— Да, в первую очередь меня привлек твой симпатичный зад…а как ты им двигаешь! — мечтательно протянул он, — Мммм, мечта просто, — еще и причмокнул.

— Ты шутишь, да? — спросила она.

— Нет солнышко, ни в коем случае, — притворяясь серьезным, ответил он.

— То есть, ты утверждаешь, что сначала запал на мой зад, а потом уже на меня?! — взвизгнула она громко, — Похоже, моей заднице пора дать имя и оформить паспорт.

Макс лишь рассмеялся в ответ.

— Да, всё норм. Я вещи собираю, — сказала я, кинув в чемодан ярко-розовый лифчик.

— Вечером уже поезд, а ты еще только вещи собираешь, — проворчала моя сестра.

— Да всё нормально, Марин, ты меня разве не знаешь?! У меня всегда так, — хихикнула я в ответ, — Сейчас быстренько всё сграбастаю и вечерком на поезд, — оправдывалась я весело в трубку, — Тем более, что у нас с тобой один размер и, я надеюсь, ты поделишься шмотками с сестрой.

— Да не вопрос, конечно, — вскрикнула Марина, — У нас тут такие события творятся, что просто крышу сносит, — начала она восторженно.

— Да?! — усомнилась я, — Ну тогда отлично, я попаду на самое интересное. Как Маруся с Лилькой? — спросила я, с подругами сестры я познакомилась относительно недавно, но девчонки мне нравились.

— Да всё хорошо, — отмахнулась Маринка, — Медведь и Бес неотступно следуют рядом.

— Ох! — мечтательно выдохнула я, — Вот бы и мне найти такого, а?! Прям завидую вам.

Маринка засмеялась в ответ. Конечно, чего ей не смеяться то, ведь рядом всегда Кит. У меня, к сожалению, пока таких принцев рядом не наблюдалось, но я была в активном, очень активном, поиске.

— Найдешь еще. Кстати, я Никиту не искала, он сам меня нашел. Так что и твой уже где-то в поисках.

— Будем надеяться, — согласилась я и захлопнула чемодан, — Ждете меня?! — в конце спросила я.

— Оооо! — заговорщически протянула Маринка, — Еще как ждем.

Вот оно, то самое чувство, когда от одной единственной фразы в дрожь бросает, а где-то глубоко внутри, зарождается зерно адреналина, что не всё так просто закончится. Со мной всегда так.

Но кто же знал, что это начнется еще до того, как я доеду до места.

В купе еще никого не было, хотя посадку на поезд объявили еще десять минут назад. Может быть, мне хоть раз повезет, и я поеду одна? Хотя такое везение мне перепадает редко.

Я сложила чемодан под сиденье и только собиралась опустить эту полку, как вдруг сзади услышала:

— Очаровательно, везде бы так встречали, — мужской голос, красивый, чуть хриплый, с ноткой эротики.

Сидушка с грохотом упала, а я выпрямилась по стойке смирно, потому что до меня дошло, что фраза была обращено к моем заду, который торчал в проходе.

Я повернулась.

Он стоял буквально в полуметре от меня. Ростом под метр девяносто и я доставала ему до плеча. Господи, длинная шпала просто.

Красивая улыбка, ямочки на щеках, светлые карие глаза, густые ресницы. Вьющиеся волосы торчали из под шапки бини.

— С этими вопросами к проводникам, судя по твоему виду, они тебе уже и телефончик оставить успели, — съязвила я.

Он плюхнулся на сиденье напротив меня и положил рядом сумку.

— Похоже, мы едем вместе?! — спросил он.

— Счастье то привалило, — я уже не могла остановиться.

— Ты всегда такая доброжелательная?! — улыбнулся он.

— О, ты еще моих распростертых объятий не видел, придушила бы от радости! — сказала я и вышла из купе.

Пошла напрямую к проводникам:

— Добрый вечер, скажите, а свободных мест больше нет? Я доплачу.

— Вас попутчики не устраивают? — удивилась молодая девушка, а в это время мой сосед выходит из купе и направляется к нам.

— Нет, — я снова повернулась к ней.

А она стоит истуканом и не спускает с него глаз. Ну вот! Сейчас у нее покапает слюна, а челюсть хлопнется об пол. Господи! Хоть бы она сама в обморок не хлопнулась.

Парень, походкой хищника, подошел к нам.

— Ты не модель случайно?! — спросила я, когда он подошел.

— К чему вопрос?! — парировал он.

— Просто у тебя походка прям от бедра, думаю, мало ли. Даже девушки так задом вилять не умеют, а тут парень.

Парень обидчиво сжал губы и вздохнул.

— Твой бы язык, да в мирное русло, — пробубнил он и уставился на девушку проводника, та вздохнула мечтательно, а на лбу выступил пот, — Подскажите, вагон-ресторан в какую сторону?!

— Т.т. туд. да, — промолвило это чудо и ткнуло пальцем за спину.

Я закатила глаза:

— Господи боже, — пробубнила про себя.

Он не обратил внимания и направился в ту сторону, в которую до сих пор тыкала пальцем девочка.

— Какой же красавчик, — мечтательно причмокивала она.

Я не разделяла ее восторгов.

— Так есть места или нет?! — снова повторила я вопрос.

— Нет, — очнулась она, — Да даже если бы и были, ты с таким парнем едешь, уж я бы свой шанс не упустила, — покачала она головой.

— В том то и дело, что ты бы не упустила, — согласилась я и направилась в купе, оставив девочку в недоумении.

Решила переодеть шорты, стащила юбку. И опять дверь открывается, а я в желтых трусиках-шортиках со спанч бобом.

— Ну твою мать, а?! — только успела рявкнуть я и запустила в парня первым что попало под руку, салатовым кроксом.

Видели, наверное, такие? Дачники носят эти пластиковые тапки с дырками. А я, в силу того, что не могла найти дома тапки для поезда, цапнула этот салатовый ужас. А они, конечно легкие по весу, но жутко твердые.

— Ау! — крикнул он, попало ему прямо в лоб. Помещение маленькое, размах у меня был ого-го, поэтому меж его глаз сейчас проступало красное пятно.

— Тебя стучаться не учили?! — рявкнула я, поспешно натягивая шорты.

— Извини, — сказал он.

— Ты ж ресторан пошел, че вернулся то?!

— Передумал, — пожал он плечами, сел напротив и уставился на меня, — Тут мне нравится больше, — сидит и глазками в мою сторону стреляет.

— Ок, тогда я пошла в ресторан, — пожала я плечами, натянула кардиган сверху, чтобы обнаженкой не сверкать в поезде, натянула кроксы и вышла.

Кофе в ресторане отвратительный, булочки черствые, но я сидела до последнего, надеясь, что эта “шпала” уже будет спать, когда я вернусь.

Так и есть. Я осторожно открыла дверь купе и увидела, что он уже лежит на спине, одна рука под головой. От такой позы разыгралась фантазия. Широкая грудь парня, такое спокойное лицо с красивыми чертами. Он улыбается что ли во сне? — подумала я.

— Мечтаешь? — тихо спросил он.

— Ой! — испугалась я, что меня застали за совершением преступления.

Резко развернулась и втемяшилась лбом в зеркало на двери.

— Блин! — буркнула я, потирая больное место.

— Один-один, — сказал он с улыбкой и развернулся.

Полночи я ворочалась, то ли спала, то ли нет. Уснула крепко только под утро. А проснулась от того, что кто-то стонал рядом на кушетке, причем очень громко и явно не от боли.

Открыла один глаз, посмотрела на соседа. Сидит, смотрит в планшет.

Порнуху смотрит, извращуга, — было первой мыслью.

— Это кино, а не порнуха, — сказал он, словно прочитал мои мысли.

— Мне всё равно, — сказала безразлично я и перевернулась на другой бок.

— Главная актриса очень на тебя похожа, — снова сказал он, — Хочешь взглянуть?

Что-то скрипнуло и я почувствовала дыхание рядом со своим ухом и резко повернулась от неожиданности, он сидел рядом на полу и протянул мне экран, а там как раз жаркая горячая сцена, где главный герой просто трахает девушку на кухонной бар-стойке, которая действительно на меня похожа.

— И ты говоришь, что это не порно?! — уточнила я, — Да он же проткнет её насквозь сейчас, — возмущенно ткнула я пальцем в экран.

— Неа, они занимаются любовью, трахаются, долбятся, называй как хочешь, — голос его стал хриплым, тихим. Проговорив это, он перевёл взгляд на меня.

Его лицо находилось совсем близко. Я не выдержала, опустила взгляд на губы.

— Два-ноль, — припечатал он и резко встал, сунул планшет в сумку и направился на выход.

— Ах ты жопа с ручкой! — крикнула я, когда поняла, что мы уже стоим и народ выходит на перрон.

Я соскочила, натянула туфли, за доли секунды схватила чемодан, благо упаковать всё лишнее успела еще вчера. И выскочила из купе. Увидела его впереди и через людей протолкнулась таки ближе к нему.

И только он делает шаг из вагона на асфальт, я размахиваюсь и бью его туфлей прямо под зад.

— Какого хрена!? — рявкнул злобно он и повернулся.

Проводница в шоке, стоит глазами хлопает.

— А такого хрена! — выдала я в ответ и вышла следом.

— Ах ты ведьма мелкая, — зашипел он и сделал шаг ко мне навстречу.

Паника, адреналин и я на автомате выставила руки вперед:

— Еще шаг и “мой туфля” угодит в твое мягкое место, только спереди.

— Не достанешь! — ответил он.

— Ты мои ноги видел?! — показала я на них, — Этой длины вполне хватит, даже с запасом.

— Цапля, — парировал он.

— Циркуль, — выдала я.

— Ксюха! — женский крик.

— Макс! — мужской крик.

Мы оба повернули головы, три пары неслось нам навстречу. Подруг я узнала сразу, Маруси не было, ну была еще одна, незнакомая мне, девочка. А вот что за субъекты рядом с ними, я не в курсе. Но какие симпатичные субъекты, эх, жаль, занятые, но похоже этого бабуина они знают хорошо.

— Чего тут происходит?! — Маринка поставила “руки в боки” и грозно глянула на Максима.

— Да так, — отмахнулась я, — Один бабуин возомнил себя царем мира, — зыркнула я мельком на Макса.

— Макс! Ты как себя с девушками ведешь? — громко спросил симпатичный блондин, который обнимал, незнакомую мне, девушку.

— А сам то лучше что ли? — воспротивилась девчонка и посмотрела сочувственно на меня, — Ей богу, как пещерные люди…, - но ей не дали закончить, парень ответил за нее.

— Да, милая, дубиной по башке и в пещеру. Но с тобой это сработало, а с другими наврядли. Я парень напористый, а ты, солнышко, очень любишь сопротивляться моему сексуальному упорству, — выдал он и гордо поднял подбородок.

Мы, всей гурьбой, так и наблюдали за этой перепалкой.

— Сексуальному упорству? — засмеялась она, — Да уж, — согласилась, — Как в свое время сказала про вас Лиля: “Бесаевы — это бомба с феромонами”.

Лилька густо покраснела, Макс довольно хмыкнул, а парень, обнимавший её, хрюкнул:

— Чего? — крикнул он, — Это мы то бомба с феромонами?!

— Тим, успокойся, я не то имела в виду, — погладила она его по плечу.

— Так! — рявкнула я, — Стоп! Я сейчас туго соображаю, а тут вы еще, как муравьи….говорите-говорите-говорите.

— Да ты вообще, по ходу, туго соображаешь, — проснулся “циркуль”.

— А ты вообще молчи, извращенец, — ткнула я в него пальцем.

При свете солнышка он, конечно, вообще, красавец. Правда, как с обложки журнала. Честно-честно.

— Что за обвинения?! — спросила Маринка.

— А с утра этот петух клеил меня порнухой, — гордо произнесла я, выдав его секретик.

— Боже!!! — устало закатил он глаза, — Это не порно, а киношка обычная, — а потом посмотрел на блондина, — Мир, ну вспоминай, как мы раньше девчонок кадрили киношками, — говорил он, словно оправдывался.

— Ааааа, — понятливо протянул блондин, — Это когда жесткую сценку показываешь, типа не порно, а любовь и актриса очень на тебя похожа?!

Его подружка взвизгнула и буквально запрыгнула на парня:

— Ну я тебе покажу “Жесткую сценку”, кобелина. Ты забыл ту жесткую сценку с участием в главной роли курицы Зои? — колотила она его ручками по груди.

Парень довольно умилялся, а потом сграбастал в охапку девчонку и смачно поцеловал. Казалось, даже воздух накалился вокруг.

— Вот знаешь же чем успокоить! — проворчала она, но глаза светились счастьем.

— Сценка значит, да?! — подала я голос, — Это ты меня кадрил что ли таким образом?! — спросила я, подняв одну бровь.

Он молчал, а сам смотрел на меня.

— Да ты хоть предупреждай будущую жертву, а то лично я, подумала, что ты извращенец, — продолжила я.

— С проводницей бы сработало, — парировал он, сузив глаза.

— Еще бы! — всплеснула я руками, — Да она, как тебя увидела, готова на всё была, прям как в той сценке на барной стойке, — а потом я добавила заговорщеским шепотом, — Честно-честно, она мне сама сказала. Иди к ней, она уже ждет, — и кивнула в сторону, где стояла девчонка, которая частенько поглядывала на Макса.

— Так! — подала голос Лиля, — Стоп. Все по машинам, отдыхать, а потом разберемся с вашими проводницами, порнухой и…, - она ткнула пальцами в нас с Максом, — И вашими красными пятнами меж глаз, — а потом развела руки в стороны, свела брови и грозно сказала, — Вы что, подрались в купе? — и прикусила губу.

— Нет, — отмахнулся Макс, — Мы трахались бровями не предохраняясь.

Остальные захохотали в голос, не выдержала и я, захохотала так, что живот свело:

— Господи, можешь же быть нормальным, — сказала я сквозь смех, а он как-то странно на меня посмотрел, будто вдруг что-то понял.

Уже дома у Маринки я, конец-то перевела дух.

Мы разъехались по разным машинам. Блондин с подружкой и парень Лили сели, с Максом в одну, а я, Маринка, ее парень и Лиля, запихнулись в другую.

Никита, так звали молодого человека моей сестры, сразу уехал, оставив нас, девочек, поболтать.

— Так, — начала я, развалившись на стуле на кухне.

На столе уже стояли бутерброды и чай.

— Расскажи мне, что это за субъект?!

Ну, в силу того, что Маринка мне уже поведала про Никиту всё, что только можно было, то логично полагать, что спрашивала я про Максима.

— Это старший брат Тимура, — ответила коротко она.

— А Тимур это…, - начала я и посмотрела на Лилю, — Твой?! — спросила я, ткнув в подругу пальцем, а она быстро-быстро закивала.

— Мой, — ответила подруга.

— А второй блондин?! — снова спросила я, в задумчивости прикусив губу.

— Второй с Тошей, — начала Лиля.

— Ага, значит эту девчонку зовут Антонина?! Правильно? — уточнила я, вспомнив про конфуз с некой Зоей, когда Антонина взлетела на Мира. Девчонки кивнули.

— Да, и этот блондин ее неприкосновенная собственность. Зовут его Мирослав — это средний, а Максимилиан старший, — пожала плечами Маринка.

Ох и не стоило ей говорить. В этот момент я пила чай и, когда она произнесла имя, я просто выплюнула чай на стол:

— Шего? — прошамкала я, — Максимилиан?! — крикнула я.

— Ага. Их трое, Тимур — младший, потом Мирослав, а старший Макс, — кивнула Лилька.

— Господи….если у нас с ним будут дети, то это ж жопа им имена к такому отчеству придумывать! — выдала я, а девчонки замерли и уставились на меня, — Что?! — спросила я, вскинув руки, — Ну симпатичный же. Правда не для меня конечно. Но симпатичный. Ладно, я не про наших с ним детей, не то я брякнула. Забыли, — протараторила быстро я и отмахнулась.

— Вот так, — подвела итог Лиля.

— Господи, когда вы только успели, меня ж полгода не было, — удивилась я.

— Так вот недавно, — сказала она.

— Ну твои то терки с этим Тимуром я помню. Когда я последний раз приезжала, вы с Машкой мне рассказывали про него. А Маруся то как? Где она, кстати? — я удивилась, что Машки не было.

— Машка в норме, отец в больнице, она у него. Всё нормально, не переживай, — проговорила Лилька, увидев мои округлившиеся глаза, — Машка с Медведем.

— Тааааак, — офигела я снова, — А Медведь это кто?!

— Это Мишка Потапов, он объявился как раз на следующий день после нашей попойки и твоего отъезда, — пояснила Лиля.

— Эт когда нас в общагу к чувакам занесло, которых ты же и закадрила?! — рассмеялась я.

— Было дело, только Бесу не говори, он охренеет от новости.

— Нет проблем, я не говорливая, — кивнула я, — Так Медведь это Машкин хахаль, свалившийся внезапно?

Господи, моя голова скоро кругом пойдет.

— Ага, Мишка Потапов, — снова повторила Лиля, — Эта история еще из детства, но так крепкая любовь, через года, так сказать.

— Понятно, я претендовать не собираюсь, — пояснила я, — Боже упаси с Машкой связываться, — и расхохоталась.

— Ну? Какие на сегодня планы?

— Хм, — хитро взглянула я на неё, — Ну для начала отдохнуть, а там видно будет. А вы что планируете?

— Ну хотели сгонять куда-нибудь отдохнуть, отметить твой приезд. Тем более, что столики уже Машка заказала, — пожала Маринка плечами, отпивая ароматный напиток.

А я залилась хохотом:

— Хитропопые какие, — прокомментировала я, — Ладно, — кивнула согласно, — А идем то с кавалерами вашими или как?

— Одни, — сказала Лилька, — Тимур в бешенстве был, но отпустил, куда он денется.

— Ну тогда супер, собираем жопки в руки и вперед на встречу приключениям! — ткнула я пальцем в неизвестном направлении.

Клуб радовал глаз. Отличная музыка, отличная обстановка, отличный контингент… для меня.

Огромный зал, вокруг кабинки для людей, длинная бар-стойка, подсвеченная голубым неоном, располагалась вдоль стены. Огромный зеркальный шар крутился над танцполом.

— Ох и клёво же, — протянула я, — Прям потянуло на приключения.

Машка потащила нас к одной из многочисленных кабинок, из которой мы видел весь танцпол.

— Отличные места Маруся, одобряю, — кивнула я.

— Та не за что, — подмигнула она, — Не просто так, кстати, — заговорщески продолжила она.

— Нет, — оборвала я, — Хрен вам всем, — я скрутила фигу и по кругу показала каждой, — Мне прошлого раза хватило, — кивнула я утвердительно, а Тоша, которая, кстати, тоже пошла с нами, недоумённо смотрела на нас, — Не обращай внимания, — махнула я ей рукой.

— Да как так-то?! — разочарованно протянула Машка, — Не расстраивай меня.

— Нет, — отрезала я.

Мы расположились за столиком.

— Забери меня с собой, забери меня мама еее, — пел «Буррито» на весь клуб.

— Так, выпить то заказали или мне идти?! — уточнила я.

— Уже несут, — кивнула обиженно Машка в сторону, откуда к нам уже спешил официант с подносом.

— Отлично, — захлопала я в ладоши.

— Ничего отличного, — ворчала подруга.

— Машка, будешь ворчать, вообще ничего не увидишь. Всё, — отрезала я, подняла бокал и свистнула. — За приезд, девчули. Я тут на пару неделек, так что шороху навести успеем, а пока разогреваемся.

Мы выпили по паре бокалов и меня потянуло танцевать.

Алкоголь в крови начал разогревать и я выскочила на танцол, да высоту каблуков не рассчитала, нога подкосилась и я, сделав один широкий шаг, буквально вывалилась к людям.

— Спокуха! — крикнула я девчонкам, — Ноги плясать быстрей меня бегут.

Девчонки хохотнули.

И я пошла в пляс. Играла обычная попса и пошли “топталочки”, так пролетело песен пять. Потом заиграла современная “Порушка-Пораня”. На танцпол ко мне вывалилась уже “горячая” Маруся. Сплясав с ней русские народные до поту на лбу, мы подскочили к столику, держась за руки а-ля “кан-кан”, “глотнули” по бокалу и ускакали обратно также.

— Город, ночная Москва горит. Повод я не давала, но ты влип. Холод, но голова моя кипит, трек на репит и ты отшит…Снова заводишь меня в тупик……

Машка взвизгнула и подпрыгнула. Я так поняла, песня ей нравилась. И понеслооооось. Руки ноги, ноги руки. И я отдалась музыке.

— Как бы ты ко мне не приставал, но ты не понимаешь. Как бы ты меня к себе не звал, но ты меня не знаешь….я еду домой, — заиграл припев, а женские попы вокруг задвигались.

— Машка, я посижу! — крикнула я, та лишь отмахнулась и продолжила прыгать.

Ну вот топаю я, значит, топаю к столику и уже девчонок вижу. Вдруг грудь передо мной в черной рубашке и галстук, тоже черный.

— Что за наряд блин! — буркнула я и голову подняла.

Ну, думаю, сейчас я тебе, “красавчик”, выскажу. Ибо, не фиг вставать на пути у разгоряченной девочки.

Стою, речь придумываю, а сама в светло-карие, смеющиеся, глаза смотрю. И родинка эта еще с ума сводит.

Гад ведь, как только нашел.

— Похоже, твои брови снова хотят трахаться, — вымолвила я заплетающимся голосом.

А он распахнул глаза, уголки губ растянулись в улыбке.

— С чего бы это?! — спросил он.

— С того бы это, — рявкнула я, — Че ты встал на дороге?! Шлагбаум тоже мне. Сейчас вон туфлю сниму и устрою ей акт любви с твоими бровями! — ворчала я, глядя в его смеющиеся глаза.

Схватила его за руку, вместо опоры, и начала снимать туфлю.

— Щас, погоди, только застежку расстегну, — бубнила я, руки не слушались, — Тьфу, — плюнула я, — Похоже, даже моя туфля тебя не хочет, — расстроилась я, опустила ногу и вмиг застежка расстегнулась.

Он долго не думая, присел и вернул ободок туфли на место, щелкнув замочком, посмотрел снизу вверх мне в глаза. Начал вставать, тихонько так, чуть касаясь, провел пальчиками по икре.

Господи, разорвет сейчас. Мать моя, что это было? Он током бьется?! Шариком по волосам повозил что ли? Или шерстяное одеяло по дивану таскал взад вперед?!

— Не будем совращать твои туфли, — сказал он чуть слышно мне на ухо.

Меня аж тряхнуло от его близости.

— Девчонкам привет, — сказал он и пошел.

А я, доковыляла до подруг, и плюхнулась на диван, осушив бокал вина разом:

— Чего Макс то тут делает? — спросил Лилька, провожая его взглядом.

— Вас, красавиц, пасут…точнее охраняют, не понятно разве?! — сказала я, подняв брови, — Было бы странно, если ребята вас так просто отпустили. Поэтому, девочки, не паримся, развлекаемся, но в рамках культуры. Я сейчас говорю про всяких там левых мальчиков.

— Так! — подскочила запыхавшаяся Машка, — Я тут кое-что сделала, — начала она, дышала правда как собака после пробежки, и виновато посмотрела на меня.

— Я даже предполагаю что ты натворила! — кивнула я, прикусив губу, — Млять, ну мне точно не устоять будет, тем более когда кровь кипит в венах.

Ксюша опять непонимающе смотрела на нас по очереди. Маринка пояснила ей:

— А вот сейчас будет что-то с чем-то, — сказала она Ксюше, — Смотри!

Мы услышали голос ди-джея:

— Готовы подвигаться?! Дааааа, — протянул он игривым голосом, — На танцпол девочки, — понизил он тембр до эротичного хрипа, — Это ваша песня.

И заиграла MVYDVY — Rebellion, давно я таких басов не слышала. А этот темп как раз располагал танцевать так, чтобы от движений тазом взрывался воздух.

— Мать твою! — выдала Ксюша, когда увидела меня на танцполе, — Откуда она так умеет?!

— Она преподаватель по танцу живота и еще танцует бачату, — пояснила Марина.

— Господи, да её зад сам по себе живет? Ты видела, как она восьмерки наяривает?! Охренительно просто, я тоже так хочу.

— А теперь будет еще интереснее, — протянула загадочно Лилька и кивком головы, указала девчонкам в сторону.

— Макс?! — вскрикнула Маринка вопросительно.

— Ага, — довольно кивнула Лилька, — Он бачату танцевать умеет, прикиньте, — спокойно пояснила она, а потом потерла руки, — Ну ща зажгут.

Заиграла Shakira feat. Maluma — Chantaje, а он был уже совсем рядом со мной.

Стою себе, двигаюсь переступами и вдруг легкая хватка за запястье. Успеваю среагировать, несколько шагов по кругу и я уже лицом к нему. Он кладет ладонь мне на поясницу и прижимает с каждой долей секунды всё крепче и начинает двигаться.

Мы танцевали молча, не отрывая взгляда друг от друга. Двигается от потрясающе. Уж не знаю где и кто его учил, но я давно не танцевала с таким партнером.

Он чувствовал каждое моё движение, а я следовала за ним. Он вёл крепко, сильно, словно мы одно целое. Когда были поддержки, волны, он держал крепко и я не опасалась, что может уронить.

— Спасибо! — сказал он тихо мне ухо, а я не заметила, что песня кончилась.

Так, слегка охреневшую меня, он довел до столика.

— Вы просто сумасшедшие! — взвизгнула Лилька и захлопала в ладоши, — Но это был мего-класс.

И вот тут-то я пришла в себя:

— Блин! — вскочила я, — Мне надо кое-что выяснить, я сейчас, — и я побежала в толпу, в ту сторону, куда пошел Макс.

Его-то я нашла, да вот не одного. Похоже, сейчас ему было не до меня. Он очень бурно выяснял отношения с девушкой. Рядом стояли Медведь, Тимур и Мирослав.

Мир увидел меня и начал что-то говорить девчонке, тыкая пальцем в меня. Причем настырно так, тыкая.

Какого фига, парень, тыкать пальцем это некрасиво. Хам!

Макс повернул голову, увидел меня и закивал девице головой, поддакивая, словно болванчик, а потом рванул ко мне.

Подскочил, сграбастал в охапку…и потащил туда, где стояла компания, лишь на ухо успел сказать:

— Спасай!

А потом, как куклу, поставил перед брюнеткой.

Ей богу я не специально, но язык сам выдал:

— Господи, мать моя! — вскрикнула я.

Передо мной стояла на вид симпатичная дамочка, но тонна косметики, губки-уточки ярко-алого цвета, подводка на глазах, наращенные ресницы зачем-то намазюканы тушью. В общем, “картина” маслом. Мне аж интересно как она косметику стирает. Прям так и вижу, заходит домой. Разбегается и об стену, трах, и всё само кусками отваливается.

Медведь хрюкнул в кулак, Тимур опустил глаза со смешком, почесывая переносицу, а Мир замахал руками:

— Ну вот же его девушка! — тыкая в меня пальцем.

— Чего?! — начала было я возмущаться, девица прищурилась, а до меня дошло, поэтому я быстренько сообразила, — Какая я тебе девушка?! — высказала я Максу, тот распахнул глаза от удивления, — Я его невеста, привет, — сказала я и протянула руку для пожатия, девица проигнорировала, — Не больно то и надо, — мимоходом сразу проговорила я и вытерла ладонь об платье, — Вы тут долго стоять будете? Там девчонки уже заждались. Пошли?! — спросила я ребят.

И эта кучка со мной в начале строя, начала продвигаться по толпе. Представьте, маленький барашек ведет стадо бизонов. Во! Со стороны это так и выглядело. Эти лоси, весело, подпрыгивая под музыку, шли за мной. Зрелище то ещё.

Девчонки ребят встретили бурно и со свистом. Рады были, уже соскучиться успели

— Ну а теперь расскажи мне, что это всё значит? — спросила я, когда все уже были поглощены своими разговорами, а Макс сидел рядом со мной.

— Это Виолетта, Моя бывшая девушка, — начал он, крутя бокал в руках, — Мы встречались когда-то, но расстались, а теперь ей приспичило вернуть всё обратно.

Было видно, что парню этот разговор даётся совсем нелегко.

— Вот как, — кивнула я, — А я тут причем?!

— Прости, что тебя впутали, — сказал он, — Но знаешь, я тебя попросить хотел.

— Кажется, я догадываюсь о чем! — протянула я, сдвинув брови к носу.

— Неужели?! — ухмыльнулся он.

— В самом деле, — продолжила я.

— Да мне просить не кого больше. Сыграй девушку мою. Ненадолго, может дней пять, она поймет и отвалит уже наконец, — попросил он.

А я пожалела и согласилась.

Ох, и не нужно было мне этого делать.

— Хотел предложить подвезти, но, думаю, ты с Маринкой поедешь?! — спросил он и посмотрел мне в глаза.

— Конечно, смысла нет ехать на отдельных машинах. Я с Лилей и Тимуром, они увезут нас, — согласилась я.

— Хорошо, — кивнул он, — Ну раз у нас всё нормально, по сравнению с утром, то предлагаю завтра пообедать вместе?! Ты как?! — улыбнулся он и засунул руки в карманы. Нервничает что ли?

— Я не против, — согласилась я.

Ну, было бы странно, если бы я отказалась. Сейчас он даже казался мне милашкой. Воспитанный, красивый…ох, ну и высокий, подтянутый и всё в том же духе.

Но случай распорядился иначе.

В момент, когда я степенной походкой вышла из мая, то есть когда я подбиралась переступами к машине Тимура, а Макс наблюдал за мной с легкой улыбкой, стоя у своей машины, вдруг раздалось: — Мааааакс! — из клуба вылетела Виолетта на здоровенных каблуках.

Звонко цокая, неслась прямо к нам.

— Будто чует, блин, — выругался Макс и направился ко мне, словно извиняясь, пожал плечами.

Я закатила глаза.

— Интересно, она лоб себе разобьет или нет, если навернется с такой высоты своих шпилек, — протянула я задумчиво, когда Макс подошел ко мне вплотную, и вместе со мной наблюдал за марафоном своей бывшей подружки.

— Вот и я о том же думаю, — сказал он, а сам мельком взглянул на мои туфли, — Утром были розовые и мне они понравились больше, — кивнул он вниз.

— Еще бы, такой смачный поцелуй с твоим задом, — утвердительно закивала я, — Да теперь твои розовые “булочки” просто обязаны жениться на моих туфлях, — возмутилась я, а Макс звонко рассмеялся.

— Аааа-ха-ха-ха-ха, — не мог он успокоиться, — Так романтично мой зад еще не обзывали….”булочки”, ой не могу….

— Чего ржете-то?! — спросил подошедший Тимур, Лиля была в машине, — Давайте свалим по-быстрому и пусть за машиной бежит, — кивнул он на бегущую Виолетту.

— Нельзя, — покачала я строго головой, — Это как минимум некрасиво, а как максимум невежливо.

Виолетта, наконец-то, достигла финиша.

— Макс, можно тебя на минуту?! — спросила она, злобно зыркнув на меня, а потом нежно на Макса.

Тот перевел взгляд и уставился на меня, думал, что за сцену я устрою на этот раз. Но я лишь пожала плечами со словами:

— Только быстро Макс, — кивнула я, открывая дверцу машины и садясь на заднее сиденье.

Он кивнул, но не отошел, пришлось Виолетте разговаривать стоя рядом, поэтому весь разговор я слышала.

Тимур в машину тоже не сел, стоял рядом с Максом, опираясь задом о машину и ковырялся в ногтях.

— Чего только она привязалась, а?! — спросила Лилька.

— А вы, смотрю, спелись, — хихикнула Маринка.

— Не, — отмахнулась я, — Он попросил помочь, я помогу, ничего в этом романтичного нет, — ответила быстро я и прислушалась.

— Макс, ну прости меня, — сказала Виолетта, правда вот раскаяния я в ее голосе не услышала, — Да и когда ты успел найти эту свою, кстати, я даже имени ее не запомнила, — ухмыльнулась она.

— Да тебе и не надо запоминать, милая. Не удивлюсь, если ты имен всех своих мужиков не помнишь, — сколько же яда было в его голосе, я даже поежилась.

Даже, не смотря на события в поезде, мои пинки и тычки, он не позволял себе такие интонации при разговоре со мной. М-да, слушать это неприятно, конечно.

Хотя такую интонацию я уже слышала. Не один Макс недавно расстался со второй половиной. К сожалению, и у меня было тоже самое. Да что далеко ходить, буквально пару месяцев назад я рассталась с тем, кто бы мне так дорог. Кто буквально ослепил меня. Да, любила. Любила сильно, слепо. Слепо до такой степени, что не заметила многочисленных измен. И узнав о его страсти к коротким юбкам, я сбежала сломя голову. И чтобы не мучиться угрызениями совести и жалостью к самой себе от предательства, я свалила к Маринке буквально через пару дней.

Правда в моем случае он и думать про меня забыл сразу, а тут видишь вон как, страсти-мордасти.

— Не надо так! — покачала он головой и попыталась погладить ладонью по щеке Макса, но его буквально отшвырнуло от неё.

— Не стОит! — резко сказал он, покачав головой.

— Макс, — почти шепотом, да таким проникновенным, позвала она и потянулась к нему, — Ты же помнишь меня, не забыл, правда?!

А мне этот цирк надоел.

— Так, хватит, — я открыла дверцу и выскочила на улицу, — Милая, цокала бы ты отсюда по-хорошему, — сделала я шаг в ее сторону и видела как рыпнулся Макс, наверное, подумал, что я с кулаками полезу.

— А то что?! — ехидно улыбнулась она, — Уж не тебе со мной тягаться. Откуда ты, зайчик? Из какого Мухосранска приехала?!

— Ох ты! — обалдела я и даже глаза выпучила и брови подняла.

Макс переглядывался с Тимуром, Лиля и Маринка высунули головы в открытое окно.

— Вот это ты прям парировала, девочка, — хихикнула я, — Про Мухосранск еще моя бабуля шутила, — а потом набрала в грудь воздух и выдала, — А теперь хватай свою задницу в руки и поскакала отсюда горной ланью и, заметь, я еще культурно сказала, в противном случае я за доли секунды сочиню речь и пошлю тебя по тур. путёвке так далеко и надолго, что даже компас не поможет, — а через секундную паузу добавила, — Хотя, ты на вряд ли в курсе, что это за предмет.

Виолетта молчала. Шока, конечно не было, но желваки на скулах ходили волнами.

— Че встал-то?! — рявкнула я на Макса, тот даже вздрогнул.

— А я то чего?! — крикнул он в ответ, испугался вроде, или просто играет на публику.

— Марш в машину, — т кнула я пальцем в “мазду”, - Оба!

Они поспешили запрыгнуть, уселась и я, мы тронулись с места, оставив Виолетту, которая злобно смотрела вслед, в одиночестве.

Ох, и не понравился мне этот взгляд.

— Чую попой, горячо будет, — присвистнула я в машине, говоря по Вилку.

— А мои “булочки” ничего не чуют, — прыснул со смеху Макс.

Все, дружно, уставились на него в недоумении.

— М-да, парень, умеешь ты разрядить обстановку, — обиженно протянула я.

До дома ехали молча, каждый думал о своём.

— Всё, я ушёл, — свистнула Маринка, подмигнула мне, с чего бы это, и убежала.

Макс вышел из машины и направился за мной к подъезду.

— Тебе будто семнадцать лет, — хмыкнула я, — Виолетты тут нет, чего ты подорвался-то?! — спросила я, когда мы уже дошли до подъезда.

— А нельзя?! — удивился он реакции девушки.

— Можно, — ответила я, — Только осторожно, — подмигнула ему, хихикнула и заскочила в подъезд, не хватало мне тут еще обжимашек, да скромных поцелуев.

Макс ошарашенно повернулся к машине, где хохотали Лиля и Тимур.

— Я вообще ничего не понял?! — протянул он уже в машине.

— А ты думал, — цокнула Лилька.

— Ничего не думал, — тряхнул Макс головой.

— Ксюха не абы кто, — говорила Лиля, — Интересно тебе стало или ты просто так, типа добыча не дается сама, а захомутаешь и бросишь.?!

— С чего бы?! — удивился Макс и даже повернулся к Лильке, которая сидела на заднем сиденье, — Я ж не такой.

— Да-да-да, — язвительно проговорила Лиля, — Такой-такой. До Вилки, у тебя сколько девчонок то было?! — прищурила она глаза.

— Да не помню я, — отмахнулся он.

— Воооооо, — подтвердила Лиля, ткнув его кулачком в плечо, — Вот и думай теперь, — она откинула на спинку, — Ксюшка всё чувствует и понимает, она не как все твои прошлые.

— Да я уж понял, — кивнул он.

А вот сам думал, стоит ли начинать что-то, если может получиться так же, как и с прошлыми?! Вдруг он добьется, а если он захочет, то всё равно добьётся, не пропадёт ли интерес? А вдруг пропадёт? Ксюшу обижать и расстраивать, почему-то не хотелось.

Раньше ему было всё-равно на чувства девушек. Плевать на всё. Да и девчонок он выбирал таких, от которых потом не надо ждать скандалов и признания в любви и верности. Переспали, разбежались и ладушки. Раньше была охота за добычей. А теперь? Является ли Ксеня добычей? А может добыча — это он?!

Спала я, как сурок. Вот честно. Полночи снилось что-то невероятное. Сначала снилось, как я отбивала “Вставай страна огромная, вставай на смертный бой” своими розовыми туфлями по барабану, причем на Красной площади. Потом картинка сменилась, и Тимур с Медведем гнались за мной, причем оба на велосипедах….на детских….трехколесных, видок “коленки щекочут ушки” тот ещё. Потом Маринка, которая уговаривала переписать квартиру на Никиту, а в конце Макс, который учил меня выговаривать своё имя.

— Господи, приснится же, — потерла я глаза, лежа в кровати.

— Чего снилось? — заглянула Маринка в комнату.

— Жуть какая-то, — потрясла я головой, вспомнив мужиков на великах, — Брррр.

— Какие планы на сегодня? — Маринка прошла в комнату и запрыгнула ко мне на кровать.

— Ну для начала позавтракать, — села я и плюхнула руки на одеялко, — А у тебя?!

— Ну у меня были планы пробежаться с тобой по магазинам, но они отменились, — хихикнула она, а сама хитро так, гаденько на меня поглядывает.

— Чего замутила опять?! Я этот взгляд уже знаю, — ткнула я пальцем ей в нос, — Когда ты в последний раз так посмотрела, мы проиграли лифчики пацанам в баскетбол.

— Да ладно, — отмахнулась она, — Тут более прилично.

— Так я вся во внимании, — не вытерпела я, взмахнув руками.

— Макс звонил…, - начала она с “прекрасного далёка”, - Точнее сначала он позвонил Тимуру, попросил Лильку к телефону, спросил у неё мой номер, потом позвонил Медведю с Машкой, потом Никите, а потом мне….

— У меня мозги сейчас лопнут, — ошалела я.

— Короче сегодня мы едем в одно круто местечко.

— И в какое же?! — допытывалась я.

— Сказано тебе не говорить, удивить хочет.

— Ага, — медленно и утвердительно кивнула я, — Марин, — позвала я её, придвинувшись поближе, — Скажи-ка мне, друг, а этот ваш Максимка, прости, полное имя, мне не выговорить, случайно, не закадрить меня решил?! — и проникновенно так в глаза ей посмотрела.

— Честно? — вопросительно посмотрела она на меня и продолжила, — Я была бы не против, но думаю нет, он просто зовёт отдохнуть.

— Ладно, — с сомнением в голосе сказала я.

— Короче вставай, одевай своё “парадное” лицо и вперед на земные просторы, — ткнула она пальцем в окно.

— Доязвишь…., - предупредила её, — И что за “парадное” лицо?! А сейчас оно у меня какое? — ткнула я в лицо себе.

— Ну, — протянула Маринка, которая сейчас выглядела очень даже свежо, — А выражение твоего лица, сейчас, говорит “Понюхала скунца”.

— Фу, — позеленела я.

— Ты знаешь как пахнут скунцы? — захохотала она и выскочила за дверь, так как в неё полетела подушка.

— Балаболка, — проворчала я и потопала в ванну, примерять “парадное лицо”.

Но передумала и натянула другой вариант…”я вся такая волшебная”.

— Чего с тобой? — с сомнением покосился на меня Макс, когда мы ехали в машине Медведя в обещанное место-сюрприз.

Мы загрузились вчетвером. Потапов и Макс сели вперёд, а мы с Маринкой и Машкой сзади.

— Что?! — воспела я, воодушевленная.

— Тебя словно мешком пыльным из-за угла бабахнули…причем по голове, — протянул боязливо он, — И, кстати, ты меня жутко пугаешь.

— Я сегодня прЫнцесса, — выдала я.

Потапов захохотал, Машка покраснела.

— Ага, прЫнцесса, которая пукает духами и какает стразами, — выдал он и захохотал еще громче.

— Потапов, я тебе ухо откушу, — зашипела Машка.

— Во, — ткнула я пальцем в Мишу, — Точно, — закивала я, — Правда я не пукаю, — гордо возвестила я.

— Вообще?! — приподнял от удивления брови Макс.

— Ага, как в “камеди”, она не пукает, она копит, чтобы в один определенный момент, когда наступит конец света, она дала залп и улетела обратно на свою планету, — высказался Медведь и машина разразилась громким смехом.

— Точно женюсь на тебе, — кивнул Макс, — Девушка, которая не пукает, это просто сокровище.

— Ага, в нашей семье, это будет твоя прерогатива, — ответила я ему, подмигнув.

— Господи, о чём вы говорите, только послушайте себя, — крикнула возмущенно Маринка.

До места ехали, наверное, часа два.

— Вы нас будто насиловать повезли, — ворчала Машка, когда мы сзади подпрыгивали на ухабах.

Сзади уже пристроилось еще две машины, Тимур и Лилька захватила Никиту по дороге, а Мирослав и Тоша ехали на своей.

— Всё, приехали почти, — сказал Макс и машина вывернула на пляж.

— Мать моя!!! — восхищенно протянула я.

Лбом я прилипла к стеклу, разглядывая всю эту красоту.

Дикий, огромный, песочный пляж. Волны от реки омывали светлый и чистый песок.

Народу было немного, но в основном молодежь. А вдалеке виднелся заброшенный причал, рядом стояла разбитая белая лодка.

— Красота какая, — восхищалась я, мельком поглядывая на Макса.

Казалось, будто парень ловил каждое моё движение и эмоцию. Словно ему было в радость задавать мне такое настроение.

Так! Чего это? Вы влюбляетесь по ходу Ксения Евгеньевна. На хрен, на хрен. Еще одни такие отношения и от вас останутся только ножки, да рожки….второе, кстати, более вероятно.

Расположились мы почти у самой реки.

Я удивилась тому, насколько слаженными были парни. Быстро доставались пакеты из машин. Стопки с покрывалами и полотенцами, две сумки с холодильными камерами, в которых были напитки.

Девчонки, в этом время быстро раскладывали импровизированную поляну. Я хлопала глазами от такой активности, но меня подпихнул Макс:

— Зависла? — хихикнул он.

— Перезагружаюсь, — кивнула я.

На пляже было хорошо. Приехали мы, правда, не совсем удачно по времени, только в три часа. Но, как оказалось, так и было задумано.

— Слушай, а ты где научился бачату танцевать? — спросила я у Макса, когда он, после речки, мокрый плюхнулся рядом на полотенце.

— На спор, — спокойно ответил он, повернулся на спину, приподнялся на локтях и подставил лицо солнцу, закрыв глаза.

— Да ты отчаянный парень, — хохотнула я, — Как так то?! И долго учился?! — продолжила я разговор.

— Сначала был как бревно, а потом поперло, интересно стало, да и девчонок пощупать давали, — добавил он в конце и улыбнулся широко и хитро.

— Вот где собака зарыта, — крикнула я, — Я так и знала, — и хлопнула его по спине ладонью, а он заржал, — Вот ты конь просто.

— Есть такое, — согласился снова он.

А дальше всё шло своим чередом. Было весело. Мы бесились как дети, брызгались водой, играли в “сифу”, сходили с ума как могли. Хорошо, когда есть такая компания. Несмотря на то, что тебе уже “совсем” за двадцать, можно вести себя как ребенок и никто не посмотрит на тебя косо и криво.

Время приближалось к вечеру, стало холодать и Мирослав с Тимуром развели костер. А Медведь и Никита приперли откуда-то бревно.

Я зябко ёжилась у костра, как и девчонки, и нас всех укутали покрывалами.

— Сегодня было круто! — согласилась я.

Макс ухмыльнулся, барахтая палкой угли в костре, вихрь искр взмывался вверх:

— Не сомневаюсь, — но это еще не всё.

И вот тут я услышала. Услышала с первых нот, с первых секунд. И резко повернула голову назад, туда, где был старый причал.

— Ханг! — прошептала я, но так восторженно, что слышали все.

Маринка улыбнулась и посмотрела на Макса, тот уловил её, едва заметный одобряющий кивок.

Я встала, зачарованная звуками инструмента, покрывало спало с плеч.

Делаю шаг, второй, третий.

Макс, довольно улыбаясь, догнал меня:

— Макс, это просто … просто, — казалось, я задохнусь от эмоций.

Я остановилась и повернулась к нему:

— Как ты…откуда…невероятно просто, — заикалась я, — Спасибо, — кивнула я, а он стоит и в глаза мне смотрит, а я губу кусаю.

— Иди, — кивнул он в сторону, откуда шли звуки.

На старом причале сидел парень и он действительно играл на ханге.

Ох, если вы не знаете, что такое “ханг”, вам обязательно следует просветить себя, гугл вам в помощь. Музыка ветра, музыка души, музыка, которая обволакивает, в голове появляется белый шум и больше ничего. Музыка настолько чистая, настолько светлая, что не любить игру на ханге, просто невозможно.

— Привет, — улыбнулся парень, когда я подошла.

Я сжала губы, чтобы не расхохотаться. Сидит в светло-серой футболке, дранных джинсовых шортах, на ногах простые старые кеды, а на голове ямайская полосатая растаманка….блин, прям раста-стайл. И самой крутой фишкой были зелено-синие….млять….зелено-синие дреды, которые торчали из-под шапки и длиной были ниже плеч.

— Привет, — весело отозвалась, — Ничего такой, хохолок. Как у петушка, — ткнула я пальцем в дреды.

— Ага, — довольно засмеялся он, — Мне тоже нравится.

— Макс, — отозвался парень, когда повернул голову, отодвинул ханг и протянул Максу ладонь для рукопожатия.

— Артур, — кивнул, поприветствовав, Макс.

— Ксения, — протянула и я руку заодно.

— Очень приятно Ксеня, — подмигнул Артур, — Любишь ханг?

— Ооооо, — присвистнула я на всю округу, — Еще как! — продолжила, только что руками не замахала.

Вся компания уже подошла и расселась по причалу, перед этим познакомившись с Артуром.

— Да вас тут целая куча, — засмеялся парень.

— Отдыхаем, — сказал Мир, — Артур, сыграй, я так понимаю сюрприз для Ксюшки готовился, — подмигнул он мне, — Глаза горят у девчонки, не томи.

— А сама играешь на нём? — спросил Артур.

— Неееее, что ты, — замотала я головой, — Мне такое не под силу.

— Зато танцует под него круто, — подала голос Маринка.

— Сейчас друзья у меня еще подойдут, — кивнул он в сторону берега, — Можем сбацать вам тут дискотечку, заодно и порепетируем, — закончил он и довольно уставился на всю компанию.

На пляж, как раз вышли еще двое парней.

— Мама дорогая, он что джамбе несёт?! — взвизгнула я и, запрыгав на месте, захлопала в ладоши.

Макс засмеялся, поражаясь моей детской непосредственности:

— Да мы тут, как бы все трое на ханге, джамбе и чуток на барабанах.

— Клааааааасссссс, — протянула я на выдохе, получилось, будто сейчас в обморок упаду.

Двое его друзей, поприветствовав нас, расположились рядом с Артуром, на причале и начали разогреваться.

Потом полилась музыка. К тому времени парни уже разожгли костер рядом, закутали посильнее девчонок и уставились на трио.

Музыка лилась просто каким-то волшебством.

Я всё шире и шире открывала рот, чувствовала какое-то блаженство. Сладкий сироп сочился по венам. Я, то прикусывал губу, то закрывала глаза, то улыбалась, как умолишенная.

Макс, тем временем не спускал с меня глаз. О чем он задумался, глядя на меня, я не знаю, но в тот момент, когда я вдруг перевела на него глаза, а сидел он напротив меня, я вдруг почувствовала что-то необычное. В груди кольнуло, но как-то приятно. Кончики пальцев закипели, а внизу живота всё скрутило тугим комком, особенно после того, как он улыбнулся мне, глядя из-под ресниц.

Нет, ну я же не железная, в конце концов. Ну зачем так откровенно то заигрывать. Но ханг, черт, парень устроил мне сюрприз. Спрашивается, с чего бы вдруг, если Маринка мне с утра сказала, что ни фига он не собирается меня клеить. Может просто приятное сделать хотел? Ну, как бы извиниться за поезд, что ли.

— Так, — очнулась я от размышлений, когда гаркнул Артур, фраза была обращена ко мне, — Ксения…., - начал он.

— Евгеньевна, — продолжила я, — Но можно на “ты”, с улыбочкой и почаще, — подмигнула я ему.

— Эх, — задорно крикнул Артур, — Огонь девка, — одобрительно кивнул Максу.

— Так к чему вёл-то?! — перевела я разговор на себя.

— Чего там с танцами то?! — прищурился парень.

А я опять перевела взгляд на дреды.

— Господи, меня вот эта “радуга” отвлекает, аж в глаза рябит, — ткнула я пальцем в дреды.

— Ты два раза уже в них ткнула за полчаса, это рекорд. Обтыкала меня сегодня, — по компании пронесся хохот.

— Не извращай слова, — показала я ему язык.

— Ладно, так и быть, но только ради тебя, — поднял он вверх указательный палец и одним махом стащил растаманку….вместе с дредами. Я в шоке открыла рот и, вроде, даже матюгнулась.

Охренеть, а под шапкой милый, симпомпульный такой парень, с русыми, вьющимися крупной волной, волосами, длиной до середины уха. Симпатичный очень даже, и на кой черт, спрашивается ему эта шапка-обдурманка.

— Так, — сказала я, поморщившись, взяла шапку двумя пальцами, — Теперь вот эта хрень мне напоминает хвост петушиный, — и аккуратно положила за спину Артура, — Уберу, от греха подальше.

— Ты мне не ответила. Что с танцами?! — повторил он.

— Я танцую танец живота и бачату. Вот беллидэнс под джамбе запросто, под ханг наврядли я такое сбацаю, — усомнилась я.

— Давай попробуем, давно хотел посмотреть, как это в реале выглядит, — восторженно попросил он.

— А давай, — согласилась я.

Он завел мелодию на ханге, а ребята подхватили ритм для меня на джамбе.

Пытаясь поймать ритм, я закивала головой, тихонько, чтобы самой было удобно. Взяла подол от юбки, ведь как знала, нацепила длинную юбку из тонкого струящегося шифона, и зацепила за пояс, оголив одну ножку.

Сначала еле видны кивки, которые перешли в чуть видные движения груди, которые становились более решительными. Потом волна и тряска в бедрах, снова волна и восьмерки. Движения бедрами четкие, импульсивные, как раз в бит джамбе.

Песок порхал под ногами и нежно грел кожу.

Когда мелодия кончилась, а я дышала, выснув язык на бок, все бурно зааплодировали и засвители, Артур вскочил и как крикнет:

— Ё-моё, ты ж Афина!

— Ты как понял?! — так же громко крикнула я, — Я ж в маске танцую.

— Да я твои видосы все пересмотрел. Всё думал, вот бы видео снять с тобой, да с нами. Классно двигаешься, — похвалил он последней фразой.

Ладно, секрет раскрыт. Мой бывший играет на ханге и мы придумали себе развлечение, чтобы отвлечься от школы, где я преподавала. Так сказать, выйти за рамки.

В абсолютно разных местах устраивали танцы. Он играл на ханге под бит с телефона, к которому присоединяли небольшую колонку, а я танцевала танец живота или бачату, под тот самый бит, так как мне подстроиться под ритм ханга было невозможно.

При том, что мы были в масках на всё лицо, узнать в нас Ксюшу и Витю было невозможно. Так ведь нет же, нашелся профессионал, блин.

— Слушай, если ты не против, может обменяется телефонами и снимем пару роликов?! — попросил Артур.

— Да как не фиг делать, — кивнула я весело, — Только я в маске буду, — предупредила я, — А то я, всё-таки, детей танцевать учу и не гоже будет, если эти видео с моим лицом попадут на глаза родителям. А так, в маске, и волки сыты, и овцы целы.

— Договорились, — кивнул он и протянул руку.

— Супер, — кивнула я и пожала ее в ответ, а потом продолжила, — А теперь, друг мой я расскажу тебе какие конфетки я люблю, — скорчила я рожицу, намекая на оплату.

Артур захохотал, повернулся к Максу и сказал, да громко так:

— Макс, — и покачал головой, смеясь, — Черт возьми, — и ткнул в меня пальцем, — Это твоя девочка…хватай её и не потеряй.

Макс ухмыльнулся и перевел взгляд на меня, а его желваки ходили ходуном.

— Постараюсь друг, — кивнул он.

— Эй, а меня то спрашивают тут или нет?! — возмутилась я.

Артур снова рассмеялся. Укуреный он что ли?! Не, это наверное аромат еще от старых хозяев в шапку впитался и разъел ему мозг.

Какая, нафиг, “твоя девочка”?! Да мы живем в разных городах. О каких отношениях речь. Да и я, как-то не хочу. Ну не хочу я наступать опять на те же грабли.

Не-не-не, увольте. Максик будет жить своей жизнью, а я своей.

Лучше вообще не поддаваться на эти его провокации, а лучше глаза закрыть и уши заткнуть, а еще нос. Да-да, нос. А парня невероятно пахло океаном. Я больная, да?! Вот сидит рядом и прям чувствую запах…соленый, свежий, такой…такой…в общем он пахнет просто невероятно.

Стоять Зорька, что это за сцены? Похоже, мозг, от перевозбудимости, уже сам себя поимел. Ну как так можно, а?!

Домой мы добирались, когда на часах было уже за полночь. Я уснула еще в машине. Маринка разбудила меня, когда мы въехали во двор.

— Давай, соня, открой глазки, я тебя до квартиры не дотащу, — прошептала она.

— Макс есть, — прошептала я сквозь сон, просыпаться так не хотелось.

— Вот именно, — подтвердил тот с переднего сиденья.

А потом полет….лечу….бах, ногой стукнули, не сильно, но ощутимо:

— Тпру Зорька, — гаркнула я сквозь сон.

— Поводья натяни ещё! — буркнул он, перехватывая меня на руках по удобнее.

— Не-а, — воспротивилась я, обнимая его покрепче за плечи, — Я лучше тебя натяну, — выдала я то, что на утро и не вспомню, но Маринка расскажет и я попытаюсь не сгореть со стыда.

Макс хохотнул.

— Натянешь-натянешь, — шепнул он только для меня и кивнул.

На утро я проснулась в отличном настроении, попила кофе, оделась и направилась на улицу одна, прошвырнуться по магазинам. Маринка еще с утра пораньше улетела в универ.

Красивый всё-таки город. Тихий. Плюс солнышко светило ярко. Не беру в расчет количество машин и прохожих. Сейчас, когда основная масса народу была на работе, я преспокойно ходила по полупустым улочкам, заходя из магазина в магазин.

Прикупила платье, новые туфли, джинсы и даже захватила комплект белья. Кружевная тонка ткань черного цвета сразу привлекла внимание, а взглянув на ценник, так и вовсе обрадовалась. Не раздумывая ни секунды, цапнула комплектик.

А вот на выходе из магазина наткнулась на “картину маслом”.

Виолетта, в окружении трех подружек, стояла у входа.

— Ну привет, солнышко, — нараспев произнесла она своим гадким голоском.

— Здоровались позавчера еще, — буркнула я и пошла прочь от них.

Черт, ну точно без проблем не обойдется.

Тычок в спину и я полетела на асфальт, разбив коленку.

Виолетта с подружками окружили. А я рассмеялась в голос.

Не, ну правда, ситуёвинка та еще. Как в школе в своё время.

Одна из девочек решила, что я хочу отбить её парня и подкараулила меня у школы после окончания уроков. Тумаков мне тогда знатных надавали. Но, благо их было тогда двое и я тоже отвела душу, размахивая рюкзаком и пыхтя как паровоз. Так что и я, тогда, в долгу не осталась. Разошлись тогда по мирному, выяснив всю ситуацию, даже хохотали спустя время.

А тут, чую, так просто всё не закончится. Ведь по сути дела я действительно заняла место Виолетты рядом с Максом. Для неё и был устроен весь спектакль, так что ни дать, ни взять. И правду не расскажешь и без драки, по ходу не обойдется: — Бесстрашная совсем, да?! — проскрипела подруга.

— Голосок у тебя, конечно, клевый, прям Монсерат Кобалье, млять, — выдала я.

— По ходу она на голову двинутая, — хихикнула вторая подружка.

— Слушай, солнышко, ты бы ехала обратно в свой городок, — зашипела Виолетта, присев передо мной на корточки, — Ты же понимаешь, что я тебе жизни тут не дам. Макс мой, заруби на своем носу.

— Нос у меня короткий, не получится зарубить, — проговорила я, поднимаясь и отряхивая платье, — Зато на твоём шнобеле зарубки делать самое то, — ответила я и вскинула голову, глянув ей прямо в глаза.

Виолетта ухмыльнулась.

А потом мгновение и началась нормальная такая, жесткая женская потасовка.

Летели клочки волос, мелькали туфли и трусы, так как девчонки были в коротких юбках, а от подруг Вилки, еще и визг такой, что уши закладывало.

— А ну стоять! — рявкнул мужской голос.

Все в момент как протрезвели. Вскочили по стойке смирно.

Вилка с разбитым носом, из которого капельками капала кровь, девчонки с подерганными волосами, а я с разбитой губой и коленкой.

— Ба! — развела я радостно руки в объятиях, — Явление Христа народу, — нараспев крикнула, глядя в глаза Максу.

— Макс, — начала Вилка, но он резко отчеканил.

— Стоп! — ставя руку перед собой, — Слышать тебя вообще не хочу. Какого хрена, Виолетта?! — крикнул он, махнув рукой в ярости, — Ты совсем охренела?! Что за девяностые? — кричал он, да так злобно, что даже я поёжилась.

Он быстрым шагом направился ко мне, собрал мои пакеты и приобняв меня за талию, повел к машине, которая стояла в нескольких метрах от нас. Дверца со стороны водителя, открыта настежь, машина припаркована боком, будто второпях остановился.

— Садись! — скомандовал он, открывая заднюю дверцу, помог забраться, а потом вдруг посмотрел мне в глаза, провел большим пальцем по щеке и спросил, — Ты как?

Я лишь кивнула, от прикосновений язык прирос к нёбу.

— Поехали, не хрен тут делать! — сказал он с кивком и захлопнул дверцу.

А потом повернулся к девчонкам и, погрозив пальцем, сказал:

— Еще раз рядом с ней увижу и тогда вы все, — обвел он пальцем всю женскую братию, — Будете иметь дело лично со мной. А ты! — ткнул он пальцем в Вилку, — Будешь иметь дело с женской половиной, — а потом утвердительно кивнул, для того чтобы Вилка точно поверила, — А ты прекрасно знаешь на что способна эта троица.

Виола молчала, сжимая зубы.

Он повернулся, не дождавшись ответа и сел в машину.

— Домой?! — спросил он и посмотрел в зеркало на меня.

— Нет! — крикнула я, — Домой мне нельзя, Маринке объяснять придется. А она потом бучу такую наведет, мало не покажется. Давай тормознем, где потише, аптечку достанешь и я быстренько всё сделаю.

Он кивнул. Я видела, как сжаты пальцы на руле, до белых костяшек. А сама кусала губы. Ну как спросить у него….

— Ты как тут оказался?! — не выдержала я.

— Мимо проезжал, со встречи ехал, а тут смотрю просто куча мала и твоя туфля розовая мелькнула. Господи, я аж вспотел, — сказал он, — Ты то как умудрилась в это вляпаться?!

И я только сейчас рассмотрела, что он был в строгом костюме. Подобрала и проглотила слюну, потому как костюм на нём сидел как влитой. Уж очень сексуально он смотрелся в нем.

— Да по магазинам гуляла, а они меня у входа в магазин поджидали, уж не знаю как они меня увидели, — пожала я плечами, разглядывая все ли пакеты забрал Максим, — Блиииин! — досадно протянула я.

— Что?! — испугался он, — Плохо? Остановить? — всполошился.

— Нет, — отмахнулась я, — Я белье потеряла, — и губы надула.

— Знаешь, фраза двусмысленная. Давай поконкретнее, какое белье, где потеряла?!

— Да белье купила сегодня, в том вот магазине, где они меня подловили. Черт, красивущее черное кружево, тонкое, мягкое, нежное…, - описывала я восторженно и только спустя пару секунд заметила его взгляд в зеркало, — Что?! — испугалась я.

— Черт, ты сейчас так описала его, что мне даже посмотреть захотелось, — присвистнул он и улыбнулся самой лучшей своей, хитрой улыбкой.

— Не мечтай даже, — хлопнула я его ладонью по плечу.

— Ладно, разберемся с твоим бельем, — сказал он со смешком, сворачивая на набережную

— Разберись, — кивнула я твердо.

— Разрешаешь?! — подмигнул он мне в зеркало.

— Так да! — крикнула я, как-будто бы удивившись.

В конце-концов это его бывшая клуша налетела на меня и мне положена моральная компенсация и материальная, кстати, тоже. Так что пусть разбирается.

Мы остановились и он помог мне выйти.

Прихрамывая, я поковыляла, держа его за руку. Остановились у багажника, он приобнял меня за талию и как пушинку посадил на машину. Принес аптечку.

— Дай я сама, — сказала я и потянулась за аптечкой.

— Ага, — съехидничал он, — Твоё “дай я сама” тут не спасет, — кивнул он на коленку, — Я помогу, — кивнул он и достал перекись.

Пока обрабатывал ранку, изредка поглядывал на меня. А меня кидало в дрожь от его прикосновений. От того, как он проводил пальчиками по коже. Настолько нежное и интимное прикосновение, что по неволе я вздрагивала: — Готово, — кивнул он на коленку, а потом опершись руками по обе стороны от меня, вскинул голову и, хитро прищурившись посмотрел мне в глаза, — А теперь разберемся с твоим бельем.

Рывок и он поцеловал. Захватил в плен нижнюю губу, лаская её языком. А я закрыла глаза.

Ой, мамочки, руки, ноги, голова, что делается?!

Тело обмякло, поддаваясь ласке. Он выпрямился, развел мои коленки стороны и придвинулся ко мне еще ближе, запуская пальцы в волосы. Целовал настойчивее, яростнее, словно изголодался.

Ладонью он провел по бедру, приподнимая подол платья.

— Ай-яй-яй-яй-я, убили негра….убили негра, убили, — заиграла музыка.

Макс нехотя оторвался от “лечения” и прислонился своим лбом к моему:

— Дышать Макс, надо дышать, — прошептал он самому себе и сделал глубокий вдох, я хихикнула, он улыбнулся и достал телефон из кармана.

— Необычный рингтон, — съязвила я.

— На Тимура стоит, — пояснил Макс и свистнул в трубку, — Что надо?!..Нет…с Ксюшей…на набережной….Тим, не томи, чего хотел?…ладно, сейчас девчонку домой отвезу и приеду, — кивнул он, отключился и многозначительно посмотрел на меня.

— Что? — очнулась я, — Между прочим ты целоваться полез, а не я. Оригинальный способ лечить, — сказала я, спрыгнула с багажника и похромала к двери, — Вези меня домой большая черепаха, — скомандовала я.

Макс засмеялся и открыл мне дверь со стороны пассажира спереди.

— Сюда садись, — сказал он командным тоном.

— Ишь, командир какой, — сказала ворчливо я, села и в момент, когда он стал закрывать дверцу, выдала, — Прям заводит даже.

Макс рассмеялся, обошел машину и сел за руль.

— Так что там с бельем? — снова спросил он, — Я хочу еще раз послушать эту душесчипательную историю, расскажи мне поподробнее, — причмокнул он предвкушая.

— Ты прям мечтатель, — засмеялась я, но вдохновенно начала рассказ, — Ну, в общем оно кружевное, — потом с сомнением сказала ему, — Ты только не подумай, что я какая-то там, просто девочек рядом нету, только ты, так что я буду хвастаться тебе и это вовсе не потому что я какая-то там, просто мне ну очень хочется рассказать….

— Да рассказывай уже, обещаю, не подумаю, что ты “какая-то там”, - кивнул он со смешком.

— Ладно, — кивнула я согласно, — В общем оно черное, кружева целиком, на лифе цветок между чашечек. Лиф без поролона и вообще без подкладок, вот чисто прозрачные кружева, — вижу как Макс сглатывает и сжимает руль, но продолжаю уже издеваясь, — Трусики мааааленькие, но не стринги, а танго, это когда полосочка чуть шире, а не шнурочек. Спереди на трусиках бантик такой крупный белый с черным стразиком, а сзади на треугольничке оборочка такая в три слоя, будто маленький хвостик.

Макс снова сглатывает и словами:

— Ну всё, с меня хватит, — резко сворачивает на обочину.

Останавливает машину, отстегивает ремень, и буквально набрасывается, впиваясь в мои губы.

Дыхание сбилось у обоих буквально в первых секунд.

И опять:

— Ай-яй-яй-яй-я, убили негра….убили негра, убили.

— Твою мать, — рявкнул Макс, отрываясь от меня.

А я аж прифигела. Глаза открываю и будто не вижу ничего, в голове шумит.

— Дыши Ксюша, дыши, — хихикнул Макс.

— Иди ты, — проворчала я.

— Да брат…. - сказал он, — Скоро буду, не трезвонь, только отвлекаешь.

Дальше ехали молча. Я не смущала его, а он думал о чем-то.

Довез меня до дома, передав Маринке на руки, уехал.

— Чего случилось-то? — прыгала Маришка вокруг меня.

И я рассказала. Всё рассказала. Про куриц этих и про поцелуи.

— Вот это даааааа, — протянула Маринка, открыв рот, — И что теперь?

— А теперь, сестренка, будем тормозить это всё, потому как, мне тут лишних всяких любовей не нать….я уеду, и усё. Тем более после Вити, как-то не готова я еще. Всего несколько недель прошло.

— Понимаю, — кивнула она и спрашивать больше ничего не стала.

Ибо не зачем. Маринка понимала, что мне тяжко и в этом был большой плюс. Не нужно было ничего объяснять, она словно чувствовала меня, словно знала, что у меня на душе.

Мы пошли на кухню обедать, сменив тему на мои покупки, кстати, я таки рассказала ей про крутое, кружевное белье.

А дальше день тянулся медленно. Думала ли я про Макса?! Конечно. Такой парень у любой девушки вызовет бурный резонанс в жизнь, всё переворачивается кувырком. Но, сейчас, у нас всё было относительно спокойно. Бурных эмоций я не испытывала….но это пока его не было рядом. Стоило ему только появиться на горизонте, как сердце начинало стучать в бешеном ритме. Какой вывод делаем из этого? Правильно, нужно сходить к терапевту, взять направление на кардиограмму.

Мы с Маринкой слонялись из угла в угол от безделья. Но вечером спасли Машка с Лилькой, заглянув в гости на девичьи посиделки, притащив две бутылки мартини.

— Сопьюсь с вами, — хихикнула я, располагаясь в любимом кресле боком, и закинула ноги на подлокотник.

Маринка с Машкой ушли на кухню готовить закуски, а Лиля, пристально взглянув на меня, вдруг изрекла:

— Тебе ведь нравится Макс, да?!

Я замолчала в ступоре. Вопрос прямой, юлить смысла нет:

— И какой ответ ты хочешь услышать?! — спросила я вопросом на вопрос.

— Ладно, — пожала она плечами, — Не хочешь не отвечай, но можно я тебе кое-что скажу, дам, так сказать, пищу для размышлений.

Я кивнула в ожидании. Лилька человек очень интересный. Порой, в ее маленькой головке, зреют такие мысли, от которых человек впадает в ступор.

— Макс не простой парень, да! Я даже отрицать это не буду, но скажу тебе лишь одно, в чем я уверена на сто процентов…, - и она замолчала, — Он всегда получает то, чего хочет. Звучит фраза очень странно, согласна, будто про капризного ребенка говорю, но нет. Но, поверь мне, Бесаевы умеют бережно охранять и заботиться о том, чего они долго и усердно добиваются, — и взглянула мне в глаза.

— Ты сейчас словно о новой машине говоришь, — хмыкнула я, — К чему весь разговор Лиля? — уж я то понимала к чему она клонит, но вслух признаваться не хотела.

— Ксень, — позвала она осторожно, — Макс — это твоё, а ты его. Уже все это поняли, только вы врубиться не можете.

Я распахнула глаза от удивления.

— Паршивые сплетники, — засмеялась я, а потом продолжила, отведя глаза, — Знаешь, я после прошлых отношений не хочу наступать на те же грабли. Виктор клевый. Я любила, сильно любила…я действительно умею любить так, что задыхаюсь сама от собственных чувств. Но я боюсь. Да, я согласна, что не попробуешь — не узнаешь, но черт возьми, пробовать и начинать очень страшно, — закончила я.

В комнату ввалились девчонки с тарелками и разговор наш был закончен.

По телику шло «Очень страшное кино» фоном, мы болтали обо всем, в том числе и об отношениях:

— Расскажите мне как вы познакомились со своими кавалерами! — потёрла я руки в предвкушении, — Меня не было всего ничего, а у вас тут дела к свадьбам идут семимильными шагами.

И новая тема для разговора еще на час. Я отодвигала тему Макса долго и упорно, насколько могла, аж до одиннадцати вечера, но…

— Ай-яй-яй-я, убили негра….убили негра, убили! — заорала музыка.

— Твою мать! — рявкнула Лилька, подпрыгнув на диване и схватила телефон, — Убью Макса, засранца, опять мне мелодию сменил.

А я в голос захохотала, вспомнив утренние приключения:

— Да! — сказала она в трубку, — Макс, таракашкина ляжка, ты на фига мне опять этого негра поставил?! — крикнула она.

— Ой не могу, таракашкина ляжка! — захохотала Машка, хватаясь за живот, — Ну вот как так, а?! — повернула она голову ко мне, — Ты слышала её ругательства? Не обращала внимание, насколько богатая у нее фантазия?!

Я не выдержала и тоже засмеялась, подхватила и Маринка:

— Нет, — перекрикивая нас, ответила Лиля в трубку, — Да не курили мы ничего! Ты дурак чтоли совсем?! — орала она.

Снова взрыв хохота:

— И грибы не жрали, — сказала Лиля, — Где я тебе грибов то возьму, у единорога куплю что ли, так он отдыхать в тридевятое царство уехал с Горынычем, — придумала Лилька уже не сдерживая смех, — Ты чего хотел то?!..ага…, - кивнула она, — Даже мне не скажешь?!..ладно, — кивнула она, посмотрела на меня и сказала, — Ждём, — и отключилась, — Макс приедет и не смотри на меня так, — обратилась она ко мне, — Я понятия не имею чего ему надо, сказал, что дело к тебе есть.

Сердце в груди сделало сальто «мортале», по спине галопом пробежали мурашки, даже пятки, казалось, вспотели.

— Чего ему надо?! — брякнула я испуганно, а Лиля глянула на меня в выражением «Я же только что тебе ответила», — Ладно, пока я не умерла от интереса, — начала я, а потом взглянула на Лильку, — Скажи-ка мне, милая, как у тебя так получается выдумывать эти твои ругательства?

Снова хохот волной окатил компанию.

— Ты еще про порванную туалетную бумажку не слышала, — не выдержав, захохотала Машка.

Приехал он быстро, Маринка открыла и он зашел, сразу зацепившись взглядом за меня.

Выглядел шикарно, белый легкий пуловер с капюшоном на голый торс, голубые джинсы. Я нервно сглотнула, ладони вспотели. Жутко захотелось прикоснуться к его груди, к обнаженной коже.

— Отлично выглядишь, — улыбнулся он мне.

— О да, — охнула я, вставая, — Разбитая губа, больная коленка, прям красотка слов не найти.

Он улыбнулся еще шире.

— Держи, как обещал, — подошел он.

Девчонки, немного ошалевшие, его нисколько не смущали.

Он подошел ко мне почти вплотную и протянул черный пакет с изображением графической белой лилии.

— Быть этого не может! — покачала я головой, не веря своим глазам.

Он, довольный собой и моей реакцией, ухмыльнулся:

— Посмотри, — сунул он мне пакет в руки, — Это правда не совсем то, что ты потеряла, но думаю я угадал….если быть точнее, то «милашку консультанта» я задолбал за полчаса.

— Не поняла, — сказала Маруся, выпучив глаза.

— Чего ты не поняла? — повернул он голову на Марусю, — Почему-то в том отделе «Белой лилии», куда сегодня я зашел, работает «симпомпулька» — консультант, — кривовато изобразил он гея и скорчил рожицу.

Лилька уже прикусила губы, что не заржать.

— Гомофоб, — проворчала я.

— Я?! — крикнул удивленно Макс, — Да бог с тобой…, - махнул он ладонью.

— Свят свят свят, — проворчала эмоционально Маринка, а Машка с Лилькой заржали.

— Короче! — остановил поток подколок он, — Посмотри! Это возмещение материального ущерба за утренние разборки, — кивнул он на пакет.

А там?!

Белье, черное с белым. Такое то же кружевное. Если смять его, то оно почти влезает в мужской кулак.

— Эта…этот «Милашка» заверил меня, что тебе понравится, — замялся Макс и вроде даже покраснел.

Я разглядывала фирменное кружево, пальцы тряслись.

Комплект был просто нереально красивым.

Черный прозрачный лиф в сеточку с мелкими вкраплениями. Трусики из такого же материала. Спереди их украшал белый бант, обшитый по контуру черной нитью для контраста, а сзади шли те же оборки «хвостиком».

— Маааааать моя! — крикнула восторженно Машка и вырвала у меня из рук комплект, — Он же просто крутой. В каком отделе «Лилии» ты его брал?! — уточнила она у Макса, вскинув голову на парня.

— На Брониславской, — ответил он.

— Надо Медведю намекнуть, — кивнула Машка, разглядывая тряпочки.

— Спасибо, — кивнула я, — Только не стоило, — скромно начала я.

— Не надо, ладно?! — покачал серьезно Макс головой, — Не надо включать эту свою природную скромность, — и он хотел сделать шаг мне на встречу, но передумал, — Ты мне скажи, тебе понравилось?!

— О! — протянула я на эмоциях, распахнув глаза, — Конечно! Ты его в руках держал? Он просто невероятный, — взмахнула я руками.

— Ну вот и славненько, — кивнул довольно он и замолчал, глядя мне в глаза.

Ну вот что это такое, а?! Почему мне так хочется прыгнуть на него и зацеловать, а?! Именно сейчас у меня жуткая потребность это сделать.

Девчонки сидели на диване с комплектом и с интересом наблюдали за нами.

— Чего уставились?! — спросил Макс.

— Интересно, что дальше будет, — вздохнула мечтательно Машка.

Лиля улыбнулась, Маринка молчала.

— А ну брысь отсюда! — крикнул Макс и даже сделал попытку рвануть на них, сделав несколько быстрых шагов в их сторону.

Но он, то просто придурялся, а девчонки взвизгнув, выскочили на кухню.

— Зачем ты на самом деле приехал?! — спросила я, когда в комнате стало тихо.

Он повернулся ко мне и ухмыльнулся:

— Ты меня раскусила, — прикусил он губу.

— Естественно, — пожала я плечами, — Ведь не для того, чтобы вручить мне подарок, ты прилетел в одиннадцать часов ночи сюда. Ведь подарок можно было бы вручить и утром, — говорила я, а сама видела, как он медленными шагами приближается ко мне, — Или днем, — продолжила я, а он остановился за мной, — Или можно было позвонить и договориться о встрече, чтобы вручить мне его, — а он осторожно, чуть касаясь кожи, убирает мои волосы с плеч, оголяя шею, — Или вообще отправить его по почте, — несла я полный бред уже почти шепотом, потому что боялась пошевелиться.

Боялась спугнуть его. Мне нравились его прикосновения, тело отвечало моментально, бросая в дрожь все внутренности.

В животе снова всё скрутилось в тугую спираль и она вот-вот разорвется.

А он словно издевался. Провел пальцами по коже на шее, наклонился и коснулся губами:

— Сегодня, когда я выбирал белье…да, не смейся, я сам его выбирал, консультант лишь помог с размером, — шептал он, целуя шею, — Я представлял тебя в нём. Банальные слова, да?! Но то, что мы делали в моей фантазии было совсем не банальным….далеко не банальным, — его голос чуть поскрипывал от возбуждения.

— И как картинка? — спросила хрипло я.

Голос неожиданно сел.

— Возбуждает, — сказал он и, взяв за руку, повернул к себе, — Очень, — закончил он и поцеловал.

Неожиданно?! Ничего подобного, я ждала поцелуя, более того, я его хотела. Хотела так, что кончики пальцев покалывало, а коленки дрожали мелкой вибрацией.

Глотая воздух между поцелуями, я таки подняла руки и вцепилась в его плечи, а потом….:

— Ай-яй-яй-я,…убили негра…убили негра, убили, — раздалось громкое с кухни.

— Да ёпа же мать, а! Ну на самом интересном месте…. - выругалась Лилька

Я захихикала ткнувшись Максу в грудь лицом.

— Похоже эта песня станет притчей во языцех, — ухмыльнулся он, а сам, улыбаясь ответил, — Но в следующий раз я уберу все телефоны и ничто уже не помешает мне, — шепнул он тихо мне на ухо.

А у меня от такого интимного и возбуждающего шепота, подкашиваются ноги, я дергаюсь с криком:

— Ой! — но Макс успевает подхватить меня за талию, нагло ухмыляясь.

— Не знал, что так действую на тебя.

— Иди ты! — очнулась «прежняя» Ксюша и пихнула его локтем в бок, — Совращает тут стоит честных, скромных девушек.

— О да! — рассмеялся он, — То, что честная, да, но вот скромницей тебя назвать, у меня язык не повернется, — засмеялся он.

Из кухни вышли девчонки с виноватыми лицами:

— Шпионы млять! — выдала я, — Подслушивали?

— Нет, музыку слушали, — гордо возвестила Машка, подняв указательный палец вверх и запела, — Ай-яй-яй-я, убили негра, убили негра, убили.

— Ладно, девчонки, я пошел, а вы продолжайте развлекаться, — сказал Макс, подмигнул мне, а Маринка закрыла за ним дверь.

— Ну и что это было? — спросили они в голос.

— А хрен его знает, — развела я руки в стороны с виноватым видом.

— Вставай соня! — рявкнула Маринка, залетев ко мне в комнату.

Я так и подпрыгнула на кровати.

— Чего ты орёшь дикая?! — взвизгнула я.

— Сейчас мы с тобой завтракаем и отправляемся по магазинам всей компанией, Тошка еще с нами идет, — скомандовала Маринка.

— Ладно, — кивнула твердо я, — Полчаса мне на сборы и я вся ваша, — улыбнулась я, сморщив гримасу от солнышка, которое било сейчас прямо в глаза.

Мы ходили вчетвером по магазинам. Заходили в кафешку. И мне было так хорошо и весело.

Просто легко и здорово.

— Мммммм ….Захватила дыхание…не отпускает сознание…эти эмоции, глаза, так выдают, ее пропорции, тебя не покинут…., - заиграла песня Монатика.

— Чего за музыка у вас у всех играет?! — офигела я, — Где вы находите такую?

— Да если б это я?! — ворчала Тоша, — Мир прикалывается, засранец, — говорила она, рыская телефон в сумке и нажав «Принять», ответила сладким голосом, — Да любимый…нет….да с девчонками я, — вдруг ласковый голос поменялся на злобно-милый, — Ладно, больше не буду, прикольнуться хотела, посмотреть как ты отреагируешь….чего?…нет…нет, я сейчас не пойду к вам….потому что я с подругами, а если тебе приспичило, это твои проблемы.

Девчонки хихикнули, подозревая об истинной причине этого «приспичило».

Тоша окинула нас взглядом:

— Нет, они ржут над тобой….потому-что подумали, не о том, о чем надо. Мир, ну я тоже очень-очень соскучилась, но мне же не приспичило тебя прям сейчас поцеловать, — протянула она жалобно.

— А мне вот приспичило! — услышали мы веселый басок и, как по команде, повернули головы.

— Ты следил за мной что ли?! — с сомнением проговорила Тоша.

— Нет, — рассмеялся он, — Мимо проезжал, смотрю девочка моя идёт, ну и, собственно, — хитро улыбнулся он.

Тоша, засмеялась, подошла к нему и поцеловала.

Черт, даже завидно стало. Наверное, у меня это на лице написано было:

— Тоже так хочешь?! — услышала я бархатный шепот у уха и вздрогнула.

— Черт, — выдохнула со страху, — Напугал как! — ругнулась и ткнула его кулаком в плечо, — Чего подкрадываешься то?!

— Да я недалеко тут был, — кивнул он головой назад, — Мирославу позвонил, чтобы забрал меня, — а сам с меня взгляда не сводит, — Не хочешь пообедать вместе?

В животе тихонько уркнуло.

— Забирай её, — пихнула меня Маринка в спину, да силы не рассчитала и прямо Максу в объятия.

— Да без проблем, — подмигнул он ей, — Насовсем забирать?! — хитро спросил он её, а я переводила глаза то на одного, то на другого.

— А ты хочешь насовсем? — хитро спросила Маринка.

— Было бы неплохо, — хихикнул Макс.

— Так, — выдала Машка, — На хрен вас всех, я звоню Потапову, — и полезла за телефоном, — Все, блин, тут целуются, любятся, а что хуже что ли?!

— Вообще-то я тут еще рядом стою, тоже неприкаянная, — покашляла тактично Лиля.

— А твой Бес, почему-то всегда вовремя появляется, словно задом чует, — проворчала Машка.

И из-за угла выруливает Тимур с пакетами.

— Во, — вскинула она руки, — Я ж говорила. Вот как он узнал?!

Тимур, увидев нас, заулыбался и поспешил навстречу.

— Привет, а вы чего тут? — подошел он и обнял Лильку.

— А ты чего тут? — заподозрила Лиля, — Ты ж собирался по делам каким-то?! — и грозно уставилась на Тима.

— Лиль, ты чего?! — испуганно начал он, — Вообще-то я как и ты, прогуливаю универ. Правда вот сегодня решил тебе сюрприз устроить.

— А там чего? — кивнула на пакеты.

Тимур поспешно спрятал пакет за спину:

— Вечером узнаешь, милая, обещаю, — улыбнулся он и поцеловал свою девушку, — Ну смешно ей богу. Даже думать не вздумай чего-то такое.

— Какое?! — хитро спросила подруга.

— А такое, — передразнил Тимур, — Я даже знаю какая картинка в твоей маленькой головке сейчас сидит, — потом посмотрел на братьев, — А вы то чего тут?! — гаркнул он.

Мир захохотал и махнул рукой:

— Капец, теперь только Медведя с Никитой не хватает.

И как по команде выезжает темно-синяя мазда кроссовер Никиты и останавливается рядом с Миром. И машины выходят Медведь и Никита.

— Чего за сбор?! — спросил Потапов.

— А вы то тут откуда?! — икнула Маринка, подойдя к Никите.

— Ездили на базу, обратно возвращаемся. Мы сняли на все выходные домик, — похвастался Потапов.

— Тот же?! — ахнула Машка, взмахнув руками.

— Нет, — смеясь, покачал он головой, обнимая покрепче свою девушку, — Который взяли мы, побольше, и чуть ближе к реке.

— Значит отдыхаем?! — взвизгнула Маруся и запрыгала, хлопая в ладоши.

— Ага, — кивнул Миша.

И стоим, замолчали все.

— Так, — нарушил тишину Макс, — Мир, дай ключи, я сам к отцу съезжу, разберусь с делами и потом верну.

— Лады, — он кинул ключи брату.

— Ладно, до встречи, — сказала я и пошла в сторону подруг.

— Стоять! — гаркнул Макс, — Ты куда это?! — расширились его глаза.

— К подругам, — пискнула я в ответ.

— Не-не-не, — покачал он головой, — Так дело не пойдет. Давай в машину, покатаешься со мной, — кивнул он на «нисан» брата, — Потом пообедаем.

— С чего это?! — ошалела я.

— С того этого! — ответил многозначно он.

Друзья переглядывались, наблюдая за этой картиной.

— Хрен тебе, — выдала я и пошла к подругам.

— Вооооот, — довольно протянул он, — Это моя девочка, — ткнул в меня пальцем.

— Давай брат, — захохотал Мир, предвкушая следующую сцену.

Макс догнал меня, быстро обогнул, присел, закинул на плечо и понес в сторону машины:

— Какого хрена!? — ругнулась я вопросительно.

— Ксюшка, не парься, это у Бесаевых семейное похоже, — сказала, смеясь, Тоша.

— Если пукнешь, я тебе волосы на копчике выдерну, — проворчала я.

Мир разразился громким смехом:

— Правда ответы отличаются, меня укусить за зад хотели, — снова хихикнул он и нежно посмотрел на Тошу.

— Поставь меня, немедленно, — скомандовала я.

— Хрен тебе, — выдал Макс, а я лишь рот открыла от действий обнаглевшего парня.

Он обошел машину, закинул меня на переднее сиденье и, махнув рукой, сказал:

— До встречи, друзья и братья, не поминайте лихом, если я не вернусь, считайте меня коммунистом, — захлопнул дверцу и рванул с места.

Я пыхтела от обиды и молчала.

— Не пыхти, ежика напоминаешь, — улыбнулся Макс.

— Отвали, жопа с ручкой. Что ты вытворяешь? Я вообще-то с подругами была, — возмутилась я.

— И что? — вроде бы удивился он.

— А ничего, — ёмко ответила я.

— Подруги твои ни капли не обиделись, — выдал он, а сам сидит, улыбается, довольный собой.

Мы подъехали к фирме «Ламрус», директором которой, как я узнала ранее, был Бесаев старший.

На входе сидит приятная девушка, блондинка, с ясными голубыми глазами:

— Максимилиан Анатольевич?! — удивленно распахнула она глаза, — А отец уехал, буквально полчаса назад.

— Ничего Вероника, спасибо, я за бумагами, — кивнул он.

— Добрый день, — кивнула она мне и скромно улыбнулась.

— Добрый, — улыбнулась я в ответ.

Мы прошли мимо и я услышала:

— Ах ты ж ёкарный бабай, — высказалась громко девочка и я повернулась, а Макс, казалось, не обратил никакого внимания.

— Чего это с ней? — спросила я его по пути.

— Вероника Эдуардовна у нас ходячая катастрофа, этому уже никто не удивляется, но девчонка милая, — пожал он плечами словно между делом.

— Милая, — повторила я и сузив глаза, посмотрела на Бесаева.

— Не ревнуй, — подмигнул он, обернувшись.

— Вот еще, — хмыкнула я.

Он открыл дверь кабинета, приглашая войти:

— Мы тут надолго? — спросила я войдя в кабинет и повернулась.

Макс закрывал дверь на ключ.

— А вот это как пойдет, — сказал он тихо, доставая телефон.

Внизу живота у меня вмиг вспыхнул огонь.

Блин, вот как он так умеет, заводить моментально, одной только фразой, одним только голосом.

— Ты чего делаешь? — спросила я, расширив глаза.

— Звук убавляю на телефоне, — сказал он хитро и кинул телефон в кресло.

Направился медленно ко мне.

— Эй-ей-ей, — выставила я предупредительно руки перед собой, — Ты чего это?!

Он подошел, упершись грудью в мои ладони, выставленные вперед. Еще шаг, силы у него больше. А сам смотрит мне прямо в глаза, едва ухмыляясь краешком губ.

— Ни фига подобного Максимилиан Анатольевич, — покачала я головой грозно.

Еще шаг и мои руки согнулись в локтях, подпуская его еще ближе.

Еще шаг и мой нос ткнулся ему в шею.

Глаза поднять не решаюсь, а руки всё также на его груди застыли в попытке его остановить, но разве такой танк остановишь.

Его ладони легли на мою талию, чуть сжимая. Я вздрогнула от сильных прикосновений…пальцы поползли ниже на ягодицы и, сжав их, он приподнимает и садит меня прямо на столешницу. Раздвигает коленки и подходит ближе.

— Кажется и твой телефон теперь молчит! — прошептал он, двумя пальцами взялся за подбородок, заставляя поднять голову.

А легкий рывок вперед, словно собирался поцеловать, но остановился и посмотрел мне в глаза:

— Если зазвонит, обещай не брать трубку, — сказал он и поцеловал.

Ох….целовал в полную силу, утоляя голод. Выплескивая всю страсть наружу. Покусывая губы.

Не выдержав напора и эмоций, из моей груди вырвался стон:

— Мурчишь, как котенок, — прошептал он мне в губы с улыбкой и снова набросился.

Его ладонь поползла вверх по бедру, сжимая кожу, задирая подол юбки.

— Стой! — протянула я, но это больше было похоже на стон.

— Что такое? — спросил он, приподняв одну бровь.

— Прости, но я не могу, — покачала я головой, убирая его руки со своей попы.

И вот тут настала пора удивляться.

Он наклонился и поцеловал меня.

— Ничего, — кивнул он, — Значит я сделаю так, что сможешь и захочешь, — подмигнул он.

Я ошарашенно распахнула глаза.

— Макс, дело в другом, — начала я, когда он отошел, подбирая телефон с кресла.

— В чем? — поинтересовался он и поднял на меня глаза.

— Я недавно с парнем рассталась, — прикусила я губу, ожидая его реакции.

— Боишься? — попал он в самую точку.

— Есть такой момент, — кивнула я, — Поэтому давай мы с тобой всё сейчас прекратим, чтобы потом не было сложнее.

— Да собственно и не начинали еще ничего, — пожал он плечами, а настроение его нисколько не изменилось.

Бодр и весел, блин. Даже не по себе стало. Как так то? Я думала он обидится или, хотя бы рявкнет чего-нибудь, оскорбит. Такой должна быть нормальная реакция человека. А тут он даже в лице не изменился. Обидно.

— Поехали? — спросил он, открывая дверь.

— Поехали, — согласилась я.

В машине всю дорогу молчали, да и говорить было не о чем.

— Ну и правильно, — кивнула Машка, взмахнув руками, — Не хрен.

— Это ты к чему? — спросила Лиля.

Мы сидели у Маринки вчетвером и обсуждали события, произошедшие буквально недавно, в кабинете.

— А к тому что если она не готова, то правильно сделала, что отфутболила его. Никакого кайфа не будет, если себя заставлять. Я с Потаповым с первых минут знакомства испытывала сумасшедшие чувства и эмоции, — выдохнула громко она.

— О чем ты? — не поняла я, но интересно было бы услышать, что она ответит.

— Об эмоциях, — воскликнула она с выражением на лице «ты совсем еще глупая, не понимаешь что ли?”

— И какие же эмоции ты испытывала? — поинтересовалась я.

Машка посмотрела на меня изучающе, наклонила голову в бок, как собака. Она всегда так делала, когда была чем-то очень заинтересована.

— Те же самые, что и ты сейчас, — кивнула она.

Марина и Лиля “зависли” со мной на пару.

— Откуда ты знаешь, что испытываю я?! — хотела я поспорить.

— Ой не надо, ладно! — отмахнулась она, — Не изображай идиотку, ты прекрасно понимаешь о чем я говорю.

У нас с ней началась словесная перепалка:

— В том то и дело, что я даже не представляю что испытываю, поэтому и спрашиваю, — подсела я к ней поближе.

— Ксень, — позвала она, — Ты всё поймешь…я объяснить это не могу. Я просто знаю, что Потапов мой и всё.

— И что ты предлагаешь мне? — спросила я в итоге.

— Господи, — закатила она устало глаза, — Да поддайся ты ему и увидишь что будет. В конце концов, у тебя на лице написано, что ты его хочешь до дрожжи в коленках. Все это видят, а вы два идиота. Точнее, идиотка ты, — ткнула она в грудь пальцем, — Он и так и эдак, а ты уперлась. Дай ему хотя бы шанс, а потом и думай.

Я выдохнула, сделав выводы для себя.

— А когда ехать соберемся на отдых, белье с собой возьми, — подмигнула Лиля.

— Еще о позах мне расскажите, — съязвила я.

— Та запросто, — загоготали подруги.

Не удивительно, что Макс не объявлялся целых четыре дня. Просто пропал и всё. Я тоже не звонила. Не потому что не хотела, а просто боялась, что подумает о том, что я легкодоступна. А этого мне было не нужно. Да и мне нужно было подумать о том, что же делать дальше.

Девчонок я услышала, но это их точка зрения. О том, что творилось в моей голове они не знают, да и рассказывать не очень то и хотелось. Зачем грузить подруг лишними проблемами, у них и своих хватает.

В четверг мне позвонил Артур и мы договорились встретиться на площади, чтобы снять клип.

Я спросила у девчонок где ближайший магазин с подарками и сувенирами, чтобы купить маску и рванула на встречу.

Площадь трех фонтанов в городе самое потрясающее место.

Широкая аллея, как автомобильная “трехполоска”, выложенная тротуарной красной плиткой. По бокам стояли симпатичные лавочки и высокие фонари.

Так же аллейку украшали круглые большие клумбы с цветами.

Но самой главной гордостью был парк. Аллея была лишь приложением, где можно отдохнуть. Но народ, нисколько не смущаясь, устраивался на покрывалах в теньке от пушистых деревьев или у небольшого озера, в котором плавали утки.

А фонтаны?! Фонтаны располагались в самой середине аллеи.

Три больших круга. Один, в середине, был больше двух других, оставшиеся располагались рядом. И вода, которая подавалась большим напором из фонтана в середине, замысловатыми ручейками переливалась в два других круга.

Зрелище потрясающее, хотя сооружение было не таким большим, как кажется на фотках.

— Привет, — Артур помахал мне рукой, сидя на лавке у фонтанов с двумя друзьями.

— Привет, — ответила я весело, подойдя к ним.

— Готова? — спросил он, широко улыбаясь и кивком указал на одежду.

— Еще бы, — распахнула я глазки и поставила сумку на скамейку, достав оттуда платок, но не с монетками как принято, а с густой бисерной бахромой, длиной примерно с ладонь.

— Класс, — подмигнул мне парень.

— Еще бы, сама делала, — улыбнулась я, — А вы готовы? — спросила я, доставая следом маску.

— Всегда готовы, — ответили они хором, а я рассмеялась.

Шифоновая бирюзового цвета юбка, в которой я была на пляже, отлично сочеталась с синим поясом, плюс серебристые стразы-вкрапления в бахрому, создавали эффект мерцания.

— Поехали? — спросил Артур, когда они втроем сели на бордюр фонтана.

— Рванули, — кивнула я.

Один парень подошел к штативу, включил запись, а спустя несколько секунд он уже начинал бить бит по джамбе. Второй подхватил, а потом и Артур поддал немного романтики барабанам, с помощью ханга.

А я начала двигаться, предварительно натянув маску.

Народ сначала оглядывался, а спустя несколько минут нас окружили и начали снимать на камеры телефонов.

Таким «макаром» это развлечение продолжалось минут двадцать. Потом играть и снимать стало невозможно, так как народ уже начал толпиться вокруг и стало просто неудобно. Но пару роликов мы все-таки сняли.

— Отлично, — кивнул радостно Артур, просматривая по пути видео на камере.

— Супер, — обрадовалась я, запихивая маску в пакет.

— Спасибо тебе огромное.

— Не за что, — на щеках в момент выступил румянец.

— Когда опять будешь в городе, обязательно звони, еще сбацаем, — подмигнул Артур.

— Договорились, — радостно крикнула я.

— Тебя проводить? — спросил парень.

— Не, — отмахнулась я, — Спасибо, я сама добегу, тут близко.

Полная впечатлений, я ввалилась в квартиру Маринки.

Они с Никитой писали список покупок на завтра.

— Ксень! — позвал Никита.

— Чего? — высунула я голову на кухню.

— Ты же едешь? Макс просил узнать.

Сердце заколотилось сильнее.

— Конечно я еду, — закивала я, — Я сюда отдыхать приехала, а не дома торчать, — проворчала я.

— Отлично, — отозвался Кит с улыбкой, — Тогда ты завтра едешь с Максом, — отчеканил он, — Тем более, что он уже сказал всем об этом.

— О блин, — обалдела я, — А меня он спросить забыл?

— Наверное, — хихикнув, кивнул Кит.

— Слушай, — начала я и зашла к ним в кухню, — А дай-ка мне его номер телефона.

— На фига тебе? — взволнованно спросил Никита.

— А надо, — выставила я подбородок.

Через пару минут я выскочила из комнаты, набирая номер Бесаева:

— Да, моя радость! — отозвался он весело.

А я замолчала. С чего бы радость? Моего номера он не знает, может он ждет звонка от девушки? А тут я. Блин, попала же.

И я поспешно сбросила вызов.

Черт, черт, черт, вляпалась как. Ой, как стыдно. Хорошо хоть брякнуть ничего не успела.

Но он перезвонил:

— Ты чего трубку бросаешь? — спросил он, а я молчу и слова вымолвить не могу, — Ксюшка, мои розовые булочки жаждут слышать твой голос, — весело прощебетал он, а я захохотала в голос, — То-то же, — выдохнул он.

— Извини, я, если честно, подумала, что ты звонок от какой-то “радости” ждал…., - начала я, но до меня дошло, — А ты откуда знал, что это я звоню?!

— Так у меня давно твой номер есть, вбит в телефон как “Моя радость”, - вещал он со смешками, — А ты подумала гадость какую-то.

— Не гадость, а логическую мысль, — пояснила я серьезно, — Сам ты гадость! — начала я перепалку.

Черт как мне этого не хватало последние дни. Этого словесного «поноса» с обеих сторон, когда расслабляешься и просто дурачишься с тем, с кем хорошо.

А я чего звонила то ему?! Бл*

— Так, теперь о “наших баранах”, - издалека начала я, — Ты чего это вдруг вызвался быть кучером моей царской повозки, мммм? — спросила я.

Макс захохотал в голос:

— Я соскучился, блин, по твоей этой “язве”. Извини, что не звонил. Виолетта тут фортель выкинула, расскажу тебе потом, так что был занят. Плюс отец вводит в курс дел, я теперь со всеми Бесаевыми.

— Рада за тебя, — сказала я, а сама продолжила свою тему, — Так что, холоп?! С чего вдруг такая помощь?!

— Ммм, — промычал он, обдумывая ответ, — Ну смотри сама, как хочешь, я не настаиваю. Но ты поедешь либо с целующимися Медведем и Машкой, так как Мир будет за рулем. Либо с целующимися Тимуром и Лилей, так как Кит за рулем будет.

— М-да, — протянула я, изображая задумчивость, а сама радовалась как ребенок от идеи ехать с Максом в одной машине целых три часа, — М-да, выбор у меня небольшой, конечно.

— Точно, — согласился Макс, — Так что, прЫнцесса, карету подавать завтра?

— Естественно, а еще перинку мягкую под попу мою нежную, так как путь не близкий, устанет попа, — изображала я прЫнцессу.

— Мои коленки в качестве перинки подойдут?! — хихикнул он.

— Твои костлявые коленки точно нет, только перинку пуховую.

— Ладно, — согласился он, — Будет тебе перинка. Завтра в восемь утра будь готова, я зайду за тобой.

— Ладненько.

— Ладненько, — повторил он, соглашаясь, а потом добавил, — И да, Ксень, — позвал он.

— Что! — спросила я тихо.

— Я скучал, — ответил он, а я знала, что улыбается, а потом он добавил, — Помурчишь мне еще, как котенок?! — и засмеялся.

— Фига се! — выдала я, повысив голос, — Я тебе лучше помычу, как коровка.

— Ну это уже, когда дело ближе к оргазму будет, — засмеялся он.

— Жопа треснет у тебя, понял?! — крикнула я и отключилась.

Радостно прыгнула пару раз по комнате.

— Нормально всё? — спросила Маринка.

— Вообще отлично! — махнула я руками и ускакала обратно в комнату.

Никита лишь загадочно улыбался. А потом повернулся к Маринке и спросил:

— Ты такая же была, когда я звонил?

— Я до сих пор такая, — улыбнулась Марина любимому, а потом погладила его по плечу, — Просто вам, мальчикам, такой вот неадекват, — и она ткнула пальцем в сторону, где в проходе мелькала моя подпрыгивающая юбка, — Видеть необязательно. Пусть лучше будет картинка романтичной особы, которая скучает, глядя в окошко.

— М-да, — протянул Кит, — Но такая картинка мне нравится больше! — хихикнул он, кивнул в комнату, где раздался грохот, треск.

— Млять! — моя коронная фраза, когда я мешком грохнулась на пол, запутавшись в собственной юбке.

c

�

<o�OA(�>

— Мурчишь, как котенок, — прошептал он мне в губы с улыбкой и снова набросился.

Его ладонь поползла вверх по бедру, сжимая кожу, задирая подол юбки.

— Стой! — протянула я, но это больше было похоже на стон.

— Что такое? — спросил он, приподняв одну бровь.

— Прости, но я не могу, — покачала я головой, убирая его руки со своей попы.

И вот тут настала пора удивляться.

Он наклонился и поцеловал меня.

— Ничего, — кивнул он, — Значит я сделаю так, что сможешь и захочешь, — подмигнул он.

Я ошарашенно распахнула глаза.

— Макс, дело в другом, — начала я, когда он отошел, подбирая телефон с кресла.

— В чем? — поинтересовался он и поднял на меня глаза.

— Я недавно с парнем рассталась, — прикусила я губу, ожидая его реакции.

— Боишься? — попал он в самую точку.

— Есть такой момент, — кивнула я, — Поэтому давай мы с тобой всё сейчас прекратим, чтобы потом не было сложнее.

— Да собственно и не начинали еще ничего, — пожал он плечами, а настроение его нисколько не изменилось.

Бодр и весел, блин. Даже не по себе стало. Как так то? Я думала он обидится или, хотя бы рявкнет чего-нибудь, оскорбит. Такой должна быть нормальная реакция человека. А тут он даже в лице не изменился. Обидно.

— Поехали? — спросил он, открывая дверь.

— Поехали, — согласилась я.

В машине всю дорогу молчали, да и говорить было не о чем.

Вечером я сграбастала все вещи а сумку, не забыв бережно упаковать комплект нового белья. Ну на всякий случай, а случаи бывают разные.

С утра, в семь, уже была готова. Выглядывала в окно, незаметно для Маринки, которая еще гоняла в полотенце с веником на голове:

— Я ничего не успеваю, блин! — визжала она, топая пятками.

Кое-как, быстро собравшись, мы выдохнули и упали на диван и тут звонок в дверь:

— Это Макс наверное, — посмотрела на часы Маринка, — Он у нас очень пунктуальный парень, — проговорила открыв дверь.

Действительно на пороге стоял Макс. В, уже знакомой мне, белой легкой кофте с капюшоном и джинсовых голубых шортах, длиной ниже колена.

— Симпатично выглядишь, — сказала я, отдергивая свои джинсовые шорты.

Судя по тому, как Макс оценивающе провел взглядом по моим ногам, то стоило, наверное одеть что-то подлиннее.

— Симпатичные шортики, — подмигнул игриво он.

— Хватай сумку и вперед, — скомандовала я и добавила, — Казанова, блин!

Мы подошли к машине и Макс, погрузив сумки в багажник, открыл мне дверцу, а я захохотала в голос, так как на сиденье лежала голубая подушка.

— Подмазываешься? — спросила я, прищурив глаза.

— Ни в коем разе, — покачал он головой, — Карета подана, — указал он на сиденье, — С подушкой для вашей попы, — засмеялся он, — Запрыгивай и поехали.

И мы тронулись. А я вопросительно посмотрела на него.

— А ребят ждать не будем? — удивилась я.

— Нет, — покачал он головой, — Мы едем первые, они выезжают примерно через час. Лилька с Тимуром проспали, так что их все ждать будут, а нам заселиться надо в одиннадцать, иначе дом с брони снимут.

— Ясно, — кивнула я.

Все три часа разговор плавно тёк на неопределенные темы.

— Красота какая, — выдохнула я, когда мы прибыли на место, — Воздух какой, — восхищалась я.

Макс вытащил сумки из багажника.

— Пошли, — подпихнул он меня.

На участке, огороженном высоким железным забором, стоял дом, кирпичный, двухэтажный, большой. Красивый до жути.

— Покажи мне, где комната девочек?! — спросила я.

Макс тактично хрюкнул в кулак:

— Радость моя, — начал он издалека, — Подумай своей головушкой. Все едут парами и только мы, как ты выразилась «прервали всё вот прям сейчас, чтобы потом не было сложнее», поэтому все комнаты парные, так что мы ночуем вместе.

А у меня, по мере его повествования, расширялись глаза:

— То есть мы в одной комнате будем? — спросила я и ткнула пальцем на лестницу.

— Ага, — кивнул он довольно, — Приставать не буду, обещаю, — подмигнул он проходя мимо меня, но вдруг наклонился и эротично так сказал, глядя в глаза, — Пока сама не попросишь.

У меня, в миг, вылетели все язвительные фразы из головы.

Господи, да я сейчас готова наброситься на тебя и целовать до потери пульса.

Он, не дождавшись моего ответа, последовал с сумками в дом.

А потом, предупредив меня, что дойдет до базы, отметиться, что мы приехали и дом наш на все выходные, ушел.

Я разобрала вещи в той комнате, на которую указал он, и пошла в душ.

На улице стояла жара и, не мешало бы, освежиться быстрее. Прохладная водичка приятно ласкала кожу.

— Тук-тук, — услышала я громкое и дверь в ванную открывается.

— Стой! — взвизгнула я и схватила полотенце.

Завернуться не успела, лишь приложила спереди, но скрыла всё, что надо.

— Ты ненормальный что ли?! — крикнула я Максу.

А он стоит как вкопанный, смотрит на меня сумасшедшими глазами, судорожно сглатывая слюну.

— Ты же слышал, что я в ванне, чего ты заскакиваешь сюда?! — снова крикнула я, махнув рукой, полотенце сдвинулось в сторону, оголяя бедро с краешком попы.

Желваки Макса заходили ходуном. А я умом то понимаю, что он сейчас просто сорвется. Еще чуть-чуть и он накинется.

Засунул руки в карманы шорт:

— Макс, твою за ногу! — рявкнула я снова, сдувая волосы с лица, — Выйди из ступора! — сжимала я полотенце дрожащими пальцами.

— Извини, — очнулся он и отвернулся, а потом тихо сказал, — Господи, я даже забыл как дышать.

Я облегченно выдохнула.

— Я буду внизу, позавтракаем, — сказал он волнительным голосом и вышел.

— Хорошо, — кивнула я ему вдогонку.

Спустилась к нему через пару минут. Он стоял у плиты в одних шортах и босиком.

— Господи, — протянула я тихо, — Это издевательство какое-то, — я даже затормозила на лестнице, любуясь его телом.

Загорелая кожа на фоне светлых, чуть вьющихся, волос, смотрелась превосходно. Высокий, спортивный, жилистый. От каждого движения, мышцы на спине перекатывались бугорочками и, так хотелось прикоснуться к ним.

Я не выдержала. Подошла со спины к нему, он даже не слышал, и чуть коснулась пальцами его кожи.

Он вздрогнул, но не сдвинулся.

Я провела кончиками вдоль позвоночника, очертила мышцы у лопаток. Чувствую даже под легкими прикосновениями, вибрацию от его тела. А потом он повернулся, резко, я даже вздрогнула: — Не делай так, — проговорил он тихо и перевел взгляд на мои губы, — Я сорвусь, — чуть кивнул.

А я, подумала «И хрен с ним!», и кивнула:

— Сорвись! — шепнула я, переводя глаза на его губы.

И БАХ! Повторять дважды ему было не нужно.

Он накинулся на меня, проглатывая мой испуганный крик. Накинулся так резко и неожиданно, съедая стоны.

Целовал яростно, словно ему было мало.

Подхватил меня под попу и одним рывком посадил на стол, а сам губами спускался на шею, прижимая меня к себе.

— Господи! — простонала я, закрывая глаза от блаженства.

— Всего лишь я, — прохрипел он в ответ, сдергивая майку с меня одним движением.

Раскаленная кожа коснулась его. Разряд между нами. И он, рукой, взяв меня за шею, направляет назад, заставляя откинуться на столе.

А я, понимая, что обратного пути уже точно нет, да я и не хочу, падаю на столешницу. Макс обхватывает губами сосок, чуть покусывая. Из моей груди вырываются глухие стоны, как призыв, чтобы он не останавливался.

Он хватает меня за талию и сдвигает по столу еще ближе к себе.

— Ого! — удивленно вскинула я голову, когда почувствовала промежностью, насколько он возбужден.

— С момента твоего приезда, — кивнул он с улыбкой.

— Эй! Вы где? — услышали мы с улицы.

— Черт, черт, черт!!!! — завопила я, хватая первое, что попалось под руку, а это белая кофта Макса, так как моя майка, хрен знает, куда улетела, когда Макс ее отбросил.

— Спокойно! — рявкнул он, хитро улыбаясь, и даже не сдвинулся с места.

Я хоть кофту натянуть успела, да так и осталась сидеть на столешнице, а между моих ног Макс, как заходят Маринка с Никитой и Мирослав с Тошей.

Клянусь, я даже рот открыла от их «реакции», а если быть точнее, то реакции вообще никакой не было.

Макс дышит как паровоз, а я вообще урывками. Я в кофте Макса, а тот вообще с голым торсом, плюс поза эта еще, он буквально прижимает меня к себе. Скажу я вам, Макс даже разгорячился еще сильнее, судя по моим ощущениям.

— Привет, — помахала Тоша нам рукой, Мирослав с сумками и пакетами прошел мимо нас и водрузил провизию на стол.

— Макс, ты бронь отметил? — спросила Маринка, проходя мимо нас на кухню.

— Конечно, — кивнул парень, казалось и его ничего не смутило, а меня ущипнул за бедро, — Дыши милая, дыши и рот закрой, — улыбнулся он.

— Ксюшка, пошли, поможешь, шмотки разобрать! — рявкнула ворчливо Маринка.

Я поспешно отпихнула Макса и поскакала ланью по лестницам с сумкой наперевес.

— Ни хрена себе! — крикнула Маринка, когда они с Антониной влетели в комнату за мной, — Вы как? Всё получилось? Очень круто смотрелись, — говорила и говорила сестра.

— И дыхание у обоих как после марафона, — подмигнула Тоша.

— Слава богу, — я выдохнула, — Я уж думала, что вы даже не заметили, — вскинула я руки.

— Ну не визжать же от радости. Парни просто тактично сделали вид, что не заметили. Но такие проявления нежности в компании не новы, — пожала плечами Тоша, — Конечно, без извращений и лишнего, но почему нет?! Тут никто не стесняется показывать свои чувства, это нормально, — закончила она.

Надо же. У них это нормально.

Да, я неоднократно попадала на такие приливы нежности в компании, когда они, не стесняясь никого, целовались или обнимались. Естественно в рамках приличия. Но я….в общем, я была в шоке от них.

В дверь поскреблись:

— Марин, — позвал Кит, — Там у Макса яичница сгорела, а мы есть хотим, — жалобным голоском закончил он.

— Ой, — всполошилась Маринка и крикнула, — Мы сейчас.

— Ага, — согласно ответил он, а мы услышали уже отдаленно, следующую фразу Никиты, — Макс, и как ты только умудрился проворонить яичницу, — и захохотал, а следом мы услышали хохот Мира и Макса.

Я покраснела.

Девчонки переоделись и мы пошли вниз, на кухню.

Мирослав и Никита уже переоделись в футболки и шорты и восседали на кухне, о чем-то разговаривая.

— А вот и мы, — оповестила Тоша.

— Наконец-то, я голодный как волк, — вздохнул громко Мирослав.

— Не ты один, по ходу, — хихикнул в кулачок Никита и посмотрел многозначительно на Макса, то лишь хитро улыбнулся и взглянул на меня, — Ксень, ты майки не теряй больше.

И подает мне мою майку.

ЧЕРТ! Я думала, со стыда сгорю. Вырвала эту майку из рук Никиты.

— И что?! — рявкнула я на него, — Идите в какашку, посмотрю я на вас на выходных, небось уже запланировал, где Маринку поджимать будешь, местечек укромных в доме много, — съязвила я Никите.

Тот поднял руки вверх:

— Сдаюсь на милость, ты меня сделала, — крикнул он и улыбнулся, а потом продолжил, — Извини, я ведь не хотел обидеть. Просто это я майку нашел, вот и отдаю. Не переживай, стесняться тут нечего. Подумаешь, целовались, — пожал он плечами, — Все целуются и мы не исключение, так что майки эти по всему дому валяться будут, — хихикнул он, а потом кивнул на Мира, — У этих, вон, особенно.

— Кит! — крикнула Марина, — Перестань ты пугать ее, — показала она на меня и потом продолжила, — Не слушай ты их. Хохотуны, блин! Палец в рот не клади, дай повеселиться.

— Извращенцы! — буркнула я и села рядом с Максом, на свободный стул.

— Тебе идет моя кофта, — сказал он улыбаясь.

— Замерзла я, — рявкнула я в ответ.

— Так! — хлопнул Макс ладонями по столу и встал, — Пошли со мной, — и потянул меня за руку.

— Куда это?! — испугалась я, округлив глаза, — Никуда я не пойду.

— Эх, была не была, — выдыхает он и снова, как тюк, закидывает меня на плечо.

— Господи, Макс, поставь меня на место, — жалобно протянула я.

— Хрен тебе, — выдал он и весело пошлепал со мной на улицу.

Выйдя из дома, поставил меня на ноги и спросил:

— Чего с тобой?

— Да как-то это всё, открыто что ли, — засомневалась я в правильности подобранных слов.

— Открыто?! — удивился Макс, — Видела бы ты, что устраивали Тоша с Мирославом. Мне рассказывали, поверь, наша посиделка на столе, вообще ничто, в сравнении с ними.

— Прям таки?! — прищурилась я.

— Правда, — кивнул он, — И в конце концов, неужели ты считаешь, что я позволю кому-то тебя обидеть?! — улыбнулся он, — Они шутят, но это нормально. Видела бы ты нас со стороны, видок тот еще, судя по словам Потапова. Так что они просто подкололи по-доброму, это не конец света.

— Ну ладно, — хитро проговорила я.

— Чего задумала?! — спросил с сомнением Макс.

— Ничего, — отвлеклась я, пожав плечами.

— Точно? — снова спросил он.

— Точно, — убедительно кивнула ему в ответ.

— Отлично, а теперь пошли обратно, — сделал он шаг ко мне.

— Стоять! — крикнула я, выставив руки, — Я сама, своими ногами, — и потопала обратно в дом, Макс следом.

— Ксюш, — протянул Никита, — Ты прости, я не хотел тебя обидеть или чего похуже. Правда?! Может, я не так слова подобрал, — говорил он, — Ты не бери в голову.

— Лады, — подмигнула я ему.

А он приподнял одну бровь и перевел взгляд на Макса:

— Не смотри на меня, я без понятия, что творится в ее голове и что она задумала, — поднял Макс руки вверх, сдаваясь.

Самый лучший день в моей жизни.

Не знаю, что будет завтра, но сегодня было просто супер.

Куча друзей, все веселые, позитивные.

Мы сходили с ума, как могли. Бесились, плавали, загорали, играли в волейбол. Мне даже рассказали историю про проигрыш Лильки, Маринки и Машки. В общем, было здорово. Такое бывает редко.

В дом мы ввалились уже уставшие.

— Так, — хлопнул себя по ногами Мир, — А теперь шашлыки, так сказать, первая партия. Мужики?! — вопросительно взглянул он на компанию, которая устало валялась на диванах и креслах.

— Не вопрос, — соскочил Потапов.

Следом поднялись и остальные. Девчонки даже не шевельнулись.

— Ладно, — вздохнула я, оглядев их, — Я на кухню, делать нарезки, а вы валяйтесь, курицы ленивые.

Девчонки только виновато вздохнули.

Я ушла на кухню, достала овощи, начала готовить закуски. Параллельно доставала тарелки и стаканы для выпивки. На кухне постоянно кто-то топтался и я не заметила, как все разбежались.

Я включила «Европу» на радио и вперед, работать.

Сама не заметила, как уже натанцовывала вместе с ножом в руках.

— Горячо, — услышала я хриплый баритон и повернулась.

Макс стоял, сложив руки на груди, опираясь плечом о косяк.

— Не пугай меня, — возмутилась я, повернулась обратно к столу и продолжила свое занятие.

Макс неслышно подошел сзади.

И вот ладони на столешнице по обе стороны от меня. Он наклонился и потерся носом о мой висок.

Я попыталась повернуться, но он только сильнее прижал меня к столешнице:

— Похоже, ты неровно дышишь к, всякого рода, столам, — прошептала я, голос срывался и хрипел.

— Когда я вижу тебя у стола, в шортиках и майке, в моей голове рождаются очень пошлые мысли, — шепнул он снова, целуя шею.

— Ахх, — прерывисто вздохнула я от ощущений.

Макс ухмыльнулся, но не остановился. Положил ладони мне на живот, задирая майку, касаясь воспаленной кожи.

— Ксюха, помочь! — услышали мы и я резко отпихнула парня в сторону.

— Да что ж такое то?! — закатил он глаза, ругаясь.

— Ой, — закрыла в испуге рот Лилька, — Извините, — поспешно пробормотала она и скрылась за дверью.

— Вот видишь, это знак, — погрозила я ему ножом в руке, — Ничего у тебя не выйдет, — хитро покачала я головой.

— Угрожаешь? — хитро улыбнулся он.

— А то! — подмигнула я ему.

Он подскочил ко мне за один шаг, быстренько взвалил меня на плечо и гордо вынес с кухни:

— Мы доделаем, — быстро крикнула Лиля, увидев картину «маслом», как Макс потащил меня на плече на второй этаж.

— Куда ты попер меня, танк? — спросила я, когда он поднимался по лестнице.

— Насиловать, — сказал весело он.

— Врёшь, — не поверила я.

— Я сейчас сама серьезность, — хихикнул он.

Зашел в нашу комнату, поставил меня на пол и вмиг я оказалась прижата спиной к двери, а он повернул ключ:

— Все телефоны внизу, — сказал он, дотрагиваясь до лямок на майке, — Дверь закрыта. Как ты думаешь, что я с тобой сделаю? — хитро улыбнулся он.

— Интересно, что я с тобой сделаю?! — рявкнула я, выделяя местоимение и накинулась на него буквально запрыгнув.

Он, с глухим стуком, прижал меня к двери.

— Хочу тебя, — простонала я, кусая его губы.

— Возьми, — ухмыльнулся он, а сам целовал, сжимая мой зад, удерживая меня на весу.

Потом вдруг развернулся, вместе со мной и пересадил на комод. Быстро сдернул майку и лиф от купальника.

— Маленькая моя, я сейчас взорвусь, — шептал он с придыханием.

Вдруг в дверь постучали:

— Ксюш, у тебя всё нормально? — осторожно поинтересовалась Машка.

Макс вопросительно посмотрел на меня, не отрывая губ от груди.

— Маруся, отвали на хрен! — взвизгнула я, — Сделайте вид, что меня вообще нет с вами, — не выдержала я.

Я хотела его, сильно, безудержно и сейчас мне никто не мог помешать. К черту всё и всех.

Машка хихикнула за дверью:

— А Макса тоже нет?! — поинтересовалась она.

— Машка, я тебе зад надеру и не посмотрю на Медведя, — крикнул Макс в ответ.

— Понял, не дурак, — засмеялась Машка и мы услышали удаляющийся топот, со словами, — Слава богу.

— Вернемся к нашим баранам, — сказала я.

— Вернемся, — кивнул Макс с улыбкой, снова взял меня под зад и мы упали на кровать.

Одной рукой приподнял мою ногу, заставляя закинуть ее на свою талию, а сам снова начал ласкать языком, уже и без того, чувствительные соски.

— Помурчи для меня, — сказал он, поднимаясь надо мной и заводя моя руки мне над головой.

— Рррррр, — заурчала я кончиком языка, как кошка.

— Как котёнок, — нежно улыбнулся он.

И снова поцеловал, двигаясь, создавая возбуждающую силу трения между нами.

А потом отодвинулся и расстегнул мои шорты, стащив их одним движением:

— Похоже, большая практика, — хихикнула я.

— С тобой волнуюсь, как подросток, — сказал он, расстегивая свои шорты.

— Ооооо, да мы стеснительные, — засмеялась я.

— Еще как…., - улыбнулся он в ответ, а потом вдруг сказал, — Прости, но сил терпеть уже нет, ты довела меня до грани, — снова впился в губы, прижимаясь ко мне всем телом.

Буквально несколько секунд и я чувствую как он входит, один резкий толчок, потом второй и, не сбавляя ритма, он двигался так, словно до этого я мучила его месяц, не давая выхода накопившемуся возбуждению.

— Макс! — простонала я, чувствуя, что уже близко.

— Хочу тебя, — прошептал он мне в шею, прижимаясь всё сильнее, — Всю…, - говорил он, — Без остатка.

И салют из глаз, в ушах зазвенело.

Он поднялся надо мной на локтях:

— Извини я тяжелый, — прошептал он, облизывая губы, попытался слезть с меня, но я не дала, держала ногами обнимая его за талию.

— Дурак ты, — засмеялась я, — И да, я забыла, — а потом набрав воздуха в грудь, выдала, — Мууууууу!

Макс звонко рассмеялся:

— Я так и знал, что ты запомнишь, — потом убрал пальцами прядь волос с моего лица и сказал тихонько, — Моя девочка.

— Ага, — согласилась я, — Мычат же ближе к оргазму, прости, но раньше, мне было не до этого.

— А теперь продолжим, — быстро проговорил он и пока я хлопала глаза, он быстро стащил с себя шорты, сбросил презерватив, разорвал зубами упаковку на втором, перевернул меня на спину и вошел сзади.

— Господи боже! — со стоном выкрикнула я.

— Прости, — засмеялся он, — Я столько терпел и ждал, что теперь просто так тебя не отпущу, — двигался он резкими толчками.

И всё повторилось еще раз. Еще оргазм, еще салют и шум в ушах.

— Ненормальный, — проворчала я, вскакивая с кровати, после дела, пока он блаженно растянулся на белых простынях.

Вытащила простынь, кое-как замоталась в неё.

— Ты же меня, практически изнасиловал, — играла я для него.

— А я тебе об этом и говорил, когда нёс сюда, — подмигнул он мне игриво, — Знаешь, маленькая родинка на твоей попке, меня очень заводит.

— Капец ты, комплимент, блин, сделал…что тебя привлекает родинка, — выдала я ворчливо, мне нравилось его заводить и играть в кошки-мышки.

— Не-а, меня заводит не только родинка, а еще и твоя попка, — говорил он медленно, лаская меня взглядом. — Твои ножки, — поднимался он вверх глазами, — Твой животик, грудь….а эти губы, ммммм, — протянул он блаженно, — Так и хочется целовать и целовать.

Я засмеялась.

— Правда?! — не поверила я.

— Правда-правда, — подмигнул он, а потом встал.

М-да, вид обнаженного Макса, это зрелище не для слабонервных.

— Оденься Макс, а то я в третий раз на тебя запрыгну и изнасилую сама, — кивнула я ему на живот.

— Ладно, — засмеялся он, — Но ты тоже, а то эта простынь сейчас не полностью тебя закрывает и я вижу голую ножку и кусочек попки, еще пара минут и я снова сорвусь, — хитро посмотрел он.

— Ненормальный…. — выдохнула я и хлопнула его ладонью по груди, — Ну и аппетит у тебя.

— Ты, причина моего аппетита, — провел он большим пальцем по моему подбородку и поцеловал, — Я жду внизу, спускайся.

Он быстро оделся и вышел.

А я, посмотрела на себя в зеркало, пытаясь найти причину того, что его так привлекло во мне. Так и не поняла. Пожала плечами отражению, скорчила сама себе рожу. Оглянулась по сторонам. Оделась и натянула белую кофту Макса, которая валялась на кресле и пошла вниз.

Девчонки, увидев меня на горизонте, молчаливо переглянулись, продолжала резать овощи.

Я плюхнулась на стул:

— Чего молчите то?! Интересно поди до жутки, — подначивала их я.

— Вовсе нет, — пожала плечами Маринка.

— Вообще не интересно, — согласилась Лиля.

Машка бросила нож на стол, тот громко звякнув, подскочил:

— Ни фига подобного, — крикнула она, — Мне жутко интересно, — ткнула она в себя пальцем, быстро отодвинула стул и села напротив, уставившись на меня.

Ее примеру последовали и остальные и теперь несколько пар глаза пристально смотрят на меня.

— Было? — спросила Машка.

— Было, — кивнула я, уставившись на них.

— И как? — спросила Маринка.

— Взрыв, фонтан…бомба, как хотите это называйте, но у меня ноги и руки до сих пор дрожат, а перед глазами Макс, — сказала я на одном дыхании.

— Класс, — удовлетворенно кивнула Маринка.

— Но знаете, что самое необычное?! — задумчиво произнесла я.

— Что? — прищурилась Машка.

— Когда его кудряшки щекочут кожу, — сказала я и оглядела подруг, — Он целует, а локоны выбиваются и касаются кожи, словно крылья бабочек. Ощущения невероятные.

— Ксюшка, — протянула Машка, словно что-то поняла, и продолжила, — Ты влюбилась, милая.

И вот сейчас я в полной мере осознаю куда же я вляпалась.

Я влюбилась, действительно влюбилась.

Влюбилась сильно, быстро и без оглядки. Не замечая ничего вокруг, не осознавая того, что это произошло слишком быстро. Мы буквально неделю знакомы. А он пришел, увидел, победил. Просто снёс напролом все, имеющиеся, барьеры.

Ты же буквально пару месяцев назад с парнем рассталась, вышла из серьезных отношений, — орал внутренний голос.

И что? — ответила я ему.

— Милая, — протянула Маринка и погладила меня по руке.

Я подняла на нее глаза:

— Ты имеешь право на счастье, даже если оно пришло так скоро, — сказала она, — Не оглядывайся ни на кого.

Я молчала, не находя слов для ответа, как ни пыталась.

Ай да и черт с ним! Могу я, в конце концов, хотя бы ненадолго испытать то, чего не испытывала ни с кем другим. Когда ты задыхаешься от счастья и эмоций. Когда ты хочешь человека до покалывания в пальцах и коленки сводит от вибрации, в предвкушении его прикосновений.

— Чего за сбор? — услышали мы и по команде повернули головы.

Макс стоял в неизменной позе, опираясь плечом о косяк:

— Девчачьи разговоры? — ухмыльнулся он.

Ведь знал же гад, что я его тут нахваливала. Рожа такая довольная:

— У тебя шашлыки не сгорят? — спросила я язвительно.

— Там и без меня смотрящих хватает, — хмыкнул он, пожав плечами, — О чем речь ведете? — издевался он, подошел к столу и между делом стащил кусок колбасы.

— О магазинах, — возвестила Лиля.

— Вот так?! — вроде бы удивился он, — О каких конкретно?! — его глаза откровенно смеялись.

— Иди отсюда, — махнула я рукой.

— Только с тобой малыш! — подмигнул он мне, а внизу живота вмиг всё свело сладкой истомой.

Он ушел, оставив девочек.

А дальше снова нарезки, сбор стола и через час мы уселись уплетать шашлыки.

Большой прямоугольный стол и большая компания, которая весело болтала о пустяках.

Тимур, как всегда шутил и травил анекдоты, хохотали все. А в моей голове закралась мысль, что мне так не хочется уезжать. Хочу остаться тут. Не в смысле что в этом домике, а вообще с ребятами. Но там моя жизнь, там моя работа и мои родители. Так просто всё бросить я точно не могу.

— О чем задумалась?! — спросил Макс и положил ладонь мне на ногу.

— Да так, — пожала я плечами, — О ерунде о всякой.

— Не думай, — подмигнул он, — Просто веселись и отдыхай, — кивнул он вопросительно.

— Ладно, — кивнула я в ответ.

Вечер плавно перетек в ночь и, убрав посуду, мы с девчонками бултыхнулись на диван.

Парни зашли в дом, после уборки территории и расположились кто на кресле, кто на диване, кто на стуле. Вот и Никита шел по направлению к стулу, рядом со мной. И в момент, когда он начал опускать свой зад на сиденье, я легонько подпихнула стул ногой и Кит, с грохотом, плюхнулся на пол: — Твою мать, — захохотал он, — Вот не надо было расслабляться. Я так и знал ведь, что ты своего не упустишь.

Все заржали.

— Один-один, — кивнул Кит.

— Может спать, а?! — протянула Машка, зевая, — Я устала как собака.

— Я тоже думаю, — прорычал Потапов, подхватил Машку на руки, как котенка и унес в комнату.

— Я сама, — взвизгнула Лилька, когда Тим поспешно потянул руки к ней.

— Ершов, мать честная, что за пещерные замашки! — крикнула Маринка, когда Никита перекинул ее через плечо.

— Бесаев, только попробуй, — взвизгнула Тошка и ускакала на второй этаж, а Мирослав рванул следом.

Мы с Максом остались.

— Итак? — спросил он, многозначительно глядя на меня.

— Итак? — спросила я.

— Чем займемся? — поглядывал он на меня из-под ресниц.

— Ммммм, — протянула я задумчиво, — Есть у меня одно предложение, — сказала я и быстро взобралась на него, лицом к лицу.

— Мне нравится ход твоих мыслей, — улыбнулся он, сжимая мою попу пальцами, — В комнату? — спросил он с улыбкой.

— Ага, — хохотнула я.

Уже в комнате, когда он яростно целовал, я проговорила ему между поцелуями:

— Есть еще кое-что, — простонала я, когда кофта болталась уже где-то на шее.

— Ох и ни фига себе! — вскрикнул и даже сделал пару шагов назад.

— Твой подарок, — улыбнулась я, стаскивая кофту.

— Ты великолепна, — протянул он, — А…, - вопросительно начал он и кивнул на шорты.

— А как же, — подмигнула я, расстегнула пуговичку на шортах, отогнула ремень и показала ему белый бантик.

— Милая, прости, но ты разбудила во мне зверя, — засмеялся он и накинулся на меня.

Я лишь счастливо хихикала в ответ.

Выходные пролетели быстро. Осталось море впечатлений и фотографий.

Обратно мы с Максом ехали молча, он изредка поглядывала на меня, любуясь и улыбаясь. Сзади сидели Лилька и Тимур.

— Хорошо переглядываться, окосеете, — хихикнул Бесаев младший.

— Бес, — рявкнула Лилька, отдергивая парня, — Как ты еще не окосел, до сих пор ведь глазеешь.

— У меня годы практики, пока ты крепостью неприступной ходила, а тут они, нетренированные, так что опасно это, — засмеялся он.

К дому подъехали, весело смеясь, около двух часов дня.

Дома мы с Маринкой устало плюхнулись на кровать, не разбирая вещей, а вечером меня разбудил звонок на сотовый:

— Ну что тебе надо, окаянный?! — протянула я в трубку, так как уже знала, кто звонит, на экране высветилось «Солнышко».

Черт, как он умудрился поменять себя в телефоне?

— Хм, — хмыкнул он в трубку, — Какой-то, не совсем радушный приём, — начал он издалека, — Давай-ка, попец свой поднимай и на кухню.

А я так и соскочила в кровати.

Не разбирая ничего, так как толком и глаз разлепить не успела, выскочила на кухню, в коротких шортиках и майке. Он то как тут оказался?

— Отлично выглядишь! — подмигнул Макс, указывая взглядом на колтун, который успел собраться на моей голове.

— Ууууу, ирод, — протянула злобно я, — Чего ты прискакал то?

— Соскучился же. Конфетки принес, — сказал он, разливая чай в кружки.

А я уже заметила сияющую Маринку, которая резво хозяйничала на кухне.

— Завтра идем в гости, — возвестил он.

— Куда? — поинтересовалась я, устраиваясь за столом.

— К моим родителям, — пожал он плечами, как будто между делом.

— Шего? — прошамкала удивленно я с конфетой во рту, параллельно запихивая вторую.

— А ниШего! — передразнил он, усаживаясь напротив, и продолжил, — Мама пригласила.

А Маринка хихикнула:

— Если мама Мила хочет видеть Ксюшу, то надо идти, иначе она сама сюда придет.

Конфета выпала из моего рта, Макс хрюкнул, а Маринка засмеялась:

— Рот дырявый, — выдала она.

Через пятнадцать минут пришел Никита, потом подтянулись Лиля с Тимуром и Мир с Тошей. И чего только столько народу ошивается на ночь глядя. А как оказалось, они решили посмотреть какую-то новую киношку. А в силу того, что Маринка у нас, наследница состоятельная (это я издалека начинаю), то, соответственно, в ее квартире имелся довольно-таки неплохой кинотеатр, где отличная киношка в веселой компании, это просто отлично.

Так и прошел вечер. Макс тискал меня при любой возможности, я весело и счастливо смеялась, отвечая взаимностью.

А у самой в голове бегущей строкой:

— Скоро всё кончится, через четыре дня домой. Обратно в родные пенаты.

В этот вечер Макс остался у меня, так я захотела:

— Останься! — шепнула я ему под конец фильма.

— Я уж думал не попросишь, — с улыбкой прошептал он мне в губы.

С утра меня ждало то еще пробуждение.

Маринка с утра убежала на лекции.

К слову родители Маринки отсутствовали по самой банальной причине — отдых на Кипре, как раз на время моего приезда. Удачно совпало или специально разработанный план родителей, не понятно, но тем не менее…

Поэтому картинка, которую я застала в душе, была той еще.

Этакая игра на нервах, а точнее на моих разбушевавшихся, на тот момент, гормонах.

Макс пел в ванне. Серьезно! Эта детина, по-другому не назовешь, напевал песню Селин Дион из «Титаника», под сопровождение оной по радио.

Господи, а когда я открыла дверь в ванну, то зрелище, открывшееся мне, заставило громко икнуть:

— О, — радостно отозвался Макс, увидев меня, — Привет малыш! — подскочил поцеловал, да смачно так, и продолжил свои банные процедуры.

Это…этот….короче, самец этот, выглядел сейчас более чем привлекательно, просто крышесносно.

Мокрые, после душа волосы. А сам….в одном полотенце вокруг бёдер и поёт….в дезодорант.

А я пыталась держаться, как могла, но в конечном итоге захохотала в голос.

— Эй, — возмутился он, — Чего ты ржешь?! — и подскочил ко мне, обнял одной рукой за талию и впился в губы.

Поцелуй растянулся….он ладонью поглаживал мою спину,

— Я соскучился, — протянул он мне в губы.

— Господи, да мы же спали вместе, — выдала я, оторвавшись от него.

— Это ничего не меняет, — покачал он головой.

Утренние процедуры затянулись.

А потом Макс уехал по делам, а я решила прибраться в комнате, которую мне выделила Маринка:

— Ай-яй-яй-яй, убили негра, убили негра, убили, — возвестил мой телефон.

— Блин, Макс! — рявкнула я в пустоту, а сама захохотала.

Вот и меня постигла учесть ненормальных рингтонов на телефонах.

— Да! — ответила я.

— Привет, — услышала я бархатный мужской голос и такой, до боли, знакомый.

Я замолчала и села на кровать, то ли от шока, то ли от непонимания.

— Привет, — ответила я.

— Как твои дела? — спросил он.

— Ты издеваешься? Зачем ты звонишь? — начала я закипать.

— Ксюш, когда ты приедешь? Я хочу поговорить, — ответил Витя.

— О чем нам с тобой говорить? — покачала я головой, — Не о чем, Вить! Мы уже всё решили.

— Ничего мы решили, это ты решила, а я пытался всё наладить, — пытался парировать он, но вышло плохо.

В глубине души вспыхнуло что-то. На любовь не похоже, хотя я его любила сильно и безгранично, а сейчас, я даже не знаю. Есть Макс, который появился совершенно неожиданно, перевернув всё с ног на голову в моей жизни.

И да, я в первый раз в жизни четко осознала, что счастлива.

— Пытался?! — вспыхнула я, повысив голос, — Как? Прыгнув в постель к другой? Ты шутишь или издеваешься?

— Ксюш, — начал он, но я оборвала его.

— Нет, стоп, хватит, — помотала я головой, отгоняя навязчивые мысли прямо сейчас наговорить ему кучу гадостей, — Хватит! Ты два месяца молчал и теперь объявился?! Нет уж, — поставила я точку, — Не звони мне, никогда. То, что ты сделал, не прощают, — и я бросила трубку, отшвырнув телефон, будто ненавистная трубку в чем-то виновата.

Ну как так? Почему вдруг сейчас? Когда у меня всё наладилось. Ну и пусть на две недели, ну и пусть ненадолго, но эти две недели были самыми клеевыми в моей жизни, самыми позитивными и насыщенными. Макс настолько окутал своей нежностью и лаской моё тельце, что я чувствовала себя принцессой в сахарной вате. Мне было настолько хорошо и уютно в его руках, что я вообще не допускала мысли о том, что это всё может просто кончиться или то, что Макс играет, пользуясь моим как бы «временным» присутствием в его жизни. А еще знакомство с родителями. Ну не поведет парень домой девушку, которая не зацепила сердце.

Вечером во всеоружии я ожидала Макса дома.

Легкое, но обтягивающее трикотажное белое платье с коротким рукавом, чуть обтянуло мою фигуру, но ровно настолько, насколько позволял этикет. Короткий рукав, широкий черный пояс вокруг талии, шпильки на ножки и черный клатч. Мммммм, я красотка.

— Матерь божья, — протянул Макс, когда я открыла дверь.

Жадно прошелся глазами по всей фигуре и жалобно простонал, хватаясь за косяк:

— Может, мы опоздаем на часик, а?! — и потянул ко мне свои загребущие ручонки.

— Нет, — отрезала я, хлопнула его по рукам и выпнула на площадку.

Приехали мы последними. Лиля и Тимур уже были дома, как и Мирослав с Тошей.

Бесаевы старшие обитали, сейчас, на даче за городом, чему я была несказанно рада. Душная квартира, в такую погоду, не располагала к приятной беседе.

— Мааам! — крикнул Макс, когда мы загнали машину на участок и вышли.

Дачкой, конечно, это строение не назовешь. А вот загородный домик, подходило как нельзя кстати.

Кирпичный, двухэтажный, очень аккуратный, но не маленький домик, возвышался по середине участка. Где у них были грядки, я не знаю, перед домой небольшой сад, пара деревьев и несколько клумб. Стояли низкие качели, рядом стол и плетеные кресла. Чуть поодаль стояла небольшая баня. И всё это было ограждено высоким железным забором.

— Мама Мила, Макс приехал! — громко крикнул Тимур и хохотнул, — Готовься, — подмигнул он мне.

— Ой, — услышали мы из дома, — Макс приехал! — снова звонкий женский голос, а потом истошное, — Толя, оставь свою газету, Макс девушку свою привез, пошли-пошли-пошли.

И они вышли.

Бесаева старшего я уже видела, а вот мама Мила, как ее назвал Тимур, оправдала все ожидания. Блондинка с коротким каре, уложенным волосок к волоску, легкий нюдовый макияж, почти незаметный, в белой футболке и рванных «бойфрендах» светло-голубого оттенка, плюс тапочки на миниатюрных стройных ножках.

— Господи, вы же красавица просто! — ахнула я вслух.

Все замерли на пару секунд, а потом прыснула со смеху Тошка:

— Пожалуй, твой коммент, был самым удачным, — выдала она и все захохотали.

Я не понимала о чем они, поэтому вопросительно посмотрела на Макса.

— Я тебе расскажу потом, — улыбнулся он, а потом перевел взгляд на маму, — Мам, это Ксения, — кивнул он и продолжил, — Моя девушка.

А я резко перевела взгляд на Макса, тот лишь улыбался, глядя на меня.

Моя девушка, как звучит, да?! А особенно из его уст, это словно сироп….нет, легкая, прохладная водичка в страшную жару. Окутывает, успокаивает, радует, сводит с ума.

— Здравствуйте, — кивнула я и протянула неуверенно руку.

— Ой, милая, — всхлипнула она, — Иди ко мне, — распахнула она руки и заключила меня в объятия.

А потом легонько подтолкнула, не выпуская из рук и повела к качели.

— Я уже не надеялась, — кивнула она, — Макс, как отшельник последнее время.

Дальше день тянулся в суматохе. Меня то Макс тащил на себя, то мама Мила. Бесаев старший, как стандартный мужчина, хмурясь, почитывал газетку. Тоша и Лилька весело щебетали с мамой, параллельно помогая с обедом.

И вот как вдруг снова стало хорошо, будто не было утреннего звонка. Словно Бесаевы всегда были моей семьёй.

Такое разве бывает?!

— Что с тобой? — тихо спросил Макс, когда мы все сидели за столом.

Велась очень бурная беседа, народу было много, так что на нас, шептунов, никто не обратил внимания.

— Всё хорошо, — кивнула я с улыбкой.

— Точно?! — усомнился Макс.

— Правда, — кивнула я, — Всё настолько хорошо, что меня разорвет от эмоций, — прошипела я, чтобы передать всю гамму чувств.

— Так, — начал он и отложил вилку, встал, подал мне руку, — Ну-ка пошли со мной.

Мы отошли за дом, под удивленные взгляды родственников:

— Что с тобой?! — спросил Макс осторожно, заглядывая мне в глаза.

— Мне стыдно сказать, — поморгала глазами.

Скромница, блин:

— Выкладывай, — грозно ответил он, — Иначе я тебя щекотать начну, — угрожает что ли.

— Блин, Макс, ты как появился, у меня всё кувырком. Я просто орать от счастья готова. Вот как у тебя так получается, а?! — взмахнула я руками.

— Эт природное, — довольно протянул он с улыбкой.

Ага, так, страха в глазах нет, значит можно продолжить.

— В общем, ты прости, конечно, но меня очень распирает тебе сказать и я просто не выдержу если не скажу, и я просто лопну, — болтала я, а он подскочил, заключил меня в объятия, нежно поцеловал.

Я хлопала глазами, глядя на него:

— Я тоже, влюбился в тебя, мелкая ведьма, — выдал он и весело так заулыбался, — Ты ведь это хотела сказать?!

Я кивнула.

— Ну так скажи, — кивнул он в ответ, — Потешь моё мужское самолюбие.

Я рассмеялась в ответ, ну вот как он так может, а?!

— Циркуль самовлюбленный, — стукнула я его кулаком в грудь.

— Цапля, — улыбнулся он в ответ.

Суматошные дни. Ненормальные дни. Голодные дни.

Макс знал когда я уезжаю, поэтому оставшиеся четыре дня, буквально не слезал с меня. Все свободные часы был рядом. Развлекал, любил…

Мы были в ресторанах, в кино, в парках, на аттракционах, да и просто катались по городу. За эти четыре дня я получила эмоций столько, что хватит на всю оставшуюся жизнь. И он столько раз ездил на работу в моей компании, что я даже успела подружиться с той самой «катастрофой» Вероникой.

Но пятница неумолимо приближалась, а Макс так и не сделал никаких поползновений в сторону идеи сохранить наши отношения. То есть парень вёл себя так, словно после пятницы всё, забыли.

Как ножом по сердцу, но я старалась не думать, иначе свихнусь и впаду в депрессию. В конце-концов я знала, что так будет и готовила себя к этому, но легче от этого на душе не становилось.

С утра он вызвался отвезти меня на вокзал. С девчонками мы распрощались еще дома, в коне концов, чего всей кучей на вокзал ехать:

— Я буду скучать, — сказал он с улыбкой.

— Я тоже, — кивнула я, а слезы так и рвались наружу.

Нет, не от того, что мы прям расстаемся и всё. А от того, что он всё же не сказал ни слова о наших отношениях. Значит не особо и сохранить хотел, так выходит.

В общем, с разбитым сердцем я села в поезд и поехала домой. И уже в купе дала себе волю, зарыдав в подушку, от чего бабуля, на соседней кушетке, схватилась за сердце и начала капать мне в ложку валерьянку.

— Запомни, девочка, если любит, то уже не отпустит, — покачала головой бабуля, чуть улыбнувшись.

Весь день я рассказывала ей о своих любовных двух неделях и о переживаниях.

От чего я вывалила всё это на сердобольную старушку, я до сих пор не знаю. Но эмоции рвались наружу.

«Он всегда добивается того, чего хочет. Бесаевы умеют бережно оберегать то, что они считают своим» — слова Лильки, однажды сказанные, плотно сидели в мозгу.

Неужели вот так отпустит?! — спрашивал мозг.

— Уже отпустил, — сказало грустно сердце.

От вокзала до дома я добралась быстро, город родной, все закоулки и короткие пути знаешь, а если на такси, да в болтовне с водителем, так вообще класс.

У подъезда ждал сюрприз:

— Ты то как узнал?! — рявкнула с досадой в голосе я.

Витя стоял у подъезда с букетом цветов:

— Мама твоя сказала, — улыбнулся скромно он, — Всё — таки не чужие друг другу люди, — пояснил он.

— Да в том то и дело, что чужие, — обогнула его и вошла в подъезд.

— Ксюш, — устремился он за мной, но я с пыхтением помогла двери домофона закрыться перед его носом, а против доводчика с магнитом он не попрет, весовая категория не та, сил у него точно не хватит.

Интересно, а Макс бы справился с дверью?

Тьфу, опять этот Макс. Успокойся, всё кончено, забудь как интересное приключение.

Еще в поезде, я решила дать себе обещание, вспоминать только хорошее. А плохого то и не было. Ну да, было до физической боли, грустно. Очень. Вот так вот всё кончилось. Но эти две недели были самыми лучшими. Поэтому лети птичка, лети…на встречу новым приключениям. Всё — таки Макс показал как умеют любить и как один человек, за две недели, может сделать второго счастливым. Наполнить позитивом, счастьем, нежностью и лаской по самые уши, что они вот-вот захлопают и вознесут тебя до небес.

Поэтому что?! Правильно….лети птичка, лети….Воспоминания о Максе мы оставим как самые светлые и будет холить и лелеять столько, сколько это возможно, ставя их в пример всем остальным отношениям.

Вещи раскидала по местам. Почувствовала себя человеком стоя в душе. Позвонила родителям, сообщить, что всё в порядке:

— Голос у тебя какой-то странный, — засомневалась мама.

— Э то потому что я влюбилась, мам, как последняя дурочка, но у нас ничего не получится, — сказал а я на выдохе.

— Во как, — ответила мама, офигев от потока информации.

— А с чего ты взяла, что ничего не будет?! — поинтересовалась она.

— Долгая история, — махнула я рукой.

— У меня как раз полно времени и денег на телефоне, — хохотнула она.

И я затянула длинный разговор с мамой. Параллельно успела вскипятить чайник и даже попить чаю с конфетами, кстати, с такими же, какие принес однажды Макс.

— Так, — выдохнула мама в итоге, — Я так и не поняла, а почему вместе то быть не получится?! — спросила она.

— Мам! — повысила я голос, — Мы в разных городах, это раз, во-вторых у меня тут всё: друзья, работа, вы…

— Но-но-но, — затарахтела мама, — Давай-ка нас с отцом тут не приписывай, — ворчала она, — Бываешь ты у нас редко, да и мы редко в городе бываем, всё по командировкам, благо созваниваемся каждый день. Так что ты у нас девица самостоятельная. Второе, друзья твои, хваленые, — съязвила она, — Ты хоть одному за две недели позвонила? Думаю, наврядли, а в третьих, работа твоя. У Маринки город больше, думаешь там танцуют меньше? Не думаю, — ответила она сама на вопросы, которые мне же и задавала.

— Ну? — буркнула я ей в трубку, а сама уже понимала, к чему она клонит.

— Баранки гну, — выдала она весомый ответ, — Сама думай.

С мамой мы распрощались, а я задумалась над ее словами. И думала в течение следующей недели.

Работа, дом, работа, дом, друзья, работа, дом. Так и протекала моя дальнейшая жизнь.

Витя, буквально, не давал прохода.

То припрется с цветами в танц. класс, то у подъезда поджидает. Мне уже ходить страшно стало, не знаешь в какой момент и из какого угла он вырулит с очередным веником.

В том, что чувства к нему уже давно остыли, я не сомневалась ни минуты.

Пролетела вторая неделя и вечером мне позвонила Маринка:

— Привет милая, — отозвалась весело она.

— Привет, — также ответила я, — Как ваши дела? — не скрою хотелось послушать про Макса.

Интересно страдает или нет? Наврядли, наверное.

— Он в командировке, — сказала смеясь Маринка, — Улетел сразу же, как ты уехала. Должен вот вернуться скоро.

— Во как! — удивилась я, — А мне не говорил ничего.

— Так он никому не говорил, Мир только спустя неделю сказал, что Макс срочно в командировку был отцом сослан, какие то там контракты у них. Короче, я в этом ничего не понимаю, — быстро проговорила она, — У тебя то как дела?

— Да бывший мой петухом две недели ходит, проходу не дает, гад, — злобно выдала я.

— Виктор что ли? — удивилась Маринка.

— Да, — согласилась я, — Осознал свою ошибку, вот и ходит с вениками, за мной по пятам. Сил уже нет на него.

— Аккуратнее там, сестренка, — испуганным голосом начала Маринка, — Влюбленные идиоты, порой опасны.

— Да уж, — согласно протянула я.

Мы поболтали еще пару минут и распрощались, договорившись созвониться через недельку.

Так пролетела третья неделя. Виктор уже откровенно выбешивал своим закидонами и, получив пару раз от меня коленкой между ног, когда в очередной раз попытался показать свою любовь, отстал. Понял, наконец-то что всё это абсолютно бесполезное занятие.

Через неделю мы, как и договаривались, созвонились с Маринкой:

— Привет, — весело отозвалась я.

— Привет, — ответила она, — Как твои дела?

— Витю пару раз отшила, потом пару раз долбанула коленом в благородное место, парень отстал и перестал преследовать. Дела на работе как обычно, всё тухло и неинтересно. А у вас как?

— Кажется Лилька с Тимуром женятся, — как бы между делом сказала она, — А вообще, нормально всё.

— Маринка! — взвизгнула я радостно и подпрыгнула, — Это же круто! — а потом принялась узнавать подробности.

В груди кольнуло. А как же Макс? Неужели он так ни разу и не вспомнил про меня.

Но узнавать у Маринки подробности не хотела. Точнее, не стала. Не хочу бередить то, что уже устаканилось.

Хотя!

Хотя что? — подсказал мозг, — Бросишь всё и свалишь к нему? Это ж всю жизнь перевернуть надо.

Но попробовать то можно?! — шепнуло сердце.

Да! Попробовать можно. Что случится о того, что я хотя бы попытаюсь? Определенно надо попробовать. Наплевать, что будет потом. Отошьет или примет, наплевать. Конечно, я надеюсь, на второй вариант. Он более приемлем на меня. Но, блин, если я буду сидеть сложа руки, как делала это три недели, то я тогда вообще ничего не узнаю.

Но, черт, Макса мне терять совершенно не хотелось. Да, я влюбилась, ох как я влюбилась. Словно пыльным мешком по башке долбануло. Я НЕ ХОЧУ ЕГО ТЕРЯТЬ!!!

— Маринка! — прервала я её, — Мне нужно кое-что сделать, — сказала я, — Поэтому извини, потом созвонимся.

Но я уже предполагала, что мы встретимся, а не созвонимся.

Поспешно покидала в сумку вещи, купила билет через он-лайн кассу и вечером рванула на вокзал.

Кое-как я доехала. Сердце трепетало как ненормальное, вот-вот вырвется из груди, когда я подъехала к дому Макса.

Звоню…жду…тишина.

Снова звоню, тишина.

Звоню Маринке:

— Привет, быстро ты с делами разобралась, целые сутки прошли, — хихикнула она в трубку.

— Маринка, я в городе, — выдохнула я, голос хрипел и дрожал, — Где Макс?!

— Мать твою! — крикнула Маринка и захохотала, — Вы придурки, ей богу…., - не могла остановиться она, — Макс к тебе уехал сегодня утром. Как с делами на работе разобрался, рявкнул на всех, чтоб уже отстали от него, монатки собрал и рванул на вокзал.

— Бл*ть, — ругнулась я и плюхнулась на чемодан прямо на площадке, — Да как так-то?!

— А вот так! Поезд ушел буквально полчаса назад, если я правильно помню расписание.

— Охренеть, — выдала я, встала, повернулась и наклонилась за ручкой от поклажи.

— Очаровательно, везде бы так встречали, — услышала я хрипловатый голос с отдышкой.

Знакомая фраза, не находите? По-моему с такой фразой он вошел тогда в купе поезда, когда я ехала к Маринке.

Сердце ухнуло в пятки и я резко встала, поворачиваться не спешила, не веря собственным ушам.

— Ксюшка?! — позвала Маринка с испугом в голосе, — Чего у тебя там? Ты дышишь как корова на бойне, не пугай меня.

— Твою то…., - протянула я и повернулась.

Макс стоит в неизменной позе, руки скрещены на груди, а сам нахально улыбается:

— Ну привет цапля! — выдал он и хохотнул.

— Циркуль, — протянула я, взвизгнула и рванула на него, буквально запрыгнув.

Он сжал меня в железных объятиях и сказал так нежно, интимно, на ушко:

— Ты же понимаешь, что я тебя теперь никуда не отпущу. Ты меня околдовала, маленькая ведьма…

— Ага, — согласилась я, довольная как слон, — Это мой волшебный приворотный пендель в розовой туфле так сработал.

Он улыбнулся, хихикнул и поцеловал.

— Ксюшка, мать твою, я ментов я сейчас вызову!!!! Чего там происходит?! — услышала я писклявое в трубке, которую до сих пор сжимала в руках.

— Всё нормально, супер-мен уже рядом, — ответил в трубку Макс.

— Господи, — выдохнула Маринка, — Слава богу, — а потом добавила, — Я отключаюсь, дети мои, не шалите сильно, — и хихикнула.

— Т ы же в поезде должен быть, — ахнула я, слезая с него.

— Должен, да не должен, — пробубнил он, подхватывая мой чемодан, направляясь к квартире, — Тачка сломалась по дороге, прикинь? Колесо, блин, пробил, естественно на поезд опоздал.

Мы зашли в прихожую и он, поставив чемодан, повернулся ко мне с улыбкой:

— Да, по ходу, не случайно пробил.

— Ага, — довольно кивнула я.

— А ты то как тут? Нет, ну я понимаю, когда мужчина, типа меня, срывается за любимой женщиной в другой город, чтобы ее забрать, но чтобы девушка срывалась — это нонсенс…

А я молча, с открытым ртом глядела на него, в ушах звенело и я уже не разбирала слов.

За любимой женщиной….он ехал, за любимой женщиной.

— Макс?! — вопросительно взглянула я.

— Да, — кивнул он, да так утвердительно будто ни капли не сомневался, — За любимой….и я тебе еще сотни и тысячи раз об этом повторю, чтобы ты зарубила это на своём маленьком носике, — и щелкнул мне по носу.

— Где ж я столько добра наделала в жизни, что мне тебя в подарок послали, Циркуль! — съязвила я, прикусив губу.

— Вот уж я не знаю, где и что ты наделала….но я тот еще подарочек, скажу я тебе, — хихикнул он и подмигнул.

— Да я уж поняла, — подмигнула я ему в ответ, — Что ж тебя так привлекло во мне?

— Твоя попка…., - он поднял руки вверх, сдаваясь, — Прости, малыш, я мужчина…Но первым делом, что я увидел, это была твоя симпатичная попка.

— Охренеть, — выдала я и хлопнулась на диван.

— Да, в первую очередь меня привлек твой симпатичный зад…а как ты им двигаешь! — мечтательно протянул он, — Мммм, мечта просто, — еще и причмокнул.

— Ты шутишь, да? — спросила я.

— Нет солнышко, ни в коем случае, — притворяясь серьезным ответил он.

— То есть, ты утверждаешь, что сначала запал на мой зад, а потом уже на меня?! — взвизгнула она громко, — Похоже, моей заднице пора дать имя и оформить паспорт.

Макс лишь рассмеялся в ответ.

— Нет, — покачал он головой, — Сначала, ты переезжаешь ко мне, а потом мы тебе сменим фамилию и оформим новый паспорт.

— Прям-таки, — заортачилась я, но это было просто для вида, я, заочно, уже была согласна.

— А теперь… — повернулся он ко мне, стягивая с себя футболку, — Поурчи для меня, как котенок, — и с хищным, голодным взглядом, направился в мою сторону.

Спустя три месяца.

Я стояла на ресепшене в фирме, ожидая Макса, собирались поехать к Лильке с Тимуром, узнать как продвигается подготовка к свадьбе.

— Ника, всё в порядке? — спросила я у девчонки, которая, побледнела просто на глазах, сжимая в руках сотовый.

— Да, — получила я ответ, но как-то не верилось, уж слишком наигранной была улыбка.

— Кто звонил? — спросила я, моё любопытство меня когда-нибудь погубит.

— Отчим, — пожала она плечами.

А я не могу пройти мимо чужой беды.

— Ника, — позвала я ее осторожно, — Может я могу помочь чем-нибудь?

Глаза девчонки в миг краснеют и наливаются слезами, а потом этот поток хлещет по щекам:

— Господи, как же я устала. Мало того, что “катастрофа” по жизни, так еще и отчим-алкоголик. Устала, — выдохнула она, а плечики мелко-мелко подрагивают, — Не хочу идти домой, лучше на вокзале жить, хоть деньги целы будут.

— Так, — гаркнула я, — Хватит сырость разводить.

А сама достала телефон и весело проговорила:

— Артур! Привет…Чем занимаешься?…мммм, здорово. Скажи мне друг, нет ли пустой комнатки в твоей двухкомнатной берлоге, чтобы приютить на время хорошую девчонку? Так сказать, спасти принцессу от злого дракона? …Супер, тогда вечером жди нас с ней в гости…, - отключилась я и подмигнула ошалевшей Веронике.

М-да, — подумала я весело, — Этот субъект, который теперь носил шапку с ярко-фиолетовыми дредами, на которых были привязаны желтые бантики, ей точно понравится…

Но это совсем другая история…