– Прошу вас, господин! Загляните к нам! – зазывала потянул Грема в сторону роскошного особняка, из-за ограды которого доносились музыка и смех, но тот лишь брезгливо стряхнул его руку.

Этот невзрачный человечек был третьим по счету, принявшим парня за перспективного клиента. Приличная одежда (с хозяйского плеча, да кто ж знает!) и открытое бесхитростное лицо делали Грема желанным посетителем на улице, где перед каждой дверью висел разноцветный фонарь. Он уже несколько раз порывался наугад войти в один из домов, но с детства привитое правило в точности исполнять приказы не позволяло отдаться на волю судьбы. Молодой господин ясно сказал: «…из самого приличного заведения…», а заслужить его недовольство парень не хотел. Как-никак, он продержался на должности камердинера целых четыре месяца! В два раза больше, чем его предшественник. И надеялся прослужить еще два, а там срок найма закончится, и после получения жалованья Грем мог позволить себе выбрать другую работу. Аж два месяца… А если хозяин повадится регулярно давать столь деликатные поручения?..

Солнце только начало клониться к закату, но жизнь в Веселом квартале кипела вовсю. Парень внутренне содрогнулся, представив, что здесь творится с наступлением темноты. Да, не зря он решил не дожидаться вечера – так хоть ворье втихую не подкрадется, ножом не пырнут. При свете дня Грем готов был отразить любое нападение!

Он шел, настороженно осматриваясь по сторонам – и увидел цель.

Небольшой домик настолько отличался от своих соседей, что парень невольно остановился. Первой в глаза бросалась огромная, во весь фасад, вывеска. Грамотных слуг недолюбливали и опасались, поэтому ни чтению, ни письму Грем в детстве не обучался из-за запрета отца, а когда ушел на свои хлеба… Эх, в редко выпадавшие свободные минуты он находил занятие поинтереснее. И бесплатное! Впрочем, что может быть на вывеске над желтым фонарем? Желтым?! Странно, фонарь почему-то самый обычный!

Засмотревшись, парень не заметил, как подошел ближе. «Вот оно!» – мягко бухало в его голове. Вот оно, то приличное заведение, куда послал хозяин! Оставалось набраться смелости и войти…

Уже дернув за шнурок звонка, Грем заколебался. Что он скажет? Мол, так и так, уважаемые хозяева, вы уж не серчайте, но моему господину срочно…

Дверь открылась.

– Случилось что-то, сынок? – участливо спросила появившаяся на пороге старушка. – Ты заходи, не робей. Меня Мигой зовут. Сейчас дочка моя освободится, Нава, поговорит с тобой. Присаживайся, чайку попей. Чай у нас особенный, глотнешь – все тревоги забудешь.

Парень и глазом моргнуть не успел – перед ним стояла большая чашка с дымящимся напитком, а улыбчивая старушенция подсовывала пирожки явно домашнего приготовления. И сам он сидел в небольшой комнате, хоть с крыльца шагу не ступил. Колдовство, да и только! Видимо, правду говорят – в Веселом квартале настоящие ведьмы живут. Совсем как та, хозяина околдовавшая…

Со стен на Грема изучающе смотрели старинные портреты – как раз под стать хозяйке, морщинисто улыбавшейся напротив. Она вязала нечто бесформенное, ядовито-зеленого цвета, и время от времени посматривала вокруг, словно чего-то ожидая.

На столе неярко светила лампа со «светляком», и именно она придала парню уверенности. Такие предметы обихода маги из Торгового ряда продавали каждому, кто платил серебром. На потолке крепилась еще одна, побольше. Разве будет тайная колдунья пользоваться дешевой поделкой? Принимать посетителей за грубым деревянным столом? Собирать книги, напечатанные на самой обычной бумаге? Угощать гостя домашними пирожками, рукодельничать… Неважно! Хватит себя накручивать! Это такое же заведение, как и прочие на улице, и плевать, какого цвета фонарь висит у его двери. Веселый квартал – он и в Большой пустыне Веселый.

Чуть слышно скрипнула половица, заставив парня резко обернуться. И тщательно подготовленная вступительная речь мгновенно вылетела из головы!

Она была прекрасна, как принцесса Мечта из позавчерашнего спектакля, куда Грем сопровождал хозяина и его нынешнюю пассию. Естественно, слуге приходилось бегать по разным поручениям, но он успевал смотреть на сцену, где главного героя манила к себе призрачная греза, недосягаемая и жестокая… Манила-манила, а потом легким движением сбросила с бутафорской горы, чтобы освободить место для следующего дурака.

Парень мотнул головой, отгоняя наваждение. Никакая это не принцесса – просто хорошенькая девчонка из Веселого квартала. Кстати, для дочери старухи она слишком молода, скорее уж внучка. Или правнучка.

Легко стуча каблуками по натертому до блеска дубовому полу, девушка подошла к столу. Присела на краешек, отбросила за спину темные кудрявые волосы, расправила едва заметную складку на светлом платье и поинтересовалась:

– Что привело вас к нам, молодой человек? Слышите?.. Куда вы смотрите?!

Застигнутый врасплох, Грем покраснел. Смотрит – и что? Да на такую красоту грех не засмотреться!

С трудом вспомнив, что он здесь по делу, парень перешел к сути вопроса:

– Мне нужна девушка, – заметив медленно проступающее удивление на лицах собеседниц, он понял, что с конкретикой перестарался. – Нет, не мне лично… Моему хозяину! Он платит золотом, только… Это навсегда, – старушка хихикнула, а ее дочь сочувственно улыбнулась. – Для его любовницы, – уточнил Грем.

И замолчал, чувствуя себя донельзя глупо. Сейчас они решат, будто он ненормальный, и выставят вон!

Женщины переглянулись, затем Мига подалась вперед и мягко предложила:

– Знаешь, сынок, ты расскажи с самого начала. Пей чай, пей. И рассказывай…

Непонятно, почему, но парень внезапно почувствовал столь сильное желание поделиться наболевшим, что с радостью выложил все. О хозяине, скотине бессовестной, вечно искавшем неприятности на свою голову (и постоянно их находившем!). И о содержанке его новой, девице ужасающе низкого происхождения, каким-то чудом поселившейся в господской спальне. Впрочем, это как раз удивления не вызывало – она с первого мгновения знакомства делала все, чтобы привлечь внимание, а эксцентричному хозяину только того и надо!

Где это видано, чтоб уважающая себя и других девушка разъезжала на лошади по коридорам замка в одной лишь конской попоне на плечах? Старая кухарка тогда едва оклемалась – решила, смерть за ней пришла! Марика-то, всадница эта, и вправду худющая – кожа да кости, а зрение у старухи не то, что в молодые годы… Или спускаться с башни на веревке, связанной из шелковых простынь покойной хозяйки – как вам? Экономка, увидев те предметы после «употребления», в обморок рухнула и до сих пор сокрушается, что старая, не может ни уволиться (кому такая служанка нужна, и так держат скорее из жалости), ни в волосы непутевой девке вцепиться…

Правда, стражники теперь постоянно на посту – в ожидании, чего ж нового красотка учудит. Может, цветочными горшками покидается или вместе с котом на елке песни петь будет. А она каждый день развлечение находила, даже праздники не чтила. Хотя это еще цветочки! Внутрисемейные, так сказать, дела! Вот когда вчера на большой прием в честь возвращения старого хозяина та ненормальная свору бродячих собак притащила, убранных в ленточки да кофточки… Эх, тогда даже у молодого господина терпение кончилось. И решил он…

Звук дверного колокольчика прервал красноречивый рассказ Грема. Парень встряхнул головой, приходя в себя. Что он наделал? Выболтал почти все! Да если хозяин узнает… Не видать работы, как своих ушей! И заработанных денег…

Мига переглянулась с дочерью, неопределенно кивнула и вышла, а Нава предложила:

– Вы рассказывайте дальше, молодой человек. Что решил ваш господин?

И вновь Грем ощутил навязчивое желание продолжить повествование, только на этот раз он сам себе удивился – откровенничать с малознакомыми людьми замкнутый по натуре парень не привык. Участливая улыбка собеседницы тоже вызывала подозрения. Неужели она всем клиентам в душу лезет? Это ж рехнуться можно, если каждый, заглянувший на огонек-фонарь, начнет делиться проблемами!

Он собрался сказать, что, пожалуй, продолжит в другой раз, когда возвратилась старушка. Таинственно улыбаясь, она поманила Наву, а Грема попросила:

– Подожди немного, сынок. Там крайне любопытный случай.

«Ха, мой случай, значит, неинтересный!» – подумал парень, согласно кивая. И, когда женщины скрылись за дверью, ринулся следом. Однако выхода за тяжелой портьерой не обнаружилось… Тщательно исследовав деревянные стены вдоль и поперек, осмотрев пол и потолок, он пришел к заключению, что из комнаты выбраться попросту невозможно. И принялся ждать хозяек – уж для них перемещение по дому проблемы не составляло.

Вскоре послышались приглушенные голоса. Грем подхватился на ноги и закружил вдоль стен, ища источник звука. Главное правило хорошего слуги он помнил наизусть: подслушать, подсмотреть и сделать выводы. А узнать больше о месте своего пребывания парню хотелось позарез.

Старания увенчались успехом – он услышал очень знакомый голос!

– …и вчера я принял решение расстаться с любимой, – говорил молодой господин, привычно растягивая слова. – Естественно, мои чувства не остыли, несмотря на то, что ее поведение оставляет желать лучшего, но отец… Он совсем не умеет прощать! Представляете, решил сделать из меня человека и поставил ультиматум – либо я женюсь на дочке городского головы… почему вы вздыхаете? Тоже ее видели? А-а-а… Согласен, столетняя ведьма выглядит аппетитнее. Почему вы смеетесь?

Грем с удивлением понял, что слышал только хозяина, а вместо реплик его собеседниц – тишина. Чудеса!

– Второй вариант – пойти служить в императорское войско, куда-то на границу, где нужны молодые дворяне для поддержания духа солдат в борьбе с нечистью. Или желудков нечисти в борьбе с профессиональными солдатами, вы правы. Я же младший сын, а приличия для него прежде всего… Но если попросту отослать Марику, отец согласился забыть свои слова. Я пообещал исполнить любое ее желание перед отъездом. Даже папа ничего не имел против этого. Думал, наверное, она попросит золота либо драгоценностей. Я-то надеялся, что любимая пожелает остаться. Мы оба ошибались! О, вы представить не можете, чего ей понадобилось! Марика необычная девушка, очень необычная! Она делает лишь то, что хочет, и никогда не обращает внимания на мнение мещан. Она настоящая колдунья! Я сильно обидел мою любимую! Мы были вместе три месяца, и Марика попросила молодую красивую девушку из благородной семьи, чтобы…

Колокольчик заставил парня пребольно стукнуться лбом в стену, а его хозяина – прервать рассказ.

На какое-то время установилась тишина. Затем Грем еще раз въехал больным местом в твердое дерево – его поймали!

– Подслушивать нехорошо, сынок, – с мягкой укоризной сказала Мига. – И невозможно здесь для простых людей… Боюсь, мы не сможем тебя отпустить, – не меняя приветливого тона, сообщила она. – Впрочем, я еще с дочерью посоветуюсь. Или… Знаешь, там пришла эта твоя… Из-за которой сыр-бор. Решай сам: хочешь послушать, что она расскажет – останешься с нами навсегда, нет – мы, возможно, тебя отпустим. Ну, как?

Парень колебался лишь мгновение. Ага, отпустят они его! Держи карман шире! Ни в одной сказке ведьмы никого не отпускали просто так. А они ведьмы, как пить дать!

– Остаться с вами… Жалованье будет?

Старушка улыбнулась:

– Если заработаешь. Иди за мной.

И преспокойно прошла сквозь стену.

Грем последовал за ней, чувствуя, что находится рядом с настоящим волшебством.

Он оказался напротив Марики, сидевшей в глубоком кресле у окна, однако та смотрела перед собой и не высказывала ни малейшего удивления или недовольства.

– Вы же помните меня, госпожа Мига? – глаза девушки покраснели, нос время от времени пошмыгивал. – Я приходила к вам с полгода назад, просила совета. Влюбилась я тогда в богатого господина, который на бедную крестьянку и не взглянул бы никогда. Помните? Мне госпожа Нава подсказала, как любовь его завоевать. Ох, что же я вытворяла… Даже вспоминать стыдно, а мои покойные родители наверняка слезами заливаются, смотря с небес на это безобразие. Я каждый белый день делала что-то, чтоб ему не наскучить! И каждую ночь… Только не вышло у нас любви на всю жизнь, госпожа Мига, не вышло… Я, если честно, на брак и не рассчитывала. Мне бы просто быть рядом! Но отец его решил, что столь долгая связь с простолюдинкой плохо скажется на репутации семейства. А он, любимый мой, ради которого я… Ох, неважно! Он послушался! И желание пообещал выполнить любое. Последнее желание бросил, как подачку нищенке! Естественно, я взбеленилась и потребовала то, чего он точно не согласился бы сделать. Сказала, что те три месяца моей жизни, которые мы провели вместе, он должен вернуть. Что я колдунья настоящая… Потребовала какую-нибудь девушку из пристойной семьи, чтобы, убив ее, стать моложе! Тогда я думала, его совесть замучит, что не смог сдержать обещание, а сегодня вижу – слугу мой господин отсылает в город. Девушку искать! Помогите, госпожа Мига! Скажите, что делать?!! Да знайся я на колдовстве, давно кольцо обручальное носила бы… А парень этот, которого за жертвой послали, исполнительный, обязательно кого-то найдет!

Старушка задумчиво покивала головой. Марика смотрела на нее с откровенной надеждой, как на некое божество.

Парень почувствовал, что стоит, приоткрыв рот в ожидании чуда. Хотя здесь и без чудес легко обойтись! Взять, да и рассказать хозяину все как есть. Вот он обрадуется! Больше никогда на дешевые фокусы не поведется. И девице отчаянной будет урок.

Только кто ж господина просветит? Грем вдруг понял, что никогда того больше не увидит. Сам согласился с ведьмами остаться, сам сжег за собой хлипкий мостик… А хозяин, если подумать, не таким уж плохим был. Придирался, кто спорит, но никогда не угрожал и не наказывал. Гонял с поручениями, но и доверял, как никому из прошлых камердинеров. Вечно попадал в неприятные истории, но не впутывал в них слугу. Эх, кого ж он теперь наймет?..

– А ты чего хочешь, деточка? – внезапно спросила Мига.

Девушка, казалось, растерялась:

– Я? Ну, чтобы не было ничего… Ни желания этого глупого, ни…

– Ни?..

– Чтоб мы никогда не встречались! – с неожиданной горячностью воскликнула Марика, подхватываясь на ноги. – Не встречались, не влюблялись и не расставались!

Она быстрым шагом прошлась по комнате, едва не задев Грема, зачем-то выглянула в окно, сделала второй круг и опустилась в кресло, застыв изваянием.

Старушка покачала головой.

– Мы не властны над временем, сожалею. А насчет желания надо подумать. Скажи, Маришка, если бы тебе вновь пришлось выбирать, чего бы ты попросила?

– Ничего! Вообще ничего! Чтоб меня оставили в покое!

– Как же так? – голос Миги преисполнился укоризны. – Нужно до конца бороться за счастье, а не нюни развешивать. Деточка, полгода назад ты свято верила: тот молодой господин и есть твой единственный. Что-то изменилось? Ага… Иди домой и подумай хорошенько над другим желанием, а вечером мы постараемся его исполнить. Улыбаешься? Так и надо, Маришка. Наш фонарик путь тебе подскажет, и шанс даст, но решать он не может ни за кого.

Легкий взмах морщинистой руки – и напротив Грема появился его хозяин, вовсю старавшийся произвести впечатление на Наву. Бывший теперь уже хозяин…

– Слушайте, господин хороший, – бесцеремонно перебила его излияния старушка, – вы способны сказать простыми словами, зачем пришли?

Тот ошалело захлопал ресницами:

– За советом… За помощью! К вам же многие ходят!

– За советом, значит, – насмешливо повторила Нава, – и за помощью… Поможем доброму человеку, мама?

– Почему бы не помочь? – глаза Миги озорно блеснули. – Вечером мы придем, господин. Вы же успеете решить к тому времени, чего хотите на самом деле?

И…

Грем ошарашенно завертел головой, пытаясь привести мысли в порядок. Темнело, он сидел на скамейке в саду хозяина. Кажется, вдалеке слышался мелодичный звон колокольчиков… Съезжались гости! Нет, гости были вчера! А сегодня должны приехать ведьмы. Проклятье, какие еще ведьмы? Прием вот-вот начнется! Неужели он уснул? И сон?.. Невероятно! Это уже происходило!

Парень подхватился, как ошпаренный. Сон, не сон, но встречать прибывших надо! Поприветствовать, узнать, как доехали, провести в зал для приемов, сообщить господину, предупредить госпо… Нет, ее госпожой Грем даже мысленно не мог назвать.

Он додумывал на ходу, а ноги сами неслись по привычному маршруту.

Сначала приказать ленивой страже распахнуть ворота…

– Карис, Манг, открывайте! – по-хозяйски крикнул парень. – Чего застыли?

Вместо ответа один из стражников указал на пристройку к кухне, стена которой немного выдавалась из-за основного здания. Там ожесточенно чесалась небольшая дворняжка, безуспешно пытаясь избавиться от розового банта на шее. Платьице того же цвета неопрятной тряпкой моталось вокруг ее шеи, больше напоминая связку лент.

Грем замер. Это же Марика готовит проделку! Ту самую, после которой молодой господин будет вынужден прогнать ее. Надо немедленно… Что надо?..

Парень сделал несколько шагов по направлению к собаке. Мысли путались. Звук колокольчика слышался ближе. Необходимо встречать гостей! Только Грем стоял, как зачарованный, и смотрел на бездомного пса. «Вещий сон?» – навязчиво билось в голове. И что теперь делать? Если не принять гостей, хозяин рассердится… Уволит хозяин! А если глупая девка сделает задуманное… Неужели все произойдет именно так, как он представлял? И завтра – поход к ведьмам? Нет, в домик с желтым фонарем парень идти не собирался. Но тогда?.. Впрочем, зачем волноваться из-за странного сна?

Карета новоприбывших остановилась напротив Грема. Так, сейчас надо отрыть позолоченную дверку, подать руку госпоже, принять трость господина…

Парень вздохнул и чуть ли не бегом бросился к дворняге, чувствуя, как рушатся надежды на получение заработка. Подхватил собаку, мимоходом подумав, что за испачканную ливрею хозяин прикажет работать лишнюю неделю после увольнения. Завернул за угол, готовясь рассказать глупой девице все, что думает о ней и, разумеется, о ее причудах. И остолбенел, поняв: какую-никакую, но немножко любимую работу он потерял зря. Марике его советы не требовались. Девушка срывала цветные тряпки с «подопечных», даже не подняв голову на звук шагов.

Грем выглянул во двор, остро сожалея о некстати проклюнувшемся сочувствии. Где-то на краю сознания билась мысль о ясновидении, однако существовали проблемы серьезнее. Например, молодой господин, вынужденный самостоятельно встречать уже четвертого гостя… Для аристократа такое – хуже публичной порки!

«Настоящего дворецкого нанял бы, а не толпу смазливых горничных, и не краснел бы теперь!» – мысленно бросил шпильку парень, разворачиваясь и выпуская песиков на улицу – через задний двор. Марика и спасибо не сказала – бросила диковатый взгляд, да и побежала к черной двери. Как же, ей надо хорошо принарядиться, а то прибудет старый хозяин и встретит его чучело настоящее, от которого, к тому же, псиной несет… Грем улыбнулся сам себе, представив такую картину, и решительно двинулся вслед за собаками. Зачем ждать пинка, если можно уйти, сохранив хоть видимость собственного достоинства?

Только любопытство победило.

Хлопнув тяжелыми створками, он степенным шагом побрел обратно, зорко косясь по сторонам, дабы преждевременно не наткнуться на хозяина. Присел на давешнюю скамейку, откуда хорошо просматривался вход, и принялся наблюдать, внезапно почувствовав себя намного выше окружающей суеты… Как ведьмы приснившиеся, право слово!

Ждать пришлось недолго. О прибытии господина сообщили звуки фанфар и гости высыпали во двор. Молодой хозяин впереди, с Марикой под ручку. Девушка успела приодеться – от настоящей дамы не отличить. Раскланиваются, любезностями обмениваются…

– …моя невеста, – услышал Грем.

И не грянул гром, не сверкнула молния, старик даже не стукнул тростью по каменным плиткам двора.

– …предложить вам руку, госпожа, – нет, парень решительно не верил, что эти слова произнес старый поборник традиций и приличий.

Но сказал ведь, подавая опешившей девице руку под растерянным взглядом сына, уже, наверное, начинающего жалеть о скоропостижном решении. Только аристократы слов на ветер не бросают, тем более изреченных в присутствии других благородных!

Грем на мгновение закрыл глаза, осознавая увиденное. А когда открыл, занимался рассвет…

– Держи, сынок, – над его ухом мелодично что-то позвякивало, – твое первое жалованье.

На колени парню шлепнулся довольно-таки тяжелый мешочек.

– Купи одежду поприличней, – продолжала тетя Мига. – Не ходи в обносках, пусть и добротных. Наве ты понравился, веди себя достойно. О жилье не беспокойся, у нас много лишних комнат. И не смотри, как на…

– Ведьмы! – с трудом выдавил Грем. – Нет, так не бывает! Нельзя вернуть прошлое!

– Разумеется, нельзя, – кивнула старушка, – я же говорила, мы не властны над временем. Хотя иллюзии у нас с дочкой неплохо получаются… Ты знаешь, что тоже способен творить волшебство? Да-да, не отрицай, без тебя нам пришлось бы значительно труднее. Иллюзия выходит совершенней, когда ее создает очевидец.

Парень внезапно рассмеялся. Вот как все обернулось! Облапошили ведьмы кое-кого… Значит, девица добилась того, к чему стремилась, молодой господин избавился от необходимости исполнять сомнительное обещание, а старый…

– Почему ты уверен, сынок, что первым постучал в нашу дверь? – словно продолжила его мысли Мига. – И не говори о ведьмах с такой злобой. Наш фонарь – маяк для тех, кто ищет отрады! Он путь указывает. Большинству ведь достаточно надежды.

…а старый хозяин хотел, чтобы его сын немного остепенился…

Только Грем думал уже о другом! Надо же, Наве он понравился… И как теперь «вести себя достойно»?!