Оригинальноеназвание: New Year in Manhattan (The Empire State Trilogy #3) by Louise Bay 2015

Переведенное название: Новый год на Манхэттене (Трилогия «Эмпайер Стейт» #3) Луиза Бей 2018

Переводчик: Аня Лищенко

Редактор: Евгения Николашина

Вычитка: Дарья Питенко

Русификация обложки: Александра Волкова

Переведено специально для группы: https://vk.com/tr_books_vk

Не знаю, сколько времени я стояла и сканировала головы путешественников, которые уже прошли пункт безопасности аэропорта и направились в дьюти фри. Может быть, он изменил своё решение и решил остаться, и сейчас направляется обратно. Может, он решил вернуться и посмотреть, здесь ли я еще, жду ли его. И если так, я хотела быть уверена, что буду здесь.

На меня наткнулся маленький ребёнок, и мне пришлось расставить ноги, чтобы удержать равновесие. Я наклонилась, чтобы приостановить его, но он убежал. Это нарушило мою концентрацию, и я взглянула на часы. Пять минут как его самолёт взлетел. Я посмотрела на экран оповещений. Задержки рейса не было. Он был в воздухе. Он улетел.

Я почувствовала тупую боль в животе, которая прорвалась еще со вчерашней ночи, поглощая меня. Я нашла ближайшую лавочку и села, опустив голову на руки. Он, и правда, улетел. Мы, наконец, обсудили наше будущее. Итан не попросил меня улететь с ним в Нью-Йорк. Я хотела, чтобы он предложил, но он не сделал этого. Но также Итан не закончил эти отношения. Он сказал, что любит меня. Он сказал, что хочет, чтобы между нами все получилось, и я ответила ему взаимностью. Мы продолжим отношения на расстоянии. Облегчение и ликование будут сдерживать эти сложности еще несколько часов. Только сейчас я ощутила реальность того, что Итан улетел в другую страну, а пребывание на разных континентах предвещало сложности. Реальность была практически невыносимой.

Я полезла в сумку и достала оттуда ключи и телефон. Что теперь? Я не могла вспомнить.

Я стояла не двигаясь. Домой. Вот, что нужно дальше. Я направилась к выходу и нашла такси. Надо ли мне говорить водителю куда ехать? Я закрыла глаза и опрокинулась назад.

— Мисс?

Я подняла свою голову. Это был водитель такси. Машина остановилась. Я выглянула из окна. Дом.

— Прости, что разбудил, крошка. — Сказал он. — Ты еще не оправилась после полёта?

Он не разбудил меня. Во всяком случае, не разбудил ото сна.

Я что-то промямлила и протянула ему деньги в руку.

Меня окружала знакомая местность, пока я заходила в квартиру. Это не чувствовалось домом, но хотя бы было на него похоже. Внутри меня пульсировала боль, напоминая, что мне нужно найти место, где жить. Я могла находиться здесь только до марта. Что произойдёт между сейчас и потом? Мы так ничего и не решили, кроме того, что будем стремиться, чтобы это сработало. Я скинула с себя туфли, зашла в спальню и, полностью одетая, залезла под покрывало. Я все еще ощущала его запах. Ощущала Итана.

Я проснулась от жужжащего телефона на моей подушке. Все еще было темно. Я провела пальцами по надписи «Бог секса».

— Привет, — ответила я.

— Господи, у тебя такой сексуальный голос, когда ты только просыпаешься.

Я улыбнулась, все еще находясь в полудрёме, ничего не смогла с собой поделать.

— Ты всегда звучишь сексуально, — сказала я. — Ты где?

— В такси. Прости, что разбудил.

— Все нормально. Я соскучилась.

— Уже?

— Да. — Я кивнула.

— Всего три недели, красавица.

Я должна была лететь в Нью-Йорк после Рождества.

— Три недели, — повторила я.

— И я все еще собираюсь заставлять тебя кончать каждый день.

Я зарычала и сжала свои бедра. Итану удалось заверить меня, что отношения на расстоянии сработают, потому что у нас был хороший секс по телефону, но, не прикасаясь к нему и не ощущая его прикосновений, следующие три недели казались ужасающими.

— Слышать, как ты рычишь вот так,… это делает меня твёрдым. И это не очень подходящий момент, потому что, как ты знаешь, я сейчас в такси.

Я опять улыбнулась. Я знала, что нужно делать вопреки трём тысячам милям между нами. Это немного облегчило мою боль.

— Прости, я не хотела.

— Тебе не нужно ничего делать. Достаточно просто существовать.

— Господи, Итан, я тебя люблю.

— И я люблю тебя. Теперь иди в душ, потому что у тебя назначена встреча на 8:30. — Мне нравилось, что он знал моё расписание. Надолго ли это? Он знал, что я буду делать всю эту неделю, но как насчёт следующей?

— Который час?

— Около семи, — ответил он.

Я опять прорычала. Я могла проспать еще неделю или даже до моего отлёта в Нью-Йорк.

— Анна, остановись.

— Прости. Не уходи.

— Тебе пора в душ. Поговорим, когда я проснусь. Перестань дуться.

Я засмеялась. Я дулась.

— Окей, я люблю тебя, хорошего сна.

— Спасибо. Мне будешь сниться ты.

Я поехала на работу на метро, как и большинство в Лондоне, но я определённо не чувствовала себя, как все остальные в столице. Каким-то образом город больше не казался мне таким же ярким, как и прежде, как будто кто-то убрал контраст — всё вокруг было каким-то серым. Я чувствовала себя изолированной, казалось, я знала что-то, о чем окружающие не догадывались. Я шагала своим новым темпом, люди вокруг торопились, натыкаясь на меня то справа, то слева, но мне это было безразлично, потому что теперь я другая. Я знала. Я знала, какого это, любить кого-то по-настоящему. И это было потрясающе и абсолютно поражало. Я никогда прежде не чувствовала себя настолько открытой и ранимой.

Мы не обговаривали далёкое будущее, но установили несколько барьеров, создали некоторые правила. Конечно же.

Правило номер один заключалось в том, что мы будем разговаривать друг с другом каждый день. Даже если всего пару секунд. Второе правило, мы будем видеться раз в месяц, и всегда будем знать, когда встретимся в следующий раз. Третье правило — никакой херни. Если кто-то из нас почувствует, что это не работает, мы сможем все обсудить и решить, как это исправить.

Но правила созданы, чтобы их нарушать, ведь так?

— Не могу поверить, что теперь, приходя на работу, я не увижу сексуального Скотта. — Люси приземлила свою задницу на мой стол, когда я вернулась после встречи.

Она считала, что нравится мне? Я вполне уверена, что никогда не давала ей повода так заблуждаться. Я накрутила на палец шарфик от Hermes, который надела, чтобы чувствовать Итана, и попыталась её игнорировать.

Она продолжала тявкать, я же, тем временем, открыла папку входящих писем и начала просматривать почту. Мне удалось не обращать на неё внимания.

— Анна? Ты слушаешь? Он точно меня хотел.

— Как скажешь, Люси. — Произнесла я, не отводя глаз от монитора.

Она, наконец, отстала от меня, и я окружила себя пузырём, который, как я надеялась, всячески кричал «оставь меня, блядь, в покое». Я хотела закончить всю свою работу и отправиться домой. Я хотела находиться в окружении Итана. И даже несмотря на то, что он был далеко, я чувствовала себя ближе к нему в квартире.

И: Не превращайся в отшельницу. Ты бы мне не позволила, и я тебе не позволю.

А: Я признательна, что ты на посту, и признательна за твою службу, но все в порядке. Поговорим позже.

Я погрузилась в работу, где могла побыть в одиночестве.

В полдень мой телефон зазвонил.

— Привет, — прошептала я.

— Ты мне снилась. — Сказал Итан.

Я встала и закрыла дверь своего офиса.

— Это был хороший сон? — спросила я.

— Ты делала мне минет, поэтому я скажу, что да, это был хороший сон.

— Как романтично. Ты всегда говоришь самые сладкие слова. — Засмеялась я.

— Мне не нравится просыпаться без тебя. — Сказал он, и моё сердце затрепетало.

— Я знаю. Мне тоже не нравится просыпаться без тебя. Всего три недели осталось до следующего реального минета. — Произнесла я, стараясь подбодрить Итана.

Я услышала его рык на другом конце телефона и засмеялась.

— Давай иди в душ, обломщик. Я позвоню, когда буду дома.

Я положил свой телефон и направился в ванную. Считалось ли изменой, если я подрочу без неё на другом конце телефона? Нужно будет уточнить это. У меня все время был стояк, и это мешало мне сосредоточиться. Я снова взял в руки свой телефон и начал просматривать письма, которые мне поступили. Это должно было стабилизировать моё давление.

С тех пор, как я уехал, мы дважды немного поговорили. Неужели так и будет продолжаться? Я действительно себя сдерживал, когда мы разговаривали о нашем совместном будущем. Чего мне хотелось на самом деле, так это закинуть её к себе на плечо и увезти в Нью-Йорк. Но мне удалось контролировать себя. Она, казалось, хотела понять, что нужно мне. Но у меня не получилось определить, что сделало бы счастливой её. Когда я предложил ей отношения на расстоянии, она будто вздохнула с облегчением.

Я не был уверен, какая альтернатива тревожила её больше — мысль о том, что я захочу забрать её с собой или что прекращу все это. Но я не давил на неё. Наверное, я и сам боялся её ответа. Мы пообещали друг другу отношения без херни, но я чувствовал, что мы оба что-то утаивали. Я не требовал её переезда в Нью-Йорк. Мысли о ней одной в Лондоне, без меня, были чертовски ужасающими, она могла передумать насчёт нас или встретить кого-то еще. Размышления о жизни без неё страшили меня, она была моим воздухом. Я особо не мог вспомнить себя до появления Анны в моей жизни, а то, что помнил — мне не нравилось. Я не хотел возвращаться обратно к сексу без обязательств и усложнений. Анна была всем тем, против чего я шёл всю свою жизнь, а теперь это единственное, чего я хотел.

Три недели. Как я выживу на протяжении этих трёх недель? Я был не в состоянии протянуть и несколько часов. Мне нужен был план. Я отправился в зал. Это должно помочь. Мне придётся провести много часов в офисе. Это хорошо отвлечёт меня. И я могу встретиться со своими старыми друзьями из колледжа, Эндрю и Мэтью, в эти выходные. Вроде как план составлен. Теперь лишь нужно удостовериться в том, что Анна не была поглощена чем-то или кем-то кроме меня. Мне необходимо убедиться, что я всегда буду её основной мыслью в голове.

— Ты теперь официально под каблуком? — спросил Эндрю. Улыбка растеклась по моему лицу, и я пожал плечами. — Я знал, что это рано или поздно произойдёт.

Эндрю предложил пообедать, и я попросил своего ассистента забронировать столик в том самом месте, где мы «случайно» наткнулись на Анну и Лию в прошлый раз. Я был без ума от неё уже тогда.

— Что я могу сказать? Она того стоит.

— Так значит, она будет здесь на Рождество?

— На Новый год, — поправил я его. — Я еду со своими родителями в Аспен на Рождество. Они расстроились, что не смогут увидеть Иззи, поэтому я подумал, что Аспен их взбодрит. А Анна прилетит 27-го.

— А потом что?

— А что потом?

— Она собирается перебраться сюда на постоянной основе? Или ты переезжаешь в Лондон? Ты собираешься жениться на ней?

Да, да и да? Нет, может быть, однажды. Я не знал ответа. Я снова пожал плечами.

— Но ты её любишь, ведь так?

Я не смог сдержать улыбку на своём лице.

— Да, я её люблю.

— Тогда действуй, мужик.

Эндрю был отличным другом. Он мог пошутить надо мной и над тем, каким мягкотелым я стал, но вместо этого он хотел, чтобы я заполучил свою девушку.

— Спасибо, старик. Я буду искать способ, как оказаться с ней на одном и том же континенте.

— Хорошо. Такие девушки, как Анна и Менди, не встречаются слишком часто. Не облажайся.

— Хороший совет. И очень красноречиво поставлено.

— Так что, есть желание провести Новый год со мной и Менди, или у вас другие планы?

— Я знаю, что Анна была бы рада с вами повидаться, но можем ли мы перенести это на другой вечер? Может, на день раньше? Встретимся на бранч или что-то в этом роде? У меня другие планы для нас на Новый год.

Идея заключалась в том, чтобы сделать этот вечер незабываемым, но я пока не придумал как именно.

— Много работы? — спросил Эндрю.

— Да, надеюсь теперь, когда я вернулся, будет немного проще. Клиенты чертовски требовательны. Было сложно руководить всем из Лондона, но все должно наладиться. — Я должен находиться на работе до позднего вечера, но я хотел быть дома около семи. Мне нужно было сдержать обещание. Мне нужно было быть уверенным, что одна красивая девушка будет кончать каждый день. Черт, мой член становился твёрдым. — Как дела у Менди? — спросил я, зная, что разговор о ней поможет мне успокоиться.

— Хорошо. Она хочет поужинать вместе с тобой, чтобы не дать тебе спуску из-за того, что ты оставил Анну в Лондоне.

— Я не оставлял её там. Она там живёт.

— Я знаю, мужик, но ты же знаешь Менди. Она очень рада, что ты кого-то встретил.

Я не смог сдержать улыбку. Я тоже был рад, что встретил Анну. Оставалось только придумать, как быть на одном континенте.

По пути в офис я написал Анне.

И.: Я буду дома около семи вечера. Дождешься меня?

А.: Для тебя хоть всю ночь.

И.: Хорошо. Я хочу, чтобы к тому моменту, как я позвоню, ты была в постели и голая.

А.: Да, сэр.

И.: Перестать говорить сэр, мой член становится тверже.

А.: Как раз, как мне нравится, сэр.

Черт, она делала мой член твердым при помощи одного сообщения, находясь за три тысячи километров от меня. Я чувствовал себя чертовым подростком, когда дело доходило до нее. Может, стоило ввести правило и не переписываться, пока мы на работе?

Я окунулся в свою рабочую рутину. Находясь в Лондоне, я занимался всеми делами удаленно, но вернувшись в Нью-Йорк, всё оказалось проще, и у меня получилось закончить все дела быстрее. Хоть у меня и был назначен конференц звонок на восемь вечера, я мог ответить на него дома. Это означало, что у меня есть лишь час на Анну. Одна мысль о ней голой в постели, о её нежной коже на наших простынях, и мой член становился неугомонен, поэтому я выбросил эти мысли из головы и продолжил свой день.

Время близилось к семи вечера, а я застрял в пробке. Чертов черт. Я не хотел терять ни минуты, поэтому позвонил Анне из такси.

— Привет, мой красивый мужчина.

— Господи, я люблю тебя. — Я не смог себя остановить, я любил её, а она — меня.

— Ты в порядке? — встревоженно произнесла она.

Потому что я сказал, что люблю её? Мои дела плохи, если эти слова вызвали такой вопрос.

— Да, просто хотел, чтобы ты знала. Я весь день скучал по тебе.

— Я тоже скучала. Мне не нравится здесь без тебя. Это ощущается неправильно, — внутри все сжалось от её слов.

Складывалось впечатление, что она скучала по мне так же, как и я по ней.

— Где ты?

— В постели.

— Я тебя разбудил? Ты спала?

— Нет, я ждала твоего звонка. Ты сказал мне быть голой в постели, поэтому я здесь, голая.

Я зарычал, и водитель такси посмотрел на меня в окно заднего вида.

— На заднем сиденье такси. Застрял в пробке. Не думаю, что это надолго, но я не смог дождаться, хотел услышать твой голос.

— Все в порядке. В спешке нет нужды. — Я не рассказал Анне про конференц звонок в восемь вечера, потому что не хотел, чтобы она подумала, будто я пытаюсь впихнуть её в свой график вместе с остальными делами, или что у нас лимитированное время на разговор. — Как прошел твой день?

— Вообще-то хорошо. Виделся с Эндрю во время ленча и справился со многими делами.

— Как дела у него и Менди?

— Хорошо. Они хотят встретиться, когда ты приедешь. Мы договорились поужинать где-то на этой неделе.

— Я рада, что они есть у тебя.

— Я тоже. Я тебе кое-что оставил в верхнем ящике, где раньше были мои вещи. Иди посмотри, что там.

— Правда? Что там? — спросила я.

— Иди, посмотри, — повторил он.

Я выползла из кровати и пошла к ящику, где раньше лежали вещи Итана, и открыла его. Вид практически пустого ящика заставил все перевернуться внутри желудка. Еще одно напоминание, что Итана здесь нет. Но ящик не был абсолютно пустым. Там лежала маленькая, оранжевая коробочка уже со знакомым логотипом Hermes. Улыбнувшись, я взяла её и направилась обратно в постель.

— Нашла?

— Да. Тебе не стоит покупать мне подарки.

— Я хочу покупать тебе подарки. Ты, наверное, единственная женщина, которая возмущается, что ей дарят подарки.

— Я не возмущаюсь. Я не хочу, чтобы ты думал, будто обязан мне.

— Я хочу этого. Тебе нравится?

— Я еще не открыла.

— Мы должны делать это через видеозвонок или что-то в этом духе. Я хочу видеть тебя.

— Три недели. Где ты уже?

— Только паркуемся. Открывай свой подарок.

Я открыла. Меня обрадовало, что Итан оставил мне что-то перед тем, как уехал. Он неплохо справлялся с обязанностями парня, несмотря на то, что у него было не так много опыта. Это был красивый браслет из голубой эмали.

— Господи, Итан, Мне безумно нравится. Спасибо.

— Надень. Я хочу представлять тебя голую, только с одним браслетом на руке.

Я улыбнулась от осознания, что нахожусь в его фантазиях. И реальности.

— Он идеально походит, спасибо. Я вышлю тебе фото.

Звук улицы заглушил всё вокруг на том конце телефона.

— Где ты?

— Я вышел, чтобы пройтись пешком. Я в конце квартала.

— Расскажи подробнее о своем дне.

— Это было вполне сносно, но не сравнится с тобой, голой в нашей постели.

Нашей постели. Он все еще считал, что это наша постель.

— Расскажи мне. Я хочу знать все, как если бы ты был рядом со мной сегодня.

— Если бы я был рядом с тобой, а ты была бы голая, я бы не разговаривал о своем дне.

Мне стало интересно, сколько женщин пыталось флиртовать сегодня с Итаном. В конце концов, меня не было рядом с ним, чтобы взять его член своими руками и убедиться, что он смотрит мне в глаза, когда кончает. Мне необходимо повременить с этими мыслями.

— Расскажи мне. Что бы ты тогда делал?

— Ох, красавица, ты, должно быть, моя смерть. Но я умру счастливым.

Все мое тело было разгоряченным. Одна мысль о том, что я единственная делаю его счастливым. Что бы я сделала с ним? Это все, чего я хотела. Звук улицы стал постепенно исчезать.

— Если бы я сейчас находился рядом с тобой, — продолжил Итан, — я бы уложил тебя на спину в нашей постели и пробовал тебя в течение нескольких минут. Я люблю твою кожу, она такая мягкая, и мне нравится, какая ты на вкус. Мне нравится, как ощущаются мои пальцы на тебе, в тебе, по всему твоему телу.

Я ощутила знакомую влажность между ног от этих слов. Как будто Итан поклонялся моему телу.

Его голос, посылающий вибрацию по моей коже, заставил меня ощущать его отсутствие более остро. Я была осведомлена обо всем, чего не могла сейчас почувствовать. Обо всем, что он мог сделать с моим телом, будь сейчас здесь. То, как он сжимал своими пальцами мои бёдра, целовал моё тело. Ощущение его твердого тела под моими пальцами, губами, языком.

Мои соски стали твердыми и выделялись из-под футболки, в которую я была одета. Я сжала свои бедра вместе.

— Как бы я хотела, чтобы ты был здесь со мной.

— Красавица, нет ничего, что я хотел бы больше в данную секунду, — на другом конце телефона зазвенели ключи и захлопнулась дверь.

— Ты тверд? — спросила я смущенно, но достаточно громко.

Наши отношения, до недавних пор, были в основном физическими. Это являлось нашим средством коммуникации, нам так было удобно. Так мы имели власть над ситуацией. Я заряжалась уверенностью в себе, благодаря его жажде ко мне. Теперь я ослепла. Я не хотела выглядеть перед ним глупо. Мне было необходимо находиться с ним, видеть и чувствовать все самостоятельно.

— Как чертов камень. Как я и сказал, достаточно лишь твоего существования. Мысль о тебе, голой, на другом конце телефона, уже делает меня стальным. Ты была бы готова для меня, находись я сейчас рядом с тобой? Расскажи мне, насколько ты мокрая.

— Итан, — я не была уверена, что смогу. Я ощущала себя странно и неестественно.

— Я хочу, чтобы ты дотронулась до себя между ног. Прикоснись к своей идеальной киске и скажи, насколько ты влажная.

Неуверенно я скользнула своей свободной рукой к низу живота, а затем еще ниже. Я была готова для Итана и хотела сделать то, что он мне скажет.

— Скажи мне, Анна.

Мой сок окутал мои пальцы.

— Я готова для тебя, Итан. Очень готова.

— Ты готова для моего языка, моих пальцев и члена?

Я не смогла сдержать стон.

— Итан.

— Именно, ты все это получишь.

Я начала выводить круги на своём клиторе, и моя спина изогнулась.

— Иисусе, я хочу быть внутри тебя прямо сейчас. Я очень твердый. Я хочу, чтобы мой член оказался внутри твоей киски. Это мое самое любимое место. Мне нравится ощущать тебя вокруг своего члена, пока погружаюсь в тебя. То, как твои глаза расширяются каждый раз, будто я слишком большой для тебя.

— Черт, Итан, — прошептала я.

— Именно, красавица, поиграй со своим прекрасным клитором. Представь на месте своих пальцев мой язык.

Я была так близка, а затем телефон выскользнул у меня из рук. Как только я вернулась к телефону, Итан, казалось, ускользнул от меня. Мое тело охладело, а мой разум отвлёкся его отсутствием.

Что-то покинуло меня и не возвращалось. Мне оказалось недостаточно только воображать, что он ко мне прикасается. По сути это было даже хуже. Теперь я могла думать лишь о том, что Итан не со мной.

— Я весь твердый для тебя. Ты близко? Я хочу, чтобы мы кончили вместе, — сказал он.

— Да…я люблю тебя, Итан, — я хотела, чтобы он кончил, даже если я не смогу. Я хотела удостовериться, что он не будет разгуливать по улицам с постоянным стояком, потому что меня нет рядом. Я хотела, чтобы наши отношения работали.

— Анна? — его тон сменился мгновенно, а голос стал серьезным. — Анна, ты что, обманываешь меня?

— Я…я… — что я могла на это ответить?

— Ты играешься со мной?

— Нет. Никогда. Я бы никогда так не поступила, — выпалила я.

— Но ты не собираешься кончать, — это был не вопрос.

— Прости, я была готова, но ты куда-то пропал, и все исчезло, — слезы начали наполнять мои глаза.

— Не извиняйся. Никогда не извиняйся. Иисусе, как бы я хотел быть рядом. Я хочу укутать тебя в свои объятия.

— А как же всё остальное? — засмеялась я.

Мой смех снял напряжение, и Итан тоже засмеялся.

— Да, и остальное. Но я серьезно, эта ситуация дерьмо.

— Дерьмо.

— Ты никогда не притворялась со мной до этого, верно?

Я снова засмеялась. Итан никогда прежде не был таким уязвимым касаемо своей власти над моим телом.

— Я никогда не имитировала ничего в наших отношениях и уж тем более не имитировала то, как ты заставлял меня кончать. Не могу сказать, что вообще никогда не притворялась, но точно не с тобой. Я не могу даже сдерживать себя каждый раз, когда ты ко мне прикасаешься.

— Такие сладкие слова. Будь я рядом с тобой, мы бы уже трахались во второй раз.

— Нет, я бы оставила тебя нетронутым.

— Да, насчет этого…считается ли изменой, если я буду дрочить, но тебя не будет со мной на другом конце телефона?

— Нет, в смысле ты так делал, когда был в Лондоне? Думаешь, считается? — почему он задавал мне эти вопросы? Было странно об этом говорить. Но в то же время мне было приятно. Казалось, у Итана не было барьеров. Он ничего не утаивал, и мне это нравилось, но я не привыкла к таким разговорам. Никто прежде не был со мной таким открытым, как Итан. Несмотря на то, что это иногда смущало меня, это именно то, чего я хотела.

— Я никогда не делал этого в Лондоне. Ведь я провел половину времени внутри тебя.

— Почему ты думаешь, что я буду против? — я улыбнулась.

— Я просто не знал, что ты думаешь по этому поводу. Поэтому и спросил.

— Ты самый лучший парень в мире. Хочешь знать мое мнение об этом, без лишней херни? Я считаю, что ты можешь дрочить свободно хоть двадцать раз в день, если тебе это необходимо. Все, чтобы удостовериться, что ты не будешь соблазнен женщинами вокруг, пока мы порознь.

— Хорошо. Это не то, что я ожидал услышать от тебя. Ты волнуешься, что я тебе изменю?

Волновалась ли я? Я боялась его потерять, но боялась ли я, что он изменит мне? Я не знала, сможет ли Итан выдержать до моего приезда. В конце концов у него был сексуальный аппетит как у девятнадцатилетнего подростка, и раньше ему не приходилось заморачиваться насчет моногамии.

— Я не думаю, что волнуюсь по этому поводу, но ведь это нормально замечать женщин вокруг, и мне кажется, чем дольше у тебя не будет секса, тем более наблюдательным ты будешь, — я старалась звучать непринужденно и рационально, я старалась чувствовать рационально, — раньше ты себе не отказывал в этом, Итан.

На другом конце телефона повисло молчание.

Её предположение ранило. Ранило из-за того, что она подумала, будто я способен предать её. Ранило потому, что она решила, будто я не обладаю достаточным самоконтролем. Но больше всего меня чертовски опустошило то, что Анна не чувствовала ко мне того же, что я чувствовал к ней. Как она могла вообразить, что я хотел кого-то еще?

Если она думала, что секс с другой женщиной сравнится с ней, тогда она ничего не понимала. Только от мысли о каком-то случайном сексе мою кожу покрывало мурашками. Анна творила с моим телом то, что никому не удавалось. Я не был уверен, легальны ли все эти штуки, но ощущения были отличные. Секс с ней относился к какой-то абсолютно другой категории секса, о которой прежде я даже не знал. Или мне так казалось. Но, возможно, она всё чувствовала по-другому. Может, у нее уже такое было. Может, ей и было хорошо, но она не испытывала ничего особенного. Она не понимала, как я к ней отношусь. Анна не могла почувствовать того же, что и я, а если бы смогла, то поняла бы, что я даже не в состоянии смотреть на других женщин. Никогда больше в моей голове, душе и сердце не будет места ни для кого, кроме нее.

— Итан, — произнесла она.

— Что мне сделать? — спросил я. — Как заверить тебя, что никогда больше не будет никого другого?

Теперь её очередь молчать.

Это и был ответ, которого я ждал. Я ничего не мог сделать. Ничего, чтобы доказать ей, что она не очередная женщина. Я знал, что Анна и то, что было между нами — нечто другое. Но она этого не чувствовала, и я ничего не мог с этим поделать. Особенно находясь за тысячи миль.

Спазм сжал мое сердце.

Я мог её потерять.

Может быть, она никогда и не должна была быть моей.

— Расскажи мне, как прошёл твой день, — сказала она.

Я не знал, стоило ли мне давить и продолжать разговор дальше, заставить её ответить. Это было моим естественным инстинктом, но я потерял всю свою уверенность в нашей магической формуле «без херни». И теперь этого недостаточно.

Я начал описывать поминутно, что случилось со мной на протяжении дня. По какой-то причине, для меня было важно, чтобы все детали шли поочередно. Чтобы было понятно. Чтобы рассказать ей всё. Время шло. Было почти восемь, но я не хотел прекращать наш разговор. Ей следовало уже спать. Она специально не спала?

— Как получилось, что ты дома так рано? — спросила Анна.

— Что ты имеешь в виду?

— В свой первый день после возвращения? Ты, наверное, покинул офис около шести тридцати вечера, чтобы быть к этому времени уже дома.

— Взял кое-какую работу на дом. Я хотел поговорить с тобой. Ты… мы. Это мой приоритет.

Опять тишина.

— Прости, я все испортила, — сказала она.

— Ты ничего не испортила.

— Но всё это не совсем то, что ты планировал.

— Я и тебя в своей жизни не планировал, но смотри, как мне повезло. Мне нравится доставлять тебе удовольствие, мне нравится, когда ты кончаешь, но это не единственное, что между нами, красавица. Не для меня.

— Для меня тоже. Но я хочу, чтобы ты… ну, знаешь.

— Что? — я засмеялся.

— Ну, знаешь, хочу… эээ… чтобы ты был удовлетворен.

Даже на расстоянии я смог почувствовать тепло её щек.

— После всего того, что мы вытворяли, ты до сих пор не можешь сказать, что хочешь, чтобы я кончил.

— Итан.

— Что? Очень даже смешно. — Мне нравился её смех. — Я обещаю подрочить в душе.

— Обещай, что будешь думать обо мне.

— Красавица, я могу думать об этом дни и ночи напролет, — это была правда, Анна абсолютно заполонила все мои мысли, и мне хотелось, чтобы она об этом знала, — у нас всё должно получиться, ты же знаешь.

— Это непременно должно быть настолько сложным? — она больше не смеялась. Она звучала серьезно.

Каждая её часть сомневалась во всем этом. Она тонула в своих мыслях. И я не знал, как её оттуда вытащить.

— Не знаю, должно ли, — ответил я, — мне не с чем сравнить то, что между нами происходит. Знаю только то, что больше всего на свете хочу, чтобы у нас всё получилось.

Она вздохнула. Я слишком надавил на нее?

— Мне необходимо, чтобы ты поговорила со мной. Я не рядом с тобой и не могу видеть твоего лица, ты должна рассказать мне, о чем думаешь.

Я практически мог слышать, как на другом конце телефона крутились мысли в её голове.

— Мои мысли в таком беспорядке. Я не уверена, что у меня есть подходящие слова, — ответила Анна.

— Они и не должны быть в определённом порядке, просто говори. — Иисусе, я был в отчаянии и нуждался в том, чтобы она сказала мне хоть что-то. Я смог бы справиться с чем угодно, знай, что творится в её голове. Я не был уверен, что на самом деле представлял, что значит тревожиться, пока не встретил её. Наверное, все потому, что она владела силой, которая могла ранить меня больше всего — она могла уйти от меня. Я не мог и не хотел контролировать её, я хотел, чтобы она сама выбрала меня.

— Я просто хочу, чтобы ты был здесь.

— Я тоже хотел бы быть рядом с тобой. Или чтобы ты была здесь. Или чтобы мы были где-нибудь вместе. Где угодно.

— Аккуратно, ты превращаешься в романтика.

— Не-а, я просто не выдумываю херни, а говорю, как есть.

— Я знаю, — сказала она.

— Ты знаешь?

— Да. Я чувствую это. То же самое. Я только…

— Что? Ты была в таких отношениях раньше, и тебя уже ранили?

— Господи, нет. Нет. Никогда. Да, я была раньше в отношениях. Но ничего подобного с нашими. Я так думаю. У нас все по-другому, — пока Анна говорила, её голос стал тише, будто она не хотела произносить следующие слова, — я бы никогда не оправилась.

Её признание немного убедило меня. Теперь казалось, что её сомнения вызывал не недостаток чувств. Только если она говорила правду.

— Тебе никогда не придётся.

— Я думала, ты не обещаешь, если не сможешь сдержать обещание.

— Именно.

— Итан.

— Я серьезно. Этого не произойдет. Я не допущу! — но она была права. Я не мог это контролировать. Она погрязла в этом вместе со мной, и, пожалуй, нам понадобится немного удачи, чтобы со всем справиться.

— Иногда тебе необходимо быть достаточно уверенным за нас двоих, — тон её голоса стал ниже, будто охрип по какой-то причине.

— Это я могу, — заверил я её.

— Прости.

— Тебе не за что извиняться. Не за что.

— Но я бы хотела, чтобы ты, ну, знаешь…

Черт, она была такой милой. Она все еще не могла сказать вслух, что ей хочется, чтобы я кончил.

— Ох, не переживай. Как ты знаешь, я не даю обещаний, которых не смогу сдержать.

Она снова засмеялась, и я расслабился. Но лишь слегка. Я проверил свои часы. Черт, мой конференц звонок уже на подходе. Мне хотелось и дальше беседовать с Анной. Всю ночь. Особенно сейчас. Я не хотел заканчивать наш разговор, пока между нами всё ещё оставалось чувство неопределённости. Мне хотелось утешать её еще несколько минут.

— Уже поздно. Мне пора спать. И тебе нужно работать. Завтра будет лучше, — произнесла она.

— Завтра будет лучше. Я позабочусь об этом.

Мы попрощались, когда стрелка часов чуть перевалила за восемь, и я быстро набрал номер, одновременно включая свой компьютер. Я планировал отправлять Анне различные подарки, пока мы находились порознь. Я хотел, чтобы она улыбалась, зная, что я постоянно думал о ней, даже если меня нет рядом.

Купив ей те шарфики, я на самом деле испытал восторг от того, что они ей понравились. Мне доставляло удовольствие наблюдать за ней, пока она разрывала упаковку, и видеть, как загорались ее глаза, если мой подарок подходил к её новому костюму, подчеркивал цвет волос или оттенок кожи. Это было добавлением к нашему сексу. Я наслаждался, когда Анна получала удовольствие. Это стало для меня откровением. Я не думал, что буду испытывать счастье, делая счастливым кого-то другого. Мне стало интересно, чувствовал ли то же самое Эндрю по отношению к Мэнди, или Джеймс к Джессике.

Я старался не уснуть, чтобы суметь поговорить с Анной, пока она окончательно не проснулась. Я любил её сонный голос. Я не мог вдоволь им насытиться.

В какой-то момент я, должно быть, уснул, потому что проснулся от звука входящих сообщений, мой компьютер и бумаги валялись на кровати. Ну, я, хотя бы, заснул в своей спальне на большой кровати. Чувствовать её рядом, видеть Анну в моей квартире — это именно то, чего я хотел. Эти ощущения были мучительными, но неизбежными. До отъезда в Лондон я старался избегать воспоминаний о ней в моей квартире. Теперь же все было с точностью наоборот.

Я проверил свой телефон. Анна должна уже быть на работе. Мне необходимо бодро начать этот день, возможно, пойти в тренажёрный зал. Проверив сообщения на своём телефоне, я нашёл несколько от Анны. Больше, чем несколько. Почти дюжина. Черт, надеюсь, все в порядке. Я открыл их. Осознание того, что я увидел, поразило меня, жар пронесся по всему телу, и кровь забурлила в моих венах.

Фотографии. Много фотографий. Вблизи.

Я прокручивал их — её слегка приоткрытые губы, будто она кончила. Сведённые вместе бёдра, невероятные сиськи, сжатые её рукой. Изгиб её попки. Её пальцы там, где я хотел, чтобы были мои.

Иисусе, я был твердым.

Я хотел, чтобы она оказалась рядом, но это будет в недалёком будущем. Она была так красива. Эта кожа, эти пальчики, которые творили со мной чудеса, что её задница творила со мной.

Она ответила после первого же гудка. Я улыбнулся. Она ждала моего звонка.

— Ты рано проснулся.

— Ты пытаешься меня убить?

— Это не было намеренно. Просто небольшое напоминание о том, что у тебя есть в Лондоне и, что ждёт тебя через три недели.

Я зарычал, опустил руку вниз и дотронулся до своего, твердого как камень, члена.

Мне нравились звуки, которые он издавал, когда сходил с ума от похоти. Я, наверное, сделала около ста тысяч фотографий, но выслала лишь десять. Я попыталась сделать их не слишком откровенными, но с намёком на большее.

— Итан, — прошептала я, закрывая двери своего офиса.

— Я хочу тебя на своем члене прямо сейчас.

— Итан, — опять прошептала я.

— Ты мне нужна.

— Я твоя.

Я слышала его, его прерывистое дыхание. Я представила, что он делал, и мое белье стало влажным. Мысль о нем голом, в его постели. Господи, мне нужно было принять холодный душ, чтобы унять этот пыл.

— Оставайся на телефоне.

— Я здесь. — По каким-то причинам, мне понравилось, что он хотел, чтобы я осталась у телефона. Я надеялась, что это немного загладит вчерашний инцидент. Я не хотела и сейчас всё испортить.

— Фото твоих губ. Это мое любимое, — он тяжело дышал. Я слышала ритм в его голосе. — Именно такой формы, когда ты кончала.

— Когда ты заставлял меня кончать, — прошептала я.

Он опять зарычал.

— Да. Когда я заставляю тебя кончать. Именно так ты выглядишь. Я не могу этим насытиться. Это как зависимость, — его голос начал колебаться, — я не могу насытиться твоим телом, твоим умом, твоей душой.

— Я вся твоя.

Его дыхание стало тяжёлым, бормотание — более последовательным. Я могла представить, как напряглась его шея, когда оргазм начал подступать к нему. Итан находился на вершине, и издаваемые им звуки были самыми сексуальными и эротическими, что я когда-либо слышала. Как же мне сейчас хотелось оказаться в его квартире, где я могла испытать это еще раз.

Но меня там не было, и стук в дверь выдернул меня из моих грёз.

Пол Адамс, партнер, с которым я работала чаще всего, протиснулся через дверь и, увидев, что я говорю по телефону, тихо произнёс, что позже я должна ему позвонить. Я была уверена, что по моему выражению лица было видно, что я только что довела своего бойфренда до оргазма на другом конце телефона. Это определённо можно было прочитать на моем лице. Я кивнула, и он закрыл за собой дверь.

— Ты в порядке? — спросил Итан.

Я засмеялась.

— Да, это был Пол. У меня такое ощущение, будто меня поймали за чем-то неправильным.

— Что ж, хорошо, что мы говорили не по скайпу.

— Да, думаю, это было бы прямое нарушение в анти-братстве.

Остаток дня прошёл лучше. Мне нравилось слышать его раскрепощённым, и, несмотря на то, что между нами были тысячи километров, я чувствовала, что это утро сделало нас каким-то образом ближе.

Чуть позже обеда я вернулась после встречи к себе в офис и обнаружила на своём столе две вещи. Первой была доставленная курьером посылка, а второй от руки подписанный конверт с пометкой «строго конфиденциально». Вначале я открыла посылку, ожидая обнаружить документы от клиента, но вместо этого нашла книгу. Но не просто книгу. Книга называлась «Резьба по тыкве в новой Англии». Но кто-то перед словом резьба от руки написал слово «голая».

Люси выбрала именно этот момент и зашла в мой офис, испугав меня.

— Что это у тебя? — спросила она, увидев меня с книгой и улыбкой на лице. Моя радость продлилась недолго.

— Что у тебя, Люси? — я не хотела, чтобы кто-либо испортил моё настроение.

— Просто зашла поздороваться, вот и все. Что это? — сказала она, заглядываясь на книгу.

— Ничего, — я прикрыла её рукой.

Я ещё не успела нарадоваться. Насладиться тем, каким продуманным, глупым и идеальным был этот подарок. Я прижала книгу к груди.

— Господи, кто-то раздражён. Ты все еще в бешенстве, что не работаешь с сексуальным Скоттом?

— Он в Штатах.

— Да, но я все еще работаю с ним. Он постоянно шлет мне письма. Не буду скрывать. Он такой флиртун.

Если бы я могла пнуть её коленом в пах так, чтобы об этом никто не узнал, я бы точно это сделала. Я не была в восторге от физического насилия, но казалось, что Люси пыталась меня задеть. Неужели она знала про меня и Итана? Может быть, подозревала?

— Ладно, тогда наслаждайся! — не выдержала я. — У меня много работы, Люси, — я встала и направилась к двери.

Она не сможет продолжить этот разговор, если меня не будет в офисе. Люси, наконец, уловила суть и направилась в уборную.

Вернувшись обратно к своему столу, я инстинктивно улыбнулась книге, которую мне прислал Итан. Начав пролистывать её, я увидела, что Итан прокомментировал книгу так, что каждый раз натыкаясь на «изгиб тыквы», я видела, дописанное им, слово «голая». Книга была полна красивых фотографий тыкв, типичных для новой Англии. Это было очень продумано, я полюбила этот подарок.

Я набрала быстрое сообщение.

А.: Я люблю твой подарок. И я люблю твою одержимость наготой. Ах, и да, я люблю тебя.

Все еще улыбаясь, я обратила своё внимание на подписанный от руки конверт, который лежал на моем столе вместе с посылкой. Почерк принадлежал не Итану, и я не догадывалась от кого оно. Внутри находилось письмо, написанное от руки. Оно начиналось со слов «Дорогая Анна», но я все еще не могла определить почерк, так что пропустила все до самого конца.

Письмо было от Бена. Бена Бикера. Бена Урода. Моего бывшего бойфренда, ответственного за произошедшее в моей квартире и подвержение меня опасности. Какого черта он писал мне?

— Ты взяла его с собой? — спросила Лия.

Я позвонила Лие и назначила экстренную встречу с вином, чтобы обсудить письмо от Бена Урода.

Я протянула ей письмо, и она начала читать с самого начала. Я же сосредоточилась на своём вине.

Последующие пять минут я слышала лишь «О боже», «Ох, вау» и «Ну, это имеет смысл». Затем она спросила:

— И ты ни о чем не знала? — Лия посмотрела на меня.

Я потрясла головой.

— Как он и сказал, Бен хорошо это скрывал.

Лия кивнула так, будто понимала. Будто это и так было понятно, что я не подозревала о его зависимости. Я же в этом сомневалась. И как это говорило о моих способностях читать людей?

Лия продолжила читать.

— Ох, и этим он пытается искупить свою вину. Ясно. Это смело, — она посмотрела на меня.

Я кивнула. Это было смело.

Дочитав до конца, Лия драматически вздохнула.

— Что сказал Итан?

— Я еще не разговаривала с ним. Я позвоню ему, когда вернусь домой. В любом случае всё это было до того, как я встретила Итана. До того, как мы встретились.

— Так это ничего не меняет?

— Что? Между мной и Итаном? — я посмотрела на Лию, чтобы убедиться, не под кайфом ли она. — Конечно же, это ничего не меняет. Что, в принципе, это может изменить? Итан и я вместе.

— Окей, я просто интересуюсь, если… вдруг у тебя остались какие-то чувства, или что-то вернулось теперь, когда есть всему этому объяснение.

— Лия! — я не могла поверить, что слышала это от неё. Она знала, она обязана была знать, что я чувствовала к Итану. Он не был для меня просто очередным парнем.

— Что? Я просто спрашиваю.

— Ты же знаешь, что между мной и Итаном. Как ты можешь такое спрашивать?

— Все, что я знаю, так это то, что вы на расстоянии трёх тысяч миль друг от друга и без какого-либо плана.

— У меня есть план. У меня есть чертов план, Лия, — мой голос начал немного дрожать от её высказывания. Она совсем не ожидала, что я отреагирую так эмоционально.

— Прости меня, Анна, пожалуйста. Я не хотела тебя расстроить. Я хочу, чтобы ты была счастлива.

— Я знаю, послушай, я пойду. Мне нужно домой, чтобы поговорить с Итаном.

— Мне, правда, очень жаль. Пожалуйста, не уходи, я чувствую себя ужасно.

— Тебе незачем извиняться. Правда. Мне просто пора идти, — я уже встала.

Мне необходимо было домой. Но я не хотела, чтобы Лия чувствовала себя хуже, чем сейчас, поэтому села и наполнила наши бокалы.

— Я очень рада, что ты встретила Итана.

Я молчала. Я не хотела продолжать эту тему.

— И я очень рада, что у тебя есть план, — продолжила она.

На самом деле у меня не было особого плана, только уверенность, что я и Итан будем вместе.

— Может быть, у нас будет двойная свадьба! — сказала Лия, определённо пытаясь заставить меня рассмеяться.

— Иди к черту, Лия. — Она знала, что я думала насчёт всей это свадебной фигни.

— Что? Я думаю, это замечательная идея.

— Мы не женимся.

— Никогда?

— Ты знаешь моё мнение насчёт женитьбы. Это глупо и старомодно, и люди в браке в итоге ненавидят друг друга, но все равно остаются вместе. И я не могу расстаться с мыслью, что мне придётся надеть платье в форме бизе, а все мои родственники будут притворяться милыми друг с другом, поедая курицу по слишком завышенной цене.

— Ладно, никакой свадьбы. Но когда ты будешь подружкой невесты у меня на свадьбе — я заставлю тебя надеть платье в форме бизе. И тебе придётся есть курицу. А мы все будем есть оленину.

Я засмеялась, презирая себя.

Весь мир как будто превратился в одну большую задницу. Никто не мог мне нормально все объяснить с тех пор, как я пришёл в офис. Будто кто-то заразил всех вирусом. Очевидно, у меня был иммунитет, но остальные не могли этим похвастаться.

— Нет, я не думаю, что это хорошая идея. Не нужно специалистов, чтобы понять, что значение этого бизнеса еще совершенствуется.

Черт, это были чертовски очевидные вещи. Почему мне приходилось это объяснять?

Я проверил свой телефон и улыбнулся увиденному сообщению от Анны, которое она прислала ранее. Ей понравилась книга. Это был наименее провокационный подарок из всех тех, что я для нее запланировал. Пока я держал в руках телефон, мне пришло еще одно сообщение.

А.: Когда ты будешь свободен? Сможем поговорить?

И.: Ты в порядке? Я на встрече, но могу и уйти.

А.: Нет, когда будешь дома. Я только что поругалась с Лией и хочу услышать твой голос.

Иисусе, эта женщина заставляла меня чувствовать себя каким-то идолом.

И.: Я буду дома около семи вечера, красавица.

Второй раз за два дня я покинул офис в шесть тридцать. Это было нерационально. Хоть я и продолжал работать из дома после того, как заканчивал говорить с Анной, этого было недостаточно. Мне необходимо находиться в офисе. До её приезда оставалось три недели, и нам придётся поговорить.

Я позвонил ей сразу как добрался до квартиры. Её голос был сонным, и моя кровь прилила к члену. Быть готовым для неё, даже когда Анны нет рядом, не очень-то всё упрощало.

— Как прошёл твой день? — спросила она.

— Чёртов кошмар. Ненавижу иметь дело с глупыми клиентами. — Она засмеялась, и мой напряжённый голос неожиданно прозвучал смешно. Я мог лишь улыбнуться в ответ. — В любом случае это не имеет значения. Что случилось между тобой и Лией. Не похоже, чтобы вы часто ссорились.

— Мы в порядке, все нормально. Это все из-за того, что я получила письмо от Бена.

— От кого? — мой пульс участился.

— Выслушай меня.

— Слушать рассказ про то, как ты трахала член своего бывшего?

Она вздохнула, и я почувствовал себя идиотом, но серьёзно?

— Нет, без разницы. Я думала, ты захочешь об этом узнать.

— Анна, что, блядь, было сказано в долбанном письме? — Мне не нужно было спрашивать. Конечно же, он будет молить о прощении, молить принять его обратно. Этот урод не смог её удержать изначально, а теперь хочет, чтобы ему дали второй шанс.

— Мне нужно, чтобы ты успокоился.

— А тебе нужно немедленно мне рассказать, что было в том долбанном письме, пока я не прилетел в Лондон следующим же рейсом и не прочитал сам. — Вена на шее вздулась.

— Угомонись, черт возьми. И я расскажу тебе, что было в письме, если ты дашь мне хотя бы минуту и перестанешь вести себя как задница.

Мне нечего было ответить. Она была права. Наверное, тот вирус идиотизма все же заразил и меня немного.

— Ладно, прости, продолжай.

— Я не одна из твоих подопечных, с которыми ты можешь вести себя как босс, мистер Важные Штаны. Ну, разве что в спальне. В любом случае. — Это заставило меня улыбнуться. — Итак, сегодня я получила письмо от Бена.

Только мне казалось, что она тянула резину? Лучше бы она поторопилась, чтобы я, наконец, смог спланировать, как убить его или что-то в этом роде.

— И это было посвящено искуплению вины.

— Конечно же, вялый членистый урод.

— Нет, все это было частью его лечения. Он состоит в какой-то анонимной группе или что-то вроде из-за его зависимости от наркотиков и алкоголя. И это было поистине очень милое письмо. Бен признал свою вину в том, что подвергал меня опасности, просил прощения, что манипулировал мной. Ни что из этого не было моей виной…

— Конечно же, это была не твоя вина.

— Итан, послушай. Это было мило. Я была поражена, узнав, о его зависимости. Я не знала. И теперь все встало на свои места. Бен сделал это по-нормальному, и я рада, что он получает необходимую помощь.

— И он, конечно же, хочет, чтобы ты вернулась к нему?

— Нет, письмо не об этом.

Мой пульс успокоился.

— Окей, тогда почему ты и Лия поругались, если это никак не связано?

— Ну, в общем, это кое-как связано, — Анна казалась скрытной.

— Тогда рассказывай.

— Ничего особенного, я просто слишком остро отреагировала. Это очень неловко, правда.

— Рассказывай.

— Ладно, но ты должен пообещать, что выслушаешь меня. И не будешь опять сумасшедшим.

— Продолжай, Анна.

— Лия спросила, рассматриваю ли я вариант возвращения к Бену после того, как получила письмо. И я очень рассердилась на неё, что она, в принципе, смогла такое предположить, зная, о моих чувствах к тебе. Она знает, что между нами все по-другому, сравнивая со всеми остальными моими парнями. Если бы она чувствовала к Дэниелу хотя бы одну десятую того, что я чувствую к тебе, она бы никогда такого не сказала. И я просто взорвалась. Абсолютно несправедливо, и я ощущаю себя из-за этого не очень хорошо. Я извинилась, и все наладилось, но я была очень зла. Итан?

— Да, я здесь, красавица. Мне жаль, что вы с Лией поссорились… Нет, к черту это. Мне абсолютно не жаль. Сегодня мне нужно было услышать это от тебя.

— Правда?

— Все в порядке. Но нам нужен план. Мы не можем жить на расстоянии трёх тысяч миль друг от друга, поэтому необходимо обсудить все варианты при личной встрече, когда ты прилетишь в Нью-Йорк.

— Я надеялась, что тогда будет меньше разговоров и больше действий, когда мы встретимся.

— Ты цитируешь для меня Элвиса?

— Да, — засмеялась она.

— Девочкам нельзя цитировать Элвиса. Это закон.

— Да, сэр.

— Серьёзно? А теперь ты преднамеренно пытаешься, чтобы мой член был твёрдым?

— Возможно, — в её голосе слышалась улыбка.

— Когда ты прилетишь, будет уйма действий, тебе не стоит за это переживать.

— Не могу дождаться. Можно сделать запрос?

— Сексуальный запрос? Конечно. Все, что угодно.

— Твёрдый мистер Скотт. Ты знаешь, что я люблю Эндрю и Мэнди…

— Я беру свои слова обратно. Никаких запросов, включающих свингерство или групповушки.

— И еще раз, ты убиваешь меня этим юмором. Не могу перестать смеяться. — Она была, наверное, самым саркастичным человеком, которого я когда-либо встречал, и я любил это в ней. — Я хочу с ними повидаться, но также я хочу, чтобы нас двоих было как можно больше.

И моё сердце вновь остановилось.

Следующие несколько недель были гигантским отсчётом времени. Итан и я погрузились каждый в свою рутину. Мы говорили, когда он просыпался и иногда перед тем, как я ложилась спать. Он работал все выходные напролёт с момента возвращения в Нью-Йорк. Это было очень эгоистично с моей стороны, но мне нравилось, что он весь посвящён работе. Если он ходил куда-то, то только по работе. С тех пор как Итан вернулся, он только единожды виделся с Эндрю и Мэнди.

Работа становилось все менее и менее интересной для меня. Было сложно понять, в чем причина, в Итане или потому что моими основными клиентами были политики. Наверное, и то, и другое. Я больше не видела своего будущего в этой фирме. Как только я осознала это, просыпаться по утрам стало тяжелее. Я не хотела быть девушкой, чьё будущее зависело от парня, но этот корабль уже уплыл. Моё будущее без Итана было невообразимым. Я бы никогда не смогла предпочесть ему работу, все было просто. Особенно, когда работа вызывала у меня, в лучшем случае, противоречивые чувства. Чем больше я об этом думала, тем сильнее хотела уволиться.

За неделю до Рождества Лия пригласила меня поужинать с ней и Дэниелом к ним домой. Я была рада немного отвлечься. Когда я к ним приехала, было темно, мокро и холодно.

— Пахнет очень вкусно, Лия, — сказала я, следуя за ней на кухню. — Ты готовишь?

— Да, надеюсь, все получилось.

— Не думаю, что буду когда-либо готовить сама, если у меня будет домработница.

— Я знаю, но чувствую вину, что ей вечно приходится всё делать за нас. И в любом случае мне нравится готовить. Дэниел весь день работал в офисе, а я готовила. Это было словно из пятидесятых. Вина?

— Конечно. А где Дэниел сейчас?

— Сзади тебя, — сказал Дэниел, заходя на кухню. — Мой нюх начал подсказывать мне, что ты откроешь какое-нибудь говняное вино, поэтому я пришёл спасти тебя и найти что-то получше.

Лия улыбнулась.

— Как Итан?

— Хорошо. Он все еще не предложил мне остаться в Нью-Йорке, но мы обсудим это, когда я поеду туда на новый год, так что все хорошо.

— Ты предлагала? — спросил Дэниел.

— Я хочу, чтобы он спросил меня. Я не хочу, чтобы это выглядело, будто я загнала его в угол.

— Итан любит тебя, он не будет чувствовать себя загнанным в угол, — сказала Лия.

— Тогда почему он не спросит меня?

— Ты просила его переехать в Лондон? — спросила Лия.

Я потрясла головой.

— Это слишком сложно для него.

— Ты же знаешь, что говоришь глупости, правда? — рассмеялся Дэниел.

Было ли нелепым моё желание, чтобы Итан показал, что уверен в нас?

— Он в невероятной ситуации. Он не может предложить тебе переехать к нему в Нью-Йорк, ведь ужасно рискует выглядеть членоголовым, прося девушку бросить свою жизнь и карьеру ради него.

— Я и не думала об этом в таком русле. — Наверное.

— И переезд в Лондон должен быть не лёгким для адвоката из Нью-Йорка. В смысле, я не пытаюсь сказать, что твоя карьера ничего не значит, но он партнёр, он выстроил эту практику. Будет сложно начать другую компанию с нуля.

— Я знаю. Я с радостью перееду в Нью-Йорк. Я не люблю свою работу так уж сильно. Мне надоело, и я бы с радостью преступила к новому началу.

— Я буду очень по тебе скучать, — сказала Лия, и кухонный таймер зазвенел. — Вы двое можете пойти и сесть. Вы отвлекаете меня.

— Ты уверена, что не нуждаешься в нашей помощи? — предложила я.

Лия проигнорировала меня, а Дэниел показал мне путь к столу в другом конце кухни.

— Так ты думаешь, что все же переедешь в Нью-Йорк? — спросил Дэниел.

Я пожала плечами.

— Думаю, мы обсудим это, пока я буду в Нью-Йорке.

— Послушай, я не знаю, будет ли тебе интересно, но мне нужен адвокат для моей сети отелей в Нью-Йорке. С недавних пор у меня там новая команда. В этом году произошла целая куча дерьма. И мне нужен человек, которому я бы доверял.

Мой желудок сжался. Он серьёзно?

— Дэниел…

— Что ты думаешь об этом? Я, конечно же, хотел начать серьёзные поиски, но если ты заинтересована…

— Это Лия втянула тебя?

— О чем вы тут говорите? Я услышала своё имя, — крикнула Лия из-за кухонной стойки.

— Ничего. Расскажу тебе через минуту. Тебе нужна помощь?

Лия не ответила.

— С чего бы Лия втягивала меня в это?

— Потому что Лия — моя лучшая подруга, и она любит меня и пытается за мной присматривать.

— Ну что, это все, конечно же, правда, но нет, она меня ни о чем не просила.

— Черт, — это все, что я смогла сказать. Миллион мыслей вертелось у меня в голове. Это могло оказаться идеальным решением, но я всегда работала в юридической фирме. Стать корпоративным лицом было тем, что я никогда не рассматривала. Сработает ли это?

— Ты можешь начать заполнять все нудные формы в своём офисе, — засмеялся Дэниел.

— Ты серьёзно?

— Конечно. Ты заинтересована?

— Заинтересована в чем? — прервала нас Лия, подходя к столу с огромной кастрюлей чего-то.

— Я только что предложил Анне работу.

— Нет, не предложил. Мне сначала надо пройти собеседование и всякое такое, — сказала я, не думая трезво. Это не могло просто так произойти.

— Если ты хочешь эту работу, Анна, она — твоя.

— Какая работа? — спросила Лия, расставляя тарелки.

— Работа главного советника в Палмерстон.

— О боже! Это идеально! — сказала Лия, раскладывая превосходно пахнущую еду из кастрюли, которую она только что принесла.

— Ты не знала, что он собирается предложить мне работу?

Лия потрясла головой.

— И это не выдуманная работа? Ты собираешься кого-то взять? — спросила я Дэниела.

— Да, я же сказал тебе. Подумай об этом. Я пришлю тебе все рабочие аспекты. Ты не будешь работать на меня, это будут ребята из Штатов. Проведи свои поиски. Давай вернёмся к этому вопросу через пару дней.

Иисусе, наверное, Лия была права в том, что вселенная пытается свести нас с Итаном вместе.

Дальше я начну читать свой гороскоп и встречаться с медиумом.

Я всегда любила Рождество. Любила этот хаос и бесполезные подарки, предпраздничную суету и время, проведённое с родителями и братом. В этом году складывалось ощущение, что это всё лишь разминка перед встречей с Итаном. В целом день прошёл достаточно весело, но не настолько, насколько это могло быть с Итаном. Мама, учуяв мою отдалённость, взглядом давала мне понять, чтобы я была осторожна после того, как покину их. Это был тот самый момент, когда моя мама оказалась наиболее демонстративна, чем когда-либо раньше. Папа же, казалось, не обращал внимания, и это подходило мне больше.

По возвращению в Лондон, я дала волю предвкушению встречи с Итаном. Я была достаточно терпеливой. Теперь же я хотела незамедлительно оказаться в Нью-Йорке. Я упаковала и распаковала все свои вещи около семи раз. Я буду там всего ничего и большую часть времени планирую провести голышом, но на всякий случай я хотела убедиться, что готова ко всему.

Мой телефон зажужжал, и на экране высветился «Бог Секса». Я улыбнулась. Этот никнейм ему очень подходил.

— Привет, — ответила я.

— Ты уже упаковала вещи?

— И тебе привет, красавчик.

— Прости, я уже хочу, чтобы ты была здесь.

Я не знала, когда появилось это чувство к нему. Может, с Нью-Йорка, после нашей первой ночи. Может, с тех пор, как он покинул Лондон. Но я знала, что оно росло, вызывало сильную нужду и давление. Разговор с ним сделал еще хуже.

— Я уже всё упаковала и готова выходить.

— Бери только ручную кладь, тебе не понадобится слишком много одежды. И это значит, что тебе не придётся ждать своего багажа.

Я засмеялась.

— Я не буду брать только ручную кладь, девочки так не делают. Ладно, я так не делаю. Помимо всего прочего мне нужно захватить с собой некоторые твои подарки.

— Ну что ж, любой из моих подарков в действительности не займёт слишком много места.

Раз в несколько дней мне приходил подарок от Итана. В основном это было нижнее белье, но также я получила большой плакат «Красотка» с автографами Ричарда Гира и Джулии Робертс, после чего пообещала делать Итану минет каждый час моего нахождения в Нью-Йорке. Также Итан прислал мне вибратор, которым я отказалась пользоваться без него, а с ним он мне не понадобится. Но нижнего белья была уйма. Он заставлял меня примерять его и слать ему фотографии под предлогом: «чтобы я видел, что оно подошло тебе». Я изображала недовольство, но на самом деле мне нравилось, что он хотел этого. Я считала забавным, что он думал, что ему приходится уговаривать меня высылать эти фото.

— Белье не заняло много места, поэтому я взяла все.

Позвонили в дверь, но мне не хотелось заканчивать разговор с Итаном, поэтому пока я спускала свой чемодан из квартиры вниз к ожидающему такси, Итан рассказывал мне, как проходил его день, после возвращения из Аспена. Я хотела спросить, говорил ли он своим родителям о нас, но передумала. Я не знала, чего ждать от этой поездки в Нью-Йорк. В прошлый раз она подарила мне Итана, но что, если эта встреча отнимет его у меня? Найдём ли мы способ быть вместе? Я выкинула эти мысли из своей головы и постаралась сосредоточиться на том, что он говорил.

— Расстроились ли твои родители, что ты провёл с ними так мало времени?

— Не думаю. Они, кажется, обрадовались, что появилась перспектива продолжения рода Скотт. Более чем уверен, они думали, что я гей.

Я сдержала дыхание, а затем выдохнула:

— Так ты рассказал своим родителям о том, что я прилетаю? — я попыталась выдавить слова из своих заполненных лёгких.

— Конечно. Мне не стоило?

— Конечно, просто…

— А ты рассказала своей семье обо мне?

Иисусе, мы будем говорить на эту тему?

— Эм, что-то вроде того.

— Не рассказывай мне херни, Анна. Ты ничего им не сказала? — он прозвучал более озадачено, чем обычно.

— Ну, не особенно. Я, на самом деле, не в таких близких отношениях с ними. Они догадались, что что-то происходит. Я провела большую часть времени, разговаривая или переписываясь с тобой.

— Ничего себе.

— В этом нет ничего такого, Итан.

— Видимо, нет, — сказал он. Я не была до конца уверена, что он имел в виду. — Послушай, уже поздно. Увидимся в аэропорту.

— Итан.

— Безопасного полёта. Я люблю тебя, Анна.

И он отключился.

Моя тоска по Итану смешалась с беспокойством, которое возникло после нашего последнего разговора. Мне просто нужно его увидеть, и все станет как обычно, когда мы рядом, ведь так?

Время в самолёте, казалось, шло иначе, нежели реальное время. Я не могла сосредоточиться ни на книге, которую читала, ни на фильмах. Мне нужен был только Итан. Мне хотелось, чтобы он сказал мне, что все будет хорошо.

С тех пор, как самолёт приземлился, я уже успела пройти регистрацию, меня трясло от нервов и волнения. Паспортный контроль, наверное, подумал, что я перевожу что-то нелегальное. Я очень удивилась, что они не обыскали меня.

Итан заметил меня до того, как я увидела его, и улыбка, которая разлилась на его лице, заставила мой желудок завязаться в петлю. Иисусе, я и забыла, как он красив. Я представила, как займусь с ним сексом прямо там, в одежде. Наши глаза встретились, Итан обхватил моё лицо руками и прижался к моим губам в пылком и нежном поцелуе.

— Господи, ты так хорошо пахнешь, — сказал он в мой рот. — И потрясающая на вкус, — продолжил Итан, проводя языком по моей нижней губе. — И выглядишь феноменально. Ты уверена, что ты настоящая?

Он погрузил свой язык сквозь мои губы и столкнулся с моим. Я застонала. Господи, как же я скучала по этим ощущениям. Проведя руками от его плеч до основания шеи, я почувствовала, как напряглись его мышцы под моими пальцами. Он притянул меня ближе к себе и начал целовать еще более напористо, прижимая моё тело к своему и толкаясь своей твёрдостью мне в живот. Я нуждалась в нем, в любом понимании этих слов, прямо сейчас. Он начал вращать своими бёдрами, затем откинул голову назад и простонал:

— Нам стоит идти, иначе меня арестуют.

— Я думаю, что это того стоит.

Зарычав, одной рукой Итан схватил мой чемодан, а другой взял меня за руку и направился в сторону выхода. Мне пришлось идти вприпрыжку, чтобы хоть как-то успевать за ним.

— Я, как идиот, приехал сюда самостоятельно, — сказал он вскользь, — думал, это сдержит меня от желания поиметь тебя на заднем сиденье машины на глазах у Рори.

Услышав смех Анны, я повернул голову. Она смотрела на меня, смеясь.

— Что? — спросил я, не снижая головокружительной скорости по направлению к нашей машине.

— Ты.

— Вы смеётесь надо мной, мисс Анна?

— Да.

— Предполагаю, что я польщён.

— Сорок минут. Я думала, что безумно хочу тебя, но это всего сорок минут.

Но я действительно не мог или не хотел ждать. Прошло слишком много времени, и теперь мне необходимо было ощутить её, прикоснуться к ней, попробовать на вкус. Я не хотел тратить впустую ни секунды.

— Расскажи мне, что ты запланировал для нас на сегодня?

Добравшись до машины, я открыл багажник и посмотрел на Анну с недоумением, пока укладывал её чемодан в машину.

— Мои планы на сегодня включают нас с тобой голыми до конца дня.

— Это понятно, скажи мне, что конкретно ты спланировал?

Я изучал её несколько мгновений, и она вернула мой взгляд. Анна ничего не объяснила. Она не торопила меня, просто ждала.

— Что ж, я не сдержал одно из своих обещаний, так что мне нужно как-то это исправить, — сказал я, когда мы сели в машину.

— Слушаюсь, мистер Скотт, ты также обещал, что я буду кончать столько раз, сколько мы были порознь. Так что по моим подсчётам ты должен мне двадцать два оргазма.

Я улыбнулся ей.

— Ты вела подсчёт?

— Подсчёт дней до момента, когда ты окажешься во мне.

— Черт, Анна, — я резко включил первую передачу и рванул к выезду с парковки. — И не смотри на меня так. Не сейчас. Еще не время. Не тогда, когда я ничего не могу с этим поделать.

— Как именно? — спросила она, невинно хлопая ресницами.

— Ты же знаешь, что мне необходимо быть внутри тебя, когда ты вот так смотришь на меня.

— Могу тебя заверить, что я не имею понятия, о чем ты говоришь, — она улыбнулась, а я изо всех сил пытался продолжать управлять автомобилем вместо того, чтобы не взять её прямо в машине.

Вождение оказалось ужасной идеей. Мне не хватало терпения, особенно, когда Анна сидела рядом со мной и практически умоляла трахнуть её. Я был близок к тому, чтобы отвлечься и угодить в аварию.

— Я тут думала, — сказала она, — ну, знаешь, ты проверяешься регулярно?

Я быстро устремил свой взгляд на неё.

— На ВИЧ? Почему ты спрашиваешь? Что-то не так?

— Нет, просто я только что прошла свою очередную проверку, и результаты чисты…и я на таблетках, так что я подумала, если ты сдал тест, то…

— Я сдавал тест 6 месяцев назад. Спустя несколько дней после твоего визита в Нью-Йорк.

— Оу.

Незаданный вопрос повис в воздухе. Я протянул руку и сжал её колено:

— Больше никого не было, — тихо сказал я.

Она накрыла мою руку своей, я развернул ладонь, сплёл наши пальцы вместе и сжал их.

— Правда?

— Никого с тех пор, как впервые был с тобой. Правда.

— Окей, — она сделала паузу, — я тоже. Ни с кем, кроме тебя.

Это откровение между нами имело огромное значение.

Добравшись до парковки в моем гараже, я выскочил из машины и впопыхах достал её багаж.

— Спешишь куда-то? — пропела она.

— С чего ты взяла? — спросил я, приподняв брови.

Взявшись за руки, мы направились в сторону лифтов.

— Помнишь то темно-синее белье, что ты мне присылал? — спросила она, как только мы вошли в лифт.

— Эм, конечно, — там было много белья. Много фотографий. Но я знал, о каком именно комплекте шла речь.

— Тебе оно очень понравилось, насколько я помню.

— Мне нравятся все наборы, что я выслал.

— Так этот не выделяется на фоне других? — спросила она, приподняв юбку и демонстрируя синее, почти отсутствующее белье.

— Черт, — инстинктивно я потянулся к чашечкам её холмов. Такая горячая. Отклонившись, Анна продолжила смотреть мне в глаза, и я прижался к ней всем телом. — Я думал, ты захочешь освежиться, прежде чем мы начнём дурачиться.

— Освежиться? Я еще недостаточно грязная. Я хочу, чтобы ты сделал меня очень грязной, Итан.

Из моего горла вырвался громкий звук. Господи, как я хотел эту женщину. Я скользнул своими губами к её, и двери лифта закрылись.

Моя эрекция нарастала, отчаянно желая её — это было практически больно. Уперевшись руками мне в грудь, Анна оттолкнула меня. Она задыхалась. Неохотно оторвавшись от неё, я практически выволок девушку в лобби.

Я пытался вставить ключ в замок, пока Анна стояла за моей спиной, целуя меня между лопатками, проводя руками по моей заднице и моему члену. Я зарычал, уронил ключи, повернулся, обхватил лицо девушки руками и прикусил её нижнюю губу. Она была такой сладкой на вкус. Неужели она всегда такой была? Я пробежался языком по верхней губе Анны, вырисовывая форму губ, желая прикоснуться к каждому сантиметру её тела, внутри и снаружи.

Она провела руками по моей спине и плечам. Этого было недостаточно, я хотел почувствовать её кожу. Неохотно я вернулся к связке ключей и приложил больше усилий, чтобы открыть двери. Это потребовало большей концентрации, чем обычно, но, наконец, дверь распахнулась, а затем закрылась позади нас. Мы оказались наедине, без планов на остаток дня, кроме того, чтобы быть вместе. Эта мысль упокоила меня. Анна находилась здесь. У нас было время.

Атмосфера между нами изменилась. В машине я мог думать только о том, как мой член погрузится в её киску. Теперь же это была лишь одна из тех многих вещей, которые я от неё хотел.

Я улыбнулся ей, и она улыбнулась в ответ. Я не знал, с чего начать. Было столько всего, чем мне хотелось с ней поделиться. Я не мог дождаться, чтобы показать ей свои владения. Я хотел узнать о её поездке и как дела у неё на работе. Я хотел рассказать, что происходило у меня в офисе, про малышку Иззи, хотел обсудить с ней новую работу моей сестры. И я хотел трахнуть её настолько сильно, что еле стоял на ногах.

У нас было достаточно времени.

Я притянул Анну к себе, прижав её голову к своей груди, мы стояли в прихожей, обнимая друг друга.

Наконец она заговорила:

— Со всей серьёзностью, я думаю, мне стоит освежиться. Я бы хотела принять душ. Ты можешь подождать?

— Как насчёт компании?

Мой телефон зазвонил прежде, чем она успела ответить.

— Черт, — я взял свой телефон. — Скотт.

Не выпуская Анну из объятий, я отнёс её чемодан в спальню. Она покрывала мою грудь маленькими поцелуями, пока я продолжал неинтересный и ничего для меня не значащий на данный момент разговор по работе. Я купил для Анны различные ванные принадлежности, которые, я думал, ей понравятся. Я открыл один из ящиков, чтобы показать их Анне. Она улыбнулась мне той улыбкой, что заставляла меня ощущать себя идолом. Включив душ, я повесил несколько полотенец.

— Это займёт не больше 10 минут, прости, — прошептал я.

— Не стоит, все идеально, — ответила она одними губами.

Она была идеальна.

Я закрыл за собой дверь, давая ей немного личного пространства, несмотря на то, что мне хотелось смотреть, как она голая принимает душ. Я скинул свои туфли и лёг на кровать.

Это касалось разногласий между двумя партнёрами на работе о том, как именно решить проблему, которая сложилась с одним из моих клиентов. Дело было спорным, и они обсуждали решение вопроса с разных углов. Безусловно, стараясь угодить мне. Но прервав моё время с Анной, ни один из них не произвёл на меня должного впечатления.

Звук воды в душе эхом раздавался сквозь ванную дверь. Мысли о ней голой, пока вода каскадом лилась по её коже и идеальным сиськам, между её ног, держали меня в твёрдом состоянии. Вода выключилась раньше, чем я предполагал. Этот звонок должен закончиться как можно скорее.

— Через пять минут я кладу трубку, так что если вы хотите, чтобы я принял решение, спрашивайте. Все, что я до этого услышал, было лишь битвой ваших эго. И в этой битве я всегда побеждаю, так что, блядь, завязывайте с этим.

Я повесил трубку за секунду до того, как дверь открылась, и вышла Анна, на лице которой была улыбка, а на теле белье, которое должно быть нелегальным.

Я смотрела на него, пока он облизывал свои губы. Боролась с улыбкой и нервами, скрутившимися в животе. Всё это напоминало мне нашу первую ночь, когда мы познакомились. Я была наполовину в восторге, наполовину в ужасе от предвкушения, направляясь в сторону кровати.

— О чем ты думаешь? — спросил он. — Я вижу, как твои мысли вращаются у тебя в голове.

— О тебе, — произнесла я.

— И? — Он всегда хотел большего, он хотел всё.

— Я нервничаю.

Итан протянул руку и привлёк меня к себе на колени, располагая мои ноги так, чтобы они обхватили его талию.

— Расскажи мне.

Ощутив его тело рядом с моим, я занервничала еще сильнее.

— Ожидания. Мы оба так долго ждали. Возможно, это будет не так, как мы предполагали.

— Секс? — спросил он.

— И… — я кивнула.

Кивнув, он потянулся к моей груди и сжал соски через лифчик. Они сразу же затвердели, привлекая к себе внимание, желая большего.

— Ты думаешь, я не смогу удовлетворить тебя, красавица?

— Всегда, — прошептала я. — Нет ни малейшего сомнения, что ты не сможешь этого сделать.

— Давай немного успокоим твои нервы. Тебе станет лучше после того, как ты кончишь.

Он опрокинул меня на спину, прошёлся пальцами по моему телу вниз и зацепил верх моих трусиков. Я скучала по его рукам. Его коже, его запаху. Я не хотела больше ждать. Моя страсть к нему была непреодолимой. Мне нужно было, чтобы он дотронулся до каждого сантиметра моего тела.

Он зацепил пальцами обе стороны моих трусиков и стянул их раздражающе медленно. Мне нужен был он, твёрдый и быстрый. Я не хотела больше ждать. Итан расположил мои ступни у себя на плечах и поцеловал мою голень. Я задрожала, когда он провёл руками по моим ногам. Каждое его прикосновение будто пробуждало во мне жизнь. Итан медленно провёл губами по внутренней стороне бедра, он лизал, посасывал и покусывал мою кожу. Я прижала свою попку к кровати и ухватилась за простыни, чтобы сдержать себя и не вжаться бёдрами прямо ему в рот.

Добравшись до верха моих бёдер, он сделал глубокий вдох.

— Ты так вкусно пахнешь. Как мед. — Я не смогла сдержать стон, предвкушая, как он попробует меня на вкус. — Я вижу, насколько ты готова к тому, чтобы я вылизал тебя, Анна. Очень готова.

— Итан, — захныкала я от искушения.

Он провёл языком вдоль моей промежности одним плавным движением, а затем вернулся к клитору и начал вырисовывать круги. Наслаждение быстро нарастало. Я слишком долго ждала, чтобы ощутить его вот так. Я больше не могла сдерживаться, поэтому запустила руки ему в волосы и крепко вцепилась в них, вращая своими бёдрами под его языком.

— Детка, ты определенно сходишь с ума от моего языка сегодня, — проговорил он не отрываясь.

— Не останавливайся, — прошептала я.

Я ничего не могла поделать со своими бёдрами, которые были к нему все ближе и ближе. Его язык проник глубже и жёстче, затем он погрузил в меня свои пальцы. Я забылась, моё дыхание покинуло меня, а мой оргазм заполнил каждый сантиметр моей кожи как огонь.

Его язык замедлился, но не остановился, он все продолжал кружиться вокруг моего клитора, выдавливая из меня оргазм до последней капли.

Я отодвинула его голову от моих ног. Мне нужно было увидеть его лицо. Он продвинулся наверх по моему телу.

— Вы не потеряли хватку, мистер Скотт, — произнесла я, затем потянулась к нему и лизнула его подбородок.

— Я рад, мисс Анна. — Его язык коснулся моего.

Мы лежали бок о бок, закрыв глаза, рука Итана поглаживала меня по спине, пока мое дыхание приходило в норму. Он был прав, его язык унял все мое напряжение.

Теперь мы были просто Итан и Анна — никакой двусмысленности, никаких обещаний, никакой херни.

— Ты такая красивая, — прошептал он. — Я забыл, насколько ты красива.

— Ты выглядишь слишком одетым, — засмеялась я.

Он все еще был полностью одет. Итан улыбнулся, а я потянулась к его рубашке и начала расстёгивать пуговицы. Он тяжело задышал, когда я провела рукой по его телу, и мои пальцы устремились вниз к пряжке на его ремне.

Он казался нехарактерно счастливым, пока я раздевала его, немного двигаясь только лишь, чтобы помочь мне снять с него одежду.

Его эрекция натянула ткань боксеров. Я не могла отвести от него взгляд, когда опустилась рукой ниже пояса и прошлась по всей его длине.

Он стиснул зубы и откинул голову.

— Блядь.

Пыл между нами заставил меня покраснеть, и между моих бёдер вновь стало мокро. Я быстро сняла боксеры с Итана и встала на колени между его ног. Он посмотрел мне в глаза, наблюдая за тем, как я облизывала его от основания до кончика. Собрав рукой мои волосы в хвост, он предоставил себе неограниченный вид.

Итан сел.

— Анна, нет. Серьезно, я так кончу.

Я выпустила его на секунду из своего рта.

— В этом вся суть, красавчик. Я вновь сделаю тебя твердым. Это не одноразовая сделка.

Итан вновь упал на кровать, и я взяла его обратно в рот, настолько глубоко, насколько смогла, наслаждаясь его вкусом, его присутствием. Он зарычал, двинул бёдрами, и я отклонилась.

— Итан, я хочу, чтобы ты трахнул мой рот. — Я хотела, нет, я нуждалась, чтобы он управлял мной.

Его не нужно было просить дважды. Не успев осознать, я уже лежала спиной на краю матраса с опрокинутой головой. Итан стоял передо мной, его член был у моих губ, и он сжимал мою грудь. Я отчаянно нуждалась в нем. Я опустила пальцы вниз и начала массировать свой клитор.

— Ох, красавица, ты просто не можешь насытиться, не так ли? — он зарычал, и я опустилась ближе к нему, я хотела его у себя во рту. — Ты хочешь мой член, детка?

Я кивнула:

— Да.

— Продолжай ласкать себя, — зарычал он и проник в мой рот. Он старался быть ласковым, но это не то, чего я хотела. Я хотела, чтобы он взял меня, заклеймил меня.

— Иисусе, Анна. Твой рот прекрасен. Такой мягкий, такой влажный. Черт… — он начал двигаться глубже, так, как я хотела, и совсем скоро он содрогнулся и кончил прямо мне в горло. — Ты меня погубишь, Анна.

— Это то, что я хотела услышать.

Обнявшись, мы легли лицом к лицу, кожа к коже, ничего лишнего между нами.

— Я предполагаю, это именно то, что нам было нужно? — спросила я.

— Это и многое другое. Я хочу быть внутри тебя, чтобы между нами не было никакой преграды, — он зарычал и толкнулся в меня своей эрекцией.

Закинув ногу на его бедро, я начала водить его твердым членом по своей влажной киске.

Он снова зарычал:

— Такая мокрая, такая готовая, — он вздохнул, когда погрузил в меня свою головку, лизнул мою шею и поцеловал меня в ключицу. Мы двигались вместе, держа друг друга, прижимаясь друг к другу: губы, языки, кожа, пот.

— Оставь на мне следы, — прошептала я, когда его рот скользнул по моей шее. Следы, оставленные Итаном, исчезли, и я хотела напоминаний о том, где он был. Он вновь зарычал. Я перевернулась на спину, и Итан забрался на меня, не отрываясь от моей шеи.

— Никакого презерватива? — спросил он.

Я была абсолютно уверена:

— Да, Итан.

— Ты готова? — спросил он.

Я не знала, что он имел в виду, его рот или его член, но я хотела и того, и другого. Я жадно кивнула, затем застонала, когда он погрузился в меня сантиметр за сантиметром. О боги. Это чувствовалось, словно в первый раз, прошло слишком много времени с тех пор, как он был внутри меня, и я позабыла, как его член растягивал и полностью заполнял меня. Моему телу нужно было привыкнуть. Я развела колени в стороны, надеясь раскрыть себя еще шире для него.

— Иисусе, ты там такая тугая, — произнёс Итан, и на его шее вздулись вены, будто он сдерживал себя. — Чувствовать тебя, Анна.

Медленно он вышел из меня, и я смогла вздохнуть перед тем, как он вошёл, снова забирая моё дыхание. Я выдохнула в его плечо, мои ногти впились в его кожу, пытаясь удержаться за него, за это чувство.

Он начал в медленном ритме, сосредотачивая свой взгляд на мне, между поцелуями моей шеи и моих губ. Это было любяще, интимно, жестко и идеально.

Слой пота окутал нас обоих.

— Красавица, я ведь тебя предупреждал, когда ты так на меня смотришь…

Он ускорил темп, и моя спина выгнулась в предчувствии оргазма. Это произошло где-то глубже, чем раньше, прямо в центре меня.

— Жестче Итан, я уже близко, — прокричала я, и он снова проник в меня, его ритм был жестким. Лицом Итан уткнулся мне в шею, и я почувствовала его зубы на своей коже. — Да, да, да… — Он был повсюду, его зубы, его член, его кожа. Мой оргазм накрыл меня за секунду до того, как он накрыл Итана.

Я ощущала весь его вес на себе. Итан все еще лежал, уткнувшись в изгиб моей шеи, пока я водила пальцами вверх и вниз по его спине. Мы лежали, задыхаясь от наших оргазмов.

— Все еще переживаешь, что будет недостаточно хорошо? — спросил он.

Я засмеялась.

— С тобой всегда хорошо. Ты всегда делаешь все очень хорошо.

Следующие несколько часов и дней мы были именно такими: голыми, вместе и не прекращали трогать друг друга ни на минуту. Складывалось ощущение, что мы пытались наверстать упущенное время, поэтому оно казалось более насыщенным, более интенсивным.

После того, как Анна захватывающе оседлала меня, мы лежали потные рядом друг с другом.

— Мне кажется, я не чувствую своих ног.

— Детка, ты превосходно меня оседлала, — я потянулся к ней и провёл рукой по её груди.

— Может, нам следует встать и пойти прогуляться, или что-то в этом роде, — произнесла она.

— Вы уже насытились мной? — я наклонился к её груди и взял в рот сосок, дразня его зубами.

— О, боже, нет. В этом вся проблема. Я никогда не смогу тобой насытиться. Я в Нью-Йорке уже два дня, а мы так и не вылезали из кровати.

— Ну, это не правда. У нас были перерывы на уборную. Мы также трахались на кухне и в гостиной. И, кажется, мы заказывали еду на дом, но все немного туманно, возможно, это было лишь в моей голове, — я улыбнулся ей.

Она в шутку дала мне пощёчину.

— Серьезно. Мы должны быть нормальными людьми хотя бы час или около того. Нам нужно поговорить. Я хочу тебе многое рассказать.

Где-то завибрировал мой телефон, и я проигнорировал его, но Анна потянулась за ним, повернувшись ко мне самым аппетитным видом, и вручила мне сотовый.

— Это Менди. Ответь ей.

Я зарычал, но все же принял звонок.

— Привет, Менди. Как дела? — Иисусе, она говорила очень быстро, стараясь убедить меня прийти на ужин. — Я передам телефон Анне. Она во главе.

Она улыбнулась мне и начала разговор с Менди. Я вовсе не был удивлен, что они обе нашли общий язык, но все же улыбнулся от того, как быстро это произошло. Мне хотелось, чтобы у нее были друзья в Нью-Йорке. Может быть, тогда она будет более склонна сюда переехать.

— Идея с ужиной превосходна, — сказала Анна, и я замотал головой, пытаясь отобрать у нее телефон. Она выкрутилась, и я схватил её ноги, располагая их по обеим сторонам от меня и упираясь коленями в кровать. Я погладил мягкую кожу живота Анны, наблюдая за девушкой, за её смехом и энергичностью, её волосы лежали веером позади неё. Она выглядела чертовски идеальной. Мне не хотелось её ни с кем делить.

— В семь? А сейчас сколько? — спросила она, уставившись на меня.

Не отводя взгляда, я нашел большим пальцем её клитор и начал его массировать. Её губы зашевелились, утверждая, что мои руки были нежелательны. Я придвинул Анну ближе к себе, моя головка массировала её вход, и глаза девушки остекленели.

— Уже пять? Может, давай в восемь? — она поднесла руку к своему рту, чтобы заглушить стон, когда я начал проникать глубже в нее.

— Окей, до встречи. Мне пора прощаться. Итан! — закричала она, как только повесила трубку. — Итан, — простонала она, когда я полностью оказался в ней. Мне никогда не будет достаточно её, того, как она кричит моё имя, будто я её божество.

— Мы определённо опоздаем на ужин.

Эндрю и Менди жили в Верхнем Ист-Сайде. Мой водитель Рори навещал свою семью в Ирландии, поэтому мы поехали на такси.

— Водитель хорош, но эта задняя часть такси точно даёт понять, что ты находишься в Нью-Йорке, — произнесла Анна.

— Как скажешь. Выбраться из кровати было твоей идеей. Заниматься тем, что делают нормальные пары. Теперь ты счастлива?

— Я всегда счастлива, когда с тобой, — она захлопала ресницами.

— Это сарказм? Не могу понять.

— Это именно то, что мне нравится, мой друг, — она засмеялась, запрокинув голову. — Но для справки, я не была саркастична.

Я подвинул её ближе к себе.

— Итак, что ты хотела мне рассказать?

— Ты не можешь спрашивать меня об этом по дороге на ужин. Давай поговорим на эту тему завтра.

— Звучит угрожающе.

— Это не должно было так прозвучать. Просто нужно быть в курсе всего. Я не видела тебя три недели, и кое-что произошло.

Она пыталась что-то скрыть, и я не мог понять, что именно. Неужели она ходила на встречу со своим неудачником бывшим?

Такси остановилось за два квартала от квартиры Эндрю и Менди из-за строительных работ.

— И что? Вы не можете объехать стройку? — спросил я у водителя.

Он просто пожал плечами, не оборачиваясь.

— Похоже, нам придётся идти эти два квартала пешком.

— Иисусе, там почти минус двадцать пять градусов. — Я скучал по своему водителю.

— Пойдём, мы можем согревать друг друга теплом наших тел. Не будь трусишкой, — произнесла Анна, выходя из такси. — Не так уж и холодно.

— Ты пьяна? Это Арктика, как сказала бы ты, — ответил я, присоединяясь к ней на улице.

— Перестань ныть и обними меня, — она улыбнулась мне, и, несмотря на возможность позлиться на неё, я улыбнулся в ответ. Её улыбка была заразительной.

— Итан? — мужской голос с британским акцентом окликнул нас в холоде. Мы с Анной повернулись лицом к паре, закутанной в зиму Нью-Йорка. — Привет, — мужчина напротив протянул руку. — Оу, Анна, я не ожидал… Привет. — Это был Ал, младший партнёр из лондонского офиса. Несмотря на то, что мы с Анной были из разных офисов, мы все равно попадали под политику компании. Черт. Он знал меня. Он знал Анну. В городе с восемью миллионами людей, на другой стороне Атлантики. — Это моя жена, Беверли.

Мы обменялись приветствиями и рукопожатиями.

— Вы хорошо проводите время? — спросила Анна.

Это было неловко. Слон в комнате сидел у меня на коленях.

Беверли кивнула.

— Ну, теперь я понимаю все лучше, — сказал Ал, смотря на нас. Я посмотрел на Анну, она натянуто улыбалась. — Давай встретимся, когда ты вернёшься в офис, Анна.

— Да, конечно, в любом случае, здесь безумно холодно и нам нужно идти, пока наши лица не стали синими, — произнесла Анна. — Хорошего вечера.

Мы шли в тишине. Я обернулся проверить, как далеко мы от Ала и Бэв, прежде чем сказать что-либо.

— Черт, — все, что я смог произнести, когда удостоверился, что Ал не услышит меня. — Черт. Черт. Черт. Не давай ему возможность заикнуться о политике компании и не дай ему себя уволить, когда встретишься с ним.

— Он не уволит меня, — ответила Анна. — Как далеко мы от места встречи?

— Это на следующем углу. Ты кажешься очень уверенной.

— Я уверена.

— Я думаю, что ты права. Я думаю, это я подписался под этой политикой, а не ты.

Анна кивнула.

— Тебя тоже не уволят.

— Они относятся к этому очень серьёзно. Я не говорю, что кому-то это сошло с рук, но они увольняли людей и раньше. — Мы добрались до дома Эндрю и Менди, Анна взяла меня за руку, останавливая от звонка в дверь.

— Я не хочу, чтобы тебя это волновало. Они не уволят тебя. Я дорабатываю в офисе, пока они не найдут мне замену. Они не уволят тебя, если я и так ухожу из компании. — С этими словами она сама нажала на звонок.

Я не знала, как именно рассказать ему обо всем. Но перед дверью Эндрю и Менди определённо было не самым лучшим вариантом, чтобы скинуть эту бомбу. Было ли это бомбой? Несмотря на то, что я не знала, приму ли предложение Дэниела, я решила уволиться. Я хотела быть с Итаном и понимала, что было нереально ждать, что он переедет. Мне нравилось в Нью-Йорке, а предложение Дэниела доказывало, что у меня есть и другие варианты развития моей карьеры.

Итан убрал мою руку от звонка, но было слишком поздно, я уже нажала на кнопку и оповестила о нашем прибытии.

— Что ты сказала? — его глаза сверлили меня, но я не обернулась, чтобы встретиться с ним взглядом.

— Ты слышал, что я сказала. Давай поговорим об этом позже, — я уже слышала шорох за дверью.

— Нет, я хочу обсудить это сейчас. Ты подала своё заявление и даже не подумала, что, может быть, я захочу об этом знать? — я не могла определить, был ли он зол или просто шокирован. Но он не был рад, и, наверное, я ожидала от него обратного. Откровенно говоря, я ожидала, что он будет в чёртовом экстазе.

— Конечно же, я знала, что ты захочешь об этом знать, поэтому и сказала, что нам есть, что обсудить.

— Так что теперь, у тебя есть новая работа? Ты отправляешься в Индию, чтобы стать инструктором по йоге? Или присоединяешься к культу? Что за… — Открылась дверь, и перед нами предстала Менди с широкой улыбкой и пышными волосами.

— Я так рада, что вы здесь, — она заключила меня в свои объятия. — Проходите скорее внутрь, пока мы не выпустили все тепло наружу. Эндрю в подвале, пытается найти вино, которое Итан не выплюнет от отвращения.

Я избегала сердитого взгляда Итана, пока мы снимали наши пальто, обувь и шарфы, после чего направились на кухню.

— Менди, мне нужно перекинуться парой слов с Анной, один на один.

— Нет, не нужно. Сейчас не время это обсуждать.

— Окей, ладно. Мы обсудим это в присутствии Менди, — сказал Итан.

— Нет, не обсудим.

— Вы ругаетесь? — встревоженно спросила Менди.

— Не ругаемся. Я просто узнал около 30-ти секунд назад, что Анна уволилась со своей работы.

— Итан! — я не могла поверить, что он только что об этом рассказал. Это только между нами. Это должно было быть личным.

— Ты ушла со своей работы? — произнесла Менди.

— Кто ушёл с работы? — спросил Эндрю, появляясь из подвала и неся сразу несколько бутылок вина.

— Анна, — сказала Менди.

О боже, это было смешно.

— Отлично. Ты переезжаешь в Нью-Йорк? — Эндрю задал вопрос на шестьдесят четыре тысячи долларов.

Я не ответила. Мой рот открылся, но тут же закрылся. Я все еще пребывала в шоке от того, что информация, которую знала лишь я и пыталась найти подходящее время, чтобы её открыть, теперь была у всех на устах, как конфета в руках детей на празднике.

— Ты говорила, что искра угасла, но я думал, это временно. Я думал, тебе нравилась твоя работа, — сказал Итан, пытаясь поймать мой взгляд.

Он не был в восторге. Он не был рад. Он звучал обеспокоено и, наверное, немного испуганно.

— Мне нравится. Мне нравилось. — Эндрю начал раздавать всем бокалы полные вина, спасибо богам. — Просто…я потеряла свою искру и, подумав об этом, пришла к выводу, что там у меня ничего не получится. Если мы останемся вместе, и будет анти-франчайзинг, или если расстанемся, то я не смогу находиться в той фирме, я не выдержу, поэтому я просто… — неужели я поступила неправильно? Я была в предвкушении рассказать об этом Итану. Я думала, ему понравятся новости, но, наверно, я ошиблась.

— Если мы будем вместе? — спросил Итан. — С каких пор мы перешли в стадию «Если»?

— Не теряйся в сентиментах, Итан. — произнесла Менди. — Давайте присядем. Нам оставить вас на пару минут одних?

Я лучше справилась бы без публики. Это определённо было личным, и к тому же я — британка. Я не привыкла делиться таким дерьмом. Но Итан мотнул головой, и я не хотела показаться еще более грубой.

— Я не имела в виду ничего такого, сказав «если», Итан. Я думала, это будет хорошей новостью для нас. Но я понимаю, что это может быть слишком скоро, и это нормально, это не должно быть большой проблемой, — сказала я. — Мне жаль, что все так получилось, — произнесла, поворачиваясь к Менди.

Где-то позади моего горла начали формироваться слёзы. Последнее, чего мне хотелось, так это разрыдаться.

Итан потянулся ко мне и прижал к себе. Ощущение его рук вокруг моей талии было самым прекрасным в мире.

— Прости, — промямлила я ему в грудь.

— Тебе не за что извиняться. Это ты меня прости. Я просто хотел быть в курсе дела, — прошептал мне на ухо Итан.

— Я не хотела давить на нас обоих. Я не хочу, чтобы ты чувствовал, будто теперь тебе придётся с этим что-то делать, — ответила я.

— Что ты имеешь ввиду под «давить»? — спросил Итан.

— Ты ведёшь себя как мужчина, — сказала Менди. — Она не хочет, чтобы ты чувствовал давление с её стороны, что теперь тебе придётся пригласить её в Нью-Йорк. А тебе пора перестать быть такой девчонкой, Анна, — продолжила она. — Итан хочет, чтобы ты переехала в Нью-Йорк. Он был в отчаянии, пытаясь предложить тебе это. Вместо этого он носился вокруг с мыслями, как ему лучше организовать свой переезд в Лондон, чтобы тебе не пришлось всё бросать ради него.

Слезы потекли ручьём. Я не могла их остановить, и Итан крепче прижал меня к себе.

— Ты ведь так не думаешь, правда? Что я буду чувствовать себя под давлением, если ты уволишься?

Я пожала плечами.

— Может быть.

— К черту все. Если ты хочешь переехать в Нью-Йорк, то ты сделаешь меня самым счастливым мужчиной на Манхэттене. Но если ты хочешь чего-то другого…

— Не хочу ничего другого. Я хочу быть здесь, с тобой.

— У тебя есть шампанское в том подвале? — спросила Менди у Эндрю, в то время как Итан поднял мой подбородок.

Когда я, наконец, посмотрела на него, он прижал свои губы к моим.

— Я не могу поверить, — произнёс Итан, запустив свои руки мне в волосы. — Я думал, не знаю, я думал, что у нас будут эти длинные дискуссии касаемо нашего будущего, и что все закончится моим переездом в Лондон. Мне пришлось бы перестраивать всю свою практику и находить новых клиентов, и это было бы еще той занозой в заднице. А ты только что взмахнула волшебной палочкой и сделала все намного проще. Я имею в виду, ты уверена? Ты нормально все это переживёшь? Ты не передумаешь?

Я не могла сдержать свою улыбку, пока он сканировал моё лицо в ожидании, что я скажу, что все это, на самом деле, большой розыгрыш. Я была безумно рада тому, что Итан хотел меня в Нью-Йорке, не был зол и не чувствовал себя загнанным в угол.

— Да, я уверена. Я очень, очень и очень уверена.

— Где это чёртово шампанское, Эндрю? — крикнул Итан.

— Итак, когда ты переезжаешь? — спросила Менди.

— Ну, я только что была приглашена, так что еще много чего предстоит сделать, — ответила я, все еще сияющим взглядом смотря на Итана. — Мне нужно доработать. Три месяца.

— В жопу три месяца. Ты ни в коем случае не будешь работать там три месяца, если не хочешь.

— В любом случае мне будет нужно все спланировать в Лондоне, прежде чем уехать, поэтому я не могу просто остаться здесь.

— Пожалуйста, красавица, я не могу ждать три месяца. Скажи, что ты приедешь раньше.

Я потянулась к нему и обхватила руками его красивое лицо.

— Я поговорю с партнёрами, когда вернусь, и посмотрим, что получится. Может быть, они отпустят меня раньше.

— Это так волнующе, — сказала Менди. — Я смогу показать тебе Манхэттен, как подобает. Жалко, что пока ты тут не живёшь, я знаю восхитительный маникюрный салон всего в трёх кварталах отсюда.

— Мы можем переехать, если ты захочешь, — Итан смотрел на меня выжидающе.

— Вау, слишком много всего для одного раза, — сказала я.

— Ты тут никого не душишь, Менди? — спросил Эндрю, возвращаясь из подвала.

— Думаю, она хочет найти себе работу, прежде чем делать новый маникюр.

— Знаешь, тебе не стоит об этом волноваться, — сказал Итан. — Но, конечно же, если ты хочешь работать, я могу поговорить со своими контактами. Я уверен, мы сможем найти тебе что-то подходящее.

— Возможно, у меня есть свои связи…и я, конечно же, хочу работать, — я игриво хлопнула его по руке. — Вообще-то, Дэниел предложил мне кое-что. Он ищет адвоката в Нью-Йорке.

— Иисусе, какие еще секреты ты от меня таишь?

Мою грудь переполняло от эмоций. Мне хотелось завалить Анну вопросами, о чём она думала и что планировала. Это все было слишком хорошо, чтобы оказаться правдой. Я был уверен, что ей не придётся отрабатывать все три месяца в компании. Может, она отработает лишь месяц, а потом сможет быть здесь со мной, в Нью-Йорке.

— Мы должны переехать, — выпалил я.

— Итан, — её рука лежала на моей ноге. — Мы не должны решать все прямо сейчас. Давай насладимся вечером с Эндрю и Менди.

— Разве ты не понимаешь? — спросила Менди. — Итан — наш давний друг. Этот вечер и так уже достаточно прекрасен благодаря тебе. Он ждал этого всю свою жизнь.

— Менди, я сейчас разревусь из-за тебя, — сказала Анна.

— Я не вру. Он даже сам этого не осознавал, и для этого потребовалась уйма времени, но ты именно та частичка, которой Итану не хватало в его жизни. Теперь ты здесь, хочешь и можешь переехать в Нью-Йорк, я думаю, ты любишь его именно настолько, насколько он того достоин, и это делает его очень и очень счастливым.

Я повернулся к Анне, в её глазах стояли слёзы.

— Не плачь, красавица. — Обхватив её лицо ладонями, я прикоснулся своими губами к её. — Мы празднуем.

— Время для тоста, — сказал Эндрю, поднимая бокал. — За нового члена нашей семьи.

— Вы меня просто убиваете, — выдавила из себя Анна.

В течение всего вечера я то и дело смотрел на нас четверых со стороны, как незнакомец, подглядывающий в окно. Так много любви и смеха, мы выглядели счастливыми, все мы. Менди была права, так или иначе, я знал, я ждал Анну всю свою жизнь. Именно тогда я понял, как сделаю этот новый год особенным, я сделаю Анне предложение. Я сжал руку Анны под столом, желая быть ближе к ней настолько, насколько это возможно. Она улыбнулась мне и сжала мою руку в ответ.

Как только мы забрались в такси, чтобы поехать домой, она повернулась ко мне.

— Почему ты предложил переехать? Я думала, тебе нравится твоя квартира и тот район?

Я покосился на неё.

— Ты права. Но я хочу, чтобы ты была счастлива. Тебе, наверное, захочется жить в доме. Или, может быть, ближе к Менди и Эндрю, или что-то, что не было изначально только моим, где бы мы смогли начать все вместе. — Она заулыбалась. — Что? — спросил я.

Она засмеялась.

— Ничего, я просто думаю, что ты такой душка, самый романтичный и заботливый мужчина.

— Черт, никогда не говори об этом на людях. У меня все же есть репутация, — засмеялся я. — Приятные вещи только для тебя. Я мудак для всех остальных.

— Мне также нравятся мудаки, — ответила она и подвинулась ближе ко мне на сиденье такси. Я обвил её своими руками. — Давай не переезжать. Не сейчас. Мне бы хотелось ближе ознакомиться с твоим районом и всем Манхэттеном.

— Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя, будто живёшь в моей квартире, Анна. Я хочу, чтобы это был и твой дом тоже.

— Мой дом там, где ты.

Я не мог не согласиться с этим.

— Значит, ты переедешь сюда ненадолго, и затем мы подумаем над переездом, когда ты будешь больше ориентироваться на местности.

— Значит, будем жить вместе сразу?

— Конечно, будем жить вместе сразу. Я не собираюсь упускать тебя из виду.

— Ладно.

— Ладно?

Она засмеялась.

— Ладно, хорошо. Мне нравится этот план.

— Я поговорю с компанией и попрошу их отпустить тебя раньше.

— Нет, Итан. Я на это не согласна. Не думаю, что Ал что-то скажет сейчас, пока я отрабатываю последние месяцы, но нет нужды тыкать их в это носом. — Но ведь я хотел её как можно скорее.

— Я поговорю с ними, когда вернусь. Они просили меня все обдумать во время Рождества, так что это еще не всем известный факт. Думаю, они считают, что я изменю своё решение.

— Ты на это соглашалась?

— На что?

— Не говорить никому ничего. Думаешь, ты изменишь своё решение?

— Нет, конечно же, нет. Я же говорила тебе, что у меня есть более сотни причин там не оставаться. И, кажется, ты очень счастлив по этому поводу, так что…

— Если вдруг насчёт меня есть какие-то сомнения, то знай, я чертовски в восторге касательно всего этого. — Улыбнувшись Анне, я поцеловал уголок её губ. — Хорошо, я оставлю эту затею в покое, но если ты не договоришься с ними о месяце, максимум, я буду вынужден вмешаться.

— Я превосходна в переговорах, вот увидишь.

У меня сложилось ощущение, что сейчас мы говорим не только о длительности её отработки в компании. Я отдам ей все, что она захочет. Здесь было не до договорённостей.

— Ну что ж, теперь мы можем вернуться домой и провести все оставшееся время в постели? Не думаю, что мне по вкусу вот так долго быть в одежде и находиться вокруг всех этих людей, — сказал я.

— Нет, ты должен показать мне все туристические местечки до того, как я сюда перееду. Я не смогу жить здесь, если до этого не побываю у статуи Свободы или в Вашингтон-Сквер-парк. Я никогда не была на том мосту в центральном парке.

— Иисусе, ты серьёзно? Ты хочешь, чтобы я показывал тебе достопримечательности? Мой член просто так не сгодится?

— Или так, или никак. Я хочу и то, и другое.

Я засмеялся.

— Ладно, это я смогу пережить.

— Но сегодня вечером мне нужен лишь твой член, — прошептала она мне на ухо и прошлась своей ладонью по моему члену, а затем провела языком по моим скулам.

На следующее утро я проснулся раньше неё, как можно тише взял свои боксеры, футболку и направился в офис. У меня была куча дел, все купить и организовать незабываемую ночь.

Вначале я позвонил Менди.

— Привет, спасибо за вчерашний вечер. Все было очаровательно.

— Было очень приятно видеть вас обоих. Вы отлично смотритесь вместе. Это так приятно лицезреть.

— Спасибо. Мне нужна твоя помощь с кое-чем. Я не слишком хорош в этом, ну знаешь, в этих романтических штуках…

— Кажется, ты прекрасно со всем справляешься.

— Да, но это немного другое. Я на самом деле не могу облажаться, когда буду делать ей предложение.

Я тут же услышал визги на другом конце телефона.

— Что от меня требуется? Что тебе нужно? — спросила Менди, успокоившись.

— Думаешь это не слишком рано? Вдруг она скажет нет?

— Она бросает свою работу и переезжает ради тебя на другой континент. Она не скажет нет. Когда ты собираешься сделать предложение?

— Это то, что я хотел у тебя спросить. На Новый Год слишком предсказуемо? Я не знаю, чего хочется девушкам.

— Вау! Значит, до того, как она уедет.

— Думаешь, это слишком?

— Нет. И это не слишком очевидно. Я думаю, это прекрасно. И ты не должен спрашивать меня об этом. Ты знаешь её и её предпочтения лучше, чем я. У тебя уже есть ответы на все твои вопросы. Я тебе для этого не нужна.

Она была права. Это не то, что может спланировать Менди. Это должно было быть лишь между мной и Анной.

— Ладно, ты права. Спасибо.

Положив телефон, я начал смотреть кольца онлайн. Мне нужно поторопиться. У меня в распоряжении всего один день. Завтра уже Новый Год.

— Детка, — прокричала Анна из другой комнаты.

— Я здесь, — ответил я, очищая историю браузера как раз в тот момент, когда Анна показалась в двери, — Я собрался на пробежку. Ты не против?

— Отличная идея. Я тогда позанимаюсь немного йогой и затем приму ванну, если это ничего? — она села мне на колени и обняла за шею.

— Это теперь твой дом, Анна. Ты можешь здесь делать все, что захочешь. Там есть коврик в кладовке в маленькой гостевой комнате. Или можешь воспользоваться тренажёрным залом внизу.

Она поцеловала меня в плечо.

— Нет, просто коврик сойдёт. — Я знал, что мне не понадобятся особые усилия, чтобы убедить её оголиться и вернуться в постель, но, к сожалению, мне нужно было идти.

Я встал и взял её так, чтобы Анна обхватила мои бёдра ногами.

— Ты как обезьянка.

— Симпатичная обезьянка, ведь так? — она подделано кинула на меня строгий взгляд.

Я засмеялся.

— Очень красивая обезьянка.

Она спрыгнула вниз.

— Хорошо, насладись своей пробежкой. — Анна коснулась моих губ и побежала доставать себе коврик.

Быстро переодевшись, я умудрился незаметно положить кошелёк в свою кофту и направился к двери.

Я надеялся, что Гарри Уинстон сегодня открыт.

После бега я всегда выглядела, будто сбежала от похитителей, лицо красное, вся вспотевшая, а волосы повсюду. Итан же, вернувшись в квартиру, выглядел, будто пришёл с фотосессии Гуччи. Загорелый и с лёгким блеском на коже, что придавало ему более мужественный вид. Я отчаянно хотела на него накинуться. По правде говоря, я отчаянно хотела этого еще до его пробежки, но он, казалось, уж слишком настроился на бег — увлечение, которое, к сожалению, меня никак не цепляло.

— Ну что ж, я думаю, мы можем отправиться в Метрополитен-музей или в Музей Соломона Гуггенхейма, — сказал Итан, вырывая меня из моих грёз похоти, пока одевался после душа.

— Звучит отлично.

— Ты кажешься не очень воодушевлённой.

— Наоборот. Я получу, что хотела. — Это и в самом деле было замечательно. Нормальные вещи, которыми занимаются нормальные пары. Я просто не могла насытиться им, мне хотелось затащить его обратно в постель.

— Хорошо, мне нужно сделать один телефонный звонок, так что я вернусь через несколько минут. — Он так много работал, и это было чертовски сексуально. Мне нравились его напористость и решительность.

Я ускоренно рылась в своём чемодане, когда Итан вернулся в спальню.

— Я выгребу все своё барахло, когда ты вернёшься в Лондон, но там есть несколько свободных полок в шкафу. Почему бы тебе не распаковать вещи как следует?

Мой желудок сжался, и я сдержала улыбку. У меня были с собой некоторые вещи, которые я могла бы оставить здесь. Несколько платьев и туфли, в конце концов.

— Хорошо, сделаю это позже.

— Ты готова?

Я кивнула и надела шляпу, последовав за Итаном в холл со своими ботинками в руках.

— Черт, я никогда не представлял, что у тебя есть что-то на низком ходу. Я никогда не видел тебя ни в чем другом, кроме как на каблуках или голой. Иногда голой и на каблуках.

— Видишь ли, вот это именно тот момент, когда реальность берёт верх. Настоящее начинается прямо здесь, с моими ботинками. Это не только обнажёнка и высокие каблуки, детка. Ты готов? Ты готов ради меня выносить мусор и покупать мне тампоны? Готов ли ты видеть меня блюющую и не желающую заниматься сексом? Возможно, я пройдусь воском над своей верхней губой сегодня вечером, ты готов к этому?

Итан засмеялся надо мной, и я игриво ударила по его стальному животу.

— Ты чертовски сумасшедшая, и я более чем готов к этому. Пойдём, коротышка.

— Видишь, раньше я была красавицей, а теперь коротышка, а ведь я даже с места еще не сдвинулась, — вздохнула я драматически, пока следовала за ним ко выходу из здания.

— Ты всегда будешь красавицей, детка, — сказал он, положив свою расслабленную руку мне на шею.

Он хотел поймать такси, но я остановила его.

— Нет, я хочу проехаться на метро.

— Ты серьёзно? Я не пользовался метро десятилетиями. Там внизу отвратительно, — он посмотрел на меня, будто у него все болело.

— Не будь ребёнком. Я никогда не ездила здесь на метро и хочу попробовать все, что полагается делать в Нью-Йорке.

— Правда?

— Правда. Нам нужно проводить дни не в роскоши время от времени, Итан. Иногда это хорошо.

— Хорошо, ты езжай на метро, а я возьму такси и встречу тебя там. Это будет одним из наших компромиссных дней.

Мы стояли на тротуаре и смеялись друг над другом.

— О, детка, когда я что-либо упоминала о компромиссах? Пойдём, мы едем на метро, — схватив его за рукав пальто, я начала шагать. Он неохотно последовал за мной.

— Ты же знаешь, что мы идём не в ту сторону?

— Итан!

Он схватил меня за талию и крепко поцеловал.

— Какая часть дня была твоей любимой? — спросила я Итана после того, как мы вернулись домой спустя несколько часов в Метрополитен-музее и, как это назвал Итан, исследовательского путешествия в Музей Соломона Гуггенхейма.

— Что ты имеешь в виду? Этот день еще не закончен, и я наслаждался всем, что мы делали.

— Я играю в эту игру с детства, подыграй мне, — сказала я. — Что тебе понравилось сегодня больше всего? Любимая вещь, которую ты увидел, или шаг, который ты сделал, или разговор, который у тебя был?

— Дайка подумать. Что-то одно?

— Я обычно выделяла три.

— Ну что ж, самые любимые три вещи за сегодня…первое, я рад, что увидел тебя в обуви на низком ходу. — Я заулыбалась. Он серьёзно? На низком ходу совсем не то. — И затем мне понравилось, как я поцеловал тебя на улице.

— Итан! Мы только что видели самое красивое искусство, которое когда-либо было сотворено. Все твои три любимых вещи за сегодня не могут быть лишь обо мне.

Он вздёрнул брови, смотря на меня.

— Ты выбираешь или я выбираю?

— Я хочу ответ без всякой херни.

— Те два ответа были без херни, Анна. Я бы не стал лгать тебе.

— Хорошо.

— Последней вещью из трёх на сегодня была картина. Веласкес. Та, что с его рабом. Это моя любимая картина там. Ощущение, что он пытается мне что-то сообщить через это полотно. То, что ему удалось изобразить — потрясает.

Его глаза смягчились, когда он говорил это, но его лицо осталось серьёзным.

— Тебе нравится искусство?

— Что невероятного в этом, так это то, что это был его предварительный забег перед портретом Папы. Он всего лишь практиковался, и вот что из этого вышло. Чертовски гениально!

— Ты был в Мадриде? Видел ту, что сотворил Пикассо…

— Менины, — закончил он и посмотрел на меня, кивнув. Там было что-то иное в его глазах. — Тебе нравится искусство? — он задал мне мой же вопрос.

— Немного. Лондон меня разбаловал, там столько всего. Мне нравится барокко — Караваджо, Рубенс и твой друг Веласкес. Ты видел картину Мальчик, укушенный ящерицей, когда был в Лондоне? Господи, я обожаю эту картину. Она крохотна, но потрясающая, — я поймала себя на черчении жестов в воздухе и тут же быстро опустила свои руки. Я посмотрела на Итана, пытаясь уловить его взгляд «она ведь сумасшедшая» на его лице, которое время от времени у него проскальзывало.

— Ты сейчас невероятно красива, как никогда прежде, Анна, — сказал он, и наши глаза встретились.

Мои щеки покраснели, и он уменьшил расстояние между нами, обнимая меня за талию.

— Мы можем остаться дома сегодня? — спросила я. — Или у нас другие планы на сегодня. Я бы очень хотела побыть с тобой вдвоём.

— Это звучит превосходно.

Он скользнул руками вниз по моей спине, и его член начал увеличиваться вдоль моего живота.

— Я, говорящая о геях и ящерицах, тебя завожу?

— Анна, — неодобрительно зарычал он тем тоном, от которого мне хотелось хохотать. Он сжал мою попку в своих руках и поднял меня. Я обхватила его талию ногами. — Пойдём, симпатичная обезьянка.

Неудивительно, что меня бросило в жар не из-за разговора о моём члене. Мне не требовалось много усилий, у меня практически всегда стоял, когда Анна была рядом. Но слышать, как она говорит об искусстве, узнавать, что она знает о картине Менины, и что ей нравится барокко — вот, что было чертовски горячо. Я никогда не представлял, что такое может быть с женщиной. Мозг Анны заводил меня не меньше, чем её тело. Она создавала для меня невероятный опыт каждый последующий раз.

— Что думаешь? — улыбнувшись, она взглянула на меня через плечо, пока стягивала со своей попки чёрное кружево.

Она настояла на том, чтобы мы переоделись в ванной, так что я старался быть терпеливым, несмотря на то, что был твёрд и смотрел на женщину, которая находилась в трёх шагах от меня и вот-вот собиралась переехать ко мне.

— Думаю, ты будешь выглядеть отлично и в мусорном мешке. Иди скорее ко мне.

Она осталась на месте и прошлась руками по своему телу, захватив прекрасные сиськи и сжав их вместе.

— Знаешь, что будет еще лучше смотреться здесь? — она взглянула на меня из-под своих ресниц.

— Мой член между ними?

Она закусила свою губу и кивнула. Потребовались неимоверные усилия, чтобы я остался на своём месте.

Она двинулась в мою сторону, на краю стола громко зазвенел мой телефон. Черт. Нужно просто игнорировать его. Я ожидал несколько подтверждений насчёт завтрашнего вечера. Все должно пройти идеально. Я быстро посмотрел на свои часы. Дерьмо, я не смогу позже перезвонить им, и, если сейчас не отвечу, потом будет слишком поздно. Анна смотрела на меня, не отрывая взгляд.

— Милая, мне нужно ответить, — сказал я, когда она взобралась на кровать и легла на спину. Я встал и схватил свой телефон.

— Делай, что требуется, детка, — произнесла она и скользнула своими пальцами к себе в трусики. — Все, что требуется.

Иисусе, кровь, устремившаяся к моему члену, вызвала головокружение. Я перемещал свой взгляд между её глазами и рукой, которой она начала вращать вокруг своего клитора. Черт, этот звонок не вовремя.

— Скотт, — рявкнул я в телефон.

Звонила женщина, которая организовывала завтрашний ужин. Черт, черт, черт. Анна выгнулась и застонала. Я ударил по каркасу кровати и направился в кабинет. Ей нельзя было это слышать.

Потребовалось около десяти минут, прежде чем мне удалось вернуться назад к Анне.

— Думаешь, нам нужно купить сюда телевизор? — спросила она, её настроение заметно изменилось.

— Когда я буду здесь находиться, то хочу лишь трахать тебя или же спать. Я не хочу стать одной из тех пар, которые в постели смотрят только телевизор. У кровати всего два предназначения. Кстати говоря, на чем мы остановились? Ты закончила без меня? — я стянул с себя футболку и быстро снял штаны.

— Без тебя никак. Я отчаянно жажду тебя.

— Отчаянно жаждешь?

— Еще с утра, когда ты вернулся с пробежки весь такой красивый, это вообще должно быть незаконным, — она надулась, и это выглядело чертовски мило.

Я не смог сдержать улыбку, осознав, что она хотела меня еще с самого утра.

— Чего ты так отчаянно хотела, чтобы я сделал с тобой? — спросил я, забираясь на её тело, прикрытое бельём. — Этого? — спросил я, ущипнув её сосок через бюстгальтер. Она кивнула. — И укусы? Тебе нравятся мои укусы, не так ли, красавица? Острая дрожь, которую приносит боль? — Схватив меня за руки, она переместила их ниже. — Ты хочешь, чтобы я ощутил тебя, красавица? — Она снова кивнула. — Скажи вслух.

— Я такая мокрая, Итан. Попробуй, какая я мокрая.

Найдя край её нижнего белья, я погрузился пальцами в девушку. Она была мокрой, как и сказала, ожидая, когда я вылижу её досуха. Я проник пальцами глубже, покрывая себя ей. Она извивалась от моих прикосновений, насаживаясь и отталкиваясь от меня, будто не могла решить, сможет ли принять их полностью.

Опустившись ниже, я стянул нижнее белье с её бёдер.

— Мне нужно ощутить тебя внутри, — прошептала она.

Я не смог проигнорировать просьбу девушки и засунул свой палец в неё, потирая внутренние мышцы.

— Нет, мне нужен твой член внутри, Итан, пожалуйста. Мне это необходимо, — захныкала она.

Иисусе, её мольба была слишком, я больше не мог сдерживать себя, даже если бы захотел.

— О, детка, ты получишь мой член, как только пожелаешь.

Я спрыгнул с кровати, стянул свои трусы и посмотрел прямо на Анну, затем схватил её и придвинул на край кровати.

— Ты этого хочешь? — я направил свой член в неё и начал водить им туда-сюда, ощущая всю её влагу.

— Итан, пожалуйста, — Анна захныкала ещё сильнее.

Я направил свой член к её входу. Она двигала бёдрами, пытаясь заполучить меня внутрь себя, но я держал её запястья так, что Анна не могла пошевелиться.

— Если я начну, уже не остановлюсь. Никогда, — предупредил я её.

— Никогда не останавливайся, Итан. Я хочу, чтобы ты трахал меня вечно.

Я не мог больше ждать. Я погрузил свой член в неё до самого конца, наблюдая, как у девушки перехватывает дыхание, а на лице появляется выражение удовольствия и похоти. Быстро выйдя, я вновь с силой погрузился в неё. Снова и снова. Быстро, жёстко, короткими рывками. Она не могла пошевелиться, ей оставалось лишь лежать и смотреть, как я погружаюсь в неё вновь и вновь.

— О боже, да! — закричала она.

Слышать, как она хотела меня, и что ей нравилось, заводило меня еще сильнее. Я любил её аппетит к сексу, ко мне. Это было невероятно.

Анна обвила мою талию ногами, она приближалась к оргазму. Я не мог долго сдерживаться, но вначале должен был ублажить её.

Я сжал её грудь, и девушка выгнулась в мою сторону.

— Итан, я уже близко. Не могу дождаться.

Я переместил свой взгляд с её лица на наши сплетённые тела. Я вновь взглянул на Анну, она наблюдала, как глубоко я проникал в неё.

— Господи, Итан, ты меня полностью заполняешь, — голос девушки надломился, и она достигла вершины. Приоткрыв рот, Анна посмотрела в мои глаза, когда оргазм охватил её. Я смотрел на неё так долго, сколько мог, пока сам не кончил и не рухнул на неё, уткнувшись лицом ей в шею.

Спустя секунды, минуты, часы я почувствовал, как Анна проводит пальцами по моему позвоночнику, и снова пришёл в себя.

Каким-то образом Итан всегда знал, чего я хочу. Мне нужен был он, быстро и жёстко, и это именно то, что я получила. Последние двадцать четыре часа выбили меня из колеи, но сейчас он напомнил мне, как хорошо нам вместе. Наш ужин с Эндрю и Менди, где было решено, что я переезжаю на другой континент, и Итан, который не мог выглядеть еще более счастливым, всё это предвещало прекрасные перемены. Затем сегодня, мужчина, который очень грубо отвечал на свои звонки, так легко находил любовь в искусстве. Я любила всё в нём. И это слишком ошеломляло.

Чем глубже мы с Итаном окунались в этот мир, тем лучше становился секс. Как будто ему удалось проникнуть в моё тело и посмотреть на меня изнутри. Это было потрясающе и ужасающе одновременно. Как будто я отдала ему всю себя, своё тело и свою душу.

— Ты восхитителен, — произнесла я, положив голову ему на грудь и водя пальцами вверх и вниз вдоль его живота.

— То же самое могу сказать и про тебя, — он перехватил моё запястье. — Прекрати, или я опять начну.

Мне удалось освободить свою руку, и я продолжила то, что начала. Мне хотелось ему отсосать. Мне нравилось чувствовать его у себя во рту, чувствовать его твёрдость.

Я села на колени между его ног, Итан застонал и раздвинул свои бедра еще до того, как я успела к нему прикоснуться. Держа его за бёдра, я взяла всю его длину в рот.

Взглянула на Итана, он упирался на локти и смотрел на меня. Он отреагировал незамедлительно, глубоко оказавшись в моем горле. Застонала и поймала его взгляд, я знала, что ему нравится, когда смотрю на него.

— Нет, Анна, — он оттолкнулся от меня, я не успела заметить, как оказалась спиной на кровати, а пальцы Итана уже были на моем клиторе.

— Итан, я хочу тебя у себя во рту.

— Я хочу быть внутри тебя больше. Я знаю, ты уже готова для меня, — он продолжил водить своими пальцами по моему клитору, а затем проник в меня. — Ты всегда такая мокрая, когда сосёшь мне, — он погрузился в меня уже в идеальном ритме. — Ты хоть представляешь, как это сексуально? Мне даже ничего предпринимать не надо, чтобы ты стала мокрой. Всего лишь нужно лечь и дать тебе сосать мой член, и ты уже готова для меня.

— Итан, перестань. Это слишком, — я закричала.

Я могла определить по его мышцам, что он сдерживается, делая все возможное, чтобы как можно дольше не кончать. Это было так хорошо, так правильно.

— Я никогда не остановлюсь, красавица. Я буду трахать тебя до конца наших дней.

Я обхватила его, пытаясь оказаться к нему еще ближе, ещё глубже, несмотря на свои слова. Я цеплялась за его плечи, мои ногти впивались ему в кожу, мне необходимо было чувствовать его. Ощущение моих ногтей на его коже усилило экстаз, удовольствие и боль сливались и умножались. Я развела ноги еще шире и двинула бёдрами навстречу так, что они столкнулись, кожа шлёпала по коже, плоть погружалась в плоть.

— Ну вот, красавица, я ощущаю, какая ты узкая, такая нуждающаяся, — он прикоснулся к моей щеке, затем облизал мои губы, заглушая стоны. Это было грязно и необходимо. — Посмотри на меня, я хочу видеть твои красивые глаза, когда тебя начнёт накрывать волна оргазма.

Я знала, что как только открою глаза, то потеряюсь в нём. Ощущение его прижимающего меня к кровати…ощущение его запаха — пот, смешанный с сексом — если я посмотрю на него, это окажется пределом. Но я не могла сопротивляться ему, поэтому медленно открыла глаза. Моё тело напряглось, затем задрожало, мои ногти впились в его спину. Я не могла больше сдерживаться.

— Итан, Итан, Итан, — закричала я.

Итан был уже на пике, стараясь оттянуть момент на секунды, чтобы понаблюдать за мной на вершине оргазма, как он любил. Его кровь закипала, передавая все тепло мне, он был потным и дрожащим, его челюсть сжалась, пока он проникал в меня.

— Ох, красавица, — застонал он, как только приземлился на меня.

В конце концов, наше дыхание слилось в унисон и утихло, но он вновь зашевелился. А мне вовсе не хотелось, чтобы он отодвигался. Мне нравилось, когда он был на мне сверху, тяжёлый и уязвимый, весь мой.

— Ты не против, если я останусь в тебе навсегда? — спросил он.

— Нисколечко, — прошептала я.

Он прижался к моей шее и провёл языком по всё ещё трепещущему пульсу.

— Ты такая вкусная, — промямлил он. — Я хочу пробовать тебя каждый день, вечность.

— Скоро, — сказала я, запрокинув голову так, чтобы у него появилось больше доступа.

Он воспользовался этим и впился зубами в мою кожу.

— Ты моя.

— Я твоя.

— Навсегда, — сказал он и укусил меня за шею.

В какой-то момент мы уснули, потому что проснулась я вся в поту, рука Итана все еще была обёрнута вокруг меня. Попыталась высвободиться незаметно, но это не сработало.

— Опять, красавица? — промямлил он и прижал меня еще сильнее к себе.

— Мне нужно в уборную, отпусти меня. — Он расслабился, и мне удалось выбраться из-под него.

Было уже начало девятого утра, когда я взглянула на часы. Мне хотелось многое успеть за сегодня, поэтому, когда я вернулась в кровать, я прильнула к Итану и начала водить по его полутвёрдому члену. В ответ Итан что-то невнятно пробурчал, его глаза все еще были закрыты. Обычно он просыпался раньше меня, поэтому видеть его таким уязвимым, было чем-то новым. Я нежно перевернула его на спину и села сверху, направляя рукой его член в себя.

— Черт, детка, — промямлил он, его глаза оставались закрытыми, пока я спускалась по его члену. Я ощущала его внутри себя, как постепенно он становился твёрдым, я издала маленький стон, продолжая двигаться вверх и вниз. Он всегда находился так глубоко во мне, когда я была сверху. Я сделала упор на стопы, насаживаясь на него как можно глубже и вращая своими бёдрами.

Глаза Итана мгновенно открылись.

— Черт!

Я улыбнулась ему.

— Это ваш будильник на восемь утра, сэр. Вы желаете чего-нибудь еще? — спросила я, опираясь на его живот ладонями и приподнимая себя выше.

Руками он схватил мои бёдра, вновь насаживая меня.

— Вы хотите меня на своём члене, сэр? Вы хотите быть глубоко во мне? — я позволила вернуть себя на его член, он подхватил мой ритм, вращая своими бёдрами так, что мне даже не приходилось двигаться.

— Иисусе, Анна, кто ты? Черт, — он бодро отвечал на мои толчки, широко открыв глаза, Итан наблюдал за мной и моим телом, он всегда контролировал мою реакцию в ответ на свои действия.

— Да, Итан, именно так, — закричала я, как только он стал погружаться в меня все быстрее и быстрее. Мне хотелось остаться в этом моменте навсегда, подниматься до пика, за секунды до блаженства. Я кончила и обрушилась на его грудь, пока он сжимал мою попку, удерживая меня на месте, не изменяя своего ритма, даря мне все больше и больше наслаждения.

Итан раздвинул руками мою попку.

— Ты хочешь меня здесь, детка? — прошептал он в мои волосы, проникая пальцем в мою дырочку.

— Да, хочу, о боги, — мысль оказалась настолько эротичной и реальной, что моё тело дало мне сигнал о приближающемся оргазме.

Он проник глубоко в меня и застыл.

— Анна, посмотри на меня.

Я не была уверена, что в силах двигаться, но приложила усилия и выпрямилась. Его пальцы кружили около входа в мою попку, затем один проник сквозь мышцы. Это было настолько невероятно, что я начала вращать бёдрами, чтобы сильнее ощутить его.

— Тебе так нравится? — спросил он.

— Мне нравится все, что ты делаешь со мной, — ответила я.

Я прекратила движение, еще один палец начал проникать в меня.

— И это?

— Мне хочется глубже, Итан.

Он улыбнулся и толкнулся бёдрами в меня, затем остановился и ещё глубже проник в меня своими пальцами. Он весь был во мне.

Я откинула голову назад в ответ на его движения и упёрлась руками в его грудь, насаживаясь еще глубже.

— Черт, Итан, я кончаю.

— Посмотри на меня, Анна.

Мы оставались неподвижными в этот интимный момент, когда наши взгляды соприкоснулись, нас затопило интенсивное удовольствие от того, что он был весь внутри меня.

— Иисусе, я собираюсь кончить очень сильно, — прорычал он, пока медленно вытаскивал свои пальцы, не прерывая нашего соприкосновения. Итан перевернул меня на спину и вновь глубоко погрузился в меня, наслаждаясь моментом. — Ты. Мне. Доставляешь. Неимоверное. Удовольствие, — сказал он, толкаясь в меня.

Это было именно тем, что я хотела от него услышать после того, как Итан заставил меня почувствовать себя так, как не получалось ни у одного мужчины до этого.

— Так чем вы, ребята, занимаетесь на Новый Год в течение дня? Фигурное вырезание по тыквам? — спросила Анна, когда я вернулся в спальню.

Я собирался заняться последними приготовлениями к сегодняшнему вечеру.

— Нет, мы не вырезаем ничего из тыкв на Новый год, только на день Благодарения.

— Хм, что же вы тогда делаете?

Я задумался. Неужели были какие-то традиции, о которых я напрочь забыл?

— Ничего. Мы можем опять побыть туристами. Или поблудить по городу.

— Что, совсем ничего? Даже сегодня?

— На сегодня я забронировал для нас столик в ресторане. Если люди не тусуются, то, скорее всего, смотрят бой курантов на Таймс-сквер по телевизору.

— Мы тоже будем этим заниматься?

— Зависит от тебя, ты хочешь стоять на улице и мёрзнуть с трёх часов дня, чтобы зарезервировать себе место?

— Это звучит совсем не весело.

— Я даже представить себе такого не могу. У нас будет отличный вечер.

— Я знаю, он всегда отличный, когда я с тобой.

Звонок в дверь раздался как раз перед тем, как моё сердце взорвалось.

К моему счастью, Анна еще не собралась, поэтому мне удалось без препятствий и лишних подозрений забрать посылку у курьера от Гарри Винстона. Я взял конверт в кабинет и закрыл дверь так тихо, как только смог. Мне нужно было увидеть кольцо, и я не мог позволить Анне застукать меня с ним.

Я не сомневался, что оно ей понравится, хоть продавцы и заверили меня, что мы сможем выбрать что-то другое, если это кольцо не подойдёт. Оно было более простым, нежели то, что изначально для меня выбрала женщина за прилавком — просто обычное кольцо с квадратным бриллиантом. Я не думал, что Анне понравится слишком вызывающее кольцо. Она не любила выставлять все напоказ. Да, это кольцо ей точно подойдёт.

Мой желудок скрутило от нервов. Я действительно не хотел облажаться. Я хотел, чтобы все было идеально. Я хотел, чтобы она вернулась в Лондон с моим кольцом на пальце.

— Ты прав, там абсолютно холодно. Как такое возможно? — спросила Анна, как только мы сели в карету с лошадьми в Центральном парке.

— Если лошадь начнёт гадить в тот пакет, мы немедленно останавливаемся и отправляемся домой, — ответил я.

Анна засмеялась.

— Просто переключи своё внимание на этот жуткий холод, это уж точно займёт твои мысли от пакета с какашками прямо перед тобой.

— Мы уже закончили со всеми этими туристическими штучками?

— Да, опыт подсказывает, что нужно остановиться. Я думала, все будет более романтично, чем оказалось на самом деле. Но холод и какашки погасили весь блеск.

— Мы можем сделать что-то романтичное позже, — ответил я.

— Ты самый романтичный мужчина на земле.

— Знаешь ли, твой сарказм не всегда заводит меня.

— Я сказала это без сарказма, — ответила Анна, придвинувшись ближе ко мне. — Я серьёзно. Для меня романтика это когда нет никакой лишней херни, когда не играют в игры и когда относятся ко мне с уважением. Кто-то, кто любит меня и не просто говорит об этом постоянно, но и показывает свою любовь поступками. И ты все это делаешь, Итан. Мне больше ничего от тебя не надо, только это.

Я поцеловал её в лоб.

— Значит, это означает, что мы, наконец, можем выбраться из этой тележки?

Она засмеялась.

— Да, мы можем сойти. Как только проедем мост.

К моему счастью, по мосту мы ехали еще несколько минут. Затем прошлись до центральной точки и сделали привал у перил напротив воды. Поверхность пруда была неподвижна, а вокруг стояла тишина, словно весь мир замер, пока мы наслаждались этим моментом.

Анна повернулась, обняла меня за талию и посмотрела мне в глаза.

— Это идеально. Я думаю, мне здесь понравится.

— Я думаю, мне понравится, что ты здесь.

Возможно, не стоит ждать вечера и сделать предложение прямо сейчас?

— Давай бывать здесь чаще, — сказала девушка, и момент улетучился. — Может, это станет нашей новой традицией, скажем, на каждое воскресенье или что-то вроде. Ты будешь толкать сюда моё кресло-каталку, когда я состарюсь и не смогу ходить.

Это было её мимолётным видением на наше совместное будущее, картинка, которой она не так часто делилась.

— Договорились. Мне нравится, что у нас будут свои маленькие традиции. Пойдём, солнце уже заходит, и скоро похолодает.

— Пойдём домой, — кивнула она.

Мы поймали такси и направились в сторону дома.

— Ты так и не сказал, какие планы у нас на вечер. На сколько у нас зарезервировано? — спросила Анна, когда мы вернулись.

— Нам нужно покинуть квартиру около восьми. — Я решил сделать предложение как раз перед полуночью. У меня были кое-какие планы на сегодняшний вечер, но никакого соглашения с самолётом, который бы нёс баннер с вопросом или кольца на дне бокала. Я хотел, чтобы все прошло как можно интимнее. Только между нами.

Анна остановилась, посмотрела на меня и тихо сказала:

— Я бы хотела увидеть Нью-Йорк сегодня вечером, затем вернуться сюда, взять все подушки, одеяла и пледы, свалить все это на пол, выключить свет, лечь на нашу гору покрывал, смотреть на реку и слушать шум города с тобой…голыми.

— Можем так и сделать.

— Правда? Это никак не нарушит твоих планов? Ты разве не планировал отправиться на какую-то большую и гламурную вечеринку? Я не против.

— Я не планировал вечеринку. Сегодня все только для тебя и меня.

Я была рада, что сегодня мы не пойдём ни на какую гламурную тусовку. Я, конечно, взяла с собой вечернее платье в пол на всякий случай, но раз мы собирались только на ужин, я предпочла что-то попроще, поэтому выбрала более обыденный наряд — сатиновую юбку-карандаш с высокой талией и прозрачную шёлковую блузку с длинным рукавом. Я даже сделала себе причёску, сначала накрутила волосы, а затем слегка их заколола. Закончив собираться, я положила кое-какую косметику в клатч и пошла на поиски Итана. Я почти столкнулась с ним, когда он выходил из своего офиса.

— Я готова.

— Ты выглядишь невероятно, — сказал он, протянув руку и схватив меня за попку.

— Ты и сам неплохо выглядишь. — На самом деле я имела в виду, что он выглядел настолько красивым, что моё сердце могло просто так остановиться. Он был в костюме, но без галстука. Казалось, что он выглядел еще лучше, если такое возможно. — Мне нравится, когда твои волосы длиннее, как сейчас, — сказала я, проводя своими пальцами по его волосам, пока он целовал мою шею.

— Тебе понадобится твоё пальто. Перчатки и шарф.

— Спасибо, папа.

— Анна, — зарычал он.

Итан арендовал машину, и мы отправились в ресторан.

К моему удивлению мы остановились возле входа в Тайм Уорнер. Думала, что мы направлялись в Мандарин Ориентал.

Я посмотрела на Итана, и он улыбнулся. Итан взял меня за руку, и мы вошли внутрь. Мы так и не отправились в отель. Вместо этого он повёл меня в ресторан под названием Per Se.

— Думаю, тебе понравится вид, который открывается отсюда. Это немного ниже, чем вид из номера, но тоже красиво, и я знаю, что тебе понравится.

— Итан, это красиво и продумано, и… спасибо.

Нас посадили за маленький столик в углу возле окна. Нам открылся ошеломляющий вид на Центральный парк и Колумбус-Серкл.

— Ты тут раньше бывал?

Он покачал головой.

— Нет, но всегда хотел прийти. У меня никогда не было предлога, до сегодняшнего вечера. И сегодня кажется идеальным днём, чтобы разделить это с тобой.

— Да, ты прав. Это действительно идеально.

У меня в животе летали бабочки. Этот вечер ощущался таким важным. Итан действительно идеально продумал выбранное место.

— Стоит ли нам выпить по бокалу шампанского? — спросил он.

Кивнула головой с большим энтузиазмом.

— Можно бутылку? — спросил он у официанта. — Ты в порядке? — поинтересовался Итан, когда мы остались одни.

— Да, конечно. Немного странно вернуться сюда.

Он кивнул.

— Туда, где все началось? Это всего лишь ужин, а позже ты переезжаешь сюда.

— Возможно, мы сумасшедшие? — спросила я у него. — Может, все это немного сумасшествие? — сказала я вслух, моё сердце выпрыгивало из груди.

— Что ты имеешь в виду под сумасшествием?

— Мой переезд в Нью-Йорк и наше совместное проживание. У меня была работа, есть друзья и семья в Лондоне, и вот, я собираюсь начать все заново в Нью-Йорке. Просто говорю, что все это кажется немножко сумасшедшим.

— Ты переживаешь? Думаешь, что не хочешь этого?

Я глубоко вздохнула и задумалась над вопросом. Переживала ли я? Я покачала головой.

— Я не ощущаю волнения, глубоко в сердце я знаю, что это правильное решение, но я имею в виду, если смотреть на это со стороны, не зная, что я к тебе чувствую, то кажется сумасшедшим. Понимаешь?

Я подумала о том, что все происходило слишком быстро. Возвращение сюда будто обострило всё и сфокусировало. Мне нужно было успокоиться. Не то чтобы я не смогла справиться с чем-то, если все пойдёт не так, как планируется, правильно? Если я всё продумаю, то смогу справиться с худшим сценарием событий. Если мы с Итаном расстанемся, когда я сюда перееду, то я буду чувствовать себя лучше.

Итан не ответил, только взглянул на меня. Я не могла понять, о чем он думал.

— И то, что у меня нет работы. Или мы женимся, не дай бог.

— Не дай бог?

— Да, я имею в виду, что все будет нормально. Не могу дождаться.

Итан молчал, я потянулась к его руке, и он сжал её, пока смотрел на вид из окна.

— Прости. Просто мысли вслух. Мне не стоило все это начинать. Просто странно сюда вернуться, вспомнив наше начало, я не фильтровала, что говорю.

— Я не хочу, чтобы ты думала, что сказать. Я тебе уже говорил. Мне нужно, чтобы мы говорили, и я рад, что ты рассказала всё это, — произнёс он.

Что-то промелькнуло в его голосе, дав мне понять, что, несмотря на то, что он хотел, чтобы я с ним говорила, его разочаровало то, что я сказала.

— Это не значит, что у меня есть сомнения. Ни о тебе, ни о нас, Итан.

Он сжал мою руку и поцеловал в уголок губ, что заставило меня растаять.

— Не дай бог, — сказал Итан.

Я потеряла счёт блюдам после пятого.

— Я никогда не ела ничего подобного, — сказала я. — Думаю, у них работает какой-то волшебники на кухне.

— Волшебник? — Итан поднял брови.

— Думаю, да. Простому человеку не под силу приготовить что-то подобное. Это волшебство. Это то, чего ты ожидал?

— В какой-то мере. Намного лучше, потому что я ем это с тобой.

— Ничего себе, у тебя все фразы заготовлены.

Он засмеялся.

— Думаю, я потерял парочку по дороге сюда.

— Неужели?

— Значит, по дороге домой мы сделаем небольшую остановку, чтобы встретить Новый Год, а затем отправимся домой, чтобы сконструировать Эверест из перьев в гостевой и разденемся до гола. Звучит отлично? — спросил он.

— Конечно. Где будем встречать Новый Год?

— Увидишь.

Я заулыбалась.

— Не могу поверить, что улетаю домой уже завтра.

— Время пролетело быстро. Но ты скоро вернёшься. Ты обещаешь, что поговоришь с ними о периоде отработки?

— Я обещаю.

— Потому что, если они не сократят его до одного месяца, то я вмешаюсь.

— Итан, ты никуда не будешь вмешиваться. Я сама со всем разберусь. Тебе и так есть, чем заняться, например, расчистить место в шкафу.

— Мы можем отправиться за покупками, когда приедешь, если хочешь.

— Зачем? Что тебе нужно?

— Ну, если ты захочешь что-то поменять или купить новую мебель.

— Я люблю твою квартиру такой, какая она есть. Зачем мне покупать туда что-то новое?

— Я хочу, чтобы это была наша квартира.

Я улыбнулась.

— Нам, скорее всего, понадобятся новые подушки после сегодняшней ночи.

— Ну что ж, мисс Анна. Еще один вид перед тем, как мы отправимся домой.

Проследила за его взглядом вверх, пока выходила из машины, и поняла, что машина высадила нас возле Эмпайр-стейт-билдинг.

— Я знаю, что ты была тут с Лией, но ночью здесь по-другому.

— Добрый вечер, мистер Скотт, — произнёс швейцар, когда мы зашли в фойе.

Я посмотрела на него. Швейцар знал его имя? Внутри было тихо, только персонал, глазеющий на нас.

Мы направились в сторону лифтов, которые держали для нас. Я взглянула на Итана, но его глаза смотрели прямо, он взял меня за руку.

— У тебя есть хорошие друзья, — сказала я ему, когда двери лифта закрылись.

Он улыбнулся и посмотрел вниз на меня, но ничего не сказал. Мы вышли прямо на основную смотровую площадку на восемьдесят шестом этаже. Я услышала, как Тони Беннетт поёт «Манхэттен». Осмотревшись, я не увидела ни единого человека вокруг. Это всё только для нас двоих? Это место было закрыто? Видимо, только не для нас.

Возле дверей стоял маленький столик, на котором находились ведёрко со льдом, бутылка шампанского и два бокала.

— Не могу поверить, ты всё это сделал, Итан. — Он пытался побороть улыбку на своём лице, пока мастерски открывал бутылку шампанского.

— Я хотел, чтобы твой первый Новый Год в Нью-Йорке был правильным. Отсюда ты сможешь увидеть своё будущее.

— Наше будущее, — сказала я, переводя дыхание. — Ты замечательный, и мне так с тобой повезло, — удалось произнести мне.

— Ты все неправильно поняла, это мне с тобой безумно повезло, — сказал он, подав мне бокал шампанского, затем слегка поцеловал в губы.

Итан взял меня за руку, и мы отправились на смотровую.

Я открыл дверь, и на нас обрушился холодных воздух.

Это должно было произойти. Время подходило к полуночи, и коробочка с кольцом в моём кармане ощущалась, словно в огне. Все останется так, как есть. Не дай бог, я сделаю ей предложение. Не дай бог.

— Сильно холодно? — спросил я, пока мы обходили смотровую, останавливаясь в самых лучших местах.

— У меня есть ты, чтобы согревать меня. И здесь слишком красиво, чтобы обращать внимание на что-то другое. Это невероятно. Как тебе удалось заполучить это место только для нас?

Это было непросто, и точно не дешёвое удовольствие, но оно абсолютно того стоило, хотя бы раз в жизни.

— Я хотел, чтобы сегодняшний день был особенным, я же тебе говорил.

Я не давил на Анну из-за её недавнего откровения. Она имела в виду, что не хочет выходить замуж вовсе или только за меня? Все это было похоже на херню? Я знал, что она любит меня. Я чувствовал её любовь, но не ожидал такого. Я хотел жениться на ней. Я хотел, чтобы она носила моё кольцо и говорила всему миру, что принадлежит мне. Черт.

Я почувствовал, что девушка смотрит на меня, даже не поднимая на неё глаз, я наклонился и поцеловал Анну в уголок губ.

— Поцелуй меня как следует, Итан, — прошептала она, запустила свои пальцы в мои волосы и прижалась ближе. — Мне показалось, что я тебя потеряла ненадолго. — Её язык прошёлся по моим губам, я закрыл свои глаза и поцеловал Анну в ответ.

Она была права, мне необходимо ощутить её, попробовать. Я приоткрыл рот, и она толкнула свой язык к моему. Анна была такой вкусной. Она всегда ощущалась хорошо.

— Ты никогда меня не потеряешь. Я твой настолько, насколько пожелаешь, — сказал я, отрываясь от поцелуя.

— Настолько долго, что будешь катить моё кресло через мост в парке?

— Дольше.

— Настолько долго, чтобы помнить вещи, которые я начну забывать?

— Я и так уже это делаю.

— Ты прав, — сказала она задумчиво. — Ладно, настолько долго, что я не смогу снять свой лифчик, иначе моя грудь будет доставать до пола? — Уголки моего рта приподнялись. — Даже не думай сказать, что уже так и есть.

— Дольше.

— Настолько долго, что наши правнуки отправятся в колледж?

— Дольше, — у меня болело в груди, но все же я смог выдавить из себя это единственное слово. Значит, завести детей это нормально, иметь внуков нормально, но только не замужество?

Нашу игру в вопрос-ответ прервали гудки и крики людей, фейерверк и просто всеобщая радость.

Анна взяла меня за руку, посмотрела на часы, а затем на меня:

— С Новым годом, Итан, — сказала она, улыбаясь.

Я обнял её за талию и придвинул ближе к себе:

— С Новым годом, Анна.

Окончательно замёрзнув, мы отправились домой. Анна выглядела довольной нашими продвижениями по городу, а я был рад, что смог сделать её счастливой, но все же рассчитывал, что этот вечер закончится немного иначе.

— Ты в порядке? — спросила Анна, неся в руках подушки и одеяла из спальни, затем положила их на пол.

— Я всегда в порядке, когда с тобой.

— Ладно, раз ты уверен.

Я вовсе не был уверен. Что-то тяжёлое весело в области желудка.

— Конечно, я просто буду скучать, вот и все.

— Первым делом, как вернусь в офис, я поговорю со своими боссами. Я вернусь так скоро, что ты даже и не заметишь, и тогда тебе уж точно не отвязаться от меня.

— Не могу дождаться, — сказал я, пытаясь дать ей убедительный ответ, который требовался.

Мой телефон завибрировал на столе рядом со мной. Эндрю и Менди звонили.

— Ты будешь отвечать? — Анна посмотрела на меня.

Я покачал головой:

— Нет, пусть сегодняшний вечер будет только наш. — Менди точно хотела знать, как все прошло с предложением руки и сердца. Мне было нечего ей рассказать.

— Мы можем вот так валяться всю ночь голышом?

— Позже ты будешь молить меня, чтобы лечь спать.

— Могу поспорить, что не буду, — поддразнила меня Анна и начала расстёгивать свою блузку.

Этот спор я с удовольствием приму.

Если бы я задержался немного дольше, Менди, наверное, позвонила бы в 911, но по пути из аэропорта были ужасные пробки.

— Привет, — сказала она, когда открыла дверь и сразу же вручила мне стакан виски. — Я подумала, тебе это будет необходимо.

— Спасибо, — сказал я и выпил все за два глотка. — Можно мне зайти?

— Господи, конечно. Проходи, проходи.

Я последовал за Менди на кухню, где она забрала мой стакан и налила еще.

— Привет чувак, — сказал Эндрю, как только увидел меня.

Я выдавил из себя улыбку, упал на барный стул и провёл руками по своим волосам.

— Я не знаю, что чувствовать.

— Расскажи нам, что случилось. Она сказала «нет»? — спросила Менди.

У меня было около трёхсот пропущенных звонков от Менди за последние сутки, я написал ей сообщение по дороге в аэропорт, что все пошло не так, как я планировал. Она ответила, чтобы я ехал к ним сразу после аэропорта. Сначала я хотел напечатать, что поеду сразу домой, но потом понял, что мне понадобится компания. Мне нужен был кто-то, чтобы помочь понять, что произошло и что все это значило.

— Я не сделал предложение.

— Итан! — воскликнула Менди. — Она идеальна для тебя. Ты не мог просто так изменить своё решение.

— Менди, дорогая, просто выслушай его, — прервал её Эндрю.

— Она сказала, что не хочет замуж еще до того, как я успел её спросить об этом. Что мне следовало сказать? Я знаю, что ты не хочешь замуж, но очень хочу, чтобы ты вышла за меня, ведь я уже купил кольцо, так что, может быть, ты поменяешь своё решение по этому поводу?

— Она сказала, что не хочет выходить за тебя замуж? Ты уверен? — спросила Менди, нахмурившись.

Я пожал плечами и сделал еще один глоток виски.

— Что конкретно она сказала?

— Я точно не помню, все в таком тумане, мы говорили про её переезд в Нью-Йорк, и могу точно сказать, что она была взволнована этим. Она говорила очень быстро, и её фильтр практически исчез. Затем она спросила, правильное ли это решение, Анна сама отвечала на свои собственные вопросы, затем она сказала, что, по крайней мере, у неё есть работа, и она же не собирается за меня замуж, а затем, эту часть я помню чётко, она сказала: «Не дай бог». Да, она сказала: «Не то чтобы мы женимся, не дай бог», а потом она говорила уже о чем-то другом.

Я поднял глаза с бокала на Менди, она сердито смотрела прямо на меня.

— Ты раньше с ней обсуждал тему замужества? Детей, собаку? Ты раньше слышал от неё что-то похожее?

Я сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, пока обдумывал ответ на её вопрос.

— Нет, мы старались больше жить настоящим. Она не хотела говорить о будущем, пока мы жили в Лондоне. Затем решили попробовать отношения на расстоянии, и вдруг, это самое будущее оказалось прямо здесь, и я понятия не имел, что происходит. Я просто предположил, что раз она готова переехать ко мне в Нью-Йорк, значит, она готова к моему предложению руки и сердца, черт возьми.

— Еще виски, — Эндрю кивнул Менди, и она торопливо налила еще один полный бокал.

— Мне не кажется, что она не хочет за тебя замуж, — сказала Менди.

— Менди, она сказала: «не дай бог». Разве что я разучился понимать английскую речь, и это означало: «Итан, я отчаянно хочу быть твоей женой и матерью твоих детей».

— Я имела в виду, что это не относится только к тебе.

Количество выпитого виски ударило мне в голову, и мне потребовалось пару лишних секунд, чтобы обдумать её слова.

— Я не думаю, что это имеет такое большое значение, — в итоге сказал я.

— Может быть, она просто не верит в институт брака? — сказал Эндрю.

— Ерунда! Это полная хрень, — сказал я, допивая третий бокал виски.

Мне не удалось поспать в самолёте, но я вернулась домой, приняла душ и отправилась в офис. Я не хотела будить Итана, поэтому написала ему сообщение, что приземлилась. В следующий наш разговор я хочу сообщить ему, что уже согласовала дату своего последнего дня в компании. Это значит, что у меня есть времени до одиннадцати часов, чтобы всё решить с начальством.

Как только я села за свой стол телефон завибрировал.

— С Новым годом, — сказала я Лие, как только взяла трубку.

— И тебя с Новым годом! Как все прошло? Вы ходили на вечеринку?

— К счастью, нет, — и продолжила рассказ о самом прекрасном вечере за всю историю.

— Он арендовал крышу Эмпайр-стейт-билдинг только для вас двоих? — спросила Лия.

— Да, это было превосходно. Холодно, но превосходно. Огни города так захватывали, и мы слышали крики толпы внизу. Это было очень особенно.

— Ничего себе! Словно в кино, когда парень собирается сделать предложение руки и сердца.

Мой желудок скрутило.

— Он не делал мне предложения, Лия, не глупи.

— Я серьёзно! Он не сделал тебе предложения? Как по мне, идеальное планирование.

Мой мозг начал прокручивать в голове все события вечера, это и правда был идеальный вечер и такой романтичный. Но мы не поднимали тему замужества.

— Не может быть! Я не заинтересована в женитьбе, и Итан это знает.

— Ты бы сказала ему нет? Теперь ты глупишь.

— Лия, мне некогда говорить об этом. Он не делал предложения. Мне нужно поговорить с Полом насчет моего срока отработки, так что поговорим позже. — Лия и я договорились поужинать сегодня вечером. Я положила трубку и направилась в офис к Полу.

Сказала бы я нет? Могла ли я отрицать, что Итан это моё все?

Я подумаю об этом позже. Мне нужно сосредоточиться на своей убедительной речи для Пола, что мне не нужно отрабатывать аж целых три месяца.

— С Новым годом, Анна, — сказал Пол, как только моя голова показалась в его дверях.

— С Новым годом, Пол. У тебя есть пять минут?

— Только если ты собираешься сказать, что передумала и вместо увольнения просто берёшь перерыв.

По выражению его лица, я знала, что он не ждёт от меня этого.

— Да, насчет этого. На самом деле я не поменяла своего решения. И, кажется, я уже нашла работу в Нью-Йорке. И это займёт кучу времени, нужно организовать переезд и решить все вопросы, поскольку это начало года, к тому же сейчас у меня в офисе мало работы, поэтому я хотела поинтересоваться, могли бы вы обдумать и посмотреть, если такое возможно…

— Успокойся! Ты обычно более красноречива, чем сегодня, Анна, — сказал Пол улыбаясь. — Ты не хочешь отрабатывать все три месяца?

Я кивнула.

— Ты уходишь в другую юридическую компанию?

— Нет, главным юристом в отели Палмерстон, я думаю. Еще ничего окончательно не решено.

Пол кивнул.

— Звучит интересно, Анна. Ну что ж, это не конкурирующая фирма, и работы сейчас, и правда, не так много. Но нас ждёт очень занятая четверть. Дай мне время подумать и поговорить с остальными партнёрами, потом я дам тебе знать.

— Большое спасибо. Я буду признательна любой помощи.

Я практически вылетела из кабинета в коридор. Это звучало хорошо. Будет отлично, если я получу ответ к моему следующему разговору с Итаном.

Обычно в первую неделю января все болтали с коллегами и пытались как можно дольше не приступать к работе, но я составила список дел, которые необходимо было сделать, прежде чем покинуть компанию, я хотела уйти как можно скорее. Мой секретарь возненавидит, потому что я завалю её работой аж до ленча.

К середине дня я все еще ничего не слышала от Итана, поэтому отправила ему сообщение.

А.: Говорила с Полом. Он думает. Полагаю, все будет хорошо. Я тебя люблю.

И.: Хорошо. Немного с похмелья, поговорим позже. Люблю тебя.

Похмелье? Итан никогда не страдал похмельем. Где он был прошлой ночью?

Прежде чем я успела его спросить, в мой офис зашла Люси.

— Птичка нащебетала мне, что ты увольняешься.

— Так и есть, — я очень хотела сказать ей, что ухожу и буду жить вместе с Итаном Скоттом, объектом её похоти все предыдущие четыре месяца. Но я не хотела все усложнять для Итана.

— Тебе сделали предложение, от которого ты не смогла отказаться? Я слышала, некоторые компании предлагают на двадцать процентов больше, чтобы переманить к себе работников. Тебе сделали хорошее предложение?

— Я ухожу не из-за денег. Я переезжаю в Нью-Йорк.

— Нью-Йорк? — поперхнулась она.

Я кивнула.

— Работать?

Я точно не буду скучать по Лондону, хотя бы только из-за Люси.

— И жить, да.

— У тебя новая работа в Нью-Йорке?

— Да.

— Что ж, я, возможно, тоже там буду. Мы так близко работали с ним, что я, скорее всего, получу назначение, на которое отправила заявку, — заявила она.

Я подняла бровь и улыбнулась, я научилась этому жесту у Итана.

— Удачи! — сказала я.

— Правда будет классно! Будем вместе в Нью-Йорке, одинокие шикарные девушки.

— Может, ты к тому моменту уже будешь в отношениях с Итаном? — добавила я.

Это было по злому, и мне не следовало это говорить, но я не смогла удержаться.

— Хорошо подмечено. Я, скорее всего, буду занята в его компании на всех вечеринках и ужинах. Думаю, мне, все же, удастся впихнуть тебя в свой плотный график.

— Ну что ж, просто дай мне знать, Люси. Прости меня, но мне нужно сделать звонок.

Люси развернулась и пошагала к выходу моего офиса.

Я провела остаток дня, погрузившись в работу. Моё сердце и мой мозг витали в облаках, а сейчас мне нужно было вернуться в колею.

Когда я покинула офис в полвосьмого, там еще оставалось несколько человек. Большинство моих коллег справлялись с их клиентами быстро и продолжали бездельничать в честь праздников и уходили раньше.

Я шла на встречу с Лией. Погода в Лондоне была холодной, но не настолько, как в Нью-Йорке. У меня проскочила мысль, что я до сих пор ничего не слышала от Итана. Достала телефон и стянула перчатку, чтобы было легче набрать его номер.

Он не отвечал, поэтому я сбросила звонок, не оставив никакого сообщения. Затем подумала, что все же хочу оставить сообщение и сказать, что поговорила с Полом, поэтому позвонила еще раз.

Он ответил после второго гудка:

— Анна? Что случилось?

— Ничего. Я ожидала, что будет голосовая почта. Я звонила, но ты не взял трубку.

— Я на встрече. Я не могу просто взять трубку, — он был в бешенстве и обеспокоенным.

— Я знаю. Я не хотела прерывать, — я сделала паузу, ожидая, что он что-нибудь скажет, но он молчал. — Я просто хотела оставить тебе сообщение.

— Ну, я уже взял трубку. Что случилось?

Он никогда не говорил со мной так, на отрез. Так безразлично. У меня перехватило дух, и я еле выдавила из себя слова:

— Ничего, я просто…я говорила с Полом, и думаю, он не против сократить мою отработку. Но это не срочно. Мы можем поговорить об этом вечером.

— Ладно. Я позвоню тебе позже, если получится. Сегодня будет очень долгий день. Мне пора идти.

— Хорошо, пока. Я тебя люблю.

— Пока.

— Итан?

— Да?

— Ты в порядке?

— Да, занят.

— Ладно, — сказала я, и он повесил трубку.

Я поняла, что стою неподвижно, и люди обходят меня со всех сторон. Что только что произошло? Даже когда Итан был занят или чем-то обеспокоен, он никогда не вёл себя со мной так. Он никогда не был так груб. Может быть, Ал все же написал на него жалобу из-за нас и политики компании? Но почему тогда он злится на меня?

Что-то было не так, я чувствовала это.

Я напечатала сообщение.

А.: Я волнуюсь за тебя. Ты звучал очень озабочено. Тебе поможет моё обнажённое фото?

Это ведь его точно подбодрит? Я улыбнулась и спрятала телефон назад в свой карман и продолжала идти в ресторан, чтобы встретиться с Лией.

Я сорвался на Анне и ненавидел себя за это. Повёл себя как полный мудак. Но я не мог избавиться от чёрной тучи, нависшей над моей головой, и какая-то часть меня винила её за это. Все повторял себе, что это похмелье, но дело было вовсе не в нём. Неужели то, что она не хотела за меня замуж, настолько большая проблема? Мы определённо могли быть просто счастливыми и без женитьбы. Но неожиданно, каким-то образом, это превратилось в большую проблему.

— Даниэль в уборной. Ничего, что он тоже пришёл? — спросила Лия, наливая мне белое вино в бокал.

— Конечно. — Хоть я и хотела, чтобы присутствовала только Лия. Мне нравился Даниэль, но всё ощущалось иначе, когда нас было трое.

— Ты в порядке? — спросила Лия.

— Да, просто… Итан очень занят, он сорвался на мне по телефону. Знаю, я слишком реагирую, но он никогда раньше так не вёл себя со мной, а тот факт, что он далеко, делает все еще хуже, — в моем горле пересохло, и я глотнула вина. — Возможно, все это становится слишком серьёзным, и он начинает сомневаться?

— Он без ума от тебя. Он не сомневается. Все будет хорошо. Поговори с ним позже.

Даниэль вернулся к столу и поцеловал меня в щеку.

— Что происходит? — спросил он. — Ты уже назначила дату переезда?

— Я все еще жду ответа. Я говорила с Полом, и он всё обдумает, но его настрой показался мне положительным.

— Я очень буду по тебе скучать! — сказала Лия.

— Господи, Лия, не надо. С моим настроением я начну реветь, и тебе придётся тащить меня домой.

Даниэль кинул мрачный взгляд на Лию.

— Я постоянно бываю в Нью-Йорке, ты всегда сможешь поехать со мной. Вы будете часто видеть друг друга.

— С настроением Итана, он, скорее всего, все отменит, и я застряну здесь при любом исходе.

— Не глупи, — сказала Лия. — Он собирался сделать предложение тебе, я более чем уверена в этом. — Затем Лия рассказала Даниэлю всю историю про Новый Год, как Итан арендовал всю крышу Эмпайр-стейт-билдинг. — Тебе не кажется, что так делают, когда собираются сделать предложение? — спросила у него Лия.

— Но он не сделал предложение? — спросил Даниэль.

Я покачала головой.

— Только потому, что он сделал что-то продуманное и романтичное, еще не значит, что он собирался сделать мне предложение. И, в любом случае, у меня нет намерений выходить замуж.

— Нет? — Даниэль посмотрел на меня с удивлением.

— Нет, никаких. Я никогда не видела смысла. Так много людей в итоге не счастливы или разводятся. Разве не более романтично оставаться вместе, потому что вы вдвоём этого хотите, чем просто потому, что вы подписали какие-то документы? — Даниэль смотрел на меня так, будто я его почти переубедила. — И, в любом случае, мне ненавистна вся идея брака, — продолжила я.

— Вот я, например, парень, и не ненавижу идею замужества, — сказал Даниэль. — Я считаю, что это важно, иметь возможность сказать миру и друг другу, что вы любите и готовы провести остаток жизни вместе. Я не знаю, что бы я чувствовал, если бы Лия не хотела за меня замуж. Это правда, мне нет разницы, какая будет свадьба и прочая ерунда, но женитьба, это совсем другое.

— Да, но ведь ты Даниэль Армитаж, ты не как все парни.

— Разве Итан входит в большинство парней? — спросила Лия.

— Я даже не знаю, зачем мы говорим об этом. Он не делал мне предложения. Мы никогда это не обсуждали, а после сегодняшнего разговора это вообще маловероятно. — Я судорожно проверила свой телефон. Он так и не ответил на предложение об обнажённом фото. Что-то точно не так.

— Ну, во всяком случае, судя по крыше Эмпайр-стейт-билдинг только для вас двоих на Новый Год, он точно хочет, чтобы ты была счастлива, — сказал Даниэль. — И это может означать только что-то хорошее.

Когда я вернулась в квартиру, от Итана всё ещё не было ответа. Я хотела позвонить ему, но не хотела опять его беспокоить. Поэтому решила набрать Менди. В Нью-Йорке было около шести часов, так что, скорее всего, она должна быть дома, а Эндрю еще на работе.

— Привет скорый житель Нью-Йорка, — воскликнула Менди, ответив на звонок.

Я не смогла сдержать улыбки.

— Привет, звоню, чтобы поздравить тебя с Новый годом. Тебе удобно говорить?

— Конечно! С Новым годом. Мне так приятно, что ты позвонила. Как ты себя чувствуешь после полёта? Ты уже определилась с датой переезда?

— Даты еще нет, но я надеюсь, что мне не придётся отрабатывать три месяца. Я узнаю всё точно через пару дней. Но я уже начала паковать вещи в офисе, а завтра начну паковать квартиру.

— Ты звучишь не очень воодушевлённо.

Это так. Я чувствовала тяжесть.

— Ну, ты же знаешь, что многое предстоит.

— Итан отчаянно не может дождаться, когда же ты переедешь.

— Хмм, наверное.

— Что ты имеешь в виду под «наверное»? Конечно же, он ждёт. Этот мужчина готов на все ради тебя. Он горы свернёт.

— Мне так не показалось, когда мы до этого с ним говорили. Думаю, у нас была первая перепалка. А может, и нет, и я все преувеличиваю.

— О чем вы спорили? О Новом годе?

— Нет, а что с Новым годом?

— Тогда о чем вы спорили?

— Он просто сорвался на мне и сказал, что я отвлекаю его, и что у него похмелье. Но что ты имеешь в виду под Новым Годом? — Она избегала ответа на мой вопрос?

— Да, он выпил слишком много виски вчера.

— Он был с тобой?

— И Эндрю, он приехал к нам сразу после того, как проводил тебя в аэропорт. — Почему он не рассказал мне про поход к Эндрю и Менди? Это было так на него не похоже. — Анна?

Я не знала, что ответить. Что-то было не так, но я никак не могла понять, что именно. Менди подтвердила, что у него похмелье. Я знала, что сегодня у него должен был быть тяжёлый день. Тем не менее, своим поведением мудака, он разбивал моё сердце.

— Да, я здесь. Менди, расскажи мне про Новый год. О чем мы могли спорить на Новый год? Я знаю, что ты друг Итана, но мне нужно, чтобы ты рассказала, какой кусок этой головоломки я упускаю?

— Я люблю вас обоих, ребята. Я хочу, чтобы у вас все получилось.

— Менди, — предупредила я.

— Анна, он меня убьёт, если я тебе расскажу.

— А если не расскажешь, то убью тебя я. — Мои мысли метались. У него был секретный ребёнок или гомосексуальное прошлое? Что мне сейчас скажет Менди?

— Иисусе, Анна, если ты скажешь ему, что это рассказала тебе я, то я тебя убью. Как насчет этого?

— Я не скажу. Я обещаю. Пожалуйста, смилуйся надо мной и расскажи.

— Он собирался сделать тебе предложение. В ночь Нового Года. — Черт. Лия была права. — Анна?

— Я все еще здесь. На Новый год? А почему не сделал?

— Видимо, ты сказала ему ранее тем вечером, что не хочешь замуж.

— Когда ранее? — Мы даже не говорили о замужестве.

— Я точно не знаю. Он собирался сделать предложение на крыше Эмпайр-стейт-билдинг, значит, где-то до этого.

— Я не говорила, что не хочу за него замуж, я даже об этом не думала. Я просто не понимаю идею замужества. Это для меня не важно, но я думала, что Итан знал об этом. Он серьёзно собирался сделать мне предложение?

— По фото кольца, я бы сказала, что он никогда прежде не был так серьёзен.

— И теперь он в бешенстве. Я его ранила, — это был не вопрос, а факт. Если подумать, то после того вечера всё изменилось. Он казался отдалённым и отвлечённым. А я не обратила внимания.

— Итан все думает, хотите ли вы оба одного и того же. Тебе просто нужно с ним обо всем поговорить. Я знаю, что ты чувствуешь к нему. И глубоко в душе он чувствует то же самое. Я напомнила ему, что ты переезжаешь в другую страну ради него, но он сфокусировался лишь на том, что ты не хочешь за него замуж.

В тот момент больше всего на свете я хотела иметь возможность тут же переместиться в Нью-Йорк. Мне нужно было все объяснить ему.

— Спасибо, что рассказала мне. Слава богу, ты это сделала. Пожалуйста, не говори ему, что мы с тобой об этом разговаривали. Я все исправлю.

Я достала свой blackberry из кармана и начала писать письмо Полу, говоря, что для меня очень важно уйти из компании как можно скорее, и, что мне нужна неделя отпуска, даже если они не смогут отпустить меня к концу этой недели.

Затем я снова достала свой телефон и написала Итану.

А.: Я тебя люблю. Скучаю.

Я не могла позволить Итану усомниться в моих чувствах.

Затем я достала свой ноутбук и купила билет в одну сторону до Нью-Йорка на эту субботу. У меня есть четыре дня, чтобы упаковать всю свою жизнь. Если меня не отпустят с работы по контракту раньше, я возьму больничный или отпуск за свой счёт или придумаю что-нибудь ещё.

Я подпрыгнула, когда на телефон пришло сообщение.

И.: Хорошо. Я тоже.

Я улыбнулась, глядя на слова. Не ожидала, что он ответит, учитывая его настроение, и это обрадовало меня.

А.: Я говорила с Полом. Он поговорит с остальными партнёрами. Я уточню всё завтра.

Прежде чем я положила телефон, он зазвонил. На экране высветилось имя «Секс Бог».

— Привет, красавчик. Как похмелье? — ответила я.

— Привет. Не очень. Я поехал вчера к Эндрю и Менди и выпил слишком много виски.

— Как бы мне хотелось быть с тобой, я бы набрала тебе ванную и сделала массаж головы.

— Да? — он звучал уставшим. — Я бы тоже хотел, чтобы ты была тут.

— Правда? Ты был довольно груб со мной сегодня.

— Я знаю. Прости. Просто много чего происходит…

— Я думала, у нас есть правило, что мы всем делимся. — Мне очень хотелось, чтобы он был уверен в нашем будущем. Я хотела Итана без всякой херни.

— Просто скучные рабочие будни.

Мне было интересно, это первый раз, когда Итана врал мне?

Ненавидел врать ей. Но мне нужно было время. Казалось, раньше мы хотели одного и того же в жизни, до этого момента. Мне нужно было поговорить с ней о нашем будущем, и это не телефонный разговор.

Решил выйти на пробежку. Я провёл большую часть вечера в своём домашнем офисе, пытаясь разобраться с горой электронных писем, и не преуспел в этом. Пробежка должна была прояснить мои мысли. Я переоделся и вышел. На улице стояла тишина. Обычно я бегал по утрам, так что это было в новинку для меня. Стоило надеть шапку. Было намного холоднее, чем я ожидал. После температуры в квартире на улице казалось ещё холоднее, чем было на самом деле. Я выбрал свой маршрут, разогрелся и начал пробежку в сторону Вашингтон Сквер Парк. Я бежал по знакомому мне маршруту, не думая о работе, не думая об Анне. Я просто сосредоточился на своём дыхании, пока не установил нужный ритм.

Почему никто не сказал всем этим разогретым людям, что на улице холодно и пора идти домой. Все были разбросаны по скамейкам, словно на улице лето. Я улыбнулся, увидев парочку, которая о чем-то спорила, но по-прежнему держалась за руки.

Я посмотрел вниз и увидел, что левый шнурок развязан. Остановился возле одной из пустых лавочек и понял, что моё дыхание стало тяжелым.

— Итан? — полузнакомый женский голос окликнул меня.

Я поднял глаза и увидел Клариссу, она шагала в мою сторону. Я встал и поцеловал её в щеку.

— Привет, Кларисса. Давно тебя не видел.

— Да, аж с лета. Как дела? Как работа?

— Все хорошо, — ответил я, размахивая руками в воздухе.

— Как Менди и Эндрю?

— Они в порядке. Я виделся с ними вчера. Как ты? Что ты тут делаешь? Ты же живёшь в другой части города.

— Ты запомнил, — она улыбнулась мне, словно это был секрет. Мы трахались пару лет назад. Это было на одну ночь, но мы продолжали сталкиваться в обществе. — Я была в баре с друзьями, хотела пройтись через парк, прежде чем поймать такси домой. Мне нравится здесь в это время суток.

Я кивнул.

— Это одно из моих любимых мест.

— Ты мог бы отправиться со мной, если хочешь? У меня дома есть отличный виски, — сказала она.

Мой желудок скрутило только от одной мысли об этом.

— Я вместе с Анной. Ты ведь с ней встречалась, верно?

— Ах да, — сказала она. — Девушка с Хемптонса. Думаю, я помню её. Но она же сейчас не здесь и… — она скользнула вниз по моему левому предплечью и взяла меня за руку, — и я не вижу кольца.

Я сделал шаг назад от неё.

— Там не обязательно должно быть кольцо, Кларисса, — я посмотрел на нее, чтобы убедиться, что она понимает, что я имею в виду. — Там не обязательно должно быть кольцо, — повторил я. — Всего хорошего, — я направился вон из парка.

И вот. Ответ, который я так давно не мог найти. Мне не нужно было жениться на ней. Я хотел её навеки, и одно кольцо не могло гарантировать этого. Мне просто нужно было каждый день убеждать её, снова и снова, быть со мной. Это я мог.

Я проверил свои часы. Было уже за десять. Слишком поздно или слишком рано, чтобы звонить ей, но туча надо мной рассеивалась. То, что она не хотела за меня замуж, вовсе не означало, что я не смогу убедить её провести свою жизнь со мной. И я хотел, чтобы наша жизнь началась как можно скорее.

Мне нужно было найти тихий уголок в аэропорту и позвонить Итану, он написал мне и спросил, что я буду делать. Он все еще не знал, что я прилетаю. Мне хотелось сделать ему сюрприз. В конце концов, я направилась в магазин Gucci и притворилась, что выбираю сумку. Надеюсь, Итан не догадается, где я нахожусь.

— Привет красавица, — ответил он.

Его настроение изменилось за эту неделю. Все стало намного лучше, но я хотела удостовериться лично. Я пребывала в восторге от предвкушения нашего совместного будущего.

— Привет, красавчик. Что делаешь? Почему не спишь? — В Лондоне было раннее утро. Он не спал допоздна.

— Уже скоро. Мне просто нужно закончить с отправкой писем.

— Звучит, как бурный вечер пятницы, мистер Скотт.

Он засмеялся.

— Что ты делаешь? Ты сегодня с Лией?

— Я сейчас похожу по магазинам, потом отправлюсь домой и лягу спать пораньше.

— Я буду загонять тебя рано в постель каждый день, когда ты переедешь.

— Это обещание?

— Это гарантия.

— Я поверю тебе. Чем будешь завтра заниматься? У тебя есть планы? — я даже Менди не сказала, что прилечу, так что Итана может и не быть дома, когда я приеду примерно в обед по его времени в субботу.

— Работа. Пойду на пробежку. Затем думал позвонить риэлтору.

— Риэлтору?

— Агенту по недвижимости, как угодно. Посмотреть, что есть на рынке. На случай, если ты решишь куда-нибудь переехать.

— Я люблю твою квартиру.

— Нашу квартиру. Я хочу, чтобы мы жили в нашей квартире. Ты больше не в гостях. Я также заказал тебе кредитку.

— Ты заказал?

— Да. Все моё — твоё.

— Я возьму лишь твой член — это все, что мне нужно.

— Ты сумасшедшая.

— Ты меня любишь.

— Люблю. Давай, я позвоню тебе завтра. Мне нужно закончить с делами и лечь спать.

— Конечно. Я тебя люблю.

— Люблю тебя.

Я положила трубку и заулыбалась как дурочка.

Улыбка не сходила с моего лица весь полет через Атлантику. Я скоро вернусь, чтобы упаковать всё оставшееся и попрощаться, но сейчас я направлялась к своему будущему.

Даже хмурый водитель такси, от которого пахло жареной курицей, и который выглядел будто не мыл волосы еще с 1987 года, не мог испортить моё настроение. Он затащил мой чемодан на тротуар или на обочину, как сказала бы я, и не предложил мне забрать сдачу. Ну и пусть. Я была на месте и радовалась этому.

Время уже подходило к полудню, а я все еще разгребал почту. Мне удалось побегать и принять душ, но я всё равно был полностью в работе. Когда Анна приедет, мне нужно будет уделять ей много внимания, особенно в первые недели. Я надеялся, что до этого хоть немного разберусь со всеми делами.

Мой телефон зазвонил, и на экране высветилось фото моей девочки.

— Привет, красавица, — ответил я.

— И тебе привет. Как прошло твоё утро?

— Дерьмово. Весь в работе. Как прошёл поход по магазинам? Что-то купила? Погоди секунду, кто-то звонит в дверь. Иисусе, швейцар там спит что ли? Кто, черт возьми, меня беспокоит?

Я открыл дверь, и моя чертова челюсть отпала до пола, когда я увидел в дверях Анну.

— А если у меня есть кофе и булочки? Я технически тоже тебе надоедаю?

— Что за херня? — я схватил её и крепко прижал к себе.

— Можно я поставлю этот кофе, чтобы тоже быть в состоянии обнять тебя как следует? — пробурчала она в мою грудь.

Я освободил её из своих объятий, она подала мне кофе и начала заносить два огромных чемодана из коридора.

— Что ты здесь делаешь? — спросил я.

— Я слышала, тебе нужен сосед по квартире?

— Анна, — предупредил я её.

— Что ж, я думала, мы договорились жить вместе, так что я как бы заезжаю.

— Ты заезжаешь?

— Да.

— Сейчас?

— Разве что ты предпочтёшь, чтобы я осталась в гостинице.

До меня дошло, что я до сих пор стою в проходе.

— Давай мне все это, — сказал я, отдав ей кофе и начав заносить вещи внутрь. — Ты здесь навсегда? Ты закончила работу? — спросил я, после того как занёс два огромных чемодана.

— Да, я закончила работу вчера. Пол сообщил мне во вторник. Меня разрывало, я так хотела тебе рассказать, но все же решила сделать сюрприз.

— Я даже не мог такое предположить. Но все же я бы предпочёл знать заранее. Спланировал бы что-нибудь.

— Например? Приветствующий баннер?

Я приподнял бровь, схватил её, запрокинул к себе на плечо и понёс в спальню, пока она пищала. Кинул Анну на кровать и прижал её руки, чтобы она не смогла пошевелиться.

— Я соскучился, — сказал я, смотря на неё.

— И недели не прошло с тех пор, как я уехала.

— Все равно я скучал. Прости, что был ворчуном, когда ты уехала. — Всё нормализовалось. Но у меня так и не хватило смелости вернуть кольцо. Может, я отправлю его Рори. Но я, наконец, понял, что женитьба не изменит её желания провести со мной всю жизнь.

— Я рада, — сказала Анна. — Мы можем сначала сходить в душ? У меня был длинный перелёт.

Я наклонился и усыпал её поцелуями от одного угла губ к другому. Прежде чем я закончил, она приоткрыла рот, и наши языки сплелись.

Я оттолкнулся от неё и спрыгнул с кровати.

— Быстро в душ. Мне осталось отправить еще одно письмо, и я встречу тебя здесь через две минуты.

Я перечитывал письмо в офисе, перед тем как отправить его, когда Анна позвонила мне. Сделав две маленькие поправки, я отправил письмо и быстро отправился назад в душ, надеясь застать Анну голой и абсолютно мокрой, во всех смыслах этого слова.

— Иди сюда, — позвала она меня из душевой кабинки. — Моя грудь очень грязная.

Я улыбнулся и стянул с себя майку и штаны.

— Господи, ты такая чертовски идеальная, — сказал я, зайдя в душ и пробежав глазами по всему её телу.

Девушка обняла меня за шею.

— Мне бы хотелось немного меньше слов и немного больше действий, — сказала она мне и улыбнулась.

— Я предупреждал вас насчет цитирования Элвиса, мисс Анна, — сказал я, прижав её к стенке душа и погрузив свои пальцы между её ног.

— Итан, — захныкала она, когда я начал вращать пальцами по её клитору так, как ей нравилось. Она нашла рукой мой член и посмотрела вниз. — Я хочу тебя внутри себя, Итан.

Ей не нужно было просить меня дважды. Я схватил её за попку, поднял, прижав спиной к стене, и вошёл в неё.

— Черт, — закричала она, и её пальцы впились в мою кожу. — Я забыла. Даже если это было меньше недели, я забыла, насколько ты большой.

Иисусе, она определённо знала, когда и что сказать, я толкнул себя в неё глубже. Она сжала меня внутри в ответ.

— Ты готова быть жёстко оттраханной, красавица? — я высунул свой член, и её губы открылись в идеальное «О», затем я проник в неё еще глубже, настолько глубоко, насколько возможно. Её стопы упёрлись в мои бедра, направляя меня глубже и глубже в неё.

— Быстрее, Итан. Ты мне нужен.

Дальше всё происходило как в тумане. Звуки воды между нами, соприкосновение нашей кожи, её тяжёлое дыхание, наша кипящая кровь, мой язык в её ушке. Я трахал её без остановок.

Она схватила меня за волосы, когда я начал целовать и покусывать её грудь. Как только мои зубы дотронулись до её плоти, она начала кончать, тихо и слабо дыша. Я почувствовал невероятную силу, что могу вот так быстро довести её до такого состояния. Эта мысль возбудила меня еще больше, и я кончил в нее.

— Ты всегда это делаешь так хорошо, детка, — сказала она, все еще дрожа от удовольствия, пока вставала на пол.

— Я хочу помыть тебе волосы, — предложил я.

Она села в душе на лавку и улыбнулась мне. Я помыл её голову шампунем, затем кондиционером, взял мочалку и начал тереть маленькими кругами по всему её телу от шеи до кончиков пальцев на ногах.

— Мистер Скотт, а вы можете делать это каждое утро перед работой?

— Тебе придётся это заслужить, — подразнил я её.

— Я сделаю все, что попросишь. Абсолютно все, — сказала она. Анна звучала серьёзно, серьезнее, чем когда-либо.

В ответ я поцеловал её легко в губы. Анна сидела на лавочке в душе и наблюдала, как я быстро помылся и выключил душ. Я замотал её в полотенце и дал еще одно для волос. Обернув полотенце вокруг своих бёдер, я заметил, что Анна серьёзно смотрит на меня.

— Ты в порядке? — спросил я.

Она кивнула.

— Тебе нужна расчёска? — поинтересовался, ища расчёску по всем тумбочкам, пока не заметил пятно на зеркале. Вот только это было не пятно. Я вновь посмотрел. На запотевшем стекле было выведено пальцем «Женись на мне».

Моё сердце забилось быстрее. Это я написал? Нет. Я ничего не понимал. Я опёрся рукой на умывальник. Я не мог заставить себя повернуться, поняв, что происходит. Анна обняла меня сзади и положила руки мне на талию.

— Эй, — промямлила она мне в спину. — Повернись.

Я сделал глубокий вдох и повернулся к ней лицом. Она вскинула голову, чтобы посмотреть на меня.

— Это то, чего ты хочешь? — спросил я.

Она кивнула.

— Я хочу тебя навсегда. Я хочу делать тебя счастливым.

— Кто тебе сказал? Менди? — спросил я. Это уж точно не было совпадением.

— Я делаю это по одной лишь причине — я хочу замуж за тебя.

Я зарычал. Это было то, что я хотел услышать, но догадывался, что это не вся история. — Анна, я знаю, что ты не хочешь замуж.

— Я бы сказала да. Если бы ты сделал мне предложение на Новый год. Я бы сказала да.

— Давай без херни.

Держа Анну в объятиях, я повёл её спиной в спальню.

— Никакой херни. Я бы сказала тебе да. Я бы никогда не смогла отказать тебе, Итан.

— Но ты не хочешь выходить замуж. Ты сказала в ту ночь, что не хочешь замуж. Если моя память меня не подводит, твоими точными словами было «не то чтобы мы собирались пожениться. Не дай бог».

— Черт, это то, что я сказала?

Я кивнул. Слова не выходили у меня из головы.

Подвинувшись, Анна легла ко мне лицом.

— Это то, что я всегда чувствовала. — Я застыл, не хотел больше слушать ни слова о том, как ей не хочется замуж. — И так я себя чувствовала ровно до того момента, как узнала, что ты собирался сделать мне предложение. — Я не двигался, не мог пошевелиться. — Я никогда не хотела большую и белую свадьбу. Я никогда не была одной из тех девочек. Одна только мысль ужасала меня. И я никогда не ассоциировала замужество со счастьем. Мои родители, казалось, были вместе только потому, что так было нужно, нежели хотели. Я видела стольких людей, которые попросту тратили своё время в несчастливых отношениях или просто были разведены. Я не хочу этого. Когда я узнала, что ты собирался сделать мне предложение, я поняла, что это не про нас. Мы не несчастны, и я не верю, что мы когда-нибудь станем такими. Пока мне не нужно надевать большое белое платье и шагать по аллее — я хочу замуж за тебя. Я хочу выйти за тебя замуж, потому что хочу быть с тобой вечность и хочу, чтобы об этом знал весь мир. Даже больше чем все это, я просто хочу делать тебя счастливым, во что бы то ни стало, вот так я хочу замуж.

Я, наконец, нашёл в себе силы заговорить.

— Это не может произойти только потому, что этого хочу я, Анна.

Она опёрлась на свои локти и посмотрела на меня. Девушка положила свою руку мне на грудь, на моё сердце.

— Я хочу сделать тебя счастливым. Это достаточно хорошая причина для меня, чтобы сказать тебе да. Я сделаю для тебя все, Итан. Но на самом деле, я хочу этого для нас двоих. Я хочу сообщить миру, что я — твоя, а ты — мой. Я никогда не думала, что изменю своё мнение, но с тобой все по-другому. Я никогда не думала, что буду настолько везучей, и у меня будет то, что есть у нас.

— Хорошо, — сказал я.

— Хорошо?

— Я женюсь на тебе, раз уж ты попросила вежливо.

Она улыбнулась.

— А мне достанется кольцо? Я слышала, что ощущения классные.

Я засмеялся, закинув голову.

— Ладно. Я понял. Ювелирные изделия могут быть очень убедительными, да?

Она ткнула меня в ребра.

— Я сделала за тебя всю работу. Я задала вопрос. Думаю, мне полагается вознаграждение.

Я прижал её к матрасу и поцеловал в губы.

— Возможно, я уже вернул его.

Она нахмурилась.

— А ты вернул?

— Пойдём. — Я слез с кровати и стащил её за собой. — Надень что-нибудь.

Я протянул ей халат, который она оставила у меня в прошлый раз, и натянул свои боксеры, затем взял её за руку.

Мы дошли до моего офиса. Я посадил её на стол, а сам сел в кресло.

Она смотрела на меня в ожидании. Я не мог сдержать смех.

— Давай, давай, — поторапливала она, хватая пальцами воздух.

Я наклонился к последнему ящику в столе и достал красную коробочку с кольцом.

Её глаза засверкали, когда мы вдвоём посмотрели на эту красную коробочку.

Наконец, я взял её и положил на свой стол рядом с ней.

Она хлопнула меня по колену.

— Ну же, покажи мне.

Медленно я открыл коробку, обнажая кольцо, которое так старательно для неё выбирал. Моё сердце выпрыгивало из груди.

— Вау.

— Вау?

— Оно огромное.

Я поцеловал её в шею.

— Я знаю, но оно все равно простое. Я не думаю, что тебе понравилось бы что-то гламурное.

— Оно идеально. Я бы не смогла выбрать ничего лучше. Ты это напрокат взял? Если это опять что-то из жанра «Красотка», потому что я его не отдам, — сказала она.

— Тебе нравится? — спросил я её, не сумев понять её реакцию.

— Так ты серьёзно? — начала она вращать пальцами у моего лица. Я засмеялся, схватил её руку и надел кольцо ей на палец левой руки.

Кольцо идеально подходило ей.

Она смотрела то на меня, то на кольцо. Я не видел ничего, кроме её прекрасного лица.

Анна была чертовски идеальной, и она станет моей женой.