— Ерунда. Просто слишком долго простояла на…
Поняла, что знать это ему вовсе не к чему, и осеклась. Но он и так догадался. Даже слишком о многом…
— Спасибо… — Глаза его вновь стали пронзительными и смотрели как будто в самую душу. Туда, куда даже я сама заглядывала редко. И я неизменно смущалась этого взгляда, старалась удрать от него, спрятаться.
— Да ну вас, — буркнула я. — Давайте диван освобождайте лучше, пока снова не отключились…
Я все-таки заставила встать его на ноги. Точнее, помогла. Очень настойчиво помогла, поднырнув под мужскую руку. Темные спутанные волосы падали ему на лицо, а самого его шатало даже на одном месте. Прямо как зомби. Меня тоже пошатывало под его тяжестью, так что мы были как два зомби.
— Я с-сам, — попытался он меня оттолкнуть.
— Ага, сам, — проворчала я, не отпуская его. Упадет на пол, так я сколько сил потрачу, чтобы снова поднять на ноги Его Гордость!
О, Тьма, но какой же он тяжелый!
— Я вам зелье сварю… — злобно пыхтела я, продвигаясь в сторону спальни. — Для похудания! И сала вы больше не увидите! И хлеб — слишком большая роскошь! Как вы относитесь к лечебному голоданию? А слово «диета» слышали? Хорошее такое слово, легкое, знаете ли…
Он все еще молчал, и было обидно. И чуточку страшно.
Но вот он почти сам сделал шаг, еще один… Кажется, мы все-таки доползем до кровати…
Врезаясь в стены, опрокинув какую-то тумбочку и рассыпав с полки мелкие сувениры, мы упорно продвигались вперед. Доползли! Путь к кровати был тернист и долог, поэтому я с непередаваемым счастьем опрокинула мужчину на простыни, грубовато толкнув его в грудь. Он что-то проворчал и распластался, раскинув руки в стороны.
— Вы мне за все заплатите! — угрожающе произнесла я уже мирно посапывающему мужчине.
Утерла со лба пот и критично поджала губы, рассматривая картину: измученный маг в одежде на чистой — лично мной застеленной! — постели. Уперла руки в бока: так дело не пойдет.
Первым делом я расстегнула на рубашке все до единой пуговички, стараясь не коснуться пальчиками мужского, вновь ставшего горячим тела. Распахнула ее, с трудом стащила рукава, перекатила мага сначала на один бок, потом на другой. Труд каторжный! А мышцы под ладонями были твердыми, как скала, а кожа — гладкой, приятной, притягательной…
Единственное — спину перечеркивал наискось застарелый и не видимый издали шрам от когтей какого-то страшного то ли животного, то ли монстра: четыре близко посаженные полосы от левой лопатки до поясницы. И я знала, что никогда не спрошу о нем и не узнаю, кто украсил навечно его спину.
Ремень я расстегивала вообще двумя пальцами и кусала губы от напряжения. Вот не приведи Тьма ему прямо в этот момент очнуться! Я тогда сама его убью!
Но темный мерно дышал, и я довольно легко стащила с него брюки. Повесила на спинку стула, бросила на мужчину победный взгляд.
Все-таки цветочки, удовлетворенно хмыкнула я.
Пошла на кухню, принесла и поставила на прикроватную тумбочку стакан воды, чтобы ему не пришлось вставать, если замучает жажда. Потом подумала и принесла еще и целый графин. Уже отворачиваясь, заметила на кровати какое-то смазанное движение в ногах мага. Что-то черное, маленькое, в два раза меньше кошки и, кажется, даже с глазами.
Я резко обернулась, сжимая наготове привычно скользнувшую в ладонь плеть. Магия в этот раз отозвалась без проблем. Только никого не было. Я настороженно всмотрелась, даже на всякий случай ощупала мужчину. Медленно выдохнула. Устала, вот и мерещится всякая ерунда с глазами. Пришла пора позаботиться и о себе.
Без лишней щепетильности я залезла в шкаф своего декана. Все по полочкам, по вешалкам, аккуратно. Думаю, ему не будет жалко одной рубашки, полотенца и простыни. Подушку я вероломно утащила с его кровати — ему и одной хватит. А одеяло… Одеяло я не нашла, поэтому взяла вторую простыню. С чистой совестью разложила себе диван, с таким трудом отвоеванный, что он превратился в нечто вроде трофея, и отправилась в ванную.
— Ух ты!
Я невольно присвистнула, открыв дверь. Здесь было так… необычно. И немного волнительно от того, что во всем чувствовался мужской характер, и не чей-нибудь, а именно Арена Тиана. Я не могла оторвать взгляд от черной стены, рельефом напоминающей змеиную кожу. От серой, вытесанной из гранита ванны. От толстых черных свечей в серебряных подсвечниках, стоявших на комоде из темной древесины, над которым висело широкое зеркало в бронзовой раме.
Огляделась, осторожно пустила воду и поняла, что мне здесь нравится и, несмотря на непривычную и даже мрачноватую обстановку, тут несказанно уютно. А слабый, чуть перечный запах, наполняющий комнату, оказался до боли знакомым и нисколько не раздражал. И сама ванна была удобной и вместительной.
Выходила я почти счастливая, утопая в мужской рубашке, доходящей до середины бедра, и с замотанными в полотенце волосами.
Первым делом проверила своего подопечного. Он лежал на спине, и глаза быстро-быстро бегали под веками, а сам он иногда вздрагивал. Я вздохнула и прикрыла его одеялом, но он тут же отбросил его назад резкими, дергаными движениями, даже не просыпаясь. Вредина…
В дальнем углу опять что-то мелькнуло, и я нахмурилась. Первая мысль: неужели дух вернулся? Но едва я перевела взгляд, мельтешение исчезло. Нечисть? Нежить? Я решила еще немного посидеть, понаблюдать, а если понадобится, то и убить непонятную тварь, что решила полакомиться ослабевшим магом.
Кстати или некстати, после всех переживаний и испытаний накатил зверский аппетит. И я была не прочь соорудить себе даже такой же вреднючий бутерброд, как у темного. Поэтому отправилась исследовать еще и кухню. Надеюсь, у него есть скатерть-самобранка или хотя бы продукты.
Уже через полчаса, изрядно уничтожив чужие продовольственные запасы, я, довольная, сидела на краешке кровати мага и расчесывала свои волосы. Они рассыпались по плечам шелковой волной, высыхая, и вообще занятие было умиротворяющим, как и окружающая тишина… Но я не торопилась расслабляться и искоса поглядывала по сторонам, пользуясь занавесом распущенных волос. Никто подозрительный и глазастый больше не появлялся, и я потянулась к прикроватной тумбочке положить расческу… Но так и не дотянулась!
Мужская рука сгребла меня за талию и властно притянула к себе. Я от неожиданности потеряла равновесие, упав на кровать; возмущенный визг застрял где-то в горле. Вот ведь… мужлан полудохлый!
Полудохлый, но сильный! Подмял меня под себя, взяв в капкан рук и ног, и уткнулся носом прямо в шею, щекоча своим до сих пор неровным дыханием, а сам даже не проснулся.
— Тс-с-с… Маленькая моя… — Локоть, который я уже занесла для болезненного удара, замер от этого ласкового тона. — Не уходи.
Бредит. Точно бредит. Еще и меня с кем-то перепутал… Но в глаз я ему бить передумала именно из-за этого. И без того ему плохо, к тому же все равно ничего не соображает, а так совсем дураком сделаю.
Я медленно выдохнула, набираясь терпения, отодвинулась потихоньку, пытаясь выскользнуть из тесных и жарких объятий. Меня тут же притянули обратно. Я! В постели! У темного! Немыслимо! А у меня не было сил, даже чтобы рассердиться как следует. И ненависти не было, и неприязни. Черт-те что… Всю жизнь фыркала при виде ему подобных, а тут… Слава Тьме, что он этого не узнает, — позора не оберешься!
В его руках было уютно, тепло и вообще… Я вздохнула, прислушиваясь к его сопению, и смирилась. Все равно когда-нибудь он перевернется на другой бок, и тогда я сбегу без жертв…
Он еще что-то бормотал. Что-то невнятное, но ласковое и нервное. И тогда я тихонько гладила его по руке, что сжимала мою талию, и он успокаивался, чуть расслаблялся. Ненадолго.
На другой бок он действительно повернулся. Когда солнечный луч принялся настойчиво светить мне в глаза, я обнаружила себя лежащей на груди мужчины, и мне было так хорошо и лениво, что даже совесть и стыд не заставили меня сменить этого положения. Даже когда четко осознала, что сплю не на своей кровати и не одна. И даже когда поняла, с кем именно!
— Однако… — насмешливо раздалось над ухом. — Вы обладаете все-таки невероятной наглостью! За один вечер не только проникли ко мне в дом, но еще и полностью оккупировали мою постель!
Голос был бодрым, и я искренне порадовалась за мага. Таким он мне нравился гораздо больше.
— На мне еще и рубашка ваша, — не открывая глаз, демонстративно оттянула я ткань где-то в районе груди.
— Гхм… — мужчина подавился. Уж не слишком ли много я оттянула?! — Я надеялся, что вас можно смутить…
— Зря, — зевнув, уткнулась носом в подушку, отвернувшись от него.
Не скажу, что меня совсем не волновало его присутствие в своей постели… Точнее, наоборот. Но визжать и ругаться было бы как-то совсем глупо. К тому же это дало бы ему прекрасную почву для насмешек. Облезет.
— Селлина… Вы какая-то совсем удивительная… — с мальчишеским восторгом произнес он, приподнявшись на локте.
— Восхищайтесь молча, а я сплю, — небрежно отмахнулась я. Рука тут же была перехвачена, и к тыльной стороне ладони прижались мужские губы.
— Эй! — возмутилась я, пряча ее под подушку.
— Все-таки вы не каменная, — засмеялся экспериментатор. — И поддаетесь смущению.
Еще как поддаюсь! Но некоторым об этом знать не обязательно. Я приоткрыла глаза и так и замерла. Черная глазастая тварь подкрадывалась к кровати справа и угадывалась лишь боковым зрением. Чувствую, стоит посмотреть прямо на нее, как она исчезнет без следа. В руке бесшумно появился черный хлыст. Так… Ближе… Ближе… Тварь прыгнула, атакуя. Я замахнулась…
— Ты что творишь?! — Мое запястье перехватили в воздухе, прижав к кровати. Нечисть обиженно и не таясь верещала где-то совсем близко. — Не трогай Чучу!
— Чучу? — непонимающе переспросила я, стараясь усмирить учащенное дыхание. Перепугал до жути! — Чучу?!
Темный навис надо мной, надежно прижимая руки к кровати, так что не пошевелиться, и пронзительный взгляд обжигал, особенно когда принялся скользить по изгибам моего тела под белой тканью его рубашки. А на плече его сидела вышеупомянутая Чуча и жаловалась, жаловалась, повизгивая и приваливаясь всем своим дрожащим тельцем к его голове.
— Чучундру.
Он оттолкнулся и сел, высвобождая меня из своего плена. Я неловко подтянула к себе одеяло — уж слишком красноречивым был минуту назад его взгляд. Откровенным и жадным. Таким, что кровь к щекам прилила.
И он не стал насмехаться над моим столь желаемым смущением, отодвинулся дальше, сразу как-то резко помрачнев.
— Чучундра, — сглотнув, повторил он, глядя куда-то в сторону. Протянул руку к своему плечу, мягкие ушки тотчас же скользнули под ладонь, требуя ласки. — Она здесь живет.
— У вас есть домашнее животное? — поразилась я.
Он укоризненно глянул на меня исподлобья.
— Нечисть. И не домашняя, а одомашненная.
— Это так ми-и-ило… — невольно растеклась я в улыбке, забыв, кому это говорю.
— Кому проговоришься — убью на месте, — сурово предупредил он.
Я оскорбленно фыркнула. Уж если захочу, могу такого про него нарассказывать! Хотя бы про те же трусы в цветочек!
— Так… Стоп. Так ты ее сейчас видишь?!
— Сейчас — вижу, — подтвердила я. — А вот когда она по углам жалась, то только вскользь замечала.
— Она просто боязливая у меня, — ласково улыбнулся мужчина, поглаживая странное существо. — К посторонним не привыкла.
Видеть его таким было непривычно. Разве может быть у темного мага одомашненная нечисть? Разве может он заботиться о ком-нибудь, кроме себя?
— А вообще — поздравляю, тебе оказана величайшая честь видеть чучундру без чар. Этот вид нечисти обычно можно заметить, только если не смотреть на нее специально. А тебе она сейчас является добровольно.
— Шутите?
— Вот еще.
Чуча тем временем спрыгнула с плеча и осторожно стала подкрадываться ко мне, закутанной в одеяло. Причем так умильно выставляла носик, что я не удержалась — вытянула навстречу руку. Она ткнулась мне в ладошку, потрогала ее пушистой лапой и, словно опомнившись, стремглав бросилась обратно к своему защитнику.
— Я ей не понравилась, — отчего-то расстроилась я.
— Ты ее убить хотела, — смеясь, напомнил маг, сгребая к груди свою живность, которая опасливо стреляла в мою сторону круглыми глазами.
— Так я думала, что она вас убить собирается, — насупилась я совсем.
Прозвучало на редкость глупо.
— Меня еще никогда так очаровательно не спасали. И так настойчиво тоже! — расхохотался темный. — Я, кстати, от голода умираю…
— Я, кстати, тоже, — я сделала вид, что не поняла намека. — Идите, кормите свою гостью!
— А как же еще раз спасти? — не унимался он, провокационно и открыто улыбаясь.
— Готовьте сами! — отрезала я, засовывая голову под подушку.
— Какая недомовитая ведьма мне попалась, — посетовал маг, поднимаясь с кровати.
Подошел к шкафу и только тогда обернулся:
— А вас уже перестал смущать мой внешний вид? Хм… Не помню, чтобы вчера раздевался…
Я скривилась, но высовываться из собственного убежища не рискнула.
— Да что вы вообще помнить можете, — пробурчала еле слышно.
— Я прекрасно помню, как кое-кто желал мне скорой кончины, — с сарказмом отозвался мужчина. А мог бы вообще-то вспомнить, как кое-кто надрывался, таская на себе его неподъемную тушу! И элементарного «спасибо» я как-то тоже не ощущаю. Эгоист несчастный!
— Вы не очень-то потакаете чужим желаниям, — съязвила я. — А жаль, мир мог бы стать лучше!
Он нагло рассмеялся, и в меня прилетело что-то мягкое. О, халатик!
— Подъем, оккупантка! Так и быть, поделюсь завтраком! Интересно, ты становишься добрее, когда сытая?
Риторический вопрос. Конечно нет!
Темный оказался щедр. И голоден. Или сначала голоден, а потом щедр, неважно. Важно то, что стол был заставлен яствами явно не его собственного приготовления, и вчера всего этого точно не было. Значит, его страсть к экспресс-доставкам распространялась не только на одну неудачливую старосту, но и на еду. Еще немного — и меня можно будет перекатывать, как шар, но отказаться от очередной вкусняшки я не могла. И, судя по насмешливому взгляду, кое-кто это уже заметил!
— Как вы не догадались, что Мамайус выбрал вас? — уплетая пирожное с персиковым кремом, спросила я светским тоном.
Маг неловко передернул плечами и перестал пялиться на меня с покровительственной улыбкой на губах, посерьезнел.
— Я вообще-то в ловушку его заманивал, а не на себя. А плохое самочувствие списал на переутомление. Я же еще четырнадцать ловушек установил вчера днем!
— Вы? — получилось излишне недоверчиво.
— Ага, — в голосе звучала несказанная гордость. — По книжке Ринтана. Получилась ядерная смесь некромантии и темной магии! Жаль, мы до них не дошли…
— Это бы все равно ничего не изменило, — напомнила я.
— Да ну вас. Ничего не понимаете в искусстве! — обиделся он. — А вы бы тоже предупредить меня могли о том, что дух на загривке сидит, прямым текстом, на бумажечке написанным!
— Умный, да? — теперь обиделась я и уткнулась носом в кружку. Да я… Да я в тот момент об этом даже не подумала!
Маг только очаровательно улыбнулся.
— Кстати, вы что-то медленно едите, — словно невзначай заметил он. — Вам на пары не пора?
— Ваша пара первая, и я очень надеюсь, что вы на нее не явитесь, — нахально ответила я, откинувшись на спинку стула и сложив руки на весьма округлившемся животе. Интересно, змея может в принципе растолстеть? Пока что я ожиревших собратьев не встречала, но и темные маги их тоже не откармливали…
— С чего бы вдруг? — хитро изогнул он черную бровь.
— С того, что вас шатало, когда вы шли по коридору, под глазами синева, а магии едва хватит, чтобы не улететь при малейшем порыве ветра, — хладнокровно перечислила я.
— Значит, сегодняшняя пара пройдет без магии, — вынес он вердикт. — Поторапливайтесь.
— Без вас все равно не начнут. Эй… Я еще чай не допила!
— Много сладкого вредно!
— Да кто бы говорил, он у меня вообще без сахара! — возмутилась я, но тщетно.
Меня просто выгнали из-за стола!
— Вы и правда собираетесь в таком виде вести практику? — не поверила я, когда магистр появился передо мной в полном обмундировании, еще и три амулета нацепил! — Может, отдохнете?
— Чем вас опять не устраивает мой внешний вид? — нахмурился он, сложив на груди руки.
А я, между прочим, с искренней заботой! Слабый ведь, как котенок, только ни за что не признается… Ну и пусть! Лично я его на своих плечах таскать больше не собираюсь!
Передо мной галантно открылась дверь, выпуская на волю. Следом вышел темный, щурясь от солнечного света, подставил свой локоть.
— С ума сошли? — возмутилась я, еще более возмутительно глядя на его руку. — Выходим из вашего дома — потрепанные, измученные, после бессонной ночи, — так еще и на пару явимся вместе? А как же конспирация?!
Он заинтересованно посмотрел на меня.
— В ваших устах звучит очень двусмысленно, знаете ли. И заманчиво. Боитесь меня скомпрометировать?
И независимо пошел вперед.
— Вас?! — задохнулась я, догоняя наглеца. — Да при чем тут вы!
— Потому что я ночевал в своем доме, а вот вы… — он многозначительно замолчал. — Думаете, никто не заметил, что вас не было с утра в общежитии? Думаете, про вас не напридумывали уже самых разнообразных историй? И кавалеров? Или я — единственная кандидатура?
— Догадки догадками, а вот факты — вещь упрямая, — не согласилась я.
Как-то так оказалось, что за разговором мы довольно близко подошли к полигону.
— Поверьте, для вас появиться в моей компании — самый лучший выход, — упрямо заявил он.
Я уже открыла рот для очередных возмущений, но темный взмахнул рукой, и мне этот рот попросту залепило противной паутиной! И на щеку налипло, и на груди большой кусок болтался, и на плече…
И ведь не пожалел же остатков магии, гад темный! Еще и взял меня за запястье стальной хваткой и широким шагом направился к ожидающим адепткам, которые тут же заинтересованно вытянули головы.
— Какого хрена я должен тратить собственное утро на вас? — неожиданно громко и зло прорычал он и толкнул меня в строй так, что я чуть наземь не повалилась. — Кто еще решит нарушить комендантский час или замешкается, имейте в виду: будете не только ночевать в коконе из паутины, как адептка Краст, но и жить в нем как минимум неделю!
Заохавшие ведьмы кинулись снимать с меня липкую дрянь, которая, отрываясь, оставляла на коже самые настоящие кровавые ссадины! Я морщилась от боли, но украдкой бросила на мужчину благодарный взгляд. Он так же украдкой мне подмигнул, и стало как-то… Легко стало.
Группа молоденьких ведьмочек, приведя меня в порядок, выстроилась перед потрепанным магистром на полигоне. Зелье Павлы все еще действовало, и теперь она стояла, гордо выпятив грудь и втянув и без того плоский животик. Взгляд темного красноречиво задержался на ней дольше положенного, брови медленно поползли вверх, а челюсть — вниз, и я почувствовала обидный укол ревности.
Да пусть пялится куда хочет, мне-то что!
— Адептка Краст! — взревел он на всю округу.
Я от неожиданности вздрогнула.
— А что сразу я-то? — округлила честные глаза.
— Это что? — требовательно ткнул он пальцем прямо в чужую гордость.
— Э-э-эм-м-м… Грудь. Женская, — уточнила на всякий случай.
— Сам вижу, что грудь! Откуда она здесь?!
— Так это… магистр. Всегда росла!
— Там еще много чего рядом росло! Чтоб никаких экспериментов друг на друге, уяснили?
А чего это обращается он ко всем, а кулак конкретно мне показывает?!
— А можно этот эксперимент оставить так, как есть? — робко спросила Павла, теребя в руке пушистую кисточку.
— У вас теперь еще и хвост есть? — поразился темный, и я удостоилась еще одного многозначительного взгляда.
— Прелесть, правда? — расцвела гномико-демоно-ведьма.
— Восхитительно, — процедил маг сквозь зубы.
У-у-у-у… Зануда!
— Больше ни у кого ничего не выросло? Нет? Прекрасно!
А спустя полчаса нас вовсю гоняли по полигону, прямо под крапающим мелким дождиком! Без магии, да. Исключительно физические нагрузки…
— Садист! — пробегая очередной круг мимо темного, шипела я. — Неблагодарный!
— Адептка Краст, вы отстаете!
Еще бы! Не мог раньше кружку и пирожные забрать?!
— А ночью вы были другим, — укорила я, замедлив ход до спотыкающегося шага.
— Это вы о чем? — с повышенным интересом спросил мучитель.
— Это я о том, как день меняет мужчин! — фыркнула я обиженно.
— Привыкайте, — криво усмехнулся он.
— Да… Точно… И более разговорчивым! — добавила мстительно.
— Я… Я что-то говорил? — напряженно, но без удивления спросил он.
Учту: болтать по ночам входит в его привычки!
— О, да, вы говорили исключительно приятные вещи! — я мечтательно прикрыла глаза.
Ну и что, что не для моих ушей предназначалось; поиздеваться над тем, кто издевается над тобой, — дело святое!
— Правда? А что именно? — затаив дыхание, подался он вперед.
— Что скоро сдохнете!
— А-а-а-а… — расслабленно выдохнул темный. — Тогда еще пять кругов.
— Пять?! — поразилась я.
— Пять, пять, адептка! — звонко и весело подтвердил он.
Спасла на свою голову мучителя.
— А-а-а-а… Пять, значит… — злобно выдохнула я. — А знаете что?
— Никакого отдыха! — предупредительно крикнул он.
— А я вам солгала! — отбежав на безопасное расстояние, выкрикнула я мстительно. — Ваши речи были намно-о-ого интереснее! Прямо так и тянет поделиться с общественностью! А маленькая — это кто? Я? Ой, ка-ак приятно-о-о…
— Что? Что… А ну-ка стой! — донеслось вслед, и я довольно заулыбалась. — Адептка Краст, остановитесь!
Я обернулась и испуганно припустила быстрее. Он бежал! И мало того — догонял меня! Так нечестно! Вот вообще нечестно! Я двенадцатый круг бегу, точнее, ковыляю, а он — только первый! И вообще у нас неравные весовые категории!
Я ускорилась как могла, двигаясь вперед на пределе возможностей. Ведьмы тоже бежали, правда, помедленнее, и наблюдали, как темный маг, стиснув зубы, догоняет нерадивую адептку. С молчаливым ужасом и выражением невмешательства на лицах наблюдали.
— Лорд Тиан, пожалейте себя, нам еще пять кругов бежать! — обернувшись, выкрикнула я.
— Один! — прорычал он в ответ. Расстояние между нами стремительно сокращалось.
— Нет, что вы, пять, а возможно, даже шесть! Кажется, я сбилась со счету в самом начале…
— Стой, ведьма! — раздалось совсем рядом.
Ага, сейчас!
— Уф, догнал! — выдохнул он, за локоть рванув меня к себе.
— А-а-а-а-а! — неловко взмахнула я руками, теряя равновесие.
Уставшие ноги подкосились, и я свалилась прямо на мага, увлекая его за собой. А дальше мы покатились уже вместе.
— Так что я там говорил? — нависнув сверху и тяжело дыша, спросил он.
Я вжалась спиной в землю, пытаясь совладать с собственным дыханием.
— Ничего особенного, — жалко пропищала я.
Он сверлил меня взглядом, как будто видел насквозь.
— Что? — требовательно наклонился еще ближе.
— Вы все равно бредили! — бессильно уперлась я обеими руками в его грудь.
— А вы, солнышко, решили мне поугрожать?
— Нет, — честно глядя в пугающе и притягательно темные глаза, ответила я. — Только позлить. Вы, когда злой, такой… м-м-м-м…
— Насмехаетесь, — понял он.
— И не думала!
— Ведьма зловредная!
— А что, вам встречались другие? — невинно моргнула я.
— Остальные не доставляли мне столько проблем! И болтали не в пример меньше!
— А может, вы с меня уже слезете? — попросила я. — На нас смотрят…
— На меня всегда смотрят, я уже привык.
— На нас по-до-зри-тель-но смотрят, а это уже совсем другое дело!
— Стесняетесь, значит? А как же «поделиться с общественностью»?
— Лорд Тиан! Что вам от меня надо?!
— Вы раскаялись в шантаже?
— Конечно! — облегченно выдохнула я.
— Врете, — его губы тронула улыбка.
— Я все осознала! Я больше никогда не буду… — Нет, а сам-то хорош! Разве это не угрозы? — …Говорить вам правду!
— У вас чувство самосохранения есть? — сокрушенно вздохнул он. — Оно не подсказывает вам, что издеваться над собственным деканом несколько неосмотрительно?
— А декану, значит, можно издеваться над маленькой слабой адепткой, которая ночь не спала из-за чьего-то бормотания? — всхлипнула я.
Черт, кажется, переиграла…
— Вы изрядно храпели, дорогая, — бессовестно выдал этот… этот…
— Поклеп! — возмутилась я, разом растеряв все с трудом выдавленные слезы. — Вранье!
— Ну ладно, сопели вы тоже весьма миленько… — с усмешкой согласился он.
— А ну слезьте с меня! — заерзала я, надежно придавленная мужским телом. — Нет у вас ни стыда, ни совести, и даже элементарной благодарности не имеется!
Неужели это за него я переживала всю ночь? Нашла, за кого волноваться! Наглый, самодовольный ТЕМНЫЙ маг! Ненавижу таких!
— Еще как имеется, Селлина, — посерьезнел он вдруг, скользнув взглядом по лицу. — Но простого «спасибо» тут недостаточно, а что-то достойное вашей мужественности я еще не придумал.
— Освободите от занятий? — тут же оживилась я, пытаясь скрыть смущение. — Прекратите мучить пробежками?
— Извините, но от такого удовольствия я отказаться не в силах! — усмехнулся он, ловко поднялся сам и протянул мне руку. — Так что я говорил вам ночью? — обжег мое ухо шепот, едва ноги обрели опору.
— Ничего! — понятливо ответила я, поежившись от его горячего дыхания. — Абсолютно! Совершенно!
— Надо же, какая покладистая, аж подозрительно! — восхитился насмешливо магистр. — Так сколько там кругов осталось? Шесть?
Я окатила его гневным взглядом.
— Шесть — это только в вашей компании!
Он снова протянул мне руку:
— Побежали?
Псих! Но вдвоем бежать было как-то… справедливее, что ли. И веселее. Да и вообще вся группа взбодрилась. Пример — он такой… заразительный!
К тому же я впервые ощутила себя с ним на равных. И к тому же ни за что бы не призналась даже под пытками, что снижала темп намеренно не столько для себя, сколько для измученного и излишне хорохорящегося темного, чтоб его горгоны сожрали!
С Морри мы пересеклись по пути на нудную лекцию о теории построения магических атак. Читал их сухонький и древненький темный маг, который только теорию и мог нам дать. Хоть тут высплюсь!
— Ну что, позаботился о своем психе? — поинтересовалась у лениво бредущего к зданию Академии некроманта.
— А ты — о своем? — не остался он в долгу.
— Морри! — я понизила голос до шепота. — Ему вчера так плохо было, думала, помрет! Это что за такая запоздалая реакция? Еле вытащила!
Он задумался. На самом деле сам парень выглядел тоже потрепанным, ритуал выкачал много сил у всех, но глаза его возбужденно блестели гордостью.
— Портал… — произнес он наконец. — Наверняка заготовку изготавливал он сам, но, чтобы проложить нужный маршрут, мало заготовленной там энергии, вот он и «отхлебнул» от хозяина. Он не мог не знать…
— Вот зараза! — пробормотала я и продолжила жаловаться: — Сам вчера чуть мирно не последовал за перерожденным, а сегодня уже пыжится изо всех сил, что здоров как бык! Он даже бегал с нами, представляешь?!
— Он же мужчина, — укоризненно протянул парень, словно это хоть что-то могло объяснить. — А вот Сонер сегодня на пары не пришел, заперся в доме…
Никогда не думала, что скажу это про него, но:
— Ну хоть этот нормальный!
— …Из окна летят полные бутылки коньяка и лютая брань, а кое-кто поговаривает, что он не может вспомнить собственного имени!
— Балда! — испуганно прошипела я. — Я сказала только губы намазать! Ты сколько в него влил? Где бутылек?!
— Как сказала, так и сделал, — обиделся парень и достал из-за пазухи драгоценный состав. — Это, видимо, удар по голове так сказался! Но ничего, у него черепушка крепкая, скоро в себя придет!
Мы разбрелись по разным аудиториям, а я все сокрушалась по поводу лорда Тиана. То магию тратит, когда не следует, то силу не рассчитывает! Умудрился же приложить так чужого декана! С одной стороны, это хорошо, а с другой — вдруг вызовет лишние подозрения. Вот ведь… засранец! Как он там?..
Мышцы болели, когда я шла в сторону своей общаги. Пешком! Потому что метлу я выгнала еще вчера, когда мы с Морри объявили охоту на некроманта и его мистическое зеркало. Как будто целую жизнь назад!
— Отвратного вечера! — раздался звонкий голосок в шаге от меня.
— Гадкого! — брякнула я, запоздало вспомнив, что так обычно приветствуют в Царстве Змей. Совсем расклеилась!
Но Анэлия ничего не заметила — пристроилась рядом, взяла под локоток.
— Не хочешь поучаствовать в одном интересном эксперименте? — загадочным тоном предложила она.
— В качестве подопытного не могу, декан запретил, — вяло отозвалась я.
— Я видела сегодня твое зелье в действии… Павлу! — уточнила ведьма, когда у меня при мысли о Ринтане в ужасе округлились глаза. — Превосходно! Мне как раз нужна помощница, проворная и сообразительная; к тому же ты намного меньше болтаешь, чем я!
Я вскинула на нее заинтересованный взгляд.
— Это основной критерий при выборе кандидата?
— Нет, конечно! — фыркнула она, наморщив носик. — Но именно благодаря тебе у меня есть необходимые ингредиенты, и, я полагаю, ты их чаще испытывала на практике, чем я, верно?
Улыбнувшись, я кивнула:
— У меня дома они не были такой редкостью, как здесь…
— Тогда приглашаю к себе в гости! — радостно объявила преподавательница.
Любопытство сгубило множество живых существ; я тоже не устояла и уже через некоторое время задумчиво разглядывала каменную статую девушки, припрятанную в кладовке василиско-ведьминского семейства.
— Муж или дочка? — вежливо осведомилась я о причине такого сомнительного украшения жилища.
— Брат мужа, — отмахнулась она, перехватывая статую в районе плеч. — Помоги дотащить эту каменюку до кухни! Да не урони ненароком — расколется!
— Если брат мужа, то пусть у себя и держит этот памятник, — пробормотала я, подхватывая каменную девушку за ноги.
— Так я еле уговорила Арена ее из родового имения василиска выкрасть! — возмутилась она. — Год уговаривала!
— Возможно, мужа быстрее было бы? — прищурилась я.
— Ага, быстрее! Эллиан до сих пор считает, что я занимаюсь фигней… Ой! То есть нерационально трачу свое время и финансы! Это лорд Тиан у нас авантюрист, в любые приключения с головой нырнуть может, и то кривился от моих идей!
— Авантюрист?!
Вот как, оказывается, можно вежливо обозвать ненормального!
— Он поразительно для мужчины легок на подъем, а с его изобретательностью и богатой фантазией при желании может превратить жизнь в праздник! — уверенно заявила она.
— А для адептов — в ад, — мрачно согласилась я, так и не простив ему утреннего надругательства над уставшим организмом. Надеюсь, его собственный организм тоже обиделся!
— Физические перегрузки? — понимающе спросила ведьма.
Я угрюмо кивнула.
— Так специализация ваша обязывает, — покачала она головой и философски добавила: — Собственно, быстро бегать при любом роде деятельности не помешает…
Ага, убегать, точнее…
— А эта что, — я кивком указала на статую, которую мы как раз установили посреди кухни, — бегала медленно?
Анэлия критично взглянула на окаменевшую девушку.
— Не за тем бегала, — вынесла она вердикт.
— И что мы с ней будем делать?
— Оживлять, — лаконично ответила ведьма.
— А разве у вас не водится оживляющее зелье для устранения последствий любопытства одной маленькой василисочки? — провокационно улыбнулась я. — Или нужно пополнить запасы?
— Понимаешь, — преподавательница вздохнула и, выдвинув стул, тяжело опустилась на него. — К магии своих собственных детей гораздо проще подобрать ключик, чем к колдовству совершенно постороннего мужчины.
— Эта девушка так вам дорога?
— Что? Да плевала я на нее! Но мужа люблю, а он по брату скучает, который по ее вине пропал. Так вот я тешу себя надеждой, что она может помочь в его поисках. Ну, хоть подскажет, в какую сторону он направился…
— Может, вам в таком серьезном деле другого преподавателя попросить… Вот, например, нашу Индиру…
— Издеваешься?! — перебила меня ведьма. — Эта девушка — первая невеста Шиара Диссота! Да Индира если узнает, то не оживит, а расколотит ее к чертям собачьим!
— Да-а… — теперь по-настоящему заинтересовалась я. Ну дядюшка… А любопытно глянуть на его первую любовь и конкурентку Индиры! — Приступим?
Спустя несколько часов ожесточенных споров и испорченных ингредиентов нам наконец-то удалось оживить каменную ведьму! Правда, не всю…
— Эйвилл! Эйвилл! — бешено вращая глазами, прокричала ожившая голова на каменном теле.
— Так, память присутствует, — деловито записала себе в блокнот преподавательница. — Зла вам… — вежливо поприветствовала Анэлия, когда девушка наконец-то заметила нас и замолчала, раскрыв рот.
У ожившей были темно-русые локоны, пухлые губы и голубые глаза под пышными ресницами. Но это миловидное личико противно скривилось, когда голова опустила взгляд и обнаружила свое каменное тело.
— Вы… Вы, две… Сейчас же расколдуйте меня! — вскричала она, дергая головой то в одну, то в другую сторону. Ой, оторвется еще…
Анэлия взглянула на бутылек с получившимся рабочим зельем и проворно спрятала его за спину.
— Что смотрите, раззявы! — гневно возмущалась ведьма. — Я знаю, у вас есть зелье, освободите меня из этого каменного плена!
Мы переглянулись и не шелохнулись в ее сторону. Мне кажется, каменное платье ей очень к лицу!
— Мой жених вас в порошок сотрет, когда узнает, сколько вы телитесь! — кричала она. — А он узнает, я позабочусь! Эйвилл, я здесь!
Она обвела взглядом ведьминскую кухню и осеклась.
— А где это я? Вы меня похитили? Вы ответите!
— А вы не помните, кто вас превратил в камень? — невинно поинтересовалась Анэлия.
— Он по ошибке! Эйвилл как раз хотел сказать мне что-то очень важное и снял очки… Ох, представляю, как он переживает…
— А вы не подскажете, где именно он может переживать? Что-то никто его найти не может… — демонстративно вздохнув, спросила ведьма.
— А давно никто не может найти? — серьезно вдруг спросила статуя.
Мы угрюмо кивнули. Еще как давно!
— Ох! Ну ведь опять в Болота свои поперся! Как он мог в такой момент! Вот так вот меня оставить…
— В Болота? — переспросила я. Это что понадобилось василиску в Царстве Змей? Причем в самой глухой его части!
— В Великие Болота, — подтвердила она. — У него как паршивое настроение, так он туда отправляется — подумать…
А там и сгинуть недолго…
— И работается ему там хорошо, никто не мешает… — сникнув, продолжила девушка. — Нет, ну как он мог! Вот вернется… Так… Что стоите, глазами хлопаете! Я не хочу быть закованной в камень вечность!
— У нас на все тело зелья не хватит, — хладнокровно заявила Анэлия.
— Значит, варите еще! — потребовала та, которой бы еще и язык укоротить не помешало.
— Лениво как-то, — поморщилась ведьма.
— Что?! Что?! Да я… Да я вам… — а дальше полились гнусная брань и бессильное верещание. Видимо, годы молчания сказались не на пользу…
Нам угрожали, потом извинялись, потом умоляли, а потом нам это надоело.
— Отвернись, — с серьезным видом приказала мне Анэлия.
— Да ладно, я с удовольствием посмотрю, как ты ей в глаз врежешь!
— Отвернись-отвернись, — спокойно повторила преподавательница, с которой мы как-то незаметно и легко перешли на «ты».
Я спорить не стала, уткнулась носом в стену.
— Аля! Доченька, забеги к мамочке! — приторно-ласковым тоном позвала вероломная ведьма.
По коридору раздался топот маленьких ножек, а следом восторженное:
— Ух ты! Вешалка моргает!
— Какая я тебе вешалка?! — заверещала недоожившая статуя.
— Мама, она ругается… — обиженно заявила девочка.
— Можешь посмотреть на нее без очков, — милостиво разрешила заботливая мать.
— О-о-о-о!
Да уж, нечасто ребенку разрешают подобное развлечение!
Ух и утомительное это дело — статуи перетаскивать с места на место! Но все неудобства компенсировались вкусным ужином и разговорами с повеселевшей Анэлией.
— Разговор ничего не дал, — сокрушенно проговорила я, не разделяя ее радости.
— Еще как дал! Весь мир или его участок, пусть и весьма глухой, — это две большие разницы, когда ищешь родного… Эллиан обрадуется и этому. Спасибо, Селли!
— Как насчет зачета автоматом? — провокационно поинтересовалась я.
— Обойдешься! — очаровательно улыбнулись мне в ответ. — Чувствую, практические занятия с тобой будут… познавательными…
Мы обе понимающе рассмеялись. Никогда не откажусь от занятий по зельеварению с этой ведьмой!
А занятия были интересными не только у нее.
Темный восстанавливал силы и вместе с ними — свою язвительность. И занятия становились жестче день ото дня!
И мне не грозило никакое послабление; кажется, даже наоборот — он выбирал для меня задания посложнее. Временами я начинала жалеть, что не перешагнула тогда через его бессознательное тело и не вернулась домой, но это быстро проходило. Особенно когда маг заходил в аудиторию и заполнял собой все пространство.
У него была потрясающая энергетика, он не стеснялся прилюдно хвалить за успех, а за недостаточное старание мог уязвить без лишнего крика всего лишь парой слов. Обидных порой до слез слов, заставляющих собрать сопли в кулак и повторять упражнения до посинения.
И мы все бились за его искреннюю похвалу, с остервенением отрабатывая заклинания и подхватывая потоки темной магии. И, что самое невообразимое, мне это нравилось! Я до сих пор могла почувствовать чужие страх и боль, но они больше не разрывали меня, а превращались в послушную энергию, которой я управляла. А еще магистр показал несколько очень действенных блокировок, чтобы как можно меньше гадливого ощущения проникало в душу, и это многое для меня изменило.
Несчастного Ринтана Сонера поместили в лазарет, а после, слушая его бессвязный бред по ночам, заподозрили в том, что он стал жертвой бесцветного духа. И провалы в памяти стали основанием заподозрить, что дух переродился в нем! Его заперли, наблюдали за состоянием, специалисты настойчиво исследовали его ауру, а сам некромант… Боюсь, он был в ярости… И, надеюсь, он меня не вспомнит.
А вот кое-кто вспоминал о нас с завидным постоянством.
Черти оказались невероятно злопамятны и не простили нам своего позора.
Мы в ответ не простили окрашенную в мерзотно-розовый Изольду.
А чертям не понравился испорченный дополнительными ползучими ингредиентами обед в столовой.
Мы тоже не остались в восторге от вонючек, которыми они обкидали наши окна…
А мои матерящиеся лягушки как раз активно развелись на берегу озера. Не пропадать же добру?
Это была война! Самая настоящая война изрядно потемневших ведьм и облысевших, нервно дергающих глазом от бессонных ночей чертей! И я как раз собиралась на очередную битву, дала последние наставления своей метле, подошла к окну…
— Очень вовремя, Селлина, но я жду вас внизу! — раздался веселый мужской голос. Я недовольно скосила глаза и увидела невинно машущего мне лорда Тиана.
— У меня дела, — отрезала я, занимая свое посадочное место.
— А может, несчастный Чертовый факультет обойдется сегодня без вашего пристального внимания? — проницательно заметил всезнающий декан.
— А вмешиваться в чужие творческие и мстительные планы — нехорошо! — укоризненно ответила я.
— Даже для того, чтобы покинуть стены Академии в прекрасной компании?
Я недоверчиво посмотрела вниз.
— Это в вашей, что ли?
Маг расхохотался.
— В вашей, Селлина, в вашей! Помните, я вам кое-что обещал?
Ничего конкретного он не обещал, но в фантазии магистра я не сомневалась. И это несколько… пугало. И будоражило. Потому что я каким-то неведомым чувством чувствовала, что сюрприз не мог быть плохим.
— У меня черти не пуганы, — невозмутимо напомнила я.
Метла бодро дернулась в сторону Чертового общежития, но я тут же ненавязчиво осадила ее. Я знала, что не откажусь от предложения вырваться за стены Академии, которую было запрещено покидать во время семестра. И, наверное, тщательно скрываемое любопытство все равно остро отражалось на моем лице, потому что в глазах магистра мелькнул озорной мальчишеский огонек.
— Уверяю, вы не пожалеете! Изольда, выдай что-нибудь взамен формы, — скомандовал темный. — Адептка Краст, у вас сегодня выходной!
— А вы не могли об этом предупредить с утра, а не ближе к вечеру? — недовольно пробормотала я, перелезая с метлы на подоконник. — Тогда бы я с удовольствием проспала все лекции!
— От занятий я вас не освобождал, — с улыбкой ответил маг.
Я еле удержалась, чтобы не показать ему язык, и скрылась в комнате. Интересно, что приготовила мне избушка для прогулки?
То было небесно-голубое платье. Не пышное, с глубоким вырезом, в котором очень гармонично смотрелся мой синий кулон-пропуск. Как же я отвыкла видеть себя не в брюках! Даже движения неосознанно стали более плавными и женственными… Так, спокойно, я же не на свидание иду, всего лишь на прогулку.
Магистр одобрительно глянул на меня, когда я появилась на крыльце, и протянул руку, помогая спуститься.
— Вам очень идет. Прямо к вашим колдовским глазам.
Я вздрогнула. В мои глаза не следует смотреть слишком долго, дорогой магистр…
Он привлек меня к себе, обняв со спины, и магия окутала нас обоих плотным плащом, погрузив все во тьму. И ничего, кроме чужого дыхания, крепких рук и уютного тепла его близкого тела. Почему-то я зажмурилась, хоть это было и лишнее…
Под ногами оказался берег, усыпанный крупными камнями. Волны, пенясь, гулко накатывали на него. Красное, уже достаточно низко опустившееся солнце отражалось в водной глади залива.
— Я долго думал, чем могу отблагодарить за свое спасение… — тихо проговорил магистр за моей спиной, все не отпуская рук с талии, и я невольно смутилась.
— Да нет, я же…
— Как оказалось, не так уж много я могу предложить за собственную жизнь, — ровно продолжил он. — Но один день сказки, пожалуй, мне под силу… Все девушки любят сказки, не правда ли?
— Каверзный вопрос, — не стала спешить я с ответом. — Некоторые из них достаточно кошмарно заканчиваются…
— Эта тоже закончится кошмарно, — засмеялся темный, помогая спуститься к самому краю, где была пришвартована узкая деревянная лодка.
— Искренне надеюсь, что вы не утопите меня на дне моря, — мрачно произнесла я. — Я слишком много видела…
— Вся привычная красота после увиденного будет казаться вам банальной! — торжественно и гордо закончил он. — Разве не кошмар?
Я заинтересованно, но недоверчиво взглянула на него.
— Думаю, вы оцените… — добавил он уже серьезно и ловко усадил меня в лодку, а сам оттолкнул ее ногой, запрыгнул и взялся за весла. — Ну вот, уже улыбаетесь…
Мои губы действительно невольно расползались в стороны, когда требовательный декан, беспощадный на тренировках, вот так просто сидел напротив и умиротворенно работал веслами; при этом мышцы его бугрились, опоясанные веревками вен, а непослушные волосы лезли в глаза.
И да, я не могла остаться к этому зрелищу равнодушной!
— Интересно, что вы задумали?
— Ничего крамольного! — заверил он с такой искренностью, что впору покинуть это суденышко прямо вплавь!
— Мы плывем к пещерам?
Покатый берег был только в одном месте, а чуть дальше превращался в неприступную гряду скал, нависающих над водой. А в центре самой большой чернел зев пещеры, затопленный водой до половины. Пешком не добраться, только вплавь.
— Да.
Странное место для сказки… Мне все больше начинало казаться, что меня заманивают в какую-то ловушку…
Весла мерно плюхали по воде, а темный нарушил становившееся напряженным молчание:
— Когда-то я попал сюда случайно, еще адептом, не сумев правильно настроить портал. Отправлялся к родителям на каникулы, а очнулся там. — Кивок в сторону приближающейся пещеры. — По пояс в воде и в полном восторге. Такой вот удачный недолет!
Он был адептом? Почему-то я попыталась представить его и… не смогла. Вот прямо в голове не укладывалось! И что могло настолько привести его в восторг, что до сих пор не стерлось из памяти?
— Да, я был адептом, представляете, — с усмешкой произнес он, и я запоздало поняла, что спросила его вслух. — И ребенком был, и даже не из яйца вылупился!
— Извините, — смутилась я.
— Да ничего, я примерно представляю ход ваших мыслей, — миролюбиво произнес лорд Тиан. — Только я и сам не думал, что когда-нибудь стану магистром.
Я заинтересованно посмотрела на него.
— Я был разгильдяем, — с улыбкой сознался он. Так вот прямо и нисколько не стесняясь. Правда, улыбка вышла грустная.
— Вы? — недоверчиво переспросила я.
Не ассоциировался у меня суровый темный маг, заставляющий нас оттачивать каждое заклинание до совершенства, с разгильдяем. Как он выкладывался на занятиях, как заставлял выкладываться нас и преподавателей…
— Еще каким, — подтвердил магистр, покачав головой. — Я и в Академию-то поступил только ради престижа, а учиться… считал, что мне необязательно. Дар и без того сильный, к тому же отец с детства помогал с ним управляться.
Я невольно поежилась. От зависти? Или от проснувшейся неприязни к темным? Все-таки не всех своих детей они бросают…
— Да, мне, в отличие от тебя, повезло… — извиняющимся тоном произнес он. — Я страдал от кошмаров и чужой боли лишь первый год после того, как дар проснулся. Меня вовремя научили и блокам, и защите, и закрываться от излишней темной энергии. И я рос талантливым. И самоуверенным. Излишне самоуверенным. Ведь я наследник Предгорных Земель, мне довольно много было дозволено всегда…
А сейчас наследник весьма ловко управлялся с веслами, закатав рукава…
— Не смейся, — заметил он мою улыбку. — Я достаточно поплатился за свою гордыню. К сожалению, не только я…
— Что-то заставило вас взяться за ум? — предположила я. Ведь неспроста же он начал этот разговор.
— Практика, — односложно ответил мужчина, и глаза его несколько затуманились от воспоминаний. — По иронии судьбы после второго курса меня с двумя моими одногруппниками отправили как раз таки в Предгорные Земли. В довольно мирный район у подножия Атамины. Ничего особенного, оберегать деревню от спускающейся с гор нечисти. А спускалась она редко, в основном всякая мелочь. Мы и расслабились…
Он сделал паузу, вздохнул, оглянулся на пещеру, к которой мы подплывали.
— Обход нужно было делать каждые два часа, — продолжил он рассказ. — Это было скучно… Я не пошел. Даже если проскользнет какая-нибудь мелочь, поймать ее не составило бы труда, да и по периметру был сигнальный полог с защитой. Когда мы заметили, прорыв из Нижнего Мира был около метра в диаметре. Он сиял, и из его недр выползали червеобразные монстры, вываливались огромные слизняки, капая кислотой на каменистую почву. Медленные, неторопливые чудовища… Я уже говорил, что был чересчур самоуверен? Так вот, нас таких было трое. Молодые, талантливые, сильные… Мы не стали звать на помощь, решили справиться сами.
Я опустила взгляд, догадавшись, что будет дальше.
— На самом деле мы были недоучками. Глупыми и тупыми недоучками, — со злостью и горечью произнес он, сжимая весла до побелевших костяшек. — Прорыв расширился в мгновенье ока, забрав одного из нас. Он просто провалился в его сияющий зев. А оттуда выскочила огромная зверюга. Два метра роста, с шестью лапами, с когтями, острыми, как бритва… Она была ловкой, несмотря на свои размеры. Моих знаний заклинаний не хватало, чтобы справиться с ней, а выползающая дальше мелочь отвлекала, путалась под ногами… И навыков моих было недостаточно, и был я слишком медлительным, позволил оказаться за своей спиной…
— Так вот откуда у вас там шрам… — вырвалось у меня. Я смутилась, закрыла болтливый рот ладонью.
— Все-то ты рассмотрела, — склонив голову, мягко произнес он. Вздохнул тяжело. — Я пришел в себя у деревенской ведьмы. Она меня заштопала, выходила своими снадобьями… Долго выхаживала. И ругала долго. А прорыв закрыли без нас. Настоящие маги. Те, кто заслуживал чести так называться. А я понял, что я никто. Сила без знаний годится лишь, чтобы отмахиваться от комаров. И стал учиться. А когда лень пыталась победить, перед глазами всегда вставала эта зияющая дыра и монстры, много монстров, больше, чем там было на самом деле в тот день… Если бы мы сначала закрыли пока еще небольшой портал, а потом добили выползшую из него мелочь… Все могло бы быть по-другому. Но мы были молодыми самоуверенными дураками… И теперь я не хочу выпускать со своего факультета таких же!
Он замолчал резко, словно пожалев, что разоткровенничался, перевел дыхание.
— И что же вы делаете с дураками на своем факультете? — спросила я тихо.
— Я их учу.
Я задумалась. Глубоко задумалась, глядя на колышущиеся волны.
Совесть, сожаление, стремление защищать своих не только физически, но и от глупости — все это чувствовалось в его голосе, отражалось в глазах… И полностью ломало все мои стереотипы о темных. И сейчас, о Тьма, он мне был намного симпатичнее и ближе других…
— Почти приплыли, — вывел меня из задумчивости его голос.
Я подняла глаза. Скала стремительно надвигалась на нас.
— Главное — не кричите и не делайте резких движений! — предупредил он, когда на нас пала тень от каменного свода.
— А будет повод? — насторожилась я, впиваясь обеими руками в борта лодки.
— Тс-с-с! — зашипел магистр, и мы плавно вошли в лоно пещеры.
Тихий всплеск… Один… Другой… Ход становился уже и ниже, я почти касалась макушкой потолка; лорд Тиан положил одно весло в лодку и помогал себе другим.
А потом из мрака темноты и тесноты лодка выскользнула в сказку!
Стены расступились, потолок поднялся недостижимо высоко… Нет, здесь по-прежнему было темно, но вокруг рассыпались тысячи, миллиарды сине-зеленых огоньков! Таких нереальных, что захватило дух!
Они вспыхивали, спускались тонкими паутинками, как звездное небо, только ближе, ярче, как будто ты сам — часть всего этого… Настолько нереальных, что не хватало слов, чтоб выразить весь восторг, но душа пела, ликовала…
— Красота, — выдохнула я, задрав голову.
Я не видела лица своего спутника, но чувствовала, как он доволен, могла даже представить его улыбку.
— Они живые, — тихо произнес он, и я вопросительно скосила на него глаза. Его лицо освещалось мягким сине-зеленым мерцающим светом и казалось незнакомым. — Светляки, которые своим светом приманивают пищу. Они не летают, могут только сидеть, и ждать, и плести свои нити-ловушки…
— Выглядит волшебно, — признала я, вновь блуждая взглядом по россыпи огоньков среди сталактитов, которые манили, поражали воображение и переносили в иную вселенную.
— Здесь нет ни капли магии, я проверял…
— И от этого еще волшебнее… Я возьму образец?
— Селлина… — смешливый вздох. — Какая же ты…
— Ведьма?
А ведь я не ведьма, и все чаще приходится напоминать себе об этом, чтоб не забывать, кто я есть. Первое время было наоборот…
— Я знал, что ты оценишь, — он предусмотрительно достал из кармана стеклянную баночку. — И догадался, что захочешь взять с собой кусочек этой красоты. Иногда мне кажется, что я знаю тебя всю жизнь…
— Спасибо! Лорд Тиан…
— Сегодня благодарю я. И, пока никто не слышит, можешь называть меня по имени, — великодушно разрешили мне.
— Не могу, и вы прекрасно это понимаете, — сдержанно возразила я.
— Возраст? Положение? — Похоже, мой отказ его задел.
— Привычка.
— Мне в данный момент она кажется вредной.
— А мне — благоразумной. Мы ведь с вами не друзья.
— Как знаете.
Нет, все-таки он обиделся! И даже отвернулся! Потрясающе! Почему-то этот факт вызывал неуместную улыбку. Только не рассмеяться вслух, а то огреет веслом по голове, и тут меня точно не найдут!
Но, к счастью, мужская обида длилась недолго. Он вновь взялся за весла, лодка мягко приблизилась к краю пещеры. Маг выпрямился во весь рост, осторожно снял с гигантского сталактита ниточку, усеянную светящимися бусинами, и бережно поместил ее в стеклянную баночку, плотно закрыв крышкой.
Я искренне улыбнулась, принимая подарок. А в следующий момент он меня убил!
— Селлина, хочешь, я найду твоего отца?..
— Что?! — подскочила я на ноги.
Пещера тут же погрузилась во мрак, я неловко взмахнула руками, теряя равновесие, — неустойчивое дно посудины уходило из-под ног, и я уже готовилась услышать громкий хлюп! И, набрав полные легкие воздуха, предусмотрительно задержала дыхание, когда крепкие руки сомкнулись на моей пояснице.
— Чего орешь? — шепот обжег где-то в районе декольте, и я невольно охнула. Его лицу там совершенно точно не место даже в полной темноте!
— Это почему темно? — полностью проигнорировала я его вопрос. Мой голос предательски дрожал, а сердце гулко билось о грудную клетку. Не из-за темноты. Вовсе нет. — Куда все делось?
— Испугались светляки, потухли. Я предупреждал, чтобы вы не шумели, но вы с поразительной настойчивостью нарушаете все запреты. Похоже, чтобы чего-то добиться от вас, следует идти от противного…
— А не могли бы мы порассуждать о противном в какой-нибудь более удобной позе? — сдавленно проговорила я. Все-таки моя поза «мостик» к серьезному разговору явно не располагала.
Вместо того чтобы дать свободу, одна рука его плавно огладила мою спину, поднявшись до лопаток. Вторая надежно фиксировала поясницу. Мои волосы практически касались воды, и, если он сейчас меня отпустит, я полечу прямиком в нее.
— А вы гибкая, — заметил темный.
— А вы нахал! — не поддержала я.
— А еще вы потрясающе пахнете… Лилиями? — Его наглый нос коснулся моей кожи. — Вся постель вами пропахла… — добавил он на выдохе.
— Стирайте чаще! — от всей своей взбудораженной души посоветовала я, а он не двинулся и даже не ответил.
Что-то происходило. Что-то шло не так и ввергало в панику.
Он. Тут, так близко, и я, беспомощно повисшая на его руках. Не видно ни зги. Зато слышно. Дыхание. Как медленно и полной грудью втягивает он мой аромат. Как замираю при этом я. Как украдкой сглатывает он, и его губы останавливаются в миллиметре от моей шеи.
И я зажмуриваю глаза, потому что чувствую все это, чувствую, и кожу начинает покалывать как иголками, и проходит по телу дрожь предвкушения…
Потому что это невероятный магнетизм, потому что от его ладоней растекается тепло по всему телу, потому что мне жаль, что этот миллиметр нас разделяет… А мы стоим оба, всё понимаем и не шевелимся, впитывая жар друг друга… Миллиметр, всего лишь миллиметр.
— К чертям собачьим! — я бессильно ударила кулаком по его напряженной широкой спине, специально руша момент.
Чтоб я еще раз приняла его благодарности?! Пусть лучше подавится ими!
— Точно, — хрипло отозвался он. — К собачьим…
И мои губы накрыл поцелуй… Решительный, смелый и отчаянно жадный.
Я задохнулась от нахлынувших эмоций. Возмущение, восторг, огонь по венам! Чертов темный, что он со мной делает! Да как он вообще посмел!
Я тонула в нем, растворяясь в ощущениях, беспомощно вцепилась пальцами в его плечи, и он прижал меня к себе сильнее. Такой сильный, такой горячий, такой страстный… И тем не менее нежный.
Сердце выпрыгивало из груди, и я все еще не могла поверить, что это происходит на самом деле. В какой такой безумной реальности могло так случиться, что я и темный?..
Нет, это невозможно, — шумело где-то в отдалении, пока я отвечала на его поцелуи. Пока его губы ласкали мои, а руки гладили спину и зарывались в волосы. А над нами один за другим загорались светлячки… Волшебно…
А на меня нахлынул запоздалый ужас.
Я и темный.
Я. И. Темный!
Плевать, что он старше. Плевать, что он мой преподаватель. Плевать, что между нами — тонна моего вранья. Плевать, что он даже не подозревает, кого целует на самом деле. Все это сейчас не имело значения. И теперь я знала, точнее, вспомнила, в какой параллельной вселенной темные любят маленьких змеек. Не так уж далеко… А потом скрываются, оставляя на память вот такие очаровательные подарки, как я…
Теперь я знала, как легко поддаться обаянию подобных мужчин… Но я прекрасно помнила, кому приходится хлебать эти последствия… Это я уяснила с детства и старалась не забывать.
Он не хотел меня отпускать, а я судорожно комкала в кулаках ткань его рубашки на груди. Мне с трудом удалось чуть отстраниться.
— Лорд Тиан! — жалобно пискнула я, не желая вновь погружать пещеру во мрак.
Я много чего не желала и желала одновременно, и это разрывало на куски и приносило почти физическую боль. Когда он успел настолько врезаться в мое сердце?! Это надо вырывать. И вырывать с корнем.
Глаза мужчины были чуть затуманены, но в них отчетливо плескался восторг. Заразительный, в котором так легко захлебнуться. И разгорающийся огонь, когда он скользил взглядом по моему лицу. Ему было мало.
— Еще раз так назовешь — отправишься в воду, — шутливо прошептал он, не отпуская.
Мы оба тяжело дышали, а сердца, казалось, бились друг о друга. От его шепота по телу пробежали мурашки, а на приоткрытые губы я вообще не могла смотреть с прежним спокойствием.
— Хорошая идея, лорд Тиан, — с вызовом вздернула я подбородок, крепче впиваясь в его рубашку.
Он прищурился, ухмыляясь. Думает, буду упираться до последнего?
— Вам тоже не помешает, — коварно договорила я.
Его руки надежно удерживали меня за талию и при моей фразе сильнее напряглись, но я прыгнула на бортик лодки, заставив ее накрениться, и резко откинулась назад, увлекая мага за собой.
Столб брызг, и пещера вновь погрузилась в темноту, а мы — в воду.
— Никогда! Никогда-никогда-никогда я не буду звать вас по имени! — кричала я срывающимся голосом, вслепую молотя по воде кулаками и поднимая полчища брызг.
— Селлина…
— Не подходите! Не подплывайте! Не трогайте меня!
— Ты меня боишься? — сердито прозвучало совсем рядом.
— Нет!
— А кого? Себя?
— Идите к лешему!
— Схожу при случае, мировой мужик, между прочим…
Я только злобно фыркала, нахлебавшись воды. Вверх медленно полетел блекло светящийся шар, снимая с нас покров темноты. Вот почему он не сделал этого раньше? Почему?..
Как будто я не знала почему…
— Плыви сюда, не то сграбастаю тебя и закину в лодку силой, — придерживаясь одной рукой за борт, произнес он.
— Вы достаточно остыли? — напряженно поинтересовалась я издалека.
— Более чем, — хмуро ответил маг.
Я побарахталась еще немного, но вода не радовала температурой, а плавать в платье было еще менее радостно, так что довольно скоро, бросая на темного подозрительные взгляды, я приблизилась к лодке и подтянулась на руках. Подол, напитавшийся водой, был нещадно тяжел и тянул вниз. Меня вдруг подхватили прямо за ягодицы.
— Прибью! — взбрыкнула я ногами, но меня просто подтолкнули вперед, закинув в лодку, как мокрый надувшийся мешок.
Сам мужчина забрался гораздо ловчее и сразу взялся за весла. Я сложила на груди руки, нахохлилась. Вода ручьями стекала с нас обоих, образовывая на дне лодки маленькое озеро.
— Кажется, пора домой, — стуча зубами, проговорила я.
Мужчина наклонил голову, так что мокрые пряди скрывали его лицо, и продолжал грести. И вовсе не к выходу из пещеры, а в ее глубь!
— Лорд Тиан!.. — прорычала я. — Я ясно выразилась насчет дома?
Тот вскинул на меня равнодушный взгляд.
— Предельно ясно. Но в таком виде появляться в Академии я вам не позволю, а незаметно могу вас доставить только к себе домой. И что-то мне подсказывает, что вы будете против.
Теперь он так подчеркнуто чеканил «вы», обращаясь ко мне, что оно эхом отзывалось в моей голове.
— Еще как! — жарко подтвердила я, а у него нервно дернулся уголок губ. — И куда мы плывем?
— Обсохнуть. И поговорить.
Я не хотела разговаривать. И оставаться дольше положенного с ним наедине — тоже. Но и вызвать ненужные вопросы ведьм, появившись, как мокрая курица, перед избушкой, тоже не хотелось…
Скоро он нашел подходящее место, и лодка мягко ткнулась носом в небольшой каменный карман, не затопленный водой и больше напоминавший грот.
— Прошу, — выпрыгнув первым, он галантно протянул мне руку, но я с гордым видом предпочла вывалиться из лодки самостоятельно и первым делом с остервенением принялась выжимать подол, представляя, что кое-кого душу.
— Его лучше снять, удобнее будет, — подсказал темный.
Я вскинула на него яростный взгляд.
— Удобнее будет что? — процедила сквозь зубы.
— Удобнее будет всё! — передразнил он, без всякого стеснения стаскивая с себя промокшую насквозь рубашку.
Пришлось спешно поворачиваться к нему спиной с недовольной миной на лице.
Сняла туфлю, вылила из нее воду. Другую. Бр-р-р! Совсем продрогла… Обернулась украдкой, а его нет! Вот совсем нет! Оставил меня одну, замерзшую, мокрую, без малейших координат в пещере! Да я его… Да я ему!.. Со злости зарядила туфлей в стену. А в одной стоять неудобно, так что полетела она вслед за подругой.
— Так, Селлина, — раздался командный голос. — Хватит маяться дурью, раздевай…
Появившийся внезапно темный еле успел пригнуться от летевшего прямо в его физиономию обувного снаряда.
— Однако… Кардинально вы решили со мной разделаться, — хмыкнул он, выпрямляясь.
— Вы… — я чуть не задохнулась от негодования. — Свалили!
— Ненадолго, — невозмутимо ответил он. — К тому же вы категорично отказались свалить вместе со мной.
Только сейчас я обратила внимание, что к груди маг прижимает целый ворох одежды и скомканное одеяло. При ближайшем рассмотрении оказалось, что даже два. Одно он расстелил на землю, на него же свалил свою добычу.
— Вам какую рубашку уступить — черную или белую? — выудив из этой кучи два предмета, поинтересовался он.
— Эту, — я выхватила черную, решив, что на мокром теле она не станет просвечивать.
— Угу, тогда мне эту, — смиренно накинул он белую на плечи. — А в брюки мои влезете?
— Издеваетесь?!
— Нет, просто юбки дома не водятся… Но, собственно, вы должны быть в курсе…
Я и была в курсе… Что кто-то нарывается на месть!
— Прекратите пыхтеть, — продолжил он нарываться.
— А вы отвернитесь! И отойдите подальше!
— Да переодевайтесь вы уже. Или это вас от страха так трясет, а не от холода?
Как жаль, что у меня нет третьей туфли!
Я дождалась, пока он повернется спиной, быстренько стянула с себя платье и завернулась во второе одеяло. Он в это время тоже переоделся, и я даже не подглядывала. Хотя что я там не видела?
Темный прихватил из дома еще и пару камней, ударил их друг о друга, и перед нами запылал костер. Я с невольным уважением посмотрела на это чудо — никаких дров не надо!
— Ректор презентовал, — заметив мой интерес, пояснил он. — Огненные демоны делают прелюбопытнейшие вещицы… Давайте сюда платье.
— Только не сожгите его.
Я с трудом усмирила разошедшееся рядом с ним сердце и теперь могла говорить сравнительно спокойно.
— Терпеть не могу бытовые заклинания, — доверительно признался маг, но наша с ним одежда поднялась в воздух, расправилась и зависла в почтительном отдалении от костра.
В одеяле да у огня быстро стало тепло и уютно. Напрягал только кое-кто, не сводивший с меня своего внимательного взгляда.
— Селлина… — Ну вот, не мог молча посидеть, обязательно надо пристать с разговорами. А я ведь как раз успокоилась.
— Да? — прямо и неприязненно посмотрела ему в глаза.
— Колючая, как чертополох… — задумчиво произнес он, скользя взглядом по моему лицу. — Почему?
— Вы еще спрашиваете? — возмутилась я.
— Да, — мужчина ответил таким же прямым и уверенным взглядом. — И буду спрашивать столько, сколько посчитаю нужным.
— Тогда не надейтесь ни на один ответ!
Он прищурился, снова меня рассматривая, словно пытался прочесть что-то по моему лицу, но я не собиралась проявлять слабость, не собиралась млеть перед ним и тонуть в этих темных манящих глазах под подрагивающими ресницами. Напустив на себя циничный вид, я прищурилась в ответ, прикусив губу.
В его глазах мелькнул жаркий огонек, и темный придвинулся ближе. Я поборола в себе желание отпрянуть и лишь выпрямила спину.
— У меня много вопросов, — таинственно выдохнул маг, подавшись вперед.
— Держите их при себе, — холодно предупредила я, ладонью остановив губы, готовые сорвать новый поцелуй.
Вдох его был рваный, на скулах обозначились желваки, но силой меня брать не собирались, как и отступать. А мне все тяжелей было удерживать самообладание в его присутствии.
— Только не убегай… — попросил он тихо. — Я хочу поговорить.
— Во-первых, здесь все равно некуда, — логично заметила я, обведя взглядом своды пещеры и водную гладь. — А во-вторых, я лучше расцарапаю вам рожу, чем унижусь до бегства…
А в-третьих, мое сердце билось чаще вовсе не от страха.
— Ты боишься меня? — пытливо спросил мужчина.
Почувствовал? Услышал пульс? Я ведь даже дышать старалась тише, украдкой!
— И не мечтайте!
Да, я осознавала его силу, но бояться того, у кого трусы в цветочек и дома живет Чуча, на полном серьезе как-то не получалось. Мои губы дрогнули, но улыбку я подавила.
— Меня тянет к тебе как магнитом…
Ох, лучше бы он молчал! Эхо подхватило его слова и разнесло по пещере, отчего захотелось зажать уши руками.
— Ты околдовала меня, ведьма?
Я не ведьма!
— Лорд Тиан, прекратите!
Он поджал губы и бессмысленно уставился в костер.
— Ты всегда противишься своим желаниям? — раздраженно спросил он.
Ха! Он бесится! Он!..
— Да что вы можете знать о моих желаниях?! — взорвалась я, сжимая кулаки.
— Достаточно, чтобы почувствовать их сладость на своих губах!
— Почувствовали? — взбеленилась я от этого нахального напоминания. — Так вот теперь забудьте! Вы для этого меня сюда притащили? Чтоб никто не помешал? Чтобы я с распахнутыми объятиями бросилась в вашу постель? Ой, а здесь и постели-то нет! Как-то это вы не позаботились-то, а? Жестковато!
Я ладонью похлопала по каменному полу.
— Что ты такое говоришь, Селлина?.. — его тихий, спокойный и укоризненный голос заставил устыдиться собственного яда. — Я хотел лишь поблагодарить тебя. Порадовать… И, видя твое счастливое лицо, захотелось дать большего. Ты говорила, что никогда не видела своего отца; я всего лишь предложил его найти, и это привело тебя в ужас! А дальше…
Что дальше, я прекрасно помнила…
— А не надо лезть в мою семью! — поспешно перебила я. — И искать никого не надо! Зачем? Мне не нужно навязанного родства!
— Он же темный маг…
— Терпеть их не могу! — прошипела я.
— …И мог быть ранен, погибнуть… — спокойно продолжал лорд Тиан. — Тебе не кажется глупым всю жизнь ненавидеть мертвеца?
— Смерть, пожалуй, могла бы быть единственным достойным аргументом, — снисходительно заметила я. — Но тогда и искать ни к чему!
— Селлина, нельзя же быть настолько категоричной!
Нет, маг определенно решил меня вывести из себя!
— С чего вы его защищаете?
— Потому что ты от меня шарахаешься! — прорычал он.
Я замерла от неожиданного признания, но уже через секунду нахмурилась.
— Вы хотели сказать, не млею от вашего присутствия, как остальные адепточки? — Лед в голосе дался без труда.
— Ревнуешь? — оживился он вдруг.
Ага, радуйся!
— Бесите! — прошипела я от всего сердца.
— Взаимно! — раздраженно бросил темный.
— Вот и отодвиньтесь!
Он ухмыльнулся и наклонился к самому лицу.
— Нет! — выдохнул хищно.
Я не менее кровожадно оскалилась.
— Я вам нос откушу, поняли?
— Какая же ты…
Он обхватил мое лицо ладонями, запрокидывая голову, готовый впиться злым поцелуем. Я с ненавистью взглянула ему в глаза, а у самой сердце зашкалило в бешеном беге, по позвоночнику пробежали разряды тока до самой шеи, а губы загорели в предвкушении…
Но он шумно выдохнул, зажмурился и отвернулся, отпустив меня. Я возненавидела себя за чувство разочарования, которое примешалось к закономерному облегчению…
— Верните меня домой, — взмолилась я. — И, если я вдруг совершенно случайно снова спасу вам жизнь, не вздумайте меня больше благодарить…
— Платье еще не высохло, — не оборачиваясь, проговорил он.
— Я готова идти голой, — буркнула я в ответ.
— Даже так… — прозвучало с горечью. — А говорила, что сбегать унизительно…
— Я не сбегаю, я все еще рядом с вами, если вы не заметили… — Я осмелилась даже поднять на него взгляд.
— Ты знаешь, о чем я.
— Вы ждали другой реакции?
— Она и была другой. Ты сияла, ты лучилась, я успел почувствовать твое тепло, а теперь ты бежишь и прячешься… В чем дело? Я тебя не обижал…
— Хотите откровенно? — Я решительно повернулась к нему, желая прекратить все раз и навсегда.
— Иначе я бы и не начинал разговор, и мы оба сделали бы вид, что ничего не произошло.
— Вот так мы и сделаем! — подтвердила я. — Я не понимаю: чего вы добиваетесь? Вы магистр, я адептка. Вы взрослый мужчина, какой резон вам ухаживать за молоденькой первокурсницей? Ведь и так понятно, что ничего хорошего из этого выйти не может. Разве что вам развлечение, но мне такие игры не по душе. Простите, что задеваю вашу гордость и самолюбие, но меня интересуют исключительно жизнеспособные отношения, и вы туда абсолютно не вписываетесь…
Кажется, от моей речи темный потерял дар своей собственной…
— Это вы меня так завуалированно старым назвали? — потрясенно вынес он вердикт.
Я критично оглядела магистра. Нет, язык бы не повернулся так его назвать…
— Состоявшимся, — тактично поправила я.
— С каких пор для мужчины это минус? — озадаченно спросил он.
— С таких, что раз вы до сих пор не женились, то это вам и нафиг не нужно! — Вышло более эмоционально, чем я планировала. И как-то обвинительно.
Да что же это такое! Я хотела просто задрать нос и указать наглому темному его место, а вместо этого мы выясняем отношения, которых нет!
— Так вы хотите, чтобы я позвал вас замуж? — «осенило» его.
Я судорожно закашлялась от подобной перспективы, чуть не померла.
— Лорд Тиан, уймите свою фантазию! Какой еще замуж? — сдавленно просипела я, и мне заботливо постучали по спине.
— Тогда я до сих пор не понимаю: чем я вас не устраиваю?
— Ничем! Вы мне просто не нравитесь! Так бывает, понимаете?
— Еще как понимаю! Ты весьма показательно кривилась еще при первой встрече, волком на меня смотрела. Хотя нет, скорее затравленным волчонком, который с радостью бы тяпнул зазевавшегося охотника… Но сейчас… Нет, Селлина, ты меня не обманешь…
— Что значит «не обманешь»? — возмутилась я.
— То и значит. Я же чувствую, что ты тоже неравнодушна… Я же вижу твои горящие глаза…
— Засуньте свою чувствовалку знаете куда?
— Хамка.
Я обиженно замолчала.
— И трусиха.
— Вы называете трусихой всякую, кто вам отказывает?
— Селлина!
— Что «Селлина»? Это была ошибка, минутная слабость, а вы вцепились в меня как клещ, словно я вам чем-то обязана! Вы мне никто! Никто, поняли? И только попробуйте надавить или применить силу — я все сделаю, чтобы вас выперли из Академии!
— Я давлю?! Я вообще-то с тобой разговариваю!
— Да, и при этом решаете за меня, как я к вам отношусь! Глаза… Чувства… Тьфу! Не придумывайте того, чего нет! Не заставляйте снова вас ненавидеть!
— Снова?..
— Вы темный… — все-таки сорвалось с губ.
И он понял. Понял в ту же минуту, помрачнел окончательно.
— Я все-таки найду его…
— Нет!
— Притащу за шкирку…
— Не вздумайте!
— Откопаю кости…
— Вы сдурели?! Не надо, я говорю!
— И тогда ты разберешься со своим прошлым раз и навсегда!
— Я не хочу!
— Ты боишься! — выкрикнул он. — Ты боишься, что сама выдумала себе врага… Или что, увидев, ты поймешь, что зря ненавидела всех остальных!
— Пожалуйста… Не надо… Я и так понимаю. Умом… Но не сердцем. Извините, но вас оно не примет.
Признание далось с трудом главным образом самой себе. Хотелось плакать, даже не плакать, а рыдать — так больно стало от произнесенного вслух. И зацарапали кошки на душе, и сдавило сердце в глухой комок. Как будто отрезала от себя что-то…
Маг посмотрел на меня — долго, обреченно, — и сгреб в объятия, прижав к своей груди, и гладил, гладил меня по волосам.
Я не ревела, нет-нет, не ревела… Держалась до последнего, но рубашка его под моей щекой намокла.
— И я вас не ненавижу… — бормотала я сбивчиво. — И вы мне не враг… И спасибо, что заставили принять свой дар, от которого я мечтала избавиться… И… Я буду хорошей ученицей, правда… Вы еще гордиться мной будете… Но не заставляйте меня в вас влюбляться! Я все равно не смогу!.. И не хочу…
Не знаю, что он понял из моего лепета и всхлипываний. И потом мне станет неимоверно стыдно, да и уже это гадкое чувство начало подкрадываться, но сейчас…
— Не буду, — тихо сказал он, и я благодарно выдохнула в его грудь, отчего он еле заметно напрягся.
— Спасибо… — Я чуть помедлила, решаясь произнести это вслух: — Арен…
Он сжал меня крепче, уткнулся подбородком в мою макушку.
— Мне кажется, мы могли бы стать друзьями, — в приступе благодарности и облегчения произнесла я.
— Друзьями? — хмыкнул он. — Ох… Молчи, Селлина, просто молчи…
Странное чувство, когда хочется быстрее сбежать домой, в привычные стены, и когда одновременно до последнего оттягиваешь этот момент. Платье высохло, и повода оставаться вместе больше не нашлось…
После полумрака пещеры и умиротворенного вида залива яркие краски зелени и света ослепили, а следом и оглушил звонкий крик:
— Селлина, ну наконец-то, сколько уже можно тебя везде искать! Хм… — И следом — значительно холоднее: — Лорд Тиан, хорошо, что вы тоже здесь…
Индира решительным шагом направлялась к нам, и ее рыжая шевелюра тоже била по глазам своей яркостью.
— У меня для тебя радостная новость! — сияя не менее ослепительной улыбкой, сообщила она.
Как бы от переизбытка счастья кое у кого несварения не случилось…
— Какая? — подозрительно осведомилась я, неосознанно отступая назад, поближе к декану.
— Ты переходишь на другой факультет! — выпалила она.
— Что?! — одновременно переспросили мы.
— Так, магистр Тиан, — ведьма задрала нос, высокомерно сложила на груди руки. — Я договорилась с магистром Каллохеном, Грэдис и самим ректором!
— О чем договорились? — хладнокровно поинтересовался он.
— О переэкзаменовке! — с гордостью сообщила Индира. — Павла, чудесная понимающая девушка, между прочим, призналась, что вывела Селлину из равновесия своим заклятьем, буквально сорвала ей экзамен! И теперь Ведовский факультет готов принять адептку Краст, если она успешно пересдаст вступительные!
В моих глазах застыл ужас. Как Ведовский?! Я уже с Темным смирилась! И ведьмак… Да он же в два счета определит, что я никакая не ведьма!
— А остальных моих адепток Ведовский не готов взять? Может, еще и весь мой факультет вдруг пожелает перевестись? — скептически скривился лорд Тиан и продемонстрировал неприличный жест. — Вот им, так и передайте…
Глаза у ведьмы сначала округлились, потом сузились в тонкие щелки… Ну все, он ее разозлил!
— Индира… — попыталась я вмешаться.
— Подожди-ка, девочка… — меня не глядя отодвинули в сторону.
Лорд Тиан невозмутимо смотрел на надвигающуюся на него злую ведьму.
— Во-первых, ректору это передадите сами! — профессионально прошипела она. О, это у нас семейное… — Во-вторых, остальные ваши адепты, кроме вас, никому и не нужны! В-третьих, Ведовский — ее мечта! Вам не понять простого женского счастья, вам кажется скучным изготовление и продажа эликсиров, а для кого-то это настоящая мечта и средство к существованию! А в-четвертых, я прекрасно знаю, что к вам она, да и не только она — в этом году всему первому курсу повезло, — попала обманом! Ничего удивительного: обман и темные всегда ходят рука об руку… Ну, Селлина не понаслышке знает…
Я думала, он в этот момент ее убьет. Вот просто возьмет, протянет вперед руку и сожмет тоненькую белую шейку до хруста… По крайней мере, я под таким взглядом поспешила бы самоубиться; но мою тетушку, закаленную в противоборстве со змеем, было не так просто сломить.
— Лорд Тиан! — умоляюще сложила я на груди руки.
Он с трудом перевел взгляд на меня, сжал губы.
— Не смейте ее удерживать! — пригрозила не насытившаяся скандалом ведьма.
— Решайте сами! — отрывисто выплюнул лорд Тиан и удалился широкими шагами. Отошел ненамного, обернулся к довольной своей победой Индире: — Вы, кстати, уволены.
— Ишь ты, какой злопамятный, — тихо пробормотала она ему вслед, но это заявление нисколько не стерло победную улыбку с ее лица.
— Ты что творишь? — кинулась я на ведьму, едва темный скрылся из виду. — Никуда я не собираюсь переводиться!
У тетушки вытянулось лицо.
— С ума сошла? Ты ради лицензии сюда явилась или как? Я месяц ждала, пока ты сама «всё решишь»!
— Ради лицензии и остаюсь! Я теперь не просто зелья могу приготовить, а с применением темной магии! И защитить свою лавку смогу сама!
— Темной… — повторила она медленно. — Что ж… Вот Шиар обрадуется…
— Индира! — умоляюще вскрикнула я. — Ну не говори ему! Ты же знаешь, как он относится к темным…
— А напомнить почему? — ядовито поинтересовалась ведьма. — Мало ему было сестры несчастной, так еще и племяннице мозги затуманили…
— Если у меня есть дар, глупо им не пользоваться! — воскликнула я.
— Твое дело, — махнула она рукой. — Только не плачь потом! Знаю я, кто тебя уговорить мог…
— Да не могу я учиться у настоящих ведьм! — перешла я на ожесточенный шепот. — Там… Там магистр Каллохен, и он откуда-то меня знает! По дару распознал, семейный, говорит…
— Ты, что, его заколдовать пыталась? — пришла ведьма в ужас.
— Угу… Пыталась…
— И?.. — требовательно протянула она.
— Что «и»?
— И почему ты до сих пор среди ведьм, а не за периметром?
— Потому что у моего окружения частенько случается склероз… — намекнула я на свое фирменное зелье.
— Может, он тебя и правда видел когда-нибудь, но точно не при мне… — принялась рассуждать она вслух. — Значит, ты была еще ребенком, и если ты больше не будешь его подчинять своей воле, то, возможно… Селлина, не отказывайся от экзаменов! Это твой шанс!
У меня наконец-то был выбор! Только особых восторгов это открытие не вызвало.
Почти всю ночь я не спала, ворочалась с бока на бок. И на Ведовский-то соваться страшно из-за ведьмака, и Темный факультет — вечное испытание, хоть к магии я постепенно привыкала… Но едва я прикрывала веки, видела перед собой пронзительные карие глаза и еле заметную улыбку — еще одно испытание… Как мне с ним теперь общаться?! И как забыть уже этот поцелуй, что все еще приятным эхом отзывался в сердце?.. Бежать, проще всего бежать.
Решение далось непросто, но я им гордилась. Потому что это было МОЕ решение. Я чем-то поступилась, от чего-то отказалась и наверняка буду много раз об этом жалеть…
Но сейчас я встала в строй на полигоне и торжественно взглянула в глаза наставника. Магистр скользнул по мне небрежным взглядом, ничего не сказал и начал практическое занятие.
Я даже растерялась и слегка обиделась… А как же похвалить за правильный выбор?! Неужели ему все равно, буду я учиться на его факультете или нет? Вот гад!
Завершив пробежку, мы учились возводить защиту. Мгновенно, без подготовки, завязав все плетение на одно-единственное слово. Правда, первый раз мы плели долго и тщательно и удерживали защиту, дожидаясь последнюю ведьму. Оставалось закрепить ее на слово-заклинание, и маг нам в этом помогал, подходя к каждой и указывая, где выгоднее сфокусировать при этом силу.
— Эндесселон! — выкрикнула Равьена.
Защита вспыхнула красным и потухла.
— Так и должно быть, проверь, — одобрительно кивнул темный и отступил на шаг назад.
Равьена покосилась по сторонам.
— Эндесселон… — с сомнением произнесла она вполголоса.
Полусфера вокруг нее вспыхнула мгновенно, у нее от радости округлились глаза, а декан, улыбнувшись, показал ей большой палец. Я посмотрела на магистра, который меня сегодня еще ни разу не похвалил…
— Гад! — буркнула невольно себе под нос. — Ой-е-ё… — простонала я, когда заклинание активировалось и мой защитный купол, вспыхнув характерным красным, потух.
— Селлина, — лорд Тиан сердито подошел ко мне. — Почему не дождались меня?
— Я случайно… — пробормотала я. — Так… Вырвалось…
— Что ж… — Он тяжело вздохнул. — Проверяйте… Называйте свое слово-вызов.
— Оно неприличное…
— Мои уши выдержат, не волнуйтесь…
Уши, может, и выдержат, а вот кому именно оно посвящается, он догадается без труда.
— Мои не выдержат, когда вы их отрывать будете, — угрюмо призналась я. — Может, поменяем?
— Вы сколько эту защиту себе плели? — напомнил он.
— Полчаса, не меньше… — опустила я голову, на что темный всего лишь развел руками. У нас нет столько времени, чтобы вся группа меня ждала.
И началось…
Лорд Тиан взмахивал рукой, отправляя в нас черный поток воздуха, а я кричала, чуть не падая под его напором:
— Гад! Гад! Гад!
И вокруг меня вставал плотный купол по велению слова, и я только успевала самодовольно взглянуть на магистра, который неподвижно стоял в центре бушующей, подчиняющейся ему стихии, как моя защита разлеталась на куски.
— Гад! — искренне закричала я, уловив легкое движение его пальцев. Так нечестно!
Он еле заметно усмехнулся, но лишь на мгновение, и лицо вновь приобрело строгое выражение.
— Медленно! — громыхал его голос, и к урагану присоединились удары молнии и дождь.
— Гад!
И снова он ее снес подчистую!
Короткое слово играло мне хорошую службу. Пока ведьмочки соревновались в красоте слова-вызова, мое само срывалось с языка, и в отличие от них я ни разу не запнулась!
После пары я замешкалась, взглянув на темного. Промокшая, продрогшая, в кое-где драной форме — Жорж наверняка в ужасе взмахнет всей своей кучей лап, — но я не торопилась покинуть полигон.
— У вас неплохо получается, — с усмешкой в голосе произнес магистр, подойдя ближе. — Так… Эмоционально…
— Я осталась, — многозначительно вскинула я подбородок.
— Я заметил, — ровно ответил он.
И… И все?! Ненавижу его!
Я резко развернулась и, рассерженная, пошла прочь.
Заметил он… Заметил! Я осталась, хотя должна была бежать без оглядки и от него, и от его факультета, а он всего лишь заметил и воспринял это как само собой разумеющееся!
А чего я, собственно, ждала? Очередных поцелуев? Признания в любви? Глупости какие лезут в голову… Но подобное равнодушие бесило. Бесило, обижало и вызывало безотчетную ярость…
— Селлина!
Я не стала оглядываться.
— Селлина! — уже раздраженно.
Не останавливаюсь.
Меня резко развернули за плечо.
— Куда бежим? — сдерживая рычащие нотки, спросил он.
— Я опаздываю!
— Я думал, вы хотите пообщаться.
— Наше общение ни к чему хорошему не приводит! — выпалила я.
Он внимательно посмотрел мне в глаза, и желание сбежать усилилось. Я было дернулась, но он удержал меня на месте.
— Сердитесь?
— С чего бы это?
— Вот и я думаю…
— Мне пора.
— Подожди, Селлина, — магистр смягчил свой тон. — Успокойся.
— Я спокойна!
— Я так и понял…
Черт… И почему меня рядом с ним так трясет? Почему выбешивает его невозмутимое и отстраненное спокойствие? Это ненормально, ненормально…
Я шумно выдохнула и попыталась обуздать разбушевавшиеся эмоции.
— Вы что-то хотели? — собралась я с духом.
— Вам не надоел комендантский час? — ошарашил он.
Я вопросительно уставилась на преподавателя. В какую авантюру он готовится ввязаться на этот раз?
— Ну смотрите… Проблема с… м-м-м… одной нехорошей сущностью решена, а режим повышенной опасности в Академии остался, — продолжил темный. — И всё еще продолжают искать виновницу… И не у всех, далеко не у всех магистров кристаллы с образцом магии утеряны…
Ох, рано я расслабилась!
— И что же делать?
— Сделать так, чтобы духа уже никто не боялся…
— Я не сознаюсь! — упрямо заявила я.
Он укоризненно посмотрел на меня, склонив голову набок.
— Я и не просил…
— Тогда что?
— Просто… будьте осторожны.
Прозвучало как-то отстраненно и довольно сухо, а после этих слов темный просто развернулся и ушел. А я… А я злилась! Не знаю, на что, но…
Он перестал мне улыбаться. Если и проскальзывала улыбка, то только мельком и тут же исчезала со сжавшихся в тонкую полоску губ. А сами практические занятия проходили всё жестче и жестче, и иногда он приглашал старшекурсников к нам в соперники. В такие дни мы с полигона буквально выползали на четвереньках, все в грязи и без сил.
И вот я ползла. Медленно, потому что все болело, и даже язык не ворочался, чтобы выплеснуть свои ощущения не самым цензурным образом. А рядом шел Аззи. Шел, а не полз! И смотрел на меня сверху вниз, и специально замедлял шаг, чтобы идти рядом, и ползти рядом с высоченным и чистеньким темным почти магом было позорно и унизительно.
— Пошел прочь! — прошипела я все-таки.
— Хочешь, донесу до общаги? — удивительно доброжелательно предложил он.
Нельзя же так! Я рухнула наземь, лицом прямо в грязь. Сил перевернуться на спину не было, поэтому я положила под подбородок руки и осталась лежать на животе, тяжело дыша. Повернула голову направо: по соседству ползли все ведьмы нашего факультета, тоже замаранные и обессиленные, но с благородными намерениями привязались почему-то только ко мне.
— Чего тебе надо? — прямо спросила я.
Он присел рядом на корточки.
— Селли, у меня хвост все еще не отваливается… — прошептал с самым несчастным видом старшекурсник. — Знаешь, как меня уже за глаза называют?
Я знала. Хвостик. Но на всякий случай отрицательно помотала головой.
Он удрученно вздохнул, но вслух не произнес.
— Ты Павле вон как помогла и с ведьмой Гадтер индивидуально занимаешься…
Ага, только с ведьмой Гадтер мы последнее время больше индивидуально гоняем чаи, а не зелья…
— Помоги, а? Только тайно, так, чтобы не знал никто…
— Знаешь, Аззи, — заговорщицки произнесла я, — иногда самый простой путь — самый верный…
— Это какой? — воодушевился он.
— Хирургический! — злобно отчеканила я.
Темный обиделся, отвернулся.
— Ладно, помогу, — уступила я резко. — Тащи меня домой, подумаю как…
Тот обрадованно принялся отдирать меня с земли, взял на руки…
— Куда? — грозно объявился рядом голос, от которого у меня дернулся глаз.
Аззи обернулся к декану.
— Так устала девчонка после тренировки, идти не может, простудится еще на холодном…
— Жалость на моем факультете разрастается подобно опухоли… — с сарказмом протянул темный исключительно для меня. — А ты, стало быть, давненько не уставал? — ровно поинтересовался маг, и я поняла, что парень влип. И Аззи понял.
— Отнесу и вернусь, — угрюмо ответил он.
— Положи где взял, — приказал магистр. — Пусть ползет как все!
Вдруг глаза у Аззи расширились, он вытянул шею, чтобы рассмотреть что-то за спиной лорда Тиана.
— Точно как все? — спросил неуверенно.
Я посмотрела в ту же сторону, ухватив адепта за шею, чтобы приподняться повыше. Ведьм растаскивали черти! Наглые поросятые морды хватали обессиленных девушек и бежали с ними прочь! Слов нет от подобной наглости!
— В погоню! — скомандовала я во все горло. Оба темных одновременно на меня посмотрели так… скептически.
— Ладно, как все не надо, — смирился лорд Тиан. Взмах рукой, и похитители с разбега врезались в черную стену. Упали навзничь, уронили ведьмочек…
— Никогда не любил ворюг, — мрачно произнес декан. — Аззи… Ты бы адептку Краст все же отпустил, очень тебе советую…
Хвостик поспешно поставил меня на землю. Ну, поставил — громко сказано, ибо я все равно сползла вниз.
Магистр небрежно посмотрел на меня — у-у-у, ни капли жалости! Достал из кармана черный шарик и сжал его пальцами. Мы со стонущими ведьмочками вмиг оказались лежащими перед крыльцом общаги и радостными гусеницами поползли внутрь.
Ну спасибо хоть на этом, лорд Тиан!
Ему действительно удалось подарить мне сказку — с кучей эмоций, дрожью в пальцах и ощущением чего-то запретного, важного, несбыточного, от которого замирало сердце и кружилась голова… И я вспоминала, как он был рядом, вспоминала его губы и его «Меня тянет к тебе», от которого сжималось все внутри…
А сейчас он жестоко окунал меня в реальность, где он — мой преподаватель, соблюдающий холодную вежливость, а дистанция такова, что я никогда даже шепотом не назову его по имени и не буду рыдать у него на груди. И почему я этому не рада?
Я ведь этого хотела, не правда ли?
Все правильно, так и должно быть. Неправильным был лишь наш поцелуй и то, что я никак не могла его забыть. И осталась я вовсе не из-за него, а скорей вопреки. И вообще я как-то слишком много думаю об этом последнее время.
На меня магистр больше не смотрел, а если и смотрел, то как на пустое место, словно и не видел. Зато все свободное время проводил с василиском, о чем-то жарко спорил, активно жестикулируя, и тогда его глаза наливались азартом и энтузиазмом, и в эти минуты он становился невероятно привлекательным, живым…
И все чаще я замечала в их компании еще и мерзкого некроманта, которого уже выпустили из лазарета. Как? Как он может вообще с ним общаться после всего произошедшего? Ну да… Это же не его кровью хотели обагрить алтарь… Подумаешь, адепткой больше, адепткой меньше… Темный — он темный и есть.
Через пару дней после адской совместной практики со старшекурсниками я все же собралась с силами помочь Аззи. Ничего сложного в самом зелье быть не должно — новый хвост и то отрастить труднее! И в связи с деликатностью вопроса мы договорились встретиться в тайном месте. А что может быть более надежно скрыто от чужих глаз, если не подземелье?
Под вечер, когда начало смеркаться, но до наступления комендантского часа еще оставалось немного времени, Морри проводил меня до входа в подземелье, открыл его, научил заклинанию, чтобы выбраться, и ушел. Все больше мне в голову приходила мысль, что темный дар схож с некромантским. И те, и другие частенько паразитируют на чужой смерти…
Я спустилась в уже знакомый мне сырой коридор. Старшекурсник должен был появиться из другого ответвления. Как оказалось, он тоже знал об этих подземельях и куда лучше меня, потому я сделала лишь несколько шагов и принялась ждать, теребя в руке два разных по цвету бутылька. Всегда стараюсь подстраховаться — вдруг один рецепт не сработает?
Услышав тихий шорох, я сначала напряглась — не лучшее место для нежданных встреч. Но рядом никого не было, а через секунду зазмеилась по земле тонкая трещина, остановившись вровень с моим башмачком. Я тихо попятилась, в руке материализовался хлыст. Сердце стало стучать все быстрее. И громче. Предательски громче!
Земля с оглушительным треском вспучилась, полетели вверх камни и песок, и наружу выбралось щупальце, чудом не пробив потолок. Толстое, лиловое, с огромными присосками, оно начало слепо шарить вокруг. Я подавила собственный крик, зажав рот ладонью, попятилась еще немного, еще… Перерубить его? Затаиться?
Зачем я ему? Зачем? Почему именно я второй раз становлюсь жертвой его атаки, а свидетелем — так аж в третий?
Оно резко взвилось в воздух, выламывая пласты земли, я стегнула хлыстом по фиолетовой склизкой коже, брызнула черная кровь, и меня оглушил рев из недр земли, сотрясая подземелье. Сверху посыпались камни и песок; похоже, катакомбы долго не выдержат.
Щупальце обвилось вокруг моей талии в несколько оборотов, выбив воздух из легких. В глазах резко потемнело, кожу обдало болью и холодом. А затем ослепил яркий свет. Я тряхнула головой, заставив волосы занавесить собственное лицо.
— Селлина? — сначала взволнованно, а следом хладнокровное: — Никак, соскучились?
Я сдавленно всхлипнула, не открывая глаз. Снова он. Снова его дом. Снова мои ноги утопают в мягком ковре по самую щиколотку. Нос защекотал знакомый чуть перечный аромат… Я в безопасности…
Звук захлопываемой книги, торопливые шаги, и сильные руки стиснули мои плечи. Я рвано выдохнула и с усилием перестала жмуриться. Нас окружали полки с книгами, амулеты под стеклянными колпаками, оскаленные чучела монстров… Я поежилась. Миленький кабинет…
— Что, черт возьми, опять случилось? — В голосе бурлили гнев и раздражение, и темный даже не пытался их скрыть.
— Т-там… Т-там… — Странно: зубы клацали друг о друга, тело била дрожь, а ведь я считала себя спокойной и хладнокровной в минуту опасности. Даже смогла ранить тварь. Никчемная из меня все же ученица темного мага. — Там монстр! Тот же самый! Огромный! — все-таки выпалила я. — С щупальцами!
Магистр поддел пальцем мой подбородок, заставив посмотреть в наливающиеся тьмой пугающие глаза. Повернул лицо сначала одной щекой к свету, потом другой, поджал губы, недовольный увиденным, и заставил сесть в собственное кресло. Сам же неторопливо закатал рукава, сгреб со стола горстку магических безделушек, засунул в карман.
— Где?
И так ровно, спокойно… Я перепугалась, схватилась обеими руками за его локоть.
— Не ходите!
— Ты издеваешься? — громыхнул его разозленный голос.
Я испуганно сжалась, сев обратно.
— Селлина, где эта тварь? — медленно, но от того еще более угрожающе повторил он.
— В подземелье… — прошептала я. Мне совершенно не хотелось, чтобы маг туда спускался, но не ответить я не могла.
— Великолепно! — процедил лорд Тиан. — А поточнее координаты? Какого черта тебе там вообще понадобилось? Ведьма неугомонная! Так и знал, что с тебя глаз нельзя сводить, обязательно куда-нибудь вляпаешься!
Впервые видела его настолько злым. Да что я не так сделала? Зато вспомнила, какого лешего меня туда занесло… Вспомнила и побелела от ужаса…
— Лорд Тиан, там где-то Аззи! Его сожрут!
Он помрачнел еще сильнее.
— Потрясающе просто. Ты так быстро соображаешь, что, боюсь, его уже доедают…
Нет! Не может быть! Он же не просто парень, а темный маг! Ну да, я вот тоже типа маг… Угу, темный…
— Вход под дубом… — я не договорила. — Я с вами! Я покажу! Не ходите один, это действительно страшно!
Он только отмахнулся.
— Чуча, карауль мою истеричку! И это… Ты не пугайся, в комнате дети…
В глазах почему-то потемнело.
— Ваши? — еле слышно.
Короткий смешок.
— Временно.
Но тут же строго добавил:
— Смотри, при ком-нибудь такое не ляпни…
— Вам доверяют детей? — изумленно спросила я.
Видимо, слишком изумленно, потому что лорд Тиан обиделся и исчез молча.
Мы с Чучей озадаченно посмотрели друг на друга.
— Я истеричка?
— Мермяу! — подтвердила одомашненная нечисть.
Я нервно ходила по кабинету, считая каждую минуту. Вдруг дверь приоткрылась. Я тут же напустила на себя равнодушный вид, но, как оказалось, зря…
— А где дядя Арен? — удивленно спросил маленький ведьмак.
У меня от неожиданности челюсть отвисла.
— А мама твоя где, Ник? — уперев руки в бока, в ответ требовательно спросила я.
За время, проведенное с Анэлией под видом дополнительных занятий, я неплохо сдружилась не только с ней, а еще и с двумя пронырливыми и любопытными детишками. Не по годам серьезный и рассудительный Ник, в своих изысканиях действующий и правда с пугающим хладнокровием, и капризная малышка Аля, больше всего на свете мечтающая прогуляться по Академии без очков…
— Они с папой в командировке, — важно ответил мальчик. — Поможешь расшифровать заклинание? — Он демонстративно поднял на уровень глаз толстенный фолиант, зажимая пальцем нужную страницу.
Какая, к черту, командировка?! И почему доверили детей этому… которого сейчас даже дома нет! Как ему вообще можно оставить детей? Еще и двоих! Я была возмущена до глубины души… И уязвлена — где-то совсем в глубине. И вообще — тебя ждут, возвращайся домой! Целый и побыстрее… Гад.
— Помогу, — пообещала я и тут же строго сдвинула брови: — Вы ели?
Ник обреченно закатил глаза.
— Да ели, ели! Селли, не будь занудой!
— Селлина! — еще более строго поправила я, но пошла за ним в гостиную.
Аля степенно пожелала мне сдохнуть и продолжила раскладывать перед собой картинки с изображением различных видов нечисти. Вежливая девочка.
— Почки. Чешуя. Когти, — бормотала она себе под нос. — А, нет! Не когти… Хвостовой набалдашник! Точно-точно…
— Что перечисляешь? — с любопытством посмотрела я через ее плечо. — Декокты для опытов?
— Суп… — отстраненно ответила она, даже не оглянувшись. — Хочу сварить суп…
— Угу, — хмыкнула я. Лишь бы не взорвался супик-то… Изнутри угостившегося! Успокаивало одно: такие ингредиенты на дороге не валяются. Но пустой котелок рядом с ней уже не казался безобидным.
— Заклинание… — напомнил Ник, забравшись на диван и положив рядом книгу.
— «Заклинание полного подчинения»… — задумчиво прочитала я заголовок и осуждающе подняла взгляд на невозмутимого ведьмака. — Ник, а может, сказку прочитаем? Как думаешь, есть у лорда Тиана сказки?
Он замялся.
— Н-ну… Книг я не видел, а вот сами сказки у дяди Арена выходят какие-то…
— Хреновые, — подсказала Аля. — И с дурацким концом.
Точь-в-точь такую он мне и подарил…
— Аля! — запоздало возмутилась я. — Тебя не учили, что такие слова знать тебе еще рано?
Она равнодушно пожала плечами.
— Учили. Но я же все равно уже знаю!
Нет, мои дети не будут слишком много времени проводить со взрослыми! И тем более с адептами!
А сказки… Не все они плохие, бывают и хорошие, например, та, что я любила с детства…
— Что ж… Надеюсь, моя удостоится более приятного комплимента… — хмыкнула я и устроилась на диване поудобнее, поджав под себя ноги.
Неприлично, но кроме двух малолетних разбойников меня все равно никто не видит, а они, поняв намек, заинтересованно пристроились по обе стороны от меня и выжидательно притихли.
— Как-то одной темной ночью родилась девочка. Ничем не примечательная, обычная. Но в необычной семье. Отец ее был жестокий правитель Царства Змей, наживший множество врагов. Наживал он, а расплачиваться пришлось маленькой девочке, которую настигло проклятье с самым первым вздохом. Покрылась она с головы до пят острейшими иглами, так что ни в руки взять, ни накормить молоком грудным… Кричала, надрываясь, но никто не мог ничего сделать: состригали одну колючку — тут же на том же месте вырастало еще три; решили, что лучше не трогать. И самые великие маги были бессильны против вложенной в проклятье ненависти.
Так и росла она одна, не знавшая ни прикосновений, ни ласки, вдобавок спрятанная от злых взглядов в своих покоях, пока однажды не сбежала в большой мир, судя по отцовским высказываниям — очень жестокий, где ее непременно убьют в первую же минуту. Но не убили, никто не узнал в завернутой по самые глаза в плотную ткань девице дочку правителя. Сначала она вообще ни с кем не разговаривала — боялась, что обидят или узнают. В кармане имелся увесистый мешочек с деньгами, так что еда и ночлег нашлись на первое время. Голова кружилась от непривычного шума города, от обилия других змеев рядом.
Ее взял к себе старый целитель — в помощницы: травки натолочь, инструмент нужный подать, посуду помыть. Попал к нему как-то в пациенты молодой мужчина, посмотрела змейка ему в глаза, да тут же и пропала — влюбилась по самый хвост! И мужчина тот приходил в себя и единственное, что видел, — только девичьи глаза восторженные, ни лица, ничего больше не видел. Но ждали они его, звали, ради них только с того света выкарабкался, окреп, ухаживать за таинственной девушкой начал. Да только боялась она лица своего открыть, боялась, что испугается он вида ее, вот и сбегала от него раз за разом, хоть и сама страдала от чувств. И вот как-то не выдержал мужчина, сгреб ее в охапку и поцеловал со всей силой любви. Пронзили насквозь плотную ткань острые иглы, проткнули кожу, грудь мужчины… Ахнула девушка, да больше ничего сделать и не успела — начали отваливаться от нее колючки, усыхали и падали на пол, а после превращались в золу…
Я замолчала на мгновенье, собираясь с мыслями.
— А что, свадьбу-то сыграли? — не выдержала Аля.
— Сыграли, — я грустно улыбнулась, погладила ее по пушистым волосам и обернулась.
Я не заметила, как он вернулся, и не услышала. А маг стоял, прислонившись к косяку, и смотрел так, что мне как-то сразу стало неуютно, и я поспешила спустить ноги с дивана на пол, выпрямила спину.
— Развлекаетесь? — он неторопливо подошел к нам.
— Вы… — хотела спросить «как», но в голосе и без того было слишком много волнения, поэтому я в последний момент исправилась: — …долго.
— Ах, простите, — он заметно злился. Он почему-то злился на меня! Да за что? Меня саму чуть не убили!
Я торопливо поднялась со своего места.
— Детям пора спать, — маг красноречиво покосился на темноту за окном.
Да, им — спать, а мне — домой. Только у меня была к кому-то парочка или чуть больше вопросов, поэтому я даже не двинулась к выходу — так и осталась стоять, сложив на груди руки и сверля его требовательным взглядом.
Вид у мага был весьма потрепанным, а взгляд какой-то пустой. Но крови я не заметила, и это не могло не радовать.
— Я сама их уложу, — вырвались слова прежде, чем я успела их как следует обдумать.
Он вздрогнул, глаза удивленно расширились, но голос остался ровным:
— Хорошо.
— Ура! Селли, с тебя еще одна сказка! — довольные дети сами побежали в нужную комнату.
Я направилась вслед за ними, но меня нагнали его слова:
— Вы намеренно исказили концовку?
Замерла, не оглядываясь, дыхание остановилось.
— Парень, пронзенный иглами, не выжил, а ее, теперь не защищенную колючками, убили враги правителя… Так ведь заканчивается более логично?
— Да уж… — я зло выдохнула. — Умеете вы любую сказку сделать хреновой!
— В каждой сказке должна быть мораль.
— И какая же она в вашей версии?
— Все нужно делать в свое время, даже любить, иначе может стать поздно. А в вашей?
— Любовь способна спасти от любого проклятья.
— И убить, если случилась не вовремя, — мрачно закончил он. — Откуда вам вообще известны змеиные сказки?
— У меня широкий кругозор!
Темный недоверчиво хмыкнул. Да что он вообще обо мне может знать! Он совсем не имеет представления, что за адептка у него учится. Я гордо встряхнула головой и отправилась в гостевую, спешно оборудованную под детскую.
— Где все-таки их родители? — вернувшись в комнату, спросила я мага, который уже переоделся в чистое и наливал себе красного вина.
— В Царстве Змей.
Я побледнела, как-то случайно перехватила чужой бокал и совсем невзначай опрокинула его в себя.
— Где? — хрипло переспросила я. Слишком много напоминаний о моем истинном происхождении за последнее время. К чему бы? Для меня — ни к чему хорошему…
Темный поджал губы и забрал свой опустевший бокал, наградив меня тяжелым взглядом.
— Кто-то подсказал Анэлии, что искать брата Эллиана нужно в Болотных Землях. Вот она и решила навести справки, а магистру Гадтеру пришлось спешно ее догонять, чтобы она не успела вляпаться в новые приключения. Как результат — детей он оставил мне.
— Вы не выглядите несчастным, — заметила я, приходя в себя.
— Несчастным будет выглядеть тот, кто надоумил Анэлию отправиться в ту сторону! — с намеком произнес он.
А я тут вовсе ни при чем! Это статуя-грубиянка! Я только оживлять помогала, а что наболтала эта каменная, я вообще ни при чем!
Вино согрело изнутри, подарило легкость. И смелость.
— Лорд Тиан, а… все живы остались?
— Вас кто-то конкретный интересует? — неприязненно переспросил он.
Я неловко замолчала.
— Жив ваш хвостатый, не волнуйтесь, — спустя какое-то время сам ответил маг.
Вздох облегчения вырвался наружу.
— Спасибо…
Темный удрученно покачал головой. Потом вздохнул и резко поднялся со своего кресла, как будто вспомнив что-то важное.
— Пойдемте, Селлина, — он протянул мне руку.
— Куда? — настороженно спросила я, не торопясь делать ответный жест.
— Мне нужно вам кое-что показать.
— Надеюсь, ничего неприличного? — не удержалась я от сарказма.
По губам украдкой скользнула улыбка.
— Только если сами попросите…
Удержать каменное выражение лица было непросто, но я старалась. Искоса посмотрела на мужчину и рискнула вверить ему свою ладонь.
Где еще показывать неприличное, как не в подвале темного мага?
Я замерла в нерешительности, когда тяжелая крышка люка отъехала в сторону, открывая уходящие в зияющую черноту широкие ступени.
— Не бойтесь.
Он галантно пропустил девушку в темноту первой.
— Я боюсь исключительно сломать шею, — укоризненно ответила я, спустившись на две ступени и остановившись на лестнице.
— Простите, туда мало кому позволено входить, а сам я и вслепую спускаюсь, — совестливо и даже как-то искренне признался темный, и мой путь осветил маленький тусклый светлячок.
В подвале царил полумрак, несмотря на притаившиеся в углах сианиты. Видимо, магические камни были специально настроены не на полную мощность.
А вообще здесь оказалась шикарнейшая лаборатория! Металлические, наполированные до блеска столы, колбы, реторты, спиралевидные трубочки… Мое внимание привлек массивный агрегат с тремя прозрачными цилиндрами. В одном плескалась искристая субстанция зеленого цвета, во втором — темно-фиолетовая, а в третьем клубилась сама тьма…
Это все, конечно, познавательно, завораживающе и красиво, но не припрятан ли и у него где-нибудь алтарь? А то экспериментаторы частенько бывают чокнутыми…
— Это что? — я пальцем опасливо указала на загадочное сооружение, от которого разливался пульсирующий разными цветами свет.
— Магия, — лаконично ответил маг.
— Дайте угадаю: ваша, василиска и некроманта? — неприязненно поморщилась я, вспомнив, в какой компании он проводил последнее время.
— Угадали, — так же спокойно ответил он, стоя за моей спиной.
Мысли об алтаре стали всё более навязчивыми, я даже не поленилась и под стол заглянула.
— Вы что делаете? — поразился темный, растеряв все свое отстраненное спокойствие, когда я опустилась на четвереньки и принялась шарить рукой под его столом.
— Ищу.
— Что ищете?
— Повод сбежать отсюда! — прошипела я сквозь зубы, так и не найдя ничего более подозрительного, чем этот светящийся агрегат.
— Вы мне не доверяете? — оскорбленно поинтересовался магистр.
— Пф-ф-ф-ф… — фыркнула я, без слов выражая все доверие, которого заслуживает и он, и вся его порода в принципе!
Какой идиот доверяет темным магам? В общем-то, послушных идиоточек наверняка хватает, да и я всю бдительность растеряла — пошла с ним в подвал и даже не поморщилась. И сейчас не боюсь, а следовало бы.
— Ну и прекрасно! — показательно скрипнув зубами, темный скрестил на груди руки.
Разноцветные блики играли на его лице, делая его каким-то совершенно нереальным, заостряя черты и… напоминая о пещере. Да, мне определенно следовало держаться от него подальше.
— Я вас сюда, между прочим, не просто так позвал. Перед вами — новейшее изобретение, произведение искусства, и лично для вас — путь к спокойной жизни в этих стенах, а для остальных — конец комендантского часа! — торжественно выдал он и мстительно замолчал, едва заметил интерес в моих глазах.
— Вы его еще не испытывали, — как-то сразу поняла я.
Торжество в его глазах тут же померкло.
— Вас ждал, — тихо признался маг.
Я подозрительно покосилась на магическую штуковину и нервно сглотнула. Ну почему чуть что, так сразу я?!
— Лорд Тиан, а вы уверены, что я самая подходящая жертва эксперимента? — жалобно уточнила я. — Не то чтобы я против прекращения комендантского часа, да и, собственно, я помню, по какой причине страдают теперь все адепты, но… Жить хочется!
— Вы даже не спросили, как он работает, — уязвленно заметил темный.
— Не знаю как, но главное, чтоб правильно, — выдохнула я.
— Это идеальная защита от духов! С ее помощью ни один перерожденный не сможет черпать от вас силы и занять тело! Тестировать, правда, пока не на чем — больше бесцветных духов тут нет, — с сожалением развел он руками. — Но Ринтан уже работает над этим. Активно работает! Это в его жизненных интересах… С тех пор как заподозрили, что он пострадал от Мамайуса, его до сих пор держат под постоянным наблюдением: вдруг окажется, что он — уже и не он…
При этих словах в голосе послышалась улыбка. Такая… Злорадная! Если этот некромант вспомнит всю правду, то меня точно ждет алтарь… И атам тот я хорошо успела рассмотреть…
— Защита? — уточнила я с опаской.
Темный кивнул, подошел ближе и вдруг положил свои ладони мне на плечи.
— Можешь сколько угодно не доверять мне, колючка, — проникновенно и тихо произнес он, глядя мне в глаза. — Но мне так будет спокойнее…
Дрожь пробежала по телу, и лично мне спокойнее вовсе не стало. Даже наоборот.
Я лишь на секунду потерялась в его глазах, а потом, едва он собрался отстраниться, цепко ухватилась за его рубашку на груди, сжав ткань в кулак.
— Ну уж нет, лорд Тиан!
Он в замешательстве скосил глаза на мою руку, вывернуть и даже оторвать которую мог бы безо всякого труда, поэтому пришлось поторопиться с объяснениями:
— Не знаю, что вы задумали, но мне будет гораздо спокойнее в вашей компании!
— В моей компании что?.. — сухо уточнил мужчина.
— Хоть что!
На меня крайне скептически посмотрели сверху вниз.
— Правда? — бархатистый такой голос, и губы так близко.
Рука моя сама собой разжалась, даже складки на рубашке разгладила аккуратненько.
— А давайте вместе вашу защиту испытывать будем? — Потупив глаза, я ковыряла пальцем пуговичку на его рубашке. Увлекательнейшая процедура, между прочим, а главное — чувствуется, как задерживается дыхание в его широкой груди, как глухо стучит чужое сердце, как нервно он сглатывает от моего предложения…
— Не хватит на двоих энергии, Селли, — неожиданно охрипшим голосом сказал он.
— Своей добавлю, — щедро предложила я, не поднимая глаз.
Темный шумно выдохнул, щекоча своим дыханием волосы на макушке.
— А вот это действительно опасно. Зря боитесь. Я когда-нибудь делал вам что-нибудь плохое?
— Эм-м-м… — А то не нашлось бы что ответить?!
— Что-нибудь по-настоящему плохое, Селли, — добавил он. — Смертельно опасное? Рискованное?
Плечи мои понуро опустились. Всего лишь защита. Ну ладно… Не сожжет же она меня заживо?
Аппарат гудел. Разноцветная магия в нем бурлила, стремясь выбраться на свободу. Меня подвели вплотную к этой штуке, надели на голову металлический обруч, на запястья — браслеты, прикованные длинными цепями к столу.
— Не жмет? — заботливо спросил маг, деловито щелкая затворами еще и на щиколотках.
— Делайте быстрее свое черное дело, иначе я сбегу вместе со столом и самим аппаратом! — отрывисто произнесла я, пытаясь трястись не так явно.
— У Ринтана мистическое зеркало последнее время ведет себя странно, — наклонившись ближе, поделился темный.
Я вскинула на него взволнованный взгляд.
— Мы запороли ритуал?
— Я же жив, — пожал лорд Тиан плечами. — Значит, все получилось. Но вы всего лишь адепты…
— Он может вернуться, да? Вы этого боитесь?
— Академия не должна ничего бояться, запуганные адепты — это неправильно, поэтому я сделаю все для ее защиты. И для твоей.
Я не нашлась, что ответить, а он свел вместе ладони на уровне груди, потер их, словно согревая, и стремительно выбросил вперед, запуская в магический агрегат целый столп темной энергии.
Устройство больше не гудело — оно ревело! Магия ринулась по браслетам, окрасив их в свои чередующиеся цвета. Вокруг меня сплеталась сверкающая сеть, от головы до ног. Она становилась все ярче и ярче, уже почти ослепляя, а в груди нарастал первобытный ужас перед непонятной силой. Ревело все громче, я зажмурилась; голова шла кругом, и казалось, что вот-вот взорвется от перенапряжения.
В последний момент я не выдержала и все-таки вцепилась обеими руками в запястье мужчины, ища спасения, и в глазах потемнело.
Приходила в себя я на полу. Ну, не совсем на полу, а на лежащем на полу мужчине. Так что лежать было относительно мягко и тепло. А вспомнив, почему я здесь, безжалостно ударила по груди застонавшего мага и резко села.
— Доверяй ему! — зло пробормотала я и обхватила раскалывающуюся от боли голову руками. Цепочки на запястьях жалобно звякнули, и я ногой пнула лежащего мужчину по щиколотке.
— Освободите меня!
Он медленно сел, непонимающе тряхнул головой, потрогал наливающуюся на затылке шишку и поморщился.
— Из вас экспериментатор… — раздраженно шипела я, подбирая цензурные слова. — Такой же, как сказочник!
Взгляд его наконец-то обрел ясность. А вместе с ней вернулась и память.
— Зачем вы в меня вцепились? — сердито спросил он.
— Если не освободите меня, то задушу вас этими же цепями! — пригрозила я, не ответив на вопрос.
— Я же предупреждал, — недовольно укорил он, расщелкивая затворы. — Селлина, ну что же за…
Я резво вскочила на ноги и покачнулась. Вновь стало темно. Совсем темно и даже ругани не слышно.
Диван был мягкий. Но не такой теплый, как мужчина. Зато теплым был мятный чай, которым меня отпаивал погрустневший маг. Отпаивал, хмурился и молчал. И я молчала, потому что вволю выговорилась, едва открыла глаза, но темный воспринимал это с такой твердокаменной стойкостью и философской невозмутимостью, что дальше вопить о несправедливости и неудавшемся убийстве безвинной девушки быстро наскучило.
Мне стало лучше, голова уже не кружилась, и дальше разлеживаться на чужом диване было как-то неправильно.
— Ну, мне пора…
И вот тут бронелобое спокойствие его покинуло. Глаза темного расширились в показном удивлении.
— Адептка Краст! Вам на сегодня мало приключений?!
— Ну не ночевать же мне опять у вас! — возмущенно выкрикнула я и покраснела.
— А что, в тот раз было так противно? — обозлился в ответ он, со стуком поставив чашку с дымящимся отваром на тумбочку.
— Детей разбудите, — укоризненно скосила я на него глаза. — И вообще, когда в прошлый раз вы меня спасли, проблем с доставкой моего бессознательного тела домой не возникло…
— Вот именно, — весомо произнес он. — В прошлый раз. Не кажется ли вам, что ваши отношения с этим чудовищем выходят на новый уровень? Ведь именно к вам он является уже дважды и не с самыми вегетарианскими намерениями. К вам, и ни к кому больше. Что вы… Точнее, что еще вы скрываете от меня, Селлина?
Тон его стал злым и язвительным, лицо с трудом сохраняло спокойствие, но кулаки за время этой речи успели сжаться и разжаться несколько раз. Я бы и не заметила этого, если бы смотрела ему в глаза. Но не могла я долго выдерживать этот обвинительный взгляд.
— Ничего, — я слегка попятилась. Может, убежать? Не оставит же он меня здесь силой на всю ночь? Подумала и решила, что, если захочет — оставит, и еще как.
— Ни-че-го, — по слогам повторил он и удрученно вздохнул. — Вне стен этого дома вы для меня теперь всегда в опасности, так что, если понадобится, будете здесь жить.
От подобного заявления, точнее, от абсурдности подобного заявления я чуть не задохнулась.
— Вы шутите? — не поверила я.
— Не обладаю настолько извращенным чувством юмора, — сухо отрезал он.
Чем больше я смотрела в его лицо, тем отчетливей понимала, что он говорит на редкость серьезно.
— Но я не могу! — в панике выкрикнула я.
Он непреклонно покачал головой.
— Домой вы отправитесь только после того, как я заполучу труп этого монстра.
— Раньше… — я с трудом подбирала слова, чтобы не скатиться до нецензурщины. — Раньше вас это не волновало!
— Да, — легко согласился он. — Не волновало.
— Я арестована до выяснения причин? — перевела я на общедоступный свою судьбу.
— Мой дом — не тюрьма! — негромко прорычал обиженный магистр.
— Лорд Тиан, — я старалась говорить спокойно, хоть голос и срывался через каждое слово, — лорд Тиан, вы же прекрасно понимаете, что это невозможно! Я не могу жить у своего декана! Это неприлично, это против правил, пойдут слухи и вообще…
— Что «вообще»? — прищурился темный.
— Жить с мужчиной я буду только после свадьбы! — выпалила я.
Он на секунду задумался, почесал подбородок, а затем вскинул на меня вопросительный взгляд.
— Распишемся?
Меня аж оторопь взяла.
— Подите к черту! — Я запустила в него диванной подушкой. — Шутки у вас совершенно идиотские!
— Это потому что я и не думал шутить, — он с легкостью поймал мягкий снаряд, положил рядом с собой.
— Еще лучше! — фыркнула я. — Вы вообще-то мой преподаватель, забыли?
Его лицо вновь приобрело задумчивый вид, и почему-то это вот совершенно, вот ни капельки мне не понравилось…
— В нашей Академии браки не запрещены, как и отношения… Если, конечно, это происходит по обоюдному согласию и между мужчиной и женщиной… Но, если вас это так смущает, выход всегда есть — придется вас отчислить…
Я все больше приходила в ярость от происходящего. Он… Он издевается?! Ну ничего, мы тоже умеем… Крик и мольбы на него все равно не действуют, это я знала точно.
— Ну уж нет, дорогой… — При этих словах он поднял на меня заинтересованный взгляд, а я важно уперла руки в бока, дабы принять более воинственную позу. — Может, лучше тебе закончить преподавательскую карьеру?
— Исключено, — хмыкнул повеселевший темный. — Мне нравится этим заниматься.
— Ах так! — возликовала я. Почему-то мне понравилось играть по его правилам. Получи желанный брак! И истеричку в придачу! — Ты меня совсем не любишь! — как можно капризнее заявила и, с удовольствием пронаблюдав, как лицо мужчины вытягивается, а глаза вылезают из орбит, торжественно направилась к двери. — И вообще относишься по-свински! — а это я уже произнесла искренне, от чистого сердца.
— Не понял… — медленно донеслось мне в спину с такими интонациями, что мороз по коже.
Дверь перед носом неожиданно захлопнулась, чуть этот самый нос не прищемив. Черт, уходить надо было быстрее…
— Что непонятного, магистр Тиан? — Раз отступление провалилось, придется нападать. Я развернулась и с вызовом сложила на груди руки. — Что будущий муж должен быть повнимательнее? Каждую пару извозякивать свою невесту с ног до головы в грязи — это как-то не по-жениховски, не находите? Да и взгляд ваш вымораживает до самого нутра, это от любви, да? И…
Его лицо с каждым словом каменело, а я… А я выговаривалась, выплескивая всю накопившуюся обиду. Хотя какую обиду? Кто он мне? Но заткнуть меня бы сейчас не смогла целая стая горгон. А он смог.
— Хочешь моей любви, Селлина?
Да! Нет… Пошел он к черту со своими вопросами! И с экспериментами! И с предложениями! Я беспомощно дернула ручку двери. Пнула ногой.
— После того как стрясла с меня обещание?
— Какое обещание? — тоненько спросила я, прижавшись спиной к двери.
— О котором даже не вспомнила сейчас, — горько усмехнулся он и подошел вплотную.
Я замерла, затаила дыхание. От страха? Предвкушения? Он провел пальцами по моему лицу.
— Я никогда так не пугал никого из женщин одним своим существованием, — тихо произнес он. — Настолько, чтоб от меня бежали прочь, несмотря на ночь, паутину и возможных монстров. Неужели я страшнее их всех вместе взятых?
— Ваша гордость уязвлена? — срывающимся голосом проговорила я, задрав подбородок.
— А еще я никому не предлагал ни руку, ни сердце, — продолжил он, завораживая своим проникновенным тоном. — Только сегодня. Только сейчас…
Не маг — колдун. Я чуть не поддалась.
— Не слышала предложения ни того, ни другого, — отрезала торопливо, для надежности замотав головой.
— А хотите?
— Нет! — истерично выкрикнула я, придя в ужас от самой этой мысли. От дурацкого и неадекватного желания сказать «да» в ответ. — Вы… Как вам вообще не совестно бросаться такими словами? — взвилась я. — Хотите меня смутить? Привести в ужас? Довести до сердечного приступа? Чего вы хотите от меня, лорд Тиан?
Он помолчал недолго, рассматривая мое лицо в опасной близости.
— А разве непонятно?..
Сердце забилось чаще.
— Видит Тьма, я держался, — отрывисто произнес он, и стало жарко.
Так жарко, что хотелось вырваться из его капкана и бежать, бежать в ночную прохладу, подальше от него такого… Такого, в котором чувствуется нешуточная страсть, которой я вряд ли смогу противостоять. И это страшно, это действительно было страшно, потому что я не могу позволить себе влюбиться в темного! Не могу, но тем не менее…
— Дайте мне уйти, — судорожно прошептала я.
— Я же вижу, что ты этого не хочешь, — тихо ответил он и уткнулся лбом в мой. Его дыхание обжигало, щекотало кожу. Я беспомощно шарила ладонями по двери за своей спиной. — Я не преследовал тебя, не требовал взаимности, не пытался влюбить в себя и не ухаживал. Честно, насколько мог, но так больше продолжаться не может.
— Меня все устраивало! — выкрикнула я чуть ли не плача. — Не рушьте это!
— Да конечно! Именно поэтому тебе было так больно и обидно? — спросил он прямо. — Я не хочу тебя потерять навсегда.
Я никогда, никогда-никогда-никогда не позволю себе пойти по стопам матери. Я никогда не позволю себе быть с темным. Я обещала себе ненавидеть весь их род, но ненависть куда-то испарилась. Было бы в десять раз легче, если бы в сердце до сих пор жила ненависть, но там поселилось другое чувство, и именно оно разрывало изнутри на куски. Мучительно. Болезненно. Неотвратимо.
— Это невозможно, — хрипло выдавила я. — Я вас не люблю и уже говорила об этом…
— Говорила… — повторил он. — Беспомощно озираясь по сторонам и кусая губы.
Неужели это и правда звучало настолько лживо? Но я не собиралась так просто сдаваться.
— Арен, пожалуйста… Если вам не наплевать на мои чувства…
Ему было наплевать. Как всегда и всем.
— А может быть, я тебя люблю? — Он сгреб меня за талию, прижав вплотную к своему телу.
Может быть — недостаточно для того, чтобы я потеряла голову без памяти. Но достаточно, чтоб защемило сердце.
— А может быть, и нет, — яростно ответила я, злясь на собственную слабость, и обратилась к болотной магии.
Целый рой холодных мокрых лягушек посыпался сверху, приведя мага в замешательство. Я воспользовалась моментом, оттолкнула его в сторону.
Дверь поддалась, и я выбежала в коридор. Со всего маха врезалась во входную дверь и, распахнув ее, буквально вывалилась на улицу. В ночную темноту, в ливень и бушующую грозу. Ветер ударил в лицо, отрезвляя, и я больше не мешкала.
Я бежала. Бежала со всех ног, но что-то мешало дышать, сдавливало грудь. Я со злостью сорвала кулон темного, бросила его в траву и лишь потом поняла, что дышать мне мешают рвущиеся наружу рыдания…
— Селлина! — он нагнал меня до обидного быстро, сгреб в охапку, развернул к себе лицом. — Селлина, ты ничего не понимаешь!
Его дыхание было жарким, рваным, глаза сверкали.
— Отпустите меня! — я с силой ударила его по груди кулаком, маг в ответ лишь сжал меня крепче. Тогда я пнула его по колену, но сама же не удержала равновесия, мы поскользнулись на грязи, мужчина только успел смягчить мое падение, но рук не разжал.
— Да что же вы делаете! — беспомощно взвыла я, теперь окончательно лишившись возможности убежать.
Дождь хлестал по лицу, одежда давно и безвозвратно промокла, порывы ветра охлаждали разгоряченную кожу.
— Я никуда тебя не отпущу, — твердо произнес темный и накрыл мои губы поцелуем.
Меня разрывало на части от желания ответить, от удовольствия, от живительного тепла, разлившегося по венам, и одновременно от холодного липкого страха и ощущения безысходности. Как будто падаешь в разверзнувшуюся бездну и ничего не можешь поделать.
Когда он отстранился, я успела только вздохнуть и заметить момент офигевания на его лице, как тело скрутила судорога, боль пролилась по позвоночнику, кожа приобрела характерный рельеф, стала алебастрово-белой, и из объятий темного выскользнула змея с сияющими голубыми глазами. Болотная гадюка во всей красе. Первый полный оборот.
Слава Тьме, что он не пытался поймать меня за хвост, и я быстро доползла до кустов и спряталась под корнями. Прощай, Академия. Прощай, факультет. Прощай, темный… Но так нельзя.
— Селлина! — он наконец пришел в себя.
Я недовольно зашипела, затаилась, свернувшись кольцом. Пусть, пусть идет прочь… Это не я. Меня тут нет.
— Куда ты спряталась, негодная? — ворчал маг совсем близко. Спасибо, что подколодной не обозвал. — Трусиха! Колючка! Вредина!
Дождавшись, пока стихнут его шаги, я стремглав поползла к пока еще своей общаге. Кулона-пропуска теперь нет. Неужто до утра под открытым небом ночевать? У самого крыльца ко мне вернулась девичья внешность. Голая грязная девушка в темноте. Я бы на месте Изольды отшатнулась, но она лишь приветливо распахнула передо мной двери.
— Спасибо, — непослушными губами произнесла я и краем глаза увидела приближающийся мужской силуэт. — Изольда! — взмолилась я. — Не впускай его! Пожалуйста, не впускай.
Не знаю, что послужило причиной — моя просьба или позднее время, — но декан внутрь не попал. Я торопливо поднялась в свою комнату, радуясь, что ведьмочки спят и не наблюдают меня в таком виде. Объясняться сейчас не хотелось даже с пришедшими в ужас от моего состояния крысами.
Я жестом оборвала их причитания, набросила халат, собрала чистое белье и отправилась отмываться. Долго-долго скребла кожу, но прикрывала глаза — и перед ними вставал образ мага, его жаркие, требовательные поцелуи… Может быть…
— Мне придется уйти, змеям здесь не место…
Я сидела на подоконнике, забравшись туда с ногами, закутавшись в теплое одеяло, смотрела на звезды в прояснившемся небе и пила мятный чай с малиной. По идее, он должен успокаивать, но спокойнее не становилось, хоть я и пыталась думать о своем будущем отстраненно.
— Селли! — Тикки переживала, почти плакала. — Но почему? Какая разница, ведьма ты или нет?
— А такая, что на Чертовом учатся черти, на Оборотничьем — оборотни, а на Ведовском — ведьмы…
— А если остаться на Темном? Только специальность поменять? — предложил Тикки. — Ты же темная, почему нет?
— Диплом Темного факультета мне не нужен. Один у меня и так уже есть. Мне лицензия нужна, чтобы зельями торговать законно и в больших количествах. Из-под полы много не продашь… А для этого должен быть у меня диплом профессионального зельевара, а попросту — такие только на ведьминских специальностях выдают…
Погрустить вволю мне не удалось. Земля под моим окном с треском разверзлась, выпуская наружу мой личный непрекращающийся кошмар. Лиловое щупальце взвилось вверх, обмоталось вокруг моей талии и выдернуло с подоконника. Малиновый чай разлился по белоснежному халату, расползаясь красным пятном на груди. Крыски мои что-то заверещали, заметавшись по комнате.
Как непривычно, что меня не переносит в безопасное место, в теплую уютную комнату с мягким ковром под ногами… Флер сожаления, но некогда жалеть.
— Гад! — вскрикнула я, призывая созданную еще тогда, по случайности, защиту.
Щупальце оплавилось, кожа вздулась темными пузырями, а само чудовище надсадно закричало из глубины земли, только вот мое стремительное падение это обстоятельство не замедлило.
Воздух свистел в ушах, и вот я несусь с бешеной скоростью сквозь толщу земли в пробитом щупальцем тоннеле. Мимо пролетают чередующиеся слои известняка, рыжие полоски глины. Мой крик отражается эхом от стен, многократно усиливается и добавляет безысходности.
Нескончаемый тоннель все же закончился… Ударом о зеркальную, серебряную гладь подземного озера. Крик обратился в бульканье, но вместо дна появился зловонный желтый туман, и опять я лечу куда-то вниз — не понять где, как и в какой реальности. Кричать уже не было сил, и, когда меня швырнуло на твердую почву лицом вниз, а все вокруг потонуло в сером мареве, я лишь с облегчением выдохнула.
Нужно бежать, но сил не было, чтобы даже встать…
— Селлина… — знакомый тихий голос заставил вздрогнуть и замереть.
Нет, это невозможно!
Я с трудом заставила себя подняться на четвереньки.
Тонкий девичий силуэт в белом платье четко вырисовывался на фоне огромного лилового чудовища, которое выжидательно сложило все свои многочисленные щупальца. Глаза, сапфировые, пронзительно-синие глаза ярко горели, и их магия отражалась в бессмысленных глазах послушного монстра.
— Кати? — неверяще прошептала я, выпрямившись во весь рост.
Девушка сделала шаг вперед, и я невольно отшатнулась. Призрак прошлого…
— Живому телу тяжело приходится в Царстве Мертвых, оно такое недолговечное… — голос некогда бывшей подруги неузнаваемо изменился, стал жестче, появились металлические нотки.
Впрочем, и лица ее теперь тоже было не узнать — обвисшие щеки, почерневшие веки и кожа, изборожденная глубокими складками морщин. А ведь мы с ней были ровесницами… Сейчас передо мной стояла она и не она одновременно.
— Что же ты стоишь? Не соскучилась? Обними подругу, — постаревшая девушка распахнула объятия.
Я попятилась.
— Ты не Кати.
Сапфировые глаза горели магией ярко, но не было в них эмоций, не было на бледных губах улыбки…
— Я скоро стану Селлиной, — самоуверенно заявил этот ледяной голос, от которого мурашки шли по всему телу.
Перспектива… не вдохновила. И тут стало понятно, что от Кати здесь присутствует только оболочка — постаревшая, истаскавшаяся, ставшая ненужной тому, кто сидит внутри. И этот кто-то нацелился на мое любимое и родное тело!
Я сделала еще шаг назад. Многощупальцевый монстр казался мирно пасшимся барашком по сравнению с неизвестной, но разумной угрозой. К тому же, сделав свое дело, он утратил к происходящему всякий интерес — точнее, ожидал новой команды хозяина, все еще подвластный магии Кати.
— Кто ты? — В моих руках материализовалась черная плеть, но ударить я не решилась. Ведь ударить придется Кати! Не знаю, можно ли ее еще спасти, но рука не поднималась вот так запросто рассечь пополам тело подруги.
Девушка стояла не шелохнувшись, голос тоже не удостоил ответом. Зато плеть… она истончалась, становилась все прозрачней и прозрачней, пока не исчезла вовсе. Я в ужасе уставилась на свои ставшие пустыми руки. И тут раздался смех… Низкий, зловещий и эхом разнесшийся по округе.
— Мир мертвых не признает живых и их магию, — заботливо пояснили мне. — Он забирает все себе, иначе я не потратил бы столько времени на достойную замену с таким же даром. Так что не трать силы, оставь все мне!
Глаза Кати потухли, и тело девушки безжизненным мешком свалилось на голые камни. Я не выдержала — подбежала к ней, осознавая, что это может быть миражом, может быть ловушкой.
Но это была и правда Кати — реальная, но, несомненно, мертвая. Я закрыла ее пустые выцветшие глаза ладонью и тихо разрыдалась. Почти забытое прошлое ворвалось в настоящее, подарило надежду и забрало все обратно. И заберет еще больше, если я продолжу размазывать сопли.
Мир мертвых! Переход не обошелся без магии, и вряд ли этой магией обладает сам монстр. Он сейчас вообще казался неопасным. Я испуганно заозиралась, но не заметила ничего, ни малейшего ветерка, и от этого было жутко. Недолго, не дольше минуты, а затем вокруг меня вспыхнула яркая сеть! Тварь, похищающая тела, заверещала, напоровшись на защиту, которую я считала неудавшейся. А защита эта — от…
— Дух! — не поверила я. — Бесцветный!
И для меня — абсолютно точно невидимый!
Снова вспышка! И снова болезненный вой! Как долго продержится экспериментальная защита лорда Тиана?
— Я искал замену десять лет! — злобно бился о вспыхивающую сеть перерожденный.
Я пришла в себя и вслепую стегала перед собой призрачной плетью, которой хватало лишь на один удар и приходилось спешно создавать следующую.
— Отвяжись! — шипела я. — Здесь тебе самое место! Ты давно сдох!
— Да, пара некромантишков, загнавшая меня сюда, тоже так думала! — Не знала, что духи умеют усмехаться, но интонации были именно такими. — Девица очень удачно попала сюда вместе с монстром, да еще и с таким потрясающим даром, которым я тоже смог пользоваться!
Я невольно отступала, замечая, как магии моей становится все меньше и меньше, а ведь защита тоже магическая — насколько ее хватит? Как отсюда выбраться?! Как убить духа, если он уже мертвый?! Черт… Лучше бы я осталась у темного…
— Не трать магию! — взревел этот… урод бестелесный!
— Моя магия, что хочу, то и делаю! — Еле удержалась, чтоб язык не показать. — А тебе ее не видать — все равно растворится!
— Если займу твое тело, портиться будет только оно, а вся магическая составляющая останется при мне — я сущность этого мира, меня он не отвергает… — понизив голос, проникновенно ответили мне.
Меня почему-то затошнило от этого сладкого тона. Я, поморщившись, сделала еще шаг назад и упала, растянувшись на каменистых глыбах. Кажется, тварь улыбнулась, если она вообще может улыбаться… Да, и тотчас же моя магическая сеть вспыхнула еще раз и… не так ярко, как раньше!
— М-м-м-мр-р-р-р… — дух очень натурально замурлыкал от радости. — Прекрасно! Еще немного, и мир познакомится с новой Селлиной! Опять девка, ну да ладно… Уж в твоем теле я не совершу такой ошибки и не останусь здесь на несколько лет, благо за это время я нашел выход на поверхность…
При спасительном слове «выход» я навострила ушки.
Выход, выход, выход… Ну скажи же, где он!
Но гад принялся атаковать меня молча, и снова пришлось отмахиваться вслепую…
— Убирайся! Пошел вон! Исчезни!
Я судорожно вспоминала все, что нам с Морри удалось узнать о бесцветных. Кроме того, что их нельзя убить, на ум ничего не приходило.
Лиловое чудовище, поникшей кучей лежащее поблизости, лениво заворочалось. Щупальце свернулось в кольцо, потом резко распрямилось. И черный глаз на огромной голове больше не был подернут синей пеленой! Зато во взгляде весьма ощутимо сверкнул голод…
Я тотчас же подскочила на ноги, и извивающееся щупальце ударило по тому месту, где я только что разлеживалась. Столб каменной крошки взлетел вверх, монстр надсадно заорал.
— Прячься! — заверещал дух. — В расщелину!
Жертвовать собой из вредности я не собиралась, но где же она? Пока что я карабкалась по наваленным камням куда глаза глядят.
— Направо! Валун видишь? Туда!
Мой личный навигатор, желающий меня убить сам и не терпящий конкурентов, оказался весьма полезен.
— Быстрее! Быстрее! — откровенно переживал за меня дух. — Он без контроля тебя беречь для меня не станет! Сожрет! Или по камням размажет! Ну что ты спотыкаешься?.. Отдай мне тело, все равно пользоваться не умеешь!
Прыгала по огромным камням я действительно неважно, но это не повод пытаться забрать мое тело прямо сейчас! К тому же вспыхнувшая сеть ослепляла и мешала смотреть по сторонам!
Присоска скользнула по щиколотке, содрав кожу; я прыгнула вперед, перевалилась через вершину каменного склона, кубарем скатилась с другой стороны, выиграв время. Наконец зацепилась за какой-то уступ и еле втиснулась в обнаруженную узкую щель. Выступила алая кровь, и монстр голодно взвыл.
Я тоже взвыла — от боли — и, забившись в самый дальний угол, сжалась в комок, подтянула к себе колени. Чудовище снаружи бесновалось, беспорядочно выламывая куски скалы, и я вдруг четко осознала, что для того, кто способен пробить толщу земли, мое укрытие — это фигня. Стоит лишь найти — и всё, конец мне обеспечен.
Перед глазами почему-то стояла Кати. Маленькая смелая девушка, ценой своей жизни спасшая целую Академию. И я — забившаяся в дальний угол трусиха, а ведь у меня такой же дар!
— Ты что делаешь? — заволновался рядом со мной бесплотный дух, когда я решительно подползла к самому выходу. — Я сам!
Защита уже не ослепляла, еле заметно вспыхивая.
— Тебе здесь сил не хватит! Это мир мертвых, дорогуша! Мертвых! Здесь правим мы!
Я еле заметно вздрогнула, но сидеть и просто ждать, когда меня размажут о камни или сжуют живьем, было просто невозможно. Я осторожно выглянула наружу.
Маленькая фигура в белом платье поломанной куклой валялась у ног страшного монстра. Стало горько-горько, до слез. А из глубины души поднималась ярость, сверкая в глазах. Сжав кулаки, я выпрямилась во весь рост. Чудовище тотчас же обратило на меня внимание, прекратило хаотично размахивать щупальцами.
Жертва обнаружена.
Черный масляный глаз, в диаметре больше моего роста, моргнул и уставился прямо на меня. Сконцентрировавшись, я ответила на взгляд. Тонкая мутная пелена заволокла чудовищный глаз.
— Успокойся, — медленно проговорила я. — Успокойся…
Я не двигалась с места, боясь потерять контакт. Монстр недовольно ворчал, но тоже не двигался — пока не двигался, лишь сжимались и разжимались кольцами его щупальца. Как будто все присоски его чесались, чтобы броситься вперед и переломать мне кости.
— Не смей причинять мне зла, — тихо, но твердо проговорила я.
Контакт был зыбким, готовым в любой момент прерваться, поэтому я чуть не бросилась прочь, когда мощное щупальце опустилось на землю совсем рядом, а монстр злобно, но беспомощно взвыл.
Каменная крошка осыпала мое лицо, исполосовав щеки; я закусила до крови губы, но не моргнула. Не могла позволить себе такую роскошь. Лишь медленно выдохнула.
— Это тупое животное, — фыркнул рядом приободрившийся дух. — До сих пор не понимаю, как твоя подруга смогла наложить запрет такой силы, что он до сих пор не может пробиться наружу на территории Царства Змей. Замирал столбом, и все. Тупое создание.
Наружу. Наружу…
— Почему же ты не выбрался раньше в другом месте? — равнодушно спросила я, не отводя взгляда от своей жертвы.
— Пока я искал выход, тело старело, стало хрупким, — неохотно ответил он. — Требовалась замена с таким же даром, чтобы не потерять этого замечательного слугу. Иначе он первым делом сожрал бы меня в новом обличье. А я, знаешь ли, не жажду стать кормом… Я бы и тебя не нашел, если бы ты не стала спускаться под землю! И вижу, не ошибся…
Ишь ты… Тела ему чужого мало, еще и дар подавай… А ведь появился этот монстр и правда после того, как мы с Морри первый раз прошли под землей.
Я прищурилась, усиливая собственную магию. Она действительно стремительно таяла, времени почти не осталось. Собралась с духом, решительно вскинула подбородок.
— Отнеси меня наверх! — требовательно выкрикнула я дрожащим голосом. — Туда, где взял! Живо!
— Нет! — оглушил меня рев духа. — Не-е-ет!!!
Защита вспыхнула — еле-еле, на последнем издыхании, но с таким трудом налаженный контакт прервался. Монстр неуверенно дернул щупальцем, а потом трубно заорал, и мне спешно пришлось забиться за ближайший камень.
Но интерес ко мне тут же пропал, когда этот тихий мир нарушили визгливые крики и весьма разборчивый мат.
С неба что-то падало. С дикой скоростью, что-то черное, хлопающее множеством крыльев и очень эмоционально ругающееся на нескольких языках разом.
Четыре горгульи скинули пассажира и устремились обратно вверх, отчаянно визжа и уворачиваясь от толстых извивающихся щупалец, пытающихся схватить каменных пташек прямо в воздухе. Лорд Тиан встал на ноги, отряхнул запылившиеся штаны и присвистнул, оглянувшись вокруг.
— Какой же он огромный. Ох, Селли… Вот за что?
Я чуть от радости не задохнулась, увидев с виду спокойного темного, привычно усмехающегося и закатывающего рукава перед боем. А в следующее мгновенье меня обуял ужас. Ведь чудовище — далеко не самое страшное здесь существо!
— Арен! Осторожно. Здесь…
— Я, — ехидно договорили за меня, и защита рассыпалась на мириады искрящихся точек. Ударило в глаза темным туманом, и все погасло вокруг.
Ни дыхания, ни сердцебиения — лишь глухая чернота и ехидный смех. И я. Или не я. И тишина.
— Пошла вон отсюда.
Голос привел меня в себя. Мираж? Сон? Где я? И почему мне здесь так уютно?..
Вокруг было небо. Голубое, чистое и почему-то переливающееся, как моя магия.
— Это мое, — услужливо сообщили мне, едва я зажмурилась, вскинув голову к сияющему и словно живому небу. — А тебе здесь места теперь нет.
Я стояла на краю пропасти. Под ногами была опора — черная скала, твердая и надежная, сверху небо — голубое и яркое, а сама я была в золотом сияющем платье, и руки мои мерцали золотистым свечением, и волосы. А позади, где кончалась скала, кончалось и небо, превращаясь в бездонную воронку, от которой тянуло ужасом и смертью.
Незнакомый мужчина стоял напротив. Низкий, приземистый, неуклюжий. С острым загнутым книзу носом и жутковатым взглядом, жадно тянувшимся ко мне.
— Жизненная сила тоже моя, она тебе не пригодится.
Так вот как выглядит бесплотный дух! Или так он выглядел при жизни? Нити — светлые, золотистые и, теперь я точно знала, несущие самое дорогое — жизнь, — потянулись к нему, как паутинка, против моей воли.
Он выбросил вперед ладонь, и с удлинившихся пальцев потекли вперед дымчатые извивающиеся плети, подползли вплотную, полезли вверх по подолу, который тут же потускнел рядом с ними. Я отступила на шаг. Дух улыбался. Открыто, торжествующе и оттого страшно.
Я попыталась ответить магией, но земля подо мной сотряслась яростным ударом, и я еле устояла на ногах. Дух захохотал — раскатисто, словно гром.
— Давай, попробуй уничтожить себя изнутри! — веселился он. И обвел рукой вокруг. — Полюбуйся, что тебя наполняет… Магия, жизнь… Темная магия — фундамент твоего дара, ментальная — приятное дополнение, маловато будет… У твоей предшественницы была сапфировая твердь под ногами, которая дрожала от переполнявшей ее энергии. Но ничего, я разберусь, как распорядиться и этим наследием…
Вокруг меня сплетались черные жгуты, загоняя все глубже и глубже в темноту, подталкивая к бездонной пропасти.
— Так вот как ты захватываешь тело? — презрительно скривила я губы.
— Нет, — больше не было на лице улыбки. — Так я изгоняю душу.
И разговоры кончились.
Я чувствовала, как с каждой потерянной золотистой каплей мое тело бледнеет и постепенно расплывается. И отступала, отступала, ища спасения. И окружали все плотнее жадные плети, высасывающие силу, превращающие меня в ничто. И дико хотелось спать.
— Селли!
Я вздрогнула. Голос был далеким, тихим, но дрогнула опора под моими ногами, а за спиной со скрежетом выросла каменная черная глыба, отделяющая меня от края пропасти, над которой я уже занесла ногу. Пятиться теперь было некуда, я лопатками уперлась прямо в нее. Дух неприятно скривился.
— Селли! — уже тверже, увереннее. Кажется, я знаю этот голос.
Дух оскалился, зарычал, завращал страшно глазами, но разрасталось между нами фиолетовое свечение, непонятно откуда взявшееся.
— Борись, не сдавайся! Не уступай ему! — апатично слушала я.
Платье мое больше не сверкало золотом, обвисло серой тряпкой, а у существа напротив отросли зубы, с которых капала слюна, и он бросался, бросался вперед, но почему-то не дотягивался до меня, налетая на сверкающую фиолетовыми всполохами преграду. Голоден?
Мысли путались, даже стоять на ногах было лень, и я уселась прямо на камни, поджав ноги, оперлась спиной на отделяющую от пропасти глыбу и просто смотрела перед собой пустым взглядом. Так, наверное, нельзя, именно этого и добивался захватчик — избавить мое тело от моего «Я», от души, от меня… Но мне было наплевать. Потрясающее равнодушие перед концом.
— Селлина… — совсем тихо, обреченно, горько.
Я устало прикрыла глаза. Сил бороться не было, сил не было даже, чтобы смотреть на бесившегося за фиолетовой преградой духа, который все больше приобретал звериные черты, становился все чернее — лицо, волосы, когти на неестественно длинных руках. Странно.
И вдруг — страшный удар в грудь. Я скривилась от боли, ахнула, но в следующее мгновение от этого места начало разливаться что-то горячее, быстро распространяясь по всему телу. Я словно очнулась ото сна, в голове прояснилось, и я увидела, что ярче сияет мое платье, что вернулось к посеревшей коже золотистое сияние. Я решительно поднялась на ноги и даже не пошатнулась.
Дух превратился в черное, метающееся за преградой бесформенное пятно. Я обвела взглядом мир вокруг — бескрайний простор, острые черные скалы, тянущиеся вверх, как будто ставшее ярче небо, теплый ласкающий ветер и наполняющий меня энергией, укутывающий жаркий свет. Не отдам.
— Здесь я хозяйка!
Голос прогремел оглушительно.
Дух ответил неразборчивым воем.
А я вдруг четко поняла, что ему здесь нет места и не могло быть. И почему я отступала раньше от этого жалкого комка?
— Пошел вон.
Земля и небо сомкнулись, отрезая постороннее существо из моего мира, выбрасывая его за пределы моей жизни, а я успела улыбнуться, прежде чем окончательно погрузиться в темноту.
Первое, что я почувствовала, когда вернулась способность чувствовать, — впившиеся в лопатки камни. Первое, что увидела, открыв глаза, — крючковатый, хищно выступающий вперед нос, темные глаза, сверкающие под капюшоном, и осунувшееся лицо, нависшее надо мной.
— Вы?! — перепуганно выдохнула я и приподнялась на локтях, готовая отползти назад на безопасное расстояние.
— Мы, — поправил знакомый голос. — Извини, мне пришлось многое рассказать…
Лорд Тиан проворно оттеснил некроманта в сторону плечом, наклонился ко мне ближе. Я была рада ему, рада как никогда и, наверное, глупо улыбалась.
— Спасибо! — магистр с силой пожал костлявую руку декана некромантов.
— Впервые вижу, как перерожденный становится обратно черным, — задумчиво проскрежетал Ринтан Сонер. — А с черным справиться здесь намного проще, чем на поверхности.
Естественно, я не стала сообщать, что однажды превратила черного в бесцветного, так почему бы и не превратить наоборот? Все равно не поняла, как именно. Может, у духов на меня своеобразная аллергия?
Вдали лежали дымящиеся останки некогда страшного монстра, вокруг него сновали темные маги и некроманты в плащах — настоящие, я не разглядела ни одного адепта. Почему-то чудище стало жалко.
Темный проследил за моим взглядом, за моим раскисшим выражением лица.
— Вот только не говори… — мученически скривился он.
Я шмыгнула носом, но промолчала. Существо, которое с легкостью может открывать проход из Нижнего Мира в наш, опасно по определению, а уж если оно обладает такими размерами и агрессивное… Все-таки я недостаточно кровожадна ни для темной, ни для ведьмы. И, как оказалось, недостаточно сильна…
— Зачем ты это сделал?
Брови мужчины изумленно приподнялись.
— Зачем что?.. Зачем бросился следом, едва твои питомцы заголосили на всю округу? Зачем собрал столько народа, поняв, что даже самый разозлившийся темный маг не справится в одиночку? Или монстр стал твоим новым любимцем, и ты решила его дрессировать? Признай, у тебя это получилось не самым лучшим образом…
Я ждала. Так и думала: он не сказал, замолчал выжидательно, с искренним непониманием уставившись на меня.
— Моей жизненной силы почти не осталось, — тихо произнесла я. — Кто-то поделился своей.
Он самодовольно хмыкнул.
— Долги надо возвращать.
— Долги, значит… — задумчиво протянула я. Значит, знал. Интересно, как давно?
Долги так долги. И на том спасибо.
Стало как-то горько. Поделиться своей кровью, жизнью, магией. Никто не станет делать это для постороннего. Ну, разве что из чувства долга.
Я мягко оттолкнула мага в сторону, пытаясь встать на ноги.
Он помог мне подняться, несмотря на мое недовольное пыхтение, сгреб в охапку и поцеловал так, что даже голова закружилась.
— Глупая… — прошептал он. — Глупая маленькая колючка…
Схватил за плечи, встряхнул хорошенько.
— Вот скажи мне, какого черта ты выкинула кулон? — строго заглянул он в мои глаза, отчитывая. — А если бы я тебя никогда не нашел? А если бы я не успел? А если бы ты погибла? Вот скажи, кого бы я тогда любил?
— Кого?.. — тихо повторила я, находясь в некой прострации и глядя в его взволнованные глаза.
Он не ответил, лишь снова поцеловал, нежно и ласково. Мои руки обхватили его плечи — сильные, широкие. Мое сердце абсолютно иррационально рвалось к нему — к этому безумному как в схватке, так и в любви темному. И он не мог этого не почувствовать: прижал к себе крепче, выдохнул с облегчением, что я не отталкиваю его больше, не сопротивляюсь чувствам, потерся щекой о мои волосы.
— Мое предложение, между прочим, все еще в силе, — провокационно проговорил он на ухо.
— Но… — я отстранилась в замешательстве. — Я тебя совсем не знаю…
Я нагло врала, потому что знала, что рядом со мной — совершенно потрясающий мужчина, и я его успела полюбить всем сердцем. Против воли, против здравого смысла. И собиралась позорно сбежать от этой любви.
— Я сегодня вообще узнал, что ты змея, — хмыкнул он. — Но это не мешает мне тебя любить.
— Гадюка, — смущенно добавила я.
— Надеюсь, ты хотя бы не ядовита? — он снова поцеловал меня, ухмыляясь.
— Ядовита…
— Так я и знал. Больше не вздумай от меня бежать, поняла?
— Да от тебя даже в мире мертвых не скроешься, — притворно вздохнула я и удостоилась угрожающе продемонстрированного моему носу кулака.
— Согласится!
— Не согласится!
— Да не может не согласиться, этот темный маг умеет уговаривать!
Крысята спорили уже добрый час, а я рассеянно наблюдала за их спором, пока Жорж в который раз уточнял мерки для платья и утирал слезы умиления свободными лапами. Аля сидела рядом и уговаривала его сделать шлейф покороче, чтобы она шла позади невесты одна и тоже была в центре внимания. Ник с серьезным видом укорял ее в эгоизме, потому что нести мой шлейф желал весь, как он выразился, скотный двор. Крысы обиженно посмотрели на него и даже спорить перестали.
— Мермяу! — внесла свое веское слово Чуча, перестав прятаться под кроватью.
— А тебя все равно посторонние не увидят, — напомнила я одомашненной нечисти.
После случившегося я все еще жила в избушке Изольде и ждала позорного изгнания из Академии. Признаюсь, я малодушно пыталась уговорить Арена, чтобы он оставил в тайне мое истинное происхождение, на что темный маг ответил, что во время свадебного ритуала все равно все откроется. На мое предложение оттянуть свадьбу до окончания диплома мне вместе с веским «Нет, ты к тому времени десять раз надумаешь себе всякую ерунду и сбежишь» была предъявлена фига в доказательство серьезности своих намерений.
— Ну зачем, зачем тебе вся эта нервотрепка с дипломом зельевара? — непонимающе спрашивал он, уговаривая перейти на собственный факультет, поменяв специализацию, и закончить учебу темным магом.
— Понимаешь, это единственное, что получается у меня лучше всего и приносит удовольствие, — терпеливо объясняла я, иногда несколько раз в день. — Я, как болотная гадюка, получила соответствующее своему профилю магии образование, к тому же мне выделен участок в Болотных Землях, который я могу облагородить и сделать источником своего заработка, поставляя различных редких гадов и травы для ведьм. Но ты не представляешь, как надоели мне все эти лягушки и комары! Моя мама тоже не смогла жить на Болоте, но у нее ментальный дар намного лучше моего — она может избавить от фобий, может помочь развить истинный талант, может избавить от кошмаров и даже от ненужных воспоминаний по согласию пациента. Я такого не умею…
Арен слушал и едва заметно щурился, наклонив голову набок.
— А пробуждать чувства? — наконец спросил он вслух.
— Приворотные зелья у меня получаются куда лучше, — ехидно ответила я. — А еще лучше — средства для избавления от токсинов, отравляющих мозг… Правда, не самым приятным путем…
— Общение с ведьмами не идет тебе на пользу, — проворчал будущий муж, но зато глупых вопросов больше не задавал и подозрительно не косился.
— Не переживай, — успокаивающе погладила я его по руке. — Если бы я могла, то уж точно не стала бы тебя в себя влюблять.
— Для меня до сих пор дико, что можно настолько ломать себя и бежать от чувств без оглядки только потому…
— Не ворчи, — я примирительно поцеловала его в губы. — Мне все равно не удалось убежать достаточно далеко.
— Страшно подумать, если удалось бы…
В итоге Арен решил действовать честно и поговорить с ректором, чтобы убедить сделать для меня исключение.
И сейчас мы все дожидались его возвращения. Надежный дом, в котором он терпеть не мог посторонних, кипел жизнью, спорами и пережил за это непростое время пару драк и бесчисленное множество предположений о моей дальнейшей судьбе. Вещи я уже собрала, но всей душой прикипела к Академии, и покидать мне ее не хотелось. Как и Арена. Но до свадьбы я у него жить не буду!
— Ну что?!
Первыми вперед бросились дети и крыски. Я с надеждой повернулась в его сторону, затаила дыхание в ожидании ответа.
— Уговорил?
Тот мрачно покачал головой.
— Ректор Форнеус непреклонен к соблюдению правил. На специальности для ведьм будут обучаться только ведьмы.
Что ж… Я ведь запретила себе расстраиваться. Сотню раз прокручивала этот момент в голове, но…
— А ты чего меня не утешаешь? — подозрительно взглянула я на темного мага, который стоял, прислонившись к косяку двери, смотрел на всех нас и выглядел чересчур расслабленно. На губах его то и дело проскальзывала неуместная улыбка, которую он тщетно пытался спрятать. А у него, между прочим, невесту отчисляют!
Арен заулыбался уже в открытую. Крысиные рыдания и причитания стихли, ушки навострились. А он торжествующе выудил из кармана корочки и протянул мне.
— Это что? — насторожилась я.
— Подарок от магистра Каллохена. К нему все-таки вернулась память, несмотря на твои ухищрения…
Судя по ехидному взгляду, не только сам вспомнил, но и другим рассказал…
— Ой-е-ей… — простонала я.
— Ты читай, читай…
Я с опаской развернула красные корочки, опасаясь мести.
— Именем главного ведьмака Колдовских Земель… Специальное разрешение… За проявленные таланты и продемонстрированный характер… Адептке Селлине Краст официально разрешается…
Я прочитала раз, прочитала два — не поверила!
— Арен, ты видел?
Тот, посмеиваясь, сгреб меня в охапку, а я утирала навернувшиеся на глаза слезы.
— Так я остаюсь? — неверяще прошептала я, носом уткнувшись ему в грудь. — И учиться буду? И диплом получу? Правда?
Он поцеловал меня в зареванную от счастья щеку, потом в другую и лишь тогда кивнул.
— Ой… А я его того… По голове… А он мне… Стыдно-то как… — бормотала я, а темный откровенно хохотал.
— Да что там?
— Что случилось?
— Что написано-то там, Селлина?
Ник молча подошел, взял из моих рук корочки и, пробежав глазами по строчкам, тоже заулыбался.
— Ну, что там ей официально разрешается-то? — Рикки не выдержал и в приступе любопытства залез мальчишке на плечо, заглянул в бумаженцию и сконфузился. — Ну имей совесть, я читать не умею!
Молодой ведьмак вопросительно глянул на меня и, дождавшись одобрительного кивка, громко дочитал:
— Адептке Селлине Краст официально разрешается… быть ведьмой!
— Быть счастливой ведьмой, — прошептал мне на ухо будущий муж, прижимая к себе крепче. И как с таким не быть?