— Почему ты там повернул направо?

Вот привязался. Какое его дело, если вдуматься? Кто, в конце концов, командир — он или я?

— Тебя колышет, малый?

— Я просто так спросил…

Ну, вот. Сразу уже и обижается. Сразу губы распускает, а в глазах почти слеза.

— Ты спрашивай, конечно, но только по делу. А не так вот — под руку! Направо мы пошли, потому что мне захотелось пойти направо. Мне лично. А налево мне как раз не захотелось. И пока в группе я командую, мы пойдем в ту сторону, куда захочется мне. Понял, пацан?

Кивает. Понял. Попробовал бы он не понять. Вчера только подобрали его на дороге. Накормили, напоили. А теперь, вон, вопросы всякие задает. Разговоры заводит. Быстро как оклемался. А мне тут именно направо… Интуиция? Так это называли раньше? Вот — у меня она самая. Налево мне совсем не хотелось. Направо — сколько угодно. Я на развилке и повернул…

— Ура, город!

— А-а-а! Шеф, ты гений!

— Командир! Ну, ты даешь!

Раздвинув спины, выхожу на край к обрыву. Мы стоим на холме. Тут вот перед нами сразу обрыв. А внизу, в километрах двух впереди, не больше — город. Маленький такой белый городок. Прямо, как в кино. И никого там не видно. Никакого движения. Значит… А что — значит? Значит — наш город!

— Так, — говорю сурово. — Сейчас мы медленно… Все слышат? Мы очень медленно и осторожно спускаемся вниз, и идем к городу, рассыпавшись в цепь. На всякий случай. Мало ли что и как. А потом мы долго живем в этом городе. И чистим его. Парами идем, парами. Все, как обычно!

— Командир, а как же…

Точно. Я-то остался без пары. В прошлый раз налетели на какую-то крутую банду. У них оружие было почти у каждого. Была стрельба вдогонку. И теперь я остался один.

— Вон, с малым этим пойду. Буду учить наше подрастающее поколение.

Смеются. Но как-то не одобрительно.

— А если что?

— Нормально, народ! В городе никого нет — я так чувствую.

Я и правда так чувствую. Чувствую, что нам сегодня очень повезло. Что город совершенно пуст и безлюден. И опасности в нем прямо сейчас никакой нет. А все мои предосторожности — это просто из опыта. Это, чтобы никаких даже случайностей.

— Ну, вперед, что ли? Первая двойка пошла! Вторая…

Двойки спускаются вниз, оступаясь на осыпях, перепрыгивая промоины. Первая уже напротив города. Они стоят и просто смотрят. Даже не присели, не легли. Они верят моим предчувствиям. Я везучий.

Вот и мы с этим пацаном спустились.

— Тебе лет-то сколько, малой?

— Двенадцать!

Ну, что. Не так уж и мал, оказывается. Просто недокормлен малеха. Пригодится, если двери изнутри вскрывать. Такого — в форточку, а там уж проберется.

— Цепью, цепью, так вашу!

— Командир, ты же сам сказал, что — никого!

Ну, да. Сам говорил. Но все же…

Оттаскиваю за рукав мальца, иду с самого края. Вон туда пойдем, к тем ангарам. Там должно быть административное здание, в котором наверняка будут всякие полезные для жизни вещицы. У меня на плечах рюкзак. Большой станковый рюкзак, в который можно человека упихать. Умеючи если. И рюкзак этот почти пуст. Колышется тентом над головой. Как Робинзон иду на картинке в книге. Только у Робинзона были шкуры и ружье. А у меня синтетика и пистолет в кармане. Без пистолета сегодня просто никак. Без пистолета тебя никто командиром не назовет.

— А звать тебя как?

Отвлекаю мальчонку, а сам посматриваю по сторонам. Он задумывается почему-то. Это странно. Не помнит своего собственного имени?

— Джон? — говорит неуверенно, будто спрашивает.

— А фамилия — Смит, что ли? — смеюсь понимающе.

А он вдруг останавливается, бледнеет как-то и спрашивает, впиваясь глазами:

— Откуда вы знаете? Вы, что ли, мой родственник?

Ну, просто индийское кино какое-то. Сейчас еще начнем пупки рассматривать и родинки считать. У меня этих родинок — на всю родню. Которой на самом деле вовсе и нет.

— Да пошутил я просто, пошутил. И попал. Так, что ли?

А вот и эти самые ангары.

Это какой-то, типа, аэродром, что ли. Бетонное серое поле, сараи какие-то по сторонам, ангары металлические с закрытыми воротами. И вон, домик со стеклянными большими окнами — нам точно туда. Окна отливают голубым, отражая чистое небо. Точно — администрация какая-то. Там должны быть шкафы и столы. Осталось только открыть дверь. А она как раз заперта наглухо. Бью со всей мочи ногой — бесполезно. А еще разок? Ну, ладно тогда.

— Отойди, — бурчу, а сам вытаскиваю пистолет.

У меня Беретта. Калибр офигенный. Правда патронов к пистолету маловато. Но для такого дела… Прицеливаюсь в самый край двери, туда, где должен быть язычок замка. Ригель? Да как угодно назови — лишь бы пулю словил. Идиоты разные стреляют в сам замок. И получают рикошет. И дверь остается закрытой. Стрелять надо в край. Это ослабляет дверь и может перебить язычок замка.

Ба-бах! Дергается ствол. вылетает дымящаяся гильза. А я снова — ногой, ногой — и вышибаю нафиг эту проклятую дверь. За ней сумрачно, но все видно. Потому что день на дворе, и окна во всю стену.

Ну, начнем. Все шкафы проверить по очереди. Потом холодильник, кухонный шкаф. Не забыть тот шкафчик над умывальником — там могут быть лекарства и моющие средства. А на самый конец, на сладкое — стол в кабинете. Иногда там бывают еще и сейфы, в кабинетах этих. Откуда бы иначе я достал себе пистолет?

— Пошли! — бросаю своему Джону.

И мы идем.

Так. Кожаная куртка. Перчатки. Летчицкий шлем. В столе — карта. Стол не закрыт. Потому что — зачем его закрывать на ключ в обычное время? Вот и остался открытым. А на карте — весь город и его окрестности. Везуха! Ага, а что тут еще есть? Ну? А тут? А вот так если… Есть! Ну, не сейф это, конечно. Но какой-то железный шкаф. Это ведь неспроста он тут стоит — и закрыт? Я хожу опять по комнатам, ищу. Не может быть, чтобы и тут не повезло! Ну? Где же? И в туалете — вернее, это целый большой санузел с ванной — нахожу маленький аккуратный ломик. Тем ломиком, поковырявшись, вскрываю шкаф. Ну, вот. Вот так, значит.

— Держи, парень. Заслужил.

Револьвер заряжен. Но ствол коротковат — не для боя. Для того, чтобы попугать или отстреливаться, если нос к носу.

А вот это — мне. Две коробки патронов нужного калибра перекладываю в свой рюкзак. Куртка мне мала — Джону велика. Надо отдать кому-то из своих парней. Все сгодится в дело.

— А где все люди? — спрашивает паренек, вращая, как ковбой в кино, револьвер на указательном пальце.

— А людей тут нету, Джонни. Люди — это вот как раз мы с тобой.

— Чего же они ушли, выходит, а пистолет бросили?

— Это револьвер, — поправляю его машинально.

Сам же смотрю на карту и расплываюсь в улыбке. Потому что — как не улыбаться такой везухе? Тут вот у них есть призывной пункт — отмечен специально флажком. Оружие там вряд ли будет, а вот аппараты химической и радиационной разведки — наверняка.

— Ага, револьвер, — он со звонким щелчком взводит курок. — И все-таки, почему мы на развилке пошли направо?

— Потому что справа был вот этот самый город, — говорю, а сам смотрю на него поверх карты.

Чего это он с оружием балуется?

— Но ведь ты не знал этого заранее, правда? Ты вообще не местный и ничего про окрестности не знаешь?

— Эй, эй, парень! Ты поосторожнее с этой дурой! Там хоть ствол короткий, но сделаешь во мне дырку — не запломбируешь!

— Как ты не понимаешь!

Вот, прорвало нашего Джонни… Это уже настоящая истерика. Он кричит, что мы все не люди. И он — совсем не человек. И город этот — не город, потому что таких городов в жизни просто не бывает. А мы все — в самой обычной компьютерной игре. И он, кажется (он сам сказал — кажется!), в такую игру раньше даже играл. И цель в такой игре — все места обшарить, приодеться и вооружиться, а потом — банда на банду. И кто сильнее, тот становится вроде как королем. Вот ведь…

Но все правильно говорит, в сущности, как по писанному. А что мы тут делаем? Мы ищем оружие. Чтобы потом вернуться туда, где стреляли в нас, убить всех сопротивляющихся, захватить их женщин и другое оружие, и потом жить королями и феодалами на пустой земле…

Я выхватываю свой пистолет. Два выстрела звучат практически одновременно. Но я-то уже тренировался. Да и слаб он еще, чтобы удержать ствол. Был слаб.

Подбираю револьвер, обшариваю карманы. О! Жвачка мятная. Полезная и вкусная штука. Пара монет — взять. Мало ли что. Покойся с миром, пацан.

Придумает же такое — игра!

Так. Мне по карте направо, а там прямо…

Продолжаем.