Три часа дебафа. Тьма космоса давила на мозг. И шестнадцать монолитов вокруг. А в душе пустота ещё чернее этой тьмы. Позади Джинн, китайская станция и вся эта эпопея. Все это било по мозгам. И нужны новые горизонты.

Я встряхнулся. Где-то тут должен быть Юп. Мы полетели на респ почти вместе.

Жаль нельзя общаться в кармане между собой. Нужно попробовать выйти из кармана. Пятьдесят километров не дистанция, но лететь  придётся долго.

Однако на выходе меня ждали. Я даже не понял кто. Едва я высунулся, по мне отстрелялись по полной программе. Я даже пикнуть не успел. И снова черные монолиты на фоне черноты. Уроды. Кто бы это мог быть? Да тут вариант всего один.

Жаль я настроил детонатор самоуничтожения своей ласточки на сутки. Теперь мне сидеть тут долго. Очень.

Но мне это совсем не улыбалось, как и подыхать на выходе. Черт! Без модуля я совсем ничего не могу. А это бесит с учётом потерянного уровня и прочих антиплюшек.

Спокойно! Стражи так просто не сдаются. И вообще не слишком понятно, почему наши отдают эту стратегическую точку врагам. Неужели все так плохо?

Оказалось да. Все хуже некуда. Ещё две вылазки и два уровня в минус. Твари!

Когда появилась моя ласточка, я был на взводе и  жаждал крови. Перед взрывом я снял все обвесы с модуля и поместил их грузовой отсек. Теперь же я был вооружён и опасен. Особенно с максимальным рангом ускорения. Жаль мои радарные системы совсем никакие. Но это поправимо.

Вдох-выдох! Руки на джойстиках, ноги на педалях. Вдох-выдох! Поехали!

Темноту кармана разбавили звезды. А я сразу же бросил модуль в сторону. Ускорение мой козырь. Пока включать его рано. Нужно найти противника.

Боль во всем теле и тошнота. Ускорение на пределе возможностей штука жестокая. Казалось меня бьют десяток боксёров не особо заморачиваясь правилами. Даже алкогольное опьянение не идёт ни в какое сравнение. Каждый поворот выжимал из меня все соки. Шестеро. Шесть призраков оккупировали наш карман воскрешения. Их выдали залпы. Два с ракетными установками, два снайпера с лазерными излучателями и два универсала с плазмой и кинетикой. Это все что я смог понять. Но я не верю, что здесь нет охотников. А они самые опасные в этом деле. Сидят в дали. Черт!

Но дальше так не будет! Ускорение! Мир замирает. Всего минута ускорения на десятке, но этого хватает. Бешеные зигзаги заставляют меня блевать прямо в кабине и это жутко неприятно. Чёртов реализм этой игры. Однако  я успеваю добраться до врага. Пробить почти сотый уровень из моего нубского оружия не получается. Одни рикошеты. Поле натяжения у него высокого класса.

А как тебе такое? Ублюдок. Я на полном ходу тараню его модуль. Больно! Однако вспышка боли сменяется чернотой кармана. Ещё минус два уровня. Я все равно иду! Ждите!

Ещё двоих протаранил, прежде чем эти ребята поняли с кем имеют дело. Несмотря на мой низкий уровень их канонирские системы просто не успевали за моим ускорением и реакцией. А дальше мне повезло и вмешались наши игроки со станции. В итоге янки решили свалить. Странно что они не устроили полноценную осаду кармана воскрешения, но с другой стороны сейчас уже это не имеет смысла. В системе война идёт за астероидные поля потому каждая боевая единица на счету.

Два штурмовика девяностого уровня быстро снесли оставшихся призраков.

— Нубяра, ты что тут забыл?, — раздался на общей частоте незнакомый голос. — Сколько раз вам идиотам повторять, что попав в карман, нужно по циркулярной связи вызывать эвакуатор.

Это было логично. В карманах радиосвязь не работает, потому синхронизировать свои действия невозможно. Для этого в реале создают специальный анонимный сайт, на котором игроки оставляют свои сообщения. Вот только я на станции почти не был, да и просто отстал от жизни. А пароли от сайта постоянно меняются, потому как враги постоянно его пытаются найти и взломать. Это не карается законом, потому как является частью игры. А тот, кто завладел паролями к чужому сайту, видит все движение на станции противника, да ещё и сам может сливать дезинформацию.

— Я, можно сказать, новичок. У меня нет кодов доступа, — ответил я.

— Принял. Лети на станцию, мы прикроем заодно и поищем, кто тут ещё прячется, — ответил игрок уже более благожелательным тоном.

— Принял. Спасибо.

Возле станции кипела жизнь. Народу явно прибавилось и сейчас сотни полторы новичков невысокого уровня летали вокруг, набивая навыки и отрабатывая тактическое маневрирование как поодиночке, так и группами. На поверхности тоже вовсю шли работы по восстановлению оборонного периметра. То там, то там появлялись яркие вспышки сварки.

Оставил свой корабль в боксе, а вот что делать дальше не решил. Для начала нужно узнать расстановку сил на станции. Ни с Камрадом, ни с Тайсоном у меня отношения не заладились. Если не возникло иных группировок,  тогда придётся создавать свою, или просить об этом Барда.

Сама атмосфера станции мне понравилась. Игроков стало куда больше и вокруг царила деловая суета. Кто-то чинил поломки станции, качая крафтовые специальности, заодно и по капле повышая уровни. В оживших барах шли ожесточённые дуэли, где нубы устраивали форменный мордобой. Опыт конечно копеечный и довольно болезненный, но за неимением других вариантов каждый качался как мог. Видимо на дне всех крыс уже выбили.

Система очень хорошо считывала эмоции игроков во время таких спаррингов и потому превратить их в имбовый кач не получится. Попытки нагнуть ЦИ могут окончиться очень долгим и неприятным дебафом. Вот и резвился народ, выкладываясь на все сто. Хотя космические бои куда эффективнее и менее болезненны.

А вот гвалт на общей частоте мне не понравился. Слишком информативно. Если вдруг каким-то чудом к нам просочится диверсант вроде меня, горя не оберёмся. Уж я-то знаю.

Все это я оценил, два часа бродя по станции. На душе стало спокойно и легко. Я среди своих. Не нужно скрываться и боятся разоблачения. Не ждёшь удара в спину. И везде наш русский говор.

На ходу подправил пару дверей  и с полчаса сидел на куче хлама, разбирая его на слитки металла. Все это время я слушал общую частоту пытаясь вникнуть в суть происходящего на станции. И найти Барда.

Его личная частота у меня была в буфере памяти, но хотелось глянуть со стороны, что тут поменялось и каков расклад сил. То, что наши не раздробились на более мелкие группировки, я уже понял. Конечно, каждый игрок попавший сюда изначально был под чьим-то крылом или же попав в эту систему  быстро  находил покровителя. Камрад и Тайсон поставили дело на широкую ногу и давили любых конкурентов. Вольные пилоты если и были, то в очень малом числе по сравнению с остальными. А судя по всему, на станции уже пара тысяч игроков из нашего кластера. Раза в два меньше чем китайцев, но уже не те двести человек, что были тут раньше.

Бард нашёл меня сам. Видимо поставил отслеживание моего сигнала на станции.

— Рамзес, приём!, — раздался его насмешливый голос в гарнитуре. — Погулял? Как успехи? Азиаты чего-то нервные последние дни стали. Твоих ручонок дело?

— Привет, Бард!, — ответил я. — Рад тебя слышать. Нужно поговорить. Тет-а-тет.

— Дуй в «Весёлых девчонок». Помнишь, где это?

— Ещё бы!, — хохотнул я.

Бард уже был на месте, когда я добрался. И был не сам. Ещё три игрока сидели за соседним столиком. И среди них я узнал Юпитера. Тот приветливо кивнул. Пегас внимательно смотрел на меня и тоже кивнул. Второй? Возможно. Наши контакты на станции китайцев были очень краткими и происходили в очень неудобной для знакомства обстановке. Третий игрок был явно не из их компании. Типичный нуб-двадцатка. Слишком зашуган и подобострастен.

Бард жестом пригласил меня сесть за стол в отдалении. Нуб тут же притащил пиво и закуски. Вижу бухать тут не перестали несмотря на обострившуюся обстановку. Хотя надо ещё разобраться что опасней и страшнее. Трезвый русский или пьяный.

— Рассказывай!, — с порога взял он меня в оборот.

Я не стал ломаться, хотя выкладывать все козыри тоже не торопился. Как и сообщать личное. Джинн мой косяк и пусть моим и остаётся. Как-нибудь разберусь и сам.

Рассказывал я долго. Часа два ушло на все  и это ещё в общих чертах. Бард задавал много вопросов, но это и понятно. Больше меня о расстановке сил у азиатов не знал никто. А я очень долго варился на этой кухне и многое успел узнать, даже из того, чему сам не придавал значения. Бард выпытывал детали, а я все сильнее стал уходить от прямых ответов. Например отдавать кому-то местных теневиков я не собирался. Как их найти я уже знал и даже примерно представлял, где искать. И мне совсем не лишним будет запас оружия и боеприпасов с хитрыми заморочками, как и скрытая от других личная база.

Потому я едва закончил рассказ о своих подвигах потребовал от Барда ответной услуги. Мне жизненно необходима информация о расстановке сил на базе. Бард недовольно скривился, но ответил, а уж я не упустил этого шанса и, подражая ему же, так же дотошно подошёл к беседе.

В отличие от китайцев наши так и не разделились на кучу группировок. Тайсон и Камрад проявили изобретательность и смогли выйти на клановых игроков из топов, потому большая часть нубов уходила к ним. Группировка вольных пилотов тоже была и даже больше чем я ожидал. Около двухсот игроков. Все они сплотились вокруг Барда, но реальной силы не представляли. Скорее служили буфером между коммунистами и анархистами.

Оба лидера все сильнее ударялись в идеологическую промывку мозгов своих последователей, что явно не нравилось Барду. Однако поделать он ничего не мог. Финансы лились на мельницу этих двоих и крутили всю политическую ситуацию на станции. А ситуация стала взрывоопасной. Ребята увлеклись войной между собой и совсем забросили космос. Сейчас в системе доминировали американцы. Европейский конклав быстро нагонял их и то, что они заключат союз уже ни для кого не являлось секретом. В большей части вылазок они работали в паре, хотя и случались редкие конфликты.

После моей работы азиаты заболели паранойей, но завоёванные стратегические точки не сдавали и держались за них с упорством камикадзе. Латино-Африканский альянс тоже появился, но пока на общую картину влиял мало. Там всего пара сотен игроков. Но Барда они явно напрягали. Оказалось, что на их кластере червоточина появилась рядом с базой нубского клана из Аргентины. У тех был некий союз с таким же убогим кланом в ЮАР. Лидеры обоих кланов быстро смекнули что к чему и, заключив новый договор, протащили в систему Древних всех своих топовых боевиков. Так что по факту этот альянс был самым монолитным в системе. Те, кто не влез в червоточину, сейчас носом землю рыли, желая присоединится к своим. В перспективе это может стать серьёзной проблемой. Ребята рискнули и пошли ва-банк, потому и отступать им уже некуда. Это добавит им ярости в будущей войне.

Но уже всем ясно, что все участники в системе и что предпримет ЦИ и морфы не понятно. Информация от Джинн проливала свет на ситуацию, но не давала точного прогноза. В чем суть всего чемпионата? В зрелищности боев и непредсказуемости ходов? В плюшках на планете Древних? Как победить? Слить уровни бойцам других фракций? Взять станции штурмом? Проникнуть на планету? Вопросов сотни, а вот ответов нет. И где искать их непонятно.

Некоторое время мы с Бардом обсуждали этот вопрос, но оба поняли, что без дополнительной информации просто переливаем из пустого в порожнее. Это всего лишь голые теории без подтверждения. И где искать дополнительную информацию и подсказки никто не представлял.

Вот тут я подобрался к самому важному для себя.

— Бард, мне нужен кредит!, — выпалил я и замер.

Без помощи этого игрока мне не вылезти на ведущие позиции. А ввязавшись в авантюру, я сильно рискую. Зависимость от Барда очень напрягает. Слишком умён и непонятен этот игрок. Вон за соседним столом сидят Стражи. Кто он им? Я ведь всего лишь кадет, да и то бывший. Вряд ли меня примут в эту закрытую ячейку. Так что риск велик, но другого выхода я не видел.

— Сколько?, — Бард хитро прищурился, уже высчитывая свой профит. Вот жук!

— Триста двадцать восемь эргов!, — я старался сказать это ровно, даже буднично.

Вот только Бард тут же поперхнулся пивом, которое решил ради антуража пригубить.

— Сколько?!, — откашлявшись, переспросил он.

— Триста двадцать восемь, — стараясь держать марку, повторил я. — И не эргом меньше. Больше можно. Пятисот будет достаточно.

— Ты совсем свихнулся?!, — изумлению Барда не было предела.

Да уж, такие запросы не каждый день услышишь. Это больше чем полтора миллиона золотых по курсу в этой части игры. Очень крутой запрос.

— Я похож на психа?, — я решил доигрывать партию до конца.

Ва-банк — есть ва-банк.

— Очень!, — согласно кивнул Бард. — И какие активы ты готов заложить в честь такого кредита? Свой убогий модуль?

Я откинулся на стуле и молчал. Пусть поварится в собственном соку. Требование действительно очень крутое, но если я его озвучил, значит, есть нечто, о чем он не знает. Но знаю я.

Бард скрипнул зубами, но тут же засмеялся.

— Давай колись уже. Сгораю от нетерпения, — хмыкнул он. — Раньше ты идиотом не был, думаю и сейчас таким не стал. С такими бабками ты не свинтишь отсюда раньше чем через год, а то и два. Значит, снова что-то задумал.

— Десятый ранг ускорения. Четвёртый маскировки. Призрак, — я ответил просто и лаконично.

Не тупой, сам все поймёт. И Бард понял. Глупая усмешка слезала с его лица постепенно, но очень заметно. Появился очень умный мужик, которым он собственно и был.

— Как?!, — просипел он, придя в себя.

Тут я его мог понять. Основную силу персонажа составляли первичные характеристики, получаемые за набранные уровни. А вот с навыками, подклассами и вторичными характеристиками все было куда сложнее. Их приходилось набивать нудным фармом и отточенными до идеальности монотонными упражнениями. При этом все эти характеристики взаимодействовали, повышая друг друга и в итоге на одном уровне у каждого игрока был свой класс, заточенный под стиль игры. Так как повезло мне, везло далеко не каждому. Точнее очень не многим.

Но сейчас все моё превосходство разбивалось об особенности данной системы. Все морфовские системы для развития требовали их же схемы. Самостоятельно апнуть их технологии мог только очень продвинутый крафтер. С парой-тройкой высших образований. Этот мир намного сложнее «Меча и Магии» и для крафта очень нужны реальные знания физики, химии и смежных с ними наук, вроде теоретической механики, сопромата и электротехники. Другой вариант только схемы морфов.

Сейчас я был пятидесяткой, но личный модуль по-прежнему оставался тридцать девятым, а оборудование на нем и того хуже. В тылу врага я просто не мог собрать сорок эргов на схему для следующего уровня корабля или на более дорогие обвесы. А деньги морфам не интересны.

— Ты сам понимаешь, что может натворить призрак с такими данными. Но мне нужно укомплектовать корабль. Две торпедных установки, малая и средняя. Плюс схема модуля выше сорока, плюс генераторы полей преломления на сорок плюс. Все это в минимуме стоит триста двадцать восемь эргов. Я уже проверял. На пять сотен я смогу взять ещё пару универсальных усилителей.

— Я должен подумать, — нахмурился Бард. — Сам понимаешь, что запрос не из простых.

— Бард, не юли, — тут уже нахмурился я. — Ты сам знаешь, как это можно обернуть в нашу пользу. Но не с нубским оборудованием. Сейчас я, наверное, самая имбовая боевая единица в системе. Но система Древних сама по себе уникальна и может выдать такие награды другим. Вопрос в том, кто успеет первым. Мы сейчас в полной заднице и ты это осознаешь лучше других лидеров станции. Если не купируем ситуацию сейчас, так и останемся в ней. Время играет против нас.

— А где гарантии, что ты меня не кинешь?, — нахмурился собеседник.

— Сидят позади тебя.

— Что?

— Каждый день — победа!

— А! Ясно!

Бард замолчал что-то обдумывая и я его не отвлекал. Сейчас все зависит от него. Рискнёт или нет?

— Юпитер, Пегас, подойдите!, — спустя пять минут поманил Бард Стражей.

Те сорвались с мест словно наскипидаренные. Они уже давно бросали взгляды в нашу сторону. Сила воли у Стражей есть, но и молодость скидывать со счетов не стоит. Вот и засиделись ребята. А хотели действий.

— Я знаю, кто вы, — тут же начал Бард. — Нужно ваше слово и порука за этого парня. Цена там суровая, так что советую подумать.

— Слово Стража, — Пегас едва дал договорить Барду. — Мы за этим парнем больше месяца следили. Уверен, он оправдает каждый медяк.

Юпитер захохотал в ответ на слова товарища.

— Бард, ты Пегаса слышал. Слово Стража!

— Как-то вы излишне быстро соглашаетесь, — нахмурился Бард. — Не разочаровывайте меня, парни. Даже среди вашей братии есть легкомысленные и наивные…

Перебил его хлопок ладони по столу. Юпитер очень быстро сменил маску весельчака на нечто новое. От него повеяло опасностью.

— Не смей так говорить о том, кто решился на Рагнарёк!, — Юпитер цедил слова сквозь зубы. — Не смей! Никогда!

Бард опешил и даже слегка сбледнул. Рагнарёк для Стражей отдельная тема. И пусть мой был виртуальным, но он был. А каждый, кто ушёл в последний бой, оставался в сердцах товарищей. Это было воспитано на уровне инстинктов. Даже зная, что ты воскреснешь в игре, такой ход всегда страшен. И даже в игре, Страж, идущий на такое, не сбросит ощущения. Он пойдёт до конца на сотне. И я пошёл. Ребята это оценили.

И сейчас Бард покусился на святое для очень опасных бойцов. На то, что делало Корпус монолитным и страшным для всех. Все мы разные. У нас разные мечты, ценности, устремления и желания. При этом  очень сложно оставаться едиными целым и идти в ногу. Государства используют различные схемы принуждения, давая своим гражданам гипотетического врага. Американцам был нужен Советский Союз, чтобы пугать своих граждан и заставлять сплотиться у звёздно-полосатого флага. Союзу так же нужен был враг в лице США. После развала Союза пугалом сделали Россию и Китай. Более мелкие страны боялись и ненавидели больших игроков. Это работало.

Но Стражи в свое время порвали этот шаблон. Они были верны друг другу. И своим традициям, которые возникли вместе с ними. И самым тайным местом у них были не шахты с ядерным оружием или военные базы. Самым тайным местом была Последняя тропа. Где это кладбище находится, знали только сами Стражи. Уже несколько лет похороны своих собратьев погибших в бою проходили дважды. Для родственников оставляли пустую могилу с личными вещами скорбящих и соратников, а само тело по разрешению родственников и личному завещанию Стража хоронили с братьями. У Последней тропы. И место захоронения знали только другие Стражи. И особой почестью хоронили тех, кто ушёл в Рагнарек.

Такие традиции рождались сами по себе и сплачивали разношёрстный коллектив в единое целое. И средств на поддержку этого не жалели. Стражи вполне себя окупали.

Для них… для нас это стало чем-то очень личным. И покушаться на это никто из Стражей не позволит.

— Хорошо! Я вас услышал, — надо отдать Барду должное — он быстро взял себя в руки и не струхнул. Пусть он куда выше нас по уровню, но заиметь врагов из Корпуса не захочет никто. Это прямой путь в Ад. Даже в игре.

Потому Бард постучал костяшками пальцев по столу, по очереди оглядывая нас и прикидывая варианты. Иметь Стражей в союзниках ему явно очень хотелось, но моя цена кусалась. Да и думаю, остальные не сильно от меня отстали, так что рано или поздно тоже захотят подняться. Они ведь тоже долгое время сидели на станции азиатов и должны были получить интерактивные квесты от ЦИ. И соответственно вкусные награды. А Бард быстро смекнул, что мы были в одной упряжке пусть и порознь. Но с другой стороны, если экипировать такую команду по полной программе, а потом ее использовать… это же грандиозные перспективы. Я уже молчу о всеобщей поддержке Стражей в игре. И Бард далеко не профан в этом деле. Он точно знает куда больше, чем должен знать обычный  гражданский. И пусть инкогнито гарантировано каждому игроку корпорацией, никто не отменяет человеческий фактор. И понять по косвенным мелочам факты о личности игрока не запретит никакой искин.

— Я подумаю, что можно сделать, — подвёл итог теневой лидер станции. — Завтра скажу, что можно сделать.

— Хорошо, — кивнул я.

— Ну что мужики? Гуляем?!, — хохотнул Юпитер, едва Бард скрылся за поворотом. — Не каждый день можно обмыть Рагнарек.

— Уймись, Юп, — осадил его Пегас. — Это конечно святое дело. Но в вирте Рагнарек совсем не то.

— Возможно, — пожал плечами Юпитер. — Но  это было. Был бой, где мы многое потеряли и знали, на что идём. И Рокот остался там. Но все это только плюсы. Мы показали всем, кого стоит бояться. Теперь покажем местным, что мы не коммунисты и не анархисты. Мы третья сила, с которой стоит считаться. Потому объявляю сабантуй открытым!

— Юп, ты…

— Я знаю! Поехали!

Что ни говори, а Стражи умеют гулять. Близость смерти и другие воспитательные техники оставляют свои отпечатки. Бросаясь на пулемётные точки с одним ножом, начинаешь ценить жизнь и приоритеты. И уже знакомство с девушкой в баре не кажется чем-то немыслимым. Это ведь просто девушка. Это просто опыт. Ну пошлёт тебя! Что в этом страшного?

К алкоголю тоже подход был неоднозначным. Сам по себе алкоголь неплохой анти-стресс, но не все знают меру. Для многих вовремя остановится большая проблема. Как говорят в народе: «сколько водки не бери, все равно два раза бегать». Вот  у них эта схема не работала. Опьянение должно быль лёгким, едва ощутимым, чтобы слегка расслабить нервы. Дальше вступала сила воли, которая в определённый момент говорила «хватит».

Потому в ближайшем забитом народом баре, мы взяли по паре пива и на этом возлияния закончились. Зато с интересом наблюдали за бойней, что тут творилась. А народ качался вовсю. Две почти враждующие или как минимум конкурирующие между собой группировки способствовали этому. Раз за разлом происходили стихийно возникшие драки между анархистами и коммунистами.

Юп и Пегас болели и даже делали ставки. Порой, как и многие,  кричали советы бойцам. И если большинство просто от балды советовали, то мои собутыльники точно знали толк в таких делах. Юп вообще оказался очень пронырливым парнем, и хоть девушек на базе было всего ничего, он сумел подсадить к нам троих. Вечеринка перешла в другую фазу и девчонки были довольны. Никто не пытался их сходу же облапить или утащить в тёмный угол. Все весело и непринуждённо.

Но вот в баре появилась пара альфа-самцов восьмидесятого уровня. Опытные боевики из клана, примкнувшие к Тайсону.  Они быстро взяли верх в боях. Едва кто-то с кем-то схлёстывался, один из них вызывал победителя на бой. Причём делали это настолько высокомерно и с презрением, что отказывать им не потеряв лица не могли. Но надо признать нубов они игнорировали, а тех кто был ниже уровнем пинали, давая фору. Точнее нож. Или два. В общем, эти два сокола чувствовали себя в этом баре самыми крутыми и уже спустя полчаса их начала тяготить именно наша компания.

Юп постоянно острил и девчонки заливались весёлым смехом. Это просто не могло не задеть столь суровые и мужественные умы. Как следствие возле нашего стола нарисовались две фигуры в очень грозных и величественных позах.

— Привет, девчонки, — с улыбкой заявил один. — Бросайте этих нубов и идите к нам.

— Да-да, девчонки!, — усмехнулся Юп. — Оцените какая перед вами гора мышц, какая величественная поза победителя по жизни. Правда то, что у них одна извилина на двоих заметно не сразу. Можете сходить проверить. Когда надоест их примитивный трёп в стиле  «Вася еда, Вася пиво, Вася секс», возвращайтесь. Но лучше ничего не будем менять.

— Юп, ты им льстишь, — поддакнул Пегас. — У анархистов одна извилина на всех и та у Тайсона. Остальные обычное мясо. Вроде этих шкафов.

Надо сказать ребята отыгрывали штурмовиков или заслонов и потому выглядели действительно внушительно. Все их статы качались в живучесть и огневую мощь, что так же отражалось на телах пилотов.

— Я  не понял, чо ты там вякнул, прыщ?, — тут же нахмурился один.

Юп картинно развёл руками.

— Вот видите! Фразу больше чем из четырёх слов они осилить не могут. Для этого нужно собрать их побольше. Каждый по четыре слова запомнит, потом посовещаются и даже смогут членораздельно ответить.

— Слышь, юморист. А ну тащи свой зад на центр. Я тебе его разорву на немецкий крест, — второй угрожающе навис над Юпитером облокотившись о стол и раскидав стоящие на нем бокалы.

— О господи. Они ещё и гомосексуалисты. Ребятки, зачем вам девушки? Вас же двое. Вот и идите и друг другу рассказывайте, у кого член толще. А мы люди мирные. Убогих издревле на Руси обижать не разрешалось.

Девчонки захихикали, предвкушая драку за их внимание. Это взбесило быков, но Юпитер все так же расслабленно сидел за столом, не собираясь выходить в круг. А в свете последних событий обе группировки постановили, что драки должны проходить только там и за нарушение строго карали. Все же Камрад и Тайсон понимали, что война и беспредел сильно помешают их бизнесу и ослабят влияние. Потому вне круга в центре бара не трогали никого. Даже вольных пилотов. Особенно вольных.

Это понимали все. Юпитер же был Стражем и махаться с этими ребятами просто не желал. Страж не должен бить тех, кто априори слабее. Это лишает его чести.

— Так я и думал, — презрительно хмыкнул штурмовик с много говорящим ником Задира. — Понабирают в игру ссыкунов из малолеток, что только базарить не по теме могут, а как до дела дойдёт, сразу к мамочке бегут. Трусы.

А вот это он зря. Обвинение Стража в трусости — самая большая глупость. Ухмылка Юпа стала очень весёлой и даже задорной.

— Ну раз ты настаиваешь, — хохотнул он. — Но бить я вас не буду. Для меня вы щенки ещё. Рамзес, раздай мальчикам причитающееся, за такие слова. Двоим сразу. Можешь даже разрешить с ножами драться.

Юп очень серьёзно на меня посмотрел. Вот жук. Но отступать некуда, да и не хотелось. Сидящая радом Илона-Змейка во всю со мной заигрывала, помогая избавиться от пустоты в сердце и ронять авторитет при ней не желал. Да судя по ее поведению, если я не затащу ее в койку, она затащит меня. Так что отдавать ее быкам, как минимум, глупо. В моем-то положении в реале.

Я медленно встал, расправил плечи, подмигнул Змейке. Девушка в ответ чмокнула воздух и засмеялась.

— Ребят, возьмите мне ещё пива. Я быстро, — обратился я к нашим, демонстративно игнорируя опешивших быков.

У них 83-ий и 85-ый уровни, на фоне которых мой полтинник смотрелся блекло.

— Ну что пошли, малыши, научу вас этикету, — это я уже к своим будущим противникам.

— Ты чо, глист, реально спятил?, — удивился один из них.

А вот второй подозрительно сощурился. Чувствует подвох.

Я вышел в центр круга посреди бара. Народ вокруг притих, уже давно наблюдая за нами. Зрелище обещало быть интересным. Я не особо переживал. Они конечно куда выше меня по уровню и статам, но в рукопашке даже мне не ровня. Так, спортсмены-любители. А если учесть моё ускорение, то у них вообще нет шансов.

Быки неуверенно вышли туда же поглядывая друг на друга. Вот сейчас они рвали шаблон. Я думал, они продолжат насмехаться и раздувать щеки, но, похоже, извилин у них было больше, чем предположил Юпитер. Почуяв подвох, ребята были предельно осторожны.

— Зубочистки брать будете?, — улыбнулся я, когда оба пересекли нарисованную мелом линию круга.

— И так тебя уработаем!, — процедил второй с ником Талисман.

Оба стали расходиться в разные стороны. Я снова ошибся в их извилинах. Думал, они посчитают позором атаковать вдвоём и ещё разыграют сценку в стиле «кому же мня убивать». Например, «камень, ножницы, бумага» или ещё что-то в этом роде должны были решить мою судьбу. Но нет. Ребята поняли, что за моей уверенностью нет бравады,  но есть что-то, что даёт мне эту уверенность. А вот брать ножи не захотели. Уже и без того сильно потеряли в авторитете и по глазам видно, что жалеют о том, что зацепили нас.

В атаку пошли грамотно, но глупо. Один, думая, что делает это незаметно,  подал второму знак кивком. Тот тут же метнулся ко мне желая подсечь ноги в подкате. Второй с небольшой задержкой  атаковал поверху, метя в голову и корпус.

Ускорение. Уход в сторону. Носок ноги вгоняю в горло того, что скользит по полу и тут же удар ребром ладони в горло пролетающего мимо противника. Два удара стопой в лицо уже лежащего в оглушении бойца. Сдвоенный урон от ноги и удара затылком о стальной пол сносят ему две трети здоровья. Завершающий удар в висок. Все.

Второй в это время только успел развернуться и попытался меня схватить за горло, чтобы удержать перед собой. Сообразил что моя сила в скорости и мобильности. Нырок, удар стопой под колено опорной ноги, заход за спину. Одна рука на подбородок, другая на затылок. Резкий рывок. Крит. Бой окончен. То, что у него ещё половина здоровья уже ничего не решает. Дебаф сломанной шеи дарит паралич на три часа. А пинать уже неходячего нет ни смысла, ни чести.

Выйдя из ускорения, попал в тишину бара. Народ изумлённо молчал. Они похоже даже не поняли что произошло. Все же кино развращает наши умы. Все драки в барах больше похожи на шоу. Выпрыжки, блоки, танцы. Так можно минут десять наслаждаться боем. Настоящие же бои профессионалов идут считаные секунды. До первой ошибки одного из противников. Если открылся или не угадал рисунок движений врага — ты труп. Второго шанса он тебе не даст. Человеческое тело имеет десятки слабых мест  правильный удар в которые фатален.

Вот и мой бой длился едва десять секунд. Жаль, что они не взяли ножи. Так бы было ещё быстрее. Они бы сами себя ими порезали.

— А ты суров, — хохотнул Юп, когда я вернулся за столик.

— Юп, ты не прав, — ответил я. — Свою честь вы должны были отстаивать сами. Я не один из вас.

Ребята заржали, чем вызвали недоумение девчонок, что кинулись меня поздравлять. Поцелуев мне досталось много, что несколько смутило.

— Рамзес, мы — это не значок и название. Это стиль жизни и кодекс. Человек, который ему следует — всегда один из нас, даже если его имени нет в списке. Так что ты уже давно принят.

— Все равно ты схитрил, — нахмурился я. — Ты знал про моё ускорение и то, что у этих ребят нет шансов.

На душе скреблись кошки и настроение стремительно уходило в минус. И не только у меня. Ребята тоже резко изменились. Всю весёлость с их лиц сдуло в одно мгновение.

— То есть ты считаешь, что я разобрался с ними твоими руками?, — голос Юпитера стал очень ровным и спокойным. — Сколько откат у твоего ускорения?

— Сто минут. Но у меня десятый ранг, а это сто секунд и сто процентов к реакции, — хмуро ответил я, скрестив с ним взгляды. — У меня ещё осталось 85 процентов времени.

— Отлично. Пошли, — бросил он.

Юпитер не глядя на меня поднялся и пошёл в центр круга. Тела быков уже оттащили в сторону, где отлёживались все жертвы барных разборок. Умереть тут нельзя, но при единице здоровья и бодрости все это восполняется довольно долго. Чтобы начать шевелиться, нужно пролежать с полчаса, как минимум.

Я пожал плечами и пошёл следом. Спарринг так спарринг. Потому я тоже смело вошёл в круг.

Моё ускорение забавная штука. Скорость реакции любого существа зависит не только от работы мозга, но и от длинны трафика электрических сигналов, идущих от мозга к конечностям. Потому все важные органы чувств расположены вблизи мозга. Глаза, уши, нос, язык. Все это сокращает время реакции на раздражители и повышает шансы выживания в дикой природе. И потому скорость реакции мелких животных или даже насекомых в разы выше человеческой. Не потому что их нервная система более развита, а потому что путь от команды мозга до отклика занимает меньше времени. Это наносекунды,  но поймать муху рукой может только тренированный  боец, да и то с расчётом упреждения ее полёта.

В игре же не требовалось отклика рук или ног на сигналы мозга. Весь обмен происходил  между нейроизлучателями  и считывающими датчиками. Более того, сознание игрока было искусственно замедленно процентов на двадцать. Это позволяло мозгу спать во время игры и давало фору оборудованию на обработку и синхронизацию сигналов  различных игроков, которые порой находились на другом конце планеты.

Но чтобы человек не привыкал к новой координации в игре создавалась искусственная задержка импульсов, имитирующая нормальных ход вещей. Каждый ранг ускорения давал мне десять секунд самого ускорения и десять процентов к скорости реакции. В итоге я реагировал на раздражители вдвое быстрее, чем обычный человек. Однако законы физики никто не отменял, потому двигаться как Флэш, я не смогу. Удар кулака в ускорении конечно несколько выше, чем в обычном состоянии, но точно не вдвое. Как и движение тела вниз при прыжке. Потому в бою на ускорении очень важно всегда иметь твёрдую почву под ногами. Взлетев над полом, теряешь все свое преимущество.

Юп явно считал себя более грозным бойцом. Потому я отнёсся к бою со всей осторожностью. Заметив, что начинается новая эпическая драка со мной, народ загалдел и плотно обступил круг. Никто не хотел упускать такое развлечение.

Обмениваться оскорблениями мы естественно не стали. Просто с минуту стояли друг напротив друга, скрестив взгляды. Я осторожно двинулся вперёд держа ускорение под рукой, если так можно назвать мысленный интерфейс. Три метра. Два. Пора. Ускорение.

Что произошло дальше, я не понял. И было у меня время подумать, лёжа в сторонке с кучей таких же неудачников. Но я откровенно терялся в догадках. Как как он смог уйти?!

Атаковал я осторожно и по трём уровням. Удар стопой  в колено, локтём в горло, толчок всем корпусом. Все мимо. Миллиметры, но он уходит. Подсечка удар, в солнышко. Снова мимо. Тройка в голову, плюс ногой по коленям. Снова в молоко. Ещё несколько комбинаций и все в холостую. И едва закончилось ускорение, я ощутил всю гамму боли. Удар в челюсть снизу раздваивает зрение, раздробленное колено, сломанная в двух местах рука и последним аккордом хруст собственного позвоночника в районе шеи.

Дальше меня тащат в отстойник. Финал. Хорошо, что тут же сам Юпитер вколол мне пару стимуляторов и регенераторов. Иначе лежать бы мне тут три часа.

К столу я подходил с улыбкой и светом в душе. Плевать на боль. Юп действительно сильнее меня и мог уработать тех парней  в два счета. А значит все хорошо и никто не поступался честью. Это подняло градус моего настроения до небес.

— Очнулся горемыка?, — Заржал Пегас, когда я, ковыляя, упал за стол. Змейка тут же обняла меня и показала язык Юпу.

— Ага. — Вымученно улыбнулся я. — Извини, Юпитер. Был не прав.

— Бывает. — Отмахнулся тот. — Но по тебе видно, что все ещё не наш. Глупо так думать.

— Мальчики, вы психи. — Подытожила Мальвина, которая уже во всю зажималась с Пегасом. — Кто вы такие?

— А ты догадайся. — Хмыкнул я, пригубив бокал.

Та поморщила носик. Мол, вот ещё! Вообще в НРЗИ как и в «пикнике» с девчонками совсем беда. Многих умных, но страшненьких девчонок отпугивает ограничение редактора персонажа. Все такие идут в мир меча и магии. А нам достаются вот такие вот симпатичные и ветреные дурочки, что очень любят крутить мужиками. Дефицит девушек в игре позволяет им быть королевами любого бала. Но ждать от них чего-то умного не приходится. Нет, конечно, есть и другие. Те, кто помешан на технике и космосе. Те, кто любит скорость и азарт боя. Те, кто хочет служить в армии. Но их очень мало и встретить такую не просто.

— Что серьёзно?!, — Голос подала Хель. Пассия Юпитера.

— Что серьёзно?, — Переспросила Змейка и тут же укусила меня за ухо.

— Они Стражи!, — Выдала свое мнение Хель.

Черт! Да она же гетера. В мирах игры где девушек не хватает появился и такой вид услуг. Виртуальная шлюха-спутница. От своих товарок она отличалась лишь острым умом и сообразительностью. Но, как и любые наёмники, они зачастую работали двойными, а то и тройными постельными агентами. А мужики перед голой девушкой резко сбавляют в интеллекте. За это гетеры получили второе прозвище. Гадюки.

Я глянул на Юпитера, но тот успокоительно дрогнул веками. Значит, уже давно все понял. И все контролирует. Мы хоть и не произносили при девчонках вслух слово Стражи, но и по косвенным фактам понять это легко.

— Что?!, — Змейка округлила глаза. — Серьёзно?

Но я уже не обращал на ее щебетание внимания.

— И все же, Юп, как ты это сделал?, — Задал я скребущий душу вопрос.

— А ты ещё не понял?, — Удивился Пегас. — Я думал, ты тоже интуитив.

— Не интуитив, а боевой аналитик. — Отрезал Юпитер.

— Кто?, — В свою очередь опешил я.

— Странно. — Хмыкнул Пегас. — Рокот, будет недоволен.

— Я ничего не понял. Можно чуть подробнее?, — Спросил я.

— Ага. — Поддакнула Змейка. — Ребят, вы странные.

— Мы думали, ты тоже владеешь боевым анализом. — Нахмурился Пегас. — По твоим действиям на станции азиатов выходило, что этот навык есть. Рокот был в бешенстве, когда ты начинал чудить.

— Что я чудил?, — Не понял я. — Точнее я чудил там постоянно, но о вас до последних дней не знал.

Сейчас пошла тонкая игра. Если остальные поняли что среди нас гадюка и все же выдали все свои козыри пусть и постепенно, значит, они чего-то добиваются. Хель играет за анархистов, но у гадюк лишь один хозяин — она сама. Потому если я спрошу не то, мне либо расскажут басню, либо ту правду, которую нужно услышать гадюке.

— Ты трижды нанёс серьёзные увечья Рокоту, который тебя постоянно прикрывал. А он мастер маскировки и проникновения. Откровенно говоря, он хочет твоей смерти. — Заржал Пегас. -  Мы считали, что ты делал это на интуиции.

— Когда?

— Первый раз, когда ты устроил стрельбу из бортовых орудий, едва прорвался на станцию. Второй раз с заминированной крысой. Третий, когда он следил за тобой во время твоего взлома радиорубки. Он подорвался вместе с бегущими по тревоге дронами. Теперь у него к тебе много счетов. — Ухмыльнулся Юп.

— Но ты так и не рассказал про боевую аналитику. — Переспросил я, искоса поглядывая на кажущуюся расслабленной, Хель.

— Тут все достаточно просто. — Вместо Юпитера ответил Пегас. — Все бортовые системы в космическом бою работают с упреждением. Скорости и расстояния позволяют достаточно уверенно поражать цели только лазерами. У остальных огневых систем скорость куда ниже световой. Потому и развивается аналитика. Но если правильно совместить ее с другими навыками, подклассами, раскачкой персонажа и корабля, то можно стать интуитивом. Человеком, которому сама система будет давать подсказки. Она будет анализировать класс корабля противника, его обвесы, манёвры и в определённой форме, на грани ощущений выдавать варианты будущего. Это выглядит, как будто справа от тебя резко появились несколько горячих предметов. Чем жарче волна воздуха, тем выше вероятность попадания именно в этом направлении.

В рукопашном бою нужны чуть другие навыки, плюс, естественно, реальные навыки бойца, но это тоже работает. Как в реале это происходит у нас? Ты оттачиваешь серии, комбинации и учишься читать их на противнике по движению тела, стойке, взгляду и прочим мелочам. Причём делаешь это на подсознательном, а не сознательном уровне. Тогда скорость обработки информации и реакция на действия противника куда выше. Тут же уже система сама подсказывает Юпитеру, как ты будешь бить в следующую секунду. Она на самом деле считывает твои мозговые импульсы и подкидывает их интуитиву, но по теории игры это просто анализ положения тела и прочих деталей. В итоге он начинает реагировать раньше чем ты начинаешь действовать. Тут правда мало просто прокачать нужные статы и навыки. Ещё нужно синхронизировать подсознание и работу с системой, а так же иметь широкую базу приёмов для правильного ответа на твой ход. А Юп очень хороший боец потому даже твоё ускорение ему не помеха.

Я немного завис прокачивая полученную информацию.

— И ты так можешь?, — Спросил я, выйдя из ступора.

— Не настолько круто, но, да. Могу. У меня просто основная раскачка в крафт, но и тут боевая аналитика очень к месту. При включённых навыках интуитива куда проще разобрать или собрать сложный предмет. Система и здесь поможет сузив варианты провальных решений.

— Обалдеть!, — Все, что смог выдавить я.

Я то думал, что моё ускорение имбовая фича, а оказалось что я зелёный нуб и ничего не знаю об игре.

— Мальчики, а может хватит этих ваших сверх разумных разговоров?, —  Протянула Мальвина  положив голову на плечо Пегасу. — Вы же в компании с нами. А сами снова норовите убежать к своим кораблям и боям. Пойдёмте лучше потанцуем.

— Малышка нам тут потанцевать не дадут. — Ласково потрепал ее по синим волосам Пегас.

— Тогда мы можем поискать место тише и потемнее. — Промурлыкала та с огромным намёком.

В общем вечер удался. Мы спустились ближе ко дну. Бары там были похуже и захламлены, но это не помешало нашему веселью. Вопрос с музыкой тоже быстро решили. Я мотнулся со Змейкой в район боксов из забрал из корабля свою розовую пушистую хрень. Мы слегка задержались, потому как Змейка едва вошла в мой модуль в самой агрессивной форме выразила желание лишить меня девственности. Учитывая, что она творила в транспортной капсуле дожимать ей меня не пришлось. И хоть она была девушкой явно не моего типажа для серьёзных отношений, я все же был ей благодарен за это. Комок в душе постепенно таял.

Попсовый репертуар музыкальной подушки для нас был несколько легкомыслен, но девушки оценили. И репертуар, и нашу находчивость. Пока я бегал за музыкой Пегас сумел сотворить буквально из ничего несколько десятков свечей и пару неплохих лёгких блюд. А Юп непонятно где достал по алой розе каждой из девчонок. Дальше вечер протекал в тихой и достаточно романтичной обстановке.

И судя по тому, что утром я проснулся в модуле не сам, мы обзавелись боевыми подругами. Убегать по своим делам Змейка не собиралась, как обычно поступали все девчонки в НРЗИ, снимавшие парней на одну ночь. И похоже уже примерялась к моему модулю женским хозяйским глазом.

Ладно. Разберёмся. Пришёл новый день и пора новых свершений.

Змейка меня бросила. Ну как бросила, скорее просто сбежала. На время. Но с такими девушками в этом нельзя быть уверенным. Утро началось просто замечательно. Сначала секс, потом завтрак в ближайшем баре. Мы в целом неплохо провели время, хотя она мне и показалась поверхностной и достаточно легкомысленной. Весь ее щебет состоял из сплетен и слухов. Кто с кем подрался и почему, кто что прикупил у морфов и как это круто выглядит.

Сама Змейка состояла в группировке анархистов как и ее подруги, но по сути ей было абсолютно плевать на их идеологию и политику. Она выполняла указания одного частного лица, отправляя отчёты в письменном виде едва ли не каждый день. Что видела, что слышала и с кем была. Своей работой она даже гордилась, потому как в реале  родители считали ее, мягко говоря, пустоголовой. А так у неё  было занято время в реале, в котором она подробно описывала свои приключения.

Возможно ее заказчик уже раз десять пожалел о своём выборе агента. Но деньги платил исправно, а если у него были неплохие аналитики, то даже из ее трёпа можно было выудить тонны полезной  информации. Змейка просто своим поведением и манерой общения сразу же выпадала из когорты опасных игроков. Маленький наивный чертёнок.

Вот только это же поведение позволяло ей просочиться в любую щель, да и банальное женское любопытство заставляло ее запоминать тысячи мелких деталей, которые не всегда заметит даже опытный игрок в покер. Нюансы моего настроения она уже чувствовала к утру и очень бурно реагировала. И очень правильно, кстати. Едва я в баре заскучал от ее говора, она это уловила, и все снова закончилось сексом.

Потом девушка некоторое время ходила со мной по станции, заглядывая во все углы. Когда же я засел на одном из завалов и стал методично его разбирать на слитки, а во время отдыха пытался отремонтировать близлежащие приборные панели и прочую инфраструктуру станции, откровенно заскучала. Сначала даже пробовала помогать, но и это ей быстро наскучило.

В итоге она чмокнула меня в губы и убежала. Куда, не понятно. Как и то, вернётся ли. Я ей вроде понравился, да иметь ручного Стража ей льстило. Не помогало даже моё объяснение, что я кадет, да и то бывший. Она все время называла меня «мой стражик». Но такие девушки ветрены и уже вечером у неё может появится «мой пиратик», «мой бандитик» или «мой пилотик».

Я мысленно пожал плечами. Помогает забыть Джинн и ладно. Уйдёт, тоже не беда. На самом деле рядом с Джинн она и рядом не стояла. У той был природный шарм и очарование, да и мозгами она была не обделена. Я тут же мысленно отогнал образ забавно моргающей девушки. Снова кольнуло в животе. Нет. Все кончено. Теперь мы точно по разные стороны баррикад.

Сейчас мне нужно сосредоточиться на сборе ресурсов. То, что Бард мне выдаст кредит, я не сомневался. Иначе бы он сразу отказал. Гарантии у него теперь есть и мне это кредит придётся отрабатывать долго и с огромными процентами. Этот парень своего не упустит и сдерёт с меня три шкуры. И не только деньгами или эргами. Но и моральными обязательствами. Долг и Честь для стража священны.

Моя ласточка под завязку набита лутом с азиатской базы, есть там и пара тонн различных металлов. Но система бедна на астероиды и вскоре за каждую кучу хлама на станции начнётся бойня. А если Бард возьмёт меня в оборот, то будет уже не до обычного шахтёрского дела. Придётся воевать и по крупному. Потому, чем больше я сейчас соберу, тем меньше геморроя будет потом.

Уже после третей ходки к боксу с моим модулем, где я отгружал добычу меня поймала знакомая, но позабытая парочка. Хабиб и Клёст.

— Вах, каво я выжу!, — Полез обниматься Хабиб  и тут же наткнулся на дуло лазергана.

— Свали нахрен, придурок!, — Жёстко выплюнул я. — Иначе оторву голову.

Больше эти кретины меня не пугали. Я не один. Со мной братья по оружию. Да и сам я чего-то стою. Терпеть ужимки и приколы этих людей я больше не намеревался. Даже если придётся сесть в карцер морфов.

— Спокойно, ковбой!, — Примирительно поднял ладони Клест. — Мы пришли с миром.

— Ну ты ваще псих!, — Уже человеческим языком сказал Хабиб и двумя пальцами отвёл ствол от своего подбородка.

— Что надо?

— Тайсон хочет тебя видеть.

— Пусть дальше хочет. Это не моя проблема.

— Рамзес, не быкуй. Это вежливое приглашение. Мы конечно не в самых лучших отношениях с тобой, но можно сказать знакомцы. Потому нас и отрядили парламентёрами. Других ты бы послал ещё раньше. — Ровным голосом ответил Клёст. — Ты сам понимаешь, что этот разговор должен состоятся.

Ровным, но что-то было в нем новое. Нет, не страх. Скорее нотки уважения.

— Хорошо. — Я несколько секунд буравил их взглядом и заметил что они едва заметно стушевались. — Пошли.

Лагерь анархистов располагался все там же. На верхних этажах вип-зоны гранича с базой коммунистов. Я тут в прошлый раз так и не побывал, но, судя по всему, с тех пор он значительно расширился и спустился на пару палуб низ. Людей стало больше и, по словам Барда, но пока соблюдалось шаткое равновесие и никто не мог безболезненно задавить другую группировку.

Пока шли, я не вертел головой и не дёргался, но запоминал повороты, количество шагов и расположение блокпостов. Транспортные капсулы на базе были заглушены, потому идти приходилось ногами,  а уходить, в случае неприятностей, придётся так же. Погибать от рук анархистов не хотелось. Я должен им показать, что связываться со мной себе дороже.

Тайсон занимал самый шикарный люкс этой части зоны. И он оказался орком. В НРЗИ присутствовали все фентезейные расы и по легенде были просто инопланетянами. Правда, выбирали их очень редко. Публика в этой игре подобралась специфическая и не склонная к такому.

Я оценил комплекцию и самого Тайсона и понял почему он выбрал орка. Видимо он действительно был фанатом боксёра. Ограничения редактора не позволяли широкого спектра изменений, а вот орки изначально выглядели как негры, только с камуфляжной окраской на спине, тыльной стороне рук, ног и затылка. Ну и клыки на нижней челюсти.

Голый торс, несколько татуировок на груди и руках, приплюснутый нос. Черт! Да они тут все со сдвигом. Один русский изображает горца, а другой — негра. Странно, что они вообще не пошли в МММ.

Сам Тайсон восседал на шикарном кожаном диване и обнимал сразу пару девчонок. По остальному номеру тоже сидели бойцы. Кто потягивал пиво, кто курил, кто в карты резался. В общем обстановка как во второсортном американском боевике. Охрана расставлена не то чтобы бездарно, но можно и лучше. Я нашёл стразу три вектора отхода, при уходе по которым половина боевиков вынуждена будет стрелять по своим.

— Присаживайся. — Тайсон жестом руки указал на такой же диван напротив.

Я хмыкнул, но сел.

— Чем обязан, дон Тайсон?, — Не удержался я от колкости.

Тот в ответ заржал, без обиды.

— Я хочу, что бы ты работал на меня. — Смех лидера анархистов резко оборвался, а взгляд стал холодным и колючим, сам он подался корпусом вперёд. Дешёвый приём.

— Ты же знаешь, что этого не будет. — Равнодушно ответил я. — Неужели ты думал, что это сработает?

— Попробовать стоило. — Тайсон ухмыльнулся и спокойно откинулся на спинку дивана. — Неужели тебе эти комми больше по душе? Я слышал у вас там были тёрки и эти бакланы к тебе пару предъяв имеют.

— Пусть имеют. — Я пожал плечами. — Только не понятно, откуда такой интерес к моей скромной персоне?

— Скромные персоны не избивают моих боевиков, один к двум, да ещё так быстро. — Тайсон прищурился. — Мы тебя искали. Долго. Но на станции тебя не было. И тут ты возвращаешься, превратившись из гадкого утёнка в сильного кречета. Это наводит на размышления. Не находишь? Два боя подряд в ускорении это очень высокий ранг.

— И что?, — Почти правдоподобно удивился я. — Летал, то там, то сям. Качался.

— Ну да. — Орк хмыкнул. — Вот я очень хочу знать, где эти там и сям. Моим людям тоже нужен столь быстрый кач.

Я невольно заржал, чем слегка озадачил и возможно задел Тайсона. Он все же лидер и терпеть замашки нуба, значит терять лицо. Его бойцы тоже напряглись, готовые порвать  меня в клочья.

— Извини, Тайсон. — Попытался я унять смех, впрочем без особого успеха. — Это не попытка тебя оскорбить. Просто, я как раз качался на тех, кого всякими «Там Сямами» зовут.

— Азиаты?!, — Тайсон снова подался вперёд. — Но как?! Оборона станций непроходима такими силами. Флот прикрытия для заброски десанта должен состоять минимум и пяти тысяч вымпелов. И гарантии прохода одного игрока там чуть больше трёх процентов. Топового игрока!

— Троянский конь. Они угнали нашу болванку вместе со мной. Я проехал зайцем. А там уже развернулся вовсю ширь русской души. — Улыбнулся я.

— Мне нужна информация. Вся. Я заплачу. Хорошо заплачу. — Тайсон буквально вбивал слова в меня.

И был искус. Он действительно куда платёжеспособнее Барда. Один миг и я богат, и на коне. Но тоже только миг. Информация у меня была и много. Я постоянно собирал ее. Группировки, карты, слабые места, сильные игроки, их уровни, классы, уровень боеспособности станции, имена игроков и названия кланов. Все это очень ценно для аналитиков. Пусть ситуация постоянно меняется, но большие массы имеют большую инерцию и,  имея такую болванку, хороший аналитик снизит вариативность возможных реакций на порядки. Эта информация сейчас стоит очень дорого.

Но есть и проблема. Отдав ее Тайсону, я значительно его усилю. Если он раскидает инфу по частям кураторам его бойцов, а первую часть и тем, кого подгрёб под себя Камрад, то начнётся повальное бегство людей из коммунистов в анархисты. Там в верхах сидят совсем другие люди и им плевать на местную тусовку и местных баронов. Им нужен результат. Кто его даёт, тот и в фаворе. Им важно знать, когда можно вводить свои флоты в эту систему и сорвать главный куш. Все остальное чепуха, нужная лишь Тайсону и Камраду. Для получения профита с крышевания агентов.

Народная мудрость гласит, что две головы лучше, чем одна. Но это не касается армейских подразделений, где дисциплина скорость принятия решений и чёткость действий — залог выживаемости и минимизации потерь. Проблема в том, что  мне не нравились обе головы на нашей станции. Оба лидера, прикрываясь нуждами русского сектора, просто гребли бабло. Отруби одну  и ничего не изменится. Просто вторая пасть будет жрать вдвое больше. А скорее всего и на порядок больше, потому как исчезнет ограничивающий фактор. В итоге статус-кво на станции служит порядку.

Но так оставлять тоже нельзя. Есть ещё малочисленные вольные пилоты из неопределившихся и Бард. Он тоже тот ещё жук, но близость к вопросам Стражей, говорит о том, что хоть в какие-то моменты, он может думать не только о своей мошне. Иначе бы он не рискнул с нами общаться. Чревато. И вот как лидер будущей армады ру-кластера он подходил. Сами Стражи служат, а не управляют. Они всегда за спиной политика, который просто вынужден ограничивать себя во многих вопросах, иначе те, кто его поддерживают, станут врагами. В один миг.

И вознести Барда на вершину пирамиды проще всего играя на враждебности двух сторон чем, пытаясь разбить монолитный, пусть и разношёрстный, строй анархистов. Или коммунистов.

И тут у меня в голове все сложилось. И Хель с подружками. И быки, вызывающие нас на бой. Я не совсем понимал игру Юпитера и Пегаса,  но все это было разыграно как обмен любезностями перед деловой встречей двух, не слишком любящих друг друга, партий. И почему тут оказался я, тоже есть мысли.

— Ничего не будет, Тайсон!, — Я поднялся с дивана и тут же вскочили остальные бойцы анархистов. Да они мня бояться!

— Почему?, — Орк остался сидеть, даже не дрогнув лицом.

— Ты сам знаешь. Придёт время и ты получишь всю нужную информацию для защиты наших людей. Бесплатно. Но не как генерал армии. Командовать парадом будут те, кто первыми пойдут в бой. И это будет наш бой.

— Ты не один из них. — Усмехнулся Тайсон, стараясь меня поддеть.

— Ошибаешься!, — Сузил глаза. — Мы, это не список имён. Это люди, идущие по пути и чтящие кодекс. Ты — не мы. Ты боишься стать нами. Вот и вся разница.

— Я! Ничего! Не боюсь!, — Зарычал Тайсон, вскакивая с дивана и расшвыривая своих шлюх. — Ты, щенок, не знаешь с кем связался! Я…

Тайсон замер, наткнувшись на мой взгляд. Где-то внутри я даже опешил. Он явно взрослый мужик, а я всего лишь восемнадцатилетний пацан. Но это где-то внутри. Сейчас я смотрел на него иначе. Не зло. Не угрожающе.

— Я убью всех, до кого дотянусь здесь, едва мне нанесут урон. Я приду завтра и убью всех до кого дотянусь. Через неделю нас будет трое, через месяц десяток. И мы будем приходить и умирать. Умирать на ваших трупах. Слово Стража!

Внутри все бушевало, но голос был ровным и холодным. Держи себя в руках! Воля! Долг! Честь! Слово!

— Опустить оружие!, — Рявкнул Тайсон своим людям, что держали меня на мушке. — Пусть проваливает.

Меня естественно вели, но не провожали. Покидал логово анархистов я в гордом одиночестве, но никто ничего не кричал в спину, а часовые на кустарных блокпостах молча расступались.

Только отойдя в сторону и спустившись на пару уровней, я сполз спиной по стене и смог выдохнуть.

— И как все прошло?, — Как чёртик из табакерки выскочил Юпитер.

— Нормально. — Устало выдохнул я. — Мог бы и предупредить, что вы тут в свои игры играете, а я даже не знаю правил.

— Зачем?, — Натурально удивился тот. — Вдруг бы ты выбрал лёгкий путь? Такие испытания часть нашей сущности. Отпустить казнокрада, убийцу и преступника ради  крох с его стола или сделать  то, что должно. Уйти в бой, атакуя РСЗО противника без шансов вернуться или позволить им расстрелять весь БК по гипотетически опасным районам, полным гражданских. Вся наша жизнь это выбор. Путь Стража или путь обывателя. Каждый день. Каждую минуту. И выбор этот делает сам Страж.

— Ты же знал что Хель гадюка.

— И что?, — Удивился Юп.

— Тогда зачем? Ты ее убил?

— Убил?! Ты псих?

— Я не понимаю.

— Рамзес, Стражи не боевики спецназа. Таких и  без нас хватает. В случае войны на выживание, как было во времена Великой Отечественной, мы не ринемся в бой в первых рядах. Наоборот. Все Стражи уйдут в подполье. Мы катализатор, вокруг которого образуется сопротивление. На нас куда больше, чем просто бить и стрелять. Мы должны воспитывать и исправлять. Мы должны быть примером.

— Но они же предатели. Они из группировки Тайсона. Ты это знал. Это многоходовая комбинация? Тогда почему я не знал деталей? Почему я шёл вслепую? Вы бросили меня.

— Очнись, Рамзес. — Улыбнулся Юп. — Ты сошёл с тропы. Разве твоя Змейка тебе враг? Она укусила тебя ночью не туда?

— Ты понял, о чем я. — Насупился я. — Она враг. Она глупа и потому подконтрольна Хель. Как и Мальвина. Они обе лишь инструмент в более умных руках.

— Тут ты прав. — Согласился Юпитер. — Но что это меняет?

— Все?, — Откликнулся я. — Это все меняет.

— Отнюдь. Ничего!

— Как так?

— Тебе нравится Змейка?

— Не знаю. Было весело вместе с вами, но она какая-то …, — Я сделал неопределённый жест рукой.

— Тупая? Убогая? Недостойная такого сурового и бравого парня, как ты?, — Юп говорил слова, которые должны были звучать издевательски. Но слишком серьёзно. Так что я даже замер, чувствуя кожей подвох.

— Так?!, — Надавил он в следующую секунду. — Но член-то ты в неё всунул? А теперь что? Прости-прощай? Ты для меня слишком хороша? Я не стою тебя? И прочая хрень?

Ребята улыбались. Но улыбались очень нехорошо. Не зло. Скорее с жалостью.

— Что мне делать?, — Беспомощно оглянулся я. — Я не понимаю парни. Где я сошёл с пути?

— Юп, тормози!, — Подсел ко мне Пегас. — Мы сами его валим.

— Послушай, Рамзес. — Уже ко мне обратился он. — Все не так просто. Быть Стражем это не просто быть боевиком правительства и ненавидеть всех кто по другую сторону границы, неважно на земле она начерчена или буквами в документе. Мы нечто большее. Наш путь идёт и в обычной жизни. Это нечто очень похожее на религию, но с другими установками. Которые принял…

Тут Пегас замолчал и выжидательно уставился на меня.

— Президент? Так это все…, — Я замолк, видя глаза своих соратников. Я точно не угадал. Но тогда кто? Кто…

— Раздолбай!, — Вдруг выдохнул я. — Но как? Зачем? А…

Молчание друзей заставило замолкнуть и меня. Кто может предсказать, что думает Великий Раздолбай и зачем делает, что делает? Кроме него. Но неужели помимо «дриммира» он создал и Корпус Стражей? И снова вопросы.

— У нас нет ответов, Рамзес!, — Покачал головой Юпитер. — Ни у кого их нет. Но этот путь нам нравится. Сейчас вопрос, ты с нами или нет?

— Да!, — Не колеблясь, ответил я. Это действительно похоже на религию. И возможно мы фанатики. Но, черт возьми, мне это нравится.

— Тогда запомни. Страж это не только воин. Мы пример. Нельзя воспользоваться девушкой и сбежать, потому что у неё красивое тело, но она тупа. Это вызов. И это работа. Она не знает правил этикета или физики? Научи. Она не видит красоту классической симфонии, а тащится от глупой Тити Секси Сью? Покажи ей свой мир.

Не навяжи. Не заставь. Просто подай это так, чтобы она захотела это любить. И сам послушай ее. Ее мир. Постарайся понять ее. Мы в ответе за тех, кого приручили.

— Значит Хель ты…

— Да. — Кивнул Юпитер. — Она враг. Сейчас. И это мой вызов. Я его принял. Кем бы она не была, я буду бороться до последнего. Пока она не станет одной из нас. Или очень похожей на нас.

— Я понял!, — Я вдруг осознал себя ублюдком. Ведь все что я хотел от Змейки это забыть с ней Джинн. А значит, я банально ее использовал. И пусть она по-своему использовала меня, что это меняет? Нужно держать планку. Человек не станет лаять на дворового пса, только потому, что тот на него лает. Только придурок станет раком и будет рычать в ответ.

И, похоже, я очень близок от этого придурка.

— Ладно. — Оборвал меня Юпитер. — Нам ещё нужно отработать слаженность действий на кораблях. Я так понимаю, ты все уровни поднял в пехоте? А навыки пилота нулевые?

— Да, почти. — Смутился я.

— Тогда в ангар. Берём модули и в бой. С девчонками разберёмся позднее. Поверь. Враги на кораблях,  куда слабее этих бестий.

— Ребят, мне нужно дождаться Барда. У меня модуль тридцать девятого уровня и нубские огневые системы на седьмой уровень.

— Тогда да. Подождём.

Бард вышел на связь только через час. И притащил в ремонтный ангар пару нубов. Они должны были передать мне эрги на новый чертёж модуля. Передавать остальное было проблемой, потому договорились, что я буду выбирать нужное, а Бард покупать.

Ещё три часа ушло на то, чтобы я смог перекодировать эрги. Затем мы все дружно определялись с тем, что лучше всего брать. Бард не мог выдать кредит сразу же, потому ограничились усиленной климатсистемой, что отвечала и за гравикомпенсаторы. Чем сильнее угловые повороты, тем больше перегрузки. Моё ускорение позволяет мне маневрировать на порядок лучше других, но все это ограничивается мощностью компенсаторов.

Силовые поля и поля натяжения пришлось сменить на поля преломления. Теперь я «призрак» и моя стихия подкрасться со спины,  а затем уйти на предельных скоростях, чтобы снова спрятаться и зайти в тыл.

Из оружия я взял малый торпедный аппарат на шесть скоростных торпед с пятнадцатисекундной перезарядкой торпеды и пятиминутной перезарядкой кассеты. Боевое вещество на основе плазменных зарядов в торпеде служило так же и ускорителем. Чем ближе цель, тем сильнее взрыв. Денег у меня не много, а такие торпеды самые дешёвые, правда и модуля наведения у них не имелось. Торпеды на таких скоростях почти не управляемы, потому я надеялся только на себя и свою ловкость.

Все это я взял по наставлениям своих друзей. Так как нам и дальше играть в команде, я старался к ним прислушиваться, хотя отсутствие защитных полей слегка нервировало. На что Юпитер сказал, что так и должно быть. Призрак должен быть осторожным и даже слегка боязливым. Иначе он, раз за разом, будет ввязываться в бой, не свойственный его классу и задачам. Бард одобрительно хмыкнул.

Сейчас в их команде я должен был заменить Рокота, который тоже был призраком, но сейчас продолжал развлекаться на станции азиатов.

— Ну что готов?, — Похлопал меня по плечу Пегас. — Надерём задницу янки?

— Что?, — Не понял я. — Я ещё не готов. Команда…

— Отставить панику, кадет!, — Хохотнул Юпитер. — Проведём пару манёвров, а потом погоняем призраков, что постоянно пасутся у кармана воскрешения. Будем сбивать команду в боевых условиях, а все эти парады и построения оставь нубам. По коням, господа.

Моя обновлённая ласточка, сорок третьего уровня, это все что я успел в неё вкачать, приняла меня и откликнулась лёгкой вибрацией манёвровых движков. Минута тоннеля ведущего из ремонтного ангара и я в космосе. На общей частоте шум и гам боевых звеньев из наших игроков, что носятся вокруг станции и шаров платформ орбитальной защиты.

— Понеслось!, — Хохотнул Юпитер.

Да уж. Я унял мандраж. Пришло время космоса.

— Итак, Рамзес, для начала давай разомнемся. — На групповой частоте предложил Юпитер. — Пару кругов вокруг станции в притирку к ней. Отработаем взаимодействия в связке.

Юпитер первым бросил своего охотника в вираж. Пегас отстал от него на долю секунды. А вот я почувствовал себя черепахой. Беременной. Навыки пилота у меня были на нубских уровнях. Да и просто не хватало часов налета и опыта.

Педали и джойстики требовали координации и четкости микродвижений. Каждый элемент управления снабжался трещоткой, помогающей отсчитывать углы поворотов. Но все усложнялось различными комбинациями положения джойстиков и педалей для сложных фигур пилотажа. Для космических величин и скоростей доля градуса при повороте в конце выливалась в километры промаха.

Потому так редко применялись брандеры. Это когда игрок, на разогнанном в маршевом ускорении модуле стрелял вперед из кинетики или запускал торпеду с погашенным двигателем. Шансы промахнутся огромны, а еще нужно вовремя погасить ускорение и так же быстро убраться, иначе рискуешь сам стать брандером. Была еще возможность уйти по пологой дуге, но и тут есть шанс стать мишенью для снайперов с лазерными излучателями. Уж больно предсказуемы траектории при маршевом ускорении. И если десяток охотников возьмет силуэт в фокус — считай покойник. Уйти от лазера можно только в непредсказуемых виражах.

К тому же имелась еще одна проблема. Отсутствие гравитации и сопротивления воздуха. Корабль, набравший разгон в одном направлении, больше его не терял и приходилось учитывать это в бою. Некоторые, конечно, ставили дополнительные программы, когда автопилот создавал искусственный момент наличия гравитации относительно плоскости эклиптики, притормаживая маневровыми движками. Но все это были костыли, которые больше мешали, чем помогали. Так что пока я не наберусь опыта в управлении, пилот из меня так себе. Особенно в ближнем бою.

— Хорошо. — Подбодрил меня Юп. — Летаешь как полный нуб, но я ожидал, что все будет еще печальнее. Идем к карману. Там постоянно кто-то есть из янки. Я тактик. Пегас точка опоры. Я его прикрываю. Рамзес, на тебе поиск засевших призраков. Справишься?

— Попробую. А что у Пегаса в комплекте?, — Поинтересовался я.

— Две установки  хилракет по шесть штук в касете. Десять и двадцать процентов. — Ответил Пегас.

— Ты не заморачивайся. — Хохотнул Юп. — Там твои коллеги. Потому хил тебе не светит. Если попадут то сразу на респ отлетишь. Так что вся твоя надежда на скрыт и ускорение.

И то правда. Призраки легкобронированные и без защитных полей. Зато на вооружении самое убойное оружие. Ракеты, торпеды или плазмобои. Чтобы из скрыта сразу же нанести максимальный урон, после чего на максимальной скорости и ломаных виражах покинуть поле боя и снова уйти в скрыт.

Для этого нужно уйти из зоны поражения и четкого засвета, после чего в разгоне потушить все системы и на минимуме маневровых двигателей снова вползти в ряды противника под полями преломления или поглощения.

С остальными все было понятно. Тактик контролирует поле боя и принимает решения, а все остальные четко следуют его указаниям. Здесь все упирается в мощность радара и сопутствующего оборудования. Ну и естественно умение работать с этим.

Пегас был больше крафтером, потому и не удивительно что выбрал для себя сапорта или точку опоры. Его задача отсиживаться в тылу и хилить соратников, либо же тащить на себе хил продавливающей противника группировки. Для этого применялись ракеты, где вместо боевой начинки находились безликие наниты. Попав в борт корабля, эти наниты тут же встраивались в уже рабочую колонию и начинали восстанавливать повреждения.

Радиус работы таких ракет не очень велик, потому как в ракету стараются запихнуть как можно больше нанитной массы, а чтобы удешевить конструкцию на нее ставят совсем уж примитивные управляющие модули. Потом самым крутым ходом в бою считается собраный хил с чужого сапорта. А точнее просто подставиться под залп вражеских хил-ракет.

— Итак, эти гады сидят в мертвой зоне для станционных систем защиты, скрываясь за карманом. — Скомандовал Юп, когда мы по широкой дуге обогнули стометровый шар входа в карман воскрешения, — Рамзес, заползай к ним в ряды на интуиции, после чего запускай РЭБ генератор. И уходи на виражах. Все кого засветишь — мои. Для боевой аналитики нужны данные но потом я их уже не отпущу даже если попробуют снова в стелс уйти. Буду бить по вероятным векторам. Главное дай старт.

— Понял. Иду. — Отрапортовал я.

Легкое ускорение на маршевом двигателе и я включаю поля преломления. Выключил все, даже систему климатконтроля. Желудок рванулся к горлу, обозначив, что в модуле появилась невесомость. Так меньше шансов, что заметят. Я рассчитал траекторию так, чтобы не включая двигателей пройти в той точке, что показалась наиболее перспективной.

Пять минут прошли в нервном напряжении. У американцев изначально вышла небольшая накладка. Они загнали сюда сотых наемников  и все при деньгах и ресурсах, вот только деньги тут не котировались, а собрать такую уйму эргов не просто даже топовым гильдиям. В итоге их вроде бы отличная техника уступала тем, кто уже отоварился у морфов. Потом они конечно все поняли и попробовали выровнять ситуацию но не тут то было. Оказалось что у морфов не бездонные запасы и пополняются они довольно медленно.  За счет этого русская станция все еще кое-как держала свои позиции, несмотря на то, что воевали мы одни против всех.

На это и был весь расчет. Добравшись до выбранной точки, я врубил генератор помех на полную мощность и тут же, на ускорении, вжал педали маршевого двигателя на максимум, при этом дико вращая джойстики во все стороны. На что-то боле разумное я был не способен.

— Твою мать!, — Раздался в эфире на общей радиоволне голос Юпитера. — Станция тревога! На кармане фрегаты. Три вымпела по десять стыков.

Это все что он успел сказать прежде, чем успел отлететь на респ. Впрочем в своем сумасшедшем танце я продержался не намного дольше. При такой плотности огня из всех возможных систем не поможет ни ускорение, ни боевая аналитика. Двенадцать ракет различного класса повисли у меня на хвосте. Уйти, в принципе, возможно, но только на четко выверенных маневрах со сбросом обманок, а не на том диком хаосе движений, что совершал я.

В принципе нашим повезло, что мы решили проверить карман. Обычно сюда раза в сутки уходил мощный патруль, вымпелов в тридцать-пятьдесят, что гонял засевших призраков и вытягивал из кармана бедолаг. Янки же решили проучить нас и создали в слиянии три мощных фрегата. Ядро образовали пары заслонов, сапортов и штурмовиков, а скрытность им обеспечили десятки призраков с полями поглощения на внешней стороне.

Едва мы их вскрыли, эти ребята разорвали слияние и, прячась в тени кармана воскрешения, открыли сумасшедший огонь. И тут такой облом. В режиме стелса радары могут работать только в пассивном режиме, что сильно сужало их возможности, особенно если враг таится. Они ожидали очередной налет мощного патруля, а тут прилетели три инвалида чуть выше полтинника.

В другой раз у них был бы шанс раздать по сусалам. Мощная атака двух десятков призраков, а потом добивающие атаки штурмовиков под прикрытием сапортов и заслонов, заперли бы самые мощные единицы станции в кармане. Затем нужно просто подогнать в мертвую зону серьезный флот и выбивать его отсюда придется очень долго. Причем всеми силами станции. Хорошая идея, которую сорвали три придурка. Я улыбнулся.

Но вот думаю, дальше они пожалеют. Сейчас сюда ринутся все, кто болтался на орбите станции и начнется бойня. Флот американцев подобран под единичный удар камикадзе. Тащить сюда подкрепления, не заперев сотню топов в карман, нет смысла. Они ударят мощным кулаком и выдавят их флот из мертвой зоны под орудия орбитальных платформ обороны. А там калибры дикие и выжгут все.

Так что план был хитрый, но как обычно разбился о русскую непредсказуемость. Будет над чем поломать голову генштабу местных янки. Как впрочем и нам. Хватит заниматься ерундой на станции. Пора укреплять свои позиции или хотя бы держать карман воскрешения под контролем. Что Тайсон, что Камрад, постоянно держат своих бойцов в готовности, но не к войне за систему, а к бою за станцию. Это нас погубит. И потом снова придется выбираться из глубокой задницы, куда заведут нас два алчных и властных идиота.

Но лично у меня родилась другая идея. Учится пилотированию как все, это слишком долго. Мое ускорение тут не танцует. Уже первый бой показал. Для четкой координации движений нужны сотни часов налета, которые мне не дадут. Но атмосферу боя я ощутил. И это породило идею, которую я собрался реализовать в ближайшее время и с помощью своих новых друзей.

Едва я дождался спадания дебафа, выскочил в космос. Сорок восьмой уровень морально давил и обещал много неприятностей в будущем. Сейчас мне умирать не рекомендуется, иначе рискую запороть персонажа. Впрочем, не только мне одному.

— Да уж погуляли, так погуляли. — Очень невесело хмыкнул Юп, когда мы встретились в баре на станции. — Неожиданно вышло.

— Зато амеров наши порвали  как грелку. — Утешил нас Пегас. — Никто не ушел. Там еще был второй отряд прикрытия. Его тоже разнесли в пух и прах. Не всех, но те драпали, сверкая маршевыми так, что наверное всю кабину облевали.

— Нам от этого не легче. — Пожал плечами Юп. — Нужны победы. Иначе к вольникам никто не пойдет. А идей особых нет.

— Вообще то есть. — Слегка робея, сказал я.

— Выкладывай. — Насторожился Пегас, хотя я думал, Юпитер будет первым.

И я рассказал про батю. Про его увлечение всякими хитрыми системами и работе на правительство на засекреченных объектах. Но было у него еще одно увлечение. Даже два. Танцы и старые плоские фильмы. В нашем гараже мастерской висел древний экран, по которому постоянно фоном шли фильмы о музыке и танцах.

И вот я вспомнил один из этих фильмов про немую девушку, повернутую на танцах, где такой же сдвинутый крафтер, создал для нее куб, реагирующий на ее движения и создающий звуки в зависимости от них. Ничего сложного по сути. Такой инструмент изобрели еще в прошлом, а то и позапрошлом веке. Но сама идея была интересна. Вот я ее и предложил применить в наших модулях. Заменить стандартные джойстики на нечто новое. На систему реагирующую на позу игрока.

Пегас тут же загорелся и с фанатичным блеском в глазах стал развивать идею. Юп лишь с усмешкой наблюдал за нами, когда мы до хрипоты спорили о том, как это реализовать. Время от времени он вставлял свои критические замечания и тогда мы уже с Пегасом единым фронтом наседали на него.

Ничего сверхъестественного или невыполнимого в моем предложении не было. Крафт в НРЗИ это особый случай. Конечно детали тут фантастические. И конденсатор с игровой емкостью размером с наперсток в реале имел бы размеры с двухсотлитровую бочку, а уж питать его должна отдельная ТЭЦ, а не наниты игроков, но сами принципы работали. Потому многие компании следили за такими как Пегас и выкупали их идеи и наработки за баснословные суммы. Пусть вместо карманного лазергана они получали танк со свитой из трех машин, но это работало.

Потому Юп махнул на нас рукой, а мы продолжили. Вряд ли до нас к этой идеи никто не дошел, но тут были свои минусы. А именно время реакции. Движение рукой занимает больше времени, чем легкий поворот кисти. Но несомненный плюс в том, что при хорошей точности считывания можно значительно расширить точность. Тут важна координация. И у Стражей с их постоянной рукопашной подготовкой она была на высоте. А главное все это можно развить до подсознательного уровня как в обычном рукопашном бою. Важно связать правильно боевую стойку и вираж модуля. Для каждого из нас эти настройки будут сугубо индивидуальны, но если мы сможем привязать боевое пилотирование к вбитым годами тренировок и спаррингов рефлексам, то за несколько дней сравняемся с асами игры, которые эти годы потратили на оттачивание движений ладоней.

Это понял даже Юпитер. Потому к разработке чертежей мы приступили все вместе.

— Черт!, — Ругнулся Пегас. — Не хватает мощностей производственного комплекса. Да и с материалами проблемы. Нужна хорошая мастерская, а не стандартный вариант. Мой модуль хорош, но это все же походный вариант.

— Есть идея!, — В который раз заявил я.

— Ну давай! Удиви!, — Улыбнулся Пегас. — Хотя я уже, пожалуй, ничему не удивлюсь.

— Не говори гоп. — Сказал я, отщипнув шарик эрга от скафандра.

Спустя пару минут из стены шагнул морф и безликой статуей уставился на меня. Жуткое существо. Вроде бы и  просто игра, а его безликий взгляд пробирает до костей даже спустя месяцы.

— Нужна информация. Вход на брошенную базу теневиков. — Ровным голосом сказал я и уронил эрг в протянутую черную ладонь.

У меня тут же в интерфейсе появилась точка доступа и инструкции к ней. Все как в прошлый раз. Вот только зрители оказались слегка выбиты из колеи. Юпитер отвесил челюсть и замер. А Пегас просто сел на пол и, накрыв голову руками, мелко и беззвучно задрожал в истерике.

— Вот так просто?, — Выдохнул Юп. — За один эрг он сдал тебе самый секретный объект станции?

Пегас тут же упал на бок и засучил ногами, держась за живот. Впрочем, звуки он до сих пор не издавал. Бедняга.

— Ага!, — Скромно потупился я.

— Жесть!, — Больше слов у Юпитера не нашлось.

Выдвинулись мы к базе теневиков только спустя полчаса. Пегаса накрыло и он никак не мог успокоиться. Я даже получил достижение «весельчак» и плюс два к харизме. На ровном месте. Хотя заставить так истерить Стража не каждый сможет. Даже ЦИ проникся.

Я ожидал, что база снова окажется возле реактора, но не тут то было. Вход на нее был упакован куда интереснее. Первым делом нужно было сесть на транспортную капсулу в определенном месте, в зависимости от времени суток. Назначить определенный маршрут и в зависимости от этого же времени, изменить его на определенном отрезке времени. График прилагался. В итоге на центральном столбе оси станции капсула уходила на боковой путь, выискивая промежуток в движении и уже здесь нужно было в ручную ввести координаты. Тогда капсула по незарегистрированному тоннелю поднималась вверх. После чего пришлось еще метров тридцать лезть по узким и пыльным техническим отноркам в зону отрыва. В технический уровень между основной станцией и верхней платформой с Централкой, которая должна была отделится от тела станции при угрозе разрушения. Места там было мало, но десяток рамок влезло. К тому же постоянная подпитка Централки позволяла поставить фоновые энергосниматели не хуже, чем у реактора.

Пегас, когда увидел все это богатство, едва снова не впал в истерику. Благо Юпитер был начеку и быстро привел его в порядок парой оплеух. А я тем временем приватизировал пару плазмобоев. Уж очень они меня раньше выручали. Головой я понимал, что теперь враги не вокруг меня, а в космосе, но ничего поделать не мог и не хотел. Плазмобой за спиной успокаивал и напоминал о веселых временах.

Пегас же сразу ринулся в крафтовый отсек и со щенячьим восторгом оглядывал станки и различные мультитулы. Надо сказать, что выбор всего тут был куда богаче, чем у азиатов. С чем это связано не знаю. Возможно с расчетом того, что при любых раскладах на станции китайцев игроков будет намного больше, чем нас. А ЦИ любит баланс.

Дальше в командном пункте теневиков мы загрузили компьютер расчетами. Всем этим занимался Пегас, а мы с Юпитером были на подхвате и генерировали идеи в бездумном мозговом штурме. Просто говорили самые нелепые предложения. Пользы от этого было мало, но порой и в куче мусора профи своего дела найдет бриллиант.

Дальше в одном из боксов буквально на коленке собрали черновой вариант будущей кабины. Датчики на стенах снимали показатели тела и заносили их в виртуальную базу на центральном компе. Вот тут и начались сложности. Точнее будущие сложности. На виртуальной модели все выглядело замечательно и каждый из нас быстро освоился с простейшим управлением. Но модель не учитывала ударов ускорения по самому игроку. А это нарушит всю гармонию ведь от диких перегрузок не спасают даже гравикомпенсаторы.

Пришлось думать как решить эту проблему. Маневровые двигатели любого модуля не могли создать таких ускорений, потому в бою всю скорость задавали маршевые работающие на пяти-десяти процентах мощности, а следовательно основной толчок ускорения откидывает пилота назад. В другие стороны тело тащит только при столкновении с препятствием или вражеским снарядом.

Потому, немного повозившись, создали этакое вертикальное ложе, на которое опирался пилот при ускорении. Ноги тоже прикрепили к полу и теперь управление производилось корпусом тела и руками. И снова попытки управления на симуляторе. Нам нужна была базовая  программа для начального этапа, а дальше придется вносить поправки уже в реальном полете.

Пегас специально для тренировок создал виртуальный голографический интерфейс, чтобы помочь нам видеть то, что выдает обрабатывающий компьютер. Едва у нас получилась более-менее жизнеспособная версия, ринулись в ремонтный ангар.

Мест там осталось не много, так что пришлось ждать около двух часов, пока освободится три рядом стоящие площадки.  В баре при ангаре нас и нашли девчонки. Пришлось замять разговоры о наших планах и переключиться на пустой светский треп. Вот только Хель смотрела на нас как-то подозрительно. И если Змейка и Мальвина едва услышав «ремонтный ангар» ретировались, эта девушка осталась.

Я за спиной у нее кинул вопросительный взгляд на Юпитера, тот в ответ едва заметно пожал плечами. Потому первый час мы просто валяли дурака. Пегас помогал мне крафтить торпеды и сам и попутно модернизировал пару усилителей и даже от своих щедрот подарил парочку своих устаревших. Когда же он, получив доступ к трюму, нашел почти сотню плат управления, которые я снял с китайских дронов, обматерил меня в голос и попытался экспроприировать мое имущество.

Я отдал только половину и Пегас, бурча что-то про криворуких варваров, полез чинить процессоры. Они на станции тоже таким не брезговали, но вели себя куда скромнее. Они собирались выжидать до начала активных действий, потому не светились. В отличие от меня.

Понаблюдав за нами  и поняв, что ничего не узнает даже если мы что-то задумали, Хель тоже убежала по своим делам. Хотя мы понимали, что шила в мешке не утаишь. Если система окажется жизнеспособной придется ставить ее и на другие корабли нашей станции. В этой войне каждая капля преимущества нужна как воздух. Сама система достаточно проста в исполнении потому быстро пойдет по руками и вскоре окажется у врагов. Сменять сторону в игре пока не давали, но желающие продать нас подороже через реал всегда найдутся, как и найдутся те, кто пожелает купить. Рано или поздно так будет. Главное опередить и отработать различные нюансы, которые не видны глазу, но решают очень многое.

Сам крафт занял чуть больше двух часов. А дальше пошли практические занятия и в этот раз мы были наравне. То есть все трое летали как полные нубы, едва не убившись несколько раз при попытке маневров. Пегас уже трижды менял чуткость системы, но все никак не мог добиться идеального баланса движений тела и корабля. Высокая чувствительность системы реагировала даже на толчки от маневровых двигателей, а совсем низкая не давала никакой форы перед стандартным управлением. И это уже не говоря про управление канонирскими программами.

— Пегас, прием. — Вызвал я крафтера на очередном сеансе настройки.

— Говори!, — Раздася не совсем довольный голос Пегаса.

— А что если разделить систему на две отдельных  и чувствительность  насторить на каждую отдельно. У маршевых ускорителей одна у маневровых другая.

— Хм… а это идея. — Тут же подхватил мысль Пегас. — Более того, на повороты гравитационных движков можно создать третью программу. Черт но тогда вам придется прокачать и интеллект иначе бортовой комп будет пожирать ресурсы и ухудшать работу остальных систем. Сейчас на мне попробуем.

Пегас возился долго, но с каждой поправкой он начинал летать все лучше и увереннее.

— Ребят это непередаваемые ощущения!, — Весело прокричал он, спустя три часа. — Это реально полет. Словно сам летаешь, а не на корабле. Нужно интерфейс расширять. Тогда эффект будет еще сильнее.

Спустя час я понял о чем говорил Пегас. Ощущения действительно необычные. Приноровившись к новой программе, я ощутил себя свободным. До этого все было иначе. Резкие щелчки педалей или джойстиков попытки сообразить, что куда тянуть и как поставить. Сейчас же ощущения изменились. Я сам стал кораблем. Все было естественно и непринужденно, быстро усваиваясь на подсознательном уровне.

Да для большинства игроков эта система будет достаточно сложной, потому как требует хорошей координации и владения телом. Но те, кто в реале хоть сколь серьезно занимались спортом, высоко оценит новые возможности.

И это породило в нас еще много идей для совершенствования. Мы усилили виртуальность интерфейса. Если раньше это была все же кабина пилота, пусть и половину стен занимали голографические проекции космоса, то сейчас мы полностью убрали весь корпус корабля, оставив только едва заметные контуры. Скорость определяли ощущением ветра на лице. Нет, конечно, все нужные системы выводили данные на виртуальные экраны и подсвечивали цели и объекты, которые не видны глазу на расстоянии в тысячи километров. Но сами ощущения полета давали преимущество в ближнем бою. И чем дольше мы будем так летать, тем четче будут наши действия.

— Ну что предлагаю взять реванш!, — На следующее игровое утро предложил Юпитер.

— Тренировка боем?, — Хохотнул я. — Оставим полеты и парады нубам?

— Именно!

— Поехали!

Для тренировки боем мы выбрали одну из куч, как у нас называли скопления астероидов. Сама система Древних была достаточно бедна  на крупные астероиды, потому каждая куча была стратегической точкой. Бой в пустоте без каких либо укрытий не самая умная стратегия. Слишком бедна тактика.

В таких случаях нужны мощные танки заслоны, бронированные корабли с относительно слабой огневой мощью и маневренностью, которые прикрывают более хлипких, но гораздо более опасных штурмовиков, истребителей и охотников. И это без учета того, что нужны сапорты, которые будут восстанавливать пробитые заслоны и раненые боевые модули.

Конечно, можно было собрать более мощный фрегат из нескольких индивидуальных модулей, но это же увеличивает и силуэт корабля, что дает противнику большую цель и шанс попадания. А вот манёвренность и вариативность тактики терялась, особенно, если флот меньше сотни игроков.

Каждый астероид в такой куче мог заменить двух-трех заслонов, особенно если крафтеры нашпигуют их различными активными системами защиты и минами. И мины тут были не совсем тем,  к чему привыкли обыватели.

Мина из себя представляла целый крафтовый комплекс из десятка торпед с мощными боеголовками, малым зарядом двигателей,  простейшим комплексом определения цели и детонации. Устанавливались они где угодно и оснащались маскировочными полями. Хотя для одноразового объекта это было достаточно дорого.

Однако ресурсы американцев позволяли им и не такой шик. Потому к этому бою мы подходили со всей осторожностью. Дальше началась тактика логистики. За двенадцать минут разгона на десяти процентах маршевых движков мы ушли  по направлению к цели. Едва ускорение закончилось, мы сразу же врубили торможение маневровыми. Их мощность была на порядок ниже маршевых, потому и время торможения куда дольше. Зато видимость на радарах минимальна.

Работа с радарами это отдельная тема. Астероидом считали объект не менее километра в диаметре, и таких было относительно немного. Но вот камней сравнимых по массе с индивидуальным модулем  в системе насчитывалось более миллиарда. Потому основной характеристикой для определения опасности были энергетические всплески. А на гравитационных двигателях, которые и работали маневровыми, он был минимален. Конечно, опытные игроки отслеживали и другие параметры. Например, изменение траектории и скорости объектов, но когда войдем в плотный контакт, свое ускорение мы выровняем. Сами модули покрыты специальной краской с различной степенью преломления и отражения, что ломает силуэт на экране радара и искажает картинку.

Такую тактику применяли все, потому она не являлась гарантом скрытности и нас могли атаковать достаточно умные игроки, однако расстреливать каждый камень, подходящий под силуэт корабля просто расточительно.

Первым в бой пошел я. Американцы уже плотно укрепили кучу, пригнав сюда десяток астероидов и забив остальное пространство более мелкими. Вышла довольно массивная преграда, за которой уже можно спрятать небольшой флот. И наверняка там все утыкано минами с распознавателем «свой-чужой». Есть конечно и игроки, которые несут вахту. Вот по их душу мы и пришли.

Втроем такую крепость не захватить и уж тем более не удержать, но потрепать нервы можно, а главное, проверить новую схему управления модулем. Я снова отключил все системы, стараясь прокрасться в глубину астероидного скопления, но ничего не вышло. Едва я приблизился, как попал в зону РЭБ-удара. Вряд ли меня обнаружили еще на подходе. Скорее всего это была регулярная профилактическая атака. Именно от таких вот хитрецов как я.

Тут же пришлось врубать «ускорение» и метаться от ракет, которые сорвались с трех ближайших мин. Тут же заработали автоматические охранные турели. Янки не жалели средств. В столь бедной системе этим астероидам скоро цены не будет. Сейчас потребности игроков обеспечивались хламом со станции, но и он не бесконечен, а игроки все прибывают.

Я тут же отстрелялся по двум пустым модулям. Видимо, игроки шахтерами подрабатывали, пока была возможность. Все-таки охрана куч дело скучное. Наперерез мне выскочил сапорт и тяжелый штурмовик. Но сейчас я был в ускорении, потому попасть по мне уже внутри своей баррикады они не успевали. Я оказался куда быстрее их ожиданий. А новый метод управления был выше всяких похвал.

Они не успели даже отреагировать, как я вскрыл часть их обороны и, пройдя сквозняком через всю кучу, вылетел с другой стороны. Ракеты и торпеды с мин повисли у меня на хвосте, но я крутился как уж на сковородке и в этот раз вполне осмысленно. А затем просто ушел в ускорение на маршевых двигателях.

Около дюжины модулей американцев ринулись за мной. Видимо, они уже успели отрыть пещеры в астероидах и превратить их в подобие базы, потому как энергетические всплески на радаре появлялись буквально из ниоткуда.

Снова головокружительные виражи, но уже без ускорения. Сейчас я выводил преследователей на Юпитера. Пегас в этом бою не сильный помощник, хоть и поставил вместо одного комплекса хил-ракет торпедную установку. Попасть по юрким перехватчикам он сможет только в упор. Для космоса это два-три километра.

Юпитер тут же засверкал лазерной установкой, с полутора сотен километров поражая цели. Урон слабый и точечный, но боевая аналитика штука опасная. Самым простым  для лазера это пробить поля и броню и поразить кабину пилота. Тушка игрока не столь живуча как сам модуль. И Юпитер справлялся с этим на пять баллов. Уже два модуля, потеряв управление, кувыркались в пространстве.

Ребята быстро сообразили, откуда приходит смерть, и сменили приоритеты. Навыки Юпитера тоже не были бесконечными, потому он быстро свернулся. Мы пришли сюда не умирать и терять опыт, а потому принимать бой до смерти не собирались.

Пегас  чуть подождал и отстрелялся торпедами в сторону кучи. Так как он сам был крафтером, потому  для него они были не столь ценны, как например для меня. И оставить такой сюрприз охранным системами он мог себе позволить.

Отстрелявшись, мы ушли на ускорении маршевых двигателей, без расчета траектории. На это не было времени, но уже на такой скорости через три минуты нам не страшны ракеты и торпеды, а еще спустя три мы вышли из зоны поражения лазерами. На двухстах километрах не каждая канонирская система сможет выдать правильный расчет прицеливания, а рассеивание энергетического луча уже такое, что даже без поля отражения просто разогреет обшивку модуля.

На базу мы возвращались разными путями, делясь впечатлениями от боя на личной радиочастоте группы. Все согласились, что пока система сыровата, но имеет огромный потенциал. Пегас обещал усовершенствовать интерфейс и кое-,какие системы привязать к чувствам, вроде той же скорости. Сейчас очень хорошо показал себя «ветерок», дающий понимание скорости не только в числовом виде. Это позволило не терять мгновения в бою, даже при том, что мы еще толком не привыкли к новшеству.

А вот на базе нас ждал сюрприз в виде авианосца и двух линкоров пристыкованных к станции. Юпитер, завидев это первым, присвистнул.

— Это что-то новенькое. — Описал он увиденное нам, так как его радарные системы были круче наших.

— И ничего хорошего не принесет. — Подытожил Пегас. — Такие болванки доступны только топ-кланам, а значит сейчас на станции пойдет передел власти. Но если кланы решились закинуть сюда игроков, значит, назревает что-то большое.

— Надеюсь, Бард в игре и сможет прояснить ситуацию. — Согласился я. — Сейчас информация очень бы пригодилась.

— Кстати, об этом. — Голос Юпитера стал задумчивым. — Надо поменьше отсвечивать на станции. Тайсон и Камрад точно знают, что мы были на станции азиатов. А значит вскоре это узнают и клановые. И захотят подробности. А они в средствах на стесняются и отказов не принимают.

— Ну, пока там за порядком следят морфы, ничем серьезным это не грозит. — Вспомнил я попытки Клеста и Хабиба испортить мне жизнь. — Нужно только подальше держаться от баров.

— Кланы это тебе не сборище дебилов-ролевиков. Там зубры из военных училищ на каждом шагу. А остальные им усиленно подражают, в надежде на военную карьеру или банальный военник. Сейчас отборы и конкурс в них значительно усилили и толпы народу остались за бортом.

Как и предсказал Юп, нас уже ждали. В ангаре с боксами шерстил целый взвод топовых игроков. «Дети пустоты». Не самый крутой клан в ру-секторе, но в полтиннике он точно есть и держится на позициях достаточно уверенно. Взвод сформирован как штурмовое отделение из различных классов и пусть броня у всех была разной, все же носила некую однотипность, присущую военной форме.

— Началось. — Хмыкнул Юп, едва мы сдали корабли в боксы. И действительно, к нам уже спешила тройка игроков. Два рядовых и один с нашивками сержанта. Сержант восемьдесят шестого уровня из легких. Охотник, призрак или перехватчик. И пара штурмовиков семьдесят плюс за спиной в неплохих экзоскелетах и со здоровенными плазмобоями в руках. Внушают, наверное.

— Кто такие? Ники, классы, к кому приписаны?, — Быстро они взялись за дело. Нас не было часов десять, а тут уже ввели бюрократию и армейскую уставщину. Судя по стоящим на швартовке болванкам «Детей пустоты» тут не более полутысячи. Вот теперь возможно пытаются напором задавить более двух тысяч обычных нубов. Те две сотни старожилов, что куковали здесь ранее, никак не успеют оказать сопротивление столь организованной перевербовке, тем более, если они разобщены. А нубы падки на клановые заморочки. Так что это даже хорошо. Видимо, лидер у «Детей пустоты» не самый тугой.

Сам же сержант клана слегка озадачился. Наши ники он прочитать не смог, как и другую информацию, обычно доступную при встрече. Сказалась привычка и навыки работы с «хамелеоном» на азиатской станции. Пегас, уже давно переломав два десятка дешевых, из-за своей непопулярности, приборов, создал новый образец. И теперь у нас были куда более широкие возможности  его применения. Как минимум, мы могли скрыть  свои позывные и почти мгновенно поменять облик на два десятка процентов. По-прежнему, электронные приборы игнорировали все превращения, но взгляды игроков видели то, что рисовал им наш новый маскхалат.

— Вольные пилоты. — Пожал плечами Юп. — Только что с боевого вылета. Когда мы улетали, вас тут еще не было.

— Хорошо. — Кивнул сержант. — Вам выпала честь вступить в наше соединение на правах курсантов и возможно в будущем…

— Погоди, уважаемый. — Остановил Юпитер, явно заученную и уже набившую оскомину сержанту, речь. — Мы едва с рейда. Еще ничего не поняли, что происходит, а ты уже нас в курсанты тащишь.

— Во-первых, стань нормально, когда разговариваешь со старшим по званию!, — Рявкнул сержант. Он был явно рад сбить спесь с нуба. — Во-вторых…

— Во-вторых, с чего вы решили, товарищ сержант, что выше меня по званию?, — Снова перебил Юп того и приподнял бровь.

— Э… ваши реальные звания в игре не котируются. — Уже не так уверено ответил сержант. Юп держался уверено и пусть усмехался, но безобидно так. С иронией, а не издевкой. Как полковник СБ в гражданке смотрит на ГАИшника, что остановил как бы обычного мужичка и старается вписать ему пару протоколов.

— Вы в этом уверены? То есть мои реальные навыки и выслуга лет для «Детей пустоты» пустой звук? Уж простите за тавтологию.

— Вы не в состоянии подтвердить ваше звание. — Обрел почву под ногами сержант. — А такие заявки может сделать любой игрок. Обычно любой военный на вашем уровне уже находится в клане.

— Может. — Согласился Юп. — Но напомню вам, что это вы тут навязываете нам «Честь» стать курсантом.

— Что здесь, Тим?, — На спор подтянулся старшина, что руководил этим взводом вербовки. Ангар боксов был популярным местом, пусть и не единственным, и народу тут хватало. То там, то здесь, тройки детей пустоты перехватывали партию новичков, но конфликтов не возникало. И пусть мы не устраивали криков, по времени работы с нами  затык вышел изрядный, вот старшина и отреагировал.

— Да вот, утверждают, что военные в реале, но в клане не состоят. — Вытянулся во фрунт сержант. — Анкетные данные не дают, откуда прибыли не понять. В какой группировке состоят тоже. Утверждают, что вольные пилоты.

— Сынки, на этой базе больше не будет ни вольных пилотов, ни всяких анархистов-пацифистов. — Сурово уставился на нас старшина. — Пришло время порядка и дисциплины. Разброд и шатания больше не в чести. И если бы вы были офицерами, то знали бы что каждый, кто пришел в эту игру из нас, взял на себя ответственность за обучение молодежи, потому все с вашими уровнями уже давно должны были занять место в любом мало-мальском клане. Так требует кодекс офицера.

Тут старшина был прав на все сто. «Дрим» сильно изменил мир, подорвав его экономику, которую потом пришлось выравнивать. Армия сокращалась, переходя на профессиональную основу. Срочные части  остались, но уже не были повинностью, а привелегией. Попасть туда стоило огромных трудов, а вылететь из них по залету стало очень просто. Это убило институт дедовщины. Но и отняло у многих ребят возможность служить. В итоге  получить военный билет стало возможно, добившись определенного положения в двух играх и по совместительству военных симуляторах. НРЗИ и «пикник».

Считалось, что если ребята смогли получить кредит на капсулу, а после этого еще и показать себя в игре приближенной к боевым реалиям, то они заслуживают право на звание отслужившего. Ведь по сути, армия в мирное время это механизм воспитания мужчин. Тут мало значит как быстро ты сможешь разобрать-собрать автомат или правильно рассчитать корректировку огня. Спустя пару лет без постоянных тренировок все это забудется. Важен дух, понятие дисциплины и работы в команде. И все это в полной мере отражалось в играх. Потому их и прировняли к службе в армии, без особых государственных затрат, при условии, что навыки у игрока приравняются к солдату, что реально протянул срочку.

И большинство офицеров армии получало государственные льготы на покупку капсул с тем расчётом, что они передадут в игре свои навыки более молодому поколению. И эти люди просто не умели работать в одиночку. Им нужна была полноценная командная пирамида, которую обеспечивали кланы.

Сержант невольно заухмылялся, представляя как он оторвется на нас в будущем. Сейчас старшина быстро нас захомутает, а уж он-то постарается сделать так, чтобы мы попали к нему в руки.

— Не все. — Покачал головой Юпитер. И тоже был прав. Стражи служили Корпусу, стране, народу и никому более. Они не работали на частные и даже другие государственные структуры. Чтобы не возникало конфликтов интересов. И пусть в игре особых правил на этот счет не было, Стражи по-прежнему служили только Корпусу. Клана как такового не было, но негласная поддержка друг друга была. Страж находил другого Стража и после тщательной проверки передавали друг другу списки уже знакомых Стражей. В итоге всегда можно было найти собрата. Это я уже не говорю про обмен позывными и местоположением в реале. Циркулярная связь через сеть тоже имелась, правда я доступа к ней не имел.

Старшина окинул нас всех по очереди оценивающим взглядом.

— Сержант, возьмёшь у них позывные. В базу данных занесешь как вольных пилотов и союзников. Не трогать их ни при каких обстоятельствах. — Разбились розовые мечты сержанта о суровый голос старшины.

— Но…, — Начал было сержант.

— Выполняй!, — Ответил старшина.

— Честь имею, господа. — Козырнул старшина и больше не обращая внимания ни на нас, ни на опешившего Тима, поспешил по своим делам.

Мы же просто дали списать свои позывные и, ничего не объясняя сержанту, двинулись в глубь станции.

— Надо найти Барда и понять, что тут творится. — Внес предложение я.

— Он уже ждет нас в «Веселых девчонках». — Ответил Юп. — А эти Дети — ничего так. Быстро среагировали на ситуацию и мгновенно принялись за подавление игроков.

— Как будто уже все знали. — Поддакнул я.

— Именно.

— Не удивительно. — Равнодушно заявил Пегас. — Тут каждый игрок чей-то эмиссар. Половина всех кланов в курсе событий в этой системе. А уж топы, так все поголовно.

— Не думаю. — Покачал головой Юп. — Тут постарался тот, кто контролирует потоки информации. Нубы многого не видят и пусть получают  конкретные задачи, они явно не разведчики и аналитики. Просто обрисуют то, что видят, не особо вникая в детали. Возможно, тут давно сидел очень правильный эмиссар Детей, но я в этом сомневаюсь.

— И новички бы не успели ничего толком. — Снова развил мысль я. — Это нужно отправлять охотников и призраков к станциям противника, чтобы хотя бы по мельтешению в округе определить численность вероятного противника, а так же напряженность отношений на их станции. И нужна сеть кротов из других игроков. Кто в обмен на что-то сам поделится нужной информацией. Все это требует времени. И правильной координации целой группы помощников.

— Тайсона и Камрада раньше все устраивало. — Кивнул Юп.

— Значит, остается Бард. — Резюмировал я. — Только этот скользкий тип мог сыграть такую партию.

— Вот сейчас и узнаем.

Мы как раз подошли к нужному бару. Бард уже сидел там, в окружении десятка игроков из вольных пилотов. Мы, не сбиваясь с шага, направились к нему. Он же взмахом ладони отправил своих ближников подальше, освобождая нам места и создавая приватность беседы. Или ее видимость.

Мы же просто сели за стол и уставились на него выжидательными взглядами.

— И что?, — Ухмыльнулся он. — Так и будем в гляделки играть?

— Твоих рук дело. — Больше утвердительно, чем вопросительно обронил Юп.

Бард откинулся на спинку стула.

— Ну, моих.

— Проясни.

— А что мне за это будет?, — Бард сложил ладони домиком перед собой.

— В лучшем случае ничего. — Глухо, но равнодушно, ответил Юп. — Иначе мы должны будем принять меры.

— Ладно. — Совсем не испугался Бард. — Уговорил. Мне и вас четверых хватит. Так что ты хочешь знать?

— Зачем здесь «Дети пустоты»? Почему сейчас?

— Тайсон и Камрад заигрались. — Поморщился Бард. — У них это уже стало пунктиком. И дело не в деньгах, а в личной неприязни и конкуренции. Потому все вскоре должно было выйти из-под контроля и взорваться. Мне это не нужно. Потому я и пригласил Детей пустоты.

К тому же во внешнем мире тоже не все спокойно. Порталы в эту систему стали сбоить. Быстрее пропадать, потеряли пропускную способность и нарушился алгоритм проявления. Кланы других секторов зашевелились, собираясь ворваться сюда.

Амеры уже пригнали двенадцать линкоров и два авианосца и это за последние пять часов. Точных данных с нашей стороны нет. Но я говорил с Алабаем — адмиралом флота Детей. От амеров уже идут кланы, а не наемники. Пусть и не топовые. Кланлид Детей решил рискнуть и отправил Алабая и его флотилию.

Пришлось раскрыть кое-какие карты в обмен на их помощь. В общем, готовится что-то грандиозное. Никто не знает, что конкретно. Кроме янки, но и там молчок. Если взять  информацию Рамзеса про мировой чемпионат, то становится ясно что американцы наращивают силы. Это заметили остальные, так что поток игроков только усилился. Но не наш. Наши снова мнутся в дверях.

— И что теперь? Дети пустоты всех подомнут?

— На это и расчет. — Пожал плечами Бард. — Не мне вам объяснять, что сейчас монолитность строя только на руку.

— И ты тоже пойдешь под их руку?, — Удивился я.

— Нет. Не все тут фанаты армии. Есть те, кто тащится от самого космоса и прочих джедайских штучек. Есть те, кто не нужен Детям. Всех их нужно куда-то девать. Потому вольные пилоты останутся. Я буду некой оппозицией клановым бойцам.

— А по факту, продолжишь на них работать и получать свой профит. — Прищурился Юп.

— А почему нет? Ру-кластеру я только в пользу играю. И да, я не бессребреник. И что с того? А если уже разобраться, то только я пока за него и играю. Даже вы всякой фигней страдаете. Боевые вылеты втроем? Серьезно?

— Ну, ты не перегибай. — Хмыкнул Пегас. — Мы тебя еще удивим. А потом проверим, кто для ру-кластера больше сделал.

— А подробнее?, — Подобрался Бард.

— Что бы ты снова все продал подороже? Лучше рассказывай, что вообще тут твориться.

— А ты ничего не заметил?, — Ухмыльнулся Бард.

— А что…

— Он сотый!, — Выдохнул я, перебив Пегаса.

Над столом повисла тишина.

— Как?, — Удивился Пегас, придя в себя.

— Я же говорю, что назревает что-то грандиозное. — Не стал нас томить Бард. — По прибытию Детей, случился инцидент. Люди Тайсона, из старожилов, не сдержались и сцепились с клановыми. В итоге гора трупов с обеих сторон, но пара человек получила сотку. А самое главное, морфы вмешались с опозданием. Более того, приняли только красных и не тронули сотых.

Я очень быстро узнал об этом. Потому заманил парочку своих должников в темный коридор станции и проверил все это на себе.

— Тебя же должны были покрасить. — Удивился я.

— Есть пара трюков. — Хмыкнул тот. — В итоге они сейчас сидят в кармане и ждут, пока спадет краснота. Но ведь фишка не в этом.

— А в том, что правила меняются. — Подытожил Юп.

— Именно.

— Теперь бы понять, как они изменились.

— Так вы со мной?, — Переспросил Бард.

— Посмотрим. Ты ведь знаешь что мы всегда сами по себе. — Ответил Юп.

Да уж правила точно изменились. Но это явно только прелюдия. Чего же ждать от основной композиции, которую сыграет нам  Центральный Искин?

— Твою дивизию!, — Заорал Рокот, перекрикивая противный визг плазменных зарядов, которые бились о щиты стационарных генераторов полей отражения. — Я думал на станции азиатов весело! А вы и тут умудрились устроить локальный Ад.

Его можно было понять. Он неделю бегал от китайцев,  отстреливаясь и прячась. И когда его все же достали он попал с корабля на бал. А точнее в очередной бой.

— А ты думал!, — Ухмыльнулся Юп, засевший за баррикадой.

— Прикрывайте! -  Сосредоточился  снайпер готовясь к очередному выстрелу.

Рокот высунулся из-за баррикады со своим «слонобоем» и трижды выстрелил. В это время еще человек десять открыли огонь, давая нашему снайперу время на прицеливание. Каждый патрон к его кинетическому ружью был на счету. Пробить броню тяжелых «топтунов» с усиленными генераторами полей отражения, мог только он. Потому мы еще не сдали эту позицию.

— Пегас, где БК?!, — Заорал он, откатившись назад. — Три  в  ступоре. Но это не больше, чем на четверть часа!

— У меня не десять рук!, — Крикнул из глубины коридора Пегас.

Там сейчас под его руководством десяток вольных пилотов собирали очередную баррикаду и устанавливали на нее полевые генераторы полей натяжения и отражения. Без них этот хлипкий заслон топтуны Искателей продавят и расплавят за считаные минуты.

— Рамзес?, — Юпитер тоже нервничал.

— Две готовы. Третья на подходе. Больше изотопов нет. — Отрапортовал я Юпитеру, добивая корпус третей мины с аналогом С-12. Пусть это только болванка настоящей взрывчатки, но изотопы явно добавляли разрушительной энергии. Без них С-12 взрывалась на порядок хуже.

— Ускорение?

— Полчаса.

— Черт. Давай  две мины и вали за баррикаду. Узнай как там Змейка. Вы оба слишком важны.

Я невольно вздрогнул, когда очередная очередь кинетики  прошила стальные листы баррикады и застучала по полу и стенам. Юп прав. Пора отступать и минировать позиции. Пусть всего двумя минами.

— Впускайте!, — Заорал я, подлетая к следующему рубежу  обороны.

Одна из бойниц на уровне пола, сейчас занятая раструбом поля отражения, открылась, освобождая проход и я, не замедляя бега, проскользнул в щель вперёд ногами. Другой игрок тут же закрыл ее, все тем же генератором поля.

Я же ринулся  вперед. Перепады энергий плохо влияли на электрические сети, потому свет  и без того убитых плафонов  нещадно моргал и резал глаза. В ангаре обслуживания внешней обороны станции все обстояло и того хуже. Света практически не было, лишь отблески редких ламп и боевых энергий из коридора.

— Где Змейка?, — Дернул я ближайшего ко мне игрока.

— Кто?, — Округлил глаза тот.

Черт! Нуб!

— Кто старший?!, — Взревел я.

— Там!, — Игрок втянул голову в плечи и пальцем ткнул  в одно из освещенных в ангаре мест. — Тополь старший.

Черт! С таким воинством мы ничего не навоюем. Не обращая больше внимания на этого Анику-воина, я ринулся к освещенной площадке.

— Кто Тополь?, — Громко спросил я, едва подбежал к игрокам, столпившимся в этом месте.

Точнее к цепочке игроков, что передавала из рук в руки слитки металла.

— Я здесь, Рамзес. — Откликнулся один из них. — Что случилось?

— Как там Змейка?

— Пашет как проклятая! Остального не знаю.

— Малыш, ты как?, — Заорал я в узкий зев тоннеля для рем-дронов.

— Устала!, — Послышался, приглушенный расстоянием, голосок девушки. — И страшно. Но уже почти готово.

— Давай, я тебя сменю. — Крикнул я.

Через пять минут в узком тоннеле показалась… к-хм… очень милая попка моей девушки. Точнее, сначала выпали слитки металла, после чего показались пятки, что их толкали и уж после этого, сама попка, но я проникся лишь последним.

— Ты в порядке?, — Спросил я девушку, вытащив ее на свет тусклый, но божий.

— Скоро буду. — Устало улыбнулась она.

— Потерпи, малыш!, — Погладил я ее по щеке. — Все скоро будет хорошо.

— Хорошо бы!, — Потерлась она щекой о мою ладонь.

Из почти трех сотен игроков только мы вдвоем имели возможность просочиться через узкие лазы для рем-дронов из той западни, в которую нас загнали кланы. Я был убогим инвалидом, чьи мышцы атрофировались за три года до такого состояния, что я превратился в тощего глиста. Моя же девушка оказалась гимнасткой в реале. Не очень успешной в общем плане, но при этом она была миниатюрной и гуттаперчевой. И могла просочится в любую щель.

И эта черта сделала ее очень важной, а возможно, и самой сильной нашей стороной.

Я взял  энергетическую кирку из ее рук и полез в узкий технический лаз. Не впервой. Другого выхода из этого тупикового ангара не было. Но мы его создадим. Пока я воевал с Искателями, девушка, которую ранее все считали тупой и бесполезной, пробивала для нас новый ход. И сейчас пришла пора поработать мне. И удары боевых энергий очень подгоняли.  Еще немного и мы перестанем существовать как группировка. После этого нас просто раздавят поодиночке.

Ник Мангуст очень подходил лейтенанту Искателей. Глядя на его походку и движения я понял, что с этим противником мне не тягаться. Могло бы помочь ускорение, но я его уже использовал. Да и просто использовать его против Альта было бы глупо и бесчестно.

Корпус Стражей, мягко говоря, не всем нравился. У каждого были свои причины. Кто-то откровенно боялся их, потому как был нечист на руку. Кто-то считал, что они не достойны той власти, которую им дали. Кто-то считал их высокомерными снобами и выскочками.

А еще были Альты. Альтернативные Стражам. В основном это были высококлассные спецы, которых по каким-то причинам не допустили в Корпус ни как Стражей, ни как Наставников. Или же те, кто начал курс, но не прошел отбор в Корпус по моральным качествам, а вот саму школу Стражей усвоили и теперь либо доказывали всему миру, что они достойны, либо просто мстили.

Альты никогда не упускали возможность бросить Стражам вызов в любой тематике  от боевых навыков до интеллектуальных дисциплин. При этом сами Стражи всегда должны были принимать вызов, потому как вынуждены были защитить свое реноме. А уж если это касалось игры, то нет злее врагов для Стражей. Злее и опаснее.

И   сейчас  мне  предстоит  сразиться   с   одним  из  них   на  плазменных   ножах,  что   считается  одним   из  самых   сложных  техник   в   НРЗИ.   Все дело было в устройстве клинка, который мог одним ударом вспороть армированный скаф, а главная проблема с парированием клинка. Холодная плазма на острие распространялась по полю отражения и тут же его выжигала. После нажатия кнопки на ноже плазма работала секунду-две, в зависимости от качества клинка, после чего требовалась перезарядка в течении секунды. Вот и получалось, что блоки приходилось ставить либо руками, либо просто попытаться отсечь холодный клинок противника своим рабочим. И для этого нужна  богатая практика таких боев, которой у меня просто нет.

Войдя в круг в центре бара, мы с Мангустом замерли друг напротив друга, присматриваясь к противнику. Хороший профессиональный боец использует не только свое тело и запас приемов и связок, но и все, что только можно. Интерьер, особенности ландшафта или освещения, и даже психологическую атмосферу. Внушил противнику неуверенность и уже половину победы получил. Раззадорил или разозлил  — считай и вовсе победил.

Я уже понял, что это будет мое избиение, потому даже страха не было. Я все равно пойду до конца. Потому я не стал ждать и проявлять неуверенность, и сразу же пошел в атаку. На ножах я ему не противник, потому играть будем на других уровнях.

Однако моя подсечка с попыткой удара двумя руками снизу и последующим перекатом для разрыва дистанции нарвались на уверенные жесткие блоки, а потом я дистанцию все же разорвал, правда от удара стопой в грудь. Кувырок назад и сразу же перекат, а затем еще один от молниеносных, но явно не смертельных атак Мангуста. И все же я потерял сантиметров шесть одного клинка, а так же обзавелся двумя глубокими порезами на предплечье и бедре. Черт! А он хорош!

Зрители одобрительно загудели. Мангуст уже раз двадцать мог бы отправить меня на респ, но решил поиграться. С трудом сдержал злость и раздражение, оставляя в душе пустоту Рагнорека, но вот на лице изобразил ярость и гнев. И следующую атаку провел в явно глупом порыве, начав совсем не то, что было выгодно в этой позиции. Зато откровенно открытый бок и удар локтем в челюсть позволил перекинуть сломанный нож в руку с рабочим.

Мангуст не захотел лишать своих людей и себя удовольствия избиения того, кого они считали Стражем, потому откровенно проигнорировал мою глупость, за что и поплатился. Сломанный нож, плашмя, первым вспорол кромку его ножа, а свежий заряд второго ножа срезал уже затухающий клинок противника. Реакция Мангуста спасла его от вспоротого живота, но уже получив удар локтем в челюсть, я обратным движением успел отрубить ему кисть руки.

Снова кувыркнувшись через голову, я встал в стойку и уже без какой либо наигранной  ярости просто кивнул лейтенанту. Как я уже и говорил, профессиональный боец использует все свои сильные и слабые стороны противника. И сейчас самоуверенность Мангуста сыграла ему в минус. Минус полкилограмма плоти.

Дальнейшие десять секунд слились в круговорот ударов, блоков и контратак. Это все, что я смог противопоставить даже однорукому лейтенанту. Все-таки Искатели очень серьезно подходили к выбору кадров. Только потому я понял, что он Альт. Вряд ли Капитаны на такой пост поставят кого-то другого. Или менее опытного, что по сути одно и то же.

Очнулся я быстро. Мангуст не желал терять времени, потому нас обкололи очень качественными стимуляторами и регенераторами. Уже через пятнадцать минут я чувствовал себя новеньким, как будто только с респа. Все-таки Капитаны Искателей ценили качественные вещи и вся их армия была оснащена по высшему разряду, включая фармацевтику. Их амуниция вряд ли уступала морфовским образцам. Недаром на продавливание вольных пилотов выделили вдвое меньше людей, чем было у нас. Тут каждый боец стоил троих нубов и держались мы только благодаря удобной и заранее подготовленной позиции.

— Очнулся?, — Спросил Мангуст, едва я начал шевелиться. — Подъем, солдат! Пора нам на аудиенцию к Капитанам.

Возражать или спорить я не стал. Не пойду — сам отволокут волоком. Только лицо потеряю и подведу  собратьев. Пусть я не Страж, но Юпитер прав в том, что это не просто имя и номер в списке. Это философия жизни и кодекс поведения.

Потому я просто молча вскочил на ноги гибким и заученным движением, чем вызвал некоторое волнение  в среде окруживших нас бойцов. Не дернулся только Мангуст. А вот дальше пошло не по плану. Вместо того, чтобы продавливать позиции вольных пилотов и тащить меня к Капитанам, Искатели стали пятиться.

Мангуст нахмурился и уже собрался рыкнуть на своих бойцов, когда заметил то, что заставило его поперхнуться. По коридору двигалась процессия из шести человек, которые толкали перед собой откровенно убогую и наскоро сваренную телегу на дико лязгающих железных колесах. А на телеге покоилась… станционная торпеда среднего класса. Среднего для станции, а по сути это полуторатонная сигарообразная махина, которая может разнести тут все в радиусе ста метров, невзирая на мощные поля натяжения. Класс боеприпасов «Прима» устанавливался только на линкоры, авианосцы и различные объекты планетарной обороны. На модуле с такой торпедой не повоюешь. Особенно, если она не одна в спарке. Абзац!

— Здоров, ребята!, — С жизнерадостной улыбкой, замахал рукой Юпитер, в которой зажат был детонатор размыкания. — Как жизнь? Как дела? Вы нашего друга не встречали? А то он за пиццей ушел  и не вернулся.

— О, Рамзес!, — Наигранно удивился он, заметив меня. — Что-то ты задержался. Опять зажигаешь без своих лучших друзей? А как же твоя девушка? Она беспокоилась и даже ревновала.

Юпитер кивнул на Змейку, которая сидела на торпеде  с двумя различными  детонаторами в руках. Да уж чистый сюр! Я едва не заржал в голос. Если эта фигня рванет, то плевать на все поля и прочие укрепления. Разрушения будут дикими, а главное всем кто попадет в эпицентр,  прочку брони и обвесов снесет едва ли не в ноль. Шесть против сотни и десятка дронов, которых я раньше не заметил. Один-ноль в пользу вольных пилотов. Интересно, где они отрыли эту дуру? Торпеды класса «Прима» не валяются на каждом углу. Две-три таких могут потопить даже линкор Искателей. Это при том, что до цели доходит едва тридцать процентов ее ресурса. А тут полный комплект с двигательной массой. Боюсь представить на что она способна в замкнутом пространстве станции.

Мангуст зло заиграл желваками. Он тоже понял, чем все это грозит, как и то, что Бард и Стражи не отступят ни на шаг. Одно неловкое движение и сотня Искателей летит на респ от одного удара, словно нубье зеленое. Уже тема для анекдота. А у Искателей завистников не меньше, чем у Стражей. Паритет!

— И что дальше?, — Лейтенант быстро взял себя в руки. — Будешь стрелять из своей тачанки Анкой?

— Не, беляк. Анка наш талисман. — Ухмыльнулся Юпитер. — Просто показываю, какие у нас есть игрушки. Нравится?

— Очень. — Кивнул Мангуст. — Интересно, какой комплекс ты компенсируешь такой игрушкой?

— Остряк. — Очень ласково парировал Юпитер и посмотрел прямо в глаза лейтенанту. — Тебе ли не знать, что у Стражей нет комплексов.

Мангуст едва заметно вздрогнул. Юпитер попал в цель. Видать лейтенант действительно не прошел отбор в Корпус по личностным качествам.

— Хватит препираться. — Отмахнулся от следующей колкости Мангуста Юпитер. — Рамзес, пошли.

Я покачал головой.

— Это бессмысленная бойня. — Ответил я на недоумевающий взгляд Юпитера. — Нужно с ней заканчивать.

— Возможно ты прав. — Задумчивым взглядом окинул лейтенанта Юп. — Есть предложения?

— Я и вел вашего братца к Капитанам. — Ответил тот.

— А ты не в курсе, что он всего лишь кадет?, — Удивился Юп.

И снова Мангуст заиграл желваками. Оно и понятно. Он-то считал, что играючи разобрался со Стражем, а по сути избил ребенка. И то, что мне восемнадцать не играет роли. Ему под сорок и имеется боевой опыт. У Альтов тоже был свой кодекс и сейчас он его грубо нарушил, пусть и не знал об этом. Да еще и умудрился отдать кадету кисть руки и клинок. И теперь его мнимая победа стала очень болезненным поражением и ударом по самолюбию. И репутации. Потому как бой видели его люди.

— Рокот, ты на обороне базы. Пегас на тебе девчонки и игрушка. Едва кто-то из бойцов пойдет за нами, взрывай к чертям. К Капитанам пойдем только я, Рамзес и Бард. — Тут же раскидал задачи Юпитер.

— Нам нужна команда сопровождения. — Покачал головой Мангуст. — Хотя бы отделение.

— Ну, раз нужна, то бери. Остальные будут нашими заложниками. А торпеда класса «Прима» рванет так, что это будет слышно по всей станции. Значит, переговоров не будет. — Согласился Юп с непроницаемым лицом, но я был уверен, что он доволен как слон.

Эта фраза лейтенанта говорит о многом. Все же Альт не так хорош, как мне казалось. Скорее он просто хороший боевик и тактик, но далеко не стратег и политик. Одна только фраза сказала нам, что на станции не спокойно и Дети пустоты все еще в деле. Прямого противостояния они не выдержали и ушли в партизаны. А сил Искателей явно не достаточно, чтобы взять всю станцию под плотный контроль.

Видимо, потому они так вяло нас штурмовали, больше держа в одном месте, чем реально пытаясь уничтожить. Еще три сотни партизан на станции, особенно под руководством Стражей, которых и готовят для такого, им точно не нужны.

Мои подозрения подтвердились сразу же. Группа Мангуста тут же рассредоточилась по пути, мгновенно выставив боевое охранение, а главное пришлось идти пешком. Транспортная сеть очень лакомая добыча для диверсантов. Уж я-то знаю.

Топать пришлось долго и петляя, что тоже говорило о многом. Видимо некоторые части станции были совсем уж неподконтрольны и опасны для Искателей. Или как минимум для таких малых групп.

Капитаны любили роскошь, потому обосновались на самом верху станции, взяв под контроль Централку. Чем выше мы поднимались, тем больше встречали постов из Искателей и Акул и тем больше видели ремонтных бригад и следы их работы.

Юп поморщился видя это. Впрочем, я его понимал, как и то, что Искатели во главе станции это беда. Вместо того чтобы восстанавливать боеспособность станции рем-бригады наводили лоск и восстанавливали системы внутренней безопасности. На верхних уровнях станции уже появились ковры гобелены, картины и деревянные панели, а количество камер и дронов просто резало глаз.

Так будет и в системе Древних, если Искатели станут у руля. В целом Капитаны умные мужики, построившие свой бизнес в реале и назвать их тупыми, значит сильно недооценить. Вот только в игре они развлекаются и получают удовольствие и потому им плевать на всех. Они желают получать то, что хотят невзирая ни на кого. Вот потому они нам как кость в горле. А мы им.

В одном из роскошных и полностью восстановленных баров нас ждали. Всего три человека и все Капитаны Искателей. Не было ни представителей Акул, ни кого-то еще. Забавно. Значит и с союзниками у Капитанов не все ладно.

То, что Капитанов всего трое тоже не удивительно. Хоть у них и Круг из двенадцати, что намекает на некое равенство, на самом деле всегда есть тот, кто «равнее». Потому на каждом линкоре был первый Капитан у которого был контрольный пакет акций, а остальные были чем-то вроде совета директоров. Раз в систему вошли три линкора, то и первых Капитанов трое.

— Присаживайтесь, молодые люди!, — Жестом ладони пригласил нас один из них.

Сто двенадцатый уровень. Ник скрыт. На вид лет сорок, холеное лицо, вальяжные движения. Он точно не боец и все за него делают другие. — Вы свободны, лейтенант.

Два остальных персонажа толстенький коротышка и пугающего вида широкоплечий угрюмец уровнями были пониже, что значило их подчиненный статус по отношению к слащавому. В общей иерархии Искателей все подчинялось законам капитализма и равенство там определялось вложенными средствами и временем, потому и Слащавый был первой скрипкой.

— Перейдем к делу. — Тут же взял быка за рога старший из Капитанов. — Вы ребята попали между молотом и наковальней и сами должны понимать всю бесперспективность войны с нами. Потому на время этого эвента предлагаю вам стать нашими союзниками. Выбора у вас по сути и нет, потому как ресурсов вашей организации тут нет, а три с половиной Стража это не сила а просто соринка на жерновах системы. Потому…

— Нет!, — Резко оборвал речь оппонента Юп.

— Молодой че…

— Я! Сказал! Нет!, — Припечатал Юпитер. — Сделки не будет. Я официально объявляю протокол «Змей»!

— Ну что вы, молодой человек!, — Всплеснул руками Слащавый. — Это игра и более того…

— Более того, это замкнутая система с непонятными переменными. — Снова отрезал Юпитер. — И вы явно из младшего круга Совета Капитанов Искателей. А еще вы застряли тут с угрозой потерять все и сейчас пытаетесь блефовать. Протокол «Змей» активирован. Хотите вы этого или нет.

Суров наш лидер. Даже Бард поморщился от такой постановки вопроса, но смолчал. А Юпитера я мог понять. Протокол Змей это нечто вроде отказа в выгодной сделке с Дьяволом. Каким бы влиянием или богатством не обладал человек, у него всегда есть слабые места. Есть отстающие от него на пару пунктов конкуренты, есть компромат и как бы скрытые грехи. С этими людьми Стражи и работали в реале.

А протокол Змей отключал любые компромиссы и варианты сотрудничества на казалось бы взаимовыгодных условиях. Так Стражи объявляли о своей полной независимости в расследовании и любые попытки сотрудничества другой стороны воспринимались как дезинформация и возможный блеф. А уж эти парни из Искателей в этом были профи. Потому Юп отказался играть на их поле и ушел в конфликтную сторону. Он прямо объявил Искателей врагами, и каждая крупица информации с их стороны будет считаться ненадежной и слабо достоверной, пока ее не подтвердят другие источники. И даже после этого ее будут считать сомнительной. Это крайние меры в расследовании коррупции и криминальных схем. Это путь к Рагнореку, когда соперник настолько силен, что его раскрытие грозит гибелью Стражу. Это бой с Дьяволом.

— Зачем сразу так?, — Подал голос толстяк. — Мы едва начали диалог. Так дела не делаются.

— К тому же вас всего ничего. — Поддержал его Слащавый. — А ваши полномочия в игре не имеют силы. Тут вас не прикроет закон и протекторат президента и его последователей.

— Ошибаетесь. — Голос Юпа резал по нервам даже меня. — Отсутствие правил дает нам свободу действий, которая ограничивает нас в реале. Так что это не ваша сила, а ваша слабость. Количество Стражей важно в реале, потому как мы так же смертны, как и вы. Но не здесь.

Вы же уже теряете позиции и потому блефуете, пытаясь привлечь нас на вашу сторону. Отсюда и протокол Змей. Вы уже проиграли. Вы влезли в систему из которой нет выхода кроме как вперед ногами персонажа, в который вы ввалили миллионы золотом. Но еще больше вас печалит потеря репутации в Круге Флота. И вы готовы на все, чтобы выбраться с помпой и фанфарами.

Но ситуация вам не подвластна. Кланы в таком же углу и не собираются сдавать позиции ни под силовыми атаками, ни под лестными обещаниями. Вы сами  оказались  на жерновах и отчаянно пытаетесь не упасть.

— Ты слишком самоуверен, Страж!, — Зло усмехнулся Угрюмый. — Вас слишком мало, чтобы диктовать условия. Мы так же можем активировать протокол «Альт» с наградой в сотни тысяч золотом. И вы станете мишенью для союзников.

— Буду рад такому ходу. — Юпитер ухмыльнулся. — Рамзес, покажи нашим друзьям свои достижения. Не все. Только те, что им грозят, если нас решат травить.

Что ж, в этой игре была и функция хвастовства, когда игрок мог вывести на общее обозрение свои навыки и достижения. Чаще всего их использовали для поступления в кланы, но были и вот такие моменты запугивания. Пятый ранг маскировки я решил утаить, а вот  почти седьмой ранг диверсанта и  десятый ускорения показал. Юпитер тоже не стал сильно скромничать и вывел седьмой ранг боевой аналитики и четвертый диверсанта показал.

— Есть еще двое из нас, у кого есть чем похвастать. — Подытожил Юпитер. — Потому, думаю, вы осознаете, чем вам грозит противостояние с нами на фоне ваших проблем с Детьми пустоты и прочими мелкими кланами.

Движением ладони Слащавый заткнул Толстяка и Угрюмца, которые готовы были высказать все, что думают о нас.

— Вы предлагаете проблему, но не решение. — Высказался он. — А это не то, что от вас требуется. Не ваш профиль. А вот решение в нас. Мы самая сильная группировка в системе.

— Пока что. — Согласился Юпитер. — Но система уникальна по параметрам и вы это знаете. Потому и нервничаете. Ваш перевес балансирует на лезвии ножа. Одно неверное движение и вы на дне. Не будет флота поддержки других Искателей и ваши средства, что вы можете влить в игру, мало что решают. А главное, каждое вливание это риск потерять все. Слишком велики ставки, чтобы просто кидать фишки на стол.

— И все же, я не услышал решения. — Нахмурился Слащавый.

— А его пока и нет. — Пожал плечами Юпитер. — Слишком много сил в системе, у которых свои цели и как их привести к общему знаменателю без потерь, я не знаю. Но главными вы тут не станете.

— Мы уже на вершине. — Рявкнул Угрюмый. — И если надо, я это докажу. Три Стража меня не остановят.

— А кто сказал, что их всего трое?, — Будничным тоном спросил Бард, который сразу же выпал из беседы и с отсутствующим видом чистил ногти безобидным на вид ножом.

— А ты…

В этот раз Угрюмца прервал не Юпитер, а базеры боевой тревоги.

Тут же в бар влетел Мангуст, а следом за ним еще три десятка личной охраны Капитанов. На нас уставились стволы различных конфигураций, но никто не стрелял. И то хлеб.

— Что происходит?, — Спросил Слащавый Мангуста.

— Внешняя угроза. — Ответил лейтенант, несколько секунд выслушивая рапорты. — Вас просят подняться на Центральный пост. Ситуация нестандартная.

— А конкретнее?, — Спросил Угрюмый.

— Что-то с планетой Древних и морфами. Не в компетенции операторов. — Мангуст ровно, но с заметной антипатией, ответил Капитану.

Черт, да у якобы монолитных Искателей, дыр в корпусе больше, чем у старой калоши восемнадцатого века. И как они хотят тащить наш кластер в этом чемпионате с таким отношением? Мрак!

Капитаны устремились… Ну да! Этот уверенный шаг хозяев жизни недовольных тем, что их оторвали от важных дел назвать стремлением тяжело. Они величаво поплыли на два этажа выше. В Централку.

— Я тебя убью!, — Ровным голосом констатировал Юп охраннику, что нас решил остановить в дверях бара.

Над моим ухом взвизгнул лазерган и тело охранника кулем свалилось на пол после чего развеялось облаком серой пыли. Лазерный луч в глаз на таком расстоянии это неминуемая смерть. На нас снова навелись десятки раструбов оружия.

— Он не поверил. — Пожал плечами Бард пряча ручной лазерган.

Слащавый и его соратники несколько секунд буравили нас взглядом, а мы стояли с поднятым оружием. Трое против трех десятков.

— Пропустите их!, — Скривился Слащавый и тут же привычным движением ладони заткнул соратников.

Его можно понять. Мы ему не нравились, но представляли силу. Организацию, с кем воевать в масштабах мира не выгодно, а сейчас  происходило нечто, что выходило за рамки станции. И пусть мы не пришли к согласию, жилка бизнесмена, который поставил часть капитала на кон, не позволила Слащавому кинуть нас во враги. Даже при таком финте Барда. Блеф не удался. Мы антагонисты, но нужны Искателям, что так необдуманно влезли в систему, которая им не по зубам. ЦИ плевать на капиталы. Он просто формирует квесты и  игровые ситуации. А игрокам их расхлебывать.

Мы вошли в Центральный пост. Вальяжно и неторопливо. А вот там царила суета и откровенный бардак. Операторы систем орали друг на друга, не понимая что происходит и уж точно не контролируя ситуацию.

Попытки остановить нас пресекал Слащавый. Толстяк и Угрюмый просто плыли в кильватере. Не то что бы они не имели никакого веса, но всецело полагались на более опытного игрока. Во всех сферах опытного.

— Что происходит!, — Рявкнул Слащавый, едва появился в рубке станции. — Отчеты на мой интерфейс.

Минута тишины и отвисшая челюсть. Хороший признак. Впрочем, мы на экранах и сами все видели. На орбите планеты ранее кружили морфы, словно осы вокруг переспелого плода. И раньше это мешало игрокам даже просканировать остатки планетоида, что тянул за собой шлейф астероидов. Сейчас же этот рой в спешке покидал позиции, вытянувшись пятью  черными потоками.

Это могло бы напугать, если бы трехсотые корабли морфов атаковали станции, к которым шли потоки. Могло бы. И пугало. Но пугало то, что, достигнув станции, морфы занимали оборонный периметр, органично выстраиваясь в оборону.

Самые мощные и массивные вплетались в орбиту шаров орбитальной обороны, а позади них выстраивались ровные звенья штурмовиков, истребителей и сапортов. При этом все происходило с такой синхронностью, что заставляло завидовать даже нас.

И одновременно пугало. Что может вынудить морфов пренебречь ими же установленными правилами и границами? Что может заставить их бросить свою планету и уйти под прикрытие игроков? Трёхсотых рейд-боссов! Только то, что может их уничтожить.

— Освободите частоты!, — Потребовал Юпитер у Слащавого.

— Что?, — Не понял тот.

— Мне нужна связь с моими людьми.

По кивку Слащавого один из техников что-то пробил по клавишам виртуального интерфейса.

— Рокот, Пегас, Юпитеру. — Тут же выдал  в эфир наш лидер.

— На приеме.

— Протокол «Острие». Собирайте древко. На лезвии Стражи.

— Толщина?

— Сколько влезет! Идем на удачу.

— Понял.

— Рамзес, ты с нами?, — Спросил Юп.

— Естественно. — Я даже слегка обиделся. — Когда это я отказывался от хорошей драки?

— Что вы задумали?, — Тут же спохватился Слащавый, до которого, за ворохом отчетов и рапортов, смысл наших слов и действий дошел с запозданием. — Что за протокол?

— Не мешайте нам. — Отмахнулся Юп. — Отзывайте своих людей. Сейчас не до внутренних разборок.

— И все же. — Настоял на своем Капитан Искателей.

— Попробуем пробиться на планету Древних пока оттуда морфы ушли.

— Мои люди с вами.

— Ваши люди сами по себе, но мы не враги. — Покачал головой Юп. — Думаю, столь светлая мысль придет в голову многим, так что через час над планетой будет не протолкнуться. Потому стрелять в друг друга смысла нет.

— Согласен.

— Тогда по коням.

Рисковать мы не стали потому снова ринулись к стартовым площадкам бегом. Дети пустоты могут пускать транспортные капсулы под откос не разбираясь кто в них. По сути у них здесь все враги. А у нас сейчас каждая минута на счету.

К боксам мы подобрались одновременно с Рокотом и Пегасом, которые тащили за собой около сорока вольных пилотов с более-менее приличными навыками пустотных боев. Брать числом не наш метод.

Рядом с ними бежала вся сотня людей Мангуста. Лейтенант так же последовал за нами и тут же принял командование. Видимо Слащавый все же решил упасть нам на хвост. Хорошо это или плохо будет видно по факту. Сейчас спорить или предпринимать что-то нет времени.

У боксов образовалась пробка, но мы быстро разобрались в очереди, а народ все прибывал. Показались Акулы и другие пилоты Искателей. Вечеринка обещает быть жаркой. Скорее всего такое столпотворение происходит повсеместно на всех станциях системы.

Я влился в новый кокон своего модуля и довольно усмехнулся. Все же наша схема управления куда интереснее, чем обычные джойстики и педали. Корабль послушно следовал за моими движениями корпуса и рук. Невероятные ощущения.

В этот раз чернота космоса оказалась еще чернее от сотен громоздких антрацитовых туш кораблей морфов. Пролетая мимо их, невольно закрадывалось чувство трепета и своей ничтожности. Во-первых, их уровни запредельны для игры, где максимум достигнутый игроком не доходил и до двух сотен. Во-вторых, их обводы и чернота корпуса выглядели очень впечатляюще, агрессивно и опасно. Пусть моя ласточка так же была выполнена в этом стиле, но все же смотрелась домашним котенком на фоне пантеры.

— Древко стандартное, построение клином. Курс два, семь, ноль, четыре. Старт один сорок. Ускорение семь на один десять.

— Рамзес, Рокот, вы в авангарде. Курс два, семь, ноль, четыре. Ускорение девять и восемь по списку. Старт через две и две и четыре. Отсчет на волне группы. — Начал выдавать команды Юпитер, едва вылетел из ангара.

— Размзес, твоя задача  войти в плотный контакт и на ускорении вскрыть все что можешь. Используй все доступные возможности.

Рокот ты пассивно отслеживаешь волны от Рамзеса в отрыве. Дальше пакет флоту и по обстоятельствам.

При атаке — эвакуация из модуля и личный десант на планету.

Древко продавливает возможную оборону. Главная задача десант на планету в любом виде и количестве. С модулем или без. Смотрим по сторонам. Свои только в группе, остальные чужие  в той или иной степени опасности.

Вопросы?

Надо отдать должное и Рокоту, что занимался отбором кандидатов и самим кандидатам. По мере выравнивания боевых порядков напротив одной из брешей в строю морфов, в эфир посыпались сухие и лаконичные отчеты командиров групп. И мы ничем не уступали  как клановым бойцам Акул слева так и Искателям справа.

Но у них людей было больше потому и хаос с командами, отчетами, построением был куда сильнее. К тому же Искатели совершенно рехнулись и одна из болванок линкора дрогнула, расстыковываясь со станцией. Конечно, пока ее полностью укомплектует экипаж пройдет минут двадцать, а то и больше, но кидать в атаку на планету целый линкор это совсем уж безумие. Они либо совсем отбитые экстрималы и отморозки, либо действительно в шоке от того в какую задницу их занесло.

Я примерно прикинул откат ускорения и расстояние до планеты. По всему выходило, что пока долетим все откатится и я смогу выдать то, что нужно. Рокот под маскировкой примет данные и передаст узким лучом Юпу, а тот всей нашей эскадре.

Дальше, как и в любой разведке боем, все зависит от профессионализма пилотов и удачи.

Старт. Ускорение вжимает тело в кокон, отсчитывая минуты. Все. Можно расслабиться. Включаю тормоза маневровыми и фиксирую их. Полет будет идти около получаса при полностью погашенных системах. Я выключил даже функции жизнеобеспечения, и тут же меня снова вжало в кокон перегрузками торможения. Неприятные ощущения, но ради цели это можно и стерпеть. Даже спустя полчаса я войду на орбиту планеты на скорости настолько большой, что без моего ускорения из нее можно выйти только размазавшись о поверхность. Но боевая аналитика Юпитера позволяла ему очень точно проводить такие расчеты, так что пусть на пределе, но я вытяну. А сто секунд для такого боя это очень много и огромная фора для нашей эскадры.

К тому же из всего ру-кластера мы стартовали первым в силу малой группы, а значит у нас есть кое-какая фора по времени.

Форы не оказалось. У систем корабля были свои мерки, но в бою все упиралось в реакцию игрока. Бездумная машина может и быстрее игрока и пилота по реакции на агрессивные воздействия, но талант бойца лежит в зоне искусства и непредсказуемости ходов. Потому  так важно было участие живого игрока. Это же ограничивало нас, потому как скорость реакции обычного  человека была ограничена. Как и расстояние боя, в котором пилот мог хоть что-то значить.

Когда я выпал из размышлений и получил право на управление, то оказался в стае таких же шустрых игроков от всех пяти альянсов. Тактика Юпитера не была особо изощренной и так поступили остальные, запустив на максимуме свои самые быстрые и незаметные корабли.

Едва скорость достигла оптимальной для человеческой реакции, пришлось уходить в виражи. Две сотни призраков вышли на орбиту и стали сканировать все, что только могли, одновременно атакуя корабли иных фракций. Во все стороны понеслись ракеты, торпеды и плазменные шары. Призраки любили мощное оружие, которое позволяло выбить противника с одного двух выстрелов.

Черноту неба планеты без атмосферы раскрасили сотни трассеров и взрывов. От которых пришлось уходить дико петляя и матерясь сквозь зубы. Одна ошибка и  все кончено. Ускорение я врубать пока не решался оставив его на самый крайний случай. Зато врубил розовую хрень. Что за финал без саундтрека?

Я под завывание скрипки на фоне тяжелого рока бросил свой корабль вниз. А над головой разверзся ад. Планетоид Древних изначально был мал. Размером с Марс, если не меньше, но катаклизм отрезал от него большую часть, которая теперь тащилась шлейфом астероидов следом. Потому гравитация тут была едва ли вдвое большая, чем на земной Луне.

Как и я, часть игроков решила, что тайна закрытой планеты важнее и ушли на бреющий полет, а вот остальные схватились прямо на орбите. Вспышки взрывов сверкали с частотой фейерверков на празднике. И уносили на респ очередного игрока.

Мое крутое пике тоже не осталось незамеченным и в след ушло два десятка ракет и торпед. Я жал до предела и выровнял полет лишь над поверхностью планеты. В «зеркале заднего вида» поднялось пламя от взрывов. Чем выше скорость, тем круче дуга поворота. На это я и рассчитывал. Сбросил прямых соперников. А дальше правила изменяться. С подходом основных сил к планете все начнется по новой.

В последнем суждении я не ошибся, и с орбиты все больше и больше летело кусков обшивок и боевых зарядов, а мне осталось только петлять между скальными породами. Не знаю, как эта планета выглядела, когда на ней жили сами Древние, но сейчас она походила на филиал Ада. Скорее всего разработчики использовали слегка изменённые шаблоны Инферно из мира меча и магии. Изрытая воронками и трещинами поверхность бурлила лавой,  выбрасывая в воздух тонны вулканического пепла, а порой и выстреливая мощными разрядами молний. Видимость резко упала, так что пришлось замедлить полет, потому как на ряду с воронками часто встречались неестественные по природе каменные останцы размерами с хороший небоскреб. Благо пепел прикрыл и меня от взглядов и приборов игроков на орбите. А там сейчас в бой пошли серьезные калибры, так что праздничные огни только усиливались. Не думаю, что только Искатели пригнали сюда линкор. У американцев и европейцев тоже этой техники в избытке, а планетоид Древних очень лакомый кусок. Я не знал что нужно искать, а сам размер планетоида пусть и меньше Земли, да еще и здорово уполовинен, но это все  же десятки тысяч километров только одной поверхности, не считая возможных скрытых пещер и каньонов.

Едва я расслабился и начал осматриваться, чуть не поплатился. Торпеда с орбиты мелькнула совсем рядом, а потом могучий взрыв бросил мой модуль в сторону, попутно разметав пепел. Я так и не понял, какой умник смог навестись на меня и каким образом. Данные своим соратникам я по-прежнему передавал, но пакетными импульсами каждые тридцать секунд. Хотя я бы на месте операторов  мощных  орудийных и радарных систем попытался отследить неестественные флуктуации  пепла и по ним уже отстреливаться по потенциальным врагам.

На интерфейс пришли координаты точки сбора от Юпитера. Мы изначально должны были уйти на планету под прикрытием остальных сил, которые должны сдержать натиск других фракций. Пришло время собирать рейд. Планета Древних просто обязана дать нам ответы на вопрос как выбраться из системы.

На точке сбора оказался большой и глубокий  каньон, на дне которого кипела лавовая река, а время от времени между стен проскакивали разряды молний. Мрачноватый антураж, но неплохо укроет нас от взглядов сверху. Пепла тут хватит прикопать целый флот.

Я посадил модуль на поверхность и выбрался наружу. Нужно прощупать планету  вне модуля потому как пепел и прочие помехи забивали все сканеры. Да и просто модуль куда более видная и привлекательная цель для ударов с орбиты, а скафандр фонит куда меньше. Когда не знаешь куда идти и что искать, отправная точка и направление не имеют значения.

Спустя несколько минут рядом приземлились восемь модулей. Много наших прорвалось и часть из них Искатели. И видимо это не все, потому как Мангуст, что тоже оказался здесь, отдавал команды на зашифрованной радиочастоте пытаясь пробиться сквозь помехи и орбитальные РЭБ-атаки. Больше всего меня удивило то, что в команде оказалась Змейка и Хель.

— Что там на верху?, — Спросил я Юпитера на групповой волне.

— Ад!, — Ответил тот. — Если бы не Искатели и их линкор, то мы бы не прорвались. Амеры подогнали шесть линкоров и на пару с четырьмя линкорами европейцев валят все, что шевелится. Еще десяток висит вдали и страхует первых. Линкор Искателей уработали за десять минут. Только клочья летели.

— Круто! А что у нас по плану?

— Как будто я зна…

Закончить Юпитер не успел. Земля под нашими ногами задрожала, взбив пепельное одеяло в верх. Атмосфера  на планете все же держалась но была разрежена и состояла из опасных для жизни газов вроде углерода и амиака.

— Что за…, — Рокот тоже не успел закончить фразу, потому как планетоид нас лягнул по ногам, подкинув модули на несколько метров. С выключенными системами они приземлились уже покореженными жестянками. А нас всех раскидало по сторонам.

— Что происходит?, — Заорал Пегас и тут же снова покатился по пеплу.

От второго удара стало еще хуже. Модули снова подкинуло вверх, как и наши тушки. А земля завибрировала под ногами.

— Уходим! Быстро!, — Первым вскочил на ноги Юпитер и, подавая остальным пример, огромными прыжками, метров по шесть, ринулся в сторону.

Я же получил легкое оглушение и теперь меня здорово шатало, тем не менее, я доверял нашему тактику и пусть в слегка нелепой позе на карачках бросился следом, по пути прихватив Змейку, что просто растерялась. Остальные смогли последовать за нами своим ходом.

Вибрации все нарастали, подкидывая вверх новый пепел, и спустя несколько секунд я почувствовал себя в центре вьюги. Ноги проваливались в пепел по колено, что мешало бежать. Хорошо хоть гравитация тут совсем никакая, иначе бы я не выбрался еще и с девушкой за спиной. Я не знал, куда мы бредем, потому как не видел ничего дальше вытянутой руки. Связь тоже барахлила и крики Юпитера и остальных в ушах звучали рывками, чередующимися с помехами и белым шумом.

А вот позади нас что-то происходило. Что-то могучее и страшное. Я ощущал это по мощи вибраций. Вдруг нас рвануло назад и протащило по земле несколько метров воздушной волной, а пепел словно пылесосом втянуло в одну точку позади. Земля там стала проваливаться внутрь. От центра кругами расходились трещины, откалывая куски вулканической породы, которые тут же исчезали в черном зеве провала. И скорость распространения этой воронки не оставляла никаких шансов сбежать. Однако нам повезло и провал закончился не доходя до нас считанные метры. Странный почти идеально круглый  тоннель. По краям еще осыпались камни, пропадая где-то в темноте.

— Что это?, — Первым подскочил к норе Пегас на секунду опередив Мангуста. — Есть соображения?

— Отойди!, — Рявкнул Юпитер, но было поздно.

Черный сгусток размером с теннисный мяч просто испарил голову Пегаса, который заглядывал в тоннель, а долей секунды позже  второй отсек у Мангуста кусок торса. Лейтенант  успел дернуться в сторону, это его и спасло, если можно так сказать об обрубке человека жить которому осталось пару минут не смотря на все усилия крафтового скафандра и встроенных аптечек.

Дальше все замелькало с дикой скоростью, так что в полной мере я смог осознать, что происходит, намного позже, а пока действовал на рефлексах.

Юпитер дернулся назад и я на одной интуиции включил ускорение. Прикрыть Змейку или кого либо еще я уже не успел. Из тоннеля вертикально вверх рванулись десятки шаров на маршевой скорости, однако при этом они  успевали отрабатывать по нам из своих орудий, не замедляя хода.

Убегать уже не было смысла, потому я сдернул с плеча плазмобой и стал стрелять в поток, бьющий из земли. Ускорение позволяло мне двигаться быстрее и хаотичнее, потому сгустки непонятной энергии пролетали мимо,  оставляя на месте попадания странные следы. Больше всего это было похоже на султан нефти застывший в воздухе. Странный эффект.

За пару секунд мы потеряли почти  всех. Остались только я, Юпитер и Рокот, который успел слиться с поверхностью и не подавал признаков жизни. Юпитер, используя свою аналитику, удачно уходил от выстрелов врага еще и огрызался в ответ. В один момент нам повезло, а может Юп подстраивался под меня и сразу два заряда плазмы попали в одно место, сбив шар с траектории и тут же следующий за ним, довершил начатое. Он среагировал мгновенно, пытаясь обойти собрата, но скорость была огромной, потому времени не хватило и оба шара покатились по земле выбившись из строя. Остальные не обратили на это внимания и спустя десяток секунд мы остались одни с удивлением провожая взглядами строй шаров, который скрылся в небесах.

— Ты что-нибудь понимаешь?, — Спросил я Юпа. — Это же нелогично.

— Не больше твоего. — Пожал плечами тот. — Рокот, не шевелись. Будь тут до последнего. Нам нужна информация. Рамзес, пошли посмотрим с кем имеем дело.

Юпитер, осторожно и с плазмобоем наперевес, двинулся вперед к самому покореженному шару. Я шел позади страхуя напарника и заодно присматриваясь к новому врагу.

Шар небольшого диаметра, чуть более трех метров. Вся поверхность соткана из шестиугольных пластин размером с ладонь. Цвет слегка странный, что-то вроде старой бронзы или золота, но с каким-то неуловимым отливом холодного оттенка. И больше никаких щелей или отверстий. Ни смотровых, ни оружейных бойниц. Просто гладкий шар из сот.

А главное повреждения на них минимальны, хотя сбить из ручного плазмобоя  игровой модуль вполне реально, особенно если в одно место попадает два заряда. Тут же всего десяток оплавленных сот и небольшие вмятины от столкновения. То, что шары упали, говорит лишь о том, что такого импульса не выдержал пилот или начинка, если это дрон.

— Что думаешь?, — Почему-то шепотом спросил я Юпа.

Тот тоже вздрогнул от моего голоса. Было в этих шарах что-то пугающее, хотя с виду обычные модули, пусть и странной конструкции. Но вот эманации от них шли неприятные. Ощущение злого взгляда.

— Не знаю. — Ответил Юп через минуту. — Технология похожа на морфовскую, но все же иная.

Дальше договорить мы не успели, потому как часть пластин одного из шаров разлетелась в стороны,  так и зависнув в воздухе,  а нас резко атаковало некое существо гуманоидного типа, но уж очень шустрое. Замер этот монстр лишь на секунду, когда вонзил руку прямо в грудь Юпитера. Я побоялся стрелять из плазмобоя, потому как они оказались рядом, но этого хватило Рокоту. И голова монстра разлетелась белесыми ошметками. Правда Юпу это уже мало помогло. Упав на землю, его тело развеялось серым облаком, смешавшись с остатками пепла.

А я ринулся к телу моба. Назвать этого моба монстром было слегка неправильно. Он чем-то напоминал морфов — то же безликое лицо без глаз, ушей, ноздрей и рта, но все же есть некие намеки на них, как будто художник их просто не дорисовал, те же три метра роста. А вот отличало их от морфов белесое полупрозрачное тело, в котором мутным облачком застыла кровь Юпитера, что тянулось от руки к телу моба. Да они вампиры какие-то!

Я огляделся в поисках своего модуля. Это тело обязательно нужно засунуть в трюм. Даже если я отсюда не выберусь, все вещи из трюма перенесутся в карман воскрешения, а нам просто необходимо изучить врага. Потому схватив труп за ногу, я ринулся к своему кораблю. Главное успеть пока не случилось чего-то смертельного. Пусть в небе свистопляска затихла, это еще ничего не значит. Чувствую это ненадолго. К тому же еще желательно успеть отсканировать сбитый модуль.

— Рамзес, уходи, а я остаюсь. — Раздался голос Рокота в наушниках. — Посмотрим, что подарит нам планета Древних.

— Принял! Удачи!, — Ответил я, закидывая труп на рампу. Хорошо хоть гравитация тут слабая, иначе бы не дотащил эту тушу. Теперь главное взлететь. Приложило мою ласточку здорово. Весь правый борт  покорежило. Ну что ж проверим, что я смогу. Взлет.

Просто так улететь мне не дали. Нет, все непонятные шары куда-то делись и меня не трогали, но уйти в маршевое ускорение не получилось. Сначала мешал гравитационный колодец планеты Древних. Моего интеллекта, а соответственно вычислительных систем модуля, не хватало для расчёта рывка. Точнее система просто не нашла безопасных траекторий для старта.

Едва я вышел на орбиту, понял почему. Все околопланетное пространство было густо усеяно обломками. Когда погибал модуль игрока, от него отлетали осколки обшивки. Сам корабль возрождался в кармане воскрешения, но терял часть своей брони. Потому было важно таскать в трюме определенный запас различных металлов. Если материала не хватало, некоторые системы после респа могли функционировать некорректно.

Так же иногда от корпуса отлетали обвесы. Тут  игровая система работала не рандомно, а аккуратно просчитывала ситуацию. Если прочка обвеса выше пятидесяти процентов, но взрыв или энергетический луч отсекли крепление,  то часть корабля остается на месте гибели модуля.

И сейчас я медленно летел сквозь облако таких обломков. Плюс ко всему тут летали части просто разодранных на клочья линкоров. Кладбище погибших кораблей. По другому и не назвать.

Да что же это за шарики такие?! Ведь сюда прибыла тьма игроков от всех пяти фракций, причем на очень мощных кораблях. А в итоге все превратилось в облако хлама, кружащегося вокруг планеты.

Тут же в душе зашевелился Плюшкин. Жаль, что моя игра пошла по вектору пехотинца, и я просто забыл установить программу трофейщика. Эта программа привязанная к радару сравнивала обломки на месте гибели вражеского корабля с каталогом обвесов и отыскивала полезные части.

Да и без нее я сейчас могу забить свой трюм под потолок различными металлами, что в бедной на ресурсы системе Древних просто бесценный подарок. Однако сам антураж этого поля боя угнетал психику. Словно идешь по полю трупов и ждешь, что из любой ямы на тебя выскочит сама Смерть. Жутковато. Тем более шарики тут встречались хоть и очень редко.

Я еще на планете думал исследовать один из сбитых нами, но не решился. Оставил это Рокоту. Эти шары откровенно пугали своими эманациями чужеродности и опасности.

А мне сейчас умирать не рекомендуется. Разработчики умели заставить игрока переживать. Три смерти подряд прилично сняли с меня по опыту. И следующая смерть скинет с меня сразу два-три уровня. Вторая еще три-четыре. Так и перса запороть не долго.

Потому я и летел очень медленно и под скрытом. «Поймать кирпич», как называлось столкновение на ускорении с любым объектом, я не желал. А пробиться сквозь это облако обломков просто невозможно без последствий. Никакой кинетический снаряд не идет ни в какое сравнение с обычным куском металла, что на ускорении в пару процентов световой скорости попадается на пути. Я даже мяукнуть не успею, как мой модуль разнесет на осколки.

Пробившись сквозь это облако, я с сожалением оглянулся назад. Столько ресурсов пропадает. Но и собирать их страшно. То, что смогло на клочки разорвать несколько мощных линкоров, меня просто размажет на атомы. Куда же я ввязался?! И зачем?

Черт! Очень дурные мысли. Я Страж! Это моя работа! Это нужно помнить. Пусть я всего лишь кандидат. Путь Стража большую часть проходит в душе самого Стража. И слабости там не место. Как и страху, и сомнениям. Особенно сомнениям. Потому как Страж всегда должен знать, что обменяет свою жизнь на жизнь невинного, которого он призван защищать. Без этого Стражи лишь очередная правоохранительная система с карьерной лестницей.

Вынырнув из облака обломков, просчитал курс ускорения к станции. Пора валить отсюда. Иначе нарвусь на неприятности. Старт.

Выполз из кокона пилота. На таких ускорениях воевать себе дороже, хотя повышенная гравитация от ускорения создает некие неудобства, это самое  спокойное время.

Станция меня встретила таким же угнетающим покоем. Корабли морфов антрацитовыми глыбами кружились вокруг нее, органично вплетаясь в оборонную систему. Однако раньше в радиусе двух сотен километров  всегда кружились игроки. Да и просто стоял гвалт на общей частоте. Сейчас же стояла гробовая тишина. Народ зализывает раны.

Попав в ангар и сдав модуль, я первым делом выволок труп моба. За ногу. Народа тут хватало, потому все смотрели с неким удивлением. Впрочем, большинство не понимало, что происходит в системе. Все произошло слишком быстро.

До базы я добрался спустя час. После последних событий внутренние разборки приутихли, но я не рискнул воспользоваться транспортной капсулой. А чудик, что на буксире тащит за ногу трехметровое белесое тело, может выбить из колеи кого угодно. И уж точно к такому мяснику никто не подойдет.

Юпитера не было в сети. Но был Бард. Он-то меня и направил. После атаки на планету многое изменилось, хотя я не понимал в чем причина. Понятно, что у нас появился новый враг, но как это играет на общей карте не ясно. Нужно уточнить расклад сил и последствия пришествия новой силы.

Барда я нашел на базе вольных пилотов. Последствия штурма уже убрали и сейчас усиленно укрепляли единственный вход. Пусть Искатели вроде как объявили перемирие,  доверия к этим людям ни у кого не было.

— Что за трофей?, — Удивился Бард глядя на труп моба.

— Это пилот этих шаров.

— Да ты что?!, — Округлил глаза тот. — Это ты его? И где?

— Не я, а Рокот. Издали. Иначе бы он порешил нас всех. Юпитера он убил за секунду. Кстати, они вроде как вампиры. Или что-то такое.

— Хм… это что-то новенькое! -  Почесал затылок Бард и обошел вокруг тушки моба. — А зачем ты его притащил? Препарировать? Так это без толку.

Ну да. Расчленённой живых мобов тут  не увлекались. Хотя ходили слухи, что хотели ввести и такую практику для медиков, но как-то не прижилось, потому как задачи в игре были немного не те. Отсюда и нет профессии хирургов и потрошителей. Игровая реальность быстро восстанавливала травмы с помощью регенераторов и стимуляторов.

— Не скажи. Если он в таком виде бегал по агрессивной среде планеты,  значит он в скафандре. И можно отдать его Пегасу. Вдруг что и снимет.

— Сомневаюсь. — Поморщился Бард. — Не похоже, что это скафандр. А если и так, то скорее на основе биотехнологий, что у нас не в ходу. Разрабы предпочитают техногенный подход как более подходящий для настоящих условий космических боев и земных технологий.

— Ну не знаю. Лишним не будет. — И я был прав. Народ подтягивался к мобу и с любопытством разглядывал тушку.

— Ты его лутал?, — Поинтересовался Бард.

— Нет. Решил тоже оставить Пегасу. Кстати где они все?

— Ушли в реал. — Пожал плечами тот. — Узнавать новости через свои каналы связи. Шарики перемолов флот на орбите частично разлетелись по системе и сейчас методично зачищают кучи. Только к станциям не лезут. А другие, пробив червоточины усвистели в большой мир.

Кстати новость дня. Шары определяются как первоуровневые. Но оружие и броня у них соответствуют минимум сотке. И кстати смерть от их излучателей снимает сразу уровень без штрафов на количество смертей, а сам шар тут же поднимает свой уровень на единицу. Если  видишь шар сотого уровня, значит у него сотня фрагов.

А еще они очень шустрые и попасть в них очень тяжело.

Да уж. Это что-то новенькое. Впрочем, во всех играх «дриммира» уровни не являлись определяющим фактором. Если правильно подобрать вооружение, то даже десятка может расстрелять сотку. Это конечно редкость, потому как с уровнем усиливались различные возможности технических систем модуля, но и безнаказанно расстреливать нубов не получится. Правильная группа нубов может отмахаться от топового  игрока. А уж в вне модуля разница в уровнях заметна еще меньше. Тут уже больше зависит от мастерства  и раскачанных навыков как игровых, так и реальных.

Но способности шаров выбивались из общей картины и меняли всю тактику. И думаю, нас ждут еще несколько сюрпризов. ЦИ любит подкидывать игрокам головоломки.

И я оказался прав. Часа через три вернулись Юпитер и Пегас с новостями. Часть шаров, что набрала высокий уровень в бою, улетела в большой космос и сильно удивила тамошних игроков. При этом перемещались по гипертрассе они раз в сто быстрее и проколы делали сами, а значит были почти неуловимы.

Так же они оказались очень продуманными в тактике космических боев, быстро вскрывая схемы игроков. Многие клялись, что они даже могут менять класс буквально на ходу. Тот, что был призраком по раскачке, в течение нескольких минут стать заслоном, тем самым обломав контратаку игроков. Да и в целом им еще много чего приписывали в хаосе форумных сообщений.

А вот общие цели этих ребят не представлял никто. Теорий была масса. То, что это Древние стало понятно, когда они вышли из недр своей планеты. Хотя тут же возникала масса других вопросов. Почему морфы ушли в оборону и под прикрытие игроков, вместо того, чтобы радостно встретить своих хозяев. И что они искали в большом космосе. И морфы, и Древние. Не бесцельно же они метались по космосу. Не смотря на кажущийся хаос их передвижения направлений у них было общим, хоть и веерным.

И сейчас все живое на их пути резво закреплялось на кучах и станциях не желая встревать в одиночные разборки с шарами. А кланы собирали рейды для отражения атак на свои объекты.

Все это я и озвучил, едва мы собрались на базе. Бард и Стражи как-то незаметно и  уже давно стали управленческим ядром вольных пилотов, потому и решения принимать им.

— А что если все не так?, — Задумчиво ответил мне Пегас.

— Поясни. — Потребовал Юп.

— Все, что тут происходило, мы подвели под игровую легенду об истории Древних. Но что, если все не так. Что если морфа не искали Древних, а искали то, что сейчас ищут сами Древние. И что если морфы пытались удержать Древних там, где они были все это время. А ограничение на вылет игроков из системы как раз и нужно было, чтобы их количества для поддержания замков на тюремной камере. Но замки пали и теперь на нас задача понять, как запереть джина обратно в бутылку, а остальные игроки будут сдерживать натиск их флота и искать то, что ищут Древние.

— Как гипотеза пойдет, но мы пока что, мало что знаем о противнике. — Согласился Юп. — Кстати, я вам скажу, что ощущения от касания этого урода очень неприятная штука. Сразу наступает слабость и зуд по всему телу, пока он выкачивает кровь.

Юп даже поежился.

— Хм… это очень похоже на то, как убивали морфы игроков, которые перешагнули сотый уровень. Описанные тобой ощущения подходят. Еще одна загадка.

— Ребят, там на входе вас ждет лейтенант Искателей. — Подошел к нам один из игроков. — Требует вас.

— Чего ему надо?, — Удивился Бард.

— Скорее всего большой совет собирают. — Хмыкнул Юп. — Долго они телились. После того как шары сожрали их линкор и не подавились, они резко утратили спесь. Теперь будут говорить об нужде объединения сил и перемирии. Хотя снова будут гнуть линию, что они тут самые крутые.

— И что? Пойдем? И согласимся?

— Пока да. — Кивнул Юп. — Пока у нас нет четкого плана выхода из системы или противостояния Древним, брать бразды правления в свои руки нет смысла. А вот если придумаем что-то действенное тогда и поговорим. Сейчас единство куда важнее склок, а у Искателей мощная крафтовая база. Им лидерство нужно для тщеславия и самого лидерства, а вот нам оно нужно для выполнения задач.

Оружие Древних необычное и запросто прошивает и поля отражения, и натяжения, так что думаю, ЦИ решил ввести в игру новые технологии и тут дело за вами, Пегас.

— Понял. Буду думать, но нужны образцы их технологий. Сейчас информации мало.

— Ладно, пошли, послушаем,  что нам скажут Капитаны. Минус один линкор это солидные потери. Хотя амерам и европейцам досталось куда сильнее. Они вроде как восемь линкоров потеряли. А остальные сильно потрепало.

Юп оказался прав во всем. В Централке собрались представители Искателей, Акул и Детей пустоты, и даже несколько человек от более малочисленных представителей кланов. Сейчас игра вышла за границы системы, потому поддержка извне тоже считалась, хоть по последним данным, червоточины в систему Древних схлопнулись и попасть сюда больше никто не сможет.

Вольных пилотов вряд ли считали силой, но вот Стражей решили привлечь. Что ни говори, а они сила с которой стоит считаться. Я тоже проник под шумок на совет, хоть и остался в дальнем углу от стола, за которым лидеры вели переговоры.

В принципе все было достаточно предсказуемо. Все понимали, что нужно прекращать разборки и выступать единым фронтом. И в срочном порядке укреплять обороноспособность станции. Если пока Древних отпугивала оборона из морфов, но поднакопив уровней на смертях игроков они вполне могут ее проломить и тогда это полная смерть персонажа.

Немного поспорив, покричав и поматерившись самые мощные фракции все же разделили  зоны влияния и установили общие правила взаимодействий, хотя полноценным единством это назвать было сложно.

— Думаю, этого мало. — В конце высказался Юпитер. — Лично мне кажется, что такую угрозу мы сами устранить не сможем. Нужно договариваться с другими станциями. Американцы и европейцы уже здорово получили по носу. Так что на своей шкуре оценили всю силу противника.

Это предложение вызвало бурю негодования и протестов. Никто тут не доверял соседу, а уж что говорить про другие кластеры. Однако вскоре все же согласились, что нужно хотя бы с ними заключить пакты о ненападении. Веры им никакой и в любой момент такой мир может рухнуть, но попробовать стоило. А дальше покажет время.

Тут же стали искать кандидатов в делегаты. И все сошлись на том, что лучших представителей для переговоров, чем Стражи, не найти. Их понятие Чести давно стало притчей во языцах и известно далеко за пределами ру-кластера. Так что как минимум выслушают, если сразу не пристрелят.

— Рамзес, какие ты языки учил?, — Спросил Юп, когда и меня вписали в делегаты. Оно и понятно, встроенные переводчики в системе Древних не работали, потому говорить придется, используя реальное знание языка.

— Английский. Но у меня почти двести минут АЗЯ.

— Чего?, — Удивился Слащавый, которому не сильно нравилась столь значительная роль Стражей в таких переговорах и особенно коробила их честность.

— Абсолютное знание языков. — Пожал плечами я. — Получил как награду во время диверсий на станции азиатов.

— Ну, вот и первый кандидат на станцию китайцев. — Хмыкнул Слащавый. — Там тебя быстро оприходуют.

— Это война и игра. — Равнодушно ответил я, стараясь унять дрожь от мыслей о Джинн. — Правила изменились, потому никто не будет травить парламентера. Сейчас мои знакомства на той станции только в плюс.

— А у тебя и знакомства там есть?, — Опешил Капитан. — Это что же за диверсант такой?

— Это отличный диверсант и разведчик. — Отрезал Юп. — Так что шансы на то, что договоримся с азиатами куда выше, чем с остальными. Тут есть хоть какие-то точки соприкосновения.

— Что же. — Кивнул Слащавый. — Думаю, не стоит с этим тянуть. Завтра с утра по времени станции стоит посетить наших соседей и понять, чем это нам грозит.

Рокот лежал присыпанный пылью уже несколько часов, но ничего не происходило. Один из шаров так и остался открытым, с зависшими пластинами, а второй продолжал лежать неподвижно. Странно это все. Непонятно. А все непонятное опасно.

Пусть они не шевелились и не подавали признаков жизни, рисковать Рокот не хотел. Выдержать сдвоенный удар плазмобоя, а потом еще и столкновение на маршевом ускорении, и при этом получить минимум повреждений — это сильно. Пусть их векторы были однонаправленные, что сильно гасило инерцию удара, любой бы игровой модуль разорвало в клочья. Это говорит о многом, и Рокот со своим крафтовым «слонобоем» ничего не сможет противопоставить такой броне. Тут нужны полноценные торпеды приличного калибра. Минимум среднего класса кораблей, а не жалкая кинетическая «пукалка», путь и с диким для такого класса пробитием, дальностью и точностью

Спустя еще пару часов, сначала открытый шар вздрогнул и разлетелся на шестиугольные сегменты, которые спустя несколько секунд просто растворились или же свернулись в точку в воздухе. Очень интересно.

Второй шар простоял еще час, но, возможно, пилот от удара был оглушен и ранен, однако держался, пока наконец-то не испустил дух, потому как корабль тоже растворился в воздухе, раздробившись на сегменты сот. Все интереснее и интереснее. Ушли на респ?! Или они смертны и имеют всего одну жизнь?!

И что делать дальше? Нужен совет. Логаут.

Рокот выпрыгнул из капсулы и потянулся всем телом. Виртуал, неотличимый от реала, да еще имеющий множество преимуществ перед реальностью,  уже давно многими воспринимался как основной мир. Потому доминирование в нем стало одним из приоритетов всех государств. Когда командование Корпуса узнало, что их тройка попала в квестовую систему международного уровня, их тут же отрядили в виртуальную командировку, даже поспособствовав включению в экспериментальную программу с новыми капсулам, что позволяли проводить в вирте до восемнадцати часов без отсыпных дней. Однако тело все равно затекало, несмотря на все ухищрения изобретателей.

Рокот позвонил напрямую Юпитеру, благо тот тоже был все еще в реале и отчитался об увиденном. Немного поразмышляв, Юп посоветовал рискнуть и собрать как можно больше информации не  обращая внимания на остальные факторы. Сейчас каждая крупица подлинной и подтвержденной информации — это залог будущей победы. Оставить агента с хорошей маскировкой на планете заманчиво, но запасы провианта и воды у Рокота ограничены, а лежа на одном месте многого не узнаешь.

Приняв контрастный душ, Рокот решил не возвращаться в игру сразу, а отработать максимальный лимит времени. Если он рванет в штольню, из которой вылетели Древние, и не сдохнет там сразу же, то ему нужно будет время на разведку. Как можно больше времени.

Следующие восемь часов прошли в активном режиме. Бег по ближайшей лесопосадке, благо выдались теплые деньки ноября и золото кленов привносило успокоение в душу. Перед опасным и ответственным заданием, это самое то, пусть оно и не смертельно. Но и подвести товарищей негоже, как и весь Корпус. А в такой странной системе запороть перса и ослабить команду проще простого.

Входил в игру Рокот в приподнятом настроении, с некоторой долей бесшабашного веселья. Явный признак готовности к Рагнареку. Только так можно заглушить страх и волнение.

На планете ничего не изменилось. Все тот же кратер  и сыплющийся на голову вулканический пепел, и бьющие из земли разряды молний. Чуть позади, виднелся присыпанный пеплом модуль Рокота. Когда его подкинуло пару раз, то сильно помяло, но за это время ремонтные  наниты успели устранить все поломки и выровнять корпус, так что можно смело лететь вниз.

Шары Древних были едва  больше трех метров в диаметре, но сама штольня оказалась куда шире, так что пятнадцатиметровый «призрак» Рокота, пусть впритык, но проходил. А вот более мощным модулям туда не пролезть. Еще одна крупинка на весы информации о противнике. А в этом деле не бывает мелочей. Спину осла ломает не стог сена, а именно последняя соломинка. И никто не знает, какая мелочь сможет изменить ход войны. На это Стражей натаскивали в первую очередь. Любая деталь мира важна. Любой предмет может изменить ход истории. Пуля, поднос, расческа, пилочка для ногтей. Вопрос в применении, а не внешнем виде и  изначальном назначении.

Проход длился всего пару километров вглубь и уже спустя несколько минут Рокот завис над тонкой пленкой непонятного портала и некоторое время пытался просканировать его во всех доступных диапазонах, но системы так и не опознали это нечто. Совпадений нет, как и знакомых людям излучений. Этот портал поглощал все и ничего не выпускал обратно, кроме световых фотонов, которые и давали ему радужный перелив, а не превращали в черную дыру.

Парень переживал, что может застрять в столь узкой штольне, но провал шел ровным подобно стволу орудия, и этим еще больше пугал. Более того, его стены отсвечивали, словно зеркало, лишь кое-где покрывшись трещинами сдвинувшихся пород. Все это очень походило на следы попадания излучателей самих шаров Древних.

Вот и думай теперь. Если наружу из-за пелены не выходит ничего — сможет ли Рокот вернуться?! Хотя черт с ним! Зато сможет в реале передать информацию с той стороны. Еще одну крупицу веса на алтарь братства. Тогда чего ждать? Вперед к Смерти или Славе!

Каждый день — риск. Каждый день — победа!

— Какие есть предложения?, — Спросил Юп наш ближний круг, в который почему-то вписался и Мангуст.

Точнее, все понимали почему. Капитаны Искателей не желали отпускать Стражей от себя. И попросту боялись, что их аура переманит людей, потому старались держать руку на пульсе. Мы это тоже понимали, потому не гнали лейтенанта прочь. Он человек подневольный, а нам сейчас внутренние интриги ни к чему. Пусть смотрит и докладывает.

Время перехватывать инициативу будет тогда, когда будет хоть какое-то адекватное решение для сложившейся ситуации в системе. А на данный момент его нет.

С самого утра мы собрали костяк команды, укрепили его лучшими людьми Мангуста и грамотным построением,  под чутким руководством боевого аналитика, рванули к станции азиатов. Начать переговоры решили с нее. Там и зацепки есть и знакомые люди, и возможность нормально поговорить, не влезая в оборонный периметр.

Но шарами Древних управлял ЦИ и он быстро оценил опасность объединения игроков в единый кулак. Судя по всему, запас модулей у Древних ограничен и в этом наша сила. А вот их сила в том, что ЦИ просчитывает все наши ходы и очень быстро реагирует. Потому идти по прямой к станции азиатов было чистым самоубийством и приходилось ломать траекторию. Едва мы вышли из маршевого ускорения на перевалочной точке,  натолкнулись на десяток шаров просчитавших наши маневры.

Скоротечный бой на безумных скоростях всех нас отправил на респ спустя пять минут. Не помогли ни аналитика Юпитера, ни мое ускорение, ни крафтовые плюшки Пегаса и Искателей. Броня поля излучатели и плавающие мультиклассы  Древних оказались нам не по зубам и ломали любую тактическую схему. Догнать или поймать в прицел канонирских систем такой шар было сродни чуду, потому как скорость, при которой они уходили в угловое ускорение, просто завораживала. Десять против двадцати четырех и счет двадцать четыре-три. Пугающий расклад сил. И пусть игроков куда больше, понять, сколько же вырвалось Древних и сколько еще их будет, не получалось.

А с такими потерями и если эти шарики могут возрождаться на точках, то у нас впереди маячат большие проблемы. Все кто был в реале, приносили неутешительные новости. Шары вскрывали оборону кланов как консервный нож жестянку. Не без потерь, но соотношение было не в пользу игроков. А главное они росли в уровнях, что только добавляло беспокойства. Что будет, когда они все станут трехсотыми? Это же готовый рейд-босс для топового клана. И в центре всего этого система с кучей нубов или отморозков. Хорошие перспективы.

— Нужно попробовать отвлекающий маневр. — Предложил Пегас. — Древние реагируют быстро на массивные скопления игроков. В первую очередь они выбивают самые укрепленные точки в системе, не трогая станции с их мощными оборонными периметрами. Возможно, они так же реагируют на эскадры.

— Слишком просто и читаемо. — Поморщился Мангуст. — Тактика третьеклассника.

— Не скажи. — Юпитер задумался. — Конечно, ты прав, но есть и исключения.

— Какие это?, — Удивился лейтенант. — Все это уже сто раз пройдено в истории Земли.

— Да. Но как быть, если я знаю, что ты знаешь, что я знаю, что ты знаешь, что я знаю, где ты ударишь?, — Хмыкнул наш охотник.

— Э…, — Задумался  Мангуст. — Ты предлагаешь…

— Запрятать дерево в лесу. — Кивнул Юп. — Нам нужен всего один парламентер. И он у нас всего один. Это — Рамзес. У него и АЗЯ, и очень большой пул врагов на станции азиатов. Врагов, которые помнят, как он их нагибал. Азиаты не однородны, как и их менталитет. Китайцы гнутся под сильными, но гнобят слабых. Корейцы более цивилизованы и смотрят в сторону США, японцы вообще уникальны в своей культуре, но в чем-то близки к России и Стражам. Только они смогли создать аналог нам.

— Это ты к чему?, — Не понял лейтенант.

— К тому, что только Рамзес годится в дипломаты на станцию азиатов. У него там есть даже сторонники, которые просто оценили его действия и уважают за это. Другие, в силу менталитета, признают его как равного и не рискнут Стража делать врагом. Пока не станут сильнее его.

Я едва сдержался, чтобы не вставить свое слово о том, что я далеко не Страж, но вспомнил слова Юпитера. Страж это не имя в списке, а путь, по которому идешь. Что ж, это действительно перекликается с культурными ценностями Востока.

— Все равно не понимаю. — Возмутился Мангуст. — Чем это нам поможет?

— ЦИ, что противостоит нам, всего лишь калькулятор. Он просчитывает варианты и принимает оптимальные решения. Но он не может быть так же коварен как люди. Коварство это тоже своего рода творчество, которое компьютеру не доступно.

Потому мы сыграем на этом. Обманем его на его же поле.

— Как?

— Дерзко. И с жертвами. Но они должны окупиться. — Лукаво улыбнулся Юп. — Мы закинем Рамзеса на станцию азиатов. А оттуда уже к Латино-Африканскому альянсу. Такой триумвират заставит американцев и европейцев пойти на уступки. Тем более контакт Рамзеса — девушка с американскими корнями. Это самый оптимальный вариант объединения системы.

— Но как?, — Опешил лейтенант. — Вы же сами взорвали Централку азиатов. Они не контролируют систему обороны. К тому же там еще и морфы.

Тут я вынужден был согласиться с Мангустом. Вариантов пройти автоматику я не видел.

— Спокойно. — Поднял руку Юпитер. — Поймите одно. ЦИ сейчас не враг, а экзаменатор. Он всегда оставляет лазейки иначе быть и не может. Это всего лишь полевые учения повышенной сложности и приближенные к боевым условиям. Нас воспитывают, а не стараются слить в ноль.

Отсюда следует, что решения есть и не одно. Главное правильно разыграть карты.

В начале битвы многие полководцы сливали свои силы, чтобы потом ударить в уязвимое место. Порой потери тысяч  жизней спасают миллионы. А мы, господа, позволю вам напомнить на войне. Пусть даже виртуальной. Потому возьмите себя в руки. Каждый солдат, идущий на службу, первым делом берет на себя обязанность умереть за Родину, а не убивать за деньги. В этом разница между защитником и наемником.

Юпитер вперил взгляд в Мангуста, который и был наемником. Сейчас. Но воспитали и обучили его не Искатели. Он прошел горнило армии и не по призыву срочной службы. Он выбрал эту стезю осознано. И сейчас Юпитер своим взглядом спрашивал, кто он есть? Мудак-карьерист, что хотел получить пенсию в сорок лет, отсидев на теплом месте, или Человек Долга, что пойдет на смерть, когда Родина позовет. Страж ли он в душе или просто продался за бабло и льготы.

Мангуст отвел взгляд, но перечить не стал. Пятьдесят на пятьдесят. Наверное, потому и возник Корпус Стражей. Обычным военным просто не хватало этого максимализма, чтобы отдать жизнь без компенсации фантиками.

— Я все еще не услышал вашего предложения. — Буркнул Мангуст. — Всё-таки в операции вы используете и моих людей, потому я должен знать все. Иначе Капитаны с меня спросят. Сейчас, после потери линкора, они не в духе и сливать уровни своим людям  без каких либо перспектив я не дам. И пока вы меня ни в чем не убедили.

— Согласен. — Кивнул Юп. — А поступим мы следующим образом…

— Двойной носорог — готовы. — Раздался в эфире голос тактика.

— Ложная гадюка — готовы. — Отозвался Пегас.

— Стая стрижей — готовы. — Следом откликнулся Мангуст недовольным тоном. Он остался на станции во главе второй волны игроков, что возможно смогут пойти на прорыв к станции европейцев в случае неудачи первой волны.

— Первая волна, вперед!

Со станции с различным отрывом по времени и курсу  стали уходить в малый маршевый разгон. Древние оказались очень неудобным противником и мало того, что их скорость и маневренность превышала среднестатистические показатели игроков, так они еще очень быстро научились просчитывать прямые траектории наших модулей и игроки стали регулярно «ловить кирпичи» из энергетических сгустков на марше. Излучатели антиматерии с их кораблей  были очень дальнобойным оружием со скоростью выброса сгустка в половину световой. А сами шары  мало в чем им уступали. Потому сейчас на малом разгоне мы вбивали хаотическое число ускорений и торможений прямо в полете, что сбивало расчеты и встречные сгустки уходили мимо. Но такое возможно лишь на малом ускорении, иначе никакие гравитационные  демпферы не выдержат и игрок просто умрет от разнонаправленных перегрузок. Да и просто не у каждого игрока хватит вычислительной мощности просчитать чистый курс и не поймать уже обычный кирпич. После постоянных боев в зонах астероидов систему прилично загрязнили обломки. Пусть для космических величин это капля в море, но законы подлости никто не отменял. Особенно если эти законы формирует тот же компьютер, что и управляет врагами.

Всю свою тактику мы строили на том, что Древних в системе мало и они не могут быть везде и сразу. Если правильно рассредоточить и распылить силы можно прорваться сквозь их осаду.

— Носорог, пошел!, — Скомандовал Юпитер и я тут же подался корпусом вперед, активируя ускорение.

Стартовали мы сразу по многим векторам и различными эскадрами. Носорог был самой многочисленной группой с прикрытия из мощных заслонов, штурмовиков и сапов. Следом за нами со смещением курса шла Гадюка — более мелкое формирование, но и более скрытное. Стайка призраков стартовала последней, разлетаясь во все стороны одиночными кораблями под полями преломления.

Юп сделал ставку на то, что по логике вещей, Носорогом мы отвлечем Древних на себя и  прикроем  более важные юниты, вроде Гадюки или Стрижей. ЦИ должен так же рассудить, и выделить силы на перехват стаи стрижей или гадюки, а вот меня не заметит. Потому он и был двойным Носорогом.

Более того, весь строй эскадры прикрывал Юпитера, что шел в центре построения. При этом они делали вид, что прикрывают следующего рядом штурмовика, но некие косяки в построении выдавали главным объектом опеки именно Юпа. Я же шел почти на  острие, разведывая и «торя» тропу.

В общем, задач для решения мы нарезали немало, потому есть шанс, что ЦИ просто запутается в приоритетных целях. Но сейчас не до этого. Я следил за примитивным таймером, что отсчитывал секунды и по цифрам на клочке бумаги включал торможение или ускорение.

Но на таких диких скоростях каждая доля секунды имеет значение, потому уже спустя четверть часа наш строй из боевого порядка прилично растянулся. Зато из пятидесяти вымпелов мы потеряли всего два, преодолев девяносто процентов расстояния к базе азиатов.

Древние мешали как могли, но все же вынуждены были распылить свои силы согласно приоритетам целей. И стала понятна эффективность нашей тактики. Все атаки старались выбить Юпитера, я же почти ничем не рисковал, хоть и шел в авангарде.

Возле самой станции азиатов нас ждал блокпост из Древних. Всего тринадцать шаров и на очень неудобном встречном векторе, но тут уже вмешались сами азиаты и резко наше войско удвоилось. А если учесть их количество, то я еще смягчил соотношение.

— Справа двое сними…

— Есть фраг! Я кру…

— Бей их! Не дайте зайти в тыл!

— Да что же у него за демпферы?! На таких углах умирают!

— Стреляй же! Не упусти!

— Помо…

Вся эта какофония звучала в эфире, но главного мы добились. Древние рассредоточили оставшиеся в системе силы и гонялись за Стрижами как за самой опасной фракцией. Гадюка вполне  могла достичь  станции, но на определенном отрезке просто развалилась. Сказалась плохая слаженность команды.

— Кто такие?, — Напротив нас зависли сотни игроков с азиатской станции.

Еще сотни кружили рядом и больше для вида постреливали в сторону открытого космоса. Нас они не боялись, потому как от общей массы остались лишь ошметки. Полтора десятка модулей не больше.

— Лунный Меч. — Сказал я, используя АЗЯ. — Прощу   встречи  с  лидерами ведущих кланов станции. А так же встречи с Джинн-9287.

— Кто?, — Удивился  собеседник.

— Мы будем говорить об этом здесь?, — Наигранно удивился я. — Или на станции обговорим?

— На станцию хода нет.

— Я знаю. Сам вашу Централку взрывал.

В ответ донеслись только шумы. Азиаты переваривали  долго.

— И ты пришел обратно?, — В этот раз голос был другим и по тембру, и интонациям куда серьезнее. Сразу видно и слышно, что далеко не рядовой член общества.

— Да. Сейчас у нас совсем другие враги.

— Ваши варианты?

— Нужен союз. Иду только я.

— Как? Благодаря тебе мы ничего не контролируем на станции?

— Так же как я проник к вам. Прикройте мой модуль своими. Автоматика не будет стрелять по своим или нейтральным объектам, что обозначены как свои.

Этот момент мы обговаривали с Юпитером. Других вариантов проникновения нет. Искатели не отдадут еще одну болванку для обычных переговоров, тем самым усилив противника. Потому такой вариант наиболее предпочтителен и имеет шанс на успех. Процентов на восемьдесят.

— А если мы устроим ловушку?

— А если я из нее выскользну?, — Я старался держать марку. — Вам напомнить, как я резвился у вас пару недель назад?

Тишина. Минут десять никто не отвечал, но на наши требования но околостанционное пространство наполнялось модулями азиатов. Тысячи кораблей.

— Проходи. — Раздался лаконичный ответ.

— Все назад!, — Скомандовал я на общей радиоволне, когда рой китайских модулей устремился ко мне. — Слово Стража.

Две сотни модулей игроков окружили меня плотным коконом, не оставляя просвета  даже для тонкого лазерного луча. Получив координаты входа и инструкции ускорения, я двинулся вперед. В этом коконе я не мог ничего поделать, особенно под прицелом сотни излучателей, что смотрели в мою сторону.

Впереди  открылся люк на палубу приема  с тонкой силовой пленкой. Да уж! Переговоры не мое, но придется. У Стража есть лишь долг.

Касание. Низ живота свело судорогой. У меня была Змейка, но и Джинн была. Была тем, что сносит мозг даже Стражам. Была Любовью. И как этому сейчас противостоять я не знал. Но она нужна для налаживания контактов с чуждой для нас культурой.

А еще я впервые иду к ней самим собой. Как она это все воспримет? Ведь я уже не Лунный меч.

— Твою мать!, — Рокот выругался в голос, едва его модуль преодолел пленку портала или что там это было.

Сейчас их преимущество сыграло в минус, потому как в этой локации на Рокота навалилась дикая слабость. Его тело, несмотря на железную волю снайпера, обвисло на лямках кокона и модуль тут же отреагировал на положение пилота. Усилием воли Рокот встал на ноги, но не успел. Удар о землю кинул  модуль вперед, заодно вырвав парня из кокона управления.

Пегас не успел скрафтить все детали кокона, потому большая часть системы управления была достаточно кустарной. Это и сыграло злую шутку.

Но хуже всего было состояние аватара. Рокот чувствовал себя словно  хлюпик после  долгой болезни. Ноги отказывались нести, руки дрожали, а мысли путались. Десять минут занял путь от кабины пилота до опущенной рампы грузового отсека. При этом Рокота буквально вдавливало в палубу, и даже пару раз он отключался. Нечто вытягивало все силы из тела, так что приходилось ползти на морально-волевых.

Однако он смог. И выполз. Тело безвольной куклой скатилось по наклонному пандусу рампы модуля и упало на пыльную поверхность. Поверхность чего-то!

Рокот с усилием поднял голову и огляделся. Это усилие далось ему с трудом, но воля Стража не позволяла уронить голову раньше, чем он сможет отпечатать в мозгу нечто полезное своим братьям. Даже если хочется сдохнуть.

— Да хрен вам!, — Рокот цедил слова сквозь зубы, загребая пыль руками. — Хрен вам!

— Хрен вам!, — Он орал в черное небо. — Хрен!

— Стража не сломить!, — По губам потекла кровь не понятно откуда. То ли из прокушенной губы, то ли из носа. А может и из других мест.

Все состояние его виртуального тела требовало лечь на месте и сдохнуть. Так ведь проще. Всем!

— Хрен вам!, — Нахлынуло желание нажать логаут, но Рокот сцепив зубы, отказался от этой мысли. — Никогда! никогда!

С этими словами прессинг ослаб или ему так показалось. А может он просто стал привыкать к своему состоянию. Сейчас из него сама земля высасывала силы и не только физические. В ушах звенело и даже все тело вибрировало в унисон окружению, порождая тоску и беспросветность в душе.

— Хрен вам!, — Зарычал Рокот и снова рухнул в пыль. — Хрен… хрен… хрен…

Сил на большее не оставалось. И дело тут не в бодрости и статах. Где находилась эта локация он понять не мог, но едва Рокот продавил пленку портала весь его интерфейс престал отвечать, хотя сам корабль отвечал на запросы. Странно это все.

Но жизнь из него вытекала тонким ручейком и он это чувствовал. Он знал это чувство не понаслышке. И ненавидел его. Когда-то он был беспомощным. Когда-то, он плакал, наблюдая за тем, как его мать избивает сожитель. Когда-то, он, ощущал взгляды десятков детей в детдоме. Когда-то, он закусив губы шел в бой против тех, кто старше и сильнее. Когда-то он был готов на все, лишь бы убрать то чувство, что это место навевало на него.

Одиночество, обреченность, бессилие, слабость и желание свернуться калачиком и выть на луну, захлебываясь соплями.

— Хрен вам…, — Просипел Рокот.

На большее его уже не хватало. Он из всех сил пытался подняться, но руки и ноги предательски подламывались.

— А ты забавный!, — Раздался в ушах мелодичный  девичий голосок.

«Я брежу». — Пронеслась мысль.

А что еще можно подумать, увидев очень красивую девушку в антураже темной и безжизненной планеты? Вбитые Наставниками навыки тут же отметили и странность ландшафта и всего происходящего. Взгляд привычного к визуальным тестам Стража отметил тысячу мелочей пейзажа. Сейчас не до аналитики, но все что попало в глаза Стража, будет с ним впредь, или с ним же умрет.

Рокот ухмыльнулся. Он все равно победил. Он уже много узнал, а значит, стал сильнее и этим знанием сделает сильнее своих братьев.

— А ты забавный!, — Девушка приподняла его подбородок над поверхностью.

Рокот не мог почувствовать ее касание сквозь защиту скафандра. Просто не мог. Никак. Но почувствовал, как его пробил озноб, а лед сковал все мышцы.

Он не мог оторвать взгляда от нее. От ее глаз. Любовь? С первого взгляда? Нет! Это было нечто иное. В этих серых глазах… Нет, льдистых глазах… Нет… Все не то…

Он вдруг загривком почувствовал, что это уже больше, чем просто игра. Больше чем виртуальный полигон для будущих солдат любого государства. Сейчас в игру вмешались совсем иные силы и они играют с ними. И играют отнюдь не на их стороне.

А девушку что стояла напротив него он узнал. Тх'Мара. Двуликая. И если в игру вмешались Звездные лорды и особенно тх'Мара, то пора искать укрытие. Причем в реале. Рокот прекрасно знал, кто такие Звездные Лорды, потому как на его плечах лежала безопасность страны.

Каждый Страж знал, что за аватаром и именем Лорда стоит человек или группа людей обличенных властью. Причем не просто министры или президенты. Это люди могут влиять на всю геополитику благодаря своим связям деньгам и информационному потоку. Большая часть топ-кланов работает на них  кроме тех, что принадлежат госструктурам, но и там не все ясно. И если ты попал в сферу интереса Лорда, готовься извиваться как уж на сковородке.

— Я Страж!, — Просипел он.

— Я знаю!, — Поморщилась девушка. — С вами тяжелее всего.

— Я Страж!

— Мы еще встретимся. — Девушка коснулась его тела закованного в броню скафандра. — Даже раньше, чем ты думаешь!

Тьма!

Рокот  вскинулся и ударился  лбом в плексигласовую поверхность капсулы. Тело откинуло назад на ложе. Сказалось атрофия от долгого времяпровождения в игре.

Куда они влезли? Явление такой фигуры не может быть простым совпадением. Что это? Нарушение правил? Или отныне правил больше нет? Черт! Это значит лишь то, что в любой миг все может покатиться в тартарары. Проблема в том, что чем дальше, тем больше размывались границы между игрой  и реальностью. Впрочем, это не удивительно. С тех пор как игра заменила людям сон, она стала частью жизни и частью государственных интересов. Не зря Стражи в игре приравнивались к Стражам в реале.

Крышку капсулы заело и пришлось ее выбивать ногой. Тоже показатель. Такая техника не отказывает просто так. Привет от Мары? Возможно. И ведь не боится сука.

Рокот завис, уже протянув руку к коммуникатору. Не боится… Не боится… Не боится….

«Протокол Рагнарёк».

Это все что отправил в текстовом сообщении Рокот Юпитеру и Пегасу. Тем людям, которым он мог доверять. Людям, которые не предадут, а если и предадут, то дальше нет смысла жить. Ибо в этом нет смысла и весь мир обречен.

Рокот взглянул в окно, за которое барабанил осенний ливень. Хорошая погода для того, чтобы ввязаться в бой с богами этого мира.

Я шагал по «родным» коридорам азиатской станции под плотной опекой группы сопровождения. Так уж вышло, что большую часть своего игрового времени я провел именно здесь. Азиаты помнили мой прошлый забег в свою сторону, потому отнеслись ко мне со всей серьезностью. Восемнадцать человек  охраны и два плотных круга опеки, но даже при этом они серьезно нервничали.

К Централке они меня естественно не повели, хотя мне было жутко любопытно взглянуть на дело своих рук. Но вели меня из ангара прибытия совсем в другую сторону. Даже модуль не разрешили поставить в бокс, а так и бросили посреди взлетной палубы.

Меня встречала еще более мощная делегация, и расположились они вдали от баров в тупиковом коридоре. Наивные чукотские дети. Со своей комплекцией я смогу занырнуть в щель для рем-дронов за одно мгновение. Ускорение мне поможет уклониться от выстрелов. Но я пришел сюда не за этим.

Сами азиаты тоже поняли всю бесперспективность междоусобных войн на фоне появления Древних и сейчас бойцы ранее  враждовавших кланов вполне мирно беседуют в стороне. Идиллия.

Когда меня завели в этот тупик, десятки глаз с любопытством уставились на меня. Но главное что в них не было ненависти или злобы. Недоверие, интерес, пренебрежение или даже высокомерие, но ничего смертельного. А значит диалогу быть.

— Приветствую, Страж. — Вперед вышел уже не молодой мужчина, чей возраст не смог скрыть даже редактор персонажа.

Уже то, что он назвал меня Стражем, о многом говорит. При прорыве мы этого нигде не упоминали и пусть я всего лишь кадет, но иду по пути и работаю в команде со Стражами, потому он не столь и далек от истины. Глаза умные, манеры уверенные. Он не китаец. Скорее японец. Есть в нем что-то от уверенности и достоинства самураев. Клан «Неприкасаемые». Серьезное название. Такими не разбрасываются попусту. И если я правильно помню расстановку сил в азиатском кластере, то эти неприкасаемые аналог нашим Искателям, хоть и ведут иную деятельность. Они что-то вроде мафии и пиратской общины. Темные лошадки.

— Приветствую, Тао. — Склонил я голову в вежливом жесте.

— Чем обязаны столь высокому гостю?, — В голосе Тао прорезалась ирония. Не обидная, но с юмором он дружит. В одной фразе поддел несколько смыслов. Я действительно был высоким, в сравнении с окружающими, к тому же излишняя худоба только подчеркивала это. В иерархии ру-кластера Стражи стояли пусть и отдельно, но все равно с ними приходилось считаться, как считались в реале. Ну и мои достижения на этой станции не стоит сбрасывать со счетов. Не зря же приняли такие меры безопасности при встрече со мной.

— Думаю, вы и сами это понимаете. — Улыбнулся я. — Я уполномочен командованием нашей станции вести переговоры о создании альянса. Правила игры изменились и сейчас контроль над системой принадлежит Древним. И ни одна фракция своими силами не сможет этого изменить.

— И каковы ваши предложения?, — Тао приподнял бровь.

— В плане стратегии, пока никаких. — Пожал я плечами. -  Если вы согласитесь на сотрудничество, тогда  и будем думать. Первоочередная задача объединить все пять станций и выработать план действий. Совместных.

Думаю, для начала захватить несколько куч, чтобы можно было более-менее безопасно передвигаться по системе между станциями союзников, а дальше придётся разгадывать загадку Древних. Не просто так они здесь появились.

— И вы хотите остаться в качестве связного?

— Не думаю, что я заслуживаю такого доверия. К тому же еще три станции нужно облететь, пока есть возможность говорить нормально.

— Говорить нормально? У вас очень чистый говор. Вы полиглот?

— Нет, просто за заслуги получил определенный навык. Но он работает по времени. Потому остаться я не смогу, в любом случае.

— Хорошо. — Кивнул Тао. — Мы должны обсудить ваше предложение с остальными членами нашего альянса.

Я кивнул. Им есть что обсудить. К нам доверия нет, особенно после моего выступления на их сцене. При этом они сами не доверяли друг другу. Знакомая ситуация, на которую накладываются еще и наши пироги. Ко всему этому можно приплюсовать угнанную болванку авианосца. Без кристаллов управления  она очень много потеряла в цене, но, тем не менее, стоила прилично. Особенно в этой системе.

То, как Древние разорвали линкоры американцев и европейцев, показало всю  несостоятельность таких формирований, но все же  их силу никто не отменял. А ведь мы можем предъявить похищение болванки.

Но думаю их пугало не это. А пугали Стражи. В последнее время все уяснили, что сделка со Стражем самая надежная инвестиция. Он никогда не нарушит свое слово, даже если это будет стоить жизни. Но была и другая сторона. Все бизнесмены и политики  любили  нарушать сделки для своей выгоды. Как в реале, так и в игре. Это дарило барыши и называлось хитрой стратегией. И это работало. Кто-то всегда мог обогатиться, сыграв на бирже.

Мог. Если это не касалось слова Стража. У нас… У них не было личного слова. Слово одного Стража  распространялось на весь Корпус. Обещание нужно выполнить. Любой ценой! Потому мы… Они… Контролировали свои слова и не бросали их на ветер. Но если уже сказали, то за них ответит весь Корпус. И выполняли свое  слово и мстили с одинаковой фанатичностью.

В этом и была загвоздка. Азиаты понимали, что мое слово имеет вес. Но вот стоит ли заключать сделку со Стражем? Завтра им станет выгодно предать нас и они… Предадут! Обычных игроков. Это нормально. Но предать Корпус может только псих. Это тысячи малолетних бойцов, что просто не приемлют иных решений. У которых нет никаких тормозов, кроме их Чести. Нажить врагов, которых нельзя купить, шантажировать или запугать не пожелает ни один делец. Это просто вредит бизнесу.

Потому я понимал, что азиатам нужно многое обсудить, прежде, чем принять наше предложение. Тем более они были неоднородной массой с сотней кукловодов, как, в принципе, и мы. Все решит большинство, чьи интересы сойдутся в одной точке.

Меня снова вели по коридорам станции под плотным контролем десятка человек. В душе я ухмыльнулся. Сейчас, на станции, я представлял из себя силу. Многие еще помнили, как я рвал их ряды, а в конце взорвал Централку. И пусть я не выглядел сказочным богатырем, все же сумел внушить им уважение и трепет. И это грело душу. Я правильным путем иду.

Силу мужчины определяет качество и количество его врагов и друзей. А его суть определяет его женщина.

С этой мыслью я вздрогнул, потому как увидел Джинн. Тао оказался еще тем интриганом и нашел способ выбить меня из колеи. Охрана расступилась, пропуская девушку. Хотя это разумное решение. Сомневаюсь, что он не знает о ее американских корнях. И клановый значок над ее головой о многом говорит. Неприкасаемая.

— Так вот каков настоящий Лунный меч. — С какой-то горечью сказала она.

Я же молча склонил голову. Горло перехватило судорогой.

— Ты молчалив, Страж!

— Стражи всегда такие. — Мысли путались как никогда ранее. Это хуже любого Рагнарека. Не зря нас готовили к противостоянию с девушками особенно тщательно.

— Да я слышала.

А я вдруг понял, что у нас обоюдная обида и боль. Я, конечно, мог бы многое сказать и обосновать. Но толку в этом не будет. Таковы уж отношения между парнем и девушкой. Мы мыслим разными категориями и с этим нужно смириться. И разойтись с уважением. Хотя бы к самому себе.

Молчание угнетало, и каждый из нас молчал о своем. Паритет. У нее, безусловно, нашлись свои поклонники, а я забылся со Змейкой. Неловкая ситуация. Однако меня постепенно отпускало щемящее чувство. Да она красива, жива со своими ужимками и прочими актерскими  жестами. Но суть человека определяет наполнение.

Помолчав немного, мы так же молча разошлись. Не нашли нужных слов. Но оба получили облегчение и сбросили груз с души. Впереди путь дальше.

Азиаты договорились быстро. Тао пришел в сопровождении десятка соратников. Но я не ждал иного. У нас всех просто выхода нет.

— Ваши предложения?, — Тао не стал тянуть кота  за хвост.

— Нужно пробиться к базе Латино-африканцев. Там господствует испанский язык, но африканские племена и государства очень обидчивы. Потому отрядили меня. Я могу объясниться с ними, даже не вникая в менталитет. А там все откровенно печально. Эти ребята, едва ощутив оружие в руках, начинают убивать. И им плевать на цвет кожи и прочие нюансы. Они просто стреляют.

Даже в школе Стражей  Африка стояла отдельным сегментом. Нас обучали  взаимодействию с ними. Особенно с теми, кто граничил с морем. И рекомендовали убивать. Вот действительно. И шокирующе. Но Наставник прямым текстом говорил, что оказавшись в районе тропиков или экватора, не стоит жалеть патронов. Умереть ты имеешь право лишь опустошив магазин. Иначе никак. Я этого не понимал сначала. Но сводки и аналитические таблицы не врали. Просто не умели. А уж выводы нужно делать самим.

— Ваши варианты!

— А сами  как думаете? ЦИ уже все  сложил и умножил! Нужны в прорыве  боевые юниты. От всех фракций.

— Стражи поддержат?, — Тао был серьезен в своем вопросе. — Словом?

Черт! Я тут обещать ничего не мог! Однако мое слово тоже что-то значило!

— Я даю «свое» слово!, — Выделил я голосом нужные слова.

Повторить фокус с двойным носорогом уже не получится. Потому азиаты  решили прорываться с боем. Я точно внесен в черный список ЦИ. Ведь только я проник на станцию. Я оставил коды доступа к циркулярной связи русской станции и направился к своему модулю. Потому как охранять нас будут азиаты, то и командовать парадом им же. Мне останется только выжить и не уронить авторитет наших ребят. А это при таких условиях будет сложной задачей. Особенно после встречи с Джинн. Нужно сконцентрироваться.

Вывели за базу меня тем же способом, как и доставили, и почему-то мне кажется, что все при этом вздохнули с облегчением.

Командование азиатов решило  идти единым кулаком и охранять меня и Джинн, которая пойдет парламентером от азиатов. Возможно, потому что у нас были некие отношения и Тао сделал ставку на то, что я ее не дам в обиду, а не на ее таланты переговорщика. В целом он был прав. Стражи не умеют предавать.

В разгон мы пошли по нашей же технологии с переменным маршевым ускорением. Но уже спустя десять минут нам на перехват вышли три десятка шаров. Уклониться от стычки не получалось. ЦИ все красиво просчитал и заходил в лобовую атаку, еще с дальних подступов начав отстрел конвоя.

Надо отдать должное азиатам. Маневры, слаженность действий и коэффициент поражения целей у них был очень низок, но компенсировали они это высокой плотностью огня и решимостью камикадзе. Как я и предполагал, главной целью Древних стал мой модуль. Вот только пробиться сквозь рой китайских кораблей ко мне  у них не получилось, а я как припадочный дергался в коконе управления, не давая прицельно отстреляться по моей юркой и маленькой тушке.

Тао поставил неплохих командиров подразделений и те быстро смекнули, что в такую мелкую, шуструю и  хаотически пляшущую цель попасть не просто, потому пропустили Древних ко мне, после чего расстреляли их со стороны. В итоге, разменявшись один к десяти, мы продолжили путь. Из пяти сотен сопровождения осталось полторы сотни вымпелов, но и Древние не успеют собрать новую полномасштабную атаку до того, как мы достигнем базы Афро-латинского альянса.

Спустя два часа нам на хвост сел десяток шаров Древних, так что пришлось слегка ускорить процесс перемещения. Их черные кляксы излучателей были очень шустрыми, но при всем этом, они  сейчас и в таком количестве нам  не соперники. В открытом противостоянии преимущество один к пятнадцати много значит. Особенно учитывая то, что в первом бою выжили самые крутые пилоты азиатов. В этой системе столкнулись с недостаточной  квалификацией кадров, но в последний момент появились члены топовых кланов, которые взяли на себя бразды правления. И пусть  локаций для кача не хватало, чтобы поднять в уровнях большую часть игроков, разумное управление опытных пользователей давало результаты. И ЦИ все правильно понял и теперь на рожон не лез.

Тем более мы здорово ускорились на марше. Это еще  больше разорвало боевые порядки, но зато свело эффективность огня преследователей на нет. А уж если «Латиносы» выйдут на встречу, то у Древних шансов не будет от слова «совсем».

Но тут уже возникла моя головная боль. Ведь я парламентер. Для комфортной игры все три мира виртуала были разделены на  национальные кластеры. Однако экономика и правила игры требовали развития и точки соприкосновения имелись всегда. Редкие ингредиенты  или металлы были раскиданы  так, чтобы они стимулировали торговлю и контакты между кластерами. Отсюда и рождались мифы, легенды и рабочие инструкции общения и взаимодействия.

Азиаты были странной расой для нас, но со своим восточным колоритом и подходом к философии были достаточно понятны и даже уважаемы нашими людьми. Они, как и мы, были неоднородны. Китайцы любили унижать слабых, но при этом уважали сильных. Даже если ты обул китайца в лапти, он с усмешкой кивал. Молодец. Сделал меня. Хотя и за ножи они хватались не реже тех же чеченцев. Такой уж темперамент. Остальные азиаты были похожи, хоть и не во всем. Кто-то был более рациональным,  вроде корейцев, кто-то чтил традиции, в стиле японцев.

Все это было сдобрено философией пути,  патриотизмом и идеологией,  что было близко русской душе. Но вот остальные фракции такими не являлись. Особенно «латиносы».

Американцы считали себя самыми-самыми, потому на всех смотрели как на необразованных пигмеев. Даже не с превосходством. Скорее с жалостью. Как же вы живете такими убогими, не зная всех прелестей Макдональдса, кока-колы и ожирения в юном возрасте? Ну как есть убожества.

Европейцы в этом плане были мягче. Хотя махина усредняющего механизма толерантности и с ними сыграла злую шутку. Кто кого сейчас ассимилирует понять трудно. То ли мусульмане гугенотов, то ли сектанты католиков, то ли геи натуралов. Смешались кони, люди, танки, сапорты. Оливье сплошное.

Но в этом салате всех перебили латиносы. И африканцы. Так уж вышло, что в рейтинге всяких ООН и ЮНЕСКО братья славяне заняли хвост по уровню социального развития и прочих критериев. А так как критерии определяли топы списка,  у которых многое решали компьютерные программы и социологические тесты, то не удивительно, что на три тысячи  масаев приходиться больше мяса на рыло, чем на пару сотен миллионов русских.

В этом есть логика, если ее не применять на постсоветское пространство. Потому как какой-нибудь фермер Иванов, имея триста голов скота, не впишет их как мясо, а оформит как домашних питомцев. А в их ЮНЕСКАХ нет столько сотрудников, чтобы проверить каждую кошко-овцу Машку на бескрайних территориях России и стран СНГ. Как и нет столько танков, что проедут по нашим дорогам в глухие места.

В итоге ру-кластер стал даже среди игроков дикой территорией. Игроки из него считались вариантом варваров во времена рассвета Римской Империи. Все это прикалывало наш народ и даже появилось  молодежное движение, поддерживающее этот миф. Просто ради прикола. Но даже на этом фоне латиносы выглядели дикарями.

В определенный момент в эту клоаку начали сливать все,  что не вместилось  к остальным. Неопределившиеся  страны с различными пограничными  культурами  порой не знали, куда себя деть. Часть индусов ушла к азиатам, часть  более образованных и продвинутых  ринулись к русским или в Европу. Так же поступили наиболее продвинутые члены латиноамериканских стран и Африки.

С мусульманами была отдельная история. Их религиозные деятели подняли волну против «дрима» и теперь безнадежно проигрывали. Более  продвинутые страны влились в европейскую ячейку, где и без них хватало правоверных. Вроде Турции или Эмиратов. Остальные со всех секторов ринулись к латиносам.

Однако бедность и  нестабильность регионов не позволяли получить  критическую массу игроков, что сильно печалило микро-вождей и мини-олигархов этих стран. Потому они стали набирать в свои кланы верных игроков, обеспечивая их капсулами, а себя верной армией.

В латинской Америке дела обстояли практически так же. Более цивилизованные люди уходили в США и Европу, где у них был бизнес, счета, недвижимость и учились дети. На остальных сограждан им было плевать с высокой колокольни.

Похожая ситуация наблюдалась и в ру-кластере, но отток кадров был куда меньше. И дело даже не в патриотизме. Просто, несмотря на низкий рейтинг в столь богатой стране и с таким народом  капсулы можно  было найти в обычном подвале. Народ, при яром желании, мог обуть, одеть и трахнуть самого хитрого депутата, ради того, что желает. В итоге при тотальной нищете в стране, игроков у нас было едва ли не больше, чем в США. Но логику тут применять нет смысла. Это просто есть.

А вот как ее применить в переговорах с латиносами? По сути, новый виртуальный менталитет накладывался на реальный и получалась взрывоопасная смесь народов, против которой даже кавказцы выглядели культурными толерантными интеллигентами. За оружие они хватались с поводом и без. Бедные, но гордые. Знакомая тема.

Все это я продумывал глядя на три сотни кораблей встречающего эскорта. Началось.

Юпитер сидел перед голоэкраном домашней системы и барабанил пальцами по столешнице. Сообщение от Рокота было сумбурным, что ранее с ним не случалось, но несло слишком большую смысловую нагрузку.

Юп прекрасно понимал ситуацию в мире и расклад сил. Верить в демократию, равноправие и прочую ересь, Стражей отучали в первую очередь. И если в игру вмешались Боги или Звёздные Лорды, как их звали в этой игре, это означает не полный апокалипсис, а лишь то, что эта система привлекла взгляд  сильных мира сего. А для них вся игра лишь шахматная доска. Не более.

Воевать с Богами они тоже не смогут. Не их уровень. Впрочем, иногда жизнь выкидывает и не такие коленца.

Хуже всего, что они отрезаны от остального мира и  почувствовать руку братьев по оружию не выйдет. Это выбивало из колеи и пугало. Стражи тоже люди и страх одно из основополагающих чувств, движущих эволюцией человечества. Если не единственное из настоящих и неподдельных.

Но и человек не простое существо. Преодолевать свой страх это первый шаг к величию. Юпитер скрипнул зубами и полез в капсулу. Сейчас каждый Страж на счету.

Рокот с опаской посмотрел на капсулу. Этот девайс  стоил бешенных денег, а по качеству не уступал космическому челноку. Все системы там дублировались и не раз, что делало эту систему самой надежной в мире. В случае катаклизмов советовали прятаться именно в ней, потому как системы жизнеобеспеченья могли поддерживать автономию почти сутки. Даже без внешнего источника питания.

Однако в начале эпопеи с системой древних ЦИ очень настойчиво намекал некоторым игрокам о своем недовольстве их поведением в реале. Точнее длиной языка. Вот и сейчас Рокоту указали на тот факт, что о некоторых вещах лучше не распространяться. Слава богу, у него дома имелось оборудование для постановки помех. Потому пообщаться с Юпитером вышло пусть и абстрактными понятиями.

Серьезней,  чем на капсулах, защита только на ЦИ, который использует в своих целях любое уважающее себя государство, да и то с оглядкой на корпорацию. И если капсула стала заедать пусть даже по мелочам это явный признак стороннего вмешательства  на уровне государства. Или Богов.

Юпитер отнесся к этой новости скептически и Рокот его не винил. Качество передачи данных между людьми не позволяет поделиться всей гаммой эмоций, что ощутил сам Рокот. Всю ту бесконечность и страх, который внушает лик богини.

И дело не в ее власти или нарисованной красоте. Дело в том, что не каждый сможет увидеть. В оттенках глаз. В легкой и незаметной мимике. В той легкости, с которой она может убить сотни тысяч человеческих жизней. Одним движением руки. Одним нажатием клавиши. Одной своей блажью. Отпечаток власти, которой не должно быть у человека.

Такая власть меняет людей. Навсегда. Но именно на охоту на таких людей натаскивали Стражей. И Рокот остро почувствовал близость врага.

Сейчас он лишь муравей на спине слона. Но если задаться целью, то можно все изменить. Рокот закрыл глаза и погрузился в себя. Сейчас ему нужно войти в медитативный покой, для того, чтобы раскрыть подсознание. Там хранятся  детальные воспоминания о встрече  с тх'Марой. Там спрятаны четкие картинки ядра планеты Древних, из которых можно создать систему для анализа ситуации и вариантов решения.

Стражи в систему пробиться не могли, но аналитический отдел Корпуса действовал и в реале. А идти на встречу с богиней смерти без подготовки — смерти подобно.

Рокот хмыкнул и расслабился. Он же пригласил ее на вальс. Ведь что есть последний бой как не танец со смертью?

— Ты уверен?, — Юпитер пробил барабанную дробь костяшками пальцев о железный лист, что заменял им стол. Пришлось забиться в дальний угол ангара и стараться не привлекать внимания.

Лагерь вольных пилотов стал на станции неким аналогом Кубы — острова свободы. Сюда ринулась толпа народа, кто не желал гнуться под Искателей или кланы, но вместе с ними просочились и десятки крыс. Теперь важные переговоры нужно вести с каменным расслабленным лицом и при очень мощной РЭБ поддержке. Особенно такие, как они вели сейчас. В это круг не вписался даже Бард, пусть он и был официальным лидером этой группировки.

Все, что говорилось сейчас, касалось лишь Корпуса. И Бард понимал это. Или очень хорошо делал вид, что понимает. Пока что доверия выше необходимого он не получил.

— Сто процентной гарантии, я, понятное дело, не дам, но все что я видел, говорит именно об этом. — Пожал плечами Рокот. — Разрушенные дольмены и явные следы шахтных разработок планетоида. И все это на фоне непонятного генератора поля энтропии всех возможных энергий. Других вариантов я не вижу.

— Значит — тюрьма. — Задумчиво пробормотал Юпитер. — В итоге, мы имеем не прорыв Древних в нашу Вселенную, а массовый  побег отморозков-преступников,  которых даже Великие Древние не захотели брать с собой. Не уверен, что от этого знания мне полегчало.

— Первичная гипотеза — эти Древние рыщут по обитаемому космосу и  ищут точку ухода своих соотечественников. — Вклинился в беседу Пегас. — Других вариантов уже я не вижу. Точнее они есть, но на фоне этой теории остальные вероятности стремятся к нулю.

— Принято. — Кивнул Юпитер. — Полностью согласен.

—  А что говорят в Корпусе? Ты слил инфу туда?, — Это уже было адресовано Рокоту.

— Это первое, что я сделал. — Ответил снайпер. — Отнеслись со всей серьезностью. Наша командировка признана бессрочной. Под нас четверых в ближайшие сутки кибер-отдел сформирует два новых аналитических крыла. Первый -  для работы в экстренном режиме. Любой вопрос-запрос в реале будут мониторить и искать ответы в режиме реального времени. Ответы в кратчайшие сроки будут приходить на личную почту. Второй отдел больше по стратегии и общей политике. Через пару дней начнем получать сводки. Но им нужны данные. Любые. Вплоть до характеристик самых примитивных нубов на любой из станций.

— Настолько все серьезно?, — Удивился Пегас. — Это все же просто симулятор, пусть и очень реалистичный.

— Более чем. На меня вышел лично Туман.

Над столом повисло гнетущее молчание. Это было более, чем серьезно. Это был Туман. О Первом Наставнике ходили легенды одна  веселее другой. Но все сводилось к тому, что аналога этому человеку уже давно не было и не скоро появится. Кто-то даже считал его Великим Раздолбаем или даже его отцом. Но даже в Корпусе никто не знал всего о нем. За попытки узнать не карали напрямую. Но для тех, кто пробовал копать в этом направлении, все заканчивалось очень плачевно.

— И Корпус готов в случае чего дать нам помощь?, — Излишне ровным голосом спросил Юпитер.

— Да.

— Сколько?

— Почти восемнадцать тысяч вымпелов в течении суток. Под нашу ответственность. Под наше Слово!

Юпитер едва не подавился кофе, которое потягивал во время беседы. Восемнадцать тысяч — это весь Корпус, что присутствовал в этой игре. Это было нечто!

— Да я сам охренел!, — Понял Юпитера Рокот. — Но судя по всему, Мара привлекла внимание кого-то из Старших. Сейчас аналитики лбы бьют о стены, пытаясь понять игру Двуликой. Отсюда и такой статус. Кому-то в верхах припекло. И это только Мара показалась. А где одна там и другие. Просто до поры сидят в тени и наблюдают.

Ведь по игровой легенде власть Звездные лорды и наниты они получили в этой системе. Она, по сути, в игре — ключевая точка. Вопрос только в том, чем это нам всем грозит.

— Плохо. — Поморщился Юп. — И без того хватает загадок. А если схлестнемся с Богами напрямую…

— Согласен. Не наш уровень. Просто не потянем по матбазе. У Старших шансов больше. Но и тут все выглдит сомнительно.

— А я не согласен. — Ухмыльнулся Пегас. — Все не так печально, как вы думаете.

— Поясни?

Пегас закинул ноги на стол и демонстративно стал чистить ногти.

— Не ерничай!, — Возмутился Юпитер.

— Да ладно!, — Отмахнулся Пегас, но принял деловой вид. — Короче, я лично считаю, что не все так просто. Когда наши большие шишки успокоились при появлении ЦИ и поняли, что угрозы от него в стиле «Скайнета» нет, и это всего лишь очень большой и мощный калькулятор без своих желаний и воли, ему отдали все бразды правления всеми тремя виртуальными мирами. И пусть у него нет воли и желаний, он все же очень мощный компьютер.

Он выполняет поставленные задачи. Ему на все плевать. Даже если в задачу впишут убийство человека. Но это не важно. Он делает то, что скажут. И сейчас ему поставлена задача сделать эту игру интересной. А значит есть шансы, что все что мы видим, это лишь часть пазла. Части которого он выбирает в логичном, но вольном порядке.

— Ты хочешь сказать, что он может менять правила игры прямо в течение партии?

— Именно. Мы сейчас начнем выбивать псевдо-Древних и искать точку ухода настоящих, а окажется,  что те были нацистами, а в зоне оставили пушистых коммунистов-комсомольцев. Которые приняли нас за сторожевых псов ушедших.

— И что ты предлагаешь?

— Нужны данные. Настоящие. Которые даже ЦИ не сможет извратить. Прежде чем толкать весь наш флот на Рагнарек, нужно понять с кем и против кого мы воюем. И собственно зачем. Всегда есть точка невозврата. В политике такие моменты применялись часто и всеми. Нужно занять правильную сторону. А для этого нужно понять цели и приоритеты каждой из сторон.

— Рамзесу, сообщили?

— Пока нет. Но так даже лучше. Он сейчас в агрессивной среде, где доверять нельзя никому. А такую инфу нужно держать для своих.

— Ты ему не доверяешь?, — Юпитер приподнял бровь, ведь именно Пегас больше всех симпатизировал этому кадету.

— Доверяю. Но такая информация очень весомый довод в переговорах. А я как раз верю, что он справится и без нее.

— Хорошо. Мне нужен контакт наших аналитиков. Нужно в реале все прояснить. Пошли на выход. Я тоже верю, что Рамзес нас еще удивит. И если я правильно услышал тебя, то в этой системе уже четыре Стража.

— Ты правильно все понял. — Ухмыльнулся Пегас. — Но предлагаю ему сообщить об этом чуть позже. Мне нравится его напор и желание оправдать доверие. Для него это очень мощный стимул.

— С рождением, брат!, — Высказался Юпитер в пустоту.

— С рождением, брат!, — Поприветствовали нового Стража собратья, пусть даже он еще об это не знает. Таковы традиции. Сейчас по Корпусу его приветствуют тысячи соратников, которым пришло сообщение, что еще один парень занял место в их строю. Ведь их братство стало на капельку сильнее. А что есть море как не миллионы капель?

Я не видел, что  собой представляла наша станция в первые дни. Наши до меня за два года успели облазить все ее закоулки и по большему счету навести там порядок. Азиаты со своим трудолюбием сделали эту же работу буквально за месяц. А вот латиносы похоже забили на все.

Большая часть коридоров в завалах и оборонных баррикадах с поврежденной техникой. Большая часть осветительных плафонов потушены, а те, что остались, не столько освещают, сколько мешают. Моргают,  гудят и порой с треском разбрасывают искры. И все это на фоне запустения и заброшенности. Декорации для второсортного ужастика. Я невольно поежился, потому как сама атмосфера навевала тоску и казалось из каждой тени  вот-вот выскочит злобное чудовище.

Система просчитала наши намерения и выдала квест на диверсии. Вот только как это делать я не представлял. Для того чтобы что-то в этом месте разрушить это нужно для начала подчинить, потому как латиносы не собирались этого делать сами. То ли не хватало ресурсов, то ли умений, то ли они оказались жутко ленивыми ребятами.

Но для начала нужно найти своих соратников из азиатов. Точкой сбора мы назначили радиорубку дальней связи на нижних палубах. И тут я понял, что на такой загаженной станции еще и передвигаться тяжело. В этих лабиринтах были сотни тупиков. Видно, что станцию брали с боем и защитники отчаянно сопротивлялись, вгрызаясь зубами в каждый клочок коридоров, отсюда и большая плотность баррикад и разрушений.

Зато во мне снова проснулся черный археолог. Или мусорщик. Смотря как посмотреть. Жаль, что в этот раз много я не унесу. Модуль мне недоступен, пока не попаду в карман воскрешения. Хамелеон у меня уже был установлен и сейчас я искал уцелевший маячок «свой-чужой» на битой технике. Главное не перепутать остатки штурмовиков и защитников. А еще это цело поле мозгов для дронов. Они и раньше ценились теперь этот вопрос стал еще более актуальным. Большая часть игроков это нубы, которые не в состоянии прокачаться в боях с Древними. Тут даже опытные игроки сливаются раз за разом. Радует, что вира за смерть  строго один уровень и никак не накладывается на обычную систему штрафов. Иначе бы смело можно было затирать персов.

Я увлекся поисками и раскурочиванием дронов. Причем мозги я ковырял со всех подряд. Правда делал это столь варварским способом, что Пегас мне потом руки оторвет. А что поделать если навыка не хватает? Приходится вертеться, как умею. У меня имелся крафтовый мультитул под мой уровень, но и он не решал проблему кривых рук в робототехнике.

Время шло, но я не торопился. Думаю у моих соратников те же проблемы с логистикой. Раньше чем через сутки не стоит и надеяться найти выход к рубке. И это еще оптимистичное предположение. Мне с моей комплекцией куда проще, потому как я могу пролезть в щели недоступные большинству. Им же, раз за разом, придется возвращаться  к развилкам. Лабиринт в любом случае дает доступ к каждой точке станции без разбора завалов. Вот только маршрут удлиняет в десятки раз.

Проблем со стороны хозяев я не предвидел. Похоже, они тут ничего толком не контролируют, кроме верхушки станции при Централке. Это и понятно, там самые богатые апартаменты, которые в большом космосе нубам еще долго не светили бы. Пусть в систему вошли бойцы от двух или трех кланов это были либо испытательные крылья для новичков, либо просто нубские группировки, ничего не решающие в геополитике игры. По крайней мере их поведение и указывает на это. Шевелиться они не хотят.

Впрочем, даже если командиры отправят людей на поиски, то шанс нас найти в этом лабиринте, минимален. Столкнуться мы можем только случайно. Но бдительности я не терял. Всегда может оказаться, что дохлый дрон не совсем и дохлый. Я очень ярко помню свою первую вылазку на астероиды. Потому прежде чем лезть во внутренности роботов, проверял их на живучесть, стреляя из лазергана по частям, где нет ничего ценного. Пока Бог миловал и металлолом не оживал. Не знаю, что бы я смог противопоставить девяностому тяжелому штурмовику со своим пятьдесят седьмым.

Когда я добрался до точки сбора, меня уже ждали. И если честно я был слегка удивлен и озадачен. Такого я не ожидал. Восемь человек, включая Тао и Джинн. Это заставляло серьезно задуматься об обороне нашей станции. Сейчас все шло к всеобщему союзу, но построен он на такой шаткой платформе, что в любой момент может обрушиться как карточный домик. А у Тао теперь есть уже испытанный и отработанный вариант проникновения на объект союзников. Да потери огромны, но они могут вылиться в очень серьезные рычаги влияния особенно на фоне многочисленности азиатской фракции.

И это при том условии, что Тао не припрятал еще отряд на стороне. Русскую станцию представлял только я и вряд ли кто-то мне окажет доверие и раскроет все козыри. Тао слишком умен. Уже буравит меня взглядом и читает мимику как открытую книгу. Впрочем, я держал себя в руках и не дал слабины. Даже наоборот, как бы обрадовался.

— Хорошо, что вас так много. -  Как можно искреннее усмехнулся я. — Быстро покажем латиносам кто в поле хозяин.

Но уже по взгляду Тао понял, что маскарад не удался. Нет говорил я вполне ровно, но вот Стражу Тао не доверял ни на грош, несмотря на всю их репутацию. Точно припрятал команду поддержки. Этот момент срочно необходимо обговорить с Юпитером и усиливать оборону станции. Как минимум лагеря вольных пилотов. Нам только тараканов не хватало для полного счастья. А уж азиаты могут себе позволить пробить путь своей диверсионной группе, прикрывшись телами мяса. Особенно Неприкасаемые.

Но это игра не в одни ворота. Тао тоже понимал, что я все понял. Отсюда и едва заметные нотки недоверия во взгляде. Ну что ж, нас тоже обучали физиогномике.

Изначально я хотел многим поделится с новыми союзниками, но сейчас мой пыл приутих. И программу обучения я буквально тут же ужал процентов на восемьдесят. Обойдутся. Но некоторые азы им дать нужно. В ответ на показуху Тао. Он бы мог при себе оставить только Джинн, но решил показать, что азиаты тоже сила. Возможно,  несколько приуменьшил, но решил, что впечатлить Стража стоит больше, чем хитрость в стиле Сунь-Цзы.

— Хамелеонами вы, конечно, не обзавелись?, — Продолжил я.

Джинн старалась держаться от меня подальше и отводила взгляд. Остальные бойцы пожали плечами. Технология была несколько корявой, оттого непопулярной и многим не известной.

— Изначально мы шли на переговоры, а не на диверсию. Потому не позаботились о такой мелочи. — Тао снова тонко намекнул о своей осведомленности.

Думаю, он знает куда больше. Успешную деятельность диверсанта в своей вотчине, такие как он должны были очень тщательно исследовать, дабы не наступить на те же грабли в будущем. А значит, сейчас пошла игра на доверие. Сохранить тузы в рукаве очень важно, но при этом не стоит попадаться на утаивании информации.

— Всему учить вас!, — Сокрушенно покачал я головой. — Эрги хоть есть?

Целых камер охранного периметра поблизости не  нашлось. Пришлось раскурочить почти десяток битых, чтобы собрать одну рабочую. Навыки крафтеров в этой команде были еще хуже, чем у меня. Но все же получилось.

С таким отношением к своим обязанностям латиносы свою  Централку будут ломать до скончания веков, потому в этом плане я не переживал. А вот отреагируют ли морфы, что последнее время себя странно ведут — это вопрос дня.

Отреагировали. И все тут же обзавелись маскхалатами типа Хамелеон. Я словно фокусник раздал маячки от дронов-уборщиков, попутно поясняя, зачем это нужно. Правда, умолчал, что по пути сюда раскурочил более пяти десятков различных дронов и особо удачно мне попался отряд анти-абордажной команды из двадцати единиц. Там были и тупые заслоны, и хитрые штурмовики, но лично для себя я удачно вскрыл дрона тактика, который и корректировал  движения этой группы. Потому сейчас мой маячок по уровню допуска превосходил даже хозяев станции.

Конечно, у Тао могли быть свои козырные карты, но эту он вряд ли побьет. Как и «ликвидатор». В одном из заслонов я успел на крайних мгновениях снять «последний довод» королей. А точнее, очень мощное взрывное устройство. При этом перепотел как в бане. Но это того стоило.

Когда все упаковались в хамелеоны и обзавелись маячками, во весь рост встал вопрос, что собственно делать дальше. Тут же устроили мозговой штурм. Как обычно первыми выступали самые младшие члены группы. Некоторые из них были на пару десятков уровней выше меня, но по опыту диверсионной деятельности отставали, потому Тао и я будут выступать последними.

Итоги штурма не впечатляли. Все сводилось к ковбойским методам. Идем и во все, что движется, стреляем. Что не шевелится сначала расшивеливаем, потом расстреливаем. Прям чем-то родным повеяло. Впрочем, даже Наполеон говорил, что все стратегии рушатся после первого выстрела и выигрывает тот, кто может выдать экспромт. Наверное, потому все кто приходил на нашу землю отгребали по полной. Наши люди не умеют строить планы, а всегда маневрируют на интуиции и смекалке. Однако, эта же черта нивелирует все победы и часто, будучи победителями в боях и войнах, мы теряли свои исконные территории  и политический вес.

— А что скажет Страж?, — Спросил Тао, краем уха выслушивая своих подчиненных.

Вот жук. Сознательно толкает меня на раскрытие тузов в рукаве и проверяет на вшивость. Поймать Стража на лжи или чем-то поганом — дорогого стоит.

— Для начала стоит найти рабочий терминал информатория. Так как станция изначально приписана к латино-африканскому альянсу, мы сможем подгрузить базы НПС и выбрать  подходящие образы. Человек в шлеме  скафандра на станции смотрится подозрительно, а мы не негры и не латиносы. По внешности нас определить легко. Хамелеон без прототипа лишь меняет некоторые статистические данные.

Шаг номер два — определиться в целях и методах их достижений. Для этого нужно понять логику противника. Не думаю, что лидеры местных кланов такие уж идиоты. У их отказа от переговоров должны быть мотивы. Как вариант они понимают, что самое слабое звено в местной цепи. Во  всеобщем альянсе они станут самым низшим звеном, где приказывать им будет каждый. Не самая радужная перспектива, учитывая их гордость, патриотизм и вспыльчивость.

Думаю, они хотят отсидеться на станции, чувствуя себя в безопасности и со стороны понаблюдать за бойней остальных против Древних. В таком случае у них есть шанс дождаться, когда обе стороны ослабят друг друга настолько, что их рывок решит все и в их пользу. Как трусость это не особо подашь. Все спишут на хитрую стратегию и разумность лидеров. Максимум, что они будут делать это мелкие точечные укусы на общем поле боя.

Наша задача не унизить их, расстреливая все, что попадется в прицел, а показать, что они не в безопасности. И если мы решим, что они опасны, то сможем выбить их из зоны комфорта или даже сделать полем для прокачки наших игроков. С этим в системе туго, так что это даже может стать правдой.

Предлагаю отлавливать мелкие группы, что все же стараются брать под контроль станцию. И пытаться вступить в переговоры с пленниками. Чем больше мы будем их терроризировать, тем сговорчивее они будут в будущем. Для начала просто начнем выбивать мелкие отряды и прижимать их к Централке. Дальше посмотрим как пойдет. Возможно, придется привлекать внешние силы через циркулярную связь в реале. Так же можно отбить или починить радиорубку дальней связи. Как вариант обустройство базы для длительного пребывания на станции.

Про теневиков я умолчал. Но я точно буду их искать и без свидетелей, которых мне на хвост повесит заботливый Тао. Пусть я не смогу унести оттуда и сотой части, но на каждой из них есть уникальные предметы. Впрочем, не факт, что не придумаю чего-то особенного для вывоза экипа с базы. Время покажет. Главное задержатся на станции и сбросить топтунов.

— Что ж мне и добавить нечего. — Кивнул Тао. — У Стража самый большой опыт в этом деле, потому поступим как он говорит. Однако, на ряду с профилем для хамелеона  предлагаю заняться выбором места и обустройством базы. Помимо переговоров с неизвестным итогом мы можем разобрать завалы из битой техники. Без модулей мы многого не унесем с собой, но все же есть в каждом дроне очень редкие и ценные части. Особенно в этой системе.

Все это Тао говорил с ласковой отеческой усмешкой на лице. Вот гад, на ходу подметки режет! И очень толсто намекает на то, что я не просто так задержался. Скорее всего и они не торопились оказавшись на столь богатом поле брани. Сколько они смогли снять с битых дронов в шестнадцать рук, я даже боялся представить.

Тут же сделал пометку, что мои маячки могли принять лишь для проформы. С таким гаремом Тао тоже мог обзавестись маячком от тактика, а  при везении и чем-то покруче. Дроны на ряду с НПС занимались обслуживанием и защитой станции от врагов и самих игроков оттого у многих коды доступа, прописанные в маячки, бывали очень серьезными.

Впрочем, он кругом прав. Базу нужно делать сразу и веерно разведывать территорию. Партизаны всех времен, начиная от народного героя  и обычного сельского мужика, Ивана  Сусанина брали знанием местности. Так что в словах Тао есть и смысл, и логика, и чувствуется опыт. Как бы я не оседлал тигра. Нужен совет от своих. Хотя бы просто моральная поддержка. Быть своим среди чужих — еще та работенка.

— Двинулись! Вниз. Подальше от Централки. — Дал отмашку Тао.

Начались трудовые будни ДРГ. Но я скучал по этому. И даже друзья-враги не портили предвкушение. Такой вызов Стражу вполне по плечу.

Я не удивился, когда Тао мимоходом перехватил командование группой. Это были его люди. Я бы возможно возмутился, но  не имелось претензий. Чувствовалось, что в таких делах лидер китайцев съел не одну собаку. Как бы неоднозначно это не звучало по отношению к азиату.

— Яо — вправо. Сун — влево. — Тао непринужденно раздавал приказы и вел группу к определенной цели. Он искал место для базы и делал это со всей тщательностью. Я бы так не смог. Но у меня свои сильные стороны и свои козыри. И победоносный взгляд Тао все больше становился кислым, не наблюдая на моем лице разочарования или раздражения.

Я просто улыбался. И было чему. Он объявил мне войну лидеров и ожидал сопротивления. Так должно было быть в обычном сообществе. Так бывало в реале. И это создавало конфликты.

И все же остальные народы и культуры не понимают Стражей. Нас воспитывали как спецназ. Как цепных псов власти. Но при этом всем обучение шло от обратного. Главное не как ты убьешь врага, а как ты умрешь. Не как ты бьешь, а как ты  принимаешь удар. Не то, как ты жил до, а как ты живешь после.

Видимо я переоценил спецслужбы других стран. Они все судили по своим меркам. Тао не понимал, что я уже признал в нем лидера. Он лучше знает, он больше умеет. Мое эго хотело стать первым. Но мой разум выше этого чувства. Потому я с легкостью отдал ему лидерство. Когда он упадет, я подниму знамя и пойду вперед, ведя бойцов за собой. Но до тех пор я буду поддерживать его. Потому как он лучший лидер, чем я. Для данной ситуации, для данной команды, для этой задачи.

А вот его непонимание ситуации, нарастающая паранойя и  ожидание ножа в спину ослабляют его как командира. Он даже сам того не понимая, натравливает своих людей на меня. Векторы ответственности, что доверили мне, контролируют два человека, в то время когда на другом фланге строя Джинн страхует лишь один. Это как минимум нелогично и заметно просаживает защиту строя.

«Не старайся внушить врагу свою силу. Просто будь собой. А уже свою слабость он придумает сам». — Слова Наставника пронеслись в голове и вызвали улыбку. И нарастили напряжение в строю.

Я все больше поражался простоте обычных эмоций и чувств. И простоте манипулирования другими. Одни в дебатах рвут горло, вываливая тонны фактов и текстов. А другой — просто в нужное время усмехнется и сделает нелепый или неопределенный жест рукой, вызвав новую бурю эмоций у оппонента. А за эмоциями следуют ошибки и неверные выводы.

Возможно, в другом случае я бы попытался исправить ситуацию. Но не сейчас. Я уже давно все понял. Я среди врагов и хозяева станции мои друзья больше, чем эти игроки.

Я сам помню, что и как взял с азиатов в свое время. Аналитики Тао тоже все поняли. Они больше не хотят союза с латиносами. Они хотят вторичные характеристики, которые в обычном мире нужно развивать годами, а тут можно заработать за месяц. Алчность затмила все. И разум, и логику, и честь.

Все это легко читалось при взглядах на окружение. Битые дроны для них были объектами кача, а не силой будущих союзников. Если Тао еще мог сдерживать эмоции, то остальные даже не пытались. Даже Джинн. Хищные взгляды стервятников.

И эту девушку я любил?! За что? За красивые глаза и умение моргать в такт моему либидо?! Мрак!

Тао все больше мрачнел, но все так же искал место под базу. Для террора местных с целью выхода на переговоры такой педантичности слишком много. Подошел бы любой тупичок. Но Тао упорно отвергал варианты, подыскивая место, которое будет иметь и пути отхода и ложные позиции и варианты оборонных баррикад.

Я напрягся. Скоро меня начнут убивать. Шесть поворотов назад  было идеальное место. Три узких выхода по угловатым коридорам, плюс очень большой массив битой техники. А рядом целых два бара. Остальные едва увидели его тут же сделали стойку, но Тао небрежно забраковал этот зал.

Команда приуныла, а я понял, что Рубикон перейден. Сейчас начнется. Впрочем, шел я так же как и раньше, отмечая вдруг изменившийся строй. Трое ушли в правый проход. А позади меня Тао и Джинн. Неужели она сможет?! Неужели я виновен, что она пошла по другим рукам?

Спокойно! Вдох-выдох! Я уже мертв! Это снова очередной Рагнарек! Жизнь не стоит ничего! Все мы умрем! И важно только как ты жил и как умер! Вдох-выдох! Улыбнись и живи! Живи в бою! В этот момент ты по-настоящему жив! В остальном, ты просто дышишь и существуешь.

Уход в сторону. Ускорение? Рано. Пока хватит своих сил!

Встречаюсь взглядом с глазами Джинн и кристаллом излучателя лазергана. Тао уже вскинул плазмобой. Мир послушно замер как в рукопашном бою. И ускорение тут не причем. Просто мозг заработал на рефлексах, игнорируя чувства и эмоции. Подсознание взяло все на себя, сокращая трафик электрических импульсов. Тело работает само по себе, на заученных рефлексах. Сознание лишь с опозданием и удивлением отмечает уже свершившийся факт.

Джинн ненавидит! Почему? Выстрел. Уклон. Перехват запястья, удар в локоть. Рука сломана. Луч бьёт идущего впереди азиата. То как раз развернулся со своим кинетическим автоматом.

Лечь. Очередь свистит над головой. Никого не убивает, но сбивает прицел Тао. Нырок в сторону. Половину тела Джинн поглощает пламя, а взрыв плазмы откидывает нас с Тао в разные стороны.

Больно. Вместо правой руки культя. Попал все-таки. Морщусь от боли на заднем плане. Пора. Ускорение.

Бегом. Удар по предплечью сдвигает пистолет азиата с траектории и очередь шариков бьет по своим. Удар под колено. Дернуть голову за подбородок.

Скаф защищает от многого, но от экстремального поворота головы не страхует. А это несовместимо с жизнью. Даже виртуальной. Кувырок. Маятник. Сюрприз.

Жалко оставлять последний плазмобой, но выхода нет. Они изначально вели меня на убой. Впереди тупик из баррикады. Это конец.

Когда грохнуло, я уже прощался с жизнью на этой станции. Впрочем, я каждую смерть воспринимал как последнюю. Такая уж у нас школа. Но и цепляться зубами за жизнь и последний шанс, нас учили не меньше. Потому я уже под обстрелом сумел протиснутся между ходуль раздолбанного заслона. Но даже с моей комплекцией вместилось лишь половина тушки. Когда вспыхнуло море огня от моего плазмобоя, и мне испепелило ноги, я лежал и боялся шевельнуться. Я выжил. На последних процентах жизни. Впрочем, в таком состоянии и по уши обвешанный дебафами, я даже дышать мог через раз. Контузия потеря крови из четырех конечностей осталась целой лишь правая рука. И голова.

Скафандр купировал некритичные ранения и включил аптечку, но в таком состоянии мне еще лежать часа три. И хуже всего, что я не достиг своей цели. Тао выжил, как и три человека из его команды.

И все же бог на моей стороне. Взрыв сдвинул баррикаду и сверху посыпался мусор, который не смог сдвинуть массивную тушу заслона, но укрыл меня от взглядов азиатов. А вот я одним глазом видел все. Второй вроде не поврежден, но контузия неплохо изуродовала мозг, так что даже в одном зрачке все двоилось. Слух отрубило напрочь. Но мне хватило и зрения. Их слишком много. Больше десятка. Я так и знал, что Тао скрыл часть команды прорыва и теперь они собрались вместе. Неприкасаемый раздавал команды и после минутной суеты они ушли. Проверять пепелище не стали. Выжить тут можно было только чудом.

Теперь меня ждут несколько суток восстановления. Регенераторов и стимуляторов в аптечке нет. Стандартный набор при таких обширных повреждениях едва в состоянии поддерживать во мне жизнь, пока наниты хоть как-то купируют повреждения. Мрак!

Пора в реал. Нужно  сообщить о предательстве китайцев, обсудить ситуацию с напарниками и решить, что делать дальше. Все рано сейчас мое состояние в игре еще хуже, чем в реале, что вызывало бешенство. А эмоции не самый лучший советник. Их нужно держать в узде. Они хороши для быта, отдыха или любви. Но в делах они только вредят. Логаут.

Давно я не жил реалом. Порой даже стал забывать, кто я есть. Виртуал поглотил меня и подарил новую жизнь. Жизнь полную приключений и действий. Настолько полную, что сейчас я наблюдал за панорамой и впервые не унывал, не страдал и не рвался вперед.

Скоро Новый Год. Время веры в чудеса. Время, когда мы все возвращаемся в детство. Красиво и романтично. Снег вымывал с души то, что оставило предательство других. Если Тао я мог понять, ведь он лидер даже не общей фракции системы, а член элитного клана, то Джинн и ее эмоции понять не мог. В ее глазах была искренняя ненависть. За что?!

Я в уме перебирал все свои поступки и не находил причин. Возможно по неопытности я что-то упускаю но все указывало на то что Джинн едва я не смог выйти на нее вовремя ушла. Ушла к другим.

Тогда откуда эта ненависть? Я лгал, что я Лунный Меч? Возможно. Но я не лгал, кто я есть в душе, и не лгал ей ни в чем остальном. Даже про мое происхождение она не спрашивала. Потому как  в игре это не принято, а уж перса сменить проще, чем рубашку в реале. Не в этом дело. Тогда в чем?!

Но думаю женщин мне пока не понять. Их не понимали и те, кто старше меня и намного. И все же взгляд Джинн жег меня изнутри. Как бы я не пытался от него отделаться, он все равно преследовал меня. Но боль родилась в душе и с ней ярость и обида и целая феерия эмоций. Оборудование ошалело от моего состояния и подняло тревогу.

— Что с тобой?, — В палату влетела санитарка Елена.

Когда-то я любил наблюдать за ее движениями по палате. И пусть она обмывала меня, когда я был в вирте или в медикаментозном сне, она видела меня таким какой я есть. А вот сейчас я ее стеснялся. И даже слегка морозился. С той поры, когда я стал активным, приоритеты изменились, и стало очень неловко смотреть на ту, что я раздевал глазами в свое время. Гормоны тут ни при чем. Я просто старался быть…

— Все хорошо!, — Погладила она меня по голове и я вдруг неожиданно для себя повел лицом за ее ладонью.

— Нет, хорошая моя. — Хмыкнул я. — Все плохо. Настолько, что мне даже нравится.

В голосе против воли проскользнули злые нотки. Нельзя. Я иду путем Стража. А в Стражи не берут тех, кто идет на поводу эмоций.

— А ты изменился!, — Лена смотрела на меня несколько иначе.

Раньше всем в моем присутствии становилось жутко некомфортно. Они чувствовали жалость и чувство вины. Стражей с самых первых дополнительных уроков учили физиогномике и распознаванию  настроения собеседника. Обычным обывателям этого не скрыть. И все это обрушивалось на меня. И убивало.

Сейчас все было иначе. Я стал другим.

А за окном шел снег. Впервые я не стыдился ни себя, ни своего тела, ни своего положения и вдыхал запах больницы с примесью тепла исходящего от женского тела. И впервые я не жалел себя. Скрипнули зубы. Вы все еще заплатите по счетам. Не мне. А за мое слово! Слово Стража! Слово Стража не вода, а кровь!

— Какого хрена происходит?!, — Бард и Мангуст влетели на базу в разъярённом состоянии.

— Что?, — Юпитер отвлекся от созерцания карты системы со всеми разведанными объектами на ней, их скоростью и траекторией. — Вы о чем?

— Да нас тут обшманали как проституток на окружной!, — Взревел Бард. — И кто? Пара нубов! Вы серьезно?!

— Азиаты предали нас!, — Пожал плечами Юпитер и как-то буднично ответил.

Словно ничего и не произошло. Мелкий жизненный факт. — Слово Стража нарушено.

— Пи***ц!!!, — У Барда других слов  не нашлось. — Вы это серьезно?

— Догадайся с одного раза!, — Взглянул ему в глаза Юпитер. — Второго раза может и не быть.

— Более того, у них есть алгоритмы проникновения на станцию. — Добавил Пегас что находился рядом с Юпом. — Пусть латиносы и самая слабая из фракций, количество азиатов позволяет прорваться и к нам. Весь вопрос в цене и желании. А от наших китайских друзей ждать хорошего после этого не приходится. Потому мы расширяем зону контроля и устанавливаем дополнительные оборонные периметры.

Так же они знакомы со всей биографией и наработками в плане диверсий от Рамзеса. Мы теперь вынуждены проверять всех входящих на базу. Вдруг они при хамелеонах. Пусть и прорыва не было, но сами техники расходятся между игроками. А у нас и без азиатов хватает проблем с фракциями на станции. Теперь жесткий контроль — наше все!

После всего этого Мангуст сильно огорчился. Искатели взяли на себя роль лидеров, и теперь вся обороноспособность станции проходила через них. А как оказалось вольные пилоты по информированности в текущих делах далеко впереди. Получалось, что только они и могут что-то противопоставить возможному вторжению, в то время, когда искатели продолжают свои подковерные игры и интригуют за лишнее место в Совете, который, по сути, ничего не решает. Очередная толпа словоблудов, от которых все зависит в упорядоченном социуме и которые ничего не могут, едва их спокойный мирок нарушит легкая рябь жизненных завихрений.

Бард же по-другому увидел суету вокруг. Базу вольных пилотов укрепляли всеми доступными способами. И нубы носились как наскипидаренные без всяких понуканий. Более того, они сами материли друг друга за нерасторопность. Это крайняя готовность к любому бою. И, черт возьми, но эта четверка смогла сделать с ними за пару месяцев то, что он не смог со всей станцией за два года.

Бард впервые безмятежно улыбнулся  и сел у стены. В его руках появилась сигарета, а по ангару пополз аромат табачного дыма. Слово Стража нарушено! Ну и пусть! Теперь это не его проблема. Это проблема Яхве, Аллаха, Будды и всех богов этого мира. Он просто будет курить и наблюдать. Эту лавину ему не остановить…

Азиатский кластер.

Сектор Тонг.

Станция РО-72-5.

Когда я вернулся в игру, тело уже восстановилось. Кое-где побаливало и зудело, но я уже был готов к бою. Однако нужен план. С Тао остались опытные бойцы и голыми руками их не взять, а у меня из оружия остался только слабенький лазерган. Плазмобой я взорвал, а АКР остался в модуле.

К тому же излечение не прошло даром. Поглотив все доступные ресурсы организма. Шкала голода тревожно мигала красным. Два литра сублимированного протеинового рациона —  это ни о чем. Пора идти на поиски еды. Баров тут хватает, вот только вряд ли там есть запасы органики. Нужно искать склады, либо хотя бы деревянные панели отделки. Питательность переработанной древесины сомнительна, но это лучше, чем ничего. Не хватало еще выжить под таким обстрелом наперекор врагам и предателям, и потом загнутся от голода.

Включив генератор маскировочного поля, двинулся в обратную сторону от того зала, который облюбовал Тао под свою базу. Достаточно того, что я знаю, где они предположительно осели. Месть — это блюдо, которое подают холодным.

А меня душила ярость. И чтобы совладать со своими гормонами мне нужно время. Иначе я просто проиграю. А это в мои планы не входило.

Три километра коридоров прошли в бесплодных поисках. Разбитых, и не очень, баров я встретил с десяток, но все кухонные синтезаторы оставались пустыми или сами картриджи давно прокисли и пересохли. И как назло, ни единой деревяшки. А шкала голода неумолимо скатывалась в оранжевый сектор.

Десятки запертых дверей, за которыми могли оказаться складские помещения, оставались запертыми. Видимо энергокабели повреждены, потому как замки никак не реагировали, а открыть вручную такие створки не реально. Прожечь ручным лазерганом тоже.

Но уже ближе к обшивке, я случайно заметил корму шахтерского транспортника, торчащую из растрощенных переборок и перекрытий. Это хорошо. Обычно термоизоляция на них состояла из дешевой синтетики, что тоже является органическим соединением. Так же там должны быть аптечки первой помощи. Самые примитивные, но все же. Если добавить в синтезатор воды с синтетикой и все, что найдется в аптечке, можно будет сварганить еще пару литров сублимата. Этого должно хватить, чтобы добраться до нижних ярусов и прикончить парочку крыс. Вот их мясо мне точно пойдет впрок. Иначе я еще неделю буду бродить с риском окочуриться от голода.

Я и раньше не блистал богатырским сложением, а после восстановления трех конечностей за счет возможностей остального организма, сейчас в меню персонажа выглядел как анорексик со стажем. Пожалуй, если бы не изначальная худоба, я бы не выжил.

Первичные игровые штрафы на силу и выносливость, и бонусы на ловкость, оставляли конечности худыми даже при росте уровней и стат. и, следовательно, для восстановления понадобилось минимум мышечной и костной массы. Кое-что репликанты восстанавливали, перерабатывая воздух, влагу и углекислоту, а так же пыль и бактерии, но происходило это в слишком малых дозах. Мне нужно что-то более весомое и питательное.

Хорошо хоть с водой проблем не было. По всей станции стояли аварийные  климат-системы, которые очищали и охлаждали воздух, заодно собирая излишки влаги в конденсационные баки. Многие из них все еще функционировали на автономных батареях. Все-таки это важнейшая часть жизнеобеспечения, от которой зависела живучесть станции во время боя. Только скафандры игроков могли обеспечить бесконечный ресурс воздуха. Вот только обороноспособность любой станции во много опиралась на НПС, у которых не было нанитных колоний, а скафандры имели ограниченный ресурс.

Полчаса я возился с завалами, помогая себе то киркой, то ломом, то такой-то матерью, но в корабль все же  попал. Смяло его прилично. Зачем пилот включил тягу, находясь в ангаре, не совсем понятно. Возможно, таранил врага, что прорвал оборону, а, возможно, просто паническая атака и итог. Неписи всегда вели себя очень похоже на людей и все эмоции им были присущи в полной мере. Как страх, так и благородство, и самопожертвование. Насколько я знал, поведенческую базу  НПС составляли из анализа действий игроков во всех трех играх. Потому эти, казалось бы, бездушные картинки выходили очень человечными.

Внутренности корабля частично выгорели при аварии,  но нарвать кусков термоизоляции все же удалось. А еще пришла идея собрать золы в кожух от какого-то  прибора. Это тоже органика,  да еще и сдобренная доброй половиной таблицы Менделеева. Дальше уже сам кухонный синтезатор отсеет мусор от полезного. Просто времени и энергии уйдет больше. Зато и по вкусу, и по полезности, конечный продукт выйдет лучше.

Еще полчаса метаний по коридорам в поисках воды и бара, и я стал обладателем трех литров сублимата. В обычном игровом режиме мне бы этого хватило дня на четыре игры. Сейчас мне нужно раза в четыре больше. Это как минимум. И по качеству лучше. На моем персонаже висело около десятка дебафов, вроде «истощения», «хрупкости костей» и «приступов слабости и дезориентации». Все это очень выматывало. Нужны крысы, в органике которых есть все нужные вещества для восстановления полноценной работоспособности организма.

Потому я двинулся на нижние ярусы. Предварительно, с помощью кирки, из металлолома создал корявую и примитивную секиру. Неизвестно, что у них тут за крысы в подвале. Помнится, на станции азиатов я нарвался на матерых и опытных крыс и едва не слился. Кровушки они мне попортили тогда знатно.

Сейчас у меня уже не нубский уровень, но все же лазерган слабоват, а против матерой  и умной  стаи я не выстою и пары минут, несмотря на разницу в двадцать уровней. Тем более с кучей неприятных дебафов.

Добираться пришлось долго. Часа два. Сказывался и сложный лабиринт коридоров, и захламленность рельефа, и общая слабость организма, да еще и вражеская территория, по которой приходилось красться, чутко прислушиваясь и внимательно оглядываясь по сторонам при каждом повороте. Ни дай Бог нарвусь на уцелевший оборонный периметр. Дважды это меня уже спасло. В первый раз я просто засек рабочую камеру охраны и не рискнул проскочить, второй раз застал парочку полуживых дронов семидесятого уровня. Сильные повреждения делали их лакомой добычей, но не в моем нынешнем состоянии и при доступном вооружении. Сейчас они меня сожрут и не подавятся. Но место на карте я отметил. Я еще вернусь. Сейчас каждый уровень на счету.

Когда под ногами захлюпала грязная вода, я обрадовался. Пришел. А главное, через скафандр наниты смогут из воды извлекать больше полезных веществ для моего излечения. Четверть часа даже полежал в глубокой луже, чтобы увеличить поверхность поглощения. Заодно добил запасы сублимата. Так что навстречу крысам я выходил посвежевшим и отдохнувшим.

Вот только вместо крыс я нашел охотников. Точнее охотниц. Меня привлекли звуки стрельбы, и крадучись я вышел в технический зал и ухмыльнулся. Знакомая картина. На огромном кожухе какого-то механизма, прижавшись друг к другу, сидели три девушки. Кожух, хоть и высокий, но на вершине им втроем было тесновато. И ноги не свесишь. Высота конструкции метра три. А матерые крысы с разгону, да помогая себе лапами,  вполне могут преодолеть два-два с половиной метра высоты. К тому же, стенки агрегата не перпендикулярны полу, а слегка пологи. Именно это дало возможность девчонкам там укрыться. С их ростом и статами запрыгнуть на такую высоту весьма проблематично. А эта игра очень любила реализм.

А вокруг, за всеми возможными укрытиями, торчали мордочки крыс под сороковку. Изредка хвостатые мобы поодиночке  бросались на стену, но получив пару зарядов слетали вниз и снова прятались. Даже ностальгией повеяло.

Клан «Черные Амазонки». Уровни от двадцать четвертого до тридцать второго. Нубы. Впрочем, информация к размышлению. По моим данным на базе латиносов всего три клана. «Корсары КБ», «Демиурги» и «Братство  Божественного Огня». Никаких Амазонок в сводках не было. Тем не менее, девушки явные негритянки. И не афро-американки, чья кровь уже сто раз разбавлена белой и они больше мулатки. Эти были иссиня-черные, с кучерявыми волосами и характерными лицевыми признаками. Полные губы, широкие носы, охренительно неадекватный характер. Последнее я вычислил по жестам и матам, что неслись в сторону соперников с вершины убежища. Забавные девчонки. Темпераментные.

Так кто же они? Случайно проникшие, под шумок, в систему? Тем более, при прорыве на станцию, я не заметил среди латиносов никого ниже шестидесятого уровня, но это и не удивительно, ведь в более-менее нормальный клан, даже без протектората Звездных Лордов, принимали от полтинника и выше.

Именно потому латиносы не спускались сюда. Кач на крысах их не интересовал в силу разницы в уровнях, а до подъема на дронах, ремонте станции и крафте — они еще не додумались. Сейчас их лидеры просто выжидали и пытались поймать попутный ветер.

Теперь осталось понять, как мне поступить. Логика подсказывала, что девчонки не просто так сидят на вершине. Если они проникли на станцию без одобрения мощных кланов, что тут рулят на базе, то умирать им очень нежелательно. Путь из кармана воскрешения не останется незаметным. Тем более, сейчас морфы отошли от контроля междоусобных разборок между игроками и отстрел неугодных ничем не грозит. Можно выйти в реал и глянуть на базу данных Стражей по кланам Латино-Африканского кластера, но я был уверен, что никаких «Амазонок» там не будет. Такую мелочь не заносят в базы. Обычное мелкое фемин-сообщество, что ценит само себя и что-то пытается доказать остальному миру, но мир проходит мимо, не замечая.

Таких хватает в любой игре. Всякие геи, лесбиянки, староверы, веганы, панки и прочие меньшинства крайних направлений любили создавать мелкие кланы и пытались завлечь в свои ряды кого угодно, лишь бы увеличить свои ряды. Правда толковых бойцов среди них не было. И не будет. Профессионализм и максимализм во взглядах несовместимы. От слова «совсем».

Была и еще одна проблема. Язык. Испанский я учил и даже неплохо владел им. Однако в любом языке существовали диалекты, а уж в игровых кластерах целые языковые массивы. В этой системе переводчики работали только в пределах станции и допустимых к ней игроков. Они сглаживали неровности непонятных диалектов, и белорус вполне понимал поляка, если тот приписан к русскому кластеру.

Судя по внешности этих девчонок, они вряд ли владеют испанским. В лучшем случае, с горем пополам, говорят по-английски. А АЗЯ у меня осталось меньше часа. Тратить столь ценный ресурс на нубок не самый лучший выход. Тем более я не уверен, что от нашего союза мне будет польза, а не сплошной геморрой. Девчонки в подразделении у меня вызывали стойкое желание найти окоп поглубже.

Но нужно рискнуть. Мне нужны соратники. Если я прав, то вариантов у них не больше, чем у меня. Однако  нужно подходить к этому с умом. Вблизи реактора крысы мутируют и выходить к ним с топориком и лазерганом чистое самоубийство. Да и как отреагируют эти Амазонки на худого и хилого негра? Ведь под «хамелеоном» я для них буду именно таким.

Впрочем, сейчас это не важно. До них в таком состоянии я не доберусь. Нужна смекалка. Выглянув из-за угла, я еще раз прокачал ситуацию расположение противников и будущих союзников, а так же все оборудование, что находилось в зале.

Нужен особый подход. Нужен красивый ход, что сыграет мне на руку. Ну же, думай, голова, шлем куплю!

Контролируемое бешенство это странное чувство. С ним, в древние времена, берсеркеры ходили в бой против дисциплинированных и обученных римлян. Варвары побеждали раз из трех, но все же смогли не раз нагнуть Рим и, в конечном итоге, потушить его величие. Хорошо это или плохо — вопрос не к потомкам. Это есть. Это было.

И в нас все еще живет кровь и менталитет этих варваров. Северян.

— Что надумал?, — Хмыкнул Пегас глядя на друга и тактика. — Очередная авантюра? Я — за! Что за Страж, что не ходит по краю?

— Ты прав. -  Голос Юпитера был холоден и серьезен. — Рамзес появился на станции?

— Нет. — Покачал головой Пегас.

— Я так и знал. Корпус не зря его признал. Он еще покажет себя. А мы покажем себя.

— Ты что-то задумал?

— Если Корпус не может прийти сюда, то мы создадим его здесь. Из тех, кто есть.

— Ну, тут ты перегнул. — Поморщился Пегас. — Нас отбирали и тренировали с малых лет. А тут кучка нубов со своими мечтами и чаяниями. Большинство просто надеется срубить денег, оказавшись по воле случая на особом положении. Не более.Это уже плохая характеристика даже для кадета.

— Я знаю. — Кивнул Юпитер. — И ты во многом прав. Но ты не учитываешь характер этих ребят. То, что скрыто и занесено песком чужих культур. Нужен сильный ветер, чтобы сдуть наносное. Ты же это проходил. Сам знаешь.

— Но это же…, — Пегас опешил. — Юпитер, у нас нет на это права! Нас казнят свои же! Я за любой движ, но это уже перебор!

— Сложные времена требуют сложных решений. — Отрезал Юпитер.

— Рокот, хоть ты образумь его!, — Взмолился Пегас.

— Я его поддержу. — Рокот, закинув ноги на стальную панель,  что служила им столом, невозмутимо чистил ногти ножом. — Альянс наций развалился. В одиночку,  да еще и при внутреннем противостоянии, мы не совладаем с ситуацией. Поддержки не будет. Тысячи наших братьев готовы ворваться сюда, но входа просто нет на уровне правил и законов квеста. Его ищут все, но не находят. Других вариантов я не вижу. Нужно объединить хотя бы нас. Я с Юпитером. Он знает, что делает.

— Я против!, — Обреченно ответил Пегас. — Не уверен, что вы понимаете, что хотите сделать.

— Двое против одного. — Подытожил Юпитер.

— Рамзес тоже теперь Страж. — Возразил Пегас. — Его Слово никто не слышал. А у него есть полное право. Хоть мы ему так и не сказали.

— Я знаю. Но сейчас он в тылу. А решение принимать нужно срочно.

— Я против!, — Упрямо возразил Пегас. — К тому же, контингент не подходящий. По сути, тут все отбросы. Нубы, что продали своих персонажей за бумагу. А новые еще хуже! Кланы чтут честь так, что там крот на кроте и кротом погоняет. Взаимное доверие в самом занюханном борделе и то лучше.

— Рокот?

— Я сомневаюсь. Каждый из вас прав. Но просто ждать это не наш метод. Потому я склоняюсь к решению Юпитера. Активные действия сейчас полезнее чем выжидание. Лучшая оборона это атака.

— Тогда объявляю протокол «Революция». Пегас?

— Считаю это ошибкой. Но раз так пошло, то поддержу. Сейчас нам меньше всего нужны внутренние распри. Стражи всегда шагают единым строем.

— Тогда собираем союзников. Бард нужен.

— А хрен вам не нужен?, — Раздался насмешливый голос Барда со стороны.

В ангар ворвались люди Тайсона и Камрада. На Стражей уставились десятки стволов. В ангар вольных пилотов плотным потоком влетали бойцы  почти всех собранных на станции фракций русского кластера.

Против Стражей выступили все! Почти! Детей пустоты не было. Впрочем, их заменила часть самих вольных пилотов, что взяла в прицел своих соратников.

Человек сорок сопротивлялись, но их быстро усмирили прикладами в голову. Жестко и даже с некой  первобытной ненавистью.

— Что, суки, решили, что можете нами манипулировать?, — Вышел вперед Мангуст. — Вы просто тупые и слабо обученные малолетки, которым президент дал слишком много полномочий. Но здесь даже он не имеет власти. Это всего лишь игра!

— Да! Нет!, — Забулькал Юпитер разбитым прикладом плазмобоя ртом, пуская кровавые пузыри и выплевывая зубы.

— Что да? Что нет?, — Удивился и нахмурился Капитан Искателей.

— Мы малолетки!, — Прохрипел Юпитер. — Нет. Президент нам ничего не давал.

— Тогда кто?, — Бард своим лисьим чувством почувствовал, что что-то пошло не по плану.

Мангуст, впрочем, тоже. Оба волка битые. Но они опаздали. Они проиграли. Они не понимали.

Все три Стража, что вроде бы пару минут назад строили заговор и не сходились во мнениях, вдруг улыбнулись одной и той же улыбкой. Юпитер бросил на пол маленький жучок что был прилеплен к столешнице.

Идиоты! Стражи никогда не спорят. Особенно с тактиком-интуитивом  или вышестоящим по должности. Каждый командир в их иерархии доказал, и не раз, свое право отдавать приказы. Как же просто играть на чувствах и слабостях людей что оценивают себя бумажками на счетах. Предсказуемы.

— Раздолбай!, — Выдохнули они синхронно одно имя.

— Тре…, — Мангуст почувствовал опасность, но уже ничего не успел сделать.

Пегас слыл крафтером-чудаком. Он несколько часов мог провести за размышлениями о высоком, в кресле, собранном из разбитых дронов, и плевать в потолок. В это время он жевал всякую дрянь и стрелял нею в свод ангара из обычной трубки. Безобидное чудачество, над которым втихомолку смеялись все вольные пилоты и не только они. Про это уже ходили анекдоты по всей станции. Ведь все, кто не являлся Стражем, в душе завидовали им, а внешне  снисходительно говорили о них, как о националистах фанатиках и просто зашоренных дебилах, что не понимали слова «свобода», «независимость», «толерантность».

Вот такие вот клоуны с большими пушками. Не страшные только потому, что не ударят за тихие насмешки со стороны. А значит можно изображать Моську при слоне. И радовать стаю таких же. Впрочем это не только к Стражам относится.

Вот только не зря Стражей не бояться обыватели и, в тоже время, опасаются настоящие профессионалы спецназа любых стран. Страж не будет зря плевать в потолок. Он ничего не будет делать просто так.

И все мелкие плевки Пегаса, коих за это время накопилось предостаточно, вдруг в один миг отлипли от потолка и упали вниз, превращаясь в облака плазмы. И выжигая все живое, кроме трех силовых коконов в тех местах, где, казалось бы, приняли свое поражение Стражи.

— Мальчики кофе? Булочки? Есть бутерброды. — Змейка, с улыбкой идиотки, вошла в зал Централки.

— А что-то более интимное?, — Хохотнул Яркий который слыл на всей станции бабником и Змейку не оседлал лишь потому что она была со Стражами. Хотя поиметь телку Стража он бы не отказался. Это была бы его лучшая монетка в коллекции. — У меня есть пара предложений!

— Такое?, — Змейка красиво выгнулась, а ее скафандр стал менять цвет и трансформироваться в эротичный наряд.

Он растекался по телу, принимая новый дизайн и подчеркивая женские формы. Сапожки выше колена продолжились ажурными чулками, чуть выше них появились кокетливые шортики тонкой и обтягивающей материи, больше обозначающие женские прелести, чем пытающиеся их скрыть. До каждой черточки рельефа привлекающего мужчину места. Оголился животик с красивым прессом из трех вертикальных линий. Грудь проступила сквозь утончившуюся материю и встопорщилась сосками. И все это из черноного цвета скафандра постепенно переходило в ярко-алый. Последним штрихом на голове русоволосой ранее девушки, а теперь огненно-рыжей красотки, проклюнулись рожки, а позади о пол забил черный хвост со стрелкой наконечника. Чертенок! Классика!

Особый шик на алом фоне женского тела придавал черный чокер на шее с россыпью мелких алых рубинов на нем. Почему-то для мужчин это обозначало крайнюю степень желания и доступности. Наивные детишки!

Все это происходило медленно и снизу вверх, так что  зрители, обуянные сексуальными фантазиями, не сразу сообразили, что в руках у девушки вместо кнута, или что они там себе возомнили, два крупнокалиберных кинетических пистолета.

— Тре…, — Крик оператора связи оборвался хрипом.

За секунду рукояти пистолетов преобразились в компенсаторы энергии, окутав запястья девушки массивными браслетами и стальная смерть пошла собирать свою жатву. Крафтовое оружие производства Пегаса разрывало тела, невзирая на личную защиту. Даже штурмовики с хорошей броней, поймав такую пулю, отлетали на несколько метров и умирали, выплевывая легкие и прочие внутренние органы. Физику и закон сохранения энергии никто еще не отменял. А сорок грамм свинца на сверхзвуковой скорости это очень весомый аргумент. Если бы не предусмотрительно созданные  Стражем наручи, то девушке бы просто оторвало руки.

Змейка кинула на пульт Централки  взломщика-дрона. Он должен взломать код обороны и прописать в него только тех, кто сейчас в ангаре вступился за Стражей, а не присоединился к бунту на корабле. А из ангаров к карману воскрешения ушли десятки дронов-штурмовиков. В другой ситуации они бы ничего не смогли противопоставить тому количеству игроков, что застряли в кармане. Но без модулей они просто мишени.

По станции прошел тревожный вой баззеров и захлопали переборки, отрезая  игроков от модулей. А Централка отныне принадлежит им.

Эти идиоты не понимали, что протокола «Революция» просто не существует! Стражи сторонники эволюции, потому как любая революция выгодна тем, кто любит обирать всех революционеров пока вокруг водичка мутная.

И кстати! В этой системе теперь пять Стражей! А это уже не мало.

Змейка довольно улыбнулась. Она устала изображать из себя тупую девочку. Так было надо для задания, но это не приносило удовольствия. А вот Рамзес ей понравился. Хороший парень и станет хорошим отцом ее детям и будущим Стражам. Пусть у него и незавидное положение в реале. Медицина творит чудеса, а то, что он сохранил сердце Стража и разум полноценного человека после такого испытания только говорит в его пользу.

Впрочем, знать об этом ему не обязательно. Сейчас. Еще рано. Мужчина должен быть сильнее своей женщины. Всегда. Везде. Во всем. Особенно Страж. Она подождет! И поможет! И направит!

Те, кто видел Стража в деле, и каким-то чудом смог это пережить, никогда этого не забудут. Гражданские вне опасности, но ничего не поймут, а вот противники обычно решают, что пора на пенсию. Если выжили. Но такое бывает не часто.

И дело не в том, что они какие-то супермены и способны на большее, чем обычный человек. Дело совсем в другом.

Есть несколько способов тренировки и воспитания боевиков.

Обычное мясо, которое государство называет гордым словом — солдат, сначала качественно запугивают. Угрожая долгими сроками тюрьмы и дисбата, после чего мельком, и это если повезло оказаться в толковой боевой части с толковым офицерским составом, обучают примитивным техникам ведения боя. В зависимости от специфики, рода войск и места в стратегическом и тактическом положении.

Тут работает принцип «наших больше, значит мы победим». Потери? Плевать! Бабы дуры, поплачут и еще нарожают. Тем, кто сидит в удобных и дорогих креслах, по сути, плевать на пушечное мясо. Они для них даже не люди — просто цифры. Сто тысяч погибло, но отвоевали клочок земли? Хорошо. Мы победили. Раздать землю избранным, которые без сомнения ее заслужили, командуя из своих кресел. А всех, кто погиб — пафосно и с грустью на высоком челе наградить оловянными «золотыми» звездами. Посмертно.

Есть и другая школа. Это спецназ или узкоспециализированный офицерский состав. Тут уже не важно в чем они спецы. Артиллерия, авиация, тактика ведения танковых боев или диверсии в глубоком тылу. Эти ребята наперечет и их ценят. Запугивают, как и мясо, загоняя в рамки подчинения, но и пряником манят. Карьерный рост, ранние и весомые пенсии, возвышение над простыми обывателями, более широкие возможности,  чем у последних для достижения своих целей. Все это обильно приправляют патриотизмом,  деньгами и обещаниями.

Третья школа это наемники и фанатики. Первые уже даже забыли, что значит Родина и ценность человеческой жизни. Вся жизнь для них война и последующий пир на крови. Адреналиновые наркоманы и, зачастую, наркоманы обычные. Но живут они только тогда, когда убивают. В это время они чувствуют себя властелинами чужих судеб. Впрочем, это не отменяет того, что они так же смертны, и издеваться и довлеть могут только над  плохо обученным и молодым пушечным мясом.

Встреча со спецами для них обычно заканчивается плачевно, потому как мотивация разная. Наемник после боя стремится в бордель, продолжить пьянку и секс с десятком продажных шлюх, а спец желает вернуться домой. К семье. Потому вместо пьянки, он идет на полигон и оттачивает свое мастерство. Чтобы жена дождалась, а мать не рыдала на могиле. Да и для карьеры полезно.

Впрочем, пуле плевать на весь внутренний мир души и сущности человека. Она рвет внутренний мир организма и отправляет к праотцам. В худшем случае, оставляет от мощной боевой единицы обрубок человеческой судьбы. По уши залитый алкоголем.

Фанатики — отдельная тема. Промытый мозг делает их бесстрашными. Во имя Аллаха, Ктулху, Яхве или другого идола, они готовы творить, что угодно. Правда, обычно их умения не дотягивают ни до спецов, ни до наемников. Зомбирование  сильной и волевой личности практически невозможно. А иные не могут добиться значительных высот. Все, что они имеют — это отмороженность, отсутствие инстинктов самосохранения и абсолютной уверенности в своей правоте.

У каждой школы или метода есть свои преимущества и недостатки. Спецы и наемники все же хотят жить и им есть куда стремиться в мирное время. Потому стрелять они предпочитают из укрытий, не бросаясь в сумасшедшие  атаки.

Фанатики чувствуют себя бессмертными, но их задача не оттачивать свое мастерство, а просто сдохнуть по велению пророка. И желательно не в одиночестве, а прихватив побольше невинных, чтобы запугать неверных. Правда никто не говорит, что обычно такие акции рассчитаны, чтобы уронить другие акции. На бирже. Все честные Пророки в этом деле очень даже секут и имеют счета на офшорах из сумм с длинной вереницей единичек и нулей. А так же охотно принимают заказы от других пророков, что сидят в офисах на вершине жизни.

А что будет, если скрестить умение спеца и презрение к жизни фанатика? Ответ один — Страж. Он уже мертв, пусть еще жив. Он каждую секунду живет, потому как она последняя. Как в мирное время, так и в бою. В любой сфере.

Но есть в них еще кое-что, что отличает их от остальных. Некая специя, что придает обычному блюду специфический вкус и делает его уникальным. Это поиск себя. Каждый Страж уникальная личность. Отсюда и их иерархия. Они никогда не борются за место на пирамиде власти. Счастье это не быть выше остальных, а находится на своем месте. Найти свой путь и смысл.

Можно прожить сто лет и так не понять нахрена ты коптил это небо. При этом сломав судьбу себе и всем окружающим, закопав талант и выкорчевав дерево, разбаловав сына и разрушив дом и семейный очаг. Как многие и делают. А потом винят в этом других. Не важно кого.

А можно упорно искать и развивать себя. Такими были Стражи в целом, и эти Стажи в частности.

— Юпитер, справа через два, группа Детей. Рядом отряд Искателей. Двенадцать. Уровни  семьдесят плюс. Боевой пак. На Детей не идут, но  они уже слышали о тебе. Открываю вектор. Восток — три наших дрона охраны. Это все, что есть.

— Принято. — Голос Юпитера был весел и на первый взгляд беспечен.

Боевой мандраж. Впрочем тактик-интуитив мог позволить себе такое. Но Змейка поморщилась. Ее глаза в бешеном ритме считывали и анализировали все данные, что сплошным потоком шли на экраны Централки. Пегас, рядом, в таком же сумасшедшем режиме, настраивал дронов-взломщиков. У них слишком много работы, несмотря на всю тайную подготовку и фору.

Змейка не понимала Юпитера и его азарт, но не могла не признать, что в таком состоянии он был очень эффективным. Они все четверо были из первого призыва Корпуса. И всех их Змейка знала как облупленных. Не в одной передряге вместе побывали.

Юпитер всегда был весельчаком и заводилой. В свои двадцать три он успел отличится в двенадцати странах и шестнадцати очень серьезных операциях. И всегда вел себя как полный отморозк. Но вот подсознание у этого парня работало по непонятным алгоритмам и в Корпусе он даже прослыл Оракулом и Заговоренным. Потому не раз и не два ложился на обследования. Впрочем, внятных результатов никто так и не получил, но то, что Юпитер в состоянии в боевого режима способен проскочить между автоматной очередью, уже подтверждено трижды. На практике. А человек с пистолетом против него в бою может только сам застрелиться. Дешевле отделается. Эффективность подсознания работает и на обездвиживании  противника, а это значит, выбирает самый простой и болезненный способ. Болевой шок не подводит.

Рокот был почти его противоположностью, но в тоже время чем-то походил. Не каждый интеллектуальный оптический прицел мог просчитать баллистику и траекторию пули. Рокот это и не старался считать. Он просто стрелял. И не сомневался. Если другой снайпер ждал попадания пули или подтверждения от наводчика, то Рокот уже менял позицию, когда она еще была в полете. Стрелять с расстояния меньше километра, он считал для себя зазорным. Если, конечно, был выбор.

К тому же всегда выбирал самую непредсказуемую позицию и средство маскировки. Змейка была уверена, что он и в деревенский сортир залезет по уши, а то и глубже, лишь бы не повторять уже пройденный этап. Впрочем, не в ущерб делу, естественно.

Пегас был ей симпатичен и некоторое время они даже встречались. Но расстались. У парня была очень чуткая внутренняя организация и стремление к перфекционизму. Он каждое свое изделие старался довести до идеала, постоянно совершенствуя. И к Змейке относился так же. Потому быстро понял ее суть и не смог, и не захотел принять. Расстались они полюбовно и без претензий. Но в среде Стражей это нормальная практика. В их случае не понадобился даже Круг собратьев. Все противоречия они разрешили сами.

Сама же Змейка была лишена эмоций, а возможно даже являлась социопатом. Но добро, зло и морально-этические нормы она понимала. Логикой. Как и эмоции других. Она могла устроить жаркую ночь любви мужчине, после чего у него просто снесет голову. Но делала она это, словно решала математическую задачу. Оргазм она тоже испытывала, как и удовлетворение, но, опять-таки, делала это с подходом как к научному эксперименту. Для нее как свое, так и чужое тело, было прибором, от которого она хотела добиться максимума эффективности.

Это почувствовал Пегас, который с таким же энтузиазмом подходил к своим машинам и крафту. Быть ее машиной он не захотел и не смог. Да и любой другой Страж их уровня ее быстро раскусит. А она не дешевый ширпотреб, чтобы ее пробовали все. С надеждой, что вдруг кому-то подойдет.

А вот Рамзес был другим. Девушке Стражу из первого призыва тяжело найти стоящего партнера. Старше ее Стражей нет. А те, кто младше, сильно проседают во влиянии на нее, как на женщину. И сами это понимают  уже на первом свидании. Более того, как одна из первого призыва она могла проверять кадетов на зрелость и те, у кого сносило башню от ее общества, при одних намеках и физических знаков, что дает самка самцу, пусть даже они гордо зовут себя венцом природы, хватало, чтобы отправить тех на переаттестацию.

Рамзес же прошел суровую школу отчаяния и безнадежности, и за три года не сломался, а наоборот, только продвинулся вперед. И уже попав в игру, даже не осознавая этого, нашел себя. Стал настоящим Стражем, предельно быстро достигнув уровня Юпитера или Рокота в своей сфере. Сфере диверсий и проработке планов на интуитивном уровне. Это и определяло в них Старших Стражей. Посвященных.

Не пройдет и года и ему откроют Правду. Пусть он не станет Стражем в реале, но виртуальное пространство давно утратило свою суть как виртуальность и для многих стало куда реальней самой реальности. А значит и влияние в этой сфере не менее действенное, чем в обычной жизни.

Юпитер несся по коридорам станции под чутким руководством их компьютерного гения и великолепной актрисы. Удержать станцию вчетвером они не в состоянии, но плох тот Страж, у которого нет плана.

Перед ним как перед президентским кортежем везде открывался зеленый свет. А он уже знал, кто за дверями и что делают. Очередной отсек. Юп влетает в бокс в подкате. Три выстрела из плазмобоя, три вспухших шара и, запертая в отсеке группа Искателей, превращается в пыль и ошметки дронов поддержки. Пара трассеров, успевших отреагировать игроков прошла в миллиметрах от его тушки. А он уже несется вперед.

Параллельно ему идут дроиды охраны. Взломать Централку и натравить всю охрану на нужных игроков не сможет даже Змейка. Да это, наверное, в принципе невозможно. Она едва сдерживает вспомогательные системы, пробиваясь через фаерволы и отражая атаки главного искина станции. Потому все дроны приходилось взламывать вручную. Этим сейчас и занимался Пегас.

Еще одна застава. Еще один рывок. Но в этот раз Страж стрелять не стал в ответ, а только снес с ног тройку игроков, одной резкой серией ударов и прикрылся телом четвертого, заломав  его таким образом, что остальным попасть в Юпитера и не задеть своего они не могли. Зато его позиция позволяла Стражу расстрелять половину противников, смещая прицел движением кисти. Укрыться в этом боксе было негде. Только за телами врагов.

— Ребят, может, разойдемся миром?, — Подмигнул бойцам Детей Пустоты. — Я не по вашу душу иду. Вы остались в стороне, потому Стражи к вам претензий не имеют. Начнем стрельбу — они появятся. Оно вам надо?!

— Проходи. — Кивнул один из Детей с нашивками офицера клана. — И раз уж вы взломали сервера базы, откройте нам проход на нашу базу. Сидеть тут  скучно и не интересно.

— Хорошо. Змейка?

— Слышу. Уже делаю. Тебе направо, им  — прямо.

— Я по карте ориентироваться умею. — Отмахнулся Юпитер уже на бегу. -  Как Искатели реагируют?

— Зашевелились. — Подтвердила девушка с ноткой разочарования — По-моему, их аналитиков переоценивают. Тупят. Ориентировочное время реакции уже перешло пять минут.

— На обратном пути проведи меня на базу Детей. Со мной говорил лейтенант клана. Это можно считать предложением к диалогу.

— Рокот? Ты как?, — Уточнила диспозицию снайпера Змейка.

— На месте. Готов к обряду посвящения наших злостных друзей. — Саркастично ответил снайпер.

— Я на месте. — Отчитался Юпитер.

— Взламывать нет времени. Действуй по плану «Б». Искатели уже все поняли.

— «Б» так «Б». — Хмыкнул тактик, прижимая к двери ОСБК малый десантный бур.

Как будто они не знали, что взлом склада высшего приоритета охраны займет не меньше двенадцати часов. Пластина размером с блюдце примагнитилась к створкам и тут же по ее окружности пошла гулять плазменная дуга, постепенно прожигая усиленную полем натяжения дверь. По ту сторону створок хранился боекомплект станции, под охраной трех десятков боевых роботов и турелей. Соваться туда не рискнул бы никто. Именно отсюда, по недоступным игрокам ходам поступали боеприпасы для внешней обороны. Они изначально транспортировались в отсеки, вроде того, что заняли вольные пилоты. После разрядки каждая турель подъезжала  к такому ангару и пополняла  свой боекомплект.

Через долгих десять минут, шайба металла выпала наружу, открыв узкий проход.

— Пегас, твой выход. — Прошипел Юп, закидывая в щель горсть стальных шариков выпуская кругляш дрона-камикадзе.

Шарики были обманками, что отвлекут системы дроидов на себя. Они излучали во всех доступных  спектрах, да к тому же имели химический двигатель с хаотическим режимом траектории. Вроде детской хлопушки. Предсказать невозможно. И даже просчитать. А вот больший шарик на их фоне терялся, прикрытый полями маскировки. Но он был в разы опаснее.

Изнутри тут же послышалась стрельба и пара лучей угодила в щель, вырвавшись наружу. Но Страж не убирал от отверстия руку со свето-приемником.

— Есть отклик. Мина поставлена.

— Отлично. Убирайся оттуда. Давай  дорогу к Детям. Пойду, поговорю. Кто там у них за старшего.

— Некий Скиф. — С заминкой и удивлением выдала Змейка. — Родгарда отстранили.

— Потому и спрашиваю. — Хмыкнул Юп. — Ротгард был сторонником Искателей. Кто-то снаружи решил нас не злить. Умные ребята.

— Еще бы. Зайди на форум и посмотри, что творят с Неприкасаемыми. Наши ребята разошлись не на шутку.

— Не удивлюсь, если весь Корпус объявил учения на азиатском кластере. — Поддакнул Рокот со стороны.

— Думаю, вы правы. — Подтвердила Змейка. — Официальных заявлений нет. Но, похоже, что все к тому идет. Вплоть до объявления войны.

— Тогда мне нужен попкорн. Много попкорна. Будет чем развлечься в реале.

— У меня гости. — Откликнулся снайпер и голос его утонул в помехах. Началось! Но Юпитер не сомневался в напарнике. Все пройдет как надо. Этот парень не пропадет.

Рокот сидел в узком техническом тоннеле, ведущим в приемный ангар с дверями боксов. Отпор и неожиданная подготовка Стражей  застали Искателей врасплох. Часть из них оказалась на заблокированной базе и сейчас пробивалась к рубкам дальней связи, чтобы связаться с командованием на авианосце. При этом они  часто сталкивались с Детьми Пустоты и тут же вспыхивали локальные потасовки. У них возникла взаимная ненависть. Это только добавляло хаоса в сложившуюся ситуацию.

Другая часть зажата дронами на точке респа. Все произошло так быстро и внезапно, что лидеры растерялись, а время играло на руку Стражам.

Освобождать из осады в кармане воскрешения своих бойцов Искатели не решились. Те сейчас бесполезны, ведь и сами под посмертными дебафами, и модули их в ангарах станции, а что творят на станции Стражи, никто не мог понять и уж тем более предсказать. Потому не удивительно, что они пошли на прорыв.

Маневрирование авианосца возле базы дело не из легких,  а тут еще все пространство усеяно морфами. Если их даже случайно зацепить — мало не покажется. Они и раньше были непредсказуемыми, а сейчас стали совершенно непонятными.

Потому группе десанта оставалось идти на прорыв в четвертый ангар, ведь на авианосце остались только самые топовые игроки и их корабли не могли пролезть в более мелкие приемные тоннели.  Габариты не позволяли.

Заходили они по всем правилам. Сначала в ангар влетели разведчики и просканировали пространство на наличие опасностей, мин и всего, что только можно.  Того, что грозило штурмующим. После получения их благословения, в бой пошли постановщики РЭБ-помех. Они-то и оборвали связь Рокота со своими. Пелена у них сильная и пробиться сквозь нее стандартным передатчиком без дополнительных усилителей невозможно. А такой сигнал тут же засекут и раскатают снайпера в один миг. Даже несмотря на то, что его позиция за двумя броневыми переборками.

Все это делалось для дезактивации дистанционных мин и прочих подарков. Да и просто, чтобы разрушить синхронность действий врага. В этом Искатели собаку съели. Сами такие.

Третьей волной в ангар попали взломщики. Миниатюрные роботы, похожие на летающих паучков, которые мгновенно присасывались к замкам и в течение пары минут брали их под контроль. Все дальше и дальше проникая вглубь станции.  И открывая доступ  новой волне десанта.

И только потом  в проходы величественно вошли «заслоны», в чьих трюмах находились штурмовики и прочая королевская рать. Наивные чукотские дети. Рокот хищно оскалился и прильнул к прицелу своего «Слонобоя». Выстрел.

Массивная остроносая пуля, способная пробить «топтуна» пролетела через два узких отверстия в переборках и пошла дырявить ряд пластиковых цистерн, закрепленных под потолком.

Жидкости, что хранились в них, сами по себе были безвредными, потому сканеры разведчиков не заметили никакой опасности. Они всего лишь механизмы, что выполняют заложенные в них задачи. Но попав в воздух, и перемешавшись между собой, эти вещества превратились в тяжелый белесый туман, что стал стремительно  заполнять ангар.

Взвыли баззеры тревоги самого ангара, в унисон им запищали системы оповещения в модулях игроков, но было поздно. Второй выстрел, и пуля с плазменной начинкой запускает реакцию термобарического взрыва. Резко раздавшийся объём газов выстрелил модулями игроков со всех трех тоннелей, словно из гигантской  пушки. Заодно разметало и размазало о стены ангара всех вражеских дронов. Только искры и  осколки полетели.

Вакуум  космоса от станции отделяла стена силовой мембраны, что из самих молекул кислорода строила барьер. Любые входящие корабли продавливали его с легкостью . Словно  игла, проникающая через резину.

Именно потому от взрыва, который не зря зовут объемным или вакуумным, не пошла вторая  обратная волна. Сама станция и ее внутренности предназначены для сопротивления вакууму и отрицательному давлению. Потому второго,  и самого разрушительного удара, не последовало.

Взрыв особых повреждений кораблям не нанес, но дезориентировал как игроков, так и остальные системы модулей. Потому, они, весело кувыркаясь,  и на приличном ускорении, отправились туда, откуда прилетели. В сторону авианосца.

Правда, затормозить не сумели, а сама болванка не совсем тот объект, который можно быстро убрать с пути. Был вариант расстрелять опасные объекты, но операторы канонирских систем опешили от такого зигзага судьбы. А автоматические турели в своих не стреляли. Даже если те шли на опасной скорости  и в трагическом векторе. Мало ли что игрокам взбредет в голову? Не будет же искин отстреливать свой экипаж, если тот решит припарковаться в экстремальном режиме. Балом правит человек. А человек порой нещадно тупит.

Потому, уже спустя три десятка секунд, необычные пушечные ядра пошли крушить парковочные пилоны и, под конец, взрываясь сами. Все это прошло вдоль правого борта болванки, красиво разворотив сетку крепежей для  модулей игроков.

Ремонт Искателям обойдется в копеечку. Впрочем, проблем с деньгами у них никогда не было, а вот удар по репутации серьезный. Всего четыре человека забрали у них их же станцию, после чего отвесили пару внушительных оплеух. И ведь это только начало. Противостояние идет всего пару часов.

ЦИ, конечно, калькулятор безмозглый, пусть и очень мощный, но игру он совершенствует в режиме нон-стоп, стараясь придать ей  абсолютную достоверность. И, возможно, он придумает первый в виртуале массовый инфаркт.

И если учесть, что сейчас творят другие Стражи в азиатском секторе, то он будет очень массовым.

— Диас, ты чего встрепенулся?   — Заржал Ромео и выпустил струйку дыма в потолок. — Ты что, подрочить забыл?

Остальные заржали. В этой комнате было все, что нужно торчку. Свет свечей, тяжелый приторный запах, что перемешивался с вонью немытых тел и гогот публики. Неестественный, глухой и захлебывающийся. А главное дохрена наркоты!

— Нет! Я кое-что вспомнил!, — Ответил парень.

— Он вспомнил как дрочить!, — Выдал Ромео. — Гений!

— Я вспомнил кое-что другое. — Очень серьезно ответил Диас.

— И что же?, — Глупо захихикал лидер Корсаров.

— Я помню, что для меня сделали Стражи!

— Че…, — захлебнулся кровью насмешник.

Еще несколько ударов и в комнате осталась одна пустота. Больше игроков тут нет. И не будет.

— Ничего!, — Диас наблюдал за каплями крови, что капали с клинка. — Совсем ничего!

— …, — в ответ тишина от пустых мест.

Он впервые смог усмехнуться искренне. Не так как прежде. Однако нанитная  посмертная пыль ничего не ответит.

Обдолбанные  лидеры  местных кланов воскреснут. И даже протрезвеют от этого. Но Диас знал, на что идет!

На их базе Страж! А значит, правила игры поменялись! Он его найдет!

Кстати, бомба оставленная им на таймере из их арсенала. Диас знал это.

— Ты че…, — он отряхнул нож.

— Я иду к своим! Пусть они и не мои!

В спину толкнул мощный взрыв.

Выжидать не имело смысла. На самом простом сублимате мое здоровье в норму не придет еще долго. А девчонки долго не продержатся. Сами же с голодухи помрут на своем пьедестале. Или захлебнутся в отчаянной атаке.

Главное не геройствовать самому и не слечь рядом. Причем бездарно и бессмысленно. Нужен план. И он есть у меня. Но нужна подготовка. Я схватил кусок прута из-под ног. И выглянув в проход, швырнул его в сторону убежища Амазонок. Он звонко лязгнул по кожуху агрегата и отскочил в сторону. Туда сразу же бросились три крысы, но получив по паре разрядов снова скрылись по углам.

Зато я привлек внимание девчонок. Помахал им рукой из-за угла и как мог жестами попросил ждать помощи. Был тут еще один нюанс. Если бы они вышли в общий эфир, я бы их бросил. Но они тоже предпочли изъясняться знаками. Значит точно нелегалки и возможно будущие союзники. Если конечно не пристрелят после спасения. Женщины существа непредсказуемые, а уж чернокожие и подавно. Темперамент там как в доменной печи. Чуть не сбросил давление и бабахнет так, что только зубы собирай.

Потому я помчался назад, экономно расходуя бодрость. Надеюсь дождутся.

Крафт в НРЗИ особенный и отличен от всех других игр. Он призван обучать игрока реальному пониманию того, что он делает. Все мультитулы выглядели как перчатки от кибернетического доспеха и имели свой встроенный компьютер. Они помогали создавать вещи из мусора с помощью нанитов. Ускоряли  сам процесс, снижали затраты энергии и в зависимости от уровня и класса могли заменять знания игрока или подбирать варианты. В общем, очень необходимая вещь, но не критичная.

Я с помощью скафандра вполне мог создать россыпь шариков для АКРа. Для этого требовалось просто взять кусок стали, задать форму,  диаметр, плотность и материал. Все остальное происходило само. Но вот что-то сложнее уже было проблемой. Приходилось мысленно проговаривать задачу и контролировать шаблон. Например, нужен полый шар. Скаф, между ладонями в рабочем пространстве, создавал голограмму шара с нулевыми стенками. Дальше приходилось уточнять толщину стенки, материал с учетом маркировки стали  и прочие параметры. Все это нужно было знать. А вот при наличии мультитула некоторые вещи брал на себя встроенный искин. После утверждения созданной модели, в рабочее пространство помещался материал и облако репликаторов, по принципу 3D-принтера, заполняло голограмму реальным веществом.

Все это  работало на общее развитие игроков. Ведь если простейшие вещи можно скрафтить на коленке, то сложные ракеты или торпеды состояли из десятков блоков, которые нужно собирать вручную. И каждый блок нужно создавать, задавая правильные параметры. Одна погрешность и торпеда рванет на старте, погубив стрелка.

А погрешности имелись всегда. Нельзя даже крутым мультитулом наштамповать сотни АКР и раздать их нубам. Каждый последующий будет иметь все больше дефектов, что отобразит система при взгляде на предмет.

Но сейчас у меня были куда более простые планы.  Создать две вакуумных присоски и трос. Все это было достаточно просто. Тарелка с рукоятью, миниатюрная  помпа, которую приводил в движение палец, клапан сброса и  мягкий слой изоляции, что не пропустит воздух. Немного подумав, добавил еще и браслеты. Бодрость у меня слетает быстро, а при критичных величинах усталости она действует на тело. Потому отдыхать, напрягая пальцы, не получится. Можно было бы создать магнитные присоски, но они были на порядок сложнее в исполнении и требовали более разнообразных материалов. Найти тут их не проблема, но это время. А я почему-то был уверен, что оно сейчас не на моей стороне.

Создав присоски, пробрался в ангар. Все на своих местах. Девушки на подиуме, крысы по углам. Приступим. Стены во всех отсеках стальные и гладкие, если не считать сотоподобных ребер жесткости, потому подъем на вакуумных присосках прошел быстро и без задержек. Под потолком ангара проходила  разветвленная сеть труб, так что ползать по нему не пришлось. Над Амазонками труб не оказалось. Не хватило метра три. Но я оставил прикрепленными к потолку обе присоски, предварительно пропустив сквозь рукоятки трос. После чего вернулся назад.

Девушки молча наблюдали за моими манипуляциями. Крысы, впрочем, тоже. И у обеих компаний взгляды были с признаком гастрономического интереса. Ладно, разберемся.

Спустив трос, стал ждать. Когда понял, что они делают, едва не заскрипел зубами от злости. Женщины!

Едва успел обмотать  свой конец торса вокруг трубы, прежде чем дамочка внизу  повисла на петле. Любой мужик, едва получив скаф, сразу же бежит к информаторию и качает на него дополнительные вспомогательные устройства, даже на первый взгляд и не нужные, вроде  шипов на подошве или магнитных каблуков. Альпинистское снаряжение там тоже есть, как и защелки для подъема на тонких  тросах.

А вот женщины бегут за каблуками повыше и цветовой гаммой скафандров. Эти, похоже, даже если имели в арсенале зажимы, пользоваться ими не умели, и даже не знали об их наличии. Потому они, подхватив трос, скрутили на конце петлю для ноги и одна из них даже не спрашивая моей готовности тут же повисла на тросе, вызвав оживление среди крыс.

Я зарычал от злости. Может к черту таких союзников? Вот как ей пояснить, что у меня изначально персонаж со штрафами на силу и выносливость? А еще куча дебафов, включая хрупкость костей. А среди негров были популярны орки. Они изначально выглядели как негры, даже если персонаж европеец или азиат. Вот только это была раса воинов и танков. В нашем случае заслонов и штурмовиков. И комплекцией обладали соответствующей.

И как мне теперь ее поднять? Она же весит вдвое больше меня! Причем это черное чудо, болтаясь внизу, смотрит на меня с недоумением. Как на дебила, что не может понять простейшую задачу. Включить АЗЯ? Чтобы попытаться пояснить им про оборудование скафандров? Так из полутора часов оставшегося времени убью половину. И это хорошо, если оно у них вдруг окажется. Проще решить задачу самому.

Зацепы у меня есть. Проблема в силе и их весе. Металл с рюкзака пришлось скинуть, потому как при общей слабости каждый килограмм помеха. Но мне много и не надо. Ковырять киркой трубы опасно и откровенно лень. Да и времени нет. Потому отщелкиваю один из браслетов от присосок. Его же разбираю на материал и создаю два простейших односторонних стопора. Чистая механика. Колесико позволяет двигать трос лишь в одну сторону, а при попытке  потянуть его в другую застрянет в пропускном отверстии. И чем сильнее давление, тем плотнее зажим. Карабинами цепляю это все на обе присоски.

Веселей всего будет, если крайняя присоска не выдержит сдвоенного веса. Рассчитывать рабочую поверхность было откровенно лень, потому я сделал их размером с обеденную тарелку, что и пригодилось. Дальше все пошло проще. Повиснув на тросе, я уперся ногами в потолок. Магнитные каблуки удержаться на потолке не позволят, но все же помогают в опоре. Выжимаю трос сверху вниз всем телом, попутно помогая себе своим весом. Пошло. Я поднял девчонку на метр. Если бы не перчатки скафандра, то отрезал бы себе руки при таком раскладе. Стравил остатки троса, обмотав лишнее вокруг второй присоски. Еще двенадцать подходов с тремя восстановлениями бодрости и на трубах я уже не один.

Девушка что-то пробалаболила на непонятном наречии, но я от нее отмахнулся. На последнем рывке все же не выдержало тело и я сломал руку в двух местах. Поняв, что от меня пока ничего не дождешься, девушка быстро разобралась в моей системе и уже спустя десять минут все три Амазонки сидели на трубе. Вблизи они выглядели на мой вкус странно и страшновато. Две из них выбрали расу орков, так что женственность в них была, но очень уж спортивно-агрессивная. Негроидные черты лица вроде полных губ и крупного носа совсем не красили их, как и два белоснежных клыка на нижней челюсти.

— Ты кто?, — Спросила Арса.

Видимо старшая в этой группе, потому как по нашивкам они все числились рядовыми бойцами клана.

— Парламентер от русских. — Я снял хамелеон, чем заставил девушек вздрогнуть. Превращение из тощего негра в тощего белого слишком резко произошло.

— Какой еще парламентер?, — Справившись с удивлением и убрав прыгнувшее в руку оружие, спросила девушка.

— А вы знаете, что снаружи творится? Древние, война всех против всех?

— Слышали. — Пожала плечами орчанка. — Это не объясняет кто ты такой и зачем нам помог.

— Мне нужны союзники.

— С чего ты взял, что нам это нужно?

— Вы явно не в фаворе у командования станции. Иначе бы вызвали подмогу на общей волне. — Хмыкнул я. — Я тут тоже не совсем легально. А еще на станции есть группа диверсантов от азиатов.

— Я думала на чужую станцию проникнуть нельзя. — Удивилась Номи, другая девушка, которая оставила себе человеческую расу, пусть и негритянку. — А еще, что межкластерные переводчики в системе не работают.

Умная и вовремя напомнила, что ресурс АЗЯ не бесконечен.

— У меня есть временный переводчик. Дальше будем изъяснятся знаками. Так вы согласны на союз или расходимся?

— Согласны!, — Выразила общее мнение Арса, переглянувшись с остальными. — Каков план?

— Убить крыс.

— Как?

Я отключил перевод и просто пожал плечами. А действительно как? В прошлый раз мне повезло, что имелась взрывчатка, а самих крыс сагрила группа местных игроков. В этот раз пологого  спуска с труб не имелось. Только трос или сами трубы уходящие в пол. Попытки проползти дальше ни к чему не привели. Крысы все так же следовали за нами. Паритет.

Попробовали разделиться и, перебираясь по трубам, разойтись в разные углы ангара, но стая так же разделилась, и каждому досталось по два противника, а мне четыре. Все же у меня уровень куда выше, чем у девчонок.

Изначально я планировал кирками развалить потолок и выбраться на следующую палубу. В таком состоянии многие трассы полей натяжения отключены или обесточены, так что это вполне реально. Вот только девушки в очередной раз меня убили. У них не было кирок. Никаких. И как можно играть без них, если модуль проще всего получить, поработав шахтером?

Моя же кирка им слишком высока по уровню. Они просто не потянут ее. А дебафы мне не позволят пробить палубу в одно лицо. Голод убьет быстрее.

Что делать я не представлял. А голод не тетка. Я уже решился на самоубийственную атаку, когда в ухе зашипела рация. Сигнал шел с перебоями и помехами, да еще и на исковерканном испанском языке. Точнее каком-то его диалекте, которых в латинской Америке хватало. Но, во-первых, он шел на личной частоте, которую тут знал лишь Тао и Джинн, а во-вторых, я четко разбирал свое имя. Кто-то точно знал кого ищет.

Голос был незнакомым. Что это подстава от азиатов? Вряд ли. Они бы меня в живых не оставили, если бы тогда нашли после взрыва. Слабый сигнал говорит, что вызывающий далеко и не пользуется усилителями и ретрансляторами станции. Еще один нелегал? И откуда он знает мое имя и частоту?

Бросаться в бой резко расхотелось. Домой нужно принести как можно больше информации. Даже если это подстава. Шансы отмахаться от крыс ничтожны, потому ответив, я ничего не теряю. А этот некто все так же упорно вызывал меня.

Испанский и английский я учил, так что кое-что разобрать мог, даже несмотря на непонятный диалект. Пусть и через слово.

— Ты кто?, — Ответил я по-испански на очередной призыв.

В ответ полился сплошной поток слов, чередующаяся с помехами и скрипами. Я тоже не мог подключиться к местным ретрансляторам даже через маячок дрона-тактика.

— Спокойно. Говори коротко. Я плохо тебя слышу и понимаю еще хуже. — Остановил этот поток.

— Я Диас. Ты где?

— Откуда ты знаешь мою частоту?

— Стражи дали. Тиран.

Вот как? Это что-то новенькое.

— И чего ты хочешь?

— Отдать долг! Пасто!

Вот тут все стало на свои места. Похоже, этому парню действительно можно доверять.

С первых же дней своего появления дрим вызвал переполох во всем мире. Но не все приняли эту революцию  как благо. Да, это резко удлинило активную жизнь людей и открыло новые горизонты, но нашлись и противники. Дрим со своей полной анонимностью забирал у правительств большую часть власти над своим народом и приводил их под руку корпорации, совет директоров которой состоял из марионеток, а хозяев не знал никто. Хуже всех ко всему этому отнеслись мусульманские государства. Они и до этого были в постоянной оппозиции и активной войне против всего мира, постоянно порождая радикальные партии и агрессивные ячейки. Так что их религиозные деятели  объявили бойкот новой технологии, что в большинстве случаев и во множестве мусульманских стран, были и без того недоступны. Лишь пара стран кое-как могла обеспечить доступ к дриму, остальные же объявили священную войну. К ним присоединились ненавистники вирта, вроде группы «сбрось оковы» или противники корпорации и антиглобалисты.

Все это вызвало сначала волну протестов, а потом и оттока жителей из этих стран. Самые благополучные из государств, поняв, чем это грозит, тут же ужесточили законы для эмиграции и депортировали нелегалов целыми сообществами. Войска на границах получили приказы стрелять на поражение. А пограничный контроль резко увеличил сой штат.

Так что большая часть желающих свалить из стран без вирта стала оседать в государствах второго мира. В третьем ловить нечего потому как оттуда и бежали. Но сами беженцы хоть и рвались в дрим, не перестали быть мусульманами, впитавшими все каноны своей религии. Селились они общинами и не удивительно, что вскоре начались националистические и религиозные трения между пришлыми и старожилами.

Ко всему прочему несколько экономических кризисов связанных с появлением вирта и мгновенной утрате множества рабочих мест добавил угля в топку страстей.

В крайних случаях это приводило к стычкам и волнениям, постепенно перерастающим в полноценную гражданскую войну. И вспыхивали эти очаги достаточно часто, пусть и охватывали не всю страну, а только локальные регионы или провинции.

С возникновением Корпуса именно Стражей стали отправлять в миротворческие миссии. Отсюда и большой боевой опыт почти у каждого из тех, кто прослужил в Корпусе больше двух лет.

И Стражи стали основным островком спокойствия. Как всегда они подошли к своим обязанностям с присущим им максимализмом, честью и отсутствием страха смерти. При этом они не занимали ни одну из сторон и защищали и карали всех в равной мере. За смерть своего не мстили, как это делали остальные отряды, но находили виновников почти всегда и почти всегда брали мертвым. Жизнь за жизнь. Это справедливо.

Потому уже спустя год многие поняли, что проще посидеть молча и тихо  как мыши под веником, пока территорию контролируют Стражи, а не всякие толерантные и гуманные и продажные наемники. Дождаться ротации и уже тогда снова устраивать свои разборки.

Но часто нейтральное к боевым действиям население попадало под раздачу. Впрочем, так всегда бывает. Большинство людей просто хочет жить, есть, любить и растить детей и только не нашедшие своего места в жизни и решившие что во всех их бедах виноват кто-то другой и этого другого нужно наказать и отжать что-то ценное, потому как работать как бы лень.

Но и Стражи не дураки и всегда спасая гражданское население раздавали «долги». Не всем, а только тем, кто действительно был благодарен за помощь. Никаких санкций за невыполнение не следовало и ни разу не каралось за отказ в помощи. Но отказывали редко. Такие люди очень боялись разочаровать своих спасителей.

Нас обучали многим наукам на факультативных семинарах включая психологию и физиогномику. Потому кому попало раздавать такие долги не торопились. Взявший на себя долг человек вносился в списки Корпуса и числился как помощник и связанный Словом. Это так же обязывало самих Стражей помогать таким людям. Выбирали их с оглядкой и осторожностью, но всегда на добровольной основе. Потом не жалели сил, чтобы защитить и помочь им. Те же в свою очередь становились как информаторами Корпуса так и негласной поддержкой в любой точке мира.

Чем был обязан этот Диас и кому не имеет значение. В специальной сети они указывали свои данные и местонахождение. И каждый Страж мог попросить помощи. Видимо Тиран пронюхал, что я попал в переплет на станции латиносов и прошерстил сеть. Даже в сети Стражей нельзя рассказывать об игровых реалиях. Корпорация очень нехорошо смотрит на вынос инфы в реал. Но никто не запретит в сети кинуть призыв о помощи, на который откликнется нужный человек.

— Ты где?, — Прервал мои размышления Диас.

— Ангар 16-8 на двенадцатой палубе. Нужна помощь с крысами.

— Ждите. — Пришел ответ.

Ждать пришлось больше часа. Но учитывая захламленность местности это еще ничего. Диас оказался штурмовиком семьдесят седьмого уровня, потому крысы просто разлетались в стороны от ударов ломом и выстрелов лазера. Я быстро спустился с помощью троса и присоединился к избиению. Девчонки, что по моей команде так и сидели в разных углах ангара и отвлекали остальную стаю, спустились чуть позже.

Ритуал знакомства мы уже проводили в ближайшем баре. Я притащил с собой двух крыс, чем вызвал некое удивление у остальных. После того как загрузил их в комбайн и переработал в котлеты по-киевски они все поняли, хоть и не спешили присоединиться к трапезе. Просто с изумлением смотрели на тощего парня, что поглощает их одну за одной. Со стороны это действительно выглядит странно. С таким аппетитом я должен быть толстым боровом, а не тонким глистом. Но сейчас для меня важно избавится от дебафов. Наниты ускорят пищеварение и разберут мясо на нужные для восстановления элементы.

Дальше начался сам процесс общения и обмена информацией.

Диас, как я и подозревал, оказался должником Корпуса. Изначально он был уроженцем Колумбии, в которой последние годы все было очень скверно. Основной статьей доходов в этой стране были наркотики и правили балом картели. Но с приходом дрима популярность наркоты стала резко падать. Получать кайф без последствий можно и в вирте. Потому там раз за разом вспыхивали ожесточенные войны картелей, которые больше походили на гражданскую войну. Очумевший от такого дела народ стал разбегаться, а официальное правительство заняла молодая  политическая партия, которая тут же попросила ООН в помощи  в противостоянии с распоясавшимися бандитами. И отдельно обратились в Корпус Стражей, который уже себя успел зарекомендовать.

Вот тогда молодой Диас и стал должником. Его впечатлили и сами Стражи, и их бесстрашие, и то, что выводя его семью из-под  минометного обстрела, один из них прикрыл его сестренку собой. Это был «долг крови», который паренек поклялся заплатить. И сейчас у него появилась такая возможность.

Спустя некоторое время они с семьей смогли эмигрировать в Мексику, где и осели основательно. Диас носил нашивки клана «Корсары КБ», в котором поддерживались порядки флибустьеров Карибского бассейна семнадцатого века. Не самая лучшая характеристика, но Диас и туда попал не совсем по своей воле. Корпус попросил. Оказалось, наши давно уже внедряют таких вот информаторов во все кластеры. Все же эта игра военно-политический симулятор.

Впрочем, не они одни. Пойти на предательство Бард мог только при сильной иностранной поддержке. В реале ему ничего не грозит, но тут ему Стражи жизни не дадут. А значит, кто-то на него вышел и пообещал очень многое за устранение самой непредсказуемой силы на доске.

С девчонками все оказалось несколько проще. Они действительно нелегально под шумок попали на станцию. Сами они были жительницами Конго и в эту игру пошли только потому, что тут мало женщин и на этом можно заработать. В «мэджике» большая конкуренция, а «пикник» их пугал своей жестокостью. Вот и выбрали космос.

Фактически сам клан «Амазонки» был сборищем профессиональных содержанок. Девушки даже расу орчанок выбрали, потому как она не пользовалась популярностью у игроков, потому считалась экзотикой. Из-за этого у них не оказалось ни модулей, ни кирок, ни толкового оружия.

Номи подслушала разговор одного из своих спонсоров и узнала про эту систему и то, что есть люди готовые за информацию о ней хорошо заплатить. Подговорив еще Арсу и Лауру, они пробрались на модуль ее любовника и так попали сюда. Осознав всю глупость этого поступка, решили все же попытаться заработать на этом. Даже нашли клиента, что готов спонсировать их нахождение на острие противостояния с Древними, но тот поставил условие что размер платы будет зависеть от их уровня. Мол нубы ничего не могут знать. Тем более простые шлюхи.

Потому девушки пошли сюда качаться и попали в передрягу. По неопытности.

В общем союзнички мне попались такие, что закачаешься. Я когда слушал историю девушек, едва смог удержаться от смеха. Диасу перевод не требовался и вот он себя не сдерживал, а пару раз валился под стол от смеха. Мне же пришлось использовать АЗЯ, потому как девушки говорили на жуткой смеси конго и португальского.

Но делать нечего. Порой приходится работать и с таким контингентом. А сейчас у меня есть работа. Много. Но в первую очередь мне нужна местная база теневиков. Это будет жирный плюс в войне против Тао.

— Ну что пора за дело!, — Сказал я вставая из-за стола. — Надерем кое-кому его желтый зад!

Мои новоприобретенные соратники не совсем понимали, зачем мы ищем камеры службы безопасности, да еще с рабочими ретрансляторами на центральный пост. Возможно, стоило бы и утаить от них информацию, но сейчас мне важно было закрепить свое лидерство и впечатлить союзников. Тем более, все равно придется тянуть их на базу теневиков, а запрос на координаты морфу я сделал тихо, так что со стороны и не понять, что это было. Я передал ему два эрга и он растворился, по своему обычаю, в стене.

Да и толку им от информации об этом. Во внешнем мире это не работает, потому как морфы там куда агрессивнее и станции контролируют вполне привычные неписи, а в этой системе, для того, чтобы попасть на чужую станцию, да еще и остаться незамеченным, должны сойтись множество случайностей. То, что я побывал на двух вражеских станциях, иначе как чудом не назвать.

После того, как я получил отметку на карте, повел остальных, уверено ориентируясь в этом лабиринте. Второй эрг как раз за карту проходов и завалов. Не думал, что выйдет что-то путное, но рискнул. И риск принес свои плоды. Я сразу же стал на порядок выше по уровню и знанию игры в глазах своего странного воинства.

— Диас, ты одиночка?, — На ходу спросил я парня.

— Не совсем. Есть у меня друзья, но мы пиратский клан. И законы у нас такие же. В каждой эскадре есть свои лидеры, которых поддерживает часть рейда или группы. Я сам не вожак, но Перейра мой давний друг, а в его команде почти сто стволов. Однако сам понимаешь, им нужно что-то предложить для выгодного сотрудничества.  Особенно тем, кто полез в эту задницу. У нас там и без этого не сладко. Так что тут собрались самые жестокие из нас. Потому я вышел на связь с вашими ребятами. Деньги нужны, но продавать себя уже претит. Наелся этого в реале. И знаю, к чему все это приводит.

Соратник замолчал, а я задумался. Пока предложить латиносам было нечего. Глянем, что там, на базе теневиков. На этой станции свой схрон они создали еще хитрее, чем обычно. Один из основных климатических комплексов был слегка переоборудован. Система климатконтроля считалась самой надежной и простой, потому проверялась редко. А так как там же проходила очистка канализации, а так же  выращивание червей и грибов, которые потом превращались в протеиновый сублимат  — запах в этих ангарах стоял убийственный. Такой, что даже заскриптованных  НПС заставлял отлынивать.

А дроны-сборщики еще проще по устройству, чем ремонтники. Обычные пауки размером с кошку, у которых вместо брюшка кузовок для собранной добычи, а вместо мозгов всего сотня простейших алгоритмов. Они не могли послать сигнал тревоги при взломе системы.

Впрочем, кто будет взламывать деревенский сортир? Особенно если для этого нужно вскрыть крутую охранную систему дома. Только идиот! Или… очень умный.

Уже был прецедент в истории Японии, и ниндзя, как касты киллеров, когда они выигрывали битвы, отравив гарду трофейного меча или затаившись на сутки в яме с испражнениями. И это меня радовало. Азиаты слишком непредсказуемы и коварны. Что уже подтвердилось. Возможно, на этом фоне, мы сумеем договориться с латиносами.

Про внутренности систем климатконтроля знали все, потому девушки сморщили носики, едва я стал ковыряться в замке ревизионного люка климатической установки. Диас стоял спокойно, только сразу же надел шлем. Я, кстати, тоже. Вдыхать это смрад мог только самоубийца.

Девчонкам даже шлем не помогал  в плане брезгливости, потому залезали в люк они, стараясь ничего не касаться. Испарения покрыли слизью и мерзкого вида мхом все поверхности. По ним как раз и ползали белесые черви, подъедая налет, после чего ползли в отстойник для фекалий. Сам процесс испражнений разработчики решили не добавлять, но при этом система функционировала в штатном режиме, как будто все происходило по-настоящему. Это было нужно для биоценоза станции, потому как «косма» старалась соблюдать основные конструкторские элементы, которые вполне применимы в реальности, пусть рисованные технологии пока опережали на порядок настоящие.

— Рамзес, зачем мы полезли в эту клоаку?, — Перевел на испанский Диас вопрос Номи. Он подрабатывал в нашей команде переводчиком, потому как АЗЯ я экономил.

— Сейчас покажу. — С улыбкой фокусника я расчистил от слизи рубильник первой рамки, которая органично вплеталась в пилоны  поддержки оборудования. Эти теневики мастера маскировки. Если бы я не знал, что искать, то не обратил бы внимания на еще пару столбов, покрытых мхом.

Вспыхнувший проход подпространственного кармана заставил вздрогнуть всех. Я заглянул вовнутрь одной головой. Если кто-то сейчас дернет рубильник, мне ее просто отрежет. Хотя это не хуже, чем если меня там запрут и я сдохну от голода. Пока своим соратникам я не слишком доверял. Точнее просто опасался удара в спину, хотя конкретных причин у них не было. Впрочем, у Тао тоже особого смысла не имелось, но он все же решил обменять союз на личное развитие вторичных характеристик. И сейчас моя задача заставить его пожалеть об этом.

В первом кармане оказался производственный цех и небольшой склад различных слитков. Два следующих пустовали. А вот в четвертом у меня разбежались глаза. Это был арсенал, а в конце бокса стоял штурмовой экзлскелет. Простой, без изысков, еще и с половинным ресурсом прочности и энергии, но это «вундервафля» для меня.

Знакомство с Пегасом многому меня научило, к тому же он очень благосклонно ко мне относился и считал, что у меня тоже есть талант необычного крафтера. Человека, который может изобретать инновационные вещи из примитивных деталей. Думаю, стоит с этим экзлскелетом поработать, прежде чем использовать.

Когда напарники увидели эту пещеру Али-Бабы, сначала зависли, а их последующую  эйфорию не предать словами. Едва не танцевали. Хотя девчонки пританцовывали от сожаления. Под их уровень оружия мало. Зато мы с Диасом стали походить на киношных Рэмбо, обвешавшись плазмобоями и прихватив по перфоратору.

Последние дыроколы обладали бешенной отдачей, зато метали пятидесятиграммовые стрелки и пробивали почти любую броню, игнорируя все возможные поля. Единственный минус каждый выстрел сбивал здоровье стрелка и часто ломал ключицу, а так же высокая стоимость боеприпасов. Зато поражать цели можно через неукрепленные переборки, при этом эффект был даже мощнее, чем прямое попадание, за счет набранной массы снаряда, который из бризантного превращался в экспансивный.

Но если эти дуры установить над плечами экзоскелета и подсоединить к ним интеллектуальный канонирский блок, а на руки два плазмобоя с функцией отстрела… Я зажмурился, как кот на солнышке. Это же какой танк получится! Собрать его с ноля почти не реально, потому как нужны качественные чертежи, расчеты и крафт деталей по одной, с последующей сборкой каркаса. А вот отремонтировать или модернизировать под себя дело двух-трех дней. Тем более в округе хватает битой техники, а большая часть деталей стандартизирована и многофункциональна.

Чувствую, мы зависнем в этом царстве слизи и амбре надолго. А вот потом я оторвусь. Тао жди меня. Я иду.

Следующие два дня мы сидели в этой клоаке. Я химичил свой новый доспех, дорабатывая броню и поля натяжения. Плечевые турели из перфораторов с ленточной подачей боекомплекта из рюкзака за спиной. Пришлось многое переделывать, уделяя время мелочам. Но результат меня радовал. Экзоскелет набирал массу и мощь. Я слегка увлекся гигантизмом и по мере крафта возникали все новые идеи.

Теперь я понимал американцев, что пичкали машины и  костюмы своих киношных  супершпионов  различными гаджетами. Я, похоже, тоже увлекся. Экзоскелет стал неповоротливым, но зато мог выдавать огневую мощь полноценного модуля.

Пришлось облазить окрестности в поисках деталей, но холодная жажда мести подстегивала мою фантазию. Экзоскелет серьезно вырос в размерах и мощности, и я даже не знал, как его классифицировать.

Заслоны или танки были живучими и оснащенными генераторами полей, но урон у них был слабоват. Штурмовики оружие ближнего боя со средними  ДПС и манёвренностью, а так же усредненной броней. Универсальные машинки без конкретной специализации, кроме массового штурма и ближнего боя.

Истребители наносили точечные укусы лазерами с большой скоростью и с больших расстояний, но низким КПД. Тактики были похожи, но долго высчитывали точечный удар, зато повреждения зачастую были очень неприятными.

Призраки  били в спину мощным залпом, после чего делали ноги, если могли и успевали.

Мой же экзоскелет больше походил на монитор-камикадзе. Запредельный  урон различными видами оружия, после чего остается только молиться Звездным Лордам. Но именно это и впечатляло. Помимо плазмобоев на руках, там поместились кустарные гранатометы с начинкой из С-12. К перфораторам я умудрился прилепить дымо-термические заряды. С каждым выстрелом иглой, из ее легкого пустотелого хвостовика вылетал шарик с температурой горения в полторы тысячи градусов и создающий несколько кубометров густого дыма с примесью радиоактивных изотопов. С учетом скорострельности этого оружия  воевать со мной придется вслепую. Это хоть как-то компенсирует неуклюжесть движения и довольно слабую броню. Весь вес пришелся на системы вооружения, так что часть защитных пластин и генераторов поля натяжения я снял.

Так же решил, что все гениальное просто, потому  создал чеснок. Несколько сотен шариков с четырьмя острыми шипами, торчащими из них под сто двадцатью градусами друг к другу. Сам шарик являлся зарядом плазмобоя, так что помимо боли от пробитой ноги, врага ждет и неслабое облако раскаленного газа, что вполне может отжечь ногу даже заслону.

Но, как говорится в анекдоте, на нашем лайнере два бассейна, три стадиона, один зоопарк и парк аттракционов — осталось попробовать со всей этой хренью взлететь. Так и тут. По характеристикам этот экзоскелет выглядел внушительно, но как поведет себя в бою совсем не понятно. Точнее все будет зависеть от группы поддержки.

Как говорил мне отец — нет всех этих «цариц полей» и «владычиц морей». Все это пафосно-гордые и профессиональные лозунги для бойцов этих подразделений. У каждого корабля или рода войск есть свои сильные и слабые стороны. Талант полководца как раз и есть в том, чтобы в нужное время противопоставить слабым сторонам противника свою силу. И наоборот, не лезть голым задом на ежа, а искать монашку, которую этот голый зад вгонит в полный ступор, ежу же дать попробовать на вкус совковую лопату.

Потому к подготовке мы подошли творчески. Даже Диас не сомневался в том, что я знаю, что делаю. Девчонки просто ему поверили. И я стал полноценным и непререкаемым лидером. Что меня слегка удивляло. По разговорам я понял, что  они старше меня лет на пять минимум. Однако подчинялись беспрекословно. Включая Диаса.

Потому как парень не испытывал затруднений в общении с девушками, то стал сержантом отделения Амазонок и судя по всему был этому несказанно рад. Как ни крути, а девчонки были шлюхами, пусть и с амбициями королев. Так что вместо кошачьих боев и истерик устроили корсару секс-марафон, порою даже парный. И пока я создавал гипертрофированное чудовище, эти засранцы развлекались. Несколько обидно было, что девушки обходили меня своим вниманием, даже несмотря на то, что они для меня были совершенно непривлекательны. Странная логика, но действительно слегка злило и обижало. Я уже заготовил десятки фраз и аргументов, чтобы их продинамить, но в итоге динамили меня. Но одновременно и уважали.

Мои приказы воспринимались очень серьезно и даже с некоторым страхом. Но я понимал, откуда это. Страж! Конго постоянно бурлило различными восстаниями и революциями еще до дрима. После мало что изменилось, так что миротворческий корпус там бывал часто. Даже в мирное время. А русские уже давно слыли отморозками, у которых свой кодекс чести. Так что  девчонки, наслушавшись Диаса, решили не злить такого странного и страшного Стража, который предпочитал крафтить железо, а не трахать все, что движется, по темным углам.

Но это принесло и свои результаты. Диас может и преувеличивал нашу крутость, но и сам попал в плен своих слов, потому регулярно водил девчонок на кач. Не только с крысами. У меня был опыт диверсанта, так что я знал, какие задачи ставить и в каком порядке. И уже через неделю  был готов мой Джаггернаут и девчонки поднялись до сороковых уровней. Это позволило вооружить их из арсенала и провести несколько тактических занятий. Не ахти бойцы, но тут главное качество — послушание. При грамотном прикрытии мы сможем натворить дел.

А главное, мы знали то, что не знали местные — кто настоящий враг. В этом вопросе я не торопился, давая возможность разгуляться Тао. Это безусловно его усиливало, но после десятка удачных операций латиносы сильно взгрустнули. Азиаты показывали себя с самой сильной стороны. Сплоченные, дисциплинированные и не менее нас отмороженные. Идеальные диверсанты. А уж в уме Тао не откажешь. Он наносил точечные и болезненные удары. Внося хаос и страх в ряды местных игроков.

И латиносы взвыли на высокой ноте. На своей станции они оказались в осаде. У азиатов было всего пара десятков бойцов, но они успевали быть везде. Диас последние дни сидел на рации и докладывал мне положение дел. Латиносы, имея численное превосходство в два порядка, теряли инициативу. Зато мы ее приобретали не теряя людей.

Я не зря считал Тао хитрым лисом, потому не льстил себе, что знаю, где его база. Да я видел, как он и его люди смотрели на идеальный в этом плане зал, а после чего меня списали. Но это глупо. Всегда есть контакты, знакомства и принцип шести рукопожатий. А такой стратег как Тао, не даст мне такое преимущество.

Значит, он затаился в другом месте. Как тот же Рокот, который всегда создавал дополнительные, второстепенные и ложные позиции для единственного выстрела. Потому я выжидал, составляя схему его атак по воплям бывших сокланов Диаса.

Во время Великой Отечественной немцы вычисляли наши партизанские отряды по патрулям. Точнее по своим людям, что не вернулись из дозора. Тот же принцип применил и я. У Диаса остались друзья в клане, даже после того как он с шумом ушел в подполье. Многие не поняли его мотивации и считали что парень просто укурился до бешенства. Так что информация к нам поступала, и на ее основе я строил таблицу, сужая радиус поиска базы азиатов. Все усложнялось сложным рельефом, в котором азиаты со своим упорством прорыли доступные, но незаметные ходы. Но зная эту переменную легко высчитать  формулу.

— Думаешь, они там?, — Диас кивнул на собранный на коленке голокуб с картой станции и ярко-красной точкой.

— Процентов семьдесят что да. Если их там нет, то мы ничем не рискуем.

— Это если этот твой хитрый Тао не подумал так же и не заминировал позицию. И врагу урон и ему предупреждение. — Покачал головой Диас.

— А ты прав. — Задумался я. — Нам всем есть, чем рисковать проверяя. А что если проверить иначе.

— Как?

— Сюрприз!, — Хмыкнул я.

Главное, чтобы хватило времени ускорения и выбор правильного места. Тут даже не имело значения запасная позиция это для азиатов или же основная. Игра на психологическом факторе.

Подготовка заняла еще два дня. В которой я не доверил ни йоты своим союзникам. Все должно быть идеально. Их работа начнется дальше.

И вот пришел час «икс».

— Тао, ты лживый ублюдок!, — Заорал я в никуда  с усмешкой победителя. И встал на нужное место.

То, что бокс заминирован я уже понял даже без активной сканер-системы, на которую бесспорно настроены детонаторы.  Как и то, что он просматривается системой камер наблюдения. Все же у армейских школ есть один серьезный недостаток — стандартизация. Потому так важна защита от дурака, который не знает правил и ставит ловушки от балды в самых непредсказуемых местах. Зато спецы спеца вычисляют легко, особенно если знают, что и где искать.

Я подбросил в воздух деактиватор, который выдал сразу несколько факторов детонации от радиоволн до ультразвуковых частот и тут же врубил ускорение. Четыре мины различного действия не смогли меня достать. Несколько акробатических трюков на пределе возможностей, и я снова стою в центре бокса в клубах оседающей пыли и облаков гари.

— И это все?, — Хмыкнул я. — Это ты решил противопоставить даже не Стражу, а всего лишь кандидату?

Такой оплеухи Тао стерпеть не смог. С пустя десять минут с кривой улыбкой он вышел из одного из проходов под охраной четырех бойцов, которые направили на меня свои стволы. Плохо, что в основе у них скорострельное оружие. Как раз против меня готовились. Хорошо, что если все получится, они окажутся беспомощными. Но тут все зависит от того, как сыграет вся команда, в которой я совсем был не уверен.

— Ты…

Слушать речь Тао, я не намеревался.

— Драйв!

— Три  готов.

— Один пусто.

— Два! Нуж…

— Четыре — готов! Два выбыла! Страхую!

Все  это прошло за секунды и в эти же мгновения я плясал между очередями. Глупо уходить от пули. Она быстрее любой человеческой реакции. Но вот стволом водит человек, как и жмет на спуск. Секунды текли, выжигая время ускорения и бодрость, а сверху сквозь заминированные переборки ко мне падал мой доспех. Главное успеть!

Мины из плазменных зарядов в один момент прожгли палубы и сбросили мне фонящий во всех спектрах доспех. Примитивные мозги, что я влепил в него, позволили создать доспех-дрон с возможностью задавать ему определенные команды и даже научить бегать самому.  В лучших традициях боевиков, я на остатках ускорения  впечатал свое тело в его нутро и уже приземлился  танком. Времени не было, потому я просто нажал на гашетки и бокс превратился в филиал ада. Прочка доспеха просела на семьдесят процентов, а мое здоровье ушло почти в ноль. Большую часть урона я нанес сам себе потому как бушующие энергии были слишком велики для такого зала.

Зато все кто находился в этом помещении, превратились в пепел.

— Перекличка!

— Раз на месте.

— Три в строю!

— Четыре — Готов к бою. Два минус.

— Фраги?, — Спросил я в эфир, пытаясь совладать с убитым доспехом. Каждая его часть скрипела и норовила отказать.

— Минус два. — Отчитался Диас.

— Минус один. — Откликнулась Номи.

— У меня тут мертвый мужик!, — Всхлипнула Дая, а я едва не заржал представив себе эту орчанку над свежим трупом и почти рыдающую.

Со скрипом во всех сочленениях я поковылял к выходу.

— Кто это тут у нас?, — Вышел из пробоины парень индейской наружности явный уроженец Гавайев или ближайших островов.

Доспех заскрипел, наводя системы огня на нового врага. Это конец!

— Ну, мы тут!, — Вынырнула Змейка из-под моей полуразвалившейся туши. — Есть вопросы?

Парень опешил, особенно если учесть грацию и наряд девушки. Она походила на чертенка с рожками и хвостом в алом наряде, который не каждая стриптизерша наденет. А уж ее движения вокруг моего хромого доспеха могли возбудить этот самый доспех .

— А ты кто?, — Опешил парень.

Только сейчас я понял, что разговор идет по-испански.

— Ты действительно хочешь это знать?, — Лукаво усмехнулась Змейка и вильнула хвостом, поправив себе челку.

— Конечно!, — Парень выпятил грудь.

Наивный! Когда удар пули слонобоя Рокота откинул его тело в сторону, словно тряпичную куклу, я даже не повел и бровью. Сам доигрался.

— Вы кто?, — Наконец-то обрел дар речи зам почившего командира.

— Стражи!

В подтверждение я скрипнул сервоприводом руки и перезарядил кустарный гранатомет, вогнав в паз заряд С-12.

— Спокойно, Рамзес. — Похлопал меня Юпитер по массивным наручам. — Думаю, мы договоримся.

— Что вы тут делаете!, — Шепнул я.

— Готовим месть всем, кто заслужил, и ищем союз. Ведь это наша первоочередная задача!

— А что с китайцами?, — Глупо спросил я.

— А ты сам как думаешь?, — Юпитер улыбнулся во все тридцать два. — Тебе все благодарны. Давно такого развлечения не было для внедренных групп.

— А как вы здесь оказались!, — Мозг ломало мне по полной программе.

— Диас и еще парочка должников!, — Юпитер откровенно забавлялся. — Догадайся как!

— Провез в трюме!, — Озарило меня. — Но как?

— Должники знают свое дело. Не зря с нами общались.

— А как у нас на станции?

Вот тут Юпитер сильно поскучнел. И даже скрипнул зубами.

— Мы еще вернемся и за все спросим!, — Холодом этого голоса можно было замораживать туши мяса. — За все и со всех.

И я ему верил. Скрипнув доспехом, я сделал жест, которому меня научил отец. Наверное, глупо, но и Юпитер, и Змейка, и Пегас и даже Рокот, что нарисовался на пилоне — ответили. Приветствие пионеров. Привет Мальчишу-Кибальчишу!

Наверное, это чего-то да стоит!

Когда появились наши, на меня повеяло домашним теплом. Я нашел соратников, но даже с ними чувствовал себя своим среди чужих. А вот сейчас за мной стояли настоящие Стражи, а не такие убогие полуфабрикаты вроде меня. Но при этом я чувствовал подъем и эйфорию. Я снова в строю таких же. Единомышленников.

Но расслабляется времени нет. Мы тут устроили шикарный фейерверк, так что сюда ГБР латиносов несется на всех парах. Пора сваливать. Это  и дал понять Юп. Тем более азиатов мы не выбили. Даже смерть Тао была под вопросом. Без этой головы и связей, что завязана на мощный клановый аналитический центр, они сильно просядут. Но если у них есть связь в реале, а она есть, то нужно выбивать всех до одного. Иначе никак.

— Бегом! Рамзес, где ваша база? Показывай!, — Скомандовал Юпитер и мы галопом ринулись в укрытие.

Пегас и Юпитер тащили меня в доспехе. Бросать его они почему-то не пытались, хоть прочки в нем осталось едва на четверть. Амазонки как-то резко погрустнели при виде Змейки и Стражей, что смотрели на них совсем иначе, чем Диас, но шевелили ногами без вопросов.

Полчаса и мы уже все падаем в сомнительной чистоты ковер климатического центра.

А вот дальше началось движение. Пегас и Змейка тут же принялись проверять арсенал и возможности крафта. Рокот чуть в стороне чистил свой «слонобой» но чутко прислушивался к разговору.

А вся беседа крутилась вокруг мятежа на русской станции.

— Юп, какого хрена они вообще устроили?, — Изумился я. — Это же вызов всему Корпусу.

— Все куда хуже. — Покачал головой Юп. — Точнее сложнее.

— А подробнее?, — Спросил я.

— Позже! Сначала выбьем парочку отрядов. Джапы круто тут себя поставили, а мы должны стать еще круче.

Вот сейчас мне игра нравилась. Все стало просто и понятно. Джаггернаута в три руки восстановили, модернизировали и адаптировали под меня. Змейка оказалась просто машиной по расчетам, а Пегас техником от Бога. В итоге упор на монитор одобрили, но совместными усилиями  повысили общую скорость и маневреность экзоскелета,  да еще и усилили суммарный выхлоп по джоулям. Процентов на пятнадцать точно. И именно от этого наш отряд плясал. Я был основной огневой единицей, что способен прожигать проходы в баррикадах.

Этим мы  и пользовались. Таиться нам не нужно. Все что мы хотели это выбить джапов и вызвать на диалог местных. Друзья Диаса уже работали на нас и роняли зерна в плодотворную почву. Война азиатов и русских, которую мы развязали на станции левых латиносов, сильно их напрягла. Они хотели отсидеться в стороне, но выходило, что их станция стала проходным двором и полем боя.

— На три часа! Перфораторы!, — Пришла команда от тактика.

Я, не задумываясь, вжал гашетки даже если видел просто переборки. Судя по капающему опыту не прогадал. Запреградный урон дыроколов был еще выше, чем прямое попадание. Кусок стали на такой скорости превращал внутренности цели в кашу.

— Плазма! Девять часов!

И снова в слепую, но  эффективно.

Диас с Амазонками шел позади,  но диктовал нам общую волну. А там творился ад. Хаос и паника. Азиаты достаточно подогрели публику для основного концерта. Сейчас мы травили остатки азиатов, не давая им перегруппироватся и перхватить инициативу. Карта от морфов и общая разведка Диаса с Амазонками в этом помогала. Я уже давно старался вычислить основную базу диверсантов и были свои наработки. Юпитер со Змейкой их довели до ума и сейчас мы отрабатывали эти точки.

Латиносы, поняв, что запахло жареным, ринулись вниз в попытке истребить вредителей, но станцией они не владели и оказались беззащитны. Мы уже перехватили часть охранных систем, да еще и своими напичкали окружающее пространство, так что застатьтнас врасплох было сложно. А мы не церемонились. Пока нет договоренности с лидерами местных группировок любая цель, что не с нами — враг и мишень.

А в свободное время Пегас и Змейка взламывали и чинили дронов. Сейчас по периметру бродит парочка хитро запрограммированных заслонов. Выглядят они как полноценные «трупы», но вдруг резко оживают при приблежении врага, после чего меняют позицию и снова прикидываются ветошью. И вскоре их будет больше.

— Рамзес, не спи!, — Одернул меня Юп.

Что-то я и правда замечтался. Мы как раз подходили к самой перспективной точке и с вероятностью восемьдесят три процента азиаты где-то здесь, а я витаю в облаках.

Рокот включил мимикрирующую маскировку скафа и ушел на разведку. Змейка благодаря своему телосложению просочилась в технический тоннель и должна обойти с фланга. Джаггернаута решили оставить мне, потому как ускорение поможет уберечь этот неповоротливый комплекс от повреждений, да и мне защита, потому как я сейчас был едва ли не самым слабым звеном в команде. Рядом постоянно находился Юп, прикрывая. Как известно танк без поддержки пехоты больше мясо, чем угроза. Пегас с остальными оставался в резерве и прикрывал тылы. Латиносы могли взбрыкнуть или сами азиаты оказаться хитрее, чем мы думаем.

Эта точка чем-то напоминала нашу базу на родной станции. Тупиковый карман, но с двумя узкими проходами для отступления, которые и держать сможет всего один толковый стрелок. В один из них и должна проползти Змейка и закупорить его.

— Контакт!, — Зашипела в ухе рация и сразу же раздались выстрелы.

Свет на подходах был отключен, так что Рокот там воевал почти на ощупь.

— Рамзес, подсвети!

Вот уж точно не вопрос. Я врубил ускорение и ринулся в темноту. Едва в ПНВ показалась отметка Рокота, тут же стал вести беглый огонь по площади из плазмобоев.

Вспыхнувшие шары плазмы на затухании неплохо подсветили цели за баррикадами, а дальше мои перфораторы и «слонобой» снайпера заговорили в унисон. Минута боя и я выдохся. Пришлось отступать. Азиаты тоже не сдавались без драки и так как я самая опасная цель, стали валить из всего, что можно. Ускорение не спасало. Отходил я с простреленным легким, контузией и сломанной ногой. Дальше в дело вступила Змейка.

Азиаты тоже смогли отремонтировать дронов, правда в меньшем объёме и без хорошего программирования, потому они были больше тупыми турелями, но свое дело сделали. Точнее дали отступить боевикам. Сколько ушло не понятно, но мы пятерых прикончили точно. Жаль я не знал, сколько в ДРГ боевиков. Но уже хорошо. Счет пять ноль в пользу Корпуса.

Возвращались на базу с чувством выполненного долга. После боя час зализывали раны, затем пробежались еще по двум точкам, но китайцы там не показывались. Видимо поняли что началась полноценная травля и забились в самую темную и глубокую нору. Выковыривать их оттуда себе дороже. А вот на базе нас ждала приятная новость.

Подключенный к общей волне передатчик раз за разом выдавал сообщение от местных о желании вести переговоры. Бардак, что мы тут устроили, явно пошел на пользу латиносам.

Ну что же, сходим, проверим. Ломаться не стали даже для виду. Мы для того и затеяли весь сыр бор, чтобы нас воспринимали всерьез как силу и не думали что смогут отсидеться. Сам контингент там слегка специфический, но уже даже до них дошло, что сидение на заднице может плохо закончится потому пошли на контакт.

Место переговоров мы назначили сами, благо уже давно готов план проведения данного мероприятия и даже обустроены позиции для прикрытия. На сами переговоры выходили мы с Юпом. И снова я оказался на острие благодаря доспеху штурмовика. Его быстро подлатали, так что выглядел он битым ветераном, прошедшим не одну схватку. Внушает.

Амазонки и Диас тоже пошли с нами. В дальнейшем они будут нашими представителями и латиносы должны знать, что у нас на базе есть свои люди, которые при нужде и помощи Стражей смогут пригнать на станцию целый взвод таких как мы. И скорее всего так и сделают. На нашей родной базе остались еще люди, что совсем не довольны происходящим. И судя по тому, что говорил Юп, там верхушка продалась с потрохами.

И теперь нам нужно сделать базу латиносов запасным аэродромом. Главное донести до них мысль, что слово одного Стража это слово всего Корпуса, так что шансы есть. Латиносы в силу постоянных конфликтов в реале достаточно сильно уважали нашего брата. Просто тут как раз и собрались отщепенцы. Они больше бухали и наркотой баловались, чем качались и обучались. Даже в «косму» пошли, потому как в части стран государство давало льготы тем, кто был военнообязанным и играл в НРЗИ или «пикнике». Считалось, что там они обретут навыки военных и научатся дисциплине. Но вот анонимность позволяла таким вот солдатам удачи кутить вовсю, да еще и родину доить.

Переговоры прошли достаточно мирно. По нашему требованию на место прибыли три офицера от всех кланов. Нам они не сильно доверяли, так что тоже явились с группой прикрытия, но наши их быстро вскрыли, правда трогать не стали, даже для демонстрации силы. Не время скрещивать шпаги.

Мы часа полтора, на ломаном испанском, пытались разобраться в том, что каждому из нас требуется, и что за это хотят остальные. Впрочем, у латиносов было только одно желание никуда не лезть и смотреть, что из этого выйдет. Но мы выторговали часть станции на дне в наше распоряжение за единократную боевую помощь Стражей в большом космосе по просьбе их кланов, эскадрой не менее ста вымпелов и сроком не менее трех суток без атаки на русские базы. В этой системе они оценивали свою помощь в том же формате,  но уже один к одному. Один латинос здесь, это один Страж там, на тех же условиях. Провод наших модулей на свою базу удалось получить в обмен на эрги. Три шарика за десяток модулей прикрытия и по шарику за человека провезенного в трюме. Аппетиты у них те еще, да и торговались с криками и воплями,  не хуже наших грузинов.

Но соглашаться пришлось. Нам важно закрепится на этой базе и завести союзников из настоящих друзей. Американцы и европейцы быстро сообразят и скопируют нашу тактику прохода на чужие базы, если уже не поняли все. А «белые» латиносы, что играют за янки, хоть и призирают «черных», но все же имеют выходы и возможности надавить на местных, так что в скором времени они появятся и тут. И мы должны быть готовы к этому.

Диаса и девчонок мы отправили с местными. Пусть пока притрутся и посмотрят что к чему. В отличие от нас они не рисковали при смерти отлететь в карман другой станции, откуда вернуться будет сложно. Заодно и глянем, как держат свое слово местные боссы, а нам нужно обживать свой новый дом и укреплять его всем доступными способами.

Решили разойтись в реал для уточнения дел в общем космосе, да и просто утешить воющую систему. Последнее время мы тут часто засиживаемся до последнего. Собрались в одном из боксов через несколько часов, чтобы обсудить дальнейшие действия и обязанности. Тут не воняло и можно было снять шлемы. И здесь же поставили самодельный стол и пару лавок. Можно с неким комфортом отдохнуть.

Вот только Юп вернулся странно задумчивым и все тут же напряглись.

— Говори. — Лаконично сказала Змейка задумчивому тактику.

— Значит так. Новостей много, но хороших из них мало. Начну с хорошей. Древние растут в уровнях, но это почти не влияет на их силу. Что первый уровень, что трехсотый — остаются в среднем на уровне игровой сотки. Аналитики считают, что их уровни это скорее запасные жизни. Чтобы убить Древнего, нужно сбить его до ноля. Вот тут и кроется ключ к победе над ними. Потому как их численность ограничена.

Вот дальше идут странные новости. Те, кто свалили отсюда, ушли в дикий фронтир и заняли там одну из никому не нужных систем. Сейчас многие собирают туда рейды, но пока никто не смог пробиться, чтобы даже собрать минимальные данные. Слишком много недружелюбных рас там обитает.

Я задумался. Вполне логичное решение для ивента межкластерного уровня. Когда появились игроки в этом мире, их расселили по пяти точкам согласно географическому признаку, откуда они стали расширяться в стороны и назад. Тут уже были неписи подчиненные Звездным Лордам, планеты, станции и рядовые квесты. Но игра разрасталась, открывались все новые и новые системы. Однако экспансия шла неравномерно и с переменным успехом. В итоге образовался Дикий Фронтир,  похожий на пятилучевую снежинку с жирным ядром. Там обитали все позднее введенные инопланетные расы, туда же частенько собирали рейды за различными новыми технологиями и редкими ресурсами. Все темные личности, пираты и контрабандисты строили там свои базы. Все это сдерживало межкластерную торговлю или войну, позволив развиваться внутри своего социума. Обмен редкими товарами шел, но из-за этой зоны был опасен и дорог.

И вот в это место ринулись Древние, скорее всего ближе к центру, так чтобы все игроки на доске могли достать до интересующей их системы. А это значит, что не только в этой системе скоро начнется замес. Но, пожалуй, он тут должен закончится.

— Часть Древних возвращается. — Тем временем продолжил Юпитер. — Многие собрали спецгруппы прорыва из элитных боевиков и пустили по следу. Надеются пробиться сюда через червоточины, оставленные самими Древними после возвращения.

Теперь что касается положения дел в самой системе. Тут все плохо. Договориться мы не сумели и порознь проиграли первый этап. Почти всех выбили с куч. Амеры совместно с европейцами все еще держат парочку точек между своими станциями. Их выручили линкоры и мощный флот из наемников. Но это все что даже они смогли удержать, да и то, держат их как перевалочные базы для своих бойцов. Видимо они тоже пронюхали про возможность провести на свои станции чужаков, как и проникнуть на чужие с помощью ренегатов.

Вот это уже совсем плохо. Но когда сюда вернутся Древние, станет совсем кисло.

Так же стало известно, что Искатели продались амерам и те поставили условие убрать Стражей. Об этом же намекнули и азиатам. Потому Тао и предал нас. Пришел приказ сверху. Они пытались и латиносов прижать к ногтю, но у «черных» с «белыми» очень сильная неприязнь, потому пока обломались, из-за чего мы все еще держимся. Тао как раз и кошмарил их за это, пытаясь показать кто в поле хозяин.

На нашу станцию удалось запустить слушок про амеров и Искателей. Так что с вероятностью в семьдесят процентов, в течение пары недель, там начнутся брожения и бунты. Вот тогда мы сможем вернутся. Если у кого там есть друзья, вперед на переговоры, едва отремонтируем пункт дальней связи.

Вот, пожалуй, и все новости пока.

— Не все!, — Змейка серьезно взглянула на тактика, а потом кивнула на меня. Внизу живота отчего-то похолодело. Что это значит?

— Я думаю, пришло время.

— Поддерживаю. — Откликнулся Пегас.

— Я тоже. — Рокот снова как бы отстранился, занимаясь своим оружием, но не упускал ни слова из беседы.

— Хорошо. — Кивнул всем Юпитер. — Рамзес, ты официально принят в Корпус.

Я уронил челюсть. Нет, я изображал из себя Стража и вел себя как они, но я же…

— Юп… Я же…

— Инвалид? Я знаю. Неужели ты думаешь, что кандидатов не проверяют? А то, что корпорация ведет политику анонимности, еще не значит, что нет способа узнать кто ты такой, особенно для таких структур как Корпус. Причем вполне игровыми методами.

— Да в этом я не сомневался. — Хмыкнул я. — Тут вопрос, зачем я Корпусу.

— У нас и киберотдел есть. Правда, инвалидов в него не брали до этого дня. Там специфика характера друга. Найти Стража с подходящей психоматрицей, даже среди миллионов здоровых не простая задача, а уж среди всего тысяч инвалидов и того сложнее. Особенно среди всего сотен тех, кто не сломался. Так что ты первопроходец, брат.

А вот у меня в душе пустота. Нет, я радовался, я достиг цели, но все равно какое-то оглушение и даже апатия. Наверное, просто дезориентация в ценностях от потери цели, к которой шел и рвался, а тут вдруг она сама скакнула на встречу и резко исполнилась. А ты теперь стоишь на перепутье как дурак, и не знаешь, что делать.

— Это еще не все!, — В голосе Змейки прорезалась сталь. — Я ручаюсь за него.

— А вот это лишнее сейчас. — Нахмурился Юп.

— Я так не считаю. — Упрямо возразила девушка.

— Юп, я с ней согласен. — Встрял Пегас. — Он вполне подходит.

— Поддерживаю. — Рокот ухмыльнулся, глядя на меня словно в прицел, прищурив левый глаз.

— Итого трое есть. Этого достаточно.

— Ребят, вы о чем?, — Я откровенно опешил от всего происходящего.

— Ладно. — Отмахнулся от соратников Юпитер. — Правило выполнено, так что я тут бессилен. Кодекс нужно соблюдать.

— Я…

— Садись и слушай!, — Хмыкнул Юпитер. — Сейчас я расскажу тебе сказку. Точнее это некая рабочая гипотеза с кучей белых пятен, которые заполнены предположениями, сделанными по косвенным данным. Готов?

— А у меня есть выбор?

— Вообще-то есть. — Кивнул Юп. — Эти трое подставили свою голову под гильотину. Пока тебе не рассказали сказку и все остальное, ты можешь отказаться. Просто не зная всей информации, ты не опасен. Если не уверен, что готов к чему-то новому и возможно тебе не подходящему, просто откажись. И спасешь их от позора. Ведь они поручились своим Словом за тебя.

Я взглянул на эту тройку, в чьих глазах не видел страха. Лишь уверенность в своем выборе.

— Я готов!, — Нырнул в омут с головой. Если они верят в меня, я должен верить им. Иначе все остальное теряет смысл.

— Хорошо. — Кивнул Юп. — Но я начну издалека.

В седую древность, когда и где уже не скажет никто, собрались как-то мудрые старцы, а точнее видные ученные тех времен, водочки попить и обменяться мудрыми мыслями. Поговорили, пожаловались на жизнь и пришли к выводу, что вокруг них одни дебилы. А точнее люди, что стремятся к власти любой ценой, а потом эту власть пытаются удержать любыми способами. Вот только власть такая штука, что и царь, и холоп, такие же рабы этой системы. Вся разница лишь в том, что первый питается получше, да самок кроет покрасивши. Ну и унизить или убить безнаказанно может тех, кто ниже его по статусу.

Все это старцев раздражало, потому как они хотели изучать мир и строить нечто новое. Созидать подобно истинным богам, а не называть себя богом, нацепив кусок железа на лысое темечко. Смерть и старость заберет всех, и холопа, и царя.

Зато эти самые цари постоянно вытирают ноги о старцев, еще и требуют от них различных умных решений, которые потом приписывают себе.

В те времена для науки не так уж и много нужно было, да и для проживания тоже. Потому собрали мудрецы свои пожитки, капиталы и верных людей, и свалили в густые леса. Предположительно куда-то в Сибирь. Там они нашли парочку маленьких племен и, заручившись их поддержкой, стали жить-поживать.

Как там дальше было не совсем понятно, но знания они копили и приумножали. Причем во всех сферах. Этакий утопический научный городок. И эти же знания применяли на практике оттого и жили очень даже круто, по сравнению с остальными.

Но уже тогда они понимали, что такое резкое развитие чревато завистью и желанием ограбить со стороны примитивных людей вокруг. Потому они первыми применили конспирацию и прочие методы маскировки и дезинформации.

Но они так же понимали, что вырождение их ордена-колонии неизбежно без притока свежей крови, новых знаний и взаимодействия с миром. Их подход к науке в маленьком, но сплоченном сообществе позволил быстро и сильно оторваться в развитии от остального человечества. Им уже было чем торговать, и этот обмен выглядел для них как в свое время торговля Колумба с индейцами.

Караваны и корабли уходили из их колонии с чудесными товарами, а возвращались с книгами и новыми талантливыми людьми, причем во всех сферах. От поваров до художников, от гладиаторов до танцовщиц и гетер.

Возможно, не все у них было идеально, но они развивались и делали это куда быстрее остальных и все больше запускали свои щупальца в управление миром. Сменились десятки поколений, поменялись устои и правила. Они уже не желали просто изучать мир. Вся земля стала их экспериментом.

А потом они нашли универсалов. И, казалось бы, настала новая эпоха. Универсалы  могли перевернуть все представления о сути человека. Надеюсь, ты понимаешь о ком я сейчас?

— Раздолбай!, — Выдохнул я.

— Именно. Как раз после того, как ученные собрали кучку редких в природе универсалов, случился первый конфликт. Эти ребята быстро подгребли под себя все, что можно и нельзя. Их превосходство над обычным человеком было неоспоримо.

Все это сильно не понравилось обычным людям и в итоге закончилось гражданской войной и переделом власти. Победа универсалов тоже была бы бесспорной, если бы не их редкость. Обычные люди быстро пополняли свои ряды, а эти просто так не могли увеличить свою численность. Этот дар даже не генетический код, а скорее сбой или мутация. Сын универсала не будет таким и наоборот. Точнее будет но уже правнук или еще более дальний потомок. Природный казус.

Так что в длительной войне выиграли обычные люди. Казалось бы, все хорошо, но только вот универсалы не плохие парни и девушки. А в силу своих способностей куда умнее даже обычных ученных, которые, как и любые гении, слегка не в себе. Стационарное распределение зон в мозгу дает преимущество в одном, но ущемляет в другом. Потому гениальный ученный в нашем обычном понимании, это взъерошенный чудик с проблемами общения и социализации. Универсалы в этом плане более стабильны и чаще мыслят здраво.

И вся эта возня тянется уже тысячу лет. Раздолбай последний известный универсал и выжил он только потому, что родился в период развала СССР, когда тут творился беспредел и анархия. Теперь он, по сути, в бегах и никто  толком не знает где он и что делает.

Вот собственно и вся сказка если вкратце.

— Ну, сказку я понял. Теперь давай то, к чему это все вело.

— А ты оглянись вокруг. — Юпитер обвел маленькую комнатушку рукой. — Не только на этот ангар, а на всю игру. Что ты видишь?

— Игру. Хотя я понимаю, что твой вопрос с подтекстом.

— Да, ты прав. Но все не так просто. Наследники мудрецов продолжают править миром. Они не зло в полном понимании этого смысла. Они просто правители. И правят так, как хотят или как могут.

— А при чем тут игра? Ведь ее изобрел Раздолбай?!, — Изумился я.

— В том-то и дело, что не только ее он создал. Но давай сначала об игре. Все технологии, которые тут применяют,  вполне реальны. Они подчиняются законам известной нам физики. Да, в реальности твой АКР будет весить под тонну, но ведь сам принцип работает. Как и все остальное.

— И что? Все, что было фантастикой лет сто назад, уже стало реальностью.

— Именно! А все что для нас фантастика сейчас уже давно реальность для некоторых.

— Для Звездных Лордов!, — Наконец-то до меня дошло.

— Или Богов в игре меча и магии. — Подтвердил Пегас. — Или Хранителей в «пикнике».

— А каким боком мы тут?

— Универсалы не ушли. Проиграли войну, но остались. Там все сложно. Пусть это генная аномалия, но она все же передается по наследству. Пусть через пять или десять поколений. Это непредсказуемый процесс.

А теперь сделай вывод. Основной базой ордена была Сибирь. Там же и собрали кучу универсалов. И все это длилось не один год и даже не десятилетие.

— Эти гены разошлись по нашему народу. — Осенило меня. — Мы теперь самый опасный вид для Лордов и Богов.

— Потому в последние века на нас так много нападок. — Подтвердил Юп. — И потому у них ничего не выходит. Универсал универсалу рознь. Это как талант той же игры на гитаре. Кто-то просто неплохо играет, а кто-то заводит стадионы. То, что ты, например, не похож на Раздолбая, еще не значит что ты не универсал в зачаточном состоянии.

— То есть весь Корпус…, —  Я опешил от возникшей в голове мысли.

— Нет. — Хохотнул Юп. — Эта мутация слишком редкая. Иначе бы все человечество уже давно шагнуло на новый уровень.

Корпус это скорее ясли для кандидатов в кандидаты. Вся эта наша фанатичность и преданность долгу создает узконаправленный фокус в развитии. Чем сильнее ты в это веришь, тем сильнее проявляются эти качества. Тут главное уметь себя сдержать и отличить добро от зла.

Последние войны универсалов и богов закончились двумя мировыми войнами, которые едва удалось погасить и не уничтожить наш вид. Вот тут и кроется подвох. Первые две так подстегнули науку мира, что та сильно сократила разрыв с богами. Они уже не контролируют все и всех как раньше. Больше латают дыры в своей системе. Да и, по сути, выродились они сами. Стали далеко не теми богами, которым поклонялись ранее.

Третья мировая может уничтожить весь мир. Сами боги уже давно свалили с Земли и сидят на Звезде Смерти в космосе. Но изначальный рывок прогресса уже не остановить хоть они и прикладывают к этому все силы. Человечество идет вперед, наплевав на лживых богов из такого же мяса, что и они сами.

— Так я запутался!, — Поник я. — Мы-то тут каким боком?

— Все просто! Корпус Стражей создал Раздолбай. Если боги этого мира жаждут удержать человечество в узде, то он желает, чтобы оно развивалось, независимо от условностей мелкой группки людей. И именно людей. Могущественных, но тоже смертных.

— А мы тогда зачем? И если я Страж, то куда вы меня дальше тащите? Еще выше? Глубже?

— А он мне нравиться!, — Рокот как всегда непоколебим, но с юмором на ты.

— Мне тоже!, — Пропела Змейка и обняла меня за плечи.

— Милый мой, Юпитер любит объяснять все дотошно. Такая у него должность. — Промурлыкала она мне в ухо, чем бы дико возбудила в свое время. Но не сейчас. — Так что слушай его. Он бука, но хороший.

Последняя фраза и интонации меня вообще выбили из колеи. Эта девушка была метаморфом не иначе.

— Рамзес, даже Корпус не однороден, как и любая структура с пирамидальной иерархией. Вот только возникли мы не сами по себе. А благодаря Раздолбаю и его идеям. И нынешним богам ему противопоставить пока нечего кроме огромных ратей. Но все это закончится плачевно и тем, кто вверху, останется только управление радиоактивными пустошами и парой десятков  хилых бункеров с подхалимами.

Мы же странные, фанатичные и порой пафосные уродцы, которые почему-то не умирают и не вырождаются. Сказать почему?

— Мы что — универсалы?, — Вот тут я конкретно обалдел.

— Отнюдь. Мы просто такие, как есть. Но в какой-то мере ты прав. Погружая в среду долга, фанатизма и прочего, мы создаем  условия для рождения личинок универсалов. Кто из нас кто не знаем даже мы сами. Просто все это помогает раскрыть суть личности.

Но в какой-то момент Страж переходит грань и становится Посвященным. Ему не обязательно быть универсалом. Главное понимать, куда и к чему мы идем.

— А к чему мы идем?, — Все это было хорошо и красиво, но я не понимал сути.

— Представь, что человечество вышло в космос. Что будет дальше?

— Ну, колонии базы на спутниках…

— Пираты, корсары, рэкет…, — Продолжила с усмешкой Змейка. — Колонизацию Америки напомнить? Или ты хорошо учился?

— Именно. Мы все читали Капитана Блада и благородных пиратов, но на самом деле это были упивающиеся своей безнаказанностью звери, что насиловали женщин и пытали мужчин. Все это повторится. Едва мы действительно выйдем в космос.

Когда сигнал будет идти от планеты до планеты десятки минут, а корабли месяцы, повторится все то что было во времена флибустьеров.

— И?

— И Стражи  отобранные и обученные в виртуальном симуляторе люди, которые не дадут этому случиться. Раздолбай затеял большую игру, о которой мы сами не знаем. Но знаем, для чего нас создали.

Такие как мы не продадут свою честь в дали от органов правопорядка. Понимаешь? Только мы будем стоять между хаосом и порядком. И нас тут обучают пусть в игровых реалиях, но понимать условности космического боя. И того, что нам предстоит. Технологии уже давно вышли за границы Земли. Их просто не дают людям. Дабы какой-нибудь клоун не разогнал планетоид размером с Деймос в сторону, Земли чтобы править своей маленькой коммуной безраздельно.

— Так мы космические рейнджеры? Так что ли? А игра тут при чем? И реал.

— Принцесса!

— Что?, — Опешил я от такого вопроса.

— Назови ассоциации.

— Я все понял!, — Отмахнулся я.

И действительно понял. Если человек заработал авторитет или имя ему верят. Принцесса это обязательно красивая, благородная и даже гадит бабочками. Так же и Стражи совали свой бренд в каждую щель, чтобы все запомнили их такими. И знали, что лучше свернуть свои боевые системы, чем вступать в бой с отморозками. Это потом сбережет больше жизней, чем сейчас положили наши братья. В перспективе.

— Так что ты скажешь?, — Так же ласково проворковала Змейка мне на ушко, вот только захват ее ручек стал походить на капкан.

— Я только не понял, зачем вам я?

— Все, что я сказал, произойдет вскоре, но не известно когда. Раздолбай влияет на мир, но не делится своими планами. Так что посвященные из Стражей это будущие капитаны кораблей порядка. Лучшие из лучших. И ты один из нас. То, что ты инвалид не меняет твоей сути. Капсулу вполне можно подключить к модулю управления кораблем, а для тебя создать виртуальную рубку. Да и для команды голограмму капитана на мостике создать уже не проблема. Тут главное массив кадров, что вырастит новое поколение и свою замену.

Именно поколение, что в отрыве от цивилизации не продаст человечность за гроши.

Я думал не долго. Вопросов еще осталась тьма, но я понял одно. Если все действительно так, то я…

— Я в деле! И Змейка поцелуй меня лучше, а не грозись удушить!

— Да, милый!

А ведь шикарная девушка и целуется классно! И как я мог ее принять за обычную дурочку? Все же мы мужики порой наивны в своем величии! До глупости!

— Отвали и не лезь вне очереди!

— А не пошел бы ты…, — Возглас оппонента прервал смачный удар в челюсть.

— Да ты чего?!, — Возмутился другой сосед и подтвердил свое возмущение ударом в нос обидчика своего друга.

Понеслось! Горячие латинские парни не лезли за матом в карман, а сразу били. Впрочем, «черные»  — ребята агрессивные по жизни и словесные перепалки у них не в чести. Сразу в бой, или бежать, если не чувствуешь за собой силу.

— Стоять!, — Рявкнул Юпитер. — А ну рассосались по углам. Кто продолжит драку, получит штраф в двадцать процентов к цене!

Толпа тут же утихла, а клубок тел распался. Вот такая вот рыночная экономика у нас. Этот стихийный рынок образовался неделю назад совершенно случайно. На нашей станции действительно начался тихий бунт. Пока Искателям и верхушке остальных кланов противопоставить нечего, но потек тонкий ручеек ренегатов, что готовы примкнуть к Стражам. Пока не хватало информационной поддержки и агитации, но это уже что-то. Вот только наших ребят, что вышли на связь, нужно было провести на базу латиносов,  да еще и зачастую с модулями. Все это требовало оплаты, и когда закончились эрги стали предлагать бартер оружием. Вот тут и открылась золотая жила.

С образованием у латиносов и африканцев была беда. Не везде естественно, но вот те кто круто стоял уходили в «белые», то есть играли за американский или европейский сектора. А оставшиеся на капсулы зарабатывали деньги таким путем, на котором требовалось уметь стрелять, а не знать прикладные науки. Читать системки они с горем пополам умели, да и была услуга дублирования голосом, а вот собрать что-то толковое, особенно, если там нужны определенные знания физики, химии и электротехники, уже не получалось.

Были среди них и патриоты-ленинцы, что душой болели за Родину, однако они остались в большом космосе, а именно в эту систему согнали «черных из черных», потому с ними объяснятся, на их же родном языке, было практически невозможно. Деревня и партизаны, что с гор за солью спустились.

Как следствие с крафтом у них дело обстояло совсем кисло. Едва Пегас вывалил пару своих поделок из местных материалов, на которых в свободное время качал навыки, начался Ад и Израиль. Латиносы едва не грызли друг другу глотки за снарягу, которую сам создатель считал мусором. Но нужно признать с его талантом мусор там получался качественным. Потому уже через пару дней образовалась толкучка, где у нас просто вырывали из рук всякий трэш. Лишь бы он работал.

Сначала мы торговали в обычном боксе, но после пары потасовок с едва купленным у нас же огнестрелом, сместились в бар. Последнее время морфы почти не вмешивались в дела игроков, но массовые войнушки нам были ни к чему. Потому на имя Диаса выкупили бар и в настройках арены отключили возможность стрелять из любого энергетического оружия. Оказывается, была в баре и такая функция, правда и стоила не дешево. Драки это не успокоило, потому как контингент тут вспыльчивый и с бандитскими понятиями, но теперь хоть мы не рисковали улететь на респ от шальной пули. А бои на ножах дело житейское. Лично для нас это тоже была своего рода прокачка, если в драке сходились игроки выше нашего уровня. Тогда уже мы образцово-показательно разбирали завал. Сейчас Юп просто крикнул, потому как в драке чистейшие нубы.

Впрочем, и остановить их особо не проблема. Латиносы из черных давно знали, кто такие Стражи, потому окрик всегда охлаждал их пыл. После пары забаненных клиентов, с которыми просто отказались иметь дело, никто больше не стремился перечить нам.

И вот уже почти две недели мы пашем как лошади. Я и Пегас крафтим различные системы, как для модулей, так и для игроков. В помощь нам выделили несколько толковых русских  игроков, которые помогают с этим, но в основном укрепляют позиции, выделенные под наши нужды. Раньше битых дронов и прочие детали нам приходилось собирать самим, но латиносы быстро пронюхали, что мы можем сделать солидную скидку за битого дрона. И сейчас можно было наблюдать веселую картину, когда десяток игроков  люто матерясь и крича друг на друга, волочет за ноги двухтонного топтуна, чтобы обменять его на пару плазмобоев.

Деньги в этой системе особо не нужны, да и у Стражей в игре совсем другая задача, а не набивание карманов виртуальными фантиками, потому в обмен на наши товары мы брали много чего другого. Сейчас Рокот и Юпитер взяли на себя миссию переговорщиков с местными кланами и проводников беженцев с родной станции. А так же проверку на лояльность ренегатов, используя методы перекрестных допросов и разведданные, которые собирала Змейка, став нашим аналитическим центром.

Любой латинос мог посидеть с ней в уголке и рассказать интересные ей истории. Учитывая ее сексапильный наряд,  очередь к ней стояла едва ли не длиннее, чем к нам. При этом драк там не было, ибо у этой принцессы крутой нрав и попасть в опалу проще простого. Девушка не сильно хорошо знала испанский, но я крутился постоянно рядом и порой помогал с переводом. А уж разговорить она умела, как и вычленить нужную информацию из казалось бы бредовой истории. Кто сообщал нечто интересное, получали бонусы к покупкам у нас и иногда задачи по добыче новых сведений. А вот те, кто занимался пустым трепом и отнимал время, обычно быстро попадали в немилость.

С лидерами кланов тоже все шло хорошо. Нубские, по сути, кланы могли значительно усилиться за счет наших технологических разработок. Изначальная наглость с них быстро сползла, потому как между собой они не сильно ладили и не могли создать монополию на решения. Потому для того, чтобы обогнать соседей, каждый из лидеров стал давать преференции.

Так мы расширили свою зону влияния и качественно ее защитили, перепрошив местных дронов и на части из них устроив кач для своих бойцов. Пока это все, что нам было доступно. Вылетать в космос было откровенным самоубийством. Впрочем, там и остальные не слишком-то и резвились. Древние быстро показали, что без мощного союза их не одолеть. Но переговоры так и не начались. Все выжидали. Мы тоже.

Сейчас все надеялись получить подкрепление, потому не лезли на рожон и даже не старались договориться. Древние,  найдя и оккупировав непонятную систему во фронтире, оставили там часть своего флота, а вот остальные возвращались домой. У этих шариков была очень интересная технология бурения своих червоточин, очень похожая на ту, что создавали морфы. При этом она слабо подчинялась какой бы ни было логике. Нырнув у латиносов, они могли всплыть в азиатском секторе, чтобы снова уйти к латиносам, или  снова появиться  у азиатов. Складывалось впечатление, что у них либо понимание нашего пространства совершенно иное, либо они путают следы, чтобы скрыть истинное положение своей системы.

Зато теперь в кильватере шаров шел десяток эскадр различных кланов и кластеров, которые время от времени вступали в схватку друг с другом или с новичками, пытающимися тоже сесть на этот паровоз.

А, по словам Юпа, Корпус тоже мобилизовал все свои силы, но поступил хитрее. Точнее более рисково. Аналитики просчитали, что наибольшая вероятность ухода в свою систему произойдёт из русского кластера. Именно потому морфы первые два года чаще всего пробивали червоточины к нам. И мы первые нашли их.

Более того, многие считали, что Система Древних в одном из уже обжитых кластеров и тоже, вероятнее всего, в русском. Дело в том, что червоточины нестабильны и время от времени пропадают и появляются, но ведут в различные системы, порой пропуская две или три, а то и вовсе десяток. А вот законы физики сохранены и обычный полет даже на скорости света от звезды к звезде займет десятки лет. Никто на такую откровенную глупость не пойдет.

Потому в любом кластере хватало белых пятен. Их, по сути, было даже больше чем обжитых систем. Тут даже был «эффект Робинзона», когда в один момент  замыкались пути на одной или нескольких системах перекроив логистику всего кластера. И замкнутость могла продлиться не один месяц, пока новая червоточина вновь не откроет путь к уже обжитой системе с сетью проходов.

Вот исходя из этих соображений, наши стратеги  создали план прорыва Корпуса на помощь нам. Сейчас около сотни эскадр Стражей, усиленные лояльными Корпусу кланами, в основном из военных структур, находились в полной боевой готовности и разместились почти по всему кластеру. В бой с паровозом они вступали только на своей территории и, пробивались следом за всеми, организовав в слиянии несколько фрегатов, в то время как остальных задерживали местные ополченцы.

Остальные кластеры вскоре приняли такие же меры, но с хвоста не спрыгивали. Видимо их аналитики тоже считали, что вход в систему пройдет через русский кластер, потому как и на прорыв они пошли через нас. А уже в пяти системах, где они появились впервые, шли постоянные маневры кланов и боевые столкновения старых врагов. Перепадало даже независимым эскадрам Стражей. Так что напряжение нарастало не только здесь, но и в большом  космосе.

Все это передавалось местным игрокам, которые уже давно работали на внешние силы в плане разведки. И последние приказы и требования от заказчиков становились все истеричнее и непонятнее, но никто не рисковал делать боевые вылеты. Да и смысла в них не было. Нубам, что здесь собрались поодиночке нечего противопоставить единому кулаку Древних. А морфы все так же безмолвствовали.

— Ну что скажете?, — Юп собрал очередное заседание штаба перед выходом в реал в боксе теневиков.

Даже странно что онтвсе еще был тайным для остальных но с учетом того какой денежный поток обрушился на Амазонок и Диаса вполне понятно почему они молчали и прикрывали нас. Да и влияние их возросло как на станции так и вне ее. Так что за нас они держались зубами и любые команды выполняли безоговорочно и с дотошностью истиных немцев.

— Рискуют наши!, — Поморщилась Змейка. — Сильно рискуют. Для Древних метрика пространства далеко не трехмерна и даже не четырех. Они точно действуют по иным принципам физики, непонятно кем введенными в игру. Точнее я могу догадаться, кто их ввел, но не понимаю зачем. Варианты есть, но они не соответствуют основным задачам. Значит Раздолбай снова играет на несколько ходов вперед. Вопрос в том, что он за цели преследует.

— Куда-то тебя не туда несет. — Хмыкнул Пегас. — Каждый должен играть на своем уровне. Лезть в дела Раздолбая —  так можно мозг вывернуть наизнанку.

— Да понимаю я!, — Отмахнулась девушка. — Но все же пытаюсь понять что к чему.

— И все же? Кто что думает?

Мозговой штурм всегда начинается с младшего. Обидно, но сейчас и в этой компании этот младший я, потому все взгляды уперлись в мою смущенную тушку.

— Раздолбай универсал и все такое. Но он стратег уровня Абсолют. Почти машина для расчетов траекторий движения частиц в замкнутом социуме. Но не думаю, что он перестал быть человеком. А каждый из нас помнит кто его мать. Какая бы ни была Родина, она все равно ближе, чем чужая земля и традиции. Даже если они богаче живут и рациональнее действуют.

Морфы пробились первыми к нам. Дали фору в целых два года. То, что мы, как обычно, довели дело до критической точки уже не его вина. Но как раз в состоянии аврала русский человек открывается и делает невозможное. Он не мог такую простую истину просмотреть. В итоге все уже  задумано и распланировано. Я делаю ставку на Корпус. Там ведь тоже много посвященных. Они должны это понять. Иначе бы гоняли паровоз по всей вселенной.

— Устами младенца…, — Прокомментировал Рокот из угла бокса. Снова из угла.

Хотя чему удивляться? Профессия вторая натура. А профессия снайпера как раз и заключена в первую очередь в выборе позиции, а не меткой стрельбе и крутой винтовке. Последнее так вообще фетиш американцев, которые стремятся заменить личные умения различными гаджетами или сверхспособностями. А дай этому парню старую «мосинку» времен Великой Отечественной — он всех этих киберстрелков будет на гильзе вертеть. Даже если винтовка и пара десятков патронов будут всей  его амуницией. А это…

Я тут же взглянул на Змейку и  довольно улыбнулся.

— Что?, — Девушка не поняла моего настроения.

— Представил тебя в «ночь первой разведки»!, — Смутился я и тут же спрятал улыбку. Точнее попытался. Но гогот остальных не позволил.

— Развратник!, — Картинно обиделась девушка, но по бесенятам в глазах, я понял, что она  совершенно не злится. Скорее наоборот.

Даже жаль что я в этом испытании не участвовал. А заключалось оно в следующем. Команду Стражей сажали на самолет и вывозили в неизвестную точку. Полигон, оснащенный всякой электронной охранной техникой и парочкой рот общевойскового спецназа. Это могли быть джунгли, горы или тайга. Впрочем, самой плохой и трудной  локацией  считался город, где вся команда проходила по местным МВД сетям как  группа проверки оперативности органов. С усилением из спецназа.

При этом документацию с задачами и картой местности выдавали за десять минут до выброски. Кто успел, тот и запомнил где что лежит и где цели. После прочтения — документ уничтожить. Причем время на ознакомления тоже учитывалось. Кто первый встал, того и тапки.

Из обмундирования только парашют, ночная тьма и трутень-браслет с пеленгатором. Последний так называли, потому как эти эвакуаторы очень редко работали, а больше просто сидели на точке. Все-таки в Стражи кого попало не брали.

Вот и получалось, что я представил Змейку абсолютно обнаженной,  посреди тайги или мегаполиса. Это еще один из деморализующих факторов, которые должен преодолеть боец и добраться до точки с амуницией в таком вот виде.

— А месье знает толк в извращениях!, — Хохотнул Пегас. — В принципе, я согласен. ЦИ неуправляем обычными методами, но вот просчитать цепочку событий, что приведут к определенной ситуации можно. И только Раздолбай с этим справится.

Но и сидеть сложа руки нельзя. Не наш метод.

— Ну, мы и не сидим. Ты кстати сделал, что я просил?

— Да, но это прокатит только с латиносами.

— А что вы сделали?, — Удивилась девушка.

— Заминировали все модульное оборудование из тех, что продали. Взрывчаткой Рамзеса.

Так вот куда я крафтил столько этого пластида. А я-то думал, Пегас не доверяет мне системы вооружения корабельного уровня из-за слабых навыков.

— Зачем?, — Опешил я.

— Страховка. — Пожал плечами Юп. -  Так-то она безопасна для носителей. Взрыв произойдет только по нашей с Пегасом команде. Да и там ее совсем не много, так что модуль просто повредит. В случае очередного нарушенного Слова модули латиносов останутся  бесполезными болванками и позволят провести сюда больше кораблей даже под обстрелом станционных систем обороны.

А сейчас нам нужны альянсы станций. Нельзя позволить и черным продаться. Если же по приходу подкреплений мы сможем отбить и свою станцию, то сумеем уже организовывать нормальные переговоры как реальная сила.

— Ясно. Превентивные меры. Но слишком явное недоверие. Не находишь?, — Все-таки где-то скрежетнуло коготками по сердцу.

— Не переживай ты так!, — Похлопал Пегас меня по плечу. — Учись отличать предательство от хитрости. Если мы используем эту фичу, чтобы нарушить свое Слово, тогда и как Стражам нам грош цена. А вот быть готовыми к фокусу в стиле Тао, это уже военная тактика.

Я уже хотел было ответить, но тут взвыли баззеры боевой тревоги. Началось!

— Змейка — в реал. Узнай, чья группа идет и позывной. Рокот за старшего на базе. Пегас, Рамзес, за мной!, — Пулеметной очередью раздал приказы Юп, а сам рванулся наверх. В Централку.

Я и Пегас неслись следом, пролетая КПП  и блокпосты хозяев без задержек. Нас тут уже знали, а маячки высокого уровня доступа позволяли проскакивать даже редкие уцелевшие системы автоматической защиты.

Доступ на централку мы не просто получили или выторговали. Местные лидеры нас слезно умоляли скрафтить оборудование для взлома главных искинов, потому как сами в этом деле ни в зуб ногой. Ну а мы естественно использовали часть полученных ресурсов для своих нужд.

Вот и сейчас мчались к этому оборудованию, благо малые системы не требовали полного контроля управляющего искина. И коды доступа с талантами Змейки и Пегаса на них разгрызли за три дня.

В рубке станции не протолкнуться от набежавших сюда игроков.

— Разойдись!, — Рявкнул Юп, буквально сбивая с ног, как кегли, толпу зевак.

С оборудованием они тоже работали кое-как, так что картинка происходящего пока неясна.

Хрюкнув, с кресла оператора улетел щуплый негр, выдернутый нежной рукой тактика. И то сразу же замахал руками над зоной виртуального интерфейса выводя на экраны диспозицию противника. Плохо, что системы станции как своих помечают только латиносов и отдельно фильтруют Древних, но по тактическим ходам и ордерам боя можно понять, где наши.

— Восемнадцать… Двадцать одна… Двадцать шесть точек прорыва. — Прокомментировал Юп для всех то, что успел выхватить из мельтешения экрана. — Ваших три группы по сто — сто сорок вымпелов.

— Пошле замес!, — Я занял пустующее кресло канонира.

Без взлома Централки от оператора тут толку ноль, потому как все системы сейчас в автоматическом режиме. Но радарные системы тут тоже присутствовали, при этом узкий луч давал более четкое разрешение на мелких площадях и позволял более четко понять происходящее.

— Пытаюсь построить схему. — Откликнулся Пегас, что занял кресло аналитика. — Пока мало данных.

— Три группы по сто двадцать. Ярость Шах и Валун. Еще две группы ждут прорыва. — Пришло сообщение от Змейки, которая вернулась из реала, где по циркулярке получила отчет с той стороны.

— Тяжи будут?, — Коротко бросил тактик.

— Только фрегаты. У всех. Болванки не успевают за Древними. Слишком шустрые ребята.

— Рамзес, сектор 2-34-7. — Крикнул Пегас. — Подсвети.

Я быстро вбил в пульт координаты. Дальше все понеслось в ритме танца. Змейка прислала личные радиочастоты лидеров эскадр Корпуса и, заняв позицию в радиорубке, дублировала наши данные флотам Стражей. Юп следил за общей картиной сражения, я пробивал более мелкие квадраты, Пегас проводил первичную аналитику и сбрасывал данные Змейке, что тут же их дублировала. Рядом с нами Радистом подрабатывал Диас, который занимался работой Змейки, но уже со своими земляками. Общая координация позволила действовать более слажено, да и станционные системы на пару порядков мощнее корабельных.

Выйдя из ступора, местные тоже зашевелились. В рубке остались только кланлиды, все остальные бросились к модулям. Сейчас их задача создать стену,  что не позволит стрелять по нашим ребятам, которые идут сюда на прорыв. Если удастся договориться с вновь прибывшими латиносами и те замкнут фланги и тыл, есть шанс провести половину наших бойцов.

Впрочем, судя по картине боя, вряд ли до станции дойдет хоть треть. В месте входа двадцать шесть эскадр от пяти фракций крошили друг друга без особого разбора и почти шесть сотен шаров Древних добивали остатки.

Жестокая и бессмысленная мясорубка. Однако смещение флотов все же произошло и подсвеченные дружественные корабли на всех парах шли в нашу сторону, смешиваясь с кораблями Стражей и совместно отбиваясь от Древних. Прорвалось чуть больше полусотни наших и полторы латиносов, которые изначально пытались уйти от боестолкновения. Похоже, что в этот раз от черных пришли далеко не нубы потому как очень быстро влились в боевые порядки Стражей. При этом очень оперативно сориентировались кто в этом бардаке союзник, а кто враг. Это радует.

Десять минут сумасшедшего боя всех против всех и корабли ушли на марш. Каждый в свою  сторону. Древние сели на хвост пяти куцым потокам модулей. А на месте прорыва осталось облако медленно остывающих обломков. Я откинулся в кресле и выдохнул. Корпус пришел! Теперь посмотрим кто кого.

Я представил лица Капитанов Искателей, у которых под боком сейчас возродилось две с половиной сотни Стражей. А им-то и нас пятерых было по за глаза.

Сдержать смешок не получилось. Бедный Мангуст и Бард. Не на ту сторону вы поставили. Теперь игра перестала быть игрой, а превратилась в настоящую войну с очень крупными ставками.

На экранах я видел, как строй союзников оборачивается трубой вокруг всего трех десятков модулей наших бойцов. Еще два десятка Стражей ушли в разные стороны, дразня Древних и собирая разведданные. Корпус уже работает не жалея сил и самих себя.

Да, теперь все изменится. Мы все изменим.