Мои мама и папа!

Я живу хорошо, просто замечательно. У меня всё есть, есть свой дом, он называется казарма. В нём одна комната и куча коек. Есть у меня и друзья, они, конечно, придурки, зато на их фоне сам я смотрюсь вполне пристойно.

Начальство меня ценит, посылает не к хаттовой матери, как других, а на ответственные посты – стеречь комнаты больших шишек, чтобы те не шлялись по гарнизону, никого не предупредив. И не мешали нашим офицерам заниматься своими делами. Начальство у нас хорошее. Когда на дверях покоев Инквизитора кто-то из наших сделал похабную надпись, ротный так хохотал, что забыл наказать виновных.

Когда меня забирали в штурмовики, вы всё боялись, что служить у меня не хватит здоровья. Я и не подозревал, что здоровья может быть так много. Сейчас мы каждый день бегаем кроссы по двадцать километров – десять туда и десять обратно. А на привале размачиваем засохшие концентраты и едим, прямо в пыли, потому что за время привала она осесть не успевает. И никто до сих пор не помер.

А на днях мы на стрельбы летали. Никто опять никуда не попал – похоже, это становится традицией. Лейтенант говорит, что тех, кто будет служить лучше всех, в конце рано или поздно прирежет какой-нибудь джедай. Поэтому я стараюсь служить плохо. Надеюсь, что джедай окажется красивой женщиной и меня пожалеет.

Ваш сын

ТК-88-1313