Оборонное сознание. Враг у ворот

«кремлёвский список», обнародованный Госдепом, есть первый шаг, направленный на свержение российской власти

Александр Проханов

145

Оценить статью: 13 13

Открытия совершают ядерные физики, микробиологи, робототехники. Но открытия – абсолютно гениальные – совершают и политологи, знатоки социальной субстанции. Они знают, как устроено общество, все его прожилки, кристаллические решётки, чужеродные образования, все вкрапления и примеси. И находят способы воздействовать на общество, взрывают его, ломают его структуру, срезают государство.

Западная политология создала организационное оружие, именуемое «оранжевой революцией». Это способ устранять режимы без применения танков и космических лазеров. Используя информационные технологии, общественный раскол и трещины, проходящие через элиты, удаётся вызвать бунт, который всё более и более разрастается, проходит фазу кровавой "сакральной" жертвы и в итоге устраняет деморализованную, сникшую под психологическим давлением власть.

Первая такая революция была осуществлена в Советском Союзе в 1991 году, подтвердив действенность и гениальность открытия. За ней последовала череда оранжевых революций, одни из которых удавались, а другие проваливались. К числу несостоявшихся оранжевых революций относится бунт на Болотной площади в Москве 2011 году. И сегодня российское общество и российское государство подвергаются новой волне интеллектуального насилия. Россия вновь становится полигоном, на котором испытывается новая модификация организационного оружия.

«Кремлёвский список», обнародованный Госдепом Соединённых Штатов Америки, есть первый шаг, направленный на свержение российской власти. Для кого-то этот список является простым перечнем имён приближённых к Кремлю людей, некоторые из наших неискушённых политиков называют этот список телефонной книгой. На деле же список является первым ударом, за которым неизбежно через некоторый промежуток времени последует второй. Пауза между первым и вторым ударом есть главное содержание сделанного американскими политологами открытия. За это время, как полагают американцы, среди перечисленных элитных персонажей – банкиров, силовиков, сырьевых олигархов, коррумпированных чиновников – начнётся химия распада, неотвратимый процесс разложения. Элита, которая ещё недавно окружала Путина плотным кольцом, кормилась его милостынями, выбирала его арбитром своих внутренних распрей, - сегодня эта элита разомкнула кольцо, сразу же после опубликования списка стала раскалываться. Одна её часть ищет защиты у Путина, жмётся к нему, надеется сохранить своё благополучие благодаря авторитету государства российского, авторитету президента.

Другая часть элиты, напротив, отшатнулась от Путина, бежит к противнику, демонстрирует свою лояльность, уверяет в поддержке в случае предстоящей смуты, обещает свержение неудобного для Запада президента и возвращение всей российской политики в докрымский период.

Этот начавшийся раскол элит, возникшая в элитах трещина есть щель, куда устремится народное недовольство. Возбуждённая протестная интеллигенция, нищающее население – и вот начало оранжевой революции обеспечено. Несомненно, это понимает Путин, понимает Совет безопасности, понимает администрация президента. Это понимают политологи – не те, что своими ироническими прогнозами полнят страницы либеральных газет и эфиры. А те политологи, для которых безопасность государства является целью их политологических исследований и политтехнологических комбинаций.

Чем ответит Москва на проект американских учёных? Через сколько лет после реализации Манхэттенского проекта был осуществлён проект Курчатова и Королёва? Сегодня этого времени у России нет. Нет шарашек, в которые усилиями жестокого и дальновидного Берии были собраны лучшие умы советской науки.

В одном из своих недавних выступлений Путин в необычной для него экзальтированной манере говорил о рывке, который мощно двинет Россию в новый цивилизационный период, обеспечит ей прочность и динамичность настолько, что ей будут не страшны потрясения.

Это повторное заявление о рывке. После первого, прозвучавшего лет десять тому назад, рывка не последовало. А последовало образование паразитарного класса банкиров и сырьевых олигархов, коррумпированных управленцев и консолидированного либерального сообщества. Новый рывок – синоним долгожданной модернизации – невозможен без соблюдения важных условий. Государство при нехватке средств для модернизации должно перейти к мобилизационному проекту, который сконцентрирует малые ресурсы в руках государственной власти и направит их в точки развития. Для модернизации нужны деньги. У Сталина не было этих денег: в период революционной смуты из России были вывезены все золотые миллиарды царя. Модернизация Сталина проходила за счёт надрывной эксплуатации российского крестьянства. А в экстренных случаях для приобретения сверхточных станков приходилось продавать шедевры Эрмитажа, такие как «Святой Георгий» Рафаэля.

Сегодня у российского государства денег нет. Нет и наполненного жизненными энергиями крестьянства. Фонды пусты. Накопления истрачены. Деньги есть у миллиардеров, которые держат их в офшорных зонах и ценных бумагах Америки. Эти несметные богатства есть результат бессовестной эксплуатации российского народа, поставленного на грань нищеты и вымирания. Вернуть все эти деньги в Россию, направить их на развитие, обеспечить этими деньгами рывок – это насущная задача Кремля, задача Путина.

Какое открытие необходимо совершить, чтобы вернуть эти деньги? Чтобы они превратились в новое русское развитие, в новые заводы и университеты, в клиники и научные центры? Как сформулировать идею общего дела, чтобы в этой идее нашли своё место бедные и богатые, русские и татары, православные и мусульмане? Как насытить содержанием всё чаще звучащие слова о справедливости, о русской мечте, о русском порыве, как перевести эти слова в практику, наполнить их бурлением очнувшегося пассионарного народа, поверившего в свою путеводную звезду? Здесь таится главное открытие, главное стратегическое решение, без которого предстоящие шесть лет путинского правления будут изъедены социальным страданием и губительной неустойчивостью.

Кремль с его соборами, царскими гробницами, рубиновыми звёздами, президентскими апартаментами, что это – лаборатория будущего или же склад архаических представлений, которым место в музее русской истории?

Оборонное сознание грядёт. Враг у ворот.

Табло. Возвращение блудного капитала...

возможна ли третья попытка «деофшоризации» российской экономики?

Служба безопасности День

6

Оценить статью: 2 1

Проведённые в ночь с 4 на 5 февраля скоординированные задержания членов правительства Республики Дагестан по представлению Следственного комитета РФ сотрудниками ФСБ можно рассматривать как пролог к уже намеченным на период «после 18 марта» масштабным изменениям в правительстве РФ, включая силовые структуры, полагают эксперты СБД, прогнозируя, что некоторым задержанным могут быть предъявлены обвинения не только в коррупции «на земле», но и в создании — с поддержкой международного исламистского подполья — «частных армий», которые планировалось использовать для разжигания межэтнических и межклановых конфликтов на российском Северном Кавказе…

Максим Шевченко нанёс по Сванидзе десять сталинских ударов

физиономия Николая Карловича напоминала карту, по которой можно изучать наступательные действия Красной Армии

Александр Проханов

68

Оценить статью: 31 0

Миллионы просмотров удостоился в интернете сюжет , в котором Максим Леонардович Шевченко наносит Николаю Карловичу Сванидзе десять сталинских ударов. Николай Карлович Сванидзе в своей обычной манере, вероломно, без предупреждения, напал на Максима Леонардовича Шевченко и нанёс ему коварный шлепок. Однако получил достойный отпор. Максим Леонардович Шевченко наносил ему один за другим разящие удары, приговаривая: «А это тебе, Николай Карлович, Сталинград! А это - Курская дуга, а это - Севастополь, а это - Ясско-Кишинёвская операция, а это «Багратион», а это - Зееловские высоты, а это - Берлин».

В конце этого стремительного наступления физиономия Николая Карловича напоминала географическую карту, по которой можно было изучать наступательные действия Красной Армии в период с 1942 по 1945 годы. 

Редакция «Завтра», изучая эту карту, нашла её почти безупречной. Однако высказала некоторое сожаление по поводу того, что на карте не были отмечены места партизанских движений на Брянщине и в Белоруссии, а также места проведения исторических конференций в Тегеране, Ялте и Потсдаме. Было бы неплохо также показать место разграничения между Армией Людовой и Армией Крайовой. В целом же карта оказалась востребованной и содействует закреплению у молодёжи исторических знаний. 

И теперь, когда Николай Карлович Сванидзе появляется в обществе и напыщенным голосом заявляет о своих исторических познаниях, все понимают, что никакой он не профессор, а учебное пособие.

Рис. Геннадия Животова

Чёрная дыра

об изнанке войны, или почему Киев никогда не перестанет стрелять

Алексей Белозерский

Владимир Новиков

4

Оценить статью: 2 1

В утечках из штаба ВСУ обращает на себя внимание один крайне любопытный документ. В нём ныне уже ставший при загадочных обстоятельствах покойным начальник управления специального резерва главного управления разведки министерства обороны полковник Максим Шаповал докладывает своему шефу – начальнику главного управления разведки министерства обороны Украины генерал-майору Василию Бурбо – о давно сложившейся и хорошо отлаженной системе извлечения доходов командирами артиллерийских бригад по всей линии боевого соприкосновения в Донбассе.

Суть «бизнеса» состоит в том, чтобы с минимальным уроном для «противника» – народной милиции ДНР и ЛНР, и стараясь не вызывать ответного огня, регулярно вести обстрел противостоящей стороны артиллерийскими боеприпасами от 122 мм и выше. Не с какими-то серьёзными военными целями, а просто для получения стреляных латунных гильз. Для их последующей сдачи на металлолом. Основное орудие – гаубица Д-30 кал.122 мм, либо САУ 2С1 «Гвоздика», либо уж и вовсе раритетные экземпляры типа Д-20.

Выглядит всё это так: как правило, используются батареи неполного состава, из четырёх орудий Д-30, либо САУ 2С1 «Гвоздика». Для гарантированного исключения случайных попаданий, но в то же время чтобы снаряды не ложились явно «в поле», производится пристрелка – минимум два выстрела. Один – реперный, для вычисления метеорологических поправок и непосредственно пристрелочный. Далее следует три-четыре беглых залпа из четырёх орудий.

Один подобный цикл приносит минимум 14 стреляных латунных гильз, каждая их которых весит 8.3 кг. Общий вес добытого таким образом «металлолома латуни» даёт 116,2 кг ценного металла, а в переводе на российские рубли 116.2*170 = 19754 р. Таким образом, за один цикл «добычи» (а в день их может быть несколько) одна батарея приносит прибыли на 352 $. Суммарно за сутки в среднем на всех секторах по линии боевого соприкосновения происходит от 150-250 выстрелов ствольной артиллерии. Что и приносит, как минимум, от 3256 до 5420 долларов США. Половина отсылается, естественно, в генеральный штаб ВСУ, а вторая половина оседает в карманах командиров. Не трудно подсчитать, что усреднённый годовой доход «латунного прииска» составляет примерно 1 840 000 долларов. Очень неплохое подспорье к «скромной» штабной зарплате и регулярная весомая «шабашка» для командиров.

Практически сразу после этого рапорта Максим Шаповал был взорван в Киеве в своём автомобиле – что, естественно, списали на «российских террористов».

Ко всему вышеописанному следует добавить, что и рядовые солдаты-стрелки стараются не отставать от «богов войны» - артиллеристов, тоже бесцельно «жгут» латунные пулемётные патроны крупнокалиберных пулемётов – 12.7 и 14.5 мм, которые можно неплохо «монетизировать» в алкоголь и наркотики. Стоит отдельно отметить, что таким образом моральное разложение украинской армии приобретает просто катастрофические темпы и находит выход как в терроре по отношению к местному населению, так и внутренних кровавых разборках в подразделениях ВСУ.

По имеющейся информации, размеры хищений и коррупции в ВСУ имеют немыслимые по своей циничности масштабы. Чего стоит только практически полное списание по фиктивным основаниям и дальнейшее расхищение всех ПОВ-57 (армейская печка-«буржуйка», вес 43 кг), доставшихся Украине после вывода советских войск из стран восточной Европы и переданных на хранение украинской армии в количестве порядка пятидесяти тысяч штук. А уже в зиму 2014-15 киевские «волонтёры» клепали «эрзац-печки» на коленках из старых газовых баллонов, поскольку ВСУ просто вымерзали в блиндажах.

Так же есть в общем доступе примеры хищения боевой техники для сдачи её в металлолом. Например, по материалам СБУ был привлечён к уголовной ответственности один из командиров нацгвардии за сдачу в металлолом бронированного автомобиля «КамАЗ»…

Приведённые факты – только маленькая составляющая подводной части айсберга с названием АТО. Можно ещё долго перечислять другие, более типичные источники зарабатывания денег в ВСУ: это и торговля оружием и боеприпасами (включая гранатомёты), и многократное списание формы, и фиктивные боевые действия (так как в связи с дырами в военном бюджете оплачиваются только «боевые дни»), и ещё многое другое.

Доктор Хаос

методика Джина Шарпа обрела с помощью современных технологий сокрушительную силу

Илья Титов

16

Оценить статью: 4

ХХ век был, помимо всего прочего, временем колоссального технологического прыжка всего человечества. На Западе, в аллеях бостонских институтов и в лесах Лос-Аламоса, и у нас, в коридорах Радиевого института и на саровских равнинах, было разработано страшное оружие сокрушительной мощи. Наличие этого оружия у обеих сторон крупнейшего противостояния века стало залогом сохранения хрупкого равновесия сил в мире. Благодаря этому равновесию с августа 1945-го ядерное оружие так и не было применено в боевых условиях. Однако в недрах американских университетов в 1970-х годах было создано новое оружие, аналогов которому у Советов не было. Этому оружию предстояло совершить то, чего не смогла ядерная бомба: под его ударами пали СССР и Югославия, это оружие, создававшее очаги общественной напряжённости, сменило не один десяток режимов в Грузии и на Украине, а после адаптации алгоритмов воздействия на общество под веяния эпохи информационных технологий – в Магрибе и Леванте. Почти всё, с чем мы сегодня имеем дело, – хаос на Украине, исламские радикалы на Ближнем Востоке, тлеющий и готовый в любой момент вспыхнуть конфликт на Балканах – стало следствием идей одного человека. Профессор Джин Шарп, кем-то называемый «Макиавелли ненасилия», а кем-то – «отцом цветных революций», 28 января умер в Бостоне на девяносто первом году жизни.

История его жизни до определённого момента типична, если не сказать – банальна для американского антивоенного активиста. Диплом социолога, полученный в том же году, когда Советы испытали свою РДС-1, уравнявшую чаши весов. Девять месяцев тюремного срока по причине, считавшейся почётной среди американских интеллектуалов, – нежелание служить в армии, отправившейся воевать в Корею. Десять лет жизни в сытой Европе, а после защита диссертации в Оксфорде на тему «Методы ненасильственного свержения режимов». Десятилетия исследовательской работы, почёт, авторитет и своя некоммерческая исследовательская организация, изучающая ненасильственное раскачивание неугодных режимов и тесно, но неочевидно связанная с американским правительством и разведсообществом. Джин Шарп имел все шансы слиться с потоком десятков, если не сотен подобных ему, если бы не его книги. Труды, переведённые на полсотни языков, включают в себя самый широкий список методов воздействия на режим, комбинации этих методов с целью наибольшей эффективности действий протестующих и описание исторических примеров ненасильственной борьбы, приводившей к грандиозным последствиям. Слово в слово методики Шарпа применялись во время югославской «Бульдозерной революции», низложившей Милошевича, грузинской «Революции роз», сместившей Шеварнадзе, и украинской «Оранжевой революции», ставшей предвестником и генеральной репетицией событий 2013 года. Поразительно похожие методы действия «революционеров», до банальности единодушная реакция мирового сообщества и подозрительно совпадающие списки фракций, оставшихся в выигрыше, позволяют говорить об искусственности этих государственных переворотов так же явно, как нескрываема связь лидеров протестов с американскими политиками и с идеями Джина Шарпа.

Поразительно тихо и незаметно, как тигр, неслышно крадущийся на мягких лапах, наступила совершенно новая эпоха. Все законы распространения информации мигом устарели, как только у рядового обывателя появилось устройство, имеющее моментальный доступ почти ко всей информации, доступной человеку. Старые СМИ отошли на второй план, когда могущественные медиаконгломераты стали проигрывать в точности и оперативности человеку с камерой, транслирующему происходящее в интернет прямо с места событий. Методика Шарпа идеально вписалась в новые течения, обретя с помощью современных технологий и доселе невиданной скорости и простоты распространении информации сокрушительную силу. Примерами демонстрации лишь малой толики этой силы стали Арабская весна 2011 года и Евромайдан три года спустя. Вот уже восьмой год Россия находится под прицелом сил, держащих в натренированных руках оружие методик Джина Шарпа.

Исход послевоенной перекройки мира в значительной степени был определён своевременными усилиями России по созданию того же оружия, что намеревались применить наши враги. Сегодня мы безоружны. То, как легко разошлись по стране протесты, проходившие в 2011-12 годах под знаком белой ленты и созданные в точном соответствии с учебниками Шарпа, заставляет задаваться вопросом: как защищаться от подобных методов воздействия и наносить ответный удар? Ответом на эти вопросы может стать аналогичная методика применения мягкой силы в стане тех, кто желает нам зла. Методика, позволяющая отразить попытку майдана на Болотной площади и активизировать, условно говоря, протесты мексиканских нелегалов в Калифорнии. Задавить искусственно выведенный импульс мятежа, насильно вживляемый нам, и вживить такой же импульс в ответ. Этой методики нет, хотя спрос на неё существует уже давно. Так где же ты, русский Шарп?

Трампгейт и Уотергейт

45 лет спустя: реванш ЦРУ в борьбе с ФБР

Владимир Овчинский

1

Оценить статью: 4

Не ходи в дом врага твоего!

секретный визит российских разведчиков в США оказался не вполне секретным

Александр Нагорный

22

Оценить статью: 11 3

Сенсационная новость облетела американские масс-медиа в конце прошлой недели: США чуть ли не с тайным визитом посетили сразу три руководителя спецслужб России — глава ФСБ Александр Бортников, директор СВР Сергей Нарышкин, а также начальник ГРУ Генштаба Игорь Коробов. Ясно, что такой массированный одновременный выезд мог быть обусловлен только некими особыми причинами и решением Главнокомандующего. Первыми информацию о встрече обнародовали журналисты супервлиятельных газет "Нью-Йорк Таймс" и "Вашингтон Пост", близких к Демократической партии и "глубинному государству". Позднее эти сведения были подтверждены российской стороной — с утверждением, что целью визита и переговоров была координация борьбы с международным терроризмом.

Разумеется, никто всерьёз данное объяснение не принял, поскольку отечественные "три богатыря" отправились за океан в самый разгар идущей в Америке антирусской политической кампании, когда официальный Вашингтон обозначил нашу страну как своего "врага номер один" и принял целую серию стратегических и военно-политических решений, направленных напрямую против её высшего политического руководства. Эти моменты присутствовали и в выступлении Трампа перед Конгрессом с ежегодным "Посланием к нации", и в требованиях самого Конгресса ужесточить подход к русским в связи с "вмешательством в американские выборы", и в принятии новой программы атомного перевооружения для "противодействия русской угрозе", с выработкой новых принципов использования атомного оружия против РФ. А кульминацией этой кампании, несомненно, стал пресловутый "кремлёвский список" американского Минфина — пока без каких-либо конкретных санкций, но с наличием "секретной части" и понятным политико-психологическим воздействием на указанных в нём представителей российской "элиты".

При этом, пока Белый дом наносил по Кремлю удар за ударом, с российской стороны звучали уже традиционные "асимметричные" призывы к сотрудничеству с Вашингтоном и решению всех спорных вопросов путём переговоров — сплошное "мир, дружба, жвачка". Даже министр иностранных дел РФ Сергей Лавров высказался в том духе, что, мол, у нас есть чем ответить на такое "недружелюбное поведение", но мы отвечать не будем, поскольку мы "цивилизованнее", чем наши американские "партнёры", и более того — несмотря ни на что стремимся к нормализации отношений с США.

Поэтому невольно возникает подозрение, что начальники российских спецслужб отправились за океан с новой миротворческой миссией. Если это манёвр, то ничего страшного. Но в своё время мне "посчастливилось" работать в Институте США и Канады и вплотную наблюдать, как при Горбачёве установилась практика отвечать на усиление давления со стороны Запада всё новыми и новыми уступками, всякий раз подставляя щёку под следующий удар. Как говаривал один мой товарищ, работавший на Венских переговорах: "Мы тут бьёмся за каждый танк, а из Москвы вдруг приходит указание взять да и "назло врагу" сократить сразу тысячу танков". Нынешняя ситуация во многом начинает напоминать горбачёвские времена. Тем более что, как явствует из статьи Владимира Овчинского , США намерены только увеличивать своё давление на Россию. Но российская "властная вертикаль" поступает так, словно США не ведут против нас войну на Украине, не стягивают войска НАТО к нашим границам, не поддерживают террористов на Ближнем Востоке, не пытаются "поджечь" Кавказ и Центральную Азию, не собираются применять своё ядерное оружие "в ответ на атаки хакеров", не пытались удушить нашу экономику санкциями. Впрочем, о чём тут говорить, если Росстат "рисует" инфляцию за 2017 год в 2,4%, хотя реально она раз в пять выше и только по бензину составляет 14%. Минфин за счёт "лишних" нефтедолларов скупает "трежерис" американского казначейства на десятки миллиардов долларов в год, ЦБ держит кредитную ставку на уровне, несовместимом не только с развитием, но и с простым выживанием реального сектора производства, богачи богатеют, 90% населения беднеет, отдавая себя в кредитную кабалу, а из страны за рубеж утекают суммы, сопоставимые с федеральным бюджетом…

Поэтому, рассматривая вероятные сценарии развития событий на ближайшие два года, можно с высокой степенью уверенности предсказать, что мы получим от Вашингтона тотальную финансовую блокаду, а также теракты и другие провокации со стороны бандеровского Киева и исламских революционеров, поддержка которых Вашингтоном будет продолжена. Поэтому нельзя забывать о том, как расчленяли наше государство 25-30 лет назад, к каким жертвам, разрушениям и крови привело следование "общечеловеческим ценностям", которые "коллективный Запад" призывает соблюдать весь мир, но с лёгкостью отменяет у себя дома. Российская Федерация тоже не застрахована от подобной перспективы, особенно если те силы, которые стремятся к этому и извне, и изнутри нашей страны, не встретят должного отпора.

В одной из песен древнегерманского эпоса есть призыв "не ходить в дом врага своего". Вояж в США "тройки" российских разведчиков свидетельствует о том, что иллюзии по поводу американских "партнёров" в Кремле сохраняются, и это может очень дорого обойтись нашей стране, всем нам и каждому из нас.

Человечество за порогом

ключевой вопрос мировой политики на 2018-2020 гг– сохранение России в условиях срыва в Глобальную депрессию

Михаил Делягин

Алексей Гордеев

8

Оценить статью: 7 2

«ЗАВТРА». Михаил Геннадьевич, сейчас довольно широко обсуждается очередной доклад Римского клуба, сделанный им в связи с его полувековым юбилеем. И одновременно появились сообщения о Римской декларации вашего института. Как связаны эти материалы?

Михаил ДЕЛЯГИН. Только городом. В начале января в Риме прошла очередная общая конференция представителей и партнёров Института проблем глобализации из разных стран. Это скромное внутреннее мероприятие обычно не привлекает внимания и направленно лишь на поддержание внутренних коммуникаций в условиях всё более болезненного разделения человечества.

Однако обсуждения неожиданно выявили общее понимание глубоких изменений человечества, ещё не осознанных им. Наиболее важные элементы общего для нас понимания нового мира мы и закрепили в Римской декларации; если бы кто-то вспомнил о Римском клубе, её, конечно, назвали бы по-другому.

«ЗАВТРА». И каков её главный вывод?

Михаил ДЕЛЯГИН. Глубина всеобъемлющей трансформации человечества беспрецедентна. Сменился сам вектор развития: нашим главным делом вместо изменения окружающего мира стала трансформация своего сознания и восприятия этого мира: high-hume сменяет high-tech. Эта революция не имеет аналогов в истории, мы делаем то, к чему не приспособлены физиологически, психологически и социально.

Трансформация личности

«ЗАВТРА». Если меняется всё, то, наверное, меняется и личность?

Михаил ДЕЛЯГИН. Информационные технологии делают её пластичной, мозаичной, внушаемой, не способной на долгосрочное целеполагание и систематическое приложение усилий. Клиповое сознание переходит в «кликовое» - нуждающееся в немедленной реакции на разрозненные внешние раздражители ради получения эмоции, а не результата.

Кстати, суть современного информационного взаимодействия – обмен внимания пользователя на получаемые им эмоции. Бизнесу нужно удержание внимания, пользователю – эмоции. Содержательная деятельность сама по себе перестаёт быть ценностью.

Общество рассыпается на индивидов, объединённых некритически воспринимаемыми ими объектами в секты. Соцсети как структурообразующий элемент общества трансформируются в социальные платформы, интегрирующие всю внешнюю активность личности и через информационно-эмоциональный фон определяющие её поведение. Общество становится алгоритмичным, развитие индивида прекращается (так как соцсети ради удержания внимания помещают его в кокон комфорта, в котором отсутствуют мотивации для развития), что, возможно, свидетельствует о выходе на новый уровень развития коллективного сознания.

Атомизация общества, вызванная трансформацией личности, дополняется формированием «глобальных племён», объединённых поверх госграниц специфическими моделями поведения. Бизнес укрепляет эти модели как новые рынки, размывая обычные общества-государства и натравливая на них своих потребителей. Частный случай этого – поощрение сексуальных отклонений (являющееся также инструментом формирования новой глобальной элиты, отделённой от «старого» мира и не питающей к нему сантиментов).

Трансформация общества

«ЗАВТРА». А как меняется состояние общества как такового, не только с точки зрения его взаимодействия с индивидом?

Михаил ДЕЛЯГИН. Познаваемость мира снижается в силу его усложнения и всё более хаотического воздействия на сознание индивида. Это ведёт к вырождению науки в культурно, но не производительно значимый социальный уклад, а образования – в средневековый инструмент поддержания стабильности. Знание становится достоянием избранных, что грозит его вырождением в ритуалы и через поколение – технологическим крахом, который сократит население Земли в разы.

Системы управления уже поколение не демонстрируют адаптации к используемым ими технологиям формирования сознания. Нарастает управленческий кризис, вызванный самопрограммированием управляющих систем, их отказом от реальности, переориентацией с изменения реальности на изменение её восприятия, а главное – более интенсивной трансформацией их сознания по сравнению с сознанием общества. А цена управленческой ошибки качественно возрастёт при переходе от BIG DATA к SMART DATA (структурированным базам данных: структурирование на основе ошибочной гипотезы гарантирует ошибочный результат).

Деньги теряют значение, уступая его технологиям. Капиталы становятся неключевым элементом технологий, так же как с развитием капитализма золото стало неключевым элементом капитала. Технологии всё меньше отчуждаются от своих создателей и становятся основой нового монополизма: метатехнологии исключают возможность конкуренции с их создателями. Инфраструктура становится главной частью технологий, социальные сети перерастают в интегрированные платформы, всё больше определяющие повседневную жизнь и общественную активность человека.

Производство как таковое на порядок менее рентабельно, чем создание технологий, дизайн и маркетинг, и потому проигрывает им конкуренцию за все виды ресурсов. Это ведёт к его отставанию, стагнации и упадку (инженеров не хватает даже в Германии) и может не просто ограничить развитие, но и привести к масштабной технологической деградации и планетарным катастрофам.

«ЗАВТРА». Каково воздействие на общество пресловутого искусственного интеллекта?

Михаил ДЕЛЯГИН. Искусственный интеллект, как сформулировал в 2017 году Пентагон, - симбиоз способного к творчеству человека и олицетворяющего формальную логику компьютера. Рост мощности компьютеров распространит формальную логику на сферу образного мышления, что сузит пространство человеческого творчества. Биологизация интерфейса взаимодействия с компьютером сделает нас равными по доступу к формальной логике; конкуренция будет вестись на основе творческих способностей. Это ведёт к кризису в управлении (мы не умеем управлять творческими людьми), педагогике (пока мы не научимся воспитывать творческие способности, как сейчас воспитываем логическое мышление) и в целом в общественном устройстве (отсутствие творческих способностей будет приговором даже для членов элиты, и сохранение таких детей в элите будет означать крах общества из-за неконкурентоспособности).

Общество будет развиваться по пути китайского «социального кредита», а японская модель «общества 5.0» будет встроена в неё в качестве частного улучшения. Лидерство в социальном развитии, как и другие формы глобального лидерства, в 2017 году перешло от США к Китаю, что предопределяет неизбежность их столкновения.

Глобальный управляющий класс и его трансформация

«ЗАВТРА». Вы часто говорите о том, что главным субъектом развития стал глобальный управляющий класс, выражающий интересы глобального бизнеса. Что это такое?

Михаил ДЕЛЯГИН. Это не жёсткая иерархическая структура (не зря провалились все попытки создать «мировое правительство»), а открытая совокупность социальных вихрей, втягивающая в себя индивидов, обладающих глобальным влиянием, личной энергетикой и мобильностью, и выбрасывающая их при утрате хотя бы одного из этих качеств. Противоречие между мощью глобального управляющего класса и его безответственностью перед управляемым им человечеством характерно для Средневековья и создаёт угрозу возвращения его норм. Ключевую роль в глобальном бизнесе (и, соответственно, глобальном управляющем классе) играют «фонды фондов», владеющие основными глобальными корпорациями и друг другом.

США – оргструктура глобального управляющего класса, что создаёт внутри них перманентный конфликт представителей этого класса с национальной бюрократией, а также противоречит возвышению в его составе представителей Китая (остающихся, в отличие от остальных его элементов, защитниками своего общества). Эти конфликты будут нарастать, открывая возможности и для России.

Перерастание соцсетей в социальные платформы, создающие среду обитания человека в развитых обществах и определяющие его поведение, повышает значение их разработчиков и управленцев в составе глобального управляющего класса. Финансисты из «фондов фондов», по-прежнему владея информационными корпорациями, утрачивают возможность понимать, чем они владеют. В результате представители соцсетей из подчинённых становятся (возможно, временно) равнозначимы «хозяевам денег». Они владеют поведением людей, их мнениями и эмоциями прямо, а не посредством денег. Это создаёт новый конфликт внутри глобального управляющего класса: между финансовыми и социальными владельцами мира.

Эти конфликты внутри глобального управляющего класса дополняют главный конфликт современности: между глобальными и обособленными структурами (в частности, между глобальным бизнесом и государствами) – и дают новые шансы патриотам, желающим вернуть служащие глобальному бизнесу государства своим народам.

«ЗАВТРА». А каково глобальное значение криптовалют?

Михаил ДЕЛЯГИН. Разрешение развитыми государствами использования криптовалют, объективно подрывающих национальный суверенитет, означает, что криптовалюты нужны кому-то, кто сильнее государств: глобальному бизнесу. Противоречие между глобальными функциями доллара и его национальной природой (усилившееся с намерением Трампа взять под контроль ФРС) стало нестерпимым для глобального бизнеса. Раз сделать доллар международным не удалось (в 2011 году ФРС провокацией против Камдессю сломала последнюю попытку создать «мировое правительство»), потребность будет удовлетворена иным путём: глобальной по своей природе криптовалютой. Это не противоречит созданию криптовалют спецслужбами, так как при размывании государств они сближаются с глобальным бизнесом, а их руководство может входить в глобальный управляющий класс.

В отличие от обычных валют, обеспеченных доверием к эмитирующим их государствам, криптовалюты обеспечены недоверием к государствам, недееспособным в глобальном кризисе (прежде всего из-за приятия либерализма – идеологии глобального бизнеса). Биткоин как доллар для криптовалют (они котируются в биткоинах) сохранит ключевую позицию в их мире до появления универсальной платформы, объединяющей лёгкость расчётов и широкий функционал (включая смарт-контракты); появления её стоит ждать от Дурова как наиболее творческого представителя информбизнеса. Дуров (или иной, решивший эту задачу) будет либо взят под контроль глобальным управляющим классом, либо (в случае свободолюбия) столкнётся с проблемами, которые сохранят инфраструктурную позицию биткоина, несмотря на его недостатки.

Вызов лишних людей

«ЗАВТРА». А что вы считаете главным направлением влияния новых технологий на обычные общества?

Михаил ДЕЛЯГИН. Сверхпроизводительность информационных технологий резко сокращает число людей, нужных для производства потребляемых человечеством благ, делая лишними сотни миллионов, а в близкой перспективе – миллиарды людей. Государства ради социальной стабильности сдерживали рост производительности, но глобальный бизнес (как и бизнес в целом) не воспринимает социально-психологические категории и, став с уничтожением СССР сильнее государств (так как их ресурс – монополия военной защиты – утратил смысл), форсировал прогресс коммерционализацией созданных в ходе «холодной войны» новых технологических принципов. Поскольку разрыв между производимым и потребляемым наиболее значим у «среднего класса» развитых стран, его утилизация стала категорическим императивом рынка.

Примирение европейского «среднего класса» с его обеднением организацией миграционного кризиса достигнуто ценой ускорения исламизации Европы. Превращение Евросоюза в евро-халифат вероятно к 2050 году. Только Россия (в случае сохранения) может подготовить управленческие кадры и концепцию, позволяющие избежать варваризации и сохранить достижения европейской культуры (включая навыки создания и развития технологий) в рамках политического ислама.

«ЗАВТРА». Но ведь феномен «лишних людей» переворачивает всю современную цивилизацию! Что от неё остаётся?

Михаил ДЕЛЯГИН. Не так много. Прежде всего, исчезает экономический фундамент гуманизма (ранее человек приносил прибыль, теперь – издержки). Утилизация населения, с чем столкнулись ещё гитлеровцы, крайне сложна. В неразвитых странах голод, болезни, искусственное бесплодие (включая прививки и планирование семьи) и войны не решают проблему: люди перестают размножаться, лишь если живут хорошо, но это повышает издержки, а не снижает их. В развитых странах мейнстрим – виртуальная реальность, но проблема извлечения прибыли из отправленного в неё тела не решена, что сохраняет проблему «лишних людей» как источника убытка.

Эта проблема уничтожает демократию и рынок. Первая осуществляется исключительно от имени и во имя среднего класса (в 2017 году Макрон назвал её возможной лишь на местном уровне), второй невозможен без генерируемого им спроса. Рыночная демократия на глазах перерождается в распределяющую блага информационную диктатуру.

Открытие новых технологических принципов без угрозы существованию несовместимо ни с рынком, ни с западной демократией: оно требует инвестиций в полную неопределённость, что несовместимо с первым, и отказа от сегодняшнего потребления ради завтрашнего, что несовместимо со второй. Поэтому по завершении коммерционализации технологических принципов, открытых в ходе «холодной войны», отказ от рынка и западной демократии становится условием развития. Возможно, отход США от демократии вызван не только внешним управлением со стороны глобального управляющего класса, но и стремлением преодолеть ограниченность её западной модели для продолжения развития.

«ЗАВТРА». И каков же выход из тупика, в который движется мир?

Михаил ДЕЛЯГИН. Сохранение гуманизма, а также благосостояния и жизней лишних людей возможно только при смене цели развития: с прибыли на развитие человека. Тогда переизбыток людей обернётся их нехваткой (так как развитие личности потребует роста числа педагогов и медиков).

Но причины провала советской цивилизации сохраняются: неясно, почему личность предпочтёт совершенствование деградации, непонятны критерии самого совершенствования (ибо личность, в отличие от капитала, многогранна). Прорывом может стать китайская попытка преобразования человеческой природы (система «социального кредита»); её новизна по сравнению с советской заключается во всеобъемлющем воздействии на личность и разветвлённой обратной связи (которые могут погибнуть по завершении доработки системы).

Информационные технологии приносят в жизнь многие черты коммунизма. Общественная природа и неотчуждаемость главного ресурса – информации – делают невозможной частную собственность на неё, выводя её за рамки капитализма. Попытка её приватизации «правом интеллектуальной собственности» выродилась в злоупотребление монопольным положением и в целом уже провалилась.

В развитых странах труд перестал быть условием выживания, разница между рабочим и свободным временем стёрлась (хотя способом, который никого не радует), а между трудом и развлечением стирается стремительно: труд становится всё более творческим.

Акционеры глобальных корпораций уже не могут управлять своей собственностью: управление объективно принадлежит топ-менеджерам. Более того: акционеры в массе своей и не хотят управлять, уничтожая тем самым являющуюся фундаментом капитализма частную собственность, не существующую вне управления. Она отмирает, хотя и не так, как ждали классики.

Марксизм был разработан на научном фундаменте XIX века. Его ключевое достижение – исторический материализм, применяющий диалектику к общественному развитию, то есть к развитию не на основе неизменных правил (как это имеет место в природе, изучаемой диалектическим материализмом), а напротив, за счёт их постоянного изменения.

Но научная революция шла весь ХХ век и продолжается сейчас. Относительно передовой раздел «сердца науки» - математика неопределённостей – уже применяется для управления локальными общественными процессами; её предстоит применить к развитию в целом. Затем к обществу будут применены подходы квантовой механики и космологии. Осознание этой практики изменит лицо марксизма.

Глобальная депрессия: реальная перспектива

«ЗАВТРА». А если перейти от фундаментальных процессов к тому, что происходит на рынках прямо сейчас: что нового?

Михаил ДЕЛЯГИН. Экономический кризис вызван загниванием монополий, сложившихся на глобальном рынке. Возможности расширения рынков близки к исчерпанию как территориально (глобальный рынок расширять некуда), так и финансово (накачка денежного спроса ограничена безопасными темпами роста долговых пирамид), и технологически. Фундаментальный переход от изменения мира к изменению его восприятия подготовлен произошедшей в 70-е годы сменой вектора развития с производства на развлечения: это удешевило и упростило создание новых рынков, но результат уже принесло. Новые рынки, создаваемые изменением человека (включая расширение спектра сексуальных ориентаций, грозящее вымиранием), достаточны для формирования нового политического мейнстрима Запада, но не для генерации необходимого спроса.

Загнивание монополий проявляется, прежде всего, в нехватке спроса. Наученные Великой депрессией, развитые страны компенсируют сжимающийся коммерческий спрос кредитной эмиссией. Но её возможности близки к исчерпанию: так как в развитых странах нет места новым крупным прибыльным контурам, эмиссия оборачивается ростом заведомо безвозвратного долга.

Конкуренция за спрос, усиливая протекционизм, уже рвёт глобальные рынки на макрорегионы, обрушивая мир в новую, Глобальную депрессию. Готовность Гугла ограничивать показ новостей, противоречащих западной пропаганде, и цензура Фейсбука показывают: разорваны могут быть даже информационные рынки.

Глобальная депрессия будет хуже Великой: она так же будет порождать войны, но войны не будут выходом из неё (Глобальная депрессия будет заключаться в распаде единого рынка на макрорегионы, и война, в отличие от Второй мировой, не объединит их – по крайней мере, на первом этапе).

Промежуточный этап уже налицо: три валютные зоны (доллара, юаня и евро) в экономике и биполярное противостояние США и Китая в политике. Глобальная депрессия будет, как межвоенный период, временем хаотичной борьбы всех со всеми (включая негосударственных участников глобальной конкуренции). Ослабление глобальных монополий частично восстановит роль государств.

«ЗАВТРА». А даст ли это нам какие-то новые возможности?

Михаил ДЕЛЯГИН. Распад глобальных рынков на макрорегионы снизит ёмкость отдельных рынков, что вызовет исчезновение ряда технологий (им не хватит спроса). В случае технологий жизнеобеспечения (например, несоздания новых поколений антибиотиков) это будет грозить катастрофой. Выходом станет дотирование этих технологий государством (возможности чего ограничены) и применение «закрывающих» технологий. Последнее даст дополнительную возможность России как их родине и стране, культура которой соответствует им (как старая немецкая культура соответствует инженерным наукам, итальянская – дизайну, английская – юстиции, а американская – бизнесу).

«Закрывающие» технологии – простые, дешёвые и сверхпроизводительные – в основном созданы в рамках ВПК СССР (только там велись массовые исследования без заранее обещанного результата) и пока развиваются в порах общества. Они подавляются монополиями (которые зарабатывают на издержках и потому усложняют и удорожают, а не упрощают и удешевляют продукцию), ослабление которых откроет эру расцвета «закрывающих» технологий.

Патриотическая революция против либеральной диктатуры

«ЗАВТРА». И что на фоне этих тектонических сдвигов происходит в мировой политике?

Михаил ДЕЛЯГИН. Её главный сюжет – борьба в глобальном управляющем классе двух групп: пытающихся остановить распад глобальных рынков на макрорегионы и сознающих неизбежность этого распада, стремящихся оседлать его. Первые поддерживают либералов, вторые – патриотов (консерваторов);  в США их противостояние выражено холодной гражданской войной глобалистской либеральной элиты против Трампа. Либералы обречены на поражение ходом истории, но будут сопротивляться и сохранят часть своего влияния в мире Глобальной депрессии.

США живут, пока мир оплачивает их потребление покупкой их госбумаг с нерыночно низкой (это условие устойчивости финансовых пирамид) доходностью. Такая покупка может быть массовой только от страха. Поэтому стратегия США – запугивание доступной им части мира: после исчезновения «советской военной угрозы» - расширением зоны хаоса. Хаотизация мира – объективное условие сохранения США как единственной «тихой гавани» для капиталов (даже Саммерс признал: без зарубежных военных баз США тут же обанкротятся). Это устремление объединяет всю их элиту.

«ЗАВТРА». Но нельзя же бесконечно расширять хаос и нагнетать напряжённость: можно сорвать мир в большую войну!

Михаил ДЕЛЯГИН. Пока получается. Хотя в 2020-21 годах вероятен военный конфликт США с Китаем в связи с насыпаемыми последним островами, делающими Южно-Китайское море его внутренним. США не смогут ждать смены в пользу Китая глобального политического баланса вслед за аналогичным изменением экономического, технологического и информационного балансов. «Вторым фронтом» в этом конфликте станет организованное США (которые перебросят туда подготовленных боевиков-исламистов запрещённого в РФ ИГ) восстание в Синцзян-Уйгурском автономном районе Китая. Возможна и дестабилизация Казахстана, давление США на который очевидно.

«ЗАВТРА». А какова же наша роль в этой перспективе?

Михаил ДЕЛЯГИН. Ключевой вопрос мировой политики на 2018-2020 годы – сохранение России, не сумевшей создать свой макрорегион (несмотря на разговоры с 2006 года), в условиях срыва в Глобальную депрессию.

Отказавшись (Валдайской речью Путина в сентябре 2013 года) от форсированной трансформации человека ради создания новых рынков, Россия доказала ценностную несовместимость с Западом и вызвала агрессию в виде привода к власти на Украине фашистов. Затем Россия обесценила усилия США по хаотизации мира (купировав исламский фундаментализм в Сирии, не дав втянуть себя в войну с Украиной, а затем и Турцией, при том что хаотизация ядерной державы – идеал стратегии США), способствовав этим победе патриота Трампа над либералами.

Россия уязвима в силу гибридного характера государственности: патриотическая внешняя политика сочетается с либеральной социально-экономической. Опора высшего политического руководства на стихийный патриотизм общества и его инстинкт самосохранения противоречат компрадорскому характеру элиты (офшорной аристократии) и стремлени ю сходящих с глобальной арены в небытие либералов вернуть себе всю полноту власти по образцу 90-х.

Это делает вероятной попытку либерального госпереворота после президентских выборов (по стандартам «цветных революций»). Чем позже будет совершена эта попытка, тем выше (в силу роста раздражения общества от падения уровня жизни и антинародности элиты) её шансы на успех, означающий уничтожение современной России.

Беседовал Алексей Гордеев

Охота на патриота

Обращение к Президенту Владимиру Владимировичу Путину деятелей русской культуры и руководителей патриотических общественных организаций

Редакция Завтра

12

Оценить статью: 10 3

Уважаемый Владимир Владимирович!

Арктика. Величие проекта

Русская цивилизация в её арктическом исполнении

Вячеслав Штыров

8

Оценить статью: 3 3

Почти полтора столетия назад исследователи обнаружили удивительное совпадение представлений о географии, центре мира и месте происхождения человека в мифологии и эпосе самых ранних цивилизаций. Философские концепции древних египтян и иудеев, аккадцев и вавилонян, индийцев и иранцев, греков и финикийцев, германцев и финно-угров примерно одинаково описывали положение небесного зенита и ход движения планет на небосводе, годовой цикл дня и ночи, особенности водных потоков на прародине человека, относя её к району Северного полюса. Именно там, по их мнению, находился первоначальный рай земной, ныне покрытый толщами вод и льдов океана и ставший прибежищем богов. Конечно, с точки зрения науки климатологии во время появления на планете человека современного вида рай этот был довольно суровым. Но археологические находки и блестящие научные исследования конца прошлого века российских археологов С. Федосеевой и Ю. Мочанова подтверждают неоднократно ранее высказывавшуюся выдающимися учёными М. Вагнером, И. Мюллером, А. Анучиным, В. Вернадским и другими точку зрения о внетропической прародине человечества. Такой прародине, в которой экстремальные внешние условия заставили наших человекоподобных предков овладеть огнём, освободиться от животного состояния и стать людьми. Возможно, заложенная в генах человека тяга к родине и ведёт извечно романтиков и сильных духом к мистическим кругам полярных областей. Туда, где сходятся силовые линии магнитного поля Земли и во взаимодействии с космическими частицами зажигают грандиозные северные сияния, где заканчиваются океанические течения и рождаются ветры, куда каждый год летят миллионы и миллионы птиц. Арктика давно стала классической обителью мужества, страсти к постижению неведомого и сути бытия. Потому-то во всех странах, представители которых принимали когда-либо участие в полярных исследованиях, есть посвящённые им музеи или памятники.

***

Мир современности стал далёк, к сожалению, от романтической метафизики и руководствуется чисто прагматическими соображениями. Вот и нарастающий всеобщий интерес к скованным льдами северным широтам объясняется осознанием новых возможностей их утилитарного использования в геополитических, военных и экономических целях.

Ещё два десятилетия назад всё происходящее в северных полярных пустынях и тундрах считалось делом арктических государств, то есть тех стран, часть территории которых находится за Северным полярным кругом. К их числу относятся Россия, США, Канада, Дания (через Гренландию), Исландия, Норвегия, Швеция и Финляндия. В 1996 году они учредили Арктический совет в качестве форума высокого уровня для регулярного межправительственного рассмотрения вопросов экологии, рационального использования природных ресурсов, взаимодействия в обеспечении безопасности в воздушном и морских пространствах, устойчивого развития коренных малочисленных народов Севера. В соответствии с учредительными документами Арктического совета список его членов-государств является закрытым, но за последние годы двенадцать других стран получили в нём статус наблюдателя. Причём многие из них географически расположены весьма и весьма далеко от северных широт. Например, Сингапур и Индия, Япония и Южная Корея, Испания и Польша. Претендентом на получение статуса наблюдателя является и Евросоюз. Помимо участия в работе Арктического совета, целым рядом стран развёрнута интенсивная практическая деятельность в Арктике: организуются целевые научные экспедиции; создаются полярные станции – дрейфующие и на островах; проводятся многогранные исследования атмосферы, льдов и вод; проектируются и строятся специальные типы судов и морское технологическое оборудование ледового класса для геологоразведки и добычи полезных ископаемых. Особую активность проявляет Китайская Народная Республика, где создан специализированный научный институт, построен и успешно эксплуатируется для исследовательских целей мощный ледокол «Снежный дракон», осуществлены проводки коммерческих судов по нашему Северному морскому пути, организована научная база на Шпицбергене. Беспрецедентную программу по изучению Арктики, в том числе в районах полярных владений России, с масштабным использованием атомных подводных лодок, оснащённых новейшими системами для картографирования морского дна и донных отложений, проводили Соединённые Штаты Америки. Заметна интенсификация разнообразной деятельности в высоких широтах Норвегии, Индии, Германии, Южной Кореи.

Прямой и непосредственной причиной всплеска интереса к Арктике и последовательного наращивания усилий разных стран по её изучению и освоению послужил, безусловно, начавшийся в конце прошлого столетия процесс глобального потепления на нашей планете. Его наиболее ощутимым результатом стало повышение температур воздуха в высоких широтах северного полушария и, как следствие, подтаивание материковых ледников и уменьшение площади льдов в Северном Ледовитом океане. Экстраполяция наблюдаемых климатических изменений в будущее даёт основания некоторым авторитетным специалистам считать, что с большой долей вероятности океан полностью освободится от ледового покрова в течение нескольких ближайших десятилетий. Даже если считать эти прогнозы слишком радикальными, уже сегодняшнее положение дел заметно улучшило условия для судоходства и работ по освоению шельфа и прибрежных зон в арктических морях. Это открывает совершенно новые возможности для мировой экономики.

В первую очередь речь идёт об ископаемых природных ресурсах. По мнению геологов, Арктический регион планеты представляет собой крупнейший в мире циркумполярный минерагенический пояс, насыщенный нефтегазовыми и рудными месторождениями. Уже сегодня здесь добывается значимая часть углеводородов, а потенциал месторождений нефти и газа оценивается в почти четверть от мировых прогнозных ресурсов. И на шельфе, и на побережье арктических морей прогнозируются или уже открыты планетарного масштаба запасы угля, никеля, меди, кобальта, платиноидов, алмазов, фосфора, серебра, золота, полиметаллов, урана, олова, железной руды, хрома, марганца, титана, редкоземельных металлов и элементов, причём значительная их часть сосредоточена в уникальных гигантских месторождениях.

Экономическая целесообразность добычи природных ресурсов в Арктике становится обоснованной в связи с повышением эффективности логистики их разработки из-за улучшения условий судоходства в северных морях в ходе глобального потепления. Не меньшее значение для мировой экономики имеют и появившиеся перспективы превращения существующих морских путей в Северном Ледовитом океане – Северо-Западного прохода вдоль берегов Канады и США и Северного морского пути России – в  постоянно действующие трансконтинентальные магистрали. Тогда значительно сократятся расстояния, время и стоимость перевозок грузов из Юго-Восточной Азии в Европу (по сравнению с перевозкой через Суэцкий или Панамский каналы). Революционные же изменения в мирохозяйственных связях дадут северные кроссполярные маршруты, организация которых всё более осуществима.

Есть ещё одно важное последствие глобального потепления в Арктике, уменьшения площади ледовых покровов, изменения структуры и толщины льдов. Оно заключается в том, что отдельные страны или военные блоки союзных государств, имеющие в составе своих вооружённых сил мощные ударные военно-морские группировки, получают дополнительные возможности для их эффективного использования. В свободных ото льда прибрежных зонах они могут разместить свой флот для боевого дежурства непосредственно у границ территориальных морей вероятного противника. А границы эти, как известно, отстоят всего на двенадцать миль от исходных береговых линий. В этой связи прибрежные государства вынуждены будут затрачивать немалые средства для укрепления безопасности своей территории от ударов с моря.

***

Интерес и внимание мирового сообщества к открывающимся в Арктике новым ресурсным, логистическим, военным возможностям закономерно привёл к активизации международных контактов разного уровня. В целом это позитивный процесс, идущий в русле тенденций демократизации и многополюсности принятия глобальных решений, которым привержена Российская Федерация. В то же время всё более явными становятся и противоречия между отдельными странами или их группами по ряду важных вопросов.

Прежде всего, это противоречия между арктическими и неарктическими государствами. Первые в рамках Арктического совета и своих двухсторонних отношений активно развивают региональный правовой режим, в основание которого заложены обычные нормы международного права, считают его достаточным и обеспечивающим неарктическим государствам равные возможности. Вторые оспаривают такой подход, считая, что на Арктику должны быть распространены стандартные положения Конвенции ООН по морскому праву 1982 года, хотя известно, что она разрабатывалась главным образом для Атлантического, Тихого и Индийского океанов. Такую позицию заняли Евросоюз, НАТО и – открыто или неявно – целый ряд неарктических государств. Её модификацией является высказанное Евросоюзом предложение о необходимости заключения международного договора по Арктике по аналогии с действующим договором по Антарктиде. Понятно, что и в том, и в другом случае целью является максимальная интернационализация Арктики, объявление всех или хотя бы части её пространств международным достоянием, чтобы получить беспрепятственный доступ к новым природным ресурсам и логистическим возможностям.

Противоречия же арктических государств между собой в основном сфокусированы на взаимных территориальных притязаниях. Неурегулированность вопросов пространственных владений в Арктике имеет исторический характер. Общего разграничительного документа нет, двусторонние договоры заключались в разные исторические эпохи, содержат неопределённости, имеют формулировки и трактовки понятий, соответствующие своему времени, а не современным правовым нормам. В этих обстоятельствах арктические страны, прежде всего, пятёрка прибрежных к Северному Ледовитому океану, развернули масштабные и дорогостоящие географические, исторические, геологические, океанографические, гляциологические исследования с целью обоснования своих существующих территориальных прав или претензий к соседям. Помимо этой чисто практической работы все арктические государства приняли национальные доктринальные документы, в которых сформулировали свою стратегию действий в регионе. В них также в ряде случаев содержатся положения, прямо затрагивающие интересы других стран. К примеру, документы стратегического планирования Соединённых Штатов Америки предусматривают требования об интернационализации проливов Северо-Западного прохода и Северного морского пути. Это противоречит позициям Канады и России, рассматривающих эти проливы как находящиеся в их юрисдикции исторические воды.

Наличие противоречий и взаимных претензий у арктических государств приводит к пристальному и недоверчивому вниманию к действиям друг друга. Так, прямо скажем, нервную реакцию официальных властей наших соседей вызвала в своё время установка экспедицией под руководством А. Чилингарова флага Российской Федерации на дне Северного Ледовитого океана на Северном полюсе. И хотя в целом обстановка в Арктике остаётся мирной, под влиянием всеобщего интереса к возможностям региона и нерешённости территориальных проблем градус напряжённости в международных отношениях по поводу Арктики постепенно и постоянно повышается. Об этом красноречиво говорят названия книг и заголовки статей в периодических изданиях, отечественных и зарубежных: «Битва за Арктику», «Третий передел Арктики», «Сражение за Арктику», «Начат раздел Арктики», «Наше право на Арктику неоспоримо», «Россия теряет Арктику?» и тому подобные. А по мнению некоторых аналитиков, ситуация в студёных приполярных просторах напоминает старинную борьбу европейских стран за жаркие африканские колонии.

***

Коль скоро сверхактивность в Арктике всех заинтересованных стран обусловлена новыми экономическими и геополитическими возможностями, открывающимися в результате глобального потепления, то не может не возникнуть вопрос: а будут ли оправданы прилагаемые сейчас усилия, если оно носит циклический характер и сменится глобальным похолоданием? Этот вопрос тем более имеет право быть заданным, что, по практически единодушному мнению учёных-глобалистов, мы живём в начавшуюся несколько миллионов лет назад Великую Ледниковую эпоху, когда климат стал значительно более холодным, чем на протяжении большей части истории нашей планеты. Конкретно сейчас уже порядка двенадцати тысяч лет длится слегка тёплый быстротечный интервал между двумя глобальными оледенениями планеты – мгновение в геологической летописи Земли. Через следующие десять-двенадцать тысяч лет надо ожидать очередного похолодания, в ходе которого с высокой долей вероятности ледяной панцирь километровой толщины покроет места нахождения европейских и североамериканских столиц, где сегодня кипят страсти по Арктике. Причины, обусловившие начало Великой Ледниковой эпохи и ведущие когда-нибудь к её завершению, носят глобальный характер: изменение положения материков в ходе перемещения литосферных плит; связанные с этим перемены в направлениях океанических течений и господствующих ветров; цикличность интенсивности солнечного излучения; резонанс периодических изменений движения оси и орбиты вращения Земли. Они не зависят от деятельности человека.

Инструментально же фиксируемое нынешнее потепление отличается лишь незначительным повышением температур относительно средних за почти полуторавековой период задокументированных метеонаблюдений. Может быть, оно носит циклический характер. По косвенным признакам и историческим свидетельствам, такое неоднократно было в наш короткий межледниковый период. Достаточно вспомнить описанные Л. Гумилёвым циклические колебания климата в Северном полушарии, приводившие к образованию сменяющих друг друга империй гуннов, тюрков и монголов. Или климатический оптимум в конце первого тысячелетия нашей эры, позволивший викингам основать свои поселения в Гренландии и Северной Америке. Или «малый ледниковый период» в средние века, прямым следствием которого стали зарождение капитализма в Европе и Смута в России.

Но даже если нынешний наблюдаемый период глобального потепления имеет циклический характер и скоротечен, это не означает, что активность разноплановой деятельности заинтересованных государств в Арктике снизится. Во-первых, в мире увеличивается дефицит всех видов природных ресурсов, растёт их цена, ранее неэффективные по природно-климатическим и экономико-географическим условиям добычи месторождения становятся вполне рентабельными. Это общемировая тенденция, она касается и Арктики. Во-вторых, совершенно новые организационные и технологические возможности для успешной деятельности в экстремальных условиях высоких широт даёт развитие в рамках нарождающегося шестого технологического уклада производства материалов с заранее заданными свойствами, робототехники, систем связи, автоматизированного и дистанционного управления. Это именно то, что необходимо для Крайнего Севера. Нет никаких сомнений, что развитые в технологическом отношении страны используют все возможные новшества для продвижения своих интересов в Арктике. Поэтому не только не снимается, но актуализируется при любых возможных климатических переменах провозглашённый в далёкие 1930-е годы в стенах американского Конгресса тезис: «Кто владеет Арктикой, тот управляет миром».

Российская Федерация, имеющая самую протяжённую береговую линию Северного Ледовитого океана, пока ещё владеющая самым большим по площади сектором в Арктике, создавшая мощнейшую в высоких широтах многоотраслевую промышленность и крупнейшие на планете города за Северным полярным кругом, в наибольшей степени заинтересована в укреплении и преумножении своих геополитических и экономических позиций в арктическом регионе. В этой связи президентом и правительством страны принят целый ряд документов стратегического характера, чётко обозначающих наши интересы, устанавливающих приоритеты и цели государственной политики в Арктике, определяющих механизмы их достижения. Среди них основополагающие: «Основы государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2020 года и дальнейшую перспективу» (2008г.), «Стратегия развития Арктической зоны Российской Федерации и обеспечения национальной безопасности на период до 2020 года» (2013 г.), Государственная программа Российской Федерации «Социально-экономическое развитие Арктической зоны Российской Федерации на период до 2020 года» (2014 г., далее по тексту – Госпрограмма). Для координации деятельности участников выполнения сформулированных этими документами задач создана Государственная комиссия по вопросам развития Арктики.

Разработка и практическая реализация арктической стратегии и тактики позволили в последние годы упорядочить, поставить на системную основу и несколько активизировать решение текущих и некоторых перспективных проблем огромного макрорегиона страны, включившего в соответствии со специальным указом президента Российской Федерации полярные владения России и территории выходящих на побережье морей Северного Ледовитого океана муниципальных районов девяти субъектов Федерации от Чукотки до Мурманской области. Но срок действия принятых документов стратегического планирования подходит к завершению, и становится совершенно очевидным, что многое из намеченного уже не будет выполнено. Учитывая это, в 2017 году была принята новая редакция Госпрограммы развития Арктики, на пять лет продлён срок её реализации. Однако в условиях ресурсных ограничений резко сужен круг программных мероприятий. Это означает, что целый ряд стратегических целей достигнут не будет. В то же время новые геополитические реалии и социально-экономическая обстановка в стране требуют уточнения приоритетов и в самой нашей арктической политике. Вот почему пришло время разработки и принятия новых стратегических решений по развитию Арктической зоны Российской Федерации. Одновременно необходимо продолжать упорно выполнять усечённую Госпрограмму, но по мере принятия новых документов стратегического планирования расширять и сферу, и временной горизонт её действия.

Круг главных задач, которые необходимо решать в Арктике, остаётся для нашей страны широким и разноплановым.

***

Среди других первоочередной задачей является работа по закреплению границ Российской Федерации в Арктике. На первый взгляд, это давно решённый вопрос. Ведь каждый из нас ещё со школьных уроков географии помнит пунктирные линии на картах, идущие от крайних северо-западной и северо-восточной точек нашей территории по меридианам к Северному полюсу. Они очерчивают полярные владения России – сектор морского и покрытого льдами пространства Северного Ледовитого океана с расположенными в нём землями, архипелагами и отдельными островами, на которые распространяется суверенитет государства Российского. Секторальный принцип раздела Арктики сложился исторически в ходе заключения двусторонних договоров прибрежных арктических государств, был закреплён их национальными законодательствами и совместным заявлением по итогам Парижской конференции 1924 года, никем не оспаривался. Казалось бы, в условиях глобального потепления, когда новые экономические и логистические возможности Арктики стали объектом внимания многих государств, в том числе неарктических, в интересах Российской Федерации было бы организовать работу по закреплению секторального подхода специальным актом международного права с целью сохранения контроля над своим исторически сложившимся сектором.

Однако события пошли по другому руслу. Подписав в 1997 году Конвенцию ООН по морскому праву 1982 года, Российская Федерация первой из прибрежных арктических государств приняла решение о применении статьи 76 этой Конвенции к Северному Ледовитому океану и в 2001 году подала соответствующую заявку в Комиссию ООН по границам континентального шельфа. Этим наша страна, по сути дела, отказалась добровольно от части своих полярных владений в районе Северного полюса площадью 1,7 миллиона квадратных километров. Этот покрытый льдами участок приобретает статус открытого моря, то есть становится ничейным пространством. Иными словами, сделано то, чего добивались Евросоюз и целый ряд неарктических государств. Теперь нам предстоит ещё доказать главное: что именно России принадлежит потенциально богатый углеводородами шельф на дне этого вновь образованного открытого моря. Для этого необходимо завершить масштабные и дорогостоящие океанографические и геологические исследования, которые позволили бы представить подводные поднятия дна Северного Ледовитого океана продолжением наших материковых геологических структур. Направляя материалы в Комиссию ООН, придётся ещё и раскрыть секретную картографическую информацию, полученную в ходе сотен сложнейших походов советских и уже российских подводников.

Ситуация осложняется тем, что в ответ на действия России Канада и Дания проводят собственные исследования по доказательству того, что подводные океанические поднятия являются продолжением геологических структур Гренландии и канадского Севера, а не принадлежащих России территорий. При этом возникают взаимоперекрывающиеся правопритязания с неопределённым исходом.

Надо отметить, что многие специалисты считают начатую Россией в 2001 году «гонку доказательств» по статье 76 Конвенции ООН по морскому праву 1982 года нашим ошибочным решением, продолжением горбачёвско-шевернадзевской и ельцинско-козыревской внешнеполитической линии пренебрежения долгосрочными интересами страны ради каких-то пропагандистских сиюминутных выгод.

Как бы то ни было, нам необходимо решительно действовать по двум направлениям.

Прежде всего, раз уж начали, завершить работу по всестороннему и полному обоснованию заявки на участки шельфа дна Северного Ледовитого океана, поданной в Комиссию ООН, и продолжить там упорное доказательство своих притязаний. Одновременно, на основании статьи 83 всё той же Конвенции ООН по морскому праву 1982 года, дающей возможность разграничения морских пространств и шельфа в рамках отношений прилежащих и противолежащих прибрежных стран, начать двусторонние и многосторонние переговоры с США, Канадой, Данией, Норвегией. Учитывая, что у всех у них есть не только трения с Россией, но и взаимные претензии, возможно, следует выступить с инициативой о созыве специальной конференции прибрежных арктических стран. Иными словами, перенести принятие решения по вопросам разграничения в плоскость международно-правовых отношений пятёрки морских арктических государств, а не всего мирового сообщества. Тем более что такой опыт есть: в 2008 году эти страны уже выступали совместно с Илулиссатской декларацией по правовым вопросам Арктики.

Оптимальным вариантом для России была бы договорённость о возврате к секторальному делению Арктики и закреплению за морями Лаптевых, Карским, Восточно-Сибирским и частью Чукотского (от острова Врангеля до Берингова пролива) статуса наших исторических вод.

***

Такой же важнейшей задачей является продолжение работы по укреплению обороноспособности наших северных рубежей. Усилия, которые прилагаются в этом направлении Российской Федерацией в последние годы, зачастую воспринимаются зарубежными, а иногда и отечественными аналитиками как «милитаризация» Арктики. На самом деле, это не так.

Ещё в годы «холодной войны» с появлением стратегических ядерных сил и Советский Союз, и Соединённые Штаты Америки рассматривали северные полярные пространства как наиболее вероятное направление удара наиболее вероятного противника. Это обусловлено тем, что именно через Северный полюс проходит самый короткий путь из Северной Америки к Евразии и обратно. В этой связи обе стороны развернули в Арктике мощные системы раннего обнаружения межконтинентальных ракет и самолётов противника и обеспечения контроля над движением своих носителей ядерного оружия, создали сеть аэродромов для размещения или обслуживания стратегических ядерных бомбардировщиков и истребителей-перехватчиков, организовали постоянное боевое патрулирование подводных лодок в Северном Ледовитом океане. После окончания «холодной войны» Соединённые Штаты продолжали развивать и совершенствовать свои наступательные и оборонительные силы и средства, в то время как в ходе реформ в России происходил упадок и системный развал армии и флота. Он не мог не коснуться, прежде всего, арктических группировок вооружённых сил, для содержания которых требовались особые организационные усилия и значительные денежные средства. Поэтому нынешние шаги по усилению нашего военного присутствия в Арктике являются только восстановлением утраченного, но никак не её «милитаризацией».

А между тем складывающаяся в настоящее время военно-политическая обстановка настоятельно требует уже не только восстановления, но и существенного повышения арктического оборонного потенциала России. Это связано с тем, что открывающиеся с глобальным потеплением потенциальные экономические и логистические возможности Арктики обусловили значительное повышение разноплановой активности в регионе заинтересованных стран и в сфере военной. Так, стратегия национальной безопасности Соединённых Штатов Америки определяет арктический регион как зону жизненно важных национальных интересов этой страны, а соответствующие директивы прямо указывают, что интересы эти должны отстаиваться любыми, в том числе односторонними действиями. В соответствии с ними на Аляске создаётся новая военно-морская база, укрепляются силы береговой и глобальной противоракетной обороны. Новые военные базы на островах Северного Ледовитого океана создаются Канадой. Соответствующими нормативными документами расширена операционная зона действий НАТО в Атлантике с включением в неё Арктики. Обсуждается вопрос о создании военного блока североевропейских стран.

Современные военные доктрины Соединённых Штатов Америки и НАТО особую роль отводят военно-морским силам. Раньше перед ними ставились задачи по обеспечению береговой обороны, взаимодействию с сухопутными войсками в ходе прибрежных наступательных и оборонительных операций и контролю над морскими коммуникациями. Условием успеха в выполнении этих задач считалось достижение превосходства над флотом противника, то есть предполагалось, что борьба на море будет вестись по принципу «флот против флота». С развитием ракетно-ядерного оружия и палубной авиации военно-морские силы получили в дополнение к прежним новую, более важную задачу: «флот против берега». Выполняя эти доктринальные установки, Соединённые Штаты Америки осуществили ряд беспрецедентных по масштабам программ по строительству атомных подводных лодок стратегического назначения и ударных авианосцев. Они оснащены самым современным оружием для уничтожения любых оборонительных или промышленных объектов вероятного противника, расположенных как на море, так и на берегу в глубине его территории. Кроме того, созданы высокоэффективные противоракетные системы морского базирования. По своему потенциалу военно-морские силы Соединённых Штатов Америки сегодня многократно превосходят любого вероятного противника, особенно на фоне развала и разграбления нашего флота в первое постсоветское десятилетие. Возможности эффективного использования этого потенциала значительно повышаются по мере освобождения акватории арктических морей от ледового покрова в ходе глобального потепления. Это несёт новые угрозы безопасности России, особенно в связи с принятием в 2004 году Соединёнными Штатами Америки авантюрной концепции «быстрого глобального удара». Эта концепция предполагает уничтожение ядерного потенциала вероятного противника (читай – России) превентивным массированным ударом с разных направлений высокоточным оружием сухопутного и морского базирования. Очевидно, что реализуемость такого сценария теоретически резко повышается в случае максимально равномерного размещения оружия вдоль границ объекта нападения. И если ещё некоторое время назад ударные группировки военно-морских сил с высокоточным оружием на борту могли быть размещены в Норвежском, Северном, Баренцевом, Беринговом и Японском морях, то по мере таяния льдов они могут быть введены и в моря Лаптевых, Карское, Восточно-Сибирское и Чукотское. В этом случае возрастает опасность не только из-за повышения степени уязвимости нашей территории, но и за счёт появления у противника дополнительных иллюзий относительно эффективности своего превентивного глобального удара и новых соблазнов нанести его.

Самым эффективным ответом на нарастающие угрозы является последовательное наращивание морской мощи России, как военной, так и гражданской её составляющих. В военной части приоритетом, безусловно, должно остаться выполнение программ строительства атомных подводных лодок стратегического назначения и обеспечивающих их боевую службу многоцелевых, поскольку только опасность получить ответный удар может предостеречь нашего вероятного противника от агрессивных авантюр. В то же время с военно-морских сил не снимаются и их традиционные задачи по береговой охране, поддержке действий сухопутных войск, охране государственных границ и морских коммуникаций. Это требует сбалансированности флота и по его родам, и по размещению. В этой связи актуальной становится задача по созданию новых крупных военно-морских баз в Арктической зоне России.

В необходимости этого убеждает и наш собственный опыт Великой Отечественной войны. Широко известны героическая оборона от немецко-фашистских захватчиков Кольского полуострова, морские сражения в Баренцевом море, Арктические конвои союзников. Но в те же годы не менее драматические и героические события происходили в Карском море. Немецкому командованию удалось создать на островах Франца-Иосифа, Визе, Подкова, Новая Земля базы для своих подводных лодок и системно проводить минирование устьев рек Обь и Енисей, проливов, соединяющих моря Карское, Баренцево и Лаптевых, регулярно атаковать конвои судов на трассе Северного морского пути. Автономность авиации и подводного флота, надёжность систем связи в те времена были несопоставимы с нынешними, но урон нашей экономике, военному и гражданскому флоту был нанесён огромный.

Сегодня значение этого района Арктики для всей нашей страны многократно возросло. Именно здесь, на Ямале, Гыдане и Таймыре расположены крупнейшие предприятия горнодобывающей и нефтегазовой промышленности, энергетики. Поэтому в районе Енисейского залива необходима новая военно-морская база, обеспечивающая, с одной стороны, защиту созданных огромными усилиями промышленных комплексов, а с другой – выход стратегических ракетоносцев в Северный Ледовитый океан. Вторая база должна быть размещена в Восточном секторе Арктики. Обе они не потеряют своего значения и в случае, если глобальное потепление сменится похолоданием, поскольку ледовые покровы будут только способствовать скрытности действий подводного флота России.

***

Нет лучше способа подкрепить и дипломатическую, и оборонную составляющие защиты национальных интересов России в Арктике, чем усиление экономической активности, наше постоянное деловое, не праздное присутствие в регионе.

Надо сказать, что на протяжении всей истории Российского государства при мощном покровительстве и протекционизме властей шло непрерывное освоение и заселение северных окраин страны. Особенно быстрое развитие Арктическая зона получила в годы Советской власти, когда здесь были созданы не имеющие аналогов на планете крупнейшие предприятия горнодобывающей и нефтегазовой, лесной и деревообрабатывающей, рыбной и пищевой промышленности, судостроения и судоремонта, энергетики, транспортно-логистические комплексы. И сегодня она вносит существенный вклад в экономику страны, обеспечивая четыре пятых добычи газа, треть улова рыбы, большую часть производства цветных и благородных металлов, лесопродукции, сырья для чёрной металлургии и химической промышленности. По показателям валового внутреннего продукта, добавленной стоимости и экспортной продукции на душу населения макрорегион занимает верхние строки в Российской Федерации.

В то же время многие арктические районы субъектов Федерации до сих пор находятся в крайне депрессивном состоянии после рыночных реформ. Оно и понятно, ведь ранее системообразующие для них предприятия создавались не по критериям их рыночной эффективности, а исходя из необходимости самообеспечения страны всеми видами ресурсов в условиях всевозможных санкций и ограничений, наложенных на Советский Союз геополитическими противниками с самого начала его существования. Брошенные на произвол рыночной стихии, они, где быстрее, где в затянувшейся агонии, были разорены и обанкротились, породив вокруг себя множество социальных проблем. Относительно устойчиво работает только небольшое число крупных предприятий, специализирующихся на добыче и первичной переработке таких видов природных ресурсов, мировые рынки которых исторически сложились как олигопольные с небольшим числом товаропроизводителей. Отдельными оазисами благополучия они расположены в некоторых районах Арктической зоны.

Груз накопленных за четверть века народнохозяйственных проблем велик. Они требуют незамедлительного решения, особенно с учётом новых возможностей в Арктике, с одной стороны, и геополитических угроз – с другой.

Именно поэтому Арктическая зона является одним из немногих макрорегионов российской Федерации, развитие которых определяется специально разработанными документами стратегического планирования. Сформулированные в них национальные интересы, приоритеты, цели и индикаторы их достижения определяют будущий облик российской Арктики. В качестве механизма реализации стратегических задач утверждена Государственная программа «Социально-экономическое развитие Арктической зоны Российской Федерации». В своей последней редакции она включает три подпрограммы, посвящённые формированию опорных зон развития в арктических субъектах Федерации; обеспечению функционирования Северного морского пути; созданию новых подотраслей машиностроения для освоения минерально-сырьевых ресурсов Арктики. Кроме того, в четырнадцати других государственных и восьми федеральных целевых программах, направленных на решение общегосударственных или отраслевых проблем, содержатся значимые мероприятия, которые будут реализовываться в Арктической зоне.

Надо отметить, что и срок действия Госпрограммы развития российской Арктики – до 2025 года, и выделяемые на её реализацию средства федерального бюджета – порядка 200 млрд. руб. – невелики. Но важно то, что впервые в постсоветской России Арктическая зона стала предметом особого внимания, выделена в качестве самостоятельного объекта управления и статистического учёта. Выполнение Госпрограммы в полном объёме станет небольшим, но плацдармом для дальнейшего более масштабного развития макрорегиона.

В этой связи особого внимания заслуживает программное решение о создании специальных опорных зон развития в арктических субъектах Федерации. В отсутствие финансовых возможностей для сплошного комплексного социально-экономического развития всего макрорегиона именно они выступят в роли центров организации транспортного обслуживания и социальной жизни на огромных северных пространствах, образуют каркас фундамента поддержки новых инвестиционных проектов в высоких широтах. Каждая опорная зона будет представлять собой самостоятельный объект планирования – комплексный долгосрочный проект, включающий в себя отдельные промышленные, сельскохозяйственные, логистические и социальные проекты. Конкретный набор намечаемых к реализации проектов в разных опорных зонах индивидуален в зависимости от складывающейся в том или ином субъекте Федерации ситуации и наборе потребностей и возможностей. Так, в Воркутинской опорной зоне планируется ввод новых мощностей в угледобыче взамен выбывающих, усиление геологоразведочных работ на металлические и неметаллические полезные ископаемые с целью отраслевой диверсификации экономики, развитие функций транспортно-логистического центра для Северного Урала и Тимано-Печорской нефтегазовой провинции, реконструкция систем жизнеобеспечения. Чукотская опорная зона сориентирована на реализацию проектов в области развития морского, авиационного и автомобильного транспорта, горнодобывающей промышленности, традиционных отраслей сельского хозяйства.

Надо особо отметить, что создание опорных зон развития в новейшей управленческой практике – дело новое. Само это понятие имеет собственное содержание, не совпадающее со смыслом ставших уже традиционными «территорий опережающего развития» или «особых экономических зон». Опорные зоны развития, выступая в качестве комплексных проектов, при необходимости будут включать в себя и те, и другие, равно как и иные инструменты, повышающие привлекательность инвестиционных проектов. Новизна дела требует незамедлительного принятия специального федерального закона. Его проект подготовлен, но, как водится в последние годы, погребён в недрах правительственного аппарата.

С точки зрения отраслевой Госпрограмма предусматривает модернизацию и ускоренное развитие в Арктической зоне рыбодобывающей, рыбоперерабатывающей промышленности и аквакультуры; судостроения и судоремонта; деревообработки; арктического туризма; традиционных для Севера отраслей сельского хозяйства; здравоохранения и образования с использованием технологий телемедицины и дистанционных систем обучения. Но почти две трети всех запланированных к реализации проектов приходится на геологоразведку, добычу и первичную переработку полезных ископаемых.

Авангардную роль будет играть нефтегазовый комплекс: главные в стране центры добычи углеводородов последовательно смещаются с Крайнего Севера за Полярный круг. В рамках Ямало-Ненецкой опорной зоны продолжится освоение месторождений на Ямале, на очереди – Гыданский полуостров. Предстоит увеличение объёмов геологоразведочных и добычных работ в Тимано-Печорской нефтегазоносной провинции в Ненецкой и Воркутинской опорных зонах, на севере Красноярского края в Таймыро-Туруханской опорной зоне. Принципиально новый этап в развитии отечественной нефтяной и газовой промышленности с точки зрения техники, технологии, организации производства начался с освоением месторождений арктического шельфа. Эта работа будет продолжаться во всё более расширяющемся масштабе. Уже сегодня ПАО «Газпром» и ПАО «НК Роснефть» получили лицензии на право пользования десятками нефтегазоносных участков на побережье всех омывающих берега России морей Северного Ледовитого океана – от Баренцева на западе до Чукотского на востоке. Получены и первые хорошие результаты развёрнутых геологоразведочных работ, например, на участках Хатангский и Хара-Тумус шельфа моря Лаптевых.

Что касается добычи твёрдых полезных ископаемых, то Госпрограммой предусмотрена реализация ряда проектов по модернизации действующих производств и наращиванию минерально-сырьевой базы для них в Кольской, Воркутинской, Таймыро-Туруханской, Северо-Якутской и Чукотской опорных зонах развития. Планируется и организация новых предприятий по добыче угля, цветных, благородных и редкоземельных металлов.

Главным проблемным вопросом для развития природно-ресурсного комплекса Арктической зоны России остаётся недостаточная геологическая изученность этого громадного и до сих пор труднодоступного макрорегиона страны, особенно его восточной части – от Енисея до Берингова пролива. Решение этого вопроса возможно через возврат к трёхстадийной системе планирования и проведения геологоразведочных работ. В этой схеме первая стадия – региональные работы, целью которых является не открытие конкретных месторождений, а общегеологическое изучение территории и выявление перспективных на те или иные полезные ископаемые площадей или провинций – должна осуществляться за счёт средств государства. Проведение же следующих стадий работ – поиск месторождений на выявленных перспективных площадях и их разведку – целесообразно возложить на недропользователей за счёт их собственных средств или, в особо сложных условиях, на принципах государственно-частного партнёрства. Естественно, платежи за недропользование и условия выдачи лицензий на стадию поиска должны быть значительно более льготными, чем на стадию разведки уже опоискованных месторождений. Такая ранее существовавшая и хорошо себя зарекомендовавшая схема позволила бы стимулировать интерес частных компаний, в том числе малого и среднего бизнеса, к вложению средств в геологоразведку. Источником средств для финансирования государственной доли работ могут послужить отчисления части природоресурсных налогов и платежей в специальный фонд геологического изучения территории страны. Здесь можно провести прямую аналогию с дорожными фондами. В своё время от них отказались, но деградация дорожного хозяйства почти до крайней черты заставила восстановить и федеральный, и региональные дорожные фонды. В геологии ситуация полностью идентична.

Есть все основания полагать, что при правильной постановке дела по изучению недр прибрежные районы и шельф арктических морей станут надёжной минерально-сырьевой базой для народного хозяйства России в XXI веке. В то же время необходимо отчётливо понимать, что все виды природных ресурсов на планете конечны и их использование должно быть крайне рачительным. В этой связи настало время законодательными решениями полностью прекратить вывоз из страны тех видов сырья, использование которых будет определять научно-технический прогресс уже в ближайшее время, - например, редкоземельных металлов и элементов, некоторых цветных металлов. В случае если такое сырьё не находит пока спроса на внутреннем рынке, его месторождения должны быть просто зачислены в государственный резерв. К сожалению, в силу сложившегося в последнюю четверть века механизма вхождения России в систему мирохозяйственных связей, сегодня рано ставить вопрос о количественных ограничениях экспорта традиционных продуктов отечественной добывающей промышленности. Но необходимо прекратить хотя бы стимулирование его наращивания. Речь идёт, к примеру, о льготных режимах налогообложения на территориях опережающего развития, создаваемых сейчас на Дальнем Востоке специально для добычи предназначенных для экспортных поставок угля, руд цветных и чёрных металлов, других полезных ископаемых. Их организация бессмысленна и там, и даже в более сложной для освоения Арктической зоне Российской Федерации. Ведь, при практически нулевых доходах государства от принадлежащих всему народу природных ресурсов, в финале мы получим только снижение цен на них за счёт усиления конкуренции со своими же производителями из других регионов страны на мировых рынках – и лунные пейзажи отработанных карьеров. Стоит ли лишать будущие поколения россиян ресурсов ради галочек в отчётах об увеличении физических объёмов валового национального продукта? Нет, конечно. Вот почему минерально-сырьевой потенциал российской Арктики должен использоваться по мере государственной необходимости или созревания такой мировой рыночной конъюнктуры, когда эксплуатация месторождений частным капиталом обеспечивает выплату в бюджет всех положенных рентных платежей. Как известно, в настоящее время они имеют форму налога на добычу полезных ископаемых. Надо взять за правило, что никто и никогда не может быть освобождён от этого налога без крайней государственной нужды. В этом смысл общенародной собственности на недра.

***

В сознании большинства россиян слова «Арктика» и «Северный морской путь» уже давно стали почти синонимами. Это вполне объяснимо, ведь героическое освоение морских просторов высоких широт для крайне необходимой транспортной связи запада и востока страны стало одним из значимых достижений Русской цивилизации. Но до самого последнего времени Северный морской путь был, по сути дела, каботажной трассой с очень сложной в организационном отношении схемой караванной проводки судов в своём восточном секторе. Использование его в таком виде в качестве международной транзитной транспортной магистрали было, прямо скажем, маловероятной фантазией. Грузоотправителям требуется надёжный постоянно действующий путь, а не сезонный с зависящими от ледовой обстановки сроками навигации.

Ситуация коренным образом изменилась с активным освоением нефтегазовых месторождений Ямала и строительством в Обской губе двух новых морских портов для отгрузки сжиженного газа и сырой нефти – Сабетта и Новый Порт. Создаваемая газовиками и нефтяниками грузовая база уже сегодня требует ежесуточной отправки судов из этих портов по Северному морскому пути. Причём движение должно быть организовано как на запад, так и на восток. Если к этому добавить увеличивающийся в связи с геологическим изучением шельфа и созданием опорных зон развития в Арктике поток традиционных грузов, становится ясно, что Северный морской путь должен приобрести новое качество. Образно говоря, он должен превратиться в подвижный, но постоянно действующий канал в морских льдах. Именно в этом качестве наша арктическая морская магистраль одновременно с удовлетворением потребностей отечественного народного хозяйства может стать привлекательной для европейских и азиатских грузоотправителей.

Такая задача – дело инновационное, по степени сложности не имеющее аналогов в мировой практике. В рамках Госпрограммы развития Арктической зоны Российской Федерации начато создание материальной базы для её решения. Строятся три мощных атомных ледокола, проектируется их новая, ещё более технически совершенная и энерговооружённая серия. Проводятся мероприятия по повышению надёжности и степени освещённости арктических морей гидрометеорологическими данными. Планируется ввод в эксплуатацию модернизированной ледово-информационной системы «Север» и ледостойкой самодвижущейся платформы «Северный полюс» с размещённым на ней современным исследовательским комплексом. Готовятся к запуску спутники для обеспечения надёжной связи в самых северных широтах. По заказам работающих в Арктике российских компаний запущено строительство дизель-электрических ледоколов для обслуживания подходов к морским портам и устьям судоходных рек, серий морских судов ледового класса дедвейтом от 40 до 120 тыс. тонн для перевозки контейнеров, негабаритных грузов, нефти, сжиженного газа, начата их эксплуатация. Реализуется и целый ряд других важных программных мероприятий. В совокупности они дадут Северному морскому пути новое качество транспортной магистрали мирового уровня.

Но для полнокровного его функционирования необходимо не только обустроить собственно морской путь, но и самым существенным образом укрепить береговую инфраструктуру. Прежде всего, речь идёт о портовом хозяйстве. Программными документами по Арктике предусмотрена реконструкция морских портов Диксон, Тикси, Певек и Провидения. С ростом объёмов перевозок по Северному морскому пути новые возможности для развития получат наши главные океанские центры – Мурманск и Петропавловск-Камчатский. В них предполагается организовать логистические хабы для перегрузки контейнеров и наливных грузов с судов ледового класса на обычные и наоборот. Такой комбинированный способ перевозок на разных участках межконтинентальных трасс разными типами кораблей экономически пока наиболее обоснован. Важнейшим шагом не столько макрорегионального, сколько общегосударственного значения станет создание в западной части российской Арктики новых морских портов с подводящими железнодорожными линиями в Архангельске, Индиге, Усть-Каре и Беломорске. Необходимость их создания вытекает в том числе из складывающихся геополитических обстоятельств. Как известно, с распадом Советского Союза целый ряд крупных портов на Балтике, к которым с 1860-х годов на протяжении почти полувека строились железнодорожные линии из Центральной России для экспортно-импортных операций, оказался за рубежами нашего государства. Для компенсации потерянных логистических мощностей в последние два десятилетия значительное развитие получили морские порты восточной части Финского залива – от Усть-Луги до Выборга. Но ни действующие, ни потенциальные возможности этой группы портов не в состоянии переработать весь нарастающий грузопоток, и его существенная часть направляется конечным потребителям через транспортные системы теперь уже иностранных и далеко не дружественных нам государств. Таким образом, российский Балтийский транспортный узел и по мощности недостаточен, и уязвим для всякого рода санкций и блокад. Вот почему есть настоятельная необходимость в новых портах в Европейской части страны с прямым выходом в океан. Их можно создать только на арктическом побережье. Здесь уместно провести прямую аналогию с событиями времён Первой мировой войны. Тогда блокада германским флотом заливов Балтийского моря отрезала Россию от союзников, и срочно было принято решение о строительстве в тяжелейших военных условиях морского порта в Кольском заливе и железной дороги Петрозаводск-Мурманск.

Наиболее масштабным проектом развития арктической морской портовой инфраструктуры является строительство многофункциональных глубоководных портов в районе Архангельска и в Индиге с двумя новыми подводящими железнодорожными линиями. Первая из них – Белкомур – по маршруту Соликамск – Сыктывкар – Вендига – Карпогоры – Архангельск обеспечит прямой доступ промышленной продукции предприятий Урала к океанскому побережью. Вторая линия Индига – Сосногорск с дальнейшим выходом через Ивдель на планируемую к сооружению Северо-Сибирскую железнодорожную магистраль создаст новый транспортный коридор для экспортно-импортных грузов Сибири. Обе линии имеют выходы на действующую Северную дорогу и будут использоваться для экспорта части угля и углеводородов, добываемых в Воркуте и на Ямале. Таким образом, грузовую базу для вновь создаваемых глубоководных морских портов составит промышленная и сельскохозяйственная продукция собственно арктических Архангельской, Ненецкой, частично Ямало-Ненецкой и Воркутинской опорных зон, а также Урала и Сибири. Её прогнозный объём превосходит планируемые мощности глубоководных портов Архангельска и Индиги и потребует переадресовки части грузов в Мурманск и российские порты на Балтике. Расчётная стоимость обоих проектов создания новых арктических портов и железнодорожных подводящих к ним линий велика, составляет порядка половины триллиона рублей для каждого. Но сравнительно быстрая окупаемость делает их привлекательными для инвесторов, и уже прорабатываются вопросы финансирования строительства Белкомура и Архангельского порта на условиях концессии. На очереди – Индига.

***

Динамика развития геополитических событий, связанные с этим усилия по укреплению обороноспособности наших северных рубежей, планы по развитию Арктической зоны Российской Федерации настоятельно выдвигают в повестку дня вопрос о необходимости создания сквозной от Мурманска до Анадыря Трансарктической железнодорожной магистрали. На первый взгляд, на сегодняшний день такой проект кажется нереальным. Но более детальное рассмотрение показывает его осуществимость в ближайшие десять-двенадцать лет. В самом деле, связь Мурманска с Северной железной дорогой уже существует (Мурманск – Беломорск – Обозёрская – Коноша). Реконструкция с увеличением провозных возможностей Северной железной дороги от Коноши до Лабытнанги предусмотрена инвестиционными программами ОАО «Российские железные дороги». Строительство нового участка Лабытнанги – Коротчаево начинается в рамках одобренного специальной межведомственной рабочей группой правительства России проекта «Северный широтный ход». Его финансирование будет осуществляться совместно правительством Ямало-Ненецкого автономного округа, ОАО «Российские железные дороги», ПАО «Газпром» с использованием механизмов государственно-частного партнёрства в форме концессии. По такой же схеме с участием заинтересованных компаний нефтегазового сектора, горнодобывающей промышленности, энергетики вполне реально построить и следующий участок от Коротчаево до Игарки и Дудинки. Это уже половина пути. А дальше – на восток, к минерагеническим провинциям месторождений платины, меди, никеля и кобальта Восточного Таймыра, алмазов и редкоземельных элементов северо-западной Якутии, цветных и благородных металлов северо-востока Якутии и Чукотки.

Трансарктическая железнодорожная магистраль станет опорным хребтом для намечаемых к строительству линий Белкомур, Индига – Сосногорск, Воркута – Усть-Кара, Обская – Бованенково – Сабета, значительно повысит эффективность использования меридианных внутренних водных путей по рекам Обь, Енисей, Хатанга, Анабар, Лена, Яна, Индигирка, Колыма для обеспечения жизнедеятельности материковых районов Арктики и Крайнего Севера. Как показывает опыт создания Западно-Сибирского нефтегазодобывающего территориально-производственного комплекса, кратно снизятся затраты на освоение месторождений углеводородов и твёрдых полезных ископаемых шельфа и побережья морей Северного Ледовитого океана. Ещё больше, чем в экономическом плане, трансарктическая магистраль будет иметь значение для обеспечения обороны северных рубежей, связанности и политической целостности Российской Федерации.

Госпрограммой развития Арктической зоны России, кроме развития внутренней автодорожной сети в опорных зонах, предусматривается и строительство межрегиональных дорог федерального значения. В качестве наиболее важных из них можно выделить Нарьян-Мар – Усинск и Колыма – Омсукчан – Омолон – Анадырь.

Необходимо особо отметить, что развитие в Арктике железнодорожного и автомобильного транспорта не является альтернативой морскому. Напротив, снимая с него небольшую часть нагрузки по логистическому обслуживанию внутренней жизни макрорегиона, они значительно усиливают экспортную и транзитную функции Северного морского пути, обеспечивая надёжность работы береговой инфраструктуры, способствуя созданию для него новой грузовой базы.

Разреженность пространства с точки зрения размещения поселений предопределяет особое значение для Арктики воздушного транспорта. Однако малая авиация, обслуживающая небольшие населённые пункты, находится в крайне запущенном состоянии. Эксплуатируются использующие дорогостоящее топливо морально и физически устаревшие летательные аппараты, рейсы выполняются нерегулярно, цены на билеты запредельны с точки зрения платёжеспособности населения, ежегодно прекращают своё существование многие местные аэропорты и авиаплощадки. Зачастую транспортные связи северных посёлков с остальным миром восстанавливаются только с наступлением сильных холодов, когда открываются ледовые переправы через реки и автозимники.

Такое положение дальше становится нестерпимым. Вот почему, несмотря на то, что в последней редакции Госпрограммы развития Арктической зоны Российской Федерации ещё и чернила не высохли, необходимо уже сейчас дополнять её специальным разделом о Полярной авиации. Она должна включить в себя и порядок отнесения воздушных линий к социально-значимым, субсидируемым; и план восстановления и принципы финансирования содержания местных аэропортов и площадок; и программу разработки и выпуска новой авиационной техники.

***

Развитие Арктической зоны окажет позитивное влияние на экономическое состояние других макрорегионов России, обеспечивая их предприятия углеводородным и минеральным сырьём, создавая транспортные возможности для выхода на рынки произведённых ими товаров. Но реализация арктических проектов приведёт ещё к одному важному последствию: макрорегион сам становится крупнейшим потребителем продукции высоких технологий. Потребуются отвечающие особым условиям работы в экстремальном климате надёжные средства связи и автоматизации производственных процессов, экономичные автономные энергоисточники, подводные и  подземные роботы, беспилотные транспортные средства и множество других новейших материалов, приборов, устройств, машин и механизмов. Всё это может быть создано только с использованием возможностей шестого технологического уклада. Таким образом, Арктика рождает спрос на продукцию производств нового уклада. Это важнейший стимул для активизации работы научных центров, реконструкции на новейшей технологической основе всего транссибирского промышленного пояса от Урала до Владивостока.

В этом контексте особенно важно развитие транспортного машиностроения. К сожалению, на сегодняшний момент все его подотрасли далеко не удовлетворяют потребности страны даже в стандартных моделях транспортных средств, не говоря уже о специальном арктическом исполнении.

Если атомные ледоколы для Северного морского пути строятся на отечественных судоверфях, то почти все дизель-электрические, а также танкеры и сухогрузы ледового класса заказываются в Южной Корее, Германии или Финляндии. Закупки подвижного состава для высокоскоростных железных дорог сориентированы на немецкие образцы. Автомобильная техника высокой проходимости в северном исполнении выпускается не серийно, а мелкими партиями. Но в особенно тяжёлой ситуации находится авиапарк местных воздушных линий. Старые испытанные «рабочие лошадки» внутрирегиональных авиаперевозок – самолёты АН-2 и АН-24 – доживают свой век. Последние экземпляры этих выдающихся по конструкции и исполнению машин вырабатывают остатки своего индивидуального ресурса. Им на смену приходит разношёрстная импортная рухлядь.

В качестве причин отсталости отечественного транспортного машиностроения обычно называют перезагрузку производственных мощностей оборонными заказами, недостаток рабочих и инженерных кадров, отсутствие технологических компетенций. Но на самом деле это не причины, а объяснения. Ведь если нет свободных мощностей – надо строить новые заводы, нет кадров – необходимо их готовить, нет технологий – их можно купить, одновременно создавая отечественные. Причиной же является отсутствие в стране системы стратегического планирования и промышленной политики, выделения в их рамках главных приоритетов.

Достройка общенационального каркаса транспортных магистралей, в том числе арктических, создание с опорой на возможности шестого технологического уклада современной индустрии транспортных средств, обеспечивающей основные потребности страны их собственным производством, не могут не быть одним из таких приоритетов. Для гигантской по территории России это такой же важности задачи с точки зрения обеспечения единства, целостности и безопасности государства, как постоянное поддержание боеспособности вооружённых сил. Наш собственный опыт показывает, что они вполне решаемы. Достаточно вспомнить, что в 1880-е годы царской Россией строилось по две тысячи километров железных дорог в год; что в 1930-е годы в стране, буквально на пустом месте, были созданы автомобильная и авиационная промышленность; что в тяжелейшие годы Великой Отечественной войны были построены и успешно работали десятки новых авиазаводов, модели выпускаемых самолётов менялись каждые полгода и было достигнуто полное превосходство над противником не только по количеству, но и по качеству летательных аппаратов; что вплоть до начала 1970-х годов продукция советского автопрома была вполне конкурентоспособна на мировом рынке; что первый в мире атомный ледокол был построен отечественным судопромом; что вышедший на линию Москва – Ленинград ещё в 1974 году наш электропоезд ЭР-200 имел скоростные характеристики, вполне сопоставимые с современным импортным «Сапсаном». Можно привести ещё множество примеров из истории промышленности и транспорта. Они все подтвердят общий вывод, что при наличии политической воли и концентрации усилий можно решить самые сложные задачи. А сегодня развитие транспорта и транспортного машиностроения выдвигаются в число самых первоочередных. Вот где должна быть истинная сфера применения всевозможных особых экономических зон, территорий опережающего развития и других механизмов стимулирования инвестиций, а не в добыче полезных ископаемых или отвёрточной сборке импортного ширпотреба.

Что касается специального транспорта в северном исполнении, то для России самой судьбой уготована необходимость стать лидером в производстве всех его видов в мировом разделении труда. Размещение же предприятий общего, специального и транспортного машиностроения в существующих, а при необходимости и вновь создаваемых промышленных центрах Урала, юга Сибири и Дальнего Востока даст мощный стимул для желаемого сдвига экономической активности в восточные регионы страны.

***

При всей важности других, ключевым всё-таки является вопрос о Человеке в Арктике: кто и почему продолжит дело её освоения в современной буржуазной России. Вопрос этот далеко не праздный, ведь начавшийся в первые же годы реформ процесс обезлюдивания северов продолжается и доныне. Разорение и гибель предприятий, брошенных в реформенное время на произвол судьбы, привели к обнищанию людей, деградации социальной сферы, запустению городов и посёлков. Конечно, и во многих других районах страны есть аналогичные проблемы. Но на Севере они гораздо острее. Из-за крайней дороговизны жизни в экстремальных природно-климатических и экономико-географических условиях здесь в значительно меньшей степени, чем в целом по России, доходы населения соотносятся с прожиточным минимумом. Возможности для развития малого бизнеса ограничены из-за повышенных издержек любого производства на северах и, как следствие, низкой конкурентоспособности большинства видов своей продукции перед привозной. Дороговизна и деградация транспорта обусловливают низкую динамику перемещения людей для поиска новой работы, учёбы, повышения квалификации. Переезд к новому месту жительства зачастую просто невозможен из-за отсутствия средств на покупку жилья, когда продажа имеющегося не может служить их источником в условиях полного отсутствия спроса на дома и квартиры в арктических населённых пунктах. Образуется замкнутый круг безысходности. Не будет преувеличением сказать, что в ряде районов Крайнего Севера происходит одичание жизни, а главным источником существования людей становятся те или иные формы бюджетной поддержки или примитивная самозанятость: охота, рыбалка, сбор дикоросов, случайные заработки.

Есть в Арктической зоне и относительно благополучные, и даже передовые в социально-экономическом отношении районы и целые субъекты Федерации. К их числу относятся крупные города с многопрофильным хозяйством, моногорода с предприятиями военно-промышленного комплекса, зоны деятельности горнодобывающих и нефтегазовых компаний.

Но в целом острота социальных проблем в северных районах страны, куда кроме Арктической зоны относятся Крайний Север и приравненные к нему местности, не снижается с течением времени. Старая советская система материальных стимулов давно превратилась в архаику и продолжает существовать лишь в качестве политической демонстрации заботы государства о северянах. Нормативные положения о государственных гарантиях льгот и компенсаций в более или менее полном объёме применяются только в отраслях бюджетной сферы. Да и здесь это применение во многом формально. Так, районные коэффициенты к заработной плате уже давно утратили свою функцию полной компенсации удорожания стоимости жизни, а абсолютная величина северных надбавок настолько мала, что никак не может служить стимулом к закреплению кадров. И те, и другие начисляются, чтобы хоть как-то прикрыть бедность бюджетников. Что касается бизнеса, то малые и средние предприятия из-за низкого уровня доходов в условиях жёсткой конкуренции с привозной продукцией и услугами не в состоянии взять на себя ещё и выполнение государственных, по сути своей, гарантий и льгот. Крупные же компании выстраивают собственные корпоративные системы оплаты труда, по своему усмотрению трактуя те или иные нормативные положения.

И на государственном уровне, и в общественном сознании уже давно существует понимание необходимости разработки и законодательного закрепления новой системы льгот и гарантий для северян, отвечающей рыночным реалиям. Но даже не череда политических событий или экономических кризисов, а сама сложность проблемы послужила препятствием для принятия уже явно перезревших решений. Ведь надо из множества несводимых к единому измерителю критериев отнесения тех или иных территорий к Арктике, Крайнему Северу и приравненным к нему районам выбрать один. С учётом разнообразных медико-биологических и иных факторов установить оптимальный и обоснованный набор льгот и преференций для северян, разработать методики измерения их стоимостного эквивалента. Разнести ответственность за соблюдение установленных норм между государством и бизнесом, организовать систему контроля над их соблюдением, найти источники финансирования новых бюджетных обязательств. Есть и много практических вопросов. Например, как компенсировать рост удорожания стоимости жизни: через увеличение выплат или посредством особого контроля над ценами на потребительском рынке, в том числе путём организации государственного завоза жизненно-важных товаров в районы с ограниченными сроками их доставки? Специальных решений требует и социальная проблематика коренных малочисленных народов Севера. Надо признать, наконец, что к их традиционным занятиям и промыслам неприменим чисто рыночный подход. Здесь требуются особые системы заготовок и закупочных цен.

Конечно, Север есть Север, и здесь не бывает простых задач. Но при всей их сложности нельзя откладывать принятие решений. А сейчас ситуация другая: при подготовке Госпрограммы развития Арктики подспудно полагалось, что рост экономики сам по себе снимет остроту социальных проблем за счёт увеличения доходов населения. На практике выяснилось, что это не так. Бизнес не может развиваться без рабочей силы, а человек не может воспроизводить свою способность к труду без должного уровня доходов, который не обеспечивает бизнес. Круг замыкается. Надо вовремя рубить «гордиевы узлы» проблем.

До сих пор не стихают дискуссии по поводу того, целесообразно ли дальнейшее содержание небольших городов и посёлков, созданных в советский период освоения Арктической зоны и Крайнего Севера, не лучше ли их ликвидировать и в дальнейшем использовать исключительно вахтовый метод работы. Очевидно, что правильный ответ заключается в том, что судьбу каждого населённого пункта надо решать в зависимости от перспектив расположенных там производств, особенно если хозяйство моноотраслевое. Но при любых конъюнктурных обстоятельствах надо оберегать и поддерживать все существующие поселения, выполняющие административные и логистические функции. Они должны быть выдвинутыми вперёд аванпостами в Арктике, осуществлять роль организаторов экономического, социального и культурного пространства. Поэтому в новых документах стратегического планирования необходимы специальные программы поддержки таких больших и малых арктических центров с точки зрения ликвидации аварийного и ветхого жилья, развития коммунального хозяйства, создания в них объектов здравоохранения и образования, обслуживающих всю окружающую территорию на основе новых телекоммуникационных технологий.

Непосредственно же при реализации удалённых инвестиционных проектов лучше использовать вахтовый метод. Уже накопленный опыт показал, что наиболее эффективны и безопасны для здоровья людей вахты в пределах одного часового пояса. Это означает, что центры формирования коллективов вахтовиков должны быть в южных районах Урала, Сибири, Дальнего Востока. Таким образом, транссибирский промышленный пояс станет тыловой опорой российской Арктики не только с точки зрения обмена ресурсами, но и в человеческом измерении.

Конечно, вахтовый метод имеет множество недостатков. Но его использование оправдано не только с экономической точки зрения, но и как инструмент формирования ценных личностных качеств человека. Арктика требует высокого уровня профессиональной подготовки, умения работать в коллективе, развитого чувства долга и ответственности, собранности и дисциплинированности, доведённой до автоматизма взаимовыручки. Эти ценные качества, приобретённые человеком на Севере, остаются с ним на всю жизнь.

***

После распада Советского Союза Россия стала ещё более северной страной, чем когда-либо в своей истории. Наверное, лучше всех это понимают космонавты, наблюдая с огромных расстояний, как держава наша приютилась на самой макушке Земли у Северного полюса. Разнообразная деятельность в Арктике уже стала нашей повседневностью, а не каким-то отдалённым эпическим явлением. По факту это давно так, достаточно посмотреть ресурсные и финансовые балансы страны. Постепенно приходит и осознание, что не только настоящее, но и будущее государства напрямую зависит от состояния дел на российском Севере. Вот почему должна быть продолжена работа по выработке и, самое главное, практической реализации стратегических и тактических решений по его динамичному развитию. Это особенно важно в условиях нарастания претензий наших геополитических соперников на доминирование в Арктике.

Некоторые могут возразить, что сегодня Россия не имеет финансовых ресурсов для экономического, логистического и военного укрепления позиций в столь отдалённом, сложном и ресурсоёмком макрорегионе. На самом деле, об этом смешно и говорить, когда наша страна уже четверть века является финансовым донором всего мира, а львиная доля вывозимых из России средств рождается именно на отечественных северах. Надо развернуть обратно могучие эти финансовые потоки и их мелкие ручейки. Как это сделать – давно известно и из теоретических разработок многих наших экономистов, и из опыта других стран. Нужна только политическая воля к изменению действующего сейчас в России компрадорского хозяйственного механизма.

Автор картины - Марина Порозина

Сталинград. Память и нефть

политико-экономические условия формируют нынешние оценки даже в сугубо военно-исторических сферах

Игорь Шумейко

3

Оценить статью: 4

По традиции в Европе празднуются годовщины (кратные десяти) открытия Второго фронта. В 2004 году на 60-летие Россия была приглашена, выслушала комплименты о своей «выдающейся роли в общей Победе». Все прекрасно… Но одна маленькая червоточина: на предыдущий юбилей (1994), французы-распорядители Россию почему-то не пригласили. Казалось: парадом больше/меньше…

Но, любопытно все ж! Что значит сия разница в списках? Вскрылись какие-то новые факты? Может французы как раз в 2004-м узнали: была, оказывается… «Сталинградская битва», способствовавшая их освобождению, и решили пригласить русских?

Так нет же, ещё 9 февраля 1943г, знаменитый французский писатель Жан Ришар–Блок утешал по радио своих «униженных и оскорбленных»:

- Слушайте, парижане! Первых трёх дивизий, которые проникли в Париж в июне 1940 года и осквернили нашу столицу, этих трёх немецких дивизий – 100-й, 130-й и 295-й - не существует больше! Они уничтожены под Сталинградом! Русские отомстили за Париж! Русские отомстят за Францию!

Понятно: «в исследуемый  период» собственно военных подробностей, фактов не очень-то добавилось. Да и вряд ли они, даже будь отысканы, заинтересовали кого-то из суетливых французских Оргкомитетов-1994, 2004г…

Может они эдакие эстеты, а Россия-1994 малоприглядна. И не пожелали видеть, как пьяный президент-«дирижёр» вдруг попробует себя на параде еще и… тамбур-мажором?

Или наоборот—  прагматики: позвали Россию-2004, а при 300 за баррель пригласили бы на Парад: «героев Второго фронта - Кувейт с Эмиратами?!

Увы, второе предположение ближе к истине. Не в такой заостренной форме (с Эмиратами) - а в смысле, что именно ПОСЛЕ-военные реалии, политико-экономические условия, и формируют нынешние оценки даже в сугубо военно-исторических сферах, то оставляя одних ветеранов за бортом, то выводя других на первую линию Парадов Победителей...

Это кратко изложено моё  вступление к одному из изданий книжки «Вторая мировая Перезагрузка», вызвавшей некоторые отклики в СМИ. Обсуждали во «Временах» Познера (апрель 2007) - защищал её и пропагандировал Юрий Поляков, атаковало несколько оппонентов, в т.ч. Марк Розовский, обличавший тогда СССР «готовивший сепаратный мир с Гитлером».

Позже, в 2008г, к юбилею Сталинградской битвы, в программе «Постскриптум» мне переадресовали вопрос от любителей модной «альтернативной истории»: какова была б судьба СССР, мира в случае победы Германии под Сталинградом?

Чуткая, квалифицированная редакторская группа Алексея Пушкова уловив некое «набухание темы», грозившее явлением ново-розовских изысканий, передав «аргументы» гадателей:

- Перерезание Волги, единственной (нефтепроводов не было) линии снабжения бакинской нефтью, в тогдашней «войне моторов» означало поражение? СССР сдался бы, потеряв Сталинград?

В подобных  «альтернативных историях» найдете массу гипотез, карт со стрелками германских наступлений вплоть до Урала, Омска, континентами поделенными Германией, Италией, Японией. Ещё есть целый набор обвинений СССР «в готовности к сепаратной сдаче в 1941 и осенью 1942г».

Считая малополезными прямые заверения «СССР не сдался бы! Никогда!» я в той передаче привел один весьма косвенный пример.

Лето и осень 1942г, по всему левому берегу Волги в бешенном темпе роют т.н. «нефтеямы»: рвы, запруды на речках и оврагах. Столь же спешно их заливали нефтью,  но как! Сверх всех задействованных танкеров, придумали тянуть по Каспию непосредственно цистерны! В районе Баку железнодорожные составы уходили в море, тянулись буксирами. Легкая нефть + сталь цистерн в среднем давали удельный вес примерно равный воде Каспия. Так полупогруженный состав тянулся до района Астрахани, выйдя на берег вновь подхватывался паровозами, продолжая движение, разливая нефть по вырытым «нефтеямам».

Не знаю, произвел ли впечатление на досужих «альтернативщиков» сей пример соединения абсолютной решимости и находчивости. Гринписовцы возможно и осудили столь жуткий урон природе.

Наверно, это можно счесть ответом по «планам, намерениям СССР»:

1) Потеря Сталинграда, получается - НЕ исключалась (абсолютная предопределенность победы принижает её значение, опошляет драматизм истории).

2)Но и в случае потери Сталинграда французский вариант 1940 года в СССР не рассматривался. Кому-то надо ж было «отмстить за парижан», спасти мир. Впрочем «спасти» звучит для сегодняшних будней слишком пафосно, лучше подчеркнуть иное: СССР создал новый мир. С ООН, собой в Совбезе, но без Гитлера. Ответить в духе Ришар–Блока: Парижане, пражане, страсбургчане! У вас был выбор в 1938-40гг., у СССР позже. Но отрицать конечный вывод: или под Германией, или как сейчас, в 2017 - детская реакция («закрою глаза и всем станет темно», «тётя из Америки наверно всё равно бы спасла»).

Недавно я включил сей нефтесюжет в доклад на Попечительском совете музея-заповедника "Прохоровское поле" (16ноября 2017г  с участием губернатора Белгородской области Е.С.Савченко).

И… получил важную поправку от ведшего заседание Николая Ивановича Рыжкова (сенатор от Белгородской области, экс-Предсовмина СССР)

Н.И.Рыжков: «Игорь Николаевич, не только по левому берегу Волги готовились такие нефтеямы, но и дальше. Близ завода «Уралмаш» (Свердловск) была такая нефтеяма, её ликвидировали, очистили площадку -  уже в период моей работы на заводе, в 1960х годах!»

Почему так поздно ликвидировали «эту неэкологичную жуть»? А ведь всё потому же: мера разрушений и восстановительных трудов. Это вам подтвердят и жители, навскидку… славного града Бордо. Самый страшный по итоговому урону (отдельная тема) самолётом был: высотный, маневренный, несбиваемый разведчик-корректировщик «Фокке-Вульф»-189 («рама»), чье появление означало неминуемый высокоточный артобстрел. А производился «Фокке-Вульф»-189 на… пражском «Аэрограде» и… заводах «Верк-3» Бордо. (Привет нынешним «Аэробусам»!) . Город-коллаборационист (один из сотен) -  целехонек, а Сталинград сначала хотели восстанавливать на другом месте. 

О феномене смерти Бога в повседневности

субъективность для Запада выступает сегодня высшей ценностью, упраздняя любые другие ценности

Наталья Ростова

16

Оценить статью: 3

Ибо многие придут под именем Моим, и будут говорить: «Я Христос», и многих прельстят (Мф. 24:5)

Положение прихожанина Англиканской Церкви и открытого гея сравнялись: и то, и другое вынуждает оправдываться

Доминик Грив, экс-генпрокурор Великобритании

Смерть Бога – не метафора, но факт, свершившийся в западном сознании XX века. В философии об этом свидетельствует теория сакрального, которая позволяет строить рассуждения о религии вне идеи Бога, а в предельных вариантах объявляет Бога антисакральным (Ж. Батай). Поразительно, но современная теология пошла по тому же пути, что и философия, вытесняя, а в конечном итоге, устраняя Бога из христианской традиции силами христианства. Удивительные свидетельства смерти Бога для теологии можно найти у митрополита Антония Сурожского, несшего свое служение в Великобритании. Например, он рассказывает о том, что русскую студентку выгнали вон с богословского семинара, проходившего в Лондоне, только из-за того, что она сказала что-то о Воскресении Христовом. Самого Антония Сурожского перестали приглашать на Би-би-си, потому что он говорил о Божестве Христа. По мнению работников корпорации, подобные проповеди принадлежат к другому столетию [1] . Эти воспоминания митрополита относятся к семидесятым годам прошлого века. Сегодня отвержение сверхъестественного выражается, например, в том, что «Обязательные основы», одобренные французским епископатом, рекомендуют исключить все ссылки на космические чудеса – утешение бури, умножение хлебов, а также упоминания об ангелах, сатане и бесноватых. Среди заповедей блаженства в них не нашлось места заповедям «Блаженны плачущие» и «Блаженны изгнанные за правду». Страшные слова Христа «Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя и возьми крест свой» также «опущены». На практике подобные веяния выражаются, например, в том, что родители, по совету прихода, «чтобы не травмировать» своего ребенка вешают в его комнате не распятие, а собаку «как символ верности», то есть как изображение, наиболее понятное детскому возрасту [2] .

Дело, однако, не просто в том, что вера рационализируется и психологизируется, но в том, что фигура Бога подменяется принципиально чем-то иным, необратимо трансформируя не только церковное, но вместе с тем и социальное пространство. Как однажды тонко подметил П. Тиллих, Америка, решая проблему отношений между Богом и миром, изобретает «средние аксиомы», которые являются посредниками между абсолютными принципами христианства и конкретной жизнью мира, как-то: демократия, достоинство человека, равенство перед законом [3] . Проблема заключается в том, что эти аксиомы фактически стирают необходимость в непосредственности Бога. И это стало характерно не только для американского, но и для европейского менталитета, который избрал для себя в конечном итоге горизонтальное измерение. Для Европы знаковым стало подписание в 2004 году главами европейских государств Конституции ЕС, исключившей христианство из списка источников своей культуры. Характерно, что, по замечанию западных аналитиков, только русский президент, поздравляя в 2013 году папу Римского Франциска с избранием, говорил о христианских ценностях, тогда как все остальные нейтрально говорили о мире, доброте и демократии [4] . Лозунг «JesuisCharlie» сегодня несоизмеримо ближе к пониманию собственной идентичности Европы, нежели христианство. Место Бога теперь занял принцип толерантности. И в этом пункте сходятся светская и церковная мысль, подтверждением чему служит диалог Юргена Хабермаса и Йозефа Ратцингера.

В этом диалоге Ю. Хабермас выступает за «постсекулярное общество», то есть общество, которое подразумевает взаимодействие и «взаимообучение» секулярной и религиозной сфер. Фактически же речь идет о реабилитации верующих в современном мире путем признания их равноправия в демократическом диалоге со светскими позициями и благодаря «переводу» основных религиозных понятий на общедоступный язык. Удачным «переводом» такого рода Хабермас считает идею «человеческого достоинства», которая в христианстве присутствует как идея богоподобия. А Йозеф Ратцингер вторит ему: «я во многом, - говорит он, - согласен с тем, что было сказано Юргеном Хабермасом о постсекулярном обществе, о готовности учиться и взаимном самоограничении» [5] . Взаимное ограничение касается двух сфер – разума и веры, светского мира и церковного. Наряду с христианством Ратцингер объявляет рациональную секулярную культуру великой культурой Запада и выступает за их «коррелятивность» в современном мире. Церковная точка зрения необходима для предотвращения патологии разума – расширения арсенала ядерного оружия, применения клонирования и т.п. А разум необходим религии во избежание патологий веры – фанатизма, приближенного к терроризму. Другими словами, и Хабермас, и Ратцингер придерживаются толерантности как основного принципа для человечества, подчеркивая, что не только единственность истины невозможна, но и всякая частная истина нуждается в другой частной истине.

Архиепископ Бруно Форте, приближенный Папе Римскому Франциску (специальный секретарь Синода епископов), концептуализируя понятие Бога как Иного, Другого, приходит к мысли о том, что в свете этого необходимо признавать всякую инаковость. Земная инаковость есть символ трансцендентной инаковости, и «принятие одного означает принятие Другого». Начиная говорить о культурных, национальных и религиозных различиях, он переходит к приветствию «любой инаковости», призывая «открыться навстречу ценностям любой инаковости, с которой мы сталкиваемся и как отдельные индивиды, и как сообщества – понимая ее не как соперника, но как обещание и дар». Вторя Иоанну Павлу II [6] , он призывает «уважать другого человека во всем его отличии» [7] . Сейчас Бруно Форте занимается вопросами либерализации отношения Церкви к гомосексуализму, проповедуя, как это иногда называют, «экуменическое отношение к стилю жизни». То есть признавая и вне официального подхода католической Церкви зерна истины и позитивные моменты. В случае с гомосексуализмом, например, тот факт, что нетрадиционные партнеры все же любят друг друга, а значит не все в их связи является грехом [8] . Но признание любой инаковости и осторожные подступы к ней есть не что иное как принцип толерантности.

Стоит только отметить, что «толерантность» вместе с тем и прежде всего есть физиологическое понятие, означающее неспособность организма противостоять антигенам. Не проливает ли свет такое понимание термина на подлинную суть проблемы человека сегодня? Принцип свободы слова сейчас, кажется, исходит из того крайнего утверждения, что, «нет ничего настолько святого, чего нельзя было бы оскорблять» [9] ,как однажды выразился скандально известный представитель современного искусства Ларс Вилкс. Это высказывание отнюдь не является эксцентрикой. Оно отражает логику дискурса толерантности и реальность, выстраивающуюся согласно этой логике. Появившиеся в сентябре 2015 года карикатуры на утонувшего ребенка беженцев из Сирии и организованная в мае 2016 года выставка«Музей мучеников», посвященная террористам, подтверждает неизбежную ее жизненность. Восклицания о том, что «это уже слишком», не выдерживают никакой критики. «Слишком» может быть только по отношению к чему-то, по отношению к фундаментальному табу. Вне табу у позволенного нет степеней. Но не обернется ли эта позиция против «святости» самой свободы слова?

Принцип толерантности заставляет Запад пересмотреть свое отношение к христианским символам, в результате чего они либо нейтрализуются, либо подпадают под прямой запрет.

Христианские символы: Keep Christ in Christmas

Нейтрализация символов – это попытка найти для них знаковый светский эквивалент, позволяющий абстрагироваться от их конкретного христианского содержания. Например, накануне 2013 на центральной площади Брюсселя установили не традиционную двадцатиметровую сосну из Арденнских гор, а так называемое «электронное зимнее дерево» - громоздкую инсталляцию, многим напомнившую сборку из огромных аптечных крестов, отчего ее прозвали «Аптека». В городе, однако, разгорелся скандал, и в 2014 году эксперимент повторять не стали. Из-за доводов толерантности в Европе все чаще возникает инициатива заменить наименования христианских праздников нейтральными светскими, например, назвать рождественскую неделю неделей скидок и распродаж или зимним праздником, праздник Всех Святых - осенними каникулами, а пасхальные праздники – просто каникулами.

В США и Европе, например, в Великобритании, стала популярна аббревиатура «X-MAS», которая заменяет рождественское «Christmas». Эту аббревиатуру можно встретить на рекламных баннерах или поздравительных открытках. Все понимают, что аббревиатура отсылает к ежегодному празднику, однако подспудно все перестают понимать, чему посвящен этот праздник. Причинитель празднества, Христос, устраняется из события абстрактным «Х». Не «Христова месса», но «некая месса» становится содержанием праздника. Приверженцы использования аббревиатуры, желая избавить народ от невежества и напрасного негодования, объясняют, что «Х» – вовсе не математический «х», «thismisunderstanding», это непонимание сразу же развеется при обращении к истории. «Х» есть не что иное, как символ Христа, используемый с древнейших времен [10] . Но о чем нам говорит «Х»?

Христограммы, на которые ссылаются изобретатели «X-MAS», – это живые доопределяемые в вере символы христианства с конкретным содержанием.Например, Х – это начало имени ό, эта буква символизирует Христа. Христианский символ рыбы содержит в себе исповедание христианской веры, благодаря греческому слову «іхѲý», которое можно прочитать как аббревиатуру, обозначающую: «Иисус Христос, Сын Божий, Спаситель». Символ рыбы и монограмма IХѲY спользовался во время гонений на церковь и позволял христианам узнавать друг друга. Христограмма «хи-ро» (☧), или «крест Константина», содержит в себе первые греческие буквы имени Христа. Она символизирует Христа и Его победу над смертью. Но что такое «Х» в аббревиатуре «X-MAS»?

То, что «X» сам по себе символизирует Христа или является второй буквой внутри греческого слова «рыба», вовсе не означает, чтов связке с «MAS»он образует символ христианского праздника, ибо символ неделим, но всегда целостен, иначе он превращается в знак. Нельзя произвольно взять один элемент символа и присовокупить его к другому элементу, объявив новое образование древним символом.«Х-MAS»-не христианский символ, ибо традиция его не знает. Идет ли речь о том, чтобы создать новый символ? Но нас отсылают к истории. История же имеет два измерения – до принятия императором Константином христианства и после. Первое – это время гонений на христиан, время, когда символ позволял сокрывать живое знание. Второе – это время торжества христианства, когда символ проник в повседневную жизнь. И в том, и в другом случае прикровенность символа связана с непосредственной данностью символизируемого. Но сегодня не времена катакомб, равно как и не торжественное время христианизации мира. Сегодня не знаемое «символизируется», но то, что попадает в реку забвения. Рождественская аббревиатура со знаком «Х» - это не символ, а шифр, то есть способ забвения Того, чье место он занимает, под предлогами обращения к древним символам и разумной экономии места на вывесках и карточках. «Х» в современной аббревиатуре не имеет никакого отношения к символическому сознанию, поскольку не открывает, но, напротив, заслоняет собой содержание.

Помимо косвенных запретов на символы христианства за последние годы в Европе  произошла череда резонансных событий, связанных с прямым запретом на них, причем при судебных разбирательствах суд чаще всего выступал против христиан. Например, работодатели стали ставить своих сотрудников перед выбором – крест или работа.В 2006 году сотрудницу британской авиакомпании Надю Эвейду уволили из-за того, что она отказалась снять нательный крест на работе. Впрочем, именно Эвейде в отличие от других гонимых христиан суд пошел навстречу, признав нарушение прав человека и обязав работодателя выплатить денежную компенсацию. В 2009 году в Великобритании сотрудницам двух разных клиник Ширли Чаплин и Хелен Слаттер руководство запретило носить крест на работе под угрозой увольнения. Начальство Хелен аргументировало свою позицию тем, что ювелирные украшения могут принести инфекцию в больницу. В 2013 году увольнением за ношение усыпанного драгоценными камнями креста, больше похожего на украшение, пригрозили ведущей норвежского телевидения Сив Кристин Саелманн.

Под запрет попадают не только нательные кресты. В 2006 году крест сняли с воинского мемориала в Амстердаме, который, однако, вернули после протеста ветеранов. В 2009 году Страсбургский суд вынес решение о запрещении распятий в итальянских школах. Правда, из-за горячих протестов итальянцев в 2011 суд отменил свое постановление. В 2010 году кресты были сняты со стен немецкой больнице в БадЗодене. В том же году члены фракций Европейского парламента обратились в Страсбургский суд с протестом против присутствия креста в молитвенной комнате Европейского парламента. В 2014 году под давлением Фонда свободы от религии (FFRF) в университете Арканзаса удалили изображения крестов с футбольных шлемов. Эти и другие запреты часто аргументируются тем, что христианский символ может оскорбить или, если имеется жалоба, уже оскорбил чувства мусульман и других нехристиан. Например, кресты больницы в БадЗодене попали на свалку из-за жалобы пациента-мусульманина, который заявил, что те мешают ему выздороветь.

Аналогичные случаи происходят и с рождественской символикой. В 2012 году администрация датского города Коккедал запретила установление рождественской ели. В том же году в Санта-Монике (США) христианам пришлось устраивать рождественские мероприятие на частной территории, поскольку в городском парке муниципальные власти города делать им это запретили. Как лозунг христиан современного мира звучит тема рождественского парада, предложенная в 2014 году в американском городе Пьемонт: «Keep Christ in Christmas». И как свидетельство о положении христиан в некогда христианском мире воспринимается решение властей города об изменении этой темы со ссылкой на то, что она не может быть пригодна для светского праздника.

Не только христианская символика, но и принадлежность к христианству как таковая, вызывает осуждение. Как сообщает Доминик Грив, «сотрудники фирм в наши дни сталкиваются с риском потерять работу, если имеют склонность обсуждать вопросы, касающиеся веры, в трудовые дни» [11] . Например, с английского завода «Бентли Моторс» в 2012 году уволили священника Фрэнсиса Кука, который проработал там 10 лет, из-за того, что его присутствие может оскорбить нехристиан. В 2013 году в США учителя из Нью-Джерси уволили за то, что тот, отвечая на вопрос любопытного ученика о происхождении фразы «Последние станут первыми», дал почитать ему Библию. В том же году в США выпускнице школы Нью-Йорка запретили в своей речи упоминать о Боге. В 2014 в США школьнице из штата Теннеси, обратившейся к чихнувшему с традиционной фразой «Blessyou!» («Будь благословен»), сделали замечание о том, что подобные формулировки уместны только в церкви, и временно отстранили от занятий. В том же году во Флориде учительница запретила ученику читать Библию в классе в специально отведенное для чтения время. В Колорадо ученикам не позволили собираться в учебное время для совместных молитв и разговоров на религиозные темы. В Калифорнии в одной из школ изъяли всю христианскую литературу, в том числе Библию, якобы по желанию родителей. Правозащитники теперь ведут свое расследование. А один из американских христианских колледжей отказался от своего именования «Крестоносцы», которое получил с момента своего основания в 1968 году. Президент колледжа объяснил это тем, что «времена меняются». Христианство вытесняется не только из рабочей сферы и светских учебных заведений, но и из христианских школ. Сейчас в Великобритании двум христианским школам департамент по стандартам в области образования угрожает сокращением финансирования и даже закрытием из-за того, что, по мнению чиновников, в них формируют у детей «дискриминационные взгляды». К такому выводу они пришли после опроса учеников на тему гомосексуализма и других религий [12] . Массовость притеснений христиан привела даже к созданию в Австрии специального Центра исследований нетерпимости и дискриминации по отношению к христианам, который регулярно готовит информационные и статистические доклады.

Христианство становится настолько маргинальным, что теряет под собой законную почву. Оно становится косвенно, а порой и прямо наказуемым. Для него остается только место приватного, скрытого от окружающих. Христианство оказывается на задворках европейского сознания. Сегодня только Либерия может призывать Всевышнего на спасение от вируса Эбола, о чем язвительно сообщают либеральные газеты [13] .

Попытка нейтрализации христианских символов, вытеснение христианства в сферу личного дела наряду с продажей храмов и осквернения христианских святынь позволяют Доминику Гриву говорить о достигнутом равенстве между христианами и гомосексуалистами в смысле их маргинальности. Однако, если христиане действительно сегодня на Западе становятся маргиналами, то о положении гомосексуалистов подобного сказать нельзя.

Традиционные символы

Напротив, нетрадиционные ценности сегодня особенно бережно охраняются законом, тогда как традиционные христианские ценности представляются в роли агрессоров. За квалификацию гомосексуализма как греха или за отказ представителям нетрадиционной ориентации в причастии в Европе и Америке сегодня могут наказать. Например, в Великобритании в 2008 году суд приговорил англиканского епископа к штрафу и направил на переподготовку за то, что тот отказался принять гей-активиста на работу, связанную с общением с молодежью. В 2004 году в шведском городе Боргхольм известного пастора Оке Грина приговорили к месяцу тюремного заключения за то, что во время проповеди он осуждал гомосексуализм и назвал гомосексуалистов извращенцами, которых дьявол использует в борьбе против Бога. Поведение пастора подпало под недавно появившуюся в Уголовном Кодексе статью об ответственности за неуважение к меньшинствам. Лишь апелляционный суд оправдал пастора. В 2010 году в Великобритании провел ночь в тюрьме и заплатил штраф в 1000 фунтов американский уличный проповедник. Компания целующихся гомосексуалистов окружила его и начала спрашивать, что он об этом думает. Проповедник сказал им, что в глазах Бога это грех. Тогда группа обратилась в полицию. Подобным арестам подверглись и другие уличные проповедники за публичные высказывания относительно греховности гомосексуализма.  В том же 2010 году в Нидерландах в полицейском участке пришлось оправдываться священнику после того, как он отказал в причастии гомосексуалисту. Священник сослался на то, что, согласно Церкви, содомия – тяжкий грех. Гомосексуалист обратился в полицию. Недовольного тут же поддержали активисты нетрадиционной ориентации, устроив акцию протеста в церкви.В 2010 году испанской католической телекомпании пришлось заплатить штраф 100 тысяч евро за выпуск в эфир рекламных роликов, пропагандирующих семейные ценности. Осенью 2014 года в Хьюстоне разгорелся скандал. Мэр города, сама принадлежащая нетрадиционной ориентации, заявила о «чистке» проповедей местных священников на предмет гомофобии и высказываний по гендерной тематике. Администрация города потребовала под угрозой суда исключить подобные высказывания из публичных выступлений и выказала готовность проверить письменные варианты проповедей ряда представителей духовенства.

В отличие от значительного числа протестантских церквей, благословляющих гомосексуальные союзы и посвящающих в сан гомосексуалистов, католическая церковь в этом вопросе придерживается традиционных взглядов. Но СМИ делают свою работу, приучая аудиторию к мысли о том, что католицизм вполне совместим с гомосексуализмом. Например, в либеральной прессе на первой полосе можно увидеть заголовок «Папа хочет признать нетрадиционную семью» [14] . Конечно, из текста статьи, помещенного уже на другой полосе, выяснится, что гомосексуализм католическая Церковь «однозначно считает грехом», но читатель уже вовлечен в игру технологии по превращению табуированного в норму. Аналогичную стратегию СМИ можно наблюдать и в отношении других традиционных ценностей. Например, статья с заголовком «Папа согласился на развод» будет строиться на таких вербальных конструктах, как «возможно, скоро», «похоже», «с другой стороны», и содержать в себе чистый домысел журналиста [15] . Объявленный факт в заголовке будет обеспечен натянутой гипотезой автора статьи в верном расчете на то, что оставит след в сознании читателя.

С точки зрения антропологии, торжество гомосексуальных ценностей в Европе весьма симптоматично. Оно обнаруживает старость Европы, ее культурную вялость. Каким-то искусственным образом прогрессивный протестантизм сегодня пытается привить христианству третий путь. Не путь духовного плодородия, выразителем которого является монах, не путь мирского, но освященного Церковью, плодородия, связанного с идеалом супружества, но путь удовольствия. Удовольствие – удел бесплодных стариков. Современный гомосексуализм освещает постаревшее лицо западного христианства. О чем задумываются и сами западные христиане. На конференции по гомосексуальным бракам, прошедшей в 2013 году в Госдуме, французские делегаты заявили: «Европейской цивилизации приходит конец, вся надежда только на Россию и Православную церковь» [16] .

Дело не только в том, что гомосексуализм прямо противоречит христианству. Главным здесь является аргументация, защищающая нетрадиционные ценности. Вновь человек и его права поставлены во главу угла. Субъективность для Запада выступает сегодня высшей ценностью, упраздняя любые другие ценности.

Люди-nones

На частном антропологическом уровне смерть Бога выражается в психологизации религии и синкретическом мировоззрении. Религия начинает восприниматься как вид психотерапии [17] . Но смысл религии и психотерапии противоположен, ибо психотерапия имеет своим пафосом примирение человека с миром и с самим собой. Она помогает человеку социализироваться и обрести заветное чувство «я сам», то есть чувство, говорящее человеку: «я делаю себя сам, а значит, имею на себя права». Религия, напротив, требует от человека порвать все связи с миром и велит ему жить в мире этом, но по законам мира иного, центрируя сознание Богом. Синкретизм, позволяющий человеку одновременно утверждать то, что он является буддистом, христианином и последователем Кастанеды, есть не что иное как избирательная толерантность на частном уровне, то есть примирение истин, каждая из которых сама по себе есть полнота. Такое состояние сознания скорее свидетельствует о собственном хаосе и разрозненности, нежели о широте.

Если в философии жажда тотальных смыслов и сверхрационального вне Бога приводит к появлению философии сакрального, а в теологии – нетеистического теизма, то на уровне повседневности можно говорить о феномене верующих без предмета веры. Появляются так называемые люди-nones, те, кто на вопрос о принадлежности к какой-либо конфессии отвечает «none», то есть ни к какой, но при этом считают себя верующими – в высшую силу, разумное начало, внецерковного Иисуса Христа и т.п. В социологии это явление веры, жаждущей непосредственности Бога, которой тесно в рамках институтов, установлений и догматов, иногда называется диффузнойрелигиозностью (Р. Чиприани, 1988 г.), рассеянной религиозностью, внеконфессиональной религиозностью, постатеизмом и др. [18] .Сюда же можно отнести более раннюю идею «приватной» религии П. Лукмана («Невидимая религия», 1967). Сегодня М. Эпштейн называет его «бедной верой», «minimalreligion», объясняя, что бедной эта вера является потому, что «почти ничего не имеет в этом мире: ни храма, ни обряда, ни установленных правил, одну только обращенность к Богу здесь и сейчас» [19] . Но вера вне установлений, догматов и культа, вне определенного содержания, есть приватная вера, вера на свой вкус. Что бы в данном случае не провозглашалось в качестве предмета веры, это всегда будут субъективные переменчивые представления человека. Бог вне традиции есть индивидуальный Бог, то есть частные состояния субъективности.Традиция – это то, что присутствует в человеке и одновременно не зависит от него. Она является препятствием к субъективизации Бога. Внеконфессиональная религиозность предоставляет тотальную власть субъективности.

Церковь, в свою очередь, идет навстречу тем, кто ее сторонится. Например, в Голландии при одной из протестантских общин Оостерпарккерк, причем консервативного направления, создано церковное движение «Стром» (голл. «строом», «течение»). Община учитывает главную, как установил Нидерландский центр исследования о религии и обществе Каски, потребность молодых верующих Голландии – самостоятельный духовный поиск и индивидуальный характер веры. «Строом» проводит свои встречи в кинотеатре в то время, когда в самой общине идут богослужения, и допускает «прихожанам» проводить эксперименты, дебаты и брать из религии только то, что им близко. Пастор общины оправдывает такую форму церкви тем, что она в отличие от обычных тренингов духовного роста пробуждает в прихожанах стремление жить для других. Однако «жить для других» не есть собственно христианство. «Жить для других» – это проявление альтруизма, который возможен вне Бога. А брать из христианства только то, что сочтешь нужным, значит, стоять вне христианства. Это не единственный пример такого подхода церкви к верующим. Другая голландская протестантская церковь Ниувекерк (Новая церковь) привлекает мирян встречами в кафе, где проходят разговоры на наболевшие темы и практикуется самопознание на основе Библии. Но не есть ли это та же разновидность внеконфессиональной религиозности?

Оборотной стороной этой попытки найти Бога вне религии является построение религии без Бога. Блуждающая субъективность здесь формирует надежную институциональность. Речь идет о деловой сфере и корпоративной культуре, которые пропитываются религиозным духом. Главы корпораций обожествляются, как, например, Стив Джобс, изображающийся на плакатах с нимбом на голове и планшетом в руках, наподобие Библии. Магазин «Apple» в Ковент-Гарден приглашает посетителей на небеса. Стеклянная винтовая лестница, украшающая его интерьер, будто скопирована с картины Уильяма Блейка «Лестница Иакова». Западные компании развивают идеи корпоративной религии. Если сегодня конкурируют не товары, но идеи, то сила компании, считают менеджеры, заключена в ее философии. Брэнд неразрывно должен быть связан с ценностями, которые, собственно, и подлежат продаже. Вера сотрудников в сверхмиссию и ценности фирмы транслируется потребителям и рождает вместе с их верой спрос [20] . Возможно, с точки зрения конкурентной борьбы корпораций, эта позиция имеет под собой основания, однако она влечет прямой запрет на то, чтобы говорить о Боге. Ветхий Завет об этом говорит очень точно: не сотвори себе кумира. Бог и «кумиры» взаимоисключаемые величины. Там, где есть кумир, претендующий на то, чтобы охватить все чаяния, желания, душевные ориентиры человека, там нет места Богу. Если мир в аскетическом смысле – это то, что крадет человека у Бога, то таким образом окрашенный мир, окрашенный в святость и верховную ценность, это мир, окончательно укравши й человека у Бога. Теперь ему не противостоит Бог. Он сам как Бог.

Как в случае с поисками Бога вне религии, так и в случае попыток найти религию без Бога, речь идет о редукции трансцендентного к имманентному измерению – субъективности или социальности. Такая редукция есть свидетельство смерти Бога.

На фото: статуя «Воскресение», расположенная в зале Павла VI в Ватикане. Скульптор Перикле Фаццини

[1] Митрополит Антоний Сурожский. Труды. М.: Практика, 2002. С. 441-442.

[2] Шаргунов А. прот. «Евангелизация» мира и «культурная революция» в церкви// Православный журнал «Благодатный огонь» (Приложение к журналу «Москва»), № 18, 2008. С. 8-9.

[3] См.: «Теология культуры».

[4] Акопов П. Четвертый визит к третьему папе//Газета «Взгляд» от 26 ноября 2013 года.[Электронный ресурс]: - Режим доступа: http://vz.ru/politics/2013/11/26/661301.html.

[5] Ратцингер Й. Чем держится мир. Дополитические моральные основы либерального государства/ Хабермас Ю., Ратцингер Й. (Бенедикт XVI) Диалектика секуляризации. О разуме и религии. М.: Библейско- богословский институт св. апостола Андрея, 2006. С. 104.

[6] Энциклика «Fidesetratio» («Вера и разум») от 16 сентября 1998 года.

[7] Форте Б. Троица как источник вдохновения  для сообщества народов Европы/ Предсинодальный Симпозиум в Ватикане. Ватикан, 11-14 августа 1999. Христос – источник новой культуры для Европы на заре нового тысячелетия. Изд-во «Созвездие», 2000. [Электронный ресурс]: - Режим доступа:  www.agnuz.info ; Библиотека Католической службы «Agnuz».

[8] Минин С. Сезон охоты на ватиканских консерваторов// НГ-Религии от 19 ноября 2014 года.

[9] Гашков И. Собачья доля шведского карикатуриста// НГ-Религии от 4 марта 2015 года.

[10] См., например, http://www.whychristmas.com/customs/christmas_or_xmas.shtml ; http://blog.dictionary.com/xmas-christogram/ ; http://www.todayifoundout.com/index.php/2011/12/the-x-in-xmas-doesnt-take-the-christ-out-of-christmas/ ; http://www.cresourcei.org/symbols/xmasorigin.html

[11] Гашков И. Халифат подрывает мультикультурализм// НГ-Религии от 3 сентября 2014 года.

[12] Множество материалов на тему притеснения христиан в современном мире можно найти на сайте www.sedmitza.ru

[13] Гашков И. Лихорадка дьявола//НГ-Религии от 20 августа 2014 года.

[14] Бенси Дж., Мельников А., Гашков И. Папа хочет признать нетрадиционную семью//НГ-Религии от 15 октября 2014 года.

[15] Коткина О. Папа согласился на развод//НГ-Религии от 19 августа 2015 года.

[16] Об этом сообщает доцент кафедры истории и политики стран Европы и Америки МГИМО Ольга Четверикова (Акопов П. Четвертый визит к третьему папе//Газета «Взгляд» от 26 ноября 2013 года. [Электронный ресурс]: - Режим доступа: http://vz.ru/politics/2013/11/26/661301.html).

[17] Бурдье говорит о разложении религиозного в современном мире, о смещении духовенства на периферию размытого религиозного поля, поля символического манипулирования, центром которого становится «новое духовенство» - психологи, социальные работники, тренеры личностного роста и т.п. (Бурдье П. Разложение религиозного/ Начала. Сборник текстов. М.: Socio-Logos, 1994. — 288 с.).

[18] Впервые о диффузной религиозности заговорил в 1988 году Р. Чиприани. Проанализировав религиозную ситуацию в Италии, он обнаружил разрыв между теми, кто считает себя верующими, и теми, кто посещает католическую церковь. Число первых заметно превышало число вторых. Что привело его к созданию термина «диффузная религиозность». Диффузная религиозность, по его мнению, «относится к гражданам, которые… далеко не полностью покорны предписаниям Католической иерархии, но которые, с другой стороны, отказываются полностью отвергать базовые принципы, представляющие собой часть системы ценностей, поддерживаемой католицизмом» (ChiprianiR. «DiffusedReligion»andNewValuesinItaly//TheChangingFaceofReligion/ ed. By Beckford J.A., Luckmann T. London, NewburyPark, New Delhi: Sage Publications. 1988. p. 28).

[19] Эпштейн М. Религия после атеизма. Новые возможности теологии. М.: АСТ-ПРЕСС КНИГА, 2013. С. 28.

[20] См. об этом популярную книгу: Кунде Й. Корпоративная религия. СПб.: Стокгольмская школа экономики, 2002.

***

Данная публикация представляет собой отрывок из новой книги доктора философских наук Натальи Ростовой "Изгнание Бога. Проблема сакрального в философии человека".  Впервые в научной литературе понятие "сакральное" рассмотрено как вид дискурса, сложившеюся под влиянием научного бума на рубеже XIX-XX вв. и плотно вошедшего в интеллектуальное поле современности.  Вопреки обыден­ному восприятию термина, сакральное оказывается не тем, что указывает на присутствие Бога, но, напротив, тем, что требует отсутствия Бога, его "смерчи". Через идею смерти Бога автор показывает связь философии сакрального с концепцией смерти человека и идеей постчеловека. Концепт сакрального позволяет выявить ментальный разрыв между русской и европейской культурными традициями. В отличие от европейской философской традиции, которая для описания человека использует концепт сакрального, русская традиция, напротив, строит философию человека, основываясь на идее присутствия Бога. В духе русской традиции в книге предложен проект философской антропологии под названием "человек литургический".

Я есмь русский дух

о книге Андрея Бычкова "Вот мы и встретились"

Александра Окатова

1

Оценить статью: 2

Андрей Бычков. «Вот мы и встретились».  М.: Эксмо, 2017. - 320 с .

Небольшая белая книжечка, кокетливая с виду. Ладная такая, гладкая. Удобно лежит в руке. Название на корешке расположено как делают иностранцы — мы-то пишем снизу вверх, чтобы было удобно читать названия аккуратными рядами стоящих на полках книг, а иностранцы пишут снизу вверх — чтобы можно было легко прочесть название книги, лежащей на столе, или на кресле, или на подоконнике, или на разобранной кровати к примеру.

«Вот мы и встретились» — такое название хорошее, подумала я. Я замерла в предвкушении приятного, спокойного чтения, сразу представила себя в уютном пледе у камина в кресле, сижу с большой чашкой в руке, душистый пар над поверхностью чая настраивает на удовольствие от полной испытаний и трудностей истории, которая непременно должна окончиться счастьем — вот мы и встретились!

Обложка, надо сказать, оформлена с большим вкусом — по белому холодному матовому снегу танцуют свой брачный танец журавли, но! за ними безлистная тёмная размытая чаща, тревожная, будто будущее несчастье, и, как напоминание о неутомимо текущей в жилах всего живого крови — вьётся живая воздушная алая лента. Почему мне стало так неуютно? И теперь меня настораживает блестящая чёрным лаком неумолимая, тяжёлая, словно надгробный гранит, рублеными буквами надпись «ВОТ МЫ И ВСТРЕТИЛИСЬ». Наверху колючим курсивом Андрей Бычков и красным по вертикали: рассказы . Поворачиваю книгу и встречаюсь с пронзительными глазами автора — он глядит в самые мои зрачки, а что это сияет над его лбом? Лезвие настоящего меча? Не всё так просто, оказывается!

Давайте раскроем эту непохожую на другие книгу и пробежимся по её неспокойным странным страницам. Случайно или не случайно в ней двадцать два рассказа, довольно магическое мастер-число, верно? Мне не лень перечислить рассказы, смакуя каждое слово: «Права человека», «Голова Брана», «В бешеных плащах», «Тапирчик», «Прогулки на катере», «Грядущее и навязанное», «Гог Ван», «Нано сапиенс», «В разрывах листвы», «Время проекций», «Блиссамбо», «Машина Джерри», «Ничья вина», «С тех пор», «Яйцо», «Тайцзи», «Имя», «Русский рассказ», «До двенадцати дня следующего воскресенья», «Белая линия», «Марио», и заключительный, окончательный без обжалования рассказ, давший название всей книге — «Вот мы и встретились».

Не пытайтесь представить себе по названию, о чём пойдёт речь в рассказе! Ни за что не угадаете! Кажется иногда, что автор просто глумится над читателем — ты хотел что-нибудь светлое про низкое закатное солнце, заглядывающее сквозь резную листву в твоё лицо? Как бы не так! Нна! Получай! Мало тебе? На тебе в живот раскалённое лезвие! Хочешь про любовь, про взаимопонимание и взаимопроникновение, про доверие, про незримую связь мужчины и женщины? Нна! Получай сладкие пытки и любовь до смерти, смертельную любовь! Всё как в жизни — ты ждёшь от неё высоких порывов и удивительных открытий, а получаешь боль и страдания.

Автор любит коварно заманить наивного зазевавшегося читателя туманными намёками и таинственными образами: «Это были странные коридоры — длинные и исковерканные, по которым они иногда неслись вверх тормашками, а иногда не двигаясь, летели, не перебирая ногами, как будто их что-то несло. Несло, то разводя, то снова сближая, и тогда они мчались бок о бок, под руку, оба в чёрных велюровых фраках, белых сорочках с жабо и с манжетами в виде кинжалов. И их набриолиненные виски сверкали в темноте» . И ты, завороженный красотой картинки, доверчиво следуешь за автором, трепеща от предвкушения удовольствия от лихо закрученного сюжета, следуешь за ним неотступно, и тут он заводит тебя в лабиринт, ты мечешься, бежишь запутанными тропинками, падаешь, сбиваешь в кровь колени, а вместо выхода оказываешься в тупике, лицом к лицу со своим испуганным отражением, с тревогой вглядывающимся в собственные лихорадочно блестящие зрачки. Или приводит тебя к месту казни или месту странного убийства, к непонятной и пугающей пыточной машине. Или это не зеркало? Скорее портрет, только откуда он знает, кто я, как я выгляжу, что я знаю? Откуда он знает про меня эти подробности, эти мои секреты, мои зажившие и незажившие раны? Откуда он, например, знает, что мой папа был похож на жирафа? Откуда он знает, что в детстве я смотрела на солнце, пока оно не начинало мигать подвижным черным кругом, скрывающим золотую монету яркого диска? Откуда он знает про белую деревянную линейку и про белый …? И про снег белых яблоневых лепестков? И про тонко отточенный карандаш, доведённый на шкурке до остроты иглы? Откуда он, чёрт возьми, это знает?! Как он так пишет, чёрт, будто влез в мои мысли и говорит, говорит, вводит в транс, околдовывает, морочит, гипнотизирует, говорит, говорит и выковыривает малюсенькой на длинной ручке ложечкой из моего мозга самые забытые впечатления, самые сокровенные, ещё даже не вылупившиеся мысли.

Он пишет будто десяток гениальных писателей с разными стилями. То он пишет как Джойс, изливая мысли, будто меня рвёт ими, то пишет как Толстой, самый настоящий Толстой. Да и сам автор в в своём манифестационном рассказе «Права человека» так и написал:

— Фамилия?

— Толстой.

— Имя?

— Достоевский.

Краткие, казалось бы бесстрастные диалоги без ремарок напомнили мне манеру Хемингуэя (без Ремарка! блин). Русского такого Хемингуэя. Кстати, про русское. Он такой русский — как тысяча русских татар, как тысяча русских поляков, как тысяча русских самоедов. Если вам хочется гладкой речи, красивой, аккуратной, беллетристики проще говоря, то это не к Бычкову — к нему, это если вам хочется горчицы или хрену там (и никакого бланманже, блин!) как всякому русскому человеку, вот это к Бычкову.

В книге много находок и открытий. Вот в рассказе «Ничья вина» блестящая находка — косная от разложения и при этом образная мозговая речь полового маньяка: ««Не студа» да «не студа», что за «не студа», да за такая? Думал». Или вот это, с выпадением существительных: «И джип его в акациях с потушенными ждал, среди листьев блестел от уличных, как все машины» — но вам ведь всё ясно, так ведь? А точность формулировок этого автора напоминает скальпель, что напоминает — глаз режет, блин! «Он зашёл в Макдональдс и взял себе гамбургер, испытывая странное наслаждение от того, какое здесь всё бездарное, серое и грязное только слегка» — ну как не узнать, все мы это испытывали, все! Или вот это: «кадиллаки, красные такие, выкрашенные в лак, яркие такие как помидоры». Как вам? А по мне — больно-то хорошо сказано! Он разбрасывает по тексту как отравленную приманку для бродячих читателей: выше стропила, плотники, и во ржи над пропастью, и белых яблонь дым кое-где проскакивает, и какой же русский не любит, и вылезает гоголевский нос с его припорошенными белым порошком туннелями. Много чего вылезает: и наказательная машина из исправительной колонии выезжает, выплывает — только подмечай, только узнавай, только смотри во все глаза, глотай — не подавись, читааатель, блин!

Так вот, от рассказа к рассказу меняется стиль автора — вот такой он неуловимый, ускользающий, горько улыбающийся автор. Разнообразный. Широкий, можно сказать. От сингулярных точек сферы, блин, Римана до символического торга со смертью Бодрийяра, от Сциллы и Харибды до улицы имени Горького, от Ригведы до Боттичелли. И при этом очень русский.

Он и жёсткий реалист, жестокий даже, и мастер фантасмагорий, и мистик, и иносказатель (иносказитель?), и метафизик (Мамлеев? Головин?), и престидижитатор гештальта такой, психолог, палач человеческих душ (этак и до метафизической интоксикации недалеко)!

Со своими героями творит что хочет — он может метафизически вывернуть мужчину наизнанку и сделать из него женщину, вот он какой — Бычков-Всемогущий. Он может и тебя, читатель, заставить смеяться сквозь слёзы и рыдать сквозь улыбку — всё это он, такой многоликий и многорукий, непредсказуемый. Единственное, что я, проглотившая всю книгу от корки до корки, прошу вас не делать — поверьте мне, послушайте меня — не читайте последний рассказ, тот самый, давший название всему сборнику — прочтёте — поселится у вас в голове червячок и разъест ваш мозг к чёртовой матери! Чесслово!

Язык Бычкова — это явление, достойное отдельного глубокого исследования. Новый и традиционный, свежий и остро-точный, с улыбкой обходящий, огибающий ханжеские запреты последнего времени, нет в нём жеманной скромности, он называет вещи своими именами, живой, остроумный русский язык, который существует по своим законам, свободно, как бы ни хотели официальные структуры его обкорнать и оскопить, язык, нагло и весело показывающий не столько язык, сколько другой, не менее важный орган. Ведь невозможно пригладить и отлакировать жизнь, она, как и язык, идёт, существует сама по себе, а мы — только носители её (жизни). И носители языка, который больше нас, и, хотя мы его проводники, но мы не можем менять его по своему желанию, ну в точности как жизнь — пожили и передали своим детям, и язык тоже передали, плохо ли хорошо ли — как получилось.

Вот такой вот Бычков.

Человек играющий и ускользающий.

Человек страдающий и отчаянный.

Человек тратящий. Себя. Раздаривающий и раздирающий.

Человек свободный и связанный, как мы все, но при этом обладающий смелостью обо всём об этом говорить.

ЧЕЛОВЕК ГОВОРЯЩИЙ, со всеми вытекающими.

Я ЕСМЬ РУССКИЙ ДУХ.

Я испытываю гордость за всех нас и надежду на свет в туннеле, где живы МЫ, РУССКИЕ, ПРОСКОЧИВШИЕ МЕЖДУ ДВУХ ФУР!!!

Музей "Назад в СССР"

экспозицию составляют интерьеры, бытовые приборы, предметы домашнего пользования, книги, игрушки и одежда советского времени

Отдел Культуры

8

Оценить статью: 2 1

В подмосковном Звенигороде на новой волне ностальгии по советским временам открылся музей "Назад в СССР".

Это Музей положительных эмоций и воспоминаний для тех, кто помнит СССР, и Музей открытий - для юных. 

Мы ждём всех тех, чьё детство прошло во дворе, и кого мама звала домой из окна; кто пил газировку и молочный коктейль из гранёного стакана; кто ел самое вкусное и дешёвое мороженое; кого принимали в октябрята и пионеры; кто писал письма на бумаге и собирал макулатуру; кто танцевал под радиолу, кто ездил на картошку и в стройотряды...

Мы ждём и тех, кто родился позже, и не имеет представления ни о простоте быта советских людей, ни о величии их свершений.

Экспозицию музея «Назад в СССР» составляют интерьеры, бытовые приборы, предметы домашнего пользования, книги, игрушки и одежда советского времени. Патефоны, радиолы, телевизоры, фотоаппараты, пылесосы, вентиляторы и другое, - всё это позволит окунуться в прошлое. За полчаса экскурсии можно побывать в 50-х, 60-х, 70-х и 80-х… Можно к чему-то прикоснуться… чем-то попользоваться… что-то понюхать… и при этом… непременно ощутить веяние ушедшего времени. 

В Музее проводятся экскурсии, мастер-классы, просмотры диафильмов, работает буфет и сувенирная лавка.

Прошлое нельзя изменить, хорошее оно или плохое. Оно неизменно. И с ним нужно вести себя достойно, бережно и уважительно. Ведь прошлое, - это часть нашей жизни. И мы считаем, что наш Музей появился, как нельзя кстати: когда пожилые люди испытывают ностальгию по ушедшим временам, а молодые не прочь больше узнать о них.

г.Звенигород, ул.Московская, 18

тел.:  +7 905-706-60-75

с 10-20:00, без выходных

http://ussrmuseum.ru/   

zvenmuz@mail.ru

двойной клик - редактировать изображение

Красный день календаря

выставка «Оформляя город» посвящена праздничному оформлению Москвы на протяжении столетия

Галина Иванкина

2

Оценить статью: 3

«Погляди в своё окно:

Все на улице красно!»

Самуил Маршак.

Убранство, расцвечивание города к празднику — это не дизайнерские выкрутасы и не концептуальные фантазии «для своих». Здесь — отражение общественных пристрастий, влечений и чаяний. Оно должно понравиться толпе. Массе. Большинству. Найти отклик в сердце. Заставить его — сердце! - биться в ритме волнующего торжества. Поэтому облачение площадей и проспектов для коронаций, парадов или - молодёжных фестивалей делается в расчёте на крепкий среднестатистический вкус, который редко бывает слишком утончённым, однако же, никогда не падает ниже определённого уровня. Vox populi. Глас народа. Вкус народа. О вкусах народа - не спорят, если речь - о плакате, лозунге или триумфальной арке. Выставка «Оформляя город», проходящая в Музее Москвы, посвящена праздничному оформлению Москвы на протяжении столетия — от коронационных торжеств конца XIX столетия до Олимпиады-80. Кроме того, значительная часть экспонатов обращена к современности и практике молодых, перспективных дизайнеров.

Выставку открывают пригласительные билеты, плакаты и фотографии, посвящённые коронационные торжествам. Кульминацией празднеств была иллюминация города: вечером путь следования императора подсвечивался огнями. Сиял и Кремль — душа России. Электричество уже стало реальностью, но всё ещё казалось чудом. На экспозиции можно увидеть не только лишь фотоизображения московской иллюминации, но и картину Николая Маковского. Задача оформителей коронации — закрыть непрезентабельные торговые ряды и объединить московский «хаос» в единое сказочно-мифологическое пространство. Коронационные комиссии 1883 и 1896 годов решили не создавать монументальные постройки, а сделать упор на сугубую театральность. Не громоздить арку на века, но поставить разовую декорацию. В этом, кстати, отразилась ...идея изживания монархии. Деревянно-картонные бутафории, украшенные искусственными цветами, перетяжками и еловыми ветками - завтра всё это сметут и уберут за ненадобностью. Главное — красиво! Очевидец событий, бывший гвардейский офицер Борис Энгельгардт вспоминал: «День выдался на славу, на небе ни облачка, яркое солнце играло на золотых куполах церквей, на ярком убранстве улиц, на блестящих мундирах войск и придворных. Когда царь появился на крыльце Петровского дворца, грянул первый сигнальный пушечный выстрел и головная часть процессии тронулась в путь...» В те годы был актуален псевдорусский стиль — терема, пряничность и позолота. Все меню, открытки, развороты журналов, посвящённые коронации, несут на себе отпечаток помпезного а-ля рюсс. По Москве - шествие «Весна-красна», сочинённое будущим гением русского Модерна — Фёдором Шехтелем. Вот - страницы эскизов - боярыни в кокошниках, богатыри, скоморохи и даже тройка, управляемая медведем. На стендах представлены и печально известные «ходынские» чарки, желая заполучить которые, народ изрядно пострадал, а господа-революционеры нашли повод, чтобы удачно канализировать всеобщий гнев. Кто виноват? А тот, ради кого! То есть государь со своей немкой Аликс. Что из всего этого следует? Революция.

« Радуйтесь, звезды, на митинг вылазя! / Рассейтесь буржуями, тучные тучи!» - кричал Маяковский и подзадоривал: «Крепче, выше маковый флаг!» Новое время — иные праздники. И — особое, ни на что не похожее оформление. Алые буквищи. Портреты вождей. Флаги и транспаранты — всё ярое. Лозунговый напор. Это не для красоты да благолепия, но для пропаганды. Анатолий Луначарский, рассуждая об Агитпропе, говорил: «В разных видных местах на подходящих стенах или на каких-нибудь специальных сооружениях для этого можно было бы разбросать краткие, но выразительные надписи, содержащие наиболее длительные коренные принципы и лозунги марксизма, также, может быть, крепко сколоченные формулы, дающие оценку тому или другому великому историческому событию». Авангардные течения — супрематизм и конструктивизм — на службе у большевиков. Художники, архитекторы и дизайнеры — все включились в процесс революционного обновления. Братья Веснины и братья Стенберги, Любовь Попова, Густав Клуцис, Юрий Пименов — вот громкие имена тех, кто создавал макеты и плакаты, передвижные установки и декорации для площадных театров. Идут политкарнавалы и шоу «Синей блузы». Никогда — ни до, ни после — праздничные шествия не казались настолько безумными и — грандиозными. «Понесли чучело английского министра Чемберлена, которого рабочий с анатомической мускулатурой бил картонным молотом по цилиндру. Проехали на автомобиле три комсомольца во фраках и белых перчатках. Они сконфуженно поглядывали на толпу», - перечисляли Ильф и Петров, описывая первомайскую демонстрацию. На выставке — множество эскизов и фотографий 1920-х годов. Аскетический шик русского авангарда на фоне той самой разрухи, которая была тогда именно в клозетах, но не в головах (перефразированная цитата из повести Михаила Булгакова «Собачье сердце» - Авт.).

«Утихомирились бури революционных лон», - сказал Маяковский (впрочем, о дряни!). После 1934 года вкусы кардинально изменились. Стало другим и праздничное убранство — откуда-то из старорежимного небытия вернулись барские вазоны и пышные цветы, вроде тех, что изображались на эскизах второй половины 1930-х — украшение Парка имени Горького к 1 мая. На другом эскизе — вечерний фейерверк — любимое развлечение Галантного века, вдруг ставшее популярным в Стране Советов. «И тут я понял, что этот народ едет веселиться в Парк культуры, где сегодня открывается блестящий карнавал... Отражая бесчисленные огни, сверкая и вздрагивая, подплыла к нашему столику огромная связка разноцветных шаров. Я выбрал Нине голубой, себе — красный, и мы вышли на площадку. Да и все повскакали, ожидая пуска фейерверка. Крепко держась за руки, мы шли по аллее. Легкие упругие шары болтались и хлопали над головами. Вдруг свет погас, померкли луна и звезды, потому что ударил залп и тысяча стремительных ракет умчалась и затанцевала в небе», - писал Аркадий Гайдар. Вместе с тем, парады физкультурников — знаковое мероприятие. Культ сильного, здорового тела. Белое на красном — блондины в спортивной форме и алые знамёна. На фотографиях — колонны крепкой молодёжи. На специальной платформе — гигантский футбольный мяч. Рядом — знак ГТО. Живая пирамида. Девушки с цветами и лентами. Плакат: «Жить стало лучше — жить стало веселее» с танцующей парой на фоне Большого театра. Но солнечные 30-е — это не дольче-вита, но подготовка к оборонительной войне. На одном из стендов — рассказ о знаменитом танцевальном номере ансамбля Игоря Моисеева - «Если завтра война». Его продемонстрировали в ходе первомайских празднеств на Красной площади. Атлеты, гимнасты и дискоболы мгновенно преображались в солдат. Завтра — война. А сегодня - «Май течёт рекой нарядной по широкой мостовой».

Послевоенная эпоха — время надежд и, вместе с тем, изменение курса. Оттепель. В моду входит юношеский задор. Вместо величаво-тяжеловесной классики — лёгкий минимализм, динамика и свежий ветер. Фестиваль 1957 года продемонстрировал всему миру новый образ Красной Империи. Устроение мероприятий во многом теперь напоминает практику 1920-х годов — площадные танцы, агит-колонны, самодеятельные ансамбли. Джазмен Алексей Козлов писал в своих мемуарах: «Вся Москва была завешана эмблемами, плакатами, лозунгами, изображениями Голубя Мира Пабло Пикассо, гирляндами, иллюминацией. Фестиваль состоял из огромного числа запланированных мероприятий разного типа, и простого неорганизованного и неподконтрольного общения людей на улицах в центре Москвы и в районах нахождения гостиниц, где были расселены гости. Днем и вечером делегации, подчиняясь распорядку Фестиваля, находились на местах встреч и выступлений. Но поздним вечером и ночью начиналось свободное общение». Оттепель — это открытость миру, поэтому символом становится голубь, нарисованный ...в другой стране. Пусть «своим», но — иностранцем. Эстетика плакатов и оформления в целом — всё ближе к абстракции (само это слово ненавидит Хрущёв, но от общемирового тренда уже никуда не деться). Долой шикарные вазоны с пыльными розами! Наш выбор — скромный букетик ландышей. Силуэт, росчерк, пунктир. Весна человечества!

Эпоха Брежнева запомнилась не только социально-экономической стабильностью (реальной стабильностью, а не медиа-сказкам о ней), но и особой атмосферой тотального умиротворения. Где-то даже апатии. Критики «застоя» бранят и праздники 1970-х — мол, красное-прекрасное не менялось годами, а надписи на транспарантах давно никто не читал. Сергей Довлатов не то выдумал, не то вспомнил примечательную деталь 70-х: «Среди демонстрантов находился Буш. Мало того, он нёс кусок фанеры с деревянной ручкой. Это напоминало лопату для уборки снега. На фанере зеленой гуашью было размашисто выведено: «Дадим суровый отпор врагам мирового империализма!» Заметили хама-диссидента не сразу, а потом. Как водится, скрутили: кому это он, собственно, даёт отпор? Успокоенность порождала социальную лень. Оформление праздников и торжеств создавалось по единожды утверждённым лекалам, разве что прибавлялись цифры в на юбилейных транспарантах. Исключением стала Олимпиада-80 — событие-веха. Журналы, афиши, открытки и значки запестрели спортивной атрибутикой. «Я Олимпийский медвежонок, / Вес ё лый добрый сувенир, / Но знаю я определенно: / Где спорт и дружба - там и мир!» - стихи на обложке с изображением доброго мишки. Авторы экспозиции язвительно подчеркнули, что этот символ пришёлся по душе ещё и потому, что был — «на контрасте пафосу эпохи» . Как бы там ни болтали, но Олимпиада-80 казалась настоящим прорывом — в том числе, в области эстетики. По сию памятно то ощущение полёта и — быстрого бега. «Старт даёт Москва!» - ликовали транспаранты. Яркие, наполненные светом плакаты и фотографии — тому подтверждение. Но Мишка улетел под звуки прощальной мелодии, а мы так и остались ждать обещанного Коммунизма...

Экспозиция предлагает ознакомиться с разработками последних лет. Креативная идея — шагнула. Возможностей стало больше. Намного. Компьютерные решения. Умные головы. Эффекты и спецэффекты. Но... как в том анекдоте про ёлочные игрушки: «Они бракованные. Почему?! Да потому что не радуют». Вообще, оформление праздников — это оформление всей нашей жизни. Как живём — в то и наряжаемся. 

Философия после Хайдеггера

переход к постхайдеггерианскому мышлению связан с отказом от идеи конечности человека

Фёдор Гиренок

6

Оценить статью: 9 7

Я не знаю ни одного русского, который бы приехал в Германию и сделал в ней что-то такое, что немцы сами не могли сделать. Но я знаю много обрусевших немцев, которые сделали в России то, что сами русские не смогли сделать.

Я иногда думаю, что могло бы быть, если б в Россию приехал не то австриец, не то англичанин с немецкой фамилией, не Витгенштейн, а Хайдеггер. Витгенштейн приехал и уехал, и ничего после себя не оставил. Хайдеггер бы, на мой взгляд, смог сделать то, что когда-то отказался сделать Лейбниц. Он привил бы нам, русским, то, что к нам никак не прививается. Я имею в виду вкус к философии. И не говорите мне, что Хайдеггер научил бы нас национал-социализму.

К началу ХХ века немецкая философия, как, впрочем, и философия вообще, была в самом жалком состоянии. Она умирала. Её убивали бездарные теоретико-познавательные изыскания, например, Когена. Хайдеггер имел мужество оставить мир науки и перейти к миру жизни. Так началась эпоха хайдеггеровского мышления. В чем её суть?

В качестве точки отсчёта я возьму коперниканский переворот Канта. Кант понял, что нельзя через понятия априорно расширить наши знания о предмете. Но это расширение всё равно как-то происходит. Если не через понятия, то каким образом? Ответ: благодаря продуктивному воображению априори. А что же это такое? Это, говорит Кант, способность души человека. Хайдеггеру не понравилось устремление Канта к исследованию субъективности субъекта. На его взгляд, душа человека – понятие тёмное. И Хайдеггер совершает антикантианский переворот, замещая продуктивное воображение априори, то есть способность души человека, - бытием.

Кант во введении к «Логике» ясно говорит, что философия – это наука о внутренних принципах выбора между разными целями, то есть наука о последних целях. Для Канта мы не можем понять мир, не понимая факт присутствия в нём человека. Для Хайдеггера это присутствие не обязательно. У Канта философия понимается как антропология. У Хайдеггера философия понимается как онтология. Для Канта – это наука о субъективном. Для Хайдеггера – это наука о бытии. Идею Канта будет развивать Гуссерль, правда, своеобразно. Идеи Хайдеггера воспримут французы Делез и Фуко, которые будут настаивать, что бытие бытийствует вне связи с тем, что бытийствует человек. Ими субъективности даётся отвод. И в этом пункте они противостоят и Канту, и Гуссерлю. Тем самым ими также полностью обессмысливается коперниканский переворот Канта.

Наука о бытии строится Хайдеггером на двух основаниях: идее конечности человека и определении человека в качестве сущего. Эти две идеи и составляют признаки хайдеггерианского мышления. Стоит заметить, что само бытие Хайдеггер понимает абсолютно оригинальным образом. Он говорит, что бытие – это то, чего нет, но одновременно то, что дано. Наиболее адекватным способом такого толкования бытия является понимание бытия как галлюцинации, проясняемой в терминах существования человека.

Хайдеггер легитимизировал движение европейской мысли от человека к постчеловеку. Также как Ясперс своей теорией конечного опыта открыл дорогу к легальному использованию наркотиков. Осознание опасности, возникающей на этом пути, можно будет найти у Бодрийяра в работе «Почему всё ещё не исчезло?» и у Фуко, неожиданно для всех заявившего о том, что впервые в европейской философии вопрос о человеке самом по себе был поставлен Кантом.

Соответственно, переход к постхайдеггерианскому мышлению связан с отказом от идеи конечности человека и от его принадлежности к региону сущего, а также с переформатированием концептуальной основы понимания кантовского «четырёхугольника» – четырёх фундаментальных вопросов философии: Что я могу знать? Что я должен делать? На что я смею надеяться? Что есть человек?

Для Канта человек является целью самого себя, для Хайдеггера человек – это фигура неинтересная с точки зрения философии. Для Канта цель принадлежит субъективности, а не региону сущего. Хайдеггер развенчивает смысл идеи человеческого существования. Он придумывает некое Дазайн. Зачем? Затем, чтобы под этим титулом сделать неотличимым существование и экзистирование. Дазайн экзистирует и наряду с телами, которые существуют, но не экзистируют, входит в регион сущего. Хайдеггер нигде не объясняет, что делает возможным это объединение в регион. Равно как он нигде не объясняет, каким способом, за счёт какой субъективности экзистирует Дазайн. Это становится понятным при анализе хайдеггеровской интерпретации кантовских четырёх вопросов из введения к «Логике».

Вот как Хайдеггер интерпретирует эти вопросы:

1. Спрашивая, «что я могу знать», я, согласно Хайдеггеру, уже нахожусь в не-можествовании. Спрашивающий высказывает свою конечность: я не всё могу.

2. Спрашивая, что ты должен делать, ты находишься, говорит Хайдеггер, в состоянии не-исполненности и одновременно в готовности не делать не должное.

3. На что я смею надеяться? Что я вправе ожидать, а что не вправе? Хайдеггер, комментируя этот вопрос, указывает на нужду, на нехватку. «Любое ожидание,- говорит он, - открывает нужду». Человеческий разум тем самым, на его взгляд, свидетельствует о себе как о сущностно конечном.

4. Первые три вопроса, согласно Хайдеггеру, разъясняют четвёртый: что есть человек? Хотя задача, поставленная Кантом, состоит в том, чтобы связать все эти вопросы таким образом, чтобы первые три вопроса были разъяснены исходя из ответа на последний вопрос.

Согласно Канту, философия сводится к ответу на вопрос, что есть человек. Хайдеггер думает иначе. Для него главным вопросом философии является вопрос: Почему свершается бытие?

Постхайдеггерианское мышление исходит из того, что вопрос о том, что есть бытие, зависит от ответа на вопрос о том, что есть человек. А также из понимания того, что философия – это не онтология, а антропология. Как же теперь следует трактовать кантовский четырёхугольник?

1. К вопросу «Что есть человек» следует добавить уточняющее вопрос разъяснение, а именно: «если он существует как цель самого себя?». Существовать как цель самого себя – значит не существовать как тело, то есть существовать двояким образом: как бытие и одновременно как мысль о бытии. Как то, чего нет, но что одновременно дано в доопределении самого себя. Иными словами, ответ на вопрос о том, что есть человек, связан с золотым принципом антропологии, с принципом двойственности человеческого существования.

2. Что я могу знать? В ответе на этот вопрос важно не то, что я не всё могу знать, а важно то, что я вообще что-то могу знать. Важно указать не на «могу», а на «я», на то, что оно определяет себя через грёзу. Потому этот вопрос в постхайдеггерианском мышлении фактически звучит так: почему я, грезящий, хоть что-то могу знать? Или, что то же самое, почему я, ничего не могущий знать, всё-таки хоть что-то знаю?

3. Что я должен делать? Этот вопрос не констатация неисполненности. Он не нуждается в аналитике слова «должен». Он вновь обращён к пониманию устройства человека. В нём необходимо ответить на вопрос как, в каком случае возникает проблема долженствования в связи с делом? Что не определено во мне и почему я что-то должен делать, а не просто жить сообразно своему понятию? После Хайдеггера стало понятно, как может звучать сегодня этот кантовский вопрос. Что я, не имеющий сущности, должен делать. Что мне вообще делать, если я не отношусь к региону сущего, если я не марионетка бога и не автомат природы? Если я марионетка, то для меня не может существовать проблема должного. Если я автомат природы, то мои действия уже определены. Что мне делать, если я внутренне свободен? Как мне вести себя в этом случае? Как мне жить, если мир учреждается моим произволом?

4. На что я вправе надеться? Этот вопрос не обозначение нужды.В нём суть дела заключается не в ограничении наших прав. Дело не в том, что мы можем на что-то надеяться, а на что-то не можем. Суть дела состоит не в конечности человека. В вопросе выражена тревога в связи с ускользанием реальности. На что мне надеяться, если я сам причина реальности объектов своих представлений? На что мне надеяться, если я кладу себя в основание своих действий? Мне не на что надеяться, хотя я надеюсь. Что меня, одинокого, не подведёт, не обманет? В конце концов, во что мне верить, если я замкнут в себе самом? Не является ли моя вера вообще самообманом?

Философия после Хайдеггера отказывается понимать человека как сущее среди сущего. Человек не привратник бытия. Бытие ничего не значит без воображающего понимания человека. Поэтому философия отказывается от бытия в пользу субъективности, заменяя опыт – воображением, идею конечности человека – идеей его невозможности.

Чёрные времена

нет «кино» как монтажа аттракционов, это бенефис, в котором есть Гэри, у которого нет «Оскара»

Сергей Угольников

1

Оценить статью: 4

Сороковой год ХХ века. Выходец из семьи промышленников Невилл Чемберлен, недавно привезший на Остров «мир с честью», уже вынужден услышать сакраментальное «Ради Бога, уходите» (при переводе контекст может быть непонятен), и обсуждает узким кругом кандидатуру, которая могла бы успокоить Оппозицию Его Величества. Любимец консервативной партии виконт Галифакс согласен с тем, что править нужно ему, но не согласен с тем, когда и как. Поэтому выбор пал на представителя рода Мальборо, недавно возвратившегося блудного сына из другой партии (впрочем, это у них – семейное). Будущий нобелевский лауреат по литературе идёт на поклон к Королю Георгу, который принимает его прохладно, целует монаршескую руку, а потом произносит пламенную парламентскую речь, на которую однопартийцы реагируют вяло. Им не хочется «жертвовать сапогом английского гренадёра ради какой-то Польши», хочется интриг, сохранения Империи, и сдаться на милость плебею, ефрейтору Шикльгруберу.

Аристократ, любящий сигары, виски и яичницу с беконом, не согласен с таким подходом, и, будучи не в силах сопротивляться позорному бегству из Дюнкерка, решает его возглавить. Тем более что коварный Гитлер, верящий в арийское происхождение англичан, добивать прижатую к морю группировку – не спешит. Черчилль мечется между парламентскими процедурами и желанием войти в историю как герой, а всемилостивейший Монарх – между необходимостью управлять страной в военное время и эмиграцией в Канаду. И все ждут реакции Рузвельта, который говорит: «Оружия нет, но вы там держитесь». Георг выбирает бомбардировки Англии, сообщает об этом свежеизбранному премьер-министру, который мобилизует для эвакуации не только военный, но и гражданский флот. После этого наследник древних традиций впервые в жизни спускается в метро, общается с народом, запугивает его свастикой над Вестминстером и произносит ещё одну речь. Неизвестно, насколько она ярче фултонской, но слушателям понравилось, умирающий интриган Чемберлен даёт отмашку на долгие продолжительные аплодисменты, Галифакс покидает министерский пост, а вернувший уверенность Уинстон идёт править «Владычицей Морей» и раскручивать мем «Дух Дюнкерка», не обращая более внимания на издержки парламентаризма.

Фильм «Тёмные времена» создан для того, чтобы вручить наконец-то давно заслуженную премию «Оскар» Гэри Олдману, но по ходу повествования невольно вспоминается недавняя английская история в сослагательном наклонении. «А вот если бы Рудольф Гесс прилетел не годом позже, после бомбёжек Лондона, а в период парламентской сумятицы и Освальда Мосли на свободе – пошла бы история по-другому»? Но потом вспоминаешь, что искать ответы в фильмах – пустая трата времени, и уже начинаешь сочувствовать режиссёру, Джо Райту, который снял фильм про реакционера, расиста и империалиста во времена «прогрессивной» диктатуры. Афиша фильма, в которой Кристи Скотт Томас (Клементина Черчилль) изображена как голова премьер-министра – сразу намекает на сложности производства. Подкаблучником Лорд Мальборо – не был не в фильме, ни по жизни, но кость феминисткам кинуть надо. Почему главным злом избран глава Форин-Офис с трудом, но понять можно. За заслуги главы династии Чемберленов - Джозефа, который был реальным либералом, и тренд на обеление Невилла – не сегодня родился.

Но совсем ужасен эпизод в метро, когда зритель уже готов поверить в единство простых обывателей, воодушевлённых видом спустившейся с небес номенклатуры. Все понимают, что без негров в кадре сейчас – никуда, но не до такой же степени. Ну, посидел бы он где-нибудь в сторонке, попал в кадр – и ладно, до свидания, но ведь нет. Цитирует афроангличанин Шекспира, и, наверное, был бы готов удвоить нормы выработки,  если бы придумать, чем он там занимается. Этим объяснимым, но неоправданным дефектом, которому можно сочувствовать, но нельзя избежать – был чуть не убит весь фильм, держащийся на харизме Олдмана. Хотя почему «чуть»? Загублен, конечно. Из-за этого вспоминаешь, что нет собственно «кино» как монтажа аттракционов, это бенефис, в котором есть Гэри, у которого нет «Оскара». И становится жалко, что не приглашён на роль Короля Георга Колин Фёрт, получивший свою статуэтку за «Король говорит». При таком кастинге «Тёмные времена» могли бы стать модной темой спин-офф к галактике Британского правящего класса. Комиксы можно рисовать, игрушки делать под девизом «Запугай Черчилля».  Постмодерн, всё как мы любим. Конечно, при таких раскладах разумнее было заменить Джо Райта на Тома Хупера, но это тот случай, когда от перемены режиссёров – сумма не изменится, не на них люди идут любоваться.

Будет обидно, если отлично сыгравшему Олдману, по результатам фильма не дадут золотистую статуэтку. И неясно, кто сейчас правит балом в оскаровском комитете, но даже парад тупых куриц в чёрном на «Золотом Глобусе» - признал очевидное. Гэри может вытянуть фильм в одиночку, а если кто-то против, то это всё равно будет проявлением мужского шовинизма. Потому что фильмы, за которые были когда-то награждены Джулианна Мур или Сандра Баллок, вспомнить очень сложно. И приходится только надеяться, что в случае победы над тоталитарной гидрой политкорректности – эпизод с негром переснимут. Или компьютером его осветлят как-нибудь. Тогда смотреть его будет гораздо приятнее, хотя и так, по здравому размышлению - неплохо. Уж какой ни на есть, но документ эпохи, косвенно намекающий, что нынешние времена – тоже не самые светлые.

Кто и зачем обвиняет СССР в Холокосте?

Игорь Шишкин о многолетней кампании по пересмотру итогов Второй Мировой войны

Андрей Фефелов

Игорь Шишкин

38

Оценить статью: 12 2

Андрей ФЕФЕЛОВ. Игорь Сергеевич, недавно в Москве при самом «высоком» присутствии была открыта так называемая «Стена скорби». Её сразу же стали называть «Стеной плача». В ходе обсуждения этой темы я вдруг понял странную вещь: само это название – «Стена плача», и некие сопутствующие факторы говорят о том, что на нас собираются повесить не только весь груз кошмаров двадцатого века, но и конкретно Холокост. У них получается, что виноват не только Гитлер, но и Сталин, равно виноват, а дальше уже подводят к тому, что виноват только Сталин, потому что Гитлер, может быть, является уже некой жертвой…

Игорь ШИШКИН. Производным.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Да. И это звучит из уст матёрых либералов, что не было бы Сталина, Октябрьской революции, не было бы Гитлера.

Игорь ШИШКИН. Буквально недавно Жириновский заявил, что не было бы Октябрьской революции – не было бы Второй мировой войны, не было бы Гитлера, а значит, следующий шаг, не было бы и Холокоста.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Выстраивается странная логика, по которой Россия будет виновата во всём. И как «вишенка на торте» – советские войска, которые ценой своей жизни освобождали территорию Восточной Европы и концлагеря, где томились евреи, вдруг становятся палаческими, оккупационными. А в целом «тоталитарный» Советский Союз является ответственным за Холокост. Следите за руками, что называется, такой фокус. Этот идеологический рефрейминг – переоформление смыслов, происходит на наших глазах.

Игорь ШИШКИН. Единственное, с чем не согласен, это с тем, что речь идёт о «вишенке на торте». По-моему, это не «вишенка на торте», это цель всей программы по пересмотру итогов и смысла Второй мировой войны. Хотя, казалось бы, действительно, полная дикость. Все мы понимаем, что именно благодаря победе Советского Союза еврейская нация не была полностью уничтожена. Причём это прекрасно понимаем не только мы. В Израиле демонстративно именно 9 мая отмечают как День Победы. Не 8 мая, на «европейский манер», а именно 9 мая, понимая, что именно в этот день Советский Союз спас евреев. Кроме того, Международный день Холокоста приурочен к освобождению Освенцима Советской армией. Ведь можно было выбрать любую другую дату, но именно по настоянию еврейских организаций была выбрана именно эта. Что совершенно логично. И вдруг обвинить в Холокосте Россию, Советский Союз? Казалось бы, дикость!

Андрей ФЕФЕЛОВ. Вроде бы никто напрямую сейчас пока не обвиняет, но к этому как-то очень быстро подводят.

Игорь ШИШКИН. Нет, здесь я не согласен. Мне понравилась ваша публикация о связи «Стены скорби» и обвинении России в Холокосте. Я считаю, что этот мемориал – как раз один из этапов программы по обвинению России, Советского Союза в Холокосте.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Есть такая тонкость: в ходе жёсткой сталинской модернизации 1930-х годов, когда происходила ротация элиты, пострадало очень много представителей еврейской национальности. Это люди, которые пришли в партию ещё до революции, так называемая «ленинская гвардия». И отсюда коннотация «Стены скорби», «Стены плача» с представителями еврейского народа, которые попали в жернова истории, сами были одно время палачами, вершителями судеб, а потом сами же стали «лагерной пылью», жертвами. История развивается парадоксально, всё это мы знаем, но нам пытаются подсунуть смысл, что мы ставим такой памятник одновременно и пострадавшим во время сталинских репрессий евреям. Но когда речь идёт о Холокосте – это гораздо более серьёзная история.

Игорь Шишкин. Конечно! Там действительно было много пострадавших, но по той простой причине, что в элите евреев было очень много. Когда началась чистка, то в процентном отношении, соответственно, и большой процент.

Андрей ФЕФЕЛОВ. В начале 1930-х годов ходила шутка: «Чем Сталин напоминает Моисея и чем отличается от него? Моисей вывел евреев из Египта, а Сталин из Политбюро». То есть такая русификация партии.

Игорь ШИШКИН. Я бы этого не сказал, достаточно вспомнить того же Кагановича. Поэтому здесь чьи-то игры могут быть, но это не то самое обвинение в Холокосте. А то, что оно не звучит, это не так. Звучит уже открытым текстом. Буквально месяц назад министр обороны Польши господин Мацеревич обвинил Советский Союз как раз в Холокосте! Вот прямая цитата: «В мире всё ещё нет осознания, а стоит это, наконец, осознать, что не было бы Холокоста, если бы не пакт Молотова-Риббентропа, не было бы этого преступления, которое по сей день является символом Второй мировой войны» .

Да, конечно, после того, как он сделал это заявление, в российских СМИ прошла кампания «художественного свиста». Смеха было более чем достаточно. Мацеревича объявляли параноиком, говорили, что место ему в сумасшедшем доме, то есть в выражениях никто не стеснялся. Помимо оскорблений в его адрес, были такие перлы в нашей прессе…

Андрей ФЕФЕЛОВ. И при этом неожиданно так, бочком-бочком, в центр Москвы приехала «Стена скорби» – «Стена плача».

Игорь ШИШКИН. Совершенно верно. Я всё же приведу пример. О чём у нас только ни писали. Например: «В мире существует консенсус, что Советский Союз не отвечает за Холокост, а спас евреев от Холокоста».

«Только евреи способны выступить здесь в роли третейских судей. Конечно, это риторический вопрос – согласны евреи с мнением министра обороны Польши или нет. Категорически не согласны».

«Новый Нюрнберг России угрожает не больше, чем война с марсианами».

То есть проблемы нет, есть один сумасшедший.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Эти комментарии – классическое открывание пресловутых «Окон Овертона». То есть мы выставили эту проблему на дискуссию.

Игорь ШИШКИН. Осмеяли, но при этом вбросили в общественное поле.

Андрей ФЕФЕЛОВ. До этого мы имели дело с аксиомами, а тут всё это представляется как дискуссионный вопрос. И вроде бы комментаторы на правильной стороне, но сам факт дискуссии – он поражает.

Игорь ШИШКИН. Во-первых, поражает сам факт дискуссии, а во-вторых, очень легкомысленное отношение комментаторов к вопросу. Дело в том, что сколько угодно можно смеяться над Мацеревичем, но он вбросил в общественное сознание, причём на официальном уровне, тему «Советский Союз – виновник Холокоста». Он что, один такой сумасшедший? К сожалению, нет.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Кстати, после вброса этой истории, я уже сам начинаю думать: «А ведь Польша тоже пакт заключала, пакт заключали западные страны, Мюнхенский сговор и т.д. Значит, они тоже виноваты в Холокосте». То есть я начинаю эту историю «разминать» и анализировать. Это очень серьёзное заявление, и его надо рассматривать очень серьёзно, я с этим согласен.

Игорь ШИШКИН. Так вот насчёт того, что это не один параноик. Заявление председателя еврейской общины Литвы, которое он сделал на торжественном приёме, устроенном президентом Литвы, в присутствии президента.

«Этот пакт, а иначе говоря, сталинско-гитлеровский сговор, который произошёл 70 лет назад, открыл путь советской оккупации и Холокосту. В Европе из-за этого были жестоко убиты шесть миллионов евреев».

Прямое обвинение Советского Союза в убийстве шести миллионов евреев!

Берём Германию. Некий директор института культурологии города Эссен, господин Легеви: «Холокост стал возможен только из-за молчаливой позиции Советского Союза»

А что, у нас этого нет? Если покопаться, то выясняется, что информационная почва готовилась уже не один год. Есть такой историк Солонин. Специализируется на «открытии правды» о Великой Отечественной войне. Конечно же, это такая «жуткая правда». Мы устроили войну, мы же её проиграли, потом, правда, каким-то странным образом оказались в Берлине, но это тоже наше преступление. Он написал огромную статью, чтобы развеять миф о том, что еврейская нация была спасена благодаря победе Советского Союза. Доводы у него фантастические. Например, как можно объявлять Днём Холокоста освобождение Освенцима, какое это имеет отношение к спасению евреев? Когда советские войска туда ворвались, там не осталось в живых почти ни одного еврея. Вот такие, оказывается, спасители.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Виноваты! Очень медленно шли, наверное.

Игорь ШИШКИН. Виноваты, да. А перед этим очень быстро бежали. Вот, смотрите, какая цитата: «В июне 1941 года территорию Западной Белоруссии стремительно отступавшая Красная Армия покинула в течение первых четырёх-пяти дней. Результат оказался вполне предсказуемым: в Бресте до войны проживало 25 тысяч евреев, до освобождения дожило 19 человек»

Оказывается, почему в Бресте уничтожили всех евреев? А потому, что Красная Армия драпанула. Вот вам и ответ, кто виноват. Драп Красной Армии и медленное наступление в 1944 году. Думаете, Солонин один такой? На Украине издаются теперь статьи, в которых рассказывается о том, что Бабий Яр и всё остальное – это опять преступление Советского Союза. Вдумайтесь, что пишет украинская пресса.

«Даже в начале сентября 1941 года официальная пропаганда трубила, что Киев есть, был и будет советским, поэтому евреи не спешили эвакуироваться, а некоторые даже вернулись в родной город, чтобы успеть попасть в Бабий Яр»

Вот почему там бандеровцы по приказу немцев расстреливали евреев! Оказывается, советская пропаганда убедила их вернуться туда.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Я употребляю всякие иностранные слова – рефрейминг или газлайтинг – попытку навязать человеку вину за то, что он не делал вообще. Создать синдром вины, комплекс на пустом месте, переложить с больной головы на здоровую.

Ведь в Киеве сегодня попали в серьёзную вилку. Все эти «херои» середины двадцатого века запятнали себя близким сотрудничеством с немцами. Я бы сказал, это люди, которые служили, как цепные псы, и их не особо жаловали хозяева, иногда просто пристреливали. Они совершали «чёрную», кошмарную работу, были палачами. В том числе и в Белоруссии наследили, это мы всё знаем. Вот один из палачей киевского еврейства, некто Орлик. Сейчас ему доску повесили в Киеве, так вот украинцы говорят, что это не тот Орлик. Были два Орлика. Один ловил евреев и расстреливал их в Бабьем Яру, а другой, хороший, – боролся за независимость и пострадал от гестапо. И в честь таких деятелей называются улицы. Но нельзя раздвоиться и оправдать тех, кто призывал Гитлера, радовался ему. «Украина без евреев и москалей» – всё это уже зафиксировано, но, тем не менее, поскольку существует такой современный медийный подход, этот рефрейминг, газлайтинг, то такие публикации будут всё чаще и чаще попадаться. Особенно у тех, кто реально чувствует свою вину. Потому что современные наследники бандеровцев постоянно себя проявляют, подчёркивают свою преемственность, не зря сегодняшних карателей тоже называют бандеровцами.

Игорь ШИШКИН. Переложить чувство вины на другого – это понятно, но здесь есть ещё одна интересная штука. Весь это бред украинский, бандеровский, он был опубликован, перепечатан на сайте радио «Свобода», которое контролируется и финансируется правительством Соединённых Штатов. В Литве, например, тоже есть большая заинтересованность в том, чтобы переложить с больной головы на здоровую. Потому что, как мы знаем, в Литве уже к ноябрю-декабрю 1941 года было уничтожено поголовно почти всё местное еврейство. Там было, примерно, 250 тысяч человек, из них около 180 тысяч к ноябрю было перебито. Причём местными активистами. Кстати, это название официальное, они так и назывались «Литовский фронт активистов». Вот этот «Литовский фронт активистов» после 22 июня поднял восстание в тылу Советской армии. Он был создан немцами, немецкой агентурой, и сразу же приступил к «окончательному решению еврейского вопроса». Поэтому им теперь, конечно же, удобно объявлять, что виновен Советский Союз.

Здесь нужно сделать небольшое отступление и признать, что определённая доля вины Советского Союза была. Потому что когда у нас говорят про депортацию 1940-1941 гг., да ещё имеют неосторожность или глупость за неё каяться, нужно признать: НКВД сработало плохо. Если бы сработало хорошо, то вся эта мразь из «Литовского фронта активистов», будущие палачи и диверсанты, которые стреляли в спину советским солдатам, перерезали линии связи, взрывали мосты, они еще до 22 июня должны были быть все уничтожены.

Так вот, литовцы, как и нынешние бандеровские наследники, заинтересованы. В этом году на сайте литовского МИДа был опубликован красочный плакат к очередной годовщине пакта Молотова-Риббентропа, и там перечень, к чему этот пакт привёл: развязал Вторую мировую войну, развязал Холокост, открыл путь к оккупации малых народов Европы. Казалось бы, литовская инициатива, но, оказывается, этот материал был подготовлен Группой по стратегическим коммуникациям Евросоюза. В 2014- 2015 годах Евросоюз под лозунгом борьбы с фейковыми новостями из России, с российской дезинформацией, создал такую структуру. И то, что появилось на сайте Литвы, это делает Брюссель. Брюссель вешает плакат, где написано «Пакт Молотова-Риббентропа – Холокост». Так что нельзя сказать, что это делают только наследники бандеровцев, «лесных братьев» или литовских активистов.

Андрей ФЕФЕЛОВ. То есть речь идёт о некой программе, идеологическом формате, который последовательно, шаг за шагом, методически продавливается и навязывается сейчас на Западе. И не только на Западе.

Игорь ШИШКИН . Да, не только на Западе, и именно продавливается. Здесь нужно понять, что последние лет пятнадцать идёт широкомасштабная кампания по пересмотру смысла Второй мировой войны. Объявить Советский Союз равно ответственным за Вторую мировую с гитлеровской Германией. Так вот я утверждаю, что смысла в этой кампании не было бы, если бы нас не обвинили в Холокосте. По одной простой причине – Вторая мировая война официально объявляется войной с абсолютным злом. Для нас, понятно, почему - это тотальное уничтожение мирного населения, колоссальные потери, к нам пришло абсолютное зло, которое намеревалось нас уничтожить. Почему и война называлась Отечественной, в народном сознании в том числе. А для Запада, для самой Европы? Вторая мировая война для них, в общем-то, обычная войнушка. Чем она принципиально отличается от других войн? Да ничем, на первый взгляд. Первая мировая война для них действительно катастрофа. Это у них болит до сих пор. А Вторая мировая воспринимается совсем иначе. Я приведу просто пару цифр для сравнения. Франция в Первую мировую войну потеряла почти полтора миллиона убитыми, ещё больше было тяжелораненых и искалеченных. Потери Второй мировой войны – 600 тысяч.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Причём часть – на германском восточном фронте.

Игорь ШИШКИН. Да, естественно, сюда входят павшие на восточном фронте. Я просто напомню, что самые отчаянные защитники Рейхстага – это французские эсэсовцы, и они входят в эти 600 тысяч. И то в два с лишним раза меньше, чем в Первую мировую.

Великобритания в Первую мировую войну потеряла 700 тысяч, во Вторую – 380 тысяч. Разница колоссальная, правильно? А есть ещё одна интересная цифирь, по которой выходит, что среди европейских народов 86 процентов потерь – это потери тех, кто воевал с Гитлером вместе. Только 14 процентов европейских потерь – это потери тех, кто боролся с гитлеровским режимом. И вот тут сразу встаёт вопрос – а как же тогда это представить как борьбу с абсолютным злом и победу над ним? Что отличает? А отличает только Холокост. Поэтому на Западе в дискурсе Второй мировой войны главная роль отводится Холокосту, истреблению евреев. Вот что делает эту войну исключительной по сравнению со всеми остальными. Для них это была обычная война, к тому же война, в которой они проиграли. Что же, они себя будут считать абсолютным злом? Поэтому без Холокоста Вторая мировая в европейском сознании это – вообще ничто. Поэтому если Европа, Запад упорно навязывают нам, что мы отвечаем за эту войну, и при этом не повесят на нас Холокост, то за что мы отвечаем-то? Так, чепуха, мелочи жизни по сравнению с Первой мировой войной. Поэтому кампания по пересмотру смысла Второй мировой войны без обвинения России в Холокосте была бы бессмысленна, её бы не стоило и затевать. И раз эта кампания идёт, обвинение будет. И будет идти именно вот так, пошагово. Они же понимают, что белое представить чёрным очень нелегко. Ещё лет пятнадцать назад объявить, что Советский Союз развязал войну, что коммунизм и нацизм – одно и то же, было дикостью. А теперь пошагово приучают общественное сознание. Сначала один профессор, потом другой, потом собирается группа интеллектуалов и пишет письмо, воззвание, что нужно осудить жертвы тоталитарных режимов в целом.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Потом Митрополит Русской православной церкви...

Игорь ШИШКИН. Совершенно верно. Кстати, очень интересная вещь. Кто впервые официально обвинил Советский Союз в начале Второй мировой войны? Польша в 2009 году. Поляки вдруг ни с того ни с сего, через столько лет после начала войны, для себя совершили величайшее историческое открытие, что 17 сентября 1939 года Советский Союз совершил агрессию против Польши. До этого никогда это агрессией не называлось. И это сразу же заклеймили специальной резолюцией Сейма, где было написано, что Вторая мировая война началась 1 сентября с нападения Германии на Польшу и 17 сентября – России. Мы тогда это проигнорировали, российская Госдума тогда даже официально заявила, что не будет опускаться до спора по поводу такой дури. И вот сейчас, по странному стечению обстоятельств, первая, кто официально обвиняет Россию в Холокосте, это Польша.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Это же всё делается не ради прошлого, а ради настоящего и будущего. То, что в 2009 году появилась такая историческая реминисценция, это тоже не случайно. 2008 год помним, перед этим Мюнхенская речь. Когда началась какая-то кристаллизация России, включилось это историческое оружие против нас – идеи рефрейминга истории, идеи глобальной фальсификации.

Игорь Шишкин. К лючевой вопрос: почему это всё делается? Это ни в коем случае нельзя представлять так, что вдруг, ни с того ни с сего, все в мире увлеклись историческими темами. Причём именно Второй мировой войной. Политиками всегда движут интересы. И почему именно в это время? Да, было противостояние Советский Союз – Запад. Мы их обвиняли в том, что они себя не очень хорошо вели, они, соответственно, точно так же, но это всё было на периферии. На официальном уровне никто и никогда не ставил под сомнение антигитлеровскую коалицию. В 90-е этого тоже не делалось, потому что смысла не было, так как считалось, что Россия побеждена, чего с ней возиться. Но к началу 2000-х Россия вдруг стала возвращаться на мировую арену. И не в прихожую, а сразу в лидеры. И тут возникла настоятельная, стратегическая необходимость перевести Россию, Советский Союз из держав-победителей в разряд держав-побеждённых. Вот откуда это пошло. И поэтому тогда началась массированная кампания, призванная доказать, что на самом деле Вторая мировая война – это была война свободного мира во главе с англосаксами против тоталитаризма, устроили её два тоталитарных режима. Но чтобы победить один, худшее зло, свободному миру пришлось на какое-то время объединиться со вторым. Потому что эти два злодея, на счастье демократии и либеральных ценностей, между собой поссорились.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Но в массовом сознании, в пропаганде, второй аспект не особо подчёркивается: «Ну, были на востоке какие-то орды, воевали, но мы, великие демократии, повергли этого тирана Гитлера». Сейчас выходит фильм «Черчилль». Я читал синопсис: там нет никакого Советского Союза, там есть великий Черчилль, и вместе с Рузвельтом они пробивают эту стену, создают новую реальность, новую Европу.

Игорь ШИШКИН. Так вот, первая часть новой концепции Второй мировой войны – это то, что победили они, что уже вбито в общественное сознание. В той же Франции, по опросам, большинство считает, что гитлеровскую Германию победили англосаксы. А вторая часть, которая ещё не внедрена в массовое сознание, но на уровне элиты, на уровне официальных концепций это уже вбито, что там, на востоке, был такой же подельник Гитлера, просто они поссорились. И поэтому завершением Второй мировой войны нужно считать 91-й год, который окончательно освободил планету от тоталитарных режимов. Теперь ежегодно 23 августа, в день подписания пакта Молотова-Риббентропа, в Европе официально отмечается «День памяти жертв сталинизма и нацизма». В США этот день официально отмечается как «День чёрной ленты», день, который положил начало Второй мировой войне. Так что это уже сделано. Да, пока на уровне президентов великих держав об этом не говорится, но рангом ниже уже совершенно обыденно говорят, что Сталин с Гитлером развязали Вторую мировую войну.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Интересно, что столь необходимый тогда пакт Молотова-Риббентропа, который отодвинул для Советского Союза начало войны, не сделал фашистскую Германию и Советский Союз союзниками. Но сейчас идёт фальсификация. Это постоянно подчёркивается, причём людьми, казалось бы, образованными, но ангажированными либеральной, прозападной частью. Они говорят, что – да, мы же были союзники. И этот абсурд нарастает.

Игорь ШИШКИН. Конечно, это постоянно внушается. Сначала нужно было вбить, что ответственность равная, а затем, раз ответственность равная, значит, нужно осудить. И вот тут начинается следующий этап. В 2011 году в Варшаве принимается декларация о том, что необходимо осудить преступления тоталитарных режимов в целом. Проходит несколько лет, и в 2015 году министры юстиции стран Евросоюза выступают с инициативой о том, что нужно создать межгосударственный трибунал по расследованию преступлений коммунистических тоталитарных режимов. Причём мы же все понимаем, что речь идёт не о Китае, на скамью подсудимых собираются посадить Советский Союз. И тогда открыто в официальных документах пишется понятие Нюрнберг-2. Был Нюрнберг-1, осудили преступления нацизма, теперь Нюрнберг-2, осудить преступления Советского Союза, равно ответственного за войну. А если ответственность равная, то какие преступления в европейском сознании могут быть признаны? Только Холокост. Устраивать Нюрнберг-2, не обвинив Советский Союз в Холокосте, смысла нет. А идёт именно так, пошагово. Сначала вбросы, потом на уровне учёных, потом общественных деятелей, затем третьестепенных стран, а потом уже международных организаций. И вот сейчас мы видим по Холокосту, что переходят уже на официальный этап, я имею в виду заявление министра.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Здесь я бы хотел подчеркнуть, что в том самом 2011 году, просто «случайно», так совпало, в России была принята программа десталинизации, где была прописана эта история с созданием мемориала, увековечивание памяти жертв политических репрессий. Но по сути дела речь шла именно о сталинских репрессиях. Речь шла не о царских репрессиях или ельцинских, только о сталинских. И, кстати говоря, это не только в Москве, это целая программа создания по всей стране довольно страшных сооружений. В Екатеринбурге есть монумент по проекту Эрнста Неизвестного, так называемые «лица скорби». Какие-то кошмарные маски, из которых вместо слёз льются человеческие черепа. Решили такой подарок Екатеринбургу преподнести наши либерализаторы.

Инициировал программу десталинизации Михаил Федотов –  человек, который возглавляет Совет по правам человека. А другой советник, человек значительного положения, Сергей Караганов, прямо заявил, что поскольку Россия является правопреемницей Советского Союза, то она обязана в силу этого ставить подобные монументы. Потому что отвечает за действия, совершённые в Советском Союзе. Получается следующее: на Западе существует очень мощная линия, которая каким-то образом прорастает здесь. И всё это ведёт действительно к тому, чтобы объявить Советский Союз международным преступником, который развязал наравне с Гитлером Вторую мировую войну, который виноват, в том числе, и в Холокосте. И Россия как правопреемница Советского Союза должна платить за преступления, совершённые Советским Союзом, поскольку есть определённая логика – вы совершили преступления, вы платите. Потому что есть правопреемство и ответственность, о которой говорил Сергей Караганов. Получается интересная вещь: Путин совершает некие прорывы, а карусель советников по сути дела работает на международную кошмарную систему, которая хочет Россию изолировать и создать условия, при которых она будет платить контрибуции и идти на колоссальные уступки. Возможно, она просто должна будет устраниться с международной арены, возможно, перестать быть единым государством, поскольку такие же страшные вещи, мы за них ответственны!

Игорь ШИШКИН. Вы обратили внимание на совпадение. В 2011 году выходит Варшавская декларация, где говорится о тоталитарных режимах и их преступлениях. По странному стечению обстоятельств, в том же году Совет по правам человека, а главным закопёрщиком там выступал, конечно же, Сергей Караганов – главный идейный вдохновитель всего этого, готовит программу, где впервые предлагается открыть «Стену скорби». Но не только это. В Варшавской декларации предлагалось осудить тоталитарные режимы в целом, а что мы читаем в Концепции, подготовленной нашими либералами? А там говорится, что вся Европа была жертвой, вся Европа была виновата в трагедиях двадцатого века: в двух мировых войнах, в «двух тоталитаризмах» и т.д.

То есть в Варшавской декларации говорится, что «два тоталитаризма» – это главная беда и нужно осудить, и здесь вдруг совершенно случайно объявляется, что Европа пострадала от «двух тоталитаризмов», и мы за это несём равную с ними ответственность. Вроде бы такая формулировка красивая, что мы тоже в чём-то виноваты, а ведь фактически здесь на одну доску ставится Советский Союз и гитлеровская Германия. И это в документе, подготовленном, по странному стечению обстоятельств, тогда же, когда с этой инициативой выступили в Варшаве министры юстиции. «Стена скорби» уже реализовывалась в рамках Концепции по примирению, осуждению преступлений, утверждённой не президентом, а правительством РФ. И когда была принята эта Концепция? В 2015 году. Именно в этом году уже предлагается провести судебный трибунал Нюрнберг-2 над коммунистическим тоталитаризмом, и опять, по совершенно случайному стечению обстоятельств, идея 2011 года реализуется в принятую правительством концепцию, в рамках которой и строится это сооружение. Почему я и говорю, что это звенья одной цепи. А это означает, что, как и на Западе, где сначала провозгласили Нюрнберг-2, а затем началась кампания по внедрению в общественное сознание темы, что Россия ответственна за Холокост, так и у нас происходит то же самое, просто на полшага позже. У нас пока подходят к теме Нюрнберг-2, а следом придут и к Холокосту. Коготок увяз – всей птичке пропасть. Если встаёшь на позицию пересмотра смысла Второй мировой войны, что два тоталитарных режима – равная ответственность, то уйти от того, что Советский Союз виновен за Холокост, не получится. Вот чем занимаются эти господа.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Вдова Солженицына на открытии этой самой «Стены скорби» ничтоже сумняшеся говорит: «Надо их простить, конечно». Кстати, она не говорит, что надо простить Солженицына, покаяться, она не думает каяться за деяния своего муженька, это понятное дело, как они могут каяться за что-то, все вокруг виноваты, а они никогда. Но она сказала фразу: «Прежде чем простить, надо осудить». Мол, мы простим, но сначала осудим, оно имеет тоже разные коннотации, и в том числе и Нюрнберг-2, который активно продавливают на Западе.

Игорь ШИШКИН. Так они тоже говорят: «Мы же понимаем, что большинства этих людей уже в живых нет, но мы должны осознать. А для того, чтобы осознать, понять и простить, мы сначала зло должны назвать злом и осудить его». То есть здесь смысловые совпадения прямо один в один.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Вся эта история разворачивается на фоне колоссальной информационной русофобской кампании, развязанной Западом. Это по сути один процесс, когда идёт огромный информационный накат на Россию, её демонизация, диффамация лидера, и параллельно накачиваются идеи вот этого Нюрнберга-2. Как бы всё это не слиплось в одно. Фактически уже слипается суд над Россией. То, что говорят сейчас про современную Россию, это вроде бы не связано с историей напрямую, говорят про современность, про вопросы, связанные с Украиной, Сирией, обвиняют в каком-то жестоком штурме Алеппо и т.д. Но, так или иначе, тема Нюрнберга-2 над Советским Союзом, над коммунизмом, она как-то очень органично перетекает в тему суда над Россией вообще. А, может быть, над исторической, сверхисторической Россией, вообще над русским народом, цивилизацией. То, что сейчас течёт по медийным каналам, а тем более, неформальным, по всяким социальным сетям, это действительно касается уже не только государства российского, а вообще русской цивилизации, русского народа, русского характера. Всё как-то выстраивается, и очень тревожно, что вся эта антисистема вкручена сюда, внутрь. Это не где-то там за рубежом, а прямо здесь, вокруг нас, в центре Москвы.

Игорь ШИШКИН. Единственное, с чем я не согласен, это с формулировкой. Вы говорите, как бы это не слиплось в одно целое. Нам всем нужно понять, что эти, казалось бы, разрозненные действия направлены на одну цель, и за ними стоит очень жёсткий стратегический интерес наших геополитических противников. В первую очередь, Соединённых Штатов. И этот интерес никуда не денется, и они будут его продавливать, и они его уже вбрасывают применительно, как Вы правильно говорите, к оценке современной России. Если сталинизм и нацизм – два сапога пара, то Советский Союз такое же фашистское государство, как и гитлеровская Германия. Мы сейчас правопродолжатели Советского Союза, наш президент делает заявление о том, что распад СССР – величайшая катастрофа двадцатого века. Что из этого следует? Что современная Россия – это сохранившая тоталитарная система, угроза всему человечеству. И это опять не пустые рассуждения. Вот буквально совсем недавно американский сенатор Рон Уайден делает заявление, в котором говорится: «Фашистское руководство России с энтузиазмом подрывает нашу демократию» . То есть наше руководство объявляется фашистским. В общественное сознание давно внедрено, что Вторая мировая – борьба с абсолютным злом – фашизмом. И вот оно, новое обличье абсолютного зла, с которым свободный мир сражался – раньше внедрялось понятие «сталинизм», теперь «путинизм», новая форма фашистского государства, которое угрожает свободному миру.

И еще: весной этого года на Мальте собираются лидеры Европейской народной партии, можно сказать, правящей партии Евросоюза, и говорят, что главной угрозой либеральным ценностям и свободам является Российская Федерация. А на днях Тереза Мэй заявила, что свободному миру угрожает тоталитарная Россия. Всё это вроде бы отдельными кусочками, но складывается воедино. Здесь не хватает только одного пазла – что эта самая тоталитарная Россия ещё и уничтожила шесть миллионов евреев. И тут как чёртик из табакерки выскакивает Мацеревич и уже произносит это на официальном уровне. А у нас к этому уже всё подготовлено. Что это был период такого же тоталитаризма, как в гитлеровской Германии, что это был совершенно преступный период, что мы должны отречься, тот самый Караганов делает заявления о том, что вся Россия – это большая Катынь. Ни много, ни мало. Как же здесь быть? Германию спасли методом денацификации. Так и нас. И дело не в деньгах, которые с нас потребуют, потребуют гораздо серьёзнее. Мы должны будем каяться-каяться, заглаживать вину перед всем человечеством.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Оскопление сознания. Немцы же прошли через это. Сначала их хотели стерилизовать физически, был такой план, но решили, так сказать, оскопить духовно. И дело здесь не в приверженности идеям гитлеризма или нацизма, а в том, что степень давления и манипуляций, которая была проявлена в отношении немцев, она даёт о себе знать и сейчас.

Интересный момент выстраивается. Когда Советский Союз вывел свои войска из Европы, туда пришли войска НАТО. Туда пришли американские войска, будем говорить прямо. Это оккупационные силы США пришли в Европу. Мы не войска вывели, мы разрушили собственную концепцию истории, и сюда вошла концепция западная, со всей терминологией, со всеми штампами, со всеми перекосами, со всеми фейками. Вот они взяли и перенесли её сюда, вместе с Солженицыным, который на хромой козе сюда приехал, включая выражения «большой террор» и пр. Естественно, «большой террор» был не в Бенгалии, а Дрезден, Хиросима – это всё маленькие эксцессы. А у нас «большой террор», тоталитаризм. Всё это нам навязали, включили, и эта концепция здесь живёт и пухнет, её обслуживают люди до сих пор. Их довольно-таки большое число, они живут и кидают в топочку уголёк. Есть, например, в Москве филиал Центра Карнеги, и там включаются какие-то газовые конфорки и начинается: «Одиннадцать миллионов жертв сталинского режима», всё это разгорается, потом выключается на время, потом опять включается по каким-то сигналам. Вся эта система контролируется и обслуживается.

Есть робкие попытки власти что-то противопоставить, например, создать единый учебник истории. Это попытка предложить свою концепцию истории. Но не получается, опять съезжает. Такое впечатление, что есть такая яма, и мы пытаемся её объехать, но всё равно скатываемся, поскольку яма очень большая была вырыта.

Без решения этих насущных задач России не выжить, потому что та система, та гидра, которая работает извне, имеет здесь очень мощный филиал, и, по сути, работает машина, которая Россию в эту яму заталкивает. С одной стороны, руки опускаются, потому что видишь – работает эта бетономешалка гигантская, с Холокостом, с ГУЛАГом, со всем вместе, такой Бессмертный ГУЛАГ у них действует. Но при этом власть то ли занята другими вещами, то ли считает это неважным, то ли уступает этим мощнейшим механизмам, которые были здесь специально построены, чтобы подавить общественное сознание и включить Россию в зону проигрыша, в зону капитуляции.

Игорь ШИШКИН. Согласен, самое главное – понять, что все эти так называемые исторические нападки, рассуждения, дискуссии связаны не с историей, идёт схватка за наше будущее. Схватка за то, чтобы у нас будущего не было, чтобы нас не было. Вот главная цель всех этих исторических изысканий – лишить Россию будущего. Но я лично не смотрю на это так печально. В 1990-е годы они вообще всем здесь заправляли, и что, получилось? В начале 2000-х власти пришлось объявить, что патриотизм – это главная ценность, а ведь в 1990-е из каждого утюга неслось, что более гнусного понятия, чем патриотизм, не существует. Если в 1990-е и где-то до середины 2000-х слово «русский» в центральных СМИ употреблялось только в сочетании «русский фашист» и «русская мафия», то затем на выборах три партии у нас шли под официальным лозунгом «Сделаем русских государствообразующим этносом». Да, они этого не сделали, но им понадобилось это в свои программы вписать. И те, что на Мальте собрались, признают, что мы, даже в нынешнем положении, являемся главной угрозой их либеральным ценностям. Поэтому сказать, что они нас переварили, нельзя, но это не значит, что нужно сказать: «О, мы такие великие!» и всё. Надо осознать, что идёт попытка лишить нас будущего, и нужно этому противодействовать.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Система очень серьёзна, она обслуживается, воспроизводится, финансируется, идёт методичная работа. И, казалось бы, с этим не справиться, но есть один фактор, это – народ. Наши противники по каким-то причинам считают, что народа нет, что его не нужно брать в расчёт. Но за свою жизнь я понял, что народ есть. Даже когда ещё не понял, я знал, что он есть, и этот народ разберётся во всём. Вот этот манипулируемый, нищий во многом, дурашливый где-то, смотрящий или не смотрящий телевизор, слушающий какие-то иностранные голоса, всё равно в массе своей, в общей целостности, он всё видит и понимает, всё, что происходит. Вот это потрясающий эффект. Поэтому надежда большая на русский народ. И я даже думаю, что поскольку народ всё знает и всё может, он просто нуждается в укреплении. Мы должны не объяснять что-то, а просто помогать всем выжить, в том числе и вдохновлять на дальнейшие шаги.

Игорь ШИШКИН. Да, русский народ и это переварит, не такое переваривали, но из этого не следует, что нужно стоять в стороне и ждать, когда это произойдёт. Каждый на своём месте должен просто-напросто делать то, что он должен, а не ожидать, что это сделает кто-то другой. Что вот возьмёт сейчас Путин и продавит, наконец, другой учебник, что хороший царь всё сделает. Чтобы это произошло, чтобы появилась идея этого единого учебника, должно быть народное сопротивление. Сейчас единый учебник идёт, но медленно, почему? Мы малоактивны. Они активны во всём. Да, у них больше возможностей, ресурсов, но нас самих больше. И это наша земля.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Игорь Сергеевич, спасибо за беседу!

Про белый флаг и разрыв шаблона

словно начальники наши абсолютно утратили представление о том, что олимпиада – это всего-навсего игра

Татьяна Воеводина

30

Оценить статью: 8 4

Оскорбления России со стороны олимпийских начальников идут по нарастающей. Похоже, антироссийские силы нарочно проверяют: какой уровень унижения может вынести Россия, продолжая привычно утираться и проворно подставлять другую щёку для следующей оплеухи.

Мне кажется, решение напрашивается само собой: просто взять да единым махом и выйти из олимпийского движения. Не прервать, не приостановить, а просто выйти. Навсегда. Отозвать всех этим бесчисленных бюрократов, распустить олимпийский комитет, отдать здание под дом пионеров или иное какое полезное дело и спокойно начать заниматься своими делами, в том числе развивать свою собственную физкультуру и спорт. Случись это - большинство граждан и не почешется, потому что среднему человеку от всего этого с порта высших достижений – ни жарко, ни холодно.

Отчего же сделать это никому из начальства не приходит в голову? Даже помыслить об этом не дерзают. А ведь это именно и есть то, что единственно нужно. В НЛП это называется разрыв шаблона: противник ожидает от тебя определённого поведения, а ты вдруг – р-р-раз! – и действуешь совершенно по-иному. И выигрываешь. Ну куда там! Мы продолжаем действовать по раз навсегда заведённому шаблону. Т.е. рваться на олимпиаду, доказывать, что мы «чистые» (слово-то какое!), примерять «нейтральную» форму, где – Боже, сохрани! – не должно быть и малого намёка на, так сказать, страну происхождения. Знаменитая тренерша плачет в телевизор и обещает отрубить себе руку, чтобы её воспитанницы поехали на олимпиаду – стыдобища, да и только.

Словно начальники наши абсолютно утратили представление о том, что олимпиада – это всего-навсего игра, и больше ничего. Она им видится какой-то подлинной и страшно важной реальностью.

В Средние века был знаменитый спор реалистов и номиналистов. Реалисты считали, что абстрактные понятия – это нечто реальное, а номиналисты полагали что это плод абстрагирующего человеческого сознания, а в действительности их нет. Сегодня наши начальники впали в самый крайний реализм понятий: им мнится, что олимпийское движение – это какая-то подлинная реальность и окажись мы вне его – мы все разом умрём, или тяжко заболеем, или станем мучительно голодать. На самом деле, это просто раскрученная выдумка и больше ничего. Такую же выдумку (или совсем другую) мы можем завести у себя хоть завтра.

Так отчего же такие муки? Мне кажется, происходит это от крайне низкой, даже не нулевой, а отрицательной самооценки. У нас не верят, что мы, такие убогие и бессильные, можем шаг ступить без НИХ - без этих Гудвинов великих и ужасных , без этих хозяев мира. Пропадём, подлинно пропадём, точно ничтожный воробьишка, вывалившийся из гнезда.

Если они нас шпыняют – значит имеют право, значит, могут себе позволить, - так по сути дела, мыслят, даже не мыслят, а подсознательно ощущают наши начальники. Выходит, место, откуда нас гонят, - ценное, желанное, хорошее место, надо туда протыриться – по старинному анекдоту, «хоть тушкой, хоть чучелом». А уж добровольно уйти оттуда – нельзя и помыслить.

Подобный подход встречается и на бытовом уровне. Есть немало парикмахерш, косметичек и прочего подобного обслуживающего персонала, который своих клиентов буквальным образом унижает, презрительно обзывает и всячески демонстрирует, что он, обслуживающий персонал – представитель бомонда и хайлайфа, а клиенты – ничтожные козявки, которым недоступна высшая жизнь. И что же? Клиенты от них бегут, чтоб больше никогда не вернуться?  Кое-кто, конечно, к ним не пойдёт, но у спесивых хамов есть своя устойчивая клиентура. Ей – нравится. Нравится осознавать, что ты попала в ценное и непростое место. Там с тебя сдерут большие деньги, обругают, назовут твой цвет волос (фасон ногтей) деревенской безвкусицей. А раз так – значит, имеют право, значит, место ценное.

Никогда не забуду курьёзный случай. Это было много лет назад, только закончилась советская власть. Мы со знакомой мамашей отправились выбирать для детей школу (дело было в Москве). Она повела меня в какую-то особую, ценную, по её понятиям, «английскую» школу. Входим и встречаем толстую тётку из тамошнего персонала. Мы и рта не успели раскрыть, как она начала на нас нефигурально орать: «Не ходите сюда больше, к нам всё равно не попадёте, мы с улицы не берём» и что-то в этом роде. Наша с приятельницей реакция была диаметрально противоположной: я немедленно ретировалась с мыслью, что здесь моему ребёнку делать нечего. И то сказать, если они орут на взрослых незнакомых людей – это далеко не воспитательное учреждение, и лучше держаться от него подальше. Моя спутница, напротив, преисполнилась к заведению самым высоким уважением: раз они так себя ведут – значит, имеют право, значит, место это ценное и надо туда стремится. И она, употребив немалые усилия, протолкнула туда ребёнка.

Вернёмся, впрочем, к олимпиаде. Так стыдно лично мне не было с самых «святых 90-х». И страшновато опять же: руководители самого высокого ранга показали, что самооценка у них – как у бездомного щенка, подвизгивающего под дверью.