Я никогда в жизни не видела столь физически совершенного тела, как то, на которое сейчас пялилась. Он только что влетел в нашу кухню вместе с моим старшим братом Джейком так, будто бывал здесь уже сотни раз. Черные солнцезащитные очки, надетые на голову, удерживали кудрявые каштановые волосы, которые доставали до подбородка, а также в глаза бросилась сумка, небрежно перекинутая через его широкую грудь. Сливовая гавайская рубашка, джинсы и кожаные коричневые шлепанцы придавали ему немного хипповый вид. Не понимаю, как я все-таки разглядела что-либо, кроме его прекрасного лица… ох, это лицо. Выразительные скулы и сильная линия подбородка выгодно подчеркивали пухлые и невероятно мягкие губы, ну, по крайней мере, мне так казалось. Хотя мне и было всего двенадцать, но стоило ему улыбнуться, как я ощущала, что у меня в желудке начинал танцевать просто-таки рой бабочек.

— Хейли, это мой лучший друг и сосед по комнате — Кори.

Пока Джейк представлял нас, Кори довольно крепко пожимал мою ладонь. Когда я впервые взглянула в его карие глаза, у меня пропал дар речи. Мне хватило сил лишь на то, чтобы сказать «Привет», и я почувствовала, как мое лицо стало пунцовым от смущения.

— Очень приятно познакомиться, Хейли. Ты хорошенькая, — сказал он мне и подмигнул. В этот момент я начала сползать со стула, на котором сидела, пока делала домашку, и мечтала о том, чтобы исчезнуть где-то там, под столом. Я приклеилась взглядом к книге по математике так, будто это самая интересная книга из тех, которые я когда-либо читала.

— Ну что, Мелкая, где мама?

Я закатила глаза, когда вновь услышала это отвратительное прозвище, а затем взглянула на Джейка.

— Она пошла в магазин. Скоро вернется.

— Ладно, Мелкая, Кори останется у нас на ужин ко Дню Благодарения. Пойду, покажу ему его комнату.

— Мгммм, — пробормотала я, упрямо глядя в свою книгу, когда они выходили из комнаты. О, Боже! До Дня Благодарения еще неделя! Он остается на целую неделю. Как я протяну эту неделю, если практически не могу разговаривать рядом с ним?

Для меня обед стал просто пыткой. Кори сидел напротив меня, поэтому, если я не утыкалась лицом в тарелку, то постоянно встречалась взглядом с его глазами, что приводило к стаду мурашек, бегающих по спине. О, Боже, он выглядел даже лучше, чем два часа назад. Его каштановые волосы, уложенные в совершенно хаотичном порядке, обрамляли лицо, скручиваясь небольшими колечками.

Он постоянно проводил пальцами по волосам. Меня гипнотизировало то, как каждая прядка после его касания ложилась на место.

Я старалась вслушиваться в разговор, но то и дело возвращалась взглядом к тому, как Кори отреза́л себе очередной кусочек ростбифа, держа нож своими большими ладонями, или чувственно пил воду из стакана этими полными губами. Когда я, наконец, смогла взять себя в руки и перестала обращать внимание на его улыбки, я, в конце концов, узнала, что он приехал из Нью-Хэмпшира, что он единственный ребенок в семье и что его родители в разводе. Года на два после окончания им и Джейком Университета Бикон, Кори планировал остаться в Бостоне.

Остальная часть недели прошла для меня спокойно, так как я не видела больше Кори и не могла выставить себя полной идиоткой перед ним. В следующий раз мы с ним встретились будущим летом, когда мне исполнилось тринадцать.

Каждый год, в июне, как только заканчивались школьные будни, мы всей семьей отправлялись в наш летний домик в Кейп Код. Я с родителями проводила там все лето, вплоть до конца августа, когда снова начиналась учеба. Эти десять недель лета становились сказкой для меня, которую я всегда с нетерпением ждала. Наш дом был местом, где соединились две, казалось бы, несовместимые вещи. Из нашего пляжного домика, построенного в английском стиле (Примеч. дом в традиционном британском стиле, чаще всего построен из красного кирпича) с одной стороны открывался вид на кедровый лес, усыпанный галькой, и на бескрайние просторы Атлантического океана с другой. Дом стоял в самом конце улицы, и поэтому мы жили практически на пляже. Ночью я с замиранием сердца слушала, как волны обрушивались на берег. Для меня это была лучшая колыбельная в мире.

Мой лучший друг, Маркус, жил вместе с мамой прямо напротив нас. Мы с ним знакомы всю нашу жизнь, поэтому каждый год на протяжении всего лета были неразлучны. Поскольку мы жили в разных городах, в сорока пяти минутах езды друг от друга, то проводить время вместе могли только летом.

Маркус должен приехать сегодня. Ура! Я не видела его десять долгих месяцев, и хотя мы постоянно переписывались и созванивались, ничто не сможет заменить личную встречу. Мне нравилось проводить с ним время. Он очень забавный, и мне с ним весело. Как будто у меня был еще один брат, только лучше, потому что мы одного возраста. Нет, я, конечно, любила своего брата Джейка, но он старше меня на восемь лет, поэтому у нас с ним не было общих интересов… ну, кроме Кори. Я, без сомнения, была весьма им заинтересована. Хотя, конечно, я понимала, что все это безнадежно. Он даже не догадывался о моем существовании, и к тому времени, как я вырасту, у него уже, скорее всего, будут жена и дети.

Рядом со мной на столе для пикников, где я в данный момент обедала, завибрировал телефон.

Мы почти на месте.

УРА!

Прежде чем бежать к дому Маркуса, я быстренько проглотила остатки копченого сыра и запила его водой. Пока ждала их на ступеньках, я чуть ли не подпрыгивала в предвкушении встречи. Я услышала шум подъезжающего внедорожника задолго до того, как увидела его на дороге.

Машина только-только остановилась, как мой лучший друг уже выскочил с переднего сидения, а на его губах играла улыбка. Мы бросились навстречу и, встретившись на полпути, стиснули друг друга в крепких объятиях. Он поднял и закружил меня, заставив тем самым визжать и хихикать как маленькая девочка. Маркус отпустил меня, и мы принялись рассматривать друг друга. Он сильно подрос в сравнении с прошлым годом и стал выглядеть скорее подростком, нежели ребенком. Мы стояли молча и по-дурацки улыбались, пока его мама не подошла к нам.

— Хейли Морс, гляньте-ка… ты стала такой взрослой и очень красивой.

— Здравствуйте, миссис О’Коннор. Рада вас видеть!

— Иди сюда и обними меня крепче, — сказала его мама и развела руки в ожидании.

Я шагнула и крепко обняла ее. Ощутив знакомый запах ее духов, я улыбнулась и представила, как мы проведем это лето.

Это лето проходило также, как и всегда. Каждый день мы ходили на пляж и, по возможности, оставались там до позднего вечера. Мы оба любили серфинг и катались на скимборде и бугиборде, когда была такая возможность. (Примеч. скимборд, бугиборд — виды досок для серфинга). Я довольно неплохо каталась, но даже половины не умела из того, что умел Маркус. Иногда я просто сидела на доске и наблюдала за ним. А он казался настоящим серфером, гладко скользящим по волнам.

Дружба с Маркусом была легкой и никогда не создавала проблем. Мне бы очень хотелось, чтобы мы ходили в одну школу. Я любила своих друзей, но наша с ним дружба — это совершенно другое. Мы доверяли друг другу все самые потаенные мысли и секреты, зная, что ни один из нас никогда не предаст друга. Говоря о секретах, я понимала, что мой лучший друг знал о моей глупой влюбленности в Кори Маршалла. Он немного подшучивал над этим, правда, не до такой степени, чтобы я злилась. Он знал, когда лучше остановиться, чтобы не пересечь черту…

Проснувшись этим утром, я узнала от мамы, что к Джейку на несколько дней приехал Кори. Меня эта новость одновременно и огорчила, и привела в восторг. Мы не виделись восемь месяцев. Интересно, я выглядела старше или нет?

Кори приехал днем, но я не видела его, так как в это время мы с Маркусом были на пляже и катались на досках. В этот день волны просто идеально подходили для серфинга, поэтому мы решили пообедать позже. К тому времени, как мы вернулись, Кори с Джейком уже куда-то ушли, а мама Маркуса пригласила меня присоединиться к ним за обедом. Она повела нас в мой любимый ресторан «Береговая линия». Из его окон открывался потрясающий вид на океан, и сегодня мы заняли столик на открытой веранде. Вечером же, по возвращении из ресторана, я была расстроена новостью о том, что Кори уже уехал.

Утро следующего дня тоже принесло разочарование: моросящий дождь заставил меня отсиживаться дома. Маркус присылал мне сообщения, предлагая прийти к нему, но я так удобно устроилась в нашем кресле на веранде, что отказывалась идти куда-либо. Перечитывая свою любимую книгу, наверное, уже в сотый раз, я понимала, что если мы можем пойти на пляж, то этот диванчик — единственное место, где я сейчас хочу находиться.

Я уже осилила большую часть книги, когда кто-то присел в кресло рядом со мной. Сначала я подумала, что это Маркус, поэтому не стала поднимать голову. Он лучше всех знал, что произойдет, если он меня прервет. Но я уловила древесный запах мужского одеколона и поняла, что это не мог быть он, ведь мой лучший друг не пользовался одеколоном. Я перевела взгляд вверх и увидела улыбающееся лицо Кори.

— Привет, Хейли. Как дела?

— Привет, — ответила я, едва взглянув на него. Я так многословна…

— Как проходит лето?

— Хорошо, — пробормотала я, упрямо глядя в книгу.

— Чувак, — крикнул мой брат Джейк из соседней комнаты, — нам пора идти. Через двадцать минут мы должны встретиться с девчонками.

Кори легко поднялся из плетеного кресла и приподнял мой подбородок большим и указательным пальцами.

— Позже увидимся, Хейли, — проговорил он с улыбкой и подмигнул. Я смотрела на него совершенно ошарашенная. У меня не было ни единой связной мысли, и все потому, что он прикоснулся ко мне.

На следующий день мы с Маркусом отдыхали на пляже, когда там появились Джейк и Кори в обществе двух развязных блондинок. На них были надеты маленькие, просто крошечные бикини, которые едва вмещали их огромные буфера. Я опустила взгляд на свою совсем не впечатляющую грудь и уныло вздохнула. Ощутив, что я начинаю переживать, Маркус схватил меня за руку и потащил к нашим доскам для серфинга.

Весь последующий час мы плавали, и это занятие прекрасно отвлекало меня от мыслей о Кори. Мне бы очень хотелось, чтобы мой к нему интерес не был настолько силен. Я понимала, что мои чувства безнадежны, но, как говорится, сердцу не прикажешь. К сожалению, мое сердце сделало глупый выбор.

В этот вечер мои родители решили устроить пикник у нас дома. Маркус с мамой тоже были приглашены и принесли ее знаменитые брауни с двойным кремом. Ням! Джейк и Кори заявились на ужин со Шлюшками №1 и № 2. Они настолько были похожи друг на друга, что я не могла их различить. Возможно, Джейк и Кори тоже их не различали и менялись ими? Фу, какая гадость!

Разговор за ужином был наполнен словечком «типа» и постоянным хихиканьем Шлюшки №1 и Шлюшки №2, как я называла их про себя. Это прозвище им очень подходило.

Шлюшка №1 говорила:

— Этот, типа, стейк, типа, такой нежный. Я, типа, обычно не ем так много, типа, красного мяса, — а далее следовало такое противное хи-хи, хи-хи. Ох!

Шлюшка №2 отвечала в той же манере:

— Я знаю. Мой отец, типа, всегда его портит, типа, когда готовит, — и затем снова это хи-хи, хи-хи. Просто ужас!

Я то и дело закатывала глаза во время ужина, слушая этот разговор, и ничего не могла с собой поделать. В детстве мама пыталась отучить меня от этой привычки, пугая тем, что глаза когда-нибудь застрянут у меня в голове, но это не сработало. Я зависима от «глазозакатывания» и горжусь этим. Закатывание глаз казалось мне чрезвычайно увлекательным занятием. Этим жестом можно выразить столько эмоций, при этом не произнеся ни слова.

Маркус пнул меня под столом и, когда я на него посмотрела, ухмыльнулся.

Я пнула его в ответ и закусила губу, чтобы не рассмеяться вслух. Мы посмотрели друг на друга и взорвались смехом. Я имею в виду истерическим, со слезами и всем прочим.

— Над чем это вы так смеетесь? — спросила моя мама, приподняв бровь, и улыбнулась.

— Они, типа, такие милые, — сказала Шлюшка №2.

— Мы, типа, прекрасны, — ответила я, захлопав ресницами, и мы с Маркусом снова разразились хохотом.

Наконец-то лето, и не надо идти в школу. Я снова встретилась со своим лучшим другом Маркусом, а значит все просто отлично. Мы уже две недели находились в нашем пляжном доме. Мы с Маркусом, как всегда, отрывались на полную. Я испытала легкий шок, увидев его первый раз в этом году. Он подрос еще на несколько сантиметров, и теперь его рост составлял около метра восемьдесят. Он очень много работал над собой, как того требовала игра в американский футбол, и сейчас смотрелся довольно крепким. Я сама не верю в то, что говорю, но должна признать, что мой лучший друг выглядел очень сексуально. Очень странно так о нем думать, но я не могла не признать этого. Благодаря новой короткой стрижке, он выглядел чуть старше, даже его темно-голубые глаза сильнее выделялись, да и улыбка казалась ярче. В его голосе проскальзывала хрипотца, и я не могла отвести взгляда от его красных губ, когда он произносил слова. Я даже задумалась о том, какими окажутся эти губы на ощупь, когда они прикоснутся к моим. Его нижняя губа была чуточку полнее верхней. Она казалась очень-очень мягкой, настолько мягкой, что мне хотелось укусить ее. Я поймала себя на мыслях о нас с ним. Я никогда и ни с кем раньше не целовалась, и мне стало интересно, каково это — целоваться с Маркусом. Он тоже еще ни с кем не целовался, я знала это. Может быть, мы могли бы подарить друг другу первый поцелуй?

Следующим утром объявился Кори. Джейк был здесь с самого открытия домика на лето и собирался остаться еще недели на две. У Кори же была всего одна неделя, прежде чем ему придется вернуться в Бостон, на работу. Неожиданная встреча с ним, в первый раз за два года, стала приятным сюрпризом. Клянусь, он был красивее, чем когда-либо. Парень подстриг свои кудрявые каштановые волосы, что придало ему более деловой вид. Он выглядел старше, и этот факт вынудил меня, в очередной раз, задуматься о нашей восьмилетней разнице в возрасте.

Кори осторожно поймал меня, чтобы обнять. На минутку крепко прижал, а затем отстранился, все еще удерживая меня обеими руками за плечи перед собой. Подняв на него взгляд, я заметила, как он рассматривал меня от головы и до ног, а затем его взгляд остановился на моем лице.

Он замер, едва взглянув мне в глаза.

— Ты так выросла!

Я улыбнулась в ответ и почувствовала, как вспыхнуло мое лицо от его внимания. Я, конечно, мастер красноречия рядом с ним. К сожалению, кое-что не меняется.

— Как у тебя дела, Хейли?

— У меня все хорошо. Все отлично.

Вау. Я смогла сложить вместе аж шесть слов. И то, если не учитывать повторяющиеся слова. В это время в комнату вошел Джейк, они обнялись, приветствуя друг друга, и ушли, чтобы устроить Кори.

Наша с Кори очередная встреча состоялась в следующем феврале, на мой шестнадцатый день рождения. Мои мама и папа решили устроить праздник по этому поводу, считая, что это, как говорит моя мама, «огромное событие в жизни девочки». Они арендовали банкетный зал в ресторане в гавани Бостона и пригласили, в конечном итоге, около пятидесяти гостей. Двадцать из них — это мои близкие друзья, а все остальные — родственники и друзья моих родителей. Этот ресторан — один из самых популярных и расположен он рядом с доком для круизных лайнеров. Маркус тоже придет. Ура! Я так безумно рада, что увижу его и познакомлю с моими друзьями, особенно с Шелби, моей лучшей школьной подругой. Она слышала столько всего о нем и наоборот. Мы с ним не виделись с окончания летних каникул, но разговаривали и переписывались каждый день. Хотя мы и целовались прошлым летом, Маркус и я по-прежнему оставались лучшими друзьями. В ночь, когда состоялся наш первый поцелуй, мы, на самом деле, много чего попробовали, но, в конечном счете, решили оставить все на чисто платоническом уровне. Никто из нас не хотел рисковать нашей дружбой.

В обед мама отвела меня в салон, чтобы сделать прическу, нанести макияж, сделать маникюр и педикюр. Я выбрала глянцевый лак цвета древесного угля для маникюра и цвет фуксии для педикюра. Волосы мне уложили крупными локонами, а с правой стороны, за ухом, закрепили заколкой с кристаллами. Мое платье было бирюзового цвета, без бретелек и с облегающим верхом. Юбка пышная, длиной чуть выше колена. Цвет платья сделал цвет моих глаз еще ярче, а, возможно, они так выделялись из-за медных теней и карандаша, а также черной туши.

Последний раз взглянув в зеркало, я обратила внимание на то, как взросло я выглядела. Мне казалось, что на меня пристально и задумчиво смотрело чье-то чужое отражение. Я не могла не думать о том, какими длинными казались мои ноги, благодаря черным кокетливым туфелькам на высоком каблуке. Не удивительно, что взрослые женщины предпочитали носить каблуки постоянно. Я достала свой розовый блеск для губ с запахом жевательной резинки и еще раз провела им по губам, прежде чем отправиться в комнату, в которой родители встречали прибывающих гостей.

Маркус с мамой вошли в ресторан, и я с визгом бросилась к нему. Прежде чем поймать меня в объятия, он громко засмеялся, а затем покружил нас и поставил меня на мои неустойчивые ноги. Все из-за каблуков. Я схватилась за его бицепсы, пока комната не перестала вращаться.

— Ого, вращение и каблуки не лучшая комбинация, — проговорила я со смешком. — А если еще учитывать мою естественную неповоротливость...

— Я держу тебя, Хейлз, — сказал он, притягивая меня ближе для очередного объятия. Я обняла его за талию, и мы стояли так до тех пор, пока нас не отвлекла мама Маркуса.

— Я хочу обнять именинницу. Иди сюда и дай мне посмотреть на тебя. С каждой нашей встречей ты становишься все красивее.

Она крепко-крепко обняла меня, практически лишая возможности дышать. Я обняла ее в ответ, а Маркус подошел к нам, чтобы спасти меня.

— Мам, полегче, дай девочке вдохнуть.

Мы все рассмеялись, и мои родители подошли к нам, чтобы поздороваться. Моя мама обняла Маркуса и сказала, что он очень красивый. С папой они поздоровались пожатием рук и мужским объятием с похлопыванием по спине.

Через несколько минут пришла Шелби вместе с Дани и Тиной — двумя другими моими лучшими школьными подругами. Они приветствовали меня объятиями и облаком фруктового спрея для тела, а также большим количеством комплиментов по поводу моего платья. Когда мы встречаемся, то становимся довольно шумной компанией. Я глянула на Маркуса и поманила его пальцем. Он подошел к нам и взял меня за руку.

— Девчонки, знакомьтесь. Это Маркус.

Перед тем как поздороваться с ним, они долго стояли и таращились на него, разинув рты от удивления.

— Маркус, это Шелби, Дани и Тина. Знаю, что ты очень много о них слышал за все эти годы, но я безумно рада, что вы наконец-то встретились. Им нравится подшучивать надо мной, будто бы я тебя придумала, и ты не существуешь в действительности, — произнесла я, глядя на него.

Он подмигнул мне и сказал:

— Привет, девчонки. Как вы видите, я существую. Я не мог пропустить «сладкие» шестнадцать моей Хейли.

В ответ мы услышали выданное всеми девчонками благоговейное «ооуу». И я поняла, что Маркус им понравился.

Комната наполнялась прибывающими гостями, и я задумалась о том, что гостей будет больше, чем планировалось изначально. Здесь присутствовали еще несколько подростков из моей школы. Один из парней, Эрик Смит, подошел ко мне сзади и неожиданно обнял меня.

— А вот и ты. С днем рождения! — прошептал он мне на ухо.

Я с улыбкой повернулась и быстро обняла его, а затем жестом указала на Маркуса, представляя их друг другу. Когда они пожимали руки, у Маркуса на лице застыло собственническое выражение.

— Эрик — квотербек (Примеч. Квотербек — позиция игрока команды нападения в американском и канадском футболе) в нашей школьной команде, — пояснила я. — Маркус — полузащитник (Примеч. — игрок футбольной команды, действующий между защитой и нападением. Основной задачей полузащитников является помощь игрокам обороны и нападения, в зависимости от игровой ситуации) в Ньюбери. Мы когда-нибудь играли с его школой? — спросила я, глядя на Эрика.

— Нет. Они играют в другой лиге, — ответил он с милой улыбкой, адресованной мне.

— Почему я не удивлен, что ты этого не знаешь? — спросил Маркус, вновь привлекая мое внимание к себе. — Ты до сих пор не имеешь понятия по поводу всего, что связано с футболом, — покачал он головой и ткнул меня пальцем в бок.

— Ээй! — пискнула я. — Не делай так. Ты же знаешь, как я боюсь щекотки.

— Вообще-то, — перебил нас Эрик и, прежде чем продолжить, обнял меня за талию. — Хейли приходит на все наши домашние игры, чтобы поболеть за нас. Мне кажется, она хорошо разбирается в футболе и приносит мне удачу на играх. В этом сезоне мы ни разу не проиграли.

Он посмотрел на меня и подмигнул.

— Мне кажется, что это скорее из-за твоих способностей, Эрик, нежели от моего присутствия, — хихикая, ответила я.

— Может, я пытался привлечь твое внимание своей игрой, — кокетливо прошептал он мне на ухо, а я начала дрожать. Парень улыбнулся, давая мне понять, что он понял причину моей дрожи. Прежде чем я смогла что-либо ответить, Маркус взял меня за руку.

— Я украду Хейли на некоторое время, — сказал он и повел меня сквозь толпу гостей, проворно обходя каждого, кто оказывался у нас на пути. Конечно, ему легко продвигаться сквозь толпу, он ведь центральный полузащитник в своей команде. По мере того, как он тащил меня все дальше на моих высоких каблуках, я почувствовала себя олененком Бэмби, который скользил по замерзшему водоему.

— Помедленнее, Маркус. Я не могу бежать в этих штуках.

Втянув меня в главный холл, он немного замедлился.

— Куда мы идем? — спросила я, но он даже не подал виду, что услышал мой вопрос. Он просто продолжил идти и тащить меня следом, пока мы не подошли к трем дверям. Маркус открыл одну и немедленно закрыл ее. Потом открыл следующую и, втянув меня внутрь, закрыл и запер ее на замок вслед за нами. Мы находись в маленькой уборной. Кажется, ее использовали сотрудники ресторана. На самом деле, я не успела особо над этим задуматься, потому что внезапно Маркус легонько толкнул меня, и я уперлась спиной в дверь. Он держал мои руки у меня же над головой и наклонялся ко мне. Я открыла рот, чтобы спросить о том, что происходит, но его губы впились в мои раньше, чем у меня появился шанс заговорить. Он все усиливал напор и, в то же время, прижимался ко мне всем телом. Он был настолько напряжен, что казался сплошной стеной из мускулов. Мои руки судорожно сжимали и слегка дергали его мягкие волосы. Они сейчас длиннее, чем были летом, и мне нравилось то, как они струились сквозь мои пальцы. Маркус скользнул языком мой рот, и я издала стон, когда он коснулся моего языка.

— Весь этот вечер я умирал от желания поцеловать тебя, Хейли, — сказал он и снова прижался губами к моим губам. Наши языки и наши тела были сплетены воедино. Когда он нежно прикусил мою нижнюю губу, я громко застонала. Он отодвинулся и обхватил мое лицо ладонями.

— Ты встречаешься с Эриком? — спросил он, пристально глядя мне в глаза.

— Нет, — покачала я головой.

— Хорошо, потому что только один Бог знает, как мне тяжело от мысли, что тебя целует кто-либо, кроме меня.

— Маркус, что происходит? Мне казалось, что мы договорились оставаться друзьями.

— Да, но Эрик вел себя так, будто вы встречаетесь, и я заревновал. Ты моя, Хейли, не его.

— Но, Маркус, это не так. Я ни твоя, ни чья-либо еще. Не пойми меня неправильно, мне нравится целоваться с тобой, но я и сейчас думаю, что нам следует оставаться лишь друзьями, по крайней мере, до лета. Мы не увидимся вплоть до июня, и что будет, если в этот период ты захочешь с кем-то встречаться? А если я захочу? — я успокаивающе гладила его руку, надеясь, что он не будет злиться на меня.

— Да, ты права, но, будь я проклят, если мне не хочется просто послать все к чертям и встречаться с тобой, хотя бы на расстоянии. Мне не хватает тебя постоянно, и мне действительно не хватает этих губ, — сказал он, нежно касаясь моих губ своими.

Я взглянула на него и пропала в глубине его голубых глаз. Он одинаково красив и внутри, и снаружи.

— Мне тоже тебя не хватает. Поверь мне, бывают моменты, когда я думаю, как прекрасно было бы, если бы я стала твоей девушкой, но я по-прежнему думаю, что мы должны подождать и посмотреть, что принесет нам лето. Хорошо?

— Ладно, но как ты отнесешься к предложению о последнем поцелуе? — спросил Маркус с озорной сияющей улыбкой, отражающейся и в глазах.

Мы вернулись на вечеринку к гостям, не зная, как объяснить наше исчезновение. Я заметила, что здесь появились мой брат и Кори, поэтому подошла к ним, чтобы получить приветственные объятия. Кори немного сжал меня, когда обнимал. Это привело к тому, что мы прижались животами друг к другу, отчего у меня ослабли колени. Такую же реакцию у меня вызывали поцелуи Маркуса. Вот интересно, все парни способны заставить меня чувствовать это? Хмм, это надо проверить.

Этим вечером мы с друзьями взорвали танцпол. Я даже танцевала медленный танец с Эриком или Э, как я его называю, без опасности для Эрика со стороны Маркуса. Мне было довольно приятно находиться в его объятиях, но меня все больше интересовало, сможет ли он заставить меня чувствовать те же эмоции, что и Маркус с Кори. Я знаю, что нравлюсь ему, и что он хочет пригласить меня на свидание. Он хороший парень и нравится мне, но я не уверена, что хочу что-то начинать, не разобравшись с чувствами к Маркусу, а мы договорились дождаться лета. Над этим мне придется хорошенько подумать.

Я решила немного проветриться, и мы с Шелби пошли в дамскую комнату. Мы обе встали напротив зеркала, чтобы подкрасить губы и поправить прически.

— Ну, и что ты думаешь по поводу Маркуса?

— Он С.Е.К.С.И. СЕКСИ, — услышав ее ответ, я хихикнула. — А еще он кажется очень милым. Могу сказать, что он запал на тебя.

— О чем это ты, Шелб?

— Я наблюдала за ним, когда ты танцевала с Эриком, из его ушей шел дым. Он выглядел таки-и-и-им злым.

— Смешно, что ты мне об этом говоришь, потому что он втянул меня в какую-то уборную и подарил ну просто эпический поцелуй, потому что ревновал меня.

— Что?

— Ага. Но ничего не изменится. Мы собираемся подождать до лета и посмотреть, что получится. Я не хочу терять эту дружбу, поэтому мне придется серьезно подумать, — я не могу потерять его как друга. Он слишком много значит для меня.

— Ну а что происходит между тобой и Эриком? Вы, ребята, хорошо смотрелись рядом, когда танцевали, — она толкнула меня локтем.

— Да, но я не знаю, что между нами. В последнее время он уделял мне внимание в школе, и он пишет мне каждый вечер сообщения. Он кажется хорошим парнем. Я не слышала о нем дурных историй — это плюс. Думаю, что просто подожду и посмотрю, что будет. Пойдем, пора возвращаться.

Я открыла дверь и придержала ее для Шелби. Мы проходили мимо мужского туалета, и в это же время оттуда выходил Кори. Мы чуть было не врезались друг в друга и рассмеялись из-за этого.

— Эй, можно украсть тебя на минутку? — спросил он меня.

— Конечно. Шелби, встретимся через несколько минут на танцполе.

Уходя, подруга кивнула и ухмыльнулась. Она знала о моей «беде с Кори» и о том, каким чертовски сексуальным я его считала.

— Я тебя слушаю, Кори, — сказала я, задумавшись над тем, о чем же он хочет поговорить.

— Иди сюда, — позвал он и взял мою руку в свою теплую ладонь. Он вернул нас туда, откуда мы пришли, а потом провел дальше по коридору, и мы завернули за угол. Он быстро развернул меня лицом к себе и втолкнул в нишу по правой стороне коридора. Маленькое пространство оказалось достаточно глубоким, чтобы дать нам некоторую конфиденциальность, когда он прижался своим телом к моему. От этого контакта у меня сбилось дыхание, и я вдруг начала нервничать. Я не знала, куда девать руки, поэтому уперлась ладонями в холодную стену позади меня и облокотилась на руки. Кори медленно провел по моей щеке кончиком указательного пальца вниз, а затем вверх.

— То, что тебе сегодня исполняется шестнадцать и ты еще ни разу не целовалась, это такое клише. Мне кажется, я мог бы тебе помочь с этим, — произнес он с хитрой улыбкой на красивом лице.

И прежде, чем я смогла сказать, что уже целовалась, он мягко прижался своими губами к моим. Его губы были мягкими и уверенными. Этот поцелуй отличался от поцелуев Маркуса. Может, из-за того, что Кори старше меня на восемь лет и у него больше опыта. В общем, несмотря на причины, я чувствовала, что целуюсь с мужчиной. Поцелуй прекратился, едва начавшись, но все же я чувствовала, что моя судьба полностью изменилась. Всего один небольшой поцелуй с Кори Маршаллом, и мне показалось, что моя жизнь больше никогда не будет прежней.

Если бы я только знала тогда, какими пророческими были мои мысли…

Уже несколько недель мы находились в нашем пляжном домике, и я проводила все время с Маркусом, впрочем, как и всегда. В наших отношениях появилось некоторое напряжение, потому что Эрик стал моим парнем, а Маркус был не очень этому рад. Во всей этой ситуации он вел себя как придурок. Эрик собирался приехать к нам на недельку, и я очень надеялась, что Маркус будет держать себя в руках.

На пляже, расположившись на покрывале, мы ели ланч и ждали подходящей волны, чтобы покататься. Да, я по-прежнему занималась серфингом. Конечно, поначалу было очень страшно, но Маркус помог побороть мне мои страхи, и теперь казалось, что со мной ничего не произошло. Хотя я и старалась избегать больших волн. В это время я предпочитала отсиживаться и наблюдать за Маркусом. Он выглядел очень сексуально на серфе. Честно говоря, он всегда выглядел сексуально.

Между нами по-прежнему было притяжение, живое и постоянно пульсирующее. Я все время пыталась отгородить себя от ситуаций, которые могли испортить мои отношения с Эриком. Маркус подлавливал меня несколько раз и пытался поцеловать. Я попросила его прекратить это, и он, конечно же, был расстроен. Казалось, он недоволен тем фактом, что я начала встречаться с Эриком. Я пыталась объяснить, что пошла на свидание с Эриком после моего дня рождения, предполагая, будто мы встретимся несколько раз, и на этом все закончится. Но он сделал наше свидание таким веселым и непринужденным, что я с нетерпением ожидала следующего. После четырех недель встреч, Эрик официально предложил мне стать его девушкой, и я до сих пор ни разу не пожалела. Со мной он такой милый, ему нравится дурачиться и веселить меня, что мне очень импонирует. Частенько люди забывают, как важно иногда веселиться.

— Так, — сказал Маркус, воруя у меня чипсы, — завтра приедет Эрик?

— Ага. Ты будешь вести себя как нормальный парень или как придурок? — спросила я, откусывая сэндвич с ветчиной и сыром.

— Хейлз, не уверен. Я постараюсь вести себя хорошо, но вся эта ситуация сбивает меня с толку.

— Маркус, у меня же не смертельная болезнь, а всего лишь парень. Почему ты из этого делаешь трагедию? Мы с тобой лучшие друзья и всегда ими будем. Ты знаешь обо мне больше, чем кто-либо другой на всем белом свете. Почему тебе этого недостаточно? У меня есть к тебе чувства, сильнее, чем к другу, поэтому я не говорю окончательного «нет». Это «пока что нет».

— Хейли, я знаю, что ты права, но я так надеялся увидеть твою грудь этим летом, а теперь не увижу. Говоря о твоей груди, скажи, а Эрик уже видел ее?

— О, Господи, я не собираюсь говорить с тобой об этом, — я легонько ударила его по руке.

— Серьезно. Как далеко продвинулись ваши отношения? А я расскажу, что проделывал, если тебе интересно. Я даже могу начать первый. Так вот, я был на вечеринке, и вокруг меня постоянно крутилась одна девчонка, Элис, она из группы поддержки. Мы остались вдвоем, она сняла юбку и лифчик. Не буду врать: у нее отличные буфера. Но я бы как-нибудь лучше посмотрел на твои, — сказал он, подмигнув, при этом показывая жестами, будто бы сжимает грудь, после чего наклонился к моим рукам и откусил от моего сэндвича. Остатки я запихнула в рот и подняла вверх указательный палец, потому что мне нужна была минута, чтобы прожевать. Я схватила банку «Пепси» и, прежде чем продолжить этот странный разговор, выпила ее.

— Ладно, не могу поверить, что говорю с тобой об этом, — я прикрыла глаза на секунду, испытывая ужасное смущение. — Прежде чем я поделюсь с тобой деталями, позволь начать с того, что ты пообещаешь не задирать Эрика тем, что я тебе расскажу. Знаю, тебя раздражает тот факт, что он будет здесь, и ты постараешься разозлить его, но ты должен пообещать мне, что этот разговор останется строго между нами, — я смотрела на Маркуса широко открытыми глазами, ожидая подтверждения.

— Хорошо. Обещаю, что ничего не буду говорить Эрику о том, что ты мне расскажешь, но не могу обещать, что не набью ему морду, — он рассмеялся, будто рассказал мне самую смешную шутку.

— Ха-ха, как смешно. Не будь придурком, Маркус, — я толкнула его локтем, а после откинулась на покрывало. Я смотрела на бескрайний океан и собиралась с мыслями. Я смогу сделать это, но только если не буду смотреть на него.

— Так как мы с Эриком встречаемся уже несколько месяцев, совершенно очевидно, что мы многое попробовали. Он много раз ласкал меня и через одежду, и под одеждой. Я еще не снимала футболку и лифчик, но планирую это сделать в ближайшее время. Также мы занимались петтингом, который очень советую, — я едва сохраняла невозмутимый вид после всего сказанного. Я представила себе, каким красным было мое лицо в тот момент. (Примеч. Петтинг — имитация полового акта в одежде).

— Ах ты ж маленькая шлюшка! — в шутку выкрикнул Маркус, а у меня отвалилась челюсть от потрясения. Прежде чем я смогла ответить, он начал щекотать меня. Спиной я упала на мягкое покрывало, которое мы расстелили ранее, Маркус повалился на меня и продолжил мучить своими пальцами.

— Хватит, Маркус! — со смехом попросила я. — Остановись, мне надо в туалет. Пожалуйста!

Он прекратил щекотать меня, но его руки по-прежнему лежали у меня на талии. Маркус смотрел мне в глаза, и я утонула в омуте его пристального взгляда. Готова поклясться, что он мог загипнотизировать меня одними только глазами. Он наклонился и накрыл мои губы своими. Я мгновенно оттолкнула его.

— Маркус, какого черта ты делаешь?

— Я хотел поцеловать тебя, Хейлз, и не надо сотрясать воздух словами о том, что это неправильно. Скажи еще, что где-то в глубине души ты не хотела этого. Мне не кажется это неправильным. Для меня поцелуи с тобой всегда будут чем-то правильным, и у тебя не получится заставить меня устыдиться их.

— Ты забываешь, что у меня есть парень. Ты мой лучший друг и не можешь целовать меня, в то время как у меня отношения с другим человеком. Я забочусь об Эрике, и, если мы с ним расстанемся из-за тебя, это разрушит нашу дружбу. Тебе стоит подумать над этим, Маркус, потому что сейчас ты ведешь себя эгоистично и думаешь только о себе, — я встала и отряхнула песок с ног. — Я собираюсь пойти поплавать, а когда вернусь, не мог бы ты быть просто Маркусом, моим лучшим другом и никем более? Пожалуйста.

— Да, Хейли, я могу так поступить, — кивнул он и откинулся на покрывало. В этот момент он выглядел задумчивым и расстроенным.

Я сидела на каменных ступенях перед моим домом и ждала приезда Эрика. Он только что позвонил мне на мобильный, сказав, что приедет с минуты на минуту. Я находилась в радостном предвкушении встречи. Мы с ним не виделись с самого окончания учебного года несколько недель назад. Каждый день мы переписывались, а вечерами разговаривали по телефону или по скайпу.

Сегодня третье июля, и это значимый день для нашего маленького пляжного сообщества. В этот день, из года в год, жители зажигают фейерверки на протяжении всего пути к пляжу, настолько далеко, насколько охватывает человеческий глаз. Некоторые покупали профессиональные фейерверки, а некоторые и вовсе тратили тысячи долларов, чтобы купить их для этого случая. Мне казалось поразительным смотреть на то, как фейерверки взмывали в ясное небо, а также наблюдать за цветным отражением в водной глади. Обычно их поджигали на протяжении часа, а после мы с Маркусом бродили по пляжу к местам, где разжигали костры. Финальной точкой этого вечера становилось то, что все подростки из окрестностей собирались вместе. И, хотя мы стремились проводить большую часть времени только вдвоем — без других детей и подростков — мы оба каждое лето с нетерпением ждали эту ночь. Мне не терпелось разделить этот праздник с Эриком. Только я надеялась, что Маркус будет нормально себя вести, и у меня не будет с ним проблем. Если он даст Эрику шанс, то поймет, каким веселым человеком тот является.

Вскоре на нашей дороге появился серенький грузовик-такси. Когда Эрик выходил из машины, я уже стояла с его стороны, а буквально через секунду находилась в объятиях своего парня. Я осознавала, что нахожусь в небольшом шоке от того, насколько сильно соскучилась по нему, и вела внутреннюю борьбу с подступившими слезами. Это просто изумительно — снова быть вместе и снова оказаться в его объятиях.

— Красотка, я так по тебе скучал, — Эрик взял мое лицо в свои ладони и нежно поцеловал меня.

— Я еще больше соскучилась, — поддразнила я, обнимая его так крепко, как только могла. Я уткнулась лицом ему в грудь и вдохнула восхитительный запах его одеколона. От парня пахло свежестью и чем-то древесным. Я брызнула его одеколоном на одну из его толстовок, которую он мне дал, прежде чем я уехала из Лексама. Я носила ее так часто, что мне пришлось выстирать ее, но после стирки она потеряла запах Эрика.

— Я так рада, что ты здесь. У нас на этой неделе столько веселья запланировано.

Проводив его в дом, я безотлагательно показала ему ту гостевую комнату наверху, в которой он будет проживать. Мы оставили его сумку на кровати и решили, что распакуем ее позже. Я также показала Эрику свою комнату, удобно расположившуюся рядом с комнатой, в которой он остановился. Как только мы вошли в мою комнату, Эрик закрыл дверь и притянул меня в свои объятия.

— Я должен ощутить вкус твоих губ, Красотка. Я больше не могу ждать ни минуты.

Он запустил руки мне в волосы, удерживая мою голову, затем наклонился и лизнул мою нижнюю губу. Когда я скользнула своим языком в его рот, Эрик застонал. Опустив обе руки мне на задницу, он приподнял меня навстречу своим губам.

— Ты такая крошечная и хрупкая. Мне нравится то чувство, когда ты у меня в руках.

— Ты имеешь в виду «в ладонях»? — смеясь, спросила я и поерзала попой в его больших ладонях.

— М-м-м, мне нравится держать тебя в руках, — сказал он и потрогал поочередно каждую половинку попки. Я обвила его бедра ногами и смогла почувствовать, какой он твердый. От этого прикосновения я ощутила возбуждение, зародившееся где-то внизу живота. Эрик еще крепче прижался ко мне, и я сильнее сжала бедра, стараясь быть к нему как можно ближе. Он отнес меня на кровать и лег сверху на меня, ни разу не разорвав наш поцелуй.

— Когда вернутся твои родители?

— Где-то после обеда, — ответила я с озорной улыбкой.

— Хейли, я так сильно хочу прикоснуться к тебе. Можно?

Я посмотрела на него, скользнув взглядом по его взъерошенным волосам и светло-зеленым глазам, которые так пристально вглядывались в мои, и утвердительно кивнула.

Через мгновение Эрик уже целовал меня, а я в порыве страсти хваталась за его густые волосы и дергала их. Он бормотал нежные и ласковые слова между поцелуями.

— Боже, Хейли, ты сводишь меня с ума. Только о тебе я и думаю.

Он медленно опустил свою руку вниз и залез мне в трусики, а я в предвкушении задержала дыхание. Эрик медленно ввел в меня средний палец и, застонав, прошептал:

— Это такое классное чувство.

Мне было неловко, я закрыла глаза и отвернула от него голову. Я никогда раньше этого не делала. И, если честно, это не очень приятно. На самом деле даже немного больно.

Второй рукой Эрик нежно взял меня за подбородок.

— Эй, посмотри на меня, Красотка.

Я открыла глаза и посмотрела на него, нависшего надо мной.

— Клянусь, в любой момент ты можешь попросить меня остановиться, и я остановлюсь. Я просто хочу касаться тебя, чтобы ты почувствовала, как это чертовски хорошо, — он вновь начал двигать пальцем внутри меня, и боль начала потихоньку уменьшаться. Я закусила нижнюю губу и закрыла глаза. Мне было проще от того, что я не видела его. Я знала, что Эрик уже делал это раньше со своей бывшей девушкой. Мы обсуждали его прошлые отношения, когда он предложил мне встречаться. Хотя я знала, что он не зашел с ней далее третьей базы. Если мы продолжим встречаться, то лишимся девственности друг с другом. (Примеч. (base 1) стадия первая — французский поцелуй (с языком). В данной системе все, что идет до французского поцелуя (держаться за руки, обниматься, просто целоваться), входит в описание первой стадии. (base 2) Стадия вторая — трогать друг друга в одежде. В этой стадии порой встречаются разные мнения — одни считают, что потрогать женскую грудь без лифчика — это стадия 2, другие, что это стадия 3. (base 3) Залезать в штаны руками. Хотя тут тоже есть разногласия — многие считают, что стадия 3 все, что еще не настоящий секс. (base 4) HOMERUN — тут все предсказуемо — секс).

Эрик ввел второй палец, и меня охватила обжигающая боль. Я не смогла удержаться, и на моем лице отобразилась гримаса боли. Видимо, он заметил выражение моего лица, потому как накрыл поцелуем мои губы и начал двигать пальцами намного нежнее.

— Все хорошо, Красотка?

Я кивнула, прежде чем ответить:

— Немного больно, но я не хочу, чтобы ты останавливался.

Эрик вытащил из меня пальцы и начал поглаживать мой клитор, распределяя смазку повсюду, заставив задыхаться от удовольствия.

— Красотка, тебе приятно? — пальцами он продолжал кружить вокруг одной и той же точки.

— Да, не останавливайся.

Я не могла больше держать свои бедра на месте. Не зная, куда деть руки, я схватилась за его плечи и крепко держала до тех пор, пока не ощутила, что сейчас умру от того, как мне было хорошо от его действий. Я получала удовольствие, пока в один прекрасный момент мое тело не начало сотрясать от моего первого оргазма.

— Эрик! — выкрикнула я, удивленная интенсивностью своего высвобождения. Эрик продолжал ласкать меня, пока мое тело успокаивалось, затем еще раз нежно поцеловал. Он прикоснулся своим лбом к моему, тяжело дыша.

— Детка, не двигайся. Мне кажется, что я сейчас кончу даже от твоего вдоха, — сказал он со смехом.

— А что, если мне этого хочется?

— Хейли, — простонал он, — ты убиваешь меня. Это все только для того, чтобы тебе было хорошо. У нас полно времени, чтобы попробовать что-нибудь еще.

— Но в нашем распоряжении весь дом, и у нас может больше не быть такого шанса на этой неделе. Кроме того, я хочу сделать так, чтобы тебе было так же хорошо, и ты в экстазе выкрикивал мое имя, — нагло сказала я, переворачиваясь на бок и опрокидывая его на спину. Эрик посмотрел на меня сначала с удивлением, а затем с тоской, так как я скользнула рукой под пояс его шорт. Я наблюдала за ЕГО очертаниями, проступающими через боксеры, и скользила по нему пальцами, вызывая у Эрика стоны. Это просто вау! Я едва касалась его, а он уже стонал. Я продвинула руку под резинку его черных боксеров и взяла в руку член. О, мой Бог, я только что назвала его членом. На ощупь его кожа такая гладкая, и он кажется таким большим и горячим в моей ладони. Я скользила рукой вниз и вверх по всей его длине, размазывая смазку, что появлялась на кончике. Эрик стонал и начинал поднимать бедра, подстраиваясь под ритм, в котором я двигала рукой.

— Как хорошо!!! О-о-о, Хейли, — простонал он, когда кончил, и теплые струи спермы оказались у меня на руке.

Ого, я не могла поверить, что сделала это. Это было круто. Если не учитывать, что моя рука стала гадко липкой, могу сказать, что мне понравилось.

Эрик схватил с моего ночного столика упаковку салфеток и вручил мне. Пока я вытирала руку, он вытер себя, а затем мы выбросили салфетки в мусорное ведро, стоящее рядом с кроватью. Он обнял меня и поцеловал в макушку, прежде чем между нами смогла возникнуть неловкость.

— Хейли, — прошептал Эрик и, прикоснувшись пальцем к моему подбородку, повернул мое лицо так, чтобы видеть мои глаза. — Это было невероятно.

— Мне понравилось делать это с тобой. Мы можем повторить это поскорее? — я спрятала свой подбородок в его рубашке и дала себе мысленного пинка за то, что сказала такое.

— Красотка, ты не должна стесняться. Ты поразительна. Мне понравилось все, чем мы занимались, и я жду не дождусь, когда мы продолжим с тобой, красавица, — он шутливо подвигал бровями, и я рассмеялась от выражения его лица.

— Пойдем, — вставая, сказала я. — Давай посмотрим, что мы сможем найти на обед.

Провести рождественские праздники где-нибудь в теплом климате — это хорошее изменение привычного ритма жизни. Каждую зиму мои родители стонали и жаловались на холодную и снежную погоду Массачусетса и начинали разговор о том, чтобы провести отпуск где-то в тропиках, но в этом году мы впервые все же сделали это. Я, конечно, не думала, что Флорида — это «тропики», но здесь явно поменьше снега, чем у нас.

Особенной радостью этого путешествия было то, что мои родители согласились пригласить Эрика с нами. Хотя мы уезжали на следующий день после Рождества, его родители были не против поездки. У нас все хорошо, и между нами отличные взаимоотношения. Мы даже ни разу серьезно не поссорились.

Этот футбольный сезон был довольно сложным и напряженным для Э, потому что он в выпускном классе, и ему просто необходимо набрать как можно большее количество очков, чтобы получить полную стипендию в колледже. Его родители неплохо зарабатывали, но так как в семье были еще и младшие дети, он не хотел обременять семью материально. Сердцем я чувствовала, что он обязательно получит стипендию, и, скорее всего, в колледж далеко за пределами Массачусетса. Мы еще не обсуждали, что будет с нашими отношениями в этом случае, и я не хотела пока об этом думать.

У нас до сих пор не было секса. Мы обсуждали возможность того, что все произойдет во время путешествия. Я была не совсем уверена в том, что готова, но знала, что Эрик готов. Несмотря на это, мы занимались многим, и он был очень терпеливым, учитывая, что мы встречались уже около девяти месяцев и сходили с ума друг от друга. Все это помогало мне почувствовать, что мы не поступаем необдуманно.

На этот отдых мои родители сняли огромный дом на пляже, с шестью спальнями. Здесь также был бассейн и даже джакузи. Как только Э увидел джакузи, он толкнул меня локтем и прошептал на ухо, что не может дождаться момента, когда останется со мной наедине. Так как мы с Эриком первые осматривали дом, то и комнаты сами выбрали, подальше от родителей и рядом друг с другом. Как выяснилось позже, комната родителей оказалась на первом этаже, мы же выбрали комнаты на втором, да еще и в конце коридора. Все оставшиеся комнаты оказались на другом его конце, поэтому я надеялась, что мы сможем ненадолго уединиться.

Как только был сделан выбор комнат, мы оба переоделись в купальные костюмы и пошли на пляж. Я не могла дождаться, когда смогу зарыться пальцами ног в песок.

Мы купались уже на протяжении нескольких часов. Вода оказалась намного теплее, чем мы привыкли. Мне не хотелось выходить из воды. Очень странным казалось то, что на пляже никого, кроме нас, не было. Хотя я думала, что для тех людей, которые здесь живут постоянно, по всей видимости, слишком холодно. Но для меня это рай.

Мы с Эриком дурачились в воде, словно маленькие дети. Он бросал меня в воду, а я прикладывала все усилия для того, чтобы не потерять свое бикини, что весьма забавляло Эрика. Он поднял меня так, что я висела у него на плече вниз головой и разглядывала его широкую спину. Правая рука лежала у меня на заднице, и Эрик сжимал поочередно то правую, то левую половинку моей попы. Я же потянулась рукой к его шортам и щелкнула его поясом. Он даже подпрыгнул от неожиданности.

— Ах, ты ж дрянная девчонка! — сказал он и резко шлепнул меня по попе.

— Ауч! — вскрикнула я, и Эрик опустил меня вниз по своему мокрому телу. Обе его руки находились на моей попке, сжимали и притягивали меня к его бедрам.

— Боже, я обожаю эту задницу, — в подтверждение своих слов, он сильнее сжал мои ягодицы и простонал. — Из-за тебя, Красотка, я становлюсь таким твердым!

Он прижался своей эрекцией ко мне, а я, пытаясь удержать его на месте, обвила руками его шею.

— Поцелуй меня, Э.

Мне просто необходимо, чтобы его губы оказались на моих. Эрик смял мои губы своими, целуя меня настойчивее, чем когда-либо. Он приподнял меня обеими руками, для чего ему пришлось убрать их с моей пятой точки. Я обхватила ногами его бедра, а в это время он шел по направлению к берегу. Эрик остановился, когда вода доставала ему до колен, и опустился на колени на песчаное дно океана. Я все так же цеплялась за него, словно коала за ветку дерева, а наши рты все так же были соединены в страстном поцелуе. Эрик скользнул рукой между нашими телами и накрыл ладонью мой холмик.

— Я так сильно хочу тебя! — он тяжело дышал, когда снова неистово поцеловал меня. Я приподняла бедра в попытке потереться о его руку, пока наши языки боролись друг с другом. Эрик оторвался от моих губ, тяжело дыша напротив моего рта, и это было самое сексуальное, что я когда-либо видела. Мне нравилось вызывать в нем такие чувства. Я пыталась не забывать о том, что мы находились на общественном пляже, хотя он и был пуст в данный момент.

— Я хочу, чтобы ты кое-что знала. Не знаю, почему до сих пор не сказал тебе этого. Я люблю тебя, Хейли. Я очень давно влюблен в тебя.

О, мой Бог, он любит меня!

— Я тоже люблю тебя, Эрик.

К тому времени, когда мы закончили на пляже и возвращались к дому, пришло время обеда, а еще приехали Джейк с Кори. Когда мы пришли, они зависали около бассейна, попивая пиво.

— Джейк! — крикнула я, подбежав и запрыгнув ему на спину.

— Какого хрена, Мелкая? Ты же вся мокрая и в песке.

— О, Джейки, не будь девчонкой. Грязь сотворил Бог, и от нее еще никто не умирал, — я глянула на Э, подмигнула ему, а затем слезла со спины Джейка.

— Привет, Хейли. Как ты? — спросил Кори. Я повернулась к нему и окинула его взглядом. Выглядел он сексуально, впрочем, как и всегда. Его волосы оказались короче, чем я видела у него раньше, всего лишь чуть-чуть длиннее «ежика». Но ему очень шло.

— А где моя порция объятий? — задал он вопрос с невинным выражением лица и распростертыми руками. Я знала, что в нем не было абсолютно ничего невинного, а еще хуже был тот факт, что он сейчас прикоснется ко мне. Кори мог завести и взволновать меня одним лишь взглядом и — что меня огорчало — скорее всего, он всегда будет так на меня влиять. Кори для меня словно наркотик. Я всегда буду страстно желать его вне зависимости от того, насколько счастливой буду в текущих отношениях.

Я подошла к нему, позволив себя обнять. На мне лишь мое голубое бикини, и оно до сих пор мокрое после нашего с Эриком купания. Кори был без рубашки, в черных шортах, а на животе отчетливо прорисовывался пресс. Я могла посчитать каждый кубик пресса, а далее и увидеть дорожку темных волос, уходящую в шорты. Он крепко прижал меня к себе, моя грудь прижалась к его обнаженной груди, и на долю секунды Кори приподнял меня так, что наши бедра оказались на одном уровне. Я могла поклясться, что почувствовала что-то твердое, но все произошло так быстро…

Когда он опустил меня, и мы отошли друг от друга, между нами повисло напряжение, особенно после того, как я заметила недовольство на лице Эрика. Прошлым летом Маркус просветил его по поводу моей истории с Кори, поэтому сейчас он был скептически настроен к каждому слову и прикосновению между мной и Кори. Я пыталась ему объяснить, что это всего лишь детская девчачья увлеченность, но он на это не купился. Э сказал, что видит притяжение между мной и Кори, на что я рассмеялась. Я уверена, что это односторонняя влюбленность.

Я подошла к шезлонгу, на котором боком сидел Э, и села рядом с ним. Он обнял меня рукой за плечи, наклонившись для быстрого поцелуя. Он что, ставит на мне клеймо? Скорее всего. Но я была не против, так как чувствовала себя виноватой от того, насколько хорошо мне в объятиях Кори.

— Джейк, сколько еще будет готовиться обед?

— Я не уверен. Мама уже приготовила все салаты и закуски, а папа собирается зажигать гриль.

Я положила голову Эрику на плечо, разглядывая его красивое лицо.

— Хочешь поплавать в бассейне перед едой? Я собираюсь принять душ вечером перед сном, так что можем покупаться еще.

Он посмотрел на меня и ухмыльнулся, и я не могла точно сказать, из-за чего. Из-за того, что я собиралась принять душ перед сном и он надеялся, что ему что-то перепадет, или же из-за неприличных мыслей обо мне голой в душе. Несмотря на причины, он выглядел столь милым, что я не удержалась от улыбки.

— Что сейчас происходит в твоей голове? — спросила я, толкнув его локтем.

Эрик наклонился к моему уху и прошептал:

— Я просто думал о том, на чем мы закончили общение на пляже, и надеялся, что это окажется началом того, что произойдет позже. Или лучше сказать: кто будет у тебя позже?

У меня отвисла челюсть. Я не могла поверить, что он сказал это вслух, ведь рядом с нами Джейк и Кори. Я, конечно, уверена, что они ничего не услышали, но последнее, что мне сейчас нужно, это лекция о сексе от брата или от родителей. Слышали, знаем. Единственным положительным моментом такого разговора о сексе было то, что мама отвела меня к гинекологу, и мне выписали противозачаточные таблетки. Поэтому сейчас я хотя бы была уверена, что могла не переживать о нежелательной беременности. Я принимала таблетки каждый вечер, как часы. И мы, конечно же, будем пользоваться презервативами.

Я встала и пошла в сторону бассейна, глядя на Эрика через плечо.

— Ты идешь? — спросила я, подмигнув, стараясь быть кокетливой и сексуальной, но все закончилось тем, что я согнулась в хохоте от своих же слов и жестов. Эрик тоже начал смеяться и подошел ко мне. Он взял меня на руки так, как берут невест, и я закричала, потому что Э решил прыгнуть в бассейн вместе со мной на руках. Мы барахтались в бассейне, пока мой отец готовил курицу на гриле. Мы обрызгивали друг друга и плавали от края к краю бассейна. Э действительно сильный пловец, но я бы победила его на спор.

Обед был восхитительным, а разговор легким, учитывая, что за десять минут до обеда я осознала, что сегодня мы с Кори впервые встретились с июля, когда он спросил меня о моих мыслях по поводу нашего поцелуя. Конечно же, я думала о нем, несмотря на то, что не должна была, и я действительно старалась не думать.

— Хейли, ты ужасно молчалива сегодня. Все нормально? — взволнованно спросил меня папа. Ага, я просто немного отвлеклась на мысли о поцелуе с Кори.

— Да все хорошо, просто устала сегодня и от солнца, и от купания. Я собираюсь пораньше лечь спать.

— Красотка, я тоже довольно устал, но, может, после того, как поедим, посмотрим кино? — вступил в разговор Эрик и начал поглаживать мою ногу под столом. Прежде чем кивнуть, я на мгновение потерялась в его зеленых глазах.

В пляжном домике, в котором наша семья остановилась, мы обнаружили огромную комнату-кинозал с громадным коричневым кожаным диваном и креслами, расположившимися перед самым большим когда-либо мною виденным телевизором с плоским экраном. Я принесла несколько подушек из моей комнаты, когда сходила принять душ и переоделась в майку и шорты, в которых собиралась лечь спать. Я также почистила сразу зубы, чтобы не возвращаться к этому после фильма.

Когда я пришла в комнату, Эрик уже смотрел телевизор. Он тоже принял душ, надев только шорты с «низкой талией». Так что я могла разглядывать его соблазнительный пресс и косые мышцы живота, уходящие под шорты, и это наводило меня на размышления о том, что находилось под шортами. Э заметил, что я уставилась на него, и спросил:

— Нравится то, что видишь?

Я медленно подошла к нему, а затем села на него, смеясь с его реакции на мой поступок.

Наклонилась, и мои губы оказались напротив его губ.

— Я вижу многое из того, что мне нравится, Э, — сидя у него на бедрах, я терлась о них. Я двигалась на нем, и мы оба задыхались от нахлынувших ощущений, а затем начали целоваться.

— Вау, когда вы сказали, что мы будем смотреть кино, я не знал, что вы имели в виду порно.

Мы с Эриком отстранились друг от друга при первом же слове, произнесенном моим братом.

— Заткнись, Джейк. Я очень часто видела тебя с твоими подружками, поэтому ничего даже слышать не хочу.

Рядом с ним я заметила Кори.

— Знаешь, Эрик, я не надеру тебе задницу, раз Джейк не собирается этого делать, — присоединился он к разговору.

— Так, хватит. Вы, двое, прекратите. Присаживайтесь, и мы поставим фильм.

Эрик прилег обратно на диван, где лежал до того, как я запрыгнула на него. Я взяла принесенные мною подушки и жестами заставила Эрика приподнять голову, чтобы смогла подложить их под него. Я прилегла около него так, чтобы мы смогли обняться. Диван оказался довольно вместительным и занимал большую часть комнаты. Джейк сел в кресло, а Кори — на другой конец дивана. Э пультом запустил кино, и, прежде чем я поняла, мы погрузились в сюжет фильма «Пираты Карибского моря: На краю Света». Я обожала этот фильм. В нем играл мой любимый актер — Орландо Блум. Э притянул меня поближе к груди, положив свою правую руку мне на живот. Его большая ладонь легла на оголенный участок моего живота — в место, где задралась майка. Он поцеловал меня в макушку, и я почувствовала, что он вдохнул запах моих волос.

— Ты так вкусно пахнешь, — прошептал он мне на ухо. Я взяла его за руку, лежащую у меня на животе. В этой части страны оказалось довольно сыро, и я начала замерзать.

— Э, ты не мог бы взять покрывало со спинки дивана? Мне холодно.

— Конечно, Красотка, — сказал он и накинул его на нас. — Так лучше, любимая?

— М-м-м-м, намного лучше. Теперь нам тепло и уютно.

— Мне бы хотелось, чтобы мы сейчас оказались наедине. Ты чувствуешь, что делаешь со мной? — спросил Эрик и прижался своим твердым членом к моей попке.

Он покусывал мое ушко, а затем начал целовать шею. Я прикусила губу, стараясь быть тихой, и глянула на Джейка, чтобы посмотреть, что он делает. Оказалось, что он крепко спал в кресле, поэтому я изогнула шею, чтобы посмотреть на Кори, тем самым предоставив Э лучший доступ к моей шее, и заметила, что он наблюдает за нами. У него было странное выражение лица, на лбу пролегла складка, словно что-то беспокоило его. Мне стало интересно, что произошло. Я знала, что поцелуи Э не могли быть причиной. Должно быть, я не в себе, раз надеялась, что Кори сохнет по мне. Ему двадцать четыре года — вряд ли ему нужны отношения с семнадцатилетней девчушкой, когда на него вешаются взрослые женщины. Я слышала истории от брата и от их с Кори соседей по квартире, Брайана и Тома, о том, что на него западают женщины, где бы он ни был. Интересно, сколько женщин побывало в его постели? Готова поспорить, что их было очень много. Меня тошнило от этих мыслей. Я должна сосредоточиться на этом вместо того, чтобы придавать романтический оттенок нашему единственному поцелую. Я повернула голову и вернулась к просмотру фильма.

Видимо, я действительно сильно устала, так как даже не поняла, когда уснула, и не просыпалась на протяжении всей ночи. Конечно, это ничто по сравнению с тем, что спала я в объятиях Эрика. Я проснулась этим утром от того, что его рука находилась у меня в трусиках. У этого парня волшебные пальцы. Если бы каждое утро так начиналось.

После завтрака мы с Эриком решили поскорее отправиться на пляж. Я, конечно, не ожидала большого количества людей после вчерашнего отдыха, но никогда нельзя быть уверенной до конца. В гараже мы нашли несколько серфбордов и бугибордов, поэтому нам было чем сегодня заняться.

Несмотря на то, что я собиралась надеть специальный защитный костюм для серфинга, Эрик тщательно намазал мне спину и плечи защитным кремом от солнца. Солнечные ожоги — последнее, что я бы хотела получить, ведь они могли бы сильно испортить мне отдых. Эрик попросил меня намазать и ему спину и плечи. Решив сделать шаг вперед к нашему сближению, я намазала ему еще грудь и живот. Я убедилась, что намазала каждый сантиметр его прекрасного тела, и даже залезла немного под шорты. Э схватил мою руку и убрал ее со своего живота.

— Красотка, ты ведешь опасную игру. У меня стоит с тех самых пор, как мы проснулись. Не дави на меня, я еле сдерживаюсь, — он отошел от меня, взял серфборд и пошел к воде. Вау, я никогда не видела его столь напряженным. Позже помогу ему скинуть это напряжение.

Я ничего не могла с собой поделать. Стояла и тупо пялилась на фигуру Эрика. У него было тело взрослого мужчины, а никак не восемнадцатилетнего подростка. У Эрика широкая и рельефная грудь, а от вида его пресса у меня текли слюнки. А если добавить к этому его практически двухметровый рост, черные волосы и зеленые глаза, то очень сложно хотя бы иногда находиться рядом с ним и не желать его. Несмотря на его умопомрачительный вид, он довольно скромный и самый милый парень из всех, кого я знала.

Я поплыла к месту, где Э сидел на доске, свесив ноги по обеим ее сторонам. Волны были не очень большими, но дома мы привыкли и к меньшим. Сев на доску, я стала терпеливо ожидать «свою волну», и тут Э потянул меня к себе.

— Эй, прости меня за то, что сорвался. Я не хотел кидаться на тебя. Ты сводишь меня с ума, и, говоря это, я надеюсь, ты знаешь, что я имею в виду физически, а не морально, — он улыбнулся мне, и я убедилась, что все хорошо.

— Не переживай, Э. Я не думала так.

Он наклонился вперед, балансируя на доске так, чтобы поцеловать меня.

— Я когда-нибудь говорил тебе, что ты самая лучшая и что я тебя очень люблю?

— Хм-м, я определенно слышала что-то в этом роде. Как насчет того, мистер, чтобы меньше болтать и больше кататься.

— Звучит как план.

Последующие два часа мы провели, плавая на серфах и играя в воде. Сегодня на пляже было еще несколько людей, но все равно складывалось ощущение некой изоляции по сравнению с тем, к чему я привыкла. Мы решили вернуться к дому на ланч и забрали наши серфы с собой. Разместив их в гараже, мы пошли к уличному душу, чтобы смыть с себя песок. Запрыгнув вместе в душ, мы повернулись лицом к крану. На мне все так же был надет костюм, сейчас насквозь мокрый, и казалось, что я не смогу вылезти из него. Повернувшись лицом к Эрику с поднятыми над головой руками, я игриво попросила помочь мне. Он схватился за нижний край моей футболки обеими руками и медленно потянул ее вверх. Он остановился на уровне моего лица, а затем осторожно высвободил из горловины мое лицо, стараясь не задеть мой нос. Я простонала от облегчения, потому как снять ее — это такое классное чувство. Тысяча мелких песчинок забилась в ткань и натирала мою чувствительную кожу. Эрик бросил мою футболку на дверцу душа и пробежался руками по своим волосам, чтобы вымыть песок, оставшийся там.

Мы вышли из душа мокрые, но у нас были только те полотенца, которыми мы пользовались на пляже.

Мы могли взять чистые полотенца в коттедже и тогда смогли бы поесть на террасе, пока обсыхаем. По пути к бассейну я услышала отголоски беседы, а, приблизившись к углу дома, увидела Джейка, Кори и двух девушек, сидящих в той части бассейна, где не очень глубоко. Какого черта? Обе девушки были платиновыми блондинками с большими сиськами и миниатюрными фигурками. Ничего нового. Я была поражена их впечатляющим владением телом, так как их грудь была настолько огромная, что я просто не представляла, как они не опрокидываются.

Джейк заметил нас и представил друг другу. Девушек звали Амбер и Пэмми. Пэмми? Серьезно? Ужас! Видимо, Амбер его девушка, а Пэмми ее подруга. Они с друзьями остановились неподалеку, в двадцати минутах езды от нас. Ладненько.

— Джейки, а ты не упоминал о том, что у тебя есть девушка. Это новенькая?

Амбер пискляво спросила:

— Джейк, твоя семья ничего не знает о нас?

Джейк был в панике, и я решила, что это самое время для расплаты. Мне действительно это понравилось.

— Нет, Джейки никогда не говорил нам о тебе, но не принимай это на свой счет. Обычно его девушки не задерживаются надолго, поэтому он нас не знакомит, — сказала я, невинно пожав плечами, и взглянула на Джейка, бросающего на меня злые взгляды. Когда мы с Эриком проходили мимо него, я тихо, но так, чтобы он услышал, прошептала:

— Расплата — это так сладко, мальчик Джейки!

Этим вечером после обеда, на котором, слава Богу, были только мама с папой, я и Эрик, мы с ним решили сходить в кино. Мы посмотрели «Темного рыцаря», и мне казалось, я запала на Кристиана Бейла. Он такой сексуальный.

Мы вернулись домой около полуночи, поэтому разошлись по комнатам, после чего я сразу же легла в постель. Я пролежала так где-то час или около того, но не могла заснуть из-за жуткой головной боли. В конце концов, я сдалась и спустилась вниз, чтобы принять обезболивающую таблетку. Когда я проходила мимо комнаты, той самой, с большим теликом, то услышала голос Кори, поэтому остановилась и заглянула. Несколько секунд мой мозг обрабатывал увиденное, но слова Кори «соси его» привели в чувство. О, Боже мой! Пэмми стояла на полу, между его ног на коленях, и он трахал ее рот. Его руки запутались в ее волосах, голова лежала на спинке дивана, в то время как он быстро двигал ее головой навстречу своим бедрам. Я больше никогда в жизни не сяду на этот диван. Слава Богу, здесь слишком темно, и толком невозможно ничего разглядеть. Но я прекрасно себе все представила. Мое воображение и так достаточно ясно все нарисовало, и эта картинка останется у меня в голове навечно.

Развернувшись, я побежала в свою комнату и закрылась изнутри настолько быстро, насколько это было вообще возможно. Я бросилась на кровать и зарыдала. В моей голове постоянно крутились слова о том, какая я дура. Я ведь ему никто, я люблю Эрика, тогда почему чувствую себя так, словно Кори предал меня?

Следующим утром мои глаза были красные и опухшие, но это было вполне логично, ведь я уснула вся в слезах. Прежде чем спуститься позавтракать, я ополоснула лицо холодной водой, чтобы снять отеки. Я не была готова отвечать на мамины вопросы, когда она приглядится ко мне.

Войдя в кухню, я обнаружила, что Эрик, Джейк, Кори и оба моих родителя уже сидят за столом, уплетая бекон и яйца.

— Доброе утро, дорогая, присоединяйся. В холодильнике есть апельсиновый сок.

Я проворчала «хорошо» и села за стол. Э наклонился ко мне, поцеловал в макушку и прошептал:

— Привет, Красотка.

— Привет, — прошептала я в ответ и начала выкладывать себе яйца на тарелку. У меня практически не было сегодня аппетита, поэтому я положила всего понемногу. Я сосредоточилась на том, чтобы быстрее все съесть, и пожелала стать невидимой, чтобы избежать расспросов по поводу моего появления.

Когда я практически доела и уже понадеялась, что мне удалось избежать расспросов, мама все же спросила:

— Хейли, милая, ты в порядке?

— Да, — ответила я так, чтобы она не захотела продолжить разговор. Не продолжай, не продолжай, не продолжай…

— Милая, ты плохо выглядишь. У тебя глаза опухшие.

Черт, так и знала, что мама это не оставит без внимания.

— Спасибо, мам, ты всегда знаешь, что сказать в трудную минуту.

Эрик сочувствующе сжал мое бедро под столом. Он знал, какие отношения у меня с матерью. Если бы раздавали награды матерям, которые постоянно лезут туда, куда не надо, или за то, что выбалтывают лишнее, несомненно, моя мать взяла бы первый приз.

— И все-таки, отчего у тебя опухли глаза, милая? Может, это аллергия на что-нибудь и тебе стоит принять «Бенадрил»? (Примеч. «Бенадрил» (Benadril) — современный противоаллергический, антигистаминный препарат).

— Мама, со мной все хорошо. У меня просто ужасно болела голова ночью, и я не могла уснуть.

—Ты выпила болеутоляющее?

— Нет, я спустилась вниз, чтобы найти какие-нибудь таблетки, но услышала странные приглушенные звуки, поэтому вернулась в кровать, — говоря это, я смотрела прямо на Кори. Он как раз сделал глоток сока и, поперхнувшись им, закашлялся. Джейк похлопал его по спине.

— Мужик, ты в порядке?

— Да, не в то горло попало, — выдохнул Кори. Он посмотрел на меня, и я постаралась придать своему лицу выражение того, насколько он был мне противен.

Отодвинув стул, я подошла к раковине, чтобы ополоснуть тарелку и поставить ее в посудомоечную машину.

— Эрик, я пойду переоденусь. Буду готова к десяти часам. Покатаемся на серфах?

— Да, с удовольствием. Не забудь свой защитный костюм.

Практически все утро мы с Эриком катались на серфах — волны были просто удивительные. Из-за того, как провела прошедшую ночь, я чувствовала себя уставшей, поэтому мы вернулись домой, чтобы перекусить. Когда мы пришли, мои родители уже были готовы отправиться на несколько дней в Кей Вест, чтобы побыть наедине. Черт! Джейк и Кори останутся, чтобы присматривать за нами, поэтому, к сожалению, мы не останемся одни… но они же не будут здесь постоянно. Я хотела побыть вдвоем с Эриком и придумаю, как воплотить это в жизнь.

Такая возможность появилась даже раньше, чем я ожидала, — этой же ночью, так как Джейк и Кори отправились на вечеринку к Амбер и Пэмми. На ужин у нас была заказанная нами пицца, и мы в обнимку валялись на диване, смотря «Человек-паук 3: Враг в отражении». Я убедилась, чтобы мы не сели на то место, где могли остаться следы после минета.

Эрик был очень нежен, и я собиралась воспользоваться этим.

— Сейчас я пойду наверх и приму душ, а затем, — я замолчала, чтобы прогнать неуверенность, — я хочу, чтобы ты присоединился ко мне в постели, — в ожидании его реакции я нервно прикусила нижнюю губу.

— Хорошо, Красотка, — улыбнулся он, а потом продолжил: — Я буду у тебя в комнате через двадцать минут. Тебе хватит этого времени? И не утруждайся в выборе одежды, я все равно всю ее с тебя сниму.

Я помылась и побрила все необходимые места, а после нанесла свой любимый ванильный лосьон для тела. Небрежно высушила волосы, абсолютно не беспокоясь о том, как они выглядят. Расчесав их несколько раз, чтобы они были гладкими, я голая залезла под одеяло, как и хотел Эрик. Я лежала и была на взводе. Многое обдумав, я решила, что сегодняшняя ночь станет ночью, когда я лишусь девственности с Эриком. Я его любила, и мы с ним встречались уже более девяти месяцев. Я была возбуждена и одновременно сильно нервничала. Я знала, что будет немного больно, но верила, что Эрик постарается сделать все как можно более безболезненно.

Прежде чем войти, он постучал, а когда открыл дверь, я увидела на нем только полотенце. Он тоже принял душ и, подойдя к краю кровати, скинул его на пол. Тело Эрика было совершенным, и вряд ли в своем воображении я смогу нарисовать лучше. Он залез под одеяло, придвинулся поближе и лег ко мне лицом. Эрик медленно поглаживал мои губы указательным пальцем, а после провел тыльной стороной ладони по моей щеке.

— Красотка, как бы ты хотела провести эту ночь?

— Я хочу, чтобы мы занялись любовью.

— Хейли, я тоже хочу этого, больше чем чего-либо, но хочу удостовериться, что ты уверена в своем решении. Ты управляешь тем, что будет происходить, хорошо? Ты можешь изменить решение в любой момент.

— Я не передумаю, Эрик. Я люблю тебя и хочу этого.

— Хейли, я так люблю тебя.

Он нежно целовал меня — всего лишь легкое касание губ — и накрыл мое тело своим. Его руки находились в моих волосах, поцелуи усиливались, а наши языки искали друг друга.

— Ты такая красивая, не могу дождаться, когда окажусь внутри тебя, — хрипло прошептал Эрик мне в шею, поцелуями спускаясь вниз к моей груди. Он захватил губами мой сосок и нежно засосал его в рот. Я задохнулась от ощущений и подняла бедра ему навстречу. Э переместился ко второму соску, быстро лизнул, а потом осторожно подул на него. Я схватила Эрика за волосы обеими руками, приблизила его губы ближе и, неистово поцеловав, обвила ногами его узкие бедра. Он потерся своим членом об меня, скользя им вперед и назад и покрывая его моей смазкой.

— Пожалуйста, Эрик.

Он прижался членом к моему входу.

— Этого хочет моя красотка? Ты хочешь почувствовать меня внутри себя?

— Да, Эрик, сейчас.

Эрик двигал бедрами понемногу, не спеша, чтобы не причинить мне боль.

— Э, просто сделай это, резко.

Он быстро двинул бедрами вперед, преодолевая преграду, и полностью вошел в меня. Я вскрикнула от боли, а он в этот же момент простонал от удовольствия.

Эрик не шевелился, давая мне время привыкнуть к его размеру.

— Все хорошо, Красотка? — спросил он, обхватив мое лицо ладонями. Я кивнула и обвила ногами его бедра, тем самым разрешая ему двигаться. Когда он начал медленно совершать во мне движения, боль стала потихоньку уменьшаться. Я начала двигать бедрами, подстраиваясь под его ритм, и Эрик стал тяжелее дышать.

— Как же хорошо, — прохрипел он, задыхаясь от получаемого удовольствия. Эрик быстрее задвигал бедрами и, кончая, выкрикнул мое имя. Затем рухнул на меня, пряча лицо у меня на шее, и крепче обнял меня. И это все? Не понимаю, из-за чего вся эта суета, но надеюсь, что следующий раз будет лучше.

— Хейли, — прошептал он мне на ухо, — спасибо, что стала моей первой. Я люблю тебя, — Эрик скользнул носом по моей шее и оставил легкий поцелуй на ключице.

Он поднял голову и начал изучать мое лицо, как будто видел его впервые.

— Ты в порядке? Я сделал тебе больно? — он с беспокойством вглядывался в мое лицо.

— Все прекрасно, — я улыбнулась ему и пальцем разгладила складку у него между бровями. — Перестань беспокоиться. Я в порядке. Мне даже было не так больно, как я думала.

— В порыве страсти я совершенно забыл о презервативах. Прости меня, я даже не вспомнил о них, когда мы начали ласкать руг друга. Я знаю, что заражение какими-либо болезнями нам не грозит, так как ни один из нас раньше подобным не занимался, но… ты принимаешь противозачаточные таблетки?

— Да, я постоянно пью их. Не волнуйся, Э.

Он встал с кровати и поднял меня на руки.

— Красотка, давай примем душ и приберемся.

Следующий день для нас начался довольно поздно, и я проснулась в объятиях Эрика. Чем я заслужила такое счастье? Его утренняя эрекция упиралась мне в попку, и единственное, о чем я могла сейчас думать, это… что ну не может этого быть! Если это правда, то моя киска никогда не заживет от последствий предыдущей ночи. Я думаю, что мне необходимо провести некоторое время в теплой воде, в джакузи. Это, возможно, успокоит мою раненую часть тела.

Оказалось, что я была очень голодна, и громкое урчание, послышавшееся из моего живота, напомнило о том, что я ничего не ела со вчерашнего обеда. Я попыталась выскользнуть из постели, не потревожив Эрика, но в тот момент, когда я практически коснулась пола ногами, он схватил меня и потянул обратно в кровать.

— И куда это ты собралась, Красотка?

— Хотела сделать тебе сюрприз и принести завтрак в постель.

— Я бы предпочел тебя на завтрак, — поводив носом по моей шее, он опустился вниз и лизнул мой сосок. — Как я могу снова хотеть тебя?

— Не знаю, но совершенно точно, что ты меня сейчас не получишь. У меня там немного болит, поэтому я даже не допускаю мысли о сексе.

— Хорошо, — отступил Эрик, — но я знаю, что должен тебе оргазм за предыдущую ночь. Я не смог долго продержаться, Красотка. Обещаю, в следующий раз будет лучше.

Я направилась на кухню, чтобы приготовить нам завтрак, и обнаружила там Кори, пьющего кофе.

— Доброе утро, Хейли.

— Привет, — да, это все, что у меня для него есть.

Я не видела его с завтрака после той ужасной ночи. Я чувствовала себя странно, находясь рядом с ним после того, как видела, как Пэмми сосала его член. Я не знала, как вести себя в подобной ситуации. Я открыла холодильник, чтобы взять продукты, необходимые для приготовления омлета.

— Так… у вас с Эриком все хорошо? — спросил он. Что за вопрос такой?.. Когда он задал мне его, я почти достала яйца. Хорошо еще, что не взяла ни одного в руку, иначе мне бы пришлось убирать разбитые яйца с пола. Я взяла все, что мне надо было, и закрыла дверцу холодильника левой ногой.

— Ага, — я поставила продукты на разделочный стол и взяла все необходимое из буфета. Я взбивала яйца с молоком в красной миске, когда Кори озадачил меня неожиданным вопросом.

— У вас с ним серьезно?

Да какого черта?

— Ага, — это было все, что я сказала, когда выливала яичную смесь в подогретую сковороду на плите. Я готовила тосты, а Кори снова задал мне вопрос:

— Вы уже занимались сексом?

Он это серьезно?

— Какого черта, Кори. Это не твое дело, — со злостью крикнула я.

Прежде чем я смогла сказать еще хотя бы слово, на кухню вошел Э и уверенно направился в мою сторону. Он выглядел очень сексуально в его любимой кепке «Рэд Сокс», надетой козырьком назад, и с однодневной щетиной на лице. Он подошел ко мне со спины, обнял за талию и поцеловал за ухом.

— Доброе утро, любимая.

Я задумалась о том факте, что мы, по идее, не должны были бы еще видеться сегодня. Я развернулась в его руках, и теперь мы смотрели друг другу в лицо. Обвив руками его талию, я положила голову ему на грудь и вдохнула его запах, и мне захотелось, чтобы мы сейчас были наедине.

— М-м-м-м, от тебя так хорошо пахнет. Можем мы простоять так весь день? — я улыбнулась ему и, подняв голову, прижалась подбородком к его мускулистой груди. — Я даже не могу представить себе никакого другого места, где я бы хотела сейчас оказаться.

— Мне нравится каждое мгновение, проведенное с тобой в обнимку, но не буду врать, лучше бы я сейчас был внутри тебя, — прошептал он мне на ухо.

— Ладно, голубки, прекращайте, прекращайте, — крикнул Джейк, входя на кухню, и похлопал в ладоши.

Я тряхнула головой и повернулась, чтобы закончить приготовление нашего завтрака. Я подала Э его тарелку с едой и, прежде чем сесть за стол, взяла свою.

Мамина машина находилась в автомастерской, поэтому она не могла отправиться на пляж на протяжении еще нескольких дней. В результате этого я застряла в машине с Джейком и Кори на всю дорогу до нашего пляжного домика. В последний раз мы с Кори виделись во Флориде, когда он прервал нас с Эриком в джакузи. До сих пор не могу поверить, что он решил поиграть в старшего брата. Наверное, мне должно быть стыдно, что он, возможно, видел меня без купальника, но мне, если честно, все равно. Мне казалось, что та невероятная злость, которую я к нему испытывала, вытеснила все остальные чувства. Сейчас, спустя все эти месяцы, я собиралась вести себя с ним спокойно, но не слишком дружелюбно. Надеюсь, холодное «привет», которым мы обменялись при встрече, явилось отличным намеком на то, как мы далее будем общаться.

Я тихонько читала на заднем сидении машины Джейка в надежде на то, что они забудут обо мне.

— Мелкая, а Эрик вообще собирается приехать?

— Конечно, Джейк. Две недели он проведет со мной, а потом, в первую неделю августа, я поеду на «Виноградную плантацию Марты» с ним и его семьей, как и в прошлом году.

— Он остается в местном колледже или отправится куда-то? — Джейк не мог не задать этот вопрос. Вопрос, которого я боялась.

— Да, он собирается в университет Алабамы на полную футбольную стипендию, — расстроено ответила я, так как не испытывала радости по этому поводу.

— Вау, это же замечательно. Но не говори об этом так радостно, Мелкая.

— Как скажешь, Джейк, — закатила я глаза. — Конечно, я рада за него, просто мне грустно от того, что он будет так далеко.

— Ты же знаешь, что как только Эрик отправится на учебу, это будет концом ваших отношений, верно?

— Нет, у нас так не будет, Джейк. Мы уже обсудили эту тему, и Э хочет, чтобы мы были вместе.

— Пфф, подожди, когда на него начнут вешаться девчонки в колледже. Он изменит свое мнение об отношениях с тобой на расстоянии.

От осознания того, что в его словах могла быть доля правды, мои внутренности скрутило узлом, и меня начало тошнить.

— Джейк, ты такой козел. С таким братом мне и враги-то не нужны, — я уставилась на его затылок с заднего сидения машины.

— Мелкая, ты не понимаешь, но, несомненно, со временем поймешь, что единственной причиной этого разговора является то, что я беспокоюсь о тебе. В скором времени ты вспомнишь его, поймешь, что я был прав и оценишь мою честность. Ты согласен, Кори?

— О, нет, не впутывайте меня в эту беседу. Я тут думаю о своем.

— Чувак, не будь трусом, ты знаешь, что я прав. По крайней мере, ответь: ты же согласен, что их отношения на расстоянии не продлятся долго?

— Я думаю, что шансы ничтожно малы, но все возможно.

Посмотрев в зеркало, я увидела, как Джейк закатил глаза.

— Вы идиоты, — сказал он с мерзкой насмешкой.

— Мне надоел этот разговор. Разбудите меня, когда приедем, — я вставила наушники в уши, включила «Колдплей», закрыла глаза и постаралась отвлечься от мрачных мыслей, которые всколыхнул Джейк своими высказываниями.

День Благодарения — один из моих самых любимых праздников, но в этом году я немного расстроена, потому что Эрик не смог приехать из колледжа. Его тетя и дядя недавно переехали в Алабаму, поэтому он собирался навестить их и погостить весь уикенд. Цены на билеты из Алабамы до Массачусетса и обратно оказались астрономически дорогими, и так как Эрик поехал домой на зимние каникулы, ему придется там остаться до их окончания.

Когда приехали Джейк и Кори, я была на кухне, помогая маме готовить закуски и пироги. Они оба попытались обнять меня, но я отмахнулась от них, потому как была вся в муке. Кори поцеловал меня в макушку и последовал за Джейком в гостиную, чтобы посмотреть с моим отцом футбол и выпить пива, пока мы с мамой накроем на стол. Как только все было готово, мама прогнала меня из кухни. Я побежала к себе наверх, надела мягкую сиреневую футболку и обтягивающие джинсы. Надеюсь, то, что я надела столь узкие штаны, не окажется ошибкой после того, как я поем. Опустив голову вниз, чтобы убедиться, что избавлюсь от муки в волосах, я расчесала волосы. Мне не очень нравилось сочетание белой муки и черных волос. Когда я выпрямилась, волосы сами легли так, как надо, поэтому я просто еще раз провела по ним расческой.

Рождество — мой самый любимый день в году. Кто не любит получать подарки? Еще больше меня радовало то, что на ужин к нам придет Эрик. Он уже несколько недель провел дома, но у нас не получалось видеться часто. У него были семейные обязательства, а я еще буквально несколько дней назад была в школе на занятиях. Мы несколько раз встретились, но у нас не было возможности заняться сексом. В Массачусетсе сейчас зима, а это значит — никакого секса в машине, и, не считая прогулок на его машине, мы и не оставались-то наедине. Я надеялась, что найду решение этой проблемы сегодня ночью. С тех пор, как он приехал, мне казалось, будто бы Эрик отчасти отдалился от меня, и я действительно надеялась, что мне это только кажется. Может, у меня такое ощущение из-за того, что мы не виделись более четырех месяцев и должны снова привыкнуть друг к другу. Несмотря на причины, сегодня я собиралась расставить все точки над «i» и вернуть отношения с моим парнем в нормальное русло.

Сегодня вечером мы с Эриком собрались на вечеринку с Шелби и ее бойфрендом Остином. Она будет проходить в доме нашего школьного друга. Я надеялась, что у нас будет немного времени, чтобы остаться наедине сегодня вечером. У нас до сих пор не было никакой возможности, чтобы «побыть вместе» с тех пор, как он вернулся. И сегодня вечером я не собиралась рисковать. Я надела новое платье, которое купила специально для этого события. Оно черное и сделано из спандекса, так что облегает меня, как вторая кожа. Я также купила пару красных туфель на шпильках, которые надевала дома, чтобы разносить их. Когда впервые надела их, я покачивалась, так что потребовалось немного практики, прежде чем я почувствовала в себе уверенность ходить в них.

Когда Э забирал меня, он казался отстраненным и едва осознающим, что на мне надето. Что, черт возьми, с ним происходит? Дорога до места проведения вечеринки заняла у нас пять минут. Как только мы вошли внутрь, все члены футбольной команды прокричали нараспев имя Эрика. Он улыбнулся и вскинул вверх кулак, а затем взял меня за руку и потянул в сторону напитков. Он взял пиво для себя и протянул мне холодное вино перед тем, как мы сделали несколько кругов, здороваясь с каждым. Я еще не видела Шелби и Остина, но она всегда приходит поздно, так что я была не слишком удивлена.

— Давай потанцуем, — сказала я Эрику, потянув его за руку.

— Мне не хочется, Хейли.

— Хорошо, Э, — сказала я и поставила бокал на соседний столик. Обернув руки вокруг его шеи, я встала на носочки, чтобы поцеловать его в подбородок. Но Эрик отвернулся и уставился в сторону. В этот момент я поняла, что что-то происходит. Он ведет себя странно в течение уже двух недель, и, может быть, даже ранее во время наших телефонных звонков, пока он был на учебе.

— Что с тобой происходит? Ты избегаешь меня уже несколько недель. Если не хочешь быть со мной, то просто будь честен!

Он посмотрел на меня и сжал челюсть так сильно, что заходили желваки. Уставившись в пол, Эрик молчал. К черту это.

— Эрик, я хочу пойти домой сейчас. Можешь отвезти меня или мне следует попросить брата? — я знала, что если он этого не сделает, то Джейк будет здесь в течение пяти минут после моего звонка. У него сегодня вечеринка в нашем доме. Мои родители знают об этом и согласны с вечеринками до тех пор, пока он не позволяет никому садиться пьяным за руль. Мои мама и папа собирались в Бостон с некоторыми другими парами и не появятся дома до завтрашнего вечера. Они проведут эту ночь в гостинице в центре города.

— Да, я отвезу тебя, — наконец ответил Э.

Я надела шерстяное пальто и начала прокладывать себе путь к главному входу, не дожидаясь того, чтобы увидеть, следует ли он за мной. Эрик шел прямо позади меня, когда я открыла дверь и направилась туда, где у обочины был припаркован его грузовик. Он обогнал меня, чтобы открыть дверь со стороны пассажира, и держал руку вытянутой, чтобы помочь мне, пока я забиралась в его грузовик в узком платье и на шпильках.

— Спасибо, — тихо пробормотала я. Он закрыл дверь, прежде чем обойти машину и сесть на водительское сиденье. Поездка к моему дому была наполнена тишиной, и, когда он въехал на нашу подъездную дорожку и припарковался, я начала нервничать по поводу того, что случится дальше.

Эрик глубоко вдохнул и повернулся на сидении, чтобы посмотреть на меня.

— Мне очень жаль, что последние несколько недель я избегал тебя. Ты не сделала ничего плохого, и мои чувства к тебе не изменились. Я все еще люблю тебя и хочу быть с тобой.

— Я хочу того же, — сказала я, прервав его.

— Хейли, просто выслушай меня, прежде чем скажешь что-то еще, пожалуйста. Несколько недель назад была вечеринка, на которой был я и большая часть команды. Мы много выпили, и я был очень пьян, — он провел рукой по волосам, прежде чем встретиться со мной взглядом. Эрик выглядел расстроенным, а его глаза блестели, будто он собирался расплакаться. — У меня был секс еще кое с кем, — он выпалил эти слова, которые полностью уничтожили тот мир, что я знала. О, Боже мой! Сокрушающая боль ударила меня в грудь, и я почувствовала, будто не могу дышать. Я слышала рев в ушах, и мое сердце билось так быстро, что я прижала руку к груди, тщетно пытаясь замедлить его ритм. У меня паническая атака.

После инцидента с серфингом мне были не чужды панические атаки, и я испытала весь спектр симптомов, которые могут иметь место во время приступов. Консультант, с которым родители заставили меня поговорить, дал мне несколько небольших советов о том, как остановить приступ паники, когда я захвачена им. И сейчас я напомнила себе о том, что нужно постараться замедлить дыхание и делать глубокие вдохи. Я наклонилась и поместила голову между коленей, чтобы уберечь себя от потери сознания.

— Хейли, ты в порядке? — голос Э звучал так, словно он начал паниковать. Он начал потирать мою спину круговыми движениями, пытаясь успокоить меня, но я становилась все злее и злее. Как он, черт возьми, посмел обмануть меня?

— Не. Трогай. Меня! — закричала я на него. — Больше никогда не трогай меня снова, — я начала бесконтрольно рыдать и уронила голову на свои руки, закрывая лицо ладонями.

— Как ты мог? Ты выбросил наши отношения ради дешевого траха. Я ненавижу тебя за это.

Мне пришла в голову мысль, что это могло быть не один раз. Может быть, теперь она будет его новой подружкой.

— Сколько раз ты мне изменял?

— Это было всего один раз. Я люблю тебя, Хейли. Я все еще хочу быть с тобой. Пожалуйста, прости меня.

— Кто она? — язвительно спросила я.

— Она черлидерша, но она для меня ничего не значит.

— Она должна что-то значить для тебя с того момента, как ты ее трахнул. Я уверена, что это происходило некоторое время, я не наивна. Она флиртует с тобой, и ты флиртуешь в ответ, думая, что флирт безвреден, и потом ты добавляешь немного алкоголя в эту смесь, абсолютно забывая обо мне. Ну знаешь, что, Эрик? Я не хочу быть в отношениях с кем-то, кто может забыть обо мне, даже когда он пьян. Возвращайся к своей шлюхе и забудь о нас. Ты только что уничтожил все, что мы строили на протяжении двух лет, и знаешь, что самое печальное? Я могла бы переспать кое с кем на День Благодарения, но думала только о тебе.

— Хейли, не говори так. Пожалуйста, не разрывай наши отношения.

— Я не разрываю их. Это сделал ты, и я абсолютно серьезна, когда говорю, что между нами все кончено. Удачи тебе в поисках той, кто будет такой же лояльной, как я, и будет любить тебя, как я, — открыв дверь, я выскочила из машины и направилась в сторону двери своего дома так быстро, как только позволяли мне мои туфли на каблуках.

— Хейли, подожди, — Эрик побежал за мной, схватил меня за руку и развернул к себе. — Не делай этого. Пожалуйста, — умолял он.

Эрик обхватил ладонями мое лицо, и наши взгляды встретились. Я знала, что это последний раз, когда я смотрю на его великолепное лицо… в его прекрасные зеленые глаза… на его губы, которые говорили такие сладкие, любящие слова.

— Я люблю тебя. Я знаю, что мы можем пройти через это, — он продолжал убеждать меня. Я могла чувствовать мокрые дорожки слез на своем лице, когда они свободно текли вниз. Отстранившись от его рук, я сделала шаг назад.

— Я не хочу проходить через это, Эрик. Прощай.

Как можно быстрее я забежала в дом и захлопнула за собой дверь, убедившись, что закрыла ее так, что Эрик не сможет войти. Прислонив голову к двери, я глубоко задышала, забыв на мгновение, что здесь проходит очень громкая вечеринка. Я вытерла слезы с лица, прежде чем развернуться и влиться во все это. Джейк в гостиной разговаривал со своей девушкой Синди. Они встречались уже пару месяцев, и когда я с ней познакомилась, она показалась мне милой. Я увидела людей, слоняющихся в разные стороны. Я действительно не хотела объяснять, что происходит, так что сняла туфли и побежала вверх по лестнице в надежде, что по пути никого не встречу.

После того, как оказалась в своей комнате, я сняла свое платье, намереваясь разрезать его на сотни маленьких кусочков, зная, что никогда не надену его снова. Я не хотела никаких напоминаний об этой ночи. Поэтому я бросила платье в корзину на полу ванной, чтобы больше не видеть его, и натянула свою любимую пижаму — футбольную рубашку Маркуса из старшей школы и пару его боксеров. Мне нужно было все утешение, что я могла получить, и с тех пор, как мой лучший друг не может быть здесь лично, это самое лучшее, что у меня было.

Я посмотрелась в зеркало в ванной и не удивилась тому, что выгляжу как катастрофа. Я выгляжу как страшный клоун с черными дорожками от слез, стекавших по моим щекам. Тушь и слезы не совместимы. Я собрала волосы в высокий конский хвост, прежде чем нанести немного жидкости для умывания на лицо и смыть ее теплой водой. Это такое облегчение смыть высохший макияж со своей кожи. Когда я вытирала лицо полотенцем, я услышала стук в дверь. «Пожалуйста, только не Эрик, только не Эрик», — мысленно я повторяла эти слова, когда открывала дверь. Я обрадовалась, что это был Кори.

— Я могу войти?

— Конечно, — шагнув назад, я полностью открыла дверь, чтобы он мог войти. Я закрыла за ним дверь и повернулась, задаваясь вопросом, для чего он мог прийти. Он сел на край моей кровати и похлопал по пустому пространству рядом с ним.

— Садись со мной, — я подошла и села лицом к нему, скрестив ноги.

— Я видел тебя, когда ты вошла в дверь. Ты выглядела действительно расстроенной, и я просто хотел убедиться, что ты в порядке. Я знаю, что твоих родителей здесь нет, и, если тебе нужно с кем-то поговорить… — начал он, а затем замолчал.

— Я в порядке. Я была расстроена, потому что рассталась с Эриком, и это было трудно сделать, — мои глаза снова были на мокром месте, пока я объясняла.

Кори молчал, так что я продолжила:

— Он избегал меня в течение нескольких недель, и с тех пор, как он был дома, все было как-то странно между нами. Я думала, что, может быть, он хочет расстаться со мной, но не знает, как сказать мне, так что сегодня я заставила его рассказать о том, что происходит. Дело было не в том, что он больше не хочет быть со мной, а в том, что он напился на вечеринке и переспал с какой-то черлидершей. Он клянется, что это был единственный раз, когда он изменил мне, и что он все еще хочет быть со мной, но я порвала с ним. Я не хочу быть с кем-то, кто мне изменяет, и не хочу прощать его за то, что он переспал с кем-то еще. Я не собираюсь прощать его. Он все разрушил, — я чувствовала, как слезы текли по моим щекам.

— Иди сюда, — сказал Кори, потянул меня за руки и поднял к себе на колени так, будто я ничего не вешу. Он положил подбородок поверх моей головы и начал успокаивающе потирать мою спину. — Эрик был идиотом, что обманул тебя. Ты особенная, Хейли, и когда-нибудь ты встретишь парня, который поймет, какая ты особенная, и будет беречь и защищать тебя. Эрик все еще ребенок, но это его не оправдывает. Мне жаль, что он сделал тебе больно, но, в конце концов, у тебя будет кто-то лучше, чем он, — Кори поцеловал меня в лоб и взял за подбородок, приподнимая голову.

— Ты будешь в порядке, — после этих слов он наклонился вперед и поцеловал меня в щеку, очень близко к моему рту. И это его прикосновение подтолкнуло меня к действиям. Я просто хотела забыть о том, что произошло ранее, так что обернула руки вокруг его шеи и притянула к себе, встречая его губы своими. Кори застонал, когда я облизала линию его рта, а затем приоткрыл рот, и наши языки встретились. Запутавшись пальцами обеих рук в моих волосах, он легонько всосал мою нижнюю губу, облизав ее последний раз перед тем, как языком скользнуть внутрь моего рта. Если вначале я думала, что контролировала наш поцелуй, то сейчас знала, что это не так. Кори пожирал меня, и я просто пыталась успевать за всем лизанием, щипанием и кусанием, которое происходило. Меня никто так не целовал раньше, и я чувствовала, будто схожу с ума. Как только я начала паниковать и отстраняться, Кори оттолкнул меня от себя.

— Хейли, — сказал он, громко дыша. — Мне очень жаль, мне не следовало целовать тебя. Последнее, что тебе нужно, это иметь дело с еще одним мудаком.

— Кори, это я поцеловала тебя… и ты не мудак. Ты остановился до того, как все зашло дальше, и ты заставил меня почувствовать себя лучше, потому что Эрик теперь не будет последним парнем, которого я целовала. Так что спасибо за это.

Перед тем как уйти, Кори потрепал меня по голове, будто я маленькая собачка.

— Поспи немного, — это все что он сказал, когда уходил из моей комнаты.

Я залезла под одеяло и попыталась проиграть в голове этот невероятно жаркий поцелуй, который мы только что разделили. Я чувствовала удовлетворение от того, что целовала кого-то еще, кроме Э. Я не из тех девушек, кто мстит, но следует сказать, что, если хочешь пережить расставание, может быть, нужно найти кого-то еще.

Мой телефон оповестил о новом текстовом сообщении, и я взяла его с тумбочки, где оставила ранее, когда пришла домой.

С новым годом!

И тебя с новым годом!

Я скучаю по тебе.

Я рассталась с Э.

Ты в порядке?

Может быть.

Что случилось?

У него был пьяный секс с черлидершей.

Хочешь, чтобы я задал ему трепку?

Нет, спасибо. Где ты?

На отстойной вечеринке.

Повеселись там, скоро поговорим. Целую.

Ок, позвони мне, если тебе нужно будет поговорить в любое время! Целую.

Я убрала телефон и улыбнулась, думая о Маркусе и о том, как он всегда был рядом, когда я в нем нуждалась. Я хотела бы увидеть его прямо сейчас. Он бы держал меня в своих объятьях, и все ощущалось бы чуточку лучше. 

В нашем пляжном домике моя выпускная вечеринка старшеклассников была в самом разгаре уже на протяжении нескольких часов, здесь были многие мои друзья из Лексама. Я шла из ванной комнаты, когда мой телефон оповестил меня, что пришло сообщение от Маркуса.

Прости, не смогу быть сегодня.

Не страшно.

Не могу дождаться, когда увижу тебя.

Я тоже.

Увидимся в течение 2 дней.

Ура! Люблю, целую!

Я скучала по Маркусу и радовалась, что скоро увижусь с ним. Все мои друзья собирались заночевать, потому что мои родители не хотели, чтобы кто-то так далеко ехал домой. Мой брат Джейк, его девушка Синди и несколько их друзей тоже были здесь. Он никогда не упускал возможности прийти на вечеринку, так что я не удивлена, что он здесь в эти выходные. Джейк достаточно повзрослел, и его отношения с Синди это подтверждают, но в глубине души он будет подростком.

Шелби здесь со своим бойфрендом Остином, и один из его друзей пришел вместе с ними. Его зовут Кевин, и он кажется хорошим парнем, но я не заинтересована в том, чтобы начинать отношения с кем-либо. Я потратила два года на Эрика, и все, что я вынесла из этого, — разбитое сердце. Мне не нужно больше отношений… здесь… с этим покончено. Кстати, об Эрике. Он звонил мне сегодня, чтобы поздравить с окончанием школы. Я подумала, что это приятно, но не хотела иметь ничего общего с ним. Я игнорировала все письма, что он отправлял мне, все сообщения и голосовую почту тоже. Не уверена, почему я ответила на его звонок сегодня. Думаю, что просто хотела какого-то завершения. Он снова извинился и попросил меня принять его обратно. Конечно, я отказала, и тогда он сказал мне, что у него больше никого не было с тех пор, как он спал с черлидершей, и мой ответ определенно неправильный. Он идиот, что в первую очередь напомнил мне о том, что переспал с ней. Я пыталась быть милой и крайне прямолинейной, когда сказала, что все кончено. Кончено, кончено. Навсегда кончено.

Я так взволнована предстоящим сегодня вечером фейерверком и тем, что разделю его с Маркусом. Последние два года Эрик был здесь со мной, и пусть даже нам было весело, я не проводила много времени с Маркусом. Я надеялась компенсировать это сегодня. Его мама уехала из города со своим новым бойфрендом, так что я собиралась остаться в их доме. Это, на самом деле, было отлично, потому что Джейк и все его друзья были здесь. Да, и Лулу тоже. Я не хотела быть рядом с ними больше, чем нужно было. Я пыталась отпустить это, что совершенно не означало, что я хотела быть день и ночь у них на виду. Не просто быть великодушным человеком. Я действительно боролась с этим, потому что хотела покончить с ним, ударить его кулаком в нос и потом объяснить его девушке, что он за фрукт. Мне только восемнадцать, а ему почти двадцать шесть, так почему я должна быть великодушным человеком? Если бы он предложил хоть какие-то извинения или признал, что произошедшее было неправильным не из-за разницы в возрасте, а потому, что у него были с кем-то отношения, я бы чувствовала себя лучше. Но вместо этого я чувствовала себя виноватой за то, что у меня был секс с парнем Лулу, когда я даже не знала о ней.

Это утро начинается так же, как и в любой другой день. Я просыпаюсь из-за надоедливого жужжания моего будильника, запрыгиваю в душ, одеваюсь и уже через пятнадцать минут держу чашку кофе в руке. Потираю щетину, покрывающую подбородок, пока сижу за маленьким кухонным столом, размышляя о том, как отросшая борода сокращает мои утренние сборы на десять минут и что женщинам она тоже нравится. Не то чтобы мне было до этого дело. Есть лишь одна девушка, в которой я заинтересован, и она презирает меня, но, следует признать, тому есть весомая причина. Я допиваю свой кофе и ставлю чашку в раковину, прежде чем направиться в главную ванную, чтобы почистить зубы.

Хватаю свой кейс на пути к двери и отправляюсь на короткую прогулку по пути на работу. Жизнь и работа в центре Бостона дает много плюсов, особенно прекрасным ранним июньским утром, как сегодня. Воздух наполнен свежестью, так что я делаю глубокий вдох, позволяя ему наполнить мои легкие, и бесцельно бреду через привычный поток офисных работников, движущихся по обеим сторонам от меня.

Это десятиминутная прогулка до здания, где расположена адвокатская фирма, в которой я работаю. Как удачно, что по пути находятся «Данкин Донатс» и «Гуд Дей Кафе» — маленькие закусочные, подающие завтрак круглосуточно. Если вы фанат «завтрака на ужин», как я, тогда эта маленькая забегаловка — то место, где можно поесть. Я часто работаю допоздна и беру сэндвичи по пути домой.

Когда я добираюсь до офиса, получаю телефонный звонок от Маргарет — секретарши одного из основателей фирмы.

— Привет, Кори, Крис хочет увидеть тебя как можно скорее.

— Хорошо, спасибо, Маргарет, — я кладу трубку, задаваясь вопросом, что такого происходит, что он хочет увидеть меня немедленно? Должно быть, случилось что-то серьезное, потому что Крис печально известен своей невозмутимостью. Клянусь, у этого парня лед в венах вместо крови. Я видел его во время судебных процессов, и его хладнокровие в деле завидное и вдохновляющее. Я многому у него научился за несколько месяцев работы здесь.

Когда я только выпустился из адвокатской школы и сдал нужный экзамен, Крис попытался нанять меня на работу в свою фирму, но я не думал, что это хорошая идея, потому что он — отец моего лучшего друга Джейка. Я знал его десять лет, и он всегда был лучшим примером мужчины для меня. Потом он сказал, что засунет мне ботинок в задницу, если мне потребуется профессиональное или персональное собеседование. После этого Крис долго добивался, чтобы я работал в его фирме. Я, наконец, сдался и был даже больше рад этому, чем он. За то короткое время, что пробыл здесь, я многому научился от него и других коллег, больше, чем за два года, потраченных на предыдущем месте работы.

Я включаю свой компьютер, чтобы он мог загрузиться за время моего отсутствия на рабочем месте. Его кабинет на двадцатом этаже, на этаж выше моего, и лифт пуст в такой ранний час. Еще одна вещь, которой я научился у Криса, — приходить в офис в семь каждый день. Это дает час не нарушаемой никем тишины, чтобы закончить работу.

Выхожу из лифта и улыбаюсь Маргарет, когда прохожу мимо ее стола. Крис работает за компьютером, так что я стучусь в открытую дверь, чтобы привлечь его внимание.

— Кори, входи и закрой дверь, пожалуйста.

Делаю, как он просит, задаваясь вопросом, что происходит.

— Я хотел дать тебе знать, что Хейли будет проходить летнюю стажировку здесь, и я сделаю ее твоей тенью.

Моей?

Должно быть, он замечает замешательство на моем лице и начинает объяснять:

— Я хочу, чтобы ты был ее наставником и ввел ее в курс дела. В конце концов, однажды она будет партнером в этой фирме.

— Хорошо, сэр, — отвечаю я ему.

«Ты, должно быть, черт возьми, шутишь надо мной», — вот что я подумал.

— Я выбрал тебя, потому что доверяю тебе в том, что ты сделаешь все правильно и не будешь халтурить. К тому же, ты не так давно проходил это сам, так что лучше всех понимаешь, насколько подавляющим все это может быть для нее.

Я тупо киваю головой, как китайский болванчик. Какая жалость! Это смешно, что эта крошечная девчонка так сильно на меня влияет.

— Она начинает сегодня. Должна быть здесь в девять.

Черт. Я думал, что у меня есть немного времени, чтобы подготовить себя и справиться с тем, что буду ежедневно находиться так близко к ней и пытаться сдерживаться, чтобы не наклонить ее над своим столом и тупо не оттрахать. 

Мне всегда нравилось выражение «сегодня первый день остатка твоей жизни», и сегодня это утверждение как никогда ранее находит отклик в моей душе. Я начинаю стажировку в фирме моего отца и так взволнована этим событием. Я начинаю свой второй год обучения в адвокатской школе в сентябре, и потом я буду твердо следовать выбранному пути и стану адвокатом. Ну, мне нужно закончить юридическую школу и сдать адвокатский экзамен для начала, но, чем быстрее я это сделаю, тем быстрее буду делать то, о чем всегда мечтала. Эта стажировка даст мне намек на то, какое оно — мое будущее юриста.

Прошлым вечером заходила Шелби и помогла мне выбрать идеальный наряд для моего первого дня. Я надеваю черное строгое платье в комплекте с красными туфлями с открытым носком. Надеваю крупное овальное кольцо с искусственным камнем на средний палец правой руки и маленькие золотые кольца в уши. Шелби хотела добавить больше аксессуаров, но я предпочитаю, чтобы все было просто, в классическом стиле. Это не тот момент, когда можно выглядеть дешевкой.

С помощью бигуди завиваю волосы в крупные локоны и убираю от лица черным лакированным ободком. Наношу минимум косметики, простой дневной макияж, и добавляю немного темно-красного блеска для губ, чтобы закончить образ. Я смотрюсь в зеркало в последний раз и чувствую себя превосходно от того, что вижу. Я выгляжу профессионально и не слишком молодо. Я не хочу выглядеть как маленькая девочка, играющая в переодевания в мамином шкафу.

Офис фирмы находится в десяти минутах езды от апартаментов, которые я делю с Маркусом. Я покидаю дом, убедившись, что у меня есть время в запасе, если вдруг попаду в пробку. Бостонские пробки — это не шутки, и я определенно не хочу опоздать в свой первый день. Когда я втискиваю свою серебристую «Хонду CRV» в парковочный карман в гаражной пристройке, мой телефон издает оповещение о входящем сообщении. Оно от Маркуса.

Удачи Хейлз.

Спасибо, она мне понадобится.

Моя девочка задаст им жару.

Целую и обнимаю.

Я уверенно прохожу через гараж, затем холл, и поднимаюсь на лифте на двадцатый этаж, где располагается кабинет моего отца. Я бывала там много раз до сегодняшнего дня, особенно с тех пор, как перебралась в Бостон, чтобы учиться в школе. Мы с папой пытались выбраться вместе на ланч или ужин, по крайней мере, месяц, но я отменяла встречу последние несколько раз из-за большой нагрузки на учебе. Я выхожу из лифта и направляюсь к широкому открытому пространству, где располагается стол Маргарет, секретарши моего отца. Она встает и немедленно заключает меня в крепкие объятия. Меня окружает облако сильного цветочного парфюма, но мне все равно, потому что я знаю ее с тех пор, как была ребенком. Она мне как семья.

— Я так рада, что смогу видеть тебя каждый день. Ты выглядишь такой красивой и взрослой.

— Спасибо, так замечательно видеть тебя. Отлично получить перерыв от школы этим летом. Я уже немного сходила там с ума.

— Твой отец уже ждет тебя. Нам нужно сегодня сходить на ланч и поболтать.

— Звучит как план, — говорю я с улыбкой.

Я стучусь в дверь кабинета отца и, когда вхожу, замечаю, что он не один. Широкоплечий, темноволосый парень сидит в одном из голубых вращающихся кресел перед его столом.

— Ох, простите, я не хотела вас прерывать, — говорю я с огорчением.

— Нет, милая, ты не прерываешь. На самом деле мы говорили о твоих заданиях и о моих ожиданиях. В течение всей твоей стажировки твоим наставником будет Кори.

Подождите, он только что сказал Кори? Каковы шансы… После того, как мой отец заканчивает говорить, таинственный человек встает и поворачивается ко мне, улыбаясь. Святой ад, это Кори чертов Маршалл.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я не слишком любезным тоном, пока натягиваю угрюмую маску на лицо.

— Хейли, — ругает меня отец. — Это нехорошо с твоей стороны. Поприветствуй Кори как полагается и обними его. Он практически брат тебе.

Он далеко не брат мне, папа. Его член был внутри меня.

— Да, Хейли, обними меня, — говорит Кори с усмешкой на своем бородатом лице.

Прекрасно подстриженная борода сексуальна, но она скрывает очень мужественную линию подбородка. Я не могу решить, что хочу сделать больше… ударить кулаком по его лицу или впиться поцелуем в его губы. Я решаюсь и иду по персидскому ковру туда, где он стоит, и слегка обнимаю его. Кори, кажется, не врубается, что я на самом деле не хочу прикасаться к нему, и притягивает меня крепче. Я удивленно вздыхаю от давления его тела и знаю, что он это услышал. Ублюдок. Почему он должен быть таким чертовски сексуальным? Я могу чувствовать его мускулистый живот напротив моего, и я ненавижу, что всего одно его прикосновение все еще делает мои трусики неприятно мокрыми. Как я собираюсь работать с ним каждый день и не набрасываться на него? Я отталкиваюсь от его груди и делаю шаг назад, чтобы соблюсти хоть какую-то дистанцию между нами.

— Почему бы вам, ребята, не пойти в свой кабинет, и ты мог бы начать показывать Хейли, что ей необходимо сделать.

— Да, сэр, — незамедлительно отвечает Кори. Жополиз.

— Хейли, дорогая, давай сходим на ланч. Я попрошу, чтобы Маргарет связалась с тобой, когда я освобожусь.

— Хорошо, пап. Или мне следует называть тебя здесь мистер Морс? — дерзко спрашиваю я и вздергиваю бровь в ожидании ответа.

— Тебе лучше всегда называть меня папой. Это мое любимое имя, — он дарит мне поцелуй, и я делаю то же самое, а затем поворачиваюсь и иду к двери, где Кори ждет меня. Он отходит назад и пропускает меня первой. Люблю, когда у парней хорошие манеры, но в его случае он, возможно, будет смотреть на мою задницу, пока я иду впереди.

Маргарет нет за ее столом, когда мы проходим мимо, так что мы продолжаем наш путь к лифту в тишине. Мы спускаемся на девятнадцатый этаж и идем в кабинет Кори. Там находится женщина, которая, как я предполагаю, может быть его секретарем, и двое других стажеров. Она пергидрольная блондинка, и ее большая грудь выставлена на обозрение в V-образном вырезе красной блузки… она точно тип Кори. Он останавливается, чтобы представить ее, и я узнаю, что ее имя Кэнди. О, Боже, я не могу об этом молчать. Не могу дождаться, когда расскажу Маркусу и Шелби об этом. Кэнди здоровается со мной, поджав губы, как будто она съела что-то безвкусное. Единственная безвкусная вещь — это ее блузка. Я немного шокирована тем, что мой отец нанял кого-то, кто выглядит настолько непрофессионально. Тогда, получается, один из других партнеров мог нанять ее.

— Рада познакомиться с тобой, Кэнди, — я как-то умудряюсь сказать ей это с непроницаемым выражением лица, прежде чем последовать за Кори, куда бы мы ни направлялись. Он идет по длинному коридору, стены которого выкрашены в темно-серый цвет, и входит в последнюю дверь слева.

— Это мой кабинет… присаживайся, — говорит он, указывая на пару коричневых кожаных кресел перед его большим деревянным столом. Я сажусь, аккуратно разглаживая заднюю часть платья, чтобы оно не смялось. Я наблюдаю за Кори, когда он выбирает пару папок, только чтобы положить их снова. Он нервничает? Я задаю вопрос самой себе, и мои губы сами собой складываются в усмешку.

— Почему ты выглядишь будто кот, съевший канарейку? — спрашивает он, когда садится в свое черное кожаное кресло и скрещивает руки перед собой.

— Я не уверена в том, что это значит, — гордо отвечаю я.

— Ладно, давай просто начнем с того, что тебе нужно сделать в первую очередь, — он открывает один из ящиков своего стола и достает папку, переполненную бумагами.

— Мне нужно, чтобы ты рассортировала это, — он указывает на стену, наполненную прекрасными деревянными ящиками. Я никогда не видела таких шкафов для хранения документов, ведь ожидала увидеть типичные уродливые металлические шкафы.

— Все отсортировано в алфавитном порядке, так что у тебя не должно возникнуть никаких проблем. Просто найди папку в шкафу, которая совпадает с именем на каждом листе, и положи его внутрь.

— Мне прекрасно известно, как сортировать документы, Кори. Я делала такую работу для своего отца с тех пор, как мне было десять, — я хватаю папку двумя руками так, чтобы ни одна бумага не выскользнула, и целенаправленно иду в кабинет, чтобы начать работать. Чем раньше я начну, тем меньше мне придется быть милой с Кори.

Сортировка занимает у меня примерно час, затем я возвращаюсь к Кори, кладу на край его стола пустую папку и спрашиваю:

— Что еще?

Он открывает другой ящик стола и вытаскивает еще одну папку; она еще больше, чем предыдущая. Он кладет ее на стол передо мной.

— Ее также нужно рассортировать, — он не поднимает на меня глаз от бумаги, которую читает, так что я беру папку без единого слова и начинаю раскладывать каждую бумагу в соответствующий ящик. На самом деле, я наслаждаюсь тем, что теряюсь в таких повторяющихся заданиях, как это. Хотя я не говорю об этом Кори. Возможно, он думает, что расстроил меня тем, что дал мне такую работу, но вряд ли он знает, что я просто счастлива быть здесь. С тех пор, как была маленькой девочкой, я мечтала работать с отцом, и это первый шаг в этом направлении.

Спустя примерно девяносто минут я бросаю теперь уже пустую папку на его стол и стою, скрестив руки на груди, ожидая его инструкции по поводу следующего задания. Сначала он игнорирует меня, так что я продолжаю молча стоять перед ним, будто у меня куча времени. Когда он, наконец, поднимает голову от своих бумаг и осознает, что я здесь, я уверена, что все написано на моем лице.

— Уже полдень, так почему бы тебе не сходить на ланч и не вернуться через час.

Я киваю и поднимаю большой палец вверх, прежде чем выйти из его кабинета. Я иду мимо Кэнди и фыркаю, когда она впивается в меня взглядом. Пока жду лифт, я улыбаюсь очень широкой улыбкой, чтобы разозлить ее. Когда двери открываются передо мной, я замечаю, что там уже есть один пассажир внутри, он держит в руках кучу бумаг. Его голова опущена, так что я не могу видеть его лицо, но он ростом чуть выше метра восьмидесяти, его прекрасно подстриженные волосы черного цвета. Он немного напоминает мне моего старого бойфренда Эрика, и мое сердце немного болит от напоминания. Когда я вхожу внутрь, он смотрит поверх своих бумаг и встречается со мной взглядом. Ох, мое святейшество «Горячий парень»! У него кристально-голубые глаза, и он выглядит как молодая версия Йена Сомерхолдера. (Примеч. И́эн Джо́зеф Сомерхо́лдер — американский актер. Получил известность благодаря роли Буна Карлайла в телесериале «Остаться в живых» и Дэймона Сальваторе в телесериале «Дневники вампира»). Его прекрасно очерченные губы медленно складываются в улыбку, и я неосознанно улыбаюсь ему в ответ, прежде чем повернуться и нажать кнопку двадцатого этажа. Я замечаю, что она уже горит, и это значит, что этот сексуальный парень работает в фирме моего отца. Двери закрываются, и, клянусь, я могу чувствовать жар его взгляда по всей моей спине. К счастью, поездка занимает всего нескольких секунд, потом двери открываются, и я быстро выхожу. Я посылаю Маргарет воздушный поцелуй, когда прохожу мимо нее. Она говорит по телефону и слегка машет мне рукой, когда я прохожу к кабинету моего отца. Его дверь открыта, а отец сидит, отклонив голову назад на подголовник своего коричневого кожаного эксклюзивного кресла.

— Эй, папочка, вижу, тяжело работается, — я дразнюсь, когда подхожу поцеловать его в щеку.

— Как проходит твой день, милая?

— Ну, могу сказать, что я профи в сортировке, — говорю я, хихикая.

— Ты была им с тех пор, как тебе исполнилось десять, — он смеется, хлопая по колену.

— Крис, здесь краткий анализ, который ты просил, — красавчик из лифта быстро заходит, сейчас он смотрит поверх кучи бумаг, которую держит. — Ой, простите. Не хотел прерывать, — извиняется он.

— Нет, ты совсем нам не помешал. Шон, это моя дочь Хейли… Хейли, Шон один из наших молодых партнеров.

— Рад встретиться с тобой, Хейли, — говорит он с ослепительной улыбкой, когда подходит ближе, чтобы пожать мою руку. Его хватка твердая, и мне это нравится.

— Привет, Шон. Рада познакомится, — я улыбаюсь ему в ответ и надеюсь, что он найдет мою улыбку такой же привлекательной, как я нахожу его.

— Хейли стажируется здесь этим летом, — вмешивается мой отец.

— Ну, я был бы счастлив помогать ей в ее обучении, чем только смогу.

Бьюсь об заклад, что я могла бы научиться кое-чему от тебя.

— Спасибо, Шон. Вообще-то, ее наставник Кори, они знакомы уже достаточно долго, и я подумал, что Хейли будет удобнее обращаться с вопросами к нему.

Может Шон быть моим наставником, пожалуйста?

— Папочка, не хочу больше занимать твое время. Я просто хотела узнать, свободен ли ты, чтобы сходить на ланч, о котором ты упоминал сегодня утром.

— Нет, сейчас не самое лучшее время для него, но, может, вместо этого мы сходим завтра?

— Конечно, — говорю я с улыбкой.

— Я был бы счастлив сопроводить Хейли на ланч, сэр, — говорит Шон.

— Это отличная идея, и в этом случае я не буду чувствовать себя так плохо из-за того, что отказал тебе, — напоминает мой отец.

Дорога до магазина с сэндвичами быстрая и проходит без осложнений. Он заказывает саб с индейкой и сыром, а я прошу греческий салат. Нет ни малейшего шанса, что я буду есть огромный саб перед ним. Попытка запихнуть в рот саб длиной с ногу будет неловкой. Шон хватает две бутылки воды из холодильника и показывает мне.

— Вода подойдет или ты хочешь что-то еще?

— Вода подойдет, — отвечаю я, когда ищу пустой столик.

Я нахожу один в углу и начинаю двигаться к нему, прежде чем кто-то другой займет его. Шон идет прямо за мной и отодвигает мой стул, чтобы я могла сесть. Хорошие манеры. Он садится на стул напротив меня, делая глоток из своей бутылки. Я наблюдаю за его горлом, когда он глотает. У него хорошее адамово яблоко. Оно не сильно выпирает. Это большое открытие для меня. Кто захочет смотреть на шишку, выпирающую на шее сексуального парня? Грубость!

Нашу еду ставит на стол официантка-подросток. Она немного вспыхивает, когда ловит взгляд Шона и весь источаемый им жар. Плохая девочка.

— Так, значит, ты еще учишься в школе, если ты с нами только на лето.

— Ага, я собираюсь на второй год в юридическую школу в Университете Бикон.

— Отлично. Так вы с Кори друзья? — спрашивает он.

— Я не знаю, можно ли использовать слово «друзья», чтобы описать наши отношения. Он лучший друг моего старшего брата Джейка.

— О, теперь я понял. Он любит разыгрывать большого брата перед тобой, да?

— Ага, что-то типа того, — это все, что я отвечаю, ну а что я еще могу сказать? Я была влюблена в него в течение десяти лет, и он трахнул меня возле лачуги спасателей, не сказав мне, что у него была девушка? Нет, спасибо.

— Я думал о том, чтобы предупредить тебя о Кори и его способности дурить голову, но я рад, что не нужно. Он еще тот Казанова, оставляет кучу разбитых сердец позади себя.

Ага, расскажи мне об этом.

— Не нужно беспокоиться обо мне, Шон, я знаю, кто такой Кори, — я кладу немного салата в рот, наслаждаясь вкусом сыра фета и греческой заправкой. Если бы только я не вляпалась в эту чушь пять лет назад.

Когда мы возвращаемся с ланча и добираемся до лифта, Кори входит туда одновременно с нами. Я хихикаю над чем-то смешным, сказанным Шоном, и Кори не выглядит счастливым. Он ловит мой взгляд, и все своим видом «говорит» мне, что я опоздала, но у меня все еще есть пять минут в запасе. Я дарю ему свой лучший «отвали» взгляд и поворачиваюсь к Шону.

— Спасибо за ланч, Шон. Было действительно приятно, что ты пригласил меня.

— Это было для меня удовольствием, и я думаю о том, чтобы сделать это традицией, — говорит он, подмигивая мне. На этой ноте мы добираемся до нашего этажа и втроем проходим мимо теперь пустого места Кэнди дальше по коридору к кабинету Кори. Шон останавливается у двери точно напротив.

— Это мой, — он указывает на дверь головой. — Будь как дома, — говорит он с улыбкой, прежде чем зайти и закрыть дверь.

Кори хватает меня за руку и затаскивает внутрь своего кабинета. Он закрывает дверь слишком сильно, и звук отражается от стен комнаты. Я выдергиваю руку из его хватки и огрызаюсь на него:

— Какого черта, Кори?

— О чем ты думала, когда пошла с ним на ланч? — выкрикивает он мне.

— Я думала о том, что хотела пойти с ним на ланч. Он чертовски сексуальный.

— Он мужчина-шлюха, который использует девушек.

— Это забавно, потому что он достаточно откровенно сказал все то же самое о тебе. Я сказала, что мне известно, что ты за отвратительная свинья, так что нет причин беспокоиться обо мне. Мне следовало сказать ему, что уже поздно и я уже однажды вляпалась в твое дерьмо, — я останавливаюсь и делаюсь пару глубоких вдохов, чтобы успокоиться.

— Хейли, я не хочу видеть, что тебе больно.

— Разве это не иронично, когда человек, который заставил испытать меня худшее из всего, что я когда-либо чувствовала, единственный, кто беспокоится о моих чувствах сейчас. Пфф!

— Хейли, прости, я никогда…

Я прерываю его, прежде чем он сможет произнести еще хоть слово:

— Достаточно! — кричу я. — Не смей извиняться передо мной сейчас. У тебя было пять лет, чтобы изменить это, и ты даже не попытался. Так что избавь меня от своего беспокойства из-за Шона. Мне не нужен еще один брат, и я определенно не хочу знать твое мнение насчет того, что мне делать со своей личной жизнью. Может быть, тебе следует направить больше энергии на то, чтобы думать о последствиях своих гребаных действий и поменьше о том, с кем я провожу свое время.

— Давай вернемся к работе, — это все, что он говорит, прежде чем сесть в свое кресло за стол орехового дерева.

Высокий рост и широкие плечи позволяют ему выглядеть большим и представительным, но он не собирается запугивать меня. Я так долго, на протяжении пяти лет, держала язык за зубами, никому не говоря о том, что случилось. То, что мы сделали, заставило меня чувствовать себя плохим человеком. Я ощущала себя ужасно каждый раз, когда думала об этом, хотя, на самом деле, он единственный, кому должно быть стыдно. В тот момент я даже не знала о его девушке, Лулу.

Остаток дня проходит, изредка Кори дает мне инструкции, а я говорю с ним только тогда, когда он напрямую задает мне вопрос. В конце рабочего дня я практически бегу к лифту, чтобы уйти от него. Шон уходит в то же время, что и я, так что он провожает меня к моей машине.

— Как прошел твой день?

— О, все отлично… много сортировки и маркировки… ничего из того, чего бы я не делала сотни раз для отца.

Он смеется.

— Я уверен, что скоро тебя ждет более сложная работа.

— Надеюсь на это, — говорю я с улыбкой.

— Скажу тебе вот что, — говорит он, наклонившись ближе ко мне. — Если никакого улучшения для тебя не будет, я могу найти какую-нибудь работу, на которой тебе будет гораздо веселее.

Этот парень флиртует со мной?

Сказав все это на прощание, он уходит. И со спины он выглядит таким же сексуальным. Через какое-то время я преодолеваю вечерние бостонские пробки и наконец-то добираюсь до дома, Шелби звонит мне и сообщает, что идет на студенческую вечеринку и потом вернется домой. Мы не увидим ее до завтра, но, с другой стороны, Маркус написал мне, что он уже дома и ждет меня. Конечно, ждет. Он самый заботливый парень из тех, что были рядом со мной.

Как только захожу в квартиру, я скидываю свои туфли на каблуках с рычанием и вздохом облегчения. По пути на кухню Маркус встречает меня с бокалом белого вина и целует в щеку.

— Я когда-нибудь говорила, что ты лучший друг, о котором я только могла просить? — говорю я, счастливо принимая бокал из его рук. — Ты избалуешь меня для любого другого парня.

— Это часть моего плана, чтобы оставить тебя себе. Когда-нибудь ты прислушаешься к своим чувствам и поймешь, что мы созданы друг для друга, Хейлз, — говорит он, подмигивая мне, но я знаю, что где-то в глубине души он надеется, что это произойдет. Я знаю, что наши отношения странные. Мы перешли черту и нам не следует спать друг с другом на регулярной основе, но он красив и полон желания, и я забочусь о нем. Наша договоренность кажется выгодной для обоих.

Мы садимся на диван лицом друг к другу, и он притягивает мою ногу на свои колени и начинает потирать стопу. Со стоном я откидываю голову назад.

— Я люблю твои руки.

— Мои руки любят каждый миллиметр твоего тела, — говорит он с блеском в глазах, и я знаю, что это значит. Он в игривом настроении.

— Задержись здесь на минутку, приятель. Не давай никаким идеям остановить массаж моих ног. Мне нужно рассказать тебе о своем дне, и потом я, может быть, позволю, а может, и нет, поиграть со мной.

— Хорошо, но сделай это быстро, потому что я уже твердый как камень только от того, как сексуально смотрится твоя задница в этом платье.

— Пфф, не так много нужно, чтобы взволновать тебя. В любом случае, я должна рассказать тебе о моем первом дне в фирме. Угадай, кто работает с моим отцом?

— Понятия не имею, — он качает головой и пожимает плечами.

— Кто был бы последним человеком на земле, кого бы я хотела, чтобы отец сделал моим наставником?

Маркус ничего не говорит и просто корчит мне смешную рожицу.

— Маркус! Ты должен отгадать. Я дам тебе еще одну подсказку. Кого я презираю больше, чем кого-либо или что-либо?

Я вижу тот самый момент, когда он понимает, о ком я говорю.

— Кори, — он говорит только одно слово, но в этих двух слогах так много неприязни и оскорбленного достоинства.

— Динь, динь, динь, — я изображаю колокольчик, прежде чем произнести, — дайте этому парню приз.

— Вау, я все еще фантазирую о том, чтобы двинуть кулаком в его прекрасное лицо. Ненавижу этого ублюдка за то, что он сделал с тобой, — гневно говорит он.

— Я знаю. Но сегодняшний день прошел лучше, чем я думала. Он попытался извиниться, и я почти откусила ему голову. Я сказала ему, что уже поздно и ему не о чем беспокоиться. Это ощущалось так хорошо — наконец-то высказать все, что я о нем думаю.

— Я так горжусь тобой, детка. А сейчас тащи свою восхитительную задницу сюда, — он хватает меня за бедра и перетаскивает к себе на колени. Я вздыхаю от ощущения его твердого члена, прижимающегося прямо к моим трусикам. Платье задирается к талии, выставив напоказ мои бедра. Маркус медленно проводит руками вверх и вниз по моим ногам, каждый раз дразня и прижимаясь ближе в том месте, где я больше всего в нем нуждаюсь, прежде чем наконец-то провести кончиками пальцев по резинке моих трусиков. Я хватаю его обеими руками за шею и притягиваю к себе для поцелуя. Наши зубы немного стучат от голода друг по другу. Секс с Маркусом всегда жаркий. Будто он всегда точно знает, что сделать, чтобы свести меня с ума, и его грязные разговорчики только сильнее распаляют меня. Наши влажные, неистовые поцелуи продолжаются, пока я потираюсь о его член.

Он крепко хватает меня руками за бедра и скользит ими к моей заднице, прежде чем спустить мои трусики до колен.

— Твоя попка сводит меня с ума. Один взгляд на нее — и я уже безумно твердый.

Говоря о безумной твердости… Я слезаю с его колен и скольжу на пол между его ног. Маркус рычит.

— Мне нравится, как это происходит, детка, — когда он быстро снимает свои штаны, я отталкиваю их подальше, чтобы у меня был лучший доступ к нему. Я обхватываю основание его члена и скольжу рукой вверх и вниз несколько раз, прежде чем потереться об него щекой.

— О, Боже, когда ты так делаешь, это ощущается так, будто ты действительно хочешь мой член.

— Я хочу твой член, — говорю я и замечаю предэякулят, блестящий на головке.

— Ты будто лучшая влажная мечта, детка. Сейчас, пожалуйста, возьми меня в рот.

Он звучит немного отчаявшимся, и это мне нравится. Кто бы смог не наслаждаться знанием того, что обладает силой доставить удовольствие кому-то другому? Я охватываю его член губами и сосу только головку, прежде чем скользнуть вниз настолько, насколько могу. Я сосу жестче, когда поднимаюсь наверх, и применяю давление губ, когда скольжу вниз. Это сводит его с ума.

— Детка, тебе нужно остановиться. Я хочу кончить внутри тебя, а не в рот.

Он поднимает меня, бросает на диван и ставит на колени. Подняв юбку вверх, Маркус стягивает трусики и входит в меня сзади. Я кричу от силы его первого толчка, когда он тянет мои бедра назад, чтобы встретиться с его следующим движением.

— Это мое? Ммм, это так, детка? — он лижет мою шею и прикусывает плечо, заставляя меня кричать.

— Да, это твое. Возьми это, — он тянется, чтобы потереть мой клитор, когда двигается грубо внутри меня.

— Тебе нравится быть оттраханной мной, детка? Тебе нравится, когда я похоронен глубоко внутри тебя? — шепчет он мне в ухо, и это дополняет все то, что он делает с моим телом, и отправляет меня через край, куда незамедлительно следует за мной.

Его тело сотрясается, он прижимается к моей спине и ласково целует меня за ушком, пока мы ждем, когда успокоится наше дыхание. 

Я очень благодарен, что пятница, наконец, наступила и положила конец той дерьмовой неделе, что у меня была. Хейли, находящаяся рядом со мной все время, словно тест на самоконтроль. Все, что она делает, заводит меня, и это смешно. Я думал, что, заставив сортировать документы в первый день, сведу ее с ума, но, похоже, это ее совсем не смутило. Вместо этого я провел все утро с эрекцией, наблюдая за ней в облегающем черном платье и чертовски сексуальных красных туфлях на шпильке. И я мог думать только о том, как наклонить ее над своим столом, поднять подол платья и трахать так жестко, что она будет томиться по мне всю оставшуюся жизнь. Потребовалась каждая унция моего самоконтроля, чтобы не превратить эту фантазию в реальность.

Люблю танцевать с Хейли. На самом деле, я люблю все, что притягивает ее в мои объятия, и время, когда ее задница трется о мой член — определенно бонус. Ее спина прижимается к моей груди, она в кольце моих рук, и меня переполняет любовь к этой девушке. Она владела моим сердцем в течение последних десяти лет и, может быть, даже дольше. Иногда я думаю, что ее сердце принадлежит мне, но затем происходит что-то, что заставляет меня усомниться в ее чувствах ко мне. Вся эта ситуация с ней, работающей с Кори, заставляет меня чертовски нервничать. Она была влюблена в него с двенадцати лет, и после того, что случилось между ними пять лет назад, я волнуюсь, что есть незавершенные чувства между ними.

Говоря о дьяволе… Я замечаю Кори, сидящего в баре с братом Хейли Джейком и какой-то дрянной девушкой, повисшей на нем. Он не обращает на нее никакого внимания, хотя… он слишком занят тем, что уставился на мою девушку. Он так пристально смотрит на нее, что даже не замечает, что я наблюдаю за ним. Боже, как я ненавижу этот кусок дерьма за то, что он сделал с ней. Я все еще должен надрать ему задницу в наказание, но это только расстроит Хейли, а я, в конце концов, лишь хочу сделать ее безумно счастливой. В один из таких дней она поймет, что любит меня и только меня. И тогда все мое ожидание окупится, и мы всегда будем вместе. Нет ничего в этом мире, чего бы я желал больше этого. 

Выходные прошли слишком быстро, и снова наступил понедельник. Я была похоронена под бумагами, которые мне нужно было рассортировать для Кори. Честно говоря, думаю, ему нравится наблюдать за тем, как я наклоняюсь, извращенец.

Клянусь, я могу чувствовать, как его взгляд прожигает дыру в моем черном платье, и, как бы сильно я ни желала его ненавидеть, по какой-то причине я просто не могу это сделать. Может быть, тот факт, что он спас меня от утопления в прошлом, означает, что он всегда будет занимать особое место в моем сердце. Какова бы ни была причина, я, не прекращая борюсь, со своим притяжением к нему. Я не хочу испытывать желание заползти к нему на колени и чувственно поцеловать. Это разочаровывает и мешает моему плану презирать его всю оставшуюся жизнь.

Сегодня мне приходится работать допоздна, потому что у Кори новый клиент, встреча с которым назначена на завтрашнее утро, и нужно многое сделать, чтобы быть готовым. Он дал мне кучу документов на распечатку, копирование и сборку, и это не должно было быть большой проблемой, если бы у нашей копировальной машины не было бы десятка лет трудового стажа за плечами. Я должна сделать пачку буклетов, потому что этот парень — президент какой-то большой корпорации, и он может прийти с половиной членов правления. Кори сказал, что лучше подготовиться заранее, чем сожалеть, и пусть я во многом не разделяю его мнение, с этим мне пришлось согласиться.

Я распечатываю все нужные мне копии и несу высокую стопку документов в переговорную, где могу использовать большой стол, чтобы сделать буклеты. Там по тридцать чертовых страниц в каждом, и он хочет, чтобы я сделала двадцать таких буклетов. Начинаю долгий процесс по организации каждой стопки, исходя из номера страниц, я собираю их по одной, чтобы сколоть все вместе в конце. Я занята этим примерно в течение пятнадцати минут, когда Кори заходит с китайской едой на вынос.

— О, Боже мой, пожалуйста, скажи, что ты взял куриные палочки и лапшу Ло-мейн, — говорю я, сложив руки в молитве. (Примеч. Ло-мейн — китайская лапша, отваренная особым способом в соевом соусе, подается с супом Вонтон (маленькие китайские пельмени), овощами, жареной свининой или тушеной говядиной).

— Кто сказал, что я взял что-то для тебя? — дразнит он.

— Ха-ха, после всех тех лет, что ты крутился рядом со мной, тебе ли не знать, что лучше не держать меня здесь допоздна, если не собираешься накормить.

Иногда у меня происходят перемены настроения, и я могу стать действительно раздраженной, находясь без еды слишком долго. Маркус говорит, что я ужасна, когда голодна, и он прав. Когда это происходит, всем лучше держаться подальше от меня.

Уловимый аромат из картонных контейнеров заставляет меня почти истекать слюной, и я хватаю контейнер, открывая его, чтобы увидеть содержимое.

— Куриные палочки, м-м-м, — говорю я, исполняя счастливый танец. Хватаю тарелку и добавляю туда немного курицы, прежде чем найти соус.

— Ты попросил экстра-соус, правда?

— Да. Знаю, ты бы искупалась в нем, если бы могла.

— Фу, это было бы отвратительно.

— М-м-м, я бы взял на себя обязанность лично облизать каждый миллиметр твоего тела.

Я закатываю глаза и ищу лапшу. К тому времени, когда мы садимся, моя тарелка наполнена с горкой, так что я энергично налетаю на еду.

— Нет ни единого шанса, что ты съешь все, Хейли, — Кори указывает на мою тарелку.

— Я собираюсь съесть все до последнего кусочка и вылизать тарелку дочиста.

— Могу я посмотреть? — говорит он, вздергивая бровь.

— Ты неисправим, — отвечаю я, качая головой.

— Итак, я собираюсь спросить, что у вас с Маркусом?

— Что ты имеешь в виду?

— Он твой парень? — неуверенно спрашивает он.

— На самом деле, не думаю, что это твое дело, Кори.

— Я знаю, но просто ответь мне.

— Официально мы не вместе. Мы лучшие друзья, и у нас есть кое-какая договоренность. Уверена, кое-кто будет убеждать нас вступить в отношения, и кто знает, что получится в итоге.

— Так вы — друзья с привилегиями?

— У нас есть секс, много секса, но это нечто большее, чем договоренность друзей с привилегиями. Мы на самом деле любим друг друга, но из нас двоих именно я не готова взять на себя обязательства.

— Хм, вот это поворот, — он хмыкает.

— О чем ты говоришь?

— Ты как мужик в отношениях, а он — девушка. Ты боишься обязательств, а он хочет быть в отношениях, — Кори приподнимает бровь, будто ожидая, что я не соглашусь.

— Как бы странно ни звучало, но в том, что ты только что сказал, есть какой-то смысл, — я доедаю лапшу и делаю большой глоток ледяной воды. — Вау, это было так вкусно. Спасибо, что принес мое любимое.

— Это меньшее, что я могу сделать за то, что задержал тебя допоздна. Сейчас возвращайся к работе. Эти буклеты сами о себе не позаботятся.

У меня уходит около часа на то, чтобы доделать буклеты, и после этого я помогаю Кори подготовить презентацию в PowerPoint. В конференц-зале перед его ноутбуком мы сидим плечом к плечу. Я отмечаю пару мест, которые нужно откорректировать, и от этого чувствую себя замечательно, потому что сделала свой вклад в ключевом моменте, а не просто проделала напряженную работу. Кори потягивается в своем кресле, и я чувствую запах его мускусного одеколона. Он отличается от того, что я помню. И в этот момент я осознаю, как близко мы сидим рядом друг с другом. Я могу чувствовать тепло его тела от ноги рядом с моей. И затем понимание, словно предупреждение, взрывается в моей голове.

Мне нужно идти домой и держаться подальше от него, прежде чем я сделаю что-то, о чем пожалею. Смотрю на время на экране телефона и замечаю, что уже больше девяти часов вечера.

— Уже поздно, так что мне следует идти домой.

— Ага, на самом деле мне тоже пора. Я буду завтра рано утром и смогу дважды проверить все.

Мы собираем еду и протираем стол, убирая все буклеты, что я сделала, в кабинет Кори. Я беру свою сумочку и направляюсь к лифту.

— Хейли, подожди, — кричит он из кабинета.

Я стою там, ожидая его, но внутренне чувствую, что мне следует бежать от него. Он выходит из-за угла с сумкой в руке, выглядя очень профессионально в своем синем костюме и белой рубашке. Теперь его галстук снят и две верхние пуговки рубашки расстегнуты. Он выглядит чертовски сексуально, и я немного ненавижу себя за то, что наслаждаюсь видом.

Двери открываются, и мы заходим в пустой лифт. Кори нажимает кнопку, отправляющую нас прямиком в подземный гараж, и ждет, когда закроются двери, прежде чем поставить сумку на пол. Он поворачивается лицом ко мне, и следующее, что я осознаю, — он своим телом прижимает меня к стене лифта. Он хватает мои руки и удерживает их надо моей головой, быстро наклоняясь для поцелуя. Я поворачиваю голову, вынуждая его губы опуститься на мою щеку. Кажется, его не беспокоит то, что я избегаю его, он продолжает оставлять медленные мягкие поцелуи на моей шее и ключице.

— Кори, тебе нужно остановиться, — умудряюсь выдохнуть я, в то время как его губы посылают покалывание через все тело прямиком к моему центру.

— Расслабься, Хейли, я просто хочу немного попробовать, — своим глубоким голосом он шепчет мне на ухо, посылая дрожь по моему позвоночнику, когда облизывает впадинку между моим плечом и шеей. Он — дьявол во плоти, и я не могу позволить себе ввязаться в это снова.

— Кори, — настойчиво говорю я.

Он поднимает голову, глядя на меня.

— Отпусти. Я не хочу делать это с тобой.

Кори отпускает мои руки и делает шаг назад.

— Прости, Хейли, — он трясет головой из стороны в сторону и выглядит потерявшимся в собственных мыслях. Он запускает руку себе в волосы, отчего они поднимаются и смотрятся сексуально взъерошенными. — Мне не следовало этого делать. Это не произойдет снова, — хотя его слова кажутся искренними, я сомневаюсь и ничего не могу поделать с этим.

Двери лифта открываются спустя несколько секунд молчания, и я быстро убегаю. Мне нужно держаться от него на расстоянии, и это сильное притяжение между нами необходимо каким-то образом разорвать. 

Хейли отправила мне сообщение, что задержится на работе и будет поздно. Она не упомянула Кори, но он был с ней — могу поставить на это все свои сбережения. Я был загружен своей работой, когда пришло смс, так что я только отправил быстрый ответ. Я пытался не использовать телефон во время дежурства — когда подстригаешь розовые кусты, сложновато писать смс. С прошлого месяца, с тех пор, как школа осталась позади, я работал со своим приятелем, занимающимся ландшафтным дизайном. Я надеялся заработать достаточно денег, чтобы не работать осенью и иметь возможность сконцентрироваться на своем втором году обучения и стажировке в архитектурной фирме здесь, в Бостоне.

Я всегда интересовался архитектурой. Может, это было обусловлено тем фактом, что мой отец — архитектор, и он разделил со мной любовь к старым зданиям, когда я был ребенком. До того, как они с мамой развелись, было так. Сейчас он живет в Калифорнии, присоединившись к фирме своего приятеля из колледжа в качестве партнера. Офис фирмы расположен в Лос-Анджелесе, так что многие их клиенты в списке лучших актеров и актрис. Отец делает действительно хорошие работы для них. Он любит спрашивать меня, когда я перееду в Калифорнию и присоединюсь к их фирме. Обычно я просто посмеиваюсь, потому что не заинтересован в том, чтобы жить на Западном побережье, особенно проведя там четыре года в колледже. Я до мозга костей парень с Восточного побережья. Как правило, я приезжаю туда каждый год, и мы всегда отлично проводим время. Последние пару раз Хейли ездила со мной. Мой отец и его жена Мэри обожают Хейли, но, опять же, большинство людей обожают ее.

Я смотрю на свои часы и замечаю, что время уже близится к десяти, а ее все еще нет. Я даже не получал от нее никаких сообщений, что весьма необычно. Даже если она сильно занята, то всегда находит время сказать «привет». Я ничего не могу поделать со своим дико разыгравшимся воображением, которое услужливо подбрасывает мне картины их страстных объятий. Я чувствую себя отвратительно из-за этих сумасшедших мыслей, так что достаю пиво из холодильника и ложусь на диван, чтобы посмотреть ESPN. (Примеч. ESPN — американский кабельный спортивный телевизионный канал).

Я, должно быть, задремал на несколько минут, потому что просыпаюсь от звука закрывающейся двери. Слышу, как ключи приземляются на стол в холле и как туфли ударяются об пол, когда Хейли скидывает их. Улыбаюсь тому, что она человек привычки, и как же хорошо я знаю ее после всех этих лет.

Я понимаю, что что-то не так, когда она заходит в гостиную, и я вижу ее лицо. Решаю не задавать вопросы и посмотреть, расскажет ли она сама.

— Привет, детка, как твой день? — спрашиваю я, садясь и предлагая ей сесть рядом.

Она садится на другой конец дивана, откинув голову на подушку, и рычит:

— Мой день был долгим и тяжелым. Все, чего я хочу, это добраться до кровати, но я слишком устала, чтобы двигаться прямо сейчас.

— Я оставил тебе немного еды от ужина. Хочешь, разогрею?

— Нет, спасибо. Мы перехватили китайской еды, пока работали. Не думаю, что смогу съесть еще кусочек.

Морщусь при ее упоминании «мы».

Я точно знаю, на кого она ссылается, но не позволяю ей понять это.

— Кому ты помогала сегодня? — невинно спрашиваю я.

— Кори, — говорит она; просто имя и ничего больше.

Я молчу в ответ, все еще ожидая, что она как-то объяснит это. В желудке возникает чувство тревоги от предчувствия, что между ними что-то произошло сегодня. У меня хорошие инстинкты, я доверяю им, и сейчас они говорят мне оставить ее в покое. Мне нужно дать ей возможность рассказать все самой. Это будет значить больше, если она сама придет ко мне, а не я заставлю ее говорить об этом.

— Хочешь посмотреть со мной кино? — задаю вопрос.

— Нет, спасибо, — она зевает. — Я иду в кровать, устала, — говорит Хейли, когда поднимается, наклоняясь, чтобы вскользь поцеловать, прежде чем направляется в свою комнату. Она закрывает свою дверь, и я принимаю это как знак, что ей сегодня не нужна компания. У нас обоих есть свои комнаты, но мы проводим большинство ночей вместе. Иногда по ночам ей необходимо личное пространство, и я не подталкиваю ее. Сегодня, видимо, одна из таких ночей, и мне действительно не нравится, что Кори тому причина.

Я люблю Хейли Морс с тех пор, как мне исполнилось тринадцать. Мои чувства к ней никогда не ослабевали и не изменялись. Она получила мой первый поцелуй, мою первую любовь и мое впервые разбитое сердце. Это все принадлежит ей, как и мое сердце, навсегда. Оно принадлежало ей долгое время, но что действительно связало мою судьбу с судьбой Хейли, это тот вечер, когда мы впервые занялись любовью. Это было совершенством, и, хотя я встречался с несколькими девушками, когда учился в колледже, и был близок с ними, я никогда не испытывал того, что мы разделяли с ней. Это чувство, когда я похоронен глубоко внутри нее, всепоглощающее, и оно лежит за пределами сексуального удовольствия. Это словно мое тело охвачено любовью к ней, и она омывает меня волной пламени. Это чувство оставляет меня разгоряченным и удовлетворенным, и я еще больше жажду ее. Я никогда не смогу насытиться ею полностью, независимо от того, сколько раз беру ее. За тот год, что мы живем вместе, мое желание не ослабло. Чем больше Хейли я получаю, тем больше я нуждаюсь в ней. Иногда я боюсь своей зависимости от нее. Я пытаюсь сохранять хладнокровие, потому что она пуглива, и я не хочу напугать ее, раскрыв глубину своих чувств, но, думаю, она знает. Как она может не знать, когда я изливаю свою душу при каждых страстных соитиях, что у нас происходят? 

Думаю, я сильно облажался с Хейли прошлым вечером. Я ничего не мог с собой поделать. Я должен быть ближе к ней, и поездка в лифте казалась прекрасной возможностью. Я даже не задумывался, что она может меня остановить, когда я попытаюсь поцеловать ее. Она решительная и прямо сейчас может думать, что не хочет меня, и я должен показать ей, что она неправа. Хейли наполняет страстью все аспекты своей жизни. Страсть практически сочится из нее, и она отдает все, и внимание, и усилия. Я хочу, чтобы ее целеустремленность была направлена на меня. Я хочу быть в фокусе ее внимания и единственным, на кого направлена страсть ее натуры.

Прошлой ночью, лежа в кровати и безуспешно пытаясь уснуть, я начал думать о том, когда у меня появились романтические чувства к Хейли. На самом деле, я не вспомнил тот момент, когда все для меня изменилось. Может быть, это случилось тогда, когда она едва не утонула и я спас ее? Я помню то чувство слабости в животе в ожидании, когда она откроет свои прекрасные глаза. И когда она это сделала, я никогда не чувствовал себя таким благодарным за всю свою жизнь.

Это могло произойти во время ее шестнадцатого дня рождения, когда я увидел, как прекрасно она выглядит, и не смог удержать себя от того, чтобы не поцеловать ее. Я был осторожен, чтобы не зайти слишком далеко, и держался настолько невинно, насколько возможно, но не было ничего невинного в том, как мое тело реагировало на ее мягкие губы. Мне пришлось принять холодный душ в ту ночь, чтобы справиться со стояком.

Неуверенный в том, когда мои чувства к ней изменились, я знал, что момент осознания того, что я никогда не избавлюсь от своих чувств к ней, впервые случился, когда я погрузился внутрь ее узкой маленькой киски. Я никогда не чувствовал ничего похожего на это и не имел этого с тех пор. Она разрушила меня для всех других женщин, и я жажду ее, как наркозависимый жаждет следующую дозу. Я должен получить ее снова, и в этот раз я не облажаюсь. Я ни с кем не встречаюсь. Черт, у меня даже не было секса за прошедшие полгода. Я, должно быть, старею, потому что ни одна женщина не разжигает мой интерес, ни одна, за исключением Хейли. 

Кори, набросившийся на меня в лифте прошлой ночью, действительно свел меня с ума. Почему он пытался поцеловать меня? Он думал, что я доступна, потому что он уже был во мне и трахал меня? Не знаю, что думать обо всей этой ситуации, да и вообще не хочу думать. Я хочу уснуть, вместо того, чтобы лежать и думать о нем в пять утра.

Мне следовало рассказать Маркусу о произошедшем, но я этого не сделала и сейчас чувствую себя немного виноватой из-за этого. Если сейчас я расскажу ему об этом, он будет задаваться вопросом, почему я ничего не сказала, когда пришла домой. Возможно, он уже понял, что что-то случилось. Кроме того, он знает меня лучше, чем кто-либо еще. Знаю, мы не в «отношениях», но и не встречаемся с другими, пока один из нас не поменяет свое мнение или не найдет кого-то другого, с кем хотел бы спать. Я люблю Маркуса и не хочу никого другого. Я не отрицаю свои чувства к нему, потому что они пугают меня. Я не хочу нуждаться в нем или в ком-то другом. После того, что случилось с Эриком, а потом и с Кори, я приняла решение держать других на расстоянии от своего сердца. Не хочу никому снова давать такую власть над собой. Я не могу позволить себе быть уязвимой. Это слишком разрушительно, когда что-то идет не так. 

Хейли работает в фирме уже пару недель. Мы нашли отличный ритм работы вместе. Я вел себя наилучшим образом с момента того происшествия в лифте, и она была действительно мила со мной. Может, я вымотал ее, и она отпустила часть той ненависти, что питает ко мне.

Сегодня я начал немного паниковать, осознав, что она будет здесь всего восемь недель. Мне нужно составить план, чтобы завоевать ее, и я должен следовать ему, потому что в моем распоряжении только это время. Когда ее стажировка закончится, и она вернется в школу, я не знаю, когда увижу ее снова. Крайне необходимо осторожно проработать свою стратегию, чтобы заполучить ее сердце.

Сегодня третий четверг месяца, и это означает, что большинство сотрудников фирмы пойдут вместе на «счастливый час». (Примеч. «Счастливые часы» — время, когда клиенты получают услуги или товары по сниженной (акционной) цене). Мы встречаемся в «Бар и Гриль у Чарли», который находится в квартале от места работы. Это может быть отличной возможностью для меня провести время с Хейли за пределами офиса. Я хочу, чтобы она снова узнала меня. Она выкинула меня из своей жизни на пять прошедших лет, так что она действительно не знает, кто я вне работы. Я повзрослел за прошедшие несколько лет и надеюсь, она это заметит. Мне нужно показать ей, что я повзрослел и что являюсь объектом ее увлечения. 

Кори сидит за столом, читая контракт, когда я вхожу и сажусь перед ним.

— Я отправила эти отчеты своему отцу, и он сказал, что скоро будет здесь, чтобы обсудить их.

Он смотрит на меня снизу вверх и улыбается, прежде чем ответить:

— Спасибо. Ты очень помогла мне, позаботившись об этом.

— Разве не за этим я здесь? Делать все эти незначительные повседневные задания, которые тебе в тягость? — шутливо спрашиваю я.

Он смеется над моей шуткой и кладет ручку на стопку бумаг на столе. Кори откидывается назад в своем кресле и скрещивает руки на груди, растягивая водолазку, плотно охватывающую его бицепсы. Я незамедлительно опускаю на них глаза, и это вызывает воспоминание о том, как эти же самые руки прижимали меня к стене лачуги спасателей, когда он вколачивался в меня. Перевожу взгляд на свои ногти и пытаюсь думать о чем-то еще… о чем угодно, лишь бы не вспоминать. Я так усердно работала над тем, чтобы забыть ту ночь и двигаться дальше. Не позволю себе тратить ни одной секунды на это. Когда я снова поднимаю на него взгляд, он смотрит на меня с задумчивым выражением лица, и легкая улыбка играет на его мужественных губах.

— Что нужно сделать следующим? — внезапно спрашиваю я. Возможно, он задается вопросом, почему мое настроение внезапно изменилось на резко противоположное, но мне на самом деле все равно. Мне нужно занять себя и выбросить его из головы.

— Мне нужно, чтобы ты сделала несколько звонков для меня и составила список из нескольких клиентов. Вот перечень имен и номеров. Если у тебя возникнут вопросы о моей занятости, просто проверь мой календарь, а потом — дважды — предварительные заявки. Я предпочитаю не переносить никакие встречи, если это возможно, — я киваю головой, соглашаясь, и беру бумаги из его протянутой руки.

— Ты собираешься сегодня на «счастливые часы»? — спрашивает Кори.

— Ага, Шон упоминал об этом. Звучит весело, и там будет остальной персонал, с которым мне нужно встретиться. Ты собираешься? — я ничего не могу с собой поделать и потому спрашиваю.

— Да, — он кивает, пристально глядя на меня.

— Я позабочусь об этом и затем направлюсь прямиком к «У Чарли», — говоря это, отхожу от его стола и направляюсь к двери. Я чувствую, как его взгляд прожигает мне спину, и от этого мои движения становятся нескоординированными и неуклюжими. Я только добираюсь до дверного проема, когда он зовет меня. Останавливаюсь и смотрю на него через плечо.

— Хейли, не займешь мне место? — подмигивает он мне, прежде чем взять телефон, чтобы позвонить.

— Лаааадно, — пожимаю плечами и убегаю.

Занять ему место? Серьезно? Ни за что, мудак.

Кори приводит Хейли домой после «счастливого часа», и она пьяна. Это самое пьяное состояние, в котором я когда-либо ее видел. Слегка странно видеть ее в таком состоянии, потому что у нее есть два правила, которым она неотрывно следует, куда бы мы ни пошли. Не уверен в том, что сегодня изменилось, но у меня есть отличная мысль, что к этому причастен мудак, стоящий передо мной и обнимающий ее. Лицо Хейли озаряется, когда она видит меня.

— Маркус, дорогой, — она неразборчиво говорит, когда смеется сама с собой в моих объятиях. — Я скучала по тебе.

— Я тоже скучал по тебе, детка. Давай отведу тебя на диван и сниму туфли, — говорю я ей, помогая ей присесть. Когда она садится, я снимаю ее туфли на каблуках и ставлю их на пол, перед тем как посмотреть на Кори. Он стоит, убрав руки в карманы и задумчиво глядя на Хейли. Я встаю и благодарю его за то, что он привез Хейли домой, а затем сопровождаю его до двери. У меня нет ни времени, ни желания даже говорить с ним. Хейли нуждается во мне прямо сейчас, а все остальное может подождать.

— Давай отведем тебя в постель, Хейлз, — говорю я, помогая ей подняться с дивана, где она сидит. Она немного качается из стороны в сторону, пытаясь найти точку опоры. Я аккуратно поддерживаю ее, помогаю пройти до отдельной ванной и жду в ее постели. Она появляется через пять минут совершенно обнаженная. Черт! Ее тело совершенно с этой полной грудью и округлыми бедрами, и мне известно, что вид сзади на ее задницу в форме сердца еще лучше. Мой член начинает, как обычно, реагировать на нее, и я поправляю его в трусах, говоря своему телу успокоиться. Она пьяна, и ей нужно отдохнуть, а не быть изнасилованной мной. Я через голову снимаю борцовку, которая была на мне.

— Вот, детка, просунь руки, — инструктирую я ее. Она едва может держать свои глаза открытыми, когда заползает в кровать. Я наклоняюсь и целую ее в лоб, натягивая на нее одеяло.

— Маркус, останься со мной, — она говорит это так тихо, что я едва слышу.

Я снимаю джинсы, оставляя боксеры на месте, и ложусь в постель рядом с ней, притягивая ее спиной к своей груди.

— Засыпай, детка, я с тобой. 

Наутро после того, как я напиваюсь, заставить себя работать для меня непростое дело. Я проснулась с ужасной головной болью и отвратительным привкусом во рту, и именно поэтому я всегда следую своим правилам выпивки… за исключением прошлой ночи, когда я этого не сделала… и этим утром я плачу за свое неверное решение. Я зла на себя за то, что присутствие Кори в баре повлияло на меня. Мне не следовало позволять ему приближаться ко мне, и как результат — я много выпила. Я рада, что не было места ни для чего неприличного. Алкоголь и неверные решения идут рука об руку, и я благодарна, что тот вечер не закончился ужасно. Мне нужно справиться со своим притяжением к Кори и сфокусироваться на Маркусе. Он никогда не сделал бы мне больно, со мной он всегда был нежным и любящим. Он даже оставил апельсиновый сок и несколько таблеток ибупрофена на моей тумбочке к моему пробуждению. Я немедленно принимаю три таблетки и залпом выпиваю стакан воды. Не думаю, что когда-либо испытывала такую жажду, как этим утром. К счастью, через двадцать минут действие таблеток успокаивает мою головную боль, и я запрыгиваю в душ и начинаю готовиться к работе.

Эти выходные мы провели вместе и без происшествий. После признания, которым Хейли ошеломила меня в пятницу вечером, мы нуждались в этом. Впервые услышав, я пытался сдержаться и не реагировать остро, но почувствовал, как внутренности словно скрутило в узел. Обычно в делах сердечных я не веду себя как девчонка, но не тогда, когда дело касается Хейли. Эта девушка владеет моей душой, и я и дня не могу представить без нее. Она мой лучший друг и самый верный человек, который у меня был или о котором я мог просить. Что бы ни случилось в моей жизни — хорошее или плохое — она моя, и я знаю, что я принадлежу ей. Поэтому, когда она не сказала мне о том, что происходило на работе между ней и Кори, это сильно меня обеспокоило. Обычно она рассказывает мне обо всех важных событиях в своей жизни. Я был очень разочарован, услышав от нее, что она все еще таит в себе чувства к этому кретину, даже после всей той боли, что он причинил ей. Он уже заждался пинка от меня. И это неизбежно; в один прекрасный день мой кулак, наконец, встретится с его лицом, и от этого я почувствую удовлетворение. Он перешел границу, подвергнув ее таким испытаниям в своем кабинете. При мысли о том, что этот ублюдок просто прикасается к ней, моя кровь кипит. Черт, даже мысль о том, что она ежедневно говорит с ним, практически невыносима.

Мне нужно убедиться, что мы вместе, чтобы доверять Хейли, когда она беспокоится о Кори. В любом случае, это отстойно, но я лучше приму ее честность, чем она будет таиться от меня. Я ничего не могу поделать, но волнуюсь о том, что все эти мелочи, происходящие между ними, могут перерасти в нечто большее. Прекратится ли это после поцелуя или зайдет гораздо дальше, будет зависеть от Хейли. Я знаю, что он всегда сильно привлекал ее и что, когда она была моложе, то фантазировала о том, что однажды выйдет за него замуж. Хотелось бы думать, что после всех этих лет, что мы были в псевдоотношениях, она будет оставаться верной мне, но только время покажет. Мне трудно думать о том моменте, когда наши «отношения» закончатся. Я распланировал вечность с этой девушкой и ясно вижу наше будущее, но не уверен, что и она его видит. 

Эти выходные прошли без Хейли, и я удивлен тем, как сильно я по ней скучал. Эта девушка превратила меня в абсолютного слюнтяя, но, на самом деле, я в порядке. К девяти часам утра я взволнован тем, что она может прийти сюда и начать дерзить в мой адрес. Хейли — противоречие эпичных размеров. Она появляется как тихая сдержанная женщина и потом, когда ты узнаешь ее, ты понимаешь, что она полна страсти. У меня было преимущество увидеть это из первых рук, когда у нас был секс пять лет назад. До этого дня я никогда не чувствовал такого сильного голода к кому-либо еще. Это должно что-то значить… Мне нравится думать, что это означает, что она — та женщина, с которой мне предначертано быть. Мне просто необходимо убедить ее, и я не уверен, как лучше сделать это. Особенно с тех пор, как она в каких-то отношениях с Маркусом. Пфф, Маркус. Не могу поверить, что эти двое все еще вместе. Не то чтобы он не хороший парень, потому что я знаю, что это так. Он просто слишком милый для нее. Ей скоро станет скучно с ним, с парнем, который всегда говорит «да», и захочется настоящего мужчину, который возьмет на себя ответственность. У него не будет шанса на долгие отношения с ней, и мне почти плохо от этого… почти. Она слишком сексуальная и страстная для Маркуса.

Хейли стучит в мою дверь ровно в девять утра, и я делаю глубокий вдох, подбадривая себя тем, что увижу ее в первый раз за несколько дней. Она выглядит такой красивой, клянусь, иногда, при виде ее, моему сердцу становится больно, и сегодняшний день не исключение. Загорелая, одетая в шорты длиной до колена, в шелковой черной блузке без рукавов и в плетеных черных кожаных босоножках. Ногти на ее ногах накрашены лаком глубокого синего цвета, и даже ее ступни сексуальны. Для меня не существует ни одной части ее тела, которая бы не возбуждала во мне сексуальные мысли. Даже ее очаровательные, костлявые, маленькие локти. Я мысленно рычу и натягиваю улыбку на лицо.

— Доброе утро, Хейли, — я собираюсь действовать, будто она не убегала отсюда в пятницу так, что, казалось, все гончие Ада гнались за ней.

— Доброе утро, — говорит она с легкой улыбкой. — Как прошли твои выходные? — спрашивает она меня, и я готов признать, что немного удивлен этим. Я думал, что она будет пытаться свести наше общение к минимуму.

— Хорошо, но очень скучно. Съездил за покупками и немного поиграл в баскетбол, вот и все. А как у тебя?

— Мы с Маркусом ездили на пляж и останавливались в его доме. Его мама уехала, так что мы были сами по себе. Было так хорошо вернуться туда. Мне так захотелось остаться там на все лето, как и раньше, — с тоской ответила она.

Черт возьми. Мало того, что они живут в одной квартире, так она еще и уезжает с ним. Я опускаю голову на подголовник кресла и закрываю глаза на секунду, приказывая себе успокоиться. Мне нужно найти способ проводить с Хейли больше времени вне офиса, так, чтобы она могла увидеть, какой я в действительности. Я все еще помечен как мужчина-бабник в ее голове, но это не так. Я никогда в действительности не был таким. Я не говорю, что был ангелом, но у меня было не так уж много женщин. У меня были друзья с привилегиями и пара отношений, но количество моих сексуальных партнеров все еще относительно мало по сравнению с большинством моих друзей. У меня было больше физических контактов с ней за прошедшие две недели, чем с другими женщинами в течение шести месяцев. Я работаю в состоянии постоянного возбуждения рядом с ней. Просто от запаха цветочных духов Хейли я становлюсь твердым, как скала, и если бы я не заботился о себе в душе каждое утро, я, возможно, потерял бы контроль, бросив ее на стол и затрахав до бесчувствия. И лишь мысль об этом заставляет мой член дергаться, так что я быстро переключаю наш разговор на рабочие темы.

— У меня будет суд сегодня после обеда, если хочешь, то можешь пойти со мной и понаблюдать, или можешь уйти пораньше.

— На самом деле, мне нравится приходить и наблюдать за тобой в действии, — восторженно говорит она. Я хочу сказать ей, что она может увидеть меня в действии гораздо ближе и интимнее в любое время, когда захочет, но не делаю этого.

Вместо этого я закусываю губу, сдерживаясь, прежде чем ответить:

— Я ухожу до обеда и сказал Кэнди заказать ланч и доставить его сюда в 11:30. Я заказал тебе греческий салат, так что, если хочешь чего-то еще, сообщи ей.

— Спасибо, Кори, я ценю это, и греческий салат — это отлично. Ты знаешь, как сильно я люблю его.

— Ладно, давай вернемся к делу. Нам нужно многое сделать в последующие пару часов. 

Пришло время ланча, так что я иду к столу Кэнди, чтобы забрать заказанную еду. Она видит меня, направляющуюся в ее сторону, и одаривает своим привычным смертоносным взглядом. Если бы взглядом можно было убить, я бы уже точно была мертва, но не могу понять, что у нее за проблема. С тех пор, как работаю здесь, я была с ней мила. Ну, может, мы не будем подругами, но я, определенно, веду себя профессионально. Что и так больше, чем я могу сказать о ней и ее дрянном выборе одежды. Сегодня она одета в очень облегающую короткую блузку с низким вырезом, и ее сиськи практически выпрыгивают из нее. Какой сюрприз! Я натягиваю улыбку на лицо и подхожу к ее столу.

— Привет, Кэнди, еду уже привезли? — спрашиваю я своим самым профессиональным голосом.

Она тянется вниз, вытаскивает неподписанный коричневый бумажный пакет и молча ставит его на стол передо мной. Лаааадно.

— Спасибо, — я улыбаюсь, прежде чем взять пакет и вернуться в кабинет Кори. Я врезаюсь в Шона, когда он выходит из своего кабинета, или мне следует сказать, что это он врезается в меня? Он ловит меня одной рукой, обернув ее вокруг моей талии, а другой держит за руку.

— Блин, прости, красавица. Я не смотрел, куда шел, — извиняется он.

— Нет проблем, Шон. Я привыкла спотыкаться о собственные ноги, так что приятно, что на этот раз виноват ты, — мы вместе смеемся, а затем говорит мне, что ему нужно наверх, чтобы встретиться с моим отцом. Когда я уже подхожу к двери кабинета Кори, Шон оборачивается ко мне.

— Давай сходим выпить куда-нибудь на этой неделе. Я напишу тебе.

— Звучит отлично, — говорю я и отправляю ему воздушный поцелуй, заходя в кабинет Кори.

— Тебя не было так долго, что я подумал, что ты лично готовила еду. Нам скоро нужно собираться, — отчитывает меня Кори.

Что за черт? Привет, перепады настроения! Мужские критические дни?

— М-м, прости. Я даже не поняла, что меня не было так долго, — говорю я, глядя на часы. — Еще только 11:30, Кори. Расслабься, у нас куча времени, чтобы подкрепиться. Ты зло-голоден? Это проблема?

— Зло-голоден? — задает он вопрос, очаровательно приподняв одну бровь.

— Ага, зло-голоден, — киваю я головой. — Это когда ты так голоден, что это делает тебя злым, поэтому я называю это зло-голоден.

Он отвечает мне низким хриплым смехом, отчего мурашки бегут вниз по моему позвоночнику, и я сжимаю бедра вместе. Если бы у секса был голос, он бы звучал, как голос Кори Маршалла.

— Нет, я не зло-голоден. Я был раздражен, что ты строишь планы с этим придурком Шоном. Мы говорили об этом раньше. Мне не нравится, что ты проводишь с ним время, Хейли.

Я чувствую, как от его наглости у меня отвисает челюсть.

— Ты ведешь себя так, словно у тебя есть чертовы права на то, чтобы говорить мне, с кем я могу или не могу проводить время. Я взрослая женщина, и мне не нужно разрешение, чтобы что-то делать.

Кори трет лицо рукой и качает головой.

— Я не хочу бороться с тобой, Хейли. Я просто честен насчет того, почему был резок с тобой. Я не могу остановить тебя от того, чтобы провести с ним время, но мне, определенно, не должно это нравиться. Я просто пытаюсь приглядывать за тобой.

— Давай поедим. Нам выходить через двадцать пять минут, — предлагаю я.

Пока лежу в постели, у меня есть время переварить все, что произошло сегодня со мной и Хейли. Я счастлив, что она согласилась посидеть и выпить со мной, и для меня такое облегчение, что я, наконец, извинился за то, что был такой мудаком тем летом. Кажется, это было так давно, и вот теперь, когда она официально вернулась в мою жизнь, так уже не кажется. В этот раз я не должен облажаться. Я отказываюсь потерять ее снова, и поэтому сделаю все, что в моих силах, чтобы доказать ей, что мы предназначены друг другу. Химия, что между нами, нечасто встречается. Может быть, мы идеальная пара друг для друга, и если не ухватимся за возможность быть вместе, то она навсегда исчезнет. Я не предпринимал никаких действий до этого времени, поэтому остался с пустыми руками, и на этот раз я собираюсь расшибиться в лепешку, чтобы любыми способами добраться до финиша победителем.

Было невыносимо слышать, насколько больно я сделал Хейли в прошлом. Знаю, теперь у нее эмоциональные шрамы из-за того, через что я заставил ее пройти, и, если бы я мог вернуться во времени и изменить свои поступки, я бы сделал это… в мгновение ока. Я действовал безжалостно и не думал о том, что из-за моего поведения ее страдания будут такими длительными. Это займет много времени и терпения, но я заставлю ее понять, что мне можно доверять. Она может опереться на мое плечо, когда бы ей ни понадобилось, и я всегда рядом. Когда представляю свое будущее, я вижу только Хейли и собираюсь держаться за это видение до тех пор, пока оно не станет реальностью. Она может бояться обязательств, но я собираюсь показать ей, что достоин этого. Я собираюсь завладеть ее сердцем, как она владеет моим, и все те крошечные трещины, которые удерживают его от того, чтобы стать целым, — единственное, к чему я приложу руку… Я собираюсь помочь ей исцелить их.

Я закрываю глаза и расслабляюсь на своей подушке, ожидая прихода сна, который заберет меня в мои мечты, где она и я счастливы вместе. Я ничего не могу поделать с глупой улыбкой на своем лице, когда думаю о том, как сильно и нетерпеливо жажду увидеться с ней утром. Чувствую себя так, будто завтра жизнь начнется с чистого листа.

Было бы грубым преуменьшением сказать, что сегодняшний день прошел не так, как я представляла. Я удивилась тому, что Кори спросил, не хотела бы я выпить по пути из суда. Это казалось прекрасной возможностью прояснить ситуацию, особенно с тех пор, как я только и думала о том, чтобы возродить нашу дружбу. Судьба улыбнулась мне, и мы смогли поговорить обо всем. Надеюсь, теперь мы сможем двигаться дальше. Сейчас я нахожусь в мире с самой собой и ощущаю легкость, которой раньше не было. Из-за того, что сказал мне Кори, я хорошо себя чувствую. И причины его поступков, причиняющих боль, обоснованы. Это не оправдывает того, что он сделал, но я чувствую себя намного лучше, зная теперь о его мыслях.

Я была с ним абсолютно честна, сказав, что он оставил пустоту в моей жизни, что я не давала никому другому шанса заполнить ее по большей части из-за того, что никто другой не смог бы заменить его. На самом деле, я никогда не допускала мысли о том, как сильно скучала по нему, до сегодняшнего дня, пока мы не поговорили. Думаю, я отрицала и не хотела давать ему такую власть надо мной. Но притворяясь, что его не существует, и не думая о нашей истории, я не признавалась себе, как сильно его любила. Часть меня всегда будет любить Кори, и он всегда будет владеть частью моего сердца. Хотя я больше не могу дать ему ни кусочка. Я едва вынесла это в последний раз. И если бы я дала ему еще один шанс, это закончилось бы плохо и не было бы ни одного способа вернуться назад. Кори — один из тех парней, разрушающих все на своем пути. Он не хочет этого, просто так получается. Поэтому я должна держаться от него на расстоянии. Мне нужно убедиться, что я твердо держу границы и не позволяю ему их пересечь. Будет непросто, учитывая сильное притяжение между нами, но это необходимо. Он может сказать, что хочет большего со мной, и это, возможно, окажется правдой, однако не меняет того факта, что его версия отношений сильно отличается от моей.

Интересно, как пройдет завтрашний день. Он продолжит делать сексуальные намеки или прекратит? Может быть, сейчас, когда мы совместно работаем и решили быть только друзьями, притяжение между нами, наконец, начнет утихать. Но хочу ли я этого на самом деле? 

На следующей неделе должно состояться мое ежегодное путешествие в Калифорнию в гости к моему отцу и его жене Мэри. И в первый раз я не хочу ехать из-за того, что Хейли не может отправиться со мной. У нее стажировка, и я знаю, что она воспринимает ее слишком серьезно. Она до ужаса добросовестна и очень ответственна. И я восхищаюсь этими ее чертами.

Сегодня я получил нежелательный звонок от отца, он просил меня приехать незамедлительно. У одного из его работников случился сердечный приступ, и он выбыл из строя на неопределенный срок. Отец хочет, чтобы я занял его место, пока тот не сможет вернуться. Это означает, что большую часть лета я буду отсутствовать и находиться вдали от Хейли. На мгновение я закрываю глаза, одновременно пытаясь подавить панику, охватывающую меня, когда думаю о том, что не буду видеть Хейли неделями. Я не могу справиться с одним днем без множества сообщений и ночами, когда мы спим в своих комнатах. Я лежу часами, не способный уснуть без нее рядом со мной. Как я выживу в эти недели без нее?

К тому же, возможно, сейчас самое худшее время уезжать, учитывая то, что происходит у нее на работе. Чувствую себя эгоистом даже думая об этом, потому что работник отца не планировал получать сердечный приступ, и ему и его семье гораздо хуже, учитывая все обстоятельства. Я беспокоюсь, что, если буду временно отсутствовать, Кори попытается войти в жизнь Хейли. Он — змея, и именно у змей это получается лучше всего. Я знаю, что между ними что-то происходит, даже несмотря на то, что она не хочет рассказывать мне. Она знает, что это причинит мне боль, и мне известно, что она достаточно любит меня и хочет защитить мои чувства. Ей не нужно обо всем рассказывать — я уже знаю обо всем, просто наблюдая за ее реакцией, когда мы говорим о нем. Я читаю ее как отрытую книгу, но в данном случае не хотел бы этого. Неведение — благо.

Не знаю, как сообщу новости Хейли. Она расстроится, и это причинит боль моему сердцу. У нас было так много планов на остаток лета, которым не суждено осуществиться. Я рад, что мы провели прошлые выходные вместе на пляже. Мысль об отъезде удручает, ведь пляж — мое самое любимое место в мире. Я даже буду скучать по третьеиюльским фейерверкам с Хейли, ведь мы всегда смотрели их вместе. Я задаюсь вопросом, будет ли она сидеть так с Кори? Стискиваю челюсть так сильно, что слышу, как скрипят зубы при мысли о них, сидящих там, прижавшихся друг к другу, но я ничего не могу сделать с этим. Я должен помочь отцу и верить, что, когда вернусь, она будет ждать меня.

Я не был абсолютно честен с Хейли, когда говорил о том, что чувствую от того, что она работает так близко к Кори. Это сводит меня с ума. Я не могу выбросить из головы мысль о нем, находящимся в десяти метрах от нее, но я ничего не могу с этим поделать. Знание о том, как это беспокоит меня и как сильно я волнуюсь, что он вернется обратно в ее сердце, только расстроит ее. Не хочу, чтобы она напрягалась и беспокоилась. Знаю, ей сложно ежедневно работать с ним, так что я пытаюсь поддерживать ее, быть плечом, в которое она может выплакаться, улыбкой, на которую она может рассчитывать, и ухом, которое всегда выслушает.

Кто знает, может, из-за этого путешествия она будет по мне скучать и поймет, что мы созданы друг для другу. Надеюсь, не наоборот, иначе она поймет, что я ей не нужен. Только при мысли об этом меня начинает тошнить. Нужно держаться оптимистично, поэтому необходимо убедиться, что Хейли знает, что я вернусь к ней так быстро, как только смогу, и когда сделаю это, больше не буду сдерживаться. Я прекращаю стоять в сторонке и ожидать от нее первых шагов. Пришло время активно добиваться настоящих отношений и рушить ее стены. 

Я едва спал прошлой ночью, потому что был так взвинчен из-за разговора с Хейли. Ожидание звукового сигнала будильника напомнило мне то время, когда я был маленьким мальчиком, ожидающим наступления рождественского утра. У меня действительно сводило желудок при мысли, что я скоро увижу ее. Интересно, в каком она будет настроении? Будет ли вести себя так, будто ничего не изменилось? Обрадуется встрече со мной? Я ненавижу этот страх перед неизвестностью, который она пробуждает во мне. В прошлом я никогда не беспокоился по поводу того, что женщины думают обо мне, и думают ли в принципе. Хейли полностью выводит меня из равновесия и выбивает из колеи каждый раз, когда я нахожусь рядом с ней. Она убивает меня одним взглядом и даже не имеет об этом понятия. Я стараюсь действовать уверенно и сохранять хладнокровие, но внутри дрожу до кончиков пальцев.

Время обеда, и я спешу встретиться с Маркусом в «Стэн Стоп», одной из наших любимых закусочных. Она находится в старом переделанном вагончике, декорированном, как и положено, в стандартном стиле закусочных, начиная с черно-белого пола в клеточку и заканчивая кабинками, сидения которых обтянуты красным винилом. Меня беспокоит то, что происходит с Маркусом. Направляясь на работу этим утром, я была удивлена присланному им смс с приглашением на обед. Как правило, мы не обедаем вместе в течение рабочей недели. Чаще всего он слишком занят, чтобы взять часовой перерыв, поэтому приносит с собой сэндвич из дома. Время от времени я готовлю ему обед, а он выражает свою благодарность весьма изобретательными способами. Я не видела его со вчерашнего утра и соскучилась по нему. Прошлой ночью он встречался со своим другом, чтобы посмотреть концерт группы. Он звал меня с собой, но я была слишком уставшей и эмоционально истощенной еще с полудня. Должно быть, Маркус вернулся действительно поздно, раз спал в своей кровати, а утром ушел еще до моего пробуждения. Он старается закончить на этой неделе большой проект, в связи с чем они встречаются для обсуждения сроков выполнения. Его босс обещал ему бонус при условии выполнения работы в срок.

Когда я захожу в закусочную через главный вход, то сразу замечаю его. Он сидит в дальней кабинке в углу лицом ко мне. Высокий рост и привлекательный внешний вид выделяют его среди остальных посетителей. Он встает и обнимает меня, а затем жестом приглашает сесть. Официантка немедленно подходит принять наш заказ. Мы оба останавливаем свой выбор на чизбургерах, картошке фри и молочных коктейлях с шоколадным вкусом.

— Как прошел концерт группы? — спрашиваю я.

— Они выступили замечательно. Не могу поверить, что брат Дэйва ― их менеджер.

— Да, это несколько шокирует. Алекс всегда был таким неудачником. Трудно представить, что он управляет чем-то, когда не может даже управлять собой, — я тихонько хихикаю, вспоминая о некоторых сумасшедших поступках, которые он вытворял в колледже. — Там он сходил с ума. Чудо, что он выжил. Клянусь, он должен был умереть от алкогольного отравления, да и вообще был длинный список девушек, которые хотели его избить. Он был королем на одну ночь. Это было мерзко. Несколько раз он приглашал меня на свидания, но я всегда отказывалась. Я не очень-то горела желанием стать частью его гарема, — я фыркаю от этой нелепости.

— Я не знал, что он приглашал тебя. Иначе сказал бы ему держаться от тебя подальше, черт возьми. Хотя сейчас он нормальный парень. Дэйв сказал, что он взялся за ум, надеюсь, что и дальше так будет. Было здорово увидеть их обоих.

Подходит наша официантка и ставит тарелки с едой и молочные коктейли перед нами на стол.

— Ребята, вам что-нибудь еще нужно?

— Нет, это все, — отвечает Маркус, пока я рьяно трясу бутылку кетчупа, перед тем как открыть ее. Я всегда так делаю, потому что нет ничего хуже, чем вытекающая в тарелку водянистая жидкость. Я содрогаюсь в отвращении от одной лишь мысли об этом, затем снимаю крышку и нажимаю на номер 57 на бутылке. (Примеч. на бутылке кетчупа «Хайнц» стоит цифра 57). Кетчуп медленно вытекает густой лужицей на мою тарелку. Срабатывает каждый раз.

— Я скучала по тебе прошлой ночью. Думала, что ты, по крайней мере, придешь и обнимешь меня, — я притворно надуваю губы.

Маркус улыбается мне, перед тем как откусить большой кусок бургера. Он жует и держит палец поднятым вверх, показывая, что ему нужна минутка. Затем запивает еду глотком молочного коктейля, после чего отвечает мне:

— Я хотел зайти и сделать больше, чем просто обнять тебя, — он поигрывает бровями, заставляя меня хихикать. — Меня не было дома до двух часов ночи, а уже в шесть утра надо было вставать. Я пытался быть тактичным, но сейчас готов пнуть себя за это.

— Так что происходит с тобой? Ты никогда не звал меня на обед посреди недели, — спрашиваю я, макая картошку в молочный коктейль, прежде чем съесть.

— Вчера позвонил мой отец, ему нужно, чтобы я немедленно приехал. У одного из его сотрудников случился сердечный приступ.

— Какой ужас. С ним все будет хорошо?

— Надеюсь, он все еще в реанимации, но в стабильном состоянии. Врачи сообщили его жене, что он будет долго восстанавливаться и не сможет работать некоторое время.

— Это значит, что ты останешься там на какое-то время? — спрашиваю я, внутри зная, что это значит. Он отправляется в Калифорнию и в скором времени не вернется обратно. Я отталкиваю тарелку от себя, внезапно потеряв аппетит.

— Я точно не знаю, но полагаю, что не вернусь обратно, пока не начнется школа, — он выдыхает и качает головой, прежде чем продолжить. — Я не хочу оставлять тебя и рушить все наши планы на это лето, но как я могу подвести отца, когда он рассчитывает на меня?

— Я знаю, что ты должен поехать, в противном случае это будет съедать тебя изнутри. Я буду безумно по тебе скучать, Маркус. Как я буду без тебя так долго? — спрашиваю я, вытирая слезы с глаз. Я действительно не могу представить себе все лето без него. Он ― огромная часть моей повседневной жизни.

— Хейли, не плачь, пожалуйста. Я не могу вынести твоих слез. Я едва держу себя в руках, и если ты не успокоишься, то я тоже сорвусь, — он берет мою руку в свою, успокаивающе поглаживая, после чего останавливается, чтобы сделать глубокий вдох.

О, нет, уверена, что ему нужно сообщить мне что-то еще, и это не будет хорошей новостью.

— Я улетаю сегодня в восемь вечера, Хейлз, — говорит он. Могу сказать, что ему так же тяжело, как и мне. Слезы сплошным потоком текут по моему лицу, и я не могу произнести ни слова, пытаясь сдержать рыдание.

Маркус поднимается и подходит к моей стороне дивана, опускаясь рядом со мной. Он осторожно притягивает меня в свои объятия и держит так, пока я плачу. Целует меня в макушку, шепча на ухо, что мы пройдем через это. Знаю, что так и будет, но, тем не менее, это паршиво. Всего на миг я снова хочу стать маленькой девочкой, чтобы топнуть ножкой и закатить истерику по поводу такой несправедливости.

Поднимаю голову с его плеча и смотрю ему в глаза, видя в них отражение той же печали, какую чувствую и я. Он обхватывает мое лицо ладонями и наклоняется вперед, оставляя нежный поцелуй на губах, прежде чем провести большим пальцем под глазами, стирая слезы.

— Ты будешь в порядке, несмотря на мой отъезд. Мы будем созваниваться и переписываться все время, пока я буду там. Мы делали так в течение четырех лет в колледже, и сможем выдержать одно лето.

Я не хочу, чтобы он чувствовал себя еще хуже, поэтому киваю в знак согласия.

— Сейчас мне необходимо вернуться на работу и закончить ее. Затем я должен найти время, чтобы упаковать свои вещи.

— Я могу собрать твои вещи за тебя. Я знаю, что тебе понадобится. Только придется докупить несколько рубашек, когда ты прибудешь туда. Они понадобятся тебе, если надо будет носить галстук на работу.

— Ты права. Тогда положи то, что по твоему мнению я должен взять, а с остальным я разберусь, как только заселюсь.

— Могу я отвезти тебя в аэропорт? — спрашиваю я с надеждой в голосе.

— Конечно, Хейлз. По-другому и быть не может.

К тому времени, как я возвращаюсь с работы домой, стрелки показывают шесть часов. У меня есть полчаса до отъезда в аэропорт. Хейли собрала мою сумку и поставила разогревать ужин в духовку. Сажусь за стол и буквально проглатываю свой ужин, чтобы успеть принять быстрый душ перед уходом. Правда, мне хотелось бы заняться любовью с Хейли, но у меня нет времени даже на это. Черт! Последние сутки все шло наперекосяк. Единственной хорошей новостью было то, что мой рабочий проект закончен вовремя, и я получу тысячу долларов в качестве бонуса. Отложу их на билет на самолет, таким образом я смогу прилетать на выходные в течение лета. Может, я сделаю сюрприз Хейли, когда она меньше всего будет этого ожидать.

Хейли молчит всю дорогу до аэропорта. Мы в моем грузовике, я за рулем, потому что она не фанат езды до аэропорта Логан. Боковым зрением замечаю, что она выглядит расстроенной. От того, что я вижу ее в таком состоянии, мое сердце разбивается на части, но, надеюсь, без меня она будет в порядке. Хейли сильная и гордится тем, что она самодостаточная личность. Она не любит признавать, что нуждается в ком-то, но мы ― команда. Не было ни дня, когда бы мы не могли рассчитывать друг на друга. Будет странно не быть с ней рядом. Должно быть, меня настигнет хроническая бессонница от того, что она больше не будет спать рядом со мной

Я не успел попрощаться с Шелби лично, но позвонил ей по дороге с работы домой. В последнее время мы почти не пересекались, но я знаю, что она что-то замышляет, только не знаю, что именно. Мы договорились о том, что она будет присматривать за Хейли вместо меня. Не хочу, чтобы она была одна все время. Шелби пообещала, что будет чаще заходить к нам и в скором времени возьмет Хейли с собой потанцевать на всю ночь, чтобы отвлечь ее.

— Маркус, — зовет Хейли, прервав мои мысли. — У меня не было шанса поговорить с тобой прошлой ночью, а на сегодняшнем обеде мы были заняты разговором о твоей поездке. Я хотела сказать тебе, что у нас с Кори был долгий разговор, и мы во всем разобрались. Он принес извинения и объяснил, что произошло между нами пять лет назад. Короче говоря, я сказала ему, что он прощен, и теперь мы снова стали друзьями.

Фантастически, черт возьми! Иисусе, хреновое время для моего отъезда.

— Я рад, что он извинился, Хейлз. Но ты же понимаешь, что в действительности он хочет не просто дружить с тобой, верно?

— Да, я знаю. Вообще-то, он хочет встречаться со мной, но я сказала ему, что этого не случится, и он согласился быть просто другом.

— Если это делает тебя счастливой, то я тоже счастлив, детка. Я знаю, как, должно быть, приятно расставить все точки над «i» после всего произошедшего.

Мы подъезжаем ко входу в аэропорт, и я начинаю паниковать. Сердцебиение учащается, и я не уверен, что найду в себе силы уйти от нее и сесть в самолет, который унесет меня за пять тысяч километров отсюда. Я останавливаю грузовик у обочины и включаю аварийку, прежде чем выйти и взять свои сумки из багажника. Я вытаскиваю их из задней части грузовика и складываю на обочину, когда открывается пассажирская дверь и выходит Хейли, вставая рядом со мной. Она уже плачет, слезы неудержимо катятся по лицу. Я притягиваю ее в свои объятия и прижимаюсь губами к ее губам, разделяя с ней наш прощальный поцелуй, такой страстный и соленый. Я прерываю поцелуй и прижимаю ее к своей груди, размышляя, как буду скучать по нашим объятиям.

— Детка, я должен идти. Я уже опаздываю и не могу пропустить свой рейс. Я позвоню тебе, как только доберусь.

Она смотрит на меня своими невероятно большими глазами, и, клянусь, я физически могу почувствовать ее грусть. Она излучает ее всем телом. Скольжу рукой по ее волосам, удерживая голову на месте таким образом, чтобы она не смогла отвернуться от меня. Мы непрерывно смотрим друга на друга, в то время как я продолжаю:

— Хейли, ты можешь звонить мне в любое время, когда захочешь. Детка, я всегда отвечу тебе. Обещаю, это лето пролетит так быстро, что ты даже не успеешь соскучиться, как я уже вернусь.

Она фыркает в ответ.

— Я уже скучаю по тебе. Позвони, когда приземлишься. Иди, пока я не остановила тебя, — произносит она дрожащим голосом.

— Хорошо, малышка. Я очень сильно люблю тебя, — я притягиваю ее к себе, чтобы обнять в последний раз, прежде чем вернуться к своему багажу, находящемуся на тротуаре. Она выглядит прекрасно с мокрым от слез лицом и распухшими от прощальных поцелуев губами. Напоследок я смотрю на нее, пытаясь запомнить каждый драгоценный сантиметр, после чего отворачиваюсь и иду к тележкам, которые стоят перед раздвижными дверьми.

— Маркус! — она кричит мое имя, и в ее голосе слышны накатившие на нее эмоции. Я останавливаюсь и поворачиваюсь, чтобы взглянуть на нее.

— Я люблю тебя. Будь осторожен, Маркус, — она робко улыбается мне сквозь слезы, и я посылаю ей воздушный поцелуй, после чего возвращаюсь к сдаче багажа. Когда я оборачиваюсь в следующий раз, ее уже нигде нет, и мне пора искать мой выход на посадку, пока я не опоздал на рейс. Наше прощание продлилось дольше, чем я предполагал, но не так долго, как мне того хотелось бы. Я поднимаю взгляд к мониторам, висящим на стене, и нахожу номер нужного выхода. Сейчас я просто хочу попасть на этот рейс и пропустить по стаканчику, может, и не по одному. Надеюсь, я отрублюсь и смогу хотя бы ненадолго забыть об этом кошмаре. 

Сегодняшний день просто невероятный. Даже лучше, чем вчерашний, хотя он и был чертовски фантастическим. Этим утром Хейли принесла мне кофе, и это хорошее начало дня. Я нервничал, беспокоясь о том, как она будет действовать в отношении меня после нашего важного разговора, и кофе прекрасно подошло для снятия напряжения. Мы работали в приятной тишине, пока не наступило время обеда, и она убежала так быстро, что у меня не было ни единого шанса узнать, с кем у нее встреча. У меня было так много незавершенных дел, поэтому я пропустил перерыв, чтобы поработать, и отправил Кэнди за сэндвичем с фрикадельками. Я съел его за рабочим столом, продолжая разбираться с письмами в почте.

Я потерял счет времени, и к тому времени, как Хейли вернулась, прошло полтора часа. За все время прохождения здесь практики она ни разу не опаздывала, возвращаясь с обеда. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять, что она плакала. Сначала Хейли сделала вид, что все хорошо, но я знал, что если буду настаивать на своем, она доверится мне. Я упрямился до тех пор, пока Хейли, наконец, не рассказала мне. Мое сердце разрывалось на части, когда я видел, как она расстроена, а ее смятение из-за того, что она не знает, как быть без Маркуса, причиняло мне боль.

Я осознал, сколько всего мне предстоит сделать для ее завоевания. Те полчаса, что она провела на моих коленях, являются событием года, а десять минут, что спала в моих объятиях, ― важнейшим событием за прошедшие пять лет. Хотелось бы, чтобы это были не просто утешительные объятия, но пока мне достаточно и этого. Держать в руках ее красивое тело и получить ее доверие настолько, что она позволила себе дать слабину и уснуть, бесценно для меня. То, что Хейли позволяет себе быть полностью уязвимой со мной, говорит о том, что она действительно простила меня и доверяет мне оберегать себя. Я мог бы привыкнуть к этому ошеломительному чувству.

Я солгу, если скажу, что мне жаль, что Маркус на время выпал из ее жизни. Пока его нет рядом, Хейли сможет проводить со мной больше времени, и я намерен в полной мере воспользоваться этим. Когда жизнь дает вам шанс добиться желаемого, вы обязаны принять его. Не всегда дается второй шанс. Даже несмотря на то, что рад отсутствию Маркуса, я беспокоюсь о Хейли и о том, как она будет обходиться без него. Знаю, они лучшие друзья и очень близки. Я знаю, что у них особые отношения, и ей будет очень грустно без него. Мне ненавистно то, что ей в любом случае будет больно, поэтому я должен быть уверен, что приложу все усилия, чтобы загрузить ее, и прослежу, чтобы она развлекалась. Размышления обо всех тех местах, в которые я мог бы взять ее и которые ей бы понравились, вызывают у меня улыбку. Интересно, что она сейчас делает? Я смотрю на часы, подмечая, что уже десять часов. Интересно, она уже спит? Прямо сейчас мне кажется вечностью ждать до завтра, чтобы увидеть ее. Я смеюсь про себя, думая о том, как эта маленькая женщина вьет веревки из меня и даже не догадывается об этом. 

Сейчас, оказавшись дома, я осознаю, что лишь смутно помню обратную поездку из аэропорта. Не знаю даже, как сделала это, ведь слезы застилали глаза. Я не могла видеть дальше полутора метров перед собой, и мне повезло, что я не попала в аварию. Я ехала за рулем грузовика Маркуса, салон которого был наполнен его ароматом ― свежестью и мылом, что только ухудшало мое состояние.

Едва оказавшись в нашей квартире, я сразу же бессильно рухнула на диван. Прошло уже два часа, а я все так же нахожусь на нем, лежа в той же самой позе. Я не могу собраться с силами, чтобы встать и приготовиться ко сну. Такое чувство, будто вся энергия и радость испарились, как только я оставила Маркуса в аэропорту. Он неизменно является светлым лучиком в моей жизни, и я стала зависеть от него. Если бы он был здесь прямой сейчас, то положил бы мои ноги к себе на колени и сделал бы массаж, заставив смеяться над какой-нибудь глупой историей.

Хватаю свой мобильный телефон с кофейного столика и смотрю на время. Десять часов. Интересно, где он сейчас. Вовремя ли вылетел его рейс? Скучает ли он по мне так же сильно, как я по нему? Мой телефон издает звуковой сигнал, оповещающий о новом сообщении. Это не может быть Маркус. Он должен лететь еще пару часов. Я смотрю на экран и вижу, что сообщение от Кори.

Что делаешь, малышка?

Я улыбаюсь этому ласковому обращению.

Лежу на диване и буду делать это до конца своей жизни.

Звучит уютно, нужна компания?

Сейчас я в ужасном состоянии. Не могу подвергать и его такому.

Я должна одна упиваться своими страданиями.

Ладно, но если тебе нужно будет поговорить, позвони мне. Я не шучу!

Он такой милый и властный. Все же мне нравятся его командирские замашки.

Хорошо.

Ложись спать!

Слишком властный.

Есть, сэр!

Думаю, мне нравится, когда ты называешь меня «сэр»!

Ого! От его ответа я начинаю хихикать. Не могу удержаться.

Это еще не самое худшее из того, как я называла тебя.

Завтра ты будешь обращаться ко мне «сэр».

Пф-ф! Он такой возмутительный. Начиная с завтрашнего утра, я собираюсь надрать ему задницу, обращаясь к нему «сэр» весь день. Возможно, даже дольше. Это будет весело. Он должен понимать, что ему лучше не связываться со мной.

Предпочитаю «придурок». Тебе больше подходит.

Ахахах!!! Не могу дождаться его ответа.

Придурок тоже хорошо звучит, но «сэр» лучше. И в нем на пять букв меньше, чем в слове «придурок». Ты сократишь время, обращаясь ко мне «сэр». Время, которое сможешь уделить мне. ;)

Не могу поверить, что он прислал мне подмигивающий смайлик. Кто-нибудь поверит, что Кори Маршалл прислал его мне, если я расскажу? Да ни в жизнь!

Я потрясена, что ты прислал мне ;)

Что? Я оскорблен. Я знаю о смайликах. :p

Хм-м, надо придумать, какой смайлик ему отправить. Он не должен его знать. Я ломаю голову, пытаясь что-нибудь придумать.

=D>

Это пенис? А v ― вагина?

О, мой Бог! Откуда мне было знать, что он решит, что это символ фаллоса?

Это аплодирующий смайлик, а не член! 8=======D вот пенис ;)

Я хихикаю, пока жду его ответ.

Нет, вот это пенис. Ой, стой, мы должны включить видеочат, чтобы ты увидела.

Вот блин! Я становлюсь влажной при одной лишь мысли о том, как он трогает свой член, и пускаю слюни, желая увидеть это. Было темно, когда мы занимались сексом на пляже, так что у меня не было возможности хорошо его рассмотреть.

На этой ноте я ухожу спать. До завтра, придурок.

Правильнее «сэр придурок». Сладких снов, малышка. Целую.

Он слишком много дурачится. Не знаю, смогу ли справиться с тем, каким восхитительным он был, присылая мне смс последние двадцать минут и заставляя меня смеяться. До этого у меня было плохое настроение, и он однозначно поднял мне его. Не могу дождаться, чтобы увидеть выражение его лица, когда впервые обращусь к нему «сэр». Пф-ф-ф!

Я сижу у барной стойки в баре «Большой Д», пытаясь утопить свою печаль в большом количестве виски. Хотя это не работает. Я надеялся забыть о Хейли на какое-то время и впасть в состояние блаженства под действием алкоголя, но пока ничего не выходит. Она в каждой моей мысли, словно забралась в мою голову, и я никак не могу выкинуть ее оттуда.

Я очень раздражен из-за того, как мы расстались днем. Не могу поверить, что она просто молча ушла. Я предположил, что она направилась в дамскую комнату и скоро вернется, но этого не произошло. Я не услышал от нее ни звука. Никаких звонков, смс, писем... ничего. Если таким образом она оберегает людей, о которых заботится, то, может, без нее мне будет лучше.

Провожу пальцами по своим спутанным волосам и кладу голову на руку. Знаю, без нее мне не будет лучше. Прошедшие пять лет я так страдал, скучая по ней каждый день. Залпом допиваю виски, наслаждаясь жжением в горле, прежде чем заказать еще один. Я сижу и думаю о Хейли, ожидая свой напиток.

Проклятье! Она действительно разозлила меня сегодня. Прошлой ночью мы переписывались и шутили, что она будет называть меня «сэр», и это было очень смешно. Она застала меня врасплох, когда впервые обратилась ко мне так этим утром, и я признаю, что это было чертовски сексуально. Но затем Хейли продолжила делать так все утро, и стало очевидно, что она пытается добиться моей реакции... но неизвестно, какой именно. Я держался до тех пор, пока после обеда она не начала подшивать документы в нижнем ящике шкафа. Она стояла на коленях в этой обтягивающей юбке, в красных туфлях на каблуках и называла меня «сэр», оглядываясь через плечо... Я всего лишь человек. Кажется, я пересек комнату, чтобы добраться до нее, и потащил к двухместному дивану прямо как пещерный человек. Я положил ее лицом вниз на свои колени и шлепал ее восхитительную попку. Иисусе, мой член встает лишь при мысли об этом. Я никогда не испытывал такого сильного желания к другой женщине, как к ней, когда она лежала попой кверху на моих бедрах. Мне понадобилась каждая унция моей силы воли и стойкости, чтобы оттолкнуть ее. Знаю, Хейли еще не готова к физическим отношениям со мной, и я пытаюсь сохранить остатки уважения к этому. Вот почему я так разозлился, когда она затеяла эту игру и дразнила меня. Она ни на минуту не задумалась о том, что чувствую при этом я. Она хотела повеселиться за мой счет. Это причинило мне боль, и я задался вопросом: заботится ли она обо мне как о друге или заботится она обо мне вообще.

— Прииивеет, Кори, — слышу свое имя, произнесенное плаксивым голосом. Я совершаю ошибку, повернувшись узнать, кто его произнес. Это Джен, одна из ошибок моего «богатого» прошлого. Господи, почему я? Почему я не могу выбраться вечером в бар и не иметь никаких дел с этой приставучей женщиной? Даже будучи пьяным, я сомневаюсь в своих решениях и задумываюсь, как я мог когда-то спать с ней?

— Как дела, сладкий?

Я не отвечаю ей и задаюсь вопросом, как долго она будет поддерживать одностороннюю беседу со мной.

— Тебе одиноко, милый? Хочешь, чтобы Джен составила тебе компанию сегодня вечером? — спрашивает она противным детским голосом. Что заставляет взрослых женщин думать, что нам нравится, когда они говорят, как малые дети? Она прижимается своей силиконовой грудью к моей руке и проводит рукой по моему бедру. Ну все, достаточно.

— Джен, прекрати! — говорю я, убирая ее шаловливую руку и надеясь, что она поймет намек.

— Что не так, сладкий? У тебя был плохой день?

Полагаю, эта стерва тупа, как пробка, поэтому вынужден говорить медленно и простым языком:

— Я. Больше. Не. Намерен. Спать. С. Тобой. Проваливай! — она смотрит на меня и моргает пару раз, прежде чем поворачивается и уходит. Аллилуйя!

Наконец-то один. Надо же, отказался от стопроцентного варианта. Я действительно повзрослел за последние полгода. Но вряд ли Хейли заметила это. Она считает, что я хочу лишь переспать с ней. Боже, конечно, я хочу заниматься с ней сексом. Она не знает, что я люблю ее, и я не собираюсь говорить ей об этом, пока она не будет готова услышать эти слова. Эта девушка последние шесть лет держит в своих руках мое сердце. Ну почему я влюбился в нее? Я опускаю голову на свои сложенные руки и нахожу это положение удивительно удобным. Думаю, так я могу заснуть.

Бармен Гейдж толкает меня в плечо.

— Кори, я вызову тебе такси.

Я поднимаю голову и смотрю на него.

— Спасибо, Гейдж. Никогда не влюбляйся, мужик. 

Сегодня был мой первый рабочий день в архитектурной фирме отца. Все прошло очень даже хорошо. Во всяком случае, настолько хорошо, насколько можно было ожидать. Все казались действительно милыми, и я уверен, что тот факт, что я сын Майка О’Коннора, не влияет на это. Моя загруженность работой довольно небольшая, и я надеюсь, что это изменится. Раз уж я вынужден застрять здесь на неопределенное время, то хочу быть полностью занятым и узнать как можно больше. Я мог бы выйти из этой ужасной ситуации с пользой для себя.

Я разговаривал с Хейли прошлым вечером, но разговор получился очень коротким. Она была сама не своя, и я забеспокоился, что что-то произошло. Я попытался связаться с Шелби, чтобы выяснить, знает ли она в чем дело, но она не ответила. Прямо сейчас я чувствую себя совсем беспомощным, ведь нахожусь далеко и не могу ничего сделать для Хейли. Я связан по рукам и надеюсь, что она захочет поговорить со мной, когда я чуть позже позвоню ей. Может, мне удастся уговорить ее связаться по скайпу, чтобы я увидел ее. В этом случае она не сможет лгать мне и делать вид, что все хорошо. Как может быть все хорошо, если я так далеко от нее? Я скучаю по ней каждую секунду. Прошлой ночью я почти не спал, потому что она не лежала, свернувшись рядом со мной и забравшись на мою сторону, как привыкла делать. Кровать в гостевой комнате отца выглядит слишком большой без нее, и этим утром я проснулся со стояком в руке из-за приснившегося эротического сна о ней. Я никак не мог справиться с ним, так что зажал в руке свой член и заново проиграл сон в голове, пока не кончил, забрызгав весь живот. Это только мой второй день пребывания здесь, а я уже жалок. Мне предстоят два тягостных месяца мастурбации. В прошлом у меня уже были длительные перерывы в сексе, поэтому я и сейчас смогу обойтись без него. Но проблема в том, что тяжело отказаться от секса с Хейли. За прошедший год мы регулярно им занимались и всегда это происходило очень страстно. Не с каждым такого достигнешь. Пожалуй, нам стоит креативно подойти к этому вопросу и устроить какие-нибудь сексуальные сеансы по скайпу, чтобы помочь мне скоротать время. 

Вернувшись вчера с работы, я почувствовала себя идиоткой из-за своей чрезмерной реакции. Я должна была остаться и немедленно извиниться, но я впала в типичное для меня состояние паники и сбежала. Мне действительно необходимо найти лучший способ справляться с ситуациями, заставляющими чувствовать себя неловко или тревожно. Бежать от своих проблем неправильно. Прекрасный пример этому — произошедшее между мной и Кори после того, как у нас был секс. На следующее утро я была так расстроена, но вместо того, чтобы выказать ему недовольство, притворилась, что ничего не произошло. С того момента я отвергала любого парня, пытавшегося со мной встречаться. Достаточно взглянуть на бедного Маркуса и на то, как я дурачила его в течение прошлого года. Он заслуживает кого-то гораздо лучше меня, но я не могу его отпустить. Также у меня есть чувства к Кори, и я не собираюсь с этим что-то делать. Он говорит, что хочет со мной большего, но как человеку, причинившему мне больше боли, чем кто-либо, дать второй шанс?

Сегодня вечер пятницы, и я встречаюсь со своими друзьями. Мы не собирались вместе с того вечера, когда встретились в баре «Большой Д». Вечера, когда я страдал, наблюдая, как Хейли и Маркус зажимаются на танцполе. Да, сегодня я планировал остаться дома, жалея себя, пока не позвонил Джейк. Он сказал, что у меня нет выбора, и я должен погулять с ним, Брайаном и Томом. И сейчас я зависаю с ними, радуясь, что решил послушать его. Здорово просто сидеть здесь и отрываться с парнями, не думая о том, как ужасно закончилась рабочая неделя. По возможности я предпочел бы тихий и небольшой ночной клуб, но Джейк выбрал «Божество» — новый клуб, который открылся только на прошлой неделе. Никто из нас прежде не был здесь, и это место, несомненно, больше подходит для молодежи. Мне почти тридцать один, и я чувствую, что мои клубные дни закончены или скоро подойдут к концу.

Мы сидим за высоким круглым столом в непосредственной близости от бара. Нам открывается отличный вид на танцпол, так что в пошлых комментариях Джейка нет недостатка. Вероятно, шесть месяцев назад я был бы там, рядом с ним, но новый и усовершенствованный я, кажется, не может думать ни о ком, кроме Хейли. Не имеет значения, как сильно я стараюсь не думать о ней, ― кажется, будто мои мысли всегда возвращаются к этой девушке. Я улыбаюсь при мысли о том, насколько сильно я влюблен в нее. Мне действительно необходимо поговорить с Джейком о своих чувствах к ней. Он придет в ярость, но еще больше взбесится, если я не скажу ему, а он сам узнает об этом. Знаю, что в последние пару дней я относился холодно к Хейли, но я хотел, чтобы она поняла, как расстроила меня своими действиями. Я не хотел спустить все на тормозах. Ей нужно увидеть, что для меня это больше, чем просто флирт и веселье. Также я много думал о деле, над которым работал. Моя работа требует больших затрат, и я прикладываю много усилий, чтобы выигрывать дела. Я планирую все объяснить ей, когда увижу в понедельник. Не хочу, чтобы она решила, что мои чувства к ней изменились или что я играю в кошки-мышки. Я влюблен в нее, и это неизменно.

Я решаюсь сказать Джейку сейчас, так как не знаю, когда еще появится такая возможность. Хлопаю его по руке и жду, когда он обратит на меня внимание.

— Мне нужно рассказать тебе кое о чем, и я не думаю, что ты будешь счастлив от этого.

— В чем дело, мужик? — спрашивает Джейк, и от беспокойства между его бровей образовывается складка. Несколько раз я перекидываю бутылку пива из руки в руку, пытаясь собраться с мыслями.

— Я влюблен в Хейли, — выкладываю я, а затем поднимаю взгляд на Джейка.

— Что? — спрашивает он недоверчиво.

Я не виню его за то, что он удивился или посчитал, что неправильно услышал.

— Я влюблен в Хейли. Уже много лет.

— Серьезно? В мою сестру Хейли? — спрашивает он, приподняв брови.

— На полном серьезе, чувак. Я влюблен в нее до безумия. И уже очень долгое время. Полгода назад я решил, что этим летом поймаю ее на пляже и расскажу о том, что чувствую, но затем она начала проходить практику в фирме. И, находясь с ней каждый день, я осознал, что не хочу ждать ни минуты. Уже более полугода я ни с кем не был. Я хотел, чтобы она узнала, насколько серьезны мои чувства к ней, хотел сделать что-нибудь, что позволит мне стать лучше в ее глазах. Также мне необходимо ощущать, что я заслуживаю ее, потому что такие девушки, как Хейли, появляются в нашей жизни лишь однажды.

— Вау, чувак, я не думал, что у тебя есть к ней чувства. Возможно, несколько лет назад я бы надрал тебе задницу, но сейчас ей двадцать три. Как я могу диктовать ей, с кем встречаться? Ты ведь знаешь, что, если причинишь ей боль, у тебя будут серьезные проблемы?

— Да, это без слов понятно. Самое неприятное то, что на данный момент она хочет, чтобы мы были только друзьями. Впрочем, я заставлю ее изменить решение.

— Ну, она только что вошла в клуб с Шелби, так что можешь воспользоваться шансом, — ухмыляется мне Джейк.

Я тут же поворачиваю голову в направлении двери ― возможно, завтра я буду страдать от того, что сделал такое резкое движение. Твою мать, моя девочка выглядит шикарно в своем крошечном синем платье. О, Боже, она в своих красных лаковых туфлях. Обещаю себе: однажды мы будем заниматься любовью, и я заставлю ее оставить на ногах эти туфли. На ней они выглядят сексуально, но еще сексуальнее они будут смотреться, когда она обхватит ногами мою талию, пока я буду заставлять ее кончать.

— Кори, вытри слюни, чувак, — шутит Джейк.

Мы оба смеемся над тем, как откровенно я пялюсь на нее.

— Ты знал, что они придут сюда сегодня вечером? — спрашиваю я у Джейка.

— Да, Шелби сказала мне, что собирается вытащить ее из дома.

— Что происходит между тобой и Шелби? В последние пару раз, когда мы вместе проводили время, я обратил внимание на атмосферу между вами, ребята, — я наблюдаю за реакцией Джейка, но он отлично делает равнодушное выражение лица.

— Ничего не происходит. Я просто помогал ей решить некоторые проблемы.

Я решаю пока что оставить этот разговор, но знаю, что между ними нечто большее.

Оглядываюсь, чтобы узнать, смогу ли поймать взгляд Хейли. Она и Шелби заказывают напитки в конце бара. Конечно, какой-то парень уже подсел к ней. Он касается ее плеча и наклоняется, чтобы сказать что-то ей на ухо. Она смотрит на него и качает головой. Я могу разобрать по ее губам «Нет, спасибо», прежде чем она поворачивается и придвигает свой стул ближе к Шелби. Бармен пододвигает шоты к ним, кокетливо улыбаясь обеим. Он опирается на барную стойку напротив Хейли, жестами показывая ей приблизиться, и она подчиняется, опираясь на подножку барного стула. Хейли наклоняется верхней частью тела вперед, удерживаясь на обеих руках, тем самым давая бармену беспрепятственный доступ к ложбинке между грудей. Некоторое время он действительно наслаждается видом, после чего шепчет ей на ухо. Она качает головой, и он снова что-то шепчет. На этот раз она согласно кивает, и он улыбается ей самодовольной улыбкой. О, черт, нет. Все, о чем я могу думать, ― это как встаю со своего места и пробираюсь сквозь толпу прямиком к ней. Я оказываюсь там, как только бармен ставит перед ней розовый шипучий напиток.

— Вот, пожалуйста, куколка, — он подмигивает ей, прежде чем перейти к следующему ожидающему клиенту.

Я стою позади них, когда Шелби замечает меня и одаривает быстрой улыбкой, после чего говорит Хейли, что скоро вернется. Я кладу ладонь на обнаженную спину Хейли и сажусь на пустующее место рядом.

— Привет, детка. Приятно встретить тебя здесь, — говорю я, улыбаясь. Надеюсь, она замечает, как я счастлив видеть ее и как хочу забыть обо всем, что произошло на днях.

— Кори, не ожидала тебя здесь увидеть.

Она делает глоток своего напитка, не отрывая от меня взгляда. Я не могу произнести и слова в ответ, потому что полностью сосредоточен на ее накрашенных красных губах, обернутых вокруг соломинки. После неестественно длительной паузы я отвечаю ей:

— Джейк угрожал дать мне пинок под зад, если не встречусь с парнями. Если бы я знал, что ты будешь здесь, то не сопротивлялся бы.

Моя рука все еще покоится на ее спине, и я медленно начинаю водить ею вверх-вниз, лаская Хейли вдоль позвоночника кончиками пальцев. Даже такое простое прикосновение заставляет меня бороться за контроль над своим влечением. Когда мы наконец-то окажемся в постели, это может оказаться самым быстрым сексом, что у меня был, и я буду счастливчиком, если смогу оказаться в ней, прежде чем кончу. Называйте меня скорострелом, мне все равно.

— Понимаю, на меня оказала такое же давление Шелби. Она сказала, что у меня нет выбора, и мне показалось, что проще сдаться, чем бороться с ней. Если ей что-то взбрело в голову, она становится упрямее собаки с новенькой косточкой.

Хейли делает еще глоток напитка, и я вынужден отвести взгляд и постараться обрести контроль над собой. С ней я чувствую себя восемнадцатилетним мальчишкой, не способным контролировать себя и свое тело. Я наклоняюсь ближе к ней, чтобы увериться в том, что она услышит, что я собираюсь сказать.

— Я рад, что ты здесь. Мне не нравится, как сложились отношения между нами за последние дни, — я вожу носом под ее ушком и вдыхаю ее мягкий цветочный аромат. Она так приятно пахнет, и мне не хочется двигаться. Я хочу провести остаток вечера, уткнувшись носом в ее шею, но принуждаю себя отодвинуться и не вести себя как чудак.

— Я тоже рада, что ты здесь, Кори. Мне плохо от того, что произошло на днях. Ты важен для меня и твои чувства тоже.

— Детка, я знаю. Я расстроился не только из-за того, что случилось с тобой. Я также разозлился из-за работы, и это повлияло на мое настроение. Мы можем забыть о пустяках и вернуться к тому, чтобы наслаждаться компанией друг друга?

Она согласно кивает, улыбаясь, и это выглядит так, словно за последние три дня впервые сквозь тучи пробивается солнце. Я инстинктивно притягиваю ее в свои объятия, прильнув щекой к ее макушке.

— Я так скучал по тебе, Хейли, — пальцами я зарываюсь в ее волосы, пока ладонями обхватываю затылок. Я наклоняюсь ближе, словно хочу поцеловать, и останавливаюсь в сантиметре от ее губ, вызывая у нее то ли удивление, то ли желание.

— Мой день ужасен, если в нем нет тебя. Ты нужна мне каждый день моей жизни, детка, и я надеюсь, что это не пугает тебя. Ты должна понять, насколько сильны мои чувства к тебе, и они не угаснут и не изменятся. Я не пытаюсь давить на тебя, просто хочу быть уверенным в том, что ты знаешь, к чему я веду, — я окончательно теряюсь в бездонных голубых озерах ее глаз. Она похожа на таинственную сирену из древнегреческой мифологии, которая своим пением заманивала мужчин на скалистый берег на верную смерть. Хейли пленила меня своими колдовскими глазами, и, несмотря на то, что это была бы самая сладкая смерть, я надеюсь на лучший исход.

— Я не знаю, что сказать, Кори. Могу я немного подумать над этим?

Я улыбаюсь ей в ответ. Я рад, что она настолько серьезно восприняла мои слова, что попросила время на раздумье. Это показывает, что она не пренебрегает моими словами. Вероятно, я хватаюсь за соломинку, однако не могу потерять веру в данный момент.

— Ты можешь думать столько, сколько нужно, детка. Я никуда не уйду. А пока, что ты скажешь на то, если мы пойдем и покажем, как это делается? — я протягиваю ей руку и головой показываю на танцпол. Она вкладывает свою руку в мою и грациозно слезает с барного стула, прежде чем ответить мне:

— Я думала, ты никогда не спросишь. 

Если бы мне кто-то сказал, что я буду танцевать в объятиях Кори сегодня вечером, я бы назвала его огромным лжецом. Я удивлена и довольна тем, как обернулся этот вечер. Так здорово покончить со всей драмой, произошедшей на прошлой неделе, и сконцентрироваться на нашей дружбе. Он снова сказал, что хочет со мной отношений, и произнес такие милые слова. Слова, которые я мечтала услышать, но думала, что не услышу никогда. Часть меня хочет поверить и рискнуть дать ему шанс доказать, что его слова не пустой звук. Мне так страшно вступать с ним в отношения, особенно если они закончатся плачевно. Какой бы заманчивой ни была мысль быть с Кори, я не уверена, что могу дать ему еще один шанс.

Я также не могу забыть о Маркусе. Знаю, у нас ненастоящие отношения, но я не собираюсь пренебрежительно относиться к нашей дружбе и спать с кем-то еще, пока он в Калифорнии. Хотя я знаю, что он может встретить какую-нибудь девушку, которая произведет на него такое сильное впечатление, что он забудет обо мне. Это избавило бы его от чувств ко мне. Маркус ― свет, а я — тьма. Мы противоположны во многих отношениях, и я не думаю, что долгосрочные отношения для нас. Рано или поздно моя тьма возьмет верх над его светом, и это будет нечестно по отношению к Маркусу. У него самая чистая душа из тех, кого я знаю. Он заслуживает лучшего. Мы с Кори похожи больше, но он пугает меня. Глубина моих чувств к нему устрашает, поэтому я собираюсь, так сказать, держать его на расстоянии вытянутой руки. Исключение составляет сегодняшний вечер, когда мы танцуем посреди танцпола в клубе «Божество». Руки Кори лежат на моих бедрах, контролируют их, пока он то и дело трется о мою задницу. Каждый раз, когда он притягивает меня к себе, я чувствую, насколько он тверд. Обхватываю его руками за шею, в то время как спиной прижимаюсь к точеной груди. Его рука находится в опасной близости от низа моего живота, поглаживая и заставляя меня желать большего. Неосознанно я делаю это — выгибаю спину и тазом толкаюсь прямо к его руке. Это естественная реакция моего тела на его прикосновения, и я не в силах остановить это. Если бы я не была в платье, думаю, Кори уже трогал бы меня так, как я много раз мечтала. Он рычит мне в ухо, а затем поворачивает, чтобы оказаться лицом к лицу. Он притягивает мои бедра к своим, вращая своим тазом напротив моего и наклоняясь, чтобы укусить за шею. Я стону от такого контакта и хватаюсь за его плечи.

— Детка, я больше не могу. Я чувствую жар, исходящий от тебя, и это сводит меня с ума, — он всасывает часть кожи на моей шее, после чего кусает, и я подпрыгиваю от легкой боли. — Тебе нравится так, малышка? Нравится удовольствие с примесью боли? Я люблю это, потому что, находясь рядом с тобой, я испытываю такие ощущения. Ты мое болезненное удовольствие, ― хрипло произносит он мне в ухо, и меня переполняют чувства из-за всего, что происходит. Мне нужно уйти от него, пока я не сделала то, о чем пожалею. Я отталкиваюсь от его груди и выпутываюсь из объятий.

— Нам нужно остановиться, — из-за возбуждения мое дыхание быстрое и неглубокое. — Увидимся в понедельник, — я поворачиваюсь и убегаю прочь настолько быстро, насколько могу. Я нигде не нахожу Шелби, поэтому вытаскиваю мобильный и отправляю ей смс, что поймаю такси до дома.

Получаю сообщение от Кори, когда еду в такси.

Детка, ты где?

Он такой милый. Мне нравится, что он беспокоится обо мне.

В такси по дороге домой.

Я бы отвез тебя.

Я знаю.

Напиши, когда доберешься до дома.

Вот он, мистер Любитель Покомандовать.

Пожалуйста.

Ох, он такой очаровательный. Несомненно, он делает так, что мне действительно трудно сопротивляться ему. Я благополучно добираюсь до дома. Напишу ему, как только переоденусь. Так приятно оказаться в своей обычной одежде: боксерах и футболке. В душе я обычная девчонка.

Я дома.

Спокойной ночи, желаю, чтобы я приснился тебе ;)

Я сижу в баре где-то в ЛА, заливая в себя шоты, чтобы заглушить боль. Сегодня шестое июля. Трудно поверить, что прошло только три дня с тех пор, как мое сердце вырвали из груди. Такое ощущение, будто прошло гораздо больше времени. Я кладу локти на барную стойку, а голову опускаю на руки, вспоминая события прошедших нескольких дней.

Я использовал свои премиальные деньги для покупки билета в оба конца, чтобы быть с Хейли третьего числа и смотреть салют. Мой рейс вылетел с опозданием, поэтому к тому времени, как я прибыл на пляж, салют уже начался. Я пробрался сквозь толпу к нашему месту и увидел Хейли, сидящую в обнимку с Кори. Я сохранил дистанцию и решил понаблюдать за их поведением, чтобы узнать, что происходит.

Мне не стоило этого делать, лучше бы я просто пошел прямо к ней и оторвал ее от него. Вместо этого я остался на месте и воочию увидел, как она с ним счастлива. Хейли смеялась над Кори, пока он танцевал чудаковатый танец, и смотрела на него с таким выражением, которое я никогда прежде не видел. Она никогда так не смотрела на меня. Я с удовольствием провел бы всю жизнь, стараясь сделать ее счастливой, только лишь для того, чтобы увидеть такой же взгляд, но знаю, что она никогда так не посмотрит на меня.

Все это время я дурачил сам себя. Это всегда был он. Даже когда выпал из ее жизни, он все еще был... в ее мыслях и воспоминаниях. Я не могу соперничать с ее чувствами к нему. Хейли не рассказывает мне, чтобы не ранить мои чувства, хотя и признается самой себе, что влюблена в него. Я знаю, что нужно делать. Она не знает, что я был здесь и видел их вместе. Я воспользуюсь преимуществом в виде расстояния между нами и скажу ей, что навсегда остаюсь в Калифорнии. Тогда она будет вольна строить свое счастливое будущее вместе с Кори.

Сейчас, когда мы с Кори официально вместе уже шесть дней, мы можем пойти на наше первое свидание. В течение недели мы были так загружены работой, что не было шанса встретиться вне офиса. В юридической фирме мы старались сохранить профессиональные отношения. Теперь, с наступлением субботы, настал этот момент. Я немного волнуюсь, пока собираюсь, и не знаю почему. Это же Кори... парень, которого я люблю с двенадцатилетнего возраста. После стольких лет я знаю, что с ним я могу быть самой собой. Мне не нужно использовать какую-то методику обмана или поступать определенным образом. Он принимает меня такой, какая я есть, с ошибками, недостатками и тому подобным.

Он сказал мне одеться повседневно и удобно, так как мы немного прогуляемся. Понятия не имею, что он запланировал, однако это не имеет значения, потому что мы в любом случае прекрасно проведем время. С Кори всегда весело, и теперь, больше не отрицая своих чувств, мы частично можем облегчить сексуальное напряжение между нами. Я не готова с ним заниматься сексом, но есть множество других занятий, с помощью которых можно снять испытываемый нами стресс. Не могу дождаться, когда смогу прикоснуться к его твердому телу. Мне трудно противиться; слишком большое искушение. Пять лет я боролась с желанием быть рядом с ним и заставляла себя держаться от него подальше, но сейчас мне больше не нужно этого делать. Снимаются все ограничения и, надеюсь, в будущем его одежда тоже.

Я наношу блеск для губ, когда слышу, как Кори стучит в дверь. Улыбаюсь своему отражению в зеркале, замечая, что щеки покраснели, а глаза засияли. Вот как, должно быть, выглядит любовь. Не секрет, что я без ума от Кори Маршалла. Я люблю этого парня одиннадцать лет. Даже когда ненавидела, я все равно любила его. Хотя этого ему не расскажу. Я буду выстраивать эти отношения постепенно, стараясь не возлагать особых надежд. Он сказал, что готов и очень хочет этого. Но какая-то часть меня боится, что для Кори это будет слишком, и он передумает. Похоже на покупку новой машины, когда тратишь слишком много денег. Ты говоришь себе, что на ней будет весело кататься по городу, и думаешь о будущих поездках. Но каждый месяц этот крупный платеж опасно нависает над твоей головой, а ты слишком занят работой, чтобы заплатить за машину и даже чтобы наслаждаться ею. И в первую очередь ты начинаешь задумываться о том, почему совершил столь дорогую покупку, и жалеешь о поспешно принятом решении. Синдром раскаяния ― это отстой, и я не хочу, чтобы Кори сожалел о начале наших отношений.

Открываю дверь и вижу его — с букетом маргариток в руке и широкой улыбкой на лице. Отступаю, чтобы впустить его, в то время как он обхватывает меня одной рукой вокруг талии, крепко обнимая и отрывая от пола. Я обнимаю его за шею и прижимаюсь к нему, намекая на поцелуй. Кори сначала закрывает дверь, а затем прижимается своими губами к моим. Несмотря на то, что все начинается невинно, вскоре наш поцелуй становится обжигающим. Проходит лишь минута до того, как цветы оказываются на полу, а я ― на диване под ним. Мы тремся друг о друга и стонем. Видеть его над собой ― как побывать в раю. Так приятно знать, что нет никаких причин, по которым мы не можем делать это всю ночь, если захотим. Я уже не юна, он одинок, а Маркус ушел... да, нет причин останавливаться.

Я больше не могу ждать и спускаюсь к его «молнии», добиваясь желаемого. Знаю, он пытается не торопиться, но я ждала его одиннадцать лет. Куда уж медлить.

Кори отстраняется, прерывая наше маленькое страстное занятие, чем разочаровывает меня. Я отворачиваюсь.

— Мы должны уйти, прежде чем я перестану быть милым парнем и просто оттрахаю тебя до потери пульса, — он трет ладонями лицо и громко выдыхает.

— Если мое мнение учитывается, то я всеми руками за то, чтобы быть оттраханной тобой до потери пульса, — я сажусь и опускаю обе ноги на пол, прежде чем встать. Пробегаю руками вверх и вниз по его груди, а затем играю с пуговицей его джинсов. Кори хватает мои руки и убирает с пояса.

— Мы должны идти, а еще тебе следует хорошо себя вести, — ворчит он.

— Куда мы идем? Я оделась подходяще? — спрашиваю я его, глядя на свою одежду: джинсы-дудочки, черные шлепанцы и майку темно-серого цвета. Этот наряд очень прост и определенно удобен. На голове ― неряшливый пучок, а в ушах ― свисающие серебряные сережки.

— Выглядишь прекрасно, как и всегда. Ты знаешь, я люблю, когда ты в своей обычной одежде. Ты сделала прекрасный выбор, потому что у нас будет пикник в общественном парке, затем мы покатаемся на лодке моего друга. Возьми свитер, чтобы не замерзнуть, пока мы будем плыть. Я бы сказал, что согрею тебя, но кто-то же должен управлять лодкой.

Кори привозит нас в общественный парк на своем «Рэнж Ровере», и мы находим ближайшее место на парковке. Он открывает мою дверь, а после закрывает за мной, тем самым напоминая, какими безупречными манерами он всегда обладал. Кори хватает корзину для пикника и одеяло из багажника, держа их в одной руке и взяв мою руку другой. До входа в парк идти недалеко, и, пока мы идем, я изучаю прекрасный вид, расстилающийся передо мной.

Ухоженная густая трава темно-зеленого цвета пострижена близко к земле и выглядит здоровой и буйной, напоминая гигантский ворсистый ковер.

Мы недолго прогуливаемся по парку, и я наслаждаюсь тем, что Кори держит меня за руку. Все же нереально, что нам больше не надо скрывать свои чувства и что мы открыто можем показать свою привязанность друг к другу. Держать его за руку в общественном парке еще лучше, чем я могла себе представить. Как что-то такое незначительное ― что-то, что я принимала как данность тысячу раз в своей жизни ― может иметь колоссальное значение сейчас?

Мы находим уединенный участок, отдаленный от проезжей части. Прежде чем поставить корзину для пикника, Кори аккуратно расстилает одеяло на траве. Я сбрасываю шлепанцы на границе одеяла и травы, после чего сажусь, вытянув ноги. Он устраивается рядом со мной и одаривает кроткой улыбкой, а после начинает рыться в корзине.

— Что ты хочешь? Приготовленный мною сэндвич-ролл с индейкой в медово-горчичном соусе и сыром или же сэндвич-ролл с индейкой в медово-горчичном соусе и сыром? — он вскидывает бровь и наклоняет голову, словно задал сложный вопрос и теперь ждет моего ответа. Я стараюсь не смеяться и делаю вид, что думаю, постукивая указательным пальцем по губе, после чего невозмутимо отвечаю:

— Я возьму ролл с индейкой и сыром, спасибо, — когда он передает мне сэндвич, я не могу сдержать вырвавшееся хихиканье.

Кори приготовил мой любимый сэндвич-ролл, и знание того, что он хотел угодить мне, делает меня счастливой. Тот факт, что он уделил достаточно внимания, чтобы узнать, какой мой любимый сэндвич, вскружил мне голову. Такие мелочи, маленькие детали, которые не остаются незамеченными, иногда для меня многое значат. Я не нуждаюсь в роскошных вещах или красивых жестах. Мне нужно знать, что я что-то значу для него, и пока он проделывает значительную работу, показывая мне это.

Кори протягивает мне бутылку холодного чая с лимоном ― один из моих любимых напитков ― и маленькую пачку картофельных чипсов. Я улыбаюсь ему, пока он передает мне салфетку и бумажную тарелку.

— Вау, ты все продумал. У тебя здесь все, что я люблю, — откусываю свой сэндвич-ролл и стону, чувствуя медово-горчичный вкус на языке. — Кстати, мед с горчицей ― хороший ход.

— Я знаю, ты всегда используешь их, правда, только для сэндвича с индейкой. В ином случае ты предпочитаешь майонез.

Я улыбаюсь Кори и смотрю, как его полные губы складываются в ответной улыбке.

— Так что еще ты знаешь обо мне? — интересуюсь я, хрустя чипсами.

— Я знаю, что зеленый и голубой ― твои любимые цвета, что Foo Fighters ― любимая группа, а в твоей электронной книге загружено больше книг, чем ты сможешь прочесть, — я киваю в ответ. — Я знаю, что ты пахнешь, как теплая ванильная глазурь, а твои губы на вкус еще лучше, — он наклоняется ближе ко мне, и я неожиданно краснею. — Я знаю, что у тебя самое большое сердце, что ты отчаянно предана тем, о ком заботишься, и что мы предназначены друг для друга, — он замолкает, поднимая мой подбородок, чтобы посмотреть глаза.

Я кладу свой сэндвич на тарелку, все мысли о еде улетучиваются.

— Я серьезно, Хейли. Я знаю, это то место, где мы должны быть. Случившееся в прошлом привело нас сюда, и я не сделаю что-то рискованное, чтобы потерять тебя. Наконец-то ты моя девушка, и я сделаю все, что в моих силах, чтобы показать тебе, как много ты для меня значишь, — у него настолько серьезное выражение лица, что я не могу удержаться и залезаю к нему на колени, чтобы целовать... снова и снова.

Кори олицетворяет доброту, и я знаю, что большинству людей не удается увидеть эту его сторону. Все это находится под внешней оболочкой дерзости. В прошлом Кори давал мне понять, каким добрым и заботливым он может быть, но у меня такое чувство, будто теперь я увижу намного больше.

Я чувствую, что должна ему что-то сказать, дать понять, что я серьезно воспринимаю наши отношения, даже несмотря на то, что с сомнением думаю о далеком будущем. Вместо этого я предпочитаю жить настоящим и наслаждаться каждым нашим моментом. Не сомневаюсь, что со временем я буду уверенней в прочности наших отношений и буду с нетерпением ждать, какое будущее нам уготовлено.

— Ты кое-что забыл, — говорю я, сидя на его коленях. — Ты не упомянул, как я сходила по тебе с ума. Ты завладел частичкой моего сердца, когда мне было двенадцать и… — я замолкаю на мгновение, пытаясь собраться с мыслями. Я немного волнуюсь из-за того, что собираюсь сказать. — Мое любимое место в мире — твои объятия, — я робко улыбаюсь ему, мои глаза блестят от невыплаканных слез. Он обхватывает мое лицо своими ладонями, целуя нежно и ласково, после чего прислоняется своим лбом к моему.

— Неужели мне так повезло? — шепчет он.

Покончив с едой, мы решаем пропустить поездку на лодке и вернуться к Кори. Он обмолвился, что мы сможем в другой раз взять лодку его друга, поэтому я с нетерпением жду того, чтобы съесть свой десерт и посмотреть с Кори телевизор. Я просто хочу проводить с ним время, занимаясь обычными делами. Тем, чем у нас не было шанса заняться ранее… тем, что большинство пар принимают как должное.

Мы прижимаемся друг к другу, пока смотрим «Форс-мажоры» — один из моих любимых сериалов. Я только что узнала, что и его любимый тоже. Кори кормит меня кусочками шоколадного печенья, приготовленного только для меня. Оно мягкое, тянущееся и гораздо лучше того, что когда-либо выходило у меня, когда я готовила его. Кто знал, что Кори Маршалл один из тех парней, что пекут печенье для девушки? Мой парень печет для меня. Как это мило.

Я никогда не забуду утро пятого июля две тысячи пятнадцатого года, вне зависимости от того, как долго проживу. Я проснулся после глубокого сна и увидел Хейли, уютно устроившуюся в моих руках. В тот момент я понял, что больше не хочу быть без нее. Она сделала меня счастливейшим человеком на земле, когда посмотрела на меня своими красивыми глазами, в которых отражалась любовь ко мне, и сказала, что хочет быть со мной. Мое сердце гулко билось в груди, и на мгновенье я почувствовал легкое головокружение от удивления. В моей голове никак не укладывался тот факт, что после стольких лет моя мечта становилась реальностью. Хейли наконец-то моя, и мы вместе разделим нашу жизнь. Я собираюсь сделать ее счастливей, чем она когда-либо была.

Сейчас начало сентября. Кори снял пляжный домик для нас в Королле, штат Северная Каролина, чтобы провести там неделю. Ярко-желтое бунгало с голубыми ставнями и широкой террасой. Маленький размер дома идеален для нас двоих, а прилегающие окрестности напоминают мне о песчаных холмах, расположенных рядом с пляжем в Массачусетсе. Однако это место уединенное, никаких соседей. Приятно находиться в изоляции ото всех, без семьи и друзей, окружающих нас. Здесь мы в своем собственном маленьком пузыре, и я знаю, что всегда буду дорожить воспоминаниями, которые приобрету здесь.

Кори упомянул, что хотел пригласить меня на ужин сегодня вечером, так что я надела новый сарафан, специально купленный для этой поездки. В нем верхняя часть тела достаточно обнажена, поэтому я не могу надеть под него лифчик. Мне нравится, что в верхнюю часть встроен лиф, и я могу не переживать насчет своих торчащих сосков, на которые захотят посмотреть все посетители ресторана.

Когда я спускаюсь по лестнице, Кори нигде не видно. Наконец-то я замечаю его через раздвижные стеклянные двери в конце террасы. Он проложил дорожку из горящих свеч в широких вазах из стекла и покрыл путь лепестками роз. Когда я ступаю на террасу, то замечаю еще больше свечей, расположенных неподалеку, образующих теплое и романическое свечение. Кори сидит на королевского размера кушетке, заправленной на вид мягким одеялом, ожидая меня. Я на минутку останавливаюсь, когда понимаю, что из одежды на нем только черные боксеры. И пока я стояла и любовалась его чертовски сексуальным телом, я думала только о том, что хочу с ним сделать.

— Малышка, что за озорной блеск в твоих глазах? Иди сюда и воплоти в жизнь все, о чем думаешь.

Я хихикаю, а затем сбрасываю свои ненужные туфли на шпильках и бегу по лепесткам роз, которыми устлана терраса. Оказавшись у кушетки, я останавливаюсь рядом, чтобы снять сарафан, оставаясь лишь в зеленых кружевных стрингах.

— Твою мать. Детка, ты великолепна, — шепчет Кори, с трепетом оглядывая меня. — Я не религиозен, Хейли, но благодарю Бога за тебя каждый божий день. Я так сильно люблю тебя. Я долго ждал, чтобы сказать тебе это. Пожалуйста, скажи мне, что чувствуешь то же самое.

— Я так сильно люблю тебя, Кори. Сильнее, чем ты думаешь.

Он хватает меня руками за талию, опуская вниз так, что я сажусь верхом на его колени, и жадно целует меня. Я чувствую его руки повсюду. Сорвав мои стринги, он сжимает мою задницу и кладет меня на спину, нависнув надо мной. Я не замечаю, в какой момент он снимает боксеры, но теперь его невероятный и твердый член выставлен на обозрение. Головка почти касается его пупка, и я замечаю блеснувшую капельку предэякулята. Я закусываю губу, желая впервые почувствовать его во рту и попробовать на вкус. Ждать секса оказалось труднее, чем я думала, и я знаю, что Кори тоже было нелегко.

— Детка, если ты продолжишь смотреть на меня таким взглядом, то я не выдержу. Сначала мне нужно почувствовать твой вкус. Я умираю от желания вкусить твою сладость.

Я хихикаю, вспоминая упомянутый им разговор. Мы были на работе, ехали в лифте и обговаривали нашу поездку на пляж в выходные четвертого июля.

Он лижет мою внутреннюю сторону бедра, после чего сжимает плоть зубами.

— Я буду жадно поедать твою киску, а затем дам тебе свой член.

Я громко стону от его слов. Люблю его грязные разговоры о том, что он сделает со мной. Он останавливается и слегка дует между моих ног, дразня.

— Пожалуйста, Кори, — умоляю я, мой голос дрожит от желания.

— Не беспокойся, малышка, ты получишь все, что пожелаешь, — он облизывает мою киску, и я вскрикиваю от восхитительного ощущения и того, что наконец-то это происходит. Прижимаюсь бедрами к его рту в ожидании того, что за этим последует. Кори поднимает мои ноги, кладет их на свои плечи и утыкается лицом между моих бедер. Он с остервенением лижет и посасывает меня, и мучительно медленно кружит языком по клитору. Не проходит много времени, как я в экстазе выкрикиваю его имя. Его голова показывается между моих ног, а на губах красуется гордая улыбка.

— Такая вкусная, детка. Я хочу весь твой мед, — он поигрывает бровями, заставляя смеяться, а затем хватает меня за лодыжки, притягивая к своим бедрам. — Детка, ты готова? Готова окончательно стать моей? — он водит своим носом по моему и касается губами моих.

— Да, Кори, пожалуйста, — умоляю его, поднимая бедра к его ожидающему члену.

Он держит обеими руками мои бедра, поднимая их и резко толкаясь в меня. Мы оба стонем от невероятного ощущения. Он начинает медленно двигаться, в то время как я крепко обхватываю его ногами и целую в такт толчкам.

— Детка, я никогда не чувствовал ничего подобного. Ты создана для меня, — он начинает двигаться быстрее, погружаясь в меня глубже, когда я сжимаю его плечи, вонзая ногти в кожу.

Я чувствую подступающий оргазм, когда Кори рукой скользит от бедра к клитору, медленно потирая его, пока врезается в меня своим членом. Я первой достигаю своего пика, а двумя толчками позже Кори следует за мной. Мы остаемся на месте, все еще соединенные, наслаждаясь нашим невероятным первым шагом. 

Прошло почти пять месяцев с тех пор, как мы с Кори официально стали парой. У нас все складывается лучше, чем я могла представить. Первые пару месяцев мы провели, узнавая друг друга на частых свиданиях. Кори держал меня за руку и целовал на прощание, и это было пределом наших отношений в физическом плане. Он сказал мне, что на этот раз хочет сделать все правильно и показать, насколько заботится обо мне, не вмешивая в это секс. Спустя шесть недель мы, наконец, продвинулись до прикосновений под одеждой, и должна сказать, что никогда не думала, сколько веселья могут принести простые шалости. Когда мы поехали в Северную Каролину на выходные, встречаясь уже два месяца, то занялись любовью и признались друг другу в любви. У меня такое чувство, словно это был наиболее значимый и переломный момент в наших отношениях. Я осознала, что больше никогда не хочу быть без Кори Маршалла. Хотя я не собираюсь говорить ему об этом. Не хочу, чтобы он стал еще более самодовольным, чем уже есть. Также мы решили, что каждый сентябрь будем приезжать в Аутер Бэнкс (Примеч. Внешние отмели — полоса узких песчаных барьерных островов побережья Северной Каролины), чтобы отмечать наши первые шаги ― не то чтобы я когда-нибудь их забуду. В тот момент, когда он сказал, что любит меня, я стала навсегда его. Не знаю, что нас ожидает в будущем, но совершенно уверена, что хочу испытать все это вместе с ним.

Сегодня вечером Кори пригласил меня на особенный ужин. Он не сообщил, куда мы собираемся, но сказал, чтобы я принарядилась. Интересно, в какой ресторан он меня поведет? Я пытаюсь вспомнить, не оставлял ли он каких-либо подсказок, пока наношу последние штрихи тушью. К тому времени, когда я готова, он уже ждет меня около пятнадцати минут.

— Ты прекрасно выглядишь, Хейли. Детка, ты всегда стоишь всех ожиданий, — он берет мою руку и поднимает к губам, оставляя нежный поцелуй.

Кори берет мой кардиган с вешалки и помогает надеть, прежде чем надевает свою черную спортивную куртку.

— Уверена, что тебе будет достаточно тепло в одном лишь кардигане, малышка? — в каком-то смысле он всегда думает обо мне.

— Да, я буду в порядке, — я улыбаюсь ему, когда мы выходим за дверь и идем к его машине. Он открывает мне дверь и помогает сесть, прежде чем устраивается на водительском сидении.

Когда мы выезжаем на дорогу, Кори смотрит на меня.

— Мне нужно заехать к твоим родителям и забрать документ, который твой отец оставил для меня. Знаю, нам не по пути, но он просил меня оказать ему услугу. Ты знаешь, насколько замечательно твой отец относится ко мне. Я не мог отказать ему.

— Не беспокойся, милый, мне нравится, когда ты становишься моим личным водителем.

— Просто зови меня Дживсом, — говорит он с ухмылкой. — Знаешь, детка, если ты хочешь, чтобы я переоделся в форму шофера, то вполне могу сделать это ради тебя. (Примеч. «Дживс и Вустер» — известный британский комедийный телесериал, снятый по мотивам романов П. Г. Вудхауза о молодом английском аристократе Бертраме (Берти) Вустере и его камердинере Реджинальде Дживсе).

— Кори, — я начинаю смеяться, только лишь представляя его в фуражке.

— Видишь, детка, ты думаешь об этом.

Когда мы оказываемся на подъездной дорожке дома моих родителей, создается впечатление, что никого нет. Дом преимущественно темный, и машины моего отца нет. Я задаюсь вопросом, чем мои родители заняты сегодняшним вечером?

— Пойдем со мной, детка, я хочу быстренько взглянуть на документ и убедиться, что он правильный. Не хочу, чтобы ты ждала меня здесь.

Он открывает мне дверь и проводит меня по брусчатке к двери, окрашенной в красный цвет. Отпирает замок ключом, который родители дали ему десять лет назад. Даже тогда они знали, что он становится важной частью нашей семьи. Надеюсь, что однажды он законно станет частью нашей семьи, когда мы поженимся. Несомненно, я вижу его как мужчину, с которым хочу провести остаток жизни. Мы почти не говорили об этом. Думаю, Кори боится спугнуть меня или оказать на меня давление. В большинстве отношений именно девушка больше давит на парня, но у нас не так. Безусловно, в начале наших отношений я была пуглива, но он расположил меня к себе своим милым и любящим отношением. Если бы люди, хорошо знающие нас, могли бы тайно подглядеть за нами, то они были бы шокированы отношением Кори ко мне. Впрочем, я уверена, что они могут увидеть это, просто взглянув на нас, на то, как мы счастливы. Только вот они не знают, что он большой романтик, а я никак не могла подобрать слова, чтобы выразить глубину своих чувств к нему. Иногда слова «Я люблю тебя» кажутся недостаточными, и я чувствую, словно мне нужно найти более подходящее слово, чтобы описать, насколько всеобъемлюща моя любовь к нему. Те же самые слова, что я изо всех сил пытаюсь найти, так непринужденно вылетают из его рта все время. Знаю, эти слова он никогда не говорил кому-то еще, и из-за этого я ценю их еще больше.

Когда Кори посвятил меня в детали разговора с Джейком несколько месяцев назад, я почувствовала облегчение. Приятно, что брат поддерживает мои решения и верит в то, что я знаю, как будет лучше для меня. Мои родители были приятно удивлены, когда мы с Кори сообщили им о том, что мы вместе. Особенно в восторге был отец, потому что это предвещает успех его юридической фирме. Однако, если серьезно, как-то раз прошлым летом отец отвел меня в сторону и сказал, что всегда знал, что мы с Кори будем вместе. Я была в шоке и спросила, с чего он это взял. Отец ответил, что это из-за того, что втайне ото всех мы смотрели друг на друга влюбленными глазами. Полагаю, я не была такой уж осторожной, как считала, раз мой отец заметил.

Как только мы оказываемся в доме моих родителей, сразу же направляемся к кухне. Здесь пахнет ванилью, и мне интересно, что сегодня заставило мою маму готовить. Я открываю холодильник, заглядывая внутрь, как делаю каждый раз, когда мы приходим. Проверяю, что находится в ящиках для овощей и фруктов, пока жду, когда Кори просмотрит документ. Я не вижу никакого припрятанного десерта, потому отстраняюсь и закрываю дверцу из нержавеющей стали. Когда я поворачиваюсь, Кори встает на одно колено передо мной, сжимая указательным и большим пальцем кольцо с бриллиантом. Я шокировано приоткрываю рот. Все кажется таким нереальным, не могу поверить, что это на самом деле происходит. Он берет мою левую руку в свою и начинает говорить:

— Хейли, в этот день, одиннадцать лет назад, мы встретились с тобой на этой кухне. Это был самый важный день в моей жизни, потому что это было началом нашего долгого-предолгого и сложного путешествия к тому, где мы сейчас, — я хихикаю, пока глаза наполняются слезами. — Когда мы впервые встретились, ты была еще молоденькой, прелестной девчушкой, но спустя пару лет ты превратилась в красивую молодую женщину и понятия не имела, что я чувствовал к тебе. Однажды, когда мы уже были взрослыми, я твердил себе, что мне следует держаться рядом, и когда-нибудь у нас появится наш момент. И вот мы здесь спустя столько времени, что я провел в ожидании шанса для нас. Наконец, вмешивается судьба и делает меня самым счастливым мужчиной на земле, когда я просыпаюсь с тобой в своих объятиях, а ты говоришь мне, что хочешь быть моей. Существует только одно, что может сделать меня счастливее, чем сейчас, детка, — он замолкает, и я вижу сияние невыплаканных слез в его янтарных глазах. — Хейли, ты выйдешь за меня?

— Да! — выкрикиваю я и бросаюсь к нему. Мы не удерживаемся и падаем на пол, смеясь и целуясь.

— Подожди, твое кольцо, малышка, — пока он надевает кольцо на мой палец, я впервые отчетливо вижу его. У большого камня в центре огранка «Принцесса» (Примеч. популярная огранка бриллианта квадратной формы), по бокам расположены маленькие камни цвета морской волны.

— Детка, я выбрал цвет морской волны, потому что он подходит к твоим глазам.

Боже, мой мужчина такой милый.

— Не могу дождаться, когда стану твоей женой, Кори Маршалл.

— У Хейли Маршалл есть милое колечко для этого. Пошли, — говорит он, вставая с пола и протягивая руку, чтобы поднять меня.

Он наклоняется и целует меня, проскальзывая языком мне в рот. Мы продолжаем целоваться, когда слышим урчание моего желудка. Оторвавшись друг от друга, мы оба смеемся.

— Не могу поверить, что ты помнишь дату нашей встречи. Даже я не помнила.

— Я помню все, что касается тебя, Хейли.

Я держу левую руку перед собой и любуюсь своим восхитительным кольцом.

— Детка, я все правильно сделал? — спрашивает Кори.

— Идеально.

Когда я была маленькой девочкой, то без тени сомнения знала, что где-то там находится мой принц, и однажды мы будем вместе. Когда я повзрослела, жизненные испытания изменили меня, и на какое-то время я потеряла веру в то, что после всего смогу найти свое счастье. Все эти годы, когда я никак не могла связать себя с кем-то, я думала, что со мной что-то не так, что я легкомысленна и бессердечна. Приняв решение быть с Кори, я осознала, что меня удерживало. Все это время... я была в ожидании нас.