Я возвращаюсь в квартиру и надеваю своё платье для вечеринки. Клянусь богом, если я увижу Тео сегодня вечером, выскажу ему всё, что я об этом думаю.

Мы находимся здесь всего лишь десять минут, а Гарри уже флиртует с какой-то блондинкой, которую я не знаю. Приём проходит в отеле «Шордитч». По сути всё организовано в помещении на крыше здания, где находится открытый бассейн, двустворчатые двери открывают вид на бассейн, за ним видна потрясающая панорама города. Здесь представлены сливки общества. Но всё намного скучнее, чем на последней вечеринке, на которой я была. Люди в коктейльных нарядах бесцельно слоняются вокруг бассейна, потягивая шампанское из бокалов. Я сажусь на один из белых диванов, окружающих бассейн, пытаясь ни с кем не общаться. Стеклянный барьер высотой в десять футов (прим.ред. 3,5 метра) окружает верхнюю часть здания. Предполагаю, что это обычные меры предосторожности, когда пьяные люди выходят на крышу здания. За стеклом я вижу самое захватывающее зрелище. Солнце только начинает садиться, раскрашивая город в красные и сиреневые оттенки. Мягкие звуки джазовой музыки поглощают шум вечеринки. Мимо проходит официант и предлагает мне ещё один бокал шампанского. Я беру два. Отлично. Просто не забывай подходить ко мне.

Рядом со мной садится Гарри.

— Вот ты где. Прячешься? — ухмыляется он.

— Что-то вроде этого. Кого-нибудь подцепил?

Он показывает салфетку, на ней что-то написано.

— Получил её номер. Хотя, скорее всего, я не буду ей звонить. — Он пожимает плечами.

— Тогда зачем прилагать столько усилий, если ты не собирался звонить ей?

— Моё самоутверждение, сестра, мужское эго, — улыбается он. Я закатываю глаза.

— Вы, мужчины, такие странные существа.

— Ты выглядишь подавленной, Лилс. Что случилось? — Он игриво толкает меня в руку.

— Ничего. На данный момент я просто ненавижу всю эту суету. Разве ты не слышал последних новостей? Я официально превратилась в отвратительную суку. — Я наклоняю голову к нему.

Он смеётся.

— Ты не отвратительная, но ты – сука. И потом, всем известно, что вечеринка – лучший способ излечиться от таких мыслей. На самом деле это была бы крутая вечеринка, если бы её участники смогли вытащить палки из своих задниц достаточно надолго, чтобы оценить её.

Я смеюсь.

— Вряд ли мы можем ожидать таких чудес.

— Тогда давай просто напьёмся и устроим собственную вечеринку здесь, в уголке. — Он начинает изображать, как важные персоны расхаживают среди мелких сошек. Господи.

— Хватит, ты похож на чьего-то отца. Остановись. — Он ухмыляется, когда я толкаю его локтём. — И к тому же я не могу напиться на рабочем приёме.

— Послушай, всегда найдётся тот, кто напьётся. Возможно, сегодня это будешь ты. — Он вскидывает бровь. — Обещаю, что остановлю тебя, когда ты попытаешься сделать что-то слишком возмутительное.

Я вздыхаю.

— Хорошо. Давай выпьем за это. — Я чокаюсь своим бокалом шампанского с его бутылкой пива. — Напьёмся, но не в хлам. Просто хорошенько выпьем. — Я указываю на него пальцем, чтобы уточнить. Гарри фыркает и опускает бутылку с пивом на стол. Почему я доверяю своему брату удержать меня от поступков, за которые потом могло бы быть стыдно?

Сегодня вечером множество клиентов присутствует здесь. Для фирмы это хорошая возможность умаслить их и продвинуть свой дальнейший бизнес. Я не думаю, что такого рода вещи интересны для Тео, но знаете, как говорят: надейся на лучшее, готовься к худшему. Я злюсь на него за всё, что связано с Кэсси, но это не моё дело. Вся ситуация такова, что я понятия не имею, как с этим справиться, и у меня нет ни малейшего желания иметь с этим дело в ближайшее время.

Я вынуждена покинуть своё убежище, когда мистер Симмонс машет мне. Прекрасно. Гарри просто отмахивается от меня, прижимаясь практически вплотную к ещё одной блондинке. Слишком много усилий, чтобы повеселиться на собственной вечеринке.

— О, Лилли. Мистер Харди здесь. Он хотел поговорить с тобой. — Старик смотрит на меня серьёзным взглядом. Расшифровка: заставь его остаться нашим клиентом. Жестом он показывает мне на Харди, пока он разговаривает с другим мужчиной. Харди высокий, одет в смокинг, который делает его ещё более впечатляющим. Это широко известная истина, оденьте любого привлекательного мужчину в дорогой смокинг, и вы получите конфетку. И Харди здесь не является исключением.

— Вероятно, я должна пойти и поговорить с ним, — говорю я мило. Симмонс улыбается, когда я направляюсь к Харди, который, как мне кажется, разговаривает с одним из старших адвокатов.

— Ах, Лилли. — Он улыбается, когда видит меня. — Прошу извинить меня, — говорит он мужчине, с которым разговаривает. Мне знакомо его лицо, но понятия не имею, кто он. Я стараюсь придерживаться рабочей этики.

— Мистер Харди. — Я посылаю ему свою самую очаровательную улыбку.

— Пожалуйста, просто Джеймс. — Он достаточно энергичен для образа опытного и зрелого мужчины.

— Джеймс. Я хотела лично извиниться за ситуацию с выкупом акций «Уайетт», — говорю я искренне, стараясь задействовать всё своё очарование и шарм.

Он отмахивается от меня.

— Это бизнес, Лилли. Я не имею ничего против тебя.

— Спасибо, я это ценю. Мне ненавистна мысль, что я могла тебя обидеть. — Я делаю глоток шампанского. Мне понадобится алкоголь, если придётся и дальше целовать его в задницу.

— Давай присядем, — предлагает он, указывая на один из диванов.

— Э-э, конечно. — По крайней мере, лучше я поболтаю с ним, чем буду напиваться где-нибудь в тихом уголке. Конечно, предпочтительнее выпить, но, вероятно, менее полезно для моей карьеры.

На середине рассказа о том, как я пришла работать на фирму, я чувствую присутствие Тео. Я не могу объяснить, как это происходит, просто я чувствую, что он рядом. Возможно, я просто настроена на его волну, или, может быть, его эго настолько велико, что у него есть собственное энергетическое поле. Я думаю, что последнее.

Я не могу сопротивляться тому влиянию, что он оказывает на меня. Я поворачиваюсь и оглядываюсь через плечо. Как и следовало ожидать, вот он, Теодор Эллис. Как назойливая муха, он, бл*дь, везде! Кажется, что он высасывает всю энергию из атмосферы, пока я не могу дышать. Он одет в смокинг, святой боже. Как ему удается выглядеть похожим на произведение искусства? Как вообще возможно кому-то выглядеть так горячо?! Серьёзно. Его глаза тут же выхватывают меня из толпы, как будто я только что позвала его по имени. Он впивается в меня взглядом, и я не могу отвести глаза. Он устанавливает надо мной контроль одним только взглядом. Наконец наше противостояние взглядов прерывается, когда Тео переключает своё внимание на женщину рядом с ним, которую я даже не заметила до этого. Я бегло скольжу по ней взглядом, и она пристально смотрит на меня. Она симпатичная блондинка, но в ней нет ни стиля, ни вкуса. Она принадлежит к определённому сорту женщин, с такой я скорее ожидала бы увидеть Хьюго, а не Тео. Она цепляется за его руку, и это заставляет меня хотеть расцарапать её чёртово лицо. Очевидно, он понимает это. Моя грудь сжимается, и я сосредотачиваюсь на дыхании. Я знала, что в какой-то момент это произойдёт, но видеть всё своими глазами это совсем другое дело. Чёрт, мне нужно убираться отсюда. Тео снова ловит мой взгляд и посылает мне лёгкую улыбку. Я отворачиваюсь от него.

Джеймс встречается со мной взглядом, прежде чем его глаза скользят поверх моего плеча.

— Ты должна быть осторожна с такими людьми, как Эллис, — тихо говорит он.

— Прошу прощения? — Я чуть не поперхнулась. Не слишком ли много личного?

Он выдыхает.

— Ты хорошая девушка, Лилли. Ты мне нравишься. — Думаю, хорошая – это не то слово, которое подходит для моего описания. — Ты достойна лучшего.

— Эм, мы не вместе.

Он смеётся.

— Судя по тому, как он смотрит на тебя, я думаю, у него может быть другое мнение на этот счёт.

— Послушай, мне очень жаль, что он приходил в твой офис. Это было настолько возмутительно.

— Это мужчина, который хочет то, чего он не может получить. Властные мужчины доходят до крайности, в стремлении получить то, что они хотят.

— Наличие денег не даёт ему права быть мудаком, — бормочу я в свой бокал шампанского. Он громко смеётся. — Извини, это было непрофессионально.

— Совсем нет, — ухмыляется он. — Я думал, что Эллис это тот парень, которого хочет каждая женщина. — Он потягивает шампанское из бокала.

— Это сложно. — Я качаю головой. — Давай просто скажем, что он тот, о ком мать предупреждает своих дочерей.

Он улыбается.

— Матери предупреждают своих дочерей обо всех мужчинах. В конце концов, мы все простые создания. — Я киваю в знак согласия.

— Это правда.

Я снова оглядываюсь через плечо и нахожу Тео, прислонившегося к открытому дверному проёму. Его спутница что-то говорит ему, но он, кажется, игнорирует её. Его глаза устремлены на меня, и я чувствую, как будто моя кожа горит. Я быстро отвожу от него свой взгляд.

Я смотрю, как взгляд Джеймса скользит поверх моего плеча, а затем возвращается ко мне. Он улыбается, и я улавливаю вспышку жалости в его глазах.

— Лилли, может потанцуем? — спрашивает он.

— Это зависит от многого, — ухмыляюсь я.

— От чего?

— Ну, ты действительно можешь танцевать? Потому что, если бы я захотела оконфузиться, я бы станцевала со своим братом. — Я устремляюсь к танцполу, где Гарри шаркающей походкой ведёт в танце первую блондинку.

Он усмехается.

— Ну, я точно лучше твоего брата.

Я поднимаю бровь.

— В твоём случае это не поможет.

Он усмехается и качает головой.

— Пожалуйста, Лилли. — Он протягивает мне руку. Я закатываю глаза и принимаю её. Он ведёт меня через пространство возле бассейна в здание, где расположен бар и танцпол. Гарри развязно подмигивает мне, когда я прохожу мимо него.

Мне даже не нужно оборачиваться, чтобы понимать, что глаза Тео устремлены на меня. Я практически чувствую, как они прожигают дыру в моей спине.

Джеймс берёт меня за руку, другую руку кладёт на мою спину. Проникновенный голос Майкла Бубле льётся из динамиков. Он прав, он лучший танцор, чем мой брат.

— Знаешь Лилли, я бы с удовольствием как-нибудь отвёз тебя на ужин, — говорит он через несколько минут.

Я вежливо улыбаюсь. Джеймс привлекательный мужчина. Вероятно, он лет на пятнадцать лет старше меня, но он в хорошей форме. Симпатичный, с хорошими манерами, не мудак... и всё же, я не чувствую ничего. Меня он абсолютно не привлекает. Я танцую с ним, но моё сердце полностью сосредоточено на человеке, который, я инстинктивно это чувствую, стоит в углу комнаты, наблюдая за мной. От него не захватывает дыхание, Джеймс не заставляет моё сердце биться быстрее. Теперь, когда я испытала такие эмоции, я хочу только этого. Тем не менее, Джеймс порядочный мужчина, поэтому я соглашусь.

— Это было бы здорово, — вежливо улыбаюсь я. Он усмехается.

— Отлично. У меня есть твой номер. Я позвоню тебе. — Песня заканчивается, и Джеймс уходит, говоря, что у него есть дело, которое он должен с кем-то обсудить. Я с облегчением остаюсь одна.

Я беру бокал шампанского у проходящего мимо официанта и направляюсь туда, где Гарри сидит с тремя девушками. Я вижу, как Симмонс разговаривает с несколькими клиентами, при этом указывая на меня. Чёрт возьми. Да, я должна быть заинтересована в продвижении своей карьеры, но как быть, когда понимаешь, что только тебя представили клиентам мужского пола? Старик далеко не дурак.

Я меняю направление и возвращаюсь вовнутрь. Я ожидаю в баре так необходимой порции алкоголя, когда высокий голос прерывает моё одиночество.

— Ты знаешь, он завершил с тобой. — Я поворачиваюсь, чтобы увидеть отвратительную блондинку, с которой ранее пришёл Тео, стоящую прямо рядом со мной. Вблизи она ещё более низкопробная. Слишком много ног, слишком большое декольте и слишком много макияжа. Я сладко улыбаюсь ей.

— Прости. А ты…?

— Арабелла. Мы с Тео уходим, — ухмыляется она мне.

— Арабелла, позволю дать тебе несколько советов. Первое... — я демонстративно осматриваю её тело. — Умеренность во всём – лучший принцип. Во-вторых, не стоит пытаться настроить против себя незнакомцев. — Я наклоняюсь ближе и шепчу ей на ухо. — Я знаю, ты думаешь, что ты особенная любовница, но это не так. На самом деле, таким девушкам, как ты, грош цена. Тот факт, что ты почувствовала необходимость подойти сюда и заявить на него свои права, говорит мне о том, что у тебя их нет, и ты это знаешь. — Её лицо кривится в презрительной ухмылке. Я отворачиваюсь от неё и заказываю себе напиток. Покупаю тройную водку и умудряюсь найти тихий уголок. Мне просто нужна маленькая передышка, и потом я буду в порядке. Я поговорю с некоторыми клиентами, буду налаживать связи для моей будущей карьеры и тому подобные вещи.

— Ах, вот вы где, мисс Паркер. — Господи, Тео как чистопородная гончая, выслеживающая жертву по следу. Я смотрю на широкую улыбку мистера Симмонса. — Мистер Эллис только что рассказывал мне, какую впечатляющую работу вы проделали по одному из его контрактов.

Я делаю большой глоток напитка и улыбаюсь, потому что такой должна быть правильная реакция, верно? Где Гарри? Он должен сделать этот приём веселее. А сидеть здесь, лицом к лицу с моим боссом и моим бывшим, не весело.

— Это очень любезно с вашей стороны. Спасибо.

— Что ж, полагаю, у меня взамен есть просьба, мисс Паркер. — Глаза Тео искрятся в приглушённом свете.

— О чём угодно, — решительно говорю я. Я ставлю стакан с остатками водки, даже не заботясь о приличиях. Если Симмонс и замечает мою дерзость или моё сильное опьянение, он ничего не говорит.

— Потанцуйте со мной, — это звучит, как команда, но я слышу улыбку в его голосе.

— Отлично, — вру я. Сомневаюсь, что смогу внятно аргументировать свой отказ, стоя перед моим боссом. Я встаю, но не беру его за руку. Прохожу мимо него на танцпол, и там поворачиваюсь к нему лицом. Он медленно приближается ко мне, дерзкая усмешка растягивает его губы. Я хочу ударить это лицо почти так же сильно, как я хочу увидеть его между своих ног. Он подходит ближе, его движения уверенные, решительные и неимоверно сексуальные. И если всего этого было бы недостаточно... он, к тому же одет в смокинг. Чёртова моя жизнь, он выглядит аппетитно. Уже не в первый раз я вынуждена напоминать себе, что я ненавижу его. Он обнимает меня за талию, и я чувствую жар его руки на моей спине через платье. Я кладу руки ему на плечи, и стараюсь не встречаться с ним взглядом. Я станцую с ним один раз, а потом уйду. Он не может заставить меня смотреть на него. Это не должно быть интимным танцем, я этого не допущу. Он прижимает меня к себе, пока всё моё тело не сливается с ним, и я чувствую его дыхание на моей шее. Ладно, это всё ещё не интимный танец, до сих пор не интимный. Песня сменяется, это Pull Me Down от Микки Экко. Раньше это была одна из моих любимых песен, а теперь она болезненно напоминает мне о нём. Из динамиков льются первые строчки: I heard you were trouble (прим.ред.я слышал, что от тебя одни проблемы). Звучит достаточно правильно. Мы начинаем медленно двигаться по кругу. Давайте просто скажем, что это определённо не та вечеринка, на которой ты можешь продемонстрировать круговые движения бёдрами, как это делают стриптизёрши, какая досада.

— В самом деле, Лилли, Харди? Ты достойна лучшего, — раздражённо говорит он.

— Забавно, что несколько минут назад он сказал о тебе это же самое, — поддеваю его я. — Разве ты не должен танцевать со своей спутницей? — спрашиваю я. Я не злюсь и не ревную, честно.

Он самодовольно ухмыляется и наклоняет голову к моей шее.

— Ты ревнуешь, Сладкая? — Его дыхание щекочет моё ухо, и я непроизвольно дрожу.

— Разве ты не получил сообщение? Я покончила с тобой. Да, и это означает, что ты можешь забрать машину, которая в данный момент припаркована возле моего дома, — ворчу я.

Он смеётся, и это глубокое вибрирование заставляет всё моё тело напрячься. Просто дыши, думаю я про себя.

— Машина — это мой подарок, — говорит он. — Чтобы заменить ту, которую ты продала. — Я ничего не говорю. Не хочу вдаваться в подробности ситуации с Кэсси здесь, посреди вечеринки моей фирмы.

— Я продала её, потому что она мне не нужна.

— Ты – моя, Лилли, и я хочу, чтобы она у тебя была, — говорит он низким хриплым голосом. Я даже не одёргиваю его с этим «ты – моя» заскоком.

— Ты снова со своим собственническим дерьмом. Я удивлена, что ты не обрушил на задницу Харди все свои замашки самца до сих пор... ещё. Я почти ожидала, что ты задерёшь свою ногу и пометишь меня, или, бл*дь, вы просто вытащите свои члены и начнёте ими меряться. — Я задыхаюсь, когда Тео медленно кружит меня в танце и отстраняет от себя. Я останавливаюсь, обе наши руки вытянуты и сплетены. Мои пальцы гудят от электричества, которое я ощущаю от его прикосновения. Я встречаюсь с ним взглядом, и у меня сжимается грудь. Он такой невероятно красивый, и этот взгляд в его глазах просто завораживает меня. Он смотрит так, как будто я ... всё для него. Господи!

Он притягивает меня к себе, и на его лице вспыхивает такая самонадеянная и трусиковоспламеняющая улыбка.

— В этом не было необходимости. Я видел, как ты смотрела на него... совсем не так, как ты смотришь на меня. — Он прав, не так, и я никогда не буду смотреть на кого-то так, как на него.

Мою грудь сжимает, когда я начинаю немного паниковать, потому что он снова соблазняет меня. Чёрт. Хриплый голос поёт: so pull me down if you want to, and I hope that you want to, cause I want to be your man (прим.ред. так что вытащи меня, если хочешь, а я надеюсь, что захочешь, потому что я хочу быть твоим мужчиной). Это всё чересчур для меня. У меня больше не хватает сил разговаривать с ним, не здесь. Я отвожу от него взгляд, сосредотачиваясь на гостях, танцующих вокруг нас.

Он теснее прижимает меня к своей тёплой груди.

— Лилли. Посмотри на меня, — тихо говорит он. Я сдерживаю себя. Не хочу смотреть на него, потому что, если я это сделаю, вся моя видимость решимости рассыпается на глазах. Я помню всю ту боль, которую Тео причинил мне, и я цепляюсь за это воспоминание. Я держусь за это воспоминание, когда я смотрю ему в глаза. Я ожидаю увидеть самоуверенную улыбку на лице Тео, но лёгкие морщины омрачают его черты. — Тебе нужно держаться подальше от Харди, — грубо говорит он. Сейчас я уже точно не могу справляться с его странной одержимостью.

— Мне нужно идти. — Я отстраняюсь от него, но его рука сжимает моё запястье. Тео тянет меня и крепко прижимает к своей груди.

— Ты, как всегда, сбегаешь, — бормочет он мне на ухо.

— Пожалуйста, Тео, отпусти меня. — Мой голос дрожит, я почти в панике. Он отступает и смотрит на меня, его брови сведены к переносице.

— Ты боишься меня, Лилли?

Я качаю головой. Я не боюсь его в обычном смысле слова, но я в ужасе от того, какой я становлюсь рядом с ним. Каждый раз он делает меня слабой. Он просто сметает все мои защитные стены одним только взглядом. Он может ранить меня всего лишь несколькими словами. Я ненавижу это. Я ненавижу его. Я люблю его. Бл*дь!

Он берёт меня за руку и уводит с танцпола. Ведёт меня через всю комнату, пока не доходит до двери. Я пытаюсь вырваться из его хватки, но он крепко держит меня. Мы направляемся в коридор, проходим мимо нескольких дверей, пока не оказываемся в кладовой.

— Я не буду заниматься с тобой сексом, — не сдерживаюсь я. Комната маленькая, везде полки, уставленные чистящими средствами. Свет здесь тусклый, и я едва могу разглядеть его лицо, потому что оно находится в тени. Он смеётся.

— Не волнуйся. Я умыкнул тебя оттуда не для того, чтобы порезвиться в чулане.

Не сомневаюсь, что это именно то, чего он хочет. В конце концов, мне кажется, что я раздвигаю перед ним ноги при каждом удобном случае. Да, как я уже сказала, я слаба перед ним.

— Лилли.

Я не смотрю на него. Я изучаю пятно на полу.

— Чего ты хочешь? — спрашиваю я.

— Я хочу, чтобы ты посмотрела на меня. — Я поднимаю глаза и смотрю на него. Он делает шаг вперёд, и я быстро отступаю. Он хмурится.

— Почему ты боишься меня? Кто-то причинил тебе боль? — Его голос низкий и смертельно опасный.

— Н-нет, — заикаюсь я. Господи, что, чёрт возьми, со мной не так?

Тео протягивает руку, чтобы коснуться меня, и я отхожу, как будто его рука горит. Если он прикоснётся ко мне, всё мои усилия пойдут прахом, и он снова использует меня.

— Пожалуйста, не прикасайся ко мне.

— Почему нет? Я никогда не причиню тебе боль, ты ведь это знаешь. — Я смеюсь. Я смеюсь так сильно, что у меня начинает болеть живот.

— Лилли? — Он смотрит на меня так, как будто я потеряла рассудок. Может быть так и есть.

— Ты никогда не причинишь мне боль, — повторяю я. — Это смешно. — Я поворачиваюсь и хватаюсь за ручку двери, пытаясь убежать, прежде чем сболтну что-нибудь ещё. Его руки хватают меня за предплечья и прижимают их к бокам. Его тело прижимается к моей спине. Слеза разочарования стекает по моему лицу, потому что мне это нравится. Мне нравятся его прикосновения. Мне нравится, как его тело прижимается ко мне. Но он причиняет мне только страдания. Он причинил мне боль, и он использовал меня, и всё же я не могу найти в себе силы, чтобы ненавидеть его. Я наклоняю лоб к двери, моё тело дрожит от отчаяния и гнева.

— Прости меня, — шепчет он.

— Пожалуйста, отпусти меня, — тихо говорю я. Если я повышу голос, то Тео услышит, что он дрожит, а я не могу позволить ему увидеть, насколько слабой он делает меня.

Он поворачивает меня лицом к нему. Я закрываю глаза. Я не могу смотреть на него.

— Поговори со мной, Лилли. — Его голос мягкий и осторожный. Я ничего не говорю.

— Может быть, мне нужно просто трахнуть тебя. Иногда я думаю, что единственное время, когда ты действительно со мной, это когда я нахожусь внутри тебя. — Я тяжело сглатываю. — Так скажи мне, ты собираешься поговорить со мной, как с другом, или мне придётся трахнуть тебя?

— Ничего из этого. — Я пытаюсь освободиться из его хватки. Он сжимает меня сильнее. Тео запускает пальцы в мои волосы, сжимает их и скользит носом по горлу, вдыхая мой запах. Боже, чувствую, будто моя кожа пылает. Я дрожу. Бл*дь. Каждый раз. Я как шлюха-наркоманка, ожидающая, когда он даст мне ещё одну дозу. Его язык лижет то место на моей шее, где бьётся пульс. Я вырываюсь из его хватки и отступаю от него. Моя грудь вздымается, пока я пытаюсь перевести дыхание. Моё тело натянуто, как струна.

— Просто остановись. Ты хочешь, чтобы я поговорила с тобой? Хорошо. Я хочу ненавидеть тебя. Я хочу забыть, что ты когда-либо существовал. Я хочу быть в состоянии зайти в тот зал и снять какого-нибудь парня. — Он сжимает челюсть, на скулах играют желваки. — Я так сильно хочу оставить тебя в прошлом, но не могу, и это заставляет меня ненавидеть себя. Быть рядом с тобой невыносимо. Я не могу позволить тебе прикасаться ко мне, потому что это только усиливает мою боль. — Почему я ещё рассказываю ему это? Ах, да, чтобы он не прикасался ко мне. Господи, у меня в голове полная неразбериха. Дело в том, что меня поглощает калечащее одиночество, которое я отчаянно пытаюсь скрыть. Эти выбоины в моей душе не заполнить ничем. Я так хочу просто поддаться ему. Я так скучаю по нему. Обычно, я даже не позволяю себе думать об этом, но это так. Он сделал меня цельной, прежде чем разорвал на части. Прямо сейчас я готова разломиться на части, потому что моё сердце больше не выдержит. Я не в силах сражаться. Мне ничего не осталось. Я больше не хочу кататься на этих эмоциональных американских горках.

— Ты знаешь, мне так жаль, что я не могу вернуться обратно. Я бы отдал всё, чтобы изменить это. Я так скучаю по тебе, как будто ты воздух, которым я дышу, Лилли.

Я закусываю щёку изнутри, чтобы остановить слёзы, которые пытаются вырваться на свободу. Я глубоко вздыхаю и сползаю по ближайшей стене на пол. Закрываю глаза и откидываю голову к стене. Я чувствую, как Тео садится рядом со мной. Я открываю глаза и поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него. Его полные губы сжаты. Его рука касается меня, и моя кожа покрывается мурашками.

— Я скучаю по тебе. Я скучаю по нас, — шепчу я. В этот раз между нами нет напряжённости, нет никакой враждебности. Мы просто разговариваем. Я устала бороться с ним. У меня есть брат и друзья, но Тео всегда был моей скалой. Я знаю, что это сумасшествие, знать человека всего несколько месяцев и быть настолько зависимой от него. Он пробил себе путь в мою жизнь, и как только я впустила его, он стал всем для меня. Я нуждалась в нём, даже не осознавая этого. Когда Кэсси забеременела, это глубоко ранило меня. Это даже не его вина, но было ощущение, что всё рассыпалось на части в тот момент. Полагаю, я поставила его на пьедестал, а затем сбежала, когда он упал с него. Впрочем, он всегда был обречён упасть оттуда, не так ли?

Он кивает, у него серьёзное выражение лица.

— Ты выглядишь такой грустной. — Я закрываю глаза и тяжело сглатываю. Киваю. — Я причинил тебе боль, — шепчет он. — Я взял что-то хорошее и сломал его.

Я открываю глаза и вижу Тео, который смотрит прямо перед собой. Его челюсти сжаты.

— Я была сломана задолго до того, как ты встретил меня. Ты исправил меня, даже если это было совсем немного. — Я вздыхаю и поворачиваюсь к Тео лицом. Я прислоняю голову к стене, наблюдая за ним.

— Я разрушил нас. Ты не сломана, Лилли. Ты идеальна. — Он кладёт свою ладонь на мой затылок, наклоняется вперёд и целует меня в лоб. — Хотелось бы, чтобы ты могла увидеть то, что вижу я. — Вот то, что он делает для меня, он собирает меня воедино. Он заставляет меня чувствовать себя цельной, нормальной, не сломанной. Я кладу голову ему на плечо. На минуту. Я просто останусь здесь на минуту, это ещё на чуть-чуть излечит меня. Он прижимает ладонь к моей щеке, удерживая меня на месте. Я вдыхаю его запах и наслаждаюсь его теплом. Его присутствие подобно огню для моей холодной души. Он заполняет пустоту во мне. Быть рядом с ним так комфортно и безопасно, как я не чувствовала себя ни с кем другим. Ещё одна минута, говорю я сама себе.