<?xml version="1.0" encoding="utf-8"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0" xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink">
 <description>
  <title-info>
   <genre>prose_contemporary</genre>
   <author>
    <first-name>Антония</first-name>
    <middle-name>Сьюзен</middle-name>
    <last-name>Байетт</last-name>
    <home-page>http://www.litlib.net/author/35920</home-page>
    <id>18679</id>
   </author>
   <book-title>Призраки и художники [сборник]</book-title>
   <annotation><p>От автора удостоенного Букеровской премии романа «Обладать», а также «Детской книги» и «Ангелов и насекомых» — второй том полного собрания короткой прозы, своего рода продолжение «Чудес и фантазий», два авторских сборника под одной обложкой. В этих рассказах — «при всей своей кажущейся простоте удивительно многослойных и даже аллегоричных» (Vogue) — «дышит тайна, живет страсть, пульсирует древняя магия» (Marie Claire). В «Призраках и художниках» кавалерственная дама ордена Британской империи исследует хрупкие связи между поколениями, бездонную пропасть утраты и те ухищрения, на которые мы готовы пойти, чтобы с этой утратой совладать…<br/>
    Впервые на русском!</p>
   </annotation>
   <keywords>Авторский сборник,психологическая проза,философская проза,связь поколений,Интеллектуальная проза</keywords>
   <date value="">1987, 1993</date>
   <coverpage><image l:href="#cover.jpg"/></coverpage>
   <lang>ru</lang>
   <src-lang>en</src-lang>
   <translator>
    <first-name>Дмитрий</first-name>
    <middle-name>Владимирович</middle-name>
    <last-name>Псурцев</last-name>
    <id>41254</id>
   </translator>
   <translator>
    <first-name>Ольга</first-name>
    <middle-name>Александровна</middle-name>
    <last-name>Варшавер</last-name>
    <id>43506</id>
   </translator>
   <translator>
    <first-name>Мария</first-name>
    <middle-name>И</middle-name>
    <last-name>Талачева</last-name>
    <id>243984</id>
   </translator>
   <translator>
    <first-name>Ольга</first-name>
    <middle-name>Владимировна</middle-name>
    <last-name>Петрова</last-name>
    <id>248815</id>
   </translator>
   <translator>
    <first-name>Степан</first-name>
    <middle-name>В</middle-name>
    <last-name>Бранд</last-name>
    <id>295388</id>
   </translator>
   <translator>
    <first-name>Дмитрий</first-name>
    <middle-name>М</middle-name>
    <last-name>Бузаджи</last-name>
    <id>295389</id>
   </translator>
   <translator>
    <first-name>Анна</first-name>
    <middle-name>Д</middle-name>
    <last-name>Псурцева</last-name>
    <id>295390</id>
   </translator>
   <translator>
    <first-name>Ольга</first-name>
    <middle-name>Н</middle-name>
    <last-name>Исаева</last-name>
    <id>295391</id>
   </translator>
   <translator>
    <first-name>Матвей</first-name>
    <middle-name>А</middle-name>
    <last-name>Межуев</last-name>
    <id>297951</id>
   </translator>
   <translator>
    <first-name>Ирина</first-name>
    <middle-name>В</middle-name>
    <last-name>Зубанова</last-name>
    <id>297952</id>
   </translator>
  </title-info>
  <document-info>
   <author>
    <nickname>rustyhead</nickname>
   </author>
   <program-used>Fiction Book Designer, FictionBook Editor Release 2.6.6</program-used>
   <date value="2017-12-26">26.12.2017</date>
   <id>FBD-162D6D-5831-8E49-8A84-E8CF-466F-856553</id>
   <version>1.0</version>
   <history>
    <p>v 1.0 — конвертация из EPUB</p>
   </history>
  </document-info>
  <publish-info>
   <book-name>Антония Байетт. Призраки и художники (сборник)</book-name>
   <publisher>Иностранка, Азбука-Аттикус</publisher>
   <city>Москва</city>
   <year>2017</year>
   <isbn>978-5-389-13647-2</isbn>
   <sequence name="Большой роман" number="0"/>
  </publish-info>
  <custom-info info-type="librusec-id">644701</custom-info>
 </description>
 <body>
  <title>
   <p>Антония Байетт</p>
   <p>Призраки и художники (сборник)</p>
  </title>
  <section>
   <p>A. S. Byatt</p>
   <p>SUGAR AND OTHER STORIES</p>
   <p>Copyright © A. S. Byatt 1987</p>
   <p>THE MATISSE STORIES</p>
   <p>Copyright © A. S. Byatt 1993</p>
   <empty-line/>
   <p>© С. В. Бранд, перевод, 2017</p>
   <p>© Д. М. Бузаджи, перевод, 2017</p>
   <p>© О. А. Варшавер, перевод, 2017</p>
   <p>© И. В. Зубанова, перевод, 2017</p>
   <p>© О. Н. Исаева, перевод, 2017</p>
   <p>© М. А. Межуев, перевод, 2017</p>
   <p>© О. В. Петрова, перевод, 2017</p>
   <p>© А. Д. Псурцева, перевод, 2017</p>
   <p>© Д. В. Псурцев, перевод, 2017</p>
   <p>© М. И. Талачёва, перевод, 2017</p>
   <p>© Издание на русском языке. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2017</p>
   <p>Издательство ИНОСТРАНКА®</p>
   <subtitle>* * *</subtitle>
  </section>
  <section>
   <cite>
    <p>Антония Байетт — английская достопримечательность, как Тэтчер, Тауэр и файф-о-клок.</p>
    <text-author><emphasis><strong>TimeOut</strong></emphasis></text-author>
   </cite>
   <cite>
    <p>Каждый рассказ у Байетт подобен миниатюрному роману, всякий раз она словно создаст мир заново.</p>
    <text-author><emphasis><strong>Scotland on Sunday</strong></emphasis></text-author>
   </cite>
   <cite>
    <p>Эти истории — продукт яркого, характерно безудержного воображения. Стиль Байетт узнается сразу.</p>
    <text-author><emphasis><strong>Literary Review</strong></emphasis></text-author>
   </cite>
   <cite>
    <p>Плохо знакомым с творчеством Байетт вполне можно порекомендовать начинать знакомство с этих рассказов — при всей своей кажущейся простоте удивительно многослойных и даже аллегоричных…</p>
    <text-author><emphasis><strong>Vogue</strong></emphasis></text-author>
   </cite>
   <cite>
    <p>Выдающиеся истории, смелые и энергичные.</p>
    <text-author><emphasis><strong>Sunday Times</strong></emphasis></text-author>
   </cite>
   <cite>
    <p>Пропустить рассказы Байетт было бы преступлением.</p>
    <text-author><emphasis><strong>Financial Times</strong></emphasis></text-author>
   </cite>
   <cite>
    <p>Только у Байетт обсуждение сложных философских вопросов может звучать так человечно, тепло и жизненно важно.</p>
    <text-author><emphasis><strong>Scotsman</strong></emphasis></text-author>
   </cite>
   <cite>
    <p>Чтение русских писателей многое сообщает о том, что такое роман. Русская классика поражает, и если ты читаешь ее в молодости, кажется, что тебе ничего похожего не написать. Вот почему нельзя ее не читать — она открывает иные горизонты… Я пишу ради языка, и еще — ради сюжета.</p>
    <text-author><emphasis><strong>А. С. Байетт</strong></emphasis></text-author>
   </cite>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>Сахарное дело и другие рассказы</p>
   </title>
   <epigraph>
    <p><emphasis>Посвящается Майклу Уортону</emphasis></p>
   </epigraph>
   <section>
    <title>
     <p>Расин и вышитая скатерть<a l:href="#n_1" type="note">[1]</a></p>
    </title>
    <p>Когда же ей стало ясно, что Марта Крайтон-Уокер — ее антагонист? Эмили нашла это слово для нее гораздо позже, уже когда стала взрослой. Как может ребенок, маленький и робкий, осознавать, что кто-то другой ему именно антагонист? Представить себе злую мачеху или завистливую сестру она еще могла, но антагонист, то есть кто-то, кто противостоит тебе в принципе, отрицает самую твою суть? Нет, она была слишком мала и еще не имела продуманных убеждений. А ведь именно мисс Крайтон-Уокер была призвана вылепить пока бесформенную личность юной Эмили Брей. Можно даже предположить, что мысли, которые зарождались в голове Эмили Брей, внушались ей Мартой Крайтон-Уокер, и отчасти это было именно так; и от этого признать ее антагонистом оказывалось особенно трудно, во всяком случае для Эмили, а возможно, и для них обеих.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>В первый раз Эмили пригляделась к мисс Крайтон-Уокер, когда только попала в эту школу, в первый же вечер. Мисс Крайтон-Уокер собрала весь класс в своей личной гостиной, у очага, при свете огня в камине и керосиновых ламп. Эмили была единственная новенькая: она пришла в школу в середине года, по семейным обстоятельствам (болезнь родственника). Девочкам в классе было по тринадцать лет. Девочек было двадцать восемь, а вместе с Эмили двадцать девять, только Эмили не сразу поняла, почему это важно. Этот вечер у камина мисс Крайтон-Уокер устроила из-за смерти одной из девочек. Та училась в этом классе до прошлого семестра, а потом у нее случился гнойный аппендицит, и она умерла от перитонита во время операции. Умершую девочку звали Джен, но все называли ее Ходжи. «Слышали про Ходжи?» — говорили девочки, подбегая друг к другу поделиться новостью, и в голосе у них звучал одновременно и страх, и какая-то радость, непоколебимая уверенность в собственном бессмертии. Эмили не повезло: она чувствовала, будто она пришла на замену Ходжи, хотя это было совсем не так.</p>
    <p>Мисс Крайтон-Уокер раздала всем девочкам по кружке бледного какао и по булочке с сахарной глазурью и велела усесться на ковре вокруг себя. Она тихо заговорила об их общей подруге Ходжи, о том, что они все должны запомнить ее такой, какая та была: полная жизни, готовая поделиться всем с друзьями, веселая. Она понимает: они все потрясены этой потерей, но если когда-нибудь потом им захочется делиться с ней своими тревогами или сожалениями, то она охотно их выслушает. Странное слово «сожаления», кажется, подумала Эмили. Хотя она, пожалуй, уже была согласна с заведомой уверенностью мисс Марты Крайтон-Уокер, что у девочек непременно обнаружатся сожаления. Тринадцатилетние девочки добротой не отличаются, а когда их много, они бывают и жестокими. Так что, какой бы веселостью и жизнерадостностью ни отличалась покойная Ходжи, без сожалений не обойдется.</p>
    <p>Мисс Крайтон-Уокер решила рассказать девочкам сказку. Получилась такая мирная сцена: рассказчица в кругу юных лиц, обращенных на нее или опущенных к полу. Эмили Брей сидела и разглядывала мисс Крайтон-Уокер. Безупречно доброжелательная, безгрудая. Туго закрученные серебристые локоны, больше всего похожие на парик адвоката, обрамляют приятное лицо; кожа на лице мягкая, но нигде не обвисшая; выражение неизменно ласковое. Глаза большие и голубые-голубые, уголки губ не опущенные, а совершенно прямые и ровные. К ним сбегаются тонкие морщинки, но без бороздок или вмятин, а легко и почти незаметно, как наброшенная сеточка для волос. Одета в тот вечер мисс Крайтон-Уокер была в свое обычное платье из гладкой тонкой шерсти с длинными узкими рукавами, с кокеткой в мелкую складочку и круглым отложным белым воротничком, заколотым простой овальной серебряной брошкой. Лицом и фигурой она была неуловимо похожа на девушку — не кокетливую, не насупленную, не грациозную, а просто девушку — и одновременно на опрятную старушку.</p>
    <p>Сказка была аллегорическая. Про личинку ручейника, которая обитала на дне пруда и старательно собирала материал для постройки своего нехитрого домика-трубочки: камешки, веточки, травинки — что попало, лишь бы прикрыть свое мягкое безобразное личиночье тельце. Движения ее были нескладные и мучительные, мир вокруг — темный и промозглый. И вот однажды она почувствовала непреодолимое желание вылезти из воды наружу. С болью и усилием длинная, мягкая, бесформенная личинка выкарабкалась из ненужного уже домика и, трепеща и колыхаясь, поползла вверх по высокому стеблю камыша. Когда она выползла на свет и воздух, ее кожица высохла и затвердела, а потом вдруг лопнула — это было очень больно! — и оттуда вылезло существо, рожденное для света и полета, с радужными крылышками и молниеносными движениями.</p>
    <p>Мисс Крайтон-Уокер явно наслаждалась своей сказкой, построенной на контрастах. Эмили Брей никак не могла понять — она вообще была в этом смысле непонятливая, это было ее недостатком, — что думают и чувствуют другие девочки. Сама она потом всегда, если думала об умершей Ходжи, воображала ее бесформенной личинкой. Слушая сказку, Эмили представляла себе других девочек маленькими, хотя на самом деле это она была среди них самая маленькая, хилая и худая как спичка. Девочки сидели на полу в пижамах и халатиках, умытые на ночь и мешковатые. Потом, в дортуаре, они будут возбужденно переговариваться, делиться своими мнениями и чувствами, тыкать друг в друга пальцами, упрямо закидывать головы. А здесь они казались притихшими и кроткими. «Мы с вами провели вместе такой уютный вечер, — сказала мисс Крайтон-Уокер. — Это очень хорошо». Эмили Брей поняла, что в комнате среди девочек двое — посторонние. Одна — она сама, не разделяющая настроение остальных. Другая — мисс Крайтон-Уокер, которая так хочет, чтобы их всех объединило это событие.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>По средам и воскресеньям все ученицы школы ходили пешком в центр города на службу в соборе. По средам служба была только для них и для мальчиков из такой же мужской школы: причастие и заутреня. По воскресеньям они становились частью — немалой частью — прихожан на общей службе. Идти до центра города, по его узким улочкам, надо было по особым правилам: хоть и не строем, как обычно ходят организованные группы школьников, но непременно строго по двое, и никак не больше. Когда-то, давным-давно, три легкомысленные девочки так веселились, да, наверное, и толкались, что сбили с ног старушку около аптеки. Старушка упала и поломала свои хрупкие косточки, а девочек отчитали в полиции. Вот и было сделано разумное распоряжение: идти по городу парами. Поэтому каждой девочке было очень важно иметь пару для походов в город, то есть иметь подругу. В этом возрасте девочки выбирают подруг легко и просто — по крайней мере, так казалось Эмили, у которой не было подруги со времени учебы в начальной школе, то есть с тех пор, как проявились ее нежелательные особенности. Но из-за этих походов в город дружба обросла церемониями и ритуалами; все сразу видели, кто с кем дружит и кто с кем раздружился. Эмили вскоре поняла, что в классе есть и «болото»: девочки, у которых нет постоянных пар, — они сходятся по две как попало, не держатся друг за дружку, а, наоборот, поглядывают вполглаза, не подвернется ли вариант получше, если вдруг кто-то с кем-то расстанется. Сначала Эмили думала, что ее место будет среди таких. Она не питала иллюзий, что ее будут любить в классе, и хотела всего лишь существовать тихо и незаметно, но подозревала, что остаться незаметной ей не дадут. Когда объявят результаты годовых экзаменов, всем станет всё про нее ясно. А пока что до нее дошло, какой смысл таится в числе девочек в классе: двадцать девять. Как ни подбирай пары, всегда останется одна лишняя, самая последняя, та, которую все отвергли, как проигравшая в игре, где надо успеть занять стул, когда перестает играть музыка. И этой лишней всегда будет Эмили Брей.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Казалось бы, взрослые, мудрые наставницы должны были сами понять, что получится, если девочек двадцать девять, — или Эмили могла бы им об этом сказать, напомнить, если уж они сами не понимают. Но как вам наверняка известно, в закрытой школе какие-то вещи объяснить очень трудно, и поэтому неудивительно, что Эмили ни разу не удалось оправдаться, когда ее время от времени отчитывали за то, что она идет с кем-то третьей. (Ходить по улице в одиночку было настолько серьезным нарушением правил, что об этом и подумать было нельзя.) Среды и воскресенья стали для Эмили самыми страшными днями. Каждый раз во вторник и в субботу ей приходилось мучительно пересиливать себя и с показным безразличием проситься к кому-то в пару.</p>
    <p>А когда стали приходить с проверки результаты годовых контрольных работ, то, как и опасалась Эмили, дела пошли еще хуже. Раз за разом с возмутительной легкостью Эмили Брей получала самые высокие баллы из всех в классе, и не по отдельным предметам, а почти по всем, за исключением математики и домоводства. То есть за письменную работу по домоводству она тоже получила высший балл, но практическое рукоделие ее подвело. Оказалось, она просто жутко умная. При этом физически неразвитая, совсем неспортивная. И с ней бесполезно разговаривать про мальчиков, или про то, у кого какая <emphasis>schwärmerei</emphasis>,<a l:href="#n_2" type="note">[2]</a> или про умопомрачительные туфли, или про интриги в клубе верховой езды. Другие девочки смотрели на нее и видели счеты с костяшками, заключенными в тесную рамку: чик-чик, костяшки налево — костяшки направо, задачку решила, правило запомнила, урок выучила, сочинение написала. Так, по крайней мере, представляла мнение о себе одноклассниц сама Эмили. Она с самого начала понимала, что любить ее не будут, и ее и правда невзлюбили. Не то чтобы не любили всех умных. Например, была в классе такая Флора Марш: спокойно-красивая, высокая, стройная, спортивная, приятная, скромная. Она мечтала выйти замуж, родить шестерых детей и жить в провинции. У Флоры была своя лошадь и была подруга Кэтрин для походов в церковь, они дружили с пятилетнего возраста. Почерк у Флоры был ровный и круглый, завитки ложились на бумагу щедрой синей лентой с аккуратными пробелами. А Эмили Брей писала, скорчившись над листом бумаги и тыча в него перышком ручки. То есть все слова написаны без ошибок, но как-то грязно, с кляксами и помарками, строчки кривые и смазанные, буквы неровные, бесформенные. Когда Эмили заканчивала второй год учебы в этой школе, мисс Крайтон-Уокер выступила перед ними с небольшой речью, посвященной их контрольным. «Я взяла себе за правило, — сказала она перед всем классом, — прочитывать контрольные работы той ученицы, которая получит самый высокий балл. В этом году, как вы все знаете, это Эмили Брей, но я возвращаю их непрочитанными из-за невыносимого злобного почерка». И вообще, такие контрольные, грязные и неопрятные, — это просто позор. Впрочем, если Эмили перепишет всё начисто, то она с удовольствием их прочтет.</p>
    <p>Этот свой приговор мисс Крайтон-Уокер, как и всегда, произнесла с легкой улыбкой — улыбкой не презрительной и не извиняющейся, но довольной и даже восхищенной. Чем она восхищалась: тем, как точно выразилась? Чем была довольна: тем, как умно вонзила ядовитый шип? По недостатку жизненного опыта Эмили этим вопросом не задавалась, но улыбку запомнила точно, запомнила крепко, чтобы когда-нибудь потом, когда станет старше и сильнее, припомнить ее мисс Крайтон-Уокер. Маленькая Эмили еще не знала, что взрослая Эмили внесет эту улыбку в общий счет при подведении окончательных итогов; тем более не знала она, какая цена будет назначена за эту улыбку. Сейчас ей казалось, что она может просто не согласиться с этим приговором. Ну и что, что контрольная с помарками? В школе, может, и думают, что грязь в тетради — это важно, а она, Эмили, так не считает. Она выбрала такую же защиту, как коралловый полип актиния, который прячет свои щупальца, выставляя наружу только мышечную стенку и туго захлопнутое отверстие. Но нужно признать (сменив метафору), что приговор этот тяжелым камнем упал на самое дно ее души да так там и остался.</p>
    <p>Эмили отметила про себя это слово: «злобный», точно так же, как она раньше отметила слово «сожаления». Она вспомнила, как писала эти торопливые, неряшливые страницы: сочинение о том, почему медлит Гамлет, и разбор образа Эммы Вудхаус у Джейн Остин. Она писала с удовольствием. Она писала для придуманного ею идеального Читателя. И прекрасно понимала: что-то ей удается, а что-то нет, об одном она судит слишком поверхностно, а другое, наоборот, вдруг понимает глубоко и ясно. Если бы она позволила себе задуматься хотя бы на десять минут, она бы поняла, что никакого такого Читателя вовсе нет — есть только учительница литературы мисс Харвей, а за мисс Харвей стоит мисс Крайтон-Уокер. Но она не позволяла себе задуматься об этом и на десять минут. Если настоящий Читатель не существует, его нужно выдумать — и она его выдумала. И именно «его»: может быть, она представляла его себе не слишком отчетливо, но не сомневалась, что это «он». В женском заведении, где справедливость и правосудие воплощались в фигуре мисс Крайтон-Уокер, доброжелательным и беспристрастным можно было вообразить себе только мужчину. Эмили никак не связывала своего Читателя с теми богами, которым они ходили молиться в собор по воскресеньям. Бог-Судия, Бог-Друг и летучий Бог-Дух водили знакомство с мисс Крайтон-Уокер, и поклоняться им полагалось, пытаясь довести себя до экстаза во время вечерней молитвы в школе, при помощи музыки, и резного камня, и величавых слов, и чувствительных вздохов хора. Эмили не могла взять в толк, почему нужно верить именно в этот миф, а не в Аполлона, или в Одина, или в Будду, или в Митру. Почему считается, что именно такая вера приближает к истине? Она не осознавала, что у нее уже есть вера: вера в Читателя. Становясь старше, Эмили представляла его все отчетливее, все точнее понимала его свойства. Он обладал умом сухим и ясным, был всеведущ, но без ненужной беспредельности. Он знал свое место и не пытался заполонить собой все пространство. У него не было лица, обнимающих рук или бьющегося сердца; его природа была не Любовь, но Понимание. Когда он являлся ей, среди чернильных капель, в запахе мела и испачканных пальцев, он приносил с собой воздух дальних стран, дыхание разогретого солнцем песка, возбуждающее и чистое, жаркое, но не обжигающее. Можно с полным правом сказать, что Эмили сумела пережить бесконечные годы своего пребывания в этом месте только потому, что ей удалось сохранить веру в своего Читателя.</p>
    <p>Начисто переписывать свои экзаменационные работы для мисс Крайтон-Уокер Эмили не стала. Вряд ли от нее этого и ждали, решила она: все, что мисс Крайтон-Уокер хотела сказать по поводу этих работ, уже сказано. Может быть, в этом Эмили была несправедлива по отношению к мисс Крайтон-Уокер, хотя, скорее всего, она рассудила правильно. В конце концов, мисс Крайтон-Уокер заботили вопросы морали, а не «Гамлет» или «Эмма».</p>
    <p>Эмили было пятнадцать, когда она придумала, что делать с еженедельными походами в церковь. В городе сохранились многие черты Средневековья, в том числе длинные отрезки городской стены, которая когда-то окружала его кольцом. Стена была из медово-желтого камня; по верху, между двумя рядами зубцов, лежала просторная дорожка, по которой могли бы рядом идти двое. Со стены можно было разглядывать дворик, примыкающий к собору, и кривые узкие улочки старого города, а с другой стороны было видно, как вдали город, закончившись, переходит в простирающуюся до горизонта долину. Эмили обнаружила, что если при выходе из церкви сразу повернуть назад, за угол, а потом нырнуть под стрельчатую арку прохода и подняться по ступенькам, то можно быстрым шагом пройти почти все расстояние до школы по стене, обогнав вереницу девочек, идущих парами по улицам, и спуститься на землю только в самом конце, а там пробежать переулком оставшиеся несколько сотен метров до ворот школьного сада, окруженного своей отдельной стеной с чем-то вроде колючей проволоки сверху. Тот, кому не приходилось годами жить в закрытом учреждении, не может даже представить, как отчаянно нуждается в уединении человек, если он постоянно, день и ночь, находится на людях, если есть, мыться, учиться, спать, даже ходить в туалет (много ли прикрывают тонкие перегородки на металлических стойках?) приходится в присутствии других. Кто-то заметил, что женщины переживают тюремное заключение с себе подобными тяжелее, потому что они по природе своей существа не коллективные. Вот об этом и думала Эмили в короткие желанные минуты одиночества, украдкой пробираясь по высокой городской стене между школой и церковью. Но она почему-то полагала, что побыть одной хочется только ей, а другие — те другие, от давящего присутствия которых она стремилась укрыться, — такой потребности не испытывают. Только много позже она поняла, что наверняка и они хотели того же, что у каждой из девочек тоже были свои собственные заботы, свои секреты, свои желания, о которых невозможно сказать вслух. Вообще, Эмили о многом успела передумать, торопливо пробегая по стене: о французской грамматике и об Евклиде, о том, что где-то далеко и отдельно от нее на свете живут мужчины, о том, зачем живет на свете она сама.</p>
    <p>Постепенно она осмелела и стала пользоваться своим тайным маршрутом постоянно. Где-то на половине пути из трещины стены пробивался куст вербы, — видимо, ветер когда-то занес туда семечко и оно проросло. Эмили навещала вербу каждую неделю: сначала на ветках были тугие красноватые чешуйки, потом они лопнули и из-под них появились серебристо-серые шелковые почки, похожие на блестящий влажный мех, а еще неделю спустя распустились сережки, растопырившиеся, но мягкие, присыпанные ярко-желтым в голубизне. Однажды Эмили стояла и разглядывала эти живые фонарики, как вдруг перед ней возникла мисс Крайтон-Уокер, а рядом с нею еще одна фигура, такая же суровая и непреклонная. Видимо, они обе поднялись по одной из боковых лестниц, которые начинались у подножия стены, где полоса травы сейчас пестрела нарциссами и крокусами. Эмили запомнилось, что они не просто подошли, но выросли как из-под земли. На мисс Крайтон-Уокер было серое драповое пальто с темно-серым каракулевым воротником, отливающим металлическим блеском, и высокая шапка в таких же серебристых каракулевых завитках. Пальто двубортное, с двумя рядами пуговиц на груди, перчатки серые лайковые, высокие, туго зашнурованные ботинки на устойчивых низких каблуках. Мисс Крайтон-Уокер постояла секунду неподвижно, глядя на Эмили и ее цветущую вербу. Вернее, как точно запомнила Эмили, они обе молча стояли, уставившись друг на друга. Потом мисс Крайтон-Уокер подняла руку и указала своей спутнице на что-то поверх стены, возможно на какое-то особенно интересное облако (кто была ее спутница, Эмили совершенно не запомнила), и обе женщины прошли мимо нее, по-прежнему не проронив ни звука. Эмили даже подумала, что ей все это почудилось, и, торопясь вернуться в школу, она спрашивала себя: может, ничего и не было?</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Но оно, конечно, было. В конце дня, на вечерней молитве, мисс Крайтон-Уокер объявила перед всей школой: Эмили Брей на следующий день после обеда должна явиться к ней в кабинет, — то есть Эмили пришлось всю ночь и еще полдня волноваться, что ей теперь скажут и что сделают. Официально считалось, что в этой школе учениц не наказывают. Не заставляют писать бесконечные прописи, или оставаться в классе после уроков, или мыть пол в туалете. И все-таки все девочки — и не только Эмили Брей — пуще огня боялись провиниться перед мисс Крайтон-Уокер. Она так на тебя посмотрит, что чувствуешь себя последним червяком. И за что? За то, что у тебя в баночке жидкий мед, а не густой, как полагается, за то, что ты пробежала через теннисный корт в ботинках, за то, что улыбалась мальчикам. А уж что будет, если кто-то что-то украдет, или спишет на контрольной, или станет издеваться над младшими, — этого никто себе и представить не мог, да и не пытался. Они ведь ничего такого и не делают. Они, вообще-то, хорошие. Просто мисс Крайтон-Уокер имеет право их судить, и это самое страшное наказание.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Эмили стояла перед мисс Крайтон-Уокер в ее кабинете. Между ними на столе в серебряной вазе желтел букет весенних цветов. Мисс Крайтон-Уокер в тяжелом кресле с высокой спинкой сидела маленькая и очень прямая. Что ты делала на стене? — спросила она. Мне не с кем вместе ходить в церковь, поэтому я и хожу так, ответила Эмили. Она еще хотела добавить: девочки моих лет, которые учатся в обычных школах и живут дома, ходят по городу днем и это никого не удивляет, что тут такого? — но не сказала больше ничего. Ты самоуверенная и неблагодарная девочка, заявила мисс Крайтон-Уокер. За то время, что ты здесь учишься, ты даже не попыталась по-настоящему стать членом класса. Видимо, ты считаешь, что весь мир существует исключительно для твоего удовольствия. Ты противопоставляешь себя остальным людям. Ты морально порочная. Вот и еще одно слово, вдобавок к остальным, подумала Эмили: «сожаления», «злобность», а теперь еще и «порочная». Так она потом и рассказала Флоре Марш, которая спросила ее, что было в кабинете: Мисс Крайтон-Уокер сказала, что я морально порочная. Не может быть! — не поверила Флора. Еще как может, сказала Эмили. Она и правда так про меня думает.</p>
    <p>Можно, конечно, сомневаться, действительно ли мисс Крайтон-Уокер произнесла это слово: «порочная». Правда ли она вот так и сказала это своим серебристым невесомым голосом о стеснительной девочке, которая хотела всего лишь пройти по городу одна, среди белого дня, просто чтобы посмотреть на вербу и подумать о чем-то своем? Может быть, Эмили сама выдумала это слово, чтобы потом похвастаться перед Флорой Марш? Но раз это пришло Эмили в голову, то, видимо, это слово, да и чувство, во время разговора в кабинете витало в воздухе. Нет сомнения, что для мисс Крайтон-Уокер желание Эмили побыть одной представлялось чем-то нездоровым, злонамеренным, порочным. И вот какой она нашла выход: в ближайшие четыре недели она, мисс Крайтон-Уокер, будет лично ходить от церкви до школы вместе с Эмили Брей. Причем всем своим видом она показывала, что ей это так же неприятно, как и самой Эмили. Это будет наказание для них обеих.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>О чем они могли разговаривать, идя вместе по городу? Нескладная получилась пара: одна еле волочит ноги и не поднимает глаз, другая выступает сдержанно и ровно. Эмили разговоров не затевала: не ее это дело, да и как ни заговори, все будет только хуже (и здесь она, пожалуй, рассудила верно). Мисс Крайтон-Уокер, наверное, могла бы воспользоваться случаем и вызвать Эмили на откровенность, узнать, что у нее на уме, нравится ли ей в школе. Она даже что-то такое иногда говорила, но как бы пересиливая себя, и голос у нее при этом звучал натужно и глухо, будто такой разговор давался ей нелегко. По большей части их моцион все четыре недели происходил в обоюдном молчании: мисс Крайтон-Уокер ритмично отстукивает по тротуару каблуками, как заключенный, которому полагается вышагивать заданное число кругов по тюремному двору, а Эмили старается только не отстать. Но иногда у мисс Крайтон-Уокер вырывались отдельные реплики, и не тем сдавленным принужденным шепотом, которым она пыталась говорить по душам, а голосом ясным и резким. Эти замечания касались внешнего вида Эмили, который вызывал у нее (и я настаиваю на этом слове, очевидном для меня и для Эмили, хотя и признаю, что оно не было произнесено самой Мартой Крайтон-Уокер) — вызывал у нее отвращение. «Эмили, вот уже вторую неделю подряд у тебя грязная шея. На ней серая полоса, как на краю немытой ванны». «У тебя очень нечистая кожа лица, Эмили. Обратись к медсестре, она даст тебе что-нибудь от угревой сыпи. Очевидно, у тебя повышенная активность сальных желез в области носа, или же ты уделяешь совершенно недостаточное внимание уходу за собой. Ты пробовала специальное мыло от прыщей?» «Эмили, какие у тебя жирные волосы. Страшно подумать, как выглядит изнутри твоя шляпа». «Ну-ка, покажи руки. Никогда не могла понять, как это людям не противно грызть ногти, — какое гадкое и бессмысленное занятие. Я гляжу, у тебя пальцы насквозь пропитаны чернилами, как у некоторых бывают в несмываемых пятнах никотина. Даже не знаю, что неприятнее. Кажется, я теперь понимаю, почему у тебя такие грязные тетради: ты же вся просто купаешься в чернилах, это просто поразительно. Сделай милость, прежде чем мы в следующий раз пойдем в церковь, купи себе пемзу и лимон и отчисти пальцы. Да, и вот еще: попроси на кухне нож и отскобли присохшую грязь с каблуков ботинок. Если ты думаешь, что, замазав ее гуталином, ты от нее избавишься и никто не заметит, то ты ошибаешься. Так еще больше видно, что ты ленивая и неопрятная».</p>
    <p>И ведь не то чтобы эти замечания делались совсем без повода. Но неужели об этом нужно было говорить так много, так подробно, так изобретательно? Эмили казалось, что этот маленький носик обнюхивает подмышки ее заношенных маечек и пятна на нижнем белье. Она ждала мисс Крайтон-Уокер у дверей ее кабинета, чтобы в очередной раз идти вместе в церковь, и чувствовала, как от волнения пот начинает течь у нее по спине под драповым пальто и дальше, вниз, по фильдекосовым чулкам, — а вдруг мисс Крайтон-Уокер учует этот запах ее страха? Тело же самой мисс Крайтон-Уокер, казалось, никаких естественных запахов не издавало; так — легкий аромат лаванды и совсем чуть-чуть нафталина.</p>
    <p>Мисс Крайтон-Уокер заговаривала с Эмили о ее родственниках. Собственно говоря, родственники Эмили отношения к этой истории не имеют, хотя, наверное, вам интересно про них что-то услышать. По меньшей мере чтобы знать, встанут ли они в этом противостоянии на сторону мисс Крайтон-Уокер — или они смогут хоть что-то противопоставить ее моральному давлению. Эмили Брей училась на стипендию, по программе господдержки. Ее семья жила в Поттерис — районе гончарных мастерских, и в семье было пятеро детей. Отец Эмили был бригадиром рабочих, которые в большой печи обжигали посуду: чайные чашки в ландышах, суповые тарелки со строгим золотым ободком из кинжальных шипов, ядовито-зеленых фарфоровых собачек с разинутым ртом, в которых держат зубные щетки или резинки. Мать до замужества работала учительницей младших классов. Она училась в Хомертонском женском педагогическом колледже в Кембридже, и там у нее появилась мечта, чтобы ее дети учились в Кембриджском университете. Эмили была самой старшей из детей, а второй ребенок, Мартин, родился дауном. Мать решила, что Мартин — заслуженное наказание за ее гордыню, и любила его самоотверженно, больше других детей. На троих младших она почти не обращала внимания. Эмили относилась к их возне и писку примерно с той же брезгливостью, какую мисс Крайтон-Уокер испытывала к ней, а может быть, и ко всем девочкам. Собственно, из всего этого важны только две вещи: постоянное чувство вины, которое Эмили унаследовала от матери, с ее недолговечными мечтами о лучшем будущем для своих детей, и то, что в семье был Мартин.</p>
    <p>Про Мартина мисс Крайтон-Уокер, конечно, знала. Отчасти из-за него Эмили и дали стипендию: семья, нуждающаяся в социальной поддержке. У школы была квота на прием девочек из таких семей, даже без учета успеваемости. И если уж мисс Крайтон-Уокер готова была заводить с Эмили разговор, то именно о Мартине. Расскажи мне, пожалуйста, о своих братьях и сестрах, начала она как-то, и Эмили перечислила: Мартину тринадцать лет, Лорне десять, Гарет восемь, Аманде пять. Ты, наверное, скучаешь по ним, спросила мисс Крайтон-Уокер, а Эмили ответила: да нет, не очень, она же бывает дома на каникулах, младшие очень шумные, мешают заниматься. Но ведь ты же любишь их, не отставала мисс Крайтон-Уокер, и голос у нее перехватывало от стремления говорить по душам, ты же, наверное, переживаешь, что ты для них уже как бы немного чужая? Эмили действительно чувствовала себя чужой в шумной и тесной семейной кухне, но больше тревожило и смущало ее отчуждение матери, которая думала только о Мартине. Впрочем, Эмили догадывалась (и совершенно правильно), что мисс Крайтон-Уокер имеет в виду совсем другое: что она ощущает себя отделенной от своей семьи учебой в престижной школе, что винит себя за то, что не помогает маме. Эмили рассказала, как она научила сестренку Аманду читать, буквально за две недели, и услышала от мисс Крайтон-Уокер: я замечаю, что ты не упоминаешь о Мартине. Тебе неловко о нем говорить, ты его стыдишься? Тебе ни в коем случае не следует стыдиться болезни твоего брата, сказала мисс Крайтон-Уокер (которая стыдилась, видя у Эмили чернила на пальцах или грязь на ботинках), нельзя стыдиться своих родных. Я его люблю, сказала Эмили. Она и правда его любила, качала на руках и пела ему песенки, когда он был маленький, терпела, когда он рылся в вещах на ее половине комнаты, чертил каракули в ее тетрадях, топил в ванне ее книжки. Она вспомнила, как он медленно и благодушно улыбается и подмигивает. Мы все его любим, сказала она. Тебе не следует его стыдиться, снова сказала мисс Крайтон-Уокер.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Бывало, мисс Крайтон-Уокер ненадолго отбрасывала свою строгость. В школьном распорядке случались особые дни, когда она выступала в традиционной роли, — например, каждый год на Хеллоуин она рассказывала ученицам историю про привидения. Все собирались в школьной столовой, среди голых стен, где в двух сотнях пустотелых тыкв, прорезанных в виде ухмыляющихся голов, горели две сотни свечей. Накануне девочки часами сидели и вырезали тыквы — сначала они потихоньку жевали кусочки сладкой мякоти, потом уже смотреть на нее не могли. И после этого во всей школе много дней пахло, как в коровнике: запах подгоревшей тыквы, опаленной свечами во время страшного рассказа, смешивался с терпким запахом сырых тыквенных корок.</p>
    <p>Час перед рассказом был отведен на ежегодный карнавал: в простынях или вязаных паучьих сетях, с нетопырьми крыльями за спиной или с бумажными косточками скелета на трико, девочкам разрешалось с громкими криками побегать по темному саду. Историю мисс Крайтон-Уокер рассказывала неправдоподобную: про встречу призрака коровы и римского центуриона в священной роще, посреди которой стояли роскошные старинные качели. Из истории следовало, что всякий, кто встретит призрака белой коровы, исчезнет, как исчез в свое время центурион; хотя он-то исчез не до конца, и среди деревьев рощи можно и по сию пору уловить следы его присутствия: блик от шлема, шорох подола кожаной рубахи под доспехом. Когда мисс Крайтон-Уокер в очередной раз рассказывала эту историю — которой, честно сказать, недоставало увлекательности и отчетливой кульминации, — по залу пробегал смешок. Девочки давно придумали, что мисс Крайтон-Уокер по ночам тайком качается на этих качелях посреди рощи в полной наготе. Эмили сама слышала, как мисс Крайтон-Уокер заявила группе учениц, что она перед сном любит посидеть у себя в комнате на коврике перед камином совершенно без одежды. Очень приятно чувствовать, как твою кожу обвевает воздух, говорила она, благостно сложив руки домиком. Это естественно и приятно. Эмили не знала, на чем основана коллективная фантазия о том, что мисс Крайтон-Уокер по ночам нагишом качается на качелях в саду, — может быть, она когда-то сказала девочкам, что ей бы этого <emphasis>хотелось</emphasis>, что было бы славно и радостно рассекать темный воздух ничем не обремененным телом, касаться нижних ветвей густых деревьев сада голыми пальцами ног, чувствовать, как прохлада струится по тебе сверху донизу. Так или иначе, теперь среди девочек гуляли сразу несколько рассказов о том, что кто-то своими глазами видел мисс Крайтон-Уокер за этим занятием, наблюдал, как ее молочно-белая фигура раскачивается взад и вперед. Эмили представляла себе эту картину гораздо яснее, чем хеллоуинскую историю про корову-призрака и центуриона: лунно-белое лицо и неподвижные букли, в которых даже волосок не шевельнется. Тяжелые, мощные качели в воображении Эмили были похожи на виселицу. А сам вечер при свечах смутно напоминал ей первый день в школе, собрание в комнате мисс Крайтон-Уокер и аллегории на тему смерти Ходжи.</p>
    <p>Первые признаки интереса и волнения, направленного на массу пока еще неразличимых мальчиков из соседней мужской школы, вызвали у мисс Крайтон-Уокер приступ лихорадочного противодействия. Поговаривали, что при прежней, более либеральной начальнице мальчикам разрешалось провожать девочек из церкви до школы, но при нынешней об этом никто не посмел бы и заикнуться. Впрочем, Эмили краем уха слышала, что некоторые девочки запрет нарушали. Сама Эмили пока что не выделяла никого из толпы мальчиков. Она была влюблена в Бенедикта, в Пьера Безухова, в Макса Рейвенскара, в мистера Найтли.<a l:href="#n_3" type="note">[3]</a> Раз в год в женской школе устраивался бал, куда мальчиков привозили на нескольких автобусах. Они кучками жались у стены, молчали, прятали влажные ладони. Отменить бал мисс Крайтон-Уокер не могла: это была старинная традиция, к тому же директор мужской школы и члены попечительского совета одобряли это проявление терпимости в образовательном процессе. Но она возражала. Собирая девочек на ежесубботние поучения, она неделю за неделей предупреждала их о подстерегающих опасностях, правда было не совсем понятно каких. В предвыпускном классе она так и заявила, что, если мальчик к девочке слишком прижимается или крепко ее обнимает, девочка должна спокойным тоном сказать: «Не присесть ли нам до конца этого танца?» Девочки держались за животики от смеха, просто катались по своим кроватям в дортуаре и на все лады повторяли этот <emphasis>mot</emphasis>,<a l:href="#n_4" type="note">[4]</a> в точности воспроизводя голос и интонации мисс Крайтон-Уокер (в умелицах точно пародировать мисс Крайтон-Уокер недостатка не было). Они начищали свои цветные туфли-лодочки, огненно-красные или переливчато-синие, перебирали жесткие складки широченных юбок из шуршащей тафты, которые собирались надеть с обманчиво-скромными шелковыми блузками и тугими широкими поясами. Эмили запомнилось и потом многие годы вспоминалось, что в борьбе против всяческих сексуальных поползновений и намеков на возбуждение мисс Крайтон-Уокер больше всего нападала на использование особами женского пола бритвы, — у нее получалось целое исчерпывающее изыскание, система научных доказательств того, насколько это непривлекательно и противоестественно. Произнести слово «подмышки» было выше сил мисс Крайтон-Уокер, поэтому она долго, подробно и убедительно рассуждала о том, как плохо влияет на кожу частое бритье ног: «Я прекрасно знаю, что после того, как сбрит естественный мягкий пушок, отрастает отвратительная темная щетина, и ее приходится сбривать все чаще и чаще. Спросите любого садовника, и он вам скажет, что после скашивания травы она растет гуще и грубее. Я прошу девочек, которые привезли с собой бритвы, отослать их домой и попросить родителей больше их сюда не присылать». А еще перед балом она несколько недель рассуждала о вреде дезодорантов, о том, что молодым девушкам они не нужны и что отдаленные последствия длительного воздействия химических веществ на нежную кожу еще не изучены. А если девочки боятся, что им будет слишком жарко, то всегда можно слегка припудрить отдельные места тальком.</p>
    <p>Я не стану описывать бал. Он не принес радости большинству из них, да и как могло быть иначе? Они стояли вдоль серых стен школьного зала, девочки с одной стороны, мальчики с другой, не перемешиваясь. С Эмили в этот день не произошло ничего интересного, да она в глубине души ни на что и не надеялась. Бал быстро стерся из ее памяти, а вот небывалое волнение мисс Крайтон-Уокер, ее курьезное сравнение бритвы с газонокосилкой, наоборот, запомнилось и стало одним из ярких и жгучих впечатлений времен учебы в школе. С годами к этим мыслям примешались размышления самой Эмили о том, какие образы вызывают в воображении названия средств для эпиляции, и все это вместе связалось с мысленной картинкой обнаженного безволосого тела мисс Крайтон-Уокер, раскачивающегося на качелях в лунном свете. «Вит», «Иммак», «Нэйр». В то время, когда случился этот бал с подпиранием стенок, Эмили как раз впервые распробовала то наслаждение, которое можно получить, внимательно вслушиваясь в слова. Название «Нэйр» почему-то напомнило ей описание чешуйчатого тела Сатаны у Мильтона в «Потерянном рае». Английское «Вит» звучало похоже на французское слово «быстрый», хотя и не так стремительно и деловито. Слово «Иммак» особенно радовало в связи с мисс Крайтон-Уокер: по-латыни <emphasis>maculata </emphasis>значит «пятнистая, грязная», а <emphasis>immaculata</emphasis>, наоборот, «незапятнанная, непорочная», как в выражении «непорочное зачатие», — причем Эмили учили, что это относится к безгрешному зачатию самой Богоматери, а не к самостоятельному, без участия мужчины, зачатию Сына. Увещевания мисс Крайтон-Уокер привели только к тому, что девочки в дортуаре болтали про действие «Вит»: говорили, что у него «мерзкий запах — просто ужас» и что с кожи после этого приходится смывать отвратительную вонючую жижу с волосами. Но бритвы домой никто не отослал. А про мисс Крайтон-Уокер все дружно решили, что у нее на теле так мало волос, что она ничего в этом не понимает.</p>
    <p>А с другой стороны, буквально в то же время был Расин. Ведь правда смешно, что мисс Крайтон-Уокер одновременно запрещала ученицам пользоваться бритвами и поощряла чтение «Федры»? Смешно. Да что там — эти же самые девочки уже были знакомы с предательскими восклицаниями преданной любимым безумной Офелии. «Клянусь Христом, Святым Крестом, — мерзавцы эти хваты. Где б ни достать — им только б взять, и будь они прокляты!»<a l:href="#n_5" type="note">[5]</a> Из всей этой песенки особенно мучительно въедалось в память словечко «хват», может быть, потому, что оно снова возникает у Шекспира в словах Яго: «Сию минуту черный хват-баран бесчестит вашу белую овечку» (Дездемону). Иди в монастырь, сказал Гамлет. И вот она, Эмили, в монастыре, из которого нет выхода, окруженная шепотом оглушительных слов, то нежных, то грязных, и она должна их изучать. Но я не это хотела сказать о Расине. Шекспир вошел в жизнь Эмили постепенно, к нему она привыкла, он всегда был рядом. А Расин обрушился на нее внезапно. Но я опять не про то.</p>
    <p>Только представьте себе: двадцать девочек (неужели их было так много?) на уроке французского продвинутого уровня. Перед каждой лежит похожий, если и не совсем одинаковый тоненький томик в зеленоватой обложке, слегка подержанный, слегка запачканный. Если быстро пролистать страницы, то ничего привлекательного: столбики ровных, как солдаты в строю, рифмованных двустиший, которые раздражают и тех из них, кто любит поэзию, и тех, кто к ней равнодушен. Сюжет стоит на месте, ничего не происходит. Длиннющие монологи, никакого обмена репликами, словесных дуэлей. «Федра». Учительница французского рассказала им, что Расин написал свою пьесу по мотивам Еврипидова «Ипполита» и что он изменил сюжет, введя в него новый персонаж, девушку по имени Арикия, в которую Ипполит должен влюбиться. Рассказать про пьесу Еврипида учительница нужным не посчитала, хотя они ее не знали. Они записали: Ипполит, Еврипид, Арикия. Она сказала им, что в пьесе соблюдаются три единства классицистской драмы, объяснила, что это значит, и они записали: Единство времени = один день. Единство места = одно место. Единство действия = одна сюжетная линия. Учительница не сочла нужным поговорить о том, как эти ограничения могут отразиться на воображаемом мире пьесы. Вместо этого она без большого энтузиазма и даже с некоторым презрением объяснила только самый механизм. Получилось, что греки, а с ними и французы, какие-то дети, которые непонятно зачем устанавливают для себя ненужные правила, ограничивающие простор фантазии.</p>
    <p>Девочкам было неловко читать вслух по-французски эти страстные рифмованные строчки. Поначалу Эмили тоже стеснялась и тоже не могла преодолеть оцепенение. Позже, когда она втайне полюбила безумные хитросплетения расиновского мира, ей стало казаться, что оценила его она одна. Как я уже говорила, умение представить себе, что думают и чувствуют другие девочки, не входило в число талантов Эмили. В мире Расина всех действующих лиц разрывают противоречивые страсти, неуемные и необъятные, грозящие поглотить всю вселенную, хлещущие через край и затопляющие весь мир вокруг. Страсть их не знает предела, кровь в их жилах кипит и обжигает, а сверху на них высшим судией взирает раскаленное солнце. И все они сплетены в один великолепный и трагический узел, все разрывают друг друга на части в едином безупречном танце, где каждый шаг предопределен, прекрасен и гибелен. В этом мире героям назначены великие и трагические судьбы, которые и их личная судьба, и что-то неизмеримо более высокое. Любовь Федры к Ипполиту, совершенно противоестественная, искорежившая весь ее мир, — абсолютно неотвратимая, неодолимая сила, подобная наводнению, пожару или извержению вулкана. Искусство Расина изображает мир чудовищного извращения и хаоса, но при этом вмещает его в строжайшие рамки форм и ограничений, в закрытый расчисленный мир классицистской трагедии с ее предписанным правилами диалогом, в гибкую, но неразрушимо прочную, сплошную сверкающую стальную сеть упорядоченного звенящего стиха. В этом мире поэт вступает в диковинный сговор со своим Читателем, и его искусство, подобно решетке, отделяет зрителя от наводящего ужас метания персонажей. Это суровое и взрослое искусство, думала Эмили, которая очень мало знала о взрослых, но была уверена, что они не похожи на мисс Крайтон-Уокер и что их заботы и тревоги не такие, как у ее усталой и измотанной матери. Ее Читатель был взрослым. Ее Читатель с расиновской безжалостной ясностью — но вместе с тем и с расиновским бесстрастным сочувствием — видел, на что способны люди и как далеко они могут зайти.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>После первоапрельской шалости мисс Крайтон-Уокер заявила, что она от девочек такого никак не ожидала. Никто, по крайней мере никто из знакомых Эмили, не знал, откуда пошла эта затея. Все хихикали и перешептывались; передашь секретное сообщение — и через некоторое время слышишь то же самое от другой, в приукрашенной форме. Скорее всего, мысль пришла в голову мальчику с девочкой, а возможно, и нескольким парам, сумевшим все-таки познакомиться на том нескладном балу, где большинство стояли вдоль стенок. Может быть, кто-то с кем-то действительно просидел на скамейке во время вальса, как советовала мисс Крайтон-Уокер. Так или иначе, все получили инструкцию: в воскресенье 1 апреля в церкви всем мальчикам сесть на места девочек, и наоборот. Причем не перемешиваться, а поменяться местами всем сразу: с правой стороны от прохода пересесть на левую, а с левой на правую. Что это должно было означать, неизвестно, но всем девочкам и мальчикам эта шутка показалась чрезвычайно тонкой и остроумной, настоящим воплощением принципа первоапрельской путаницы и беспорядка. Самые смелые специально пришли в церковь заранее и торжественно расположились не на тех скамьях, остальные покорно, как овечки, последовали их примеру. Чтобы показать, что они не пытаются вести себя непочтительно по отношению к Богу, от начала до конца службы все молились с небывалым рвением и набожностью, истово отвечали на возгласы священника и ничуточки не ерзали на скамьях. Викарий только поднял брови, потом благосклонно улыбнулся и провел всю службу без всякого упоминания о перемене мест присутствующих.</p>
    <p>Мисс Крайтон-Уокер был поражена — или оскорблена — до глубины души. Как будто (но это сравнение пришло Эмили уже через много лет) произошла какая-то ритуальная травестия, дионисийское переодевание Пенфея в женские одежды для отдачи его на растерзание вакханкам. Впрочем, аналогия неточна: страдание мисс Крайтон-Уокер было скорее пуритански целомудренным. Ее потрясло, что ее саму и заведение, ею возглавляемое, выставили на посмешище перед лицом врага, — по крайней мере, так она это восприняла. На следующий день за завтраком она обратилась к ученицам с короткой речью ледяным тоном, и в этой речи, Эмили помнила точно, не было ни слова об оскорблении церкви. Не было и презрительных язвящих замечаний в адрес девочек: она была слишком для этого удручена. Она даже никак не могла начать: «Случилось нечто из ряда вон выходящее… Имело место происшествие… Вы все знаете, о чем я хочу сказать», пока наконец не перешла к тому, что будет сделано во искупление совершенного греха. Вот тут голос ее обрел силу и ясность.</p>
    <p>— Из-за того что вы сделали, — объявила она, — я буду стоять здесь перед вами во время сегодняшнего завтрака, обеда и ужина. Я совсем не буду принимать пищи. Вы можете смотреть на меня, пока едите, и думать о том, что вы сделали.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Думали ли они об этом? Эмили, как я уже говорила, мысли других читать не умела. Вот и сейчас, во время этого странного действа покаяния за чужой грех, она не понимала, что думают девочки. Может, им смешно? Или стыдно и тревожно? Ели они в этот день молча, усердно стуча вилками по тарелкам с картофельно-мясной запеканкой, выскребая ложками металлические миски с неизменным заварным кремом, а эта маленькая фигурка, похожая на куклу, стояла перед ними, нелепая и неумолимая, со сжатыми тонкими губами и неподвижным лицом, обрамленным безупречно ровными локонами, как судейским париком. Реакция самой Эмили была двойственная — позже она поймет, что в этом-то и был весь мертвящий ужас. <emphasis>Умом </emphasis>она понимала, что мисс Крайтон-Уокер ведет себя неприлично и несообразно. А <emphasis>чувство</emphasis>, тяжелое и давящее, твердило ей, что она своим поведением действительно жестоко обидела мисс Крайтон-Уокер, оскорбила в лучших чувствах, что эта вина будет впредь неизбывной и что мисс Крайтон-Уокер теперь усугубляет эту вину своим искуплением. Мисс Крайтон-Уокер расплачивалась за грех, совершенный Эмили, не ведавшей о том, что это грех. Эмили ничего не понимала, кроме того, что она виновна. Это была ловушка, и выхода из нее не было.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Когда наступила пора выпускных школьных экзаменов, Эмили сильно переменилась, и в сторону, которая, возможно, вам не понравится. Приближается время, думала она, когда ее знания и умения будут подвергнуты публичной проверке и оценке, а пока что ее за них всё больше осуждают, причем не только одноклассницы, но и мисс Крайтон-Уокер. Школа считалась довольно сильной, но руководство всегда настойчиво заявляло, что успеваемость — это не главное и что школа стремится развивать в девочках другие качества: организаторские способности, дух коллективизма, готовность помочь ближнему и быть полезной людям и так далее. Некоторые выпускницы поступали в университет, однако ими не особенно гордились, даже не слишком охотно об этом упоминали. Но Эмили знала, что этот путь на волю существует. В конце тоннеля — который она отчетливо представляла себе (скажем так, потому что метафора никогда не должна лежать мертвым грузом) как извилистую, тесную, гибкую трубу, по которой она всеми силами старается проползти туда, где смутно и искаженно виднеется выход, — в конце тоннеля был, должен был быть, свет и разумный мир, полный заинтересованных Читателей.</p>
    <p>Она готовилась к своим выпускным с отчаянной, истовой строгостью, как послушница готовится к постригу. Она научилась чисто писать, причем это произошло так внезапно, что никто не узнавал ее почерка в этих новых, четких, безупречных черных строчках. Она научилась воинственно откидывать голову назад. Когда-то одна одноклассница ухватила ее за уши и долго била головой об стену в классе, повторяя: «Ах ты, выскочка! Тебе все даром дается, ты даже не стараешься!» — но это была неправда. Она старалась, она втайне трудилась над собой, чтобы блеснуть. Она прочитала еще четыре пьесы Расина, заранее тревожась, что не сумеет достойно написать о его тематике, его взглядах, его мудрости.</p>
    <p>Наверно, вы уже готовы изменить мнение об Эмили в худшую сторону: дескать, ну что ей, больше всех надо — или даже: ну и выскочка. Вот если бы я писала о человеке, решившем стать выдающимся прыгуном с трамплина, или марафонцем, или хотя бы пианистом, вы бы по-прежнему сочувствовали моему герою. Вы бы с интересом читали про то, как, преодолевая боль в мышцах, прыгун в двадцатый или тридцатый раз карабкается по бетонным ступеням и как внизу его ждет прямоугольник жидкого аквамарина, как белые пузырьки воздуха взрываются в воде и ударяют по барабанным перепонкам, как тело описывает идеальную параболу. Вы бы сопереживали — ведь и вам случалось добиваться чего-то ценой огромного труда — так же, как я теперь с удовольствием и пониманием наблюдаю по телевизору игру бильярдистов, представляя себе прямые и искривленные линии на зеленом поле, а потом и вправду следя за тем, как шары проносятся по ним, с треском сталкиваются и роскошно падают в лузы, — и как я одновременно восхищаюсь работой телеоператоров, которые с помощью умело выбранной детали могут показать даже моему невежественному взгляду, где именно пролегают те прекрасные линии, где таятся препятствия, где скрываются опасности, а где ждет успех.</p>
    <p>Может, я не права и наблюдатель все-таки способен оценить одинокую борьбу умного ребенка. А может быть, раздражает не то, что ребенок умный, а просто надоели всем рассказы об этих одиноких умниках, ну сколько можно. Что из них всех вырастает — нытики-писатели, которых никто не понимает? Но с Эмили дело было не так. Она не стала писать ни о том, какая она была умная и как ее не понимали, ни о чем-нибудь другом.</p>
    <p>А может быть, и не было у вас никакой неприязни, пока я своими рассуждениями вам не надоела. И зачем вам рассказчик-параноик? Совершенно незачем. Что ж, вернемся к мисс Крайтон-Уокер, о ней всегда есть что рассказать.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Вечером накануне первого экзамена мисс Крайтон-Уокер обратилась ко всем ученицам школы с очередным кратким поучением. Время было летнее, и на ней было серебристо-серое платье, заколотое все той же серебряной брошкой. Перед ней на столе стояла простая серебряная ваза с цветами: розовые розы и синие ирисы, а вокруг них что-то белое, прозрачно-кружевное. Завтра, сказала она, начинаются экзамены. Она надеется, что младшие девочки будут помнить об этом и не станут шуметь под окнами большого зала, пока старшие пишут экзаменационные работы. Среди учениц есть некоторые, сказала она, которые придают результатам экзаменов очень большую важность. Они, видимо, считают, что хорошо сдать экзамен — это что-то особенно почетное. Она надеется, остальные ученицы не думают, что лично она полагает, будто свет клином сошелся на высоких оценках. Разумеется, все, что люди делают, важно, даже очень важно — все в своем роде. Ей самой в жизни, например, доводилось как писать книги, так и вышивать скатерти. И ей даже трудно сказать, от чего людям больше пользы, да и удовольствия: от хорошо написанной книги или от хорошо вышитой скатерти.</p>
    <p>Она говорила, а Эмили казалось, что она обращается именно к ней, ей одной смотрит в глаза своим холодным проникающим взглядом. Это вообще свойство хорошего оратора — заставить любого слушателя думать, что речь адресована лично ему. Мисс Крайтон-Уокер обычно ораторским талантом не отличалась: своими чувствами она не умела делиться, а как будто отчаянно пыталась навязать их непробиваемо равнодушным слушателям, и от этого у нее перехватывало голос. Выступая, она всегда ожидала, что ее поймут неправильно, а то и злостно извратят смысл ее слов, но продолжала твердить свое. Эмили все это бессознательно чувствовала, не задумываясь, как и почему она это понимает. Но в этот раз сомнений не было: слова мисс Крайтон-Уокер предназначены ей, и сказаны они были с такой вдохновенной ненавистью, с такой абсолютной враждебностью, с позиции такого абсолютного антагонизма, что было ясно — мисс Крайтон-Уокер вкладывает в них всю свою сжатую в комок душу. Сначала Эмили отвечала на ее взгляд своим сердитым взглядом и упрямо вздернутым подбородком и думала о том, что мисс Крайтон-Уокер говорит пошлые глупости, потому что главное не экзаменационные оценки (дай бог, чтоб они были хорошие!), а <emphasis>Расин</emphasis>. Но потом, из принципа почти научного беспристрастия, Эмили попыталась честно подумать о важности вышивания скатертей. И тут она вспомнила о своей двоюродной бабушке Флоренс (ее называли просто тетя Флоренс) и мгновение спустя склонила голову и отвела глаза.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Дома, в Поттерис, у Эмили было множество тетушек: тетя Энни, тетя Ада, тетя Мириам, тетя Гертруда, тетя Флоренс. Тетя Флоренс была из них старшая и в молодости считалась самой красивой. Она всегда ухаживала за своей матерью, у которой была нелегкая жизнь, поэтому замуж вышла поздно и детей у нее не было — хотя, как говорила мама Эмили, ее всегда звали приглядывать за детьми других сестер. Мать умерла в полном маразме, когда Флоренс было пятьдесят четыре. В том же году у ее мужа случился инсульт, и после этого он десять лет пролежал парализованный, а тетя Флоренс кормила и обихаживала его. В молодые годы у нее были прекрасные золотистые волосы, очень длинные, ниже спины. В школу она ходила только до четырнадцати лет, но всю жизнь читала книги — Диккенса и Троллопа, Дюма и Гарриет Бичер-Стоу — и всегда мечтала попутешествовать за границей. Когда дядя Тед наконец умер, она получила немного денег и уже совсем собралась уехать, как вдруг заболела тетя Мириам: головокружения, ноги не держат, руки трясутся, — и ее дети, занятые своими детьми, попросили тетю Флорри помочь. Кого же еще просить, говорила мама Эмили, она ведь вроде как свободна. И потом, она всегда такая сильная, так и бегает вверх-вниз по лестнице, когда нужно что-то подать или принести: сначала для бабушки, потом для дяди Теда, потом для бедной тети Мириам. На вид всегда здоровая, работящая. Но когда Мириам умерла, Флоренс было семьдесят два, и у нее был артрит, и никуда поехать она уже не могла. Могла только сидеть и вышивать — вышивать она любила, такая красота у нее получалась, что ни возьми: букеты, и арабески, и увитые цветами решетки — сияющими яркими нитками по белому полотну — или еще белые атласные наволочки для подушек, шитые белым шелком или, наоборот, всеми цветами радуги, с узорами из всех веков и стилей — тут тебе и эпоха Возрождения, и классицизм, и викторианские мотивы, и ар-нуво. Когда ездили к ней в гости, всегда привозили в подарок отрезы белого атласа, по которому она вышивала. Больше всего ей нравился такой плотный, из которого свадебные платья шьют. Цвет она предпочитала слегка кремовый, а вот ярко-белый, как бывает искусственный шелк, не любила. Когда ей исполнилось восемьдесят пять, в местной газете напечатали про нее статью, про ее замечательные вышивки, и там была фотография тети Флорри: она сидит в кресле в своей маленькой гостиной — прямо сидит, не горбится, — и на голове у нее короной уложены волосы, хотя они уже не такие густые, как были когда-то, а вокруг, на всей мебели, развешены белые полотнища с ее вышивками. У нее соседка хорошая, говорила мама Эмили, она к ней приходит и все ей делает. Сама-то тетя Флорри уже почти ничего не может: у нее артрит суставов рук.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>После речи мисс Крайтон-Уокер Эмили расплакалась. Первые полчаса она думала, что это просто нервная реакция, раздражение глаз от волнения перед завтрашним экзаменом, что это скоро пройдет. Сначала она не слишком сдерживалась, ревела и всхлипывала в раздевалке спортивного зала в подвале, раскачивалась из стороны в сторону на скамеечке, под которой в решетчатом ящике были как попало свалены парусиновые ботинки для хоккея на траве и пыльные гимнастические тапочки. Дело шло к отбою, и она решила, что, пожалуй, пора кончать реветь, хватит уже, выплакалась, отвела душу. Надо собраться, прийти в себя. Хлюпая носом, она тихонько выбралась в коридор верхних этажей и там натолкнулась на Флору Марш. Добрая Флора сказала: вид у тебя что-то не очень. Услышав это, Эмили взвыла, как раненый зверь, и попыталась пройти мимо, но ее так шатало от стены к стене коридора, что Флора встревожилась. На вопросы, что случилось, Эмили толком ответить не могла, она словно онемела, и Флора сказала: тебе надо в лечебку, так они называли школьный лазарет, тебе надо к медсестре. Завтра ведь экзамен по латинскому, ты что, приведи себя в порядок. Флора повела ее по темным коридорам засыпающей школы. Эмили не сопротивлялась, она шла, слегка постанывая, вся мокрая от слез, а внутри ее заплаканной головы светился огонек ясного разума, тикал какой-то четкий механизм, и она думала: меня ведут как вола — нет, не вола, как белую телку, как там у Китса в оде к греческой вазе… Разубранную телку тянет жрец, она мычит, как бы взывая к небу…<a l:href="#n_6" type="note">[6]</a> Над головой на металлических цепях тоскливо свисали пыльные шары коридорных ламп.</p>
    <p>Школьная медсестра, сухонькая деловитая женщина в белом халате и туфлях на мягкой резиновой подошве, развела для Эмили кружку какао и усадила ее в не слишком удобное, но симпатичное плетеное кресло. Эмили все плакала. Медсестре и Флоре, да и самой Эмили было ясно, что конца этому не предвидится. Соленые слезы застилали ей глаза, скапливались между веками, переливались через край, растекались широкими потоками по щекам и подбородку, холодными струйками сбегали по шее, пропитывали воротник. Тикающий механизм в голове Эмили тем временем размышлял о смерти Сенеки, о том, как теплая влага жизни вытекает из тела, капля за каплей, о том, что можно просто позволить ей истечь, просто сдаться. Медсестра велела Флоре принести вещи Эмили, и она, с трудом ворочая руками, как неумелый пловец в толще воды, натянула ночную рубашку и взобралась на высокую больничную кровать с железной решетчатой спинкой, жестким матрасом и белыми хлопчатобумажными одеялами. Слезы текли уже беззвучно, от них на подушке расплылось темное пятно, потом подушка промокла насквозь. Эмили свернулась на постели, уткнувшись подбородком в коленки, спиной к медсестре. Сестра поправила ей мокрые волосы, забившиеся за ворот рубашки, и спросила Флору Марш, из-за чего Эмили плачет. Флора сказала: не знаю, может быть, начальница что-то такое сказала. До Эмили, затерянной как щепка в водяной пустыне, их слова доносились глухо, как бы издалека. Сможет ли она завтра экзамен сдавать, спросила Флора, и сестра сказала: ночь поспит, а там видно будет.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Эмили раздвоилась. Та ее часть, которая ведает чувствами, потерпела поражение и сдалась, уступила, растворилась в блаженном небытии. А мыслящая часть продолжала работать, четко и строго, ритмически отмеривая пятистопные ямбы и александрийские стихи, и утешительные слезы не мешали ей, а просто служили фоном. Наутро чувствующая часть Эмили, продолжая всхлюпывать и нетвердо пошатываясь, приняла из рук медсестры кружку чая и кусочек тоста, а мыслящая часть трезво выглянула из заплаканных глазниц, поднялась с постели, оделась и, не вытирая мокрых щек, отправилась на экзамен по латинскому языку. И Эмили высидела весь экзамен, и там она несколько часов переводила, анализировала тексты и старательно сочиняла латинские фразы и целые абзацы. А когда экзамен закончился, из горла ее вырвался неудержимый всхлип — и слезы хлынули снова, как будто где-то внутри открылся кран, как будто с этим слезным потоком что-то — всё — должно было выплеснуться наружу. Эмили прокралась назад в лазарет, на железную кровать, и лежала, зябко дрожа, с холодными мокрыми щеками, а в голове у нее, там, где тикает механизм разума, в яростном водовороте кружились примечания к Горацию, крики носимых бурей героев «Лира», неуместные банальности миссис Беннет, сослагательные и условные наклонения — и она их разбирала, перебирала и просеивала, а слезы все текли и текли. И так она написала два сочинения по немецкому и все экзаменационные работы по английскому. Когда приходило время писать, она всегда была собранна и готова, но из написанного ничего не помнила — все растворялось в слезах, все смывалось прочь. Она была как бегун в конце марафона: все силы тела, крови и мускулов на исходе, осталась только сила духа, тронь такого рукой — рухнет и не встанет.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>В свободный день между экзаменом по английскому и последним, по французскому, в ее палате появилась посетительница. Эмили лежала калачиком на своей железной кровати и плакала. Сестра наполовину опустила жалюзи на окнах, чтобы внутрь не проникал жар летнего дня и крики девочек, играющих в теннис на солнечном травяном корте. Воздух в комнате густой и зеленый, полупрозрачно-стеклянный, и в нем стоят, как под водой, столбы тени. Мисс Крайтон-Уокер вошла и направилась к кровати, и вместе с ней вошел скрип резиновых подошв и ее собственная тень. Волосы у нее в этом полусвете серебряные с зелеными отблесками, платье цвета больше всего похожего на грязь, на шее маленький, плотно вязанный крючком воротничок-стойка. Она пододвинула железный трубчатый стул и села перед Эмили: руки покойно сложены на коленях, колени плотно сдвинуты, губы поджаты. От слез обоняние Эмили не ухудшилось, наоборот, стало более чутким: от мисс Крайтон-Уокер слегка пахло нафталином, но в стенах лазарета этот острый душный запах напомнил ей эфир или хлороформ, и ее немного замутило. Эмили лежала неподвижно. Мисс Крайтон-Уокер заговорила:</p>
    <p>— Эмили, я с сожалением узнала, что ты заболела, если это можно так назвать. К сожалению, мне не сообщили об этом раньше, иначе бы я раньше тебя навестила. Скажи мне, пожалуйста, если можешь, что тебя так огорчило?</p>
    <p>— Не знаю, — сказала Эмили, и это была неправда.</p>
    <p>— Я знаю, что ты придаешь очень большое значение этим экзаменам, — прозвучал тихий голос, и в нем слышалось осуждение. — Я думаю, ты слишком переутомилась, поставила себе слишком высокие цели, перестаралась. Мне всегда казалось, что это несправедливо по отношению к юным девушкам — заставлять их проходить такие суровые испытания, когда можно было бы найти какие-то другие, более объективные способы всесторонне оценить их успехи и достижения. Разумеется, я готова написать письмо в экзаменационный совет, если тебе кажется — если мне покажется, — что ты не смогла проявить себя достойным образом. Это, конечно, будет очень обидно, но это ведь не трагедия, совсем не трагедия. К тому же такие временные неприятности могут быть полезны для воспитания характера.</p>
    <p>— Я не пропустила ни одного экзамена, — глухо прозвучал упрямый голос Эмили.</p>
    <p>Мисс Крайтон-Уокер продолжала:</p>
    <p>— Я убеждена, что для формирования по-настоящему твердого характера необходимо один раз потерпеть серьезную неудачу. Я понимаю, что ты сейчас видишь все совсем в другом свете, но когда-нибудь ты со мной согласишься.</p>
    <p>Эмили понимала: нужно бороться, но как? Одна половина ее готова была громко разреветься, просто чтобы заглушить грубым криком этот тихий вкрадчивый голос. Другая половина без слов понимала, что этого делать ни в коем случае нельзя, что это капитуляция, признание неурочно произнесенного над ней окончательного приговора. Она сказала:</p>
    <p>— Если мне не надо будет разговаривать, если просто продолжать писать экзаменационные работы, то, мне кажется, я справлюсь, у меня получится. Мне так кажется.</p>
    <p>— По-моему, Эмили, у тебя получается плохо.</p>
    <p>Эмили почувствовала, что в глазах у нее плывет и в голове мутится, как будто она теряет сознание от запаха нафталина. Она отвела глаза вниз от осуждающего лица и стала разглядывать вязаный воротничок, состоящий из узелков и дырочек. Вязание крючком, даже самое аккуратное, всегда бывает чуть-чуть неровным и несимметричным; вот и здесь маленькие цветочки в обрамлении нитяных цепочек немного кривые. Две половины воротничка присобраны и стянуты толстеньким крученым шнурком, шнурок завязан тугим бантиком, а концы его свисают на грудь, и каждый заканчивается узелком. Где ты, Расин? Где спасительная нить логических рассуждений, где сухой и жаркий воздух, которым дышит Читатель? Жалюзи слегка качаются и прогибаются от ветра. Внезапно в голове Эмили начинает разворачиваться бесконечный свиток, а на нем сплетение стихотворных строк, ровных, как ноты на стане, и этот упорядоченный рисунок александрийского стиха каким-то неведомым образом составляет филигранную мережку, какие великая мастерица была вышивать тетя Флорри: паутинки ниток, сходящиеся вместе и перехваченные посредине, как снопы у жнеца, а между ними просветы, скрепленные крохотными стежками, и все вместе — сетка, решетка.</p>
    <poem>
     <stanza>
      <v>C’était pendant l’horreur d’une profonde nuit.</v>
      <v>Ma mère Jézabel devant moi s’est montrée</v>
      <v>Comme au jour de sa mort pompeusement parée…<a l:href="#n_7" type="note">[7]</a></v>
     </stanza>
    </poem>
    <p>Вот и еще один призрак у постели — совершенно неуместный. Думающая половинка Эмили улыбается про себя, поудобнее подложив руку под щеку.</p>
    <p>— Мне просто надо побыть в покое, сосредоточиться…</p>
    <p>Мисс Крайтон-Уокер подобралась, ее серебристо-зеленые кудри слегка качнулись в сторону лежащей девочки.</p>
    <p>— Мне сказали, что ты расстроилась из-за моих слов на собрании. Если это так, то мне очень жаль. Разумеется, все, что я говорила, было сказано из лучших побуждений и, как мне казалось, совершенно продуманно. Я говорила это в интересах большинства девочек и никого в отдельности не хотела обидеть. Я чувствую себя равно ответственной за всех вас, вне зависимости от различия интересов и способностей. Возможно, что в тот момент потребности прочих мне казались более важными, чем твои, — вероятно, мне думалось, что ты чувствуешь себя увереннее, чем другие. Поверь, пожалуйста, что я ничего особенного не имела в виду по отношению лично к тебе. И разумеется, все сказанное мной было сказано совершенно искренне.</p>
    <p>— Да. То есть да, конечно.</p>
    <p>— Я хотела бы знать, не обиделась ли ты на что-то, что я сказала.</p>
    <p>— Я бы не хотела…</p>
    <p>— Я бы не хотела, чтобы между нами осталось это недоразумение. Меня бы очень огорчило — меня бы расстроило, — если бы я узнала, что я даже ненамеренно причинила боль одной из девочек, находящихся на моем попечении. Скажи, пожалуйста, не винишь ли ты меня в чем-то.</p>
    <p>— Нет. Нет, конечно нет.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Бедная Эмили, принужденная выступить в роли судьи! Как беспомощны, как безнадежны ее слова — это же ложь, измена принципу точности. Сказавши «нет», она как будто предала, нарушила какую-то клятву, которой никогда не давала.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>— Хорошо. Мы, кажется, поняли друг друга. Я очень рада. Я принесла тебе цветов из своего садика, сестра поставит их в воду. Они немного скрасят твое пребывание в этой темноте. Надеюсь, ты скоро сможешь вернуться ко всем остальным девочкам. Я, разумеется, буду осведомляться о твоем здоровье.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Страница за страницей, медленно и тщательно, экзаменационные сочинения по французскому были написаны. Перо Эмили быстро бежало по белой бумаге, оставляя цепочку скупых черных значков; мысли ложились на страницу мелкими стежками, перемежающимися яркими бусинками цитат. Ей не приходилось ничего сочинять: она знала, что хочет сказать, узнавала рисунок мысли, и он сам укладывался на чистый лист в виде упорядоченного узора. На стыке абзацев Эмили поднимала глаза: в темных углах школьного зала, под пыльными наградными щитами, в оконных нишах или проемах дверей ей являлись видения сцен и целых живых картин, в которых разыгрывалась одна и та же тема — тщетность человеческих стремлений. Она подробно анализировала ясность, с которой Расин представил запутанный и противоречивый мир страстей Федры, а в это время боковым зрением видела призрачные фигуры, извивающиеся и машущие, словно призраки, пытающиеся на дыхании ветра перелететь через Стикс. Среди них была фигура мисс Крайтон-Уокер того серебристо-грязного цвета, в каком она предстала в подводном свете больничной палаты, и она многозначительно утверждала, что поражение необходимо и полезно. Была там и тетя Флорри, блекло-пепельная и смиренная, освещенная отраженным светом своих работ — прямоугольников белого полотна и непорочного свадебного атласа, — прямо сидящая в своем кресле, тоже судья. Был там и Мартин, о котором она вспоминала так редко, и он снова, как когда-то, разбрасывал и комкал бумаги на ее маленьком столе — сгусток мягкой бессмысленной плоти посреди вихря белых листов. Виделись ей даже длинные ряды необожженных керамических сосудов, покрытых непрозрачной пока глазурью, жидкой глиняной поливой, скрывающей до поры нанесенный рисунок, который проявится только после обжига в печи у ее отца, откуда они выйдут ясными и сияющими. Зачем продолжать бороться, шептал тихий голос в ее ушах, к чему вся эта маета? Что ты можешь знать, продолжал этот голос — и нельзя было отказать ему в некоторой правоте, — о кровосмесительной страсти матери и о гневе богов? Не нашего ума это дело, наше дело — вышивать скатерти и терпеть.</p>
    <p>Эмили, не без стараний мисс Крайтон-Уокер, было хорошо знакомо чувство вины, но она ничего не знала о силе страсти, ни укрощенной, ни неуемной; она не испытывала в своей крови хватки ее огненных когтей. Она и писала, ясно и убедительно, о неизбывном чувстве вины Федры, не оставляющем ее от первой сцены до последней, о чувстве, из-за которого она так страшится встречи со своим отцом Миносом, судией в загробном мире, из-за которого чувствует, что ясность ее зрения оскверняет самый воздух и чистоту солнечного света. Эмили писала, а сама то и дело касалась припухших мешков под покрасневшими от слез глазами: она видела сейчас сквозь толщу влаги и невольно и неизбежно сравнивала кощунственную ясность зрения Федры и туман в своих исплаканных глазах, для которых солнечный свет был мукой.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>А где-то далеко, в своей собственной пустыне с сухим золотистым воздухом, существовал ее Читатель. Он ждал; он должен был взвесить ее знание и ее невежество и произнести над ней суд: сумела ли она все сделать правильно, не уклонилась ли в чем. Дописав, Эмили мысленно поклонилась ему и в душе признала, что он лишь плод воображения, что существовать в его залитом светом мире невозможно.</p>
    <p>Кто же победил, спросите вы: Эмили или мисс Крайтон-Уокер? Кто из них одержал победу — если уж Читатель есть не более чем абстракция, плод воображения, и ни победить, ни проиграть не может? Можно считать, что победила Эмили, ибо она достигла своей цели: то, что она написала во время экзаменов, было не горячечным бредом, а в точности соответствовало требованиям придирчивой экзаменационной комиссии, и, когда эти работы были самым тщательным образом проверены, перепроверены и наконец оценены, итоговые баллы оказались самыми высокими за всю историю школы. А можно считать, что победила мисс Крайтон-Уокер, потому что Эмили был поставлен диагноз «нервный срыв» и ее отослали домой со строжайшим предписанием к книжкам не притрагиваться, так что мама выдала ей кусок канвы для вышивания полукрестиком, и все долгое лето она была вынуждена просидеть над деревянными пяльцами с рисунком в викторианском духе — пышные розы и синие аквилегии — и послушно класть стежок за стежком тупой вышивальной иголкой с продернутой в ушко розовой, бежевой, алой, голубой, лазурной или темно-синей шерстяной ниткой, создавая на изнанке жуткую путаницу из торчащих концов и выпирающих узлов, потому что талантом аккуратно закреплять нитку она была обделена. Можно решить, что в конечном итоге все-таки победила Эмили, потому что она поступила в университет по самой правильной для себя специальности — французский язык — и уже во время учебы выскочила замуж. Если Эмили и казалось иной раз, что она в чем-то проиграла, то это было ненадолго, понятная слабость, а так она с неизменной теплотой относилась к своему тихому мужу, служившему налоговым инспектором, и к двум умненьким дочерям, да еще и получала некоторое удовлетворение от работы переводчицей по заказу разных международных юридических организаций.</p>
    <p>Но вот в один прекрасный день ее вызвал заместитель директора школы, где училась старшая дочь, и Эмили отправилась в это учебное заведение — ряд кубов и призм из полированной стали и стекла, совсем не похожих на темное, увитое плющом здание, где когда-то училась она сама. Заместитель директора, одетый в модно потертый джинсовый костюм, был субтильный и легонький, как птичка. Жидковатые седые волосы длинными прядями спускались до воротника рубашки, а на лице читалась некоторая озабоченность. Понимаете ли, заговорил он, если лично вы принадлежите к среднему классу и получили университетское образование, это еще не значит, что к тому же стремится ваша дочь. Я говорил Саре: если ты, например, хочешь стать садовником, наша школа сделает все возможное, чтобы тебя в этом поддержать. Это твоя жизнь, и выбирать тебе. Для нас равно важно все, что делают у нас девочки; главное, чтобы они нашли себя. Тихим, глухим голосом Эмили ответила: Сара хочет заниматься по усиленной программе французским и одновременно математикой; неужели школа не смогла составить для нее расписание, при котором она могла бы это совмещать? Выражение лица заместителя директора изменилось: оно стало гораздо любезнее и вместе с тем укоризненнее. Но согласитесь, сказал он Эмили, что родители не всегда правильно судят о способностях своих детей. Возможно ведь, что вы — разумеется, из самых лучших побуждений! — принимаете за интересы Сары ваши собственные нереализованные амбиции. А что, если Сара не имеет наклонностей к интенсивной учебе? Эмили бы надо было спросить его, а <emphasis>знает </emphasis>ли он Сару и на чем, собственно, основывается его суждение, — да и сама огорченная и возмущенная Сара ожидала, что она задаст ему этот вопрос, — но Эмили не решилась. Сказала только: французский у Сары идет очень хорошо — я специалист, я в этом разбираюсь; у нее природный талант. В улыбке замдиректора отразилось его плохо скрываемое недоверие и высокомерие профессионала. Это вы так думаете, сказал он, но мы, педагоги, можем придерживаться иного мнения. Наша цель — всестороннее развить личность девочки, подготовить ее к жизни, к выстраиванию межличностных отношений, к ведению домашнего хозяйства, помочь найти свое место в обществе, понять свои обязанности. Мы прекрасно понимаем, что у Сары имеются потребности и проблемы, одна из которых, простите мою прямоту, связана с вашими требованиями к ней. Жаль, что вы не хотите довериться нашему мнению. Впрочем, как бы то ни было, школа никак не может так организовать расписание, чтобы обеспечить Саре и языковой, и математический уклон.</p>
    <p>Сквозь этот новый тихий голос сквозил другой, давний. И Эмили шла по леденящим стеклянным коридорам и думала: если бы тогда, в ее прошлом, не случилось то, что случилось, сегодня она смогла бы не поддаться этой силе. Хотелось швырнуть камень и вдребезги расколотить эти огромные бесчувственные стеклянные стены, впустить ясный свет — и было стыдно за свое детское желание.</p>
    <p>А дома Сара подвела аккуратную двойную черту под доказательством геометрической теоремы, четко изложенным для некоего пока рассеянно взирающего на нее, неумолимо точного высшего ума, перед которым она жаждала предстать. Как дальше стала жить Сара, открылось ли ей это знание — это уже другая история, история Сары. Можете поверить — надеюсь, что у вас достанет веры, — что она нашла свою дорогу к свету.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Розовые чашки<a l:href="#n_8" type="note">[8]</a></p>
    </title>
    <p>Три девушки сидят в комнате: две в низких креслах с овальной спинкой, одна на краешке кровати, так что летний свет из окна падает на ее бледные волосы, а лицо в полутени. Они молоды, полны сил — это видно по живым поворотам головок, по быстрым легким движениям, какими они подносят к губам сигареты в длинном мундштуке или розовые чашки с чаем. На них прямые платья до колен: одно оливково-зеленое, другое рыжевато-коричневое (иногда оно видится как тускло-пунцовое), а на светловолосой — цвета топленого молока или неотбеленной шерсти. Чулки у всех светлые, гладкие, но без блеска, туфли остроносые, с ремешками на пуговках и почти без каблука. У одной из девушек, сидящей в кресле, длинные темные волосы собраны в узел низко на затылке. У двух других короткие стрижки, открывающие сзади шею. Вот блондинка повернулась к окну, и видна очаровательная линия среза серебристо-золотых волос, наискосок от нижнего угла щеки до затылка. Тонко очерченный рот спокоен и неподвижен; она кажется безмятежной, но она в ожидании. Третью разглядеть труднее, заметна только суровая стрижка «под мальчика», и Веронике всегда приходится делать над собой усилие, чтобы увидеть ее волосы не такими, какими она всегда их знала, — седеющими и не знавшими краски.</p>
    <p>Кресла Вероника видит очень отчетливо: одно плотно обтянутое светло-зеленой льняной тканью, второе с оборчатым ситцевым чехлом в крупных пышных розах. Еще там есть маленький камин с пыльным ведерком для угля и медными щипцами. Иногда камин жарко горит, но чаще он стоит темным, ведь на улице лето; в проеме розоватых набивных занавесок виден неизменный сад колледжа, с водоемом в каменной оправе, с кустами роз, пышными цветочными рабатками, запахом свежескошенной травы. Из-за края окна, обрамляющего эту картину, внутрь заглядывают листья: плющ, плетистая роза? В комнате есть письменный стол, но его видно плохо. И нет смысла нарочно вглядываться, нужно просто терпеливо подождать. В одном, совсем темном углу стоит еще что-то, но никогда не удается понять, что это: может быть, шкаф? Зато ей всегда хорошо виден низкий столик, накрытый к чаю: маленький чайник с кипятком, на подставке, объемистый заварной чайник с цветочками, ореховый кекс на блюде, ломтики солодового хлеба и шесть радужно-блестящих розовых чашек с блюдцами в форме лепестка. Переливчатая глазурь лежит на чашках не ровно, а растекается по насыщенно-розовому паутинкой серовато-голубых и бело-золотых прожилок. И разумеется, еще нужны — и, конечно, имеются — маленькие ножики для масла с закругленными концами и ручками из слоновой кости и само масло в хрустальном блюдечке. Да-да, и хрустальная же вазочка с джемом, с особенной плоской ложечкой.</p>
    <p>Девушки переговариваются между собой. Они кого-то ждут. Их разговор и смех Веронике не слышен, зато хорошо видна скатерть: белое полотно с ажурной мережкой по краю, перевитой гирляндами цветов, — рельефная гладь меланжевым шелком: нитки по длине окрашены в разные оттенки одного цвета, то светлее, то темнее. Цветы эти обычно представляются ей розами, хотя, если приглядеться, они не совсем розы — или даже совсем не розы, а плод фантазии. И розового цвета в ее картине что-то многовато.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Со второго этажа раздался требовательный и негодующий голос Джейн, дочери Вероники. Джейн была дома — редкий перерыв в плотном графике ее активной жизни, которая бурлила и перехлестывала через край, нося ее из дома в дом, из гостей в гости, на посиделки в чьей-то кухне, где грохочет рок-музыка, вьется дым запретного курева, звучат громкие голоса. Джейн, оказывается, решила что-то сшить, а швейная машина в гостевой спальне наверху, куда и поднялась Вероника. Джейн изрезала материю — кажется, это была наволочка — и попыталась соорудить головную повязку с бахромой из тряпичных ленточек, чтобы украсить очередную прическу. Дурацкая машинка не желает работать, заявила Джейн, сердито шлепнув ее по металлическому боку, и взглянула на Веронику снизу вверх: яркое лицо в короне торчащих во все стороны острых лучей угольно-черных волос, покрытых для прочности лаком, — целое колючее произведение искусства. От своего отца она унаследовала большие черные глаза, которые густо обводила сурьмой, а от отца Вероники — щедрые красивые губы, накрашенные сейчас блестящей помадой цвета фуксии. Она казалась крупной, но складной, одновременно пышной и стройной, очень живой — разом и женщина, и капризный ребенок. Вот ведь идиотская иголка, не захватывает нижнюю нитку, говорила Джейн, вхолостую крутя маховое колесо и заставляя жалобно стучать и лязгать все старинные рычаги и шарниры. Все дело тут в натяжении, механизм натяжения напрочь развалился! Она с силой выдернула свою тряпочную конструкцию из-под лапки, за ней из нутра машины потянулась нитка, внутри зажужжал и забился челнок. Верхняя нитка давно лопнула.</p>
    <p>Эту швейную машину фирмы «Викерс» подарили матери Вероники на свадьбу в 1930 году, и уже тогда она была подержанная. К Веронике машина попала в шестидесятом, когда родилась старшая сестра Джейн. Вероника шила приданое для ребенка, а себе ночные рубашки — только самые простые вещи, она была портниха невеликая. Мать тоже не слишком много пользовалась ею, хотя в войну машинка очень выручала: мать на ней перелицовывала воротники у рубашек, подворачивала штанины брюк, перешивала жакеты в юбки, строчила мальчикам штаны из старых занавесок. А вот бабушка, мать ее матери, в 1890-х годах шила, а еще она вышивала на руках: подушечки и ручные полотенца, носовые платки и «дорожки» для комодов.</p>
    <p>Джейн теребила себя за ухо, украшенное множеством сережек в виде колечек из золотой проволоки со стеклянными бусинками. Весь регулятор натяжения разломала, призналась она; как теперь его собрать? Это было так похоже на Джейн — без колебаний идти напролом там, где люди поколения Вероники по традиции робели: укрощение машин, жизнь в коммунах, ниспровержение авторитетов. Мир, в котором обитала Джейн, был полон механизмов. Вместо сумочки она носила на улице черный ящичек с ручкой в крышке, со всех сторон ее окружали гирлянды электроприборов: транзистор, фен, магнитофон, щипцы для завивки волос, щипцы для гофрировки. Джейн разломала натяжной механизм старенькой машинки, по всему швейному столику раскатились металлические диски. Особенно ее, судя по всему, раздражала изогнутая тонкая проволока с крючочком для нитки на конце — тем самым, который так упруго и умиротворяюще ходит вверх-вниз, когда машина работает как надо. Она дергала и тянула за этот проволочный крючок, пока не вытащила весь стальной завиток из его законного места, так что теперь проволока угрожающе торчала, бессмысленно и опасно покачиваясь и указывая в никуда.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Вероника почувствовала, как в ней поднимается ярость. «Но это же <emphasis>пружина</emphasis>, Джейн. Нельзя же…» — начала она и услышала по своему голосу, что сейчас сорвется на отчаянный крик: как ты <emphasis>могла</emphasis>?! ну что ты за бесчувственное существо! это же машина моей матери, я ее всю жизнь берегла, ухаживала за ней…</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>И внезапно ей припомнились 1950-е и голос ее матери, ее несдерживаемое, бесконечное, обвиняющее: «Как ты <emphasis>могла</emphasis>? Как ты только <emphasis>могла</emphasis>?!» Перед глазами мелькнула картинка — вот они стоят друг перед другом: мать с несчастным оскорбленным видом, уголки рта привычно опущены, и она сама — студентка, платье клеш на кипенно-белых нижних юбках, кожа гладкая, глаза подкрашены, вся на взводе. А между ними упаковочный ящик, только что доставленный по почте, и в нем радужно-блестящие розовые чашки, все побитые вдребезги. Эти заповедные чашки ей подарила подруга матери по колледжу — специально по случаю возвращения в тот же колледж в лице нового поколения. Чашки Веронике не понравились. Жуткий розовый цвет и эти блюдца-лепестки — совершенно немодно. Они с друзьями пьют не чай, а растворимый «Нескафе» и не из чашек, а из керамических кружек простой цилиндрической формы и незамысловатых ярких цветов. Скатерть, которую для нее вышила бабушка, она тогда засунула подальше в ящик комода. А теперь вот такую вышитую скатерть, белоснежную и крахмальную, она вспоминала каждый раз, когда снова и снова представляла себе это воображаемое чаепитие. Это началось после смерти матери — такая странная форма оплакивания, навязчивая, но отчасти утешительная. По-другому у нее как-то не получалось. Мать всегда так яростно ненавидела кабалу домашнего хозяйства и злилась из-за этого на своих умных дочерей, этой ловушки во многом избежавших, что искренне скорбеть о ее уходе было невозможно. Когда ее не стало, вокруг просто воцарилась тишина (а при ней бушевала неутихающая буря). Тишина, как в тот день — в любой из дней — в конце 1920-х годов, когда в той залитой летним светом комнате кого-то ждут три девушки.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Нет, нельзя было обрушить такую же бурю на голову Джейн. Вероника только повторила: «Это пружина, ее нельзя вытягивать», а Джейн примирительно проворчала, что очень даже можно. И они уселись вместе за швейный столик и стали разбираться, что делать с разломанным регулятором натяжения.</p>
    <p>Вероника припомнила, как она упаковывала розовые чашки. Что-то у нее тогда случилось, какая-то катастрофа. Она видела, как, не помня себя от отчаяния и горя, она мечется по комнате, в которой жила в колледже, и сил хватает, только чтобы как попало свалить эти несчастные чашки в ящик; и надо бы завернуть их в газету, но газеты нет, а думать, где ее взять, нет никаких сил. В том исступлении судьба чашек казалась совершенно не важной — но в чем была причина расстройства? И не припомнить сейчас. Поссорилась с кавалером? Не получила роль в университетском спектакле? Сказала что-то такое, о чем пожалела? Испугалась, что забеременела? Или тогда на нее внезапно навалилась неясная, но непреодолимая тревога: все бессмысленно, жизнь топчется на месте? Тогда <emphasis>это </emphasis>ее пугало — тогда она была живая. Теперь она боялась гораздо более конкретных вещей: боялась смерти и что ничего не успеет сделать, пока жива. Казалось, между ней сегодняшней и той девушкой, которая в своем непонятном горе упаковывала чашки, нет ничего общего, будто они разные люди, и она наблюдает за ней со стороны, как за тем воображаемым чаепитием.</p>
    <p>Вероника ясно помнила, как в колледже она тайком заглянула в ту самую комнату, где когда-то жила ее мать, и заметила два низких кресла и кровать под окном. Вот и в сочиненной ею картине кресла именно с той обивкой, которую она мельком приметила тогда, хотя это, наверное, не соответствует эпохе. Мать так хотела, чтобы она поступила в этот колледж, — а когда она поступила, мать стала ревновать ее к своим студенческим воспоминаниям. Прошлое превратилось в чужое прошлое и оторвалось от настоящего. Это была всего лишь материнская фантазия, что Вероника будет сидеть в тех же креслах, освещенная тем же солнцем, и пить из тех же чашек. А в одну реку дважды войти нельзя. И когда старшая дочь Вероники, сестра Джейн, сама поступила в колледж, Вероника уже знала, что не нужно мешать ей утвердиться там на своем собственном месте, в своем собственном сегодня.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Зазвонил телефон. Джейн сказала: это, наверное, Барнаби! — и всю ее сердитую апатию как ветром сдуло. В дверях комнаты она обернулась к Веронике: «Ты прости за машинку. Ее наверняка можно починить. Но вообще-то, ей пора на свалку!» — и поспешила вниз по лестнице к телефону, назад к своей жизни, громко распевая. Голос у нее был отцовский, чистый и сильный, — не то что у Вероники и ее матери, которым не досталось музыкального слуха. А Джейн пела в школьном хоре Реквием Брамса. Вот и сейчас она радостно выпевала: «Скажи мне, Господи, кончину мою и число дней моих, какое оно, дабы я знал, каков век мой».<a l:href="#n_9" type="note">[9]</a></p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Три девушки сидят в небольшой комнате. Это не воспоминание, это вымысел. Вероника замечает, что кремовое платье ее матери, работа бабушки, портнихи не очень умелой, сшито с небольшими огрехами: то ли плечико чуть перекошено, то ли манжета посажена неровно, как это бывало со множеством манжет, пуговиц и корсажей в тяжелые времена, когда людям приходилось многое делать самим, — и из-за этого в облике матери есть что-то милое и трогательное. Вторая девушка с короткой стрижкой берет чайник и разливает янтарный чай в розовые чашки. Две чашки и одно блюдце — единственные выжившие после той перевозки — теперь стоят у Вероники на комоде, бесполезные, изысканно-прекрасные. Мать поднимает свою бледную головку, слегка приоткрыв нежный ротик, и вся мысленно устремляется к двери, в которую входят они: молодые люди в блейзерах и широких фланелевых брюках, на шее шарфы с эмблемой колледжа, волосы по моде зачесаны назад, на лицах благовоспитанные улыбки. Особенно отчетливо Вероника видит одного: он улыбается той особенной широкой красивой улыбкой, которая только что мимолетно промелькнула на недовольном смуглом лице Джейн. Миловидное нежное личико блондинки у окна вспыхивает от чистой радости и надежды, почти довольства. Продолжения Вероника никогда не видит, с этого места все начинается заново: кресла, скатерть, солнечный свет в окне, розовые чашки. Заповедный покой.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Июльский призрак<a l:href="#n_10" type="note">[10]</a></p>
    </title>
    <p>— Похоже, мне нужно съезжать с квартиры, — сказал он. — У меня проблемы с хозяйкой.</p>
    <p>Он так ловко снял у нее со спины зацепившийся за платье длинный светлый волос, что это выглядело просто как проявление заботы. И фокусы с балансированием стакана, тарелки и приборов он до этого тоже очень ловко показывал. На лице его читалось достоинство и страдание, и от этого он был похож на печального сокола. Он ее заинтересовал.</p>
    <p>— Какого рода проблемы? Любовные, финансовые, хозяйственные?</p>
    <p>— Собственно, ни то, ни другое, ни третье. Нет, не финансовые.</p>
    <p>Он внимательно рассматривал волос, оборачивая его вокруг пальца, и не встречался с ней взглядом.</p>
    <p>— Не финансовые? Расскажите. Возможно, я подскажу, куда можно переехать. У меня много знакомых.</p>
    <p>— Да уж, наверное. — Он застенчиво улыбнулся. — Эту проблему описать трудно. Мы там вдвоем. Я обитаю на чердачном этаже. В основном.</p>
    <p>Он остановился. Было видно, что он человек сдержанный и замкнутый. Но он что-то рассказывал. Это обычно привлекает.</p>
    <p>— В основном? — Она показывала, что ждет продолжения.</p>
    <p>— Нет-нет, это совсем не то. Нет… Может быть, мы сядем?</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Они прошли через большую комнату, где толпились гости. День был жаркий. Он остановился, нашел бутылку и наполнил ее бокал. Ему не нужно было спрашивать, что она пьет. Сели рядышком на диван. Ему нравились красные маки, такие яркие на ее изумрудном платье, и ее красивые сандалии. Она приехала на лето в Лондон, чтобы поработать в Британском музее. Конечно, она могла бы и у себя в Аризоне обойтись микрофильмами тех немногих рукописей, которые ей нужны для исследования, но надо было покончить с затянувшимся романом. Есть возраст, в котором, как бы безумно ты ни была счастлива со своим женатым профессором в украденные у судьбы моменты или дни, нужно либо заставить его уйти, либо бежать самой. Она попробовала и то и другое и теперь полагала, что ей удалось сбежать. Поэтому было так приятно, что на нее сразу же обратили внимание. Проблемы поддаются решению. Она сказала это, откинув длинные светлые волосы и повернув свое нежное личико к его измученному лицу. Все началось год назад, торопливо заговорил он, кстати, тоже на вечеринке; он познакомился с этой женщиной, нынешней хозяйкой квартиры, и, как он теперь понимает, сделал неверный шаг — правда, не сразу. А она повела себя, в общем-то, очень достойно, так что…</p>
    <p>Он и тогда сказал: «Похоже, мне нужно съезжать с квартиры». Он был в отчаянии и уже было решил не ходить на вечеринку, но пить в одиночку больше не было сил. Женщина посмотрела на него спокойным изучающим взглядом и спросила: «Почему?» Нельзя же, сказал он, и дальше жить там, где когда-то был безумно счастлив, а теперь так несчастен, — каким бы удобным это место ни было. То есть удобным в смысле работы, друзей и того, что теперь, когда он об этом говорит, кажется бесцветным и несущественным по сравнению с воспоминаниями и надеждой: вот он открывает дверь, а за ней Энн, смеющаяся, запыхавшаяся, ждущая, что он расскажет ей, о чем он сегодня думал, что читал, что ел, что чувствовал. Та, которую я любил, ушла, сказал он женщине. Он и тут был сдержан, не поддался внезапному порыву, не стал рассказывать о том, как это было неожиданно, как он вернулся домой и нашел лишь конверт на пустом столе, пустые места на книжных полках, на стеллаже с пластинками, в буфете на кухне. Должно быть, это обдумывалось заранее, неделями, она, должно быть, думала об этом, когда он лежал на ней, когда она наливала ему вино, когда… Нет, нет. Злобствовать — это недостойно, а то, что он чувствует сейчас, ниже и хуже, чем гнев: просто обычное детское чувство потери.</p>
    <p>— Нельзя же сердиться на жилище, — сказал он.</p>
    <p>— Но мы сердимся, — сказала женщина. — Я знаю.</p>
    <p>И тогда она предложила ему переехать к ней в качестве квартиранта; сказала, что у нее пропадает уйма свободного места, а муж там почти не бывает. «Нам в последнее время стало не о чем говорить». Он там будет совершенно независим: на чердачном этаже есть и кухня, и ванная комната; она не будет его беспокоить. А еще есть большой сад. Возможно, это все и решило: жара, центр Лондона, то время года, когда человек готов все отдать за возможность жить не в квартире на верхнем этаже дома где-нибудь на пыльной улице, а в комнате, за окном которой трава и деревья. А если Энн вернется, то дверь будет закрыта, заперта на замок. И он сможет больше не думать о том, что Энн вернется. Это будет решительный шаг — а Энн его считала нерешительным. Он будет жить без Энн.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>В первые несколько недель после переезда он почти не видел той женщины. Они встречались на лестнице, а однажды, жарким воскресным днем, она поднялась к нему и сказала, что он может выходить в сад. Он ответил, что может полоть сорняки и косить траву, и она согласилась. Это было на той неделе, когда вернулся ее муж; он на полной скорости подъехал к парадной двери, вбежал и закричал, остановившись в пустом холле: «Имоджен, Имоджен!» В ответ она — что было так на нее не похоже — истерически закричала. Во внешности ее мужа Ноэля не было ничего, что могло бы вызвать этот крик; услышав его, квартирант посмотрел, перегнувшись через перила, на их поднятые лица и увидел, как на ее лице снова появляется обычное чопорное и невозмутимое выражение. Глядя на Ноэля, лысеющего, с пушком на висках, сутулого, лет тридцати пяти, в потрепанном вельветовом костюме и хлопчатобумажной водолазке, он понял, что теперь может догадаться о ее возрасте, чего он раньше не мог. Она была подтянутая, с длинными стройными ногами, с тусклыми светлыми волосами, уложенными в узел на затылке, и потупленным взглядом. Но слово «мягкая» к ней не подходит. Она извинилась и объяснила, что закричала, потому что Ноэль напугал ее своим неожиданным появлением. Объяснение выглядело вполне убедительно. А таким необычно резким крик, возможно, показался из-за эха в лестничном колодце. И все же Ноэля этот крик очень расстроил.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>В те выходные он старался не мешать им, проходил, бесшумно перешагивая сразу через две ступеньки, и жалел, глядя из окна своей кухни в чудесный заросший сад, что они сидят дома, упуская возможность побыть на летнем солнышке. В воскресенье ближе к обеду он услышал, как муж, Ноэль, кричит на лестнице.</p>
    <p>— Я так больше не смогу, если ты и дальше так будешь. Я сделал все, что мог, я пытался, но ничего не получается. Но тебя же не сдвинешь, ты же даже не пытаешься, ты все продолжаешь и продолжаешь. А у меня ведь и своя жизнь есть, нельзя ее взять и зачеркнуть! Так ведь?</p>
    <p>Он снова, крадучись, вышел на темную лестничную площадку и увидел, что она совершенно неподвижно стоит на середине лестницы и смотрит, как Ноэль размахивает руками и рычит — или почти рычит, — как будто она терпеливо ждет, когда эта досадная сцена закончится. Ноэль судорожно сглотнул и всхлипнул. Он поднял к ней лицо и жалобно сказал:</p>
    <p>— Ты ведь понимаешь, что я так больше не могу? Я свяжусь с тобой, ладно? Ты, наверное, захочешь… тебе, наверное, будет нужно… ты, наверное…</p>
    <p>Она молчала.</p>
    <p>— Если тебе что-нибудь понадобится, ты знаешь, где меня найти.</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>— Ну, вот… — сказал Ноэль и пошел к двери.</p>
    <p>Она наблюдала за ним, стоя на лестнице, а когда дверь закрылась, снова стала подниматься, мимо своей спальни, к его площадке, шаг за шагом, как будто это требовало некоторого усилия; вошла и сказала совершенно естественным тоном, что пусть он, если хочет, выходит в сад и не обращает внимания на семейные скандалы. Она надеется, что он понимает… все так непросто. Ноэля какое-то время не будет. Он журналист и поэтому часто уезжает. И к лучшему. Она ограничилась этим «и к лучшему». Она была очень скупа на слова.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>И он стал выходить в сад. Там было очень приятно: большой уединенный лондонский сад, огороженный стеной, со старыми фруктовыми деревьями в дальнем конце, с колышущимися беспорядочными зарослями буддлеи, с округлыми клумбами старых роз, с лужайкой, густо заросшей многолетним плевелом. За стеной был пустырь с тропинкой, которая шла вдоль всех выходивших на него садов. Когда он собирал и смазывал в сарае газонокосилку, она пришла ему помочь и, стоя на тропинке под яблоней, смотрела, как он для пробы выкосил в ее траве извивающуюся полоску. Из-за стены доносились высокие детские голоса и глухие удары мяча. Он спросил ее, как поднять лезвия: в технике он разбирался плохо.</p>
    <p>— Дети иногда так шумят, — сказала она. — И собаки. Надеюсь, они не будут вам мешать. Здесь не так много безопасных мест, где дети могут играть.</p>
    <p>Он искренне сказал ей, что когда он сосредоточен, то посторонних звуков не замечает. Он доведет до ума газон и будет здесь сидеть и читать, много читать, чтобы снова навести в голове порядок, и будет писать статью о поэзии Томаса Гарди, о ее на удивление архаичном языке.</p>
    <p>— На самом деле здесь совсем близко дорога, там, с другой стороны, — сказала она. — Место обманчивое. Пустырь — это только иллюзия пространства. Просто клочок земли с зарослями ежевики, дрока и чем-то вроде футбольного поля между двумя скоростными четырехполосными дорогами. Ненавижу лондонские пустыри.</p>
    <p>— Но зато дрок и мокрая трава так хорошо пахнут. Хоть и иллюзия, но приятная.</p>
    <p>— Иллюзии не бывают приятными, — решительно сказала она и ушла в дом.</p>
    <p>Ему было интересно, чем она занимает свое время: если не считать коротких походов в магазины, она, казалось, постоянно была дома. Ему помнилось, что, когда их знакомили, назвали какую-то ее профессию: что-то связанное с литературой, с преподаванием — как у всех его знакомых. Может быть, в своей комнате с окнами на север она пишет стихи. Он не мог представить себе, на что они могут быть похожи. Как заметил Кингсли Эмис,<a l:href="#n_11" type="note">[11]</a> женщины обычно пишут эмоциональные стихи, пишут лучше, чем мужчины. Но она, несмотря на свое невозмутимое спокойствие, была для этого слишком строгой, слишком ожесточенной — мрачной, что ли. Он вспомнил ее крик. Может быть, она в духе Сильвии Плат<a l:href="#n_12" type="note">[12]</a> воспевает насилие. Впрочем, это тоже маловероятно. Может быть, она внештатный радиожурналист. Он как-то не удосужился спросить кого-нибудь из общих знакомых. За целый год, объяснял он на вечеринке американке, он ни разу ни с кем ее не <emphasis>обсуждал</emphasis>. Разумеется, согласилась та как-то неопределенно, но с чувством. Конечно, он не стал бы. Он не вполне понял, почему она так уверена, но продолжал свой рассказ.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>За следующие несколько недель они узнали друг друга немного лучше — по крайней мере, настолько, что стали одалживать друг у друга чай, а иногда даже и вместе его пить. Погода становилась все жарче. Он отыскал в сарае старомодный шезлонг с выцветшей парусиной в полоску, почистил его и принес к себе на лужайку; там он немножко писал, немножко читал, время от времени вставая и выдергивая выросший кустик пырея. Он напрасно надеялся, что шум, который поднимают дети, не будет его отвлекать: в сад постоянно вторгались дети самых разных размеров в поисках мячей самых разных размеров, которые падали ему под ноги, влетали в кусты, терялись в густой траве, — черно-белые футбольные мячи, пляжные мячи с красными, желтыми и синими концентрическими кругами, ядовито-желтые теннисные мячи. Дети перелезали через стену: черные лица, коричневые лица, длинные волосы, бритые головы, респектабельные широкополые шляпы в крапинку и армейские камуфляжные кепки известной фирмы. Перелезали они легко, как будто привыкли к этому, — в хлопчатобумажных юбках, джинсах, спортивных шортах, в сандалиях, в кроссовках, кто-то даже босиком, с грязными загорелыми ногами. Иногда, забравшись на стену и увидев его, они показывали на мяч; пару раз кто-то спросил разрешения. Иногда он кидал им мяч, но при этом умудрялся сбить несколько маленьких, твердых, совсем еще зеленых яблок или груш. В стене, под растущими на границе сада деревьями, была калитка; он попытался ее открыть, но, провозившись со старыми ржавыми болтами, обнаружил, что замок новый и надежный, а ключа в нем нет.</p>
    <p>Мальчик, который устроился на дереве, похоже, никакого мяча не искал. Он сидел в развилке ближайшего к калитке дерева, болтая ногами и что-то делая с размочаленным концом веревки, привязанной к ветке, на которой он сидел. На нем были джинсы, кроссовки и яркая тенниска, разноцветные полоски на которой повторяли цвета радуги и были расположены в том же порядке, что, по мнению сидящего на траве мужчины, выглядело очень симпатично. Довольно длинные светлые волосы падали на глаза, закрывая лицо.</p>
    <p>— Эй, послушай! Неудачное ты выбрал место. Там сидеть опасно.</p>
    <p>Мальчик поднял на него глаза, широко улыбнулся и с ловкостью обезьяны скрылся за стеной. У него была славная открытая улыбка, дружелюбная, не дерзкая.</p>
    <p>На другой день он снова сидел в развилке, откинувшись и скрестив руки. На нем были те же тенниска и джинсы. Мужчина смотрел на него и ждал, что он опять исчезнет, но тот сидел неподвижно и приветливо улыбался, а затем стал смотреть в небо. Мужчина почитал немного, потом поднял голову, увидел, что он все еще там, и сказал:</p>
    <p>— Ты что-нибудь потерял?</p>
    <p>Мальчик не ответил; немного погодя он спустился пониже, схватившись за ветку, повис на руках, быстро по ней перебрался, спрыгнул на землю и, помахав рукой, привычным путем скрылся за стеной.</p>
    <p>Через два дня он лежал на животе на самом краю лужайки, там, где нет тени, на этот раз в белой тенниске с голубыми корабликами и волнами, вытянув на солнышке босые ноги. Он жевал стебелек травы и внимательно изучал землю, как будто смотрел, нет ли там насекомых. Мужчина сказал:</p>
    <p>— Привет.</p>
    <p>Мальчик поднял голову, встретился с ним взглядом своих синих глаз, обрамленных длинными ресницами, улыбнулся все так же тепло и открыто и снова стал смотреть на землю.</p>
    <p>Ему не хотелось рассказывать об этом мальчике, который казался таким безобидным и деликатным. Но когда он встретил его выходящим из двери кухни, заговорил с ним, а мальчик лишь мягко улыбнулся и побежал к стене; он подумал, не нужно ли рассказать об этом хозяйке. И спросил ее, не возражает ли она против того, что дети заходят в сад. Она сказала — нет: детям же нужно искать мячи, на то они и дети. Он не отставал: заходят и остаются, а один даже выходил из дома. Он, похоже, ничего плохого не делал, этот мальчик, но кто знает? Так что пусть она имеет в виду.</p>
    <p>Может быть, это кто-то из друзей ее сына, предположила она. Спокойно посмотрела на него и объяснила. Два года назад летом, в июле, ее сын убежал с другими ребятами с пустыря и погиб под машиной. Почти мгновенно, сухо добавила она, словно рассчитывая, что рассказала <emphasis>достаточно </emphasis>и в дальнейших вопросах необходимости нет. Он посочувствовал, и ему стало стыдно — хотя стыдиться тут нечего — и несколько досадно, поскольку, ничего не зная о ее сыне, он мог случайно, по неведению сказать что-то, из-за чего оказался бы в неловком положении.</p>
    <p>— Что это был за мальчик, — спросила она, — тот, что выходил из дома? Я не… я не разговариваю с его друзьями. Мне трудно. Может, Тимми или Мартин. Может быть, они что-то потеряли или хотели…</p>
    <p>Он описал. Светловолосый, на вид лет десяти — вообще-то, в возрасте детей он разбирается плохо, — синеглазый, худенький, в тенниске с радужными полосками, почти всегда в джинсах — ах да, в таких черных с зеленым кроссовках. Или в другой тенниске — с корабликами и волнами. И с удивительно приятной улыбкой. <emphasis>Доброй </emphasis>улыбкой… Очень милый мальчик.</p>
    <p>К ее молчанию он привык. Но тут оно все тянулось и тянулось. Она пристально всматривалась в сад. Наконец она произнесла, как всегда четко и спокойно:</p>
    <p>— Я хочу одного — единственное, чего я в этой жизни хочу, — увидеть этого мальчика.</p>
    <p>Она все так же вглядывалась в сад, и он вместе с ней, пока в пустоте света не начала плясать трава и не начали колебаться кусты. На какое-то мгновение ему передалось ее напряжение от тщетной попытки увидеть мальчика. Потом она вздохнула, села, как всегда, очень аккуратно — и упала без сознания к его ногам.</p>
    <p>После этого она стала многословной — по сравнению с ее обычной манерой. Когда она упала в обморок, он не стал ее трогать, а терпеливо сидел рядом, пока она не зашевелилась и не села. Тогда он принес воды и уже собирался было уйти, как она заговорила:</p>
    <p>— Я человек трезвомыслящий и в призраков не верю; я не из тех, кто верит во все, что привидится; я не верю в загробную жизнь и не понимаю, как в нее можно верить; меня всегда устраивала мысль, что жизнь просто заканчивается, что ее как ножом отрезают. Но это я о себе думала; я не думала, что <emphasis>он</emphasis> — только не <emphasis>он,</emphasis> — я думала, что призраки — это то, что люди <emphasis>хотят </emphasis>видеть или боятся увидеть… а после его смерти я больше всего хотела — это звучит глупо — сойти с ума, настолько, чтобы не ждать каждый день, что он сейчас придет из школы, со стуком откроет почтовый ящик, а чтобы мне казалось, что я на самом деле вижу и слышу, как он входит. Я не могу заставить свое тело, свой мозг перестать каждый день, каждый день ждать, а поэтому я не могу отказаться от этой мысли. Его комната — я иногда по ночам захожу туда в надежде, что хоть на мгновение забуду, что его там <emphasis>нет</emphasis>, что он не лежит и не спит там. Я бы, наверное, почти все отдала — все, что угодно, — лишь бы на мгновение снова увидеть его, как когда-то. В пижаме, с взлохмаченными волосами, с этой его… как вы сказали… с такой <emphasis>улыбкой</emphasis>.</p>
    <p>Когда это произошло, они связались с Ноэлем. Ноэль приехал и громко меня позвал — как на днях, почему я и закричала: потому что это прозвучало так же. А потом сказали, что он мертв, а я спокойно подумала: мертв, настоящее время, <emphasis>сейчас </emphasis>мертв, и это «сейчас» будет продолжаться всегда, в любой момент, до скончания времен — постоянное настоящее время. Человеку приходят в голову самые нелепые мысли, я вот подумала о грамматике, о том, что «быть» в конце концов приходит к «быть мертвым»… А потом я вышла в сад и мысленным взором почти что увидела призрак его лица, только глаза и волосы, — он будто бы шел ко мне — все так, как было, когда я каждый день ждала его возвращения; так, как думаешь о своем сыне, с такой радостью, когда он — когда его рядом нет, — и я подумала — нет, я не <emphasis>увижу </emphasis>его, потому что он мертв, и я не буду об этом мечтать, потому что он мертв; я буду разумной и трезвомыслящей, я буду жить дальше, потому что нужно, потому что есть Ноэль…</p>
    <p>Понимаете, я все восприняла неправильно, я была такая <emphasis>разумная</emphasis>, и потом я была так потрясена, я не могла ничего захотеть — я не могла <emphasis>разговаривать </emphasis>с Ноэлем, — я… я заставила его забрать, уничтожить все фотографии, я… я не видела снов, можно ведь усилием воли заставить себя не видеть снов… я не ходила на могилу, не носила цветов — какой смысл? Я была так разумна! Только тело мое продолжает ждать, и все, чего оно хочет, — это увидеть того мальчика. <emphasis>Того </emphasis>мальчика. Того, которого видели вы.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Он не стал говорить, что, возможно, видел другого мальчика, хотя бы мальчика, которому потом отдали тенниски и джинсы. Он не стал говорить, хотя это и пришло ему в голову, что он видел своего рода воплощение ее ужасного желания увидеть мальчика там, где на самом деле ничего не было. В том мальчике не было ничего страшного, не было вокруг него ауры боли; память настойчиво подсказывала: это был очень милый, вежливый мальчик, сдержанный, со своими собственными интересами. И почти в тот же миг она сама это предположила: может, он увидел то, что хотела увидеть она, — как будто смешались радиоволны, как бывает, когда вдруг по радио слышишь переговоры полицейских или нажимаешь кнопку одного телевизионного канала, а включается другой. Она соображала очень быстро и тут же добавила, что, возможно, он стал таким восприимчивым из-за его собственной потери, потери — Энн, недаром она поняла, что сможет вынести его присутствие в своем доме, и это, можно сказать… сблизило их настолько, что их волны смешались…</p>
    <p>— Вы хотите сказать, — спросил он, — что у нас есть некий общий эмоциональный вакуум, который должен быть заполнен?</p>
    <p>— Что-то вроде того, — сказала она и добавила: — Но в призраков я не верю.</p>
    <p>Энн, подумал он, не может быть призраком: она сейчас где-то в другом месте, с кем-то другим и делает для того, другого, то, что она раньше так радостно делала для него, — готовит вкусный ужин, помогает с работой, неожиданно ставит на стол вазу с необычными цветами или дарит новые яркие рубашки, которые совсем не соответствуют его сдержанному вкусу, но оказываются подходящими, да, подходящими… В каком-то смысле потеря Энн была хуже, она отсутствовала сознательно, и это отсутствие любить нельзя, потому что любовь кончилась — для Энн.</p>
    <p>— Вы, наверно, больше его не увидите, — сказала она. — Мы поговорили, и теперь этому… смешению волн наступит конец — если это и правда было такое смешение. Ведь так? Но… если… если он вдруг придет снова, — и тут у нее в первый раз появились слезы, — если… Обещайте мне, что <emphasis>расскажете</emphasis>. Обещайте!</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Он пообещал почти без колебаний, поскольку был уверен, что она права, что мальчик больше не появится. Но на другой день он снова был на лужайке, ближе, чем обычно; он сидел на траве рядом с шезлонгом, обхватив руками свои теплые загорелые колени, и его густые светлые волосы блестели на солнце. На этот раз на нем была футболка с символикой «Челси». Садясь в шезлонг, мужчина мог бы протянуть руку и дотронуться до него, но не стал: такой жест казался совершенно невозможным. А мальчик посмотрел на него и улыбнулся как-то по-приятельски, как будто теперь они очень хорошо понимали друг друга. Мужчина попробовал заговорить. Он произнес: «Рад тебя снова видеть», и мальчик понимающе кивнул, хотя сам ничего не сказал. Это было началом общения — по крайней мере, того, что мужчина посчитал общением. Ему не пришло в голову позвать женщину. Он почувствовал, что каким-то странным образом <emphasis>рад присутствию мальчика</emphasis>. Мальчик держался очень мило и был почти неподвижен — все утро сидел там, иногда откидываясь на траву, иногда задумчиво глядя на дом, и в этом было что-то успокаивающее и приятное. Мужчина хорошо поработал: написал страницы три вполне разумного текста о стихотворении Гарди «Голос», отрываясь время от времени посмотреть, там ли мальчик и хорошо ли ему.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>В тот вечер он пошел к женщине все рассказать — ведь он же, в конце концов, обещал. Она явно его ждала и надеялась — от ее неестественного спокойствия не осталось и следа, она взволнованно ходила из угла в угол, темные глаза ввалились. Рассказывая все это сочувственно слушающей его американке, он на этом месте посчитал нужным подредактировать рассказ, кое-что выпустить, — он, собственно, поступал так и раньше. Сказал только, что мальчик «выглядел как» погибший сын женщины, и дальше уже его как действующее лицо своей истории не упоминал; в результате рассказ, который услышала американка, был о том, как он сам все больше вживался в ее одинокое горе, как две их потери слились в двойной психоз, от которого он никак не мог освободиться. Дальше излагается не то, что он рассказал американке, хотя, наверное, понятно, в каких моментах отредактированная версия совпадает с тем, что, как ему казалось, произошло в действительности. У него было безотчетное поначалу чувство, что про мальчика лучше не говорить — не потому, что ему не поверят (это пустяки), а потому, что может случиться что-то ужасное.</p>
    <p>— Он все утро сидел на лужайке. В футболке.</p>
    <p>— «Челси»?</p>
    <p>— «Челси».</p>
    <p>— Что он делал? Он выглядит довольным? Что-нибудь говорил? — Ее желание знать было ужасным.</p>
    <p>— Нет, не говорил. Он почти не двигался. А выглядел… очень спокойным. Сидел долго.</p>
    <p>— Ужасно. Нелепо. Ведь <emphasis>нет же никакого мальчика</emphasis>.</p>
    <p>— Нет. Но я его видел.</p>
    <p>— Почему вы?</p>
    <p>— Не знаю. — Пауза. — Он мне очень <emphasis>нравится</emphasis>.</p>
    <p>— Он очень… он был очень славный мальчик.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Через несколько дней он увидел, как мальчик вечером бежит по лестничной площадке то ли в пижаме, махровой, с павлинами, то ли в тренировочном костюме. В пижаме, уверенно сказала женщина, когда он ей об этом рассказал. В своей новой пижаме. С белыми манжетами в рубчик, да? И с белым воротником, как у водолазки? Он подтвердил это, глядя, как она плачет — а она теперь легко начинала плакать, — и обнаружил, что ему очень трудно выносить ее тревогу и беспокойство. Но ему не приходило в голову, что можно нарушить свое обещание и не рассказывать ей о том, что он видел мальчика. Это было еще одно странное повеление какой-то неведомой силы.</p>
    <p>Они заговорили об одежде. Если призраки существуют, как они могут появляться в одежде, которую давно сожгли, которая истлела или которую сносили другие люди? Можно представить себе, признали они, что от человека на какое-то время что-то остается, — полагают же жители Тибета, да и другие тоже, что душа, прежде чем отправиться в свой долгий путь, какое-то время остается возле тела. Но одежда? Причем одежда разная. Наверное, я вижу ваши воспоминания, сказал он; она энергично закивала, сжав губы, согласилась и добавила:</p>
    <p>— Я сойти с ума не могу, я слишком трезвомыслящая, и все передается вам.</p>
    <p>Он попробовал пошутить:</p>
    <p>— Не очень-то любезно намекать, что мне сойти с ума проще.</p>
    <p>— Нет. Дело в восприимчивости. Я нечувствительна. Я всегда в какой-то степени была такой, а тут стало еще хуже. Если призрак захочет мне явиться, я его точно не увижу.</p>
    <p>— Мы же решили, что я вижу ваши воспоминания.</p>
    <p>— Да, решили. Это разумное объяснение. В нынешних обстоятельствах — самое разумное.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>И все же блеск синих глаз мальчика, его приветственный жест и сдержанная улыбка на следующее утро никак не походили на чьи-то мучительные воспоминания о былом счастье. На этот раз мужчина заговорил с ним напрямую:</p>
    <p>— Тебе что-нибудь нужно? Ты чего-то хочешь? Могу я чем-нибудь тебе помочь?</p>
    <p>Мальчик, наклонив голову, словно ему было плохо слышно, казалось, немного подумал. А потом несколько раз кивнул, быстро, как будто дело не терпело отлагательств, повернулся и побежал в дом, оглядываясь, чтобы убедиться, что мужчина идет за ним. Вбежав в гостиную, мальчик на мгновение остановился посредине, и, быстро войдя вслед за ним через застекленную дверь, мужчина тоже остановился. После яркого света глаза не сразу привыкли к полумраку. Женщина сидела в кресле, глядя в пустоту. Она часто так сидела. Она подняла голову и посмотрела сквозь мальчика на мужчину. На лице мальчика в первый раз отразилось беспокойство, он снова встретился с мужчиной взглядом, в котором читался вопрос, и бросился из гостиной.</p>
    <p>— Что такое? Что такое? Вы снова его видели? Почему вы…</p>
    <p>— Он сюда приходил. И вышел — через дверь.</p>
    <p>— Я не видела.</p>
    <p>— Значит, нет.</p>
    <p>— А он — ох, это так <emphasis>глупо,</emphasis> — он-то меня видел?</p>
    <p>Он не помнил. Сказал только то, в чем был уверен:</p>
    <p>— Это он меня сюда привел.</p>
    <p>— Ну, что делать, что мне <emphasis>делать</emphasis>? Убить себя — я думала об этом, — но что тогда я буду с ним — это же самообман, и я… Эта нелепость — ведь только благодаря ей я и чувствую, что он рядом, и оказаться ближе нам уже не дано. Он был <emphasis>здесь, со мной</emphasis>?</p>
    <p>— Да.</p>
    <p>И снова она заплакала. А он видел, как мальчик в саду ловко раскачивается на ветке яблони.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Оглядываясь назад, он не мог с уверенностью сказать, когда он, казалось, понял, чего от него хочет мальчик. И, рассказывая свою историю на вечеринке, он больше всего отредактировал, сократил именно эту часть — хотя в каком-то смысле он сделал прямо обратное. Из его рассказа следовало, будто он пришел к выводу, что этого хотела сама женщина, хотя на самом деле все говорило о том, что у нее не было других желаний, кроме желания увидеть мальчика, как утверждала она сама. Мальчик появлялся смелее и чаще, несколько вечеров подряд, на лестничной площадке; он входил в ванные, в спальни, выходил из них, возбужденный, взволнованный, как будто даже что-то искал, пока до мужчины не дошло: он хочет, чтобы его возродили, чтобы мужчина дал его матери другого ребенка, в котором он мог бы спокойно раствориться. Мысль такая внятная, что похожа еще на одно повеление, хотя ему недоставало мужества попросить мальчика ее подтвердить. Может быть, он сдержался из деликатности — мальчик слишком мал, чтобы говорить с ним о сексе. Может быть, имелись другие причины. Может быть, он ошибался; эта история доводила его до истерики, он чувствовал, что нужно что-то сделать, что выход есть. Нельзя же всю оставшуюся часть лета, всю оставшуюся жизнь описывать несуществующие тенниски и светловолосые улыбки.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Он не мог придумать, как разумно подойти к этому делу, поэтому в конце концов просто однажды ночью пришел к ней в спальню. Она лежала и читала; когда он вошел, она инстинктивно попыталась спрятать — не обнаженные руки или шею, а книгу. Она, похоже, очень удивилась, увидев его у себя в спальне, в пижаме, а когда к ней вернулось обычное хладнокровие, решительно достала книгу и положила на одеяло.</p>
    <p>— Мое новое пристрастие к недозволенной литературе. Храню в ящике под кроватью.</p>
    <p>«Эна Твигг. Медиум». «Бесконечный рой». «Мир духов». «Есть ли жизнь после смерти?»</p>
    <p>— Грустно, — констатировала она.</p>
    <p>Он осторожно сел на кровать.</p>
    <p>— Ну, пожалуйста, не убивайся так. Ну, пожалуйста. Как бы тебя утешить?</p>
    <p>Он обнял ее. Она содрогнулась. Он прижал ее крепче. Спросил, почему у нее был только один ребенок, и она, похоже, поняла смысл его вопроса, потому что неловко и безучастно подалась к нему, явно уступая.</p>
    <p>— Никаких особых причин, — заверила она, — никакой физиологии. Просто профессия мужа и отсутствие склонности, вот и все.</p>
    <p>— Может быть, если бы ты как-то утешилась, может, была бы надежда, вдруг…</p>
    <p>Значит, это чтобы утешиться, печально сказала она, потом откинулась, резким движением сбросив с кровати книжку, и осталась спокойно лежать. Он лег рядом, обнял ее, поцеловал холодную щеку, подумал про Энн, про то, чему уже не суждено быть. Послушай, сказал он ей, ты должна жить, попытайся жить; давай утешим друг друга.</p>
    <p>— Не надо ничего говорить, — прошипела она сквозь стиснутые зубы; и он стал легонько ее гладить поверх ночной рубашки — груди, ягодицы, длинные напряженные ноги, сложенные, как у лежащей статуи на надгробии Елизаветинской эпохи.</p>
    <p>Она не противилась; она задрожала, сначала слегка, потом сильно; он принял это за признак удовольствия, смешанного с болью: к камню возвращается жизнь. Положил руку между ее ног, и она неуклюже их раздвинула; он тяжело навалился и безуспешно попытался войти. Она была зажата сильнейшим спазмом. Это уже даже не фригидность, мрачно подумал он. <emphasis>Rigor mortis</emphasis>, подсказало ему сознание, <emphasis>трупное окоченение,</emphasis> — и тут она закричала.</p>
    <p>Он почему-то рассердился. Вскочил и довольно грубо бросил: «Замолчи!» А потом — сердито: «Прости». Она перестала кричать так же внезапно, как и начала, и объяснила, как всегда намеренно немногословно:</p>
    <p>— Секс и смерть — они несовместимы. Дать волю чувствам — этого я позволить себе не могу. Я надеялась. На то же, на что и ты. Зря мы это. Извини.</p>
    <p>— Ничего, — сказал он и снова выбежал на площадку, испытывая неуместную и чуть не до слез сильную тоску по теплой, милой Энн.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Мальчик был на площадке. Ждал. Когда мужчина его увидел, тот посмотрел вопросительно, а потом отвернулся к стенке и, сжавшись, сгорбившись, прислонился к ней; волосы мешали увидеть выражение его лица. Между женщиной и ребенком было сходство. Мужчина впервые почувствовал к мальчику чуть ли не злобу, а потом — нечто другое.</p>
    <p>— Послушай, мне очень жаль. Я пытался. Я правда пытался. Пожалуйста, повернись.</p>
    <p>Непреклонный, напряженный, зажатый вид сзади.</p>
    <p>— Ну, ладно, — сказал мужчина и пошел в свою комнату.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Так что теперь, сказал он американке на вечеринке, я чувствую себя глупо, неловко, чувствую, что мы не помогаем друг другу, а друг друга раним, чувствую, что это не спасение. Конечно, сказала она, и вы, конечно, правы — на какое-то время это было необходимо, это вам обоим помогло, но вам же нужно жить своей жизнью. Да, сказал он, я сделал все, что мог, я пытался, но у меня ничего не получается. А у меня ведь должна быть своя жизнь. Послушайте, сказала она, я хочу вам помочь, правда; у меня есть замечательные друзья — те, у которых я сейчас снимаю квартиру; приезжайте, всего на несколько дней, просто передохнуть, а? Они очень чуткие люди, они вам понравятся, мне они нравятся, а вы могли бы привести свои чувства в порядок. Она, возможно, будет рада, если вы уедете, ей, должно быть, так же плохо, как вам; ей ведь в конце концов придется самой, по-своему приспособиться к своему положению. Нам всем приходится.</p>
    <p>Он обещал подумать. Он знал, что с самого начала решил все рассказать этой отзывчивой американке, потому что чувствовал, что она будет — что она предложит — какой-то выход. А выход ему нужен. Он проводил ее с вечеринки до дома и, не зайдя к ней, вернулся к себе и к своей квартирной хозяйке. Они оба знали, что такая сдержанность таит в себе обещание: не зашел, потому что собирается прийти позже. Теплота и готовность, с которой она откликнулась, были как солнечный свет; она была такой открытой! Он не знал, что сказать той женщине.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Собственно, она сама ему помогла, спросив по-деловому: возможно, ему теперь оставаться неловко? Он ответил, что, кажется, ему и правда лучше съехать, от него так мало пользы… Прекрасно, согласилась она и решительно добавила, что всем будет лучше, если «все это» кончится. Он вспомнил, как уверенно она сказала, что иллюзии приятными не бывают. Сильная она: настолько сильная, что сама от этого страдает. Это окаменение, только и помогавшее выжить, не пройдет еще много лет. Но это уже его не касается. Он уедет. И все равно на душе было скверно.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Он достал чемоданы и положил в них кое-какие вещи. Нервничая, он пошел в сад и убрал шезлонг. Сад был пуст. За стеной голосов не было. Тишина стояла густая и гнетущая. Он знал, что больше не увидит мальчика, и подумал — а кто-нибудь другой увидит? Или теперь, когда он уедет, уже никто не будет описывать тенниску, сандалии, улыбку — виденные, существующие как воспоминание или как надежда. Он медленно вернулся в свою комнату.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Мальчик сидел на его чемодане, скрестив на груди руки; лицо его было серьезным и хмурым. Встретившись взглядом с мужчиной, он долго не отводил глаз, а потом мужчина присел на кровать. Мальчик не двигался. Мужчина услышал собственный голос:</p>
    <p>— Ты же понимаешь, что я должен уехать? Я пытался что-то сделать, но не получается. От меня тебе толку нет, так ведь?</p>
    <p>Мальчик думал, сидя неподвижно и склонив голову набок. Мужчина встал и подошел к нему:</p>
    <p>— Пожалуйста. Отпусти меня. Кто мы здесь, в этом доме? Мужчина, женщина и ребенок, и ничего у нас не получается. Тебе ведь не это нужно?</p>
    <p>Он подошел поближе — подойти вплотную не осмелился. Хотелось протянуть руку: она либо коснется мальчика, либо пройдет сквозь него. Но обнаружить, что никакого мальчика нет, было выше его сил. Поэтому он остановился и повторил:</p>
    <p>— Ну не получается у меня. Ты хочешь, чтобы я остался?</p>
    <p>Он беспомощно замер, а мальчик после этих слов поднял голову и снова взглянул на него с сияющей, открытой, доверчивой, прекрасной, желанной улыбкой.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Ближняя комната<a l:href="#n_13" type="note">[13]</a></p>
    </title>
    <p>Катафалк с открытыми окнами стоял на посыпанной щебнем площадке. Перед ним двое молодых людей в рубашках с аккуратно закатанными рукавами нежились на солнце. Имели полное право: погода изумительная, когда-то еще так славно пожаришься, если это слово здесь уместно. Выходя из темной часовни на яркий свет, Джоанна Хоуп сощурилась, слез не было; на молодых людей она взглянула с одобрением. Видно, что следят за собой: подтянутые, приятные, <emphasis>живые</emphasis>. Ее мать они доставили сюда в целости и сохранности, а везти ее куда-либо еще от них не требовалось. Нужно дождаться дыма, сказала миссис Стиллингфлит, тронув Джоанну сзади за рукав. У миссис Стиллингфлит глаза были мокрые, припухшие, но она уже не плакала. Позади нее стояли сиделка Доуз и священник, оба всем своим видом выражали скорбь, у обоих в глазах — ни слезинки. А больше никто не пришел.</p>
    <p>«Дыма? — эхом повторила Джоанна, не сразу поняв, к чему это, но потом, сообразив, согласилась: — Да-да, дыма». Мемориальный сад манил, простираясь вдаль в ярком свете, недвижный под сенью нависающих арками ветвей, в сиянии роз, малиновых, золотистых и белых. Она выбрала сорт «пинк перпету», чтобы почтить память матери, розовый цвет той всегда очень нравился; каких-то десять минут назад миссис Хоуп лежала в обитом атласом гробу, одетая в мягкую розовую сорочку, которую дочь привезла ей из Гонконга (мать подарок берегла и не носила). Джоанна взглянула в небо над дымоходом; дымоход был кирпичный, 1920-х годов и чем-то напоминал мирную трубу деревенского дома. Небо пылало синевой, а воздух взбегал вверх тонкими струйками, некстати напоминая Джоанне о североафриканской пустыне, где так же тихо вскипал зной и где она когда-то сидела часами в джипе, записывая всех, кто изредка шествовал или проезжал мимо: шесть верблюдов, два мула, три грузовика, две легковушки повышенной проходимости, шестнадцать навьюченных женщин; она сжимает папку-планшет, рядом рука Майка: золотистые волоски и пот вокруг парусинового ремешка его часов… Тем временем дым, густой, кремовый, начал окрашивать все еще струящуюся синеву. Джоанне показалось, что в нем видны мелкие черные кусочки, как будто остатки сгоревшей бумаги. Дрожь пробежала по ее телу, и решительно, хотя и не без стыда, она дала этому ощущению имя. Эйфория. Она охватывала Джоанну время от времени, из раза в раз все сильнее и сильнее, с того самого момента, как сиделка пришла к ней почти на рассвете с печальной вестью. Теперь ее мать превратилась в свободный углерод и поташ. Всё кончено. Послушная дочернему долгу, Джоанна отдала ей бо́льшую часть своей жизни, в ответ получая то благодарность, то упреки. И вот — всё. Всё кончено. «Она ушла в лучший мир, я знаю», — сказала миссис Стиллингфлит, глядя на безмолвные аллеи роз. «Упокоилась с миром», — согласилась Джоанна, не желая возражать, хотя и была абсолютно убеждена, что никакого <emphasis>лучшего </emphasis>мира нет, что конец — это конец. Да и сама миссис Стиллингфлит, которая с почти ангельским терпением сносила от покойницы насмешки, издевательства и оскорбления, наверняка была бы рада так думать, рассудила Джоанна. Она уже сообщила миссис Стиллингфлит, что миссис Хоуп оставила ей пятьсот фунтов стерлингов, хотя это было не так; Молли в свое время съязвила в ответ на подобное предложение дочери: Стиллингфлит и зарплату-то свою, весьма щедрую, едва ли заслуживает, а уж получить круглую сумму после моей смерти — нет и еще раз нет. Без миссис Стиллингфлит, а под конец и без сиделки Доуз Джоанне пришлось бы тяжко. Все эти годы, пока Молли болела, Джоанну не увольняли с работы, из журнала «Обозрение экономического развития»; не настаивали они — надо отдать им должное — и на заграничных командировках, полевых исследованиях. Она освоила компьютер и обрабатывала статистику, которую собирали другие. Увязывала все воедино. И теперь наконец — как она и хотела, когда выбирала профессию, — перед ней открылся весь мир. Вот только ей уже пятьдесят девять.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>В доме, который стал ее домом, еще везде чувствовалось присутствие матери. Раздастся тихий шум, шорох или дребезжание, и Джоанна тут же ловит себя на мысли: это мать поставила чашки на русский металлический поднос или передвигает стаканы для зубных щеток в ванной. Она зашла в свою собственную спальню, комнату, где жила, когда только начинала работать в «Обозрении», а отец в ту пору вдруг ни с того ни с сего ушел из Министерства обороны. Из зеркала на нее спокойно смотрели ее же глаза. Довольно симпатичная, высокая, худощавая женщина в шелковом плиссированном платье, темно-синем в белую крапинку, аккуратно постриженные волосы густо пронизаны сединой. Комната выходила окнами на север, на дорогу. Родительская спальня и комната на первом этаже — поначалу в ней завтракали, а потом здесь поселилась мать — смотрели на юг, в сад, — из-за этого сада дом и был куплен. Я продам дом, подумала она, осматриваясь в безопасной глубине этой, надо сказать, холодной комнаты. И начну все сначала. Торопиться не буду, сперва все хорошо обдумаю. Комната какая-то безликая, на окнах — гардины из шелка, темно-зеленые. Скрипнула лестница, хотя на нее никто не ступал. Джоанна прошлась и по всем остальным, пустым комнатам. И везде ей казалось, что мать где-то рядом, хотя было ясно, что ее уже нет. Сильнее всего присутствие Молли ощущалось в гардеробной: тут и там под пастельным кримпленом миниатюрных платьев как будто просматривалась все более худая, костлявая фигурка миссис Хоуп. В глубине, в темноте Джоанна разглядела непромокаемый плащ отца и его садовую куртку. Он умер двенадцать лет назад. На полке пылилась его твидовая шляпа, бледно-голубая в елочку. Бо́льшую часть вещей отца за эти годы Джоанна отдала собственноручно: складывала темные костюмы в черные мешки для мусора и везла в Армию спасения. Такие костюмы приходились особенно кстати. В них безработные выглядели прилично на собеседованиях, кому-то, наверное, даже удавалось получить работу. Джоанна никогда не понимала, как могла Молли так спокойно жить среди вещей, когда-то принадлежавших Дональду. Его опустевшую кровать, рядом со своей, мать так и не вынесла: лежала ночью под светом своей лампы с бахромой и клипсой, пила — порой брюзжа, порой благостно — успокоительное «Бенджерз фуд»,<a l:href="#n_14" type="note">[14]</a> разведенное Джоанной в молоке, а по соседству, под покрывалом из переливчатого шелка, проступали прямоугольные контуры отцовского матраса, и была такая же настольная лампа с выключателем в форме яйца на шнуре, потушенная.</p>
    <p>Теперь пусты обе эти кровати, а заодно и та, на которой Молли спала в последние годы, внизу, в самой симпатичной комнате с эркером, выходящим на лужайку. Весной эркер был увит длинными плетями глициний, а летом вокруг него расцветал жасмин. Материн пеньюар так и лежал в ногах кровати, рядом все еще тикал будильник. В порыве скорби и безудержного желания убрать все это с глаз Джоанна бросила и то и другое в плетеную тростниковую корзину для белья, бледно-зеленую, отделанную тесьмой. Часы проклохтали в знак протеста, и она почувствовала не стесненную чужой сердитой волей свободу, как будто теперь она могла прыгать в этой комнате через скакалку, или прокричать что-то, или покружиться — и никто ее не услышит и не заругает. В корзину отправилась и щетка для волос. Было что-то зловещее и одновременно трогательное в последних седых волосках, поблескивавших среди толстых натуральных щетинок. Она вслушалась в тишину пустой комнаты. За окном, на лужайке, протрещал дрозд. Джоанна стояла в эркере и смотрела, как он выхаживает с деловито-нахальным видом, поглядывая по сторонам. Лужайка пестрела белыми маргаритками и розовыми лепестками, которые совсем недавно благоухали на плетистых розах, увивающих перголу. В саду все цвело в лучах летнего солнца. Под этими розами они с матерью и развеяли прах отца — развеяли молча, так и не сойдясь во мнениях по поводу «садового украшательства». Молли перголу не одобряла, называла ее «отцовской причудой». Слишком она была большой и чересчур выдавалась там, где стояла, в этом мать была права. Но отец любил перголу, любил розы «альбертин», «мадам альфред каррье» и «мадам грегуар стэшлен». Джоанне нравилось думать, что теперь он, возможно, слился в единое целое с этой растительной красотой, с чудесными розами, которые взбирались по деревянной арке, и спускались к земле, и дышали. Отца она не очень хорошо знала и совсем не понимала: он виделся ей через разочарование, осуждение, гнев и отвращение Молли. Теперь, стоя в пустой комнате матери, она смотрела из окна на его перголу и вспоминала о нем мирно.</p>
    <p>Джоанна собрала себе на подносе подобие ужина, намереваясь посидеть с хорошей книгой, без телевизора, — в последние годы мать, а заодно с ней и дочь жили под все возрастающим игом длинных сериалов, которые Молли вначале называла плебейскими и на которых потом, нежданно-негаданно, просто помешалась. «Даллас», «Династия», «Жители Ист-Энда», «На краю тьмы». К сериалам примкнули и спортивные трансляции: Уимблдонский турнир, чемпионаты мира по снукеру и по футболу. Давай позже, дорогая, сейчас начнется мой сериал. Непременно «мой», как будто телекомпании составляли программу в первую очередь исходя из интересов миссис Хоуп. Матовый, серый, потухший экран острее всего напоминал о том, что матери здесь нет и больше не будет: в нем отражалась мебель родительской гостиной, как будто слегка раздувшаяся, и смутно различимая фотография маленькой Джоанны. Я продам дом, вновь сказала она себе, разбивая ложечкой скорлупу яйца. Как можно скорее, но сперва разберусь, чего теперь хочу от жизни. Обдумаю все спокойно, чтобы не наделать глупостей. В экране отражался особый мешок для рукоделия, в котором Молли хранила спицы и пряжу, гобеленовый, с деревянными ручками. Смотреть на него было невыносимо. Джоанна встала, на середине яйца, убрала мешок в ящик письменного стола и опять села на место. Куда же деть недовязанный пестрый пуловер с безумно сложным узором?</p>
    <p>Ловя себя на мыслях о матери, Джоанна вдруг поняла, что воспринимает ее отсутствие двояким образом. Во-первых, она ждала, что та вот-вот войдет, либо воинственно настроенная, либо в облаке самоиронии, сядет в свое кресло и начнется: сходи за тем, убери то. От этого ожидания, уже почти не причинявшего неудобств, Джоанне становилось немного не по себе: ведь мать уже никогда не придет; это был автоматизм, который не выключался ни усилием воли, ни доводом разума. Во-вторых, думая о матери, Джоанна припоминала многое, очень многое; потом в мыслях Джоанны эти памятные клочки обретут форму коллажа. Подобный коллаж был у нее и в школе для девочек, во все долгие и нудные годы обучения; картинки, как в комиксе, цветные заплатки — она будто выреза́ла их в уме ножницами, нескладно составляла друг с другом, внахлест или со щелями, и под всем этим как бы подписывала: «Моя мать». На самом деле коллаж не имел ничего или почти ничего общего с живым человеком в тапочках, который больше не будет семенить между Клиффом Торбурном<a l:href="#n_15" type="note">[15]</a> и тостером, не возьмет спицы и не будет считать петли. В школьные годы Джоанны ее коллажная мать, как большинство матерей других учениц, носила вычурные, несуразные шляпки. Она навсегда застыла, как карающий ангел, в дверях детской, когда пятьдесят четыре года назад ругала дочь за испачканный красками ковер. В коллаже был и утешительный уголок: мать стояла на кухне с деревянной ложкой в руках, капала кошениль в сахарную глазурь для именинного торта — торты ей особенно удавались и нравилось радовать дочь. Джоанна принялась поворачивать коллаж, как калейдоскоп, и перед глазами вдруг предстали острые углы, зазубрины — длинными мерцающими вечерами, сидя в одной комнате с матерью, она никогда бы не решилась на них взглянуть: как бы Молли не подсмотрела что-то, не подслушала ее мысли. Многое было связано с ушедшим отцом, который уходить начал задолго до того, как действительно задохнулся и умер. Из-за преждевременной — назовем это так — добровольной отставки он находился дома безвылазно, но жизнь его будто съежилась, ограничилась территорией Молли, задворками сада, костром и компостной кучей, борьбой со снытью, которая лезла от соседей. Молли всегда многого ждала, требовала от жизни, но не получила и постоянно твердила о своем разочаровании. Джоанна не могла и теперь уже не сможет с уверенностью сказать, <emphasis>чего же </emphasis>ее мать хотела: скорее всего, не ставя перед собой личных целей, просто желала состояться при ком-то, быть женой влиятельного и преуспевающего человека. (Жизнь самой Джоанны, ее «благотворительная работа в нищих странах» воспринимались матерью как прямая противоположность ее, Молли, устремлениям.) Иногда Джоанна даже думала, что мать вышла за отца просто потому, что он был ближайшая для нее ступенька хоть к какому-то влиянию и успеху. Он был умен, застенчив, церемонен; для дочери мелкой почтовой чиновницы — завидная партия. Отец мог дослужиться до замминистра или даже выше. Он никогда не говорил о службе, а потом вдруг неприятность, «глупая история, в которую влип твой отец», — что там случилось, Джоанна так и не узнала, — и его карьера оборвалась.</p>
    <p>Он заболел почти сразу, и года не прошло. Заболел изнуряющей болезнью. Однажды Джоанна услышала, как он произнес, стоя в оранжерее: «Я долгое время проводил без пользы, зато и время провело меня»,<a l:href="#n_16" type="note">[16]</a> но обращался он не к ней, а к своим лилиям. Он и Молли ничего не говорил, она же ему многое высказывала; и Джоанна всегда с горечью сознавала, что ее саму отец воспринимал как продолжение жены. У него были тонкие, похожие на паутину, седые волосы, которые он, когда работал, приглаживал наспех водой. Когда силы стали его покидать, он совсем поседел, лицо сделалось худым, мертвенно-бледным, покрылось длинными, тонкими нисходящими складками и бороздками и, съеживаясь все сильнее, превратилось в перекрестье морщин. Глаза у него всегда были бледные, серые, как дым. Так он и бродил среди дыма от разведенных им костров, в сером пуловере с треугольным вырезом, захватывая все меньше и меньше веток и сорняков, серый, как привидение. К большому удивлению Джоанны, прах, который она развеивала над корнями «мадам альфред каррье», оказался кремово-белым.</p>
    <p>Медленное угасание отца, а точнее, то, как обращалась с ним Молли в то время, отразилось в коллаже. Вот после судьбоносного разговора с врачом она объявляет: «В общем ничего страшного: просто ему нужно собраться с духом, и все наладится». А вот мать раздражается от одного его присутствия, что бы он ни делал, — ей все не по нраву. Давно, когда Джоанна была еще маленькой, он повадился по вечерам выпивать кружку пива. Молли этого не одобряла, говорила, что запах ей противен, мол, ее от него тошнит. (Джоанне запах пива тоже не нравился, поэтому в споре она соблюдала холодный нейтралитет.) Не успевал отец допить, как Молли выхватывала у него кружку — в пенной бахроме на ее краю еще шипел воздух — и бежала мыть ее и долго терла, поджав губы. А после она обращала внимание Джоанны на каждую, даже малейшую отрыжку отца. Папин животик все время ворчит. Издает ужасные звуки. Все из-за этого пива. Фу, гадость. И так изо дня в день, даже в последние его годы, когда организм его начинал отказывать и скромные отрыжки стали неизбежны, она громко высказывала отвращение, даже не дожидаясь, пока отец выйдет из комнаты. А он как будто не слышал; пиво пить он перестал много лет назад. Спор по поводу растений был тяжелее и длился дольше. Отец обожал растения, умел с ними обращаться. В оранжерее цвели, источая тонкие запахи, разные экзотические виды. Дай ему волю, каждый подоконник утопал бы в зелени, каждый стол издавал бы свой собственный аромат. Он вносил цветы из оранжереи в дом осторожно, по одному или по два, а Молли решительно, быстро водворяла незваных гостей в их законное обиталище, нередко пристраивая ненадежно на краю полки, ломая нежные ростки. «В земле полно заразы, — говорила она. — Ты же знаешь. Всему свое место». Из-за двойных стекол на подоконниках воздуха им не хватало. Коллажная мать Джоанны размахивала цветочным горшком, лицо ее пылало от гнева. Но не все было так однозначно. После смерти Дональда она — хотя такого необычайного поворота ничто не предвещало — сама ухаживала за растениями, неумело, но усердно, спасала что могла, размножала отводками и черенками. Гордостью мужа была коллекция рождественников,<a l:href="#n_17" type="note">[17]</a> которые цвели зимой: на концах мясистых отростков ненадолго распускались яркие цветы. Он вывел новый их сорт и спросил жену, как его назвать: «молли хоуп» или «миссис дональд хоуп». Молли ответила, что ей до этого нет никакого дела. Растение с лососево-розовыми, яркими цветами получило в итоге название «джоанна хоуп» и теперь стояло, во множестве экземпляров разного возраста и величины, на подоконниках и подставках по всему дому. Даже в комнате Молли.</p>
    <p>Больше всего кусочков в коллаже из образов матери было связано с болезнями. Отца окончательно приковало к постели, когда Джоанна была в последней своей поездке по Африке. Достаточно долго Молли, несмотря ни на что, проявляла стойкость, была поддержкой и опорой, которой восхищались и которой доверяли врачи и соседи, готова была делать все, что нужно. Когда Джоанна вернулась, мать начала разваливаться прямо на глазах. Давление — «Я <emphasis>чувствовала</emphasis>, что оно не такое, как всегда, дорогая, но, когда доктор Хайет объяснил, <emphasis>насколько </emphasis>все плохо, я просто пришла в ужас. Я слишком усердно ухаживала за твоим бедным отцом, это не могло не сказаться». Сильное сердцебиение, синеющие губы, немеющие плечи, вялость в ногах и в довершение обморок — она упала прямо к ногам Джоанны, когда та собиралась сообщить, что отправляется в Бирму изучать перспективы местного дорожного хозяйства. Нам уже немного осталось, заявила тогда, двадцать лет назад, Молли, выпрастывая дрожащую руку из-под трикотажной ночной кофточки. Знаю, что многого прошу, но это ненадолго, а потом ты будешь свободна как ветер. Болезни были ненадуманные: Джоанна узнавала у врачей. Они придавали Молли Хоуп безмятежность и достоинство. Физическое страдание было своего рода жизненным занятием. Меня уволят, сказала тогда Джоанна, по контракту я не могу отказаться от поездки. Но начальство проявило великодушие, пошло навстречу. Цивилизованное общество: когда дело касается нуждающихся и беспомощных, всегда находится компромисс. После смерти Дональда Молли стало немного лучше, они отдыхали в долине Троссачс<a l:href="#n_18" type="note">[18]</a> и однажды даже добрались до Парижа. А там миссис Хоуп попала в толпу бешеных танцующих цыганят: они выхватили у нее сумочку, махали перед носом газетами и кусочками каких-то коробок, все это под пронзительное гипнотизирующее улюлюканье. Джоанна живо вспомнила ее такой, какой она была тогда: не понимает, что происходит, крутит своей головкой из стороны в сторону, вся дрожит, от бессильной ярости тихо капают слезы. Дома, мохнатая куколка в простынях, она и сама могла запугать кого хочешь. А там — жалкая, маленькая, растерянная… Джоанна стоит и не знает, что делать, чем ей помочь. «<emphasis>Прости</emphasis>, мама!» — вскрикнула она тогда, как будто была виновата, и мать тут же окинула дочь своим обычным, полным осуждения взглядом — от потерянности, охватившей Молли, не осталось и следа.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Надо же, зуб болит, заметила Джоанна. Должно быть, нервы; Молли тоже без конца ставили то невралгию, то мышечный ревматизм. Вспомнив, как на пыльной парижской улице над матерью издевались сорванцы, Джоанна слегка раздражилась. В ней проснулась жестокость. Она включила телевизор, не в силах больше терпеть тишину. Выступал вождь индейцев, весь в наряде из черно-белых перьев, старое лицо в морщинах задумчиво. «Мой народ, — говорил он, — слышит голоса родных созданий. Мы любим землю, которую вы, белые, раздираете своими железными дорогами и выравниваете под пашню. Мы слышим голоса духов — наших предков, они рядом с нами, они не ушли, они в траве, в деревьях, в камнях, которые мы знаем и любим. Вы отправляете своих предков в закрытых ящиках на свои далекие Небеса. Мы же своих оставляем в охотничьих угодьях для духов, на родном воздухе. Мы остаемся поблизости. Наверняка вы, когда рыскаете среди наших деревьев со своими трескучими ружьями, не замечаете у себя за спиной целые отряды наших предков, их не видно, но они есть, они живут на нашей земле». Был это, как говорилось в титрах, настоящий вождь, которого снимали в 1934 году: призрачное лицо поверженного изгоя, давно превратившегося в прах, беззвучно шевелящее губами, однако несокрушимое, властно вещающее. В гостиной Джоанны замелькали призраки дрожащих ветвей, лепечущей ледяной воды; тишину нарушил, с треском ступая по сухим веточкам, белый охотник, а за его спиной повисла тишина еще бо́льшая. Хотя иноземные лица и неразоренные земли Джоанну всегда привлекали, ей стало не по себе. В Черной Африке духи приходили пить кровь детей и душить их; в Южной Африке духов задабривали на перекрестьях дорог, в местах построек пучками окровавленных перьев и початками кукурузы. А в гостиной в графстве, неподалеку от Лондона, если что и гудело, то электричество, если что и постукивало в подвале, то наверняка длинные усики ползучего растения, искавшего, к чему прикрепиться. Где теперь ее мать, куда делись частицы пепла и дым? А зуб все ныл и ныл, и боль эта постепенно становилась дергающей.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Боль не унялась и на следующий день. Коллеги по «Обозрению» решили, что она сама не своя от горя, уговаривали посидеть дома, прийти в себя, они легко справятся без нее, — этого она как раз и не хотела.</p>
    <p>— Все нормально, просто зуб болит, — объяснила она Майку ближе к обеду.</p>
    <p>Майк проводил больше времени в командировках за границей, чем в Англии; Джоанне, можно сказать, повезло, что, когда умерла Молли, он был здесь, приехал на три месяца. Майк — ее единственный любовник и вот уже много лет единственный верный друг — сразу понял, что она говорит правду.</p>
    <p>— Тогда сходи к зубному. Но все-таки, наверное, ты и печалишься.</p>
    <p>Джоанна хотела поскорей рассказать ему о своем небесконечном, но важном будущем, о том, что могла бы снова заняться полевой работой, посмотреть другие части света, но с ними сидела его теперешняя ассистентка Бриджит Коннолли, темненькая, симпатичная, только что вернулась из Японии с курсов. Чтобы Бриджит ничего такого не подумала, Джоанна ответила:</p>
    <p>— Конечно, мне не хватает матери. Я еще не до конца осознала, что ее больше нет. Слышу, как она роется в сервантах, передвигает что-то в оранжерее, ну, как обычно бывает. Но я знаю, что сделала что могла, теперь все закончилось, и я, по правде сказать, вздохнула с облегчением. Эта часть моей жизни завершена. Я продам дом. Когда решу, что делать дальше.</p>
    <p>И тут заговорила Бриджит. Да с таким напором, как будто сообщала что-то, о чем не поведать, промолчать просто нельзя; рассказ ее был в тему.</p>
    <p>— В Токио я каждый день завтракала с умершим дедушкой семейства, в котором жила. Он присутствовал всегда — то есть в центре стола была его фотография, — мы все с ним здоровались и ставили перед ним немного еды. Все они уходили на работу ужасно рано, и мне приходилось завтракать с ним вдвоем, служанка приносила нам обоим чай и почтительно интересовалась, понравилось ли ему. Старик был ужасно свирепый на вид. Он так и остался хозяином в доме, с ним советовались обо всем.</p>
    <p>Немного помолчали. Затем Бриджит и Джоанна заговорили одновременно.</p>
    <p>— Простите, просто у меня случился культурный шок, вообще страшновато было, я только это хотела сказать… — начала Бриджит.</p>
    <p>— А я вот совершенно убеждена, что смерть — это конец. Человек просто уходит в никуда, как приходит из ниоткуда. Вот и все, — сказала Джоанна.</p>
    <p>— Давай-ка я позвоню своему зубному и попрошу, чтобы принял тебя без записи, — предложил Майк Джоанне. — За счет «Обозрения». Я так уже делал. Ну какая с больным зубом из тебя работница? Ты и выглядишь очень устало.</p>
    <p>Он ободряюще коснулся ее руки и руки Бриджит. Молодая женщина живо взглянула на него, благодаря за понимание, сочувствие ее мыслям. А Джоанна уставилась в стол, будто вспоминая что-то. На самом деле она смутилась — да, это слово как раз подходит, — представив, что Майк переезжает в дом, в котором раньше им было бы невозможно из-за родителей поселиться вместе. Она считала, что любит его, хотя никогда, ни на минуту не сомневалась, что он-то предпочитал жену — как в постели, так и вообще, — и благодаря этой уверенности она чувствовала себя удобно с моральной точки зрения: не испытывала вины перед его женой, не стремилась ее оттеснить. И вот он уже звонит по телефону, а она смотрит на него и думает, что у нее-то предки были, а сама она предком никому не будет и на ней оборвется какая-то генетическая цепочка. Может, это ненормально, что ее не влекло к нему — или к кому-то еще — гораздо сильнее? Вот если бы вернуться назад во времени. Голая пустыня и ее собственные молодые глаза — в поисках признаков жизни, молодые глаза, молодое лицо, молодое тело… Как же дергает зуб! Майк положил трубку.</p>
    <p>— Джоанна, мистер Кестелман тебя примет. У него сейчас еще кто-то с острой болью. Но он посмотрит вас обоих без очереди. Я вызову тебе такси.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>В приемной стоматолога все было белое, продуманное, ничего лишнего — нечто среднее между модерном и классической зубной клиникой. Белые стены, столы с белыми меламиновыми столешницами без пятен и без царапин, свет исходит из огромных матовых белых чаш на хромированных подвесах или ногах. Что-то вроде бесцветной капсулы времени из научно-фантастического фильма: интерьер успокаивает и одновременно вызывает легкую тревогу. Никаких тебе цветущих растений, ни намека на пыль. Когда Джоанна пришла, там уже сидела женщина и заметно нервничала. Это у нее тоже острая боль. Джоанна села на белый твидовый диван, закрепленный на хромированных цепях с кожаной оплеткой, ноги она поставила, сдвинув ступни, на кремовый берберский коврик. Вторая пациентка сидела напротив и без остановки листала пачку глянцевых журналов. Ее белые волосы были уложены завитками вокруг лица, пряди подлиннее спадали до плеч: эти волосы выглядели ухоженными, блестели, как крученый шелк, светились жизнью. Кожа у нее была темноватая, не из тех, что называют сухой. Сколько ей лет, не угадаешь. На ней был красновато-коричневый свитер из ангоры с большим полукруглым вырезом, вышитым по краю блестящими бусинками и бисером. Вырез открывал взору часть груди, округлой, тугой, почти без пигментных пятен. Дама была накрашена щедро, но ее это не портило, помада цвета фуксии — под свитер, ободки фиолетовых теней между черными ресницами и серебристыми бровями. В ушах — серьги-обручи, как у цыганок, серебряные, не золотые. Джоанна приложила ладонь к щеке, чем дала повод женщине заговорить.</p>
    <p>— Болит? Сильно?</p>
    <p>— Ощутимо.</p>
    <p>— Я боли боюсь. Точнее, боялась, было время. Мистер Кестелман считает, что у меня абсцесс. Ничто не помогало, вот я и пришла к нему. А самой совестно. Я пыталась вылечиться другими средствами, но не получилось.</p>
    <p>— Другими?</p>
    <p>— Силой мысли, так иногда говорят. Самовнушением. У меня дар. Удивительный дар, не знаю, слышали ли вы что-нибудь о таком, он у меня открылся совсем недавно. У меня получалось такое! Удивительные исцеления — <emphasis>просто уму непостижимо</emphasis>, но почему-то свою боль я облегчить не могу. Врачу, исцелися сам. Наверно, из-за боли я не могу сконцентрироваться. Муж предложил попробовать традиционную медицину, ведь она тоже не просто так существует и многим помогла. И вот я здесь.</p>
    <p>— И как вы открыли в себе этот дар? — спросила Джоанна вежливо и с некоторым любопытством.</p>
    <p>— Это достаточно часто случается после ОСП. Естественно, я этого не знала. Но оказывается, у многих, кто испытал ОСП, такой дар есть.</p>
    <p>— ОСП?</p>
    <p>— Околосмертные переживания. Я перенесла клиническую смерть, меня вернули к жизни. Честное слово. — Она засмеялась, засмеялась и Джоанна, и обе приложили ладони туда, где болело. — У меня был сердечный приступ два года назад, а по мне и не скажешь, да? Я перенесла клиническую смерть, перестала дышать, все отключилось, но меня вернули к жизни. И пока я была мертва, со мной произошло нечто удивительное. После этого жизнь моя стала другой. Совершенно другой.</p>
    <p>— Что же случилось? — спросила Джоанна, хотя это было излишне, ведь ей встретился старый мореход,<a l:href="#n_19" type="note">[19]</a> а таким только дай волю — всю свою жизнь перескажут.</p>
    <p>И женщина тут же начала свой хорошо отточенный рассказ, ход которого нарушался лишь приступами зубной боли.</p>
    <p>— Я много лет об этом не говорила, думала, никто не поверит. Но все время знала, что это правда, правды в этом больше, чем во многом другом, если вы понимаете, о чем я, <emphasis>правдивее </emphasis>не бывает. А было так. Я взлетала выше и выше над собой, видела, как лежу на полу, — все случилось в подземном переходе на станции метро «Пимлико», — видела свое тело, оно там лежало распластанное, как какая-нибудь кожура от банана… а я быстро двигалась <emphasis>вверх </emphasis>по такому туннелю или воронке, на другом конце — проем и свет, описать его невозможно, очень яркий. И больше всего на свете я хотела войти в этот проем. Это было блаженство. Такое блаженство, что не передать словами. Я подобралась ближе, и меня впустили какие-то фигуры, я оказалась посреди зеленого луга — все кругом <emphasis>чисто </emphasis>и зелено, и я поняла, насколько грязна наша бедная Земля, — такую чистую зелень, как там, невозможно себе представить. А на другом конце луга — одноэтажный сельский домик, такой приятный, с садом, в котором <emphasis>полным-полно </emphasis>пионов всех сортов, и я подумала, маме бы такое <emphasis>очень понравилось</emphasis>, она всегда говорила, что представляет себе Небеса как домик, не доставляющий много хлопот, и сад, полный пионов. И вот я подошла к двери, и они все были там внутри: мама, и папа, и дядя Чарли, который мне никогда особо не нравился, и тетя Берил, и такая тиховатая дама, я знала, что это моя бабушка, хотя никогда ее не видела, она умерла до моего рождения, потом по фотографиям я убедилась, что это и впрямь была она. Все такие молодые и здоровые. А как же пионы пахли! Мама пекла пирог, а я встала в дверях и сказала: «Можно мне к вам, мама? Тут так красиво». А мама ответила: «Нет, пока нельзя. Этот пирог для дяди Джека. Не для тебя. Тебе еще рано. Тебе нужно вернуться. Ты нужна там». И появился сияющий такой человек, с темной кожей, похож на индейца, прошел по дорожке и сказал — он ничего не говорил, но я <emphasis>слышала</emphasis>, как он обратился ко мне: «Нет, Бонни, ты должна вернуться, тебе еще рано, ты должна еще кое-что сделать, есть люди, которым ты нужна». И вот я вновь оказалась в своем теле, в реанимации в больнице Святого Георгия, слышу, как они кричат: «Дышит!» И с тех пор я <emphasis>знала</emphasis>. Знала, что смерть — это не плохо и не страшно. Но остальное: дар исцеления и ясновидения и прочее — обнаружилось, когда я пришла в академию.</p>
    <p>— В академию?</p>
    <p>— В Академию возвращения. Это исследовательская группа и терапевтическое сообщество. Понимаете, оказывается, в том, что я испытала, нет ничего необычного, по крайней мере если сравнивать с другими ОСП. Все они, похоже, одинаковые, во всех культурах и религиях: туннель, и свет, и фигуры, и встреча с родителями…</p>
    <p>— У меня только что умерла мать, — неожиданно для себя произнесла Джоанна.</p>
    <p>— Вот видите. Наши пути пересеклись, потому что вам нужно узнать то, что я могу передать. Эта наша зубная боль неспроста, вот почему я не могла справиться со своей; конечно же, наша встреча была <emphasis>предначертана</emphasis>.</p>
    <p>— Но… — начала Джоанна; боль бешено пульсировала. «Как сказать, что мне до Небес нет дела, мне бы…»</p>
    <p>Из внутренней комнаты выглянула фигура в белой одежде и кивнула.</p>
    <p>— Миссис Рут, проходите, пожалуйста.</p>
    <p>Миссис Рут поднялась, немного дрожа, посмотрела на Джоанну в надежде на поддержку и переступила порог.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Джоанна вспомнила Молли, какой та была в последние месяцы жизни, как жаловалась на шум. Вспоминать, в чем конкретно заключались жалобы, Джоанне не хотелось, но они оживали в ее голове, в другом свете. Молли просыпалась под звуки автоматической чаеварки со встроенным радио и голоса́ дикторов Би-би-си, зачитывающих мировые новости: их болтовня ни о чем, передаваемые ими слухи смешивались с исчезающей пеленой ее тревожного сна, сонмом полуразгаданных созданий из сновидений и кошмаров. По крайней мере, так это представлялось Джоанне с тех пор, как однажды она опробовала это устройство на себе и ощутила, как ее сознание то проваливается в тревожную дрему, то выныривает из нее, но тревога была не ее — и это она смутно ощущала, — а Молли. Так или иначе, подумала Джоанна, последние <emphasis>образы</emphasis>, если их можно удостоить такого названия, которые видела мать перед пробуждением, порождались этим бытовым прибором. Хотя миссис Хоуп, нужно признать, настаивала, что это не так. Ей хотелось сочувствия, которого Джоанна не могла ей дать. «Часто я не знаю, дорогая, — говорила Молли, пытаясь описать свои ощущения, — просыпаюсь я уже или еще сплю, толком не понимаю, где я, но слышу, как в другой комнате страшно ссорятся твои бабушка и дедушка. Они близко-близко, не видят и не слышат меня до поры до времени, но вот-вот на меня переключатся, втянут в свой спор… а я ведь всегда так старалась этого избежать…»</p>
    <p>В другой раз: «Эх, Джоанна, они ждут меня, чуть не сказала — подстерегают, но нельзя же так ужасно говорить о своих родителях, да? Когда я умру, ты по мне не скучай, дорогая, живи для себя и знай, что я благодарна тебе за все, что ты сделала, даже если я часто… просто злая, вздорная старуха. Мое время вышло, вот и все. Если я потратила его зря, уже ничего не поделаешь».</p>
    <p>На следующий день: «Я все лучше и лучше понимаю, что́ они говорят там, в ближней комнате. Все по-прежнему, ничего не изменилось. Мама жалуется, что ее не замечают, а папа — что к нему придираются и используют его, <emphasis>как всегда</emphasis>…»</p>
    <p>«У тебя в голове просто всплывают старые воспоминания, мама. В этом нет ничего необычного. Люди, когда им за семьдесят, помнят то, о чем не вспоминали лет тридцать». — «Да. Но из-за их ссор я не могу спать. И не могу очнуться от сна настолько, чтобы больше их не слышать».</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Бонни Рут вышла из кабинета врача, прижимая к лицу комок салфеток, как огромный пион, края лепестков которого запятнаны ярко-розовой помадой и алыми потеками крови. Мистер Кестелман примет вас через минуту, сообщила ассистентка Джоанне. Бонни Рут села на диван, ее выразительное лицо припухло и казалось застывшим.</p>
    <p>— Больно было? — спросила Джоанна.</p>
    <p>Бонни помотала головой. Она вытерла губы, открыла сумочку, протянула Джоанне визитку и произнесла осторожно, невнятно:</p>
    <p>— Нам суждено было встретиться, дорогая, вот что все это значит. Держите адрес. Приходите, когда почувствуете, что мы вам нужны. Если почувствуете.</p>
    <p>На карточке значилось: «Академия возвращения. Танатология и учение о жизни после смерти. Терапевтические группы: мы заботимся как о духовном, так и о физическом здоровье. У нас вы найдете ответы на вопросы, которые вас всегда интересовали. Приходите и убедитесь сами».</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Мистер Кестелман без лишних слов, технично в своем стерильном кабинете удалил Джоанне один зуб, на котором, как он объяснил, вдоль и поперек пошли мельчайшие трещинки, и в итоге он раскрошился. Ей ни в коем случае нельзя трогать сгусток крови, дыра под ним рано или поздно зарастет. Джоанна попробовала кровь на вкус: как мясная подливка с железом; казалось, из ее головы временно вынули огромный кусок. Она тяжело кивала в ответ на его указания, среди которых было: сразу же пойти домой, лечь и попытаться уснуть, чтобы прийти в себя после такого вмешательства. Необычайно щедрый в мелочах, он напихал ей в сумочку бумажных салфеток и небольших герметичных пакетиков с болеутоляющим. «Когда наркоз отойдет, вас будет немного подташнивать вначале, — сказал он ей. — Не волнуйтесь. Это временно». Он наказал ей не водить по дыре языком, и она виновато убрала кончик языка от того, что казалось огромным дряблым кочаном, невесть как возникшим на месте удаленного коренного зуба — сияющей крепости из рекламы зубной пасты времен ее детства. Молочные зубы, с красной каймой и без корней, выпадали, а под ними обнаруживались важные пилообразные гребни взрослых, настоящих. Она помнила те ощущения и ту быструю детскую мысль — как, оказывается, сложно ты устроен. Странно было сознавать, что на этот раз замены не будет.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Дом был неприветлив, суров, полон укоризны. Джоанна быстро прошла, отгородившись от всего, в свою спальню и занавесила окна, чтобы, как советовал врач, лечь отдохнуть. Потом снова встала и открыла их. Задернутые шторы при свете дня означали смерть. Погода все еще стояла хорошая — надо пустить лучи солнца в комнату. Но они в нее не попадали почти: комната Джоанны находилась не на солнечной стороне дома. Она забралась в постель в нижнем белье, и закрыла глаза, и тотчас увидела, как на экране, ужасную лошадиную голову: ободранный череп, старые стертые зубы, пустые глазницы и костлявые челюсти, из которых струилась бледная красновато-розовая кровь — наверняка такого цвета у нее изнутри веки, — кровь стекала по костям кремового цвета, по старым-престарым костям. Это потеря зуба пробудила примитивные страхи, строго сказала себе Джоанна, открыла глаза и сквозь мокрую пелену разглядела ламбрекен, туалетный столик, шелковый абажур. Снова закрыв глаза, она увидела только красновато-розовые вихри в качающихся волнах. Вздохнув, она погрузилась в сон.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Из ближней комнаты слышались голоса. Обиженные, рассерженные, они так и лились без умолку, как неугомонный ручей, журчащий среди камней, с ходу обегающий вросшие в дно препятствия. Была в них легкость давней привычки и разрушительная сила новоиспеченного гнева. Слов Джоанна разобрать не могла, только тон, от которого у нее начало покалывать в плечах, — у первобытных людей там были волосы, сбритые веками цивилизации. Слышала она и другие звуки: сердитый звон чайной чашки о блюдце и один раз, совершенно точно, как в сердцах кто-то шмякнул утюг об гладильную доску. Сон и пульсирующая зубная боль на какое-то время отгородили ее от них, но в конце концов ей пришлось признать, что она уже не спит и что звуки ссоры никуда не делись; от них невозможно было избавиться, как от давешней лошадиной головы, открыв глаза. Она встала и прошлась взад-вперед по спальне, а голоса в ближней комнате становились то громче, когда она приближалась к ней, то тише, когда отходила. Джоанна очень четко представляла себе эту несуществующую комнату: все в пыли, стол, два стула, газовая плита и высокое закрытое окно, до которого не дотянуться. На самом деле ближняя комната была гардеробом; Джоанна подошла и открыла двери: там на ни в чем не повинных полках лежали ее ни в чем не повинные ночные рубашки, аккуратно сложенные. А голоса все не смолкали, вещали из-за своей неведомой стены. «Я выставлю дом на продажу», — произнесла Джоанна внутрь гардероба, чтобы посмотреть, не прогонит ли ее живой голос эти пыльные голоса. Но они только яростней зашуршали. Доносились отдельные фразы. «Ни тебе уважения… ни тебе воображения…» А потом: «Вот, значит, оно как, с глаз долой — из сердца вон…» А потом тишина. Было даже немного странно: почему вообще все должно было замениться тишиной. И надолго ли эта тишина?</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Она выставила дом на продажу. Позвонил агент по недвижимости мистер Мо, и в один из дней рано утром, перед уходом в «Обозрение», Джоанна показала ему все, комнату за комнатой, и наконец сад. Над садом парили стрижи, в кустах пел черный дрозд, розы на перголе издавали тонкий сладостный аромат. Внутри мистер Мо не замолкал ни на минуту. Восхитительный дом, сказал он, нанося, что ему нужно, на желтый лист со своеобразным схематичным планом, — доктор Кестелман так же отмечал на стандартной схеме рта разрушенные или выпавшие зубы Джоанны. Агент вышагивал по комнатам и измерял их своими блестящими черными ботинками, приставляя пятку одного к мыску другого. В некоторых частях дома голоса шипели и спорили даже при нем. Как будто эти кирпичные стены существуют в единстве и неслиянности с некой таинственной гибкой, неразрушимой конструкцией, в которую входят другие комнаты, с другими упрямыми дверьми, с другими видами из окон. Так платье составляет целое с подкладкой, меж ними неосязаемый просвет. Продать этот милый дом не составит труда, сказал мистер Мо Джоанне, он в прекрасном состоянии, отделан с таким вкусом. Сразу видно, что в нем жили очень счастливо: все такое <emphasis>домашнее</emphasis>, атмосфера хорошая, уж он-то в этом разбирается. Наверно, мисс Хоуп будет тосковать, уехав из этого славного места. А может ли он распознать <emphasis>плохую </emphasis>атмосферу, спросила Джоанна. Конечно да, заверил он ее. Это как запах засорившейся канализации, бывает, но очень редко. У него был клиент, который даже вызывал заклинателя, чтобы изгнать бесов. Гнев и ненависть прямо-таки сочились изо всех щелей. Переступаешь порог и понимаешь: холодно, повеяло сыростью. А здесь чувствуется атмосфера любви и уважения, это как полировка на хорошей мебели. Джоанна сказала, что собирается путешествовать. Что никогда не хотела сидеть на месте. Это был дом матери, так мать представляла себе… Что́ именно мать представляла, Джоанна сказать не смогла. А мистер Мо не стал расспрашивать. Приятный отдых за границей, несомненно, пойдет ей на пользу, заверил он, а потом он поможет ей найти славную двухэтажную квартиру, ее куда проще поддерживать в порядке.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Майк отыскал ее среди шкафов с архивами «Обозрения», она плакала. Джоанна не призналась, что искала их официальный отчет о дороге в североафриканской пустыне, в котором на самом деле говорилось, что ее вообще не нужно было строить, она мало кому нужна. Она вспоминала, как они смотрели на близкие яркие звезды, как торговались на рынке, как жарко было в джипе. Майк принес ей пластиковый стаканчик с кофе — пить невозможно, но все равно приятно, приобнял за плечи.</p>
    <p>— Старушка ты моя бедная, — сказал он, но она не обиделась, потому что именно так он говорил, когда ее покусали москиты и на ступнях вздулись волдыри. — Бедная моя старушка Джо. Что случилось?</p>
    <p>— Я выставила дом на продажу.</p>
    <p>— Не слишком ли скоропалительно?</p>
    <p>— Он мне не нужен. Я все время слышу, как в ближней комнате ругаются родители.</p>
    <p>Она не ждала, что он поверит, но, произнеся это вслух, почувствовала, что ей стало легче.</p>
    <p>— Ты много для них сделала. Их больше нет. И теперь у тебя может быть свой собственный дом.</p>
    <p>Если бы у меня когда-то был свой дом… мы бы сейчас здесь не сидели как друзья… Она сказала:</p>
    <p>— Меня не оставляет ощущение, что мать с отцом там. Я их слышу.</p>
    <p>— Тебе нужно сменить обстановку.</p>
    <p>— Да, нужно. Как раз хотела спросить. Поинтересоваться. Все эти годы я жила надеждой, верила, что смогу отправиться куда-нибудь снова, еще в одну дальнюю полевую поездку, но, наверно, это невозможно.</p>
    <p>— Вообще-то, — осторожно начал Майк, — заграничные поездки приберегают для крепких молодых людей, несемейных к тому же. Ты же знаешь, как это все устроено. Но я вот что подумал. Вдруг ты заинтересуешься. Не самый писк, конечно, но зато смена обстановки. Не хочешь поехать в графство Дарем? Есть у нас проект, мы смотрим, приживется ли новая мелкая промышленность в старых шахтерских деревнях. Сейчас это направление перспективно. Поговоришь с работягами, опросишь местных плановиков. Как тебе?</p>
    <p>Африканская луна потускнела, и горизонт схлопнулся, как подтяжки. Что ж…</p>
    <p>— Задача не из простых.</p>
    <p>— Да. Поупражняешься в старых приемах полевой работы, а то и новый путь проложишь, а? И от голосов сбежишь.</p>
    <p>— Им это не понравится.</p>
    <p>— Не глупи. Я устрою тебе ужин с Протеро, он у нас по финансовой части, и мы отправим тебя на следующей неделе.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Вечером перед отъездом в Дарем Джоанна довольно долго пробыла в оранжерее. Растения молчали, жили своей жизнью. Миссис Стиллингфлит будет приходить и ухаживать за ними, пока дом не продадут. У мистера Мо была пара поклевок — так он выразился, — но пока ничего определенного. Слишком мало времени прошло. Обещал связаться, если Джоанна будет нужна. Дарем — не край земли. В центре оранжереи, на полу, виднелось грубое пятно света, а вокруг него популяция растений-призраков — живые отражения среди грубых мерцающих теней от темных квадратных стекол. Небо нависало низко — черным слоем на черных стенах и крыше, плотным под стать самому стеклу. Побеги гибко и изящно свисали с невидимых подпорок: ветви жасмина с листьями, похожими на перья, спиральные завитки страстоцветов — маленькие, в себе заключенные джунгли, все аккуратно сформировано, живет воедино. Скамьи были заставлены поддонами с мелким гравием, на которых стояли растения в горшках, душисто курились холодным лунным паром. Джоанна походила между ними, где-то отрывая сухой лист, где-то убирая завядшие цветки. Некоторые процвели, никем не замеченные, ведь она не была здесь со смерти матери. Вот рождественники и их детки, любимчики Молли. «Я должна заботиться о своих детках», — сказала мать уже через неделю после того, как они развеяли прах Дональда, а ведь раньше она мужа высмеивала, когда он хвастался, какие они крепкие и как их много. И правда, детки, сказала тогда Молли. Ну не разумные ли создания, все у них идет своим чередом. Глядя на самое большое растение — оно было теперь все набухшее и пушистое, со множеством маленьких, пухлых отростков-паучков в паутине мягких серебристых волосков, — Джоанна нутром почувствовала, что жить ему не слишком удобно. Рождественник разросся неравномерно, скосился на один бок, громоздко нависал над краем горшка. Осторожно она отломила и пересадила несколько молодых «паучков», накопав латунным совком Молли песчанистой, суховатой почвенной смеси из бачка, где смесь хранилась. Ни скрипа, ни перешептываний Джоанна не услышала. Рождественник «джоанна хоуп», хоть и напоминал кактус, кактусом не был. Он нуждался в обильном поливе, хорошей подкормке и питательном грунте, как любое другое цветущее растение. Летом он, конечно, не цвел: все шло в рост. Джоанна взяла в руки один из горшочков с рождественником, названным в ее честь. У него были странные, неуклюже согнутые отростки, состоящие из сегментов, расположенных под небольшим углом друг к другу. Нижние сегменты были темно-зеленого цвета и с бугорками. Верхние — бледнее. Самые новые, размером, наверно, с ноготь мизинца Джоанны, блестящие, крепкие, так и розовели, подсказывая, какими будут, если повезет, в середине зимы цветы — лососево-розовыми. Из-за этого оттенка и крючковатого, зубчатого кончика сегмент напоминал челюсть какого-то морского создания; сходство усиливалось короткой бахромой волосатых усиков, которые возникали там, где очередной новый сегмент присоединялся к старому; и так, неизменно повторяясь, прирастали стебли или отростки. Усики эти были, конечно же, воздушными корешками. Если отломить один из таких сегментов, нежно, с корешками и всем остальным, и посадить его плотно в новый горшок с новой землей, из него получится еще одно растение, потемнеет и растеряет полупрозрачную розоватость, нарастит сегменты. Некоторые из рождественников наверняка были частью тех, которые отец сам формировал, подкармливал и поливал. Вместе же они являли собой своего рода вечность, предсказуемую, цикличную, не меняющую ни форму, ни цвет. Розовые сегменты с новоиспеченными зубчатыми краями напомнили ей молочные зубы; но после молочных вырастают коренные, а после коренных остается только зарастающая дыра в десне. Джоанна выбрала маленькую, скромную на вид «джоанну хоуп», поселенную — наверняка руками Молли — в бледно-синий пластиковый горшок, и прихватила с собой в спальню. Рождественник вел себя тихо и к тому же был живой. Его вполне можно взять в дорогу, вывезти из этого дома в Дарем.</p>
    <p>Голоса в ближней комнате теперь звучали резковато и отчетливо. А если ирисы, говорил один, клумба с ирисами, чуть приподнятая, будет отлично выделяться. А в остальное время, отвечал другой голос, вечно недовольный, несговорчивый, просто куча противных старых листьев, которая занимает место, нужно что-то более практичное, все лето имеющее вид. Хоть раз дай волю воображению, взмолился первый голос, хоть раз! Ради великолепного цветения можно потерпеть и старые листья; не дано тебе понять, не дано оценить великолепия. Так посади парочку сзади, не уступал второй голос, там, у бочки, парочку. Какой прок от парочки, произнес грустный голос. А в ответ получил: да ты никогда не мог верно оценить величину цветника, такая большая клумба — это просто глупо, самонадеянно, притом сколько у тебя всего места. Парочку у бочки, и все тут. Корням нужно солнце, говорил первый, как тебе объяснить, корням нужно солнце, они должны печься на солнце, утопать в свете, нет, не дано тебе понять, не дано, так и не поняла, как много им нужно света, ты пересадила тот, с бронзовыми бороздками, под лавр, и он там сгнил…</p>
    <p>Наверно, подумала Джоанна, в этой части Англии должно быть слышно бесконечно много ссорящихся нараспев голосов, так почему же я слышу только эти два? Может быть, те, кто всем доволен, молчат? Родственники Бонни Рут пребывали в сельской идиллии. Возможно, в Академии возвращения мне растолковали бы смысл этих гневных споров в ближней комнате, но я не пойду в академию. Я уеду на север и все оставлю <emphasis>им</emphasis>: и сад, и ближнюю комнату, — и пусть себе взывают к мистеру Мо, чтобы рассудил их. Но он их не услышит, хотя и ощущает что-то, по его словам, особенное… как он там изволил выразиться — «атмосферу любви и уважения». Нельзя ли потише, попросила Джоанна, вслух или нет, сама не поняла, но почувствовала, что они ее слышат, только не берут в расчет. С тобой невозможно культурно договориться, говорил один другому, просто невозможно.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Графство Дарем изобиловало руинами больших начинаний былых времен. В соборе, словно медленно сползающем в реку по крутому склону, находятся мощи Кутберта Линдисфарнского<a l:href="#n_20" type="note">[20]</a> и черная плита, под которой покоится Беда Достопочтенный,<a l:href="#n_21" type="note">[21]</a> человек, изменивший взгляд англичан на самих себя и на английскую историю. Шахтерские деревни разбросаны островками в пурпурно-серой болотистой местности, здесь они не выстроены в черную цепь, как южнее, в Йоркшире. Старые заводы стали местом промышленных археологических раскопок, как до них римские лагеря, и над вереском и шелестящим папоротником там свистит ветер. Стоят без дела новые сталелитейные заводы, бесшумные, пустые и холодные; ржавеют, навечно замерли колеса подъемников, нависших над коническими кучами шлака. Почему-то Джоанна замечала все мертвое, хотя работа ее была связана с ныне живущими и угнетенными. Под этим вереском лежали легионеры из Скифии и Месопотамии, из залитой солнцем «провинча романа».<a l:href="#n_22" type="note">[22]</a> Призраки изможденных подростков-рабочих, мальчиков и девочек, все еще бродили по заводам и старым разработкам, и на телах их, возможно, до сих пор оставались следы от лямок, в которые их запрягали, заставляя влачить тележки с рудой. Джоанна прислушивалась, но не слышала их. Она остановилась в великолепной гостинице «Митра» в самом Дареме, где ночевали выездные судьи, когда их не селили в замке; здесь они крепко спали, хорошо ели, звонко смеялись, а потом выходили, чтобы предостерегать грешников, отпускать невиновных и назначать виновным заключение в похожей на крепость тюрьме, где в негашеной извести лежали мертвецы и где шериф при одном из повешений поседел от ужаса. В гостинице — как было заявлено в буклете, со вкусом оформленном в стиле старинной рукописи, — вполне возможно, обитают призраки ошибочно повешенного человека, принятого за разбойника с большой дороги, и обезумевшей жены (вдовы) якобита, которая прискакала сюда, безуспешно пытаясь спасти любимого от ужасного препровождения в Тауэр. Об их появлении, говорилось в буклете, возвещают, соответственно: ощущение страшного леденящего ужаса; смутные звуки, похожие на вздохи, вкупе с вашим неясным горестным предчувствием. Гостиница Джоанне понравилась: старинные неровные полы, романтически низкие и тяжелые дверные проемы с недавно навешенными тяжелыми противопожарными дверьми. Она ужинала в столовой зале среди теплых запахов вкусной еды: фламбе с бренди, хрустящая горячая выпечка, соусы с чесноком — за много прекрасных миль от крутого яйца на тосте и «Бенджерз Фуд». Страх, который в нее дома вселяли обитатели ближней комнаты, подумала она, пробуя яблочный пирог, рассыпчатый сыр «Уэнслидейл» и свежие сливки, не был инстинктивным, животным, какой пробуждают здешние призраки, разбойник с большой дороги и вдова в трауре. <emphasis>Ее </emphasis>призраки не угрожали, не несли с собою жгучее ощущение невыносимой боли, они только <emphasis>ворчали</emphasis>. Испугаться их можно было лишь <emphasis>умозрительно</emphasis>. Джоанна не желала верить вернувшейся с того света женщине из Академии возвращения; не желала проводить вечность, или даже какую-то будущую жизнь, или жизни в компании Дональда и Молли, под знакомое шипение утюга и пыхтение чайника. У нее уже родилась, за неимением лучшего, гипотеза, что ее родители упрямо продолжили свое существование в смерти, как до этого упорствовали в жизни. Возможно, конечно, она сходит с ума или у нее галлюцинации, но, судя по всему, это все же не так, поэтому она не собирается тратить свое ценное и без того уже урезанное будущее на разговоры с дорогостоящим психиатром о приподнятых клумбах ирисов. Из этой гипотезы вытекала некоторая надежда, она заключалась в том, что духи или призраки привязаны к почве там, где люди жили и умерли, — вот и индеец, так кстати явившийся ей в телевизоре, разделяет это воззрение. Призраки <emphasis>там</emphasis>, а она <emphasis>тут</emphasis>. Мистер Мо продаст их вместе с их домовой оболочкой, кирпично-цементной скорлупой, которой ограничено было их земное существование. Эта надежда подкреплялась тем, что все их споры неизменно крутились — судя по тому, что она слышала, — вокруг одного и того же места, дома да сада. Но что, если это не так? Что, если правильна другая гипотеза, куда хуже первой… эту новую гипотезу Джоанна пока отказывалась принимать. В первую ночь в коричнево-золотом номере гостиницы она спала крепко; ей все понравилось: темно-алая ванная <emphasis>в номере</emphasis>, поднос с множеством изумительных пакетиков чая, кофе, с маленькими сладкими печеньицами, радио, телевизор — все такое практичное, одинаковое в своей безликости или впрямь безразличное к человеку, который всем тут пользуется, но не пускает корней, везде, так сказать, проездом; именно так и хотела проводить жизнь Джоанна… Первую ночь она проспала в тишине. И вторую. И третью. Днями она ездила по графству, встречалась с экономистами, специалистами по исследованию рынка, аналитиками, которые на компьютерах обсчитывали планы по созданию рабочих мест. Беседовала она и с местными безработными, людьми высокой квалификации, нынешнее затруднительное положение которых было — вот парадокс! — ее хлебом. Она заседала в центрах занятости за рубцеватыми столами со старинным пластмассовым покрытием, на жестких стульях, обитых кожзаменителем, и говорила о системе переподготовки. Надежда ее не покидала. Джоанна всегда верила в человеческую изобретательность. И в прогресс. Сложно стать экономистом по развитию, если в это не верить. С юных лет она считала, что благодаря нашей изобретательности мы сможем справиться с нехваткой еды и перенаселенностью, с дефицитом ископаемого топлива и безработицей, которая была вызвана второй промышленной революцией, сумеем разобраться с голодом и нищенскими зарплатами в странах третьего мира, идущими вразрез с уровнем жизни в развитых странах и с цивилизованным пониманием того, сколько должен трудиться человек. Еще она всегда верила, но уже не так твердо, что человечество со временем станет мудрее, умнее, здоровее, живучее, научится договариваться, перерастет войну и гнев, как перерастают все детское. Однако довольно сложно было поддерживать эти воззрения перед лицом своего рода культурной и личностной дезориентации, которую испытывали целые группы мужчин, владеющих замысловатыми ремеслами, профессиями, которые никогда больше не пригодятся, никому не добавят ума, не станут предметом гордости или восхищения. Она сострадала тем, кто был лишь немногим ее моложе, кто вложил в профессию всю жизнь, сострадала людям, которые прямо-таки загорались всеми мышцами тела и всеми клеточками мозга, стоило им взять в руки <emphasis>такой вот </emphasis>инструмент, начать замеры <emphasis>в таком вот </emphasis>угольном забое, прикрепить к тросу <emphasis>такой вот </emphasis>бур. Один из местных рабочих, крупный мужчина, он был старшим в специализированной бригаде по производству труб на сталелитейном заводе, вдруг накинулся на нее:</p>
    <p>— Отец мой вкалывал на заводе, и его отец тоже, и мне для сына ничего другого не надо, только бы он честно вкалывал на заводе, как я сам. У нас гордость есть, понимаете, у нас коллективный дух. Мы знаем, кто мы и что мы. А теперь к нам приходят и говорят: нет, вы не окупаетесь, не можете конкурировать, закрываем производство, и все тут. А как же наше дело, наше <emphasis>ремесло</emphasis>?…</p>
    <p>— Вы могли бы освоить еще какое-то дело.</p>
    <p>— С какой стати? Для чего? Что освоить? Молодые вон пусть учатся работать с этими, с компьютерами. А мы-то уже привыкли по старинке. Нету для нас места в новой жизни, сами знаете, списали нас, целое поколение, только и ждете, пока не станет нашего брата. Скажите уж честно.</p>
    <p>— Я здесь не для этого.</p>
    <p>— Ну, ясное дело, не для этого. Но уж, наверно, и не для того, чтобы действительно помочь таким, как я. Молодым, глядишь, и поможете. Молодым, подающим надежды. А с нашим братом я бы бросил возиться, дал бы достойно умереть, да поскорей. Вот честно, мисс, так бы и сделал.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Позже, в номере гостиницы, после разговора с этим человеком, заживо себя схоронившим, Джоанна почувствовала грусть. Столько людей, думала она, разочарованны и озлобленны. А чем умершие хуже и почему мы должны предполагать, что хотеть большего — но при этом руками и ногами держаться за то, что знаем и чего добились, — не является неотъемлемой частью абсолютной природы человека? И пускай будут домики с пионами и отдел загробной жизни с отличными стальными трубами — отчего нет? И почему бы са́мому цепкому как раз и не сохраняться дольше всего? С чего я вознадеялась, будто у меня есть особое право либо изменить мир, либо тихо раствориться в пространстве? Эти надежды — часть бренного моего состава, существуют лишь в заданных и очень узких пределах <emphasis>меня самой</emphasis>. И, словно в ответ на ее мысли о разочаровании и злобе, вступили голоса, забормотали что-то у двери ванной, неразличимо, но с яростью, с такой яростью. Наша вечная жизнь, время до и время после нашего короткого пребывания на земле, и правда формируется нашими предками — такова была вторая, неудобная гипотеза Джоанны! Вспомнить хотя бы японского дедушку, председательствующего за завтраком, или родственников Бонни Рут, радостно собирающихся вместе. Ибо отдельный мужчина или женщина чем-то напоминает рождественник «джоанна хоуп», который несет в себе вечные гены, предписывающие раз и навсегда его форму и будущее. Голоса прикреплены не к покинутому саду, а к ее собственной крови и плоти, к ее сознанию. Можно пойти в Академию возвращения, попросить их узнать: что же в ней такого, почему она их слышит? А можно просто отгородиться от них, не подпускать к себе, не замечать. Джоанна подошла к двери в ванную. Представила, что́ там за ней: душевая занавеска, нескользящий резиновый коврик, блестящий красный фарфор; или, может быть, есть какой-нибудь пыльный верхний чулан, где приютились голоса? Послышался легкий шорох: сдвинули что-то пластмассовое, закапало из крана, кто-то начал монотонно причитать.</p>
    <p>— Тихо, тихо, — сказала она. — Я вас слышу. Только вот чем помочь, не знаю и слышать вас не хочу. Разбирайтесь сами… Умоляю, оставьте меня. Раз и навсегда.</p>
    <p>Тишина. Снова тишина. Крепись, подумала Джоанна, отворачиваясь к восхитительной безликой кровати с полоской неяркого света, с теплыми золотыми простынями.</p>
    <p>Она подняла колено, чтобы залезть в кровать, и услышала:</p>
    <p>— Конечно, обращайся ты с ней получше, она бы не была такой зловредной, выказывала бы больше понимания, больше почтения… в ней всегда было мало сострадания, это все твои недоработки…</p>
    <p>— Ничего, она научится, когда придет полнота времени.</p>
    <p>Когда придет полнота времени, тонкая завеса приоткроется, рассудила Джоанна, и настанет ее черед оказаться, отнюдь не тихоней, в той, ближней комнате.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Сушеная ведьма<a l:href="#n_23" type="note">[23]</a></p>
    </title>
    <p>Она высохла. Стояла засушливая пора, но эта сухость была в ней самой. Во рту все скоробилось, как тряпка под солнцем, язык песком скреб шелковистую сушь нёба. Истаяла влажная поволока глаз, щипало веки, и кололись корешки ресниц. И между ног было сухо. Она глотнула воды из ковшика, омыла рот — все равно что плеснула на раскаленный камень. Она заходила по дому, вымела глиняный пол, на котором тут же, как пот, опять выступила пыль, соскоблила пригорелый жир с маленькой дровяной плиты и белесый налет с больших горшков с соленьями. Подергала нитки, торчащие из мешков с просом, и лозинки, торчащие из корзин с чечевицей. Заново сложила лоскутные одеяла наверху и обмела каменную лестницу, сумеречную от закрытых ставен. Взяла свой яркий медный котел и пошла к желобу.</p>
    <p>В деревне были две улицы крест-накрест и дома желтого камня, слепленного цементом, с сизыми деревянными рамами и рыжими дверьми. Половина домов прилепилась к подножью высокой горы, углубилась в нее погребами-пещерами. Другая — глядела на узкое дно долины и горную цепь над ней, вышитую по жаркой дымке синевой, речной и ледяной, с медной искрой. Воду в желоб приносил ручей, выбегавший из горы и возвращавшийся в нее чуть ниже с сердитым сосущим звуком. Женщины скоблили здесь свои котлы и били вальками длинные юбки на каменном краю желоба.</p>
    <p>Оа хотела увидеть свои глаза. Она глянула в спокойную воду. Из желоба, глубокого, темного, с зеленью понизу, на нее глянуло ее собственное лицо — овальная тень среди солнечного блеска. Она склонилась ниже, и вот проступили черты: полая чернота волос, упавших по сторонам лица, черный рот, темные дыры глаз. В воде все превращалось в лиловые и зелено-бурые тени. Зеленовато-смуглая, без улыбки, смотрела на нее ее маска, сощурив темные, и впрямь очень темные, глаза.</p>
    <p>Она взяла пемзу, горсть белого песка и начала тереть и без того блестящий котел. Она посмотрелась в его выпуклые бока, потом в круглое дно, оплетенное тонкими царапинами, в которых вспыхивали белые и цветные искорки. В котле ее лицо было другое, круглое и сияющее — солнечное пятно на горячей меди. Волосы лучились, черты расплывались и перетекали по гнутой поверхности. Здесь были цвета, если только им можно было верить: медно-коричневые впадины щек, медно-красные, сжатые, горящие губы. Глаза под изогнутыми бровями — глаза тоже, кажется, были красны.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>У ведьмы дом чист без изъяна, а глаза красные. Есть такой возраст, когда женщина может стать ведьмой. Может, и у нее он наступил. Мужчин в деревне было мало: молодых угнали в армию, как ее мужа, воевать где-то на границе, за много месяцев ходу. Другие ушли к бандитам в их горную крепость. А те, кто остался, уже не взглядывали на нее тем взглядом, от которого делалось и страшно, и сладко. Под рубашкой груди ее были маленькие, мягкие, высохшие. Обвисшая плоть под обвисшей тканью. Женщина не может увидеть себя в глазах мужчины, так только в старых стихах говорится. Но можно по его напряжению почувствовать, как туго твое тело, как упруга поступь. Расчесываясь, она стала замечать кое-где среди черных длинные серебряные волосы. Они были грубее, как-то живей на ощупь и ярче… Неужто и правда глаза у нее стали красные?</p>
    <p>Даже в сухой послеполуденный зной на улице была жизнь. Две дочки Ча Ан и прыткий, как лягушонок, сын Бо Ме сидели на корточках в пыли и о чем-то болтали. Завидев ее, они бросились врассыпную, закричали пронзительно: «Старуха! Старуха!» Оглядывались, а в глаза не смотрели. Оа сжала сухие губы: старуха она и есть или будет скоро, но слово это значило еще и другое. К детям она была неласкова. Пока мужа не забрали, она схоронила четверых своих — хрупкие, как скорлупки, черепа под безволосой кожей, руки-палочки, привязанные к вздутым животам, мертвые висящие ступни с их красивыми бесполезными косточками. Свертки из банановых листьев, нежно утолканные в ямки, вырытые в пыли и твердой глине. Один — мальчик — видел два лета, знал несколько щебечущих слов, ее имя, и был у него такой довольный смешок, когда он видел Толстую курицу. У него была огромная голова, голова мудреца, голова дурачка на теле, которое не наливалось и не играло. Все сразу знали, что и он долго не проживет. Это был третий, а после четвертого их отца забрали в армию.</p>
    <p>У входа в лавку стоял лавочник Кун. Он все был на виду, он все улыбался этой своей улыбочкой, печальной, морщившей его толстое лицо, — казалось, вот-вот тихо заплачет от бессилия и безнадежности. У него была в горе́ пещера-кладовая, там он держал маринованную свинину и соленья, полотно и нитки, масло и одеяла, корзины и горшки. Кун был человек нужный, знающий, у кого в чем нужда. Оборотистый и дошлый делец, за то и уважаемый. Кун все знал раньше всех. Знал, когда кому умереть, когда родиться, — глядь, а он уж тут с приношением, с подарочком. Бо Ме еще бегала, искала по полям своего старшего, а Кун уже знал, что тот подался к разбойникам. Он знал, что молодая жена Ма Туна с приезжим двоюродным братом наедине сидела. И о чем говорено было, рассказал — немного, но достаточно. Знал он — в этом она была уверена — и что случилось с Да Шином, молодым деверем Оа. Как-то ночью он ушел, никому не сказав, — через год примерно, как ее мужа забрали в армию. О том, что знал, Кун говорил нехотя, с осторожностями. Советовал, если грех налицо, не спешить с судом и карой. Как и у нее, близкой родни в деревне у Куна не было. Раньше он жил с матерью, но она умерла в преклонных летах, окруженная его заботами, провожаемая причитаньями и потоками слез. Его и в армию ни разу не угнали, и разбойники не обложили его данью. Он был толстый, с мягкими женскими грудями, которые отвисло лежали на его бледном гладком животе. Носил он обычную набедренную повязку из хлопка и хлопковый же длинный кафтан, темно-синий, с желтой и красной вышивкой по рукавам и вороту. Его толстые щиколотки наплывали на мягкие остроносые туфли — он мог в них подобраться сзади неслышным шажком, а мог объявить о своем приближении важным шлепаньем. Оа чувствовала, что они чем-то похожи, она и Кун: одиночки на краю людского круга, не вплетенные в него ни родством, ни долгом. Но Кун сумел сделаться нужным, его даже побаивались. Ведьм тоже боятся. Ведьма может высушить ребенка, может наслать неурожай, сделать свинью неплодной. Ведьма может сделать так, что дерево само собой вспыхнет пламенем. Оа сама никогда не видела, но это все знали. Знали, что такое под силу тем, кто наводит чары, кто делает талисманы. Кун наверняка мог бы сказать, не красные ли у нее глаза, не случилась ли в ней перемена. Но она не хотела о таком услышать от него. Она знала, что он ее не любит, хочет ей зла. Почему — не знала. Может, он и всем хотел зла, без разбору. Поговорить ей было не с кем.</p>
    <p>На другой день она пошла вверх по долине к храму. Она взяла с собой приношение Мудрым: мисочку нута, коричневато-зеленый плод йоджи, с обоих концов острый, в продольных рубцах, под ножом текущий прозрачным и жидким красным соком. Женщины, мечтающие о ребенке, в определенные дни жертвовали Мудрым йоджи, взрезая их, щедро обнажая нутро, все в ямочках и пупырышках, где толстые белые семена на ножках-ниточках рядами покоились в своей месяцем изогнутой колыбели. Она взяла еще несколько стручков белых бобов, которые росли у нее в огороде, а теперь почти все были собраны и кучей сушились на солнце. Бобы были бледные, с восковой поволокой и алым крапом, стручки — бумажно-сухие, беловатые, сбрызнутые пурпуром.</p>
    <p>Долина круто шла вверх, заросшая желтым шуршащим бамбуком. В нем жили насекомые, пели свои однообразно скрипучие песни, порой проносились мимо промельком угольных крыльев. Храм стоял почти наверху долины, а еще выше, над лестницей в четыреста ступеней, в естественных и выдолбленных нишах сидели четыре сотни каменных мудрецов и божков, глядевших умно и слепо. Он был построен на плоском возвышении и окружен стеной кровяного цвета, с угольно-черными знаками против злых сил, колдунов и демонов. Под стеной бродили и сидели на корточках люди потерянные и ничьи, бездомные и святые. Женщины в черных покрывалах жались друг к дружке, как летучие мыши. Нагие праведники каменели неподвижно или ритмически простирались и подымались снова. Пахло кислым варевом, кизячным дымом, слабее — лепешками, пекущимися на сковородах, и немного пряностями. Раньше нищие тянули к ней ладони, показывали огромные язвы, иссохшими пальцами водили по бороздам между искривленными ребрами детей. Сегодня они заголосили ей навстречу, но сбегаться не спешили, словно в ней не было для них никакой надежды. Тут же стоял глубокий колодец под островерхим навесом. Оа остановилась, вытянула бадью с ковшом, хотела умерить сушь. Мелкими глотками пила холодную воду, гоняла ее в пересохшем рту, чувствуя, как она окатывает, не смачивая, лоснисто-сухую плоть, застревает в воспаленно-сухом горле.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Во внутренних дворах было оживленно и шумно: паломники переходили меж больших и малых часовен, монахи в бурых одеждах тащили корзины с зерном и овощами, семьи перекорялись, на корточках сидя в пыли. В большом храме были Мудрые — трое страшных, огромных, выше и шире, чем мог окинуть глаз. Можно было лишь глядеть на тяжкое колено, на гороподобную чудовищную руку или на три лица, в вышине, в полумраке под самыми сводами, невозмутимо глядящие поверх простершихся муравьев. Лица, чудесно, исконно лишенные выражения, родственно схожие в своем совершенном покое. Медные лампады светились на уровне алтарей, а те стояли у подошв великанских ног, пыльных, но не запачканных странствиями. От этого казалось, что Мудрые высятся бесконечно, что предела им не увидеть и не помыслить, что его и нет вовсе. Оа купила у монаха благовонную палочку, зажгла и воткнула рядом с другими на одном из малых алтарей. Она несколько раз поклонилась, выставила перед алтарем мисочки с бобами и йоджи, стала на колени и поникла к земле, рассыпав в пыли черно-серебряные волосы. Ей казалось, она не знает, как молиться, о чем просить. Раньше она просила о сыновьях или просила простить ей вину, за которую зачахли и умерли сыновья, уже рожденные. Сбоку у алтаря стоял коренастый бронзовый мальчик, толстенький и гладкий, не пыльный, как все в этом громадном, гремучем, дымном от воскурений месте, а блестящий, углаженный, уласканный бессчетными смуглыми и мягкими ладонями. Его бедра опоясывал шнурок, на котором висел алый передничек, прикрывавший лишь то, что было у него между ног. Говорили, что прикосновение к мальчику приносит удачу, приносит сыновей. Раньше Оа всякий раз шла к нему. Молодая и шаловливая, она щекотала его, как любовника, с тихим смехом оглядываясь на мужа. После смерти первого ребенка она робкими пальцами едва касалась теплой бронзы. Однажды она пришла с Да Шином и украдкой тронула ручку мальчика, прося дружбы, пособничества. На лице у мальчика плавала улыбка, приподнимая уголки губ и кончики бровей. Оа пыталась сказать Мудрым, что ей страшно: она не она, что-то меняется, а что — не выразить, но видела лишь эту усмешку, жирный лоск от множества рук — молитв, исполненных и отвергнутых, — да красную тряпицу, которую никто никогда не поднимал. Она подумала: «Когда я умру, это кончится», и «это» был мальчик, его милости и немилости. Мудрые не снизошли, не дали ей облегчения. Может быть, потому, что она столь малого ждала, потому, что душа ее больше не вбирала в себя беззвучный ток их жизни, как язык и нёбо не могли впитать влагу.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Она вышла за ворота. Пора делать то, зачем явилась. В свое время была тут одна старуха, которая дала ей талисман от желтых червей в корнях горькой тыквы (Да Шину она тоже кое-что дала, он признался потом). Старуха, которая знала разное. Она жила в крохотной хижинке из тростника и листьев, сидела на корточках, поставив перед собой деревянную миску для приношений, прислонив к себе мешочки из кожи и льна — внутри были тайны. В те дни, казавшиеся теперь далекими, как сказка, в дни, когда Оа текла живой кровью, когда был Да Шин, Оа смотрела на старуху брезгливо, опасливо и словно бы даже немного жалела. Оа была хорошая хозяйка, она любила то, что имела: свои добротные каменные стены, свой до блеска начищенный котел, острую мотыгу, которой она охаживала свои грядки, чтобы дурная трава не смела поднять голову, или отводила подальше от прохода листья и лозы. Старуха, ее хилая лачужка и сухое черное тряпье казались ненужными, зряшными, непрочными, как хрупкие черные пленочки, остающиеся, когда сожгут бумагу или ткань. Оа шла вдоль наружной стены храма, ожидая, что, скорей всего, старуху не найдет. Но та была на месте, со своей лачужкой, с миской, с мешочками из кожи и льна, — по-птичьи легко сидела на земле, почти как в те дни, когда был Да Шин.</p>
    <p>Оа села перед ней, всыпала в миску горсть зерна. «Будьте благополучны, матушка, — сказала она. — Годы вас милуют».</p>
    <p>Старуха чуть пошевелилась, зашелестела, скрипнула. Ее лицо было обтянуто тонкой темной кожей, исчерченной тончайшими морщинками, похожими на нежное плетение прозрачной ткани. Под кожей не было ни плоти, ни жира — лишь кость, которая однажды явится на свет. Черные глаза в красных веках глубоко ввалились, короткие седые ресницы — как белые призраки на красном.</p>
    <p>— Я тебя помню, — сказала старуха тонким голосом. — Ты просила того, что бывает и чего не бывает. Ты хотела тайного и еще извести желтых червей. Извела?</p>
    <p>— Пропали, как и не было.</p>
    <p>Старуха пососала губы:</p>
    <p>— Теперь, вижу, за другой наукой пришла.</p>
    <p>— Мне, матушка, нужен талисман от сухости. Я вся высохла насквозь, как копченая рыба.</p>
    <p>Старуха порылась в складках одежды, вынула вялый лимон и треугольное лезвие. Она положила плод в миску и вре́залась в него лезвием, деля плоть на доли. Старый рот кривился, бормотал, плевал на лимон. Потом стала мешать и мешать доли и наконец одну протянула Оа. «Надкуси, — сказала она. — Увидим: сок твой сам иссяк, как родник, или ведьма его высосала, чтобы иметь над тобой власть. Надкуси и скажи точно, что будет».</p>
    <p>Вдохнув запах нагретой кожицы, Оа надкусила лимон. Под языком собралась слюна, но немного, не так, как в молодости, когда от одного вида ярко-желтых сияющих шаров во рту ключом била человеческая вода. В сухой день стоило лишь подумать о лимоне, как изнутри приливало, но теперь и сам он только чуть смягчал сухость.</p>
    <p>— Есть вода, но немного.</p>
    <p>— Я так и думала. Был бы в тебе живой сок, от наговоренного лимона он бы у тебя потек по подбородку. Сок твой иссяк. Кровь тоже высохла?</p>
    <p>— Уж много месяцев как.</p>
    <p>— Придвинься, я вижу плохо.</p>
    <p>Оа подалась вперед, так, что голова ее оказалась под крышей хижинки, лоб — под навесом черного покрывала <emphasis>той</emphasis>. Оа чувствовала ее дыхание, витыми струйками вылетавшее из ноздрей, — чистый дух, земляной, пряный, воздушный. Она видела морщинки, прорезавшие лоб и губы, лилово-черный очерк запавших глазниц. Она опустила глаза, чтобы не встретиться с <emphasis>теми </emphasis>глазами, чьи белки были желты, чьи огромные райки черны, чьи веки обведены красной каймой.</p>
    <p>— У тебя глаза красные, — сказала старуха. — Ведьма может вернуть свой сок, на это есть разное колдовство. Если хочешь, можешь научиться. Если тебе это нужно.</p>
    <p>— Я всегда жила порядочно и тихо. Четыре сына было у меня, но что-то из них жизнь сосало, ни один толком не пожил. Я сад содержу хорошо, и дом у меня чистый. Мужа забрали, жить мне не для кого. Некому будет горевать, если я завтра умру или начну бесноваться, как Ше Ат бесновалась, пока ее из деревни не выгнали и не забили камнями. В деревне мне уважения нет. Сыновей не осталось, никто в старости обо мне не позаботится. И с каждым годом хуже будет, хоть чуть, да хуже… Знать бы мне вашу науку, матушка, была бы оборона от того, что сыновей моих высосало, от того, что со мной творится.</p>
    <p>— За науку платят, — сказала старуха.</p>
    <p>Она не протянула руки, и можно было решить, что речь о жизни, не о деньгах. Но Оа достала из-за широкого пояса три монеты и положила в миску рядом с лужицей лимонного сока. Дернулась ткань, мелькнула ловкая длиннопалая кисть, и монеты исчезли в черном рубище. «Ну, запоминай: устроишь алтарь. На него положишь, что я тебе дам, и сама еще кое-что достанешь. Дождешься, пока влажное высохнет, а сухое нальется. Тогда будет у тебя власть над сухим и влажным, ты сможешь лечить, а если захочешь — портить. Все тебя будут уважать и бояться. Если только кого сильнее себя не встретишь».</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Когда она сквозь зной шла по деревне обратно, на нее молча смотрели соседи. Кун стоял в тени своего дома — на круглом животе полумесяцем блестел пот, глаза следили за ней, губы брюзгливо поджимались. Дети бежали прочь, увидев ее. В деревне почти все про всех знали. Корешки и лыко, пыльные сушеные бобы, черные и алые, она пронесла в складках длинных юбок. Дома кухня была темна и тепла теплотой нагретой земли, здесь было прохладней, чем на улице. Толстая курица с важным видом выбежала ей навстречу, негромко кудахча и потряхивая запачканной в земле бородкой. Она боком глядела на хозяйку ярким золотым глазом, кивала красным, набекрень надетым мясистым гребешком. Оа поставила воду для чая и зажгла свечку у маленького алтаря над плитой — это был алтарь домашнего духа. Другой алтарь нужно поставить так, чтобы не было видно в окно, сбоку от плиты, позади горшка с овощами. Под балками потолка, в чревах мешков и горшков, хранились разные амулеты — связки перьев и веточек, шерсть, семена: умилостивить безымянных демонят и бродячих духов.</p>
    <p>Она заварила чай, отщипнула кусочек от сладкого рисового шарика и села на пол спиной к окну. Она сидела и глядела на свои ножи, на свой тесак, на свое сито, лежавшие на низком столике. Курица сновала вокруг, суетливо подбирала с пола рисинки и дружески поквохтывала. Она была хорошая несушка, эта курица, и сама наведывалась к горластому петуху Бо Ме. Только на яйцах сидеть не любила, оставляла их в разных тайничках, известных хозяйке, а сама бежала обратно в кухню смотреть, как Оа режет овощи к ужину, и склевывать просыпанные крупинки. Оа задумалась: среди прочего старуха велела достать недосиженное яйцо, яйцо, в котором свернулся уснувший цыпленок и которое сгниет на алтаре, чтобы из гнилости перейти в сухость. Это не так-то просто, может, ей придется красть из-под чужих наседок — ей, всегда державшейся особняком, жившей пристойно и строго. Для цыплят время было плохое: самый разгар засушливой поры. Еще нужна была змейка-плетка — тонкий, ядовитый, быстрый и бледный червь, поражающий из-под камней по обочинам полевых тропок. Змеек этих боялись, поэтому Оа знала, где их можно найти. Или можно было раньше. Да Шин умел ставить на них ловушки из раздвоенной палочки и петельки. Он и ей показывал, но она никогда не пробовала. Они сидели плечо к плечу на краю тыквенного поля, прилаживали ловушку с приманкой и боялись дышать. Она помнила, как, освещенные солнцем, быстро и ладно ходили его запястья, помнила проступившую вереницу позвонков, напряженные стегна, когда он сидел на корточках, запах его, уже мужского, пота, тут же высыхавшего, и жар, занимавшийся между ними. Она решила, что попробует сама изловить змею: так безопаснее, чем платить мальчишкам. С остальным будет проще. Нужны некоторые внутренности большой степной крысы — ее легко поймать и в это скудное время, можно самой, а можно просто купить у мальчишек на ужин. Еще разные сочетания семян… Она медленно пила чай и думала, как что устроить, словно у нее больше не было выбора, словно самой ее, с ее страстями, с бесполезными желаниями и надеждами, не было здесь.</p>
    <p>У нее снова появилось дело, место в мире. Яйцо придется украсть: сколько месяцев пройдет, пока Толстой курице вздумается сесть на кладку? Может, и никогда не вздумается. Да если и сядет, наседка она не усердная. Несушка — хорошая, потому Оа еще не свернула ей шею и не отправила в котел. А может, и еще почему-то.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Когда все нужное было собрано и опрятно разложено по мисочкам, наступило дурное время меж двух времен, удушливое время тошных запахов, гниения и набухания: яйцо протухло, взорвалось и опало, крысиные кишки сперва вспучились, а потом скорчились, жесткое кольцо змеи распухло, пошло бугорками и наконец иссохло. Старуха сказала, что, пока они иссыхают, никто не должен прикасаться к волшебным вещам, перекладывать их, менять их взаимные отношения и что никто, кроме Оа, не должен их видеть. Это было нетрудно: никто не навещал ее, никто не любопытствовал, как она живет. Может, разве что Кун, но Кун был мужчина, и ему нельзя было на женскую половину. Мальчикам разрешалось быть с матерью на кухне до двух лет, а потом их забирали и держали в другой части дома, отделенной сдвижной дверью, висячей циновкой или камышовой шторой, смотря по достатку семьи. Поэтому никто не входил на кухню к Оа в дни, когда там гнило и сохло, а были они долгие, маетные, с бессонными ночами и страшными снами: демоны кружили в воздухе, Да Шин лежал изломанный на острых камнях у подножия горы, и живот его вздулся на солнце. Огонь трещал по кустам на равнине, где в особую луну вся деревня собиралась, чтобы плясать, пить, петь, спотыкаться и лежать, как упал, в теплой темноте, где мужчина ищет руками чужую жену, а нетронутая девочка тянется к мужу старшей сестры — невозбранно, ведь в них вошли духи, и они не они, не дети своему дому, не собственность своих мужей, и деревня не казнит тебя, если дотронешься до мужнина отца или брата. Запах наполнял кухню, он реял в легком дыму, он пропитывал жир в волосах Оа, он не нравился курице, она держалась подальше и недовольно кудахтала. А потом время его кончилось, он ушел, и настала тихая сухость. Яйцо превратилось в меловые скорлупки: гнилостные газы прорвали его оболочку, и она осыпалась, обнажив косточки, зачатки перышек и гнутый череп с гнутым клювом. От змеи осталась бумажная белая чешуя поверх мелких косточек скрученного хребта, хрупкие глазницы и, в иголочках клыков, челюсти, от которых, съежившись, отпали шкура и нёбо. На месте крысиных внутренностей было только бурое пятно. Зато сморщенные сухие бобы, алые и черные, налились, округлились и заблестели, странная сушеная плоть каких-то овощей, что дала ей старуха, пористые грибные шляпки и колтуны спутанных корешков ожили, наволгли, сделались мягкими и упругими. Призрак запаха еще висел надо всем — так по многу дней пахнет гарью на кухне, где вспыхнул жир, где было внезапно вставшее пламя, а потом мелкие черные угольки.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>В деревне решили, что Оа ведьма, когда она вылечила язвы на ногах у сына Бо Ме. Конечно, решили, что она же их и наворожила, что сосала из ребенка жизнь через язвы, на которых с каждым днем густел желтый гной, привлекавший мух. Однажды у желоба Бо Ме очень просто заговорила с ней, впервые назвав «матушкой». «Моему Ча Тину все хуже, матушка. На ногах язвы гноятся, сохнет мальчик на глазах. Я уже со всеми советовалась, ничего не помогает. Может, вы какое лекарство подскажете?»</p>
    <p>Обе знали, что близкой подруге, матери или сестре Бо Ме сказала бы, что какая-то ведьма, порчельница портит ребенка мыслями или заклинаниями. Но Оа отвечала ласково, что мать научила ее готовить разные снадобья: вдруг что-то поможет? Пусть Бо Ме приводит сына на закате. Когда он пришел, болезненно хромая, с испуганным заострившимся личиком, она велела Бо Ме подождать у входа в кухню, а его увела с собой. Она коснулась ножек-палочек пучками лапчатых листьев и намазала пузырящиеся язвы смесью паутины и истолченных горьких трав, которую знали все женщины в деревне. Она запустила руку в высокий горшок и вынула из его темноты маринованный лимон.</p>
    <p>— Держи. Съешь его, и вода вернется, куда должна, — под язык.</p>
    <p>Мальчик глядел на нее темными серьезными глазами:</p>
    <p>— Спасибо, матушка.</p>
    <p>— Не за что.</p>
    <p>Она вывела его к матери:</p>
    <p>— Теперь поправится.</p>
    <p>Потом она остановила понос у Ди Нан, дав ей съесть зернышко и велев обойти деревню четырежды по солнцу и четырежды против. Потом заболела свинья у Та Шин, не ела, все лежала на боку и жалобно повизгивала. Уже уверенная в своей силе, Оа вылечила ее, просто сказав, чтобы ее два дня не кормили. На второй день она встанет, и тогда через три часа надо дать ей месиво. Теперь ее уважали. Бабушки носили ей подарочки: кусок сала, мисочку вареного риса. Ее почтительно встречали на улице: «Здоровья вам, матушка». Да, что-то произошло, но не то, на что она надеялась, и не то, чего смутно ждала со страхом, залегшим внутри, как горячий камень. А потом пришел мальчик — другой сын Бо Ме, не крошечный Ча Тин, а красивый Ча Хун, с лоснистой кожей, с лоснистой длинной черной косой, которая яркой змеей скользила по спине, когда он встряхивал головой. Не мальчик уже, мужчина — увидела Оа, когда он неспешно, с развальцей, прошел мимо ее двери. У него были выступающие мускулистые ягодицы и живот плоский, твердый, упругий. Небрежно, небрежно прошел он мимо, и вернулся, и еще небрежнее прислонился к косяку, быстро глянув в темноту дома.</p>
    <p>— Как поживаете, матушка?</p>
    <p>— Не жалуюсь. Что твой братик?</p>
    <p>— Скачет, как козленок. Ваших рук чудо. На улице жарко и пыльно, матушка, можно мне войти?</p>
    <p>— Стара я тебе запрещать, — неприветливо отвечала она, и это значило: было время, когда ему было бы грешно войти в дом и оказаться наедине с чужой женщиной. За это наказывали. Но не теперь, теперь она была не женщина, а что-то еще.</p>
    <p>Он вошел, словно темное сияющее масло влилось в пиалу, и сел на пол, принюхиваясь к запахам ее дома, вбирая взглядом пучки веток и перьев под потолком, застеленную постель, чистоту, расхаживающую по комнатам курицу. В темноте он чуть оробел и теперь смотрел на нее снизу вверх, как ребенок, ждущий лакомства, утешения или что догадка о его беде придет к ней естественно, как приходит к матери, чей младенец кривит личико, мучась газами, и мать помогает ему. Никому не мать, Оа отступила на шаг-другой и глядела бесстрастно, ждала, что будет дальше. Яркий свет в проеме двери затмился тяжестью: возник жирный загорбок Куна и его наморщенное лицо. Долгое мгновение Кун смотрел на них, потом туфли зашлепали прочь. Ча Хун испугался и пустился в бесконечную учтивую беседу, которыми услаждались в деревне, о здоровье всех и вся, от старосты до новорожденного младенца, потом перешел на коров и бобовые поля, на тыквы и пасеки — все в приличном порядке и таких выражениях, чтобы не навлечь зла. Оа отвечала вежливо, рассеянно, предусмотренными для этого словами и наблюдала за ним. Вскоре снова прошел Кун — обратно по другой стороне улицы, и они видели, как он издали всматривался внутрь. Ча Хун поднялся. Уже в дверях он без вступления спросил:</p>
    <p>— А талисманы? Вы делаете, матушка, талисманы — не от болезни, а другие?</p>
    <p>— Может, и делаю, — отозвалась из комнаты Оа. — Как я могу знать, если ты не сказал для чего.</p>
    <p>— Да это не мне, — чересчур беззаботно ответил он, поворачиваясь, чтобы идти. — Можно я к вам еще загляну?</p>
    <p>— Заходи, когда захочешь.</p>
    <p>Когда он ушел, она проговаривала все ими сказанное с курицей, пока не нашла изъян. Перечисляя, как положено, близкую родню, он кое-кого не помянул. Кое-кого, на ком должен был остановиться с особым почтением.</p>
    <p>— А ведь похоже, что это оно, — сказала Оа курице.</p>
    <p>Они сидели на полу, Оа пряла козью шерсть, курица уютно устроилась рядом, распушив в пыли грудные перышки.</p>
    <p>— Что ж он хочет: присуху или отраву? Или сперва одно, а потом и второе? — спросила Оа у курицы, глядевшей на нее круглым глупым глазом. — Поможем ему или пусть погорюет, да цел останется?</p>
    <p>Ча Хун промолчал об Ан Ат, молодой жене старшего брата. Брата забрали в армию, как и мужа Оа, только шел он, наверное, не так охотно. Забрали в прошлом году, в начале сухой поры, когда Ан Ат, дитя и женщина, только переступила порог дома его матери. Семейство у Бо Ме было многочисленное, бойкое и крикливое. Девушку взяли из соседней деревни, отдав в уплату двух коз, несколько мешков зерна и чудной железный котелок, что принес из-за гор родственник, бродячий солдат-наемник. Солдаты возвращались иногда с перебитыми лодыжками, с выжженными глазами, с отгнившими пальцами, не мертвые, но и не годные ни к чему живому, просто не обессилевшие настолько, чтоб ползком не ползти домой. Девушка была тоненькая, все капризничала, перебирала палочками еду и молчала, а то улыбалась быстрой, скрытной, презрительной улыбочкой. Бо Ме ее не любила. В деревне говорили, что она по дому работает, а на людях чудит, притворяется белоручкой. Ходит — словно расплескать боится, или нарочно сядет и сидит сложа руки, а у самой все давно переделано. У нее были красивые волосы, и она подолгу их расчесывала, завивала, распускала по плечам. Пока мужа не забрали, она вплетала в них цветы, украшала булавками с бусинкой и лентами, которые привезла из дома, а теперь больше не носила.</p>
    <p>В больших семьях спали все вместе. Мужчине запрещалось входить на женскую половину или быть наедине с незамужней женщиной, если она ему не родня. Зато позволялось делить кровать с женой брата, с «сестрицей», конечно не касаясь друг друга. Спать так, словно между — длинные ножи. Так она спала с Да Шином, в первые годы мальчиком, потом уже нет. Ночь за ночью, вслепую, слыша дыхание рядом. Перекинешь во сне руку через ножи, руку, темно и таинственно отдельную от спящей твоей головы на подушке, — умрешь. Вернее, женщина умрет. Мужчину выгонят из семьи, если семья так рассудит. Обычно не выгоняли. Мужчины в деревне были редки, и в грехе винили женщин: считалось, что таково их естество. Оа тоже так думала, так ее научили. Она знала, чего хочет Ча Хун, а по деревенским понятиям, мужчина такого хотеть не мог.</p>
    <p>Через день или два она увидела, что за Ча Хуном ходит Кун. Увидела без удивления и тревоги, только камень внутри стал горячей и тяжелей. Кун смотрел от порога, как парни идут на работу, — это было привычно. Спокойно, с достоинством стоял невдалеке, когда они о чем-то шумели, усевшись под деревом, — это тоже. Но теперь всякий раз, как Ча Хун шел один: к желобу, помочиться в поле или пройти мимо ее двери, думая о том, как высказать невысказанную просьбу, сзади маячило тяжелое тело, легко катящееся на толстых ногах с наплывшими складкой щиколотками, и лицо без выражения, без лица. Когда-то он так же ходил за Да Шином, который не был ни первым, ни последним. Женщины говорили, что Кун похож на женщину, и ежились: они знали, что это значит, но никто не мог рассказать о нем того, что рассказывали о других мягких мужчинах, ходивших за мальчиками, и мягких мальчиках, ходивших за солдатами. Кун был когда-то женат, далеко в смутном прошлом. Деревня казнила его жену за то, что она пыталась околдовать его, подчинить его мысли, накормив шариками из меда и еще из других вещей, которые нельзя называть. Детей у него не было, и больше он не женился. Оа не знала, что говорят мужчины о нем, о мягком шлепанье за спиной. Она была глупа, никогда не спрашивала Да Шина. Между ними ничто не было высказано, был ком молчания, увесистый и темный, как сам Кун. В ту ночь, когда Кун говорил с Да Шином, она жалела, что ничего не сказала, не спросила, не облекла в слова. Но что могли сделать слова? Только навлечь беду. Когда Ча Хун вернется, она скажет ему с высоты своей новой власти: «Берегись Куна».</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Он вернулся, конечно. Сел на корточки в проеме двери с лицом, осунувшимся от страсти, с блестящими глазами, и мимо прошел Кун, склонив голову, подобрав подбородки, поджав губы, как он умел, чтобы не выпустить ни слова, ни дыхания, ничего.</p>
    <p>— Матушка, вы можете сделать талисман на любовь? — выпалил Ча Хун, впившись в колени пальцами, вскинул на нее глаза и тут же опустил.</p>
    <p>Из своего сухого далека Оа подумала, что он сам — любовное зелье, и, чтобы подразнить, сказала:</p>
    <p>— Тебе-то зачем?</p>
    <p>— Это не для меня.</p>
    <p>— Для талисмана правда нужна.</p>
    <p>Ча Хун нахмурился и наконец решился:</p>
    <p>— Эта девушка — она не моя. Она со мной не гуляет.</p>
    <p>— Ну, так сделай, чтобы гуляла.</p>
    <p>— Она не может. Ей нельзя.</p>
    <p>— Если нельзя, — горько сказала она, — то ничего из этого не выйдет, только беда и смерть. Ты сам знаешь.</p>
    <p>— Но должно же быть… я должен… Должна же быть радость! Я чем угодно, я жизнью заплачу!</p>
    <p>«Жизнью, да не своей», — хотела сказать Оа, но смолчала, потому что вспомнила Да Шина и как он пропал. Куда он ушел, что с ним сталось? А еще, потому, что зло ощущала его молодую силу, может быть, и силу той девушки, горящую жадно и упрямо. Она ведь поможет огню? Поможет им сгореть? Если они так хотят.</p>
    <p>Она рассказала, что́ он должен принести, — всё вещи, которые достать непросто: волосы, обрезки ногтей, месячную кровь девушки, семена из ее кладовой, мед из ее сот, муку, что она смолола, и его собственное семя. Все это она в правильную луну смешает с тем, что у нее есть, а он потом испечет, сам испечет, как она покажет. Ча Хун недовольно уставился в пол и сказал, что это трудно. Его бледный язык смочил губы, золотистые в полумраке, и что в этом было — отвращение, страх, желание? Оа, сухая, села рядом с ним и резко сказала, что такое дело просто не бывает, оно трудно и опасно, потому что хочет он трудного и опасного. Если в сотах будет молодая пчела, не вышедшая из кельи, захлебнувшаяся собственным текучим янтарем, тем лучше, но можно и без нее. Все это нужно принести, когда луна будет в третьей четверти, или пусть он ждет еще месяц. Тень пересекла их разговор, навалилась на шелковые плечи Ча Хуна, извиваясь поползла по ним, по ее лицу, вполовину обернутому, как у курицы, напряженно глядящему снизу одним глазом. Кун стоял в ее дверях, положив руку на косяк, тушей застя ей солнце.</p>
    <p>— Что тебе, Кун? — Она назвала его прямо, что могло быть к беде, а могло быть и угрозой — смотря по тому, обладал ли кто из них силой сглаза.</p>
    <p>— Ча Тин, слышу, поправился? — хмуро спросил он.</p>
    <p>— Ча Хун говорит, скачет, как козлик.</p>
    <p>— Что ж, надеяться будем, что и дальше так, — сказал Кун с тяжкой учтивостью, отвалился от косяка и легко покатился дальше.</p>
    <p>Горячий камень пошевелился в своем темном горне. Она открыла рот предупредить Ча Хуна, но не смогла — так было сухо внутри. Не было влаги даже хрипнуть вороной. Хотя что тут говорить? Ча Хун не дурак, должен сам понимать. Да и не уйдешь от Куна, если судьба такая. Кун ремеслом себе положил все обо всех знать, неужто о Ча Хуне не разнюхает? Она видела, как Куновы вострые свиные глаза общупывали ее, ее высохшую суть.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Он вернулся, Ча Хун, со сверточками из листьев и с глиняными горшочками. В сказанное время, ночью, постучал в ее дверь под калекой-луной, криво висевшей над горою. Руки его были пусты. Уже внутри он достал все, что нужно, из узелков, увязанных в набедренной повязке, и разложил перед ней. Коротко и недовольно он назвал каждую вещь, но не объяснил, как их достал, что, может, сделал бы другой, волнуясь и желая показать свою находчивость и готовность. В оловянном свете она взяла у него вещи и унесла в кухню, к тайному алтарю. Когда Ча Хун вернулся на следующий день, она уже смешала их с собственными тайнами, с собственными чарами, жидкими и твердыми, с растертой в пыль грибной мякотью, что дала старуха, с несколькими змеиными чешуйками, с оскрёбками крысиного пятна. Под ее взглядом он слепил в миске шарик длинными пальцами, липкими от меда и рыжими от крови, — женская работа, неловкие пальцы. Теперь он будет печь его жаром своего тела до новой луны. Она должна была объяснить ему, где носить шарик. «Здесь», — сухо указали ее пальцы, и он повесил голову, беспомощно глядя, как его прут изогнулся и поднялся к ней, живой собственной жизнью, жарко-красный, влажно блестящий. «Это хороший знак, — сказала она жаркому и дрожащему мальчику. — Значит, колдовство действует, шарик слепили правильно, талисман поможет. Как испечешь, дай ей съесть. Если думаешь, что откажется, раскроши и подмешай незаметно в еду. Лучше бы весь разом и по своей воле, но тут уж суди сам». Стыдясь и горя, он стоял перед ней, и сильный тонкий прут слепо качался за ее рукой, как капюшон зачарованной змеи. И она — скребущая, скрипящая сушь — сказала: «Иди, пока никто не пришел». Это значило: Кун, но она не осмелилась назвать его.</p>
    <p>Под утро ей приснился этот мальчик или, может, не он, а Да Шин, какой он был когда-то: нагой, как этот мальчик, и подъятый. Она часто думала о Да Шине, словно он был тут еще на прошлой неделе, словно удар от его ухода еще сотрясал ее, но теперь она вдруг поняла, что прошло много, много лет. Мальчик, которого она видела ровесником Да Шина, был ближе возрастом к ее зарытым в землю сыновьям, к этим крошечным, хрупким мужским телам. В снах она тянулась, тянулась из разрытых простынь обнять, стиснуть его, склоненного, золотого, напряженного. Она не его желала — только лишь ощутить желание — и была суха. Тогда она принималась играть с его душой, дразнимая и дразнящая, бессильная.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Новая луна народилась и выросла. Ча Хун не пришел сказать, съела ли девушка шарик, по воле или обманом. Встречаясь с ней на улице, он не смотрел в глаза, а позади его вкрадчиво шлепал Кун. Но говорить и не нужно было: новое светилось в нем, в его блестящей косе, в молодцеватой поступи, в том, как он вдруг запевал на ходу и размахивал руками. И девушка тоже стряхнула свою сонную одурь. Она теперь ни минуты не могла усидеть на месте: подметала, где уже метено, улыбаясь бегала к желобу. Что могла понять Оа, то понимал и Кун, понимал, должно быть, и то, что она приложила к этому руку, хоть была уверена, что все устроится и без нее. Потом улыбка Ан Ат сменилась морщинками тревоги, и они все углублялись, и она уже не летала, а сутуло брела по улице. Оа ждала. Колесо было пущено с горы. Когда раздался вой, она решила, что это Ан Ат. Он прозвучал перед рассветом, бездонный вой, потом захлебывающаяся голосьба и снова вой — такой, что луну проглотит. Захлопали двери, зашуршали по улице босые ноги. Все собрались в сером свете позади Куна, который был тут как тут, тихо изготовившийся. Бо Ме вырвалась из дому, вырвалась из испуганных рук Ан Ат и Ча Хуна, воя, мотая волосами, как яростная звериха, повалилась наземь и каталась в пыли.</p>
    <p>— Бес вошел, — сказал кто-то.</p>
    <p>— На доме порча.</p>
    <p>— Ее сына колдовством погубили! — крикнула Ан Ат. — Ча Тин как спал, так и умер.</p>
    <p>— Ночью пришла ведьма и из него душу высосала, — сказал Кун. — Так, наверно, надо понимать…</p>
    <p>— Мой дом проклят! — вопила из пыли Бо Ме. — Сына убили, семью опозорили!</p>
    <p>Оа стояла в дверях и думала, отрубят ли голову Ан Ат. Думала не вдумываясь. На крыльцо выбежала курица в пыльных перьях.</p>
    <p>Оа хорошо знала, кого обвинят, в ком высмотрят зло. Она и всегда это знала. Хотела подойти к Бо Ме, сказать, что знает, как страшно потерять сына, но не могла и не смела. Это смерть ее сыновей, ее тоска, ее Да Шин, ее сушь — они все навлекли. Это ее беда виновата.</p>
    <p>— Разберем дело, — начал Кун, как она того и ждала. — Кричать не будем, а поищем лучше, где в деревне колдовство угнездилось и где начало злу.</p>
    <p>И толпа отвернулась от причитающей Бо Ме и посмотрела на Оа с единой своей мыслью, с единым желанием.</p>
    <p>— Может, кто знает, не было ли на этот дом порчи? — спросил Кун, глядя не на Оа, а на Ча Хуна.</p>
    <p>Перед Ча Хуном забрезжила лазейка, и он начал, заикаясь, рассказывать. Он рассказал, что ночью к нему приходили духи, что он видел старуху, сидевшую у него на подушке, что старуха связала его душу тонкими шнурами, и плюнула ему в рот, и сделала с ним как хотела. Что, околдованный, он пошел к ней и она дала ему вороженый шарик, чтобы он раскрошил и подмешал Ан Ат в кашу. Что Ан Ат, съев его… Всю семью подкосила она, иссохшая старуха, из черной зависти к Бо Ме с ее сыновьями, к Ан Ат с ее молодостью и красотой. Всю семью загубила. Бо Ме причитала, лежа в пыли.</p>
    <p>— Отвечай, — сказал Кун.</p>
    <p>— У меня нет слюны, — прошептала Оа.</p>
    <p>Толпа зашумела, возбужденно вспоминая: Оа глянула на одного, а ночью у него заболел живот. Другая подошла после нее к желобу и видела, как в глубокие тени скользнула водяная змея. Да и Ча Хун эти несколько лун не в себе казался, это все заметили!</p>
    <p>Ан Ат, стоявшая скрестив руки, пока изливался Ча Хун, бросила на нее один взгляд — быстрый взгляд, сообщнический, враждебный, а может, и виноватый — и упала рядом со свекровью, крича, что согрешила, но не по своей воле, что виновата, но это ведьма ее околдовала, что на всей деревне лежит порча…</p>
    <p>Кун сказал: «Эта женщина собственного деверя ввела в грех. От стыда он не мог больше жить с ней под одной крышей, он убежал и бросился со скалы… Туда нельзя спуститься. Его кости там белеют, непохороненные, под дождем, под солнцем. Его съели птицы и черви. Мне было видение, и я ходил на гору и видел, что это должно быть правдой. Теперь она состарилась, красотой вредить не может — так она взялась за ведовство. Это все знают. Забирается в наши мысли, нашептывает из подушек. Она каждого может испортить, от нее вся деревня нечиста. Как мы очистимся?»</p>
    <p>Опять загомонили, и этому не было конца. Перебирали несчастья: расплодились желтые черви, капуста повяла, пшено пошло плесенью, у козы молоко высохло, за дорого купленная жена ходит пустая. Ан Ат, борясь за жизнь, решилась: обхватила Бо Ме, и та не оттолкнула ее. На гордом личике Ан Ат все кости проступили от страха и напряженного внимания.</p>
    <p>«Что делать будем?» — растерянно спрашивали в толпе, а жалобы все взбулькивали, пенились, как сок в квашеных бобах, что хранятся в плохо вымытом горшке. Оа безучастно стояла в дверях, у ног ее суетилась курица. Она и не думала защищаться: к этому шло с самого начала, и слова только бы подлили масла в огонь. Кун молчал, но она знала, что все зависит от него. А он смотрел на мальчика, на Ча Хуна, как тот стоял на коленях возле матери и боялся к ней прикоснуться, чтобы случайно не тронуть цепкую, отчаянную Ан Ат. Ча Хун как-то безысходно сжал губы, и морщины меж бровей, врезавшись глубоко, клином сошлись к глазам. Наконец он повернулся к Куну и угрюмо, с чем-то подспудно тлеющим внутри, спросил:</p>
    <p>— Что ж нам делать? Посоветуйте.</p>
    <p>Кун воздел над ним мягкие, гладкие руки и легко взмахнул ими: тише. Он подошел ближе, положил ладонь ему на плечо, перевел взгляд с него на Бо Ме с Ан Ат и затем — на Оа. Его ответ прозвучал вопросом:</p>
    <p>— Как мы раньше делали, чтобы очистить деревню?</p>
    <p>И Ча Хун ответил ему:</p>
    <p>— Высушивали ведьму. Вытаскивали на солнце.</p>
    <p>— На солнце, — отозвалась Бо Ме голосом, переливчатым от слез и причитаний. Она раскачивалась, тряся распухшим лицом, и Ан Ат слилась с ней в одно.</p>
    <p>Кун больше ничего не сказал.</p>
    <p>Единый голос подхватил: «На солнце ведьму! Солнцем зло высушить!»</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Оа видала, как это было с другими.</p>
    <p>…Ее выволокли за околицу, прибив, но не сильно: им было не по себе от ее упорного молчания. Привязали льняными жгутами и пенькой к обломку мертвого дерева посреди голой, пыльной пустоши — там, где плясали в священные дни. Посадили, привязали и оставили под раскаленным солнцем, лицом туда, где строем росли кусты шипастой дерезы и виднелись дальние горы, по верхнему краю которых плясали небывалые лазурные и белые сполохи. Три дня. Если через три дня она не умрет, значит солнце выискало и иссушило в ней зло и ее отвяжут. Жара в тот год стояла такая, что никто не упомнит, и задержалась дольше обычного. Может, начнутся дожди. Может, она сумеет скрепиться, утишить суть и кровь, вытерпеть, выждать. Жить тихонько, по капельке, пока не польет с неба, пока не кончит кипеть и пузыриться плоть (она видела у других эти пузыри и знала, чего ждать). Сушеных старух приносили обратно — в волдырях, в корках, в струпьях, словно солнце дубило их, да не выдубило хорошенько. Отпаивали водой с медом. Одна лишилась ума. «Жареные мозги!» — кричали дети. Другая все лепетала по-ребячьи о временах, давно забытых, и детях, давно схороненных. Рассудив свою беду в первые, еще ясные разумом часы, Оа поняла, что этой живучести в ней нет. Не было и страха, даже звериного, не было позыва теребить веревки, стонать, взывая к жалости. Она ведь знала еще тогда, глядя на тот живой, блестящий, в слепой тяге взметнувшийся прут, что нет в ней тяги ответной — ни к чему, что для нее все кончено. Отрубят они голову Ан Ат? Этого она не узнает. Коротко подумала о курице, о ее маленьких радостях, о том, как она горделиво семенила вокруг, ожидающе поглядывая на хозяйку. Может, ей уж свернули шею. Рот ее покривился от мучительной жалости.</p>
    <p>Пока солнце не встало над головой, она все же огляделась вокруг. Угольно-черные, в запекшейся коре, кусты дерезы облетели от жары — никто не знал, оденутся они весной или будут торчать под дождями как мокрые остовы. Горы высоко, где снег, были холодные и чуть стеклянистые, а книзу — дымные, аспидные. Небо еще не огрузло от жара и было голубым, яростно-голубым и сухим. Оно струилось сушью, как в глубоких реках чуть заметно струится вода: поверху гладь, а под ней — тонкий перелив, живая глубь. Солнце поднялось у нее за спиной, постояло над головою и опустилось за колючками дерезы. Сначала был пот — она и не знала, что в ней еще столько осталось, — капельки вырастали на волосках над верхней губой и тут же исчезали. В члены по очереди вступала боль. Веки: в последний раз отчаянно закололись ресницы, и кожица вздулась пузырьками, и на сетчатке кровью вскипели тонкие ве́нки. Язык, невесомый булыжник, трескался, колотясь о зубы. Жар сбегал позвонками, сколупывал бесцветные шелушинки, набухал подушечками там, где было натянуто тонко, где кожа сходила, а под ней была влажная плоть, быстро высыхавшая. В ушах зашипело и запищало: мозги корчились и ужаривались, как требуха на сковороде.</p>
    <p>Бывает, болит что-то одно: здоровая плоть, размозженная сорвавшимся камнем или вспоротая гигантской головой младенца, раздирающей узкий каналец. Но эта боль была везде, сушью въедалась внутрь, изничтожала тело, и оно переходило в воздух, в окрестное небо — так змея, яйцо, крысиное пятно иссохли, развеялись с ее алтаря. Она сама стала болью, и она следила за болью неотступно, и, когда сошла холодная ночь и боль кончилась, она задрожала и не хотела вернуться в ноющий костяк. Ночью все тело просило воды. Ей думалось о мокрой тряпке на лбу, когда обреченные сыновья, мучась, выходят в мир, о белесой водице на дне миски, когда влажный утренний рис съеден. О воде на листьях, когда пришли дожди и она бежит, бежит, собирается в капли, и капли повисают на краешках и срываются. И о курице, как она понемножку тянула из лужи в дождливую пору и глотала, закинув клюв. Ее томили малости — капли, капельки. Чайной пиалы было бы слишком много, мысль о желобе раздавила бы ее. Ночью болели кости, в их трубках потрескивал мозг. Колени и щиколотки были как уродливые наросты. Она то спала, то проваливалась в боль, торопя конец.</p>
    <p>Наутро, еще до жары, она смутно увидела их, глядящих на нее сквозь кусты дерезы. Они были обведены нестерпимым пламенем, они горели в воздухе, двигаясь так легко и текуче: указывали рукой, ногами попирали землю, словно это было естественно и возможно. Она глядела сквозь щелки опухших глаз и не могла разобрать, кто они были, что они были. Солнце подымалось, и с ним подымалась в ней милосердная чернота — не древесной тени, а горячего железа, но она окуналась туда, как в заводь, чтобы отдохнуть, избавиться от себя. На руках и ногах длинными прорехами лопнула кожа, открыв живое мясо, завернулась и запеклась. Все было темно, темно, а по краям — как бусинки в темных волосах, проблески неба, плотно-лазурного, но уже идущего трещиной.</p>
    <p>Вторая ночь была хуже всего, от прохлады боль снова расползлась по ожогам и язвам, захотелось сдвинуть недвижимый вспухший язык, поднять стянутую веревкой руку, утереть страшные, покрытые волдырями глаза. Она подумала: так вот куда оно шло. И все, что было ее, оказалось пустым, вылущенным — сдуть, как пыль, соскоблить, как упрямую цепкую нагарь, приставшую к решетке плиты. Раз так быстро приходишь сюда, не стоит и затеваться.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>На третий день ее стало две. Она была подле тела и видела иссыхающую плоть, бурую и синюю, лицо в трещинах, оскаленный рот с сухими костяными зубами. Она быстро шагала внутри себя — значит, у нее были ноги — и смотрела избоку — значит, у нее были глаза — на несчастную тварь, привязанную к дереву, на пыльные шипы черной дерезы, на голубую горячую чашу, где свободно ходили волны жара и мощи. Волны шли через нее — новую, и она купалась в жару, набирала его в ладони, как набирают воду, плещась в затончике после дождей, когда пустое русло наполнилось. Скоро она оставит эту бедную тварь, и тогда оборвется сухой гремучий хрип, идущий у нее из глотки. Пока же она осторожно ступала туда и сюда, на ощупь пробовала сушь, раздвигала жар и свет, словно была ими же, только плотней. Что-то живое промигнуло в кустах дерезы. Что — не понять, ее стремительному, раскаленному взору плоть предстала мутными, мешкотными, комковатыми сгустками. Сейчас она кое-что сделает, сейчас они заскачут! Она обернула к ним яркую воздушную голову и присобрала, словно длинную ткань, жар и сушь, обвитые вокруг кустов. Дереза ожила, золотые, серебряные, красные ноготки заблестели на тонких пальцах, огоньки побежали по высохшим черным рукам. Жар и сушь стали видны как есть — прозрачная, но зримая дымка, веющий воздух. И куст стал огромной головой в пылающих волосах, взметнувшихся и вопящих.</p>
    <p>— Так я и правда могу поджигать деревья!</p>
    <p>Она легонько заплясала под треск и гул разгоравшегося огня. Мелкие существа прыснули в стороны мокрицами из резаной соломы, и она смотрела на них, как довольный ребенок на муравьев, бегущих из раздавленного муравейника. Вихорьки жара подлетели, подхватили ее и понесли прочь от стянутой трескающейся твари. Прочь.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Потеряла лицо<a l:href="#n_24" type="note">[24]</a></p>
    </title>
    <p>Каждый день они перемещались по трем сторонам прямоугольника. Восемнадцать этажей вниз в прямоугольной башне, под широкую автостраду с движущимися лентами скоростных автомобилей, девятнадцать этажей вверх в другой башне, потолще и не такой сверкающей, стоящей на недосягаемом противоположном берегу магистрали. Недолго потеряться, как крысам в лабиринте, и ходить в разные стороны по отполированным серым подземным переходам, но эти зигзаги выпрямились, словно их резко дернули за концы, и вот они уже поднимаются на девятнадцатый этаж.</p>
    <p>Когда они на минуту останавливались рядом с унылым ревом моторов, перед ними возвышалась коричневая башня, назначение которой, казалось, заключалось в том, чтобы поднимать высоко над городом и демонстрировать прямоугольное число, составленное из ярко-красных огоньков, таких же как множество тормозных огней. В первый день число это было 379. На второй день — 378. К третьему они нерешительно выдвинули гипотезу, что число каждый день уменьшается на единицу. Один из них рискнул предположить, что это цена закрытия на бирже, может быть, токийской, а может — сингапурской. Они не знали, сколько потребуется таких понижений на единицу, чтобы гипотеза о цене закрытия стала статистически маловероятной. Они были преподавателями английской литературы. Конечно, можно было спросить на девятнадцатом этаже, где проходила конференция, но там короткие перерывы, когда можно поговорить, были заполнены серьезными вопросами восточных коллег о взглядах Кристевой на желание<a l:href="#n_25" type="note">[25]</a> и о карте перечитывания Гарольда Блума.<a l:href="#n_26" type="note">[26]</a> Селию Квест, выступления которой были посвящены Джону Мильтону и Джордж Элиот, тоже занимала загадка этих прозрачных красных цифр над лифтами, перемещавшими их с земли в воздух. В меньшей, лекционной башне не было четвертого этажа. В большей, где она спала на нежно-бежевых атласных простынях и ела американизированную разновидность континентального завтрака, не было тринадцатого. Она жила в номере 1840. Профессор Бакстер сказал, что его легко запомнить: это год, когда была опубликована поэма Браунинга «Сорделло». Когда он произнес «Сорделло», перед мысленным взором Селии возникли четкие, хотя и никак не связанные с нынешними обстоятельствами, картинки залитых тосканским солнцем причудливых высоких средневековых башен Сан-Джиминьяно, грозных, узкоглазых, обветшалых крепостей из другого мира и другого времени. А за ними — головокружительная, скрипящая Вавилонская башня Брейгеля. Из забранного густой сеткой окна номера 1840 был виден только глубокий овраг между тяжеловесными, массивными строениями, которые при дневном свете были грязными, красновато-коричневыми или цвета хаки, плохо различимыми в бензиновом мареве. По ночам же это был черный залив, по которому яркими лентами бежали огоньки. Из окна девятнадцатого этажа по другую сторону дороги виднелись изрезанные закругленные меловые глыбы неприступных гор с черными расселинами на белом фоне, спускавшимися к деревьям, там, где в горы вторгались башни. Эта солнечная белизна и острый запах — смесь чеснока с чем-то неопределенно рыбным, — доносившийся временами от стоящих то там, то здесь на тротуаре жаровен, были единственными признаками того, что они проехали полсвета, пролетели над пустынями и горными хребтами, над вспененными тайфуном желтыми волнами, над пряно пахнущими городами, возле которых они оказывались запертыми в своей похожей на металлическую сигару тюрьме — запертыми из осторожности, из страха перед террористами в тюрбанах.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>У Селии было два выступления. Первое — о символах добродетели у Мильтона. Мильтон точно знал, что такое добродетель. Селия описывала то, в чем был абсолютно уверен неподкупный Христос, отвергающий в его поэме «Возвращенный рай» пищу для утоления голода, мировое владычество и восхваление в книгах, в лучшем из того, о чем думали и сказали в мире.<a l:href="#n_27" type="note">[27]</a> И беспрестанное чтение Христос у него по-библейски осудил: «Да и чтенье многих книг / Не здраво, учат мудрые». Он не потерял равновесия на головокружительной вершине Храма. «„Негоже искушать Всевышнего“. Изрек — и устоял».<a l:href="#n_28" type="note">[28]</a> Студенты Селии в неблагополучной Средней Англии не принимали Мильтона. Они даже на время не могли заставить себя поверить в его предопределенную патриархальностью космологию. Они считали его характеристику Евы проявлением сексизма, а его словарь — признаком элитизма. А еще — логоцентризма и фаллоцентризма, добавляли для полноты самые продвинутые. Они выросли на проблемах литературы социального реализма и не воспринимали музыки стиха. Восточные же филологи, собравшиеся здесь, в стандартно бежевом пресс-центре, слушали молча и вежливо. Их страна, как сказано в путеводителе, конфуцианская, буддистская, католическая и остаточно шаманистская. Путеводитель был американский, эклектичный, пропитанный идеей равенства всех этих культурных явлений. Селия в самолете изучала их алфавит — удивительно логичную и ясную систему, разработанную просвещенным правителем в те времена, которые в истории Европы считаются Средними веками. Состоит он из серии отдельных квадратов, а штрихи и крючочки, которые можно добавлять или убирать, образовывают связную систему последовательных фонем и положения губ и языка для взрывных и щелевых согласных. Это язык, который пришелся бы по вкусу искусственному интеллекту или какому-нибудь не столь завистливому божественному изобретателю<a l:href="#n_29" type="note">[29]</a> времен строительства Вавилонской башни. Алфавит был построен разумно. Он представлял, как утверждалось в путеводителе, серию звуков, правильно произнести которые не может ни один другой народ — даже изрядно попрактиковавшись. Интересно, думала Селия, разворачивается ли он, как в китайских диалектах, в модифицируемую цепочку односложных слов? Если да, то как говорящие, преподаватели этого языка, слышат мильтоновские переходы от латинской сложности к простой англосаксонской речи? Она ведь не знает, к кому она обращается. Селия уверенно процитировала добродетельную Леди из «Комоса»:</p>
    <poem>
     <stanza>
      <v>Поверь, так лучезарна Добродетель,</v>
      <v>Что видит, как ей поступать, и в час,</v>
      <v>Когда луна и солнце тонут в море.<a l:href="#n_30" type="note">[30]</a></v>
     </stanza>
    </poem>
    <p>А перед ней — море, ограниченное стенами зала море лиц. Восточных лиц, золотистых и четко очерченных под красивыми черными волосами, вдумчивых лиц, которые попросту непроницаемы. Селия любила различия — большие и маленькие. Она могла отличить японское лицо от китайского и оба — от этих лиц, хотя бы в целом, хотя и не всегда каждое в отдельности. Двух одинаковых лиц не бывает; это бесконечное разнообразие — одно из самых обнадеживающих свойств вида, который господствует на нашей планете. Гуманитарные науки с большей или меньшей точностью предсказывают поведение класса, рода и денег, так же как науки биологические предсказывают вероятность передачи гемофилии, самоуничтожение леммингов и героические трансатлантические перелеты некоторых бабочек. Как-то один психолог сказал Селии, что статистическая вероятность произвести из разных яйцеклеток идентичных потомков появляется лишь в том случае, если мужчина и женщина породят восемьсот тысяч детей. Она когда-то ходила по Великой Китайской стене, на которой в любой момент можно увидеть, как совершает моцион шестая часть трудоспособного населения. Все эти мужчины и женщины спокойно и деловито прохаживаются в одинаковых синих костюмах и фуражках. И все разные. Из-за черных волос они все кажутся европейцам на одно лицо. В целостном восприятии незнакомого или знакомого человека у жителей Запада, по-видимому, бо́льшую роль играет цвет волос. После возвращения из Китая Селия поймала себя на том, что воспринимает своих соотечественников как незавершенных уродин: бледное мясо, увенчанное странными, тусклыми, неестественными волосами.</p>
    <p>С одного из задних рядов поднялся профессор Сан,<a l:href="#n_31" type="note">[31]</a> чтобы задать вопрос. В аудитории было еще по меньшей мере три профессора с такой же фамилией, а может, и больше. В Британском совете объяснили, что количество имен на Дальнем Востоке ограниченно. Жители Запада не могут или не хотят запоминать полные имена обитателей Востока. Поэтому те из вежливости представляются так, что их имена напоминают привычные европейцам слова. В результате среди них много людей с фамилиями Сан и Мун.<a l:href="#n_32" type="note">[32]</a> У этого профессора по фамилии Сан была внушительная внешность и большое круглое лицо, казавшееся открытым, так что был соблазн истолковать его выражение как добродушие и радость.</p>
    <p>— Да, — сказал он. — Да. Конечно.</p>
    <p>И замолчал. Голос его звучал строго. Все вопросы и выступления по докладам начинались с такой паузы и с обобщающего «конечно», которое звучало так, словно докладчика оценили и нашли, что в его суждениях чего-то недостает.</p>
    <p>— Вам, вероятно, сказали, — англичанам это действительно внушали, — что мы всегда очень вежливы, что мы никогда не говорим того, что думаем. Мы очень постараемся не быть вежливыми. Мы постараемся говорить вам именно то, что мы думаем.</p>
    <p>А думал профессор Сан, что понимание Селией мильтоновских символов добродетели очень бы выиграло от более глубокого понимания английской революции и Кромвеля, Британского Содружества и иерархии в Англии семнадцатого века. Об этих событиях истории Англии он говорил бегло и хорошо, улыбаясь Селии обаятельно, но скорее не примирительно, а строго. Он цитировал Мильтона — не очень выразительно, но точно. Для него, в отличие от студентов Селии, тексты Мильтона были хорошо исхоженной территорией. Он был специалистом. Несомненно одним из старших среди преподавателей. Англичан предупредили, что выступать будут старшие, а младшие будут молчать — из уважения. Все женщины и некоторые мужчины, когда говорили, прикрывали рот правой рукой, держа ее под небольшим углом, так что получался приглушенный и неуверенный звук, который мог означать смущение, нежелание общаться или же некую крайнюю форму вежливости, попытку оградить собеседника даже от дыхания. Профессор Сан сопровождал этим жестом начало и конец своего выступления. Его соотечественники явно одобряли его эрудицию, или проницательность, или умение схватывать, выражая это одобрение не чем-то неизящным, вроде аплодисментов, а легким гулом удовольствия и поворотом туловища, — по-видимому, так здесь принято на лекциях и докладах.</p>
    <p>Второе выступление Селии было посвящено Джордж Элиот. Образ Джордж Элиот — большой ум и длинное серьезное лицо — в ее сознании даже за эти несколько дней изменился: сказалась восточная внимательность, абсолютная безликость комнаты 1840 (такая комната с ароматическими солями в саше в ванной могла быть где угодно), отсутствие английских новостей в газете, которую Селии подсовывали под дверь. Джордж Элиот, говорила Селия, в свое время верила, что так же, как движением небесных тел управляет закон гравитации, природой человека управляют универсальные и вполне определенные законы. Селия говорила о том, как искусно Джордж Элиот демонстрировала действие этих гипотетических законов на примере мельчайших подробностей в жизнях отдельных людей. С картинки на схему Джордж Элиот не сбивалась. Она писала: «Я полагаю, что всякая человеческая жизнь должна пустить глубокие корни в каком-нибудь уголке отечественной земли, где она научается любить, как нечто родственное, природу».<a l:href="#n_33" type="note">[33]</a> За высоким окном холодное солнце освещало лишенную растительности меловую белизну — единственное, что Селия успела увидеть из природы этого далекого уголка земли и что не давало ей никакого представления об этой земле. В самой аудитории все тоже было безликим, как везде, — японские микрофоны, кафедра, как у американского президента, лампы дневного света, скромный шик кресел в стиле баухаус. Каждый раз, когда она цитировала этот отрывок, перед ее мысленным взором вставала несколько упрощенная картина равнинного, распаханного Уорикшира: то тут, то там живая изгородь, вяз, в мокром небе тяжелые, по-констеблевски плотные облака — уголок, лишенный индивидуальности. И здесь этот образ снова возник, но превратился в крошечный, миниатюрный негатив в конце длинной подзорной трубы. Интересно, что видят они, эти филологи-англисты, какая точка во времени или пространстве сопряжена в их представлении с этими исчезнувшими бурыми полями?</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Британский совет устроил для них прием во внутреннем дворе своего здания, за крепостной стеной, которую постоянно патрулировали военные, ничем, кроме, конечно же, лиц, не отличавшиеся от любых других военных в любых других местах: хаки, камуфляж, пистолеты, автоматы.</p>
    <p>Они сидели ясным вечером на лужайке, обильно орошаемой и высушиваемой здешним жарким солнцем, окруженной травянистым бордюром из неизвестных цветов. Жена представителя совета оживилась, узнав, что Селии знаком тот самый уголок большого города на севере Англии, откуда она родом, что она может проследить ее путь вдоль бурной реки, через большой мост, знает тот пригород с новыми одноэтажными домами, где жила ее семья. Она была учительницей начальных классов и говорила, что всем рекомендует книги Беатрикс Поттер. Настоящий сад мистера МакГрегора, гиацинтовый лес, холм миссис Тигги-Винкл.<a l:href="#n_34" type="note">[34]</a> Когда внезапно опустились сумерки, сначала ультрамариновые, а потом чернильные, в саду в свете цветных фонариков замелькали незнакомые черные бабочки. Доктор Уорфдейл, приехавший из Англии специалист в области критической теории языка, обсуждал с грамматистом Британского совета и профессором Саном трансформационную грамматику Хомского<a l:href="#n_35" type="note">[35]</a> и гипотезу универсальной глубинной структуры.<a l:href="#n_36" type="note">[36]</a> Английский язык — главная область роста в нашем экспорте, говорил грамматист из совета. Конечно, Беатрикс Поттер использует довольно длинные слова, говорила жена представителя совета, но картинки замечательные. Вордсворт полагал, что подлинный язык человека произошел от прекрасных и неизменных форм природы, среди которых жил естественной жизнью счастливый крестьянин. Вот бы посмотреть на здешнюю сельскую местность, воскликнула Селия, хоть одним глазком.</p>
    <p>— Мы и сами знаем ее не очень хорошо, — тихо сказал сидевший рядом с ней профессор Мун. — Наш город ужасен, у него нет своего облика. Если хотите, мы свозим вас в Народную Деревню.</p>
    <p>У него было узкое серьезное лицо, без той добродушной напористости, что была у профессора Сана.</p>
    <p>— Я не знаю, как мы это допустили, вот то, что с городом, — сказал он. — Но он очень прочный, очень долговечный.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>В ту ночь был объявлен комендантский час. Селию предупредили заранее, и она сидела в комнате 1840, сжимая в руке тяжелый резиновый фонарик, предоставленный гостиницей вместе с шапочкой для душа, крошечным тюбиком зубной пасты, продезинфицированными восточными мужскими тапочками, изречениями Будды, гидеоновской Библией<a l:href="#n_37" type="note">[37]</a> и миниатюрными блестящими бутылочками водки, бурбона, скотча и джина, составленными в кружок. Здание вздохнуло и испустило дух. Пропало лиловое свечение цифровых радиочасов. Комната казалась черно-эластичной. Лифты с неправильной нумерацией, должно быть, остановились. Селию наполнило мрачное воодушевление, не имевшее выхода. Она отодвинула тяжелые складки шторы и выглянула. Высокие башни, которые до того были бесплотными колоннами из светящихся прямоугольников, превратились в мрачные ущелья. Змеившийся поток транспорта стал вялым, расползся в стороны, померк и через пару минут замер. Лихорадочно охристое небо превратилось в зримую темноту,<a l:href="#n_38" type="note">[38]</a> в которой на мгновение ожили звезды, тут же срезанные гигантскими лезвиями белых лучей-ножниц. Сквозь шум кондиционера и звукоизоляцию Селия услышала напряженный гул и рокот. Щели внизу заполнили идущие вплотную друг за другом мрачные танки. С клацаньем и жужжанием из темноты появились вертолеты, нависли над чудищами, ползущими между темными башнями. В этой стране такая тревога объявлялась часто. Врага сдерживали у самых границ; поговаривали, что он уже сумел проложить несколько километров подземных туннелей и через скрытые выходы мог засылать шпионов и передовые отряды своих войск, чтобы те внедрялись, смешивались с местным населением, разрушали и убивали. Наказание за несоблюдение комендантского часа, за непогашенный свет, за появление на улицах было суровым. Селия попробовала почитать при свете фонарика изречения Будды, но фонарик укатился, и она испугалась, поскольку в темноте не смогла его найти. Когда все закончилось, прозрачные лиловые цифры уверенно возвестили время, совершенно нереальное в этой стране, никак не связанное ни с рассветом, ни с сумерками, а из радио, только что с дребезжанием изрыгавшего повторяющиеся военные инструкции, полился умиротворяющий венский вальс.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>С поездкой в Народную Деревню сначала ничего не получалось: вышло распоряжение, по которому в тот день по автостраде могут ездить только машины с четными номерами — чтобы не мешать маневрам. Профессор Мун получил разрешение. Они со вторым профессором Саном везли англичан по автомагистралям, которые вполне можно найти в Техасе, в долине Роны, в Бирмингеме или австралийском Калгурли, в канадском Саскачеване или Внешней Монголии. За окном — только полотно дороги и несколько холмов. Разделительного барьера нет, объяснил профессор Мун, чтобы эту автостраду можно в случае необходимости мгновенно превратить во взлетно-посадочную полосу. Для реактивных самолетов вертикального взлета и посадки, для истребителей, для вертолетов. В небе время от времени раздавался ноющий звук механических крыльев. Заговорили про комендантский час. Профессор Мун сказал, что он его любит. Наш город залит адским сиянием, сказал он. Постоянно. И сильно загазован. Вчера вечером я, как в детстве, вышел на улицу и посмотрел на Млечный Путь. Теперь его из-за загазованности не разглядеть. Тогда, мальчишкой, я изучал звезды, сказал он. Селия понимала, что спрашивать, сколько ему лет, в каком мире он вырос, было бы невежливо. Вместо этого она спросила, насколько серьезна угроза, из-за которой проводят военные маневры. Все это очень неопределенно, сказал профессор Мун. Нам всегда угрожают в силу нашего географического положения. Нашей стране всегда грозит оккупация, и она постоянно была оккупирована. Иностранная держава правила здесь чуть не целый век, даже язык наш запрещали. Мы научились терпению и своего рода хитрости. Сам я думаю, что маневры призваны развить в нас чувство национального единства. Ведь вам, пережившим Вторую мировую, знакомо чувство национального единения перед лицом опасности?</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Селия подумала об искусстве как о средстве спасения. Говоря о различных, выбранных наугад отрывках из Данте, Вагнера, Мидлтона, Упанишад, «Гамлета» и так далее и столь же произвольно не включая других в этот список канонизируемых, Т. С. Элиот написал: «…обломками сими подпер я руины».<a l:href="#n_39" type="note">[39]</a> Писатели-реалисты — это скромные сороки, собирающие значимые вещи. Ни разу не надевавшиеся шелковые шляпки тетушки Пуллет,<a l:href="#n_40" type="note">[40]</a> выглядевшие очаровательно старомодными в 1830-е годы и найденные в 1858-м, всегда красивые и все еще ждущие своего часа. Ножи Дэвида Копперфильда,<a l:href="#n_41" type="note">[41]</a> ленты Эммы Вудхаус.<a l:href="#n_42" type="note">[42]</a> С этой точки зрения Народная Деревня была не только достопримечательностью для туристов, но и произведением искусства. Здесь было собрано все, что могло вот-вот тихо исчезнуть, и все это было в своем роде исключительно: деревенский дом, муниципальная тюрьма, надгробный памятник, ремесленники за работой, ткачи и мастера по изготовлению вееров, живые куры в плетеных курятниках незапамятных времен, сидящая на воссозданной веранде женщина-шаман с мрачным лицом, с разложенными перед ней приспособлениями для предсказания судьбы. Профессор Мун рассказал, что каждый камень, каждая доска, каждая соломенная крыша были привезены и заново собраны. Это настоящие дома, не подделки, в них когда-то жили, у каждого своя история. Селия всматривалась в безупречно чистые кухни со стоящими в полумраке огромными сосудами для хранения продуктов, с вделанными в очаг на уровне пола котлами и жаровнями. Профессор Мун объяснил, как устроен очаг. В сырой или ветреный день дым от него мог расползтись по всей кухне. Неприятно для тех, кто там находился. А находиться там разрешалось только женщинам. Мужчин не пускали. Даже маленьких мальчиков? — спросила Селия. Только совсем маленьких, сказал профессор Мун. А алтарь там был? — спросила Селия, вспоминая, что она в это время писала о ларах и пенатах, о ду́хах очага. Дома были изящные и пустые. В них стояли инкрустированные перламутром резные сундуки и низенькие столики, лежали рулоны одеял, и больше ничего. Представить мысли или обычаи исчезнувших обитателей по такой обстановке невозможно. Профессор Мун предпочел не отвечать на вопрос Селии. Он чуть-чуть отошел и смотрел в сторону, вдаль. Вы не понимаете, сказал он, что именно в таких домах выросло большинство наших людей. Я и сам вырос в таком доме. Селия спохватилась, что коснулась чего-то личного. Но все-таки спросила: а были такие части дома, куда не могли входить женщины? Конечно, были, неопределенно ответил профессор Мун. Они шли вокруг дома и заглядывали в каждый проем. Что это были за части дома, он рассказывать не стал. Снаружи под звуки двух маленьких барабанов и мелодию флейты, мощно льющиеся из громкоговорителя сквозь опушенные ветви похожего на акацию дерева, в сплетающихся хороводах кружились исполнители народных танцев. На них были красивые белые полотняные костюмы, украшенные разлетающимися разноцветными лентами — бледно-желтыми, ярко-синими, лиловато-коричневыми, цвета зеленой листвы. Зрители были одеты в джинсы, майки с надписями и закрытые туфли-мыльницы.</p>
    <p>— Какая безвкусная одежда, — сказал профессор Мун. — В этих ужасных туфлях нет ни изящества, ни стиля.</p>
    <p>Его английский становился более беглым, идиоматичным и изящным. Он купил им охлажденного в глиняной бутылке рисового вина и похожих на подушечки белых рисовых лепешек, сладковатых, с легким ароматом риса, невесомых и тающих во рту. Он повел их туда, где за доллары и иены продавались сделанные работавшими на глазах у публики ремесленниками веера, миски для риса, конские подковы и одеяла. Там он нашел что-то похожее на шестигранную деревянную клетку на длинном стержне и спросил, знают ли они, что это такое.</p>
    <p>— Нет, — сказали они.</p>
    <p>И он объяснил:</p>
    <p>— Это чтобы запускать змеев. В детстве я у нас в деревне по этой части был первый. Соревновались мы отчаянно.</p>
    <p>Он взял этот предмет, как музыкант берет знакомый кларнет или скрипку, которые в его руках запоют, или как повар берет в руку тот ли иной нож, оценивая его вес.</p>
    <p>— Мы окунали руки в стеклянный порошок, чтобы лучше скользило, — сказал он и сделал этот невообразимый жест.</p>
    <p>Затем он подбросил деревянную клетку в воздух и, поймав ее, стал быстро-быстро вращать деревянный стержень между изящными ладонями. Стержень крутился все быстрее и быстрее. Профессор Мун подбрасывал и ловил, быстрее и быстрее. На его профессорском лице появилась совершенно другая улыбка, не улыбка вежливости, а довольная улыбка мастера, улыбка ребенка, дивящегося ловкой работе. Он улыбался, сжав губы и прищурив глаза, и разбегающиеся под разными углами морщинки на его лице стянулись к уголкам сосредоточенных глаз. Он был поглощен своим занятием, и у Селии это вызвало восторг и ощущение, что она здесь лишняя. Она попыталась понять, как бечевка зме́я наматывается на эту катушку, но не смогла. Попробовала представить маленьких мальчиков в белой полотняной одежде, заполонивших склон холма, — все они что-то подбрасывают и крутят, все серьезно улыбаются, а над ними ныряют, и парят, и носятся воздушные флотилии драконов, солнц и лун, все раскрашенные в чистые и яркие цвета простодушных народных игрушек. Но змеи, которые она себе представила, были китайскими, а холм — тот самый Бокс-Хилл, где она запускала змеев со своим маленьким сыном. Она обмахивалась своим новым веером с нежно-синими узорами на промасленной кремовой бумаге, натянутой на хрупкие деревянные ребрышки и все еще пахнущей маслом, в которое ее окунали. Уже три дня она время от времени бывала в компании профессора Муна и ничего о нем не знала.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Возвращаясь из этого чистенького, радостного города-призрака, они чуть не опоздали на прощальный банкет. «Банкет» — странное слово; для англичан оно, возможно, означает некий официальный прием в большом промышленном городе, где «новые левые» еще не отменили вечерние платья и столовое серебро. Китайцы в своем социалистическом государстве называют этим словом менее чопорные официальные пиршества, на которых вместо дикарских булыжников-стейков и тошнотворных груш под шоколадным соусом сменяют друг друга тонкие ароматы. Мильтоновский Христос в пустыне, отвергая классическую ученость, отверг и другое предложенное Искусителем пиршество — пир чувств,<a l:href="#n_43" type="note">[43]</a> фантастический пир, который продолжался со времен классических средиземноморских культур до этого заключительного торжества пуританства. Угощение для участников симпозиума по английской литературе подавали во внутренней комнате ресторана, где гости сидели босиком на полу вокруг низкого Г-образного стола, поджав под себя ноги. Здесь у Селии оказался другой сосед, не профессор Мун, образ которого уже сложился у нее в уме — сложился не из того, что она знала, а из того, чего не знала, образ отсутствия, — что-то вроде стеклянного ящика в ярком свете. Она внезапно устала от всего незнакомого, ум и чувства отказывались воспринимать новые лица, новые блюда, новый этикет, новые слова — или старые, значения которых сместились и стали опасными или потеряли силу. Все улыбались, атмосфера была теплой, приносили еду, еще еду, подали длинные янтарные щупальца соленой медузы, которые нужно было аккуратно подхватывать тонкими палочками из нержавеющей стали, скользкими, как спицы, — такими она вязала в детстве.</p>
    <p>Она сосредоточилась на палочках и почти не смотрела на соседа слева. У него было большое круглое лицо, как у профессора Сана, но это был не профессор Сан — он был моложе, мягче, более застенчивый.</p>
    <p>— Что вы сейчас преподаете? — собравшись с силами, спросила она.</p>
    <p>— Английскую пастораль, — сказал он. — От елизаветинцев до девятнадцатого века.</p>
    <p>Казалось, вопрос его немного обидел, но Селия продолжала. Для них это был общий язык, своего рода лингва франка: английская литература, педагогика. Она не видела в этой чужой стране ни одного студента. Она стояла в туманном небе на вершине пресс-центра и выступала, не зная тех, к кому, как она полагала, обращается. Любой преподаватель понимает, какой опасной в такой обстановке может стать любая оговорка. Стоит увеличить или уменьшить плотность изложения, добавить или убавить полсотни терминов из тщательно отобранного словаря, стоит изменить выбор того, что надо пояснить, а что, наверно, в пояснении не нуждается, — и восприятие слушателей полностью изменится, станет каким угодно: от понимания до растерянности, от чувства, что узнал новое, до дежавю. Теперь, с опозданием, она пыталась разобраться. Они говорили про Аркадию и про Озерный край, а медузу сменила обжигающе холодная белокочанная капуста под кроваво-красным перечным соусом с уксусом. Сидевший напротив нее профессор Сан-второй рассказывал, как, сосланный в Буффало для работы над джойсовским Дублином, он испытывал такое раздирающее желание поесть этого блюда, что ходил по городу в поисках какого-нибудь соотечественника или несуществующего этнического ресторана, у которого были бы собственные бочонки с соленьями и маринадами. Доктор Уорфдейл, молодой и неуемный правдоискатель, в конце концов стал выяснять все то, что их волновало. Красные цифры на той башне, башне в центре города, — это что? Это, сказал профессор Мун, символ национальной гордости. Это количество дней, оставшихся до начала Всемирных игр, которые будут у нас в городе проходить. Мы очень любим гимнастику, но никогда не побеждаем. У нас, по-видимому, сложение неподходящее, ноги слишком короткие, а туловище тяжеловатое. Но в последнее время, когда мы стали лучше питаться, когда в результате нашего экономического чуда мы стали богаче, все изменилось. У молодых ноги длиннее, а надежды выше.</p>
    <p>А, да, молодые, сказал доктор Уорфдейл. Я так понимаю, у вас в университетах студенческие волнения? Этот вопрос, как и вопрос Селии про алтари, наткнулся на молчание. Затем — сразу несколько не связанных между собой ответов. Страна, сказал кто-то, живет в условиях внешней угрозы, экономической нестабильности, — возможно, она развивается слишком быстро. Культура авторитарна и иерархична и всегда была такой. Уважение к предкам и иерархия — характерная черта нашего народа. Если сейчас это ставят под сомнение, так это потому, что студенты стали лучше питаться и у них появились более высокие запросы. А еще они, в отличие от нас, старших, не помнят того времени, когда страна была угнетена, времени колониального правления, времени, когда наш язык был под запретом, а произведения нашего искусства вывозились в иностранные музеи. Они не ценят то, за сохранение чего мы тайно боролись. Они хотят разрушать. Ради разрушения. Как и все студенты, примирительно сказал доктор Уорфдейл. Собравшиеся преподаватели посмотрели на него с подозрением, — по крайней мере, Селии так показалось. Я заметил, сказал доктор Уорфдейл, что, когда вы говорите, вы прикрываете рот рукой, вот так. Это выражение вежливости? Или, может быть, застенчивости? Это потому, что показывать зубы у нас считается проявлением грубости, агрессии, ответили они. Когда-то считалось, что это выглядит как угроза.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>— Честно говоря, мне иногда кажется, — сказал сосед Селии слева, — что я впустую потратил свою жизнь. Все это, наверное, очень интересно — и Вордсворт, и Мильтон, и Джордж Элиот, но действительно ли это так важно, не знаю.</p>
    <p>Продолжая думать о склонности студентов к отрицанию и учитывая молодость своего соседа, Селия слишком поспешно согласилась:</p>
    <p>— Я тоже думала о том, зачем все это нужно в том мире, в котором мы живем. Мои студенты ворчат: Мильтон, мол, не имеет права требовать от них знания Вергилия, или Овидия, или даже Библии — для них это не такая священная книга, и в школе они ее, в отличие от меня, не изучали. Я не христианка, так почему же я должна требовать, чтобы они читали «Потерянный рай»? Но в мои годы меняться поздно. Это мои корни.</p>
    <p>— Да, конечно, — сказал ее сосед. — Только я не про это. Вы знаете, что называют литературой Третьего мира?</p>
    <p>— Да, — ответила Селия, опять слишком поспешно, потому что не знала; знала только, что такое Третий мир, — это экономическая категория, определяемая по отношению к двум предшествующим мирам.</p>
    <p>И она бывала членом комиссии по присуждению степеней в таких местах, где преподавали литературу, включающую только произведения, написанные женщинами, или чернокожими, или гомосексуалистами; эти голоса старались заглушить или изменить неслышный сегодня голос, который, как считалось прежде, произносил лучшее из того, что думали и сказали в мире.</p>
    <p>Что женщин сводят в какую-то второсортную группу, ей как женщине претило. Претило и то, что все эти отдельные различия в порыве гнева сваливают в одну разнородную кучу. Третий мир не один, их много. Они объединяются, лишь когда противостоят общему врагу, Первому миру, к которому принадлежит она.</p>
    <p>— Да, нам, пожалуй, нужно изучать литературу Третьего мира. Нужно думать об империализме. И об экономическом империализме.</p>
    <p>В городе было место, которое, как предполагалось, обязательно должно ее привлечь, место, где из открытых дверей будочек проворные девушки и энергичные бабушки хватают вас за руку — купи, купи, сумки от Гуччи, куртки от Сен-Лорана, цейсовские фотоаппараты, плееры «Сони», куклы с капустной грядки<a l:href="#n_44" type="note">[44]</a> — имитации, порожденные экономическим чудом, неотличимые от своих первообразов и в десять раз дешевле. Там можно купить майку с томатно-розовой и медной «железной леди» или майку с грибовидным облаком и резвящимися мутантами, объявляющими: «Бомба нам нипочем». Ярмарка тщеславия, свысока подумала Селия и тут же сама себя поправила: нет, экономический рост.</p>
    <p>Она с улыбкой повернулась к своему молодому соседу-радикалу:</p>
    <p>— Вам, наверное, стоит ее изучать. Пожалуй, стоит. Мне тоже советуют. Но Мильтон и Джордж Элиот — это мои корни, и я не хочу, чтобы они исчезли без следа.</p>
    <p>— Я тоже не хочу. Но если исчезнут, это, возможно, не так и важно.</p>
    <p>Она снова повернулась к нему:</p>
    <p>— Я вас понимаю.</p>
    <p>Он прикрыл нижнюю часть лица рукой:</p>
    <p>— Понимаете? Вряд ли.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>И тут она совершила ошибку — спросила, как его зовут. На его лице отразилась — она это увидела — недоуменная обида, которая сменилась негодованием и презрением. Он безмолвно достал из кармана диск, который во время предыдущих бесед был приколот к его пиджаку и который он потом снял: они ведь уже все познакомились, они обмениваются мыслями, они уже знают друг друга, так ведь? Он не был <emphasis>похож </emphasis>на профессора Сана, это <emphasis>был </emphasis>профессор Сан. Не узнать его означало перечеркнуть все, что было сказано и сделано, разорвать те непрочные связи, которые успели установиться. Не сумела она различить восточные лица. Будто сказала: все они одинаковые. И потеряла лицо. Рука ее потянулась ко рту.</p>
    <p>— Вы сегодня выглядите на двадцать лет моложе, — произнесла она, и это была правда.</p>
    <p>Он ледяным тоном, все так же вызывающе отрезал:</p>
    <p>— Мне сорок шесть. Для профессора я молод.</p>
    <p>— А выглядите на двадцать шесть.</p>
    <p>— Да. Конечно.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Всю дорогу домой, весь растянувшийся на целый день полет сквозь ночную тьму она думала о своей неудаче. Она размышляла о том тонком процессе, благодаря которому мы распознаем лица. В нашем сознании лицо складывается из окружностей — зрительный эквивалент гипотетической глубинной структуры языка. Специалисты по психологии восприятия дразнят и тормошат лежащих в кроватках младенцев, трясут над ними бумажными солнцами и лунами, на которых иногда изображены глаза или улыбающийся рот, пририсованные для сходства с человеческими лицами. А дальше? Как мозг переходит к конкретному, частному? В национальном музее той страны было множество залов, заполненных улыбающимися буддами и бодхисатвами — неизменными и разными. Их жесты — язык, которого Селия не понимала: это мудры, призывающие силу земли, взывающие к бесконечности. Все разные — и все одно. Отсюда, с высоты, Англия представлялась маленькой, замкнутой, неприятной и ненужной, хотя для чего именно — она в точности сказать не могла. Чтобы разобраться, надо увидеть ее глазами всего мира, а это невозможно. Потом, из уважения к профессору Сану, она прочтет книгу франкоговорящего автора из Западной Африки, в которой есть любопытный ключ к загадке башен со сбитой нумерацией этажей. Чернокожий автор возмущался, что его сограждане смирились с тем, как чуждая западная космография подчинила себе живой анимизм его народа. Их поэты и учителя, говорил он, раболепствуют перед тем, что ошибочно называют универсальными ценностями западной литературы, а на самом деле — продуктом идеологии и суеверия. Возьмите сияющие стеклом и сталью небоскребы, построенные на африканской земле западным буржуазным капитализмом. В этих нелепых зданиях отсутствует тринадцатый этаж, чтобы умилостивить иностранных призраков, ведьм и духов. Доктор Уорфдейл выяснил, что в их лекционной башне четвертый этаж не пронумеровали, чтобы умилостивить враждебных местных духов. Селия представила себе, что миром, наверное, все-таки правит мильтоновский Бог, который ходит среди своих подданных и смотрит, как они строят из кирпичей и черной земляной смолы грандиозную башню универсального человеческого языка, способную затмить башни небесные. И в насмешку Он вселил в них дух различия, который стер у них с языков их родную речь и заменил ее нестройным шумом незнакомых слов.</p>
    <p>Селии всегда было жаль дружелюбных жителей Вавилона — они ведь, конечно же, делали это из благих побуждений? Этот ревнивый Бог был всего лишь местным божеством, израилитом и пуританином семнадцатого века. А диалект племени был человеческой речью конкретных людей. Универсалии, над которыми навис этот насмешливый дух различия, — это башни из зеркального стекла, автоматы, разрушительная самонадеянность грамматологов и дуализм машин. Рациональные искусственные серебристые крылья хрупко висели над пустой темнотой. Где-то там, прямо под ними, к западу от Эдема, лежала равнина, где во времена Нимрода рухнул план строителей и где сейчас в оазисе группа кочевников, хорошо знающих эти места, сидела и безразлично смотрела наверх, на мигающие огоньки пролетающего самолета, на несколько спутников связи и на кажущийся сплошным яркий поток Млечного Пути.<a l:href="#n_45" type="note">[45]</a></p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>В день смерти Э. М. Форстера<a l:href="#n_46" type="note">[46]</a></p>
    </title>
    <p>Перед вами рассказ о писательском деле. Рассказ о писательнице, убежденной, помимо прочего, в том, что время писать о писательском деле прошло. «Наше искусство, — сказал Т. С. Элиот, — замена религии, как и наша религия».<a l:href="#n_47" type="note">[47]</a> Сия писательница, которую в тот летний день 1970 года мы видим замужней женщиной средних лет с тремя маленькими детьми, еще на заре жизни близко познакомилась с произведениями искусства об искусстве, причем искусство там понималось и как ключ к спасению. «Портрет художника в юности», «Смерть в Венеции», «В поисках утраченного времени». Или если говорить о вещах более английских и догматических, более учительных, то Д. Г. Лоуренс. «Роман — высшая на сегодняшний день форма человеческого самовыражения». «Роман — единственная яркая книга жизни». Миссис Смит этих книг боялась и вдобавок уродилась скептиком. Она не верила, будто жизнь стремится к тому, чтобы стать искусством,<a l:href="#n_48" type="note">[48]</a> или будто искусство способно уберечь мир от большинства бед, как извечных, так и приходящих в смутные времена. Она написала три небольшие, изящные ернические комедии о безрассудстве и недопонимании в отношениях между полами. Своего мужа, всерьез интересующегося международной политикой и мировой экономикой и поверхностно — литературой, она любила, хоть между ними случались и стычки. У нее было трое детей, которых интересовали: телевизор, маленькие животные, игрушечные солдатики, другие дети, небо, смерть и — порой — картины и занятные истории. У нее была домработница, чьи интересы вращались вокруг мужниных побоев и диабета (в то самое утро она расстегнула платье и продемонстрировала миссис Смит множество фиолетовых, шоколадно-коричневых и золотых бугорков и припухлостей на грудях и животе). Свою жизнь без искусства миссис Смит не представляла, однако не считала его ни панацеей, ни долгом, ни особой необходимостью. Работа над произведением искусства для нее совсем не символизировала борьбу за жизнь и не казалась добродетелью. Ей просто сделали прививку искусства — в виде романа, — не спрашивая ее мнения, еще до того, как она познала самое себя. Так возникла зависимость. Яркие книги жизни стали глотками воздуха, стаканчиками теплого виски, от которых хочется жить, и мыслить, и действовать. Жизнь вступала с этой зависимостью в какие-то сложные отношения. Миссис Смит нередко задавалась вопросом — на который, впрочем, не находила удовлетворительного ответа, — почему ей так нужно искусство и почему именно в таком виде? Ее версии Джойсу, Манну или Прусту показались бы легкомысленными. Потому что, например, в раннем детстве ее приводили в физический восторг строй фразы у Беатрикс Поттер и прилагательные у Киплинга. Потому что она вуайеристка и любит заглядывать в окна и глазеть на чужие миры, где свет ярче и теплее, чем в ее собственном. Потому что на самом деле ей недостает власти и так приятно творить иные миры, где все — и прелестное, и чудовищное — подчиняется ее воле. Серьезнее всего к искусству миссис Смит относилась в те моменты, когда благодаря ему природное любопытство ее сосредоточивалось на предметах за пределами сферы искусства: общественных вопросах, образовании, науке, смерти. Работая над своими вещицами, она перелопачивала уйму сведений; большинство из них в итоге на страницы не попадали, но процесс ей нравился. На время в ее мировосприятии возникала некая стройность.</p>
    <p>Так что наш рассказ, действие которого разворачивается в тот день, когда миссис Смит решилась-таки на длинный и сложный роман, ее бы не устроил. Она о писателях никогда не писала. Более того, на романы, в которых писательство подавалось как метафора самой жизни, она сочиняла остроумные и хлесткие рецензии. Она это называла метафизической клаустрофобией: на коробке с хлопьями фотография коробки с хлопьями и так далее до бесконечности. Ей нравилось действие: происшествия, сюжеты, история, факты. Хоть я не вполне разделяю ее взгляды, весьма им сочувствую. И все же, думается, нашу историю о писательском деле поведать стоит: это настоящий рассказ, и сюжет у него имеется — хоть отбавляй, прямо-таки один сплошной сюжет, сплошной архетипический сюжет, который, по-моему, не сводится ни к нарциссическим размышлениям о том, как рождается писатель, ни к эстетическому трюку с поставленными друг напротив друга зеркалами.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Итак, одним летним днем одна тысяча девятьсот семидесятого года миссис Смит отправила детей в школу и, по обыкновению, работала в Лондонской библиотеке. (Быт и творчество она предпочитала не смешивать. Писать ей нравилось в окружении книг, в закрытом пространстве, где книгам отведена главная роль. У себя на кухне она думала о еде и уборке; в гостиной — о детях, их несхожих характерах и образовании; в спальне — о муже, по большей части.) В голове у миссис Смит вертелось несколько потенциальных сюжетов. Можно, к примеру, описать житейские перипетии разных людей во времена Суэцкого кризиса и вторжения СССР в Венгрию. Или создать трагикомедию о художнике-реалисте, большом оригинале, которого не признают в академии, зацикленной на абстракционизме. Или на основе рассказов мужа о госслужбе сочинить — тактично изменив подробности — рассуждение о том, как запутанное иммиграционное законодательство нынешней Великобритании коверкает любовь, брак и семью. А можно — своего рода пародию на «Властелина колец»: вплести обороты Средиземья в чуждый контекст «реальных» событий современности и показать, чем этот эпос зацепил столь многих. Но по-настоящему увлечься ни одной задумкой не получалось. Так она сидела на жестком, неудобном стуле с шелушащейся кожаной обивкой и переводила взгляд с расставленных по полкам словарей на бордовый ковер, на деликатно дремлющих в кожаных креслах пожилых джентльменов, на высокие окна, выходящие на Сент-Джеймс-Сквер. Одно из них словно рамой обхватывало большой и опрятный флаг Великобритании, что висел на соседнем здании. Пространство других заполняла синева ясного неба да зелень веток, вскидываемых деревьями на площади. (Летом обмен веществ у нее в организме шел иначе. К мозгу приливал кислород, и мыслям бежалось особенно привольно.)</p>
    <p>Ей вдруг пришло в голову, что все ее задумки оказались бы куда интереснее не по отдельности, а в одном произведении. Эстетические переживания художника усложнялись на фоне политических переживаний чиновника, а толкиновская линия выигрывала, если ей противопоставить или даже ввести в нее венгерских беженцев, интеллектуалов и бюрократов старой гвардии, британских призывников в Суэце и рассерженных молодых людей. Их всех что-то связывало. Связывала общая принадлежность к сфере ее опыта. Миссис Смит, женщина средних лет, прожила определенную жизнь — не слишком богатую на события, но полную вдумчивых наблюдений. Повидала на своем веку достаточно, есть о чем писать. В библиотечной тишине, смотря то на белую бумагу, то на деревья, миссис Смит замерла на своем стуле, а перед нею, словно змея из корзины факира, словно телеграфная лента с результатами футбольных матчей, вздымал витки сюжет — запутанный, фантастический и все же правдоподобный в своей невероятности.</p>
    <p>Книга получится длинная. Пришел на ум Пруст, его отделанная пробкой комната, в которой массивы бытия перегонялись в слова, фрагменты его опыта: перья на шляпках и цеппелины, музыкальная форма, чтение и живопись, порок, чванство, внезапная смерть и медленное умирание, любовь и безразличие, еда, салфетка, телефон, плиты баптистерия — целая жизнь человеческая.</p>
    <p>Такие моменты — если позволить себе их прочувствовать — потрясают до глубины души, словно любовь с первого взгляда, словно удар, предшествующий перелому кости, словно выигрыш или потеря огромной суммы денег. Миссис Смит, как ей казалось, относилась к разряду людей, способных себе ничего такого не позволять. Она могла — и доказала это на практике — благополучно игнорировать любовь с первого взгляда: до замужества — из самолюбия, после — из страха моральных терзаний. И вот она сидит в залитой солнцем библиотеке и наблюдает, как покачивает головой змея и как скручивается телеграфная лента, и змеиный танец не надоедает, а, напротив, становится все сложнее, притягательнее, повелительнее. Ей вспомнился Кекуле,<a l:href="#n_49" type="note">[49]</a> к которому ответ на фундаментальный вопрос физики твердого тела пришел в виде фантастического видения — огненный змей кусает себя за хвост. И почему сгущение мысли — взять, к примеру, сны-предупреждения или сны-приказы — оказывает такое могучее воздействие? Конечно, миссис Смит могла бы сказать, что все ее мысли — часть одного целого, часть ее самой, очерченной и ограниченной своим жизненным опытом, полом, родным языком, социальным происхождением, образованием, телом и энергией. Но такие насыщенные переживания, такое острое наслаждение, когда границы ее «я» вдруг дали выход силам, облекли ее властью, были не в привычках миссис Смит. Надо полагать, тоска по такого рода эстетическим удовольствиям посещала ее и раньше. Но она соблазн отвергала. А то с чего бы ей так бояться тех ярких книг?</p>
    <p>Она взялась за перо, и между разрозненными сюжетами протянулись связи, из первоначальных посылок будто сами собой родились продолжения; они ветвились и давали плоды, словно в ускоренном фильме: из зерна — сразу росток, из весны — лето. Миссис Смит писала торопливо, не поднимая головы, и примерно за час успела больше, чем в периоды апатии и рассеянности — за неделю. Неделю? Да нет, месяц. Даже целый год. Хотя работа работе рознь. Сейчас миссис Смит чувствовала, что новый труд — это и правда движение вперед, особая форма жизни, ее жизни, своя самостоятельная жизнь.</p>
    <p>Когда мысли нашей героини описали круг и вернулись на исходную (от планирования — связка за связкой — добрались до первоначальной идеи о том, что линии стоит связать), она встала, вышла из библиотеки и направилась по улице. В крови было слишком много адреналина, возбуждение требовало выхода в действии.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Она прогулялась по Джермин-стрит — сперва в одну сторону, потом в другую; сквозь сумрачный портал вступила в рассеченную окнами шоколадно-коричневую тишину Святого Иакова; вновь оказалась на залитом солнцем церковном дворе (поток людских ног выгладил и обезличил его могильные плиты). Прошла по Пикадилли, мимо «Фортнума и Мейсона», мимо показной роскоши в благопристойных витринах. Свернула в Пассаж — пещеру Аладдина с блистающими за стеклом сокровищами. И вновь попала на Джермин-стрит. Все переменилось. Все принадлежало ей. То есть — тщательно выбирая выражения, мгновенно истолковала эту мысль она — пришла полная уверенность, что теперь она может все увиденное перевести в слова, свои собственные слова, английские слова, английские слова одна тысяча девятьсот семидесятого года, — каждое со своим значением, и своими границами, и своей бесконечно богатой историей, такой же индивидуальной, как жизненный опыт миссис Смит. Нет, она не была как Адам, который в райском саду нарекает имена всему сущему, придумывает существительные. (Не то чтобы она отрешенно, словно впервые в жизни, произносила: «дерево», «камень», «трава», «небо» — или хотя бы такие частности, как «омнибус», «газовый фонарь», «кюлоты».) В основном ей на ум приходили прилагательные. Узловатая кора, о-де-нильский фасад «Фортнума»… Eau-de-nil — салатовый оттенок цвета нильской воды, модный в эпоху нельсоновских побед, когда Пикадилли обретала нынешний вид. Цвет викторианских гостиных, а также — если судить по витрине косметического магазина — еще и новых теней для глаз: «Глазки-сказки», «Западный нефрит», — какой вздор, сколько энтузиазма! Чудесно. Существительные, пришла ей в голову диковатая мысль, — слова поэтические. Вот как у Вордсворта: «Суда в порту, театры, башни, храмы, река в сверканье этой мирной рамы…» А романам с их частностями приличествуют прилагательные. Они ограничивают существительные. Но в то же время придают им сил. У Диккенса одни сплошные прилагательные. И у Бальзака. И у Пруста.</p>
    <p>Теперь, поняла миссис Смит, что бы там отвлеченная мораль ни говорила о важности жизни по сравнению с литературой, писательство станет для нее главнейшим делом. Это прозрение само собой пришло с возрастом. Романы — по сравнению с песнями, например, или математикой — удел средних лет. Длинный роман, который она задумала, покажет и как долго она живет на свете, и как скоротечна жизнь. Нет, она, конечно, не собирается писать всемирную историю или даже какую-нибудь историю современности, а уж тем более — боже упаси — собственную историю. Автобиографии врут почище самой разнузданной беллетристики. Но по роману будет ясно, что его создатель стал свидетелем, и чутким, определенных исторических событий. Перед ее глазами прошла война и социальные реформы, появилась и угасла вера в то, что каждому воздается по трудам его, началось объединение Европы и усилились призывы к самодостаточности Англии, установилась эпоха общественной справедливости, общего среднего образования и женского равноправия, настал конец индивидуальности и произошло обнищание либеральной идеи. Чудесно было бы описать события человеческой жизни, по которым, словно по вехам, удастся проследить стоящие за этими словами триумфы и промахи, ужасы и нелепости, надежды и опасения. А биологическая история! Миссис Смит на себе испытала рождение (собственное), половозрелость, болезнь, секс, любовь, брак, рождения (детей), иные разновидности любви, чувство семейных уз, родства; познакомилась с местными трактовками этих всеобщих феноменов: доктором Споком, Боулби,<a l:href="#n_50" type="note">[50]</a> Винникоттом;<a l:href="#n_51" type="note">[51]</a> пережила демонстрации хиппи, увидела, как обшарпанные рабочие районы прихорашиваются и дорожают под наплывом понаехавших богачей и как прилагательное «голубой» превращается в существительное с идеологическим подтекстом. Как это все интересно и удивительно и как удачно со всем этим совладал язык — долгие нити письменных текстов, которые то плотно обхватят какое-то явление, то свободно его обогнут; где соединят и свяжут узелком, где разведут… А если метафору сменить, то язык окажется ящиком Пандоры, пещерой Аладдина, бездонным темным мешком, в который можно вместить и из которого можно вынуть все, что угодно, и вещь окажется и той же, и в то же время другой. «Nel mezzo del cammin di nostra vita», — пришла ей на ум иностранная цитата. Половина за плечами, и вот новое начало. На мгновение миссис Смит, до половины перешедшая Джермин-стрит, почувствовала себя Данте.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>А где же тот насыщенный сюжет с переплетением линий, который я обещала? Он вот-вот объявится, он уже идет по Риджент-стрит, наперерез миссис Смит, полуденный кошмар. Дабы не быть заподозренной в безвкусице, сразу оговорюсь: речь совсем не о срикошетивших пулях, террористах и кознях ИРА. Слишком уж часто истории в литературе и жизни обрываются из-за подобных вещей.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>А пока на стойках с газетными заголовками миссис Смит прочитала: «Скончался знаменитый писатель». Она купила утреннюю газету и узнала, что умер Э. М. Форстер. Ему был девяносто один год. Долгая жизнь, которая, впрочем, с двадцать четвертого года ни в одной его художественной строчке не запечатлелась. «Соединить, — написал он, — соединить прозу и страсть».<a l:href="#n_52" type="note">[52]</a> Сломал писателя, судя по всему, распад мира, который он знал: определенная общественная иерархия, жизнь большой семьей, в собственном доме, на лоне пасторальных пейзажей. Представлениям миссис Смит об идеальном английском романисте Форстер отвечал в гораздо большей степени, чем Лоуренс. Форстер писал сдержанно-ироничные книги о ценности индивидуума и его обязанностях. Он знал об опасностях, угрожающих индивидуальности: неразумии, воинствующем энтузиазме, политическом угаре. Он верил в терпимое отношение к ближним, в упорядоченность искусства, в то, что в мире действуют трудные для понимания силы, по отношению к которым искусство не имеет значения. В Кембридже у миссис Смит была подруга, чье окно выходило как раз на окна Форстера. Она смотрела, как тот неспешно ходит по комнате, перекладывает бумаги. Но никогда не пишет. Она его уважала чрезвычайно.</p>
    <p>Так что миссис Смит с некоторым удивлением отметила, как при виде заголовков в душе у нее мелькнула рефлекторная радость: а я жива! «Наконец-то, — сказала она себе (мысли по-прежнему неслись с невиданной скоростью и четкостью, так что словесные формулировки приходили с запозданием), — наконец-то будет посвободнее. Наконец-то можно делать что хочется и не бояться: а вдруг он проигнорирует? Вдруг отмахнется?» Нелепость какая-то: он о ее существовании и не подозревал. У него и желания не могло возникнуть игнорировать ее или отмахиваться.</p>
    <p>Понимать эти чувства надо так, решила миссис Смит, расхаживая по Джермин-стрит, что смерть устранила Форстера — в каком-то глубинном смысле слова — как критерий оценки. Утихло чувство, не дававшее покоя и тянувшее в разные стороны, что надо сделать не хуже, чем у него, но обязательно по-другому. Теперь, когда его труд официально завершен, когда за ним окончательно захлопнулась дверь истории, он в каком-то смысле стал ближе, у него легче учиться. Вновь прошла мимо церкви. Форстер… агностик, строгий блюститель принципов. Она завидовала определенности его взглядов. Но радовалась, что сама другая. Промелькнула мысль: «В день смерти Э. М. Форстера решила я написать большой роман». И церковный двор ответил библейским эхом: «В год смерти царя Озии видел я Господа…»<a l:href="#n_53" type="note">[53]</a></p>
    <p>Форстер сказал: «Те, кого я уважаю больше остальных, живут так, словно они бессмертны, а общество вечно. Оба эти допущения суть ложь, но оба должны быть приняты на веру; а иначе как есть, работать, любить? Как не дать человеческому духу задохнуться?»<a l:href="#n_54" type="note">[54]</a></p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Восторг в душе у миссис Смит не затихал. Для человека, обуреваемого страстью, все вокруг летит стремительным зигзагом, будто разматывается из катушки полосатая лента: газеты, смазанный шрифт заголовков, Святой Иаков, плакаты с призывами помочь голодающим, выстроившиеся в витринах Джермин-стрит принадлежности мужского обихода, светозарные ботинки, вышитые домашние туфли из бархата, пестрые рубашки, сырная лавка, источающая бодрый запах тлена, парфюмерный «Флорис», неуловимо-душистый, как мешочек-саше. А для уха — еле различимая барочная музыка на органе. Не то уголок цивилизации, не то выставка потребления. А вот и магазин ювелира Гримы. Этот нарочитый, богатый в своей примитивности фасад тут недавно; к каркасу витрин привинчены как бы в случайном порядке грубые каменные плиты типа кремневых — получилось что-то вроде современных декораций, мрачных, тяжелых, к старинной драме: «Царь Эдип», «Король Лир», «Макбет». А в просветах меж суровых каменных плит — крошечные яркие витрины, выстланные алой лайкой, пурпурным шелком, киноварным бархатом. Расставленные в изящном беспорядке украшения не блещут педантичной полировкой: золото и серебро скорее истерто, будто камень или кость в волнах прибоя. Огромные, дикие, бугристые, сияющие жемчужины, огненный грушевидный опал, россыпь лунных камней, как брызги воды на золотой кольчуге, — эти примитивно-роскошные сокровища украшают диадемы и ожерелья, будто извлеченные из погребальной ладьи в Саттон-Ху, или гробницы фараона, или Музея современного искусства. «Окна, рамы, оправа, — думала миссис Смит, которой во всем виделись метафоры. — Из окна библиотеки я увидела государственный флаг и летние деревья. В этих же поместилась пещера фей и все легенды шестидесятых, а в витрине магазина готового платья — родная для Форстера Эдвардианская эпоха с рубашками и домашними туфлями ручной работы. Окна наводят порядок. Но беспорядка нет. Даже эти названия — „Тёрнбулл и Ассер“, „Флорис“, „Грима“ — вполне годятся и для саги в духе Толкина, и для реалистического романа, и для фантастической истории на современном материале. Все уже имеется. И время есть».</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>В этот момент мужчина, свернувший на Джермин-стрит, тронул ее за рукав, окликнул по имени и сказал, что рад видеть. Она его не сразу узнала: с момента их последней встречи он здорово постарел. Миссис Смит не записала бы его в разряд близких людей, хотя в те редкие моменты, когда их пути пересекались, он вел себя так, будто они старинные закадычные друзья. История этого человека, к которой я сейчас приступлю, во многом являет собой полную противоположность истории миссис Смит, особенно если учесть, что существо с другой планеты — или хотя бы из Японии, Бразилии или Турции — нашло бы истории почти всех англичан с университетским образованием похожими друг на друга как две капли воды. Миссис Смит и Конрад учились в одном университете, ходили на одни и те же вечеринки, и в Лондоне начала семидесятых у них в сферах искусства и образования имелись общие знакомые и пара общих друзей. Правда, миссис Смит изучала английскую литературу, а Конрад учился на психолога. В свое время он пытался было с ней заигрывать, но с кем только он не заигрывал! В общем, за особый знак внимания она это не приняла. Как раньше, так и сейчас Конрад оставался для нее знакомым знакомых.</p>
    <p>Конрад, по обыкновению, прямо-таки светился от удовольствия: будто никого в целом свете так не жаждал встретить в настоящий момент, как ее, будто, сведя их вместе, судьба, или Провидение, или Господь Бог удовлетворили его насущное желание, да и ее, надо полагать, тоже. От возбуждения он прямо-таки подскакивал на тротуаре Джермин-стрит, плотный мужчина с недавно выкатившимся грушевидным животиком, который нависал над джинсами, как крупное яйцо всмятку над подставкой не по размеру. Под джинсовой курткой у него была надета хлопчатобумажная водолазка, на которой там и сям проступали ржавые пятнышки и торчали жесткие волоски. Конрад пританцовывал с мальчишеским задором, хотя лет ему было немало; макушка и лоб совсем лысые, а на воротнике лежат длинные сальные курчавые пряди. Поначалу внимание миссис Смит привлекли именно волосы. В университете Конрад ходил с настоящей гривой, обладателя которой трудно было не заметить.</p>
    <p>— Тебя-то мне и нужно, — сказал он. — Выпьешь со мной кофе? Столько всего надо рассказать.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>В прошлом она бы отказалась: из страха или отвращения перед тем, что сейчас к ней будут прижиматься, гладить коленку, а деться будет некуда. В прошлом она его приглашения чаще отклоняла, чем принимала. Правда, бывали и такие моменты, когда писатель в ней, набравшись мужества, решал потерпеть и поглаживания, и похлопывания, и пыхтение ради сведений, которые Конрад мог сообщить о вещах, ей малознакомых. Например, что-нибудь на тему психологии. Именно Конрад поведал об экспериментах по сенсорной депривации: человека помещают в наполненную теплой водой темную камеру, и у него сперва пропадают зрительные ощущения, потом он перестает воспринимать свое тело, а под конец уходит ощущение времени и собственного «я». По словам Конрада, от погружения в бестелесную темноту личность у многих студентов-добровольцев распадалась навсегда, но статистику таких случаев не раскрывали. Миссис Смит было интересно, благодаря чему частички личности держатся вместе, что представляет собой человеческое «я». А еще Конрад, обладатель весьма многогранного жизненного опыта, рассказал ей, когда она созрела для таких вещей, о пытках и насилии; об экспериментах, из которых выяснилось, с какой готовностью обычные люди причиняют боль другим, стоит лишь приказать. Миссис Смит была страх как любознательна, однако журналистской готовности задавать вопросы ей недоставало. Так что болтливость Конрада была в известном смысле очень кстати.</p>
    <p>Но в тот июньский день она пошла с Конрадом пить кофе благодаря музыке. Благодаря музыке она чувствовала к Конраду особую симпатию.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>История с музыкой была — да и есть — сюжет, которому и действующих лиц почти не требуется. Чтобы ее поведать, о Конраде надо сообщить вот что: это был человек поразительной физической, эмоциональной и умственной энергии. Никогда не останавливался, ни на минуту не замирал, все время пребывал в движении. Женщин затаскивал в постель с какой-то жадной прожорливостью, которая казалась миссис Смит физически отталкивающей, но о которой интересно было послушать. Женился на молоденькой девушке, красивой и с состоянием, но интересовался всеми женщинами подряд. Его привлекало действие: полученные в университете психологические навыки он пытался применять и в армии, и в пенитенциарной системе, и в коммерции. Скажем, пробовал консультировать телевизионных рекламодателей. Как я уже упоминала, у них с миссис Смит были общие знакомые, и, пока наша героиня рожала детей, до нее доходили слухи о похождениях неуемного Конрада: то он уехал на континент и участвовал в венгерском восстании, то устроил себе медовый месяц в «Ритце» и три недели не вылезал из постели, то вместе со съемочной группой отправился в самое сердце Новой Гвинеи изучать каннибалов. По рассказам, у него родилось несколько детей — от студенток, актрис, гувернанток, приехавших из-за границы по обмену. Деятельной жизнью жил человек. Как-то раз, когда он работал уже с другими тележурналистами и ему для заграничной командировки понадобилось пройти медосмотр, у него обнаружили туберкулез. Конрада отправили в санаторий, и на несколько лет он пропал. Жена от него ушла. Все эти сведения через друзей и знакомых просачивались к миссис Смит, которая тем временем вела себе хозяйство, варила обеды и читала Джордж Элиот и Генри Джеймса.</p>
    <p>В санатории принужденному бездействовать Конраду было откровение. Он осознал, что жизнь его конечна, что другой не будет и что человеку следует выбрать самую главную для себя вещь и все отпущенные ему силы отправить на нее, и только на нее. Конрад заключил, что для него главная в жизни вещь есть музыка. В санатории этот вывод не вызывал сомнений. И когда, притихший и осунувшийся, Конрад покинул стены санатория, он уволился со всех своих высокооплачиваемых работ и пошел учиться музыке: записался на курсы композиции. Женился второй раз, на тихоне. В те годы миссис Смит как-то раз его встретила — человека, в середине жизни всего себя поставившего на службу новому идеалу, — и испытала смесь зависти и опасливого недоверия. Конрад излучал благостную определенность. Дежурное поползновение вышло у него чуть ли не как прелюдия к религиозному возложению рук. Миссис Смит не соблазнилась и вернулась домой, где ее ждали: сломанная стиральная машинка, муж, получивший письмо с угрозами от вышедшего на свободу торговца наркотиками анархистских взглядов, а также мысли о том, что в прошлом немало великих произведений искусства были созданы под влиянием особого рода озарений и подъема сил, вызванных туберкулезом. Теперь его, конечно, лечат; с человеческой точки зрения можно порадоваться, с эстетической — посетовать.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>С тех пор и до сегодняшнего дня она видела Конрада только раз: он постучался к ней в дверь и пригласил на обед. Обед вышел дорогой: мидии, тюрбо, сабайон, вино. Миссис Смит внимательно наблюдала за Конрадом, а тот ел и пил от души. Проглотил и всю ее молодую картошку, и всю свою, блестящую от голландского соуса, — под конец в соуснице не осталось ни капли. Конрад вытер губы камчатной салфеткой (лицо у него тоже лоснилось от пота и масла). Вторая жена, сообщил он, ушла и забрала детей. Приходится платить огромные алименты. Он сочинил мотет, который исполняли на Фестивале современной музыки в Лимингтон-Спа. Еще он работает на одну сигаретную компанию: придумывает, как в рекламе намекнуть, что курение приносит сексуальное удовлетворение, но прямо ничего не утверждать. Теперь женщины редко пользуются помадой, так что задача усложнилась. Раньше можно было показать роскошные алые губы, влажные такие, а сегодня в моде губы чистые и здоровые. От работы Конрад не в восторге: всякого насмотрелся в легочном отделении санатория, но алименты… Она не знает, есть какие-нибудь хорошие современные стихи, которые стоит положить на музыку? Ему хочется писать простые вещи для одного голоса, без выкрутасов. Познакомился тут с потрясающей певицей из Израиля. Диапазон потрясающий! А женщины пишут стихи о любви? Она в курсе, что мидии женщинам нравятся потому, что напоминают о сексе? Это что, запах морской воды? Или на эмбрион чем-то похожи? А может, ударим по бренди? Или арманьяк? Или билет на Штокхаузена в Королевский фестивальный зал? Наши представления о музыкальном звуке, музыкальной форме сейчас в корне меняются, что-то невиданное. А еще он разрабатывает вопрос о том, как увлечь женщин креплеными винами. Само собой, с физиологической точки зрения, много они все равно не выпьют. Элитный портвейн с лимоном. Что предпочитают представители разных сословий, зависит не только от доходов. Может, ей сигару? Притерся коленом. Большим и горячим. Она ловко увернулась.</p>
    <p>И все же миссис Смит не забыла о музыке. Человек побывал на краю бездны и выбрал музыку.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Они сидели в непритязательной кофейне с чашками капучино. Теперь миссис Смит заметила, что выглядит Конрад неважно. На подбородке застарелая щетина, на лице — паутина расширенных сосудов, покрасневшие белки глаз, на шее обозначились жилы. Плечи присыпаны волосами и перхотью.</p>
    <p>— Как с музыкой? — спросила миссис Смит.</p>
    <p>— Отлично! Прекрасно! Как никогда. Масса нового. Выглядишь замечательно. Прямо светишься. Прекрасно, что встретились и что ты так замечательно выглядишь. Ни капельки не изменилась, ни капельки, будто вчера только гуляли с тобой по Задам<a l:href="#n_55" type="note">[55]</a> и сидели рядышком в библиотеке.</p>
    <p>Миссис Смит не помнила, чтобы они такое проделывали. Может, память, от которой в ее жизни отныне столько будет зависеть, все-таки подводит.</p>
    <p>— Я как раз думала, как приятно быть женщиной средних лет.</p>
    <p>— Ты не женщина средних лет. Возраст — дело самоощущения. Это правда, я не просто так. Я молодой, ты молодая, мы можем горы свернуть. Я раньше никогда не чувствовал себя таким молодым, таким здоровым!</p>
    <p>По переносице у Конрада протянулись полоски пота; жидкость выступила в ямочке подбородка и на липком бледном лбу. Безжизненные кончики пальцев, под ногтями грязь. От него пахло. Помимо свежего запаха кофе, несло свежим потом и старым потом — запах близкой смерти.</p>
    <p>— Расскажи, как с музыкой.</p>
    <p>— Я же сказал, замечательно. Каждый день новые открытия. Революционные приемы. Новая техника. Новые горизонты. Ну как же свежо ты выглядишь!</p>
    <p>Миссис Смит знала, что в волосах у нее седина, что от уголков глаз веером разбегаются морщины, что шею лучше прикрывать, а тело после родов размякло. Языком ей вслед не прищелкивали. Рассчитывать или надеяться на какие-то поползновения в свой адрес, как правило, не приходилось.</p>
    <p>— Не надо. Я как раз думала, как удачно, что молодость бесповоротно прошла. Потому что за плечами время, потому что я окружена временем. Слушай, я решила написать большую книгу — о моем времени, о времени, которое я прожила и которое уже не вернется.</p>
    <p>Пожалуй, впервые за время их знакомства она открыла ему что-то сокровенное. А все благодаря музыке.</p>
    <p>— Когда у нас пройдет молодость, — возразил Конрад, — обязательно что-нибудь придумают, чтобы останавливать старение навсегда. Над этим уже работают. Скоро можно будет побороть смерть. А что? Вполне, в большинстве случаев. Нет, правда; я кое-что выяснял. Надо исключить сигналы, которые дают телу команду стареть: снижение уровня гормонов, вымывание кальция — такие вещи. Тут вопрос политический: обывателям, само собой, ничего не говорят, потому что не ясно пока, что делать с перенаселением. Но у меня свои источники. Надо просто перехитрить гены и заставить их воспроизводить себя, как раньше, в твоем собственном теле, никакого чужого не нужно. Это осуществимо. Я сделал вазэктомию. Хватит детей, хватит алиментов, хватит тратить генетический материал на других. Будем копить. Воспроизводиться. Жить. А ты говоришь, молодость прошла.</p>
    <p>— Но мне нравится как есть! — еще раз попыталась достучаться до него миссис Смит. — Я вдруг поняла, что моя форма искусства требует средних лет. Нужен временной диапазон. Время — ключевой параметр.</p>
    <p>— Времени нет. Время — иллюзия. Новая музыка это понимает. Всё — в настоящем. Сейчас. А прошлое, гармония, метр, темп — это неинтересно. Мы разрушили понятие времени и порядка. Вся игра — на случайности, на хаосе. Эйнштейн развенчал иллюзию линейного времени.</p>
    <p>— Ну а как быть с биологическим временем? — храбро возразила миссис Смит, которой уже приходилось слышать эти доводы, хоть и не от Конрада.</p>
    <p>— Звуки — мгновенные, одноразовые, — продолжал Конрад в экстазе. — Постоянно меняются и всегда пребывают в настоящем. Биологическое время тоже иллюзия. Умирают только сложные организмы. Простые клетки бессмертны. Это можно изменить. Мир надо улучшить — вот самое главное. Мы должны выжить. Тебе можно доверять?</p>
    <p>Миссис Смит, не говоря ни слова, опустила веки. Сейчас будет очередное откровение на половую тему.</p>
    <p>— Знаю, что можно. Потому и встретились. Такие вещи просто так не случаются. За мной следят. Я в опасности.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Сюжет принимал шпионский оборот. Не зная, как реагировать, миссис Смит продолжала понимающе смотреть и неопределенно молчать.</p>
    <p>— Там напротив, через дорогу, темная фигура с мерзким зонтом. Только не смотри пока.</p>
    <p>«Паранойя», — пронеслось в голове у миссис Смит.</p>
    <p>— А в чем дело? — спросила она нейтрально.</p>
    <p>— Я достал, — Конрад наклонился к ней через ламинированный столик и дыхнул в лицо застарелым дымом и кислым страхом, — папку с секретными планами. Дело жизненной важности. Нужно доставить ее в израильское посольство.</p>
    <p>Он выложил перед ней затертую, грязную папку, перетянутую разномастными веревочками, из-под которых вылезали пожелтевшие углы ксерокопий.</p>
    <p>— Может, благодаря этому удастся предотвратить атомную войну. У них ведь есть бомба. Не ровен час, взорвут. Ты же понимаешь: весь мир против них, постоянная война за выживание, на протяжении веков…</p>
    <p>— Но послушай…</p>
    <p>— Ты ничего не знаешь. Я работал на нашу разведку. Сверхсекретные исследования. Все эти поездки на Восток, на научные конференции, — они были не просто так. Я знаю, что к чему. В Израиле на разведку работают все. Иначе им не выжить. Как только увидел Мириам, понял, что и она тоже. Но только она мне не доверяет. Хочу вот это передать израильтянам. В знак дружбы. Со стороны Великобритании.</p>
    <p>Миссис Смит не удержалась и тихонько спросила, что такое «вот это», хотя и постаралась придать своему вопросу равнодушный тон. На той стороне улицы мужчина в темном плаще закурил, переложил зонтик из руки в руку, бросил взгляд на окно кофейни и вновь принялся изучать выставленные в витрине мужские рубашки во всем их буйстве красок: в алую полоску, в розовый цветочек, с черно-золотыми огурцами. Не похож он был на человека, который носит такое.</p>
    <p>— На музыкальном факультете одного университета создали инструмент — построили машину, которая звуковыми волнами разлагает твердые тела. За счет вибраций. От этих звуков на определенных частотах люди впадают в полную прострацию. Съезжают с катушек. Особенно арабы: у них слышимый диапазон шире. Пытаюсь переправить эти документы в израильское посольство.</p>
    <p>— Какой ужас, — сказала миссис Смит.</p>
    <p>— Конечно ужас. Жизнь ужасна. Не убиваешь ты — убьют тебя. Но я хотел кое о чем попросить: посторожи копии документов, ладно? Просто посиди здесь и посторожи. Если не вернусь через час, отнеси кому-нибудь в музыкальном отделе Би-би-си. В Би-би-си полно шпионов. Я их знаю, у меня есть список.</p>
    <p>— Ужас, — продолжила было миссис Смит, — в том, что используют музыку. Музыка…</p>
    <p>Но Конрад не дослушал:</p>
    <p>— Я тебе дам сто фунтов. Пятьсот фунтов. За полчаса. В качестве страховки, а?</p>
    <p>— Не стану я связываться, — поднялась из-за стола миссис Смит. — Не нравится мне это все. Я ухожу.</p>
    <p>— Э, нет! Никуда ты не пойдешь. Твоя роль еще, пожалуй, не сыграна. Сиди здесь, чтобы я тебя видел.</p>
    <p>Он схватил миссис Смит за руку. Человек на противоположном тротуаре вновь посмотрел на них, потом надвинул шляпу на глаза и погрузился в созерцание домашних туфель из черного бархата с вышитыми золотом оленьими головами. Ей вспомнился находчивый шпион из «39 ступеней».<a l:href="#n_56" type="note">[56]</a> Желание выпутаться из этой истории — международного инцидента, бреда параноика — стало невыносимым. Она попробовала освободиться:</p>
    <p>— Надо идти, извини. Дела.</p>
    <p>— На улицу нельзя! У этих людей зонты стреляют отравленными дротиками. Укол смертелен. Противоядия пока не нашли.</p>
    <p>— Ничем они не стреляют.</p>
    <p>Миссис Смит дернула руку еще раз.</p>
    <p>— Ты должна мне помочь!</p>
    <p>Тут миссис Смит замахнулась сумочкой и съездила Конрада по лысой голове и красному уху. С громким сопением он ухватил ее за воротник выглаженной белой блузки и потянул. Миссис Смит рванулась. Блузка лопнула, и в руке у Конрада остался почти весь рукав и левая передняя часть. Заподозрив изнасилование, владелец заведения выскочил из-за барной стойки. Папка упала под стол, Конрад нагнулся за ней, и миссис Смит, с поцарапанным лицом и обнаженной грудью в кружевной чашке лифчика, вылетела на Джермин-стрит. Мужчина у витрины коротко на нее взглянул без тени улыбки. Миссис Смит была уже на углу, когда сзади раздался Конрадов голос, дикий и жалобный: «Вернись! Помоги мне! Помоги!»</p>
    <p>Но миссис Смит, не останавливаясь, бежала по Дьюк-оф-Йорк-стрит, свернула на Сент-Джеймс-Сквер и укрылась в краснодеревной твердыне Лондонской библиотеки, в которой, когда ее только открыли стараниями историка Томаса Карлейля, из всей беллетристики была только Джордж Элиот: Карлейль считал, что она настолько глубоко проникла в сущность эпохи и склад мыслей современного человека, что зачислил ее труды по разряду философии.</p>
    <p>В отделанном красным деревом женском туалете миссис Смит умылась водой из латунного крана викторианских времен и заплакала о музыке. Надо будет попросить у кого-нибудь жакет — поехать домой в приличном виде. Была задета ее честь (и в более современных значениях, и в старинном смысле слова тоже). Ее трясло. Вообще, миссис Смит, как женщина решительная и практичная, вернулась бы к работе, но эмоциональный подъем безвозвратно ушел.</p>
    <p>Конрад сошел с ума. Не станет она ввязываться в его историю с музыкальными инструментами-убийцами и смертельными зонтиками.</p>
    <p>Как же все это зыбко — чувство собственного «я» в темном боксе неизвестности, момент прозрения, уверенность в том, что музыка — единственное искомое.</p>
    <p>«Смерть уничтожает человека, — сказал Форстер, гуманист, либерал и реалист, умерший в тот день, — идея смерти его спасает».<a l:href="#n_57" type="note">[57]</a> Частное сумасшествие Конрада не заставит миссис Смит отвлечься или повернуть назад.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>И все же вынуждена сообщить, что всего две недели спустя миссис Смит пошла в клинику на Мэрилебон-роуд к хирургу. В правом боку побаливало, не сильно, ничего особенного, небольшая припухлость, грыжа.</p>
    <p>У нее, сказал хирург, что-то вроде опухоли, утолщение ткани на месте старого рубца. Лучше удалить.</p>
    <p>— Но только не сейчас, — запротестовала миссис Смит. — Сейчас я занята, у меня полно дел. Мне как раз летом работается лучше всего, когда в школе каникулы. Давайте осенью.</p>
    <p>— На следующей неделе, — твердо сказал хирург и прибавил, как бы отвечая на незаданный вопрос: — Конечно, доброкачественная.</p>
    <p>Правда, мистеру Смиту он сказал кое-что другое. Да и потом, откуда он мог с такой уверенностью знать до операции, злокачественная она или доброкачественная?</p>
    <p>В итоге миссис Смит легла в больницу только через три недели, а пока ждала, ходила, как обычно, в Лондонскую библиотеку. Она много смотрела в окно и пыталась думать о коротких рассказах, о сжатой, спешной форме письма, а то кто его знает, много ли осталось?</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Подменыш<a l:href="#n_58" type="note">[58]</a></p>
    </title>
    <p>На нем красовался старомодный блейзер цвета мятой клубники в кремовую и черную полоску и соломенная шляпа канотье. Он, впрочем, то и дело ее снимал — видимо, чувствуя себя в ней странно — и вращал обеими руками, будто корабельный руль, чуть пониже пояса, напротив светлых фланелевых брюк.</p>
    <p>— На этот раз непростую задачку я вам приготовил! — оживленно обратился он к одной из участниц садовой вечеринки.</p>
    <p>Широкие у проймы, узкие в запястьях рукава «баранья ножка» и шелковые солнечные зонтики здесь соседствовали с современными шелковыми платьями-рубашками по колено и вовсе непокрытыми головами — некоторые из гостей нарядились, согласно предписанию на пригласительном билете, в «стиле начала 1900-х гг., времени правления Эдуарда VII», другие же не стали. Даму, с которой вступил он в разговор, звали Джозефина Гамельн. Она была одета в длинную серую хлопковую юбку, блузку с высоким воротником и в собственную диковинную соломенную шляпку. Не то чтобы она любила причудливые наряды, просто имела обыкновение исполнять, хотя бы из вежливости, разного рода просьбы.</p>
    <p>— Интересно, и какую же? — спросила она, с улыбкой чуть повернув голову к Максу Маккинли и не отводя взгляда от мальчиков, воспитанно и деловито снующих с подносами снеди по ровной, залитой солнцем лужайке.</p>
    <p>Миниатюрные пиццы, сосиски в тесте, устрицы, запеченные в беконе, — все это были изделия школьной кухни: в этой прогрессивной школе мальчиков обучали кулинарии. К Максу она относилась с симпатией, и не только потому, что он сердцем принимал и, возможно, понимал ее повести и рассказы, — хотя именно с этого и началось когда-то их знакомство и сотрудничество. В шестидесятые годы, когда ее сын Питер был не старше этих ребятишек, Макс позвал ее, в ту пору еще малоизвестную сочинительницу, рассказать воспитанникам школы-интерната о писательском деле. Потом в эту школу поступил и Питер.</p>
    <p>Макс ответил:</p>
    <p>— Я хочу, чтобы вы на несколько месяцев приютили у себя паренька по имени Генри Сми.<a l:href="#n_59" type="note">[59]</a> Потрясающе одаренный молодой человек, но очень непростой. Он нуждается в теплом, спокойном доме, интеллектуальном общении. Мне кажется, — Макс доверительно склонился к ее уху, — он нуждается именно в вас!</p>
    <p>— Но почему?</p>
    <p>— Как только увидите, сразу поймете. Генри Сми — это вылитый Саймон Валле из «Котельной». Сходство удивительное.</p>
    <p>— Ужасно… — безмятежным тоном сказала Джозефина, которая придумала Саймона Валле, — ужасно для Генри Сми…</p>
    <p>— Да, мало приятного. Но вы обязательно сумеете ему помочь. Не сомневаюсь.</p>
    <p>— Вы всегда просите о невозможном, — отозвалась Джозефина, впрочем не без оттенка удовольствия.</p>
    <p>— Этой осенью он поступает в Кембридж. На лето я приискал ему работу в библиотеке. Ему необходима нормальная жизнь и человеческое понимание.</p>
    <p>— Можно, конечно, попробовать, — сказала Джозефина. — Вы уж представьте нас друг другу.</p>
    <p>Горячность и серьезность, с которой Макс заботился о своих воспитанниках, всегда трогали Джозефину, вдыхали в нее новые силы. Макс чувствовал каждый легкий трепет, каждый неверный стук страдающих юных сердец. Всякий ученик был для него чем-то новым, волнующим. Макс верил, что обо всех воспитанниках можно порадеть, его любовь и забота были неотступны. Пожалуй, оказавшись на его месте — ему об этом она, конечно, не говорила, — Джозефина давно бы уже скатилась в безликую, хотя и усердную работу. Разумеется, она ни на секунду не поверила, что Генри Сми имеет хоть каплю общего с Саймоном Валле; ну, разве что в сверхчутком воображении Макса?… Вышло так, что она была всю неделю занята — то на званых мероприятиях, то собственными делами, — у нее попросту не было возможности проверить на нейтральной территории точность наблюдения Маккинли. А Генри Сми собственной персоной уже доставили к ней на дом.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Дом был огромным зданием в южной части Лондона — импозантным, викторианской постройки, хотя и с несколько сумбурной, расползшейся планировкой. Слишком большой — не только сегодня, для одной Джозефины, но и даже в те дни, когда она была матерью семейства и семья какое-то время состояла из мужа и сына, впрочем вскоре там проживали уже только она и сын Питер. Вслед за вспышкой удачи — приглашением от Макса выступить перед мальчиками в школе имени короля Эдмунда и приемом Питера в это заведение в качестве недельного пансионера — все спальни, а также свободные места за обеденным столом у них в доме постоянно заполнялись гостями, которых она и Питер, оставаясь с глазу на глаз, величали «пропавшими мальчиками», как в сказке про Питера Пэна.</p>
    <p>То были подростки-сироты, которые, не получи они у добрых людей крова и приюта, провели бы все лето в опустевших общих спальнях интерната. Или мальчики, чьи семьи находились за границей, по дипломатической или деловой надобности. Не склонный к разговорам зулусский принц. Беспокойный, слезливый индиец с Маврикия, убежденный вегетарианец. Наркозависимый паренек, попавшийся с поличным на краже и сбыте транзисторов и калькуляторов. Подросток, бежавший из интерната к бритым налысо, в облачениях цвета шафрана сектантам, по возвращении — рассеянное внимание да внезапные провалы в сон. Джозефина и Питер обсуждали этих мальчиков ночами в их отсутствие, делились друг с другом сведеньями об их страхах, тайных надеждах, отношениях с внешним миром.</p>
    <p>Питер рассказывал Джозефине о вещах, которые ей, возможно, знать не полагалось. Потом, в разговорах с мальчиками, она никогда не упоминала эти вещи, но зато ненавязчиво, как она надеялась, делала на них поправку, обходила, как острые углы. Питер очень точно подмечал страхи других людей. Подмечал с искренним сопереживанием, что более соответствовало задушевному подходу Макса Маккинли, чем холодному, практичному — Джозефины Гамельн, норовившей все разложить по полочкам. Год или два Питер преклонялся перед Максом Маккинли, затем внезапно остыл. К тому времени многое в поведении Питера стало трудно объяснить, он просто разбивал ей сердце.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>После ухода Питера Джозефина продолжала давать приют временным «пропавшим мальчикам». Она никогда не размещала их в спальне Питера: там она регулярно убиралась, вытирала пыль — вдруг сын решит вернуться. Ночевали эти гости, как и все предыдущие «пропавшие мальчики», в уютной мансарде, где они могли музицировать, не мешая Джозефине наслаждаться тишиной. Одну из таких верхних спаленок она и подготовила для Генри Сми, чисто подмела пол, поставила в вазу букет цветов, чтобы создать у мальчика хорошее настроение.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Макс привез постояльца к Джозефине и сам тоже остался на ужин. Ужинали на кухне, это была уютная комната, наполненная красно-коричневым, алым и медным мерцанием. Здесь стоял шведский стальной калорифер, которому скармливали толстые поленья; из жерла его доносился кисловато-терпкий запах кострища. Тем не менее подделку под деревенскую кухню интерьер собой не являл — напротив, был отражением особой городской практичности. По стенам развешена не декоративная, а вполне полезная в хозяйстве утварь, на деревянных полках размещены карминно-красные блюда и тарелки с орехами и фруктами. За этим первым ужином Макс и Джозефина общались лихорадочно-взволнованно, более половины реплик направляя в сторону Генри Сми. А тот молчал, глухо молчал, даже не кашлянул.</p>
    <p>По правде сказать, Джозефина ощутила смятение еще при первом взгляде на нового постояльца. Он был вылитым Саймоном Валле — хотя и не слишком на него походил. Для описания обоих подростков годились одни и те же сочетания слов, и Джозефина их хорошо знала. «Молодой человек был невыразимо тощ и бледен. Его глаза прятались за круглыми очками, прямые бесцветные волосы свисали с вытянутого хрупкого черепа. У него были выступающие скулы и острый подбородок; плечи сутулились». Впрочем, слова эти, и правда вышедшие однажды из-под пера Джозефины, передавали лишь очевидную наружность гостя, но никак не всё сложное от него впечатление. Захоти поиграть карандашом художник, он сумел бы подлинно изобразить уроненные уголки губ, тонкую, откинутую назад капризно-нервную шею. Подобной целостностью и штучной выразительностью никогда не бывает наделена физиономия, вымышленная писателем. Если написать «круглые очки», то их точный вид останется не выраженным в слове; и «подбородок» тоже будет неясным, расплывчатым. Также дело обстоит и с точной степенью бесцветности тонких волос. Джозефина подумала: наверное, Макс теперь, стоит ему вспомнить о Саймоне Валле, сразу видит лицо Генри Сми. Так ей самой когда-то приходилось внутренне сопротивляться, чтобы, думая о литературном герое, детективе Филипе Марлоу, не представлять Хамфри Богарта, сыгравшего его в кино. И то, что она почувствовала раздражение от всех этих мыслей, уже было не слишком хорошим предзнаменованием.</p>
    <p>Макс отбыл домой и оставил Джозефину наедине с Генри Сми. «Я, пожалуй, пойду спать», — тут же произнес Генри и стал беззвучно подниматься к себе в мансарду по лестнице, старательно держась за перила.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>В течение следующих недель они завтракали вместе, Джозефина и Генри, а в те дни, что Джозефина была дома, встречались и за ужином. Она пыталась разговаривать с ним, несмотря на сопротивление своей собственной, надо заметить, скрытной, малоречивой натуры: в напряженной вялости гостя таился привлекавший ее парадокс, загадка. Она заводила разговоры об учебе в университете, куда он поступит, о тонкостях перевода с греческого, латыни, французского на английский и обратно; обо всем этом он ронял глубокие замечания, но тихо, не повышая глуховатого голоса. Он никогда не предлагал помочь готовить — ни завтрак, ни ужин, не пытался вымыть или вытереть тарелку. С ножом и вилкой он обращался так, словно они слишком тяжелы и грубы для его целей. Была у него привычка впадать в ступор: втащившись в какую-нибудь комнату, он непременно замирал — при этом, чувствовала Джозефина, он каждым натянутым нервом стремился удержать в равновесии свое остолбеневшее тело. Казалось, он заключен внутри зеркального стекла или угодил в невидимые злые силки. Ему требовалось особое приглашение, чтобы сдвинуться от двери в сторону стула, сесть, встать, взять свою тарелку и перенести ее; он держал тарелку перед собой, в неподвижных руках, застывшими пальцами игрушечного солдатика, будто это был игрушечный барабан. Иногда Джозефине думалось, что он боится выронить и разбить ее посуду, а иногда — что он охотней вообще бы не прикасался к тарелкам в чужом доме. Он не вступал в разговоры, восхвалявшие человечность Макса, которые затевала Джозефина, — продолжал молчать, храня свой неизменный вид, не то отстраненно-пренебрежительный, не то исполненный отчаяния: в зависимости от настроения Джозефины, ей представлялось то первое, то второе. Маккинли ей сообщил, что молодой человек музыкален: она предложила ему свободно пользоваться пианино и кассетным магнитофоном Питера. Сми отвечал, что пианино расстроено, а звук магнитофона режет ему слух. Она представляла эту пытку его тонкого слуха и от всей души мечтала, чтобы он хоть улыбнулся или состроил дурашливую гримасу. Она стала бояться общения с ним. Перед очередным совместным ужином испытывала смутную тревогу; вслушивалась в звуки его шагов вверх по лестнице и вздыхала облегченно, когда дверь спальни за ним закрывалась; застывала в невнятном страхе, когда вновь открывалась эта дверь и он начинал медленно, скованно — но, как ей казалось, неумолимо — спускаться по скрипучим ступеням.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Главным предметом литературного творчества Джозефины был страх. Рациональный страх, иррациональный страх, огромный страх, подступающий скачками к юному существу, которому неуютно в большом мире… Любой писатель, как заметил Генри Джеймс, довольно рано находит предмет своего творчества и затем всю жизнь лишь подробно исследует, находя дополнительные грани. Стоит ли считать это общим правилом — неизвестно, однако оно определенно подходило к Джозефине Гамельн. Ее излюбленным жанром была повесть, главным героем — молодой человек между отрочеством и поздним подростковым возрастом; ему нечто угрожало, он вынужден был прятаться, пускаться в бега. Некоторые из этих литературных героев и впрямь оказывались изуродованы или убиты. Их увозили в неизвестном направлении на машине, дверцы которой не имели изнутри ручек; они пробирались чуть ли не на четвереньках сквозь каменные джунгли, с ножом, приставленным бандитами к их шее или спине; подвергались ритуальным истязаниям со стороны других, жестоких подростков в спальне частного привилегированного учебного заведения или на игровой площадке государственной школы. Если они испытывали боль, то мгновенную, неожиданную: не боль, не насилие, а именно страх был темой Джозефины. Часто вымышленным мальчикам даже и не наносился физический вред: они глубоко страдали от некстати брошенного взгляда, от чувства отверженности, от трещины в оконном стекле, от развязных кондукторов, наводящих порядок на верхней палубе двухъярусного автобуса и страшащихся спуститься в нижний отсек из опасения за свою собственную жизнь. Сочинения Джозефины сравнивали не только с Уилки Коллинзом и Генри Джеймсом, но и с Францем Кафкой. «Котельная», где главным персонажем был Саймон Валле, представляла собой сюрреалистическое повествование о подростке, жившем в школе-интернате. Наподобие Робинзона Крузо, он обустроил себе запасное тайное убежище, однако не в пещере, а в подвале школьной котельной — в пыльном закутке, за трубами котла, топившегося коксом. Со временем он перебрался туда окончательно, лишь периодически совершая по ночам вылазки за едой и питьем. Концовка была зловещей: Джозефина Гамельн не особо стремилась подарить своим персонажам счастливую судьбу. Критики, как всегда склонные к преувеличениям, видели в этой повести обличение безобразий, творящихся в нынешней школе. Обыкновенные парты, груда футбольных бутс, закрытый стальной шкаф в раздевалке, высокий и узкий, — обыденные вроде бы подробности. Но под пером Джозефины они оживали, ощетинивались, становясь воплощением ужаса, всех мыслимых и немыслимых страданий, какие только можно причинить человеку.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Она узнавала страх в Генри Сми, хотя понятия не имела, чего он боится, надуманы или основательны его страхи. Она узнавала и кое-что еще, известное ей по собственному опыту: беспокойство, вплоть до болезненного страха, преследующее интеллектуально одаренных подростков. Бедный Генри Сми не мог не получать удовольствие от рассуждений о грамматике, от сложной, строго упорядоченной музыки: он был исключительно чувствителен к порядку и красоте, запоминал формы и модели, он был обречен мыслить. Затворничество не могло оставаться вечным его уделом. Она и сама многого боялась ребенком — с чего бы еще она могла так точно описывать чувства своих персонажей? — и была настолько умна и талантлива, что этого невозможно скрыть в молчании и заикании, тебя все равно заметят; ей приходилось читать, запоминать, копить в душе, чтоб потом, как и Генри, выйти, по крайней мере на время, к миру, где способности имеют значение.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Во время обеда или ужина он безмолвствовал, на все вопросы отвечал односложно или просто кивком, так что Джозефина постепенно утратила охоту их задавать. Зато он развил скверную привычку бродить по дому в пижаме ли, в халате в два, а то и в три часа ночи. Пару раз Джозефина просыпалась от шороха и с колотившимся сердцем спускалась вниз — а ну как в дом пробрались воры? Но воров не было, зато был Генри Сми: сидел на кухне, стиснув в ладонях чашку растворимого кофе, вперившись взглядом в духовку. В минуты таких встреч необщительный и недоверчивый Генри Сми вдруг становился чрезвычайно словоохотлив. Говорил он очень тихо, еле слышно, вовлекал ее, Джозефину, в мусорный поток побочных мыслей, разрозненных замечаний — о пользе изучения латинских числительных, о принципе экономии в композиторской манере Стравинского; подробно и утомительно перечислял предметы, которые предстоит ему изучать в Кембридже, скороговоркой, как бы в скобках, ввернув, что хорошо бы ему не приходить на собеседование к научному наставнику в обществе других студентов, уж больно не любит он находиться в комнате, если в ней больше одного собеседника. Пожалуй, из всего, что сказал ей Генри Сми, это было самое личное, самое откровенное, думала Джозефина, позевывая и чувствуя, как в крови понижается сахар. Но за этими скупыми сведеньями, как и вообще за любыми его словами, — Джозефина прекрасно это понимала — уже стояла вся правда, вся неприкрытая правда о нем: каков он в душе и почему не может жить спокойно. Беда, однако, заключалась в том, что Джозефине не слишком-то хотелось эту правду знать, ведь сводилась она все к тому же страху, и без того отлично ей знакомому. Страх заразен.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>И возможно, передается по наследству. Мать Джозефины страдала агорафобией в легкой форме, доставлявшей неудобство близким, с возрастом болезнь прогрессировала. Отец, человек одинокий, опасавшийся людских пересудов, пребывал в растерянном недоумении от поведения жены и склонен был считать, что она просто-напросто потакает своим слабостям. Закутанная с головы до ног мать водила свою с головы до ног закутанную дочь, пяти- или шестилетнюю Джозефину, разве что в местную школу и, в особо редких случаях, добредала с ней до публичной библиотеки. В четырнадцать лет Джозефина уже училась в школе-интернате; а мать к тому времени редко выбиралась из спальни, прогулка по собственному садику на задворках дома и то вызывала у нее головокружение. Мать никогда не рассказывала, чего именно боялась, и Джозефина понимала — выспрашивать бесполезно, оставалось воображать. Джозефина помнит ясно, будто это было вчера: она и мать в очереди на автобусной остановке, стоят рядышком молча, ни с кем не заговаривают. Вдруг в страшной панике мать выскакивает из очереди и без оглядки несется по улице. Книги, пакеты с морковкой и сливами — все на ходу падает, разлетается по тротуару! И чего страшного, спрашивается, может подстерегать на автобусной остановке?… Почему вызывал ужас звонок в дверь, было несколько понятней. Джозефине самой приходилось вступать в переговоры то с коммивояжером, предлагавшим средство для чистки ковров под названием «Чистим-бли́стим», то с проверяльщицей электросчетчиков, а то и с самим доктором; честно признаться, все они для нее имели вид угрожающий. Однако куда страшнее были дюжие девицы, ее одноклассницы. По общей спальне разносился их громоподобный раскатистый хохот. Они швырялись подушками, с размаху плюхались на чужие кровати, улюлюкали, потешались над тощей, маленькой Джозефиной, которая тряслась от страха в своем трикотажном корсете. Она находила спасение — если, конечно, это было спасение — в уединенном чувственном наслаждении изливать свои страхи на бумагу. Уже тогда в котельной школы имени святой Клары сочиняла она неуклюжие истории, исполненные вполне обоснованного ужаса. В этих рассказиках стаи девочек-подростков в несколько прыжков настигали свою жалкую жертву и ненароком выжимали из нее последний вздох. Потерянные бессловесные страдалицы оказывались запертыми в шкафах, о них по нечаянности забывали… Котельная вся была одета толстым слоем угольной пыли, коксовая корочка взбегала по стене до плотно закрытого, в густой паутине окна, расположенного ниже уровня внешней мощеной площадки. Джозефина, случалось, открывала дверцу топки: яростно шипели и ревели на нее языки пламени, мерцала коксовая пыль. Она собирала разные вещи — одеяло, велосипедный фонарь, старый свитер, жестяная коробка из-под печенья, особая коробочка, приспособленная под пенал, папка для бумаг — и поселяла их в своей берлоге, в дальнем углу, за трубами. Туда она пробиралась по межтрубным зазорам, слишком тесным для девочек покрупнее или для сотрудников хозчасти. Иногда она приносила в жертву прожорливому котлу неудачный рассказ, и тогда злое красное пламя в топке на краткое время вспыхивало золотом. Годы спустя, когда она писала повесть о Саймоне Валле, запах кокса возвращался к ней в своей древней затхлой горечи. И не собственных ли бесов изгоняла она, склоняясь над чистой страницей? Женщина-писатель, которая сумела создать такого персонажа, наблюдать за ним, не стала бы сама впоследствии вести такую же странную затворническую жизнь, как ее мать, — или стала?</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Генри Сми и Джозефина сидели перед кухонной плитой, потягивая растворимый кофе. Генри также ел яблоко, золотистый пепин, которым его угостила Джозефина. Зубы Генри вонзались в упругую яблочную мякоть с хрустом, и, казалось, этот звук, разрушавший тишину, смущал его, приводил в еще большее молчаливое замешательство. Он сидел на скамейке, плотно сведя колени вместе. Также составлены вместе, белеют из-под пижамных брюк тонкие щиколотки в домашних тапочках. Отставив чашку, Генри сложил ладони и пропустил их между коленями вниз. Джозефине хотелось уже находиться в своей кровати. Как и Генри Сми, писательница страдала от приступов бессонницы, но с гораздо большим удовольствием провела бы это время за чтением. В три часа ночи она отгоняла страхи длинными сюжетными поэмами. Это было непростое чтение, открывавшее путь из ее мира в другие воображаемые миры. Джозефина спросила Генри, как ему работается в библиотеке, какие у него впечатления. Он отвечал, что тамошняя система классификации книг безумна и к тому же заставляет делать кучу бесполезной работы. «Как будто книги — это просто вещи, знай расставляй по ранжиру», — подытожил свои наблюдения Генри.</p>
    <p>А потом вдруг сказал:</p>
    <p>— Знаете… А я ведь прочитал «Котельную»!</p>
    <p>— Вот как?</p>
    <p>— Ага. Макс сказал, я и прочитал.</p>
    <p>— Что ж, очень рада.</p>
    <p>— Саймон Валле… — произнес Генри и, помолчав, снова повторил, через силу: — Саймон Валле… — Его затрясло. Затрясло и чашку в его сведенных руках, он вынужден был поставить ее на стол.</p>
    <p>Джозефина, возможно, с удовольствием описала бы в какой-нибудь новой повести му́ку, в которую его повергала попытка высказаться, но помочь ему преодолеть затруднение и не думала.</p>
    <p>— Откуда вам всё известно про Саймона? — тихо выпалил Генри. — Он… совершает… маленькие тайные действия… Играет сам с собой в игру. Зачем я вам рассказываю, вы ведь и так знаете. Я думал, знаю только я. Ведь только я… — Генри запнулся.</p>
    <p>Джозефина отнюдь не горела желанием продолжать этот разговор. Она бросила, пожалуй, даже с излишней беспечностью:</p>
    <p>— Как откуда известно? Из простых наблюдений. Ничего необычного. Все подростки через такое проходят.</p>
    <p>— Нет, нет! — воскликнул Генри. Стекла его очков затуманились. Он снял их и обратил к ней лицо, подслеповатое, взыскующее, уязвимое. — Мир так ужасен, что многие люди и вообразить этого не в силах. Вы согласны?</p>
    <p>Тут бы ей и спросить напрямик: «Чего же именно ты боишься, расскажи». Сама она боялась его.</p>
    <p>— Но ведь в школе Святого Эдмунда, с таким замечательным директором, как Макс, всё по-другому, — произнесла она непререкаемо. — Я отправила туда своего сына Питера, там так уютно, такая дружелюбная атмосфера.</p>
    <p>— Нет, нет!.. — Генри свил свои бесполезные руки, выпростав их из пижамных рукавов. — Дружелюбная атмосфера — она не для всех. Она невозможна. Люди там невозможные.</p>
    <p>— Я преклоняюсь перед Максом как перед педагогом, — внушительно проговорила Джозефина.</p>
    <p>— Все равно, мне там не было радостно.</p>
    <p>— Ничего. Ты это перерастешь. Всем пришлось через это пройти.</p>
    <p>— Ох, нет. Вы не понимаете. Нет, понимаете… раз написали. Только сейчас понять не хотите.</p>
    <p>— Трудно в три часа ночи. Я устала.</p>
    <p>— Конечно. Я сейчас лягу. Пора. — Он рывком поднялся и побрел прочь, наверх, своей шаркающей неверной походкой.</p>
    <p>Макс прислал его к ней, надеясь на помощь. А у нее не хватило духу помочь.</p>
    <p>Джозефина положила огрызок в мусорное ведро и все протирала, протирала тряпицей кухонный стол, засверкавший привычным тихим блеском.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>После этого случая Джозефина начала непрестанно бояться Генри Сми. Работая, она прислушивались к его тихим шаркающим шажкам по дому; готовя еду, ждала: вот-вот он проскользнет в дверь и бесполезно застынет в проеме, будет стоять и стоять там, словно в ожидании чего-то, неизвестно чего. Больше всего ее пугало, что он действительно прочитал повесть о Саймоне Валле. Саймон Валле был Джозефиной Гамельн, незачем посторонним вставать между ними. У писателей часто спрашивают, каким они воображают своего читателя. Но есть писатели, а Джозефина определенно относилась к их числу, которые могут успешно работать, лишь когда вообще не воображают никакого читателя. Саймон был не чем иным, как ее собственным страхом, которому она обозначила пределы, дала отдельное, отчужденное существование. Генри же присутствует у нее в доме, прочел повесть о Саймоне и — здесь это ужасное, расхожее выражение литературоведов вполне уместно — «ассоциирует себя с Саймоном». Тем самым Генри наносит удар по ее самостоятельно созданной, кропотливо выстроенной независимой личности. Впервые за всю кипучую писательскую жизнь у нее возник творческий ступор. Она пыталась вылепить очередного персонажа, но у него неизменно оказывалось лицо Генри Сми, его нервные жесты, его тихий, презрительно-испуганный голос. Джозефина утратила свободу, заветную свободу смотреть на мир глазами нового Саймона Валле, видеть всё ту же — и одновременно иную котельную, ту же — и иную груду кокса, вдыхать новыми ноздрями ту самую затхлую горечь.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Джозефина была собственным исчадием, как и отделившийся от нее Саймон, как и вся вереница предшественников, предвоплощений Саймона. Усилием воли она сотворила себя в противовес тому страху, который испытывала ее мать, в противовес будущему, которое ожидало бы ее, поддайся она этому страху сама. Она сказала себе: у меня непременно будет славный теплый дом, с дружелюбной атмосферой, люди смогут свободно, без стеснения, приходить и уходить, наслаждаться беседой в приятной обстановке. Однако нынешнее теплое и приветливое место, которое она звала своим домом, <emphasis>не было</emphasis> — и она это прекрасно знала — подлинным отражением ее личности. Дом стал таким, каким она назначила ему быть. Сама же она в душе оставалась все тою же дикой отшельницей в котельной, дышала запахом коксового нагара. Ее муж, отец Питера, пять лет прожил в этом уютном доме, ел вкусную домашнюю еду, но затем взял и ушел к другой, куда менее умной женщине — неряшливой, взбалмошной, коротавшей досуг в основном в безделье, чрезвычайно смешливой. Многие знакомые спрашивали друг друга и даже спрашивали у Джозефины, почему он так с ней поступил. Джозефина не задавала себе вопросов. Ибо знала ответ. Муж ее раскусил. Но она не очень горевала о потере. Исчез один из смыслов существования, но с ним вместе — и часть внутреннего напряжения. И еще у нее был Питер. Значит, дом — для Питера.</p>
    <p>Питер был таким жизнерадостным. Таким открытым. Даже маленьким мальчиком он бесстрашно подбегал к людям на автобусных остановках и вокзалах, заговаривал с ними. Притаскивал в гости приятелей одного за другим, с удовольствием угощал, развлекал. Джозефина всегда была начеку: не давала Питеру увидеть или учуять ее страх. Много и часто общалась с сыном, кроме него — практически ни с кем. Он сделался ее товарищем в деле отбора и развлечения «пропавших мальчиков». Возможно, она не заметила, что у него были собственные страхи. Не обладая дисциплинированным умом Джозефины или Генри Сми, он с трудом сдал выпускные экзамены в школе, еле-еле получил аттестат. После чего отправился учиться в политехнический колледж в одном из портовых городов Южной Англии. Специальность они тщательно выбирали вместе, им хотелось, чтобы профессия была «человечная», в итоге остановились на «связях с общественностью». Спустя несколько месяцев, однако, Джозефине стало известно, причем из чужих уст, что мальчик не посещает занятия. Оказалось, он влился в группу активистов, которые раздают суп бродягам, обосновавшимся в парках и подземных переходах; а еще — помогают бездомным проникать в порожние муниципальные квартиры, пустующие особнячки респектабельных буржуа и самовольно их заселять. Более того, активисты не прочь нахально прихватить, не платя денег, необходимые им предметы и продукты из супермаркета. Лишь однажды Джозефина приехала его проведать: он сам к тому времени жил с компанией бродяг в сквоте, носил длинную бороду и был облачен в несколько слоев дырявых, неприятно пахнущих свитеров и кардиганов. «И тебя устраивает такая жизнь?» — спросила Джозефина, а Питер только мило улыбнулся и сказал: «Вполне». Словно ему было само собой очевидно что-то, недоступное Джозефине. Он казался беспечным, неестественно расслабленным — у него были размашистые жесты, ноги чуть шаркали. Не новая ли это форма страха? — подумала Джозефина. Неужели эти оборванные бородачи, балующиеся метамфетамином, — закономерная концовка эпопеи с «пропавшими мальчиками»? А что, если Питер, пусть и позже, чем его отец, понял, что все это было не настоящим — тепло камина, чистая одежда, открытый дом, запахи домашней кухни? От него, ее сына, пахло канализационными трубами, грязной шерстью, отсыревшей золой. В этом превращении Джозефина винила себя, но почему-то затруднилась на сей раз ясно определить — в чем же именно ее вина, ее ошибка? А может, и нет никакой вины? Ошибка — она сама.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Спальня, в отличие от остального дома, была ее сугубо личным пристанищем. Она и не заметила в свое время, как из просторной супружеской опочивальни перебралась в эту небольшую каморку по соседству с детской; тут, должно быть, в стародавние времена обитали няни, спешили отсюда ночью на младенческий плач. Чего здесь только не было: собственная детская кроватка Джозефины с литым чугунным изножьем и изголовьем, поставец с висящим над ним зеркалом, стол с рабочей лампой, самодельный коврик из разноцветных полосок ткани поверх начищенных половиц. Книжного шкафа нет, спальня слишком мала — книги вносятся и выносятся; полок, приятно оживляющих стены рядами цветных, неброских корешков, хватает в других комнатах.</p>
    <p>Однажды вечером — должно быть, минула примерно неделя с тех пор, как Генри Сми попытался поговорить с ней о Саймоне Валле, но не был выслушан, — Джозефина вернулась домой со званого ужина в заказном такси, развозившем гостей. Пока такси отъезжало, она боязливо прислушивалась: не раздастся ли на лестнице неуверенная и в то же время неумолимая поступь Генри? На кухне было пусто и темно, плита холодная. Джозефина отправилась наверх, блаженно вздохнула, закрылась в своей комнатушке — и завопила не своим голосом. Нет, Генри не делал ничего страшного: просто, расположившись на краешке <emphasis>ее </emphasis>кровати, изучал собственное, озаренное светом уличного фонаря лицо в квадрате зеркала. Входя, она и увидела лишь это отражение, пристально глядящее на нее из темного квадрата, прихотливо подкрашенное еще и светом, лившимся сквозь стекло двери у нее за спиною. Один из ящиков комода слегка приоткрыт, как будто он пытался найти там перчатки или чулки, чтобы примерить на себя, хотя — она отдавала себе в этом полный отчет — примерка, <emphasis>присвоение </emphasis>ей лишь чудились. Единственная улика — приоткрытый ящик, и, как знать, не оставила ли она его сама, собираясь в спешке? Такая забывчивость, особенно в этой заветной комнате, не очень в ее духе, но ведь все бывает. Его луноподобное, смятенное лицо влажно блестело в зеркале, глаз не разобрать, так как очки отражали отражение. Рот открыт в крике, но крик — беззвучный. Воздух содрогается только от ее собственного вопля. Генри был белее мела; она вновь подумала: а не взял ли он что-то из ее косметики, в комнате стоит тонкий запах туалетной воды и фиалковых духов. Но белизна кожи Генри Сми определенно была естественной: та самая бледность, благодаря которой так запоминался читателям Саймон Валле, здесь лишь подчеркнутая уличным натриевым фонарем.</p>
    <p>— Убирайся!!! — проклекотала Джозефина Гамельн, теряя самообладание, которым гордилась в себе более всего (не считая, конечно, отличного ритма прозы). — Убирайся вон из моего дома, с меня хватит! Не могу выносить твоих мерзких повадок, чтоб ноги твоей больше не было, сию же минуту. Ну или, по крайней мере, завтра…</p>
    <p>Генри закрыл рот, а потом вдруг улыбнулся скованной, но удовлетворенной улыбочкой.</p>
    <p>— Разумеется, — произнес он. — Обязательно. Сию же минуту или завтра.</p>
    <p>Он стал бочком обходить ее.</p>
    <p>— Я просто от неожиданности, — опомнилась Джозефина. — От неожиданности.</p>
    <p>— Это ничего, — сказал Генри Сми.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Он ушел на следующий же день. Удерживать его она не стала. А через месяц или два Макс Маккинли сообщил ей по телефону, с обычными осмотрительностью и тактом, печальную новость: Генри Сми погиб, проглотил целый флакон аспирина — как раз перед тем, как занять свое место в Кембридже. Воображение Джозефины мгновенно нарисовало ей Генри Сми как живого: вот он крадется куда-то, еле переставляя тонкие ноги в широких, обвислых штанах, на бледном лице тоскливая гримаса, губы плотно сжаты — точная внешняя оболочка Генри, чье внутреннее существо так и осталось неведомым, неразгаданным. Потому что Джозефина тогда не пожелала его разгадать. А сейчас воображению уже не проникнуть — да это было бы и не по чести — <emphasis>туда</emphasis>, за подробностями: как именно принималось решение, сколько таблеток аспирина находилось во флаконе, как ему ждалось? Память услужливо превратила Генри Сми в удобный мнемонический код: приблизительная кровать, приблизительный флакон, примерная поза тела с выкинутой рукой. Максу Маккинли она сказала: «Ни за что бы не подумала. Понятия не имела, что им движет, такой скрытный мальчик. Ужасно». А Макс сказал: «Да, мы все его упустили. Все виноваты». Джозефина согласилась.</p>
    <p>Зато ее писательский ступор прошел. Уже на следующий день она сидела за любимым рабочим столом: никто и ничто теперь не стоит между нею и очередным Саймоном Валле, нет больше неудобного читателя, докучливого персонажа у нее в доме; можно писать, творить свой самодостаточный мир. И один лишь призрак тех самых, вялых и все же необычайно чутких рук прилепился к нынешнему обличью Саймона (которого на сей раз звали Джеймс), но прилепился так незаметно, что никому и невдомек.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Разлито в воздухе<a l:href="#n_60" type="note">[60]</a></p>
    </title>
    <p>Атмосферное давление в Брайз-Нортоне достигало отметки в семьсот пятьдесят девять миллиметров ртутного столба, уровень стабильный. В четверг ожидается солнечная погода, кратковременные дожди, местами ливни, возможны грозы. Благодарим за звонок.</p>
    <p>Миссис Сагден неохотно повесила трубку. Сегодня служба погоды говорит голосом школьной учительницы. Ее доброжелательная интонация и умиротворяющий тембр нравятся миссис Сагден больше других. Она вообще больше любит женские голоса. Кроме этой учительницы, бывает еще торопливая девчонка с шумным придыханием и немного заунывная тетка, по голосу похожая на какую-нибудь мидлендскую кондукторшу. Из дикторов-мужчин один говорит неприятно резко, по-военному, другой чуть ли не запинается, как робкий студент. А третий — нахальный ливерпулец, которому словно доставляет удовольствие пугать ее градом и штормовым ветром; чем страшнее прогноз, тем ему веселее. Миссис Сагден на память не жаловалась, запоминала все с первого раза, но ей так нравился женский учительский голос, что она иногда с некоторой стыдливостью звонила два раза подряд, чтобы послушать еще. Похожую стыдливость она испытывала и оттого, что в последнее время стала много смотреть телевизор. Когда-то давно, работая в школе, она всячески призывала детей не засиживаться перед ящиком. Живите своей жизнью, говорила она тогда, общайтесь с друзьями, делайте что-то настоящее, свое, не навязанное с экрана, не дарите ему свое время. А теперь находила, что голоса в комнате, оказывается, удовлетворяют подспудную жажду человеческого присутствия. День за днем тянулась эта светящаяся лента из передач по садоводству, боевиков, чемпионатов по фигурному катанию, шекспировских постановок и бесконечных новостей. Но вот смотреть ток-шоу миссис Сагден считала ниже своего достоинства. Она терпеть не могла всех этих белозубых заводил, которые, кажется, вот-вот затащат тебя на первый ряд непременных трибун или же вторгаются в твое личное комнатное пространство с гадкими признаниями и навязчивым самолюбованием. Одно дело — просто человеческие голоса, и совсем другое — ложные друзья, это уже граничит с кошмаром.</p>
    <p>Из кухни в прихожую, вихляя задом, слегка извиваясь и погромыхивая коготками об пол, прибежал пес Вольфганг. Он хорошо знал, что звонок в метеорологическую службу — к прогулке. От радостного возбуждения Вольфганг вдруг разинул пасть и принялся с тоненьким писком зевать.</p>
    <p>Миссис Сагден задавалась вопросом, выйдет ли в такую погоду тот мужчина. Делать свое дело — ведь об этом думалось именно как о деле — ему, конечно, приятнее, когда на улице ясно и сухо. С другой стороны, чем лучше погода, тем больше людей, нежелательных наблюдателей. От недавнего дождя в районном парке должно быть мокро. С возрастом миссис Сагден приобрела свойства ходячего барометра. Тазобедренные суставы надежно давали знать, что скоро упадет давление или похолодает. Перед грозой начиналось нытье в носовых пазухах, когда еще только набегали первые тучки. От расплывшейся шеи к ключицам и дальше к плечам будто протянулся своеобразный громоотвод. «Здорова, и слава богу», — часто говорила она. Эту фразу слышали Джеймс и Элисон, когда звонили, фармацевт из аптеки, соседка из квартиры напротив. Соседку миссис Сагден категорически недолюбливала. Разве может понравиться, если несет табаком? Что более прискорбно, грубоватость и худшие лондонские манеры. Ни то ни другое не было свойственно миссис Сагден, хоть она и прожила здесь, в Лондоне, бо́льшую часть своей шестидесятитрехлетней жизни. Но сохранить здоровье еще не значило, что разные части тела не будут то и дело о себе напоминать. Тело, как ни досадно, уже напрочь лишилось былой гибкости и все больше становилось обузой. Между ним и окружающим миром появились многочисленные препятствия. Словно спящая в холодную погоду улитка, оно отгородилось заслонкой. В детстве миссис Сагден нередко наблюдала за такими улитками. Да, зрение уже не то, стала плохо видеть вдаль, фокусировать взгляд труднее. От долгой ходьбы тянет в пояснице. И на прогулке в парке уже только через силу получается задрать голову, чтобы посмотреть, как копошится в гнезде серая ворона или парит в вышине пустельга.</p>
    <p>— Ну? Что он сегодня делать будет? — обратилась она к Вольфгангу, который прильнул к полу, нетерпеливо скалясь и торопя с выходом. — Где будет дожидаться?</p>
    <p>Как и каждый день, она мысленно перебирала самые подходящие для него места в округе. Вот неопрятный подземный переход с темными лужами и вечным запахом мочи — безобразно, на его месте она бы сюда не заходила. Но он-то не она, вот в чем вся штука. Он темноту, может быть, любит, а то и запах такой считает уютным. У пруда — рощица. Все кусты унизаны пестрыми пакетами из-под чипсов и крекеров, на шипастых ветках торчат обрывки выцветшей ткани, жестянки из-под колы, прочая мусорная мишура. Да, такую обстановку он, надо думать, и любит, земля поблизости разрыта коммунальщиками, у воды — пышные заросли рододендронов.</p>
    <p>Однажды в этой рощице появился мужчина на велосипеде — да, таким он вполне может быть. Медленно-медленно проехал мимо нее. Был погожий, кажется, полдень. Вольфганг возился в кустах. Мужчина огромного роста, в спортивной майке, джинсах и грубых ботинках, катил еле-еле, неровно и смотрел на нее в лоб — наверно, учуял, что ей не по себе. Он был кудрявый, с проседью, а кожа — желтушного глинистого оттенка. Она ловко вынула свисток и позвала Вольфганга. Свисток у нее остался от работы на школьной спортплощадке: с его помощью она, бывало, разгоняла хулиганские потасовки, а чаще — давала сигнал к началу нетбольных матчей. Шарик — сухая горошина — пронзительно забился в горлышке свистка, и собака тут как тут. Мужчина уехал прочь, но не успела миссис Сагден выйти из рощицы, как вернулся и снова миновал ее, так же угрюмо уставясь. Мужчина знал, что она боится, это было ему приятно. Но и только. Миссис Сагден неуклюже побрела дальше в своих сапожках на молнии. Но тот, кто появится, может быть, и не велосипедист. Он вообще не всегда один и тот же. Он то негр, то белый, то мулат, то какого-то неопределенно-землистого цвета, то худой угреватый юнец, то пожилой любитель прогулок, с круглой бритой головой, в кожаной куртке и кроссовках. С собой он мог нести портфель, полиэтиленовый пакет с добычей из мусорных баков, иногда — нож. В его распоряжении было сколько угодно времени, чем не могла похвастаться миссис Сагден. Ее одинаковые дни, словно леска, продергивались сквозь череду эмалированных бусин, в каждой из которых светится включенный телевизор. С каждым днем ее страх перед неизвестным мужчиной понемногу нарастал и умозрительные картины встречи с ним становились все ярче, занимали все более значимое место в ее воображении. Как женщина благоразумная, миссис Сагден понимала, что этот человек — не более чем навязчивая идея. Но изгнать его было выше ее сил. Вот вчера в местной газетке написали про изнасилование в парке. Жертва — женщина (48 лет) — вышла на пробежку, ее повалили на землю регбийным приемом. Затем — изнасилование малолетки (15 лет) на бетонном пустыре за супермаркетом. Кто поручится, что и ее он не поджидает, что она ему случайно не подвернется?</p>
    <p>Миссис Сагден боялась выходить из дому. Вольфганг недоумевал, к чему эти новые промедления перед каждой прогулкой. На всех книгах уже не оставалось ни одной пылинки, серебряный заварочный чайник натерт до блеска, но она считала нужным еще раз все обойти и обмахнуть, еще немного полить фикус. Квартира была опрятная, хоть и маленькая: две комнаты и тесная кухня. Там стояла стиральная машина и сушилка — подарки Джеймса и Элисон на новоселье. Она сюда въехала после смерти Брайана и продажи большого дома. Из-за стиральной машины миссис Сагден тоже чего-то беспричинно стыдилась: это был автомат, от нее ничего не требовалось. Раньше, с полуавтоматом, раз в неделю всегда устраивалась большая стирка, хозяйка брала деревянные щипцы и заботливо извлекала из дымящейся мыльной пены тяжелую одежду и бережно перекладывала из одного отделения в другое. Лучше бы Джеймс и Элисон сами почаще приезжали, а без новой стиральной машины она обошлась бы. Но Джеймс работал в Саудовской Аравии, а Элисон с утра до вечера преподавала. К тому же она считала, что миссис Сагден на нее давит. Как они ни пытались, ничего поделать не могли, ясно было, что это само собой так складывается. На Рождество и иногда на Пасху дочь оставалась у нее, но уже через пару дней они сторонились друг друга и злились по мелочам. Миссис Сагден раздражало, например, что дочь не вытирает столовые приборы полотенцем, а кладет их на сушилку и на них остаются от воды разводы. Элисон же едва не выходила из себя, когда мать вмешивалась в ее кухонные дела, предлагала помочь с посудой, почистить картошку. Дочь видела в этом укор и напрягалась, ожидая замечаний. Обе они в силу рода занятий давно привыкли вести себя так, чтобы никто даже не подумал возражать.</p>
    <p>Вольфганг заскулил. Он был настоящий бордер-колли, обученный для пастушьей работы. Красивый пес с умными янтарными глазами, острой мордой и ушками, окрас — черный с белыми пятнами и подпалинами, хвост был правильной изогнутой формы и с белым кончиком, а шерсть вокруг шеи и на груди образовывала сияющий воротник. Часто вел себя неуравновешенно. Однажды прокусил носок почтальону, цапнул за задницу участкового полицейского, заглянувшего к ним во время обхода. Тот перенес нападение стоически и великодушно отметил, что собака полезная. Элисон говорила, что эта собака не для квартиры. Миссис Сагден соглашалась. Но с собакой ей жилось спокойнее, и в обмен на чувство защищенности ей приходилось, выгуливая пса, появляться в парке, спускаться в грязный переход, проходить замусоренную рощицу, бродить среди упругого вереска, по песчаным ямам.</p>
    <p>Она понимала, что нежелание выходить из дому — иррационально, хоть и по-своему логично. Сколько было случаев, когда женщину поджидали в темноте или шли за ней до двери, а когда она, ни о чем не подозревая, открывала, заталкивали внутрь; и сколько раз с презрением преодолевались запертые окна и двери. И все же миссис Сагден было спокойнее в четырех стенах. Среди прочего потому, что это были владения Вольфганга и на любой стук и шорох или просто когда чуял человека за дверью он закатывал скандал с лаем, рычанием и воплями. Бросал грозный вызов неизвестным посягателям. Миссис Сагден слышала, что в одном из районов Лондона — в Бренте или еще где-то — злоумышленники вламываются лишь в 2 % домов, где есть собака, и в 75 % домов без собак. Так что у них с Вольфгангом в их закутке сохранялись неплохие шансы остаться невредимыми. Но там, на улице, все иначе. У других женщин, кстати, подобного рода страхи были устроены совсем не так. Они боялись, что в квартире отступать некуда, что их настигнут в собственной постели, осквернят их родной ковер и что даже верные кухонные ножи будут обращены против них. Но у миссис Сагден дома сердце билось ровно, как ее же часы. Тревожно было, только когда она запирала дверь или, закрывая окно, касалась ладонью его холодного стекла, за которым тяжелел мрак ночи со всеми ужасами мира внешнего. Страх просачивался даже через рифленое стекло окошка уборной. Но все-таки опасной встречи она ждала именно на открытом воздухе. Именно там ее дыхание делалось короче и отрывистее, сердце словно разбухало и стучало маленькими резкими толчками. Все внутри, как паутиной, затягивало какой-то тревожной дурнотой. В случае чего миссис Сагден физически не смогла бы даже убежать, она знала это и опять-таки стыдилась. Страх и стыд — неужели в жизни больше ничего не осталось? Привычно отогнав от себя эти чувства, миссис Сагден надела пальто. Вольфганг завился вокруг хозяйки, высоко подпрыгивая от радости. Она нацепила шерстяную шапочку и смотала поводок.</p>
    <p>Ее путь лежал в горку, по двум улицам с обычными для окраин аккуратными викторианскими домами красного кирпича, которые выводили к широкой и закрученной шоссейной развязке. Она, пустая и мертвящая, была врезана в пространство районного парка. Тайным ходом на неосвоенные территории за всем этим бетоном служил подземный переход. Бодрый, сияющий здоровьем Вольфганг бросался то туда, то сюда, поднимал ногу у фонарных столбов и припаркованных машин. Когда миссис Сагден засмотрелась на чьи-то ирисы за изгородью, на проезжей части вдруг резко перестроилась легковушка и с визгом остановилась у тротуара на встречной полосе. Сейчас выскочит из машины? Водитель был восточной внешности, с квадратным и непроницаемым лицом. Он здесь живет, просто-напросто парковался и забыл включить поворотник. Миссис Сагден, глядя в асфальт, направилась к подземному переходу. Над входом кроваво-красной краской был неряшливо начертан благодушный лозунг «Мясо — это убийство». Большинство граффити на стенах малевал явно какой-то педант, обвел все надписи белым распылителем. Теперь все имена — Джулия, Лоис, Шерон — и пронзенные сердечки оказались в аккуратных рамках, к которым без орфографических ошибок было приписано «проститутка», «эксгибиционистка», «ненавижу тебя» и т. д. Этому блюстителю нравственности миссис Сагден поставила бы «4» за почерк и «5» за грамотность. Она вообразила, как он приходит сюда в белом дождевике-стекляшке, под цвет краски, уставясь из-под очков в металлической оправе куда-то поверх мысков своих начищенных до блеска ботинок. Миссис Сагден подумала, что тот, кого она опасается, вполне может быть таким. Судя по буквам, рука твердая, намерения яснее некуда. Любит, видимо, молодых и хорошеньких, да вот со своей только что поссорился. Никто не поручился бы, что он не заметит полноватую фигуру в шерстяной шапочке, лохматую и полуседую, с трудом бредущую по лужам.</p>
    <p>Кто знает. Однажды вечером она устроилась на диване, рядом недовольно пыхтел Вольфганг, а по телевизору шла целая передача на эту тему. Показали разговор с осужденным молодым насильником. Лицо его было затемнено, говорил силуэт на ровном бирюзовом фоне. Рассказал среди прочего, что всегда выбирал женщин отталкивающей внешности или по крайней мере некрасивых. Вдруг он прикрыл рот рукой и прибавил: надеюсь, никто из них эту передачу не смотрит, а то еще обидятся… Объяснил, что поступал так из чувства неполноценности, из желания доминировать. Сейчас проходит интенсивное лечение в группе. Все эти приличные слова так легко слетали с его уст, будто его вызвали отвечать к доске. «Хорошеньких-то я побаиваюсь, — говорил он, — из-за страха, может, и отступил бы». Миссис Сагден слушала эти слова, шедшие из этой черной дыры на экране, и знала, что этот приятный молодой голос — да, это голос <emphasis>того </emphasis>человека, это <emphasis>его </emphasis>она слушает. Он был похож на мальчишек, ее школьников, которые спустя годы приходят в школу похвастаться, как устроились в жизни. В те давние времена мальчишки ее как учителя любили. И они ей тоже нравились. Нагловатый юнец-рабочий — любитель посвистеть со строительных лесов девушкам, студент на педпрактике, благодарный за хорошие наставления. Изменился мир, изменилась и миссис Сагден.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>У дальнего выхода, на лестнице к свету, ей встретился мужчина. Шел быстро, был смугл и высок, нахмурен. Под низко опущенной шерстяной шапкой виднелись впалые щеки с мощной щетиной. Военного покроя куртка, линялые джинсы, грязные кроссовки. И снова взор миссис Сагден заволокло пеленой тревоги. Она шла дальше наверх, мимо него. Он был насторожен, смотрел в другую сторону, точно сам так же занервничал. Может быть, просто вел себя как все англичане: зачем лезть в чужую жизнь? Но ведь были же времена, когда люди на улице просто так здоровались, обменивались парой дежурных фраз, хотя бы в знак нейтралитета. Конечно были. А вот сейчас… Она — боялась его спровоцировать, он — что она неправильно поймет. А может, он просто не в духе или вообще толком ее не заметил.</p>
    <p>Раньше, когда страхи еще не окрепли, миссис Сагден заставляла себя отвлекаться, думать о чем-то другом. Обещала себе маленькие радости. Если я по пути на пруды дойду до тех вон кустов и ни разу о нем не подумаю, то, значит, придет письмо от Джеймса. Или, пожалуй, куплю себе шоколадный эклерик. Так по-детски себя уговаривать она давно перестала. Все равно ни эклера, ни письма она особенно не хотела и не ждала, а ждала она только вечера, чтобы лечь спать. Уговоры эти вылились в настоящую битву в сознании миссис Сагден. До тех кустов она так и не доходила, резко разворачивалась, с тревогой клича Вольфганга, и отчаянным шагом направлялась в сторону дома — с мечущимся взглядом и пылающим сердцем. Нет, нет, страхи надо встречать честно. Выходить в <emphasis>его </emphasis>мир можно, если ты способна анализировать свой страх и если знаешь, кто это может быть и что́ может произойти.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Вот показались уже ближние деревца рощи — серебристые березы и лещины с их сережками. Почти как за городом, разве что не смолкая гудит шоссе по ту сторону тишины. Продвигаясь вдоль дороги к роще, миссис Сагден спрашивала себя, всегда ли было так. Раньше тоже случалось насилие над девочками, а пожилых женщин настигал удар по голове и лилась их нежаркая кровь? Или раньше было как-то иначе и меньше, чем сейчас? Во всяком случае, в наши дни об этом приходится больше думать, отвечала она себе. Если даже и не насилуют сейчас больше прежнего, то деяния эти разрастаются оттого, что о них больше думают и чаще вспоминают. Похоже, что так. Да, мы стали цивилизованнее — такие вопросы обсуждаются открыто, потерпевших никто не винит, наоборот, им легче найти утешение. Но от всего этого, рассуждала миссис Сагден, мне только страшнее. Нарастает не только страх, но и то, что <emphasis>он </emphasis>чувствует. Им обоим знакома эта завороженность при виде человека в капюшоне, оцепенение от беспомощности, брошенности. Она знала, что он, тот, видит по телевизору и в кино всякие бесчинства, о которых в противном случае, может быть, и не помыслил бы. Вот и она, глядя по ночам на экран, возвращается в мыслях к сценкам, ранее невообразимым. А к вообразимым и того чаще. Все это будто разлито в воздухе.</p>
    <p>Одно было ясно — думы о нем, об их возможной встрече питались страхом. Ей хотелось бы, чтобы это было ясно не ей одной. Простой и беспримесный страх, без всяких там вытесненных желаний. Возможно, он этого и не знал, хотя ей казалось, что он жаждал бы прежде всего ее страха. Даже будь у нее скрываемые от себя самой желания, он бы отнесся к ним с отвращением, он сам бы захотел ее за такие мысли наказать. Как-то она включила по телевизору популярную комедию: падение Рима или там Джайпура, средних лет дамочки сидят и вопрошают, когда же придут варвары и начнутся грабежи и насилие. Сразу выключила. Нет, желание тут ни при чем. Ее желание умерло намного раньше, чем не стало Брайана. Он умер во сне. Они спали рядом, и вдруг его рука в последней судороге нечаянно упала ей на грудь. Она помнила, что когда-то хотела его, а еще раньше ее охватывал трепет нетерпения от тяги к мужчине, мужчинам. Теперь-то она была как вчерашний молочный пудинг — остывший, неприятный. В доме без Брайана стало так тихо — и хорошо, что тихо, — хотя и одиноко. Он совсем недолго побыл на пенсии, и время это проходило в маете и беспорядке, в каждодневной борьбе характеров, борьбе за пространство стола, а то и жизненное пространство. Конечно, ей было очень жаль Брайана. Нет больше его интересов, надежд, любимой еды. Некому высказываться о Маргарет Тэтчер и любить георгины. Но что касается ее самой, то, скажем так, ее все более или менее устраивало.</p>
    <p>Нет, к желаниям это никак не относилось. Так размышляла миссис Сагден, минуя привычную рощицу в направлении пруда, рябоватого от ветра. Тут гулял старик с толстой терьершей, две по-спортивному изящные девушки с далматинцем да стайка мальчишек, которые сбежали с уроков и сгрудились, слегка сутулясь, покурить. У пруда он не осмелится, это точно. Место открытое, народу слишком много. Тут даже можно иногда попросить какого-нибудь собачника в твидовом пиджаке бросить в пруд палочку для Вольфганга. Ей самой в этом году бросать палки уже стало трудно, артрит крепчает. А Вольфганг в расцвете сил, ему поплавать в пруду, побарахтаться в упругой воде — лучше не придумаешь. Без купания он так хорошо не выгуливается. Она подошла к мальчишкам: «Не бросите ли палочку для собаки? Мне это уже трудно». Детвора молниеносно переглянулась: помочь или повыпендриваться? Подшутим над кошелкой или в этот раз вредничать не надо? Ребята были пока маленькие, тихие. Наверно, уже издевались понемножку над кем помладше. А может, и сами чего боялись. «А чего ж не помочь? Сейчас бросим», — фамильярно отозвался один. И запустил Вольфгангову палку со всей силы в воду. Пес рванул туда. Сначала несся огромными прыжками, рывком рассек почти спокойную гладь, а когда дно ушло — резво поплыл к цели, подруливая пушистым белым хвостом, сиявшим из полупрозрачного прудового сумрака. Повернув обратно, хлебнул воды и с каждым движением громко фыркал. Мальчишки взялись развлекать его еще и еще, а он только и рад бросаться в воду. Чуть дальше купалась пара канадских казарок, которых на этом пруду прежде не видели. Хорошенькие они, подумала миссис Сагден, оглядывая птиц, их бочковидные туловища, расписанные волнистыми серыми полосами, крепкие черные шеи. Самец, издавая гортанный гогот, подталкивал самку, заигрывал. Раньше миссис Сагден заговорила бы с мальчишками о красоте этих птиц, но теперь промолчала. Некоторые из них, хоть и не все, меж собой ерничали и говорили гадости. Один такой мальчишка не осмелился бы обижать более-менее рослую миссис Сагден, тем более что она с собакой. Но если вся свора сразу — очень даже. Особенно если станут друг друга «на слабо» подначивать.</p>
    <p>Что за народ мальчишки, миссис Сагден знала хорошо. Она знала, что и они кое-что знают, многое видят по телевизору, даже и такое, чего она сама вовсе не видела и не хотела видеть. У мужчин — фантазии, у женщин — только любовь, хотя любовь — это особый вид фантазии, так она считала. Быть может, лет тридцать-сорок назад у нее учились отцы этих ребят. Они не знали того, что эти знают сейчас. В темные ледяные дни она непослушными пальцами заправляла им рубашки, застегивала их маленькие тугие ширинки на пуговицах, как бы прикасаясь к их невинности, и отпускала побегать: «Только не запачкайтесь!» В просторных уличных уборных, зимой насквозь продувавшихся, было холодно до умопомрачения. Их детские конечности синели от холода и были мягкие как воск. Они не знали всякого такого, как нынешние. Сам холодный воздух был другим. Тогда тоже были причины для страха, но она сама знала слишком мало и не настораживалась на каждом шагу.</p>
    <p>В те дни, во-первых, шла война, а во-вторых, за тяжкие преступления полагалась смертная казнь. И вот теперь, стоя тут и безжизненно глядя на играющих с ее собакой мальчишек, она говорила воображаемому мужчине, что, если помнить о повешении, легче понять, что страх никак не связан с желаниями. Поймет он это или нет или придется объяснять, зависело от его возраста. Казнь через повешение в годы войны пугала ее даже сильнее и неодолимее, чем Гитлер. Может, было это от недостатка воображения? Во время войны она верила Черчиллю — Великобритания победит, и всё. А вот камера смертника, мешок на голову, петля на шею… Никто не был от этого застрахован. Знаешь, говорила она ему, мне много раз снилось, что меня должны повесить по ошибке, ни за что; снилось, что мне связывают руки и тащат туда с повязкой на глазах. Веяло абсолютным злом, причиняемым одними людьми другим, об этом писали в газетах, это было в страшных детективах, — зло, разлитое в воздухе. Теперь палач и убийца — это ты. Тот, у кого сила, — жуток. Убийца в камере смертника становился жертвой. Теперь этому положили конец, нет больше эшафота. Теперь жертвами являются лишь женщины и дети в запертых автомобилях, возле свалок и на нехороших окраинах, в кустах у пустырей… Я хочу сказать, что бывает и простой страх, с вожделением никак не связанный. И этот мой страх тебе не увидеть и не понять.</p>
    <p>Вольфганг наплавался, и они отправились в рощицу. Пес лизал грязную землю и копался в прошлогодней листве. Почва, поросшая губчатым мохом, под ногами слегка проседала и сочилась влагой. На поверхности появлялась темная, как кровь, торфяная вода. Поднявшись, она окружала ярко-зеленые мшаные островки. Здесь всегда обнаруживалось что-нибудь необычное. Вольфганг как-то раз откопал розовую туфлю с высоким каблуком. А сама миссис Сагден чуть не наступила на огромные темно-синие с белым кантом трусы, набухшие от сырости и лишь слегка погруженные в воду. На вид — почти новые. Она обошла их стороной. Ее как будто током дернуло — даже не током, а резко так перехватило дыхание, на долю секунды замерли легкие, и в голове без кислорода похолодело.</p>
    <p>Она могла себе представить — вот от внезапности испуга ты цепенеешь и ничего не можешь сделать. Предчувствовала: спазматическая судорога, потом несколько диких ударов сердца и тут же — безвольный покой. Когда думаешь, как это будет, легче преодолеть страх. Она воображала кого-то с пятидневной щетиной, неприятно пахнущего. Как он чуть-чуть сторонится, когда подбегает Вольфганг, скалясь от любопытства. Представляла себе кого-то молодого и мускулистого, не робкого десятка. Вот он убирает нож от ее горла, чтобы с ухмылкой отбиться от Вольфганга. Да и прыгнет он или нет, тоже еще не известно, честно говоря. Это был сварливый пес, кусался просто так, для забавы, не защищая. Когда был маленький, часто кусал других собак. Лез всегда к вялым и медлительным псинам покрупнее, которые не убегут и самого не тяпнут. Приходилось оттаскивать. Его глаза наливались кровью, белки становились алыми, как цветущий мак. Такой цвет миссис Сагден видела по телевизору на прошлой неделе — был репортаж из больницы, и показывали одну пенсионерку с отекшими веками, жертву уличного ограбления. Запомнилась каждая черточка, подробность: все морщинки землисто-лилового лица, жидкие седые с желтизной волосы, темные неснятые швы поперек брови и щеки, бледно-голубая шаль, но особенно — эти ярко-красные белки глаз.</p>
    <p>За рощицей пролегала прямая дорожка. Часть ее была покрыта где битумом, где асфальтом, а дальше ровное покрытие заканчивалось и от него оставались лишь проступавшие из песка островки. По краю асфальта неторопливо бежала, можно даже сказать — гарцевала, кремового цвета лабрадорша. Это была собака-поводырь. Вольфганг ее знал и часто к ней лез. О чем миссис Сагден, конечно, помнила. Собака-поводырь сейчас наслаждалась недолгой пробежкой без поводка. Ее высокая хозяйка и одновременно подопечная, одетая в аккуратную твидовую двойку, шла прямо и уверенно по той же дорожке. Она не поворачивала головы ни налево, ни направо, ее глаза смотрели только вперед. Над воротником светился безупречный узел седых волос с металлическим отливом. В одной руке она несла поводок-шлейку, в другой сумочку. Двигалась вперед ровными, не слишком быстрыми шагами. На ногах у нее были практичные туфельки на шнурках. Миссис Сагден разговаривала с этой женщиной только однажды, когда за ними увязался Вольфганг, лез к лабрадорше и мешал хозяйке надеть на поводыря шлейку. Миссис Сагден тогда извинялась, а слепая сказала, что Элси полезно общаться с другими собаками и что все в порядке. По ее голосу и этим кратким репликам миссис Сагден поняла, что перед ней человек культурный. Женщина хотела погладить Вольфганга, но миссис Сагден отсоветовала: характер у собаки неровный. Новой знакомой стало интересно, как он выглядит. Миссис Сагден стала с удовольствием рассказывать про его белый с черными пятнами окрас, озорные глазки, здоровый блеск шерсти. Добавила, что Элси, наверно, очень умная и хорошо дрессирована. Хозяйка ответила, что Элси слишком уж серьезная, все время настороже, никогда не заставишь ее побегать и поиграть. Повторила, что поэтому и хорошо, что встречаются другие собаки. Увы, она не могла видеть роскошный воротник Вольфганга и его улыбку, когда у него с одной стороны морды приподнималась щека и щеголевато показывались зубки.</p>
    <p>Миссис Сагден решила не идти на эту дорожку и осталась в тени деревьев, чтобы Вольфганг не досаждал ни поводырю, ни хозяйке. Лучше так, чем потом опять извиняться. Они с Вольфгангом пошли рядом, но на расстоянии и чуть позади. Наблюдали, размышляли.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>За слепой женщиной кое-кто шел. Причем не впервые — даже миссис Сагден уже видела этого человека минимум дважды, и тогда он шел за ней же. Во внешности и поведении этого человека даже в те разы проглядывало что-то слегка и неуловимо неправильное. Он шел как-то слишком осторожно, совершал подчеркнуто крадущиеся движения, так что можно подумать, будто хозяйка Элси на ходу играет с ним в игру «море волнуется раз» и сейчас водит. Это был очень высокий, худой и довольно нескладный юноша или молодой мужчина. Длинноволосый кудрявый блондин. Одет в ярко-голубой спортивный костюм с белым кантом, на ногах — довольно дурацкого вида кроссовки с девчачьими розовыми шнурками и пастельными радужными полосками. Все его движения и жесты были какие-то карикатурные: он не просто вслушивался в крик сойки, он прикладывал ладонь к уху, а то вдруг останавливался у какой-нибудь маленькой ивы, складывал руки на груди, расставлял ноги шире плеч и делал вид, что разглядывает деревце. Миссис Сагден еще и раньше замечала, что он никогда не обгоняет слепую, но следует строго за ней, то почти крадучись, то трусцой. Сегодня, однако, он вел себя иначе. Он напоминал мальчика-марионетку Энди-Пэнди из детской передачи на Би-би-си и явно был настроен покривляться. Как чокнутый лепрекон, он бегом описывал огромные круги вокруг женщины с лабрадором и при этом очень высоко поднимал колени и оттягивал носки к земле. То безвольно наклонялся, точно лишаясь сил, то распрямлялся, как пружина. Ох уж эти кривлянья и ломанья, подумала миссис Сагден. Она почти не видела его лица, но все же он, казалось, улыбался. Еще этот человек экзальтированно жестикулировал: раскидывал руки, словно готовился обнять кого-то, или перебирал ими, взбираясь по невидимому канату. Слепая наверняка слышала его шаги, но никак не реагировала. Она продолжала идти вперед — упорно и равномерно, как метроном. Собака шла рядом, обозначая край ровного асфальта. Миссис Сагден и дальше бы спокойно наблюдала, продолжая идти за высокой травой и вересковыми кустами, но вдруг заметила, что долговязый незнакомец сужает круги. И когда выбегает на солнце, видно, что в кисти марионеточной руки будто бы сжато нечто блестящее.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Ее мысли сейчас напоминали то суеверное самовнушение, когда она обещала себе письмо от Джеймса или шоколадный эклер. Она подумала, что вместе — безопаснее. Если сейчас не подойти, то и меня никто не выручит, когда надо будет. Сама — неуклюжая старушенция, но все-таки с собакой. И свисток есть. Удивительно, сколько мыслей. Было слышно, как бьется сердце, но его глухой стук раздавался ровно и деловито, без спотыканий. Она скомандовала Вольфгангу: «Гулять!» — и тот молнией припустил к Элси. В эту минуту юноша-дергунчик шел уже почти рядом со слепой женщиной, заглядывая ей в лицо.</p>
    <p>Миссис Сагден поздоровалась с хозяйкой Элси:</p>
    <p>— Мы здесь однажды встречались; может быть, вы и не помните, я вам про мою собаку рассказывала. Про черно-белого бордер-колли. Кажется, ему нравится играть с вашей собакой.</p>
    <p>— Да-да, помню, — ответил прохладный голос как бы издалека и из темноты, — ваш колли здесь?</p>
    <p>Острый нос Вольфганга уже глубоко погрузился под хвост Элси.</p>
    <p>— Здесь, вон, нюхаются.</p>
    <p>— Она кобелей стесняется немного. Когда Элси на работе, ей с ними общаться не положено.</p>
    <p>— Можно мне пройтись вместе с вами? Нам вроде бы по пути.</p>
    <p>А он сейчас двигался в прогулочном темпе позади них, на некотором расстоянии. Женщины шли плечом к плечу, он не отставал. Собаки совершенно увлеклись взаимным обнюхиванием.</p>
    <p>— Я пойду до конца дорожки. Пожалуйста, скажите мне, когда она закончится. Дальше я не хожу.</p>
    <p>— Хорошо.</p>
    <p>И они продолжили прогулку вместе. Темп задавала слепая, и шли весьма ходко. Миссис Сагден начала разговор и сперва рассказала о себе:</p>
    <p>— Меня зовут Марджери Сагден. Я сейчас на пенсии, раньше была учительницей в школе.</p>
    <p>— А я Элеонора Тиллотсон. Тоже на пенсии, а работала в социальном обеспечении.</p>
    <p>Незваный спутник все не исчезал. Интересно, мисс или миссис Тиллотсон вообще знает, что он там? Причем даже не первый раз, да и ведет себя весьма странно. Миссис Сагден продолжала рассказывать. Собаки. Вот они так мило бегут вместе по этой дорожке. У лабрадора очень приятный цвет.</p>
    <p>— Как пенка на капучино, — отозвалась мисс Тиллотсон.</p>
    <p>— Оттенок все-таки более кремовый, — резонно заметила миссис Сагден, — погуще, ближе к сливочному маслу.</p>
    <p>Если уж описывать для миссис Тиллотсон то, что видишь, то как можно точнее.</p>
    <p>— Вот, до конца дорожки уже недалеко. Я пройдусь с вами обратно?</p>
    <p>— Что вы, я и сама дойду.</p>
    <p>— Но все-таки не возражаете? Я рада, что встретила вас.</p>
    <p>— Совсем не возражаю, пройдемся. На пенсии каждый день такой длинный… Иногда с утра до вечера ни с кем, кроме Элси, и словом не обмолвишься. Когда я работала, все, конечно, было по-другому. Я много ездила, много общалась с людьми, бывала в разных домах, что-то у них спрашивала, узнавала. Люблю, когда много дел.</p>
    <p>— Вот и у меня так же. Время сейчас летит так быстро, только летит в никуда, оно ничем не наполнено и ни к чему не устремлено.</p>
    <p>— Вы хоть о здоровье заботитесь. И о Вольфганге. Это заметно.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Словно край волнореза в морской бухте, вдали внезапно показался конец асфальтовой дорожки. Миссис Сагден думала о слепой женщине и поражалась ее бесстрашию. Та уверенно шла вперед твердой походкой, словно прокладывая безопасный путь между водоворотами и незримыми пропастями жути куда более безразмерной, чем мелкие боязни миссис Сагден. Возможно, он продолжит их преследовать, когда они вместе пойдут обратно. Возможно. Если не продолжит, то все понятно. Но он вдруг заговорил:</p>
    <p>— Извините, кто-нибудь знает, сколько времени?</p>
    <p>Они повернулись. Незнакомец стоял прямо перед ними, заслоняя обратный путь. На лбу сбились золотистые кудри — мокроватые от пота или слегка немытые. Во всех его чертах, как до того в жестах, проглядывала некая нарочитость. Рот — очень большой, но при этом не дряблый, аккуратный, выразительный, с рельефными изгибами, точно корпус виолончели. Нос — заложенный и оттого гнусавый — с темными отверстиями фигурных ноздрей. Лицо массивной лепки, но как бы скругленное. Широкие скулы, заметные надбровья, выступающий раздвоенный подбородок. Большие светло-голубые глаза, густые ресницы. Мисс Тиллотсон, конечно, ничего этого не видела. Не знала даже, негр это или белый. Только рост можно определить более или менее четко — по голосу. Однако она ответила ему, который час, четко и ясно:</p>
    <p>— Без тринадцати минут три.</p>
    <p>Миссис Сагден увидела, что время она узнает, трогая кончиками пальцев циферблат больших наручных часов без стеклышка.</p>
    <p>— Спасибо. Значит, мне пора обратно. Собачка у вас что надо, я тут посмотрел, как вы гуляете.</p>
    <p>— Я знаю.</p>
    <p>— Она хорошо вам помогает.</p>
    <p>— Это верно, — ответила мисс Тиллотсон и улыбнулась, — она очень ответственная, серьезная, даже слишком. Никогда не убегает и даже не отходит поиграть.</p>
    <p>— Но наверняка задаст перца любому, кто попытается вас обидеть, да?</p>
    <p>— Не знаю, она обучена на поводыря, то есть ведет меня, куда идти можно, и не пускает, куда не надо. Она добрая.</p>
    <p>По мнению миссис Сагден, сообщать все эти подробности незнакомцу было неосторожно. Она вступила в разговор:</p>
    <p>— А вот мой Вольфганг совсем другой. Очень неуравновешенный. Но для его породы это нормально, как мне говорили.</p>
    <p>Он улыбнулся ей всем лицом, как будто читал ее мысли. Миссис Сагден взяла мисс Тиллотсон под локоть, чтобы обеим было спокойнее. Та не привыкла к прикосновениям и поначалу напряглась, но лишь на секунду и отстраняться не стала. Молодой человек шагнул в сторону и зашагал с другого бока мисс Тиллотсон.</p>
    <p>Миссис Сагден, подталкиваемая своими страхами, в общем-то, и раньше хотела с ней заговорить, и теперь формальности этикета остались позади, разговор шел сам собой. <emphasis>Его </emphasis>навязчивость раздражала миссис Сагден, и удивительно, как точно это раздражение совпало с неприязнью к его циркачествам и блестящему предмету в руке.</p>
    <p>— Я часто вас здесь вижу, вы всегда ходите по этой дорожке, — сказал он.</p>
    <p>— Да, здесь ровно, я могу идти сама и отпустить Элси побегать.</p>
    <p>— Ах да, конечно. Вы тут каждый день?</p>
    <p>— Да, собаке нужно побольше двигаться.</p>
    <p>— Отлично. Просто отлично!</p>
    <p>— А вы? Тренируетесь? Я слышу, вы то подскочите, то присядете.</p>
    <p>— Да, стараюсь быть в форме. Я вообще безработный. Ну, пока что. Вот, нашел занятие.</p>
    <p>— Безработный? Сочувствую.</p>
    <p>— Не стоит. Я бы с ума сошел в магазине или офисе. Мне и так неплохо, гуляю то здесь, то там. Так свободно тут на воздухе… Меня в жизни привлекала только одна профессия.</p>
    <p>— Какая же?</p>
    <p>— Я хотел стать летчиком. Летать высоко в небе. Я всегда любил самолеты, с самого детства. Но в летчики меня не взяли.</p>
    <p>— Жаль, а почему?</p>
    <p>— Да много чего. Медкомиссию не прошел. Ничего серьезного, просто не взяли. Ну может, потом возьмут. Я одно время был в учебном авиакорпусе, мне нравилось. Посмотрим еще, может, своего добьюсь.</p>
    <p>Возникла пауза. Мисс Тиллотсон двинулась вперед, миссис Сагден мелкими шажками поспевала рядом, поддерживая спутницу под локоть. По другую сторону пристроился он, бежал самой медленной трусцой со скоростью их ходьбы, высоко поднимая от земли ноги. Бежал боком, как краб, не сводил глаз с мисс Тиллотсон.</p>
    <p>Миссис Сагден говорила об Элси. При безработном молодом человеке ей неловко было рассказывать, что ей нечем заняться. Увязался этот бегун, и, как бы ни было интересно, теперь уже неловко расспрашивать мисс Тиллотсон о том, как она обходится с простыми повседневными делами: с готовкой, транспортом… Было очень любопытно, а главное — она чувствовала, что та не станет отмалчиваться. Еще очень хотелось разузнать, боится ли мисс Тиллотсон чего-то, а если не боится, то почему и как вообще может так быть. А пока она узнала, что Элси в день полагается фунт свежего мяса, чуть-чуть сухого корма из отрубей и непременно два часа активной прогулки, не считая выходов в магазин. Миссис Сагден стала жаловаться, что у нее уже не то здоровье, чтобы за ним, Вольфгангом, таким резвым, поспевать. Но ей так хорошо с ним. Ну и ощущение хоть какой-то охраны, хотя про это она вслух не сказала. О чувстве безопасности сказал новый знакомый:</p>
    <p>— Скажите, а вам не страшно одной? Столько всего творится вокруг… Вы не боитесь?</p>
    <p>— С Вольфгангом не страшно, — ответила миссис Сагден с большой неохотой, будто тем самым выносила приговор своей прекрасной собаке. Воображение мгновенно нарисовало, как нож с хрустом входит бедному псу под грудину.</p>
    <p>— В моем случае, — заговорила мисс Тиллотсон, — вполне естественно опасаться всего подряд. В каком-то смысле действительно: что ни возьми — все опасно. Поэтому, кажется, жить можно, только если вообще ни о чем таком не думать. Вот я и не думаю. Если бы я все время беспокоилась, то и сделать ничего не могла бы. Пришлось бы просто жить на меньшей территории, в более узких границах. Ограничить мою жизнь я всегда успею. А пока лучше пройдусь на свежем воздухе. Вот и гуляем, да, Элси?</p>
    <p>— Уважаю. Вы молодчина! — произнес с показным восхищением, чуть ли не пропел незнакомец.</p>
    <p>— Ну, это громко сказано, просто стараюсь как-то жить, хоть я и незрячая.</p>
    <p>Миссис Сагден тем временем размышляла, что произойдет на том конце дорожки, когда надо будет расставаться. Видимо, лучше на всякий случай проводить мисс Тиллотсон до дому. И притом так хочется скорее к себе, в свои четыре стены. Еще думала, что парень, кажется, дразнит их, улыбаясь и что-то утаивая. Ее голос вдруг зазвучал теплее и с большей прямотой, чем если бы не возникшее тревожное обстоятельство.</p>
    <p>— Хорошо, что я подошла к вам, с вами очень приятно общаться. Собаки, по-моему, тоже довольны. Наверно, можно еще пройтись?</p>
    <p>— Может быть, зайдете ко мне на чай, если не торопитесь? — предложила мисс Тиллотсон.</p>
    <p>— С удовольствием.</p>
    <p>— Хорошо. Я живу тут недалеко, рядом с парком, в одном из домов в комплексе «Бельвью». Только по переходу пройти.</p>
    <p>Молодой человек был сейчас немного поодаль, медленно бежал по слегка возвышавшейся дорожке, широко расставив руки по диагонали и раскачиваясь из стороны в сторону. Прямо человек-самолет какой-то. Даже шум дыхания, слетавшего с его огромных губ, напоминал гудение авиационных двигателей. Когда заговорили о чае, миссис Сагден хотела было предупредить свою спутницу каким-нибудь быстрым и доходчивым «Тсс!», но было уже поздно: бегун снова очутился рядом и сказал:</p>
    <p>— Пройдусь еще с вами. Мало ли что.</p>
    <p>— Не беспокойтесь, со мной пойдет миссис Сагден. Я пригласила ее на чай.</p>
    <p>— А можно и мне с вами?</p>
    <p>— Вы вроде бы говорили, что вам надо куда-то возвращаться, — вмешалась миссис Сагден, — когда время спрашивали.</p>
    <p>— А куда возвращаться-то? Мне идти некуда.</p>
    <p>— Конечно, присоединяйтесь к нам, если хотите, — разрешила мисс Тиллотсон.</p>
    <p>— Да, присоединюсь, пожалуй. А как я буду рад, вы даже не представляете.</p>
    <p>Это уже было слишком.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Когда зашли в подъезд, миссис Сагден удивилась, как ловко ее новая знакомая управляется с лифтом. Нажимает кнопку вызова, открывает наружную дверь и дверь кабины, потом закрывает, все вручную и все без колебаний, хотя в лифте впятером было тесновато: три пары ног, восемь лап, огромные колени этого человека, который не стоит спокойно, как все, а качает размашистыми плечами.</p>
    <p>Удивление ждало миссис Сагден и в квартире. Она была обставлена со вкусом: стулья, обитые оранжево-красным бархатом, светильники из китайских ваз; на темном персидском ковре со светло-бежевыми собачьими шерстинками — журнальные столики со стеклянным верхом. В прихожей и над камином в гостиной красуются зеркала. На стенах картины и репродукции: китайский рисунок тушью со скалой и водопадом, веласкесовские «Менины» — многофигурный портрет инфанты, придворных фрейлин и карликов, собравшихся у мольберта художника, который пишет портрет королевской четы.</p>
    <p>В больших чашах стоят весенние цветы и пахучий жасмин.</p>
    <p>Сейчас, уже сильно за полдень, в квартире сгущались сумерки. Мисс Тиллотсон включила свет и указала гостям на стулья. Интересно, включает ли хозяйка свет, когда она здесь одна. Хотя, может быть, для Элси?</p>
    <p>На небольшом бюро стояли несколько фотографий в серебристых рамках.</p>
    <p>— Это ваша семья?</p>
    <p>— Да. Мужчина в парике — мой брат Клайв, он адвокат. Две девушки в мантиях — мои племянницы, они тогда только-только защитили диплом. Малыша зовут Морис, он мне внучатый племянник. А в том доме я выросла, это наше семейное гнездо в Сомерсете. Элси на снимке так похожа на себя теперешнюю, правда?</p>
    <p>Молодой человек смотрел на фотографии из-за спины миссис Сагден. От его горячего дыхания лица адвоката и выпускниц слегка туманились.</p>
    <p>— Фотография Элси недавняя, да?</p>
    <p>— Нет-нет, представьте себе, Элси почти десять лет. А выглядит как совсем молодая собака. Сейчас налью ей и вашему Вольфгангу водички, а нам чай заварю. Будете китайский, индийский или «Эрл Грей», миссис Сагден? И… Кажется, вы не представились…</p>
    <p>— Барри. Зовите меня Барри. Буду вот что вы последнее сказали, «Эрл Грей» буду. И два кусочка сахара, пожалуйста.</p>
    <p>Миссис Сагден спросила, нужна ли помощь на кухне. Но настаивать не могла: не хотела показаться невежливой, потому что навязываться со своей помощью означало сомневаться в бесспорной самостоятельности мисс Тиллотсон. Поэтому села, где предложили, и стала наблюдать за Барри. Тот в своих несусветных кроссовках бесцельно перемещался по комнате, среди уютной мебели.</p>
    <p>Слепота мисс Тиллотсон странно действовала на миссис Сагден: ей стало казаться, что она сама вроде невидимки. Мисс Тиллотсон время от времени оборачивала к ней свое вежливое, не выражающее никаких чувств лицо: их глаза почти встречались, но именно что только почти, линия невидящего взгляда проходила где-то у виска или щеки миссис Сагден и упиралась в пустую стену. Тогда миссис Сагден быстро вспоминала, что третий присутствующий ее прекрасно видит, и срочно сгоняла с лица смущение и беспокойство. А он в это время трогал всякие предметы в комнате. Приподнимал, рассматривал, ставил на место чернильницу, лакированную шкатулочку, пресс-папье. Хозяйка ушла на кухню.</p>
    <p>— Неплохие тут штучки, да? Ценные, небось, — начал он.</p>
    <p>— Это мне не известно. Но приятные, да. С большим вкусом.</p>
    <p>— Кто-то ей помогает, наверно, — сказал он, как ей показалось, жестко. — Не сама же она подбирает цвет штор к этим стульям? Помогают, помогают. Вон, брат с фотки и жена эта его, они и помогают, ага. Вообще здорово она тут управляется, а? И руками ни разу не шарит, не путает ничего. Ну дает вообще! Обалдеть.</p>
    <p>— Да уж, — более резко отозвалась миссис Сагден.</p>
    <p>Мисс Тиллотсон вернулась в комнату с чайным подносом, который очень аккуратно поставила на низенький журнальный столик со стеклянным верхом. На подносе стоял большой серебряный заварочный чайник и очень изящные чашки. «Краун Дерби»,<a l:href="#n_61" type="note">[61]</a> не иначе, подумала миссис Сагден. На внутренней поверхности чашек темнел стойкий чайный налет. Сам поднос был китайский, декорированный черной нитроэмалью. На нем отчетливо виднелись следы от посудной губки. Чай гостям наливала мисс Тиллотсон.</p>
    <p>— Барри, будьте добры, передайте эту чашку миссис Сагден. Спасибо. А это вам, с двумя ложками сахара. Вот печенье. Пожалуйста, угощайтесь.</p>
    <p>После этого она вопросительно обратила на Барри свои невидящие глаза и попросила гостя рассказать о себе поподробнее. По ее словам, она, возможно, смогла бы чем-то помочь, когда-то у нее было много знакомых работодателей. К радости миссис Сагден, она не могла видеть, какая презрительная — так миссис Сагден ее определила — ухмылка нарисовалась на лице Барри.</p>
    <p>— Да вряд ли. Нужен я им. Да и мне что они предложат, зачем? Скукота. Упаковщиком я работать не буду, катать тележки в супермаркете тоже, госпрограмма обучения молодежи — еще хуже, фигня это все.</p>
    <p>— Но сидеть без работы вы тоже, наверно, не хотите.</p>
    <p>— Да не знаю я. На воздухе вот много гуляю, есть время подумать… Попить чаю в хорошей компании.</p>
    <p>Собаки важно переместились из кухни в комнату. Элси подошла к мисс Тиллотсон и спокойно уселась, прислонясь к ее колену. Вольфганг стал рассеянно бродить по комнате, обследуя углы. Барри отломил половинку печенья и протянул ему.</p>
    <p>— На-на-на, иди сюда. Хороший пес! Как там его зовут?</p>
    <p>— Вольфганг.</p>
    <p>— О, забавно как. Сурово.</p>
    <p>— Это немецкое имя, так звали Моцарта. Не знаю, почему я его так назвала. Вообще-то, печенье он не ест.</p>
    <p>— Хм, да?</p>
    <p>Вольфганг тем временем осторожно подошел и взял угощение.</p>
    <p>— А вот и ест. Просто вы его не балуете. Хороший пес, старина Вольфганг!</p>
    <p>— Элси всегда кто-нибудь предлагает печенье, если я не слежу, — сказала мисс Тиллотсон, — но ей нельзя, растолстеет. Барри, не давайте ей, ладно?</p>
    <p>— Конечно нет, что вы! — отозвался он, глядя на Вольфганга. Тот подбирал с ковра последние крошки.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Чаепитие вышло долгое. Говорили в основном Барри и мисс Тиллотсон. Он много спрашивал, причем спрашивал прямо. Миссис Сагден на такие вопросы бы не отважилась. Оказалось, что мисс Тиллотсон ослепла в раннем детстве. Бо́льшую часть жизни она работала с инвалидами, а училась в Лондонском университете на социолога и соцработника. У нее есть маленькое устройство со шрифтом Брайля, с помощью которого можно делать записи во время телефонных разговоров. Живет она одна, до Элси у нее было еще три собаки, и смерть собаки или отставка по возрасту для нее всегда тяжелая травма.</p>
    <p>— Привыкать к новой собаке — очень тяжело и страшно. Надо идти в специальный центр, мы гуляем по улицам с разными собаками. Некоторые останавливаются слишком рано или слишком далеко от парапета или вообще не пошевелятся даже, когда надо. Ну и много чего еще. Они нервные и чересчур осторожные, как и я сама. Когда я наконец беру собаку домой, нужно еще очень много времени, чтобы все пошло по-старому. А для меня, как вы понимаете, самое главное — чтобы все было привычно.</p>
    <p>— Наверно, никого смелее вас я в жизни не встречал, — сказал Барри, наклонив голову набок и подергиваясь, как вдохновенный гитарист на сцене.</p>
    <p>Мисс Тиллотсон ничего не ответила, лишь попросила у гостей чашки и унесла поднос. Можно было слышать ее шаги в прихожей, уверенные шаги по кухонному линолеуму, сопение крана и звук льющейся воды.</p>
    <p>Барри подался вперед и заговорил с миссис Сагден:</p>
    <p>— А что вот, если переставить тут что-нибудь — стулья там, столы, чайник на кухне, а? Или коробки с печеньем. Она запутается, спорим? Вообще все перепутает.</p>
    <p>— Никто так делать не будет.</p>
    <p>— Да запросто, если, например, случайно. Легко. Вот подвиньте тот столик с телефоном для интереса.</p>
    <p>Сразу несколько слов промелькнули в голове у миссис Сагден: «жестоко», «подло», «гадость», «идиотизм»… Но сказала она просто и по-учительски:</p>
    <p>— Не надо такими глупостями заниматься.</p>
    <p>— Да я и не собирался. Она классная. Я так, просто подумал.</p>
    <p>Он взглянул на миссис Сагден:</p>
    <p>— Вот на чай меня пригласила. Она добрая. Вы-то не пригласили бы.</p>
    <p>Она не ответила. Тяжело билось сердце.</p>
    <p>— Вы бы побоялись. Что ж, разумно. Вдруг я какой-нибудь маньяк, никто ж не знает. И ей откуда знать. Надо быть осторожной, как же.</p>
    <p>И для большей убедительности он протянул руку Вольфгангу. Тот понюхал пальцы, дал почесать себя за ушком.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>В этот момент миссис Сагден твердо решила, что уйти от мисс Тиллотсон, не забрав этого человека, нельзя. А это значит, что ей придется какое-то время оставаться с ним один на один. Получалось что-то вроде головоломки про лодочника с капустой, козой и волком. Она поднялась со стула и решительно объявила:</p>
    <p>— Мисс Тиллотсон, мне, пожалуй, пора, Барри, наверно, тоже. Спасибо за гостеприимство. Мы пойдем. Да и у вас, видимо, есть дела.</p>
    <p>Можно подумать, у нее самой были какие-то дела. Или у бездельника Барри. Или, в конце концов, у хозяйки. Мисс Тиллотсон тоже встала попрощаться с изяществом и некоторой отчужденностью:</p>
    <p>— Очень рада, что вы зашли. Приходите еще. Пальто найдете?</p>
    <p>Барри, развалясь как у себя дома, продолжал сидеть в бархатном кресле, у его ног на красивом домашнем ковре виднелась собачья шерсть и валялись крошки. В голосе миссис Сагден зазвучала учительская нота:</p>
    <p>— Пойдемте, Барри, пора по домам.</p>
    <p>Он в этот момент играл с пресс-папье: хлоп, шлеп — перекладывал он его из руки в руку. Хорошо, что хозяйка не видит, думала миссис Сагден. Она чуть не сказала: «Положи сейчас же туда, откуда взял». А он будто прочитал эту мысль, потому что действительно положил. Ухмыльнувшись, с ленивым усилием поднялся на ноги.</p>
    <p>— Хорошо, хорошо, иду я, — ответил он, словно школьник, подыгрывая ей.</p>
    <p>Мисс Тиллотсон повторила, что будет рада увидеть их снова. Миссис Сагден сделала ответное приглашение, хотя от волнения у нее во рту пересохло.</p>
    <p>— Спасибо огромное, я так удачно зашел, — попрощался Барри.</p>
    <p>А что мисс Тиллотсон думала, что понимала и чего не понимала, миссис Сагден сейчас знать не могла.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>На улице она взяла Вольфганга на поводок и повернулась к Барри. Как теперь действовать, она продумала заранее. Она спросит, куда он направится, а сама пойдет совсем в другую сторону, даже если придется сделать большой крюк.</p>
    <p>— Вам куда, Барри?</p>
    <p>— Я вон там живу. Уэстфилд-парк, в общем.</p>
    <p>— А нам с Вольфгангом вон туда. Мы пойдем.</p>
    <p>— Да-да, счастливо, идите. Рад знакомству. Люблю поболтать со старушками. С ними интересно.</p>
    <p>Он стоял, нескладный, держа руки в карманах. В одном из них явно что-то было. Вдруг он вынул руки, в одной — огромный охотничий нож. С улыбкой он принялся перекидывать его из ладони в ладонь, как пресс-папье у мисс Тиллотсон.</p>
    <p>— До свидания, — негромко и хрипло выговорила миссис Сагден, глядя на изгиб лезвия. Она еле держалась на ногах.</p>
    <p>— Ну до свидания, еще увидимся. Я тут много гуляю, брожу туда-сюда. Уж вас-то точно найду.</p>
    <p>Миссис Сагден повернулась, бессильно увлекая за собой Вольфганга. Барри стоял на тротуаре и с улыбкой поигрывал, посверкивал ножом.</p>
    <p>— До скорого, — сказал он им вслед, и миссис Сагден прибавила шаг, — до скорого.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>«В оправе пропасти…»<a l:href="#n_62" type="note">[62]</a></p>
    </title>
    <epigraph>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Догадка — расправляет правде крылья?</v>
       <v>Примысленное к были — станет былью?…</v>
       <v>Не просто «как-то», в точности вот так?!.<a l:href="#n_63" type="note">[63]</a></v>
      </stanza>
      <text-author><emphasis>Р. Браунинг</emphasis></text-author>
     </poem>
    </epigraph>
    <section>
     <title>
      <p>I</p>
     </title>
     <p>Женщина сидит и смотрит в широкое окно. Внизу — канал с его вонью, а если поднять взгляд, то над силуэтами домов громоздятся серо-стальные тучи и висит в прогале туч заходящее солнце. На вязкой поверхности канала извиваются длинные темно-зеленые косы водорослей; чиркают о воду резвые чайки, обретшие здесь приют от штормов Адриатики. Это приятно полноватая женщина в нарядном шелковом капоте, на шее — нитка жемчуга, на голове — изящный кружевной чепец. О ней известно многое с высокой вероятностью. У нее тонкие, чуть расплывшиеся черты лица; маленький поджатый рот с опущенными уголками, изящный нос, двойной подбородочек; в глазах застыла печаль, во всем облике неуловимое разочарование. Все это мы знаем из портретов, их несколько, более или менее достоверных. Послеполуденные часы она провела в постели; здоровье ее слабое, но она мчится очертя голову на веселые званые обеды, пикники, прочие занимательные сборища. Теперь же она посиживает у окна, или предположим, что посиживает, любым осенним днем, в любой из тех нескольких лет последней четверти прошлого века… Ей несут преданную службу три гондольера, домашний мастеровой, повар, горничная и судомойка; есть и собственная экономка. Еще она имеет дочь, молодую, на выданье, и мужа, который загадочно болен и проживает в Париже, она не в разводе с ним, лишь в разъезде. Дочери сейчас нет дома, — возможно, дочь отправилась к друзьям на веселый ужин, и мать с порога просила вернуться и вручила свой новый зонт с рукоятью в резных изображениях бабочек и сверчков. Глаз и сердце этой дамы лежат к хрупким, искусно исполненным изделиям, неспроста же говорили про нее, что она, пожалуй, променяет полотно Тинторетто на поставец с крошечными позолоченными бокальчиками. Она знает толк в моде: в этом сезоне украшают одежду чучелками колибри или других, более пугающих созданий — мышей, ящериц, жуков, мотыльков, — и вот она уже устраивает у себя бал, где каждый приглашенный обязан прицепить к платью вереницу птах или гирлянду бабочек на мантоньерку — «каков шик!». Комната, где она сидит, полна отделанных перламутром шкафчиков и поставцов, набитых под завязку разными затейливыми вещицами. Она — автор неопубликованной образцовой истории венецианской корабельной архитектуры. А также ряда ничем не примечательных стихотворений. Ни один из современников-сочинителей не вывел ее главным действующим лицом, зато на окраине повествования она возникает нередко, причем очерчена двумя-тремя резкими узнаваемыми штрихами. Она питает страсть к мопсам и пекинесам; и сейчас, в этот сумрачный день, у ног ее лежат в полном сборе, слегка похрапывают, как свойственно их породе: Фелиция, Тележка, Хабиб, Фисба<a l:href="#n_64" type="note">[64]</a> (допустим, такие у них клички). Она питает страсть к мятно-шоколадным помадкам; интересно, собачкам они тоже нравятся или собачки едят их из послушания? В одном рассказе она и обозначена этими тремя признаками — приятно полноватая, повелевает мопсами, угощает гостей мятными помадками. Генри Джеймс<a l:href="#n_65" type="note">[65]</a> — так принято считать — подумывал, не сделать ли ее главной героиней задуманного, но так и не воплощенного романа, — не собирался ли он пустить при этом в ход и таинственного мужа, превратив его в один из мнимо второстепенных джеймсовских образов, смутно и томительно значимых, электризующих атмосферу? Это ее личность, как полагают, Джеймс врисовал в канву «Писем Асперна», отдав ей роль вспомогательно-техническую: тип богатой американки, приятельницы рассказчика, не образ даже, скорей двигатель повествования; то, что сам писатель называл <emphasis>ficelle</emphasis>, ниточка, экономно связующая нас, читателей, с нужными людьми и бурным развитием событий. Она одолжила рассказчику свою гондолу. Она дама с большой душой. Будучи горячей поклонницей поэтического величия, она коллекционирует пряди волос, срезанные с виска знаменитых поэтов, и хранит затем благоговейно внутри медальонов из оникса. Она ожидает Роберта Браунинга. Привечать Браунинга в Венеции — такая у нее прекрасная забота вот уж несколько лет и в ближайшие годы. Это ее стараниями поставляются поэту лучшие постельные принадлежности, достаются отличные ванные, туалетные комнаты. Она, правда, пеняет ему на то, что слуги при нем не знают своего места и знать не собираются. Она посылает ему стопки отменной веницейской бумаги ручного изготовления (эти листки раздает он знакомцам — художникам и поэтам). Она выбирает для него серебряные подносики, на которые лягут визитные карточки, письма. Записывает все его необдуманные и обдуманные речения о пейзаже, атмосфере Венеции. Она смотрит теперь на чаек с интересом, который он в ней пробудил. «Не знаю, отчего в описаньях этого города не встретишь упоминания чаек; для меня они даже интереснее, чем голуби на площади Святого Марка». Так он сказал, и она записала его слова. А еще записала, что изредка он позволял ее дочери, «к вящему нашему удовольствию», угостить его чаем. «Обычно же поэт воздерживался от этого напитка, который полагал несколько варварским, по крайней мере если употреблять чай до ужина».</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>II</p>
     </title>
     <p>Милые, уважаемые покойницы, думает исследователь, вглядываясь в невнятные черточки на читальной плоскости аппарата для микрофильмов, притененной зеленым светозащитным кожухом. Или, может быть, он переворачивает побуревшие листки, целые пачки вежливых записок о том, что нечто получено, с благодарностью принято или по-прежнему ожидается с нетерпением. Эти пачки, наверное, сохранились в одной из шкатулок, которых у нее за жизнь было множество, изящных шкатулок с тоненькими сигарками, на инкрустированных перламутром восьмиугольных столиках. Или, может быть, перебирает драгоценные списки стихотворных отрывков, сделанные поэтом для альбомов автографов. Ученый по крохам собрал ее собственные словеса — из Канзаса и Кембриджа, из Флоренции, Венеции и Оксфорда, он прочел ее очерк о кружеве и заметку, в которой она велеречиво склонялась перед величием гения; он слыхал порхание младых юбок на празднествах, о которых давно нет помина. Он сподобился постоять более или менее на том самом месте в Азоло, где стояла она с поэтом в 1889 году, и отлетал при этом мыслями к первым размышлениям Браунинга об этом городке в 1838 году, к истребительным страстям гвельфов и гибеллинов,<a l:href="#n_66" type="note">[66]</a> под неукротимое стрекотание кузнечиков. Он видел, как ее кровь румянцем проступает в лице ее высокородной итальянской внучки, открывающей перед ним те дома, в которых отобедывал, читал стихи, вел беседы, с кем-то пикировался, погружался в воспоминания сам поэт. Приятно полноватая дама стала ученому по душе, не потому ли, что он теперь ее знает, сложил по кусочкам. «Вновь возвратил к жизни», так сказал бы, верно, сам Браунинг; собственно, Браунинг и сказал это, не обинуясь, в отношении своих римских убийц, пристрастных судей, девочки-жены, мудрого дряхлого папы Иннокентия XII, пылкого молодого священника, то есть всех, кого отыскал в своей знаменитой, ветхой, дышащей жизнью «Желтой книге»<a l:href="#n_67" type="note">[67]</a> или воссоздал из нее. Хорошему ученому тоже позволяется что-то воссоздавать, основываясь на гипотезах, только вот вымысел ему запрещен. Наш ученый думает, — не без оснований, — что его неустанный хрупкий объект исследований занимает в свои пятьдесят четыре года положение скрытой фигуры в любовной комбинации, будучи предметом — хотя и недогадливым — дремлющей страсти со стороны все еще красивого семидесятисемилетнего Браунинга. Ученый отмечает силу и стать, выразительные руки, прекрасную шапку белых волос героя. Отмечает вероятные чувства героини, не переходящие за грань возвышенного поклонения, удовольствие, с которым она касается — не живой плоти поэта, но памятных вещиц, доставшихся от него. В доказательство приводится известное стихотворение «Недогадливость», где поэт упрекает некую спутницу за «взгляд недогадливый»; все ее внимание поглощено характерной волнистой формой, которую принимают «самопосеявшиеся деревца» на «руинах стен», она пытается припомнить, кто подметил это первым, не Джон ли Рёскин?<a l:href="#n_68" type="note">[68]</a> — и попросту отказывается видеть «страсть дремлющую, ждущую лишь взгляда, / Чтоб жизнью расцвести…». И вот уже научно установленные факты принимают форму сюжета, не новый сенсационный оборот, а скорее дополнительный оттенок, вполне жизненно достоверный. Исследователь вглядывается в микрофильмы, в желтеющие буквы, вот сейчас вдруг мелькнет золотая пылинка, драгоценное волоконце, и все вместе разом сложится в заветный узор. В 1882 году поэт был в Альпах и после предполагавшейся поездки в гости к одной английской семье, проживавшей в Италии, должен был посетить Венецию. Там ждала его дама. В контексте этого сюжета — ждала понапрасну. «Печальное происшествие», приключившееся бог весть где, «случайное несчастье» вкупе с проливным дождем в Болонье, пишет ученый, протягивая дальше свою ниточку, — заставили поэта вернуться в Лондон. Возникала опасность охлаждения дружбы, пишет ученый, как будто волнуясь за даму в Венеции, а может, за поэта, а может, за собственную свою догадку.</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>III</p>
     </title>
     <p>Человек, полагал он всегда, в наибольшей мере является самим собой, когда остается одинешенек в своей комнате в гостинице. Если, конечно, не исчезает как личность вообще в тот же самый миг, как перестает быть охвачен другими сознаниями, как лишается опоры той привычной обстановки, которую создал по собственному устоявшемуся вкусу, как понимает, что лишен всех за жизнь благоприобретенных вещей. Ему нравилось странствовать, это изощряло дух. Комната была ему по нраву — на третьем этаже, в конце длинного коридора, с балконом прямо на огромный, уходящий под небеса первобытный ледник. Гостиница, так писал он, сидя за столом и слушая снежную тишину и такой панибратский звук колокольчика незримых, в хлеву топчущихся коров, «чрезвычайно хороша, имеет все возможные удобства, лишена недостатков». Путешествие сюда, в горы, впрочем, было не из легких: два часа в экипаже, а после еще семь часов непрерывных подъемов, карабканья на муле верхом. Письма он писал отчасти из долга перед обширным кругом жаждущих от него вестей — добрых знакомых, почитателей, — но более от желания вновь взять в руку перо, увидеть на бумаге чернильные крючки, загогулинки, вместившие в себя целый мир, гостиницу, мулов, эту райскую тишь и прохладу. Гостиница, конечно же, не безупречна. «Здешний почерк мой не вполне разборчив из-за комковатых чернил да царапающего пера». Завтра он отправится на прогулку. Четырех- или пятичасовую, вдоль склона горы. Неплохо для старика, старик еще хоть куда. От тряски на муле что-то, правда, сделалось с тазобедренными суставами, с длинными мышцами спины. В моем возрасте прислушиваешься к малейшему намеку на боль, словно он может стать началом последней, худшей боли, которая рано или поздно наступит… И вот так обе эти вещи разом происходили в его сознании: легкая озабоченность болью в мышцах, суставах и — одновременное ожидание облечения в свое личное «я». И впрямь, оно было как плащ, это «я», как накидка-невидимка, одевавшая его теплыми, уютными складками. Но порою оно представлялось потревоженным колодцем, чьи чернильные воды вдруг всколыхивались, вскипали и тут же успокаивались, становились черным, ясным зеркалом. Иногда же внутреннее «я» ему виделось чем-то вроде барочной домовой церкви-капеллы, угнездившейся в сердце современно-благоприличного, но маловыразительного дома.</p>
     <p>Свое общественное «я» он тоже почитал. И сказать по чести, дивился тому, как это он сумел обзавестись столь удачным, налаженным вторым «я» — основательным, по-свойски обжившимся в мире, похожим на подобные «я» других людей. Когда совсем еще молодым человеком он обитал в южном пригороде Лондона, Камберуэлле, в родительском доме, пронизанном духом книжничества и евангелистского нонконфоризма, обитал затворником-набаловышем, прочитавшим всю уйму отцовских книг, то полагал почему-то, что все это будет не про него — званые обеды, салонная болтовня, большой мир. Но, конечно, мира ему хотелось, не напрасно же мир существует, и хотелось все познать. Своего отца — которого он любил — он описывал как человека обширных знаний, огромной начитанности, обладавшего великолепной памятью, но совершенно не сведущего в жизни. (По причине этой несведущести и пришлось отцу впоследствии, уже вдовцом преклонных лет, навсегда покинуть Англию из-за иска, связанного с нарушением обещания жениться и грозившего потерей собственности.) Отец с непревзойденным идеализмом освободил сына от бытовых забот, позволил служить искусству. Мой отец хотел, чтоб я делал в жизни лишь то, что мне нравится; но моего сына я бы лучше уберег от подобного воспитания.</p>
     <p>Французские романисты не ведают о привычках высших английских сословий с их полной замкнутостью в себе. Он же видел эти привычки, всё приметил. «Я, кажется, знаю немало — по какой-то причине. Может быть, просто потому, что, кроме наблюденья за жизнью, никогда не был занят ничем?» Тем не менее он пожелал, чтобы собственный его сын приобрел настоящее занятие: мальчик, милый, но пустоватый, пребывал в отцовской непомерной, неуменьшаемой тени, не выказывая признаков призвания или тяги к какому-либо делу. Конечно, и это было вполне естественно, мальчик с удовольствием выходил в свет, в котором он сам вращался истово: посещал званые обеды, отдавал визиты (не уставая каждодневно удивляться этой своей общественной способности). Элизабет, конечно, пожелала бы, чтобы все было по-другому. Элизабет была великая поэтесса, принцесса, томившаяся в темнице, освобожденная, ставшая женой. Она обладала огромной нравственной силой, но в каких-то вещах была не слишком умна: чего стоили длинные локоны, которые она желала отпустить сыну, или ее беспочвенная вера в обетования, в фальшивые видения на спиритическом сеансе… Она тоже не знала реального мира, не понимала его важности. Как обмолвился он кому-то однажды в порыве откровенности: спознайся она хотя бы с одним новым человеком, как я спознался с многими, это научило бы ее жизни… если б она хотела узнать жизнь. Хотя сомнительно, чтобы она стала пачкать руки в научных целях. Его общественное «я» действовало как раз с научной целью, и если руки его теперь грязны, то ему будет легче легкого за минуту до встречи с нею как бы вымыть их начисто, с упованием. У него, разумеется, были <emphasis>разумные сомнения </emphasis>по поводу этого события, о котором он отважно писал в стихах, о шаге из этого мира — в иной мир: встает клок тумана в гортани, заволакивает дымкой лицо, хлопья снега ударяют в глаза… взрыв, боль и тут же — извлечение из боли в покой, в любящее объятие.<a l:href="#n_69" type="note">[69]</a> Время истины, неоспоримости пока еще не настало, но почему бы хоть изредка не пробовать увериться в спорном. Пришло время сомневаться, действительно, чем славен человек, как не сомнением? Трудно, однако, представить, каким образом все это цепкое самосознание, средоточие знаний, борений, любознательности и силы обратится в ничто. Что такое человек, что такое душа человека?</p>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <p>Декарт<a l:href="#n_70" type="note">[70]</a> считал, пометил он у себя на листке, что вместилищем души является эпифиз, шишковидная железа. Для такой трактовки имеется прекрасная причина — все прочие образования, связанные с нашим органом восприятия мира, — парные, а именно у нас два уха, два глаза и т. д., более того — две доли мозга. Декарт рассудил, что в каком-то месте нашего тела все разнообразные, сдвоенные впечатления должны объединяться в одно целое, прежде чем попасть в душу, ведь душа — единственна. Он частенько подумывал, не написать ли стихотворение о Декарте, как тот грезит в своей накаленной комнате-печке о мудрецах, о церквях, окутанных грозовой дымкой, и как мгновенно сводит весь мир к твердой целостности наблюдающего ума: <emphasis>cogito ergo sum</emphasis>.<a l:href="#n_71" type="note">[71]</a> Человек способен пробраться в сознание другого человека, в его тело, чувства, историю, может снова растолкать их — так гальваническая сила заставляет сокращаться мышцы лягушки. Хороший поэт может вселиться в сознание Декарта, во все эти куриозы с печкой, с ипохондрией, с любимым луковым супом в деревянных плошках, с какими-нибудь свиными рульками; и вновь в воспаленном сне возникнет образ дыни, которую предлагает философу некий мудрец, и вся эта диковинная утварь обращается вокруг обнаженного познающего когито, точно планеты вокруг Солнца в орарии. Лучшая часть мой жизни, сказал он себе, часть, в которую я жил наиболее остро и яро, была та, когда примерял я на себя личность другого человеческого существа, мужчины или женщины, ладился в нее проникнуть, заново изобретал ее, ловко и туго заполнял собою, как пальцы входят в перчатку. Это я был Калибан<a l:href="#n_72" type="note">[72]</a> с перепонками на ногах, барахтавшийся в изначальной тине; это я был безумец, и святой, и граф-убийца, и чувственный прелат; вдохновенный псалмопевец Давид — и угодливый медиум Сляк, коего наградил я для чего-то именем псалмопевца, Давид Сляк, не то иронии исполнясь, не то двусмысленности. Чертоги, в которых размещалась его отдельная личная сущность, звенели также голосами других сущностей, жаждавших воплощенья, подобно тому как рыдала толпа теней у глубокой ямы, вырытой мечом Одиссея, пожелавшего оживлять, вопрошать мертвецов. Томы отцовских энциклопедий в Камберуэлле были хранилищами бумажных жизней и обстоятельств, но также — могилами, яминами, откуда взывали бесплотные тени, причем каждая из теней была совершенно особой и по-своему замечательной. Набор взглядов, ограниченные временем воззрения на добро и зло, история ран и пристрастий, гардероб, еда и питье, любимый цветок, свет на серебристых рогах Монблана, на кристаллических зубцах, — все это соединилось, допустим, в одном точном месте, дав целую личность. А потом — разложилось. Я ж всё это, я их всех — ухватил и удерживаю, я даю им всем связность и новую жизнь, я и никто другой! Но что такое я? Разве не так же случайно объединились во мне: язык, его мерные ударенья и голосовые протяжки; некое ограниченное знание, мной почерпнутое из отцовской библиотеки; мои опыты жизни, мои самые заветные желания; моя битва с драконом и любовь; все мои неприязни; и два глаза, в меня льющие мой особый цветной мир; и слепая, пребывающая в темноте, очень крепкая, упругая, маленькая, всем единственная движущая суть — душа.</p>
     <p>В итоге он этим скребущим гостиничным пером записал всего две или три мысли к стихотворению о Декарте, о его метафорическом орарии — беспомощных покамест. Но зато от писания пробудилось в нем жадное ликованье. Он добудет необходимые сведения, впитает их как губка, проберется, как гребешок, сквозь «Рассуждения о методе» и «Страсти души», изучит фламандские печки!.. Его личное «я» из дремы перешло в состояние лихорадочной деятельности. Он чувствовал, как у него участилось дыхание, как на загривке поднялись белые волоски. Человек <emphasis>устремленный</emphasis>, написал он однажды, способен изметнуть избыток своей души в поиске подходящего другого тела, прибавить свою личную сущность к иной личной сущности… приобрести сокровища несметные, нечто наполнить собою всецело, присвоить себе новые формы… В подобном состоянии человек — одно сплошное сердце и око, отверстое в жадном любопытстве, чтобы все творение, от прекрасного до уродливого, от низменного до велемудрого, было можно постигнуть. Восхитительным и неуклонным путем влеклись в своих орбитах самые дорогие, самые возлюбленные им создания. Вот кто были они.<a l:href="#n_73" type="note">[73]</a> Юная герцогиня, которая погибла из-за холодного себялюбия герцога Альфонсо, не желавшего смириться с тем, что радость Лукреции вызывают не только его знаки благосклонности, но и — в неменьшей мере — краса заката, ветка спелых вишен, белый мул, оседланный к прогулке… Арабский врач Каршиш, который, отличаясь немалой любознательностью по отношению к изделиям рук Божьих, дотошно описывает то хищную рысь, то голубоцветную огуречную траву, то поведение воскрешенного Лазаря… Псалмопевец Давид, радостный оттого, что сумел музыкой успокоить страсти в Сауле и вся природа, вся земля пребывает в ликовании; и Кристофер Смарт,<a l:href="#n_74" type="note">[74]</a> безумный гений, чья поэма «Песнь Давиду», подобная удивительной барочной часовне среди прескучного дома, отразила чудеса Божьего мира: китовью тушу средь соленых вод, перисто опушенные семянки виргинского ломоноса, жизненный образ тубероз… И наконец, сам воскресший Лазарь, бывший короткое время в присутствии Бога и в вечности; в стихах он возвратил Лазаря к жизни, придав ему эту особую черту, способность смотреть с живым и вместе безразличным любопытством на все на свете: на мула, обвешанного бутылями из тыквы, на смерть ребенка, на цветы в полях, любые пустяки, на кои глаза Лазаря взирают «в остолбененье восхищенном от их малости».</p>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <p>Он попытался нащупать, что же ему представляется, что же стоит за всем этим разнообразием, питающим любознание человека. А стоит там изощренный, необычайно плодовитый творец. Порой, вслушиваясь в тишину, наедине с собой, он слышал неравномерные, но бесконечно повторяющиеся удары морских волн о прибрежную гальку. Его тело было витой раковиной, словно из тонкого фарфора, неведомо каким образом сделанной, в нем жил этот рев и плеск морской. А еще — движение луны, правящей приливами, и движение планет по некруговым своим орбитам. Гораздо чаще его безумно-хитроумному внутреннему зрению виделись, как будто сквозь увеличительное стекло, крохотные перемещения частиц плоти и крови. Острая боль превратилась в дергающую и тянущую в правом подреберье, как он того и опасался, как он и знал, в печени. Печень издревле использовалась в гаданиях, вавилоняне полагали, что еще дымящаяся, ярко-глянцевая печень и есть вместилище души; его собственная печень, кажется, взбунтовалась, словно таинственно сведалась с крюком, на который подвешивают за ребро душу Инаны в шумерской легенде. И не менее таинственно все это связано с внутренним глазом, который помещается или, может, не помещается в шишковидной железе, которую полагал жилищем души Декарт. Человек, подумал он, измерил тайны гудочков и свисточков своего организма не лучше, чем основания Земли или природу смерчей. Был у него секретный принцип: вкладывать свое истинное мнение в уста отпетых лжецов; и, в частности, не кому иному, как Давиду Сляку, «медиуму» — еще одному не вполне честному воскрешателю душ, умевшему также наполнять плотью перчатки во время спиритического сеанса, — поручил он высказать мысль о мельчайшей разумной сущности, близкую к собственной его мысли. «Великое — не состоит ли в малом? — вот что говорит у него мистер Сляк. — А малое, все больше уменьшаясь, / Не явит ли нам Бога?»</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Не то же ль Имя встанет за амебой —</v>
       <v>Созданием-желудочком простейшим,</v>
       <v>Что разом — сердце, рот, живот и ножки —</v>
       <v>Живет и чувствует… Сильней же упрости —</v>
       <v>Как жизни чувствующей в нем не станет.<a l:href="#n_75" type="note">[75]</a></v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>«Да, ежели пойти еще дальше, вглубь, так глубоко, как заблагорассудится и как настаивает мой Давид Сляк, — писал он, — то найдешь там (и в это верую уже <emphasis>я</emphasis>!) творящий разум, действующий как материя, но не производный от материи. Будучи запущенными, шары находятся в движении, соударяются друг о друга и могут разбегаться по столу в самых разных направлениях; но я верю в кий, чей удар направляет рука». Весь мир возвещает одно Имя, как подлинно ведал истинный Давид; весь мир, включая даже больные воспаленные клеточки моего тела. В самой глубине — что-то простое, нераздельное, безразлично-разумное, живоносное!</p>
     <p>Мое самое истинное, лучшее состояние — это когда я приближаюсь…"</p>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <p>Она положила ладонь на ручку двери и вошла без стука. В комнате было темно, но как-то слегка, дымчато-темно; занавеси не задернуты, и окна — парой смутных, освещенных звездами отверстий. Всюду вещи, на стул небрежно брошена накидка, на полу дорожный баул; за письменным столом что-то непонятное, горбатое, к ней спиной, с серебристым венчиком, ее брат. "Ты работаешь? — сказала она. — Прости, не буду мешать… — И тут же: — Роберт, нельзя писать в темноте, это вредно для глаз". Он встряхнулся всем сильным своим телом, точно большой тюлень, поднявшийся из глубин, и глаза его, темные впадины под кудлатыми бровями, невидяще повернулись в ее сторону. "Я не хотела тебе мешать", — снова сказала она, терпеливо ожидая, когда он вернется в страну живых. "Ты и не мешаешь, дорогая Сарианна,<a l:href="#n_76" type="note">[76]</a> — мягко проговорил он. — Я немного задумался о Декарте. И наверное, давно уж пора ужинать". Они пошли по коридору, мимо слуги, разносящего свечи. "Там ждет одна дама, — сказала Сарианна извиняющимся тоном, — на голове у нее целый птичий вольер… Она обожает твои стихи и желает поступить в Общество почитателей Браунинга".<a l:href="#n_77" type="note">[77]</a> — "Il me semble que ce genre de chose frise le ridicule",<a l:href="#n_78" type="note">[78]</a> — прорычал он; она же улыбалась в душе, зная, что, будучи представлен ужасной миссис Миллер, он будет сама вежливость и приятность.</p>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <p>И действительно, на следующий день на террасе гостиницы он вполне чарующе беседовал с миссис Миллер, облаченной в корсет и турнюр. Поклонница просила написать что-нибудь в ее именинном альбоме, который почтили уже своими записями сэр Лейтон и Томас Троллоп;<a l:href="#n_79" type="note">[79]</a> ее умилило, что он не мог вспомнить, на какой из двух дней полагается его точный день рождения — 7 или 9 мая, и пришлось отнестись к Сарианне, та, конечно же, знала. Он успел разжиться чернилами получше и сделал теперь список подходящего стихотворения, как имел обыкновение, микроскопическим почерком: "О некоей звезде мне лишь известно…"<a l:href="#n_80" type="note">[80]</a> — и прибавил с обезоруживающей улыбкой: "Ну вот, всегда я всем пишу одно и то же; разница только в размере букв. Надо мне быть изобретательнее". Миссис Миллер была в полном восторге. "У вас, должно быть, изумительно отчетливое зрение!" — проговорила она воодушевленно, тут же скрывая под надушенной кожаной обложкой "Мою звезду" и предшествовавшую запись в венке акварельных фиалок. Шляпа миссис Миллер была поистине величественна: вкруг тульи шли прицепленные крылья настоящих птиц; поэт принялся с восхищением, подробно расспрашивать о смысле этой композиции, где сова, ястреб, сойка и ласточки как бы окружали целое чучело голубки на возвышении. Завязался живой разговор, в котором проявились отменные знания поэта о парижских журналах моды и причудах тамошних модисток. Его общественное "я" обладало в своем роде той же всеядной и несколько безразличной любознательностью, что отличала его героев — покойную герцогиню, Каршиша, Лазаря и Кристофера Смарта. Ему невдомек было, какое раздражение вызывала эта его черта у Генри Джеймса, который нарек ее буржуазной и чье вымышленное альтер эго — рассказчик — признавался, что чувствовал отчаяние от того, как поэт "любит один предмет — по крайней мере, на взгляд наблюдателя — точно так же, как любой другой". К женщинам обращался он в той же манере, что и к мужчинам, жаловался этот глубоко обиженный повествователь; со всеми мужчинами толковал на одинаковой ноге, не делая разницы между умным и посредственным собеседником. Был он шумен, жизнерадостен, словообилен. Мнения, которые он высказывал, были неизменно благоразумны, истинные же его представления пребывали в полной тайне от окружающих. Компанией неотвязной миссис Миллер он казался вполне доволен, принялся рассказывать о предполагаемой поездке в гости к семейству Фишвик, которое поселилось на время в Апеннинах. Заслышав слово "Апеннины", миссис Миллер усиленно закивала птичьей своей шляпой и немедля продекламировала выразительно, чуть подвывая:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Всех в мире замок мне милей —</v>
       <v>В оправе пропасти, камней</v>
       <v>Средь острых, в ветре апеннинском.<a l:href="#n_81" type="note">[81]</a></v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>"Именно", — подтвердил старик благодушно-невозмутимо, потягивая портвейн и глядя на дальние горы; Сарианна же украдкой посматривала на него, зная: он предубежден против этой пробной поездки в Апеннины, ведь ни разу со смерти жены он не отваживался подобраться так близко к городу, где они были счастливы вместе и в который он заказал себе ступить еще хоть раз. Вилла Фишвиков, впрочем, располагалась в отдаленной окрестности города, в некой горной деревне, которая не посещалась в ту счастливую пору. Он решил, что попробует одолеть крутой подъем, как попробовал одолеть этот. Ему необходимо было чувствовать себя несгибаемым, неустрашимым. В неустрашимости заключалось его представление о себе. Он и правда ничего не страшится, подумала Сарианна с любовью. "А потом мы отправимся в Венецию, — говорил поэт даме в птичьей шляпе, — там проживают наши добрые друзья, да и множество дорогих воспоминаний, знаете ли. Я не прочь бы умереть в Венеции. Когда выйдет мое время".</p>
    </section>
    <section>
     <title>
      <p>IV</p>
     </title>
     <p>"Как-то ему о нас рассудится?" — задумчиво спросила мисс Джулиана Фишвик, подразумевая ожидаемого вскоре Роберта Браунинга, но в действительности более волнуясь о том, как уже рассудилось — о семействе Фишвик, обо всем укладе их жизни на вилле "Коломба" — мистеру Джошуа Риделлу. Вилла "Коломба" прилепилась на полке величественного утеса; лужайка перед домом, неровная, поросла дроком; комнаты имели мощеные полы; мебель была самая что ни есть тяжелая и старинная. Среди обитателей небольшого поместья Джулиана была, пожалуй, единственной, кого не в шутку занимало, как оценивают люди друг друга; прочие же были для этого слишком взрослыми, праздными либо, напротив, слишком молодыми и прыткими, поглощенными затейливой игрой или погоней за личными открытиями. Джошуа Риделл отозвался с полной правдивостью, что находит их всех пленительными, равно как и самое место, и поэтому ничуть не сомневается, что мистер Браунинг также придет в восторг. Джошуа был другом Тома, брата Джулианы. Оба были студентами в Бейлиол-колледже,<a l:href="#n_82" type="note">[82]</a> изучали греков и римлян. Отец Джошуа служил настоятелем собора Святого Павла в Лондоне. У себя дома Джошуа вел жизнь размеренную и осмотрительную, будучи единственным ребенком, от кого ждали многого. Он и сам от себя много ждал, хотя и не в том роде карьеры, на который уповали его родители, воображавшие его адвокатом-барристером, или судьей, или членом палаты общин. Он же чаял стать великим художником — совершить в живописи что-то доселе невиданное, дающее власть над сердцами. Он уверен был, что, когда <emphasis>оно </emphasis>придет, он <emphasis>его </emphasis>непременно узнает, только надо прежде понять, в чем именно <emphasis>оно </emphasis>может заключаться и как <emphasis>его </emphasis>достичь углем и кистью. В настоящее время, весь захваченный этой блистательной, но смутной грезой, жил он в сладко-томительном устремлении, порыве. Своим сокровенным он не делился ни с кем, уж во всяком случае не с Томом, с которым, впрочем, как это ни странно, он сообща предавался обычным проказам и розыгрышам. Что же до общей, непринужденной и даже какой-то шаловливой атмосферы, царившей в семье Тома, Джошуа был совершенно к ней не привычен.</p>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <p>Сейчас он делал набросок с Джулианы. Она сидела в своем розовом муслиновом платье на краю чаши источника. В чашу, подернутую пузырьками, неутомимо-усмешливо текла вода из расселины небольшой скалы. Это был "нижний источник", самый отдаленный от дома, располагавшийся на неровной, поросшей косматой травой лужайке, где также стоял древний, из камня вытесанный стол с каменными же креслами. Над местом исхода источника кто-то вырезал на скале круглый, наподобие солнца, плоский лик, безмятежно улыбавшийся, да две воздетые руки с плоскими ладонями, как бы рвущиеся из камня или повисшие в камне. Никто не знал, сколько этому изделию времени. В "верхнем" саду, с его клумбами и более медленно точившимся, в свинцовые трубы забранным источником, была также колонна или герма, увенчанная головой, в точности схожей с теми, провозгласил Соломон Фишвик, которые венчают собой человекоподобные погребальные урны этрусков. Джошуа успел не раз уж зарисовать все эти куриозы. Живое лицо Джулианы в легкой тени соломенной шляпки оказалось трудным, по-иному трудным предметом. Это лицо, состоявшее из мягких и вместе цельногладких тканей юной плоти, без выраженных костей, запечатлеть весьма сложно. Белесые брови совершенно не выступали на лбу; глаза не обозначались сенью длинных ресниц, лишь коротенькая серебристо-белая их бахрома прерывчато — то тут, то там — ловила солнечный свет. Верхняя губка чуть поднята кверху, и рот всегда слегка приоткрыт; выражение мягкого вопроса, не требующего настойчиво ответа, словно застыло в облике. Словом, чрезвычайно приятное лицо без ярко выраженных свойств. Как изобразить свинцовым карандашом мягкость, юность, саму <emphasis>приятность</emphasis>? Рукам ее очень подошло бы заключать в себе нечто обильное: ветку с яблоками, розы, пшеничный сноп. Пока же ее маленькие ладони были пусты, она неловко сжимала и разжимала пальчиками розовую ткань юбок.</p>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <p>Джулиана более привыкла разглядывать других, чем находиться под чьим-нибудь взглядом. Она находила себя не слишком хорошенькой, но и не дурнушкой — уж во всяком случае, без карикатурности. Тело ее, однако, будто бы нарочно не задалось по тогдашним новейшим меркам красоты, требовавшим вытянутости, немалого роста, внушительной груди, плоского живота, осанистости. Была она коротенькая и круглая, хотя и с довольно стройной талией; корсетов она ужасно не любила, да и какие могли быть корсеты знойным итальянским летом? Так что ей приходилось отдавать себе отчет в складочках, дольках и колбасках, которыми она снабжена в тех местах, где охотней бы обошлась без них. Она знала, что у нее стройные лодыжки и запястья, а чулки у нее были чудесного нежно-розового цвета, с вышитыми на них перламутровыми ракушками. Ее старшая сестра Аннабел, находившаяся сейчас в гостях в Венеции, была признанная красавица, за ней ухаживали кавалеры, и определенно ценны были ее советы по поводу дерзких маленьких шляпок. Джулиана с некоторых пор стала думать, что ей будет нелегко найти себе мужа. Она слишком малопримечательна. Она начала опасаться, что из старшей сестры, опекающей младших сестер и братца, сама она может превратиться в полезную тетушку. Она прекрасно умела обходиться с детьми. Играла, возилась с ними, усмиряла, утешала, вытирала носы, но непрестанно хотела иметь что-то совсем свое — место, мысли, тишину, — свое, и более ничье. Ей уже не верилось, что она когда-нибудь обретет подобное. Она обожала жизненные удобства и отличалась практичностью. Эти качества оказались неоценимыми при переезде всей большой их семьи из раскаленной Флоренции в эту ветреную и солнечную садовую обитель, когда нужно было придумать, как устроить все добро и личную движимость в два тяжеленных, карабкающихся в гору воза. Уместить нужно было все: ванночки и рыбоварки, подушечки для сидения и формы для желе, а заодно собак и кошек, птичьи клетки и кукольный домик… Сама она сидела в детском обозе, с няней старших детей, с няней малышки и само́й беспокойной детворой; Том и Джошуа поехали в переднем экипаже с родителями; прислуга, английская и итальянская, тащилась в самом заднем возу. На жарком этом кожаном сиденье она была прижата с одной стороны тугими крахмальными юбками няни, с другой — в бок ей впивались острые, сцепленные, вечно враждующие локти и коленки Артура и Гвендолен, бившихся друг с дружкой за воздух и за пространство. Когда совсем крутым сделался подъем, подпрягли запасных мулов по прозванию <emphasis>trapeli</emphasis>, или <emphasis>пристяжные</emphasis>, при каждом был особый погонщик, принимавшийся охать и кашлять на загибах дороги, все круче берущей в гору; мужчины сошли и шагали, точно на прогулке, обок экипажей, в то время как умные лошади нарочно сами себя одерживали, отваливались назад, вбок, в хомуты, оставляя всю тяжелую работу мулам. Посчитавши примерными терпеливые усилия этих последних, Джулиана скормила им по прибытии на виллу весь свой запас яблок…</p>
     <p>Она благоговела, едва ли не трепетала перед Джошуа, но, конечно, не перед Томом, который, по своему обыкновению, добродушно над ней подшучивал. Зато Джошуа разговаривал с ней так серьезно и учтиво, будто ее познания о Горации и Рёскине не уступали Томовым; сразу видно было, что он никогда не имел дела с сестрами, да и с барышнями, вероятнее всего, знался мало. В детстве она чуточку выучилась латыни и греческому от отца, благодаря гувернантке знала по-французски и по-итальянски, умела шить, рисовать, показывать страны на картах полушарий: сейчас она передавала знанья Гвендолен, Артуру и малышке Эдит. Большой пользы в науках она, впрочем, не находила: не то чтоб они не питали ума, но были мертвы, отвлечены от жизни, как перья, украшающие шляпку, отвлечены от живых птиц. А вот для Джошуа в науках, как она поняла, и заключалась жизнь. Держался он непроницаемо и словно холодновато, но чувства его и мысли обнаружились вдруг в некий день, когда, еще до большого странствия на виллу "Коломба", они отправились из Флоренции на прогулку в деревню Валломброза. Сильное впечатление сделали на него живописные, плавно-крутобокие тосканские холмы с их глубокими разлогами, сплошь одетые в темно-зеленые кущи каштанов. "Это же и есть этрурийская дубрава Валломброзы, о которой сказано у Мильтона! — воскликнул Джошуа. — Те самые листы "высоких кущ, что сводами сомкнулись"! — И прибавил: — Уже сейчас, летом, можно угадать, как угадал Вордсворт, что эти листья, сброшенные осенью, по слову Мильтона, густо усыплют ложи ручьев.<a l:href="#n_83" type="note">[83]</a> Это с ними сравниваются души умерших у Вергилия и сраженные падшие ангелы в "Потерянном рае"!" Она посмотрела на каштаны и впервые увидела в них что-то новое… Каштановые рощи одевают и здешние горы. Для крестьян это источник пропитания: дома их имеют под крышей особую камору для сушки каштанов, крестьянские жены толкут каштаны в муку в каменных ступках.</p>
     <p>Когда они только ворвались в дом на вилле под радостное чириканье детей и под неодобрительное хмыканье своего же повара и не нашли поначалу ничего, кроме обширной, прохладной и гулкой пустоты между толстенными стенами с их зарешеченными оконцами-бойницами, она в тревоге посмотрела на Джошуа. (Дети между тем вопили: "А где ж стол со стульями?") В нише над великанским, напоминавшим вход в пещеру очагом Джошуа успел отыскать исполинские песочные часы и молвил усмешливо: "Мы, верно, попали в другое время, золотое Сатурново время".<a l:href="#n_84" type="note">[84]</a> Оказалось, что предметы современного быта существуют на втором этаже, хотя повар и принялся жаловаться на дряхлые заржавелые чугунки, на доисторический вращающийся вертел с храповым механизмом, более напоминавший дьявольское орудие пыток. Все в доме было массивным и старинным: дубовые столы с целым лесом ножек-стволов, огромные стулья с кожаными спинками, напоминавшие трон, кровати с тяжелыми золочеными занавесями, сундуки с причудливой резьбой и резными лапами, ни за что бы на свете даже не приподнять такой сундук; это, стало быть, гробницы для любопытных девчонок, тут же пошутил ее брат. "Дом для богов-гигантов",<a l:href="#n_85" type="note">[85]</a> — сказал легким тоном Джошуа, от которого не ускользнуло ни любопытство ее, ни беспокойство. Он указал ей на грубые кованые ручки ключей: "Видите ли, мы находимся явно не в девятнадцатом веке!" На стенах гостиной красовался ряд портретов, все до одного странно похожие люди в серебристых париках, темноглазые и суровые. В спальне Джошуа висела картина, отвратительная и могущая внушить испуг: фрукты и цветы, особо расположенные, составляли некое диковинное человеческое существо, хребет был из ананасов, округлые формы — из дынь, очи же взирали из страстоцветов.<a l:href="#n_86" type="note">[86]</a> "А вот это, — со значением произнесла Джулиана, — непременно придется по нраву мистеру Браунингу, он не равнодушен к вещам карикатурным, причудливым". О семейных портретах в гостиной Том заметил, что их похожесть заставляет заподозрить в художнике недостаток мастерства. "Догадка недурна, — живо отозвался Джошуа, — но я бы не исключал возможного семейного сходства. Или еще бывает: иной живописец, сколько ни старайся, всегда изображает свою лишь наружность. Я знаю двух или трех портретистов, кому это свойственно". И вот теперь, сидя на краю чаши источника и видя, как он хмурится над рисунком — посмотрит, поправит что-то, то насупится, то опять поведет своим карандашиком, — она вдруг подумала: не могло бы случиться так, что ее невнятные, малопримечательные черты вдруг, непостижимым способом, превратились в черты его лица, одушевленного и пригожего? В его облике, легкой смуглости ей мерещилось что-то небрежно-цыганское, но, однако же, он привык весьма заботиться о своей внешности, и было в этом некое противоречие. Здесь, в горах, он одет был в просторный жакет, на шею повязывал шелковый платок, но, пожалуй, узлом слишком ровным. Ростом он был меньше Тома и худощавее.</p>
     <p>Джошуа отделывал уголок рта Джулианы. Для этой самой нежной кожи взял он другой, мягкий серебряный карандаш-проволочку, потому что ему хотелось не выразить, скупо и резко, сходство, но передать всю подкожную крепкость щеки, подбородка. Он еще раньше нанес точные круги и овалы всей головы и полей шляпки, и сбегающую вниз кривую косы, уложенной крендельком на шее под затылком, и ушную раковину, и все плоскости широкого спокойного лба. Тень, бросаемая окружностью шляпки на кожу, представляла еще одну приятную, хотя и нелегкую задачу в отношении тона и штриха. Он работал мелкими круговыми движениями, как будто выщупывая своим карандашиком темноватые впадинки и одновременно замечая крошечные блики света, сиявшие на краешке губы или кончике подбородка, оставлял здесь бумагу нетронуто-белой, мерцать. Пухловатое место под горлом он чуть, ласково тронул грифельной полутенью, такое оно было податливое, упругое.</p>
     <p>— Жалко, — сказала Джулиана, — что мне не видать.</p>
     <p>— Только когда будет готово!</p>
     <p>Казалось, что он будто касается ее лица, извлекая на свет из разметочной паутины серебристые очертания, формы. Правая рука его повисла над местом, где должен явиться нос, выкруглила ноздрю, обозначила крыло носа. Стоит только дать темного там, где должен быть свет, и все будет испорчено. Одинаковых художников не бывает, у каждого особая мета, словно оттиснулся на картине большой палец. За головою у девушки Джошуа решил изобразить краешек, один лишь шероховатый краешек плосколицего солнечного изваяния.</p>
     <p>Джулиана сидела тихо. Ее беспокойство о приезде Роберта Браунинга посреди тяжеловесной обстановки нескладного временного жилища улеглось. Осторожно-пытливый карандаш Джошуа меж тем подобрался к области глаз. Глаза заключали в себе трудность особенную. Сперва их надо вылепить в целостности, а уж потом, уловив тонкий спор в них света и тени, исчислив <emphasis>светотень</emphasis>, наделить их жизнью. Ему довелось изучать удивительные глаза, написанные Рембрандтом ван Рейном: тончайшее, точнейшее движение — в две щетинки, в один волосок — кончика кисти, здесь упала зернинка алого, тут легло пунцовое волоконце, и вдруг из этой тонкой пестрой лепнины выглядывает душа.</p>
     <p>— Посмотрите, пожалуйста, на меня, — обратился он к Джулиане, — посмотрите, вот так, не двигайтесь!</p>
     <p>Кончик его карандаша застыл в задумчивости, Джулиана подняла глаза к свету, невольно моргнув, и зрачки ее в зеленоватом венчике радужки съежились. Она не хотела смотреть на него прямо, в этом было что-то против естества, хотя в его изучающем взгляде, будто снимавшем мерку с ее лица, чтоб перенести на бумагу, не было ничего предосудительного. К ее шее прихлынула густо кровь, горячим румянцем прокатилась по подбородку, по ровностям и выпуклостям щек. Подступили слезы, непрошеные и беспричинные. Джошуа заметил эту краску, прихлынувшую к лицу, и внезапную поволоку и перестал гладить бумагу карандашиком. Глаза их встретились. Какая же сложная это штука, встреча глаз, в потревоженном воздухе меж двумя неподвижными лицами, заставляющая сердце забиться и погнать кровь быстрее по жилам, подымающая волоски на запястье. Сразу делается понятно, подумал Джошуа, отчего поэты пишут о стрелах, о бросаемых абордажных крючьях. Он промолвил:</p>
     <p>— Как же странно — посмотреть в конце концов на кого-то и увидеть, как другая душа тебе смотрит навстречу. Можно ль передать это карандашом? И откуда мы узнаём, что узрели друг друга?</p>
     <p>Джулиана ничего не ответила, только покраснела еще гуще, еще пунцовей, до корней волос, что укрыты под шляпкой; и одна крупная слезинка перевалилась за кромку нижних ресниц, чью влажную серебристость так старался передать Джошуа.</p>
     <p>— Эх, Джулиана. Не нужно плакать. Ну, пожалуйста. Я теперь же перестану…</p>
     <p>— Нет, извольте рисовать. Какая я глупая. Я не привычна, чтоб глядели на меня так пристально.</p>
     <p>— Приятно смотреть на красоту, — сказал Джошуа, сравнивая живые, переменчивые цвета ее лица со своей уравновешенной попыткой изваять это лицо из серо-серебристых оттенков.</p>
     <p>Он отложил рисунок и кончиком чистого платка коснулся слезинки у нее на щеке. Жужжали, гудели в саду насекомые, лепетала вода; он почему-то сознавал себя внутри очарованного круга этого сада — и во все то время, что рисовал, и теперь; он повел взглядом вниз: под тугим розовым муслином — щедрые, округлые груди. Все было частью чего-то единого и живого: теплый камень, вода, косматая трава, розовый шелковый водоворот, юное обеспокоенное лицо. Он прикрыл своими руками две ручки, встрепенувшиеся у нее на коленях, как двух пташек.</p>
     <p>— Я встревожил вас, Джулиана. И корю себя за это. У меня не было умысла.</p>
     <p>— Не хочу, чтобы вы себя корили, — отвечала она тихо, но внятно.</p>
     <p>— Тогда взгляните на меня еще раз. — Это словно кто-то молвил за него; а дальше случилось то самое, напасть ("Едва взглянули — как уже влюбились", — подсказал ему голос из комедии Шекспира<a l:href="#n_87" type="note">[87]</a>); эта напасть была восхитительной, неодолимой и тревожной. — Пожалуйста, взгляните на меня, Джулиана. Часто ли мы смотрим по-настоящему друг на друга?</p>
     <p>Она раньше, бывало, поглядывала на него — незаметно, украдкой. Теперь же никак не могла собраться с духом. И поэтому совершенно естественным для него оказалось положить свои руки ей на мягкие, кругло-покатые плечи и пробраться лицом на самое что ни есть короткое время под поля ее шляпки и теплыми губами коснуться ее губ, как до этого касался он их на расстоянии карандашиком. Джулиане же сделалось слышно, как завертелось, заворочалось море, море собственной ее жизни.</p>
     <p>— Джулиана, — проговорил он, — Джулиана, Джулиана. — И тут же, согретый улыбкой солнечного изваяния и как если бы наущал его некий дух, <emphasis>genius loci </emphasis>этого травистого места, прибавил: — Джулиана — это имя некой госпожи в одном из любимых мною стихотворений. Может быть, вы знаете? Писано Эндрю Марвеллом<a l:href="#n_88" type="note">[88]</a> и зовется "Песнь косца". Это жалоба косца Дамона.</p>
     <p>Джулиана отвечала, что не знает, но хотела бы услышать это стихотворение. Джошуа прочел:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Моим умом я обнимал</v>
       <v>Лугов зеленых свеж овал,</v>
       <v>В зерцало гладких этих трав</v>
       <v>Смотрелся, мысль мою ж узнав,</v>
       <v>Как Джулиана вдруг пришла:</v>
       <v>Меня — как я траву — в полон, в полон взяла.</v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>— Она была недобрая, — сказала Джулиана.</p>
     <p>— Нам неведомо, кто она была и какая, — отозвался Джошуа. — Лишь ведомо, как действовала на косца.</p>
     <p>Он сжал осторожно ее пальчики, пальчики ответили на пожатие. И тут же на дорожку под деревьями шумно выметнулись дети, вопя о походе в деревню.</p>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <p>Джулиана не сомневалась в том, что произошло. Это была любовь. Любовь, которая расцветает внезапным цветком или сражает как молния, как клюв хищной птицы; такой она описана в романах и поэмах, такой — может быть, благостной или, может, ненасытной, но неизменно действующей стремительно — представала она в жизненных историях, полнивших слух, такой разыгрывалась в ее воображении; более того, соответствовала ее естественным нравственным ожиданиям. Любовь приходила ко всем, кто не был недотрогой или излишне набожной. О себе она почему-то предполагала, что ее любовь, когда явится, окажется угрюмой и невзаимной, не готова была к стихам и поцелуям. В эту ночь она спала неспокойно, ворочалась на пыльном подголовнике, между грубыми простынями, объятая смутным пламенем, странной возвышенной мечтой, совершенно не умеющая пока переживать счастье.</p>
     <p>Джошуа был не столь уверен в случившемся. Он также пылал этой ночью, но менее смутно — как ему и положено было пылать, сбив и скомкав постель, весь в болезненном напряжении. Он, конечно же, узнал старого херувима и назвал настоящим именем, тем же, что и Джулиана, назвал без увиливания, не роняя ни своего, ни ее достоинства мыслью примитивно-похотливой. Он вновь и вновь благоговейно перебирал в свежей памяти каждую подробность: розовый шелк, доверчивые, наполнившиеся вдруг слезами глаза, жилку, бьющуюся в прозрачном виске, мягкие уста — все, что открылось его пытливому карандашу. Но, в отличие от Джулианы, он пребывал уже под игом иного духа; ему было привычно подстраивать тело и душу под бившиеся властно волны другого внутреннего закона. Он чувствовал свою обязанность в первую очередь перед зеленым пустынным окаемом, который до сих пор прочно облегал остров его первобытной невинности. Да, теперь он желал, он любил; но довольно ли велико его желание, его любовь? Не повел ли он себя непреднамеренно бесчестно к этому юному созданию, нынче ставшему для него самым дорогим в целом мире, одетому светом, теплом, обаянием, сулившему сердечную привязанность? Ему было двадцать лет. Не имея достаточно опыта, пребывал он в смятении. И вот наконец он себе положил, что завтра будет делать то, что намеревался сделать уже какое-то время: покинет дом чуть свет и отправится в одиночестве еще выше на гору, чтобы произвести кой-какие наброски или даже попробовать писать красками. Он должен увидеть землю за пределом человеческого обитания. Джулиане же он так и объяснит — и она, разумеется, все поймет; ведь он скажет ей одну только правду, настоящую честную правду о том, что ему нужно удалиться.</p>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <p>Он поднялся чрезвычайно рано и пошел на кухню поклянчить у повара походный припас — цыпленка с хлебом, фляжку вина. Джанни послали седлать мула, на котором ехать можно до деревни Луккьо, что виднелась прилепленная к крутому склону противоположной горы. Еще только начинало светать, но Джулиана уже не спала; он повстречал ее в темном коридоре.</p>
     <p>— Я хочу подняться на верхушку утеса, написать вид, — сказал он. — Давно имел такое намерение. — И прибавил: — Нам нужно немного поразмыслить. Я подымусь на гору, подумаю там как следует. Понимаете? Мы с вами увидимся… мы ведь поговорим еще — когда я вернусь?…</p>
     <p>Она могла бы ответить: мне нету дела до того, подыметесь вы на гору или останетесь тут. Но она была честна и сказала:</p>
     <p>— Да, я буду ждать вас, смотреть на дорогу.</p>
     <p>— Джулиана… — только и вымолвил он, — ах, Джулиана.</p>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <p>Мул оскользчивой поступью шел по камням. Дорога была мощеной, но весьма-таки негладкой: часть камней поднялась и торчала, как неровные зубы. Джанни вышагивал позади молча, с невозмутимым видом. Дорога под сенью каштанов вела все вверх и вверх, поначалу плавными кругами, затем сделалась еще более крутой и неровной и бросалась поворотами то вправо, то влево. Солнце подымалось. Из холодной тени мул выступал на белый ослепительный свет и нырял снова в тень. Жаркий камень страшно горяч, подумал Джошуа, а холодный — отменно холоден. Он слышал запах и того и другого камня, а еще — потного, теплого мохнатого мула и до глянца потертой старинной кожаной упряжи. Он внимательно взглядывал в даль — то назад, то вперед, — на реку, чье русло, прорезанное в камне, змеилось между могучими столпами Апеннин. Небо, такое итальянское, было в этот час ясно-белым и пустым, не мерцало еще покуда ослепительно. Он знал из книг названия горных окрестностей: Либро Аперто (Открытая Книга), Прато-Фьорито (Узорчатый луг), Монте-Пеллегрино (Паломничья гора), эта последняя поросла серебристыми съедобными колючками, и жили на ней некогда отшельники, основавшие на том свое пропитание. Он, как и многие его современники, думал о горах с благоговением и любопытством, и лучше всех это чувство, мысли и настроение выразил Джон Рёскин, который увидел горы, пожалуй, так ясно, как никто другой, и провозгласил, что в ясности этого видения заключены истина, добродетель, настоящее искусство — нераздельные и неслиянные. Горы — кости земли, писал Рёскин. "Однако существует разница между тем, как существует земля и как существует живое создание: напрягаясь, конечности являют кости и сухожилия под одеждой плоти, земля же, действуя, вовсе сбрасывает плоть, и кости-горы выходят наружу". Повторяя эти слова Рёскина, Джошуа приметил, как под тонкой кожей работают подвижные суставы, узлы сухожилий у основания шеи мула, и тут же вспомнил, сначала умом, а потом уже и с живым чувством, как искал кость под круглой щекой Джулианы. Рёскин был геолог. Его представления об идеальной живописи основывались на сложном анализе отношений воды и суши: как вода кроила и перекраивала сушу, сдвигая с места извечные холмы, как образовывались распады с их отвесными пропастями… Для юного Джошуа было подлинным откровением прочесть у Рёскина в "Современных художниках" о том, сколь юн еще интерес человечества к этим древним формам земной поверхности. Эллины воспринимали горы всего лишь как препятствие или помеху приключениям богов и героев; человек Средневековья в целом недолюбливал все дикое, необузданное, предпочитая порядок и возделанность, с удовольствием променяв дикие леса и мрачные утесы на веселые сады со шпалерами и беседками. Джон Рёскин восхитился бы — такими средневековыми — именами крутых возвышенностей, меж которых тащился на муле Джошуа: Открытая Книга, Узорчатый луг, Паломничья гора, — все они словно пришли в XIX век прямиком из Данте. Рёскин описал современное искусство пейзажа несколько уничижительно — как "служение серым тучам". Средневековый глаз купался в устойчивости, определенности, в небесном свечении, современные же люди словно упиваются сумерками, переменчивым сумеречным светом. Наше время, язвил Рёскин, и Джошуа с радостным вниманием вслушался в эти слова, это и есть настоящий Темный век,<a l:href="#n_89" type="note">[89]</a> когда все вокруг словно подернуто копотью и над всеми красками господствует жженая умбра. Джошуа прежде не чувствовал глазом необходимости яркости и цвета, покуда не попал впервые сюда, на юг, — хотя ум его воспламенили еще раньше диатрибы Рёскина против викторианской уродливой тьмы, царившей во всем: в одежде, в манерах, в дымящих машинах и фабричных трубах, в грозовых тучах и сумеречных гротах на картинах…</p>
     <p>Правда, вот недавно в Париже увидал он нечто, сулившее перемену, и речь была не о жажде яркости, но о новом взгляде на такие вещи, как устойчивость, определенность, на само свечение и свет. Это нечто, пожалуй, помогло бы ему верно написать мягкую волну розового шелкового платья Джулианы… он вспомнил об этом платье, когда дорога сделала еще один загиб и он вдруг снова узрел домики их деревни, но уже на склоне противоположной горы, державшиеся там будто чудом (так вцепляются, с половиной своих корней на воздухе, терновые кусты). Все дело в цветовом отношении кожи и шелковой ткани, у них очевидный родственный тон, но есть и независимый тон, их соединяющий: в розовом живет голубизна… она берется от жилки на запястье, на виске, на веке, такое еле уловимое голубое мерцание… тоненькие волоконца… Горячее седло шевельнулось под ним: мул вздохнул; вздохнул и человек. Джанни сказал: "Lucchio, unamezz’ora", значит до Луккьо еще полчаса хода. Белый раскаленный воздух отдавал синевой, все купалось в белом этом и синем свете…</p>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <p>Когда добрались до Луккьо, то оказалось что-то тревожное в том, как хватко и головокружительно столпились эти дома на склоне, мирно-белые среди утреннего зноя, но с пролегшими между ними глубокими холодными тенями, с наглухо закрытыми ставнями, с темной неизвестной жизнью за крепко запертыми дверьми. Дома стояли так, как могли быть поставлены, чтобы нашлась только опора их нижнему этажу или этажам, и нередко с разных сторон имели разную высоту стен. При многих домах были крошечные садики, не к горе обращенные, а в открытый пустой воздух, и Джанни показал ему и тут и там, в двух местах: дитя, в чепчике, в накрахмаленном платьице, едва выучившееся ходить, бродит по садику на привязи — белая веревка из кусков полотна, один конец привязан вокруг пояса, а другой — к крюку у притолоки двери. Даже колокола были сняты с колокольни и лежали у церковных дверей в особых железных загородках, точно в клетке, в полной безопасности, подумал Джошуа, чтоб не раззвонились, ненароком не раскачали нависший над деревней каменный козырек горы.</p>
     <p>Тут Джошуа расстался с Джанни и его мулами; вновь встретиться им предстояло на дороге, близ этих колоколов, примерно за час до заката. Он стал подыматься по извилистой тропе, которая вела прочь из деревни, еще выше, и миновал древний источник, к которому шли за водой босые деревенские девушки и отходили прочь, качая бедрами, с медными кувшинами на голове. Из этого источника он пополнил свою флягу, освежил лицо и шею. После чего направился дальше, еще выше. Над деревней стоял полуразрушенный за́мок, настоящая развалина, его толстая внешняя стена слилась в одно целое с окружающими скалами, внутренний двор завален дробленым камнем да кирпичом. Он хотел было остановиться, зарисовать древнюю кладку, но по скором размышлении проследовал дальше ввысь. Он чувствовал острую необходимость побыть там, где людей не водилось. Его путь — круто ведущая вверх, то и дело ветвящаяся козья тропа — вился между белесыми отвесными стенами; из-под ноги срывался камешек, взметывался пыльный порошок. Ему нравилось ощущение трудного подъема, поступь у него пружинистая. Если получится подняться вполне высоко и оказаться на верной стороне, то можно будет с выигрышной точки сделать отменный набросок вида далекой деревни, где он гостит. Думал он попеременно то о Джулиане, то о Рёскине.</p>
     <p>Рёскину Апеннины пришлись не по нраву: он находил их известняки слишком однообразными по тону, серыми, даже какими-то бесцветно-серыми, наводившими уныние. Рёскин уделил несколько страниц своей лирической, но точной прозы этому сумрачному оттенку, отметил, что как раз такой цвет, тлетворно-серый, Данте придал в "Аду" камню, в котором устроены ямы, куда ввергнуты грешники, и этот тон перекликается, едва ли не весело пишет Рёскин, с одеждами ангела Чистилища, которые были пепельного цвета, или цвета раскопанной и высохшей земли. <emphasis>Пепел</emphasis>, в сознании итальянцев, говорит Рёскин, сидя у своего лондонского заправленного углем камина, это непременно <emphasis>древесный пепел</emphasis> — весьма бледный — и по оттенку схожий с цветом почвы, какой наблюдаем мы на подставленной солнцу, выпеченной стороне итальянских холмов, то есть с безжизненным, пыльно-беловатым серым цветом, гнетущим зрение и ум. Апеннинам Джон Рёскин предпочитал Альпы — по-настоящему высокие, трудные для лазанья, мужественные горы, изукрашенные зелеными мхами, своим сложным и тонким великолепием ввергающие душу в восторг. В Альпах Джошуа не доводилось бывать, но здешние горы, пускай и не столь высокие, он находил прекрасными, отнюдь не гнетущими, а мелистую их серость — не унылой, а любопытной в живописном отношении. Разве не сам Рёскин сказал, что великие художники — это те, кто никогда ничто из созданного Богом не воспринимали как ничтожное и недостойное кисти? И если Рёскин почему-то рассудил, что Апеннины не слишком достойны внимания, как низшее творение, то он, Джошуа, основываясь на принципах самого же учителя, не готов был Апеннинами пренебречь. Если бы удалось ему отыскать способ отобразить живое впечатление от всей этой пеплистой белизны, этих пятнистых, красноватых выходов железа на поверхность камня, и от того, как одно каменное тело не сливается с прочими, как хитроумно зацеплены за тонкую почву корни редких, словно изваянных ветром деревьев, он был бы доволен вполне. И если б отыскалось верхнее выигрышное место, откуда можно "сделать этюд" с дальней деревней… И конечно, разделяя горячий призыв своего наставника — познавать естественную форму вещей в природе, — он примется в точности зарисовывать камни и скудные, незатейливые кустарники вокруг.</p>
     <p>Подходящее место отыскал он удачно, вовремя — довольно широкую каменную полку над огромной расселиной, рассеченной надвое высокой остроугольной тенью, тень эта сужалась все более по мере того, как солнце выше и выше заползало в зенит. Здесь можно угнездиться наподобие орла, подумал он. Отсюда хорошо видна на склоне противоположной горы деревня, она лежит чуть ниже прямого взгляда и обнимает собой, как пестрым легким веночком, часть горного конуса, а рамку для всего этого вида представляет фантастическое нагромождение острых скал, нацеленных ввысь, точно огромные раскаленные перевернутые сосульки, белесые на избела-голубом небе. Все эти формы были причудливы, непостижимы уму, прочнейшие и вместе воздушные, изящные, точно иголки, в них чудилось нечто от легкого кружева, наброшенного как бы сетью на пустоту, но притом они были каменная плоть от плоти земли. Он извлек свой особый стаканчик и налил воды для акварели, расположил рядом поудобнее масляные краски, цветные мелки, карандаши и сделался полностью поглощен преобразованием предполагаемых расстояний в условные размеры и тоны на листе бумаги. Задача заключалась в том, чтобы этот начисто выбеленный мир костей земли передать с помощью тени, вылепить из света и тени целое ослепительное мироздание. Вначале он пустил в ход карандаш и водяные сквозистые краски. Рёскин говорил: "Что у нас в распоряжении? Самые ярко освещенные места мы можем изобразить лишь белой бумагой, как она есть; но ведь и самая глубокая, отдаленная тень — это видимо-подсвеченная поверхность, рефлекс. Как же нам протиснуться в эти узкие воротца, перехитрить природу, для которой свет — это солнце, а темь — его отсутствие?" Джошуа боролся с этим ограничением как мог, будучи ослеплен столь ярким солнечным светом, что ему трудно было судить даже о яркости поверхности его собственной бумаги. Он чувствовал себя несчастным: его усилия обретали ясность, но на бумаге возникало лишь свидетельство его неспособности постичь и создать единое целое. И в то же время он пребывал в каком-то упоении: совершенно не сознавая самого себя, ощущал зато все горные породы, солнечный свет и зримый пустой воздух, сделался их частью, сперва на какие-то мгновения, а затем и безвременно, так что видимые и чуемые им природные сущности словно текли в его жилах вместе с кровью, чтобы все это длилось дальше.</p>
     <p>В какой-то миг он вдруг ужасно проголодался и вытащил из заплечного мешка промаслившиеся, но от этого не менее приятные свертки с хлебом, мясом, яйцами, сыром. Поглотил все это в каком-то изнеможении, точно жизнь его находилась в опасности, а потом завернул и спрятал аккуратно в мешок кости цыпленка и яичные скорлупки, ведь кто, как не сам Рёскин, сетовал, что современный человек поднимается на гору не поститься, а пировать, и на девственном леднике норовит оставить косточки да скорлупки. Ему представилось, будто он рвал свою пищу, как молодой орел на уступе скалы. Он обтер пальцы, и подлил немного воды в стаканчик для работы, и вспомнил Джулиану, как-то смутно и издалёка, она была мягким комочком в уголке сознания, теплом, к которому он вернется, когда вернется в себя. Джулиане он не нанесет вреда, ни за что… Позади камня, который избрал он сиденьем, валялись побелевшие остатки еще чьей-то трапезы: косточки крыла, лапка, маленький треугольный остроконечный череп, раковины от больших улиток, пробитые и промятые. Он тут же проворно сделал акварельный набросок: самыми любопытными ему показались оттенки белого, кремового, серого — кость, раковина, камень. И тени. Особенно доволен он был тем, как удалась ему раковина улитки: неповрежденный арочный лаз в домик, а через проломленную крышу виден затейливо-спиральный жемчужный проход. Эти малые малости занимали на бумаге столько же места, сколько горы. И тени их были ничуть не менее затейливыми, хотя и в другом роде.</p>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <p>Когда же он снова взглянул внимательно окрест, то увидал, что изменился самый воздух. Вблизи воздух клубился; вдали, на горизонте, росла белая туча и словно проворно перебрасывала длинные руки с пика на пик, под этими руками прокладывались толстые лежевесные черные тени, и непонятно, как может быть такое: небо ведь только что светилось там чистым, ровно-ярким светом. Он решительно сказал себе, что зарисует это внезапное и стремительное наступление: вот туча нависает над горным промежутком, точно приглядывается, примеряется к нему, и не успеешь вздохнуть, как она его уже окутывает, поглощает. Задул резкий, порывами ветер, захлопал страницами альбома для рисования. Потемнело извилистое русло реки, и сразу стихли звуки, прежде долетавшие оттуда, но еле им замечавшиеся, — стрекот и жужжание насекомых, птичий голос…</p>
     <p>То, что потрясло его в Париже, то, что — он знал наверное — изменит его представления о живописи, было большое полотно месье Моне "Ветёй в тумане", изображавшее именно туман, туманную дымку. Картину отверг некий покупатель, потому что якобы на холсте не довольно красок. В ней не было ясности, определенности. Она была смутная, и все письмо ее состояло, пожалуй что, в легком вращении и мерцании света на занавесе из белесых частичек воды, сквозь который едва угадывались очертания зданий маленького городка — несколько синевато-серых вертикальных мазков да невнятный жемчужный треугольник, не то крыша, не то шпиль, толком не разобрать. Но при этом неким чудесным образом понятно, что если б удалось как следует различить здания, то в водах реки — в нижней части полотна — находилось бы их отражение, которого, впрочем, тоже не разглядеть. Месье Моне нашел решение задачи, заданной Рёскином: как написать свет, ежели растяжка цветов столь мала? Моне уловил свет в силки на картинной плоскости, сделал свет главным предметом, так что красочная поверхность стала светозарной; он писал не постигнутую умом вещь, а вещь чувственно осязаемую. Вот и я тоже, подумал Джошуа, когда первые тонкие аванпосты тумана начали достигать его насеста, желаю запечатлеть, как движутся и расточаются эти пелёна. Сквозь туманную дымку он различил, как в долине напротив будто набежали или отвесно западали темные лоснящиеся копья ненастного войска, то надвигалась гроза с градом. Скорость ее приближения была великолепна. Он лишь сделал мгновенный чертежик в альбоме: каменные вертикали одеты как бы в руно; туманные слои разной густоты и толщины; а гнездо уж наполнял белый пар. Теперь бы скорее все собрать, спрятать, пока не настало… иначе работа насмарку. А гроза уже была здесь, нанесла один свой яростный удар, выстрел ветра в лицо. В непроницаемой белой тьме, под ледяными пулями, он зыбко качнулся, ступил в сторону, вытянул руку, взмахнул ею, сделал неверный шаг, зачем-то продолжая думать о Рёскине и Моне, — и упал вниз. И все было кончено. Был, правда, один миг или два, невообразимых, когда с диким приливом крови он судорожно вцепился в пустоту, глотая бесполезный воздух, но череп уже размозжился о камни, испустив частицы теплого сознания, заветные мысли и чаяния.</p>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <p>На вилле "Коломба" меж тем порадовались толстым стенам и маленьким оконцам. Сад исхлестан был ветром и градом, цветы распластаны по земле; белая тьма была непроницаемой. Длилось же все это лишь десять минут, самое большее — четверть часа. Потом дети выскочили во внутренний двор и прибежали назад, крича, что это похоже на чертоги Аладдина. Сорванная ветром зелень устилала все дивным ковром, и блестели на нем чудесные камни. Листья каштанов, яркие от влаги, изрезаны были вдоль и поперек этими непомерными градинами, каждая с лесной орех. Артур и Гвендолен скакали по двору, набирали полные пригоршни и подбрасывали в воздух, крича: "Смотрите, наши алмазы!" Прочный, знакомый, терпеливый пейзаж словно заулыбался в новом, промытом солнечном свете. Джулиана вышла к брату и сестрице, посмотрела на дальние скалы и утесы, все еще одетые саваном тумана, и тоже наполнила ладони алмазами, холодными, мокрыми, мерцающими, пробегавшими сквозь жадные пальцы.</p>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <p>Сарианна Браунинг получила письмо и сама написала письмо. Оба письма шли довольно долго, так как погода после первых этих гроз изрядно ухудшилась, мулы не могли ни сойти вниз с виллы "Коломба", ни подняться в горную прохладную гостиницу-обитель. Ливни метались между улыбающимися макушками гор; сверкали и трещали молнии; дороги превратились в речки; Роберт жаловался на внутреннюю мучительную боль, которая могла быть ревматической либо печеночной. Открытый ею конверт и письмо были влажные и мягкие. Сразу бросилось в глаза: "…ужасный несчастный случай… взят от нас в цвете юных лет… уповаем, что ныне пребывает со своим Создателем… наше чувство вины перед отцом его и матерью ужасно… вилла "Коломба" отныне невыносима для нас… надеемся, что Вы поймете чувства наши и примете наши извинения и глубочайшее сожаление… знаем, что мистер Браунинг навряд ли пожелает посетить нас во Флоренции, однако мы были бы чрезвычайно…"</p>
     <p>Сарианна написала письмо миссис Бронсон: "Ужаснейший несчастный случай… уповаем, что ныне пребывает со своим Создателем… Роберт чувствует себя не лучшим образом… погода неустойчива… надеемся вскорости направиться к вам в Венецию, ибо о Флоренции не может быть речи…"</p>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <p>Небо было синевато-серым, словно сланец. Поэт находился в этой приятной комнате, будто в неволе. Вода широкими струями сбегала по окнам, собиралась на балконе. Он думал о других смертях. Пять лет тому назад он собирался взойти на некую гору с некой женщиной, почтившей его дружбой; после утреннего купания, бодрый и сильный, он явился к ней, чтобы пробудить ото сна. Она оказалась на балконе, он увидал ее сквозь оконное стекло: она стояла на коленях, но неестественно, неподвижно, склонив голову к полу. Она не успела еще остыть, когда он вошел на балкон и подхватил ее. Вспоминая об этом нынче, он вновь ощутил живое тепло ее мертвого тела и содрогнулся. Все же тогда он поднялся на гору, без нее, и вскоре сочинил длинное, строк в шестьсот, стихотворение,<a l:href="#n_90" type="note">[90]</a> в котором, словно карабкаясь к трудным ответам, вопрошал на разные лады: переживает ли наша душа тело? остается ли что-то после нашей смерти? что же происходит с божественным, осуществленным в человеке? Сочиняя его, он наполовину стыдился своей вновь утвержденной жизненной силы и вместе упивался (как себе заранее и назначил) новыми ощущениями — высоты, разреженного горного воздуха, — да и самим успешным восхождением… С погибшим юношей он не был знаком. Но воображение его мгновенно полетело туда, в Апеннины, и составило образ, на котором оттиснуло свою собственную печать, печать стремления к недостижимому: этот юноша, верно, тоже жаждал постичь нечто невозможное, ради того и поднялся высоко в горы! Стремленье сверх постижного — вот суть. Не это ли назначено нам Небом?…<a l:href="#n_91" type="note">[91]</a> Впрочем, как знать: юноша мог оказаться и вполне заурядным, без честолюбивых упований. Дело в том, что горы, высота у него самого всегда были связаны с мыслью о стремлении, пусть порой и обреченном: все мы в этой жизни обречены, по-другому и не должно быть. За ужином миссис Миллер спросила его, не напишет ли он стихи о случившейся трагедии, тем самым неся утешенье родителям, лишившимся единственного сына. Нет, сказал он, зачем бы это? И пояснил: так не делают воспитанные люди. Даже величайшие трагедии в его собственной жизни редко подвигали его на сочинение. Они лишали его дара слова. Как вообще можно механически заставить себя писать, если стих имеет цену лишь тогда, когда вдруг изливается потоком? Еще бы он, наверное, сравнил начатки стихов с птицами, что сидят, долго дремлют на случайных ветках, насестах фактов, а потом вдруг негаданно срываются и летят к нему сквозь годы. Конечно, он не хочет сказать, будто эта трагедия, как любая другая, не производит влияния на ум его и сердце, на смысл его строк… И он принялся — рассеянно, думая о своем — объяснять, как объяснял уже не раз и как не раз еще будет объяснять: в стихах у него все перемешано. Вот, например, через год, в 1883 году: у мисс Тины Рокфорт-Смит<a l:href="#n_92" type="note">[92]</a> от искры в корзинке с шитьем вспыхнут юбки, а он почему-то вспомнит и про молодого художника, погибшего в горах, и про собственного сына-художника, чьи скульптуры обнаженного тела вызывают ярость у моралисток вроде миссис Миллер; да и про шляпу миссис Миллер вспомнит тоже… Положительно, дремлет стихотворение в том, как неотвязна и вместе бесчувственна эта миссис Миллер в своей шляпе, варварски украшенной крыльями убиенных невинных птах; в том, как любовь и искусство живут, беззащитные перед любой напастью. В голову ему пришли строки:</p>
     <poem>
      <stanza>
       <v>…"Но чем же это вы,</v>
       <v>Сударыня (пардон, прервал!), убрали</v>
       <v>Всю эту вашу шляпу для молвы?" —</v>
       <v>"Вам нравится? Мне крылья диких птиц сыскали…"<a l:href="#n_93" type="note">[93]</a></v>
      </stanza>
     </poem>
     <p>Да. "Одета в крылья убиенных…"<a l:href="#n_94" type="note">[94]</a> Именно так и написать!.. Волна темного раздражения отхлынула. Он вновь улыбался с вежливым воодушевлением…</p>
     <subtitle>* * *</subtitle>
     <p>Женщина сидит у широкого окна… Исследователь, переворачивая бурые листки, обнаруживает письмо, которое она получит. Поначалу в этом сюжете, который складывается в его воображении, возникает надежда на встречу. Поэт с сестрою не поедут дальше на юг, в Апеннины, а повернут на север, в Венецию. Но, увы, тому не бывать. Следующие письма: "…проливные дожди в Болонье… боли у Роберта усилились… надобно прибегнуть к совету врача… дороги сделались непроезжими… с глубоким сожалением, как ни боимся Вас огорчить, да мы и сами огорчены сверх меры… вынуждены вернуться в Лондон". Возможность встречи развеялась. Не расцвела любовь гипотетическая. В следующем году, впрочем, все обстоит лучше. Поэт вновь приезжает в Венецию, в гостиной дамы знакомится с претендентом на французский и испанский троны, беседует с ним о том, кто же таков был Железная Маска. Гуляет по Лидо, бесстрашно подвергая себя воздействию морского тумана, ветра с Адриатики, читает надписи на тамошних кладбищенских плитах, целует ручки, делает замечание о венецианских чайках…</p>
     <p>…Тетушка Джулиана сохранила затиснутый меж страниц семейной Библии занятный карандашный портрет юной девушки, неоконченный: один ее глаз, живой, смотрел на мир, второй же был выпуклый, невидящий овал, какой бывает у изваяний ангелов при соборе.</p>
    </section>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Сахарное дело<a l:href="#n_95" type="note">[95]</a></p>
    </title>
    <epigraph>
     <poem>
      <stanza>
       <v>Vom Vater hab’ ich die Statur,</v>
       <v>des Lebens ernstes Führen,</v>
       <v>vom Mütterchen die Frohnatur</v>
       <v>und Lust zu fabulieren.</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>Urahnherr war der Schönsten hold,</v>
       <v>das spukt so hin und wieder;</v>
       <v>Uhrahnfrau liebte Schmuck und Gold,</v>
       <v>das zuckt wohl durch die Glieder.</v>
      </stanza>
      <stanza>
       <v>Sind nun die Elemente nicht</v>
       <v>aus dem Komplex zu trennen,</v>
       <v>was ist denn an dem ganzen Wicht</v>
       <v>Original zu nennen?<a l:href="#n_96" type="note">[96]</a></v>
      </stanza>
      <text-author><emphasis>Goethe</emphasis></text-author>
     </poem>
    </epigraph>
    <p>Моя мать почитала правду, но правдива не была. Однажды с дрожащими губами, остро всматриваясь мне в лицо, она сказала:</p>
    <p>— Твой отец говорит, я все время лгу. Но это же не так? Я не лгу.</p>
    <p>— Конечно нет.</p>
    <p>Я, по обычаю, подыграла ей, опасаясь скандала. Было тут, правда, и еще кое-что: всем нам смутно хотелось помочь ей, хотелось, чтобы все было так, как она говорит.</p>
    <p>Но она лгала, конечно. В малом, запудривая былой конфуз, и в большом, спроваживая с глаз непереносимую правду. В редкие минуты умиротворения сочиняла красиво и пышно, чтобы расцветить какую-нибудь историю. Иногда рассказывала смешное — увлекшись, захлебывалась воздухом, а у нас захватывало дух. Она часто пересаливала, но, когда бывала в ударе, мы исходили слезами от безудержного смеха. Впрочем, были и другие истории — под конец только они и были, когда мы навещали ее, — однообразные, ядовитые, сумбурные жалобы, в которых сгущались ложные доказательства небывших злодейств. Но я взялась писать не об этом. Я хочу написать о своем деде. О деде с отцовской стороны, которого почти не знала и о котором сегодня знаю так мало.</p>
    <p>Когда умирал отец, я как-то вошла к нему в палату, он сел повыше, оперся на подушки, и из его лица на меня глянул дед. До того дня мне не приходило в голову, что они похожи. Отец был красив, очень по-английски красив: голубоглазый, белокожий, с золото-рыжими волосами. Они медленно теряли свой огнистый цвет, переходя в ржавчину и наконец в белизну. Когда он умирал, у него их было еще много — серебряных, живых, парящих облаком. У него был широкий, прямой, решительный рот… Вот эти слова, но они не передают его.</p>
    <p>Его отца, моего деда, я помню уже совершенно лысым, с мясистыми щеками и полным, капризным ртом. Увидав его в отце, я впервые задумалась: не был ли и он в свое время рыж? Он произвел на свет шестерых детей, из которых отец был младшим и которые все имели эти пламенные волосы. Бабушка, я почти уверена, была темной шатенкой. Я не сказала отцу об этом сходстве — частью потому, что оно пропало, когда он заговорил, а частью потому, что оно казалось мне нелестным: в раннем моем детстве дед был несимпатичен, тучен и стар. В те годы, в войну, старики были стариками, отдельным сословием. Отец никогда не казался мне старым, как дед, хотя умер в семьдесят семь. Дед проглянул в нем, когда ему оставалось жить около трех месяцев. Он тогда попал в больницу в Амстердаме. Больница была очень чистая, очень правильная, полная глубоко бережных докторов и сестер, которые говорили по-английски лучше, чем говорят у нас в клиниках. Отцу претило, что он от них зависит, они это видели и держались подчеркнуто уважительно. Все несколько недель, что он там лежал, мы — сестры, брат и я — ходили к нему. Часы посещения были долгие — с обеда до вечера, и почти все это время, почти каждый день, отец говорил с нами. Всю жизнь я обижалась, что он никогда с нами не говорил. Он работал — мерно и пристально, помногу часов, часто уезжал в командировки. Маленькой я его не видела: он был летчиком, воевал на Средиземном море. Его вызвали с Нюрнбергского процесса к деду, лежавшему на смертном одре, — так, по крайней мере, всегда рассказывала мать. Что он делал в Нюрнберге, если был там вообще, я не знаю и вообразить не могу. В Амстердаме он впервые в жизни заговорил о своем отце, о матери, о детстве. Не знаю, понимал ли он, как много у нас было несказанного. Молчаливый, он не был ни холоден, ни замкнут — не в том смысле замкнут, по крайней мере, что возникает с первого прочтения.</p>
    <p>Он был судьей. Говоря об отце, я в этом слове слышу не стремление судить и осуждать, а с юности привитую неколебимую веру в силу факта, в правду, в справедливость. Когда он давал чему-то нравственную оценку, видно было, что он человек своего поколения, своего времени, своей среды. Хороший человек, настоящий йоркширец, всю жизнь над собой работавший, сознающий — в основном вчуже — классовую механику: условности, отверженность низших. Социалист, потом социал-демократ, под конец жизни пришедший к квакерству. Я уважала его убеждения, я разделяю большинство из них, я его дочь. Но еще больше я уважала в нем эту тягу к точности — отвлеченную потребность, что лежит для меня в основе нравственности. В основе нравственности лежит любовь, скажете вы. Но мы были очень зажатые люди. Даже мать — с ее словесным буйством, с ее фантазиями, с неудобной откровенностью и едким неистощимым гневом, — даже мать была в этом смысле глубоко скованна. Мы не умели говорить о любви, зато о правде — о правде мы говорить умели. И в те амстердамские недели отец смотрел на происходящее с ним через призму факта. Только однажды, уже к концу, он немного пошатнулся: ожесточенно стал доказывать, что "доброкачественный" и "злокачественный" — неточные термины: "Любая опухоль злокачественная — если болит и растет за твой счет".</p>
    <p>Он понимал, что подтасовывает, и глаза его говорили, что это все пустое. Дед умер от рака простаты — опять-таки если верить матери. Во время этого неожиданного экскурса в семантику отец сказал, как само собой разумеющееся (я об этом не знала), что, когда несколько лет назад ему самому "вырезали ту опухоль" из простаты, в эпикризе было сказано: "доброкачественная". "А что, собственно, значит доброкачественная?" — спросил он, запутывая себя сознательно и хитро, поглядывая на меня: верю ли. Это было уже в Лондоне. Думаю, ему сказали, сколько ему оставалось. Всего-то три недели, но я была убеждена, да и он вполне мог думать, что впереди еще много, несколько месяцев, может, год. Запутывая нас обоих, он оберегал и меня. Он много думал о том, как умер его отец. Однажды он сказал мне — сейчас я почти уверена, что именно он, а не мать, — что дед перед смертью очень страдал. Но умер отец не от рака простаты и даже, сколько мы можем судить, не от агрессивной лимфомы, о которой никто не догадывался. Ее выявили голландские врачи, когда он попал к ним в кардиоблок, — рухнул в аэропорту Скипхол с приступом ишемии, о которой ему было прекрасно известно. Болями, как дед, он не мучился.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Обстоятельства дедовой смерти были одним из главных предметов родительских споров в последние, тяжелые годы. Один такой спор, надо думать, и завершился прямым обвинением во лжи, которое столь задело мать. Она ведь утверждала, что все время была при деде, говорила так, словно и в минуту смерти была рядом с ним. Подробности его кончины, семейные бури и интриги, несправедливости в завещании, устраненные лишь спешным возвращением нашего отца-законника, — все это были лучшие ее истории. Из них сложилось мое робкое ощущение собственного истока — из этой мелодрамы в духе Диккенса, где мать выступала добросердой и деятельной очевидицей, а отец — трезвомыслящим героем. Я нарисовала себе эту сцену, черпая в основном из викторианских романов и немного из полумладенческих воспоминаний о дедовом доме — огромном, холодном, сумрачном, натертом полиролью и угласто-неуютном. В моем воображении разливался густой свет, подкрашенный жженой умброй. Разные прилагающиеся фигуры были все в крахмальных чепцах с оборкой и белых передниках поверх черных шерстяных платьев. На шкафчике возле кровати стоял графин и стакан тонко травленного стекла, а на горе перин и подушек в последней дреме лежал мой иссохший лысый дед, сморенный морфием и смертной усталостью. Бурый свет плавал в воздухе, как тяжелая пыль. Не знаю, почему все рисовалось мне именно так, в этом не было влияния матери, хотя в основе неустранимо пребывал ее рассказ. В последние годы отец все упрямей и злей настаивал, что рассказ этот — выдумка, что с дедом был он один, а мать держалась подальше. Он вспоминал ее поступки при других семейных бедах, и факты были на его стороне. Моя мать до паники боялась соприкоснуться с горем и страданием. Она сумела пропустить смерть собственной матери, она не пришла на похороны внука. Она не приехала и в Амстердам, сделав вид, что все это — временное и нелепое неудобство. Не знаю, что она думала в глубине души. В любом случае, мысля логически, я почти во всем склонялась к версии отца. Дело в том, что в Амстердаме я обнаружила: мне нужен образ прошлого, образ давно умерших деда и бабушки, а тот, что у меня был, тот, что вырастал из материнских историй, доверия не вызывал, поскольку имел мало общего с истиной и жизнью. Впрочем, ясно было и то, что в последние недели отец стремился, великодушно и справедливо, создать новый образ деда, на которого в свое время восстал, что дорого обошлось обоим. Значит, и он тоже был небеспристрастен.</p>
    <p>Пожалуй, я запишу сейчас мифы, возникшие из рассказов матери об отцовой семье. В них звучит ее вечная неуверенность: она ведь до самой смерти не знала, приняла ли ее в итоге мужнина родня. На них наложился ее собственный миф — самый утешительный, самый ей нужный — о том, что для отца она стала воплощением нормальной людской жизни, тепла и простоты, которых не было в дедовом доме с его холодом и вычурными страстями. Маленькой девочкой я верила безусловно тому, что мне говорили, и этому мифу тоже, хоть и жила месяцами у сварливой бабушки по матери, хоть и была ежедневной свидетельницей материнских припадков ярости и тоски.</p>
    <p>Образ отцовой семьи, жившей в Конисборо, получился у нее скудный и противоречивый. Она любила перебирать одни и те же показательные сюжеты: странный случай с чайником, мой первый, младенческий приезд в зимний и темный дедов Блайт-Хаус, никогда ею толком не объясненное равнодушие или даже пренебрежение отцовой родни, когда они решили пожениться. Тут она сбивалась, и выходило по-разному: дед то приезжал на свадьбу на полчаса, то не приезжал вовсе. Ее чем-то очень обидели, а когда ей бывало больно, рассказ начинал плутать, иное предложение не дотягивало до глагола и умирало, вопросительно приподняв последнее слово. В истории про свадьбу героем был ее отец, простой рабочий, рыжеусый добряк, душа нараспашку, — вот кто повел себя достойно. Как я понимаю, его тоже тогда чем-то задели. Этого деда я помню хорошо — он единственный во всей родне умел со вкусом хохотать, любил розыгрыши и не жаловал воздержанных тихонь. С ним было весело и страшновато. Он страстно хотел, чтобы из дочерей вышел толк, правда в практическом смысле, и порой жалел, что Бог не дал ему сына, деятельного и с технической жилкой.</p>
    <p>Главной фигурой в конисборском доме был, пожалуй, мой дед, которого мать подавала как викторианского деспота, глухого к чувствам жены и детей, одержимого своим делом, состоявшим в производстве и продаже карамели. По ее выходило, что детьми он не занимался вовсе: всем шестерым попросту надлежало в свое время влиться в предприятие, которое заменит им жизнь. Бабушку, истую методистку, родители в один голос называли святой. Мать порядком перед ней трепетала, хоть и прохаживалась насчет ее безалаберного хозяйства и вообще давала понять, что со временем они стали чуть ли не задушевными подругами. Бабушкин первенец, дядя Барнет, родился калекой и все двадцать девять лет жизни провел в инвалидном кресле. Бабушка, по словам матери, посвятила себя беспомощному сыну, "сама за ним ходила", сама катала, перекладывала, меняла исподнее, даже когда сил уже не было. Из этого мы должны были сделать вывод, что остальные были заброшены и "росли как трава". А еще, говорила мать, они все были творческие натуры, невероятно одаренные, умные, полные сил, и всем, кроме отца, крылья подрезал дед, неспособный понять пользу образования и прелесть бытия, посвященного чему-либо, кроме превращения сахара в карамель. Всех их отдали в местную среднюю школу — там на приемных экзаменах и встретились мои родители, — забрали после обязательного срока, обеспечили им "все материальные блага" и приставили к плавлению сахара.</p>
    <p>Барнет, Артур, Глэдис, Сильвия, Люси и Фредди, мой отец. Всех, кроме Барнета и Сильвии, я видела, но очень коротко. Они не стали частью моей жизни, только частью историй, четких картинок, которые если что и объединяет, то лишь яростная энергия, неукротимый пыл, задушенные и растраченные впустую. Артур, которого я видела, ассоциируется у меня с толстыми коврами и клюшками для гольфа. Артур из материнского мифа любил искушать судьбу, был первоклассным пилотом, гонял на скоростном мотоцикле по дорогам острова Мэн, в Первую мировую пошел добровольцем в авиацию и летал стрелком. Однажды он облетел круглую полуразвалившуюся башню замка Конисборо, что в моих фантазиях была видна с верхнего этажа Блайт-Хауса. Вот он с ревом проносится в небе, и кружит, и ныряет, и пишет петли, а снизу на него глядят рыжеволосые братья и сестры, завидуя скорости и недолгой свободе. Сверх этого я знаю, лишь как он умер, — редкая история, услышанная от отца. Артур пережил инфаркт, решил без всяких на то оснований, что у него нераспознанный рак и жить осталось недолго. Запоздало он снова бросился искушать судьбу, чем приблизил второй инфаркт — на сей раз за рулем, — и разбился насмерть, врезавшись сзади в стоящий автобус.</p>
    <p>"Вино, женщины и песни", — мрачно резюмировал отец, частью поражаясь этой неспособности здраво оценить факты, а частью завидуя размаху безрассудства. И все же оторваться от Конисборо и карамели Артур не смог. Он помнится мне рыжим, плотным и грубоватым. Помню еще сходство с дедом.</p>
    <p>Глэдис рано вышла замуж — "пришлось", говорила мать. Вышла за шахтера и, не дрогнув, развелась с ним, как только миновала нужда в законном супруге. Мать явно не любила Глэдис и редко о ней говорила. Не помню, сколько мне было, когда она сообщила мне эти крохи, но я уже прочла несколько вещей Лоуренса и с замершим сердцем проследила страдания Джейн Эйр. Словом, лет мне было достаточно, чтобы вообразить рыжеволосую девушку в длинной саржевой юбке, такую смелую и такую испуганную, бегущую полем, ныряющую за изгороди, пробирающуюся туда, где ждет ее тайная и выспренняя страсть. Я вижу сложенную насухо каменную изгородь и иссера-зеленую, чуть припорошенную шахтенной пылью йоркширскую траву. Мое воображение, правда, споткнулось, не сумев увязать эту девушку и стареющую полубезумную тетю, коротко возникшую в Шеффилде в мои тринадцать и одарившую нас двумя великанскими куклами в коробках с целлофановой крышкой — розовощекими, с губами бутончиком и в кружевных рюшах. Еще она привезла нам роскошный и разнообразный маникюрный набор в мягком чехле из красной кожи. Мать дала Глэдис хорошенько прочувствовать, как нежеланен ее мимолетный визит, и та нас больше не посещала. Мать, надо сказать, не терпела никаких, хоть бы и дружеских, вторжений в свой тщательно охраняемый, беспощадный уют. Помню, как они сидели за чаем по углам обеденного стола и мать едко поджимала губы. Тетя Глэдис распространяла вокруг себя какую-то тревогу. Это была импозантная женщина. На голове у нее было что-то странное, что я — должно быть, фантазируя — воспроизвожу сегодня как ярко-лиловый шелковый тюрбан, а под ним — буйное облако жестких рыжих волос. Ее умные, очень бледные голубые глаза сидели близко по сторонам крупного орлиного носа. Мать подливала чай и откровенно ждала, когда гостья начнет прощаться. Тетя заводила дерганые речи о том и об этом, но все они иссякали на середине. Движения ее были отрывисты и неловки. Когда она ушла, мать с острой накопившейся неприязнью прошлась по ее подаркам: глупо, безвкусно, кому нужны эти безумные траты. Только в этом году младшая сестра призналась мне, что куклы ей показались тогда чудесными, просто волшебными. Потом тетя Глэдис несколько лет жила в доме на колесах, прилепившемся над морем где-то в Северном Йоркшире. Помню, как испугался отец, когда по радио передали, что там смыло часть утесов — наверное, большими штормами 1953 года. Еще помню, как он ездил к ней на север улаживать неприятности: повздорив с соседом, она чуть не проткнула его вилами. Она была, как выражалась мать, "абсолютно ненормальная". И конечно, умерла в сумасшедшем доме. Отец навещал ее там в последние годы, говорил, что она его не узнает. Он, кажется, и не рассказывал мне о ней, пока не настало это ее обезличенное время: "Смотришь и думаешь: к чему тогда это все?" А меня, вопреки фактам, ее история волновала и что-то обещала в будущем. Когда я впервые услышала о Глэдис, я боялась всего "нормального" и респектабельного, этого неизбывного гладкого быта, который мать, сквозь ярость и отвращение, называла счастьем и за который требовала с нас платы.</p>
    <p>Двое дедовых младших детей решились на продуманный бунт и побег. Любимая история матери (за исключением истории про чайник) повествовала как раз об отцовом отделении. Сама-то она — девочка из рабочей семьи, из домишки с уборной во дворе, но зато окрыленная поддержкой отца — выиграла какую-то небывалую стипендию для учебы в Кембридже на факультете английской филологии. Что она чувствовала, отправляясь туда? Думаю, легкую головную лихорадку честолюбивой умницы и неизъяснимый страх перед новой, высшей средой. Ее Кембридж был смесью небесного рая и сада Червонной королевы<a l:href="#n_97" type="note">[97]</a> с его чередой произвольных препон и унижений. Она до самой смерти переживала тогдашние промахи, которые осознала лишь позже. Раз в год, а то и чаще ей снилось, что ее без предупреждения заставляют пересдать выпускные экзамены, что она провалится и ее разоблачат. Отец единственный в выпускном классе обошел ее по оценкам — она это признавала, — но дед внезапно забрал его из школы и сделал коммивояжером при карамельном деле. Мать говорила, что это был для него черный период, что он весь высох и несколько раз пугал бабушку: падал в обморок в ведро с углем. "Падал в ведро" — пример материнского стиля. Маленькой я отчетливо представляла его в этом грязном ведре, как он лежит, словно выброшенный мертвый корень, втянув, на манер телескопа, раздвижные бледные члены. Сейчас-то я понимаю, что он, скорей всего, наклонялся поднять ведро и кровь приливала ему к голове. Я точно знала, где оно стояло в Блайт-Хаусе. На пороге между кухней и погребом, чья темная дверь вела в жуткий мрак, которого я тревожно сторонилась. Мне было тогда, наверное, три года. Ведро не могло, конечно, там стоять, но для меня две эти черноты связаны страхом неостановимого падения. По словам матери, отец никогда потом об этом времени не говорил. Впрочем, в Амстердаме он кое-что рассказывал, словно извиняясь перед кем-то незримо присутствующим за крупный урон, причиненный его тоской и вероломством. Ведь втайне от отца он продолжал заниматься, говорила мать, в одиночку готовился к вступительным в Кембридж на факультет права и жил как нищий, экономя каждый пенни из своих карманных денег ("зарплаты", как он выразился сам). Наконец он выиграл стипендию. Тогда он пришел к деду и сказал, что накопил достаточно на первый год в Кембридже, куда и отправляется, поскольку всегда этого хотел.</p>
    <p>Конец истории всегда меня озадачивал. Дед якобы преисполнился гордости, просиял и "бросился на шею твоему отцу" (движение маловероятное для его плотного и тугоподвижного корпуса). Фраза, я думаю, навеяна покаянным возвращением блудного сына, но тут у матери вышла путаница, ибо гипотетические объятия деда предназначались сыну восставшему и дом покидающему. Так или иначе, дед тут же положил на его счет тысячу фунтов, чтобы он жил в Кембридже, ни в чем не нуждаясь. Собственных дедовых слов, сказанных тогда, мать не запомнила, и этот эпизод, отменно поданный в смысле драматизма, оставил меня гадать, какова была истинная природа деда, его несосветимой жесткости и неспособности его детей что-то до него донести. Почему им не приходило в голову, что, может быть, он обрадуется их независимости, будет ими гордиться? Может, он был вспыльчив? Своенравен? Упрям? Пытались ли они говорить с ним о своих желаниях и надеждах? Или от моей святой бабушки они унаследовали самоотречение и покорность, что исключало любую такую беседу? Каков же он был? Грозен? Гневлив? Холоден или чувствителен? Никто мне не рассказывал, я ничего о нем не знаю. Отец однажды заметил: "Он хотел нам добра — в своем понимании. Он ведь не мыслил за рамками своего дела". Откуда же тогда они взялись, стремления и страсти его потомства? Дед связан для меня с Домби-старшим<a l:href="#n_98" type="note">[98]</a> — хотя бы потому, что, кажется, так видел его и отец. Он сказал однажды, что образ маленькой Флоренс Домби сделан гениально, что ребенок, обойденный любовью, заброшенный, приниженный, погружается в самоедство, стремится угодить, оправдать любой каприз старших. Но сам он недолго пробыл в сыновнем подчинении. Он уехал в Кембридж, добился там успехов, катался на лодке по реке Кем, а потом пил чай с моей прелестной и хрупкой матерью.</p>
    <p>История Люси в чем-то похожа на отцову. Опять же в моем распоряжении лишь версия матери. Дед отправил Люси и Сильвию в кругосветное путешествие. Зачем — мать не объяснила, но ясно дала понять, что круиз — плохая замена высшему образованию и хоть какой-то финансовой независимости. Люси покорила Австралия, ее неоглядный простор и приволье. Австралия манила и отца, этим он заразился от сестры. Когда я поступала в Кембридж, а он весьма успешно ходил в ранге барристера (или то был первый год, как он стал королевским адвокатом?), он урвал время, чтобы написать толстый эскапистский роман, где главный герой бежал из закопченного, опасного мира Шеффилдских стальных заводов в чистоту пустынь, где в ясном воздухе кружат огромные стаи переливчатых попугайчиков. Периодически отец грозился эмигрировать. То была мечта его поколения, жившего скудно и душно, зажатого в незыблемой иерархии классов, уставшего от битв. А вот Люси мечту воплотила. Вышла однажды к завтраку в Блайт-Хаусе и заявила: они с подругой купили билеты на пароход, она отбывает немедленно. Это "немедленно" смахивает на материно добавление, но суть не в нем. Деда можно было одолеть, лишь поставив перед фактом. Как он воспринял заявление дочери, мне неизвестно. Люси же прожила жизнь, играя на скрипке и разводя эрделей. В первые годы после отставки отец съездил посмотреть на пустыню. Вернулся не вполне довольный — аборигенов спаивают — и в чем-то погасший, как бывает, когда на смену мечте приходит несомненная и небезупречная действительность. Я была рада, что он не эмигрировал. Во мне с ранних лет проснулась любовь к языкам, а значит, к Европе. И отец, хоть грезил пустынями, умер европейцем благодаря поездке вверх по Рейну. Он замышлял ее в амстердамской больнице, в палате на высоком этаже, обсуждая с соцработницей романы Бронте, что она принесла ему, а с молодым врачом — виды ястребов, паривших над крышами: больше из его окна ничего не было видно. "Это — цивилизация", — сказал он, подводя итог своему последнему, мучительному странствию. Он описывал журавлей и цапель, замки и луну на воде. И то, как не одолел короткого подъема от пристани к центру какого-то городка. Он был хороший рассказчик, но другого склада, чем мать: не отвлекался, слова выбирал и взвешивал, что-то говорил, о чем-то умалчивал.</p>
    <p>Когда мать впервые рассказала мне о Сильвии? Не важно. Важно, что для этой истории я была слишком мала, что она впервые отчетливо доказала мне: материнский миф — ложь, тепло очага не спасет от ледяного ветра, вообще никто никого не спасет. Раньше я думала, что в мире есть два сорта людей: одни — в книгах и новостях — переживают трагедии, другие обречены на безбурную серость, на тягостную скуку, на жизнь "как у всех". Кажется, дело было в разгар войны, в Понтефракте. Отец был на фронте, мать понуро вела мизерное хозяйство, но был короткий, счастливо взволнованный промежуток, когда она учила английскому мальчишек в средней школе. Тогда она не попрекала меня невниманием, мы говорили не о домашней грязи, а об именах и глаголах, о Теннисоне, и Браунинге, и о "Волшебнице Шалот".<a l:href="#n_99" type="note">[99]</a> По возрасту мне полагалось уже знать о непрочности мира. Я была мрачным ребенком и в тайной глубине души уверена была, что отец не вернется из того далека, куда внезапно ушел, потеряв рыжие пряди под ножницами, обвешанный брезентовыми ведрами и вещмешками, в уродливой синей пилотке. А еще у меня в школе один мальчик умер ночью от диабета. И было тоскливо и не по себе оттого, что никак нельзя было точно знать, что он умер, ведь все жили так, будто ничего не случилось. Может быть, о Сильвии я узнала и позже, просто связала ее историю с этими потерями. Во время того рокового круиза, в Южной Африке, Сильвия полюбила человека, которого мать называла "высланным".<a l:href="#n_100" type="note">[100]</a> Они поженились, и дед отдал им крошечный домик в Конисборо. Родилась дочь, еще одна Сильвия, кажется, моя одногодка. Сильвия с мужем были очень несчастны. "Высланный", по словам матери, был "очень холодный человек. Дед не понимал, как это может быть: он ведь был из жаркой страны — и такой холодный. Промерзший насквозь". Моя святая бабушка проведывала их — украдкой, судя по материнским намекам, — с одеялами и горячим супом. Тот же суп и одеяла она раздавала местным беднякам. Что случилось с "высланным", я так и не осмелилась спросить. Совсем маленькой я думала, что "высланный" значит, что он здесь временно и потому не сто́ит большого внимания. Возможно, он вернулся домой, к жаркому солнцу и золотым приискам, к жизни, какой она была до вторжения моих трагических теток. Со временем я наделила его чертами одного южноафриканского писателя, моего знакомого, — он получился задумчивым, чутким, скрытным, замкнутым. Девочкой же я представляла его блестящим светским юношей в шляпе канотье.</p>
    <p>Что до Сильвии и ее жизни, то однажды — точно вскоре после моего рождения — она убила себя и дочь. Я это знаю, поскольку унаследовала некоторые игрушки убитой кузины. Был, например, пес-мешок для ночнушки, черно-белый, на молнии, уютно возлежавший на кровати, словно геральдический лев. Сколько лет я любила его, не зная, откуда он взялся. И узнав — любила. Помню, как родители хотели выбросить его вместе с другими игрушками, из которых я выросла, и я кричала им, в ужасе от собственной дерзости: "Нельзя Вопса выбрасывать! Он Сильвиин был!" Я не знала, что значит для них эта фраза, но знала, что она подействует, и мне было стыдно. "Когда Сильвия умерла, отец два года страшно курил", — сказала однажды мать. По крайней мере, стало ясно, почему он, никогда не куривший, хранил чеканный серебряный портсигар. Я не могла представить себе, что он тогда чувствовал. Мать говорила о Сильвии короткими, относительно безопасными речениями. Из всей одаренной компании она была самая даровитая. "Она могла бы стать кем угодно, — утверждала мать и всегда добавляла: — Скаковую лошадь запрягли в телегу". И — уже свысока: "Она была не хозяйка. Она не представляла, что это такое". Я воображала домишко-инвалид с угольным отоплением, с каменным полом, такой тесный, что не повернуться. Хотя газовая плита там, конечно, была. Думаю, для меня история Сильвии прозвучала предостережением против незаурядности и страсти. Отца отчасти забавляли, но больше все-таки тревожили в дочерях любые проявления сильных страстей. Он был романтик и верил, что первая любовь — самая главная. Человек добродетельный, он, совершенно очевидно, всю жизнь был верен матери. В Амстердаме он говорил об Артуре с оттенком зависти. "Когда я предстану перед Создателем, на что, впрочем, не очень рассчитываю… — сказал он, прихлебывая вино, которое ему разрешили, поскольку излечения не предвиделось. — Когда я предстану перед Ним, мне придется просить прощения за мои добродетели". Мать говорила, что он учился на чужих катастрофах, учился быть осмотрительным, ценить надежность уклада и домашний покой.</p>
    <p>Рассказы матери о святой, самоотверженной бабушке были похожи на жемчужины или сахарные пилюли: колючие песчинки скруглены и отшлифованы, горечь заслащена шуткой, притуплена многолетними рассуждениями о том, что бабушка могла на самом деле иметь в виду. Как я уже говорила, я не помню, чтобы мать цитировала деда, зато бабушкиных цитат сохранилось немало, включая ее приветствие в мой первый к ней приезд. Она стояла в дверях, говорила мать, вся прямая и жесткая, и с сомнением смотрела на нас. Я почему-то представляю, что это было снежным вечером, в первых сумерках. Она не сказала: "Наконец-то приехали!", или "Покажи скорей малышку", или "Заходите и грейтесь". Она просто заметила: "Не стоило труда тащить сюда все эти тюки. Дети хороши у себя в детской". Мать всегда сопровождала рассказ длинным объяснением этой бестактности. Бабушка была исключительно скромным человеком. Она по себе знала, как трудно ездить с ребенком и всем его скарбом, и была благодарна матери, что та решилась ради нее на такое тяжелое путешествие. Горчинкой под жемчужистым слоем сахара был страх неприятия, который, возможно, испытывали обе женщины. "Я чуть не развернулась и не уехала домой, — говорила мать и тут же добавляла: — Но это у нее была такая манера. На самом деле она только хорошее имела в виду". И: "На самом деле она меня очень любила, очень. Под конец я ей стала как дочь". А вот еще случай с чайником. Была война, бензин был по карточкам. Бабушка в машине с шофером приехала из Конисборо к нам в Шеффилд, чтобы выпить чая и взглянуть на очередного младенца. Она присела на минутку поговорить, но, как только мать собралась подавать угощение, внезапно поднялась: нет, спасибо, она и так задержалась, ей нужно поспеть домой и налить деду чаю, как он привык. Мать особенно налегала на детскую беспомощность деда, имевшего полный дом прислуги и неспособного протянуть руку к чайнику. Бабушкина царственная повадка и чрезмерное чувство долга сливались для матери во что-то одно, чему итогом была манерная выходка и простывший чай с пирожками, над которыми она столько хлопотала. "Дорога, бензин, шофера гоняла — и все, чтобы пять минут посидеть и сорваться!" — говорила она, и к неприязни ее подмешивался благоговейный страх. Эта история ведет к истории о бабушкиной смерти. Даже к концу, ослабев и мучась болями, она не могла — дед не позволял — поспать одна в гостевой комнате. Мать рисовала старика, вопящего, как потерявшийся ребенок, впадающего в "истерики", и бабушку, как она "сползала" к нему по лестнице, потому что "он не мог без нее спать" и "ни с чем не считался". Эти невнятные вопли — единственный образчик его речи, который я имею. Мать презирала беспомощность в мужчинах, и ее презрение граничило с жестокостью. Она не переменилась и когда отца постиг последний недуг, который она упорно считала блажью и предательством с его стороны и который, по ее словам, он мог бы сносить и помужественней. Сообщая нам о его приступе, она уверенно и безапелляционно заявила, что через пару дней он будет на ногах и незачем никому беспокоиться. Ее рассказ о бабушкиной смерти вызывает у меня изрядные сомнения, но мне не за что больше тут ухватиться, не на чем выстроить другой образ, ведь отец свою версию нам не рассказывал. Поэтому в памяти у меня так и остается раздраженный, зашедшийся в капризе дед.</p>
    <p>Я чуть не забыла, пожалуй, самую любимую ее историю о том, в каком ужасном небрежении пребывал отец, пока не встретил ее. Две сестры — она точно не помнила какие: Глэдис и Сильвия, Сильвия и Люси? — ушли играть в поле, взяв с собой отца, тогда еще младенца, и, чтобы он как-нибудь не поранился, положили его в лошадиную водопойную колоду. Заигрались, забыли и вернулись домой без него. Вспомнили только много часов спустя, когда бабушка поинтересовалась, где он. Добрые люди, отправившись на поиски, нашли его, когда уже стемнело, лежащего наполовину в воде в каменной колоде, всеми брошенного. Мать делала вид, что история ее забавляет, и неизменно вводила в нее вполне понятную ноту негодования против его сестер, матери, отца, уклада жизни, при котором такое было возможно. А отец в Амстердаме вспоминал о детстве как о счастливой Аркадии. "Мы жили на воле, — говорил он, заново переживая ту радость. — Нам так мало запрещали, мы были все вместе, поля, стойла — все было наше. У нас было удивительно свободное детство, мы делали что хотели". Его маленькая палата в голландской больнице была тепло освещена — для больничной палаты. У него бывали тяжелые дни, когда, съежившись под одеялом, он дрожал от последнего холода. А бывали хорошие, когда он сидел в кровати и рассказывал о мире своего детства, о пони и о двуколке, о том, какой на вкус настоящий хлеб из печи, о том, как в двуколке ездили на скачки и возвращались в сумерках и пели, о стишках, что они сочиняли, о том, сколько разных полевых цветов было тогда. "Я ведь вырос до автомобиля. Вам этого даже и не представить. Были лошади. И все пахло лошадьми — приятный запах. Молоко было свежее, вкусное. И яблоки были настоящие, и сливы".</p>
    <p>В те недели, когда он вдруг заговорил с нами — и беседы эти, вопреки всему, были приятны и цивилизованны, как он того и хотел, — он попытался создать сказку, миф, удовлетворительное изложение собственной жизни. Он говорил о том, каково быть частью поколения, чью жизнь дважды нарушали мировые войны, говорил, о чем мечталось в молодости, и признавался: он замечал, что труднее умирать тем, кто считает, что ничего не достиг в жизни. Но больше всего он рассказывал о детстве и особенно, пусть без особых откровений, о деде. Рассказал еще, что родственники не дали поставить в доме гроб его тети Флоры даже на одну ночь: не одобряли ее религиозных взглядов. Он знал, что умирает. Он и с места сорвался поэтому — чувствовал, что тяжело болен. Но нам раньше и точней сказали, от чего он умирает и сколько ему осталось. Он не ожидал, что у него рак. "Я не знал", — сказал он мне, невесело подсмеиваясь над собой, над тем, что попался на неведении, игнорировал факты. "Я не думал, что они из-за этого беспокоятся". И еще однажды, мимоходом, но с прирожденным простым достоинством: "Ты не думай, что я как-то уж очень не хочу. Я подошел к концу, я ни о чем не жалею. Нет, конечно, в ближайшем будущем может быть ужас, паника… Но ты не думай, что я так уж не хочу". Отец сказал это ради меня, но он был правдивым человеком. Он заранее скреплялся перед ужасом и паникой, которые миновали быстрей и проще, чем мы ожидали.</p>
    <p>Раньше он часто говорил (хоть и не повторял этого в Амстердаме, по крайней мере мне), что дети — наше единственное истинное бессмертие. В юности эта идея мне претила. Я хотела быть от всех отдельно. "Человек — это остров" — такова была моя упоительная и грустная правда. Я, как Антонио, брат Просперо, у Одена, была "по воле собственной ни с кем не слитна".<a l:href="#n_101" type="note">[101]</a> Но в те все сокрушившие недели в Амстердаме я стала задумываться о своих корнях. Я думала о деде. Думала о мифах-родословных, которые слепила в детстве, чтобы объяснить разные важные вещи, свою северную суть, свой страх творчества, неминуемость конца. К мыслям моим путем многослойных совпадений неотторжимо примешались два образа. Первый — Рагнарёк. Второй — образ Ван Гога.</p>
    <p>В последний вечер отцова обреченного путешествия по Рейну мы пошли в Ковент-Гарден на "Гибель богов". У меня был сильный кашель, и я сидела как на иголках. Теперь всякий раз, закашлявшись, я вижу Гунтера и Гутруну, этаких протофашистов в грузном замке у широкого, блестящего искусственного Рейна, и думаю — как тогда, как всегда, когда на мысль приходят 1930-е, — об отце в те первые годы моей жизни. Он все понимал, он боялся происходящего, он не мог смотреть, как мы пытаемся задобрить немцев, он добровольцем пошел в авиацию. Разбирая его вещи, я нашла текст гитлеровской издевательской речи от 28 апреля 1939 года. Он лежал в коробке с семейными фотографиями, словно часть семейной истории. В тот последний отцов период я размышляла об островах и потому — помню это очень отчетливо — в красном полумраке зала принялась сравнивать Просперо и Одина. Оба лишились символов могущества (копья и жезла), однако же Отец богов в версии XIX века туго оплетен путами викторианской семьи и является существом общественным, чего не скажешь о суровом волшебнике времен Возрождения. Когда Фригг на сцене распекала Одина, я с радостью думала об отце, как он неспешно и вольно странствует вдоль великой реки.</p>
    <p>Моей любимой книгой в детстве, еще в Понтефракте, — той, что дала первый толчок моему воображению, — была "Асгард и боги. Легенды и обычаи наших северных предков" 1880 года издания. В ней были стальные гравюры: Одинова дикая охота, Один с прекрасным и грозным лицом, привязанный меж двух костров. Рагнарёк — Последняя битва: вот Сурт с огненной головой выезжает из Муспельхейма, вот Фенрис-волк распахнул зев и готов растерзать самого Одина, вот Тор сунул руку со щитом в самую глотку Ёрмунганду, змею морских глубин. Я помню, как поразил меня рассказ о Последней битве, в которой полягут все боги, все герои. Мне не приходило в голову, что у сказки может быть такой конец. Я, правда, подозревала, что в жизни это бывает, но в своем случае особенно не надеялась. Какой это был восторг! "Асгард" я знала наизусть еще до того, как мать рассказала мне про Сильвию, — это точно. Я сидела в церкви, слушала про Иосифа и его разноцветную одежду и думала, что история эта ничем таким не отличается от "Асгарда", а волнует меньше. Дальше, помню, я пришла к выводу, что Рагнарёк какой-то более "настоящий", чем Воскресение. После Рагнарёка новый растительный и робкий мир начнет новый круг — мир, отмытый от крови, огня и золота. Перечитывая "Асгард" и по сегодня, я вижу, что на мои первые, детские шаги в литературоведении и библейской текстологии, возможно, повлиял стиль авторов, толкующих Бальдра и Хёда как лето и зиму, превращающих великанов в горные цепи, а гнев Одина в бурю, говорящих о высшей правде — той самой, которую так красиво иллюстрирует христианская мифология. Они, конечно, не Фрейзер, радостно равняющий богов с деревьями, но они направляют читателя к нему. "Наши северные предки" связались для меня с отцовой родней — этими неистовыми, нелепыми, жестоковыйными людьми, широкими и в широте пугающими. Я была от одного с ними куска. Это были серьезные боги — не чета греческим с их капризами и интрижками. А книга была не отцова, а материна, куплена в свое время для зубрежки: древний исландский и скандинавский фольклор входили в факультетскую программу. Не помню, мать мне ее дала или я набрела на нее сама. Помню, что книжный наш голод мать утоляла сполна: книг была россыпь. Малютками нас не считала, давала, что и сколько возьмем. Как к "общественным существам" она была к нам недобра, она кричала на друзей, которых мы приводили домой, она переживала приступы истерического ужаса и заражала им нас. Но с нами-читателями она была щедра и находчива. Я знала, что девочкой она была как я — молчунья и книжница. Я это знала.</p>
    <p>Миф о Ван Гоге связан с матерью. Ее фамилия была похожа на голландскую, а родня частью происходила из гончарного города Сток-на-Тренте. И вот, без всяких доказательств, вырос миф, что они ведут род от голландских гугенотов, селившихся здесь во времена Виллема Молчаливого,<a l:href="#n_102" type="note">[102]</a> — людей практических и сердечных, добродетельных протестантов, работящих ремесленников с глубоко запрятанной художественной жилкой. Этой голландской теплотой, этой <emphasis>Gemütlichkeit</emphasis><a l:href="#n_103" type="note">[103]</a> мать надеялась отогреть отца, воспитанного в дедовом доме, холодном и грозовом. После войны в нашей шеффилдской гостиной висело несколько репродукций Ван Гога. Была картина арльского периода с мостом, из солнечных, где вода — аквамарин и прачки мирно расстелили белье. Были шхуны на берегу в Сен-Мари, которые я потрясенно узнала, приехав туда восемь лет спустя. Был юноша в шляпе и желтой куртке, который, как я теперь знаю, приходился сыном почтальону Рулену. И был зуав в широченных восточных шальварах и красной феске — он сидел на скамеечке, а пол под ним головокружительно и неподобающе дыбился. Еще висели две японские гравюры и — видимо — "Улочка" Вермеера, что хранится в Рейксмюзеуме: дом очень тихий и прочный, и женщина наклонилась за чем-то во дворике слева. Я всегда, с первых дней детства, этих работящих голландок связывала с матерью. Домики, скрытные, обращенные внутрь себя — у де Хоха даже больше, чем у Вермеера, — вплетались в материнский миф о хозяйстве: необходимое выполняется при ярком освещении, в ограниченных, но разумно отведенных для того пространствах. Моя память наложила де Хоха на Вермеера, потому что теперь мне помнится, что рядом с женщиной на той картине стоял белокурый голландский ребенок в шапочке — маленькая белокурая я — и глядел на нее с мрачно-серьезным вниманием, как хотела бы того моя мать. Дом в Шеффилде, где все это висело, был одним из двух стеной соединенных близнецов, подаренных к свадьбе дедом, который, очевидно, ничего не делал наполовину и к тому же справедливо рассудил, что это будет хорошее вложение денег. Боясь бомбежек, мы уехали в Понтефракт из одного дома, а вернулись в другой. В то время, когда мне ясней всего запомнились Ван Гог и де Хох с Вермеером, этот другой ремонтировался и обставлялся. Дед умер, из Конисборо прибыли и потребовали места разные внушительные предметы мебели, появились деньги на новые обои и шторы. Помню одни обои, очень домашние, нежно-розовые, равномерно присыпанные кремовыми крапинами, сахарно-сладкие. Родители сами удивлялись, что им такое нравится, а я в своих чувствах была не уверена. В моих воспоминаниях Ван Гог висит, присмиревший, на этом мило-провинциальном фоне, но этого быть не могло. Я почти уверена, что обои были в столовой, где моя мать, в гневе и фартучке, шла войной на растерянную тетю Глэдис. В любом случае впервые эти картины предстали мне приятным украшением при гарнитуре из дивана и пары кресел. Впрочем, отчасти он так и хотел — радость для взгляда. Когда же я увидела его иначе? Конечно, еще до того, как в 1950-х, перед Кембриджем, приехала в Арль и поняла, что страждущие, к небу устремленные кипарисы — подлинная правда, по-своему высказанная. Когда отец свалился в аэропорту, я писала роман: образ Ван Гога возникал тут и там в тексте о северном, пуританском и домовитом, семейном укладе. Я была безумно рада попасть в амстердамский Музей Ван Гога. Я читала и перечитывала его письма. Он писал о голландских художниках и их умении запечатлеть темноту, яркость темноты. О жажде света и о том, что здешний свет, южный, ясный, зеленовато-желтый, мощью своей давит, угнетает его "северный мозг". Он не берегся, он искушал судьбу. Ему казалось, что его мозг наполнен электричеством, а зрение — слишком остро и глубоко, непереносимо. Но ум его был неизменно остер и аналитичен, он тонко смешивал цвета, он размышлял о природе света, о человеческой энергии и смерти. Он писал своих мучимых товарищей в психиатрической лечебнице Сен-Реми. Корректный и меланхоличный северянин сделался всевидящ и дик. Он снова и снова разбирал для холста свой мрачный и рыжий череп, свои мускулы — и в этом не было ни бережности, ни любви, ни смягчающей взор уловки. Он был правдив и безумен. По утрам я смотрела его картины, а днем на трамвае ехала к отцу в гулкую, с эхом, больницу и везла гостинцы: сверточки с копченой рыбой, фрукты, шоколад. Днем и вечером он говорил. Говорил и о тех вангоговских репродукциях, — очевидно, они были его, он сам их выбирал, и моя "голландка"-мать была тут совершенно ни при чем. Особенно — о зуаве. Это был один из его хороших дней. Я принесла ему фрезии и георгины. Я за все годы так и не заметила, что он — один из редких людей, нечувствительных к запаху фрезий. Но он утверждал, что в этот раз что-то чувствует: "…чуть-чуть, только намек, но я, кажется, унюхал…"</p>
    <p>Он помог мне выпрямить и замотать скотчем георгин, который я помяла.</p>
    <p>— Если открыть жилки, по которым идет вода, он оживет. У меня они так подолгу жили…</p>
    <p>Потом он заговорил о зуаве, которого я любила меньше других картин в доме: из-за торчащего пола у меня кружилась голова, а сам зуав был чужой — и по лицу, и по одежде. Отец выразился очень точно: "Сильная вещь. Мужская чувственность в чистом виде. Абсолютно прямо и просто показано. Это была моя любимая".</p>
    <p>Он с улыбкой поглядел на меня поверх маленьких золотых очков с полуоправой.</p>
    <p>"Он за этими зуавами ходил в арльский бордель", — сказала я. Я хотела добавить, что тратить энергию на чувственное Ван Гог считал вредным для себя и вообще для любого художника, но отец не слушал. Он не думал, что я что-то знаю о Ван Гоге. Он взял в голову, что может немного поправиться и пойти в Рейксмюзеум смотреть Вермеера. И пошел. Сестра отвела его, пугающе шаткого и целеустремленного. Ему хотелось музыки. Хотелось побольше успеть. Иногда я думаю, что, наполняя жизнь радостями, он стремился сократить свой срок, умереть быстро. Нитроглицериновыми капельницами и трансфузиями голландские врачи ежедневно вливали в него сколько-то жизни. Однажды он рассказал мне историю: он хотел в уборную, он тащился по стенке, хватался за кроватные изножья и дверные ручки, а добравшись, обнаружил под дверью очередь из таких же хрупких мужчин в пижамах. Все это с отвлеченным, комическим гневом. По сути, он говорил: "Так вот что ждет нас в конце". Он пытался понять, на сколько еще хватит сил. А как-то потом, в день получше, проделал то же путешествие вполне бодро. Мы купили ему тапочки. Он очень переживал, что остался без тапочек и маникюрных ножниц: они улетели с рейсом, которым он должен был вернуться домой. Не попал на рейс, не вернулся в дом. Мать, которая никак не могла пережить, что заказанное такси напрасно прождало его в аэропорту, разозлилась еще больше, когда ей по ошибке выдали чужой чемодан: "Какая-то грязная рубашка, грязная расческа, бритва со щетиной!" Мать всегда сторонилась людской неопрятности и нелепицы. Отец сидел на краешке больничной кровати и тщательно подрезал ногти на ноге. Между пижамной штаниной и новыми тапочками щиколотка была белая и гладкая, какая-то нетронутая, с молодой, без единого пятнышка кожей. Я смотрела и думала: какая живая.</p>
    <p>По утрам я ходила вдоль темных каналов. Город мне нравился. Я помнила, что Камю сравнил концентрические линии каналов с кругами Дантова ада. Я даже купила "Падение", чтобы свериться, и, вместе с карманным изданием Вангоговых писем, носила его с собой: читать за одиноким обедом. Герой называет себя "судьей на покаянии".<a l:href="#n_104" type="note">[104]</a> С отрешенным юмором он рассказывает о том, как город жил в войну. Он произносит "защитительную речь". В Амстердаме человек пребывает у истока вещей, "у самой их сущности". "Вы заметили, что концентрические каналы Амстердама походят на круги ада? Буржуазного ада, разумеется, населенного дурными снами". Несмотря на причину, приведшую меня в Амстердам, ничего адского я в нем не увидела, он скорей успокаивал меня своей увесистой основательностью, омываемой рябым морем. В нем живут добрые, разумные люди. Университетские преподаватели согласились урезать себе часы и зарплаты, чтобы не было сокращений. Отец, который не мог ни гулять вдоль каналов, ни глядеть на кирпичные фасады домов, изучал в своей бетонной клеточке социальное происхождение всех, с кем встречался: врача, соцработницы, сестер, других пациентов. В отличие от Камю, он не считал, что буржуазность — путь в ад, к дурным снам и дурной совести. Но, будучи человеком своего поколения, он живо интересовался общественной иерархией и придавал ей большую важность. Оказалось, что врач владеет морскими яхтами и незаселенным куском Шотландии, где ловит лосося и охотится на куропаток. Даже в те дни отец был в восторге от своего открытия, от соприкосновения с породой, воспитанием и успехом. О собственном отце он сказал мне просто, словно ставя диагноз: "Мы были мелкие буржуа. Да, мелкие буржуа".</p>
    <p>Он был беспощадно точен. Ему, конечно, хотелось бы иного. С врачом он говорил своим профессиональным голосом, прячась за профессиональной маской, и улыбался более открыто — такой улыбки я, кажется, не припомню у него, настоящего, с задумчивым, одиноким лицом, с каким он всматривался тогда в прошлое и будущее. Если он собирался просить Создателя простить ему его добродетели, значит был уверен, что это добродетели и он их в достаточной мере проявил. Когда он вернулся в Англию — прямиком в лондонскую больницу, — шла забастовка, врачи ходили в грязных халатах, персонал грубил и делал все как попало. Амстердам отцу подходил как-то больше. Там все было странное и другое, и это было в чем-то живительно — и для меня тоже.</p>
    <p>Несмотря ни на что, я с удовольствием осваивала его систему метро и читала слова на новом языке. Я подружилась с соцработницей, она была тогда подавлена: у них умирал немецкий паренек-героинщик. Я набрела на цветочный базар на одном из каналов и купила отцу георгинов. В ресторане на Ляйдеспляйн я съела гигантскую тарелку мидий со стаканом хорошего белого вина. Мой столик был в застекленном переднем зальчике, полувнутри-полуснаружи. Это напомнило мне крытую веранду в дедовом доме в Бридлингтоне, где я выходные пролежала с корью. Оконные стекла там были травлены изящными узорами из цветов и линий. Они тоже ассоциируются у меня с дедом. (Написав, поняла, что травленый стакан и графин из моей картины дедовой смерти — те самые, что стояли у моей кровати в единственную ночь, проведенную мной в Блайт-Хаусе. Когда дед умер, они достались нам в наследство.) У отца была аллергия на моллюсков и им подобных. В 1944 году в Неаполе он упал в обморок в зале суда, поев омара, а двенадцать лет спустя на судейском месте в Гулле покрылся чудовищной сыпью из-за креветочного салата. Полицейский врач, без особой огласки осмотревший его в свободной камере, велел ему больше ни к чему такому не прикасаться, и отец послушался, хоть вкус морских гадов и доставил ему исключительное удовольствие. Я не переживала, что одна ем мидий. Мне без того было о чем переживать. К тому же не думаю, что заказала бы их, если бы он был со мной. А вот из-за картин я расстраивалась. Единственный момент отчаянья в те недели был у меня в Рейксмюзеуме, среди мрачно-затейливых натюрмортов: кипы мертвых книг, адамовы головы, груз былых стремлений — у каждого свой и у всех одинаковый, — тишина, неспособность остановиться, взглянуть с любопытством.</p>
    <p>С Ван Гогом было не так. Я не могла любить, не могла отозваться на самые последние его картины, на мучительно и дурно выписанное поле со стаей горестных птиц над тропинками, не ведущими никуда. Но великие вещи Арля и Сен-Реми! Лиловые ирисы на золотом. Потревоженная спальня. Одинокий стул. Жнец, пролагающий смертельный путь сквозь потоки света, в поле сияющей пшеницы. Я знала, что́ Винсент говорил об этой картине. Что это образ радостной смерти, извечный образ человека, идущего в светлую пещь. Я останавливала другие мысли. Стоя перед Винсентом, я думала о нем самом. Я приносила отцу открытки — прирученные, блеклые, уменьшенные копии этого рая, — и он с трудом на них писал: матери, ее сестре, своему самому старому другу. Дрожащие буквы: "У меня все хорошо". Мы все унаследовали его почерк, неразборчивый и невыразительный. Материн был крупный, текучий, благородный. Нас всех учили по-разному, но все мы пишем, как он, мелко и криво. Как такое получается?</p>
    <p>В те долгие посещения мы говорили и о наследственности. Он сказал, что мать превращается в копию собственной матушки, и тут есть о чем подумать. Зашла речь о том, что она не дружит с правдой. Отец считал недолжным упоминать, что она в своих рассказах ставит под сомнение его правдивость. (Это осложнялось еще и страхом возрастной забывчивости — боялись оба, и сильно, ведь в конечном итоге точность была крайне важна для обоих.) Он сказал, не в первый раз — и переживая, что не в первый: это неправда, будто мать была с дедом, когда тот умирал. "Кто это может знать, если не я? Это был мой отец, я был при нем. Как я могу ошибаться?" В эту минуту я поняла, что больша́я часть моего прошлого может оказаться горстью ее сахарных пилюль.</p>
    <p>"А ты не думал, сколько мы всего знаем, что на самом деле — ее выдумки? Большое, вроде вот этого, можно оспорить, а всякие мелочи… мы их даже не замечаем, а они превращаются в воспоминания".</p>
    <p>Он был поражен и рассказал, как у них завяли какие-то цветы на окне и мать предположила, что это приходящая уборщица их плохо поливала или, наоборот, залила — даже скорей залила — и вот они завяли из-за того, что миссис Хейнс их залила. Гипотеза стала неоспоримым фактом. В том же году, но раньше, когда болела мать, у нас был похожий разговор, и я в шутку и всерьез сказала: "Тебе хорошо, в тебе нет этих генов".</p>
    <p>В нервной ситуации нам это показалось очень забавным, и мы засмеялись, как сообщники. Потом он сказал за кофе своей домработнице, что я — вылитая его мама и вообще до удивления пошла в ту семью. Но я не думаю, что это так, да и фотографии, что я видела, говорят об обратном. Сейчас, когда я сильно устану, я чувствую, как на мое лицо маской ложится лицо матери. Или проступает изнутри. Я много от нее унаследовала. Я выбрала сочинительство своим делом. Я отбираю, формую, шлифую, и получается изделие. Что это все — вся эта история до сей минуты, — как не тщательно отобранная горстка того, что можно рассказать, можно как-то выстроить в ясном свете дня? Изделие отбрасывает длинные тени неска́занного: не хочу говорить, не осмеливаюсь, не помню, недопоняла, забыла, не знала никогда. Например, я выкинула слезоточивый газ. Я хотела показать Амстердам чистым, разумным, надежным — такой он и получился, такой он и есть. Но вот мы вдвоем вышли из свежести Вангогова музея — и шагнули в плывущее облако газа. Он жег в горле и наждаком скреб легкие. Полиция в черной броне наступала на выселенных сквоттеров, те швырялись камнями. В заднее окошко трамвая, идущего в больницу, видна была дымная череда подожженных машин. Несколько вечеров подряд нам приходилось возвращаться в гостиницу окольным путем: кругом стояли кордоны, мостовая разворочена. Отец уже не мог заинтересоваться этим противостоянием, у него была своя война. Умолчать о беспорядках в городе — малый грех и легкопоправимый. Но что делать с остальным? Что есть правда? Я ведь почитаю правду.</p>
    <p>Был один день в Блайт-Хаусе, когда и дед, и бабушка были еще живы. Я помню его ясно, хотя были и другие похожие, — возможно, потому, что во время отцовой болезни писала как раз о нем. Пытаюсь сосчитать, сколько мне тогда было, и уже путаюсь. Это было в войну, когда отец был на Средиземном море, году в 1943-1944-м. Точно знаю, день был очень солнечный. Стояло лето, еще одно в череде других, неподвижно пылающих. Начиналась моя жажда солнца. До этого я была в Блайт-Хаусе зимой. Он казался застывшим и громадным — то ли я была очень маленькая, то ли наш тогдашний дом был настолько его меньше, не знаю. Помню гигантскую холодную ванную: окруженная пустотой, стояла там глубокая ванна с важным и зловещим видом. Помню грязный снег за окном, детскую площадку с горкой, вертушкой и качелями на цепях. Помню открытую пасть погреба, помню темную, затхлую кухню. Помню мать с ее всепроницающей мучительной тревогой. Но в то лето было по-другому. Я замечала, что происходит вокруг. Я по временам сбрасывала оцепенение.</p>
    <p>Встречали и провожали нас официально: дед и бабушка плечом к плечу перед домом, на гравийной подъездной дорожке. На бабушке было черное платье прямого кроя из чего-то вроде шелкового крепа, с квадратным вырезом. Железно-серые волосы стянуты в пучок, простой или французский. Лицо умное, неулыбчивое, суровое. Толстые чулки и туфли на кнопках, с острым мысом. Она была совершенно собранна — ни лишних движений, ни разряжающих обстановку речей, ни попыток приобнять меня или мать. (Моя другая бабушка устремлялась нам навстречу, прижимала к груди и чмокала.) Дедово лицо мне было не очень видно: он стоял, слегка закинув голову. У него был большой живот, по которому протянулась перекрученная золотая цепочка от часов. Этот его живот мне запомнился лучше всего. Дед не был толст или очень уж крупен — он был значителен. Глядя на него, я думала о мистере Брокльхерсте — высоком черном столбе из "Джейн Эйр" и мистере Мердстоуне из "Дэвида Копперфильда" (или если тогда не думала, то часто думала потом, и мысль слилась с воспоминанием). Я, конечно, старалась вести себя как можно приличней, но не ожидала от деда ни громов осуждения, ни еще какой-нибудь устрашающей выходки. Просто он был викторианский патриарх, и все. Правда, в те дни я понятия не имела об исторической перспективе и считала, что за долги нас могут бросить в Ньюгейтскую тюрьму, а за что похуже — обойтись как с Феджином,<a l:href="#n_105" type="note">[105]</a> чья последняя страшная ночь в камере была мне памятна. Кажется, я понимала, что не очень-то интересна деду и что ему не о чем со мной говорить. Главное, я почему-то не помню, как так вышло, что дед сам отвел нас на фабрику показать, как плавят сахар. С нами шли еще двое: высокий мужчина в коричневом комбинезоне, с меланхоличным, почтительным и добродушным видом, и какой-то второй, от которого в памяти сохранилась только матерчатая кепка.</p>
    <p>На фабрике было угрюмо и голо. Пол мне помнится земляным, но этого, конечно, быть не могло, хотя плитки там тоже не было. Он был какой-то темный и пыльный. Все вместе было похоже на увеличенную до огромных размеров прачечную, что были у нас на севере: холод, сквозняки, эхо. Слева от входа стояли большие котлы, похожие на тот медный, в котором моя другая бабушка кипятила простыни, орудуя большой деревянной мешалкой. Всего котлов было четыре — или это я так запомнила? В одном кипел сахар желтый, в другом — вишневый, в третьем — травяной, а в четвертом — какой-то удивительный, вроде бледных синих чернил: густое, тягуче разгулявшееся море синего стекла. И цвет, и суть — все было искристо и волшебно. Все волновалось, толстобоко вздувалось и звучно лопалось и переливалось струйками пленных пузырьков. Запах был не приторный, а чистый и вкусный — запах жженого сахара. Мы прошли дальше и увидели, как ведра блестящей жидкости выливают на огромный железный прилавок, или конвейерную ленту, идущую через весь зал. Дымясь и шипя, сахар бежал по железу и уже начинал застывать. Тем временем работники лопатками разгоняли, размазывали его все тоньше, все прозрачней, все шире, словно катали огромный пласт теста. Цвета бледнели, пурпур переходил в прозрачный пионно-розовый, индиго — в небесную синеву, топаз — в соломенное золото. Сверху опускалась примитивная резалка и штамповала ряды блестящих кругляшей. В этом было что-то от стеклянного дела: тогда я этого не знала, но позже, в Венеции, в Биоте, глядя на стеклодувов, всегда вспоминала эту спешную работу с сахаром — скорей, пока не застыл. Оказалось, что привычные мятные карамельки в бело-коричневую полоску поначалу вовсе не плоские: длинная витая змея, с дальнего конца толстая, в мужской торс, а с нашего — тонкая, в большой палец, уползала в специальное отверстие в механизме, который одновременно подкручивал ее и откусывал по кусочку. Самое чудесное было, когда дед велел человеку в коричневом комбинезоне показать мне, как получаются полоски. Да, теперь я помню, теперь я почти слышу дедов голос. В нем была и робость, и азарт, и полная поглощенность своим делом. Слов не помню, но помню: он был уверен, что и мне оно покажется таким же удивительным и чудесным, утоляющим что-то внутри. Только это я и знаю о нем не из чужих уст: что он был увлечен и очарован собственным делом. Дед не зря говорил, что полоски — это очень интересно. На одном конце стола лежала гора горячей и мягкой карамельной массы. Мужчина в комбинезоне взял от нее большой ком, небрежно растянул, замкнул в толстое кольцо и еще растянул на разведенных руках, как мать растягивала шерсть. Мы вышли во двор, где из стены торчал большой крюк — очень высоко, так что мужчине пришлось тянуться. Впрочем, я для своего возраста была очень маленькой, — может, он был и на обычной высоте. Толстую петлю сахара — темного, паточного цвета сахара — мужчина повесил на крюк и принялся крутить. Я знала это движение — размеренный взмах скакалки во дворе: жих — шлеп, жих — шлеп. И вот у меня на глазах сахар начал светлеть. От патоки к кофе, от кофе к ириске, от ириски к золотому ячменному сахару, от него — через желатиновый, давно засохший белок — к чистой белизне, теперь уже матовой, пронизанной насквозь тончайшими иголочками воздуха.</p>
    <p>"Это все воздух, — сказал дед. — Крутят карамель в воздухе, и так вот получается. Полоски-то в конфете — это один и тот же сахар, просто в белых воздух еще".</p>
    <p>Теперь я вспомнила эти его слова: "Это все воздух".</p>
    <p>Да, да, кажется, теперь вспомнила…</p>
    <p>Белую змею мы отнесли обратно на фабрику и положили на такую же темную, чтобы умелые руки скрутили их вместе, пошлепывая и утончая один конец, пока он не войдет в отверстие механизма. Я помню этот звук: легкий треск и хруст затвердевшего сахара и тугой, пластилиновый шлепок полосатой змеи.</p>
    <p>Когда мы всё посмотрели, дед взял несколько бумажных фунтиков, и мне в них насыпали хрупких сахарных стружек, напа́давших от машины, которая штамповала карамель. Их я тоже помню до сих пор. Поначалу они были легкие, светистые, рассыпчатые, нежнейших цветов: розовые, лимонные, гиацинтовые, яблочно-зеленые. Горячие они таяли во рту сладкими снежинками — это было упоительно в дни, когда и сахар-то был по карточкам. Если передержать, если беречь и есть по чуть-чуть, они оседали, слипались, превращались в бесформенный, твердый, с налипшей бумагой ком, отходящий приторной влагой.</p>
    <p>Обо всем этом я написала в школьном сочинении (мы тогда жили в Понтефракте). Этот текст — первый, что мне помнится собственно моим, первый, где я подбирала слова, что-то меняла. Я до сих пор помню оттуда два слова. Оба были вычитанные. Первое — из описания птичек, украшавших рождественскую елку, кажется, в "Маленькой принцессе" у Фрэнсис Ходжсон-Бёрнетт.<a l:href="#n_106" type="note">[106]</a> Птички были изящной немецкой работы, из очень тонкой "стеклянной пряжи". Это название, в котором сошлись хрупкость и гибкость прозрачной нити, всегда приводило меня в восхищение. Я взяла его для описания сахарных стружек в бумажных фунтиках. Помню, как искала второе, — нужно было показать, как глубоки, и ярки, и яростны были цвета, кипевшие в медных котлах. Зеленый я назвала изумрудным. Я знаю, откуда это слово, — из материна неиссячного книжного запаса. "Плывут, горя, как изумруд, / Сверкая, глыбы льда".<a l:href="#n_107" type="note">[107]</a> Как изумруд. Не помню, пошла ли я и дальше по драгоценным камням, зато помню, что, рассказывая о кипящем сахаре, испытала удовольствие, которое раньше испытывала только от чтения. Слова ведь на то и даны, чтобы рассказывать истории.</p>
    <p>Однажды, уже потом, дед разрешил — и даже велел — мне нарвать цветов в его саду. Сбоку от его серого дома стояла теплица с виноградом: разросшиеся лозы и огромные гроздья. Помню множество огромных гроздей темного винограда, на крученых веточках свисавших с балок под крышей, а ниже — просто с лозы. Дед сорвал гроздь и протянул нам — пробовать и есть.</p>
    <p>— Больше берите, — сказал он, когда мы робко отщипнули по ягодке. — Он на то и нужен.</p>
    <p>В те темные дни виноград был вещью неслыханной.</p>
    <p>Помню, как пробовала виноградинки на взгляд и на язык, как по-разному восхитительны были зеленая мякоть под лиловой, с восковым налетом кожицей, нежный вкус, текучий сок, внезапное чувство во рту, когда впервые раскусишь ягодку. Потом меня вывели наружу и разрешили нарвать букет. Я сорвала на лужайке несколько маргариток и с сомнением остановилась.</p>
    <p>— Нет, нет, рви как следует, все, что хочешь, чтобы хороший букет получился, — ободрил меня дед.</p>
    <p>Так что знаю я не понаслышке: дед любил дарить… Я собрала дамский букет из викторианского романа. И он так славно собирался, кругами, как и положено: в середке несколько рыжих рудбекий с черным глазком, а в обвод шли голубые цветки, следующий круг — белые и, наконец, — розовые. И еще надо обернуть его в листья, чтобы он хорошо держался, весь тугой и круглый. Я бегала по саду, выбирая, отвергая, внезапно став обладательницей несметных богатств. Мать тем временем рассказывала, что я чуть не с пеленок знаю названия цветов: флокс, львиный зев, люпин. Ее я в тот день плохо помню, — должно быть, она была спокойна. Или это я наконец успокоилась. Так непривычно было нам с ней быть полностью безмятежными, полностью уверенными в себе, полностью счастливыми. Это было почти как та семейная Аркадия, о которой говорил отец, но я тогда об этом не знала. Знала только, что этих бабушку и дедушку положено почитать и побаиваться. Кажется, после того раза я их больше не видела. Мы к ним ездили редко, потом умерла бабушка, а следом дед, который, по словам матери, не мог без бабушки жить: "Он был, как потерявшийся ребенок, совершенно беспомощный. В нем просто жизни не стало".</p>
    <p>Мать пережила отца чуть больше, чем на год. Мне казалось, она не горевала по нем, лишь заметила: жаль, мол, его нет, он бы согласился с ней по поводу Тэтчер, из-за которой тысячи шахтеров остались без работы. Она была на удивление подавлена перспективой умереть при правительстве, к которому питала презрительную ненависть, чистую и инстинктивную. Вскоре после войны она сказала мне, что, когда все только началось, она продумала и вообразила — до конца — все самое страшное, что могло произойти с Англией, с отцом.</p>
    <p>— А потом я через это перешагнула и больше не оглядывалась. Я это уже пережила.</p>
    <p>Еще девочка, я восхитилась и решила поступать так же. Если перестать чувствовать, можно действовать. Этот головной холодок, отчасти у нее перенятый, помог мне в Амстердаме, когда я не дала прорваться опасным мыслям перед Вангоговыми предсмертными полями и темной картиной с Библией его покойного отца. Да и говорить с отцом о деде можно было, лишь если не любить отца слишком сильно — отложить любовь на потом, не думать слишком пристально о его живой щиколотке, отгородить себя. Может быть, моя несчастная мать отгородилась от него даже чересчур хорошо и чересчур поспешно. Загодя пережила все слишком полно и рано. Недавно мне рассказали, что в войну родственникам писали из отцовой части, чтобы те повлияли на мать: она слала ему в Северную Африку какие-то безнадежные письма. Женам вообще советовали писать о веселом, сообщать хорошие новости, не расстраивать мужей. Она заранее пережила его гибель — в этом я ей верю — и изливала ему свои жалобы на судьбу. Когда он умер, она сказала как-то растерянно, объясняя явное отсутствие чувства: "Я ведь к этому уже привыкла. Привыкла, что его нет, пока он был в Амстердаме".</p>
    <p>В день похорон было невыносимо холодно. Близилось Рождество. Отца кремировали, отпевание было квакерское, а среди пришедших квакеров почти не было, и никто не нарушал напряженного молчания. Я ничего не чувствовала, я боялась чувствовать и ощущала лишь бег времени. Вышли на улицу, и тут я увидела, что мать стала совсем маленькая, с заострившимся лицом, с неровной, спотыкающейся походкой. Я сказала:</p>
    <p>— Помнишь, как он с войны пришел?</p>
    <p>— Да, — ответила она, крошечная и от всего отрешенная.</p>
    <p>Он пришел в полночь, так, по крайней мере, всегда говорила мать. Он послал телеграмму, но она потерялась на почте, и мать ничего не знала. Она яростно прошагала к двери и выкрикнула: "Ну извините!" — думая, что это дружинник пришел насчет щелей в светомаскировке. Что они сказали друг другу? Я помню, что меня разбудили — не сразу, наверное? Помню, как зажгли свет, простую тусклую лампу на потолке, не достававшую до темных углов. Помню фигуру в дверном проеме, военную форму, рыжие волосы, улыбку в пол-лица, удивленную, полуиспуганную, — должно быть, у меня была такая же. Помню, он держал в руках свою офицерскую фуражку. Почему он не положил ее? Или это я ошибаюсь? Я помню даже шинель, но воспоминания о его уходе и возвращении безнадежно перепутались. В волосах его оказалось меньше рыжины, чем я думала, и больше золота. У него был такой красновато-рыжий пиджак из ворсистого шотландского твида — точно в цвет волос, говорила мать. Я и до сих пор думаю, что "в цвет", хоть сама особого сходства не видела и помню по-другому. (Да и как теперь знать, ведь столько лет все это выцветало, пока не настал тот последний холодный день.) Я села, потом вскочила в кровати и прыгнула — огромный прыжок через свою кровать, через разделительный провал, через кровать спящей младшей сестры. Память не сохранила траекторию этого прыжка. Я помню его начало, но не конец, не то, как благополучно перепрыгнула и прижалась к отцу. Зато помню — и это именно воспоминание, а не предположение — страх счастья. Я боялась чувствовать. Все это было уже мной сочинено, много раз прожито в надеждах, в воображении, в воображаемом будущем. И теперь настоящее возвращение отца вспомнить и ощутить так же невозможно, как тот безумный прыжок. Я пишу, и что-то возникает, как позабытые до этой минуты крылья на золотых пуговицах его кителя… Вот эти слова, вот эти вещи — но как мне почувствовать его? Огневолосый и златокрылый, он — миф и тогда был мифом, хоть и вернулся, хоть и стоял на пороге, хоть я и прыгнула ему навстречу. Когда важное минует, мы переводим дух и осматриваемся, мы начинаем понимать, что это было и что это есть, и мы начинаем рассказывать его самим себе. И скоро, скоро новая метка появляется там, где уже ждут другие: чайник, водопойная колода, настоящие яблоки и сливы, белая щиколотка, ведро для угля, две куклы в целлофане, газовая плита, черно-белый пес, пуговицы с золотыми крыльями и полосы сахара, белые и бурые, перевитые и слитные.</p>
   </section>
  </section>
  <section>
   <title>
    <p>Истории с Матиссом</p>
   </title>
   <epigraph>
    <p><emphasis>С любовью — Питеру, который научил меня смотреть на вещи неспешно</emphasis></p>
   </epigraph>
   <section>
    <title>
     <p>Щиколотки Медузы<a l:href="#n_108" type="note">[108]</a></p>
    </title>
    <p>Когда-то она вошла сюда впервые, увидев сквозь стеклянную дверь "Розовую обнаженную". Поразилась и вошла. Странно, что такое щедро-обильное, такое сложно устроенное существо вольготно раскинулось над вешалкой в заведении, где со стен обычно смотрят глаза девочек-моделей: серо-стальные — надменно, иссиня-черные — яростно. Исключительно девочки. Женщин в модели не берут. Обнаженная была женщиной — беспримесно розовой и несомненно массивной. С мощными ляжками и лениво поднятым монументальным коленом. Полукружья грудей намекали на полный круг, наводили на мысли о плоти и грехопадении.</p>
    <p>На всякий случай она попросила только стрижку и укладку феном. Хозяин взялся за нее сам — Люсьен из салона "У Люсьена", — худощавый, с мягкой поступью, похожий на балетного Гамлета с широкими белыми рукавами, в обтягивающих брюках. За первые несколько визитов она запомнила эти брюки куда лучше, чем его лицо, которое она видела только в зеркале над собственным лицом и совершенно не жаждала рассматривать: зачем это нужно женщине средних лет? С точки зрения анатомии отношения женщины с ее парикмахером выглядят странно: порой она упирается носом ему в талию, дышит ему в бедра, а лицо его всегда далеко, высоко и часто сзади. У этого мастера выражение лица было замкнутым, монашеским, а черты, пожалуй, вполне красивы и волосы хороши — мягкие, прямые, темные, здоровые от природы, а не от жиров и масел.</p>
    <p>— У вас славный Матисс, — сказала она в тот, первый раз.</p>
    <p>Он взглянул недоуменно.</p>
    <p>— "Розовая обнаженная", — пояснила она. — Мне очень нравится.</p>
    <p>— А-а, картина! Я ее в магазине нашел. Она как раз в той гамме, какую я задумал.</p>
    <p>Их глаза встретились в зеркале.</p>
    <p>— Мне тоже понравилась, — продолжил он. — Такая спокойная, такая чертовски в себе уверенная, и цвет прелестный, да? Я влюбился в нее, совершенно влюбился. Висела она в магазине на Черинг-Кросс. Я пришел домой и рассказал жене, что хочу купить для салона "Обнаженную". Жена не очень-то обрадовалась, но на следующий день я отправился в магазин и купил-таки картину. Она придает заведению немного шика. Люблю, когда есть шик.</p>
    <p>В те дни салон напоминал нутро розового облака: сплошь розово-кремовый, там и сям развешены нежнейших оттенков муслиновые занавески, повсюду щетки и гребни из слоновой кости, на стенах — зеркала в рамах, там и сям маленькие столики на колесах — небесно-голубые, точнее, небесно-синие, как кушетка или кровать, на которой лежит "Розовая обнаженная". Играла музыка, — вообще-то, Сюзанна терпеть не могла музыку в общественных местах, но эта то звенела, то баюкала, то почти стихала… мелодичная, сладкая, как шербет… музыка гарема.</p>
    <p>Он подавал ей кофе в розовых чашечках, а на блюдце непременно клал вафельку с розово-белым нутром. Он укрощал ее вздорные, давно не юные волосы, и на голове появлялась летящая, словно небрежно распушенная ветром прическа, с естественными непокорными перьями, и в этом обрамлении смягчался ее хмурый лоб и жесткий подбородок. Она помнила парикмахерские времен своего детства, военных времен: деревянные кабинки и реклама шампуня <emphasis>Amami</emphasis>, где были изображены белокурые дамы с буклями. Губы у дам алели — не бантиком по моде тридцатых годов, а огромной распустившейся розой — по моде сороковых. Слово "Amami" она еще в детстве мысленно рифмовала с "губами", всегда чуяла, что они тесно связаны. Став лингвистом, она научилась спрягать глагол "любить" на нескольких языках и внезапно осознала, что <emphasis>Amami</emphasis> — эротическое приглашение, даже приказ. <emphasis>Amami</emphasis>, люби меня, твердили блондинки из-под безупречно уложенных локонов. Ее мать садилась под сушку — этакую махину с неровными краями, — а на голове у матери посверкивали металлические бигуди, зажимы и заколки. Выходила она из парикмахерской с жесткой многоярусной "укладкой", которая колыхалась при каждом шаге и походила на гору восковых фруктов. В эти минуты мать казалась насквозь искусственной, смотреть на ее голову было неловко — почти как на неестественную белизну ее зубного протеза.</p>
    <p>Купола сушек, спускаясь сверху, втягивали тебя, обхватывали твою голову щупальцами — эти парикмахерские манипуляции напоминали какую-то электрошоковую инициацию во взрослую женскую жизнь. Она вспомнила, как ей самой впервые делали "укладку", — ощутила жар и жужжание сушки, слегка подкопченную кожу на голове, пересохшие, готовые вспыхнуть волосы.</p>
    <p>В шестидесятых и семидесятых она отдала свои волосы во власть природы, и они отросли длинные, прямые, тяжелые — этакий глянцевый каштановый полог. В парикмахерскую она тогда вовсе не ходила. За эти годы деревянные кабинки ушли в небытие, пространство стало открытым, общим и безжалостно честным, на смену колпакам-сушкам почти везде пришли фены, а бигуди и заколки стали пластмассовыми.</p>
    <p>Однако к парикмахеру обратиться пришлось: ее волосы начали стареть, потускнели, посеклись, стали легкими, точно пух. Люсьен пообещал, что завитки и волны — натуральные, по новой моде — омолодят ее и скроют все эти недостатки, эту, в сущности, естественную смерть клеток. Надо сделать коротко и живенько, сказал Люсьен и тактично продемонстрировал, что он имеет в виду. Встав над нею, он сжал своими прекрасными руками ее всклокоченную голову, обнял ее, словно священник чашу Грааля. Она глянула мельком, быстро-быстро — да это выглядит лучше, чем прежде, — и отвела глаза.</p>
    <p>Она всецело доверила ему отвечать за распад ее личности.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Люсьен всегда опаздывал — сам назначит клиенту время и сам же опоздает. В салоне роились юные существа мужского и женского пола, и он останавливался, чтобы ободрить всех терпеливо ожидающих клиентов, чьи взоры были с неизменной надеждой устремлены в зеркала. Постоянно звонил телефон. Сама она сидела на мягчайшем розовом пуфе, словно в розовой пене, и читала в глянцевом журнале <emphasis>Ее волосы </emphasis>статейку — разом напыщенную и ерническую (такое сочетание вполне распространено) — о парикмахере как новом целителе, врачевателе душ.</p>
    <p>Журнал сообщал, что когда-то парикмахер, в сущности, был местным доктором: удалял зубы, вправлял вывихи, лечил женские хвори. Теперь же, в эпоху всеобщего отчуждения, парикмахер выполняет важнейшую функцию — он слушатель, готовый внимать всем вашим бедам, готовый утешить.</p>
    <p>Люсьен ничего такого не делал. Он пошел иным путем: превращал плененного клиента в психиатра и гуру. По крайней мере, Сюзанне выпала именно эта миссия, — возможно, выбор определялся ее полнотой, которая считывалась как образ матери. К тому же опыт профессионального слушателя у нее имелся изрядный: она преподавала в университете. В общем, Люсьен все это почувствовал и попросил у нее совета.</p>
    <p>— Я не готов провести тут, в заточении, лучшие годы. Я хочу большего. В жизни должен быть смысл. Я уже попробовал тантрическое искусство и школу медитации. Вы ведь разбираетесь в таких вещах, да? Насчет жизни духа?</p>
    <p>Его пальцы порхали и щелкали у нее в волосах, отделяли прядь за прядью и скашивали, скашивали…</p>
    <p>— Не очень-то разбираюсь… Я — человек неверующий.</p>
    <p>— Но я хотел бы двинуть в искусство. Про искусство-то вы точно знаете? Про мою розовую женщину голую сразу все поняли. С чего мне начать?</p>
    <p>Она посоветовала ему читать Лоуренса Гоуинга. Зажав очередную прядь заколкой, он отложил ножницы и записал имя в сизо-серый кожаный блокнотик. Она продиктовала, где найти хорошие заочные курсы и чьи лекции стоит послушать в музеях.</p>
    <p>В следующий раз речь зашла уже не об искусстве, а об археологии. Никаких свидетельств хождения в музеи и чтения рекомендованного автора Люсьен не предъявил.</p>
    <p>— Меня притягивает прошлое, — признался он. — Кости в земле, клады с золотыми монетами, все такое. Я на днях ходил в Сити, они там копают святилища времен римских колонизаторов. Митреумы. Вот ведь религия была! Омовение бычьей кровью, тьма и свет… Завораживает!</p>
    <p>Хорошо бы он просто привел в порядок ее голову. Молча. Порхающие ножницы, порхающее сознание. Это диагноз. Она испугалась. Все, ради чего она трудилась, все важное и взаимозависимое, было для него разрозненными осколками и черепками. Пиши книги, читай лекции, связывай факты неразрывной нитью, но знай: эти нити сверкнут и исчезнут.</p>
    <p>— Неужели так пройдет жизнь? С утра до ночи обихаживать старушек из лондонских предместий? — сказал он. — Я нацелен на большее.</p>
    <p>— На что именно? — спросила она, встретив в зеркале задумчивый взгляд Люсьена над мокрой паклей ее волос.</p>
    <p>Он облил их пеной и проговорил:</p>
    <p>— На красоту. Я жажду красоты, жажду прекрасного. Я хочу плыть на яхте среди греческих островов с красивыми людьми. — Он взглянул ей прямо в глаза. — Хочу увидеть знаменитые храмы и скульптуры. — Он надвинулся на нее всем телом и опустил ее голову, нажав на затылок, так что теперь ее нос почти уткнулся в молнию на ширинке его брюк. — Опять вы мыли голову без кондиционера, — сказал он. — Не любите вы себя, одно слово — не любите.</p>
    <p>Она покорно склонила голову, а он стал яростно тереть кожу у основания ее черепа.</p>
    <p>— Можно бы слегка оттенить, — проговорил он без особого энтузиазма. — Добавить бронзы или осенней листвы…</p>
    <p>— Спасибо, не стоит. Предпочитаю естественный цвет.</p>
    <p>Он вздохнул.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Он начал рассказывать ей о личной жизни. Она подозревала, что он гомосексуален, — тому было много свидетельств прямо тут, перед глазами. В салоне вечно крутились молодые красавцы-парикмахеры: забегут, пощелкают ножницами, похихикают вместе в уголках и отправятся восвояси. Китаец, индонезиец, шотландец из Глазго, южноафриканец. Хозяин на них покрикивал, шушукался с ними, обменивался подарками. Они вечно то занимали, то отдавали друг другу какие-то небольшие деньги. Как-то она пришла попозже и застала их за игрой в покер — сидят в кружочек, чисто мужской компанией. Девушки находились у них в подчинении, пылая яркой, но безнадежной красотой. Ни одна долго не задерживалась. В те дни они носили розовые с кремовой отделкой шелковые комбинезончики. Личная жизнь у хозяина заведения определенно бурлила: он неимоверно долго висел на телефоне — то ворковал, то бушевал, то нежно шептал, то гневно шипел, — но слова были неразличимы, словно тонули в промокательной бумаге, а голос, вернее, голоса в трубке раздраженно скрежетали. Ее походы в парикмахерскую становились все продолжительнее: сначала он подолгу разговаривал по телефону, потом столь же долго объяснял ей, что происходит, причем жестикулировал, а она наблюдала за его отражением в зеркале: летит, точно мальчик на велосипеде, не держась за руль.</p>
    <p>— Простите, я сегодня немного рассеян, — произнес он. — У меня экзистенциальный кризис. Произошло нечто, что ни при каких обстоятельствах произойти не могло. Но я стремился к этому всю жизнь. И обрел!</p>
    <p>Он небрежно стер пену с ее мокрого лба, промокнул глаза. Она заморгала.</p>
    <p>— Я обрел любовь, — сказал он. — Полную, совершенную близость. Абсолютную совместимость. Чудо. Я нашел свою вторую половинку. Потрясающей красоты девушка!</p>
    <p>Она не знала, как ответить. И сказала тоном школьной директрисы (а откуда было взять иной тон?):</p>
    <p>— И это причина кризиса?</p>
    <p>— Она меня любит. Я долго не верил, но это так. Она меня любит. И хочет, чтобы я жил с нею.</p>
    <p>— А ваша жена?</p>
    <p>Ведь у него имелась жена — та, что не одобрила покупку "Розовой обнаженной".</p>
    <p>— Она велела мне выметаться. И я ушел. Отправился к ней — к моей подруге. Она, моя жена, приехала и забрала меня назад. И сказала, что мне надо сделать выбор, но она думает, что я выберу ее. Я ответил, что сейчас лучше ничего не решать, жизнь покажет. Я сказал: откуда мне знать, чего я хочу, я же в состоянии экстаза! Откуда мне знать, что это надолго, что она меня не разлюбит?</p>
    <p>Он нетерпеливо нахмурился и помахал ножницами в опасной близости от ее висков.</p>
    <p>— Жену только приличия заботят, респектабельность. Говорит, что любит меня, а на самом деле только и думает, что скажут соседи. Хотя дом свой я люблю. И содержит она его в порядке, в этом ей не откажешь. Не то чтоб у нас там очень стильно, но — со вкусом.</p>
    <p>Последующие несколько месяцев или, возможно, год эта история развивалась ни шатко ни валко, так и не превратившись в сколь-нибудь складный сюжет. Сюзанна постепенно поняла, что он очень плохой рассказчик. Ни один из характеров не обрел живости и законченности. Ей так и не удалось представить себе красотку-подругу или хотя бы понять, как эта девушка проводит время, свободное от полного единения и слияния с Люсьеном. А что являет собой жена? Стерва она или страдалица, нервничает она, терпеливо ждет развязки или же иронически самоустранилась? Даже эти версии и образы были изобретены исключительно самой Сюзанной. Приблизительно через полгода обрывочного повествования Люсьен сообщил, что его дочка крайне расстроена происходящим, поэтому он вынужден то приходить, то уходить — короче, живет на два дома.</p>
    <p>— У вас есть дочь?</p>
    <p>— Ага, пятнадцать лет уже. Нет, семнадцать! Вечно я у всех возраст путаю.</p>
    <p>С этими словами он легким движением поправил свои блестящие волосы и удовлетворенно улыбнулся себе в зеркале. Она наблюдала.</p>
    <p>— Мы очень рано поженились, — сказал он. — Были совсем молоды, не понимали, что почем в этой жизни.</p>
    <p>— Для юной девочки очень вредно, когда родители ссорятся.</p>
    <p>— Это точно. Для всех вредно. Дочка говорит, что, если я продам дом, ей будет негде жить. А ей экзамены сдавать. Но дом-то я продам, как иначе оплачивать квартиру моей подруги? За полквартиры-то я должен платить? Дом и квартиру мне не потянуть. Жена, само собой, выезжать не хочет. Оно и понятно, но она тоже должна понять, что я не готов так жить, не готов вечно раздирать себе сердце. Я должен решить однозначно.</p>
    <p>— Похоже, вы уже решили — вы выбрали подругу.</p>
    <p>Он глубоко вздохнул и положил на подзеркальник все, чем жонглировал: расческу, ножницы, фен.</p>
    <p>— Решил, но мне страшно. Я до смерти боюсь, что приму решение — и останусь ни с чем. Если она получит меня на все время, ну, подруга моя, то ведь может и разлюбить. И я так привязан к своему дому, там так уютно, я привык там ко всему, к этим старым креслам. Я не готов даже помыслить, чтобы все продать, что ничего этого не будет.</p>
    <p>— Любовь — непростое дело.</p>
    <p>— Еще какое непростое!</p>
    <p>— Вам не кажется, что у меня на макушке поредели волосы?</p>
    <p>— Что? Да ни капельки, не волнуйтесь. Мы вот их сейчас зачешем, приучим на эту сторону падать — ничего и не видно. Как думаете: она имеет право больше чем на половину денег от продажи? Если продать дом?</p>
    <p>— Я не юрист. Я ученый, античник.</p>
    <p>— Мы, кстати, уезжаем в отпуск в Грецию — помните? Мы с подругой. Под парусом по греческим островам. Я купил все снаряжение для подводного плаванья. Салон на месяц закрывается.</p>
    <p>— Спасибо, что предупредили.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Пока он отсутствовал, в салоне сделали ремонт. Об этом он ее не предупредил, да и с какой стати? Цветовая гамма поменялась по последней моде: теперь тут царили темно-бордовые и голубовато-серые оттенки. Оттенки высохшей крови и инструментов резни — такова была первая ассоциация Сюзанны по возвращении. Эту палитру она отчетливо не любила. Все в салоне переменилось. Потолки стали ниже; вместо синих тележек — стальные в стиле хай-тек, вместо прозрачных, почти аквариумных окон — свинцово-серые, непроницаемые снаружи и вовсе не пускающие внутрь свет, отчего даже яркие дни тут выглядели уныло. Музыку подобрали под стать: приглушенный тяжелый металл. Молодые мастера — и мужчины, и девушки — бегали в темно-серых японских кимоно, а клиентов, которых она про себя величала пациентами, облачили в точно такие же накидки-кимоно темно-бордового цвета. Ее собственное лицо в зеркале стало серым, утратив обманчивый легкий румянец, который оно обретало в этом салоне в былые времена.</p>
    <p>"Розовая обнаженная" исчезла. На ее месте висели фотографии девушек с черными как смоль глазами и колючими ресницами, а над их серыми лицами сияли красно-медные шевелюры под цвет пышных, чуть приоткрытых губок, готовых всосать в себя, допустим, микрофон или, возможно, нечто иное. Новые чайные чашки были черными и шестигранными. Вместо розовых вафелек подавали овальной формы засахаренные конфеты, черные и белые, точно камни для китайской игры го. Оправившись от первого шока, она решила, что пойдет в другой салон. Но одумалась: вдруг случайный, незнакомый мастер сделает из нее полную дуру? Все-таки Люсьен понимает ее волосы, уговаривала она себя. А ее волосы в те дни крайне нуждались в понимании, их оставалось все меньше, из них постепенно уходила жизнь.</p>
    <p>— Как ваш отпуск? Удался?</p>
    <p>— Ах, полная идиллия. Да-да, мечта! Как жаль, что пришлось возвращаться. Она обратилась к адвокату. Требует оставить ей нажитый в браке дом — в компенсацию труда, который она в него вложила, и для дочери. Я говорю, мол, дочь же вырастет, будет сама работать, верно? Не вечно же ей держаться за материну юбку?!</p>
    <p>— Мне на сей раз надо особенно хорошо выглядеть. Я получила премию. Медаль переводчика. И мне предстоит выступить. По телевидению.</p>
    <p>— О, мы постараемся! Будете блистать! Это делает честь моему салону! Вам нравится наш новый интерьер?</p>
    <p>— Очень занятно.</p>
    <p>— Еще бы. Еще бы! Хотя фотографиями я не вполне доволен. Рассчитывал на что-то более интригующее. Нужны фотографии под цвет — у нас серо-стальная гамма.</p>
    <p>Он колдовал где-то высоко над ее головой. Приподнял влажные волосы на растопыренных пальцах, впустил внутрь воздух — и волос оказалось словно бы вдвое больше. Иллюзия. Он потянул одну прядь сюда — заколол, другую туда — заколол, сам покачал головой туда-сюда, глядя на ее непримечательный бюст. Ее голова тоже начала непроизвольно покачиваться вслед, на что он сказал не самым учтивым тоном:</p>
    <p>— Держите голову ровно. Как работать, если вы ныряете, точно гусыня?</p>
    <p>— Простите.</p>
    <p>— Ничего страшного, просто держите голову.</p>
    <p>Потом он вдруг по-мышиному притих и нажал ей на затылок всей тяжестью ладони. Она с усилием подняла глаза и увидела, как он взглянул на часы, а потом вдруг причудливым балетным движением — одновременно вывернув запястья, ножницы и кончики пальцев прямо у нее надо лбом — вдруг ткнул стальным лезвием в мякоть своего большого пальца, так что кровь брызнула струей и даже попала ей на кожу, меж жидких волос.</p>
    <p>— Боже! Простите, я отбегу, ладно? Я порезался. Видите?</p>
    <p>Он помахал у нее перед носом окровавленным пальцем.</p>
    <p>— Вижу, — сказала она. — И видела, как вы порезались.</p>
    <p>Он послал ей в зеркале сверкающую улыбку, но в глаза не глядел.</p>
    <p>— Это — маленькая парикмахерская уловка. Когда мы падаем с ног, когда трудимся нон-стоп без перекуса и передышки, мы — раз! — кольнем себе пальчик и получаем право сходить в туалет, съесть шоколадку или, если повезет, булочку с сыром. Так вы меня простите? Я умираю от голода.</p>
    <p>— Конечно идите.</p>
    <p>Сверкнув стеклянной улыбкой, он выскользнул из зала.</p>
    <p>Она ждала. За воротник затекло немного воды. Еще несколько капель добрались по лбу до самых глаз. Она смотрела на свое бедное лицо, на сырую реденькую паклю волос, на пару сиротливых оловянных бигуди с прищепками. Ее охватила нежная жалость и ярость: как, когда появилось у нее это лицо? Она помнила себя, нет, не девушкой, а молодой женщиной, смотревшей из-под густого каштанового полога волос на свое лицо и не верившей, что однажды эту кожу тронет крапина, появятся морщины, брыли, мешки под глазами. Это мое лицо, думала она тогда. Вот это, нынешнее лицо она тоже хотела бы принять за свое — поскольку была воспитана в уважении к честности, — хотела, но не могла. Что, кто совершил это превращение, почему посерела и шелушится кожа, почему не разгладить эти въедливые борозды? Кто виноват, как не она сама, как не прожитая ею жизнь? Она никогда не слыла красавицей, но когда-то лучилась обаянием и живой теплой силой, кровь в ней кипела и глаз горел. Не было у нее классического профиля, который можно сохранить до седых волос, не было птичьей хрупкости, которая не дает стареть. Была одна лишь жизнь плоти. А теперь эта плоть начала умирать.</p>
    <p>Она панически боялась похода на телевидение: признание пришло слишком поздно, когда она уже не стремилась под чужие взгляды. Ведь камера так и норовит выхватить оплывший подбородок, ввалившиеся глазницы, выставляет напоказ штрихи и трещины времени — как их ни прячь, как ни припудривай. Телекамеры делают столь интересные открытия, что слова, простые слова, которые ты при этом произносишь, пропадают впустую, а вот память о сколотом зубе, о заблудшей красной точке на веке, о нелепой прическе сохранится в памяти зрителей.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Если бы он не оставил ее так надолго, если бы она не сидела, глядя на свое мокрое лицо, возможно, ничего бы не случилось.</p>
    <p>В креслах по бокам от нее происходили великие таинства. Слева чью-то голову втискивали в розовый нейлоновый мешок, нечто среднее между чулком, в котором грабят банк, и чудовищным презервативом. Молодой китаец методично извлекал через отверстия этого сооружения прядь за прядью: подденет — вытащит, подденет — вытащит. Голова при этом напоминала отвратительную розовую плешь, на которой там и сям взбулькивают кочки. Справа пухлая девушка трепетно закатывала массивные пряди другой девушки в змеевидные колбасы из фольги. Из динамиков доносился глухой барабанный бой и скрежет-лязг, — похоже, кто-то потрясал кандалами. Какая глупость, думала она, надо скорей домой, надо уйти, а как идти — я же вся мокрая… Сидевшие справа и слева женщины и она сама в ужасе уставились в зеркало — каждая на свое уродство.</p>
    <p>Он возвратился и вяло взял в руки ножницы.</p>
    <p>— Сколько хотите снять? — спросил он небрежно. — Концы-то как посеклись! Волосы портятся. Велел же вам их подкармливать, пока меня не будет.</p>
    <p>— Много не снимайте, я хочу выглядеть поестественней…</p>
    <p>— Я обсудил с подругой. И принял решение. К жене не вернусь. Больше не могу все это выносить.</p>
    <p>— Она очень сердится?</p>
    <p>— Вообще распустилась. И в этом ее ошибка. Она махнула на себя рукой. Ноги толстые — вот тут, на щиколотках, раздулись, — аж над туфлями нависают. Отвратительно. Видеть не могу.</p>
    <p>— Так бывает. Вода плохо из организма выводится…</p>
    <p>Вниз, на свои щиколотки, она не смотрела. Он взялся за короткие волосы у самой шеи.</p>
    <p>— Люсьен, — взмолилась пухлая девушка, — помогите мне с перманентом! Что-то у меня не получается.</p>
    <p>— Ты давай поосторожнее, — сказал Люсьен, — а то мадам позеленеет и задымится. Нам только этого не хватало! Иди-ка сюда, достриги даму — вы же не возражаете, дорогая? Дейдра с вашими волосами справится, как никто, и она очень тактична, я ее сам обучал, а я уж посмотрю на этот перманент. Мы как раз испытываем новый уникальный метод, проблемы уже были, не хотелось бы новых…</p>
    <p>Дейдра ужасно старалась ее разговорить, но Сюзанна молчала. Тоненький тревожный голосок девушки долетал откуда-то издалека: "А дети у вас есть? А до дому вам далеко? Идти или ехать? Вам нравится построже? Сделать с начесом?…" Сюзанна сидела как каменная и думала о щиколотках Люсьеновой жены. Она должна была, просто обязана была посочувствовать этой неизвестной несчастной женщине, поскольку ее собственные щиколотки тоже разбухли и терлись о край обуви. С внезапной ясностью она вспомнила день, когда она — еще Сюзи, а не Сюзанна — весь день напролет занималась любовью с итальянским студентом на курсе в Перудже. Она вспомнила свои маленькие, округлые розовые груди, свои длинные ноги, раскинутые на ширину узкой односпальной кровати, жар, пот, его плечи и как они стукнулись лбами, пытаясь слиться в одно целое. И вот они достигли такой точки, такой любви, когда ни один из них уже не мог двинуться, они попытались встать, чтобы сходить за водой, поскольку оба умирали от жажды: простыни были мокры от пота, во рту пересохло, но, приподнявшись, они снова рухнули на кровать, тело к телу, кожа к коже. Да кому сейчас есть до этого дело? В ней вскипела обида за женщину с толстыми щиколотками, красная ярость волной поднялась от ног — через грудь, через шею, ударила в лицо, которое, должно быть, вспыхнуло, как красный флаг, но разве поймешь в этом ненормальном жестоком сером свете? Дейдра начесывала завитки, вытягивая их вверх до последнего волоска. Кто бы мог подумать, что у старухи так много волос? Сардельки и раковины улиток, грозди винограда и петли, петли… Она различала картинку смутно, потому что красная волна нахлынула до самых глаз и застлала их красной пеленой, но она узнавала все, что видела. Японцы говорят, что демоны иного мира добираются до нас сквозь зеркала, как рыбы сквозь воду, и как раз сейчас к ней плыл толстый демон с выпученными глазами и развевающимися плавниками, увенчанный короной-пирамидой, короной-змеей, ее собственная мать во плоти, со свежей укладкой, во всей своей нелепой ирреальности.</p>
    <p>— Ну вот, — сказала Дейдра. — Отлично вышло. Сейчас принесу еще зеркало, сзади посмотрите.</p>
    <p>— Ничего отличного, — сказала Сюзанна. — Отвратительно.</p>
    <p>В салоне повисла тишина. Дейдра в ужасе взглянула на Люсьена.</p>
    <p>— Мадам, девочка сделала куда лучше, чем я, — сказал он. — Придала волосам объем. Именно это сейчас и требуется, очень модно. Вы действительно шикарно выглядите.</p>
    <p>— Это ужасно, — сказала Сюзанна. — Я похожа на старуху с укладкой.</p>
    <p>Она увидела, как все переглянулись, подтверждая друг другу, что такая она и есть.</p>
    <p>— Неестественно, — проговорила она.</p>
    <p>— Сейчас Дейдра уберет начесик, — сказал Люсьен.</p>
    <p>Сюзанна подняла бутылку с гелем, полную. И со всего размаху шарахнула ею о серую стеклянную полку; раздался треск. Как загипнотизированная смотрела она на трещину, жирно умащенную гелем.</p>
    <p>— Не трогайте меня! Верните мои настоящие волосы! — закричала Сюзанна и ударила еще сильнее, разбив разом и полку, и бутылку.</p>
    <p>— Дражайшая мадам, — начал Люсьен приторным увещевательным голосом.</p>
    <p>Она видела сразу несколько Люсьенов, и все они на нее надвигались, отражаясь в зеркалах от стены до стены: целая когорта стройных фехтовальщиков в обтягивающих брюках размахивала блестящими ножницами, словно шпагами.</p>
    <p>— Не подходите! — выкрикнула она. — Замрите. Ни шагу вперед.</p>
    <p>— Успокойтесь, — сказал Люсьен.</p>
    <p>Сюзанна захватила маленькую цилиндрическую баночку и запустила в одного из Люсьенов. Банка разбилась, точно бомба, с ласкающим слух грохотом, по зеркалу разбежалась паутина трещин, и оно со звоном рассыпалось на кучу хрустальных самородков. Перед Сюзанной стоял целый строй таких баночек-бомб. И она принялась метать их во всех направлениях. Трещины зазмеились по всем зеркалам. Одни стонали тихонько и сипло, другие — мгновенно разлетались осколками. Раскрутив над головой коробку со шпильками, она запулила ею в зеркало — этакий начиненный железяками разрывной снаряд. Она вырывала фены из розеток, она заливала душистой пеной фотографии панкующих девиц с красно-медными волосами. Колотила щетками по раковинам и запустила тарахтеть тележку, а та, опасно раскачиваясь и роняя по дороге комки ваты и звонкие гирлянды зажимов и заколок, сбила с ног молодого китайца, который — единственный из присутствующих, — похоже, не замер, где стоял. Идиотскую тарахтящую музычку она заткнула с одного прицельного броска: в магнитофон полетел псевдоантичный гипсовый горшок с "Эмульсией юности", омолаживающая жидкость тихой струйкой слилась в кассету, и та крутилась все медленнее и наконец замерла в густеющей жиже цвета кровь-с-молоком.</p>
    <p>Когда она закончила — а она не закончила, пока не иссякли все ресурсы, всё, что годилось, чтобы швырнуть, она не могла остановиться, потому что уже боялась того, что неминуемо произойдет, когда она закончит, — в салоне наступила полная тишина. Люди молчали, слышны были только странные, резкие звуки, и они неслись отовсюду. Миска покачивалась на стеклянной полке. Ножницы дергались-танцевали на крюке с замирающей амплитудой. Время от времени, неравномерно, отваливались кусочки зеркал — словно звонкие градины, они падали на полки и на пол. Шорох шпилек. Скрежет треснутых стекол. Капли крови с ее собственных рук. Люсьен подошел — хрустя подошвами по сверкающему, усыпанному осколками полу — и промокнул ее руки полотенцем. Ему тоже перепало: пятна крови на рубашке, алый мазок во весь лоб, но ничего опасного. Они остались на внезапно опустевшем поле брани, среди блестящих осколков, душистых ручьев и венозно-синих и пурпурных лужиц от растекшихся мазей, среди пузырей бурой пены и нестерпимо ярких пятен пролитой оранжевой хны, кобальта и меди.</p>
    <p>— Я, пожалуй, пойду… — Словно слепая, она выставила вперед кровоточащие руки и сделала шаг к двери, так и не сняв темно-бордовую бесформенную накидку.</p>
    <p>— Дейдра принесет вам кофе, — сказал Люсьен. — Надо посидеть, отдышаться.</p>
    <p>Он взял щетку и смахнул с кресла осколки. Она смотрела растерянно, не зная, что делать.</p>
    <p>— Присядьте, мадам. Нам всем порой хочется такое учинить. Просто решимости не хватает. Садитесь.</p>
    <p>Они обступили ее — молодые лица, молодые тела, все успокоительно щебетали, ласково протягивали руки.</p>
    <p>— Я пришлю вам чек.</p>
    <p>— Страховка все покроет. Не волнуйтесь. В какой-то мере вы оказали мне большую услугу. Цвета-то выбраны неудачные. Подумаю — может, перекрашу. Или получу страховку да и прикрою дело. Мы с подругой подумываем взять киоск в гипермаркете "Антик". Бижутерией всякой торговать. Китч тридцатых-сороковых. Она знает, где все это брать. Так что могу получить страховку, и прости-прощай. С меня достаточно. Скажу как на духу: я и сам сто раз хотел тут все расколотить, только чтобы вырваться на волю, — это же клетка, стеклянная клетка, а я хочу в реальный мир. В общем, дорогая, ни о чем не тревожьтесь, все хорошо.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Дома она просто села и сидела. Ее колотила дрожь, щеки полыхали, в глазах стояли слезы. Вот сейчас, сейчас она возьмет себя в руки, примет душ, вымоет голову — избавится от этих жутких начесанных кудряшек, превратит их обратно в жалкие крысиные хвостики. Неожиданно пришел муж. Она его не ждала, она давно перестала его ждать, зряшное это занятие, ибо его передвижения были непредсказуемы и необъяснимы. Он заглянул в комнату: крупный, вполне бодрый, лишь для вида утомленный работой. Она смотрела на него молча. И он ее, против обыкновения, увидел.</p>
    <p>— Ты как-то иначе выглядишь. А-а, укладку сделала! Мне нравится. Чудесно, чудесно. Прямо двадцать лет сбросила. Надо почаще в парикмахерскую ходить.</p>
    <p>А потом он подошел и поцеловал ее в стриженый затылок — внизу, у самой шеи, как когда-то.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Художники<a l:href="#n_109" type="note">[109]</a></p>
    </title>
    <p>В 1947 году Матисс написал <emphasis>Le Silence habité des maisons</emphasis>, то есть "Молчание, обитающее в домах". В своей книге о художнике сэр Лоуренс Гоуинг поместил репродукцию этой картины, правда очень маленькую, черно-белую. За прямоугольным столом, расположившись по сторонам одного угла, сидят близко двое: возможно, мать — она задумчиво положила подбородок на руку, локтем опирается на стол — и, возможно, ее сын — или дочь? — листает огромную белую книгу, выгиб страниц которой вторит изгибу детского предплечья. На переднем плане ваза с цветами, на заднем — окно, разделенное рамой на шесть квадратов, за окном — кущи деревьев, и не светит ли солнце? Лица людей на картине — простые белые овалы, без каких бы то ни было черт. В левом верхнем углу полотна, вровень с верхом оконной рамы, над кирпичною кладкой, — некий белесый, мелом начертанный контур, так рисуют дети круг на стебле. Жаль, что репродукция в книге Гоуинга не цветная, но ведь можно, существует такой соблазн — вообразить роскошные цвета, какие, по мнению Гоуинга, "в столь невообразимых сочетаниях доступны лишь великим художникам в старости". Поздние картины Матисса, пишет Гоуинг, насыщены необыкновенной жизненной силой: "Матисс в конце концов спокойно и непринужденно заставляет служить искусству самый неистовый порыв". Репродукция в книге Гоуинга — крошечный темный прямоугольник, напоенный сдержанными, приглушенными оттенками серого: тут есть угольно-серый, и серый как сланец, и бледно-серый, как мягкий растушеванный карандаш. И на месте серого можно вообразить что-то огненное — кармин или киноварь; или пульсирующую иссиня-черную темноту; или, может быть, золото с зеленью (за окном). Темноту ребенка на картине можно представить черной по черному, черной по синему или синей по какому-то красному. Только книга — белая. И что же за неведомый тотем взирает на них с шестка?…</p>
    <p>В доме номер 49 по улице Альма-роуд царит молчание, но не столько <emphasis>обитающее</emphasis>, сколько <emphasis>обитаемое</emphasis>: не звучат голоса людей, но есть звуки — иные настойчивы и пронизывают весь дом. Впрочем, приспособленное к ним ухо вполне может принять их за шумовой фон молчания. Ритмично плюхает белье в барабане стиральной машины: мокрая масса вертится в одну сторону, замирает, машина чуть посипит и запускает вращение в другую сторону, с легким призвуком шлифовального камня. Привычный к обитанию средь подобного шума человек загодя готов к звукам отжима, и ему нипочем, когда машина завизжит и станет отбивать барабанную дробь ножками о кафельный пол.</p>
    <p>Тут же грохочет сушилка. Она уже старая, графитовые щетки мотора износились, медленно вращается, бухает и скрипит барабан. Комок белья внутри проворачивается, падает с глухим стуком, поднимается, проворачивается и снова глухо шмякает. Рукава и чулки переплетаются с тоненькими лямками комбинаций, бретельками бюстгальтеров, скручиваются в жгуты и шары; чуткое ухо по стуку отличит ткань и объем закладки.</p>
    <p>Утро в разгаре; в гостиной сам для себя бурчит телевизор, никто его не смотрит. Бурчит негромко, в доме есть правило: сильно не шуметь. В телевизоре пошумливают женщины-ведущие детских телепрограмм, нарочито задорно и жизнерадостно щебечут, регулярно чем-нибудь восторгаются; там же ворчит, гогочет и пронзительно пищит целая орда меховых кукол: косоглазый мордастый стог сена цвета фуксии, синяя песчанка с завитым хвостом да свернувшаяся в клубок почти неподвижная изумрудная змея с хлопающими ресницами и трепещущим языком ярко-красного цвета, в какой красят почтовые ящики. В четко отмеренное время щебет ведущей, хрюканье и кваканье кукол прерываются музыкальными вставками, чем-то даже напоминающими цикл раскрутки барабана стиральной машины: звучит барабанная дробь, вступают деревянные духовые, рассыпается перкуссия — та-та-та-та́, — словно знаки препинания в тексте. А в конце этой музычки вылетает на отсутствующего зрителя сплошной розовый экран с яростно-зеленым логотипом телекомпании "ТН-ТВ".</p>
    <p>На первом этаже из-под закрытой двери Джейми слышно, как бегает по кругу и шелестит по игрушечным рельсам игрушечный локомотив. В Наташиной комнате почти тихо: Наташа слушает музыку в больших наушниках и не слышит никаких внешних звуков, в голове ее мечется дикий стройный шум: стучит ударник, взрываются крики, завывают солисты. Она лежит на кровати и подергивается в такт. Любой, кто войдет на этаж, уже из дальнего конца коридора услышит глухие удары ослабленного этого звука, что пытается вырваться из своей парной кожаной оболочки, напоминающей боксерские перчатки. На лице у Наташи пустое блаженное выражение Матиссовых возлежащих женщин. Ее лицо белокоже, овально, лучится юностью. Ее иссиня-черные волосы разметались веером по подушке с наволочкой, которую пора бы уже сменить. Постельное прямоугольное покрывало пестрит черными силуэтами то ли папоротников, то ли морских водорослей на алом фоне — когда бы не Матисс, дизайнер до такого ни за что б не додумался. Наташины руки и ноги свисают с кровати за пределами сбитого покрывала: белые, мягкие, расслабленные, подергивающиеся. Простовато для одалиски, но изгибы и линии не менее соблазнительны. Только вот, пожалуй, подергивания живописец не сумел бы запечатлеть.</p>
    <p>В комнате Деборы (по-домашнему — Дебби) стучит пишущая машинка. Это старая механическая пишущая машинка с металлическим стуком и звоном: она выстукивает строчку, потом клацает каретка и музыкально — или почти музыкально — звякает колокольчик. Тук-тук-тук такатта́ такатта́ такатта́ клац динь такатта́ тук тук. Тишина. Дебби задумалась за машинкой, положив овальный подбородок на сцепленные продолговатые ладони, ее черные волосы изящно вьются у шеи. Ясно, откуда у Наташи ее красивые иссиня-черные волосы, кожа цвета слоновой кости. Дебби хмурится. Стучит по зубу (эмаль цвета слоновой кости, чуть темнее, чем кожа) овальным ногтем маренового цвета. У Дебби очень тесный кабинет — или студия. Тут стоит мольберт: когда не нужен, его отодвигают к окну, и свет из окна пропадает почти совсем, мольберт закрывает ярко-красные герани и кобальтовые лобелии, что растут в ящике на подоконнике. Дебби работает или за столом, или у мольберта, но не одновременно у того и у другого, как ей бы хотелось. Она редактор статей о дизайне в журнале "Место женщины", где пусть туманно, но продвигают мысль, что место женщины не только — и, может быть, даже не в первую очередь — у домашнего очага. Сейчас Дебби работает дома, потому что у Джейми ветрянка и они ждут врача, а врач не знает, во сколько точно придет или не придет, очень напряженный график. У Джейми тот же черный, с синеватым отливом, волос, что у матери и сестры, а ресницы над черными глазами даже длиннее. И кожа у него такая же белая, но вот прямо сейчас она вся покрыта — где гуще, где реже — забавными розовыми точками и бугорками — в основном того же оттенка, что у розовых бегоний с мясистыми листьями, хотя некоторые прыщи уже темно-оранжевые или цвета потухшего вулкана, с корочкой цвета умбры или охры. Телевизор включили для Джейми, но он сейчас не может ни на чем сосредоточиться, слишком уж сильно зудит сыпь: Джейми впивается в кожу обкусанными ногтями, трется о стулья. Дебби поставила его на кофейный столик, обтерла и раскрасила каламином, так что он стал похож на кекс, облитый сахарным сиропом, или на парижский гипсовый манекен: рыхлая обсыпающаяся розово-бежевая поверхность, грубый грим, шелушащаяся краска, скучный блеклый цвет, из-под которого настырно проступает сыпь ветрянки. "Боевой раскрас! — подбадривает Дебби сына, точками и штрихами нанося лечебную жидкость и размазывая ее по маленькому круглому животу и промеж многострадальных горячих ног. — И сахарная глазурь. Тут у нас будут полоски трех цветов". Дебби рада бы раскрасить его полностью — и в папоротниковый зеленый, и в кошениль, только бы он успокоился и отвлекся, но нужно заканчивать текст о новом веянии в дизайне кухонной мебели, о сумасшедших расцветках и потрясающих новых обтекаемых формах.</p>
    <p>Стены в кабинете Дебби окрашены в лимонный цвет, висят фотографии Наташи и Джейми: на самых первых еще совсем голенькие младенцы, а дальше уже школьники со щербатыми улыбками до ушей; несколько крошечных ксилографий, герои сказок: русалка, старая ведьма с веретеном, медведь с двумя розами, и — в совсем другом стиле — маленькая картина маслом, на которой изображен стол: гиперреалистичный деревянный стол, на столе синяя ваза и маленький кубик Рубика. Есть еще две картинки в белых рамках, которые нарисовала Наташа, когда была помладше: ваза с водянисто-красными и фиолетовыми анемонами; платье на стуле: синее платье, серый стул, многообещающие складки и пустота вокруг — может быть, случайная, а может быть, и нет.</p>
    <p>Дебби продолжает печатать, но тут звонят в дверь, она вздрагивает и поворачивает голову на звонок. Продолжает печатать: "…упоительный свежий новый пурпурный цвет напоминает черничный сок с капелькой вмешанных в него сливок". И снова звонок, но уже не дверного звонка: звонит телефон, причем сигнал — один из новых, особенно тонко и противно жужжащих. Это главный редактор, спрашивает, сможет ли она присутствовать на совещании по обсуждению верстки. Она отвечает — вкрадчиво, с увещеваниями, ходит вокруг да около, надеется на снисхождение. Редактор "Места женщины" — мужчина. Он читает, но несколько презирает статьи, которые периодически печатаются в его периодическом издании, о чувстве вины работающей матери. Дебби решается на отвлекающий маневр и смешит его описанием того, в каких местах у бедняги Джейми умудрилась выскочить сыпь. "Вот ведь бедняга!" — квакает редактор прямо в ухо Дебби, больше никто в доме его не слышит.</p>
    <p>По лестнице вверх и вниз по всем трем этажам раскатисто гуляет вой и свист со сложным ритмом, объемное крещендо, сопящее и сосущее; шкрябанье и гул на высокой ноте по временам прерываются неистовым грохотом и злобным завыванием на новый лад. Это ходит вперед и назад и пылесосит миссис Браун — и нужно сказать без обиняков, что без нее мир Дебби давно уже рухнул бы и развалился на части.</p>
    <p>Миссис Браун появилась в доме десять лет назад по объявлению в местной газете. Наташе было четыре, Джейми должен был вот-вот родиться. Дебби нездоровилось, она пребывала в отчаянии и в страхе потерять работу. В объявлении она указала, что уборщица требуется в "семью художников", — в расчете если не на приязнь, то хотя бы на снисхождение к драным обоям и бесконечному бардаку. На объявление почти никто не откликнулся: пара художников-студентов, причем одна из них была незамужняя молодая мама, которая предложила по очереди сидеть с детьми, рисовать и заниматься делами по хозяйству; престарелая подслеповатая бывшая горничная, медлительная как черепаха; и миссис Браун. Цвет кожи у миссис Браун был не черным и не коричневым, а янтарно-желтым: цвета синяка, когда он желтеет перед тем, как окончательно сойти; только синяки бывают местами, а у нее этот цвет был сплошь. Шапка жестких цвета сажи волос, которые, наподобие короны карточного короля, торчат из-под цветастой головной повязки, туго стянувшей лоб на манер махровой повязки теннисиста или чепца старомодной служанки. Одежда у миссис Браун была тогда и остается теперь цветастой и удивительной: она сделана из того, что залеживается в магазинах секонд-хенд, обрезков лент; еще миссис Браун носит джемперы всех цветов радуги, связанные из остатков пряжи, из клубков размером с шарик для пинг-понга, которыми пренебрегают другие вязальщицы. На собеседование она пришла в нечищеном (впрочем, не слишком грязном) тренче кинозвезды — и не снимала его до тех пор, пока Дебби не произнесла пересохшими от волнения губами: "Думаю, мы, вы и я, можем поладить. Как вам кажется?" Миссис Браун решительно кивнула, приняла предложенную ей чашку кофе и сняла наконец свой тренч — под которым оказались шаровары какой-то толстой сливочного цвета ткани, из тех, какими обычно обивают мебель, с чудаковатым узором из распустившихся бутонов ярко-красных индийских цветов, райских птиц и каких-то неземных вьющихся растений; сверху — васильковый шерстяной джемпер, сплошь расшитый маргаритками, белыми хризантемами и оранжевыми с черным гибискусами.</p>
    <p>Миссис Браун не слишком улыбчива. Ее лицо немного похоже на грубую туземную маску: треугольные щеки, длинный, прямой выдающийся нос, губы обыкновенно плотно сжаты. Выражение лица кажется чопорным, или мрачным, или настороженным, или, может быть, — эта мысль приходит в голову последней — смиренным. Ей нравится ходить по дому босиком: сама она объясняет, что не привыкла к такому горячему отоплению, подразумевая — если Дебби поняла ее правильно, — что отопление — нездоровая роскошь. Иной раз она без предупреждения подходит сзади, и поначалу Дебби ужасно пугалась и раздражалась, но теперь привыкла, полностью привыкла к миссис Браун и думает о ней с одним-единственным чувством: только бы та не решила от них сбежать! Конечно, подругой Дебби миссис Браун не назовешь, но для Дебби она самый близкий на земле человек, за исключением разве что членов семьи. Дебби и миссис Браун не делятся сокровенным, не сплетничают — просто в душе они знают все о страхах и невзгодах друг друга, ну или Дебби так кажется; тем не менее она сознает, что миссис Браун известно о ней самой больше, чем ей когда-либо будет известно о миссис Браун, поскольку именно в доме Дебби происходят их отношения. Миссис Браун стирает нижнее белье Дебби и убирает ее рабочий стол, складывает в аккуратные стопки ее личные и официальные, грозные и тайные письма. Миссис Браун пересчитывает бутылки и сметает разбитые стаканы после вечеринок (впрочем, никогда не угощается с чужого праздничного стола). Миссис Браун же меняет постельное белье на кровати Дебби.</p>
    <p>На том решающем собеседовании Дебби, хотя и умирала от любопытства, не спросила миссис Браун о детях: сама Дебби терпеть не может, когда на собеседованиях ее спрашивают, есть ли дети у нее и как она намерена совмещать это с работой. Дебби осведомилась, есть ли у миссис Браун телефон, та ответила — да, есть, он просто необходим, и слово "необходим" произнесла четко и сухо, вот так, без объяснений. "Значит, вы всегда сумеете сообщить мне заранее… — сказала Дебби как можно дружелюбней и обходительней, — если не сможете прийти… Если у вас не получится прийти? Потому что если меня подведут, то мне придется искать на месте выход из положения… А это ну никак не годится". — "Думаю, я человек надежный, — ответила миссис Браун. — Конечно, соловья баснями не кормят, вам нужно убедиться на деле. Но вы не волнуйтесь, за исключением непредвиденных обстоятельств, за мной как за стеной". — "Форс-мажор", — кивает Дебби. "Ну да, и еще Хукер, разумеется", — замечает миссис Браун, не уточняя, кто же этот Хукер.</p>
    <p>Дебби вскоре убедилась, что с миссис Браун, как та выразилась, и впрямь как за стеной. Еще она узнала, хоть и не сразу, что у миссис Браун два сына, Лоуренс и Гарет, второго друзья звали "Гари", сама же миссис Браун — никогда. Когда миссис Браун пришла к Дебби, мальчикам было восемь и десять. Сейчас Лоуренс уже учится в Университете Ньюкасла: там дешевле жилье, объясняет миссис Браун. Гарет ушел из дома, не имея толком ни образования, ни постоянной работы, как говорит миссис Браун — "подался в торговцы". "Сошелся не с теми людьми", — без подробностей уточняет миссис Браун. Хукер — отец Лоуренса и Гарета. Дебби не знает — и не спрашивает, — муж ли он миссис Браун. Когда Наташа и Джейми были совсем маленькими, Хукер время от времени врывался в жизнь миссис Браун, заявлялся в муниципальную квартиру, где она проживает и откуда сам Хукер съехал еще до того, как миссис Браун занялась уборкой у Дебби и других клиентов. Один из своих редких выходных миссис Браун провела в суде, где получила на руки запретительное предписание для Хукера, чтобы перестал ей докучать. Хукер бил миссис Браун: после его визитов у нее появлялись кровоподтеки на шее, шишки на голове и запекшаяся кровь цвета вина на губах. Только однажды Дебби застала миссис Браун в слезах, та сидела на стуле в ванной и плакала навзрыд; Дебби принесла ей кофе, сидела с ней, держала за руки и в конце концов отправила домой на такси. Миссис Браун в свою очередь заботилась о Дебби, когда у той была депрессия после рождения Джейми. Миссис Браун умела быть, когда надо, снисходительной, а когда надо — требовательной. "Я принесла вам супа: поешьте, иначе какой от вас толк?" Или: "Миссис Деннисон, поглядите: я принесла вам сына, он плачет и никак не успокоится, потому что хочет кушать. Хочет к маме на ручки!" Друг к дружке они обращаются "миссис Деннисон" и "миссис Браун". Эта вежливость оставляет между ними удобный промежуток, позволяет свободно дышать. Миссис Браун с негодованием вспоминала о тех нескольких днях, что пролежала в больнице с сотрясением мозга после одного из визитов Хукера: "Они там называют тебя "милая", "солнышко" и прочее. А я им говорю, что требую к себе уважения. Меня зовут миссис Браун, и никак иначе!"</p>
    <p>"Новые технологии молдинга позволяют придавать захватывающие очертания самым банальным предметам. Даже раковина в ванной и баночки…" — печатает Дебби. "Банальным" — неправильное слово, думает Дебби. "Повседневным"? Тоже не то. Пылесос пыхтит на площадке между этажами. Звенит дверной звонок. С верхнего этажа доносится мужской голос, полный ярости:</p>
    <p>— Дебби! Дебби, ты где? Иди сюда на минуту!</p>
    <p>Дебби разрывается.</p>
    <p>Миссис Браун бросает пылесос прямо у балюстрады со всеми его глупыми трубками и безвольно провисшим шлангом:</p>
    <p>— Идите к нему, а я пущу доктора и скажу, что вы вот-вот спуститесь.</p>
    <p>Дебби перешагивает через пылесос и идет в мансарду.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>— Посмотри! — возмущается ее муж Робин. — Ты только посмотри, что она наделала! Ну как втолковать ей, что нельзя так обращаться с моими вещами? Или ей придется уйти!</p>
    <p>Робин занимает весь четвертый этаж, где когда-то было три спальни и крохотная ванная с туалетом: теперь здесь его студия. В крыше большие подвесные окна с полотняными кремовыми и терракотовыми шторами. Тут можно устроить почти любой свет, почти под любым углом. Дебби, как всегда, раздирают эмоции: она боится, что Робин станет кричать на миссис Браун, боится, что миссис Браун обидится; Дебби гневается, хмурится и вместе с тем благодарна, — по крайней мере, он жалуется ей, а не орет на миссис Браун.</p>
    <p>— К Джейми пришел доктор, милый, — отвечает Дебби. — Мне надо идти, это недолго.</p>
    <p>— Вот хотя бы ваза, — не унимается Робин Деннисон. — Всем ясно, что эта ваза — произведение искусства. Ты посмотри на эту глазурь! Только посмотри на эти сочные фрукты, голубые с оранжевым! Зеленые листья с желтой каймой. Дебби, ты только посмотри! Ну скажи мне: кому еще взбредет в голову, что эта ваза — ведерко для мусора?! Что туда можно положить то, что лень убрать куда-то еще или вынести вон?! Кто в здравом уме станет так делать???</p>
    <p>— Ну и что такого? — спокойно спрашивает Дебби, одновременно вслушиваясь в происходящее на лестнице.</p>
    <p>— Вот, посмотри! — кричит Робин.</p>
    <p>В роскошно расписанной, но пыльной вазе — несколько резинок разных цветов, собранные в цепочку скрепки, темная пластиковая шестеренка от каких-то крошечных часов, потрепанная, но неклееная марка, две палочки масляной пастели, синяя и оранжевая, засохшая хлебная корка, обрезок провода, сухая хризантема, три цветные кнопки (красная, синяя, зеленая), темно-голубая запонка без пары, сгоревшая электрическая лампочка с пятном на боку, коробок спичек, фарфоровая накладка на замочную скважину, два ластика, мертвая муха и пара живых муравьев, которые бегают кругами, то ли заняты делом, то ли просто в панике.</p>
    <p>— То, что она делает, просто невыносимо! — уверяет Робин.</p>
    <p>Дебби окидывает взглядом кабинет: не сказать, что его хозяин аккуратен. Помимо очевидного художественного бардака — палитр с засохшими красками, сохнущих полотен, кувшинов с водой — тут и просто много всякого барахла, тут и там. Журналы, распечатанные и нет; винные стаканы, пивные стаканы, бутылки; рассыпанные повсюду цветные карандаши и мелки для рисования, нераспечатанные письма из налоговой, блюдца, на которых горками лежат всякие зажимы и булавки.</p>
    <p>— У тебя очень трудно понять, что оставить на месте, а что убрать.</p>
    <p>— Нет, не трудно! Мусор есть мусор, а личные вещи… которыми пользуются… ими пользуются! Просто нужно немного подумать!</p>
    <p>— Смотри-ка, похоже, она нашла ту запонку, о которой ты так сокрушался.</p>
    <p>— Помнится, я сам ее нашел и кое-куда убрал, значит она и туда залезла!..</p>
    <p>Подобные "дежурные" диалоги у них с Дебби происходят постоянно, хотя Дебби даже слушать такое трудно, не говоря уже о том, чтобы выдерживать роль и произносить невинные реплики; но она чувствует, что так нужно: иначе все рухнет. Она не знает точно, кому нужнее эти беседы: Робину для самоутверждения или ей самой, — потому что, если не защитить миссис Браун от Робина, миссис Браун от них уйдет. Она больше не может этого слышать, но она чутко поворачивается, внемлет, как Доннова ножка циркуля,<a l:href="#n_110" type="note">[110]</a> как гелиотроп.</p>
    <p>— Она что, не видела, что я писал именно эту вазу?!</p>
    <p>По всей студии, на грубых деревянных мольбертах, и правда развешены наброски — углем и цветными мелками — именно этой вазы.</p>
    <p>Дебби вдруг приходит в голову, что миссис Браун затем и взяла вазу, чтобы собрать в нее всякую мелочь… неспроста взяла!.. У миссис Браун свои способы тихо выразить гнев. Она никогда ничего не скажет вслух. Но Робина не заботят чувства миссис Браун, ему вообще нет до них дела.</p>
    <p>— Хочешь, любимый, я все это заберу и выкину в урну в моем кабинете? И заодно протру твою вазу от пыли?</p>
    <p>— Подожди-ка! Резинки вполне еще годятся. Хлебная корка у меня вместо скребка. Спички еще погорят, так что тоже пригодятся. Некоторые из нас, знаешь ли, не могут позволить себе выкидывать вот так запросто годные вещи.</p>
    <p>— В таком случае куда все это положить?</p>
    <p>— Вон туда. На стол. А я потом все сам уберу. И протри, пожалуйста, вазу от пыли.</p>
    <p>Дебби делает, как он просит, только еще откладывает в сторону запонку: надо будет отнести на туалетный столик. Она поднимает глаза на мужа: тот все еще смотрит гневливо — и вдруг улыбается как нашкодивший, но уже кающийся мальчишка. Длинный, очень худой — кожа да кости, — в рыбацкой блузе, с крупными щиколотками, коленями, локтями и костяшками пальцев, словно подросток, каким он отнюдь не является. У него типично английское лицо: бело-розовое, длинное, с тонкими чертами — как у встревоженного жеребенка. Мягкие волосы торчат вокруг всей головы, так что голова напоминает ежика, да и цветом похожа. Глаза у Робина пронзительно-голубые, как цветы вероники. Фотограф увидел бы тут два возможных образа: утонченный мистик или увлеченный игрок в крикет. Художник мог бы тоже пойти двумя разными путями: подчеркнуть некоторую размытость кромок, черт, дать лицо светлым, нетяжелым или же, наоборот, сосредоточиться на выступах, косточках, надбровных валиках, подбородке, тонком носе, резком среди бледного лица…</p>
    <p>— Тебе же отлично удалось объяснить ей насчет "фетишей".</p>
    <p>— Я потратил на это уйму времени, — ворчит он в ответ. — Пришлось читать ей лекции о светотени и дополнительных цветах. Я стоял перед ней как профессор, брал вещи и показывал.</p>
    <p>— Думаю, ей было интересно.</p>
    <p>— Она должна просто делать свою работу, а не лезть, куда не просят. Тем не менее у меня получилось ей растолковать. Уж поверь мне.</p>
    <p>— Мне пора, милый: доктор приехал. Хочешь, принесу тебе кофе, когда он уйдет?</p>
    <p>— Да, будь добра.</p>
    <p>Извинений от него не услышишь, но "ссора" закончена. Дебби подходит поцеловать его в мягкую щеку, спрашивает:</p>
    <p>— Есть новости от той девочки из галереи "Каллисто"?</p>
    <p>— Вряд ли она придет. Думаю, она ко мне и не собиралась.</p>
    <p>— Придет! — отвечает Дебби. — Я тоже с ней говорила: ей понравилась та сине-желтая картина с тарелкой, что висит у Тоби в кафе, в туалете. Она говорила, что, вообще-то, невысокого мнения о вкусе Тоби, но та твоя картинка просто изумительна, — да, так прямо и сказала. А еще сказала, что долго сидела в туалете и смотрела на эту картинку, даже очередь собралась.</p>
    <p>— Наверное, она просто была под мухой.</p>
    <p>— Не говори глупостей, Робин. Она придет, вот увидишь. Если б я не знала, не говорила бы.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>На самом деле Дебора не знает, придет или нет эта Шона Макрури, но твердит, что придет обязательно: для нее и для самого Робина лучше, если у него есть надежда. Дебора любит Робина. Она полюбила его еще в школе искусств, где они познакомились, когда она изучала оформительскую графику, а он — изобразительные искусства. Она тогда всерьез занималась ксилографией, собиралась работать иллюстратором детских книг. Робин ее привлек совершеннейшей преданностью работе, аскетичной отрешенностью от всего, чем жили прочие. Шумели шестидесятые, даже начало семидесятых, искусство было по большей части абстрактным: цветовые пятна или пятна без цвета, геометрические композиции, игры с самой природой холста и красочных пигментов, со светописью и ее восприятием человеческим глазом. Робин же сделался неореалистом еще до того, как возник сам неореализм. Он писал с умопомрачительным мастерством и точностью все, что видел: фактуру металла, дерева, гипса.</p>
    <p>Писал пространственные плоскости нейтральных цветов: деревянные доски, стеклянные столешницы, бежевый лен, шелушащуюся штукатурку, и вдруг где-то — не в углу, но и не в центре, не там, откуда веером расходятся складки ткани или где сходятся волокнистые доски, — он совсем неожиданно помещал что-нибудь этакое, маленькое и очень красивое: стеклянный шарик, вазу из майолики, букетик цветов из тончайшего китайского фарфора (никогда ничего живого!), пучок перьев. Как будто на грани китча, но не китч — и тогда, и теперь. Эту живопись можно было бы размножить, сделать с нее привлекательные авторские оттиски, продавать с вращающейся подставки в магазинах подарков. В семидесятые годы это, пожалуй, сошло бы за остроумную художественную манеру, а теперь — за ностальгическое изображение пустоты, допускающей видимость подлинности. Но Дебби понимала, что на самом деле Робин пытается решить серьезную, даже ужасающую задачу, ответить на вопрос, который должен задать себе рано или поздно каждый художник: зачем вообще все это нужно, зачем вообще что бы то ни было <emphasis>изображать</emphasis>?</p>
    <p>Когда-то она сказала ему, впервые поглядев на две первые картины из этой серии — шестигранную китайскую ярко-желтую шкатулку на сером одеяле, пресс-папье на кухонном столе:</p>
    <p>— Они прямо какие-то волшебные! Знаешь, иногда бывает: время будто останавливается, ты просто смотришь на что-то и вдруг <emphasis>видишь </emphasis>его — вне времени, и тут же охватывает чувство изумления… да, изумления, что ты вообще способна так видеть. И ты все смотришь, смотришь и постигаешь все лучше…</p>
    <p>— То есть эти мои работы тебя этим и прикалывают?</p>
    <p>— Ага. А ты разве не подобное ощущение пытался в них вложить?</p>
    <p>— Вообще-то, да! Только никто этого не понимает. Ну, или, по крайней мере, никто мне еще не говорил.</p>
    <p>— Мне кажется, люди должны понимать.</p>
    <p>— Иногда я думаю, что людям… оно кажется больно уж обычным. Как говорится, <emphasis>незатейливым</emphasis>.</p>
    <p>— Ну, это маловероятно…</p>
    <p>Они знали плотское счастье, пусть и не слишком затейливое, и счастье это бросало отсвет на Робина, на всю их совместную жизнь, от чего картины его казались причудливее и ярче, а может, и впрямь становились такими? Когда они еще только поженились, у Робина было несколько часов преподавания в колледже; Дебби, чья степень и чьи художественные навыки оказались более востребованы, устроилась оформителем интерьера в корсетный магазин, а затем на одну из низших должностей в журнал "Место женщины", где вскоре получила повышение. Она была прекрасной сотрудницей, хорошо зарабатывала, семья жила на ее доходы. По сравнению с ее заработками доход Робина оказался ничтожным, не стало смысла держаться за место преподавателя…</p>
    <p>У Дебби голова забита эффектными купальниками, кастрюлями оранжевого морковного супа с изумрудной петрушкой, губной помадой на основе винограда, сливы, мака и розы, блеском для век, румянами — и призраками несозданных гравюр. Пальцы ее помнят медленную кропотливую работу резцом по дереву, с тихой, неуемной тоской она думает о том, что не стала иллюстратором, но с этим чувством можно смириться и жить. Она злится на Робина за то, что он никогда не заговорит с ней о нерожденных ксилографиях. Можно человека любить — и одновременно таить на него глухую обиду, если ты замкнутая натура. Дебби продолжает любить Робина, но обижается на его полнейшее безразличие — к гравюрам, живущим в ее душе, к тому, как она управляется с домом, детьми, деньгами, работой, даже с его запросами и причудами. Обижается она и на то, с какой настойчивостью он старается вывести из себя, унизить, выжить миссис Браун, без которой все старания Дебби удержать равновесие рассыплются, все пойдет прахом.</p>
    <p>Оставшись один, Робин Деннисон нервно шагает взад и вперед по студии. Ему за сорок. Он так и думает: ну вот мне и за сорок. В последнее время он усиленно старается избегать мыслей о том, что его дело, работа, жизнь — сплошной абсурд. Ему мало подходит артистический образ жизни. По темпераменту и воспитанию быть бы ему стряпчим или бухгалтером — носить строгие костюмы, по выходным ловить форель и играть в крикет. Он не особо уверен в себе, ему несвойственна бравада и совершенно чуждо истинное, абсолютное уединение, сосредоточенность на своей персоне, хотя живет он именно так, погрузившись в себя. Делает он это по причине упрямой веры в откровение, которое посетило его давным-давно и с тех пор не усилилось, но и не ослабло, прочно держит за сердце. Как-то в детстве тетка подарила ему набор гуаши, и он нарисовал герань, а потом аквариум. И до сих пор ему памятен запретный, как ему тогда почудилось, всплеск чувственного восторга от самого первого влажного карминового мазка по бумаге, от медленного кружения влажных волосков в лужице кобальта; штришки желтой охры и оранжевого ложились на матово-белое, и оживали влажные, извилистые рыбьи хвостики и плавники. От него было мало толку в других делах, поэтому родители не особо возражали против такого выбора профессии. Вооружившись кистями и красками — уверил он себя, — он сумеет одолеть художественное училище. Без них он чувствовал себя серым клочком тумана в полной серого тумана вселенной. Он изображал маленькие яркие предметы в громадных пространствах серого, темно-желтого или бежевого. И все вокруг говорили: "Что-то в его работах <emphasis>есть</emphasis>". Или еще менее определенно: "В его работах есть <emphasis>что-то</emphasis>". Вот только этого <emphasis>чего-то</emphasis>, пожалуй, недостаточно, прибавляли они про себя, но Робин слышал только то, что говорено вслух.</p>
    <p>С Дебби можно было разговаривать о главном. Дебби знала о его сокровенном ощущении цвета, он поведал ей свою детскую тайну, а она внимательно выслушала. По ночам он взволнованно рассказывал о Матиссе: кристальная чувственность великого полотна <emphasis>Luxe, calme et volupté </emphasis>парадоксально перетекает в религиозное ощущение природы сущего. В Матиссе нет излишней мягкости, говорил он Дебби, а есть <emphasis>мощь</emphasis>, спокойная мощь.</p>
    <p>Дебби согласилась: "Да, именно так!" — прониклась его идеей. Вскоре они устроили себе каникулы на юге Франции: поработать на пленэре с яростным солнечным светом. Вышло ужасно. Робин пытался накладывать на полотно крупные яркие мазки в духе Матисса и Ван Гога, но выходило водянисто, слабо и нелепо, и ничего он с этим поделать не мог. Единственная удачная картина из той поездки: какой-то красный жук, и тут же рядом большой жук-скарабей с иззелена-черной сверкающей спинкой, и яркая зеленовато-желтая бабочка — все трое расположились на заурядно-серой, розоватой, песочной, тускло-желтой, белой и терракотовой гальке, такие пестрые, но блеклые камешки есть на пляже в любой стране. Во все четыре стороны света этого полотна простиралась галечная пустыня, был еще сухой лист или два да несколько соломинок, разбросанных тут и там, и зловеще сияли трое насекомых. Картину купила одна галерея, у него затеплилась надежда на сотрудничество, но новых заказов не последовало, не случился взлет; и больше они никогда не выбирались на сильный свет, проводят теперь свои отпуска в Котсуолд-Хилс, в верховьях Темзы, среди пологих, неярко освещенных живописных английских холмов.</p>
    <p>В последнее время Робин сделался ужасным деспотом в том, что касается вещей и предметов, которые он считает своими. Сам он думает, что виной тут исключительно его трудное призвание, но на самом деле это не так. Его отец Родни Деннисон, топограф по профессии, был таким же оригиналом: полагал, что есть особые вещи, которые ему принадлежат, и вещи всех остальных людей, особенно его бесили "грязные вещи" домработницы. Он орал на нее и поносил перед домочадцами последними словами, если ей случалось выколотить из его трубки недокуренный табак, склеить в комок его обмылки или собрать в аккуратную стопку его разбросанные счета и чеки. Как теперь сам Робин от уборок миссис Браун, отец прямо-таки столбенел, если его хозяйству угрожали чистотой и порядком, в пазухах его черепа сгущалась слизь, наступали дыхательные спазмы. Как и для Робина, для него продвижение его домработницы миссис Бриггс с тряпкой через его владения было чем-то вроде путешествия улитки, которая перемещается по листу неумолимо, оставляя за собой мерзкую слизь. Робин думает, что его причуды — из-за Искусства. Ему не приходит в голову, что, может быть, его ненависть к миссис Браун — это оборотная сторона его собственной беспомощности, зависимости от жены, которая и деньги зарабатывает, и всех "строит". Он убежден, что Дебби прекрасна, воплощение чистоты и порядка. Зато миссис Браун — воплощение хаоса: дико выглядит, тайком курит и разводит грязь (хотя, если уж дело на то пошло, она скорее разметает ее по углам, перераспределяет по дому).</p>
    <p>У миссис Браун неудобная привычка делать им семейные подарки. У нее есть вязальная машина, которую Хукер стянул однажды с какого-то грузовика, кроме того, она хорошо вяжет на спицах, крючком и вышивает гладью по шелку, умеет даже ткать гобелены (вышивка и гобелены, впрочем, слишком дорогое удовольствие, не самая ее любимая техника). Она сама шьет себе одежду из всего, что попадает в руки: старые плюшевые шторы, арабские покрывала, парашютный шелк, собственные старые брюки. Вещи у нее получаются отменно броские: с декоративными заплатами, бахромой, галунами и умопомрачительными пуговицами. Робин думает: вот уж поистине живой образец безвкусицы. Эта мысль посещает его то и дело, потому что одежда миссис Браун неизменно бросается в глаза: лаймово-зеленая сорочка с черными кружевными вставками, оранжево-розовые креповые штаны, и на все это напялен фуксиево-красный и киноварный фартук! Но это бы еще ничего, если бы она то и дело не вязала — причем годами — ужасные джемперы для Наташи и Джейми. Всех цветов радуги, в невообразимых сочетаниях: со светлыми разноцветными полосками на белом фоне, со скачущими помпончиками в виде вишенок; а к ним диковинные длинные шарфы из пушистой ангоры в разноцветную полоску — тошнотворных оттенков, какие иногда бывают у мороженого. Робин всякий раз кричит Дебби: все эти подарки надо <emphasis>немедленно </emphasis>вернуть, он <emphasis>не позволит своим детям </emphasis>это носить, только через его труп! У детей к этим подаркам разное отношение, в зависимости от возраста и обстоятельств. Когда Джейми было шесть, он просто не вылезал из одного такого джемпера с красными паровозиками и синими коровами. Наташа, когда ей было около пятнадцати, однажды произвела вдруг фурор на дискотеке, явившись в бахромчатом жакете кислотных оттенков (пронзительно-желтый, оранжево-розовый и иззелена-голубой, как вода в бассейне), но другие подарки носить отказывается, смотрит на них с тем же отвращением, что и отец. Хуже всех приходится Дебби: она мечется душой, всем сопереживает. Она отлично знает с раннего детства, каково это — носить одежду, которая не нравится или неудобна, делает тебя серой мышью или, наоборот, притягивает презрительно-любопытные взгляды. Кроме того, она искренне считает, что гораздо лучше, вежливее принять подарок с благодарностью и воодушевлением, чем предлагать кому-то подарки без разбора. Впрочем, у нее имеется и собственный эгоистический мотив: она не может обходиться без миссис Браун, она нуждается в миссис Браун; поэтому ее кухонный стол украшают пестрые лоскутные подставки работы миссис Браун, а в ее кабинете на стульях лежат круглые подушечки в вязаных чехлах розового и оранжевого цвета брауновской вязки. Иногда миссис Браун встает в дверях кабинета Дебби и рассуждает о цвете:</p>
    <p>— Воспитательницы и бабки нам, помню, твердили, такая у них присказка была: "Лиловый да красный шить вместе опасно; зеленый и синий прячь подолом длинным; за апельсин и розовый схлопочешь розгами". А я думаю, что раз есть такие цвета, и все их придумал Господь, и все Его твари носят и тот цвет, и этот — все, какие ни есть, цвета, — то, значит, они как-то сочетаются. Как по-вашему, миссис Деннисон?</p>
    <p>— Пожалуй, вы правы, миссис Браун, но ведь есть правила, как получить нужный эффект. Есть <emphasis>правила</emphasis>, понимаете? Дополнительные цвета и много еще чего…</p>
    <p>— Я все это учу. Муж-то ваш мне много чего рассказывает, когда я случайно потревожу вещицы в его комнате. Интересная наука.</p>
    <p>На длинном желтом лице миссис Браун ни тени улыбки, только рассудительность.</p>
    <p>— Если Джейми не хочет носить ту дивную голубую фуфайку, что я ему сшила, я бы ее забрала, если вы не против, я уж найду куда пристроить голубой лоскуток.</p>
    <p>— Что вы, миссис Браун, она ему <emphasis>очень </emphasis>нравится! Просто чуть маловата в подмышках…</p>
    <p>— Вот я и говорю: найду куда пристроить голубой лоскуток.</p>
    <p>Миссис Браун неумолима. Дебби чувствует себя просто ужасно. Миссис Браун выдвигает один за другим ящики с вещами Джейми, вынимает красную толстовку и указывает на прорехи, достает гольфы для регби и демонстрирует, как сильно они сели: только посмотрите, какая стопа коротенькая! Кладет их в пластиковый пакет для мусора. Дебби добавляет туда же коктейльное платье из зеленоватого шелка настоящего тутового шелкопряда, купила по ошибке, совершенно не идет, и два галстука Робина, что подарила его тетя Нэм, а он ни разу не надел, они отвратительного горчичного цвета, да еще в какой-то сизый цветочек.</p>
    <p>— Интересненько… — бормочет миссис Браун, подхватывая галстуки, словно угрей за хвосты, и отправляя их в пакет к остальным вещам.</p>
    <p>Дебби надеется, что миссис Браун уже сменила гнев на милость: шелковое платье подействовало. Она не решается спросить, что миссис Браун намерена сделать с настоящим шелком.</p>
    <p>"Фетиши" Робина Деннисона занимают целый стол, очень простой, деревянный, выкрашенный в белый цвет. Когда-то эти вещицы стояли на каминной полке, но потом, когда получили статус "фетишей", были помещены на этот непритязательно-монументальный, истинно английский алтарь. Все они разные, но есть одно свойство, которое их объединяет: своего рода глянцевитость, яркая, прочная глянцевитость. "Фетиши" — атрибуты культа цвета. Первым из них был деревянный расписной солдатик, которого Робин купил еще в детстве за 5 шиллингов 6 пенсов; брюки у солдата красные, китель — синий, на деревянной голове высокая черно-медвежья шапка королевского гвардейца, шапка тоже из дерева, конечно. Красный выцвел и стал темно-вишневым; синий тоже выцвел, теперь он между васильковым и ультрамарином. Под деревянным подбородком золотистый ремешок, на деревянных щеках — небрежные розовые кружки. Теперь Робин редко обновляет краски на солдатике: он слишком уж противоречив, военный и одновременно детский; но любит-то его Робин за другое: солдатик был первой моделью, с которой Робин писал округлые поверхности с бликами на них. Теперь иногда Робин пишет <emphasis>тень </emphasis>солдатика в толпе других образов.</p>
    <p>Некоторые другие "фетиши" представляют отдельные цвета в чистом виде. Два из них — особенно глянцевиты. Кобальтово-синий подсвечник со стекольного завода во французском городе Биот; тяжелое круглое зеленое яблоко, изготовленное знаменитой английской фирмой "Веджвуд": чем глубже вглядываешься, тем оно зеленее. А вот и желтый "фетиш" — своей ценой даст фору всем остальным. Желтизна его не чистая, в отличие от синевы подсвечника и зелености яблока, она иная — солнечно-желтая, желтая, как сливочное масло, желтая, как лютик, и к тому же имеет голубой ободок. Это точная копия соусника из личного сервиза Клода Моне, сервиза, стоявшего на столе во время завтраков в доме у художника в Живерни, а эскизы для сервиза делал сам Моне. У Робина с собой не было денег, чтоб купить соусник, тем не менее он как-то поднатужился и купил его за последние 50 фунтов — так страстно он желал иметь <emphasis>этот желтый</emphasis>. Вообще-то, хотел он не соусник, но другие предметы из сервиза стоили так дорого, что даже в своем помешательстве Робин понимал, что они ему не по карману. Взявшись очередной раз просвещать миссис Браун, Робин объясняет ей, что с голубою каймой этот желтый прямо-таки поет: цвета почти дополнительные. И все-таки ему хочется найти когда-нибудь и другой желтый "фетиш", без синего. Нет пока и оранжевого "фетиша". Чтобы получился полный набор цветов, Робин часто кладет апельсин и лимон между прочих вещей и приходит в бешенство, краснеет и ревет от гнева, если миссис Браун перекладывает их или вовсе выкидывает, когда фрукты мягчеют и покрываются шалфейно-зеленым, с голубоватыми крапинами налетом плесени.</p>
    <p>Фиолетовый представлен милой круглой вазочкой китайского фарфора ручной работы, вернее, это цветочная скульптурка фиалок в вазочке: их цвет — от розовато- до темно-лилового; на стебельках несколько — всего несколько — зеленых листочков бледного маловыразительного цвета, как у некоторых яблок; сама вазочка черная, в легкой глазури. Порой Робин не хочет видеть зеленого и поворачивает вазочку так, чтобы листьев как бы не было вовсе. Впрочем, он уже очень хорошо изучил свои "фетиши" и может позволить листьям немного светить зеленым на фиалки. Иногда он вообще жалеет, что эти листья есть, но иногда — нарочно <emphasis>встраивает </emphasis>их в более сложные цветовые схемы, переставляя вазочку с фиалками и тонко подбирая тоновые переходы. Долго, годами, не удавалось найти красный. Была тарелка: банальная немецкая, современная, очень утилитарная. Хороший сочный красный — тарелка уверенно участвовала в деле, но не пела и любима не была. Когда Робин нашел-таки нужный, нынешний красный, то испытал двойственное чувство, сразу понял: это <emphasis>то, что надо</emphasis>, но сама вещь ему не понравилась. Он и сейчас ее не любит. У вещи слишком много смыслов, как и у несчастного солдата, но она еще коварней. Он отыскал ее в магазинчике китайских безделушек, в корзине с самыми дешевыми изделиями. Это большая красная подушечка-игольница в форме сердца, пухлая, сшитая из блестящего маково-красного шелка, то, что надо: одновременно мягкая и яркая, нежная и сияющая. Но на игольнице было еще и пошловатое белое кружево, наподобие того, что бывает на воротниках мальчиков из церковного хора; кружево Робин отрезал. Иногда он втыкает в игольницу старые бабушкины шляпные булавки, в чьих головках — имитация драгоценного камешка, или кладет на нее кучку обточенных кусочков гагата. Но такие затеи ему не очень по душе: выходит нечто граничащее с сюрреализмом; Робин чувствует — наклевывается что-то интересное, но сомнительное. Он даже купил коробку булавок с разноцветными стеклянными головками и время от времени втыкает их хаотичной россыпью, а однажды расположил их полумесяцем плотно друг к другу.</p>
    <p>Кроме одноцветных вещей, есть и многоцветные, но этих мало, очень мало. Дерево венецианского стекла 1950-х годов, купленное в секонд-хенде, с крошечными кругленькими фруктами разных цветов: изумрудно-зеленые, рубиновые, темно-сапфировые, аметистовые и топазовые. Гончарный кувшин из Деруты<a l:href="#n_111" type="note">[111]</a> с крупным треугольным носиком, похожим на клюв, украшенный яркими наивными цветками всех цветов радуги, с круглыми лепестками и парой примитивистских жизнерадостных певчих птиц коричневого тона. Горшок, тоже из Деруты, с фантастическим существом — то ли мифическим тритоном, то ли человекоголовым драконом, рыжевато-золотым, с синим гребнем и бородатым, пышущим красновато-коричневым огнем в форме запятой. На стене висит корейский воздушный змей: лилово-коричневый, желтый, синий, зеленый и алый — и еще две большие птицы из китайского шелка на каркасе из синельной проволоки, с гребнями, с длинными реющими хвостами: одна преимущественно темно-малиновая, с желто-аквамариновым гребнем, другая — сине-зеленая. Птицы — самые хрупкие из всех вещей и служат причиной раздора между Робином и миссис Браун. Она говорит, птицы — пылесборник. Он злится, что она гнет им лапки, сплющивает их пышность и все время норовит изменить изгибы их шеи, так что уже и непонятно, что они чистят перышки. Она говорит, что у него птицы могут упасть, оттого что плохо закреплены. Однажды она закрепила птицу на ветке стеклянного дерева. Робин дулся несколько недель, а миссис Браун грозилась уйти.</p>
    <p>Как раз после этого случая, когда Дебби в конце концов уладила конфликт, Робин взялся объяснить миссис Браун, что есть красное и что есть зеленое. Он вернул яблоко на место рядом с игольницей, вновь водрузил фиалки напротив соусника Моне, рядом с кобальтовым подсвечником, который по форме немного походил на цветок горечавки: высокая чашечка на ножке-стебельке. Дай волю миссис Браун, и "фетиши" стояли бы по цветам радуги — так сказать, от инфракрасного до ультрафиолетового. Робин сказал:</p>
    <p>— Определенные сочетания ведут к определенному эффекту. Вот, например, желтый и фиолетовый, синий и оранжевый: кажется <emphasis>естественным</emphasis>, что они стоят рядом, потому что естественные тени как раз синие и фиолетовые. Это свет и тень, понимаете? А вот красный и зеленый. Если поставить их плотно рядом, можно заметить, как на границе между ними пляшет полоска желтого, — тут уже дело не в светотени, а в том факте, возможно, что если <emphasis>добавить </emphasis>определенные красные тона к определенным зеленым, то можно <emphasis>создать </emphasis>желтый тон, — если этого не знать, ни за что не догадаешься.</p>
    <p>— Но герань же тоже естественная, — замечает миссис Браун.</p>
    <p>Робин глядит недоуменно.</p>
    <p>— У нее естественные красный и зеленый цвет, — говорит миссис Браун. — А желтого они не дают.</p>
    <p>— <emphasis>Смотрите внимательно</emphasis>, — говорит Робин и плотно придвигает одно к другому мягкое сердце и твердое яблоко. Смотрит сам завороженно, как пляшет между ними желтый, неземной.</p>
    <p>— Гм…</p>
    <p>— Видите желтый?</p>
    <p>— Ну, как будто… Как бы это сказать… Вроде мельтешит что-то… Переливается. Короче, я поняла.</p>
    <p>— Вот этого я и добиваюсь, когда пишу картины.</p>
    <p>— Ясно. Вот теперь стало интересно — когда поняла, что да зачем вы делаете.</p>
    <p>Сказать так — хотя бы и без тени улыбки, и не слишком любезно — было уступкой с ее стороны. Она признала, что он дал ей нечто; но раз дал, то, значит, — для нее это не подлежало сомнению — победа осталась за ней. А Робин испытал облегчение. Не так уж сильно он витал в облаках, чтобы не понимать, как Дебби боится потерять миссис Браун. Именно поэтому он поделился с миссис Браун своим откровением, тайной желтой полоски. Миссис Браун вышла от него с высоко поднятой головой. В тот день на ней было что-то вроде оранжевой с хаки простыни, обернутой вокруг туловища наподобие одежд африканок; на голове же у нее красовалась розовая повязка.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Звонит Шона Макрури и просит к телефону Дебби. Собственно, сама Дебби и взяла трубку. Шона долго поздравляет Дебби с выходом в "Месте женщины" статьи о феминистском искусстве, об аморфных произведениях, которые создают женщины, не претендуя на пресловутое "слово в искусстве". Предметом женского творчества, пишет Дебби, становятся вещи как бы "низменные", "недостойные", которые мужчины-художники традиционно оставляют без внимания, — прокладки, подгузники и все такое прочее; на женских полотнах также предстают — в отличие от мягких, вожделенных и очевидных внешних форм, исследованных и эксплуатируемых мужчинами, — внутренние полости женского тела. На развороте Дебби поместила несколько прелестных рисунков цветными карандашами художницы по имени Бренда Мерфи. Бренда творит на кухне, вместе со своими детьми, в <emphasis>их технике</emphasis> — бумага, карандаши, фломастеры, — создает работы, в которых с любящей брутальностью отображена ее с детьми повседневная жизнь. Шона спрашивает у Дебби, есть ли у Бренды Мерфи свой агент или галерея, с которой она сотрудничает; Дебби отвечает как-то рассеянно, хвалит пикантное многообразие выставок, чудесную эклектику галереи "Каллисто"; в благодарность за эту похвалу Шона просится в гости, посмотреть работы мужа Дебби. Она уже окрестила их "остроумными", ей очень по вкусу та загадочно-забавная небольшая работа, что висит в туалете кафе Тоби: настоящая жемчужина в пустыне. Дебби про себя отмечает, что "жемчужина в пустыне" — хорошо сказано, но предположение об остроумии работ Робина, кажется, не предвещает ничего хорошего. Она знает, что Робин, когда взбудоражен, начисто лишается чувства юмора. И она назначает визит Шоны на ближайшую среду, даже не посоветовавшись предварительно с Робином. Робин волнуется и томится в ожидании среды, как и предвидела Дебби. Дебби нарочно напускает на себя капельку суровости и в то же время жалобности: "Совсем не так легко зазвать представителя галереи в мастерскую художника. Тут уж нельзя привередничать, назначать собственные дни, а то останешься ни с чем. Ты же видишь: я сделала для тебя все, что могла, я ее залучила! Так что ты уж постарайся. Она при всем желании не может подстраиваться, у нее каждый день по минутам…"</p>
    <p>Робин в ужасе, но уж так и быть, согласен показать свои работы.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>У Шоны Макрури глаза цвета топаза и длинные шелковистые каштановые волосы, схваченные сзади черепаховым гребнем и ниспадающие, как некая широкая прямая лента. В ушах серьги с топазами в тон глазам — шарики на золотых цепочках; костюм шелковый, оливкового цвета: жакет свободного покроя и плиссированная юбка; под жакетом сорочка лимонного цвета — все отлично сочетается с тоном ее глаз. (Дебби теперь профессионалка в таких делах и сразу подмечает, как весь образ, нежный, но сильный, строится вокруг глаз; и глазной макияж — едва заметные оливковые с золотом тени, с подкладкой чуть более плотной зелени, почти малахита — тонко подкрепляет общий эффект.) Шона идет по лестнице наверх, в мансарду к Робину; на ногах у нее темно-зеленые кожаные с отделкой под кожу ящерицы туфли. Между ящеричными туфлями и оливковой юбкой чулки с легким металлическим золотистым отливом. Ноги не особо красивые: слишком тонкие, слишком прямые. Робин идет первым, за ним Шона Макрури, Дебби, и замыкает шествие миссис Браун с бутылкой охлажденного совиньона и тремя бокалами на лаковом японском подносе. На миссис Браун брюки из драпировочной ткани цветов райской птицы и лоскутная юбка всех цветов радуги, лоскуты сшиты красными нитками, стежок елочкой. Она не принесла бокала для себя, но осталась стоять в дверях студии: хочет участвовать в мероприятии и даже не делает вид, что уходит, мрачновато, но с интересом разглядывает элегантную Шону Макрури и полотна Робина.</p>
    <p>Дебби не решила заранее, оставить Робина наедине с Шоной Макрури или остаться и тоже вставить слово-другое. Решение приходит само, когда миссис Браун решительно воцаряется в дверях. Дебби не в силах сказать ей: "Можете идти, миссис Браун", но зато может сказать: "Давайте оставим их наедине с картинами", что она и делает, и они вместе с миссис Браун спускаются по лестнице.</p>
    <p>Топазовые серьги и ящеричные туфли Шоны Макрури рыскают по студии Робина. Шона рассеянно переставляет "фетиши" с места на место, позвякивает соусником Моне по блюдцу. Робин расставляет полотна: "фетиши" в разных сочетаниях, с разным светом изображены на разном фоне. Белый, как ледник, шелк, смятая газета, темные доски, светлые доски… У Шоны крупный рот с мягкими губами в коричневой помаде. Она закуривает. Сперва она приговаривает только: "Так-так…", "Вот, значит, как…" — потом задумывается и вдруг начинает объяснять ему смысл его картин как аллегорий. "Теперь мне понятно: это осовремененный ванитас, — определяет Шона Макрури. — Картины о <emphasis>ничтожности </emphasis>нашей жизни". Робин в смятении, но молчит. Он не в состоянии одолеть Шону, как одолел миссис Браун, не в состоянии объяснить ей, что его картины не о ничтожности, а о безграничном ужасе перед царством цвета, он сам никак не может опомниться от этого ужаса, впрочем он не умеет облечь свое чувство в слова. Поначалу он бормочет: "Тут ведь… такое дело… на этой картине решается вопрос иного рода…" — потом вовсе замолкает, потому что видит: галерейщице совершенно нет дела до того удивительного факта, что картины — а их тут великое множество — никогда не повторяются, то есть в каком-то смысле как раз повторяются, но всякий раз на каждой новой картине решается какая-то новая грань художественной задачи. Шона этого не понимает. Она цедит:</p>
    <p>— Страшненько так, депрессивненько… Я имею в виду пустое пространство. Эти голые доски, они напоминают о гробах, о голых кухонных столах без еды, без пищи… Вы ведь это хотели выразить?</p>
    <p>— Вообще-то, я вкладываю в них иное, — наконец собирается с духом Робин.</p>
    <p>— Очень интересно, что же именно?</p>
    <p>— Что есть ряд вопросов, которым нет единственного и окончательного решения, ряд проблем света и цвета… Понимаете?</p>
    <p>Он ей не говорит — потому что и сам боится себе в этом сознаться, — что право и счастье писать свое неповторимое, яркое, блестящее пятно он <emphasis>заслужил </emphasis>тем, что всякий раз добросовестно и даже красиво выписывает невыразительный, невзрачно-унылый фон, бережно накладывает все эти сизые, серые, бледно-желтые тона…</p>
    <p>— Нет ли у вас предчувствия, что вы вскоре смените направление? Наступит новый этап? Сменится фокус, так сказать?…</p>
    <p>— Наверное, если бы у меня прошла большая выставка — если бы все эти работы <emphasis>выставить вместе</emphasis>, чтоб разом показать все эти задачи, все эти стороны одной задачи… и все, так сказать, временные решения… тогда я, возможно, и задумался бы о чем-то новом… Сейчас мне трудно представить…</p>
    <p>— Трудно?</p>
    <p>Он не понимает всей важности этого короткого вопроса.</p>
    <p>— Ну да. По мне, за многими зайцами погонишься… Я… как бы это лучше сказать… не сам себе заказчик, что ли…</p>
    <p>Шона Макрури вдруг говорит:</p>
    <p>— Вспомните все эти бесконечные нынешние картины с шезлонгами: легкий ветер, сад или пляж и стоит одинокий шезлонг. Когда видишь первый, думаешь: как трогательно, как интересно! А когда уже десятый, двадцатый, начинаешь думать: ага, вот еще один одинокий шезлонг на ветру, а нет ли уж чего поинтереснее? Вы меня понимаете?</p>
    <p>— Думаю, да.</p>
    <p>— Ваши-то работы, конечно, не в таком роде…</p>
    <p>— Разумеется, не в таком.</p>
    <p>— Но кому-то… неискушенному зрителю… может показаться иначе.</p>
    <p>— Вы полагаете?</p>
    <p>— Ну да.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Дебби смотрит, как Шона Макрури шагает прочь по улице Альма-роуд. Плиссированная оливковая юбка чу́дно, безупречно сидит на тощих бедрах, ее дорогущие складки — заложенные, словно против воли самого шелка, — ласкают тело. Робин говорит сверху, что разговор удался; Дебби не склонна обольщаться мнением Робина, тем более что сам он, судя по всему, не обнадежен и не торжествует. Длинная широкая полоса волос Шоны Макрури плещется и раскачивается в такт походке. Миссис Браун, в своем немыслимом тренчкоте, догоняет Шону Макрури. Волосы миссис Браун торчат, словно стебли жесткой травы из горшка, из накрученных на голову переплетенных шарфов: оранжевого и лаймового. Миссис Браун что-то говорит Шоне Макрури — та замедляет шаг, оборачивается, кивает, отвечает что-то. Миссис Браун говорит, говорит. Что же такого миссис Браун может сказать Шоне Макрури? В голове у Дебби вертятся всякие несуразности: измена, диверсия, саботаж. Миссис Браун всегда была так добра и так терпелива, несмотря на свой надменный порою <emphasis>вид,</emphasis> — у каждого человека, кстати, есть право напускать на себя любой вид. Неужели миссис Браун хочет <emphasis>навредить </emphasis>Робину? Нет, миссис Браун ничем не может навредить Робину, даже если бы и хотела. Но зачем Шоне Макрури — если это не простая вежливость — слушать то, что говорит ей миссис Браун? Они сворачивают за угол. Дебби чувствует, как откуда-то — из всех подкожных нор лица, мерещится ей, — пробиваются и застилают глаза слезы. Она слышит, как Робин язвительно говорит с лестницы: "Ну до чего же похоже <emphasis>на эту, с позволения сказать, помощницу</emphasis>: ушла домой, а бокалы так и не убрала, письменный и рабочий стол от винных кругов так и не протерла!"</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Шона Макрури по почте прислала Дебби и Робину открытку с эмблемой галереи, одну на двоих; она пишет, что ей <emphasis>очень понравились </emphasis>его картины, которые написаны <emphasis>по-настоящему </emphasis>и <emphasis>в едином стиле</emphasis>, но что у ее галереи в настоящий момент трудный и запутанный период. Дебби понимает: это означает отказ, и еще она подозревает, что любезность, с которой написано письмо, предназначена ей, Дебби, в расчете на то, что в будущем она может понадобиться галерее "Каллисто", точнее, может понадобиться журнал. Робину она ничего такого не говорит, но понемногу начинает относиться к нему как к малоразвитому, глупому ребенку, и от этого ей самой досадно, поскольку на деле он таковым не является. А пару месяцев спустя "Место женщины" командирует ее в галерею "Каллисто" вместе с фотографом, довольно симпатичным и подающим надежды ливерпульцем по имени Том Спрот: от нее требуется написать статью о новой инсталляции феминистического толка, и Дебби едет туда в довольно дружелюбном настроении. Она рациональная женщина, от Шоны Макрури нельзя ожидать большего, Дебби это прекрасно понимает.</p>
    <p>У Тома Спрота белокурые волосы, уложенные с бриллиантином; мешковатые брюки из шотландки. Обычно он вальяжен и невозмутим. Но, зайдя в галерею, где обычно бывает скучно — "воздушно и сливочно", — он восклицает: "Ух ты!" — и начинает носиться туда-сюда, с энтузиазмом впериваясь в видоискатель камеры. Пространство галереи превратилось в неведомый сказочный чертог: такой мягкий, что глаз в нем просто утопает, но зато ярко и причудливо украшенный. Стены занавешены чем-то вроде странных огромных гобеленов, частью вязаных, частью лоскутных, на них перемежаются потоки и островки цвета, а если подойти ближе и присмотреться, то можно разглядеть безумные по цвету вышитые личики с пристальными глазами: зеленые лица с синими глазами, черные с красными, розовые с серебристыми. С потолка свисают и колеблются клоки вязаной паутины, населенной пауками мглистых тонов и толпами синих, из пайеток составленных мух с крыльями из просвечивающей ткани. Все эти существа не просто красивы, декоративны, но изящно-зловещи, и есть что-то по-настоящему ужасное в прозрачных паутинчатых хоромах, где во множестве запутались синие тельца мух. Да и сами пауки под ударом: им угрожают когорты перьевых метелок для смахивания пыли, веер из павлиньих перьев, лохматый нейлоновый бирюзовый с пронзительным розовым шланг, лаймово-зеленая с оранжевым пластмассовая пальма на золотистом стебле, перевитом спиралью тонкой металлической ленты. Пещера, однако, непостижимым образом напоминает жилую комнату. Здесь стоят забавные комоды, материалом для них послужили ящики из-под апельсинов, оклеенные лоскутами обоев: от вульгарных серебристых с розочками до дорогих с птицами в стиле Уильяма Морриса; от обоев в сливовую полоску "Ридженси" до обоев с розовыми веточками фирмы "Лора Эшли". Внутри выдвинутых ящиков — открытые ларчики с отделениями, где хранятся диковинные россыпи всякой всячины: белые костяные пуговицы, стеклянные пробки, куриные косточки, запонки — все без пары, склянки из-под лекарств с лакированными ярлыками, до отказа наполненные переливчатыми бусинами и капсулами рыбьего жира, перламутровые пластиковые бусины и семена подсолнечника, кукольные чайные ложки и кучки разнообразных листьев чая, сухие розовые лепестки, сахарные мыши — иные наполовину съедены. И бечевки, бечевки — ярко-зеленая, вощеная красная, растрепанная коричневая — протянуты от отделения к отделению.</p>
    <p>Повсюду, тут и там, какая-то мебель, какие-то странные предметы и существа. Большая кочка или, может, гигантский пуф, одетый несколькими слоями как бы юбок, алых, оранжевых, травянисто-зеленых и изумрудных: ослепительное, но эффектное сочетание цветов. Если раздвинуть слои ткани, то там обнаружатся двадцать или тридцать маленьких вязаных розовых грудей, расположенных вкруг, выше — еще один круг из крошечных атласных грудей шоколадного цвета: этакая Диана Эфесская, только без рук и лица, усевшаяся на корточки. А вот длинное существо вроде диванного валика — оно может быть тощей женщиной, или ящерицей, или неведомым исчадием моря. Существо в основном вязаное, из шерсти глубоких коричневых и зеленых тонов, у него фестончатые листья и побеги, "конечности" наподобие подводных трав, или, может быть, это щупальца: их больше четырех, если обойти вокруг и посчитать. С некоторого расстояния пол чертога выглядит приятно, кажется литоралью, усеянной морскими блюдечками и анемонами. При ближайшем же рассмотрении становится ясно, что одет он скорее подобием брони, на которой — вывязанные крючком — фиалковые и шафрановые шишечки, а из них торчат пучки алых нитей, из иных — стелющиеся лоскутки вышивального шелка цвета крови.</p>
    <p>В самом же центре располагается причудливая композиция — дракон и прикованная цепями дама. Святой Георгий и царица Савская? Персей и Андромеда? У дракона кубическое синее туловище и длинная гофрированная шея; гребень, напоминающий формой грозные пластины на спине стегозавра, — из обметанных по краю изящных бледно-зеленых шелковых лоскутов. Странный это дракон: возлежит среди собственных колец, и к тому же, судя по всему, он родственник многоножки: у него сотни черных блестящих гибких щупальцеобразных ног, алых с испода, кое-где торчит металлическая проволока. Дракон хоть и вязаный, но весьма крепкого вида; его квадратная челюсть с шерстяной бородой и какими-то непонятными зубами чуть вздернута вверх, у рта — клочья многоцветной пушистой пены, хлопковой пряжи-слюны, вперемежку с блеклыми клочьями волос в сломанных шпильках. Глаза дракона — пустые синие кружки́ с махровыми ресницами. Это дракон-пылесос: тяжелый, задыхающийся.</p>
    <p>У дамы естественный телесный цвет, но само тело выкручено, выгнуто и переломано: она распластана на валуне, длинные руки и ноги из розового нейлона скованы цепями из перевитых и завязанных узлами лифчиков, пестрых ночных рубашек, пижам и зловеще растянутых колгот. В этом образе есть что-то от кубистов и одновременно все от той же Дианы Эфесской; груди, изготовленные из стопок изношенных подплечников, идут в два ряда — две, а над ними еще три; на лобке вместо волос — старый сморщенный чепец из ангоры. Голову изображают круглые пяльцы с натянутым полотном, по которому пти-пуаном вышито лицо: законченное лишь наполовину, оно напоминает меловой набросок лица Венеры Боттичелли: несколько светлых локонов, не заполненные пока еще глазницы с черными остроконечными стежками ресничек.</p>
    <p>На первый взгляд кажется, что тут нет мужских фигур, но потом вы все-таки замечаете — вот они, крошечные, в расщелинах скалы: пластмассовый рыцарь на лошади — когда-то он был серебряным, теперь грязно-зеленый; игрушечный солдат со сломанным мечом и в помятом шлеме, — очевидно, что оба, и не однажды, побывали в барабане стиральной машины…</p>
    <p>В окне работник галереи развешивает буквы — золотые с ярко-шоколадной тенью, — их крепят малиновыми прищепками на какой-то высокотехнологичной бельевой веревке. Надпись гласит:</p>
    <cite>
     <subtitle>САВА БРАУН</subtitle>
     <subtitle>ИСКУССТВО СОЧЕТАНИЯ МАТЕРИАЛОВ</subtitle>
     <subtitle>1975–1990</subtitle>
    </cite>
    <p>Под буквами появляется фотография. Дебби выходит посмотреть: на фото миссис Браун в какой-то дикарской короне из переплетенных шарфов, всегдашнее будто вытесанное лицо, но с новой ноткой довольного собой лукавства, притаившегося в уголках рта и в глазах. Цвет кожи на фото вышел темнее, чем "в действительности", черты скульптурны: некий гибрид Моны Лизы и бронзовой маски из Бенина.</p>
    <p>Насколько известно Дебби, в эту самую минуту миссис Браун пылесосит ее лестницу. Дебби в ступоре. Мысли в голове путаются. Она искренне восхищена: миссис Браун — Сава Браун — предстала в неожиданном великолепии, словно сама царица Савы, царица Савская! И тут же ей — странное дело — вспоминается бал для художников в Челси, куда она ходила в коктейльном платье из натурального шелка, а теперь из этого шелка сделаны гребень и чешуя дракона. Еще Дебби думает — голова сразу начинает кружиться, до того не готова Дебби к этим событиям: миссис Браун теперь, как пить дать, от них уйдет! Почему же миссис Браун ничего ей не сказала? Хотела удивить? Или, пуще того, огорошить? Или, может быть, миссис Браун, старая добрая миссис Браун молчала из милосердия — ведь она понимает, что Дебби не справится без нее, и не знает, как сообщить эту неприятную новость? Или она просто — очень вероятно, она ведь такая — скрытничает и осторожничает? Дебби вдруг пронзает мысль о Робине, как он сидит и хохлится в своей мансарде, и как трогательно объяснял он миссис Браун про цвета своих "фетишей", и как он шумно негодовал — теперь-то уж не на что будет негодовать — на ее набеги в студию. Дебби хочет оберечь Робина, но ни секунды не винит миссис Браун в том, будто она "украла" у Робина выставку. И вдруг с унижением и страхом чувствует, что сам Робин может подумать именно так.</p>
    <p>И что-то еще она чувствует, глядя на то, как мощно, неистощимо, расточительно изобретательна в цветовых сочетаниях Сава Браун. Это "что-то" — легкая подспудная зависть, от которой почему-то ноет и вздрагивает кисть руки. Вздрагивает, вспоминая гладкость деревянных досок и ловкий, извилистый ход резца.</p>
    <p>Подходит ливерпулец Том, он в восторге. Он нашел комод, полный спутанных ниток, а внутри — другие комодики, поменьше, тоже полны спутанных ниток, и там внутри — совсем уже крошечные комодики. У него с собой текст интервью, написанный для "Места женщины" художественным критиком, свеженький — прислали прямо в галерею с курьером на мотоцикле.</p>
    <p>Дебби пробегает текст глазами.</p>
    <cite>
     <p>Сава Браун живет в муниципальной квартире в окружении своих работ, гобеленов и подушек. Ей за сорок, она наполовину гайанка, наполовину ирландка, и ее жизнь складывалась трудно. Работы Савы Браун повествуют в феминистском ключе о ежедневных мелочах нашей жизни, о скуке повседневности, но в них нет горечи и враждебности тоже нет — она просто представляет все в абсурдном, но на удивление прекрасном виде и при этом неимоверно изобретательна. Некоторые из ее стенных гобеленов с их сложной миниатюрной проработанностью заднего плана напоминают фантазии Ричарда Дадда.<a l:href="#n_112" type="note">[112]</a> Впрочем, есть в ее манере и нечто общее с роскошными инновациями Каффе Фассета.<a l:href="#n_113" type="note">[113]</a> Вместе с тем, в отличие от Ричарда Дадда, Саве Браун несвойственны безумие и одержимость — она более чем душевно здорова, а речь ее добродушна и полна забавных оборотов.</p>
     <p>Она воспитала двоих сыновей. Сава подбирает материалы для своих работ в пунктах благотворительности и вообще где только может; что-то покупает на скудные доходы домработницы. Материал, по ее словам, есть везде: в мусорных контейнерах, на барахолках, свалках и среди того, что остается после школьных вечеринок. Она рассказывает, что занялась своей "мягкой скульптурой" случайно: ей "до смерти хотелось что-то этакое сотворить", но в ту пору в связи с жизненными обстоятельствами имела возможность делать только такие вещи, которые можно складывать и убирать на ночь. Два самых ценных ее приобретения — вязальная машина и чулан в подвальном этаже многоквартирного дома, где она живет. Чуланом ей разрешил пользоваться управляющий домом. "Вот когда мне отдали чулан, тогда я и смогла делать вещи из коробок и большие мягкие", — с удовлетворением и улыбкой замечает она.</p>
     <p>Она уверяет, что многим обязана одному дому, где работает, — "семье художников", которые объяснили ей, как работать с цветом (нельзя сказать, чтобы ее нужно было учить: у нее потрясающее чутье на необычные эффекты и цветовые контрапункты), и расширили ее представления о том, каким может быть произведение искусств…</p>
    </cite>
    <p>Дебби в раздумьях идет домой. Миссис Браун уже закончила свою дневную работу и ушла. Робин капризничает. Он не хочет на ужин спагетти, его тошнит от макарон, он жалуется, что макароны на ужин вот уже целую неделю. Он сидит и накручивает феттучини на вилку, и Дебби думает: пожалуй, в целом будет спокойнее не рассказывать ему о миссис Браун и ее сказочном чертоге в галерее "Каллисто", "Место женщины" он не читает, а еще журнал можно спрятать, когда выйдет номер. Может быть, удастся сделать так, чтобы он вообще нигде не увидел статьи про Саву Браун: читает он мало, чтение его вгоняет в уныние.</p>
    <p>Едва она все обдумала, как ее планы рухнули: Джейми влетел в кухню с криком:</p>
    <p>— Мам, пап! Идите сюда скорей! По телику показывают миссис Браун!</p>
    <p>Мама и папа остаются где были, и он орет еще громче:</p>
    <p>— У нее выставка — штуки вроде "Маппет-шоу", и еще там галерейная хозяйка, которая недавно к нам приходила. Пап, ну пойдем посмотрим: это же <emphasis>офигенно</emphasis>!</p>
    <p>Робин идет посмотреть. Сомнений нет: это лицо Савы Браун, она нацеливается в него с экрана длинным носом и говорит:</p>
    <p>— Работа обычно рождается так — на меня будто налетает вихрь из разных цветов. Мне нравится сочетать вещи, сочетать цвета. В мире столько всего существует, что я от этого в восторге. И чтоб выразить восторг, я и делаю мои работы.</p>
    <p>На экране на миг появляется дракон-пылесос и дама в "бельевых" оковах.</p>
    <p>— Что вы, что вы, я это делаю не из какого-то там <emphasis>ожесточения</emphasis>, — энергично уверяет голос миссис Браун за кадром, между тем как камера скользит по удавке из перекрученных колгот. — Нет. Я вам уже говорила: мне по-настоящему <emphasis>интересно</emphasis>. Когда работаешь уборщицей, много всего узнаёшь, честное слово. Где еще разные занятные штуки увидишь? А от того, что увидела, и до своего дела рукой подать. Люди такие забавные, занятные существа. Если этого не понимать, в домработницах не задержишься…</p>
    <p>Дебби глядит на Робина. Робин глядит на Саву Браун. Сава Браун исчезает, на смену ей появляется жизнерадостный морячок в окружении жеманно улыбающихся детишек; морячок размахивает блюдом, на нем горкой лежат прямоугольные морские деликатесы, от которых исходит пар. Робин говорит:</p>
    <p>— Чем обмотана шея этого непонятного женского существа — это же тот самый школьный галстук, который я потерял.</p>
    <p>— Не потерял, а выбросил.</p>
    <p>— Нет, не выбрасывал. Зачем бы мне его выбрасывать? Я же могу еще пойти на встречу выпускников. И вряд ли захочу тратить деньги <emphasis>еще на один такой </emphasis>отвратительный фиолетовый галстук…</p>
    <p>— Галстук валялся в корзине для бумаг. Я ей разрешила его забрать.</p>
    <p>— Мама, — спрашивает Джейми, — мы же можем сходить <emphasis>посмотреть </emphasis>на эти мягкие прикольные скульптуры миссис Браун?</p>
    <p>— Мы все вместе туда пойдем, — отвечает Робин. — Из вежливости. Заодно поглядим, что она еще у нас стащила.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Миссис Браун является на следующий день в сопровождении седовласой, но по-девичьи стройной дамы в балетном трико и кроссовках.</p>
    <p>— Миссис Браун! Миссис Браун! — восклицает Джейми (в школе сейчас каникулы). — Миссис Браун, мы видели вас по телику! У вас очень красивое имя, и все эти штуки, как в "Маппет-шоу", и маленькие личики — они офигительные!</p>
    <p>А миссис Браун обращается к Дебби:</p>
    <p>— Миссис Деннисон, похоже, я какое-то время уж точно не смогу к вам приходить. Вот, понимаете ли, вбила себе в голову, что пора мне кому-то показать мои работы, — вы ведь знаете, как это бывает, — а дальше все пошло-покатилось, только успевай поворачиваться. Я и не думала, что так будет, что вся жизнь моя от этого переменится. Не успела оглянуться, а уж сама себе не хозяйка. Но я не жалуюсь… Я вам давно хотела рассказать, просто не было подходящего момента. Я все думала, гадала, как же вы будете одна-то управляться в доме?… Вам без надежной помощницы никак нельзя. Познакомьтесь, пожалуйста, это миссис Стимпсон, она будет исполнять в точности всю мою работу по дому. Я ей все покажу, объясню, как не мешать мистеру Деннисону. Я думаю, вы не заметите разницы, миссис Деннисон. Все будет по-старому.</p>
    <p>Дебби молча смотрит на миссис Браун. Миссис Браун опускает глаза, но тут же поднимает. На щеках у нее румянец.</p>
    <p>— Вы ведь понимаете, как оно все приключилось? — спрашивает она, впрочем довольно твердым голосом.</p>
    <p>Дебби думает: "Хуже всего, что я верила, мы вроде как подруги. Но будь мы подругами, она бы мне показала свои работы раньше. Какие уж там подруги. А я-то наивная…"</p>
    <p>Сава Браун продолжает:</p>
    <p>— У нас с вами, миссис Деннисон, как говорится, было полное взаимное понимание. Но незаменимых не бывает. Миссис Стимпсон можно доверять, да она и смекалистая. Я бы не стала приводить кого попало. Она еще мне фору даст.</p>
    <p>Дебби спрашивает:</p>
    <p>— А миссис Стимпсон, часом, не занимается втайне искусством?</p>
    <p>— Ну, это уж вы с ней сами… — отвечает Сава Браун. — Сами смекайте, что к чему.</p>
    <p>Седая, но не старая миссис Стимпсон смотрит сурово, но словно с какой-то понимающей улыбочкой.</p>
    <p>— Давайте попробуем, миссис Деннисон, — говорит она. — Не будем судить предвзято.</p>
    <p>— Давайте, — отвечает Дебби.</p>
    <p>Не успевает она снова раскрыть рот, как миссис Браун уводит миссис Стимпсон на кухню. На кухне грохочет кофемолка. Ей принесут чашку кофе. Все будет более или менее как прежде.</p>
    <p>Или не совсем как прежде. По крайней мере, Дебби снова займется ксилографией. Сделает иллюстрации к "Книге злых фей" и "Книге добрых фей", и ее гравюры будут иметь в мире книжной иллюстрации определенный успех. У некоторых, наименее обычных, фей — надменные лица грубой лепки, как у Савы Браун, или приятно-смазанные, без возраста, как у миссис Стимпсон. А Робин? Робин знай покрикивает на миссис Стимпсон, которая развлекает его тем, что как заведенная носится по его приказам. Еще у него появился интерес к восточной мифологии, он купил несколько книг с изображениями тантрических мандал и молитвенных колес. Однажды Дебби поднимается к нему в комнату и обнаруживает на мольберте холст, непохожий на прежние. Геометричные формы, яркие краски, сложная строгая композиция: сплетение языков пламени, рук и ног — причудливое, похожее на тканье; повторяющийся мотив темного, зловеще подсвеченного лица с красными глазами и высунутым красным языком.</p>
    <p>— Это Кали-разрушительница, — с осведомленным видом поясняет миссис Стимпсон, касаясь локтя Дебби. — Это изображение Кали-разрушительницы.</p>
    <p>Несправедливо, думает Дебби, что черная богиня, ткачиха бесконечных сверкающих сетей, опростилась и стала пародией на Саву Браун. И в то же время она чувствует какую-то новую, разнузданную, дикую силу в том, как Робин обыгрывает цвета и движение.</p>
    <p>— Что-то в этом <emphasis>есть</emphasis>, — обходительно замечает миссис Стимпсон. — Ну, ведь правда же?</p>
    <p>Дебби не может не согласиться. В этом и правда что-то есть.</p>
   </section>
   <section>
    <title>
     <p>Китайский омар<a l:href="#n_114" type="note">[114]</a></p>
    </title>
    <p>Периоды отчаянного украшательства у владельцев "Восточного лотоса" чередуются с периодами полного запустения и равнодушия к интерьеру. Доктор Небенблау знает это давно, поскольку обедает здесь, чаще всего в одиночестве, уже лет этак семь. Место оказалось удобным: до ее излюбленных магазинов рукой подать, а еще рядом Национальная галерея, Королевская академия и Британский музей. Главное же — само заведение скромное, уютное, без претензий. Ей все тут нравится, по душе даже потертые сиденья, на которых кое-где потрескалась искусственная кожа. Можно приткнуть где-нибудь рядышком тяжеленные сумки с книгами и дать отдых костям.</p>
    <p>Сколько она помнит здешнее убранство, на окнах всегда стоят горшки с монстерой, и ее спутанные, будто лианы, заросли с годами становятся все гуще и живописнее. На резных листьях скапливается все больше пыли, и они все теснее жмутся к стеклу: старые — темно-зеленые, молодые — желтоватые и глянцевые. Оконное стекло деформирует их, изгибает, но им все нипочем. Иногда на подоконнике появляется аквариум с пестрыми рыбками, а потом раз — и нет его. Вот сейчас, например, его нет. Зато есть бутылки с соевым соусом, стеклянные коробочки, из которых постепенно исчезают зубочистки, а еще блестящие хромированные подставки, из которых так же бережливо, по одной, исчезают салфетки.</p>
    <p>Прямо перед входом примерно год назад появился низкий квадратный алтарь с нишей, выложенной ярко-нефритовой керамической плиткой; внутри, в позе лотоса, удобно уложив просторное брюхо на просторные колени, сидит бронзовый не то божок, не то мудрец-отшельник. Перед ним в алых стеклянных плошках горят фонарики и дымятся благовонные палочки, а на саму фигуру время от времени нацепляют бумажные гирлянды, красные и золотые. Доктора Небенблау радует эта какофония цвета: почти равно насыщенные, сочные — сине-зеленый и густо-алый. Зато божка она побаивается: непонятно, кто он такой, но уж точно не элемент декора, ему тут явно поклоняются.</p>
    <p>Сегодня в ресторанчике появился новый предмет: подальше от двери, но не доходя до гардероба и столов. Новехонький футляр вроде музейного, дно — из лакированного черного дерева, крышка и боковые стенки из стекла, сантиметров по двадцать высотой. Футляр покоится на четырех ножках и доходит Герде Небенблау, даме среднего роста, до пояса. В таких обычно выставляют миниатюры, драгоценности или керамику.</p>
    <p>Доктор Небенблау рассеянно заглядывает в ярко освещенное нутро футляра. Дно устлано свирепо-изумрудной искусственной травой, которую так любят на своих витринах зеленщики и владельцы похоронных бюро.</p>
    <p>По периметру на открытых двустворчатых ракушках лежат сырые гребешки, их жемчужная плоть потихоньку тускнеет, а на фоне бьющей зелени играют оранжево-розоватые полукольца молоки.</p>
    <p>В середине, в самой что ни на есть середине, помещается живой омар, а по бокам — два живых краба. Все трое шевелятся, постоянно и едва уловимо. Черный омар — или омариха? — медленно водит усищами и подергивает лапками, их последним сочленением, но не может продвинуться ни на шаг. Силится приподнять огромные клешни, но они слишком тяжелы. Мышцы хвоста то напрягаются, то сокращаются, то снова беспомощно опадают. Один из крабов, тот, что поменьше, прилежно и неустанно раскачивает себя из стороны в сторону. Челюсти крабов постоянно двигаются, точно чикают ножницы. Все три чудища крутят еще подвижными, живыми глазищами на тонких черешках. Открытые их рты изрыгают неслышные миру звуки: шипение, бульканье, вздохи, крики. Панцири крабов матовые, кирпично-кремовые, кончики клешней посверкивают, как спелые виноградины, на мохнатых лапках проступает тусклый, землистого оттенка рисунок. Зато омар — иссиня-черный и блестящий, таким он был всегда, но скоро таким не будет. Всем им больно жить в этом разреженном воздухе, и на мгновение доктор Небенблау ощущает их боль каждой своей косточкой. И омар, и крабы пялятся на нее, но, скорее всего, не видят… Резко развернувшись, она проходит вглубь "Восточного лотоса". Ей вдруг приходит в голову, что даже гребешки, наверно, тоже в каком-то смысле живые.</p>
    <p>Пожилой китаец — она прекрасно знает их всех, но не по именам — приветливо улыбается, забирает у нее плащ. Доктор Небенблау просит накрыть на двоих. Ее усаживают за обычный столик и приносят еще одну плошку, ложечку и палочки. Звучит ненавязчивая электронная музыка. Приятно. Когда-то, услышав ее впервые, доктор Небенблау оторопела и схватилась за сердце: неужели все-таки вертеп, а не мирный тихий уголок? На фоне этого дребезжания даже лапша утратила сочность и вкус. Однако на второй или третий раз доктор Небенблау начала различать мелодии — банальные западные песенки о безоблачном счастье, только в джазовой обработке и на чужом, вероятно кантонском, наречии. "Как утро прекрасно! Я словно лечу! Я верю — все будет, как я захочу!" Да-да, мелодия знакома, но слова непонятно-гнусавы и сопровождаются бренчанием струн и чем-то вроде гонга и ударов колокола. Ей такие песенки никогда не нравились. Но в конце концов именно в них для доктора Небенблау воплотилось представление о покое и светлой радости бытия. Перебор, гонг, колокольчики… Этакий межкультурный феномен, западный Восток, восточный Запад. Теперь эти звуки обещают изысканные яства, тепло, сладостную сытость. Пожилой китаец приносит зеленый чай в ее любимом, почти прозрачном фарфоровом чайнике очень тонкой работы, по белоснежным его бокам голубеют крошечные, едва видные цветочки.</p>
    <p>Пришла она рано. И волнуется из-за предстоящей встречи. С сегодняшним своим гостем она лично незнакома, хотя, конечно, видела его и во плоти, и на телеэкране; ей доводилось слушать его лекции о Беллини, о Тициане, о Мантенье, о Пикассо, о Матиссе. Его стиль высокопарен и идиосинкразичен. Молодые коллеги доктора Небенблау причисляют его к пустозвонам и путаникам. Но она этого мнения не разделяет. Она полагает, что Перри Дитт всегда говорит по существу и не толчет воду в ступе, а подобное качество, с ее точки зрения — хотя, возможно, одинокие интеллектуалки предпенсионного возраста судят предвзято, — так вот, с ее точки зрения, подобное качество ныне встречается крайне редко. Кстати, многие из ее коллег вообще не любят живопись. А Перри Дитт любит. Любит — как хруст спелых яблок под зубами, как нежную плоть, как солнечный свет. Да, она сейчас рассуждает в его стиле. Ох уж эта извечная профессиональная задача, особенно для людей ее поколения: как обрести свой стиль? У нее, Герды Небенблау, своего стиля никогда не имелось, имелась лишь дотошная, едкая аккуратность, которая — не в пример стилю — так легко дается женщинам с ее внешностью, то есть с намеком на некоторую внутреннюю суховатость. Не сухость — это было бы уже слишком, — а именно суховатость. Характеристика сдержанная, но вполне положительная. У нее длинные и густые каштановые волосы, стянутые на шее в крепкий пучок. Костюмы она носит темные, мягких, но не совсем обычных оттенков: цвета спелого терна, сажи, черных тюльпанов, мха… Блузки женственные, облегающие, без бантов и оборочек, в ясных чистых тонах: бледно-лимонные, густо-кремовые, барвинковые или цвета затухающего пламени. Одежда округляет формы, но тело под нею — кому, как не хозяйке, это знать? — жесткое и угловатое, совсем как ее римский профиль и поджатые губы.</p>
    <p>Она вынимает из сумочки документ. Конечно, копия сохранила далеко не все безумства оригинала: тут не видны жирные, вероятно масляные, пятна; там потерялось что-то бурое, вроде смазанного по краям кровоподтека; а здесь, помнится, было абсолютно симметричное пятно, похожее на жука-рогача, — такие получаются, если перегнуть вдвое страницу с кляксой и промокну́ть. Зато ксерокс воспроизвел все крошечные картинки на полях и в самом тексте, окаймленном петлистой, тщательно выведенной тушью рамочкой. Сверху крупными прописными буквами значится:</p>
    <cite>
     <subtitle>ДЕКАНУ-КУРАТОРУ ЖЕНСКОГО СТУДЕНЧЕСКОГО СООБЩЕСТВА</subtitle>
     <subtitle>ДОКТОРУ ГЕРДЕ НЕБЕНБЛАУ,</subtitle>
    </cite>
    <p>а дальше меленько, совсем крошечными буковками:</p>
    <cite>
     <p><emphasis>от пегги ноллетт, женщины и студентки.</emphasis></p>
    </cite>
    <p>Начинается письмо так:</p>
    <cite>
     <p><emphasis>Я хотела бы изложить офицальную жалобу на ПОЧЕТНОГО ПРИГЛАШЕННОГО ПРОФЕССОРА, которого факультет щел возможным назначить руководителем моей научной работы, дизертации по теме "Женское тело и Матис".</emphasis></p>
     <p><emphasis>По моему мнению, которое я уже прокаментировала всем кто захотел выслушать а именно Дагу Марксу, Трейси Авизон, Энни Мэнсон а также вам доктор Герда Небенблау этому ППП ни в коем нельзя было поручать руководство подобной работой, поскольку он ни в коей не сочувствует феминистской тематике. Он — так называемый ЭКСПЕРТ по так называемому МАСТЕРУ МОДЕРНИЗМА, но что он знает о Женщине или внутренних порывах Женского Тела, которое доныне хранило молчание и лишь сейчас обретает голос?</emphasis></p>
    </cite>
    <p>Дальше следует серия крошечных карандашных рисунков, которые доктор Небенблау, рассматривая оригинал, опознала как губы: не то ротовые, не то половые, одни приоткрытые, другие — закрытые наглухо, третьи — испещренные волосками.</p>
    <cite>
     <p><emphasis>Его критика всего мною написанного никчемна и одновременно чрезвчайно агрессивна и деструктивна. Он не понимает что мой проект внеистричен что он не должен включать в себя опсание так называемого развития так называемого стиля или подхода Матиса поскольку мои утверждения по сути его ниспровергают и поданы под теоретическим углом, с привлчением соврменных критичских методов, для которых хронология жизни Матиса или порядок сотврения так называемых шедевров не имеют абслютно никакого значения.</emphasis></p>
     <p><emphasis>Однако хоть я и намревалась начать с излжения моих теортических взглядов я все же настаиваю на обвинении ППП в сексуальных домогательствах я могу и готова привести все спецфические подробности поверьте мне доктор Небенблау но сначала я обрисую случвшееся кратко чтобы вы поняли что так оно и было.</emphasis></p>
     <p><emphasis>Я еще не оправилась от шока поэтому прошу прстить некторую бессвязность.</emphasis></p>
     <p><emphasis>Все началось с моих всегдашних споров с ППП. Он спросил, почему я не написала следующий кусок дизертации, а я сказала что плохо себя чувствовала и занималась собствным Творчством, вы ведь знаете, что я учусь по двум спецальностям, и оценки за творчские работы важны не меньше, чем оценки по истории искусства, а я как раз достигла очень ответственной стадии в моем Творчестве. Но я все-таки написала о том, как Матис изврщает Женское Тело, в особенности спецфически женские органы: груди, влагалище, половые губы и т. д. и т. п., а также как он наращивает Плоть на опрделенных местах Тела, которые особенно привлекают мужчин, но женщины при этом лишаются пдвижности — например он создает огромные, непомерно раздутые бедра или выпяченный вперед живот. Со временем я обзательно свяжу эти наблюдения со всей традицией избражения женщин-рабынь и одалисок, но я еще не исследовала этот вопрос достаточно подробно.</emphasis></p>
     <p><emphasis>Кроме того, его Женщины не имеют черт лица, их лица пусты, точно у кукол, и мне кажется это зловещим.</emphasis></p>
     <p><emphasis>Так или иначе, я рассказала ППП, в каком напрвлении намерена двигаться, хотя действительно написала очень мало, но он начал со мной спорить и договорился до того, что я отношусь к Матису враждебно и с ненавистью. Я ответила, что это не есть значмая критика моего Творчества и что сам Матис враждебно и с ненавистью относился к женщинам. На это он сказал, что Матис женщин любил и вожделел (!!!!), я вставила "вот именно", но он не уловил издевки и продлжал осаживать унижать втаптывать меня в грязь. И даже если бы ничего худшего не случилось разве это — наставник? Он уверял меня что я наврняка провалюсь на защите а разве так должен вести себя научный рукводитель? Я была так расстроена просто убита и тут он похлопал меня по плечу и вроде как стал утешать. Ну я и объяснила как поглщена своим Творчеством — а это серия инзталляций под названием "От извращений к правде" и она является частью моей критики Матиса. И тогда он благосклонно согласился взглянуть на мои произведения, поскольку, мол, готов поставить мне более высокий балл, если мое собствнное Творчство обогащает мои идеи о Матисе. И добавил еще, что студентам-художникам часто бывает затрднительно выразить себя словами, хотя сам он находит язык "столь же чуственным инструментом, сколь кисть и краски". [Я могла бы конечно сказать пару слов об его литературном стиле, но воздержус.] (Последнее предложение было густо замарано, но читалось легко.)</emphasis></p>
     <p><emphasis>Вот так, любезнейше, он соизволил прийти ко мне в студию, чтобы посмотреть мое Творчество. Я сразу поняла что ему не понравилось что ему все это отвратительно. Чему ж тут удивляться? Мое Творчество не стрмится угодить всем и каждому. Он однако пытался сохранить хорошую мину при плохой игре: повосхищался парой-тройкой неконзептуальных работ и даже выдавил из себя что воздух в студии напоен мощью чувств. Я пыталась объяснить что цель проекта: пересмотр, переделка, коренное исправление Матиса. У меня есть объемная конзтрукция из проволоки, алебастра и пластилина — называется "Сопротивление мадам Матис", — и там избражено, как во время войны его жену и дочь пытают в застенках гестапо — а ведь так оно и было! — а он сидит себе в позе Будды и кромзает ножницами бумажки для апликаций. Ему не сообщили, что их пытают, чтоб — не дай бог! — не отвлечь от работы. Когда я об этом узнала, меня чуть не стошнило. И у моих гестаповцев точно такие же ножницы.</emphasis></p>
     <p><emphasis>Потом вдруг ППП сменил офицальный тон на интимный. Приобнял меня, сказал, что на мне слишком много одежды, что вся она давящих, тяжелых тонов и что он советует мне все это снять и ощутить, как воздух омывает тело. Сказал, что хочет увидеть меня в ярком и что я очень красивая девушка — если дам себе волю. Я ответила, что моя одежда — мое кредо, а он заявил, что это очень печальное кредо и начал целовать меня, ласкать — вплоть до самых интимных частей тела это было отвртительно и я не стану все это описывать хотя могла бы уж вы поверьте доктор Небенблау если понадбится я изложу все до мельчайших подробностей просто сейчас меня еще трясет и я еще не оправилась от шока. Чем сильнее я отбивалась тем настойчивей он лез под одежду и прижмался но потом я пригрозила что при первой взможнсти вызову полицию и тут он одумался и сказал что в старые добрые времена человеческое тепло и чуственность соединяли художника и модель прямо в студии я добавила "только не в моей студии" а он сказал "увы" и ушел добавив на прощание что я почти наверняка завалю обе спецальности.</emphasis></p>
    </cite>
    <p>Сложив документ, Герда Небенблау убирает его в сумочку и достает присланное с ним вместе личное письмо.</p>
    <cite>
     <p><emphasis>Уважаемая доктор Небенблау!</emphasis></p>
     <p><emphasis>Посылаю вам жалобу с описанием ужаса, который я пержила. Пжалуйста, отнеситесь к этой жалобе внимательно и, пжалуйста, помогите мне. Я так нещасна, я совсем утратила веру в себя, целыми днями лежу в постели и не знаю, есть ли смысл вставать и что-та делать. Обычно я живу ради творчства, но меня очень легко сбить, лишить желания творить. Порой все кажется таким мрачным и безсмысленным, что я смеюсь, истерически смеюсь от собствнных идиотских потуг с провлокой и пластилином. Зачем вить, зачем лепить? — спрашиваю я себя и не нахожу ответа. И я тогда думаю, что лучше б мне умереть, а после ужаса, который я только что пержила, я все больше склоняюсь к тому, что смерть — это единзтвенный выход. Психтерапевт из полклиники сказал, что надо просто выпрстаться из этого и жить дальше, но ему-та откуда знать? Он не умеет слушать, ему невдомек, что могут сделать другие люди, если — как он выразился — сумеют выпрстаться из этого, да и из чего "этого", в конце-та концов? Из черных мешков, куда засовывают трупы? Я видела их по телевизору. Наверно, мое никчемное тело лучше всего подходит для такого вот мешка. Пршу вас, помогите мне, доктор Небенблау. Я сама себя боюсь, а прзрение окружающих — последняя капля, мне не выпрстаться… впрст… прст…</emphasis></p>
     <p><emphasis>Ваша с некоторой надеждой</emphasis></p>
     <text-author><emphasis>Пегги Ноллетт</emphasis></text-author>
    </cite>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>За увитым зеленью окном показался Перигрин Дитт. Он высок и держится очень прямо — точно столп. Седые, вполне еще густые волосы аккуратно зачесаны. Пальто кашемировое, оливкового цвета, с черным бархатным воротником. На трость — черную, лакированную, с серебряным набалдашником — он не опирается, просто изящно ею помахивает. Войдя в помещение, но еще не заметив Герду Небенблау, он останавливается возле божка, а потом долго и серьезно разглядывает гребешки, омара и крабов. Закончив наконец осмотр, он уважительно кивает, словно признавая их право на существование, и направляется к гардеробу. Молодая китаянка тут же подхватывает пальто и трость. Оглядевшись, он замечает даму, пригласившую его в ресторан. Кроме них, в этот ранний час здесь никого и нет.</p>
    <p>— Доктор Небенблау?</p>
    <p>— Здравствуйте, профессор Дитт. Садитесь, пожалуйста. Я как-то не сообразила спросить: быть может, вы не любите китайскую кухню? Я-то просто подумала, что это место так удобно расположено…</p>
    <p>— Китайская кухня — разумеется, в достойном исполнении — одно из величайших достижений цивилизации. Такая изысканность, такой букет и одновременно такая простота! Тихая радость для стареющего желудка.</p>
    <p>— Здешняя кухня мне очень нравится. С первого раза всех тонкостей даже не уловить. И я заметила, что среди завсегдатаев много настоящих китайцев, ходят целыми семьями, а это добрый знак. К тому же рыба и овощи всегда свежие.</p>
    <p>— Тогда прошу вас быть моим проводником сквозь дебри этого меню. Я, разумеется, активный сторонник неизведанного, но здесь рисковать боюсь и "хрустящие жареные потроха" вкушать не готов. Кстати, вам нравятся устрицы на пару́ с имбирем и зеленым лучком? Такой насыщенный и в то же время нежнейший вкус…</p>
    <p>— Я никогда не пробовала…</p>
    <p>— Очень рекомендую. Они даже отдаленно не напоминают холодных устриц, уж не знаю, по душе они вам или нет. А хороши ли у них блюда из утки?… Не пересушены?</p>
    <p>Они мило болтают, составляя заказ с изящными вариациями: тут мазок обжигающего чили, там призрачный сладостный аромат личи, слоистая мякоть черной фасоли, первобытная земляная хрусткость пророщенных бобов. Герда Небенблау глядит на собеседника, невольно воображая его в роли насильника из рассказа Пегги Ноллетт. Загорелая кожа еще упруга — ни одутловатости, ни вислых складок, — лишь сеть тонких морщинок бороздит лоб, щеки, шею, ноздри, уголки глаз и рта и даже губы. Глаза совершенно васильковые, удивительные, пусть слегка выцветшие, подернутые дымкой, с чуть красноватыми белками в уголках, но в тридцатые годы, когда он был молод, они, вероятно, сияли совершенно неотразимо. Под стать им яркий васильковый галстук из плотного шелка — наверно, как раз того оттенка, какого были когда-то глаза. Впрочем, почему были? Они и сейчас сияют. Костюм вельветовый, темно-слюдяного цвета. На пальце украшенный лазуритом перстень с печаткой; руки еще красивы, хотя, как и лицо, испещрены морщинами. В облике этого человека прихотливо проступают утонченная разборчивость и былые пристрастия к излишествам и пороку — Герда Небенблау кое-что знает о его жизни… впрочем, все это сплетни и всеобщее достояние.</p>
    <p>Документ она достает, едва подано первое блюдо: блестящие голубовато-зеленые водоросли с креветками и поджаренные хлебцы с кунжутными семечками. Начинает она так:</p>
    <p>— Я получила довольно неприятное письмо и должна его с вами обсудить. Мне подумалось, что лучше говорить, скажем так, в неофициальной обстановке. Не знаю, известно ли вам, о чем пойдет речь…</p>
    <p>Перри Дитт быстро пробегает глазами письмо и залпом выпивает едва начатую кружку пива. Пожилой китаец тут же приносит новую.</p>
    <p>— Несчастная сучонка, — вздыхает Перри Дитт. — Какая страшная каша у нее в голове. Я бы, ей-богу, расстрелял того, кто усмотрел в ней искру таланта и направил на эту стезю.</p>
    <p>Не произноси слово "сучонка", поморщившись, мысленно приказывает ему Герда Небенблау.</p>
    <p>— Вы помните описанный в жалобе эпизод? — осторожно спрашивает она.</p>
    <p>— В какой-то мере, в какой-то мере… Он малоузнаваем в ее пересказе. Мы действительно встречались на прошлой неделе, чтобы обсудить совершенное отсутствие прогресса в ее диссертации; я бы сказал, наблюдается даже некоторый регресс — по сравнению с изначальными тезисами, впрочем счастлив заметить, что план работы утверждал не я, так что никакой ответственности не несу. На сегодняшний день она позабыла даже то немногое, что якобы знала о Матиссе прежде. Не представляю, как можно дать ей ученую степень: она невежественна, ленива и с тупым упрямством движется неизвестно куда. Я счел своим долгом ей об этом сообщить. Доктор, мой опыт подсказывает, что наша с вами безмерная доброта наносит ленивым и невежественным студентам непоправимый вред. Мы носимся с ними как с писаной торбой, чуть ли грудью не кормим и не осмеливаемся просто назвать бездарь бездарью.</p>
    <p>— Что ж, вполне возможно. Но она конкретно утверждает… Вы приходили к ней в студию…</p>
    <p>— Да-да. Зашел однажды. Я не так жесток, как можно подумать: решил, что она имеет право на презумпцию невиновности. Вдруг в ее работах и правда что-то есть? И эта часть ее повествования до некоторой степени похожа на правду. Я действительно говорил о том, что художники зачастую не способны выразить себя вербально. Любой, кто преподает столько лет, согласится, что некоторые дружат и со словом, многие же — только с материалами. Интересно, что не всегда заранее скажешь, кто к какой категории относится… Так или иначе, я пришел к ней в студию, чтобы взглянуть на ее так называемое творчество…</p>
    <p>Герда думает уныло: вот ведь напасть. Слова-прилипалы. "Так называемое". Расхожий современный термин для абсолютного уничижения.</p>
    <p>— Ну и?…</p>
    <p>— Ее творения ужасны! Отвратительны. Кощунственны. Вся студия — в которой бедняжка к тому же ест и спит — обклеена дешевыми репродукциями Матисса. "Сон". "Розовая обнаженная". "Голубая обнаженная". "Большое голубое платье". "Музыка". "Художник и его модель". "Зора на террасе". И все до единой загажены. Каким-то веществом органического происхождения, доктор, возможно кровью, или тушеным мясом, или испражнениями, да-да, я склоняюсь к последней версии, поскольку откуда ж в этой убогой конуре взяться более достойной грязи? Иногда она намеренно изменяет, искажает контуры тел или лиц своей пачкотней, иногда сажает кляксы, словно закидывает картину помидорами — может, и правда помидорами? — и еще яйцами. Но иногда картины просто исполосованы. Дерьмом в форме свастики! Это отвратительно. И убого.</p>
    <p>— Отвращать и кощунствовать — ее цель, и она своего добилась, — беспристрастно произносит Герда Небенблау.</p>
    <p>— И что из этого? Разве цель — оправдание?</p>
    <p>Рев Перри Дитта пугает молодую китаянку, которая как раз подошла зажечь свечки в нагревателе для тарелок. Девушка шарахается в сторону.</p>
    <p>— В последнее время искусство традиционно несет элемент протеста, — замечает доктор Небенблау.</p>
    <p>— Традиционного протеста, — громогласно уточняет Перри Дитт, и шея его наливается кровью. — Это в порядке вещей. Я и сам протестовал в былые дни, да и все мы не без греха, человек вообще не может состояться, если не внесет свою лепту в эпатаж, не подразнит гусей. Но в нашем случае я не приемлю совсем иное: претенциозную дешевку и леность! И мне кажется — уж простите, доктор, — что эти какашки оскорбляют как раз то, что я почитаю священным, да-да, священным, хоть над этим словом наша сучонка будет наверняка хохотать до упаду. Пускай бы она потрудилась сначала скопировать эти шедевры, эти сияющие… ну да ладно… так вот, если б она умела хоть что-то сделать, если б разобралась в оттенках голубого, розового, белого, оранжевого и черного, да-да, черного! — и после этого почувствовала неодолимое желание осквернить картины, что ж, я уважал бы ее протест.</p>
    <p>— Кстати, поосторожнее со словом "шедевры", — бормочет доктор Небенблау.</p>
    <p>— Да знаю я эти реверансы, вечно мы осторожничаем. Но вы все-таки послушайте! У нее же ушло не больше получаса, чтобы все загадить! Полчаса на все про все! И дольше эта Ноллетт, этот ноль без палочки, на Матисса в жизни не смотрела! Она толком не помнит ни одного полотна, из наших бесед это ясно как день! Весь Матисс в ее воспаленном воображении сливается в одно чудовищное женское тело, пышущее мужской агрессией. Она ничего не видит! Ей не дано! И мы присвоим ей диплом за полчаса дерьмометания?</p>
    <p>— Матисс, — вставляет Герда Небенблау, — иногда клал мазок и надолго задумывался, убирал холст на недели и даже месяцы, пока не поймет, куда класть следующий.</p>
    <p>— Мне это известно.</p>
    <p>— А вдруг… распределение… гм… испражнений на картине тоже требовало определенных размышлений? Вдруг она думала, куда класть следующую порцию?</p>
    <p>— Чушь. Искусство я всегда отличу. И поверьте, я внимательно выискивал хоть какую-то изюминку. Хотя бы юмор, визуальный юмор, рассчитанный на то, чтобы вызвать улыбку. Ничегошеньки! Намазано, наплюхано как попало. Ужас!</p>
    <p>— Сделано в расчете вас растревожить. Цель достигнута.</p>
    <p>— Кстати, доктор Небенблау, я читал вашу монографию о Мантенье. Примите самые лестные отзывы, это настоящий <emphasis>chef-d’oeuvre</emphasis>. А вот работы Пегги Ноллетт… Вам хоть доводилось их видеть? А ее саму вы видели? Вы, собственно, на чьей стороне?</p>
    <p>— Я вообще не болельщик, профессор Дитт, я декан женского студенческого сообщества. Я получила официальную жалобу и должна принять официальные меры. Сейчас такие времена, что это может оказаться крайне неприятным для меня, для факультета, для всего университета и для вас, профессор. Посвящая вас в ситуацию неофициальным образом, я превышаю свои полномочия. Но мне очень важно знать ваш ответ на конкретные обвинения. Что до Пегги Ноллетт — да, я ее видела. Не раз. И однажды видела ее работы.</p>
    <p>— В таком случае… Вы сами понимаете, что… ну, не мог я… гм… заигрывать с ней так, как она описывает. У нее не кожа, а картофельная кожура! И само тело — гниющая картофелина. Оно гниет — там, внутри, под всеми этими рубашками, жилетками, вязаными балахонами и тюремными тряпками. А ее руки и ноги вы видели? Забинтованы, как у мумии, перетянуты ремешками, веревками, закованы в поганые налокотники и наколенники… Да еще эти черные шоферские перчатки с крагами! И везде пряжки, пряжки, пряжки… Так и ждешь, что из-под них засочится какая-нибудь желтоватая гадость и она разотрет ее о картину "Радость жизни". А волосы! Она же несколько лет не мыла голову! Хранит, как старую засаленную сковородку, и не дай бог на этот жир попадет хоть капля воды! Неужели вы допускаете, доктор, что я до нее дотронулся?</p>
    <p>— Да, представить трудно…</p>
    <p>— Невозможно. Конечно, я мог порекомендовать ей поснимать с себя все лишнее, мог даже опрометчиво — думая, как вы понимаете, спасти картошку — сказать что-то о воздухе, омывающем тело. Но, уверяю вас, не более того. Я пытался, вопреки собственному инстинкту, общаться с ней как с человеческим существом. А все прочее — плод ее больного воображения. Надеюсь, вы мне верите, доктор Небенблау. Собственно, вы — тот единственный почти свидетель, которого я могу призвать для защиты.</p>
    <p>— Я вам верю, — коротко вздохнув, произносит Герда Небенблау.</p>
    <p>— Тогда давайте поставим на этом точку, — говорит Перри Дитт. — Давайте вкушать эти изысканные яства и говорить о вещах более приятных, чем Пегги Ноллетт. В жизни не пробовал более вкусных креветок.</p>
    <p>— К сожалению, все не так просто. Если она не отзовет жалобу, вам обоим придется давать показания перед советом университета. Университет, кстати, обязан, если вы изъявите такое желание, нанять вам обоим адвокатов самого высокого класса: это правило сохранилось с былых времен, когда у университетских советов была реальная власть и деньги. Но обстановка сейчас такова, что правда никого не интересует, и, боюсь, вам не миновать неприятностей. Вас могут уволить, могут и не уволить, но, так или иначе, поднимется волна протестов против вас лично, ваших научных трудов и вашего пребывания в университете. И проректор испугается, что вся эта шумиха подорвет финансирование и факультет, единственный в Лондоне факультет, дающий сразу две художественные специальности, придется закрыть. Хозяева университета ждут доходов, а мы, естественно, не главная "дойная корова", наши выпускники не "идут на экспорт"…</p>
    <p>— Кстати, почему нет? Не все же они — Пегги Ноллетт. Что до меня… возьмите-ка еще бамбуковых побегов и пророщенных бобов… так вот, я бы рад сказать, что готов немедленно подать в отставку и уберечь вас от дальнейших неприятностей. Но я не готов. Потому что не потакаю лжецам и шантажистам. И потому что эта девица — не художник, она не умеет работать, она не видит, и ей ни в коем случае нельзя дать диплом. И потому что Матисс — это Матисс.</p>
    <p>— Спасибо. — Герда Небенблау освобождает на тарелке место для овощей. — Да-да, конечно, — добавляет она в ответ на декларацию Перри Дитта.</p>
    <p>Некоторое время они просто молча жуют. Голосок в динамике все выводит "Прекрасное утро" на кантонском наречии.</p>
    <p>— Пегги Ноллетт нездорова, — произносит доктор Небенблау. — Нездорова и психически, и физически. Она страдает анорексией. И заворачивается в эти тряпки, как в кокон, чтобы скрыть, что вконец отощала и превратилась в совершенный скелет.</p>
    <p>— Так, значит, не картошка, а вилка. Спица. Вешалка. Понятно…</p>
    <p>— И у нее депрессия. Как минимум две попытки самоубийства — о них мне, по крайней мере, известно.</p>
    <p>— Серьезные попытки?</p>
    <p>— Разве отличишь? Может, и увенчались бы успехом, если б о них знало поменьше народу. А так, конечно, спасли.</p>
    <p>— Ясно. Но вы, надеюсь, понимаете, что это ничего не меняет. Она бесталанна, не умеет работать, не видит…</p>
    <p>— Но будь она здорова…</p>
    <p>— Вы правда в это верите?</p>
    <p>— Нет. Нет оснований.</p>
    <p>Перри Дитт придвигает к себе мисочку с рисом:</p>
    <p>— В Китае я научился в конце любой трапезы есть чистый рис, без всяких добавок, ощущая на языке каждое зернышко. Вкус свежесваренного риса — один из самых изумительных в мире. Уж не знаю, каков на вкус рис, если не питаться ничем другим, если голодать. Наверно, он тоже вкусен, одуряюще вкусен, только совсем по-иному… Но этот вкус не описать…</p>
    <p>Герда Небенблау тоже кладет себе рису и, аккуратно подцепив палочками, пробует:</p>
    <p>— Да, вы правы.</p>
    <p>— При чем тут Матисс?! — снова не выдерживает профессор. — Я знаю, что девица больна, от нее даже пахнет болезнью. И поэтому, хотя бы поэтому, дико предположить, что кто-то… что я… способен до нее дотронуться.</p>
    <p>— Знаете, декан женского студенческого сообщества поневоле получает немало сторонних знаний, — задумчиво начинает доктор Небенблау. — Например, об анорексии. Болезнь развивается из ненависти к собственному "я" и непомерной сосредоточенности на себе, на своем теле и в особенности на образе собственного тела. Все мы имеем некое представление о своей оболочке, но в данном случае представление это гипертрофированно. Одна моя знакомая, психиатр, в сотрудничестве с вашей коллегой из художественного колледжа издала серию рисунков, в некотором смысле медицинское пособие, очень и очень полезное. Больная анорексией изображена перед зеркалом. Мы видим торчащие ребра и обвислую кожу, а она — в зеркале — видит себя состоящей из одних выпуклостей: чудовищно толстые ляжки, задница, щеки… Для меня эти рисунки многое прояснили.</p>
    <p>— Ну понятно. Мы видим вешалку и спицу, а она — пузатую картофелину и увесистую тыкву. Занятный образ… Может получиться интересная картина.</p>
    <p>— Прошу вас, не надо. Несчастные страдают.</p>
    <p>— Не думайте, что я такой черствый и легкомысленный, доктор Небенблау. Я — серьезный художник, во всяком случае был таковым. Если замысел картины рождается из тяжелой жизненной драмы — это не зазорно. Особенно если драма так визуально отчетлива…</p>
    <p>— Простите. Я просто пытаюсь понять, что делать. Несчастная девочка хочет лишить себя жизни. Хочет не быть.</p>
    <p>— Понимаю. Но при чем тут Матисс? Если ее так занимают плотские ужасы, пускай опорожняет судна у лежачих больных, слушает крики рожениц, работает в хосписе. А если ей приспичило заниматься искусством, пускай перекраивает Джакометти в Майоля или, наоборот, пускай займется Пикассо, этим старым козлом, который по природной злобе творил с женским телом несусветные вещи. Но при чем тут Матисс?</p>
    <p>— При том! Он пишет тихую, утешительную негу. Одно из самых известных полотен — "Luxe, calme et voluptе́". Разве Пегги Ноллетт может вынести роскошь, покой и сладострастье?</p>
    <p>— В молодости, в период моих собственных <emphasis>Sturm und Drang</emphasis>,<a l:href="#n_115" type="note">[115]</a> мне это все было откровенно скучно. Помню, я сказал кому-то — кажется, жене, — что Матисс прост и плосок. Какой же я был идиот! Но потом, в один прекрасный день, я прозрел. И понял, как трудно это увидеть и какая мощь таится в каждом штрихе. Не утешение, доктор, а жизненная сила и мощь.</p>
    <p>И он декламирует, откинувшись в кресле и глядя в никуда:</p>
    <poem>
     <stanza>
      <v>Дитя, сестра моя!</v>
      <v>Уедем в те края,</v>
      <v>Где мы с тобой не разлучаться сможем,</v>
      <v>Где для любви — века,</v>
      <v>Где даже смерть легка,</v>
      <v>В краю желанном, на тебя похожем.</v>
      <v>Там красота, там гармоничный строй,</v>
      <v>Там сладострастье, роскошь и покой.<a l:href="#n_116" type="note">[116]</a></v>
     </stanza>
    </poem>
    <p>Герда Небенблау, в чьей жизни было так мало <emphasis>luxe, calme et volupté</emphasis>, тронута и обескуражена его вдохновенным экстазом. Но произносит довольно сухо:</p>
    <p>— У этих свойств Матисса всегда находились противники. Поборники феминизма — и художники, и критики — не любили его за то, что вся мирная панорама бытия напоена у него мужским эротизмом. А марксисты — за чистосердечное признание, что он пишет в угоду богачам.</p>
    <p>— Предпринимателям и интеллигенции, — уточняет Перри Дитт.</p>
    <p>— Интеллигенция радует марксистов ничуть не больше.</p>
    <p>— Послушайте, — говорит Перри Дитт. — Ваша мисс Ноллетт жаждет шокировать. И шокирует примитивным дерьмом. А Матисс был хитроумен, сложен, неистов, сдержан и точно знал, что всегда обязан отдавать себе отчет в том, что он, собственно, делает. И знал, что самым шокирующим будет признание, что он пишет в угоду предпринимателям и для их комфорта. Его знаменитое сравнение живописи с покойным креслом — самая изощренная провокация, какую только знал мир. Да закидайте говном весь Центр Помпиду — и то вам не удастся шокировать столько людей, сколько удалось шокировать Матиссу одним лишь этим заявлением. Тех, кто не знает цитаты целиком, до сих пор колотит от ужаса.</p>
    <p>— Напомните цитату, — просит Герда Небенблау.</p>
    <p>— "О чем я мечтаю, так это об искусстве гармоничном, чистом, тихом, которое не будет поднимать неприятных тем, не будет беспокоить, которое предназначено для тех, кто работает головой, для предпринимателей и писателей, оно призвано умиротворить, успокоить их ум — как покойное кресло, дающее отдых усталому телу…"</p>
    <p>— Что ж, взгляд достаточно однобок, и оспорить его — задача благородная, — замечает Герда Небенблау.</p>
    <p>— Благородная, но возникает она исключительно от непонимания. Кто, в сущности, понимает, что есть наслаждение? Только старики вроде меня, которые уже забыли, когда у них не ныли кости, но помнят, как взбегали когда-то в горку — упруго, размашисто, как упруг и размашист красный цвет на полотне "Красная мастерская". А еще слепцы, которым вернули зрение, и у них кружится голова от листвы, от аляповатых пластмассовых кружек и страшной синевы неба. Наслаждение — это просто жизнь, доктор, но у большинства из нас ее нет, или ее немного, или в ней все перепутано, поэтому, увидев эти краски — синие, розовые, оранжевые, пунцовые, — нам следует пасть ниц и усердно молиться. Потому что это — истина. Кто отличит истинно покойное кресло? Только больной костным раком или человек после пыток, уж они-то знают…</p>
    <p>— Но как же бедная Пегги? — вдруг спрашивает доктор Небенблау. — Как ей все это понять, если она хочет умереть?</p>
    <p>— Женщина, жаждущая обвинить мужчину в изнасиловании, вряд ли всерьез думает о смерти. Она захочет насладиться триумфом, чтобы поверженный извивался у ее ног, прося пощады.</p>
    <p>— Профессор Дитт, она совсем запуталась. И посылает нам всевозможные сигналы: зовет на помощь, угрожает…</p>
    <p>— Марает отвратительные картинки…</p>
    <p>— На самом деле она вполне способна наглотаться таблеток и оставить письмо, где обвинит вас, да и меня заодно, в ужасных посягательствах, в бесчувственности, в преследованиях…</p>
    <p>— Давайте в таком случае называть вещи своими именами: она мстительна и злобна.</p>
    <p>— Вы слишком верите в человеческую природу. И склонны все упрощать, как человек с очень здоровой психикой. Отчаянье такой же рычаг, как злоба. Они дополняют друг друга.</p>
    <p>— И все от недостатка воображения.</p>
    <p>— Ну, разумеется. Разумеется… Вообрази самоубийцы этот ужас… боль тех, кто остался… в пику кому они ушли… они бы этого не сделали…</p>
    <p>Ее голос меняется. И она об этом знает. Перри Дитт не отвечает, а просто, слегка нахмурясь, глядит на нее в упор. И Герда Небенблау — во исполнение договора, который заключила когда-то с собственной дотошностью и правдивостью, — произносит:</p>
    <p>— Разумеется, когда доходишь до определенной черты, на место другого себя уже не поставить. Все предельно ясно, просто, и выход один… Один-единственный выход…</p>
    <p>— Да, верно, — откликается Перри Дитт. — Вокруг все будто высвечено, или, как вы говорите, предельно ясно. Ты словно в белом ящике, белой комнате, без дверей и окон. Смотришь сквозь недвижную чистейшую воду — или нет, скорее сквозь лед; ты в белой комнате, как в ледяной глыбе. И сделать можно только одно. Все ясно и просто. Как вы говорите.</p>
    <p>Они глядят друг на друга. Перри Дитт бледен — кровь отхлынула от его щек. Он притих. Задумался.</p>
    <subtitle>* * *</subtitle>
    <p>Бывает так: двое разговаривают, не важно где и когда, обычным цивилизованным образом, о чем-то обыденном или даже о тонких материях. А внутри каждого течет темный поток бессвязных мыслей, тайных страхов, необузданных страстей, благодати, надежд, потерь — невидимый и неслышимый, поток течет внутри вместе с беседой. Но внезапно один из собеседников или оба сразу увидят, услышат, учуют это движение — в себе или, значительно реже, в другом. И вот поток — уже водопад, он низвергается вниз, в темноту. Меняется все, даже воздух становится гуще, хотя внешне беседа течет безмятежно и на ее поверхности — ни кругов, ни ряби.</p>
    <p>Душа Герды Небенблау снова свивается в тугой узел ужаса, тихого ужаса, который, точно рак, все разрастается внутри в последние годы. Перед глазами снова — и сопротивляться этому бесполезно! — ее подруга Кай. Сидит в громоздком больничном кресле с покрывалом; длинная рубашка завязана сзади, поверх — полосатый, как полотенце, халат. Кай на Герду не глядит. Сидит, поджав губы. Взгляд затуманен лекарствами. На белоснежной рубашке — свежие алые пятна: лишь уколы шприца приносят Кай покой. Герда говорит: "Помнишь, мы в четверг идем на концерт?" — "Ничего не знаю. Какой концерт?" Кай по-прежнему упрямится, перечит, но уже с запинкой, почти без сил. И вдруг исподтишка взглядывает на Герду — недобро, даже злобно. Герда любила в жизни лишь одного человека: свою одноклассницу и подругу Кай. Сама она замужем так и не побывала, зато была свидетельницей на свадьбе Кай, которая, благополучно выйдя замуж, растила троих детей. Милая, мягкая, любительница цветов и книг, мастерица печь пироги, она была нежно привязана к мужу, к детям, к Герде. Для Герды же простота и здравомыслие подруги были якорем — чтобы не потонуть в этом безумном мире. В юности Герду обычно называли "нервной" и добавляли: "Не будь рядом Кай Леверетт, Небенблау давно бы свихнулась". Но однажды старшую дочку Кай нашли в отцовском сарае — в петле. Она оставила записку: задразнили одноклассники. Смерть дочери стала смертью Кай — но не сразу. Такая смерть подкрадывается медленно и поражает жестоко. С годами Кай словно приняла на себя страдания девочки, и они ее доконали. Как-то она сказала Герде, причем походя, так что та даже не вслушалась поначалу: "Я включила газ и пролежала у плиты весь день, но ничего не вышло". Потом, поливая цветы, она "случайно" выпала из окошка. Потом на переходе ее случайно задел автобус. "Я просто ступаю на мостовую и закрываю глаза", — пояснила она Герде, а та велела не дурить и пожалеть водителей. Потом случилась передозировка кодеина. Потом — тщательно накопленная пригоршня снотворных таблеток. А неделю спустя Герда увидела ее в больничном кресле. Смерть на этот раз победила. Безумие и было смертью.</p>
    <p>Старая китаянка убирает со стола черные от густого фасолевого соуса тарелки, остывший рис, несъеденную свеклу.</p>
    <p>Помнится, раньше, когда боль Кай была, как казалось, острее и естественнее, а на самом деле — слабее и выносимее, Кай сказала: "Я никогда не понимала, как люди на это решаются. А теперь все так ясно, словно другого пути и нет. Понимаешь?" — "Нет. Не понимаю, — ответила Герда с трезвым, здравым напором. — Нельзя так поступать с близкими. Не имеешь права". — "Возможно, — отозвалась Кай. — Но это не важно". — "И слушать тебя не хочу, — перебила Герда. — Хотя самоубийство — болезнь незаразная".</p>
    <p>Оказалось, заразная. Теперь-то она знает. Потому что настал ее черед. Она уже заигрывает с грузовиками: не глядя ступает на дорогу прямо перед этими громыхающими махинами. Однажды она приняла на ночь кучу таблеток и стала ждать, проснется ли утром. Проснулась. И отправилась, как сомнамбула, на работу. При этом она по-прежнему полагает, что позыв к смерти порочен и надо сопротивляться. Но временами все вокруг становится ослепительно просто и ясно. Мир обесцвечивается, и единственное пятно на его белизне — ее собственное сознание. Оно все время начеку, но это всего лишь пятно, и его так легко стереть. И боль кончится.</p>
    <p>Она смотрит на Перри Дитта, а он — на нее, полуприкрыв глаза, но пристально, неотрывно. Он так точно описал ее белую комнату. Он там бывал? У него есть своя? Он знает. Он знает про нее, Герду, а она — про него. Как, откуда, когда он узнал — не важно. В конце концов, он прожил долгую жизнь. В молодости во время бомбежки потерял жену. Вокруг его имени всегда витал ореол скандала: художник любил натурщиц, но не профессионалок, а юных девочек из уважаемых, достойных семей. Потом оказался ответчиком в тяжелейшем, грязном, полном ненависти бракоразводном процессе. И был, между прочим, крупным художником. Ну, почти крупным. Теперь он не в моде. Его не воспринимают всерьез. И внутри у него, как у Герды Небенблау, ледяная, ослепительно-белая комната, где сидит его боль, его собственная Кай — озлобленная, с заплетающимся языком, в больничном кресле.</p>
    <p>Пожилой китаец приносит блюдо с апельсиновыми дольками. Яркими, готовыми лопнуть от нутряного напора сладчайшего сока, который пульсирует в вытянутых, точно слезки, оранжевых ячейках. Перри Дитт придвигает к ней блюдо, и она видит на его запястьях старые, глубокие, аккуратные шрамы.</p>
    <p>— Апельсин — воистину райский фрукт. И Матисс был первым, кто понял его цвет вполне. Не находите? В апельсине сочетается все: свет, тень, оранжевое на голубом, на зеленом, на черном… Я ведь однажды навещал Матисса, сразу после войны, он тогда снимал квартиру в Ницце. Я в те дни был преисполнен надежд, восхищался им, сердился на него, намеревался скоро, совсем скоро взять над ним верх: вот пойму это, да вот еще то… Так и не понял. А он был уже тяжко болен, после операции, и монашки, которые за ним ухаживали, называли его "воскресший из мертвых"… В квартире оказалось мрачно, темно: занавески задернуты, даже ставни наглухо закрыты. Я поразился. Мне-то представлялось, что он живет, купается в свете, дышит им. Я так и выпалил не раздумывая: "Как вы можете закрываться от света?" А он спокойно, вежливо растолковал — мол, врачи поговаривают, что ему грозит потеря зрения. И он заранее готовит себя к полной темноте. И добавил: "Кроме того, свет — черного цвета". Помните картину "Черная дверь"? Молодая женщина в розовато-белой ночной рубашке и пестром лимонно-кадмиевом пеньюаре сидит, откинувшись в полосатом кресле, у нее охряно-желтые волосы, чуть сбоку окно, оттуда льется свет, а сзади, повыше, — черная дверь. Почти никто не умел так писать черный цвет. Почти никто.</p>
    <p>Герда Небенблау надкусывает апельсиновую дольку. Сладко. Она говорит:</p>
    <p>— Он писал: "Я, когда работаю, верю в Бога".</p>
    <p>— Он также писал: "Когда я работаю, я — Бог". Что-то в этом есть… Пусть сам он для меня не Бог, но Бог обитает где-то поблизости. Знаете, родители надеялись, что я стану священником. Но я не смог полюбить религию, чей главный символ — человеческое тело, прибитое гвоздями над алтарем. Нет, я выбираю "Танец"!</p>
    <p>Пора идти. Герда Небенблау берется за сумочку. Но Перри Дитт продолжает:</p>
    <p>— Потому-то я и сказал вам, совершенно как на духу: эта девица оскверняет то, что я почитаю священным. Что с нею делать? Я тоже не хочу, чтобы она наказала нас всех, наложив на себя руки, но я не готов потакать оскорблениям, лености…</p>
    <p>Герде Небенблау вдруг представляется бледное, как очищенная картошка, лицо Пегги Ноллетт. Она сидит в белой комнате, набрякшие веки едва раздвинуты, и сквозь щели злобно и хитро пялятся маленькие глазки. А еще Герда Небенблау видит золотые апельсины, розовые руки и ноги, изгиб синего чехла от скрипки, и все это — в черной комнате. Надо сделать выбор. И любой выбор — предательство. Но что бы она ни выбрала, эти яркие формы будут по-прежнему сиять в темноте.</p>
    <p>— Есть очень простое решение. Пегги нужен — и всегда был нужен, просто этому сопротивлялось факультетское начальство, — так вот, ей нужен научный руководитель такого же толка, сходных взглядов, так же политизированный, допустим Трейси Авизон, которая…</p>
    <p>— …позволит ей получить диплом да еще благословит на дальнейшее творчество в том же духе. Это полное поражение.</p>
    <p>— Да, поражение. Вопрос в том, насколько это вообще важно. Для вас. Для меня. Для факультета. Да и для Пегги Ноллетт.</p>
    <p>— Важно. И одновременно — никому не нужно. Но вдруг девица все же прозреет? — говорит Перри Дитт.</p>
    <p>Из ресторана они выходят вместе. Перри Дитт поблагодарит доктора Небенблау за угощение и компанию. Ее же снедает беспокойство. Что-то случилось с ее белой комнатой, с ее ледяной глыбой, но что именно — пока непонятно. Перри Дитт останавливается у стеклянного футляра с омаром, крабами и гребешками. Последние уже решительно умерли и подернулись жемчужной пеленой грядущего распада. Омар — или все-таки омариха? — с крабами еще живы, только им все дается труднее, медленнее, хотя они еще дышат — с бульканьем и свистом, — пошевеливают лапками и клешнями и пучат глаза. Под собственными ребрами, в собственной черепной коробке Герда Небенблау вдруг ощущает боль этой чужой, вышедшей из моря плоти. Плоть эта корчится под панцирями, которые уже не блестят, не лоснятся, а тускнеют и блекнут на глазах.</p>
    <p>— Отвратительное зрелище, — произносит Перри Дитт. — И в то же время, заметьте, в то же самое время мне это абсолютно безразлично. Понимаете?</p>
    <p>— Понимаю.</p>
    <p>Она правда понимает. Жестоко, недостижимо, чувственно. Снова звучит музыка. "Как утро прекрасно! Я словно лечу! Я верю — все будет, как я захочу!"</p>
    <p>Приподнявшись на цыпочки, она делает что-то неслыханное: целует Перри Дитта в мягкую щеку.</p>
    <p>— Спасибо, — говорит она. — За все.</p>
    <p>— Берегите себя, — отвечает он.</p>
    <p>— Да… Хорошо. Обещаю.</p>
   </section>
  </section>
 </body>
 <body name="notes">
  <title>
   <p>Примечания</p>
  </title>
  <section id="n_1">
   <title>
    <p>1</p>
   </title>
   <p><emphasis>Перевод И. Зубановой</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_2">
   <title>
    <p>2</p>
   </title>
   <p>Страсть, обожание <emphasis>(нем.)</emphasis>.</p>
  </section>
  <section id="n_3">
   <title>
    <p>3</p>
   </title>
   <p>Персонажи произведений У. Шекспира, Л. Толстого, Дж. Хейер, Дж. Остин. <emphasis>(Здесь и далее примеч. перев.)</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_4">
   <title>
    <p>4</p>
   </title>
   <p>Афоризм, острота <emphasis>(фр.)</emphasis>.</p>
  </section>
  <section id="n_5">
   <title>
    <p>5</p>
   </title>
   <p><emphasis>Шекспир У</emphasis>. Гамлет, принц Датский. Действие IV, сцена 5. Перев. Н. Маклакова (1880).</p>
  </section>
  <section id="n_6">
   <title>
    <p>6</p>
   </title>
   <p>"Ода к греческой вазе" (1819) Дж. Китса цитируется в переводе В. Потаповой.</p>
  </section>
  <section id="n_7">
   <title>
    <p>7</p>
   </title>
   <poem>
    <stanza>
     <v>Так вот, передо мной в одну глухую ночь</v>
     <v>Предстала мать моя Иезавель неслышно.</v>
     <v>Она, как в смертный час, была одета пышно…</v>
    </stanza>
    <text-author><emphasis>(Жан Расин. Гофолия. Акт II, явл. 5. Перев. Ю. Корнеева)</emphasis></text-author>
   </poem>
  </section>
  <section id="n_8">
   <title>
    <p>8</p>
   </title>
   <p><emphasis>Перевод И. Зубановой</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_9">
   <title>
    <p>9</p>
   </title>
   <p>Псалом 38, слова 3-й части Немецкого реквиема И. Брамса.</p>
  </section>
  <section id="n_10">
   <title>
    <p>10</p>
   </title>
   <p><emphasis>Перевод О. Петровой</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_11">
   <title>
    <p>11</p>
   </title>
   <p><emphasis>Кингсли Уильям Эмис </emphasis>(1922–1995) — английский прозаик, поэт, критик.</p>
  </section>
  <section id="n_12">
   <title>
    <p>12</p>
   </title>
   <p><emphasis>Сильвия Плат </emphasis>(1932–1963) — американская поэтесса и писательница.</p>
  </section>
  <section id="n_13">
   <title>
    <p>13</p>
   </title>
   <p><emphasis>Перевод М. Талачёвой</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_14">
   <title>
    <p>14</p>
   </title>
   <p>Порошок, который растворяют в теплом молоке и принимают на ночь пожилые люди в качестве успокоительного средства.</p>
  </section>
  <section id="n_15">
   <title>
    <p>15</p>
   </title>
   <p><emphasis>Клифф Торбурн </emphasis>(р. 1948) — канадский профессиональный игрок в снукер.</p>
  </section>
  <section id="n_16">
   <title>
    <p>16</p>
   </title>
   <p><emphasis>Шекспир У</emphasis>. Ричард II. Акт 5, сц. 5. Перев. М. Донского.</p>
  </section>
  <section id="n_17">
   <title>
    <p>17</p>
   </title>
   <p>Другое название — зигокактус, декабрист или шлюмбергера; кактус без колючек, который не переносит жару и очень любит влагу.</p>
  </section>
  <section id="n_18">
   <title>
    <p>18</p>
   </title>
   <p>Лесная долина в Шотландии, в области Стерлинг.</p>
  </section>
  <section id="n_19">
   <title>
    <p>19</p>
   </title>
   <p>Тот, кто утомляет долгим скучным рассказом: по названию произведения С. Т. Кольриджа "The Rime of the Ancient Mariner", в разных переводах "Поэма о старом моряке" или "Сказание о старом мореходе".</p>
  </section>
  <section id="n_20">
   <title>
    <p>20</p>
   </title>
   <p><emphasis>Кутберт Линдисфарнский </emphasis>(ок. 634–687) — епископ Хексема (684–685) и Линдисфарна (685–687), святой.</p>
  </section>
  <section id="n_21">
   <title>
    <p>21</p>
   </title>
   <p><emphasis>Бе́да Достопочтенный </emphasis>(ок. 672/673-735) — англосаксонский теолог и летописец, монах Святой католической церкви, автор "Церковной истории народа англов" — ценнейшего источника по истории Англии VII–VIII вв.</p>
  </section>
  <section id="n_22">
   <title>
    <p>22</p>
   </title>
   <p>Provincia Romana <emphasis>(ит.)</emphasis> — римская провинция.</p>
  </section>
  <section id="n_23">
   <title>
    <p>23</p>
   </title>
   <p><emphasis>Перевод О. Исаевой</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_24">
   <title>
    <p>24</p>
   </title>
   <p><emphasis>Перевод О. Петровой</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_25">
   <title>
    <p>25</p>
   </title>
   <p><emphasis>Юлия Кристева </emphasis>(р. 1941) — французская исследовательница языка и литературы, философ, семантик, психоаналитик. Автор большого количества книг, в том числе книги "Желание в языке" (1969).</p>
  </section>
  <section id="n_26">
   <title>
    <p>26</p>
   </title>
   <p><emphasis>Гарольд Блум </emphasis>(р. 1930) — американский историк, литературовед, теоретик культуры. Среди множества его книг — написанная в 1975 г. работа "Страх влияния. Карта перечитывания".</p>
  </section>
  <section id="n_27">
   <title>
    <p>27</p>
   </title>
   <p>"Лучшее из того, о чем думали и сказали в мире" — слова из книги "Культура и анархия" Мэтью Арнольда, английского поэта и культуролога XIX в.</p>
  </section>
  <section id="n_28">
   <title>
    <p>28</p>
   </title>
   <p>Перев. С. Александровского.</p>
  </section>
  <section id="n_29">
   <title>
    <p>29</p>
   </title>
   <p>Обыгрывается имя популярного американского проповедника — Мейджор Джелоус Дивайн (1876–1965). Имя Мейджор совпадает с английским словом, означающим "самый большой", Джелоус — со словом "завистливый", а Дивайн означает "божественный". Он называл себя богом и основал массовое движение под названием "Миссия мира". Его доходы исчислялись миллионами долларов. Многие считают его изобретательным авантюристом и мошенником.</p>
  </section>
  <section id="n_30">
   <title>
    <p>30</p>
   </title>
   <p>Перев. Ю. Корнеева.</p>
  </section>
  <section id="n_31">
   <title>
    <p>31</p>
   </title>
   <p>"Сан" звучит так же, как английское слово, означающее "солнце".</p>
  </section>
  <section id="n_32">
   <title>
    <p>32</p>
   </title>
   <p>"Мун" звучит так же, как английское слово, означающее "луна".</p>
  </section>
  <section id="n_33">
   <title>
    <p>33</p>
   </title>
   <p>Цит. по: <emphasis>Элиот Дж. </emphasis>Даниель Деронда. СПб., 1902.</p>
  </section>
  <section id="n_34">
   <title>
    <p>34</p>
   </title>
   <p>Отсылки к книгам детской писательницы и художницы Элен Беатрикс Поттер (1866–1943) "Повесть о Кролике Питере" и "Повесть о миссис Тигги-Винкл".</p>
  </section>
  <section id="n_35">
   <title>
    <p>35</p>
   </title>
   <p><emphasis>Ноам Хомский </emphasis>(р. 1928) — американский лингвист и философ, автор теории порождающей (трансформационной) грамматики, основанной на представлении о существовании универсальной грамматики.</p>
  </section>
  <section id="n_36">
   <title>
    <p>36</p>
   </title>
   <p>Представление о лежащих в основе всех языков единых принципах и правилах построения предложений, реализуемых в специфичных для каждого языка, присущих именно ему поверхностных структурах.</p>
  </section>
  <section id="n_37">
   <title>
    <p>37</p>
   </title>
   <p>Библия, издаваемая и бесплатно распространяемая американской организацией "Гидеонс интернешнл"; обязательная принадлежность номера в американских гостиницах.</p>
  </section>
  <section id="n_38">
   <title>
    <p>38</p>
   </title>
   <p>Образ из поэмы Мильтона "Потерянный рай".</p>
  </section>
  <section id="n_39">
   <title>
    <p>39</p>
   </title>
   <p>Строка из поэмы Т. С. Элиота "Бесплодная земля" цитируется в переводе А. Сергеева.</p>
  </section>
  <section id="n_40">
   <title>
    <p>40</p>
   </title>
   <p>Персонаж романа Джордж Элиот "Мельница на Флоссе".</p>
  </section>
  <section id="n_41">
   <title>
    <p>41</p>
   </title>
   <p>Заглавный герой романа Ч. Диккенса "Дэвид Копперфильд".</p>
  </section>
  <section id="n_42">
   <title>
    <p>42</p>
   </title>
   <p>Главная героиня романа Джейн Остин "Эмма".</p>
  </section>
  <section id="n_43">
   <title>
    <p>43</p>
   </title>
   <p>Выражение из поэмы Джорджа Чапмена (1559–1634) "Овидианский пир чувств" ("Ovid’s Banquet of Sense").</p>
  </section>
  <section id="n_44">
   <title>
    <p>44</p>
   </title>
   <p>Мягкие куклы, чрезвычайно популярные в США с середины 1980-х гг.</p>
  </section>
  <section id="n_45">
   <title>
    <p>45</p>
   </title>
   <p>В рассуждениях Селии содержатся аллюзии на 12 книгу поэмы Мильтона "Потерянный рай", где описывается строительство Вавилонской башни.</p>
  </section>
  <section id="n_46">
   <title>
    <p>46</p>
   </title>
   <p><emphasis>Перевод Д. Бузаджи</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_47">
   <title>
    <p>47</p>
   </title>
   <p>В "Диалоге о драматической поэзии" Т. С. Элиота это место звучит так: "Наша литература — замена религии, как и наша религия".</p>
  </section>
  <section id="n_48">
   <title>
    <p>48</p>
   </title>
   <p>Возможно, аллюзия на высказывание английского искусствоведа У. Патера: "Любое искусство стремится к тому, чтобы стать музыкой".</p>
  </section>
  <section id="n_49">
   <title>
    <p>49</p>
   </title>
   <p><emphasis>Фридрих Август Кекуле </emphasis>(1829–1896) — немецкий химик-органик, открывший циклическую формулу строения бензола.</p>
  </section>
  <section id="n_50">
   <title>
    <p>50</p>
   </title>
   <p><emphasis>Джон Боулби </emphasis>(1907–1990) — английский психолог, специалист в области психологии развития, основоположник теории привязанности.</p>
  </section>
  <section id="n_51">
   <title>
    <p>51</p>
   </title>
   <p><emphasis>Дональд Винникотт </emphasis>(1896–1971) — английский детский психиатр и психоаналитик; занимался проблемами взаимоотношений младенца и матери.</p>
  </section>
  <section id="n_52">
   <title>
    <p>52</p>
   </title>
   <p>Известная цитата из романа "Говардс-Энд".</p>
  </section>
  <section id="n_53">
   <title>
    <p>53</p>
   </title>
   <p>Ис. 6: 1.</p>
  </section>
  <section id="n_54">
   <title>
    <p>54</p>
   </title>
   <p>Цитата из эссе Э. М. Форстера "Во что я верю".</p>
  </section>
  <section id="n_55">
   <title>
    <p>55</p>
   </title>
   <p><emphasis>Зады</emphasis> — живописный участок по берегам реки Кэм в Кембридже, на который выходит задняя часть территории нескольких колледжей.</p>
  </section>
  <section id="n_56">
   <title>
    <p>56</p>
   </title>
   <p><emphasis>"39 ступеней" </emphasis>(1915) — неоднократно экранизированный, в том числе Хичкоком, приключенческий роман шотландского писателя и политического деятеля Джона Бакена (тж. Бьюкен; 1875–1940). Герой этого и ряда последующих романов Ричард Хенней отличался умением выкручиваться из самых неприятных ситуаций.</p>
  </section>
  <section id="n_57">
   <title>
    <p>57</p>
   </title>
   <p>Цитата из романа "Говардс-Энд".</p>
  </section>
  <section id="n_58">
   <title>
    <p>58</p>
   </title>
   <p><emphasis>Перевод А. Псурцевой</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_59">
   <title>
    <p>59</p>
   </title>
   <p><emphasis>Мистер Сми</emphasis> — подручный капитана Джеймса Крюка в сказочной повести Дж. Барри о Питере Пэне и пропавших мальчиках.</p>
  </section>
  <section id="n_60">
   <title>
    <p>60</p>
   </title>
   <p><emphasis>Перевод С. Бранда</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_61">
   <title>
    <p>61</p>
   </title>
   <p><emphasis>"Ройял Краун Дерби"</emphasis> — один из старейших английских производителей фарфора, известный особенно высоким качеством изделий. История фирмы насчитывает более 250 лет.</p>
  </section>
  <section id="n_62">
   <title>
    <p>62</p>
   </title>
   <p><emphasis>Перевод Д. Псурцева</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_63">
   <title>
    <p>63</p>
   </title>
   <p>Из поэмы "Кольцо и книга".</p>
  </section>
  <section id="n_64">
   <title>
    <p>64</p>
   </title>
   <p><emphasis>Пирам </emphasis>и <emphasis>Фисба</emphasis> — вавилонская пара, герои "Метаморфоз" Овидия, прообразы Ромео и Джульетты.</p>
  </section>
  <section id="n_65">
   <title>
    <p>65</p>
   </title>
   <p><emphasis>Генри Джеймс </emphasis>(1843–1916) — американский писатель, проведший основную часть жизни в Европе, друг И. С. Тургенева, один из основоположников новейшего психологического реализма, письма с позиций героя.</p>
  </section>
  <section id="n_66">
   <title>
    <p>66</p>
   </title>
   <p>Две враждующие феодальные группировки, возникшие в ряде итальянских городов в начале XIII в., во время борьбы папства с германскими императорами из дома Гогенштауфенов.</p>
  </section>
  <section id="n_67">
   <title>
    <p>67</p>
   </title>
   <p><emphasis>"Желтая книга" </emphasis>(названная так по цвету обложки) — большой том письменных судебных показаний, относящихся к делу графа Гвидо Франческини (1690-е, Рим), обвиненного в убийстве молодой жены и ее родителей, — была куплена Браунингом случайно на книжном развале во Флоренции в 1860 г. и легла в основу его монументальной драматической поэмы (или романа в стихах в 12 частях) "Кольцо и книга" (изд. 1868–1869); поэт работал над этим произведением 5 лет, в нем 21 000 строк.</p>
  </section>
  <section id="n_68">
   <title>
    <p>68</p>
   </title>
   <p><emphasis>Джон Рёскин </emphasis>(1819–1900) — влиятельнейший искусствовед Викторианской эпохи, автор книг об искусстве, сыгравших роль в становлении новейших его направлений; акварелист, рисовальщик, геолог-любитель; учился и позже преподавал в Оксфорде.</p>
  </section>
  <section id="n_69">
   <title>
    <p>69</p>
   </title>
   <p>Пересказ строк из стихотворения "Prospice" (1864, год смерти Элизабет Браунинг).</p>
  </section>
  <section id="n_70">
   <title>
    <p>70</p>
   </title>
   <p><emphasis>Рене Декарт </emphasis>(1596–1650) — великий французский философ, математик, механик, физик, физиолог.</p>
  </section>
  <section id="n_71">
   <title>
    <p>71</p>
   </title>
   <p>По сведениям биографов Декарта, 10–11 ноября 1619 г. он, будучи на военной службе, спасаясь от холода в Баварии в комнате с раскаленной печкой, имел три известных мистических виде́ния, легшие в основу его дальнейших философских и научных изысканий.</p>
  </section>
  <section id="n_72">
   <title>
    <p>72</p>
   </title>
   <p><emphasis>Калибан</emphasis> — персонаж пьесы Шекспира "Буря", герой драматического монолога Браунинга "Калибан о Сетебосе" (из сборника "Действующие лица", 1864).</p>
  </section>
  <section id="n_73">
   <title>
    <p>73</p>
   </title>
   <p>Далее названы герои поэм Браунинга.</p>
  </section>
  <section id="n_74">
   <title>
    <p>74</p>
   </title>
   <p><emphasis>Кристофер Смарт </emphasis>(1722–1771) — английский поэт религиозного направления; несколько лет провел в сумасшедшем доме.</p>
  </section>
  <section id="n_75">
   <title>
    <p>75</p>
   </title>
   <p>Из поэмы "Мистер Сляк, "медиум"" (сборник "Действующие лица", 1864).</p>
  </section>
  <section id="n_76">
   <title>
    <p>76</p>
   </title>
   <p>После смерти жены Элизабет (1861) спутницей поэта в путешествиях стала его младшая сестра Сарианна (1814–1903).</p>
  </section>
  <section id="n_77">
   <title>
    <p>77</p>
   </title>
   <p>Подобные общества стихийно и во множестве создавались в Англии и США еще при жизни поэта, имея целью изучение и пропаганду его творчества.</p>
  </section>
  <section id="n_78">
   <title>
    <p>78</p>
   </title>
   <p>"Мне кажется, подобные вещи — на границе нелепости" <emphasis>(фр.)</emphasis>.</p>
  </section>
  <section id="n_79">
   <title>
    <p>79</p>
   </title>
   <p><emphasis>Фредерик Лейтон </emphasis>(1830–1896) — знаменитый художник Викторианской эпохи, в 1878 г. получивший за свои достижения дворянский титул. <emphasis>Томас Адолфус Троллоп </emphasis>(1810–1892) — английский писатель, младший брат романиста Энтони Троллопа, автор более пятидесяти книг о путешествиях, значительную часть жизни проведший в Италии.</p>
  </section>
  <section id="n_80">
   <title>
    <p>80</p>
   </title>
   <p>"Моя звезда", хрестоматийное стихотворение Браунинга из книги "Мужчины и женщины" (1855).</p>
  </section>
  <section id="n_81">
   <title>
    <p>81</p>
   </title>
   <p>Из стихотворения Браунинга "De Gustibus…" (1855).</p>
  </section>
  <section id="n_82">
   <title>
    <p>82</p>
   </title>
   <p>Один из трех старейших в Оксфорде (основан в 1263 г.).</p>
  </section>
  <section id="n_83">
   <title>
    <p>83</p>
   </title>
   <p><emphasis>Вордсворт У</emphasis>. "XVIII. В Валломброзе" (из цикла "Память об итальянской поездке, 1837").</p>
  </section>
  <section id="n_84">
   <title>
    <p>84</p>
   </title>
   <p>Намек на "Буколики" Вергилия (IV эклога).</p>
  </section>
  <section id="n_85">
   <title>
    <p>85</p>
   </title>
   <p><emphasis>Гесиод</emphasis>. Теогония.</p>
  </section>
  <section id="n_86">
   <title>
    <p>86</p>
   </title>
   <p>Вероятно, имеется в виду одно из полотен или копий Джузеппе Арчимбольдо (1526/1527-1593).</p>
  </section>
  <section id="n_87">
   <title>
    <p>87</p>
   </title>
   <p>"Как вам это понравится". Акт V, сц. 2.</p>
  </section>
  <section id="n_88">
   <title>
    <p>88</p>
   </title>
   <p><emphasis>Эндрю Марвелл </emphasis>(1621–1678) — английский поэт-метафизик.</p>
  </section>
  <section id="n_89">
   <title>
    <p>89</p>
   </title>
   <p><emphasis>Темные века</emphasis> — историографический термин, относящийся к раннему Средневековью.</p>
  </section>
  <section id="n_90">
   <title>
    <p>90</p>
   </title>
   <p>"Ла-Сезья" (1877).</p>
  </section>
  <section id="n_91">
   <title>
    <p>91</p>
   </title>
   <p>Роберт Браунинг, поэма "Андреа дель Сарто по прозванию "безупречный живописец"", строки 97–98 (из книги "Мужчины и женщины", 1855).</p>
  </section>
  <section id="n_92">
   <title>
    <p>92</p>
   </title>
   <p><emphasis>Тина Рокфорт-Смит </emphasis>(1861–1883) — молодой шекспировед, готовила к изданию новаторское текстологическое издание четырех вариантов "Гамлета"; скончалась от ожогов.</p>
  </section>
  <section id="n_93">
   <title>
    <p>93</p>
   </title>
   <p>"Дама и художник" (из последней прижизненной книги стихотворений Браунинга "Асоландо", 1889).</p>
  </section>
  <section id="n_94">
   <title>
    <p>94</p>
   </title>
   <p>Там же.</p>
  </section>
  <section id="n_95">
   <title>
    <p>95</p>
   </title>
   <p><emphasis>Перевод О. Исаевой</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_96">
   <title>
    <p>96</p>
   </title>
   <poem>
    <stanza>
     <v>Я, от отца сложенье взяв,</v>
     <v>К высокой жизни рвенье,</v>
     <v>От матушки взял ясный нрав,</v>
     <v>Охоту к сочиненьям.</v>
    </stanza>
    <stanza>
     <v>Прелестниц дед любил, и я</v>
     <v>Замечен в том отчасти.</v>
     <v>Франтила бабушка моя,</v>
     <v>И я к тому пристрастен.</v>
    </stanza>
    <stanza>
     <v>Сколь многое слилось во мне,</v>
     <v>Смешалось без изъятья!</v>
     <v>Я сам не знаю, что вполне</v>
     <v>Своим могу назвать я.</v>
    </stanza>
    <text-author><emphasis>(Гёте, перев. О. Исаевой)</emphasis></text-author>
   </poem>
  </section>
  <section id="n_97">
   <title>
    <p>97</p>
   </title>
   <p>Имеется в виду героиня сказки Л. Кэрролла "Алиса в Стране чудес".</p>
  </section>
  <section id="n_98">
   <title>
    <p>98</p>
   </title>
   <p>Банкир, герой романа Ч. Диккенса "Домби и сын".</p>
  </section>
  <section id="n_99">
   <title>
    <p>99</p>
   </title>
   <p>Поэма А. Теннисона.</p>
  </section>
  <section id="n_100">
   <title>
    <p>100</p>
   </title>
   <p>Имеются в виду неблагополучные отпрыски знатных или просто богатых семей, которых родители посылали в другие страны и обеспечивали деньгами с условием, что они не будут возвращаться на родину и позорить семью своим поведением.</p>
  </section>
  <section id="n_101">
   <title>
    <p>101</p>
   </title>
   <p>Герои поэмы У. Х. Одена "Зеркало и море", в XX в. явившейся ответом на трагикомедию Шекспира "Буря", в которой действуют те же персонажи. У Одена Антонио сознательно противопоставляет себя всему миру и брату Просперо, стремящемуся к всеобщему примирению.</p>
  </section>
  <section id="n_102">
   <title>
    <p>102</p>
   </title>
   <p><emphasis>Виллем Молчаливый</emphasis> — голландский политический и военный деятель XVI в., сыграл важную роль в борьбе с испанскими захватчиками, притеснявшими голландских протестантов.</p>
  </section>
  <section id="n_103">
   <title>
    <p>103</p>
   </title>
   <p>Уют, добродушие <emphasis>(нем.)</emphasis>.</p>
  </section>
  <section id="n_104">
   <title>
    <p>104</p>
   </title>
   <p>Здесь и далее перевод с французского Н. Немчиновой.</p>
  </section>
  <section id="n_105">
   <title>
    <p>105</p>
   </title>
   <p>Герой романа Ч. Диккенса "Приключения Оливера Твиста".</p>
  </section>
  <section id="n_106">
   <title>
    <p>106</p>
   </title>
   <p><emphasis>Фрэнсис Элиза Ходжсон-Бёрнетт </emphasis>(1849–1924) — англо-американская писательница, прославившаяся книгами для детей "Маленький лорд Фаунтлерой" (1886), "Маленькая принцесса" (1905), "Таинственный сад" (1911) и др.</p>
  </section>
  <section id="n_107">
   <title>
    <p>107</p>
   </title>
   <p>Отрывок из "Поэмы о старом мореходе" С. Т. Кольриджа (перев. В. Левика).</p>
  </section>
  <section id="n_108">
   <title>
    <p>108</p>
   </title>
   <p><emphasis>Перевод О. Варшавер</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_109">
   <title>
    <p>109</p>
   </title>
   <p><emphasis>Перевод М. Межуева</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_110">
   <title>
    <p>110</p>
   </title>
   <p><emphasis>Джон Донн</emphasis>. Прощанье, запрещающее скорбь (Valediction Forbidding Mourning).</p>
  </section>
  <section id="n_111">
   <title>
    <p>111</p>
   </title>
   <p><emphasis>Дерута</emphasis> — город в Италии, известный своей майоликой.</p>
  </section>
  <section id="n_112">
   <title>
    <p>112</p>
   </title>
   <p><emphasis>Ричард Дадд </emphasis>(1817–1886) — английский живописец Викторианской эпохи, известный своими фантастическими, галлюцинаторными по атмосфере и колориту полотнами, проведший годы в психиатрической лечебнице.</p>
  </section>
  <section id="n_113">
   <title>
    <p>113</p>
   </title>
   <p><emphasis>Каффе Фассет </emphasis>(р. 1937) — знаменитый американский дизайнер тканей, мастер лоскутного шитья.</p>
  </section>
  <section id="n_114">
   <title>
    <p>114</p>
   </title>
   <p><emphasis>Перевод О. Варшавер</emphasis></p>
  </section>
  <section id="n_115">
   <title>
    <p>115</p>
   </title>
   <p>Штурма и натиска <emphasis>(нем.)</emphasis>.</p>
  </section>
  <section id="n_116">
   <title>
    <p>116</p>
   </title>
   <p><emphasis>Бодлер Ш</emphasis>. Приглашение к путешествию. Перев. И. Озеровой.</p>
  </section>
 </body>
 <binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">/9j/4AAQSkZJRgABAQEASABIAAD/2wBDAAIBAQIBAQICAgICAgICAwUDAwMDAwYEBAMFBwYH
BwcGBwcICQsJCAgKCAcHCg0KCgsMDAwMBwkODw0MDgsMDAz/2wBDAQICAgMDAwYDAwYMCAcI
DAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAwMDAz/wAAR
CANTAjoDAREAAhEBAxEB/8QAHgAAAQQCAwEAAAAAAAAAAAAABgQFBwgDCQABAgr/xABfEAAC
AQMCBAUBBQUFBgMBAh8BAgMEBREGIQAHEjEIEyJBUWEJFDJxgRUjQpGhClKxwfAWJDNi0eEX
Q3LxGFOCkiUmNNJjorLCcxkaNTZGZdREVFVkZnWDhIaUlrTT/8QAHAEAAgMBAQEBAAAAAAAA
AAAABAUCAwYBAAcI/8QATBEAAQMDAgMFBwMDAgQEBAILAQACAwQRIRIxBUFREyJhcfAGgZGh
scHRFDLhI0LxFZIWM1KTByRicjRDRFNUgqIX4iUmNWOywtKD/9oADAMBAAIRAxEAPwDVbaNN
QVEJeV51RSzKkjEAg4BJx2OO35frw0jvsVtS1vJJrpoyWoql8mIt1EsQ2T5hAPz9Pnbv8cGR
x5XdTbAhN9w07OIl8voSINnbq3AHf6+/+fEntA3REUyGa6nlt85iHmRSNIS0YGD0t+E/Uj8s
jbgNzXB2EY1402G5TjYaWGdDJKHPSoYjp3IBxk7e+O3ttx0nkuFgduniartsoZFDQtGv8XqD
EEAAnA37flji5jwN0HLDY4TjZbhLU2aFC8r00nqETf8ADQbYI32yWU5x8fBAta9oyEJa4scI
v0JeKeljEM83TEGUSdR6UjGQDuNsbMM5+DxN4a4IiFzr2RdTEPR05CKrKE3kPVnIGD2/Lf6H
5HAbm2uEdr2slsNJTtP5kX7kSgmQjIOCfcYwBv2zxVpFlEPd1T9HaZopI0jhKoCGCtsRtgDf
27bEjsPkniLAOaCq4nnAXt7/AHKhgEE8nqlPUil+oLkncjGckqe/sd9zjg+MsBB5JBL2lrOO
SktRRTVFVLIpWUJt1eaSBn5zuT9Tvt7YGX1JUt0hI6uEgkpzpkqIqPy8JM6lWcrsqg/HcE4G
Pfi+SoBsb4QQYdiklzt0rWqKtMixeaWSRZm2kGQvUpG+MkDtuTx2OsYDpfZWtp3loISJriyV
DRxGOPqYZ9eTGQufxYwc4xj24skrIhtzU2wOOCU7W2lFbSh5aYp1sest/Ft37Z3HyM434obx
KFnNQfSvJtZZbrY6eSKCQiM9TjADgqx7n6rjH+scMYauNwQroXCxSeGx0tNP+GKXqb0kgsAc
f54+mP58TdURgXCujgJNkroo4pFWFYmwV9XVsPY98j3zsN/nfbjOcRrm73TmkjLbNT7bbLMs
HnGOH7urBeqND1g7Y759v8fy4QTcSbbSCntLQzO79sH4p/orXJd0MMsBwACMr0ovqbvvjG/w
NuE81a3qndPwyQ4ITrbdMR1lZ93SJVZX6AsnqBIXv3x7/wCPxwnqKo21ArQU9ER3bIX1bp24
tcHC+ZhlAHkp0rgYB39vy/68OeH1LGMBccpJxGilfIQ3b7JjqNL1kEx8sZIUqrNlg2D6Xzj3
Jz7f5cP4+KAN7qUnhUmq55erpHXaIrHjCSgxsR1Dr6gpG52+ScH8sfTjz61p2KsZQvG66tOn
5qZpECush3EnVsA3sPb2O/ccCvmB3VscL2mwRjpq0TUMETNJ1MMsMNknYkg/GcfU8L55mg4R
8cEhxdOVVVNRUxATBVQgBTBJHf8AzO/CqWS5TulitZMVwubS1kszy9SyDpA8olsDPUvwD/rf
J4DAdqTYWtYle0jMdQszQEtICMyZK+kEHIUb4BB7+259Rxcxriou0hZrXKap/LMcjRwDDYAO
xx7jsBk/nv2zsZHGOaWTvxZpTm8ANUzuPLWUMOgMQGDEnPV3OGB7e4/Tg1jbJRI0h1ymK/VQ
qFaMYBkPU4+pB3O3Y4x9P04va9DPAOEPXGlJkrI4I5pvJk6j5ZIJHUPSBjuBn57D448JQTZV
vYQLhNtPb7nVyq7xTeSsZBRyVOQNyO3v2/L3xv17mhQ0yOO68V1vnMoVSXGEDOqenJUZAx8f
9eBTMwbollLM42BSGazyS9ZZpD0uAR07NuR7b/8At44x7SpPge07rlLpOWpqGYl5Jgqglnz2
Vjg/y/pxwuZfCgY5bZKwT0yU8i0rrIxZgCygt8MNvyz/AKIAg94AuuxRPJsUy11C4neVF6Cy
5Kl+lSDnJJPb2IxxCN+rKMfCWiy92+4rSSRrIxVjgso9RJx7e43zue+ODm0r3i6EdUtYdJKf
hHT10IbzIHVwAuAT04A74G/8/jjwhe39yta5j9kz1k1FTzNJE0Cy5zIZDj39vg/X/pwZCx1l
CocwYG/ilFNd/vM0LzVMDda9MfTJljjB/T277Z4hLCW3LQrYJGvsHH4LxqbUcU2aZxK8MmML
1kBANz2G+2T+n5cTp43tOpu65UMY4aXbJktWsbfYVnUUiRVYQsdsE7Mdz3x9Nu/F00Mjz3iq
oZY4xgItoNfJdwaZYIZvKnEbSRDpKAqSWwD+WP1+mQxSaMkop03ad0BGNs0+sHlTvJIqSRr0
dPdthtgn8uA5Z7YATGnprZKKYKFI28mJGmZB6hnHsR3Pb27n3PCmaUjJTJjQRpCVULx2+MHL
rOmVYYB6PbA3Ofj/ANvHBqIvyUWvaCW8wlp1C9PNI4jLeUochVJ6vjf3JA/1jjhLuSIY3NyU
huGoamsVJDGaeV1wqjJ6F6c4Gd9+354xwTHfmhZrDAWW3a6rqKOohWLqmPpbvmMBsH337YJ/
LvwzipbgE7JW+rN9IFzf4LzUzz3+o6epUERYSAjcnIPUc/hB9QPxj6DPuzsru1wAsNDHNUlg
rIywsv75pAqkkAD6g5O/f+nHdNjshpJNQ3uiCCrSGllgR1eVOkHYHfHfue39R+e1RaDkhViR
wFmlMd5FTLSEtGq9O4kxg4ztj5Gf64+eBnRjVdXNmktp5JsgtT1Ff+Mr+8HePpJAVSMDI2x8
fPb4HlwmVMPFETU5hpaeNULEDAVQwOSy/wCZJ4WvO90yaSLaU7UlvESL5nlwR9HmGTOMDGwH
07fzA4WzSNJwE3ihfpyktdbpamoxSny41YKy5O5Izv7747/UccbK124VcjNOQUy3aeSyxFJl
kMrM2UVcOxIwMZ9jgnO2N+LNQOFJgcBc7JpvU89I3VJE0oZuldztgZP6Y/r+XFrXAbKqSMk5
Q7d0FVI6oojByiMP73u35Y9vod+L2Tm6HfTstay5a6J5GCNLIuB2LDcds/r/ANuD4wXbICXS
y4Kd6OxvWRvlihDt6Qe/SMk7flwUIjzS98/QL3LoyempvvCsJIpG2AbC7nc/PvjbiTobYKrb
O4HKyW+01SS+SzsqJnIUEIQG27kdx8/5cDSMtlHwy3wlFfpSsqKlSr9J6T1Nkgk7nbgN0oZu
jY2Oe4WS2lmrNPSgqZSHZekhdsEYzk8L5mNlyUziPZIopuYtdFTRqoqiqqACsJIIx7bduADT
Ror9ZJ1+ioJT16262uQxYnYhxsMYOAD+X9Cfjj6lC5fFGt1boxsFQlRbIqo+UHc7CT0dJ2Oc
nbG/f/pwaDcFQ0kOsB9k13Sqjt4iURwySPLJ105RkWMHOCT3wCSQPy4r7fOVcIibAc0IDTU1
1uEjTxw5UsijGPMBIPTnOR2b8iNs5486du/NFxQP25JCDTyVXkBRHCY+pnVcjBG2ScZA9/yJ
34rc6+yIY0g+C6r9K11fTxBoYokk36iCBu2xBGe+w7e358VglEdg54sfXvRLprR9RV00U01Q
eiGNSZGhAZyQowARg9Jwd/xHb3PEtSoNEf7j8kvutuXT1PKJKUsigJUN5SMhZcn/AIfY7EH9
RxYHk7KrsNGLIg0jq79pVCU7lI5IlLKUPUsY6cjqG35fI+uOOEkr2APJG9vr43gU1DdY6Uwv
T6I1J9vqdjkfXHvxMRgfuQxkzYIxts7XGkjE/QjAHKBfhdsfOw/p+fFT482Cta7WLuXd0oaC
lj8yqkUEKHctN0hjjGD/AMuMnYb/AK8cbeyEmpWk3CbRWUFXLTRyVNRSMWCKocuU2IAcrtnb
OdwNt9t5MmlaDpQknDYX27Q2siG06ZfrUJN0KynDMQjbbnGSSoGR8cUycVcwbZCsj9l+1d+6
zTzThUaQq3tlO1Z5M0ClkjEbq2+3UOjYscgEAH4HCz/Xbvy3PO6cD2KcIv33A2t8+l0zyU1F
SVoDxVRZzKylcKq7EMTnc53998HGfYl1dLI218IE8EjicAQb5SuG7UdRTGlqBHAfu6+XKFVh
IDgbDt8/Q8APdKHXBvlM46OB8ZBbYkeGy9S6KiukYeKth8mTfrPc+4XBwAARj2/M44Kh45LE
dBFygan2NjmHaRPsD4X9y7i09R2yLzEq4SozDNEACP0PuO38uPScWlebEWVcXs2yIfuv1Xu3
ampbN5gcMZQRlnhwzgHYgdwcD/DiiRskljdHU1DHHe4z5JLcua6y1k1S489UkDhFIAk74zjc
AEA4HsRxF9K/TZMISzVqTtprmlHJb2kmikputlRQynvv6jgZBxt9ARwJJQOJsCixOxouRa6c
n5w0FrkDCby8jynL4DJk5JB2JJ39vk+x44zhcjirTXtaMBYF5s0Fe6Ua1MP7wqnls439Lb7/
AIs7DOwyPluLhRSsyQqH1MbxZpCTV2pUqoisbqioPUST1OcgBCQPfuTjHfg2OEsyVQHB5ss2
krpDe6dxUJIsoAAdPVjsMNn39skbY45USFmyvjpNeQnWWyUFvnLIgnRiqDJP7w4/hB+vzsAe
Fv66S1giXcNjBuQsi0K0iTRwGNJmGXaMknp9vj8/nHueB5KguN3IiOiDG6QmJ3cSur1UxhkK
glfR04KH3J6s+4x/gOItkuUWKazUgudvaWo6WLwCNxIRkqR0lsgnPf09u+x9uC4mashCzuDO
6SneC1COuMMknQASZFMZYjpyM4b6E/Xc8HCMab80IHFztIKSWekpzIxjaJ4ncdIX1ZBK+/Y4
ABx79/cDiYb1UXgC6WpSSGplMMcbMZC2SfYe59tsDt8/UcEggBJ5tWq1kjq9PyyXGWV8oVYI
vRIB7ZX27bfGdvpxTI+wwqRGS5IIVe1zsk6rJKWXqzIFZiWAGB87HP8AlwMJLZV5py9ONpta
6grXZTGzq5wyelVXGCB75z224EnqSE2goBpBK8S6GFSQgiWMYHbH4ukZwPz/AM+Bu2zkpgKU
NbZoWB9AyoZP3RAJBdCp2G4Ofb37f9+JGsaBgob/AE5ziSQk9RalVGihVnEnYnqOP1zn39u3
67V/qwAunh5JAP8Aj1/KRy6ZSk8xnQlGII6Y26UBODn5232+d++0TU3yjm8NDG/wh/UVmd4p
pseR0R9MfUoOc9W3qGT7fyB9xwRTztuAh6ijcWklBM1qljnlIm6UQgtt1ZG5+M+537Y+pHGt
o5GFoCxVZTSMceQWIyC2xriZnBOc9XqAPx8f6+nBoZrCDc4xnfdN9TPAyvPM2U6j1AnsCd1+
d9h9cfHe5kJGAq3zA7pNBffuk2YzEQ37tCkYJZdjtn4OdvpvxM04cpMqXRnC4a01NQvUPMkU
BI3LDK9RJ7/9vjip0BBsEW2rBAJKeaW00stmmaGOEhRvhRncDv2PzjihzHB2Va2Rjm2Cz0Fs
nsSMyinVwAyxRMfUoUgBv4iQTxAx6sldbKWnCKdG6wlmeKKqnmMiAARE52bsAQNx24T19OGg
ubsnvD6i4AecqSrLWuKczkmL8IHq6nCht9iO+T7++fpxnge0do5J2+PQ0v5ldLdKg3KoBlKx
yrkO6gkt7bDudu354zwxZHGWgJYXShxyklw1M8Fa6QeY7kAkhM+pQTtn6H+g+vBTIW6cqBqX
B12rHdb5NTQqKiUdAUIqYDmMlNjnfGScfGPzPBlPTsQNbVPA+XyXS3enkeb0FZlbLnqAHV1M
AD7jH17gDhu1g028kjc8kk8/5Sek1Y6VkyRI7s6h8gYBwDtuc49h/wBduKJIB+5XRVTgSAlN
o1StBTTGcASLkKgi6T047npO3seB5IA91mhEMqS1p1nK81/MyC11a1KKXV3DlMHL9sE/lvse
44odTXFkRHVAEHksEPN+MwNSIOiPzXBYqSD3GM5zjt/PAxxW6mJyVaapgOkJXX6/oaCsV8KX
ifqcEBgFKgrght8gHfOwPvwD+mc4G6L/AFIaRp5bpXDzmtawoet4ZyifiGeo9++d9sf6zwtn
4bKTa+E4p+IQNFyMp0qeYNPVWZfKmilXBBdQCU3yRjOc8LJqGRt8ZTQ10bx3Su31/CGjKSq0
xfs6Hc5wc+xO/f8ALttxTFRacgZVEtUSUgulygqqZh59OXOzdQIzuR7Hb22+vFjaV11Y6sbp
yVgmulPW3gKsqzL0gnqlOMKMY2wB2+P6A8W/pXadlEVbb5KZKi4U1VVSyqFMcTjojUbDH8RI
+o2+h4nHTOBCk6qYRuk1JqlLcj+UV84sBnzMHuNgB+h40tDSgi5WU4hWOGGJNWc05qG6K1Pi
MqcTAZX05/CNv+YDPvwxNO0hLW1ZBuVitPN6rinpvvTFUX19CliyDIPbO52Ge39TxCSnBabL
zaxwcL7JzuvNma2SsUjXrpw8S4JUPvkMRn3B7dh8cBClaRZyPFU4HUOXq6UjxExVcixTU0JU
9J81WKjpC+++2R/l87r5uCt3BT6n41kNcAiNNaUGq4YxTs0bqR/u8oPUrZC7nOCfp8/ThLU0
D2Cx+SaNqmSC4wV7Go6ZRgxJkd/37j+ntxR2Dui7a+dQVMqiOlqKbznEPnQruC2S/qVQPbHp
yf0/n9Cja47L5K57Ggm66F8joac+8+WRcNnO2/v85+MY+AeCCdOFAXdlJKvru8nlwRrDKwyz
tP8Ar0gn4zt9c98cCnJum1OwMba2eq78+oSanjYQxNgLgNjywDnqJwOxHzt/LjwYiQ7vC6U2
m0LNXQ1E7AKQOsF8Bl9j29sk/Axn+EZns1WBrdXr1+EQyaViro4/M89I0Z5JYo4zk7kAHbY7
YJH5b9+Ke2sUfGzkiPSEv7OoYo6SBysQGXDFR2wMfw7Hb9BxYJGlUyRu1XQzfXr5a5RVNiFH
djh+nLlskkgY9gMfr78ExhpOEuqnEJts1ja2VUs0AmCPgY2zg4IB7/r8YG/twb2WUrE9xlFe
nrjUmsQvUTF1UFlZQsZ9IY7gbj6ZPvjiyXTbCHjBJsjGx6w+6xrEwzI0h6mwwC5Vtu23fGOB
HOucorSWg2Tfc9Zy3OER9M4jUhuhk6QRjdgCMnYkfmT+hMUAOyFfUOOCkUesBbaxpZVm6X9G
G9TKzAHqyMY9tj7gb7cWPgY7AXBI4ZIT7deYjfshXWpiURkqAEDOm3Y5Hv8AP14WycNGskBH
x8UfoDXe7CaaHnJX06xJI/k06MFiBQL0sVGTld+2cjfJ4GPBotRcUQ3jsobpFrJDqvWstzYm
R6p06vOwZPU+TsBj1AAY2+M8GRUTGYAQE9c993EpPZNY1lvnzIVjjXq6gV2ftsfgAn698+4z
OSja69gq464t3KdJuYVwnh8qKWZIaVgVQEgdQ7AkDf3H5Z78RHDoQbkZKm/ik7gGtdYDYJbb
Ncy0zLFIYqiJj0hY0YLsdsbj6HJxvj9KJaBhNwLK2KueAGuN17u2sGgp1khCxMfSxVMYyM9x
ncf4Y754rZTZ8EZ+tAZ3cH1zTPHfC1QZHo4+gjq2k6et+/SD2J2A+N+CzT4tdCNqRr1EJwk1
pJTW4RmojV+nr/cuWXIzg/8Aq9skjOx4DFENV7JqK3u2uNkOV89wupRFMhqnz1eY+ek5GzEk
+yjt9fpwU1rWi4CFe578E/Hdeke4x1TNJHHIw8lndnAGFY+gMRnByMD6fQceIba4UA517HbC
knQN5oqOJoKupaWOdpGj619Tu0nqGR2yc9sf4cLKprz3mprSGO+lx8fmjyz3kS0DPGC2R6D0
ntjBAPfJPv24SS2J0lOw4tbqaniWphtnRPHVj7yuEcMR6Mk52xtue+RtwLEwucQRheqHhoAB
s5dVtwPkSkzI/SAVOCejO+cflk/17ni0UtzYBdbUgXcTdI56SkF0eWWrUmmXpHUMqpVhucHb
P5cWMoy11lOSsBbe6S1ANREAhZ5Q3dSCMfvGyDnvjH5BT3IPDikoyT3lnqysaB3c+is33xaM
NIOtmMw6g/4WIztnuR+ffGe/BssBwEPBWNbfmllXWU8SxwQsEwAvmdeHwM7Df8hnv/kN2Jtd
EvqW/tTgKxbZSeZTQdPW6lWL9R6Qc9+2QQe2O/5cUBtzlROTcLJLHDd5YiSypVMVRuyEgjBy
TsN/p34rcDYjopCMGxCbJ7NGkriJleIMmwGerc5GW98Bv6b+3Az2m2UVBjZOGnLcEpC4hUN0
nYdJXGfn2x/P5zwsqAG7p1TuLwC3KdLXaYYpHWV+p2BAGAAgUKMDJ+h/X9eFUszjgJrTUrWj
U9enuEUhFKkcUYjIyASWb3Y9+/0H+ZyC8uBxlFucwXGwTdeKKggolaKL9+vUUUBCVGwwcnbv
377A78EguQsbmOOoofjpEMcy1LTSCDoVEQEqFyRhQM99iSdzxc1zuSm57ThMd2sbLRu8gdoX
cli56dxnYfzH5EflmcchBVZYChm4aMgnH3iZJep2PSSSc7jBx8YI/r9OHNNXvYLNKU1XCoZT
qcEN6r0DNQKjgnoYFcEHIG4xn598e2eNBTcVuO8sxXcD0HubIZuemWjXy1T1Ag+r2I6h+f54
9x+XDOPijbJPJwmQck2ihkoUk60l6sE56sHsBgdv9flwZBxFgOUFPw+Q4C92CwS1zyujOxVl
IyS2CM4+p/188FGtiNiqW0UwunOG5yWuJoIp4/KBwCqA7j598f4YHA75I3uuiAx7W2GyVLdp
J3MRYl5G9Rwq4OCNjvv2OduwPFbmNAuptlc11rLPX07o7OJHieJRujZYE5yQR7fl88AvIdgo
pziBcG1k8W7Wk1up1h6i846UbrbqDjuc/UDHx7cANpGuOBYIp9dIwd43OAlB1vUwsGYHp6Bg
5z0t2J+n6f1wOLf0rQFBtbJfKbG1pWVc1OwQqn4tvTtsDgfTI7kDfi2OFoPeVM9VKRduEouN
+qqqjjWomjBIABSY+pfVuR7Hcj/R4MjjDcgYQcksj7BxWSlvMsVKrp1ynYN0n05yx7/z/oOP
F4JsV4MLQDzSat5hm3EP0I00jEKmxCAbgEn6ZHbON+OOBfgKbXtHeO6T0+sJKsgrKchF8yES
YULkg4ydsf5DirSWmyuY++UoulfEa1pZJR+FTMQpCgdids4OCR278Qyr2i+bpmXUP3isgVVA
jBwOrYdyc/1/Pf68SLcKBNzZOVbqlJaVEMfldPSuR2wAfTj5B24pMPNEsnAxZNiXaOSqijWR
yhX/AIknsf0+M5/Q/TPTHdRMwCXxap+54WDpkZfjJ6sd8b5/zPAEsAOCr2VjhkLFHzFd5WlA
dlJD5IwoBO/b2yCP0PFDaZpwpS1rwNRS9+Y088vl5IBY9IUZcBgQDuN+/FrKVoKDfxB7tl7h
1C9zjfzJyHjUds4bA3B9sj/Pi7sWtOyuZJI5t7pTV6lpTTxMpcoimUZ9OXPuRn43zxU2mJKv
fVAAeCaKrVEfmqzdcI2YHpz1oV327/r/AC34Oih0oJ9QX5Xi5anhad2hUSMdlHmfi9J3ORj3
H57Y4tsV5uneyaae/vHWK8kyxkoQGH4VYbA/4/z/AD4m5otZVB2VnvGtA6RiWRJASQmG7A4P
cZB7H9DxARDkiBM47rHQaiT9qKzKVR/QiRkq2QcjGc/A+m23tjxbdQM9iiqh11UU5/dyvvkD
pPRnpHbbuM++eKJKVjh3giYuIvBsCs61qVCiQhyZPUSq7HPxxHsrckR+pHVVXu+tHnqY/wB4
XXIYN0kn67H8tuGMMVuSwj5S4pTZK5Z6kAN1+kbAZJ2O35frxTOw3undC5vJG2k4oZFjLIWA
JDlfV05Hz+fv8HipzCmjCA5Pv7Dir4Jqjyy8qpkFQwZN8kqcfiBH9Nvr1oAwuuJOUq0loyqW
oDyxyJDIXAX+EMB8Y916gNvb/l3oqJABYJhTNdpsUZwaakoqkuzmOBJZFCGP0n1N6ST3wMjc
ncEE4HCZ8hJsmrCG5Oy7oLFUtAVWWNkj9bx9HSYx7eo9yNu4Gce2eLGS2Q0h1ftToOWlNdFm
SeiRnRvMKs7OjDDEg/J7Hv2z+lsVW/dpQ01OHAh43WO1ciDVTTzU800FI7ZcldyrAFQpxgqM
fnkYIPfgx3HGNFtyhYfZ2V/e2H2TpdNEU0cjIsCCod9/UAkm2SBsNhtgZ232OOBGcUc61zhM
3cIY2+kZ/P2+iFLza2td5aKaN3kZyGiQ56Sd9mxjYY34aRThzdQSSopXNeWu9e9OT6AilMco
qgGkUFukZaLO2Djvvjt8j54bw1NmJNLSd8Hmgy7pBRrPHBKY3k9TLjqbbtv3zxS6dECE2smK
S4VLTKnRAFOAvXggsOnc/HbjonVT4CUvoalJqBkqeiYqQFUyAdJzuQpGM7YH/t4nqByqezIF
rJWTD93PkrC7uCxl6QGJ7YHc437fPbvxLWCqTHvhSf4J/ChR+MXnR/sZW6vj0Zc5aCruNHUT
WiS5R1C0tPJVTqwjkjMZEETkHB6mwoxseK6mpdC3UBdCVDjG3XbHmn/WHhQtto8O1bzO0TrK
l1xpexXOjtd5gazT2e6Wl6tXemlNPK8qvDL0OokWXKsrAoMZ4CZWuc+zha/ijowWOEMzCCRc
Wzgej5IJ1tyw1Xy0tNuuOodG6l03br2rSW2e62qeijrsYz5byIA+Mgn39WTgNxe2RjyLOuVK
OeJ92ssfLf3pDUcotcR8vk1kdF6tbR3cXs2ap/ZuCSM/eejy8Z/i6ukk4zvtc18Jdp1C6HNQ
A7RqF/NJKDk5rzVeia3VVFonVtfpK2yMKi80tkqqihhKE9ZeoWMxhQQes9WFwMkcXl8LH6NQ
BUTVNvZxyvE/I3mDSVFjopdDa6FZqadaW0Qf7O1qtc5mUMIqbMY85ynrCoGJX1fh34m4wFpc
HjG+VFle1vPCdOXHJTXetKy8pZdFauu501JILyKWz1M/7KMRPUs4RCYigUkq2CMbgAHAs7YW
tBc4Z222RjOIt1AEgBPOh+RGp+a9PWXTTWi9U6soqL1tVWqzVVZDT9O5cvChXIBHuTjfHbgZ
7mMNnFESVsTXWc4X802f+HepBpmbVlLYNQNp+JSGuyW2oe2giTy2DVATyvxnoOWyGIU7kcck
cwjSbK6OqjY/941Iz0jQ37/Y5NQVemtVCwH1C5C01KW4guY9qnp8o+vKfi7+nPVtxma2ieX2
YQtLScbpSdEju8OWPV/spW8NfLGg8VHNFtHPqVdMNPbay5wVMlueviP3WnkqagMqOrIfKikI
OD1MAuBkHjkMDmDyQPGeLCFnahmoedre6xTVrGi5fpyel1Dpbmhbb5Vw1dJSS2ipsT2uuenn
jkkFSnXNIrxp0BXH4lMiZwGUkxkbr5Q0XEZe0EUkekEXve/23Q5W6L1DprRcWpbrpfVlHYa5
0jpLlW2qeKhqW/GoSVowrllGVwTnG2eCWNF7KX+p05JY14JGfhlHWiPCrqm/abobpWVlPp6p
kuFVS1FjulBU0t9gooIVkNZTULos9ejdbII6ZXKsFEhQOSpJqWsJbv081mp+KsDy1uehv8j0
QBRcvta651RV6ftukdWVupKSPrqrZTWeplr6ZSBvJEqF41yRuwAORuSdzO2ZbU84RLqlgZr1
AX8Vy38ttZXQ1klBo/Wt1msdSKC5CksdTUm31OCxhnSOItFJ0+rofpOPb4GdKza+CrxUxNs4
vHxCcbhyp5oCOeYcu+YjqI0mdF0vXI4UuVV+nyiwXrDjOACVIztxC8QsAQp/6hEXG8g+IQPr
e26z5bJRrqGx6i0ylc001P8AtW1z29p1RQrCITIpYDrXPTnHUu/EdLHHGUTHXh7S2NwNk6WD
/bCDQr6hXTmokspKtDeDa5hQSfvTGB5vQYjlmZRhvxZH4tgNUQscbH4K2DiLWuLNQDvMfTyS
9LDzPsmoP2dBobXkdbLTSTRUo01W+dJEkiq8nR5PUVDSIpbGAzqCRkDimSmhkFnWRcHGooe8
yQfEJfo++a8usFwr5dE6nrKShnkpq6oisdU0VJJGemRHdYumORWIDI+GTO/cArajhERA0YTy
n9p4dpJG+88v5RVFoTV8F1SkGj9ZR3GWD7waCSwVZqfL6jG0pj8oMVEhVOvGAx6c5OOE54c8
PNgizxugLdRmb/uG/wAVjOitU26nppK7SWpqJrjVJR0xq7JVQrUzyDCxR9UfrkbpOFXJbp2B
wcWmgf0VUfGaPdsrev7hj+Epu/JnXkCStHy51ykNZl4nGmrgFmHUyjpxDv77fX8+CG8NOLoZ
/tJR3IMjfiEw33ltqyioZTVaH1lb6W1J59dNV2CshipgIxIHkLR4QBGRvURhWX2Iz13Di0XU
4PaOje4NbIL+e/khN5f2nhumeDzSwUyAIGywXOB298fGPpxUKYsPVNm1TZQOSd6flBqYLR/e
NJ6nWK9SKtvle0VQWvkZMpHCTHiYsuXVY8kqQRkDPFpY8DZBjidG69pWm2/eGOX8Idu3JTVl
y1TT6dXS2qJNQTR9VLbP2NUm4Sxk581YCnmMgAPq6enGd8bibTIDYDK86voey7Z8jdAxe43/
AD4KOecVhunLDUU9hvFpuliu1CVWeludJJS1ULMMr1RuFYDG4JG+ARkcFskeDlAh9NMBJAQ4
dRlZdCckdfXuwwXSPR2tZrNX9BoqunsFa9PXB36IzFKsfQ4Zz0jpJy2AMnbhjFUlKpp6MOLX
yNBHK4v9Us1Z4aeYtrNbcJNAcwoIaJTPNLPp2uhSNAgZnZ2iCovSCxY4AUZ7DPBsVQ3F0unq
Kd37JGk+BCbf/AvmBYrEt3uGiNbW21+Sk/7TqdP1kVGFcr0N5/lhMMGQA9WCWXBPUODnTROF
tQShlSwOsHC/mE/6g5Ca8tVzpqCr0RrOludVFJPDSvYqxKidIwvmukfl9bBAR1kAhMjqI24H
bJFvqUpKlhyHD49Uy6O5L691Vpis1LZdIaqvlgsf/wAm3O3WipqaSkAGX65kRo1wME75XYnA
34tLoh3bi6rdO1jrOdY9Lpgr5pbhTkO2U6A3WuMY75/7/A4ubTXN7qZmOyIr9yZ1zy90LRai
uujNWWrTdwRTSXW4WappqGryNgsrxhGznK7nqH4c8Ujsy7SHZXo6hj7ta4E9Esm5XaxoOWEe
tKjRGqhpapHlw3+az1K21gdgBOV8vpJ2DdWCT3JPFgdGXadWVWZ4w7SCLph05T3bVV0p7faK
K4XO5yTYp6ShgkqZ5DuzBY0BJOB2A7cdexrRdxsFIylo1ONrIuu3hx1/ZdZLY6/QOs6LUM9M
atbdNY6pauWLALSpEY+t0Ud2AIX3I4HMzQLhwsq21ETgXah8U3y+H3WtRBcaeDRWsaiWwyGK
4CCw1jtb36PN6agCMmJvLy+HwQpzjAzx0yMsCXDKuZVRDBcPimS28otZ3LQdx1bSaT1TctIW
tlWe901pqZKCj3wC86qYwASFJLbEgEg44rc9odpvlGMqYdWgvAPzTJqXSuorFpm332tsN9pb
TeAWt9dVUE0NLXMqkN5MxURyEdJ/Axxg8TDwTYFda6N7ixpyFiuOhNUU1msU9y0/qCloNSLm
1VlXQ1EUV1zgr93Ypib8SjEfV3X+8M8Eg2BU2zRXPeGN87I4rfCxzD0nqK22e9aA1zb7jeYj
LRUdVYauGqrukdRaOIxh5OkDJ6QSADnHFLpm2NiqG1ED7uDxYb5Wek8PGubjea+2xaM1jUXO
3iJ6qnhsFXLU0XmKfLMsaxlow65K9Q9QGRnHArpAcq3toAL6xY+ITXV8gdWRW221cmkNWJR3
qSKK31TWaqENweYZiSB/L6ZmcZ6FQnrx6QfasOzhdMlOQRrFx4hO9k8KXMWKqmig5e69qKq3
pFPUr/s5XNNDHKZBE7J5WQrGKQBiMMY3APpOL2SAblDiWAHL2/EJ0pvCjzQqqiDzuX2vIVlR
mijGmq1JZQpUMUXyeogNKmTjYuoyCRmxjo9rq6WuhA7rx8Qh628m9WazvVZb7FpfVF/rbc/R
XU1utNRVTUh6mQLIkSM0ZLAgBgDkY9jwxbHGwAucBfZASVbcFx3XVTyD19PaqCog0Fripoa2
RI6SpFhq3iqGYnpEbiMhyxDABSQSDjtt6R0XJw+K7HWx83D4oO1xpa+csbs9rvtmu1grJv3p
ortRTUlSsbjEcnlSqrhGwwB7Ng7/AANe5uDdMYZY3suDdMdVPLU07mJwS+MjOznbPb22P+PE
wpgAnvL1DE8swRmaaHycoqhR6QcdWDkgbf0494ldJtsnWkR2l6AohNQvSY3/AIF/v5HYb/1+
vHMKnSSbpfNSrSwpIzs2CS2RkKcHHb9P0/Xi2M3Vb22XA8mBi3RMPktuf68SOnquB7rbKM9U
cnaenQyGukVV6WGO6jcdx+X/AH4hw+u7Yhtktrabs2+CGbpp9rVIscMXmzeoRwzDDSj1KG27
4x/P278MJ2W726CZKdVm7or0u1SrgGmaKGYbbZUdlY47YDZ2znvngR7AbprBO7GpSPYHFLSd
Dsoj6lXIx6yMgHYDbv8A07bcCuYRlNo6gFEdh1LbqdwjoJD39LbjYD3BwNu3x843ClhJGExb
ON3JfUazhnmlMMDwKWZM56kYM+4XPbOCN/nftwL+jJ3UnV7c6d04aUu0ctwkhAYMCR1AYdcn
sdvnHb4HuM8UTUpa3KlDVhzhpR7V0tNRUkUxrEgDbFlcMgYh8Dq6RnO+CPbfYFQU3fLtLQtB
EAW6nLFab2lyhRVilHR1BOhwMgquMj6HPtttucbyNK7kVYKpu1vwnyttFJR2+J41zIuTISc5
k6C22R36ek//AAWDuDgeNj3Os7mr3ysjZqA2/CinW0RmfzI6UZRS+GUr0MR7b7/5fzHGipnE
BZuoDJDe1kwLda0+cjws8GenpLkMRt+HIBABAPz/AD4bskNkudE2+EL6pttQJs+Zk9YOckEh
iO+357fGeOtdfKmIQRlDk9J0yVEk/QxjcDqAxk43yB8en8+Ia/FXinBbYhKrfTtJTEOiysV/
c9LetACN/bPY98jf6njpntsqzw4lF1JpgRrumFdM9fSVG+M9+x+fz4qNaRsVa3gge7SAbFWh
+xys66f8cVnvk7WiOhtFkva1NReKqCloo3qLTWQQxyNO6KyyTMseA3vvgb8XVcwfDp54WO4z
TmKPQdyfosHK3xI8wLxzJ0DyjsUXLXlDLTawt1YyUFqhp7bFd0CxQ1ddJLJUrOkBYdCFmiBx
hS2CBHxjTq3RjaenEDqiUueNPXNuYHTx8Lqz3ODlbp/ln4R3tGq668azpbFz5gvWuf2pfLdU
XGShajWGSsFLDPI8X3tXcrEWmlYEO/R1dKC3INwbICnqDPUO0NALoy1oANgeXmRnO11BPj15
Y83aPnbzk5hUupVuHLjXUNdDBeaLUVLLa7tpuWdTTW2FPNzlYlhjWkRBKjQnpUbuWMU8WhrN
PeH1VcEcD4WsJs/pY3v19H3J38f2geZGp/EpfOa/LDVFK3KGu08KTTF5otR01PaLPp/9mpBL
aJopJR92YL5kbUzRdcjuzAPIQRdSy05jEcozf3koJnZtjMcgs++1jdSjpW8U1byP5F6KqtWX
DQHMm48n57FYNcNrFDDpu7x18tY1tni8z/c5aqmiSI1okWRI5VjGxI4pe4CRzgLt1XtbceuX
vQ3Z95zgLgHbwTz9n3yj1RZ9ecgNe8yuYDXG3WPVd8pbVZP29bYqbT1wlFV5lRcpzN5lZW1d
ZLiNEV3dOlmnWPCGFTUtIc2Ntr/bp0V1V2XfbBtje+fLGAOd1BHgo5Z8zNBczeU1Vf7SuutK
6Y1vUzPaLXrWK2waJuqVUMlZV1rwN0R+mPzULu0ckcTIHXqKG6aaN7DbBsOW9unRWzuiIIab
Egct8croxltf7f8ADDz8syV8fNi1X/njT1tsip9V0+njfqVPvi1VfBEJOiKFppEziPyizKwB
CAgVz+807WCi3uSNdfTZvS9j+Uk8ZejrByV8BWvNF6D1j/tNo+y854rlaWGoKerle1fsNElk
CRSDzIY7g7wdaxhXkj6wD+LjkYMkguFfSVJNSJJRY26Wzf8ACjH7HK41C+M63X/75Z6CG32a
/LPV3Orpqakpp57VVwU6yGoYI3XOyJj1DJ9QxvwRVNDWaURxOQGEjmTdEv7cqrt4IdQ1POYc
v6XmZTX6yQcsisdjgvDVAqUFw+9R0S9LWtYwvV95jK5B6QwIBosCRo25ocOb2oFPctsdW/RS
34pOS190N4V/ElQ6m1TJr/mJX6m0xqq93Ke922GO7wQvUmWsoaOKYyw0UbSCJDIQ0hXpSCNV
VWlBK3tW3FgPXvQsMze1YdNmi/VEdp5j2TRviy8GVwvEv+1WvaTRum7beKu5aihktGiYaaRz
caiWRagieu8uQA+YypCFRis8hQR1gEscOV/j0UGgmN42G+2T0HkgHSlVqXW/hw5w6Q0DR6B1
dzUTmzXXrVOndS/ca+s1JZZIiKGenaom8upSB2kfpDnAlJAyRmwhuppfgW+auJjD2uffTpG2
LHmmLw0eJznDqn7UnlTa+Zus9N01LYL7S3rUFHZLpQUVntaxUQpf97kp3EEk0MEUETI0kpTP
QN+oCySKIQl7Ac7XU3shEDnMGTgX+yCfB14seY1t8Z/KfltqbWN3ptJ6S5kw3Woo6y7w/dqJ
RWGWpklquv8AeQrG0jhHleNQ7dK5Y5jJGwRl46I2aGD9O6ZoyRb3+SgLxWcx9WVvNO+6W1Df
KutoNN6kvE1BBJWrWrAtZVK7vHOrOGikSOnYBXK+4ALHN1OxoaHI2ijjETXsGSAD7lYXlJrm
2ab+xwek1barhqumbml+06WzU2tRaqimoP2YITV+WnmyGD7zlOkxqPMPX3GTS8Az4NvddAyO
P628Z0m29r5/wrIaO17M32p/hauTX5LFpu08o6KjvstVrOK4xWSRKG4Qz09VVmVfOlSaekV+
oBnfyzgkZUfHZkc7oFpApJGEZLsY9WUFrqOlsv2YvPDRelYLla6O1assea67Xunh1Fq14WqB
dK6WGOpYCFD5HTBF1hF9TPNIzuLGtBe2/NXxPH6pkkljja2B0GykzwjeMLS3ii8UVr1lP/4g
6f19auXtbp66VFVqigh02ksVmmo4JozMVqFeomCYhDBVmPmFmILGMsDo16ojfDAYTpLS6+x1
KKfDVzVoeb/g4uuluZV9udFcPDte6fmBbxNWTy1N1oHeOC4WdHSQqJWrfunQ2fR95fB6QTx2
SKxBaN0bV3ZP2lOARKNO23j8MpV4K/E9zK8RVx55XHVmtqy5Vx5TaitVqNVfIqGL9o11RHVQ
09OskkYaWSVqkqcF8LgtgKOIyxtZYBSrKanpxE1g/uBPPA3PklPIjmrqbmp4A+dc+oWuWs7r
er3pWjobbLq5LRV3KloEnpZuglw0iwxinRyVPV6GYv08VPaNl2tjghq2dkdAAJva9icj+Oih
LxrWfTfJLxEXSxaGvUtzsNJR0Mjlq2G5tbat4YzU0X3uFViqfIlLp5qDDdPuQSYCFpGye8Lr
qiWAST4Pla4629XVhuZWsrbT+G7wsWW92C8avvVLa6ujP3PmILY1pq3us08Uc0aCURyGnKSL
I7JhMLkAYEHM8NkkilvNUujeGh3/AKL3Hh0z888lLOsdV1WrvEb4wrNoyv0JeeYetbrbK/S9
NeqmkrYNV6fikd6ylpZpZfIOWMMghLqWEOMYG0LWJtuq2CLsqV09xG24cW3BDrkgnHS2emFr
1+0G1TzEvGstHWbmhHoy33HTNk/ZVos1iWhjNgohMzR09RHSs6wsWLOkcj9So2cKG3pcTjUt
lwWno9EklGXFpIu517E+F7HHPG/krLfZZazvHJbkrHbuadwN25W8x79baHTOnzcYK+r09dY5
fNp9QeQ1SppKSAxgNEcCpwAUCIS97L2uVk/aHsJZ/wCgO82+o2IB8NsnfPzRB4eaPVGmPEjz
G5I8y+Yc2oLdzrop7FLqNNRm5UNVczKZrZd0lEr4jadOhlOG6J2Rl9GOKhJ39LuatqY4X0bK
6lbpMRBIta3Xz5ZWXkLquW466uVdcOY1yt3JHljYY7XUWo3l3j1hTU0ciR0KUTzL96krnqql
h1RlYY6hTkGNAPCpJcSP2j5+S9V0EUdK1j2XqJe9t+wHIJxyHLzPnMPP+9PrfRdis+hNZXPl
9zHj5X2B7bXNrmKqkvCUSVCVmnGr1kRoKxDNFMxJxWNEgcARjiwyckro4mtk7Wobrj1EHunF
9n2tkG2ByzjKCNWX/mdT6f5G6s5C0nKeq03ofSFtt0Ndcae1LX6AucaOly+9PVTI0AkkaSYy
4YSCVjv6eoiKRrm3PNcNPTse+Or1B174v3gci2FTTw9am0fZfEhoq560pqG6abodU0ddfxHC
XjqaX74skpEeF6oioLBQBlNun24cayYS1u9k0qqQmDTEM2x196sf45NYc6dA3vm1edSUnKK4
8pNe1qftnVNqjtHna6tf39ZaaCnkWaSeSpMYHQgTqjKM2VVQeAGBlhpvqSamhge1rWau06Zw
fhgJ58eXNrnR/wCLvMrmLy6i5L1PJrW2nZaK2a3hgtIE2nZaVIxa5Hkk89Z1x5K0pg6/MUBV
2JEY+zsA691Gmipy0Mk1a77eKod4OrNq7UHOCCi5eXmk05qw2yvFunqrutulmzSSRSUkMrZH
3qeJ5IotwWd9mU4YM5pWFn9QXTSthYxl5Bi/w/hbBeT9dUWG8+BiirLe3LWr0ZrG6V1003cd
TCpqqO1vU080t4qJp5Fkp6eXoMf3ZwAehioIJHC/UDrze/NJnNv2pHeGM25oP0Fqi3zcv/GF
b7Hpi+aRvVbpypo2qKvmUbkbzWNdIphHBAwj8yQ0yvKJI2kIjymfVgzIF4yTceWyi4WfHqNx
5bKTeRfJHUVDo6uv2oNYR601TrPw8XWx6NoqXUFqtdjp4ZaWOOCzwQmRHnqIoOqaZ2SGKNx6
nldy6jSOGrA2K7NIy4DG2Adncnz/AAN1FXIe3aV/+t9WrlTzhv8AFRaH1FT3PW1uq46qCqrL
TdLdW+YlFCiykxGvtoqI0DBQWdekMTgyfL/UL24RkzZTUulpsnA2PMb7cjupXTxD0uovGb4b
Na6pu+jtNXGt5K1tpslTW11NLY9G6pkFa1HFURpIVg8mGSnTqZV2aPfO6yDP6bgM5+SAA/ov
Y3Ob+YUH3e58/wDl3qrldo3WNp5d8vbLHzJt18prfYqi022sqquPpWquCtTVBf7sKYSCSZ2R
HBQepvSLtEGklpJwrgaeznMuTbmpntvMux1fjl8XX7BstdZrld9J6yjg1I3M9ZqO+S1aSfs5
YKYhI2ac+qBUlYwdJAxx50AEcbi69zkW26oR0jixjScDwUSw3Wlt32ZXhyqb3HdNZav07qK/
vY9J/tqD7i81ZPTtb6i4n7ys0VMgid4oFCGTJVpIY+vrtdGx0z2sNm9bdOivLy6V5GAR0+Nk
e89ed+qx9uCLdQaveXQF75k6d1U09LqCA26poqaGkR53nWXo8iFFqv3TOFU+YRH1NkiiFvYa
zurqcRilcXN71iPj63WLwxc39TS/aG6/t13v1VPprTqa4rKSObU8NNTq1ygmWnEFV5uP95KU
gj6GYIwVgqnqPFWgBgJ5q+rbC6lY5je8Q0HHTf8Anqs/hO5Y2Hl1oqqvtlravR3MHWHKzWds
umn6jW9PWGCpeBIrXOs/XG0M1RN5qpFK7OGTrBUEkl1FS6QdmTcAixtb0EtmcSbbi+DZYvs+
db3DlfydsGmuZF+LaU5g6hjl0HC1fS3Sbl7d6eOSWDUM8bTj7vTozD/dnU+b5ckhRAn76Vc+
J8mqLkM8r+H8r1Rpc67B/KpBz45K6wt/PTUFLrS5HUN/pqmT71eUvK3aO6gvlKmKoDMJEfLO
uT1AEhlUgjg1s8GjU3Hh6+qeUTy5gEYt8kA6n0ZHaKRxTRSPJCMsxYEGNhnHT7EnBz24k3QR
qCNa92rSUOUzVgmnwFFS5OCc9uncg/BHz8H34okeFewFFemNOft2rMoiZXVcSp0nO/sBnPYZ
P5bd+KXSNaLlXBhcbBON30HLHQKMTJ5ByTGe3pHz2Gw/rj54rFW3YFXtpyDd3JMUmm3eRmK5
JOServ8A049+oKj2LeqI9bctai21s0VRFlGJdenpf0gbekZAOSBjH+HCHhfEWtcCCq6vh75G
kO339evohJOUslfQvL9zp45BGIvwsDglhnJ32z3O3pHtnhvVccbq0gqmj4KQzU610ut/LAlr
hTxMYIKYkwuCRLMyjBTp/LtjOQffO1DeM6batyijwlridJtb4lYH0xcLPRCRYQZMuSjJuMbe
+5wc/wA/fg9lZHILXVTKSWN17YSIQ1wpZisapEuSvVsxJzg+3x/X68XBzL2GVf2chbrOAldZ
eHeztF1FjJHhkjjKnAOAGGdskDA24tDL5Qcl/wBqU6Wrv2aslS003Vt0IWK59vY9j7g774G5
4pnj1NsFOmkbG/vI0qdc/e4ghdQzepPWDgkkk98jbsc/J2HAMPD2l2U2n4roZ3AvVu1ZBYYU
MPTNJOCJEL7gbbrvsP0/njgn9CHXa7ZCf6oW2c3c7807nV1RXdEjU0c6BTkMAWjPSN8nt7D2
3A24odwwMNwVeeLOlZYgevXuWWBWvMr+ZS9NS562AyEJ7HGd9vf/ANvFQjEYyVc28p2z4J3t
XJme7yR+cgWFx1YwQ8hztjp9t+4+Pb2Fm4k1osEyh4VIclO9VyOtlxil6k6Otj1eb9BnryO2
Nvb5P14EHEJLjKIdRxkHCCdecqqRKCb7vNHS9OCeg4WT4OBgn3yNtwN+JQ1h1d5Wfoza7VFs
lspbJc5RFSo7qxKupCkLhcbnI9yNtt8/PDQkubYKtp0nvDZFOnJaKvgSlMkbSHqXqI6SqlgB
nBHx8747b44Bm1tdcpnTvgMZY4XOfrzTnWWuilkjEkVFOiEI6emTpIP4+oHp23OO3znbN1PU
myX1lA151WAQ+9npTbw1OsJVicIUKp6j7fQ7YA223HDAS6ln305BtZEHJDw666543O4QaE0V
eNSVOmaB7jXRW6kDyUdONmYA+o75wqAsx2AbPFbpRzUJqqCk0moda+3rwUg8wPDjr/kGLRcd
caDuWn6O9I/3S5SrC8FQw/4gWaF2j61G7RluoAbrhSeBZC0C90fQcWpqp5bA69t9xjrm2Er5
m+B/WFr0tLqabRdztFNR0y1tZJNHEKuhhZgY5p4AxqKdGDr+8ljRR1pkgFTxGKskgNzkBCVF
Rw2tcI4ZAHHAwQCb7BxFifemrRXg31E2n7NqO66Wro9O3qSZLfcZqcR0dWyAl41f8LFChJQ+
rZtsDbnE+PPbFqZcA+sea7wXhNJLVOpy4Okbe45jrfwHP8KR9f8Agkr6F9P2pNHXaG76jpBP
aYpbSyz3anOG6oowvU6EAYYDHSCeyseM5BW17JgXtNnbD1y6rTPquCywyAyt/p4cdrZ8he5F
ha/ggG4+ArVFdrKx2SpsFXLddVRNUWOko4qeqN1jVnUmnliZ1mCsjKQGyGUggEgcaM8VnbZg
Zv4+gsw2n4VPE+oNQA1pAOCLX/buLnwPhumW1+C/mFW6x1TYbby3v1zvei0jm1FBBRq0tmBQ
t1Tgt6QFG5Ow3z0kY4YRVGoBzzZZ6rq6WL/lvuDsR80JaN8FnMznfZqXUWnNA1l0tVynaC3V
XXBTftSRCFaKkM0iPUyAlVKU4kIJC4BOOHQlgj7sjs/TzWffV2Nrpv0Z4RuZfMC16iqrboe/
3Ok0nVChvkrU6xLYZy3SY5/NKmE5GMMFyw6e4I4snfTNaLu3Fx4/wpsrLOsTuhrmvy0vPJTX
9XpnUWm7ppe9U6p97t9xpPuskIK+YhKEA9LKVdXBII3GRg8CNY17dTTjwTGKpa493ISPlfo+
/c0uZVHpnR+nLrqi/wBxd/u9vtlB94lkKh3dlA7Kqr1M5wFVT1EDfjjQGd55sFbNUMYLkox5
l+HPVHI6us9Fq/TtXZ5L9SLdLbL1U1RSXCm6ukSxzQSSRSKrBwSrHBznG3FsUokywodkzJBd
pvZPWl/CjqfmDyyvWprHpK733TGnstdbjFCr09u26280kgJnYjIHVnAycji18sQOh5seirfN
G12lxWG++EXmDo7Sem75c9C3qnsusZI4dO1L0Jkju7yBfLSmCZMhI7KgzkgbMcHglhN2hwxf
5LzayPUbFd8xvBJzW0THSU120FX4uV2hskKQvTVaRVz5KUU/lSuKeoYK2IZ/Lc9J2yCAC+aJ
19JRUXEYjku2804n7NbxCJcqqk/8HteddOHzC1HGrxIB1Fnj6+pAoznqAAz7DfigTsHNEP4p
THZ4+aRaJ+zT518xbXp6/wBn5a3yptesI5JLNcHakpoKvodYywlllRQWZ1VUJDSHq6FYISOm
oZtdcdxOlBsXbeBSHRvgR5t6hv2orBb+Vuo57ro1QNQUJtxSptC4Yhp0cgoOnJDY6SMb+oZk
Z4wMldkrobBxfg7L3prwma6vvLWy62h0TeajSV4qoLfabp5MS01VLI4SOBJCwxKZMKE2IJBI
APHP1DAbXUXVdOHFpfkJx5keDvmpylt1ZX6k5c6mstutlfFb6yorKJTFRVE5XyoZTlvJeQMn
SJOjqDD53v8A1MZb+7KqZVQudZrginVehNecoNF0PKLVnK3/AGAvGpLlDcpq6sSRL3f6NZGW
lpOlpPKWlSdiy9ITrdUJJCZ4BdK0u7QZsiqaOCaQ1Alu1oz0GMnzsiS7fZsa7fWlxs1VojU0
dfZbctzrqCW3j71Q0bsR94kTIMcRKNufT6c9sEqzXTkWLMp4KrhLcioFvI+/ksdy8GeoV0Tp
i523Qt9uVs1jLFR6fqTSL5V3cqzrHDKzfvGHQ2wGxBGM4HEIJJnuvJhdquJ8OYCxklyNxnFv
chOw+B7nNq3XN/sKcv8AUj3nTUK1FbavJVqq3wsFIadA37pQc9/w49XTng/WwYBS08QpzGJX
vABvbfNt0z8ufCDzM5labN80ry+uV1tNUtV+/hjgje4fdVL1Ip0kkVqoxqpZxCJOnGCAduJO
07Ern+pU8JDXPz7+fXosnJ3wrcweeGnpblpfQepNQWiasSjjq6O1lqaWodciCN2ISSbBB8te
pgCMgbcBSNvsnH+rU1O7RNIAUJcwuWU/LPUd1sV2tD2O82qR4a+hqFAkpWQHriZQSFYZGRvg
j57U6bHKbxcQjngD4jdp6eCO9P8AgA5uU3M3SmnqblfqiO/6up5qyw0clIiS3OmRVkkmRi3S
YlDKS7MEwy+okgcXiMWWcm49TOBeJMDz/Cnzw+ck+b2lNMQ19k5OVlxq9W2yrorBc7gVpko3
aQU0tTSu86RCq6XaNFkBYkkxqfLJ4EEBDybfwhavitBUMbHJMQGkEgA2cMGx+HzUX6X5Xa4r
uZt60omkdQ0modLQtLdKGaiNKbHTxbF6hpulKeJQ4HmSMqkOD1Hq3kaJtr2Tp3tDTtYJO0sD
tuflujyDkJr+a43nTNPy91FPdtKiie60MdPGGohVMPIeQmQIyynoERQuH8wlSeoHgMUBDyUQ
72npBC1+vBvbfcb+XL4oP1D4IuaurL7T26LlvqSvus9VU0UFPHQwzVRqadVkqIehXLh4VkUu
hAK9Q2+GsLA1I38fpCcyX8VG148NGvNP8u7jrOu0vf6fTFqvX+zM9zdMwQXMHpNKPUS8ocdJ
Khl6/TkN6eGTJQMXVP8AqdO94aHC9r+77LnN7wP8yeWulK+/XvQF1tlPQRxi51RWF5rW0jYj
++RxO0lKXY9I+8JHltvxbcdbO0ndRi4nSucGMdn358r7pp5Y+ALmlzjtkeoNK8vrlc6S6CVb
bPGIYpLq0WTMKVZHWWqdMEOIA5XGDvtxEztvZXO4tSxO0PfY88H52296yWbwAc6KzTVNd15W
6qls9zo6SuSu8uIUxpqvalduqQdAmOQgcKWJwBnA446foVIcW4cTd8gvnr+E56s8Iev+UmgJ
r/qPl7frFp+gub2err6mgiSlWvjkeF4WYMR5yyRspUAnqB7Dfih0zhgI2kr+HzyNZHINR5WP
nzQXR0NNUqjpSwOrqSsYiHUPVkge3cnbHsM+/BsNT3bO5IevpQHmRgsDlH+sPBjzU5f2mvrr
zyv1FbrdaKGO4XKR7ekhgoy3pq3VCz+QSNpSOjfOe54i6SN3NLoOI01w1rxdZtb8nNYck7NZ
bprPRd50za9Vp59rq6qFYEuMYAfqiZSQ6dJUhht6h77cClgJu05Tak4rTzuMbXX8v5SzVvgu
1Zom86epbry8vlurtYFTaqdqJmnveRgGGOPqaRCzpgqCN8DPtYKuRosCqIn8NnDnB4OkXO+P
PFrX/CTVv2cfNiz3q1UUXLiuqDfJKiCAU33WpimmpYmqJ4y0cjJHJFFGztHKyuAu6ntwxh4k
zdyztRLSi5Y8H3EfC42+yzWj7OPnFU9NBS8pdS1c8NPHN91SnheXy6rIhk6C/UVkOejA9eNs
4J4Lk4nERh2fegY6iAHvOxt6+yxU3gr5jX+a+U45fXOsqdLzLb7xEkcKPaJm9KrOeoBXJwuD
sWcDY7cLTxMFxDCcFaDVSsiY+Z47wxvsLi+Bytayca37NXnkJzbYOTeskniQy1MC29FlQAA+
pOrqUAd2IAAwc4xxeKyLmUsdWwC2l4TNyh8JOv8AmbYXuVi0TdblbR96endUiVao069VStMj
sr1DRKpLiBZCoBzjPAcszCd0aziEMPde7Pv59envTly28O+q+cdJVTaa0y1ztdG0cJqfMp6S
i86VcxxLNO8cbTOu4jVi5G/Tjfint9H7Sip6mBh0THNr7E464vhPdi8FvNHU7Vclv5aakqpK
WuqrZUh7eiSRVVKFaphaNiHDRB1Lnp6Rsc7HEf1r7Kl89CDYyC9h8PgkettBak5STW6ivFhk
s89XRQXKCJzH/vNPNloqhSjMpR+hsH3Azj5CfUm5DjlN6KOOoZrpjqANj57oOuVme7xCNYvK
iCdAQrsFXJGfnuR+nHmcQtzRZ4UTyQw+k/u1ZF0qOmQNgqmPzxn9M/y4n+vuFF3DiDsiHT86
6dTEdP5JPqdxnqkbOxOP0+vFD5u0wSrGUpjyAkep9UGojco/WCPSOvAY98ZHtxfDELXQFTI8
Osgw3zP4iyt7qScj6d+C7BL9blY+pqYbmx80I8QyemRFKgkerc/Qe3fjDRQHqtm4DokNVDR0
MLFaUrJgphFCgDp32z2/xx+fDKKkLuaEfIxiY7jbYDhGTpijYlSMuzFsb/O/UPzz9eC204bl
VfqATYBeoNGmQBUXoiSMtCsqjrKkH4OAc+/c5P0wNNVFn7Uzp6VrxlY7hoinnpVZ1McmckHY
ZyMHB/nttgdzvxCLibw7ulXy0bNPeCH7/wAv6DMnW0kbRk48sEEgMB298+2fjh/ScScbA5Wd
rqJg2wgy4WOisTTtA858ti0zlvwAe/fc/kM9vy40rGdowErKyS6XkDkmm0JWzho0hgeFiHhK
jpYhSxYkd2Yg9s/A9uIgWwuXJFyiOgtc1QsbzSMkwOAsjEqq7HOPf43+P52g5VY2snmz2a7S
VYaN2qEGUjHT3fJODg9jjP8AL34HqZw1ukoykgc86hlSfZbAdPBamsUS1rPtFCvUQce/fYHu
fk4+eMxWSkg2wFr6FojcL7nkjGleoS3kKY3BRfQwICgnsMexH+f5cZx81ytOLab7pQs6/e4X
ncStUERv+4BVAMbA57bf0xvgccMt2YVLW9+5CY9f6NlqqWVY3eInYNtkt/Ft+W2Pp/IaKqIc
C5OKWC+GlV21zZX07UzrPioTq9znt1Dp+eobDcfJ9+NbQVgkA5IHifChGe7kHPimHS9tqa65
yCLpALdM7TgFE7DqPyRntucjGO/B9U2PTq5pHDDJqtZTdpjktbq3SsU1bXSTSzsHRjGMI3bG
D6Qg3+Sc8Ziarcx5DVuaXgglia6a97et/gm+p5eTUVRHTs9GgZSsfmLjpUZx85/DsfzzxYOK
sDe8Cg6r2ccxx0EEcri35+KtN9m5oWiOouZ0FFNboK2t5VamhNTUTrTU0HVDBs8zYCJ3BJ2G
+fnjtLV9s9zQeRWK9tadlLTU7y29pWk2F74Jt4+SMuUWvtO+HrlKtsu0Vnu1ZcuYemtTnTNp
q6a4mjo7XNJNUzSeU7Usc1SrJAsZbrdR1MApUiEVQ2CP+u4HI2N7eKXcXoJuOVpl4dE5gaxw
LnNLNRN7N72djYnofJe+Xy6e5I+L+9c2bzqrTeoNOffb1dDNT3SGe5aqjroqpI6M0RY1Akla
oRZlqFVIQjFyQFzWx5ZUmoe8aM7G5PQWXaxprOCxcGp6aRtR3QQWkNaRu4uOLePisPJHmppT
SXhst+hNZ36337Tt6tE1/W32qrjnrLPfaSoaSCKRIwWiFbRhqaVz+ETKPSUyOwzQNhEcpBGT
a/O9wEDxKh4jPxJ9XRMe14IZqLSAWaAxzs43ufKxGyKtb61ouf3PHlKtdzR07Z6q5cuILXqG
/UN3hX7lWJFWNU0MpyscPnLNFAhdjF0u4PV5fQ1smmWdj+0A7tjYjzsg6DXQ8Pni/SuktIHM
1tda2wcQMki2R45wm3XVfoenrfDA1t1BoWCn0hUtRXWOPUyVX7D6L4LjJJK7Rx9UYj384RrG
7nphDArxcWt/phhFh4oulqZuz4jJVRyOkmaLHsyAbgjIvZt73G5AGcqPNSc1NIag5s+MOi/b
PKXTqa40pfaPTd4F2MH7clq7tHVxQxyvUvG4kijLPiNeiTpVimek6Ckgf3XtBI1XNgT0ysVx
Fz+zhY9ziWtAsRa3gMbdLqKfEZarT409N8kLjonVmhrBBpLQNu0ldrPqDUFLZ5tH19LJM0tW
yT9LSU8xcVAlp/McupUjrCg6Cnd+mMrJWElxuCATe/L/AClAdYqVOYHiL0Bzx5l+L6/UF15f
XO3a60pYtO2OLVlfFaxratop6NqmraAyQShJhBJMGZkySoJ6iygRtNKxkLHtcCCSbC9gduuf
Bc1GwChzx/aLtni45oXXW2gdU8u3HLTlPYqzUFgo7vI1FTTUyfc6qisZMOKmmo4zAxy5H71s
SOSOJ0pdCwRyNIDnYNvqiqabQQCFEn2feiIOYXiHuunLvzSPKqxXLTNziu1V+1YLV+3IfKVn
s61M/wC4i+9FFUtL6AqMcPgKZ18ZYwENub+ijqiW7bgXtZS19otV6Sk5E+HSDQl+0A+n9IaX
qrBUWew6la8VtquLXCoqakOzRo8kJ6oumo6EjkZ2MYKEYG4aH9o/WDnOyqpHP1OLwblKvBrz
C05YPBd4h6K7XHl+961NFp2KzWS/XJUqboaC4SVNQVhSWOVjHG6snrAZ9l6iCvBNY1zqiPTc
W5gdV6cF0jbXVgeR3iX5fcmo/B5qC8SaCjh0FcNUDUNv0/UtWzaXa6TsaSvenaSWUMocTSKG
YKykYVsLwDLTyXlGSTaxIte3r3oYMe7W0Df7KBudnL3mTp+xVOm6znfy21VpzUd7pJmpbRqu
kqabUXTOrpW1McEarTJGF8zrqyjBnCKGJ44JIGi4YQbeOMIqJgJu1huB4qab/Loy5faleIPX
0WreX62DWmldUU1qus93gigr3uFrFPTwqx7sXU9YP/DVSWwCMiGS8bWW2OVY+GT9NGNJuD0P
LPr3qJfEP4eL3zb+zD8LVDaLnoW3Lbq7V6yW+76lobKjNJdoQtSi1UiK0aAFXljLOnUuxDcX
mVjZnkC97cldFUNZUyOcDm3Inlt71LNr598rOZ/ij5h1mote2K4aat/h5PKev1BJdYKCt15d
hFCJZaI1ajrMpikjWaZen90jtkMoIjmuaBjndUOp5mRMLWm+rVtew8bfRBHM+723nf4A+Wdn
o6fl3pqqs/MSuuNLpigqYIms1sqqanhhaoMh82RjKsxmqKgmU/8AEfpUqq1Oqo43nvbpnTUM
zZ5Hlj3Xac6Sbn1sj/xq8xtG6pufi6NJWct7fQc2Ky21Wm7tpa5PUXjWFTTzwPFTVkbPIiUn
SZpJWZadVdI8F8gcQZOwkWN7KFDw+oY+B7mPu0m4LTYDwPM+HWyauf8AZOUXNQ3RNS1fJ67U
lq5JWqxWnUFv1LIb02pqS3rSQUsQjmMUkAn6lkMsKxCL1lx08WBxAsEPTMqoWBzGvvqNwW92
35SLn/4mbXy88ct8vNlh0nzJ0nr3QFv0Zd6a23gIksDWqjpauJauEO0Eyy0v7tnRgQoIVlfI
g7Q1he7CccN4ZPV0zaZt2Oa/ULg4PL5fBEmo6zRGqPDz4fqS2VOl9OyWHV1zulZaZdVLcamh
iqqmhkimq5ZEQKStLIXCooQqgIDNjhZLOO6IyLXzkbJpRQTsmq31jJHOdHpaRG4Xda21th15
7p8bmTp28eNvxAXKSp5X2/TepLHrGjtF/aveH75NdI3Wl8uVqgxM8pYCVTGOgnJ6MDi2KeIP
dYi58f5QVVw6s/0+na7tTpIuwx4bbcizQeeLk3z0WLwHaS5fcotWclNd6r5nWW93ajst4tND
BfNYR0lPoZjDVU9PRx0qoz9M0spkeonaOmQSDHmMVYkifVkkZQHGKedzpoqeF4bcE90ku/8A
UTyF9gBfrzTX4MuYnL7kjorkvYuYGouXWqrrpbmYuoLLUwag8ik0LQRiL7/Wz1CMq1ElQ8aG
Cmdc4jLHv5fEGA2yp8UZLPNJPTse1pYAbty44wBbAxk35eKo1zgFBbOceppI5LXXxS3esniq
LfVR1VNOjzvIrRSJlXDB1OQe+QcEHiPYvJytpQVkH6NndsQADcWNxj11V0L3r7lRq7kXy45T
3bWWhbPfrhyeo7FFrq2XzzzYrxRXCe4Q2evdHKxUMjND1SIgPmhPWyoApTWkL5tol7Z04aSN
ZOkg5BvnzQbzp5B3bmH9nD4YqOh1BoVFtdRrCCeiuWrKCghmd70B9/iknkSOaFegq08RZgHU
gENxJpsSroapjauVzgbEDkb7fJPnODWOkPF1rXX9HWc47cLDojlxpmy3WCs1IunabnBcbf1p
JVGrqImbyIJJHkBEUk8oRTGoLhh4Et23QrY5YWNIjySSMXLR5eKEfH7r6j1r9o5pK56U5j6L
uHLbUP8AsZdZDR6lR7XQQWunpoyaoyY8ho2FYY45sS5diVVpBnwIAsVZSRkUzrsOoXG3Xonb
kfz509pH7dbUuqbprvRtJyon1lqfV0Nzn1BELLVCuoqunglDKcGocVEUbKP3qqWBwEOOkgtU
ZoyaMANOqwGxvg3+CQcmPEByf0HzU8OvOKouej7BTcpLnDpnW3Lagu71NNZ/u0k60t5sqM7y
V9Oz1TVL4eWQSqzBm9Q46GuIsOaq0SiN8Zae9Yg2+RQXyGv9F4OuZnNrmFrTmhy/1Fpq7aW1
FZLdFYNSUt5uHMKpuUUiU5+6xM00UQdhUzPVrH5ZQDBfI4kW3AAC7NUGVrY2tNxb3WSjxVXi
2+KKq5Uc0eWHNrlrpWw6W0dZbA9BetYxWO9cuK63xdM/TTu33iSJpMypLRrI8rOcKSQT2Oww
4XUIpzG18Txe5+KBORfOSi119nN4m4dU650k+tta1Ok0tFHer5TxXW8w2ipleXohlYOVSmaF
YgQOsAKg6lKgsw99oDTbnhQM+mVpaLAX+akHw+c4dNaz+z90zadZah5G6s1bqbnbJqu+27X2
svutRT2qe1x0U9wneKoinjnLpJ/flA6XEZOOKJ4CHkAGw8F79S5kpfES3Fhb6eSqr4l9X6Pt
fiY19DywqmrOWVNfqqLS9ZUSN+/oRJ0xkPLhim7YZ9yuC3vwM4OZutbw6vL4WunyRutht88U
HLPSqUFNW605M/sdPDZSaBu2p7FqZavUtJdYaRw1spIYnkE0csyxRORAAYnc+aAN/C9lmI45
CAADfXexHd8z/lM3K69cmNbaG8Mmn+Yt25KXXSWmNC3Ci1pVrqp/23p2R62prI4aEUdQGec+
ZF0oIpQSXViMHjzpLEm9keHTh8stPrDi4Ftm4PncIq0TzQ5f6K5p8imq9faYoaOg5G13LuW9
W2uirpNJXicV6w1E33cs8YjSqUGRMqpkkw2FYioyjZTMNRLTynQf3h5FiA4c7X8eXRQTrLQF
25K6RuVlk1Tpaspa5Jaaag0vqeO5U9zjMJiaVlpWMRp2TpT98VkZXI8vpDEUOEl+7haqOuoq
x4klgJ0i9y21ujRzPuwpF8UGobbQc+7LqbSmrLZNUxaP0pSLVafuMcppKy2UtOvlysv8UNVT
pIgOQcKynvjsxmwG7JVwGhp5IJGVTDe5tcEYcLY8foiHxl6p0hzKui1emBbYW5wU1FrC90Uv
RHDZqmVJB9xLt6RD97arqy7EDplpzj0gldWRH/5eC4gn3Iv2dMrdT6rvCBrmMAFySdyAPCw8
vejrXV/0Vqb7QXxFajotRaJe36/0JfLZarwa+FaesmrLRBRwwtKRkOZY2DKfwqAxAUgkztv6
hJd3bYygZKKUcFgp+wf2rX3PcdtnnbO4t/C54GNOaI0DqLlRrHU/MfTstSlvv1noLZdNQpRr
ohZYauGKmFL0M7feJKgytNI0NNGr/wDmMVPHIZmhrS5wPvVHHIZ5ZZ4oIHNbcHDD3s7k8t8A
Dc+aFdO0FNrbwfaD0JpPW2i9J37lpcrpLd7fc7zR22C/CpkjMFzpaqpj6J/LWIwMocMECMFI
6SRTO90emJ41je5GfJGS0kMdc6orYJDFI0Ftg67cWIcAfDa/Qrx4fdfLW+JC63PXHMO2X6aj
0zqC1098vN3IirZq23SwL5ElQiOVlndQWKL1BOs+npPFcMzjKe0eCADnYIviFHEOHsbR0zml
zgbAEus2/wC4i/I3A8bKtP3N6uWipqyeWojt9D90p4lm8yOkjQM3RGASAgYuR0+gdZI77ru1
f+0nbC3kUVOAXxt0h51HFiSeZB2PwTJe7REqVNRHGYlUAurMPQPcYGd9v07cSY55NlJwZa6B
7nqSGBJur8AIwoBPVv2H678N4KVzkqqKtrbhYrbdIr9TmOdVb+MMVIxkZx339h/Pgw0jm5CC
ZWMfgr1WWPrWRCelpACoIGF3J/oBxxrnMOVGSnZJkboUl0cplbIXOTn9yp/z4I/UhLjw6+cq
bP21BSQP5pdCGCOCuRv0hsD65x2z/wDPcIxGL3TPtuRTjT6pgalBQiSBM5fpx2x3LfQr3/vf
OeLGvINguSOba5KRVt+oYOqSVow0uWbEmCCoGx9x37+36Djz3OOUP2kbbZSm33BqJHqnkopz
1sp6mB6COn4HYAj57Ht0jhRUu14AKeUM+gaiQSni2wJfDT1tTJTGUMQeonDJ1Y6Bnt7d9tux
34Wte9jyAEwkLZGBxTNrzRVRXTPLTtC8K9Lel2JcDqyo2J6gP8fqcPKOra0aTus7VUz3G423
UfVGmqivrgvlIQ8eJGdFbGd9t9hj4zvn4zxrI+MMbFZIncGc+a528k40vLSWnnaQwqtS8yJC
5h9HQoLZYY7d8EZwV/5QeAxxgOO+Of8ACNfwsDlnl096Uy8tiLlE9GzSRyDzM7EEgEkDO4A/
I/meD4OMtcLyJfPwYi3ZFL7bT1NrEaVAd3lRY4mQElQezE+5+v5jgrt4n3JKhHDK0Wt5IttN
vqYatGkeRY1bIIyTKACAB+Q/XfhVxCoi0kNF07oqWS4LjZEX3tZkYqTGsahT7k4x0nOe2w/P
jIPZcrTMGLheY6iBquaN2KlJGkkk6CFQhTk9/wA9/wCm3EQwty5WBtzZF01BFPYIyVWfyjgA
x9IJw2fknY4Hxj8+F0t2uTeksG6ig6XltbdaSNT1MZWerlHQXLYJG/t3PvnfGNu/BEMsseRy
Wip5Y3tDXb/X1/hLLT4YLTpxIUjqGki6h1ozB3kbPYjGwGP6cMjWTyBUiKnZJqce96si246Y
p4KWKEdJZoenKwjpwDsp9v8AqePNhc7C47irWHUN0H6l0DTCJPLTPmxkiXf53G+Ns5Px2+Dm
l9I4lVu4mJclZeT1DzJ5YWzU+o9JLom2aXuNHJpS73jVX3WOgeOqj6pLfGahsmSWNQziFGcR
orMUAy06SnqIS5zGtscEu+iwntXNw6rligqHy6294MiFzcf3EWNiORTfpjklrXQfN+n0ZJpq
oqdSXChFzpoqeqglo6yheLzjXRVYk8g0nlhmNQZfLQKepgVIA7eETdoQRv02/wAJ1D7VcMNA
Kt0p0tOk6gdeq2xFrlx3+PJL7r4ftfau0++pILhoqq0qttuNbLe6PVNHLbKVKF4EnSWfrCxy
g1VMFSQL5gkQoW9PDKPhBAOyXv8Abyga7sXCQPJA0lhBzm9skjyz4JVbvBHzZg10NLGi0/S6
gp75brLPRPqm2+fTVNfA09FHIBKfLEscLFSchupVUM56eOu4RjAF0JJ7dcNcBJd9iCb6Dm29
r+OL7DmQi6i8MerdM6d1HXzQWa6SaLEhvtFadQUdxuNkRXKNJPSxOZUiDbM2CV6gXCnIUVvC
ZGXdj4qiL2uopnxxjU0v/aS0gE+B+V9vkvFu5E6p1farNPFDaYbjq2AmxUdwutPSVF3UsUDQ
xzOrdMjqyRuxRZmGIy54Mgo3CxwL+OUsr/aKnBkYC5wZuQ0loPiVCPLnwixauvmqtT8yp6+x
8utHNVWrU9yprhS/f7BdZopEoopaCSQVUkZqo8NHFGZJBHIqDqBI3lJXubE1kA71xi24Xzfi
7wZLNN75vyN84QX4o/CxJ4bLBoa9ULtV6Y1pYo6y03qW4UROo2Dh5a2CkillkpaQdccaCY9Z
Kkt0sxjXRcLrzUOeH3Dr7WwB0J5lZ92BhIOTfhs1Vzg5Taj1raVsD6d0jLBDe6yuv9DQC1ec
6pA0sc0qSdMj+hCF6WYEA5BwbVcQggeI5AbnbBN/goMJOUd6O8C3N+rveltF2eXTcUXPGnSo
slPDq+1+TqClglMiOzrMzGFZRlVOA8kXpR3jAVW/iNG4mVwJLPA4vjyHvRAcBZCWrPATzF0r
y/1HrVINJ6gtOj1WPUcFl1JQXS4adyxQNW00MjSRL1ZUtghSMNjpbpgOIQPeGi4J2uLX8kYy
pzYrlb4EOZ9p5mcvdMVVqsM1z5q0sVXpajj1RbZTeaeUfupVdZ2VFlCssZkZfMZWC5IPFTK6
Etc4Xs3fBwif1TTk7BKaLwLcwLbb9cVYpdJ09JyyrYrbquaXVtshjstVJL5SRSE1HqBlzGGX
KtIrpnqVgJjiEAsXXzt3TlVuqm4ARvpDwJcx7nrPl5p+mtem6yp5qQtV6V6dWW5oLpCp9U/U
k7FYycqMjqdgyoHYdPFc3EoXMcRfHgfQK9HUMabnICeqTwua40BoPU2q56PT1dS6IJXUUNs1
FQ3Cq0xnIElbTxSs8K5GOrBC4Icqc9KOpc2SzRfPUWunVDxSHtLOweXT10Xo+H7W8WlL1dKy
ittPHZ7FFqmutstxiS90FpmkSKOrkpCfMjjfz1wsgEnRIjdHSQzCuYLgt328EZBxiF7+yOxO
Dbn5orvvIHmxz35C8rNGw2zSlfpiohrrxoiiontP7ZqoTKXrPJbzvPkdpVYSRkF2kjwq9Qxx
U6Z8b/HxQ9O+hZK6XW/fvYJA6XNvggflB4OLtBpe26kqamzWW01lY1uoa+93KO3QVtQh/exx
LKwaTygw63C9ERbDsGJHAk9W+QEgWF+Zt8E/FXTU7+yF3uAudLSbDqfspg5Z+HS9S8w7zp3U
NluNvOiljumraSOsoae4UFojeM1FTTieVUlIjYMrJ1oRNEQSHXqTPo3vlGvDRvn18UfV+0sE
VHrpXXfIO53SRe4Fj4+BHTkmnmfylo9L8ubLquz1U+oNOXC4VNsa6zyQ0JrKpApNPDQPM1VH
JDD65nkVd5cBVRA7ydSARh0R9/2U+EcflnrHU1Y3SQANFibEDLi7YX5KDJuXDTXNmipERCS/
7tg0hLZJI3I2A9yQMcHCqc1oucp2KBj5NVse7nn5Ix5dciq+7antFBQWxq66XypSlgpoWVqi
rlkZRFGoBGc5I9WD+LsMkLqmaac9m1MGPo+HxGqeQAMnmfl/lSbqTkdfNA6co7pVUdrelmv0
mmEnj1HbpozcV6PMg6kqGHVGGBd89CLuzAb8Djhk43I+KWj2woZX2Gq4Bd+x2299vmvWv/BL
zXpNYah03FRWmfU9hhlmrNN0uo6GW9NCi9TVEVKJfNljCkn0DqIyQpHSWPh4eWb2uhv+OaF7
GuOtrTi5adN/E5Hw29yiGm8OHMDVXL/SF+obdTVdBr65NZ7AYLrRCa4Tx7yxiETedEsS5eV5
UVYlwXKg5LGOnANyl1X7UQB74rkFu/dPrPLqmqr8GHMqv1LX0U8WnKGGl1DBpb9rVepKRLPW
XKpRJI6Kmq+spUSFZIy3l9Qj6h5hT3Oja1oF1nqn2hieNQJzm1sjzQTF4SeYl9uWuqWSzQ2p
uWNYLdqmtu12o7fRWap854VgeonlSNpGkjcKkbMWCkgEb8FkxgDxQTuJtADiTnbCY+eXIXVf
hh5j1ujdZ0VHbdUW6KF6mjiuNNXNRl4w4WRqd3VHKsrdBOel1PuOOhoeLt2VkFYyUXb9PopD
5a1nM/xt6O0nyWsVt0XdI+X9NW19jgliobXXU8BJnrWWrnkjLhyPNlUsf+GX6QFPFDmBhuhH
Nhp5DO9zs+/6D4Ji0t4Qde8w+X9u1ZQQ6Ql0zdb6dL01fLq610qTXTZhSqZKlT5jLh1zgMjI
4OGBNTiEUeJwNdpIO2cG66n8Gmv7Dr/XumLhb9MW288tqEV2pIqrVltp47QnWiFnkacI/Q8k
SSIjEq0iKQCw44Gg2JVMnE4gA5gNjthOGu/ATzT0Et+e42K0yyaZs9NqS8QW/UVuuVVRWudR
5Vc0EE7yNTHqQ+YgZQCC2Ac8XxNYSB1QL+JNdaxPrkhjT32e3MXmHQ2Y0FBp2luepqCoulls
lz1BR2+83+kjRpGqKaklcSNGUSRkZwnmiNjGHAJ4uc6NpsPeqxxC19SR1f2VvNSippnlpNDU
sUNRaKSsmm1ja6Y2+pukKzUEFQssyPFLKrbJIARg/mfdsxVisYm25fZI84pbvYlFs0nUzal1
BX6bskU2sbTDLeLnRTPBUUcEcs6u06SJgoVViSgAywza2eEdfgh3zgm90M8sfAFzE11arrd6
mitelrPa74+nZq7VF1hs8T3VD+8oIzJhnmj38wIpWLbrZcjg59dCwWHPohyDqS6//Zv82NG6
W5jXW7aet9hp+UVclv1jFcdRW+mqrNPIf3C+QZhI4nyDCyK6zkDoLcVPq473GQdsKTLOIB5r
lV9n/wA3r9buUqw2vRzQc5ZXTRhk1haI31A6joaGMGoHQ4k6ISrhT5pWP/iYUhPkiebnl4Iv
9V2ZsOW6GLR9nrzh5ga35oadtlJo57vygppqzWK/7bWqOOz08YAmlZzUBJI4XHlyNEzCOQ9D
dLHHFgMYYCee2EPJWvccJ05U/Z688tW6IorvS2uz2yS86bqdZWeyXG+U1Her1ZqRGaatpaR3
8ySHoR2XPQZQjGMOoJ4olbDcgoqLisjMAqVfC/4JubfPTSmjLzY7HTT0Gva6a36ZNff6C2zX
6eBC0y0cNROkkyxhSGZV6QQR1Z9PFDo2NKaN4wBfWThY7jqiTT9dU0ElZTvLbXenlenqY6in
Yr6T0SxlkdTv61YqR2PBbI4wy4CZire9okubeuSlqi8HHNyn52ab0otBo2o1nqCGluVpsM2q
7PUvdIHBqImEP3grJHIiOQrEdaZ9iOK3PicM/RAnjERY4XcAcE2OPf1T43K7mtzrjvXNmv8A
9gaLTFfqKWwVd0h1HbrbZbTUQwALCnTKUhp0jjhjiUFi46OgOp6uBZ4Y3ANCt4dxmKjtEwOP
PY3zz9YSPV3Ifm7Y+cdp0ObBPNqO928XuklpLlTzW+ut4Qs1wSuWT7saVFBZ5jIFTGG6TgEV
lKznstGPaqIwGUvOD43v5dUyf7A8zbTbbPeaKWwavsN2u8enaS66evdPd6GK4yP0x0lQ6P8A
uJH6g0fmBVkDZUsAeOS8OgcCLKVJ7WZIeS0gE2IOw3t7hhG2t+RustHadvd4qYLHXjS92hsl
6j09f6a9T2m4zN0QU08VOzusjyJJGnSGQurIG6sDhPLwl2oFgTGD2sopn6Xlzbi9yCAQNyEk
17yg1fyv07fr9e4rTDTabu8FivMdPdqeqqrJXTo8kVNVRRMeiQ+U4IGeh0Kt0sCOJjhpsqab
2ipZpQyMEEi4JBAIHQqNLjzNpKefeelbI6S4jJHbP/TGfcfTBvj4WSLlGScWs6wQrqPXaV1B
JSQookLdXX1BRjbb6r+u+N/ng2LhwadRQM/FCRpAUeVFtqLxfmZgXUydSdS9RYYxsO+B8474
4dwwtYFnJqh7nE7oh0jpyOz2h5ZVadV9BGRhsgEZPVjse/YE/wAuPcCbBXQk6buThJGKipec
SGJUUBh0jpOVycfzGfy4AnaNk0ppCTe6YZ73Cs7ghAQx7FuAjC7kmYnxhZbLeDSXaZ5WleWI
9axsB5e+CerO5G53+gznJwnLy9wDVW2INadSN6HVlPHRNLPUUNM3oQkBS3WR6VLEYP5n6fXi
VnkiwVLuzANyAmq5ampL7SPTLWRyNE5ediekw4I7N7kj4z8+wHEu+0ZCHLGSftcmXWmq6qgi
QUMhkgaXy5XQ4O4BLD2B/L4x7cCyNDiAEYwFoIunrTnPFaGjooZ0QJUTeUjuQFUZwWYHZsEE
A9h/XgWWmbyTGmqX20ORmebVHWPGkFWkzuAFlhfqBfBxjHwO/wCf54pbHyV7yLiyJNN3yiuM
CTuDJFkKwKjrXfYMenOe/b3/AD2g4OBs1WsjDhcp5mnpGhknipRC1OOlWl2Eab75/QDG/Yew
4JihkOCqZC1uLbJDXQ0MM0c9PiOQjpEnUMncbHPsfcfGOHcFO7Tulr5ml2E2zameko1dKWBU
YgdD4whI2PT7bk4/x3PDBsJb4qp8hIuLBYrTqKavuSAv+/UP5YV1H1Y4J22P8+BJoi7Cuhm0
kEp8ipXqKUVAj8tFb19RGX+mf1H0P9OE0rezfnkntKS9gKfbVZYxVs/kZWRuqRmAYs2/ST+W
B9N/oeKqiTFwmDIbbKR9K22K42uWkaRJCiep2PYqe+/bAzt/34TzStvdM4abU3T6wmO56RNP
KUjZYwwJjkeLJ29yPn3x3/XHDCkcXq9zBGMLvS2nmjrwGlLwIyhYySABkr7fn/LhsxptlL5H
XfjKdNT0SUcyKzxgQoqYYnOQw3+B3Hf4zxfFk5VU7AGi6ZLsTXssSp1qcFMFj1HGygH3yM/H
Ey3KjGLgKQqq12nmV4a7DoivqKHT9z0jfK+501RWrLBS3aKuSLzU86KORkqIpIEA8xQrxvgN
1IU4ucGOYGE7LKyQ1fD+LScRjhdLHI0A6bFzSLcjbBsn+HXGkqTSMPLmrr606Yn5X3Dl/wD7
YR2uZ2paytuH7SeUUu1QaFHVYMBBIyr1hAuBxI1Mbe442Ft0hl4DxOV54s2HvmUSCK4uWjry
1eG+SfBU85h+FEaYpTQ0mutO3n9pzPBLPaP2gaCmTKBJ3MtPGZBuWKRxu0Yj3yelBVrbgB1/
ot1HxaWq1SzUJYWA6b6dZOe60e/ckbkWVjNT8w7HzO+2w0BqzSF6h1DprU+stJdM8VNVUoja
nFFTFJI6iKM9YkgcrgEdLjcEsAcC1zrrE09FPT+zksNVCWvja6xNtnG+CCbA7HZNNp1fZPDl
zY5r6ml1npvVFZc6HU+mbDa7FHVSSPNXyzQM9YJqeNIYYVLSuhZ2kdEVVIywp0tjJcvSxVfF
aGlomQOYG6CXusAAB/bm5vuPcnrVetdMc+6+w3z/AG1pdJwR2K02jUFBXUdZJcbW9vpYqR5K
NYYnSrWRIlljCvGyu5WQJ+LgYyQueJC4DCpipK/h9PLQCndJcu0uFi0g/wDUb4I5/BYNZ+KH
l7r7l54odU6ptFnuVfzM1natS6Z0ReTXLHVCgeYqKySlhaNwRMsnkeegldXR5Ej3Z1TVceto
jdY87b53t7lkargFexkbXRktaLE8sm9hm+FBvj+5tU/PbkXyDNZrek1trPTVhutJqDyKWppj
ST1NyaqijTzYIovJjidYAsOUjMXSihAp4d8MrGRSSNYLNJxztvulo4TMCe1YR08Uz+HDWult
C+BPxCaYu2srNaNV64p7CtitMtNXSPUG3VxrJh5kUDxx9aP0J1uMyZDdC4bhq58k1XDKxhLW
3ufP8JfUwGMlqnHw1690hrTxreAmk05rOy6iuujKCj03fKKmpq2KShqVqK6qB654I0kQrUhM
oxIdG2wQxFngmbFVPkYWh1iL26+B8UMHjAuob5T640b4HbVzsvEPMTR3MK78wNJ3bQ+n7Pp1
KuRSK+oTzK24feaeJKeOGOPKw5d3lYAABS/BUkM9Y2KMRFobYkm3Ics5uumUNzdTLV+M3lpo
/mr4W5NH6301Fc9KaX07prXWtFprsZ7PR2yfz6iho4Xo1aNapXdHqIuuWYfuT5ERkaRf/ptS
5spkjdkktGNzzOeSn2wOLoI1Lzo5a1GgfGjBFzH02avm3qeiu2lKcUNyD3KCnvE1zOSaULCz
xzCJBIV/eqwJCAOTGRVAdTExO/pix28sZ964L3UheFXXej9a+MPwH0+n9X2nUN30fbKPS9+o
6WlrIXt1XHPW1Q9c0MaSoRU9GULYeM+xDcBzQztiqHvYQHZzbr5+KtBFjdR7yn19pnwgac5z
XOHX2iNdXLW+j7zo6w2axJWyLUPWyKGq63z6eNII4kjLeUS8jSEADAL8TfBLUCMFhAbYkn7e
uiIdIXgN2Um6E1lyH0Dyi5g2S0c0LTWXDmTyxhop79eKO83C6y3Yy0889PVSiLy6eOPyfJhh
hSVpSoMkq9MakCWOpc8XYQAdhYAeX3K6wvBDgNinvkZ4vNEcs7B4aamfWmi0o9B2S7UWs6OX
TVdPe4ErKyao+70dUlOree0UrRK0UyLFNl+plOSNNSyPe52g3vhXkOcJMGzrWsbD3jmhrUHM
DR/ODlBy7o4NYWbSNboa01unJ6K+PUpTS0rVs1TTVMUtPBKHkdZvLqIsB2aFSvWDskkoZHgN
aNvotbRVbqCaSSRpfrsbtt+4bg9Bc8vBHmm/EryxuXNbU1Vc7rP/ALMWXky3Lmgnq4ayir9W
ziCniWQyRQzNRq7QuPMk9aRtDt1BgloiIeS4YtbzSealqW07Gxjvay82t3dgByyN+iFdbc37
fzp8Keg9Oag1rZbNeLfrSqq5bZFbq40+lbRU0tPSwpDEkXl+VTmN5GhjldirFuqWRnJm6EkA
WTGhdLR1Uk0cZcNNr3F3OwbnPMqMI7Dp2glo6Z+Ytlo3qZLmsoNpr2eFaViaXcJgpXn/AIRx
mLPTIMgjjjaa/eteyayccqw3R2JF9PPrvy5bfhO3ITUcdDzx0ZX1msZ9C0tjraevmvUVFJXV
NG0ZRz5MaRSebKwLKoZTH6j1krkHraZrchX8UnlkpnwtZrLsW+/LayMfE/zs0Zza5A259PUm
mdF3Cm5kXa+rpOgoapGpqCuhp4YpWmMbU7z9UJkkCOFAkXpAC9Im6AvFiEgoY6mjqHPkDj/T
Lbm29uWdhsEfc/dX6T8N32smseaF419pmroNGasqrwtit6VrXyrrRSlVohGYFiRSzlXmaYx+
WGI6iQnE2U9+8BlDMr5puFtoGsNup2/cTf7KJeTXjN5caR8NvKmyalrdL6kirdQaqpNc2W32
mrF7tNqv3RG0ttqzCiQyxKjmSOKU9aFU9YyBc6BwdgIKalmlmc5oOALHkS22+edsIU8OqeHP
w+11JeL/AM4tPa4GiOYVJU2+011rvZtz2JWhleuprekEfm3CXojR1ldIYfL6j52IwZv1uwBZ
QqP1UhsGEXGdvr0TzqHxG8stPVHiduVXzD0PzSHObVHXZLBWWGvWyLK9dLUR3utkenjkAoop
CiJTN1SOz5VkweOFryALWspMpZ3tjswt0jJuLnwGU2eNm0aL8Zfil58cy9F6/tFdb7RaaPVF
BFFaq2NrhFFHR0U8JaSONaaVJOjAkBEgmjVMnqCx1PY0NKP4eXQMihljIJda9x8uqr9yB5m6
g8LHNO1a507Da6652dZ6Zqa5wfeqG4U9RTPBUQTxhlLRSROynDA/BBHFTpr4K0NXwZk0JY5S
1zc50aB159mHa9IWqbl5obV9HzDfVUumNPw3lemka3Chyaiq85DUq+G6FnCrEqhT1DB8HZvu
s5FR1DKy8gcRa1zb1Zc8f3iHsnPLkby/v1Mam28zOdmmbZUcxK2pwIayK1Ty0dHUIVBISskh
FXIQCT90gIyBhvNdY5VFLQvEjw3vNYSG+Z9fEqYOa3i35W1Fu5gWul1ponVeltQ8k7Voaiay
6crqTUddd6OmhjizVPTwslAtRCskizSsjxgL5bHbiIkDc9EPDweqfpZ2ZBvz2t+VHfjKqOXf
jB5p03N2z8z9PaLe7Wq30940ncLbXrdbHVUlDHTGKkWniaKpgYwp5TLNH0dZ6ygVsRZVNtYF
MIuEVcAML4Sc4ItpI8SdkB6D1lpeg+zl5r6YuesrNRa11VqmyX+gtEkNfJPUw0AqPNzMsDQi
R/vC9HXKOrpYsU2zPtiSCFOXhro6tvcJYBk4tn37DmpT8NvjA0byZ5B+GlG5lcsKPUfLvXV5
1LqeHU2lK+91dFR1s8MgammFI5FX0RuD5EqN5kkTeZ+7OJtZI47JVV04EsgDTa1hkbjnvshf
Uvik5f8AiR8NdJofQfOi6eHm4cs9canulrptTV12hp9V2W6V71kEk1TQrPI1fCSI2WVWZlY4
diSQU2mkYdTm3HxQ3Yua7vN1XA+IQbyy8QGieUHhB8UlnqubmmdY6311WaemsE2r9P3Csl1O
LZK89RLLFU088cYk80x0xqJOs9ILiHIAJkhe9zAW2A3tbF/WVWYXhzTpt5J6h8U/KfUa+Aev
uHNDlrbJ+SF8q7rreG0aeuNvpLUsl3huaRxQwUQjlk8uIxMYhgzsDupMnFDYnf1AGnOyiI3g
OwcpVy98VvLyu5yeM79sa65O2mxcztJ6gsmkLnbtFVFFV3qe51a1MBkngoBOEWNOicz95SpA
cDr4k9jmNjIBuMnK42lfcWb5or8FnMHw08hLDprUknNyy1uvtYcqrzp+4XPVVJerhW6Tu09G
8FNQRxxKaektsMZ8sMPPlmMmEESbcDSmRxItzXZKeS57qJPs+vF3yc8MVl8OmndQa90rreXQ
GpLpqGp1HXafuAi0DbpomX9lW3/d1qZqqpmYVErSBoo8Mq4bB4k+F7ruAVn6eV4JaDn5+aoN
qmoNk1RcbfTXChuTwySRR11J5i09QpJCyJ5iKxQg59SKwxnpyBwwEZ0Xt7loIpsC42GyvXpv
xZcoNN/axcl+Y55r6XqdE6Q0xZYLxWxW66+ZT1VutRoZadIjSB5GkdldGA6Sit1FSApCbBKY
nN0m6UASCmfCWm5Ph65Jk0tyzs2tPslxbv8AxJ0ZZ6ig58Vz224XCWshtd6IsMauI5RTtJGR
GfMXzY06vUuxwDMkicXadtuakZi2pDrH9u3NEmm/GJoLQnL+xcl5dRPctMR8pL3y9qteRW2p
MNHcrrXJXmSGnK/eXt8LpHTkhFkdcuseFVWk6ilcDLptm9vBVmKRzjNbNwbeSjXljqbRHhs8
OevtE3TmLatUXfnBetP0lXVaThqrhR6WtdBX/fJbj1zRU/nVmWKQwx7qobqZeoDib6eV7g8M
IA680RLLJNK2QN/bffnfkiap526A5aeDbUfLi7cz9K32pq9X2Sv0bcdD2ypo7hQU1PUy/ebl
eH+707SstPL1RwzNNOs7HoIx1cDGFxdcNI8/spRmR04maw4BuDkbbDwTz4juaHISw+EXnFy5
5fcztK1M41TadQ2SoNHeKqu1LS0sM6SGorJoxE9c0szO0cUUMEKtnrkJYipkbw4EtVlPJV9u
yZ7SbAjkAPADkFUPxO8o5PDpzkvGk6TU9LqmjpKShraW609BNQJVU9TRQVaMYJ/3kThJ1DJJ
hgQcgduCou8L2Telre3j7Ui26FaC/SQKgYOgjQEyMRhQAB7YwP8ApxZoAVjpC7ZGFhudHcKB
TUKqzIwKdC7DffO/uCP8eB5C4bImGJpblOt3udDcZgIx5EKj0KxyyouSPjGNvzyAc44jGwnf
ddmc0FebxHFXUZalEbDK9RCkEnIwc5zg98EbE/pxF8JVsc7OSAaimInf01n4j2UY/wAeK9CO
Ej02RWOS2VEdQ9NUI6lVyW3GWwCw7dm+f8ccIo4iHBSmeC02Tc9wlkqJqdJcLM/VHCq5Abb3
Pc//AC314LtbKVSlzhjZLLxIFp4J5J1hqkcgNFlwwwMg5xkfhIzuN9zgcQe26up2OCwUcd1p
5TT0a4pyDJKpymU7/UgY7/p8cQETLZRrte4SO40prI3hWnZQ6gpI69XTvud9xkkkj8+IOgbu
qTV27pSzTeq7ja6uKOiTylhIXqZwuN8YwD2JPv8AHAxpxdW/6g4DBR3b+ZE9JQxirlWBqQgF
4gE9JBO3c4B9v/ltvNpdLr8lYOK6mAXz8ESUviAk+/U0MrJMG9XWqEYJAOck9wCO/DKJsd9k
PNUSHdP1JzGF8bykZQc9Sjq9DrkEkH3P+f5cMoYA7ACo/VjZxTvSR/tmpEdNE5YAszCRVCkE
gDHcAnA233PyeDJKew7q9HPqNiPqny1062yWZgELtGEwXRfNbGy7jOCSRtvvv78Ia6UNwzKe
0VI5wu9FVmqZZYwzwPUdShQxYMoJzggDuMkjb6H34y1S47uWopWBoAARHRqsaQr+8UxsijK5
6dgSdvjHvwqlqw0EOT6mo3SEaUZaLtUVu6vSzGphyqs3SOkZOcnsBt3+Pz4Sz1erIT2Dh/Z5
Juii46dpZYI4+tA6IF3YbEbBu+d/1B27nJ4a8OrbNu4qyeiJwBhMk1FTWyqRaiQU7RPhlUE4
HVknPY/6+RxojV3ZyCVR8IeZe6Cc9Em1VaqS7wjylllFRKSrZXZck5YZx8/qfjHEoKwXIK7V
8IeGgWSOm0/LS0ctc6grSgE9GCYjsO3cj8/c/lxf+rbuEIOEyAgOFyuXe4LJUKacyxSQBSI2
kwSvTljjO+exO/bO2eAzXdo+zE6dwF0UHaSjB5/4TTX3l6dHR4YwvWXYs2cEj2A9gAffueHE
UDXYflZ+aIsHcFl1b7X94U1JRMlSpzlsKRgDHuc/48Rq4Lt7uyrpw2517lNFFUVHL3VlJfNO
ytZL5aqtKyjrI4YyKWQZxInnK6hgSSGwSCMqRtwuZVPhyV2v4DS1sXYTju77kXttexBt8imK
6WK962v9bd7nVJV11xqfNqKryYYJJmkYdUjJEioMgZJCgsck5OeB6nipySfwiOH8DpqWJtPT
tIaNsknPiST5D7JYuiaeippOmWoqPP6o5AuwLbnce477fPCb9dI83R1bQRRgAjdM2tL1ZNO2
9Ka5ID0tiMmY/OGG3c43yc4P6caHhVLNMf6YJPNYbjNbBTi0ptbZQNzt5k0c0S0dmeoiklUg
BRnpT1jA+MFl9/bHH0HgnBJe01TDC+Y8d49EY9MByefx+eVEq1klRHIs0vUzgCYZwMk4YD52
B/MZ4+hwwhndC+cyzl51J45Oc9tT+HLmLTao0Xcf2NqK1hnpa6OnhqJaQkepk85JFRunOHC9
QycEAkcRqqWKoZ2couN9yPoqWktKx6j1vXczdZV12vUqVNfc2NRUTpRQ0sUrkDJ8uJVjXJ3y
qLk7kEkniUELYWCNmw8b/Vdd3jcpVaY41ZI4STLIxCjGCT7EfTuPrxYXt2CsijO68pVisYpF
GzuQMDuBtjP0/P68UvnjAyiI2PcUc8j+a195Ia0o9SaOu6af1DaVeSmuSQRTywkqQWj81HCt
7dQHUM4BGW4V1LI5holGOl7fRGGIabBEvLnkvqjxaXTX+pn1RpCnfSNvfUd/kuLmgf7t1xxt
VRRUtK0ZXzXjUoqq5aTPScluB5p46RrYWtJvgc/dkqgEg5KfrX4Ua4XappaXWvLudKXSX+2x
uKXCqWje3nzEnRGFP1tNCyFZImRG6mKgMRngM1zbanMdvptjflz5q8S4tzRtU+DLVGktfR2C
ovOj56iLSkeuK64JenWgtFncRPDVTyPCpHWskYSONHkYuqhc4HAU1UyQXa0jNvM9EbDWNYLm
913bPD1ctGam0dTT6w0YlBrXS8msLffbhPPDbxb4xUM7zLJT+akqtTSJ5XlszMFC56scVTOb
JE7uEWIFud1fTcSMR17m/gseutFVHKfQ+k7/AC3DT+odOa5oa6ex3C3mUx1TUs5pqqORJokk
jkjlYDBTpZWBBO4UJlIXvLLWIOQmMPFWuJGmxA+qctPcrLvq3lPe9YC76XodPaSuFLb6lbnX
VC1MM9SHFP1RxwSdYk8tsEE/8JsgHGZyxiN2gA3PzXTxRzJAwtJ6erpdpLwW6u5hc7OWWl7V
qbRktw5p2WW/6bq2uU8tGaWOOYjqJpwyO5gnCq2/VC3UY8Dqq7RuknTgbql3GALyAHu+Sbbr
4e9T0PJDUeuNO6w5fa2o9Ixo2pqKz3Geaus8EhVRUlZaeLzYFc9LTQM6g5O6+ribRGXBrgRf
ZXjjL2uA0kE9fWEvt/hY5lQ+JDQXLiyXTRddrHWdsp9R2NKStkuFPFTyL94p5Z+ukZYg8YMg
V0ZQN5CgKkyvAWl7geh2/KFm4qZYi1wIbt6/hJdXch9eeJ2j5iczNY81uWtTNoO/U2n75c62
qlhqZZpBKiThKejR51LJIikK0shjbA6Y88R7VrLNa05yqqaobGREyN1zkeroWrPAZrez6o0f
YtOppvUtt5jW2ovOmtT2q5dFkqaWlBarmknqEiNItLg+esqKyZOzFlHEHVAcDfCYRcShY1zn
AgtOx3Udf+4/qNQ6WuGqtL600DrOx2G50tv1DX0U9ZELEtTU+VDcKpammif7g7ZH3mNWUY9Q
XIBtjkDe64EKuSuIcA9hB5X5+AtzTtdvs1dXWij13WjV/LO7WjRtBDd2uFtu81TS32jqKo0V
NUULLTH7wr1qSU3T6WEykMApDmP6ht9ioM4qzYtOeXo+9Ftj8Guq9D67o+Xn/iLy8a5ant7X
O60lt1JJNR0FTRGaSSiuBiiZEqqcRVDdLBlUhiHGATU+RpF7IqPiMen9QWHum17C+enml1B4
EuYGrNdcvbJYZtMajr+a9qN50/FQXCUdNuHX1VdQZoI1gi/czZ6t/wB03pyQCFMAcBNYeOxN
ZI+RrgG4zbfoPH5WSLVn2eeqaPTNivYu1lOnr/qdNKQXWpp6+2R09xK9cAaKspI5mhlAPRNH
E6Egh+jgQh7M3U4+OUVRqYWOuG6rAtJI52seQyRvZK+cXhf5heJ/xV8xrXrHXui73zD0Pb6i
qv8APUVf3SmSltUQSpip1hpVQmlSMdUaRqux6ev1HivW5zi24uF2KakoqOKSOJ4ZISG7HP8A
u58vLkou1F4bq3ljyP0ZzFu2ptHUentcV09DQK1xnWqikpWT755sfkYRYPMTrKs2zAoH44GP
eAbiyNj4rG2Z8PZODmC5uB7v7ufJSRqjwNau0pzovujKi56LpF0dYabU+orybq5stjt80aPF
LLMYwzmRZYikcUcjOZUVQW6gt8NLY5QNT7Vwywh7GnOAMXPzUa658KV7n0dp/Uts1Tpa8aJ1
FeBp6W/0klYtJY7i6LJHTXCOSBainZ0YOhETo65KsSCA3hhaCQRkZssxVcYc4kEEJ21d9mtr
W0611Do9b9ofUOvdOajt2lpdKWernkuc9XVySRxsnmwRRNFG0f7xw7InUCcAZ4YsmiaA5zSA
QTfyS1tdc5QndvAJd5F1x/sjrjl5ry9csaaSt1FZdPVlS9bBTRHpqqmnaWCOKthpmJEr07t0
46gGTDcEfqgAA5paHbE2VjKoagXBQfpflkedPNC36dOptK6Wmucy08VXqCrkpLesrFVRZJo4
5CnUzbOyhBuWZRxyocWDVuPBFSWDdRF/AKYebv2U2tPDHPqBuYOruW2iP9l76NOyC6XCvgNb
VGniqCaUCiY1MKRTRl5Yx0J1L1MOpMiMq2vPdaSqo6tn9rST7k/6o+zM1Hy+58ah5eX3U3Ly
hv2n9MHVtwrDep/2XHQeSs/UlStKRIzQSI4CqVIKqrFz0cS/VNc3UAbXty/Kl+qYWhwBteyx
6G+yx1Jzc0naLhbtZ8vaRrlpi4ayio6y8VkNRSWugkeOslkRaRgpjkikBUElvKYp1Di/9cxo
LXMO9thv8UvmcNd7HCV8u/BfU0/Kqxat1JqvSehrRqmZ0sP7akrHnulLFJ5UlesdNTytHRrJ
hTPIEyc9KsFYgZ041kNaTbdMY6mwIY0m2/glmoPs69a6aqOYEV2vWgrPqHl+sM8um5r6DdLz
RNTffHuVuSNXWspUplM5eNuroRyFLL08XOrY7CwNjz+yrFY24Njlc1J9lvqnR95uZvWveTVq
t9jsMF8a4zakkio601dK9bQUUUjwL5tXVU0EksUagjoTLlCyK1YrWm2lpK8a1rtmlFl10XzO
5YcteV3KCXmXoGm0PzpNPqWw2gzK0DmpkMFPWTO9AJ4XklV4VcEuvSVPTHx1joi90wabt39X
+ShqjLnSaTceuq9TeCrU1puPN+Opv+gzNyUliptUotzqC0MrzfdljhH3b96TVfuNsDzP+XD8
HN4gzujQe9tt+V41AwbHOyUXDwR6iXl9yl1FWV+l7Xbub9Q9JpoV1ZVRSz+pUZpVFKfLjEsk
aiQEo3mKULKesQk4gwue3STp32/K42qBuGg4TRzB8CF50tTcwVuep+X1tn0HcaiyTUkt5lSb
UVzgZRUW+1qYAameDzI1kz0oHkRQzZyBnV0TrDSc/IK6OsyLA/D5rzr/AOz31Dyf5c6t1JX3
/S1VX8trha7dqW126vmmqbRVV0jxxIJRD5EsiTQukoimcRupGSQcUNqY5HBgGDsUU2u1Fose
9e3ioa11Bcr1ca673ivrrldbpUGpqKqqlaeaedmJdppHJLsScsxyTuTxxxDO60JpHG0MwLAI
et9LPVDypjH0IekKNyMMB0/z6ge/9OOPNslTjFzYI9s2lI6W3rU4V1jQggP09jtnBzjcfXA+
eAX1VjhNo6QAZSmh0f5oyHJjdtn6sKD0nOd9vbHz+XHo6vUdlVUUwa2wK8NHLa5XSFTJEw6V
LkEoB1A9O+Bsf1x9BwSZ2uGUG2ne04ysceloKmNZGgQmQdR/due/16T/AI8C6wmA1qN7lqiS
7ho1p8xL0qjSYRvYZOOoHOdxnYj68CNY0DIVr43Epvt9sljq5ohgeYELRjqkZfbOMDtgj3JJ
A3B4g4DopthwUop6Gvsrkvh2jQElUyIc+kMM57ZH9c8VSC4si4Y7HISfUtTXy1FRG1dNEkmA
HU9BLH26gdgTjfsfjbHAxcQEY+NrhjCcLHfHMtNRB+qWUjzHCgog6gSWOcqBtkbnYncDcd85
CAdSAglHkvKCW32yOqp1/aEMrhiygeYi7/iHxuCTjbq7e/HYprusgZuHPA1DP2XmXk/cL7PH
5caKaeJGYgBg25zg53xv8Zx7Z2KDi7CrHC3MsAchOtp5YS2+EU1R0t0ZfrwB6Aqjp37nJO/0
B4Y0lC+R3moTO0Ms47J6s1mp7YiQ0cTh/UU65sdPqx3x2Ox+nccP/wBL2Dbpax4kNgpJ0zpl
bbbhL0+UxVnb1bue4OCCFHt0g7A4wTk8AVMhc3SwWWg4fTta7U/KR/daiCaJMsHVR6c7jq74
wNge/CWSDTlamMXsjnSdprKqoWnlDRxRx/8AwC5J2+oPf5P5EcZbirmtFwtHw6lc8hpCkiBb
fTW5GqpYemnjLzNIOgwjPpH1O/8AUflx89rKh4kN/wDK+icL4cX6WRi59fTdMWqOc9HE0dHZ
4HXALiedOpMdOMgDfIIU/pjHFUccjrH1ut3wz2U1sM9TbTYYBz192EEXrVFzu9yWN6isEjSf
vQSyCZiMZxkY7fTH8+GLe62y3HD+D0kMfaBrTjB3sOnifLmmm8UXUBB+9kMW4CHLH1A5J33x
09v8eLGNLjqvumP6lrLGwtce7y6e9eaRZaUIB95PUWCRGQ4G/vv+edv8RxS97hcg5RIMcjbW
FjzsPfj4WT/bOZuoaBlpxXskLdOUlAeN/cAjvjGBsfj34mysnB/cbJRVezHCpB2nZC46YI9e
I+SLNK8xae/SlaqOakrd+r7vGBHNsO5z2ye30A334dcNqo9Yc7BXzz2q9mquKH+l32XvjcW5
W8bcr+SUagoJkufohmigjz1oUKJGAD6tyT+Xz+vGmgqjq0lfJ6mM78uaIdN6OlutA8nlGGnE
fqAQnpGBjO/v/lwXPWtYzvbpU5l3XbsnGk0WqU8VZIJQznqZR0uYlOCNu2cgbbnv2HGfqKoy
4aLBWASE3JSK90FHbIpHSn6I2lBfChOknGCffO36e23EGU2sWKJjmEQ1DdCWoLnS1F5RY26I
0LKPMGAuCcnvknfbbPbgZ8BaTdVVVSXN7vkq9+Jq6T08cBppih81nZiuR1DHpB7DJPv278fQ
vZBzblxtfb+V8k9sWucQBe2/8BV7tU5MU008nTMw6QHz1MAXyN9vYY+vb24+twPA7xK+QVDH
HurB5SpWCPEscaer1nDMuBgDJ/p8b478FkjkhWxHmkDz/s2q8mNXfL56lYF1ODgdsEfP0P6D
geAMqLmEFd09/S00zyVLBQjuI0x6nHSvYdwD377Yx8cec8ALzGElHGgtKXK7WMVU7rBFJGX3
wOvuQqj6DY9scZvivFY6cmIElx5dFpeGcGmqB2pADRz6+vgi2fk+1FZTWyxdJWnHSqAdMb7Y
JY/iO/5bHOQDhFDxXU/SDzTmfgroma3Dly/PNR7AixTHqiDKoJOMD0gb7/8AwX+t+NBHLsSk
UkYtYclYHwPc39B8seX/ADtotV3nUFnquYeiZdK2tqCwPc40lepgqBNK4lj6UBp1TpALHzeo
fh6TTXMmlfG6JoOk33t7v5S5zNJuF75EX/R2iOQGuZI5tQvzI11bZ9Lmna0Rfsi222onpJJ6
wVHV5stSUgkiEaqBiYHIxvbVRTyTsIA0NOrfJIG3xXWxuU8631zyG5s+JnTOo9V3C/3nSNj5
aUemYVrdM1MMa3q20kdPSTz08NR5s9HI/W7RxyxsMKjNgluFQpq1kJYxtiXXwRex6dPNTEUl
sBNfiQ5vcpfEtW8pVrrtrW3Q6R0JLpitam0nQ0QttdDNUzUVasEEhiNK0sq9VNAA6RjAkaQb
9p6arhY8BgNzfJvccwPyV1rJBeyZfE7z9s/NnSfKmy1+pblr/Vuj6e6RXTVVTZRbYq+lmmSa
loo0fEzpTnzm8yVELNM2Mjc9oqR0crnubpB2G6LpmFribWB5L1pLnHpCm8HHMrR09yr01RqW
8We72+jjtDPSyLbjUHypajzR0NN94wCEbo6NweoAQrIpHTiRrRYY36q4h5la4DbxU7+D3Xui
tceN7wm2PTFzvtwfQWkavTFykrbQaFpJForpUM8C+a/mKRUsADhh5IznrwFcsD2Qv1jc9fFD
yMeyJ+oWuQVW7RXNXSHhy5LczaDSuqbprS9c0dJvo6nY6fltdPZLdNLFJVTz+c5eWqKRIixQ
gxoWYmU4A4k4PeW3FrZ3TAQyzOaXNsBnfJKmW6faEcsLZ4oOSl30zdL/AGzTmlLbp6HWtyj0
xPFeNRyWQRLTUozVMFo5CnWIlMarIoebzisYQbsHWJIz5qqPh0pY4ObcnbOBfc+aGNE02k9b
eEPxM1Murayx6UunMLSs1uvs9iqCKgyS3GXpkgid5IziUq2Os7Kekq4I8SQ9oI2CucZY6qKz
e8G7Ajx57Jn0d9obonkdDobQFrpb7qflrbtP6o09qu7SUS0Fyr21D5a1U1BBJI4ijphBTiJZ
mVpsSdRj6hxwQOOeaunoJ59VS8AOJFhyx1UZ8rNX8sfDfyc5iaVtOurnq69c3bZRaVnukOma
igoNOWb72lRUTtBNL5tXWN5KIscZWNMN+9fqHBLi9xDyLWz71ySCplkaSy2nlfc+fRWq5b/a
DaH5Tcn9W6K5c3Ks0Zpq32a22/QxrdJUtzqLjcoauKurbncy8pKGqmjMXkrlYl6ZFHUMAGRx
LtTslQdwSqeRJIAb794fAeX8IIvdPyXqrLrLmtovUlfopLxSz6bt+jprI9UbHeblQN97milS
YvJb1hNX5bhVYSTxKRgdPHRqPdU5G1Q00Ug1aTe97XAOOWE/y+JPQfKi18ktYQ3K76t0xYNF
1/JrWNppaBrVdUhnp6ieSupC8rKR01eEBKnrgYFl6x0wc03IXv01RJ2lOQA4kSDII6WPrzVc
rTHyd5X8zNKSWTmbrHV9JQ36juE9dPos0gttDEwmZHieoaSeqd0SMeUUiUdTdTDC8DSwBztR
5LTRVFfJA+PsWi7SNxck4uOgG+d9lPtr+0G0defFPz41BdNaaqj0XzIseobZZIItKwyyZuqO
EE6hw6LS9WCRITKRsBvxWGnWSTgpfLwaX9LAIoQJGG7jr3tt4Z+VvFQ1zC8TNos3gc5TcvdN
a7vNk1Hpq8XSs1Ex01HJSxxXPySGhaV3M5phC/pVU84vsV6TwXT0502CHr4pZKqWomjHe273
MDw6/JSHzr8fHL7mtzy5z0EFx1JWcu+eWjdO2iqvD2BYLrYbnaEh+7VBpfNIngeSn6pEjdW6
Jx05aPDtYaKawcBkHrusxoexrRbLb/NRknM/l5y38PkXKS1anu18XVWtLdqPVeqTYZ4aO301
vWRaeno6SV1qJ5C8kjySP5WfSoGF6uDTBKXmUttYEAX69Shy17jeyf8AWHjasOh/tZ6rxAaN
huOo9Nzaknv70NdRC3VbQVNM1PVUqqzP0yCORwsoYAsVOAAeDIaR0tD+mfg8s+N/4VD2OG6E
eS+u+Vng21PrHW2kNXai1veb5pq7ae0raKrTkts/ZS18ZgaoukrTNHMYYCyrHTGVZJGDlowo
HFM1NUThsb2BoFrm9726K1pJs0qsnKzSHL268wbZS6+vV407pKED79WWu1C7XBoxsY4oupE6
3HUoZyVTGSrDYkVEclrRC5TQ1Tmtu3dWk8Xviv5I+L7w5S2zUmoL3Qa65cXCptPLWsodKztT
z6Wi6RSWq5Sy1DOz5HUJzlkZmLB1JHC2noaiJ9w3BtfI38EBFI6N2Oad+ZnOC6cyfB3yB0nf
7TX6d5pa1pE0TU3u5wmJ6nR9Nc0/Zkjq/S5R6iQL15Akitu2VYMYsha2d72m7W599vsr2Ean
PGwzbxUl8muYfJ3lf4s6jQSc1KmqsVNoK4clLXXJpWoaJa6ueSnqLlLL53l/dWrZqifqXJMT
JnGC3Fbo5zD2hbi+rfw2souEhbrtzvuo51Vr3QvO7lly503qbV1bozVPKqyS6HqpobBJebfe
7bBVzvT1FOYZAyVIE0qmOUCKTCN5qZIBDoJYyZWtuHZGbWO6Jgkkjc7QL3ypCvXjK0PdObV8
5n2ygvY1lpvTlFonlhbq60xVNNYIKenFGt7uEofy6ipSJp5FpVR063CFmUBlCMcjY+zOxNzn
fwUf0UxaGWxufwinxX+KXlx4qtP3DR+q7nqK5aao9O2ifS9/j0VBR3LT9/oqeKkqTJTRSqJq
StiVSy9eafpVVG2w9O50bg5m/PO4U4uH1MVnhufPcKOeZHi809YtQeGinsOu9UWyycrbJbbF
qiN9GKSzUNY9U8tOru7yCUSeT09SFOgOThtimQlzXuLRd2RnqvCjk74c3J2ynPTvjH5NWrmR
4t77NWXLUkHO+sjuWn7Zd9GTy0Mcq17XSNa5EqkLKkzLEU6ir9AZgY2aPjkkcpbG0i2nxUXU
k7mtaG/t8V7qvEzpbmtyr8Pw1HrLV9fqnQ2rbhqjVVTPplpFcVlTTVXlU5Ew6/J+6JCqqsad
MgKBI4whrfI2Jzw0AAiwzsrI+H1Hf0MwRbdEnie8VWgvEsmvGv1Rd2q6TUddftCX5NNRxVkd
urZZJqiy1kYmQdKSydUVQS46+ot6WxwHkWDUZSUNTBaRrRtkE/B3r7r3zV59cg4fDzzd5caJ
qdQ26z6nSyXLTrHSKJLLPbyZfu1bUPUedNUSyyOWnIWniUgRRHpIebY5AdQCqip6szMlkFyL
7n6DlYchfxVF+e1ttdj1nJHpm5XO8acjig8msuNOtJN1tBEZsxKzKAk3mopzkoFY/ixwVDIT
h26dRiUxapAAfD5IForlU0Xl9CGXJIKvghPVnOcEnt7/AF+dzxC17bFVNeWOuFKGmNSNfLZH
T1FC8ZxlWVcI4xkFgR3yckZ2z+vCWpotNy1aCKs14dunSa4IkZpi8cojYBth1fhBxnOf+mRx
RFTPA2wuSvY425rLW1NGtNL5n3NgGCAFhnq6snOBt79vy+OL2UzybKt9UGjKwUvMWlipY1We
nVVUADz3GBj4C4H6bcWnhz7qDa+OwuFEdq5a1tUaP7vDMHMYWRmyVB3yMD42O2/AJIAyjO2B
NxlPa6M/2V80QUMtU9ZhW9RaN8YAxkY2/TYfUceBDsKbX9UZ6f06kdpj6qFsu3U3USwUuoyV
PwCSRn/rxSY9RJRUcmLJzn5ZWbUjUjzVdNHDT+ry2bJOPgY3+u2wP04rfTO5NKbwdi62p4A5
pfDoTTUlbHTUweFId2kCiMBjuT8HbA99s7jB45+gOnU5qqnqKbUY4j706VlxttLSUghlllFK
XcSKnlmQ9JUITjJG+PjBPHG0QH7gl81WG27PKwUssl2qnE4Vj1Iyr09PUANtv5bD5Pvwwp6Z
trBBume43dkpVdAlNCFwsnmKA5OwwFG+cbb441dDGxrQ1wN0lq8kuFrfhJNP24vVCqPqV58D
C+psd2G3YA/X34o4ibydmzYL1BGB/UcM3wiuJ2SWKMSMVUBFRRjK5GPYe23bgERgck8p9W5N
0+2ayrVVQMgZIsZfPYZHz7f9uFNfIGtwtPRMJdYqQbZW0+lrN59YyCnCqzI6+rr7DBx23P1z
n2xx8y45VNYepX032d4ZLUvEbLkevXuyo/1HVza5uSuZAYVyI6cEAN6jvgdxlf8AtjHGSL3F
1zuvu/s9RR0NP+3JBzby6jonK12hjH5ctO8MjHymcg9MA7E9WD85+M/lxe14aLhMJbPaDquN
7f8AVfNrY/NvNLaSyxOzxxIs8SdJ8zGRjrK5375C+3FT5rAlSfK5oBJ0nOPcD8rp0ptK/e/M
kp6d0DLhWKdWMkENnY/y4hFVkiyAlnAI7R2x6/b8rHbeWcdKkNU9TLP1+uRGIIfJOx2xjPc/
mfbi5wLnX5KT+MPF4Q0DkLJnrNBs1ZUeWxjMakQjq2jUEYO31Jx/2zxcCCmbOJ9xodna+N7+
vFNNDE9FKY2l8+NsySekgqNxsx+dh+uOJEkdEXUPa5uBnAHv6hSTyq1JDJJT2i5wz1DT+ikk
6gA47hNwe42X3ztjfhlBxJ1tJNiF8s9rfZltnVlKBpH7m9ORP5+IKkexwvUyzqKP7rJktHCs
hdnJIDdjsi9/k4OeJdvNOA3Nl83kgiYSea71deEtdtUecXjkJwipnA7kY4bUkBG6BlLQoo1p
qCSpUhJD6mJXqH4sbg9/b/Q4bsAG6AlbdR3LqaWO4NHLLNIhDKdhkE7e2/fb+Y4qqqfU0vaE
I59jpKC+bnLuPU0xjpwZVnURlvZD3zkdzv1YO2w+eKeB8aNNUOaRhZ/j/BP1MQI35evmozvv
hq8unjL1Eu0hYiNcY6ckfy2x+g34+jw+1ZP7Wr51P7HOv3nfBMNZyeqHWRWLygkBXk6eosfb
YnbAPcDsR9OHNP7UBwAc1KKr2VkiJLTj7oL1Fy2fRtxmeCSCqSJ1RW81csxBzsTk7Y3/AD9z
w7peItlGoCyz1Xw8xOtcFNNuof2hcfMEfWIhiUPEzZZsEDAB2AyfrxXVVzWCzt1bSUDnuOjI
Hgpe5aaYuGqbsk0z1VNRxNG5x/wAACoAU7t2OwGN8cYTinEYmjS0C/xPjlfRuCcFmmdrJIaL
eAHJTZU2OarpOmplmWOQ+WUCq/VkbkgjKkoN/qRnbq4RQTnVcJ5W0rSwhygrmRoSoobjLFRS
x/dujqXofZfThl3/ALxAIxsc/U8brh1SZGZ3Xy/iNL2UhaNvWEyaUka1VGJWyseCpJOCcfXv
kncfBPbfh8yQtCViG5R3YdQJT0gijUqY2yPUwYAD8W+wz8fODx41F9kZHBZIl5qq9eWiWOdI
91LyNuRuSD8dhgbcCiqLir3Q2SyyXSW/xLUCN+vGyKfxnHbfbJ3IH0HFpl7t1UIcrzfLxJRV
0ShpREVE2HyzPJ04DfltjHbf6biyS97dWiPC9LW5KyllDsC+MdPl+wAGdxt747Z+OKnSAblW
tiRFpTmhqXk/qKW66Tvt80/djEqGsttdJR1EaOFJHmRsp6TgbZxsOBZuzeLOF1N9O12Hi6Zb
lfLhqy8T1d4qqyuu9dKamqrKmfzHnd2z5jsSSScZJJz2+eBzHjujCLp2MaA2ybauxG3iJujr
I/docgKxwdj2+v8AL6Z4rvbCZtZa1k/3Hndq7TfK2p0nadR6hotK3J3lrrPBcpYrdUs+MvJB
1dDscLuQfwgDtwM4C9yMq19BBI7tSwX681EtV64zKjmVpc5aQ5XAG477ADfbffiYOcq0sxYZ
TcLgLfIknlmH7uOlS5LH1HB3A7tuQfz4ke8LKsgM7yKrNq55qapiiMCsQZep+ogYOyD88jc/
B9u1kVDG7vOF0JUcSkuWtProldPX1FWULPDJPJEUd1QjoBYYB9xnGdtjt39iW0Wk42QElXrG
SCU7x3GN6FxMY2kOyMFXAHSM5JO53bt6dx+tE0VtlbTVFrak1UVpp6KGR5QZMDrJGAQGOVY7
9vbGP5cCNiTI1Bvt66rHFVyRfd+l5Y0AznJ9x6lOfp/j79uJOgBFiEXFUnBSf74GmMRIw0Th
X2JHYDBx757gdwDn247G3SbhAVQD2m6V26ONoHlEknrkPmI2B2OcjbuAMfqO/DWOVxIskcsL
ViuIjt0MKR9UkjKPT5gBJzn/ADH5cWTPcMKuGnaUqoJPvkAVoWR4uoYVhhO+d98DA7j447HI
63dVctMy5BCZtTyLDbWQU4eZd8dQJx37/Hv/AD4v7d25VTaMWsFF93mE8rysSxQ4ZBuFzj27
HuBvgduOCo5lefR8gmS6XIqPLkiA8tiSQcrt39j2xuPrxMVABQclLzRHfue+qObt8oa/U2or
zqSspKOG3wT3WulrJYqaPIigVpCSIkBOEGygnYZ4lBHE0EMFlQH6LWRPYqynniTAg6nYhgEw
oQKv0zv6s7dvz4JY0Eq4zgAAIus1xiPkqkMUrkKXQD0yH2Xb+X/s4k6xwFzWAbo30vdfIrfO
njgDRBZRCm2B1DHfA2ySc4yc8J6uhNjY7prS1g1AkbevXVOM2u2qrpM3m4ZwAyuh/e5BU9OT
8Hp3wTtwt/0x4ZchHjibe0Nj69YWWLStNzCqJY4o2SqRVz0kKzHOMk/JyT2O4G59gqiR9O0O
cd0wpo46hxa0bW9H/CcLD4eaW2VTT1JnUNKAgZMkHGx+pzjuvcjOw4XScVe7DeiZDhjGGx6o
vtlDRWuoIqWUO3pCtjzFbPZkGcb5HccLZnyP/ajoWxsI1b+vPyTdrG201tmhi6olmlwyxR9L
dJ9kz22AG2+5H14vo5Hvzy6qFRG3AG/RA+orWaKfqASKOQkFQeoAjYg/G4P13+vGmona22cs
rxFvZvu3ATDJICi0jQBwBhWbcueo7g/Qbfy+nHaimc0mUKdHVBwERQfdaSVK0s69XkNhVP8A
5i/Jz+n9fy47FPY5VksGCQli1X3IL64YlYDAD5VQSe2Tkfn/AI8HscCNVkCSWm10tNwqJAUW
Xqdlctgqq7Zx7j6D9O/EWNbzGFaZTtdNF6hrKUGYO0auAxZSVz2YgL23LZJ/rxzWxpspd5w2
TDW26seslPlQtlyc+YBnf8uOfqG9F3sVL0OqLfbKeRFaWObzCokwSUXG2PrnvxnjGNypR1Bv
hKbTeKCo6VapnPSSD5iAFcHOCCM59/5cRbE5xwim1OLFeb5q01VOsFExig6REoz+JRkbfO/t
jhtT0QGXrwrHf2ofjuRk/dtG8ky56nAx0k4wQAfy4JkiDRhXMqScFOVgaGrZaiVj5QyWkcAd
wQNj3223+O3AkjrYV0PeN+SfxaZYmWaRfTJ6ArEjoJwOofoTt9OFsxG4TBkebFLKqBaK2RiO
SISM7SdS5brbGTj6fX34b8PYC27ktqwQbN6pqut0Saqjp1VmeQ4Cgt09s4BBye7b/Lflw2kd
pGMIK2s9bo007CKGjpyqCJKdQ/Wrgh85J6iSenGBjf3z324UPfqdfmnVNFpb0C9Ucq3W5KU8
x5Y26SoP4d8fPsP1/rwQ42juUbBDeQW3Uh2+mkpaWnbyi07AFgARsTtjP5Y/r88YTjFc1mo3
wFu+F0LnlotlN2utSSRBIY5JKmSKUrUKpPSCBjp77n8sj6524+S11UaiYuOF+i/YfgTYYTLO
bXGD4dbfRd6atLeZ94WV1jPUOpWVCCfnPf3/AC/Lj0QsLO3W2rJmkaLZHLJBR9QUixrGrRv1
TqfLRWyXBAO+TnfJ+e2eB6iVv7Qs49+5B238PX8Ijtmj4RVAJFOwaQuEz6ivVjI+mQT+n6cA
HvWF0rl4g4jJGPD15J+ptLmGaRVLKwDJ1E9IGQMD33P07n+XFsWlhyUtfWggE+CaJKRLRSSR
qY3VDjbBDbkkb+xJz88NWPbpuSje0MrweZ9euSYNQWSmnrPNhaWboBJBYAbnJyAe++BnPf6c
RbI3VumlLUyNj0uwmiuo4qCuRo4UbAHWgc9LH8/YDbcfkc8TlkaTjJR0L3PjIcbe71v094TK
9zJnaNHj+8MRUp1H8B3BXAOcnB2/68cjubWOyO/TtLbuHd/afEe/lnP8KVOXGuF1JZZa2RvK
Yr0s8UhX1p5eXII2BJyRknY/I40nDZWSMGM3svh/tNwh3D618Gzdx4ArrV1SYLfMG6S0illL
Meokruc/Hb+R4ftFxhZLY2PNQtdbxIlMacM00nU583ICIvuc47dscEsjuqC+3NRvqqtntskj
xuAp2RsZGMdgffudvnH14tbnCGq2aO9b5JfZb+aqFA0SowKjpBJbAwPb47578ACgAkLm81S+
oaWgO5JXqGnd7eidKuo/e/u9n9yQW9hv2H04YQs04CBm0kE9EFT6IivFbOJxsg6pCzMijfIX
b2JHb/pwb+qdDlqQSUUc92vyCo+1dyR8u7ySKrCmyUgLDIlBGwG/UD8fnw/g9pCIw3nzWLqv
Zc9oS2+m+D9PFPun9KrbbXTsAIXiUoxWM9IC7HJP4iQP5k49uFk9cXuN07ouHGNoLd7dNvyj
vSVuq6qKNIfL8tGxFFH0qSCxyFx+EAgn47bcJaioZfvLZcPo5dOlpwL/AOPduPFEHMTXkOht
NKZI2SQZClGy2QDnAwQN23YnvkYxnJXDqV079Ldkm4/Wto4g8nJ2/wAcvuox5dco9T+I22ao
u1uvOlLTRaLhSpulRd7maGOnhlboEoZkbI68KT7l12OTw5rfaCl4JLDBPE97prhgY3VcjluM
2yvmcjJq3U9rgNO9zYW+HVedYeFC96A5SLrSfUnLy62GS4fstJrVqD709VV4BeGKMxDqZVYO
wBGFBJ7ngvh3ttS1fEBwsQTMltqIfHYNb1d3jYHYHqqHcPfHH2xc0tvbBvlAEqR00STfeFB8
l2ZVYhsYOTgbEZAx1ber9ONTKBkA5CkxwS3TdJQ/eaQ1RjScqqiLJUlmz2Hfb4/6cURAHvKx
zhsiG5V0dBEVjmgL9cYaNpAJAARsT7bb7b7Z9wOJSS5tf8qIbyQzq67RPdxCamFapHdXUzL1
dOcKNtwcAjGPYn3HAbibq3uk2O692uqIqVLP5rM5Moyc+ptgc532Ix9NuKhd1gea6S1pRsRH
QRRw1sseYlVSC/ZCqDJBP97cDtucDfi0wgHJXTJbBSqkkpYbbJJmFowikyHCqD2znHbc56tv
TxfEA7bZSa8DKRXmiFxuRWJln8rpB8qQEKPk42DH9N/ngKaMX7pujIZg4on0t4WbvzY0jNdo
L9pO1UdPdEsSrc70KadqmRcxxhOglvMG6EZyAe2OMZxX2op6GpNJJFI52nX3WXGkbm9xgc+i
bRPt7sbhAfOXkPNyO5iXbTdzqLQa+zOYK5KOqFVTxSNkEM4QDzUOOoAe2Nz2a8E4nHxOlbW0
7XBrttQsSOoFzg8ioVE4a5wOLevkhBKKWWSipI44WqvvMdNHI4VT5jlQuc+kDJH4tvc7Anhw
GxRxumkPdaCTz28v8pZPXG2kIl54eGvVHhir5qLVdJZ7bXpcHpYIRXpNUV8ax9T1MUanLUhY
9AmYKDJkLkB8AezvtXQ8WA/QanDSCSRYNN7BpP8A189IvYb2wgKqCSMnWLH1ny8eqDLPfI4B
JE0gaMgSLKHx5n7wZ9XvjCkY+T9Matzmuw0oJlgbLLHqqnaZniq4HKsWKxSr6gPUV77bdOCd
u/04CmbfBRUMjQbgpHf9YQIESCboVulcN6PUcYB3PbOAP6cLbd5No3x6N08rXT0sAEwcZT8U
m2BnBwPnYjf6e3Ht0Y6QMb38KU9JeDTW+uNbWvShbTNm1beYJKiltNyuywVywJEJQ80Sq/3f
rTDoshWQhSSoG5y0/trw2nhkrNL3wsIBe1t23JtYEkarHBIuL80HIySRwjYAHHqbcr+7wvnw
WPU/Iyo5Y6Ntt5l1Do6+26718tuE1nvaV6LPEiSSK46FK4WWI5PfzF+RxpeBe0lNX1T6QQyR
vY0PPaM0jSTYG9zvn4FKaiJzGh+oEE2wb59W+KANQ1MKxp1v0xpmVWwCVJ9/y/M+2eNS5rXY
3QzX2yF7s95p6qkCLKCUy8j9IUfxAZPvvgf+zeqNrbHScBVyzi9ysGoLLDcYxGs/SWwekNl+
o7bY7DG/ftjiqVoBtdThlG6G9eclP9ldOadupuVon/2op5qmAUtYk1TF5UzxdFTEozGWKdSq
2SV3GOE1HxGKpnnp2tcDCQ0kizSSL9087bHxRMstg1xtn88+iA7pQCCnqlEETQuS6kjCpg7g
HHsSQfjH82wibfvHZLpKm4s1OuitJ0tzrGaoVDNIgJ6gEYdgGC7dgNtvzz7r6qrLMsKtpaPt
jcqauVvhQuuuLVS3T9p6X03a7pc/2Hb57vXtAtxrwisaeFUjkYkeZH1MwCJ1rluM5Xe2UVFI
YND5HtbrcGC+ln/UbkDkbDJNtkc/g1zuByyefz/CSVPKi+6VtWorjPbpprXpy6/sC41kZSSl
pq0s4EPXn1M3lPggYwASRkZe0ftPSTyxRB9nyt1tacEtwb+G/MpfJQOY0ki4BsfNYIdSSL6l
qYoR1rEepgPLB/vY3P0B9snjTNew/vPz+iCLnN/auWu4wU6SBp4jMrFVGOnqffAOT8bbfHHn
yx7323yq4y4A23T9a9YS2ZTV0ztAwQeZgAmVUOegdyR22z74xvwqq6eJ4Ift9PsmtLWSR99u
OvuU6a2mreXlNahfprast5slPfqY0NaKrNNPno6mAARiFJGCRg9xnHHzfhNRFxIyPpGuAjeW
HULZG9hc7c781tP9TaGaZ+bQcG+D9EDXHX9PWxSxw+VIp6eoMwAhBbIJydvbdu5H14dsoxe7
iMId/EWkWZ7/AF+V4oq2KSlPmVMaqoDysT1OBnDFuw3B/i9/fgrQw/tXInyDB5ZPVO0nLirv
3Lij1LT1+n6WzXS/ppyGevuQiKVRj8zqkUKfLjRdzISMKynG+Qtd7S01NWvoeze97GGQ6Wg9
0dM5PgOhSyqa6VmtpFibZPP+OqDddaBq9H3yvtF1oWoL1aqiSlnppox1U8y+kqSNu+CCCQQQ
QSMca+grqfiFMyqpXao3i4I6H1Yjkkz45IXkPFnAoKvWmGQLl4POUHAyB0n+LB+nsOx4lJTA
5aiIqp4FnbpNSUUUNKquIcLIJUC4b8WMd/bYDG/178Xsjvgqt01tk4zpHSxM4AaXrO/8OSQD
j8/8vy48WACwXmyl26b57l5pKurSLHgFSTjpx07E/kP+3AE0ZGyYQSjYpFJdMSN1CAnO58vO
f14o0osjwThcqSWvVJUBjkwYiWT+e4Oxxkf+zhboc42VLHNa24GV6tlM1MjeczowAVCVz1DI
7nP0/wAuDYGtaQVBwc4kJ9pLQaWE5RY2ixI3rGZPxZxv227fX6jhk2YWVghISW7RE+TJBHGF
26hggkEds5+uc8UueDe6vaxwILV60zW+exEkXnJHkMzDOTvv3wPkY2+ew4UVMoBTyliJbsn6
i1DJeQq4WGEgRInUfSxJ377jGPj/AB4D16nZRYjNk+y0SxoWKIiKDjq2Hp2woH0zn+m521vD
xH2Qc87LP1Zk1nSCmW3UDLeXeESTJCvQ/R1YCAghSeyg5x84/TiqsnYTYFWUlPIe8QUb1krN
QUkEcCIhI7DAQnGQR3OOF8OXEp4MMDU5abjH7QU4yxkwhB9I+D9e/wDXiNfIRCcprw9oL8Dm
jO43f7hA7FEqJPLZgnV0+rfPt7jO3bt9ePk/HpCbRtO26+qezkMb5h2ow7HxPT3qP7OTe7wz
zs0RqJiA3VggqCc/TJP89uMkI7WX6OjqRAwhjMADrtta/wA+XipG0VZemBjTJDN1KAgck9L5
Hqx7f3QD3yfpxXKQ0WKBrawykNfdp545dL8+uD5KR7HatoZlpf3ocgrI4YAtk+kDfGx+NiPr
wvlDnNuSs3UzkXbqwenh1RVZYpLg5QRRGVFjQYXpYjdsex23+e35cKp6sxgk2FvWyQzysZbJ
sb/j5pzWrRbUI5P3coPZzlXGNjgbE/Qb754Xf6kC7S7f7IJzXartOEx3zT9HXwN/vSsrN1Nh
squBksfrnPbb4B24ZU9Y4gC6ZUtW+Pl/Pl4IWbQ+JJJFqeoxsQpEpboJIJII9/w9+3c8NYi5
175TN1U54FiRdAmrNNXG2KRDVU9UWb1iVgpBwCFUgfz4vbMwOsQmcfbuGuN3rqhK8ad1OaWq
kkW3NJIAVkilB6QNxtkerbGdsd8duD2TQ6hYlWf6jxBjGhguAf8AOTy8ORTbYdS6t0RW1MX3
COqpFfolRlZnIOMMGHbB2JIx+LvseDo4i5v9EkA5wsr7RVrqyEGrjs5nPqD63+akm585pNbQ
stTE9uCdUaeYdyoJQEnHwO3uCONfw1wLdLhYr5XWhze9e6jvW16SqlCxFVSXqVuyrsSM5+du
314bPLQEBE917hAWobmyCRllijjx0R9LbgkfH9Mdjnj0bm3QXEJZbXK86Ov4RCrdIkQmUMW2
DE4xt334slaSNQSeCUA6XFEVddUdaeXqA85sYwAPoBn2+f8Atx2AG+VGqeLXByvdlMQrIkZR
L1pg9QJzj3yO30/L3347VsJbcJVBNZ4Yc3WDVNJFV2CpgRulxkxMN/K6VK5GTtg+/AMLD2mp
FvkHZaT/AIQDWV0lupaZVkeXygVJOcAKAPjY47HG+B9OGenwQcV8EHbzRPoDWkdLRgtIU6dg
yegupYgE/I2O/btjhROwiXWAtlRvZ2GjURcevovXNHl+NTUQq7UKq5YwHcuSq4Gek9snG+B2
HweNHwytazD7BYD2h4Y+Q3iufNEUugbjyo+z4roUt8cl65taupEqoYmR5kt9LGXpwy9WUM9S
2U6sZxn4HGdPFaav9rGSOf8A06SJxBN7a3futjOhu/kscad0VIWkd57hfyH5Kkqh5YWmbmj4
YuUGsY4I7BBaay/XqMVkaw3O7VReV6JnRsdY8qKF/UCfMx/FnjPHjNR+k417QUDj2rnMjYbG
7YhjWBbY7g+F0V2DDJT0sv7bEnxJ5fQFOZ1ldLjzj5aaK1FDT0d1rNWVGpqyfVi0LVOnKSOn
Ma+VQxM1PQUixIzQxtI7PJCjmPHSWWto4G8PrOIU7jobE2Mdlr0yPc65DpHWfI8n95DQADpB
3CmHuMkcUmDq1d62Bbps0W2FzteyadaVGlOZPIfnBzctSQWWXmLqxLRPPfKylLUlDFMs833S
ONfM8yUmIdJHV0xszMq5JYUjq+h4pw/gsze0/Sxl4DA7L3NNtZJtZubkY5AErjxHJFLUtFi5
1skYG+Pkjjnxoe/6dodcaF5faZrLnYbrY0sGmbfVXOgp7fWwBY6me40EPW81fWOFaRqmRo1T
IXdulSg4NxCnlmpuJcVmAkbIZJHBr3PBuWtZI6wbGzkGNDidzjYmeNzS6KJt2kWAuLdbgbuP
jiyErB96tnhL5j0Ud405XU2h9Pw6TeprKiFqWe7Vcn3qtkglCl5hTx+XRUwTJLliPSxYM5i2
Tj1LUGJwdPIZdLQdXZt7sYIvZus3kkJsALdLKoNIp3gWNhbluTc262/a1PNoWHltzX0/NSTJ
ZPDzpTTNPX1NQpUUerDUUR85JDua2tnqXMXRl2i8o48vAJrlLavh8wkBk4pNKWgZ1RaX4t/0
Ma0XvgOvzUsMkadogB/+a4z5knHhbksnInUy3PlbyC5a0L2Cn1Hqe4vf6mugp4PvWm7WocMy
serNdURRS9UrnzF8wlAvoC18dpT+s4pxeZznRxgR2JNpJDbBtb+mxxHdGDYXvm/qY3iigba5
NycXA/JAOd0lq7TLf35n8z4KnSA1NW6zltLXaeogqrVoWjWGOVqlQRieoKtHTxsiOfMV/LLE
h+LouICOKj4JM2QQMiD9ADmvneSbNNv2s3cbkd3e2yi5pPaT41arXxZo3v4nkMb7dUz+O2wV
168RWl9AWa5pqS6UdopLRQQtWLLcaidi8kklVISI1kmdmOGkyFRc4yuXn/hzX09Lwiq4rUR9
mwvLiQO5bYNYMkhu17WucXsVKtb/AFhE03IAA6nz8/NOnIrSAsfODQ2mqo0ddFytmrtZap+7
1cPlNeDD/ulvDBumSWNIIYiFJHW8wBwpJVe0nEhPSVXEG3aarTDCCCD2IPfktbDXEk55WVkJ
/qtaf7bk5G/IfIDzumfkpoO413KCHX9LXW+g1TzA1BWUV21XcZo3GiacTqr/AHeN/V9/qJpy
EIVnCqApX1OLuPcShbXf6XIC6CnjYWRNv/WdpuC4j/5bQLnIHnsq42kx9oCLkkX/AOn+ST+O
qlDVNXfLJ4o+clfZZ9Lahn0FoCnsloWqqYJKulmkLwK1TVSFY4izNNVVLjOFESswPWhykDYH
cHoYpw9gmnc91gdLgLHuNFybYZGOpJA2IufqbUSubY6W2G1+mTt1J93io/pfDJofRnMfw28s
LjXaY1Dp54azVVxjWZBJq24PSPNEvSVDfcgYo4Y1dlLmTpCNmTDiT2hrqiDinFoWOjfdsbcY
iZqDSP8A35JJAxYm4xegUkTJIYTYgi58Tb6ch1SLxD8tdYeIvw16FjpmvWmFn1ZUX/WB1dX0
a3PR1PvHT1iqhQUtAsaS+XBHCCxRcgk5M+AcSoeFcTqHODZD2Qji7IO0Su3c0763kkanFx3N
rLlRE+aFoGMkm9rjkD4NtewAS/Xt1qudXLnk/caU6U8jmZzLhuFmor+kLVCWuEiio4TToFZ8
os1bUlmCF2CksXC8D0MbOH1VbE/XeCnLXFl7a3d5x1G9hciNlgTbIAtdekvIyMi3efi9sDYY
+JPJLufmhIqu1+I7m3cLnpWj1BNAujLTR100P/xt2zpRTJOArD9oVEEY6IY1aRPPQEKWPRVw
ats/hnB42PdGD2riAf6j7nDb2/psJy44NjvbN04uJZyRe9gMYHj/AOogbDryVZvAAbWNc6s1
xXUtPdV5UaQr9Uw0U6hlqK2LojpWZT6WCSSK+DtlV2+Pp/t5PKaSDh0LtP6mVsZI3DTcu+Iw
hKcd8yOF9IJt44t8ypJ8EMOoYrfzQ5stbI9S36Cxz0VpjrXHmX+510qx1cjL5iyOVjMnmYII
EmzD2T+3U1DqouANf2UQeC8j+xjBdnIjJ23yMhRoi+0kxFyBYX5k7+eL3R14fI7rpzxh2K4f
7H6dsaaa5dSXel0na0S4zq8CkCFFLP5dTUVLM+7vMsDhepWz05/jksMvs/LH+oe8y1Ia6V12
hwIwTgEtY3lYNL7kAhSpQ9tU1+kDS2+kZ2+hJ99k1+HrS9l1Tr3TmjNZpar/AKhtE1+15PbI
xBUQSXqang8i1geYsdQ6+UZ3iLhOsCHPofgv2iqKiKll4nw7VHC8Q04d3gTE0nVKcEtDsNa6
17XdbIUaaFpc2OXJGp1sfuIFm752va9r46os5bc2qqi8SfLm06ukjEmgqC7asv141PNTVt6p
fNw7xMkf+70cmEjSGlRpHjScn0PgBNX8KjPCaqeiv/XfHFGyIObE63O7u/IBkueQ0OcOYV0M
rv1EYl/tuSXWJz5YB6AXsD1SPXtZd+bHhg05KlJpG1U3NHmNDPQ2CseFaekpI6ryooBCuHma
WWSSeokZlLJEVL+pENsEUPD+MzMvI51NTkOkF7lxZcuucNa0WZGAOdwNyuyNkfALgDW/bFgL
2GOdybuPzRZrTmzbuXHie536tvEWi7tpvSumaWxU9DSxwmprpJFemgt/Wo/dqw82adYgegNE
hb92V4WUXCZa3hXDqCAyNllke8k30gCznSW52w1pdvZxAzdWyTNjqZpXAEBoFuvID6k28AkW
ntH3m/8ANvwvWS+y6Wu9NZLXX6tukK08TRW56ileSnIgjTyqehpgKeKJZSgeTIGcF+OTVlPF
ScWlpdbdbmRtNzdwa4B1yTqdI/vOda9hvuAq2xOdJTMksbAuPhcYwNgMAXtn4qD/ABo601No
bllovlpqip1TeNSUNRV6hvd9u9sNJ+1DLIxp4KcyAySwQguQwYIDJ0gbDGy9jKSkqK2fi1I1
jIyGsYxrtWmwGpzrYDnWzi/Nec6RrWxSXLhckkb32t4D4J85R8v7rYOT2qtE8xrPRT8qrhp9
9bWzVMEoWOx3R6RHg8io28yWR+mnen3brRtunPAPF+IwzV0XEeFvIqg/snRnJewOIOpvIAd4
O2t4rkbDocyQd0i4PQ2xnx2IRDonl/qDUnht8NfK+r1xHZdPcy6qes1BBFch99q6aoaSYUsa
DIEMccWMsQDPVLjJUgL6uvp4+K8U4tHT6pIAAw6e61zbN1H/ANRJ5f2t5YUmRPMMUGqzXb56
nbyFviUSX03fTnhV553OW4af0bHTUS6btWiIZoRDpS3sC48/oDGa7VMA6fxO4M46yuT0rYXw
y8XoGBrpSXdo6U3vI4f9N9omHwAOk2vi9rY3GGQNxjSG9B93EfzbkWcueYj1HPjl5o61QaUp
5+VWiH1BqivoVpaSn8x0WSGyQSseiGmSSSEzMH6mCYdj6upZXUn/AJCprJS8iol0Rh2onBsZ
XDdzyAdOLAk2G1iYoyBG5lu6DtYbZ0+AyL9eeyj/AMPXJiul5f8AL2rtmoLLa5eaF6rZtXa6
hqo0nP8Av7ww2e2dQEqNOQ0oKIjEEM5VV6eNBxrjodPPHUxueKZjRFCQdI7gJll5HTtkkXwL
7oKnpA1rSDpLibu5720jmL74tyvhF2vdLT6m5i83eZVLJpW+X+gv9LYbTU1lbBNbNI0UdMpa
4SNL6JZY4wIxhXUSmQKHbgCir+yo6PhDw9kTmukeACHTOLsMFsgE53HdtewRDomulfO4XINh
sQBbf7c833RLf7rS8sPFnoSlr9UWq7WfQGj5rjW1dfIlXc6len7xPMev/h1FRIYIohl5BErg
BQVYq4InVfCKh0URa+aVrWhtwzoG+LWC5dsNRF7m4RNgyQXdcNt433J9+1tzZR3y9vl45y2X
UeqBbbJU3fSCQUWlLZJTUtLadMQV08sk1c4YBXSlSEYeUOFZg2CxAOh4jTQ8Nlioi9wZLcyu
BcXyFgADBbILydha4xsrZqdkbgDyA6WyTe3gLc72vdNPjg5fXPmHVcluWVo1XHrCqu1EXhqP
vjVNVWVdfIsj1jgj93AI/wDhhj1CNHPSFGeDvYnicNGOIcWlh7INxa1mgMwGDq6/7rYvbN0B
WQtlDYwb4xzy4/jbna6hHxk807bqjxS6vnsVQ1baaWaC3UtWgyKtKWmipTPnGCHMJYEdxg/H
H0f2AimpOBwxVAs43cR01uLre4FAVlKJJS8bfYAC/vsoUvNzqMu0bkoVyHAIWQdu35+w42Rq
idkCaNoymZNUla5RmQ49QJB6TjI22+QduKTM4L3YMThRanNTEFmnGXGxz1ZB3334rdM8FSZT
NOy9x+ZKI5UkZTnIwQCNj/Tjv6vFirhw14IISKWkqllYeaNiR7cc7WNW/oagYTm/MOyCfr8z
ARwvSQw6T3749wP5DhUA+1ym7eHBuGtTtFzQs6BHDRlG39WQwAIHsP8AHPt8cVOcb2BR8PDz
ggJZWc0aL7rBNTLHNIylgZJQ4VepvwkZ7nOB7g526hxBge7FymkXDhu4ADqU2LzelkZlnpGA
KACMetZBjPcj574B3Pbfgn9OSLhxUXUjQdBtlOtJzds0SBI0eWpKCbp8sFQM4yxzhQPrj6cA
Pp3Xyrewc3CwLzUs8dFNXyvTrhSSsUuAfjH03z+m/EHQEGyHIIyQuXXntbZ5TIzt0xIB+7fK
sSc4ABz2Gc44Ka0gAXUP07ydVknTm1HU1UP3SOcNK5Rf3WXDHJwcHA2GcH6/lxeG2GSvdmQc
ogHOWPqEMcqqy7hyesYOdh+WPzGRxGEvBvdckGMLHR+JOO31rIsxWoRCYEiAfq+D2/77fPEK
kOe3SSiqR74yMWRVpXnza71acy1TPNIOl0lVuvqb+E5752/TP/KDlqvhAdchq2nDOMzxytex
1jy+yP8ARmtdN1bRxvJPESrBIh2UqDnOe3c9+2/fvxj6/gswN2NwF9F4b7VTNbpklOo/x7lJ
GiNR2KriR4pPuiBOxcBQTjIz/ePftjB78Z2XhdUx1y24uth/rXatOt9z65/ZFdA1LUz1Qo7t
JRwu4RirK3Ue2c52wcfz4FeHsuLFRkbra0uyR0+KYqrSN+rXNZBqGjzK5VGIZzEoJyFwfVkY
+e3wTwG+ojd3XNJ9eSlLTNA7IC1rcvVkzNYNYWpJw2qIZ3K4jQEjJL+47dgP0GDtxdHRU841
tit7vogv0QaBZ58z5c/W6wzTapUjz7jE8jl/MJlKsU9zsAMbEfy+OGVLwiO9gxGNpzG29wRj
xGEOpqvWEFNUJDNHKQwLZfPm5PcYJwew7fHGgHCIQ0Xahf1DjJd1hp5D5dFgfmZqCRGguUfW
V/CsfSGbAx1YPv3wNvfbgiH2Zp5SHXS+q4/NSl0kbDbb1b6oR1b4nbZpqLpqqqdZlk6fKjHX
MGHSdwm3Yk4B3+uw4fU/sTT7ucsxP/4i1VtOnf7W8EA1vjSoVumEFYZVd42SQIML0fjAB298
HvnfcAHguL2Yhgyx2QuVH/iB+pidFIywIzz8b38/4Q3fvFzRXCpab7xO9F5TeXCYm68lcLvn
Yhj7k+2/yd+kjbvusDJxFz3XZYD+OaCX8TK3Gvk85a+U+QWhjMzOhwPw9Ixv6cls/A4vjpon
HN0kquNTMcW+Pjb5ck60POiK+1jU0YaIKegiokYnIw2ADknPwD+W3F7eGtdkH5Kv/XXllreH
wXIObVQ+pEADxvKGLNBLk4wAQuVB2ztnO5xk4xwYeHHRYHZKpOKgSai3dEVNzRlFRGrqrnqV
pMp0gjYsBvsMD6DvwP8AoHtvYq5vEYnjS4bJ3tnOeKnljRQsjRnHQHCkb75XvnfAH0/lVJTy
2s44VYkpi/W0ZWK486Yy1SQY0dsOrkAtIC3sPkEYPx9eK46J2Cpy1cbQbJrrrjNd6FKqldml
VSxTqC7EZwM/l+u/F7mFu6FpZRfJWPSmomWbpeEIrEIAScDDnffft8/P04CljvkrRtqWhojY
jBb28cCx+bUOremRQQpbfHx8/lsOBmN6K1zQ8g2JCB+aVea+odvuUECSeZ5nTApBBO5JA7En
f5988aXhbTYC+fNYX2htdxAAG23XyUZrK9PU4hpo0QqofoGNgRnbH8s+3vxpQ647yxoj5NTt
bq1TTVRk6ZmMjNICpIYbZYjYZ2/MED68WBuNly4GE6G+rFRhlZVnKn1P1HBGT379tj84+nFT
m5uio3j3r1JULV0Idkj6VQekEZAx7HH57fn9eOOiFvNWBzdrLHFBJFVQumESNlO6EbAnJBGe
2cD/AKcREN7nmpOfkHCcxeV89SEJwoCFGxgkn1bDZjtt+XFLo7OuN14OG6TyNLcwX9ERLZJT
O59XUzAAAk779/6cecA65coEE/4Ttbrn90ZqaIqWQjodQMLj3UkZHY4ztjOMDijVnXy+aL7I
E6Ba/glJ8yOoDiORWJPmKoAL7erJ9wf8uCo3RuHZjZUSRPZkj3J0tlNS1SwvV01NIAMDqiVx
g7kbjYds/lwwbTvKpa9mLjZPVDXQ0VYzqtOAYvwvECFyMY/LuP1A9uKn0zRm2VcyYXuUNX+x
09xgleOGMwyLlAq9JAOMgD46t8fOO/ArWta5vguPsQTb1/lA97o1hQCaN5I2Ik9KkllG4xkb
jb8s7+/EzE0i7VU11u7ZMwWN3lkeF2cgO5Xs+Nwcfyz8Y+nAnZEbckY0xncJrq74KiLrjfpw
hMZKj+Pc7e/ckbbHixjbEi3muusRlM4ljUmZG86QYYr22Bx1A9tycdj3PzvyV+o6dlU2Jtrh
GPh0573rkZrt7lbYqCvpKugnt11tNxiM1LeqKdBHJSzjIYK4GcqysjAMDkDhXxfgkXEoBBM4
tIIc1zT3muBw4crj4HYqLHlhu3n8weXvSGKlFVVyTfcqanWRj+76ROKePfoXqfJYKPTkg5wM
9+HQkLGNaTc8ztfqcYF91SIb7hOem78aepjjiRulXKdKqEDkqVyuNhv8d8EcCPIfgomNrWnA
RDS6u8mjkRpw9PF0lAkOwztjfbAwfgfO/EmkE95Scy7bN2Sz73FXTU0kSRFKeTrVipyjg/iG
w9Xbf+W+eIufc2V3YaAHW22T1bammudK8k3lrKZBlukKzA46h749z79/px5rBdVOeCw39eSU
1dlp2uEUtMYFEIKr0xgHGN+n3Gf8/pwS4hg2QGjtHXbyR1yl5jJoe06ts9bbrPctN6vpIae8
0U7yQCoMEnmQSJLEQ8boScZ6lOcMpAHGM9oOD/rJoamJ5ZLESWkAG2oWILTgg+49CnfD6dpY
QSACM+NjhOnMzWi8zdM6a0rRxw22xaXgkSz0kc0tTJH94frlkeWUlnZmVMhelFAwqqARwv4V
w1tDNLVyO1ySkajYAd3AAAwALnqTzJTkcLc9oiYfL3+vwFG+ouUj6DsEVbXRsj1Dkp1ghVfH
bb8Jyd2/POeH8NWyokIjzZVVHBX0cYknFifqhaLTYrKopGfIAYiKULkSNglAwIGPfH5HGeC5
HNYMoSno+0JDQnm1aY/Z0riQQu3SGULEMBx+I57D/ME8L5JRuE3hpC02sktbQM0v3MUsTRKD
t0qF+QQOw334r7QHKLNNJp06cDyTbVQLQyoT6pQQSzYX1fP8tv68FsAIyEgqgA7xRNbNYM9t
8nACmPCkLhgB04VfjcDA9t/rxWabU66sjq2xt2WGj1tHZ6hJKlIjCH61iMQPSfkZ/I7jf+vB
IpxsMIU8QAG2OidqvnxSmlhjdgAD0+YEXbpYtt1Akbk9sZI78Dmg71wrjxphbm+PJOOn/EO+
n9MV9DYqW32usvEMtLXXeKNjcZ6ZyvVTJIW6YYmAw/lKryKSrMV9PAkvs4ypqWzVLi5jSC1m
NAcP7iLXcelyQOQSt9c07evDy68zsUOQ2yOe2GaBYkK7eXgDIxvt9AO30HbjS9g4broqNQuE
PX7pgp1zCzq4wCrAAH3xvncbfQ8ERxZshny7E80DTWWWjqzLDIAJFV8v1dK53HbfOSe/z754
g9th3l5g1HHNeqWJoHR3EsIXJwo6Rkn8IAOAO/EHG4tZXsbYglP8OrIrZThfM6wsnofpHqHy
Pz9+AnQOKaxVjY90nXmBOgCipIA2/Ev/AE492HgrP9Uf/wBX0QdXWSnoq2qhk89kEi9SDpU5
9WF3/wC3btxZLGbXTGmna7BKcNIW6TUdfFSCh8yZ2PqCALC2ceo9vSVHx3x9eAQwF109llc2
AX2/GMKYdFcmZxN5lzmp4oVBAeIgx5yT1L1AZG+Pj0/HeMsxaLMGUNT1LBZzibIkuPJbrhSa
Fmq4GAd2cg4JH4fT39jkfH12HFY84KPvBYPblMNy8MkyxmSSCPEvpU9kJP8ACy4wASR/04kK
trsKLpdAucD1hMV38Kb/AHdmalaJi3SDGRGEAGAcYyc4Hx7fU8XNcDsk8vFYwdJHNYJfDX92
hjkoz919LB3kHWMBixK/JHbOcbnt7Xw05JuVXJxdjYxYE2Sex8nr5bKuWGlryEHQGPqjSUDA
YsvvuP8AAfHF7qR2+4Q44vA5tnfuTlS8lLqQppEXrJVZah8jo/5wufn+uOIsjJFlcahhNybJ
s1fyBr6aniZsIaZXkEpj6gxGwx9cYJ3/ABZO5bgeeNzMvCbUUsLjpBv4Jgm5e6lsVdVNUTyC
mSPEfVLlukrkMGKjIAOcgbk5HtxGLs3ftN0YyNxsG59fJPVpjvVDConSeN3wfMLh+nHt0gAH
JIPzsPjg6OmYdxhXCqewd05+1vQUg6W1nfKaOOneokqMRliGJDYUdI7A4OcfXC+3uFU8Op/3
WsmdLxeqcwtA+fWwG3T53RVp7WOp7hS05po5a5xh1WJMZ2GckjGwPzn6EjhDU8MpCbPstJS8
VnZHquGjqLm3rkiO2XDmpUwxpUWUtUlSfJpz5aRoQMhvkt6jnH8XbgB/CuFxAvuBzyQj2e0d
c54YHXZtexufXrkjzRGmtUm2CCptV4hm6MtHT1BdV6vY5HqwDnc7fXhLW1XDP3idmfH8JxS8
YqIwWdi7T1Fr/P4gflF9v0Zd6Wpjp3SukjnJCCWYld9sgY9P6d/Y5PAP6+haA7tG38x6KdwV
skjj3SWnc89vl48kycxuTWp4THFSQxz+SuB5knkxhTvg4BYAYH5e2+MnUnF6QmznfBdqYO2Z
/wCX+tvdfe3+QoT5hJrvSldG9ZSUnlOeuWSnlaREQDYr2bPcZx7fXjTUTqSUXjKyHFI6uF1q
gG9vdv4ffmow1xdZrnTmnSghp5ZurpkJ6jvuCWO5BJz7/A7DhwyMjvXSYfp7iPQD636nHyQQ
/Kep1Aopqe3K8zlCJ5aY+lsnHbvH32wCfYHA45JKxgJeR8UK/wBnv1LLxsIIyTmxsfp9U/U3
hauM80YPVLGApXC9CyMR0nowTjcL+rfQcAM4jA8GxCAn4LJC7Q5uTtjr4/DbqlVR4L9RiKcm
ipI45HDgzy5JYgk4HdSCB85x+vBcHE4LAb+SWVfBXAagLeYWfTXg8utohDNWW/zQCw6yUC9Q
GcbbjAbfOBjvgnjr+LC92sNvJKXcMjYSxzhc/wCfVljm5D3Sn1OFkqY2Q79R9ZY9h09vy7b7
/J4Li4g18esJDVUzY5Ozdultz5F1dwMQhnQIpKs+7FR37HYjv34iOI8rL36RjrOTafDDVzus
kc08TbEpE5Acgj4+ucED2x7niT6nUNlV2QGLpquXhxv9KwWOaSSOIgwx4AyN2yDnvjB2/X24
gKmwuV1sTC6zjussfLe/WihUfeJpfM9ZKoFOM9skbL9c7747cCScQjJsUbFQkG45rGtLq6Gr
WMJ1MGb0tBhlPcfOVGP68LKqsYMNOU3paOTcospq7UscVPHLR0pDKXExQdgNkIA9Jxnvn/Dg
NtUb3CcxwXGl3rzXdPHS3p5qappEhr4vXI7Hp6MBQBg98jqz9ccMqeslab3wUqq+G08t9TRj
mmyPl89fTyLEkchkcgyDYYBIBONt/p7DjVwcXZYagsLVezUgcQx1/Xhi6an5fV1upZEenjQK
T6g/rY9xnHvv88MI+IRvGEnn4RPCe8Fkh0BMKbzZI4/LYB2UFsZ6ff3J7/nxTJXX5omLhzgN
Vr/4K902kJI4ml8pI0OMB+o+YQfr+EZz75x7b44IpKuN7tBOeiFq6GWJnaWOnqlcmg57vVoQ
jQoZOtyrkqVOSRv7D8s7+254cuY1osAlYkc7N1jPLuZiSsGZGTpVSfcYBPtltwf04QyuJN0x
iaDhKrXYaqgp2BCK/UcOoUYz7A9ic59X1/LFLmuIIV8T9OeiyVlkamnWRR6SVB6sZ7Zz7/6/
PijsbCxKOdUDVqA+QXpoJZK5Q/TiZfSvTkE9IyM53Gx4siIY4AKuYmUEuF7+vFOkFNLCnR6u
rcMCnT87A5+Pj+vGjgqGvbZJpIiwrlwppI6WMyJ5bSDCqm7DIyB84Pf8+/F7i12AVQbjcJty
IvNRkcYUqUI3cD2wOx+v0HzstkAa65V7LnCHL+8jxMwjaMGMEso9JI77Y2PYHf8Aw4qkewNu
Sroo3udZoUfXLUK0NykURzDOQrhgpCgnLED/ANI37+/uOKO3a7dXmMsWW22+WWUIkDyB0yzf
8u2x98gA/Tf68TNrXCiHEYWKt01JPOf3TBGAkZggjCggYx9Qe4+nzxW21wvEk7rj04LO0YCI
2UzIceaO2cjB9t/oRxY4gDxURlNtbcp1rpDI8hjl6lZVJ6TtuSe5yNhj+udgpHZsrmRONiU8
2CM+XFI7MjqpMSqOoqSMfmW/6ntnih0mcppDQEi43wiSzU6wW9pjGJJXyXGd/wAKg5Bw2CGz
+vxxX22bBGsog0ZyU4R3DyHEAD+ZKCWwSuPoDnYY7n9OLoxc3QVS/Q0Ntnp65J2trtTRfeWJ
6QCqI5yASARscH59vbg6MWwksrhl3LxTjFciIUhDGQElZCMDG39TxKVnMoJkhwBnqiLTthS8
VyeYiikDqrADHWu2Rkb5zjGf6Z4TVknZtxutVweITPF/24UxaLoYrPZzDSUULVc4x94kByoB
3/M77j5/nxjamR736nHC+l0r4adoazJTVq2wUtXUVFRX1UVTURZNMkmSIRgAsBuOwAAxgHB7
8XUssjQGMFhz8V6shglcZHZ6A8kM3dqJ6cSP0nyoulFGGWAbenbfJA9/rwc1ryUplfGwZ5bI
VuV3ipRNEoXpy2VAKj6DbHwP68Fx0pKU1HEmswEN3rURknMwwpkPUxDexPb64z8Y/rwW2isL
pc/jVwQmw1UkwkEZ6FkAZnQgkHf1Zzvuf8OL9FglMs5c4kr3BXtCsbE9ayjsmQVPuPpuM/rx
4NQ7n2ASW70HmvI6dXlsGfob68cLrKLo9WU11NmetpuqdQQigr0L33AGce3yfbftx1smULJF
3cpZpeIJUIAxdl2IbcZA40dCwOblI5ZC1yNYbw8FLHEOnpLZLDcFffJxnOO/BU0FtkdBUXAC
R3eBLhToDGIySVYMwG++BuD3x3+nAYaQCSiCQbIEv9GKcDLSAkdToVwDjbfbOR/046+zsFdZ
hD9xq3jpafDVCYkLN/Esij5/P2Pf/HgfswNkSHkBJ5op5KFQZUVox6urJwds/Xcn475+OI6A
F1xuBlIvvFz/AIasKvsvlnYfHbigxleEx6qzNJyktdyuCSyJiONvMAUDrYYO2T23xwQ+EHIU
Iq57MBPX+wdDSIZILTCrI4AbzB1FRgdI22wM/rj4A4EMYujRXSPbZyzzK9uWllSGE9P/ABWD
lVx77Eb5OB9c49+K+wacEXV7ahwAccJbBXyW+EmPKxyFX6RHsW3377DdiPzz7nFUkMZ5IqGe
RowTZe6TUM1bTSqZZG6iFYMcABj8DcD233/rgbsGh1wpSTvc03KVVdolqYm85ZVETdZALOrE
k4P6Y+OLLAbJXocSbhN1/t9fJZJWUPHEqskcbA+pfcdIHYnAB9sE+3BsDmk5VcrZA3ZYLHba
+U5MUMMpXLFx0smCdzt8D598cWySixaFyFjwQ8hFVNRJR9IyrM5DsB3PuM5wffsMd/5RiGbp
kHYF13VUsWo69VqSZkUjEXSGVjjGAO5O/b4PzxTxMao7DYJpwyR0bi/mfsn7U9DS6g0/VwrA
sdRSxAHqTPSgO4U+3Ye2APyzx804sJYniVht6+y+oexNaw1zaeUag7GRff8AOyjvT2gaWa6p
0xwsajpYxGRmMZwRsM+5xwqq+P1bY9Jefz719wpOE8KfOZuyaDbB0jry5eClfR+jqSSSdqSj
p41ZguPU6g4wAAfj/Aj6AKDx+rLO88myMfwahYB2sTc52A9eeNlJ2gtMm0xLUiONGYhy0WyB
QCNsDORt3zj+XGbq6yaV4fK8n3lCVLadgMUDABYC3Xz5fBS1pi1wOihHyVOGkZupyRk9LA98
/Ht27cByvdNHYDf1ZZKrmLDqOL8vlf3J8oqOJaciRegRpgFcl9jjPYAAYweMfW05jFwAEI6V
xddpvn15+CaLzbadxJUwQxpk+Z5ix7nGNgPfuP68RoyXua85t8kfBK8WY8+FroK1DItzPlST
ZyOs+WOpjuSDjbuc9/f68bigmcGAcwncDezs4Dnz8PwhW/UaG3GJSUCuWdQcO2AW6gT2/M/5
b6Sm4jpaDt5ognWS1+b2+vh/lQxrXTVpkvMs09mtzvOGEkj0ykyofdsg5ycn68aBnFJXNsx5
t5oaDh9OXgPjGo42F/XimHU7/f6xBEDTnzBIqpjPUDncd9iBt9OIVEpEeU3qpI4qR13WPu2H
+NvepFsFtFNbirxL004VFwignt1EYHvg9/nhjwODUM818D45XGWYv+V/h6+C8akqFp7TAelV
Kr1NkH1DbpG65/lnO3042UFIGt2WequI6zg4QRcqmKuoJ5ZaiRY+lUlc4DjpBbOWOx+h2xvn
g2OHGdlnK6oBvZBUOKuvlYsAqyDO+2Mscj22985IySffjpZcWCzNRVAOustXdjbaSH9yfPdc
ZMZCspTfGQMHP099+4zNkLQh4qyQkZS7SdxeOnZHfoC7EDfIPb+u3/s4lLE22yPimfexTnV3
EVcsR+7xN098jLt/Pt+X5fTg2i4aHsu5L6qvd2nd5JRTVNojT98DCit1MJDgHJxkfTHsOFlf
7MF79TMeuaf0PHwxln581mt1Xp6srgkKwmNskHoBCHsR/Uf0+eEc3AhtzCZRe0zGvzsURnQ1
nvDoIzTGER48skAqTlSQNsZGx9jtwlPDZI3EZWsh4tTvjDmWKarzyGpblOjUUcTFUaOVw/V6
eoHI99v1z7cWuinbncBDmqjcC0bpr/8AAiutMY6CghGUZCjEKBnttg7AfzO/BbKwtvjKBfCX
nGAPXRM9VyKqq9ZY3iBDnCMpyCoxt04Hc/8AT87f9Tcyxb7/APKg6iZLqEnuzy8QlkHJKtkS
aNWjXt/5ZPmLj8P5fn8e/AdRxokBqLpuDC5ffCTXPkVdK+NoEmp0yclGjIAOfYdsH5+nA1Nx
VzZg7N0fV8MZLTmFxFv8evV0k/8AB68afNOZP3TDcSKNs/OdyTt798/nx9GpONGVosc/YL5Z
W+z76d1zt90toOWk9bN+7jwp9fXkjBO2RsceoKfqMfXg0TRE2JQIopiLtbhYY+Wz9TUshWGC
Zh1o/cYOQRgb7j4z/Pg+FjD3WHBQ743A3dgpbU8sqSVWMKnqYknpIGWx/wBDjfjlTSRMaTz8
1bTuc42ASan5TxtExiVw+VwpbJIGxyce+T+fx78ZmWcNcbnZaOGhc5oLRv09eglsPKSGegTo
Qh1Yq4Ql5Cc4JyMjGMfzH5cT/wBUAHdVLuCuOSDdJLhyrLRSvk+jGCQVbO+STn6522/nsxj4
hcCyWu4a4Eg8kwzcqHUF/KGYnOZAOk47/ngDfgV9cC7vItnCXBl2i/r+Uyal5XVVz2jUTOHP
pHp6gGbY779idvjfbuO+rbbKtZQyB929T8kJVfh1q3uAaalxInSjMu5JGM5yB77HHb6cQjlu
bgrtQNIs5F1m5Nfs+1iWupon60AK9OXwNs+49tvqfYdmLXZwkj72JKYdeaCilpC8aOGVQcJ1
HJA7knG/tt22xwZCCgXycgo4vdlgaBYMI0rMAXDYGcg4z+eff6niE2bkomHkEHantlLa62YO
HXZY4o3OQ+CDlfy/luMbDhdISCmsOkC/P+V3Q1ZoIkqEaQyNkbkIIQT8du5weBnOHJPYQRHc
J/tMGYZDEZAUyJWX+IDGx+QDkflxIW5rrmm+EUWm3SS5cqKdUXpHmKcNjuFb5Pc8Xxu5BLqm
IHvO5J9kpZ6yKJijQRhlGCgIdQFJYn32IOf+vBMNQ1rrFKKylkIu0YSmK3fd2SQRRdKiR1JU
9O4zufn/AKjiL6kAHmgo6FznNxYZ5eCdKG8ikuD9CAOGyhcFVRuknGe2T9fbP14Tyv7U3K01
NGIG2aLW6oj0zzNqfKSF5TEFcrnrAcH+Ee2du+3xjvwvfSjdOIKsnwT/AHLUsd2AlY5kI6mZ
MFgDkf6HzjiEUYBsjH1TtF0H3qaSlgeKFAwQEu3SOhNxgKPyUYJP04bwxg5Wcqqw3QZU1oMB
DyEsfVh1wwbPcj2P9OGUcTbBIJqhzibpqmSeaI9L9adWOk753OBufrvxeWckM08ws1Nb6gxR
mQjodVUsNlCgkDt2GdtuKniMBWgSbJNITHGTCI3VvwFwSqn4x7bjv324HdbkphjkmeV4xHID
5T4V4iMHrBx+udj7HtxURcK0G1jzTdcrpJbYPXLIOpWTcYJU/TPv7/HE4WDmhap5OyxaIrjK
/Wy4U/wkfxDtn3/XjV8OiIAWWr5bFSHRVsVXFkM/S4JC9gO22Pfhw6IEWQkNYRzSuO0ftBFj
kcJjcDGe+Nj7/wDsHxxna7VGbhaegkEuChTWGipERoIGkXq9AOe/V7bb/OfgHHCiere43Oyf
wUjALZugfT/L6sa5ESlo1f2I6lIzsN9vc/047DVElVTUobklGtm5JVAp43BLCRz1dL5PbPSR
2A3332x224uMt0GRZN//AIXtH6TU1eV29LjH6b8d7yr7Rqt2vLW6miH/AMa99EzEE5t82Bsd
sgbfX24zn/FPDybmpj/3t/Kt/T2FtJ+BWSq0ReYqWNX0zfpVTLdK22U5H19Pz2+g+g4od7Rc
PcT/AOZjH/52/lFsDWNALSfcu6PRFxrpVifTV/hghOQJ7XMfVtuPSc75/pwK7j1AP/qWf72/
lOIJYTyI8wlFdyjrp5uuGyXtZGTp6mt8pX8gMfzP0+pzW72hoSM1DP8Ae38o0Gn2BWGl5V3C
207SPYLxUs2w/wDidKrbfQL/ACz/AJnjn+vUBP8A8Qz/AHt/Kpc+INPP10WO5W3UDDrXR+o2
Q91W3zBm3+i+/wAn24tbxzh1/wD4ln+9v5QclSx2Qz5JObNqqpfoTSt+hiCnpRrdIFBA7bKM
DbHx/Ti88c4YBf8AUxn/APO38qllRqwWke5NM+l9WPdGjl0rqGopusl2W2zDqA/CQMYzgkd9
tx+c4uPcMBuamP8A3t/KoqJnOOG/JOkGktTvNP8A/Gxf+ks2QaGUAjG/8P09u/bO/BB9oeFj
apj/AN7fyrqdxIu4G6z2XROpIaks+nL4PXlUNFKvRgd+2NzxTP7Q8Kc3/wCJZ/vb+UyglDXI
hp9IXysbH7Eu8KyIYiWpHDMGI/F6foPj34yfE+JcPmYQJ2f7h+VpOF8Tip6hsura3MIUpdB6
qtV4UxWS/DystGy0MhjB7BT6ex2P8+MFUzwEW1g+8fFfoml9suFSQ2kqIgDuC5v0vcfZSDo6
23qDoeeyXhJ2VeovSSKCQcdsfH/ThbE+EOI1ADzCLqva/hUjLfrIyP8A3twOm/X881JtiuFX
NSRRNQ3CGNOlixiYNkE4GMfHtxVVdkR3XC+eYWcm9pOGNeX/AKmMn/3N/KK7VrCottJ0mCqU
OS4jVSwzjbJxkfn/AI8JnPLLAG/zSifjfDJHX7dl+uoflOVZr6SoQyNFUuQoLBoHZj2yFxv7
kcCfp9btROOh+yHZxnh7cCdnue355TdddQPOUkpYZliPUrxtE6lsjuQe35+/HYqNgN8D3oqH
2h4eLtkqGXxnU1DdzgkASQU88zB/QRAwcdxv9Pn6HbfjQ0nZsb3nDyumLPazhx7n6hg//O2y
D9RPXV1HIotF482cFmIpZW/IHbcb/ntwRI6IkFjh45CLHtNw6MXFVGbbd9u457qOtUaV1FcK
MLHYb31wkumKNyo+BgqewHb6jPD6kqKWJuZG38woR+1PDXzBxqmC+51tv579b7IdoeV+pKu+
0ZqNOXpBBJ95WQ0UvSpyQFbbcnPVtsMcWS10D/8A5rbDfIylvtN7VUHZAU1Q07jDgetjYE+r
KRaXSV2lw0lsufUQrO33SQ9RGdjt9Tt/142PBeI8PiYNU7B5ub+V8arq+FzsOv8Acpo1pZL9
UyRtFY7sXyMEUUp6QCT7DAOD7/8ATh+7j/DdxUx/72/lJ+3jxcoMuuhNUPbqkR6dvspBfozQ
yrIwfdt8bnqAOT3z8Y4i3jvDP/xDP94/KW1MuoYymi38ttVUtL0x6Z1F5sjdS9NA433B3IAB
Htnbt3weL2cf4WN6mP8A3t/Kz9S2Q/tafgkX/hzqy4zp/wDGjqZCylnY26YBmP8AFkrnJ2+u
3F449woZ/Ux/72/lVwxSDGkj3JZZOWWrKENGdL6gKgbFqGQYzjb8P/sxxUeP8MLv/iY/97fy
mpu1uAU7y6F1MYVUac1AVbqLL+zpRj2Gdvy/9g40lH7S8GawA1cQ/wDzt/KRTRTF+rST7ikl
dy21NOoZtM34S49rdLjOfoOJze03BSCBVxf72/lWsjlt+0/BJNN8stUxVOH0xf0WEdZY0EoL
ncAD0jOMnb8z77IY+P8ACS4g1Mdv/e38qqpjmthh+CfZ+XuphTKqWG/pIxbqCUkp6vS3Tntn
sB+eOxwRdJxfghGaqI//AJ2/lDR1XEGmzWOHuKc6CwarqaeNZrFfIjhi7GjlD5AyOw7E7f6H
FD+J8DA7tVH/AL2/lNoa+tcBraR7iEupaTWHl+QbTf40ViOn7pKFPtntg/X+nfhZJX8GDtQq
Yyf/AHt/KdQcTqSAw3ASy22vUvR1vZ7w3T2WSlk23PyM/wAttvfY8UniHBjg1Ef+5v5TGGvk
tqJTmF1L5hD2GuEoAZ3+5kbhdsADHv7H2+eB5KzghGkTx2/9w/KOj4rIx2rVlKKJ72qiQ6eu
8bdY6s0z7DqPbA7dtsbb/TgIzcKBBFSz/c38or/WjbPPxT5TrV3GOJa3T9xdSCxxTnvnb22/
L4/Li/8A1GgZ+ypZ/ub+VD/VY3YkCyR6XmER6LTWRP0+lTTsRnHvt+WePN49Q3sahn+4K0VU
FrggIV1By7utwucUn7OuGH7/AO7P3z3yAcE7HB7Dh5T+03D2MIFQz/ePys/W9nLIHFeafltd
4Gdo7XXxq2yo9OxJG2T9PnfjsvtPw5+HVLP9w/Kpp2MYSQltNy3uMcAVbfcUVsAr5LZ9h3xn
/wBnCqo41w6R2r9Qz/c38rQUtVDGzSD80uqNIT0NPJFDabk0rL0MUpX6cbkEn33J/LI4HbxS
g3/UM/3t/KLk4jSgFoOfBMdXoq6yHe03mbp2U/dJML7fG44JbxaiDf8A4mP/AHt/KXyV1Nqw
Cm2bQt2qJHjFlvaqThmNDJ298YA/P/Ww03GqbTdtRGf/AM7fyrY62k1EEn4YWQ8urjCAxsV0
LKPxGicls4J7D5H04qpuNUtyJKhn+9v5XaqppQP6aQNy2vVVgPZrtEq5IC0DjP8AT3PfPDZv
H+Gxm4nYf/zj8rPvPbNs42sm++aE1H5JWKwXhQmy+XQyFse2+O/B8XtPwzc1DP8Ac38pVUUh
zoKjrV/LbXVwjleLSupZesEdAo5R0fJ/D6ie2x334Kj9q+FDH6iMD/3D8pc+ikNyop1Z4fOY
c0sRg0NqmYo5UA2ifLDI77Y/U9wD88TPtPwo/wD1Mf8Avb+VNlNIOSEbl4UuY9VeTUvobWcr
ENsbRMPLAPsSpGf8gPngWX2i4W7P6mP/AHt/KaUtOQc4Xir8M3MaNGdNAa4bpRcYs1SwbOcg
DGQRwI72g4bt+oZ/ub+U9hLWg3d6+KeLJyE5mvCITy91VTx0pwGNnqS0gJYtuU9R32Oe5HfG
BD/iHh3/AOIZ/uH5RDpYzm4Fv5Ul2bkhrCSOOFdIangbsfMtc3T9QSV37d9vgbYzWfaLh4/+
oZ/uH5Q8hjedwn+LkXqp52mXS2ouiMBUR7fLkfhOd17nfP5dthxR/wAR0F+9Oz/cPyuSCMju
uSah5KayopGiqNKaikhUsOlbbLhsjYjC7AE/04lJ7QcOcO7Oz/cPyhoA1ru8RhZq/wAPep6h
RKmmdSJIZGZibdISx7n22JOPn3/WtnHuHg/89n+4flWyvjI3WOj5H6rSndf9k9RDDDPVbZh1
qAd89O+Dj/R4IPHOHH/6hn+4flBicjZOEXKPWdTOWbTGoE6erf7jIOrJOf4f14GfxvhwOJ2f
7m/lGsqQW94pRUcktVSUzqtg1AMEtg2+QnP8vqe3E4/aKgB/57P9w/KFqGMcO6VHmovD9rwz
slLo3U8ilSMi3TfOf7vz/lw2h9ouG86mP/e38pLPCeQumyl5G8wqVX6dD6wYqcAG1zdP6ZX9
d/fgwe0HCjvVR/72/lDASN/tPwRJpnlDregomppNE6mVCfxG1S79sfwfmf0H60y8c4Uciqj/
AN7fyiqeV7cFh+CzVfILVckBiXSOp1PT7W2Yr2336e5J/wAeBDx3ht7/AKmP/e38o7tARYNP
wQ/U8gNc08bAaL1ROifhAtkwYZOe/Rv9fz4sbx7hh3qY/wDe38pfKHA91p+CZLh4f9fVIZZN
CawkA7f/ABIqMEfAHTwZBxzhANzVR/72/lATiZ39h+BSeDkTzEp2aRdB6yGAegCyVAwSe2Cu
ewHf6caKn9qeCsbb9XF/vb+VnZ6Kpe4ns3fApysnKPmLTsU/2A1njfdrNOAMj29P8+Lv+MOD
f/i4v97fyq28Lqf/ALbvgURWflvr6GPL6I1gMYUlrPPkjbtleAan2o4NILfq4v8Ae38prSUs
8R/YfgUS0nKfVdZCfN0VqRmKEKZLZMoztjPp+p/keEVRxrhPKqj/AN7fytFTTStwWH4FK6Lk
jfKemV30hqXCkHoS2zAjG4OAvvgj8sfPA7eP8Lbn9TH/AL2/lWyhzhYApTNy81VN6f8AY/Uc
QUbKtqlZCADgEdPz/XgpntFwrf8AUx/72/lAyRSHGk/BNj6D1Srkf7H6w2P/AOhJ/wD5Xgj/
AIj4V/8AiY/97fyg+xk/6D8FbCLwmaOhlLqNQhyc5/bdQf8A6bj8/f8AHHFNu5/22fhOv9Nh
vfPxK6fwk6PkdWJ1JlSW2vlQMk+5346Pbnio/wCj/ts/C9/psPj8SsdZ4QNGV0YST/aQqAFA
F9qQAM5xs3Hv+OuK9Wf9tn4Xjw2E9fiV5fweaMeXrLan685z+3qnbt/zfT+p45/xxxTqz/ts
/C7/AKdD4/Er3F4Q9GxKwB1N6tzm+1J3+fxd+PD254oP+j/ts/CkKGMdfiV5Pg90WTk/7TE7
g5v1Tvnv/F9Bx0+3PFerP+2z8LwoYvH4ldQ+DvRUEodRqUFWLD/4vVJAJ+B1bcQPttxQ7ln/
AG2/hTbSRjAv8VmqPCVo6qbL/wC0eQQRi+VAxjt/F9eJt9uuKtFgWf8AbZ+Fx1HG43N/iV7j
8J+j43LAaiJPze6gjtj+9x53tzxV25Z/22fhTjp2M/bf4rJS+FjSNIMKt+bfq9d5qG3/APhu
K/8AjXinVn/bb+FdYJXF4dNMwggC8nOfxXSY9xj54qd7XcRcLEs/2N/CtbK5puFgqvDJpWsb
qf8AbwPV1DpvFQuNsberYbDhc7jVS46jp/2hP6X2q4hTsDIy2w6safqF7pPDVpeji6E/bvST
khrvO2f1JzxWeLVB6f7QjP8Ajniu4LP+2z8JzTkvY0iKdV2KMvSQbjL2zn548eK1BFjb/aEO
fbDiROq7L/8Asb+Eq/8ADG2FVBkubBewNa5H+PAhqHne3wVX/FFfn9v+xv4XBywtQGC1yPq6
961+/wDPibayRosAPgFE+09ec3b/ALW/hc/8MbWOz3JffatkHz9frxJtdK03FvgF3/iiv6t/
2N/CSnkxYzv/APFMHGMivlB/oeLP9Un8PgFZ/wAXcS2u3/Y38JJL4fNNzE9YvJBGCP2pNg9/
+b6njreK1Dci3+0KZ9seJnmz/Y38JDN4XdKTEZOoD05I/wDizUf/AC31PBA49VDbT/tCiPa7
iIFgW/7G/hd0Xhe0lby5jS9kvgMXu07Egdh37cSb7QVgyNP+0JZVcYqag3kI9zQE4PyF0+4x
1XkbYGLpMMD6b8MWe2vE2YGj/tt/CXOe526Sv4btMyFSzX49Pb/4sTj/AAbiR9t+KHfR/wBt
n4UUlqfCtpKshaOQ6jIZgxIvlSDkfXq49/xtxTqz/tt/CrdE126wN4RNGsAM6m9OMf8Axeqd
sdv4v8ePD244oNiz/ts/CodRRHe/xKw/+400P54kCakBAxgX6pwfr+LvxZ/x5xbqz/ts/C42
hiabi/xKzR+ETRkULIv+0gVjk/8AxcqP/luIj264re92f9tn4VrqdjhY3+Kyp4VNHwRBAL+F
AwM3qo2H/wANwY3/AMSONgWBj/7TPwhv9Mg3z8Sun8MOjGUKWvmwx/8Abqo/+W44f/EXjZGT
H/2mfhT/ANPh8fiV3TeFXR0Q9AvzD3zeqgg7Y39XxxSPb/i4NwY/+0z8KuThcD97/ErM/hf0
o6MpF9KsOk5vE52/nxP/APWHxna8f/aZ+EP/AKDSXv3v9xXn/wByzpPqBzqH052/bVRjfv7/
AOs8RP8A4gcYPOP/ALTPwr4+EwM2v/uKUxeG/TEKBV/buACN7xUHIJyf4uIO9veLHcs/7bPw
iGUcbdr/ABK9U/hz01ShQn7c9GcE3eckbY/vfHFLvbbijtyz/ts/CJa3Tsvcfh907E/UpvYP
/wC9pz/9NxEe2nExto/7bfwunO69VHIDTtUQXN6yNtrpMNvjvxZ/xxxT/wBH/bZ+FWYgTckp
NL4bNMTuGY33Iz2u84zn53+g/lx7/jjinVn/AG2fheMQKyxeHfTtPAY45L+ikY2u82R/M8Qd
7acScbu7M/8A/Nn4XWs0iwJXn/3OenDIzmXUBZ9if2xPv/Xi0e3XFALDs/8Ats/CqNKwm5J+
KcKTkzZKKlWFDdPLXAUNcJGK47bk54qd7a8TJudH/bZ+FNsIAsCfivE3JGxTQyJm7KJTlilx
lVv5g7cSb7bcTabjR/22/hSczULXKSHw76b8ro6r6FH/AOFpv+vF3/H3Fv8A+n/2mfhDiijG
Ln4lYX8M+lnVVYXwhfb9rT7/AJ78dPt/xc7mP/tM/CiKCLx+JXcvhr0vMVLftz0dgLtMB2xv
vvxE+3vFjzZ/22fhS/Qxb5+K7Hht0wCMftwYbq2us2/9e304gfbnip/6P+2z8KQpIx1+K9p4
dNMoAAt4wM7ftSbfPzvxE+2/FP8A0f8Abb+FL9Oy1s/FY5PDTpeoJBW+Et7C6z/9eOf8a8T6
s/7bfwu9g1YX8LWkJ3K+Xeuo7FVvFQD9Rjq/n+XHP+NOJ73Z/wBtv4XRC0JqbwT6DM7O0Oo+
pgQc36q/w6uO/wDGvFOrP+238KxotskTeArl48qOyasLR5Cn/aSr2/8AnuPf8bcU6s/7bPwp
hxCwT/Z88tqjPVDqvBBXA1JWDY9x+Ljh9tOJ/wDo/wC238KXauWVPs/uXcUwfyNWZK9O+oqv
DD/4bjg9tOJciz/tt/C72z0povAtoKhToiTVYGcr/wDHDVkqfp6tuOH2z4kebP8Att/CiJHB
Of8A7kbRscikx6h61AALXqpyADnb1fO/14r/AOLuIdWf7G/hcL3Hmlsfho0rEiKq3oKhyB+1
p8Z/nxz/AIrr/wD0f7G/hR53WCp8K+kavPmJfGBxlf2vP0nHyM8SHtfxEbaP9jfwo6cWWGl8
JGjKJMRx39cnqJ/bVQST9T1b8Wn204mf+j/tt/Cq/Ts9FK18L+k1XCx3sBd9rtPt/Xio+13E
DuWf7G/hWBll6m8Mulp6XymS9mMf/hafv+ee/EB7V14N7t/2N/C7pTPW+CzQlwfqli1G2/Vg
X2pAznOcdXBcftxxRn7Sz/ts/Cqkp2P/AHfVJF8CvL9XyI9Ue4x/tDVYwe4/F24vH/iDxgbG
P/tM/CHPDYT1+JWSHwO6Bg/CmqB//UNUf/puPH/xB4wdzH/2mfheHDYRtf4lex4JNB5Pp1Pv
j/74Kr/5biB9veLdY/8Ats/Cl+gi8fiV5bwP6BcNlNTnq/8A2gqv/luPD294sOcf/bZ+Fw8P
h8fiU3Vn2fHLeux1pq4YOfRqasX/AAbiwf8AiFxgc4/+0z8KJ4ZAevxKTn7OPliUK+XrHpIx
gaprR/8AT8Wf/rH411j/AO0z8Ks8Hpj1/wBxXuD7OzlpTkdC6yGAB/8AdTW+2f8An+p44f8A
xF40ecf/AGmfhdHCKcbX/wBxStPALy5RgfJ1SWHudR1ZP/0fHv8A9YvGusf/AGmfhTHC4BgX
+JSuHwQaBgQBU1OMe/8AtDVk/wD0XED/AOIXGDuY/wDtM/Ck3h0Ldr/Er1N4JNCTwCJhqnyw
3V0jUNUAfz9Xb6cUH264qTe7P+2z8K/9My1s/FJ//cJaA3H/AMdmGOT/APHHVb9/+b68SHt5
xbqz/ts/CgaOM73+K8r4DuXigDytUbfOoaon/wCi49/x5xbqz/ts/C5+ii8fiVMvGNRa5x5e
XOPLy5x5eXOPLy5x5eXOPLy5x5eXOPLy5x5eXOPLy5x5eXOPLy6LgDcjjy8vJqEXuw47Yry6
+9x/31/nx3SV5cFXGf41/nxyxXl2KhG7MOPWK8vQdW7EccXl2N+PLy5x5eXmSVYlyxAH148v
JquWt7danKzVUMbD2aQLxa2FztlINJ2XVt1xb7owENRFJk4yrgjjroHt3C9pKd0YOoIOQeKV
Fd8eXlguFxjttM0sjKqqMkk4AHEmtJNgvAKynhc+zCvfPrSVNqXWV3uGkrRX4korfTU6/f6m
E7iVzJkRBhuq9JYjBPTkDj6RwH2FNREJ6txaDsBvbqb7fBZ7iHtA2B5igAcRueX8ok8SH2XP
J7w/cm79rHUHM7WelrZZaYzSXCunpZ4Ym7IvlCFWlZmIVUUhmJAG540VT7E8NiiLy9wA8j9k
FTe0NZLKI2MBJ5Z/K148iOcEuuoU6+pgTsSuCf09vy4+XcRoWxZatm9tlLoORnhIqlzjy8uc
eXlzjy8uceXlzjy8uceXlzjy8uceXlzjy8uceXlDnjn5hf7E8h6ujil8ur1FKtujw2G8s+uU
j/4Ben/4PjS+ylH29cHnZne9+w+f0VUxs2yefCRzGPMrkPZamWQyVttU22rLHLF4sAMf/UhQ
/qeBvaKi/TVz2jZ3eHkf5uuxOu1SVwjVi5x5eWKurobZQzVNRKkFPTRtLLI5wsaKCWY/QAE8
SYwucGtFyV5Vu09rDU/jT1vc6e33Sv0vy8tTiOVqM+XV3EndVL9wzAdRH4UUjIYnjazU1NwW
FrpGiSd3XYe7w28T0CoBc8+CMbz4GNE1NndLc18tV0CsYrilylklVyNmcE4YZ7gYPffhdF7V
VofeTS5vNukAW8Oil2LeSWeEWHVdo0lfrPq6S5VNbZLu9LT1FWWdZovLU/u3bd0zkg5P4sfQ
Ve0RpHysmpAAHNuQORudxyK7He1ipZ4zysXAcEH448vKnniT05deTPN3T9rsmstZpSaoZZag
S3WRniZqnyz0kEZGG2yPb34+j8FmirKSSWaFl49u6P8Apv8AZCyAtIAKmXUnhLqK+21VNR8y
OYcNQ4ZI2qbqZYs7gdagKSucZwQcduM3D7Qta4OfTRkeDbH3bq0x9CVl8GVBfrVyjq6XURuR
uNNeKuEmtaRnKr0DKl9ymQ2CNjxH2mfA+rD6e2ktacW8enNeivpypZAyeM8rUw8ueZVo5q2C
W52Soeoo4aqWjZmToPmRthtvg7EH3BB4LraGaleI5hYkA+4rjXA5C9cwOY9m5W2D9qX2raio
fNWHzRBJLhmzgEICQNjuduOUdFNVSdlALnfcD6rznAC5Vf8Am9z/AK7mbzK0lLyzr6vUkVka
SvrbRSxT07VBQg5kLKoZChKgZOCfwnPGv4dwhlLTTDibQwusA42Nr9N7G+b/ADVDpLkaUq0J
4laS2c3tQXnmDd5tM1kUS2ui04EqJloUDB2kk6U6GkY4ww33PYYHEKvgj3UkcPD2ax+4vwL8
rC5uAF5sneJcpmuvPHS9k5e0eqqq5PHYa8qsFT91mbqLFgMoF6l/CdyAP5jjMx8Lqn1BpWt7
43Fx9b2VxeLXQyPGny0YZGo2I+RQVJ/+k4OPsxxL/wC382/lR7ZqJ+X/ADu0vzRtFxr7FdVr
aS0jNXIYZIvJHSXz61GR0qTt8cA1nC6qle1k7bF22Qb8uSkHgi4QTprx1cu75Zo6qpudVapn
JDU09JLI8eDgEtGrLuMEYPvvvw0n9lOIseWtaHDqCPvYqAmasl88cfLm02WpqoLvUXCWCMvH
TQ0UyPUMBsis6hQT8kgcRi9leIveGuYADzuMfA3Xu2anjX/ii0pyw1Va7Xe56qka628XBZxC
ZEhVvwIwXLdTerGAQOnc78DUnAqqpidLCAdJta+/U9LBSMgBsUiHjT5aFsDUbE/H7Pqc/wD0
HFv/AAxxL/7fzb+Vztmp95Uc/NP86bteaewSVFTDZhCXqXiMcc/mBj6Q2G9JUg5A+nAvEOET
0TGOnwXXx0tbflm6614dsjXhWprnHl5c48vLnHl5c48vLnHl5c48vLnHl5c48vLnHl5c48vL
nHl5c48vLnHl5c48vLHPUpTrl2A46ATsvLmlaK88ybubdpWw3jUlcDgxW2keo6P/AFMo6UH1
YgcMaPhVTVO0wMLvIKuWaOIapXADxKmfRH2ZfO/XoR6q3WDScDjObpcg8wH/ANTgEm/0LDjW
UnsDXyZks3zP4ulM3tBRsw0l3kPzZSRp77FbUNdGrXzmfSUzfxR22yl/4fZ5JR/F/wAu4+Dw
+g/8O2j/AJsvwb+SgX+1LR+yP4n+ET0H2JOmx93++8xdZ1BXHnCGCkhEnz05RiufzOPrwez2
AohbU93y/CGd7UTZswfP8p2b7FDlw3/328xv/wC+pP8A8X4I/wCA+HdXfEfhQ/4nqv8Apb8D
+UjvH2I+h54kFBrnmBSOGy7SS0k4YY7YMIx+fEXewdAf2ucPh+F1vtRUf3Mafj+UP3n7DymY
ubXzV1BTjoAjWstNPUAN7klGjyPoMH68DSf+H9Mf2SEe4fwrm+1L/wC6MfE/yhO//Yq6/oJD
+xuZmna5QVwK60T0xxj1ElJH9+wxv8jgCX/w8/8Atyj3j+SiGe1MR/fGfcf4QTqL7LDn9pkZ
poNF39QB/wDIl5aFjkn2miQbDfv77Z4WTf8Ah/WN/aWn3/kItntFRO3uPd+CgHUvhY566FLG
5cqtUzIgyXt6w3Be2f8AyHc/077d+FM/sbxBm8ZPlY/RGR8Von/tkHvx9VLXgQ8Al18SlXW3
7mDb7/prTFrqjSR22eGShrbrMv8AxAeoB44UOB1AZc5CkBSeHns57F9s4y1oIaOWxP4H1S7i
3G2wAR0xBcee4H8q8d/0Nyf8IfKW6ahuFn0do7Sun6Qz19fNRxKscS43dypeRicADLMzEAZJ
HH0uOio6SO7GNa0eAWT7eqqZA3UXOPitGfiF8ccfjO8XN01Xp/TtFpTTC9NBbKeGmWCeqp42
bpqKkKADPJ1ZI/gXpTJ6cn5n7Qyx1Mhka0AbD8nxX0XhtGaanEb3XO5/A8FLemLxHLa4+uRe
rA9+Pnc0ZDjYIgjKcnuEKIW61IH14q0lRVhvs6PBqfETrEa31PSdeirFUYoaWVQUvdUh36lP
4oIz+L2d8LuFYcfR/Yv2aE7hWVA7g2HU/gfMrP8AHOKdg3sIj3jv4D8lbFeYXMKxcotC3TUm
pLpRWSw2Smerrq6rkEcFLEgyzMT2H9ScAZJA4+uSSNjaXvNgFio43SODGC5PJfP/APaP/aDa
k+1M54w0FrSotnKnS9Y7aftzIUkr3wU+/wBSDv5rrnoQ7RI2PxM5PzrjvGjMbDDRt+Svo3B+
Eto49TsvO/4HrKIORvKuPRtqi9IDADj5pxCs7R1kze5SS8ixLliAPrwqsq0kN/pRJ0+auc47
8Wdk7ou2KVxyrKnUpBHFZC4vXHl5c48vLnHl5c48vLnHl5c48vLnHl5c48vKvvMa+ac5ieKq
W2aiutrobHpGyTUxFZUpEstZVr0tjqIyyRsD9Co42FFFUU/CxLTsJfI8HAJ7rfyVQ4gvseSB
/AJrD/YrmrqHRk1VFUQ16s9NJFIHimmpyQWQjYh4iSCO/SOGvtdTdvSR1oFiN+oDuvkVGE2J
ardcfOkSuceXlF3jPvU1k8NmpGgJVqpYaRiDghJJkVv5jI/Xh97MxNfxKPVyufgCq5TZpTd4
ELZDQeHG2yxgeZW1lVPMf+bzSn/0KLxd7WPc7iLgeQaB8L/dchHdUxcZtWrhJPv248vLnHl5
c48vKp/j7M4526CNIIjVCnXyBL+AyffF6erG+OrGfpnj6D7I6f0U+va+fLShpv3BSFrbUXPX
RNHV3dqPQt5paTqlmoaCObzugfiK9RDNjc4BJ+h4TUsPA5nCIGRpOxNrKZMgyirw5+Iug8Qu
maiphpmt9ytzLHWUjSeYEDA9Lo2xKHB7gEEYPyQeNcFk4fKGk3a7Y/UHxUmSBwSvxIa7k5e8
mrzV03UbjWRi3UCr+J6ic+WmPyyT/wDA8VcFpBUVjGO/aO8fJuSuyGzVC/gpqqvlDzj1dy2u
kq+ah8+D+68sQAYr/wCqJlb/AOA403tO1lZRw8SiHgfI7fA496qiw4tKsvfkElhr1YBlallD
KRkMOhtiOMRCbSNI6j6ogqvPgBv9DpLw76gulxnipKGhuUktRM/ZEWCHv7n6DuScDc8bL2vh
kl4jHFGLktAA95VEJs0oA5m62vPNznvy6v8AcretDp253KJLFTzIPOlpVqYg0sg/52IIycYG
wxuW1DSw0lDUQRuu9rTrPK+k4Hl/lQcSXAlXF1AolsdxVgGVqaYMpGQR0NsRx84h/wCY3zH1
RRVU/Bdz90hyk5MXWmv93pqWvauepipDGzzVCeTGAFAUjdlI3PG/9p+EVdXWMdAwltrX5DJQ
0Tw1tipX5J8tLbrPlJfrxSxVenhzRp/vNRS07Iy23qV4/wByekDDAltx/FjjPcTrpIauOF5D
+wNgTfvbHOeWysY0EX6pF4k9AWvln4OrvZrTTR09JQQ00akKA8rfeIup2I7sx3J+vFnBayWp
4uyaU3JJ+hwPALkgAjICceWnLW3c2/B3pzT9y8yOmuVlhUyxBfNhYHqV1JBHUCPf6/PFNbWy
UnGJKiPdrj5eSkGgsARZZ+S1ntHMmp1U3m1dzloKe3Q+eFZaOKJOnMe2zPgdR/QYBPAEvFJn
0wpRhty425km+fAclIMF7qI+U0an7QLmCMLj7i+2B/8AqvGi4gf/AOH6fz//ANlW3/mFTNov
lXbNB6r1LdqAOkuqKmOqqYulRHE6IVPRgZwxJYg+5PGZquISTxRxSbRgge88/LZWBoBJHNEv
AKkuceXlzjy8uceXlzjy8uceXlzjy8uceXlzjy8uceXlzjy8uceXlzjy8uceXl5paauv15pb
VaKGrut3uEnk0tHSxmWadz7Ko+mST2ABJIAzwTS0ktRIIomkk8gove1jS95sBzV1fDN9knb4
aKnvXNec3a4PiQWGlnK0NN/yzSLhp2+QpVPb1jfj65wT2FgiaJK7vO6ch59fp5rJV/tE8ksp
cDrz93T6q0epdd8ufCzouFbvdtIaAsEAIhWqqae2Uwx3ChioJ/IE8bodhTs0izW+4BZ0NmqH
3ALj7yVWvmd9vn4ZeXJaOk1rW6tqEbpMWnrPU1i98bSlUiP6P7flwBLx2iZ/dfyCZxez9c/+
23mQFCGrv7Tbo5JXXS/KLX14GT0PcKykt6t6diQrSsPVt27b/ThdL7VQN/a0n4D8phH7KzH9
7wPifwgDUP8AaTeYt0839g8kbFRBowIjcNQz1BR/ckRwJ1L9AQfrwE/2v/6WD4/wi2eykf8A
dIfh/KGrh/aDfEVcZIzQ8vuWNCgB61lhrqkufYg+emP5HgV3thJyDfmr2+y1KN3u+X4Tdfft
1fFJe0hFJZOWVpKEljFZKqbzM9geupOMfT54qd7YynbSPd/Km32YoxuXH3j8JAPtsfFiR+Hl
3/8A45J/+McQ/wCMZ+rfh/Kn/wANUPj8f4Si2fbfeKy3XCKaej5b10KHLQPp+aNZNuxZakEf
O3xx0e2E17nT8P5XHezNERgu+P8ACeB9vp4laaVGl0XyrkjVgWUW+uQsPcA/ejjPzg4+OLR7
Yy32b8/yqz7L0lv3O+X4VpPsxftF+fXj15s18V30FoLTWg9OJm7XaB6ySeWZlPlUtOGcKZD+
NmOQiDcEsoL/AIPxaeucTpAaNzn4JJxfhdLRsGl5LjsMfEq8fMLmFY+Uuh7pqTUl0o7LYrLT
PWV1dVyCOGmiQZZ2J9v6k4A3I40EkjWNL3GwCQRxukcGMFyVqk5n/wBoZ5S+I+Oq03qrw73f
W+ihXM8P7UnopxMilljqPu0q4SXpbIBfKdR9WRxlp/aOmddkkdx7votbB7NVMffjl0u8L/C6
ArZ4s/Aje5PNrfDhrzR9TLKwL2gLGkSkAeZiCsUbdwoQ4xnG/C59Zwab/mREeX8FGii4wz9s
wPn/ACE/UHNPwH6qCLFqjnLolpW6P94pauVIOnfrOYpxhu3c/kOA3cO4BLzc34/grpPGWf2t
d8PyEccoPCh4c/F1qqTTnKrxE6iuF+lpnrkt81sWSeCnTCuzK8MJyCy7kjuNuOxeyvCqh2mn
mN/Ll8AqJuLV9M3XUQi21/RK2a8s9EW7kdyjsmn4p4kt2mbZDR/eJFSEMsUYVpXxhVLEFmPb
JPH0CmgZTwthbs0AfBY6aV00pkO7jf4qk32tngK52/aVLabRojmBy9tXLK2rHXJa5p6rz71W
DI82oliV4zFH/wCWoBAbLH1dPSs4pRVFUA2JwDfqnPCK+moyXSsJd1xgeH3VZ9AfYOc8OVLx
xxvy9uYVAxnhu80ag77YenB/X68Y6s9kK2TDXN+J/C0I9pqMjIcPcPypEg+yw58ww9KUmidh
7Xxv/wDjwnPsBWnm34/wo/8AEVF/6vh/Kkzkr9jnqK43+Gr5maotsdpiw722wPK0tT/yPUOq
9C/PQpY74Ze/Dfhv/h+GPDqt4I6N5+8/ZA1XtM3Tppm56n8KD/tquYHILlMbBorl9BbKPmtZ
KyKOrpbDCBDR0XS3XHXOvp80npZAS0uRlsKdzPaOg4ayMRwsAeOg5ePq6I9nnVsjnSTElh69
fD1ZQxyjvs95sETzAglR34+TV0Ya/C0bxlF/AKguceXlzjy8uceXlzjy8uceXlzjy8keo7/T
aS07XXatboorZA9TOx7BUUsR+uMD6ni2CF0sjYmbuNh71wmwuoN8MHJWxczuW8+rtWWG2Xm6
6quVTcfNq4fMMUZcqqA+34WOPqONVx3ic9LUikpJC1sbQ3B52VUbAW3I3Ub+KLSFP4ZfEBpX
VGnqCG2W2RUqVp6dOmMSQt0zKB/zxsP5nh1wGpdxPh8tLUO1O2ud87fAqDxocCFbpNQ0Mmnl
u4qYktb033xahmxGIenr6yfgLuePnZhf2nZW717W8drIi+Lpu5fcy7FzUsbXLT9xhuVEkpha
RFZSjjBKlWAIOCD23BB4urKGelf2dQ3Sd/Vl5rgdlg5v6AXmnywven2dYmudK0cUjdo5QQ0b
H6B1XP0zxPhtYaWqZUD+0/Ln8lx7biygnwOcyToOtuvLbUqtabxS1jz0cVR6Ot2A8yEH+9kB
1/vBjjPGr9qqL9QG8Rpu80ixt8j9j05qmJ1u4VZauq4rXRzVFVIlNT06GSaWU9KRKBksxPYA
cYhjS5wa0XJ2RCjvw5c85efMOpq1aWKC3W66/dLcyqweaEoGDPk46j32xgMBjhzxrhQoOyYT
dxbd3gb8vBVsfquUTaN5s6c5g3m6W+y3eluFZZn8urij6gYjkrkZADL1AjK5GRjgGp4fU07G
yTMIDtvX5Ug4HARFwEpKqfjwmSn5+cvTI6xiKON3LHHQv31Tk/AwDv8AQ8b/ANlGk0FRbx//
ALUNN+4Kz+sdV2/Q1mrbxdaiKkt9EGmkkkbAYDfA+SewA7kjjC01PJO9sMQu44RBIAuVV77O
yxVdfrTV2oVgentc0QpUBGFMjTeb0D2PQoGfjqHG79spWNhhpybuGfcBa/vKogGSVIfPi0z8
5ueul9D0lfX2yOyU8moq+rpFUy0rj0U+OrIDZyRkfxA8J+EyNoqGWue0O1kMAOxG7lJ/ecGq
LvEHoS5+Gfm3o/XRvt61IJKoR1VXcQhl/dgAxZUAENCz4zv6Tw+4PVx8TpJqHs2sxgN2zzz/
AOqyg9pY4OurYXGojrtNVM8DiWnmopJY5BuHQxkhs/BBBzx8+Y0tlDXb3A990RyVP/BjyiuH
OTTX3a6y40JZ7kK2akTGbpW+WgWOT38tEAJHv1YG5yPo3tNxGOjl1RD+s5tgf+ltzkeJKGib
qGdke+MBEo+f3KAdKQxpWKFAARVUVUAAHsAOFPs2SaCrO5t//iVKX9wVh78pSz3DII6aeYnI
7ehu/GOhP9RvmPqiCq7fZ+6XoNW8gL9RVlHTVaVNwlgl6oVkZUemjHuMjuSPqONl7Xzvhr43
sJFmg79HFUQi7VJvI272vTDzcurfV1l2l0NQwR1NwkVAjtIzkReknDqO49u3cHhFxWOWW3EZ
AG9qTYeVs+RU2WHdHJIvGkpPhm1McHGKcZxt/wDJEXFnsz//ADKP3/8A9pXpv2FO/hhIbw66
KI3H7KiGR2yCQf68D8dH/wC8Zv8A3FSZ+0I6IyNt+FSkq58nZlqvtAuYZjywSjlQ4B2KmmBH
6EHja8RFvZ+nB6j/APyVLf8AmFWM4xSuXOPLy5x5eXOPLy5x5eXOPLy5x5eXOPLy5jjy8uYP
xx5eXMH448vLmD8ceXlzHHl5cwfjjy8k91rlttE8rkKEBJJ9hxJrbmy8Fdzwl6E0b4A/DLce
dnNeuprHXXCkWoknqlLSW2kcgw0sUYBZp5SVJVQWYlUA9PH232W4PDwyj/V1OHuHwHIeZ5/B
YzitVLW1ApKfIHzPM+Q/lUQ8Wv29vOHxQXytsnKCmk5ZaQkJhjr/AC0nv1YmfxmU5jpsjHpj
DMP/AHzOwhxH2mebiLuj5/wnFD7NQxgOqO8fl/PrCrJSeHDUHNvUbXzV92vGorvUnrlrrrVy
VlQ5P/PIWb9M44xVXxq5uTcrQRhkY0sAA8MKStNeE22UCL5kIYj5HCaXjDzsvdojK18h7Tb1
H+7x/wDwvAT+IyHmol5TzTcsrZTD008f/wALxQauQ7lc1FK49EUEY2gT/wCF4r/UP6r2pZl0
rRr2gX+XHO2f1XLlehpqkX/yV/lxztX9V65XR01SH/yV/lx7tX9V65SnQXJG489OYlu0hpih
iqLtc2PrkUiGjjH455WAPTGg7nuSQo3IHDjhFDU107YIdz8AOp8FRU1TKeMyynA+fgFti8OX
IHSfgj5DfsahqI6S225Jbnd7nWSiMVE3QDPVSknpRelBt2VEA9sn71w3h8VBTCFmwySeZ5lf
Oq2rlrJu0ducAfQLSn9qf9pldvtNOaUWkdFyXGg5QafqOqnjbMTalqFbasmTGRGv/lRt2B62
AYgJj+O8bEp0MPcHz8fwtvwXg4pGdpL+8/Lw/PwTFyY8OtHZ7ShngUsVGcjj5vXcScXWaU6e
9Hc/JK0zD/5Hj/8AheABxCUc1DtCmG+cgbdWVMNLSUD1ddWSrBTU8MfVLPI7BURR7sWIAHye
DaSsnleI2ZJwvGSwLnGwC2zfZmfZ82bwNcpZJJ6Wkl1zqYJPfK1AGMWN0o42/wDeosnt+Jyz
e4A+5cD4Z+jpwJMvO5+w8AvnfGOJuq5cfsG359614fbkfah1HiQ1lW8h+V9yeTSFtnMGrLrS
SHpvdQhINDGwOGpoz/xD2kkXp/Ch60vtBxgZgiOBuevh5LQcA4R2YFVMMnYdPHz6KoPLjwr3
G32xJqOtuNukZOgmkqZKc9Pfp9BG307cfP5OMhjrArUO0ncXUl2a587eXRL2Pm3zLt+GEnTH
qOrdSQMAlXdlOB7EY4vi9ppgcSEe8oV9HSv/AHRt+AWwT7EXm54guc2q9W1PMTW9TqbQOnqV
KGmNxoYTVy3Byr+moRFZljiUlg3VkzJ2OePoHsxxCqrA58jrsGM9fPyWT9oqWjgDWwts45x0
8vE/RD/2zf2ztZyPvNbyc5N1obmBtFf7/GiyJptWUH7vDkFWq2VgSxBEII7uQEI41xrsLwwn
vcz0/n6LnA+B9vaoqB3eQ6/x9VrY8P3h1muNY90ufnVNVVSGeaaZjJJNIzdTO7NkszEkliSS
SSePlnEuJ2wCtwSGiwVn9PWGOxUKRIoUKMduMnLIXuuVQTdOGOK1xcwfjjy8uYPxx5eXMceX
lzHHl5cwfjjy8uY48vIR5qcjdPc50pFv8NfOlEHEawVslOpDFSeoKcNuoxkbcMuH8VqKK/YE
C/UA/XZRcwO3SflZ4edM8mbhU1Ngp7jBJVxeTIs1fLPH09QbZGPSDkDfGeJV/GamsaGzkG2c
AD5rjWBuyZtXeDvQuutR1l1udFdp62ulaaVv2pMFDMcnpXOFGfYbDgmn9o66CMRROAAx+0Lh
iaTcp60f4fNM6E0Zd7BbqevFqvkbRVMM9bJOMFCh6OokJsfYdwD7cDVPGKmeZk8hGpmxAA53
zbddDABYL3yR5G2nkNpiotdolralKuoNTNNVMrSO3SFA9IAAAH+J9+OcV4rNXyiWUAWFgBsv
MYGiwRljhYpoJ5teHjSvOny5L3b2+/QL0w11NIYamMDsOofiAO4DAge2OGnD+M1VFiF3dO4O
R8PwoOYHboSqfBhbbzT/AHS7aw19eLWGUrQ1N0/dYA7H0777+2OGLfaaVh1xQxtd1Dc/VR7L
qVJegOXtm5XWGO2WG3w26ijfzOhMkyPtl3Y5LMcDcn24R1dZNVSdpO7UfW3RWNaALBDPKjw3
af5O6uvV6tTXCSqvZIZaiUOlOhfzCiYAOC2+Tk4AH5n8Q43UVkLIZbWb054tc+5RawNNwj8A
gg47cJ1NRHcPA/y9u9W89TQ3meaQks0l3ncnJJxkk7ZJ240TPaniDBpa4Af+0KvsmrAPApoG
SqR6iPUNZBGcpTT3aV4U+ABsQB279uJf8V19u7pB6houudi1SppnS1v0ZYqe2Wmip7fb6Vem
KCBOlEHc/qTuSdyeEM88kzzLK67jzKsAAFggC1eEPRll1NHeKePUCXKOUTeeb1UF3YHPqPVl
hn2JwRtw3k9oqx8Rhdp07W0tUOzbe6cOZ3hn0nzg1B+079T3OpqRGsQWO4yxRKFzjEYPSDuc
kDfimh45V0cfZwEAf+0E/HdedG12SvcHhy01TcvDpaP9ux2Yz/ePLW71AkB6enoD9WRHj+D8
Pvjjh41Umo/VHTrtb9o+nXx3XdAtZeeWXhq0ryfvLV1ghu1LK6MjRvcppYXyMZMZPSWA7EjI
9uO13G6qsZonIP8A+UA/HdebGBskWtvCXozmJqaou93p7zVV1RIZC37VmVIznOEXOEXO+FwO
LKX2hrKeIQxEBo/9I+fX3rhiaTcp/vXJqz6g0BTaZqpL09rpcBSt0nWokA6tnl6utweo5DEg
7fA4Ei4nNHUGpaG6j/6Rb3DYe5SLRayDqPwQcvreCKejvsAbciK81CZ/PBGeGTvaniDv3Fp/
/KFDsWos5UciNN8lf2h/s9SVNO1zKGoaapedn6OrG7dvxN+eeF/EOK1Nbp/UEHTtYAb+Sk1g
bsvPNTkNp3nPJSm/x3OdKRSkcUFfLBEcnOWRT0s31Izx7h/Fqiiv2FhfqAT8d15zA7dZuVnJ
WxcmqWqgsKXGKCr6euKorpKhE6c/gVjhM9RzjvtntxGv4nPWEOntcdAB8bbrrWBuyIb5ZotQ
2WqoKhqhIK2JoZGgmaGUKRglXUhlP1ByOA4pTG8SN3Gci4+B3XSLiyjW1+DPQtkvaXGlgv0N
dHIJRMt6qA7MCDuQ2TkjfJ34dye0tc9nZuLSOmlqh2TVKrZJz88IFYusH448vLmOPLy5jjy8
uYPxx5eXMH448vLV5L4xbfC4B5i+I4shx6bpbT1b9+/+sj6cfrH/AIEqhvR0X+yRfNjxiMj/
AJsvxanOl8U9BXVEqDmN4ilGAxH7Ut46clV2PfGc/lv8jjv/AAJVG/8A5Oi/2yKt3GoxtLN8
Wp3pvETRSOHbX/iBkG+C1zoek9OcjZh8b8ePsVUt/wDo6L/ZJ+FBvFWk/wDNm+LU+6a54UdW
q51xzzLkABJbjSN1Z+oPfisexlST/wDB0f8Ask/CLbxNn/3Zfi1PUvNyhJGNc86Sr4K4r6VQ
dx9ff8+Cj7DVVr/o6L/ZJ+FWOLR3/wCbL8WrzHzmtyyvTtrTnV1sCwLXCnLEAE7DP0PAUnsb
Ug2NHR/7JPwjY65rhiSX4hYZedFDT0sjHW3Ow+W52FxpSTt/ezgjfH8uA3+yVRfFJSf7X/hF
sqm6cySfELqz87aSamaQ6w53tGhyXevpdgSBvg/1+h4Hb7JVBv8A+VpP9r/wpGsaBcvk+IUs
+DOOj8RvjL5X6Kl1NzPqqW96hp1rKetr4PImp4i08sb9JyVaOJlONyDjjzvZaSLvzU1MGjfS
11/dcWv5qMnEAI3Fj33tzIU4f2tTnhd4+c/J/lr+0b/btLpaKnUjw2x0jWqq2nNMhfq2JijR
go9vOY+44InpJZrBjWED/qvv7lXwMsY10hJB2xbZa+eVmr7FYKONTfeaayAHJhqKXA3wPf5x
+p4AfwGqdtBTnzD03krmn+5/yUlW/nVbDTIIdV83gSmf/kylzsfffbbP5/y4Df7OT/3U1N/t
f+FOKYu2c75JRLzSpauTp/2y5yRlgGQLcKZS4xnbf/H/AD4o/wCHZh/9NTf7X/hMWRucNysN
RryCaMRrrnnWpPZluFOSfbOerjo9nZv/AMPTf7X/AIUJA4dV4i1cqVWTrjniw7dP7Tpse3/N
vx7/AIdm/wDw1N/tf+FDXY5JS2TWiRS4fW3OkHAC/wDxQpgP8e/HR7OT/wD4am/2v/C4ZQOZ
XT65hNMM615zqATkftCm6vyO/wDnxMezM/8A+Gpv9r/wqDVs6n5Jto9cRzSj/wCPznipU5IN
ypce/wAn/WOCIfZacn/4al/2v/Ciapp2c5FWkq64651PatOaf1FzovV9vVTHR0FHHX07zVUz
thUG+2SdydgASSACQf8A8LSxt1vpaS3/ALX/AIQ8lS1uS9wA8Qt7X2a/gLpPA7yZMNxulw1H
rfUHRVX2619R57q2MrSRHsIYssBgDrYs57gC2mpIYcxxMYTvoFh+fisvXVr6h+5LRtdaa/7Q
B9urReLfWVfyQ5XXu9R8s7FVYv18srqv+1NVExzCjsRmiiYd9xM6hvwIvVKeCeXuRhpB/wCq
/wBk64TRMjAmkvq5Wtj+Vr60hzLsWm4E83VnOugkOQTRVdEgU7e7H6jhfNwKpcLCGA+Yf+E7
dLy1O+SLqDxL2uGQgcx/Eio22W6UJA+Bjq2OOAf+GKm+aem/2v8AwpNdY5c4/BP9H4jaGena
ReYviIwmOrquVCCoP8R37cS/4bm//DUv+1/4VZnF9z8luK+wD+zzuaWui8QWub3zHuTXilYa
Ps+qq5JPu9O4wbm0SbB5VysPVuIyX/8AMXBlDwmOB2qSGJrhsWNI+Zys9xfiRd/Qicbc/wAJ
t/tHv21MHhQ0lNyI5dXWug5k6rouq+3S2OFqNJ26RdgjkgJVzqfQdzHHl8BmjPDOVkrm2itf
xv8AZC8Mo2yHtJb2HS2/vWjflVq2yaehR59Q82aRxlVWknpFG3bBY8Av4BUubcQwHzDvwtQ6
ua02LnfJShRc/bbSI0Ka88QfpHVtcqFQO3vn69vpwrPAJsk01N/tf+EYyNznBt3JdbOcy6om
pbfbtZeIOuutwljpaWkFxo2kqp5XCRxqAfxMzKo/McVt4NIDb9NTf7Xq+SjeGl7nOAC2cfaF
ePm3fYNfZ7aQ8P8ApS/3m9c9dXWuSsuV3M8dTW2M1JPn3GVmPT5xfqiplx04g6+0YDPmQGGI
Mp2NaeYAIb42tlYqJn6yoMstyzl18BlaVNCc0rMtymrLnqjm2ayaYzVE8VZSvLJI5LMzO7Es
5OSSTkk5PfgdvCah5uIoT/7g77LSyTta2wc4fBSVYfFNZKxAlFrnxBxrgnpS5W+MYA3/AIv+
nFrvZmci5paQ/wD5X/hL2z6nfvf8lJXLnnzTX9o1XWvPRl2waq40WWyNsgN9e/0+vGaqfZqV
riRT0/uD1tOGntGi4B8x+EW37m7b6CEE635uKE2JS402T3+Tvwtd7PzjaCH4OWkjo2nBbH/+
khur5621SW/2652qGJUFbjSMM/Hf/WOIf6JUDP6eH/a5TPC2nYR//pJytnNOkulKfK1xzoLK
2T1XGmLb+34v9Z4sp+GSai11PB72uSni3BJIwHi1j/03+/VIL5zMp6Wd1OvuehD+seXcKUBM
49Iy2ffho3g0jtqam/2vWaNE9mXOPxSewc56OsmUrrznm4d2jw9wpCu35Hb6fnxePZ2f/wDD
U3+1/wCFQbHYlEx5gRijeVdXc6WWL1E/tGm7Z/Pf2H68ED2emA/+Gpf9r/whngg/ud8Uro9d
RXK3sV1jzgVvbFwp+tuxGN8DI/1ngZ3s/KTb9NTf7X/hFMheW3ufivEeqcOwXWPOlkk2ObhT
+jb8QOf9Y4k72fkaP/hqb/a/8KvsJCd3Jxt13apYH/bDnCM4HVJcKcL/AI/6zxWeCyDP6am/
2vVrKKRx/c74pXLEJHdV17zaXqIwf2pAPzAye+x/y4r/ANHlG9LTf7X/AIRLeDyP2kPxWRrd
LGkUh1xzcAB6sG6U+ZM9gf5DYY7njo4PJ/8Ahqb/AGvXncEmFj2jvikH7VqGj6TqvnB5ZGA4
uVP6h85zn/D/AB4vZwR5/wDpqX/a9L5aGdm7nfEJWbu0Ksh1dzYMp7ZuNP6cDcd/n3PHm8Al
ORTU3+16qkhczDnu+IXI7oaed45NY82yFyzFrhTlVAz3wfoT+nEH+z89rimpv9r/AMK2CMh1
nvd7ykt21xDGZP8A47+bMcaEZ6KynJPpznJOQO/0ztxyD2cqHf8A01P72v8AwiKl7GjDseBT
X/4kUz+UBrfnGFlAPUa2mAUgdu4/l75HF3/CtT/+Gpv9r/wqmVkd9ysNz5l09NREnWvOXqII
Mi1tNg7Dfvgd/bi4eylSMmmpv9r/AMKo8QjdgX+SQw8yKdx1R6351yDLH/7aUu+CM7Z7e/HP
+HJ//wANS/7X/hSD9WxKx3PmdDE/l/7a88IiwztcKXKggH3bv7Y4mPZmc/8A01L/ALX/AIUt
Y6lYaLmKrsEOuOefQMFpGuFKcdtjv9f9bce/4Yn/APw1L/tf+FLtmkblN+reYkVNpO5M2vOf
oCRmQy09zpRKhxgKm+xyP58ck9mZ9P8A8NS/7X/hUTPBYcuGORVcpPG5pxGKnmj4plI9jeqP
I/8An+Fv/D9R/wDh6f8A2n8LM/6jH/8Ack+IXI/HJpxcj/xS8UZBHveKL/5fjw4BPf8A+Hp/
9p/C9/qMf/3JPiE4w+NGxVdMJ4OZ3ihkUElgl5oSY9/derOP58S/4fn2/T0/+134Um8QYBqE
knxCdbX42LGoQPzJ8SSlSWzNdbfhx3/v7j4+M8UP9nZm979PT/7XfhNKPi8b+5d1/GyeKjxY
W2J44G5heJQPKA6n9p0HUAc426snYE8VHg0236en/wBrvwmYmBxqK7l8Tdu+4NJPzI8StKUQ
Meu6UIZ1IzthsDb3+h+vEhwGY7QU/wDtd+FbZxbcE/JJx4k7SZ/Lfml4mEaTHTi7URBz8Hq/
0eLWez823YU/+134VMsTmj97vkm9vF1bdPXGJ35ieJyrVsjp/a1A6SAZ9urY7Z+ccRk9npdJ
/oU/+134S4yua8HU8+8J0ofGFYLRBDXjmH4kKqguD+Usr3SikWjcnPQwL5Hxv7Y37cRj4RJf
Q6np7j/0u+Kqklt3mvfY+Ix4JdqHxB2itoPvFPzQ8RqeVk4gvdEocdwcl8H/AB3+SOJy8ElH
e7Cn/wBrvwux1Gvua3j3hZuVPjk0/FW1EVTr3n5O1OuJxcq+hboQf+aMN2XfOPbffiUfBJW2
P6enIPVrvwvGfWCzU8OHiP8ACniHmdTVJSSLV/NiSN91ArqbpYE7NnO4I7exHDUezc1r/paX
/a/8IEVjTjtJPiFlqOZFOkjIdV82gR7ff6dST2x3+dvbiH/Dc17fpqX/AGv/AAu/qhf/AJkn
xCTPzLpmRo/9rubkbDOAa2nD98Y7/XiLvZyYf/TUv+1/4U21N/8A5knxC8UXMFKyRVj1dzhZ
mXBP36mHSe3bO359uBZeByNGaem/2vRkEmsgNe8+8JVHrqF5GWPVvN+dwpcoK6DP59+2Nx7b
/ThXJwiT/wCxT/7XJ7DTvdzcU13rmVDTBlOr+cayAA5W4Uy7H+IZbH6f9eL4uBy7/p6f/a5S
dERi5Q+/PS3xuVbXHOzqBwcXGl7/AM+L/wDRJP8A8PTf7X/hV9g//wBSofV1DOVZiyEkNsNm
9z/r8vpj9WvhXxoEop5ewS1lxcyKjLhcAPlmHXnp+c/n+u/A7maRdcaHE2I+al602UUto87C
+YGPpKj0/T8wANz8cJ5S65ITJkQDcp1sFFHS1jglkUYxjYYLYx742GM4z6R24Np4ha6Ee4h1
kTGMyhBjCSDJQsPS2T3+PVn+ZI78MXsAbhRiBLsrJRUy1VSUKEvGyovU2CO2d+5O5GPy4Uug
DjqTuJ2kaUuqbJTXCBlVXRnxGIwMKp9WB2+h3/6cVCiaQi5JrAG2UvpNIJbkUxy4DKrZOQWz
gEfTGfr+XbgV9AWZUG1Idi6kPwYa9pfDR4vuV+uqycRWrTmoKaaumc58ukkJgmfJH8MUjn6B
fbvws4pSEwOaOi6y7wWjmtlv9po8ClV4lvC7prmzpilkud45RSTVFbDTIJGrLLUiM1Egxuwh
aKKbb/y/OPGJp5NLrFWcMmDZDG7Z31WlXRtNBc6eJiYpEiUqyRv5bSLjP4s9znGd8ge3fg2a
oLRhaalow99+iKF08slNSxhI4pYZBKrK+FY98N0kggf1yB37rzUlxuVpY6FjG4C6/YlTb1xB
IwgJdXDZzGuTjpOexAGzdsfTiTXEq4BrTjmiCz2dIaEzLOzg4HmMPwqBuD/M7jv9OCWNxdCV
DQdinvTdmCUCFlRnHfPp8n3xn3B3/QcS7I3uh7M0kndLqNKW6zN1dEZTGMDHWcE529xxW/Ds
KgRhzSHLu52aBJ1YCR1KDpkKdKMR3yf1P9fpwfE4Wyk0sNnXCDrzOtmnd5yhSMkMFXqbIY9s
b427++35cGMI3VNiDZbovsS/sy5vD1o+PmtzBtkcHMLUdKVttDKuX05QSD8JB/DUzLgyf3V6
U2JfKevrDKdA2CS11X2h7Nuw+aql/aUftsKixtdfDTyfu/RdqxDSa7vtHNg0EbDe1wSI2RMw
yKgjdFYR/iZ+gBrbonhlBq/qybclpR05y8jp4I8q4l9J6ETOR2AA+u39Prwxgjt3loy4CwRL
NolmnDRM6MGUB8b5U5Kk/Tsdvj64teeqKZGCAQu6nSyPXMY3hYnpJkRR1KB/FjfY4xj2z/Kg
zFXmnAF1ef7Cn7K2X7QTn9/tHq2gablLoaWOS7u4xHfqsMHityNjdCAHnwdoyqbGUYqllFu6
kHFKk0zNIPfPy8fwtz32vX2mFi+y08KjXelpaW4a31AHtWjbH+GOoqQgzM6jtTU6lXfGM+iM
EFwQGs9Q0bqmTSNhuvl2qLTfudHMe96q1Xca69ak1JXSXK5XCrPVNWVEjFpJWPYZycAbADA2
AHBcTmtyVt4uHutojCXVun0o4fLjKP1OPU3pHcncfG3BhqhbSoO4U/8AcuqCvLI8kYRySSwK
MA3btg5z77fTgWRgIyjoJzCe6E+cvOaV05F8yLHrPT1THHfNL18F3tjvEtRHFUQyB42ZH9Mi
hzuvvkA44C0d5MpdEkLo3XIcCN+qCefuv9ZeLLnTfeYGvbxVah1NqOpFTcLhUsFBP4EjVV2j
RFCqkajpRFAHbi8MF7hIW0jY2hjBa3JIaPQMUbOjorpGyhmTfp7+k/PYZPt/PgyJ1shd/S6i
Grlio0kdcRNBlenLKMAnbGR32BJ/6cWumuiaeksMhSfp2/x2eg/cw+vozs4U4GRscfBH/wAN
+XAMsWtOqV/ZCy9avvktZSBo5nTzCQAWUdKkEj8/cDtv9OJR0osoVNcQbgobrXkFZTuWcyHq
VsY6UIGAMd9s754tdRtOAhI+KPa65OFKnIjUa3CNo6uOJnTZV698MMDbsAO+f6cJ6ugDHamr
SU3Fv1EXZyHyRTra7Uv7LEU6BGiAC9HSvmLk7j6bjOMdv5lUcIOSkPEnlosEMafu0FtrvLlh
jihDiNutSST04U9IG2cfXhg4ABJYMnKlbTr0ppYi0gPclAMsxzjp9/1+MfXiu9zpRxiDRqBw
l1suNIZzTrFBGWQv1ybBgF2UZHVn1AY+vfjxpSBcq1tWCQ1oFky3a6S0JWZYAaaRh60Yny+x
BOPjbb5PA5ZlQfMB3uSc7ZXzT0oZj5ABPS7ekDvlj8A77n4HHuxC4yrNxZPVorqGSnZXMiVM
id+jpCkZ+Rv2/wC3fiLoGnCKp+I2NnZuuVlWaOhVlqeuFTiUsOpm75H5H3J/z2IbTMcMq99a
/wDtWGa/xmtjjZyqSBf3aIT+pBG2SO532+M8SjpmDKDqJ5HGwSuWb7/5syNLDFEuSxj8sYwM
E9WP+/BsMbLWKUz6tRPNNU1bLcxKnVDKjsUdywDIckHpHv8A9P04JEIH7EI4E/uTXNpim+7z
RmWOV5FcMjkFcHYgA/Q/678Fth1ZKGdjASuHQVBXUgWaWESUkYIRiBIwA/CBnJwD2/68T7Gx
uFWBfCW6e5aR1WTL/vFPMuFVQRlTjv8AXb9M/XipzbBSb4Jzr+UFDYOitlCRoinrHVkDt39h
334AMYGSmUQJwFH9+1HY4qyppk6JvLyylGXOPpj8j+gx88Uuc26aso5bYamms1DbqmghPSsb
VHYvIP3mQD2wDuf6HjxmAFlU2icDkJvr7lQ18L04ZUeIH93nJyMAEDsdiR7jP04g+duxRDeH
OcLtGFrn5l2RbDrq5U8fpiSdyiZJaMFj6WyScj3yc/PC0OvsvmNdTGCd0Z5JkChvnbie6Dtl
LbTWVNnrUqqaQxTRnKsD78cOcKwRutcKUdBW22816C4efUU1qulPTM1KnX0eY69ABOckr77Z
weo4wMESocWWP9vNXRx6rnYp1tV/NhuiUdbR1CmnJIKDMp9Jw5JBQfix6RuCOBsDvN2Tynqn
uOlwynC5a0pJ6M+TTtHHh8wumQO3Sx7EkD0//A/zqMvNa2Ast3vVkh/a1Lcafy1jRR5uAegK
VAA2Gf4Rt/IfXibX2KKEbZB3Sk1esj0LpP0zrAwA2JUg7kED679/njxluLBUzUB3tdNlmqYr
BVTxVFNJVWatXFTDjLKufSy42LL7fkd+3FTruyDnklVXRNg1G2D/AISu40E+m5qeCac1doql
67bU+ZlJlIOxbOSc+3fI7ewiXF7ehG6EjjDCL5B2KZ9UUk9JVivtrmmqqeMN0jcMMfgJxhu3
Y9wOLaVwtpdsUNXsP7mfuHzU/eE7ntE+no7XWT0sdCwK0pkJU2+YkD7u5J2hY7x4/CSV7dJ4
YwVL43dg73FUwxRzM7ZtgdiPXXl8FM0GsJ452xTmqPYASBXwB3X2+Nvy9iOGbNRCsfBG1Omm
by+o6heidEYAydWFYFc4UgD3P0237cUTOxZXRUoJwpAtNPH1CPzC0sakMpBw+CDj32w3uew+
duM3VyOv4LT8PpWAYGUmvt/oqO3y9XQsqQqWVAAuNwMnGf4SOOU9I8m/1R81VG0aefggTV+r
IWimg8pRI8a4AX1KcqAMd9hv+n5cNGU5wgv1F7oNjp6Dy164anqxv0dPTn6ejtxZ2IVwebc/
kq42XQNRNTLK8cgwCAS46lJOQW9vpj8+PvbahpbdfEBTOa7a3mivSNjFqqXlnkLxx4foOepD
ncE4/wBbb8A1FRf9qJipbZcpEtlzZ4RGqKcKSQ2R0gf675/XOOA+yupPlA2TtTXUxuhdUVwp
QFV/EO/ScfUZ34ZQMLcJZJJc3S6mu8FQrRM+MgYBwcDYfPyT7/48TLH2spxzs3SqDUXkyCYC
JpQoI6c9QBByMg/BwR75+eFdVeNpCdUkush266i1g1MyPESQWJ3Ib3ODttkZxt/04FNSTm6K
O1hlLm1fPUzRSl2lAlLb7A/I2PbGP58dE9zY5VT4iBdO1Y4vFq6G3UwqnqUuQDnCDO/cnb89
t+AK+TBsjaWNbTvscPtj7RbdLWrkrznua26aiVaDTGo7g4+61tN+COiqpG2SRAAiSOemRelS
QwHXg6uKzyQra7hr7dvEMcx91Ev2qH2FV55D6oufNDkXa575oardqy6aUo4jLV2DqyzzUijL
TU2ST5agyRZPSGT8A+suFijuE8YAIZMbHr181RXTl+p7tTQAPCUcdsD1Yzld/g52+ccXR0ze
a1MnEHHCeDZlurQvGZGjYA9GwAOe7HvvjA/PgpkQuqXVJIThWxTWu2w009P5bFeqRHQjpDAH
bb39IGNz1fTgkMDRcqH6gkabJstNfWXENkyNGGXIC+o9jjA2+PfOx4rmIDbqEL3OeGtT0kk9
MwkkZpFhkxlu3UcY22+p+m3CmSpbrsnsdFIWElZqrVPUrYMioB1KWGeoZG2Dse2fr8cM6eQE
LP1kTmHbxV4fsSPs438QGvI+cWvbQW0lp2sLafo6lP3d6uEbg/esfxQQPnH8Lyge0ZB5V1Ia
3s41luIVRbeMbnfwVhPt8ftd08AvJhtCaErEfnHrejb7gyDr/wBm6JiUe4OM/wDEJDLCp7uC
5BWMgrWMuhuHURmdqd+0fPwXzy6S5ay36SW63Kaqq6ypnd56ieRpJZ5GZnaR3OWLsxJLHJJY
nOTwwZGAtSBjCel0/HBO8tOq4YYZACOhl3OSPz32Hbbi9ruQVWgt7y6vUFTRRKQsqx9TdStu
VOcMce2QCMf8oyMZ4qeDclFsnwAMevWESeGnwt6o8aPiB03y10lB13zUsqrHUuSae30oP7+r
mC4YxxoOsn+LZRhmHAclwiZK1kMTpXnA5fZfTpyz0Fyw+yY8CyUb1cFg0Fyzs71lzuc6ATVb
KOqaqlxvJPNIc9IyWZ1RR+EcDk3yV8/mllqpy45Lj6+C+ZLxueN/U32ofjGvPMvUKVFDaVYU
enLS8wZLJbUc+XCPYyMSZJWXvI7Y2VcUm+6+h8D4a2NoZ8T1Uo+Bnkby959+KbRuiuY2r6fQ
2kbpM33muaVIXqpVUeVSCVx0QvMx6RI2w7DLFc0NcXOsStjxUSUNA6opY9Txy3t4+Nun8rcT
43v7OvyP56+G6excstM2flnrq0RGay3ykWRvvMyj/g15Zi08cnZnbMiHDKTgqxmeS+SUntLV
sm1zu1NO4/HS3wWtH7Nb7H9rDLrvm94r6G5aB5T8mZJ47vQ3FxFJqKsp2KywqUPU1KrdC5jz
95eREjJHVxISG2U54txVh0xUWXP6cr/f6c1SvxZ+Ium8Wvim1LrixaWteh9N3SpjjtFgttHF
T09to4kEUCsiAJ5pjRDI64y5buBxNpR1BE6KMMcdRCR2m1q8ChYJIjIuZHBCqpL++AfY++fj
tnghjcYRD7E7L2trRqxTKAoSUB185elSqsSM47ZK77gZGdgeJ62hXMY53imSr0/5NDTmNUlH
VgzFx6wBkntuRvkfT4OOBxMEzZA4DKeLBaZa2JYVDl0IlAVwSq4Azt27nuNz1e42LY6+EK8B
puUsrEUXGYzJGlNG3QcuTgbjJ/X/AD+ccEjwS6Z1yOa7uFlRJfMWRKppA7hlbpaJSOnJ+cg7
jvsPrwRGBbKBlLr4T7y0sMlFWGsBQK3SHDZ6jsDnsMjLBfzYDgKtDSLBM+EtcXA3T3rWqWpu
8UpnEUbq4ZmYfhI2BI/w/wDbwBTuDSmfEaYyC6SaWEF0vM1NSmSUtIwdYScqgGSRkbE4I9/b
uM4vkk6JPFByUlzXSltVfS01NVRu1SoWIA9eT6mBBGdz6tgNgoO2ccdZYG5Vz5LdwJXaYqvU
cfnUscEcZjSIgMY3AYDDEjHx/PPF/bNAyUK+mldlg8PRTonKeqt8fUJOtpXBRvJDqHCe/Sdv
c4A9u+3AzqqMctlZHwedw33SiHSlxvN2odOx1lAKm4XBKRZ6mpWKkiLyrGrPKfSkYyCWPbJJ
HFBqWnJRbuGvjicTnTc48Oi2fcwP7PLYE8LMlDpjVNdLzZpoRUJeKyVlttbKME0/3cZEUTAd
KyeqRSeolhleIdob3WHi4+4Td5vc6cx436qg/gw8F3MTxTeKm48obpbbjpGs0zIG1dJVQ5ew
QK2CT3WR5SMQ91kz15KAnifb4sFo6jicMFP+oB1X28T+BzQr9tvzG5S8gvFlTcsuSlpNJPy/
t62/UtXFVSVTXG5MyuVdpCyl4VwHYYJd3UgBCOICUjdX+z4qaiPtal37jjAwP5PrKqJP4gNT
6roXpZ3ZyOmV2wzBMnHr3xn2Ax2APfi6GoN8rb1PCorXjHx39fZPNl5x3eK1tJJN09U3QwJK
7erpOx2OVycfP5cM45+izdXwvJO1t0mu/Om608fmSmnhC4kM6kuG77Due4I/+B22yeC/1Itc
Ja3hbie8meDn9dLNWJWJVBp3jV8rj+ZBJ9zsP64xxQ6ucP2oyLgbX2Dt0b6f8dN7okEgWmXC
Zj/3bCvkb7j+Wfoe/cUzVkhFwcoyn9n6cPu8m3romnUPiP1Fr6WpjecQwNEGUIzle4y3cZb1
Hf8AodhwtdPJs43TpnD6SO2gWUfyaorVqZGhfJUNkSqHfL+nPfA2I3zgYP6jOlN7o5kbdOke
dlnptY1NRWYdpZogoRCiBnJLrjvkkEgbZ98fl5stzYql1MNwMLNW6nmhuccUElQZZMs6ucZI
3GAdyB9difjj0pJGF2BjRuq3c86asp+YN0eTq6q8LUP0yE9fVuxIG2dgDnfb5zxCn/bYr5B7
XwdlxF4BwbH18EDxQlWIZT1fB2+vBBNgszE0F2U7UsECSyZ/eoE6VZsqSSPYfQ/z4Ce53JP4
Io8g29/NO0VuhjokePeUepCh9ceD3z+f68Ddq4OyU7FDC+A6Rm3Lcbp6ptbQ32nitupjVNTo
7CnuUJYS07Hv1r2ddhnbOB+fHRG4d6H3j8JFLG1r9M+3J23xWK8UNbo1Ifvckc9HWRhY6qCT
rimT2IPYZ74z1D33GB6MNly3foi46p8ADZNuq92eZzTB4WURqVBfr9PrBHv7n4/LiTmFMqbi
OgXafH7YRVaKdrorjzJvNjZenoX0DGTg5Gfnt7cCuGMp8OIh3eS+stlI9DEVmZqgsAzNKMyD
B7Z77jHFdyTlDyyNPdBQytclmtEluuTK9nnmLx4z5lJKWyXT+6NvUOx/pwSWajrbukthGNEn
7Tt4Z3Xqptb0RS11kpNR0h6ebOEqFwPf2Ptj6Dgdj799m3PwVjoT/wAp5zy8fFeqfltddJeZ
daWAPSr+5qopCMToSB04+hIIxuDvtseDmya22d/hB/onwO7SPPIg8/mrAeG7mCt0oTbqmplw
MtQz1EvqkVsAxMSQWmBDen3Vcj34Z01TjQ7cKuWHILP2nb8ealbTd/oLIzTfdpKcMOsCKX0v
1H14xtgE5/Q5/FxZIdQwiomO5pxv/MZYqWMUA89/JLZDehs5IJ3/AAEj433PAzaLWe9hMW1v
Zt7p5eroFreY8goollKxUjqsbpnrYH8/cYwM/Qd+GRpNCCFSZO7yKYq7VK1MrMyBhGelv4lQ
gdwf5fXt2yOJsp7jCsbUAG6bZ+YHlTurVcKMrEFWmkyp+D6eJCnHijBUnw+CHLMRcKeClpR5
zszdRYjBPV2BHsfT332YbHfjdsf2Y1A2WBeHONk3o1RTXB5JFkKxN6jgdK7n8tu3zuPji+N4
fhDzhwubI40bcllmhhlckIXyMgnc5HtnHc/OR9ODAbApbpJdYolptPitxIsweJEI6mIzkHf6
HAx+nBMJQ8kQPNeRa6hYwx8uXK+o9lY9Q9WP6/4d+GGsWuUL2DhgJuTrWui8tWYSruwX0g5I
H9c4x+fCniDw8aRlMqCNzHhycogop1jIRCWY4GcFtwRjO5/L34RSMzdaGMjTZe7HVKalDGob
pYdIO3Tk7jc/GPn+nAhk0uwiGw6t0WUEpiVXbLCQelXOe5wex9sH8sDhbM5zyblM4o2sAsst
ZpunuqjzyR5ynCNFjb+Lv3znG/yeFstKXG6YsqAwWKst4OftWuefgXWhtVBdl1zoSnfy49O6
hdpBTRj+ClqR+9p8D8K+uMZ2j4DfRFLKyip5zq/aeo/CmfmP4iPBL9o/Uz3fWNLf/DXzWq16
5L6lMJLfWTEYzM8IME4+XlSGQj+McDEPYbIWKKtpv2d9vT1n6qDPER4Ob94RtNUmpqLXPL/m
Vy/uc60FFqPTV3hll6pATGJafrZkYhS2UMiA7FhkA+/UuanlBVR1B7N7S11tiPoUJ6ctazUi
yGBKiCWmxhx7bgEKnY+r8O4G35cGNq9bbA2siTSGN1yL3Xen9A22ogWZkmiqh0+sSDy2Vt+o
n+uMfw/XhZV1Tz3QnPD6NhHaHBCU6vt6UNreOJ4yrRnZRgId/jJAxvgDOx7nhfEwk3K0LpGN
j8EV/Z++CK9+PzxD0unITU2/SlqEddqW5xJ5ZpaPrIWGM9hNNjpTI2Ad8YQ8MWamC6xnHOJR
08Rd/cdh1/hblfHd4yeX/wBkr4LJ9Sz0NLT0djpo7PpXTlKwia6VfQRT0cf91QFLO+/RGjsc
nY8JvlfOqankqptPM7n7r5hdZc0dYeLbnxfeZOvbnLeNT6oqzW1lQ6kRxj8KRRL/AAQxr0xo
mfSiAfJ4IhattDTsiaGNwApDo7YbdaJFhjQOw2YqCwHTuCfzz37ED5PBJc4JhHEy2EitmhXq
6WZ5JQJOoMAwIVmGDkkdjgd/k+3fiDH5U5aYFnisNbYouh2YdSyj1MUBbAyRnbuozuPn8+L9
Y3S18K3y/YP/AGaEfgr5CPrbU1v8jmTzDp46irSRR5lmoCFeGiHurMcSyj++VU/8IcL5pNRw
sjxSsMsmhp7o+Z6rXL/aeftN6jxHc7k8Omia5jo7QtYs+q6iAki7XdD6aX0/ijpc7j3nJ2/d
A8Uc054Dw0kds4ZO3l/KoNyt5fzWS2RSSwkl8xg9ALZznIPsQRuSfnimaQftavqXCOGOA1OC
JNe6dp6mk62SMyMMMpPXGFBA2XbYHI98A49uA23utbO2NsfeW4f+zP8Ajt5h849O6o5Pato7
vqSycu6OKqtOqpXMn3GGR+lbZUyOepmABaHHUwjR1bAVCTonEixXwz214XTwTCogNte7fv8A
nxUmf2l3wY688W/2fc1ToS63R5eXtd/tJcdN0u6akpo4yHGAOppacFpo0z0thx0l/LKykBth
ZzgtRHFUDtBvi/RfOXy1NI9IrM/oKrlgAT+e/wDTHxxMvsF9UhpA5tgjy318cNI0OIup0K+r
BVWBXB/mc7fPcce/UEDCOj4TfKkrwgeCPml4/uZMumuXNkWvqLaokuFxq5Vp7dZo36sPUSkE
guerpRVZ2KNtgHFet7lXxGqo+GR65zvsAMnyVx+fv9navfhB8K2veaHMfnrpykp9J2aW5Gko
bBPLDVVIUrHTiWSZG6pJDDGrCPOW/D88awjms1H7ZtqJ2wxQnJtk/Pb7rXxy9uEWoqZZWjCt
5ahssGAyRkYx2yTufgfU8HROsms/fyEd8tPDnqfxN827TofRttk1BqrUNUsEMRIVIwp6pZnb
tHHGi9TOewB2PY3PmQMxigiM0psAtmnLD+yuXKq02kutOcMFBdX3ansdiFTDDkAdIlndSwxt
tGvETWu5BZGX2hZq/px48T+FrG8SWkbJ4dfFnrzl7pfW0fMGyaXuBoI7ykPkCrlSNRMoVWZP
3cpkiLKektGSMdhEvLxla7hVUXQtkc3STy9dVIXgp+ze5kfaZ8xKiw6SakttksgQ3nUVwRjR
WpXyVjCLvLOwyViUjYEsyDBI4wiuL8Yho4w6XJOw5nx8AthH/wBijUlspfMoOe93S4kL1NNp
aFoffqwq1AcZJOMscZ9+Jdr4LFH2ocXX7O3v/hQ3zp/s9PPjktDDctNyaX5m0lF1M0NBUNQ3
BwBt0wVA6D7elZSTvxwSlMKf2hpJHASAt88j17lAGk7c1h1BXWW9UtVartbZDS1Nvr4Xpp6N
9j0SxPhlYbHB9sY2OeF9VWlq3nDKWKVuprrg7ePr+ETa9njS1yU1udpKzpKq8ZGCNzhMH8H0
OW9Q34BZVOd3icLQvo4mCzRn18vmgKPlPeNWUlSJQ08VRhREoBYoQSB1NtgdQHb37jI4v/Vs
/ddUvp3OBbZXz+yO+1C1N4cNX6b5K82ay5X7Tt7qIbZpu8v5lTU2OokISKimPqeSnZiqI25i
JC7x/wDDJhqWybL5l7U+yzogaqIWO5HLxPn16/Xatzd0Jd75y61cuiK61aX1xfLVJR0F8ntw
qhS1AjdaeWVAVaVYmcsFLYGTjuQSl89jcA4a8gcl8k3iI8G/Mbwt+IzUGjOZNNPQ6upKh6mp
q6hjOl3WUyEVkU7f8aKYkt14z1FgwVlZRUb2svsnBaymfGJYzj1grBcuTN1q0SSOWLobDMw9
Ic4B6TjfAx+fffPHYjYZK01TxCN5uBYeua8pyBvdasyRNEgeUyr1ygDpyd84x/ez7bD3xwT+
ta3BQVopCTZYK/w66lutZ5MdRNcJ5mjgpYYYzKZpHyAqLjLsSQAFBJ6gBvtxw1LSbEkKl5Y1
lxt1JV1fDT/ZaPEDz60fT3vXF50pytgqf3sdJc1lq7mqFeoNJDFhY8nHpkkDrg5UHbjj3k7F
ZSq9rqSF5ZE3WeowPjz+Ck/l34Bfs5PDbfv9keafiDu/M7Xck6U1Slgkq0t0FSzKqxxi3xSn
r6m6fXO5zkEAjHEdZ5lL5uO8YnGuCMMaOtr/AD/CvFS/2YPwtxavpLsKHX8lDTuJGtEuqJzR
1BwAFc9Inx3OBKMljnbAHS4ndJv+LeI6dOoeds/j5LRN4t+XnLy3ePjmraOU8M8XLO33qW22
ZRUS1SFIlWOXpkkdpJI/PWboYsSV6d8Y4i2O+63nCeIzOgY6oN3kZ9eSYbbyrks9bHP0QQxp
hYVBaQhc7Zdm6QWB7YPf6g8SDP8AoWjNb3O8tvH2LH2FWgOb/Kam5x86NOvqF9UjztO2Csle
OjgoxstVMiFTI0pBKI/pWPBIJf0x02K+de0ftRUMl/S0jtIbuRvfp7vqpS+2c8IHgt8B3gP1
1zD1JyG5XyXmWhaz6dpYrcKWquN0mRlpoo5I2V1CEGV2QhljikI+DxYeepmqH65nFx8V8qlE
Mlcv0KWALYzj6/PFrfFV22Kul4Zv7P8A+LrxS8vKfVeluUNzpbDUxtLR1N8raazPWgL1KYoq
qRJGV8jpfpCN/exvxw2Vsc5aRm1lX/WnLy88p+ZF/wBHamtU9s1Jpe4TWq6Ucjo8lLUwSGOa
IlSVYhlIypI22ODwrlbpNytnTTukaC3b7J85V8gNT+J/mlZtE6N09cdTap1HOKShoKNMzVEh
9ZYlj0qqjLM7FVRVLMQATxW17tVmbq2shh7Mum29erLatyG/sfPOyt0SH1fzQ5d6c+/xqz2N
aCpvC0xI365gYkEg9+jqXv6jgElup9VnHDuoWT/XsY9zWi7DyP2WqHmrypj5Qc/dYaf0dqeg
1jQ6VvFXa47valZYrlHDIU+8QxOWJjbBwCzZAyCRg8cfIG92X48kayNzm9pB7xzH5XenKiK2
07+XUiXzsLID+LqLdgAMj/H1YxvxQ5tzco2KY20hbRPCP/ZgufHiC0Vb9Q6prdJ8tbddI0nh
pr0k9Zd2iZQyvJTRYWIkH8EkiuP4lU7cWMpeZVT+MQxHTbUfDZQD9rl9lYfsyNeaOsOpNcaS
1ncNW0dRXxU9so5aSqtscciIJZYpHYCKRywRur1GOTb054sMekptQ1MNcw3aRp96pzLbYNP4
pKgzSUkgM9tkwGeGX+4CNwQAMHvjGO3A80el2oe9SDQ09iTcf2n7fjwwjnS2ovvOmIxVLJHX
RdQ8mVMNOCR1FSdj7DJ/wxn0RHW6IJJBBGUxs0Ola2rnhWZrXVMDLEXw8bYP7xCuMMrYO3bA
PzknUbgA7IN9MIQ57hdruX3Umcqeak2tUe0zS1EdXb4BIszEhqqnZhl8+zDOGHv1H4OHVGWy
DTzCWSSuYbbX8eSdqq/mhxGUVvNhJTGxkXDAE/GCO2f4T854N0EbrhfcdUOXCpae21Esfkkk
qAOvqHbuR7+r+7j44nr1YUw22UqpY2WQLM0Uk82ANhkHHc+2d/buccTaOat1HonRoEgYp93r
PR6dmUDb6EZHFmkKdggGW8lKsxeXhwR1dLEB8dIBA/5hvv7532wdKG4WYfPc4SVrlVJDFLE3
3kSNlUjDFixOMFu+zZBA+ntxxr7FQcdQ+KLdK1MFQiVAapimlJfy1YqGBPqOBv7rgfOdu/B0
byW5QjmtDsKTtAXZJIpFMsM0NSpYq6jrBLbnHfft7jI7DfExM5psApMDSLE+vFdalRaYGGHr
8pmDFQvqYjfBH1/PG/F/bkn4qDqdoFgmSvutVF0oqhCQPKVun92RsckfRSe+/t8Cbm3BJVYu
MDZNV7mqZGSYgFYY+jzwPQ7kMT04z7Kd/bY+/CidpJsmMUtktpJoI2SF2Mz5Iix6SuQCcjv2
6d8+xO+OADT63XRv6lrW7o2t9MJ7epEbx9CdTqGz0q/oX1b/ACPy2+OA5ICHZTGOYFthulv3
1Y0gp0ndpUXoUOuQzYJ6Scdtvc9+IuYQLLnatPPKW0N3BXKSSTxq4QF2JI2IOSNsbdwTjP8A
ProwRpQ/aEG4OE80embbqG3J5qx+WBhiy9OBnpIBxjbA/L5+F89KDsEypp8C5Xuj5H2mhro6
pIYIdsllCkntkZHzt7/5cKZqQ3Tunqow1SdYKOC3UccQTrZVGGC7kkgkZ7djn6/14iymIVrq
tjv3ZSfUOoaexRv5bKp6v3jPgomCAVzjJYZ7bDBO/Fn+nOkN3K48VjiBDD69e5DlqF/5z8x7
LpLTVuluWoL/AFiUFtpV2aeYk+kk4AUAEsSQFVWbsOCRw5sTNbktqONl1y7AGfgt9fgs8K2k
vs1PCcbfWXC2wtbqaS9as1FORDHVTLH1TVDu26wxIvSgJ9McY988KXu1OuFhKuqkqptbvcF8
6H2rX2j91+1T8XdXqKOWrpeXOlme26Ptkx6BHS9Y66yRewnqCFdvdVEab9GTY2O61HDaYU7L
Hc7oP0LaYbfbISYV6VIJLdpDjYD8zj8hwwhZYJg/KlbTVrp7pbRIXSKbG6L7Y2I798j+nbbc
Woe4FOKGFr2Y3TrXaYjpIEPQshULH1JnGVGQVx2O3f3z7cAuqQAmrOHv3Ktr9jR9ntB4m/Em
ut9Q0YqdFcuKiKq6ZIwYrpdAQ0EBB2ZIlCyuACD+6U/iI46yoLxhZL2plFJGIWnvv+Q/lX/+
2z+0Yj+zq8GdxulomiPMLWDPY9JQMMlKp0JkqyP7lPGTIc7F/LX+LiLnWWO4TQGrnDP7Rk+S
+bDltyjnuNabtUyVFTWVUpqXnkcvPK7nLOzHcuWJYtncsSeBHzgYC+y8K4SbarKWKLRsqWkp
CTAIh09bqAX2BBz7ds4x29sA8Vx5N1qXERx2vlPvKrw7aj8SXO7T2iNJ0q3PUd/mEMCeU4p0
/illlbfpijTLO25CptvgcXBubJNxLiMdNA6olNg359B5q/f2q/iisX2HHgX094bOSd2lpuaO
tYGuN61DTv5VwoIpGAnuLFfwVFQ6GKEZ/dRRsQf3a5IIsLBfJaaOXi1U6tqP2jAH0Hu3Pir4
fY0faHRfaQ+Cey6ouTU0OurE37E1bRxL0rDXxKD5yr7RzxlJV9h1sv8AAeJ55pHxWgNJOY+R
yPJaFft0PAbJ9n39oheKOxUIpOX/ADJDak05HGAsFIHf/eqNfYeVOT0j2jmiHFLjYkL6D7L8
U7aANee83B+ygbQOlbrzA1LZ7BYoqmvvWoamG20NugUs9TPKwjjjX563IyewBJ7HaoNJK3st
dHFF2jzYAEnwAX1I/ZmeBK0fZ8eFWy6LpfIqtQVH/wAUdSXNFw1zuUiqJWB7+WmBFGPZI19y
SSWtsLL4Nxviz+IVbp3bbAdBy/J8VpT/ALSd9qU/jG5/Q8kNA3NJ+XnLmvLXmrp3Jhvl5Qsj
DI2aGl9SKezTNIwyEQ8Rvd3gtB7O8KLW9u8ZO3gP5VJeXdvezUCLKelnjGcDuA30PY4774/X
PBQtyWu0Fu4W77+zc+DCv0RpXU3Oi/W0UT6vpo7TpzzB+8ehjfrnqACNkllWNVPdhCTjBBNb
isR7VVwfI2maf27+fT3fdDX9pG+2E1F4a0h5DcrK6S16w1LaxW6ivtPJ01NmopiyR09ORulR
MFcmTvHH0lfU4ZIG+wQnAuFtmPby5A2HUrRroewT2uByoWRmHSFOWK4/Fv8A989/fPBMQwtm
/ubL6R/sDNbaL0f9kPpu/Us1BSmzm7VurZYR64ayKomeVpvfrFOsJGf4OjG3FcgIdlYHjZe+
tdfN7W8v8rSl4wvtnedX2hXOy73Oj1xqrQ+hmqh+wtNWO6TW+KkpgT5LTtCytNUMpDO7MVDM
QoVQOPMbcXK0nD+ExRtAIBPUpy8PHje5/eFS70d30fzW1dJTUbqZLVeLlNdrXUrhR5clPOzD
BUYyhRgOxGM8VPu1O5OBUs7bPaPdgrZl9oBy6s/2jP2VVg8VNm07T6d5h2KyftqvFOAzVlJB
I0NbSu43lSMxySws3qATGwdhwPNEJGXG6znCKyThnETRF12Xt7+R/K138pueltv1hjjmm65k
z6gvV1EjA9vf29uM/VUsoy1fZeGV0cndcUTT83hS04o1nIWJi7LEqqQufT7A7At7gHG2+MUQ
cOlJ1FOZOJ07LN6dP8K632Jfhvp9aX69+IXXTUtHpTRa1ENjmq0EUHnxxk1dexbskCdaBtx1
tIc5jB40FHSdnkr5H7ee0bp7UMJy617dOQ63PP8AlMHhA/tNi8xfH5qWx67p7bZ+SOqLj9z0
ndnh8ibT6oPLhlrGGQ0VSV62Y48hpBv0Buli1risbVcCLKcOZl438fLy+aun9rz9mZavtGPD
27WiOjoeZ2mYnqtK3diFDMcM9FM3vTz4AOfwN0uOxzywO6XcL4k+kkuD3TuPv7l86dl1tX2i
6V1ivUNZaL1Z6t6KtpKg+XNS1EUhWSJlOwdWV1IPYj34s0MAut+2vkewaDuiesmCUzJ0TSIm
CgAI6idhgL7k9gAc7Ab8QYY+iqqJp7nPuW677F/7JKj8KujKXmlzJoQ/Ma6wefRUVYQy6Upm
XIXBGFqmU5kf/wAsHoXHrLSe4OWK4jxJ8pMTHHT9f4Wvv7b77be+eNnWVz5P8nLvUWvlRa6h
6S73minKSazlU9LKrqdqBTnAB/f/AIm9HSp6xgO6N4fQGK0rx3uXh/P0T9/Zs/srIOcHOiPn
bqujMuleXdUI7BBKv7q5XdV/4uMYKUoIb485k/8AeyOJSaQLDdR4rWytb2WrJ38v5V6f7Qp9
qm/gM8PdNoTSLs3M/mnSVNJbp0kx+waEARz159zJl/LiG3rJfOIyDBjblLeHUnbP1O/aFoA5
SWNrLBG2WjGQuWXPVj2HuTt78NIadhFytV28jTdpUqWWivGv68W6x26rut0eRjHRW6GSrqJm
zgdCRgk7Eb4wPp7QmYxuyZxVshGqR1h65r6Uvs8+S+pvDf4JuXejdaXZ7tqTT9njhrpWKlaV
iS4plYd0gVlhDEkkRAk8LHWvhfPeITtmqHysFgT6Pv3Xz5/bK85+aH9oJ+09oeU/ISz3DVmi
+XCTUFseAmK3ljJ0Vl3qZmPlxQs6CON2PqjiToBaXpaIN16opzAGg/uIufDorz+Ez7JHwm/2
f3lfbubXiR1lpnUvMaPEtLcLtAZqWiqAOry7Tb8NLNKp/wDPKNIMdQEIJHEiULclVV+0q/tf
esuctHctI+HKw1PL6y1IanfVt3Ect8nQ+kmngHVFSkgnDs0sg2I8thkczyRMFPqNytTNhFdf
bjX3q8V1ZcK+4yNV1VXPM0tRUyuxaSWSRiSzMxLMzZJOSd88B1DL5K2PDIwG6V9Jv9mR+y3o
fDb4cKPnjqikgqNe80bak1qLN1mz2STpkiRSNvMqcJM57hfKTbDAzp4tIuUi47XdpKYGftac
+J/hNP8Aacvtg08KnJ2XkXy+u/lcy9f0RF5q6WT97pu0yAq3qH4KioGVT+JI+t9iYyZTSW7o
3UeC8MNQ/tH/ALR8yvnP05YJbaFq6WV6atgIannjcoVwMqDjO3fI+ozjPAMg1AtdkFbU8LbY
Obg/VbKf7PL4GF8e3jwsmtL7pN00xydqUvN8rCALfdbh0s1FTlcYkk83E7KeyRDqOJADyhgl
Ycm7PHceCy/GpI4rxjEmNtrH181u8+2G+1Q079lD4W21dW0SX3Vt/qGtelrK0nlpcKzoLl5W
G6wRL65CNzlVGGcENSVnaaDtXhi+VLnp4gNceLznlfuYnMe/Vd+1VqGTzamom2jjQZCQxRg4
jiRT0pGuAoA98kzipw43K3lDC2FmlqYa+hNfZDBFgTjEiysD1IQw3G49WR8cWz0405XZm6m4
/wAFP9q1NLzAszQQ/d7fcrb0dcPSXkq8qx9H90YA3wTkA/nmHf8Al3jUbg/JXanVDTow5tvf
/Cb47/Hqi2BBEWTpkV4mwZIZAeksfYEA7Hb9MDhmwgKt0vbRaSOvuKHrHzBn0rq6CtmEjyUD
CKcCbY0rrgkE7/XB+TwbSyiN4KRTAvDi4XLd/IqSmqJXMMkU83krL5qdRDFkKkn+XfIxnJHD
qSoDhcI2CjOADv69WT7T3MwU8as3eNY1VX3VCpIIz2zvnHfH5cUskyj30uLheGvySvIT6ZI3
UAH0mXCgAdR9gMbn6fPBQksFT+lcsUOvemJQvkuoAwxDEsPnPHtZ6qYpUuqNDNcZYyrE1AbH
WVHqJJwenHfcj4OB8b72MNcLL59LGQUOVNhSsjSU9QwzSrFkllYgtjO5z1Y2GOw7Y48+mb+7
qqmykCxTtZZJEgKPGgiWRR6CIzgdsnPt1Zz2O5PYnibLDdeLXOAsEdaduMUFXG4boEcjFFZ8
IoZhhlB3Az3/AExjtxTJPHsjYaN5sSiG2yJM3VIymRcgq2WDE/BP4hjA+gx78VCoANijhRHT
qWWltcUs0L+ny0P4gw6MdsA987n32I4OinbaxKXVFK+6xppzzKVo5YyyplowQAwbfIyBg5x9
O/5Dix8Ac26EZI5pIKZa61IlxMSJIj0uWUBdjGTgk5z8k9xjB+TwHps7SFYXEC6coY547ahj
KhwnmKV2Lr0nq2HZQv65wccQfR3NwutrCG6SkQrn8gNL0SRo3lyq+T0Hpx1kD3yF74HsO2OB
5aN2m4CnHW5Fylel7m1PVFwX6C3SUZQFAxsAe2N37D4/Mjx0LnG5CI/WgFSFRXCslpssSkjP
6st0hyP4vp9fzP6dmo7bq5laXJcLzJT1B8oyNGOmOPOfTgd/8dz7dOBwDJSgnZGNqyNk+y6w
qbLEmeqRzEBJJJlcKWBJB9jsR+RHHmcPaSL8le6vLNkE6t5lVMimnCNlkUKWw5QEHPt2HbAG
22+x4YR0sLe8Tug5KyVx0DHzW3z7Av7O2r5XaOfnhruhRNWavpBFp2mljIe1WxgMzkNustSA
p2/DEEH8bDjH8Xq2vk7KPYevkhKupc7+n8fFVy/tRX2ob1FTH4ZdD3Bg0iw3DXVVTPk9JKyU
1sJB26vTNKO/T5K9mYcLYYy4phwik/8Anv8Ad+Vqi5XaWhthUmEPMxUEOjEuxJJxj8gfb3/R
5BSd1N3z6XYRtYaKa6wdIRjhWPSFBAYHYH49/b9OOinIKk2a4Uq6GtEluoVmd1iDENnpHrOS
SDvgZ7fnngWdgOE4o5S2xvZGWg9G33m5zFtelNP0n7QvOpK2O3W+MDK9bOB1MB2Rd2Y+yo54
Q1MQvYLTx8RZBC6aX9rRe/rnyX0IeFPw62bwkeH3T2iLQUanslN/vNWyhGrqlvXPUPgd3csd
+wwOwHEmNDRYL4xxOvkral9TJu4/Ach7l84n2t3jWqftIvtBrtd6GYz6D0a0mndKqvV5ctPF
IfNq8e7VEoZ84/4aRD+HgaWUbr6T7McHMUbQ4d52T68Fl5eaUprZZInjp0Z4kWPoLgDIUdRO
3uM/z+nCkanu3X11rWQQizbnzSaqeDRtVUfeDTvTfiToBXqb3OCc4+P5H3BZRtNvFZ+pqA13
h91tS8JXLrTf2OPgK1b4hOaVGsOtLvb+umtskirUwxSkGjtUQx6Zp5OhpcD0++0RPBjGWXx7
2g4o/itYKWA/02n/ACfIcv5WjzXGtdTeMPnjqfmVrmrev1LqusatrZRkJFnASKMdxFGgWNF9
lRffi9rea0/D6ZkbRGwYCvx/Z4eck3hs8f3+yrymHT3NW3Nap1ZnWJK+APPSPg92IE8Q/wDq
oHHnDCV+1NEZKXtQP2Z9xwVbn+1gcgabmN9n3YddR06m6ct9U0k61IA646StBpZkB9gZGpm/
NBxS5t1mfZmcsq9H/UPpn8rWj9hP4Ba7x0+Ma0Vkgq6fQ2gJKa+3+tppnhkV43LU1GkiEMrz
SJuUYFY4pN844kLbLace4r+loyP7nYH3PuW2D+0YfahVfgK8KcOktGXFqTmhzREtBbZ4CDNZ
aBQBV1w3yrgOIoj/AO+OWH/DPEXE2sFgeD0H6iW7v2j1ZfOhyx0UY1M0geNugN1dWAwzjdu5
37n6nc8Qf3Qvq1FG2yvt9lP9nxF4urzctacxJqbTvIjlzE1dqe+VMv3emq1jQyNRRyggABT1
TOD+7QAfjdeOxk7pX7QcVbSsEMWZHbDp4/jqvoe5CaxsfMTkZpC/aXoXtmmb3ZqSts9Kadaf
yKKSFGp1ESkiMCIphP4RgbEY4sXyqVrmvIebm+fNfKZ40OeFR4xftD+a+vDIauK+6oqo7Z5h
JC0NPJ91pQD8CGGP9T9eOtC+jcKi7KBrOg+e6zR8uKeWKUieGUdBMYV8qvb07dj8++dvbglu
MppJGHIbrtT605VWTUtn0pq/VmnLXqeD7peKO2XKekp7rEylTFPGjASr0Oy4cH0kjsccSJDs
FAzUTHEFwBtso70JQNpW8Q0kNPUVFXUHyoIKdDI87EZwiAF3xnsozkfXiLSNkU1rWC5W0/7O
/wCwg5q+Kust9/5o0tx5XcumIlNJVJ5eoLrHsQiQMP8AdlI282b14OVjyQwqkI5JPxH2mjhB
ZT953yH592Fsj+1V8Q/KP7OD7MPV+j5aq1achuejq3Sej9OU0o+9V0ktI9NEkMe7siGQNJKc
hQCWbJ3ocQAsfRtmqKoSnJuCT7184Hh6vM8NPEuA/SqBXYFQfY523UjP5cccxvNfSqWocD3V
aXw9chNR+J7nlpnl9pzp/aWqatITVMSy0dMF656hh/dijVm+CQo7nHEGNBTCv4h+kp3TPzYf
Hw+KvH/aKPFDZvA94K9EeFTltMtBU6ut6xXOKJlNRTWGFuluvAB66uoBDMMdSpUfPBUTQSvn
HCo31dS6smyb/P8Aj8LUTy80QsunvLqo1DMoPSRnIP0G5z/LfhxDE211qSw7LeT/AGen7QG6
czdDVXI/XVZPVah0ZR/edOV1TJ1SXC1KQhpmJ3aSmLIAckmJ1/8AeySrqWtD+6shxvh/ZO7d
owd/P+VSb+01+Emk5C+O/TfMixUaUdv5t26Sa4hQojN0o2ijmlC4x1SQSQMe+WRmO5ORiL4K
P4DVOMRZzb9FKn9n4+zl/wDHfXsHOLWtujl0roWp+76dppV9F0uaYJqCMYaOmJ29jMR/70eO
45KnjNc5o7Fpyd/L+VKH9pp+1Bq+T3L6Dw86AuIh1bryjM2qayCbEtptD5UU4KnKy1RDAnuI
Vf3kUjyC4PQ9o7tnDA28/wCFq08CXge1D4uec2n+XWkoYo667MJa2uCdUNmo03lqZMdgo2Vd
up2RR+LjodZaSpkZTwmV/wDk9F9OPhQ5d6L5Q+HbS2l+XhgfSFgpPuFuljk8xagRuyPKXGzs
8od2cbMWJGxHHisNO975C6Tcr5nPtdfFM/jT+1C5j6jSaSv09puvOlLAiuXi+6ULNEXTJwBL
P58mf/mg4Mpoi4rWUEAipxfz+KBaK72+2WxFmo2PSvU7sNoVGe5J2Px75x8A8OhT93BRQcNW
y23f2XPmnZLsnNzSkOn1ivNLLQ3g3tIepqinlRofuskn8PRJEXVdurzXOPSeE9dEWkElJePC
5Y8HHT7q+P2kfL3XfO7w+V2gNGahoNB27VqS0uq9Y1cgU6asYjJrHpwWAaplQ+WhYqkatLIz
AooYC10kp3Br9ZFyNh4rTF4lPt4OTn2UnJ+bkh4FtKWm51MbFLrzDuUX3qnraoDpadCwDV8w
APTLJ006KoWNHjAA4NsKyeKdzu0l3K01c9PEBrzxXcyrhrHmHqm/a01PcMCouNzqWqJgoz0o
udkjAyFRAqgDAA4mB1Xo47iwCYbPG61IzLER04OSMDAIAPsPbB7HI+eOONsFFRO03zc+grK+
ADwf6q+0F8VGk+V2lUENxvjBquvMZMNnoYsNUVrjP4UU7An1uyKN34qnaH2DU/o61tLG6WXc
jC+oDxj+JLl79hX9mHHV2uih/Z2h7XBpzR9lnnJkvFeUKwQs2ctkh5pWG4RJWG+BxLDW4WUB
dUz3duTlfKBr/nVqPxGc2dR681vdKq8ap1PXSXG6XCb8U8kh3wMYVFACrGoAVFVVHpHAZuTd
fRuFxxsjawDbPr0VNXgC8DPMP7SHxBUnLnRNLDEHP3673Sqw1HY6HqwaiULuSCxVEXeViBsD
1LNkd/NT4nxdlPGbn3L6hPstdFcm+VPhbj0ZyOnjuWj9E3arsVVd0UN+3LlAVFZVtOABUuZS
UaVcr1RlF9CLwSwACwXzarmklkMkpyfVlon/ALV14s4udX2nVJy2Mi1Fn5S2CCjECsWDXGtU
VcxX2D+WaRPkdB+eKZ7jITbg7mhrg4evyte1ZpmstVHbqO5p91uNwjLQLn93I2f+Gx7hguO/
cj44jTVYJOk7J7G9126hY+vsh+626rppziTMcXVlWJ6SMjI7Z7j/AA+OD3SFwymcVOXDHqyR
rdaqgrDc6GQpLTBpHjA3MYJJ6T37Ek7+xx7cLZ4A8FrhuoVDHQn9QwbDI8PXLzWLUWoHmuM1
0pHkWK6ZJIIBWbGD1Y2yR3Pucn3HAsAcwdmeX0VL3Af12ZD/AJO6e/6potdVLPeVn83zw6lJ
VbJEidOTnce4B7/X54IvixQkRAl1g3A38RzCk7R0qxWCGmllnMMBwDGTlmXOwJ36Mb5HfA9x
jg6mnu2xTuClcLNN+SJkrnrXijMzLSzSlcld19ycHc7/AMsfHBbXC6O7G9jzXnEZicssyQEq
T0+oruQMDse/+I99rxMN1QKbGyTGdEJHkk429Qy36nO54s1t6r3YOGAw/FTpXaeitUlQsrFn
hch4uz9cYYFSfY7Hb6fTHG7iqABqXzWWndqshms05AK6VWq4FmkiDkqR1AqAVAHsw6QR8kjG
e3BQqw5twNkP+iLHZKY5YKu31ZlYxSSVLBnZ06XjY5L9OF2LH0798bEduE9TUnUQCm9HSGwc
RulL3V7hUSSPEkdRLC0RxCAJvT29u2Bn8tuBNZsUyLQE6WyIx1sIlaWWm2ESAhnT6dWMkfBO
2/Hg83C7YAZ2RjXUDU8EEY6kcqFAAz1e5JX2PTn+nDGN98ICeADKcTW/d6RDBLKXhBADLmUD
udx8Yzn8uGcVRpwUqqKbF2pkiRZLqDVpMJgcyRhcAZbbH02H+XHjl9wlru6Mpxp4EttNE0Rd
AgyhBILAdiN9jg744Pb1QZAtZNt+jjp0MkfRiDreQbBXXpXH54JJ/LO/BNmluUG8kO7qyW2l
QU8LvHKVI6gcehuknb6e/TjsVJ4hHE3BtupmV23RP1gvsda7JJATJGd2Bxke/b8/bgWqg1ck
XTzABP8AUmKkT915jOhCMJOrD4X2HwP+n04AfBYYR7Js3TTqGqappGfzSIlGxPVt2PVt3wSB
v9eBHgjZGss7cqyP2OXgVqPH34pVkv8AA9Ry25etHcb47xkJcpizeRb+rf8A4hDNIB/5SEd3
B4RcUrDDHpae8fV1ZNNoZjc7Lcp9qB467N9m54MNS8walKWW608a23Tdtc9C3K5yqVp4QB/A
uGkfHaOJ/pxkmNLjZBUsBmkDAvlSgrrtzi5g3fVOqK+e8XrU9fNcbncKhv3lbUzP1ySN8Eu3
bYDYDYcPaSlzha4ubG0NG2ykjTlqjtyrDJMSrhVZI877ZBAPckH4+frw90hrbpfkuUqaV0dH
I1JIskMMNQwQh2UCIkAlhvt33IzvvjA3WzzWJsmMcV7XRQYFd4YYSrQxuSgC79JOcZwCTkk7
d/5cAOabJhE4Xstln2Avg6Woul5503iFmjiaey6bDxgBs4FVVr75/wDJU+374fHCmb91ko9p
OJEtFGw43P2H3+CmX+0DeNlvB79n/e6K1VJg1bzMkOlLQUfpkp0mjY1dSuN/3dOHwRjDyR8D
Sus02SfgdJ29U3Vs3J+3zWijw78o1XT8Vd5IdYhso7oNsEfXbH0z9OMw6stJodzX3/g1Hdmo
KbrTZoKKjlEr9PoCgNhQNtz3/wDZxYx5vdq0k7AWWcrp/Zk/ZNX7mPzzsHMvmRp6a2aK08q3
Sz0FwUCW+VfUPId4SepYEwJcOB1nywAV6uHdM1xF3L4x7Ye0cDWupaN+p5uCRsBzF+Z5Y2yo
y/tInjV5M+Ky36V0HovV141nq3SF4eWZLNUhtO28/gnM7dPTU1XSOhPLZhEDLkgsVYsOF1m/
Z/h9Qxxke2zSOe/8BUP5faSjsmmonaJC7AK3S2JBuN/0x/UcX6hZfQKWns25Un+GStuFk8Yv
KC4UjtH5OtLQ8ckbkhCa2JCCDnOQcb7AE/pQ6QarBFcUoyeHSucMaXfQrZ//AGpvndb+Xf2Y
1RpWRklvPMPUVuttvpQC0sop5hWSso/5VhVd/eRR78ecbL5J7ORF1YH8mgn7KfvsffAjRfZ2
eBXTWlqunpqfVlzhF91bVAAebcZkUyKSf4IECQr2GIicZY8dQnF681dSX3wMDy/ndfPf9pB4
mpvtHftCtb6+SWafTf3oWXTUbt1CK2UpaOJlA7ea3mzkfM578dba9ytvwfh3ZQNbz5+alv7O
37Lq+eNPUs9ZW1DaP5RaajNRqXV0zJDBTRonVLTwyP6WmCjJJPRCrdT+ytY8NsrOJcXFENDc
vOw/PrKwfaefaB2fxVwaY8M/h3t7aR8P2nq2G2UvkdcJ1jVSTpEtXPnDGASN1p5h6pHJlffo
CVkYS2hopAXVdUbyG58h4evAL6CPEXqOl8LPgZ1tdKOYU9Ny/wBFVstK5JAX7pQuI9z1Hui9
8/rxwrFQN7WdoPM/Ur5SvD7oiae3xzlnMqopdwAXJ9++fc7ji2Ic19OhwDZS5UWUUUEk3TG0
VMQUUvsrEnf67gY7fHc8EG2leY/veKvX4cfBN4GJeWmm75ze8QNuuOqblRQ19zs41PBbqWil
kRWenYRp5pKH0MTICSvtjgU3CRVvEeJa3Ngi7t8G17+PT5LZd4GeTXhP5dxheQtLylqa2FSG
rbDX0tzuWN89dR1yVB985b54iSSsrWT1kn/xBd78D4bKvn2tOvftB9E2W4VfIqxcuKnSMSO7
z6dR7jquKMKMkQVgWFj3wIEkfbYZ4gb8ldQtonECYm/jt8l892prhrLxBc0bjqfmFetQ6o1Z
PJ5VdX3qd5axXjypikMu6dGOnywAF6SOkY45a2St7R08YbaMADwU08h+RVz1tqiz2DTNDJdL
/eaiOgoqFMo9VUOxAUZPpHyScAbnAG1PaOcbBMnMjgYZnmwG63zfZ0/ZyWn7MLQeq+ZmvtR0
Vy1C9jMl0qIISlDYKKAPPPHCzHqkB6VLOQvV5S4Ue9rGaVgON8cfxJ7YY22aDjqTyutQX2ov
2l4+1i5l2epsugrPoPSunpWkprjWQwzX+8elkRqmZFzHCqM2KdWYAsWLMQAtnbNYeq03AvZ6
SIEudk/AIB0rpCn0tTxTVKQ1gKgdQ2xkHcn4G5/lxca8luluFrjw1sYu/Kl7wGcy67SX2nnI
r9iwVMVVVamht7iMEhqacSRVBOD+HynbP/pBPY8CtdqJKzvHqRn6OQu5C/4Vs/7S3YZ/FH4w
/CjyK0vJnWuo6u4zKSpdaGmqXpofvLqAT0ItPUyH2xA3EnbrFcEcIopZ37Cy2Ia/1foL7Jz7
Pesubp930Zyk04BDEWCzXB0ULGmcYM9TOyjON3mJ46TYXScCSqn8XH18F8vukn5m/ag+M+43
CO3z6p5nczrtJVmkiYhY2LD09R2ipoIgqh29KRxD6ccadQyt4yKOkg1ONmt9fNXZ8UviUsv2
VPJK5+GPkPeabVPP7mC8Nn5i6/t5bpskkxEK2m3uvrDoZCvUDmMuxP75wsUXGwslbInVj/1U
wtGP2jr4n1ny33OeIPVdB9m99l3qWvtbxQwcouXz01rwOlXmpKIQ0w9j6pRGPnLfPE9gstGD
POAf7ivlF5JV/lOktx6ZZ5XDTyO46pHY5Zie+SSTn6/U8NqR1gCt4YSW4RbrTWa0dFOU82WN
X6pZcFo1G5UfAbC9vfpOM44YvqRbCrjpzqyvos+xv8L1m+zG+zaGqeYNTTacvF/pG1jrGurz
5YtcPkhooJD7CCnCgrv+8eXGSeENRKZH3WR4lOaio0x5AwEl5j37QH9o2+yZ1nRcur9dbHT3
2qqaKikqmamlobjQz9cCVkUbHMEyiJ2jbq/dVCtgOowNuqGh1LMC8L5feZPhx1Dyt1xqLROr
LRVWXUmnqyS1XOimPly01QjYwTvlezBhs6lSNmHBLGBzb81r3wR1MN77qGNQpV6ZvE9FMvT9
2cr0NGyL+YDerHxnisixysbMHwyGPon6LlhqWp5XR65Wx3SPSM91axpeZoCKFq9YvPNKJsdP
m+WQ5Q79O/HiWnKg2R5dgr6cP7Kl9nLReFrwLUnNu90JGvOcsK14kmQiWgsquTR06gjbzcGo
Yj8XmxD+AcUgc1Komc82PJayv7VR9oXN4sPH2vKqx1Uj6P5JmS2yhN0qrzIFNZIR7+UoSBc9
ikuDhuOPFwmPCmd7VZVf+zb+zm5lfaVc4oNI6Atjrb6Uwm96hmjxbbDTk7STMMdb9OemFP3r
tjsAzCpjTstLUcVip23+XVW2+0F+0B5d/Z1ch7t4TPCNXySQVDtFzL5mROn7R1RU7pNSU80e
AIlBZGeMhFUmOLvJI/nuAFglFJTSVMvbT+4evX23c/YXcjm8PX2SnI7T81P93qqrTkV6qkKl
WEte71jBgexHngfpxbGLNCSV7y6odflj4YXynfaI8za/xHfaB84tapO80uodaXSopmbZo4Uq
XSFQTgjpijjA9wFHHgbmyYsptEQcw2P3Tfpy+y6m081nvjvRXenYVNJM0YzOdyg6icrIBk+4
K7YyMFXPAYX9owY5+CZ0tT2g0O/dy6HokF8qKoo6zdC1K58wRqoWTbPWMezbnPyP04YwTBzO
6ndJVljtMh2THQRzPXuVLQndW6lI77YI778WRxudyR8swd+0+vwmyzQwU93e11RC0V1jASRi
F8iZvwP9BkdJGOxx9eA6qNwGtu7fmOaztLMxkr6WQ2Y/r/a7kfLkUyTxzWe4immLRzxMVkA2
xvsRjuDxNlnt1jIOyCkdJBN2L8Eb/nxupG0pqoyUCZLKsW1RIRjrz0gEb5BGw239QJ/CeKA8
sdlbOina6IHNtvfj+PdnkUb2WjW4MnUp6WHSGXPSR33O++38/wAt2bSNNwjr3tbl7kYw6aqa
q3MWkjd1QrgN1+kMSc42LYGcj+9n32D7QglNQxmkNtskiWGrCAAwuANm8vPV9e/Ev1BUP07O
qsPdbFA9KJ5FZH3RYyoAViDsc9wdiMbH57cbBlZcZXz2SkAyFyn0jT0lN99MkMZp3VFLYeVt
/fA9uncZyM9sb8DunkBswlTbCy2pwGCg/mTpiOiMscFQZo6lyxnC+lfYN3IJxnB/Xbgmlje+
xJXKmRgu1oQfLblgXr+8RymFQskBYFRgk9QGSBnGd9/nYcGyWbzQocSEQaQ0409UZocYlmCC
ad+kvlsFctjpPYAHvxKIE5K48i+E96hrqhqUyL5gQYSM46BtjJBHYYx9T6thwYH6cKlzi4Jr
sVQzoXlwpYFAVcAlu+PkkkgHsdh88WsfnKAlaS24T5HCorVdekea3QshIBYggd/b5/LhhA8X
F0lnjKWtYFjpo1dZoXqHbpYYbByekAD2P+s54PbIBa6XyRuOy8zaMq0tdTIadH8lWcoTjLfB
/MDv8D44MawlhcEIbg2KbK6poqN1glyCUL9CMWEYyD0LuQMEf04uboHd2KpkDr+CVWSrjSRQ
rqkm5Z3fpCY6cgd/bB/T6cdkAtZdidlZ6m/RQB1jkWbJGSXGx6RkHtt/04CmiGdKNil6pFZI
LvzJ1RZtM2KhqrhqPUFZFbqCmiP/AB6idwkSAjcZZhk+wyTtwnrGiJhe7ZM6aVrivpW+zx8F
lm8BPhasGg7b5NRcYU++Xy4IuGulwkC+dMfpsqIPZI0Htx8yq6h08pkK9LIXuuVoZ/tIHjvl
8ZXjvfQNgrXqdD8nXktEYikzBV3ZjitqMdmMZAp1Pt5UuNmPBVHDfJWj4ZT9lF2h3Kp1p+zm
3UKKmZWkXrIY7YwM/wDpAz3+ntxpoIbDxVs0t04U13FDXRyMjIYwIiJXy3SfbOPxH/A8FGAv
FkO6drO8jzR+uGejniiEPmAGXrdzgjJHTt779zj8P1443g7CLuUTxV19LbeuSPdA2u+c2daW
HS9k6am+6pq6e2UaxlivnzyqqZ7YALhmz/dP58L6mj7Fpc7YIlleCNWMZX0w+HzkraPDlyS0
zoiyRiO16Zt8dFEfeUqMvK3/ADO5dz9XPGQc65uVmJpXSPMjtytBP9pN8TDeIH7Sal0PS1Rm
sXKK2RW4xo+Y/wBpVQWoqm/MRmmj+hjb68c0alsPZ6IRxazu4/JD3hv0B+zNDh3I6WhUxpIP
x9RXPbA7/psfjj57xZ2mcgL7z7Pg9i1x5q0n2efJWya48cGhLbfKGkkt6PPcFpJ1EiVklPSv
LGhU5Bw4DnqG4j/m14JKJXgHklP/AIhzzUnCpXw4JsLjkCc/LHvVwft7/HXcvBf4M2t2mzV0
2reZlS+nbdXxKwFriMZapqA+MCURHojGQ3XIGGeg8aeV+kL4DwOhFRUd/ZuVpC5Acm7XU06P
P0IIkBz1AdHwBnvtwqdK++F9n4dSMcLuRnq2loLF6wyiOMHzCFHbcd/kDB/PgjtjaxWgZSsB
BVjvs1OQdBo/WMPiN5sXGn0hyc5azLX0lyuIMZ1BcVXFPFSp+KYLIQ/oB65EVF6j1dJEN3DU
5Y32w4oBGeFUXelfg25N536dM8snko1PizvH2zn23HJu43ihmouXdl1RTxafsVVIoFPRUzNV
ySTb9LVE706mTGdgkYJ6MknUL2WYdwv/AE/hkjh+62T4nGPAXx8VvC+0Ot2tr14FebFFy4oJ
rnriv0tX01opYGVZpZ5IWTEZYgeZ0sxXfdgOPFYKiMYqGGU924utOXgJ+wTuegdGS8yvE7cq
TlRy405CK6qtlRXRpX1cK49NRIrFaSNhhekFpmz0qEYg8cAW2qfaINHYUI1PPPl7uv081FX2
m32rUvi+0xT8lOSlkbQnh70+6U0FFR0jUtRqVUwUaePYx04f1LCfU5w8pLYVe6wFdwvgLw79
RUHVIffb119wUW+BfkhTWLxlcnHuRqaSkk1tZ5mn6MsEFZEQwXB7sBnY7NxSZwXWWmr+Fvjo
JZAP7SR8Cvod+1S03ctXfZs89LdZ0kluNVoe7LFHHF5jy/7q5ZFXIySoYD33zv24vK+PUBAq
Yy7a4+q+Zbw8yJVUtNBRLJVT1xVKSCBTJNUMxGFjABLMcjAUEnbiIn04X1KKnGkudsFePmP4
Q7B4KfCzcOYXiAqprfq7VlvqKPQugI6jouNZUFOlKuuK7xwwlhI0fyEDt1N5RvMxIST9b+on
7GiyAe87lboPE9f8qm3LzRi69oSJQzEhnywxnH0+v+u3FLnXK00NNqZkJPc+SC6WvtJc7ZUV
dsu9JKJKaroi9PUwOmCGSVCHVhtupGDt34LjhLjayWVcLANJyt7v2B/j51V4vuQd+0rzCrXu
+tOXE1PTyXWbAqLxRTqxp5psAAzK0ckbuB6+lWIyxzCeLQVgOL0TYJA5gsCqM/2nPwwae8Pn
ie0JzYtEENsi5nx1NDe4oIQiTXGkEbrUscY8yWGQqx7sYAd9zwJIcJ97MVpLTC8/t296i/7F
fVa6g+0f5Pw2y1y3GT71V1E4gQZp4FoqhHnc5wqIxU/J6lAyduBIbmRaL2gqYv8ATHtBybfU
LaP/AGhflpzs5yfZxX3THJWxSairbpW041JQ0cwFyqLSnVJLHTRn/is0iRB0DdTR9YVXJxwV
Lq091fPeDywx1LXzbDbzXzW0l/vfLeva06hp6jTlzpZAs9DcaeSiqISpHUpEqhg2/cr87e5X
SOcd19d4dUsLbgqWuX/Ni+8xamht+nLTcdRVlVmlSitFLNX1Dg/CRdbZJwCMfB+OJMDimVTW
xsbrebD4fVbHfBvyKtX2TumZPFN4qav/AGXv0NPNDojQYljmu9ZUyQ9Bk8rqP+8FCyBM9MQd
5JWU9IU6MaBlfO+NcWPEXfoqPIO7uXr67BY/7PzzD1B9qB9rZzk8TGvRGa/TFhittjoIiWp7
JHWyyRwwQkgZEVNTyqW2LtUSOQOrA6wXOopNxaIUtKynYdzc+NlZ/wDtA/g754/aNDlnyb5d
UVLZeXUlTPqPWmq7pXR09toPI6UponQHzpSvXNN0KuCyxksoUsvZGk4S3hlRFA50r8nkFrT5
y+Mflv8AZl8ubpyL8GVdJqLW12Q0muecsqRtVVoA6ZKO1vusUYbI8yP0KVyhkk/fLy9hYLSQ
Uc1a4TVWANm/n1+FWLwMcjLlH4zuTtbd4kltw11ZHrfveXjZP2hC7kknBGcnL98nuRxW2Qar
XWmraLTRyPG+k/Qr6QPtxOS+rfEH9lPzj0joa1Vt81RdLZA9Hb6MFqisENbTzyxxqN3Zoo5A
EG7H04OccEHZfMOGSMZVMc82H8LRJ4M/sPebvNm1zal5mJNyN5V2CJp77qfV9Mbe9LAvqJgp
piryOewZgkeT+Jj6CRHNpFltaritPG0MiOt52Az8SrN+DPl9yw+0m8e3L7kxya0s9D4XvD5U
HXF6udfATcNf3VCIaeprXZVbEkhKxxOAfJSf0oCsaRc87lKK0y00BmnP9R+LDZo6D1vZHH9r
98V2rdNWblryXs10paTS+r6eo1DqKmhcmrrhSzxJTRyAD/gdZeQAfjeIZ/4YzW3LkFwKmD3G
QjIVCvsW/tQb/wDZX89JbhXUtyvPK3VQSHVFopfVLGRtHXwIdvPiBIK5HmoSmQQhBL4wW3G6
b8R4Y6dmBYjY/ZbdftWfsndD/bTcmbDzq5IassUOvDaw9qu9O4/ZurqTGUpqplHXHLGcqkhB
aI9Ubpj8A2ogYWfoq19I8xSg25jotGC/YReK/nD4k6PQh5M6wsdzlnWkrrxdKAwWKjVWw1Q9
euYZI1Rg2Y2dmxhQx24i1xNwVbxh0MhEsLgb/brzU4fb/af0R4Xl8PHgk5fXBJ7ZyppFuWra
+NB5lfe7o0QeaUZ2k8rqlC/wpVIucKMdSQL6ftGaMouXegbXp+yU0NHbrFQxW+ggX0xwRQxi
OJB8KFVR+Q48uL50fDJ/ZcOaOpua+pOaHiu1tYOV2h6SurL1fp4bzT1VzuAM7ySTGowaakif
JcyuzOAQPLBPp5Yo2KrMf/LCEPtI/tvtI6X5PHwy+Cy0f+HHJ2jZ6a56lojJSV+q8gpL5Tt+
+EMgA8yokb7xOAAehNn54BEU8Wt3aSnJWtmg09HTWORp5fLnEbqR5f4V6CNh+Lv7Y7DbuARn
kONgnkVYIrAlfbZyPtNNZeQ2kqCgaB6OksNFT0xhjMUbItNGqdKkDpXAGBgYG2BwXZZGR13l
xXxZ6F0zLbNe3akuAagqKWqnhnEx8swyrMyMj57EEEHse+/E4WgLUSO1s7pV9+RX2PNHfuR1
Tz28QN8u/K3kbYvLrlaohMV/1d/ElFQRMA6ecwASYr/ESqEAyLOXScBK3O7wjiy76Kgdu1VQ
agnuMfki3VkE00tuinzKDTu2VgdtuoqOlerY5GfcjhTNE+N+pg7p38E7pprDQ894beKXxQU7
08M1MwidHKSRsMPGxYAkkjGdjgg7Adu3BsFY3miHGQi17oM19pgtE83depgpYgbjHV9M5wf1
PfbiE1UwuFkA6mdIHXQpWzyXOg8+YYqadel3ZiXkUk4z9R2+O3zxW0BrrDYqqWR80Wt/72fE
t/j1ultq1JNBJCiF2iRQM9Ckn5zgf8x78VvZe6Ooq90WkA3b4+4e5T3yRuA1TpeanZEaoon8
kjcEj+AlgM429h8fGeLY5LtsVsKSblbIuOuylLSlpio7KHk64HUgO8wAQfIzn2Ht754GeSXJ
q6U6N0nk1FSq7BaWVlBwCs69JH0+nFnZlBfquqlqkoluXmPGyeQJGz1rsAo7HJ75Oe++Cfpx
oYTjO6SVERJu3ZD+stZxffXhj9cfltNGgjLLjpHUQCffBb2O/t24Pha0DU4pZOCTYbIGqNST
XmsanPURGfSpkI9LD3YnJPxsR6hwyicLWQMlybLHp/TVXX1FOKfz8vGeqNVGCACQxPxnpA+h
GduB5H6hlEQtIyEe2O0LT1Qgnk6emXp6gxiCldup8bsgHVnvkfBweI0xc03KnOGuFh6/KX1l
f1WiejjEFQpqBH0ogbGCNyc9fSSTt2+e3DdsWuz+aVPl03aOqaobFDLUpUuklD5inzFVWyxO
cgZAGAB/h75PF7Yg3BKDkeXWNrFPtba1pVghgUoropcOuDEBj8yCPc/mNs54mJg3KhLTusAB
uldoslx86JmedhOSUEn41C4PWcjZQW7k987bjjzKrU7JVLqJwCf6621l9skVNApkM/XHJ6Md
XSpyMjJySGGfbH6cMn8QAi0koH9ES7UAhWu5c9FHM8aQsYipGWXqfIAOB7qDtj6j5HHqevYD
p5quXh7i3UNkyvyzqaSvmbrWeRGwIoxkdO3qx2KnffvgfkeLX1gvqOyqZw917Nyk8WmmstM6
TyEzFegI4AUjA/iySPkbf9OLBU4vZQNIQdJOVss/s1/gX/2y5kX7nlqKjJpNKSy2PTIZQElr
GTFXUge4ijZYlP8AeeT3UcYv2m4kXWp2nfJ+wRLI+zbp5lbBvtg/G1/7gXwCa311RVEMGppo
BZtNrJnD3OpzHC3b/wAsdcxztiE8ZGJmpwCJpIe1lDeXNfLXyw060heorJqiqq6x2d5ZGzJM
5bLSOT3LEkk9ySeNdw2hMmAtBV1QiblH9FaoI6VoxD0AJiONgCgJI9WP0Hb4/LjTxcP05KQP
ry42CwXGj8uNmWGLrSNsDYmTbvud/pn/AKcFspgwXsgpKpz8Apiiuht9QsqwFBJ1jp6ixG+B
2Jxv843OPfHF2kKnUQth39m35Yf+N3j6/blWqS0XLqxzXlS4LCSpnY00B/8AUokmYH/k4yHt
RLphDR/cUcx9ordV9AF3ucFktVRV1DrFTUkTTSsSAFRQWY7/AEB4wiqAvhfJRb6y8eLPxL6x
19PF5lVrbUdZem6z+H7xUvKi/PpQqo/9Ixx6SsjhaS5fTuGcKlk0Rs5W+SupoW1HSWk+gq6y
yIpKhenAxk99vn8tvcHj5jxSYyShfdOBQCGK/P1/K2IfZNci7dyt5U37nnrGSnoKOeinNrnq
D6LdaYQzz1ZyPSZShPUN/LjG56jxq/Z6jMcPbP3P0Xxr/wAUvaD9XWN4XTG7Wfu8XHYe76nw
UC2j+0s8j/EzaL/pTmpyb1JV6Qr6maGnxS0t7pbhSh28h5qeQo8cpTpJCh+huzbZ4d9s3ZwW
UHsnWRkSU7xqHusfAoAvfMD7Na6AyW//AMVNImUq7w22lu6rESN1CSCVRnO/Tn8Iwcd+AxHZ
NYH+0UIsNJ89P8IC1v49fCJyTq/O5U8gNUcy7/CMU9x13WyLbYZAAFc07vI0m46sGNO5wR7c
eI25smEbOPVQ0VE+hp5NGfiLfVVg8RfiE5tfaB68pbxzBvD1NLbVP7Ls1HH91tNniO3RT0y7
KOkAF26nIUAscAcBT1oaMrV8D9mGRDTE219yck+Z9BEXJ7Q975Bat05rXTM9PR3/AExVx3a3
zGBZI4p0JIR1OxUgMCPcE7jvwtZxYa91tar2TinpHQvFw4ZV9bz/AGoS76b0eIKjkRNUal6P
KDRakVLc8mMdeDAZVXOT04J9uo7nh7HWNeLhfEav/wAOp4ZdPad3yz9bLX/4sPFvzp+0y1XB
V8yb1HFYKOQzW7TVrV6a0ULDOGEWS0svsJZWZu+OkZHHXThPeFezEdPiMZ6ndKuTPIy1WSmM
1RiKNVLO6plsDsPbAyB7Z3OBwvqpScDdbbh1G2LJT5rKOGzUVDdbNUNRXmzzx1EE3Xj7vNFI
HR1wP4elSMY7Y+vFVPGdd0VxGZktOYzkG493NbSOQ/8AaPeQOpOXFG3M673Dl5qyGFI7lRTW
errKOWbGHenlgjkDRk7gP0sAcEHGS8bK0i6/Ptd7MVcMpbENTeRuL++6qfr77Z3kXys1hcX8
GnhrodRcwrw8vmalj0gaaKnZictFTwIaiQnJPT+5XtnPbiBeP7Qi2cLqXtDa+WzByv8AnH1V
Wqv7OjxkePXmvV621ty75h3m/wB0OJbhqOOK1oiDqxHGk7xCKNcELGiBRttvkxBeeSeQ8R4b
SsDGvAA6XP0Vn+Tf9nz59/dCbpLy/wBKxnCt95uslXIqjqBbphhZTnY468bj4I4Iha1pu/Kj
Ue2FK1umEE+7+US3n7DexaBjlm5p+KPQWkpfxPFHDDD5KrHlgr1NShwuQfwfh3Iyc8MDWOOA
EjPHHP8A+TET68ArZfY0eDTlD4bLjzGvXKrnQ/OE3d6G1XueGelmorfU06yyhYzAMAstR1FS
7YHTvvwE9xcblKOKVk82kTM0229e5NH22upfBpqm56C0Z4qtV3S01NF94v1joKD9oh5AwFM0
ztRxMwXIKqGYZPVscbVP0/3KPDmVeX0wv8Punb7IrwU+FzlpaLjzw8PtbqW62TUdHUWanuV7
nqzDTU8M/wC/WnWqijkCGWIBpD1dXl4DYB44wN3avcRqqpxEFRuPXJQh48PE14sORNu1j4mv
DtzY5V8++QE6pcajTJt8dUumaaGFEkeCaCUPOgx5kuJVdS5PlYBIi4uHeBwp0sNO8iCZpa7r
1VSLZ/a1tbattSyau8PvK+/TQkmCU3GoVUyACAskUp3I7hgMYGNs8c7S+4TmP2dG4kIHryQ9
rb+1Ec9rxa6ii5b8teUnLT77IT97pqGWvqox0jp2Zo42YD3aMg7DpGN/GQ8kS32chwZXF3n6
uqIc8Ne6/wDFJzSqdXcytXXjWeqqodBnuc5k8qPJPlRqAEiiDZASIKo+AcExJ5lNYIIoLMY2
wVkfsq/tN9Y/ZR12s5tM6YtGtLZrRKZay31dbJT+TPB5nlSpLGGGcSsrKVPUOn1KVOeiUNF1
RxDhTK3Tc2I6BY/G59sZ4gftFBLYNU3ePS+hakhZtM6ahkpKKsAIOKiRi01R2/AzCM4/BxA1
A5leofZ+KA6gLnqVGvL3QNBYbbHPFBHIG/B5isuDgAH4wDjuD2O3A1TVC2CtRQUdsuCJ9R3C
rpaFpvP+7zw//IsdPHgxupDBurOzKy9XbYqD+SwSuBT8tDhpcMdFc/SH9qh5xaO5dQWq5ctN
E6ovtvgMEt7luNTRLUOowJZadEYdRxlgjqCScBe3DqOrBGV83rPYqISao3kNPLH1VG/HV9o9
zs+0WvMEvM3Up/YtE6zUGnLREaS0UbEnDeSGYyyDsJJmdu/SVG3FhntlNOHcDhph/TGep39e
SsP9nj9uJpn7L7wlVeitCclam9cw7/USXC66guV7SOir6nBWJmjjjM3lRRdKiIMCT1nqBfPF
gl1C5S3ivs7LVVGsyd0YAty/lUn53+IXXfja8Qd45jcxry931HdGAknVBHTUkKEiOmp0BIih
QZ6VBJBLEksxJmx/xTSi4WyFgjaMLqmulHV0kdOaNY0Clwrxr1SjJx+WTj+Q4sudynMdGCLb
oz8I32j/ADe+zt1FWVXKXVtRa7fWzebcLHXRius9e+AC8lO2AsmwHmRlHOBlsbcVF29kJxT2
ahnbaVueo3CnPn7/AGuDxXXDRc1stVt5V6UqqrMS3a2WOomqqc9JHVGKmoliDZ39Ubbjtxxr
iTYr53x7gTKBrS0k3PNanNaa1vfNDW901JqO7XG+agvVXJXXC4V1Q09TWzyMWeWSRiWZyxJJ
Jzxe1qzgstrXhr/te3iP5Ncn7RpW96a5fcwayzU6UcN8u6VcNwqkVelDUGGUJLIAAC/SpbGW
yxLGpzg1GRUD5CA3mqv+PX7U3xD/AGo9XBBzJ1Z/8bEUv3iDTNkgNFZqR13DmEEtM47hpnkZ
cnBUcVtl1GwTlnAHNj1vVetPafqbDTyxVEEdVSkDqSU9I689SmOQAlT9dtyN+D2xAi/NJaky
Muw7BG0NLT3O1imhmzNVI6SUdXjzc57xy4xIMZ+ufc44j+nF72QP6l7RkrfF9lv/AGnvk7Yv
DbpfQvPevvOjNY6PoIrO12W1VFfQXuGnjWOKfMCvJDMyqodHTHVursGwIvjIOFNjC/LUBeJv
7bfwIcrub935g8o+Q9k5pc17lKZjf59OLZ6D7xkn7y8lQnmNIXbJeOASNjdx3HGtcmEUUpGh
77Ba6PFr40OcH2jXMKo1fzRu9XdBBExtlhoU8i2WeFiAyU0BJ6TjdnYtK4ADMcKAQ2OwwjY5
IoGlrN1XHmvoWnp7XFcKAuZKWTKqrgFT3Bz7jPsT88RkaNOUBJPqeC0plsNwOu4J6ynAiulO
nXWQDCI0Y6VUqCeonvuBt2+vGaqgYjbkfqtZw+Zs4/8AV0+6w6kY1drkeKNWaM9ZZlHWQTkk
57AYGcD39uKIHkusUVVANZdA19phQzJUdPVCzHbAGR2/6Zx/nw0hdq7vNJasGO0tri5uE3zw
NTTdIx0yjqUqcggnP9McXix33S912GzdjkeR/Ck/w3a8ax6iaIsGFZGIHQsMdSnrQ7/RSv12
HA8vczyWo4HVF8mk+XvBx8rqxWpdQ9BWlZVMM6dbHq6ginp229j1H2zjimN9wthODiy8pSiV
QwrIEDDIUQgBfp34nrchuzHRTVcrVBS0/wB1jg3AMg6l9SkY6exxudvoe/DKnqybZTCt4SA0
2GVF2qbGf2u8MhUspLSHyx+HAGDjfHUD9T+vDdktxcLJywWkId69ckwrRzU9wkiolVRLkDzE
9WQpwR6cYGBv+n5EMkKXzMseifuX92e0ZYxedWoQYnIwI0UkZ6RgY6T39sjBxsPO7p1FdiNx
bmjKhs9xrbtXNVqsKx9BWP8A95IYFQM7fhXpABAHSffPF7KhtgV59M8k3CPdL6eg6aaRaaFv
LJRZHXeQNuoGB3yCNzvtuAccQl4iW3AOETDwgyWNvefXrCMv9m6KhYB6VC0qGPyJFBjjBVs9
SnYN05PT7H33xwM2vL8B2EW/hPZi7hv8E2an0LHFYDUQ00YMh6i53EcRbpBBA6QT2znOffi1
laS6zjjp1QE1D3DYJfadEw2a0siuKSONBNJJ15SQdTt5iFvqFHcfpkcVnidjcq1nCCRp26pR
VVv3S4+ZSpFF5JeKaJQzRsOnbp6uzDqxnuR1D6CMtcS25PTmhf8ATzqsB1xb5+vFYU0hXVkm
EpLfmWNI3DqCYIwF3X0+kYZN9sgLwJHxiGN1yTjOOvr4I1vAah7bYzjPTn/J5oU1jy/m0WJ6
6NI5fUsXmguCEDHdfZt+2B2xw5pOPsq3hjjb19kpq/Z59G0vAvn5IKOmK3WF7t1qtNFJW198
qo7dRIjdbyzTOscKgHbBLqM7DuT9Hv63uEk7fZZ59IGuDrYX0y+Ejw9W/wAKnhv0fy/trCWH
TNtjpZp8YNZUY6p52/5pJWdz/wCrjATymWQyO5pXI/U4uK0n/wBrF8UEnMbxQcv+TtuqGkt2
hLY2orvEnY11ZlIFYe5SmjZh9Kn6jg3h7ATcp1wqKzDKea116dinog6gxtJEMMvVkgYydvZj
tx9A4a3Q3uoLiDy52U7/ALVenDI6hZk6+gdRGMHff8sfn+h4bmUg2ISsMBFgmCS9vUNKceWh
yenpyCuSox7jttxJsgcqXQualFEiTxSTP1xuAcZIIz1bbY2zvud/1349rC6WFbfP7J3Y4KSo
581Eqoa4vZI1ZsFljxXEgfTOM/UcYH2reTIz3/ZGW7jVtA8a1VVUPg65rz0BkWuh0beHpjHk
uJBQzlSuN85xjjJWvhTp7dq2/UfVfKX4YebjaKt1uaJjDF5MQbEhVh6O479+wx854k/g8kzS
Qvq1BxmOncA4fn0Vffwaadm8ffidsXL+maro6SuD1d2mhzmmoI8GaQnsGYERj/mkUb78Zoez
bo3gym61HFPbiOGlfLELEDA6k7fn3K1v9pj8Zkfh48MOlvD9ow0tDWcwqYLcoYWIa3WKlKKs
SgdlnkVYu+6RSj34fOs1ukL5R7NUTqqqdVy5sfi4/jf4LT/y2si2KOOpelaZB059GeoDHsBt
nfc/+0ctDhYL7Zw6jAaO0UpaZnttVO8NXBB0Tf8ADyw9JJwSMDJxtt+fAMzC3LSmY4aHC9ro
qtmn9KxsyGWnkdVH7pCWkzv+LpGFOBkfTHFMk0pPgrIeFNAJ05RZb9KW5aeZ6P8AeQsuOobd
O+2Me+O253zwNLA54umVNKInaDhFNPaKSgpB51RFTxOgA65OkZywA3PuM/mT9OM/UUsjTgLa
0ksLmZdbzKadacsLdeY4pgqSJE/mByQ3Wvzkf4e2/wAcEUE8jDpcg+L8Pic3WAmSK3Usl9it
dHRzy1smYoKamjM005JAAVFBZmwfYHYDjRwNc4X3WBr54Yrl1gBzxZWK5UfZU8/OeVFSrHpm
l0Ta/wAQq9T1P3aRgQMhaZFebtjZlTB/nwaykcTcrB8R9ueHwjRG7Wf/AE/k4Ui6s+yc5E+G
Ok/aHiE8Q1LQySR+a1tpKintJqNxkBXMtVL7/gAODxeIGtySspL7Y19UdNHD7zc/gKLtU+Nv
7Pnwx1bty55D13OO+02BHcLtQs9JKf7/AJtxZmGPlIPnHHTJE3ZBmk4zV5nk0joP/wBn8oS1
R/aJudRtjW3ljyu5X8rbJnECxUMtfNTrgAdjDDnA/wDeiO36wdVAbImH2RY7vSuc4+vP6qHd
e/ab+L3mu0333nDqq3I4PTFZ6amtaE+rYGGNXx6iPxey7nAPHI6oHJKYN9mKeM4j+NyoW1bW
c0ubjM2ruY+v9SsCA37R1BWVCkdPQfS8pB9Ix2wR3zvwS2YHZEs4VFHsAPcEig8KFLJLJJPE
HZfWZJogWbGxOTucD37f1x19Q0WN0Z/p9ri639fYQeGSLwzfZ46dU033au1rV1Gp6lSuGInK
pBn/APl4oSB7dR4kw3F18w4/KH1rmj+3Hw3+a04/a66zrPtLPtcb7adLpJc4LbcKTl7p0o3W
s0kMrRyOuMgqauWds/3EB4Dnl72kLV8EpmU9H2k2MFx9eS2jfa566tf2WP2I9ToHRtQLfW1d
npuXthdAFkZp4ytVUYHZvu6VUpYdmYe5HBEh0R2CyvD2Ora/tH9dR9fALXH4f4a37Fb7MTnB
ada3KGq5oeJeyxW7TvLykqxUvYKKWlmiN1r1RisLvFU5C/iYRRJuQ/l0D+m033KePgFdVsMA
7rDl3U32HVUA5baIGn6aIV9PNUUY8uNxKCFDnuSNsY+N+x9uF1RUlowVtaWJp/cpYXkJQVVP
LO8rxwSkhEVcyIQMjpIwQT2+mPptQKh/MIl0DLWBTvb+Q1TXeQtZPTDyWVyTuGiKgHqI9IbA
9ttvoOLf1wDdkGOGEuuThJrlyogoHejgmlkFW5KJAMdGSAMEjv8AI7/HEH1XcOEbHRNBshmg
0hR0NTSpPJJ1CYo4kcHr6WHSuO5LFunGD9fc8UN1vzZWnQ3F9kb3TSt+01YzdqzS2rLNYJph
DBWV1sqaaikk6m/dpLJGF9tsZ/Cce44m+F4F3BWRVtOT2bHC/S+fqsd6sEep2+9SVn3earbz
XWJgwUDBPbckgAnOe+d8cC9pZ2yateC255oUfQDXzUkNFZqW7XeapboFFS0b1MlT0LkdKIrO
wBIxgHH6DhjTguwgauZkbdTzZOPMzwscxeVdo/b2sOV2vdKacmkSna4XXT9XR0rPIMqpleMB
erfAJ3OeGPZloylUPEqaR3ZxSBx8CCUI6l0A92gSO008n4VmEmAo6TsF+d/19vngcGxyU6ET
Xi5Ftkjt/LSqtQDVSfuCxURBDvk4OWGxyfg5z324KYb5KDeA3ZKNVaDp6lYohLJBI6gJ5YXr
UjOFJ227diNu/BzXKymm0G6jaeyyWG71CVPRmMY3OxPfY/TjpaLJrJO2QDkFEHPS6R1hpUiT
p/eMepR6WXAx7ZOPnO4/I5ohw82XzD28lbaJjPG6B6SPNOvSn70Nk5xv8bd/n+nBeqywEEd8
o+0daloIxK5RyyqoZDue2wBG+c9h8e/A/wCnc9auhqo6ezufLl68kf6eMcFvM0kUTRxxkIgy
MEe2Mb9x/ocTjo3MF1p2VsVQ0eWyzRIscydRZmMjZXJAAHt7dgT9P8OLiCEjqqRrnG5SqXTa
V8NM704eBzhVEYYnc5wAcgZA3+QRvje1s3dsVlq/hRab7Ifv1nqY6or5aV1HGclZJC8seRgB
HwNshhg7dh7A8WhocLhInv7I5Sqw0n7BqI6mjlM007KkdOwxKjnsoxsdxn4x+fFbgGm6gamW
xzZSNo3mEzWmZJ45IKhk8sqT05J2wwxsMn3xnpGTxaJcKP6l3Mpo5msayHHQUEQCgDfrU7ZI
7Httn6/nwLIL7IuCo0nKgmoWo0zqKO40VQVkoZRKJXXII6sZIP4s53Hx78LpYw9pa8YKcw1D
ontfGbEc0bXKhoL5pt7/AEEQSgefoqYgrD7qSCCcfBOAd9ifrxn/AOoyXsnb8vH+Vqm1McsQ
ffff8qPtRpLS+fSDreHIkViuz+3x744c0+QHJJWvILouuyZ/NNwtoh6cy0gypA3dNyR+h9+D
jZpv1SlpL2aeY9EJdpO8C23pZ03kwfLBBHSyj0nbcH6jgaaO7bJxw2rDJtbdyPmP4z8VaezX
Ck1tpijusXWDXRLIyOpBiYKFZcY9iD29vk44XsDmOLSvpbZ2zwtmb/cLpTDebSkKB5QjgAMv
709J+Nlx/LbgyzuqELGqQOSfOWDm1UVFNWQJTXGhC9RSUn7xGcAkA77N7dt+BRKWGy11PK2q
7tsj5+7lZE8mmBJDVRNPG8sfrdo9g7ZyvSPywux3x8jhnFWk2HJAT8GYL6jnf8fhDtHoyWtr
JJI+pqeHrY9foIzt0jAzkbnb678NI6gDCylZw9xJdZOmntITR10P3eOdQ8a+WrERxoSAdwc4
bfbBx3+g4nLUgKqkoCTYAqQdI2+OkkVXMjTqonaTpCkk7npT8QTpbG5xn4zwqqKwgYWo4fws
Eg2ypIt2mWnoImiij29JKKWwSGG30xn/AFtwkkryHXJWibw5rW7JxbQ/7CiklulR5kY6ZcOp
wmRl198D6/UfrE8YbszdUjhJf+7b1hc1JqKx07QHoadKeNCHkUxxoTgocZ3ByPrvjG3BENbL
I0gDdDy8FiY8OfsM35eCaJq6LUBmqaUPJucsE6UQk7MSSMggHI2zjv7cWvqSyzXlU/pGEGRg
JGfr9052XSMV1tYaeqdrlF+5iaIL5URCk9fVkn0j09+59hwvn4kWvsMN59fcqW8P1NBvc8ug
8T5JeS9BWvFVTxmfqIcSZiRH3wcZLSAEY6Rj8jxyOTW3U0XHr4eai+MtOl5tnyz99hhM955l
WeqoJaOdYqtZo3EypKrFQWOQRsO+M/8Aq2xkHgqCmmY/Wy4sVTLLFJEWSi+D6t680efZVcp6
fmR9qLoETKj2y01lXfgiMOlHpqaRolGBggSGNgO5xnPzqhWE0oYTm3xXznj9OI2SyMFhcADp
flcLfyR6MZ3xjPACwq+Ur7SPXk3OH7UrnveKxp55U1lW2+EugVo4aNhSRL3OwWBcfPfb2c8P
thayBhbTNA6fygX9lLEglaRU81sFlQE4C5z7kdvjA/Tjb0koZ5JPPAXG5SeuoBHSLOSkgl6Z
HQKR5eWZAMqTjPTnffGPni2SqBuAvQ0RAu5N1FBDMjmQRyU7SsThW3UD+vb/ALd+Ko5sqUkI
t4J0tVrpqg+Y3rDZCMm/Tgbbf4cHNLXpe+NzcKffs9fH5qX7N/ntU620/bodS2m70f7Mvlkk
qPIWviV+tDHIFby5Y2yVYqQQ7gjDZCLi9CKlthuFfG1r2aHLaHSf2p3w4V9lEV707zUt9XKn
l1NC2n4qxVJX1L1xzlGXcj8u4HbjHP4ZO0qY4dIf2kLWLzF8VPgK0vqG4XbQ/hj5tX8T1BqU
oL1rR7Pa6Ysv/CWOGaaQRKzAgDtnAIACgprKkN06re5NY46o/ukA911tS/s/Xh6sWhfDdqLn
9U6StnLv/wAV3NZa7THWVFVFp+w02REvn1JMr+a6y1DO53UxYwFACqYu1EOKD4tUue5tODfT
z6k+rLUf4qOd9d9or47NbcxW82e13WtNNZonOfutrg/dUyqNsEoPMIA/FMxPCipm03JX0n2Y
oOzjZEff5808X6wf7GafpoIaGKZhkyNkqrjYZz/Fk5PsNuFDK+8lgV9goadpbp2so6/2KrDK
8jywLNFu4Dsnkkewzgnb9d/04PdUtIsmNOAHAhPumNHXFP39NU1EzxxrlgCArFifxbbHp/Dn
/uDLWMbghF6XvGpxtblYZ5J0XX9fpD7u1QZXkiO6AsCFXGc9wVyc53O/vwFNxVv9myXPpjfI
RRT3GPmA9PPKklXW1fTHFAimSWaRiAI1UAliTj0gZOwA4Lgq2ytGlI6mEsLnyHA58vX0WwXw
W/Y4az19ZKe6cza2o0PpmVFljskODd5UwD+8Y5Slz7jDP3yEPDGHhjSQ94svnfGf/E4wNdS8
P7/LUf2jy6/IeadOc32sPhc+zH+96V5L6ToeYmuKcmGsntEqmBJP4hVXVw7SMP7kPmYOR6OG
IMcQs1Yb9BxbjEna1jzY9fs3l8lRbxE/ay+KDxkCeD/bT/w+0/WHEdp0krW7qXsVepyal9u/
7xVJ/hHbgSeuDVr+FexEYyGaj1d+NlBugvDLPddRNU3FpauvmceZPO5lllcn+J2JZiSfc/qe
ElRxUf2rWRezT2kBwwFJVZ4eqHT8itHDBhQcq0i9ci5GBudt+/fsffiqOtLwiTwxsZ2Suyct
IUpyk8SZMhJGVBCAA9gNsb/mPzHHZKvUNN8q6Ona1OR09DSW+YSxBUOyysekJ9Rjb5/lxZSF
znaWquoYwAk4TfV6lis9L126jikmBEeJAC2MHJyew2b8tvYca+n4bIW3OFmqiuiae6LlEfhw
0FP4wPERpblrbkbqv9Yv36SE70FLHl6mbq+FhDAA/wATKN88DS8Ne06iUurvaBkVO9/MDHny
W3P7XDxsWv7NTwBXi62cx0Woq6mXS+jKOEqrLWyQskLqD/BTxq0p27RAfxDi52BhfK6CndVV
IDs5ufXitVH9mZ8Orc6fGrVawr43rLdyyt0le80w8zzblUloYGJP8YX7zJk75UHgSKA69Tlr
faCqEVH2TTlxt7hv9gi/+1L+IWHmD4wuWfKaGpU0OjrLJfK5VJwlXXSeXEGAHcQU5I+BMe3v
OqBLcIX2YhAY6U8zb4KofL/w9W67Wynr2lplRiFdpFPUO4Ck+307/HbjLVla6PBX03h9E2QA
hEtfyntlNcKaMxwjyIwApjIIJyASuN+38W/ucZOF0dU6S977ppLw8NItYLxddEq9wjNDUpIt
I5dCFb0p0qR6sb7k/XbI78N6WRxHeCR1kB12YU709mkpnST7vTu5QSelWHSQFwME4X1DfvsP
oOCHNBuoMieLJr1baKua3vHIkBp5GCEooErLnYBF2LbYwMe49sjwiDhZWP1MOoFbhvsdPsqL
B4UuU1v1vrGwUlZzQ1Eori9dTrLNpyBlHl00XVnol6fVI4AYs5TOF3eU8AY0X3Xyjj/GH1Mz
o43dwdOfj+FQb+0ifaTvz853UvIDQ1aZdN6DrBV6pqomzHXXVVISlyM5SmDHqwd5XI/8viFU
4EWTX2YoSw/qXDJ28v5+io/p+6DTFrjlk84zRKSz9JJUBSSo3x2AGfb24zNQwl9gvp1K+7cr
6CvsffBLZfCV4TbJf7jbIaXXetLfHd7/AF1QAJ6dJF8yKkBIBjjijKgpsOvrJye2moqcRRjq
d18c9peLPratzQe402aPv7/otUX24/2yVX49uYLcoeVsijlVpm5CWtu8bBm1ZWwEhXjIOBRx
tkp7ysoc4UIOLJXi1k99m+EOhcJ3/uPyH5VSdMaYq7JZnmerjacqVQk9BK9gPz3PfI+QAeFz
nNJsvpTIZAy91gra+u8uFaeupXkDBlbcFSDjOfc9zsN/pngyMYwhpYyN03VFvkq7ms8tQ0Uy
AoxqD6Vbc/r2ye4AHvwW0gYQV3KO9dRPfq1vKVcFiIz2yR36fnHtnHf4485zRgImKW26rhzZ
uUFz1rIKdknp6RFiXGcMe7Hf5J4rYRkr577SyiWswb6Rb33ymCipGaZMbsQGO2cDt/24vc64
WYjaNQKM7ddIIYbegpm60RQ3Scr1fIK7+x3P1H14nTTtA7xRpZkBrbnyRbDWESFJEaELD6BJ
MwZgQMDBONx6gQNz/Pi6SvZsm9LDJfvYHrPrmnmz00tTFJFkEleoPIRlVI9LbkFc4BH1x7cB
urWnzTBsTwSPnv4/NGlp0y14p2pfvRaapbLRRv1zOQQfY7YAJwd9s8SikD3WSvikjWxEXyEv
vGhHjmjlVoUBZVkTrOJtkPWRv3Ayf14aMiLThYGol1XJQdrXRVRGy1NtjK1OyAJKQ4PqOVAO
HwM4/XsRjiL2YuUJHNd1uSR0GqJfJ8u+xvTtIgU1gDYkKk/wd9+3wc+2eKnDkrSzmAs1cJGp
IZaOoSohmkIhmBLxzHqLYIJ7jOMdvnipz2sGVMtcbAoT1baoC/3gSGXBAdwuEVQfg4JIyBuM
jb8+Fkzxe7E2pNdtLuSFKDU1VoO7LPBFE8EwKVdKzZjnU46kI9h8fB9+KJIWTsLSfI9E1imk
gOoe8dUp1lYxe6WO5WxGlt9Y3UnUMtBL3KkA+nOD9CBt8cD0zzEdEpyPmEbVAVDAY9j5Ysg+
gjqLTdI23UxkdeN/n0/qOHDy2Rh8UlgL45Q4DZO+peXU1lp6Sug6pIalCW6H6uh85xn29JGQ
fg8BMqw4mNybfoCCJYz7vXzUp+GLmCtYJ7HPEV8hPOpyzEhGC9MgyfY4U4H1+BxVVMIs8Lae
ylW2VrqV+Lbe/cefNSutHbekeYv7z+PLOTn37bfy24jrK0ppGXTFyGjSz8wKZy8yySLLCets
+YOh2HSMb7qe23p4XzOJF+SYcFLRVN1bny8fXRWRnaWW3dYTrdnGT5fVnHYAfGSuP8sni6Ge
2AtRU0jXOzvdOenqry0ikU4eRfKYMpYM+CAOkbZ3G3bI4I7fklE1IAUuoqWmetkSpbc1XWep
x68rvtvsOkHGNvY7DjzqpxFh0UY6CNpJd1v6+qfrS9qt8lPW1LQw0kq9Us0p6BImxMhwR1fw
gDc7nbgSTtnAhguUzgdAyxkIDT16I/0Xc5rjQ4t9ItvpZJBEksrYjVOlTntg9wcDsCMcJqhh
Y+zzc/dOooGTw62d38f4Qpzd5hx6faopIK8VsqdEadEjFZypAIzuMheojO3cfky4XwszOEjx
YJNxbikVJEYo8u9X9+eaiV9YT+R59bWpDNUNlWEqhukgY/DsdgM52wO2x41wpY291jcBYOSu
leNTn2v5eHr0U6ae5wVOlY6gtULKlY0capN04jXGM4UY+cfBJPvngSq4cyUjFiL5RVFxKRjC
L3Btj/GPJSJZ+edvpqeBqeUujJ0NH05MQHUfLye4H1HcL9MpX8CldcuP8+KYHi8LbWH8eHrw
QBzn56yrB5NEiGKpLNJKUPmRr1ZLKB+FthnOCPnh9QcK7NodJus9X8T1ktYMKFrjr2X9sLKW
80MqhWkYlWwpYYOc5GABg+xPc7vYo26bLPzSPLrnp69dVYHwSeMus8IfiM0ZzDpaWW8w2NpP
v1As3QaqlljMUiKSNm8okr1enqVSSBkjlVRjTqallT/5iJ1O87jHmNvwt02nf7QN4S7xp2jr
K/m1bdO1FWmXoLvQVdNV0ze6yKImXI+VZlPsSOFRheOSyb+F1LXEab+S1neNvml9nRzH8SGq
eZlFqfnhqa+asqjX3G26Opvudtqasr0vIJK2GNk8xl626HK56iBhsEiAStPdCa07a5sYjsAP
Hf5KmPPvmLozmdrGKo5Y6BvOgNOUlIITRXPUMt4qq2QMx+8SSOqiMkdK+XHlR05yTxoaWSa3
fN0SyHSO+bnysgpjXU9MZHaSZZdnBwF7EZzjc7/luB78Mi42uVWW9EhqtR+UXipqdukK6P1M
MA7YxnbJ9voSPY8VtltlcczFrLHaNVw0FupxKRCWBKsPZckZP137/G/BkVQBgIOaAHJTtp/U
S3BiKcsYHG5VfSPbqAxttjOPjg9kl90rlYQQQvcenKK6OrNArNhiARgtjHsPYDvj5HFTomPN
iFY2WRoFkUeFjwkTeKfxGaC5e295CdX3WK3zyqMfd6cH/eJNhkGOBZH+PSPfhZxFscERcioa
h2kyHkt9f25nOqn8F/2Ul709pXNpn1JBR6CsUcDYNJBMnlyBffCUcUo27Ejj59K6zSVZwGl/
VVzQ7lk+vNaZfCjoX9n2BZ0ik8yID0xLlx8AD+nGX4lJYbr79wPhhaNVlL83Lj/aahdq1F82
P1RhyzDqU4zv3UBsbfGBjJPGaF4zdpWugfmxGyYJ+WlPQXVXmqIqgyhunyyyruAM5OSOy+x2
/LiX6mRv7jdOqfSeSLqWyUVj0+aOniEbsoicoNtw2STjbGcgex/IZhG50xuVOYCNuRn1dRte
+VxpXJkWeaeWQLCvRlSSR0hAAGLHb0jfJUex49HQvce6l9TXBoPaDHy9/TzW3L7LX7LCweDH
RKcxeYMdDU8wKilNUZKwp930jT9BZo0ZsATBM+bN7YKKQoJbd8L4Y2mZd2XfRfmz209tJuKz
GmpjaEHH/q8T4dB7znbWr9qV9thqz7QnmJdOXPKi61On+T1JO1LJUUsjQVer1BKtLK4IZKRu
6QjBZcNJnPQpU8+lMfZj2XaLSyi7z/8Ao/z4/BU9vGj6PQFFTCZqMxoit0x4Z5dj7A7KDtnt
/McU07e1cvo76WOlaBbJykWmeYl0tWpI54OuPDBTh36QgIxjbYnOx2I79+DKrhTDHZyL4Zxb
QdOn18fmrDcm+Z7XWl6XqI0nkO4JPWudypByAcqxGO4PYduMPXUJY/bC2Ur45YhJ16bfn8qT
r5P+27WlZTIQYz0iNCqAAkZA33PcZ37ntk8DUwdqLCs3Vxgd5JJKeKkqVSd4yZpfMz1K3SNs
j0jfPf53GcHbi90RvhDxsBNk26nxV0cNJHAKhXBziRVVB1Z6j7AAbfTJ+nDXhcjo5NQNkv4l
S649JF0C8w9YWfRWVWp8yvBkPpcFBgblsn+6Ox9sZ42lNNLIOgWQq2xRne7ltb+xT8G9H4SP
Dxd+dnMCOGw33Vlr++M9c3k/sGxxgzqZurAR5B++kzuFWNTup45USajp6L5jxqu/UTdlFsPm
Vpw+2B+0vq/tPvF3NdLa9VFy20aZLZpCkkU/voywMlc6EZElSyqQMZSNI1Iz1cTjguMptw2l
/TM/9R3/AAtt39lw5MU+ivABdtZBAa7X2paqQTkANJT0eKWMHHxItQf/AILiqcAOsEm47UGS
cNOzR9crU59p3ruo55fbA877rVMsiW3Uz2SDGBiGghSlUbZ94WP/AMFnbsKZmdzC0/AowIWN
Pn90WaQuj02nI6FZkQEiPOOonucqPodu/wAfJ4yNdTHVqIX02gAAFin+j1DDDQeS0kKNJGC0
7nJcH2Odh+PB+erfGeFApCwl1sJ62e7dI3tumC5agipaJKinQmORyJpi6oHfH4VGSSd9tvr7
8amkpS7Flla54bkLJDrxKGMoWWV2y7INihxnHfYDDf8Awo79uGZoQ0ZSgVLycBTB4FOVl98U
PjP0Ja7BT0jJZrjFfLlPUUoqKSkpKWVJGkkizg5YKiqTuzj2B4HbRua8JfxrikcdI/Xi4IHj
dbHft0/tPB9np4Y0t2mqmEc0eYPm2/TyAhntkYAFRcGT38oOoTOxldO4DDg55IGF864TQfqZ
e9+0b/hfPzys0LCgluNzqZ5ayrLVDyVDGR5nY5Z2JPUzFjliSSSSffhTUPIwvrfDqFpYHLZj
9jh9ntbOeGvrRzX1+lDT6Ast2jptPU1YAq6quoJKKFY/vIYWUtjBEki4yRG/HqSk1O7SRJfa
zjTYIzRUuXkd4j+0fk/IeavP9v8AeJKq8NX2Xev6m11UlHetZCDSVvljbpdWrn6JmUjfqFMK
hhjtjPtw1ldZhXz/AIJTdtWMaRgZ+H8r51OUOjqSx6feunnpaWnpYeotU9KIBjA9R2Bx/kPf
jL1lY9j9LSvuPDKGMs1uwB12WHVvPzR9ipxDSi5XvyZFpnmoaf8A3VJDghfMfALEbnA33xji
6GOdw1EW81ObjlFA7sgdR52GB7/wg6s8WYiV46awJTdDBxLPUxrvj8XY4+cYP8uD4y4ZKT1X
HonEhrbebht80O3rxE3mrHmF9PU4KtEJKqraRmJ3yERQFA/n+fFomfsAfgktRxt29mgeLifo
NkMV/OY14lSr1FAjO5WNaKi640Ukj0ltxt29xnv2HHnNmcDZqBfx9hH/ADQL9Bf6oHZNMwNJ
5ldcJRIQ5PQoZwSWOR0n2x7+/wAbcXxtm3ICy9RPTEEBxNzf1hZae86FpExJS3ypEZOAaryw
2f8A0rn2+eLHMqDgEJaJqa+b/EpRS6i0DG0ssdJd4JPLwi/eXPWSNwTnt/rbiIiqNnEWVn6m
n3APvT5R6z0VVV0cbQVAoIymBjO2ADtttnP03O2/E208ttwh5q4E3ASiOl0df6+kSCquCCU+
QVWV99juDucnq3Y/X54tZA4DKDlr36vDzKX02k30OgrLJcrlGF9bRMyhJVU+5Hc9K7A/Gwzg
cExsIKANaHOsNlIHKDnLTa+t/wB3qQv7RUACNmAMyjGB1j6kHBPbG+3BkUg2KrqGWF1J9boa
fVPK4VdPGkxp5i0zmNjJFG2QpOAQN1TA7+vbcDi4m4S0WEihvV1JQiumhkV44JFZmZ0RpA4y
ASOxPf8AUbb4PAcoO4TSmI25KNYblX26+IKCX/d36Q1LOFMUrYI3VcdLEE7g53HCmeoGkhyc
QUpe4WR3aIaC6W6KJqcW6rlQ4pJpVZXP96Jvf22P1GBnjNTVL+17uQN7fdPhw5zIdTxYlCPM
DTogvNY88TRM8nUpxtgDt22znYk7e3zwdTTEtFig+dnIa0Rc/wDY+tE7xGa1VMnlzwM5DHY4
zt8/G/tttwdNGJm5/cF6HXE4gDulFkFmtOpKwddO0M8m8Tj8M22Ok/zO/v8Ay4E7SSNtt0bY
ag5F130dTS6JalSN1kicdCyybbL0hgBtnpGCCdyCduA3Tlrtd0xpWareCh6GuqdGaspq2nZg
9JUiXrVAuVOAV/X4xseG0Uge0gq5gfS1Mc8fI/G+CPerFUN4qZqKF/3Q6kU9pF9vgDb8uIBz
V9EuTklAmhddVVh19ZqmWN/JkqFyFPSjDqKZxsTjrIJ79uBezDmkBCMrDFUxO8QDtk/x5K07
6qMNMaannAknQNkH1ZG+y+/YjIPEo6b/AKlqZ+KOY8ujNj913p2/mipPLqZW/fEurDCux2HS
NgMnOM/Tgw0w3ASd3FpXEiRyb6vmK33E/eKFmpPXHOVmUypjZRnIH5+2c43xwXHStJQb+IPA
073SjTlxjr7hHLcqlnCN5is0siEbMTjJIB6gCRjfcZ34YPAa20YslscodJqmN7eKk1fEPJzJ
uBoaNa2W3wL92Dovlr1KyqCBkbAg53GQx/IJG8GiiGsnO608vtVUTEQsHdGMe4D1zBT3Ly+s
1BSU8tZ5S9ErlHaYfugxODkk5YH69sngP9bK0lsSubSxP0mXNr89r/hRxzF0DBSWpK9Kyiai
w3UYoQoilGcHfdsqR27HJ/J3QVb5HFjgQR9Em4hQRRtD2uGk32HP/HwyoppqotFJTSqzwU0i
IkzxkFvn6HPpwTvt+vDuJhcQs3NKIwc9LfhO1lr62O3upqJXfrGPMAyuxA/qVxj/ADzxc6MN
ACHExkudk3XS9yfe5mqDEKP8LZYssj/3NgPwkAg5A3P58VEXwvAgZQ9Ux0TzxQRRCSONeoAE
dbMdjke5B3z8ZHFjDYXVZZq2Sum1dVUdtMdKxWJ28xdwSXO5bq7gYOR8YJ4mZTtyVbqdNPlL
cq95aiHzAzeXg9PWz91P5EEkn6fJ441zSbKmWEht0TWS30MqZIp/vAcMScEk7HPY7dxtwbDE
wnKAkc4bItoq231MpWCONhnCjAHST2DfmT9duD2BjbAKo63ZSbU1nikt0ACNMwGI/LYetgW9
vbHwfkduKppQN1JsRso21vRXCoQxrTsUQlVUFWZR1DAONvj5z1DgUuBupGM2wFio1mjtdQxi
FL5qsyxqSzEEEbHOc/13+vEGT3cpyU5DE8UtsqKSjpXaOCKKToCRmMhpAR05O+dsA/HzjhpT
1Jc7QEtmpgG6nJzi1LBHCnnCERvGoKqSOrc4YH2zvt+XBxlAygTEbZC2Of2Y/lTR8wPGtq7V
zxCWPQ2mylMekDyamumEQIzv/wAGGYZA/jO+++Y45VlwEaqqWdnELcypA/tXnNLq1lyJ0Qkw
jGLtqCZSCAxX7vTRnPYkB5RgfP5cZKovbC0nsbGDI9x8AqfeHHWVBbqVYJKuKMqqAeWcSSek
HGRtnPb6Z+vGS4vDKG6mhfoHhFXE6Psi7bKmPWus7bpLRC6gq6C5Cy1lQ9ugrPLZoJaiNA7w
hifU6q2SBnpBXOM7qKagnmyNr7qybilLBKYyQXAXtfNup8FEF1522nUl6SCgknoqWnZnWQzN
5pHq2YjuxwuN/Y5wRu6b7PzsZqc25Pr/ACh2e01PK/su0It4nxx8sfZZ5uZtXpaj++RwPWRS
jJcNjIZdgp74xjOckd+C4eCh4A1W9yum446MatJI635FWC+xYWs8Ufj8s1NdKCIWjQ1sn1M8
bfxSxtHDTjcbgSzKwHceUvbhvBwqKFweDchfOfbb2km/010QGnWdPuOT8hZW4/tP3iUunIj7
NKosFmnmpazmhfaXS000T9LpRsklTUqDnP7yODyjjuJWzwwtfC+TcChD6oOP9uVoW5MaPkSO
KbzYoI4QrF0CkliwGSTsP5+424jNDcbXX1/hMoDhkBSVdtDx1UFTUtUxyzzklyyl/NGDk+Yz
EbdB2Ubd/bHC5pcw2Gy174P1NiwEm3nfHn4IJl0xNo6Zj1NM7busaFiuVLlCvcds5x2/LIbx
1Ae2yTyUkkL8Yt0R1yfqIIborTSQ07iUxkMxzGw32GdzjP6Hvws4jTa291MqKu0XD/r08ArF
aRvSGldWnplUdSojKW6s/hxnbHqz34RCkDcq59RqPn6+Ccmv1BZqfqfpVYmZvNyAspAz1ZGd
gMsMYz3ONhxI05e4WChDUNY2z8II1zzQoJaNhRHpSeMEuB6WOckjcenbsdsD6Y4b0nDnNN34
S2v4rEW6WZurc/ZK/Zdyc4Km386ub9JHbdCWWT9rWa2XIhFvDRDrFbUdeAtIhUSL1f8AEKhj
iMet0ZNI0tXyX2g4xk00H7juRy8PP1uq6/bnfbVV/j2u9Zye5R1M0XKGjqQt2vEQKtq+aN8r
0+60KOAy+8xAY+gKD2FgOUJwzhRiHayDvfT+foqUaW5SPp61QYVVn6laM7ku2xGM/wCv58MY
i3Re+ydPpnh4ba919Jv2JlhpdN/ZY8mqajKGJ7M9S5UAASy1U0ko2+HZh87b78KpnXeSsTxZ
pbVyNPIr5uPFvZ67l/8AaQc8bXVCRaym1/fCVSTpA6q6aRenOM5V19v4vfgynsRla2geOwY4
dAjLlFTax5ycxLJorSNorNUajvbiOkorbGZJJcD1Z3wqIpBeRsIoGWI34jUUsJu4hP4+KugZ
qkfYDf19k58+r3XeH7xBao5ZXO52W/3DSVWbZX1ltd5qEVCxqZok6wGby3Zo22HrjfHtgKLh
kWHIiLjzqiMPaCAevT1lMN15p9dAnWrSAnCOT6iwYnqJ7/Tttk/ThkymDdlTLVF5sfXrZIJ+
bT/c3Eg+6Rx9JViSx6cA5znHSAo/LAznccdMQGCpNdqONlv2+ws8GyeGHwd0msr/ABLDrDmZ
BHfK950CPbaIqWpKXJOwWNvMfOPXKc/hHC1+6+ee0Fd29SY2ftZgefMrRV9pt49m+0O+0H1b
riKaabR1ok/Yml4yGxHbaZyqS49jPI0kx9/3qj2HHg3mthwHhWiAA77nz/hT99nt4GqPnxpa
781OaV0k0J4fdEJ95vWoqrqp2vHQcGkojjqYscIzoCcuETqkICDyU+p13JnxTjQogKWkGqV2
w6eJ/HvOFYz7Ojxy3f7T/wC2f0imnrZV6W5IcktO3Ov0npdUEMVIgp1t8VVUIp6fvD/eW6QS
fLT0DJ62aQHessjxKj/SUDjIbyPI1Hrzt8vesf8AbIPEWnL/AENyL0YA0wulzud/mhOURjTQ
xU8RZsbDNVJnfPbb3FdQ0uAAS32eqY4JHyP3tj73PLkvn91lzvuWp66Kepq5pmpyPJp4z0U1
MB/dX3Y5/H+LiEFE0cvyfXRMq/2llJw65GwH7R5dT47oWk1Ncql3Iqpk63LdKucZO388bZ74
4OEDbWssvJxGoc4uLzcr1Bbq6sB9UzBjnuSWzgE/4fz48XMausZM7ne6Ww6Nq4o3mkeFAnzI
Oo7+w7/P8jxSKhh2RYoJrEuKaJKF6gSMoJSNgnV3BP6cEgjmlcjDc2yFlW1SxRh3BCnJ79tu
OgtuvaHtGV5lp+k4dgRkBiBnHEgAcqlxN7L1S2qarjCwUs80rMR+HYj2wMZz3/6cccQN15ty
lMmia+EI1QsdKGYoBK4DMQfYe/8A34gH3dYKRGLlOtgstFZLwEq7wmQOstSkOinBxuNu/wDr
fiebXCHkOdlNFPpoam0U0dOKqCKQDpkdW6cHBzjI9vfI/IjHFcdU0P0ndLpYSO+Nghak0lW8
ur1+1aZ5XIdCYVwC5DjAJIIz6SAffbf1E8EXzqCJikEjdPNXQ8JtzGvaueiowam13GgMtQki
CUnpjEg7AjIYdOQcnqJ/KFTUtjDXHa/8IR8GCee3r3KsHMKGVb7URzwq8qTkMyIFZwB1ZxsR
nfY7/wAPsM1SVINwm0FPezgmDTkCC4TNIoliysCwiP1DcnOQf8Pr24yvEXEjSzz/AIW04VEy
+t/gP5+XJKeZduN2tUeZCrUo6zt+BjvlWBznb2J3+p4X0Duzk09fWQmvFG64dXIesIbtep7j
DWpb7nALvRsSEkO7xgEfiI2+M99jvnh0+KMt1MOk+tlmAXh2m1x+F3dtF0Dw/e7fL1UMhHVH
hh1N7dQJ9O2+578eZM8d2TdXMha4gjZGPLCy0QtBjqv3dVGYlUgeuMp1ZDZ7qQcbdjg7cL6m
ch1xtn5o9lPf9qJ6srNS1IgVHZEMnUI+gKQNyMYOwzuf6d+FutxIT+CnDWjCr/eKqCO89bAS
JkqAMAH4YE/n77ds8aSmYS2y5USRxlrjz5ff/ONlYyzUdDTWekjmr8SxworjznXDBQDt0HG/
tk/nwT2RWwjddgOEG6ku9PTaop6WnCRCkUqHLd+lwyBTkd2775x9eAY3WbcJVPGS9ocLD8HC
tBo+30WpqGjrCMdMKyM8bYds9t98YG25/QcdZMQ2wWsdTtlAlItcXRFWWC32+yU0U5erlchW
LHBHVg7H2Gf8878Xw1DnOPJBVVKxjBzQwumTT0zrTUpnmYl5HckFiThcewBO/wDU578MROBi
6UPpnEEtF01y6cq4EdaoB45ZSilSFBTpJPff8WN8DcDbA4KZLcIM07g6105WuuFoAFIsqSOi
vMUZgC5D7MTlfcE7ZGPbPEXjUDdWR3abtwm7Umoq64uk89bPFShCAAWMbnBxhV/iLYAG+3ue
3FsUTGbDKue97tzjKb6wy10cVJLKWjjbCIMhG7bn2CkEHHz+Q4OYWjYbpa8Odi+2y9LanmgT
yonlR1aQ+cWYK4JAIJ7k77dtgfyIEjWmyEfTPfkJFUW+ZI5VEjCNio/dk9JUgd9/bA/9vE3P
DhdCGNzXWTTNiKQNDEwMYKMDkrIfZ8b4Xv8Ay7cV3IUmC5SCGyVV4SaVllE0UXlp1PiMnIx+
Q7jPvv8APErc1fcCwC7otPG3fuSpQxgK4JAwGOCAf1+fj545a6gXG/eSyn068r070iKHVt3U
9UcjKBjG/Vtk7/Xf34jaxVriSyyXwyPQUsqyB6SUhmjypy5HcYPuATv2BxntwTFIQgZmC17L
HRVLxVMfRI5kf1SLGen1E4A27AY/IHHF5cgDfZONZpypMVVLUNJKFKuJhKAHAGw32ycHb+uO
IGa4sp9g65WJLLTySGGKHzZZ0/eNIn7pQDnfO52AOPcBfbI465pLVNrmtcLpFJpRKWnLRI7d
Q6vLIX1hc9fUMdssPVjY+5JHAZNiixZzcL3p3T09Xb0WQPGIwzDJIUnGMnJycjHvjfftx0SO
acIfsQ4ZSau0i9FcJoqZ26pF628vcsf7pz3yxUge2SO44JdVkC5Q5owTpaN/XzW0n+ywauo7
B4gea+m6qUR3K76foa+lUsvTMlPUyrN0791NRETt2bhPXOLiClXGactia7lc+vkpx/tJn2XP
MPxx6d5b635WWUak1LoN6yhuFoinigqq2iqfKcSRNIyqxjlh3jLZIlJG64IsJaHd5C8JrWQu
c2Q2BVR+Sn2TVF4MOW9FzN8YutbNys0XRymSPSlurVqbzqCdV9NMDDlQW2yIDJIR3aMZYTqA
ybugXWig9palh7Lh2/Xl5/yVVXx8/aHXbx+czLLS6dskXL3lPoyna16R05BjFDTtjrnnKnpa
eUKpbpyAFVcsQztbS0TQRZu3wRNP2kLXF77vebucdz/Hgo7tFaKKOJiVWoljab1E9woBLHtn
fcYPY+/GjNG0xlvRBsrHNl18yjbS3MedIFo6qrEaqkiMSxJjIBACnO+c43yNh39kNTwsg62D
K23D+PXAimdYC9z+PPxVyvsK/EXY+Tv2htBS3OsooIteWWbTaTOWCwVLyQ1ECFiBjrkhMQB/
idf72wUkTmYcLJJ7WhtXR6oTcsNza+1s/C/yutgP9oZ8DWpfHL9n3V0WiaGa66v0NdodUW63
Q7y3NYo5Yp6eNf4pGhmdkXuzIqjc8Vg2N1gOE1TYKgF+xwvni5NarktnSk1Q0MrM0LwuCGUo
CGQqfUvYgqdx2xnbhjG1ru6vojKt0Y1N9BSJFqSSdFDShBDGQqqwYYwRvgDAzg9vnHYcA1dG
AbgbrXcI43dhDnZaOXj+PmmPWd+WSNWiZlqJx05ypaMKvcgD3yd99y2AMAnkNOWmyun4o141
k7+XLy+qEaDU1TTXdMzCrCMGfqzEVbHbCAHbYY/T34KMJO6BdVsdluUT0fO+5GbapWOKOcoq
gEnoIPUCcHbOcH2278Vso4wTcKiSqdqGk2si3Terb5zMu1usNlpbtqG83Op8qnt9tieoqKhy
dkWNQSR27Age+AOJthjYbgIWo4iQy8jrBbFvD39nHoHwGaBg51eMnUlgsVHTnzrVop5FqTVT
Lusc8aZNZNuP91hDINi7MAQKZJL4asTW8bmqnGnoAc7u2+HQeJVX/tKPti9f/af1tRofSFFW
6C5NRt0x2lSv3y/qhHlvXFMqEBCladCUXPqMhAKhyyhguUdwfgHZOD3DU/ryHl+VF2ifD5Fo
y2xN91lkneJnCiIk9HTtkY7jfb2O3zhdFxAF+9rLeDhellyLpcnLuZ6qoCeYFVj6plbfpYZC
j3ODtvjt7leLZeIDR+Fezh9nG/zW3P7A3xbWG4ckH5KXO4QUep9HVNRPaaSZ+l7jbp5XmBiz
gO0UjSK6rkgdLfhOeCKWbWzK+Ue2HDnRVf6ho7rvkRhDX2mP9nl0P4tvFBc+dkXM+Tlf+0qe
OXU8VRbIqmiqXhjWP70sjyxCBjEiBurqUlA22WycyQt2Sig4s+BnZhuroqY+ILx/cm/s0eXF
+5XeDmOXVvMu9QNQaj5t1XRUSUidWHiopOgLIQRsYgIIz0sDM4ysu0Lz3inEFFUVjxLV4aNm
/n1fyWu7QfLC6XKuqa64zSSVVXJ581RJ1STM5JZ3Lscsx6iSxOSTk9+C43c1pWRm2kJ11LRV
VuvC/doWeTy8KCmQBg4OSdxgg9/j6cF68WXREb5CX8idE0/OTxI8vNG1sckNp1Jqm2WqvMZ6
yIZ6yKOVN8HDK52z2I4olkGlXz3hgfJzAPyC+nn7SjTmt7j9nlzasvKu0zXHWldpSstlkoaP
ojlZ5Y/J6YuohQ6xs5UZG6gDhSb2wvlNK5oma6Ta91pQ8Hv2Eto8H3Ll+dPjY1BbuXnL7T5R
6fSMVcJrjd5AcxwTNAW/HgYp4C8r+oMYwDx0OsFt3+0UjwKbh7buPO23l+TjzVWPtWPtlrx4
8tSWrTlrtsXLzkton91pbRdCFVAkYKR1NQqAIZuggKg/dwqSFySztzVbJV9DTQUN5J3Xkdkn
c+7mrZ/2NbVcWs/F/wA56mfyVq6XSNHHSoH9SxPXZk2/i3WLJxtt2zvwA3uVnOPcYdVkRi2k
ZsOuefl7ki/tt+l7xBz95GXqSGpFhqdPXKigmJPk/eUqo5JF+A3RJEfkgf8ALxJIGE7XWuL7
N/7JXmV9o5fKuus8dPo/lppwPPqfX99HkWSxU8Y65W8xiqzSogLeUjfBdo19XFgcAuOAUceN
an5TWTxF3i0ck571dOXlkigt1Dd7s5+86glijC1FwMeB5STS9bJGAOlAmwJI4mwqWgablCOk
r3Na0ljQUkbAdSPIhdmyuOgHcYIP6EDccD1cYdZFUE3Z3Nl1qzWtTPbJKYhENVtIelclQADu
Ox7D6cB01IA/V0R9ZxImPQMXXjTNuvF1pzS0Ubfd2/eGNsCMdsnPyQO//XhkACLkXSh01sMN
rclnqbRbbXTo90uX3io3BpqYg9Pf8TYwO3Yf0zx1sdrlDy1Dn2TVXalt0aA0tuRguB1SEt09
9v8AWRxbcAKjQTuk8usbrKjLFUNTRvg9MQCjtgdh8cRLbqYAC92/Tdw1RXKW+9VXU27nqYf9
uO6ABcqJcAEbWqj09ydrY5a6H9tXVEbzKUOPJjY5A3+RscH8++MUyEvBbGbBebqJu5Olw8Qd
3qrdIZI4aOCox0U6Er5UYUqAdxlm3PzjH04AMGh9279UwhpWPZd6cNXa0S78uZZHiKkqoDH8
IHb3J2JBP1HBEdTdwa5DjhvZEuZsrP8A2V1xqazl49w++TRLbKsUszkHKxSsw2bGAvUQDv1E
En2xxlPavizqZ8cTRe9z8M+9HUNAJw4uNvFLPEZ4eqTTt8rrrR9dTRVStKjdKqEGeoIMd8Zx
kdxjHxw1jkdNF2pv5+753Q8MoicIsevXxVdrNYp7VeEUu1JO/WyzDMfQpUbruMggH/1ZAHfZ
bUTF4uM/wthwxg1WJt4/JSBceWlLLy5maqp1p6hqc4q3bzFmJOQwAO+cEA5AONhjA4UGR7ZQ
5uc7Lbu4dA6kdrw4jf6efQf4UYcktCprHmN9yqHqqUydZZ3K9CdI/iXc53UA9lPfbjRyv/pi
ywVNTh0liT69dU/625A3/lTSwVlTSqKWoHQZYlI6wAO5IHTg7b57bdiSGZA4WV9TQyw2Lhgp
BUyC00T3KN3QlGEi9fpyBjqIHfH+Z9+F7HPc7sxlWx2/cQizkvfqXVxepqQjRU4MLxlOtnR1
KMw26VUAA5Pv07duC4IezfZwThjg+nxukmpPA7dbVqqO5uitaaiQVcfQcMU6c9O67eoDYds4
OeHtDLG46Wm9krqqUvkD5NlK9LoG2Cmj3rh6RsiwBRt7AjOPz4fdkxMBxOpGGvx68FVrUtyF
fryKUI2DMx9JyQSTjIPsOMgwHQStJOf/ADDWEf52+ysx4dtUD/YySjPm+cTJTyMSMoAMq2Rt
gZ/p7ceYLrSUryYQx42ClK3dRj6qmNVWSVQwlGGbuOvv2xvt8fXibzbZWshLhqI8f5RHQ0FP
qEEyl2WBR1YbeYgD1bduw4i2UsOF58LX5Kw0Vgoq1Wlkp0NSekhCmFTuWx39Xznff9OCBWOb
gnCDk4e14vZev2FBF1MaFooYYioJA/fs3sFB3AzgfGQN+CGVgP8Adugn8PIP7cD5lNlVywNx
iSGaCClQP107hB6V9XpIwT0432+nBxrogLgoJtFL+0ttlLKTkpHUUZmaUU05ZcdKMQ0gUgAj
G+MA/nkcUTcTa02BV9Lw95bqcs0/K6KOokp46eL9yekswI9JbBGPbIJ2x7jis8ZAF3HCNHCW
uJDd0j1byxS2RNNHSVc8C5LSxphRv0jtk42/D/1xwRR8Z7UWKHquCNZcjbn6+yjWs0/UVN6a
SSmM1SikEOuOp8Z2IwD7bgncH2G7pkwcMLPvo3NdkZTjpzRiV8aho/VJgQ+Wn4jhtgB3J7D8
uPOnIUTTtIv1TTV6XR6qaWZZRFHFg+ZkEALsNjnO5H8/rglrjZLwAXZT1aaBxcIkjpsKNi3l
hvJAUge30zvt6sE8cAVhc477BZJdB1EtSuIlmimkJAMm4PbI/wCXYfkM/XibgRlDlgdgLJT8
tKe0wiIGXzKhB1vIpD4GDv8A4YGew744uiBfkqiUCMaRzWeo0caCJpY4pCjdShzu4PTt6gO/
tn6n2OeJ6NRuqT3F5suhLjXefArT00nWUYxPhuoAjpI987/zPfbiqWZrArqejllJ5eik83Ki
Zq2QzFwejPSwypPbYZ3ySe52z8dgZKpp2RsHCpGj+oniDlK8RiARwyJ0yBdhuowBnY4x/h8H
gX9e1oyjjwl7nC3rovNXymnpbe8iJK7OeoPjo8tguO/xk98/58DScUjH79lfBwKX/wCWN+fR
DGg9fa08O3NOz6o0ldqvS+q7FO09HWUboWjbpKlSCCsilGIdGBVgSCOGbHMnbduQkk/DnAGG
du/L+R0+KszqL+0VeL262E0FHc+XdunmToWvp9L9dSnb1qJJmi6tgd0IHWdthxA0gSM8Cpge
fxVK+dN95h+JrXD6x5mazves7++YFq7rUNMY1zny41GEijGT6UUL3224Np4GggWRrYGwsswW
CbKahltEcSRJnDA42UAFSex2ye2T7fnxoIGxR4KVT9o8d3ZLqvEkWAnVMqh2Uy5UDJOds77Z
2/6cWVBbbBUKdjhuFms1wkFOZGDuY36Vf+H8IwcnY422I7d+KD+1FCQgpbbmqoahZ6ctFKU6
UIyHiH0Ybqwx37g43GM8LKyESNLXJhR1L4ngsF+VvD5raR9nR/aUp+WFgt2jPENb7xcrZRQp
T0WuLfTvV1JQbKK+AeuQ428+LLN0jqQnqfhHLRuZzSbiHB2yuMtILeHL3fhTt4jPs0vCT9sL
X1Wt+VPMXTth1/cAairu2ka2nn++yMM9dfbmIJkyMlsRSnfqY+1TJHMygYq6rpB2UrTYcjy8
j6CpdzM/szniV5cVrvpW8aB15S7hJIrjLaagjYAmGeMoGx6tpT298Dg39ZG4d4JjBxyIb3ao
vr/sHvGKK/pHLBmWGRgskWpbX09ukkZnB6SO2R2xsMcS/UQlGN47CN3/ACP4Thpv+zp+K3U2
Ja/TekdIUwyZam7amp0SMBsFnEAlI2y23cDfB24g+oj5KTfaKBmxJ8h/hPq/ZX+G/wAK8j1H
iO8WmjDV07eZJpjQAFfcpD/731gSy9z/AO8L3O44p7VxwwLj+N1U/wD8PF7z6+6fJvtu+Wnh
M0lcdKeDnklR6UlqkEM+t9WqKq61o7dQhLNI57EedL0rv+59uPNge895Dv4fNO7XWyX8Bt69
XVH+eWqeYHig5gHWXMTVd61pqOrXBrK6o8xaaPOfLjXAjgjG/ojVVHxxN1ORiyeUsMUbdMYs
PD7qQOVdHR6es4jQItU/pA8osgUg4PUPnAyD8jbhPXUT3G42Gd1r+F1MTW2J7x5W28bqTl1F
SiOV7jOYox1IfM26U7bEr22P8vk8Jm8Pe52mMJ8+tiY0undZJKzWFJfK78KmKUsiM3qaTcdL
ZC75XGd85znsOC2cMdELy4S2Xi7JDphNx6/wgPW33e5yQThpqGrpX64pIjJHJSuAArK6jKsD
jLbdu4zxZFG5puCllU1kjSxwQRrtNWc1+ij1JrLVOqqKP1inud8qq+BCc4ISWRkDHAxtvt7D
PBBlsEDFwlgddjQPIALln0fRaat0rxDrEJBXB6xsgO2w7gEj6H88WwuLjhEfo2sbcesL1Fqu
mkvCU8Jd0TpJdshQ2BjIA2Gdj3xv7EcN4oyBd26Elkbq0tTVd5Xrp3kAboiUllgZeoAttk49
iQce+fbA4sJsqnPJGEL3PUV00zq2hrbFWT2u7Wmrjr6KenYBqaeJ1kjkBOQWVlUj8hkb7jOZ
dWOe2Rmh2QfXzWwj/wCy9ucOj+VyUt05ZcuK/UEFP5bXySvq4KWrkG3mfdF7scElFlUZO3SN
uBnxuasfU+zlNH/U7QhvjutWPjp+0h5q/aBczv8Aabmbqqtuk8fUKCkQeRQ2uI4/d0lKvogU
7Zc5d8ZZm4HLSdsqptRFSt0Rd0Hn/cfx5lV3rLm9UcKPLX39WWbPyffi9kVslIKitfJhuB8z
5nn9FZr7Ir7TW/fZS+MG38ybTbTfrRU0cln1BZzUeR+1KCUozKr4IWVJI45EYgjqTB2Y8TcE
KRcYW6DxL/2rrwa8++TtPQam5J6z5oyq336DTupdN2yWipqtAVRnkmmlRThmAkjRyATtvjiu
xXBG4nC1MfaX/bkc1ftGLJDoyCktPK3k3ayotmgtMr5FAqKcp95kVU+8Mp3C9KRKQCsYOWPd
J5q9kPVU9semK2/S+XSUs07Of4QTjf3PHdTRklTdHhE9ByhuFBaxcLjJDb6BifLmmbeYgAkI
ndjv7bcS1FwBAQ4cxpLL3JSKr1VZdPr/ALjRNX1ShlaoqSGRScYIQYGxG2/vx0NDcqMkhfum
K46yuN1jlV52WCQ7xx4RD27qPyHFgOcKgNHNIIUMrEOrvgHse23f+X+HHrE7r1+S9NH5xB6Q
DgDAHcgd+LNIXkaaY0DT0Vtjud7mSlpWwUj7yzdj+HOQMEH9RwPNOGizclebC6Q42/Cyai5s
zyU33Gxw/sa2qD0MN53GwJZvbP0+vEI77uyuugDbJl0baFu9VI84MkESs8uGwOxJyR/6T/P2
4jPIG4CvghL15pVk1dqFS6KkFRKI/UAPLUDP54wMZ+OKJXCNmrnZMadpleGgY2/KfNRV5qrN
XQKGSGOd2DtjHTjCLge/5+358DQYcDzsrakd0qyv2d/MU6B0n5E0kird4pekNkoZFdWVs523
98EjpyO/C3jNAKl4dbZBl5ZCNG+/xVqddatpNR0cdNURpLR1yypJIIxGIG+cZ9ascekZI/lw
74VKBB2Dh+3HjZZmQnXrvZVd1xpSW2a4hpIaWMLT75UO+wKthW6t1IYj49Z9zjhNWxdmCT8F
9B9n5jPYt3v6/wAKbb3omO96Utsckk0XkTLUs/l9TKeturbpOe/yRv7YwMm94BJAsvrEcLnQ
ht72/OyBNAeG2yQc1KesWVWy5kYAmMRsUDbdgMZzuc/TbZqK+0Xj+FnYuEONUG3sOvQ8vj6s
pL5w2OHWGnqmh6I2pqQOoLKFdAFf1g91Oct+hz9a+0wHFH1tEHhzBsLj5b/T7qk/NrQF4tF9
r4KWKeahSMSBmlYfdkLAEHbO2Rg7nBHsdnVK2MtB5/VY2tgmikc07den+Fk8PqzWqsaOrMCz
RmVPupdlk6yVwRkEYIbBAGTn2yCCJ4hddo6hzYyXbjl69HqtjHIK7waj5D2OjuNH92udHCFq
opY2ZY18zrTBb6FcfA23xxnJaaeKr7WMY3+gT2Gojmh7N55W+pSmp5D2KoqZJOsL1sWwAdsn
jVt4i3SO8kLoahpLTfHgtX9/uUlRqyFk6V+7U4ZMHuAM9vz7/UZ7cBsaOyIWknmealrnHbb5
n+Pmpz8Ld3grLvX03U8ZqIRIUJC5Az1AfJJIHAjIyHFbOCoDmix5Dp0U1V9382sSWQCndj5S
YHWQTsAR84JG/wBfpwS6PFgiI6oHJ8k+2W+L5yKpjpiqiNz1nHSAozj23wP1378DuYSr3SZ7
qdmr4Zq9gvnSyy5LiSTBHpIyMfG313A+cUSPcG3Km3TdOjVUU1R5QUCAMDK/TlpFx2GNwCOr
68AanNRh0uwiO01P7QvMUkAdkjZVYtKF6Btkk4JG4+Nu53A492psQSq+xubtSqyV01S5pjlp
WYjyvLUMuVIA+gx7H+72HFT5De6myDu5CeWsXkJIZfLkabuzouOo59Pcn27522+OKZqjSBi6
phhLnGxwlGmrOKenncleoeYFAUlMLn57nJJz854iyVwABKZRREC/L1ZJJ9LWZA0NRRUcsgL7
ooDLldux2wc/12yeHFNVVJIIclVZ+mBILc+CExarNa7qkSQxhT5YUdPSUwwBIYfxfiGfbPtn
jRMqZHtyVl5YGMfgeXh/K8/+F9r1FRS1eYppm6WRAoycHcnfG23yMfnswiqjYN5JcYIyS4rI
3L23Wmq8yKn6hVzISGA9TEZIwM+n2P8AhvxdHUuIKhPDHfV1WC66VWuNParTSVFZWVs3kwQU
9K09RUSnI8tFjyWbBU9KjP8APe2OpJddyBnijZGQCB1J/Ka+ZvK2+ci9Z0dm1npq7aXvdTFH
VxUd0pmp5XhfIWTpJPp6lYD4KkHGDwU2rHLZAxxwzND4SHeSUmmgFERJAxJDKrsd8Yx1HH8P
t0+wPbg0TNLcKJge3946pTRaZkS4MsTxwPGeqRGwHbBJHq7Z7ZxjGeEVTXNIwtJRcPcHZ/n1
1Xih0ZDSCCX9zMevoXO4IK5zk57EjOB7n5HADq1pbumn+nOa69rpVVWZ55qOTz4nMRKMApHf
G5AHft7b52x34HNQ3ScKt8Dg4AOXrVEf7PgELyIglkyqwuQoAG4333Ixn8uFbbTu1cgmfaGF
uk7lR7qnRLalWeKiip8ouRl8EEAjuBsdhjv/AFHD+gqDCRqSuvphM0tYPJRpeYG0vSRrHUzQ
xSSIoljAeRmPUenbbfAAJzvxohLrKyj6YRAEFNlNrGhprTHTqzNLIetYQp6m3Oxx+W527cWE
OBsoNMZbYpIsS19aOkSCVlMmWPSMbqF+Q2xGAMdz7cWdtoNyofp2yYasN0SjoJ1iaqhSWTEr
IqEkHYjuc7k7fJztji1tbdBzUWjK92vUVPdIwKboZJc77Y777DbuCcf47DiD6kbkqtkBcbNC
I5qGW1hmjjPqUkL5i9OMgbkdz+Q/68VtnDsXU5YHRm4HrZMF0qTdK1aGNBWVMjZSlpo2kn/C
ST0KuSSMAHv7duJjRZUPe8G5KR3zwk8xj13aHlzzGpBTp58VXFpqvQxKB1+YJViGPZsg42zx
S50G11UJg7dw+IWDRHio5x8tqiW36c5t81NPtAv3WWKHVVwg+7BckI0fmjow2TjA7/Tel0MZ
zZddTxuPeaD7gi5vGX4m54FqE58c51y5JL6urkH6ASkDbJ77Y9+/HhTx9FI0kQ/sHwCB9T3P
X/OOp8nUus9a3+mLMWW736rrY29QLECWRlOTg9t8fI462OMbq1sYGWNA9yQPyJh0zPGYoaao
SJ1LBMIoB75HbOx+RwVHDGW3XTK5rtNk92PT9PaYt4qh1YkIV7EnZAu3qz89hwXG2Nm6olc5
+AjG00NQ9I6xxkdEYwxI/e5YAnp9h2Pq+v5cDz2LrhW0xIw4rP8AfKixJNF1GJj1MqdRLMcY
A7Z9s5HxwOIGv/cmgrHMbZhTLf8AW1XccRXCNpOl3kYEnqAPpzt7bg4Hcgb5GeC20zItggH1
cs47xv6smWi1hW2szSUtXURwPKZajABLlSAFyOxx7j47nbiiojje3IUqaSRkmCfyinT+tY7z
RvJPLUVIRkchl61AIGd8Y3ONz329jnhRJSgbLURVDbXd5pJXaqp7fLUNUU9LT0bxEuGdUGBg
Zy22O38z844DfTHdHR1LLGw5JnvGtaeppZkhmpvKUAy+VJ1oCVABGM4bGBv7Edjni6GOxuUN
NMdz6/lDVRdUts8stHIYSiDCoHdVyApwSd1xk4OTjBGw4PBxZL5GB3fH3Sum1jB5H3SectKV
wSI2YMcY+MZOM5x33zxS8ndQAFrWUac2eaS6Yp5GCy1tY6AiIZ6IY+rpDufcFlAAzv0knAG9
LpCXWCX8R4jHRM0ganHNug6n34A+ihzV2u/2hcfO9VVU+UOmaSQv5JbdukYCqdyMADB4rLCc
uWPr+Ka3ahl1tydvIckLlZKmRpHJdm3JPueOhlklu6RxLskpRDQNUkKqHf8AI/678cc8N3V7
KZzxgLylM8KAkAjOPnPEg4FeEDmi5WaOndwnSPxnB2/188Rc4K9rTZHuh+QVTfAtRcq2O10v
SZG61Jk6Rv2PYt7d/rgcUPm5NVbpA3xTpr3Ulo0Vdaaj0xURVFElOoljKdS+YScq7E4fbp3y
R854os7VcrrQHNs5AV8vVbqSpNTcK2oqpXQIWdySAFwBj47bDb6cFA3OFBsQtnZIakJHH5QA
Cv8Axgdz9OL2i7UG8WdhNkKEsPf2xx4YVZRZo3lrW6uqIUhR0jfqLuwHSoAzn8sfy+eJulYw
eK4AXclbflj9jf4gtfadorxobkdzB1ZHWQGamuE1uFFQSKAB1xPUNGHBJyCM9QyRkDgN0z37
YCvjjaMv+CiDxQ+BrnZ4cdXU1s5ucvdY6R1BdhLPbf2jAopa2GJQZhA6kxyMnVH1dDnAbcDI
44MYCLiDSLqGP2RJW1xp/JMcrHp6G9PTvjiHbFubq4wajbmU/wCsrlLTxCjieEVFSokqRDH5
S7DpC9IAAHSMYH5nffiiCQvcZDsrZ4Swdk3dJLLRPbbjFPkOIFMjsW2/Djsf5bj2PEJ362Fv
VW0zDEbnknTRtoe/2WrCMxllLlwi5BRVJONwPbt9OOPsx1lC5Me26kTQdFDoDQ9JLUPDHOqO
7pJn1R5wATkYYgNsCMH6jhlFEHd87pXUFwGj/CsZp3XRvtRHFKCKYBRTSnfzEwA437sCqn8y
Pkcd/SFly3F0pkN8WQXq3VklXzJFY8kRemOQuAAHZ+lTue3o37nJXIBJwk4x3mXctt7Jgxuv
Hv69e7xUx2vmbDFaCJHxJHMR+AEKMlsHOQcDOd8YB4wj4n6sjC+101VEyOwOT4evJedOarpr
t5FekcMMcDGV4Q4TOFVsZB29Kj22DH3zmccbw+ysNbE6HU0jy54v6/CD9U+ICA108MELzffW
bBOYo29sDI2HS3vt+EHcbMGxOH7ilT+KxW0abnr/AB6+qDpNSQ1sgJJp6qCPrQBFfPqy7Hp3
XYn8vjI2PgmOwCR11MHOLnHe58+p96cNBUtsvNxqrrBSRNLEAlLJUJlFbIIbCkEnPXknvj53
4d0zHPIaRYLHV87Yg5zMnPr8qwHLC9R2mnSQukU8kaSnMvWj5w7EH236h2O2cYBHBlXEAAVX
wSpdd3jbb1/Cfqq++ZUyMphRWYkKz7qM9jtxlC1119AbGy2SFq8VPvt2WVnM3Si5OSTvnP67
D88/Th7qAFkmY0vk1XvYfW+Ldel7fJSZyIu0tp5r0yAZSrSWMx5CozLlgAe3cfz/AE4sYByT
One9kvf53+SsNJeXqY5anqkaWTA/d46XyfZf039/6cXdndNBNZ1+aerHOJqVlSTp8whGGOli
M4IyB2z/ADx+vA0sRGUxgnBwU6LrACN4sOYacN1StIQAATnc/J9yMb4zvwG6G5RZqABvsnfS
l/8A22sBmZEZi3mhWILEe2N8Y299/wBcAaWl0nCIiqdWSiS03BVrpDCH9U5DgSKCzdRxgYGN
wT3z/mP2BG6tjq2F2OqdYb7T0VOfu4RDNGUKhhJl8hmbcDL7fO2AN8cQFM5ztl2ormNbg/T1
dPdl1pJSMj1MoMJCqFDqPUO2f/ZsM/G8HUBdsqo+KNbZONVzCS4EuZHzHHgKpVo1A2wB37k/
l7cWs4ZoyV53FtYICsP9mn9n5S+PKs1Dd7zfbhZ9JacrI6KeKiRRV3OZ1EjIHcERIqdGT0kn
rwMYzw5o6IP7zsALA+1HtK/h9ooBqe4Xudh+VKv22P2a/LbkF9nrc9b8utM0Onrzy9rKOuqa
tZZZZ7jRvOkE6zO7kysPNWQFskFCBjJHDYxNAwFieFe0FZJVWqHlwd8j4dFrE5JcxBe7NG08
0oaPDOmPRj3/ACOCd/z24gAbrZifULndWP8ACx4d9c+M/WEmn9D27zaS3zj9pXqsV0ttrXpw
DI4/E5VjiJMucZ9IJZSNKArOLw0rdUhueQ5n11VzL/z48LX2F8ENDe7pcNf84a1FWua3wR11
9CPkklWcRUMBwMIXVnHST5mM8dWRkfX8VPRnLp/JWqjxM+LfVn2iXi3v3M++UYsttlSGitVq
E/mraqKFswxFzgMxJd3YDBd2wOkAce1WWz4Rw0U0Oj4nxUlcjfDdzC8QlE1NoLRN/wBWSwyd
E1VRxAUVO5RMK0zlYlYeoYL9Q2224lJO93dHJFz1VLS96eQAnx+gGUp8UXhs5qeDix2qt5ka
VOlaW/1RpKGQ3Skq2neNDIyhIZHIAG5YgL6vk8KZ4XW2TLhPHqOodphdcjwI+oQ/oCqprnS0
5V4xHEvQrdQd1/CQxAyBsx7e+fjhO5rwVqhMwtGnbqpl8JnhPvHjU5ypoyyzUlsp6WEV15ub
xmRLVTdQHUiEjrldm6UXPSTk5AUjg2kifK697BZf2i4xBQQay27r4Hj9gr48/wD7MHwz+Drw
ea31bqawVF1OmbHU1b3q83SeWtkmEbCFU6XSNZGlKKiqoBZlG/DdtNG0YC+ZN9peJ1NQ0B9r
nYAW9ea0b8ldfXHUMKLWOsJSPqlLE9BOD1ZGcd87e+ccXMiaBdfRY6pzhZWN8O32SvNrxxwf
tvSVkgtdhq2Ror5fJWpbbJ0FgRGMNJLuTkxoy5THUMng1tTpFgFneJcUpad5ErruxgZ+PRTH
Uf2frQnhpp1vviW8Q2j9IaeibzI4rSFpKm5kZLhHqskHLEdMUUhOe446a1wGEiPG3zHTSxEn
x2+X5U1eGH7Mb7P3xf3Gt0xyu1hqLVWoLRQLW1U9DqKtFVFB5ip5pEkSw7t0rsn5Abngc1Dn
4uqJuK8UprOkaAD4CyuxR8h+Qv2WvhgvWpafS1i09pnRFte4XG5yUsdTcqzywCGkqJAZJpnf
pVQW/EyqoAwBAu5lJpKmprJQHOJJxbkvnF1xznvnjJ8TOsuZNdZrfY01XcnqobZSRrDBbIQq
xxQgLgMyxogZ/wCJ+pvfHHTUANX0ThlN2UbY97errYx9k79jnB4vNKpr/mRVXOg0QlS9LbrV
RlaeW/iI9LyPMB1xwBh0Dp9blGwyADqiH3yEp43x11O7sIv3czyHu/KuZ47vE3yY+wn8N9Fc
tI8s7HT33U9S1tsdptdItF+0Z0TzHkqqsIzhI09RLF3YkBQckr573WzlZWlhlrpf6j8bklQD
9lJ9v5zC8ZHiztHLvmLo3SFtt2r46hbPcLC1VFJR1EULzCKZJXkEiukbgOChBC5BBOK2Pvgp
nxPgTIIDPC4m297I2/tKHgd0TzG8D2oOcEVpo7dr3l1LSVq3SlgWOputK9RFTyUlQ6jMqYlD
p156GTbAZgSGSuZsUFwWpc2cRnLTyWsLwJ+B3mR4wNOTVmkdF1r2NABU6juUq0NnpwgPWfOl
2cAdxF1nJJI+Bah88n7ThfQIuL8Oox/X/d4C5+H+FIWq+TvhF8PmpJINfc5rzzEutFIY6ixc
rrLHLTUzgjqU3Co/dv6gR+7KkYI2PHYO0a3S5xJQFVxaoqXGSmiaxvLXv8ArV/Z06g+z18VX
NSj0LY+WN3o9XVkLm3x6+jkqGvBVCXSNvvEsJlCBj5bBWIQkA9PBIe9otdZriEvEQDM54t/6
cfYK7WtPsYvDFrDSVfav/BzRlpFfC0K1lqovudXSswwJIpYyGRlJBBG224I24l+okvfUk7eI
1LTfWV872jn/ANltWX2xNULK1juFXbhN0hVkMFQ8XXj/AJvLzj2z8cFxTknK30NntDhjmpW5
M+EnXvjJ13U6f5c6WrdRVCyIa+q6hBQ25Wz0tNUt6Y9t+ndjjIUngt1S1rQ4oGrmihzI7HrY
Id+0c+z31N9m9ftJ2bWdz0fcLpqy31Nxp6WyVE0rUyQyRofM81I+7SZBUHPltttvX+u1hQ4Z
UMqC50YOFAnh45B678RXM+h0RoHTt51dqK6nLUVCCppUDKPOkc4SOIEnqkdgi4xnIXPHz2Fy
mUskUDe0kNgPXn7ltr0H9iFyi8CnJCr5neLLmPSWy20gXzLTZaqSkoozt5dMsyj7zVysF/4c
Cpk9gQOrgB9Q47JJP7RTTP7KiZbxPqw991E/I/7ZXwV2nxQaT0Vo/wAJFpXSF/vNLaTq2/RU
tVc4GllEMdR93lSeRkBkUkNMH6SfTkAcVOe61yq5qevMJkfOb9Bgfb6LYz9q/wDZf8kOcHgb
5n3E6C0hpnUWmtM195tV9tVtit1VQVFJTSzR9UkKqXhJQq6MGUq7bZwRwPIyk9BxOpjmaNZI
JFwSvl75e6yaqta+f1feHjBgVVMjsSfw4x8E4xkk4HzwWx2puV9Ehlu27vXmvoD+yg/s6XL7
SnJGx618QOlV1ZzBvcKVq6euEzi2achYAw0706FVmqApBkMvUquelR6OpqJJSTYLFcR4/O6Q
sp3WaOY3K0of2gvnzy25r/aQ6ws/J3Sel9JaK0SkWmHawUa0dPfaukLrPVskeEOJHeFGUepI
g25bPFbSkj55JL6yST1yVSSlpOsrjHVuSCfjfi8dFT2Tjsi3lvyX1Zzeq56fSWltT6qmpI8y
pZ7TUV7RfVhCjFRk+/EXu6IiJrG5cUu1loW/cqLuLRqzTV90vdXjWoFJdrfLQ1HlMSFcJMqt
0kqcHGDg77HhfM12q4T+jnjfGWhWA+yr+yi1z9rFz7l0hpOop7LZbFCtdqLUVbC8lNZ6dmKq
qouDLPIQwjjyvV0OSyqpPEmEnAQlU9kTRzK3dU/9l88HXgo5I3rXnNG9a81LQaPtUtzvF1ud
9+4QRJCod3ihpljwT0lUQu5JcLliQeLdISo1ch2XzcczNV0euOYl7rbUlyo9P1FwqJrTRVtR
581FStKzQxO2wZlj6FLAbkE8e2V4iLm3clPKvljdubeurBpXTFse9al1TcobZbKKLBetqZpB
HHGM9ss2MnAAOTsDxW4PLrFdaI2N1L6PPBD/AGQ3kNyw5f2qs50zX7mdrKWAPcqeG6TWyy0s
pG8cEcBSZwmenrklPUV6gq56RcMCyCdMStYv9pB8P/hO8KfO/S3LDw7ad/ZWr9PfeH1vLTXu
ruFLSlwnkUbfeJZMVCYd3CFegOqtljhZtdlWxNdJvstfnL7l0upLpVl5PIhRFdmYKRjIOFB/
i2Pbt75Gx8+TSLhBzWYtuv8AZoPABonxd+IrUN4vJtd10vyfFDVz2icLM16rqnzTTecpyDBE
IXdgRh5BGpyFYESMOd3nq21hc7r6HOavMzTvI/lpfNXaquVHZdOaaoZrjca+qbEVJBEhd3P5
AbAbk4A3I4IUALr5EftNftRNVfan+P5dd/e6vT+ktO1Jo9G29nIFnoI5C4ldBkfeZyoeXAOS
ypuqLxU6zjpTSBmiIuIurY+GL+zNc2vGXzYqtTSpQ8oOVdfItZS1l0pmlr6vrUM7UtDlX6Oo
kK0zRr04K9Y4EED3ix2VrK9kbQSLusgf7bj7GvlH9lDpDSU1h5y1+s+Yeoa5IqvStyo6QVIo
/LkZ7goh9cEQdUjUOD1l26WPQeLXRhjQ0KdNM6eUvcFVrwD/AGeOvPtHuf1t5baCpKemra2P
7zdbpVKxpbJboyokqpsZJAZlVVXDSOyqMbsPRDU7PJQq3dmDbK3wciP7K14Z/CvyxrrtzE1N
rLV8ttoZqu63Wtugs9vo4lj6pZUigwY0VVZiXlcgZyTji50TSdRQAq5LBjVoP57a80pqvxD6
vblvTVdFoKS7VTacprhK89QlCrsITIxyxYoCcN6sMASSODaQXKvrYrRjVulmitXVMbUKU6SX
eoecJR0UJMs1Q02VihVMbsZGwBnOSB3IANJtukLYRI663neB7+y36BOjbdqrxCXC+6p1pc0j
rKiwW25vb7XZCfV92MkPTLUSLnpd+tUJLBVOAxTzRMkcSRhOqeukp2hsOPHmqif2hrlV4WPA
lcNN8t+TVgktnNtqpblqDyL9XVsdqtrQt5Uc6zyyKJpXaN0RQHEaFjhXTqWVNDCBZrcrTcH4
rWSuLpn3aB4b+5Ua0bqpa3k3cK6RZ5ZKOp+7yuw6vLR16hnHuSDvg9t8YyKmUHcJHJXScULJ
2RnYqLX52ML/AFH3IT9ZBkAjZiY4+kq3UW2IUM5x2/PJ4H/QkjvFMDxNjcJzGs6mqnonarTz
KzKVRXp9TZUrGr7DrcmM4PfIOfxHg+loG3AclXEeNENJb6+anHl1Lbau5wUVfcqmZ4quClrK
eK3JDDQvIct0zMcSsOph6V/iAAAGeNKyOCIWv5rBySVVRJtfp69YUg3ungpZYVWeSCCHoEMT
lEJgLYXKg4JCZ6m7gk7YKjjMVdT2khLdl9I4RQingDXb4umCt5uUcVZMoukihXIxmE43+o4X
Z6JxdvIlUWpXervkzhuh2fA39xgY+nuf0A9uGRYQA0oemqAZHObz/j18AnnTOs1tF3tlaJAp
hrleSQ7gDdDnf4Pb2yPjibWG3iF13EAJGyXxfJ+X4urU2q5LqOxR1sMyoJz5xYPjJbHv74JH
btt24NbHcBPmTtcL3S+G4CnjkjjzG0UnSiBAGJIHqJwd8Zx377e/Fboy42KvM+nvBcp71HDM
SaeNmX0u3UB0k9iWONtwPnfjv6VDO4lzITjZbvS2hY4UiQPURBUDQt+HqVNiCQmfqd8kj24p
fTEqxnEA0evX5RRa9XVQtypAh6lXLBW6es9TZOPnAPb3H5cDim7ym7iJDAAnex35oAWZiHyc
IoyM7Y7d/bf5G3ueChSgBLH8TLjnC6bVpaWOIyOct6lZyAB1Y9x39Ocj4/M8WNozkqt3EQe6
Pesb3+Yq65KfA6gMZ798bDf8uOGiceSmzjMcYyVss/s8fi60bpK36l5YX6/w2zVurNQ/tHT9
vqAc3JPuSiRY3C9PWv3d2KsQSCCud+L2QGMWWI9pJX1UgqBkAWPx/lXY+1r05Dqv7MjnxSzy
NFEuhrrU9SgEgw07TL327xj8uJJBQuLahhHULTD9lZ9l7c+dnKV+b3OK6DlbyQt8IrpLrXTC
jqb5TDfMJkwI6dsjE7A9ecRBjhhwNsVq6zjHZjsYBqefl66fFHvjE+3N+76RPJ7wjWVeXfL6
2q1KdTxUxhuFcp2d6RGHVAH3JnlzO5PV+7PqMgChabhmp3bVZ1OPL8/jZUk0RyOetrJbhdZK
uurKqZp6uWZ/NmnkY5Z3dslixOSSSTnJPzJzHWWmp5Y2qwfgw8INz8U/iAsvL2x9VKK9jU3O
t8nqFsooivnVB9urHoUbZd0GcZ4HLX3sjazikVJTuldY9B1K+hLQWgtKeGjk7RWW0wUGntJ6
ToCF62WOGlgjUs8sjnAzgM7u25JZid+LV8nmmknlMjzdzivnF+0q8e9x+0/8bEt/tj1CcutK
M9r0jTMzJ5lP1ZkrHXbElQwDYO4jESns2RJn32X0XgFB+mjsf3HJ/HuTho610+j9MRyNFvEG
cZOwPT9DnOf8uAez1Fa39ToC3O/Y4eES6eGbw31N51RA9Pq7X9St2rIZV6ZqGlCYpqZx7Oql
nYezSkdxw0ijDG2Xyf2j4n+squ6btbgfdayv7Sn4+rlzw8VNLyEsFcYtIcvGgq76sMhIud3k
jEio+DgrTxOmFP8A5kjk7ouLQLozgVIGs7d2528v5Rh9iB9k3T+JilpuZOv7bIeXlumKWy3y
nCalqI2KuzgbmljOx/8AfXyu6q3VIi2EXxfjRgb2FOe8dz0/n6K9n2vP2rmnPsteTNutNjoa
C78ydSUzQaYsK4SnookHR97qFXBSmjOFVVwZGHQuAHZY2PJZnh9E6pku44G59c1oWvN71Z4q
uYNw17zD1BdNVaruuC1VVsZXBJwI4ox6Y0BwFijAUbADJ3AnLg4BfR+H00TI7NFgPWfyvoF+
xv8As+6bwH+F6FLhQpT651mY7pqBiPXTnp/cUf5QoxB/+aPIfjgqFmlud18/43xAVVQdH7G4
H3PvVFf7Ul44v2zdtLeHWwVZZCYdTav8t/4QT9xpG/Mh52B/uwH34m65wEbwClyahw8B91UD
7Prwoak8VvM616C0XR00UkgFVcrtNCZIrPSjZp5QMe46VTYu5C5AyRX2Idly0FbxT9NESPd4
lb47rrTlT9kZ4JrYupb+bHojRNKtFFUVeZ6y5VDsz9EcaDqlnmkLsI4xgZOAqKSLmt5BYRxl
q5y7dxWjz7U37X/U32rxt+kbPpGk0tyzsl3W6UMdWBUXe4TorxxzTSD0QL0SP+6j6vxeqRsY
4OgpwTlOKeh7DvE3KOPsL+RFTdvtHNAVMCuI9MU1feqyQx7hFpXpx323knRcj547VwMYLjdc
rJ3tgcxxwfX2W4z7SnnbyU5H+FC+1nPo2us0FVtFHJZ6uL7w1/njdaiGkipwQZ3Z4VPQfThS
XIQMeAEmpY5XyAQ7rQX45vtZeaP2jdQ2nqVouWvJulxT27SNrkEMM1OpxH98kTpWZgOn92uI
UxgK2Ookxw32Wip6JkHeOXdVGGneUNHbV/3ilykaqgYLkMenfHtjOe+f8eCGMa0d5Tm1Oddq
sZ9lNyIPMf7S/lHBbEmRrBdG1DVSwttDTUkbyZYjsGYxxkH/AN8x/Fxycx6TZB1WtkDr7HC+
gTxA847X4d+RWrtd3uSOG06Os1VeatmOB0QQtIQPqekAD3JHC9IY2F7g0c18+H2Vn2WeoPFF
ZI+cHOW6XDl9ywv10ElPNMjLd9ZVlVOSKegjIL4eQ9Ik6Szk/u1bBcWa7bLV1HE+xHZQ5d8h
5re9qK98ofszPC9V3Kp/YfLzl3pGnMsnQvSpY7YA3eeokYAAeqSRiBueIE3yVmSZqmXPecV8
7HNfWHM77fr7UKao0va5KZbyRQWGmq3YU+mbJTsT59S4z04DtLJ0/ilm8tMkrxcwhouVsIBH
QU13Hb5nw9bLe3yB8NnJr7E7wYXu91U9PSW/T1AblqrVNVAor7zKoA3xvgsQkNOpwCyqMsSx
rc4uKy9RUzVswv5AdPXMr5wvtNPtFte/as+Imp1PqZ6i26StLyw6V00j5hslIx/E2+HqpAFM
su+TgLhEVeL4qcnJWjoaJsDPFefszfDpp7mp9opyls+qbvaNM6doL3FertcrhWxUcJho/wDe
jD5rMFDSGFUAJz6tuLpYdLCr6yctgdpGbdFs2/tBX27WjuYvIu9cheRl8XVVfqxTR6q1JbSz
W6ioO8tJTzjAnlmwEdk6kWMuuSzYUDQThJuF8JlMgklFgFTP+zkeHvQnN/7S7SlPrKgut6ls
lFPfrHRU9IJre9VTgOs9W/UAkUJKsuxDTPEPztc6zbBN+NSOipu4f3Y93h9+i3Ufb+faMr9m
99nZqi/2mtWm15q8HTWlFVsSx1k6N11Q98U8IklzjHWIwfxcUrEAXNl8eESPPM0kjFmYlizH
JJPufk5/rxaxqJY2yt79if8AZrz/AGnnjz03oOuSsTRNsQ3zVlVAxR4rbCVBjVx+F55GjhU9
x1sw/Bx15svSd1vmvpm8b/jk5CfYR+EeiSOy2SxRRwPT6S0PYI46OovkyBQVjVR6Y1LKZalw
enqyet2VWpJVDGOebNXyueO3xt67+0u8VN95p66elW4XBFp6WipwUo7NQRFvJpYyd+lOo5Zv
U7O7HdscUvkGwT6jonMFyvqz+xU+z80r9nl4D9KaesNXa77d9TU0Wob/AKgoWWWK91dRErB4
pBnrgSMpHFjYovVjLtxY0WFklqZe0lL1p7/tYH2xf/jfzHl8M3Ly6xy6R0lWJNrWtp3ytzuk
RylCGBwYqZsM495wAf8Ag7ytdehZnUVpYSUhwFxt299+CY4+q9PNc2C3Of2Sv7LS9c3vEVH4
ktS0wpNGcvZail06kkQIvV2eJ4nkTf8A4VKkjerG8rqAcxviqUi9gqtRtkrZx/aQPtR7v9mt
4KaWn0TVLR8yuZlXJZbFU9PU1qgSPrq65BkZkiRo1T2EkyMQQpBqJsrIYjI6wXy2cqtAVfNT
WUtVc6yY04m+9XCtndpJZCzdTszHJZid2JyST8nPHoiHHKurZTDHpapR07yWvfi85k02jORW
ibvqbVcozLT2WmaaSSLs0sz7JEgJXLuVRSQM57lSRsLblJqcyFx1r6Lv7OZ9jdWfZh+Ha5ak
5g0MMXOfmEwa+IlRHUrZaSNyYaBJIyUY5zJIyEhnZVBIjBI5KNVN/t8fGVzL+1l8UaeDHwyW
6q1daNP1Sza6raBwtHPWwyf8CeoJ8uKkpXALsxw84CgM0QDRKuis06nKUPCZ9lJ4VP7P1y+t
nNbxI6205qjmiqia3yVcRmgo5xv0Wq3YaWeVWIH3h0JGzAQAniFmtyUR2ks/cYMKGvGJ/an9
feIqvr9L8iLI3LCyydUMeoLzHHVX2q77xxeqCkyM7nznGxyp4pmleP2IhlFHGNc2fBatLjoK
76m5y3HUOsr3ctQXi5ytW1tdcqpqipqpckkyyyEl2x75I7du3EQ++SmUEkT26YsXX00fYMeA
zSvg+8GNp1Hb3tVz1XzNpae8Xq6UUqzRiMKfu9HG67dECswIH/mvKfjBTQLXCRVshdKQeSo9
/anftaBSUx8MfL669VTVBJ+YFXSP6oYmXqgtRI7+ZlZZgOyCND+NxxXI+2Ebw6kJHbOHktH1
bYW0TLDUsXWSZ0jclwQEO+T/AD3PsO24PDGjcLFDcUJ1Bq2Zf2cX7OO8eMDxX2jmbd7f5PL/
AJR10FbJWTQgrc7lH0yU9HFnYhCEmkZcgBUB3kGLKmQAaQlsbbC5W4v7dD7SCs+zG8BF51rp
9aGbXN8rYdPaYjq0EkSVs4djO6Z9awwxyyY3BZUB2Y8AXRMERkeGhfKjJeNSc2uYF31TqW51
t/1Requavr7ncpzJUVtQ4Bd2kO7Mc+2w2AAwBwDPvdamn0xM0M5KYvC/BT6vuV05fzMtPRag
pwgSZwH+9Bl8qBF7ZKl/ckBD2PFXa9k0yHYJHxjUNMreR+HigPxF8iajkXrdLVV+fJRFswNJ
GAa8RFWJyM9IEZIJBz6jgZJCm072yxCRnNBU9c51w/cbjp65Jq1DebPqe5wVtnge2rS0Roki
qM1kdOTIFcyHpXzW9Wdww9aL1AEEW6S0Ih3fNyc+t1MnKGvtvLy0U9xjqRXzGFYx0RokcwCg
LIR0jq6iSAGCk9z/AA8DTPc5pAwn3D6Rsff3KKL/AKpnitq1l1GKjoaaUQx9QlXDYbOMKR/e
9+geyjhLL+45WrjaGsAco+qLTpN53bMgyxOJKYBxv7gnOfz34j3uirLI/wDqPr3qrlsrstIs
IkQSYUEH1HABCZ/I/wBBw3e3ndKqOVpu0DO2PC2PXgE6SUcFHRVMUcSgwYmPWuQFPsdzvuMd
v5jjzHG46q6pgi0ObHsM+G3q35Uy+FjXlVPQ1torm6jTFaiJ2kOY1YkY/X6dv54Nj5s5K7hs
znN7+/2Ur19W9BMyh1laV+tsKOgZBJU/UbHHBUcOrKOnqNPNLLNSLPRKDGmSckDbb3yM5+nF
vZhUNeTunyCzRVHqByqL0+WGJVmJyPf5Ax+X0446MEKJfa5CcKOKSkhiPTUNGoyEbvtkfyz/
AK24pEIC9JI4i66rq2VpJRI7B36f4vxe+APf2x8/rwZDGNykVXKbkXWJ680tPHM8gTBAYhiQ
5OSSM7ZySSP8jwfDTtdgJbJUuaLkrDRXhGHWjOqqcqdyGG4Pf/X9eGzOHtOwS2SsJ5qePswY
p7v9pXyWNnStlrINRJNKKZSx+7iKUTOcDaMRlg2dgP6rOI0YjjJKn+o1ROC36+Nbm7pjkJ4R
eYesdaWR9S6U07p+qrbraFhjmNzp1jPVT9EhCMHz0kN6cE524zrWlzgAgoWOdIGtNivmx8bX
2i/M/wC1E5hwTajkWwaCtMoNj0dbZei3WtQCiO3bz5+kbyuMLkhFjU44awUBcFoomxUrcb8y
m7l/YLfpWHeHMnTllLdIXIzg7+2c/P14aRcLbbKEl4pmwRW3MOnp4vKBI2AVEcYAAHffc7fT
t+XFsnDwG4UY+Im62kf2cHllqIae5jcwK2mttPpu/wA1PaaCQ04NVVTUpkMzpJn0wKZQnSBh
pAxyOjfO17Ax+kbqriNV2oaCdvuoq/tLf2ns8Eo8M2g65kqrlBHV66rad8NDTOOqK2A/Mq4k
l/8Amflp2kbAWglFcHpLnt38tvytc3IvSFLpeyRSzEBunOXQ9RP6e3z9OLP0ZcLhatlboC2E
eAXw76d0Jo+k8QXNyORdD2m4wUWjrL5QNVq+7yVAipvLhIHmp5pXy1Bw7qzn93ESaOya04CV
cU4rJJelhOTe56Dn/P5W27xG88LX4a+QOsNf3p40tmj7RU3WdWfo83yo2YRgn+J2CoPksOOk
2F1kIYjJII27lfNH9mn4RtV/avePeuTUVVUiK819RqrXF2iyHpYJZi8iI2CBLK7+VHkbDLYw
hHBEZaGaytZV1H6SKzfIL6Nuf/OrQP2c/hEu+qrlDSWHRXL20qlLQUw6A4QCOno4R7ySOUjU
e7Pk+54qALisoxj5pNO5K+XPnV4gNX+OjxLaj5pa4mWW76gmMop0ZmprbTrtDSQgnKxRJ6R8
nqY5LEk+OnwtlTwtiYI2clsu+wM8DcPO/mHHzU1FSR0+iNBVyw2qObaO8XZSOhgexjgJU495
WQb9JHAlRC1rs7obi3FDHD+niwXb+X8rcjzw5vWXw/8AJ3U2t9RVC0tj0nbKi610hYA+VDGX
YLkgFmx0gZ3LAe/FKycbC9wY3cr5YajVOqfG54nb/rm401Xc9X8w749RDSRoZJTLO4SnpYx/
yL5USjthB9eBnuPJfTaCCKGIBxsGj6L6MvszfAlaPs9/DXBbat6WXVl1jW4apunpCSThSfKV
tsQQKSq574Zzux4vYLDKwfFuIGsnLhhowB4fkrXl/axeYTausfh6sVvqo6mxXma6X9ZIZA8V
UVipYoXGO6+XUyEEHfr4459tkz9nKfU55O4sPr+FQvlBy8o6DThqBGsiLAZQ6kDGAcnBznfH
+icejrbGy2T+Ft06luD+wK8NY5ccnNT82bxHDTvrCT7laZpcJ5VrpmbqkyfwrJMHbPusKHi5
8pfkrCcde0TCnZ/bv5n+Fqd+2L8dQ+0h8c1fdLLWSVPL3REb2LS4DExVSKxM9cF2/wCPINjj
PlxxcdjaSm/DKDsYhqGTv+FFNmsdHbaOOlhp1eWNepkUlmXucZxgbAH68MI2kDCLkaLp5s99
mtNvjlaTpfrUxyE9SoOjYFe+TjB9sZ2PFcjb5KqALSbLcd/Z1/BrNy55KXTnJqCj8q+cxUWn
sokUB6ezxt1B/kfeJgX37pHCffgOQ5ss5xep1P7Juw+v8KbvthPGNyL8LXhqkg52Ot/ob1Mk
tBoqCRXqtXSQOsgp2hOzUokEZlZ8RAAB+oHoaAF0FRwyyP8A6Xx6Ks32LVy5l/ak85bj4qec
kEVv0lpieey8qdI0ystpsrAGKruESnAlmVCaZahl6ifPChFVVHnCyKrRHA0QR7nc/ZUr/tIv
2h0njC8Wlv5JaOmnuWj+V9eYKxKLMgveoGIidEUH1/dw3kIMZ82Sf6Hjia8GpBHH2z9z9P5W
1v7Fz7MW3fZ0eGOkF1oqWTmbq2GKs1PXKA7wNjMdBG//AL1ACQcbPIZH9xjpN0m4lXGok7v7
Rt+Vq2/tMP2l8niT8R8Ph/0fcWfRfLqsWTUctO/oul6A/wCCWGQY6RTjH/vzPneNTxOMZunP
BaINZ279zt5fz9Frgtdi/YirULTARpmQqwCh+nDhTnfv+v0240FI1rhYpjUSaD3Vkv8AJp6q
hrM+kMSZYIsSAELkkFtyM+/tt9OCnUZIvyQn6pl0JX2/wWe1PWCV4FgBWOMFS0xIwsa74z6m
GM5Ayc4zwtq4mxDUrXV4YPst/P8AZT/AhLyf8Kdz576mt/3fVfOTp/ZKSA9dBYYXP3dVydvv
EvVMT/EogPtwlcbm6zHEKx1RJqdyVEft2tGeIn7a/wC0Kq7Jye5V681Zyw5UGbTNluUdA1La
K2tDj9oVS1U5SA9UyiIEOQUp0I/FxFDxFrTdyiHSX9lO8RNstEVz5jao5Mco7a2JJW1NqtS8
S5Gc+SjxnA3x5gH1HEy8gYREcrb7X8lum+wa+yfs32THho1VeLtrHSusb/ryeO71+pLQOm2R
2yCEmnjhlbd4gGmmL5CkybDCgmFyd1RUSF77r55vtcvHJXfaa+PPWvMuWrqItEUUv7H0vFMW
6ae1QMVhKqezTHrnYf3pSP4RwJM8k6QtFwukDI+1eiz7EX7Oqf7U3xt2fSktFNDyv0f0XzWd
SoK+dSI48uk6hjD1TjywAeoIJnH4OJxRAbofiXEHObpZgFb+f7QH9pPF9lh9n3KmkGpLZrzW
2dMaPggHlC1gRfvqyNFAAWlh6egDYSPCO23BCQxs1OAXyQVs01xmlq6qWapqaiRpJJZZOt5W
Y5Z2Y7sxJySe5J988ERx32REzg0aQrf/AGPH2Ul9+1E561FNUzHTHKzRoSv1rqZpEhjtNJu/
kxM/p8+REfp6siNQ0j7KA0pHaRZCC26+or7LvxC8sfEB4dakclbPBauUmhrvNpDTEtPD5NPc
4KKOJZKmFe5haZ5FV29T9DO27cCrrhZaK/7WfztqudX2ptl0BQszwcuNK0tEYWPojq65jVyv
8D9yaUH/ANHFb8myZUdmMLytaeuNVLp6yR6UsUvoUYraxDhnP8QH55O/c/lxfBFc3Sqpk7xc
5bdP7FZPcbb4huelvgsdRPYqnTtsmnu5hXopKiKqmEdOz9w0qSSuFGRiAk9hm+oAsLKERuLr
eD42rdqu/wDIC8WrSmrrZy5a5RtBdtYVroo0tbehjVVcIdlQ1AjBWNnYRxs4kbqEfQ4qtWiD
xDfb58nfsxeUVXyW8BmlqCWYuwvXMi8033l7jVDKtUxiQBq2YnJE04EK9o4mQjHldHEXZK1a
c1uaOsPEdfavW+u9RX3WOqbzKqVV0ulU9VUNjtH1t+BQPwouFAGABjATyzntLE7Lb0dFEIAW
gX9XUk8lrTSU8NBVBpI5EPTFJ5f7wdPpycbN09QJzjAxvjPF8NQw9xyT8T4fIW6merqx3gc8
LF7+0x8Z+l9AUM0kNuqgLhfrjT0/RJa7TBIBUOHyQGfIiT5kkUgAKeJCTW4MZsqKeIUkLpJB
m+L9St+P2ofjS019j59nVVXbTduoKGvoKSHS+hrLGqiE1rRFadek94oURpX+ViI7sOC5HBjb
pbSQOqZtJ8yvk9u93u2uNUXG/wCobjV3m/agrZK6urKzMk9TUSP5ks0rHuWYlie2Mfou7Qk+
K1ksbY2ADAViPAh9n9rH7UrxP2bQOkaZLfaKFRV36/PEWgsVIGHVM2B6pWOVhiyOpiAdkkIP
pnFoSGu0/ud1X0lfZSc0eUFz5c6r5Y8iLc55c8j7qmj1vYYNFfLksImrZFcAecweRfMn/wDM
leQgdARmvJvkpVIwixdutTn9sf58Nq7xOcm+VcNQ5o9M2Sp1LXRwsD++rJ/Ii6lJALLFSSEA
+0px33qeUy4ZHgvWpQagXTtwnHlqVmQQxiWIZVWPz1HqGOo49WfkDbip7QbXR+s5IG6nLwTa
Nn5leKzTXl3B6WjsNUtxeZh0w0y5TpjBU5VS7IuxDd8E7niiqjDad2rmkHFKn+m4NzcEKSPt
SKOjtWqpqYU7U89HXSTJ5obKmSJDPJnp7eY6e+SRn3PEODyWphH06IGhge5+s7H7bfRUu0/M
9muwleeAhD5cVOFCQzMwGCVIw3fcAAnJ3yVPBr3kiw3WkpoQ2QOcbDbw/lTxa79O/Q8gVkUI
4psBVILZ6epBtnH54b5IPA0rzzT+n3BHrK7umuI57EjSSRZWb7sKdyDEyhiSRlSF/D3O23V+
EHgB8Zc7OybvnGi/O9vNNDc1WiYrJa7PO67NI80atIfdiDuCe+/ExTvtgoMcR8B8Qq7WiRJa
mUrIzdTAqDgFmLKMA9icb/oOD5Gmwug+HSR6nH1fH1F/h4Ihn8oWLraoZaneMHJyMP1DI7n3
29j88DZ1ADkm12iFxcbE339x9BeOUurptOammmnljp6eQrTzA7oUPV1H64IBz7cM4DZ4cEkp
qox6+0Gxx/CtlZdCpeKCGoWtWaIgFGKEmRSv07jGACONB+leGagQl544wus5pwiCi5fPSUSl
nnjXJwGjxn1D3OxxuRt/Tio07xhSbxptrgH5J0g0nIJnAqHKljkiMjG5we2P0+n58U6C3dWH
ijX7XTpbtGGtSGOSdUZ9sGndiWwQck9x+XFZwvNrCe7Yi/mnel5WxLBK8tdTOzOvoeIj1bHG
355x+f0PHDUlvLCl2LXbnKT33lL+1qCOKnudNTtFu3luWLtv2H65xn377gcX0nENLu826Dra
Ell2uRd4Zfsy+YHjE5h/7PaKrIpYqYj9o3SdCaC1Rt2aZ13LHHpjX1swOAAC3DT/AFwMH7Uo
mowwanuV9eQPiB5E/ZP+Jrlx4fuVi0nMfmdrnUdBYNfa1qnBS3rLIVNNG0eQJBKQq0yHpizm
V3kGCiq619Q7VIfIK1lFI+EyuwAMeKut9sppyr1b9lbz8oqOPzKiXRNxYL1AbJF1sd/hVY/p
wNG7S4OPJD0n/Ob5r5qeS/KG4X+ijFLV0zCUIqMrgkes74xnYf6+H1LxqGP97SnNXw2omH9N
SxT+HnUVDSSTSS2+niKK7yPMwMYxu2ME/iBX23z3B4Md7T0zcaUtZ7N17nWA5KRecf2Y2sOX
Vm8OFPRX1qvVPiEDiltxiESWl2mg8plYbsvkTrKxIHT0t7AcBSceDnft8l2moTZ5cf2brehz
W1jpD7Kb7O65XGip4o9PcrtO+Vb6dhg3GpwEhRunvJUVLr1EblpWPCKR5e4uduULFG6aUNHN
fNHoyz6l5+83L1rjVVwpbhqHVFylut0q5dhJUSuXkOPZcnAHZVUAbDi9kjBuCtjHEQAxpAAV
+fBP4CLTftFVvOTnRcafS3IbRi/fKlpgY31PKhAFPCGwTCzAISu8rN5aZLMy3y1jdOloyllV
K9ruwiN3H5J+8G/PTVP2z/2xehdQ1ts/YHKfkhFLfrJpuB/3FpjgxHSNIF9BqJJ2iLdIwqwd
C+lMsuuvVEDaSkIBu52D66KdP7Un4sRoXw5aU5PW2sCXLmDXi6XdFkwVtdEwYK4+JakxY+RA
/wAcVynFlTwGm1zGU7D6lWI+w58ClL4KvBTZ6iuoxBrTmBFFf787D95D1xg09LvuBDEwyP8A
3x5T78djBDcoTi9UJqg6dhgLWt/ad/G3cvEZ4iLdyD0nWxf7McunS4aiZZ8JXXd0BSFsZBWm
hfOP/fJ290HBcBANyiuGQhjDM7c7eSgX7N77L3VnjK5ivbvvIsOhLJ0T6pv5lEcdrpvUzRoz
DpM7IvpHZR+8bCqMsHVTY2WG6Mm4g2MXtnkFtH8CfP8As/jR8aVBy/5OUsNp8MfhjtiSQT0i
sqasvkvmQ0zMcDqpol+8zrneWYLM2f3fCtzibuO5SioY6OMvl/e/5BRz/ar/ABjVWjuQul+R
Wnp2W68w5hd78FOBHaaV8xxscbedUqp/9NM/HGNuVbwiMazKeW3mop/sxXgll1nzRv3NjUNG
klq0KBbLIJAWWa5ypmSYZGMwwMAPhqgHuvHpYg0jqmHF+JExfp2Yvv5Kzn9ph8dVZ4b/AAdw
cs9NVxo9Wc4/PtcssMgEtHaUUCscYOQZPMSAHHaSQjdeKZL2sEDwSkEs+t2zfry/KpP9tbeq
Xmt4VPBHzCpaaAU920TNbpp4R2kSC3s0OBnAVkmwCe+R88VyC7QtBwEdnUzxu5H8oH8C/hmu
XjU5zaa0HavPgpKhfvV6uEUZ6bTb1I859wPUw/dqM7s6+xbgaOA6srUcU4lHS0plvc8h4n1l
W0/tAn2j9t8P3J2l8LPJ6rjtlxmtsVDqaejfpSw2kRBUt6v7TTxgde+VizneUEGu2sFgeFUp
lk/Vz5zi/M9fd9VrFtnhq1Ry55YW7VN50dqCzacvVQlHb7rX26Slo6+QxmTpidwvUSqsQVJB
CncgY4Ihc5pWnFTASWAgnzSKktk9EAtJHG8SOSpVgGYlH2J6juCB29vnHBvaOJwgHTxtwVOf
2Xn2fWpPtCfE7R2G6U70/L/TbQXHVlZCCgWmDHoo0bsZahkKbZ6U8xv4R1DvkIGUHV8SEUd2
2ub2963xeObxpaE+zR8Ktw1pqCOKGgs1OlBY7HRlIprrU9HTT0VMmwGyjJAxHGjMdl4GAJKy
0ELppNIXzAVNFzd+1e8bVJctR3GpuutuZt9ht9OfMc0tqjkkwkUCkny6anjyQvbEZY5JJN7W
FouVpQ6OCOzdgvoL+0s8SmnPsV/sqIbNoaNKK70lti0boamXp6zWNCw+9v2z5SiSodsepwB3
fignN0jpYzU1F3+ZVHf7Pt9hTquj1/pjxAc5KOez09sl/a2mtO3CEm4XGpK5iuNX1HMSqzGR
I2HmM4V26QAG8SmPEeJDSYIvefstnf2s3jObwHeBLW2u6CSFdSinFq02kq9YkulTmOnJGCCE
JaUg7dMR44lFHB20oZy5+S+aTkZyjq9SXl7pd/Nrau41BqKirqniaSokdmaSRus7u7MST3y3
BkEQctXLM+MWGPgpuj5LU9DGUq6OinXy0DCRovUNt87g46c4Pb9OGAiY0X/KWmpnJ+HRPXKT
wj3vxMczqbQ2hNI0tyula/76QxolPRRDKtPUygHohXA3YE7AAMxA4Xz3GzifiiWVjWs1StAH
uQjzL+yZTnb9tzYfC/p/VKamtNmho63W1xooUp47PAIYp7ki9PdgHjhVmy/VNGGx0kAbWbZK
XVdV2sfaAWvsPD1ut6H2sn2iFj+x58DlNfrFp+23K9eZTab0dpoymCnldU7Hoywggp42Y9I3
6UXILgiG6VwwuldpaFoA8Rn9oR8X/ivZ6V9b1/L+0VLkR2/RVOLSIwfSF+8eqqb3wPN/Ttxa
GCyaNpoGbi6hXwr+E3U32iPjP0HoS6XLUl8vOt7zFTXK53Kslr56WkXMtVMzSFm9ECTHOe+N
9+KJA29gUaBGyJzi3AC+g7+0b+KKi8Bf2Rty0jpRo7HW67jp+X9jhp2KfcKFoSKkqBuFSjie
PI7GVeIyGzcJNQQiWYa9hkr5f7bZYtQUUfUsi21Ud+hSdu2HIAG2xwM4xj349TRAnvJ7xCfA
azZfV7/Z/vs9KD7Pr7PTTdLNbo6TWmvkTU+pJGw0yzTxgwUpbAPTBCUTHYOZSPxHi5wANgsz
NIXOuVoh/tC/jWo/H19pbqqnWsrK7RvK9pNJWCOkkXyWMDH77U5xhjLVBgGB3SGIb44uhjac
lMoYY2Q63ZJQd9l79jpd/tJeaclHY0ulh0RYJA+p9VV6RrQ2aMjqMadW01T0AkRjAAwzlUGW
JkeyMW5oJ+jdymT7Ub7UTQGguRq+ETwlRPp/kdYC1NqfUlIzGr15UkgTEzABpKd2H7yU/wDy
RgKoWBVVw2t1G5RVNStA1Sj3Ld1/Z7uSw5G/Y7ckbW8JgqbvZXv9R1KAzPX1EtWCcd/RKg/I
Dt2FSAnIMhIXzWfbMc9p9ffaqeIS500sdRWVOtK61JVJKriOmpCtHGEZdt0gH5b9zvxxrbnK
LedEQaN7XVcdF6DvWutW2fT9ittXd9S6jq4aChoYFMk1bUTOI4oUHuzMwA/9WeGMdmtSUsc5
+V9afgZ8PHLT7Af7L7ztdXu22lbNTft7XF9Zcm4XSYIrRxAeqQBuingjA6mCpgdTHgF7tRui
mt5BM/jU0Pbft6vsPbjW8vhV0lVzCsUWotNU9ROEdLhSzGRKOfpboJMkT075LIrN1b9IPEV0
4NivkerrJU2O41dDX0tRS1tFM9PUU80ZWWCVGKujqdwykEEHsQeOkYujg7mFLFqt/wByscUH
XUvFs0qI2Vdjv174J7HA9sHfvxnZWlzyVsqOWzAOSk2yaKr7byho9Qi13Km03NVyWyG4CE/d
ZqsIkskEchPqkSORWK+ytk98cClrr3vjZNLMcNN82vb1yX0N/wBmt8EtL4dfAxS8yLlSD/bH
nKEvdRNKn72C2KWFBTgnfpMbNOflqjf8Iw/ootLLncrAcYqNc5jGzfrzWqj+1KePD/3R/wBo
gnLq31sk+lOS1M1raGKT0T3aZVkrJfbdB5MG/YxSY/EeIVLiTYck24LAI4u0O7vpyVdvs9fA
DzJ+0t5mJpHl/baeOGikT9t6iqlf7npqnkJ/eSE7tIQD0RKS7kbdKhmUenp7uuiK+sayMk/y
VaT7Ub7Q7Q32cnIWp8H3hKuKJFCrwcydd0sga4Xusx0TUi1CYHVjKzSIemNf3EZXpk4bWxZI
YY3SO7aX3LZf/ZS+UX/hj9jxpW7PCYajXV8u2oJQY+hiPvJpI/YZHl0ikd9iMHGw8NkFWOJl
N1pk/tCfNCTmd9t5zciKz1FPpv8AZtlpo+oHpWC3w9SLj5kmkPcEdTdjxVI7TlNeG6TGQqnX
C3G31vVHGtJUCZBJ54Vz0jBVl9PT6cbAYzn2PFkTQR3lXVTkOszqpx8E+vE0JzYt12jEUduu
Ms9FWVJf910lkLhQwyCFl2zuPZgeo8U8ShMlO+IcwgYWtkla09d/X3UyeOjlW+oKmG6WxZq6
suyJMJo4XdayQL5ZIIYkncDG7ZxnIbIRcFqtTTG7BGLX9fFOa7hL6Kzm3LXZBtgi/wBeVlTH
V+iZ6OlSKT7tH1yLLCk6B1I6xjGTttsRn4GzHZ04kOuuNIczTz5euSddH1E9upZepjM8kRaO
aUmOMSFMszYbBAPdRnIP/MOKJc7JlT3b+7JWO8XBZaszTHzUhllmLLKVjUkMC2B7EMWJPpPc
ek8UtffKKkN/L1/lMk2k7vTzPHTzr5EbFY/98RfSO2xJI29ic8Fi1ku7CYYbsojtVQ9Mx8yP
rWOVW6DkAH3wNu/z78FzxghAcOqCL4v70QTVwraSFVLF4HZtt8r7b4/XH/fhdbS5aZzw+PB2
v44TdbLhHTXeGFXSSljkVWZh6pxuRsdsA7e+/wBOGcY7t+azMj29sWjLR55VoPDnqZFjms1U
S9QsiikPV0kr/EgOQO56t8fiOwweGVJUEDQ7Kp4jSBzu2aLDn5qeLM9I0Uck1HBJIOl2Ejh8
b43wDgdvj/Hg3XcWAS1rQ3eyKNPpRDpkejoIo1YdTGpKmPJIPoIGBgnbgOZpPVNYHNAvYBPd
MlpuRplC00T/AItpFkzkjGME+/6b8L3tcAUzikY4gGyJaWCHTZVfMoQ56SoZgWA227bbE7d9
8e4IVSuc45un0YawYtdTr4IfAZqPxeSVGp7xcqfRvKi09clx1G0iRdccR/eR0rOAuVAbqlf9
3Hvksw6BfFHZLK/ibIRpA1POwHLzt9Nymzxu/a1UlJoeXkP4SqAaY5fUwemueq6Xqirr4zDE
v3ZyOtUf+OpbEr49HQuC1j5WtCq4fwOWaTt6nLjy6ef4VXfDpydufIrmro3WswVJtL3+hvTK
GKyFYaiOViCwx+EH2Pc8L/1re00rYy+z0zqZ2Nwfovo28XWgm50+EXmVpmkRaqTVGk7nb6dV
cgStNRyrHgrvuWXtw2Xx6ndola48iPqvmC8K1ZUXC208dRBSsscMZZJT1MpBwdvSCQS2+3+P
AEs/Z819r4TwZtS6waPef4V1vAd4Z6vxp+Jiz6Uip6abSVpCVuo6uJWVIqFJGzCDn8cr4hX3
x1n/AMviqnLpHeCr9pux4XSF9u+bhtuZ/j1urpaA596P8b/29VrsOnp6Wv054aNC3M0M1PGr
0s14qp6alqPKYHHRBC6xAgY6w+Pwg8MgbuXy+Smkp+H63jMjh8MkfFMf9p/0pzL5qeHHljon
QWkdU6pt9/1Z513WyW2WudGgp2NLHIsasQrySOwJwvVCMntx5xI2XOBCHtXOmcBYc/mq5+ED
7Jmz+FDlC3OTxa3Wm0Royyos8OlpKnNZcpN2SKoEbficj00sRaR8kMUHUpkHOtlM6niLXuFP
QC7j/d+Pyq4faH/aJal+025m0tJTQjSvKXTE7wab06JVhjVVTpFTUhD0mcoCFUZSFWCLn1s1
T3nomfDOEshbckFx3N/WPqtqX9nq8H9P4e/CdcddVlNFDd+ZVSKqKU4JS20/UlNv3AdjNL37
OnxxKO+m5Wb9oKgPqeyZs3Hv9YWtXXHMKj+1x+3atE0rtX6KrdV0thtcbEGOaz21nlcrkkYn
8qok27ibiBJLrJlFH+loSedr+8rfb4peetF4XPDTrfmDWQ+fS6NslVdvu6g/v2iiLJEMdup+
lfpni4mwuspDEZJBGOZWg/wPfZSa+8UFwvvPTnvdpeV3Leqq59QX7UV7ApK26mWQyzPTRSD0
qzMQs0i9O46FkO3EmOxdPqmobGexh7x2sFl+0G+0Sh5zaAi5IcgLRUaB5EWAuJmiLwVesW7N
PVEgOIWOW8t8tIcNJ7Rr0ZKtpaFzT2s2XH5La99iZ4S6XwK/Z22aa+eTbb1qlZNXagnnIQUw
lQNErscdIipUiBB7Hr44Ul4hMZZzblhaQfFtz1f7Q/x2a35l1LZs9yrxR2NSvqhtVMfLpQFJ
GCygysP70r/qTDGSU9ghEUIZz5+a31/Y1cpaXlF9nVy7ghpxBUXyllvlW3vNJVStIGO5/wDL
8tR9FGw7cUynvFZ6tdqmdlaxf7UDpC613j45cVlwRjYavRnkWx/woJo62ZqlQSMF8SU5OPYr
xWW3CecCkDWHrdNvh25Y132in2aF08Ptk/Z1XzP5QXyLVmjoKqpWEVVunlMdVCXPpRUaokJJ
/vRYG3FGkkFp3TOomZSVbawfseLHz5fRS7zW8SWkPsEvDAvKnl/XWnWPiS1bTRz6iukaiek0
+5XAd1I/DH1N93pmwzEmWQANhugaBbmgndpxSftpsRt2HX1zPuCjb7AnwF2/xZ+JLVfNLmQr
aqh0jUR1zJcSJv2reap3m8+oDf8AE8sKZMH0s8iE7LjjrMm5VnHKvsYmwxYJ+QCP/wC1G85b
uea/JvlvTiaGxJR1mpZ2BwlRUdYpYwSdvQnm7e3nA8Tc6yX8EYLPfa/JVY8J/hn1R4udVUOk
tEWVq+6SeU9fVzFoqW0wFlBmncbKq9JPSB1McBQSeLGSm2CjaySJnekabLcJVax5HfYU+Dek
ivl0FNHlpWWFBLedX3IqOsww9WXY4AAyI4UCgsqjJ4STkrPBktVJZg/gLR143fFvzB+1e55t
rHVDNatK2UyRac09EWkpbFTN+JmOwkncBTLMRuQFACKBx5r9JWhp6FsTCGHPMrab9hT9k1be
SWnLVzq1nQ51fc4Wm03SEPCtoo5YinnuhxmaZGbHVkJGw2DMcTdISLJHXzguMbeW6yfbOeMP
kb4ZOfemNVarpU5uc29FW5/9itASTIbXp2smYvJd64bhZCqwrH1guBHmNAXaVaSQFbQUk0zS
GYadz18ApX+wj50638UXhS1FzS5jXeS76r1rq2vd1VPKpbbS04jggpKeLJCQoFdgN2JkYsWY
lj0G4VXE4WxSiJgwAFXH+1g2q/3Hklycamp5X0rBqSsa6TdJ8mGqakCUnWewyrVIGcZIwN9j
0bongv73Ab2/ytbPKjUUeldMR4pLM7BlyTUNGzbdiMY3zkdx3z34aQFoGCjql0me4PXVWy8O
32fes+f1BJqbUlDQcn+WlIgkuGq9RzimQwnYtBHN0FyfZnKxjP4m7cV1FRyBug/1EbD+27uQ
B9fBMnjK+3n5S/Zxcnbpyl8HNviu+qqlmhufMO404lg85QVaeLzFzWSqSehmUUyfwrINuAjd
xuVW2ke865z7vW31Vqf7L19nzdORvhwvXP8A5givrOaHPxxdHqbkS9ZFbGkaWJnZt+uqkc1L
k9w0P93iHkgaqQF2luwWrb+0feP+Dx+faLS6X01dVl0NyfSXTtBMrMYa6vMgNfUrvgjzUWFW
HcU4YZDDice9ymNBFpZq6qm2n7WLZaFZbxTy9KlmxGxdvTg4yMDv3+PzxxyWYgGxRETGkhzz
hbXf7JXyatmtfGZzQ1tU1ENfW6G0zS0VIhBzSy3GeTrkH1MVIV75AkOe/AsQudV7qHF5QI2x
NFgfsmX+2m8zLrdfEjyR0NKs0Ngt+na29RSlSsVRU1FWIHUN/EyJTR5UbgSj54uIyguHOGWH
Y/b7Ks32eP2N/Mjnld9E6z121v5U8nZ7/bYGvWrM0TahaapjWOit1O2JamWoIEanCp68hmxj
iVg3ZW1M+q4BufD78l9T2uKW6PoO7w6famivLUM6W4zErClR5bCLqxuFD9Ocew48k6+d7wM/
2XfXlLX1mvPFlqSwcrOX+nxJcLxTQXuGS4VyI3VI81WjGnpIDuxl63kxsAhIYWNkIGEylrNb
QxouUEfay/bUWXmtytHhr8Ktpi0JyCtMbUNbX0ML0lRqmMZaSNFOHjpHbLOznzag5L4UlW80
ajcqcMGj+pLutd0WjjYdOtUOEUyR+hhgscpsce34hjtnHfA4KDAAgpq0vd3dl9jX2dU9sqvs
/uSMlnNP+yzoSxmnMIxGU+4Qdtu2c8BHdUu3K+Q37SrlndOT32mPPSx6jpxSXKl13dphG3pM
kVRVyVEEq9WCVeKWN1ONww4qe4gWCPp7Ft3eS25f2Wb7HLUFg5hy+I7mppi5WWK005p9BW66
0xgnqJJUKy3QxOAyqsbGOEsAT5srgYCHi7WS0NQD2gOKqb/advtNtY+LXxvak5PQzSWrlzyb
uslsgt0FQSl1uKKBNW1AU9LOpLRxKf8AhqH/AInbjzRdEwNDRr5qyf8AZKftVqPlvcanwya9
ucVFQ3+rkumhKqpfy446uQlqm2dR2BlOJYhtmQyruzoOIuIBsoyRlwMjUu/tJf2C90pua128
SfJzT1Xd7Zeuur11p+3Q9c9HU49V0gjX1PHJsZkRWZXBkwVd+jjtrKdG8B9nGy18+EHwDa88
fvPrTuhuX9ukqZayOFrzeFhkS32CmTZ56l+ylQNo8hpGwijJJC50Ot12rTfqGU0X9Tf6qd/t
p9caMsHO3l74TOWFTEugOQMKWKtq/wAclzvta6ftGqmI/FKh6VfB2czgEAADk4aCGDYI3gOp
zH1Un7nfQbBfTjobSFHoDRFosNshSnt9ko4KCliQdKxxQosaKB7AKoxwyAssE9xc4uPNfPzy
x/svXNrn54pNe685/wCprVy50TUaiuV7uNdTXKCsud3heqlmaaMjMFNGyHqMsxygOfK22EbA
4u1OWkk4tCyARQgk/RDn2jf2v+g+VXJn/wByt4L6aLS3LSPqoL/rWhkkFXqBiCs8NNKR5rq+
CJKxm6pRlY+mP1MQCBgIWnpHyPEs+/Raxq7lmNDwTV0lK0tM4McYwQrv1+kdI7YXBwR3I22P
HC8EaRuinfvvbC+rb7A1aD/6znyEFsEog/2YAcSAhhP583njf287zMe2MY24lH+0JFWX7Z11
85f26nLS48oftmeeUF3zRrc7/wD7QUsrL5fn0tXDDMjp36huUyP4kYHG4HiAd0yo3jssbj16
KmLwQ/Y/XnxR6Aq+ZnNW4y8mPD3p2D7/AHfWF6H3eouVOu7JQRyL62JyBMVKdTAIsrEJx1nd
2Q9S7UdG5QTqjmJyr8SvOHWNm5UaUg0Dy/sC01PpESRBq6WngTy5K2sZmJapnf8AeOXYkKUU
/g4FrZjG3WiKalcHtaTnKIKDXtxs1kqtN1U0iNAY1kE3SplDRlk8uJ1xICFGCcFQWycEg5gN
JeJmbr6H20UsPYSDYC3Lp4Z8DuM77KGfEQlHWajimpoZIWqD95lWRlMcrMqk4IAwesSZU7nu
Tltn9JKXRgHksjXxBkxI5+v881GWn6GfTcparjmeldfKWOFhl8A+YT6fg9ts9WcgEYlObjCn
TCxu/ZOs1ji1LUVc7IsUscnRBHFMmEb1spz9QcZwAT0nGNgCwlhAKZuY1zb8/csMejLc0al0
UuR6s1yIc/UGMkflngrUECdHMfVV7InkJllPW0meiP2bBx6R/wCof69nhCysZIGrcovtul/J
thkqOqOeoySoAxHsW6SBvk47Edzvwmkf37BbqCmJh1vHn+Pf9Uy3amC09Mqny1OF6VJHX32x
3JH+s7cG0xybpDxJrdLC3F8WUj8itSrbeYVoqvMeUSTwr0EdICtGUdsnYEsfzJU8MAQHNKAa
8mJzXHkCrc6bqqqmucDJTRIjiPozWxgO5OFJG4/n/nw10ttYpWxzro5tNDPSlZDRJ2DN1yQO
wbPt1Y+u314Gmc0ZJPxR8JtyCfrTTLT08clTAYZCpcdNNFIvT7ZOe+fgDtwqnd0JTqkti4Hw
VuvAT9npYudOk7hza5tT0mmeSenY5qlpaqRaQ3sRE+Y5lUgx0yEEM4w0jAou2TxQwE5JVfEK
0RnsYAC8+G38qCPtHftQ7n4+7t/4b8vIf9juQdgeOCitVNTile9rEf3c06KB0RAjMdN2GFZw
XwE9JIeSL4VwsRntJTd5+XrqgbknyVs2nejMkIkZlAaWPJ6jjI/P9c/y4WVHauFw0rf8MjgY
8AuB94Uwak0xAlNWRzVNNNHKAgjli8slCOk43ByM7gbnf24z5LnG4aVv2Ma1necDf3LbN9lf
4q6PxMeFOxwVNbC2rtIU8dnvtKWAlSSIdEU5XOeiWNAwbt1B1zlTxsqZ+qMFfmz2o4YaOveA
O64kj38vccLXt4gf7OVrmh8VmpLxy7veiaXlhqStnuzNd66op5tPiV2klgMaIwkjRmcowdfT
hW6enqMZYC7YrQcG9sIqaECZpLhjHP548UFeJTx4aK8FPIa4eH/wsXOS83u6sw1pzHpekGrl
6Ski0bgkdWMr5inoiXIQvIxcVkiJukH3phFR1XFqoV3EG2A/azoPH6nmTvYYUL/ZV89oPs6f
EhFrs2+quttqbfPZLxQUjJ94mp5HjcNGWOOtJIkYKxAYAjI6gRQypLXZGE+417Mfq6MsY6zh
Yj+VsE5//wBpu5caT03PFoDQuttTaiZCIlu9MtqoKdtxmVw0kjAHchE3/vDuD+1FrhfOovZG
q12lIA8MrWFz98SvMX7RjmvS6g5o36epSCZkttooYJYbVZ0O5WnhHVhyucu5MjbZfAwBZpiF
sOG8EZA3TGPM8yph8LPhctvO3mppHl9ZVkhuN9r1jq3KMGgoljDTzAEYwsfmnJ/i6RvwOwOe
8DkmVdVtoaR8x3Gw6nYfNbO/tuvFVTeBP7N27W3TbC3XzVkMeitNw0/SHpBLEUkkRfYQ0yyE
fDdHbI4ZvOlq+TcNgdU1V355n14lad/s0tW23wqeIDQnMGot9dXUWla4TVNLB0iYwPA8DlFY
gdarLkDbPTjIzsEJrPytvWUBmpnRs3K2i88v7SHyv0Zp2eLSGiNc6uvhysVPWU0drox8NJKz
O3T22WNj37cE/qGcllGezlTqs8gD4rWv4l/FTzj+0q1YK7mBczS6eoJvOt+m6ENDaaHv0t0Z
6pZR282Ys390KDjiv9QCbXWlpODMgb3Bnmeak77PvwT23nt4l9LaQkow9BHN+1L2oTqT7jAw
ZwWB28xuiLt/5v04LY42QfEy2niLr55K9v8AaMvGcnhg8DL6HtFZ9x1Lzckaw0xiboamtyKr
V0gx2BiKwDH/AOcbduOrMcLg7SbUdm5Wojwu6etlLYuiaojTzMKqI4j6h0g4XIzj/pwS1xaN
lqGljjbUFsu8Cf2xemPCvyatnL/mBYtRvbdPho7Ze7RRisRqZnMgjmiBVwY+ogMgYMANgRuI
6UFyXV/BHyP7WEg35fhP/i0+2Y8HniA0Olm1lonVfNGkpnaenoZdISRtBMB09UctQ0Ricgn1
I2cDf2B6HDkgIuE1jHd06feqe6x+141lpzT6ac8NvKrT/IDTpkSSWaCghr7xcGU5USO6+WAQ
NwRIxGcSDfiJcmLeE371QS4/JA3MfmZyE58ag/2r5o8i9b6Z1/cC9Rd7py3vlPSW6+VRbMk7
0lXGywyMd26M5Ock8cu0q1sFVENMT7jlqH4R59kp9p5D9n5f9UUmp9O3e7aL1ZJBK37O6Za6
2TxBlRwrdCSK0TeodQPoDLkZHHQ4BU8QoZKizr5CsF41PtYvBb4vYLNNr/lfzK1zW6Zef9nS
RW1rZLTB1UuvnrVxExuVT0kkZAbG2ePFwJsUBBQ1kP8Ayza6iO/fbuXbQ/LiTRPht5I2HlLa
vL/dV1zaOrqkZtvNECYjMu3eV5jnuCOLGMvsvPpDq1VDi4qoOpNIay8Tmv6rV3MXWtfqm+SB
BLV3ioaR0jGWMK7dMancqkYVBjPTxBzfBNIHsYyzCGhHNh0zBoOKhDPRV1IZVLp98AWrVWBl
QkLlAUymSO5yeOdw4sVae1AFnDOxuTfxVn/GP9vpzg5j2P8A2X5Q6XtHLChlRKWW7z1aXO5o
rArinAUQQ9IBAYrI2wI6TxIkBLIeDgG8hB9fFUZ0b4Z7jqK7z3bUtzNVc7qWraysr6j7zNVT
OclpJJDlmJOSSSTsMjjgte1k0OprQNQA5fZbAvs9ftPKX7Nfk1WaB1TpC6ams8F0luFLXWKo
pRUQCboMySQySLkB8spVvfpPseOl7b4S6q4Y+Z2sOGykfnL/AGj3lrraw3CyU/IvWmsrbVoq
vR31rdBSVa+4kQvPsGxt0nPfbjwN0NHwaYEHUAfBVC1B9qxquC/eZye8OfJDlPVy1BeC409m
huVzhZgxHlu8cUaH0jYRkDHbfHFjbc0YaF1v6ry734VaPGlzg5sc2rSLtzX1xqTUlXNLIKeG
vrQ1LRYPqaOnXEUZDDpAVB7/AN08dsCbNVhLKaO7QAVAf2cPLTlRzw8cWmf/ABz1jYtFcqbI
JLxeJbnMYo7lFT9LR25WVc9c7EZH4jGsgXLdOZvGkWCTOrXvBA3W2H7S3+1haMt3Lq86B8M1
lut9u1woJbfFrGrpXttusyshQS0lOyiaaRFOULiJFIU+sDpNWkqMNC9xu9aJ9JWmvtivM/mh
mXLZQlpDk5JYjc53J+vfixgaOSNqpZGt0sNrLPdNSzW6VlIeOYA/u2bBOQc+/bG+O3A8gH9q
EjleCC9XC+xZ+1zf7Hzn1qWsvOnKvWmm9fW+ngvtLbp4oquilhZ5KWSBpD0N0iWZXjZlGJAQ
crgwiYVyplErQOiv54s/7WXy313b6Kp5f+Hmq1ZqW1/vrNdNexUaU9mldQDMkcJmlJ6hghJI
uoKD1jsLSCFVFT5y7HgtU/i/8c3O3x483aHXXMfXNdcrvZJkqrNTUf8AulBYCrBkNJAh6Y2D
Kp8z1SN0jqZscRAc4pk19NC3TZbFOVn9sM5q6L5ZRWvV3KTSGrdUUVKkBvNPeZrXHWyggGaW
mEMgBYDJEbqpckgKMKLNDkCaaE5Y7CoV9od9rrz1+1BvsVPzB1DT27SME3nUWkrGr0logcEY
eRSzPUSKNw8zN079ITPFzIeqkHQw5acqDLDaPIpgEkWNpAF8wrksScHv8Lk9uCmhrd0rrKxz
9jhFklXTtVLBMY/IhjEssmMYVd1BHtkL39hwPUPsMIWBup4W037GH+1C6A8MvIK2co+ctn1P
T2vSztS6c1HaaUXBPuLOWSmqYAwlUxdRVGTzOpOkEArlgwTbKaPhJyFYbWP9pL8DWuvFDpe5
zaGe63YTClqOYN80ZHGLDSKjSdSOY5a6Q9aqixpEB1NksoBPHrhWCkm03CFvtNP7WzoHS/Lm
46Y8NEdx1brG5wGKPVVwtslJa7H1DeaOGdVlqZ136VZFiBwWZwChkMqLKV1+9hfP7U1FbrHU
Vfd7pWVVxut0qZauuq6mXzJ6iZ265JZCd2ZnYkn3Le2/E2uAXaiQAaWp7/2eMESVUL1EdXGw
eFo36ZFcEFWXByrBsEEYIO43A4T1NT3rgp9w6maI9LhcELcF4If7V7rbw76Ls+h+d+janmfN
a6SOJdTWq4x013lRRhfvMUo8ueTAH70PGzd2BYljbDXBzbuCol4HqsYj8UQ+M7+1K6k1Tyku
No5D8sn5eVt9V3m1HepoJayk68o8sNLCPL87qU4kldsYz0H2m+raBhX0/s+7DpnX8AtK2k6+
uN6q7rcq16qouzyvWvUzF5pyzlnZyfUzMTnIOSSTngCpdcWC0XD3CF4Lhg4W2/w4/wBrX5qc
kuVdu0vq/ltp7XtbY6AUVPeXus9rrKry4wsb1KeXKrvgDqZOgtscAkk3xVxDbPGUqrPZuJ8h
fA6wOf8ACqh9ob9tjz6+03Waw6mu1Ppfl/LIp/2S06skFHU4wy/epGJlqiCFOHPlgjIRTvxy
SrLvJFUfA4YhcZPVQHoHRVNbBSJLLTr5rAxxdJboJxnzGI9PfOSezDHzxY2cObZLqphDrDb1
6/lOvN7VcV9sdBQyQzQNSK0wMMfWHmUYZUkAyyKMgn26TgbEmUbDr1e73XQ7n4A2I+q2HfYZ
f2hnS32fXJublDzZtWoKvSFFWy1+n7vZaP7zLalqH656aaBmVmhEpkkV4+ph5jKUIwQU2QDB
QFTRuldrZurOeML+01eEO8VtDebDylufOrXVkGLNUXbSsFBFb2JOcVVWjTRgHuIomznb54kZ
GoeKhnJLdvitRf2iX2o3O77U7XkLcwLrS2rS9vYy2jSVqLwWm2MCVDlSS00+P/NlyR1EIEBx
xF0gDdSY09IIjpIykvgZ5TyXbVLV0DfcEt0gjmlDh0cNjMRG+T0BiFwd8Z+ApqZ3OjeAMJrF
Tsc9nW/r19lIni2jS160t0nRUQ04UwQ1fl9QkALMEJ3Zgquvqx/eA26ioHCWdoDY5TXjsTqD
S62Dt4kZO/TGfdyN4L1HcH1Df4KZ6uGM0VMKdXWIN1q+WKdW/UMv1f8Apzvvxr4aINjN1gZ+
K9tKHA4GBjkVjWyTWakdK6WJIS3QzjqZQQxPZVBOQqg4IDBj2yML54i11wm9JV6m2sktFAsd
7qEqUoiskPmU6KT19G4wSR05PUXxv/e2U8U9kSEU6qAuURUDRUtDDEKqGMRxqvSKgL04GMYM
mR+R349cc17WeSgnVNgh0tT29aSON54kXrfJeQk5+TsAD2x7j3zwVHPrvcqqSlbEGhgv9Ust
fmXDpVZnlqS3V5br1dC4z75zt7H+vsFIGg4C0EGpwF9zyTBqy3VNt1BBDK5SbzfMjkC56DnI
x7Hf/Hf34NpZG2ulHFKd4k0He670vd6iz3COpUtKYJkPX/5bYZWK47Dt/PHbhpe9is8O5iyv
FprVt0nslG9roKeOlHTIkgjAxv7nIO/SO3936bse0IGEGWu/tF0R6euGqUt6OZ4Y4UXIEca4
bOd9gdu/5Y7/ADTI4HcKcWsc7Kb/AAK+Gm9eLTxa6K0Lca6op7Ldql6i5vGxLrRwI006qcel
mC+WD7GQEdhwBOGnOmyYsnkjYXh2yOvt2/HXV8+OfA8PWgm/ZHKzlZNHa6mloSUhutxhCqyv
7GClIEaLjHmLI5zhOkN3RMeFU2lvbv8A3O9fNRFyK5VJpi2LKPuUjsBlZEPVsN9wPYDO3xxU
4NIyCtHSvkD7MLSpm0zZ65Z5ZxLbiiELH1QASAA7AZ75ON9h24W1Ig0gG4PvWxoHVWq50afc
l9TcYpY3+8x06RKrKpMXV8+3cnJwc7Y79zwpc1rTdpK18LnPYQ4D4hA9Z/tJoLVTan0bqW46
QvqBokuNsqXo5ukhcqxTGVJJ2YFT3x1Dgulq2tPeeRbwKV8Y4M2pYW9kHA9SOXzug/nnzh5z
eJmAWHW/NjWGraKoZQLO9cVhmwoGDTQKFlJ2/ErZO/fcsDVatiVko/Z+npP6gjDbc/5Oykjw
+fY186+YFFE9r5c1lso5QPLr7/LFa0jBXZhE481l29o+x2348KeR5uoye1XDqMFoeCfDP8fN
Spqz7PjQ/ISkhi5xeKHlppOWkyptttU3atXYAfu+pXGwz/wzv+vFraVoy8gIJ3tlVVGKSnc4
cr4/P1UaX6u8E2jnfF+8Q/NWrCkx/sugp7TRy4PfqlSN+k43OTs+e4OLSYQLFC/reNym4axn
xP5Xdp8a/hs0DL/8b/hR1feysvmCbUOup1keNge6J5gOCMBd+43J24qIpzyUXN4wRY1FvJoW
y37HLTdl5qcn25sHkfpPlRV3eeemsbUdTLW11XQelXmaWVQyJJImFVdisfV2YcFQsaBqaLLG
8dq5zJ2Ekxfbe+BfyQP47tIc7fF94lptPWzwu8ota8uNDyfd7bqnmbcJKZHnkjjaqmpoYmaT
ychUD+X6/KY56SOJPBcbWVFG+GGPUZXBx5N+SqRzt8GfKPSfMGS68zuf/IblLLHEkEmj+WVu
qrmsMig5JR53kLkMvUREgOPwg5JHfC05Jsn9JxSpDNMUTn+Ljb7fdBs198EWjwJYI/EBzNqw
Q5eKlp7TSy4OT+MROAQcHufTtjPHAyNvO6uLuJvN7Nb8T+Vij8bHhv0dRkWPwnXq7RxRyp94
v+tar96DurMiK6E47+642J78Sb2YOAomKvcO9Nbyatp/2THK+yxeHC08xV5P6W5S37WdMZEo
7dLNU1LW4v105mmmUSZkyZQvYK6e+wLCyfEJHmUxl5cB16rXF4zftvaDnR4qNSW6z8guTHNL
TWk66Wz2O+anoHrayohjbEsiEjpWJ5ldlC916Cck8Qc6yd0PCHGMHW4E8gq98zeaFx53cxqK
90OgdD8pYpAlLNbtLo9NTVru/UJHDthXI2ygUYxnOx4g6UJ9SUEsbbF5PmiC3WG5aio6Cnjr
qGsgmYRIJXnIdT6Sp6VKlgcd/gnPA5dnOE2bGA0AC/r4Ifl5JXOiqytVarbIYetCDUdWW9IX
fbvn8TbHcHscXtliIyUFNDUNHdaCeSJrRyarLVQ0U81NR0UM+FSZalZjKOgdAUeZ2IyGydv8
YGeMu7pVb6WcCzm2578kgvei5aOmkLdEkeZVMcL0+IZMEqSes9WRjBXdicZO+ONew5CGlila
LOGCOmyR3ejtdBS/vlokV4yjD7yg84Fe+Dk5/LH0xxcxhdshZZWMF329eHRNdu0lo+pp6lat
qSOpY9BIYT9Izlizgj2A6sjABGNuPGKQbBU/qITh1gE52eyWKxmZXitvkxopzFShioyQknSw
IAOCA2SGHyO8mia5aBnpdDSSU+HXGef45+9O1NXaZeNZ6ikoqhVjaAyvTdKAxKMkJ0gYJIGV
wersD34npkvvsqzNT2u4XHr7JJcZreIwsVvr1IJJV6QxvGekHswGD77DccWsbKQTuva6e4YB
a3Q4+CSUmnFpxMYrbVtGyRl1nhOOoLsOhXIZuk5GR3798cc/aALKerXe3z/ASyC4QWSCJYaG
KIREQCOOLqQtjqGxAzjGd+x+d8T1HUFWWgR961kNXyopbtWAfcVczBuqNYVjLAKWyvThslT7
jB4464FlQHd+zT9kqXSVBRiCJLAmZIQzeYgTDMvUAT+Wcf1+vmB532VkkrG2Dd+aWW+1WWGo
eeW2RxUcMLNJ5nlYjUbsCRuO2S2f4eLXP0NNkHG0ySDXcj0VQTxpc+o9eavaOmhWOBmOOiU4
SMjpVGOdiAP6n8+JU7SBqchq6UPfpbsq9yVDVMSslSsTEdKt1FVj3yfy/Mcdc6+Ch2N0tBaU
5abudbU16FKyaVh6WbzSpk7+5/w/Pip7w0XV8EskjtGpPi6iro4Z2krpmcOWy0r9OR3bGe/5
Y74+BxWKkHu2yozQOvq1EpPRV7WO3LeKimeorJY2joBKyqqP0g+aVP8ACoJPuDkDsN6AS5y4
42F+dks0bZv30EsrPPLM48zzMB5D1Z6z3wer5+ntkcGNZYJVPMdWCjyyaee40M7IsCdALfu8
IQp3PUfnJAP8uPPLRlQilld3V1cHR6cU/SY5I51UqOkGNuon29upf/nuOCx2RA1f3ILrzHUo
snUOkpI6SDpHSCxODjfZWAA9/wDCYCtLyBY8kjWkR1jiijywBIJO4B6AP5+36e/FgcRuhnOR
JZqt5LdPKAhkGyKqjq62ON8n6Ht8/XiROFQ7BATZzd1lPZLN+wqdjHPXgPXnPrMeAEj+gJBJ
HwB27cAvIebDkmFNGGs7Q8/l/lANInkwBgU6I0/F7A5wSPp/1+nHXMBFgru2cHXBRjY7ZBX0
0bRrJ6vWB0AgDGSCf9H+fC9zrOsUW+VxYC1LF03F57pHCOpM/hX3+g79scGRuBbqKXSTyatI
3Smmo0pDgLnH4uk5G4GD+WwH+ieAamUAEJrQ0xc4OO+yf9NUb+d96qEVaegX75M5IKqo6tsD
vkj/AFnhBUTFxsOeLLWwxhrALLFoOxf7Q8wkqa1DG10lFSevKeX1EeWAe4GCmDjbvjfi2V+h
ukckRSxkuAG5Vhec2kaPR2lEoqCOn80UrR5Vs4iiC9TE/BfJwO2wz78AifUblaL9O1gLTyCq
KiVFvrJG6pong6hgYzMpIO++++CRn2+g4b3BHmkTmEOIByCfXuS2KrNRUSKkbiFypaMt+Ijb
A7kb5OR+XFD22yEZTyAjSeXXp/CdLXNFDTLNsKhA3WCxJds75Ocb9Xz87b8VyAnAVkEzGu1E
I2sNBT1wo6u3VEiS+THAQjoXpqgOCuMsuxYlur3K7nsDZHM4AhyUVcALrM9X5Ib5h0s1fdfI
qp5JkpZwplJZAoIA22yPw/A7nvjJY082LgYSqpivgplNnq62hmkjUPAQqGWYlg6jqUtvkjA9
Pvvjfbcl5HJBxargO9WTTpyzG4X1liYuYmUlZk6SBgKFAG+QBjO2enPFPaWCKIOq49euSl2i
oYaCK2XWplglKk5KKELZbIUjAwcktvsQ2M5YYWvlc67RsitGz3ev5VjeQOoaLT2j4KmGKnpG
SR5vLkD9UryNLljv+NcAYxjAHbc8HwUwdT3cN0tFe+OsDQds293rbxQl4lagX6u07eCsYnLT
VDdD/vEJULkgDJIXrxv2wNsni/2fpDrdq2/yve3PEBJHE0G9t/g37KK9V2eW6VUVZTovkVpV
KiN4zIEbLYLEEZXpypOO4+uONYY7YXziOcjKUXXTMdPAHmnjE0QV5FmBeMEEkRYwN+k5yf7o
yRtworLA3an/AA+a4s7b+UwyRxoa0pOpkqZWVZvNUBFEhct+83G24Iz+LBG4HC0OxZOyc43P
Nch1lZqSJYltcZEQCD/fYl7bduoY/LHFN/FEtkwM/NR3eaGGPzHeUMYMyKXj/wCJ7HvnPYY/
w4pLyO6E/ZC0kvPJZOWVrmqrpJWmNemnVcZX0hirfXfbHfgWqk0tA6p1w2K8hdb1Y/bkl16s
NIbmHquuVTKS6nHUh92BOMb4/L6b8egqHkd1E1VDBINTxi+R8/mgqWgqLNenilYGFJS+zE9Q
wNz/AIdvkfloaecObbmvntfQvikLTkK1fh21FbqnQ9v+/wBRN95HpKJMR0oGUHvk5xg7DJ/p
w4Y7ugpLK+yluCSgpkQxG41rsqKzthSp8sggDpBI2yDge30zI6RuhxJc3CkvkPzc1P4eeYts
1voZ62yajtKzfdqhoxVRdEkZR0aN1KMpVjt+WMHHC+dvSyZ0zmPGh4NkBaU5aVV15gXC+XFK
i4XC71s1dV1FS4V555JGeRzsMkuxO397gG3Up42ZoFmtwptt07wdMIaKDGYgI3/CcKQfwewP
Ynf9M8QcBbKPpp3XxhP1q1LDSxr96UTdAIVHl75BwMD5P/s+Fs7W2WnpKp+Ac+addDNdebmp
aXTujdI3HUd+q91prajOyJ263bKhIxnd2Kj69xwtZSyPfYZTiTjUNNFrmIaPXvKtzy6+x8ob
DoeXWHiG1vb9J2G1xrVVVBQ3JIIaRRn/AOSa+T0r3AxEO/aQ7cNKfhbWZeVjuJe3sszuyoGZ
5E3v5gD7/BRXzK+2n5EeC+krdMeFPlRa9T3XDRvqarjemoGlwAG8x81lX/OND7MQeDTJHGLN
CUx8I4hxE66+U26b/wABU950+NDxL+NmeeLV3Me9wWisfy/2TaJFtFrUEnpUxwkNIB8ys/bv
wLJWha/h/srBEAWMsepz9UE6K8LYtcimu+5xLJgiX7xEPOU4OSd+kncnOO23vwO6sbewCdt4
URlxt71LHJHwl3fnpqKTT/L6zNqa7qq/eIbeB0USt0nrnkb0RIe3qYbk7EjHHmvMjtPZlK66
eCkjMkkwH1934WwLwy/2fC1wJFcebWpqq4t1dYsFimMNKgwPTLUlRK5+fLEYBzhj34PZRM3c
MrCV/tfM67KbbqQL/Db43U6/ao+PGzfZXeDil/2Wo7NDqq4RrYdE2WSM/dUaNADI0akHyKeL
DEAjJMaZBcHgpxDQs7QUrqufv7bk+uq0m8xfEfz88ddU02v+Zd5vFHM4ItdPXC3WxFx+FaWE
JGfTvlgx6TnJ34DlnAyStzScKhjH9Nov8/mnvRHhGWyzxQ1FDbRI7ZEIkHUTj3XbHfOMb57j
fhdJVsIuCnTaJ7XWcMo7sPJzS1rUebRURHUUSJZeguRj8OCW26t9h8ZO2anSPOytjjaDc+vg
rA+AjwQ2zxXc+VpJLSY9E6ZMdZeZ1ZglVvmKlU43MpU9QzkRK2/qXgykic913bBJ/aDibKSD
TH+92B9z7uStB9vT4/08HXhV/wBhdKVqUvMPmZDJa7YtMQJLTQY6ams6QD04U+TH29cmR/wz
hs91gsJwmiM8up37Rv5rUP4UOVKWm2UdV5HlhRs3kPKUKrkED/lG/wBfnHAjphdbtkLgy7fp
dTnZtLrDX00nn2+raOYSySyWuM4LbdPT1AqM9RJG+7DGBxMSsI2sh3QVGsAPBt1Av8rein2k
es08kcNO9rMZZS/RbzT4bpY9YUSdPWCRnABPT9cCp2l1zayNpmzRANLg7yBH0uvEuvLhBE/X
WKYYEygWNhH1kAOpIYEBTkjPcg8VmMWyrHVT9VwPrYfLp1XZ1rUVkPlLc6MpDGf3nlMHTpAI
GRP+LIwwyxAI3HHuytkIY1JJtfAzz/KYb9fqqOCmKrLKwln6Y4WnjcO0kR8onzsrD5eHDYPf
GTnIIiaNWp2yBqJZCNDNyME3+efgmOjrrzSV1XMKWoFMssYhSmHUqgIx6lLyM2diTj6ZIHDD
uW7hSP8Aqg/1Rbpb1e/yRLY9S00lYK57TqISR1LP5ZRpJWh6SQoVmwAw2ycElj6cZ4rIttsu
9qBbkfXVIbUIrzSGV9P6qpKzzmfz2iRIJFQHCFQ3pDZJBxsVK9tuJOicTa31VDahoF77+XLw
SW6QT2WhqJpKOqFKS7xzTgHzFQdSZwAdnz1AZbDdviyOntgXQ8lVfOPPn6+iY73raqWnCGmR
I4OuUNPbWYtIXUfj6WIc56lABwuCeCxBYYQpq2l2o7Cxvn/PNeouY1prYSJTRz1UUiIsAhKh
0LupkBKED2xsMEk4AGTw07+QVgr2NGlzv5+KTy6r05XVbNV2yilZ1JKGLrlyrMB1NjbAX8Qw
d/cHPHhA4usV11XDpLmhJ4LbYNRXlGjp6SnniaQGJkKkIC22OjqX1DAw2+cZO4HizSCCVSyU
SFtgl1p5VW6SniNLWx9MkDAZq1QL+7XKgFSOosMjPqHudt+RvOzlZNFdt2E+vmox8ZmtJOSH
KT7gZGe53eN4Qhk63jhAw2T5a5J7HPfqz9OBnv7SXQNgi3U5pqbU79x+i1ba2vFRfrvUVH71
2kkJJGcb9h/I4z754JL7YSMtce9ZMMJNOSzsqA+ghcMwB/qOKy667Y7FPNmDUM4bPUBEWOMN
gFQQdux/w/nwLMQRZF07CHX2TnYVjuVZGsrGKiph5tU2PSEXp6ht/IAbklfngY3BRWm7c8l7
qrjU6ovq1syFKeONRTQyEMBCpIH5sTkn5J/Li5ptYIOSPumSyLLDbHpaVXc9EqtksT0jIIbv
84GN/p88HApFK3U7CIKXUVUtU0cU0kcjP0iKRcKEHq6CSN8YHbPv9ccfa2URTwm2kLPcrXcK
+2STRkp5cirKRgdMnUyqO+cetRn3zkdjwKZgDhNo6LUDcIBv0kVHBFFHJ5mUki6Xx1KfUd19
gff3HBEbr5uhKiItO1lm03U/e5UWOUkuSoXpBC7gDIxucMPfi47XKCONkcWxqe0W+WsnTNHQ
RhpgqlupywJzjY4yzHimR+kKyOLtHi6hu9agbVWqaq5VH7x6hy4yCwj9k2+AABvvt88CC4GU
1DATYcktiMbRRdTBFbBSMrlgcgtnH1/x98cVmYjBUzT3IOyLdPtTWq3JCysjRvt1KS5OPYY9
snfPz78CPLnu1dVN0Qa0NSzTdX1TyLIzPAWDZd+hVGe4H5fXg2QgRJbAy8waR6/KT3fVYuWp
Xjo1AMrdRJJZR6e4I7/JP/ThJKLNLnrWUbM2CedT1ktLYKC29SrLXkLVBkwWVB1DbHbAGG9s
n34VRP1PdIBtt78LQCmtZh3P+UpszS1df59JL5TU/ldKhA3Vkk7g4zuo7AjffGeIAdyxCLbH
oOropZ1BzVpNcUYrgitWmRZJIp5AsRDF1cEZ39m7dvnfM4adoGkhG1VY9zu0jxcf5ChzWlA9
DcZJFhQoZBE8ceD0ttllX2BP1/Pg2O1tISuR+nvOyEPXKhWwVckUJkqacuVlDKAY2Aw2XH/N
/Mr+Wb9GoXPr3Id09sDnySt5OueMxzRxwsmXjY9L5yCMbY2A/TBG+3HmxXxbKpdVaTc7dF1Y
Ndy6ZrHjgMFRDJn0uCCcYPUp79wDn67Z9uvpSd8FUOq2FoT9Fq2C41M5uFEaiTqSWLzSY+vq
bqLO2+RhiMDc++OPaHty08lQ2RjjaQXPjheahqCsoQoiPlgdWY5Q5TLHZRjAbA/PIzuCOOsm
LTk+sL0sTXftHv8AXNM1dQG2VcyUSGsiAJ/dIVHQCVILH2/X5IxgcXB4eMqToDEbWuPryXvU
fMRobVGqRp1VHluuF6mdlYHAAGCBkbAg7756sjsVPc5VNTVAA2KkjQniOozQjqaZgmAilOhC
cj09QIOOoHY/3d8cNaYaBoKzVa3U7Xy9ck/605gU2rrBTRSVXVPF644mIGGY9W+O7YJwfjY9
zwxgMUJ7uLpJVuqKj9+QEMJqye1wLI1R93jpmKLJ1elW9TAJuO7f4Hfg8TtLUt/TOvlMV05x
VM7TRikqK2WXoDsE8wSYCDcrjud8EgHJByWxwtmAcbApxS3ZsLpJaNWUlfaWr5rMqRU6enLd
QZuxwfxLkE7AZycgYBwtliLRa6cw1QN3FqcTdxn00luC+wNbIuB+RGR+R4G7CT/q+aJ7eLmP
kowul8FdVOCjPCOpYSx3H+h/hxUGm61Jc3Y59fdG3Li3h9PGQvG0jzO7hdhggZ/UAD888K6v
Mmeid0RszJzdIhUNPe3iPQ6SEgNuCq9QbPvvuf0/nwVGwWFl10xJOrf7JHqLTT6xqJfIiK1E
XqEIfJf0gnfHwf1K5z34Jif2Z1JfW0hqWkcx88KT/DxdJ5bbNDVW6onqaebz+mKREf8AeEEf
j/Xf/PPD+mqA4aViqulLc2x4KfrNU3evrEjW1XSnV8sF+9QhT6R7A52+M+w4KLQ4JPrLX2CN
7ddrrT0qxB2UqrHLTFg4wPbOx3+fj6cByxNJTamnlaLbJ8oZq6OOJ5rlDBM7kdPSNx3ySBsd
jn8uA3Na05TZjXyC90S0Ek9M7kymoix1CQMrxEbjYbEYB7nirU08kexkrBgqafBv4KdQ+Nzm
bNZrLcjabFbVjnvV3WDzloFOemJcgBp336VJxgFjsCGgIQ7ZSq+JilZqcbk7BbAPE34luRv2
EXhnpaa32cS3y9rItmslM3XddU1UajqmqZyCQill65n9KdYVFJKoSWsawWassP1PEZtUjr+P
IDwH2WlTxGeMHmx9pnzGW78xLtWy2mCUvbdO29HjtNrUnIWOE/jk9jLIWkPyowBVLfe62vDK
GGAWjGevMpz5e8qLZp2GMT2iulZmOJIKbpaPdd8k5/hOxAH+ADlgc4YcB71raSWKMi7CVOdo
/Z9BbFant7+Y69LxzQKrgE+k9Qznt379hjuSidBI19nOWuhqYnt7jbFSd4HfBDf/AB3cw6yK
ZH09oSxyp+1bvFHiSrZiHNJT/wAPnEYJbdY16SQSQCzpKHWdROFjPab2ojoIhGwXkcMD7n1n
wV6PET4n9DfZm2XSfJvk/oKPVPNrXJK6Y0Za/Q05J6XuVyqN2jpkKsXnfqduhgNlYq6ADBpa
F8iInrpHVVS7A3J+gH0CmjT+pZPCH4ZLlq7nLruluFbaaR7vqe9ugpqCGTpHVFSQfwQKcRQx
+qR/T1F5XYmewygS3tZNMLd8AL58/FF4o9RfaseLat19eKKrt+n4D+ztN2mRgVtlvQswVgTg
zSH95Ifd2AHpRcA1Etl9E4NwtsUYba55nqVLnLrlsmlbeqy0MKPISrM4jOCQCHJBLYxv+mdi
TlLUPc7LXLUQMY27XMufXTPq/VFFzqbba2HkyRmVAnWzMqNkJuSq5K7HPzuN8nimOmmkxa2/
JWz1FOzbO3PfHht65pw5V6Qv3iO5r2/R2laSKe9XicuUlQ+RRRBQZKmcgHoiUYz7sXVQMsuG
cNC8ANSKu4vFC1z3nHTrhbVauu5b/ZP+DOtud1r2pbBpimNRV1UpDVt8rWAACrn1zzOAqINg
MDZVJ4cNYGNsvmk0s1fU3O526AfgLQvrrmzqz7QrxU3vmjrALHVXR1FDQAsYLZRxkiCljOOy
LnP992dz+LgSZ991ueG0bYGBjOXzKsDpCyCw2iOAU9NSsIzH5inMsGCpLEAbgAEYycjuR7qZ
L6sLVwNBZkW9/wAU+NTU0NY08aUkkszRMrQ+YAo3O4Jw2X7YGR77bcWRSvGNlTLTwX12ufWF
nr3jmkhkkoZoQWVXkprkGlhQqwyB1qVbORkjB+McEskO5PxQ00QtYMx4fJM1ys4nmRZtN1Uq
oiFRBVNIetAoyzJOD1YOcg5yTjHBF+etLnxty0xH5393VIKx6CyUMNPSWGtlilpxKV6qiOYS
N1OQ37446lVgdyc9P5ceGo5LgqXBjAAxjhj1j3ZTgNWUN2hoUW11E1RipXqkopzNCAq9C5DL
6QGG5bfpAwfxcTabgFwQ0skYdZpz4gpuuOtkeeCkksldVNFURVcVOLdJ1ho4mRXyzsSN8ey7
gkA7ApkerwSiaZobYC/PYnwXmXX9JJWwzSWcRpDUGMo1IzSgBewwuFfqGMdsEbjfgyONxFwc
JTUSsDrkX9eSR3LVFFW2cO9LBQAlq1wKloXLMzOIcgqAoHSvV/TGMFsYRzulT3tthtghuvuN
PUVS0yVHko/UjosaukJ26yQ6KQe+QCcqjEHi0tNsDKpErdW+Ex1dLRtiSRpVeqmYzx+Z5Ubx
KgLrk7sxx6eojODttg+BOq5C9rAbpumi92yzRWk1JpLbVQwxRJIpliOQXyHQY3UA7ke/pI78
cdK+xBxZdbDFcWIN+uPwln+ztnpLm9PBHAkU0wp0RJII1YEySluxUYx1EH2YAE9hU2oe3Dxe
/grnQR2swjHS2fh+V4pbbBPUU/k2qcNVlJF6KoEvJIGC9OF3PTuCO+WG2NodsSbXVv6c725f
NKbdp3zaGnzFV2/rpI5C0rOoZUAHV+DHlsSCMEkEDds7SfUsDe8VZDw2SSQBo+aqfzwt178S
vNua32gvNTUzfdIjK2fK6W3OAMY6tz+Y4Aa4MFxuU1lifLIGNNw3Hw/lEmjfs0IKeKnmuVdU
NL5kbGOlgkP90kZ6Qd8ADfGw344ddxddLIhgn4fygzxEfZ2WazaFq7tpy4VtZU0FOJGpp4Xj
fpywYjKbkdGcA9j75GZd9hGrZDlsMrbt3HzVLrtbquzXJ6WYSCcfuypXDBiBkYBP0/PiTg21
0DdwsxO+oKQ2W1U1niyskMhqLhKzHBmKjpj2OMIPf3aQ/TgNrrnUQjZI7dwHz81J3IzkHqzX
YSoobM3lq3nLPUn7uCCueoEjJA2OwwfpkcW09DPIbtCHr+JUzG6S7f4qe9PfZ9XK6VCVF3uE
LCZBI33NenJwMZZzhcYJ2HcnHvhgad8bUijkjkde6Ib54D7X+y0DXSq8rrUYNQ8e3vt0ZOMY
9Q/Ib44qLI933CNj7QC0YB96H5/C7crBZauKhvdNJR3FQIo66EFJZAhUKXPqGevvjJAHbG/D
TxPOhj8o1s1SxomkjNhdVg53aAvfLfWM9rulumpK5VLdL9MgkDMT1xuB6lzkA7dzxWInwuMc
oyuPniqW9pDeyG9Iu0FyV/PMKFWYMSQzdTAdIwDjOds/A33xxYZ7CyG/SFx6Jy5ya4e2iCx0
lXIzooe4sr/8WX+6T32A398sQd88BgazrsjS0RWZfKBaCoD+nzSnVuWI6iDnvjjzvFXRtvz/
ACnSC+QiU9CkMwAIVdjvt/XGPj24rELjvsrZqiFos3dLI6uqEcNQUSPzGZTMGyinbYjPxk+3
z2zkkRtaLpW4ufgrLDfamrheOCRzRbdWTgkkgDIPYZ/P+nAUzr5duj6WG37PRR9yutaJKJGV
ZGuK9PWd2KgFjv8AG35bfTjNcSkJGnotTw6Marj1zXu8VIveoJqtQWiBMEMfX1KiIOn3779R
/wCu3FIeGNDbW5lPo4S7vjKIdOUb0lagiZoZyxkQpL0MMDqUlsE4yO2N+3FYecIt0IMdrIh1
BpJJkguMMq0tXK3VPCkiluplx1EH1KAc5Oe314KicBghI5HluCVH2oLvNBUCKdjJ5Z9D9HcD
bo9WARgjbbPf+6eDoWA5VM8h02+Xr1bxQtS31bhUzNHJT09IiKJT5x3APWFUE5JyCB2A23Bx
liIsWsk4nybkLuavgu0cKx1LOWcI8KYfoIHcZ75Hbf5492ejKi6YS23t09c/JKKCzUy05aaR
IyzEkQr6lTcAsOwH5/Pxkih0pOQFaynA/dz+iX3PyqqdKeSWNWiT0GQhX6QPy3B22JO/zvxW
xxA1BSlgDjoOyS1lrrqimk8nzISxHW33kr522wIAIzscbbAfPHXyNBu76KyKBxAa0fPqkqx3
G2LE9Q8sryuWKxzK2cuOr275A2+nHWaHX0qyR8jWgHK86htzXunlikVfORTKucLIucnJbGTk
YO59/wBOLRUCMgDYpfJSOn/fuOm6GpoqjT9a0kKtuwbIcYds4x22YHv+Wfk8Esma+2UDJSSx
3sN/XRF+k+Z9XSS04iihPnFeppWLrEMbgtt3PbAJB2zniySQi+coRlKX50m3yRtXawiq610F
BSnznART+76cDcAduxHY5HT2AI4DbXOYMHHgjP8AS2u3blOWn7Yt8zUVdHTVKn8JST/hvkEH
KqMkH0kYOcn52Dl4yWggb9EZHwJhIL9kT2/lM10lhEVJVW89SyLKDkqVyAQGBG4YgZ/x3K1/
tA+xvlGM4BFjSfFLzyXrwfVdSze5ep6WJ+SOoYP0wOKBxu+Vf/pVsKstbIxlgjP7wIHf8XYY
753xj6jYn341LSLqpzSWgDdSPpOhCaciqQKrrk6j1+Zs6ElQcZyMjA/rtnHAExs/CdU2Y84+
iY6vLTIoTqfHUWCgOTg777bgY/w4Ii2wqXyaTYnKWUN6gt9RPLHIkCy+kL1Egfu8EYxt8nvv
jtvxx4J8kZTSM0Ec/wCMIu0XLUW6kjvEaR1MkEjLPFUHKVEfWuz4YHIzkMPlv0JieQUtqaQG
M3zv/Cnqx6VvN6NVJQ0WlMTdLdSqWYKcbkuckZP1/wATxoIpW2XzupppA6wACL9LaHraRYoq
yusieoleoohU5HYbf3tiD7/kOJutbAUYWkEXKPNG2KmpUDCpttwkU+r1ZaM7nYdXbAA747fQ
cAvi1bpzT1GjAT3cqy10VCSqoJYU6yVDDJ7Hdc7e+Ttt+XAJje3ZO46mJ1tS3afZOclqHkh4
DtENHTxU1dqeiXUdymyMyy1QEilj79EPlIM+ye3Fzb2ysvxGUPqHW2GPgvnv8YHiovH2hvjm
1lzAuTVEtpnr3t+n6Uv1pQ2uB2SnRR0kDqAMrEd3kY8VuFzdauhgbDEGW8/NSry+pJbDa6UU
9AVPSX6VQuXJAxsFzgH2I9/pwI+I81o6eYWFhsjXTdwnrKaQT26qh81gxMqoMhlIxlhk7HY4
BH8+KHsAOCnsMxNrtS+/VAslpqpEkWF4ozIsfmoV6tiewIwc4z/04os7a10ZE+O+5C3b+Drk
9T+H/wAK+kNO0cHXUUdrjqKvpCq9VVyr5szEjbLSMwznAGPYcO4mhrQAvhnF6x1VWSTOO5x5
DA+Sh7wteEu0+Dq4cxPEHzp1LaqvmjrOOSu1PqKsqhHbdMWxCGitdIz4EdLAixqzkBpnTqIH
pUSA5lQnqDKG08I7o2HMnqfErUn9rX9p3dvtP+ba6S0fX1FByY07Uh6KnkiML6kqkJ/36cHc
Rqf+FGRlR62HWwCDzTEDZbDgfBRHZzyNR+Xh+Uh8OXK6j0PTQMlRKzqgkYxx9QjOy5/D2BJJ
BOT0Y7E4QVdQ8mxavo1FQxRsBEmeil2tulNWUph880RcnqcJhUyv4TsRsS2PocHgVpkBvZET
RRftJ99k6cu+W9+5+6votK6Pi/bl4rgs0gaIrFSIekGadhskaHYsR2wq9TkZNige8hrAVn+J
VcNKx0kzsdLDPh4/j4rZhyZ5O8tPstvDnddR6ovtutyU0K1OpNTVy+Wals4VFUAsEDN0xxIC
zE9mdiToIomxhfJq2tmr5sDyA5euZWm/x8eN3Vf2sPiJg+6/frVyr01VMdO2aVel5DjoatqQ
Mg1DgtgZIijbpG5dmpml3Wp4RwtsIzlx3/CPOTfJpOXFsQRSU/XgtKgHq6Fz2AGc+30OO2OF
Mry7K1tO0M2RXUUVJNVHpnjglckhWn6WRyWwwOen8PV1Ywpx+nHtB2VpkaLWTDX0ktoulNLB
dJ+s9DinLERSl0ATJD9QDFNwDhAGzudyI4yWm4QM82l40v6+/pdd11TWQ0aU1JXFEhrkRz1M
UY4ePLOJerpB6TkDfpIJ/ukCOMOwENK+fTk/yNv5Q1cau9WKz0z/AHq4qKpYV8g16Y/g6m6P
4UyR1ZJI3AyccFMERFnBLqh9S062OObYx8fW1uaa/wBu36pkinWVbh9+dZfJVXqZFw7Msb/3
MLg57k57jtwxsO3JVmWe++oE8xsOnx5/JZaXWk9Rb0nlskkNOZJ3V446hIJP3cTAnrPsT057
Dbv34nFHiwQc9SSCXC17dfXgfBeNQzx22mqf93ljSH7qUMMLh0zHI7ghuoIP3a99sDq2J2IZ
G5zrCxQE72hty62L+Pw9bJutt0p6m7UcTRwNAtWiDylqjNKCV6AuD09RY5BKgZBzuMk9oDG6
bc0nl1PcHat+Vzfb4erZSi4XGlsmn4H6EaCoSVw9RHOwl6S7deffdQpGBgnPUckjove4GEDN
Zo0371vH1cpmopLZdXkD2OOWoeQiNKQvCxUdOzB1C9WQxyMYAOG9yQ5pJtdCs076fmk1Vygl
vNaCtNcKaOUKeinjhK4k6QXLtnoUDBO4OxwDniDXkfuUuyBN27ee3z9bIYunKCtoVkgmt3nB
WcNIlsWKOMowZmcjI6iF/DhiGHz2kJAG6lxkN3X/AI+BTXU8qqKOu+7QUUkckHUHD0ifus9b
b9UKgkdWSMe/fiRJDblTEYcQGjPy9e5LqHkZ+2JYHWigSSFi6nAhLgoVjI6UIXbqbJGO6nGS
eA3VFzaybtomhuOfw9fdM/MPRd20Poqpk6ljmqoY6SkhCGTyHlGCynywSmM5UHIPfG3AtRMx
xDTsmVHRyxMdI3fYed7JRyp8Plx5eWNTS0MM9fM+ZXEIly46SVj6lwSoJfpOQwYg478cjfET
dxsozU1U0aGZRdKLja7jUNU0P3cuyeYVXyVwAFKYbqC5CjGEAVvz4MaWA9wpRKyS3favJutJ
W0gT9nyVKywOohaeP0guyl1/drsN8qe4yRk78dqW/wBI2KhRvPbgerLWDrLTs83Mar+609VU
Vk9V9xttJGnVL5xOMhQNyFAAHsW+mOEr3OcdPxT4NZHZ48h+fh9VZXwz+Aimt1p/bmrOr9uy
RefHTyK8scK9ZG5GA7Els52XHwc8XRU8j8g2QlVPGwaN73yDkH1ZWGtPL17RJHNJFJNTxQHp
jhVUWHqzk4JJ/Djf8O22duDpJHaMPtZKYaNvaDVHcG3zSi1A1lRRQTSuEnZYKaAqCZguA2xw
SFUHJGPYDc54QO4hIXfv54zlaZnC4Q22jHPAt039226W6kqIdM0EtS08dSkUCmVApzIQGyWP
8+3bPyc8eq+KVMEWu9xn+N+SK4dwGkqZtBBbt/O3y/KALpDU6pq26LhGIY0iky0nrBYhcqMY
6AUI3B7E++OAuGzzSv7WQ3IyOQT7iVHTU8fYxNsNtiSor8VfIeqr+XNdefv8UdVp8O8ihFlS
SIqM9OdtvxHbYo3yvGrmhcYzLfIXz/tmNmEQYLE4OR8eqp7DS09ktTXZZHmeNkio4gNpJd+o
n2wgIye2Wx3zhQXOLtJ25p4IWtj7UDUcW8/vZNml+T9+1zTy1dHRVNaqYeR4l6yS3tn+/n27
8FdoXDuBAs4eT3pDkpxu3JK9afFKs9urqWOoh6pJKmNBHEcnIDEhQ2FGxIPqA2zk81OvYqEl
KGNuhmyUcVJcYhVwMqpMcnIBwM5Ug++2PpnghpvsUtMZYe+E8T1NJBR0ypLO07/vZOgsEUhg
WfA7e/z29u3HSoDSLJztdujFDKaWF5D1JIfOQKEAyMn6HA7f+1ZVG2Sn/D2au61G2man9haQ
ulbGOlqamFLTkEdHU7Y7HfP/AG4zM5MkoZ1NytVTwhouAvej/Jgp/JCr+4jEeWBJIAO5Hx7f
rwPVlxOvqtLSQMDBp5JRJqOSJ5ZoPMEi7RncMWwAAD+fv3O/bi2GBziELUShjCBzHr/KIbPz
I8yGaDop8N0SzKsYfySjEdRzk49W4HsGz2XhgIiG35rOVTWmTubevefcmXmg8VXa186NYo+v
B6pFdmJDdI6VOMkNknfsNxjgiE50hBPGnvHZRZVwUUVujaKKNyjsPXkd2JDHHt2Gw9vbG57H
bpfLEMOG6d9PLFFBHUo/S0xYKY8g5xg4B3BOx/r744pnJBLSVZTOa5uojJ9Y8UqqnV6dYYpE
Zk6isfSDIqj+HPvu38vz4Dc46r/4TBgBbp5/P0Flan8oDzp4W6nAWRpMAbdwx2x/P575HEdR
Js1TsLWPl8EiutynnaSnp6sRrE2yxOAfgnsc+3xjf44uY0Wu8XQ77k6GGyb47ZWSyxu0slQY
wxUu+/wAu+Bk5HfiWtuwFl0MLLEnUfH7LNb7bVuJYRAsYlYsWwA5wxUAY79v68RlewAOJVkW
txLbWUqclORUWvzM9U7xuR0p5cbKrbdXSG/MbnOf57Z3iPFJIiGxJpDTxkF8huVOVu8O1FYK
KOAWmF0CmMyTRBRnIPVn2xjtwlfVTOJfrN/NcdKNrYHVIn5a2G3SCoem8yR2CHzYetUwRue/
YgbjiBq5i3QDayFJaHauaILJfaa1VKpEidTYSNVgIIfB2zjbYD88Z4Ede1/ipCcA6UfWG8W6
8W6F2ihK+Yoj8xPUTnOcH4Pf8x8kgZ5c19gfX5R0Wl7M7YT3TVNJLTRt91pj1KDkjJO3z78X
6HqoPitstZUtEYS/QQYMBRIRgkEHORvv2H0xx9VLwUv7KwycIugvjGw0ka+YYfJBAVvTlXbI
+SACdvb334H03JPO6L7Tu2aLBNVbVCoradCcR9T7yFgwxufz32+d/bi6Ii1ihpGlzklEBp8k
gjqbrUg4JUbHb6dQx8gH8uOl2LIiHHv9fK4Ul2+AQ6SgoYUj816ZzOQCQMJ0EHbPY+3wcHvx
xruaPfAdOlvRS/y4ig1jy9o1X7xL93zBLEj9KhhiP+E5GQRnfAydtuNBROJaLL5pxiO8pujb
ROmLWssCzWiqepVX61eB2UESd98gny89hvjtseGegEZWfa/Q7ZSdT3636bpY4qa3zk5xhqJl
yOl+wVQe64wfnsMggeSEAXR8NQb2To2v5EtUkFJZ653MWCZKEAqMgEhmGR9DjO/12WyU4dkl
aGlriywDc+S3JfYxeLu1+JTwe2fTNVKsOruXlMlju1BKw8xoIx0U9So/iikiCr1DYOjrtgZj
a2Epr43NlLyMOytKnjJ8G+sfsxfE9e7FftPTVGi7hcpptK6gcEUNyo2cvHH5gXpSojUhJIm3
yOoAqyk1GMdVqqHiLZWAjfmPXJOukedkM0CMtloYIz6v/krrwPnpKA7lvY7YzxW6AH+5MouI
FuzB8USy866Pyi9VDBTyTeiNUqYwCewwMDqOR/29uKxS3OHBMm8UNrEfBWA8O/2bPM7xmQRz
f7O1eiNKVGBJeb/G1OzIRhjT0xAkm23BIRN/x7ccFKRi6BrPaamiGbud0H3K3M6FoYtLabt1
gNx/aNZZ6CngmkkZRPKFQIJXUdusox+Cc47cGgYXzSR2t5fa1yVoT+3j8T3PvmT4pavlpzLs
dToflnbq5pdP26imaS3amhR8xV0lSVUVMmMHysAQMSpTqHWYPaTzWu4HDTBoewanc/Dw8Puo
r5IaGsNts6FaVFm6ADnB6vfP1+f04WzF98FbykbEG5ZlTHa9VUOm5Vh++dcruPu8KRxu8h7d
IUDJJzsBk57HhaWF2CB801E7WC7Ta3krJ8gPs8uaXicmirK+kk5f6RqWDPW3qkxX1CZyDBSZ
U9jgNL0Ad8P24NpuHu3dhZTi/tbTQ3ZCdbvl7z+FZzmd4jfDt9i3ykNqkqozqOtiEyWijKVm
o9QyqoCySjbpX4eQpEu4X4LhrQ0L5881fEZdbv4Hr4rUl4rvGPzM+1Q5qU9Xq4tZdFW2YzWb
TFFIzUdAcECWVtvPqCrEGRgMAkIqDOa3aitJQ0MNM3x6+uSknkvyWtmk1pUEMadIDt1gK4Xf
OxG3fgZ8TyE3jnY1wspXs8VNSUk4aUurPn0OGZhjLHOQTgjOAcDAGO3Aj4nXwj4pm2s5Yr/p
eOqoTLTde8YkjWWbClQA2GyTgHcfU5HEQ0g5Vxe0izEKXeGmnhaYwRrUK+Gpw/SSdwQMJkMB
ucYHtwUxp5c0tlLbgkfBIWuVRX3GPoYxJG6ZIJIkADAAEgED1NggZ234tbHbKiZRY2Kz1F1r
5aBDTXCBZF6D5hyPTjIycbgYA7bkfnxd2FzYhDOrLftd69fJDH+1l9SnhCEzSvHDmFC58tmf
b1YGSMg52Pp+OLoaPNwhKnijy3SUgOqbvb6AmKCaRqR2Mq9fnK6v0NnHY+lWGM5BGcD3NbRa
tkrfxBzbD170xVOtJ62AQ1Nkkmkyiq8koWQFVKhGXBHSN2Lk75PcHi5nD3hpIQknEGPNyD6x
z5XS3Qd3BqKKOK0W9pjWxxJHUYHmCZGYoDj0jbIGcDcDOd4mM5BKqdL0Fyfd8V7t1TJGtspq
iwWujqoOlXkczMwWOSUmXpLZXpyYyrDLDJ3AGJhpj5pfJZ27emxTXJVNXULRx0UT1daHmB+9
yItMpLYgUk5A6Q56jsfn34uY0HmgpQ5ouAh+7XG409UJoLdaKYpA9XIady69IcEyN0gdA2X0
nAADEbcWFgKHDnXuE2VXNO8NT1RFPbJaqnpzUyQiQFY1V1kJwrdbEAhiO/cY3yImmYLkYUxW
PuNWbbetl5j5q6ip0koDarHCjSyLEIVnbzYesMnqMw9WWbvuek742HhTMwUT+tlOLWXi4869
SkUaRUtKzM8vTUxU0yCOMsqgKpmOAQCWz1BeoHbtx19PDp1P3U46mYOsz7oU1pru7XDVVtiN
PFUJaUll6jEyyGSRmCsoJPqAGdydiewO62Kna9xunktfJHGLb7+8pSvN28QU8Sz22q6KduiN
YKqT93IX6sRgtuuDkMPfI+MMBSRFukWSw102rUU4x88qCskZ6k3TLy9BEqu4Z3OGJIcklioB
7Yx854i2m0uuLWQ81drbzJWewc1EupWm+9NJE8UzMkcbxhSkhRCGPZQNxg+ofiPccRrQBCVX
QOc+oFlEHIXknVaJv0t+q7ay3OZTHRAPn7un4upserzHOe2NgFHY8ZdtX/WuwY3Wx/Qn9NZ5
sdh68FLFHR3Wlro5KW6Rl+7vIrM6uwGynYMR1EH/ANJI2xw9HEY7ZI/lZr/RKi92A/wOfroo
65xcyqrSltDVF7pq+sVELF26hCFX8JAOD37Adxwi4rxaPR2UWXfRbT2c9lKmSXtqi4aOfX4+
gvXI7UF1u8NRXVlxmNTIigsy+Y1JGcFY1yffqLEnuSdscZrhlYGTkHf1lbH2i4LaFjW3DRnG
Lnx8hgBNviD5iT2u0rTQVLyRVMiyRv0IGEONz0r7BSwJ+ce/E+I1wqHiP+0H/Ct9meBCna6Z
4NwP8+/pf3pHyG1lV6wsqXkzQJJBHFS+XK4OD09wDkfiB3+Adx710EnYVWn14Jrxvh/a0jXN
yDm/nuL+vmnPxU6kuS8u6qgpHpWqr9G9vgjpk6mlaTbrxkjA7nGxyq98A6/9a9/9Jm2F8ym4
LHH/AFn/ALs26X6oB0D4R7Vafu1Re6T799yVRDE1OyU0CA59SkkljksST8kDGOGFJw7nJm6o
mqGhg0tsB6x+VLNj09aLdGlLSxUtPOGIkkjgKjrJKEI2e/SuScb98YPDYUzGNtZIpK6RzwB6
ystx03aay0M1VR01YJEYYKkx46ScFSNgATv77Y3zwrljZqTaOclulypL4leXFlsGtKmkoamK
FTGskcI2amkfJEYX3wqhiNz69zvxUxpBvyQPEWRNZZu/08lF0TSUVGhmCdSL5h6FyA7DqAO4
HZTn2GcY34tcLhJInC2o8k4wVa1MlIR0osgz1kdLM/fcDbG4Iz2wf1UVLXWIC03D3s1Bxwj2
6Ucr6Us1sRVdZQa2oYuMuSo6Rn4UMNvy+eM5Gy8j5R5BbKG3dFt07WWW3WOwVCvP1VaI7RIq
MUabA6SzZBK7fkcr9eJmEuIx68E1bM1jCdz6yh9r8880s0kyioUB4HYlhGevLANnY+oZJB+m
M7MoomjkkdVKTe5/lOmj77VQSLGsdNFJOSoIJjfBJIG65777YPY9s8SnFm4QcBzqci/UNBTf
saaoUGWJD5WDCoLnbLNjtkk7gYBYjA24EjY7VjZV1TmNBNlE9fbYbpUq8BhVBmNotkLkd2Jz
nGx3+fnIPB8gLRjdLIZ23udtlJmitEWzVFhscNIPXUQNO7sSHjdIy6qBnBHW+CAM/lueEM1V
Mx7tewxb32+myI0Qmzm4579EPW7SFVqa7z9NAztSydMhAEasiucAt8kqTuMEb+/E56tkTQQ7
fbn6/KtpIzLv8dr+vokWptKtbwzQUCFUYNKz9PS6gHcFgD3O+Bnb6cWUtRrOlzromZjWi7R8
bJmsNgepvEckCTIyln8+M+4GxBB9mXv9fyyfJN2bbu+CWW7R/c2zn8IysPJ2oNCBHRyMUXpb
qJPfBOABjdiCAPfPbHCqbiIDsnCLjha03Aynuh5YvTXBGEM00qHrcj1ITv2P4dttvofYnAM9
d2gzsrGN0HCnvlhVWLTVogequaSvC3Q0OSXznALIN/p+m532QyNke++nCNdIAwZuVJOgNZ6d
1x51PRVkNVXxkqY8lWjO5yVY5275Ge3ffiEkb2WJQ2gj926I7npmiqIVSoSPo6h6pu0hBzjO
NycDp7/9RHtIN0SwNODt4oE1Doy0urUzU/l1CkYwcdgcKvfv2x8Z+nEow5xu1RkjYBYjKH6i
1y2SoghRZI4FwwDoGCkFc5+MbjG5/TOCdF7ncqrUW2aNl3Tanrkp4wscbKFAB8pGyMfJGT+v
BAY3x+KE1FUmpKURUJK9LrIvWpfLMBhjt/PP5j6nj6HubIu4Yz3JVaRJ+xKalk6zGVeL15AA
74IPbqz/AE4rezN12C2kLNDBHKI2lVeib0qpJxF+IEn+Xc7bZ78ea7ScqxzNW+yb6SpSWqij
65gCVXf4DH0gjffufyHF5bcXVbZgXNbtt489uudkVV1etdVLTszU7U6h5dyMqqjOM9i2D/Pt
gDiDW6bEo6aXtBpUpeGG8tBS3eCKcCeYIZQFYlcY/CewyFB+oXb3PD/h5swk81huPsu4G9/R
U+2K8ajlplTzSjyqrg+YmHHX1bjcjY7/ADsDsN3DXtIsFkpGOBufsiCitsskoqbjeZBUHLdR
QyGPCFO/SN8Nj4JB+p4plFxhTieAcoot4oIKGSOa4VVW0IVQBCsXRiQH8WMkAn89zjO3C+Rh
TuCcbgpFaNc6h5S6/p9X6Nu9RpzUlvLPS3C21PRNDkAMhz1LIjADKOCrZ3HFBYTsiW1DXDRI
AQVbbQn9oM1LJpB9K88+UOmOZlqmAiqJ7c0cBq0UAlpaSoR6d2yQcq0YydgOOaSN1QaJhOqF
1vXVJqPxs/Z43ioqauv8OGrLNVNGJ/Jjs6+VI5G6RiCs6EGQADhV3/PiOES2Kv2bJ6+CfNMf
bOeFvw/RQz8pPC/d/wBsRIpSoq6G3UMsbDZc1Beeb9QPnjhcApnhtXKbSy/X6YUceID7erxJ
c+oZ6DRlnsfKi1Tll+8W+M3S69DAjHnzr5aEDPqSEEHsRjj1yjIOBwMzJ3vkFW7kpqPmlyQ5
zz8zLHrzVdHr2p3rbtPVyVk1zUnJiqfO6lnTIz0SBgCBjBAIgQ/dOXUtLJH2Ulretld61fb0
Jq/Ra6Z598ktPcwLYSrTT24R+VLgHDmjq1ZA+xOVlGPYDtxK55hIpOCNY7XSzW9dR+EjpPGP
9n5PSVdQfD5rOklRiyUyWzPnE+yeXXdCD4BKgbY24jZnMLujiowJfn/Cf7R9tz4fvD2FPKLw
1XaCuCj/AHipp6C1PnBGGmUzynYDf3yf1jqa3YKLuFVs/wD8RLj3n8KH+e321/iV8S0Etu01
+yeVdmqQ0bGxxNPcXRjsDVzAlWxtmJIz8HtjxkuiYOBQMy7vHx2+CgPRHhhmuV5qLveaqe6X
Opcz1lTWzPLU1L7ku7v1MzEkbsfY8Sa2+6aENaLN5Kc9GaPm0nTQxQU1NCoRirEfiz3Xde/4
sbdz9TwS2JvNBTSyckV0lycyMxkp9+lCXwpyAfj5/P8Ay4m5rVSx7r7rPSaiNZVOXqUVU6yw
cjrce+5PcZI/TgZzB0RbXE804VV8p47Q0pJRFwojZgSqnB9QLbAZyNtt8e/EREOYUnzOGx+a
Drzd4a2tkVayI+a46WEz5lxuMME37fJyBwVDC0boCeeR2QmW8V9c1SpWOUIJkkOxzIes7fhz
gknGPfJ+vF3YtvayEfVPtucJkrIa1ra5kr7pF1OImIhLeXgPk7rufwgnGSR78FsjAzZAPmeX
fuITNco7lUU5Y3W5dCw+lTTr0YDsWUbb/wAJ9iM9+44IFiMKh4dkXP8AKSWy132riMYvE8VP
HUYSeMZd1CoCfxAn8IAXpzgnA7kTjdkWwqntcRZxTc1vq7jQwCa8VMxeKMGOSUonSJCuNpDt
6Scnswx2HE3uFwpRRkg3Pqyb6WwN1xxyXGnUPLErSNKEeRer8Yy/T+8THVg7Fh7A8eZckk+r
qLmae6D6CxQ6BNTNSu1fXhCepHp5UPSg6BjdgHbOQBnt9Wzx5wyqRbYJivWlxRdS/te5U7Dq
ETNOXiALzhuoh89GFUknszY9IGTEMGrChJJcEWWaC0UNGGjnuEkscqVCkSvMSP3XUWkA6gD6
gX7Fc5wcY4sEZv3kulI2WOWaySwdDC6uZoJljCL5nRL0rjpB3P7s+kgDIbcjIPES3ovNfEdx
hOVRqHTtyieErXQST/vAVwhC4ViWBJB9QHSfYlvz4rc14OdlYJISMBOVprbZL0TSXWshd3aR
JJ5mVPUiqCcHHXjAb2wx3PfhfMyR2bprSzws/avVfDR09DT1VTcHgIlkq48T5lbqIUqej1Fs
AgAkIAMdznjtPE5psrKqpidklN5EF+szU9DPB97foVUlbyWdPODAJhelgN+523G2OPSgtGVC
JzJO4z7JxqLPdKK4VVSsEiyGVGE8lUo6Okr0kDfJY+kqRg42yeBpOIRxjJRcfB55XAafBLrR
Y2oy1dPGJGgeWIuJyVlPXuSSfV0sSM++CNt+MlxH2gY4ENctpwj2XdFYvbcqMuZvPuz2t5qe
irKeseNQGqYsCmgYMVCu++SudwoLHOdgcBBLxR+8Z39Df/C3dF7JSS/81ukeO/8AChbWPPe5
XOtlHmPTU8bnLSSLEszeyxp0kkerqPVvgDseBpJZpWjW4klaig4DRU4JAHr1gqN5KS580NW0
6yyTVMf3hjKZU2GHBIyuwQYyAuP5ZPF/bMhj8bet+a9LTvF3NFmeWTa3y59SrMcsejljomOB
a+kVlZ5p6iVgWfq3ZmyMKozgDbA29jwpHEHgl0Y7zvVvFK6iE1Dw2U3A6+t1WLnXzN/8UuZL
zUNWr26nxBDMScsAx9eQwx1EYHwGB34e0UT2Rf1svOfl9ldPNH2eiCwaLX+P3GPonrwzXOpX
UNTio/8AiXEkrSOFIwyN6B+LC9R2Bye4xnj0sRdKA3fCLqqxooLOF73t1GeXhZWMu+ho6y4p
Vu0IEMaSMIo8mNtiXXbYY223ztjbbfUFPoALuS+I8TrBI46Skd1tE1VUNNUVkkVBShpA7p5b
D8KlQ2M5GRjYHcAZ2xoWyBrUg0GQ6SsVfJSQV0cdLUV01tp441kmeBWWUEnt1DuMKue2c/Xh
dPUudsjIKSMG8gTfzY11buWfL+432orq53pgHSGWkSP70zbJFtjcnG2PZsngZ0xOEe5kEcZl
JuAqF6trKnVVyqb5UzVsstZUPWmJc9HSWCsQfYDIUY9h7ZHFjBbdY6qmMjy6+F61LaEFKsih
YYRkQKQXQbk9J9sEEDG++PYngSWfTgJnT0RkYCef5SKG3T3aahowZJJalykYUZPqfuMds/5A
ex4BkkvcpsyAtLWk+r/VHddfZrdepWiSJI4YkoUcAHqdQSSPdTgntvsPjhUIdLRfrf4rRwyH
tCR4Ae5JKankntxlYzeb1GN1XAWNdtvjGPyzxYxhTFgOkki/oAX+mUyVlWkagKinraNpH6FP
SFG4x+HJYE7j4+vBgYeaTzuscH10T3p29x0NWDMI4vOVwxYL0xjoyBgfxHGwG/FphLhgJeas
M7pNr/j7qZeS/lawst9h8uoqeqx3Bo1DqyNIqxvGAe4x0AEAf3c7ZyvqNUdr9R/Koc/tMjof
V1W6ecUteJIUdSidDxsD0k5xgnYYOMYz8juBltpBblItTmuuOan/AJNUxGnoLxHCtTWWRpai
bLhSYR0jHSpx1BWY5OGKgg9wOMlxa4kMYNg6wHS6fUkJdGHb2vnwv09YTrd9AXCj1/GbWr1F
j1dVNPFWRn0w05Z2CJglUYo2cYyCVBB9WFDqqN0JMuHMG3U4z4+KaQ62Pa2PIPyHh8fNOPNL
ltTSI/3cpGIco0tRGfQMtsO5zgHDZ7d88U0FSW2O9/XoKriMuC1KeR3LaCCkSoanpkiG7LEh
PmMew37ADA3ySP5G6uqXOcQg4b6LBS5Z+UFU9gk8v7oYY1DQtvH5ucHpXtg42OMY3PCGpqRq
ynFLA8tPRAN7qKLSgr1rDFEYgHdox09e4xg9/Sff/mx2zwRTtMtrC6qnf2V0Ly809HUcPV5F
JLPP1yHqQSHpHqKjIPSCcHtn88k8NBST2F+WEKyqBd47+5Rzd9V6dprxT3Oy3OeyVXU5Bjle
FQOrfPSoOGx+YJHxjhnHDPpLHt1Dpv8AdFF7HZvp9eKP+X3jR1hZoJKa6fs3VlsJIkLxBZpC
Ds0bHsSBnOe/tnuBV8Hhcbsuwn3gD/KKhqnW0mxH8/BSc3iJ03zc03Sm0saW8UvSr0creXIh
GQBn/wAxQATkHv8AoOF4oZad39TbryVkhbOAWcuW1k50eqxW2Yioq0OIsRxRsrg+pQe2c5wQ
M75z7A8XuguNQ3St7tN2koNXVEEahTVAFdiC8e39OIaD6sqMKpEVTTvD94m65cgdSYDMdyFG
c+lcjJwMj2xx9HLNO6HbPrAc04TnpWaOXTIJCKzNJJmMDfc775P0x27HgaQkuKPpjZoI5rLX
UTVFA7ljGqAySDLN0BQ3WN++wbbO/wBcnPIwLqcznBtwc7/lJKSkC1FC8knR5SCNAJAF9R/E
c7diRj26fccFuBAQMMo1XvsiC0Wg3lqtpiiqiFnRwT0gDGM43P6YHyPavsy7miv1Qa6xyi7w
8aljsOsKlUdegOsciKrdR6t0YYPsSP5DPccFwSOBsCqamKORjg4berKz9i19FMsLeZULiH1L
CxGT6sjIG52P+XYcOo3kmywlU1jchK7fzaNTT5ajlkeJC6uSx9RUhjk4z7j9GOO+SHaiLBLt
bAblF1Hq954qkG2+afMCKqwByq9ex9R7elv5Y7Z4FlY5H087dil0dV+2hEslA6AjqdIqIM5I
VCTk5YZB+Pn64DzsE1BYe8bW8l1LabFdaUxymnFTUP19DU/SA2NgTjthhnHv85PHRG87hRNR
E39rl7Oh9NQtKrxhxICx8lWyqjtn67N7jbHETC/oimVzBu5L7Hy+07XojSyLGgO3TG+ygDfJ
7kf1z88VuY4I6KuaeaN9N6TtVtCGKR3hIP4fSRjt+g23/wCb4HECXDZMWVDCMlPbV1qo5fLh
ig8oqGYu6jfBznc/Xf8A6b1EyboxkkGGhI661Wm4eZ5kND/DkBhkKTg4O/12+nHA93VTtCRc
BIqblRp66xSMsdNTgBSXWMFVzggHq3HY8WdobJfIxhd3cJztXJfTrOjU1Qr7hlHmp0lsb5J9
hv8A6xxWXXyrGC1hchGNn5eWa0xqEpoJvKbDBKhCVIzsTgAd/wBcHGPekuJRo0jqly0KU9vK
0tBNGAWzGakM5APsVO5Pf9fgY4JjPihX55ZXIKJ4atmkSteR2wojUt1D6bfPv8kfPBcZ5XQE
txlerrZ5ZI1WSSop2RVUMsBAAx6mDdPbc9++fy4tuFTm+642ipqS4xvFUzMXy2GpjlfwttgD
f6/83fiOoXtZXNbjBWKcz2pCy9GWyFfyGbBwxOVxt7Z/I/HHr81VIRbCFqinuN6lleWJSjJH
HHIvlk9RdW/GDsSD8e4XiYBsqHOAze3zz8UnpaWcSy+e1OafzQCZOjDlmI6lwdhn2H8t+J3s
qCNQBulM1mgtksyrVtGyTHpjRwAuOrYbjpI9ie424nHJcqiWMgb7pLcLSgtJV/vDLIfKJlLq
nSME9TIxGADk4z0/Xbi8F1rIXUL3Hr5IKqrHUzXZWFXWRQ09Us3T5shd2627dZGZPw9IBAdV
G2TtYyw7xUC5t7A/LoktXpWuUfd/v9zVZI3YgyBk77+hXwVwd8khW2xk547du11Pt3CxaMj6
JS/L+qzD511rZjTSmNYpog2egbZJPbGA2ckb+3HWvDT4qqWRzxciwSaks1nt5heuuzoYA8xp
lcdKADrYjABJ3HSPcZ7HA4s1AbKjUXOuscV801YoIcLI6hQSVYsshz1A9LEZUgAMoxliD7g8
Sa7+07qDurU1LfbfcqukVAZp4hKsjVFJJFJMWRu6n8R6cJnt0jfHFrrjDihZAb90LqmuNHJ5
UdMaRRSm4MqRo0TIZc+WR/dGMbkZGMY2zxQ4i9lWL28vumOvnt1JSU062sT1i08SsBTv0OUK
qpxgALuRkZPVvnjmouXtAYLkpRFT11zFOhon8qSdmpTLTeYxRQrdDltnwWznOOnbc8QlmZEz
U7kuQQPnkDI/uk9fUadts/3eqmoRIhdPKp4TKVVm7HpG+4PT74OPk8Zuf2kib+0LeUXsLVyt
u4296Vtr7Taoxhpqm5Vk/wC6ipoopY3cEkgdLAKinO5/CNvy4Q1vtYAw2C1XCv8Aw3k7UGQ4
67+azUc95vZkuFwqYKOGNWdJEpTFBTtuD09WOpzkfvP7p234+e8Q4zNUv1POOQX1Gh9naWmY
IoG3cedt/NRtzh5hy6jhjtMVVFHZaJelvOmCI6q3rldvxbt+EZ3+nFELiTfPh7/WU8p+FCDv
yAXO/rp68VHslHSXigdqQtJTswQqidE1c2SR0gDCRjt1jdt8d9rNTmutJv8AIfk+HJMXzCQW
AwhrVVltVCVirUt4rppQTCkhZR7es5z222Ix8DguGSVwuy5CDkgaBd+/y9eimSHVv7EIltUV
FTdByXiuDwmQ9WQ5X8IGApxuc534uMQcbPJPuBXXWO58slMGrtTX7VkMcdbd5KahjHoBqMn5
6sgBif8A1f5cG08UURuxlz5JHWRPkAGoAfb6IVsFO14uyUlsikngjYydaDpaU7DcjOFx7/oN
8DhoXdmwulOfolUYbUPDKcXaOYwD/HX5ZVk+SPKCqe2W9JqOCmttvxUdTMI5K50IOWG2FGMK
mTucnfHA9BqlqBIAdN8+ufiqOMSxxQOZcGQggA7AW3ty8OamS81MkZesq5jOFYkRqqJH0kAj
1DcnIO5ON9u3G+ZxNrRa1l8gm4C97i7X8LfDmoe1pzfjrrjLHSywR09KxxGWLu0pyFCnORkj
1MASMYXp4zHEOMvkdpjJt69XW24R7PCJgc4C/ija3XampbACuamjgp1aZYupGcj1N07ZVcEH
fAwQM7caOhkBiaHHNlmeKxuErnAYGMeCrX4j+ZkfMfXs9sp3lSOzdRmV0QRpIyEM5GQPQrBR
gd2Pv3IIubpDPN/8s8t8eH8/NQpa6Axy1FUsztDLGI1jQEeYi9l9WBj0qSuCRjtni1h1BIqh
mlxPJPdDaai42poJopPK8r7zTRuMdCx7bkkZXAYHt29g3C+ra0HUn3C3OlYWdLlMmnKeW2XX
7wDIi29WqPNTKpGn8OMb/iJyCAd+BH4Hmm1PYu8ui92ap+/CmafqiAkLglcdRY7t7j/L+XFD
98JtRQ6mhzsW+6Nbncw2lDT00KzERMaiXydlJcDOSR0kjfOMbDguOIuFwu1dYGt0na2d+oxf
1ZDdJaknp5GQdJCM8h6AzpuR0kkduk74GwxwSIhbxWedUOccYHu9fwkor2pacdEjPNVL1Bsj
CAA79OPTgfHbOe4zxOMi5G9kDUDAdkA/z6wpF8OfNGXltqStrBRqY5opKd8FQ6hhkE5GNiqn
sAQCN+Kq2nbOyxQUcj43EW2RrV80KmxSXKmt8ltt8/nu8yUkAjjlfPUQqfw4JyekbdO5+QX0
gIsTcBEMqDfUAmDw83o3LxIwUtTSR0b3h2E1NHH5MCu8ZUYXbuGGewyTt24Wcbg/8k4ndqYc
PfacAbH6+Cstrq3xcu9AxWKloemaiSVpJVAH3ZhvkHIHVuMD3ABz84OM9pJ2kvw9ck2e5zL6
VHFZeI59MQUkkUany/I/ergMxJx+YyBnORt+eS2izyRhCONyScol5B2mW8VM0DkN94KgAtuM
98bfgwfffP8APiFTKANXRW00JJwrM1drNHZRGqv969CsRglEC7gA7kb7EDJ/lxn32JuNlo4w
Wi1s+5VP8TvL1tT17zPLGsYQHrA68BTjozjpVh3xnv3yTw64XL2LrNS2sb2+SM/H+FXeXVNl
0xS1c9Dbqm6x25iayocGBNz6WOd/Y7YwR9ONSKWWUhkjtJdsN/d6yq2OijYZALtbvyt8cow0
NzNtfMOmpaWq0bHV0twSQ0v3SITM/l7yBchQCFGdhnf34DqKCWncdEmW2vyOduqZw1UM0TXW
w69uYwkWp9AUdokiuemwTAkhM1K8LI9LtujpuVYY275x7gZHGVDnXjn+N91b+nY4B0Y29fym
VbJB+3FrPNllnLF0VV9LnbCnAPtv8eo/TE+2cY+ztj6KmaNsTtbT8E/at5m1a0VQtBFEJyH8
2OEbEhi2STjfuSTjOxHEaWnFwHnCSV0wdfs90O0tRfpaWNmuUCMyglTTrlTjt34Md+lBIEfz
S5sc5F9ajVKRqFw3pYx5OHbIXLHOQO4IUnb2/QcbaoYALpVTSlx0n/KItI2dIrTAZpJIYpOo
guwAjYk9zthcf1G2R3D7O5uUzEtoxbZY7xPJDZ4yWKpMpRCWLdeerpzn32ye3b6nixsdjkLz
6gPabn4JJpWWbMix+SEjj65hJgoxPsNs5C42H/XiTiOa5C3STbbdZoLnMtW58wp0OT0RnBff
GSe4Hv3znHffiLXC9lcWOy4lP+jLrLT32seH7q6VLhIz6epdiQGxtnOPcAe/HLm+EXFkO81b
PkpHS6m5W2+oramWm6ohmRMFh6iMMD3Awu4O+TgE44b0T7tGFjeMQhs7rHHTZFFRT0LUdOkV
2ZlVW6C2EXDHZsdJwB3+d8DYcNWX2GVnXtI5p4tmnZIqyqmj1CI2YiRWhOUJ8zcMOkHq277b
Z7545IAdl6K4OU70dJRW+OB31JTCdGeIDzpFyigjv/CCBg57s/1OFskdjhNoZcZTxSVELwCS
CqasPSFDRs/Wy+lcANjIKlNvh/qwFZDuaLa5ic5qc0rxj71G8s0Z6ZmRXLHLZH1yR2wNjt2x
x4NdurLNOAltps8SxzTPcKeQlmJP3joJUAjZfyxn8x8kCRyFYwtanh6GhW4sr1FRToVId5X6
kiwOobHcj698HtxSXPATSHsHOy5JnoKOuqGgVqGIR9Y9QJKMoyctjH6+3SdvTk1GWXcIx7KY
HST806vp15VnVxFTyBysUSBQYulSMKBnYMBn8j8b1NfJc3UpBCQLfJPNviqoWckyQSwqqnod
VUY75AGw2Ox3Bzv78ScTzCGDW5sU6W29UttCGesgnaFR5fWiFuo+ruoGQc7jb6cVvvbxUonN
Dhc3CeKzW9G1PO1N9+k9W4SEAtgE4bBA/qc/y4H0G+UybVRluF6i1dK9tKiCRJ0L4LxhWOQR
hcHYHfvuO2N+Lw0KD53ArPLqGeDHS3TIhC4RS3Xg9RGBt8Z3/wCxcTQl09VySqCvqLtF1eRU
Rv0fi8lVXPuSCR9T39QO3FzrDCqimLhcLw9tr43pQ5aMzdRKlFxnoTGcse4Odtxj2xngd2Rs
i4j3rBYqyevox1xW211rRdYkDzLEsaopAk6RltjgbDfP0PEQ61vBdldqJNt17qWnq4ahamh0
5RwxRqJXkqRIhClCOrpcYJBznuCPfI4kx7trqhxjAu5MVVYaeSp8+qgtr4UCQR1SAyZIPrAk
wuO3/p6vfHFzHu2BQU7Y7XIwfX8JHcobNbaS4CWSgppZR5YElaep06/w9PURgfwkb5JJxwQx
xKWyhlu6CPwmC6XGjoLQsFMtMxjmfrZZ2kAZypkbHt1AKDjIIP58ENshu0IyFhl1LHV3BUSt
iYSSMskiR9LFFBWMEnbpUjbbIDDDfhHEHAFENn2CazdJjDHIKiOHMbxt14QOxbO4Ybjbfvj1
HGScVhlgpOmJNufj+PoslJf6+mqTE7vM6u7RsiQpLlghYHHcjbqON1fc9sWBo6oUyPBuRsvN
1WlvdSiTUE8OX8wyiJmRIg2W/Cm5ZgMLkEBu4AwSQMCxQjpDdM8lJbaGpjiroZ4pW8xJEHX+
6UlPLKhU3IUkMcjqIzgDfiRdzUHOPP8AjwTXcpqNbTTiCGrjCzSAlI5iqhkRUUkR9j6ypPsc
Z2wfar4VR2ICTHUsDRR//EwLJKKxeqSEsjt5QYMFKEBADgA79sYycQLHE4UXzsaDqzy9Fc1F
93NO9c0MlPAwp5o0ljUdCCMkxlhHsSR/FnJjHuRxCprmUrbk5V/D+GzV8mhgwom1pzWo50+4
26J4YELU8fRGD3A6ycAYJCjH09gBxiuJ8TdMSXFfXfZ72ehpbNAuSd+aJ6a06c0jaoaq+VJp
mcLO9PFORklR3P4mJ6h3ON8bcfOaivllcezF/d68V9ipeHNt2drf5WPUXP8AtehbdKLNQ223
FXLPVTE+gHChsOepSfTjIJPUew4XCGSU5uSnIpQ02JsB0+/rKhvX3iSNwo5YQ7VjDqkZ589U
qZz0gZxH3wWff+6FzkMafhp1anG32/Pu95Rj6iCn7ttr4Hj9vE89rbKNJdc1+pq2OS51FO1H
GwMdNEP0AIHfA2yT2yMbnhr2DIxaMZ6pcZ5JTd1gOQ5fyfgOgT/Ucy6y2UqU9HHEjNCVkdR1
Mc4XqHTjGB6dtsEjO/AQpGHvOV7nNAuz1/KC63UchPnVKwtGGBkV3AeRs4yAB32I2Hc/lwwj
p74agJ6lsY3F/Hl7vfhDV5vFdfqZBFDGqMepSkah3z/Edvbt/Lg6OFkeSUmnrp5XEM5c7Z88
J20lysjnoxW3EsysQwjD4ZsHfJOyj2z8n3O3FE9da7Y1ZTcLDnB02et/jfojCK8W3l1RCegp
5RLNlI5IoAsP5gsSzY7ZPT77DheWSTmzj8/X3TkyRMYGtbf10H8p2g8Wd0pKCOGejnIY4STp
MhKjtkdjjfbtgDg+nE0LdMT8dElquHUdS7tJGG/hn4pj1h4hblrDMVO8kSyL0N1KIgzHc5OS
fbYD+u3F7e1d/wAw3/CAPDqOLvM38R887+KeeRXLCqNfSXK6R1EvlKPKpgBgZUj9MDffGe+d
+LqePtpdI2CB4hV9lFpZjl/KmafVjaa0XcZkmpjWUUbusZ6SWAPq9QJGCTjt8n5xpmBsbdJK
wFU8vdq9fFU00xd6LUVRV1FYEd7jUGeULCH6S5J6fr7DcZOANscN4nC1gsHU6i/U7YrHf6CB
r/C0UTF6Y+TLHMesFdwvcED8Tf3Tnt7ccc7TsqxHrd5LNpGx/cK4v5QCeb1SBAOpsAjHwSSN
yPr224CkPaOCcUgFOCduaS3Gkmsk18ECLHDIImEXWZR1E+nCk98HGe+M42J4DkGQDyTemFyS
MXt/K96N0qlyulJT0qvUjqIkOAFBOCc9WB8j9B8cdhgMj7BN5KhtNT69t/HyKM6vllPFDTU0
ckZaoILovT0EY/Cz5J9/ft3x8PoqfQA0rE1NaJHEg4Ux8m+WejrpWR0l2o6crnqXrYZjI2JX
cdfbsCAerP8AFxyWI2NkNFWBgClyXwg6MuUBrLRBR1MkSFmj8hRGFPZh0kMfc4AGfqOEB7Rs
t900kqA6K4wFEfNnwuabrp2VLbT2uSPJUU0zSeZGF3bc7elRkbYwOG7T2jbjHVKhZps7I5eP
oKF9Z8vqnQwqayhV5qSWSaGFJ8xMhC9hhSgz1MRuMhSOwGR307rq6OVjRb16/wAIU5W63OkN
ZW67U889U1lq1qTGinEhx0E992ILADHb2yc8CVlMJIXRnGoK6Cf+sHi5AVneeviCteuNLUv7
NrYS9SiQShmyR5hRjkLvkAknfuD84HzxlK9khbI2xt9FrzCwx9oTcet0zUdpnlgZ5I2jDs3k
qwACr2UYHcbjvnsD8cDOvySt7wXYwpA5N3OPR8k6nzDLG/R0eWQoVdxjA7du+3bc8UyNL7O5
Iune1o8Qp0gv/wC1UMsfW5kUnfpU+xAxn57flwFYftTUFzu8PXzUQeKPRUt203DIlXWdNGwk
aFYCWXO/UNxk9/fGw+eCqR+iQOI8FS5g0HmoAsdfDWvVQNaoKu33mPyaqiLR+mWPJjdQ4HpV
W6SuQTgb7nhpPchsmvS5pwfPcYvvvdNKN7GNLbXa4ZH03+FueFJ/h80ZY7PrK13yopbdaqTS
9NMKS1vH1NUSSL0lpeksBgFvSCTkjfbguhqGtc907w4n1jw/CV8fe99OynooyBfcYsMfP5JL
zuuKVuokm07SSXFoo/Jq5RCyrJHIQPLzgE+pc5G67j5HAk3Yucbu8feiOCQTuYGSY81FcOgW
n1FHTUgejhlZelQWZkb8LDI7j+WxGPbj3b3Zc5KsrGC9tlKl35FyC3POuFNQEBYZVvS2wHxv
t3H9QOOw4bqJ2WclJL7MUdzaOqqOZ4Y/MMcRKKSJMkDYe/EhIwi9h8FZ2E3/AEqFpLYaao6R
IrKyEYdMOwBGAMDtvjPf+Qz9Qc+6x0cZBFjdOFPMsnlqWmaBIVQqr56VyhGQRjuPj3x9eKQ3
S6/NGl5c23JN+pan7wqxsFnFNEjdROA+xxtt1HBB7/I+eOvwbrzLE6Uhoul7fLNCRKZMICqE
E7jY574ye2ew4oIuRZGB2kFeYW8iaeMr1xsCokkBB6lK5P1x1EEfT34lpt3lGOb+0p30pTeZ
BPLEwZG6iAdugjrOfoNt/niLhYYR9LLv4q0vhZv0V40a9GCQ1BNIBESA7rIcq4ByMg53/Ptw
XQyf2lK+ORHEgG6mBLHKlpppYfvvmGDJZYuog+ZuCd+2SMY7gHcY4aNlwCss+EaiCMpwtlLd
pkp46mjmkXzA7OXHSSEyWGPxbBd9xhVx9bmynmqHxtvgJX+z6ivpYwLYi4DtmaXddlYsWK7+
nIz7EN+fHDndcBsbBPc0UmmP3o+7uxWOF44lILMY1/eekgDHScZ7YPtk8VuhG5XY5iThK6K3
w3KnqKh50Qt++IZZEkPVLPhyff8ALPbO424kLEY2VgkLTlO9XR1El6dBbqeqhV5QkUk/X1t0
MSm4GCclgex7HueO6QuGc7JLXX2rlidYIaeCi/4EqvKJSwMYy+cA46tsfT68VPjCuZUutgLp
6e53maWSSOjjkaNEEjSuxjVUCek4G+D3H/tqIDW7ojXI92R68Etjo63J86uhY/iT96X7Nt1E
nb+Envjo7/NQcXZuiHEt7pCcqJJEqZYJq6j6UqSTGIwnQoydx8dhjsek7HB4gWOOSiWVDMAB
EsEtNRdzb5gAsaGKJpDJ8sQPwgkdRzj3G/HNLly7Cbg7LMjhYOmgLQnDHpbYBlP8XUdzj3x8
bZI4odYi5RkV2ftsk1LbrtVNJ1SUsvXlWjeCN9mGc/hyD39/b8s9Zo3Vcz5jywnBbJUNMxM9
OWfBC9TZbP4QMZ3yM7/X54uBaBhAan/3evellugmLY6aT93IoRsHK4DEjqKn1bn4B39+OF43
R8DS07rIsMsVZ0LTx+XJFJGQG6fM6lXdTgAFe4Pye+3FDnJgD0CUzpFb4YJIaam8iLDp1uCZ
ABspUkdsHYZ6sfXeIA3UnvP7RzSGoR5KN+tKb7rLUIqtK0SDpLhsZ8w46uxP1UY6u0wbG42Q
riSNLj69dV5uVioqGmj66dfLnV5InaoUoEAUMoKsfWJCTg5IAHfBPBkDiDpCXVbBbW8evXVC
U9PSiPppLPZYFeRwBUFnYg9Jyf3obcgd8Hv27EkAN2slrnvdgE+WEmmuU7U6T+VZHjNTIFIi
6d+kY6l6yOpdidsYG2O3FXaDmvdg85F0graeS53OdIaamjghZFUhSglJGNthkEkgNv2GOxPE
HTgI2Kie8jC9VFHCIZ6dqeaJ4RMYpIpFAXv0k7EH0n1LjcgcD/qbmwKZDhhDbkZQ1iCKVaer
pqjrqHYdDMXaNelW9K9IyQoDH1YIJGw24IbIUIaQYAG/is0dkqsdVOTHD1IqTsC0chYZzno3
wNgwGQSfwgcEiYEIN9E4GxWens1xjsrfenVgxZoWeBMucdsk/wAJGGyNiPfiqSUbLkdM7TqN
/gmi+tUpEZRIJmDHrVacRspXAA/D7nfGMYUfA4gayKMXe6yuHDJpm2a0/BMtVqa12+nP3uKK
F4pZmUROQwYoVJACgAlT3PbYg78KKz2jYy7YslPOHew8s1jMLDCgnnd4kqSBlt1pETRwoiIo
RAtMyoE79IDAAZOTjf8ALjPvqZal3azLfUnCYKFnYUwufW6jrTPNX9l14u9SWkEMbfdqZkQJ
VS7AgkDYArsTjcbZxwuq2mUGJuOp6f5Wm4dCYf61r9B16nyTdfebTzu0tTK8tV1jM7EmRTuS
VUkjrycD2RVGAWOQGKOxsBjp+dsfU+C18LnOj1v36/jx8RsOrtg/UnNed6NFEQpo1RlWMAmT
qJ6iM577k5bffgyLh4ve9/XrCpqeOsgGkNtjb+65z6uUK1+ozWSGSd51AYsQGHUSCSDuPV7f
1+nBrKdrQs1V8Tme7VbA6+jdZReq+jqXykjxjK9DSsVIxnHoOe2/x+meO9hFZVv4lVg3DbDx
5fDKX2zUtwCkIfLjfZ3hj6SF7Y3xk4xgZ3z88UyQwg5yjI+I1z2Zx7rfX1z8E46cpbUmVqZZ
RKwGML1jOTg4B+N9tt+BJnykd1G08cP/AMzfn69BHdnprJCifdP2jVuvrcuFjBJGNjkkAYz7
bnhRM6Y/usnLI47Xb9E40tf96uKiCl+8Q06joRl8tOvsGUDPpX1YLenJJ3PA5ZZt3mxPv8/W
6vnl0bch69eac7dpOpvMjU8VNXTgdLy1PlDA9ulSxwucHAPfJP5MKKAyu6evV/gsjxfippj3
Re/qw8Oaf6Hk/Q0FTUh6BqyViUcL0EArv1AZHTjC+4yGO+x4ZyUQb/ddZ+Lj9TIdrZ3TbfTY
+X0SVlbRrRv5nmQxqqvPIDsRnqIxkbk46e3fHFJ07NymtO2sqmkXIHU7BNlp5yX2vo4xbLTT
2+2FmMKeoiRMH1KMj3zuMDvjJ344+pdHhrreuab0/BIJWnXdxPPYe7msM/MGq1G1Vb62oSjl
mgaANG3WF3GOlASFONtjggnPwR5aqU2fclHN4FRAdnax25dM+uiE6Xw2Q6e09A1FWw1UhVZT
E1N1qwKdXUVJ2JHUMjB2PxnhrTe07+077Mbb/RYOu/8AD2LsS2KSxvfI5eveh7WOj5rBemHl
Gd2lU5hXeVmwRnOfQMkAAD33340EHE2Tt1NWFrOAS0kg1j4bdFn5Yae+8V6RzRkyVCJuSS8i
D8XbuGHzvnOPbhrw9vaOJWe42TBE1o3z69dERXHlR+3NVCoZljolhjiByCySFvZRsdioGTtk
ezcdkoC6S3JX0XFQyIOOXJXZrYbVVrFBTZqXIwF/d4AA3ON+w79z9c8FU8bYzgLtXO+ZgJPu
T7XWg2e4UstWI446qF1RyTKjArv1Dv7g9u+/04YmM7pFpdfKwXidrckKo0ihEYtKmEbpLDYl
jk+n47k/XhdI8hMHUwNgpe5S69Wa3dcUnnVEKKkY6goGGAAYnOdvcf3iPbhTK4F9ymMVJpi7
MIr17qS3XOQxVEEU0XSCjNKXQt0+rOBjo9W+Nz9duDhLEAbYSJ9JUB21x8FVzn/rmiagloqS
E+TEWJVxj19QIBXHYHOxyD1DsMcVRTB2AiZYTGLv3Ubcp9HvcImmMHS9WxKF/wARVjkHuF32
9v4j2GDwr4pOAS0ckZwuEFupw3Tpp/RksPMSNG8nzeppv3BKkNsMsNtwMd/fjPVFVeE+4Z6L
Q6AxpPL/AAFaa1WyGez0ryr5hVVOQ2S2AAOwPYY/1jhHK0kXCAbbULrD5EdqBz0xKDl5pMYA
2+mSAB7/ANduAyDe6NjsQAfXr1dEcmvov2ZIKeWRBMCikjoL7MPSRg9h7dvzHA0kbrghHxTN
sR1Xq48yqC4WuOKsSSKCKDJVgDGMAdJYA/QYH1/TjvZPvqGSrv1DLBqhvWWmrPqiuP7Ng8pl
PU9RCvQytscb4BUHH+scNopXRiz8oUPJPcSCw8saqSdQuoKt5COjoVO24DEN8/r7Hfj0k4tc
MVzZOr/spX5deHWSoileKnmYMq4kkBkkfDdI6c9hkDcjvn9E1XUyHdNKRkYupQ5deGVLLcnr
a2o6ZiPNzIyEKT6cEewBCr0/QbjOBTDUl5DbbKqsNsl2/r5Jx13aoLRpiqExjeaKLpwp8sSF
j1DvnGG333x9DwyqH6NkuoGGV2k/5v8AyqXXnVvk3irTohfomcdX3k+r1HfvwVGwloP2WnbR
RgWz696iG9UsUVJGidQIwjSlz19DnKj6jJO/0/IcfVC3VsvjYOm1ykVFco7fRSiSWKVldW6s
jEfqBOw7bsTj6fkeJMj6rstRiywy1D3IQU7dRjqSqhoyD0qE3BGe/Y98DP5ZpnFtkXRd4gk+
vFF9XZXo7NTxxeV09IVSAECDq3IP1wxON8fnjitrHFFVErRhD94pKakpFkkU9c05bo6mwoLZ
/TIJ74OynbgvsRbZJv1HeuvWkopxFhWp2gjRwsgJVmXpd8OpyMkYyBsdgffih7c2CZ0s9hr3
spV5A65k0fqishNVHEk6iEH/AMxN8j2yfwsP1G2/E4GaH3KhXTGWKzOStJSNe1sFCWuUJedc
qpVXaIgA5ZSp6fSc5Oe3fYAt2MFrLKSTE3JS+50WpRQU1PU3mrWMOXiSlpxGrBUJLMyADbpI
GN8L23AMi1oGF5rj/csOrbZVW+kjqJL7cmdhIWSYuhXowfScnJ3IPwSdjjJEfVBn77JrBR9o
LMueqEdT+Jew6bq4pqnU1dL0EKsckUcnqYkj0KCfY/i9jgbcK5uMgktY26c03sybanG3vUca
58eUk1aq2+e4VcMJUNKSpKAjcCMnBIOR3/I8CHidScgAeCZN9maUA6iTb7oam8fOqUVESCZI
XZi3mysGkJwCWK/THtvxz9dOR3n/ACXn+z1O3LGmx6n17k3zeMnV3nrVRuwpO7u/VL+JjsC+
xwp7YIJyPjiA4hNtryFL/h6AC7o9/dj/AAlFJ459U1EBZqmpjlXqCvHEuDtgYGxHUACfrwPL
WVJ/vTal4JQD9sRvyWCPxm62dWUVkrdadAWZIwEPfuN2x9e5O+eBhM7YvPuJTAcGitdsY9/2
6+9PulPHXrmwQZimSubHr61DbAnpGAcAgYA/X4HBLK+dosHn35+qEd7P0r3auyB8sI20T9pR
daOqjluVug6E382niUkKSACQzZ+DtnO49t7BxKpvuChH+zdILEBw8RlTfy6+0S07qyvFO/3e
nnGFcFxEWH1JOVI+cEZJ9+KzxInErdPzCjHwsRnuuv8AX/O6m7R3MWtvcRmpGimikLGOSJQ8
YBG3YAnPwM/0HBzJWkBwK9JQNN2lqJaSvuEtA5kniMyJufJEZ6icYBwMEf4Ab5zxIyAlDOoA
BhZ0vtZURVEsUkPU0jZRSCOoDOMHvjff4I+TxYHADKGdA7UdIXutpaqapzJN0SRoS0kcqqyg
jBYAEZzk57AZ9zjgZ04BsEaKBzslMrWFqipVZ6+QVBZ8BqhUaElV9KgSZAXGQSfoc54vZMCh
pKIjx96Sx6Zkt0MjUFW8VSqpEFEuBIuCDuXJ3OC22x7Dvxe17ThLZad7MhYqS1XipcQxyyvK
uEdpmEzdifxMTk9I2wADgg8FggDBSxzZCSCF3TWu90EE33imSdJyhlIRRGgGFHUBj0EgEkAd
99hxTJINgUVBC/8AcW48F6egoatJuulqFlklzIsspErEAHpChSS49R29hn5HFAkA3TAwOJs0
WXqiht9sZKiCmdJShb1N5sTkE7jGPSSCF2yO+D1cefINl6KB98rxXX22yUbSOqebiTqLRtMp
lVepeodOT0gksMHqKjY+0A0Xui5JXhoB5pjrbXNc7lOFRaeOZVhJZUYCMKGUt0r+JiQwxj0q
V2246+oZE27nKmKmmlOG74vb16wsesNZ2zl/R1kl0rKP7pFOWp/wiOaUq6yOpx2LZ3GcdgeM
1Ve0YJLKbJC2NF7LucO0qBj5e5RLrjxqW+2JPT2qCRgriNZXRVBIwB7EZ7YOcjB7Z4Wfqq6Q
6nvt4BaGPhtBEC1jL+KhvXnjFvt7NR5XmyM58nrVGHWO5wF7A+2STj8uJdmXG73IprY2tAij
tfwvdRJqnXepNZ1QjWO4K0jer1H0rsB1KuMgDGCe/fvxMyQxt/cPXmioqCqqTcsI8/wPqg+7
0zWMZuNUEEXpamBXzFODgNnJH65xntngiKYyYb8VOXhrKUHt7W6fYlMi6xqKxwkCKYcBIk6F
KxKF6SE+AB77Z9+3F5iDRk59boWOftHXa0kbAcrDpjYe75JvmukvWrdTtIwOBnIQb4Of58SD
RZWvqZQQWnNvgPyF3T0MZPqctIQF62UB/Y7e3ud+OOeThTpqWJo1OOT13J3PqyfaDRk1zqxA
kDNUTnCt1dyu7/Pwe+314EfM1o1OOEc1jS46G3OLk/4/wn+38vKKikWKpq5TMDkCkj/D+vc/
4/Q54DfVvP7B8UZFSx835HQW8upRZY+V2mLupFTerlTrT5852hQKMYGdzuNwCT224WyV1Q03
DBnZNBTUpFtZ80greVemlq3SHU1Cwz6XkpB1MO3cEAfyA78XN4hUabmP5oX/AEqAvJDhby9f
RGmiuQumKtkqKm/KPMDP0ROoCjfHo+PoO2M522W1PE6gEtaxPIOHU/ZWL7np69ZUlaJ5HWha
gpQy09ehRplWnHS+D6ekMQSvV0scYzjtjG4zKiSU3kFrY9erJJxN7qezWjJ+l/ij6zWmHSVG
lPT222LFGSWH3xlL5JBYKYlBYnHqb2JG3Gnopo42gOdn1vlfPOIslqHF4F/f/CiDnhzmi0xB
U0goaCON1KtiTEjZx+MqpLZyCNx1bZ9zxc6qbUOtE64RnD+ETRN7aZlh5/C3r+azan1xJqfU
L1FWIoyo8t4406VhUHdVA9vrkk54u7DQ2zU+FZHfQ04Cc7Tq2qvF2MUZV3lCR9HSVRyFxgKv
Ye2F7424FliDWlxRtHK6R4b05evNFdzsdw0yqzzLTQOyiTEhWEnAPaPBZV7Abjf5xwBE9sh6
/E/Pa6a1LP0w1HBPq9uiHqHVd48oyUlxlMnQAmGKpuCMqdhkFivz9cZPBppoxgtSuKtfM0Fr
/jbO2x9dE/2m9y6kp6uK7imashbDCM+WZyuQdsbSdsjYYGfY8ea0xOBYcfT+Emr2NqYy1zc/
Xy8Rsc7bWXOV9FBd9SPFBI33SiQliFIZVJx3O/f2I9uPons/d0Wpy+Ae2reyqhFtbFvmPqUa
3DT6SUyJJPKizTNFnOQVBGO+Mbtuc5xn54bTuACU8PiJdjknfQekYZlSoL4klncjZQZVB9Px
tn3+n6GiO5cn2mzRqSrnJTmghtUbsWjiiZpDG7A42Ocj+IHJxtjHvgcMZXgNF0OIs93fy80D
XKKprZ1qQTN0sxVD1Mkm25JyBnYd+5ONuFkneV7mltku0VfXtcLzNGtOkJUu6szOjYx6VY9w
Tk7dgO5J4STjS4lMGPLogDuE9625o/s60UxSeOXrAjJ8xiTkN6mU5wfbfv8Ay4omlaLAFcp2
yOF3ixHrKrBzc17UX2rHliaMhWV+n0q3cIyr2H1P0APbgindZvVAcQieX3PNTNpe20trWz+W
sJpoI4kLBRH0sq4BA7EZT3/l24RV5BDjzymFAACGnknPTtqR+ZAFQxeOaKRY8g9XUCCOrG/b
Jx+XGWlkcWe8LRyMaYnAc8j3Kf8ATdkiFIZVKB1Ugj8OCOwx/wCrbHuM7+/EyAW2SQEb87IZ
1/DJE7CKQSKGaJgG3RTjYe47HbPwc77CNaNWVJ7ja4Kji40ckcaGWWTzGUMUcbKgB3xnI2/x
98cWEd64UWOJCX2HStRdakoOohlLeY+4JJ3XHzgHbtk8cMgaLBXsD3bdPX0RV/4auYo3ni+7
oUw/QgKkdhj6nbB7fTisSC+6JMT7XLbIq0rDaNLeqCFRK46ekEhlBbA74wd9/kHfi0u5BRbb
mp50I1JMsCoBF5rRqSpUdR6+5J2Bzv8AGx+DwkqMkjzTqOwAIxsn+5Ro9DSrDKzzCYT06khl
YjqO/uRsB075Pf34nSjQdR96CqyZbNac7j18lFXiN1mKLRctRKJhM0Kxy526R5bZYjp3GR2H
fP5cVOLpJAB1+6d0MAaRq6D6KgczU7TOXKFyx6j5qjJ/VeNY3YJkdN/2BCeoKhK2nKIkqytN
0npjLZTB7g7/ADgn3Jzx9TEfNfn91R0TBFaHj82okiRT0JKoKgRuFJPbGCM4/rxWAQFaSCQb
pRpOo+9aqiinLujLh2DZJ9CdlP0+N9voOBZsuAKb0r7MJ9f4UiV1KYq4pJJ54QmVVOykkbDB
9z/1x2xxztQ1QkYXjCFdVyfelSLqJRpOuVmY4QFhkEY6uy7sD9PrwS2S4QPZEPBXmgtzrEx8
+pbChlHUR6+kYAIO4xj6HG/vmoM1FMA7SwEb4+iV2q4QUNT1F4mlmcAnqACDuwGfzJGeIB5c
6x5Izs2xt1DN1M2jPEXQ6astMKy4QwdEKxPN+INuSFx3JBB9u/5Hgps4aLHKUTcNDnaoz8cL
Hd/HzBablJLaY6uV5et0YMtOBIdh2XKnbPznH58BSVUpN9gj6bh9Pazjny+X+FG/Mbxhah1Z
SLRvinQqCDGC5kIx33wBkH57H6cASsfJ/wAw4TiB8MXdhFyefRR7RLPcH65pXb7xGpcE56iC
2T7kk77H/oOKJHhoxyTeCO5u87j8oitGkDK8MyUoKvJ0sm+EAxk7HPY7Y32/LhbNWWGXJzDR
Rghwb80+HRYs/SDGmYCwkLFSpw/T1jfsc7bdx8cLzVueUybTsbg4+HrySun09TSGJpB5cYjR
QVOxw+CcHOT+LcHv8cUyVD7Y9YV8dMw3Djn+fn5rJW2enjIjpzIpX8WGywUgjGAPw4Gcf9eK
o5nblEmMXszOff4BJbfpGonLdXU2SWYmElG39ydj3HF5q22suwwOafX3WK4ackUp1JTsio6t
+4Ac4+MEY/Qd+JsqPH5oeojdfYJu1Bp90gd0V6dSAAgUj5U7HfuPngiKpyAcoCemBaS3CYpJ
aqkncgqHCkRsmOlexyP6Db4x7cM2vDm/ZJzCWu1Dcc1LHJvxr6k5aXSmWSeStpKUgB2JWRFw
BsAPbvuD34i2BrDqYc9OSk+Z8o0OwBzAz68Qrz8hfEbXc6bRS/syttrQyNuSmAoJ2RhnY/Ge
/Bf6lls4KBbBNr0mx+n+FNVst10lgkkSaOR0zgQxBOkd9yM5JyNz2+N+CBMwhDyU0gek13qr
zQyU8f3SpkhyxkmE2STgqATt/wAv55/LjgY1zrqXaPa0AhNtVabhVyBZXZujpLK0mcYxjAz7
fJByf14IAaMhL5TI7BS62yLZzEk8iOkv71vLykhYg+3YdONx8d/fiWu2yHbT6v3HdOkMlJWR
U5fz0QyBTJ6iOg5DkYGSdiB29gffisyu2Ks/SMvcJxMdvh64ZbpG3XlggVuoEbewIGOxGMew
G29TpCMkIhkLTgOQ9qm2Q1cj+bCtWVkLfjKp1AAAAdOQe+3t85B44JWnCtFI7Vk/hYazS8EE
K9aKTJH0eiQ9IOWw247bds7cV/qLbowULXHHiklTy3iFPEGryYkZsRruwLKA++O4GST2YZzx
RPxdkLS5wXY+AumcGMPr8qHOcHOq38uGqLVRLT3KuTpwEh/dK2MBmx32A2+nxgcYao4rPXu1
Xsz6+XgvolD7Nw0TQ1wyeXPz96rNzP5lVt1qZJ7nUSVEqt1D0YXrwcbDAJ6QduwHYZ4vpxyj
wEz/AEeQX7LDyx0HfObdyjaKi+72tJBGlTOQNwwDbZAwDkbfGe2OO1lbHTtsXXd0C7TUgmu5
40gbYyevllHo0ny/5dpJBf7objc4HXqpaKLznUjDL1bFR+EDtjBOfnhNLNXTkGBtmnmcfBM4
jBCLSfAZNzyx98bqMOYnO+KW1SLbLTDpygbrTPmLPVT746lJGUBXAzksdztwxpeG3f336zjl
YfyvO4k+OEks0A7cz/HxuoTr6Oq1TVGSr6Y4VPUI1brO49zjc479t+NQxzYm6WLMvgmqiJqk
WbyH56+a7q6RvOjp09U06gFI126Ttgn3/IbfrxFpFiXK1+prQyLHh4dCnq18q664zMsdKoBC
tl8lT1YAJO/b6Z9uB5a5jeatpKCwJsj3TXIRIaiSOrqZAwGF/d9TNnYHthQT2z7b43xwon4q
SLsGFoIYQ0EOyfHkld/f9k00tFRyxW2EZykD9U0w/D6pPZcZAGN9sdxxTE4yEPdk/JEScwAB
90L36iFqMT/ewpfZEj6lZUUkKWL4OdzjB98bcEsfrJFtvXJUuda9xb16sheqv+M+a06BmIZm
GSd8k/X+fB3YnkgXz25ZuuU2rJbZNMKKvnjkYlTGWHQy7bdLgg/67cSNPf8Ae317kP8Aq2jD
Hm/j/I+mE/WjmfV080ZHTSNS+hZ4cumAMAsh3/VfcA424GfQtcLDN+R/KIHEXsGceX4+4TtY
/Enc7LWpMVp53GSVQ+XIOw2Pbc4PuPp2HFb+DMIIBI+iLZxcObplAd06+O/mnPUfjGu1bEv3
eE07iLHmS1BcsvUxz+E7gkj43+OOM4E2/fdf15oJ/FIoyCyPHuH1v8viok1TqSr1LO1TVztN
LKxJZmaVkBJIUZ27knb3/Xh1BAyMaIx9kmrKqRziXOsPDPr6JlafyvLMbdboeo+b2cjPf6DY
78EloKUB7mWt555+fgN/NSfyS0hNJRNKsUzV10xHTjPS8CdX/EPwSRsPpwg4nMNWkHA38T0W
44BA5kPaPFnOzY8h49Lo81roesttmnlkkWojWEt1y0avkdBYgknIOd9+xzjbfiqkp3uGu2yA
4n7QQxlzCSSccsKJ9C1E0lrkipBkzP0h0/8AJPcFj7BtxvkfO3DSoIacpHw53abG43uPv5bf
NPVl1A1LDQyzvPVTU0yOYlypkXqERHUCMkjpYd99/c8UaRqNh63TKfvR53A8dsA+d8Y8yj/l
DY6UVlynnMkgUMkYYeW+GPUCx/vjYd9/Y8bv2ckHYuHRfAfbyE/rh4/awRZqW3UcVOJGUJHT
IqxxMp6iDn1ADOBk759h9OG87sYSjhrdLrEpx5dPDLOI0UlV/dr6s4+rkj4PtvwLHLZ2VoXQ
YuF34gKakpJIJCHJjj6k6j0HBRsZA+vb6Y3HBD5+Sj+nFxyvv66qHrhq6ut60ypCSJNiSAOs
bknHYbb5/wBEWd/dJCgGntAPgm1td/eoJTL0pNUKOvysfiDDJGT7jbHzn24z9S4vd6+abwxN
a0X5Ie1Vq96OmiQOYEf8fmDMi7A5DA5xvjPzj8hCODBJQ0k+g6QcKObzaAkUkklVL96jDewH
QF2BG+TuO30I9jwfEbYS6pOrINrKwtomduXtNfKR1McQhqA/V5QRABnB7/wnvvnpz23ydbLe
bsXb3KcU0Vo+2aeh6J7qLiaXVenqxRInn9Mex6QpwcjcnPb/AFjhMBdpsnFy6Mt6qerCkdJa
IUjVyGBCKxOVUsT7d8f9t+LwG6Vnw4h2nzTH57XOQSlmRDmQr1Ada/3f6f14DcwXtZWucRlI
aTQUdxqZ0cxwwkFFClwqkgZIJO2w77e/HHPsr6an17lEOlLPRaZEasiyySL6TuAFzsRvvk4/
pwA9xccFPIKYRi5H1XWvtZ09goJ5Fl8sMOj1EoxbpXGcnbc7fnxbDGXbqmeQA91QjQ69m5kc
w6Sw2eR/vFbN5fmq+fVv1FTnGc74zjY+3DF1M5kJkehoi0yWCufo/k7dNPWKWeeuq5pYVjjA
Cl2dl6mZgApB7HOe/wCXdO57XftCsLw03JRLbKF7dRQzVE8m7AFXjwiZVg4U4BwD+u5z7jiG
9wpsbZwPj6sd1VTxj6tqrVYJqaRqgsZOkrsGJCHI/wAP8O+OCaGEGXknFM/BcVWq33qjioIF
kpZw6xqGAY7HG/8AFw7fC4uJDgiGStDQCh+8UaW+1iHo/dMrrs3UfxHddxhT1H2JGRnucfYm
s7q/PgddCySz1tMyKepJpI0VMMWjVQMNgdgerccDPaBlGxk8ku0vZ5KrV8A8wIjCT0j0kA4I
b6Zx7b/I78KZzo71k7hddui/RSjFRebcZ0SWNJPMGZHwAnSuSCSewzsB2+vbgeNxcASry4DA
O6j/AFpBFSVkxp5CYo3ZFk26d8jb88n+nBzWBoCHe85sE0nUkOn6CGaWRYutSoRSWyQgUqR8
AEfnsfbiGst/blWsDSBrNrJiu3MequFM0NJBHSxSHDuozI4wAcn/AF3PAzm9/U4oxspczRG1
NqQ1UkLrP1pg9IzuTgk47/8AMf5jcccdMNlNvDpnguIsuLBNb3XpKu8wIAdfwZ2z9Pn9fnis
StJur5KSSMW6pz0rp01lbu4lkKD8IyRkkeon37fz+QOKKme2EdwyjAu89Ph5+KkXQumY4XlE
9MQ0T+U2clQwP4ifYZ9u534R1kxtutNSR67lg2UiUGinoytR92hHQWUxuOnDYXI/Edhv/rHG
elqg8kNynkUIZYu9fNEGnuVt1u0Tj9mJ5MRAmkpofMeBBnPUcEFjnAxkj2xwJLVBg3N/FXNc
zkBZPVs0FdXpGgez3UiaNPWtLLK8eGyQR0jAz79u49uK3gk6g4c+g+HVdjqG3s7F/D6nYBER
5S3ZYfPSxVscEUjJNLPa5VGwPSSFU+w74H6bcBO1cznwIP3TJtRGLWKFrylI1X92ieiMsPS5
XAUsg7MFOBvgdyMHffHBEMcrG63A+vmuySxnuMIv7j68013eyRw3L7i0LUs5XpUN0Kjh3AJ3
AGDn2+Rg78ERFxGsG49+LIKSWJr+zOD7tj7k06v0wsCBjUrE0aDpjkOFbYbhcZ2JPztn6AkU
0jr7XVEwaW6ibevsgq/aOimgiWSNVXGC6xhArEdwdurffH129+GkFY5t7JfJStd69eaGL9pG
O3dTyL5qKPRPFkoWBGxPt/LbhlT1RcdI+BQ81O0Nu4bcx5/JeuXXNC68oL0a23VM1FUSMh81
ZT6owThGA26c43+m3B5Akbbml0jeyOu+PXw+nNX18NfjNoubdEgraxKGthZDUQSPIDH1KcgD
49PcHG/5cTgcb6X78rc0LK8nIwPHl66qf7RrWluEbhZ2lhlTzFbr6gFbPt1dxkbAbj44ZMaQ
MhLJHNkILT81mOq4IqyNROcOcqUeVWzk7EqQFHuM+5+OOPLrYCg2Jv8A1LK2prc9QYWuiTJG
QDLLLkEknpIBODjqyd98fXgVzi3cIoRg4Jv7/gnK1ayorkB57RhJHVmZxnfpUAZ2I/Ge+fUH
Ock4qklfa7ApiKL+/mnuS+WaCr6lk6AgMY6YyephncuMgD23GMkfTgCaaoPJGwRUbTk5SOq1
LZ56IvJG10eNyoaSABlcAHJYekL75z8/PApmnB6BMDJQ6cC/L18UihvtFdEXyoapZDksrsQu
xOcn2G3bt+ffiuWolbcuOynA2B+I2m5v9f4VfPE54kqrTcFZa7TE0VbUBYQ8ZLCIEZdlGckY
C4zn2G3VjjIkz1s5fM7uC9gvoPD6SnpYGvDe+QDm+/gN/jz3VWLzqSS0Kalis11lTyziQ/un
79IA/FIQSS3t2/NlFHqOn+36+PgERJINJfJe/rHrku9BaOprrcDdNSMtJboSZS065d/xEKE7
5cbg+2ePVFS5jezgFyfXyVMTNbg+bAGft8+vJSBqjVVZrO2rQWsVFjsMQKSfhjqJYgFGJCow
CcZCgY2UZO/CuJoidrl7zvlfw5pxHEZRpa3TceWOXrkol1vqig0RB+zrZQQVavHmRs5Mj5OM
/OfbPV7/AATw7poH1B7WR1vXrog5Xw0tmxtDiRnxz08fr5JNpDlBc+YlXFcLwtRCtRIIoYYo
ihZuxjXPYDbfH+HE6mvigHZw5t4quGhkeBPU78h0TrrjSdNpGxSpHGIYaJnGUcs1VJ0nqAOM
gBsYb56j2wOKKWodJJ1Jt7l6pYwDOG+HP8Z5hCvL/RceompRHtNJDK5KsAYyWwG/mTge+Prk
mVdWY7jlhUUcIDbsGT69e9H9s6qeoarp45Jkt8bmGIt1KSpCqxXYnc53xuy9+3Cx1iNDufo5
RTS1jjpGR69fRFRuU1ot0a0zEyhhDJJMpAnqXQSO7HGPQFySPwgfJ4Xloe+7sc/IDGPNFMk6
Z+OT4+tvNMWneX0Dy1TTnEcCqPMdlLzStuAO+OlTn6ZPfY8Xy1Ra0Fu5+QUXtMh8vmT+Ei1b
pOgrnhgggeaMzoBl2QMQdxnYk5JG3HIKh7STdXv0NHj0QVe9KRxqpqIzA8gWNFjOBjfJUOdx
gA/qB2yeHUMrjsgJCQe7sUA6kt0EPlUyzKsbtlYppVBZvUeoAe2ABgnqzkY3HDmAOybLLVjm
XDZSBm2SB6+Rum+23NYo0VqqBFDv0Bh6YVxsQc+52H5Di6SMk7IOGrbG3D/jfHl5p1/Z9svd
LFJ95WKUxPI8czYCsGALBt1A/PPf6ccAewkBelrYJxd4tcfCxzY7f5SattMFsRljWpDiUuQJ
g4ABY9OOkg/mNtjtjHEw7Vk2XmAMGkarHxv/AAkVbTRSRNLMZyoABEKAhQBsdwMHbfbtxwOd
ezQFbKyKwdK8+QF/XklGnNLNf7hEKWledZGUAlOoO3tjGT3+n8+/FU8+htibIykoYXv7W12j
NzsfXU/DmrLcsNCU+mVE89U0dRSxKHqAVHSSN4+kK2wAO/ck7e/CGCM1DzqsBfFz6zde4rxp
jLshJtbJ6/wsfMzUtDZuWd2hRqyonmpJCHUsIstkDY+lgdtsbdu+ONSyBzW3dbltyWAlnZI4
CO+et8qH6S1vNpqOrkVZg8Yj+7rgO5BGOvPc+pjvjB9+E08n9XScW5rX8GxFfe42SW1I1bWC
IwiP92o8qnbDYdw69Gc5woGCfpxx9m5vjx8P5TqcOdCAdyLY5XyB8EV6C1dDZNY1UZaeOmqt
8S49DFmByQSdwfcAjJ+nGi4FViM6XnB+q+Se2HDnTHVGMt+aP6zV0ZjMNOI52aHKyEBgEK7L
k9s4bHc+3bh9NXx6cG6znDOEzdr3xZPHLCdnuKN0YjJbJDbuV9ifbbPt9N9+AYawP2WmlodG
4SLxBS/7QUwEbnqhVE6goBBAPb33yMk9u3BwlBF0Eacgm26g7Vtx8yxQUgjzOsqkSxgdS4Ug
qCMZBz7++D78UTSXwo9jYDT1Q5X3SSkpqeQZdoQyr1ydTKuSQfbc7n2G+B8heSAUTYlmB6+6
Gr1cppxFPDK5jiZnU9OV/FjJ7jO54IaBZZ2d3e7p2TGLhLXV0RYuXpwqofLAOTuTnq+Sdz7f
HEtIAVAJcfXrdWi8J9PT6l5NVlpklV6m2NJTSiRjkk4ZBtn2Pfufp7Yjj4cyr7Qc7ELY8Fcx
9J2fS4KwwQtb7HVUdTG33jTUq1CkAksuwO3ftv75BPAbnXcdP9ym1trXU22a8w3nSsaq0iO4
6Www9GTj8QwRkDJ+nHIibWulU7AwnwSPVNzXT1NF92VZJVUfgUHIyAQAO5x2OeOPAvZdZZws
AhSv5vSW6q8pFlL1CjCNlmV8fhA7nOekYzucH34g2nc5HwusjjT63Kktk9TWxzLOyeoM69MX
pARQ2dgCdvrkD24HlhAPd2R4mwsNT4farW1XJU3qUiOZgyw56kQ9vUQAWxnGNtgfpx2OcxHu
KL4ri7imSr0NS8gucGmtTQwefTUsnS4ICJCrZG5H4SSfb5x78FnXNTuYeaDDmskFla7SHims
uq7j+zo5aSo6o43EQT95GoznKgjb2z7H2x3ROhcwAvFhsjTTOc0ubn8IlvflyVAqo4k+7Vcf
mAmQuImCH5O43/TfIOeCLNEWENA15lLCFVLxrW6mkkoCIkheeTqkjLMZCxTO6gZIOCM49+3b
j1FcSk35LRU9tFm7lAFHpmNqSIx26UoUHScncY24sNXY2ujxTE5H3Vb9Q1jyD965kVGC5IA6
Fbufqdjsf58foJ1gLL82RNJymNKOapqJjhx92jYlDuWOEGPlhvjb2/M8L5d7JlB15p004r2z
VUVQkYV4kkcMhBIAB77YB37jbBXhdUxXaRe6aU8rXOFxYqRLlBSxx+bFIZoIwJVcDLOdz+jb
/wCZ7Y462MBtmrjpLPu7zUV8xdTRWErSUyiRy7OqgAAsHcBjv3GfjsPy4i6QbBWxMc3vOHkE
DWu2S3uRXdvSxb8ZwuQBkD9MDf8ArxRLLoyiqOmM7rE2R3pzl/T27ynqx1OOt3jxhVUAYJJ7
jJxtvt+XCKetc6+lb2i4THEA54RHQaQbUNa1NS0Us1Q/71hDT+aSVPqVmUEArn3PcY4EMpb3
5D8SmLpIbdnEBe98fQ9UdctvAnqHm7VVs8Rttho7GaaW5S10gMlJBNIUScxISzxlyi9WRgum
cA54GqOOw07Lm773tbr5nnb6IY8NfUvDmDR5/wAK1HJL7Mvltah93nkv3My+Ui+fNSrNDaaG
nj3XqZV6pT9FL5yPb3xtf7WVrhqs2Jp2Ju438Nh8k5o+CxtGkkvIve2AB9VcW0+BLTuhNFU9
05c6Z0jXT0jilmorpSrIelZsvL5jByJhGQVQAhj07jvxkP8AW6ipcW1L3WyQWm3La3Qn3prN
RCIjswL7Wd8b38vskXMizXLwyraqqtlhrIjQOQsNvhpqClq3qFSGEkFss6Ahc9grHuccTa0V
jC0YN85JNrZ6fjK4xzo5QXG48rC/r8qMedfioo7LZbf+2qV7qb7D5tBS0MqpJ0M5zIxbKxxk
j0Hpd2AyFAwSbw3gb3OJiNtJyT1t8z1yACrqmqaGgEeuvoG6GtMUl1sc9i5kWDRmobzb7Hc6
lamS41KeTP5pEUcPRgLmFmCnb0lWOck8MpGRPD6KaUAuAtYZFsk38UOyNxcJWNJ0nn47fBPW
pJ7vyk15qOov2sptG2+70rajt1vtI86igeRQDEvmoS6lunOFVW9RXiimjp6iJmmMPLe6Sd8e
Rx6uu1MD49Z16b8hsPiNvlhLuX/MG082bLi+6a07erk9MkU9PdLdHU+TE2MPiQZERJyD19Lf
Q8QroXU77wyFo3wef59yWQQyOv2gBPr15oH57cu+Sd9qqq3R2aCxXdQplNorZ4IVKAMxERZ0
BjAJOEyCBn6m8MrOINAdfUPEC+fHG6EroIxu6x9+LfFRNR+AC8a203DqTR1ya8UfTUObXWQx
w3CPyXK7KSnmOVIbpHQSCmx4cycZga/sZhpcbZH7c593QIajZOHXvqaD9PD35UZag5Bal0Ql
ZAsEt0kt8hFXFSQtJLSupz0yxY6lIHsVxj+L246Z45DcY949e8JnFra3GfJRrqWjapE33ePy
2kzJIruBG4xk5GNjvjfB+p3AZQO0mzjt8VUZg/bfzQBd7WJj0LGXjcMjICWMQJ2I9O699u3D
uCb/AKjlAVAaRptjIt+Pwsmn9T1GibzQVNLU1PmROjIYwrFoyrDYEb/B+gz/AAgg6Mkm5wll
WIgwBvr162V+PCN4jrXzF0KsmYUrBEoqaaViHD9yO46twcYBI7d8cHCU30uQAiiI7SMb/ZS3
UVRusci08HlsMgBT1soLEZAGQApB2yO/wRxB0jzhTDI7E3XuycvEnmaStp4lVZRHJGWHWnUT
3GRgjfbsMjO54pmeQLtUYyMhxRZDbdP2u3zzJHUVKxSHrZS8pTqAJGRgdyM+/f8AvbVdpKRb
ZDvdCDzKXaXuFmqAxWCopsnoUOzDq9bAjpIztlj/APA9ztwNUNqcgWVsE1KQCLj1/lK5Z7DI
QAnmhJlEcjSBfLIDYUAgeke3tv8AHCioMzLl+An0H6d7QGG529C2yBedfPKycvdPSSRVVTSG
KJogoILTZXDEnHbG4OMeo7jfjPT1M057OEYOL+9a7htFAHAzEgjp5devgtet95t1nMfWjVUc
ivVVU3kxMf4Qe59+/V37Zz8Dho2hZTxabYsm367tnjSb8kW8vtET8zdb01utMDVzRuaaFIXc
q7FB1y5IxkenJJAwSPrwLI8xsJPPPuvj14KFdWQRd6V2ljMXPXf3n1ZT9fPCpTaIoYHvFdDW
3OFTItJFIZPu3Tkh5GICKo9iTjY434WFlTICYtvss7H/AOIfDmTiNsTnEkAXIyegAvfwQHbt
INqmz1U8lbTW3TiySTftKpUiORAcDIG8jnfI7ZYDvsYRs746+tvBa7iXtZBRxdm5t5Da7RbH
mfrzUfT8n4Lv4i2oqed5rfRQxSO4XywGKLnqQjZ16icE7fTtw3fV9hS2duShuH1D+IwGsZh2
k4vtnlgX2PLZG1yk1Dy2q6EVwklMZenFWq7K+cFGAIKHf2ODjPxkRsdNMC1o9ywUntHxOB1x
KfO6Eta2WHV1BCaTo8yCGSV4VIdKlQHDdAIDBxnJRgd/4jhRwwjp3Mu9v+PXoI3hftqxxEFb
uef55e9EPLXkJZbpy/s9dR3yvt1wlgAljaBZEaZAUePYq2Y36iRnsAcH3CnqHtkcJW3HLy/n
ZHT+1EsMpYxgI882Ix13HkjzkLyVFNFVvfbNbK+ku6g0dxSNaqBZVmeQJIF9SKzFlbIHSVXJ
7kWO7QjVGLjx5Y/CWe0PtPG9gdSTmOVh7zf2lzSdxyJbvvc5slnMbSunKW7/ALLudrl0ZWKr
zUxp42almLDuFbPUmAuQnSwAbYnbiJpnOyRYlIuEe3tZA7+rJ2zed7X+ItnzTV4cbcbdqK82
6tio7o09HUVBpavplgrcSiQIO5IaJJGVlIxsdiNgKm7X94WOAD0x/I3Wy9oa903DGcQoZLgO
vcYPeBFjbIsjTUnh+0nzM0fNcNGU0lovkUGUpTUPJSVBU74EgZoZFI26TjI3G4PA1MZhUtgl
tZxtfbfa+wsdkooPbOVkRfUnU22/MdTje255/eoFNyjv9yrKg6igqII7ar04SWXywpVnU9Y/
G++dtiM4xgHGplr4IgGRbn+FueH0v6oCZxu07ZxjHXIO48CEw1nK612upzL90R0brnUhsRjA
PqJ2GRnc/PEm8Qlftf5JkeE0kY1OaBbw/CXW3lJLW0I6QzU9R1iJETIwQfnBJBK4+n8+OHij
WuyNuv8AHzVR4PrABNr/AA26XTNeuSctFSUsyRywxTKSzMwJU7bDpyOxXsN8HguLiwcTm6XT
+zYLQ5wIv5Wvj3fAHnhC9z5Yz0AmSWMwtThpgVARQMHDBiQADjcZzsdjjhjFXB9tJus9XcIZ
ECJGgEZxj4be/OUkqmqKWd4qhZKyEYKybMq/iX23XcNj8vfizTdupqpjnEb+zkBv1PK9/f18
k86D1tJZCzLSxyxqSyurBXGEK9JI7j1Z3HcYz34CqabXzsnFNxVpbomGpvUWH03O29vipt5b
c76S8VktOT92rmPlEkZDD+6vt7dgP078LxSOYQ47JVxSlADnwOBA8c/49GyducVbbqnQ0s08
n3WoZYZDCQv+8dXboxj4GR+IfG22ghY9sec3WQkqYy7fIUIaEu8kMaSTIqh26+tulgBkgrvk
YwT8nc9+/CutiuTZaLhFfpa24TpbwLZfVeRo5AiqJB1ApEoYlMYPcew+M598CSEvYWjHrK2F
HLEy2rYi2PXis1001Dd55pLXOzTeeFKNC3UT177gEELkbj5/lyCqc0ASoHiHCWyHXFnr8Usu
V7k0nGqicCd/92XBV/NwAg6F6vxZY4PsBngztHy7JEKSOJ3f5m3v92/roiXlxe62ySS1E2fM
qQJAiyArn/h4B9iF9/z9snhhw1xabpfxosB0RnAHzt49CnLnBdlr7VDNEwQOqgv0HuQpO2e+
c4HwME5HD5ruizHaXdbmoio6qajrJJGmZ+pWxnpDBe5bsMkYx8H39uIvFxdTthDWrI5Xp3uJ
M/3eoZ1hAZcL0fwEbkEZ7HOcj44HGXWK5IC1hI/hClvrHuzKqMXhU9DYzl+x/CD9O3uRwaG2
wFlZnnJKatQUcNuuigEsrEq2G/hYHcZ9vbf44k5uENHPc3U9eAjXItXNO42l/LnivEAnRRg/
vUCk47kHBOQfp77cZj2kgvC2X/pNvitT7PTjtnM3uLj5XUoc0qP/AGa5pLWyQFaKsc0s4xge
pCD7fBH04y0ZcY8cvynswAkylXKO5S0c9bZqqoJemcQxqD0q6Lup2G+QV/w4k5wBDuqDrI9n
Abp31pphbw7MZmhMOFywwSdiAfb27/8AKPk4mJiNhdDRxDmU3aItVNTamp5olEzPO0XU0bdW
UzuPYAjJ299+LxqPdKscLDuqUGgqNSVsVLDEWtsDrPJ1ptUdLZG+e2QNjjseB5LAEoiK7iGo
tn5v2mltohWdUVGPW5ODG2DjI7kH479+BIIy990ZM8gBoCH9VV9Hqi1+Upin87LdUI6urG2Q
WAA9sjO++O44YAEBK9IdgnKgXX/h2vdmvdJqHStRURXG3zq9PNCrscYOFI2DKQMEE4wfjgmC
ZpaY5G3aeSuZK5hBBtbnn5o8sfjT6LbBQyXV7PcKRSJqCqjZ1jcqAwRlB6lJJIGQwAGe3CuT
hsje80XB5hOo5GSG7T6+6r3za8Ql+5oa3igoZOuBy6/eVDiGRzsSqsBv2/EMdtt8l5R8Ljhi
L5t+mL+vJAzcT74jp8b3PI8sevyjqC0zyQI0l8vfWygt03SSNc++FU4UfQbDhX2lsBgt5I39
f1Lr+agWomWao8uVmMkLFhndVUD0kbEZ/wAvz4+2ON8L4W0gL3b/ACwkGUcOjrn04yVGNvrj
PtwO8ZVzXpRVV6SvN0fvHjSUxjbpUN2U5/Ntvy+eKAwu3wi2zAXsvc+sotJ6dqh5oLSTMsQb
Axg9JwPkgdQz7D9OBpXFvdHNHQsa+0j9h6+Cj+gWXVN3jmqKmFkH7tTIwVQB19PUR8fPffb2
4EcQwYyjogZ33OAVO/JDwzXjV2nv2jS237nYp3NOLpVZihqOllZhHgdTgAD8CMB1DLKcZyXF
OKsjk0vfne38f4W34VS2i/pMx1659dVJelOSVv1JrH7gkEN4qaKWORqaSWWJbkJC2YYoVOSF
TOWYk7n8OMcLTXFsOpht44x705FNd1pPhyKleo5E266aXbWMCad0dpe3XVLdU6filWP7u5j6
UqXjYdPR5rRdWcbpuCM5XPrnMd2brveWkh3XOwPM72Voia+2kBrQbEets2v16FPOldHWvlzz
DnobTrCO/WtqU08d66GnheViyNBO4/dyxybAKR6lOwyFPCGWqqJ4g98eh1/29R1AOQtBDT07
Hab6gBg8wfMYUmck+alo5Jcy7vBW08cFq1JSoaiYymSWzVigCSncFhJ0dZJV8HqXo3OTwt4h
wyWop2mPdpuB1B5/DHxRtPWsjmNxa+L+IU66Y56TaKV/uNbE1OswrhHVF4ZUlEXllWMigAFe
gjJGCg79XCMRlwyLHruPluN0TJDd2q+LbfyU5cx7mvNLkHfNG2ynlmul4kimpq6qnToEzAnq
9Ww9R23wvWSO3BFDIyCVkrr4Py9yEqqd79Vtre+6pNzl0nr3khzbU6ostLpn9smFLPc1qkq4
qenpoYqXClerMS9asOop1dW4BII2dHUUk9PaF2rTfULWyST4Z+3VA6ZGyXcLbfAYUq8pLLS2
C1al0PqTUd31zE9tiuVFVWOpanSklmR3ZZVjyQyMsY6nYqgfq+RwvqZjJpqomCM3tZwuSAQM
E/bfZXtZo/pF2odQnG+3rVHJLmPZG1DaRzGvep9NvR01NTsKkoVTrdHLZVThQWYHb04x247S
Cmnhf2Pcax1zf154VtQXXGoXJCj3wzaWpJr5qG7356tauOGO0Q0ojUw0sYKui77kMp2I237D
AzHjMzxpji23vzP+ENSxN1lz/JSv4PucNZeabXVgq67TL23R9wklgXy3W5Oapmdyh6sSxJL0
qxZdy5B7DIHFOFlzI6hodqIF84xt7yPyq/1DGTGPFvnc/a/I4UtXa7wPRUd9qbjDa5oJi07e
hY3yFRgN84KhcDP5jhFEyRr+zaL3/k/FEzMYW61WTxb60Wv58C82Sy1MjNRw0tZJFEIYHeMM
OrqYqFIXpG+x6PfG2u4bBI6IdoQBvnx+qUPmDHnsxlRXe9U27UOna6l1PpuK+wyVoWOWkRZK
m2QdPrkSoXHXIzMP3XU0eI9yC4IdMY9rgGOtjnsT5ch4oSaIOcXkZ6+H3UP6+8PcWmGuL2ie
S601MI5RNTwO+IZ0DwzKQM9EgYAAgMDlSuQTwfFVufp8eV+Y3Hj6KrIDQQ74qCNe2Ce0XaGR
nZImYMG6MdHS2Adt++B2yN/rxpOHzB7bcwkddDYg8jZKuQXML/wy5j0MvnSx0da6rWBvU0AD
KS2AQwIxn64H6tJmuLNbdwlET2Nk7J5w75H7dD8VsZ5b1mmrxXFppgsMxYhaar6EmGAwZ8g4
9vbK43xjiDKiVzQWKckMLSdWPeju33jTTW5ZJLik8LdLKWlY7q46cAD0fz79XbJ4tLah2zbJ
e2ekae8+/T1yTwbLYK2gaaN7essjdQLzlpgRkjHUc9W5Psd/bPApErDuUQ3sJBfG/XP+V5tl
htdhqy1HJSGlhUhxG8ZVT1Ocb/Az89x7YzDtXvy+911tPBEbRkeXxSDmTrqg0zpV4+hoRM2B
0RpH1FFAJZc5GQpGNl/pnOcbc5rNLTcnz5rScHkhc4ONgBzwLWHiRiwPgtf3il5pycx52rqa
qMtOZPuvkGAxogKehgxOCOlc5wANs5zxZw3hzoAO1GT6t5pjT+09HWNeykB7trk89xfyHU9U
GaS5c3KK3U1yphMgqZ0oaaYZOZ5dujA3VunqIB324Iqp2XLXcs/BM6J2BpcAbX8QOqv3y30v
T+FHQdustuhSXUt1xJUuFLy1NQcMUZ9umGMMuekYz6AcnIxzqg1Eplf+0clh+M1z6l/dJ0i4
aPDr5n6Id5r8zKChvEmkPKjv0sMitfKtmKLUV/V5jwnP/l06AM4GxYKmyoepxAx7oNZw0hIY
ov0sgqGH+py/9I2J8ztffB6oPt+u6XnHzApj94gpdG6eInlqZOlIpnGxK59IWMYVAPSO43xx
LsjGRfc/H1zV8cjpmlsYJ8tz9zdDGktaWy18zbtPVjpN3eSRnkUl2yzMgY4yAoCLuMekZ2HC
jicL523izb/HzX3v2eY2gpI6eWwOkX5Z3sb/AHRytyiuFme33ykq0t3Q8K1ENvaRwoAVUkR8
NIqjYFdwGHpOOPMpKhul5YWnxxfx9c1hON/oHSuNNKx1zkBwNuu303UK3q1VWkdQ1ZoPu9wt
MPTKkkbOZqTpP4sHpcYIAAcBsDbOCONHFK4M7/P4LD1NC17r2tb170f8idXwXzTNVZbmkMkV
3kNRbauEhYmqlGMA7YdlAU/hwyKCAc5EqIGkkev8FdJlZpfyGD5fx9FLfJSWu1rpS56dorzH
bNSWaWor6GoJ6Hq6SWTrcHfbolZ8kD0ecp7Mc1wVgo5g97dTHWB6XGPXVA8Y4f8ArGCXmBY+
7Y/b/CEL5zAuVn1JFaNbWY3CnVvLaOtjDpMuM/uZFOQ4ABUqQwwON8KKirabXAQDa+OR8lgt
dRRzd4XHjm4QNdNXxcldY2q9UZN405R1SVFK56hNCuSZoH/5/LL/APrG+xBHGV4nwh7e7IPC
/n/K2vBeNufBJTA91/LoQbg5+HWxspPvt1TQOr2rKKq+86ZurrLFWU5DKVkAMVQntuh3HY9O
COM7FH2rAHDvjBB8FY2R0MhacDl68EGcy9QTWPXdVBf6CGdqh2lNZTyPDUzlQFLqx6kfKqMq
VzuMbb8FigjlZdmPXT+UXR+1vFuHP0wyXYORsR+femGTl/aIaZ7h1Q1tAwcUjsF9DlTJ5Ui5
yshCbblWAJUn1KAZ2TwOGMXHry9Hkvr3s77Y0fGad8LholaDj7hOz6Hg13cKv9lSQUF1pKhZ
DTgBEqo5lEkToCQqSFWC9wC3wd+Ius3DvK/ljKTcA9tH0zxBWkuYRvuWnx6jl1Hig2qsdBQS
NJOXllp16f3pMLwMu3Syfw4PUpHcEAfXjwkm/acL6q7SWNkjy0jB5WG1uSRT22x1xKGop40b
EMeMSNscDpLfTfA/ve+BwQx0zcnKTSuD7jp70F6o0PDcKmqqbXLDNDJOCxpZiWKMXz6W/ECG
BKjuAc7Zw2pqtzGhsm9j6x9UrqeHCR1+pHlbne/LPXKjS7aIeimklhk+7NIcmCU9Kt0AFwQd
wcMCB9Bt3CvWVDXizs+IWVdRvp36ozYn+05Bxy53tkdBbxST7s1DcXeV5KSaJvdh1llPfGfb
6DOD/KTDgc1ZUt1N0N3IyD6PxRPrrmv/ALeaUorRUwubnQzpUSVcbeZGQsZxgYI2OQT+nDFt
QBHY+vcsLNwiQTuc3IbuOnvQXa7/ACwVUsxSJkIUGLp9MuwVse6gqN/nJ34rliacjddpnuYb
J7j1TBVxRROJEUxhckBm6lJI39+579s7bZ4Vvp9yN1rKTib2OAfkDbr6+i8C+Rxs0nW0fmFX
MKMAWGVIGCfjPbGN+Itpie6jKjjkei7c/f8ACyRXKqasmZEgi812iVjkpGhXPl5J2ySckdzg
dhjg5tGHALP1HFpLnP8Aj0UYac1JUNc6V36mhjjUIZHKY3VVI+o3Izt+veUUWh1jug6mo7TK
NOYLx3HTiSQpM7SuFdfvBVUcBTke3wdtyGycbjhm1KwQXXHr1yUMVtwSgMJdqpIS+Ax9RK5P
UGUjBOcY3A77Hbjj3FEMwcIWqrpUVdBLTGaTykHWI1bIDDO4Gfg/r9OKWuyLrkwuw226BYuW
1HDW12Jn6gVLkFRjZgcfqRjg0OxYLIVgdzXnU9mlcVEZkwu2xjyUAJwP5H+vfjxcNV7IGI2N
r5WXkXroaF5radrpZZFWjrUWXvtG/pOwGSAW6sfP5jgLilOZqSRg5j6ZT3hVSxlVGXG2frhX
q5uafj1XZJ5TFGrSQxsWBGzgA9W/fBHz7Y9uPmlM+2LrdVkRF3BQuNXHSt3prpPEywt0UdYV
JHQM+lvfbvk/83BpYXgsYcjIVcbe1bY7KeaanpdblpKRadkVD0tIjSZH+Rx3z8frwuExae8u
ClvgfNAC6auVNKsgYxtF5ryMEyYUJ6txnuR1d/oNsHh3FIxwIH+Utljka7K8635s3DRlskmp
oapKMIRJJ5g6V7YyCc75JGcZyPpxERCQ9nzR8ADRqdsoQ0nzivdPqL7zcLRc7jTzlnSeFfNl
iUkhew6QMHOPfIO534bScPjDQWOAI9easiqXSO0Fu+AQpxsfPi12mjpTJpe/q0C9MhlhlULk
gDdVIyAu5wfwnGcbgdg43Ac34o//AEtgNyb+4/Sy7XxT2y4pJ+yIxNVydCiKquMtO/4QSo9I
BOdsEE7Y278WNpXtHeb69y4OFxO7wfc9P82QdetY6OstSKyvsrNdqrK/v2B6MnO22G9RwM47
/nxIwSyN0M2Q7KQxHUXAD1hCoiorvdGrqejl6Zv3zRq4m8pO4YkAbZOcbnY7bceNO5rdLjb1
/CFlidfb6I2p6C6vTxmK22zyioKZro1OMbbZ2/Lin9E/qhzJY5Ch2WyvSzTSvEjyMpXAwGA2
Cj8tj/T44+wDqvkT3AbLHdrC60oky7lJFV+gE9RzjOw+oHtnI49pVAmK6j0xPaxPWOZIqeKN
GZpiFXpDncqRsSCRv7Z+h4hK2zcoiJ2oiyim5T1mtL+sVKk9ZLWTeVDBGpeR3LnCBRuT8DhY
4taC55xv7k6adRa2MX5AfhXO8Gf2b1VqfSlVebndLTTX1JUjoqGvpTPS9W7spII6nUAbjqQH
Knqxg/NfaD2tDZhBC0lvMjf/AB819B4H7P6ma5XDV0O3l5+vOxmpbbdNAaLpaaoqrfeWukSi
j/ZReSMAH8CxsoYuCcgAYJbPdSoxbyJpdViOurfzNjst/QQt7PkRyt9kGaK0zedNmgvemLe1
BdNFg1V2us5jlqJI3kIAUZYN0qRkjYdO54PdVMyyY3EmAB4D6fPoq56ZwsWC2nc/JSxp/Vui
9D+JK2DTttunNG4Xqgiq6mkkVaiAV3mOGWOJsoGZWHqZd2G22/Ct7auajP6giINNtuVuu+Ff
E2Bkh7O7rjrsfXwQjzTj1DbeUV3NTerPZaSm1e9RJouCmjjq4QWDk+YhKL0uQ/SMhiXGxGOC
KaOAztcGlx0W1km3wO+OeOSLjLnMLHWaL3tb3+vMlSXykstDrShp7xNQCdpWll8wIXip44z0
GSJ27ktkF++4GwB4TVzp2EsYcfXwPljCuilhvf1/nqp4fRlupeWdsjpwGF0KffJnQ5Yed6VZ
t8L6VAwd8k9julbPM4HFyBfy5IvXE12omwNh5pn1NyWv2jdJftPT8DQzpEzyUomKiaYEsoVd
+ksOk9gDnjsNQ3tezqdvdgeK9I5rm6o91Evid05L4oPDbU3SedIdQ6Ildau01AXz4IKlUTYg
5ZGZInQDZulh3GOHnC520Vd2QF2SWs4bXbc+6wJB/CEkBlj1g2cLg9c/z8eqD/B9zJvkHMLU
dmtGm7Xo+plsISoqnnWNHbzOjzI2fIdm6j3Pt7kgcM+MwQOhjkkcXgOwACeWxtyXKUSNle0A
AkdfomfXeq7BPo+3C3aoudHzCkqZKKSISL91g6n6SFypG8aE5ZuoHGAO3B0TZC9xkYDEMjr7
/f0QD5WMaG3Ovpy/xZFHg/5Fvf8AV9Tp6vqEqqannN01FV1hMn3lWjIWlwrDHX0g5OfSjDbI
4WcSqW6e2IsQLNA89/Xgosa9zhG088+vcrIXTSlgpLXTWSzwUFstlK6RQrQ0IWMON+lFG253
yxOcA+ojZS2pkJMkhyfFFsoQ7ugY6pn0bJZNJ6+sejyTBqC/089dSrW5aatSnJ82RZMfhUZz
jADA43249UFxidUtHdbYG3K/rzXRTxmRtO85PXnboueJDw6aY5raIoqG9TTU9fSsHStUoK2H
BCl0MgIcEEr6s5DD3I4H4dxmeOYujbdp5Zt/HVRquEwsaBfPXH4yqO6T1Jb6jnBBo3VrVq09
qDpILVnqq50YiMIwViEkIGdixLHZcY43M8b2wdvEL36nYWzfbZKGga9BO3ofFMnNGktuheT2
pbZdodU2/W1RPDboLS0UpCUqSl4/M6B+JlkAxkAA4XBXiVFI+apZJGWmMXN8b+/pb7lC1bbR
FrgQT06eigjmnoSq5yXyOSp0rctFRUduQyT3anaNax2kIEr5JZFLEZkOd2BI78OqSXsM9prJ
PI3tj1hJCdYLdNh4/b15qtOttGXXl7qWotlZA1PPGwkjMh6s7ZBVlyGBG4YEqcbHvxrqapbI
0OaUjqqfSTf1zVnfA/zot1+aOz3ydRX0rxpTGRunzEJCsvW5JH4cZOMZ+BwuqppKd4c39qYQ
U8dSwh5sVfuh5cW26WbzY6eaWOE+VGTKvSSoPSxJGMYxjGc7b7cUs4y5w1MProqXcBY0lrxf
34xsU2ryotks9RPcPKWGKRMxxxsshQj1YCnJ7d++wGw34K/1CQi4Kpj4ZCD/AFB5D3JfHo3S
Vip/OE9GknQoEMrYdCVkPUEG5GB1HHYb+44HkrZrd658Vw0FK12LDwO49bqu32gWsYo6q16I
tUFFDcdQRmrrZ6dcyQ0//DCDO6BwuCwAAVSBjOeK6UNkd+pk2YcX6+tkl9pKg07RRxWu8XNu
nTO22T081Xes0Zp+q5VWuWqTy56uqnuFUEmUtURpCqQRouDhnZsfOQffGaqmWUzua3kLeVyb
lV+ztR+lgc/kbDfe2R/j3qYrdpprRzG5U6enWJltkdXqS4CNOmIOgQFAQR6IxGEU7ktuSSeE
Esg/TyubzNh7/wA7rY0Et4KiqebE6WW8Mn5XUi82+e9Jyrt4v9xNP+3JKJpLVQS/jpI+sf7x
IBuvrcMu46nUDOxIAoqB85DW/t5+PgkM1mXkcqoW6h1RzjuMVNQ0F2qVuLCQ0lHH51bPCx6p
JXbtGjszdUrlVb+HI342b2xtF22x8PDzPglrYnOGuoOhrjkn7W+3uUjSeHzmHTaThg/Yk6W5
ZFeelp+hhH07KAqEM4UjY4xvnG4JSPbO9xc1h/P1st/wPins1RkNFSwv6m4t5YskFuNPoXU8
lVd7HdDXwwJDFWBOqS3SAgkiJwuWPpPXvjHFFNIYmlj+6eQIstFx2B/FImGhla5gwQHAg7cx
f4bELvUOim5gxLXUGqqi6iNwyRyYkqIcYywSRQ2xIzj5B3yOLH1Ok3fn3lYv/SpIRodGWgdB
j5YTVrDww8yqVFrrb1XVoizx1MDPFPBjY4ByN9/4uk/Bxx2n4nSX0yY89irG0Tz/AMvfzsgi
XWkOn5jbdX2W66auf4XuEdG0cM3SPTJNCvuAB1PDttnpxw0bC1+YXBw6X28j+VU+EtAJH8+7
8YUy0fNKotl5tUlXWxWHVtIwqLVe6dh9zr5ukD1P+BRNE4H/AL24YhgGBBCkpWSxlpyDuPDw
8R8eiF7B8Z1xi4G/h093LwUj6157WDV0Sw6ugSyVFQfu09TLTf7iZPqD1GJTvjqBQbfg7cQ4
b21MQ2N1wMjrb7oLiPD4qgF0Yv1Hjvsmm4eH6h1PTT01srKeIVQ6DSz1OaSrVfw4lJJjkyAV
YkjIGSvGhfxYTx6Jhe/MbhZBtA6lk7SK4IzY4/wmfljabrbaOp5Ragp2p6xJJG01VzR+mUjM
j0b5/C+GLIPcAhc+knK8TpxC79XGbjn4jkfytZSzx1LLOFjz8NvV082NrdzesFXoPV0DUOob
HEPuzFSs08KqQkiEbmSLpAJXcp0NvhhwN+pfDaojy07jxVVRwy7gAeWD+fRUKEXblLzAk0fq
liLXcgY1q028yMkFZBj+JH6WPsCAw2JHGh7WGppe1h3GfI/ylEcctFVioiOlw3tsQcFSHNe0
5e6lsVzkkHkV1rpaOucEmM9UYVWx7hZE7/BPGaki1udGOpsnLZA4krHzhu8E15t9dV01Hm7R
Ylk8rDzyRYRy7bDqwU7bnb3ySNFC+xAO3j68fWF9c9iuMiWk/Su3Zt5Hp5dOiDDqSkvP3mRI
Ian7soZyWOUI2X1dTDq3zsP4T8cEiGQEZstj2sRvcX9fyhwUtAlUaWlnZHjmPkCQMVKhgPTj
cDY/mCMjGeDmSSWu4boSo7IHF7j1fn6CSC21a1JFWGaYmUqY08wyM25aVQSAM5APf1dhng9s
rS27dln5GGNwDnavLPv6fH3eApreCe7W8QzwRrVUOEWp6VUVMZUEqMAHIwdxtgY744Mgfpzf
BXnRxvIdH8znx9dVGtoqC97E0YMsal4/SenKdu/xkZ/XHvwzlIDNJws9Rxumn1tzclvu2945
p3msiWmpj8iaFaecmOUyKEROkdSDIOTnfvj2zsOLqabtBYrOcVpf0slgMHb37JHHazWskVFH
JVyP5jdEW8oC7klMbALuT2xk5+JOZ0VLZwG945XLpQihpUMVU1SZQsqnp6W2GCe5YKG9O+Mk
E4441hJ2Qj6oAZTlSV9QQqy/xMFMSLuWCq2Cw9+w/UcGRjThDvkMgBO6dai5PRTxJHT5zlWG
VCgncKTuPYYOcHHbvxVI3IsrWHkiSHVLNpiVI5PMmp4AB1ZIYE7Lg9mByPbYcSbjJKg4d4lp
QFfkWWWRVd8KXJ6T0r0ntj/4LP8ALtxK5KkcC7ghuSNYqeTIZN8LkZMg2zvn8uPEZuqRIdJC
8WKs+4V3lNKnm9TAEDOD3zv/AK24t0d24SWpHfKNbWG1T1xOsgDqUbKjDjuCBg/4/wCfENWM
8kqcwteo819oWps9TJLTq7CLJwoI6e2259j/AK34tgnbfS5FGK7dTNwrx+HnmBFzd5GUFWZm
ealzFVBFAZGVek/IG4zn3Bzx8y4jTmlrHRnbkvplNUNq6NsjemfghzmRoBaeCsgWnLrKrbo+
zBuw6vrt89yOORzWs5U07iyQsQpyV50S8vroLTXTyCMkRI+ekSLnt1HODjse/wBOLa+j7Vvb
R+9M9YDrbfhT1b6qh1TR/eKeX95C4DdAyB1MdsDf5yfjbO266CRzRYoOogaXahySfUWh4b4U
iWWWXIVWVqcFSd+pv+U5xufniwyOGVdF2exR5yq5ZU2n6ONzBAlGi5CqqpKScYyTncb5O5P0
4INXdtjuoPizjbwThzZW1Jp2mh9D1IjJCIB0yAYwwI3G236gb449BfXrRVLVaQY3n3qANea1
0HcUS33WwxpUKmDNNQKZlGBvlR+L4wRj+XDeJ8hHc5I7Ww/ucL8ue3r4BDUfKzlZqC2zTzCO
WdVJMAqH6+vcn0uwbJ32GM7YA4Mh4iWvs+4Q1dwsPj7RtnXz6+3NRXrDlvbYNSO2mZZaQQp0
mR5Pw+k5wF9PbAwDj+978MWVglNnZCz80H6dpc3BzbPu9dUtp+RGq6qnjlOo7VmRQxzG5O4z
8cEBsZ6fFLv1blG8XM/UEFFPTxXORaeTMR82JHZQe3cZx/PjVtqHftK+fy0jT3gnbQ3M1rR1
wVyq4kAkM3SWJIJ9JUNjI79jgkZ7cExT8nJfJTDZuybedXM6bWMlPR0iyYrHUNCMmRwfwgqe
xORgDYYHuTgaeqDzbkEfS0b42eJwFOngy8PNHp27RG4SJDf7mjSRMYi/lR+8MbZADY3YjPUB
gbYDfOfaTizpGaYv2j0CfsvovAOEthIfJ+8/LwH3PhZbALRaLPoLlolNXtRU9sMhpsiInyZM
A9E3uQc56xk++/v88/TvkqO1Jsd7/j8DZaiV7WxGNoJJ5W9YQBd7jZOYtsek08VpLXRVD0A1
HTxJ5tEkoTzAF3IHQxjHUMfvCcjjznPY/wDqC5I1aSd7bfPKY0jexj1NNuV+l/4xnbKiHmZy
107yk5jV9BQXTUN505XWdTUTW1XhxUhelEIU9DhQdyo6cnB32DqmnmngbI9oDgeecc/45rsW
hz3NuSLcvX0Tnyf11X6Z5TaTl0tpyDTFZbrk9D+3mPQ05f0dDODkMfxMSDknfbOKa2JslRIJ
36wRfSOXu+Q8EwgDRGzQ3Sdr/frdFOvNCaqrU17S3CitOr/MuVPW3XUtI4daWRowrSBcegIv
qYL3Od8A8DRVNOzsnNcWXBAYef8Ak4CseyQte1wDgCMjl/j+VOfIPltqrlXoGSit9JTakiq7
rFUDzOmSaCgKkyQRjK9Jk65P4sYKH24SycepaiQCS7Ta3TPLPrmrpeBSs1OY64J559einPnz
yt1Fzkul3oLhWf8Ahny5t7UcFJHVVMdA1yaFGkMs5LYC9bKqoCMeX1ZyxBhT8Rggt+lZ2shB
uQCbX/jc/BVPoLtvVP0NBFgSB8fqF3bNa6C8PC3S4Q88dJWKpuZp45w92iuDTyRbLhVaTowr
EEINwVzjA4odR19VZstK5wzbGnffe11Y+rpI+9FMB5G/w3Uc6r8VvKKhv9jnunOmlvFFRJJT
V89JY6mSougaUSwLKyqB0xPGMHpP8O3c8HwcHr3Me2On0uNrXcLDFiR581W2up2OaXSXAPQ/
A+Sj/nN45uQ9x5k6erqL/aS/2a209XTV1KtBPSh2kVWjYHqXrAfrBUkL6+rB4Y8P4DxVlO5k
ha1xIINwdtx7x78KNXxqkMgIaSM3FlDWnPFhpnUlHaLJqHUNbaNKadu1Vc7TbP2FLLIkjtI0
TyzAEsFEn4ctgqoHD+Tg8oLpYgC9wAJ1DlbYeNkmfxJlgwkgA3GOedzz3U+cr/FPomwadqLf
aObWg4HrqqOuY3KS4QCRkKHy2BCdIKoqHJHUvX+E44R1XCqm+t8DjYWxY/5+2N1bS1rchrwL
5z657fFT5dednMLmboukWwag5f0dJPOKhrjpporhNMFdRGsSNIwC7MGAViQSB078Z2Ph9NDM
XTxvvtZ1wOd+Q+ya/wCoueLMkb7rX3x6tkIU0tq+9cmOdVXratuFVqa73mH7heUrY+pUiWYP
00ydI8joBIEaYTfByQTwyrKFs9MKVzdAGW28ufUHe5yqKStaJO3idr5H11HwsmDnvruo8VnO
m3SrR3/Tlo0zHLFR1kn+6Vk00v4o26XP7p1WMjcHPtkA8D0cB4ZTHIc51r8xj3bhNLCtm7ws
G7Ks9NYajSHP6Kmtt6fTuoaa6xGnb1SBvLUyfeJHcbsWO2Ac75B78asSCei1ObqaQb/jCS1E
ZhlI5gqQ7tqK9PpTm3bJLOutL3AiVsuoVq16KEHGepW916CPRliFA2zwpbSRdtTyatDdg22/
rxVbpX9m5oFz6wVDviCu9Ol8EmodY1eurvdLFHIkduc0hpKgElVm6mYy4BLYO+QB850dF+y0
UegXzfNx9kpfTAfuNzthAU9ifmTo2OzXxaqStoIhUU1YKNqlqNc5ZnCAt5PVgsDt3Pzk+CrM
MhezY+P552S6opNTLet1CV+tVx5W6qZJ0kp7hQsZB0N1xyKxyGUnAZdwdtmABHvxpo3R1DOo
KTTNfD3mHvC/8+JthX8+z98Vr84NMU9puE+blROoZZj1eegXBPYj04X6kHOcLxmK2lNJNpH7
TzT6jqW1kQcB3hgj6/ZWps1tuGoLzEBPQfdpGxHBEQSwz7EDO5xnIyMY3PBcMkYabfFefBMX
Au26KpP2nHMC88veevLa1U1dLS1lJQ1Fwb7qMOJHkMI3Hf0oSBv+Mjtw/wCGxxSQyOcLjbK+
ce2c80UsbGGxFzjre3n7lHGqNW1nNTULamrIz99ntkFLN0n0hpHZEIGNgv7wY+nuMYQ1UvY2
hacDPzQFO2Stc6plFycG/UCw93RC9t1FT6k5trHTMYaLT4SJA2P388GPL9OMEmaRTnJ9MZ7b
cdIcINbt3/Q/x9UzdGWHsgcNz/8AmU40F0+5a7ulzWmnu89DbqXTduoGABr6yd0qGQtkFUGI
w/T2XOfYcZyVoeyxwCST5DC3NBSOFI2O+Ddx8gLX+WF0dL6WtMwumq3qtaapqKhp5cDrogxG
VjXJVGCD3yVXGFU46i84fTON9QDW9L2Pv5+srN8a4nJKGspATpwCGkgc7g7ajzJT6nPCro4U
jttk0jYKeVyzC4XhepyQveOLBLdLKcZP0zng988EQ0ttjoEgbwbiVbeaYPcT1J9fZD115n0w
8uaXUtkq5ZnwYbPaJJAuRv65TgDGCGJ3z+QI7uKadiU2ov8Aw8rJ5NPY6ATu7bPlf6W8U3Xr
WVZqa11FuhQQJ0EyCtgWWobpU5KA7AKB/Dk498A8Iq7izqgAubjrdfUvZf2Ap+DymUSEu6Du
tA6WG/v5bII5H2ez621rXz3e8PbaWL9zFT0kyl52BAIjVz85JbBI6tt+IVDHhga0X8U149xS
Sgp9cLdRN+pA6k2ViKa11+iIoF01ZLVSyKgRamrY1dbOm+PMEnUCNiMKABvjvxVJTzho1iwH
h6yvkf8AxAKmRzpJCSehs33AeuaE9d8vOYuvaKddQ0WmhQRRhj9+pI0iClsL6c5DHOM9O+Tx
CKSGI2ZgjmN0/hrZC0G7j4H+cqNL3y1tvLvTc+n71ftBxWh5Q8NHFXTzfdKhs4aBvLJQ5JBX
8JzsNzk5kz5Hdo3UT5fX8q41rQLlukbbhEWiuUk14o46EVl8q7dAhpo6a7KUpoYwMgpLUdE+
CMYCIyYzhexHZJ3E5AB63z8BcfQoM1dM3P2z8cfcFLKzkTYLNSoUqKzTl2RA4rLRqJkcMD/F
G8PlsMd1zg42x34tp5JwcEEeI/kFUVfE4ZW6Hi/Llf16wsE+vqmvVNN60qotVWV4x5N6gpkt
14tUqHqjlTDtC/Qd8I6ndsLnPB3bAsOpoB6XuPoD8vNIW0jY5BLSOsenXrz9eCZOdWr9QWK9
Wuk5h9EdTHItTpvXtvVvKqYx2E7Ds2MZY+tST1BhuE0NMwBzqPP/AFMP29Y8FpIyHCz8X+Xr
5p81dcaTxYaLm0vqKjp9Pc0bDTpPaKrINPfVIHriK7FyAPSCQ/pK7nBHodXD5+1iOqF5sRza
eh8OnRD8WpXSxiS2W7+I6/lCGnayfmx4eTHURCG76VDW+5QvkSxqZHZJMe6h2kX5GwONuCqx
nYVIcD3XZHw2SWPBIHJFWh9M2/n5ylt9HNVU9PdaCrLOKhmRGZoul4iyglCcKwzseg/TgaQP
jeSMA7LVezvFY6Co7WVuppHLf+dtkH6i8Nl7tUslG9rlopw4ljiREQEZBUhg2HyMgMp3/McQ
krRCe/z9YX1LhVfTV7dUDgfqPMbiyA9Z6NuOiKuOKqpaiAMqqercdSjvj577+wPbgylq45x3
SnL6W4uD4WP+d/sdlhiuzGKkQQuodfKEsbdCjsBsMYIX8sni9hsSWpXV8PIGp4wen39BDOpY
BcLYkKSMk0EbR+ZEPYP7AMcEEKQO+D22xwzheWuuRgpJNDqjLGuAPXn62OFHdjpgI2jqOtJY
X8p1Q59jsMfX4z24azHII2KQ8IDnQuY/D2mx8MFElVbJquxtDJI8RSVRGE/FJv1Kc9uknHqO
+fpwNTSWmA6o32ghE9H2p3adzvnz6oStctalwaCm63qabqQLTsSWGDlsgnuM5I9l3yM8PdGM
L5r21r3Oy8tczHRoJZInqY5D5kLRFfL6WwFYk+onc/QDjhjtyVJlDrC6fbdWCe2xyM2ZPMAR
Yznoxg/kMgHA+n5ceICIhPdT/qMvdqiOqijkCGQyB8Y8zLZx3xkDA+cDsPeM8rRnZWw07y7S
blOVkp5rigiaFlY5ZSCRn1NhSM+2w/XPCeo4g1hwVoaPgVVN+1u6atU6VqLeY2qI2hXZ8ONm
9tge579vbi6mr2PGCqK7g1RTH+q0hDsluW4IcMuDluxJGT7n37533/nweZRdJBER+4IZuR+5
XdQzyKVYZGACuQMf6+v58Gx2cyyS1jTq7qONEXOG03SRKl5ZYKg9LYO43GCAO+Py+eB5mY1J
YXNN2p91dZaCsp5qUbLLGAWZfSvbBzn6A/r+fCGSrdG8FuVoeFcNfOwnkOa8+GPm+PD5zNal
rpXm09fyVlVUBFPLkdLYzjGMA++wP52cXov18GuMd9u3iOYTChqDQzdk/wDY7fwPrCtbrOlp
7nbRUUkiT0/RhHicMjI3qB+px8fTjBscQCDy3WhmaNYc3Krlzl5fivkSppQ0c0bl0aMnOSdw
fpnt9OHXD6/Q4sdsUSYRIwW35J58NHO1dMVzWeuBzVFFcBgCACQcE/iG4Pcf5cS4jR3PbM2U
GNdlrsO5hWZ0be8dTIGKdXUVBGXwO+D7e+fr+XCkuGm6pGoOtyUkaWqDcbdHcJ2Mb9WPuykO
Mk9Ib9B/nwG4nayNjbqGooM5p6Pr7zLH9yMpIIPREy+ghicttuSfc47D44Jp5yATZBzR2dhV
q5ocndRW+ohaOqliRHBjMkjAqOsMWAAwDnJ6ifcnIxw6hrYzfUENd18IRKXKANPcBDVuXczS
NhmPqPr6s9QbJbJJ337cW9qx2GhMWzvDbl3r1zQ/qRf2KzSwGcor9Mcjy4EaN9B3yCRnO++d
xwdTand4+ik1S8Nu1vz6JRPzirnmcmanUliSPLfb+T8HCmKXam8wocs081TMqCTy4qkrC07E
N685B74zkd/5fXbMa2918/c9xFhzRFbrK13qkUPIqJIApiOCzgd+oHb8/wD09zseVLxG25U6
aEveLBGHLTlZerZqOs1JU2SvdaCmasgWVViVEYANPuc7Z2Hc5J24yPEeIROaIWPGTY8/d71t
eGcMkDjNI02Ax4XU/csbXW6suGnQyTUMs80ElM0EkkNbOgcMJEZmCKoO+Mbbgknvkax4ia8k
33vfI+WVrKUAuawDpnN1afmXdLZzIvemNIS9FXLWSFrpUCcNKKYRkdIICr2Qb7EDuRkZw9I6
eNr5ybAftHjdaKWSEloYO91H5x5pXorXfL6l1jrDRr3G2UdHbbVBDFCijz5mgYsuSqj1x9Sh
sLnBAGwyb5IKgdnVsYTdxJv0P55eKCke2Rr4Hu0i2LeH08SOWyj+0V9Tz1vlqlsej5aC3wSv
PcLvXXAvSikbqKrjv1YKHtsTkknfg3iVS2CIiWS79gAM3+lldwimlZMHAdzcm+Levio55337
lNoqnqLYvMSnl8ti/wCz7XJJWxwTZIJCRDy87nJLA/PfgjhNPxWUCV1PbxNhce/KPq63h7Lx
iT3DOfdhRvr7xeVxpVo+W9qrbRZrnRxxVwqZmb7+wBQylVPU2cnOWzjAxxoIuDwjvVzruBxb
l4X/AISuSsmeP/KCwcNzfPjhItY+LfnNqW2rQ13MC8UVnZVhkobLEtDTrEcdIBQByAR/eyB3
JyeIQ8H4VG68MALurs59+PkuTTV5beWY26AWH5QVV6Yj1VOlRfqqsramSQlJK2Z6kuwB6vxs
2DsO+O3BjqqSMaYcDwx9LIP9GwnVKLnxz9U40VgtlhrKTy4KSGnZS8zoVRo23Pv+Ij2/LB9u
A5JpZL3JJ5IyGnY0hoFk+Xi1W661CLBHT0lPK0TOXYhkZgdznJA+fYDf44DjfKwZNyLo2aBj
rFosChm4WqKhkZYhRtGkhTqSMSLJgkZycbZG35/lwbFIX/uuPkgHsLTYJDPFCOmWWllfzZOg
MmEUAFgPkA7Hf4yfYZMEWO6VT2tj3gsbR01w8stQhllUADqGx6QSoA7EAg52PfPHjrZi6tZo
fuN0iq9H0tAFrKWorKKpJBzGoCA/Rl3Bzjt8j8uLW1Tv2uAKpmpGHLUXaJ8UnMPlxCIrfqir
r6Yp5X3a4n72gXv6BIepPjKEfzxiL4IJAWyM3/wqezc14eCbj16sps0f9pFT3a1x012ozYa8
MDLI/VW23p7lkH/FiLHuGDj36hvwgq/ZjX/yXXHwP4PyTam46YT/AFG+BxcfDcJj5ma90/za
pLQxlShv0bVk9ZfTP95glIJMMMCrkY8srvnqyd9wAJ0dJNSlzCO7izdj4knz9yNqamKpb2gN
75v9l50vq6t1DyzpbPy6tt/tclXRGO/VkkspW4zq2Os7lc4JAPwcY2HHamNscxkrCCB+0YwO
iEYQ5ulgPjdL7Vyyt3LJLdNcaV544Gimuk1FGrVUkSZaQx9ecsCFO/fpI9weBf1bpSQD1t08
Lq2WGzLstdWGsum7PyZs81NYKeprKaPrepvBZXqJ2YhgJukKB6SB6R+EA+26aeeSZ4MmOjeX
THvSxrtOTlV98bPJu38wdO0k6RWmiqpoJWoHE8VKwnjZSUVZHXqEin+HGHBIA6m6tV7P18jH
94ki9jzweZsNx8x5BKa6Bjm2b7vX0VWvDXrC4ch+eNu81ZqOaKt8mqhmjMTqQeoBlJGM+pc/
T3242fEo2VVLqbmwuDukHCZ5aWr0uG+PPp+Ftj0rEKyyx1MlxENIkbSuwl6cbEvuqjGMZOd8
7Z7njO0crdOQtXXR3Gou5euXgtfPjD590XPXmLZr/b4Hjg0zWNaVmkcv97p/NEsDvkZQuwkX
4GQN+x2cdL2MZZ/1Z99l8XruLMr5v22ttzuL/Xn706VGraCn01b6mmCQQRyGMr1hS0ayrMgA
9+kM35ZPGHqY5C9zXb3+q0PCYwW4HoID8JlEuotY3C4SUwm+7+rpkZUiknyzEdecBBlSxbYB
c9wAW3F5eza2NH01IJiXu2Hr1dWJvOn7/qeJbDppoxQiWQXm8w0ry1d2edg0/lBR+5hz6CWK
uyomcKCOEcMEY/qS3vyHT+fkmk/tBCzDRfw5Y2Bvn4BCdB4L6O61ak6sttRUMxjelWjEtXI+
4HUsU0jgZOM/Tf44NdMP7WnzKuZ7clukSQt8mn72H4+aAdccvE5KaxorfFVU93gGBI8XpCyZ
PpP/ADKAAwBx33zuKHyGYOA3C+j8Dq3TQMq3Rlmrkd/A+Xu8kcaMuMM9phFPE1TUVQSGWAsG
RFwGZR7BTgMo7gquCASCjnYQ8h5sBkfb38j15rVxyhze63wt9fX8rPfluAqbZDTS1M6U0shE
0SBpZIiWRI8DC4K4yc7BCcdhxXAY7PLha4H5+XJSlhks0+KQ8t/DXcNY3iOgQB5a2tOXYxiI
Mo6WGTkBMDvnIA6t/Y88SaXBrN7evXVIeJw9jTvllGBn3q1lr5W1XKXRSU+hrctNUtAqVF0q
yqT3SRtiSwBlYKc9KjC4Yb7Hih0DpjqlJDR66/Mr5dU1WuUvcBc/L181GfNOjtWmaKSo1zqS
oHWzu9MkpiMhYMD0RJmRgFY753CLgEjeUTWatELb/P8Aj0VfHS1ErdYuQOmET8qrboabT8dz
0rfeXvTI3mGaS7RwVKe4wsgypz3HSG7DJxwZNFI0lr2u+yzk3bF2lwLfcUzcx/E1adO3aaho
THeqxFD+fQeunZuxBnbZz89Ckd987ceipzzwqZAG73UZQV2uOZFa8xp7Za7bO5AmqqdY4hvn
o6yQznBHbJOPy4NbFpF90L2oFhgIgsfhyt2lKA3C41N7u33qNUWK0UcokqGJJKRRtl29W4wm
CDuwG3A01Vpwwi/jsPej6Vj5D3hhOt00Zr2yaWnoLPy6S0UNUBDNTawvcVbDIhycfd+pYo84
3yrMvsRnPCUCJ02qSS56tFre/JPxytVHVQMjsT7kJ3zw5y6m0xEjWqXSNdRg1VuntVwS8W+O
XOGUdDmSKNsL1RsAM+pcHbgllTJE8kESNODsDbx8RyPxXXTwPOqI6T4gj+LHmLodfUlx0nfb
zfrhTSG80UVPHqSmhG1zpXcRfeVbpBLsQuSQMSIjMAWI4NDRLGIm/tJ7p6G17H1t5JPV0YFQ
HRD9wNx5bfFL+UdNRWXxCLa0q0n07zJoR9zqBlYxO3U0DkfwnrVojjcNL8rxTKX/AKfI70Z2
8P8AGfcq3RAsAG3r0UZ0XMmqhuk+nLqW+8UJIpp2OJOkEAsPyyOpexBDYzniMtMyWO+4Kqoe
JS0c4liNjffy69Qn6PRVNzB0vSRVk3kXOvlqY6ZXdfu8kaGMMrNglDluoH8ODhl2zxmnxupn
mxwPj4Y9eC+swe1jHyssLsLQSOYJ8eYHrKrxze5WVXLu8VEZpGpJKZikkTthQcbDG+SRg7HB
AOM7caCgrBKASbrWieOaG47zXevlzCj6mulTRVKyO8pd+sSKzdUabBfw+5A/Cdtwd9yQ9Gl4
0n1zWbqonX1Rnlbw9yBtRVsyX/MAmkSVQ4VyPQQ7A4B7E4J/1s6YxrohdYxtRJDWGQYvnPgS
PmjHS8K3G1SoscxdqbYgbsY9zjO3ZgM/8vbhVLdsgcOR+q2GJKV4PMeewvjrb1lRXrXTbWyr
eupZkkiI9IUt1ICvp987DA9+2/GvoJhI3S7dfDeMUnZSamDu/n1skVfQtT0dPXrO0kdViE9K
9IWTpBZQQTuM4O3x+QLkYLJfHIb+KdtL1ZoaqmOYaimkjUOY/wAQO6ksCO4+R8D4PAEpATii
LybOUhafKVcbVjRCbrPSoLegAjO/xtj/AOGA+eM1xGpd2mi6+k8CoWdl25GQcBFFPY52rXrJ
QgSA/uwzgFAWONh2JzjH58I3TCwjaVpmVmk3c0fBOdNfZb/I1K3mSUy0w86nqv3saoAMHqI6
kAyMfGc+/FbgWAOG98EYP8pzTy0s7XMkGCNjlp/HmMqL77bY6Vp1ghb7v1mMBSSykEjByM5H
1+n5caWmrCRZ5zZfM+Oezzqd5fTi7Dtbl4euSDbzp6eoleYKGJOS2cEkDqyd9s78PaeqjwLr
5/xGhmFzb8p20BOltB+8RBJI2ZcHAwOxx7nfOx+vxxbUyBzcLPwwvLyjCprIK+i6XSN5qjpV
sn8PTt9c/hUZGx+nGPn19qXDYL7VwDh0Y4Y0vzfP+Ux6o0fFerOZaaE1MyqxHQpdWBZjsc/A
/X+XDeinLMONlhuLtjfKWhH3hP5/yQA6KvkwEyERWyomI6WX/wB6Pyfg/G3sOFXtBws2/WQD
B/cPv+VZwitDj+kkOR+0nn4evspS1HY2uUtQKeNelep+5bHyAe3zxkGyDdaqC7Sov1Vywp6m
UysFp6lF6o2LdJzjLAgb7jce3f8ATRUVWQ3TyKuqAHWdbIRtyj5vtZa8WuvmdJkVvJdj0NWx
gkKQfZiBt7ngerpL9+IY+nX+UvLdNiTv4+vcp35V6x/3WWlmmbqaQS5XpOOo9QwRuTjGe/Y/
ThbYXuQrGR2FgUYX7VEemKNalGp/vWQxEnpxg7ggHfuT29/rxfhzbAYVZaQb81FvMHmLSX22
GOpD+dUgyKCFB3HTgAEfGxI7N9N4NicDhVygO/cq56jvayy1EAh8tZZCqdZX9/t3J7fB2J74
9uH8NMTY7oN0uppb+PXqyd+WPIm4c/b9C1dXPR2GjfFdPGMvLjcRQn3OwGT6VBz7gcabh9G2
2o4aFneJ1xi7rRd5+nU9ArBU/JDl9bIEpltkKLTqIgrO7kdO2CxmGe3fAz8cGdjF0Sj/AM0c
rX1DZ6qjkp0o2k9TZdiqKMkYBUnYHt234cxuuTdKpo9Ng0o55aaDrtV6cmMlVFSGkKwxwNBl
qklssQc46VXp3O/q2A4T8a4i2CzSP4/z9k24Nw98p1Db1696mPUepW1Vy3lv111fTWq5/e0t
L2/8KLE3qYsoPUwIOT7e23bjCMYWz9kyO4tqv4/wvp0cTTCZHutySy/cwamPWFltZvVtvNt0
/SI9NW06mCVVMifxdRCuUGMgADZj244yla6JzwzTqJuDt5/H6WVNZJokN3XIGPAdFJ2uublX
T3CW226tttvqp7e6VVWVMZt0LqAgaRsBenLOTuS3T2xwo/03srGRpJuLDr7s77K+kqWytLmu
sOZ93296ANb+IvQegtMUVm0jbm1teqR1kFzmZqak8zGWJfPmTZ26jsp9yRjgil4RWySGatd2
bT/aMm3LGw+aIn4pTtiEdK0PPU4F/qfkFD2uebGtecPlR3/UdXJaIyBDQwAUdDGgwMJBHgED
AALBicDB40NNS0dKSYYwHcycu+J+1kuldUzjVNISOmw+A+9036Y5U09wuSRkOI3ZelPL6RLn
PSQCcAEjbP5nbi2biBaz7qFPQAyX+X45W6Izstn/AGTcpgoJqKMsKeMw9SAdR6kJ/iQfTPYn
twlqJNTfA7rRUZ7Mi/LbCy3SqqLg8ypSKfLx1oMR9XqJywO5GPT+RxxXGWNtc+vWVbNIZB68
0mrbjMlKS8GKYHJAAU+kDscY29PbftttveI7nG6G12Odk90dkotRwRGpr1SNSqZxvnpGPTt7
MAwbsT778Cve5mWhFFgLdPr1ZMV50FcqGWQR/v0pxtLCcMnbpJAwcnfAbc+2d+LW1URAUTG8
7rFbtMVNaWX7w5YjpMcyFZm6SOzbdX9Dt24i+pa3IHw2UHQ3OUui5f3GzL97iqJZlOADIjSB
dxsGA75z3G38uOCujdZrhb165qn9O4E6SuVlps9dRp96QxVAHQkjQ/hPQFJDKcbhAPb8PwMc
SZUStPcNwqpYWO7xFimCttFRaAzUNRHPGqAdLHrJGOxI74B75/xwCWztee+LKoOc0WCQwV8d
VLIs6srxtgfxAexG+/wR27fXi13d2XRIDuvF0o4aikadTAwD+WSCC2SDgn39v554lG5wOFW/
Q7eyaHWS0zg26uNK8vTIVRyEZgcjY7Nv2zv/AD4PZNc3eL2QTo7CzHWv4qy/hV8fFj0NSUun
tZ2OG1BWEYv1EPQWyenzoRsNtupNtySoxnjNcZ9m31J7elff/wBJ+x/KMpOKGDuTN94P29dV
JvPmspLvotrvp+so6qOWQzUjwMZI36h+P0+wJycHsTwipYXxyCOYEdfX0Tf9Ux7S5pUhcnL/
AGKm5f22kt0dpSCriVrjNCiztI6ooeVjjMm6E9gANtungKv7YSnVe42B6H6Ib9OyZpIN7oBv
uiam765m1DVo9db9SOqNTzRCWnghGFSMK2QoQDPbpJyc+/DWGptEImmzm9MG/NDupRGL7hVg
8c/KOm5fc17FU0dMaQ1VDDVTxqR5MZEsnlmEMQQjIuegekEMq4GANjwCvfNTPbIb5I8dhv4+
KzfEaVrKhsjBa1ufjyvy/wAKdL7zym0ByO/YT1LNWXmglt8MZ6C0KGBkZzk5Ox+D3z2xwm4d
rlqhp/YCCfiFrOO0f6fhM1Q6+oscG+OM28M7qslBQG/aa1DRCKKCK36bFc80owyLEoaJlxnu
6++5JA4309S0FpvcF1vjuvzZSUThI248fX8pLo6w3bmY9rsFF5NIrQTT1dRO5WG3o6+UJJHO
wCjOBn1bY3zwtm0Mc+Rwubiw681tqST9Owk7ffFlYjlhcOU/LHSr26k1Xp946LqWrmDyNLWM
fxN0IpypJA6QB+RG/CaUVEr9crbX6qySkr5rGKNx6Abf5RLTeIvTd/qnorNVXu9UhyggpaA0
NLkYHqdiCQADuUO25BJxxyaWGnj1ub3vP18kyovYLi9XI3t3tYzxuT8B9yjddH3nXtjitVqt
0emrQ8uaiK29UZqVJ2Msh9RAGNlK7jfjKVHtDI89wL6bwb2A4VQOE1Q7tHctVrDyaMfHKK7L
9ml/4gMs9W7lJFA6BEvT09OAAO+Pfc4J9tzwpHF6tmI2fNbrtKIfuJU2cuPswbZpu3y0c8dR
U00mZZpHcK04OBsEwcZxtncZzntxB8lTK7U82I6dPeqncUgZ+xot4/f1lSQfA3Zbfa0p4rak
cAALYH8Qx+Ij2/nwPJw2S3aajdcj9oshlgAmfUHg1oKizxtRD7nU0bdcZjRXcruGX1DGDkg5
BBHsc8DwSVNLIZGZNlyuqIOIQ/p5zi98b4UO8+fD7qqliMH3+9VtCmJzHFUeUNunqyI/L6sE
e/z27YMZxipdftzY+Ax97Kyk4HwVgsyLV5kk/b1dVJ5k8r10pWvHU2yWlqmky80k7y9bnqIA
c5JIVm9R6huBgdIPDulr3v8A77j3fT7e9E/pqdoAhaAo7o9HWi23Bq+4SJAIHykR9eGBz1MR
sWBA9Pbtkd+HEU7390ZWS9phOIg2nZvzA2+XP+UTWXmTpG1QxNTzwLPEpLSqTOSerIJXGFI/
LufbhhG/ST2l7r5lP7L8VnAfCzHmL/wpV5I8zdH8ydQPNcb3UVd6jcx0tFWFabzM7grJMQjb
7dCAEZ/kHxGpma3TEO6dzv8AILsfsrV039WoZc58QPhz93vUtVn+1N7cQ0Wm4rfDGCEkWtUP
VL2zJ0dRI37bDYbbcJWhpyXXP0UZW6Bbb3fVB9/5bXai8ypvF0oqJQS3kkSsW77LmRQfjAHB
TGg4aLoSRwtg2QNNy/qL47VSS3OjEbAqsVOsIc753dyQDgjOMEnbOc8P6XgtW8ajGks3G6WI
6O0F/O/0CRXykrdGyPdrxTU9HZXWS2S1V7u9CvnxyL+8gePq65YiO47qcEEEDA8/DnwHQCC4
ZsDf342Kb0fEGTsJa4kf+0/In4qNNW8tv2Boj75pm+W672uknaptdXbrhHXNaZc5KOVAZQxU
SL1KMGM53bJrc5zZB27bHmOo9fI4TkStlJcL+/165p91rq6HnTy0sHMe3xCnuIAhudLF0nyq
pFxKMZJCyKwZeruD/wAvBRpexcY+n0WXlf2dQYX5DgLevA4PReOW3OCW7aFeRGkZtNXBKndt
5YZIOltsn+KIg/X9OFfEKIXDj/dce8fwU6opix2noAi3nfeaO+6Ss1dKonP3haCWQ+vqhlQy
QNjfJGGGcYww+OE1HE5kjgMWF/hghfSPZqtLiaZx7pz5evnZVv1FbP2fI1PIZekyes9RCkDJ
jO49vjHufnbTQzXAI9dVsJqYnun18uufNRvqeI/tCkp3UxV581HQ9IWTcYYk7dRP+u3GlpLP
jJbkYXzbjF4KtocbOIIP5+PkivlPUtU0bZaMLA4JO3U6uCmTgZAJb5xt844VcTaA7zWn4HKJ
IQTuMbeHvQtrDTppqb7rVQdAhfAIXBwCTjb4BODv29+G1FVZEjDusL7QcL7N7opOX08LoNpo
I6NDio6pUdfK6dic98AHI274+B8caAyF2ywHYtjPeTtpC2UzVUEErD0zdIcgj0A/G5Hz/wB+
FlW91iWp7QNa1zQ7YqbzRwWK3xiGNEqJCQqBfwjI7jf2z+Q3+nGFc50jyXFfZo4w2NrWDc7d
Ega+eahpmRPKVifSC5dzscj3AwNz/e9uPCDZ1zdGugp2M/q48fXrdNdRdY7cqyCZBJsiosjO
qnGcHA3z8H3H5cGNiL+7ZDslpMljv8/lDq6qV55mepQvM5DfK4xvtvt+R4PNMQ0WCBFZE91m
yc8j19E8U9pp72IGevgR5h5fW8bqYsAHI2PuO4+p7d6RIY/2jbKDruBCoYCHXvfl9EjuehqG
2B5pOqVagkKxPq3bI2GD7A5/nwT/AKhK8WbhB0nsJTxP1zG494v8MpDJdRSXX71KqQ01JsPL
UJGvTsVA7DAP13P124IC5mkbn3lM62sipmnHcZ0wPL1nqkVo1maSWUOrt1sGlGTkZzsM9tm9
v+nDQ0dh5L4hPXmWV0h5pp1rpqOrSGsp41jrlwxCvkMBv1H47bf6wRTyubdj9l46JCHtNiNl
M3hw8QA1Rb4bJdaqGG906dMMkpI++KB/Ivg9u52+p4x/G+BmFxqIB3DuOn8LY8G4o2W0Mp7w
Hx9bqQdQ2gXF0MaHzJEZVySDuMHv3/Ft37fXhRTHknUj7ZKAeYOkJNQW6TzgHSUhkeIggenI
GB+HPT/NQew40VFqYQ4BJ6ydjwWu5p5tfN6bR93tVMKm4QmniSLzKyYO00gRC/V0KAmeojG+
QqkYORwRU8Ja9hfEOvu8kDScVDXaJT5dP8oyvvO2qvdLI5BnqJEVj5JLMgPbq9zuSPbcfrwu
joC2w+qMmrP+nZRRqfWlwoaYAU0yxmRpA5PUVG5UA7+/VvjB+fg6KjDjkpcZ3E3Qzo+13TmF
exDRw+ZUzbiV2VhTqD+I4GOnC4wPp+RbMjjjbbYLkQc891Wz0Np9tEWeltdMkiRRRAMOjpJb
ALsQD7k5P5gZ2HFzeJR6WxtOyhNwSQOdM8XJx7gss1+jeZyauNSSSQQxxwcJglhjaMKi9vnD
F/3dNMmDCgfBKdbAKCScKQQx6hw9sGjCxznuebKfLVoHRVgtU0smo3nS325a1oosGOom2YsR
nIx+H5x/Pj5zXVlVNIbM3NvFfTOF00EUIs7YXx69yT6m53UenOaEVTBpqy3B6qyCnjpKTpma
HzRn1KyeljkgqAfcDvuNT8OdJT96QjvXucbJ+a9rJLMYP22Hr180J3fmjQcoLG9HJBSVF8kS
RHoEOTGGO5kfcLtgADLbEYH4uG0VFJVOD9mDn5eHofRIKyujpiWg3f08/HkANlH9Gl35m3WW
pulc9QilWZS5EYfG6gfAGBj29jwZUyx0zbRjPzVNJBLUkmU4Hw9yObfpkxLHEknXB5YDYj8t
fcnPv77/AJ8Z+WoLjqIyVqYKYM7g5Iv0lpdq65RYULTNsSiMU6l/hJGxGdht3P8AIGeoDWeK
YRU7nOuf8KbOW/hYuWsa9ytHXVNbVyKpk7rGCT15OP4t9h2yfoeEk3FSTpYfXX3JuzhzWd6U
e77KbK37O2puEjSGaoEjHzTH1FC4IPmdDDIyGJIPvnB7LgZtfMG90WPqyuENOX6nZHw9fhBl
58B1daZvIrP97WmlMtPPNArMV6geh1JzsAP6/lxW/isrR3WbjP8AC9BQQu/v8tvgUHar8FM9
u85Rb6ypnZWMWZHIjLfCe2ADgb/rxdFxmouLiy4/hkIBsb+uiDq/kJJpSrDfdrhbc+uSZuqW
POwORnABI3OT7flwQ7iDn/vyqoaQN7oSObS1RRQOlNNHWPGSOhVYhhgjqUe+cqMN7Y+p4pE4
cbnCtNOQLtyksdhMjE1NHJFUoQvlAFJGzsCre4x+Y3PbPFxnv+04Qjo7GxCVpdUhZ5PvVZDM
ZQhE/XENycbLsTgEfHvxWGHawPl/KodbqmjVpp6mZleKnKybl4xkFQVHSTjOSMbkZyDvtuRD
YC917LhkIUq7hDST1MU0KFAcIZCWYKFHpHb5B9zv7Z4YxtJAshHsAvYJrr7RC7F4nVw7EL3/
AFx6Tkbnv88EB45oJzDbCZWs7xSs33eIKzY8w7bdtwNgNu3BAkB5qkxncBJ6zTE0tO5p2ppW
OQy5z1k7bHghs4v3rqHYuI7qbK6l8zzCxKEDo6CNiN9vzH9OCI5LBVSNJKduU/PG4cpKmot0
r1dfperZhUW/8TQsRjzYc7K/yPwuBvuAwlWUDKpurAfyP2Ph9EHFUOgf1bzH4VouUerqW/6R
qqK23GlnqaSikW31pBhgnt0ki+YCTsHhZnDK2GVSuc4J4yddRFsge8cxcbm45+Rx55WipKhp
bpB8jtj833QVqnxfar1zqtrZpR6+htsVKtsghMoke7NHNtJEg9OWA2YEZXO+ODoODxQs1y5d
e/QDGxQ8teZCQ0Wbt5/wo3jttZqK4TQ3MVJanljopjVS5lp2jPUkY6iT6cbAHChj7ZPB5eGN
1g8iRbY3/KqoYTPO1oGLgH6gWXfMTUdXX6qo5JJTFR08nT++9TsoJHWe59OekAYGAMDAHE6C
NjWG26fe0+uRnYXsBqz7hnw8E18t6K23awaga9TVRo66Sno+mLCTvGpSSSNGIPdugE4OAWxk
nhvWVDmOYWbgE+Hn7l+fm0r9ZA2+PNTry+1zb6OGKCzWrTuhtPwtG01bKplkqGIC5csxMjMR
nAJOW4y9S+Vzrlxc439DotFS8KklsCLpdzr5l6V5m6Zt2mdP6Zpa+9TFAL7PboKKohUnIWBY
1DdLZyS/s+y5OwUTZ43unmeQ0f23JHvvz8l9X4BwV9LpDv3Hl9/Xmpt8JnguptMUdI9aBNX1
AVm/8tie47dgMn8yPfhBXV76uQg/t6LUvlbA2zMkc/Xz6q7vLDw/UdJQU4kEIVGDhVTpQ5zk
4Pdvz4GY0DZLHzuLrlTvoLlzRUkJZUZvMfDKFHTv3749uCIYw5CTTO3R7Ppinp6GYQQ4Oyjp
wCMcHdi0BL3VDiclIJbD5ow8LrGQoGQDtj/27cVSeClG/kU3VmlouvIQIVUjsD1Ae/8Ar54E
t1RjHFR1zB0RHIZIpB0mckDYBUB9jnt3x88L6uBjwdQTalnc3IKqhz/5F0OpUq1EUXWcxsG7
SgHBzntuO42+PbgSDVCbjFkzhru9pPNUM5ucu67QF1aeliP3XAepjb0tGoP4wT3GD/T2xvra
OqjmGk78kw/Uv04Hn66KPYqcXOkk+7wUpKrnySoIVcZ7juD75P6kcNHP0nvE+a8Yw5uuMADn
9rJHba230FZMKqNSxAxg5Awdgc4/r278ScHkDSpWa5hDhhE2iLRfOZV8pbbp28XjplmCmKK4
SQxwqT1dTEMMBQcsfYBvcgGXbNhaTI0bdFkuK0UDR2rgLfX165Kxdi5C6R5E0qVdU8181RMh
mSsrmaaYtv1tEjnEUI92bf5bso9DxR1w4DHLp4Xtv7l8s4vEaq7ANLfDp66/VEtq0jdtWWaO
rjuMFqtcxLQPSsI26RtguR5j5yQTGqLtgMTvwVV8XqJToJt4D7/i5WWp6Glp+81uo9Tn5be9
QtrzkDpKgvz1+qLjNqCqmJEcVVcoKSGkU4PTHEDld/csSTnJJ3I7Z5AwCIW8c581pYOJy5Ed
gPK/zQ9BonRtruhks9fdLBMFMbpBURVVPIvfokUkEg5O4fI4i+QuGmVuPn55RArJCLEAnyt9
E32y1wcobzf4aCemqtDawiSG492WzVXXmKpCbsqBiQ2OoBXYgnp4ZU8wmaGy/uGx6+fjyylH
GI5JILw3uM2wcAgkfK/L4EoA0THJYOb+o9M1HmU89yo5Fhibch42Vwo7DBAfBG2MY24lXsLo
GvH9pHr6KqinLmNkO+xUlU09ZQcuaG13KnqYjQ1EFM7MOhgI5T0Ehu+VkIx7g/HCB8f9Vzxz
B+a2/s1WhtXEQ7G3uQXzT06tHLKk8U0Twex9JK59S777e/5n3ziyhebet19U/VtlILTe/Q48
woP5iQG16mpalB1mEYfpJwy9yAc/UH8+Nbw194i1Yz2nh/8AMxztHIj1yHL3rvSsn7FrHlEu
EqiIyA+zEsCMj5wDsf7oI7bxrB2jbW2V3Br08gIOHY9/L5I2u+m4NVUP3kKYZ3xBUKT6i6kd
D4znBX+uPk8J6ed0J0HI3H3TvjPCm1jNbTYjGdsbZ8vwom1ppB7VdwsEaNJ5reqNvT3227/J
/Q/pr6KqEkeV8U4rw6SnlLHbhZdC0c14vkCqqtLGuOjpIZlYdx+e2/xxCusyM3VnDbyyhrW5
Uu3+7PRTKshVlkVRH7nqUbjII9J6jg8YyFgdct6r7myIRCM7khYK4NabfNIq/iUYbq6hHnI/
h7n6b59/fi2PvOsk1dDNMdewCCLtSyTSNLTwTKJEV+so3VjsHAzucjbJPvjbhxG4NFnFI3Up
tcYPrkPFNVBbq2nR28zZgH6pVJbH5+w34IfKwnbbpsp0VLOxpcXgA9d/L/CcobuaGdRLIFCD
pZCerBA9vfHbcf4cDuiDgbJzFx2KIt1XAt63ylUl0luJMVHESSucogBIJ6f4icexx2GeKhFb
L1TNxxmm8bjcj11H3TH+zJp67y5Y2jghbBUN6RkbFjsex/r774awlrRq5lfOeN10lQey2aPW
femS40zW+uRg7YKjBOQe3bhrA9rv3LCVsL22ynu06xSmUeZ+88pQBGF7fT8sZ4slotWW7pdF
UuaUP34JDcae42qSSKSMiXHXvEQcgqfy2PxjilsdwYpRg/NOYalwIlY7IU+ch+dMevYZqasq
IaS8xKFVCSRWDOC677HcbfUn5xl6rgxjlb2eWk/DzWqg4wJojfDx8/EI7ohcKazz1rtT1dZU
VPQkESrCYFK56m7KBllO/wAb5znh3T0g2slUk73Anl6+C9cs9JwW3Xi3O7UtLW3MFGjnbAip
lAIJX/m3x1n1DOO5PGpoaVkfessrxiWSUaL28lNtt5aaf1cIUls0NT0qS04gHmIvVjZVAIz7
HO3SMZPF1XSMl/tFkgiqqind3Xu+KaNa+F3S1qsslS1iSoEJHmRy1MxCr3B/EffOR8fGTwgq
aFgYXRt0rZ8B4s987Y6l2q+1xzTfYdKUOimdaCkht8QChljTA9ZDJkdgNsn46vqeMfXRSOOS
vtFDJTMbZjUvq6st/vUzxQmVwhWRtlPUuT1Y9wB3xnqPY8LGBzX4V1WWvZpGL+t0H1Gj7nVV
DypTiRJGLK4lQdQJznfB/mBw7bXMtlZU8NkvgD4/wqXW+4LFbpHnWPLIYgTgKBtgdPcEHb9T
9CfozrWIXxtt9XmpV0vdJK63VVdSQ0VG1Hb0grI1Rf8Aeo8AP5ecYI6SST85+M4KqZd4ZcnJ
I8Oi+h0smlvd96jfU/NFbJqG5mw0yUVVV9MSmOQzLRqo7Rk7mQ75bsMkD54bw8OuxvbG4GfP
+B80FNxctc5sA7xxfkAPqUP6dsf3iq8x0LI/px/E7HO2cZJ/qeCZ5bCwVdJBnUfRUs6F03Lc
cRRKIIKbJMkg6CTuWOMdhjGOMvXSDcnK2FCy4tyRvoTQdZzQ1ElFReaaSAqWlPV62wB+pJG3
bbhFWVMdOy7jlaqipTKcDCu54aPBvSSQU9ZUU5VYizk+pgF3G3V+HO+cDJ9sZ4xdRXyyktBw
fXr+FpY4o4Wg2yrgcuOXFDpq3SJTUsEEWQxcjJPbOPf3/pj34lAy/NLaqcZujhrNE1A0MeGi
6cJ6cnONuDC4BLGuLjdM9TpZHcJLTRSOwO7oAdh7e/HmuwrHXBCEdS6Dp3kJVAJOoYU/4cDz
R22RMM2clDFx5I0l3jdZ4I2bOSAp2wc/l7fXgVutps04TDtmluQgfWPhMtbUhWSlgaPp6ery
1yNvbG/6Z/x3JBLv27qntNPNRHrDwmUcMUklOZwHUoEepfDex2z24q/VOZvhWBrZMFRJqrk3
crDOeqCrmgQZ9NR+A5O+Ccnc/Ti6Osba1/kh5OHutqb9UISfsi3TxGsiminJMUpiXEhJ2IKj
0k5O4OeCmvlf+03CpYxjMOTZrXS1t1FRnyJoZUR8wdSdOXwvvn+7tjvtj54Kpp3xOyLXV0tO
1wJQc/L6ez1MsommSAzBVxgqcjJwScbBh+eeGX61r7A5KAfSlpxssFwpmt9EkU3UCGCspYDf
dgO5BzkHffvt24tjeHO7p3QjobDbZME9tDIvVVSwyK4jUrECvUTnAbP9Nu3xwa1wHL5od8XM
pir6OSjkeGoJaLqwj9Q9W+cZ9zkjPBTX6hdqFkYRhyH9Q0SRVCsJH6iMEuvSV+pIOCMb54ZU
z7jSlNS0Ndfn6+QS3QuuTo6p+6XBGqLJXZSohA2iZ06WmTB/u4DDs67EZA4lUU/atu02cNj9
j6wqY5DCbnIO/wCR4/VEnMB57DVWqrtkzUMMU0b09TTN1BU7K8ZxuCCcY37jhdRtuXMlybHB
+6NncXMaWHFxt0UnaL09Qz2uqv0M0tbPdpmjppK7oaY9I9THsMsAScfI7eyWtmeJBAcBu9tv
QW+4FRRMhNQBl18ne2Ao45gNNSXaWOYM08cgV40JBY9QBXIIx7ZPzk8OKEXFxsUJ7RsH6ck3
vb57dR6zZCFor62fUUVFRNTzmlY08LyYZWcsylggO56mO+4AG+ccN52s0a3mw3Xzfh3CBJKY
mgE7e/bl8lIVBpaG1UCmR6i8VckLIJpZBlxgeYqA7KrEFVAxt1EnfbOy1Re6ze6PDl0v919N
4bwOOmZnvO2/IHmdvDKnLwN8s5OYPMypu9THCYbXKOjdiWdwCVB7dKgbDHuPknhDx+q0RNp2
/wB306+9NBpia6S/e+l+XrktlPKnSkVE4qCqFkwVVh89j9Bxm2Gw0hK5CXHUVYDSKRJHGigC
ZFz1HZS2Ad9vbiLc7rj+7kI1tNZGkyAAyIxClgTgDP0wM9u3B0JtZBznF0QpeC05JhICkK/U
2en4/M+/BoflLJOgXLhdGko5UhAkLL0xhlx0nufr8bf+ziErhawXYWm9zhYXgDUwlk6WlwS3
TkAgDB78UlvduihJnCB9dxx15HSfOjYZ3bff6fOeApmajZMIJrBQ/q/ShrUkZgGVHf0FRsmN
jj39xn6/lwKYy3CJY8OPkq4+ILw2w3PSVWuI3WSPpCqcdC5/EPf4398/QcLhVSU8weVpqKRj
29kTv/ha1OYGmKnlpq+rh/eLSj1KfShhxuQB/EOxIP8AzYztx9OpZWVMLXc0K/tKafQduvrk
sVxkp9S0XmVeEkmBRZJBhGdcYDYxgkDvgd9tuPBpjPc5ImKVsgLX4+iduWPOqv5E11yWlsNL
WSSr1UtW8wjeBNvM6WCtkFiCxAzso24nLSMq2Bzn2tyss5xSic9wa04+VkT0PjH1bW3T7zS6
e0eiQSPVy0ziSpnrsJ0hJnlkDOQASCDkNjGOxlHQ08ZsXON8XNgB5WWZqvZKWVh1O22tz92P
qn24+N7TN6oZ/wDa+i1tQXHrKiKhYTR9RHv1Mr4yM7+xG+TxNnC3u/5TgfXrkspXcEnpnXwR
4ix+GUNRa9/296qrSmioqKnmbJrK9BUz+5PoY4275Yke+OLRTNjNpHXtyGyTVEhYdLSbj1yW
YWvUtzucCUU008cqjqSKOM74Oy9AAB7kEEnYfJ4i7sxyA9e9QEo/dIdkD64sV30DWeY17jpK
tJ16qSqvFPURTo2zB4WfAU/oe+wODwfHG17LaAR5W+BHNTina7Pet1sbISkqqo3ShulO8Ty2
WcPBPHVieSjhJx93kYfiCjq8tzgkDoO4XJTdL29m8b2Bxvbn+fiEIITG9wAuDc+9Wp5sVFNc
rtVaenUxNEyVtuqFkx5oVsiCQnIK9WwJ3QkY224XzUzXtsN9kq9n+MyUszJr45j7jp91HXMW
sXmjyut98oWjW6Web7rXo7AyVETOEWR9skr1oPYgNnPp2WR05hkcx/P6jPryX1P2W43aVsD7
aOXhfHz6dVAPMinargpHACTU/mI22wI9WGGNydsH69+HVCckcjZa/i7O6x1si/ohNFtpjPQS
qyqqzqrkgYdSu4f6bE99sflwVq71jy+6FkivH2seCc/DN/h+EXacuUFVSPUyvVEMQtUQoLxM
P4jnck7Y9hk57cKZ4XB2lo8uhWooK7totTudr+Bt80tk0ZatYzBBKqSxZC79A3bcA5Of04rj
rp6fO4+KqrPZ2irgHymx6jFvD1lcsun6HlrIZ6aFPvQTqWeYlT2Ayo9gce+437cdqKyWrGhx
x0H3SSj4BT0LyYxm259Y/KaNQagjrL7Fkqy0UZY4kHqJ/I5+PfsOLqamIZc8/XrxRtXxBjnB
jP7Rbl706WGokuWmKdxKMuzLEofMka+okt89sk/UcUTNDHm4803gBkhbc7j18R8kx1sMdbdJ
HeV0gT/hwgkAt0+piO+O+Pz4IDi1ukb9fshDStE5kfsNvHxSyw6eN9tFRVD0DaOMOc9Ixnb6
eod//ZJ02lwjKSVw0x6m46evXNNFTZYpKlkPlt0MQM7k/wA9z/jseDr4usiW2OU31NlWnqo/
u80infDBySDn/L+R462Q27y9Mw2wbLLLf6i2QBaynimVgeqTfqk39/nGRx1rQ83BS+WwBaU0
1MFLeWaJWRS0ffq9QIU/w/nv88HwvezKSVdG117oYuFqltFRHLEytGhztsQTvjf54dU8we0g
hY+rp+yckX3krOW6zCV9Sv7/ACDg7b8XOYAfXrCpjkdsEutd8+7vRzwolDcaRw6t5nSJTkEY
HdTsc4+c524HfEWkkZBTWGS5HIj6qxHKXn5/thTNT3F42uEEQlfCKGlYnHVgY6mOcds7e4Oe
JRR6dgn8EjJ47Ei43/KkK33F6mvRswCqiTB3JRsAnp32HfO2R/LhhBNYWSLi1ML6hzUu+HbW
dvpro33+dYJHZQWbIaP1/jU+4xjOe/8ALgpsrXYKzM1O5oJAUoa0Sgq6CoSpqHjjqOqFZ+os
seR6GyDjHwR8bjjstOC0gbKqlqHxSB3S26jmv0ZTWg9aXqmnLENnJDAY98+25/qMDjIV/DHg
3GR5L6hwr2hie3vmxA6hMt8lho60Hz1laYEFWYqpIJ37n1b9/wCIY9zwkk4a/VgLURcagcLF
wTIKC1OAWguHUdz0VE4XP0A7DiP+ny9FaOIwdR8VTOPS8lbb46xEWGmo5FkLuQA24JwCcklh
8jbf4421bUsaA3mcL5ZwugklcXgWAF8/ZD/M7Wg1Vqi4LRSzJbetimcKzjB74zjJxt2+eA6C
l7FgL/3ImtndIS2P9o6IZtlMy1QjJBZcjpCZyQD3/XG/+PBcsoDblD0sTtYAUqcrtMxtUqr9
DzRLnEikjrIXK9+/YAj578ZriE5Dbg2Wy4fDkXF7fVSy+lnjooLbBAFlnk/eAL0E4JJA9R2J
P5AYPccZV9WbmQlbKjobEC3mrheELkBHY7RE8wXzXKyuqoGDFsbfQD/ADjG8SqTUS42Wrp2C
Bluauloe0QWy0xIsKlB0jGCTnsP078QjiAAQtRKRnmjKOOKFI441VVlQ5I9QyB8cFsbhK3En
CV2+UGGGRehfUF7kHv7Y/wC3EzYrjWOCUV7oKwnpbP4squQMfwn68dbYKTr7Jv8A2E9ykcMv
RGFByBsv04qk3UowUsh0fTxIpJLOpwcZx7Z/wzwMADuie8Bhd3nRtPXwyIyxAlQzdex6R9O2
c+3BTYwQqXOI32Uc8weUa0tH1r5Ujyekqo29yPqfb+vAdQ3kFfA6zsqHdbcqxV1AkWnWKcqT
0KNx/wC3Hv8AThdpBNnJtHK5ttKh3mb4Z6a7PUVCU8Uh9LSkgqZD2Bz7N8EH2AP0JgnkjwCu
SRsfmyr9zC5H3LRskv3SQ+ShLBXAJ7dvfIx8n278O6fiLHkdoMoJ8BbfSovut9uOmKlJp4nk
pXOSwJZWGPgj6e/9eHMUMcwIbuEHM8syU0XDmfBO4ZSkkjZLALk7/A7EYxt+vtxezh5CEfUD
fdNtPrKjuZKBUpSjdYaKUqc7gHBzv34NNK9uTlAPmDsNxZNN1qhDSOI3+8rnDlkyVJydxj6H
f/RJiiJPRCOmIwNihmtuK/vevo87qAMbZBYZ7gg9wd/124ZRREWsUrmkBuE1TSRzRsySYJXJ
jwVYYIGQcYHBrW2Nilsjjbup80zqCspLVS25J2FLDVRzxs6lmpWwwKAkYw2fw+xUk7ZJoniY
SZCM2t5ovh5f2jY2nuk/Dy9ePUqw2mLh+zNGmqZ1qRHQqwVc46pVjV9vbYNg/JzxjZo7y22z
9PQX2GF4ZE0jp6+CiPmxcwl5rpofOTyKgpEhxlAGJGSNvrgfnxouHR90MKzPtE60GoZ+vr7p
NygtcNn+6Vs3QhmLsMsSymND7/8AqOe/fPxx7ij3PJZ0+6C9nYmwxB7Rl3vOOnvUgxVCx26d
XaNJQ7CMNCehAhVWJZRkfibvtjqHzwlEZLreHv8ABa50+oAHy2wOtz15K4v2a+kRHyvpqgoG
aR2kdwv4jkkbe5Y4x8jf34x/tBLrrS0clUTaFt+iu7oe2TU9Sjhgi9Slzg4JwMj5/TG3f44B
Y5rd0C8OJUxaTgMBTqz9O3U3cn8v/b8cdiaS6/JVVDwBbmimmVKaaN3D5lIChVJUe+e/8+DG
myXvuVmqr30VcgPlyoh6mVh+JhuPpnIHF4mIJVZpb5Kz225tOEeJmdWJK9A/FvuT88UhxurT
EMGyJiFht4l6E8w4HS5PqPt+nBos1t0CQ5xsExXSyi42uSRBHEGbK9KnGx7cU6WuBcp6ntOl
RtqXTS00JkXqdIzlsDPySB79h/LgOUajcJhCSwd5CPMDlz+2bLUSL5aOYegBgQOwJH6d+FNb
DdhJTelmOpavfH5ySOntXVDLTlPvUpMcgBAVQVDdR7D+E7ezfTh37NVxDdBO3r14p/IWzM1O
36qtdspRa6qQNFI5ZuuSMlhG2MjBJ3z6SO/xuN+NiX6gMpW7JJPw9c0iluRt0xX0+XGCSrgh
2Hcr1EfxKBnHc534sDWuyF3U/T3tj6x4Joa9wrcmURrTpNKpQFydt8ks3f42x88WuhLm4V0E
3Zu0yHHU8k4zmy1M0LV6hmVV3WVdwCR2JySO2M7YHxxVGZ23azZAcWpoZQXPdc8vXrKsZyi0
dT63sMbSWyut1uRR92muVRHSwzZ2JRQXkK5GOopjAx1Z24EM5ZguyNwPvyHxXx3i9G2CU5uC
iTUFjsdjtVVSVdw+8wuSJ46Z5IKZgNughW8yTtk9T43PoHHmVGnYfHf8JFJHI9w049eKhPmC
un56aUUlo01My5KxPSoZTsRsQFbYY75P14Njq5QOgCtFG4d50jr+eFX7VdvptF6jWeity0NP
VUrwVKLUyMlUjL0tjqLFD2I3YAqDtw/gqTUR6Scg4xt/CubAGHtDnqrNcxtSNrrk9pzVVCy/
eGooKhpQQMMECSq2PhkOx79JPfhdTyBtS6GRZGehfT3Y080LJaa68UOtZbOFegkpYaqaJEPr
M0UizKq/xFSnWQvqxuAcY4qq5GRyRCQ5vb4W+t7fVa3gJLruHgeeOv2OFEVbUtNSyySoGNS6
VD9OW9RXff39XVkds47cFBgDgBtt7l9ghnMsOuTcfXHP1t0XrTtMJf8AeIZHYRmMktjqYHHW
RnPb3yNu+2BnkxsRfxU6drrAMOAR7v49ckSLZ1o6lltcSS10yiOQDLNUBWLrlyOkgruSffIz
jHAbp9Tby4G/lf8AlEx0ToBenF3Wsb371jcZ9+/8JGzfc42mkdqVmf1SCTp623K++Mkhdu42
7b8QI1HS3KsZxBjGanjY+7ff1zTVLqenrm8iOaSaeZcSL5pKqoI/Fk/oP04JbSvb3nCwCUyc
ShnmEMbrgn780GVqGOqkkDDLEsRkgnJxtv8A0/PhnHctQU4EUjR1v77+rIitF4kt+jWmyUkg
doCuSDHnAx8fp37ntwHNBqkt1ytPS1nZ0TZDi1xb5JPRXJ6qrhI6yvQ69JOQxYDIPxtxB8Vm
n3KbJTJI1x2sR7zbfphGOkqiNbB5SSsGiJ6xkdLZwBjBOc++eAJA7tdVks4rnHQea5fLQqrI
8Y9K5J6TuT7/AJYPDFjtgSszJEXA2Q7MphmGI8uRnpBz7f8ATH+hxc4DmhmF1iLJFXwfeCV6
JDkBek/iGcZI/X+X+M4y26WVDXDvckM3vTWZi0cojdFC9WcsG+uPbO3B8Ug55S2dmpuMJrOr
au1ziOrENWqYcPIg687HZsbntwygDbXasvxGB9++nKnp7Nqy2RwI0VNUlwFJX1KpGM5+AcnH
/Tg8usLlKIWPDtIXscn7rS9a+UrQOrNG8bB4iwYDHXnfbcHb6cQErf7kyZTkg2Q9Zb7JorVt
NWtVVCtDMD0YZsAZUhvni/FsbIZkroZNVyCFbOxahlvGlKKoaJAzEKjhgcZGw2+nbO/fiDm4
WgiIkaHFE9unlttVSqkoWUjqGAOpSp23+DnH68CPmINgq5eHNJ8CnqK417UjQEZXDf8AD3iG
e2RnffP4j7ngyCsszvLPVnCj2ndSSl1XVVAelieSTy0yFTC+XjbAPucYJHv+vHZq2+OS5TcL
05xcJPVS1M0EkkjN1AEFXPSAM4Bz2/Fjt8nfbccM1i4GUSZTES2+OiDqi/3ZaiQIkkqBj0uP
MHWM98BMDPHOyIxZSNfndQ7zZrf/AI3KekhSOEJC9ZL5S4UEucDH/wAENvYKpP0T07zLN2hz
my18gEVJ2bcWF/XxUX0VrjktkREgeSoDEgD8OMDH/f44aSSEOwklPA0sF+d0t0rYpJtQQdSK
FMvRIjZP8JJ7bnvkflwPUy6YifBFUEBfUhhHMfnCnDSlGKC3SkUslQRKGZEUl5lVAwYk+2V6
s57g+y8ZKpeXute2PXrmtlAwMyM5x44v/PVTPyl062ouZiIxaoio8EyMm8hKjdj8gBvyJPGV
q3WiDRi62NHZpL7bK8/Kx0pYYWRMKihT07Z2+P8APhIyIAGyJMxLlK1kv8jpGI1YL0dCN2x3
3I/lx0YXn2IvZPlNezVtGsrFiuR1DY5/1/hxfrQugIgFyShjSAuriNgWbOMgYG/07n9Rxx2M
rotzS6jr5a8Y8zpWY4yO+QT8+2BxHzXiE613MK0aLtc0tVPCsqQdUidYBXCg5/x246+dsYs7
cqyCJztlWvnd9oZatOVn7N08r325yt0rT0ZDEN8F+y+23tg/XioU0rhrJ0t6n1lEOdGCGnPl
6whawak5pc4Jo5LpeIrKkg8zy6QAmnXPbq7M+4yQvfsN88cGjZtzbnsqH35AD5qQbLyy1HZ7
ZErXurqHcFhLJUl3IJyVIP6AZ4rlaBkj5qTH3w0/JPlJaKuWgAqCIwQPR0E9s4bfcEj6+/AD
geqNB1BJpNDw1dWFgg6vL2KZwsZO4IBOd8gfXPEGFedIWiwQdzJ5JUt3hKyQiNmQdPSnWVBG
Dv8APfsfjjhBBuFD9VbBVZOY3hCjnq6toYjEV6sDGOsHIBxkdtu49t9uCY+MSQkNerRFDKMK
o/NvkJWaTujGakHlySMvn0pJ8ts/xLtvuNsdvf433DeLMmYLHPj+fXks1WUDozcD4fjwUSXG
1TwIGXqaJSSGUYBx9fbHGkjkbaxSKVjrkg3HkvFHc6gQDB61Vh1YXdhg7H6f9eJljbqoPLQk
E8IlnH7tAxP4eo/oRj/D/twQ11gl0rQXWaLLroHT5T+piOjLZBj/APaB78SB5rz23s0rlFUT
QVCosrRFl6er4AOR+mQvf9eJODSLldgLg7SDb7eOfmpTs+sJZtM0vS/VE0JiMPmHDlcsc7/J
2z8j64zr4P6pC+m005FNqvsMff8ANkNaxq0uFJUCQQxO7pH1r/F0np2GcDtk4G2eGdO3QQUi
4hIZo3A7Yt47/wAbe9IdM6m+56doqTpiiellaNhneTrA987YyCD+nFlXD3zIdjn4Jbwar/ot
hBs5psfqiyTUAp6BVyzTy1M8rOznq9QBHpzsUzjPvgj24VBlzflYfX7rWCcR2Dt7nwFjYraf
4BtCik5X2kQgU0UkKORkYXIGBk99tsn54+TcSkMlafMo+clwvyVr7XpAUtClQCEgDsyoH7nt
jHfuTv8ATjrCeaX6hlGGkqmDy0WSUYU9JwcA42zwxieALoCZrnGwRcKbMvm0xZ6dwGKn8Xfs
PgcW6mnZRZGRsh+91r2qcYiRZJMFX/uKB8H8z/M8V6i3JRQAOyJtIuKiJJvLCJ0gj3/T+vBU
TQQHFCTk/tCz3rXdDRuVqapFSM9+w/IAZyc8DSVLQclXQ0r7EgLBdua9tp6KMQVEDJjDO+yg
g4/FtuT/AD4i6rbazSoihfqu4IC1XzAoPvoc3Gkp4nb8Luu7Z3+AAMH/AFjibCXbKzsi0ZTh
He7VVQfdWqaWaadB6AxOSf4gPcZ98e35nimVjCO8iYWv3AVTPHTyRg5g2aedEeN3kYL0uMqQ
V7+5BxjhSyZ1NOHjZaHhclyWnn9lrh1/y9n0xdJYpYgsoGHRVUs6HqwD9ARgMdyD/wAvG4pK
sSsBBxyV88Wh97es7+vohaqtlNdaNlMHnRgMTgdLoGPdtvkAkdj9ODWyua7f+VToaRcZafj/
AJQdqLQ69PVFN5jZ6zgE57+2Pz9/5bjhjBVdUO+ma3PI/P14JiuFVd9H3GCohKpU08gmSSEK
rRscsuMZCkHO2BjbsRwc1scrSDsUqqWyAadxn16x0RpQeJq5VCpU3KjrqpmAV5YKwdMmBjLK
2/8AM424APCWA2jfbzCylZwh7u9a4+NvDqFKXJbxY6C1Ff4LPqa1PQxVBX7tc685ho5u2JY4
zjyyBs+Dg56h0nIpm4dNGzXH3jzHXy8Vm6vgU+m7HfC9/wCfIKX+Yem2jp5EnstnSGoXrp62
KGCaGoQ/gKkg5BGCME5BB4XR1jpDpF/EJCKHs++XH33UA829A2XVFHUwyxU9pZIzG01LGn+7
+wYq4Ixv7EfnnfhvSTSRm4F/O6vY7GklM/JGoqNK6MvOhL1LDKSslZZ6qHIhrYwpM0QGPTIj
YfpOCA8mNsEm1sjXObVxcsOHPwS+pozIDnf6/wA80zcv+Zlw0xab61LMUazVVNUKCvWxYefl
Dtggg5Hc/h+COLeIUzJ9AP8Adf7ZVfCJHwtcRk3CDOYl+o75qJzTt91StonqEijUIiTP156R
26X6erp2HrI+Bx2kje1gLhkGx8Qvo/D6wFhgccaTp8CeXy+dkhsd0qLTM6vUrHNE/UQ3QOok
qRjuMEDJx3wPpxfLGHDZOaCoLTY7jw62+At9kW6MvHm1VLPLIhqaHpkVHIWOVC56Y/SPSMgk
kbAH/lHC2eHuloGD8j707p5HEg32+nJF9xo7NqOkq/vbKHncyjrctl8+2R7gD2Pfbha10sdt
HJVTcMEgffFxfJPUfVR1raez6eoui3lJQ6lelj09XVgH64Hycd+3DWDtZT/VQsdBFSt1MHx9
fNRteqv7yE6nLzFS3Uf4d+w/17cOYW2FuSU15bYAfuIv/hKKS8CSlnp3OFcibJ75bAbPudxx
50RFj7kZBXM0OhcMYd8bA3949yV6QqDLWSJ1FIunPUV/CQNjxRVMs26acClc572Da3z5FPen
q0LeI4/OZVLYxv6Rk9lHxvkf9eBHts26XVbhq0o3oJ444ZUY9KhWY7/8MZ9u2dhwHrPLKEZY
C10wVmlK2apZqeNpI2VR/wApJyMfn8fr8cFCa7bFLZgB3wUnqdLXA1TI0MhRc9TMvsPcH/px
HtbC7kNrDm2THU6TrBMytLjJ6ekYGMdtv1/rwW2pZa6UltiU0XrlxO8yrNu57+3RgZJ+Mb9/
pwyhqgBcJVVxazY5Wag5aQuitLWrH5eArohGQMDv2H6/58EsrScJVPw8AXCk3lno56PSSUtT
Uw1NMYzLNHnq8sqSVZh84Oc/wgDP0m+pubtVEURb3Soo5t6cpaevqZaQRvE8rygDJVASAcE9
8nPv/CMYwOD4JSVOrpgWXUt+GfVEd+0Vbqed6RZYpPLqIwekoqnCdKjfJUfqfjPDKNmpuUDD
UGO2VMVFFBBN1uqAUSrFFiQdUjkENkjtv2+e2+/FUnD7uJRp4tZlrXWa8axo7UIgJpavzAf3
pnYMCQAQ2CfnGBsCRxcIQ0WSSacuddIL5XSPcJZIWiDsv71pMKrHOw9JypABxt2P04tEDL3t
uhXVL7WumER111rZFllk6atuuHy48dXyAW9uxz9OCYgwYsgppXk63FG1Npemgpo0V5iqKFBA
2IA9t+CQ4IMuff8AlUu17qCp1Bc56guqJWTEnCsP3ZOVyuT7HPTk/OdxjD0jGsaAOQX0/iEk
rwb4F/8AH+Egp4wl5ETKmYiVUFepTuTggbEHP67DiTh81KM6vcMJRo2oMFz8yNW60gHr6Osb
4xsfY43PxxRO27dKIppDrDwOSl3SIarr4vNqoqbpqWAgAf8AfL5YGQAdgACST8KADkcIKoBg
dboPXvWhpyZHtBNs/b7Z/lT54Rbk181DfHkKNNBUEFRH0qoJOB+QxsNtwcjjHcXi7MNtzC2n
D5O0YQORKvRyytDz+THFH1v2Zug9B2/M77/y4QvlsLItjXaipHtlqjpmjVnQOhJZmHUFyDjH
t7E/pxJguLrj3EOsF5qr9brXWeV9565FcxqS+fMVVzsP9d8/GelwaFxrC43T196e729ZYisY
ZAowoY5Jz7ewA37duPMk1ZCnLBpNkKas1jerHaZmoFaZ1jIUnZZTlsDOO2D7ew78QkLlyEtA
VcuY+nNRa3d4tS3iV6VpMtTksEbHbqGdyPYdhj8uJtmbGe0De91V4GsaCcdEislss2g1janj
p45TkDoA7AnYHHpHcHHc8BSTyynvnCLa1jBZuFIekeb10qYI2oLRO3QOhXWBj5mDnAwuw7b/
AE4va15aAB8FS9se90TxeIa400Ei19pvlFHgYd6CbBye6t04IzxCRsjd1UGMzZEumubL6mrf
Ljppp1b1Oxibqb23yNs7fH9OFsrnjugI+PRYEqY+X+nYZrR1VKxJVS+vqJHVGM43HfO23BdP
AS27t0uqZxq8Eov+gxVBiehQ2MYG5H93Hb44JdG61kI6xNwo+1lywFbUPGRAzAJGvX6Sqk4y
Pc77b8K6uAnCvglLclVr55cgaa7094qRAQY0UBhklmKd87Z7r2747jbA9HVvgc0XRrjqBIVD
uavKCqsFeVp4xC6uTlBiOUqCOxxsek/T5wSM/SaDiLXtu4/x69c0kqKe5u3Ciy9WCSiiSRoR
mYlgigfhO3pO+2/v/wB+NFDMDsf8pDUxYskC6YWpdz0BJCAQrr0iY7YXPsfrxf8AqbG3L6IL
9MM4SOrtTTTHqytRTnHUVVSTjOGByP1+nbi9kw35FDPab2G49c0iq6cMZAUji8zDFkwQMkDb
sfb+uPfgmMquxvc8/XRHPJqgW809TSTyp1Rt1Rq6iQRhgpyAdiTuO/vwp4qTG5srfetn7Pzh
7HQvPl9/jz+CbtdWuutVUDVAwrJJk9RJwcYX4z6enB2/hPF9HUMkb3VHiFHLCQ5+3y2wENVl
AzGGokCAupB6R6GOwI2GxOD79+3xw0Lw4aQsuYDHJrIwcbY9dEZcu7QdWavobVGxhSon8tes
5PrZA2G7ZCrk/mfg8Ia1/YxOl6C61VKe2GgnO3xW2jlHzWuVJy+oabTVjaojhREhnldY0kIG
OoAjq6Dgb4JP9T8WfTuMxe9339fFbR3YBoB8EuqvEFzX0tDN9/pvvFPL6UjV0LRPjZs4JIHY
9s5+eDbsbufih3tpnE6W+vX4QpefF3ruXUdHTrZDT09TIiMR3KgBienGO4ON8DOd+LA2FzCT
JkclXoaxwAb69fNW35Bc8qu9aWhhuBhqJouhH8ucMFyucEY23yPf4ztvOlkfz+njyS2tYxpu
EVaomlqKQyuzozKzFEP/AA8kbfOcDtwaSCgGAhxTNdOYFZbbBVrRo8MkEZxLJtH1YIwQu5zt
sB77b9q5HlrUTHG1z7lVn5j3LWWoL5MUuVRBTq3qCOGJyO5cjqOMnHYenPbhNpiaSSM+vr8d
1p4ZWhmm+OnrohKuo9VzLBTTapqIxTo8YUOmynsOkA5CjYH2+djxfFJG3Zu/mhZblEWjuSVF
XkxXC6VFeGYORPUMyEd9gT2+PqPrwUypeXXabeSFeQBZ2VKlm8MFhvCSGnEkXmx48nzpELBh
0kjDdgCcH29uLWEltgdkMZnNdc7FKblyoez0klNHcJqmnbPUs0hlGAowoPdQPp9f1XVtNI7K
Opa6NpGoW9etlUHxd8i5KGuNckMskMfUriQYcHOQ4x222JOfhhtni3gtY6P+g82Pr19CtOx0
czdTNrZ/Pr4KqWotMVtuudRWwUbxuAzBR3GSMkbbgdWd9xxs4ZmOAaThLZ6WQHWwfBDIvsV6
gZJozF0SFWaIHKMPfGxH1I7fl3K7JzDcIftG7HY/VMWptO0two5WWUyMhyjHPbtknsw/l29s
8G01S5lroaqpRJ+4+/1+E00lpVaOGaRZKT920S1HdHx1dQP/AMMgAI/jPf2OMhvj16ygDpPc
duEu0foaO+a3pUm8iGIASSSIhdR0kA9B+rbAfn3GQYPlJYQTZKeK1YoYtbGBzjew5e8qeYmo
dL2SOmttqMK04Kp5J8qJTnZjtkscg59vyHFLpWnPPqvjs7KieR0srrl2bW+QAwAmK6avutIl
Q0lnkMeOjMM/mBge4ZGAwNj2ONu3FtiQCceKDboDtGrZRxqy50bzQ11mp2pbtQOKl6AqY/O6
CQWVM4DhSw9J6WBYEbni+IWw44OL+aYAOtokKB4rmtFcdSQ0zUrs9PHUwkMStQqkFT8dPS2D
8FTnu3DJzA5sbnXwSPioQt0ucwZ2+qFLTqJonWKduk0kgBK9xgndfyLZxn54tlhF9Tea0/BK
lzbNl5Ef593RFUdraimo+qTeFulAEHVhXLDB7A4wRj6fTheZgSSNivo1PQXYGEWc3njkbj47
jKU0MdRTwSL0yxSRqBuydW/WMnHvjftuBn2368tcBzBVLTNA8uy0i2cHOcH6/PcLDeNQz26F
A7eVLjqA8sgpt+AjsMZbsMfXfioU7XFHN4m/stLsHy/AQlJHUXqsDyPIyjv1YAcADfPzuPb3
+eGAa1jcLOyGWd/fd3Rc5x029eG9023x/OnVR1KIgVPscj/Hi+EWCC4jL2jmkE2A9eKQQVjR
xqOplIQptuN/+/FpYCUthq3saBfkR8fsn/R1LVT1McdNDJU1EpVIoI4y8kzn2Cj1E9sAbngS
pAJ0rR8KqjTROmccAevFWe5I/ZO+KHm5DHcrFyS1pBQyRtJ+075BHZKPoO7N5tY8I6cLjPY/
QHPFEjqUM77xbwz9Fiqn2gAmte563v8AypPovskOY2lykOqOc3ho5fzIkn3iG78yqJ6inCZz
1pAkhYFlxhcnPtxS4Qf2sc7yGFS3j0jtgT7jldwfZxUmoqukhi8X3hQWaSRI06NY1akkjAGT
RgdznJxj9DxV2oaD/Sd8P5VjuJONrsd8B+UgqvsWOdOrqh4dHcwOSvMWpl6o/I07zQt884Ze
kf8ADkeLJPUCBk4zg+2ZtqoR33NI8wqXV7LWfqb5gqD+fX2YviJ8N1PU1et+V3MaxW+DPmXA
2ySrotgNzUQF4gMb56sbHgtlVAbWAz7vquRyRSnSyS/1VdqtKjqkjWpdxupGc9WNyM+314Ys
LbXsuSwvBsDj+LpTbI66OdemqJRiMyY6Qh75P0wN/qfrxI6CdkM9srck38VKdBp+Sj0JLGtS
aiWXpklkyVWNQer8Wx9XpGf02zngmOPmk9xcEKIdZXOS4I3VMVXzeqaBFOAjEMoUbdWCWIBx
jAPDGOPSUvqpnObbdZuXd9lsqdayny6mfqk68BunOM98qQA24x+uOGFP4pS9xthT+OaduqrN
A4ukjyoUkUs3W0OPVkEDIAYE5Bx6j234NdYi4yUE57vcmGp5kS1sdRNBH5k6KgVptiQSdyCd
x1dRz+XweKyy91WJiLJyHOyYUhgeGKndkIfy+w6m6R62OMlSc9tiwBHEQ7TgqiR2rK83nm3W
VVB5qwQh6oE9QUsRsGAJ7BSMexPf2HHu1sMKPZ6je6av/EG/rsZ60kbZjr0CH8vUNv0H5cS7
Vd/Tt6/JR/r+0LZDFP5oRomVSqxeplwFY5+Ac4/9Xzxj6F2rxX07iGw5BD1rKRySNhUCOD5Y
UlshwBv7bDBz8/Xgia6jQNbbx9/VLbWsNNcJDHIf+GV6vgHGAPk4/wA+BXuJai2xtbLYbb/F
FsF/qaejbEyrLDPJ0FI2GVxkEbdurOPYD6dhJIwTe24RjCQbePrZWK8FOrIbLqS/SVMyQU6d
IlnkUKTlmbrP/Lg5/TjEe0UDtMenJN/Xmt17PSXDyequJR+JXVi0aUOi9KBoAg8ytr6kUsbk
HAYKAzEfXGB1duMd+jYy7qiTPQC5WnLiXWiZ9lGfMHX3NrzZKmpv9ttrdR/dRFm6FyfxHqBG
x7AdvyHBVO6kOGglDyxSnvYHzQDZuel90/qalqb5d6i7+U581EmfpT2IxnBOdu57ni+ama9h
bGLLkVRoP9TPr11V7/DRrei5h6TpZqN42p5Y0I6pCCuxyMf13+vAsDCO44ZCrqz/AHDYo91x
b0W2VDqjeZgZ6SPVjY/pxbUnSxC0ri6XSFBetqFaisMYjY+bJuO+TjGP04EqJdXdTCKLTlON
j5P223LJd7vF5dNSx+a0k56YwBkbd/r7e4x349TRhveOV6SQnkgjVPjetGjb0lr09pG7ajr5
SGpjRQuPPj9K5Ddj6mxlOrHtuRh9T0dRKLnDfH8BKKuthhIaTk9ECWv7TbVeqWur0+hYIKG0
SRxVjPOQELN0ABiG6lBPYDJHvtxZU8IJAa6QC/gox8U0nDLnz9XU98m9aav1dr+W33W309ta
lYK7UjiQEsocdJZVA9JGcLnJH58Z2ajZG+wNz69BNo53Sx9oQAFa+wWZaSiUP+8TPXnqxk43
z+R/w4NhgDUnkmJJCVkIxadunpaPdiNgc9vpj/twU6MWUhclC98s7U0jEHrjlIAIAyhyT9dv
z4VT09so3XcWsos1jpCOttdfKUZmmjYFTsMk4GP17/nwnngbe9l6OYgEEKpXOzkObpWO9GpY
0sZyjZJldtjkgg4LYJ+MZG/DCjrTD3XbFe09p3m7hVy5w8m45LZJJQCYVURj6qdgDIhbzGBB
3KMfL3H0OD2zqOG8QIcA/Y8/h8d8FB1lOXMu3cfe59f4UX3ayCy2uNplT/hkESIhjJLYwBnO
ckDG2Pbbfh812s4Sp4Ibd3rkg290k0FJ5nSqocdDKfUV6cZ/I7j6Y+nB8G9ilkgduEOVHRWR
sAiIdsdIwcnOMb579+GLbtIPRUlrXAtsn/kLdR/trSpJ0jqhcM69IHQSDg4Ax2Jyc/04G42C
aVx6W+KJ9npdFW3yPwVl/E9yjt0+jEvFrjhqeukWSpjUriWPKlWIP90l9/zXJGRxlOHTvglD
XnuuOPDHTzX0hzGV9M5rW95oz08vO1rc+qqlHcKejd4JVjlXzJE6GfAbPxtnPfb26jg5IxuG
AloPVfNaizZSHDnz9b/ypH8G1Glx58WOnkhjaOKWSpcPusaqmBnGfk59th9eM/7TP00L3A2J
sFpPZ4tE4sLgXPXkN1tcpNd2nl1o+F066cRR9UrdKJgb4AzjAzkH5JP04+OtjkdIW7rVSOuN
SFZubGoNf9TWWx19fD0kLMrrFEzfAdu/6ZzwWYTYhzre65UWAHICDtZVWr7XJHU3Ky1sUaMX
bocOy57HH653+Pyx5sMW3PxCIa4kd5S14M+bbak1MLfMJldJC+MqO2ASB+o/1ji6Nmhwslda
w6dQVxK2zqKBHY7HBIB/CwHuf9Y4NeXNF0tis51io05g1sVFTSxUpbzOsh3YjLe/1z8cCvmL
m2R7Iwx4soW1zqMN5hE33SKIeY5Pp6cnsM5B2HfBO3CmV5JwLptCzF9lFdsp9QcxtUz0djR5
ysq9TElUBPyy/j9sgbf4cEAWA1K8MbYuKleyeHHmDT0Kv+0rfGxiEgjkiLdW4yM5yc5HbGOD
IYDYOCXTTsN2uGU/Wu/6t5T1y/tmgjeKNcSTQMWwF3JYZLA5P+vaDhNCdQXB2ErdJOUYaY57
0Gs43Eijr6TIAHwc+4xsdwd9tsY78XGtaRYiyANMdV0LcydNR3+ErCY2EkY/8oEYwSBgg/zz
nbt7lfIGl2q2UypZpYjZpsqlc7vC3UVVTUPZnqIZJB1/c4wwiqADll37Ht29ie+OG1HxHQP6
1sc+YTxnE9TmtOPp/Cq1rrlpUW24z09XSSW2sQ5fzIwuc4wSR/D1bZB7k+xGdTTVlwC03ClN
SsfqfHgj1fF0BOJ7TUTUdQRglmjlzkMcsMqQflcgH2/LhuLPbrYlXaEOLJPXrmEjprjSwO9P
XxSqe6lPwsRgEH9M9tuCBci7UFJ3zqJsd0wXGeazzGKnqfNUdJh68r1HvgHGxzt34MY0OyQg
JnF7dJI8L5v79ko0fW1uo640DrXVVTPH0iIzyuSuQTtnuAD+mT7ccqu4NYOPch4Kei7MiWNr
SOdre4/VPuquWOprW6Mz1FuCqG8tq2RHfOMH+6O532zg7duIU/EY3XF738AsnxSnoA49kBYb
YWXTlhpakRiatrqslFyauYuaV+rGds/iIIDBsHcD3HHqiaQEkNFvDn65rLuayX9p/j1yQjzJ
0DXaG1N+2qIJLR0IEk9PI4R+mQ/vMY2ZDknYnG5wPVwwo6yKePsH4J2923vQ0kEjf6gG26Cq
eyqKmFFeOIVMZROpfxlgSuDjf1EA57dP04YFxINxsVdCdJaQd/nzHzU32Gxwaz0ZRqsixVkk
KywBMFiVyFH5HOCfqM4wOMhM90M7huAV9z4ZMypp2SNw4i4z8Px4IUrq4VhK1SrDXQAoZesr
khjlW9w4ZSM/Oc8HxgsNxlpXnwx1RJIs63Lz292Qmu5XcwzKfI8tomLKfN9JPsuDtjGRj6/T
i+O1kBPRBuDg+f8Ajf4Idq7qKRiYurrByrO+wAGwx2P8v8eDQC7dJJXRQjBv06eHr+Uo5Sck
dY+JTmPQ6V0Pp67ao1FdSEprfbaZqid9/wAWF/CozksxCr3JA4J1tibcrL1cusuke4NHj8re
t1dnQP2V3Kbwv3+22rnvrW98w+bFa6JS8neUka3e9+b38mvrlDRUxB2dIwzgZKseA3VkklzG
LN6nHr5+ISUVDiP6Is3/AKnfYb+/Hmtj/hi+zx8TVdZvuvLDQ/JrwPaPrI+n71DQLq3Xs0Z2
zNVSkhZCAD+OMr1HbPCt9bStN5byH4C4+f2SWvqnSDQ2Qu89vcMD6qaLX/Z1eW3MG4w3Tnfz
R548+ryMGRtTarmhovqEghwUXuMeZ2OOIO9oZG3EDGs8hn5pXHG5pvdS9of7D/wmcvbctNb+
QugJY1CDqr6SSvkPT2Jed3Ofk+5754Bfxircbl5+n0RQlkAsHFHtz+zV8PN4oKimqORvKZ4a
pSkgXStGhIIwcFYwR+YIPAorJ731n4ld7eX/AKj8VGvML7CbwlcyacJWckNI291UKk1nM9sl
TGcEGCRdxn3B7D4HFzeJVA/uRDOIVLch/wAbFRrJ9hHLyVDVHh/8RnPLk5UBg6W+S7/t6ynp
OytSzdORj07s22O/Fo4lqP8AUYD8j8RZdNbr/wCcwO+R+6qz41/ArzRt1JVVniC8Meh/EfY6
VCZOYHKH/wCNzWlJGBkzTUaALUsB/B5bLscnGMMaOpjPdik0+B2/jz3RP6mIC9O4tP8A0uyP
cSfv7lr51h9lTb+fluq9V+EnmTTc4oLRGZ7jy+vFLHZ9e2EAHrDULYSrCHYvBvk4VSd+H0VS
I+7Utt0IyD6/k2Qs9dK993iwxjkOnoqq+vdb1umaAWOuiS03i3SypcKWWJ0qIXHSeh1YBkKj
IdCNiAMdsPadrTnkgJXtB3UX3u/CrlaR8S+a3pxgl8EDJYgEgr798jvnPBYaNkBNPrJvuurd
Uw/dokbz5WjXr6YmCtEBv1fGAcfpv7cEsGAAgH4NkroLkU+5pNI0UEWOsyKWPfGF9yMHG2P+
t7XWICosjPRNbLc5n8zIcMOvo2MpbDFCe7N6iuf1G54IbeyFlYEbx6SlqqiCGdmRpCJ5JJB2
QZ9QABBIOTnG5I2GAOPEBVtRVQ6PFPAzTPTmSZ+iFxlg6jqU7DGDhQT07Hb54i4BTYCMJg/Z
k3/vN0f/AJltYYH6gjv+fFGFYY3eig/mPaTHbkdxUKsUjRMsuQ3pYE7Z2x6vjvxjKd5EjgV9
TqoQY2lu2yB5ZPucsq7SZPSSp9DevZTjsM/PyPnhi/ICTwO0OIXUFQrJI+cSdAPbJDKwIP6j
gYsTMy/3A5RFFd/NoH65WV2UH0vuynIP5YydvffgXsxdEtnGm5UjeFXVMMXNb7rXNIYal43d
ScBymOkMD3xsT/6fz4Qe0ULv04kZyuPitJ7NTN7d0Tudj8PWVse/25pdP6baZm8oU0fZvSCc
DqP+Gw7Z78fK3N1u09V9MtobcIEs+hH5syzaj1FXta9MzystJGcp95Vc+tjgHo2OAPYjOe3B
7XMhtGzLvX0VHZ6u+7AQ9f8Amxyh0EsdHGbaZYxgJgPL+gHU3Tn3wD+gzwbHR10xu1uPXPCW
TVtFFhzs+uilPwVarobRzIrKa1VAns9xQViQFShhbJDbH+E7Ebe3EHh7HAyDOy7I5r4+4bhX
bqbQ190nJ0RqjRAJkew3yM/14qqrPjsFRTMLJLqLF0vDFd384RkrknrBygPYD/Xv234WCMXy
mTpsGyZ/EB971DTUWn6a1T1a+ej1DA9Mbwg5Zc9mOP4ffOPfhkAdQsLDqqqdsXZukkeL8hzP
r3Jv5jaEt1bVWa/aWnprPqS0Uk1CVqZVjiqaeTGYyV9SEdIKspJHqGME41k3EqVsAENwbZ6+
fvWM/wBKqJpj2hBF8IK09yWvGp5xTVNvsdsozNHV1UduX74alkYME8wKEVWYIzeol8AfOcxN
xIBtoxc/TxWgpeFFrg+Q4Cslyj5aNY74ZZg81RUkSM5/eP1EZZm7epj3PbZQBhQOB4Gue7W/
dFVMrQzSzkpnora0lMygBA/4lIzgY/pw0aywSUuOq6xS2xGpKiMgdQXsAAO/b/Xzx52AiGfu
BuhPUkqwz4G8SkDB2JODuOBNIci3OQXdaP7wJEdTIrEkZyOnJGPp7cBVFM0ghVBxuo11poqZ
qWaRoUVyQvpAyASAT8t7H8zwpkbYWV0DSHXUcc1OR1s1FaTMaV5P3yhn/jBCS+o43yoZ+397
OT0jiFPNNGToPrCeRCN4GoesqnXiZ5Sx6cqncR9ENcSznywvQ7MSrKMYAfHT8DoAGwbOz4Jx
DtMHcfTp5je/j8EnFuGho1Aix+v87e5VquF0jqKaXpLSBHfqyT6VzggjYZ7EbfpnjZtjII6m
yyUly242HooRuUjxVbIfQnlkqC+7Lu2R8b/Pxw0YBa4S1zy0kFP/ACKp2reZVlpC2WqJTRhV
2DhlfYj4yR/I8B8YxSSO6ZRfB2/+aY0ne48wticfLyl1FpFqJ445aUCGGYuM9fswJ7ZIYD2z
0g985+fT1UjIydORsen+V9J4MYxMLHmcdT/HzWvbnfy8qtL6zrE8iVE+8Oqg5zIVYj6HOMH5
OTxueF1rZIgLpFx/hpE7n2x9fXzTr4XtVLpTmvQVhXEh6sgZC5P8IOTse+TvxTx6IzUjmhA8
HJhkLzi4I9fX5K/aa7tt/r6Y3yV5LdbI1mlG7I2N1BJ2AOF37ZI+ePlzKd2THuT/AJ8Vrm6X
bou0x9ory1sVxoaOiEs8Mjos8KwuesFSdjgDHTgdh3zngo8CrAC/Tt69dUMeNUYcIy8XKmOP
xO6O5r6UWpqrTXWxJlXpaalbyOnt1K49LYOdvYqd+BZ6V7GkWRFNUMe4Fjr/AFTPyJ0PBa/E
lQVFsCClrIZgpTcdQwQSO/YYBPcj8uF0cpvoPI3R9bGDCX3sVftLJ+0LdHTkLGYvUWK53/y7
DHD5zbtIKyGrS7UoN5r6fFNdamTp6mLLGgB3zntt/MnhK/Cbwv1WUSXnlVNqKleoMbusoMaR
svck9t84GxON/wBSeKOzJdcJi092xVetR+K+i8NOt6mxLSrUXKn6pmWj6X8xCQMO79mAyewP
cHvw9oeEzTsD4zYHr9R9Eq4lxinppNEtyRnH03Rlyt+1evHMKgqquxaNqr7bbew++BREy067
seoDLN0qvVsRsNs5A4cs9maxrNReAB68EhPtVw5zwzS65PrmVLlq8Z9Fqiy0j6istVbUqH6o
pZre6RThhkHzAShP1Bzk9iO6ySiqmMBeLjw/G6aRV1E957N+b8x9+fksd55aUeoXhu9iqKdl
dlk66aQdLHORvgZOD8dsd8cJHwuDrck0MrDm6JNEaDrhTDzq0ywyZLBU6Hz3+Pw9v5cWNpSN
0OakAYyn+6ctYrrTIyQpI5woYoA7Mf8ADjrqYO7vIqP6m+ThVv8AFV4TqLU9lnmNAI6uIdUU
wXpcr1FSoI3HfsASf6i+Fzqd5c046FMaHiNy1jjb+Vrq5z8prny4ubR1CCqpgjKkiKck7kKc
e+CME49ttuNlw2vjnF24KdVUNhfBHK3r/CjG4UdTausqwlQRhmQeoKxByN+238zw+Y5rrcln
54ZGXINwfoPumqSpeeGX7o83lyqA8SoB0nOdvfHb/pwSw27rktlacOYf8rLaNRVGmrws6SqK
qJVeKcs3WGByG7EDGT2+fgnjr4WyNIO3RDmdx7kub+vWykmbmBZdd22PzKyutdwGOt1ZjRTk
gAegZCA4JxjGerGOwUNp5YCQAC35/FIOJ8BlmaZqZ21sXN/5Uea9tty0zcqe7U5RJFlPRUwk
SRPnB9RX0kMQOpcDffGRnh/SSRStMT+m231+SxEtPUQPu4WKRXfWkF8tED00s8KwZMlOz+e9
LvvhuzLnBAI23yARniLaB8TzfN/d6PX6plT1ccrO7uPf6CH47nCtVJHLH5ZWQVNOsalvWHBe
Mb7I/qyPYgfXg8RkAOvfkfsfMKtzY9Wlo53HjtcDwKkHkzO92sTW7LqaU9SEnp60ZmZcEjJA
GPfIyCeEnFow14mHP0V9C9lKgmA05P7cjxBuQPcOWUuvtsjvFYY60rSySqo8/BPWNuktt/Jh
sds7cL45HMHcz4evot72Mc4BeLG2+3LHq6Hr3pFrXnzpG6BjpIUkHv2yO2QeDIqkOF2hKauM
wOPaXLeWLe9Sv4Nfs2L14tf2zqzUN6ouXXJrRf7zVOuLup+5W1AATT06fiqatwR0QoO7LkjK
hjv1ekWbklYLj9VDERHbVI79rb/PwHiVtI8Bngn1R4n+Xjac8PNqvXhm8Mlcnk3PXlXCDzD5
sqMhpElODTUjb9PT0xgMekPlo1AqatsZ/qnU7pyHr/KxVRNFA/XNaST/AKf7W/z8/LBWzfwa
fZ68o/ARo79k8tNIW+zTzoFrrvKPvF2up7lqiqYeZJk79OQg9lHCaorJZjd5SSeokmdqkN/p
6+amoDAwNhwKqVzjy8uuoZxkZ48vLskDvtx5eXAcjjy8uceXlwjOPp2+nHl5VW8dn2QnKjxx
1Meopaav5fc0bfIKm1690m4t18o51HoaSRMCoUf3ZN8dmXvwzouKS05se83ochceXFmgE2Wq
r7Q7wiVbahpNB+NOipbffbi4tug/E5pa0qtJdJCvTDQ6lplXc7AdZw69JKsyh5eNbw6oMnfo
M8zGTnzb6+wS6Uaf3/FavvGB4Cdd+A7mnNpvmTbjFX1Sma03KlqPvNtvtJkCOspJhtLCwAwd
ipOGVTxu+EmlqKb9Q11ztbm0+I9eCV1EkjZNIUR/7JVlnqzKwWOkYGQyQr15j6cndh2GRnPb
OT88VnuPIClrDgu7Rav2pPTpBH5zS7MSWHV0DJI29y2/x0/TeTQCuZTlZLjSaak8wTVDTqq5
jiBOM5Bx7fqfk8WOla3BXGwueQAjy3cyZ0tiyqI4Kkh+oKGkkTDLgA9ONxgH56PfgZ9XnCNZ
w7GVyy8zLpLWU7UzogGXQ1UZdgFDsTgEkjqGQSM/mQeKv1dwrmcOu7IUgw2vmB5S4o4EGB6X
MHUv0O3fjuuToPiufpYjkXSXmtp1DT1flQRyioDgpuFJO/UPrjOx7nP14yc0L4p7uW0pKpk8
BaDdQHckleaomJ6XeRe6FQwySGGd8EY+CP58NwMJK4lzr7H7ciPNNtJWFSAWbqX2Xft+Xf8A
78cMXQK0VA/uNk+RV4WBGVFijA9eXGQhY7gfmQdsnv7cDGPOUa2UYIwlOm9SzaZvcFYqs09L
KXJ+VyMj47H/AL8DVdM2aMxnYhHcOqXwSNkG4PyG/wAldXl5zSl5naXtyK08sVS6GRFz1yrt
sT7dsE8fKKui/TTODtwvsVLVtnibI3Y8vXLqpT1Py1vHiL0XcrrFW1dTbtOTxRwWSgfokqqV
GX7wV29TsvWV9jgjO44M4NSxxxF5/dzvukftBWTukEbf2+B9boLi5X8q9BaguV9t8NWblc0a
nhssSvO8chLER+UQrKxJVDkfwkDsTwbUVFTKBEdhz8PNJ6WBrMuyTy/jkrBcihT2GTRaSUiQ
VtqoY6KXzD1TjbqYNj8IU4UA7npBwBgcZyuqoycb3P8Ala+kgeI9J6e9X20Tblq7DA0ZUtKg
Y57HI3H5HtxXF3goSizroV1LpSnju0RdEy5x1Dvk/n87+3txXLBZyj2wsvVw0zRxUTRTxear
KVbpOSRkdwe+cf8As4vYLboJxuU1w8h7Pe3inpGjEkZ61jnGQx33wR7H/P44maIEXaV2Ordf
I2RLauVT0PTTfu4wMECFT0ggADA7A44qbS95EyT3Yi+0afh0/J6Y2lmVDk+355/Xg+OJrTdA
u1vCeKGrSmhKO3okbHtk9/n/AFv+fF4IG6gI7C4SO/XBUhjVFcyTeyDLMM7f9/bbged2FOMB
CdypDWRSmRFWRD09X1P+eP8ADgePCtcmmWi8zrB8sdKj3Axn/P8A6cVznBXG3uhPXluWnpZW
UO6SZG5GWYdlx9cE54SO7xymLABayiO5c8rDoS33ClvbrTSLCwjZkOGb8OAAN8j57b8CRmVz
/wCmLpsyNgYNRAWuLxz+Ki1ay1ZU2a0/u4zIyO49sSDpJztnI7bADp+N/p3s3wR+gVMnrCx3
HuLxRO/TMNyfQ/lV3tVy+83MJJGtMn/DdukA9Y7lu25ODn8/jjV1ENm9Vlqao/qWcLfc8/JM
eqUVKlljXpjKkKQdlbOSO+O4H+PtuVTHu5QVZh924RT4d4PvvNW2oZShgrElJ8vJQKcHGTkn
5/X44E4w61M7xwmnAHD9Td3JbNeTvk1ugpT5oeoZIz5EhA8zI/Fg/APv7AY+eMkKdppyXDHl
jCcxVbm1IDDm/WxVc/HryeitFd+2KV0m+8SDzIl/8tyinOf/AFKxwP73AfBqoxymleLadit5
MxtVRiYG56dPWfHxVWLLFLYdeUjoVaoWrjGx9OOoZP5k4H5Z+RxrnkSQOaehWMka6OcWOSVf
VuXDal0NUWGoX7rU3KDpglkkMZMvlhRk9vTn09XbORuePmkFT2c4l5Dfyv8AH4J5KHPgdCNz
t69eCANHcn7fym1NJexZr/T6mKBaeCKjlmELquOpQ6up9RJ6iCNm9sjjfs4vAackO+nq/NfM
JuD1Xb2LfH19Ffvw9atptJ8iBbL/APda6snX7zUI1LFEtOZMuyM3p/CWA2GMrnJJ4xk/FomN
c217nx9f5WtpuDVDpGuBsBbc529BGvgl0TSz81LhU0sUf3SJyI0TJjpSQGxk7nJOwA/hOwGO
M5SMM1QDb1yWv4pM2OjDQc81cq8Wk0sUrghPSMfO3zw9niLchZGnm1OsVBnMOjir7j1dDFnd
oi2ScLkEnv8AOfrn6cIpWXC0VK7ZCOqtJ1uoNLmGz1q0FRhn6x3Ug4BXvnBG/bPEo26Uayoa
03cLqh/N/wAJWoLTq2S4xJRaqvML1M85UIxkEyjC4bDeYBsD0gAKdxkcbLhXGoIGBr8dPusX
7TcKmrpjNABkZHl9fwhHl/yX1HYpW09pXQupbI906fvddPSTRUlDGVZDKHGQ5ALYRRnOckKc
B/Jxuk7IljgSfj4/5KyNLwCu7cds0gDNuvS58+SunqF11VZaPTQiijSmpkpY/OCzTeSqlVEa
KSQ2BjLdK7H22OVr+LNkAA/tFvgtbRcHkhcTbcnfx9YUo+HnkBBpGkjNLSCgikjHkQR+qKI7
DJG2575XAPwOEjZDI7KcP7jQ1pwpstWgoqankaWJPNlAT07OAD7Ef+3gkx2FzuqHS3wDhKTo
2CWmyUCuoJUdOTH26fyIx+f8uJCLu3XnTAYCjjmby+S5abnjniJqOpguNxJkHPTnOB+f8vfi
iWAW8V6KZwfjYqifi15DU1zrykcPlxVJIiXp6QJCWHqJ7AtjcjION/hfTyOpnFwzb6fwtxw2
uE7RG/3e7r5rXfzG0Q1ju9QiU0kMTM6zRsNkYMQcbZXJVvfGAd9uPolDU62jUc4RLoWOJa4W
Hy9fygeQK9W3l/dnkkUkORgk4xgNnGQMn4Of04dWFvJZqpiDJNTefu9fdY6mjt/ls1QPuodC
0bSd5UIIwAds5Pv+fbjje0JswXQtUaeNvaTENv7vL+UgN0taXNBC/miaMNhI/KXswyck7k74
x7EbZ4JFPKW6ni1kldxikjnDYHaicjl4c/p5p1tNK1yWZZJW85D046l6JSvq9QzhmJJ3wTjb
44pkeGYar2xfq5O0kF77bLDcuSENdXFqStFHEqda9MRxkoMvjqJIwMb/AATjsOLGcaOnS9t0
vl9hm9oZYnafd69ZPRN55O1sQmlhrYnlBVipVFaQ9WNupsAbg4OOx+vE28XiNg4WCrn9lKto
1xuB57b+vdsvGn6O66buyx1g+7NKPKiLKGilULgxd9xv2GDtue54smkiljJabj5joVVQRVNJ
OGPbpcDYHkerT1Hl7za6LoNSiv6klneCfClZHYFJWxgA+ysFxjt2+gwjfTlpwLhfT6SqZKel
/wAc/sfFWL8C3hUPieGpNS64r20Jyc5cQJX6z1T5JfoTI6aKlQgrJWTkqEAzjIYg5VXrMdnD
Sb+vWEr9oeKsgjbTxM1zyYa3x/6nXyGje+xtZbZ/BR4AqTx3UGj9a8w9DLonw+aKTq5WcqZf
+FVwkbXi7L/500wPWFckv1kklCfNofWPjuGHJ9b+vovj3HpIaVxpona5z/zH8gf+lvgPl57b
M4KdKWFY40WNEUKqqAAoAwAANgAPbheTfJWSXvji8uceXkF+Inm2vIjkhqbV7U61bWKhaeKB
m6VmlJCRoT8F2XON8Zxvx0KcbC9waOarVPfOaCeCal51UvMK8zawWjF/qLa6RGyS0ZkwaUUv
QAvTHhusN1khh1YxiXJX6Y+27Itxt4+d00+InnLr26eGKs566e1pdtNUd0ttogtlloHRoIJT
K6VjTLLG2W81mVChGVRS2dgPcsKUUbO07Fwvvn6KevCloTVtqkqdTah1hc9U2/VNgs89DHXy
hpqGXynkqFCoiRhGaVSpA6iNmJ6QTwqiRzT3Wi1iVMvEVUuceXlzjy8h3mxyl01z15c3jSOs
LLb9Raav9M1JcLfWxCSGpjYYII7gjuGUhlIBUggHi6nqJIJBLEbOGxUXsDhZy05+OzwMWrwU
aSPKHm1+2dUeD7Vtxc6K1t0ffb7yDu8/V0o7EZmtkhOCrHBXIPrHq3VHxaSrf+qp8VH9w5SD
/wD29eSt9M1g7N37eXgtUfjG8F2pPAdr2+aF5g/s66XumaGWw1dOHNHfKF2PRcaZiAJYmjOA
QfS7FDujcaikrmVUQlb7xzB5goXsXMdYDChWOBbBFFRPUM9JVJ+GJg/3cqc5x2CkY2OdmI/F
ngrtCBZEshyL803W6/RUEgkKkxx9TRx9AKgnqVWJO/Y5A9s8CSTJlBBpsSMerJTX3aorKB8w
qlHDjpaKHoDuWGxPv2A+PjvuHq5JswANLuS60pens3kzCFPRI4DF+t4iUIClcghT1HBxkHtv
niIJuiGgWAspZpfE5foaaNJEoTIqgNnvnG/uf8TxMzeKo/RM5t+ZR9r9Yq2nghRoul0VPNKH
oVjKN+rYqSVwe2NxueDOLU4eztOYWZ4LWFk2gbFV71zY+hjNMkcTzyZYhPSWwxLZ/P4GN/gZ
KiCS+ByWpmi/vGxygW4QihncAsSG7Y/ABnOD+fbhnFltwkU7tL91mhr3mhZA5KjGVO3SNyF3
9tz2+eKJIyCiqeou0hK7YWn6kJRWiAJYA+n1AEnHfA3x9T78DvaUyhkGb7q4H2dgjv8Abbja
6lhPWUVT1RqhDAo4B/LBOdv8OPmXttG6KZsjdnD5hfUfY+oEtM6MnLXfUf5Vw6LStfp2aGWF
2FPhmT93lqYE5Kg4wFzvjt+u/GMbUPAtt8lqJIWONzn7JxsugUqK2Soqq2pkLAg+WixKzexP
QoY7fJ9+K5K6Rw0tC8yka3Lj9PsuW+ztY6wSBBClLKOgdPSFX3IGwz3+m/68UlpJu7cq5hbg
NV3+Vt1MumLakWAI4gpGc7j/AEeGlHiMWS+qsXdF41RDHVV64yvryoxjpP5/5f8Afi+Q3Qmk
Ddeo4IbjQxKzN1gKxDgYcj5+n0/68Sa5CO/d4J40xpWmoY+oS5KFiDExU4IznHzk9vrxaZB1
U44xyRLR0JaE5qC6DpCA56se5P8AzYxx1l97q2S2xWR46dlmdAW8pTgNsDtsNsnHFhxeyrad
gm2po5oQsZw8zr1FunC5wPb43/1niLSeam4jkkbwyySMAAZEAKtuOr5H+PEJnCyoYDqPRef2
MDTwAjCFmJ9h8/58VxjF1JxyE3yUEIo3DI5ZmXpTG5A7/wBP9bcDz3yFdEOaBdYySQ07QMox
ErEDqxjAODn/AEeFBBvYI1xAF1WTm/pGPUUJf7uXILEMdj07YOO/c5+o4Cc/spMYTBrtcOVr
G8fHKp9Hc5462jhZI7nTB26VyGdW6SwGdz224+x+xVf21CWPNy0/VfN/a2ic2pbLH/cM+d/w
okslZLAjxyGRjtIqupyvt39/0/xzxpKhgJuEkpZDY6kt1HCKoJN65Cy+o7Ab/i3P5+/vxVTm
xsURUR6hf/CfvD0jUXM62R4HlzuqyMRjq2JIB/P/AEccU8U71O4lW8Is2cAZuFs65d2SG26e
jaWWNGeNI+l1XDrscjG+du/zwBw/s3QBtt1XWlzZjJeyEfEfpqO96UuIgniraZIGkyGB3UFg
dtvntt6vrxmOLNigrGuZve119E9kJ5JYzG83B93vVHrTYRdebtojXraaWsp9i2ME9Bb+oJ+u
eHTptFM4naxV1RS6qgWWz6i5XPdbHTxqjMVjVZQx/CSMZxjfYf4/Tj5qGkHUq3Shr7JwsHJZ
7EIx5c0EM4EbRrPIPMABwpGcHA3Pb324uLnEXcuiQE4RLRcmmjaJ5iTNEygbsVxvj37/ABn4
4BnuR4ImAtDhlWb8E2jxpla+dWUyvMMY36elQuB/Xf3/ADPF/Choe4oHjjrsa1TlqZ5Hj6cY
KZCs7E9APf8AqOGNVK52OSUUcYBuoj1ZahLWdaynrBZMuxAJO/t+Q4U3TxptYpojs8lvbYAd
RALAYLDJ/wC/8+IgElW6gG4Q5q/kTHqRnqHiV3dw5PlD0kD2222A/lwQ6Eubg2VDajQe9lMs
HhvkrGjj8uQBWZtmPSOoY/D8ADbHb+ppEDhgKT65pAUpctvD5TWeONo4o40HocvH0n8OPbv7
Eflxcync7dBy1n9vNSvTabit9EkCdCogUbjft2HDGOCyAM9904RW+JCGUIUyPWdiSD2BB4OE
TRkoYynYJvuzdVxVRExXO+wK9v8AqMcUvcNRACtjOELaujjqpRG7IVC+pSwBI9xn2O304HeS
r2kCyrhzq0bBfp3URK7PGocAYYj5ye5Hc/XgCRh1eaMp52syqReI/wAPBqvvtfSU/nPIQZYi
T0yszDqIG+NlzsMHHbjtDXmJ4jf7vst9QVDahgbzHz+KppzF5R3Kijmmp3q44ab91OixgDoz
3LYyew77AkZPG/oeIxmweAbpNxugkkJayQiw2xn3kfxc2UeXrlZULKg/aKVDlVlKyJkqTns2
+DjK5BxsRnA40MHFWt/tsPBfOq72Qle4PdITz7249+3n77IUvmh7jRVrCogWOpqW6EI3DEsT
1Ag4OT/Xhm2vikHcWbk4HV08mmQWPxHncLNp6prLdJ5pMiEP5RJGcsGGBue3vkDvwLUta8Ee
9OeE1EkMoe7ng9Dy+Hipo0rfxVxS/eAsA8tAXADdGD3JyCcn4+APfPGUmgzcL6p+t02IFr/X
/CdA1HdI6mKKKIVMKkLL93I8zABbIyd+xx/I44GfG9lnHZTjr2ufa2Uxzw0V1hnpqinkLpID
h1ypB2BHxjtsffHzxex74yHMKsqoYJm9nIzCzeHbwuap8TPiI01y00jSftK6aprFhp3dcxU6
kdU1TLjGIYUDSMdvShxuQOGonY5hkdgrGcTe7hbXOlPc68/AeNzstyngM8HulvGhzGtGhtLP
LV+Efw1XI08Xmwjp5satUA1NwqTuJadCdl3XoMaDCvhQKt3Zi7x3isPVceqKZpqQ/wD8zKCD
1jj5NB6/O+eS27QQJTQrHGqoiAKqqAAoGwAA2Ax7cJ1h1648vLnHl5c48vIN8QfKOHnxyV1J
pCao+5i+0TU6VHR1+RICGjcj3AdVJA3xnG/HQpMeWODhyVZqO1c0bb4KarkrJy5vc+rhRyaf
p7mjQmxy0bSHFUanrHTiMlegr15CnHfHbYRN4+27XVjfxv0snbxQ+GrUWnfs9bHym0pZbpq2
7xClhkmoxGscbRS+fLI/mOpCszMFAye2cY495LkMre3MrzbdWF8Pxrk5I6UgudpuFjuNDa6e
jqaKtCCaGSGNYmz0MykEpkEHcEdu3HCh321GxvlGHHFFc48vLnHl5c48vJi5mctbFzi0Bd9L
amtdJerBfaV6OuoqlA8dREw3B+CDggjdWAI3A4shmfE8SMNiFxwuLLSD4u/s9ay5y1fg81hW
Q3DUNgo6jU3hz1fcX6Z71RIxeq0tVyEgOWUdK5IxIoYAIUQ7al4ne1ZGN8PHjycPX1JVsPD2
mITjLQbO8P48fwtNV50VcrXeZLfLQ1dBXU8skdZDUw+WIJFJVkZcZR0dTkH3z2yeHxrGkXun
w9nJ3Fuhh87Y/heaHTzUlK6gQlj09flMf3fvnJx+IZHY4XI7gcV9uCvHhM0YsR69cv8AKcan
TlxW1VVRUShKUqsVQfMV0K59OCSAQMDb2PEQRfCtdBKG3ksPohm8XOCwZSGOSqm/DOzjIU7b
A43AO+cfH14JjaTkJXPII7jc+C7j17dFjURVMSxAYQBsAD2GDuP149dqh21Qcgeviry6msFR
c4JIXEFKpj6JCqeUhVe+Rk4/F+m4ztnhwXAixKyJic03H4UBc3tPQSWuFhErzu8kRmUKVciM
YY52Bz7DjHSRviqS0HC3VDUtmpu90UH3GkMlTMGdWkCqD1RfhJUHv9DkZ4fQOsVn69lxbmmO
OUeQuTjoIBAX0gY9P6/48Ey2PmhKNxa6xKc6CYQ+WzYkD4ByMkDYj9clhwC5nJNmy2s4BTr4
AOaH+wvPCKlnqY0pbmq04ZvSXdM+WT+YyP5fPGP9taEzUXaNGWG/u5raexNb2dY6Jxw4fMbf
FbX9D3OlvdspvOk6lCd1Oe/YZxx8sB1NX1B+CiO4WuHKxUyKnnE9QB2GB7/9PpxNp0qp1ybB
AerIoqMssbP1Kew3yMHP9M8etqsVMd3N1Yrw3XuO76OogJWnaNSrls9AIGQM+++O/wA8MaOG
0VggquT+plFepYZaereUK+URj8HO/c/J4oeNJyqX97ZCiXGqmgZo0kYLhZAFZyw74KjbbB3+
PbccCufc2Kvp4bjUnS18xGaokHmMZ8gMkilWIz2x2x/rPHe0O/VWGHTgov09rF50iWXBbJXb
YfIyP04LjkJGVS9lsp+oqwTq5U+liPjpLH/P/Hbjr3nqqhulscb1sXmDDHDAZO2Qdt/jjzD1
UHdF1S0ZChmkAZm7Z2VPfH5f1/px4i+6hq7ywV7RwtIC5Ajz6juOwx/Pi6MYK67kSm6aJI7e
5R+sdIy3T7gf57cCVQsMqyMqKuZlWqB8lx0Rt2AyT04J32Pf232H14TudbdFWuFCtwC3qqrg
iOfKXdu4Rc7Ntscgf0/LhfUG5BKPgIDdIVGPtOuX8YsdDdSpEVunKNk7sD75wfYnbHG49gq0
sqHwf9QwkHtTTCSmEh/tP1x0VJZEakXqSKQbbZPsoO5H5fGwxx9Vd3sL55F3PXTH2Sg/vrYk
bO3VGMgEncDv+nFQBD9kW4h0dr5Hr+EVckrKbxzJtFLSofM++F8A9PpT1E/p8fT54E4i+1O6
6uoWf1hyAutnmltIQ22npkmZqmMUoiULg+Yencbdu3vsengDhsZLdV0r4hMA8gIQ5taPElnd
oYzFTTwukiKfxIzdIGPgMTkd/bc8JPaCj0vE45Lb+xfEtZEEnP59VVnRGkxZPEhpNG8yX/fl
B6hgDDFc4yckfHbH8+B6ifVQSeS+ivpgJxIDe98+d1tk5NtS1ljgMoPlOAv4svkDOT/3/wAO
MkwhwCx8oIeb9VI9g0jSVzBFVUdDjq6eoBiN8Z+f8uLHN6qLT0WWXS8To79CtGjbHqC5Bzv+
WAd/8OBpB1REN7qRfDJRPBZFnGY3mdpEITOPV+EfkPc988WUYzdB8TdqIHRG+uLoy9aYQ+YQ
APrnJJ/ptxZU9FTSiwUd1tQbpPIFRCfwuenG5PbPbt78A2TJrtk8UFqhqIOtYgSMKd984H8x
xNjcrznmyfrRakkhLBZHLH0gD8W3x+nDKINIS2V5vuiFLMqOAsERYMSzMfYAfzP9OC2xNQDp
rjdEFDZ4pYwRlSx2ONl/TglsDSLIUzOBuUmvUMdNT4jcnqypI3Pfv+h489gGytikJOU3qXjp
2C+azAgN7Abe3x7fz4qPMKd75CSVcbRwnqHTK7kkZ6ctkDGf5b8UOB+KuYQg+/1EBpyHWMyK
xAbG7MNx375z2ztwM51kWTfZRZzHpENS00aEyI/WJCQuwzlTt8/0HEHbZVQ3sFCmtNIQ3uqp
hJGGjmx6VGSqkA9wNu4324XTxtdcptQ1MsLwWlQFz08IlLG0tV99JWdJJBFOclEkIkfGCGyN
iv07Z7hlRSvYOVsfL1latk3btbk3v9fV7Kp/Mbkg+ia6JpoGWWnkVpZJiUSYNjpPUTvknHV7
+/zw9p+IF5IvfyzZXVFII2hx2vzx9fHbmheGw266O0HkR0FXTuRJ1ICHYtlUZME7E52JGANx
wwM0jbHcH1ulzYIDcWAI+HvHyTBctAWy6LUCop4bbXj1JNFEfJmJY9I3GCW3OcfG3BLK2WMj
SSW/MIWbhtDPkN0u3xzI+qbprXcaWWFVRJYII1i6oI8DpwFPUMYJOM59zn54u7driTsSvR0r
o2iO+oDmd1486GllkFVDNRVq+YrNIFzg4IbGx6skdt+54kLubdpBCr7NgcC5pBv6P+Pgs1Pc
/usk0ZkFTCsvR0l9wME5XOSoPxk7/PfgfRqAxYpjIQ1twbg48h4eav54FOS165ZeF22TaZg+
5c6/FtXyaF0TUFP3th0/Ew/a10U5yofPlhhglIiwPHDdviB69e9Ybi9dBU1RjnNoaYa3f+p/
9jfv54W9/wAL3hx014SOQemOXWkaZaaxaWolpIT04epfvJO/zJI5Z2Py3wBwulkL3XK+SVtX
JVTvqZf3OJJty8B4BH3FaGUeczPFNovlDqsWS/Vt1pbk1I1cscNlrapXgUZeRXiiZSqZHUQf
TkZxnjysZE5wu0fNOHJTn/pXxD2Koueka+ouluppvu7VLUM9PE0mMlUaRFDkbZ6c4yM4yOOr
kkbmGzkp5fc6dO80rPe66xVslwp9P3Cptdb5cDl0qKf/AIiqoGX9ukqD1Z2zx6yi5pba/NCm
hPGny65mWu/1thu9xudNpinNVc3istb/ALogOCCDFkvsT0DLYVjjCkjysdC9tgRv4pur/Hzy
ttTWb7zebrA2o4kntQfT9wBucbN0q0P7n94CcAdOc5HyM+spCnkN8beITpQ+M7ltduWl01dS
6i+9WOx1IpLlJFQVLzW6QnA86ER+bGuf4mUL9ePWUTC/VpIyucvfGZy75n6kstpst5rJ6vUY
lNr860VlNDXeWrM/lyyRLG3SFbOG9uOLz4HtBJG3iiy6c37BZua1q0VUV3l6ivVBPcqSm6CR
JBCwDnq7A7nAO5CsR+E8dsq9JsXcggnX/jj5ccrNUXy03+711un09VQUVZN+y6mamWaaHzkj
EsaMvX0Z9JIOx2IGePK1kEjgC0bon5Tc/tPc6p9RLZHrwmmKtaGueto5KMpKYhKV6JQrjpUj
JZRv2yN+PWVb2OZbVzTjym5s2HnfoOj1Lpqs+/2euaRIZjG0ZJjkaNgVbcYZT39sH348QvOa
WnS7dEnHFFVg+1j8GFw8YHhhkl0hKbdzX5eVaaq0Jc48CaludNhxCrY2E6r5fx1eWx/DwdQV
PZSWd+04KY8LrhSzani7HYcOoP4Whr7T20WznxadDeKHT9t/Ydr5ywy0OrrdCrCOw6uoj5df
Ay/wCdcVC5GT+9PcnjQRhzT2RzbbyX1b2Ormtc/hz3nuXLTvdvLbFxsfLCqNV6Ojq18wTuxK
B1BUtk9wM7HB+ozxfHUlpsQthNwl0gve55XHP8HZMl80vNI0VMrGj65B6fMZj1d9hnAz3xv3
4Zw1Af8AtWe4n7Otke1rBoLjuDf3Dl7ihLUNsmpS9JWGeYSH0yFdhvnvnJ3I/LHvwYJC3wWH
4pwJ8DzDO3UCcG1vn0ykTaPhnJc1UGX9W0ajv+vFn6lLf+FdXeEm/l+VfyXV1DdHidqGrCR+
l5JUHSynvll2zj+ZHDAhwWEuy9rbIG1doy2V2maqEwO3XTieJsBiSdgSe526cEn44yHFHSiU
SA4Ww4HDHbQByVYdX6eqG1DLSdLJI8hKMx6ASFDdGCcdWBjfbtw5oagOjDwgeK0eh+kX9ZQb
JQYqSoZmLsM4ONun/wBv8uGepqRsjcCPNOGm6RVrHiqUbypW6HQL3yGH6HP/AF4GedKYxtLs
HmllmrKmxalpp4mdXgmV0YKBh1AOc/UDP6fXgapY2SItPq6LoXPiqBKNxb5er+5bS/CjzrGq
eX9rrncKlRCCQzbq2d12+u3HxGuoTTzuiPIr7lQVQqYWyjmFPVFqJaig8xHVo5Ig3pzkg9j/
AI59+FzpLE3RTmYTfqER+RLVgAiMMwZQVCjAOPzwPf5PBsYByhyTspv8G1GV0LbI2JzNF19+
oEsfSN/fhjBM0N0DdL6lmdZ2spW5ifs+02eaSpqIlLIcev8ABj3Pxv2/P68UVTbNLiq4HFzs
bKNaPxD6W5fypHU3Gkp2PVgSTKGyRsAO5J9z7Z4VwyhrjpF/cUyFO9zRjCD77zVpuYfNiiSy
suYqfzJ8EdJBbIJI/X+vFuvtbkAqUkRjaATm6lPSlmqDEkrqtQ77s3WAqn6f0/w4vjaQEHI8
HZSDZ7NK5VZRhAOvIGOs/G35/wCtuCxHyKG7QXwnk0cdGqgQkBUxlSTv8ADt/L34qeLG1l7J
F7pOYUm/Gqkw4K5BHvjp/T5+nHmC+6rJsUgujlS7gEoCC2+d+rGc/TbH58FNAAuuF1xZM9z6
4FmSR8qV6sZyO+/9eF9SbmyujbZQxzNuipPIgKOQcAnB/iwBv3/78JJhlHNsAguwUJqLO79D
ESBioGMY39vnPtwI5oLkVEe6q4/aActf9q+Sd36IiZKaMzBWI3K+4+RgY+ueHns9P+nrY3DG
bIauZ21PJGeYJ+C1beXHHTdRKuqMykO+M5Xt9d+3z2x24+32yCvkbR/T09FgkqZY0ffqVgOo
EZwgOMY7Dc/yPEgLq8G2ORUk+Euiqa/mvZY4kOZJsNjOXBzlcjuNv5DhNx51qZydcEYNYJ5h
bS9BL5VqhkjWadlGAVTPmHdSMtgAYwffcA8D8Jj/AKV3JZX6BLZoWa7cqZNY2CrixE9UkSwy
FCGcAkkkADHUCDjPbGfrxRxFxLbEYsmHCHNjkDmnYqsXNLlfPoPUVrnhglSsp7glU7jLPIOo
+Yc49IHUu4Owz7DfFNkdqfFJzFl9qoZY5qZpj3H8g/VXd8P+oIjZ6RWwyyDZQTk7Z/z/AKcZ
+mnA7h5LP8QorOLhzVgdPXeNEp+ks5PoUuQQowdjj3/68MnOa4XSdrHB2y86jmSsp46GnjY1
F1nFLH1N0+WuB1kD2AUEk/04Dn2sNyimtDbE7KZtA6fWxaaRPMSNoI9yU6elATvg44Ngj7uE
kndd2ybNau9RIRHjqC9R+fbc/B9/14pnIvlFQRuthMFptIt7KvRI3QocY3DHO5+Ae30/Pito
1FXEFm6WR1ggqjTTOgMmzKo6R2/Dn6/4Hi0R2yqu1vhHmk0++0yggAZ9vbftwxp2gjKWVTrG
6I/u8SzukaAnqwSMggfnweGC+EAXm2UtqKQS20SeZ0+Weo9+4HYY9uLTEdNwh+171imiW0NP
RSNO5LSyFgP7gz2P654p0EAh26JbIL4SKR/IuQp2AVpSZCp26QDt379j/o8D6cq65K5fJY4K
ZCCr9/WBkA9xn65/y4rneGtU4m3ddA14oHroWJBl7tkgKSNh+e2x+eAw2+6Oc4tGFG3MaFQA
qqrs5wXAyikrg/mN/wAhvxVKRzXo7W8VG16sxgkejj/cyPHhpmyxDHsfqBjOPfP1PC+V9ymk
ERDtlHtfyNW4XaGokvC1tHAvvOpkAG7Adl6cHII+nwOL/wBQ7SRbdaSGqY1oAChX7RLTmntK
chpdRVsdLblt06U1DHFKGlnUsPQ223qTqODthhuTww4NHLJUCOMZO/gPX2UnVzAxzpjj4ZVD
dIc0Ka/0RWcJmGJsuAOtk3I7b4HfGx+DtvsJ6B0bsfwqKevgmbdjhY2/yvb60RKhqaqmXpY9
QEkheOYH3J3II23Hf9OOtp7tuAuPBa7Cb6p56aokWKKR6Xq3ETgMVI26fY5/wH048Gh3gVd+
pLmkEX+a81VjiuNsYtVRVqRZDMyHrh27NvkDv84I48Xlr7WsfqrTG17O4L+vqnrkl4c6zn3z
l01orT1dBBeNV3OmtFCj+5mkCdQIO/SD1HfsD8cXCqcB3m3QMscMNLLO91gwE/AXsPNb7fs2
+TFq5oePXmBrq20wj0B4f7ZDye5fQY/cx/d0Ar6qMDA6nIILb9QnPxnhfNLcYXx3j5lpaCGm
kPfn/qv65/aOv+FsO4EWMXOPLygznlCl550100E/V+yeWd980J6lHnTwquWGwOYJNv8AlPbH
FgxlTYRpt1cFEvgM5hVHK37L6e90Ubz3OmnuENthQZaeslnWGmjUe5aaRBjjg2RNU0OqLeSZ
/s8LjPyD8XOv+V9bT3m3Ut8po7zbIrqix1TyRqC7sFZly6O52Y/8L544QRhdqe/G2QZtjCR8
0eWOoeUPjrvemtKLLFp7n/RSUk8kJwlukLhq2RcbB4k85gO+Kn6cdyvMe10Ic7dnoIg8e1PP
pnxd+HGn09b6Saa3VEkduoZZzTwN0TQCOIuFboHSAOrpbGBsePXN1GmA7KTV70ipvDTqvlT4
e/EjrXWEdvtl219b6uqjtVBWGqio48yyHqcAKzEy4GM7Kd/VgcGLrpla6SNjNgnr7PqbVdPo
nlNJfv8AZ0aEFirY7I4C/eVub1RWNWMnqEzQ/eQvk4BTzA3txLJAAUanRqfbe+fJRf4qOZVz
0x4nNOc7obdfBY7Jql7FHXNGv7PqbfTgQlYnDFizutwJyoB9OCcDiJ6q6BoMZivki/jf1ZSf
9rxabbb/AAwW2ptlPSxLd9XU1fPLCoH3yRqWZRKxH4mKKgyfYAe3HCq6C+vPRTR4lqmLRPJa
7x2Sgm/b2vqmmtOLfEprK2aeNIZJFyQGkSkjkIJI/wCEN+OjKGjF3C+wz4erqEPsq9TS8v8A
VXMvlLXQ11FJpu5tc7dTVyhKmOnkYRsrgEgNgQOcEjMh348RyRNWNWmUcwrmcRQa4c42OD7H
448F5aSvHF4P49LeIrxSeHSGjhjsXO7T555ctkAJSi1DbuprhSwqMgPMi1IIA2QoPcY08Exf
CyYbt7p8vXxK0nBqsQvhqL5a7SfI/g2K1C6Cne4Ucjhz0gAo2cBcrnJPtt7n6/HF04AN1+jK
CbtYdQyP4ukGpr+sNUiQHy/LOepj1BiAO+ew/lwZR6mHUhquZrAGtOd7+Q5nxTDqer8ijlE0
CiVgVWQN1Ln+h4aCRrgs9xqZ8THMmYL2NiMj7etkDys8kjMohKsSQevj2V85cXOcS0Cx8Stp
f/hrTVlPVUbwT0xDEt6uqM4ZjnIGGB74xn4ONuD3VBGQsQ2ha7BCDNYcvorfQzSRxBk8vyGj
XcEAAAY+O3/wvyRxmOLOJYXuOy1HDoAx9mKl3OWyNTalebzFUy1TejqLFVI777e47b78G8Kf
qisquOwgStcDuo/SiiqKiWNJEQyDbLdjkDIz7Bc9z88Or4ystazkvggjYxsmUkcgkk4BIGQN
/wDmUb/J7+3FDu87KYRW0jzsUqvVvVohJjqjJz6QBnpBKZ+uMj/4D+Y9yO4j3Mb/AMwD0FOn
gW8QB0neP9na6ULTyyefTkjJRjjqT9diPr1Z78ZP2l4V2rf1DBnY/lan2f4l2buxdyyPf6+q
vjy/1etdRIRIgRY8fiPSvf3998cfMKqMskIX0SKTXGCiWaqlrohG38Y6XJGTj24819m2VQHf
uhPRvjNvHh1uElkaKarttLIOly3/AA4y3v79I2Gew9+C/wBK+Ua4XWP36K5oY6zH5RFrnxsw
8zqOoSjuzQkqcCLLucrjpC+57bnA4GNLVPNpb/b3qyJsMeenrCZOTXglo+fNxS+1S1lTUSTr
I1VUSmWojIJ2QHZF77fB24dNnlazs48W6bf5QVRVNYb33VzOUXhYtPLO2SPBCfNkAaWol3eU
/wDqJJI/1+QpbbdKZKx8hupOoLNFbYYGCPImMjcdOAcf1P58WCEkBym2QOJCI4JhFT9Y6V9H
cjAI4KacWVZjIys4qAJull6mCgsR/Cfy+cg9uKj3iuXsE3vDFHF1KOtWHVs3qOfr/hxzY4XS
Lpiutymp+p0hL9R6m6iMBcHBx+eP0B492mFwR5QbqfVL06yMWdQq7ekH+W+/f/XbgSUXyrmk
BQ1q2d7jcIYVK+sqcsnZc5J3zvtwsk/crwSbNTlBReTbYkjV+hzhgCo6h7H+XFTY75KvDiO6
FF3PjSSXXRNzp+gMKqNldSDnBXtn3H8s8T1Fj2vHIqURBBaVpb1VD/s9frrTNE6QiZkI6RlF
6h04GxBBA/Lbj73BJ2jGu6hfI6pjWSvYev8AhDcNaSzIT5biXDYA27/OwzsOCnMzdDMmOjSD
sVYXwQ0Hnc2KOZUkkFEvmrGvoJZ4WRfn+8xJ9gCSM9kHFz3AwC9/yn9CdLC4HYevXmtk2iKC
8VOnadbhOPRAJPIYZ6XJbIIIG+MDffsODqBjGRAaeizdWJHylznpcKGrttVJUGoqZJT6wWbo
6TjfGDvkZ/IH234trGtcwtsFyi1xy3BJTJzBso1dp6p86X97GjJ53d1Vgdhv/j+u3HzXjHDp
D/Ub/blfWfZ7jTad1jzwlXJDU9VapRS1PmI1PH+HPdSMqScnBx7fXjEyx6X6hzWrmlDxjZWE
0nr1kgQYZcKu2The2Cf6f6zwwYLi10lfhxKfqfmnBpHXdnr61DLSSdcPUACIXcBg364Iz9Pr
x3T3tR5Kua+jS3mpgtHiPsNIs01PKkxlUSBTJ1b4O2PYYGR9eCo5gzvJaaQvFkFat8UNmp7k
s1TVUlEs4DkTyCP3Ix9c/wCXCmpqS6TGU7pKGzLJ90Jz203qAeVTXOjqmbCr5UwO/cbj5Bz/
ANOIU9a0O0uwvVXDpWjXuF75j6op7bBFNG6CVWAV12OC3fP64+OGj6hgbdI44Hl1jsjXl9qL
qtCuregqAuSOnv6iMf6/rwTDLp2VFTBfdSNQSiZQC6lFYK3qy+fj+fDlhHMpHISMpxLLb4+l
iphkPfOM4G/FuvSLciqAzWb815q4xJD0oMhdhnbO3EHuBGFc0G+U1fcA0SvIq+eMkFVJ75x3
3H5fpwKUQCmS5xFLZ5b9S+UTkg/iHtj54CkJ02KLiPeuENaipYWtBlQx9UZDh5SfT8n88EjY
ZOfpx0uYGrzmOOyA9Wy+TQg1fUrNnzB0EdWc+kZ9/n8yDjgGYg5ar4A5uHKFNb36MXJFeolj
pmHRsCVIxliT2Gcgb/PCk2L7cloqY9zG6bdRXiyaZs/mVE8UKBPLLSgAEBerABI7/OMn9djo
yXd1quiiN9TlqZ+0h8S0/iR5wfdqacGzWRfKhiiP7qRwT+8YDbqCnGcbb+54+hey/D/0kJlc
O+7md7dPuh+PATBtMOV7gbX/ACBgdL3VcrVdZ9P1cQHV5e4Ck+3v/XjVSxNlblZenq5qN4HL
6I0p9RRR0cTRyxRrIpUrIQWVcLnpJ9t9/wBeFn6Y5BC0TeIhwBB9c/il1Nq6SmDdciTRgAL1
enHsOj/E7YPFRpr+BTLt2Fgc04Pr+F4guIpp6eSGaARVDkyhBgtjY5H8LY/x4g6K4s4KRmcw
6mG9/t1+6uL9jBXW3TniU1hzYqoo4Kbkhoq96zH3g9cbVUdMaajX4JM1SpH1UcDTxuAASX2n
lFRSspQCDM9rPcTcn4BbzvsWuUM/J77NPldDXee941Hb31NcpZxiWaevkao6mHz5bRjffAHC
ma2o2Xyv2tqhPxaYtN2tOlvk3H1urTcVLOLnHl5Qzy18DmkuVPLrVenLRcNUQxaxdvv1abiD
WxxFmYwxSdGET1yZwMkyMScnPHQbK587nODnWwmyy/Z6aQ05y9o9LW/UGv6KyW+6peqWnhvY
UU9UmCrqfL7BwHCnbrHVjPHbrxqHl2ogX22T7rPwZ6a11zwtfMOsu+rYtT2VYEpJqe5LFHEs
Qx09Aj3V8v1gn1eY/YHA9dRbK4MLBax8Fl5TeD7TPJ/mle9WUFbf66tvNVVVq01fWCalt81S
wM7wJ0ghnCopZix6UAz345defK54DTyWDnZ4L9M8+uY9r1Vertq6nutjCfsz9n3QU8VvZWDd
ca9Bw5YBicnJUewxx266yZzGlotY+CMucXJ6387+WtZpW71t4p7ZcFSOqahqhBPUIvdGfpPp
bbqAAz+WRxwFQY4scHDcKNtK/Z+6S0fHYYqPUXML7rpZp5LPTSX4tBbJZY3RpYk8vAcCRyDv
gnP047q6KwzvN7gZ3wlNz8B2kL1yIpuXFXdNYVOl6Su+/RxSXRWmB3Ij8wx58sOWfHfqYnON
uPal4TvD+0Fr+S9cwvAppPmlyu01o693jWlXYtKgijiN3w8h3CNK3l5cxoSiHbpU4378euvM
ne1xe21z4J+1Z4YbfrKt0hVVWqddR1WiVBt80F2EbySdJQzTfu8SyMhZCxG6sRjc59qUGyEX
sBnwSGl8HGmqHxDzcz4rpquPVFTJmUrclFNLF0hfu7R+XvF0qo6Sc+ld8gHjl10zOLOzNreS
lrjirXM8eXlr4+3KpF5H8wvDH4haZQlVyt5kUtpubgYL2m6DyalGPuP3ZAGDvKeG/DHFzXwn
mL+8JxwiNsomgP8Ac3FuZBsPrfzC0X+Kvkf/AO5y8cfOfl1HDHBQaY1RW0tISpULSNM0tM2M
bfuZI84BGPpw1m70bH3/AMr7l7E1xq+H6n9Bc+7p6z5KA+Yk33K/VCdSgKSoVd+wxjJPb4+h
78MKbLAieNyiKT93L7ef+Ex6g8yrmIJMhTDFcDDAYGMcExkDKR8Wa+R2m9+duvu6dfgjeg8P
ElXQwyvcKeJ5Y1dkMseUJGSO/twG6vsbJ3F7LwOYHPksSM+rK6d90pPSUhr0e/8AlK37xpak
FQDuR5fVkY2OTucfUcOjV3OmwXwePhui8hc4e/7eimyrugp5OhmLRv09IkJjdsYUAgncjf2x
k/XhBxWNz4yQPgtJwkxMlAJ3VWfERYKal1JVpI0rpk5AclgSwCDGfYDONvb5PEODVJLLc1f7
Q0YuH8vVvX5UJuryVgilVOp8sioOkxsH3+v9ffjV37gIXz1zSZSCU91dkkFLOYshvKWRMbMj
4Bzn5z1duAtZBum8QDm6CkctWK+yydSJFPknoSMYyN84GP4v6N9McQtZ+2Fa5w0HORdNVHep
7RNT11MxSeKQMzgZaF0PUN/jse/ueLHwhzSx2xVLaggiVvrmtg/hH50w8ydIwssgjqIFImRm
yYWHcfXftj2x78fI/aXh5ppjcYK+q8A4gKiAW5fJWDsVZI1QEGSAfbPqOPSAexxn3+OMs3ex
TsuIKQXXk+dR1Z86HLNlc+V1BQW7ZPbJzsPjhvCXAWGFWwlxyjHl/wAttF8r/Klu6iW4VMZW
KmiiMshXIHXvso2xuRnfHvx6MkykP2HNNW8MqqiIfpwPfspRl55Dllp1Y9PUf7Pom9ctZWR9
LkkAdKISdh36vnt88XuqGghkQRtH7IvcO1rnbch+UOw+Pby0EU2qKVAjnqhVUfBXIw2D8e31
PFBpakk6QfXmmb/Z7hbWA4zf+4/FK7X47a7mVUw0WnKGoulUZApkigKwherckttjf5z8e/Fo
hqIv+Zb14JZLwOgjBcXkeuqsty81FcJbZH956hO6hnJbPlk9s8TcbYCycliSAjQXBnqljRPx
KA/T6gjYAGT7bdvnb6nixvVCkFJqm5SxrlR1RnpKg9gOn+Z78VPKk3ZMeq677tTgAHqjUMQM
dyNs/p7f9OK9WFJoKizXt3ZYXPSuWCkEY7g+w+N9/wA/rtTqDl6QEbIJ0lbHud1aaUBUhQZY
rjYDqIH6ZH14Ee0E2XozY3RjUxx1lGZcx9CnJbGApOPbHHC0K5ryUGa5sz11oqeodK9IPUB/
LA9v68UvcCNJRMTXX1rSb43NIDQXiN1NQYEcc0hrYSMDzPNORjP1B+vH2b2Vn/UcNjde9sfB
fLfaZnY8QcOov8VEVCTV1USsx6TJ1MSCMjPUcgbnPz3xxpS2wuVnmSE4HW/RXV+y80R95rLr
f3WnMsNQKenJcAdQXJP1792zt9c8ZqvtLVMhvsLn3rRCUxUhcOZsPcrxwXy81sbwxzLEkBXy
liyWCk4OSe+cd8E+rh/DFGGhZ2WZznEnddJo+72Wplapu9yerriVRmkzFEuxIGdgd+xHx3zw
BUSNLsck2p2XZe1ik9us7UFxlWouU0okHWm4AfP8J/8AhdsfHfvwvqA1zLafNMIS4Pvq8gmK
9KdN64t80fVHFXwkHPZHGMKMbH0sN9844+bcaohFIXdV9G4TWGWPKlnS+quqJYpf/NADLjbA
zuce/wD14SMcbXCYShd847/LLousgiIYyIcld3TBzkdsHAOMfpxKR7lCMDUodsfPu9aE1MZS
KW92yokCU/3eUGaMb4Vgxw2BkbHbO4PHiwOZ3SQRvfb3Ih0LQdQt4KWrLXWrmhckFbYSaqoU
xqZo1HTjHq3Htnb8jwCbuFlESmM6/Xgmys8IV4seuLffLNJeaD7tN5v3egkwajpxgMpwpD43
2yFOB7HgntCWGIi99rjb3+vFGR8RY9obJv16qe9FaE1Xrq9UH3+kqLdb4ZQ7xzSBppOk5x0j
8C9XcfljvxGKneSLpdPUQhpLd1Yayaf/AGHR4RixQlQBvls9/oOHTYrZWbln1HSiW2VKQxxq
gWMsxfIOe/x/r/E8Fxy2wlsrBdFX3mOot6K7dOfUFA7n434Kc64QjWkFeFLRlgxjCgk9IODj
6frxXturrXKwu7dTs5Axt37Y45fqpWTLXgVsagP6CPxDO2+/AUwNxdExncoW1TTNHRGMswYE
GMKMk4/x+PfgVxtuUY3wUc6v6pp0eeR1MC9JU7gHHYfPf9OA9ZDkW2LULlVI8XdZPDFTmhqJ
aSphU+W6nctn+LJ3H+J9xvxUw3ffcJ9QNaBYrWh4p/FhrjVWpquxVd5nNFbv3LCCMQBlA32B
37jJJz34+icD4LStiEwbk53ug+IcTex4jZuP8qCKeqHnkncyEknfIyN+NOWpbDIA4Xzc3+K7
q7U0lJnpzJIcbdiAfb8+OslscKuppC5pukkllnQLMocBD61O+N/64P6cXiUE2KWOo3N0vabD
mOn+P8JbQV86sI5iybghmYsCc52Ptk/PbHEJWtIuEwopXsPZzCwHPcf4Py6p2omQJFDlWOfW
QOtQe4279v5fnwE/N/RWhbdp7hv77tPhbcFXK8GdA2jvsxfF1eKTEF0v/wDsnoqkXzOlnNXc
XnmRRg5JSEDGR/F9OBCXGRvMZSHjZYeJUsY7obrcemAAPmfovoy1pzItngt8Ndjqq6z3m42P
S1vobXOLbFF10SJFHCjsjyLheoKuFJILD234z0jtTiV8YJdPM518uJPxJKbdHeNWi1jddNUq
6G15bxrKjnrLFPWQUccF0EVOajy42FQcSOg9Kt05z7AEjliuOhsCdQxuknKbx7WDnLZdaVtp
0zq6IaDpmqLpBVpSQTKVL9USqZ/xgRyE9WF/dkZzgHll2SncwgEjKTVH2gFqotX6PsNRoPmB
T3XXcEdVZYHgog1VE52c/wC8fu8Dch8EDfHHrFe7A2LtQsN08ac8a9g1lzj1joiz2TUlzu2j
6KasLQwRrHdDDKIpY6cu65YOekFiqsVYA5G/rKJhcGB52PrKZOW32htg5q2elutq0br1rJPe
YLDLcnpabyKOpmeNEEoE5dVzKmW6SBn549ZTfTFpsSL2ulusvHdadHc6btoE6L11ctRWimkr
nioqelkSelRPMM8ZM4ypTcAgMSQOnO3HdKi2AlgkuLLIn2gvL2r5KWjWtFPdK+O/1/7Kt1pg
pQbnV1oKg06xFsdQ6lJbq6cMpzuBxyy9+nfrLDy+Fk8aJ8WNvvPOIcv9SWG9aJ1fUUv3yho7
m0EsVziwSTBNC7I7DpbK7H0N3wePWUTEQzWDceCAq37Si2QXvWFLDy913PHy/jEuoHY0cUlv
TzPLLeWZiXx39JO2TsBx226s/TGzTqGdt0eaq8aWhtK8nNN60NTcK+i1gUjsdDR0hkuNzmY4
8mOHI9ats2SApxvuM8sqxC8uLOY38FhXxXVFsuN7t975f6vs11s1k/2hWkMtHOa6kVwkpikW
by/MiJy8ZYEAbZyoPbL3Z4BDgReyFR9pLpB+QE/Mb9gaujshrv2fRRSQQCe5yKrPK0arK3TH
GqMXd+kDB78cti6s/TP7Ts7i6LL74ydOw1+kbVZLfedSal1vbo7tbbPSxpFPFSPH5gmqHkYR
wIBn8RJJGwPfjoCgIXWJOAOf46rFpTxoWLVll1kI7JqKn1NoBDLe9NzRwrcKdF/FJGTIIpUA
BPUr7jGBllB4QvOhcLZFjseSgep8Y2rb/TXrmzQzaip+SU1fb4HjNJALpReQcTJTp53QYp5S
sckpJcBsKvpLDqI/TtuIj+75egm37Z25U/ig+xE5pahgs12tsMlnptRUENbFGKpUp6yCZJsI
7BVaMMwPVkKckDtwfwwkVDUXwaVtPXsLs7j4g/e3vWmz7Xa4/tTxtjX6iFzzF5c6U1Ysqy+a
JXmtMMbMDtgloG3Oc5z3OztjB2YiHIkL67/4dPtSTgDDHHPhc/b+Mqi+o7kLzfHkEqZbLsS2
SMnv/h7+3820TdLQEVxOYT1XcItbrkZ+XL1u5aZs9VqStmmhMIlpYDUIJDhXYbqoJ9zjifZ6
gbIiEyzEzCxLW6t/HH5RXFqitqYlkV6oLIAwBUnGfyOOBf0rOYHzTWOdzmB1jnw//aVv6zX1
5uztI9XNURyD95GYQyfhJ6D8HON98Z98DLbsmWwF8EbPLe10I671RcemRPu1TTBI1cmPdN/c
e2Oo/GRjgeohi0kuyuCrqA4AC1vgq/8APN5Z7rWDpZVaLJZMhZh07nfcDJY74zjOOEvDwGu7
n+Fpqx7p4byb2UG3kvI7MrSOVy7lsnr75Yn3yD/TjVxZFisFUCx1DknqGsWpZxDI8cgwwRgR
1DY98nDZBb9CPfHA0kdjlGxShzbgpDcI3SRUTAkgLOxYH1gnc57YG4z78cLRuFcwkhNVbRTN
cmRvPf7wen1xkdT49P8AQ/14suLKhre+Wnn9VIHhr5xS8kOYSVEwdqGdhHUpnHl5O7DA3wM7
cJOPcNFdTFrf3Db8J1wKvNFPrf8AtO/h65hbVuTt3ob5RUlUjxyQTqrxMmGVkIDDpx9Dj9eP
iLgYZtD9wvrY0vbqHNF+tdbR8urGLh+zqmsSAZCwKXCknY9I2OMH5x+vB9MNbtINkwpKUO3V
YdXcw9Wcx79J+y6OalEz5ZpomBJBH8Pc+/GopaSJrNTsrTNmkjGiPARZYeX2tOYiwUmprjLD
bHGHjiDZmRTuvUTsu2DvvjgCeqghuYRkfJMI6eSV47dxsrC6F5D6T0/bYrbb6DNYyiIKVU4y
O5wct77e2+/Cc1srnanOXKothbgAD5q1XLLlZatLWKBWp4TOiBWIA3YnOPbt8f8AXg6GSNox
zXznildPUSkuJIT1SWKGadlZXQRD8LbKexA/T+f5cdOXZSxthkpfBGLRDJI7GSRiEBVdgCcY
ztvt/h9czcCBdQcQcJDV1sMNS7KwyScAZHT9fzJwfqf04CnlIOFONiDtW35XWRY8lmz6mT4P
v+nxwFJUWCLiiyorv95/a1W0CGSQriMdQzg4Gf8AL+fHmSusAoyNbdPWm7cPJVWQN5gC/UnO
PyAO/FzGYv1QbyL4TjWWtocgjzOr8CZ22O2Pjvvntxx4XIzY5Qxq2hSkinYhEh/DtlTvgZ+f
c/p+vAcjcFMo3DmtSP2uuhJqLmpZrukZNPW0rUrSdI2ZWyB2yDhv6e2/H0r/AMPqlpp5ID/a
b/H/AAsF7c03fjmHMEfD/KqTBCsVHktE0mPSc7ervkH3H5e/zjj6A481iImGwA9euS2J/Zw6
a/2e5NRqtDFJNVmSR5XYDp6gu3vnt3+MY4zcTO1r3vPKwWn4gNFLHEByv7yrM11lrtRxieKZ
aHCCNCFOCF7gjbJIxhvk/nxpGPYzukXWWdG85Bt7kN2bT1ysd+mroa64NPgxlmwykEgplGzk
fJHfJ4GrImObi1vXNH0VW5hs8nonR9O6gihEq16u8fVMYulC4BAG4xkjuP8A28KgYnHTbHyT
GSRzQHNNuaxc26esisFHWVSQxvbpEMnlRhTHuFYNuTnDZBx2yPbjNe0FLG+EPZ1+qf8As3xF
xlMZ6Im5fVJraV5yxDunX+eSV3J+nHzwENOkr6HK0ObqCPotCDVNvSllbrEzEpldwPcnPyAc
fy4rmzhVMFjdL7Z4Z9LaPva11+qbfQoJCyh/x7HPT2z2B7bd+3HQNNtZwiIoaip1NpYy63Tk
pGsultI6ZuC3ufUFnES7gfeVeSQ9+kKN89hjHtvx5sbQdd1B1FWSHsRE7V5H67KStOcx9H6i
q4qeguNOsjux6WJiJJ+erHc57fXghskJPdO6En4LXws7SSI2HPf6XR1bbWkCho2ZIl/iV/nv
/T2+vBrG6UgklvunywPBXoqyMHkx6QO3f5x/rfgmJ7Tg8kFKHX1BOYoI6KdDkCLpPzuAeJmw
Pgqr3Fl6pHkeuDdWI1OArHJb/X+XEmyEm69pwU41cyRgOwLM/pAHx8ni09SotBvYJkvtQayh
dImCTS4KKcjG478CyOO6vawEWSX7w9Kq9Yy7AdQHY++ce3/f68CSvN0TFFcJhv1f6GLv/vD+
lV+D9N9uBXuNro6OMKLdU1aUlPJIG6sk5LHckDJ6f04ELkQ5pAwqqeI+aS4SPFIV9AD9Sr2J
Oe/5f4flnsDwSSExa/QLrUX4k+qDnbfA3pBmLJgHIG/ST/Tj61wcD9FGfBJOIP8A/MWHMAoQ
tUTM8coZdnwo+Rj+vv8Az4NlfyV1JDgEdfl/BRBPReZQQ/u1dRH0g9Xv7f5f6xwGHWcU4YzW
0G17YWJKEXIGd2wU2kYscnIxv7999s/rkcXMk045IeanbL3xg28vXodE31dplpkzUUriOX8M
iYI3J7/y77cECQOOCgWRd0Mlb7x6+a80lneGqCoeksxwy7YwMg49/wA+IukFsollN2b7jn69
5V6PCNBGn2SPNqoaWSetn5uaMSeHGSkQE5R89yWdpB3/AIfbPAUgbrsPWCk/EZXjikPaDu6H
295avoC+04GfBFr7bPopv/8Adh4zR3Xx+i/5jfXJQXy55y6z5Fak8N1mkvEOq9O69tVKgtlT
a6dJrNlEiDU0qBX9KS7lyxYK+T6sCVrW8Vc9jHiQjBb4/VY+ZfKR7r4/ZqPRV0t1XpXnBBPb
tVCjmWVKRqR4pLhE3SSFlZVT8Q2+9OPfji8x9obvGW7e/b14J38ddsuty+0C5J0mnrhT2S8S
0FQlvq5KdZ4qWXrl6MxnYrnC49gcjtjiQvqBC5Tlogk1ZH+Ee/Zn86E1zynuOkrtb4bVrLQF
RLQXWEkmWoDSySNUMW9WWmM3X/CH3GAwHEclV1cYa/WDg7KBvs94q/TPKEaxq9YGyaI0vrua
pvNvEQX731UYiiIkUF5CZZYl8n8LbMPUo48NroiqIL9AGSMevuizmjZNSXz7V+/UGlblZrVe
6nRnkxzXSlepp2U0yhl6UZW6twwIzjp3VhkcSAN8esKtjm/pQXZF/ug7V3hmPgf5s+HYXS5i
5WOnv8stzuPlGCmirZZYgD3yoESx46juImJ2yBBWibtmSACxt8lL3jxtkt88aHh3obQrtqGC
5y1UojJDxUaTQu7t8LhJt/gHjxuqadw7KQnZQhqnQlz11zw8W0Nv1NU6ejoaSasqoI4YmW6x
RuXMLlgXVD0kZjIJLjJI2M7G5VzXhscVxde9H6vpn1p4RtU1tsgsOlYYqi2BUZ3o4KuOrliL
5cnDOxjkJJzudz08cvkLrm92VoNzv8lebnlrq1UOmNQ6YkqVF9rdK3O4xUwUlvu8UXlvIf7o
65FAz33x+E8cDSlzBchw2uFr48LnNy7+HPQvJ3Vd+WnvHLetrrvapKd6bBss8zrHNP1A4lYx
ZYBwQEEygZIPHbmwTOeMSOe1uHYKsPpiYaR+2CvDXRFWn1XpRFsE5x5cyLDASIj/APwZhgf5
8cIN0MbGlBbyOUMcxLdNeftJOaVVZy/3S1cu6pb2yAFPMagCojEdmz5Z3yf3Z+NpNwfd9l0H
/wAu2/N2PioT0tpy862+y4udZWCai0voupZ6CNJMfte4z1sQaZwP/LgikKKp/FJI7fwLxHNk
US0VNuZ+Q/lT945JFg+wN147DKryhJxjOf8Ac04M4eCahoHUfVDU8gZWNeRezvytFv2vNxpr
Lc+QFRDK5qajkDotJYyvSIHNJMFAP8WU6WJxsSRxpqJocXg/9Tvqvp/snXCmpauY4JeQPM3+
l1RzTSTXO8yJEjyTNlUCAsztnYH6dt+GzgAEFwl0s1U/QLnw3JvgHw8VP/I7ks1fDJPdJWp/
OljRoUDdUqEdlIxt0ockbjgSerMbdLOYX0OmhdAxweRqecgZsLWAvtgDNs8lOlNyxstPTxxr
aOlUUKAY1JGB8434Rmrd/wBR+aNDDy+ikm6XCy2luqZ6uqn/AA9IXyckbLgMMhcfTAwPgcak
9oR3BZfC2y0sTu+S4/BAeutaVtfaauSCjhpbdE3liKaB2lx0tk98Yzj1b98+/CivkYz+mXZV
0T5JgXQsAb87KsXN2timuMzS09VS1MBBePLSdRkAyRn5Px8kDbjlALgFuxTGrvHES/Fvv4KM
bjBCHijYKXROlR5ZKq249/fIXufke/GiguVi6+2PXVII5za5pYyidTuOiQjAwXJDFj/L6Di+
YB2EPSlzSb7J/qIRUUiVTApK1OAqlcxunU+Afqo2HsekbbHhTK+3dKfwQknUOiYLtSvSokJV
gXXqiXpCs4JA6s9xuucewI/vcFRuuLhByfuI9esLGU++9JHTATsAFKgEfiG575Pt3z+XEL2K
IHeaT5fyrh/Zy+KmntJp9D3eREeI9Ntlk2Eo3JiA33G+P1Hxx879seAOua6EYO9uR6rc+y3G
WuH6GU95v7Sefh7lsO0rVU2ppqZXKMCepR0hww+ufyPHzxklieq+iQmxBCdeYHKq21VsNZTO
kNdEAvRIgTz8En2G2ffiyHiTo8O5pvBXGPuyZG+6iO/w3xaqnghVqZI06etCXLAs2QOrONyS
Tt3H04m6ra6+nKOm4sGsGgWspQ5GaRudgqxJKKmpmkYB5piesnsO/wCQx7bccDXOzsFl6jir
3POt11Z3RtxqGXoZZJBjAGfwDHuT39+CqeN2rSUomkDruCJnyYfPKynyw3RETt1f3iRuMdsZ
7Z4biIBuooAuzYJBX06p0oHcFcdIRsAZ9/r7j9frxW99hZRMebob1BeorbHIzO4JcdTA4Ce2
/wDX88jHCWomCMjZbJUZ6n1mzeepcxhm/vgkHfJ7bH8vkH24Fa7UQVNzixNNohaoqZplABc4
RlGDHnYH/X+fBsTLjCEkeRdGlupQYEVZcJ0+p+k59s9u3uP6cMGjkhHO5pZT0kcNNIAfSNwV
B6jnGNu3/tP14jIF6Jx3KE9e033qiYojhQoC7k4P0+oH9eAZmi1uqYROJK1xfa96QcaPt1wS
lWU0FxKqVTq6A46c432yF2/yzxq/YSUR1r4idx9Ei9rYzJQB7f7XD5qgOktMVGorrSUtPG7S
u/pVIfMZCGG5A79/f/Lj6hUTNjZqcVhOH0jppdLVs+5HaKuGjOWVvgjqJLd93gWXKRHoOD1t
kjIJyp9ie/CDhkZJMnU3Tvi841lg2GFJ768qfLaOO7W1ZEGXYxHrcMSAvlnAAB9/bf234eFr
v3JAbbAryKqWigkDagmKq6JMsdMG8sDAIGw3ADdt+/zx1zmuaO5cjqSgxTTNebyWb0ACap7L
BWXVmiq1pHlkKxnqxJM3fJI/ENvg+2ccefO5rdLmi3hyVbqfOprzf6/JKNZ279o2quikqfPZ
4pI+g+nLkDYD5U4x2HfB4S8U/qUzm7IzgsvYVjXuyfynnkVdPv1kp5ieqSVQCuDkfQn27EH8
j7cfGqphbJay+6MeCxTdRa5p+X9jM1Q6Q+apdWYg4wMAjPfcHb8uIRvbr7yIp6OeocI4RdV5
154v6at1NKpmarlExZoUiMzIg+nYD8znA4KPC5Jf6rt/h5L6Rw98VFEIGm1um580Q0Xiy0qb
Qz4RquQBSPJKyj646cj+XftxV+gn2I2Uu2hLtTXG3iutNeKixz1CiportTK5Pls1G4jChsAE
gfr/AOziifhco7zSD70VFVte3S7CmnlR43LTPHJSU91Wqp16Y2iMwDxDHqK9Rzx1rqqJumQG
yznE/ZSmq3F8LgH+HPzUwcrvFHatZ6g+60NfTTyhRsjAt1e4wvfv9RvxMvkadQH1WLr/AGck
pmapSLKcrVdXuQiaQFsoXOR+L47dtuGcEhcQXLHVEQaCAneCROpfWT0ncnII37D4xkcMW7Je
4m6ViUvUKh6wG32OfYf6/Xi0nPmueKa76qisVwqqMjJAG+47/PbgKbe6Lg/amC8zzxI8iv0P
0+kkZCE9gfy9+AHk3TGIYQnqa5AUJIjczSkqQF9W2Bt+e2B7/wA+B37Ilrc2UY6/vUcNtMpC
9BboRBhckjp2Pz37/nwFKbtLSbIuNtyL8lXDm2iV9LWFkKiYGIEH1Bd+rBPv/wBR9OI0ziNu
SvqQLY3stRPilrjW8673IC7lKjo6QRsAO+B8/PH2bgLLUTAszxR/9QHpjz9dUJUE3+5Ko3eK
UEH5B3H9eC5G97zR9O+8Nhu0/EesIusskVVAYHHQlQQmQAvqB74/nwtmOk6hyT6kN2lrvXku
6WgktFc5IDYfGScZAOcf6/6cdMmtmFfDTujcXBE9rstJqegkppRiYZlQD5OMkj3x/QcCiV7D
cK2WNhcHjqmWLSccEsdPUOAH3RiQB1A9gdz0nt+fBXbbkIaVjcAY87H4WVt/ChhPssvEuIQK
uv0le9FaxgQyJ0yRRV1RSuHQkMyqZB1YOcuoycb1mRpeGjF7/T+VkeJiX/UqY76hI3x2B8uS
+jrXPKvSfip5cWZdTUBvFoqRBdoYVqZ6eOR3iDKzBGUsuH2V8gfGRwjcCDYr460vicQMEXHw
Tdyt8HPLjk1qenvNg03HBdKOD7rSVFTVz1r0UeSemHzncRD1N+DH4j8njl12SZ7xZxwlnKvw
t6J5M681FqbT9palvOp5nmrZ5J3lwXkMjrGG2jVnOSFxnpXP4Rx664+V7gGuOAkHMXwZcueb
HME6qv8AYZq+/wCYStX+0qqJofJx5flhJAEAxn0gZOScknji62d7RpacLLfvB9y71Hr2+anq
dPKl81JSSUNyqqetqKY1UUihXysbqoZgoywAbbOc8dJvuuNmeGhoOAhmz/ZwcnLBWU09JpKS
F6OpjrIlF2rTGs0bBkfoMvSSCB3H07ceVhqpTz+SIanwZcuKvmm2tnsEn+1L3EXQ3FbjVLL5
4/KTHR/8zx0EbdONuPE3UBM8N0A4RvzB5eWPmrpOrsWorXR3i0VyhZ6Wpj60fByD8hgdwwwQ
ex49dVtcWm7TYoX5Q+FzRXI+71dysNtqv2rWwrTSV9fXz19WsCn0wJLMzMkY2wqkDYZzjjym
+V78OKEpfs5uTtRWPUS6SaaeZ2knkkutY7VZZw5ExMv70dQGz5HHrqf6mXqpF1RyO0hrPlou
jrlp21VGmI4lhitvkBIKdVGF8sLgxlcnDKQRnvx66qa9wdqByhC1eCLlxarFfKD9j3CrGoqZ
KGvqay8VdRWS0yuHWATtIZEiBA9CMAQADnjyn28lwb7Lq3eBnlZauXt20rDpWH/Z+91MVZU0
clZUSIJowQkkZZyYmAJGUK5B3zx668Z5C4OvkJ01F4TtA6q5e2PTFbYg9t0woFokSqmSstmD
kGKpD+cpz/z74Gc4HHrrgleHFwOT62XLb4TtBWnljd9IwWR0s+oWD3Vvvs/3y5t1Buqep6/O
kOf7z9iR2JHHl7tX6g++QmGLwBcp6fR8+n00xItkqa9LnLQi6VYgeoRCiuV83GOkn09icHGQ
Dx5S/USXvfKgj7Y+x6f8Kf2KPO+2afpv2dZk09Jb6eCaWaqCNW1UMJUF2ZhkynG/Spxtjbhh
wpuqqY3xVtM4unD3b5PwBWh/7a7T1dUeJ/lzy/ttJLPcNB8pNHWKdfOWV0dLWkpMhUYBHnAY
HfYj8Q41VDoa10rjhxJ+a1vCIKmrp/01MNRJc6/IXJFyfd79lGvIvkK3Ly2TzzRxVdyqokin
kLDFLHISP3R79ew9QyBniuet7R2Nl9J4NwYcMj7pu82uft5bX6nKnqwUcMFGtIlNG0DyCdsu
ZGYZIODnY537AH6YHALy5xvdMHPLskXzn1skf7CqpfUs3SrbgfffLwPjpwen8vbjvZjouNqp
QN/mFNY0ppuw0k0dXVJVXWaJUCTShXZmOSMqffBxjuFPbiit9oi0WjGF84oPZhhdeU3J+Od1
CXPDUU1jorhNb7d0UdNCHqJE9MkaszjpUFSR9APj23PCSmqDVS3lOeQWrHChTRdxuN/W6qpq
GKsq6j7w0qSTkFKiKJSekj0dI33JBBPuR75B42tNZrbAYWM4k4vdqwDtYeGM+frZDN2tUrtU
Txl5DTgQRdRBVWCtgAHOMBWOB2z9OGsbw2wWPqYdVzm6ZJaBayFyJPSWZVJUkHA+u+7YGfrn
6cEa7FBMYdOOWEc6C0TUas05dZ6YeZHZbZ+0J1Y9JSOJ0R/6uT/QDJ4R1coEgB5m3x28lrKV
oEOrrb18kM3KhZY6ALG0h6nh60bqIAQZbf52bf4HtnJsMoI9dUtqIu8CeRTfcYmo4WDt1RRk
Men04I9B3O+QfYfTjocCrRqAysNxYW+pjqKaTy6hCrxvFs0bDsQe4PwR7/UcSHeGlwuCq3iz
9bDYjn4hXv8AAV9oONSU9DYNSzLBeYSsS1LkAVQ6u/8A6yO498ZHvx8t9p/ZX9OXVFN+ze3T
+F9K9m/aVtU0QzYePn/Kv1YNR/7Q2rpjkR0YKVEbg9Ssx2+O5/r88fN3Xa/vbrcOs5uEZaV5
cUc0od0iY5D7oMDG/f8ALt8Y4ZUzAbXS6d7rYKlvTGiaL7vCgTyEA6j0oGL++Dn27jhwCLJL
m90Sikit4ZYugqxwxK/ixv2/Xi2M3Ngul3VNtbfKZg5DJmADOBjc5x29/wA8988FEgjSog5u
EK6t1qYJZVRgqgIFYHJznc/oOFFZVNaCjYacndRxrDWbTozY8uBUOW6/WxzjAHbcEfy+eM+6
cyFEvDWYQjb7VNX1TVEyrhmLL1N1+WPb+eO/1HtwypxqFglMjhcko80/bSMYWSNenKhQApYg
9/zPb44awx3FkNJKL3KfrPA9DKS/UBjzMg4OPn6ewH/s4NbHYXVDnZsnarSP7szIQUbDsG75
6cjf9MY4Fk8FNnVBupHxUeXjq6cmTH8O238/6/pwM9hR0UtjZUv+0h0g+qeR94h6FD0J85cr
nBjbqJBO2cbbnH+bD2dqBDxFjicHHxUeIQ9rRSRjpj3Kn/g25OR2/UFLfp6fyopowEV1Ksc9
ROFPsSBvntgfOfqcuqqlMQGG7rEwFlFTh5Ni/wCn2Vv7JeaGjWmjmrUSMHJVVYFMdtsfO/ce
3fhrBQFje6Ehqq+Nz+84Imt1wpIeqSlpg+QAZJF6mkwD2IztnfH0HxxbJHpFyq4ZRuzbqm6+
Jcoq+KSlWFacg583JPcDcA4Gxzt7g98cUsPUK2TURumWK+VYq4UrZYVjjlI8wRkNI3sN852+
AMk54lO9oBsgBquA6yc6+UUVO0hmSlgp4RORPN1A7qfSewIBIOfp3zxnqmoBY5lt0ZFRkyNe
DayWcjb39xu9VQu/X5EuckgBlJLAruQV32I9h8jj5fxSFomvZfX+GzOdACeinOr0RR8w7O1P
cI0raVSD5TMcFgc+oZH5Df2+m4bGBrtYNimVPVyxO1RmyDKnktpXRtY5S3U8KO5RmEZBUnp2
AJI3xuffHbiM9bIwlgN/M3X0ThZFVE2Qi3I+Y6pmp9L6aF8xJSw9SL+FsKVz7DHfbbgd1VMW
p6KaFrnZGOvrwUp2nT2nbnYlolpKSRXyAUQOe+2D3yPpvvxXHOdVicoKSMtF+XRG/K3wKaa1
RE1debBSGN3KxwvEA6Z3yw+cfr+vDeFrraiT5LGcb9pOzd2NPa45qWOW3hk05yyrEktVhoqF
ox0AwwIpIXI3I98e/wBcccfCXnJushW8XmlB1uupXolCuApKxqMDK4IH5fHHQLGyRPOoeKXN
OseIlUsv4gx9/ngxkvIbIQxk7rJBcp0crsoCkdWNhj3/AMP58S7U7LoiCTS3MLTkTydUrHq2
XHvuB7/r9eKi/GUYyLOEP3y6xwwOJMKFHpbOB3G3AUrhzR8ceVHl/vLxTSfuulSSWbIyvcDf
327Z7b78Byvvsio47G5UVcydRJVXBYIHYlctuM+UDsxx8/H04XSP5ItoAUO8zMx22UIsvpVv
V0fiyOw/M77/AAOJU7ci6jI8EYWnzxIRxnnBqIxAA/eiST7DpG3cYOT/AI8fceAEmij8vusj
xhg1Fx5W3z08R4WQXZK9vJHWWCkBWyMdJ9v9e3DCeIXwq+F1pLRr2+iLbdMz0z+oLKCCu/4i
N+r+W3Cp7Rdapkw3by6fW6IYpo9Q277x6GeEYYISCRgZbB3x2PAduydp6pzFUNkGq2fV088v
tUQw18cUqNGHbHV5eTHjbb/A/OfpxVVQEtLmomGVjpOzcN0faqttIiCQQxSJC/mBwCECY+Bu
ckg7HbhbDJJcXNlXVQNaLDb17r8+SnT7J8U/M7WPPPlJKJZjzU5Z3WgtlNT5VZq6iUV9Kvt6
j5LgbE4JHDsRgRtf45+6+Z+09ZNTyRSg/wDLcCPAEWP8+it7n2SvOqPn99nByf1CtSKqoTTs
FqrH6gWFTR5pJQ2ww3VDkjHvwqr4eznc0L5zxAEVUhPMk/HKsVwGg1zjy8keoayst1irJ7fR
rca6GFngpWnEAqHAyE8wghM9skEDjoXlW3Qv2iF05i8lNS6/tnLSqewaTkkjrxLqGBKgGNFd
yieVhgFcHuM74zx0AWuiX02l4YXZPgVk1X9ojU6Q8Mlj5q1HL6tk0/fKpqdYo71CZ6dcssbs
DHjDskgwNx0rn8W3rYuuNpryGIOyPBPGl/HVLeuYl20XXaIr7Rq+lsovttpJrpDJTXeDy1lw
k6rhG6CTupHoYZGOO6c2UTBZusOxe22yQcm/HxeOdek7TqS18r7w2m7jfIbFNWR3eCaaid3j
QzPCqdRiXzASR23zgb8cti6lJT6HFpdm19kSaH8ZsGovFlduUV007UWW9W+GSenqjXx1EFcF
VJFChVBUtE/Xg9ulh7Z49ZQdCRGJb3CQcq/HCeefNvW+ltJ6TluCaKWYPXz3aKnirnR2jQIv
QxAeRGHUThQAT3xx4BdfAWNa5x38EwaD+0TqeYPIjWHMKm5f1VNZNHSrDOtRfYEkqXGDIsf7
vGVDpgH8RcAb8esFN9NpeI9WT4L1qX7RCp0r4YrPzVquX1YLBeaw00cK3uE1CISVjlI8vGGZ
JR091CAn8W3rYuvNpryGIOyPBLeanjtuvKW6aAt1dy8nnunMSGNrfSRagp/Mgld1URy5jwB+
8j9Y9OSw/h38Qoxwaw4h23grFQM7QoZEEchUF1DdQU43GffB9/fiKoC9ceXlzjy8tf8A/aC6
Co5zcl+TvI23hpK3nZzNtFqqYwDj9n0zmepckdgrGDO478N+EnQ50p/tBt5prwmlkkkfM39s
bS5x8P5tb3rUT9o9zd0/rfx/84NU0slBcqi96imo6AdYxHT0arRQHJBCJ5dOAFJI9WcDAHDa
nhe+NrQCGj7r7b7L0Ao+Gxsa27yA53mRe5ULVPMqkinDTIiUdvyGd6oda5yqOoCAFVJJwu+D
23PBL6Rwbe+Smz2SNd2koxnnc+FxZE9su921LblqJHegt1Wv3iMQemd1B/EzEHy1bGcKC+4/
D24nBExuT6/wuRRRyuu91m4sM3Phtz6ppk0NHVyNKLZqTEh6x5VRUBN9/SAcY+McF64uoTUU
PCgLOGf/AHFGltkqZKMTyU9L0NhC9RJG6vKCR0rMR0xT9gEqFjLDbOSDx89ka0vySfLp9x5X
WHjma1gtb358/LzvlZdTaGu95uNQk6xNDTxIHhn6oJ6NQhx19ZbyVO2C3mQsenLJxGIRxNBG
c/f5+PPzVn6y+CS0+vV9+ajDmZ4cnjt9RV2WED7rKi1EIjCuzAFnJhyTHIoDFowSrDDIxBwH
1DxSxDZT5X+Wenj8Vn+KUkbzeJtj4C/rn5qGb/puExSCnVDDg5mYA9Ax6AAffIOR7k5PtjSR
1VgGndZGegLruGPxy9/KyH748dttyxB4xhC3SXwFbqJOfqW6f5duLmkvcSUK6FrG6RsirkVr
Q6E1FR1stHFd6Jompa+jc+WlbRyxhJoSV3UlcFW7hwje2CDXjtHWvbx8Rsm1LETT2G6UcxeV
7aH1dW2uKSKqpaeqilhnjBzLDJGJIyQe2UZNvp+XEY6oFgtuQfXxQ7IXPAcUP6isc1RVzr5h
d6lphnsSvWp3PYZAbP5ZPc8WxT7EeCudTXBaeaGvu5rbXGrGSRI5MKpwwIBPcjH5/wA+DNdj
YIAsu25TNbK6WxXmKWBzA4k/dsvpKgHY59j23/6cEPY2Rha4IBj5IJQ5h5/dbDPs9fHPJdLn
R6W1NUlLjI3RRVMkgT77uP3Zz2l22Gwb4B24+Ue1ns12QNTTt7vPw/j6L637M8dFQBTznvcr
8/5+q2Xcub6oiRZXUCUAp6/UcbfoO+Pn6cYGmnDXAFamqpzYgKSKXVMMNvzSMro/4iwx1YOD
j9e35cO2Stc3BSJ0ZaSCk955hwQwqGYBidiXJBXGTt8k/ntxaJwwd5RMRcTpUf33mAZ7isUJ
wZDgKgHUcKe+3+s8A1PEBeyNhpSMndBGt9dJaQJpOozzHy6eEbvMd87fA+eEcpfO7oEeSI2+
Kw6ct1ZdkFTVkZX1xwqc+Ue2SPk/z4Kig/tCTVFQL3KN7Fp8R00g7PKwc5AyX9hk9+HNOwjC
UvkucJ9prebXTpnoLhRl226thjHxvn9OG8bBbCGPUpZRWeWSkkZseZICWxt04GN9/bPbPfj0
rsYXozc5KyXCQwxkKp9SHBwB37j+h4BLboxuBug/UFZ1zTAxAEZAycdW6+w4mWi3mutuXFQD
4pdGDUehLhTYEizLIGRhu+Vxn9T8ds5HA9JII6lrtjdHOaXMI5KvHLYU1htFHBDb/KSlhjEc
ZGcYUA9JHc4O59zx9z4MGGIPHNfKOOSPMmg5siZo6WeUSSxCj6nOSzt+9HckLjf9O/DgzAYA
SP8ATXF3myTakrrbZKCaZrsaSjgw4nkJiVAOk+onttv9MceZMBkgKqWBxd3HG/Kyq/zV8aWo
b9eaql0nXVNustCWVa+QF6mr9Qywzsik5wo3xj3OOBJmBwPIJtTjszZ+XfGyiWPxGa10zWzS
0WoL1EKzpkn82o8wTN8lWyD+Y+o37cLzGwjZNpGtda4v68EhvfNS+6+nSa/6gul1aE/7vTtI
VpxkncIMAYO/bfHERE0DuhSYG3U/+Bbm7NpvW1stdVU1MtNVH7tT9cvUsZVuoYyc9JyQFHuc
+/GM9qOHtkiMrBYtyfJazgNU4O7NxuCtjOlNUoIlWJmaN2VTkj2P+WR37Y/LPzrUtSe6RZON
7eXUNMVjMMokLZUoGyu42xuDnAydv68CVYBCccM4jLTm7Ch7T3IqNpI45g7hmPojc5yQMAHP
5E/p77cDiWV5s1MJONSDvPJU8cleW0elp6cxLAQHBLPH1NGc5IAAwDgD8s8NKOlBdd+Ug4rx
+qkZpDyB8FO2na6Gi6JQhfpQLnJ6c4Ayc7/Hce358M9elZq5fkogstRFWxPK+FkdcKm++358
djcLZVE9+qcYXjooo5BKXD5QZI9tyePGO2VRruMryaqNEcswQOuSzDqzjjwAGF7VfJSO43MQ
7GROpx0Fc5GM/wCP/Xjl7K9jbkJnnvoqpW6lwqEDP4erv3O/EHOHNEsuDhAurq6apnd+hW37
sDhMD2Gdsg7kcCSi4RjH6SgXVWpY56A05USLkCRsZwBjGf1H8uFkpIwEa0goJjpHqbjOanBJ
ckZPcHfH9Mn8uKLHcqWrndAXOim/+J84DEyGNxlOzkg47e2+T7jHF0R5KN85Wm7xMUhg51aj
jYuA1Y/Vvk5/6e36cfbPZ9w/RRkdFmONxOe4t5FR1DUFZ5AWDpIctg5Ck9sn6nvw8e0EXWcg
lLHOaTg+OBf1n7J807qMhIo5GCuh6RkfjHsPz4BqKbJcE94dxHuiN+4wPFP1Jd2pKlXLPE4w
FJG35Z/IZ4AdFcLR0tWGOvexRLQV8NZS5lg8lht1q2UPtls9jv34BLC02abpmJdebZUgaCus
NXbpqQ4qYgowxIIU+xHud/b+eeFtS0gh2yawSt/uyiXwwc+G8J3i30LzNppjM2ir/SV1VBgp
JNS9TLUR9xu0LyjHYk9++TIHEt0WSD2i4T+tp5AHZIP8fArd/wDY33iDw1+J/wAQvhw8/rsd
uvv/AIkaBkL9SVNguwSQrGfdYnaP9ZH+DxHiJEjGSDe1j7ufvXxSvoZBTR1zv7iWnwcOvzWw
7hSk65x5eWOsqI6SklllkSKKJC7u7BVRQMkknYAD3PHl5a7/AAlX6ho/swueolrKWNjVV6gN
KoOZKaFY9s/xNsPkjbiQ2TKov+oZ7km53Xmji+xk0BTtVUwnnroVji80dchSoqmcAZzsu5+M
jj3JciB/Vu9dFYXlL4UYNMagrubepNZS6putRpUUdvaSlho6W1033UDYoxViFBXq9I9TE5JP
EicoV8xLRG0WF/uq8eASstOh+Rmktb3PWtXBBpbWFRG+mUmicV8lVSilh8mIdLmctMDlmK9A
fZcZ44Nt0VVXMhYG7jf5pV4wrFddNc925o6Jmim1TQcwJ9NuyS+biSSipkpFZQdhkzx427/I
465tlyncCzspNrX+t0aeADTNq5KeNLnRpGGvgmitdtpUjmLqFcRdJlZjn8XVIS316icY4jax
KhUuL4mPsoQ8O+najXngg5rNX1lFDpXSclbdoqcVIElxuckEaQNIM7RQKpZB/HLIp38vHHhs
iZnaZmWGT9P5RpzqutHUfYxaDiWrp2b9oU8JCyKWDLUVRZcZ/EAQSPqOPclVED+rd7/suc9b
M9q5q+HPV+o7hb/9odUXelrKpY6xXp7Vb43o1paZGzjoRS7M/Z5ZJT2Ax4+K7Ebtka3YfXNy
tjhOWP5niJS0LnHl5cJwM8eXlrB+0C8SNNYvGrzE5uSdM2n/AAkcv6mkt8iyBxLqq7kQ08Sr
2LKXQHOcGI/XDiii1gRc3H5Bbyhpf0/CI4nfuq3j/ts3+P3WguzVtVV1E9yqJPOq5pxVVM7s
XMsjMCzHPfc5OeNk4Na3SF9fgd2FOGDmbn3/AGCO9JW+CWWpnuVKbmY42MytEVMTP6lxsSSc
EZAA9R39+BJTgNBsjS8adWq3xAGLfH5Iti1hX6KsLXGhtdtt6O5V4zNiSoZgNhF7BVDDOdyS
W/hAELQXaLkoepgc12oDJz0v5+h1UaVHOOsrKh5Q93XzWL4WqZVGTnAGNh9OCREALX+SgzjD
2tDQ3b/0hbAoPD9p57bbr2K67akoBGY7lX6dp56a4W9Vc9Zdp0aORDjpKOAu34e7cfEp+PVH
aOj0CN18B9i0+GCCOosfess2hY1uCXC24uCN+Zvtt+UV03LC16Hv0dDcdKagn01cpPP03fam
6w2yppZWjYNA3VOBv1HEeFU+aPRhWHAcXGH1NxHI0Pbh7QCR4EY8LX3Ft100oYbuB03uDsfL
f32+STao5cU1LrTT9n1BoGhNRW2pqW7w6brPvIrYo+mWObohIEMkUihl6NgS4VvUvEaOtleH
PglcQHXGoWPMEZ3BF7+6+ytljaW99lrgjHyJ6EHw3VDvH1y6tfLfmZWNpKmmGk7iwqbaJA4k
gkIKyo3Xhg6yK+z74Pud+Pqns5VuqYx237xv9Rtyt0WW4nGYhg3HLqc2VYbhTzXGfpm60Try
SzZD+w3+N+/142bSGjCyzmFx7wsi2OWRrc8VPD6qsqka4brfI9hj8hkfO2/C4sDTqcb2TaOT
X3Bj+VZHxDcnGor3prUYctZtXUtLVxypjEUkNLHFLER2VlOHwfxDBH4ds6KlwJHLb4m6K4cx
j2mM/ua438uXr8qDNW06Q6iNBTxdMaFpQoYsZELKScY3G4Gff8hu5pHF0esoerbaTQ31smGX
S6w0EAJM8NRK+Q6Z6WLH8WN98EbfBx34IE5MhHRUNp7RjxUcXmjlguSBkYowyDjGcMRnPtnH
vw9hsRhZurJ1D3os03Mwu9DPTPJTzpUxPEyEk5DLuP8AmydhnOxzjfgWsaNDg7Isfoj+HT99
rm73B+a2p+H3xS1dFZqChvLyM0fQq1bAvlMbdQznONi2/wBR78fBuJ8JAe58K+00vFNYDZvj
6+qsXYOZ8VwpGMNfSVEbp+JJfScZ3/Pt/n34zwlmjNnA296YGna8ahYrHd9Y03kRSTVcKqvY
dX577fH/AF4vY+WS+Ch3RMYc2Q/U82EeN4LRTSVLTYXzpT+7Ixvkk/r+fFrabOqQqt9TpFmD
3r3p3TctTXm4VMrVFa5AEjADoXfYZOwG5/PglkerHJLKipsPFG9oh8lCDjKuCSOxGcng6OK2
wSWWUvOEa2ryKl1EYRFiQP68Zxgkn/Hf6cMIoxdR14sl8CFap3SM9TEsF6MIuFHpyfr+m5Pz
we1VEpfSojQSICwKrj1EeoDf/P8AnxGWNQjkzZMl8qZ2YowyWzgZ3GDnP9D/AC4HsBuiGuJT
DcmP3mQs0ZcYbsdsjv8A4Y4pc07BGM53Ucc14BV0/SEZlYEAKMAjfbhdOwtIKYRPuqsUVCLL
cLpR1EcISilbHmP0KqNk5GexBLfQY9+PqXs9xK9OGk2IWH4vQ6py8C91EHOXxg2fltXPRWyl
a/XeJ1DqMLFD05Cr17nucnAzv7EnjVte45aVnZYwHWcFXHmXzTvvNe5me71HnK7KFpYfTBTE
KB0qp2J+pzuTjHHTe2VdAImiw3KGb1TyQ06xlZehQhEfqySRt9TsSO3zxFsjkRPCwC9rJPX0
9PC6ojN1mPMnUp2yew+MbfyP04m5gCqZIXHCcaehR43bMXluifI6OojZvzxnH/TcKR1uaNYz
W6zRclOlXVtpCa3VVLL5dTSypLGzH1U+HAGO3yfcbH5Oykjt3Oa4Yz71pmQimhaTuSPdkD47
rY94U+dlJzk0PR1nmxpUJimrIusM0NQoHUMdukkAg9t/px8m4pRuo5nRHbceRWqgcJgHc+fm
rB6OonvDCRUYEbLgnpbfB2H88f48JnyFxA3RTWacqd+V/KBLoqM8cfmBlZWOS4Xf+uf6kcMa
OitYu3QNXU2uGqWrdyyt9vxHHToZG3Z0PScEYBz3P5/TjQw04AsEgllcTcrNVaOSgEbecQqD
b1buQN+K5Ke2VASW3XcatTUbB/MXqbGSPVk5OB+mP58U9mRhcfICl1NWRy9IAPTIMqM7IMd/
p/24JZbmhDlJpZAqzurYULkSMck5+P8AX+HEQ0WK429/NMF2uTU0OepPMBOCTgsNz29j7fnw
Obo9rMbJpu2qIoqbCnpLMR0nfHbiLgALFdjBJUdav1i07tHSzSSORjP5Hvn9duF08oA7qPbG
TlDRhPWW9byuTlSN3yD7cCNZqyUS11tktltkZaMBGRwOn1bhiQfp3754ueMLt7KI+cMjpZ6x
2x1dMiggA/Ldv5b/AJ/XiosGAoxEkklaavEu7S84r9NsA1RJlfcHOcf1Ofy4+y8AH/k2A9Ak
3GdTZA5pxb5j+FG8sRj6iM9JAICjv8/6+eH7XLLzQWdqGRv69brFNGI08s5DDJVy2M/G/wCv
9OJ75QErHRuMbvcl9HdJa2mETSZCDMZJwRuMj89hxQ+MA3CaUtW6Rga43PL8IotNU1QkULRE
VDP0j5kXb5yMf9+FksdjcbLWU1SS0MIyD8UQ6evVRYK7qgqGp1O/TnGfzzsRnH58CSxteM5T
mmeYyD8kWXnVMGoE6623tGUjUpLGML1qABggjII6tvlRj3wDHAY/2OR+sSu7wt4rY14R/FtV
Uvh35U89LR96uOsvCLUppXXFGqj7zfND1zMkMxGcyGmYvHtspVWPHtDnEstusHxnh0LJ5qBx
IZP3mHpK0ZHTvYPxC3yaJ1na+Y2jrVqCyVsNys17pIq+gq4jlKmCVA8cg+hVgeFD2lpsV8ne
xzHFjxYjBHinTiKikt8sdFqaz1VuuNJTV9BWxtDUU1RGJYZ0YYKOp2ZT7g8eXhg3CFB4beXg
ppYRoTR4in8oyILPThZPKz5eR0YPRk9Oe2T88eU+0f1PxXr/ANzly++7Qw/7DaQ8mmlkmij/
AGPT9MckgAkdR0YDMFUE+/SPjjt17tH9T8U8Jy005Hob/ZgWGzDTfleR+yhRx/cvL6uro8rH
R09W+MYzxxR1G+q+Uw0Hhi5b2q5QVlLoDRlPWUsiywzx2anWSJ1IZWVgmQQQCCPccdUu1ecF
x+KctO8ldHaQramptOlNOW2orJUnnlpbbDE80iOXV2IXdlclgTuCSRueOXXHPcdyUjpfDny+
opHeHQ2kIndJo2ZLRTgssw6ZVJ6dw4JDD3B47de7R/U/FeU8NvLyOnmiXQmj1iqBEJUFnpws
oiOYww6MHoO4z2PHrrvaP6n4rJ/7njQJo46c6J0kaeGokqo4jaKfoSaRQskgXpwGZVUE9yFA
9hx665rd1PxWKo8NXLqrpo4ZdB6OlihpxSRo9np2WOEMXEQBTZAzE9I2yT88cXe0f1KM4IEp
YEiiRY44lCIqjAVQMAAfAHHlBe+PLyiPx0eLiyeB7wwao5jXt42/Y9P5dtpDu9zr5MrTUygb
kvJjOOyq57Di+mhMrw0Jlwfhr6+rZSt2JyejRufcPnZaKftML/fOX/hs0zyEvNcr8ytVXL/x
Q5nzxL1NT3Or6norbJgA4hp2MjKScNIhA4f0emN4lt3Rgfn14r67w2jbxGeWsgxHGBHFbI0s
Nyc/9RFr4Nsqj9Ny9q9JJRR18aRPWr5xV5EyIuvAZhv3IGO478PhUsmB7PktYynkfIIw3J35
Yxv65IzvfPXT/KS1UdHZIqa9SIJPPLoyxwylR0nfugJPoIx+XCz9JNI4mTC5UTx0pHabnG/r
r0+6iXWPM+5c07r94r6mFECsqRxKI4YUzjy0UYC5/wAxv2wzhhbG3S1Afq+2d3tj8xfAPT5p
gk1a1PI0awyBUPSP96QbD6dG3F+lI5uIxCRw0cz/AHH8LZbqbxUW/mBQV1XPd9XVF9rpo6BD
ZTHaqO4RgZNM0Kvh5fKGZX6gsSr0l1KnPwuPgDoTo0NAGbO7xHje3Xbcnoptq45LWJPiMe74
e7xQleubVsvd9t10pdJ076ctTp9ypLlcJquiuqs2HqOhyVWlQjpEmyu2QhkJ6eCYeEyQRva6
Tvu3IABGMDxJ6fFWGVslmtYbDxvfO/uXvVXMvTNkkuur4JbzpWupyILRS2ylMNPOq56iFfqY
gHBx09I9GSGGOJ0fDp5NEF2vB3JOR8LfW/mvVMkcbnPNxyFgfnucqtGovFld6y7SyXukpr/Z
LhlJqKqgJ+8+4VlyCTkFvM6eoZ77cfQIuCQMiHYOs4cwViTxKaSS0jbg+H0SDXPJDSvMLT9T
q3l00zUtHF1XOy3JiLhbJGXIMZY4mhHs34lwMhhxOHiMkTxT1lgTsRsfhsV59PrHbU9yfHf+
UKaU0fBYLhLXv1T1kbIUDx//ACMpBHTufSxyuc7+2RvxKqqtbdAw3Pv/ACP8oijh0v7R1y7F
uVr/AAtfY/DqrgWujHML7Py7GQM9w0rXJUxEYVBFHKFcgnfaKpByMfhJ7DhO0NNh5j37hBPl
/TcWLh/eB88fUDZVM1TpaKiUSS0zssaB6ljFlurLKIs/Oc53+O+3DOCVzhYbesoyfTquRf1t
+VgqdMU9HpmiBhQSdBeUMvS3V6sdvcHcDt6cfGbYpD2pUJQ0R93p6+qhDV9OtLckpyMdEezB
COtiA357/Xtn9eNXA3Bd1WMrDcgcx/lFvKe0iXW9opupZ2FT1eXjIAXBJOR37/ljHyeAOKTB
tNIfBNeE07jNHn5LYDyxs8Ulug26WMYBbIO/t34+O1Mp1dV9TgZtZHtosNCiIZVPWf4k26vk
HH+tuBO0vsiiQEZWaxU0YR51SXI6R1DqLE7f58UyXOy4HgostAjgXK+gKMjH4QfkfTioRc1T
LPyCL7TN94K9fUjKwJYdj/0+f14va2xQEg1DJRlZI41ZAygNgdTHGDsNz78EXHJDEWN0S2en
Cy9XQWzk9Iz1dPzj2/78GwtccoeR4CKVtkXleYzIwZS7YORvnbf8vy4PDbFDufqakNwk+7s0
fQvX1Z7ggKcDGPz7foN9+PPwux3OEK3Kpkjkcszlg/UCTuMbYGeA5EXGbFNlKweod26cFdhk
nPtgkb9jj9OKijI8oX5jW/zbd1qm6EY/F2xj2+vAtQwWuimXOypd4yuX8t2stVLCKhJUD9fl
elmI3xnuBkDP04dcDrOxlBOxxnolNbFrjLR6Kp5deUl6efEVNRukwLqyTxKc98nJ6sDJ798E
fHH1KkqWPAtssNU07mk33SSl5L32Uef+zafy4lOIzUKB1nLbnqGTv7bbZ+Rwxc27cBLY3PbI
CT8UnuPKnUtRZRKlsnl8wIrEzK/W2NvfYDBz8frxWyA21Wwrpa4F2lzs+/180y1PJK5RzRJV
R1FKvV1IWKsuOw9Kklu23bO3uRwHNVxxX1FG09JJOQ1uESRWGHTluemlmeVmbpMgBICrjYek
d1UZ29OcbgboJ6ozGzdumy3PDKT9OA55z62QffJvMucoP/lkF1HYFT+EYztuf6+/F0Q7t0VN
MJHaD1ufdt4qbvs9uckugOdQs9VMEt1/JjYMchJgepCd9s4IyduM/wC1NCJaQTN3b9ERwmYM
qXxkb58ltl5LxRrOjSRzOxCkxjJ6Rn1Db9Nx3/Tj5qyIA6909kffukqzOjblBQiJ4utGjXLE
AqpA75+T+nDRj7ZGEnlzcFGUl6S5wKygRtjG2xIO4JH+s8HMnuEvEWUjqb8kNLOBK8UZjILS
HGT7kfyzxb2gIKi9pATZUXSB2MkkpXpU4ctgNuCGP6+3zxHU2xQZBume5avFFAUUq3Sm3S2C
dgO/1Of9Z4Hc9XshTHdNbmhilZyJXhUFCMqzNjcD4yfn/LitryBkogQAoPuOr4YQXGA8YI6h
v6jgj6Z39tuOh4GSulmUx3LVslZL1LMqxdICDqyWx2/LgOaUHKuhbbHJJqKMSxyFHDs5HVJk
jpx7dthj37/nwKG5RQOMBPdutUuGldvNRf3gIBAwMDH+PFgFlONp3KR3WmMRTzlJcOz9Q26S
AM/X346ei4ci5UHc/wCtT9iVrRyyQgwlVOdyW9sH+X68c7PvBeitdadfES3mc0r/ANAVitfL
0ld+nBPv/Tj69wTFOz/2hK+Ot1NsORKAY50qYocYVlxnI2wRw5Nxe6zgma8MI5W+BCyTW4yk
p0HywoIIGcYP+hx4yAZXRTGXUAMD5WXmaiFGAAuQxXByO+PV9eOteHbqt9O6MiwwfildCzqy
KGBPUAemVSFz7nb/AD+vtxBzW2RUT5HGwO3LGyMrFe1+7QRy+S8xUDJK/u99gRjuOxO/68K6
in3LdlraHiA0hsmHWHr1dO6rVrSLEKYvGo8xj0dGc+kHvudyRj6H3PAfdJvdMGSOaLNF8e/z
6KW/AV4z5vBn4jKDU1ZSftvSVyjmser7NJtHqC0VK9NVTsDsx6cOmcYdF+TxIwXGOWyWcbhF
fTmLVZ4N2k7hw2P28luv+yt8RVH4Oub9F4dbvqWG/wDKnXdN/tLyH1bJN1Q3e2THre0NIf8A
8ohZsKjYbq61wOtF4XVcReO0AzzXzPi9IaqA17G2kZ3ZWgbEbO8jzPS3QrZWDkcK1lVzjy8u
ceXl1I4jQsSAAM5JwBx5eUBam8etlskfMGjp6RK6/wCjPPqKShglMwu1LF0F5EZAfWqmRmjG
Soj3werplYK5tO46b7H5JBzd8b9THdaaHlzFprUdFLp6TUAuNZVlKSoCyhDTrIGRInjQmaUy
uCkanCMePWC6yC479xm3r7WXL54xtWXK36Yo7DpOzRagralKS+R3G7R/drdK7ERx0pDoaxpI
walfLIzTgPuWA49ZeEIySccserdPNZ9HePW3XzQmlJKumoF1bqLUIsYtFNNIxkhSpMU1fGrK
JEp/KBmUyqNsAn348QN151OQ4gbAXv8AbzRlyX8WOneevMvUtksdRTVFFYkpxT1nm9LXGRvM
83y4yATGgWIiQZDCX6ccIUHxOY0F3NSpxxVrnHl5c48vLxPOlNC8kjpHGilmZiAqgDJJJ7AD
fPHQL4XgFrf8T3iK034heY1VzZ1EjXHkzyKuDU+k6CSPMWt9U4wkqDP7yCIYbOCAilhnrYAt
hdGMe9fWOD8LnoaccMhxVVI/qHnFFzHgT9fILUr4tPEm3MPWV7vlxnW/X+9VktbVVjoCvnnJ
ZlA2GFZQPYKAPYcG01K95u7C+w0lAylphDE2zGgADwH1+9/FVO1Xri53W5VxnmWWoqESMFhn
pCE7A5xncdh+nGqpWtZHoZhIK2umbUPDN3AAf/lv/nyQbLeKm4xeW6FhGOoqFyit8/pj9N+L
/JY+TiL5u5KNs7Yv/FvXNDcauYXIKsU0C1ClI4y+7e2CfZc522zn8+LWgblIKqvllm0Qgi+L
fzyH1+KSG11sZ6VqQirsFXoIUfA2472vgqRwyQYElvK1vdhXO0ZVjmXq+GwWC3Sa4vFQ33R0
paYRUlRgriLYAxUaY/DsZmBLYUcfPZIuwZ2khDG/P+Sfkn8bmyOEbO8efT/A+fktlXhD8DZ0
XTi7a4+53m/V2ZWVol+60yADoRFAAYhQPXt+EBQqgDjJ1Evav7gswfE+f2H3TpgMbbn93hy9
dfspd5ucq9PTWjKU1J1BQqJFGFXGewA2IxtjtwK6AYNlwyuIIJ/KCtO8o7BT1OHoqRc7NmFD
5gJHcY3Of8eDGMYd0BIZG91pT1UcmtJSmWZrJZ3lyfKlloYWcE98Hpz7gHHfbgjuNw0qtnak
3UW82PCXo/V1JMjWWgAlLDzBSIJs9s9QGe+e/bv8cUO1DLCR70ex2oWeAQq/UXK6/cjYqu3W
ukiuNkqS00lKAHkRXTy5EZRjzEdD0nJDfi37YOpuJ2GmXe+/LCS8X4CagiaHcDrn1dVe5n8q
ltWtLgaW0VFvpPvYam+9RsAev19HVjBYHYk74Gd8g8PYKkBo0u5cjyCWmjke3U9tje2evT4q
LOa93islXOjUscb0QVC0WELdCt779znGNux9hw5oGudY9f4QNUQwOvy+11F+kNDVGu7nK0dK
nTiPzCyHG+FyCQdwMnA3GO+3Dqqrm07LOOUlo+H/AKiTXYW8vX8KauXnKOPTV1pjFGp6iA7F
fW+/z7ZPGLreJulaQ4rXUtL2bxp/lW15VWoCjjWTGX2HVk4H5fpxi612e6tVHgKTrZYyrnJD
gH1Yz0kf6P5/z2W6rK07boy09p8VTHEWQPcNk59jjghjkJK4tOE81toVFUhAjSMqZ9wO/wCX
sD/Pg1seLkJd2uUQab09LX4weo5weknb4/0eOGBzjheMoAyjqzaYShCnoBncAgtlvjcg/XJx
wdFSAboGSW5uEUULdNOOpAOht+k4yAAew799scM2xd3IQZebpVDEswkYMcA9LENgEek5/n3/
AC+nEDgqbcpHeU/3J8bev1qPcHOB847f634FmeETG3khO+1LS1UeVcNCvfcjGc4Pv899+Bjk
olptZeTSPPEzRnoXPp6Njvj598ccIzlGRu5BNuq6YzUDN2GxwRkYI9j+Y/XihwBCvaVX7mlp
H9uQO4AcklNtsjGP8v6cTHcAKEc3U4qqHMTljcNMXGSMrJPbUPl4ZT1U8ZPq6R7j+v02A42f
Ba8H9p3We4lAQDqSSwV9NPRtH97WRCwRPLgDE9/cg49tsbEcb+lr4tF3LFVtBM94DfX5TNfx
T2ORaiKQmVXPnszYQKM9K5IAJGDsAc4GBkjhZxHjgaNEYBPVNuEeyskzw9zjb5IW1VXRveVW
VVkmkz5ECsOobsMsRuB3wO/yQN+Mk+WSXvnbqvqFJw+Gmbp3KFNW3cNtSBHCDogQxhpGkJ3c
D4JAwPhQffHBNM0gd73/AIVskTnOGj0VG1bHJb5PuiFVkRg0zDcFsZAz+fz+vvw1BDu8duSX
yQCECJm+NR+gCLvDhYXu+tnqEDN5aeYpBwUBIBP0zv7/ABws49LpgDFHhw1Oe87E4W0rww89
5qm1JT1/U1TTQhSTgl07Bz7Z9j9fz4+XSs7N+NinxGpve5KyNj5vNU4jMvUqoPWWC9XbJ79x
7Z37cdD7IZ8YOeqNbHzaC0xZJvM9XWoD9WMe2+/v/I8dEruRVPZgnKy3PmqFWLrkLSg5/wCL
gZPsfoB/hxNkzhuoTQgjCHrlzZoo3mXzk6guOg4PUCe2c9u/59/jiclWOSGbROQpc+csL1Ul
MjeY/R1nOFYr2z32A+D8fnxX2t8q8xaBYJluXMKeeN8SrnoUlFAywO4JOR2GO/zxNrS45UC9
rRjdeqKpnrKdFmjdGwcDJUknt/MEfz/LjrxlV3vuEQacs8NPAxk8t+g5Yhdz3Hf+Y/LPAD9V
7BHQsaBcois9ghli6liVukZZerIIPbsc4H5b8XRg81KSxJsnOJI4awRrt5mC/lNjoX37e2f8
fpxNwsVJo5FM+t4vPjKIwKJExyCSVO223t+f0+eKzuuSi4wq0+IetWtp61ViLLEQ+FAwR0nf
v9OL47deqGY46wB4LUHzpVm13c8nJ+8zFvzDnP07/HH1vhZ/oMt0CC4qDqLT4lBVso2myFOA
Y1Y5Hx3/APZw3ebBZSBhJuOYHy9ZRJQWhnkpcD/jxhiSNsf6HAD5MnwWqoKTDSRuM8+mFi/Z
8d8QRxo3mFfSuB6mz7e2MD/DiZd2ZvfCp7NtQ3RbP8pNDQtS1pHSjxk5AI6AFHbP8u/FrnBz
RZVRROZK4O25Y6fdNGrb2YFhRTjyD6Sv4kJJ3+f+u3weDaSG4N+ayfH68h7dJILf59YS7Q/M
i4CrAmYGJtowTk/GOonf4+meK67hsenU0ZVvsv7R1P6kRyHun6/H3fBFt+usc1gFSvQzGZfU
r5Y75zj6DY/pwoih7+nwX0ypqAaczNzc/Xn68Fbb7PLxuaW1by5m8OvOu6V9k5e3i5ftbRus
ICRXcs76GDJWRMpBFI7f8ZF/CWLjGWYRqaMj+qz3jqsfVNk/VCrpGXfkOabAPaNwfHoeuLFb
wvs+PtDNQT8yP/c/c/zbrPzps9IlRZrxBKDaeZltI/dXGgk2VpWUZeMbk5ZQCHREVVSd3tYt
uY6evXjhuJcPYB+rpMxHlzYeYI5W+WM2sVdgHI4WpKuceXkHc9+VtRzk5a1thpdRXrTE1Qyu
K21zCKU9O/lsSDmNuzAbkfyPQpMdpdqtdUH0JycvvKG961q662pUWbl9T1kdffbeqmvqZjC0
a0MLyOVKO06LJHhQE7Eek8TbcG6YPla8NA3Pq6a9Oci714dbZqbTGra2n0rW3zQz18tPQVgh
tMgMslOguYKyPO/mTKrmAdMKKrM3SCRwXAIUnSNlIc3Nj7/d09+6lHUV1tl7bl7HNqmpoLfU
X221Fmrnrsm8QwUwt8s9DimzNUJU9PlswUGFklI6MgdvkFUNaRqxyP5znp81HvLblDqFOZtk
5lsK6bT+odR3HTlRd/vUcuoKSqnkajjapnyYZovNHliWJSDHI69ILKRy5vdWve3SYuYAPh1R
D4ffCBqnXnPWuoK+ol5Y1ejEhNaunJDSyusisqSwZd16XaGVQ+BlC3yOOWsoyztDLjN+q2Fw
x+TCidTN0KF6mOWbAxkn3PEUvXrjy8uncIpJIAG/HrLy1yeNHx7UXi/rtc8v9D6sXSXJPl2o
PNPmkh6qRADvZ7cwP7+eQ4U9HV1dXSAVI8xxTUeganjvHYff1/j6BwPhrOHNZW1LddQ4/wBK
Ln/739LYIB899tTXjo+0ni8ROprZY9H0c2luVGiKY2rSemQxVaOnDHqnqcE9dTNjqc9RxkLk
4Zi4h4XzcM9V9c9neGCga6SodrnebyO6m2w/9I5fHCrTNquS6XSWurGklWbqJ2VQF7Afy9vp
jg19OGs0NWwbK0jUds9NvihPmzV/enjqKRYlWTBLr0hlAJz2/i3+N859+O0oI7p5LIe1chMI
kjA3FzztfNvt553QTLejSW+ZnjhElQOgEqAQTtn6kjHscA/PDNkd8L5NxLjFm2IAJPQZ5Z+6
b71T1MctPVqvX+6EizIwYEZxjb8PuMfT+XLXwEC6p7zZWDIBN97+Hh0Xa11SFHpY7d+jOf68
V6SmjeIOAAv6+K+jvws+FLT3J+jkno7Ra6KrnPXK1PTLEud8IoH8OPdiWJ3J+PjgY5/elJPm
tPJPyYLAKWdW3mlsNrIkaGN4E6iynZds+/bYd/pxGYNY26nTF0jtLVD+maet51X+Stjael0+
gKxVS7GsPv0Z/gA268eo/h234HiY+R2cBWV00cDbDJTlq/lBPop/Ptl7u6NIoQyGoV9h+YK9
8+3Fz2NZkbIOGpdJvuklv0/fp2Kz6jvkkc6+oRzxxjtj+GMYz+e3HQWAbKt87nGwSv8A8LKU
tJNNW3KomCsSlRWSNgb9hnb/AF78edICLBSh1NOohRPryruXLq4+f0Ld7Q7qHDYM9MMblWbd
x/yscnbBHY0SG+6ZwzNaei83Lmxpy4WCpWd7bVUdUjK0E8SlVwOkKCcYOCdipP8AXihofGQW
XRJfHKbHmtS3i+vlpu/iD1QbIIVt8svqUw9CBsDrGQR1YLE+wGQNuPpfBmPbRsMosfP4LB8V
Mf6xwiNwOu3ijfkty7p4rNS+XEvQi+kEH5/i7777/rjbjP8AFa1zpCScpvT0bWRtA2spj0vy
2hFQrKreYGHQrgkKvtv7cIXVdwjGwAG5Uo6D0+lBAkZA9DH2OTv/AE4XSvL3Iq9hZSfpWjRf
OjeISBhgY7LjfJ+nFRZ0XWutupB0bp4CgUiP+MnJ3Y5/w4NpYSbIKqktcJ3qNOxjZk8zpxgL
7bjbtt/34Ztj6pW55BwiOz0S0VIJDiIkbqBkAfJ+eLQ22FU917lOUtw6SQwUgkd2+m+T/Tg2
McyhnHolFuqfPgj6sD2bfuMbf4f14vc4aNKqFycJYH81pY0BZsMcEBcbjO3C+Z9yjY24SO/y
iAzTSSekIFRe3TjGc/PtwE7Jsi7WyhGS4s83RkASk9x+Ids/632/LiIBC7r6J6stJFPTDq3d
8YwOx44QDcK2GTITdr9P2fb19Pl9KhSoGAduw+Py4odcFHg4UN3egFZc1AKgO3pBwM+/8yM8
VSPuDdSbHkIE1joqDUdSUZXVogRno/F/r/oeJ00zojdpVVTG1/dKgnmlyetOiKx6yF3gcEln
jz6gMbe2SfjvgfTHGhj4nKQAl0PCRI/S33eCgXXV7zqSQGaCSK346Bheg1BBLSkf8vYD2JHx
udC0uaCdz9OnvWqp4msGm2B9UAtcau4Va/s6KZ5CzCapZcs/YsF32GBv78MixrR/U9wXGxvl
cTF8V5qaFtOW2Ss6hJUzN+4Mi5BOPU2/dd/yyMZ4817Xu0bBMGU+kEMOfHb19UEzUz+cxz6C
SZH98+5JOwJ+dzwyY5u9kjrqc5jacZJ6+/a31U5eDixPcP2hX+QPLlmSJGH0UAD88k798n65
GX9opBqbH0Gffle4c3+mZLbn5W2VttM6fno4IJYC1NLH6g6ZzHnHsPb2x7/HbjEyPBKPIsMo
+snMyqjljjrHqoXiH44QCmxOGx+LscbZxxDsb2QxdYkjZFFp1rPWStLR3ynnUEAjrUkdI74z
tnOMH24g9pGbKGvlyT3S3e5VYkMlWrqPUSrACLbbG+WJ/wBYGBxQ4m2F0NJ3Tjb4xI0WWbLy
DI6xkjHf9e+MZ4HaEUXADKcKawmdS8adKdY68DGVyDvvsO39eCo2nmlss7SSAERWjSM0lTJP
0rI0oyWcbsf+hwNvbi8OsqhcklFNo0eq0IaWFC42wNycge/12/LHES++ymyM3ynmzUaU7ljF
+AdK9J7DOwx9f8M8e0A5KJiOLJ0oKVaaWQH8TnOVGNs7A/8ATi6MbLhG5XcUUFFLJKItiAoA
YZbfJP8AM8TfaylqzhCmuplippvKTBlGcnuTjb/DgQPvsrJGkBVT8RdYae0VsrLiUKPYqD2A
BIz34thPeDVSxg13PgtS2tpfverrozLgNJK+64G8ucfTYnj7DRs0wtHl9EurzqqCXbW+pWDQ
+mTcK1nVQ6R9UuSvtjYf5fqOJVlRpbbqq+F8PabvO1yfwE83smgp/KkwPKCoUL46W9WV/rn+
XFEOc+vNNp5GRtN8D4LrRFhL2xKqQBW6vM6NsdIIHz+e+P8ADjlZONWgKnhNI9w7R9gTlZqX
QcV9lIpzIg3cZ9lBO5x3OPj3z8jj36ot/ciamjY2PtGevNJrjyLtdbCWqrxVQtGAXC03X09W
4O++MYJJ9iOHVBNK/LW/NfMeMx0wOmRx+G2fjnqsT8i6S0uy0dXUS1UmSpeIBUGAcHHY5Pzw
VUSSabO2S7h1PC2XVDfUPXRMrXqWTS8sLs3mxt0lc7YBPUPyDfyz9eF/YhslyvokXExJQkDf
1f3D5e9M8lbI1PHLC8yyQDqLexB9s5+g/rxeG7gpW6ZzmNfETdmfjm3nt81e7wj+P/SOtuS2
nuT3iGju9dy+tdSanRetLWzNqLlhWZUpNTPkGajV+lnpzkjpBQZVVCqakLXExe8eCO4jQl7G
8UoSNb/3NJ7r7Zz/AOrODbPPdbb/AA3faq6u8Ii2aweJS527WHLTUEcbaL56acjNTZL/ABNk
LFcViB+71IxgnGc56lODIUtRRNcNUX7uYWKm4K2ufJJw5ulzbExk2IvvpvuL7eeOi2M6W1Xa
9cado7vZbjQ3e03GMTUlbRVCVFPVIezJIhKsPqDwoc0jdZiSN0bzHICHDcHBHmE4ccUElmsl
HUUtVBJSUzwVpY1EbRKUqCwAYuMYbIABznIA47dcsmzWfLHTfMaOmTUFgs18SjYtTivoo6jy
CRglesHGRscd+OKQcRlpsvep+XOn9a2WG23ix2i62+mIMNNV0cc0MJAwCqsMLgbDGNuO3XgS
DcFK7bpe2Waz0duo7dQ0tvt/T91poadEhpundehAMLg9sAY45dcOclKo6KGKrknWKJZ5lVZJ
AgDuFz0gnuQMnGe2T88eXll48vIJ5/eI3Q3ha5cVeruYWp7TpPT1Fs9ZXy9IkbBIjjQZeWQ4
OEjVmOO3FsUD5DpYLomko56qTsqdhc7w+p6DxOFrO8U/j41N46uWlw1Fc7xffDt4SIi8E9+q
YPL1dzT2/wDkO2U27JDINuobEHLsQGQOoaVsJt+5/wAh69cltODcNbSVLWRM7aqB/b/Yy3Nx
8Pj0A3OrrxnePH/x1tVr0FoiwJy55H6NhmXT2lKORiTI49VdXykkz1rht3YkJkhSeosz6jg0
EvflxX1Gg9n/ANEHVVQ/XNIO888sDDegBwBz3PIKsVDKOnqZwrpuBsob9Pc8MS4AJxTOzk5H
u9H1lOdOizUdTNVEIiqAihOnqJ27ZGBgYzgj/MSQ8giw7SzvbeNxv7/cgzmBfHqqVVRGCTSC
NSv4pScZK79gOn67j6HgqlgucL5d7Ye0nd7Jow7GP83tZMT3MWiH7vVIkjRyhS6Mkigj1N7k
5xsD29t+DmxY7q+Xy1pJ75+nrxskldq5YriPuJmWkdyTF0KOse5ZN98Ej6jiIiJ3Xm1oaQWH
H2TlPqHTCzuGWRyGILGIqT9ce35cV9k5N/8AWaX+7fyP5X1BXzVkdutcy+f5SIhJJK+n29+3
Y4P14+MGUAXX0FrS86Qo/slgrua94kkuDutgwvl04XBrun+JmG/l9tu7fQZBrEfaAFyudUCD
usOfWykuOhhs9HDBEvkRxH0hQBhRtgDsOw4mWhovySxz9b8m5UZc5uZlNQBITWR0xc77g5G+
25Hfb9c8LamcuONk6oqMkDGVDVw8aejNNrJS1mpbPSTQSEMrV8WSSckEBj/L+fEGiqe3uRk+
4og0cTH2c4fFMifaDaFW6/cpdX2JZagZij++JvkkDB7dxj9OLf0dcBqkhcB5KLGUzjaOVpPm
Pyjk6wpOYFCpirYamCpC9IDgZOCcg/lv7cebY4Komp3sOUFaq8NOmtePU/tWOaAu3UJIC6Bw
OwboYHH1+vHjK+IjSuQAvBBOVr48dHhotnJPmJBFaZ2liuaOSiL5ojXBXfJ/CSckkewH142P
s/xSWeIiT+22UBxThsbXBzcX3+Hr0VIXhKsS33SdFK8chGCFTuyop2LZzkkY/XOw4znHCWzu
ATOINcxp8FPNLpBrdEGWJljwF6QpYY3wc4znhC1xcbKx4AynzTGlvLbJVx1nA7n3ON/k49/p
9eLud0ISDhHOnrK8aFSqp1ADq3GO2c534tjj1FdL7BGulKPyoOlSo6gC+fY+/wDl/nwxp26c
JfUuLsp/rz9xlbpLMWXCkpsxzn9MjhgLc0scSCstFczT00B3bzMgAnG/TsMe47fyPFYcAVIg
6crLUXT7nHD1dL9AyyFvw57Kf6/y4sdOAoMiWI6gIiU5aMo/U6g5Y/T5G2D/AO3iHa6sKZit
lENprJameMgdB/F6cEAew/8AZxF5KsaCAmzXdz8ypnUSZUv5fp7fkB+nAseXK12RhCnU7P1o
QqjZexLbj+vvni5xuVE2tsie1H7lTodv3ZySo9yNsfTb/D54HkNt1fC0pFryr82BOotgjqb1
ZGen2/Lf/Q482zwSEQ97oyAVEFwoxDOJiCyQkiNFGSdtv+uf+/C9++EzibcBxWCvCVNskmjj
EvSchh+FTgk/TJ77/PtxA4cri0EXVPfGJzH/AGaktFbZ4p6hxhvJfzCFyCzEAbH2/TPfjRcL
gEj9T9lGnLW3NwOVyqxrHV365JQuXimqmI6VBPX1EdUh+iIMnPGnOlre06ere8qUE/bSdmw7
jrf0APmiG90VHplo6akpHYOvoQKPMCd8HAyWbIJ+pHtwA17pDqcfx/gLRsDWMtsPWfW6F9f6
UvaTebcWip3cBY6U1KNJGoHuiE9GAexxgEe5HDCkmi02bnxtg/HdAVs7nENBtt/lC9XQS3Qx
UNBCpeXLYAyx+c47dtzwWJQ28khwEkq32b2EI339fUq1ng15c1Fk0eq1SusvmlniKbuxOe/1
GB+v8sH7QVbZqi7EVSRGOIB2+firPWawlkjAyqDfYYAyP+v58JHDCjrud05NpoxsynoaNssp
dc/IyR8Z9vp+vEAbBQLislPoegmQmoplYx5zIibqBjtt9eJ63bBVmxFyjjTHL2imXaIsHbCR
y7hN8Ed89vz78cEReVwyaBhSDo7QCUwJp4aWn/eDtGOrGdwPyx34vbSNGXIUzl2AjK2aCfzl
SZjl3GFAG/v/AI8dfCALhdY03RdbdLimplzGD19xn1KM5P6fH5cDmLmiQ1KKuwwRxOelnSMC
RunJL422I3+Ow4gWjddYTySWS3LHReWQVapbrG+Dvj0/mMcXdmd1IOuLLPDbUWl8wtK7Ln1f
hycfix/r24nsFa+1iFhutPmAyselVXYjG23x+vFEkmCq2jNygHXBZICxYqqIV/5unft7ZOcZ
4GDt7KbiOaqh4npC9nuTCUt1KxXbYBV799zsN/qOCKUf1BddYzU8MHMhapq6OKeomIEaM4Kk
HY987En3224+xxktbYICpj1yH4fA/wCEc8v7THQ2qokXoMivkj+FgiqwXH1bGfy7cK62QlwC
fUDA28frH0ym3VNiWpv1st0QZBWD702wOcqdz3J98fn/ACIil0xOeeWEsqAJJo2i9sk/de6u
Gant8hjWRvOVUG+yIoAH9T/h78UAguzyTiI9nDcZujfSNHQ6b0JE9cy4YBZSf4QOrbH54/nn
uBwvlL5KizFDiEkcNMc+/wAMIP5p+KOy27qorKk1wWLCtmAQwr7dGdmbsMk5J+RjjfcKonti
HaCxXwrjnF43THsTcX6IE1v4rr3rHTa2unpaS0U26BqTqyQc9X4jsTnGRj3+eC5KcA3cboOH
iL3MtGLcr+vqg7SU7y1UsLP/AMYEjPu304FnaLXWl9npXuldCTvf4+HmLp0szeWGVgvSrfvA
W74zn/L+XFL8rQ8NOknVsNxfpe/2sl9BUm30EtvLq1FNK00QDEYPSRgfkCSP8cjiLmX7/NGU
coia6iJ7jrubvjBFvdckfW6nvwOfaNcwvBHcam12aut140Pe5AuodIX6m/aNhvkDYBMtM2ys
MD95GVfBAyQMcCVVI2UFwGfuhXUFPNJGypJY5pw5p7wB5jwBz0sdlsJ8Ivit5dw6lpdQeHjn
HX+GPV10qGat5a65qHuPL3UNQ3daeqYH7oGOcGQK47KQBwlkhdoLHtv48x+fp4r3F+EVGtj+
KM/URZAfHYSbcxz9xsckgq/tv+2K1X4drLRv4kuSWq9E0lQgdNW6OU6m0xUoxPRIJYctGCuD
jqc4I+cBcaEOdaI3WUl9nKedofw2oa4n+x3dePA4z4mwCnvkR9qB4fPErTU76O5vaGuU9Uoa
OinuSUNac428io8uTO4H4e54oko5mbtSabgtfFl8LvcLj5XU52+vhu1Kk9LLHVQyKGWSFhKj
AjIIK5GCOB9J6JWcGzsLP0N/ck/+EPHtDui5qb1SK+ahoNMUbVFyrqO3U6btJVzpAg79y5A9
j/I8e0m9lONjnmzBfyz9FAfOP7V7w+ckGkhunM/TtxuKbLb7HIbvVyNnHSEpw4znbcjgllFK
7NsLR0XsfxmqzFTuA6uGkfP8KAOcf2lfP7m3aa6XlByhtfLjRSoOrmTzbuiWe306Mv8AxY6M
+pyDnG8m43QcGQUUWC83PQIxvs7TU0whqpe1k/6Ie8fIkA/Za8vEl4weXHKXWUOr7zcb54ze
dFOQaTUOqYfuGg9PSnG1Hbh0mpKnYZVYyQCMHbhwykkA020D5+unwstrDwHinYiF8P6WA8m2
1n/3Ozb68lT7xA+Inmj4ltc1OsuZV0uepr9KhjiWoZYoLdFlSsNPAMRxRgDBjRQCRk5IJJDY
2N7jML6Bwfg0HC4AynjtfNr+RyTueRB+yhy61jXt5R92kpwD5jt0kgfhGO2+4J7nuQPbg0HS
2ylUTundYA2GSbc8eGb9OmByXUFHTOPLjg82SI7x9JZmbOAD7H5B+n5cRLzdV1BiawtB295J
+n8dFhutG1EsVNXJLSdbKgdkDQTerpLeZkAY+TscfQ8EQxB2SV89477SyNHZsabnFztvbHio
41ZPO00CmZJHhIf92qtEi9wQy+xGMnvtg7jhtE1rdhgr5XXGaez3uJPPwHI38rX8uqQV1jMz
zyzyLFNKI5ULtmVwRgb4wRhc7ezD54kZMoN8G5IscfRNVPRmRCpilcHJXpzgkd37e23fA3Hs
eJBgKHdILafXmk/7PeT1BEfq36vOj9X1334ss1U63crevcvprn0betaXWM17rT2qNus0sTdX
mMPZiNjuNwNvbPfj88xwPkcHSGw6L7y+pZE09mLu6o/ptQxWGNIQ2MLg+rcb4x/rbbhrJYBI
e1LjndR7zZ53x2ClqpPNSBE/eFmlyvTg5J/lwumqATpCZUtM4nWtY/it58au8WOt30vooXBr
XJ+4nqqKKRjOeoqQrDuMZ/D89/bhxw6kgpbVFSLu5N3R01VK9ppqc2uMuHzAP4WPR3gZ1Py0
0Oqax5cSy26QGWC4wmNLpQTkkgr0nMg2XIkHUcgdhjg+o40HOBa4gj4e8efmlD+FNZGTvffr
8fyhHnfpZLlqije5241goI2czU4+7ydLAOkkXUelGOMGF84YMucYJb1/FhUvbI12S0A8xv8A
zuNkj4Fwc08ckbRgEkX3sfv069bpVyX11qnRPL7WMmmrqf2lpiBbxSwOWMNwomYlwEOQrqAy
7YIIOxI3Q1lLA6oj7VuHYuNwVrI62ZkLmxnIyAeamrWHiQ5gaC05cLlNcreII6GGupv92PVN
HMuIcHqwGYsvscAE42PEXcDhJ03PxukdD7SyyyiNzALnpbZU2uustRc7uZ8klY9RdLncZGgj
Hlny6YBiMrkYAGxz+h7cOWwwUcFxgDPr8Ju6qdUSWP8AhbG/CVyPp7BoynpJlDLRQxo0mDG0
0mwGTjPyT/L34+eVEjqiV0hxclMHVDWkNHKyly+8vo4afy44gqOB1dBCvjfAzn6/yHFMbLGy
hJJqC9WfRiQuy+WigEt0gZx9frt/rvx6RxCjGANk4jS/nkPnckYIwM/6xwwoo9QuUJUy6cJZ
QwPba1UHR0he/wAk/wCv14LczScIcSB4yn2FfvSYmU4Q9Q77DpA9vy4m25wVW626Z6moWRHk
VHXyicDcsG7bb+w3/X6cVPBXGkOCa5bqPLdfQT1ZGfb5B+vFR3Vows9NcPPq4qbpADAnJ9hv
sT+e3F8dhm6g4E4sjnT1xFthdnVVwnUz4O5wcf1Hx+XEy7VgLobYZQdqzUsdvukg8xelOpsh
sDGWJYk/TJJ/6cUtaRchWtZchRDzZ8Zel+VsHQkkd7ruoFYqWZFjTAIPVM/oG5H4eo99hwfD
w6eXJFh4/hKa7jVLTYHfPQHHvO31QnpT7SCuq5+mr0RWzUbHpDUFzgqXRTn+HY4/kDj27j1R
wZwb/wA0e8EIGn9rA59jTm3UOB+SlC0+JXTPN61VFRaqwJ92ASemkQRz022PWuTgZyM/Oce2
VXYSUx0yDfZa6mq6asZqgNyNxzHmFAnOjxA18Wq10xpOrpBWUwzcLhIFeGgUgDy8N6TJgA5b
ZOoDDM2AbS8ODmfqJduQ6+Pl9fJL+I8WfDJ+mg/dzPTw8/p0UPQ6ytFXqKsJg1Lr28UPoqqi
sr5KegpTkAl3m6VBHvgKMHCg9+DZ2PDAHEMadrAEnyA/lCR0VS89o479Sb+dj/hME3Na0XDW
Ma0NFp6vNM+amG1UCpSxMz+hGqZOppZD8IoHp7jOePQcNllYcFoPNxz4nSNh5n3XXa2shoGg
zO1k7AfIeviklDel1RqC41M1NQUkdPQJK4pYhGGeaVo0XqPqY+Wjv3xlo8fhHEqlrYoxHGSb
ki552G/x+V77rVeyYdLqqahoGLgDlfYeJtkk+HRRLV6aqOYdddrsyzPbqSYscSlOvBbpX4Kj
BJ+inbhpHM2nDY+ZTqeB1T33XsM/PmutBcn5dcVcMkEUq0CMUiiiPl9RByS30OP++/EaziTY
QW/3c0L+kaDc4HQdPXrKmLSHIeHS8STPEqN0dWUxnr/6/wCu/GdqeIPkNrqBtfAwpp5BaT+5
2SCBl6y0nUWZfVjJ9zjG+2OEtU7XLdR1gMCmu0W45XoEY6T6sYO+d/6fH/TiYZjKVufnCdoK
emmuC0/WFVlwquCF774PYDv3+eK9AOF0SZsU6JQLHHmMMeojJOenpG38z/XisxuvhEdqESaV
o5+tcNhhnHt05+R9N+L2HFiqZOoCk7SNL1qGVZC2Qfxrknf3A9uCDbZchjvlHNtojUkOer1e
oerJJ/QbcRcimssUuNLPEFHVGWXfC7A4xgYz+XFLrhRccbLBLFMJHeT2Hp6QR1fTc77nv79/
jFJ8V6MFdtAsUyyKA7AKmQxY5x7fQcEjZTAtuvclM1Qyh2PQU7D33x/X/pxVObDC9Yk2TPqK
SNI8daEZIDfUHuPy4AdkKdw0i6i/WTHdQzv1ZVu/oUb75Pbsf58Sa3umyreMqq/ivghi0TdW
kAZlhbqbuVHTj2GMjvt3xt9C6W3bNsbZCnTYfdar70zLWOXx+6XqK4PqI74zv9ePrkdi0Iec
2Jdbqn/SmoxG8EWzqJCZOobAMvTkfrj6bfnwJUU5IKvpqwF9rYKf6m1fs3V9BW1LY8y3VFOn
pJCOqsvvk9jngRsgfE5rOoKJMNpWvI5EfH+E5XHTpjMNTPCxijKxgD1BOpVORv8A3vfGNj9O
BmSbgFMWnA93r1ujRNMUWqNGzUSmOP77D0IrOuBIMdIBzjcqwJ+D+Q4CZO6KYSb2+iB4lTGW
N0d8nx+WVUDXun6jTmrK2IxmJJnbBmTYj5xvj3+vH1KgqhJCHAr4FxegcyqcDtdM1PSBck4V
cYHUN13/AO39ePSPucK+mptLe95JRUSR0bRtTy+ZLHkkjJI754qDbjKYSysiLTA67h8fwn2h
qkq4zUKVUSKA4JwA3xwKWEYK11LVMlb245jPn065+qX3a3rcrak0UqFossw9XmZBPbbcj/Pi
EZIdZHcQhbNAJGnLc4vf3eI69MJtqJyphWXMckZxnpZTID3wPrnf8uL22N7JZNORoa+4I52I
1A72HO/NHPLjVMFxpo7PUyKBlgjyMqgZHbcH3/w4XVcTmntGrZ8D4s2VgpHnIvvbOPHeysRy
O8cvOfwl2yGLlxzDvlip3KZpKWuWSgmKrsr0cwaFwR1bdPqxg4wTwtEUbnG49eaK4lwqjrAO
2ia82Fjz+O/Xb5KaKP7Tyw82I6cc0fD1yH5m3g+aJ7rQWp9N3SpBTu01EwDYyxY9AxgEb4I8
6neASHED5D3IWj9lHU4E1HVPjPIAh+/Kzh8cpxi8UPhIqqB5Y+UXOvQsVKximptJ8zi8cOcy
RyRJPGA3QzEbkBQF3fI4nDFUA2vf6KM/AeMRx9o6aN9gMOj25/2m3Pf+FmsHjJ8NlXOM6m8d
10p6yXpkhqeYtuaGRSSCrDAwpGcjuMex46+mn/uaz4FJKLh1fd0sAgIJ30uNvLOP4Th/7snw
zxXXzKbw/wCvdaVbdEcLax5k1MsCRkkxExQRjK/i2J26j3HEBTS2sH2911p6fh/Gn4NU2Npt
fRENs2y4n1vlLb39qnqbljpSVOUvL/k5yeljmggSssGno6q6xwySdLP96qvNOQCMHpHSeIsp
2OfaS5B67e5drvZJkkWqqnkn2w59mgE/9LbBRn4mOfGreeHMWouOttUXjUNTQdcNObjXyzCF
I+oL0hj0oxwckBSSx77cNWdnEz+mN1o6Cmo6OHRRxtaB0AGfO1z7yUGWGaC+aXud1qKtXroq
vy44YAQKSLABJ91aQsCW2yAPjjtzpuF1tTZ7nA3te3kB19crL0mobY2sZ4KympVrJ6dUpnlf
AiQFiwy3uMdzkgDGduAf7DdTbVtde+/LwHPxQ3cL9Z6a9tHViGnplU4p41LOWYL0spAxjbOA
2c434jZxyqjPJsTttv665Hv5JHa+cNBamqJay3UFzEkzDzWCGR0BKqD3HYd/oPfJ4YwRgjTs
usnjc20wFuSHrnzgobzTypHRRgQ+hTPN1PJGRgh87EkDuPn8+OdjpfgpawRzAtsLXtnPx9cl
HGpae2S08xkoEJdCVlVj1HOSRge4A799h8cGlzxYArO1vAuG65A9oA03x8x49VH6R3OsnWet
oZkp6uXop5Azho4yCBGB/d6cAjbsO3BzHs2BXx+ppqonXI0gOODm9jsPJJrPpKqrYmaRpIKW
HCZPV5jtnOxA2HcZ98Y324vMzRslUXD5H/8AMNgPmlbcvTGxUUMShTgBmHUPz+vA/ak5umIo
AMAD4L6d9dX2Kw1IipOiR39Ear2yPr9Pf8+PiQsLL6RIS7Kjm93Wompm6D5bhm6nb8I3+Bvu
f8NuKaqc6e6o09KC7vKNrr4T6nxAahCX+vqF05Eep6aNmiasP/zTt0oAdlzudz8cVUbrHU3f
qm8kgYzZT3yy5GaG5FaTSisdmpKQdKlfJjHmMo7dRx2yT3ONvng57mnJ3QDS8+9NPN+52jVl
sp7akaRTRtnzV3KAf0J4ElmacWU4YX3JJQXcOWmn7nTrHVU1LW4B/wCMA5bbGCDt/htwFKWu
2wVcGujODhVl5p+HPT2j+bdJd7dT01ttlRFNR1tPHSL5Ekc64YY7D1ENgDAJJxknj0HE5Qx1
PJ3jcFpO9wrXUrXFsw9/v++UP6s5Dpzj0lZYFrGNnpqKlgYJHkzxUqBadOonPRgvIT7syjsD
nQz8WdFqa3BJz9/ws1R8OAl/UOF7bflLeQ3hOsek69qiCgT7yzDrqmVVKoBjpUe2dz9Sx4Uz
10tQAJDgckyfJkluFbLlnpKjoY1idFjKOAFwHLb9+/4jgf8Awo44AAcbKhjSRc7oiq9NxTow
w5KL+Huw2Hcf9+LHsFsK0PIw5M1ZYvJlZuhgqMGI9jkZ2P6cVshuchSfOORTe8wgHo6yxwMK
SB/rH9OCY2FuyHdJqGVglnaWNUJPW7dQYuQBjt/nwW09VwC4Tva6xZMu5ymMuR6jnBO2R84/
1ji3S3cKkk3sU131Q/mqXSNSB3cdRA37Y9zgfnwNLhFU41BBF5utMt0YxT9CquFBYYwRnf8A
wz9RwCQXFHiJoCbm5vWHS0scl1vNBRscZLzKpznZe/fGWwN8A8Exwzyf8tpPkFBsbQbkp/o/
FRpC4RL5OprS7hDHG33npDOxx3JwfoN+/BQoKmMXfGfgpPDXO0goQ15zOtNpqpZq+4Q0q7kN
NJ5fWQpJAJO/fO3z+XC93aSDTEL+SY09M0W1Ki3ir8QWiq7VkVTp/S1HdmRk+/T04amhqmO3
QFXbJ23Vckjuck8arhPCa10ZbNJYchuR4rnEeFUkTe0mhaXHwHokrDoTXOjOZNyok01LU0dx
pFSSWhu0kcEsuGwTHIPT1bgqhLlsEBlBJFtTHVU4vU5b1GflvbxWWq/Zqhfc0w0yXuBt8P5T
hzsvF6WhhuumBWQaoFT9xmekgMdQ5dWI8yEjPnekjDDDAqwz34rp2wl2iTLLXztjoeip4Rw2
QVYD8EXvbGLdev8ACia86rj5H3GCfVd6ut91JR4rorJQVHRBSVDNkGqnXOX9yEBbP8YxwzZG
6raWU4DWHGo5JH/pH0vjwTmrjhg78TO9uSOZ8/XgkGpde1niO03Y6qvrRSJHV1BrLZBMY6Yq
FDKyJnuThS8hZiWJJ9OOOMp2UD3hmSQLOO/v+thYKykpjXMY8/tubjltg+Pv8VKGhdEoPDjb
rnQQeVHJd2jqTGM/vBKiA474CMuCfYbbEcKaqrcJTETfHr5rM8Yoya0lwwALW8k16ytv7L1L
qO3JPUhxRQQqsuz9UVKHVAPfAcn8ge5xiiIjRG63Mn4my+hcBBNLcc/XrOyeeXOmooeW8cRZ
Vj6S0ocjDOY1GfgHfvjt78AVk5M9+a2lHTCMBr1MHKTQ1N/slSKEKvNHuAh6hnIfP12xt+mO
ENTO4zE32Kz9aSx5BO6LxoKGaljp40KyoVRQqAHb2Gfy/pxT2zr33Sq+MIr0vpNLaIUxlenq
IC79tu52/X/Di5jb95Ayy5sj212aGSCEPjrjwwAOzEjv37f9P04t14sqCLnUU7fsASOwd2Qy
oR7bb52z/n88QZhcfdOtvtM6vG5aOY++DuATkb/9M9j24uaQSq9RG6LbDZWqqwujfugAc9Wc
4x7Y/wBfrxwtucohr0faXo4YQnmh1ZDgdvSw2x/XHFgaTsr4SNijK3Qs0ZYBv4vf24i5htcq
8uCW0gkmQt0jqbvnbYf5d/8APipzM3CrLl6+5mqkchVZkXOSdlB/7/63PFToyThSa4NWKktc
1KmcL5nXhSTsFPYjbuP68WZChqus1XSDHV1lVGcgHAz/ANv8+BJTcqYdzQlrhYyIkXoEajGx
wM9/b6/58djYOapmccFRvfaKSInCszglQA2A2dz+fbYZ2zx11iosJVWvF/E40LdwOn1UjDqY
bKPy9tv9b8QpzaoZfqm1CAStVU6ddc0srFetz6RgK2+Bv2x2/Uj54+xB3csEinf/AFTfr9z6
/wAruxTPZrlJHURxO8J9SufRIvtj4Pcj6/XjsmlzbjmoUl2XY/cfTqjOPWBr9PUweRTUW+V2
AYBm6Wxls+/YAge3Cr9NaQnkVomTNfERuQPNEtt1nJJa6mkeNZhVQL0RyZBR48FffO64Xb8W
V4DlphcG/P6q2CS5sRv9kpq9XOtL58rJilbqYxv1EE9PVkBvchWGMENuM7jitkQL7dfXrwUq
1p7Ml3L/ACmi5aXsvOWmd6qNBcIiQJenPUen+KMYHtuy9yScd+DIauakNgcJC/hcNcdcrbn4
/wCLW3HVRRrjlJPpvzPJUNTQISzAjOGPpJ9ySPp7bcaCk4kyUi+5SWv4MYmXjGAD7/5PNCFs
ta1EElRJGF6Fz1Z3B2GMDv7f04ZPkI7oWfo6NkmqeXGMef3sksE7UjtLH1sjeop1herBxkHH
tt/ocWYO6Gjc+I9pHkbkbXF7Eg+G/wDARfpKvgnrlmcvEsSiaKMN5jzSfh7gYBwTj64+OA5A
QbLacOnbMRIcCwIF7knbpYH7pfDpqnvVcPvUbyQtE8iNGczQgMO2dseod/zzx0u0jCNdw2Kp
mtJ3rgkHmLHly5462wmG96HrrRLFNSSxztjqUoSGQjIKlfY5A3/Lffi1srS0hyz1bwSrilEt
Mb22tzt4JxoOZlTRwRwV4qFhSRWO3UqsE6Rv8ew+N+BTStJ1MTaP2kkibpq2lvU8hi2+9von
1Nfz6mlijhqlow//AJkbhcAZAGAf+b/Div8AT6ASQnlNxft3gxP0jqD9gU52a50FpgrIQ8js
nSpDFY1ckE4IO5/CP657ji+MkEXTuhr6ZhMYduM7DH5O1k50FpiSvxR1caP9+8yOJQMggAFl
PYL1ZI+cg+/Fb3G9z0VtBw+ItMkbrAvNhjbHyve3n5IjqqH9j0KyVMrTlEQDoI6c4zjPb2JA
ydxj54FbLc2GE+FG1gBcdrdByJx8/H3J6uXMGj/YdPDWy08Tzx/d/LSIOs69PuQRhcFdz2OP
cHFTYiXEhCT1BJ7M2Pn8vRXm5c23vYp6aurbZJDNPmWop2CVEcITqMWMH1t0hA47b++/BUMb
L81na18kZDA8Wcdwdhv9B57oe1dzSt+mauskttXS1C1zn7xSrJ0qNz0HJ7YHTle+3fibWuPd
Upq6CJnaBwucEXHuP8Ia1F4gaG5QFJojVFAPUYQxXJywGTg7/Oe355i2kfe4OEFJ7SUEYwDf
nYfz6yhOr5myzwSJTxvCZchpGcswG+w2G3t9NuLm01jqdugX+0502p26b4vfPu2+uMJra+1L
0csgqljWNgWIJC9B7ggfpv8Ay4Iay2Eon4jKWl+sWFvh5fD7Jwt0NOJHl898lvSnSWL9thgE
/I/9vFY1dEyZLGzVMHXudtzy6fC5926y6iui10oozKyRwSM8iInR5h9xn6Lt2/x4vBFgldS9
8z++6w5/i6PbbAt9scHTDAIol/D0ABvUgUnO2cnJx29xxR2mkrQu4NHPTOZblcefL/CDLjYK
ix081LPTSQSTYQSsxIhdmLdCkAgdJGG3/njZiSHN1tXyKWB9PMYZhY5N/wAfRJ3qKQOcz0Dn
P4paQl2+rHoOT87nivV4KIiecj6L6H7/AFUl0ro6iRjTRq3WOlt3HYA++Mkfmen44+LEYst8
0klKqSySeX1SqojyrANvkA/h/LgSduEwpyTc26LHqLmZT6ejankSKHC9J6NwQMbfU44CbU6e
6ipIdQyoA8Snj909ycsc7VdXG3VJjyYl8yaZv7oUHJ/6434YUsNRVu0RD7D4oGWWKHvOVH7/
APam6+1ZrbFqprVZrJ6+lKti1RN3bqZ+rpB2ORg4xjvk8aD/AIYgbFeR5Lz02+G5VUHFpnyB
jGNDPHf38lIXJT7Sm+6sWsW40VO8VJGk1QaJmLRoXVS+WznpDDI2O+PY8AVns45gvG4+/wCm
PkpfrGu/cLfH7hWBbW9i5y6UFTRXKmqcj0NFUKcgDBHSe+Prxm3U74n/ANQEFFMkuLN2KQaI
1FS03MKktFEsWa2Fkq6eL1QjC5DgD8ByAMdjkjfbF8jC+JVm7LlynjTWnIEtETIAGZQpdsg5
3GQMbdxwRHTkBLJHXN7pzsVHKihndi3X5nXndM52/lj/AFni0NI3VIJthPtumqIIC8qqQpK4
z237lvfuOCW32Cqffcrk0jPAZOkOAhOF3A7e3+u3BLG3GFWDYoerrIWadi6Epg+k9QORnH1G
47D/AD4l2fVWblDt0ljt9S0bhMrjr6RhcnbH5ZH+s8DuBurWEDdDl05zW6wRVDLPFN92HVNI
DlYxncsew3HuQN/bvwxpaSaSwaFVIQ42aPXioK52+NNrPVqtpVquUK8Uoo4JKoxspAwzAeUN
8bgn3+o40tN7Oh2Z1ZEHDDcu6dPsoZ1V4jbzUxJW3S7UVMrr51PT+cW8z1ZMcnQqKMjI6eon
fvw4i4BSAWYz3nKLD9BvKfd/Ki2j1bctc1811hqZaakBKSSFEihY7Zw8mWbYZwFPv+XDF7YY
WCOyztbxZoeX3t0Av696QakS5ooja/1FfTeY7EGihkDsUIy2ykt6jjY4I4ra5rh3W296Rn2g
lZgknzsfsmqk5333lDJSGitlt1NR25o3Ar1ab8LOQnS2SFGchVBXO56tuFlXwVk7i8uLSb7J
5wz2kiDNLsOBwHXI+PLO2FhsPi00bVaiozeuVlFUXDreoealkamkVljZUijKnqSLB6mK+p2A
znbgObhNW1h7CoLelxfnknqenILR0/GhLMwviLnWIFje3gOnu8En1NovQusdITVtq1dd01J5
sax0t1oJJqzziR0xwhPUU6yEyepu3pPqx4VNayXRPGCzqDi3jf7YRlSYJYcPPaYsXA3BJ5WF
8f5upWrL5eNHaMTSVqqarU+tKcQw1xDBY0jiDtJQU84x1SR9QErKzv8AvGAOATwhDGvk/Uyg
MjN7e/ZxHQ8uWOqKlbBFqp6V13Drz6tB5Eb8zsE01fgcuXMLTiXOphp9K3SUebUwzVPnRh+r
dsLkxqMjA6icgZPtxMe00UDzE3vjlYf4+iofUn9OGSt6FLtH8jOXnJXT0lHVV9w1FdpUEbyU
2II5M/wqsfmNudjl1yANuI1FVVVh7S2ho65t53t9EkHtA+lAgp4wOXn47n7I00VrjROiOXF8
stV+07Bp68sssVXVhpY6etyqxuD+IjqRQwA7R5ycHK6pppXzMdEQ9zfoh+3qa5xfM2xt91Gm
v7rLVc+dRs6qZBWUUUPRIJEX/cwiEEDDKVDBW9wfc8FRwWpYwehv/uuf8Lf8ELhSWO4PyypN
5f6Rnn0TDVRqGo62hXzI0z+4lVcBgfnGQR8D8uM1WTgTljtwfiCtpTjX4Y2R94ekmttY1vnm
ilWX1wHGeo+rqwPqACR3BH5ngOuIcQ8DzSjjlJePthuN/wA+Kn236QC0a+lW6QH2UgHbI39v
z+nAzATkrHz3thKzpSRqokKxSlyThf8AiZx/07fH5DJ0SAeE6x2tzAqCPyxuWY46gB/rt9Dx
5/yUzdOb/vKxI/Jby1GW9Xdh/h/j/l5hJXHi6erNYfOpfKUehgQHBxjcYAz79/oPrjgyFuMo
FxyEWaTtYiJVSqiMkdPu2Mbb/nt+v58elFgrIXm9kV2iljE5OWDEnBJ2G+xx+vHGy4RjI7Ou
jG1dJ6AzLlsDvjb8z7Dv+nFje9hWyyWThNFHJTBAHJwRkbYOe53/ANDjmkDCp1ncrt5Y6Ruh
Q7NKRkqchgB2OeOu0jZQBJOV7ipZJ66Z8zMJIg+75RMBRhR8kZP1OeKD4qV8WCbL+wWn8uQ9
D7uV7EDJ/TgFzTfKuDrYQXd6z77U9UihVViwyNwvbPx2P9eInAwvON0Oago5UpJJchE6fQo/
gPc/4f6zxDldca62FV3xTUIuWlrorK65jYPkdWCdl9vYE/zP14gwkStcmFLIG3K1NTWNrTVV
VDKknXFUtEoxsCTgAjGc4/y4+wxShzA8dLpZPGRK5h6496b75Aa1VcAmRMIzJkBhtgrtuO38
uLWENdp6oSYOlBLtxhNsFfPTx+nAkjJYnGQ4zj/X9eLnxtUKerkbkD8H/KPNM18Vxp4njVHd
cdSsSrRMWOEP1BXKkdgv14WTxuaTf165rRUsjZTcH67+vynyGrlgtjSxRiUBj5kWwB3PryDu
cZ77b8Lw0F+k7pnLdzNe/XxSGn1TS0FQvQZYZeoeYgVlKk4P5jC7FT+XtwTJTPIIcgaOWK2p
nNPWrr1ar9SpG80EMzYRy49ZwPj3T8sn+nAlPHLGSQCiuIU7TcXAJQXfOX9PW6dllpZ6eZlY
BWVgWfq3AY7dzn6778NY6x4k7wSUcNYYXNbm/r/Kj5tLu1SI6mBkkCZY7Kcj1Edu+Pgbfy4e
CcadQOFm/wDT9btDx3rXJxve56fIeHRMoll09Vv92LSIME/u8+We/wCW3BQs8ZSPtJaKQ9hl
uOV7c/JPemNawiRyRM9Sy9DEsBhe+MewyT/PiEkLsX2T/hHHoSXNyXne/TpbkL9NvFPNs1ia
fUtLURGNJKSJiSd8hkKAY2BySP5Z4okivGWnn+bppFxNklTHpI/pg3zvcaQB9c8hdK9RV1sv
cUqVFMkADekoxIJHSP5bHgSNkjSHAp5WOo5o3RTAb+PL6/5KGK6w0gl61jiC/wALKzAn8uDo
5HHCzFXwqkb/AFA0Adbn7Y+PikdZTUiqUWWojRmGVVu47bfz4kHO3QNRT0f7WvcB4Hlt98+K
VWszwt0UcswRSXX96VwD2O3678RdtdyMog9ruzpHGwvztg7be9ONbcpqe3CWorWm3z5bFmXI
Gx7/ABn224iGC9gEznnkhj7eaQHw3+/Mcx9E3vfaerQlkeFQOvpViA+Rsw+h+fpxYYiEsHG6
eobctLbcgTvbceBHvxdYGugDBFpIGIIJRshwMZyCPfiQaULNxBhGkRNI6Hfre/M7rLT1VOXX
ppBg4LMikfy78Q2GSiI5ackdnH0uR9t/f/hOlP8Adphl6aQEblgclvpj9eKS52wKextp3gl0
drc99+XrxS6LT1uvKnrneEAZZnwoyT7f69uPGRzRgIp/D6CoFnOI9dPD3eKw1/L+aywCoiYV
tGDl2jBV0PfDAjOBv2+OJNmJxaxQMvs1JBaaxewXO1jjqOnklNpekuk7ocR+YoAk6N9ts/I7
nb3xxXdzcFMYf09RctGbe9YL5p6Wlo42UCRSAXCjJ6c7En524nG+5sq+J8KcxgcM232vbr+E
c8py9UvkuI2MUfmopIYkD8SgZBJIOMfX+Q9SbJ1w83a1jgLWBTnrG1PUxxvNNI0U6Aw5Y4im
UMUTbAKkZGMd8du5I4dPqdoKyPttwmPQJ4hkfb18FCNVfhS1MkUgMUkbFWQIQEIOCMdPtw/D
PFfEzVkGxHr4L6Vo0V6sT+UCmPU+dge+SffH0+frx8Fc2y+xs7xumrWmvaW0rJP5pcAAAdsn
9OFtRKQ5NaaEWuFRzx9eMF+XlmittqqaZbpcJCykkkwgg5dsfQbDIz+QPBvBeGfq5S4juDfz
Q/E5xFGGk5KoFqDU1y1Depqi4vXVNXMQZZZQylwyHqwW2UDOMAH9Pf6BHTRxMsABZZ0OJfYC
9/X+U3CFQ8oLyII4w0j7pGo7jA/JT37DJxjOCGtDgA0flVF7oQXSYA+G2B91Mng/s9JqXU0c
oqlka5RXC0VCMxMar90lkDFTscOib7gDhfxoywtLSLYB+YChw+uhlNmHN7er/XKsFyX8P0N0
0BY6espTTVd1ko4p5FZo28iKD7zPgk5yxqII8++SO44x1VWOdO4NO1z79hf4XT9zWRs1Eq2H
LDklZuXtEr0FLFEHHX5aAF23Hc98533zxS2J17uN0O6pLt1LsNp++0MiDAKoo6i/x2H5fX8/
jgoZQ72c129kkjjjHUXkbdhnqwQQT+Xb/W3HXRclSARkpZUIKCkVi7KyoML0np2GMHff4x9O
JtbbAUC5IaOujngnCMVkgcltyvoxnbt8bf4cWaSBhSbYoW5vc4tO8pdJzVt5r46CnfEMGCZH
qpW38qNFHU7jfZc4z+ZF9JSTVL+zhBJ+Q812WZkbVW7nBzf1Fqe0QXGF6TS1tncZluSN5axk
HKy9iX2G2ejLfxZ42VFwCKIkynUfDkhHP1gOG3j6v9rqG1vSaxoqamuFXdr5RTVIigeYfdbe
7dLPlYkCK+SABkN1DYHfHDlkUMLrtFkzhhdJFtccr4B8hz+hXrUdurblFT2ZqJ7utMDHJBQs
FpiyyEmRlUjJPYLk5bO2x4sfUxggnddjpJgSGi9udvXq6CPEVp3TfLHRMSVlTQUl0ji840Nu
jWKJHGQkbuQWlYE7jOCOwzg8Tp6pz3d0WH1Vk8LI49Mjr4x0B5eaq/deYdy0S0Ms1M5s9zbz
6WknJE8kZ7MD7L8Fhj424oqI2TnunPO2yznEKFgaJHiwO3Mnp6+SWUfORpIBUQWi7RRxqCzo
/oGO5JG5Xfv7ZGwycdp2dlYk3SmT2XrJozIxhDetj8bDosldz68iuipJ6SpnaX+DoSUnfsQR
nH9e3vwTJUMc24bayq/4SqqaZsUrrudbFjcL1cNW2y6T9b6cr6KdHwJ4mEToAc9Q6vwkZyME
YIA/NdK5pbcFbLhHBOK0rtem4O9wfjfBwefVS1rn9n8ntMRaottzvdz11qKlVbMbxFHHV2GC
X0/fGVXfpmIDCIlsgM0mBgE50yOq5exeLxt/dbZxH9viOvwWshFVO1xAAcdrcrm2+c/5KhmD
mLqHk4kUDPNdbIsodIpH8qSKbPUWikA6lJJ3bcnqOT6uGL6aCrGO663njxH2QnE+H1HC3XHe
iv7wT0x8zzRZW+Oq7qYDQUtEWUeXPHdKNaqN2JJDdS9Le+DnJzjc54Xn2ZiJOokdNJt+Uomr
4yS3n4jHv/nco1m8SerbtYkqVo9NW2SWP1U9LagnQoBP8bNj0gb7fi99uFT+FUzJNOpzgOrj
/CdUdI3s+1cwajbltzuot1jc7lrSmiqrrUVVX5cYeHMh8hOvAQKowqgrg+3/AEbQNZEdMYt9
0U2nYYrEXNr/AGsiTkvpOpprbKzSRJC9Qv70NllPpKPj38tsfXc8BcUqGkgc/X1C0PCKLQwg
nyPwx7tlb7w66hpJoDbZ1FPTvO3mRn8KSeosDnuG3IJ7rj6cfO+MQuw9vofwnUdwO0jP7fXr
wRBqHSUvKXXlFLCjx0lVJFNQkr1BCVCyRnI9PobOdgQPpwDBVfqITc5G/wBQfkjtEc7dJbg4
25q0mlLLHV2iPqBMhVDjcPjvsfyznjsE12grBT02lz29CU8toeNP94Uq8AXKt3LqewGPoO/c
YPDVry4XSaWEA3TdddNvHERAnRISuwwhUY7n4Ax+mPpx3SXKguDU0xKKC4v5iEvkdR8n8ROQ
SB74GM439s5zxHLCuOeCjDTjmMuU8oRr6MdG5IyR29v+n5cGxuNroUgHZP1Mjx1g6IyVUFF2
Krv2O/vt7dgOPSONsKMQF07Wutw4eQsSo3GNgO3V+p/134qjyE0a4HKIaC7ozeoEeoFTvgfT
g2Ft1RK+ydorkwj81lDqHxu/Ttg4PbB9v9DiU1tlQ11zdOFtqY6mjCOCTnHSPbcnH+vrxUP2
5XHOzcJ0iVKW39aeplQlSBts2cd+/fiPZgr2vCHtVYkRmKozv04bGD098f1/rxVJGQLqTZe9
lB89KyxyN1MX69gFGScDHf8A1/TgJzDa6v7QYCbNRKkdI8jMzNgqhYY3AJ/zH9OIP/bZXMte
6rZ4iLOtdZKpSvpJPUF7kjOM/pj+X58VaSLKbHjXdau+eGk205zdrFmj/cVrvOwZR0SAFtlw
M/T/ABwM8fRuET9pSDSctwrpwDKH3sD/AD69/RBtuoFRuhw8yxtgBukZGcg5I+SM+xyO3Vw1
eTa4QsbADYA+t/X5TNqDTEtrqT1K5pqodY6V3Gc7jb9McXwVAcB1GFCs4eY82wR8PH8+r47S
ktolDYkij6yBMBgP3CAdyRgbfIPvjicwD22Q9FKYXHkAf8W9yMdP3NrmZQH81p+rp6cr5jdz
v37E/nvwnmGk3ctlSlsgsBcJvvVtgorpDIaeVMOTI2c7e5bGM+xyO/fvni+OQvacoZ0YjOoN
t1/JTbrCiepv1PJLF1RVCCYMv4XXfYEe3bvwTTGzcbhA1jxM/QBj69CkNluRkpZYR1qwdjM4
Y9W/ZV/Tck/H14MEI/cVZw+XtInQ9L6jzJOw8OpXqi1ZH94Ec/mTBfRlkDEknft23+nY/Xjj
4DbuoESND753tn1696dKjltSV1C0lF5atNkhcbdxuv67b5/rxUyse09/kjpeFwtaWkAB2f8A
CjvXOjKqifLUUq9QBBMZC4I2I+AdyOG9NVNfzWF47wew1MZe/Pyx1QyYqiEMsdRMqD1b/h+M
/r24NJB3Cy+ieMFkchA+XorLTQ1VRISahz15BIfGTgZ/9vEHFoGArqdlVJIdUhzfYn3/AOUq
WmLu6SGSRkx+JshjnfPtgf1J4hcWujjE4vMchJtbc7+fK315p0ohDkAIZGJHSuMkHY7fy4pN
1oacwi1m3OLC3PFrfD4JVa7TcKi5SRRRBZq31xqWPUQPTgfr8fO3EXPZpudgiqSmrO3e1oAL
8i5zYC2/S/T3J109y/qWrqmOvCrUW85emMp8zcN6g2PwjBB7Yzv7cd7VoAc3IKnR8KMkhiqn
Wczle/KwIdzHuFudsIv0doK0VNPV1vSImofLHTOqydYIVthjsO3YYyOw78kldqDQN0RR8Noh
qEwPcNvO4v8ALC7qtLC336GhipaKrhiqIWjeCBOk+YFYFSo9WVIzuRt9OLSe6blMhw6lb2Us
DdnNG3U5sllVpa3RloKuy0A8vqBeAPDKuMe4Pcdx7fPtwpMz2nU0laF3CqR50yRgddNwbcsi
2fl1yhC9WdbXUr9zaSWJcHyKr8Rx36WGM9vj34Ijk1YKVV3D5KezYXFw/wCl1r28Dz+HvTLH
cpKC8JJUQGSTrYyq2fWScYwOxAI4LLNTVloawwVIdI0l1+9z3xa3gPmpJjuqVFhlo5aaoqKy
rdQxWPp8lT3wR222ydsE5zjgENu4O5Bbt73tjMJBLnW57X+3LphM+tuX33KNLraoZAkQIqKc
sHIfJGx2ycD2/LvxeyQONktreGSMf+op2nU3doG/iPEeG68pPS6m01FIA3WpMeckbdOSNvfP
8v5cV2LX+acxT09dS6277evf7gsmhKr7hqKkiQyL63jb1kdK9Oc7ZGMfP/XjszbtJKW05Ebg
zkCR6wcfXzujbU15S62WK3w0ME8sD+Y7BiAnWvSFUD3K4bv7gn8Qx6kpi0mQnwU+INdVtdAx
tw3e/K97DxJGR4Z5hMFVRWA1MnnU2o1m6j1hbhCoDZ3AB7b+3DYVZA3C+WTezD+0dZjtz62W
7zVHMNqSCeONyinq3fKhtth3+nHw2afStPBGXGw2VT/GP4zrdyps7Q7114qg33SiWQdUmxBk
Yk+iMHu30wMkbc4bw2biD+7hg3d9vEoyqq4aJgLzdx2HXx8lrt1drC66+rqzUF2mFTcJD0uP
ZFwSAg9gM/Tsfjj6LT00UIEEIsB6yspPNJKTLKbuPy8ljtNJJcqmIF/PEcWSsLEDCOoIORtn
q/XvxbIA0auqjDPc2PRN3M7VKVnm2anljhhhVmbpxgswBTq/vbLkj2G2/u74Dw+47dw8lk/a
njF3fpmnHNTD9n9VmKputYQ6eZTtbFD90qKgrSkkYyCIxM/tgKSeB/a6nb+lsP3X+QyhPZeo
P6sE7YPvWxDlBRNcrw7zRrHDbYV+7wsnpU1DfeCMHfKxGmX6dA4+TQR3Jd7vhhfSqpwIb65W
U82GgirMsEMhRSOhV6FXcbfzH/t4KAN1XHa2EZUVP5NJ56ofOcYOTgoQdsH6fTiWkjKuebC6
83lk8mJR0HzD0rlmIQD2bPv9eLtWEI8EmyZ6npht37xlDStkkjIIySdvntxEOsMrhjwo48QP
Oi2clNGFkjirLnWSBKGlXqMtS5JBAA3KjOdt/bbY8M+HUT62YRMwOZ6KsvbE0uKrHUaUuOoN
Txa215HUXSvWVDQ0a/vRGT0ug6U9MahhjoXbc9Tt7/QqWCCmi7GmFup5/wCUKylJf21Rnaw5
f48Piu+Z9sums6eWrr4KaUULgwW0qskYkX94hY7hxhsYII9PuO9zC1t2N5hXSU73ESutg4HL
wuh2zaTquYhp6zVlVc47XRuoprfG4pp66dSOn19IAVThgAAM9+gLwtkuTpj+Kcio27U5+Hr1
5IW5r6ym0/QXHTGmLXGsFZCwqQJzPFSFnSSN2fY9IPVH1HBJydx3nHRgntHnKvbXOdF2bBgg
3588KvNi5bf7eaqknvFyEFFb5Pu/3mvUIlVOo6mwG/gRRucFmLAenGBGvrOyhLmNv4Be4fw0
zThpPS1+v4G557BcTXXLO0a7uE503eeZlaW8t3qpPu1MCG6epFRgFAVelQSxAJJ9uEZpuKVE
bQJBCD0yfI/e1kbSCmM7xAx07+dgAPcdsY6nKJ5+eWmaK1Bf/BCho4RSf7q0khkxAzMDJMWJ
EmChGf73uCTwH/olaXd6sO+cc/DotAOIysYWupyBYXBLcb7i/K3L5bpttvif03e7rBWpylsC
QUQlkZUpY3eoIjCxK7dJyi5DkBgXygb0qc3O4PVMYWiqObe7ObZ9w6Z64XU8sNQ79QYCDa4J
Ob+Y3vg/DojPlBzA0zzTuc9FV6A0zQ2HT9ukuF5vP4J6enjIdz1H8c08rRxdiEDnoA3PAFVQ
VNOA9s7i5xsG8rnYeAaLnx5oyu4k4tLXNIHW/S3xPLpdJrXr9ed9mqNU0mjdO3+9yVEMd5oq
3p8+j8h2aNosnJiaLoQgdvKPsWHE30Tqd/6d0rmtyWkbG4yD4g5Hmk8XENDSZbNNxv4Xzcef
TzSLXHMjUFrsstVeuTtkNFLULLViaiR0kSLOV68FgTsWJ6TsAABjEqfhsYcOzqnbWGevO3hy
3VsvG4qthjGl2dtW/wAbG/koruPMrRGrNV0KXDQkFs8y4ffJ6m31EkMlWWI/dKP+FFCPSelF
PbIIJ4aGkq4oiIpy6wsAQDbxPMnzOUGWROmb28Vrm9/t0t5dPNPMFElbHWmGVzEOrpGQW8sk
gb43x27f4DhWZiHDV6K0MEeoPAz7+vqy83y1CosdowrrHU2+CM7dQ6o+hSM9vz9iP149HL3n
HoT81dGwPIBO7QbbXIPrCsF4J+WtJrfQtY05Vp52npXSbp6osBWQKc7g9OPY/GMHjK+0lc+K
oAG1gcJhT04jgZIepvfwPop4qNMXDR9znQPmmopDDUNhhlQFZG37EEqcgf4Y4FZK2YDqfRT1
0ZjcCw3b13x65KcOYuoBqnk5Yb70x1LRyqJXc9PQSgjfA9h6WOCdgSTvjjOQwaKt8Zxf0FVR
XimMZ2vf19FYzSF1jqaMzlmEk58xAoyFRlBA+CPbHfbjlC0ludx9lkK92h5A8UfQW+KpoIS5
8xwFY9GCrZ+fnB/1vw4ifpCSyt1HKb7naWlqGKkAJ9Qer22H+H5cXNffkgpA226aa/Rf3ytE
hC+klAFGVx84+Pn/ANp484gbhD2vsV3aKd4anzCGanQsEVlwJSO31wN/03+OCGHCpIsUW0FA
KykVlH79d9/4jg/49vjb4HFm+6gbDKbsTUDeV09A33/LOQfb548GWyFcybFk5UFXNHVxiRnw
wBUHGx7n/Pi9r7bLr3k2RBSyRfdgDKXJGX6senfbH8/6ccfc5Che2yd6GUSVHUSfxZx8Hp/7
f0PxxAOypWynqG5LLRFUGEGS5G/b6/l/04uFyLKRFghvUdeKw9CAMwTpwDuM7/4kcUk3wVQT
bITaaVoqYzyKF6GHb3Hf8z2/meKi0HZWBxAyhXVFYs8cmQWZSqjpAOxPf9P9duKKhgGFZTyO
coU5s2Vp7dVGRejIIbIwOoA/G5/yOPjge13AooOIVHPFtyWqdS2CSelpnqKiij8yJVIBz3Kk
j3OB/Xvk8O+DVraeWxNgd0YLvjAVW4Sksbl+mCpckMsmcxOI1znb3I6d/wC8BxsiL5Bv+Lqy
DSAScG9r9MD6p+lpKbU9vip3WOlbIQTqpCwEhRgsNiOrOf1/IBFzoiXDP3TSEMnaGE2tz+QB
Qhd7DJb6mS3V8b0s4BULJnp+QQcfh6gN/r8E5PZPqaHMNwg56P8Aqlrm2P49eueehn/YirUF
JHWEjqKDsAdicDf3G5+v04qkHadwlFw2iGo3tz/xz9YWat1BR3cJPTssmBmRcbbKR2Pxt/o8
RbA5ndcr+2bJ34zjomn9iUgvaxfe5Vi6ugI+4DE7Eg4/oPcfPBjXkxk2ykb2aZw5rsH11SKD
SlbYr1PGlLVVdK56hJTx9fWvvnH4cbd+2x4JFSxzAb2Pmq6WR1PO9jwSCb3Hr1ukmpNK1EMC
1CUxiLnqwpDFQR9O5Pf6Z4thmZexKunjEre0Za/+PiV507qafS4Pnx4h6gXDDLBu2Bncdtzx
OeESC43UIK9sTQ2Ta/nn7eP2RNT8waC50ppo6iEKEJMc6g4bII+nf3+pxjJ4CNPIyzijWVVD
VOMbXgEdefl+fRGtWV9LUQfeDbadELYZo4CEJyOwGwOAeC4NZwDnzS2vZTwR94XaLcvp4oXu
k8JlbrjWMuQAAMAb/HBjL9UpqpYMtcLX2+yUW7T8VVKJarqSNhhVBz7+49jsdjxMuIGEVRcM
inf2tQLD15eJsnq3TUlmuYVFSKnVepOtMl8dgT7Ht+vFJa5zblPYX01LUaG2DbYxvbbPw8Vm
Ciajg8yWkempyTEzA9Qx3XY5znYYG53PHgMk2UdAdGHOe3S3bGfLx6DG+SvemIxS3to5IYVq
bjIIzNUsRHCW2VWRcEgZ3yeLi0EIGKKVr3TMAu87ny2sN/jvtlF1BeIdNwy0lNNGs6t5LzmQ
ksyHDnJ3HWwOBt0r8duJhl8rlL3G2dgC9/O9iT49PknXRa0V8uUb1dzDRQShjMy5LykAKx+A
o2UH+6SdtuB6mV2nSAmsDO0Ic09wEkefiAPgimj0xRVZWrp5qWr8osPMDfvG9Wyog2Oc5BAx
jfbccJ5Cb2KfQzBrg7l/lRdzV0nV2O6TVQhlji8w9JwWMgOfV2/XcdiNt+DqKVpGm6V+0Mcl
u2Z6vzQpV0g1xAKcKBcKaHKsHXqcKBlC3bfOR3IwR+TL9uTssnO5vEo+y/8AmMG4GSByJ8vP
KdND6uqXv0Dw0vnvNT/cmRGKs++RnvnAHtjYngaWIFpBKb0HEHySse1tyBY/z1sM+rox0FL9
0o6a31Ex8xnAxIWYMxOQAACSertxwixLrYWjonMihayU3N/r9/jhJOanKm78smS8SQVApLmx
qpoekgwnGQ5A9yDuO46geKYquOVxjby2Siop20kjq2Nt2E94DkTzFt78/O/IoPttwDali6Gk
zBiRCG3JG4BDZyN+3fgsNxlUsqGyVGm+LXGfqCNs7b/FSNpgx2uqeZVEvl1Mc7RlCFCtGuGw
cAj/AKe3F37oy0J5wyN74JLHd1zjwCWNZKGuYzPRMzzetmEJwSdye/AgZjdFtdERcsHx/hXb
8YHi9puVfLy41kM0UtwqAILfC84PmyscKT/yjd2PwMdzx8m4bw+TiFWIchv9x8PydgvnVTUt
oqYzOFzyB5k/Yc1reg1lX62u1bXXSpqLjVXCfqnrJZPVMzAnpKjPpUZ6VGw322zx9W7COBgj
hGkAYA9c+awcdQ+V5fO7UTuT+OXh7043SqSj07JKiIVip28osV3L5wcE/UHsQOod9hxRTxOc
7PVEVVSGswOSxWCilnkmiZlSTo80SpJlCcKdgBhenPtt6B3GOHsHDmyEX9flZKp4w5gNimXT
mk57hWCoH3jrp5lEqTnqcNkHJ7/i2I+nbOONfR0mLMGyxFdXWzIVZ/waadtZ1bbKGeaSKC8X
Sa93DBPTFBRUpRy22+euTq3wM/XfKe17exgkktkNLR/7nEAfn3LR+zMrpJ2MbzIJ8gLq+fhd
1XT8z9Bx3AOgrLhNLV1EZI8yIyyF1VvcDo6cbA9IG23Hyibhj6OTsnC1rfRfTYeJMqyXMN8k
fBWJs9oKU/mQgKy7uuQMnqBHtvv3/wCh4joA3TFhPJPkU6q8cksMnoRS3Seosctv9f8AXzxB
zQQiL57yQ1dUlUhkePqKZ3HpG4J3H8v58eY24yqdzdRtzj5v0HKXTdTc5hUXCqd1goqGnGZq
mZ9kjUYOcnOSdlCknYcdpaN1TU9jHud/AKyZ+iPUf8+Cp7RXm5ao1nPrDUdZFd75Wfu6aOA9
cFvTrwsVONx5exDsRn3Pcjj6ZT0UVDAIox59Sep9YShju2dq9e77okpbpWUkgrK+408FRWU8
ckGImeSSTAjYBTsJAf4QM4yfrwKZ3kNBCdQU4aSdW/v6D11RJy/5NVlJRLXXcNBLIz1kdJLK
GMHQmY3mfPqmIUnA9K9WN8Z46agvOkck+h4Z2bO0kFic26Y5+J+AQDryvquaXMi7CySUstNP
WtRW+eUMUVpPxhU2LOPOK+yhIzkgkjg5rWsAv0WbqmmSV0jcgmw8fW3kE3a8slq0vR1Vksc0
tmtMLSVl5rx6pKZMMnmM5I62mXPckKU6lQAHFL3hxxzTmI9hHpyANz05D4+/ra6rzLyf1f4m
b/Np/T1tgsmkLXHEZTOTBFQRks0cTuQcuwYOyjqfdc7knhdXVtPTkOebu5De/rxSt3FY4i5s
uGHkMk5va/IHmemFL+gPBzpHlRaqtbtXQV9WzZENFCKeIogAGeoFi3z2Ld/pwsPFKqXMLdI6
nKjD7dyUd46CNrQTc3yb/T6pq5z6JsOrKd6WKxTiG4ItOXqJ3iV0UYRfxrhQABhVzgHvuTKB
87XB0jtkvm9rOIPY9rn31/uuBz+fh5Y2Uc0Vdp3QljqbdQWlrjXFlj+7wz9ZXB/CZMAJ/Bt3
wuMH3jI2R8gdqsAvovs/xriMtPcxNO2bEfHPwFtgnzW9TW6B8NmlKeC0W63XPXyy325zdBmM
9NSygU8RMhJAZ2ZyFAUBUxjvxGiLH1rnuz2eB5nc/AW+KriikraxzZ33tnGw8BztfN9yAFBP
KPmaeW94hv8AUJWrSftianuLwsBiJkQo6b7vGfUBjcEjO+eHNXTNnbo52xf1ss9xOjlmpJJ2
C1pDnp3Rb5BXQppmNGtQKpK221MH3q33KhBeGdCDgOi75+qgn+8uc8YmSmIOAb9Pwvn8k/eI
kwR69fJBmqfC9ornf57rIlouiMBDW2pVlp0kHdJoMjHfuOhht37cG01fPALPyPH8plTe0tVA
WNxI1vJ24/8AaeXzCFtQ8gr7y0ooagxSXG2CM0s8lJTM64L7MQcMuM9iPfY4xwEZ2SF18Hce
vGy+lcO9oKKrLWxd13/S7zvg7HfYZQrEIZY6q1VL4p5i01NIW9QP8Sg9gOr2zjbbbHEySLSN
8in+pt7c9x687o18Huu4+W/MavthqRS09xlRgHC9CuR/LcggHY4Jz2PCvj9MZ4WzNFy31/nk
mFCA9roHc/X8fyrec0dGQXumjqaCnSWku9EAGZchJgMZc991PQe2AG924xFPL2ZsTseubc/n
kJ5QSOe39PIMi3XyHx5nyQ1yftM+reVF3sGXapCF6VWk/wCI8SHoDbfiKdIPbOx32yXVODak
Set8/derRoEdQBt3SfpdT5yLvMWsNE0LRkGrpf8AdqmGVQrwyA4BI37jAwe2cdweK4WiNxb4
3Cx/HYHNmJ5EBS/R1S0VIsDAqX98H1nJx+X+j8cNYmg5ssjUOLcJXiCoKCUKsfUTkE46gPp3
O3btjPE9HVAOJJuE8R6ZWqkRTGGdWU9IG++M/kSf9bnidmuPkrYYyWm6bbvphRDG0J6Okkkj
AOB9fY/X6g/HBMbeRQ8o72Fn0vBJ96ETKAVXZM7r33z+m31/LiwMzYKLtl3quyCLzCDGY3yw
XfbGM/r/AK+eLXtQoeb2TOlZ93qI4i/Uxw6oDjqJ9t/r/n+lZaArGynYpws0fnQxuytIgGWU
KR0kt7d8n67/AOXHrndWNdcZCM7S0c1VGFwEQqspIwc7ekfX5HHI25uUQwm6UXeuS3UjsAoY
ekY23Ofb8scWOcACrZAcBMNkjavncTgRqW6Fwe/c5/kP04EthVPwcpwqbSk0bxHCKW6Dn32P
x/rfj2kjC7IBpQHqiZKa5dAQ7FOjH8WPj6bDfiqcXwq6VwCCNa2EVNsmfpByzSIB7DbH9MH9
OKmNNrJibbqCNY6NUzyRSxDdQ2S34vg/Tf8Aw4ofq1Y3RUDrWVcOe3gsoeYcVRXWxZKSqdBk
g9KSEdjj2bB3I7jv7cO6Di8sFmvNx69fRGgBw02+aq5qDTl55WXmttV6p5ac5CNMRlKhQvTk
E+nqGfbc7DI3zrYpYqhgfEb/AGQzpnwkh4wefI/XPz9ydbrdaXUVtEK0UVXLDmJVckhAGDhu
oZYekgAj2+rAAZkJjJJNvXrdMW1wms02Nht09/36eaQUWlqJ5naISUs0bN5kZkEhYY/6EH39
tuIPlktbcI+IR2uMHx9dEx3Plp93rJWpZhHULkmFwQjd847d/wAv58EMr7gB+3VQNI3UXxnf
lsD7knrLexg6ayPyZ4I85fdlZAcBTjO4J+mSv0wVDLc2bsUNU0HaMvsQPHFvX1SOiuEd8oZD
DMC9NjrHmDrJIOd/gY7YPtnggsLXDUN0rYO3YSw5G+duv4skD19TZbiFmL+VMcfjIABHUAPj
Pf8An9eCmxNc3CGjMkM2h+f4TbfLPSX1fNpSyzdWZCdifyG47ngmHU3DkTVcPZPFriw4evqg
lqGW21cjSF2AUjqCbN9Qfj2z8DPY8MyQQLL56xktPK577+dt/L6fNYZb9UVOKSmM4kd8Z6sD
H+vfjgjYO8VW/iU8xFNBq1OKljlH4eNUa9rQ9DZ7ve6pgzO8NO9QsKjGc4BG2cfmQPfhRVV8
UWCQFv8AhnD/ANO7tql2p/U5A8vXyTRzD0pWcurpV0s6Sk08xMqshV4nxurA9vzH9NhwXTSt
lYHDbkoV/bUhLm3LSSfXrbZBlfq2eRolWnAU/wDmMu539/bO39OChGDdZ2q4/M4sAj95Hj5W
v+Fke+TW+FVgEHRGcdXQpb3x+vc/rx4DOVJ/EHxsDYwLDnz6i22eaz3PVtXfqV3aplaqLgDE
QKyqRsx+CpAA+QR8b2WACWmpqZZB2bjnpt59LdF3SRV8kR6qmpmlHchsgHPbc9s/4nil7hzC
d0VDUgOIcS6/Lr8fXNZRbKi1xeZI8iyvhtsjLZwc/wAz/PiPaAoz9BPTt1OPeNid972Pvz5W
O+EUaUu9dp9IpaaVo1U9XSBgrsDg4+vsf8+BJgHYK1HDRJDG1wNweXT4H/ClWbUH/iHoioiq
3Yz0owf3h/CR07D3yd8Zx334Uub2UgLFo/6b4+zIx9fXP/ChK30P7G1vOhUs0c6IVUYboyOx
7YA7540LXdpHqC+biL9DxV7LZuM+F/tzRTb6+38uucDIvV+zqhisbgnpGdiwxvjcj22xxQ6N
74hfBTtr4aDij4nk6JLW8Dz+e6LdWrTS6jge2VcayS1EKQzxsWEKL04c/wB3q6WPSd9+OtlA
iLX5wmUga8tjYc3GeQF79L5thWI0zR0vO7lXW0FZGtTXrE/Qskikxrg9J3O2/p+B0n54x07j
BKHsxsjhGASHDB9ev5VKtaaXn5ca+lopipMMn7hipIddgu477EjH0378bGCYTRh496xtRCKW
r0u2P7bg+AGRnbFvypB0i6LpmqrYhTJU0sWZpXAdJgSW3U7k7qvt05yMjit0hDgBzTqn1sOp
mDzPIjPLB/yiWG2QVEKSPJ0O6hmWJGKKT3C/T44t0+auFPI8a8ZzzUd8zLpqHndrZrzfqqLE
uCkbSKQFLdlAOQCPkDuNjnPAFDTwUEBjiGV8e4hPNXTgnAGwTlSadisyJUJGjrLgxrJJ1I2x
DOQThTuRg5Pq3PfFT6nXhXRURYA4j165LLT0L3WulnYoVX94jF/SD1dKqozk7t27bjO4PHmS
PsGhQqgy1nFdWqsE9bLVhEXoHRKMkl8hh1YyBkYI+uf143/DmHswV8m4pL/WcD1T/cdKjT1Z
Df6SNpKEqolVmIKQnAZ8Hf0PtnP4W+nGjpHdm7VyWYrCJozGDnl59Pejf7/S6W5UV8FBKZL9
q4fs6mYOQYLYrCWpl2/CJSI4h/ew/sBwg49T/rOIshjHcYNTvF3Ie7c+5aP2bndScOdUy/vd
3W+XM/YeRU6eBLm2xv1KZJoqZLtJGJYvNbpp54x09JGQMHt9CE/LhF7U8M7Wn/UtHeZv5fwm
fs5xAw1XYOOHbef8rYjpWvWaEyCZiyR9aOyhWcZbqAx339/zxx8unFsBfXqV7XC909RVxMcS
DzAPSrljkgHJ+g23/wC3A7tkxABshjmBqaj0hZqyuq5hHTQQPJI52ESKuW29+2N9+3FDA5zw
xgu44Cs0NGXYCpdqLUVw5s64nutUZWeB/wD4n0GCEgTqUurezSdJV22wBgb4xx9M4RwdtDT6
n/udkn6e7osxWcRdPP2cew2H19/oLzpuyVWidQ11HHTqaiN3pEBp1AX0kgqgORnqB77k8FPm
7ZgcEfSwOpXuYRlSnT8vXtmip73cGAudKDWwnpDJF+8BcY3+pI/IDha+ca2xtGDg/BaGGJ2Z
CbEZH1QY2s7vzB5j1NhoJiZRF/vNVU56oECNMYwT6VLhEXA3XrH04MY1sTb2VvbSyy6L/H4+
XgmDX14kNstVp0ZCXu9PPURWFliEeC5lWWCVDnHkB5h1N2GWBJLE0CV2TJtz9eKKrGQuYxtL
u2+n37g43Gfcoh5ra+tvL+OOzVdXcb3T21v2lfKyWEpHcqwgdEIVgOqCMIrdIBHSqLv1NxdB
TmUGUkNGw9dVkeL17oGiBgLyTfwP8dPySgC8+O2E2VLZQtBRUkAd1V3KPK5ILSNgjLMcbnJ9
s7bVHhsAkMjhqJ+HgsdNSVkrj2hsTa/XySWxc675qaR6mCKeqCesutOShOVHSG2ySSMAZPvx
c+Bo3sAnFB7GcRqP2tLQRu42+nVAOrubd813zDe0VdS1ugjiAlCE9YDEgKWH4RgjJ2xkD2Oa
xA0DV4rX8H9mqaLiApJ8uaAXHxObDwsOe+Nip0p+TP7V5YcvYrRTR01bqDUUumA6KBmlkRZF
aQruWjYSkE7gO2/A3EXMZCZRnSL+a+kcYbDTMYYwGm1jyzYkevykWpuYdJz407qGGnhWGi0r
e6um0/GgAUWsrFT+We5OPLjYfHVngWj4Y+OBlS795Fnf+7933K+Z8H9pG0nHmU0psyQb+JJA
v4G3oKt9LY/N5WatpTGTLR1fnHK9mCYJAz7/AIcYxgg+3DJjx2jSOYWumg1cLrKfYhxI57Db
3jzCdOSXOa/cktNpW2K5j7lVr0zW2aJp6dyN/MxsFYDA6gQRn479q6OOY98Z6rHTcGpKmijn
kBBIxbJHPl8+QRr/AO7oqtSW6Wp/2Lo2r4Y/MeenrniUEH+70lh7++d+/C88JANtePJZ2D2Z
kkHaRG4Av4+XmutP+OrV9wqoKako7TRmI56T5szVe+6hnJCnGMHHfY7HAGn4DTkEkkX6Y+i0
nB+AMc8t3c3IB5+COKi7WXmtZo5qB5J64oZmkkgKSCQYLqw7eYABkD2VSMDjNSQzUriJBjz5
dfJfRaeWCdoY3Dh8bjcef1wgq711TZrzHJIVjq4aciCZQAKqNdyrj2dTls/BHF7WBzbcr58P
LwK7FO+N4c714eatZ4KvFLbr7p+bTOpamSL75UvHFVP0saWdjjqIO+T6t84ZeoDBzxifaDgr
2SdvEMWvbr66LRcPr2SgPB74xnn4efRSrq3RFbozVEt0tf7tqSZahkV9gFO0ituSr9iPbq3x
lcJKKp1Na1+Tt68RvdOqh7J43xOwHDP028+R89gpj5a6eg1nBb9VaUVqS4xxsK+2oehK0gtl
GTGMt7MMYb6dy2MuTbPrl6ssZWl0RNJUG7MWN/v9QpusNrpNWRUjGnZo2jSRWZTH1BsHcHf2
3985+DwbSTHYhZivpWhEo0fBXzxRwxmJowTjyyqKd/fGOrYn+vbHB2nWbBJHhsaVw6XqaOql
mKOzsCEPb3/ED7du/HjCWlebO0jCT1mnJIY2WVW/efvGPVnpGxIG3Em6hgqlz2ONwkdt08tL
XNOSxLMWy3cAjIx/r24JZc2KgQLG3NOupbWGo2Pl5I2VRv1nIP8APIP6Hi8ttlDac2QBdqJr
TWSyFApxkEtuuPj9NsflxWQXcl0RhpS+0QxpGDGjorBAgXLhh7fXPv8ArxW4na2yviYEZWSm
FtPlqrP1TlmdQAFPuT/IZ4mMBGRMsQQmfVVeKmr6BnoiUFjnuQTkf4fnngSSTCuczN1msTBI
V6gOt29G+5PyR8f9OOsdcIaRmbpxrWCoXClSMMpzn29h8HP+PFobbKreMWUcanpibgqdSFIC
R1dzgHuD+S/14gWHXZUMcGhN89kkuSsiqZPTjA2GcHbvg/TiLxpyjoH68IC1TohXkJKfvBhC
pGyn2Hb+Z4Fe5HMYbofqeXzUlqFKEBkySgY+2dsk+wzj6fpxJm91e4lotzUYc0/Dxb9VWaV7
hQrVEkkMpUnJOBj4A/L2+vExPJC/XGbImneHNs7KqTe/C9ALxX0cdNNT3O3ypJDJRwvmSIne
UhMlQuelsAgZH97jYU1e+ZgPXrslsrBG67flgqIddaUvVgr5oJIWqamnz0zljG6KAQJH2/ER
g7DGDg7kEHxmJw72B8vIKJqJyNLO8bb8/M+tvFIJNU0ht/XK6PNI4QLHK3VFJ1DIYHYAgZB3
BH0HEf0jy7At8NkwpuKR27xBv06/j0CvFZXwtQtKr5Cr645gVAxgdRDZ79SkZwMNtxS2F4cA
R8EzfUtI1sN/Dy/yhZLPRft5qyBWtzIh8z7liaKbbuykgqRnORw0bNIGaHZ88FLII4op/wBR
B3cWIH7T7uR54WassdJeomkivFHC8Q6medXjHp7YyDuTgfy4mypkZgsKMqn08li06U1G10iM
sT3qiaXO+IyMke2c43+nBrJXuzpS2ebSB38joEjvVhk1FWR220UU9aGUKspVleU7gsAfb4yB
kD24vZJoGt5SOrBqGaGYHj6+FlZ3wXfZjSXWT/ajWNIzUsSeZHQZy77qR149t9xtt757ZvjP
tESDBT+8/hV8P4bBSEzAXcefgtnWlNOac5Gcs0oKWkp6ermAaKKmjUmRR07KFXAGw3HYHGcZ
Jzbntibd5u4+8ooOlqpL8lqH+0i1El88Rt6ip0ijkgEUc6ocASKgzn2LY6Qf/TxrfZOIx0Q1
ZuSR8fonPGi4xMY3kLevuoJoNO1lfAUipnkPfITIX/pxoy9oySgqbh9RJHpa258vXL+U723l
BVz0cc9SKZI5RhUaQZOPp8b8BvrRqsExg9lw0B1SBywnS58u4dN0/mtHIX6cqwXC526hkdlx
k9X/ACnHFLasvNgj5qCipmlzBc/LO/u9eCV0eh6trNLdIaGult0ZCBvJZUBz3DY6cDfcnOR2
78cNQCdBK9E9rH3AuLYHz/m/opLYlFqSQW7y5I6uNvTkkrLsSFO23b+Y4lKXM73JWuqIaj+m
MW+B6ctsX/wnuGwx07RFopGcJgdSnpViQMj3/PGe3FBmJBF0b2Dv3EbfXn/Cf7NA2hryY5Cr
wzxhujA36gMjHtg/rg/PA7rSDCgHWvff16uom5rdFHqrz0PXFIxwDuencg/njG/5cPKE3YAs
l7VuaZWTb3wfdz/lL+ZwrbXS2ivr46ZIjISkitgsx6d8HsexI7bH6cERSh92hQ9o3yxthnns
A0gXBzyz4erXU7irpdX6VV4oViSppEqlYptINwPqO/6e/vjPyte03J2W6a1rWtmiOHC/uPgf
Q2K88lNajSmq44phG0VTIY6hAnpkjYgY77nIU/GfjPAddEXsLginNaWYHy+iTeOHllHcZ47z
S0zRy9bOjhMHyySApxucY277d9snifA6rSTETcJDxnhX6un7SPDm7ePh9+h581GPI+OmubCO
uZTAp3PS5kcHpACqM9XvknbB/k6qXOH7Un4cWSRAPz8eg+XrxUsQ6JlgiVEqre6IAqs9LIWY
D3ODjPFAr7C1kxbNI0BocbDzURWBaOyuv32eX71WM0o2AjUArjsuxGcn1DIIPwOLJIZZh/TG
F8kZVwU5vLkn4evC6V6m5gS18MJfzZB1Ar0kdEagdOCuPffBzvj4zkrh/AMEuSbivtWQQG58
uVuia49ZV/mL/vEsS+YuGlZcswTJDHcKvcY3HUW+vGnpeDRR962Viq/js8+L4+qJKape3UUV
6tcYmjC+ZXUqrlXUhuogY3KgewOd8+3DVkejZZ+UiU97dSpymrqXVFPK6v8AfKG4q4AL9YiD
Y9BHt2wQfpjvwwikBCR1UJj23TVqS0y6Er4HeZnpZAlNRTTFm8kID/upJ7AZLKffcHffg+CG
MAi1rqIrpX2JN7cvDqnCG7SaTvFLXU00iW25tFKDGenyp1dMqdtslQwI3PSB8YXVVLgtOx3T
uJ9tLm7/AEsti/hc50nWvK2mqfMKzj/dpiQS0bHZjjfvjP0yO+Mn4JxejdR1bqaTzB8OX4X2
7gNYKilErfI+frKmj/aJnojhkxIydIUYBIUZ/TuD9eFT1qY9gVVTxX82qrmFrCKx26rZLTa5
uiv6cM1XL0mSOnwO+MdbY/5F+caj2Z4Xk1kwyf2+XM+9AV9SMMG335IT0RqlLHTG4vFPUSyl
AzDDYD5UJ27lSSSfptxtqmzxoGyR0LexPau3UtcotHHUWtYbhVU8UTSRjIZSWwiDp6s+59Ix
wnkLWjswtRRAySh5HK/wRDzh1RBY7pLZ6L7sLjVxPUSrGrzR9ca4kLhdukQ5PcHMY2ywyKWh
tnLRRAF5YBnc2UI3G8W/lFLd4QZVr2Mf3VG3NYCpLTF2KgtJmPHfZVGO3FgeXFp81GeJkGsW
zi3j438UmszNyA082oL8rtqa7wGpoqUT+dVUTKSI4jsD+9BKvkYJIA/AOITEvsxvNBRyCmb2
jv3HNuY9DBVSvFrX3aiov9mqn7oLzdmFVW9M4ljL5BkJDD0b+kEMfSoH0LftQ2PsgMBZVlM6
pqA1ou4/T1j/AAov0Tynjr6iJzH5yxAioZoQO7jfJP4Rg5xj47Hip2rYL6XS+zNPTET1pDQL
XLsAc8k4tb1lTlbNI2vTGmKMU1bNeKxfL6Yg0kiLtgJ09ulR/dOR2zkkhe0VEkhBYR5q+s9p
/Z+hivHUNP8A7c+8cveEB8qtGx2/Ut/ud/o5HeeGpK0zxBFbpj/dpgkZ6pANs77YB24MmhlY
0AjCRcL9peDzz1E4lGt+18d3YDz5lTfyC1FcYdOXHUV1qYoafQWlK2ShjaRXkluFUv3UVLhd
kClwsfVuwyfdiMtxKUu0U4/ucPgM2/KN45xAVEtmnVbGMgE8/En5AeKhzkqlLpea4WipeYx0
8n7yMEBmheIRtj5Ksob8yPnjU0k3aUMjQbOvqC+Wf+IPC5KbikFQ1t2Fum9um17eB+qf9NWO
hs1dfLVX06RreqaSNp4x1RtIUyHxnGDgYx8j+7jhRNUCXS9gsRun3sX7QikqP0dc68T8An+3
zO9vPbdQroSnt1LZbpZblNJDXUElRRwOykoc+pBkdi5IAc7DIJ2HDxjg9od1WqoyykMtLL/Y
XNHkdvDIO/vWDl7pqvsxks6UQrK+vjRYujpkk9e8ahRkM2C22/fHA88oju4mwV3AqZ0cDotO
fMDfb79VItTyu05yDp6eg5iVCyVlJ97jjtlvkH3yKUwxtC8zj0gAuML1dxk9ioQO4hPWNtQD
GDqOxF7G3uCtIipSDI7bAtg/P1hB+nOfdx1DzOt1RBSmmtFDMk0VriYKXCqIyxPu5UAnOcnH
BEvDGfpnMJ7xBz8/ggqKuklr2vDbMwQ3n0J89+vJTVBbqPVdulq4YRNbKo+bTN0kNA6tjAz+
HcFTjsSe4PGNkL4XaXGzhuti5rZLkbcvige4WSr5fX3qiWYxBCXgGCZ4zvttsQUYnBG/bG54
YsljmZpPx6FADtIJRI3ly6j84VxfCz4sfvMdvseoXM8cQEVDWk4MsTsgEUu5OTsrDv1KrDft
g+J8FDHukiwDuOh6jwxuOS1DKvtmB7Tm1/P48/hdWKpdL3nw+8wLbqWxCWs0ldm66kdP7ymB
7Yxt1D9AQPYKo4WCq0t1P5bW+fP0UOxkXEGOpzYSePM+HnzG/TKtDp6SGutkNTRyIy1Cs8LA
7k47b/UnI4aMAczWzZYqoY6OQxPwRv6+iNLfWiCAu4Ut0lDknAO2f13/AMODYXEC6TVEWpyc
ZbhF91CgGRwASOxb2x+vx24K12blBOizcJJ0QSRKZHUu+xGcHYA4x+nERnJVbmkbLG9sDVoh
OAkfUwbIy3Ygn+f9OLmGxsV4Bx2WespIkiBLDrYHJA3HuB/24Ic8Wur44iScITrLLLW3RmjQ
GOIek7k4+pz+WOKQDfAVjog3dKaDSUc0zOkAA2IBJ7/J+vFb4yVOLG6drrCtqtrLEVLsvzg7
HHf888Rk7owi4Bc5CAIadppJGZlckg4BGG2Pf8ye/vjgN4uMKRxlL3ugg6I41BlcEEsOrHSf
ffb/AAwfrxbGwgKl2cBL4Oq5o3SWUAj1scAkjtt3wP8AXfF4zzVL22QzqKyGoncp5o6ZQ5Aw
cqc+ggfUn+nzxY0XvZLZGG9kmtdKaF/LYdefSpG59+57fl/L44hKzUEXSktwsEelTdaF6j0C
dvZ1DfPb5PAL6fom0VQTYlNFz08tvjkkqGkDh+lOlckkjHY5/wC3FTO6UU8ahdB2q9LQiBI5
Yvus2T0henso9x2Axj+fEpHtc297qdPE5psRZVx1zy9a283bQzVTQCojqY2nHSD0gBwm4HUC
2x9+2OH3s3plmETuoQPFy6KEytG17qDubug5bPzDeovNuSshlhEIkpI2ldSrenKtv1FVI+D0
jttxspqYRXaSMZys5T1rpWtcL3OLj3KBedfL6w3C2Vl2owKOKnjkdug9AeMdXQSCOrOScr7N
kZA249DLa1s3sPyiqdrJZDHK21rnHQZ/PvULWXV9to5/u9VQvNIWyVhYlyu3p752wPfG3Bkk
Mjsg2TOOaniIgF7jlz+eUo1RY1u8wkp5IrZTSEIIVcmUL8v7DH0/rjiEUjmixGoq+bhz5Ddh
0g4xk8/h8U0yQxUUUlKpDIH6iZGJOfZmO+frsMY/XgsXdYqUdLHFeLTtzJ+Z3xf4ZRv4cPD5
d+eWsYrfb4B928xTLMBkBME7Z77ertjAJOdgR62sjp4y55yhpm9m3U0DJxvn+PMLal4d/s/d
N6FsdNFT0kJqSOqSR1WR5PSpHUSN999/nsMnjEVvEZpsg2QMA0uvJuFOFNpOk0LTGRkiUKqh
/QSo9shQcnc/pxnu0IJB3TAxh2VCfjD8Udg5JaRnhpvuk99rQy0NNCB5sj4wcqNyoyMn/PYm
0VK+pfblzPRN+HUT3EBgydgtY8XLWXmXqq4Xy9zTsZqpgYYcPPUzdXrI74QNhQcEkg/QH6fT
iKGEC9gPomIpmvkL5MtbtzJI3PQAHA8fBWK5cfZh691vpyC5Utjk0vTSp+7muEkhqeg5GWjD
ALnPbpydtuEFX7TUwJZGNdum3xUXV7GvDtdiMbkn7AZ8EY6f+yLuFwp1fUGrXqWRfNIgpcZf
J/EGOMb/ABuR27cAn2hdf+mywS2Wpbaz3lxHVGPKv7P7QfKq8ffdQwXC+zxBZITXr5qLk74V
cICTjAIxvwNUcWmcLXx4Ja+pe/ug28eanLWl/sdw5VXeyLpzybJV0TxzSvTpDEsXQ2WPVt2A
I27gcI311pRpPeTDh9K5zmuHJaeLDRxQ62kqkXzkjdxH1ZYuQSO3uex7HBO/H0klzo9HMp/T
Qwsqe1da3nfPRZrzNM9UXYVFN1EyJ94DqZ/opOMnG5weLmUxaLFE1HEWF+Pxv57+KMb5anuW
mrVVLI69dFG3X3LkgjGce2Dt/wAx4XMNnkeKFmde4bt9lEHOWgC1dsjiPnGbpHX3DAnpAOd/
bt/oO6B3dN1j/ahmpsMbRckj54tyuj7xQ6MWg5Z25sSqI3SIea3qPQVA27knJxjG3yO4/Dag
ulcmPtjRh/D3g7As+N/jfO3xRHyL1BSXXl5a6aqAEsUDQxTHtCDIwORnY4AO47nj1XE7WdOy
bcJqjJQQl+LNte3Q+d/823TZLPWWTVIkMKvg9aq0bhGAbfA/iHcn4x/exgd8ILLbItla0bWI
+Xw5238Nt7Wly63VNdcnjC8ksrUWBJKXV2HV6zuuMYwNwMer2wOEwidFNqt69e9G0sjL6HHu
n0duirhp6qj0trOShgaZlVy0Qkdm2b8KkHb278aWUaog5wWWgpxBXupi4nmAb7Hl9f8ACm3o
p/d6SM+6eYo6Ppj2xwiEruQJToU8zhcW9e5Vs1lqWO76g+8xVbQiaYrKrzZ6MN3GdsNncAAA
+3p3+icLpBG0Ar8qccrnTyFwKQ2fUDU1KKWpaR6QpIqPG4dqdiFyCfdQVxncjc5+dAxjWhZe
VxOeaIaCuWjpoypaeKoUnMUgzgq3UBj6gj8hjG54KYxqXyvdv0T7oC512m6fojDzwlgphxjK
e5yO2M4+PoO3EXR325KPaNciy0vVcvr3PdbL5ctNO3nVFKzhlkJB3AOOlwS2x75+p45E0g3X
JgJWBrvij2o1paub2gZBSn1MoEtO28qONwCBgghsHPt+vDdrm6CVnhBLFUAH48kKU8Y08i2S
5NJHTTSNJQ1LurZcOcFSNg4wMg7lTnt2FdK1w0u9yfxMduPeFNHhR8R8nKLVZRJjHQSuq10U
wBMOOlRIDgYz26hkbD54w/tVwVlbEHtxI3b8Fb32Y4m6lk0uPddv+fyrg80PEhbdBaArLjLL
HL5cIWnSOYdcszt6VQZ9Tbk+4wNzx8jpaKoqqhsAFs5X2AVMUcZffYKu3Le8i42eSpk6pKtq
1ri0gkLfvWU9TNnPzjfttx9Y/SiMsYzbZZJlfr1udyNx7lJOjdJw1dQ+o61GZBhbZR7gSSYA
8xhnDYbZc9yB7AZiYrN0jdT7bW/Wdr4Hr5KXLzTS2PT1XHH94jkt3QZyGIZincBgQcHIB/TH
GRiee21u8fmtx+kPZ6W3v6KH+Q+mhqK53y8VqoDSUqpsx6JCXZ1jB/8AgRnbfqI9+LqiXU4A
Jlw0NhjdIbX+pPJClRy3l5l3e4XTyIkbTcPXTK7dE2QerpzgkmEMpUqd16R372sdYXvuuVJM
/eaP2+vkNvBQvebBX33mdX1FHStUxaVpI6mXz5XMfWSx68nJfBCnpGScj5PBLJQwaysvLDI4
mw6KtWsbTLrrn7Uffp2qZXgjqGnXOZ1ZmwB/dGQcbDA9uLY33Zdo558FdwviNNw2Z1VU5LR3
QN3HOB8iTyHmpo05y9tGn4qe4XdoUaYB4qPyiV6u4VYx+Jj3yew3PtxOOSaRxjpx5n+eSxPt
L7SS17u1rX45NzYeQ5+JPPKdta64W1WKSoeOntlHGoHXIFMjbYACjCg/mT9e/DelohEO0ldc
+visFLLJVTCKFm+w9erKAzq+4c5J7nLYaaWpjtlI1TJVygNHlBgRopwpYn+LG2DjPfgWvq2u
Glq+q+xfsbKW/q6j9jbkDHez48lO3LjR1tp/CzrmO2Rn7zX1Nthr6ppFkSrYFppUgU7HoVCP
csVcjYAnA8RkH62Fo3AcfoF9N4uzsZ4S/DCS73Ai58vHpkqDL2sUV9jvNIUrKeKYufJJP32I
ghwDuCOkhs/3gCfgOob9kGOwbc+XRMePcNbxGlcYTqvZzSMg25Xv42PipEtzxX2109vLhp/K
8+1z4P8AvEZHX5Y/T1KfY9Q+OFTCWPJ5c18D4kHNOpqBaXl7b4eYFfPe7tT2SzS0ZkrjKjSy
1TocxpGOwdgSAxIAI3zsODn8Ulih0QM1OJAHlzPu+K+jey3FWVLWyVLhdos6/MAd3PgMeSb7
l4nqLREq0nK/T0NjkeOm8+7S4knnkjJLssmxVGfGwAGE9g2DGHgc041cRfq3sBtnqOZGfim0
nEj2pZQR4x3jzt5ePyUVcwKOve9/tS7zzVtwq2kmqJp36nllD7n6Z9u2+duH7IGxsDGiwAwF
KppQyVssx1ONyfMH5X5eOViW01VYtPcbV1rXKxWWNB1Ox6Se3vkZ2Pzj3zxwb6HDCqrInSxN
rKP943HX1/HQqSeVfMWtpKl6yBfOtbydVXCvTiPzB1Fk33AbOOx9v4hhNxPhcczLHDgMFN6G
qc4h8R3tcbXuOXT/ADyUwXy00Gu7DHNQSxSwqeuLyzsM4619znOdsf0znExmSCUtlFjz+y0j
o2yNBaUyaZWWz11HlIvuU7BkKw+mLDdJDY2UZxn3AIxuDwTNaQEc/PdRhHZuDt2n0fd81sV+
zh55xc0tFzaVvvTVSwQSrGtQrEkdI6gwO5XfOfg8Y2rhMVT2ZHccMeBz681ZxamBhbXQmzwR
fp4W8f4ViOU1OultZ1dm8yRKDqaSj83qLrt+EkjGdj29gM5wcr6JwhndT37vL18kBxK9VTMq
yLv2KkWR5RURxqy9jgLsGOckj3PDXtCCs/JENN0qhqHeKJw0kgRsnqYEP3OSfnYcGsJOUulA
GEooUkDVE9QVxFIWXqIGQcAEn8hwbHGbJe61wU701Qk0ROEBc9OzA5wFHHizkFKLJSiphSWo
KxdJOAFYkYGT/U/T/rxZYXsiGmw1FKaPT706OgjAQqCp2Gc/9OC2XaLIZ0zXHxSeC1fs6c9f
V1lAWyMZ4HdcG5VweCO6h/WE5almAU+lWUkD+YHAswJCYQkWug21oscI84OT1dIGN1Ab8X/f
iuODmVXLJbCc7VbFuEx6kZMny37YYgH3xj6bcSDBaxVDnFuUuit/lXFpVkCwxHAAPYjvn5/7
EdieOEEOwrAQ5lykr2kugDKoC+k4GAQe35/Hz79+CIpLNsULJBd1wm65WyMTdHkECQg9QGMf
HEZHg5CJhgAvdLLTY1o0KohUsBkkZA/1twE+RGshASC/2yGWZ43jacopZ2cAn8x/LgYgkopo
sFG2tLiaerliILFGHSe3UuMb78V2AV3aHcqEr1WQV/OCiSvp1nt9PRVD1cnQp8hGMaq7D8XT
1Z7b5YewOND7ON1Tl3RKuLSgR6Dm6grnXZprDzKsEduaS5WurkqKlFL+uk8tS6lQc+kLnA39
TgDjYV8hDXOfjA+qW8LoQezY25Fzjxtj14qAPEjrx+bVPLaLc1FMZsLUPFAFemw2/UFJBO+D
vgH88ccpY9J1vwPqtJScKk7QvedJGPHPS/3UO0Gh7noynmlpKCyT1VQqmWSpDtK5+cnIOPjA
B9/jhmKds9iXY5DkmT+DyU7DLAG6jve5PxN/hayUVfMKyW+0LHJbYFYjDRVdOkkhI7qzHbOT
7bAZx8cEwkMcWkKTmxmFusC3iM/58sJj0JyouvPLmfS2vTFnekFUGZiQRAFLAF8H8J2OQNiP
YbniquroYIjI8pK1jopdQBEdr2O1z55zz5Lbj4GvArQ8m9FIpRp62VA08xG8h7n8gfjc49zt
x83raqWsn1O25Dol1VVh13u3PNWPvFhp9M0x6pIgqjLN+Hox/UZ7/pxXMezwUviBkcfcqReN
Txlz6dvMto06I/v+FaWsnOIqQkZ6QB3cjfpH67Denh9Eal3bP/byA3Pj5Lc8K4N2ukHA532V
beXvKfVviR1j5lit9XdbvUS9E90qmLLBjO7MAOkjqGEHfbYZzxoS6OnbodtyA9fMrQcRqqHh
zO47l1yT0sN/kth3gx+zBsXIbTlsqLrSJeb1FH1PUyOQqOxJIQDsMk7/AIse/wAhcUqnTusT
jpy8l80l4tPMC1g0M2A5nxJ/Cs/q7T1DZrUnk5i6WXMJwY2A7DHsRnIIx/ThSHMZ3R8EEyCR
xuPiod1de6C3Vc00k8MRLksO7AYyT0jPHO0sLI8M5lAV75nw0MJWltVxrGAZgI6WQqT7Y6gB
/XHFT5DsrYojq29e9BV05f3PxK6flS83VNPaeqFKzw0xD1lQvujN2jB7HG433AzmFFG2OXtT
k8r/AITj9Y6NvcFz5Ko3jT8I2gOST2FtIQySJXTzQTSNVHGRAzHpkbAJ61zgADBIJ2zxuOEc
VfO4tJyPpdE0hqZNUlQMDIxax5+4+KrTQ8xK7TgFrucbVCU86xz01bT+cNjjpZG77diNx7e3
Gxjc04KYVHZvj1tHS4+t0uu2oIbVZK6GmiWOlapjqIIGPppoypYxrjfAPb4B+eFdZAO1FiqI
IQ0Fo/aPlzUUXike9avsKtGJvNrY+mNWG3r7D+6cY78FxWEbuWEl4pTXq6e4uNY91jf0fcpc
8Ubu/LGPMAi/fxefGSQVI8xt+3qx07YztnfgPhrA2X6Ir2iP/lXuA6X+eRz6WxfzQz4cNUxa
V0QlTHH0XOZSBUNKD5R3YIgPbLZ3JyT2IwRw8lay9ihPZYN/06OZ/wC4+8Dnj1e/kjmj8RYv
FnnodUM1fDN1tAsq9bKRnOGJ6gCDt2Ix324p7Bl7twmr+JMDdMjbg7X9/wBPD4oQ5e63r6uG
pFNdazDjyRH0qwSMElUYbgEAYOB2PfA446jhcLOaqeESduS50hv1uOXL4fBMHOaNLZfKK6J+
5qlISYF8R+xHTjuMDtv2x+dccWkGM7KHHHaXNrGHLe6b48vPbb6Ivp9fzVkCTffaceaofBqU
XGRnt7cInUbQbW+X8pn/AKizk35hRbzk0TNy55mVNAEEFLC3mwkdMoMTZIUHcHBx3ydhx9E4
HP29M2R2+x9eK/IXGWGOoc33j8evNNFBo6IW3z6Opingdz1wsSgJyOrB9s7HGNv040LI8XaV
npJzqs4WXS6RrFYVVsV4ZGz5nTH5iuQAd/kgkHb3+ccSET/3MCh27P2S7ckYaW1ZcLQpStsz
SYxGHiHmBlOBgqQDnfv74482R4xZDugivqa5HulFnukyzUFJUGN2UMDB0qDg5B6t/fON/pwW
xzj+1uUJMWNHfcLdP8LNqzltOtxpa2lf9hXVcyvLT1AzKfg47HP1I+m/HZY3Ozax81CmrWZa
SXDy2Xia/QPbGpNQ3a21sZYFikBGGySScnKsCdnQggkfOOAdNjlNmEuywFDk/OW16N+7eVXG
cRFwC6qZlXGCeo75zkD8XcbcDzHUNITamBb3tkZclL/eef8Aq77xJJKtFTQs0Jf1gyn0opP4
jnDH2A6RgDhUYI4jcABajhs08/cJJHU/QK1PIzRZqII4XUmgmRZaiZhgdABJVQezE9X6A8Uy
uDLu58vNOoYy4hp25+XRT1aKFJ9T2emqFjjigrI/LCptJ5aF0wO2B0A77YPvwskluwgbp5DT
2laXbAi3jzCLeZIjnusXWVnl6RJNGTjzAjKSSBucDP0IA4zNazsWiVfQ+CSCqeacbgavcN/y
gzW9/n5UUj2TT7xPFcf3tuq5Vz5jMqhdsjqIIBydiDnHHKNjZnl7jsjOLSmlhELRvcg8r/dN
Vn1NPye5CVGoblcZqietqpEMsxCkyJlEeMKML2IxjBVyDjg6ptYNZulFG9zKcyvPrkR4BMWm
dPvS8q75VlKV2UR3CuMgZRUrIThSw3Dq3pBH8KY4FcbkNHJCa9erUqMX7nrp/TnMjUN5cwGp
qsJFG0vmoqoSvUSo9Sk53GPw79+NFQRRfp9MjrXN/wAL5n7SxVk9cf07C4NG/Lxz8hywUW8t
tZ3XmnUPXW2ieulYfvK2rkSKKJAQcBFJOArZAwoP8+LJuIwUw7OFuPhdFcF/8NeJcVIlqZWs
HPOogHwGB5EqP/F8tVarTItfcZKmWBSiw9QjjhkIAx5W+CrdR6iSxwBnbJBjrJJ3jUcL6XWe
yfC+AcNe+naS8jTrOTc4HgOvVeuVFe45ODTlBEiSVkYFfVlhIkcRPUR/9UfZQu5z+nAk87GX
cStpRmKPhrIAQGgAE48znqfeeasM1NQWnwvz0kUkLSJfJRVFVAaimSgHkRM394KWPuF6gM5y
eMm57peINmbgAC3j3spDxOppqyqmb/b2Dw0/9RF7n3HHuUI27Q3Td4zlxRVPqqlihMmDgkyI
i7nP4sDfuMfGgqmOaCWDyXz/ANlfac0dQIpnd04N+vXwN/wVksvMzSVvvS6TkufXBC5ktNyk
HlmiOW6opCNlXrUsjE5GRnuDwA6lqHxdvpzzA5+I6qPtDTwGcywbHJHIXvz6dFznNpOXXPL5
qWsVGuFOv3qlkBzFcUUHbI2JIJPT8jbiuiqezmufJC8MgbBMDux246Hr5KBrJqyo0uZ1oXkj
Wdel4mVWVSp3G4ONsj8vqONWx2BZfQmzCJl6YkXHhYHn66eKW3asqb9bI5pnlneJw5klKklf
kZGy7duw7cVlxvkptpMkAJ3Bvn1jw5cuaQ2y71ug9QJLSEinrAfTvghh6kIP8J+D/hxZG7ml
dQ2Shqg5n7H5HQE7pzo6Wus96rbzYKecWiWV3WMIJB0N1IO/fbOx+Ntxxx7dQOFFlNJHJ+ro
/wBpO3xvb7jopE5UcwqO36fk+61krzU9SgMLKCzgg9JVR7LvsBls/Q8ZviPDzK+5HJaekqYi
0thdf8eX0t+VI1DNS6uppY7dJBcKSaYyBFyGRhnq6R7EgnI+p7Z2zU0LonaX4NrXRrHa2nnm
/wCbDx8lMXgx1tU8vOctrkknCw1DCOSXzW/eqSqN1532RjjHuo99uM9xtgMJcBkeGybQRdvE
YhnUN/XPp4rZpXTLXXm1Vu07zMYvMRiWbJ6lb4XIU7fU+/GYe3tZGSjx+eUgYDFFJA7G2PkR
66I7povMjy7dBRsZzjOff8v+vGjjp7gFZuaQC4ThbgqAdb+WN2XK9j9B+e/8+G1NT4uUjqp+
icBUoQcshLJg7bEH9P8AX68HNaBuggC43C92umleok69h1ekAY6fj9dv6cUPjzZGRbJztcyU
T9EoDMjKMnJBxnf/AFvxBukfuVsjHOb3eaJ4q2mSlSSU48wEKPcnvj6cFjTa5Sksk1FoQ/en
jjd2bqPqHpAALH2z9Bn+fAjrXKYxh1sIe1LQrV08kESADK9RILHON9u3EXNHIItkhG5TTS6W
WKV5yq9G3WelWwud+49xtv7fpx0NxlCyyG9wU/Wiljt9rSBIeqRmDu/4Q2O2PpsB8cS0ACxC
H1OebgpJV3CKqq+hOlR1dWWUnsCdx7e/+hwLIRe4TGNpDc5XJqgTelUKiJSZAcZxv2+vFRNw
uaTdIrpEIZyOrq6VCoWXcexx+hJz+fFDydgiorE3ATY1xNNSKofpYgsM+2fn6cVaSTYot5xc
Jnud0jhYrKUaWRvY42xn9Dt8ji6zWhVAkmyjTmNUxxmskeciRg7jYdMZGdl+e/8AXhfNcHCY
R2IJKrveuZ1LoeC9aqq4KSS23Op+6wmqlSIyRQ+Zlo+r1Y63myB36A3Gx4GxtPT65NznHPol
EtJNWVQhgF1SPxI885deivrbTK1mt6J5EDeYVBV3VWwFAAJB3C9gN+NBC58srRMLraU/DY+G
0rnMI1H+7pfGPXJRRcuZFFo22LbrdTmOOPEc0hIIfGcfr7k/X54aOhdK/W845BESVdNTxBjA
bjr47+/nfmsVPbdVasSCeSlaipJCWWSd+nzd98DudvbB7jtx01sMfcZuqv8Azc51PFm/PfwT
9YeT1DZdS0PnTS1i1Mxpv3kOXaQDJCqdhuQM7/12VzV8j2k2sRlXR00NMdTjfcdc+W3rdbVf
AN4Q9OctNOwXatRKu83AIJGADdDdOQi4HZe2D8fPHzybirqmazsNGyz3GZHym4N+is/d62h0
dSuqSKJUh6mJcqBn+uwGc/8AbgtlTHE0uJ5LHzQySODLc8KlH2i/jXh5Z6S+5Wy4ILnXArB/
EwON26fopAycbkD34p4bE/itTpAPZjc9ff6wtBQUjYGguIufXoIH8DH2WV48Q1tg17zOrZKa
hrGaWCyo2WkQ9jK53ycgnGCe2cDAd1XFooR2FG3DcavwPBM6rib2gRtNj4eP19brY1y25OWL
lFp+K3Wygo6SKOL0JCBECo7Agf1+f6cJxVOy5+5WWqYO0dqJJ8/yibUmsYrDb0cYV4l/ArAd
O2TucDAHAk1XfbdXU9KdlE2p9WX3mxJ02mY0VskJMleyYwmcYjB/ETjv+Hbue3FDHlz7ot0b
Y47NRDpHlpaNIW4SBIz5q9RlOTJIfcszZJwPk8NWRsIu7mks80ofgoY1dDQLcp1mHlx4H/F7
dvg79j/Tgd0QLtLQndO6TQHPKjvUp0jYVkqqw0crZ6z1n0bDJ6s7dv5b8Dvpc2KeUjS83AWu
j7Qnxd0vO/XNJYNOBJrRp0TytOqnplnZACEHwFwNu/W3sBnX8C4eYmGaXBNgPL+U4ZHqDom5
Nrn3cviq62+lGvTTSVkUcNQtOsTp/G7LuGYAbkLgb+2ONvHI0utdK46d3Z63YJwR08+hCxc1
tDvo2zUlxp6iWuo7tGR1P/xIZo8K0RI75Qqw7bMR7b1vZZ9jyQ8r3REtve49Dr0skfLbR76n
5p6Uj6IFjgmWpnOCnSEAOOxO/V3x7fnwPPKI4nhET0zn1EMjrWHe57gbeWb38OqOfFC8tXy1
q5sLQ9VWkEcLfj6umQAlifgD8hv/AAjijhQBlDd8Jf7QzFtG95Njaw88+78bjNioz0Lo+ms+
laRal6irQlJkiRukAsP3bEgZwfUcZ+Me+XlSTuEq4DTOZRRxl2NwPPa58vV8rxbJUtMczoUd
0HmxyLTFC+5GSPbGew27cchcdiFOpc6EWdY+ORjPoj7pQamK2UL3KmhpATLiYwnLyJ07sxG3
cbZGckg9+Jk7FQgkEUpkYLX3t5W8sLvnaGqrFCVVz5MazyhkVSUV1HUd853YH2Ax+fEA8ax1
RPtBLqoy4m1rH3B3PpugI22VyWEtMAdwD1Aj+nHdR6pFeTkw/BTzpbStt8R3Jn7lSxRRazsM
fnGNpkjNWC2fMTJAbqwAw26ZDn8LrgjU/hVbqd/ypPl/jl1C+FENrqbpJHnz6+uqg+3pVaUr
3lhn8yBZf3yEZAfIBz7ghio/pvnHGyjlwCFnJI9Y0kI+0/dqLUNPhme21sQPnbfuyxVQpIxu
cEe2RsN8DhnT1Df2uSOuo5GkEZCJ7FRzS0iyvTtD5cbZbq645B1DfIOxGPg5/Tg2Id64SWYk
t0m6cKyqrWbrguQFMGIZo4egx98gEjf374P8jxa8lze6UMzSJO8LoL1Na7lUP5j3CWoEyFyD
KekH6fxA9/6fHC2SJxNrp5DXRsZcttZD9z0P99hCvJIskR6mDSYC5GQvtvnJz9ADjvxQ6Cya
QcT1XDUhqdE0lnQuEV0TPUjyDpzjJXJx3H8XySN87Uva1oujoqlzyrJeDJpLPa40hp1eevZq
OEshzCS+7kDcAKDgewBO3GbqnEvLvVl9I4baOnawD5c+Z+3krd6MtsNJcvuFHVwBUq2leU5P
mysy5z8LucqfZjxTK8Fl1yOd3baRzR7Jc1oKcyyTGBqWMyQyAAuIiQpjx8xP6Sdsq6n24Ry1
jWSEL6BQ8LklpQ9/n4gXty6H6hHvhp0NV3nUOo7tX+TG9JRLT08rL5hWZ+pj0522VYwff95w
JVu7YWOyZcMhdTzOfsQgK86FuOs+ZM9JQxU9MtvSSsSFcvHJMgDtTxsRgFovOZARsVxjYcQp
4hCwuO5RVbVPqZGxt5fC/QfE2Ch7Wepm5r80NJaApzIKOys1TVyVh8tJiJCUGM4CM7RnqYYP
SR78FNgPemftyQtPOC6OnH9vXz+6U+L+y12m9N3GhtFZNWQVVNBBXUSj7rKskLMzLIv4uj94
cdBKuPc75EAtdxChXUwjd3HXHTY46/HyO6ojfLBHpvm9VkRQwRWmCngRxGDGkwjEjKoI3x1Z
2HZh324YUcwcNXronPAKaLtiyVtyLfMXwPBWm5P6Lser6K6XaPVls0nqb7qIo6GC2qKWR8dY
WpbZmc56DJGPRkghhnMpXRyd1xW2ioJGOE8bLDnj39B6wqteJi33PUes6W1ypSQV7VBjuC+a
JxBIkpVz5i5HTnOMZBGMDuOINe2IFY/20rD2DA42AIJ929vpdSPpB47UaeERRtSx9UkiBegs
oXLLnfpBx2G5JHUSe2XmiMzv6nr1/iy+ccW9raqrc7QbC+Ba1r7DyG9veSTsY86BZtFchopa
+s8mr1HXz3BVEazFq51i/dqw9xGcbZA6sY9uOUj5pKg2aC03+H2z9FpGnTGIWus+BsYadzex
Lr/9Wokg/HCFbJqozWm0X2ElZ56OGQHG8VRESrg/I6kcEf8AMD7cbDsu0ia4bAkH3r4dxDVD
VyQHcG48gPwmLxD8sdOwcuaqptNEKSjv8JuUflw9K0soIE9MXGxAZetUOPTIPgnhSxs0dTk4
GPdy/C+1eyvtFRcQ4HJwysIbKNj/ANdvHr791Bejrxqmk07J+yayZYaQSR1VPKvmwgLn1eW3
ZgN+oDPffhhLSRyuJe38q6m4RLLTCSDDmEh19sdRvcfNNurK+tpdRlKyKljeqVXRoEKxSn8J
cH3yfj3HFzIQxtgrmOnpJv003MXHTzv8PwiHQ8Bq4DC0PV1MFTKgdLDIzg9yBvv8fTgefBut
jwpxLBG5vPp5/br8Vh1dZDTDyPNEil2iGS3VsNiPffIIz844rifc3sp8Wpv6PZZtfY3v7ufj
8l401zSvGjrcbJFUw08Iy/WKZes9QOD1nJ2z29sfPc3UdOFn6Kskp5v0krrDy3B6n1ZPVHpi
usk8d/0z1vJSKruhjExhbGOtCw333Oex+m/Auv8AtctDPwd8Lm1VH3sZB94uPqbpy0Xryavu
NbNUVzR1VSS0xACLJJjY7LgHORjGCDwprKUOAsL+soyhcJCQTc4ufH1/KsRyv5imvvdv/bQh
pKmVo0iqnUok7L0hSPeNww9zggd998PxHh1mOMNyM3HrfCd0lS9rgZPDPiLeO/2Wyrwscy6f
W+lxRzTN+17WEeQFsgjqDRyBfcEj9CSPywtFCYZC3Om9x8dvdt81z2jjDrVDAO9g+dvupwsV
zdIIj05Yp6kMmcN8dR7j4J9uNTQODrXK+f10em5CJvIealTH48AjAwRv/j9Rnh3ywkUkWpyT
vR1aVipEnShGGTBwwJ3P/fbjod1XtBvYBO9NUNTZaMD1YUD6Z/8AbxAuurmx2CXOvpRkd9yD
jOc78VFgvcIhrsWKy1bOjhgxfpGGHcD/AEOPOB3CrFiscdY8UeSWk36hnYjP0+fz4gMC5XHN
HLZJrpGJo2aWRlH4R2yM/wCY4l5rmojYJLRXMCpaI58tAA2V2Ygn5/P+v5cSJsodnq3CcKsC
ONjH1hpCMODuT8/48QcVZHCAcpm8pKFFQsvSpPc5PY43+mQf04pce7ZHhvRI1qTLXSB0IUKC
hzsSCNs/r/Q8DcsqosysFyqPPq9sKso3BBHVg7/4HiCLiYAMofvtcJZP3YLM/rUqoAH1+v5/
58Uuf0V8cd9wgjWGqPLtolkIcRP0uI8PnHdj8HG5x2A+o4pL3E4KvMTWi9lUnxkeOvT/ACot
r0jVRq7rU5j+5Qsquq9yzt/BnBHux2IBxnhnw/g01Y8G1mjn+ERSUuo3edLep9dFr45teK64
82LwJJquetViqUlvp8pTUaqAAq/J9s/n+fG7peFCJoHMczv/AAjW8VoYbtpWl1zy5keNs+X0
CZtM8pdQcyL3DT32d6CirImmYK3msqBlHSAcBMsdvn1d8cMoTCL9mNuapkgq6k6amwDhsM/w
LfdSBqvkPp3lzaaKSPyMw1UbVUk7GeRKdWPV9NyF6sDsfjgNtXJJUdnaw5eabN4dHBTtm5gj
x7vS/nZZ+aXMqyRQ00i18YNMnmQfdJQZFfbJwQQQQcYO3c9wOORUDtTnW36rr+IRMYGPdbpb
0brx4NLHducviItdQhlNPQmaXy2cSSL0dO2CABlim/09jwv45NHT0jr7mySVFWavUI2kAYBv
nxxy/K3D8q7LXaX01HCkfUKaJWVCoMjsAcEk+/wePmhaZDcBBODIwdZQN4nucR5b6JrbhWTG
P7pTtLLiQsXKrkDqPcnI27fpx19O+R7adu7iho9Lna7YG61z+Evl7fPHR4nqzVd8jqKu3W+d
J16v+Cp6sxx/Tfc/Jz8cfQK0RcLom0sO9vRPrZQMpe29su9fLr1utvfLvztE6cpIY6iOGKEj
pPTlDj2yPbP58fOZzIZNTCimhgjDXJZqfmbNCWq6tYgkJGZE+gyMds/QfJ4YOeWxdpKUosHS
9nHlYbJoGq5g+TdL3KWgdswW8ErHGCdvMPd2x7bKM9jjPAsbC8axzR2vR3DyRalZT0duKIUV
IiVymANjjH0wRxey7RhWadWCow5v+Iu0cvtN1FZX1cVOqKwSMsFOB+JiTjpUbHPFYqXPOkXJ
5AImn4c293Ba7ee/2ol2v19q6fSdDNVR48pa2UFYC34cqfxSbkDtxqqHgEzm9pUv0+H5Rcpj
YdLG35X/AB9UacpPAhrjxT6PjuvNjXF6sVHNEHNrtKojQeZ+BZWYEFjscAHGQD74tgrKSJ7u
xaCBzPPy/KW1fGJIQGUouT12xv8AwqOcw+WK+HPxJag0qamoucNIrLTShQXqIHKt6gDgMY8q
SNs/TPD+irW19CyoaLX+RFx9U/4XORNok3Lc/EE/Je7XfZbNLW1MlGKWpu8iBMy5WmQY9Hb0
tsBuc7+3DOKHLeYb80Z2wDCD/dYj8JJzarprjygtVHJGDUVd966fpTH7owuHwPcfh7d88MX2
PePRZevdI6SONouS4D3WPqyMPD5p+e06uvFa0YUW23iOmlZcMJGYLgjvsDn/AA4z9Y8GNrRz
K1RB16Wiw5fRMniatq3PlRe6+aYfe46tbdAhHUEXy/MmkH1ZpI198LHjJyeGvCmaCD1WN9oY
WTUczwcgaQCL2uMnzyB7kHUUx1By7FXTCMzJQxxsWUDCKnSyb7exYY39I4PnNjYq3hLg+j1A
DDbbDNh9vraxQZNXU1TYqOGCqRojAetiWDNL0Z6H+hGffByOx4m0O3WXMjHAN3xi98m17Hwt
e+VgpaJbRSGKMMOuQKI1CtnsT74OVOCASCQM744m8DZQoZWgnQO7fbwvmx54PkbDpdOfM7zY
6eaWrghp6h4olgjgfK+UpOw+GJ6ScbZ7bbcCxt0kc074jMZIJNTbOsLcu7f63tfPjslFLoWO
amjc1c4LKCQAMDbivtx6K08XCpywHUdlMnhl5VVPLiwjmxfDPDDQxPHYKfrAqrxWyEN5gjlB
UxFOr0MOkqGdtlUsZxusfXyjhVLku/eeTR9j5ZG291+U+GsjpGmtqMAftHU+ji/nsnm78mbD
4qbJVVFDFBpvWyVjoYiM0lWWQzKg6QvUn4wMAyIq4IYEdIv66q4LIIZv6kVhnmOV8/c2PgiR
TU/E2dtCNEhO3I8/X3uoUvnh41FYr/8As29wC2yrIzxvMj+VJGq5dkbABcrjbZsA+kbY1tDx
SnqheJwsklVQSw914TfpaC9TTV0tJMv3OkbqWBe4BBYgZzjuvv7j9GTaxzMApTNw2GYd9tyk
ulead+rA09NRzShMOJRKuVB7NupXJ3OME78Esq5DeyBl4RTstyWK7c76m1V0UMtukerUDpz0
EbjqDAEDbtv9P58Fe5psd11vAontw5Lbvzwq0swK2yOmnmLIuylmcjbPp+fn3B324hNXkjAR
NNwVjXZddNFs1TVan1qlLPTvSq0rFwj7dLZIUgL7tt/POATwBNM526d0NEA5rRzV+/Cfpql0
vYLRPcPLobhVOIaRZAWPUrYOSB/ER0b8Z+tqAHFo5L6NQ01wwc/W6mgaQShuZrokejpK9HkR
kwCDv1Jnf1dXC39WdOnmmj+Es7Xtht9EYzWmntOktOWSZumruVIayZmjJRmY9Thj3BKOoye+
PfGOM/xOSzg8+ui+qezkA/TClaM21edh3wfd9EbWzXkfJ/TN4pYlWWqrapJJmb8ABXAIUHJJ
Ack7Lv8ApxZw+oDobu3QfHab9NUucDdpsR5HZDvLh6yt0tqW9VMs0cdZJGrfdgOulMKCValP
/mkbSBT7FGIIOw4JnnLhdJeHMJJdffpytm/mD8lDHh5C6s566l1i/wB2FLW3Vrf1wIPJeNU6
GbDDADzyAkfP65NeCynYzwv4oR03/mzIRgm3r3rH41bnHZNb0+mrUs1wp58yxNLGHFOvlfwM
cbO5wE+MnsOAtRPdb4fNG1Ewd3Qb29fBVt1hz35ea5qqm260t9Vbb2kskkVfSwEFg/SfN6lB
yOlcKGzjqbOcDhU2graZ5dSm7eYP8+KJpeLR6xqNncsb+unuRNZvElynS30MNPXXNop5Waqa
cBZ6WBWKRrGUjBd2Hr3zjttgjgN1HxUFzwB4W2J8blascebIA0v+GDzz91Dl3u9nvmrau801
P+ybXVv94pqYsZJY4VwodmYlmkYN1eonBk27njVQUc4ibFJl/M+vWF+f/af2kFXUvLXWjbew
ve/ietzlOFS011sFT5TrRvcR91iXqA+7xnOW6jtkIrsSeBqmJkUgYFT7H0juIcQY2T9ou4+A
G2/xU3eGXkzNzF8Ltdd6+JLi81wieywVH75Y3poxER6snqlV3iYjGekfTFjKcEOij3+4z/hO
Ge1H6LjkNZOO4bh1/wDpfj/9EAH6KGDXWi2VPTQt5VvqZJJQHJRYJWWMtCVPYjCnIGMk5wTw
ZwqUkmCXmMJh/wCJ3s8xrY+N0Ledn226tPSxBIPK+Oqy6m1S0HJ6rpGDS+TeabpyGbpV46hH
PSdj6e49wPz4YVEQ1Nl8LFfKeFud25j8yPqo4oZ6G06sartlVA1DWOIZoMY8mQgYOCNlfcYP
xj34ocQH3bsvuXsJxZz9VHWGz3DnztsAev19yEufdJRW6gsL0B8ySnE7sAu0cIl9Ofj1dXud
sZ9uLzYjCY+0eGwyN/sv7hfr9Ug0DeTUNHU+pF9IDnBw53Bwc99++3AkjRsU54FWdqwPBPn4
9Pejav0fLzFr6prZTVdyqKCHzaw0lO8v3dVG7Erkdxk4JxkcCRse3AGE2rJ6SV4BffGbAm3v
HiNhf5IF1VpaW5sJKUrUBVVlKHIb527gnG+f8cgFROxndJeKUUlY4PhzbI+/xtnxT5yU1+9r
un3OqZg0XV09bYGMdm/kN++PniM8RcLhN/ZfjPaB1HUHI2zbHQ+XX7Iq11ypFekF0s0cVLPW
dReONsRiRSAUYHYE5yD2+fbgBk4BLXJjX8Nmik7aDF9/df3bWS7lVzmkt9ya3XaIxyq5Lbnf
cnGe/wAge46j9ML63hwc3VFsieF14eCyXDxnOxB+atpyQ8RtRo2VLxbbh1z2/pVg7DrqKcsC
0LoSAzLkHYgEHq/P5/XcIIkDSLA/I9ffzCcTFjg6Mi/n0NvmFfHw6eJqy857PTS2+oWR0Yef
DGwE0P8AeV0PqB7bnYj534Ggjmp36Jh/Kx3GuHuhuDj5/wAqetM3SO90ceCWEg6elzg4+CB2
/Ph82UOasjJEW3vslskzx0JYSFipwwJ3UH/Ebe3zxU4EqNwNlktNatagK4kd1woG/Vg/+3iQ
GApA35p2tM33iSTqUFg4AI99uOtN91x7QDcLuoq0SRVB75DDOMjPf/X+fHnOAK61uE3/AH4U
VSzNMgKZYZ7Fdts/OMn/AEeKhe66R12XLpCbksEydRhZT1Kp3+h/1/nxYACoFtjhe7cHWCMs
iB3J6myTgDP+v8OI25qxgtgFdy1fnSNCrdIXbPufy/6cWRx3ydl4uTHWsoJDPmTpDJ0tuCe3
09+x4i8NRLSbLBNUt1hYiNm9R6QPpn6e++3bgGQC+FdayYa+uWhrikzl8YLqDk5OcjP6cD35
K8WsEAcwdfy6fSd2jSBeklJHbYj2GB2JOdt9yOK7gHSiIwbXWvzxp/aevDXz6X5f+XdrpFG8
dTWRkNS0hx2JH42CggjOBjfPYajhns5qHbVRs3pzKsYXatDRd3S+B/7j9h71TOxck75zg1BU
3fUlzmkaolFRP0t1vKWIbfB3JX9e3sONTLXRUzezibspU/CZqp153Xb0FwLY9HmealfSXJS2
aGtxjighgCr6pJj1SS+oHO+38Xb6fpwolrpJXXJWtpeDNhja0DAHr1dIr/zdokvFHTafpJb9
cqbqhMFMD5flMAx63HpVg6rvuPxD44OoWviBc/APXqOiqqqmFrh2R1O2xtY73Ow+6H9XaP1r
ryimqb1cKKy0jKGjo45OrqIGwdtv1P68Xfq4e0uwXKHtW1DbPcGDp+T/AI3SDRtm0hRaTW52
qlhe6MDGy1x80iXJXGcY2OcEbHY7cM3A6SCUnpI4XAyQMu87nfN+vmrf/ZEcnpIbnXasuMfV
VVPVSU6qv/DHWGkYe25wP/gOPnXtPVdrM2mbsMn7Kqse6LVc2/PNbO7bSx0lolkRU6U6WPSe
qQjpIG3/AMEP5flwFBC1jFjKqpfK+11RD7XrU8tv5H3KnpI3kq7vUR0Kpn1SlnGyrj8gP14r
4KWScTa47NufkncTdFHI7wt8SFM32cPhTp+RfJa0W+eNkrfJSSsdU6RJUMdzt3AGFX8s+/Hq
6pfVyum5E48uSrkk0usDsrI6rsUKw56XEoPScx9h+XufjgI05G5XWyF4woO1XdG1hzNitlGV
W32RfvNT0qWDyn/hIx+dmY/p9OFfE3mRojHNFcPY2N7nn5qWNOXWrtlDt1FwgRgrYDD4yQdu
CY2ujaApOZHK66ijxL+JGi5L6Pq7lW1SU4iiPSpcn4AAxuSScfmRxyJssrxGzJKZRxsY0NG/
1WrPxE+Ie586q2quGobg9BZIpFenpYpMmoVW7y74YbbL2z/e2PG64XwtlPZsY1PO56eXRMv0
7YxqqXW2wPX+PFHP2cvJOn8Q3OOG/GklbTmknE5DIE+/VXSCike6rjqOe7Y9hvDjlU6GMUo/
c/fwb+Tt5XSjiEzANUeBy8b8/XNbGL1zHqNF8v66jWjnWsmysUrnqjHUTg98jAJJH8/bjGvk
MYLThKoYg4i3Jac/E9qsr4wKy5TO701HWLSGcyAdUcWOrtvuQw2G+/H0f2ZhB4Yxvv8Ainkh
NPK2QD91wT0v8+ST6t5i2fUVTeaisVWe5vJLFiIxLuR0KrdhuNycZzv9dPEwtYAVbUVMbYrE
2BTfy0parmddf23VRO1HaGeCiVRhWdgOpu5GQqoNgM9h2zwt4jVBloQcnfyQ/BoGSvNdJ/bh
v3Pj/lTZoaxLpLSDPUyxLUVcn3iQucxxgEkEE/mBtn+g4Rzyan2HLZOWd7B9evQUac0tNi96
UvtEJpJ5x13KmGQCUbpiOAD+JHjXb+7IPnjUcMla5gtywszxWNzY5Y2DJyOXQe62EA8vdIS0
WkpLnDK+JzJE0Rz0ABelWI/CCWyN+/b8zZxqQ/D4Y4I7EkX3HTbl16oRvViXQ9v+/wDVI3Si
dEUwBjJGCV6SM437ZOc8Tiedkg4pTwRtdMCbcr7G1r8r+Fua6td9q9Q1EVRcJRHSUaxqIy4Q
AKTgDYYOCRgb7/rxB9ybK+icQ0yyYAtb8bY6HqnbmheafXV1sVsoWC0qsIWcKemQZEjMDgZX
BA2xnGds8QaSAXdAvVhdUyxRXw5zR7hk/T1hPr6kSncxpGSqHpGXj7D/AOB4T9mDklfQnVQB
IaMe5TbNU6u51ara8Xeqo661WqlH3GrJWktVJSuAgly+FQuwHWCTIGjKEejA1XCn0PDYbAWk
cbFo7zy4XwANx0O1s3yvxvxKnq6yawI7MZDjhoB6nl4jJvywmGt5USa25f3WnsV/sb173eK5
mQ1clJTwKqCCPFRJEkayF2PRmRQwzjc44HreIN/Uhz43Wc2wwCd7nAJO2DYHKZUFA5sNmPF2
kk5sOgyQBvkXI3RzZtd6yjseqafX1LT3ewWJILfLV3ujP316kp1R0/4QKguenBYhgvrEuAMp
p+GQdox/DT3nZs04tsXf+kDbpfFk1bXSEO/W4tg6hm/IeJPLoM3XrSfhx01zB5b0lZoW4z2u
s1BNLA8dVBPMmE6klEasfTh43AyWPT89uON9oaulnfFVNu1o5W5/fZWScGp54WTQusXE2G/r
n/lR9ZvC1qjk1pmelewreqgSg9dB0yxwsCwAKOVcbv2K7+/Gpovanh8jANdj4i38LI1nAK0S
XLbjbChzmJpKrTndJNWUVXbV8lY8VSFSxCNuAyqQ2OkbZO31HDqCaOZwdG4EeBugnsdDFpeC
CkWv6amjmjj8lfu8LIFKkNg7EjPYAHYf+n3wM3ytBcqoJTZEWiuWba153Wm326EwPUKWM3SC
0Sr0gsckjG4O3xg+54X10ojZrK1Hs1SvqKns2+avxozQNVVcx7VSvCY6K1UUYVegMrhvwlmz
nrUAntvnb34yFQ4yHBwvo9NTPikAI9f4U4TaRlsVsqYapJWt8ylYpScshCGSnc42LMA6MNgW
UE7nhbI8tdq5rXUdM2SPSdjf5bfj4dU9coqT/wAVta3OsqIvLgpo0EKyDIEYQAk42BOcY+QP
jgIROqH6T6C1IqmUceuI9CD8/d4rzr2w0Oornb7O9ICzAsCAwYhd0VmHfByfjG2+N5xQmK7b
pdxKobWM1OHO/wCR/HRKuceraPkv4Sq5a6Qx+VC81RKuxlkeQkIBuCTnON+2fnghjXSTNibu
Uva5lPS6nHbf3oL8LfK6msvIympbhHW0LVUCVJqRErwCV2MjLKBlgQxOTsCMbjtw0r3kvwl0
FK10Vn/HcKH/ABI6VrhzIgqPNeS2yyOsMyQNOJ8xkscIepmbpwqgA4wBjHFEFObC6FmcGvNz
3VVfW2gbZX+IKW20rRXUS0NNJJKesrCxVhKSGywKgEEHJG5HBcxOSBYrXeykcLtQw4Ag+Gb3
357dcoz5naLsNl5UO9NRU0VdcK77pG6Eq0UUZbzZAPbqAIx3HmH4xwHSRntx2hwBf8Bd/wDE
niopODvETbOmcGDbY5d/+iCPeomo1OpbwAy/uIW9KKMdT52Ufljt89PxxpogCC87nbyX5Sqn
HVpPopDzE1ULhG8NGA1BATSB1BAlYsBKV9iowqfXqfhBIGGbHJfUOCU0tDw580gs6Ww8bcx9
B7yFdz7P++xX7wWiEBYKijuV18jByX8to5Swx9T2PC6aYwSteDm4+ePusvxWHtKp0bti36WP
2KjjxNaAor7cUqYEpqaK926avhY4Uo4YNUKD8q56gP8AnGBxfLAe2E0Rw6x9439eK+w+xfG2
cU4GeGVt3GO8Z8WnLD1vyv8A+nKrbdb09w0ne7TmKaut1XDKzqvokaF2DSKc4xhiD+pHBslS
ZGAbXCzdB7Jih4w3WA+MEtuRixGAR4HAOMc1G2u7nU6WuEEsNVMgr4wXJG/R7AZ7DI/r9M8S
gDnjvBPeMcJpKKdssDi0dB4dD57ea5JbjedNmqKtJsxPW27qBjp6iScjJ9sb8XnulO/0vb0w
kBzY772Pj8ULacuy2y4y0c3UKd2DtgkF4yRhe4OPnGCcbcTeMByznD6owF1FIe7v0uDsPLrb
eysHyK8QtVoO3Vf7GFJQrGhjWIRdEZQsQACTksBkZY+/fODwDNr1DovoNEymkgMjTpDfh5es
pLywuFi1PqW7VGqIPvi1A86BmPXGrjYoOkger+8e2T7ni4tXaaOEuOqzh8h12OfehTnty1pa
C9TXbTn7tVfrkQSl1kUklSG7FSfce5GQCcCzVixS3ivCiw/rOHjS8G5scO5+O6M+RXM6k1FZ
Y7ZWyMZJSDA5GJIpUOVBPscjt9APglHxGme13aR+9b/gfF4uIUjWX3xncHaxHhb0Mok1dy0t
2vo46eggnN9Ufd6eOnChy7dRG47gdOWzvjOB78B0cs2vTuD9kurKGNpLibOFwPfb8fDZBthu
Oo+T16SjvcTUlvqYXp6iR06igx6SGzgMpHVv23x34MqqSOTcZGQlz6uqa4NJGkA3PS3yyM7q
wGntUUvLXT0etNDaxr1r7YsYuFG5TMsTD1HZQPS4c9J6lIUnY78QqOFwTwloGfujf1zyA2p7
7NrEcvA4It8+atp4Y/tTKG8sKHVnkq9N0xCupEYo4JXLOndSM5z+ZPvxjanhM0R1MHuO/wCE
NX8Bbl1I7UOnMeaPfHz4k6xuWdih01da6GG51fmmqttaIpXWOFiq5Vg2CSCMbHAG/HuEVhE5
7RoNuRXyn23o5Y6RogeWO1ZIxsNuv+Ei8FX2nEFwePSvM2op6avhQmDUFQBEj4/DFU4G0nci
QbEH1YO/DysoGO/qUoxzH4/CzHAPal7f/LcTdnk77O8fFXZtd2SvijYDzYJgJI5Y2yjAjIIP
uPr2IP5cI+a+gDIuFlr6doGYlGZmyegnpLY+v9f/AG8Rc07lXtfiyZyWqarqlVjAxyS5O5JO
Pp7dvy4qaSTdWFtgnZpooaRIVKeW34OkYXY52xxeADdVH9wSaorRTlWI9CKSxzjC434sEY5q
BdfYrlc/3eYyoAW2KgHG3z/r4HE32GApsGo5TdWzpjqVB5gBHf6dvy7/AOscCykAIgNITLeb
4bUsbIIgxPWwB3OO39M7/X68ASyWbhSyTlQhz88WemeTVhqLjfbzDRDoLRKzGR5XYHCxqPU5
zjtkYOe24phglmfogaSfkPfyTOGllk2C1w+KDxrah8Sd9Nnt9VUWDTUqMPukcjR1NwjBAbzJ
AfSpzkqp9xlu4G24RwaGmIlnGp3XkPL8phT0r2uEbDY+r55b/wA5ULag09ZtOWaiq1jWxtC4
MscJZUkh6h3Tv1lfpnPse3Grc1srHFu4+qKnpYqRrS46RjG1/h/J80f6V1nXXk+VofTnl0Mb
N13a5J5Ib8QD79huCFAz7bcZKpgAN6l+eg+ieR1veIgjuepx66ru7cnVqa012ttQPdOjqZaK
kcwwAEjZmOcr8A/PfiAqw3u07beeSoyxTVIvUOJB9w+H5uhfVnP2z6SpzbtK22kjhUFfMhTC
A7HYfxkDHc4GTtwVBQzSd6dyq/VQRWY0X9dPJRxedQXrmE5Suq54qMsc0ythWP1+f5Y34ax0
8cf7fivMp56s/wBd1mdBz/KzW60JBEnlU0WYlbIU9JyBn1YwM7f04ue12nKMkgghBMbQCARf
x3962m/Z3aXTT/KexwwCMKKJWfqGA7v6yfnALZ/Pj5dU3krHyO6/TC+c8SnLiQcq2NVd3tFh
bcpuWXobuvbA+ew4hUVRbGbJCyAueA5VD5/6WXnd4ntC2CZAbfaqlr1VI3crApKgj58xvfbA
4W8On7Nsrxu7u/Hf5fVaR0R7EN5b/DZXc0ZakozHGC7ImCG7htvz9v8ALhxG3ABSx3NN/OHW
SaXsMtQ4Yfd6dmLgnB7kbf0/TiuplaAGhTpY3klyGOSeg1pNPPU1KeVcbpJ99q+ndgz79BPv
0r0L+nAdJCJXGQhVVkroyGdEYaujWz2qRkRmcRliTsAMf48dqxoFkwoSXZWoX7WzxBvTars1
kgnVgENSyk7ZJIG2fbDd/njUeyXChI10rhjb7qw8QbFKZX+Q81SCY3LVt9p6eeaaqmlkWCOP
qyS5ICqO49x2+ON4GxxMJbgBDvM1RPZ53+vrfxW8v7LnwqS8kfDTbqO4Rmlu9zIrK5cZaJ2A
PQT3BAwOPldVVmrq5Jhtew8h+TdVcTqMtAN7D1/lKfGRqKLlnoW7XGRWSOkgeTJboB2zgD3z
sB/24UVFKZpGsG5IHxKL4Y4usOS0/wCv7RU6jmoqp45HnuR+8LK5xl2lLMfyyxHzjH5cfVOH
sLG6W7DA+C2NQIY4A0nIt536etvFNevLPM1PTabhpo5rlcSDHCwzJGW3JP8AdUZJP5Hhw2XS
0uk5LM8S/wDMgU1OO842sNh4+76Kc+UvL2HQWlqCKVnhgoI1M3oAUuy5L4OM/GfcH5zxi6yp
MsznDcrXQUraanETdmi38/n8pRqS6PeVneUGnjDFWCYbJHc+odth2/PjsdxZR0YPXy+h8VXP
xFaskjvVHQ00rQmYkMVLAkNgEb774GR8gfnxqeFNIaXrF+08mgQwA6dRtz/j3ePldEui7zW6
E5a/7jU0bT3VDBLFOnV6UG5x3z6jt847Z4vFTd5Dgi46ExxAQuyQffbf3+CB9S6CuOqZhXCo
/aKIg87ocFaaTO5ZF3XfYE5Bx34MbI07YWWraSV7wZST9B5D375F9ihOLSlQ1yiirvPWmMhc
eavSrt3zuBk5xnHtvx17rAkISGlM8rYXG7b3z13v70+Qziq5gzFUREpacIvSuQv1UZ2GB3Pf
q+vApu2HPNaamtNxe7BcRt8LXPTpYfVZ/wBp1Y7JIR7Ehsn+nFGhyMfNGXEkLaD4M+Uuu+Ul
a8d05d3a78uaOjkt9bQVarCHTp62qkgkIMkjyKWJYZZXAXZUHGS9r+JcIqomOgnAqi7VcXsO
QaXDbSLWtzFzuvjnsrwzitNO5ksJ/TabaTa55l2k76je9+RsE+8leT+n9acoLhybtdRJpyoq
bpJqC7XalovvVc1Gk/VTRxqykuzBY0HX6YsNnJO4fEqyvo6mLjNQOQ0asAm2XY5b2tvfom/D
KGgqqSfg9M8EggPDbFzQTcNPQkW3vj4KGPGJytg0Zp61aeorrqOpptIXAyFLukcRkjnRpFSM
IApWKRTuTjEjDsg42nsfxiWqL6uUMBmB/b1YQLnzB+V9ysV7W8EipDHRxF5EJ3daxD7mzeul
w38bCwCivnLOuj/CVomGl8yOWS31E5qFRow8knuNzv8Av8FgRjB/RnwNwm4jVyO2wAPDx+F0
n4210dLTMb4knqfXNOPJi/32hqNM2hLtXVVFPURCeCdfvUTRJExkA8wN0+lSMg+/v24Y+1HB
6JlE6p7MB9sEYOfJIvZ/ilVLWdhqLmg7E3WDmn4s6qXnJftPPbbffNHw1cU0vmR9MxXAjmcB
laMlemRgQFzjuO4z/D/Y58lIyeN5ZLpv4cyByKeVftFGyqLHtvHq99rZ+/8AhRprz/YmTUc1
BqTQVRDX0U4o3qaSAxNVdLZDlYZR0qY+k4x/GP0PgpeLaGzU89w4Ai+fdkHY4vdVvnoBIY5Y
7WNseH8ZUjeEvQ9ppdWXLUVJDWyRLTxBHmVy0AISVukMoIUAqD89J9uCnzzSwls+9yMLbezF
NBBN2sVwCBncjncKzum7LIKuSppZ6uM1Tkqyyk9RxsMhhtjqx/jsAVgdpwVtJaUOfrZz39dD
uPNHlXE1lsNvp6qtneXUU/lw0/U0ijoJEUjZ3LdfV22AI/QKZuo6gmdFK2K0bv7zb+UY0WpR
yeoqtaOhiq6i55ngHmBEkiwCuTkkZc/wrjKkZ4lTxaXax71LiE7ZGGOxxsh7lFX3jmzcr3VV
qUdLHSRRxQPArIiOGkBkdmJ6sn0lR7DZQCOO1TdRuhOEVb7OjOALEeaAvGca7Utdpy2SZelr
poYZ6dpCogTqaWoTpOCGPlgdSg5RgM44t4U3U9zuYVvGO5E3G5/kqfORtlpdQ6fvFNJV+XDR
eVXRyyyETKrQqdlBx0h0YAdiG/Pi+pdqkHkktFUvsSTz+v8AhVZ5ua6mXnPOk0wFNQSVkkUq
RgCZ46dlJHTsel2Zcn+JTtjHB8UBcWtal9bXBoe92LX9evmqvaS1bFD4tJ7rdYpZLXWQolUy
KC9MJGfDgZ3CMVyFxsPkY4rqSGuIctp7EBzwXtvkA+G5+CKfElTWi26ft9DZLjBPTNLUVX/F
WVYR0oobqHZWJBAJ36cY2xwmfKe2uNjYfNc/8SKGSqpoI2tOoFxHiSAB68Nsqus2pKy63mg0
/ZS1HDVny3qpCUlqEyCxTAygOck/iwdsHhtJPJ2Zc/4BfPOCewxdVxia9znp0v8AXp8E98+N
F0ej77TWe2fuKeCjpYsDAHU6+Y+d9huP5D4HCqjJcwuduSVtPa6mbFVNpoR3WtGB8ceas99l
rqmdNBaksNRGsUNHcI7pTLJ1BpYahfLlGM4K9cKerbJc/PHatgeBH4YPzXzX2j4a6l7KscLa
u6R9/gSPG104c7OXsWrtMG31cfm0+mL2f3m2ViaOSNmXOe/Shx9RxbFqMJHQg/HCJ9hKtsXF
rH+9rh1/b3h8roY5i+H+18muWd01SyJAailltUETYIq6h16UU/UNlj2xjJ+pTYAwaiV9ydMS
039Hl+T4Kr3OS0G76DobdLaWgukB6JamScTee3QFOAAD/Dtn27Y3zZHUtIsEmr+HS1EBikAu
Rg7/AM8sIT0JcVntdOjO7NCxULkDY4BUqe4LAf8Aw304skfzUeEuL4QbnAt06Y62v9Uyc3NH
yWi4LVJEIxGSRg5ynVsAQe2CO3bPHoJA4WukntXw4skFVCMt+l+vT1hZ9D6sek+61FIqLWUk
ySRqVDo2WHUOhvT7E7jI4k4YJKJ4dWxyQtLRYi1s9TnBwpIu3MSq1/ehbLytOJY5PLSpjKCV
G6tsOPxDOQfbig2OStQJtb+zdg3/AHDfry3WSzXGdKhqeZI5DRzyU0kZ/eIx6Tkr74IwcfJ7
7DiqQ3GlOKCbWCHfuBsfR6+W5QVeaOn0zqWrrrZJKtLFU+aEkjKs0RP/ABVB7gMCM/TPvx3L
mhr+aRAx0tVJVUuwd3hbl/1Ae4qWuTfNEQ8ybFenmlM1L5sR8odXmPLFLFEyr32L529sj8qY
oBGSWrR1dcycMn8/I3uAfDB+KKq3mPT6n1lLR1ccNRTRWv71Uea/V0uWCD2wAoTrzvhnH6CO
Y5w7QhUfqm9qafAAbc3vve1vV9+SivUtVctDi9QWad5KJmeM06MXlWNlwHI260z2Xcjpydie
L4RkE+vBLaiWRsL4mt1WJsNyPEDmPDf5qa+UfPDSeq9CrYKi1UdDU0iLDR1tMS0jsFUB+oAs
erqKlT239zsRI0SMIeFZDVvjkEkUhIxZ19wOePQ+KMaXXVTU26gqqGQzWGguH+/03mFjTEKV
LqhJYEKxY4G+wI7cYySnjhqCH78iue1PD4+L8Pc6Mf1Wi48T/PxRBctERaqQP0iqWq6TGaQB
zIm5BAyMjBJ2OeGkEoAAYvzFX0krJXCQW+VlZ7wb+Jmv5C2im0zdag3rS0OVi6SPvdpO/V6T
gso/EVHqGSRvsVPEIHazKwX6j8fha32c412DW0s/7dgeiupp/mVb9U2ugq6Ktp6ynrx1QVEb
dUbqd/T7+2Md9t+3C3tWkkBfQ4gHtDgcHmn6gKV1S2D5sJcqrgAlh7n/AFj44kAN1wyHZZIG
gr4Wn8pTEBkBl3HcdwSOJgt3AVdzdeZYInlVwsKgHcMe+2SAPoP9bcWmQFc0EZKbrjXCkiGU
/dgn+IdXTjOf5Y4HfLYYRcbb5Ubc0+e9i5eWaSe4VlHTKyF0M0yxrjqxu36H+R4AzI+zBc+G
Ue2F7sNCoH4lvtJ9Sc2L1NZuXflR26gi8+urY4lmZUBMY6eoe53Bwdtzj303D+ANILqkeQTq
nomQAGbLt7dOWTzPl8VSHm3ebvfNWw3HUt8nvtxeRWBqKh5nK4B6AvsdmOANwABjI400VLHC
zTG3SPCynLpdpLQBY/G2dvV0v0hy01lzd1Etys1v/YNE6iGGrrO6ofUzKi7kk9v5Z34HqquC
MaDnwCuo/wBS9xdA3RyBPvN7eKkfR/h405puq+9MLlrW7Jl3m8hp6emf3AVRgsSexJI/nwDJ
U1czbNGgeG5RkdLA2TtZnl7uuTa/Tp9k93XnFbbV9+opKqa2w2hQkxEKpL5uB+5SJsdOAfxu
uFyAAxG1FPwh73a5efrf7I+TikcQ0syLfPy62zc7dFFnM27Qa+pWjttxvUVNUAMI6wRSiQnc
FiioRjbY5/y40VPwqJgvYXQU1VPKCGusPEfiyjyi0u0NTUJJCsc0WNmB9+xG2Cpwdx8Yx88m
b2Z0lE8OgDiRYBw3H4Gxv19ycrVYZPPTqA6icBSelSS2Nh8/lxIBqYMu21+o+JP1TtQ6Zqrt
fI7XDHHVVNXKsIRWx62IAHycHf8ATgatqGRwl5wAocVkaGkfJbbfCfpFrPpyjpkhEMMMS9Zx
koi7AfTb/Hj5O6Q9n2hyXL5VM8PqHNHJTnX6ckvvQq9CBuoHGekDIO/02HAZa6buqwAN7xUb
aU5X0VXz8uN2ph96ampEo5J3X0sxJdgo9v4c9+/Hqen0v0A3AN/emuu8JuLKeoKL7symSRl6
R1AZ2+O3wMcNpZuiWNaCSoh8RdfJebnbLTEMLVTIWCjPpUlsEfy/mBwrmc52UzpWAbo70rO9
uthAcM77gj+FcnbOO23DmjZpiASirYHy3KHedmtEt+k7hI85RDC+MZyuQMnPb3z9OFM73SSA
NzlNYGtjjJPRaJfEjrZuaHOe5XY/vaOST7lTdRJXyU26hkZGTk/qePrHBWiGER+88t1ZTULS
xgOxve/O6sP9jr4Gavmxrel1zeaJZbPYpStA9RH6KypDemRflYx7n+MjH4Twl9puKAf+UiOT
v4Dp7/p5peJH09KI73cbi/hc5+HVbcLzeW0nY1iZUVY2LM3UfRgAZAx22H6n68fPqip7FukI
empu1fc9Fr58fHO5OYOuotNGdp6eJWrrggJ/eKCAkf8Ayhmxk/ThtweCSS9Qd9gfE7lafhlK
wSgAYG/u/lUp5n6zqbBqashs070UTM8hp4f+Cm4YEKQVXffb/Hj6Lw/U2BrZMnqnVbSRzSud
4eWR6+KGeW1pqKqtN1udVVPU1qrgoGZ1jJB3ZV98bgHYbb54aGK5FxcJRwuENa6V5s47AXvY
ZFz48x0wj3Tl0mhqaanpbpOIqgEITnyxJ2wynZgP5/l7cmpKeVh7oumgbE6O7O6eVtvh0vyK
XXDV9RbIqmGoESPQSyQyqG2aQMOoK3ScjORnvsOMvJSNbKWBXicuY0uGem+fuPdyVb9Z1Lam
5iekApE4GNyQRj2+uN+NRANEFlg+Jt/UcUDP7W23642HQ2++11IupiuntKUsLSKSYvMJSRj1
u3Ykdvc7D3B/Ra15e8kLSvBDSeZ+N/v62Uey3aeG5rMJXgqI8h3hnKP6sfxEjY4OB/lgcMYs
Nws3WMJmu7+22L7E+dt+Q+KT6avc1wuNdWVUom+79Xlmol6yjA4Xck533+Nu2NuLZm4DQlHD
5NUj5SMNJtfcW2F/nyH0Tvoy2rfGmlkCwQVDiSokaQl/LBHSAcY7YG/yeKJnZDRvyTnhOowS
VhBAdk+XIX8uXiUeLpaWpUSRW+mEUg6kBiQ4U7jc79vnfiYozbKSP9oe8bX/AP0Venllzjot
FW7UusNRav1JPo54Ge1abS6Hou1XM7SPA4OXUQMWRlTpXJJPp2OV9oeFxvNPQUVO0TjD36f2
huA7p3hkHf37Yb2c4o+MT19ZUE0xzG2+XF2Swf8AtJs61gD4KYOVHNXlHyH0lo7VSUaAc0ba
Zr1VUzmaopquPLHfr61RPOdAF9sELnPGOq+HcY4pJLSFxcafDQcC17WHLoc+K2EPEuEcNjZW
RMaz9Qbv05N7CxdzxkdRhQB4tOamotN1k1ootYVGoau/3L73p6S50kFyVbZGjjzcSIxCu8qx
AH1ExSHIwePofsV7PwVTWyuh7NzGuEgGpvfJFhgjZo1HlkL5v7Z+0kkDzE2btGvc10dw09yx
ucg88DrYlRDzr0hURcgeXs3XUFb/ACTUU0EvSVppQyArHEAqwL+5bZFAGNtycvuCOvxSqpBu
0geJHUk777pHxl4PDqeqB3BJ889NttkU8sbNPbRcr/TxVUv7MtzUdJFFT+YXmkILdBA/EFEQ
3BA6jnGRlj7W1DJpoeH6gAcnOw5X8MFZz2VgfFBNXkeWPj7+W32UN8seVtPfOZdaNQXD9iWd
KyK1S1dRTdTtOxJVFix6h0r1OzAIgYE9QYKzet4i+lhJo4+1fpJABxZu5J6dBu7Yc0DTUQqp
Q2pk7NpcASd7nkB18dhuVIfNLw/agquZVBpur0lbjU35QKW9VNxqZ2kjCdDSmRehchFbIMYY
42C5LcZSm9o6Q0ZqxMe5uzSG5J5DJtc76j9lr2cAqXVIp3RAh39+omwbjOwuANrD7pbyjqKr
Spmt1JSy19S9TJRt+Nkz5jJsc74AUnO2OrOccWVFVqYOrhf45W64RTPhFmgkA2+f12v71ajR
tmXTENJFO/mW80wUsFCgrgLk+3pbH07HgeaKzFp6GpJdY+Xu5H3J05SWKXmHzbtolVUS006w
qobdpY4yre2VHc/OW4HaLkgLjnkSB3MY94Rz4gbXNVPTQRvTyrSElVLgClkfHXASBtHL0npY
/gf4HAdyx2g7Jn2Qnj8fWPf9Us8GWmaPT2j7xP0ssVV0q8UysXp+lZC0bkkgMrElse+2/fi+
R12XQvCIWse7p09dFHOsq6LmJ4rYJ4ZaW4Udst5kk6nz1dTiMPnBV+lIpMAbHr/Ti+g7sBJT
fiWmR4jYQcZ9eH3R1Is9sivVwtEsT0dyh8h5KWUrLRiNJR1dO4BPWVBIPQQGwcDjrrFw1f5W
Xkp5Iw6SLI6jcAXVPtXWu4a21zXUVFCWNKKgCkEgRI4fLRSqnsx/CRn8W+TnhzBUNjfqGMfd
Z51DJURdnvY7X5KDNYWyog8Q9tWnQLUvDCsnSwCzeoqQD8DqO2Pb2HYaqjaXEOX0v2EEmpme
Rv7uXrojfmFU2q7U2n7FWzUQuFO7z1JUdMdNEwZuhwPSJm6WClt8At8cLezAfqAW/qYYZXtE
gu4Xtztff3+Kr3Z9RR3/AMRkPkQQiFagxRrTABMFhsudvbY7fHseDZO9GR4LPU7mP4sW82Nt
9PjzCnu6ck7VV6uuGo75WrcnLCojhCdEUUar0p1nOXICgbgD6b8IXSlpEbRYImTgsLqp1XP3
nHlbA8PFOHLjxI2Xk7zQppJUgitVxpXttcITk0/U0bxSgAbhHVfoR1b5A4L7KR+l+9tki9tu
D/6lw10EVg5veHmL46C4v8ByupS8QzHS+jNY3WCDzoqi1JVsFfq87ypI1kIz8pv+vBDG91zG
7Ob9wvz77MSX4vTh5sRIQfe1wVZ9C82Y9bxCjlll8ukYBIquqkqI6cAksY+tmVdxjK77AcDT
CRrclfo2k7PVpHgLnO3v+f2WLXuk/wBvWacRGComaJmC+aP3btkhQe5A9P8AzduORO02JxZM
YWOdduCc289/XP3qv1O40vrfpUP5byrIU7YfO/t74PDe2pmVnC5tJxF1r2dm3Q8+Wx+XxR3e
9M/7VW5Y6YdZKsIlL56i2cnp7L1H2G2QOKm9w3utBNTtqIzGf3WxfptbfmoU+7SWC/SUsjyo
ikdPWN3Hcbfn/r24OuHNuF8mjbJRVjqeTA5X5jki43gLbaSaOnXIcxeWrAYYqGDDbuDn9D9O
KCAtv+rJjbIwXzYtFhm177cj8sKWtF2jTGpuTNJXy0ojv63iWKeokZljmhkiZgHIH4VZQfnP
Vv6uAJHSNksNrfdPOHxRPDZHWJdfPxv8Pki/n1BQVVl5e01HUPUWySEUq5IVR1UwWRVGOoL1
gkKTtv8AIPFt7sJHLKKgjIq42S/tOodAQRy+R8FA+oaOq5a3KTymmWk6C0ThsdG67dQ3yGA3
HY9J4nC4PF+aW8QY/hbnNuezINj9j5HfobHYo509ruinqKV7Z5lPPSwdcoaT/wCSGZemRZCc
5DEnqx3yDgjbi9wAsQEZT1AniOk3Iznpsb+B/BTDq26xFaVvuslDMjli6q34CRlgwYDAI2Od
sYzvtRpFzp2S+rqWkhuxHrH25Ll10bXW1qivp16YHJLLkL1Yxl/bLZIOAPfbPEC9u3NWtpZI
rujOqM5I2IPUePkiHktzWqtH3Py+qOWknmYywSkN68Z2DAn1YwR75IOc8LuI0LZotQ/cEw4X
UkO7M5B5HkrJ6H17T0lD/wDExqGspwzGKknYp0ZYn0EYxkAelsgH3GcHMB8kLhqbn16ugPaH
2GpOIntGOLH7G3O3UHy3+Kke08zrfrunjobhI2nLnADFS1dYB6u/SrS58uVDn8LFGGRht88G
SVccsYaRlfMeIewHEeGkzNGtlrm3lnG488jrZSPo/nLrnw/2mppvvDUiQM9Y6JCKiCrjCnrn
hBHV1dJBIBGVySM7leyGJ8l34v0VnC6yVloY7EHkeR+ylnlZ9odFeqCgCVmnp2qIXkbAaBVI
JHRg574zseok9hw2dw6jIBbNbwIWr/0niwae1pnHNrjIPla/vPn0KlK2+JWouN9tNDAtsdq+
YxSSR1bKlPhOrzG9OwyGB3BG225x0+z4cLh6XmYsPeaQPHFvWyQXHn9f6X9p1lbJYYKOjwtM
I55WlqWIz0MrelTnbJO5B2ODxx3stKe8xx99lf8A6rTMHfPX5KN+fPims3KO9XRtQakrq23U
VH1Q09ujEs9XOy/hCoCyqM92yvzjHFx9mYIHXqJM+vkiKHiUtZ3aSEuB57Adc2+W6pVzB8St
s5+8vau+3dqSC5R1E9NQ6fUmSSERjp8+diD1Fg+FGyAAgZOeCKajjp8MFm2vf10WqhdJGDGw
XfzsM+7wUR8uuTesNQEzQ3GXTdF04mlWNfvE6tkjOc4wQQGGM5J+nHqvi0MJswX+iNZw2WUi
Wc6fAWJ8ic225X5qRLPyt0by5/Hb1utyZS8s9Sv3mZyDsepuwyM7Yx/glkr6ifJNh8Ezh4fG
DcAfDxWKo5k0d0qqusqEU2+jmNMluRitMGVR1SSkHLDJICfhJBJyMDhnR0uhgeRcnmuTtHaG
IOsG488eh0QLzk8XlTea6OntNOYpkXyoRGOhDvnKqD3x+n6cNaeC/eKFnlMcelpyfC/rz+6i
a4Wy46hu8FzvV2gFXU9SeTIGckg5HU+du+PcbcHtaCNINksige6YTSOAuNv59YRBpzTV3no3
kpbNUXAqCVenCyBwoOXWMYkYDfsp7HvxTI54OCnVNXxRjvMLschcfk/BJUrvvF4p6t3iWn6A
PvOT5czE5VerGM9zjOQcbcVzO1t0nf5oyKpjFU1xcLEXHjc4F9uqLdLUJeeetmZmpYSGGWCs
5I3Gfbvg/H6cUOcWgNCM16Xa+Q+w5eKnnwNeHCbXms5NY3GAJHBKUoUY5WQEfjQZxjc4JAPc
/HGJ9qOKWH6Rh/8Ad+FmK6Xdp39fb5rZDya0VJp3S/3gYZ2BwnVjoXOcD57e/txmpXEsaOix
JAMzn9UZvcpaeCWKTy0mmToUqRnBGB+RH69v5dZGbYVrHXIuk2gbZ+x7nHDDTKkzHqd1wwLH
IGfk5/z4tHcNhujpHgxknZF96qel0cLmHJDNnPzj/L6cUyuu4Aqimbi5QTqLTsN/1FSLCPMF
Iw6nPckg5/w4IdG1wAKkx5Zc3TndqZ7HRvHuzBelQGxjb3Ht/wBOLJZtLdIVcYDjlVV+0p5m
12gvDtdpIpPu81wZLbTynOYjI2Glz3GAdvr9eK+DxiSqF+WfgmEUZmlZCOf2ytbXhc8K1fz4
5z1Fl6pha7fPG9VOMkQqyksie/U3Yewyx9uNhxjjgoqQPb+92AOvn4DfxT0wNgc5p/aDcfAX
tzyt0fImktHKzQ1FY6Wngp6CjgRIIkjwsKKvpwANhgcfP6aps0uebk5J53PNZuthdLLrQB44
/ENZOXHLCvuwq4Q1HSvOOhxsF+f5bbZyOKXQurKlkTN3GyNo4hGCStXOhtZSar0vX6sr5Sbl
qesaXqkYERQAlY07/hXcn6v+XH0QwCFwp2bNFvfzPvWj4PBGWMeT+7J8hgfdQ/qxRf8AX7QP
OBTsxM56gpdFU+jPsTsPyzxpKQaWguCjXu7SRsQNr7gdB+foiV+aFHZaiCNFC08ICimiZY2j
xjcDOD8D9Pphmyp1Eg7KqedkI0udY228Pt5fyhHV3Mya6asR6KSn8zo6/NVf+MC3Srt/zdI6
frjucDiTg2+pqRS8RPblkRFyAceJtf4BL7rda/TOhVlqRT1MMU2JHUEPl1YjIyRhvV6s59IB
G+SJPw4B/aX3RxqXQRhs1i0e69s7fHPxQZywtsl01HBWAl5HlMiqwBU4J399hxyrcBGWpXwq
EyyGpO5JP46j5oj5w6t+/rFTopQJGFbHpVm/EWO/9O38uAaOIAkpzxKYshAHuz774UX6kuYt
9tRo5V/f5PX046cgDG5IPYnP5cOoWasL5/xis7GISXte5B6csZIPM3O2OiwaYo5LpBTUsbMi
1YDyN1ZCxjfJxxKUhpJKH4Qx88UcLMB+TkftGVP3LvQ9RR2OmmZvKpHUiONwp85T6i+c7jGP
oex49w/h7ppO0eMKv2v9q4qaL9FAdsb887p4q6uvNXLhpyOs4JYAnf4xxsm08YAFl8LfxGYu
Jv8AMqStDXX/AGQ0xd6SspKS52FKTzJ6CsjLRVdUR5dP0MMSQuXbJkiZWaOJgeoDZFx2gZUS
Q9m4tlJsHA507uuNnCwtYggEgqHA+IPgjl7QB8QFy07atm2O7Tc7tIuBlLuX3Oq7URttiodK
2BKa33FLjS0tZJPcYlLkK5AlfpUFQCfSQxXOMjIp/wCFIpZXzSzOBc3SS0BpsMjIF8clc/2q
mjhbDFC0hrtQDruF+eDjPlZOPOLlxWat59Xa8TSVdxWtkWvttZUyGR3ppULRw/CiFh5YAIA8
vA77P/Z2RlPw1lMGhpZdrgP+ppsXeOoWdnOVlfaGKWo4lJUOcXB9nNJ/6SLhvhoPdxjCkjT3
JybmNykg0tM8dLPpm509zNfJSk0tEj/8aNMH1yB3nyvfLR5wDnj51xrireEcdNcwahI22kHJ
d49Nh891v+C8NfxTgwoZTpLD+47W8OvMfBC2vb5SXBaSwaeWSKy2p/TOqgCukBAMpYAFwzHP
V/ExYgYC8aj2e4VO0ur6/M0mbH+0Hlbl0t0Hmszx3iUTg2jocRR4v/1Ec7je+9+ZPko00fpj
TOu9KRXTXuqq6hoIrlXUSU6RtO3pMToDKwKoiq6hc5OF2HBtdV1tNLLDw6AOJa03JAFu9fHM
3H5S2koqWdsM1dMRYkW3NxYjPIWI8VJ9/wBfUVs0ZRXKzNqG/wBDQJ5FnqjMMyVBHR5bTydA
kH4upkXqwvuBx8xh4c01ckdX3CRewAwcHbNh6wvrzK+UwRvo9L8jUSSbtzexx3ttxbCU+Hmy
yUVNaq+q651rS8k0nmAqkrKrYJGx9RcA/wDN240ckYMzWnYWHwWz4a0s4e5w3cCfjZWNkvdN
qOght0oaUekqcB8AH1L7DcY2+VB4aTaSyyBpI3B19kU8mohyzvFRfJTTxy4alqZFpi6xyKN5
G7leqNVOT36j88JQ8xuxumdVEez7XlzSySkj5g0FfX0sxr5KhVgXfHmqelymMAdQ6gVwAfyO
OK5otXeC9w6va27XrPedO02l9ENcZacVTSL01Eb9flSsylUmK56SWAKsWBAZV7HPAsbnG7Bz
TlsTS/tbXQN4QrPTay5harr6uPppZ18kPIoC00UAVFjVf/Uzk/Hbv2cPYIomxjzSuSpdI58h
PO3+Ef12nItYaZkvtBA9PUyxtBKY/wBzOzKSGQn8LqGDDpfP0xxQ3DgCgf1oew33OxHwsf5V
XuW9yp7l4oIVkq5VpaiN4PvccSQsHeVoQoOCu0sY9vfbY54vrdTWEt3A9fJVUc2h7Sx259fN
QR449M0/LjxHW9YjLPFNSAYlQfuj5mGBIA9wM/me3FENW6eO/MLb+y8PYzg8nFwI+f3TpY7T
FbNCzsYI2jJyY2TqJLHBJyMEn1fJOfk8Lp7uN7lfTog1rgxvhg+t/RVWLBcWs/Pf72/UOmpZ
uklVwTuNjucf5cPYgTGBdYJsmnjMh5m46Zx8v8qf9X6gkuXL3qp3c1derCUo4yQGIOBsPbJA
37dtzwkkZaW7vctRPI0WaNvRz9FXqrtdfftTMOmSTznLDrbPmgjHf67AD67++G0ZsNIWdlY7
te05fx/mystd+fk948Jty0vfop4NRU1B90p618yLVU+VUodwyP0qoBYYYKOx7wbpbdp35e/d
YGb2GLPaCLi1IB2JOpzdi02OQLWIv0yPgqpWfU1VojUEUkUrUyLIHKKcBhnBA75HqJx9TxYW
iRtgtFITTTEuwCeXrqrD6ep01lpyKoWN5EmVTGEk6hGyruo/+dPT2I+ueFOvS+y0sBDgHuB9
W9e5QjzW0aPvCTBHjmmlKHpycyE5U77kFek9R7/AO3DindduUt4xRCR+sHc8hz9W3/CV8ttX
Q3a2GlkrEiqVQiPrlGfSdgM9v1+PnvKVpGeSu4ZWR1Edg4aunOyZueHLQsXuFMrdYyfSCVbY
9mwAwxjGO/1weOwS9eaTe1PBnTRmoB7zRv19beJUf0F6eWBYh6Ej69mb1Fts59s/HFpbyWVo
6x7gCTa1+uTj181L3LmSqqbdaLfQTtHCg8yaRIzIk8jgBvbBChsbn+9tjgKRtzkL6Hwt47Nl
sBov5kWv88KU+a9wpFtumLFJUCpqrTVNU1Uqqf8Adw3oiTPsxRmdhnYdGdzxyna46iBj1dOI
mCSoa4/23I9+B8Bcn3dVH2tuX0tys8qGAyhUaVXbfpXck/8AwpOR3wPoBx0yNa66P4nw01VM
5lgR9MfPG/y2UT2e9S6FvMfXDJ5MT4HUM9vYj6Y/lwdcOFwvltJVy8Ln7KYExm9v58re8I40
9c31XQ3iR2NPGyxyKssZWOqjz0sDj36j33ye44rLQd91oIZDOHEtIaQLXG48Pf8ANNV11BHa
6E0S1FZHEh64oVlMi+bgdO2fSVYd/jPxvV2YveyHmn7Nuh58rZzy8unx3WO71YrZoJo5Pu9Y
wEaOgISYgeonu2f+b444IwL9ERWTnW14Pf2Hjj4+/YJ/0BzVqNNVyxMD94oCf3UucxMO+AcZ
z/Pf6cLKqhbJkbFN+GcXY/8Apvw4bg+tufVT/wAued1HcrNG1QDTyoGUJuobY+gH4OTufgg8
Zup4e5ru6tJDK3RciyMqHnnqflfY4xapqe+WtahHNmrQPLiUdmhlHrhIHVup7EAqwBHFMMIe
dLxbx9eKyvHfZemrWGeBgEt+Vh/B9Zum3U8HL7WcFLNDV3Sww3iBa2geGQLJEkjsnklASrsk
qSLlRkgAnctwSyGsjf3Ghw6H1hNeBVuqj7KpdpkYdLiOfMG3iPndR9q6k15o2da20vNeUh6g
kqddLcVjPUACobJyjYIH+fDynibfvDQfiEXxAyviF2NlbbpY9Rg4J5/i6HKPn5qCaWmp6b/a
z7/HIPKSKtl6s77Y9XZQuCOxUH+EAFxxyA/vwkU9FRyPsac3N8Wtvvfln3p+j5A6y1QtJcdW
Q3PTtqqJf3T1xmqnkLthFJHpViMYLEZyD3O9dSTCzUG38eSNgOo2c3R9QRjy268kdaa0ZpLl
rCXoaBa6vpFGauqiMkmVGCQM4T42x/QcI5Zp5TZxsDyTaFht3Bb5eHoLJqjmnWiolWJujDKA
pbGGxvnb5I3+vEYeHtcLuVjXb87fk+viow1lzLrrLHIzvC9bWSeTFF1lt+/qydlA3O24A7b8
NoeGsc4ADCHqK7sWXFiXYA+/u3x91Hty1Hcko5KRZ5KiKrmaRhH+OSVmAxj6kbfGfy4cPja2
zRySWaR/ekIJ5+PRervp2Xlhq2a018klTqKVYovu6QBo0aQKwjWTq3fLBT6cZU747+aTa7UD
HO2GbXLl3IfT4n3Jw1rpy02yjVZrq9dcKWVEqqZIG8peoglQ/UC5Gd/nBAxjeLXEYHxR9U8S
Nu62DkXPPfzRJyqkmqbnTXeHpgrbRIE6FZirMiZCgDYZBXBzn9diPJJp7jrm6YwQtmYHW0uB
sR9dlIdLpW2X/XL0cKJb6yuLy06RL+5ubA/vKaSP8IckkowG7Ng/iJFbpnRX1C4HyvzXw3gP
tpKyu7Ctfqic5wH/AKcnbw52QlqO4pbbfU22ALHTLK0MKD0lsMB0/kGGBkbDv7DiEoAOuy+4
Cr1Rdne4HoZWxnwe6LOk+Udmp6kwGoWiSOVgnSS3SOrHz/0APvx8mrP61W6TkTf3LKcQqsO8
MK12j3Wt0rF0IuYk6dxvknuPYjHxx17s2KSMslM9oiiqJ6gu/ryMs2/SMdhnYZ+nFjXG9gr4
xYXKeeXuno5aGrr6iNepz+4GMeWM/wBDwW2JukuKrkmcSIx5lN97dkQxxnqUnqAByF3/AO+f
04VarvwmsXdbeyV6SsirSzVDFZAuTkgDq/PPtwcxtkvqJuibdUSxS1ToW9SNhh/eA2/xx/Lg
OrkAGERTsNrqAvEJpyyaxjkt1xof2vH1lFopBmORyBgsD/AP7w7e2/A1JO6Jwk8F6QuEncNi
OYSHkB4e7byr04aO2UlND1nrmYL3JwQAT7Y2z3wAOKKiSSpm1ylNzUPczvm58U+68v01BTzS
Aqm3plZAA2OwH+vfgSokcz9uLr0MbZD3lrA+1Y8UK6geHR1vqSWcCarMZBHQNkQ/GT6sfQd+
Po3sRwkkmulGBgfcpT7QVzYIf0zP3O+myjzTN5aPlhp630tQaYfdV9aMGZGEfUx2OAMsdvrv
vxpXQ3ne8i+fldaGhlMdNED/ANP2QlqG2UlqtMamVHuMkylyH8sDJwDk/hUfHtk8OS7u2AUZ
A3QQe8Tz+177f4QDqq5NZ6iRQryGU+rPvgdIx/dxtt9T+fFkQDws5xCqNM4lovc+YOLYPK3T
pdLuRHKuXmBqS5hS0ddTUslTD0DqVGVQwVhvle+fodt+CnPFgDskvCKA9tJUHEnK2w2Nj1HI
+fVFdwv9LW8oLnTyOzvcHhjpgCWyfMDDf4Cq3f8ATi2QgRrUVEjZ6cR83kWzfO/yHyXizWeL
TVhjkLKJpAECsd1H4ur6Z227/pwgleXv0hPaWARxtZb8IS1BLLd7mAOmNI/VknAAIzn9e/8A
PgqBgASHispe+5w0JBUaPfVstO5RaenikdJZJpDhyFJzjuxypXpHbYn54ZRnQCSsJxdpq5mt
A7o5n3YtzPhy3KkTw/8ALimpqioudw8hqOkx5/m4Mb4yQoyM5J6dhvlgPkcdpYu3ktbCG43x
H/TKQwxn+o4ZOxHgPE7nlyRbdNY1cldUTUpwx/eFjF1xhBsowBlVXA22GfyIOwhibGwBfGKm
pfLJq3WSOrvkcaq0tOGUYPWtIrZ+oZuoH6Hf54u7qH/rf9QVm6/wy327WaiS20yVVthlqJJZ
fMy1dL+ATZXKhEjboTJDEyynAzt81p/bKlZVE14LX2AAAw0bkZsbuO+OQF1qpfZGpkpdNE4F
t7m5y47DbFgNvMlO2iPCtddJ1hqo4aER0UDkOanqd0UhWlx09SqPy/iIxtwwf/4g8KaQGlxP
S3P4/lLG+xPEntuWgDrfb5JRrLXmneV8dFSV1yotTXmhqXNLbrNMHLgIMRySjMaw+YJHDs+z
bCN8nCz9Vxjikrzw6N0Mb7Xe4W2/uHMm1hgZFrkWTNsPBuGQt/1J4lkbezWm9vA2wADnPO+D
dNdZzh1HeNRaZFxNHa7YKa81k1CYW+6wRwxxNG533cSk5YYBGxHbCyp9lI6YziMmSX+kLn9x
c8uBHlpyAdjsUypPaiSo7F5AjivIbAWAawAja392CRi26xc09G/+FGq4AjI1uuxmqaWSNCy0
pBLGL4I6y/T/AMpX68bb2R44OI0ln4fGdLr87bH3jfobrEe1fBTQVNm/sf3m+HUfHbqLKC7H
qqy6B0xUjU81wSn1DM81LDRKpqYyuwqWJGBHgugVsGUNtgDqGqmEjnA037m3ve9iP+nHjY35
fJZGEMZq/VGzXAWtYkHk4A4AtfHP5pdzA56VOt9Y2o2O4Imj9MW8K9MahKaoacw+UszRkD8M
jIMDqALNkknjDu4H2TnOqB/Ve69xcje9r+X4X0ug44MCn/YGgcgdrA28/qVYvkva2t1ipoK6
iigiamp6WoKH0ooT9zKMfB6UkO2CBj3PAM7v6ht1X1rhMt4Q1+MAfg/lS14frNJfteXKjqKQ
wJa41LM4DhCzfXtkKDt7HHBGq7MK+MATHVyUk6pphTTPAokZZ0dKmBAMzx46+sAjHVHu2Nsr
lfjA4iuLuUqyUdqYmHukeveEwcttSwaWuNTbZoYhO9R51NIzdEEytGrK6KAxK5jcgn3DDjkh
DG5SUxOMtmhOvOXUNPdtJVVRG8K00FT1D7uT5cT+X1NFv+JT6XIIGDuPngeCG8odZauin/pO
bfbp5evqhXkdUW3lfy6jrzM1I1zjLSy+f94o5Gdutkcfihk+TlR6RnfPBtQC+Q3SyrEcVKHA
2uL9Qet+idv9t7x/sVdKGhtoo4rhL51U0lQGZxKR6YhkFWOCfMPbIIUnJWZjbq1XWSY+Qggi
3rkq0/st15m3WVGEQW30p6IPQo6qipUtHucHpWP5/APja6axNkXcmO/yUYeOLU6at1xo+8OX
NdK89NVhWxGsilJCRjsCXJ3x9M4PCSkgLC+NfQ/Ziu1TsLjvf44WfVCmw8tGUTdDTomZAW6e
jG4/PJA+cDb54qkBvey+pRPDpsnHXw9e9Uyr3Wk1itY6ooarkn39ZCZP6bbfX1f+nh40nRhf
LZyI+Ids8Wu4n3Zz9Pp0VidINVa20JVGlttSYgzFKoKXUBioGBjYenBOMbDG25FfTvuH7rYR
VLXRnob5sefNNUWko7ZTj700KVsLGMxJ6elid2LZwRkkfm31PE76RlDQsIByA37fyeW+U568
0beLHy6udXX22uo4ZadeiSWCRVIcgL6iAucD5HtnHANS6TtGhzTbqionxNabOFyNh1+RUJVG
kf2kkL+THIpUq7L1SdA6dyQD/Dg7e+Nuw4ObqDcLN1UMcsgL9tuu9vja3xF0feHzV82nr89i
uL9Pl9LU6khC2ynyyQe5BGSc7gcA1Mf94TGieWOMMpyPpv8AfYbIm5lctZNUweZA8cNrVpTT
VDDaVkYdYH/pYkZGdwwHDOjjc9mp2Lpo6MvaRewGL+Itj3fnooEpqqTlbzIkpfwJLL1BzGCo
IOxI+Dkfox4LdgZWKpqo8M4i6DAbIbjAweY8OXxU0w2mbnTbY6qxWOsmhq4uienp1Ty/Py3S
yDqBG+3SoA9+xOan0+qxWnbMZBqY0ujPlbzHPxx5qvHNHQlTy+1wsVdbK6i6pC4pqiIxtnqw
fz7Zz27jiQ1Bukr5xxyhjp+ICdrTpcdrc758D1+ydtA3x6m6OVeto6Aelvu8pjdmyPUSDuM5
HzluKizIC0nBp3VLyWAtj8MEnHy+5ypA0/fYqyvq6eOJEj/3aAsBjokXrBJGdyAUyf8Al45l
p1Fa7hz2mRzG4DbA8s8/DmFIFDqZEulPD0tKgLeeejrDjIyB7HPf9eA6qLU3WFpYCB/Sdkcu
fu9dFH/PTQNPZa/72ifeoalQxjDdQkQ7EqR7pgb7dsYAUZqo53HCyfHOHRkOMguMAjqOt+Rb
y6jwGQu118mjrdElWiV9lqm64HOSYWORjYjDYyMHZh8dwY4h57psQlEE7qCMRyHXEdjzBPI9
D8j4cpAtPLi36it37V07DE6pEBOrO0rwsQQBnucNjdRvsPzX/q3MdonPknMXC4pGfqKQdMkk
/fHj8kx1NipoJZpHhCTNIVlQIwAXG2C2+CQCB9Pz4tMpOxVUUDGkmb93j79icn14rPXcvl1Z
SJJG0MNXSt0swIUMV7nPvj2b37HfB4iJezOdlZLwkTEFuHgnwOPHw+YSPSmq6/SYljlzIikK
2PUGxg7rnYbbsPniE0IkKspZ5Ymntc25/ny8FPPKKlsl55IVGrq2mWtrqi9vbqelqJSsUKxR
o7P5YIBldmO7ZCrEu25yZS0kbItT8n1hUMrTUPe7Ja04HjYXJ8eWcD3oKh1tdNRXKn/Z1DBN
NZjLFQzsnRBTea/U3SchQoJOCuT6iAfUeB5pWQuL72uiaOkheXSjn9dr56C21+i9wSNebrSJ
WXCeZ5a4Uk81K3QiMSWYox3fJDLnGATsOINle67tsX8SiHyxC0bRfUbeAvnClzXuk9Ics9IW
P/Zp5KasuMhp6kSuZGYsgKSZxnb1ggbYGcfN5ZYawmNNXdi4Dcevwnmm52z6n0BctMV9Uk9H
JA5iA9PQ6j0kbjsd/wD4H+drC6RpDggqlzsv3US2zVT/ALDo6ioVKeKaFZPLVyxDFRjOdzv7
49+Fj6ZtyOaIic4gO2xhCOoeYi07n7qpMhDZ6uoMDkY3+Mk/OfpwXHGzYqb3kANbv4/jyQVc
LhLLqa31tQJpIYpC0zdBJAYYySfr78GwPa03SGqaRJG9xwCb89xg+Cf6G2RmeSaCekeWlZau
NXk3cowYZGc4P+Y39uBKmW7gWpzG1hZ2dxjkpB1xQ2rVF2a8wBvNrGjrQ7r1bBgxjOfUB+IE
AA9v1Xh8vaEA4U444g0OAs7BPxvb5Jq0BQ22guv3uqtL36aneSoikMpiiQsfSZlJLHGNgpBw
O44Ola8MsDbqg6eNrZbOyeu/7r/PldK9U176jjuC08Uqy3CWSokljXyY5JZekjoUHCoMKFHf
AG5OTxdTRaRqefcjzGxsRa0eZ2ybZ8N8Ihvdhk1VUTU9DgXN0S428Z6DIxjB6R2Hq3HthhxJ
thpe7bYr8T8Ra+CplhOHBxPvBKU6J05/406703cGnWm8utgW90bSvhwHDGrUZ6QGbAkz2Zsj
Ic9KjjrTS07y0Xxj34svrvsD7a9pAOH1Js5oOk/nyytm3LjTf3K1omWHSMNt2z7fTA24+XQg
nZayokGxVg9JQCn07SoiqqKozgbke3ffjrm95RYzughYbnaEnrB0EBhjzGCgsQDk4z9c/lvw
XABquq5yQzCJbb5tBYwo7up7kjJ9/b5+OCZHWbpCrg7ztRKFKjza+oBBx5r9G+x77n8v8Rwq
EBY5OWya2p7qKilpbIIojkRr0pnGMfzz/PgoCwLjugiNTrBAuqbsfv7MgyCR0kEb/X+Z9/n6
cASt1JmzAwhah06t/uqVk6x4QeWcHPVvnv8A9P8AvwMQALK5kDXG5We/1EdkNQIlkTMQ6Qdg
QAMAe2/v+vAr3lpRRjudIVNfH34vIOSWi5CZUe41YK00QPqdj2z/AMqjudvYdzwz4JweXiU+
nZo3KhPUx0zNTlqR1LdKrW1/rbpX1DTVM7tUyszbuScjB9vyHYY4+4Qwsp42xRjAwFg6kGok
Mzza2fwpg0jqqGGxyEgx/daKnihGR6C3V1EDt2H67cCGDDj1X0KikAaG9Gt911Hdy1TNc6Xy
PMZJaMdORu/UDsT+hH/bgkMANykUteZWuYzDmn342J5Z3Q9JTVt0lWOWVBGv/vadiexx24Ia
Ba4CRSR1UpEUjxYbWHPl/KmHw68ybfyd0verrUQRipqKdqWlTfrqKp0ZUVRjPSMks2dhj546
+PUNIRVNVCGMPIAJu2w/6tvf+FHs9Rc6asoZ55Wajik8iNY19ML53OM9+437DYcSqG91FU75
4aiOVx7n7RYbHmfft5YCc7nfsRtDEVd+3Xg+vPcgnvuc5/7cLWx81pKipY1pDdx6/lYdGS2u
q1aDcpBFSU6PLP5uVDBFJC7nO7dI23wdvoY1lm6ljqqsY6bQbjr7vyiq4L/tXerRRGsiqaiS
EwJIF8tKZWYYQYxkIoG7Z9+/v4u1HQ1DzOFO39TIb2vbp5W8OSl7TnJiGgtLU/U4igkVtpS2
WAJGPlcsd/kncZwNLw+Jsbcbr5Dx6ulqZS55wF6ufL6KhubDypULYLRyeojHZsrsBn2+f6tm
A2WWfJdxCzvbbcjlTCwIONkX/Nc/z4hlX60R2KyzTXRIqMoZ6l1EcKStCrqcFs4YDAXPUW2A
PsBxOqZTtYZ6gCwHMA49cupSCmdUPeIICbk2sCdz692Sn27cz/2vr+2RRVk1bbtP+XTUdVKx
ZahmYs7jqYkiZ2bb/wB76RtnAU8P9m43Uc0k0YY+Y6sAAsFgGgEc2gAm39190XxH2oeyshjg
eXsh7u5s83Oo2P8A1XsL8gEa6K5dW6ia31MLmWLoEFJAMPJP2VFDAnscDA3ztwxirg6Il5Fx
+7wI393PyQNRQ/1gWDDj3fEHYeY280Pat1C9111qOKgkjqhYNM1VuWVd0eYebPUyD2I83rGd
8iMHPCQQXgbWy47SVj7cwLhrAfdnzJTr9S0TmhZY9lE5htzcQS8/EkeICJOX/Me33blVbdKX
t4HqrfAs9sqayISRRMc5R8nAzl+nr9OOpTtjhJxng1RSVZ4nw1v7haQNwT4/m2dj1TXhvFYa
qlFBxF37b6CeXRt/A7ctx0VY9eckdRPqi4yLUvqG3GrljluMEEjsGjH8QxlQACuOw9PZQeNj
QcepXRhlww22Jtv481j6zgM/aGXSX+Iz/j7Jl0/YqylvtfRVtLVx0clGJUSVWLTFGWbowVHp
zEu+Sdvc5xyuqY5LFhBz1TbgtI6N3fBAt0+HxWxuz0lFBoinghTplpocx+cCvUhjVXCk5JyF
Hsc4GO3GIbCXOLivt0FQ2JgDRt8+vrwS3ljrWt0darlVw0MQuE3SlW06ASz9Kgqw/wDUMMPf
9eLaZ27DkK6qmeGds3DvvbB96UaYuVXzK1vVJXVJpRauurjeAf8AyK+Ase38RV2UnPsuDtsb
ahwtZoS7h0skspdKds/b+UUaT0o+qblippPu1yR/KzkqkErIP3ftmCZfWmezhVPcjhZUusMr
S00Xb5Iz9+nkdx4po5jz0ts5TNZIGkWtrK1MKsbIjdHRCSc56AAgHSDtnHfPBfDhqeHHYXXq
iTsYHRtGSfwFjr6Cam1nDbGYx22up2pYKeML1gxRiXzJABu7Ksg6WyAqKM9WeL4nN/cd0g9o
JZS9rWjFrdPjZPdVp6XSWmYY5JVgaqkjjgVqfz4x1ZZQD1CSI7bAEqNgSOBJpC2S3NW8P0up
xr93P+Qoc5R2GO980dQO9Fb3Nvp44HqHo5zEq+dMUBxjAIOQcn1ZzvtxXVyOAAzlOeGNhBcX
AeZvZQ39oTSW+aqtU9HTW37zSypNI9NDID0mRI8sTs2S/fcj9ePU7De5TelngdWx6QLX5flA
niAvUlu5XW6OkeEy1sYRSfR0kr6nU5+Avtn4+OO9mCV9IkncWOczp6wq6an0912itSHr83y2
yxQK0hwFPpO4OzH5G+N+CY3ZuVm6/h7paZ/iN+ak7wt86arSOmZZqmop+iaB6N1YR+ojHV6c
b+rcdwP5An4OFbweuMlI1r8Eb+YwfBFFz5r6cg1bQX2KMrXR1BpmEqfic9nZRgF1BJBO49Q3
yOJCwyUO6zZASTbPlfyUwV/iLtOp9OyUVFMayWujMM8TOlRFLk7I539JGc5GMfntW9zXGytl
YJBcKEb3RWTSesqU0EkFNSXQCUU0rFkt79fS0RfcKmcMgJz0vjPp4XysfGCWjCGawds0uxtv
tuceCYOb/KxNPxtdaRWWWBuplViA2DuO2D/DjHA8U+vulPv0wdCHt/e36Dl4/wAIW0NzKrrt
HLakE9ezSM8UbSerpbcHPYFTuTsP58OYP2ABAUdaNToWG9ibeIJvny9bpl5w6T862yie3SQX
KCd6pZ/M80VCuoC9TLkdgRg4OdzjjpBSfjnCTNHIZG2e03B64tbwxix2PxSnw6a0qY7hQ2/7
4I/N63ikjYqwK/iRvbO2f59uBJpixusIj2brXPjbBKb32tvcYsfEbqSedGhH5m8rbxNcpuu4
abgaqin6lfqAf1YYd9mYDf4+ufR1OoDxV3GuHMmgcx/K5B6EdOd1WKhrKvS9dJbyPLqI3wST
nO3UG/XIPFxs6zgsRRV09G59EP3eZ87jz+uFIGjK1JFpng8xZoo2abqPUwAGMgkY+f5/Tik3
2cvotAY+zY9gsQLu5+/ofP0ZU5aWSI3doZTATAvnNIwI9JIGQuck79h8fJ4i+Mlqbx1GASLk
X5f4/n4KQbLy0qNZ6IrEqqPNLBVdcNVI8UI6QWZsF2BbPpz0np2IJ7Ahvo39oHMNkVVVDZRc
tucZ2GPHn9PooL1bpZ9CV1Xa5qKmrbTWESlUZSsJA3kXp7EE9/ggdxwSYiSDfIWeqmsjf2Zj
BjfcW8ufmN/xlCSU155NXX79Az1NpMqv1wvlFJ6cb5I99j334nLA2RtnBJhLVcEeZm9+E/K9
rXHTx+6MqPmlZOYksclRDFQVJwJWR8SAZAxj3G+dt+/C39NJCDY3WkpeM0XEI9QNnbW2Pn1s
iCmsVshtcZozKfP3DM5DOdwXxtj5x+Wc9uB3yu1EO9c0xijDGkgXuc2P1TvauSNJqqyTXmSv
lo6Olby4RIVaoq3GCz7qBHGpOOrcsQ3bG7Gjhc5up3yQsje2kLGGwbzOSfJN1LLBp6iqBbIf
IVqhQRMpfrdiqBgDkA7KCQAfSN9uIzQ6nBt1J0jYWucGgXtn4DPT4X5LNe7KbT50Teayj0yy
x1DRu4zsruMnA/68DSQOBv8ABDRt190/Ui46G3QJuo55dOP98/ZkSxUjdFPTU5UR0bNgB9z6
mxtknbq2G+eLI4y9um/v5lDQlrJGgN8ABi35NuadLpcHrtM1lyuNVVQz0tOghiWbA6jgDcZZ
mOP0wRsN+DiywyrpZWtdrOOg9/1TBPrCSejMFKhHW3RUOFGHXJBVN+7fh7bZ27jjjpxosETJ
U9qNLRYHc/YeJ2Ph5ruees1K2BIzySOoKwnt2+nb8vptwC0gG2yMa9zyXk3Bzj166JxtHK+e
4qJJYGAY9B8tOoKQNwf9A8Qkq42mzSrG0ri0ufzTgmnaSJWUxtGkOz4UFnI2yM7NuQCO2cg5
BHHA+56qlsjtFrac+Z9euaYjaqewapoqiSFoY6yLoHmRkfvEJPST7gZO/vgZ4Op2gggoSF15
9RFtVvvz+iJau00bUTsIpVdgrSSgnAyM+kDGDkYyT7cUvY5rrs2TsxwllpcXA/yPXihy0cy6
3R4qLU1ytkVHK7yVM1QnU8atgkbEZJOw7fX2PF9v7bJCa+KOS2sWF733A6Yte5+HMJu1Fz5s
0fU9G9beauFSFmKiKNfclAOw+u5/lwQ2PTuldV7SQOBMR12+CNuR2tKrXtIlNUwx0d1ooi9C
0ZIaWIMTjfsyt891z2wMxDm5jdzXwn/xD9maqN/+uRtIa894cweTvAHx5o0vtFctAXlddWdG
ogj9NyiC5SlnPfKdjFJnJHYEsMYxxVJEJY/0s2eniP4XzmmqjC/t4Ta2fJbDvBVzmoed+k4R
FKkdQgDNTdWXVdgVz79JIAPupU988fNK/hppJjGfNfaeD8ZFdTB5PeGCFZ8IlPQwBhKiwoCY
ycHO2x7++3CstWoiJIsQu7Qv32oilZTEXYleps4Ge5+v04tjZnChO7Finm+SrHBH5fmKiDt7
EA5Ptn6cWuHMqpjgNkw2+iarrA0pCxxbHBx3OeKXMN0XHKSEsniWsmmZVKhe/qwp3J2+fn6c
ccLYVzMm6ErlQRyzuhKmFNo1J79/59/68Avfc4RwJG69pQR260/eJIxF6+oY7vgb4+mw34hJ
CdOsrsUznP0tUac8tX26x6Tq6uqZolijMidMi5YYyQB3+nbb9Nxf0/aWRzX2NgtC/i3591fO
7m/dLm8kjUbVLJSQu+0UKnCIB7bb/Ukk9+PtvA+GNpKZrMXtlYDj3Ez2vZR7A58Sgyx2yWrS
N3V/Kb1nHsQDv+fDF7wLhE0FIZdEkgsPX3RYlRKlvkIVmppIkil39SYzgj59+2+/A7JP7VrX
h2jUwd0gA9cXz9uvRDUjitq1jjWRHUFjIqdJjBxgE+/b/pwS1tgVnHPbNMAy4O9xy6D37deY
XqWgmhpOqWoaLb09K9J/oTxMb2UZIniLW99rdBYnw3PxSSlvYcxxkyMYW6YQ5PTTjByAOwG/
9OJgm6WQ1EZcAPIX2A+3q6eNTatW9pRW2hwKOhYmWfH/ABpe5IPcgdu3zx178AJlNX/qpGQQ
4Yzd3U81jqqxbRTiNI2nqZGEaQKmScn3PsO3twL2ZP7jYK+orWwMDGN1OOALdevQJzp9Ez2W
FJ65y1ZWkQpCDk9J7oNwCSdiO+3Hu11HS3YJe+nihaZqh2pxz1Aty8c7ogtOpaflKlOyJ1Xi
plHXNMhKJEMN5aLkAYGQzH8LAA47cGw09zdYrivGDKdAUlaA5jLra3mRaqOpio3EBJJDBskl
cAjbp7Huc/KnjQ0722tzWBrY3v7wNxdFNVW1UAKxLPIUDMgiJzgkDYjbf88Hv9OC9dsoCOEn
CX09rrqunSVadwsqhxkv2IzxUakInsCm/mbXz3fUdXYYKqKyU1MrQVNJAoaSt6sEdbsSSnSp
IRcKc4bqAPBXC4P1kYke8utyIAt02SX2nD+B1H6bsg0uF7gk3677ZuMfNKrTUPa5aGbz/Lnl
IIy69Q6QFbAzjOGkGPoT3yRpXsGmy+ZtqH6vXW6kS783Ka0aMLXAzU1OaOepg6pwMTeXH1I2
MdIJZmbtkKuMYGcZxRpjlbIxtyd+h8+pHLovr3sXRw8RilbUS6GtHvFwTfPK4AI59RumLw+3
u1S1MtbJGrW+SQK67O3kSIUb09s9LOOGdfTuqqR0bNyMee4+YWQoJ2UdaHPy1rs26bG3uTnc
tPVXKyNP2pBQz2mjKyxTCoWdrggQFI0QHPVJ1IfhULZHYcKo6xtXGWw/udcHcaeRv5G48wnU
lL+ncHzW0tyNiHcxz5ix8ioli5jXzT+h7jX0d3p5q9r1BPLHL++KrUfeA+A3pwXCg5x/B88V
13B6SSWKMtxpcPha33sp8O4tUsjlk1f3NNj0Or8C/uTFW+JjVuubYtuuMtrpVralKGSSCJlf
GQCNzjGCBsNgD291zfZ6kppBNFe48VoYuOVNQ0wyWsd8K9nInUMWodc0NDPO9PU0oNRuwYGN
O0QGcjIA/QHHfams09hpYM81tuAte6uaZnYF7e4beuimGz6agqb3VdCvUQvGyRwnDzLCSWwV
7dQZzgd8Ej2HCOKIsJe5ayc9q7s2Zx8s/c4WPljpKHTOqa2lmrYFjqxGaZ2dVMkIyxVScAjI
7k5O3F8kmo2S+Cj7AFoO/wBN1IWr9T2OTVtqtlAyVVyusv3Dy4ADG8PltIxkbYDo8tnVtsNt
n1cA1oJaNKd8LltIQ431G38qNOeFRHQ6o0/W1MsbRLUqnUowKtML+9QZwsnUiJInyAfc8WcL
DnBwHRM+LRMjcx8m1wPPx+xTVr1qq26vstVCxrzTVUM8nk7TyEMGbCEg9iRg5ALY34Obbsyb
WWU43FpqWBp1c/H4I4u0NPr+0Vn3qnBhjoo6RIZHEkdLC24KsMjzmKIzEAdPQgBIGSnE57S6
MNOOy0EYtb3flRx4fL2bDrPWNZLGKcrY6b71IWxGsq1brIc52LAgjbPrzv1Hhm+ITSNY7N0N
NM6ngLuY3+WVXHxQWSt5hVuqJ/PqZ3pqVY1iVulQ6OHKKRnBBMY3/unHc8Tq4xFI22yL9nqj
tO+/f0cKB+e4oKy22S32yWaaanofvXU0hlWoWT1ou/4CF2z39XzgcWRtBB5L6lNI9zg2E2Ng
fko5t13WouT0qxSU5aMhPPzCyjH4QDt9cHGcfTgeRlgvR1sbyGtFgdr+Fkv5Ic0Z+R/MiuqL
fUfdxVzI8fQQRF6s5O24GVz84G3bghjrgXSkxMpqiRjNnm4Fvjja+1+tgOinbnhZhrq9aVuN
zpWt01dC6SXG1YZq0LsoUY7jOBnJAcDtjExYXIV7y5rjY29ehuu9P8q6ZdcQ6Tuk1NcKa8UA
rLbd4x5cskTllUn+JXRkIdckAjuR3i5wIurZJu0jIIz1+nl8/FLeTfK6pqNRzPXJA0ECy0st
M+6l1fodSu4KEggg5yvxwS14IVbdMgzvbPRFvNXlNSaGuVVp6Fuu3xUMVXRR5LPDBMHBjYnd
ijpIAwO6svxjhFV02ifUzY5+Cb0FRYGMcrfA7fjyVRGttby213NVUccrQsJI5BIgyiM2c4/T
P+XDqMEt1BAVNJ+nqu3j/Y7cdM/RSlSXmlq9MwVE9KRA6OKqRE6nQ49Eq/ODnI+Gb4GQXSPE
mU1MsbiQ3nj3fkfRQVe6g8tOYEc1tq6aspxN1xTwIehskBhg7gjJB/8Agh7ji9zO1YWlYesq
P9OqWyw5YT9wDz+PvUxcrb1Ta9tctBWtGLbcmBMXnt0T9AOFdx0lUJGcDu2MnOOKYIwCtK+Y
1MQMuWOxj555IM8TXIuC01NLcLBBUNFVIZIIZJPOkQoMSRFxu3cMrHfDYJJyeJRuLHFrtvWU
h45wQSM10t3PbYtJ3IH9p+oPM+ajPQ+qPuFbBK8hnxlkycA5AUqcjb6H5HF72XwgOA8VN+8b
nl7gMZ2/IUycqqoVVTQWyWuEFJc6iGnqPvDBVERcCQ5zlWwT7jbJztx5zhe62znsLANX7uec
XP16qd+cevJtX8x6WxaboJamepk+50FHSopWSNV2IKtgIAOokkAKpb4469hIwrajiOn+luL2
t7vkBzSLXPhLnpbIgrr7YpbmCrmGneaWUjOGRfT0BcZB3OcY4BlcYjqc5WSziYBrBgG6iGCk
HKK5Vek7/TrWWqvAkpalx0ZhOQRvncEdh27+/HI5+077DtuFTBojBpJtiLjxHMHxGyh7UfKO
426inu1EslfaoZSvmwjqeFQRgkD+DBG/sO/twax4diywvEuCvppDUREll8HmOgPUfTmsNg1H
ebNFHJR1TVcCFnEUgEvQOkjZTuAf5bcUvgjJ7wsr6Ou4jAwPp5O0ac2Ofkcj3LKnOu/BfuYZ
oaVgcRB2KBiRksDvuAPfH9eLWxhrbNOED/xJWtmLnM35Z/z9kqm5u19xRIUT7u8bK8EvUepe
lgQCe+xzuN88c7HNymB9oH1DTCxoacZ+qdbhzeumpR++iaWcHqaTpYh8bYz7r9P+bjkgFkfD
xOR7baSD9fI7Lugv14nqYTIPJVS8ioowPc9Td9gex3OBj24oGkJiyaokeJJB7vdufAEY+aca
CxVOpZ41lm86BOkJHkrjHX0sxC4z6hv3OcDG3FEs7WIsUks7ml+WjYeF3fkfL3m2juXaJVxS
1M7squGkCriLJLDp2/Jdx7437YAmqf7R/KcxUTA7vm59esKQtM2u02ehOBBPDGvrkXcNju3f
BXHv/wB+ApXPJCLZKGiwby91uW+fQQ1q/nRY/JaBLhTw4A60iP7pwoyAD2Lb9wce3xxbHQy3
u5pVE3FqdouHAe/FgL+Xjuhe/wDPSw2aimSCR6tklYRt1mVSmCFB9mO+ck/p2wSykmcRiyCq
+M0UTC7UDbaxvjl7+puha5eIeKptn3OktnWzZZzPuCxxkY9wN8fnvn3LjontOpztkm/4kgLR
HDFqP8W/x5oaul7vGucf7vAnUqriFCBj2yB8cFMa1pugZ6mpqmhjmD5n0Au7dyRud1n8yctE
qlsrk9a/O3fv+fbPtxeJwBhUN9lZ6lwfMTb5+PkjjR3KOx6VpoqiqeW6ushHSzqiIDge57n2
J/ljPFTu1ebbLUcN9mqWkaARqd/6r2HiBz96e9Tt931NbFtqwSdLRrAx9Iwcfp8jv2GPbJpl
syMlwRFeG9lJrHdtb44v8VdTTXIC9DScpp3orxRVkSw1NHVj1uhG46jtIPo2DjG/bHz6k9r3
E9nUDbYjkvhXG/8Aw+ifIaiiOknJbyPVNvg6usnhd8TVFST+aNL3udado2f95bZj6RG+dxs5
wT3A+QMuuLVUVdSidp77fmDzWX9n6So4bxDsJB3HY8itoEkE0gYSyeXED0/8YZ/6Y/78YoG6
+vabLLQ+UFRT0/8AvYOOzZx2PFwkAFkHIy7gshqGmcwsjIwByw2399vkY9uJtkURHY5XmUiK
MSxo6u+erpIOAufb3ztxztOSKLQBcJpjurGoYeXJAqdQUMNmIHcH43+PffgWd6uitZIa+f0k
yABd1y436u4/pwEDbIRBzgoa1jqDz4Qv3lVWKMhVY4U/qO3/AH45USlwxyRNKAw+apr9plzu
OkOQ95FIyxVdXH9ygki9MhV2VWIOdh09R/PHbhh7PU/6quYCMNz8NlOpl7MAdT8rLUJDp39o
id44nfokwzn1FcDBJ+AT7/Tj7MZQ02WRpuGdu0v087fD89U60GnmoooEUCR3yxKZCjOcZz74
z/ocCyS3JTuloTGA3Huvbn1PoogoWpaW2PDL0nqXIAH4m+P55yc8CgOvqC0TS0M0N9FNNFrS
z2u6VFPXU04oqmJY3eNizo4OSwHb8vj3zw1iGMrK1HEoYalzZBYGwx1G/r4pm1fqugqLowtE
VSxJBSeQjqQfUdts7fz4uxZJq2va6TRTgknn08/jsmSCztPLICJJW9R6Axz87gD2HHNSBFAC
XayTvi/1Fvl0ThLKaE9MYDySOVj6vcj/ABxj34rG1ymMs3ZXZFkk2Hr3IisQg0vLNW1qLUXY
qcIVBSDtvv8AxA4GMZzwPI4vs1uyOgibBeaf/mH5eH5KfamKqpooqmqaaWvnAkM0gBNGCMxh
N/SxzkZAyDnI92NHANysTx/iznOcxn29fRD95vCpQW6KK5OpWYyxwdWJYyEKHdVOFLBgfbbB
zjPDUsABKxQedQBPr1/KbqLmbX6NvEr0tckMrqJFjanZUgZSjKD04AYMCC3bds5BPHWtFkNJ
I5pscg/JSrpHxefs+Flu1LSyJSY8xqZPLwxzsME7DJz8E++RxbdxGVDXG0ghL28aM/UfI0/V
GDP7vCSN6fbf329+IaHdVcKmHp81l0vBUxawqLxdbm1XWMFhjWoCFIowOoAYHpIbsAMnYe54
2fD6KOnaRHi6+W+0vHqriswfWO1OHP1y/wAp8l1jUG+UZi80NDUMufJLCQFWGB0gEFiQPb/6
LgmUm6zfd0k7W9XWTnD/APHZpSz0lXLUVMCf7xIrq3Qw6CMgLjsc5z8bjhZURA2Tbg1Y6PUC
cjCNNE6iaCzNFA8aSiD92qydKuxBxkk7HKhsnbvxOYOMRDN7K6gnjbVNdOLtDgSOovkJl5o8
wU5jaolrLZRzWmjtVu8l46iQ5+8DpV+nYFifc/y4S8Dp6mKJwqTz/wAr6D/4h8V4TWVkT+Et
AAbmwsOVuQ2F7m10N2aopZTV0lwqB91vEAgeRQWNNiQSRyYG/oZUPT3x1ADfHDKrhLmgs/cD
f+PeFiuHz6HntP2uFifv8V70loEQaropbw8VXEayOSkhp61ak1krep3Tp7xooZ8nGW6QM7jj
PcSmcWf0gb8/Dw8/8r6D7M0TH1TWTbXt4n3dAOvOw6q23J2ph0trJauYxyyNTOqsIh0zxMMI
4AAw2MZ37/zKZjDJa26+oyxNpZNe4Uywc2TTtTUtuWBXeRIS7qfQXIRCvSQQAx+n6b8SlpQG
EuQUXFP6wEYzf64Cku30L2ugSJ4payCtmP4lz9ynJJKMPZJEBdB3EgI/iGM6Je/YbLbPhb2G
Rf7H+eXQ+aceXdlt9DzPu1Q6VLzW23pIk08YRYDNKVCoTtgxRHPfuNwcji1xDjZAcLs2p1dP
X0ChPxaONPXew2+WcOtVUrM9JkPHKWPVI5GDt6gO3uR3yeG/Aoh278ct0T7UVTX0zA08ybIk
uNLRXS6wwyTIZUkijQyuSIXwo6Q2eoPjsu5wR3zwXVU2lpvsvnJ4mXzMINzjfr1Xd9gu1ldR
X0IfpmEgqIzGq1SMZOtSQFEjKOkYIVvoRnhD+nAJK2H6rtA0uGb59bE7KDqK+XK2a+uUVttd
3ludzpoo5YKinZWmaOVijjpLr+BSoIBwB37cNadgj/qv2SriBkqP/LQizjnbx9fJDlxstZZ9
MtSyR19wuUFRKz1ElPLGKrzZGbqIYDIHdffY7DiuUNqDcq7hwmohYXv8FW+/QycveYtNFU29
XoBtTkrl1jJMnlAHduhuoA9/UB78QkY9g0gbr6d7OcX1sDSLkfFPdq5b0nM+yVc0siGaqeR/
KCkFHJLKpJ7dwf0PtwMyZwdocMBbAxQSxaXZv8vwoN1ro+o0zU3E0vTOLNUCTziPxRuuVBHy
A2Dn3B+eCy0gLH19I9heAe+z5i2PfYn4KduRmqbvra2Way06yTC1XGOvVi7Er1Ap6M52Oc/U
L1HfuPqAJJRQAfGDupG1rTm/eJO/R2euo6GS01EsVqqDH103XKBK6umx6RKzbqSRntsRxKEH
swXIcRHSXNxdEXI3VFp09pWOe93COnvv3ipoqmll6fvL1CTETAIMu/qHfGMe/twQCD+1ToX9
27znN/cnTXF8fWtyFa8RijlY0cQVgQ0SO7DGM7Hqf39xj6g1UlzcppDYXA5qNOanLeHWNGEa
IQiOP1dPde355H6+3HIZ9JTCOz2kEbqEjebzyIuVxt0rq1tngLUbVFMtRHBIWHqXq3UEdXvj
OMjgwNZLZySVUT4HkF3dO182zn8pJzV5VUjUE9yttSlRDOoqX60JZi2W83GxGDnI+nbA348W
2UeIcNbo7osCPn/1dUBaJ1PNZrXJTRDzBHK0Tk+pomzknv8AmAPcDPtxzndJ+GVoEBgJyDY+
Fsn1ujKzcxqvUl5ip/O6oKISTSBhsXYKO/fsn64+nHZY2uGOiZ8Pr2mp0tOB9fNBPNTlimmJ
VvFBG/3Gdy7dJJEbdWWIz+afke/EIpLnQeSU8f4Mynk/XUoOkm58zv8A46qSvB5qjTj6i/8A
i5bYKt4h6Zp1B6Qo/GA22cn327cEm1lofZmeCqp3ud+8deluXj126KdPD3zDtPK/W/MPWjKl
U9JRxUFIKSIB0Mzv1Oq9gMqisQBnGB3A4p1AFXiDS67R6v65KLIdV3bXGqqq7XG4VdHboKUz
xv1KmVEjoJA25VQR7jJK5A7cLqxw2AuVylq5G6nNNm259b7/AMbpTqm06f5r2yS4W25VF6o7
fW06T0FczLLDBNgFopGPUP3nU2dtmXPbBDhdJEdL2gXG45kdfciJOwqW6d/Pl4+uS6XWsHhm
5ux2iZZLlYmIeMuEfz4GGNzjBZSoJG2QQe+/DWmeS0P6qiSrijd+mlOLC1x9+o3PgbpNzD5C
2jmI1Tf9MFaeKtkk8ryH6kIG2GTuCdzjKnH6Zg+qGstegZeEFze1pjYm/iPDx92yjuDScNFc
3pb/AG8U2PQlV1FVc9tm9tvYj2/Xip5dbUx11NsLZXdnVNsev0z9ETf+5uobwsctquyzJ0gn
qXrOe43GD2Hff9ccCjiEje69tlN/CIXd/p8/em5/DpqOlpJaigaGeCUByY5CGOfbpOMfUcWm
saTZwVDOGuaf6Zt63TaugNWWND5durJgreb0IC5GfyPft7f4cT7aJ2CbK7TNE0lve58/8LxU
Vl903QLV11ruFLAmSWdFjjY5BAUfG3Ybn6448RG82abldbxCeJhe9pA9ckoseqta6tzBaqWQ
wJgN0VEadPbJxnP6Y2wOLDw+K9yMqhnHauYkQxkgc7j+ff4pLd9D62vd2Wlq2ZVqEMhhSoEv
md8jb4wNu2/E2xwxWvuuPbxKodbZtvO588fD5LLH4db1WQGSsroaenp3BkXrAdQSMnLY2AwR
tsB+fFjqmNpAO5XX8CqZszSd2/r10CZLhyqstjmLrdqaeCJFaSSHMoLdWN/ZcjGPyO3FoLji
yWN4LRRuJ7QHr9LeHL38lKfKnkJbr8vWkaSqAGUyoykrgn8PY7Ln9fy4qfG62Dla2npIIg0l
mr6j3Iyj0hDaJfuMdtFNMJOioEiKnlHPY47hSSMZ98+/ARhce847LSsdTBo0WANuXrkl915f
0ZpPvcEtKtOSp6xFjLAkEqSQB2+vv+fEGTuYdJGVY+VpJDTYIaSxU9NVy07M2YYiUUNkd9se
2R/rbGGrHEtDkDPJnB2Sqq5ZQJXWasSvmjqElp5ZKaRAsUyOy4CEbgjIyTkH6Ywc9X8RNnx2
xY59y+aV/HXS1L6cYZqtbnhbE+VFzWptxRlOH2Qg9gMAnf8AL+vHyBrO9qV8sthZC/is5R2y
6WKkv9JHJS3GGRYaiRAFSWBnVcPnuE6iyt3UoBnBILuhqHscGcjjZZ/iNJHLGXOGRke5Wq5Z
axqb/oGyy1hZZamghdvMYEswjGSSDv6gc43/AJHihx07Ji06mjV0R5QXMUzNKUKoQOog4C/l
t+v68VGW7lNoKTzVRhmdwelJcdvwjPz9d/biwPNl3S0bJW9YktHGn4BIQA6gkqQcYB/z4619
154FrBNtXSCiqH6pIowgGPcZBHz/AJfJ+eB5S7UpxW6od1hdlSNlDP8AuWDDI3UnI/lv7/PF
AjLhZXveAoq1jfVpaF4x+KMMWY/3v9f48QqMNsuU7jquTstb32inMCq11q+i05SST1VHSdVX
VKuSQuOzfT8R37Y+Bxu/ZOkZHEZzu7CpiJnmJOQMD37/AIVXbLdqS0XKuoHmVaJo0qoMkAoP
wlPz6t132BPfO20qInWDuex/KYUbhFVPpTYMADhflyI588hJdScwrTaGmSijNTIZCVlKhQBj
Yhe3yeIQ00hsX4Vlbxmjpxg6z4evWyCbrqmsusL4YKr9Ww778HtiaFlavjdRO0tiAa03TXR0
eISzM7sO2W4sKT01ONBe43Pml9FTxqjK+FKjGRuM7HjhJTGGFoaWnFv4+a5VXfzZwtOpDfhG
MZb537gZ47Yc0NLUkv0syT69yXWeg+5p94MYlqurpy5AEeSSMDv+p4rILsDZGQEQO7SQAvN7
X5DwFvn80f6GoY7Hbhc5FjnrEp2qUlZRKAersoOQPwnJ77e2/FBdZ2gISudLLGZTtyQpcNR1
Gr5XrZhTyef1RKChbqUg92B7En9APbh4xugaQsM89oS8ps1PRT28eRTvJHKY0SQq2I0U5V8y
bAhurp79/wCYNjcklREHOTcLXb6lKM1EiJbGiHQW6yUbqc9JZR3OTtj/AK8WsaLoKovayzaa
0sKu7wzU0cFDHFCV82WR+mQ53ZTj09SHuwxkHsd+J6hsUIYnWuFkpr/d6Knjhiq+mOJQiAso
IAGBxb3eip1yKWo74k8K9Dkhly0asO2MdvqGO+5/rxtIbEL5NXagbJ20089TcaEI6KBOC4wj
Mp9QBHcHZ8nb27eluJuZzQDn90jmne5UjR1UHmGYSRsTPE6ZXZRjAxnJy/f57ZzwP2Obleir
O7Yb/wCfXgnGiSIQGm8yrgCxI0bqxRWxvjpA37sN+x22xxTIy2yPgk1HOySXjUUdfT15lmkE
o/cqCJCykjrBxkYG+w+CucY4rDDYlEa2mVrSMIUptQFru4nd5HZkHWy9IjjVRhhv23G/vv8A
oGHOvYrQaGGzhsnjSPMS1XHmPpKpp6SaCShnWGU+cX+8ylSplbb8JypGx2zjvtnKalma2Rsr
r3X1zivG+HTz0stDCIwzFhYY5A9bZzk5Kt1o+2wzUNTUUlQIaUVDCdGHVJbHkbqDhf7h/EV7
DqJGx2TFxjfjf6reMjZUxG+3Pw/hH+kZxT6ioEMKCrjrIxOoQ/uzGyk7HfGASp9wQxAOQCZp
WyRG3RZVtO6GqFxm4+XrCsNR3ExRUjQT+SlW0a1c/Z4iCSGX+8ynB9h3HGRewteSNl9Bjm1R
AczjfkuuZetZ9K2Gqq4KeMNJClPVM7FYqRwWIlQAHqQl8jcY6iMnGOLIXOe6zlKpZ2X9WIZt
lUr8X/MC7VF7ss4ubGSGqSRpGAAcKGJ6jjC5AI2zjCgDbjUcHFnEt3Wc4jI6WINcUR0fM6ps
2nqF/uxp52VaqJZGWSGSZWVg3WD0sCw3YHJxnfjQ/oROD5L5zWTvpHC4xe49xVs9c6xtMXLy
hno6imqlvFL1CNY1Y06uGfJU5Hmj1BBjBZc9geMRNG8YcNl9EhqYntBYd/X+PFVH5v8AMWn0
pzVtps8DWuS0VdRTV0sPocRZATdurJZGjJyPV1fThpw6nNRA5rxfollZxAUc8ckZ02JBPO23
4Vi5OSVbzNslnucRr2FcnmAPU0sJKt09bZRScnGAc4Gc99uEzHmJ2k8l9Gn7GoZrzmx5c+dw
qNeLblBJV6xuVoEpgrLXI8VPO1WZvu9QkYPT1BAOkkgZUdgcbjPDhrxLBcpKyc0lT3Nx4qNe
R/Nf9iXmjFykFK6pPR1iyooYSxKqpkD+LBP6ht8EDgAsHLdfSKTiDXBjwfPzFs+eco309oWh
5iarvlMBFU0tfQoBOhwpKtIHBz3x1Yzv2PzxJ7iGhXVMsbpnPbkEAfX7EKOvDzf6jlXqO7aT
mDxXKCaQLKmRJLEAPLwM74yTn422GeKZWBxBSvhjXRXpZM2OPLkft4Kb9F8sHhuFPcJfu0U3
k+bLKH68jqD9RPYYwNzsBn6cE8lfKLHTdEnIwU78xrldIKCHybpcJaiOpYqsv7xyQxPspCnf
2BH145G5V6Wsbotm+felVLXUOqtTXWstoaC11FZI0IaQnBA6WkA/hDspbb5ztkjhNVVDZZy1
vJEwG0dz5p0ktSz0xbpAyO4PT2z/AC/9nFJuCjRLhRZze5XUmurJWLUKQyL6NgzZ2z+mc5B7
49uCYqksOq6k4NlaY3C4KgK9ag1BoKh/Yd6o1noUiWGnnVxGzRBQqoWO2BkYbuMdJyMcMGVD
H7JbO2amb2bgHMGByI5WPXwQVq3lzUWSnW7kokdQCZ1ibzvIQAKGJXAbb47fmDxyKcO7lvL1
yWZ41wqWJv65mNX7rG9htfG4xfwWflbM76jc08T/AHaOEQlyBmVvMwH6S2SFyd/+b9eCDIGD
JVHCnGWXUxuGi17WvnpubH67qRrfUU9RQ0lFWyKtHUFn8rp6HjLYy24ORkL2ODj6cLpTd5cz
f6rdU9SHtbFPax2xYX8vygDmNoI8pr8LjaD51kuZbpTBH3VyNkbP8JO6nb+IYGBkiCcvBY8Z
Hz9c1l6qgPDJ+3prmJ3LBsTy8ubeW45C8j8n1/YGnayrgni826U6ySxy4MT+5jYjYFcAqxIw
ckb96Kp+kjwWmomtc0SOPecPd5fNNxudFrnTttoZ9QnTlRbYGgkWFS8NQpZgB7ZBBxhs4IYn
Y8CuLg4uDb3Qjqe7TGTpLb7c/XyykemqFWu9dQ2CnqpI+iGjVhTtGWjQg+a2M9PYgdRPydgB
xe25AL1XTNZG/wDpA8hnc2R7qDkc2teXupbjcvu8sQhE9JWAnERjGIwhOOodOfqxIzuSODYm
6GY5K2aNtS0xS/3G/l0t4gII0Fr69cmqq00F7jxbq2ApDVK3pkQsWXqx7qdgNiAWAz7DzRiR
upu6GpppKOZtJVZDsauXUe8fc2wpkRrLzUssyOkM0UsKtnu65zg57kZGM/T+ax8j4ThaN1Mw
Al/uPJCv/gDfNIyR1Wl5v2lBKWb7mxIJxg4ByAPpvgkdjnixlQ2buuCC7kRI2Hyz0/hJKHm1
T22vSlvNE9urYSoKSRN1HAwR3wAMe2DsNt+LP04/tN1F0zSQR05evkiKy6ljqxKaCqEklX0x
9O+BIxwuQRgZY74HYcWOpQ+1wotqiDYHf6qUro1i5WPNbrPBTPcl6VqbhJCrVk8uMOetiehA
dlVMDpH1zwe1jGCzBZXRtbbW/e6F9SaPtlwjoLhUzVJuk7NUBKaZIxDGT3kfBJZ8MejHYBic
kYrLiSQrTE11ztnoh64Wix2nUAE9DV1E88HmxNUyAr0FSCqDsDlMliN844q0k3sVbHI0HvGx
CQWC0UMUbV1BTVEFVd6wJFD1FvMBb8PSS2ExuQdhv2BHHQwW0yZshXk6tcdxqO3rl9kc3O2U
92tdXbLlFG1FPSyfeVjOIxCEPUc9hsCRv3HFzCbXUamQEllsW+qZPDZ0rpq0TRu3nywxvNF0
BTGOkgEj+7gfi+eCHOtuqo6jtI26hY2H0F/oimTT02pZq24PBUNQXOqd6cLkGQ+WuWwdySBn
H+HbgaQi6LhqS0EHqmymtcX3VYhBiOHJM0seCWZiwPuQBsfzGB88DOtquVaZiMoP1LamS5F4
4Kjz65/IpYS2A0jbYI+Bkt+QPFnb2bZVzVIYwi3S329fwlFdUjUutdMqs0jeZLAszoApZR7n
Gw3T9N+M9XRgRvtvb5r4XRukNcWv/wCo/VX15MOtNaoVkR3ePIBC5OAP+3+PHz004atj+oLs
hHWptM03MLTs1vm6YUlAQkoDuN1PztjP6n6cXMAafJQku8WHkj3l3azpzTlDbzLDVSwwhDJ0
BOo5OWAzgDBAAz7b8UTvLnE9UZTwhrQ3mAi9L2FUxxFML0kB/fGxH/bgfdX6SDZLkvySuFkK
xHq9Klhh9htjiwOVZcsF0qIqWWN5WAQZVMPsxONj9PrwYxvJCyOyChy96j++TGHDFfSPMK7g
H23wQc98j/HjhiG6h2xJ0oN1vqSOF3BmCK7AZGxYMce/6HigttgInVfJUC88+ZEdj0/cp5nk
KKnWR2wADnJ/T/RxxQ2B88zYxzUHzhjC5a2KzXtFzC1Fq+86gnq4rPb42qRHT1CxSXFgCsVK
rkHpGCWPcnIG2cj63RUEcLWRs5Dp8Sk9Vxyrp4G09O0anHJ8+fuVebjOa+plnYhpGUKqknCg
fwj/AK8PUITI9xlee8U3hTLOn7v1J3HSf8ffjpIAQsUbnSbZCW/cZZMLkFe4zueKtQTdtPI7
ujYLwoMKFsYOMnfBA/X/AFvxZe6pcNLb23WSS11Mp/d01RI792EZ6VB7nI23/PjpA5oV+oNt
GCfW/RLNO6fqbk3UscjuB0yNHGTgdth8bfPHHHmEXRQuDA7c9fwn2wacmkdXeORIIX6Xx3lJ
I9Ofpj9OBXyEYCYNgGq5yfkpWsujKi76WhVyZJo4iqxjbpQKVCH6Y6z22OPjhaZLPK88N02G
VELUn7Nq68krDknKxr1EANg4XYN6e5+AeNRDJdoKwVTT6XkW5pHqOoe+JTwhHaGMlR17EL1b
LuPz3GO/zwXG+wSqWK5uVhhgmv8AUsHB8lBiKFSq5AynbGMkAge5A+Txd2lsJfJT3ynq0WA2
ym6ZaRlqJZgv7xiYmADsd9u4xjBwf04h2md8KsxgNJtlFln06HtFKzVloLGFCS8NQWJ6R3JG
Sfz46ZsoPQzp6+KS6dQLdIIRkRvTx5AOO8e/G8pzyXyWsYDYlFtJK1tMbQMYy3UDj/lY9P8A
LA4ZnosnIO6SnW4VL00NN0ED/e5o91B9IUgDfiBQ9MLvcvWjb7VsK0GYnNvQklRk/vQnfGcd
LMMfU8BSrSU7QIyQo/nu9T5bsJSGeXLMAATtjvxW83bZXRtAfhMN3vVVT3xVSZgvlyNjAOTg
7n+Z/meAJhstDA0aHe76pVT3CaT7lUlz58rGRpAAGLB9j/TgeJoMoB6rQxftHrkr9+H6tlqK
mASP1iWD1hhnrwDgH5Hfb6n5PGO4kxrZ3tbsCvtXs+9zqdhcb3Ck/TFNG+uIUKjpMlShHyFQ
so/Qkn9eF4OFfVtGv11/lPvOLXN2sFDpKjo66aCnuNaYJ1GCWQr1EBiMrv7qQeBywFxupB7m
saWr3rq81VtgtrwzyK0d1p6IdR6h5MvR1xkHIKnPY/THYcBljRqtyWk7Rxaw33I+gVd/GdMb
dU2p4AkX3n1yhUAViXOfTjHsNse3Gm4RuQsn7QOLQ1zdyUx6nqHobTaKeJumnmkdGi7x9PXj
AU7AYJGABtxrOE5kK+e+0RJa2/P8qSeRcP3HmBVW2N5vuJhjfyWlZwrHrUkZJIPSSMj224We
0UTA/A5/ZMvZhxbgdPuQgDxCs0+sqks8mZI6eNiHIJXGcZH1/wAB8DgLgo03t1RntK0EgnwH
0VrvAVqGv1HyFj+/VlRUtYH6re7SHrpsv0kBhuVIP4SSPpwt4vG1s50haX2UmfJRt1m9tvcq
v+JuqkpNVPUIxM9Tdqp5ZH9buTVyHcnJ/wC23bimn/5dkRUOPbk87n6quXPmhitXPamkpkED
VltFRN0HCySDKh8ds9IAz9OKjha7gb3GUC/O30/Kmi1wLYdUxijBpxPbIJ5ApOGfLL1Y/IAc
Ukmy08pPeHio38VcSWfXWm7pTKsdfOhjllxkyLkbEHYjc9xxyE4KJZG10zXEZuB7iL/VLKvn
JqbV9iq7NcbtPPa45Sv3cIkaOqyOoVukAsoCr6WyNu3Fw2VLYm9spb5o5sfJ+2y0ZankuFRT
0s7IxBeNyAy/TPyMHhfUvIhwhW5mIKedBN+8ij26M9OMewHbjP0X/Pt4Iok7IwpN1X6nH6dJ
PDxjQRlDGR3VMF1p0Irh0L+H4+gP+PFbhYOsjGEgahuoW520EFfbFgmhjlheEIUZQQQBkD+f
FVO4jKNqAHgsfkKDOVs71aVtDKxlpIJXVIn9SqCjNjf6gf1+TwxnABDhvhI+HuJEsJy0EgA5
xfZIOWVMh5rQU56jCk7xhCxICiZlA/LG3FdQ49iXc0Bw5gFQWjb/APat9FI12o46TTdLWRhk
qZKmQs4c5PTIgHvjGHbb68BwPJfY+t09nAGkjofkUXW+0U2oNIXSlrYhUQRQmNVcnIBjkPfv
3Vd8+w4L1HUutOoGN2xGfh68lCvKW4zzWujpmldqeZh1xk+l8nG4/wDgR/Li2o2KE4KdULQ7
wUv60tVMKOAeRFhZRGo6RhV8onAHtvwDINMpDU6Iu2xzn8pT4e0V11dTFI/IFXBGE6RjpCsc
fzJ/nxY83LSUml7ri5u/8pbzautS8dutfnSC3MMmnBxGekgAED2A9u3DEnYI+ADSXWzj6Fde
J3TtDLyWs7NSQFmqRGT0DYBQwx8b75HEpRYXCDEbZo3NlFxj8qN/D1f61a+hYVMuXnYNv3AK
jB+mCduFFaAQQUdweV76azjff5bKxlTUPabrTyUzGF3lVWK/xDzOnf8AThPRSOD91fVsDmd5
c5pWSj1RYYmuFLT1THYl0GT6l74/M8P3uOkFIGuLHAtVVdU1s2jOazUlrkejp4pEkREOQjZD
ZGe244nTOLmglTnP9UDw/Kn3UldLPXCd36ppJ+lnIGWHUBv+h4YkKyKV+10R29RWaKWaRUMh
qHHUFC5CsQO3wOKkYx5LTfohLnQ5oNGLLCFSSRizNgHJZt+/5n/Q4407oKpkcGlwPJL9J2Kk
ssqyUsKwOcxllJz0k4I/Ijv88ckycooktwFzmlUvb9JRrCxjFyqoKepx/wCbGzP1L9AcDOMc
ciJLsrlUP6jW8rge5FnKzT1FU3vSIenTEsEiPjI6h5WMHH04jK82K7MLzAdP5UmarAjWnC7A
VAjA9lXHYfH6cC6ipDCBJaSJ52pzGnkN1qY8ekgSMBt9Okfy49crryQT70D6wiVNY2IqCppk
qZo+k46X+6tv+e54g091yVVBvKy/j9Cm/kfRx1fM+2wyL1xxV1QqKSdgWbb8uE3GXERG3gsP
BEz9dKbbXV2+XdVIsyAOw9QXbbbc/wCI4xhFxcouPdSbpyqk8uButg3UwyNuzADiDwLFEg92
6PqWd4qcdLEdFPlffG5/6DgJ+yOiJThp9jURoZPWcgZbc4Off9BxXzVgy3Ky1o8ykWQ561k6
QQcYAC44kxDyFdahneemo+ti373H5jA7/PDOLn5JfI43CH9SzP5pPUctLk79zv8A9OJE4sq9
3KONb1soqph5jEBhjqOcYz8/lwKGguRD3kNVS/G1daiDlnfGSVkYQsoK7EDp4N4S0CtauWDn
Rh2bkLW9zTkNvrYaKA+VSLiXyV2Quduoj3ONsnj6pRgFpcd0JxpjWzAgIZkYqAM7Bv8ALghB
6iO6Nv8AKzxjHV8CHrx9cqP8+OO2RTRZwt0/CzD1wqDuCpP67ccaBcph+5gB6fhLeXNvhuN4
l89PMEXT05J2yygn89+/txMHCU0TA+Ql2bbfJSJNKwtdOgPSsNQFXGxA6VyM9zn3+eBJnm60
ELRYDzTXBK37Qxk4mm9f134uacAqEzQ02CdLC5lu9N1HOG/LuAT/AF4CmJtdRnGmAEblSxot
zSS1NJHhaYqx8vAIGSAcfGc+3EHNFklY4l9lCGt41o9b3eOIeWi0rOAu25Tf/E/z4aURJiBK
UcVH9QoU04BKyhvwxyhVA2ABJ9uGTCUikAyjSrp0pbsojUBQiEDuAfMQdj+Z/nniTuqGIuMp
0vErXKlnqZj1Ted+Ient1AbDbsB/LiX91krf+0p6p6p2p0JIJKgn0j44qO6H1Ff/2Q==</binary>
<binary id="cover.jpg" content-type="image/jpeg">
/9j/4AAQSkZJRgABAQEAYABgAAD//gA+Q1JFQVRPUjogZ2QtanBlZyB2MS4wICh1c2luZyBJSkcgSlBFRyB2NjIpLCBkZWZhdWx0IHF1YWxpdHkK/9sAQwAIBgYHBgUIBwcHCQkICgwUDQwLCwwZEhMPFB0aHx4dGhwcICQuJyAiLCMcHCg3KSwwMTQ0NB8nOT04MjwuMzQy/9sAQwEJCQkMCwwYDQ0YMiEcITIyMjIyMjIyMjIyMjIyMjIyMjIyMjIyMjIyMjIyMjIyMjIyMjIyMjIyMjIyMjIyMjIy/8AAEQgBKgDIAwEiAAIRAQMRAf/EAB8AAAEFAQEBAQEBAAAAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALUQAAIBAwMCBAMFBQQEAAABfQECAwAEEQUSITFBBhNRYQcicRQygZGhCCNCscEVUtHwJDNicoIJChYXGBkaJSYnKCkqNDU2Nzg5OkNERUZHSElKU1RVVldYWVpjZGVmZ2hpanN0dXZ3eHl6g4SFhoeIiYqSk5SVlpeYmZqio6Slpqeoqaqys7S1tre4ubrCw8TFxsfIycrS09TV1tfY2drh4uPk5ebn6Onq8fLz9PX29/j5+v/EAB8BAAMBAQEBAQEBAQEAAAAAAAABAgMEBQYHCAkKC//EALURAAIBAgQEAwQHBQQEAAECdwABAgMRBAUhMQYSQVEHYXETIjKBCBRCkaGxwQkjM1LwFWJy0QoWJDThJfEXGBkaJicoKSo1Njc4OTpDREVGR0hJSlNUVVZXWFlaY2RlZmdoaWpzdHV2d3h5eoKDhIWGh4iJipKTlJWWl5iZmqKjpKWmp6ipqrKztLW2t7i5usLDxMXGx8jJytLT1NXW19jZ2uLj5OXm5+jp6vLz9PX29/j5+v/aAAwDAQACEQMRAD8A8s2RFDvXBHTHeoEgO87Oc/pTxa3EU+CN/NaUCwqwLA7iOgrV7aHdCz3KsQe2RXJyT/CK1baSJl5OPenwpbSxEuM89KknghCqYQCR1Aqefo0aOnpoIkkJZiZMY6k0Ga1ST/W5B6Y6VRubW4HzrCwT2qbTYYWvbZ7sA2wkXzRg/dzz056Vpz+Zj7HS/KWxLbZLB8/QYqSPUbZFJZTgdOc1I0Giz2+9JXhuCD/o+Wx1A67eMjJ79R+DotM0iSR0FxPvVzg/MQUGME/J168dPeplaXxMcVybRIluLa7YlEOc85NWkhjiBKZ9qRbfQo5QZL2aNVlOWCMcoD/ujk/p71Haalpsmn7bqVY5y7ZYKx+X5cDgY/vn9O+RDi3tsWqkFutR+CzHJ5NPMbMmART3utBMRCXErMuSD8yh/mOMnaccY7dfzrPvdQ08WjC2acT/ALvaGkyOVy/8I6HjrznNChYHV5uhOtl5gPUHpTH0/YPr3FWBe6IA7R392WGdq4IycNj+H12c+549J0vdHk2MrXLRl1DgkblUk5OAD90AdM5JHSs5Rn0NIzp21RgywvC5KgkfSqhuGVjwR+Fb8s+nLPBvllVGQmVCDmM7eOcDPPHTtVbU10lmt/sksjq0v71mJXC5P+x6Y5Ge/FXCVlqhSSb925mwyMhB3Z9VNasV7EI1OQD6elXItL8PyXETm5uFheQjIYbtvHONvXnGOnB5NVbmy0eG4t41uZvLZ/3zbiSFye230x0z9Kb5ZMhSlHoJ/aCkghz+BoXUUXJHLexqndNpatbLbSycufO3u3yjJxj5B2xzz16VofZPDrygfbZ0TzOWKn7u5ufu8nAT06n6VVo2E5y3aIRqUIO8qfTrUx1S3YY6fWoGstCjt/M+0XLy+WTtJIXdhcYIQ995/Lp3lkt/Dg8xkuLlwu4oMEFv9ZgH5eOkXP8AtHp2zlSUtS1XlHSxDJcxOM5Jpn2+JWCmMEeuat/ZdAkRmS5mGHIVWJ+YZGDnbxxu4x6Vk6jYwpcyNZSM9tkeXu+8RjvwMH/PPWqjTihOtKTNCHUYGb7pVh/FmismO2byS5IXHrRUulBs0VaaNgtDIpbC+5ApFt7adSBtLAd6wlklYlYy5X0Bp0cdzJNhfMVs9T3rFprYpPyNIaXMW3KNqjsKu2lt5LDeOfc1Uhe+jGCRtHrWjCjHYxGWNbXm46kxjHm0LfkC6jdCD07VStdBCO7vKGXHC88VtRNHbYLn58Z2DrTXvhyBbEK3+1/9auKNZJtXPZp4KpON1Ej022ntIpYoLZZGmkABJ+9hWBBHfhweas219PMGeJbXypAy7ixzzx9ePNH5j0psVyJEKRFlP9096la1l2l/NZNy4Y55IJBP06D8q0U4tXuctbCTjJqSSYy+OoSMfKgtUQqc7iTg/u+M9j8q8+revTnrg3OraQokit0i270csQy7Q/J65yEfPqQD9bGr3ZsrZfKJfnaPmPFczHqd5auDDcyJ8rKADwAQQcDtwx/Ou/DLnhex4uKh7Opa51Qt9VivEl+zW0ZSP7PtMhYH5m55znkEenFW2kvZkd/Li5iLMI2OFAjznH+6wPufeuSglvJIC6Ty7VGT+8Oa1LG9W7CNdXtwJADEQjkBUCrjopzkjB+laSgnomYptatHTG31Br65V4otksjbdzF2AJYdfYy449B71Vubq6iu5FRLdZNwYSgfd4Xp2x8oNVHntI42KahM7ld2C7H5u38I/wA+vWpkksJI/Nkv58RhdwD8jhM4BXnBL8f7I59ed05G8JxW6NC5S8TMJhgZlARl3lTwIuc9f7n5msy7OqTzxXK2dsi2jTzbQePlK7wR3xkfnimz3GnyWTE6ndNFE+cBtpyQeQNuW+6g6ge4zVaBdLnEm7WbxWUHylMrbSS2MHK8Dbj8z6cpRsU5N7Is22pXt7HHJb20bbThkkkbh93Rec8+YBg9ce1RST6xBZidxbvA5CCWSQnDKAOucgnGfTJJ9KST+yYphIt/MZHJYsGzyORkbOfmB647GoW/sqJDHFqV2w2FVBY4x8/H3eBxH+f5Gt7WJcVa/QSQ6/tMqC2jjhV7eR1nKgfKw3Pk8sM/e9QKhjk1tb9L2K0si8sax7S/yvkxsCffEiD6e/NNnGnjc0epX25Szq/mEdd46beuAv13HkYqnZDTnt4ml1S8+07WaVBOQqlSNuMr3AC9Tg7TyMga8jsY37G4l/qi2Ek9zYwQIi72kjchjvZRn81A9x69a0I7u9MefLiJLsqjzDnLIeAf+AsfTIFYwttKkRY31a8lRshwZWYABu3y9DgH24PPSrLRabaq8A1a+NtKwLB8knAbr8vHU8DOc8+0uC6mkZuxqLdXEyPGltCjks25HJb720/gGBGPWue1O/Se6nJ/1245XsD6fStE2+mtGrjVL5STySzDjA9F6/e4/Ud+c1BV/tNyJXmj3YWU5JZRwOuOwqPZxbNoVGulh21jGfNH/wBYUU8iML/rMfU0U+Xsac3cSMrn5YVGOhqaOWQMQzNgDtVO3sLsNmWYhPY5NW/7OB4juJVPoOaHorWKilvzFheXRc/KTk1o27BFaQ9ugrCGmzCQD7TKeOrVL/Zt5GWkhvD8o5B70qjfJbY2w/L7RdTpbOLziXfqfWtLyIVj+VlJ+tYOnR6rKir58eD3Zc1tJos+3dPJAT/sR4rxKkVB/Ej6R1m7XVilOPJYMkZJ6ggiln1NJLMBsxuOqsMVR1PTLiNGMEyBT7FT+YrFTQJ7lWMl9JgH1JrrowW/Nc58XUlKOq26l0XCvKVYgr1GaqXNjFKm8ngHOB3qE6T5LKPtLscHJIpRpsjKCt42M9CK7Yxa+E8KrOMtJFiErHYuLdVLnjBpTptrvby7+OPDbWLODnLFQQB2+Un6EUyHTLn5gs0LewqCTQp924IwJ/GlGTTtexnWp8yTiWzpiJEF+3WwLAk4cHp7/hUsemxbCGvrdnBPBYDuBnr75rP/ALGuB1VyPXHSnDSpge+eozxWq55K6nf5GDg4uzRdOl28rTxtcpuVtsZV1wTkAnvxyPyNQnQoUZQNSt1YuFJLjAHPYH1H05pqafcKCdtU7uyuWQkRkt2pckt1P8Bu70sTTWfl2ZnN9bfKgZo943dcEDnk5x+FWI9PtwjBrpROCVwWAGQoJ49Ow55rCk0u4WLzJBjPaqoZklwx6Dim4z35hJX91HUjR4pEZDqFuGIBHPZs9z+GfrVKbwvHse4jvEkiQFiF5I4yBwfw/D64qQFjyM8VpWkiIxErEK3VR0P1qZe0SupfgCppy5WS22kwfugl7GjHbu8x146Z79iR9Rk57VcsrJVkB+3W7ApnDOB8xzgcn1H+RWddLAjF1Tnse1Z5cltwGMVP72S+L8CnThB76nVizSWQI15DtyC2GGAMDvnGfm6exrntQWKGQrzkBSfYkAkfh0/CqLzunIkdeegNWCPOhwBk4rSjTmrtu6InNN2IxKjrhRmiqYhnZmEaMMe1FaO4Ky3PTP7Eh/56PR/YsRz+8bnuOK1KK+a+s1f5jVKxk/2DAeskh/GnrosCgjcxB681p1egtbGG0W+1i/Wys2JEYA3SzEddijJx74q41a9R8qkHNyaoxINOS2GEkYCrJDkY81sVrDxB4bhGLLw3e3mP+Wl04UN+GT/IUN4ngYEJ4L04D/alGf8A0Cm6K+1NGjxdd9WYM2nrOMPI2KiXSYI4yodgO5zW3JrcEmd/hKzH/XK8dP5LW3NfaT4SsrW6n0tv7XvFzHY+d5piXP3ssOPy68etXTpyveM9ETPFVZK0rs4I6Day5IkY/Q1Zs/CRvZDFZxTTMoyQnYe57Vctit1fsCuqyXN3LnmKOTLE+zLgfhxXSaxqtl4e02Tw7p+qLb6mwBurpYHcrnqBtztbGMeg961puq3dz0RjJ9EtThxoVssksW5xJG5R1z91h1FTLo8K9Hf862tO0bTLTQ21KTWLddNhbY7xxv5jP12qrAZY5rPtZmnjMhR0UsdgcANt7Zx3xWNWrXjq5aepUeW+hANNRfuyuPxpTpsbMCzE49qu0Vj9Yq/zF3ZmXFtbQeUkkhXzXCKMdT/kU/8AsmH+81V9Ut5rxpQgkUwx5iITO5854/Jf1rRguHlCB4JI2KBjuHAPp9at1qnKnzBdmLc6dYSiTKTyRxnDug4U9+/OPbNRP4K0zBbEmeuATk/rWlatNYWr25t5JJFdjGVHEgJJHPbrzmtBZd3mZjddhxyPvcZyPWnLEVVtJiWmpzdnoumuIhGtxskyFZhxxnPOfY1dPh7TwDliAn3vm6fWm2ENzELRUjuIyrOZw5OzbzgAZ69OlTWwuI7+Wd43MdyhLDYfkKn5Qfw/lTlVqXdpBdlNdL0i5ZoFlORnqcZx6HvTU8P6Qisy3S7RjJ8wYHp3q1p9vPDJYPMj5SBkYBThOmB9eDUmmQNHGonikJVMjeg+Qgk4HrnP6U3WqK9pMW+5nP4c0Z+TdqOccSj/AB9jUlv4W05huhnZwDjKvkfzq6tqRoBU25+0fZzHjb82cEY/WtOFQsSkLtJAJ4wc470niasVpNi5It3aMn/hG7bGBI4/Gitqis/rVb+Zj5UeS2Wt6pPIQ93KB7sa14tRvSgzcyZ/3q56N9sq8Edq1dgMQZc5I5A7V9eqNF/ZX3Hm3kuppLe3ZPF4/pjdW/4st7mZdH12zmaTT5LGK23A5EEqDDIfQk8++TXGxsyyjKkCtrTNZutOaRLacBJhiWFwHjkH+0p4P865qlGP2Ym8H1uNW5vT96d8YzncRUyyzleLqTp/eNTboZ5SwhhgUrykRYrn1AYkj8zWz4c0e01O4mvb5hDo2mr513KehA5CD3OPy+orndKK+ydLlG12y1ozR+FdB/4SvW/Mmdjt0yyZjmeT++f9kev4+mfN9Q1vWdU1SfVL29Y3U7ZYjgKOyqOwFbuua/N4u15r6YeTbIPKs7bHEMY6cep7/wCArd8HeF7Ka5n1nVto0jS186YsMh2HIX39x9B3p8sVuiIxaXOyewu7nwH4STV72RpfEeqRldPt5Dn7PH3kYHv/APWHrXEy2fiWyuyl1HepcTxNds0qlS6clnJPb1NX9XvNQ8V+IbjV7mNjJcEJbwDny4+ioPz/ABJNd3Co8ReHb34f3F9LNrdpbebHcbvl8wNuNvu7hcKDnvn+6KhKL0toXKDppSluzyzU/EGqalBZQI7Q2dnHiOMNu3OeXkPqSfyGB9XW2s3625BnkZ/djW94G8N2OspqGo65M9rpGlxb7nadrMxzhf0Pv0HepPB3hyHxj4mkjitpLXSVdpZMPkxRc7VLH+I9PzPanywejRXuwbt0Ma21S7lhk8y4lDL0wxq5a3dw8QZ7mX/vrrVmBvC+peNfK/eab4cXI3tKS0u0E5JOdu4gD8u9aWiR6N4r1I2ei6LdafJsd4HN0Zl+UZ/eKRlQcYyG4JHWj2dNbIHK+rKFoby6nWGH7TNIxwqJlmP0ApZJpIrcXMksqW5fyxIWIXfjOMnvVvw/cz3msWcmkzyRXrMPLZThU9S3qoGc+2a2vF0WleP9HuNW0WSTztHaQz2gUKs0ZOWnRR3OM+vGD2zKjB/ZHO0JJPZnHvqilcrekL67zQb0eV5rapwOwfJP4VJoHhOw1GwutY1S4nttFswDLKjfPIx6RoD1Y5/UVv2emaBYeBb7xDf+G7eKGWTydKieaR5pHORudt2CO+AB90+1Xy0+kUZuUIvds42XV2aJwl9Nkg4O48Vxo8T60Hwb2U4/2jXrPw48JWd9eS6nq9n5uk2UTNM8h+XzAAQMdW4OcfT6Hmdf0jwxba3fapr5OnCZibTQNLCidExhTKxysRPBI5PJ4HSpdOPZGdeUbpROdj8SahsBe+mIx2J4+tH9v6o2DHeTH23Gum8EeEdEutB1PxT4lkmj0mxPlxQRPh55SMhc456gcdSewFJ8P/B1v4m1S9vr5ZbTQbJHnuXRshVGSIwx745PsPcVn7OPYalZO+qOdj8T6pDMshuXdRwy5PI/xrp7XV5bxVaOeTY3fdXK6xc6ZNrM8+lWklpYbx5Mcj732jufc9cds4qGLUPs04VW+RzyoPGfWqjCK0aBx6nZ3OpvGmEupC3+9RXM+cGwzHJ9KK0VCn2NLvsac9gu0tuUY6e9R2quzdcj0FTzL9siSWElkI4q1YWbMVRhg+mMZroVa6u2H1dp2SKyjzMZGMetK0RjYOQBnpW41jBGoDAIcjjPWntaRGPMgVE9TWixcFuYzwVS5mWcU+pXkFjZrvuLhxGgHcn+ldL8RbyHRLCy8DaY+YrdVn1GReDLKeQD/wChY/3fSt/4V6VbDU9R1h9si2UW2IqM8sDkj3wMfia8pu76fU7+61O4OZruVpn56ZOcfQdPwobVWdlsYpSi7PoWNNdGkWJIyZmIVQOpJ4Fel+OY10Tw/ong63I33R+03pB+9j19i3/oArzXw7cwWPiTTb+8GYLe5jkk2jJwGB6V33iO9tPFvxFspNE1O1uftEEduqGOQOmGYseUwAASeSOhrLEw/lNaM/fXPsibTtM/sLw9/wAJIlpJeXaSGC0hVCUjJGPNYjsOce+O/TB8M58Naxb61eF1gtt7vIQczsVI2rn7xJP4dTR4h1m6uNell0y5nh0+yH2O0EMrJuVerZBGSzZOfpWd56zTrc3yzySngSTSGQn8TXHz8qPUhQlVvN7P8EdZ4h0d18BaNbiSCz0+/dtS1S5ZxgyNhljCjlyN2AAP4R0pPBDzSWPiRNMglhhg0uRbODrJM7A5kbHViVUADgDgdyc6XQ7W3t4dQ1eePTonGYklBeVx6pGOce5wPemJqNtC5n0uxvXkUYE9xdtDwfRYSDj230+fS70OeVBWcYvm9NjBh0+PSVtV1OxWYyDiylkaN8Y+82OVHpnGa7OGX+2/A+rL4aRvD82nx+ZdWtrtcXUeCf8AWbQ+cK3f271gfbdQiZpYvsFq7nLNHZRu5/4G4Zv1rqIdR1S08ELD/ady+qa/drbWJ3lTGgIDOoGNvUjI9RVqV1cyqwkkr7mVo+k3Gk/DqXUNJ06a81TUN9r5e3LRW54d1TqTkYzz1/PM0GefwhMb69tpLP8A0eSFLa4GyS5d12qoU87dxBLYwMeuKs+OL2bWNRvtHikee3094raKWdtzIYhh2BPzb2YkE56Dv25aPQohksG3dznOTUc6TsVCEpRba3Oz8dRQ6LDpHhwMslhpsKyG2hkHmXlyRyzY+4g9Tz8xAHcHjGHUtT8G+EJWkgSySGSa6mdwscUhxhQBz8o3AKAT2rAvfCr6FoFrq13cJHNfyYt7TaTJIndz6DHPfqPWo9Q8KR2fhi31y9vhFJduRZ2flkvKAfmbORtHfPPb1pqbuSqUbLXqdPaa3aeBdPsvDd2Jg2rRvcajdxHbNaK4KxbQCSrKAGI7ds15pr3gC90d7zULq8t20pYy8F+kyst054QJznJJBPoAx+rntFDO5d2djksT3+tcrqqgXCoMZA5NXe+pNahyQbvqezfEfRbbStN0DRXv4LTw1p9sJd0Tq817cNnOxAck99xwo3nntTPD1zd6n8JPGJ0y1dB+6tbaxgy5jiLDceOWYhmLN3x2AAHkNssPljIUnpk1s2c+o2cbvpt/c26yLtk+zzsm8eh2nkfWhK5zyvGPkQarpFzpRhtr1kS4ZcmL+OMdt4/hPt1wOQOM4s2YZAffINa1w3nW3lkYfqT0Oay5wZExj94vUY6+9TLR2KjV5kbOmhbuAuTwOD7UVn6RK0MvlvkJKMqfcUUrs7qcnKNzqNGeR7TaNp8tyCc1oxXtxDKCVyPToK57QLkCSZDnn5h+f/166eOdGUbsf41Cdt0dMW5JWZXvbpZiShfzfcDFUp7q4aERu7Fa6GKOBuWUc9SeauW2gf2zdJa2cLTXBBIWMgcepzwKuNWK0sRUpys5NnLaZresaRuGm31xaFwA/lORuHbNNuLma+cyXU09xMBgPJIXI/PoK34dGE+oPZxxSm7SVoWhUZbepwRx9DRdaTHaal9hSSG5m2Auts/mbG5+QkcFhjkDNdEZrc45QV9DkxDIr8k8niu/+GdvJJPr1zbxFtRg0yX7Ig+8XPGR79B+NZUWmq8/kpCxmDbNmz5t3TGOuaNW0a+0nVhZiOW31Dy1ZYoXy5DdB8p6n0pOtze6glh9N9RZLgaLpkFveW3lXrcfZn4kRcZ3OP4fYHBP0rd8CzWer+LrC3uxE0XzMqP/ABMASB/X8K52x8A+ItRufLi0t4pTywnkWN/94qxDY98VHpfhfVr7W5tO0xRPd2shBlhkwilTywfjGD3/ACrP2NJa9TR4qo4uN9LEWt3V7f69qkmrPIt8bh1dHHMYBwFHsB0qHTNVisw0UrMV6Cup1OPxDcaLcapdTeH/ABBBYsIZ5SheaLkAZcBCw565NZllpmuXd5HBY6bo1hdSY8pWWNZG/wB0TMT+Kim4RejCniZRja2xdhFs0CX+qNJbaceUQf667/2Yx6erdB61a0HUpdT+JOlarq/l21tC3lW8AOI7ZNpCKPxIyfWuc1LSdZsddlt9UWWbVV27t0nmu+RxggnNQW0esajqkmmQ2U0lwmRJFswY8dd2fu475o5HH4dhOUams3qaWu6ff6BqeqPfzQrJJdSPbxo6vJPuckNhT8q4Octj0Ge0XhiObX/FdhpTkotxJiQjrtUFmx+ANU9Q8P32n6A+sp9jksVn8iSW1uUl2P6HafcdPWsnXINZ8O6bpusSo9m14S9o6y7ZCAB84AO4Dkc8daEluJz5YW5jsPGeqrbeIbvU9agMEEBNvpmmvlXeJOAxXqsZIyT1bOB6iP4s3Os3HiLRdPs4t5h0eOVpQoVFyW3vn7qrwOegxXkF1NeahM95dyyzSSN80srFix9yeprqtej8aW3h3TI/E11qMWkSgC0t55vvhQMfJnOACOSOMipsjkdSWnLpY5k3lzMrPLdMT6HnNRFplGTMV/HFbZ8J68fDD+Ik07yNIU7RcvIqbznb8oJ3Nz6Cr/gf4cap43kuDbSw28NuoaWadiFGeg4B64P5U0kZynJ7s5iKWdj8s8hH8RJ4H4mtmxuES/haOTfvdY2THBJ6GlHhbVLt7x9NhbULGyLl7m2Q+ThOrZIHGBnnkinad4Y1ifRpddWzkXTLVgz3TkKpbIGBk/MckDjNF+xPJfcsalp8kWrshQ43Ex49O1ZrWk0heRlP7t9pdf612mjadq/ihlmsLFrkWg3zyF1RYxjuzEAdD+VZk+pWq25RUTbOTnkc447dawnzKWp1UYQlDexjPaSXaRG2Qv5bjdjqvuaK3fD6xWbPPECEbgjOetFNe7ozaEtPdOUsLpraeOXPyk7WHsa6yIs5yAwHY4rhwjCI7jjb2rsfD92JrJd7L8h28mtoJPQydaUUjVjaYL8oY++K634bvqK+LrWeJDHb5MU8kg2qQw4UE9WJAwBzx6ZrNsIrYWUl/ePttI3EYEY+eaQjIjT3xyT2H4A6Gn3k/wDa1lqdwoSOylV4LSE4SJc849WI6seTQ5RitilGdbRMp+JtWdPE+uWWnQSWsL3cq3MqZMs53HI3D7qf7I6981s6BdJ4N8IXevfYwuo3Uhs9PjdeQwyGYjsAQc/7uOM1DrNxpll4qvNYs7yHUFuZPtFvaojZEhA/1mQAFDc4zk9MDk1a1O/GoaZoudEv5dQsYCnmXKhbXzGwWkI/jJIzg4HPOafMrWsT7OVl2Y7wHaW1neT6trEjvNb28l+wbk/9dH+pJ2jvgnsMsmvrjwr4fk8R3aCTxV4hkZrVWG420R7geykfmo7GlvrK40vwolvLvudQ1u5W4vWyDI1uh4GAc8npjjGRU/iK5ufEPiKO40zTLy2uDGttDLeAKYhk/wCqTsST94kn0xjNSmrky5mx1kf+EM+H97qrSNJ4h1OX7KHJ3Osh7Z7sOSf9oYPIqO+ibwD4M/s/Trry9eneAXsy8tCkgchVPb7h598+lR63Pb6X4o0WwAWXTdCCBVWRWMs2Q0jEZ4OfXvmoda1nRtQ8R3upw2l7c/axH5kFyirGjIBtYYYlsbfu8ZyRnmmxK71exUl1SXwd4MTTbGTbqurOLiRiMtDAPutz/Ex5H1z1xVf4faUmoeIP7Su322emn7XdXMp7jlcse+Rn6A1Omp2Nx4ev7TUV1BtQu7tZ5byKCNmlRcYQguNoBHQHA4+lRXmovd6bFpEFs1joquHmiRt0tyc/edsAfRenA64FNMH2SOlbXxO994l0WxaTUtZuBY6Q0yZkfaArShf4I1A/E53cEAc743J0HTx4N0h2luZQLjWb3PzzyNzsJ9Oc49CPU1q2vjDyNf066jsFs9H09GijtYSGldSCOWOB1wcccgZJIFYOvarpjatqOsw2l4yTuZnW7dUAPp8uSR7ZH1oW5K0MbQdN1nWrjSfCYQw6TJdtcyYQbTtALux7kLgAHjkVe8U6fD8S/ihDbR69Zm23C2tLe0R5SkK5LMWChBnDHhj2Has1PiKieGtSVGd9c1GM2ieXGI4LG1zyid9zckn6EnIrO8AeKrDwzrk9zfW1zJFLZyW6NbYMkbNj5xuIHQEfjQ2TJ31Z19tIPHPxDisYBHB4N8NnzhEFHlCOLjc394sQevRc++eU8QX938RvF1xrepvLa6DbOIo8dVTPyxoO8j9fxJPArQ8O+NNC8N6JrWjtod3NZ6jEI9/2oCZ8BgQxAwoOf4Rxz1rmrnxE91eWl01vDb2Vi4e2soeI4wCD35ZjgZY8mhIltHY/Gm8S01zSfDFihSx0uzjEVqpJHmNnBI74UL+Z9TXSaxBpvw4+FltDNZ3AutU2LqiQSfPJL5YYxNJ/yzXk8AZxkDqWrB1Lxt4G1Dxi/jP7HrFxqKRRtDZSpGsPnKMKSwYnAwD9eeelc1oHi4iHVrDxPDNqmm6tJ51wFYCaObtJGTxnpx0wB2GDLaSEotvQlttW1nxlPbaDEkcFnLIsVtp1ovlwRnrkgctjkktk9TXR+P7+bU9RtPAmiBDp2jxhZ2GERpVX53c9Aq85J77vasnR/GOl+EfF1lNZ6XcNp9oshImdfPleRcFzjgYGAF9M88msvWvEVvqjXkWnWH9nafcytNOvmF5rliScyOe2TkKOB7nmoT8zocOtjsPEc9n4e+CulWGizSEaxcuZ7g5VrhEyGOOoUkJgf3evU15+lssnhqS5C/vYpwI8DJUEc59q6W88V+G9Y8GeH9Lv7bU/7Q0dXRI7fYscwOOrHJXoP4T3+tZaTyf2fJd+RDbiWTakEIwoTHA9+nU8nnNOTM4wurPYybW88my2YI7EY70VCE4BIGGOaKTWuptGasrFCIK6ysRweMVqaE32eeVMZVuRzWTHkRsoPBOat6fP5Mqtn+Mfl/k0RdmXOKlGx3lvL56QIWZ0hZnRM5AZgAT/AOOr+VdTBbW9nog1nV5ZEs3cx28EIHm3L9wM8KBg5Psa5KzLqowTz3bJ/rXQ3Wo2Wq6Jp2n6hJJa3Gmu5t7hYTJG6uckMo5B4GCM1pOJhSqtLTQb/aN9clvsyrpUB6R2Y/eN/vSn5ifxA9q6ax8IaNpaS33iUvMbeITXO9ztiz91Gbq8h4+Uf1GefsrnSLKVJZLue9eNgyw2ds0e4g8ZeTGB9Aa0PEetQ+Kp7aa7vJrCGNctYSwM8Yk/vh0B3enzAYqLHROd0lHTu+pSvdV1LxDcy3lzcT29k/EFnG+1UjHQEDqcetadpBb+E9MGsNbJ/alypj02Bl+bJGDKw9AD/nIqtbalp1kFa0tZtTul+4Zo/Jt0PqQfmf6cCovMnur59R1Oc3F5JwWPAUdlUdgKST3YS5fhjsUrSwWBQZjvnYlndh8zMeSfzqYthsb1wfQDNWrh0GCtZ80nGfLBx6gVUYNhOpFbDfLiUnJJOO6A1XuGRAdihR6laRpyHztU8YHIFRPNJklYwvfcDn+lbKJxzk+gxrhW+/sb6IRWPr1vPrCLYWZSNB88rs3HsK1hJJu++in/AK59P0pqiYFtsiNk5OUoasKLuea6jo91pF8tvIRJvXKsncVqaf4dv5kErBIieznkfhXT332WC6S5mIe4RNqhV+73z7Gqi6ww8+4kfy0VcRqcZY1zutBPRnTHB1JrVWRzusadcWUSyPtbBwxVs4rHubkMqRKOB8zfWu1tWk1TS3jlzhnG4+oznj8qZcWWnWmnys9rHsVTzjJJ+vrVxblG5FSgoSscfDOUAwmec1fjDDYCenJPTms4IQ6leAx456VcaTCEqpwT1P8AKsqibdkaUIrVssanIzSeZIMsf4h3qrHM68q2FIxjHWp/La5sW2IXdCMgDnBq1DphmhR1UqNuD7H3/I1LaitRt8z3M5p9rqQArDoQf6VbtL68ki8gxs8Y/iQdKuWnh9pbZ53JIHJ9quWuoW9jEI0gE0a53lQc/Xpio9tZ+7uJ01JalOKyvbo5Ctt7BlxRWuL+ylzJbuUIGSDwR9aKh1qjYKlCOhx8Y2q2W5oR2XaPX9aSUESH+VWLlQm3PAzXa42ZlGeh1+mf6RZRSfMWxg4Na8PB6nH1rz+y137CrosYmB5GRwDUp1jUNSkCxfuV6YjHWm5pLUUaUpS0PRo5ViHMnJ9GqaKcZHzc/wC8K84XS7t8b/OOf72aJdMuIG+d2VvQk5rneJhc644WaW56us7bQAob6c1KsjYOVxj2ryW31TVNLlzHM0kYP3HORXcaJ4ittVgwGWO4A+aMjp+vNaRqJ7EypSW7N5zGxIIQn69KqzPwRtGMetKHQnDOhGenAqRkQKNrKv0Iq/aJbmTpyk9CixKEfIOfaoJgwUswcD3JqDWdXSxPlRsZJvQjIX/69c1cXMkkZlvZpHz0RWwB7f8A1gKyeLtojohl7nq3Y0r/AFe3gdUR1aTuRkhazbnxMiLthQlvV2J/+tWNc2szSKfL8sOflTv+NTwaYqpuyXcnAWsKlRT1kzuw+HVHSK+Y06rLKGzncx5JFEVuZ2y7b8/wrSTme1yBtCfhTrbW7iBRsSI47EAVna/wo6HJLSTL7yXlvbCJ3igjPHyr81V79jdQQwQAsiZLbmwT6f1rNnubnUrwFjlmPAHQVcvbcQGJRg/KcjH0rVSlF6HLOEJxtMopZvIjADkHvV23sYoxG0ys6DkjOM/Sp7N0ZJNxw5wcVY1CQR28LAfwniuuDTV2eZKMotwWyC807T4bT7Ras0WRkgsTVTS552t47QoArOZA/wDSs29vmkh8okhfQVtaYwVrVzjDIMH+Y/MVz1n7tgjHVm3aXEdtbNbykAH9axobVFvywhM552lWIzV6byZJwHzvPQAdanBkju4NiiC3LgPKa5FozaLdiofDzrbzTXA2oFyBRW9rrt/YzmGVZA4ADdiDRRFvuaqEZas828tt2SpJNT2ljda7c+XCjeTHjzJAp2j64qCzjuLkmNJWXcMNnJrt9Gmt7LShAAEw3IUDOAOnP169ua7sTW5F7u5w4ak5O72KFl4atyh3N0JwMcNx6d+/TPTpXa+H0igtWEFhD5eRjaoHp29c569e9cdPq9jFcO1q0khYkbI1wMY7nj9M04eJrpIVt47W2jjB3YYs+TnPqBXm1IzmtT1YOK2OnuTJHq6iSQmBgxiB3fIRk7T05HH1HpRYxy3Rmi2lrZWCuoIxjGOPqR/PrXJXniHU7hWR5gCwG5RCv6Eg1HbeItUskOyUMpzncCM5652kH86SpSsNyR0WvaHaRJHNFaqkL/IWV9vzZ/L2rirm3n0i6W5tXJMZycdR06/nWxP4mF5aLFdQMpQYjZTuVec8Dr1q0tsdSa2kmlHlSfd8tg2TjkE9un/661pylT+IzmlJaG3pF4uoWaXcas+epGCQfSp9Rv5NPsTIAxdmCoDjJJrltOV9B8QiKNm+wXJKYb+FgKrarqTXuqXfkBm3sFhUcjIG3I/LP41083Ojjm3CzW5Z02EtJPqOpuHx8+09M8/4dPcU6SaK4KObbYhcMNy4GPr+XHtUqwTrGqRvGGUDgpvOeBwO3+elWIdL1y+tyxtZsng7uB+tc8nFbnVR9rUlzJ6f195lyTRxXavJE3k8j94nA+hPFakjiSGE24RmjAIUHkEex7fT+lSzWT6bpqxXikPjlVVh/UA/nVJBauFS2g3u+P8AW4AB+nNEWmY1YzjvdDNRjhul+0PFghcO2PmAz1I9jwaoz6dbeUGwMHgg4yOM1rS2k8YVjOCynkjJHPbGCD6dfbpVJFWNhHLGGjYbRnOMj7oB7Ht+I96XoXSrzha7ujClszDLut3KY/T8qhnv5pmTcMmMbSfWtu7tIvs32m1fj+JPSuf2KZpExjKk1tTlfc6KkVJJwY8XTEgYA98dqs3Nz5lqmDyhIxWRGzrMF6nOK1REgQiTv1GelatxpnNDnrsy9vnOwOASOK3NIZp9KaHnzraQ8ex5/nmshoX80OgyB6VbhvGtLr7RFgnGHT+8vcUVHzRsjBQlCbclodHA4uNs8JG8cOp6g1Mh1J7eSS4ii8gcKm/HH5VkI4WUX1o+VcfMvr7H3rbXVLW508ibt1Xoa5dToskYV4z7FXZItuHyESQMv0AHNFNjgjvbxordikYOS/XaP8aK6IwurmU5pPQyor0Wtocqocng4yTU1olxfOpZSQThEHArNmxLOzEEDOAPQV2fhJI5b9FAGUBIFOvLli5IMPG7UW9EdRoHgqEQrLffMSPuitK68E6cwPlxkZ6c5q/BqdskqwfaomkzjYrAmpb7Vbm0TEMCs5/jc8D8K87mfVnoW10OTvfBckC7opCQOgIrm7/T5YCfNBUjoduR+dehW95cOm+7kuHLe4VfwFXxpUGo2pZkBDdARS52mOy6ni0kCgdVOfQ1BDeS6fOHjbK5yyZ4Ndh4o8IC1BntsjHUCuImtZVYh85Xg5rrpSjNHPUi1sav2qW9WSZ5mfYPlyegI7DtUenXEq5ZI4252jcuc8//AF6p2QlYSQx5JI3bR3xVzQEebV7W3IJUyA4A7A5NXJcqY4xjPl5l/wAOev8AhTQbSzt1LRKZDyxx1Peu2VYfLChAOOlcfHrkdg6IbR+oBO9fz61vtfCMCdVLIVyBXnxlfVm04si1zTIrqAxtGCCMcivGvEWlPo+peURlG+ZGx0r1GbxRcSP5LQQR5PVpP/rVmeJ9NbWrATFIvMjGVMbZzTjNJ3RrDmWjPPrPWY7dFWaKWR/4n35P0AJ4FLNuuVedLUKrDOWyG9s4J/nWZeWnlSFHBRxxmn2OozRSJHcSRtBjBDjp9K7FqtDkxGHt70dySzmSRLppSRhxlR79f5frWROhS+JTnBxxWhdTQB5Xt8BmXDKPzB/Cs4zvc3LyDqOcjuPWtEuphhpyT5GDWsRmE2duOSoHWlaVZoic4+bFLcT5iC+Uu7+96VXsbS8v5WW1geUIcswHyqPUnoPxppNq7Ou8IPbceYWiUFW4IzVaYbWBBw3v0rs7LwNr93bjFlIVPQojyA/RkVh+tUNU8Ga3ZA+ZYOQeApbazfRWAY/gKcXZnHWlGorJnO2d9JZzEupMT8so/mK67THs3bMqq0cg3biuTXLJH9miuI5oDG6fK0bkgg/Q9DU+lapHb23lyAZX7vvzXVBJ6pHDLRWkzq3FrAHELIqk5wq4orE/tFZOdjE9SBwDRSeHi3caxkkrWuYN/Gbe6YHPPetLw/qK2uqR+Yu5HG0j1J6VY12yUxmZBwOtc9AzxSh1+8hBH4GonBSi4m1Oo4yUj01kkeaKRYUXcc+YScrz2A4GPeu/FsLq0tZ2wSQM5rmNKu7bUNMinRQGdBmuo0+ULoqyPIqCMkZY4HBrx/Jnr+ZRbwxFd3SzSIjMpyWxyTn36da6SC3jtrZYl4CDAAqlY6gLhyLeVZ0GPnTpWpsyAWFVchqxi39qJ42DjI69K8p8Z/YLSeJIMiZ+WXBAFex37BLdz0ryf4gWObO3u9vKvgn6/wD6hRSt7VJin/Ddjl/DuDr8SnpyK0/skmleLojCOHYlPbIrO8KqZdfhwTkA8j6V211YMNcsbtgWjV8E12VtLsyoO75fmXtOkkuPtEN3bWyoAdj7SWY/XPWu8ay8rQraNj8wRefwqjBZ27xqY0Xc2AMVvXWTsjA4A5rz3qb3fU4C+/tLTdU/0O3jaFwMs6hifp6f/rroLDTZrxzIwEa5xlBtD/8AAa6G3tIZlyUU49avNGI1AVcAVajeK0IlUtLc8+8U+D4bqxeRFCzKPvKK8bv7WS1neKXjaSOa+lNQXdGy9eK8713w7BqBZtoSTruyAB9aqnU9m7dDWEuZcrPK/tTTFVjKCReOOAfrTIkmt5i8keFYEHFWnhsyxMe0sCRlT1xVizt5b29gtVYfvHClmP3R3J+g5rs5uiIjQSfM9/I2vB/gWXxbeptDC3B5ycBsdST2UfmTwO5H0HoHgzR/D9vEkNtHJLH92R1GFP8AsL0X69T3JPNL4P0ODQfD8EaRCJ3QO4PVRjhfwHX1JY9zUq+IQJWWSNNouEiDK2RtYAh/pll/OspSb0PNxFZ1J+RZudYS3uHhELuVcRkggfMUL/ltHWrUDpqGno80A8uZMmN8MCp6Z7dKw/7Sa4uLdjpkDyzF0LbsnapCsQccjDNz6A+tSWevq9rZLHbxx+cnyqG+WP5dyqeOMgNj6VBhY5rxr8K9M12zeSxh8qZRxEhx/wB8E/d/3fu+yk7h846xoU+h37WtzkEZKnBG4ZI78jkEEdQQQa+vrDWftc9rDJGqtPb+cCrZAPB2/XBBrzf4zeGIZ7NdWiiG/JL4H8QXJP4opz7xr6muqjXcfdYRpKckm7Hg0N5IhRckL0JC0Ul1CoUgN05xiiupVL6m88I4OzR1+tMsljIpO4EcHbiuJXjPqD0rtdZLXFti2WR89cj+lcc0ZSYbuBnBrGE1K7RVSDja5veENXa3u/sMrYSQ/uyegPp+NdzKsNrMrTtPIJDnyYycH3rymaF7eYkEgq3DD9CK9F8I+KI9WiGnX21bocBj/H7j3rjxNOz9pFadTswtRfBM7fSb2/uQqW9pbwwjnJOCB9B3ro/MbZ82Aay9Os7awh3IxBPJ560y71JSdkXLHpXLz2VzonaT91WQy/fzpREp4zz9K5nxtZef4auwB8yLvH4c10VvE+dz8sag1qFZ7CaIjIZCMUJtNSMm09DyPwJB5mozTMM+WnAPqT/9au+b95lWVhk4+7XOeHrBdLtCCMyOcsQelT3PiTT7a48t5hleuEJwa9eUeZO/U85ScXpujrLO7untB9nJ84fdI7GtO0/tO4ZHlvkhmGON4YN6jFcv4f1OHUrScQTNHyRnGCM1o2VjNLP5QmucD7rFhjPr0rxprldme1SjGceZux6BYRSQx/NJvfOWNaDONuT0rE0uyltF+e7kn4A+fHH5VpNMFXBxWkXZHHOK5tHcrXpHlk9K8e8fa3fWcjWcEgWG4yGOOcemfxr1DUbwBWC9fSvG/iOSt5aZ64Y/yoo+9VSZp8MbnIBHXlDjPOK6fwHF9p8VWscnQkIQe4chD+jGucgmUqOeR0rqfDNwlpr1ncxrlixAUd3xlR+LBa7pPoxtLkbifRjeIJPtEsC2yMyTeVt3nJyWUHp6gfTk9qhXX1ZWP2S3BWcwkF8Hjf8AN06fJ/P0rdt/s1xBHcwLGySgSo4Uc5HB/I1j6jqsVlcTxfYIJFhBOSwGcRtJ0x7EfjXOeKR/2/IolY6eipGJSj7uHEZIZV46mltddW4untvskEZV2Ad2wuFLjnj/AGD+vpyPrpiSbzNMVBAgm2FuTliMgbeuBn1pqeII5JI4l06MLK46tjH7xkyeOvy5/Ggdgi8RBlkZbSFWj3/x4+6CfTuBx9G9Kydf1Fta0TULaaJViV4yueCAJwhHvkZ/PFdHot/Fq0Lv9jjhC7CB1zlQ3oOmf61k/EG5t9N8KzybUjZnVtwUA4Q+YR+OzH1Ipx3Q4r3kkfLcKPf3m2NM4wPbiitmweK3iIhjEcYBJZjk/jRXW79D3VF/a3O008Tamsp0+wBjUHc2AMfryetc5f8AgrWLy4kvUsfJJYtsDqV/DB4+leuww28dsttaqkFpHwdgxn2FYF74n0m1vJrdWkkMf3lTcQK4INwfunNJKS1PMtV0wwpbbo9jbAJFPUMODn8AD+NYumQyf2yjxZCrIDuHbFeo6pqFhqOlXLwXdvGrxtxMmSvbjvWH4d0cyabHP5XUnnHXmtVXag7ozdK8lZnR2l3ePGqM+7jqRzWpZoWbJyW7k1FY2/llQyitJGWEEYxXLGC3NZzexcVQqZPUVSnHmBx7VYE4MLN6VWjnjO9C6b8Z255q5ERZ5n4igvlujBDII4WJ6ZBOe2a5qXS5Y2G5kA79zXpWqyWbJKkpV3GTtxn/APVXAXYkLlphsBOAoOf5V10qz5eUSoKU73JfDWoGw12OMHEMvyOPT0Ne6aS9mluv3SxGcmvDNA0+WbVFldCEwTk9zXoVulxEAEchfr0rlrtc90b2srHeSX0MOSGA9qoS6rvbEYyenFZdrZPOMu2a1I7FIgMYJrK7J5UV9jyZd+vvXlHxJcNf249A39K9hmXy4icDpXjXjwebrUSE4G0/zrTD/wARDkrqxxioy/MKv214YmULJtk4Yc9x3qUW26XCjI+6Kq3r2cEzxJA5mXjceMGvRVp6GU37BJo+kfhh40t9Z0tLCeRVuIztRc9D1KfzK/7PA+6a9Alht8PLJCjEDJOzcTx+Zr4y0rV7vSrwXdrJtb+JTnDDOcH8R9R1GCM17l4T+MtvcWyQ6qPnUYLMwDf99HCt9Tt/4F1rGdJrVHJUoOT5oHdDxHZzODHpwLbScuAOg47HuPw/SrOn6tY6heC3FjskwTkxgjIx3xx1PJx+tVovFnhq8iV87hg4/wBFZwMjB5VSOnHBpl3430DT4iY2yyjAXZ5Xb/bwe3YHpWXKzFU5t2UWdLtgtY3kxHEgGWbAUADua8P+Kfiu21SU2EEhkVQF8sHAxnPPuSFOOwVehJFR+L/iNqWrxvb2MeyDHG0/L9ecFiPUgAf3SQCPL5oLrEk0gLOxJJZgSTW9Ol1Z6OFw3s/3lRFO41CZkEe4LGDjaOn1NFUJDIrY6HPI70V1KJzyxTu7n0ld7JInM7mOHvtOOK46+8W+HbaRbC205JYQfmZEGCenU9axPFXi6S+lk0+zciJeJJB39hXIwrI88KhSo3BmPfrXBRw8p7mlWvCmj0qLT9N1SQxQwYhlIYoFICkdj7V1NpaQ29ssCRhUXgYql4eWOSyV0KsCedvrV/Ub2Gxt2kk9MBR1Y+lYcjvZl8yeqIrp0tUMkjBUHcmsHU/EkEI/dRPJgZLAcVBPJPqBeSVyuRnk8IPb/OTWDqUEzxrFCG+bhow2CfXcew9q640Ipe8C7stN42uDDtFvE0Z5+Vvm/wDr1hpqLyXL3DNsVmOSylGQn05I+nOfyqOXTY7dEDLZFm5baGY/z5pQIBcCwlSKIYDZK/KXIPGCfTj8D60OMVshxjdXk016DhBL5olu7pDAGDbd+5j67j05/KprOCO7mleL97GgGM9xxn+VVW0eS3DnZGY8/wDLPP6gnitzQIo1tFliP76Bz5i/3lJ6/lWFWVo6HVhoKT5kdBaaYoVJUXgjjHpWrDbgtgDmrOjhTZhMAheOP0q8LPB8xetc0XcyqK0miayjCACr/lhveqBUx7WHCmrkD/KW6YFXYhSK16Nw2CvGvHsDDWUbnBTA+ua9omBaNpK4LxXoTaiAyY8wcqSP0opvkmmUnfQ8yt7pw2xsAj2pLuKC4DtJ8so6PjrVy606W3kMc8RilXjkcN9DVaWJiPmAI9V712pq90act42eplmF4HJUblHpSpLEhJSQxtjkdjVk5jO6M8479GFNt7SfVbsQWlkzzdSqLnFbp6amDjy/CMF4/RgHGfWriapMoxFEcdfWqMiC2laKSMh1JDAjoaniuWUELGSD17ZFOyNIzntckk1C7cYOY17Ag1FifcGd87vunnFWZSlxas6RlHQbtp5BFLZxK67HOY8gHA6Ke+alM1tqk2RRw+ZbM2394hOcd6KsNA1pqElvIQwwGU9mHY0VSloYVMNGbunYqC6UfIoAwepHWtOykTb8+Uzyr/3WqCbTZBidYCyuoaSIfeQn29D1/GkjnhhjwuUOM/MpIArroxglofO15zk9TtfCOuLYzNZzMEjYZXP8J/wrVmvG1fUN6EPCp2p6emfxrzGMm5uoYUmLb2ACqMCvUNMhNvCBGoB4II6fh/ntXPVpwjNzO/BynKKhYfdx5hRYI8CIlR7nHJrjNUjlvtQWJd8MaIGYE469M/z/ABruL6NWuY0hfcsj+Tu6cAZYj+Vcbc+XJrsks91H5eOFLhcY4HB6isk7bnpSi5WjH8StbRRR6riMh8DY/oBg5H1IqnLELiAsRukTAJJ6gHr+RNWdLRvtLhBulmL7Qvrg/wBBUF0zRwq8ThHDYZScqRz29aTu3oZOqrJJ3ffp/T/QziyWiq0TGSb7ocEhV/Hv/L61sadeyJIt3bMUmXiRD/EO/Fc+sebiSJiueox0qa2aWOcxj5JgMDP8XsfepqU1JHbTdrWPbvCt5Hd2iTJgKTtKf8826kfQ9q6kbGAGz8a8m8E6/DazPFcMIw5G7PG0jvXqsMiyRB0YFTzkV5yg4yaYYiPUla1EqBQKhmiEMQQdSeauRuVXKnFRuQ5HGeato51oVDGzRFSOD0qq9kHBDDp3rTkbHQ9qzNS1GCygeaeRY0Xks3AFS10LjHW5zGvaZDLhSq5+YHj2NeYajbLFMv2dh5ePn5OB/wDXrpNc8T3eryutink2o+UzycFvoK5t40j6BpXK5DScKD3wO9dVGLUdTZUr+8ybw/4cvNe1JYImY2yHMko6Aeg9672SGw8Mj+z9JtTLfyr91OWz6kir+nrN4f8ABImVVM3lbyoGCWI6f0q/oVjJo2m/abpUkv7k75pSPmLH+EH0HSsalXm9DPTmucnbfDI/Z/tmqXBSeVtzIoBOT7modU8IWkWlTw2UG66GGE0jFSADz7dPQV3mr61aaPa/a7ti8h+4vcn0Ari9R1LUdW8MX+pS3H2SAqfJjiGTIM85b07cUKpOWty1fqcA+1Y5AW59AMU23CW8kau21ZLYFuO+f/r1N5QnxBHtZiQ2Rzgf5xS6jHi6IjTIWLaMdsHp/Ku5b2Kn/MJczowgk3BmgO0uO6mis4MXjdS45IGPxoocUQpylqkehjRrMWDXPnKJI0Db92ctznjhv4gT2/A1hTxxPFN5tsrhYUGQCrMSo9Pc+laEMMWxlM5kRl2+UqnJxj1pb5l+yMyoFERXegOSQDjJ9ehFaQg09Xe/yPnqlRNe6rWM7StMRdXDPG64HyhjnnH0HQGu9gYw27SrGGEY2ADgZIrmNDuGupJLhFwsIVVyAMfgOB/+quuR40YRr+8jBJbb/e45qZ3e56GFajBOPUY6eXfES4McEJ6DPzNyf5D864S42tc3REe1jCNv4k56/Wu58zbHdDaGZ2Y/7vGB/KuP1NTFNDI6gYtOvrjof1pbI66Vp1bdDK0fzI7+yvSQsKudzE4AByv4+tT63aQyTzgOTMTkxjjjB5/OsyzQ3WnmBmA8p+RnHXmp72C7i1FJnPmBUAOGzuUCh33Kjh4xknHa2xgsrxqs6khoztfH86vxM+oARr97O4EnkMe+frRP5Md1vVg0E3DY7H3quiyaXf7eCD80bdjVFpcsvIvxXavjzV23Cchx6Y9O+a2NO8UXCWj2MksixzHBGfkxnPy+lYc1p9ogE0AYSIO3cVXEYlzh8MOqf1HrUSjFqxtNNvletz2Xw94pMcAgv5jKo+7N1Kj0b/Gunj1OyeIMk4ZTzxzXg9hc3Vs3lu7iPnEg7cdKk8/z5T5kjQHBP7vqT2GOlYeyu9TGOH5Va56vr/jC102J1gBnuOgQHoT69+1edanfanq9x5moXMcUK5Kp0A/D/H8qz2vIYebZCGIGTnLE9+aokSXE37/dtbOBn2/x5qo00mdEaaiizLdRiPy7bJZPuysM/l6flRpenzX2oQqMyMzjJPPHU1HCIoSHZwDnac8D8f1rsPBcCNq0rFlEgQBU9s8kfkP1p1Pdg2kRPERpy5JbtaHdPY+fBbQOflV1JX6HP9KuTAm5iGMxxgk/WrCIu8tjIUfrUbnbCxAyWNefsYLseaeLLWfxV4xg0qBikMKgyv2UHr+mPzqz40u7Wx02PRLZVEdvGCwU9uwP1x+lbus3NroOn3OpTKAzDLEDknsK8bn1eW9muruflpmBA7ADoK3oqVS3ZGicVJXLtrOtrydm+TjA5IHYVRlmLy3NxngkIoqnbyqJndxl9uI+wByOad5qylFYHb1O0d67nHW4OqmvQW1QXExCKAM5OKK1bK1iS2GyRQScsF/lmiuiNJNXZ5M8dOL5YFm3v3Ry4xvwx65A9BUsl4Raxj/lp1ZunfP+NZVp9w/SlvCRGvP8P9TXbKCsfPwqS5mjp/DMzxySNNIZFJxyPbj+ddzBtSDf8qI/zkntxXnHhM/Ncjtiu3dm+zhdx2+WOM8d686qrOx9FhfhTG2kwubWR4iHGzDKD2ya5rX45ZrRLlkIQIIyVPRRgH8cipNMkdbhFV2CsGBAPBGTVpGY+EnBJIFycAn2qpQSZVGo+a/a5yMMD21yAcSQTqFJ9znH8q3bS3gJlPl5AUhD7ZIB/lWRD/yCrn2bj2w3FbEbMW5J++o69tuf51m3ZHqeZjX2nG1SSMgeRIcqx/gNZbN9qhFtKP3yH5ZPT/61dteqGtyCARtPWuMT/j4i/wCBj8KlSCaL2k3AiheGctvBJZAMEgA459CcVFcw28/zFWRAcsqA5U9yM9vb2pzAedbcfeUg+4yKuWoAtpyAAd2Mj04p31Ha6szLNjdKOLs+Ufut1U/4VImn3zP3lz/dfrWnpvF7doOFEhwOw5prfu9XnRPlTYflXgdalNt2BRSKqpeQrtjtUjJ/ickkflTUsb+4kZZZQgC7vkUcj2Nal10jPuP5VbtADf8AIz8o/rTsi22Ya6SkMit95j3fnFdvoFiIrKwvoS3nwsCT/eUnBH5fyrAvwAOBjk/yNdh4d4sIB/siufESaSsc1ezajbQ7JJMrkDrUU8qopJPGOlQKTtPPpVW+J2Pz6/zriWqIejPPfiPqYuUisy3yKwkkx+Q/z7V508yKCkIyPVhW34xZjrcw3HHHGfaue/hr0aEUqaIc3dikmR8nr7DAFXApihTrl+c1IEUbMKBx6VYvgPsEHHr/ACra+qM5r3GZ9vdXML/uZNueoxkUVZt1Xy84HbtRW9zzJRsz/9k=
 </binary></FictionBook>
