Веня быстро выбежал из квартиры и несколько раз резко нажал на кнопку вызова лифта. Конечно. Лифт как всегда не работал. Венедикту было не привыкать к подобного рода сюрпризам, поэтому он совершенно спокойно побежал к лестнице. «Так даже лучше,» — думал он. — «Заодно и разомнусь немножко». Венедикт очень быстро спустился с девятого этажа, выбежал на улицу, завернул за угол и побежал вниз по дороге. Шесть утра — время раннее. Только уличные торговцы были в это время уже на ногах. Они выкладывали свежие булочки, баранки, пирожные, медовую пахлаву с орехами, хачапури, жаренные и копченые мидии, различные салаты из морепродуктов, аккуратно разложенные по одинаковым порциям в одноразовую посуду. Веня пробежал мимо всей этой экзотики местных кулинаров. От дома, где он жил, до моря было ровно четыреста метров, но и это расстояние для Вени показалось слишком большим. Он видел море всего несколько раз в жизни, поэтому он очень спешил поздороваться с морем, ведь и оно его ждало очень-очень долго.

Наконец, Веня прибежал на пляж. Вместо желтого песка там повсюду оказалась серая галька. Но какое это имело значение? Они снова встретились.

Недавно взошедшее солнце играло бликами на чуть колышущейся глади воды. Отражающиеся лучи солнца были похожи на звезды. Только перевернутые. Кто не мечтал упасть в небо? Издалека вода казалась зеленоватой. Когда-то в школе Вене объясняли, что это из-за каких-то организмов, живущих в воде. Но сам Веня считал, что море живое, и оно специально изменило свой цвет, чтобы отличаться от неба. К тому же, если присмотреться, то не такое уж оно и зеленое. Зеленоватый оттенок. Не более. А на самом деле — оно голубое, как глаза у Ангелов.

Венедикт подошел к воде. Она была совсем прозрачная. Волны накрыли стопы мальчика. «Холодная!» — проскочило у него в голове.

На пляже никого не было. Даже чаек. Веня отбежал от берега на пару метров, мгновения помедлил, будто раздумывая бежать или не бежать, и побежал. Красиво вошел в воду. Сразу же тысячи маленьких иголок вонзились в его тело. Он почувствовал приятную боль. Лучи солнца пробивались через морскую гладь на несколько метров в глубину. «Конечно море голубое! Какое же оно зеленое?» — все вокруг Веня видел расплывчато, но солнечные лучи и настоящий цвет моря ему были видны.

Он проплыл под водой метров десять и вынырнул на поверхность. Повернулся к берегу. Отнесло его гораздо дальше, чем он думал. Он развернулся лицом к морю и поплыл куда-то вдаль, постепенно сворачивая вправо — к Аю-Дагу.

Солнце уже начинало припекать. Становилось жарко. Венедикт нырнул в воду. Под водой он кружился по спирали, вокруг своей оси, да и просто кувыркался, то, уходя в бездну, то, поднимаясь вверх. Наконец он вынырнул. Он был совсем близко от горы. Здесь нырять было опасно: острое дно, неожиданные мели. Поэтому Венедикт высунул голову и поплыл брасом. Он мог уйти дальше в море, но он знал, что стоит ему обогнуть Аю-Даг, как берег окажется слишком далеко. Конечно, он знал, что море его с удовольствием примет, но ведь были еще и мама с бабушкой, которые будут очень переживать.

Обогнув Аю-Даг, Веня перевернулся на спину. Он очень устал. Его мышцы кричали и требовали дать им хотя бы полчаса покоя. Венедикт раскинул руки и позволил морю нести его. Равномерное покачивание убаюкивало, но разве мог он заснуть в такой момент? В момент свидания с морем? Море несло его то, поднимая то вверх, то, опуская вниз. А он лишь изредка помогал ему не сбиться с пути, подправляя курс рукой.

Приблизительно через сорок минут Веня решил, что уже достаточно отдохнул. Перевернулся на живот и начал набирать темп. Благодарные мышцы с удовольствием ему в этом помогали. Он плыл и ни о чем не думал. Он только чувствовал, как ему хорошо. И как хорошо море, что они снова встретились.

Что-то быстро промелькнуло под мальчиком. В следующую минуту, когда он опускал левую руку для очередного рывка, Веня почувствовал, как коснулся чего-то твердого. Мель? Нет. Дна не видно. Акула? Как же он об этом не подумал. Ведь в море водятся акулы. У Венедикта была дома старая дедушкина книга про акул, и он читал, как эти безжалостные убийцы нападают на тех, кто купается в море. «Может, они хотят защитить свое море от посторонних? Но разве я посторонний?» — думал Венедикт.

Он остановился. Высунул голову и стал ждать, что будет дальше. Вдруг, огромная рыба выпрыгнула из воды справой стороны и нырнула с обратной, перепрыгнув через ошарашенного Веню. «Дельфин! Дельфин! Дельфин!»

Венедикт давно мечтал увидеть этих замечательный животных. Он видел их в дельфинарии, и на картинках. Но это все было не то. Они там были какие-то грустные. А здесь дельфины были абсолютно свободны.

Дельфин снова выпрыгнул из воды. Еще один! Или это тот же? Да нет же! Их двое. Веня смеялся, так, как могут смеяться только дети в его возрасте. Он нырнул и попытался осмотреться вокруг. Все было мутное, но серый силуэт он все-таки заметил. Венедикт поплыл за ним, чтобы ухватиться за плавник. И как только ему это удалось, дельфин рванул вверх, и они вместе выпрыгнули из воды. Веня ощутил всю прелесть свободного полета, но этот момент был таким не продолжительным! И вот они снова в воде.

Человек и два дельфина плыли вместе еще очень долго. Венедикт то цеплялся за плавники своих друзей, то плыл с ним на перегонки. А дельфины постоянно что-то рассказывали Вене и прыгали через него.

Вскоре дельфины ушли дальше в море, а Венедикт поплыл дальше. Ему было очень хорошо. Вот только тело опять заныло, требуя отдыха. Оно, наверное, и раньше кричало, да только кто его тогда слушал? Веня перевернулся на спину, и поплыл к берегу.

На берегу было полно ребятишек. Они бегали по пляжу и радостно кричали, а молодые вожатые местного детского лагеря смотрели за тем, чтобы малыши не заходили в море. Видимо у них там все по расписанию: и завтраки с обедами и ужинами, и сон, и даже купание в море.

Когда Венедикт выходил из воды, все моментально замерли, и дети, и вожатые. Он прошел пару метров вглубь пляжа и улегся на песок. Здесь пляж был песчаный. И это не могло не радовать Веню. Закинув руки за голову, Венедикт уснул.

Проснулся он оттого, что ему на лицо сыпался песок. Веня приоткрыл один глаз, и увидел чумазое, испачканное в песке лицо маленького аборигена. Венедикт резко открыл глаза и выдохнул. «Пятница» с воплем побежал к свое вожатой. А Венедикт встал и пошел к морю. Медленно зашел в него. Оглянулся. И исчез. Он вынырнул далеко от берега. Там, где его уже никто не мог видеть. Назад Веня плыл не спеша, постоянно давая отдохнуть уже изрядно подуставшему телу.

Дельфины больше не подплывали, но они сопровождали Веню. Он видел их вдалеке. Они попеременно выпрыгивали из воды, как будто смотрели: все ли в порядке с их новым другом.

Когда мальчик приплыл на родной берег, людей уже почти не было. Только самые преданные любители солнца еле-еле переворачивались, подставляя то один, то другой бок жарящим лучам. Пройдет еще час, а может два, и на пляж снова придут люди, для того, чтобы искупаться в прогретом море, получить порцию лучей света от засыпающего солнца. Еще позже на берегу появятся романтики, чтобы в который раз посмотреть на закат. Ну, а когда совсем стемнеет, все пойдут на набережную покупать сахарную вату и попкорн, сладкие трубочки и холодное пиво.

До завтра море. Встретимся завтра.