Danika Stone

Internet Famous

Печатается с разрешения издательства Swoon Reads, an imprint of Feiwel and Friends and Macmillan Publishing Group, LLC и литературного агентства Nova Littera SIA

Copyright © 2017 by Danika Stone

© И. Н. Меньшакова, перевод на русский язык, 2018

© ООО «Издательство АСТ», 2018

Анон – анонимный

App – приложение или программа, разработанная для использования на мобильном телефоне или лэптопе, например приложение-игра, приложение для отправки сообщений и т. д.

ВДМ (от англ. at the moment) – в данный момент.

пч (от англ. because) – потому что.

Блог – ряд постов в письменной форме, выложенных в Интернет.

Булочка с корицей – в художественных произведениях милый персонаж с мягким характером, вызывающий у зрителей / читателей реакцию типа «ути-пусечка».

Лента – главная часть сайта или блога, которую можно просматривать, листая вверх и вниз.

НХ (от англ. do not want) – не хочу.

Доксинг – выкладка в публичный доступ персональной информации или документов, связанных с чьей-то частной жизнью.

Фанмэйл – хвалебные сообщения, письма, в том числе и электронные, и посты, посылаемые знаменитостям фанатами.

Фальшивая фанатка – утверждение, что некоторые особы, в том числе женского пола, в фанатских сообществах не соответствуют понятию «настоящий фанат».

Флейминг – намеренное размещение информации, провоцирующей конфликты, т. е. пакостничество в постах.

СписокД / список друзей – друзья и контакты в социальных сетях.

ИВЛ (от англ. fuck my life) – идет все лесом.

Заморозка – весьма неприятный прием, заключающийся в убийстве персонажа произведения с целью растянуть сюжет (т. е. отправить героя в морозилку морга).

Френд-фик – выдуманная история о настоящей жизни человека, с которым ты знаком только в Сети.

Беззаботица – получение средств к существованию за счет своих увлечений (например, блогер, как MarkDoesStuff, который зарабатывает деньги на своем веб-сайте).

Газлайтинг – форма психологического насилия / манипулирования, при которой жертву убеждают в заведомой лжи, выставляя виновником конфликта.

ГФ – герлфренд.

Памагите – помогите [именно так].

ТЖФ (от англ. I know, right?) – та же фигня.

ИМО (от англ. In my opinion) – имею мнение о…

ИМХО (от англ. In my humble opinion) – имею мнение, хрен оспоришь.

IP-адрес (адрес интернет-протокола) – цифровой код, которым маркируется каждое устройство, присоединяемое к компьютерной сети (компьютер, лэптоп, телефон, принтер). Этот код можно использовать, чтобы идентифицировать отдельные устройства и выяснять их происхождение.

ЛОЛ (от англ. Laugh out loud / laughing out loud) – лопну от лыбы.

Длиннфик – длинный фанфик (от англ. fan fiction – творчество поклонников какого-либо произведения по его мотивам).

Мери Сью – неправдоподобно идеальная героиня, чаще всего встречающаяся в фанфиках. В основном ее роль – донести до главных героев какую-то важную мысль или идею.

Очв – очевидно.

ОП (от англ. Original character) – оригинальный персонаж.

ЕПП от англ. One true character) – единственный правильный персонаж.

ОБЖМ (от англ. OMG – Oh, my God) – о боже мой.

Предки – родители / попечители в семье.

Пжл – пожалуйста.

Роимели (от англ. Pwned – owned) – вариант слова «поимели», который получил распространение, потому что многие ошибочно печатали «роимели» [именно так].

RE. – касательно или со ссылкой на что-либо.

РЖ (от англ. RL – real life) – реальная жизнь.

Првд – правда.

БоСС – борец за социальную справедливость. Уничижительный термин, используемый в отношении человека (обычно женщины), который сверхозабочен вопросами социальной справедливости и борется за воплощение своего представления о ней.

Срзн – серьезно.

СМИ – слишком много информации (т. е. избыточная откровенность).

Тор – программа, разработанная для того, чтобы скрыть IP-адрес компьютера, на котором она установлена.

Тролль – человек, который намеренно провоцирует конфликты при общении в Сети.

Троллить – намеренно нападать или провоцировать кого-то на конфликт при общении в Сети.

Влог – видеоблог, т. е. серия видеороликов на определенную тему.

Вай-фай – технология беспроводного доступа к Интернету.

ЧЗЧ (от англ. WTH – what the hell) – что за черт?

ЧЗФ (от англ. WTF – what the fuck) – что за фигня?

Сообщение пришло, как только Мэдисон Накама устроилась на пассажирском сиденье маминого седана. Она запустила одну руку в карман за телефоном, другой одновременно пытаясь пристегнуть ремень безопасности.

Мэди расплылась в улыбке. Самые лучшие сообщения те, что приходят от фанатов. В последние несколько недель они стали приходить чаще, иногда по два-три в день, а после публикации очередного обзора – на порядок больше. Каждое такое письмо счастья вызывало у Мэди приятное волнение. Ведь людям нравился ее блог!

С заднего сиденья раздался голос сестры Сары.

– Что ты читаешь, Мэди?

Мэди нажала открыть, ожидая, пока сообщение загрузится.

– Просто сообщение.

– Опять от тетушки Лизы? – поинтересовалась Сара. – Она сегодня папе уже семь раз писала. Мама даже попросила папу выключить телефон, пока он дома, а папа сказал, что ждет сообщения от своего редактора. Но мама заметила, что редактор может и на электронку написать, а тетя Лиза мешает им побыть вдвоем. А папа тогда сказал маме, что тетя Лиза все-таки его младшая сестра и если ей хочется с ним поболтать, он не возражает. Ну так что, – тут сестричка перевела дух, – это снова тетя Лиза?

– Не Лиза, – рассеянно ответила Мэди. – Совсем не она.

– Там про твой блог?

Мэди кинула взгляд на входную дверь их дома, но мама еще не появилась, а значит, у Мэди оставалось еще немного времени.

– Угу, – буркнула она.

– От кого это сообщение? – Вопрос Сары оторвал Мэди от чтения ленты. Она раздраженно скрипнула зубами, пытаясь найти то место, где остановилась.

Ростом Сара, конечно, не тянула на пятнадцатилетнюю, но серьезное выражение лица позволяло ей выглядеть старше.

– Давай я тебе расскажу о смысле анонимности попозже, ладно? – попросила Мэди. – Мне нужна всего минутка, чтобы закончить.

– Закончить что?

– Хочу ответить на это сообщение, пока мы не поехали в парк.

– Но…

– Пожалуйста, Сара. Всего минутку.

Сестра скрестила руки на груди, посмотрела в окно и со вздохом ответила:

– Ладно.

Мэди нажала ОТВЕТИТЬ и большими пальцами обеих рук стала быстро набирать текст.

Но прежде чем ей удалось закончить, дверь дома открылась и появилась мама. Она уже почти вышла, но тут же обернулась, остановившись в дверях. Похоже, у отца в последнюю секунду появилось для нее срочное поручение – с ним это случалось постоянно. Пальцы Мэди запорхали с олимпийской скоростью, печатая последние буквы сообщения.

Улыбнувшись, она нажала ОТПРАВИТЬ. Дверь машины открылась со скрипом, и Мэди, подняв голову, увидела, что мама с абсолютно белым лицом усаживается за руль.

Улыбка сползла с лица Мэди.

– Все в порядке, мам? Ты выглядишь…

– Все отлично, – заявила мама и вырулила на улицу, не произнеся больше ни слова.

Мэди обернулась назад, надеясь поймать взгляд сестры, но Сара была поглощена чем-то в своем телефоне. Подождав секунду, Мэди снова повернулась вперед. Она сунула телефон в карман и нахмурилась. Мимолетная радость от полученного сообщения уже испарилась.

Мэди смотрела на мать в упор несколько долгих секунд.

– Ты шутишь, да?

А рядом с ними в полную силу шумел майский полдень, словно ничего и не случилось. Весенний воздух был наполнен стрекотанием газонокосилок и ревом машин. С детской площадки раздавался смех. Жужжала пчела. Но Мэди всего этого не слышала. В груди болело, как в тот раз, когда она упала с высокого турника и от удара забыла, как дышать. На этот раз ее ударила собственная мать.

– Мам, – умоляюще протянула Мэди, – пожалуйста, скажи, что это шутка.

– Никаких шуток. Я уезжаю.

В поисках сестры взгляд Мэди метнулся к площадке и облицованным кирпичом домам позади нее. Весна пришла в Милберн, Нью-Джерси. Дикие яблони по всему парку тонули в пышной пене бело-розовых соцветий, в голубом небе проплывали идеальные серебристые облака. Судорожно сжатыми пальцами Мэди вцепилась в свой телефон. Вот отстой! Просто невероятный, нереальный отстой!

– На рассмотрение моей кандидатуры потребовалось время, – рассказывала мать, выдавая свое волнение только нервным постукиванием ноги, – но вчера я получила подтверждение.

– Подтверждение. Ну да.

– Я… – мать беспокойно поерзала на скамье. – Я уезжаю в конце недели.

Мэди пожала плечами.

– Этой недели?

– В Оксфорде организуют летний курс для студентов выпускного года, и мне предложили читать его. Начало первого июня. Хотелось бы уладить все формальности и устроиться на новом месте до…

– Да я просто поверить не могу!

На смену шоку внезапно пришел гнев.

– Это – просто… просто ужасная шутка.

Мать тяжело вздохнула.

– Ради бога, Мэдисон, ты вот-вот школу окончишь, а ведешь себя как ребенок.

– Но ведь это ты сбегаешь.

– Никто никуда не сбегает.

– Уезжаешь. Улетаешь. Да без разницы!

Мэди обвела взглядом смеющихся детей, облепивших спортивные снаряды. Чуть дальше на качелях раскачивалась взад и вперед ее сестра Сара, кажущаяся сейчас младше своих лет. С поджатыми губами и полуприкрытыми глазами, она выглядела очень сосредоточенной. Цепи качелей поскрипывали в такт ее движениям. Глядя на сестру, Мэди с беспокойством осознала, что хоть у гранаты и вырвали чеку, взрыва пока не последовало.

Но когда она рванет…

– Послушай, такое иногда случается.

Голос Джулии Накамы был едва слышен из-за радостного щебета детворы.

– И поскольку я знаю, что все это может быть для тебя нелегко…

– Ты ничего не знаешь о том, насколько это нелегко.

– Я знаю, как это выглядит со стороны, – ни капли не смутившись, сказала мать. – Но комитет одобрил мою исследовательскую стипендию только вчера. Как только мы с твоим отцом обсудили переезд, я…

– Папа знал об этом?

Скрип… скрип…

Мать придвинулась ближе.

– Я понимаю, что ты расстроена, но пожалуйста, говори тише, а то…

– А то что? Ты сбежишь?

– Мэди, пожалуйста.

Скрип… скрип…

Мэди не сводила глаз с сестры, безуспешно пытаясь справиться со злыми слезами. Это не могло случиться с ними. Не сейчас! Не тогда, когда жизнь Сары только вошла в нормальную колею.

– Я знаю, тебе тяжело это слышать, – продолжала мать. – Но такая возможность появляется далеко не каждый день. Когда ты станешь старше и будешь строить собственную карьеру, ты меня поймешь.

Скрип… скрип…

– Мэди, ты меня вообще слушаешь?

– А что слушать? Ты нас бросаешь.

Глаза Мэди сузились.

– Снова.

Показное беспокойство матери сменилось холодным раздражением.

– Успокойся. Люди на нас смотрят.

Скрип… скрип…

– Успокоиться? И как мне «успокоиться», если ты сбегаешь?

Голос Мэди сорвался на крик, и она вскочила со скамьи. Женщина, сидящая неподалеку, удивленно обернулась.

– Ты же говорила, что больше так не поступишь. Ты обещала нам, обещала Саре! И вот ты снова делаешь это.

– Мэдисон, пожалуйста!

Мать крепко сжала пальцами запястье Мэди и потянула ее назад на скамью. Затем с извиняющейся улыбкой посмотрела на случайных свидетелей беседы, пожав плечами и словно говоря: «Извините за сцену. Моя дочь – типичный подросток. Вы же знаете, каково это».

Мэди почти услышала их смех.

Скрип… Повторяющийся ритм замедлился, и Мэди через площадку поймала взгляд сестры. Скрип… Сара нахмурилась… Скрип… Мэди отвела глаза.

– Тебе следует говорить потише.

Мэди выдернула ладонь и скрестила руки на груди.

– Ну да, а тебе тогда следует выполнять свои обещания.

– Ты все поймешь, когда станешь старше. Семью и карьеру совмещать не так-то просто… – Голос матери дрогнул. – Особенно в моей профессии. Но мне уже некуда откладывать. Преподавание в Оксфорде – это возможность, которая мне больше никогда не представится.

Она поднялась со скамьи, отряхивая невидимые соринки со своих брюк.

– А теперь иди за сестрой. Нам пора.

Мэди схватила рюкзак и вскочила.

– Почему бы тебе не сходить за ней самой, раз уж ты уверена, что все делаешь правильно?

Женщина, сидящая неподалеку, судорожно вздохнула, а с лица Джулии пропали все краски. Она встала перед Мэди, закрывая ее от зевак.

– Поговорим позже. Иди за Сарой.

Мэди вздернула подбородок.

– Нет.

Мать со свистом выдохнула и вцепилась пальцами в запястье дочери.

– Понятия не имею, что ты тут изображаешь, Мэдисон, но ты сейчас же пойдешь за сестрой или…

– Почему мама выкручивает тебе руку, Мэди?

Джулия отпустила дочь и отшатнулась. Позади них стояла Сара, следя за беседой немигающим взглядом.

– Я не выкручивала.

– Выкручивала. Я же видела, – заявила Сара. – Вы с Мэди разговаривали, потом Мэди нахмурилась и начала кричать на тебя, потом ты стала кричать на нее, а потом схватила ее за руку и….

– Я буду в машине! Поторопитесь, девочки. Мы уже опаздываем.

Джулия метнулась прочь, огибая мельтешащих перед ней детей. Она ни разу не оглянулась.

Мэди обвила руками Сару, прижимая ее к себе. Сара терпела сестринские объятия целых три секунды, а потом начала вырываться.

– Спасибо, что спасла меня, – поблагодарила Мэди, отпуская ее.

Сара не улыбнулась. Она вообще делала это нечасто.

– Почему мама злится на тебя?

– Она не злится.

– Злится.

– Нет.

– Но я же видела, Мэди. – В голосе Сары звучала уверенность. – Вы разговаривали, потом ты нахмурилась и…

– Не знаю, Сара. Мама просто…

Мэди сникла. Ей совсем не хотелось рассказывать сестре правду о том, что в их жизни все опять переменилось и именно Сара пострадает от перемен больше всего. Вместо этого Мэди выдавила улыбку.

– Мама просто собралась уходить. И попросила меня позвать тебя, а я не захотела.

Казалось, Сара на минутку задумалась над ее словами, и Мэди испугалась, что придется еще и объяснять, почему она не захотела звать сестру. Сара всегда задавала вопросы до тех пор, пока не узнавала все, что было нужно.

– Ладно. – Сара перевела взгляд на улицу, где скрылась их мать. – Так мама уже собралась домой?

– Ага. А ты готова?

– Угу, – ответила Сара и посмотрела на качели.

– Хороший был день.

Мэди ничего не ответила. Не смогла. Секунду спустя Сара была уже на улице, оставив ее позади. Мэди взглянула на экран телефона, зажатого в руке. В последние напряженные минуты в ее ленте появился новый пост. Горло перехватило, когда она прочла его.

* Лоран Абеляр.

** Муза в огне.

*** Шекспировские девчонки.

**** Искусство с душой.

Вздохнув, Мэди нажала РЕБЛОГ.

Этот день был худшим из целой череды ему подобных, а ее маленькая сестренка даже не догадывалась об этом.

В доме семьи Накама царила неестественная тишина. Как только они вошли, мать Мэди ринулась наверх и хлопнула дверью спальни.

Обсуждение окончено.

От этого Мэди хотелось кричать.

Она плюхнулась за кухонный стол с телефоном в руке. Отца, сидящего напротив, частично скрывали экран его лэптопа и длинная прядь черных волос, свободно спадающая на глаза Мэди. «Папа не скажет ни слова, – раздраженно подумала она. – Как всегда».

Она провела пальцем по экрану, и на нем появилась вереница сообщений. Несколько твитов появились всего пару минут назад. Они эхом отражали потрясение от сиротливого сообщения Мэди, отправленного всей вселенной в целом.

Ответы вызвали у нее грустную улыбку.

Мэди вздохнула и набрала быстрый ответ сразу всем друзьям онлайн.

Чуть позже она добавила еще один ответ, лично Лорен, мечтая, как и частенько до этого, чтобы ее виртуальные друзья жили неподалеку. Ей так нужно было с кем-нибудь поговорить сегодня. Грудь словно сжали огромные тиски.

Она подняла голову и увидела, что отец продолжает печатать. Тишина в доме была такой же тревожной, как и новости. Мэди ожидала чего-нибудь – да хоть чего!

– Жаль, что ты не рассказал мне раньше, пап, – проговорила Мэди.

Он не поднял головы и ничего не ответил, хотя усы дернулись.

– Если хочешь знать мое мнение, – добавила она, – будет не менее тяжело, чем в первый день Сары в старшей школе. Без последствий это все не пройдет.

Отец на мгновение оторвал взгляд от экрана лэптопа.

– Мы справимся.

И опустил глаза.

– Как всегда.

Телефон Мэди зажужжал, и она прочла уведомление.

Мэди растроганно улыбнулась. Лорен замечательный друг.

Из дальней комнаты раздались, нарастая, звуки типичной для фантастических фильмов космической музыки.

– Начинается, Мэди! – крикнула Сара.

Мэди откинулась назад, балансируя на двух ножках деревянного стула.

– Секундочку! Я разговариваю с папой.

Он стал печатать медленнее.

– Не могла бы ты попросить сестру убавить громкость? Мне нужно закончить несколько статей. Редактору они понадобятся к завтрашнему утру.

– Но мы не можем продолжать скрывать все от нее. Она заслуживает…

– Статьи сами собой не напишутся, – прервал ее отец. – И мы с твоей матерью собираемся сказать Саре. Просто ждем подходящего момента. Мы не хотим расстраивать ее без необходимости.

Телефон Мэди снова зажужжал, но она не обратила внимания.

– Мама уезжает в субботу утром. По-моему…

– Вообще-то в пятницу вечером.

– В пятницу?!

– Угу.

– Тогда чем скорее вы расскажете Саре, тем лучше.

– Все не так просто, и ты это знаешь, – вздохнул отец.

– Я знаю, что мама сбегает, а мне придется разгребать последствия.

– Едва ли это справедливо.

– Именно так и было, когда она получила предыдущий исследовательский грант.

Отец оторвался от клавиатуры и сложил пальцы домиком. Он не смотрел в глаза Мэди, разглядывая что-то за ее плечом. Она терпеть не могла, когда он так делал.

– Это было два года назад, – сказал он.

– А Сара до сих пор сама не своя, когда мы проезжаем мимо аэропорта.

Мэди наклонилась вперед, безуспешно пытаясь поймать его взгляд.

– Ты должен поговорить с мамой. Она не может опять так поступить. Каждый раз становится все тяжелее…

– Мэди! – раздался вопль Сары. – Фильм УЖЕ идет!

Чарльз съежился, услышав крик дочери.

Мэди повернулась в сторону звука.

– Еще секундочку, Сара! Я почти…

– Но он ИДЕТ! Фильм начинается! Начинается прямо СЕЙЧАС! Скорее, Мэди! СКОРЕЕ!

Голос сестры перешел в пронзительные крики.

Чарльз закрыл лэптоп с резким щелчком. Он наконец встретился с Мэди взглядом, и у нее перехватило дыхание. Отец не казался ни раздраженным, ни сердитым. Он выглядел крайне измотанным.

– Тебе лучше идти, – заметил он, вздрогнув, когда крики достигли оглушительной громкости.

– Кажется, Сара расстроена. Я поработаю в кабинете.

– МЭДИ! МЭДИ, ДАВААААЙ!!!

Отец зажал лэптоп под мышкой и вышел.

В гостиной ревел саундтрек к фантастическому фильму и от глубоких басов тряслись стекла. C появлением Мэди панические выкрики Сары перешли в радостный визг.

– Начинается! Начинается! Скорее!

– Прости, что задержалась, – сказала Мэди.

– Садись!

Плюхнувшись на подушку со своей стороны, Мэди незаметно кинула взгляд на сестру. Сара была взволнована. Она не улыбнулась и даже не обернулась, но тут же прислонилась к Мэди. Сара никогда раньше не проявляла стремления к более тесному личному контакту, и этот простой жест стал последней каплей, нарушившей баланс. Глаза Мэди затуманились от слез, как только беспокойство, грызшее ее, вырвалось на волю. О боже, когда Сара узнает о маме, она будет вне себя!

Мэди вытащила телефон и пролистала список контактов в поисках кого-нибудь знакомого, кому можно написать.

У @ModernDayWitch[3] ночная работа, @fandometric[4] крут, но все держит в себе. А @StarveilBrian1981[5] не станет поддерживать разговора, если речь не идет о фантастике или о войне.

Палец листнул список последний раз и замер: @laurentabelar, студентка по обмену и новичок в сообществе МэдЛиб, блоге Мэди. Единственной причиной, по которой Мэди впервые обратила внимание на Лорен, стало то, что в начале, только присоединившись к сообществу мэдлибберов, она постила комментарии на французском.

Заинтересовавшись, Мэди вставила первый, неуверенный комментарий Лорен в гугл-переводчик и получила ответ:

С тех пор в течение нескольких месяцев Мэди наблюдала, как имя Лорен поднимается вверх в списке наиболее активных мэдлибберов. Они даже переписывались несколько раз.

Мэди создала сайт МэдЛиб два года назад, надеясь найти тех, кто разделит ее любовь к поп-культуре. Фанаты для Мэди представлялись толпой благожелательных незнакомцев, поддерживающих ее из-под прикрытия своих ников. Блог стал намного более популярным, чем она могла мечтать: на него подписалось свыше шестидесяти тысяч читателей и в два раза больше заскакивало что-нибудь почитать время от времени. Сайт ежемесячно набирал около полумиллиона просмотров, и эта цифра продолжала расти! Ее подписчики называли себя мэдлибберами, и у ее блога даже были сторонние фанатские сайты, которые распространяли контент по всему Интернету. Судя по словам Лорен, в Париже тоже существовала группа фанатов, которые скрупулезно переводили каждый ее пост.

Мэди нравилось быть связанной с целым миром! Ее подписчики голосовали за разные темы, а Мэди их освещала. Темой обзоров могло стать что угодно, от видеоигр до старых голливудских фильмов. В добавление к постам Мэди твиттила комментарии в реальном времени, делясь впечатлениями со своими последователями по всему миру в лайвблоге.

Лорен была одной из многочисленных фанатов Мэди, и хотя они никогда не встречалсь в реальной жизни, частенько болтали онлайн. Похоже, Лорен могла поддержать в трудную минуту. Мэди ткнула в выбранный контакт и быстро набрала короткое сообщение.

В это время на экране разгоралась эпохальная битва. Мэди смотрела на экран, полуприкрыв глаза.

Сцены сражений ей не особо нравились. Она понимала их необходимость, но итог этих сражений был слишком предсказуем. Герой, к примеру, всегда одерживал верх в последнюю секунду (и Спартан не стал исключением). Три подмигивающие точки появились на экране ее телефона, сообщая о том, что ответ вот-вот прилетит.

* Слишком много информации (т. е. избыточная откровенность).

* От англ. I know, right? – та же фигня.

Рука Мэди зависла над экраном, пока она обдумывала ответ. В пятницу уезжает мать. Если Мэди не будет дома, она не застанет объяснений с Сарой и вернется только тогда, когда сестра успокоится. Она виновато покосилась на Сару. Реальная жизнь и так уже пошла кувырком, так что один вечер вне дома ситуацию не ухудшит.

Но…

Часть разума Мэди, отвечающая за осторожность, начала прокручивать в голове картинки из полуночных ТВ-ужастиков: интернет-хищники заманивают в ловушку девушек, обрекая на безвременную гибель. Она была знакома с Лорен только в Сети. На ее аватарке висела картинка со старым фотоаппаратом, и всё. Мэди ругала себя за то, что не нашла @laurentabelard в Снэпсиде[6].

Что она действительно знала о своей подруге? Совсем ничего. Так глупо. Я едва знаю ее. Я должна просто сказать нет. Но если быть честной, Мэди совсем не хотелось этого делать.

Она напечатала вопрос.

– Мэди, – заныла Сара, толкая ее локтем. – Ты даже не смотришь фильм!

Улыбка исчезла с лица Мэди, и она выпрямилась, сосредоточив все внимание на разноцветных взрывах, заполнявших экран. Ее телефон снова зажужжал.

Мэди сунула телефон обратно в карман. Ей нужно было досмотреть фильм, написать пост в свой блог и предотвратить развал семьи. И возможно, всего лишь возможно, она заслужила вечер отдыха после всего этого.

Она повернулась к Саре:

– Ну, и что я пропустила? Расскажи вкратце.

Сестра глянула на нее, напряженно хмурясь. Тот кто совсем не знал ее, решил бы, что она раздражена, но Мэди-то знала. Сара просто увлеклась.

– Фильм начался со сцены, в которой Тэкла на борту межпланетного грузовика «Гиперион» возглавляет мятежников и немного вспоминает произошедшее ранее, – прошептала Сара. – Затем действие перемещается на базу мятежников на Земле. Войска Дартку только что высадились на космическую станцию на Луне. Прямо сейчас они готовятся к атаке. Но не волнуйся. Капитан Спартан уже предупредил наземные подразделения.

Она снова переключила все внимание на идущий фильм.

– Он собирается остановить их. Тэкла знает, что они в ловушке и если Спартану удастся связаться с «Гиперионом», к ним прибудет необходимое подкрепление…

Эмоции Мэди нарастали вместе с музыкой, космическая опера увлекла ее чередованием то и дело вспыхивающих взрывов и красочных спецэффектов. Она удовлетворенно вздохнула, почувствовав, как глухой гул притупляет острое беспокойство. Поэтому она и любила делать обзоры. Они были спасением – ее спасением! – и казалось, что все проблемы решаются намного проще, когда она погружается с головой в написание поста. Груз тревог, копившихся всю неделю, немного уменьшился.

Вечером она встретится с Лорен, пусть и по скайпу, и если все пройдет хорошо, в пятницу отправится в Нью-Йорк, чтобы познакомиться с другими мэдлибберами.

Когда фильм закончился, был уже одиннадцатый час и Мэди, наконец, сбежала в свою спальню. Остановившись перед зеркалом, чтобы пригладить волосы и одернуть новую футболку от TeeFury с надписью «Я Хочу Верить» как дань уважения к «Секретным материалам», она вгляделась в свое отражение.

Если выражение лица Сары можно было описать словом «напряженное», то у Мэди явно проглядывало озорство. Миндалевидные глаза сверкали на миниатюрном лице, обрамленном темными волосами. Улыбалась она или хмурилась, радовалась или грустила, ее щеки с ямочками и проказливая усмешка вызывали ощущение, что она вот-вот выдаст какую-нибудь шутку. Она высунула язык, и ее отражение сделало то же самое. Как бы ей ни хотелось обратного, она всегда была скорее «миленькой», чем классической красавицей. Порой это выводило ее из себя.

Вздохнув, Мэди запустила программу видеочата и набрала адрес электронной почты Лорен. От волнения по спине поползли мурашки. Она всегда нервничала, знакомясь с новыми людьми, и предпочитала общение онлайн, позволяющее держать дистанцию, а не личные встречи. Курсор в скайпе завис на нейтральной полосе между двумя кнопками.

– Ничего из этого не выйдет.

Мэди нажала ВИДЕОЗВОНОК.

Точки весело затанцевали от одного окошка к другому с характерным звуком, означающим, что картинка и звук с лэптопа Мэди отправились на спутник, а оттуда на компьютер Лорен в Нью-Йорке. Картинка дрогнула, и Мэди почти прильнула к экрану.

Появился парень.

– Постойте-ка!

Она уже протянула руку к тачпаду, чтобы разорвать соединение, но внезапно застыла, приоткрыв рот. Она, конечно, и раньше видела симпатичных парней – в любом фильме их целая куча! – но словно сошедший с картины красавчик с точеными чертами лица – это совсем другое дело. Его одежда представляла собой эклектичную смесь поп-культуры и высокой моды – футболка с принтом в стиле ретрокомиксов сочеталась с джинсами и потертой кожаной курткой со значком в виде «ТАРДИС»[7] на воротнике. Своим внешним видом он выделялся среди всех, кого знала Мэди.

– О… вау! – вырвалось у нее прежде, чем она осознала что говорит.

Словно персонаж аниме воплотился в реальность… И это лицо. ОБЖМ, это лицо! Их взгляды встретились на экране, и у нее перехватило дыхание.

– Привет?

– Я… ты… – Мэди отчаянно пыталась произнести что-нибудь внятное, но без воздуха в легких эта затея, разумеется, провалилась. Лорен была дома не одна, поняла она. А ее парень чертовски хорош!

Мэди со свистом втянула воздух.

– Господи Иисусе, помоги.

– Pardonnez-moi?[8]

Она моргнула.

– Я… эммм… Ты только что говорил по-французски?

– Bien sûr[9], – подтвердил он, кивнув. – Да, да. Дурацкая привычка.

Он усмехнулся, и Мэди ощутила непреодолимое желание мечтательно вздохнуть. Но не стала – сладкие обмороки подходят для ванилек, а не для суровых блогерш.

– Ты, должно быть, парень Лорен, – сказала она. Ее горячий французкий парень! – А она сама далеко?

– Извини, кто? Я думал, ты – Мэди.

Французский акцент обволакивал его слова, словно запах дорогого одеколона. Ненавязчивый, но отчетливый. Мэди почувствовала растущую неуверенность.

Разве Лорен не сказала, что она – студент по обмену, когда они переписывались пару дней назад? Мэди сверила электронный адрес. Каждая буква была верной.

– Я… да, это я. Но я думала…

Этот парень походил, скорее, на студента колледжа, чем на выпускника старшей школы, но игнорировать намеки дальше было невозможно. У Мэди скрутило живот. О боже… такого просто не может быть!

– Ты Мэди, – повторил парень. – Из МэдЛиб блога, так?

– Именно, – подтвердила она с вымученной улыбкой. – Я знаю, прозвучит дико, но не мог бы ты произнести свое имя?

– Лоран.

То, как он произнес свое имя, прояснило ситуацию. Лу-Рон. Оно было созвучно с ЛеБрон – ударение на второй части имени – и однозначно мужское.

Лоран Абеляр, а не Лорен Табеляр! – пришло к ней осознание. Мэди с трудом подавила желание хлопнуть себя по лбу.

– Я не поняла, кто ты, – объяснила она. – Я думала, ты девушка.

– Я тоже не сразу понял. Я думал, ты… – он рассмеялся. – Ну, не знаю. Выглядишь не так. Я ожидал увидеть кого-то… другого.

– Другого?

– Не знаю. Ты выглядишь как… как…

Мэди резко оторвалась от разглядывания парня. Что. За. ЧЕРТ.

– А какой я должна быть? – раздраженно буркнула она.

– Больше похожей на блогера.

– Блогера? И что это, по-твоему, значит?

Он пожал плечами.

– Я… Я не знаю. Ты просто не такая, как я ожидал.

Мэди выпрямилась во весь рост, затрясшись от злости.

– Извини, что разочаровала тебя, но в мире множество людей, выглядящих самым разным образом…

– Но я только хотел сказать…

– …и поэтому блогеры встречаются всех форм и размеров…

– Да, я знаю, но…

– … и у моего блога ОГРОМНОЕ количество фанатов! Сотни тысяч посетителей заходят на мой сайт каждый месяц. Мне восемнадцать лет. Я предприниматель. А вовсе не… не ребенок, или вроде того!

Лоран отпрянул от экрана с побелевшим лицом.

– Ah, non! Ce n’est pas le cas![10] Мне… мне так жаль. Я вовсе не то хотел сказать. Я просто… Я все испортил. Я и не думал… я… я… Pardonnez-moi, s’il vous plaît. Je ne veux pas vous ennuyer[11]…

Он говорил все быстрее и быстрее, и слова терялись в усилившемся от волнения французском акценте.

И тут Мэди поняла, что вот-вот упадет, прямо-таки рухнет, потому что нет ничего более романтичного, чем молодой человек, абсолютно не похожий на американца, рассыпающийся в извинениях на языке, которого ты совсем не знаешь, и заламывающий при этом руки. То, что все происходило на экране и юноша при этом выглядел словно герой какого-нибудь высокоинтеллектуального французского фильма, служило дополнительным бонусом.

– Все нормально, – сказала Мэди. – И на самом деле я рада наконец-то познакомиться с тобой, Лоран.

Мужская версия его имени звучала странно.

– Правда. Никаких проблем.

– Прошу прощения за все, что наговорил до этого. Когда я волнуюсь, то начинаю говорить все что приходит на ум. И далеко не всегда к месту. Я нафантазировал себе образ, а ты оказалась другой и я, не подумав, заявил об этом.

Он прижал руку к сердцу.

– Мне очень жаль, Мэди. Я поступил ужасно.

– Я тоже частенько говорю что на ум придет.

– Правда?

Уголки ее губ приподнялись в озорной улыбке.

– Из-за этого я уже не один раз попадала в неприятности, честно.

– Ох-хо! Звучит интересно.

– Ага. Но эта история для другого раза.

Улыбка Лорана изменилась. Мэди не могла определенно сказать почему, но она вдруг внезапно почувствовала смущение. Его глаза пристально смотрели на нее – зеленые с золотыми искрами, по краям темнеющие до цвета миндаля, – и ей вдруг захотелось отвести взгляд. Но она не смогла.

– Хочу услышать хоть одну из твоих историй, – попросил он. – Расскажи, пожалуйста.

Мэди пришлось прикусить щеки изнутри, чтобы сдержать улыбку, почти готовую снова появиться на лице. Температура в ее комнате, похоже, подпрыгнула сразу градусов на десять.

– Ну, наверняка как-нибудь расскажу тебе. Похоже, я не в состоянии хранить секреты даже под угрозой смерти.

Она закатила глаза.

– Но сейчас не об этом.

– Есть ли способ выклянчить историю?

– Уверена, когда-нибудь я тебе выложу всю подноготную.

Выражение лица Лорана сменилось с искушающего на удивленное.

– Выложишь… подноготную?

Сердцеед пропал, на его месте оказался растерявшийся турист.

Мэди наблюдала, как он достает телефон, слегка задрав при этом рукав своего лонгслива[12]. На его правой руке показалась сложная татуировка в виде рыбы в воде, сделанная в японском стиле. Мэди украдкой шлепнула по клавише СНИМОК ЭКРАНА, чтобы рассмотреть тату позже.

Словно почувствовав ее нетерпение, Лоран поднял глаза. Новая волна осознания встряхнула Мэди, словно электрический импульс пробежал от одного компьютера к другому.

– Мне нужна минутка, чтобы найти это. Выложить. Всю. Под…

– Это значит, что я точно расскажу тебе, – объяснила Мэди с нервным смешком. – Но не прямо сейчас, Лоран. Хорошо?

– Ладно.

Он отложил телефон, и рукав опустился, скрывая рыбку.

– Но если сейчас ты выкладывать подноготную не собираешься, буду с нетерпением ждать ее позже.

Он поиграл бровями.

– И уж тогда я надеюсь получить ВСЮ подноготную. Не вздумай прятать свою подноготную. Договорились, Мэди? Я хочу ее всю.

Широкая улыбка, которую она с трудом сдерживала, все-таки расплылась по лицу. Нетипичная для американцев серьезность Лорана была такой подкупающей, что ей не хватило духу сказать, как нелепо звучат его слова.

– Всю подноготную, – Мэди рассмеялась. – Ты ее получишь.

Мэди вглядывалась в экран лэптопа так долго, что начало резать глаза. Беседа с Лораном взволновала ее и не давала уснуть. Она ворочалась в кровати и гадала, появится ли притяжение, возникшее между ними в онлайн, при встрече в реальной жизни.

Существовал только один способ проверить это – поговорить с ним лично. Смутившись от нарисованных воображением картин этой встречи, она сосредоточила внимание на своем последнем посте.

Мэди любила писать и всегда знала, что хочет сказать, но из-за сочетания чудовищной усталости и гормонального всплеска слова просто не шли на ум. Она прикрыла глаза, и перед ее мысленным взором возникло смеющееся лицо Лорана. Несмотря на усталость, она бы ни на что не променяла их ночной разговор. Лоран оказался потрясающим! Беспокойство, с которым она думала о предстоящей в пятницу поездке в Нью-Йорк и встрече с мэдлибберами, испарилось. Теперь она ждала ее с нетерпением!

Со счастливым вздохом она снова посмотрела на экран лэптопа. Ее улыбка погасла, и причиной тому стали финальные фразы обзора «Звездной вуали». Перечитывая, она накручивала длинную черную прядь на палец. Затем удалила два предложения и подправила третье.

– Уже лучше, – пробормотала она и переключила страницу на раздел статистики.

Она удалила первоначальный вариант и напечатала новый ответ.

Незачем провоцировать заядлых фанатов, если можно обойтись без этого. У «Звездной вуали» слишком много поклонников по всему миру. Она сосредоточилась на заключительном абзаце.

Мэди усмехнулась, добравшись до конца.

– Ну, вперед.

Волнение захлестнуло ее, когда она нажала ОТПРАВИТЬ. Удаленное обучение в онлайн-школе позволяло ей писать тогда, когда хотелось, а сегодня ей хотелось именно этого! Когда она занималась чем-то другим – уроками, домашними делами или тренировками, – Мэди приходилось прилагать усилия, чтобы сохранять интерес. А вот с блогом все обстояло совсем наоборот. Завершение работы над очередным постом позволяло ей почувствовать себя скорее «переполненной», нежели опустошенной. Она откинулась на спинку компьютерного кресла и потянулась, почувствовав предупреждающий щелчок в расслабившемся позвоночнике, уставшем от многочасового сидения за компьютером. Она проверила время на телефоне.

– Двадцать минут до будильника, – прошептала она, сползая с кресла. – Пора идти.

Эти часы были последними «нормальными» перед тем, как ее родители расскажут Саре об отъезде матери. А что за этим последует, было ясно любому.

Если бы только они сказали ей раньше… Но одним желанием ничего не изменишь.

Тактика затягивания активно использовалась в семействе Накама, поэтому Мэди предполагала, что они все скажут Саре в самую последнюю секунду. Если что-либо нарушало распорядок Сары, весь день шел под откос, а если под откос катился весь день, ни о какой школе – даже с сопровождением – и речи быть не могло.

Она поставила лэптоп на спящий режим и, скользнув ногами в шлепки, с виноватой улыбкой направилась в сторону лестницы. Вторая половина пятницы обещала быть крайне напряженной, а Мэди планировала оказаться в поезде до Нью-Йорка задолго до семейного скандала.

За десять минут Мэди миновала шесть кварталов до академии Милберна – частной высшей школы, которую посещала Сара, – и теперь ждала сестру рядом с ее классом.

В холле почти никого не было, но Мэди не рисковала оставить свой пост до того, как выйдет Сара. Это был один из пунктов расписания Сары, позволявший всем им жить спокойно. Мэди откинула голову к стене и полузакрыла глаза, вспоминая Лорана на экране ее лэптопа прошлой ночью.

Они смеялись над чем-то, чего ей уже не удавалось припомнить, когда Лоран вздохнул и сказал:

– Мне пора. Обидно, но уже поздно.

– Тебе, наверное, нужно… – Мэди ухмыльнулась. – В смысле, пора в кроватку и все такое.

Он фыркнул.

– Не в кроватке дело, просто мне утром в школу. И домашку нужно еще сделать. А сколько сейчас времени, кстати?

Он глянул на экран телефона.

– Черт! Мы уже так долго болтаем? Домашка отпадает. Надо поспать.

– Не уверена, что ты в курсе, но я вроде как плохая компания.

– Не верю.

– Мой кристально-честный взгляд – лучшее прикрытие.

Она хихикнула.

– На меня подумаешь в последнюю очередь.

Он поднял бровь.

– Все еще не верю.

– Бросаешь мне вызов, Лоран?

– Может быть.

Он послал ей убойную улыбку, на которую она не могла не ответить.

– Тогда вызов принят. Забудь обо всех этих играх в милашку-студента по обмену, в которые ты играешь. Я доведу тебя!

– Доведешь? До чего?

– До полной и абсолютной потери репутации!

И это почему-то вызвало у них такой взрыв хохота, что Мэди пришлось уткнуться лицом в подушку, чтобы не разбудить родителей и сестру.

В конце холла скрипнула дверь, и Мэди подняла ресницы. Она прикрыла зевок ладошкой, увидев подростка с короткими рыжими волосами и широкой улыбкой. Мэди помнила, что они учились в одном классе на первом году старшей школы, и хотя тогда у них совпадали некоторые дисциплины, Мэди никак не удавалось вспомнить его имя. Его родители были владельцами отеля «Колониал Инн».

– Привет, Мэди, – сказал он. – Рад тебя видеть тут снова.

– Угу, – согласно промычала она.

Как же его зовут? Рон? Роб? Руперт? Нет, это парнишка из фильмов про Гарри Поттера. Уставший мозг Мэди не мог придумать другого варианта кроме Рыжика, а она почему-то была уверена, что он не оценит напоминания о школьной кличке.

– Пришла забрать сестру?

– Как обычно.

– Подумал, вдруг ты решила снова влиться в наши ряды.

Его голос стал механически монотонным.

– Мы – борги. Вы будете ассимилированы.

– Нет уж, спасибо.

– Сопротивление бесполезно.

– Разве что ты пойдешь в онлайн-школу.

Его улыбка увяла.

– Хотел бы иметь таких же крутых предков, как твои. Я своих несколько недель умолял, когда ты ушла.

– Ээ… ага.

Кажется, он ждал, что она скажет что-то еще, но она не была уверена, что именно. Несколько секунд прошло в неловком молчании.

– Ну, рад был увидеть тебя снова, – сказал он.

Парень без имени скрылся в соседнем классе, помахав ей на прощание, и Мэди, наконец, смогла расслабиться. Общаться в Сети было намного легче.

Прошла минута.

Потом две.

Через пять минут Мэди снова начала дремать, прикрыв глаза и прислонившись к стене, когда стук каблуков предупредил ее о появлении взрослого.

Она открыла глаза и увидела учительницу с волосами цвета стали, направляющуюся прямо к ней. Женщина разглядывала Мэди сквозь толстые стекла квадратных очков.

– Разрешение на выход?

– О, но я не в классе, – сонно возразила Мэди. – Я здесь просто…

– Я вижу, что вы не в классе, – прервала ее учительница. – Поэтому и спрашиваю о наличии разрешения. Всем учащимся выдается разрешение на время отсутствия на уроке. Где ваше?

Мэди выпрямилась во весь рост (едва достав при этом до плеча женщины), пытаясь казаться более собранной.

– Но, видите ли, мэм, я только…

– Покажите разрешение, – в голосе женщины послышалось раздражение. – Поскорее, пожалуйста. У меня совещание, и мне не хотелось бы опаздывать.

– Но мне не нужно разрешение, – настойчиво повторила Мэди. – Я здесь как один из опекунов моей сестры Сары.

Брови учительницы поднялись так высоко, что почти слились с туго завитыми седыми волосами.

– Вы – ее опекун? – недоверчиво переспросила она.

– Именно.

– Но мистер Уоттли ведет занятия в классе углубленного обучения.

– Да, так и есть.

Глаза женщины за толстыми стеклами очков сузились. Она вытащила ручку из одного кармана пиджака и маленький блокнот из другого.

– Как зовут вашу сестру? Мне нужно все проверить. Знаете, существуют правила передачи учеников опекунам. Нельзя позволить любому прохожему с улицы бродить по школе.

То, как женщина произнесла любому, вывело Мэди из себя.

– Ее имя Сара, – сказала она. – А теперь могу я поинтересоваться, как зовут вас, мэм? Потому что каждый учитель в этой школе знает, что я забираю Сару из школы. Я делаю это каждый день на протяжении последних двух лет.

Каблуки женщины стукнули, когда она отступила на шаг.

– Да я никогда!..

Она втянула воздух сквозь сжатые губы.

– Нет абсолютно никакой необходимости грубить. Есть правила передачи учеников. И если вы пройдете со мной…

– Нет, уйти я не могу! Сара выйдет через две минуты и…

В этот момент дверь открылась и появился мистер Уоттли в своем обычном взъерошенном виде. Волосы на голове торчали клочьями, белый лабораторный халат криво застегнут.

– Ой! Миссис Прит. Вы…

Он бросил взгляд на Мэди.

– Ты сегодня рано.

– Мистер Уоттли, – сухо сказала женщина, повелительно подняв подбородок, – я только что имела удовольствие беседовать с мисс…

Она зыркнула на Мэди.

– Накама, – подсказал мистер Уоттли. – Сестра Сары. Она приходит забирать ее за пару минут до звонка.

– Накама? – повторила женщина. – Как Чарльз Накама?

Мэди скривилась. В Милберне, небольшом городке, все были в курсе дел соседей. Поскольку весьма популярная колонка Чарльза Накамы «По-домашнему» считалась флагманом «Вестника трех штатов» – газеты, широко распространенной в Нью-Джерси, – отец Мэди был почти знаменитостью. Каждый его материал сопровождался фотографией. «По-домашнему» освещала темы, пропагандирующие семейные ценности и соблюдение традиций. Материалы статей отца использовались газетами по всей стране. Все, кто читал эту колонку, не просто знали, а еще и узнавали отца Мэди. Как следствие, все знали ее. И она это ненавидела.

– Да, – подтвердил мистер Уоттли. – Мэди учится у нас в выпускном классе, а ее сестра Сара…

Миссис Прит подобралась, словно кошка, увидевшая мышь.

– Мне казалось, вы утверждали, что не учитесь ни в одном из классов.

Телефон Мэди зажужжал, но она заставила себя не обращать на это внимания.

– Не учусь. В смысле, учусь – но только онлайн.

Она скрестила руки на груди, мечтая оказаться как можно дальше отсюда. Она слишком устала, чтобы упражняться в словесности.

– Я не обычный ученик. Я обучаюсь по дистанционной программе Академии Милберна.

– Дистанционная старшая школа?

– Да.

Миссис Прит кивнула и что-то отметила в блокноте.

– Мне нужно это проверить.

Мэди издала раздраженный звук, нечто среднее между смешком и кашлем.

– Проверить что? Я просто пришла забрать свою сестру.

От усталости вся злость на родителей всколыхнулась волной. Она указала на класс, в котором Сара увлеченно собирала свой рюкзак.

– Это – часть программы поддержки Сары. Я делаю это буквально каждый день.

– Уверена, так и есть, – деловито согласилась миссис Прит. – Но меня в известность не поставили. А я горжусь тем, что знаю все о происходящем в моей школе.

Ее внимание переключилось на мистера Уоттли.

– Я полагаю, вы готовы к нашей беседе.

– Конечно. Только провожу Сару.

Женщина прошествовала в класс, оставив Мэди и мистера Уоттли смотреть ей вслед.

– Мне… эмм… мне следовало бы предупредить тебя, – произнес мистер Уоттли.

Сара вышла из класса и без промедления двинулась по коридору – расписание есть расписание, а ее, к тому же, не предполагало изменений.

– Предупредить меня? О чем?

Мистер Уоттли немного нервно улыбнулся.

– О миссис Прит. Она теперь заместитель директора вместо мистера Палмера. И она очень озабочена эффективностью и организацией работы школы.

Он кашлянул.

– И соблюдением правил.

Мэди скисла.

– Спасибо за предупреждение, мистер Уоттли, – сказала она, закидывая на плечи свой рюкзак. – Буду иметь в виду.

С телефоном в руке Мэди пролистывала записи на своей стене, пока они с Сарой шли домой. Сара погрузилась в пересказ темы сегодняшнего урока физики, и как бы ни хотелось Мэди проявить хоть немного интереса к теории струн, она просто не поспевала за полетом мысли своей сестры. Монолог Сары длился нескончаемо, улицу за улицей.

Мэди провела пальцем по экрану и увидела новый пост. У нее вырвался смешок.

Сара прервалась на полуслове и обернулась к Мэди.

– Что?

– Да ничего.

– Неправда. Ты над чем-то смеялась.

– Нет.

– Да.

– Ладно, – уступила Мэди. – Над этим постом. Видишь?

Она повернула экран телефона, чтобы сестре было видно.

– Он о «Звездной вуали».

* Жить во весь голос.

** Джо Вуy.

Сара нахмурилась.

– Не понимаю.

– Фильмы «Звездная вуаль» о мятеже.

– Знаю.

– А капитан Спартан – ЕПП с радио ЕПП. Типа, единственный правильный персонаж.

– Ага.

– Ну а группа называется «Аркадный огонь», – продолжила объяснения Мэди. – И на Ио случился большой взрыв, когда мятежников предали.

– И что?

– Песня называется «Мятеж против лжи».

– Все равно не понимаю.

– Ну, просто…

Мэди устало вздохнула и убрала телефон. Затем похлопала Сару по руке.

– Так что ты там говорила о суперструнах?

Сестра кивнула и продолжила.

Остаток недели пролетел незаметно. Слишком много нужно было сделать и слишком мало было времени. Не один раз Мэди казалось, что родители вот-вот расскажут Саре об отъезде матери, но каждый раз момент проходил, а объявление опять откладывалось. Сара ни о чем не подозревала.

Когда миновали утро и первая половина дня пятницы, Мэди засела за свой блог. Это позволяло занять голову. А если ей что и требовалось, так это способ отвлечься от мыслей о встрече с фанатами. Она вздрогнула. Правило, которое она так тщательно соблюдала, – разделять виртуальную и реальную жизнь, – будет нарушено, и хорошо если только на один вечер. Запаниковав, она сделала единственное, что наверняка могло вернуть ей спокойствие, – полностью сосредоточилась на своем блоге.

Ближе к вечеру она закончила очередной обзор и запостила его уже по дороге к двери.

Мэди прошла зону прибытия Пенсильванского вокзала[14], крепко прижимая рюкзак к груди, и оглядела толпу. Не было видно ни вопящих подростков в недавно распроданных футболках с надписью «МэдЛиб», ни табличек «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, МЭДИ!», знаменующих ее прибытие из виртуала в реал.

– Это была ужасная идея, – проворчала она, пробираясь сквозь толпу. – О чем я вообще думала?

Не то чтобы Мэди отвергала знакомство с новыми людьми – просто она к такому не привыкла. Дома перед ней стояла конкретная задача поддерживать спокойствие и помогать с Сарой. Здесь, одна и предоставленная сама себе, она растерялась и не знала что делать. Она считала себя независимой – МэдЛиб блог служил ей источником дохода уже больше года. Но разница между ее виртуальной жизнью и реальностью оказалась огромной.

Не заметив ни одного встречающего, Мэди двинулась к креслам в зале ожидания. Молодая девушка с голубыми волосами подняла глаза, заметив приближение Мэди.

– Вы мэдлиббер? – спросила Мэди, махнув рукой.

Девушка поднялась с кресла, и Мэди облегченно улыбнулась. Но девушка пронеслась мимо нее и кинулась в объятия женщины, шедшей с той же стороны, что и Мэди.

– Мам! Ты тут!

Люди вокруг Мэди заухмылялись. Один подросток хихикнул и наклонился к другу, что-то шепча ему. В ужасе от своей оплошности, Мэди помахала кому-то неопределенному далеко впереди.

– Иду! – сказала она, суетливо пробегая мимо зевак и скрываясь в следующей кучке людей. – Секундочку!

Рука Мэди опустилась, как только толпа скрыла ее от наблюдателей.

– Не стоило приезжать, – буркнула она. – Тупица. Тупица. Тупица!

Кто-то должен был прийти, чтобы встретить ее. Лоран ей это обещал. Но волнуясь из-за предстоящей встречи, Мэди напрочь забыла спросить, кто.

– Потому-то Интернет и изобрели.

Она вздохнула, вглядываясь в целое море лиц.

Сегодня компания онлайн-друзей собиралась в недавно обновленный кинотеатр «Метрограф» в Нижнем Ист-Сайде, чтобы посмотреть ремейк «Бегущего по лезвию».

Когда Лоран упомянул о встрече, это показалось хорошей идеей, но чем ближе она была к ее осуществлению, тем меньше восторга эта идея вызывала у Мэди.

Блуждая среди нагруженных путешественников и вымотанных матерей, Мэди чувствовала, как горят ее щеки, и воображала, что все глаза устремлены на нее. А что если я не понравлюсь мэдлибберам? Прежде чем эта мысль засела в голове, Мэди увидела самое удаленное от толпы кресло и уселась, вытащив телефон.

Вай-фай!

Она уже приехала сюда. И выбраться можно было лишь пройдя все до конца. Она устроилась в кресле, выставив перед лицом телефон как щит от незнакомцев. На самый худший случай обратный билет у нее в бумажнике. Она может просидеть весь вечер здесь с телефоном, а потом вернуться домой целой и невредимой. Конечно, этот вечер будет далеко не самым веселым, но это ничего. Она кинула взгляд поверх экрана, вычисляя ближайшее кафе и немного дальше – знак туалетной комнаты. Еда, вай-фай и туалет в шаговой доступности. Да, она это переживет.

Вздохнув, она зашла на сайт МэдЛиб, листая раздел с комментариями. Ожидаемо Брайан развернул кампанию в поддержку очередной космической саги. Она покачала головой, читая его комментарии.

У них свое замечательное онлайн-сообщество. И я в восторге от того, что «Звездные войны» вошли в шорт-лист вариантов для твоего следующего обзора.

Мэди напечатала ответ, тщательно следя за тем, чтобы сохранить нейтральный тон. Годы занятий блогерством научили ее искусству работы с фанатами, но Брайан, похоже, был придирчивее многих.

Его ответ появился через секунду после того, как она отправила свой и обновила страницу.

Она съехала пониже в кресле, печатая еще один ответ Брайану.

Сообщение от отца выскочило на экране прежде, чем она успела ответить. Оно вызвало у Мэди вспышку беспокойства – как Сара воспримет сегодняшние новости, – но оказалось, что это всего лишь список напоминаний.

Еще одно СМС появилось на экране до того, как Мэди дочитала сообщение от отца. Оно оказалось от Лорана и сообщало о его прибытии.

Мэди подняла глаза. Она видела Лорана на экране и знала, чего ожидать – безупречное лицо и идеальную фигуру, – но посетив пару фанатских встреч, Мэди поняла, что изображение на маленьком экране не всегда совпадает с реальностью. Актеры, которых она видела на конвенциях, в реальной жизни казались меньше. Доступнее.

Лоран в реальной жизни тоже выглядел совсем другим. Во-первых, он казался больше. Не просто высоким, а огромным. Словно божество из Асгарда, отправленное на грешную Землю с неясной миссией, он возвышался над толпой, выискивая Мэди взглядом. Каждая деталь привлекала внимание, как при съемке кинозвезды крупным планом для ТВ: смуглая кожа, намекающая на южные корни, квадратная челюсть с едва заметной темной щетиной, длинноватые волосы, меняющие цвет от карамели на кончиках до шоколада у корней, и телосложение, заставившее Мэди вспомнить обо всех кумирах ее подростковых мечтаний. Он словно сошел с одного из постеров, висевших на двери ее спальни.

Лоран поднял телефон и начал печатать одной рукой.

О. Мой. Бог. Это не может быть Лоран. Я сейчас грохнусь в обморок. Или умру. Или сначала в обморок, а ПОТОМ умру. Так еще хуже. Он просто НЕ МОЖЕТ быть так горяч. Ни в коем случае… Их глаза встретились… Только в этом.

– Мэди!

Он рассмеялся.

– Я тебя там не заметил.

– Это случается, когда в тебе всего пять футов роста…

У нее перехватило дыхание, когда Лоран подхватил ее в неожиданном объятии.

Она оказалась в его руках. Руки Лорана! Он покружил ее и поставил на землю всего через три секунды, а затем отступил назад и сунул руки в карманы. На его смуглом лице отчетливо проступил румянец, а она все еще приходила в себя после такого тесного контакта и ее мысли разбегались в сотне направлений сразу. От Лорана хорошо пахло. И прикасаться к нему тоже было приятно. Он находился на уровне, невероятно делеком от ее собственного.

О боже мой… Я определенно влюбляюсь в него.

– Итак, ты готова? – спросил парень.

– Го… готова?..

– Идти в кино!

– А…да… конечно, – ответила Мэди. – А ты?

Он усмехнулся.

– Ни за что бы не пропустил встречу мэдлибберов!

Следом за Лораном Мэди вышла из здания вокзала на улицу. По ощущениям, она словно вынырнула из глубины – звуки и запахи города обрушились на нее словно цунами, на секунду лишив чувств. Сигналили такси. Визжал гудок. Люди сновали мимо, спеша во всех возможных направлениях. Мэди прищурилась на послеобеденное солнце и улыбнулась. Гул миллионов отдельных жизней, сплетенных в единый клубок, вызывал у нее чувство волнения, которое она не могла объяснить. Здесь, в Нью-Йорке, она была безликой, никому не известной. Собой.

– Тебе нравится город? – спросил Лоран.

Она обернулась и увидела, что он наблюдает за ней.

– Очень, – подтвердила она с нервным смешком. – А тебе?

Он усмехнулся и двинулся в путь.

– Если бы не нравился, меня бы здесь не было. Он потрясающий. Такой деятельный. Такой… такой полный…

– Жизни?

Он кивнул, и Мэди, догнав его, пошла с ним в ногу.

– Так мы пойдем до «Метрографа» пешком? До Нижнего Ист-Сайда путь неблизкий.

– Ну нет.

Он рассмеялся.

– Мы просто направляемся к остановке на Тридцать четвертой улице. Я взял тебе билет.

– Спасибо.

– Метр… подземка, – исправился он, – очень удобная штука. Еще один квартал.

Мэди поняла, что запыхалась. Лоран с его длинными ногами шагал в два раза шире, чем она. Между ними свободно прошел бы еще один человек. Потом два. Пять.

– Подожди, – окликнула она, испугавшись, что потеряет его в толпе. – Я не успеваю.

– А! Извини.

Он снизил скорость, чтобы подстроиться под ее темп ходьбы.

– Нужно было подождать тебя. Я просто хочу поскорее добраться до кинотеатра.

Только что утихшее беспокойство вспыхнуло с новой силой.

– А мы не собираемся сначала зайти выпить кофе или вроде того?

– Нет времени, – ответил парень. – Хочу занять хорошие места[15].

– Вряд ли там будет много народа, – возразила Мэди и пояснила: – В смысле сеанс ранний и фильм старый, так? Не думаю, что будет очередь.

– Точно будет! Все придут!

Мэди распахнула глаза от удивления.

– Все?..

– В нью-йоркской группе мэдлибберов сотни постоянных подписчиков. И все взволнованы тем, что сегодня придешь ты.

– Т-ты им сказал?

Он усмехнулся.

– Конечно сказал! И теперь они все хотят с тобой поболтать. Люди начали писать мне сразу же, как только я сообщил о твоем согласии…

Лоран продолжал говорить, но Мэди не улавливала смысла его слов. Все было совсем не так, как она себе воображала. Несколько новых людей – почему бы и нет. Но целый кинотеатр, битком набитый незнакомцами?

– … И я хочу убедиться, что моим близким друзьям удастся с тобой познакомиться, – добавил Лоран. – Аве, Келли и Мораг.

Увлекшись объяснениями, Лоран снова прибавил шагу, и скоро Мэди обнаружила, что опять отстает.

– Лоран, мне просто необходимо, чтоб ты сбавил скорость.

Он обернулся и обнаружил ее в двух шагах позади.

– Ой! Je suis désolé[16]! Прости, Мэди.

– Все в порядке. Просто ноги коротковаты.

– У тебя ноги идеальной длины.

– Это должен был быть комплимент, – сказала она, – но не вышло. Короткие и есть короткие.

– Petite[17]. Крошечные. Кукольные. Изящные. – Лоран заглянул в телефон, вероятно, чтобы свериться со словарем.

– Ага! Миниатюрные, – объявил он.

– Это определенно не комплимент.

Мэди фыркнула.

– Нет? А перевод подходит.

Он бегло оглядел ее.

– Мини Мэди звучит как название шоколадного батончика или…. – Лоран вскрикнул, получив от Мэди тычок под ребра.

– Не смешно!

Она хихикнула.

– Тогда как насчет minette вместо этого?

Мэди закусила щеки, чтобы спрятать улыбку.

– А что значит minette?

Лоран замедлил шаг, как только показался вход в метро.

– Я дам тебе подсказку: маленький, миленький, но очень опасный, с….

Он ткнул ее, она качнулась в сторону, хохоча, и почти врезалась в какого-то мужчину, торопливо выходящего из метро на Тридцать четвертой улице.

– … когтями.

– Ты назвал меня кошкой?

Она тяжело дышала, и не только потому, что пыталась не отстать от него.

– Не какой-то там старой кошкой, – усмехаясь, поправил Лоран. – Котенком.

– Котенком, хммм?

– Да, minette.

Трудно было не обращать внимания на его руку рядом с ее локтем, направляющую Мэди ко входу в метро.

– Если, конечно, ты не выберешь Мини Мэди.

– Minette вполне подходит.

Она рассмеялась.

Толпу возле «Метрографа» можно было разглядеть за квартал. Группки людей толклись возле входа. Большинство из них красовалось в футболках, надписи для которых придумала сама Мэди. «МэдЛиббинг для ЛЮДЕЙ!» – гласила одна. «Это безумно важно, потому что ТЫ так сказал!»[18] – подшучивала другая. «БезумноеОСВОБОЖДЕНИЕ!» – провозглашала третья.

– О боже, – простонала Мэди. – Кто все эти люди?

Лоран легонько пихнул ее локтем.

– Твои фанаты, конечно.

– Мои фанаты?

Мэди замедлила шаг. Их собралось слишком много – чересчур много! – и она не представляла, как себя вести. Все так отличалось от болтовни в Сети. Да и все навыки личного общения, которыми она когда-то владела, давным-давно забылись. На нее нахлынул ужас.

– Идем, – поторопил Лоран. – Я хочу тебя кое с кем познакомить. Это друзья, с которыми я тусуюсь.

– Похоже, звучит неплохо.

– Здорово! Идем!

Он подошел к небольшой компании, расположившейся у переулка в дальнем конце улицы в полуквартале от них. У одной из девушек были спутанные светлые волосы и хмурый вид. Таких людей Мэди обычно старалась избегать. Рядом с ней стояла сияющая девчушка в блестящих подтяжках. Надпись на ее розовой футболке гласила: «Без ума от МэдЛиб». У Мэди она вызвала ассоциацию с сериалом в стиле канала «Дисней».

Девушка с сердитым лицом подняла глаза, поймав взгляд Мэди. Секунды три она хмурилась, а потом ее взгляд переместился выше. Выражение лица мгновенно сменилось на радостное.

– Лоран! – закричала она. – Ты пришел!

Он рванулся вперед, оставляя Мэди тащиться в хвосте.

– Я же говорил, что приду.

– А что с МэдЛиб? Я думала, ты пошел на вокзал за ней.

– Пошел – и привел!

Лоран протянул руку, коснувшись плеча Мэди.

– Она здесь. Это Мэди!

Мэди нервно помахала рукой, когда все взгляды переместились на нее.

– Привееет….

Диснеевская девочка так вытаращила глаза, что казалось, они вот-вот выскочат.

– Ты – она! Ты – Мэди. То есть настоящая, живая, во плоти…

Вторая девушка смотрела на Мэди с выражением, которое очень напоминало о популярной тусовке в Милбернской академии. После затянувшейся паузы она протянула руку.

– Итак, наконец-то нам удалось увидеть знаменитую МэдЛиб.

– Если не затруднит, просто Мэди.

– Я Ава.

Лоран кивком указал на другую девушку.

– А это Шанталь, – ровно сказал он. – Она тоже хотела тебя встречать, но я победил.

– Так странно встретить тебя на самом деле, – полузадушенным голосом выдала Шанталь, прижав руку к груди. – У меня столько вопросов! Я просто… Я не могу….

У нее вырвался короткий смешок.

– Я целую вечность мечтала с тобой поговорить.

– Спасибо, – сказала Мэди. – Здорово оказаться здесь.

Она оглянулась на Лорана, который ухмылялся, не переставая, с тех пор как они пришли.

Ава потрясла головой.

– Я все еще не могу поверить, что ты и правда здесь. В смысле, это кажется… нереальным или вроде того.

– Почему?

Девушка пожала плечами.

– Разве ты… ну… не образцовый затворник? Я к тому, что до сегодняшнего дня тебя никто не видел.

– Совсем нет…

Шанталь схватила Мэди за руку.

– Ты же МэдЛиб, Мэди! И ты здесь, с нами – взаправду!

Она громко расхохоталась.

– С ума сойти!

Мэди улыбнулась.

– Спасибо.

– Я так рада, что ты пришла, – заявила Шанталь. – Мне столько нужно у тебя спросить.

– Например?

– Например, ты ведешь МэдЛиб блог, чтобы зарабатывать на жизнь, так?

– Выгодно обеззабочена, – ответила Мэди.

Лоран хихикнул над шуткой, и она почувствовала, как потеплели щеки. Больше хладнокровия, Накама! Она заставила себя сосредоточиться на девушках.

– А что насчет вас обеих?

– Что насчет нас? – переспросила Ава.

– Чем вы, ребята, занимаетесь?

– Графический дизайн.

Ава заговорщически взглянула на Лорана, словно у них был общий секрет, а потом снова на Мэди.

– Хотя мне больше нравится рисовать, не мэйнстримную чушь. Настоящее искусство.

– А я в старшей школе, – вступила Шанталь, все еще улыбаясь.

– Я ненавидела старшую школу, – призналась Мэди. – Совершенно не выносила!

– Бог мой, я тоже, – согласилась Ава. – Так рада, что я уже в колледже.

– Я пока не выпустилась, – призналась Мэди. – Я учусь онлайн.

Лоран засмеялся.

– Не думаю, что смог бы сосредоточиться на учебе и закончить хоть что-нибудь. Слишком много отвлекающих факторов в Интернете.

– Я так себя чувствовала на обычных уроках, – сказала Мэди. – Просто зависала.

– Не могу поверить, что твои родители разрешили тебе посещать онлайн-школу, – сказала Шанталь с завистливым вздохом. – Там все так же, как и в обычной?

– Ну, и да, и нет.

Мэди усмехнулась. Теперь, когда миновала первая растерянность и паника, она снова почувствовала себя собой. Возможно, личное общение не такая уж плохая вещь.

– Академия Милберна – частная школа, – объяснила она. – В ней есть и очные, и дистанционные программы. Получить аттестат в ОМА – онлайн-отделении Милбернской академии – было вроде как моей идеей.

– Да?

– Родители часто работают до позднего вечера, поэтому я убедила их, что смогу помогать присматривать за младшей сестрой, если буду учиться онлайн.

Девушка пожала плечами.

– Я отвожу ее на занятия и забираю после школы, ну и все в таком роде. Мне показалось, что это выгодная сделка.

Ава скептически посмотрела на нее.

– И твои предки на это согласились?

– В итоге да. Мне сказали, что я смогу учиться онлайн, но сначала только в течение семестра и только если докажу, что могу улучшить свои оценки. Так что я училась как ненормальная весь первый семестр и… БАМ!

Она хлопнула в ладоши.

– Я в списке лучших учеников.

– Я только рядом прохожу, и то в лучшем случае, – Ава фыркнула.

– Да, но ты-то крута в другом, – возразил Лоран. – И это все компенсирует.

Мэди не была уверена, что именно в его словах об Аве вызвало ее раздражение, но она забыла об этом, как только он снова обратил внимание на нее.

– Список лучших – это действительно клево, Мэди. На это требуется уйма труда. Респект тебе.

– Не так клево, как ты думаешь, – не согласилась она. – С тех пор мне приходится держать планку.

Она понизила голос, изображая отца:

– У тебя есть потенциал, Мэди. Не растрачивай его попусту. Теперь я жду от тебя только высшего балла.

– О нет, – раздался стон Шанталь. – Что, по всем предметам? А тебе еще и МэдЛиб блог вести нужно?

– Ага.

– Как ты справляешься?

– Не знаю, – смеясь, ответила Мэди. – Просто делаю. Блог – это отдых. Школа – работа.

Лоран ухмыльнулся уголками губ.

– Ага! Ты задрала себе планку, – сказал он, – а теперь расхлебываешь последствия. Ты жертва собственного успеха.

– Как-то так, – согласилась Мэди. – Но это далеко не все. Мой отец журналист, а мама – профессор микробиологии, так что добавьте еще и постоянные намеки на преемственность…

Если по прибытии Мэди волновалась, со страхом думая о встрече с друзьями Лорана, сейчас все опасения испарились. Даже Ава, казалось, стала более дружелюбной. мэдлибберы представляли идеальный пример того, что ей так нравилось в онлайн-дружбе. Шанталь, она же @WrittenInChantalics[19], была в группе за девочку-«ромашку», Ава, она же @ArtWithAttitude, – за бунтарку. А Лоран, он же @laurentabelard, был всеобщим лидером. Мэди искоса взглянула на него. Растрепанные волосы достают до воротника, одежда – нечто среднее между европейским шиком и студенческой непритязательностью. Черт возьми! Почему некоторым людям достается сразу все? Такое ощущение, что он явился прямиком из романтической комедии.

Как будто почувствовав ее взгляд, Лоран посмотрел на нее и улыбнулся, сверкнув зелеными глазами. Мэди отвернулась. Слишком идеален. Должна же быть ложка дегтя и в этой бочке меда. Но если и так, до сих пор она ее не обнаружила.

– Нам, наверное, пора выдвигаться к «Метрографу», – предложил Лоран. – Там будет куча народу, а я хочу занять места рядом.

На другой стороне улицы толпа постепенно редела, втягиваясь в двери кинотеатра.

– Готова идти?

В животе у Мэди зашевелился комок страха, но она проигнорировала его.

– Конечно.

Когда они двинулись к кинотеатру, Шанталь зашагала сбоку от Мэди.

– Ты еще не решила? – запыхавшись, спросила она.

– Не решила что?

– Какой будет тема следующих обзоров! Я почти не спала прошлой ночью – так переживала из-за голосования!

Мэди скосила глаза и увидела усмешку Шанталь.

– Я… эмм… Я вроде…

– Тяжело выбирать?

– Иногда, наверное. Особенно из двух тем, которые действительно нравятся.

– Ну и как ты выбираешь? – спросила Шанталь, когда они подошли к переходу и остановились, ожидая зеленого сигнала. – Как определяешь победителя?

– В большей степени это зависит от голосов, – объяснила Мэди.

Ава ухмыльнулась.

– Никогда не жульничаешь? – поддразнила она.

– Клянусь, мы никому не скажем, – добавила Шанталь.

– Это ни к чему, – заверила Мэди. – Мне довольно хорошо удается угадывать, что выберут люди.

– Ты знаешь, что выберут на этот раз? – спросил Лоран.

– Я лично за «Звездные войны», – сказала Шанталь. – За них или за «Баффи».

– «Баффи» – офигенный вариант, – горячо воскликнула Ава. – Я голосую за него. Тебе стоит остановиться на нем. Договорились, Мэди?

– Зависит от подписчиков.

– Но мы тоже подписчики! – взмолилась Шанталь. – Это что-то да значит, правда?!

Мэди расплылась в улыбке.

– Может, нам тебя подкупить там или типа того? – сухо спросила Ава. – «Баффи» стоит того, чтобы сделать обзор.

– Лучше уж «Звездные войны»! – возразила Шанталь.

– Не лучше!

– Лучше, точно.

– Ты ведь даже не СМОТРЕЛА «Баффи»! – припечатала Ава.

– С чего ты взяла?

Мэди хихикнула.

– Я буду читать все, что постит Мэди, – вставил Лоран. – Я за любой опыт.

– Опыт? – с издевкой переспросила Ава.

– Прозвучало довольно пошло, ты, шалунишка.

Мэди с трудом подавила желание вступиться, когда Лоран вспыхнул и отвернулся.

– Вовсе нет! – возразил он. – Я приехал в Америку, чтобы проникнуться ее духом, а поп-культура – его часть.

– Знаю-знаю, – закивала Ава.

– Но мне действительно нравятся фильмы восьмидесятых. В них столько… оптимизма.

Все рассмеялись.

Впереди показался вход в «Метрограф», почти свободный от толпы. Мэди вздохнула с облегчением. К тому времени как они доберутся, вполне можно будет прошмыгнуть внутрь незамеченной. Ава раздраженно металась взад-вперед по тротуару, ожидая зеленого сигнала.

– Я так взволнована из-за нового МэдЛиб обзора, – сказала Шанталь. – И из-за того, что ты сегодня с нами.

– Только если нам удастся занять места вовремя, – проворчала Ава.

– Все будет в порядке, – заверил Лоран, – расслабься.

Ава беззвучно выругалась.

– Сейчас будет зеленый. Просто подожди минутку и…

Ава рванула на проезжую часть без предупреждения. Шанталь взвизгнула.

– «Метрограф» будет набит под завязку, – прокричала Ава под рев сигналов. – Я займу нам места. Догоняйте!

Они смотрели, как она несется по улице и исчезает в дверях кинотеатра.

– Ава такая Ава, – усмехнулась Шанталь.

Через минуту загорелся зеленый и они перешли дорогу. Лоран притормозил, обошел их сзади и пошел рядом с Мэди, подстраиваясь под ее шаг. Она прикусила щеки, чтобы сдержать улыбку.

– Знаешь, Лоран, – начала Мэди, – если тебе нравятся фильмы восьмидесятых, ты должен бороться за них. Меня устроит любая тема. Но будь осторожен: Брайан решительно настроен поспособствовать расцвету фантастики на МэдЛиб. Они с несколькими единомышленниками серьезно взялись за рекламу. «Звездные войны» вполне могут победить.

Она на ходу подтолкнула его плечом.

– Тебе тоже стоит взяться за продвижение своей темы.

Лоран улыбнулся ей.

– Может и возьмусь.

Она кивнула.

– Хорошо.

Ава оказалась права. В «Метрографе» было не протолкнуться. Ряды обновленных кресел заполнило целое море незнакомцев, и все они смотрели на Лорана, Шанталь и Мэди, пока те преодолевали людские волны. Мэди вцепилась в рукав Лорана, потому что все ее страхи ожили разом. Он обернулся.

– Здесь вообще места остались? – спросила она шепотом, выискивая глазами свободное пространство. – Как-то не похоже на то.

– Уверен, что-нибудь да найдется. Ава написала мне, что она прямо напротив экрана.

Он глянул на экран телефона.

– Говорит, заняла нам четыре места.

Глаза Мэди заскользили по толпе.

– Ну, не знаю…

Он на секунду коснулся ее руки и тут же отпустил.

– Верь мне. Хорошо?

Она кивнула.

Когда они двинулись вперед, на галерке громко зашептались. Мэди не хотела слышать, о чем говорят люди, но поскольку пространство было ограниченно, избежать этого не могла. Шепот доносился со всех сторон. Люди наклонялись вперед и с любопытством разглядывали ее.

– Это она?

– Не уверен…

– Она не выкладывает свои фото в Сеть… Не знаю, как она выглядит.

– Но ведь это Лоран, так?

Шепот усиливался, став, наконец, похожим на жужжание пчелиного роя.

– …он сказал, что приведет МэдЛиб с собой.

– Это она! Я уверена!

– Мэди! – раздался крик. – МЭДЛИБ!

Лоран взял Мэди за руку, и она отвлеклась на прикосновение его теплых пальцев. Затем подняла глаза.

– Сюда. Мы здесь.

Толпа зашумела сильнее, кинотеатр наполнился гулом сотни голосов. Мэди не могла больше различать отдельные слова. Лоран свернул к ряду кресел недалеко от экрана, но, прежде чем Мэди успела пойти за ним, женщина средних лет встала, преграждая ей путь.

– Ты же МэдЛиб, да? – воскликнула она.

– Я-я…

Лоран наклонился вбок, поймав взгляд Мэди.

– Нам пора, – заявил он, беспечно игнорируя разделявшее их препятствие. – Ава в середине ряда.

Лоран пропустил ее вперед. Внезапно его руки оказались на ее плечах, направляя, и Мэди полностью сосредоточилась на их теплоте.

– Ты кажешься встревоженной.

– Спасибо, я немного… Теперь со мной все в порядке.

Ее взгляд скользнул по рядам кинотеатра. Люди стояли на креслах, указывая на нее, и впервые в жизни Мэди обрадовалась, что в ней всего пять футов роста.

– Где сидит Ава?

– Немного дальше.

– МэдЛиб! – взвизгнул голос неподалеку, заставив Мэди подпрыгнуть.

Лоран склонился к ней, прошептав прямо в ухо:

– Прости за все это. Среди мэдлибберов ты вроде как знаменитость, знаешь ли.

– Кажется, я начинаю это понимать.

Мэди опустила голову и ускорила шаг.

– Это ПРАВДА МэдЛиб! – закричал кто-то.

Мэди пригнулась, как только они добрались до своих кресел. Лоран сел рядом с Авой, Мэди рядом с ним, Шанталь с другой стороны от Мэди, и она оказалась прикрыта от толпы с обеих сторон. На пару секунд ей показалось, что все успокоилось, но затем женщина, сидящая перед Мэди, обернулась.

– О боже мой… Это ты! Ты действительно МэдЛиб!

Женщина в упор, не отрываясь, смотрела на нее поверх спинки кресла, а Мэди старательно отводила глаза. С каждой секундой странностей становилось все больше.

– Я слышала, что ты можешь прийти, – выдохнула она. – Не поверила, конечно, но ты здесь, среди нас, вроде как – правда, правда здесь!

Мэди коротко взглянула на женщину и увидела, что та наполовину свесилась со спинки кресла. Ава зафыркала от смеха.

– Мэди, – отрывисто сказала она, – вот это Стеф, хотя тебе она знакома, скорее, под ником @antebellumintro[20]. Стеф, это МэдЛиб, также известная как Мэди.

– Здорово добавить лицо к знакомому имени, – сказала Мэди, хотя на самом деле не смогла вспомнить такого ника среди мэдлибберов. Просто фанатов было слишком много.

– Рада познакомиться с тобой! – крикнула Стеф. – Я просто не поверила, когда Ава сказала, что ей нужны места, и не абы кому. Самой МэдЛиб!

– Спасибо, – Мэди вжалась глубже в кресло, но Стеф снова придвинулась.

– Я слышала, что Лоран собирался тебя привести, – продолжила она, – но и подумать не могла, что ты действительно придешь. Я читаю твой блог уже почти два года. Ты раньше никогда не встречалась со своими поклонниками.

Она протянула руку для рукопожатия.

– Серьезно, это просто невероятно, что удалось тебя встретить!

– Спасибо.

Мэди соскользнула еще чуть-чуть, почти распластавшись по креслу.

Ава встала и мягко взяла Стеф за плечи.

– Дорогуша, ты подавляешь нашу звезду. Может, дашь ей передохнуть?

– Конечно! Поговорим позже, ладно?

– Эмм… хорошо…

Стеф расплылась в улыбке и вернулась на свое место.

На секунду Мэди подумала, что худшее позади. – Спасибо, Ава, – сказала она. – Я ценю твою…

Но, прежде чем Мэди смогла договорить, появился новый поклонник, наклонившийся через проход к Лорану, чтобы привлечь ее внимание.

– Привет, Мэди, – крикнул он, – я тут подумал, не могла бы ты подписать кружку, которую я купил в твоем магазине?

И ткнул кружку ей в руки.

– Прости, что сделать?

– Подписать мою кружку!

В руке парня тут же возник перманентный маркер: – Если бы ты написала «Бену от МэдЛиб», было бы здорово!

– Ладно, – согласилась Мэди, – но нам лучше поторопиться. Кино начнется с минуты на минуту, а я не…

– Это займет не больше секунды. К тому же здесь многие хотят поговорить с тобой.

Мэди оторвалась от подписывания кружки. Ее глаза распахнулись.

– Вот черт, нет…

На последних секундах их натянутой беседы в проходе образовалась целая очередь поклонников. Она растянулась между рядами и «зацепила» главный проход, поскольку, как минимум, тридцать человек стояли, ожидая возможности поболтать с Мэди.

– МэдЛиб! Мэди! МЭДИИИИ!

Целых пятнадцать бесконечных минут Мэди раздавала автографы, говорила и жала руки толпе фанатов, которые внезапно переместились из виртуального мира в реальный. Каждый хотел рассказать свою историю. У каждого была просьба. То и дело Мэди ловила взгляд Лорана, но он, казалось, был так же бессилен остановить волну ее почитателей, как и она сама. В зале погас свет, но мэдлибберы продолжали прибывать.

– Простите, – начала Мэди, пошатываясь от усталости. – Но фильм…

Внезапно Ава встала и пробилась к Мэди, прямо на линию огня. Ее голос заполнил весь зал.

– У Мэди осталось время только на приветствие. Ни автографов, ни просьб! – рявкнула она. – Если хотите поговорить с ней после показа, у вас будет пятнадцать минут. Не больше!

– Спасибо за то, что читаете мой блог! – крикнула Мэди вслед расходящимся поклонникам. – С удовольствием поболтаю с вами после фильма!

Пару раз выкрикнув «МэдЛиб!», поклонники растворились в сгустившейся темноте.

Улыбаясь, Мэди уселась на свое место.

– Спасибо, что разогнала толпу, Ава. Я думала, это никогда не закончится.

Ава ухмыльнулась.

– Нет проблем. Но лучше тебе приготовиться к очередным «привет-пока» после окончания сеанса. Я дала тебе передышку, а не открыла путь к спасению. Самые упертые досидят разве что до начала титров.

Мэди глянула через плечо. Если до сих пор зал был просто полон, то теперь он был переполнен. Дежурные ходили по проходам, рассаживая людей, толпившихся на ступеньках, на задние сиденья на галерке.

– Это сумасшедший дом какой-то.

Она рассмеялась.

– Что там? – спросил Лоран, стаскивая куртку с плеч. На миг показалась рыбка, плещущаяся на смуглых просторах его руки.

– Сегодня здесь так много людей.

– Они здесь ради тебя, – сказал Лоран с улыбкой.

Мэди вспыхнула и отвернулась. У нее возникло чувство, что Лоран подразумевал под этим что-то еще, но она не решилась спросить, так ли это. На экране начался анонс. Словно по сигналу, все четверо достали свои телефоны. Даже Лоран, всегда такой внимательный, проверял свою почту. В отличие от родителей Мэди, которые настаивали на личном общении, если вы находились в одной комнате, мэдлибберы, похоже, обладали каким-то особым пониманием взаимодействия в цифровом мире. Ава болтала с девушкой по соседству, но в то же время ее пальцы порхали над экраном. Даже Лоран, казалось, был поглощен списком своих уведомлений.

Мэди вздохнула. Когда все уткнулись в свои телефоны, она, наконец, смогла расслабиться. Смех нарастал на одном конце главного прохода и эхом отражался на другом. Таким было это тихое товарищество. Голоса, дополнявшиеся звуками СМС-уведомлений и теплым смехом. Мэди откинулась на спинку своего кресла.

– Теперь ты выглядишь менее напряженной, – заметил Лоран.

Она улыбнулась.

– Мне просто нужна была пара минут, чтобы привыкнуть к такой…

Она махнула в сторону зала.

– Известности.

– Именно. И нам тоже нужно было привыкнуть к тебе.

Мэди кивнула. Теперь и она смогла его почувствовать, совсем другой вид волнения. Тут сидели мэдлибберы, ее люди. Они пришли из-за ее постов. Из-за НЕЕ. Улыбка становилась все шире, пока не засияла во все лицо.

– Я рад, что ты здесь, – сказал Лоран.

Мэди кивнула, и тут ее телефон зажужжал. Она посмотрела на экран и увидела, что и Ава, и Шанталь задали ей в Твиттере вопрос о теме для новых МэдЛиб блогов. В нерешительности Мэди залезла на страницу «МэдЛиб», чтобы посмотреть, начал ли кто-нибудь, кроме Брайана, свою предвыборную кампанию. Она улыбнулась, прочитав появившийся пост. Где-то среди ее бесчисленных фанатов затерялся мэдлиббер, давший жизнь очередному мему о МэдЛиб.

Лоран наклонился к ней: – Что там?

Мэди повернула к нему экран телефона, и он пролистал страницу вверх, чтобы прочитать теги. Затем издал смешок, дрожью перешедший от его руки к ее. Огни в зале полностью погасли, но Лоран сидел так близко, что Мэди все еще могла различить мельчайшие детали. Его профиль походил на профиль античной статуи – челюсть идеальным прямым углом, мышцы, перекатывающиеся под кожей. Запах его одеколона отвлекал. Он казался слишком близким. Слишком красивым. Сердце Мэди стучало так громко, что она чувствовала вибрацию в груди от каждого удара.

– Значит, тебе нравятся старые фильмы, да? – прошептала она.

– Угу, – ответил Лоран, подмигнув. – Правда, нравятся.

Она усмехнулась.

– И мне.

Она хотела продолжить, но тут Ава что-то сказала Лорану и он отвернулся, прервав их разговор. Его голова склонилась набок, пока Ава оживленно ему шептала, затем Лоран рассмеялся и прошептал что-то в ответ. Улыбка сползла с лица Мэди.

Мэди, безусловно, нравилась Лорану как друг, но насчет чего-то большего трудно было судить. Отвлекшись от фильма, Мэди могла думать только о том, каким уверенным он казался, каким непринужденным. Совсем не таким, как она… по крайней мере не в реальной жизни.

Несколько часов спустя Мэди и Лоран вышли из кинотеатра на ночную улицу. мэдлибберы толпились вокруг них, и Мэди заставила себя повернуться к ним. Она улыбалась и кивала, разговаривая с бóльшим количеством людей, чем могла припомнить за всю свою жизнь. Ава обещала людям пятнадцать минут, но прошло около получаса, прежде чем народ стал потихоньку расходиться.

– Спасибо вам! – крикнула Мэди, когда, наконец, их пути разошлись. – Было здорово всех вас увидеть!

Тесная компания друзей окружила Мэди, чтобы отсечь остальных – Лоран с одной стороны, Ава с другой, Шанталь перед ней, а несколько мэдлибберов, чьих имен Мэди не смогла припомнить, позади, образуя живой щит, – и двинулась прочь от «Метрографа». В голове звенело от волнения после первой встречи с фанатами.

– Это был отпад, – со смехом сказала Мэди.

– Потрясающий отпад! – добавила Шанталь. – Сегодняшний вечер просто бесподобен! До сих пор не могу поверить, что ты правда пришла.

– А я могу, – вставил Лоран с улыбкой. – Но все равно рад не меньше.

– Спасибо вам, всем вам, за то, что так мне помогли, – сказала Мэди. – Это было слегка ошеломляюще.

– Обращайся, – кивнула Ава. – Без проблем.

– Мы тебя поддержим, – добавил Лоран.

Мэди расплылась в улыбке.

– Я знаю.

Когда они возвращались к станции метро, Мэди пустилась в повествование. Это была ее стихия, ее сила. Ее руки так и порхали в воздухе, в то время как Лоран и остальные внимательно слушали. Она поняла, что описывает свои впечатления от «Бегущего по лезвию» почти как в своем блоге. Самое удивительное – это оказалось неожиданно легко.

Мэди поражалась, как много деталей она упустила, посмотрев «Бегущего по лезвию» по телевизору. Незамеченной осталась фотография в одной из сцен, а позже – слабый золотой отблеск в глазах одного из героев, напомнивший ей о Лоране. Она была почти уверена, в чем смысл финала, тогда как раньше ее немного смущало, что в конце неясно, человек героиня или нет.

Озвучивание импровизированной «живой» версии собственного блога вызвало у Мэди неожиданный всплеск энергии. Она чувствовала себя совершенно непринужденно, совсем не так, как всего несколько часов назад. Шагая по ночным нью-йоркским улицам, она чувствовала себя дома больше, чем в собственном доме, и недоумевала, почему ей раньше не пришло в голову встретиться со своими виртуальными друзьями. Если не принимать во внимание очевидных трудностей с организацией, это оказалось на удивление легко.

Первой их покинула Шанталь. Они махали ей вслед, пока она не вошла в ближайший дом. Следующей была Ава. Она попрощалась эсэмэской, тихо испарившись в конце Ладлоу-стрит. Последние несколько мэдлибберов разошлись в разных направлениях – и вот остались только Лоран и Мэди. Они доехали на метро до Пенсильванского вокзала, и Лоран настоял на том, чтобы посадить Мэди на поезд.

– Все в порядке, Лоран. Не хочу тратить твое время.

– Мне некуда торопиться.

Он расположился на сиденье рядом, коснувшись коленом ее ноги.

– Конечно, если ты не хочешь, чтобы я ушел.

– Нет. Совсем нет.

Мэди чувствовала, как где-то в груди клокочет нервный смех, но ей удалось его подавить. Больше хладнокровия, возникло в мозгу предостережение. К сожалению, хладнокровие никогда не входило в число особых достоинств Мэди.

– Оставайся, если хочешь.

– Я все думаю о той истории, которую ты отказалась мне поведать прошлым вечером, – сказал Лоран.

Мэди в недоумении посмотрела на него. Она говорила почти без перерыва с тех пор, как вышла из кинотеатра.

– О какой истории?

– Помнишь, когда мы разговаривали по скайпу, ты сказала, что порой попадаешь в неприятности, когда говоришь что в голову придет.

Мэди застонала.

– О, точно. Я, вообще-то, надеялась, что ты об этом забудешь.

– Даже не мечтай. У меня в голове уже целый френд-фик о тебе.

– Фанфик?

Мэди фыркнула.

– По какому произведению?

– Нет-нет. Френд-фик о тебе.

– Что?

– Это вроде…

Лоран постучал пальцем по подбородку.

– Это как история, которую ты придумываешь о друге, когда не знаешь, что происходило и происходит в его реальной жизни.

– Как то, что я считала тебя девчонкой?

Он хмыкнул.

– Думаю, что-то вроде того. Но френд-фики обычно намного объемней, развернутей. Это фантазия. Un conte de fées[21].

Он подмигнул.

– А эта еще и о тебе.

Мэди почувствовала, как румянец смущения, поднимаясь по шее, заливает все лицо. Она даже лоб наморщила. И отвернулась, изо всех сил стараясь, чтобы ее голос звучал ровно.

– Обо мне? – спросила она.

– Ага. Хочешь послушать?

Она вытерла руки о джинсы.

– Наверное.

– Наверное?

Он рассмеялся.

– Ну, да. Но только если ты хочешь рассказать.

Лоран усмехнулся.

– Ох-хо! Но я расскажу тебе мой френд-фик только при одном условии…

– И это условие?..

– Что ты расскажешь мне настоящую историю о том, как ты попала в «серьезные неприятности», – он изобразил жестом кавычки, – когда я закончу.

– Ты все еще не забыл об этом, да?

– Нисколько. Это будет наш маленький secret entre-nous[22].

По позвоночнику Мэди пробежала дрожь.

– Похоже на честную сделку.

Лоран отвел взгляд, чтобы посмотреть на зал ожидания.

– Хммм… Ну, в моем френд-фике тебя зовут Мадлен Ли…

– БРЗЗЗЗЗЗЗ!

Мэди прервала его, изобразив звук сирены.

– Первая ошибка!

Она рассмеялась, когда он кинул на нее испуганный взгляд.

– Мое полное имя на Мадлен, а Мэдисон.

– Правда?

– Да, правда. Хотя назвали меня не в честь Мэдисон-сквер-гарден. Меня назвали в честь улицы.

– Улицы?

– Когда моя мама была ребенком, вышел фильм под названием «Всплеск», – объяснила Мэди.

– Никогда о нем не слышал.

– Неудивительно. Это было довольно давно. Ну, в общем, моя мама очень любила этот фильм, можно сказать, помешалась на нем. А история была о русалке, которая…

– Подожди, – попросил Лоран, доставая свой телефон и начиная печатать.

– Русалка. А! Une sirène[23].

Он поднял глаза.

– Продолжай, пожалуйста.

– Итак, в этом фильме дело доходит до того, что русалке нужно придумать человеческое имя. Она оглядывается вокруг и видит табличку «Мэдисон»…

– Подожди. Русалка умеет читать?

– Да, похоже на то, – сказала она, пожав плечами, и продолжила: – в общем, она берет себе имя в честь Мэдисон-авеню. Так что когда я родилась, моя мама решила, что имя это весьма миленькое, и вот теперь я Мэдисон. Проблема в том, что такая идея пришла в голову многим людям, и когда я пошла в детский сад, я стала Мэдисон Н. Гррр! Добавлять эту маленькую дурацкую букву к своему имени каждый день на протяжении одиннадцати лет было ужасно.

– Но почему? Мне нравится имя Мэдисон.

– Думаю, мне просто хотелось чего-нибудь особенного. Отличающегося. А вместо этого мне достался ширпотреб.

Она покачала головой.

– Вернемся к твоему френд-фику. Хочу услышать все остальное.

– Уверена?

– Больше ни звука, – она подняла руку, – слово скаута.

– Ладно. Итак, тебя зовут…

Он покосился на нее и улыбнулся.

– … Мэдисон, в честь истории о нью-йоркской русалке. А твоя фамилия начинается на «Н». И ты ненавидела, когда тебя называли Мэдисон Н. в школе.

– Ты как экстрасенс.

– О, но я еще не закончил, – сказал парень. – Ты – старшая из трех детей. Поэтому ты так сильна духом. Честна. Tu ne mâche pas tes mots[24].

– Детей вообще-то двое. Но довольно близко.

– Ты начала вести блог, потому что тебе нужно было где-то высказывать свои мысли. Знаешь, я дошел до твоих первых постов. Не все они такие радостные, какой ты кажешься сейчас.

Улыбка Мэди дрогнула.

– Не все.

Лоран окинул взглядом стремительно пустеющую зону ожидания.

– А как только ты начала вести блог, поняла, что должна двигаться вперед. И он стал твоей связью с миром, местом, где ты можешь говорить все как есть…

Он нахмурился и вытащил телефон из кармана, печатая нужное слово: – Э-э…

– Сцена? – предположила Мэди.

– Нет, нет. Что-то вроде стола, но высокое, как…как… Аа! Quel mot? C’estennuyant![25]

Лоран с горящими от смущения щеками еще пару минут ворчал что-то по-французски.

Из громкоговорителей наверху раздался голос, объявивший о прибытии поезда. Мэди застонала. Они с Лораном дружили уже почти два месяца, но личное знакомство с ним все изменило. Теперь ей хотелось намного большего, чем простой обмен сообщениями и твитами.

– То слово, – проворчал Лоран. – Оно означает место, откуда люди произносят речь. Стол, но не стол, а…

– Трибуна?

– Да! Точно.

Он снова сунул телефон в карман.

– Итак, твой блог стал твоей трибуной, подарил тебе возможность связаться с целым миром, но когда ты это сделала, у твоей семьи возникли неприятности.

Он поморщился.

– Я предполагаю, что однажды твоя мама увидела твой блог. И он ей совсем не понравился.

Улыбка Мэди таяла, пока на лице не осталась лишь ее бледная тень. Сердце бешено застучало.

– Вообще-то блог увидел папа, – сказала она. – Он очень беспокоится о том, что подумают люди о нем… обо всех нас. О нашей семье.

Лоран больше не улыбался, как и Мэди.

– Извини, – тихо сказал он. – Я не хотел тебя расстроить, Мэди.

– Не извиняйся. Я сама спросила. И знаешь, ты прав. Я сказала им такое, чего назад не возьмешь.

– Я понял это из твоих постов и твитов.

Их колени соприкоснулись.

– Мы дружим уже не один месяц. Не то чтобы ты никогда раньше об этом не говорила. Просто хотел узнать, верно ли я догадался.

– Да, верно.

Мэди уставилась на свои колени, удивляясь, почему все внезапно стало так странно. Она обратилась к Лорану за поддержкой. Конечно, тогда она считала, что Лоран – это Лорен, а теперь возникли другие необъяснимые эмоции, которые все усложняли. Справиться с влюбленностью намного сложнее, если ее объект выглядит так клево.

– Что-то не так? – спросил он.

– Все нормально.

– Уверена?

– Просто вспоминаю.

В дальней части зала пассажиры начали заходить в ожидающий их поезд. Осталась всего пара минут.

– Хочешь узнать, что я сказала родителям? – спросила Мэди и отвернулась.

– Только если ты хочешь рассказать.

– Я сказала, что случившееся с Сарой – их вина. Сказала, что если бы мама не уехала тем летом, у Сары не возникло бы таких проблем со сменой школы и все было бы в порядке.

Она вздрогнула.

– Но это не вся правда. У Сары всегда были трудности. Просто они заметнее, когда меняется ее распорядок.

Мэди запрокинула голову, в горле запершило.

– Я все это сказала, потому что знала, что они так думают. И знала, что это причинит им боль.

– И как они к этому отнеслись?

– Отец нормально. Он высмеял мое заявление, назвав его подростковым мятежом, и на этом все закончилось.

– А мама?

Мэди вздохнула и закрыла глаза.

– Она сказала, что если я все это так вижу, то мне нужно больше помогать им.

Двери поезда оставались открытыми, хотя большинство пассажиров уже давно сидело в вагонах. Только Мэди и Лоран стояли в проходе – не внутри и не снаружи, – а мимо них то и дело проходили люди, спешащие сесть в поезд.

Мэди через плечо покосилась на заполненный людьми вагон.

– Мне, наверное, пора идти.

– Наверное.

Лоран грустно улыбнулся.

– Я счастлив, что ты сегодня приехала, Мэди. И рад, что встреча с мэдлибберами не показалась тебе странной.

– Ой, ну так бы я не сказала, – возразила она, хихикнув.

– Ладно, рад, что они не показались тебе слишком странными.

Мэди улыбнулась.

– Я тоже.

– Думаешь, ты сможешь прийти в следующий раз?

У Мэди в животе запорхали бабочки. Она встряхнула волосами, надеясь, что это выглядит достаточно беспечно.

– Думаю, шансы есть… если ты тоже там будешь.

– Конечно. Дождаться не могу.

Из груди Мэди вырвался смешок. Лоран был слишком честен, себе во вред. За его плечом показалось раскрасневшееся лицо какой-то женщины. Она прижала сумочку к груди и пыталась попасть внутрь, но Лоран перекрыл вход.

– Вы заходите или выходите? – выпалила она.

– Ой! Простите!

Лоран отступил, и женщина, ворча, пробралась в вагон. Пришло время уходить, но Мэди цеплялась за последние секунды. Когда она приехала, ее терзали сомнения, но сейчас ей отчаянно хотелось остаться. Все так изменилось.

– Ну… – сказала она. – Было весело, но мне правда пора.

– Я знаю.

Мэди протянула руку для прощального рукопожатия, но Лоран в то же самое мгновение подвинулся к ней и вот внезапно они уже не пожимают друг другу руки, а обнимаются в дверях вагона. Лицом Мэди уткнулась в грудь Лорана, а затылок столкнулся с его подбородком, когда руки юноши охватили ее теплым объятием. Боже, какой он высокий! От Лорана пахло бальзамом после бритья, корицей и немного попкорном из кинотеатра, и все эти запахи, смешавшись, образовали опьяняющий букет. Это объятие вышло не таким коротким, как первое. Оно все длилось, крепкое и теплое.

Она почувствовала, как колючая щека Лорана коснулась ее лба, когда он, наклонившись, шепнул ей на ухо: – Было не просто весело. Было merveilleux[26].

– Не знаю, что это значит, но рада, что приехала.

Это совсем не похоже на прощание друзей, осознала она, больше напоминает сцену из романтического фильма. О, боже мой! Что я делаю? Такие моменты в Сети не случаются, и Мэди была совсем не готова справиться со шквалом эмоций. Ее улыбка дрогнула, когда он разжал руки.

– Merveilleux значит, что мне очень понравилось.

Он протянул руку и заправил выбившуюся прядку ей за ухо.

– Я рад нашему знакомству, Мэдисон…

Его улыбка стала мягче.

– Minette. Мне очень сильно понравилось.

– М-мне тоже.

Его пальцы скользнули по ее щеке, и целую секунду Мэди была уверена, что Лоран собирается ее поцеловать. У Мэди перехватило дыхание.

Внезапно их прощание прервал голос, раздавшийся прямо рядом с ними.

– У нас вообще-то расписание! – заявил незнакомец. – Ты собираешься целовать парня или нет? Потому что я хочу домой.

Мэди подняла глаза и увидела мужчину средних лет, в упор смотревшего на нее. Ее взгляд переместился вглубь вагона. Большеглазый мальчишка рядом с дверью глазел на них с переднего сиденья, при этом наполовину запихав палец в нос.

– Боже мой!

Мэди с пылающим лицом отпрыгнула от Лорана. Если даже и была вероятность «случайного» поцелуя, вмешательство незнакомца погубило ее на корню.

– Извини, – сказала она, – но мне пора идти, Лоран.

– Тогда до следующей встречи?

Она не знала, имел ли он в виду еще один приезд или несостоявшийся поцелуй, но ей не терпелось это выяснить.

– Определенно до следующей встречи.

Лоран махал ей, пока она заходила в вагон и искала свое место. Она думала, что после этого он уйдет, но он дождался отправления поезда и стоял с поднятой рукой до тех пор, пока она могла различать его в игре света и тени. Ресницы Мэди опустились, и она позволила широкой улыбке, которую сдерживала так долго, растянуться от уха до уха. Этот вечер без сомнения стал самым волнующим за всю ее жизнь. Она ощущала себя героиней фильма и была совсем не готова к тому, что пойдут титры.

Через несколько минут после отправления зазвонил телефон. Она трясущимися руками вытащила трубку из кармана в полной уверенности, что неожиданный звонок означает, что не только она почувствовала крепнущую между ними связь. Разблокировала экран и, даже не посмотрев кто звонит, поднесла телефон к уху.

– Алло? – выдохнула в трубку.

– Мэди? – в ухе раздался встревоженный голос отца. – Ты где?

На секунду возникло ощущение, что поезд сошел с рельсов. Сердце забилось где-то в горле.

– Я… я в поезде, – запинаясь, ответила она. – Я же говорила, что поеду в Нью-Йорк посмотреть…

– Знаю, но где именно? Где ты едешь прямо сейчас?

Мэди посмотрела из окна вагона на удаляющиеся огни города. Где-то там Лоран на метро добирался до дома.

– На пути в Милберн. Поезд отошел от вокзала пару минут назад.

– А когда ты будешь дома?

Она моргнула от удивления.

– Думаю, примерно через час. – Ее пальцы сжали телефон, когда в голове всплыло лицо матери. Она сейчас сидела в самолете где-то над Атлантикой.

– А что? Что происходит, пап?

– Мы с твоей матерью решили все объяснить Саре. Она вроде бы неплохо восприняла новости, но когда приехало такси, чтобы отвезти маму в аэропорт, Сара начала искать тебя…

Его голос прервался. Воспоминания о том времени, когда Сара пошла в старшую школу, нахлынули на Мэди. Она снова увидела лицо сестры, залитое слезами, услышала резкие крики за закрытой дверью. Хаос поглотил их дом после того, как уехала мать. И хотя все это случилось больше двух лет назад, эхо тех событий долетело до сегодняшнего дня.

– Что произошло?!

– Сара сбежала.

– Она что?!..

– Полицейские полагают, что с ней, скорее всего, все в порядке, но они подняли патруль и проверяют дороги. Ее вышли искать все соседи, но до сих пор результатов нет. Думаю, она прячется и не хочет отвечать ищущим ее людям.

– О боже мой!

– Приезжай домой как можно скорее. Нужна твоя помощь в поисках.

– Конечно, пап. Я уже еду.

– Спасибо, Мэди. Позвони на мобильный, когда доберешься.

– Ладно.

На этом разговор прервался, а она все смотрела на руку с зажатым в ней телефоном, едва удерживая страх в узде. Вот оно, прямо здесь – то, чего она так боялась. Это случилось.

На экране появился новый пост, и ее телефон весело тренькнул. Мэди рассеянно листнула страницу. И скривилась.

Мэди закрыла глаза и откинула голову на спинку кресла. Ее жизнь разваливалась на куски, и она понятия не имела, как собрать ее назад.

Район Милберна, в котором жила семья Накама, был нетронутым уголком, сохранившимся с прошлого века. Отреставрированные дома викторианской эпохи примыкали к небольшому лесистому участку, являвшемуся частью заповедника Саут-Маунтин-резервейшн. Улицы здесь были спокойными, а жизнь размеренной. Разыскать Сару здесь было бы не очень трудно, но одно о Саре Мэди знала точно – если та не хочет, чтоб ее нашли, то ее не найдут. Отец не взял трубку, когда поезд прибыл в Милберн, поэтому идти двенадцать кварталов от вокзала пришлось пешком. Обнаружив, что в доме пусто, Мэди направилась к парку, раскинувшемуся за последней линией домов. Среди деревьев мелькали огни фонариков.

– Мы уже прочесали территорию, – сказал ей полицейский. – Вашей сестры там нет.

На территории парка, примыкающей к жилому району, находилось небольшое озеро. Официальное название водоема звучало как Алмазный мельничный пруд, но Мэди и Сара называли его просто озером. Маленькими девочками они любили играть там.

– Ее видели где-нибудь еще? – спросила Мэди.

– Нет, но…

– Тогда дайте мне пройти. Я проверю еще одно место.

Казалось, офицер уже собирался возразить, когда появился отец Мэди, растолкав толпу добровольцев, чтобы пробраться к дочери.

– Мэди, ты здесь.

Он крепко обнял ее.

– Господи, спасибо!

Его руки дрожали, а лицо посерело.

– Прости, я пропустил твой звонок.

– Я пришла как только смогла, пап.

– Спасибо. И еще раз извини за испорченный вечер.

– Все в порядке. Я все равно уже ехала домой. К тому же это намного важнее.

Отец кивнул и повернулся к офицеру.

– Можно с вами поговорить? У меня, кажется, есть идеи насчет поисков.

– Конечно, мистер Накама. Что я могу для вас сделать?

Как только офицер отвлекся, Мэди рванула вдоль огороженной части тропы к домам, скрывавшим Алмазный мельничный пруд. Она добежала до мощеной дорожки за несколько минут. Трехэтажный отель «Колониал Инн», выстроенный в стиле федеральной архитектуры, сиял у нее за спиной, его огни, словно светлячки, плясали в сводчатых окнах. На опушке возвышались развалины, похожие на призрачные пальцы, раздирающие землю. В детстве Мэди с Сарой частенько здесь играли.

Мэди пробиралась сквозь темноту, вглядываясь в тени.

– Сара, – свистящим шепотом позвала она. – Сара, ты тут?

По мере приближения к развалинам неясные тени стали складываться в останки давно разрушенного здания – фундамент из неотесанного камня, такой же как и у большинства домов в Милберне, и строение без крыши, словно призрачное напоминание о другой эпохе. Хоть теперь развалины и стали любимым местом для свадебных фотосъемок, в темноте они казались очень неприятным местом.

– Сара?

Плеск озерных волн сюда почти не доносился, и Мэди повернула в другую сторону. Она что-то услышала, но что? Может, других поисковиков. Она обернулась. Тень, которой не было всего пару секунд назад, появилась на углу разрушенного здания. Мэди ждала с рвущимся из груди сердцем.

– Сара? Это ты?

В ответ донеслось шмыганье.

Мэди выдохнула и медленно двинулась вперед.

– Что ты здесь делаешь так поздно?

Тень отступила на пару шагов вбок. Мэди замерла – напугай Сару, и ее уже будет не догнать.

– Ты меня так напугала сегодня, – продолжила она.

Тень снова шмыгнула.

– Я рада, что нашла тебя. Что ты здесь делаешь, Сара?

С озера налетел порыв ветра, почти заглушив слова сестры.

– Я думала, ты тоже уехала.

У Мэди сдавило грудь и перехватило дыхание. Она сделала шаг вперед.

Сара не шевельнулась, но Мэди чувствовала ее настороженность.

– Я не уехала. Просто ходила в кино с друзьями. Я же тебя предупреждала, помнишь?

– Нет.

Еще один осторожный шажок. Теперь она могла разглядеть лицо Сары. Сестра плакала. Серебристые дорожки слез прочертили ее щеки.

– Прежде чем уехать, я сказала тебе, что собираюсь в Нью-Йорк. Я ходила на «Бегущего по лезвию» и…

– Мама снова уезжает! – крикнула Сара. Этот гневный выкрик эхом отразился от разрушенных стен здания.

– Я уже слышала.

Мэди ждала, позволяя словам достичь разума Сары.

– Хочешь, поговорим об этом?

– Я не хочу разговаривать! Мама уезжает, Мэди. Она уезжает!

Мэди приблизилась еще на шажок.

– Сара, думаю, нам стоит пойти домой и обсудить все там.

– Но она бросает нас, она уезжает! ОНА УЕЗЖАЕТ! – Крики переросли в яростный вопль.

Сара попыталась убежать, но Мэди схватила ее и они вместе повалились на подстриженный газон.

– Мама УЕЗЖАЕТ! Уезжает ДАЛЕКО и не вернется НАЗАД!

У Мэди в ушах что-то зазвенело, но она продолжала крепко обнимать Сару, прижимая ее руки к телу и тихонько укачивая. Сильное давление было одним из способов помочь Саре справиться с неконтролируемым гневом, но толстое одеяло, используемое для этих целей, осталось дома.

– Шшш… – шептала Мэди. – Все в порядке. Я здесь. У тебя все будет хорошо.

Пару секунд Сара сопротивлялась ее объятиям. Мэди слышала, как другие люди ходят среди деревьев, видела луч фонарика, скачущий по кустам на берегу. Откуда-то доносился голос отца, зовущего Сару.

– Шшш… Дыши, Сара. Все будет хорошо.

– Нет! НЕ будет!

С последним воплем тело Сары обмякло и борьба прекратилась так же быстро, как и началась. Сара прижалась лицом к шее Мэди.

– Она н-нас бросает, – она давилась слезами. – Она нас б-бросает, прямо как в прошлый раз.

Мэди похлопывала ее по спине, отчаянно мечтая найти слова, чтобы как-нибудь все опровергнуть, но было слишком поздно. Они обе знали правду.

– Да, так и есть, – согласилась Мэди. – Но я-то все еще здесь.

Мэди закрыла сообщения матери и сделала медленный вдох. Истерикой ничего не решить. Особенно когда мать на другом континенте. Она листала приложения в телефоне, пока не нашла свою ленту и не зашла в нее, просматривая последние блоги, перепосты и комментарии. При этом Мэди почувствовала явное облегчение. Когда она сидела в Интернете, отъезд матери казался далекой проблемой, не требующей немедленного решения, по крайней мере до тех пор, пока она онлайн. Все, что она хотела увидеть, и все, с кем хотела поговорить, были здесь. Здесь всегда находилось что читать, комментировать или делать. Это было легко.

Она вела пальцем по экрану, пропуская пост за постом, пока один из них не привлек ее внимание. Она ухмыльнулась. мэдлибберы всегда выкладывали посты о любом из ее обзоров.

«Если бы только у жизни и правда была такая кнопка, я бы первой ее нажала».

В реальной жизни такой опции не было, но зато существовало сообщество Мэди и она собиралась этим воспользоваться. Нажав РЕБЛОГ, она закрыла свою ленту и открыла закладку на последнем фанфике, который себе сохранила: лонгфик ДжозВоз «Душа Сумрака». Читая, она осознала, что представляет себе Лорана на месте Спартана.

Довольная, Мэди читала до самого рассвета.

К вечеру субботы в семью Накама вернулось обычное хрупкое равновесие. Мэди и Сара играли в видеоигры. Отец сидел на кухне и писал новый материал для своей колонки в «Герольде». И только отсутствие одного человека бросалось в глаза. Мамы. Никто о ней не упоминал, а она не звонила. К тому времени как Сара отправилась в кровать, Мэди знала, что худшее позади. Отец поймал ее взгляд, как только она вошла на кухню.

– Спасибо, – сказал он тихо. – За все.

– Все нормально.

– Не нормально, но очень ценно. Я не… Не думаю, что справился бы в одиночку.

Его голос звучал до странности невыразительно. Мэди кивнула, не в силах ответить, и отправилась в свою комнату работать над очередным постом. Ей хотелось – нет, было просто необходимо! – подумать о чем-то еще кроме драмы, разворачивающейся у них в доме. Сообщество было одним выходом, а работа над постом – другим.

К моменту завершения выбора цитаты к очередному посту и написания его чернового варианта Мэди снова улыбалась. Она поставила лэптоп на зарядку и заползла в кровать, надеясь на сон без сновидений. Но вместо этого ей приснился Лоран.

Воскресным утром все строго следовали расписанию Сары, обеспечивая ей стабильность, которая, как уверял психолог, была ключом к ее успеху. Чарльз пек блинчики. Мэди жарила бекон. Сара накрывала на стол. По выходным их мать чаще всего преподавала в Принстоне или с головой уходила в проверку работ, обычно исчезая из дома до того, как семья просыпалась, так что заметных изменений не ощущалось. К тому времени как Сара и Мэди закончили завтрак, Сара напевала себе под нос, и это явно указывало на то, что она немного успокоилась. Мэди почувствовала, как спадает напряжение и распрямляются плечи. Первые два дня прошли без особых потерь.

– Осталось всего-то шесть недель, – бормотала Мэди, поднимаясь в свою комнату, чтобы отредактировать последний пост для МэдЛиб.

Улыбнувшись, Мэди нажала ОТПРАВИТЬ. Дело сделано, и теперь она могла позволить волнению захлестнуть ее. Началось что-то новое, новый обзор, новый…

– Мэди?.. Мэди?! МЭДИ! Где ты?

Голос Сары, пронизанный паникой, доносился с первого этажа.

– Пап! Куда она УШЛА?! Где Мэди?!

Мэди вздрогнула и отложила лэптоп в сторону.

– Я наверху, Сара. Секундочку!

К тому времени как обед был приготовлен и съеден, а Мэди нашла время выйти в Сеть, ее пост набрал около двадцати пяти тысяч просмотров. Час спустя после того, как вся посуда была загружена в мойку, количество просмотров перевалило за сорок тысяч. Мэди усмехалась, пролистывая дискуссию, разгоревшуюся онлайн. мэдлибберы со всего мира взволновались тем, что вот-вот начнется новая серия обзоров на МэдЛибе.

Ее улыбка потускнела, когда она добралась до твитов @StarveilBrian1981. За последние часы Брайан успел принять на себя обязанность отстаивать попранные интересы научной фантастики. Внутри у Мэди вспыхнуло раздражение.

Мэди закусила губу, сочиняя ответ. Становилось все труднее радовать всех ее фанатов. Полтора года назад ее группа насчитывала двадцать тысяч постоянных подписчиков, но за последний год фанатская база раздулась. Легионы мэдлибберов из всех частей света ждали каждого ее поста, и их число непрерывно росло. Они покупали товары в ее магазине, и деньги переходили из их карманов в ее. На сайте даже был раздел со «специальными услугами», и его особый контент можно было загрузить только после оплаты. Мэди уже не была юным блогером-любителем. Она стала успешным предпринимателем!

И была благодарна за это… бо´льшую часть времени.

Мэди отправила свой ответ. И застонала, когда буквально мгновенно возник еще один комментарий от Брайана. Насколько быстро он печатает?!

На секунду Мэди захотелось отправить @fandometric в ответ что-нибудь резкое. В чем его проблема вообще?! Вместо этого она отправила нейтральный твит.

– Мне он не понравился, – заявила Сара.

– Нет?

Мэди глянула поверх телефона и обнаружила, что сестра недовольно смотрит на вкладку Нетфликс «Лучший выбор по версии Мэди».

– Почему?

– Он не реальный. Сюжет неправильный.

Мэди подавила улыбку. Для человека, имеющего столько проблем с общением, Сара выказывала неожиданную проницательность, когда дело касалось нарушения логической последовательности. Это было одной из многих причин, по которым Мэди любила пересматривать фильмы с Сарой.

– А что с ним не так?

– Слишком много отдано на волю случая. Оброненная записка, люди, сплетничающие за спинами друг друга, друзья, появляющиеся в последнюю секунду.

Ее взгляд перескочил на Мэди.

– В жизни так не бывает.

– Нет. Точно не бывает.

Сара взглянула на часы на каминной полке, соскочила с дивана и поспешила на выход. Она даже не остановилась, чтобы пожелать спокойной ночи – как обычно, когда не укладывалась в расписание.

– Споки-ноки, Сара! – крикнула Мэди ей вслед.

Телефон Мэди завибрировал, и она увидела, что на ее сайт пришло анонимное сообщение. Усмехнувшись, она открыла его. И у нее перехватило дыхание.

Потрясенная, Мэди отдернула руку от экрана, словно тот ее укусил. Она нажала на кнопку ОТВЕТИТЬ и замерла. Анонимность означала, что если она не хочет выносить это на рассмотрение всех мэдлибберов, он не сможет ответить. На втором году старшей школы, когда у Мэди были совсем другие друзья и любимое сообщество, она стала участницей ссоры, переросшей в месяцы онлайн-притеснений. Это закончилось только тогда, когда Мэди полностью удалила свой профиль. Тогда-то она и решила начать вести МэдЛиб блог, где она сможет и контролировать подписчиков, и сама сохранять анонимность.

Она перечитала пост, постепенно закипая. Пошел ты, тролль. Приглушенно выругавшись, Мэди нажала УДАЛИТЬ. Самое лучшее, что ты можешь сделать с троллем – игнорировать его.

– Спрячься под свой мост, – проворчала она.

Мэди закончила работу над итоговым постом далеко заполночь. Хотя в детстве она ненавидела уроки игры на пианино, благодаря им у нее появилась сверхспособность печатать очень долго. Освещенные только светом экрана, ее пальцы порхали над клавиатурой, набирая абзац за абзацем. К сожалению, нынешней ночью ей приходилось удалять почти столько же, сколько печатать.

Тролль испортил ей весь рабочий настрой. Сейчас она жалела, что вообще прочитала его комментарий. Мысли о нем застряли в голове и мешали свободно писать. Может, он был прав. Может, я слишком увлеклась, флиртуя с Лораном. Просто я была так рада поговорить с ним. Она отбросила эту мысль, заставляя себя сосредоточиться на подведении итогов.

– Давай, – бормотала она. – Ты можешь.

В два часа ночи Мэди еще не спала, и внезапно ее посетило непреодолимое желание перекусить, в животе заурчало. Она спустилась по лестнице и, добравшись до кухни, увидела там отца, сидящего за столом в темноте с открытым лэптопом, размытый голубоватый свет которого падал на его лицо.

– Привет, пап, – сказала Мэди. – Ты почему до сих пор не спишь?

Она замолчала, когда высокий голос, записанный на одной стороне планеты и вернувшийся назад, в Нью-Джерси, на другую ее сторону, эхом отозвался в колонках. Мать могла находиться где угодно – Мэди волновало только то, что ее нет рядом.

– А еще здесь великолепный центр поддержки преподавателей. Мы, конечно, используем Moodle[31], но здесь есть целое техническое подразделение, обеспечивающее доступ онлайн-студентам. Я столько нового узнала, Чарльз. Это потрясающе!

Отец Мэди рассеяно разглаживал усы.

– Рад слышать, рад слышать.

– Я даже подумываю о кое-каких дополнительных исследованиях, если время позволит. У них потрясающий курс микробиологии. Передовой.

У Чарльза дернулся кадык: – Дополнительные исследования, говоришь?

Мэди стало интересно, подумала ли вообще мать о том, как ее продолжительное отсутствие скажется на всех членах семьи.

– Если останется время до моего возвращения.

– Я думал, ты собираешься вернуться домой к концу июня.

– О, я вернусь. Я просто говорю, что было бы здорово, если бы я смогла вместить их в свое расписание после окончания сессионной работы. Так здорово иметь доступ к такой базе. Я правда думаю, что нельзя упускать эту возможность. И если я смогу пользоваться лабораторией, пока я здесь, то почему бы и нет?

– Похоже, тебе стоит этим заняться, – согласился Чарльз.

Его улыбка потускнела.

– Как ты и говорила, Оксфорд – это возможность, которая дается раз в жизни.

– Ты тоже так думаешь? А теперь, когда девочки привыкли к переменам…

– Едва ли это можно назвать «привыкли», – прервала ее Мэди.

Она выступила из тени, встав позади отца так, чтобы видеть экран. Комната за спиной у матери была залита солнечным светом. За окном прямо из пышной зелени вырастали здания из золотистого камня, а по внутреннему двору спешили, как муравьи, первые этим ранним утром студенты. Это здорово напоминало Хогвартс.

Лицо матери вытянулось от удивления, когда Мэди попала в поле ее зрения.

– Мэди… я не знала, что ты еще не спишь.

– Я сегодня заканчивала очередной обзор. Сейчас работаю над итоговым постом.

– Замечательно. Что за фильм?

– Шестнадцать свечей. У меня тема – фильмы восьмидесятых. Тебе бы понравилось.

Тон Мэди стал резче.

– Очень жаль, что тебя тут нет и ты не присоединишься.

– У меня на самом деле нет времени на обзоры. Я все еще дорабатываю программу своего курса.

– Конечно, еще бы.

Рядом с Мэди неловко завозился в кресле отец.

– Может, нам лучше… – начал он.

– Ты успеваешь в школе? – спросила мать.

– Ты уехала меньше недели назад, мам. С оценками все в порядке.

– Рада это слышать. Ну, а вообще… у тебя все хорошо, Мэди?

Вместо ответа Мэди скривилась.

Последовала длинная пауза, и на лице матери возникло опасливое выражение.

– А…

Ее голос дрогнул.

– А Сара сегодня смотрела фильм с тобой?

– Ага, смотрела.

Руки Мэди уперлись в бедра.

– Ты могла бы поговорить об этом с Сарой, если есть желание. Уверена, она будет счастлива обсудить это с тобой. Когда я спускалась, свет у нее еще горел, – соврала Мэди. – Может быть, она еще не спит.

Позади нее отец издал странный звук, словно пытался прочистить горло и поперхнулся в процессе.

– Немного поздно для разговора, – возразила мать. – Пусть спит.

– Никаких проблем. Мне совсем не трудно разбудить ее.

– Я… я не уверена, что это хорошая идея. Я бы не хотела ее расстраивать без необходимости.

– Конечно же нет. Ведь ты никогда не делала этого раньше.

– Ну ладно, – вмешался Чарльз. – Думаю, пора заканчивать.

Он кивнул Мэди.

– Я бы хотел попрощаться с твоей матерью. Не могла бы ты оставить нас одних на пару минут?

– Ладно. Подожди секундочку.

– Доброй ночи, – сказала ей мать.

Мэди отвернулась от экрана, ничего не ответив. Она выкопала из недр шкафа батончик гранолы и коробку сока и вышла из кухни. Ей хотелось сорваться на мать, но в этом не было смысла. А отец не собирался это обсуждать. Чарльз Накама был всеобщим другом, и не только потому, что собственная колонка в «Герольде трех штатов» делала его почти знаменитостью. Он просто ненавидел конфликты.

Что наверняка можно было сказать о семье Накама, так это что они всегда сохраняли частные дела семьи частными. Это правило вдалбливали Мэди с самого детства, и она была уверена, что обсуждение последних перемен с кем-то посторонним разозлит ее родителей как ничто другое. Даже те несколько друзей, с которыми она поддерживала связь после двух лет обучения в старшей школе, не подходили для подобных излияний.

Вне себя от злости она заперлась в комнате и снова открыла файл с черновиком поста. Перечитала все еще раз. Проверила орфографию. Снова перечитала. Кипя от раздражения, Мэди не могла подобрать слов. Спустя секунду она вытащила телефон и набрала сообщение. Лоран получит его только утром, но ей было необходимо рассказать хоть кому-то. Она чувствовала, как ее словно распирает изнутри.

* Хейтер (враг, недруг, склочник, ненавистник) (от англ. hate – ненависть) – тот, кто придирается к любой мелочи, даже если все сделано хорошо.

* Доброй ночи (фр.).

Онлайн-школа была просто раем. После десяти лет, проведенных в тесных помещениях с одноклассниками, чья способность к обучению приводила учителей в отчаяние, Мэди нашла свое место. Два года назад она уже занималась в ОМА – онлайн-отделении Милбернской академии, – чтобы подтянуть оценки по математике. Тогда она поняла, что это совершенно уникальный способ обучения.

Мэди сама составляла свое расписание, а учителя просто помогали ей с изучением предмета. Ученики в ОМА могли осваивать материал медленнее или быстрее, с посильной для себя скоростью. Курс разбивался на модули с ориентацией на большие проекты. Мэди это нравилось. К тому времени как она завершила курс математики в ОМА, ее оценка изменилась с натянутой четверки на твердую пятерку, но самое главное – она наконец поняла, чему ее учили. Здесь не было крикливых одноклассников, мешающих ей понимать учителя. Так Мэди убедилась, что онлайн-обучение создано для нее.

Весь фокус состоял в том, как убедить родителей.

По несчастливой случайности первый семестр Сары в старшей школе совпал с получением их матерью первого гранта за пределами штата и это спровоцировало хаос. Мэди, отчаянно пытавшаяся найти равновесие между учебой и проблемами в семье, заметила, что если бы посещала ОМА вместо обычной школы, то могла бы отводить Сару в школу и и забирать ее оттуда. А то, что не отвлекаясь, Мэди выполняла свои задания вдвое быстрее, стало приятным дополнением.

Уставшие от необходимости сочетать работу с высокой конкуренцией и исследовательскую деятельность с заботой о Саре, родители Мэди согласились. До сих пор эта система прекрасно функционировала.

Сегодня Мэди добралась до Милбернской академии за считанные секунды до звонка. Облегченно вздохнув, она прислонилась к ученическим шкафчикам. Онлайн-школа давала ей возможность составить расписание без особых перегрузок, но начинали сказываться ночные бдения над блогом. Она пошатывалась, засыпая на ходу, пока звук распахнувшейся двери класса мистера Уоттли не встряхнул ее.

Сара пронеслась по школьному коридору, оставив Мэди смотреть ей вслед.

– Сара? – окликнула она сестру. – Ты не туда бежишь.

Сестра даже не замедлила шага.

– У меня еще уроки сегодня.

– Почему ты мне не написала?

– Зато говорю сейчас.

Мэди догнала сестру и пошла рядом.

– В следующую среду тест по физике, – продолжила Сара. – Я хочу кое-что повторить, а Робби ведет подготовительную группу сегодня.

– Робби?

– Робби Салливан. Мистер Уоттли поручил ему вести подготовительную группу для первогодок.

Мэди прикрыла зевок ладонью, когда зазвенел звонок с урока.

– Ну и где собирается подготовительная группа?

– В библиотеке.

Толпа учеников вырвалась из распахнутых дверей, и Сара сгорбилась, прижавшись к стене в коридоре.

– Забери меня оттуда.

Обычно к этому времени они уже выходили из здания – еще одна часть расписания Сары, – но сегодня оказались в толпе. Взгляд Мэди метнулся к Саре, мрачно пробивающейся к выходу.

– Подожди! – окликнула ее Мэди. – Школьная библиотека или та что в центре?! Откуда мне тебя забирать?

Сестра притормозила, заметив рыжего парня, выходящего из класса.

– Подготовительная группа сегодня собирается? – поинтересовалась Сара.

– Еще бы.

Парень махнул рукой.

– Привет, Мэди.

Она выдавила слабую улыбку. Это был тот парень из коридора. При виде Робби в голове всплыло воспоминание о том, как в десятом классе он одалживал у нее записи по углубленному курсу истории, и лицо наконец-то соединилось с именем. За все эти годы она, пожалуй, не вспомнила его ни разу.

– Ты тоже собираешься в подготовительную группу? – спросил он.

В двух шагах позади Робби черноволосый старшеклассник в футболке в стиле дэт-метал, облокотившись о дверной косяк, ждал возможности выбраться. Он перехватил взгляд Мэди и злобно посмотрел в ответ.

– На что уставилась?! – рыкнул черноволосый.

Она моргнула от удивления. Что я ему сделала?

– Мэди? – напомнил о себе Робби.

– Вряд ли, – рассеянно отозвалась она. – Я уже сдала физику.

Она хлопнула сестру по плечу.

– Во сколько мне тебя забирать?

– Если начнем заниматься прямо сейчас, закончить должны к…

– Подвинься, Сара!

Неизвестный злобный парень протиснулся между сестрами, рявкнув:

– Вот ведь! С дороги, коровы!

– Придурок!

Сара провожала глазами удаляющуюся фигуру черноволосого парня, пока он не скрылся в толпе. «Поэтому я и ненавидела старшую школу, – подумала Мэди. – Поэтому и ушла».

– Я мог бы проводить Сару домой, когда закончу подготовительные занятия, – предложил Робби. – Мне не трудно.

– Не знаю, как…

– Нет, – отрезала Сара. – Меня всегда забирает Мэди. Городская библиотека закрывается в пять. Я буду ждать тебя снаружи в четыре тридцать.

– Городская библиотека?

Плечи Мэди поникли. Библиотека находилась дальше, чем школа.

– Уверена, что не хочешь присоединиться? – поинтересовался Робби. – Группа маленькая, в основном парная работа. Ты мне совсем не помешаешь.

– Спасибо за предложение, но нет. Я почти не спала прошлой ночью и собиралась выложить свой новый пост, когда доберусь до дома.

Робби удивленно приподнял брови.

– Ты ведешь блог?

– Эм… ага.

– Круто! А о чем?

– О разном.

– А поточнее?

– Да просто… разное, – неубедительно отмахнулась Мэди.

Она кивнула Саре.

– До четырех тридцати. Буду тебя ждать.

– Ясно.

– У тебя телефон с собой, если я опоздаю или еще что?

На лице Сары отразилась озабоченность.

– Ты куда-то собираешься? Уходишь?

– Нет, просто говорю на случай, если что…

– Куда ты собираешься, Мэди?!

– Да никуда, но на случай, если возникнет что-нибудь непредвиденное, я хочу, чтобы ты могла написать мне.

Губы Сары задрожали.

– Мэди…

– Я никуда не собираюсь.

Мэди вздохнула.

– Приду вовремя.

Сара схватила сестру за руку.

– В четыре тридцать. Обещаешь?

– Обещаю.

Но едва Мэди вышла на улицу и поплелась домой, ей пришла в голову мысль, насколько выматывали ее каждый раз подобные обещания.

Моргая отяжелевшими веками, Мэди растянулась на кровати, перечитывая свой пост и отчаянно пытаясь понять, что читает. На самом деле ей хотелось вздремнуть, но она не успевала. Сара будет ждать ее. Поэтому Мэди сосредоточилась на своем выходящем посте, в процессе чтения заплетая и расплетая длинную прядь волос. Это был первый пост в теме о фильмах восьмидесятых, и она сомневалась, что получилось то, чего она хотела. Она могла бы его изменить. Солгать. Но смысл блога заключался совсем не в этом.

Легкость. В этом была прелесть МэдЛиб блога и всех обзоров, которые она выпускала. МэдЛиб позволял открыть миру все те чувства, которые она обычно прятала глубоко в себе. Она могла рассказать о том, в чем нуждалась, поделиться тем, о чем думала. Она могла быть собой.

Мэди просмотрела заключительные абзацы, перепечатав завершающие предложения.

За те два года, что Мэди вела свой сайт, она никогда не пыталась избежать споров и не собиралась начинать сейчас. Тем не менее она с трудом подавила какое-то неясное беспокойство, готовясь выложить новый пост. У нее еще было время кое-что изменить в нем, но ей совсем этого не хотелось. Ведение блога позволяло вырваться из реальности, но это срабатывало только если она писала то, что думает – правдивую реакцию.

– Теперь или никогда! – заявила она и нажала ОТПРАВИТЬ.

Первые комментарии появились через считанные минуты, ответы – почти так же быстро. В потрясенном молчании Мэди читала их и не могла осознать, что происходит. Тролль – кем бы он ни был – вернулся, и еще злее, чем раньше.

В ярости Мэди нажала кнопку ОТВЕТИТЬ.

– Это не нормально, – процедила она сквозь стиснутые зубы. – Совсем не нормально!

И хотя то, как Лоран защищал пост Мэди, определенно подкупало, она не могла свалить на него разборки с троллем.

Трясущимися руками Мэди спихнула лэптоп с коленей. Она в жизни так не злилась. Ни тогда, когда мама уехала впервые, ни когда объявила, что снова собирается это сделать. Ни даже когда столкнулась с троллем на втором году старшей школы и из-за него ушла из любимого сообщества. Измотанная усталостью, Мэди почувствовала, как потекли слезы. Ей нужно было прокричаться, выплеснуть все. Ей нужен был ее блог! Но она эффектно заблокировала его, чтобы остановить тролля.

– Ублюдок!

Ее взгляд упал на телефон, и она схватила его трясущимися пальцами. Затем смахнула слезы тыльной стороной ладони. Сегодня все шло наперекосяк. Началось все с того придурка, который рявкнул на Мэди возле класса Сары безо всякой причины, но тролль его превзошел. Он высказал не просто свое мнение – это была чистая ненависть. Она не могла мириться с этим!

Крик, подавляемый с того самого момента, как пришел первый комментарий, словно вырвался на волю в бешеном мелькании пальцев над экраном.

Она закрыла приложение, и в ту же секунду ее телефон зажужжал, информируя о личном сообщении. На долю секунды ей показалось, что это тролль, хоть она и знала, что этого не может быть.

У нее вырвался грустный смешок. Лоран. Конечно, он решил написать, чтобы убедиться, что с ней все нормально. Она писала ответ, растроганно шмыгая носом.

* От англ. fyi (for your information) – к твоему сведению.

Грохот ударов в дверь выдернул Мэди из глубокого сна. Ей снился Лоран, с которым она пила кофе в Нью-Йорке и смеялась. Она села и потерла воспаленные глаза рукой.

– А сколько сейчас времени?

Грохот возобновился, сопровождаемый голосом сестры.

– Мэди! – кричала она. – ГДЕ ты?!

Мэди зевнула и соскочила с кровати. За окном закат окрасил небо розоватыми и золотыми всполохами. Ее глаза распахнулись. Время ужина, поняла Мэди. Но она совершенно забыла его приготовить. Грохот усилился.

– О, черт! – задохнулась она. – Я забыла забрать…

– Мэди! – раздался вопль Сары. – МЭДИ!

– Я здесь, Сара! – крикнула она в ответ, ринувшись к двери и распахнув ее. – Почему ты…

Сара ввалилась в дверной проем, тут же обняв Мэди. По ее щекам струились слезы.

– Я думала, ты ушла!

Мэди похлопала сестру по спине.

– Я просто потеряла счет времени, – сказала она. – Прости.

Рыдания Сары стали громче. Ее пальцы впились в плечи Мэди, как когти.

– Я… я… пыталась найти тебя, но тебя не было. Робби проводил меня домой, н… но когда я вошла, на кухне тебя тоже не было. Я звала, но ты не отвечала. Я думала, ты уехала.

– Шшш… Все в порядке. Все в порядке.

– Мэди? – раздался снизу голос отца. – Что у вас там наверху происходит?

– Сара расстроена.

– Чем?

– Не могла меня найти, – объяснила Мэди, не упоминая о том, что забыла забрать сестру из библиотеки.

Она услышала, как отец поднялся на три ступеньки.

– Ты можешь ее немного успокоить?

Мэди закатила глаза.

– Я пытаюсь, пап.

Шаги удалились.

Если она чему и научилась за последние годы, так это тому, что реакции Сары зависят не от нее самой, а от того, насколько эффективно ее успокаиваешь. Мэди частенько приходилось это делать. Чаще всего она относилась к этому с пониманием, но сегодня разозлилась.

– Дыши, Сара. Все хорошо. Робби привел тебя домой.

Сара продолжала рыдать.

– Ну же, Сара. Я прямо перед тобой.

Мэди отступила, высвобождаясь из стального захвата сестры.

– Тебе нужно успокоиться.

Толстое одеяло осталось в комнате Сары. Сейчас оно было ей необходимо. Мэди направилась к двери, но до того, как удалось выйти, Сара схватила ее за рубашку.

– Н-но, Мэди, я д… думала…

– Я никуда не уезжала. Я просто устала и заснула. Я забыла, что ты в библиотеке.

– Но я ждала!

– А я все это время была у себя в комнате. Ты могла бы просто позвонить или написать мне, как я тебе и говорила!

Телефон Мэди зажужжал, но сестра крепко держала ее руку, и Мэди не удавалось вытащить его из кармана.

– Н… но ты так и не пришла! И когда я вернулась домой, ты не отвечала.

Голос Сары зазвучал резче.

– Перед ужином ты обычно на кухне! Я не знала!

– Я не обязана всегда быть на кухне. Тебе следовало позвонить.

– Но я подумала, что ты меня бросила!

– Иногда мне нужно личное время.

Мэди повысила голос.

– Ты всегда…

– Девочки? – позвал их отец. – Что за шум?

Телефон в кармане Мэди опять зажужжал. Лоран. Мэди вырвалась из хватки сестры. Сара двинулась следом, вытянув руки, как частенько делала в детстве.

– Не уходи! Не УХОДИ!

– Просто ПРЕКРАТИ ЭТО, Сара!

Мэди запустила руки в волосы.

– Я никуда не собираюсь.

– Девочки, пожалуйста! – крикнул отец. – Соседи услышат.

Зарычав от раздражения, Мэди проскользнула мимо сестры, спустившись по лестнице так быстро, как только могла. Крики Сары за ее спиной усилились, когда она скрылась за углом. Поглощенная желанием вырваться из дома, она едва не врезалась в отца, стоящего внизу лестницы.

– Что происходит наверху? – спросил он.

– Сара не смогла меня найти и расстроилась.

– Мэди! – завизжала сестра. – МЭДИИИИ!

Взгляд отца метнулся вверх и вернулся к ней.

– Тебе нужно с ней разобраться.

Крики Сары над ними стали оглушающими.

– Твоя сестра расстроена. Нужно вернуться назад и успокоить ее.

– Мне не нужно ничего делать!

– Но ты не можешь бросить ее в таком состоянии. Ты же знаешь, что происходит с Сарой, когда нарушается ее расписание.

– Но я…

– Твоей сестре необходим определенный режим. Ты знаешь, как изменения влияют на…

– Тогда ПОЧЕМУ улетела мама? Объясни!

Отец замолчал на середине предложения. Наверху Сара завывала, как оглушительная сирена.

– Вы с мамой всегда оставляете МНЕ разбираться с ней! – закричала Мэди срывающимся голосом. – К вашему сведению, она не мой ребенок! И ответственность не на мне! А на ВАС!

Отец открыл рот, глаза его заблестели. На секунду Мэди показалось, что он сейчас заплачет.

– Извини, но мы все должны…

– Если бы мама не уехала, Сара бы сейчас так не бесилась! Я больше не могу с этим справляться! Просто НЕ МОГУ!

В ту же секунду она выскочила за дверь, оставляя позади дом, сестру и все то, что не могла исправить.

Мэди чувствовала вибрацию телефона, но не останавливалась до тех пор, пока дом не скрылся из вида. Она споткнулась о бордюр тротуара, а затем уселась на него, опершись руками о колени. Рвотные спазмы сотрясали ее тело.

– О боже мой, – выдохнула она, глядя на тихие дома района, расплывающиеся перед ее заплаканными глазами. – Я ужасно влипла…

Телефон снова зажужжал, и Мэди, вытащив его из кармана, начала просматривать новые сообщения. Два прислал отец. Остальные – Лоран.

* Скенектади (англ. Schenectady) – город на северо-востоке США в штате Нью-Йорк.

Мэди попыталась ответить, но все ее тело после всплеска адреналина сотрясала дрожь и понадобились две попытки, чтобы попасть на кнопку ОТПРАВИТЬ.

Его ответ появился секунду спустя.

* От англ. do not want – не хочу.

Когда Мэди наконец добралась до дома, над крыльцом уже горел фонарь. Последние сорок пять минут она боялась услышать звук сирен, но, видимо, старшую из сестер Накама не сочли нужным искать с полицией.

Мэди сунула ключ в замочную скважину и замерла, глубоко вдохнув. Сейчас или никогда.

Кинув мрачный взгляд на пустую улицу за спиной, она распахнула дверь. Во всем доме, кроме кухни, было темно. Отец сидел за столом с лэптопом перед ним, чашкой кофе с одной стороны и телефоном с другой. Он поднял голову, когда Мэди вошла.

– Мэди, слава богу, ты вернулась.

Тихий надтреснутый голос звучал словно плохая запись его обычно такой ясной речи.

– Ты не отвечала на мои звонки и СМС. Что случилось?

– Я гуляла.

– Три часа?

Мэди кивнула. Она скинула обувь и поставила на коврик рядом с Сариной. Когда она увидела кеды сестры – на два размера меньше, чем ее, словно замершие в ожидании, – на душе наконец-то полегчало. Сара все еще здесь. До этого момента она не понимала, что отчасти сирен ждала из-за Сары. К счастью, сестра больше не сбегала.

Она поднялась на пару ступенек, но тут отец окликнул ее.

– Мы должны кое-что прояснить, прежде чем ты пойдешь спать.

Мэди побрела на кухню с энтузиазмом осужденного на смертную казнь.

– А нельзя отложить до утра?

– Нет, нельзя.

Он выдвинул ей стул рядом с собой и вымученно улыбнулся.

– Давай, Мэди. Это займет не больше минуты.

Она со стоном плюхнулась на стул.

– Хорошо. Давай покончим с этим.

– Я не сержусь на тебя, но думаю, нам есть о чем поговорить.

Мэди оторопело смотрела на отца. Похоже, она по ошибке попала в чужой дом. Все шло как-то не так.

– Я… Ладно, – согласилась она. – Думаю, поговорить – неплохая идея.

– Так и есть.

Отец с грустной улыбкой грел чашку с кофе в ладонях. В доме было тише чем обычно, все звуки словно приглушилиь и смягчились. От этого у нее запершило в горле. Темный дом, кухня, слабый свет – возникло ощущение, что она смотрит фильм о своей жизни из другой эпохи. Той, что была до отъезда мамы, до начала всех этих неприятностей. Чувство вины грызло изнутри. До того, как я сбежала и бросила папу успокаивать Сару в одиночку.

– Я рад, что ты вернулась домой. Ты заставила меня поволноваться.

Мэди скривилась.

– Прости. Мне просто нужно было кое-что обдумать.

– Это объяснимо. Сара иногда бывает невыносимой.

Мэди пожевала губу. Она ждала гнева отца, но его терпение, рожденное усталостью, было в чем-то хуже.

– Ваша мама звонила, пока тебя не было, – сказал он.

– Да?

Он кивнул.

– Да. Но я успокаивал Сару и не мог разговаривать.

– Прости.

– Все в порядке, – успокоил отец. – Я ей перезвонил.

Его усы дрогнули.

– Я сказал, что ты пошла к подруге. Не хотел волновать ее без необходимости.

– Спасибо, пап. И еще раз – прости, я просто…

– Все нормально, – прервал он. – Я понимаю, Мэди. Правда. Мы все в большом напряжении с тех пор, как ваша мать уехала.

Он потянулся, чтобы похлопать ее по руке. От этого жеста ей захотелось заплакать.

– Я… Я думаю, самое время ввести несколько простых правил. Нам необходимо понимать друг друга. Тебе, мне, Саре…

Мэди ждала еще одного имени, но его так и не последовало. Ее взгляд метнулся к отцу. Он выглядел постаревшим, и это ее встревожило.

– О каких правилах ты говоришь?

– В прошлом году тебе предоставили много свободы, посещение занятий в ОМА стало для тебя отличной возможностью.

Его улыбка угасла.

– Но это работает только до тех пор, пока ты соблюдаешь свою часть договора. Что сделано то сделано. И теперь мы движемся дальше. Согласна?

Мэди кивнула, почувствовав, как пересохло горло.

– Первое – твои оценки не должны снижаться. Это было одним из условий с самого начала.

– Мои оценки в порядке, – сказала Мэди.

– На автоответчик пришло сообщение из твоей школы.

– О чем?

– Я не совсем понял. Сказали только, что тебе надо срочно связаться с администрацией для получения важной информации. Ты уверена, что все нормально?

– Наверное, хотят напомнить о выпуске. Школа закончится меньше чем через месяц.

Мэди выдавила улыбку.

– Тебе не стоит волноваться обо мне, ты же знаешь.

– Справедливо. Но остальные твои обязанности не изменились.

Мэди нахмурилась.

– Ты о чем?

– Ты отводишь Сару в школу, забираешь ее и готовишь ужин, когда приходит твоя очередь.

– Все это я уже делаю.

Он кивнул.

– Я знаю, что ты делаешь это. Ты возишься с Сарой больше всех. Спасибо тебе за это. Но ты тоже моя дочь, Мэди, и я… – его голос дрогнул. – Я беспокоюсь и о тебе тоже.

Мэди сморгнула непрошеные слезы.

– Прости, – прошептала она.

– Пожалуйста, обращайся ко мне, если что-то идет не так. Не отстраняйся. Не отталкивай меня.

Слеза покатилась по щеке Мэди, и она смахнула ее.

– Если мы будем держаться друг друга, мы со всем справимся.

– Хорошо, – проскрипела Мэди.

– Мы семья, а в семье все должны браться за дело дружно. У нас с тобой был договор об онлайн-школе. Ты нарушила свою часть.

Мэди открыла рот, но не произнесла ни слова. Отец прочистил горло и сложил пальцы домиком. Чарльз Накама по природе был неконфликтным человеком, но чувствовалось, что он все хорошенько обдумал, пока Мэди не было дома.

– Итак, если ты выполняешь уговор, – заговорил отец, – все остается по-прежнему.

Он устало улыбнулся и похлопал ее по руке.

– Постарайся сохранить баланс, хорошо? Пока мама не вернется домой.

– А если нет?

Лицо отца стало строже.

– Тогда я буду вынужден ограничить тебе доступ в Интернет.

Мэди моргнула от удивления.

– Ч-что? Как?!

– Иметь пароль от вай-фая – это привилегия, а не право.

Мэди не могла сдержать улыбку.

– Это не кофе, – заявил Лоран, ставя стаканчик на стол. – Нечто похожее, но… Я узнаю запах кофейных зерен, когда его чую.

– Это – кофе.

Мэди хихикнула. Она устроилась за столом, ногой выдвинув Лорану стул напротив.

– Лучший в Милберне.

Лоран понюхал напиток снова и закашлялся.

– Это не может быть ничьим лучшим, но обстановка здесь приятная.

Он оглядел вокзал Милберна, задержав взгляд на табло с расписанием транзитных поездов из Нью-Джерси в Нью-Йорк. У него было ровно тридцать семь минут до посадки в следующий поезд.

– Так ты у нас теперь кофейный эксперт? – поддразнила его Мэди. – Есть ли у тебя еще какие-нибудь скрытые способности?

– Может, и не эксперт, но точно ценитель.

Он размешал темную жидкость, с ужасом разглядывая следы, оставшиеся на стенках бумажного стаканчика.

– Цвет тот, но…

Он поднял стаканчик к носу и сделал глубокий вдох, тут же поперхнувшись.

– Это не предназначено для употребления людьми. Почти так же отвратительно, как капучино из кофейного автомата.

Мэди фыркнула от смеха.

– Ты оскорбляешь изыски Милбернского вокзала, знаешь ли. Это превосходнейший напиток из всех тех, что можно здесь найти.

– Превосходнейший – это явно не о нем.

– Ну, не знаю, Лоран. Так вышло, что мне он нравится.

Она сделала глоток и изобразила (почти достоверно) удовлетворенный вздох, а затем махнула в сторону людей, спешивших к своим поездам, позади них.

– Могу поспорить, они бы согласились со мной.

– Весьма сомнительно.

Она сделала еще глоток и скривилась.

– Мммм…вкусняшка.

Лоран не смог сдержаться и звучно рассмеялся.

– Ты прекрасная актриса, Мэди. Достойная намного большего, чем это.

Она усмехнулась и отставила свой стаканчик в сторону.

– Если твои жалобы услышат не те уши, ты можешь спровоцировать международный скандал.

Мэди вытянула руки, изобразив рамку телевизора.

– Французский студент по обмену оскорбляет местный кофе. Постоянные покупатели напитка требуют извинений!

– Перейдем от международной политики к делам насущным: бариста определенно не так поняла мой заказ. Это вовсе не латте.

– Больше чем уверена, что и дама за стойкой вовсе не бариста.

Лоран проследил за ее взглядом до женщины с сеточкой на голове, выставляющей покупателям небрежно налитые напитки.

– Не хотел бы я перейти ей дорогу, – заметил он. – Она может влить в меня еще один кофе.

Мэди рассмеялась, порозовев от попытки заглушить смех.

Женщина за стойкой повернулась и пристально посмотрела на них.

– О боже мой! – выдохнула Мэди. – Она нас услышала.

Лоран наклонился вперед, перейдя на сценический шепот.

– И ей не кажется забавным, что мы обсуждаем ее навыки приготовления кофе.

Эти слова вызвали новый взрыв смеха. Мэди вытерла слезы, выступившие в уголках глаз. Заметив взгляд распорядительницы кофе, Лоран неуверенно поднял стаканчик ко рту. Кивнул ей.

– Пожелай мне удачи.

Затем прижал стаканчик к губам, сделал глоток, и горло у него сжалось. Обжигающая жидкость плохо скрывала вкус пережаренных зерен, подчеркнутый заменителем сахара. Лоран попытался проглотить напиток, но тот не полез в горло. Его глаза увлажнились. Руки затряслись.

– Лоран? – заволновалась Мэди. – Что с тобой? Ты побагровел!

Он схватил со стола кипу салфеток и сплюнул в них, заставив Мэди зайтись смехом. Спешащие к своим поездам люди изумленно взирали на эту картину. Как только дыхание восстановилось, Лоран сразу же отставил стакан подальше.

– Это, – произнес он с шутовской серьезностью, – совсем не то, что я имел в виду, предложив выпить по чашечке кофе.

Мэди, ухмыльнувшись, наклонилась ближе и убрала его стакан.

– Тогда в следующий раз угощаешь ты.

– Договорились, если пойдем в нашу кофейню.

– Нашу кофейню?

– Ту что в Нью-Йорке.

Улыбка Мэди засияла так, что казалось, осветила все вокруг. Лоран протянул руку и дотронулся до кончика ее носа.

– Да. Потому что я хочу, чтобы в следующий раз ты приехала ко мне.

Она вспыхнула и отвернулась.

– Мне бы этого очень хотелось.

– И мне.

От восторга, вызванного внезапным приездом Лорана, Мэди стремительно скатилась к унынию. Вернувшись, она прослонялась минут двадцать по дому, но поскольку Сара все еще не закончила домашнюю работу, сдалась и начала смотреть фильм. Многозвучное тиканье уже закончилось, и зазвучала песня «Сила любви», когда раздалось топанье сестры, спускающейся по лестнице.

– Ты начала без меня! – закричала Сара. – Я не готова!

– Извини, – сказала Мэди, не отрывая глаз от экрана. – Меня ждали другие мэдлибберы.

В ее голове все еще царили мысли о Лоране и отвратительном кофе, который они пили на вокзале Милберна. Он уже должен добраться до дома и, возможно, сейчас заканчивает ужинать. Ей очень хотелось оказаться с ним рядом. Так сильно, что огорчение от невозможности этого было практически материальным.

– Я же говорила тебе, что хочу посмотреть этот фильм, – хмурилась Сара, устраиваясь на диване. – Я люблю «Назад в будущее».

– Разве пропущенные титры что-то изменят? – спросила Мэди. – Ты же уже знаешь, что там было.

– Да, но я хочу это увидеть.

Сара придвинулась ближе, но Мэди легонько оттолкнула ее. Она не забыла о вчерашней истерике сестры.

– Мне нужен воздух, – сказала Мэди.

– Ладно. Я подвинусь.

Сара отодвинулась на полподушки и нахмурилась еще сильнее.

– Знаешь, не нужно срывать свое настроение на мне. Не я причина твоих неприятностей.

Из горла Мэди вырвался хрип.

– У меня нет неприятностей. Мы с папой просто кое-что обсудили.

Только Мэди открыла рот, чтобы объяснить, что ей просто хочется быть сейчас в Нью-Йорке, с Лораном, а не торчать дома, как Сара снова заговорила.

– На автоответчик пришло сообщение из школы. Папа беспокоится о тебе, Мэди. Пока тебя не было, он меня дважды спрашивал о школе.

Мэди закатила глаза.

– Да это, скорее всего, о выпускном.

– Ээ?

– Не беспокойся. Я не планирую идти.

Она ожидала, что сестра начнет с ней спорить. Сара, похоже, просто не могла пустить все на самотек. Но сегодня ее полностью захватил фильм. Почти полчаса они смотрели его в молчании. Мэди впилась взглядом в экран, где пса Эйнштейна привязали к креслу машины Дока Брауна, чтобы провести первые испытания.

– Мне нравится эта часть, – тихонько шепнула Сара. – В ней он возвращается в прошлое.

– Я знаю. В этом вроде как весь смысл фильма.

Мэди скрестила руки, недовольная нескрываемым раздражением, прозвучавшим в ее голосе.

– Марти собирается забрать ДеЛореан. Он собирается вернуться.

Телефон Мэди зажужжал, сообщая об СМС, и она поспешила ответить. Когда она посмотрела на экран, то увидела, что это от отца. Он писал, что его интервью в городе продлится дольше, чем планировалось, но он вернется домой как только сможет. Мэди соскользнула вниз по спинке дивана. Она ненавидела Милберн, ставший для нее ловушкой. Ненавидела мать за то, что та уехала. Ненавидела отца за то, что он всегда так занят. Потом она взглянула на сестру и почувствовала раскаяние. Она не могла ненавидеть Сару, потому что та понятия не имела, что является частью всего этого кошмара. Она пострадала от него так же, как и Мэди.

– Извини, что вела себя как стерва, – сказала Мэди.

– Шшш… Марти собирается спасать доктора. Не хочу это пропустить.

– И я тоже.

Мэди пододвигалась до тех пор, пока не оказалась рядом с сестрой, и Сара, как всегда, пристроила голову ей на плечо. На лице сестры горел восторг, между бровями залегла складка сосредоточенности. Мэди хотелось бы так же погружаться в фильм, как это умела Сара. Ведь если жизнь кому-то и должна была дать шанс начать все сначала, так это ей.

Шанс жить с Лораном в одном городе.

– Сара, – позвала Мэди спустя какое-то время. – Как думаешь, можно влюбиться в кого-то, с кем общаешься в основном онлайн?

Веки Сары едва уловимо дрогнули.

– Вроде как в того, кого никогда вживую не встречала?

– Нет. Встречала, просто видишься с ним нечасто. В того, кто живет в другом городе.

Сара пожала плечами.

– Конечно. Почему нет?

– Не знаю. То есть у вас ведь не получится… вы не сможете…

Она прочистила горло.

– Много чего делать вместе.

– Вроде?..

– Вроде… прикосновений и всего такого. Сможете только разговаривать или писать друг другу, как-то так.

У Мэди запылали щеки.

– В смысле… вы ведь сможете встречаться только изредка.

– То есть никаких нежностей бóльшую часть времени?

На лице Мэди отразилась нерешительность.

– Ага.

– Как по мне, так это похоже на идеальные отношения.

Мэди улыбнулась.

Спасибо, Сара.

К середине просмотра Мэди уже занималась и другими делами. «Назад в будущее» она смотрела несколько раз, поэтому знала, чего ожидать. Она листала свою ленту, улыбаясь про себя, когда обнаруживала очередной мем. мэдлибберы оценили тему восьмидесятых.

* Умен не по годам.

** Ничего не попишешь.

*** Это похоже на план.

Мэди усмехнулась и нажала РЕБЛОГ в ту самую секунду, как зажужжал ее телефон.

На минуту Мэди захотелось вовсе не отвечать, но зная мать, можно было с уверенностью утверждать, что это только усложнит все еще больше. Отец брал у кого-то интервью. Мэди знала, что лучше его не отвлекать, как знала и то, что он обязательно возьмет трубку, если позвонит жена. А мать Мэди позвонила бы, если бы не получила ответа из дома, и тогда отец стал бы волноваться. Если она будет недостаточно внимательной, у них выйдет точная копия вчерашнего вечера.

Мэди раздраженно напечатала скупой ответ.

Вместо того чтобы ответить, Мэди положила телефон на кофейный столик. Если мать позвонит, она просто скажет, что не видела последних сообщений.

Сара глянула сначала на телефон, а потом на Мэди.

– Ты в порядке?

– А я бываю не в порядке?

– Вроде нет…

В фильме началась стрельба, и Сара снова повернулась к экрану. Марти МакФлай запрыгнул в ДеЛореан, готовый нестись в прошлое, чтобы изменить настоящее. Мэди покачала головой.

Если бы только и в жизни все было так просто.

Мэди перечитала свой краткий обзор «Назад в будущее», держа палец над кнопкой ОТПРАВИТЬ. Фильм только подчеркнул то, что она и так знала: ей нужно было что-то менять в своей жизни. Проблема заключалась в том, что Мэди понятия не имела, как это сделать.

Мэди грызла ноготь большого пальца, набирая последние строчки с тегами. Она хотела добавить кое-что еще – о реальной жизни и проблемах взросления, – но не осмелилась. Все же она пыталась разделить свою виртуальную и реальную жизнь, если такое вообще возможно. И не стоило нарушать собственного правила в этом посте. К тому же ей действительно понравился фильм. После его окончания они с Сарой еще долго болтали о нем.

Сара. Сестра была одной из причин, по которой Мэди не могла изменить свою жизнь. Расписание Сары привязывало ее к Мэди так же, как и любой класс, школа или друзья. Ее сестра была хештегом, который нельзя изменить. Мэди не могла даже злиться на нее за это.

#Ничего_не поделаешь_живем_дальше

С обреченным вздохом она нажала ОТПРАВИТЬ.

Мэди работала над заданием по английскому, когда пришло сообщение от Лорана.

Она, нахмурившись, ответила.

Мэди улыбнулась про себя, отложила в сторону телефон и открыла лэптоп. МэдЛиб блог был ее домашней страницей, поэтому она сразу пролистала ее до комментариев, гадая, какую реакцию вызвал ее пост на этот раз. Была надежда, что восторг, вызванный у нее этим фильмом, передался и читателям.

Прочитав комментарий Лорана, Мэди заулыбалась. Почему-то его мнение стало для нее важнее мнения других ее читателей. Она обдумала свой ответ – стоит ли держаться, как ни в чем не бывало? – и написала чистую правду.

У Мэди прехватило дыхание, когда она прочитала этот переполненный злобой комментарий. Malwarning. Она не узнавала этот ник, но кем бы он ни был, ему явно не понравился обзор. С бешено колотящимся сердцем Мэди напечатала краткий ответ.

Она отправила свою отповедь. Спустя секунду пришел ответ.

Мэди знала, что нужно успокоиться и все обдумать, но она слишком разозлилась.

– Ты засранец! – зарычала она, печатая на пределе скорости. – Кем ты себя возомнил?

Мэди схватила телефон, готовясь вылить в твиты всю злость на этот мир. Этот новый мэдлиббер – придурок! Пост появился в ее ленте, прежде чем она успела это сделать. Она прочла его, держа палец над кнопкой ЗАКРЫТЬ.[36][37][38][39]

* Захвачен книгами.

** Волдемортовец (отсылка к книгам о Гарри Поттере).

*** Бугагашеньки.

**** Роллербуги.

– Malwarning – тролль, – тихо сказала она.

Затем отложила телефон и с ужасом уставилась на него.

– В этот раз он взял другой ник, но это тот же человек. Это тот же тролль, что и в прошлый раз.

Теперь, когда эта мысль пришла в голову, от нее невозможно было избавиться. Она взглянула на свой лэптоп. На нем была открыта страница с комментариями. С растущим ужасом она щелкнула по ярлыку почтового ящика. В ящике оказалось сообщение.

Паника переросла в гнев, и Мэди нажала ОТВЕТИТЬ.

Через секунду исправленный никнейм тоже был заблокирован.

– Вот. Это должно…

Появилось новое сообщение.

– БоСС, – пробормотала Мэди. – И что это, черт возьми, значит?

Она начала печатать ответ, но тут же остановилась и открыла данные об отправителе Malwarning. Выбрав ПРОСМОТРЕТЬ ИСТОЧНИК СООБЩЕНИЯ и увидев IP-адрес, она ухмыльнулась.

– Вот тебе, засранец.

Она закончила печатать ответное письмо и нажала ОТПРАВИТЬ.

Ответное письмо – под новым ником – пришло почти тут же.

– Ублюдок! – заорала Мэди.

Из гостиной внизу раздался голос отца:

– Следи, пожалуйста, за языком, Мэди!

Она не стала отвечать. Если этот тролль скрывает свое местонахождение, отвадить его будет труднее. Она набрала гневный ответ.

Отослав письмо, Мэди открыла программу поиска IP-адресов и ввела туда все адреса, с которых приходили письма тролля.

– Ну пожалуйста, пожалуйста, будь там! – бормотала она.

Пока программа обрабатывала данные, Мэди отключила все входящие сообщения и установила на них автоответчик. И стала наблюдать, как появился и тут же был отослан назад целый ряд входящих. Кем бы ни был этот тролль, он явно отличался настойчивостью.

И через секунду бомбардировка закончилась.

– И держись подальше, – сказала Мэди дрожащим голосом.

Она щелкнула на вкладку с программой поиска. Найденные IP-адреса были разбросаны по всему миру. Мэди прикрыла глаза, тяжело дыша.

– Он прячется.

Ситуация из плохой превратилась в ужасную.

Раз уж МэдЛиб блог был закрыт, чтобы загнать тролля в его пещеру, и поговорить было не с кем, Мэди решила выплеснуть свое раздражение в твитах. Гнев и беспокойство, которые она подавляла в течение нескольких дней, вырвались наружу. Она уже сталкивалась с троллями! Она должна справиться и с этим.

Мэди швырнула телефон на кровать и сама плюхнулась следом. Затем перекатилась на живот и, уткнувшись лицом в подушку, издала яростный первобытный крик.

Пару секунд спустя дверь в ее спальню распахнулась и на пороге появился отец.

– Боже, Мэди. У тебя здесь все нормально?

– Все просто зашибись, – сказала она с горечью.

На секунду ей показалось, что отец хочет возразить, но вместо этого он кивнул.

– Ну хорошо. Но постарайся так не шуметь.

В пятницу после обеда Мэди стояла перед кабинетом мистера Уоттли, разглядывая плиточный пол из-под тяжелых век. С момента яростного спора с троллем прошли три бессонные ночи. Появилось ощущение, что события, из-за которых она ушла из предыдущего сообщества два года назад, повторяются снова. Даже полуночные ободряющие СМС-чаты с Лораном не могли рассеять уныния. Мне необходимо вырваться отсюда, кричал ее мозг. Но куда? Невозможно вырваться, не пересмотрев полностью своих обязательств перед Сарой. К тому же через две недели ее ждали итоговые экзамены.

Они были последним этапом на пути к окончанию школы. Уроки заканчивались в середине июня, а затем, как все любили ей напоминать, начиналась настоящая жизнь. Она поступит в университет в Нью-Йорке, будет ездить туда каждое утро и домой каждый вечер. Все в ее жизни было так тесно переплетено. От этого Мэди казалось, что она в ловушке.

Она даже сомневалась, хочет ли идти в колледж, но этого все равно не миновать.

Нельзя просто заставить человека повзрослеть, правда? Мэди сжала губы, представив, какой разрушительный, сметающий все на своем пути взрыв ждал бы ее, попробуй она донести эту мысль до родителей. Ни за что. Представление родителей о способе заработка Мэди было таким же ограниченным, как и их зацикленность на образовании. Поэтому Мэди плыла по жизни не в состоянии что-либо решить, ведь все решения принимались за нее.

Она провела пальцем по экрану телефона, открывая ночной СМС-чат. Улыбнувшись про себя, вспомнила разговор с Лораном:

Улыбка Мэди исчезла, как только она услышала приближающийся перестук каблуков. Сунув телефон в карман, она следила за коридором. Издалека похожая фигурой на корабль, к ней приближалась миссис Прит. При каждом шаге ее объемистый живот колыхался.

– Ох, ради всего…

– Вы, там, – нараспев произнесла миссис Прит. – Могу я увидеть разрешение на выход? Пожалуйста.

Мэди подавила стон. Где ДеЛореан Дока Брауна, когда он так нужен? Мэди выдавила неискреннюю улыбку.

– Это просто я, – сказала она. – Сестра Сары, помните? Я не хожу в эту школу.

Миссис Прит распахнула близорукие глаза за толстыми стеклами очков. А затем, вместо того чтобы отвернуться, потрусила к Мэди.

– Мисс Накама, – пропыхтела она. – Какая удача! Я надеялась встретить вас сегодня.

– Правда?

– Вы не ответили на мой звонок. Я передавала, чтобы вы обратились к администрации школы для получения очень важной информации.

– Мне… эээ… мне было немного некогда. В последние дни столько всего навалилось.

– О боже, это все значительно усложняет.

Волоски на руках Мэди встали дыбом.

– Я… я не понимаю.

– Уверены, что не хотите обсудить все у меня в кабинете? – спросила миссис Прит. – Он чуть дальше по коридору.

– Нет, через минуту будет звонок. Сейчас выйдет Сара.

Мэди тяжело сглотнула.

– Что происходит, миссис Прит?

– Мне на днях поступил звонок от доброжелателя. И именно содержание этого звонка я просила вас объяснить в своем сообщении.

Дверь позади них открылась, и появился мистер Уоттли.

– Что объяснить?

– Что вы планируете делать в рамках вашего выпускного проекта по английскому языку? С учетом того что ваш блог больше не может рассматриваться в этом качестве.

Пол ушел у Мэди из-под ног. Она падала – быстро, – не имея представления, когда это закончится. МэдЛиб блог был ее последним масштабным заданием по предмету. Не считая его, ей оставались только выпускные экзамены. Она так приблизилась к окончанию школы, что почти видела финишную ленту, но если она провалится…

Мама с папой меня убьют.

– Я… не понимаю, что вы имеете в виду, – запинаясь, произнесла Мэди. – Я уже обсудила этот вопрос со своим преподавателем. Мисс Родригес сказала, что я могу…

– Использовать его, если он соответствует требованиям школьных норм поведения, – перебила миссис Прит с натянутой улыбкой. – Да, да. Я полагаю, вы ознакомились с заданием. ОМА очень строго следит за соблюдением государственных стандартов.

– Я не знаю, о чем вы говорите.

Мисс Прит заговорила медленно, тщательно разделяя слова, словно читала вслух.

– Наши правила, в частности, запрещают принимать любой проект, который размещен где-либо еще с коммерческими целями.

– Но мне не платят за то, что я пишу, – возразила Мэди. – Я никогда…

– Но вы же действительно зарабатываете с помощью вашего сайта, так? У вас есть реклама? Всплывающие окна, которые обеспечивают вас… – Она постучала пальцем по губе. – Что за слово вы используете в блоге? Кажется, «беззаботица»?

Она ждала ответа, но у Мэди не было слов.

Сара вылетела из кабинета, оттолкнув с дороги миссис Прит, и немедленно двинулась по коридору на выход.

– Займитесь лучше подготовкой другого проекта, – серьезно сказала ей вслед миссис Прит. – Учебный год заканчивается через три недели, а вам предстоит переделать работу, рассчитанную на целый семестр.

– Но у меня выпускные экзамены! Я не могу все бросить и взяться переделывать свой блог. Вы же можете сделать одно исключение?

Миссис Прит скрестила руки на груди.

– Не могу и не стану. Такой поступок был бы нечестным по отношению к другим ученикам нашей школы.

– Но…

– У меня нет выбора, мисс Накама. Правила есть правила. – Ее лицо стало непроницаемым. – И вы будете следовать им так же, как и все остальные.

– Но я ни за что не успею подготовить проект вовремя!

– Мне жаль, но в этом случае, возможно, вам следует подумать о возвращении в Милбернскую академию еще на один семестр следующей осенью.

* Дерьмо! (фр.).

Появилась ссылка, Мэди прошла по ней. И тут же засмеялась.

* Чувачка в президенты.

** Тардис-перевозки.

*** Р2 рулит.

**** Ономатопогоу.

Лоран и Мэди переписывались еще минут десять. Лорана интересовал Милберн. Насколько он маленький? Насколько близко озеро к домам? Расположен ли дом семьи Накама в лесу или стоит на улице? Улыбаясь, Мэди отправила ему метку на гугл-картах, указывающую на городок, в котором она провела всю жизнь. А затем Лоран пропал безо всяких объяснений. Она пару минут ждала ответа, который так и не пришел, а затем сунула телефон в карман.

Пришло время расхлебывать кашу, которую она заварила.

Спустя полчаса Мэди все еще печатала. Она уже выполнила все задания на неделю и была готова к штурму своей главной проблемы – спорного итогового проекта. Мэди как раз писала на электронку своему учителю английского, когда Сара постучала в дверь ее спальни.

– Минутку, – крикнула Мэди, потянувшись. – Я сейчас занята.

Она просмотрела текст письма в последний раз. Нужно было подобрать слова максимально точно.

Мэди покусала губу, обдумывая написанное. Ей нужно было пройти по тонкой грани между просьбой и требованием. Она не вернется в школу осенью, но и вылететь на последнем семестре тоже не вариант – если она не сгорит от стыда, собственные родители убьют ее за то, что так их опозорила. Она вздрогнула. Ей оставался единственный вариант – собраться с силами и все исправить. А это означало, что нужен новый проект. Она закрыла глаза, коротко помолившись всем богам образования в надежде, что они ее услышат.

– Пожалуйста, пусть она будет снисходительна ко…

Очередная серия ударов в дверь прервала обращение Мэди к небесам и заставила ее пискнуть от испуга.

– Мэди! – крикнула Сара. – Теперь я могу войти?

Вздохнув, Мэди нажала ОТПРАВИТЬ.

– Я делаю домашку, Сара. В чем дело?

Сестра с треском распахнула дверь.

– Там тебя кое-кто спрашивает.

Мэди крутанулась в кресле, в недоумении уставившись на сестру.

– Кто?

– Парень, имени не знаю. Он внизу, разговаривает с папой.

– Кто, ради всего…?

Мэди поднялась с кресла, подошла к двери и выглянула над плечом Сары. Было слышно, что отец с кем-то разговаривает, но голоса были слишком тихими, чтобы различить с кем. Она коснулась руки Сары.

– Как он выглядит? – последовал ее шепот.

Сара поджала губы.

– У него прямой нос, вроде как осветленные темные волосы, чистая кожа – очень чистая, – такая почти идеальная. У него рюкзак и еще фотоаппарат. Такой крутой, с линзами и вообще. Висит у него на шее. Думаю, «Кэнон». Может быть, даже зеркалка.

– Ясно, а на кого он похож?

– Знаешь Джека Шривтона?

– Нет.

– Мы с ним вместе ходим на химию, он сидит через две парты впереди меня. Загорелый. Спортивный. Он был чемпионом штата по прыжкам в высоту. Так вот, этот парень вроде на него похож.

– Так он из старшей школы, да?

– Не уверена, – пожала плечами Сара. – Как по мне, так больше похож на студента. Одежда у него другая.

– Другая – это какая?

– Словно не из магазина. Выглядит… здорово. Модно, наверное. А… и у него тату какой-то рыбки на одной руке. Я думала, папа рассердится, когда увидит, но он ни слова не сказал.

Мэди уже выскочила за дверь и неслась по ступенькам, не дожидаясь, пока Сара закончит. Задыхаясь, она добежала до холла и резко остановилась. Отец и Лоран стояли и болтали, как близкие приятели.

– Мэди, – сказал отец, ослепительно ей улыбнувшись. – Тут твой друг Лоран заскочил, чтобы поздороваться.

Лоран помахал.

– Salut[36].

– Привет, Лоран. Я тебя не ждала.

Она выглянула в окно, почти ожидая увидеть на газоне белого коня. Но обнаружила только соседа, стригущего свою лужайку газонокосилкой.

– Я решил, что ты, скорее всего, занимаешься, поэтому, вместо того чтобы написать, пошел с вокзала прямо сюда, – сказал Лоран, отвечая на незаданный вопрос. – Думал, вдруг ты захочешь выпить чашечку кофе.

Он усмехнулся.

– По-моему, я тебе должен одну.

– Ага, так и есть, – согласилась Мэди с нервным смешком.

Лоран повернулся к ее отцу.

– Вы не против, сэр?

– Конечно, нет.

– Правда?

Мэди уставилась на отца.

Он держался невероятно дружелюбно, и она обрадовалась, что не успела рассказать ему о тучах, нависших над ней из-за учебы. Он бы ни за что не выпустил ее из дома, если бы знал, как она напортачила со своим проектом по английскому.

Лоран протянул руку.

– Рад был познакомиться, мистер Накама. С удовольствием узнал бы больше о вашей колонке и карьере в «Герольде трех штатов».

Он глянул на Мэди, незаметно подмигнув, и она закатила глаза. Лесть Лорана была несколько грубоватой.

– Интересно узнать, почему вы решили стать журналистом.

Лицо Чарльза осветила довольная улыбка.

– Ну, ладно, – сказал он, выпятив грудь. – В следующий раз, когда ты придешь, Лоран, мы еще обязательно поболтаем.

Он кивнул Мэди: – Идите и веселитесь, ребята. Просто посматривай на телефон, Мэди, и позвони, если нужно будет забрать тебя откуда-нибудь. Я скажу Саре, что ты ушла.

Она удивленно смотрела на отца, ожидая, что в любой момент из кухни выскочит съемочная группа шоу «Розыгрыш», а ее потащат назад, в ее комнату. Это была не ее жизнь.

– Уверен?

Отец кивнул.

– Но только если ты хочешь пойти, – сказал Лоран. – Я ведь так и не спросил… Ты занята, Мэди?

Она обернулась и увидела, что он смотрит на нее умоляющим взглядом. Так он казался моложе и нерешительнее и снова был похож на школьника. С неожиданной ясностью вдруг вспомнилось то мгновение в Нью-Йорке, когда она была почти уверена, что Лоран собирался ее поцеловать. Мэди понятия не имела, почему жизнь вдруг сделала такой резкий поворот, но ей и в голову не пришло сомневаться в щедрости фортуны. Проект мог и подождать.

– Конечно, я хочу пойти.

Она не могла стереть улыбку с лица.

– Готов исследовать развивающийся мегаполис Милберн и слиться с его многонациональным населением?

Лоран похлопал по висящей на шее камере.

– Если ты не против роли гида, то я буду фотографом.

Мэди схватила куртку и распахнула дверь.

– Идем осматривать достопримечательности.

– Достопримечательности?

– Первая остановка – лучший кофе в Милберне.

Лицо Лорана приобрело заметный зеленоватый оттенок.

– Ну нет! Пожалуйста, скажи, что мы не собираемся назад на вокзал.

Она рассмеялась.

– Определенно нет.

Они прошли полквартала, когда пришло первое сообщение от Сары.

Мэди застонала, и Лоран с тревогой посмотрел на нее.

– Все в порядке? – спросил он.

– В полном, – пробормотала Мэди, печатая ответ.

– Ты уверена, что все нормально? – снова спросил Лоран. – Ты кажешься… напряженной.

– Да ничего. Вернее, есть, конечно, кое-что. Дело в моей сестре. Но я в норме.

Она выдавила подобие улыбки.

– Все в порядке. Мне просто нужно отправить еще одно СМС.

– Конечно.

Мэди отправила последнее сообщение, но сначала отключила звук на телефоне.

Они шли по тенистой улочке, и теплые пятна света прыгали по их плечам, а в тени пряталась весенняя прохлада. Но рядом с Лораном Мэди ее не замечала. Он то и дело останавливался, чтобы сделать фото: силуэт дома, одинокий цветок, распустившийся листик.

Они были на полпути к кофейне, когда Лоран застрял намертво.

– Что?

– Свет, пробивающийся сквозь те ветки, – прошептал он почти неслышно. – Видишь, там?

Свет падал яркими полосами. В другое время Мэди прошла бы мимо, даже не заметив этого, но Лоран, похоже, тонко чувствовал красоту. Она подождала, пока он сделает несколько снимков.

И тут он нацелил объектив на нее.

– А теперь основная причина, по которой я взял камеру…

– О боже, нет…

Она рассмеялась, отворачиваясь.

– Пожалуйста, не надо.

Она думала, что он все равно ее сфотографирует. Во всяком случае она бы именно так и сделала. Но Лоран повесил камеру на грудь, как только услышал ее слова.

– Я… Я просто не люблю свою внешность, – объяснила Мэди.

– Не любишь?

– Я… Да, не люблю.

Она рассмеялась.

– А на фотографиях еще и плохо получаюсь.

– Ладно. Тебя не снимаю.

Уголки его губ приподнялись.

– Если ты не передумаешь и не попросишь.

– И не собираюсь. Клянусь.

Он улыбнулся, и они двинулись дальше.

– Так почему ты вдруг решил приехать? – спросила Мэди. – Наверняка не из любви к милбернскому кофе.

– Да нет! У меня были другие причины.

Мэди ухмыльнулась.

– И эти причины…?

– Когда мы переписывались, мне показалось, что ты расстроена, и я решил тебя навестить…

Он склонил голову, и пряди волос упали на глаза.

– … а вовсе не цедить полчаса отвратительный кофе.

Он поднял глаза и широко улыбнулся.

– А еще я хотел поделиться с тобой новостями.

– Новостями?

– Меня приняли в колледж искусств в Париже. Я ждал и ждал. И вот сегодня получил ответ.

Улыбка Лорана стала шире.

– В следующем году я буду изучать профессиональную фотографию. Меня взяли!

– О боже мой, это… это… это чертовски ЗДОРОВО!

– Мне ужасно хотелось кому-нибудь рассказать! И когда мы разговаривали, я хотел сказать тебе, но ты была расстроена, так что…

– Ты приехал!

Мэди рассмеялась.

– Я так рада за тебя, Лоран. Это фантастика! Однажды ты станешь знаменитым фотографом.

Он протянул руку и заправил выбившуюся прядку ей за ухо.

– Может, тогда ты разрешишь мне сделать твое фото?

Она с улыбкой отвернулась.

– Может быть.

– Может быть меня устраивает. Означает, что тебя можно убедить.

Кажется, он ожидал услышать что-то еще, но Мэди не нашлась с ответом. Ее взгляд скользнул по улице. Они были далеко от ее дома, но она чувствовала взгляды соседей из-за полузадернутых штор. Ощущение чужих взглядов развеяло радостное волнение, и она пошла быстрее. Лоран с легкостью подстроился под ее шаг.

Спустя секунду он снова заговорил.

– Теперь я спокоен за колледж. Я не был уверен, что меня примут. Моим оценкам до твоих далеко.

Он хмыкнул.

– Я также подал документы в пару колледжей здесь, в Штатах. В школе дизайна в Род-Айленде и в школе изобразительных искусств в Нью-Йорке отличные программы по фотографии.

У Мэди перехватило дыхание. Пожалуйста, пусть Лоран останется здесь!

– И…?

Его улыбка потускнела.

– И ничего. Но это не страшно. Колледж искусств – фантастический вариант. Если честно, я не ожидал, что меня примут. Вступительное собеседование проходить намного сложнее, если в этот момент живешь на другом континенте.

– Еще бы.

– К счастью, видеосвязь работает неплохо.

– Это прекрасно!

– У них замечательная программа. И колледж рядом с квартирой моей семьи в Париже, так что я смогу сэкономить деньги.

– Это так клево. Боже! Жить в Париже? Вот это потрясающе! Убила бы ради такого шанса.

– Я рассчитываю окончить курс фотографии за три года вместо четырех. Может, уеду и поработаю на последнем семестре. Я всегда хотел узнать больше о фотографии. Но колледж искусств превосходит все мои ожидания! Во время собеседования я показал им несколько фотографий, сделанных в Нью-Йорке в этом году. Мое портфолио стало для них значимым плюсом.

Мэди потянулась и сжала руку Лорана.

– Это действительно невероятно, Лоран!

Она смущенно засмеялась и отпустила его руку.

– Я под огромным впечатлением. Это похоже на жизнь моей мечты!

Он усмехнулся.

– Я тоже так думаю.

– Париж… Вау… Чего бы я только не отдала, чтобы жить там!

Лоран мягко потянул ее к кофейне. Они остановились на переходе, и звуки города окружили их. Он подошел так близко, что ей пришлось откинуть голову, чтобы видеть его лицо. Его ладонь медленно скользнула по ее руке, пока он не взял ее пальцы в свои. И он уже не отпустил руку.

– Я рад, что приехал рассказать тебе, – раздался его шепот.

Мэди улыбнулась. Сердце бешено стучало.

– И я.

И они прошли оставшийся до кофейни путь рука в руке.

– Вердикт? – спросила Мэди, наслаждаясь медленно тающим на языке вкусом отлично прожаренного кофе с подогретым молоком.

– Мммм…

Лоран сделал последний глоток кофе и прикрыл глаза, почти не дыша.

– Хорош, правда?

– Ну…

– Ну что?

Он открыл один глаз.

– Я еще не решил.

– Ты тянешь время, Лоран, – сухо сказала Мэди. – Я это чувствую, ты же знаешь.

– Не тяну. Просто обдумываю.

– Если не можешь решить, значит, он, наверняка, хорош.

Он улыбнулся и отодвинул пустую чашку.

– Ты так думаешь?

– Ой, да ладно! Ты знаешь, что он хорош. Не просто хорош… великолепен, вот!

– Ладно. Кофе был очень хорош, – согласился он, подмигивая. – Но…

Он выдержал театральную паузу.

– Я пил и лучше.

У Мэди вырвался смешок.

– Я тебе не верю.

– Это правда.

– Вот это, – заявила Мэди, – лучший кофе в мире!

Лоран прикрыл рот рукой.

– В Милберне – возможно! – шепнул он.

– Что ты только что сказал?

Он встал, кинув деньги на стол.

– Да ничего.

– Сказал!

– Не-а. Тебе показалось.

Мэди попыталась преградить ему путь, но он увернулся и направился к двери, сопровождаемый криком владельца: «Заходите к нам еще!».

– Ничего мне не показалось, – смеясь, возразила Мэди. – Ты что-то сказал в кофейне. Сравниваешь наш кофе с парижским, да?

Лоран обернулся, положив руки ей на плечи.

– Это был очень хороший кофе, Мэди, – сказал он. – Даже замечательный.

Она показала ему язык.

– Я же говорила.

– Да, говорила, и да, он отличный. Почти идеальный.

– И ты признаешь это!

– Конечно, признаю. Почему бы и нет?

– Ну, не знаю. Из упрямства?

– А, но ведь упрямство – это по твоей части, а не по моей.

Она рассмеялась, и Лоран приобнял ее, даже не думая отпускать.

– И мне это в тебе нравится, – заметил он. – Хорошая черта.

Теперь им приходилось искать повод коснуться друг друга. Короткие мгновения – передать сливки или сахар, помочь усесться за столик – служили прикрытием их желанию быть ближе. Невероятно медленно руки Лорана скользнули по ее рукам, сжав пальцы. Взгляд Мэди обежал пустую улицу, и она расслабилась. Рядом не было никого из знакомых.

– Сегодня было просто здорово, – сказала она.

– Да, – Лоран взглянул на часы и погрустнел.

– Тебе уже пора уезжать?

– Да нет. У меня есть еще пара часов до отправления поезда. Можно еще чем-нибудь заняться.

Мэди обернулась, по-прежнему сжимая его руку.

– А чем?

– Скоро закат. Пойдем в какое-нибудь другое место.

Мэди вздернула бровь.

– Другое – это какое?

– Ну, не знаю. В парк, в центр или еще куда-нибудь. Может, в железнодорожное депо? Куда-нибудь, где можно сделать несколько снимков. Помнишь то место, о котором ты мне рассказывала? То, где вы с сестрой раньше играли.

– Развалины!

После короткой пятнадцатиминутной прогулки они добрались до отеля «Колониал Инн». Как только они оказались на дорожке, идущей вокруг парка, дневная жара ощутимо спала. Лес полнился птичьим щебетом. Стараясь избежать встречи с постояльцами или хозяевами отеля, Мэди и Лоран на цыпочках прокрались по ухоженному газону.

– Раньше мы здесь играли все лето напролет, – сказала Мэди, кивнув в сторону каменного фундамента. – Вдвоем с Сарой, целыми днями. Мне нравятся эти руины.

Солнце опускалось к горизонту, освещая близлежащие дома и углубляя контраст тени с теплыми, напоенными светом красками.

– Как красиво.

Лоран поднял камеру, сфокусировавшись на озере, виднеющемся позади руин.

– Не возражаешь, если и ты попадешь в кадр?

Мэди усмехнулась и повернулась спиной.

– Не особо. Но ты уверен, что хочешь меня сфотографировать? Вдруг я испорчу фотографию?

– Здесь просто твой силуэт, – сказал Лоран, делая несколько снимков. – Так даже лучше. Небольшой контраст с пейзажем. Подожди, я покажу, что имею в виду.

Лоран принялся за работу, двигаясь то в одну, то в другую сторону. Солнечный свет тускнел, пока не оставил только алые отблески на облаках. Яркая канва на черном.

– Идеально, – прошептал Лоран. – Просто идеально…

Спустя бесконечность он закончил и увидел, что Мэди смотрит на него с задумчивой улыбкой на лице. Смутившись, он наклонил голову.

– Прости. Потребовалось больше времени, чем я думал.

– Мне нравится наблюдать за тем, как ты работаешь, – сказала Мэди. – В этот момент ты так напряжен. Так сосредоточен.

Лоран усмехнулся.

– Знаешь, в такие моменты я чувствую себя по-настоящему… живым. Все остальное исчезает, остаемся только мы – я и объектив.

– Для меня писать – то же самое.

– Это твое искусство.

Какое-то движение сбоку привлекло его внимание. Он поднял камеру и сделал несколько снимков двух птиц, выпорхнувших из подлеска и полетевших в сторону озера.

– Можно посмотреть?

– Конечно.

Лоран протянул камеру Мэди, листая цифровые изображения на экране.

– Вау! Это и вправду прекрасно.

Ее пальцы коснулись его руки, когда она потянула камеру к себе, вглядываясь в изображения.

– Озеро выглядит так, словно ему целая вечность. И развалины роскошны.

– Вот, – сказал Лоран, увеличивая часть изображения. – Так их лучше видно.

Мэди медленно, одну за другой, разглядывала фотографии. Спустя довольно долгое время она повернулась к нему и улыбнулась.

– Эта, с птицами, мне нравится больше всех.

– Я пришлю ее тебе, – пообещал Лоран.

Он снова посмотрел на озеро. Облака разошлись, и луч света появился из-за горизонта, как прощальный привет солнца.

– Ах! Посмотри туда!

Самая высокая часть развалин купалась в золотистом свете, но он вряд ли продержался бы дольше минуты.

– Я наверх!

Выискивая точки опоры, Лоран вскарабкался по краю разрушенной каменной стены на самый верх. Тут он медленно поднялся, раскинув руки. Отсюда открывался совсем другой вид: небольшое озеро с мощеной дорожкой, окружающей его, крыши и огни отеля «Колониал Инн», мерцающие вдалеке.

– Поднимайся, – позвал он, протянув Мэди руку. – Отсюда видно все до самого горизонта.

– Я боюсь высоты, Лоран.

– Пффф! Да здесь до земли всего каких-то десять футов, – заявил он, приглашающе протянув руку. – Я не дам тебе упасть. Клянусь!

– Иди сам, – отказалась она, пристально оглядев его с ног до головы. – Вид снизу ничуть не хуже. Спасибо!

Он расхохотался в голос и спрыгнул со стены прямо на землю.

Мэди взвизгнула от испуга.

– Ты с ума сошел! – засмеялась она.

Он положил руки ей на плечи.

– Ты права. Вид снизу действительно потрясающий.

Он взял ее за руку и потянул к мощеной дорожке, идущей вокруг Алмазного мельничного пруда, мимо гостиницы и позади ряда домов.

– Quel bel endroit[37]!

– Что?

– Здесь красиво. Неудивительно, что ты любила играть здесь в детстве.

Он делал снимок за снимком.

Мэди потянулась и коснулась его руки.

– Подожди секундочку, – попросила она. – Становится темно. Не хотелось бы споткнуться.

– Конечно, нет.

Они шли рука об руку, наблюдая, как последний кусочек солнечного диска опускается за озеро, перемешивая небо и воду. Идти по дорожке было легко, и через десять минут они уже перешли на другую сторону, оставив сверкающую, словно лампочка, гостиницу за спиной. Голоса гостей долетали до них с веранды вместе с музыкой, лившейся из окон столовой.

Мэди осознавала, что кто-нибудь мог их увидеть, но в этот момент ей было все равно. Ее пальцы сжимали пальцы Лорана. Сегодня все казалось абсолютно правильным.

К тому моменту как они обошли озеро и вернулись к руинам, Мэди основательно запыхалась, но вовсе не собиралась говорить Лорану, что его длинные ноги создают ей немало проблем. Если нужно, она с радостью займется кардио, лишь бы подольше не отпускать его руку. Когда он остановился сфотографировать рой ночных насекомых, вьющихся в свете фонаря, она уселась на каменный бордюр, наблюдая за ним. Фотографируя, он явно находился в своей стихии. Ей нравилось смотреть на это.

Закончив, Лоран присел рядом и отложил камеру в сторону. Мэди не замечала, как близко он подвинулся, пока его рука не коснулась ее спины. Он прижался ногой к ее бедру, и тепло его тела окутало ее всю.

Мэди подняла глаза.

– Что ты…?

Слова замерли на губах, когда она заметила его взгляд, направленный прямо на нее. Он наклонился так близко, что в его глазах цвета темной зелени стали видны золотистые искры, напоминающие блики на озерной глади. Лоран протянул руку, очертив пальцами контур одной ее брови, затем коснувшись губ, потом пальцы скользнули по скуле и зарылись в волосы девушки.

– Тогда на Пенсильванском вокзале я так хотел тебя поцеловать.

Мэди попыталась что-то произнести, но не смогла. Его глаза пленили ее.

– Можно? – спросил он, придвинувшись ближе.

Она хотела ответить как-нибудь забавно или остроумно – как в кино, когда дерзкая героиня говорит все как есть, – но ей было далеко до Молли Рингвальд, а мозг с языком явно был в ссоре. Когда Лоран замер, она поняла, что он ждет ее согласия и раз уж она онемела, этот момент закончится, так и не начавшись.

Он отодвинулся.

– Прости, Мэди. Я не должен был…

Его извинения заставили ее выдавить несколько слов…

– Д-да. Я… Можно. Да, ты можешь меня поцеловать!

Ее смущение можно было сравнить только с охватившей ее паникой – Молли Рингвальд закатила бы глаза, услышав такой жалкий ответ.

Лоран улыбнулся, и от уголков глаз к вискам разбежались морщинки.

– Merci, minette[38].

Их губы встретились.

Мэди уже целовалась с парнями раньше – с одним на танцах в средней школе, с двумя в старшей школе, – но те поцелуи не шли ни в какое сравнение с этим. Сравнивать их было все равно что сравнивать глубоководный дайвинг и купание в лягушатнике. Губы Лорана настойчиво прижимались к ее рту. Его рука в ее волосах направляла ее почти незаметно, и руки Мэди помимо воли скользнули вверх по его рубашке. Вкус губ Лорана напоминал коричную жвачку, которую он предлагал ей во время прогулки. Она вдохнула окружавший его запах – воды, зелени, и за всем этим запах его одеколона, взволновавший ее чувства.

Поцелуй стал глубже, и если пару минут назад ей было прохладно, сейчас она горела. Лоран, казалось, излучал какую-то только ему присущую теплоту. Она шла от его губ, мягко накрывших ее рот, зажигая пламенем ее щеки, от его рук – по ее плечам и спине до самых кончиков пальцев на ногах. Поцелуй все длился и длился, пока Мэди окончательно не потеряла способность мыслить связно. Она застонала, когда он оторвался от ее губ. Но вместо того, чтобы остановиться, Лоран прочертил языком путь к ее ушной раковине, в то время как его руки неустанно двигались под ее курткой.

– Si belle… si gentil… – шептал он.

Нежности на французском подходили к ситуации настолько идеально – слишком идеально! – что это показалось Мэди совершенно нелепым. Она тихонько засмеялась.

– О боже, – выдохнула она. – Извини. Я не…

Лоран замер.

– Мэди?

Внезапно у нее вырвался еще один смешок.

– Просто это прозвучало так забавно, так до странности идеально и нереально… В смысле в обычной жизни такого не бывает… Дело не в тебе, а…

Лоран воспринял ее смех как сигнал вернуться к поцелую. Одной рукой он притянул ее еще ближе, в то время как вторая исследовала тело Мэди под прикрытием куртки. Она судорожно вздохнула, когда его пальцы скользнули по блузке и лифчику. Все вокруг растворилось, остались только он и его прикосновения. Не было неловкого ощупывания или столкновения носами. Длился только этот бесконечный момент, и Мэди была уверена, что Лоран слышит, как бешено колотится ее сердце под слоями одежды. Она вздохнула, когда он оторвался от нее, так же тяжело дыша.

– Je pourrais rester heureux toute ma vie, tant que tu seras a mes cotes[39], – прошептал он.

Она подавила новый приступ смеха.

– Что это значит?

Лоран улыбнулся, но не обычной своей кривоватой улыбкой. Улыбка сияла на его лице, расползаясь от уха до уха и отражаясь в уголках глаз. Мэди никогда не видела ничего более красивого и искреннего.

– Это значит, что я счастлив быть здесь.

Он похлопал по бордюру.

– Потому что ты тоже здесь.

А затем он поцеловал ее снова.

Когда они двинулись по мощеной дорожке, ведущей от развалин к жилым домам, уже опустились сумерки. Уличные фонари освещали небольшие промежутки пути, но почти стемнело и тротуар тонул в тенях. Мэди дважды споткнулась. В первый раз Лорану удалось поймать ее до того, как она упала, но во второй раз он не успел и она опрокинулась на спину прямо в траву рядом с тротуаром. После идеального вечера, посланного словно в противовес ужасной неделе, вселенная вновь решила проявить свое чувство юмора.

«Мило, – кисло подумала Мэди. – Показала класс».

– Мэди! Что случилось? Ты не ушиблась?

– Все хорошо, – успокоила она Лорана, чье перевернутое лицо возникло над ней.

– Уверена? Ты споткнулась о….

– Абсолютно уверена. Я просто неуклюжая.

Лоран протянул ей руку, помогая подняться. Мэди осторожно потянулась. Похоже, ничего не пострадало, кроме самооценки.

– Теперь, когда ты увидел мои суперские движения, – сказала она, – ты, наверное, хочешь…

– Подожди!

– Что случилось?

– Вот, – прошептал он. – Я видел какое-то движение!

– Где?

– Там. Видишь? Рядом с тем деревом, похожим на перевернутый треугольник.

Он наклонился вперед, широко распахнув глаза.

– Вот оно, снова! – выдохнул он.

Мэди уставилась на деревья. Первые фонари начинались в доброй паре сотен футов от них, и улица, ведущая к дому, сияла, как маяк. А здесь, насколько она могла разглядеть, не было ничего, что могло бы преградить им путь.

– Не знаю, Лоран. По-моему, там только дерево.

Лоран нервно переступил с ноги на ногу.

– Я пересмотрел кучу ужастиков, – сказал он с беспокойством. – И это не самое лучшее место, где можно побыть одним. Лес всегда самое худшее место.

Мэди разразилась громким смехом.

– Ты шутишь?

– Нет, я просто… – Он отступил за ее спину. – Я видел какое-то движение. Правда.

Мэди старалась подавить смех, но он просто распирал ее изнутри.

– Это Милберн, Лоран. С тобой все будет в порядке. И едва ли этот парк можно назвать лесом.

– Но деревья…

– Мы в пригороде, – объяснила она, все еще посмеиваясь. – Деревья здесь выращивали специально.

– Но здесь могут быть животные…

– Может, какой-нибудь енот.

Лоран схватил ее за руку.

– Еноты опасны?!

– Не особо. В смысле они могут создавать проблемы, но они не станут, типа, подкрадываться и нападать на тебя.

Она снова хихикнула.

Где-то в кустах треснула ветка, и Лоран тоненько взвизгнул.

– Расслабься, – сказала Мэди, прикусывая щеки, чтобы сдержать смех.

Лоран и вправду выглядел напуганным.

– Все будет хорошо. Мы с Сарой всегда здесь гуляем. Серьезно! В тот вечер, когда мы ходили в «Метрограф», она пряталась тут совершенно одна.

Где-то неподалеку гавкнула собака, и Лоран подпрыгнул.

– А вдруг это что-то еще? Кто-то опасный. Как из… ну… ну…

– Фильма ужасов? – предположила Мэди, тщетно стараясь сохранить спокойствие.

– Точно!

Мэди шагнула вперед.

– Эй! – крикнула она в сторону деревьев. – Если там спрятался парень в хоккейной маске, пусть имеет в виду, что я собираюсь надрать чей-то зад.

– Не надо!

Она повысила голос.

– Слышал, ты, хоккейная маска?! Делай ноги или получишь!

– Шшш! – попросил Лоран с нервным смешком. – Не думаю, что нужно подстрекать незнакомцев напасть на нас.

Рассмеявшись, Мэди схватила его за руку и потащила по дорожке.

– Я правда сомневаюсь, что там серийный убийца. Однако там вполне мог оказаться страховой агент с предложением застраховать нашу жизнь.

– Уверена?

Ноги Лорана заплетались тем сильнее, чем дальше они шли по лесистому участку между берегом и улицей.

– В Нью-Йорке я привык прислушиваться к своей интуиции, а сейчас она твердит, что это далеко не самая хорошая идея.

Его пальцы сжали ее руку.

– Мне это не нравится. Может, лучше будет вернуться другим путем?

– Через гостиницу? – ехидно уточнила Мэди. – Нет уж, спасибо. Лучше встретить серийного убийцу.

Назойливый владелец гостиницы задаст Мэди миллион вопросов о Саре и о ней самой, почему Мэди ушла из обычной школы (он спрашивал об этом в обе их последние встречи), и неизбежно – о Лоране и о том, кто он. И новости о бурном расцвете личной жизни Мэди окажутся на первой полосе «Герольда трех штатов» еще прежде, чем они доберутся до улицы.

– Давай, – сказала она с усмешкой, обнимая его за талию и подталкивая вперед. – Там ничего нет. Должно быть, просто ветер в ветвях или вроде того.

– Э-э… ладно.

До улицы оставалось около десяти ярдов, когда Мэди почувствовала, что Лоран успокоился.

– Спасибо тебе, – сказал он со смущенной улыбкой. – Я не привык бывать на… – он махнул на окружающие их деревья, – … природе.

– Не хотела бы я видеть, как ты идешь в поход.

Она рассмеялась.

Лоран содрогнулся.

– Ни за что.

– Уверен? Может быть весело.

– Такое веселье не по мне.

Мэди расплылась в улыбке.

– Не волнуйся, я бы тебя защитила.

– Правда?

– Конечно. К тому же я уже говорила – не о чем волноваться. Тень, которую ты видел, была, скорее всего, просто…

– Что ТАМ?

Лоран взвизгнул, когда кусты рядом с ними зашевелились.

Сотни мыслей пронеслись у Мэди в голове – что серийным убийцам в самом деле пора найти способ более продуктивно проводить свободное время, что Сара сорвется, когда родители сообщат ей об убийстве Мэди, что такой поворот судьбы – найти мужчину своей мечты и сразу его потерять – это действительно глупо, и наконец…

Похоже, это была белка.

– БЕГИ! – вскричал Лоран, когда маленькое создание приблизилось к ним на пару прыжков, с интересом на них посматривая.

– Подожди, Лоран. Это просто белка!

Между приступами хохота она пыталась догнать Лорана, бегущего к улице. Когда они поравнялись, он стоял под фонарем, пытаясь выровнять дыхание.

– Это была белка.

Мэди хихикнула.

– Просто маленькая белочка.

– Мне так не показалось. Тень у нее была намного больше. Как у медведя.

Она вытерла выступившие от смеха слезы.

– Эта белка, – судорожно вздохнула она, чувствуя, как колет в боку, – была вовсе не похожа на медведя!

Лоран обвил ее руками и притянул к своей груди.

– Как бы то ни было, спасибо, что спасла меня. Ты – мой герой.

Мэди потянулась за поцелуем.

– Обращайся…

Мэди расположилась на переднем сиденье машины отца, зажав телефон в руке, и смотрела на проносящиеся мимо нечеткие силуэты деревьев. Она проигрывала в памяти последние часы, и понимающая улыбка замерла на ее губах. Лоран должен был написать сразу, как только его поезд тронется, но пока от него не пришло ни слова и в ожидании она листала свою ленту, просматривая новые посты.

* Джон Локер.

** Аниманьяк.

*** Носфератушка.

«Да, – подумала Мэди. – Именно этого я и хочу. – Улыбка на ее лице погасла. – Но я понятия не имею, как все будет с Лораном, если он вернется во Францию, ведь через месяц его студенческая виза истекает».

На заднем сиденье что-то фальшиво напевала Сара. Рядом Чарльз Накама вел машину и выглядел при этом необъяснимо жизнерадостным. Он насвистывал в такт радио. Мэди снова просмотрела сообщения на телефоне. Давай, Лоран. Незапланированное свидание оказалось потрясающим, но вот ночь раскинула свои крылья над городом – и Мэди снова разрывалась между страхом и надеждой. Отношения с Лораном определенно перешли на другой уровень. Тут у Мэди не было никаких сомнений! Проблема состояла в том, что она не представляла, как сделать, чтобы все получилось. Он уезжает через несколько недель. Как будто подслушав ее мысли, Лоран прислал сообщение.

Мэди подняла глаза, когда появился указатель на Милберн и замелькали один за другим дома. Город был частью целого, скорее придатком, нежели самостоятельной единицей, и Мэди не могла не понимать его. Она жила здесь, но не была кем-то значительным. Она играла свою роль, но существовало и нечто большее.

– Ты сегодня какая-то тихая, – заметил отец.

– Мне просто кое-что нужно сделать, когда вернемся домой.

Отец откашлялся.

– Послушай, Мэди. Я… Я знаю, как нелегко тебе приходится с тех пор, как уехала мама.

Его взгляд беспокойно заметался.

– И я думал об этом. Ты всегда так много помогала с Сарой, и хотя это просто здорово, плохо то, что мы с мамой стали ожидать этого от тебя.

Он смотрел прямо перед собой, стиснув руль.

– Все в порядке, пап.

– Послушай… Я просто пытаюсь сказать, как здорово видеть тебя счастливой. Ты снова стала улыбаться в последние дни.

– Правда?

– Да. Правда. И я вспомнил о собственной молодости. Боже! Я не делал и половины того, что делаешь ты. Думал только о себе.

Мэди понятия не имела, что на это ответить. Ей всегда казалось, что отец так и родился взрослым.

– И я… Я прошу прощения за то давление, какое ты ощущала в последние недели. Просто нелегко, когда твоей мамы нет рядом.

– Я знаю, пап.

– Как бы то ни было, я хочу, чтобы ты знала, что я буду больше стараться. Напоминай мне об этом, если что.

– Эмм… хорошо.

– Ну так что, хорошо все прошло сегодня с Лораном?

Отец улыбнулся в усы, заставив Мэди почувствовать неловкость. Он вечно обо всем беспокоился.

– Да. А что?

– Ну, я тут подумал, что раз школа заканчивается в июне, у вас могут появиться какие-нибудь планы.

Мэди почувствовала, как вспыхнуло ее лицо.

– Какие планы? – враз охрипшим голосом спросила она.

О боже, пожалуйста, не отвечай. ПОЖАЛУЙСТА, не отвечай!

– Ну, не знаю. Какие-нибудь… вместе. Вроде поездки в город вместе или…

– Пап, прекрати.

– Прекратить что?

– Прекрати это.

– Но…

– Я не хочу говорить о Лоране, ладно?

Лицо Мэди уже определенно пылало. Она чувствовала, как жар сползает по шее на грудь. На секунду ей показалось, что сейчас произойдет самовозгорание.

– А почему бы не поговорить о Лоране? – спросил отец. – Я к тому, что вы двое неплохо смотритесь вместе.

– Пап, пожалуйста!

– Да ладно, Мэди. Я ведь тоже влюблялся…

– Папа! Я серьезно! ПРЕКРАТИ!

Отец прикрыл рот рукой и откашлялся, стараясь скрыть смех. Мэди заметила, что он смотрит в зеркало заднего вида, и поняла, что он переглянулся с Сарой. Это выводило ее из себя. Она не хотела, чтобы они обсуждали ее.

– Послушай, – снова заговорил отец. – Я просто хочу сказать… Здорово видеть, что ты снова гуляешь и радуешься жизни. Гуляешь с друзьями.

Он бросил взгляд на Мэди.

– С реальными друзьями, из реальной жизни в виде исключения.

– Пап, Лоран замечательный, но он живет в Нью-Йорке.

Отец пожал плечами.

– Это не помешало ему приехать повидать тебя сегодня.

– Дело не только в этом. Я просто не уверена, что вся эта чепуха со свиданиями – то что мне нужно.

– Но отсюда и берутся воспоминания. Старшая школа – особое время в твоей жизни. И мне нравится, что ты начала хоть немного выходить из дома.

Мэди ничего не ответила.

Через минуту отец заговорил снова.

– Мне нравится твой друг Лоран. Очень вежливый. Очень представительный.

С заднего сиденья донесся голос Сары:

– Я больше чем уверена, что Мэди тоже нравится Лоран.

Мэди повернулась, зыркнув на сестру.

– Не нравится!

– Нравится-нравится.

Отец подавил смешок.

После этого Мэди оставалось только скрючиться на сиденье и смотреть в окно, мечтая поскорей добраться до дома. Если уж сестра поняла, как сильно она втрескалась в Лорана Абеляра, всему остальному миру это было просто очевидно. Она терпеть не могла это ощущение. В Сети у нее был буфер из слов. Здесь, в машине, ее пылающее лицо видели все.

– Лоран неплох, – пробормотала она. – Как друг.

– Друг, да? – переспросил отец, подмигнув. – Как по мне, на дружбу не похоже.

– По мне тоже, – вставила Сара.

Снова зажужжал телефон, но Мэди его проигнорировала. Что толку? Лоран вернется во Францию уже в начале лета.

Мэди растянулась на кровати, опершись подбородком на подушку, когда телефон в ее руке зажужжал. Она закрыла ленту и увидела, что пришло сообщение от Лорана.

– Лоран…

Складка, залегшая между бровями после поездки, разгладилась, как только она произнесла его имя.

– Что же мне с тобой делать, ммм…?

Хоть она и оценила не особо деликатные попытки отца подтолкнуть ее к социальной активности, она не была до конца уверена, что они могут быть не просто друзьями. Не тогда, когда расклад так явно не в их пользу. Хотела ли она подготовить себя к провалу отношений?

В полном расстройстве Мэди повернулась на бок и набрала короткий ответ.

Мэди улыбнулась его словам. Ее отец, годами наблюдавший, как она все сильнее и сильнее отдаляется от сверстников, прямо-таки толкал ее в объятия Лорана. Ей стало интересно, что бы подумали временные родители Лорана о таком поведении. Затолкав подушку под грудь, чтобы немного приподняться, она одной рукой напечатала ответ.

Взрыв хохота Мэди заглушила, уткнувшись в подушку. Она могла себе вообразить, как они расстроились, когда Лоран попытался объяснить, что он мчится в Милберн, чтобы встретиться с девушкой, с которой познакомился в Сети. Они, наверное, вообразили самое худшее. Улыбнувшись, она отправила следующее сообщение.

Мэди смотрела на экран с бешено бьющимся сердцем. Шутливый тон пропал. Лоран был предельно серьезен, и эти слова горели на экране ее телефона. «Я, кажется, сейчас узнаю, что такое секс по телефону», – подумала Мэди. Она понятия не имела, что делать! Святые макароны! Это НЕ МОЖЕТ происходить прямо сейчас! Что мне сказать? Как отвечать на эти СМС?!

Телефон Мэди зажужжал, отвлекая ее от сообщения Лорана. В верхней части дисплея высветилось сообщение от мамы. Нахмурившись, она открыла его.

Мэди закатила глаза. Кто кроме мамы мог влезть в их с Лораном переписку в самый неподходящий момент! Определенно, настроение убито. В полном раздражении она оставила мамино сообщение без ответа и вернулась к переписке с Лораном. Быстро напечатала ответ.

Телефон Мэди настойчиво зажужжал, но она проигнорировала его, сдвинув сообщение с экрана.

– Иди отсюда, мам! – рыкнула она, возвращаясь в чат, где появилось новое сообщение.

В течение некоторого времени пульсирующие точки указывали Мэди на то, что Лоран печатает ответ. Она улыбнулась, представляя все, что он может написать. Может, у них и получатся отношения на расстоянии.

Она задержала дыхание. Вот и он. Тот самый момент! Сейчас это случится!.

Появилось сообщение.

– Вот дерьмо!

Мэди отбросила телефон и отшатнулась, словно он ее укусил. Торопясь закрыть мамино сообщение, она ответила не на то и не тому.

– О нет, нет, нет! – твердила она.

Телефон снова зажужжал.

Мэди подняла телефон и дрожащими пальцами напечатала ответ. Ее телефон жужжал – Лоран тоже пытался писать ей, – но она сосредоточилась на том, чтобы успокоить свою паникующую мать.

Мэди закрыла чат с матерью и перечитала последнее сообщение от Лорана, дважды проверив имя отправителя.

Вот жаль! (фр.).

Жар залил лицо и шею Мэди. То, что он говорит такие вещи, в конце концов сделает расставание намного сложнее. Но сейчас она не хотела об этом думать. Любовь не поддается контролю и планированию. Она просто приходит. Ее улыбка стала нежнее, когда она набирала следующее сообщение.

* Все мои мысли только о тебе (фр.).

Мэди снова улыбнулась и закрыла сообщения. О, Лоран. Как же все это может получиться? Она пролистала свою ленту в последний раз перед тем, как отправиться спать. В первых четырех постах было что-то фэндомное, но пятый, казалось, был выложен специально для нее. Она хихикнула и нажала РЕБЛОГ.

* Упс! Приехали.

Бывали времена, когда ей казалось, что Интернет понимает ее чувства.

Когда Мэди включила лэптоп, ее ожидало сообщение. Она прочитала его, и желудок скрутило болезненной судорогой.

– Убейте меня, – простонала Мэди, отодвигая кресло от стола.

Ей ни за что не успеть разобраться с новым проектом. Отклонившись в кресле так, что почти легла на спину, она уставилась в потолок. Все задания казались одинаково невыполнимыми, но если она не выберет, то не сможет закончить школу.

– Это нечестно! – выкрикнула она в пустоту комнаты.

Устало вздохнув, Мэди выпрямилась, подкатилась к столу и начала изучать варианты заново. У нее не было времени на создание нового веб-сайта. Не было идеи для рассказа. А публицистика была страстью отца, но не ее.

Взгляд Мэди задержался на последнем варианте. Ей не нравились все варианты, но съемка видео казалась наименее трудоемкой. Остался один вопрос – о чем же будет ее видеоблог?

Но прежде чем ей в голову пришло что-то путное, зажужжал телефон и она выудила его из кармана. Несколько твитов соперничали за место на экране, но большую его часть занимала полная раздражения тирада Брайана.

Вместо того чтобы разбираться с ним, Мэди закрыла приложение и открыла сообщение в Снэпсид, пришедшее пару секунд назад. Тень улыбки мелькнула на губах, когда она увидела, что оно от Лорана.

Она начала набирать ответ и тут же остановилась. Пальцы зависли над экраном. Ей требовалось убедиться, что Лоран и Мораг готовы написать пост для ее блога. Если организовать себе отпуск на одну-две недели, она сможет заняться подготовкой проекта по английскому, не волнуясь о том, что выпадет из обоймы в блогинге. И хотя ей ужасно не нравилась идея передать кому-то свои полномочия – пусть и ненадолго, – МэдЛиб сможет продержаться без нее… по крайней мере до тех пор, пока она не наведет порядок в своей жизни.

– Что в этом плохого?

Телефон завибрировал еще до того, как она успела написать хоть слово. Она опустила глаза. На экране возник еще один твит от @StarveilBrian1981.

– Боже, Брайан, – проворчала Мэди. – Остынь, чувак.

Мэди в недоумении уставилась на экран. Затем перечитала твит Авы во второй раз.

– Что за черт…

Мэди нахмурилась. Ее зацепило, что Лоран уже всем рассказал об этой неясной перспективе. И почему Аву так радует, что Мэди отойдет от дел?

Мэди нахмурилась еще сильнее. Бессмысленно это отрицать. Ава уже сообщила об этом всем, так что Мэди осталось поддержать эту новость. Она быстро добавила еще один ответ.

Мэди хмуро смотрела на экран телефона. Она справилась с приступом раздражения у Брайана и нашла себе замену на следующий обзор на МэдЛиб, но вместо облегчения ощущала пустоту. Она провела пальцем по экрану, перечитывая весь разговор.

– В чем твоя проблема, Ава? – пробурчала она.

Блог для Мэди был целой жизнью. Передав его в другие руки, она лишилась свободы, которую он ей дарил. То, что кто-то пытался забрать его у нее, приводило в ярость.

Мэди в раздражении открыла письмо от мисс Родригес и пролистала варианты итогового задания.

– Почему все всегда так непросто? – проворчала она.

В перерыве между занятиями Мэди на минутку зашла в Интернет и увидела, что блог, написанный Мораг и Лораном, появился в ее новостях. Она вчитывалась в него с растущим беспокойством. Появилось ощущение, словно кто-то взял ее любимую пару обуви – кеды с рисунками из комиксов – и надел без разрешения.

Вот только Мэди сама разрешила им взять ее блог.

Пальцы Мэди нерво барабанили по подлокотнику, пока она читала этот пост. Ей хотелось оценить его по достоинству, но тот факт, что это не ее пост, волновал больше, чем она готова была признать. Доступ к комментариям был открыт, но никто еще не написал ни одного – редкость для такого популярного блога, как ее собственный. Она ухмыльнулась. Правильно ли радоваться этому?

Ее телефон зажужжал, и посмотрев на экран, она увидела сообщение от Лорана.

Мэди улыбнулась и положила телефон рядом с лэптопом. Осознание того, что Лоран с волнением ждет ее реакции, заставило ее понять всю нелепость своего раздражения. Пост был и в самом деле весьма хорош. И друзья писали его, чтобы дать ей время поработать над ее собственным проектом. Они сразу объявили, что это разовая акция. Было бы очень некрасиво с ее стороны придираться к нему из принципа.

– Это же совсем ненадолго, – тихонько сказала Мэди самой себе. Через неделю или две она вернется. Эта мысль взволновала ее больше, чем все остальное.

Она щелкнула на ОТВЕТИТЬ и начала печатать.

Мэди в ужасе уставилась на экран. Тролль не просто вернулся, он поджидал ее появления. И если он следил за комментариями, наверняка он прислал ей кучу гадостей и в личку.

Внутренности Мэди скрутило узлом, пока она открывала почтовый ящик МэдЛиб сайта.

Мэди резко выдохнула, отшатнувшись от экрана. Она понимала, что на самом деле он не может ее видеть, но почувствовала свою незащищенность. Появилось еще одно сообщение.

Мэди с трудом смогла открыть настройки своего сайта, но следующее письмо пришло прежде, чем она успела изменить их.

Она щелкнула на кнопку ОТКЛЮЧИТЬ ВХОДЯЩИЕ СООБЩЕНИЯ, и программа начала переадресацию всех входящих, отправляя их назад одно за другим.

– Просто оставь меня в покое, – прошипела Мэди. – Я хочу, чтобы ты убрался прочь.

Она понятия не имела, что сделала, чтобы заслужить такое, но ситуация становилась все хуже. Ей хотелось закричать. Разрыдаться. Исчезнуть. Трясущимися пальцами она напечатала сообщение Лорану.

Но несколько часов спустя Мэди все еще не могла уснуть. Она была уверена, что где-то сидит и смеется проклятый тролль.

Мэди, зевая, отправила чашку и ложку в посудомойку.

– В каком смысле нам назначили встречу в школе? – переспросила она отца.

Он пригладил кончики аккуратно подстриженных усов.

– Мне позвонили из школы, когда я был в офисе, и сказали, что хотели бы назначить встречу с нами обоими. Я решил, что раз уж ты дома, стоит сделать это прямо сейчас.

– Но зачем нам встречаться?

Он взглянул на нее поверх очков.

– Я надеялся, ты мне это объяснишь.

– Я… Я, честно, не знаю.

– Уверена?

– Да, уверена.

Мэди вытерла ладони о свитер и спрятала их подмышками. Фигово. Все это очень фигово.

– Они сказали, с кем нам нужно встретиться?

– Угу. Сейчас посмотрю.

Отец залез в карман, вытащил телефон и пролистал список различных встреч.

– Похоже, с некой миссис Прит. В сообщении сказано, что она хочет прояснить кое-что по поводу требований к проекту.

– О боже…

Отец оторвался от телефона.

– Мэди, что происходит? Ты что-то от меня скрываешь?

– Ничего, пап. Я просто думала…

Вылетев из комнаты, она кинулась вверх по лестнице. Если миссис Прит решила сдать ее, ей ни за что не удастся помешать этому, но она не собиралась идти на встречу, не распечатав переписку с мисс Родригес.

– Подожди! – крикнула она из спальни. – Мне нужно кое-что распечатать перед выходом.

– Ладно. Встретимся в машине.

Полчаса спустя они сидели в кабинете миссис Прит. Стены его были выкрашены в бледный серовато-зеленый цвет в стиле современных исправительных учреждений. Три фото в рамках с изображенными на них пудельками в крошечных розовых свитерах стояли в ряд позади ее стола. У каждой собаки шерсть завивалась мелкими колечками под стать прическе их хозяйки.

– Я уверена, что вы оба гадаете, зачем я вас вызвала сегодня сюда, – серьезным тоном произнесла миссис Прит. – Я надеялась, что до этого не дойдет. Но мне необходимо убедиться, что у нас больше нет никаких затруднений, поскольку школьный год подходит к концу.

Отец обернулся к Мэди, вопросительно приподняв брови. Она даже не смогла изобразить улыбку. Боже, дай мне умереть прямо сейчас! Но бог проигнорировал ее просьбу.

– Как вам наверняка известно, – продолжила миссис Прит, – я лицо, ответственное за программу онлайн-обучения Милбернской академии, и к тому же заместитель директора очной высшей школы.

– Да, я слышал об этом, – подтвердил мистер Накама.

– А слышали ли вы о проблеме с проектом Мэди по английскому языку?

Последовало напряженное молчание, которое было нарушено усталым вздохом миссис Прит.

– О нет! Этого-то я и боялась.

Она выровняла ручки и промокашки на столе, прежде чем снова поднять взгляд.

– Мэди допустила ошибку при выполнении требований к подготовке проекта.

– Ошибку? – переспросил Чарльз.

– Существуют определенные требования к подготовке проектов, мистер Накама. Правила, которым все студенты обязаны следовать. Мэди в своем блоге нарушила одно из этих правил, тем самым сделав его непригодным для рассмотрения в качестве итогового проекта по предмету. Это создало ей определенные проблемы.

Брови отца сдвинулись, превратившись в грозную гусеницу.

– Проблемы?

– Мэди нарушила правила поведения школы, мистер Накама. Ее проект не приняли.

Взгляд отца метнулся к Мэди.

– Мэди… – протянул он с заметным разочарованием.

– Я не знала! – выкрикнула она. – Никто не предупредил меня, что на сайте нельзя размещать рекламу.

– Если бы это была единственная проблема, – спокойно продолжила миссис Прит, – я бы не стала вызывать вас сюда.

Она выпрямилась.

– Я пригласила вас потому, что обратилась с просьбой сделать вашей дочери формальный выговор с занесением в личное дело.

– Что?!

Мэди вскочила на ноги.

– Вы, должно быть, шутите!

– Мэди, пожалуйста… – сказал отец.

– Поверить не могу. Миссис Прит делает это специально. Она…

– Я бы хотел, чтобы вы объяснили, каковы основания для вынесения выговора, миссис Прит, – прервал Мэди отец.

– Она нарушила правила, – миссис Прит поджала губы, – еще раз.

– Объясните, – повторил Чарльз.

– В школу поступило анонимное сообщение, – сказала женщина, подвигая через стол к отцу Мэди стопку ксерокопий. Пристроив очки на нос, он поднес бумаги к лицу и начал читать.

– В этом сообщении, которое администрация восприняла очень серьезно, говорится и о других нарушениях, допущенных вашей дочерью при выполнении заданий.

Мэди нервно откинулась в кресле. Вся кровь отхлынула от конечностей, и руки стали ледяными.

– Я… я не понимаю…

– Информатор утверждает, что ты используешь работу другого ученика, который пишет опубликованные тобой блог-посты.

– Но это неправда!

– Информатор сообщает, что ты используешь приглашенных блогеров, которые…

– Но какое это имеет теперь значение!

Мэди потрясла распечатками писем мисс Родригес.

– Я уже не использую этот блог! Он никак не связан с…

– В данный момент наш дисциплинарный комитет изучает это обращение, – заявила миссис Прит, игнорируя слова Мэди. – Такова политика школы по отношению к любой жалобе на ученика. Одно из основных правил Милбернской академии, которое не может быть нарушено. Но важно также поставить в известность родителей обвиняемой, поскольку если вину Мэди докажут, ее итоговая аттестация по английскому будет отложена.

Лицо миссис Прит выражало холодное неодобрение.

– До тех пор пока она не выполнит другое задание, предложенное ей мисс Родригес. Если выполнит.

Подбородок Чарльза вздернулся, словно привязанный к нитке:

– По какой именно причине моя дочь должна выполнять новое задание? Она работала над своим блогом целый год. Она потратила на него сотни часов.

– Мне жаль, но я вынуждена сказать, что выпуск Мэди оказался под угрозой. Она нарушила правила и не окончит школу, если не подготовит нового проекта.

– Почему?!

Убей меня, боже. Пожалуйста! Мэди съежилась, ожидая, когда грянет гром.

Миссис Прит наклонилась вперед.

– Она нарушила нормы поведения школы, – спокойно сказала женщина. – Все записи, имеющиеся в ее блоге, были признаны не соответствующими школьным стандартам.

Лицо Чарльза Накамы побледнело, руки судорожно сжали стопку распечаток.

– У меня уже новый проект, – прошептала Мэди. – Я начала подготовку. Он будет готов к концу июня, пап. Я клянусь!

Миссис Прит сложила руки перед собой.

– Рада это слышать, Мэди. И надеюсь, что на этот раз ты ознакомилась с правилами.

В этот момент Мэди нестерпимо захотелось отшвырнуть стол и наброситься на женщину – такое почти всегда срабатывало в фильмах. Вместо этого она еще больше съежилась в кресле и пробормотала:

– Читала я ваши дурацкие правила.

– Хорошо. Ну а теперь, когда все прояснилось, – резко заявила миссис Прит, – нам, вероятно, следует обсудить перспективы на следующий год, поскольку Мэди, скорее всего, придется провести в старшей школе еще один семестр.

По пути к машине отец хранил молчание. Когда Мэди забралась внутрь, ее сердце так колотилось, что его удары грохотом отдавались в ушах. Чарльз присоединился к ней через пару секунд.

Хлопнула дверца.

Прошла минута. Потом две. Ничего. Отец смотрел в окно на шелестящую листву, на солнечные блики на машинах. Он тяжело дышал, а на щеках цвели красные пятна.

– Пап, пожалуйста, скажи что-нибудь.

Он оглянулся.

– Например?

Губы его побледнели, а пальцы судорожно впились в руль.

– Ну, не знаю. Что-нибудь… хоть что. Пожалуйста.

– Я не могу, Мэди, я… – голос отца прервался.

– Что?

– Я поверить не могу, что ты меня обманывала.

Он говорил отстраненно.

– Моя собственная дочь. Ты…

Он казался таким сломленным, что на секунду у Мэди пропал дар речи.

– Я не обманывала.

Отец отпустил руль и сжал пальцами переносицу.

– Боже… о чем ты думала?

– Но я не знала…

– Вот именно. Мэди, ты не окончишь школу, если не сдашь этот предмет. Ты мне солгала.

– Я не лгала. Я просто не рассказывала тебе.

– Но почему?

Его голос впервые набрал силу.

– Почему ты не пришла ко мне? Ты не сказала мне ни слова.

– Потому что я справляюсь.

– Справляешься? Ты на грани вылета из школы.

Он потянулся к руке Мэди, до боли сжав ее ладонь.

– В последнее время я беспокоился только о Саре, а нужно было подумать и о тебе.

– Все в порядке, пап.

Он отпустил ее руку.

– Совсем нет. Я просто… Я плохо справляюсь с тем, что на нас свалилось в последнее время.

– Прости, пап.

Мэди подтянула колени к груди и обняла их руками, как только отец завел машину.

– Твоя мать будет в ярости, когда узнает об этом.

– Но ведь я не обманывала. Просто не рассказывала тебе.

Отец не обратил внимания на это объяснение. Он закинул руку на спинку ее сиденья и обернулся, чтобы убедиться, что они могут без препятствий выехать со стоянки.

– Мне никогда еще не было так неловко, как сегодня. Сидеть там и узнавать обо всем из вторых рук.

Их взгляды встретились.

– Ох, Мэди, если бы ты только рассказала мне все сразу. Ведь так вышло намного хуже.

– Прости меня, папа. Я должна была рассказать, но…

– Тебе необходимо лучше контролировать ситуацию.

– Ты о чем?

– Мы все договаривались сохранять баланс в семье. И ты в том числе.

– Но я…

– Я сменю пароль от вай-фая, как только мы вернемся домой. Ты сможешь использовать Интернет только для учебы – я буду вводить пароль каждый раз, когда тебе нужно будет отправить свои работы. И никаких развлечений в Сети, пока миссис Прит не сообщит мне, что ты сдала этот предмет.

– Но ты не можешь просто взять и отключить мне вай-фай. Это нечестно!

Он тронул машину с места и выехал на тихую улицу.

– Извини. Но я могу и сделаю.

Мэди трясущимися руками взяла телефон. Ей нужно было написать сообщение, но дрожащие пальцы нажимали не те буквы.

Автозамена только ухудшила дело.

– Черт!

Она удалила сообщение и отшвырнула телефон. Лэптоп лежал на кровати, но пароль от вай-фая сменился, как только они вернулись. Сара поспорила с отцом из-за этого, но даже она не смогла его переубедить. Можно, разумеется, писать СМС и пользоваться интернетом в кофейне или торговом центре, но мобильный интернет можно было использовать редко и недолго, иначе кончался трафик. Доступ Мэди к Сети был серьезно ограничен!

К радости Мэди, их соседи поставили на свой вай-фай простейший пароль из всех возможных – «Шалун», в честь их косоглазого шпица. Когда Мэди устроилась в дальнем углу своей спальни, забравшись под подоконник, ее телефон поймал слабый сигнал.

Она ввела соседский код и стала ждать. Спустя секунду телефон установил очень нестабильное соединение с Интернетом и в ее ленте появился новый пост.

У нее вырвался раздраженный смешок.

А разве не так?

Борясь с очередной волной слез, Мэди закрыла ленту, а затем нажала ЗВОНОК вместо СООБЩЕНИЯ и стала ждать, пока установится соединение. Прозвучало три гудка. Она уже решила, что ее переадресуют на голосовую почту – разве кто-нибудь отвечает на звонки в наше время? – когда вместо гудков послышался голос Лорана.

– Алло?

По телефону его голос звучал сонно, и Мэди тут же с беспокойством подумала, что разбудила его.

– Привет, Лоран, – прохрипела она. – Есть минутка поболтать?

– Мэди? Это ты?

Она сглотнула комок в горле.

– Ага. Это я.

– Ты… звонишь.

Прозвучало это так, словно он внезапно обнаружил, что небо стало розовым.

– Ты не против?

– Абсолютно. Я просто… не ожидал звонка. Такое ощущение, что ты заболела.

Мэди закрыла глаза, пристроив голову на колени и сосредоточившись на звуке его голоса.

– Не заболела.

Она шмыгнула носом.

– Плачу.

– О, minette, но почему?

Она попыталась ответить, но вместо слов вырвался всхлип. Мэди пошарила по комоду в поисках платочков.

– Я ужасно влипла.

– Дело в проекте по английскому? Ты же знаешь, я помогу всем чем смогу.

– Да, дело и в английском, но не только в нем.

Из груди вырвался еще один громкий всхлип.

– В школу поступило сообщение, что я плагиаторствовала. Все мои работы пересматриваются.

– Плагиа…

Она услышала, как Лоран отодвинул телефон, и все звуки смазались.

– Мне надо посмотреть…

– Значит, в школе считают, что я мошенничала! – выкрикнула она, сердито вытирая слезы. – Я должна выпуститься. О боже, я не знаю, что делать!

– А повтори, какие варианты задания тебе предложили?

Мэди потянулась к своему отключенному лэптопу, но тут же уронила руку.

– Первый – короткий рассказ.

– Вроде звучит неплохо.

– Может быть, будь у меня хоть какая-то творческая жилка.

– Я считаю тебя очень творческой личностью.

– Не в том смысле, – возразила Мэди. – К тому же это длинный короткий рассказ. А у меня ни одной идеи в данный момент.

– Ясно. Другие варианты?

– Новый блог.

– Ты отличный блогер! Выбирай этот вариант.

– Не могу, – сказала Мэди. – Аноним, обвинивший меня в плагиате, определенно нацелился на МэдЛиб сайт.

– Ты могла бы создать новый сайт.

– Могла бы, если бы отец не отрубил мне вай-фай до тех пор, пока я не закончу этот тупой проект. А для создания сайта мне необходим Интернет. А еще мне нужно присматривать за Сарой, поэтому я не могу целыми днями просиживать в кофейне на халявном вай-фае. Боже, такое ощущение, что я оказалась в одном из фильмов Джона Хьюза. Не хватает только появления Молли Рингвальд с жалобами на игнорирующих ее родителей.

Она раздраженно фыркнула.

– Было бы здорово, если бы мои родители игнорировали меня!

Лоран расхохотался.

– О, Мэди, тебя невозможно игнорировать. Ты слишком громкая.

И в первый раз после отцовской отповеди в машине Мэди улыбнулась.

– Спасибо.

– Итак, каков вариант номер три?

– Цикл публицистических статей. Но я не могу придумать тему.

– А четыре?

– Видеодневник из нескольких частей.

– Вот оно! – обрадовался Лоран.

– Что? Почему?

– Ты просто будешь делать то же, что делала после «Метрографа» тем вечером.

Последовала долгая пауза, пока Мэди напрягала память. Что она еще делала тем вечером, кроме того что крутилась вокруг Лорана и боролась с неловкостью?

– Я не помню…

– Ты на ходу комментировала «Бегущего по лезвию», – напомнил Лоран. – Говорила о фильме, а потом о своей семье и школе. Ты очень естественно себя ведешь перед слушателями. Ты забавная и остроумная. Влог – отличный вариант!

Мэди покусала нижнюю губу. Возможно, идея была не такой уж сумасшедшей.

– Ну, не знаю. Перед камерой все по-другому.

Лоран хихикнул.

– А ты представь, что камеры нет.

– Но…

– Я тебе помогу.

Мэди застонала.

– Я ненавижу быть в кадре. Мне даже фотографироваться не нравится.

– Но ты уже звезда Интернета. Какая разница, если люди увидят тебя?

– Для меня есть разница.

– А…

Она зажмурила глаза, мечтая вернуться в тот день, когда они гуляли у развалин. Воспоминание о том, как Лоран примостился на бордюре с камерой в руке, вспыхнуло в мозге.

– Ты серьезно готов помочь мне? Потому что мне потребуется оператор.

– Конечно готов.

Телефон сдвинулся.

– Подожди секунду. Хорошо?

Стал слышен шум работающего где-то в отдалении телевизора, а следом звук закрывшейся двери. Пару секунд стояла тишина, затем вернулся голос Лорана.

– Ты еще тут?

– Угу.

– Итак, о чем бы ты хотела снять влог?

Еще одна проблема.

– Я… эм-м… я…

Внезапно в голове возник ответ.

– Как насчет того, чтобы я как-нибудь приехала в город на выходные и описала свою поездку?

– Потрясающе! Съемку я могу взять на себя.

– Спасибо тебе. Я очень ценю это, Лоран.

– Без проблем. Кроме того, в городе столько мест, куда нам необходимо сходить.

Мэди удивленно распахнула глаза.

– Э?

– В смысле, фото, конечно, хорошо, но кое-что тебе лучше показать вживую, понимаешь?

Мэди кивнула сама себе.

– Да, понимаю.

– Итак, решай, когда ты сможешь приехать, – подвел итог Лоран. – Ты говоришь – я снимаю. Выйдет здорово, Мэди. По-настоящему здорово.

Она усмехнулась.

– Думаешь, мы с тобой команда?

Лоран хихикнул.

– Я знаю.

– Ага. Может, так и выйдет.

И впервые Мэди почувствовала, что все эти неприятности могут привести к чему-то хорошему.

Мэди лежала на незастеленной кровати, набрасывая черновой план влога, когда в дверь постучала Сара.

– Сейчас я занята, – сказала Мэди.

– Папа говорит, пора обедать.

– Скажи, что я не голодна.

Мэди думала, что Сара спустится вниз, но она не ушла. Стук раздался снова.

– Что?! – выкрикнула Мэди, нажимая СОХРАНИТЬ.

– Я хочу, чтобы ты спустилась.

Мэди закрыла лэптоп и уткнулась лицом в покрывало.

– Зачем? – Ее голос звучал приглушенно.

– Потому что мы всегда едим вместе.

Мэди застонала и перекатилась на спину, уставившись в потолок. Ей столько нужно было сделать прямо сейчас – и расписание Сары совсем этому не способствовало.

– Я думаю, вы справитесь с обедом без меня. Мне нужно сделать кучу домашних заданий.

Она закрыла глаза.

– И мне совсем не хочется сейчас встречаться с отцом.

Она услышала, как открылась дверь и Сара зашла в комнату. Шаги приблизились к кровати. Мэди открыла один глаз и увидела, что Сара стоит над ней, сосредоточенно нахмурившись.

– Что? – проворчала Мэди.

– Почему ты злишься на меня?

Мэди приподнялась на локтях.

– Я не злюсь на тебя, Сара. Я злюсь на все то дерьмо, что творится в моей жизни.

– Ты о звонке по поводу выпуска?

– Оказалось, не по этому поводу, – сказала Мэди. – В школе возникла дурацкая проблема.

– Что за проблема?

– Мне придется переделать проект по английскому.

– Почему?

– Потому что мой последний проект не подходит.

Сестра открыла рот, чтобы задать следующий вопрос, поэтому Мэди пустилась в объяснения.

– Возникли трудности с МэдЛиб сайтом. Он не отвечал требованиям к проекту. Я нарушила правила, а ведь миссис Прит обожает свои дурацкие правила. Потому-то мне и придется его переделывать.

– О!

Сара нахмурилась еще сильнее.

– А ты разве не читала инструкцию по работе над проектом, прежде чем начала вести блог? Всегда следует ознакомиться с правилами до того, как…

– Да, читала! Нет, об этом правиле я не знала.

– О…

Спустя секунду Сара произнесла:

– Прости, что отвлекаю тебя.

Чувство вины пробилось сквозь раздражение Мэди.

– Подожди, Сара. Я иду, уже иду.

Она слезла с кровати.

– Вот такой у меня был ужасный день, – пожаловалась она сестре. – А как прошел твой?

Сара остановилась в дверях.

– Неплохо, – ответила она. – Робби спросил, не хочу ли я сходить в кино.

Мэди распахнула глаза от удивления.

– Правда?

– Ага, они идут с его другом, Гевином.

– С Гевином?

– Черноволосый. Мрачный, – объяснила Сара, направляясь к лестнице. – Вообще-то, скорее всего, Гевин хотел, чтобы с нами пошла ты.

– Ха. Это… странно. И?

– Что и?

– Ты пойдешь с ними?

Сара обернулась к ней, остановившись на полпути.

– Нет. Робби позвал меня в кино только потому, что ему нравишься ты. Я понятия не имею, что нужно Гевину. Я думала, он всех ненавидит.

– И я так думала.

Сестра пожала плечами, направившись в кухню.

– В любом случае это неважно. Мне совсем не хочется идти с ними в кино.

– Почему?

– Мне больше нравится пересматривать фильмы с тобой.

Если Мэди что и ценила в своем отце, так это его способность забывать обиды. За столом он поддерживал непринужденный разговор, хотя Мэди отвечала ему сквозь зубы.

– Это не конец света, – заявил он.

– Но похоже.

– Гарантирую, что это не он.

– Хм…

– Поверь мне.

Отец усмехнулся.

– Когда там у тебя первая налоговая проверка? Вот это повод для паники.

– Спасибо, пап, но от этого не легче.

Планирование нового проекта по английскому отняло у нее целую кучу времени. Ближе к полуночи Мэди собралась вниз, чтобы перекусить. Спускаясь по лестнице, она услышала голоса. Отец был в Cети, разговаривая по скайпу с мамой, и их голоса в темноте становились то громче, то тише. Она присела на ступеньку, чтобы послушать.

– Она не сказала нам потому, что решила справиться сама, – говорил отец. – Это показатель силы Мэди, а не кажущейся слабости.

– Но ведь она не закончит школу! Боже, Чарльз! Что подумают люди?

– Пусть думают что хотят. А добавочный семестр – это пока только один из вариантов. Мэди делает новый проект вместо того, который не приняли. Работы очень много, согласен. Но речь только об одном проекте. Я уверен, что она справится.

– Уж пусть постарается.

– Постарается. Мы должны доверять ей, Джулия. Ей нужна наша поддержка, а не осуждение.

Мэди на цыпочках поднялась по лестнице, чувствуя, как перехватило горло.

К следующему утру Мэди с отцом заключили перемирие. Всю следующую неделю она работала над сценарием своего влога о Нью-Йорке, но чем больше писала, тем сложнее все выглядело. Ей нужно было побывать в городе, пропустить его энергию через себя. Ей нужны были ощущения. Чувства. В полном расстройстве она дошла до вокзала и взяла билет на ближайшие выходные. Пришло время взглянуть в глаза своим страхам, перестать планировать и начать снимать.

Она взглянула на билет и улыбнулась. Выходные с Лораном в Нью-Йорке… Пожалуй, в данной ситуации это был единственный светлый момент.

Оставив тете Лизе голосовое сообщение по поводу пятницы – о времени прибытия и отъезда, – Мэди отправилась в школу, чтобы забрать сестру. Коридоры Милбернской академии, к радости Мэди, оказались абсолютно пусты – она не была уверена, что сможет выносить присутствие повернутой на правилах миссис Прит дольше минуты. По пути домой она дважды доставала телефон, но новых сообщений от Лорана не было. Отрезанная от своей виртуальной жизни на МэдЛиб, Мэди нервничала больше обычного. Поэтому, запихав в духовку замороженную лазанью, она тут же отправилась в свою комнату и заняла полюбившийся уголок под подоконником.

Она как раз проверяла почту, тайком поймав слабый сигнал соседского вай-фая, когда пришло сообщение.

– Ах ты, маленький засранец! – Вспыхнув от гнева, Мэди мгновенно набрала ответ.

Как только она проверила остальные входящие, появилось новое сообщение. Мэди просмотрела его, яростно сжав телефон.

– Меня от тебя уже тошнит, – пробормотала Мэди, набирая ответ. – ПОШЕЛ! ВОН!

Она как раз читала медленно загружающуюся страницу о блокировании всех адресов с определенного сервера, когда пришло следующее сообщение. Она выругалась про себя и открыла его.

– Тупые тролли пытаются флеймить мой блог. – Тут она шокированно замолчала.

– О боже, – простонала Мэди. Это был уже не флейминг, а доксинг. Тролль каким-то образом получил доступ к ее личным данным. Если он раскроет ее, в эту историю окажется втянута ее семья. Но, помимо беспокойства о карьере отца, Мэди внезапно охватил панический страх. Что если он придет сюда? Одна только мысль об этом вызывала ужас.

Чувствуя, как сердце колотится где-то в горле, она быстро сочинила короткий ответ и отправила прежде, чем поняла, что написала.

Она перешла на вкладку сайта поддержки в поисках информации о блокировке сервера.

– Давай… давай!

Новое сообщение пришло в тот момент, когда она закончила перенастраивать разрешения на своем почтовом ящике.

Перепугавшись, Мэди удалила письмо, а затем выполнила все указания по блокировке сервера. Через пару секунд настройки почтового ящика изменились. На экране появился автоответ – цепляясь к пришедшим сообщениям, он вместе с ними отправлялся обратно еще до того, как они попадали в ее почтовый ящик.

Зажав телефон в руке, Мэди ждала, когда перестанут приходить новые сообщения.

Кем бы ни был тролль, на этот раз он отступил.

– Все закончилось… – произнесла она дрожащим голосом, хотя на самом деле знала, что это совсем не так.

Сара стояла в дверях, глядя, как собирается Мэди.

– Не могу поверить, что ты уезжаешь, – мрачно заявила она.

Мэди замерла с парой наполовину сложенных джинсов в руках: – Я еду в Нью-Йорк, Сара, не на Марс.

Она пристроила брюки поверх растущей стопки.

– Я вернусь в воскресенье.

– Ты же всегда говорила, что не уедешь.

Мэди застонала.

– Только на выходные, не навсегда.

– Мне это не нравится.

Мэди бросила наполовину собранную сумку и подошла к сестре.

– Мне нужно закончить проект. Его тема – Нью-Йорк. Выбора нет. Понятно?

– Ты уверена, что это все не из-за того парня? Того, который живет в Нью-Йорке.

Мэди вздохнула.

– Лоран помогает мне со съемкой, но поездка не к нему.

– А что если мне захочется поговорить с тобой, когда ты уедешь?

– Тогда позвони или напиши, – предложила сестре Мэди. – Я отвечу.

Сара нахмурилась.

– Это не одно и то же.

– Нет, но довольно близко.

Мэди кивнула в сторону коридора.

– Выйди.

– Куда?

– Выйди в коридор.

Она вытолкнула сестру из комнаты.

– Я прямо за дверью, хорошо?

– Ладно.

Мэди закрыла дверь и медленно повернула ключ в замке.

– Ты же меня слышишь, правда?

– Конечно, слышу, – раздраженно ответила Сара.

– Хорошо. Телефон с собой?

– Ага.

– Теперь представь, что я в Нью-Йорке.

Дверная ручка затряслась.

– Мэди?

Она не стала отвечать.

– Мэди?!

Сара затрясла ручку сильнее.

– МЭДИ! Открывай! Мне это не нравится!

Мэди вытащила телефон и быстро набрала сообщение.

– Тогда впусти меня!

В голосе Сары росло беспокойство.

– Зачем ты закрыла дверь?

Мэди набрала еще один ответ, надеясь, что он придет раньше отца.

– Почему я не могу просто с тобой поговорить?

Голос сестры дрожал, выдавая близкие слезы.

– Но ты в своей комнате и…

Голос сестры затих на полуслове. Через пару секунд телефон Мэди зажжужал.

Отец Мэди стоял в зале ожидания, крепко сжимая ее плечо. Сара замерла в двух шагах от него.

– И если тебе что-то понадобится, – говорил он, – звони тете Лизе, она разберется.

– Я это знаю, пап.

– Всегда держи в кармане двадцатку. Не в кошельке, а в кармане. Даже если потеряешь что-то одно, второе останется.

– Я знаю, пап.

– И никуда не ходи одна. Даже днем. Сейчас в Нью-Йорке намного безопаснее, чем раньше, но ты еще подросток, а это большой город. Всякое случается.

Мэди застонала.

– Пап, мне восемнадцать. Я знаю, как позаботиться о себе, я туда уже раз десять ездила.

– Раньше ты никогда не оставалась на ночь одна.

– Я и не буду одна. Я буду или с Лораном, или с Лизой – гиперопека с обеих сторон.

– Просто пообещай, что будешь осторожна.

– Я буду осторожна, – Мэди вздохнула.

– И позвонишь мне, когда приедешь…

– И сообщу, куда я иду, с кем и когда вернусь.

Мэди потянулась и обняла отца.

– Я все это знаю, пап. Не нужно об этом беспокоиться.

Она отступила и увидела, что отец хмурится.

– Я соглашаюсь на это только из-за звонка мисс Родригес, – сказал он. – И все равно беспокоюсь о тебе.

– Знаю.

– Такой проверки у тебя еще не было, – заявил отец. – Ты едешь, снимаешь все что нужно, ночуешь у Лизы и возвращаешься в воскресенье утром.

– Я знаю, пап.

На лице отца отразилось что-то не поддающееся расшифровке, а затем он прокашлялся.

– Ну, ладно. Попрощайся с Сарой и иди.

Мэди оглянулась и заметила, что сестра наблюдает за ней. Встретив взгляд Мэди, Сара наморщила лоб.

– Я вернусь в воскресенье, – ответила Мэди, прежде чем сестра успела задать вопрос. – Можешь звонить и писать мне в любое время. Я буду рассказывать тебе, что делаю.

Она усмехнулась.

– Могу даже фото присылать, если хочешь.

Сара кивнула.

– Я вернусь, – повторила Мэди.

Сестра не ответила.

– Правда. Я обещаю!

Сара вздохнула.

– Ладно.

Мэди крепко обняла ее. И как обычно, Сара начала вырываться, как только Мэди досчитала до трех. Она не разжала рук, просто зарылась лицом в волосы Сары и глубоко вздохнула. Иногда Сара казалась ей неподъемным грузом, привязанным к ее ногам, а иногда ей так хотелось защитить сестру, что страшно было отойти даже на шаг. Сейчас именно так и было.

– Мэди, – проворчала Сара, подняв руки, чтобы выскользнуть из объятий сестры.

– Знаю, знаю.

Мэди, рассмеявшись, разжала руки.

– Тебе пора садиться в поезд. – Отец поднял ее рюкзак. – И не забудь положить двадцатку в карман, даже…

– Я знаю, пап. Перестань беспокоиться.

– Угу.

– Я тоже буду скучать по тебе, – сказала Мэди, закинув рюкзак на плечо и направляясь к вагону.

Она села у окна, глядя, как фигуры отца и сестры становились все меньше и меньше, а затем исчезали вдали. Ее улыбка угасла, а когда она представила мать за тысячи миль отсюда, возникло чувство легкой досады. Неужели мама чувствовала то же самое, уезжая от них?

Мэди заметила Лорана в ту же секунду, как вошла в здание вокзала. С таким ростом не заметить его было сложно. Он смотрел поверх толпы, и Мэди широко улыбнулась, тайком наблюдая за ним. Его подтянутая мускулистая фигура наводила на мысли о серьезных занятиях атлетикой, но отросшие волосы и замысловатая татуировка на руке сводили на нет весь образ звезды спорта. Лоран был горяч.

– Чертовски горяч, – пробормотала Мэди, закидывая рюкзак на плечо.

Вытянув шею, Лоран внимательно посмотрел в одну сторону, затем в другую. Казалось, его мало заботит, какое впечатление он производит на людей, но пока он прокладывал путь через толпу, Мэди заметила, что многие женщины разного возраста оценивающе поглядывают на него. Он провел рукой по волосам, заправляя их за ухо. Как только их взгляды встретились, на его лице расцвела широкая улыбка.

– Мэди!

Он энергично замахал рукой.

– Я боялся, что пропустил тебя!

Мэди нырнула в беспорядочно движущуюся толпу, и Лоран исчез из виду сразу же, как только ее подхватила волна незнакомцев. Именно за это Мэди иногда ненавидела свой рост. Она стояла на цыпочках, пытаясь что-нибудь разглядеть поверх целого моря плеч, пока не заметила Лорана. Он, по-прежнему улыбаясь, направлялся прямо к ней. Мэди протолкалась через последнюю кучку людей и уткнулась в грудь Лорана.

– Вот и ты, – сказал он и наклонился, чтобы обнять ее.

– Поезд задержался и я… стой! Уаа! Боже мой, что ты творишь?!

Мэди залилась звонким смехом, когда Лоран поднял ее на руки. Он прижал ее к груди, и их поза напомнила ей сцену с поддержкой в воде из «Грязных танцев». Все было так потрясающе и в то же время нелепо, что она с трудом могла в это поверить. Ее смех стих, когда он позволил ей соскользнуть ниже и они оказались лицом к лицу. Словно сцена из фильма, снова подумалось Мэди. Единственное, что он пропустил…

Лоран наклонился и поцеловал ее.

Толпа испарилась. Звуки исчезли. Время замерло. Мэди обвила руками плечи Лорана, чувствуя, как его губы сминают ее рот, а руки легко, словно перышко, удерживают ее на весу. Наконец он перестал ее целовать и опустил на землю, скользнув ладонями по ее плечам. Она ослепительно ему улыбнулась.

– И тебе привет.

– Помочь тебе с сумкой?

– Я справляюсь, – заверила она, вспыхнув. (Неужели все на них пялились? Похоже на то.) – Сумка легкая.

– Готова идти?

– Сначала нужно отписаться отцу.

– Точно не отдашь мне сумку? – спросил Лоран. – Я хочу помочь.

– Все в порядке, – повторила она, перекидывая рюкзак на другое плечо. – Просто дай мне секундочку.

Она вытащила телефон из кармана и одной рукой быстро набрала сообщение.

На экране телефона появилось новое сообщение, и Мэди застонала – папа, как всегда, вел себя как курица-наседка в самый неподходящий момент.

Волна жара добралась по шее до лица, и Мэди сунула телефон в карман. Она почувствовала, как он завибрировал, но не стала отвечать.

– Все в порядке? – спросил Лоран.

Мэди потянулась и коснулась его руки.

– Просто идеально.

– Я подумал, нам стоит начать с кофе.

Он заботливо обернулся.

– Если ты не против.

– Я всеми руками за. Это было бы замечательно.

И с мечтой о кофе в голове, рюкзаком за спиной и Лораном рядом Мэди окунулась в свое нью-йоркское приключение.

Мэди сидела за столиком кофейни, положив телефон рядом с собой, и пыталась выйти на свой сайт, используя бесплатный вай-фай. Кафе было меньше, чем казалось на фото Лорана в Снэпсиде, но выглядело уютным. Стойки из дерева теплых тонов отлично сочетались с кирпичными стенами без отделки. Из динамиков доносились звуки джаза.

На другом конце кофейни Лоран у стойки ждал заказ. Когда телефон Мэди наконец-то установил соединение с Cетью, она подняла глаза и обнаружила, что он смотрит на нее.

– Еще секунду, – одними губами произнес он.

Мэди кивнула, обводя его взглядом. Если вся ее жизнь превратилась в фильм из восьмидесятых, то Лорану отлично удавалась роль романтического героя. Он на полголовы возвышался над самым рослым парнем в кафе, а откидывая волосы, становился похож на модель из рекламы шампуня. Ну, если он пробуется на роль сердцееда, она, безусловно, ему подходит.

Мэди усмехнулась и снова посмотрела на экран телефона. МэдЛиб загружался целую вечность.

– Первенца за приличный вай-фай, – простонала она.

Прямо у нее на глазах URL-адрес[50] страницы внезапно изменился. Мэди удивленно моргнула, а затем нажала НАЗАД. МэдЛиб снова стал загружаться, а затем на странице опять открылся совсем другой сайт. Она посмотрела на адресную строку, перепроверив правильность введенного адреса. МэдЛиб. Снова сбой. Она озадаченно смотрела, как на экране появляется череда жутких картинок, а затем изображение обнаженного мужского тела.

– Что за черт?

Позади нее кто-то хихикнул. Она повернулась и увидела парня, сидящего за столиком у двери. Он смеялся, глядя на экран своего телефона и прикрыв рот рукой. Его лицо было практически неразличимо из-за падающих на глаза прядей смоляных волос и глубокого капюшона. Телефон Мэди зажужжал, и она взглянула на экран, где еще три картинки одна непристойнее другой появились на выскочившем сайте.

– Вот дерьмо!

На этот раз смешок подростка был явно различим. Она вздернула подбородок вверх. Кто, черт возьми, это такой?! Она отодвинула кресло от столика. Не может же он быть троллем?! Мысль была такой странной и такой неожиданной, что у Мэди перехватило дыхание. Она уставилась на безымянного парня, но его взгляд уперся в телефон. Он закудахтал от смеха.

– Кто, ради всего…?

Это точно тролль, поняла Мэди. Должен быть он! Ей нужно позвонить в полицию. С бешено колотящимся сердцем она представила, что скажет. Некий тролль нападал на нее в Интернете. Затем последовал за ней в Нью-Йорк. Он хочет разрушить ее жизнь – ее реальную жизнь! Все это выльется в многочасовые допросы с привлечением ее отца. Не останется времени побыть с Лораном.

Как только Мэди задумалась над перспективами, в душу закрался червячок сомнения. Чем она сможет доказать, что это тролль, кроме интуитивного ощущения, что парень в капюшоне ей смутно знаком? Тем, что он взломал ее сайт? Звучит нелепо. Может, так и есть. Она прищурилась, пытаясь получше разглядеть лицо парня. В нем было что-то раздражающе знакомое.

В памяти мелькнул коридор Милбернской академии. В один из дней, когда я забирала Сару из школы, я видела черноволосого подростка, который…

– Это Гевин!

Мэди поднялась на трясущихся ногах. Ей необходимо было убедиться наверняка. Не успела она сделать и пары шагов, как черноволосый подросток резко вскочил и вылетел за дверь, оставив ее стоять в одиночестве. Пальцы Мэди дрожали, сжимая телефон, пока она наблюдала, как он идет по улице. Теперь он казался намного меньше похожим на Гевина, чем раньше. Может, это все-таки был не он?

– Все в порядке? – спросил Лоран.

Мэди пискнула и упала в кресло, поворачивая телефон со взломанным сайтом экраном вниз. Ее лицо пылало, когда она нажимала кнопку ПИТАНИЕ, чтобы отключить телефон. Что Лоран успел увидеть? Когда она доберется до тети Лизы, нужно будет проверить настройки безопасности ее сайта и выяснить, кто мог взломать URL МэдЛиб. Есть пара хитростей, которые помогут отразить любую атаку извне.

– Мэди…?

– Все хорошо, – сказала она с нервным смешком. – Просто кое-какие проблемы с сайтом. И все.

– Могу я чем-нибудь помочь?

– Да нет, все в порядке. Я все настрою вечером.

Она бросила взгляд из окна кафе. Подросток пропал.

– Ах!

Лоран поставил перед ней чашку. Аромат кофе достиг ее ноздрей, и она сделала глубокий вдох, моментально забыв о телефоне.

– Это для тебя.

Мэди отбросила беспокойство, вызванное появлением черноволосого незнакомца. Подумаю об этом позже. Она опустила взгляд на детально прорисованный лотос в своей кофейной чашке и улыбнулась.

– Вау! Спасибо.

– Бариста сказала, что ты прелесть, – добавил он, скользнув в кресло напротив нее. – А еще она считает – здорово, что я пришел на свидание с реальной девушкой, а не просто сижу здесь в одиночестве с жалким видом.

Мэди хихикнула и глянула на стойку. Молодой мужчина и женщина средних лет, устроившая подбородок на сложенных руках, смотрели на них с явным интересом. Мэди повернулась к Лорану и понизила голос.

– Итак, ты приводишь сюда всех своих девушек?

– Всех?

Она ухмыльнулась.

– Я думаю, что ты очень популярен, Лоран. К примеру, те двое, – она кивнула головой в направлении стойки, – просто глаз с тебя не сводят.

– Не то чтобы очень…

Он рассмеялся.

– Что это значит?

– Давай остановимся на том, что всякие там знакомства и ухаживания – это не мое.

Мэди расплылась в улыбке.

– Так, кажется, это и есть то, что я хочу услышать.

Он застонал, и Мэди пересела ближе вместе с креслом.

– Ну же, Лоран. Я хочу услышать всю историю.

Он скрестил руки на груди.

– Нечего рассказывать.

– Неправда.

Сморщившись, он закинул руку на шею.

– Нет, не могу.

– Давай, Лоран. Я рассказала тебе кучу смущающих меня вещей.

– Ладно…

Он вздохнул.

– Правда в том, что я не умею вести себя с женщинами.

– Правда?

– Я в этом безнадежен.

– Это не так! Ты потрясающий.

Она пожалела о своих словах, как только они вылетели изо рта. Улыбка Лорана становилась все шире, пока не осветила все лицо.

– Думаешь?

– Ну да, – сухо подтвердила Мэди. – И тут не над чем думать. Это очевидно.

– Не всем. Но я рад, что ты меня разглядела.

– Э-м… ага…

По улице тек неиссякающий людской поток. Мэди задумалась, есть ли кто-нибудь настолько же не способный держать язык за зубами, как она. Если бы за болтливость давали Оскара, он бы уже стоял в ее спальне.

– Однако, – начала она, стараясь преодолеть неловкость, – я помню, что ты общался со мной и с другими девушками на МэдЛиб. Было совсем не похоже, что ты чего-то там не умеешь.

Она подняла глаза и увидела, что он улыбается, но не той широкой улыбкой, что сияла во все лицо. Эта была нежнее. Казалось, она предназначена только Мэди, и та не могла удержаться от ответной улыбки.

– Так было потому, что они меня особо не волновали.

– Что ты имеешь в виду?

Он качнул головой.

– Легко разговаривать с людьми, если ты не волнуешься. Если тебя не заботит, что они подумают. Все мэдлибберы были такими же, как и я.

Он вздохнул.

– Как только я начинаю переживать по поводу своего несоответствия, я замолкаю.

– А о чем тебе беспокоиться?

– Я типичный ботан.

– Типичный? – переспросила Мэди. – Не думаю, что это возможно. Ботанство как знак отличия в Сети.

– Ну, и да, и нет. Знаешь, потому-то я и узнал про твой блог. Как-то в прошлом году ты делала целую серию обзоров ретрокомиксов.

Он опустил глаза.

– У меня… э… легкая зависимость от комиксов.

– Понятия об этом не имела, – заявила Мэди, усмехаясь.

– Не та вещь, о которой я сообщаю на первом свидании.

– Сколько?

– Сколько чего?

– Сколько у тебя журналов с комиксами?

Лоран неловко шевельнулся в своем кресле.

– Не знаю, стоит ли тебе говорить.

– Ну пожалуйста.

– Думаю, не стоит.

– Ой, да ладно! – сказала Мэди со смехом. – Ты должен мне сказать.

– Ты решишь, что я чокнутый.

– Вряд ли! Ты же не вяжешь свитеры из пушка в пупке и не хранишь обрезки ногтей в горшочке.

Лицо Лорана вытянулось от изумления.

– Это… отвратительно.

– Видишь? Всякое встречается в Интернете. По сравнению с этим ты абсолютно нормален.

– Ладно, – вздохнул он. – У меня около двух тысяч экземпляров. Приблизительно сотня графических новелл, некоторые с автографами. Бóльшую часть я читал, но есть несколько первоизданий, упакованных в пластик.

Он скривился.

– Это ненормально, да?

Она улыбнулась так широко, что стало больно щекам.

– Нет, Лоран. Совсем нет.

Он опустил голову, старательно размешивая сахар в своем капучино.

– Значит, ты король ботанов, а?

Мэди поднесла чашку к губам, сделала глоток: – Вышло так, что мне это нравится. Тебе интересно все, о чем мы делаем обзоры. Я считаю, что с тобой очень легко разговаривать.

– Да, но мне тяжело заводить новые знакомства вне фанатских сообществ. Те несколько людей, с кем я общаюсь, принадлежат к этой же культуре. Друзья, с которыми я познакомился на комиконах.

– Но ты ведь разговаривал со мной.

– Сначала на сайте, потом по скайпу, а позже – на встрече с мэдлибберами. Плюс, я сам тебя пригласил, поэтому когда я шел тебя встречать, это вроде как… – он нервно крутил в руках ложечку, постукивая ею по столу, – …подтолкнуло меня.

– А затем фейерверк, так? – пошутила Мэди.

Но Лоран не засмеялся. Его рука скользнула вперед, и он поймал ее ладонь, крепко сжав.

– Да, minette. По крайней мере для меня.

И Мэди не нашлась, что ответить на это.

Суббота принесла еще больше радости. Когда они свернули на тихую боковую улочку, Лоран настоял на том, чтобы Мэди закрыла глаза и позволила себя вести. Плотно зажмурив веки, она слепо ковыляла вперед.

– Куда ты меня ведешь?

Она вздрогнула, когда губы Лорана скользнули по ее уху.

– Просто доверься мне. Хорошо?

Его пальцы крепче сжали ее ладонь.

– Почти на месте.

– Ладно.

На последних минутах Лоран забрал у нее рюкзак, одной рукой держа руку Мэди, а вторую пристроив ей на талию. Она не знала, куда они пришли, но чувствовала запах цемента, плесени и упадка. В последние секунды звуки города отдалились, а красноватый свет солнца под веками сменила темнота.

– Ты же знаешь, что я не люблю страшных фильмов, правда? Никаких ужастиков в моей ленте. Никаких троллей в пещере.

Она вздрогнула.

– Определенно никаких троллей.

Лоран засмеялся.

– Все будет хорошо, Мэди. Я обещаю!

Его спина соприкоснулась с ее щекой, и он понизил голос.

– Еще чуть подальше. Вот. Сделай шаг назад. Не отпускай мою руку. Это ты определенно захочешь включить в свой ролик о Нью-Йорке.

– Ну, если ты так уверен… в смысле, я даже не знаю, где…

Мэди споткнулась, но Лоран поймал ее и помог восстановить равновесие, окутав легким запахом одеколона.

– И еще один шаг, – сказал он. – Чуть-чуть левее. Ага, теперь почти пришли. Держись.

Он положил руки на плечи Мэди, слегка развернув ее, а когда отпустил, Мэди в страхе подняла руки, но он тут же вернулся к ней.

– Готова?

Мэди кивнула.

– Открывай глаза.

Ее ресницы дрогнули, поднимаясь, и она обнаружила, что они внутри разрушенного здания. Это был кирпичный, предположительно жилой дом, но пожар, случившийся, похоже, около года назад, опустошил его изнутри. Теперь от дома осталась только квадратная коробка, похожая на огромную трех– или четырехэтажную печную трубу, с обгоревшими балками и останками лестницы у одной из стен. Пол под их ногами был разбитый и неровный, но сравнительно крепкий. А над головами раскинулось небо.

Когда глаза привыкли к свету, у Мэди вырвался вздох восхищения.

Свет струился сквозь выбитые окна, освещая нереальную картину. Лица вырастали прямо из половиц. Замысловато выписанные буквы перетекали в необъяснимо чужеродные формы. Круг за кругом внутренние стены покрывала гигантская мозаика из света и цвета.

– Боже мой! Это все ты нарисовал?

– О нет, не я, – сказал Лоран. – Но я знаком с теми, кто это сотворил.

Его рука скользнула по ее плечам.

– А кое-кто из них, кстати, мэдлиббер.

– Кто?

Он подмигнул.

– Уверен, ты сама сможешь догадаться, чье искусство может быть настолько душевным.

Мэди распахнула глаза от удивления. ArtWithAttitude[51]?

– Это рисовала Ава?!

– И она тоже, – подтвердил Лоран, – но не говори ей, что я приводил тебя сюда.

– Почему?

– Она… слегка перегибает, скрывая это место.

Мэди выгнула бровь.

– Но ведь оно же ей не принадлежит. В смысле – это просто здание. Так? Сюда может зайти кто угодно.

Лоран засмеялся.

– Попробуй как-нибудь сказать такое Аве. Я, пожалуй, пережду этот взрыв в бомбоубежище.

Мэди нахмурилась, припоминая необъяснимую напряженность, возникшую между нею и Авой, она же ArtWithAttitude, когда они встретились у «Метрографа».

– Ладно, – уступила она. – Я ей ничего не скажу.

– Спасибо за понимание.

Лоран смотрел на разрушенные стены с дышащим жизнью граффити с таким благоговением, какое чаще всего можно испытать в церкви.

– Люблю это место. Я сфотографировал здесь почти все.

Он посмотрел на нее и улыбнулся.

– Картины всегда меняются. Возвращайся через неделю, и увидишь что-нибудь новенькое.

Мэди улыбнулась.

– Это вдохновляет тебя на фотографии.

Лоран кивнул, когда Мэди стала оборачиваться вокруг, представляя, как он будет снимать ее на этом фоне. Пока что она видела только отснятый материал, но и по нему было понятно, что влог выйдет намного лучше, чем ожидалось.

– И ты хочешь уловить… то самое ощущение?

Глаза Лорана округлились, в зелени радужки заплясали золотые искры.

– Exactement[52]! Я хочу сфотографировать суть, душу этого места. Не просто конструкцию, а то, чем стало здание, когда люди вложили в него частицу себя.

Он поднял руку, прикоснувшись к щеке Мэди.

– Когда они полюбили его. Их мечты запечатлены здесь на… на… постоянно.

– Навсегда?

– Да. Навсегда… Inaliénable. Indélébile[53].

Большим пальцем он легонько очертил ее скулу. На секунду ей показалось, что последует поцелуй, но тут Лоран отвернулся. Он обежал взглядом стены, покрытые граффити, разглядывая каждое, словно картину Рембрандта.

– Ты поэтому начал заниматься фотографией?

Лицо Лорана стало настороженным.

– Это только одна из причин.

– А остальные?

Он не ответил, и Мэди придвинулась ближе.

– Я спросила что-то не то?

Лоран протяжно вздохнул и улыбнулся.

– Все в порядке. Я просто…

Он качнул головой.

– Конечно, причин множество. Это стремление к искусству и творчеству и, как ты и говорила, желание запечатлеть такие вот вещи. Но…

На секунду на его лице мелькнула грусть.

– Еще и потому, что я хотел сам стать чем-то бóльшим, чем предмет искусства.

– Не понимаю.

Лоран повернулся и нежно обнял ее.

– Помнишь тот день у развалин, когда ты рассказывала, почему тебе легче жить в Сети?

Она кивнула.

– Ну вот, что-то вроде того. Когда люди видят меня – даже ты, Мэди, – они приходят к определенным выводам. Красавчик. Симпатичный, но глуповатый, – он усмехнулся, – помешанный на своей внешности. Но я совсем не такой! Я хочу, чтобы люди видели, какой я есть, но чаще всего не знаю, как это показать.

– Ты мне нравишься таким, какой ты есть, – заверила его Мэди. – Ты мне нравился еще до того, как я тебя увидела.

Лоран наклонился, сокращая дистанцию между ними.

– Я знаю.

Мэди поднялась на цыпочки. Робкий поначалу поцелуй, просто легкое прикосновение губ, скоро перерос в нечто большее. Она приникла к Лорану, все прочие эмоции сгорели в огне его поцелуев. Внезапно в голове возникла мысль, что это уже не просто увлечение.

Мысль оказалась настолько пугающей, что у Мэди перехватило дыхание. Стук сердца барабанной дробью отдавался в ушах. Но поцелуй Лорана развеял ее страхи. Пальцы сжали мягкий хлопок его рубашки, когда его губы накрыли ее рот. Теперь в голове осталась только одна мысль – еще… Губы юноши скользнули по ее щеке, затем по шее, потеребили мочку уха, и Мэди оказалась тесно прижатой к его груди. Тяжело дыша, она подняла ресницы, и взгляд ее пробежал по разрушенным стенам и покрывающим их рисункам. Если Лоран смог увидеть красоту в этом, тогда, возможно, у них и есть шанс.

– Ах, minette, – шепнул Лоран ей прямо в шею. – Je t’adore[54].

Он снова вернулся к ее губам, скользнув руками в волосы.

Как и раньше, когда он становился таким очаровательно серьезным, Мэди не смогла сдержать нервного смеха, бившегося в груди.

Лоран поднял глаза.

– Что?

Мэди хотела ответить, но от звука его голоса у нее закружилась голова.

– Ни… ничего.

Она тихонько засмеялась.

– Все прекрасно.

– Нет, серьезно, – нахмурился Лоран. – Ты все время так делаешь.

– Да ничего такого… Я просто…

Следующий взрыв смеха подавить не удалось.

– Но почему ты смеешься?

– Это… это…

Как она могла объяснить, что делает с ней его французский акцент, не говоря уже о поцелуях и об этом неправдоподобно подходящем месте со всеми его граффити? Все было слишком идеально. Он был слишком идеален! Мэди сложилась пополам от хохота, по щекам побежали слезы.

– Дело не в тебе, – выдохнула она, – а во мне.

Лоран вздохнул, и она поспешила объяснить.

– Нет, правда, так и есть! Я не могу быть серьезной или романтичной. Правда, не могу! А ты так очарователен, Лоран. Ты – идеал, а я просто чудовищный ботаник…

– Не такой, как я.

– Уверен?

Мэди усмехнулась, пытаясь вернуть самообладание.

– Это у меня блог, куча подписчиков и масштабный видеопроект, которые я никак не могу совместить.

Лоран притянул ее к себе.

– Комиксы бьют все.

– Но МэдЛиб намного популярнее.

Он хихикнул.

– Мэйнстрим не в твою пользу.

– Думаешь?

– Знаю.

– А как ты смотришь…

Но прежде чем она смогла закончить вопрос, он ее поцеловал.

Остаток дня прошел в съемках, посиделках за чашкой кофе и поездках на метро. Мэди набросала себе памятки и использовала их, когда Лоран снимал ее на фоне различных достопримечательностей Нью-Йорка, как известных, так и не очень. За работой они болтали. Теперь Мэди знала, что он младший из четырех детей, что его родители развелись, когда ему было восемь, и что, кроме английского и французского, он говорит еще и на испанском.

– Языки романской группы не слишком различаются, – отмахнулся он от слов восхищения. – А вот английским не так-то легко овладеть.

– Я думаю, что ты прекрасно говоришь по-английски.

– Когда не волнуюсь.

Он обвел ее лицо указательным пальцем и подмигнул.

– И есть хороший стимул для беседы.

Мэди смущенно засмеялась и отвернулась.

– Ну, я рада, что он есть.

– И я.

На ужин их ждали блюда уличной кухни. Запахи смешивались в один, невероятно сильный: острые нотки корицы поверх головокружительного аромата бекона, что-то цитрусовое, оттеняющее теплый домашний запах свежего хлеба и резкий – маринованной капусты. К пиршеству ароматов примешивался слабый запах автомобильного выхлопа. Лоран, казалось, знает каждого продавца по имени, а некоторые из них даже знали, кто такая Мэди.

– Вы та девушка, которая ведет блог о фильмах и всем таком, – сказал продавец бейгеля[55]. – Я слышал о вас.

Мэди протянула руку и взяла из щипцов бейгель.

– Иногда и о книгах.

– Лоран сказал, вы хотите стать писательницей.

– Вроде того.

– Подпишете мне книжку, когда станете?

– Если стану.

Мужчина хлопнул себя по бокам.

– Тут не может быть если. Нужно идти к тому, чего хочешь.

Он кивнул на бейгель в руке Мэди.

– А теперь ешьте, мисс, пока он не остыл.

Мэди откусила кусочек, издав стон удовольствия.

– Уммм, – промычала она с набитым ртом. – Вкусно!

А затем они с Лораном продолжили свой путь. Закат встречали в железнодорожном депо, хотя Мэди, увлекшись поцелуями Лорана, пропустила момент, когда солнце скрылось за горизонтом и наступили сумерки. Она думала, что места интереснее выгоревшего здания им уже не найти, но кадры на фоне поездов стали, на ее взгляд, лучшими изо всех, что снял Лоран. Он знал толк в композиции. Мэди даже пришлось признать, что она хорошо смотрится в кадре, когда ее снимает Лоран.

Когда для съемок стало слишком темно, Мэди решила, что им пора, но Лоран принес с собой бенгальские огни и фотографировал, как они загадывали желание в темноте.

Затем был короткий момент страха, когда Мэди обнаружила, насколько проще было войти, чем теперь выйти. В итоге Лоран снова перелез к ней через забор, подсадил ее на спину и она неуклюже перевалилась на другую сторону.

– На этот раз роль героя – твоя, – заявила она, когда он приземлился рядом с ней.

– И это справедливо, после того как ты спасла меня от нападения дикой белки.

– И правда.

Мэди хихикнула: – Спасибо, что вытащил меня оттуда. Не знаю, как бы я смогла объяснить такое отцу.

– Ради тебя, Мэди, я готов и на большее, – заявил он, целуя ее пальцы. – Куда теперь?

Она открыла свои записи в телефоне и просмотрела их, сосредоточенно покусывая нижнюю губу.

– Похоже, у меня есть почти все, что нужно для влога. Возвращаемся?

Она улыбнулась.

– Хочешь, посидим немного у моей тети?

– Ага. Звучит здорово.

По дороге они снова пустились в разговоры и Мэди забросала Лорана вопросами.

– Итак, что в твоем списке «хотелок»? – начала она.

– В списке «хотелок»?

Лоран полез за телефоном, но Мэди его остановила.

– Это вроде списка того, что бы ты хотел однажды сделать.

Она рассмеялась.

– Я кое над чем работаю прямо сейчас.

– Правда?

Он поднял бровь.

– Я откладываю деньги. Коплю, чтобы вернуться в Нью-Йорк.

– Но я думала, в твоих планах учеба в Париже.

– Так и есть, но может быть, когда-нибудь в будущем я смогу приехать сюда снова.

– Было бы клево, – сказала Мэди и улыбнулась, хотя сердце сжалось. Она не позволит себе думать об этом гипотетическом будущем. Слишком больно.

– Ну, а что еще? О чем еще невероятном ты мечтаешь?

– Ну, не знаю. Наверное, о настоящей жизни. Планирую будущие приключения.

В эту секунду у Мэди чуть не сорвался вопрос: «А я в них есть?». Но она улыбнулась и отвела взгляд. Хотя жизнь в последнее время и напоминала романтическую комедию, на самом деле ею не была. Мэди не сомневалась, что в планах у Лорана шикарное приключение с парижской студенткой в стиле винтажных постеров, а ее ждут поездки в кампус Манхеттенского муниципального колледжа при Нью-Йоркском университете с непременным возвращением домой, чтобы забирать Сару из школы.

После дня, проведенного в поездках по Нью-Йорку на метро в каждый из пяти районов, они тем же способом добрались до Бруклина, где жила тетя Лиза со своей подругой Ритой. Они болтали, сидя в тесной кухоньке, до тех пор пока Лоран не решил, что ему пора.

– Дайте знать, если захотите побыть вдвоем, – крикнула Лиза из другой комнаты. – Мы можем и прогуляться. Тоже ведь когда-то были молодыми.

Но Мэди была слишком смущена, чтобы воспользоваться предложением, поэтому она просто проводила Лорана до фойе подъезда.

Он отвел волосы с ее лица, заправив их за ухо.

– Лиза с Ритой очень милые.

– Это точно. Заметь, я вроде как вынуждена это подтвердить, раз уж остаюсь здесь на ночь.

Лоран улыбнулся, но не рассмеялся.

– Во сколько тебе нужно быть на вокзале завтра?

– Рано. Поезд отправляется в восемь.

– Я приду.

– Не стоит, Лоран. Пустая трата времени.

Он провел ладонями вверх по ее рукам до плеч, жадно скользя взглядом по лицу. Мэди вздрогнула.

– Когда ты начнешь доверять мне? – спросил он.

– Н… насчет чего?

Лоран наклонился к ней.

– Что на тебя стоит тратить время, – прошептал он у самых ее губ.

– Я понятия не имею, о чем ты.

Вместо ответа он поцеловал ее, скользнув руками по спине до карманов на джинсах, а потом еще ниже. Мэди ойкнула, когда он поднял ее, прижав к стене своим телом. Внезапно их глаза оказались на одном уровне. Тяжело дыша, Лоран поднял голову.

– Ты не против? – спросил он. – У меня спина отваливается от того, что я все время наклоняюсь.

Мэди кинула взгляд по стронам. Вокруг никого, а держась за его плечи, она чувствовала себя вполне удобно.

– Да, все в порядке.

Она притянула его ближе.

– Поцелуй меня.

Он тихонько зарычал, накрывая ее губы своими. Не было ни лишних мыслей, ни переживаний о расставании, только идеальный момент, который они разделили на двоих. Теплые губы Лорана рядом с ее губами. Город вокруг них. Будущее – их будущее – чистая страница, которую надо заполнить.

Когда поцелуй закончился, он медленно поставил ее на пол. Ноги Мэди подгибались, а дыхание перехватило, когда Лоран нежно провел пальцами по ее лицу.

– Мэди… Mon ange, je t’aime… je t’aime… je t’aime à la folie[56].

Мэди засмеялась.

– О боже, я не могу…

Ее смех стал громче.

– Прости! Я просто… не могу быть серьезной.

Лоран усмехнулся и отступил.

– A demain[57].

– Что ты сказал?

Лоран подмигнул.

– До завтра.

И он бежал вниз по лестнице, прежде чем она успела спросить что-нибудь еще.

Казалось, что всего несколько минут назад Мэди стояла на Пенсильванском вокзале, ожидая посадки на поезд в Милберн. Напоследок она еще раз обняла Лорана, вдыхая смешанный запах средства для стирки, шампуня, его одеколона – такого же знакомого, как его акцент, – и за всем этим едва уловимый запах, присущий молодым мужчинам.

Она счастливо вздохнула.

– Вчера был чудесный день.

– Да.

После прощального поцелуя и пары нежностей на французском от Лорана, которые рассмешили ее, она разжала объятия и направилась к вагону. И как и в прошлый раз, Лоран стоял на перроне до тех пор, пока она не скрылась из виду. Когда телефон Мэди зажужжал, она знала, что это он.

Лоб Мэди сморщился, когда на нее обрушилась вся тяжесть расставания.

Ответ Лорана пришел через секунду.

Мэди сдерживалась всю дорогу до вокзала. В последние минуты, проведенные вдвоем, она с головой окунулась в ощущения. В их идеальный прощальный поцелуй. И вот, наконец, шлюз открылся.

К тому времени как поезд достиг окраин Милберна, слезы Мэди высохли, но боль превратилась в тяжелый груз, лежащий на сердце. Она смотрела в окно, раздумывая над тем, что испытала при расставании с Лораном. Они были слишком далеко друг от друга, чтобы построить настоящие отношения. Даже если бы они встречались каждые выходные, мотаясь взад-вперед в Нью-Йорк и обратно, все равно он вернется во Францию меньше чем через месяц. Конечно, бывают и отношения на расстоянии, но боль от расставания с Лораном превратит такие отношения в настоящую пытку.

Она полюбила того, с кем никогда не сможет быть вместе.

Телефон Мэди снова зажужжал, как только поезд прибыл к вокзалу Милберна. Она посмотрела на экран и задержала дыхание.

– О, Лоран, – шепнула она, чувствуя, что слезы возвращаются.

Учеба всегда давалась Мэди относительно легко – она любила читать, и это заметно отражалось на успеваемости, – но когда начался июнь, отсчитывая улетающее время с настойчивостью детонатора на бомбе, она обнаружила, что еле-еле справляется. В сутках просто не хватало часов на учебу, не говоря уже о еде, сне, заботе о сестре и редактировании видео. К моменту сдачи последнего экзамена она была на пределе.

Словно контуженная, она брела в школу за Сарой в конце дня. Входная дверь распахнулась под ее рукой, и на мгновение ослепнув от яркого света, она со всего маху врезалась в другого ученика, идущего навстречу.

– По сторонам смотри! – резанул слух грубый окрик.

– Извини, я…

– Черт! Снова ты.

Мэди прищурилась, разглядывая ученика, преградившего ей путь, но видела просто темный силуэт – и ни единой черты лица.

– Ты чего не смотришь куда прешь? – заорал он.

– А ты?

Мэди отступила в сторону, прищурившись от солнца. Когда ее глаза привыкли к свету, у тени появились черты – встрепанные черные волосы, узкие губы и злобная гримаса.

– Ты здесь вообще учишься? – рыкнул тип. – Или просто потусоваться приходишь, строишь из себя крутую?

– Я… я не…

Голос у нее пропал, когда она внезапно осознала, отчего он кажется ей знакомым. Это был парень-эмо, который стрельнул в нее злобным взглядом в тот день, когда Сара ходила в библиотеку. Друг Робби, Гевин. Она вспомнила, что видела его и в кафе в Нью-Йорке.

– Ты Гевин.

– А ты мне пройти мешаешь! – буркнул он, отталкивая ее с дороги. – Подвинься!

Дверь за ним с грохотом закрылась.

Потрясенная, Мэди обернулась назад. Солнце ослепляло, и она прищурилась, выискивая Сару, которая сегодня осталась поработать в библиотеке. На нетвердых ногах она спустилась по ступенькам и, задумавшись, почти прошла мимо Сары.

Та ждала сестру в теньке, а рядом с ней стоял Робби.

– Привет, Мэди, – сказал он, широко улыбнувшись. – Как дела?

– Занята, – ответила она, мечтая, чтобы Сара оказалась одна. Ей совсем не хотелось сейчас болтать о пустяках с бывшими одноклассниками.

– Давно тебя не было видно.

– Угу.

– Как прошел экзамен? – спросила Сара с мрачным любопытством.

– Думаю, неплохо, – ответила Мэди.

– Главное, что он закончился. Что сделано то сделано, так ведь?

– У тебя это последний экзамен? – уточнил Робби.

– Ага. А у тебя?

– У меня еще один, но не раньше следующей недели.

Он подошел слишком близко, и Мэди отступила назад, почти свалившись с тротуара. Робби был по-своему привлекательным, в стиле соседского парнишки из кино, но в сравнении с Лораном он становился все равно что невидимым.

– Дождаться не могу, когда выберусь отсюда.

Мэди ухмыльнулась.

– Я ждала этого момента годами.

– Но что если тебе придется повторить семестр? – выпалила Сара.

Мэди подавила желание накричать на сестру. Если у Робби имелась проблема с представлением о личном пространстве, то у Сары – с выбалтыванием личной информации.

– Я в этом не виновата, – резко заявила Мэди. – Просто миссис Прит помешана на правилах. И ненавидит всех, кто не подходит под ее мерки.

– Прит? – фыркнул Робби. – На меня у нее тоже зуб. На прошлой неделе она меня к директору чуть не за ухо тащила.

Брови Мэди взлетели.

– Да?

– Ага. Мне пришло сообщение во время экзамена по математике.

Мэди хихикнула.

– Если ты не отключил телефон на экзамене, – мрачно заметила Сара, – что еще ей оставалось делать?

– Я не знал, что нужно отключить.

– Лучше ей на глаза не попадаться, – предупредила Мэди.

Робби понизил голос.

– Я слышал, она перевелась к нам потому, что не смогла поладить с учениками на прежнем месте работы.

– Поладить? Поспорить могу, она держала детей прикованными в подвале.

– Похоже, чьи-то родители пригрозили, что обратятся к директору, если она не переведется.

– Боже, надеюсь, так и было.

– Да, это бы изрядно облегчило мне жизнь, – ухмыльнулся Робби. – Думаю, она в мое фото дротики кидает у себя в кабинете.

– Тогда мое тоже где-то неподалеку.

Мэди расплылась в улыбке.

– Я клянусь, эта женщина живет ради драмы!

– Вообще-то…

Робби окинул взглядом залитый солнцем школьный двор.

– Отец говорит, что ее проблемы с родителями вызваны непреклонностью. Она отказывалась идти на компромисс.

Мэди закатила глаза, вспомнив, как ее проект забраковали всего лишь из-за рекламы на сайте.

– Могу себе представить! Миссис Прит так помешана на правилах, что наверняка выписывает людям штрафы, если у них истекает срок парковки.

Робби рассмеялся, а Сара нахмурилась.

– Она из тех людей, которые сохраняют упаковку на диване, чтобы гости, – Мэди изобразила в воздухе кавычки, – его не испачкали.

– Это точно про нее.

– И могу поспорить – когда миссис Прит выгуливает своих уродливых пудельков, она…

– Мэди, – вмешалась Сара.

– … надевает им ботиночки, чтобы они не натащили грязи в ее безукоризненно чистую…

– Мэди!

– …гостиную или не сделали лужу на…

– МЭДИ!

– Что?! – огрызнулась она.

Но сестра смотрела не на нее, а поверх ее головы.

– Тут кое-кто хочет тебя видеть.

Лицо стоящего рядом Робби так побелело, что веснушки на нем стали казаться нарисованными. Мэди медленно обернулась.

– Мисс Накама, – произнес ледяной голос, – на два слова.

Робби скрылся с глаз еще до того, как миссис Прит пробралась к ним сквозь толпу. Смутившись до глубины души, Мэди гадала, чем еще она может ухудшить положение. Жизнь, казалось, не уставала преподносить ей новые варианты.

– Миссис Прит, – глухо прошептала она. Что она успела услышать?! – Н-не заметила, что вы тут стоите.

– Это очевидно, – подтвердила женщина срывающимсмя от ярости голосом. – Я слышала, вы сегодня сдали последний экзамен. Хотела перехватить вас до того как вы пойдете домой.

– Зачем?

– Я слышала от мисс Родригес, что вы почти закончили свой проект. Она сказала, что вы работали над ним очень старательно.

– Правда?

Миссис Прит кивнула.

– Да, и я была рада это услышать. В конце концов выпускной уже не за горами.

Мэди с удивлением осознала, что эта перспектива ее больше не волнует. За те две недели, что прошли с момента возвращения из Нью-Йорка, утомление стало для нее настолько привычным, что она перестала его замечать – слишком много у нее было причин волноваться. Она все еще сомневалась, что ей удастся выпуститься. И Лоран вернется во Францию – насовсем! – всего через пару недель.

– Мисс Родригес также сказала, что собирается написать вам рекомендательное письмо для получения стипендии по журналистике.

Мэди моргнула от удивления.

– Да?

– Именно об этом я и хотела побеседовать с вами лично. Чтобы больше не возникло никаких… препятствий.

– Препятствий?

– Насколько вам известно, администрация школы очень серьезно относится к любым обвинениям в плагиаторстве.

Мэди словно окатили ледяной водой. На лбу выступила испарина.

– Но с моей работы сняли все обвинения, – возразила она. – Я сама обсудила это с мисс Родригес. Она сказала, что контрольная группа изучила все мои прежние работы и пришла к выводу, что в них нет ничего, указывающего…

– Речь сейчас не о предыдущем обвинении, мисс Накама, – прервала ее миссис Прит. – Появилось новое.

– Что?!

– Я получила очень тревожное письмо относительно вашей нынешней работы. Того видеопроекта, который вы снимали в Нью-Йорке.

Она нахмурилась.

– Надеюсь, вы сможете мне все объяснить. Мне бы очень не хотелось обнаружить, что вы каким-либо образом вводите меня в заблуждение. Только не после ваших заверений, что вы соблюдали все правила до последней запятой.

Мэди отшатнулась, чувствуя, как громко пульсирует кровь в ушах. Казалось, она застряла в фильме ужасов, и хотя понятия не имела, почему это происходит, серийный убийца снова отыскал ее.

– Я была так рада услышать, как мисс Родригес хвалит ваши исправленные работы, – сказала миссис Прит без особой радости. – Но позвольте мне внести полную ясность: плагиат в любом виде, само собой, недопустим.

– Но я… не понимаю. Это неправда!

Голос Мэди гневно взлетел.

– Я ничего ни у кого не крала! Я работала над новым проектом несколько недель!

– Сбавьте тон, мисс Накама. Мне бы хотелось вам поверить, но вам придется объяснить…

– Нет! Нет, это НЕПРАВИЛЬНО!

Весь ее гнев, смятение и боль выплеснулись на поверхность. Мэди ткнула пальцем в грудь миссис Прит.

– Вы все это делаете специально! Вы меня ненавидите!

– Уверяю вас, что мои личные чувства не имеют к этому никакого отношения, – спокойно возразила женщина. – Все дело в школьных правилах. Вчера, когда пришло письмо, описывающее ваше поведение, я…

– Поведение?! – взорвалась Мэди.

Несколько учеников, идущих с экзамена, удивленно оглянулись.

– Я делала все по инструкции! Я переделала все это чертово задание! И следовала всем вашим проклятым правилам! Вы – ужасный человек…

– Мисс Накама! Это совершенно лишнее.

– … которому ПЛЕВАТЬ на учеников! И сообщать мне обо всем в последнюю минуту – ваш способ свести со мной счеты!

Лицо миссис Прит побагровело. Она открывала и закрывала рот как рыба, выброшенная из воды. Спиной почувствовав взгляды собравшихся на школьном дворе, Мэди обернулась. Ученики смотрели на них во все глаза. Неизвестная девушка, прислонившаяся к стене неподалеку, сдерживала приступ смеха, зажав рот ладонью.

– Давай, скажи ей! – послышался выкрик, и в толпе зрителей раздались робкие смешки. Робби!

Такое нарушение спокойствия явно вывело миссис Прит из себя.

– Довольно! – заявила она дрогнувшим голосом. – Вы отправитесь в мой кабинет сию же секунду, юная леди. Я не потерплю такого обращения!

– Нет!

Выкрикнув это, Мэди кинулась по улице, оставив позади и пораженную миссис Прит, и толпу хохочущих учеников.

– Мэди! – закричала Сара. – Подожди меня! ПОДОЖДИ!

Но Мэди только прибавила скорость.

Сгорбившись, Мэди на цыпочках пробиралась мимо кухни, где с телефоном в руке сидел отец.

– Но я не понимаю сути ваших претензий, миссис Прит, – произнес он в трубку. – В чем именно здесь плагиат? Я к тому, что если ты в кадре, значит, кто-то тебя снимает, так?

Последовала долгая пауза.

– Я понимаю, что в правилах используется весьма конкретная формулировка, но это неосуществимо на практике, по крайней мере для проекта такого рода.

Еще одна пауза.

– Вообще-то, – прорычал Чарльз, – я отношусь к правилам очень серьезно…

Глаза отца были зажмурены, пальцы сжимали переносицу, а вся поза говорила о том, что несмотря на его вежливую, спокойную речь, он в ярости. То, что он обещал ей «разобраться с этим», немного ее успокоило, но в то же время неприятные воспоминания об отвратительном характере миссис Прит заставляли сердце сжиматься от ужаса.

Ситуация ухудшилась, возможно, перед тем как исправиться.

– Угу… И это я тоже понимаю, – сказал отец, – но это не отменяет того факта, что уже дважды работы моей дочери исследовались на наличие плагиата и дважды ее преподаватель отстаивала их оригинальность.

Его голос заледенел.

– Как человек, написавший множество материалов для «Герольда трех штатов» и не понаслышке знакомый с принципами редакции, я полагаю, что пришло время пригласить посредника для рассмотрения сложившегося положения…

– Боже… – простонала Мэди.

Слушать все это и дальше было просто невыносимо. Она проскользнула в гостиную, где перед телевизором сидела сестра и переключала каналы. Когда Мэди вошла, Сара подняла голову.

– Привет.

– Занята? – спросила Мэди.

– Собираюсь смотреть фильм.

– О, точно.

Мэди голову сломала, пытаясь вспомнить, обзор какого фильма она сегодня собиралась делать. Она была так занята, что едва успевала укладываться в установленное ею самой расписание.

– Это «Чудеса своего рода», да?

– Ага. Есть время, чтобы присоединиться?

Сара подвинулась, чтобы Мэди смогла занять свое привычное место на диване.

– Я могу написать всем. Сообщить о том, что ты тут.

– Не говори им пока.

– Так ты смотришь?

– Ээ… еще не решила. Может, совсем чуть-чуть.

Мэди вытащила телефон из кармана и увидела, что на сайте вовсю разгорелся спор.

Мэди со вздохом заблокировала экран телефона и сунула его в карман. Она сама договорилась о гостевых постах, отобрала приглашенных блогеров, но ее по-прежнему раздражало, что кто-то другой держит все под контролем. Один последний пост. А затем МэдЛиб снова мой. Если бы только закончить видеопроект, я бы смогла…

– Что с тобой, Мэди?

Она повернулась и обнаружила, что Сара смотрит на нее с искаженным тревогой лицом.

– Все нормально.

Сара склонила голову, бросив на сестру пронизывающий взгляд.

– Не думаю, что это правда. Когда мы начинаем смотреть фильм, ты обычно сидишь в телефоне, но сейчас отложила его и хмуришься.

Она наклонилась ближе.

– Что-то случилось?

Мэди хотела рассказать сестре правду, что в заявлении миссис Прит присутствовало одно слабое место – кто-то должен был наверняка знать, что в Нью-Йорке ей помогал Лоран. Но она не понимала, как это объяснить, не разводя ненужных дискуссий. Поэтому просто пожала плечами.

– Ничего не случилось.

– Почему ты врешь?
Почему? Ведь ужасная правда заключалась в том, что кто бы ни сдал ее, этот человек точно знал, что она в Нью-Йорке с Лораном, а это сильно сужало круг подозреваемых. Сара, отец, тетя Лиза…

Лоран.

– Просто включи уже этот дурацкий фильм, Сара, а то я уйду к себе.

Сара щелкнула пультом.

– Незачем так психовать из-за этого.

Музыкальное вступление плавно перешло в звон медных тарелок, заполнивший комнату, как только сестра устроилась на своем месте, прислонившись к Мэди. В такой же позе они сидели недели, даже месяцы назад, пересматривая фильмы в окружении виртуальных друзей, готовых пошутить и посмеяться. Она не могла дождаться своего возвращения на МэдЛиб!

Ритм нарастал, к главной теме добавился грохочущий барабанный рифф. Мэди смотрела фильм, полуприкрыв глаза, и чуть не пропустила жужжание телефона. Она вытащила его и увидела, что пришло сообщение от Лорана.

Все внутри сжалось от тревожной мысли, внезапно пришедшей в голову. А если Лоран сказал кому-то о том, что помогал мне снимать видео? Он рассказал Аве о приглашении блогеров на МэдЛиб задолго до того, как я оповестила всех официально. Он мог рассказать ей и о влоге тоже. Мэди отодвинулась от Сары подальше, чтобы та не увидела, что именно пишет Мэди в ответном сообщении.

Мэди нахмурилась. Она раздраженно постучала пальцами по боку телефона. Почему он продолжает это делать? Спустя пару секунд она написала ответ.

– Ты вообще смотришь фильм? – недовольно спросила Сара.

Мэди отодвинулась еще дальше.

– Просто проверяю почту, – соврала она. – Запомни, что там будет происходить. Хорошо?

– Ладно, – страдальчески вздохнула Сара.

Мэди вздохнула. Что Лорану на самом деле известно об обвинении? Она не могла придумать, как выудить у него эту информацию. Набрала ответ и тут же все стерла. Секунду спустя набрала его снова.

Мэди уставилась на сообщение на экране. Вот она, та самая часть, в которой она никак не могла разобраться. Если он никому не рассказывал, то кто рассказал? Это должен быть кто-то, кто знал, что она переделывает свой итоговый проект, а таких людей было совсем немного. Мэди перевела взгляд на сестру. А Сара могла кому-нибудь рассказать?

Сара скрестила руки на груди и раздраженно выпятила нижнюю губу.

– Ты закончила? – проворчала она. – Здесь много чего происходит.

Сара обожала расписания, расцветала благодаря им, а события прошлого месяца выбили ее жизнь из привычной колеи. Главной проблемой стал отъезд матери, но и проблемы самой Мэди добавили сестре немало тревог. В последние несколько недель она постепенно отдалялась от сестры, отстаивая собственную независимость. Поездка в Нью-Йорк с ночевкой была важным шагом, сделанным, однако, ценой спокойствия Сары.

С растущим чувством вины Мэди перевела взгляд со спины Сары на экран своего телефона, пропустив сообщение от Лорана и сосредоточившись на продолжающемся лайвблоге. Сообщения выскакивали одно за другим. Группа мэдлибберов – за исключением ее самой и Лорана – находилась в разгаре жаркой дискуссии.

У Мэди перехватило дыхание. Это может быть любой из них! Каждый мэдлиббер знал, что творится в ее личной жизни. Она закидывала их все более яростными сообщениями вот уже пару недель, разыгрывая сцену за сценой из своей личной жизни. Еще одно сообщение от Лорана пришло на телефон, появившись вверху экрана, и Мэди закрыла лайвблог, чтобы ответить на него.

Мэди все время болтала с друзьями из своего сообщества, с некоторыми даже встречалась, но насколько хорошо она на самом деле их знала? Трясущимися руками она напечатала еще одно сообщение.

– Эй, Мэди, – крикнул отец с лестницы. – Не могла бы ты спуститься на минутку?

Мэди натянула куртку и сунула телефон в карман. Встреча в школе должна была начаться через полчаса, но отец намеревался приехать пораньше. Она замедлила шаги, увидев, что он стоит на кухне, глядя в открытый лэптоп.

– Да, пап?

Он поднял глаза.

– Мне нужно, чтобы ты честно ответила на пару вопросов.

– Ладно…

– Взгляни.

Мэди обошла вокруг стола и увидела, что у отца на лэптопе открыт сайт «Люди Нью-Йорка». Верхнюю половину страницы украшала фотография юноши, стоящего рядом с покрытой граффити стеной, подписанная «Искусство Анархии» – определенно не в стиле Чарльза Накама.

Но самым удивительным было то, что Мэди узнала человека на фото.

– Эй, да это же Лоран! – Она рассмеялась. – Это так здорово!

Отец нахмурился.

– Ты знала, что он рисует граффити?

– А, вовсе нет! В смысле он фотографирует граффити, но сам не рисует…

Она наклонилась и пролистала страницу вниз, читая:

«Меня всегда интересовало окружающее нас искусство, те идеальные моменты, которые удается поймать фотографам. Закаты – это мимолетная красота, но и граффити в некотором роде тоже. Картина, на создание которой художник потратил много часов, может быть закрашена уже на следующий день…».

– Я видела это место, – сказала Мэди, улыбнувшись. – Это выгоревшее здание, которое мне показал Лоран. Оно все покрыто рисунками. Это очень клево.

– Не уверен, что клево – подходящее слово для этого.

Мэди обернулась и увидела, что он хмуро разглядывает экран.

– Почему нет? Что в этом плохого?

– Помимо того, что граффити наносит урон общественному имуществу? – проворчал отец.

Мэди застонала.

– Здание, в котором сделан этот снимок, всего лишь выгоревшая изнутри коробка, пап. Это не жилой дом. К тому же Лоран просто сфотографировал его, чтобы сохранить. Уловить, – она глянула на экран, – мимолетную красоту.

Отец вздохнул.

– Меня это беспокоит.

– Почему?

Он откашлялся.

– Лоран показался мне приятным парнем, но встречаться с тем, кто одобряет граффити, Мэди? Не знаю, как к этому отнестись.

– Пап. Это просто до ужаса консервативно, даже для тебя.

– Мэди…

– Нет, правда. Почему тебя вообще это беспокоит? Лоран ничего не рисует, только фотографирует. Ничего плохого в этом нет.

Отец протянул руку и закрыл лэптоп.

– Не согласен.

Она закатила глаза.

– Ты же понимаешь, как старомодно это звучит, правда? Осуждаешь Лорана за то, чем он занимается в свободное время?

– Мне просто это немного не нравится. Граффити запрещено и…

– Он фотограф. Ясно? Вот чем он занимается.

Отец поскреб голову.

– Наверное…

– Пап, думаю, тебе стоит расслабиться. Лоран хороший парень.

Мэди коснулась руки отца.

– Доверься мне, ладно? Я его знаю.

– Хорошо.

Отец вздохнул и положил закрытый лэптоп в портфель.

– А теперь нам пора. Встреча начнется через… – он посмотрел на часы, – двадцать минут.

На лице Мэди проступила тревога.

– Мама, должно быть, ужасно зла на меня.

– Не беспокойся, она на твоей стороне. Пожалуй, нам следует выходить. Не хочу опаздывать.

Мэди проковыляла к двери на негнущихся ногах.

– О, вперед, – проворчала она. – Как будто этому дню есть куда ухудшаться.

Отец хмыкнул.

– Успокойся, Мэди.

Он сжал ее плечо.

– Ты будешь не одна. Я тебя прикрою, ты же знаешь.

– Спасибо, пап.

Отец улыбнулся.

– Не за что.

Мэди сидела в кабинете миссис Прит – с отцом по одну сторону и лэптопом с изображением матери, находящейся в Оксфорде, по другую. Напротив них прямо под фотографиями пудельков расположился школьный триумвират – директор Маккуарри, заместитель директора Прит и некий безымянный представитель школьной администрации. Кожа на лице миссис Прит отливала зеленым, и Мэди подумала, какие неприятности ее ждут, если показать миссис средний палец. Отец в режиме «устранение последствий» сидел, улыбаясь и приглаживая усы. Положение уже не могло стать хуже, чем сейчас. Мэди просто надеялась, что при поддержке родителей оно хоть чуть-чуть улучшится.

– Я ценю, что вы нашли время для встречи с нами, миссис Прит, – сказал Чарльз своим самым убедительным тоном. – И верю, что вы сделаете все возможное, чтобы помочь нам разрешить сложившуюся ситуацию.

– Конечно. – Миссис Прит кивнула. – Я просто не уверена, что нам следует, – ее взгляд метнулся к мисс Орин, адвокату мистера Накамы, – привлекать посторонних.

Адвокат посмотрела на нее с легким интересом. В туфлях за пять сотен долларов и костюме от Кельвина Кляйна она выглядела так, словно попала сюда из другого телешоу.

– Все, что касается интересов моего клиента мистера Накамы, представляет интерес и для меня, – сухо заметила мисс Орин. – И я уверена, что вы следовали букве закона.

Мэди с трудом удержалась от крика одобрения, увидев, как бледнеет миссис Прит.

– Ну, конечно, я полагаю. Но я… Я не адвокат.

– Вот именно, – вставила мать Мэди, и ее голос эхом отразился в колонках лэптопа. – Поэтому мы собираемся решить все вопросы прямо сейчас. Это не та ситуация, которую мы могли оставить без внимания.

Мэди обернулась и увидела, что мать смотрит с экрана лэптопа прямо на нее.

– Это явно не простая ошибка. Наша дочь Мэди не сделала ничего плохого.

– Согласен, – эхом отозвался Чарльз.

– Мы решительно настроены разобраться во всем до конца, – продолжила его жена.

– Именно, – поддержал ее Чарльз. – Мэди достаточно натерпелась.

И в этот момент Мэди осознала, что родителя оба приняли ее сторону и защищают ее. Она улыбнулась, и мать с отцом, находящиеся на двух разных континентах, улыбнулись ей в ответ.

Адвокат вытащила крошечный диктофон.

– Я запишу нашу беседу, если вы не возражаете, – объяснила она. – Так проще, чем делать записи.

– Никаких возражений, мисс Орин, – мрачно согласился директор Маккарри. – Правда, миссис Прит?

– Н-нет. Никаких.

Миссис Прит уставилась на диктофон, как на грязь, налипшую на подошву. Мэди с трудом удержалась от смеха, прикусив щеки. Может, она и не выпустится. Может, ей придется пересдавать целый курс. Но если она и села в лужу, то миссис Прит в этой луже искупалась с головой.

Мэди выбралась из кабинета миссис Прит с широченной улыбкой, не сходящей с лица.

– Как здорово! – воскликнула она, кинувшись обнимать отца. – Поверить не могу, что вы с мамой справились!

– Я ничего особого не делал.

Уголки его губ приподнялись в улыбке.

– Кстати, и ты тоже.

Адвокат позади них кашлянула, привлекая внимание.

– Спасибо, что приехали, Мария, – сказал Чарльз, протянув ладонь для рукопожатия. – Я благодарен вам за поддержку.

– Никаких проблем, мистер Накама, – сказала адвокат. – Звоните, если понадобится что-то еще.

– Непременно.

Когда мисс Орин ушла, отец и дочь тоже направились к выходу. На встрече разрешился целый ряд проблем. Согласно заявлению представителя школьной администрации, обвинение в плагиате было снято на основании вмешательства мисс Родригес. Впредь любые анонимные заявления будут подвергаться сомнению. А личность отправителя сообщений так и осталась загадкой. Мэди сдала все работы курса, кроме итогового видеопроекта.

– Мне все еще не верится, – сказала она, выходя из дверей на июньский солнцепек. – Я так из-за этого нервничала, а теперь все позади.

– Ты теперь свободна, – ответил отец. – Как ощущения?

– Здорово. По-настоящему здорово.

– Ничего кроме отдыха до самого начала учебы в колледже осенью.

После этого заявления день утратил свои краски. С этим она еще не разобралась. Колледж. Это решение она откладывала уже много месяцев. Какой жизнью ей хотелось бы жить? Мэди хмуро уперлась взглядом в тротуар.

Сейчас или никогда.

– Пап?

– Да, солнышко?

– Мне… нужно с тобой кое о чем поговорить.

Окрыленная поддержкой родителей на встрече в школе, она заставила себя начать разговор.

– Я хочу поговорить о колледже.

– А что такое?

– Я еще не знаю, хочу ли я… могу ли я…

Она глубоко вздохнула и зажмурилась.

– Все в порядке, Мэди. Просто расскажи мне, хорошо? Что бы это ни было, мы все уладим.

– Пап, я не хочу идти в колледж.

Она открыла глаза.

– По крайней мере не сейчас.

Она представляла этот разговор бессчетное количество раз с тех пор, как получила уведомление о поступлении, и каждый раз в ее воображении он заканчивался криком. Но не сегодня.

– Ну, ладно, – сказал отец. – А чем ты хочешь заняться?

– Я хочу перевести свой сайт на новый уровень. Я хочу заниматься им на постоянной основе.

– Ты уже обсуждала это с матерью?

Улыбка сползла с лица Мэди.

– Ты сейчас о Саре?

– Нет. Не о Саре, а о тебе и о том, что ты планируешь делать со своей жизнью.

– Я…

Она поморщилась.

– Нет, не обсуждала.

– А стоит. Уверен, она будет рада поговорить с тобой. Она любит тебя, ты же знаешь.

Голос Мэди упал.

– Но что нам делать с Сарой? Я о том, что она рассчитывает на меня. Я вожу ее в школу и забираю оттуда. Не могу же я просто бросить вас одних.

– Ну, мы что-нибудь придумаем.

– Но как я оставлю Сару. Я не могу… – голос Мэди растерянно дрогнул.

Чарльз положил руки на плечи дочери, пытаясь поймать ее взгляд. Он улыбался.

– Логично, что ты хочешь двигаться вперед, начать свою собственную жизнь. И ты должна это сделать, Мэди. Пришло время тебе начинать жить для себя.

– Но Сара…

– Справится, – закончил за нее отец.

Он сжал плечи Мэди.

– Вспомни, что вышло, когда твоя мать отправилась работать в Оксфорд.

– Сара взбесилась.

– Но как только все утряслось, она успокоилась. Саре просто необходимо время, чтобы принять изменения. И привыкнуть к новому расписанию.

Он отпустил Мэди.

– И нам нужно, чтобы Сара взрослела, точно так же как и ты. Так что не откладывай свои планы из-за нее или из-за нас.

Мэди внимательно смотрела на отца, потрясенная его словами. Ее маленькая сестричка всегда служила ей оправданием – чтобы не ходить на вечеринки, чтобы заниматься в онлайн-школе вместо обычной, чтобы отказываться от приглашений в кино и на свидания. Если бы не было Сары, ей приходилось бы выбирать самой.

– Ты уверен?

– Абсолютно, – сказал отец с усмешкой, которая осветила все его лицо от усов до морщинок за стеклами очков. – Ты в самом начале взрослой жизни. И не хочешь медлить. Карьера твоей матери получила толчок, и я горд, что мы смогли помочь ей в этом. Ты заслуживаешь того же.

– Я не знаю, что сказать.

– Скажи, чем мы можем тебе помочь. А мы с твоей мамой это сделаем.

– Спасибо, пап, – пробормотала она сдавленным голосом.

– Тебе не за что меня благодарить. Просто иди к своей мечте. Живи, Мэди. Помни, молодым бываешь только раз.

Мэди покачала головой.

– По-моему, одного раза более чем достаточно.

Мэди сидела у открытого окна, выжидая, чтобы телефон поймал слабеющий сигнал вай-фая и загрузил пост, который она хотела посмотреть. За окном гудели газонокосилки. Легкий ветерок, напоенный ароматом цветов, шевелил ее волосы.

Пост загрузился, и она кинула взгляд на экран.

* Мерзопакостранный

** Герой Холдена Колфилда

Мэди усмехнулась и нажала РЕБЛОГ. Может быть, он не выйдет в сеть ни сегодня, ни даже завтра, но однажды она вернется и МэдЛиб снова станет ее спасением. И даже более того – он станет ее жизнью. Новым началом.

Счастливо вздохнув, она прислонилась головой к стене. До идеала, конечно, было еще далеко, но жизнь постепенно налаживалась. Все только начиналось.

Перед глазами уже плыло, когда Мэди в десятый раз пересматривала видео, выискивая ошибки. Заголовки были идеальны – отец корректировал их всю предыдущую ночь.

Монтаж тоже хорош. И даже несколько накладок – когда Мэди забыла слова или рассмеялась в середине предложения – казались уместными. Блог выглядел проработанным и живым, и Мэди могла им гордиться!

Она перепроверила заключительный кусок, моргая сухими глазами, пока он загружался. Его она назвала «Брызги реальности», и он был ее любимым, хоть и самым коротким.

Она перемотала видео на последнюю сцену: сидя на крыше здания рядом с железнодорожным депо, она смотрит на город под покровом ночи.

– Может быть, это именно Нью-Йорк и дает каждому из нас возможность стать неузнанным, безликим и начать все заново. Именно этого я и хочу! Нью-Йорк – как чистая страница, которая ждет, когда я начну свою историю. Но, в отличие от большинства писателей, считающих этот город своим домом, я не стану превращать ее в книгу. Я хочу делиться своими мыслями, своими идеями, своим блогом. – Мэди на экране широко улыбнулась. – Похоже, я прокладываю свой путь во взрослую жизнь через МэдЛиб, но такое начало не хуже любого другого.

Мэди кивнула сама себе, удовлетворенная результатом монтажа. Оставался последний рывок. Она вставила ссылки в письмо, отправляемое на школьный аккаунт мисс Родригес, и позвала отца, чтобы он ввел пароль от вай-фая. Подойдя к креслу, он сжал ее плечо.

– Хорошая работа, Мэди.

– Спасибо.

Она дождалась, пока он выйдет из комнаты, прежде чем вновь повернуться к экрану. Время действовать. Мэди нажала ОТПРАВИТЬ.

Широко зевая от усталости, она схватила телефон, упала на кровать и накрылась одеялом с головой. В пещерке из одеяла телефон был словно теплый костер, объединяющий людей. Она листала свои приложения, утомленная, но счастливая.

Торопясь поскорее закончить свой влог, Мэди совсем забыла, что @fandometric и @ArtWithAttitude взялись делать обзор «Чудес своего рода» и последний гостевой пост перед тем, как она вернется на МэдЛиб. Она открыла свой сайт, начав с беспокойством просматривать комментарии.

Тролля нет.

Облегченно вздохнув, она взялась за чтение поста, написанного @ArtWithAttitude и @fandometric по «Чудесам своего рода». Так же как у @laurentabelard и @ModernDayWitch, статья напоминала перекидывание мяча от автора к автору. Сначала описывался в основном сюжет, и Мэди удивилась, откуда взялась тревога по поводу избытка злобности.

Ответ нашелся в последних абзацах поста.

– Тшшш! Успокойся, чувак, – пробормотала Мэди.

Она перечитала комментарии @fandometric, гадая, как ответить на его гневную тираду. Сама она старалась не провоцировать читателей, но ведь он просто высказал свое мнение. Да, неприкрыто. Да, со злостью. Но честно. Пару минут она раздумывала, стоит ли комментировать пост, но потом решила, что не стоит. Отправив свое итоговое задание мисс Родригес, она опять могла встать у руля МэдЛиб.

Широкая улыбка появилась сама собой, когда ей на глаза попалась последняя запись в самом низу страницы:

Это и впрямь напоминало возвращение домой.

Закрыв свой сайт и открыв почту, Мэди сразу увидела новое сообщение. Оно было от Анны Родригес, ее преподавателя английского. Когда оно попалось ей на глаза, у Мэди перехватило дыхание.

– О, черт! Нет!

Она отправила итоговое задание меньше часа назад. Не может быть, чтобы мисс Родригес проверила его за такое короткое время!

– Это не может повториться…

Вне себя от ужаса Мэди открыла письмо.

Восторг захлестнул Мэди.

– Урра! – выкрикнула она. – Я правда ЭТО СДЕЛАЛА!

Она услышала, как открылась дверь Сариной спальни.

– Мэди, – сонно окликнула сестра из коридора. – С тобой все нормально?

– Лучше! Со мной все ПРЕВОСХОДНО!

Сестра со встрепанными после сна волосами и полузакрытыми глазами возникла в дверном проеме.

– Я услышала, как ты кричишь. Что случилось?

Мэди подлетела к ней и крепко обняла.

– Я сдала, Сара! Я сдала! Я выпущусь из школы!

Сестра начала извиваться, и Мэди разжала руки, не переставая улыбаться.

– Так ты закончила? На этот раз точно все сдала?

– Да!

– Перепроверила все правила?

– Тысячу раз!

Сара кивнула, а на лице у нее застыло напряженное выражение, которое означало улыбку.

– Хорошая работа. Я знала, что ты сдашь.

Сегодня ничто не могло испортить Мэди настроения. Сидя рядом с Сарой на диване, пересматривая повторы какого-то старого телешоу и держа на коленях лэптоп, подключенный к Cети, она, наконец-то, была свободна! Радость, которую она ощутила при звуке соединения с Cетью, была почти материальной.

Мэди вздохнула и отложила телефон, переключившись на лэптоп. Страница МэдЛиб сайта, свободная от пиратских ссылок, загрузилась за секунду.

– Боже, как здорово возвращаться.

Сара подняла глаза.

– Что ты сказала?

– Ничего. Просто выбираю фильм для следующего обзора.

Сестра округлила глаза.

– Можно тебе помочь?

– Э-мм… думаю, да.

– Я хочу посмотреть «Пропащих ребят».

– Но я думала, ты не любишь фильмы ужасов.

Сара зыркнула на сестру.

– Я не люблю фильмы про резню. Разница ощутимая. Думаю, этот мне понравится.

– Уверена? – поддразнила её Мэди. – Там нет сверкающих вампиров.

– Знаю.

– Ладно, скажу мэдлибберам, что следующим смотрим «Потерянных…».

Мэди замолкла от удивления, когда Сара крепко ее обняла. Сестра очень редко, а точнее, никогда не обнимала ее первой. Мэди неуверенно качнула руками в воздухе, а затем тоже обняла ее.

Сара отстранилась почти сразу.

– Это должно быть забавно, – заявила она.

И хотя сказано это было без улыбки, Мэди знала, что ее сестра так же счастлива, как и она сама.

Пропуская прядь волос между пальцев, Мэди кинула взгляд на новый пост в ленте. Она улыбнулась и нажала РЕБЛОГ.

* Дьявольские соблазны

** Мизансцена

С учетом планов возобновить занятия блогерством пост показался Мэди добрым знаком. Больше не откладываю осуществление мечты на завтра.

Она перечитала свой новый пост для МэдЛиб еще раз, прежде чем выложить его на сайт. Ее не было в Cети всего пару недель, но по меркам Интернета прошла целая жизнь. Просматривая статистику по последним двум гостевым постам, она обнаружила, что у сайта появились тысячи новых подписчиков. Из-за школы в последние несколько недель ее популярность в Интернете несколько утихла, но Мэди была настроена на возвращение!

Эта мысль вызвала у нее новый прилив восторга. Она вернулась!

Мэди пробежала глазами середину текста, слегка покраснев на описании длинноволосого плохиша Майкла. (Интересно, заметит ли кто-нибудь его схожесть с Лораном, или это видно только ей?) Она удалила одно предложение, сделав описание его характера более неоднозначным, и перешла к заключению.

Мэди нажала ОТПРАВИТЬ и пошла в ванную готовиться ко сну. Сара разложила свои утренние принадлежности – зубную пасту, расческу, щетку и полотенце – аккуратным рядком на стойке, и Мэди старалась не сдвинуть их. Посмотрев в зеркало, она поняла, что волосы выглядят ужасно. Обычно лежащие блестящим черным покрывалом, в последнее время из-за недостаточного ухода они стали тусклыми и неживыми.

К тому моменту как Мэди вымыла и высушила голову, было уже почти одиннадцать вечера. Вернувшись в спальню, она увидела, что в телефоне ее поджидают четыре новых сообщения от Лорана. В груди стало тесно, когда она их прочла.

Трясущимися руками она открыла блог МэдЛиб.

Мэди казалось, что она попала под грузовик. Она не могла вдохнуть полной грудью – ребра болели. Слыша звон в ушах, она просматривала обсуждение. Комментарии пылали злостью. Ответы сочились презрением. Слова «тролль» и «фальшивая фанатка» мелькали снова и снова.

– Боже…

Она зашла на сайт в разгар битвы, и ее пост был в самом центре сражения. Пока она находилась в душе, между несколькими мэдлибберами и анонимным комментатором развернулись масштабные военные действия.

С горящими глазами Мэди читала злобные комментарии страницу за страницей. Пока она читала, появилось еще пять комментариев. Аноним писал все больше гадостей, заставляя спор разбушеваться. Почти все ее друзья пытались ее защитить, но до тех пор, пока разрешались анонимные комментарии, остановить тролля было невозможно. «По-моему, я их отключала», – с беспокойством подумала Мэди. Теперь уже было слишком поздно исправлять ущерб.

Она потерла виски, потому что от напряжения голова налилась пульсирующей болью. Затем открыла страницу с настройками сайта, но в этот раз почему-то не смогла получить к ним доступа. Страница была закрыта.

– Что за черт?

Она обновилась, но пароль по-прежнему не подходил. С бешено бьющимся сердцем Мэди попробовала еще раз. Выскочила надпись НЕВЕРНЫЙ ПАРОЛЬ.

– Нет, нет, нет!

Мэди села за лэптоп и дрожащими руками открыла почту. В ящике оказалось несколько новых сообщений, одно из которых касалось сайта. Она просмотрела его, чувствуя усиливающуюся тошноту.

– Черт ПОДЕРИ! – прорычала Мэди, дважды нажав на ссылку. – Меня взломали!

После десяти минут ответов на повторяющиеся контрольные вопросы она снова зашла на сайт, где полыхало сражение.

Мэди судорожно всхлипнула.

– Убирайся ОТСЮДА к чертям! – выкрикнула она, отключая страницу одним нажатием клавиши.

Ее телефон жужжал, но она не обращала внимания, просматривая комментарии и пытаясь отсеять мусор. Не в силах разобраться, она удалила их все.

Сделав это, она открыла почтовый ящик сайта, уже зная, что там увидит.

– Откуда он все это знает?! Я ничего не писала об этом задании или о поездке!

Не дыша, она перешла к следующему письму.

На этом письма закончились.

Тогда он и взломал сайт, поняла Мэди. Яростно моргая, она не отрывала взгляд от экрана. Сейчас все закончилось, но что ей придумать, чтобы это не повторилось? Телефон снова зажужжал, и на этот раз она увидела на экране два сообщения от Лорана.

Она начала набирать ответ и тут же остановилась. Холодный пот потек по спине.

Трясущимися руками она снова открыла последнее письмо тролля.

– Он назвал меня minette, – выдохнула она.

Ее взгляд метался между последним письмом и сообщением от Лорана. Это слово будто выжгли ей на сетчатке. Это было ласковое словечко Лорана. Прозвище, которое он ей придумал! То, что тролль повторил его, выбило ее из равновесия сильнее, чем угроза доксинга. Она нахмурила брови, когда в голове возникла следующая мысль: «Зачем Лорану было нужно, чтобы я увидела комментарии тролля? Почему никто, кроме него, меня не предупредил? Кто еще знает о том, что я ездила в Нью-Йорк, чтобы сделать задание по английскому?». Тревожная мысль засела в голове, и спустя секунду Мэди удалила свое неотправленное сообщение.

Нервничая все сильнее, она вспоминала другие странные признаки. Последние несколько недель Лоран, похоже, всегда первым отвечал троллю, но затем переставал писать комментарии. Он быстро вспыхивал и тут же бросался утешать Мэди и извиняться за провоцирование ситуации. Писать под двумя разными никами несложно – черт, даже телефон и лэптоп сгодятся! – и если на одном из них установить Тор, то будет похоже, что IP-адреса из совершенно разных мест.

На ум пришли другие мелочи. Лоран был одним из недавних подписчиков, история с троллем началась как раз после его приезда. Лоран был в сети в странное время, а затем не в сети безо всякого объяснения. Лоран появился на ее пороге, а несколько недель спустя тролль подробно описал ее дом. Легче легкого, если уже видел его! Внезапно возникла сотня вопросов, на которые Мэди не могла ответить. Ее сердце бешено колотилось, когда она просматривала сообщения, присланные ей троллем.

– Он знал, что я была в Нью-Йорке, потому что он тоже там был! – воскликнула она.

Телефон зажужжал в ее потной ладони, заставив ее подпрыгнуть.

Это было невозможно! Но насколько?..

– О боже мой, – проскулила она. – Этого просто не может быть.

Она отбросила телефон, словно в руке была змея. Мэди не знала, откуда пришла эта мысль, но раз возникнув, она плотно засела в ее голове. Как бы ей ни хотелось убедить себя в том, что это неправда, теперь многое обретало смысл.

Мог ли Лоран оказаться троллем?

– Ты заболела?

Мэди распахнула глаза, на секунду ослепнув от солнечного света, и увидела, что сестра стоит в дверях ее спальни.

– Привет, Сара, – прохрипела она. – Не заболела, просто устала.

Она перевернулась на бок, стягивая покрывало, и поняла, что уснула прямо в одежде.

– Дай мне минутку на сборы, и я отведу тебя в школу.

Сестра нахмурилась сильнее.

– Ты правда заболела.

– Что? Нет, не заболела.

Сара ткнула пальцем в часы с радио и телефонной зарядкой, стоящие рядом с кроватью Мэди. Та смотрела на них несколько секунд, но так и не смогла понять, который час. Было слишком светло для четырех часов ночи, но это означало…

– Сара, сколько сейчас времени?

– Четыре ноль одна, – ответила сестра. – Ты проспала весь день.

Головокружение отступило под напором беспокойства. Она проворочалась полночи, анализируя каждую секунду, проведенную вместе с Лораном. Где-то после полуночи она взялась читать все его сообщения, но и это не добавило ей уверенности. Она не хотела верить, что он тролль, но факты говорили не в его пользу. Мэди пришла к неутешительному выводу, что просто не знает, чему теперь верить. Она оказалась в ловушке.

Сара застыла в дверях, склонив голову набок.

– Постой, – очнулась Мэди. – Если я проспала, кто будил тебя?

– Папа.

– А кто забрал тебя из школы?

– Тоже папа. Хотя он ждал у другого кабинета. Я была уверена, что придешь ты, но когда начала тебя звать, прибежал он.

Она закатила глаза.

– Ужасно неловко.

У Мэди вырвался дрожащий смешок.

– Но до дома ты добралась нормально?

– Конечно, нормально. Папа сказал, что ты, наверное, измотана подготовкой проекта. Так ты заболела?

В голове возник образ Лорана – вместе с мыслью, что он может быть троллем. Это было невозможно! Или не было?

Мэди скривилась.

– Может, и заболела.

– Тогда, надеюсь, ты скоро поправишься, – сказала Сара, выходя из комнаты.

Переодевшись, Мэди спустилась вниз. Сегодня была не ее очередь готовить, но она на скорую руку соорудила соус к спагетти, решив хоть так отплатить отцу за то, что вольно или невольно навязала ему Сару. Когда она отмеряла количество спагетти, ее телефон зажужжал.

С нахлынувшим чувством вины она снова убрала телефон в карман. Он жужжал еще дважды, пока она накрывала на стол. Вне зависимости от ее чувств к Лорану ей необходимо было узнать его версию событий, но она понятия не имела, как завести разговор о троллинге. Она не думала, что он – тролль, но и не была полностью уверена, что это не он.

Сара зашла на кухню ровно в пять тридцать, а следом за ней и отец.

– Пахнет вкусно! – воскликнул он. – По какому поводу?

– Без повода. Просто попытка поблагодарить за то, что прикрыл мое сегодняшнее разгильдяйство. Не могу понять, как умудрилась не услышать будильника.

Она положила себе спагетти и направилась к столу. Снова зажужжал телефон, и Чарльз удивленно приподнял брови, когда Мэди просто засунула его поглубже в карман.

– Едва ли такие оценки ставят за разгильдяйство, – заметил отец, сжав ее плечо по пути к своему месту. – Похоже, ты просто вымоталась со всеми этими заданиями. Тебе нужно больше спать.

– Мэди проспала весь день, – заявила Сара.

– Ну, наверное, ей это было нужно.

Телефон снова зажужжал. На этот раз Мэди вытащила его и, игнорируя все сообщения от Лорана, зашла в настройки. Там она выбрала стандартное сообщение «Абонент недоступен», хоть и понимала, что это глупо. Она всегда была на связи. Но вот до чего довел ее тролль – она убегала из того места, где прежде пряталась от реальной жизни. И ей стало больно от того, что причиной мог быть Лоран.

– Все в порядке? – спросил отец.

– Все хорошо, – заверила она, заталкивая телефон обратно в карман.

– Уверена? Ты кажешься…

– Правда, пап, все нормально.

– Ну, тогда ладно.

Ужин прошел без происшествий. Отец рассказывал о том, как прошел день. Сара завела разговор о сверхпустоте в созвездии Эридан и о том, что она может быть доказательством связи нашей вселенной с параллельной. Мэди слушала рассуждения сестры вполуха – наука была страстью Сары, но не ее, – а отец издавал поощрительные возгласы. «Возможно, – подумала Мэди, – пришло время посмотреть еще один фантастический фильм». И почти сразу выкинула эту мысль из головы. Она не собиралась выходить в Сеть, пока все не успокоится, мысль о том, что она просто тянет время, копошилась где-то на задворках сознания. Она выложит новый пост на МэдЛиб, но на этот раз будет готова заблокировать тролля сразу же как только он появится.

А что касается Лорана…

Ее мысли прервал звонок сотового телефона. На секунду Мэди подумала, что это ее. Что сказать Лорану, если окажется, что звонок от него?! Но тут отец поднялся из-за стола, сунув руку в нагрудный карман, выудил телефон, а затем приложил его к уху.

– Чарльз Накама слушает, – сказал он.

Сидящая напротив него Сара перестала есть, обратившись в слух.

– Угу. Да, это моя дочь, Мэдисон.

Мэди в замешательстве подняла глаза. Что за черт?

– Что там говорится?!

Посерев, отец уставился на Мэди, а затем резко вышел из комнаты.

– Нет, мне ничего об этом неизвестно! Вы знаете, откуда это взялось?

Судя по затихающим шагам, он направился в свой кабинет.

– Сейчас я позвоню своему адвокату и…

Дверь захлопнулась, отрезая голос отца. В это же время на экране телефона Мэди появилось фото, а за ним – еще одно. Грудь сжало от боли, когда она их разглядела.

Она вновь подняла голову и увидела, что Сара смотрит на нее, удивленно распахнув глаза.

– Что ты натворила на этот раз?

Мэди качнула головой, не понимая, как объяснить и поведение отца, и реакцию Лорана.

– Я, честно, не знаю.

– Мэди! Нам нужно поговорить!

Крик отца вывел Мэди из транса. Она так и не ответила Лорану. Не знала, как.

Сара посмотрела на сестру через стол.

– Я уберу посуду, – сказала она. – А ты иди, разберись с…

– Мэди, сейчас же!

– Иду! – крикнула в ответ Мэди, вылетая из комнаты. На стенах холла висели фотографии, рассказывающие о жизни семьи Накама, – Чарльз и его жена в разных позах, две девочки в сочетающихся нарядах перед ними. И каждое фото словно убеждало, что это образцовая американская семья. Ни на одной из них, заметила Мэди, родители не касались друг друга. Их руки всегда лежали на плечах дочерей. Они были обособлены. Разъединены.

– МЭДИ!

Она скользнула в кабинет отца. Он сидел за столом, открыв лэптоп и неловко зажав телефон между ухом и правым плечом. Когда она вошла, то встретила его взгляд.

– Ты должна объяснить мне это.

Мэди приблизилась к столу, чувствуя, как с каждым шагом внутри нарастает беспокойство. Что же там может быть? Она кинула взгляд на экран и задохнулась.

– Кто их сделал? – рыкнул отец, пролистывая изображения.

Это были фото Мэди и Лорана, держащихся за руки, гуляющих возле развалин, хохочущих на парковой скамье, сидящих в кофейне. Изображение было нечетким, но вполне различимым. Мэди рассматривала их в замешательстве и страхе.

– Я… не знаю…

Отец открыл следующее фото, и Мэди дернулась.

– О боже мой!

На этой фотографии Мэди и Лоран целовались у развалин. Увидев ее, Мэди все поняла – тролль следил за ними и сделал эти снимки, а значит, Лоран никак не мог быть троллем! Чувство облегчения смешалось с ужасом.

– Как не допустить их публикации? – резко спросил отец. Телефон переместился к другому уху. – Частная жизнь моей дочери, да и всей нашей семьи, собственно говоря, на кону.

Мэди понадобилась пара секунд, чтобы осознать, что отец обращается не к ней, а говорит по телефону – скорее всего, со своим адвокатом мисс Орин.

Отец открыл новую страницу, и лицо Мэди стало белее бумаги. Броская газетная фотография появилась на известном сайте об интернет-знаменитостях «СНС: Слышали Новую Сплетню?». Фото Лорана и Мэди в разных позах занимали большую часть страницы, а в центре выделялся ярко-красный текст:

«Мэдисон Накама, дочь Чарльза Накамы, журналиста “Герольда трех штатов”, ведущего известную колонку о семейных ценностях “По-домашнему”», состоит в скандальной связи с нелегальным иммигрантом!».

Мэди показалось, что ее ударили под дых. Она пыталась сделать вдох, но не смогла.

– Там… мое… имя… – прошептала она. – Мое НАСТОЯЩЕЕ имя!

– Да, и мое тоже.

– Но они же не могут просто взять и напечатать такое, да? Это ложь! У Лорана студенческая виза.

– Не просто могут, а уже сделали это. Сайт СНС теперь привлекут к ответственности за эти фотографии. Со мной уже связался редактор «Герольда трех штатов».

– Почему они связались с тобой? Это же обо мне.

– У моей колонки весьма консервативный круг читателей. Такие заявления могут вызвать у них негативную реакцию.

Он сжал переносицу.

– Таблоиды любят публиковать такое. Не имеет значения, есть тут хоть слово правды или нет.

Ее взгляд оторвался от экрана.

– Таблоиды?

– СНС первым пустил слух, но несколько других таблоидов, и печатных, и электронных, поддержали его распространение.

Отец переложил телефон к другому уху.

– Меня как колумниста «По-домашнему» просят прокомментировать ситуацию.

Меньше чем через минуту она открыла программу видеочата. Экран замерцал, и появилась спальня Лорана. Она выглядела не такой прибранной, как в прошлую их беседу. Одежда валялась на полу и на незастеленной кровати, позабытый рюкзак Лорана висел на ручке шкафа. Лоран поднял голову и поймал ее взгляд.

– Мэди, – выдохнул он.

Мэди не шевельнулась. Не смогла. Ожидая, пока к ней вернется голос, она успела осознать, какой же он все-таки красивый. Ровная белозубая улыбка, взлохмаченные блестящие волосы, спортивное телосложение. У обычных людей – тех, с которыми Мэди сталкивалась каждый день, – просто не было таких изящных, симметричных черт. Идеал.

– Рада снова тебя видеть, – сказала она.

Он судорожно вздохнул.

– Боже, я так скучал.

– И я тоже.

На глазах Лорана выступили слезы, а лицо исказила тоска, когда он приблизился к экрану.

– Почему ты пряталась от меня? Я решил, что сделал что-то не так. Я решил…

Его голос дрогнул.

Мэди открыла рот, собираясь выдать полуправду про занятость в школе, но вместо этого выпалила правду.

– Потому что по крайней мере некоторое время я думала, что им можешь быть ты.

Лоран нахмурился.

– Кем я могу быть?

– Троллем, – ответила она, впиваясь ногтями в подлокотники. – Я думала… не знаю… что все это делал ты. Играл со мной. Устроил эту глупую игру, чтобы причинить мне боль. Я не была уверена в том, что это ты… как и в том, что это не ты.

Он смотрел на нее несколько секунд, пытаясь осмыслить ее слова. Она вспоминала это позже – как ясно виден был тот момент, когда он понял, что она сказала, когда ее слова ранили его в самое сердце. Между ними пролегало огромное расстояние, но она сразу ощутила, как изменилась атмосфера. Он откинулся на спинку кресла.

– Ты… Ты думала, что я – тролль?

– Я думала, что ты мог бы им быть. Я не была уверена…

– Ты думала, что я нападаю на тебя.

– Нет… Да. В смысле…

– И все-таки? – бросил он. – Да или нет?

Мэди съежилась.

– Я давно поняла, что это кто-то из мэдлибберов, а поскольку я не знала тебя так же хорошо, как некоторых из них, выбор был очевиден. Прости. Я должна была спросить, но не знала как. Как только я увидела снимки, я поняла, что это не мог быть ты, но до того…

На экране Лоран сдвинул брови в одну напряженную линию.

– Что же я такого сделал, что заставило тебя сомневаться во мне?

Слова прозвучали как крик боли.

– Почему ты не доверяла мне?

– Потому, что не понимала, с чего ты проводишь со мной столько времени. В смысле… ты посмотри на нас… Мы не пара. Ты великолепен, Лоран, а я…

У нее вырвался грустный смешок.

– Просто-напросто Мэди. Я никогда к тебе так не относился! – выкрикнул он. – Ни разу! Никогда!

– Я знаю, но ты – идеал, а я просто…

Ей так и не удалось договорить, потому что Лоран потянулся к камере.

– С меня хватит.

Ее экран резко почернел, когда он покинул чат.

Разговор закончился.

Мэди судорожно всхлипнула.

– Нет!

Это был конец. Ее отношения с Лораном Абеляром официально закончились.

– Мэди, ты готова? – позвал ее отец. – Мы должны с этим разобраться, пока есть время.

– Иду, папа, – ответила Мэди и удивилась, что голос звучит нормально. – Я скажу Саре садиться в машину.

Внутри у нее все словно заледенело. Мэди с трудом доплелась до кухни на негнущихся ногах, почти неспособная дышать. Лоран порвал с ней. Все кончено. Кончено!

К девяти часам Сара была в школе, а к десяти Мэди с отцом добрались до полицейского участка. Чарльз остался ждать у стойки вместе со своим адвокатом.

Пока он при помощи мисс Орин заполнял все необходимые бумаги, офицер полиции с хмурым выражением, застывшим на лице, пригласил Мэди в свой кабинет, чтобы расспросить о вероятном преследователе и догадках по поводу его личности.

– Вы помните кого-нибудь, кто преследовал вас с Лораном на пути к «Колониал Инн»? – мрачно спросил офицер. – Кого-то, кто мог вас там видеть?

– Нет. Никого, – ответила Мэди. – Лорану показалось, что он что-то видел среди деревьев, но оказалось, что там ничего нет.

– Вы можете предположить, зачем кому-то преследовать вас? Что вы могли сделать такого, за что кто-то решил вас наказать? Одноклассник, по какой-то причине затаивший злобу?

Он взглянул на нее и снова уткнулся в бумаги.

– Киберхулиганство распространено шире, чем вы можете представить.

– Ничего такого, – сказала Мэди. – В смысле… я даже в обычную школу не хожу.

– Нет? – Офицер сделал еще одну пометку в своих бумагах. – В какой школе вы обучаетесь?

– В ОМА, на дистанционном обучении.

Пару секунд его ручка скрипела по бумаге.

– Вы говорили, что ведете свой блог в Интернете, – продолжил он. – Сколько у вас подписчиков?

– Я сейчас не припомню точную цифру, – призналась Мэди. – Это люди со всего света. Сайт набирает около миллиона просмотров в месяц.

Она наклонилась вперед.

– Так вы можете выяснить, кто он такой?

Офицер отложил ручку и посмотрел на нее. Его глаза были обведены темными кругами, словно он не спал несколько недель, и от них веером разбегались морщины.

– Мы сделаем все возможное, чтобы помочь вам, мисс Накама. Правда. Но… – Он кивнул на стопку папок на углу стола. – Ваше дело – одно из многих. Прямо сейчас у нас есть только несколько фотографий, история в газете, ядовитые письма и комментарии и ваше заявление о преследовании в Интернете.

– Но все это правда!

Офицер кивнул.

– Я уверен, что так и есть. Но доказать это непросто. И даже если у нас будут весомые доказательства…

– Но они есть! Тролль преследует меня уже несколько недель. Вы должны схватить его!

Офицер откинулся в кресле и скрестил руки на груди.

– Послушайте, все совсем не так, как показывают в кино. Мы не можем вычислить его, просто нажав пару клавиш, и послать к нему отряд спецназа. Не зная имени, я особо ничего не могу сделать.

– Так вы просто оставите все как есть?

– Вовсе нет. Я передам ваше заявление в отдел киберпреступлений. Киберхулиганство запрещено в Нью-Джерси, и даже уголовно наказуемо, но требуется больше, чем просто слова, чтобы привлечь кого-то к ответственности. А если речь идет о подростках, это еще сложнее.

– Вы о чем?

– Тот, кто вас преследует, скорее всего, учился с вами, так? Если ему еще нет двадцати одного года, его привлекут за киберхулиганство четвертой степени[61]. Если ему нет шестнадцати, дело передадут на рассмотрение комиссии по делам несовершеннолетних.

Офицер похлопал по папке.

– С теми доказательствами, что у нас есть сейчас, его, скорее всего, просто отпустят. В худшем случае выпишут штраф.

– Ш… штраф? – поперхнулась Мэди.

– Правда в том, что мы чертовски мало можем без веских доказательств, а их у вас нет.

– Но я показала вам все его посты и письма!

– Они все анонимны. IP-адреса фальшивые. И до тех пор, пока наше киберотделение его не найдет, у меня связаны руки.

Офицер закрыл папку и убрал ее в стопку, лежавщую на столе.

Мэди зажмурилась, тяжело дыша.

– Этого просто не может быть… Поверить не могу… Я… я…

– Мисс?

Она распахнула глаза и увидела, что офицер хмуро смотрит на нее.

– Мне жаль, – сказал он. – Правда. И мы будем искать его, но я хочу, чтобы вы поняли: это займет некоторое время. Вполне возможно, месяцы.

– Но…

– В отделе киберпреступлений сделают все возможное, чтобы поймать его на горячем и не оставить сомнений в том, что он виновен. Но…

Он поморщился.

– Это случится не прямо сейчас. Тут все дело в доказательствах.

Глаза Мэди сузились.

– Тогда я добуду их сама.

– Вау, ты и правда облажалась с Лораном!

Мэди, не останавливаясь, сверкнула взглядом в сторону сестры.

– Ооо, спасибо, Сара. Я этого не понимала, пока ты не объяснила.

– Так он просто бросил тебя после вашего разговора?

– Ага.

Мэди перекинула рюкзак на другое плечо. На такой жаре спина под ним моментально становилась мокрой.

– Вот, в общем-то, и все.

– И с тех пор ты с ним не общалась?

– Нет. На мои сообщения он тоже не отвечает.

– А если написать письмо? Или твит?

– Я пыталась. Он недоступен. Я даже звонила, но там голосовая почта.

Мэди покачала головой.

– Я думаю, все… кончено.

Сара плелась рядом, пока они не дошли до перехода. Тут она замерла, как всегда, посмотрев в обе стороны, но вместо того, чтобы переходить дорогу, положила руку на плечо Мэди, придерживая ее.

– Это все тролль виноват, а не ты, – мрачно выдала она.

– Можно подумать, я этого не знаю.

– Тебе нужно найти тролля. И доказательства.

– Я пыталась, Сара, но это не так уж просто. Тролль умен. Он умеет прятаться. Я же не могу заставить его вылезти по команде.

– Но ничего не закончится, пока ты это не остановишь.

Сара перешла дорогу, и Мэди пошла за ней на другую сторону улицы.

– Тролль делает все, чтобы причинить тебе боль, – продолжила Сара. – Именно он виноват в том, что произошло у вас с Лораном. И папу в это втянул тоже он.

Она яростно посмотрела на Мэди.

– Это как первый закон Ньютона.

– До Ньютона я тебя понимала, но тут я пас.

– Первый закон Ньютона гласит, что движущиеся объекты стремятся продолжать движение. Вот и с троллем так. У него есть движущая сила. Ему нравится то, что он делает. Ты должна остановить его, потому что сам он не остановится.

– Ты и в самом деле так думаешь?

– Я не просто думаю, я знаю, – заявила Сара. – Это физика.

Мэди вздрогнула, несмотря на жаркий день.

– Тогда мне стоит начать поиски.

К тому моменту как они добрались до дома, Мэди составила в уме список всего, что она знала о тролле. Он задирал ее еще в предыдущем сообществе, на сайте «Возвращение», а значит, был в Сети уже несколько лет, что сразу отсекало самую младшую из мэдлибберов, WrittenInChantalics. У него определенно был взрывной характер, что исключало из списка ModernDayWitch, которая всегда брала на себя роль мамы-медведицы, но делало весьма вероятным подозреваемым ArtWithAttitude – Аву.

У Авы с Мэди отношения не заладились с самой первой встречи у кинотеатра «Метрограф». Ее стремление к соперничеству с Мэди накладывало неявный, но раздражающий отпечаток на их общение. Были еще фразы вроде «разве ты, ну, не образцовый затворник?» или «может, нам тебя подкупить там, или типа того?». И безответное увлечение Авы Лораном. Единственное, что выбивалось из общей картины, – это что, по ощущениям Мэди, тролль был парнем. Похоже, он был связан с «Возвращением» – научно-фантастическим сайтом, – что делало StarveilBrian1981 лидером в списке кандидатов. Но Брайан был настолько же надежным, насколько и странным. И за все годы знакомства ее представление о нем ни разу не поколебалось. Поэтому его она также исключила из списка.

Что до десятков тысяч прочих мэдлибберов, читающих ее блог и в разной степени участвующих в жизни сайта, тут она даже не рисковала предполагать что-либо. Слишком уж много их было. Но Мэди нутром чуяла, что это кто-то знающий ее очень хорошо. Кто-то изучивший ее слабости.

– Осталось выяснить, кто.

Она составила список своих самых надежных виртуальных друзей и отправила им всем по письму. Если бы ее жизнь сопровождал саундтрек, решила Мэди, сейчас играла бы какая-нибудь эпичная шпионская музыка.

Меньше чем через три минуты она получила ответ.

Мэди грызла ноготь на большом пальце, перечитывая письмо Брайана. Могла ли она доверять Аве в этом вопросе? А был ли у нее выбор? После затянувшейся паузы она написала ему ответ.

Отправив еще двенадцать подобных писем мэдлибберам по всему миру, Мэди провела вечер, перерывая тонны комментариев и постов с разных платформ за несколько лет в надежде обнаружить хоть намек на тролля. Попадались злобные комментарии, но они появлялись разово, от тех, кто приходил и уходил, не подписываясь на блог. Основной бедой было то, что самые худшие из них она удалила.

– Черт подери! – Мэди вздохнула. – Я все испортила, избавившись от тех комментариев.

Ближе к полуночи она пошла вниз перекусить. Затем загрузила посудомоечную машину и протерла столы в надежде немного отвлечься. Когда она снова поднялась к себе, было около часа ночи. У Мэди перехватило дыхание, когда она открыла лэптоп.

В почте ее ждали четыре сообщения.

Первое было от матери. В нем говорилось, что они с отцом обсудили планы Мэди после школы взять год на размышление и она поддерживает это решение. Во втором она прочла приглашение на комикон в Нью-Йорке с просьбой сказать речь от лица местного виртуального сообщества. Третье письмо пришло от Авы. Дрожащими пальцами Мэди нажала ОТКРЫТЬ.

Дрожа от выброса адреналина, Мэди открыла письмо Брайана.

– БоССы! – выдохнула Мэди. – Так тролль называл меня в своих письмах.

Она попыталась вспомнить всех, кто учился с ней последние несколько лет. Близко она ни с кем не дружила, но и припомнить тех, кто мог бы ее ненавидеть, тоже не смогла. Никаких явных врагов. В голове возник образ черноволосого парня со злыми глазами.

– Кроме Гевина, того грубияна, друга Робби…

Обеспокоенная, она вернулась к письму Брайана.

Мэди уставилась на экран. Робби или Гевин. Все что ей требовалось – это доказательства. Пришло время выманить тролля из его пещеры, а затем можно идти в полицию.

– Гевин Альхорн? – переспросила Сара.

– Да, Гевин. Друг Робби, – сказала Мэди. – Черноволосый. Агрессивный. Я его видела в школе пару раз. Он толкнул нас в тот день, когда ты ходила в библиотеку на подготовительные занятия.

– И что с Гевином?

– Думаю, он – наш тролль, но я не уверена. Нужно перепроверить, прежде чем я предъявлю ему это.

Сара нахмурилась.

– И что ты собираешься делать?

– Мне нужно поговорить с ним. Но так, чтобы было не слишком подозрительно.

Мэди запустила руки в волосы.

– Боже! Почему в кино быть детективом намного проще?

– Я знаю, как ты можешь поговорить с ним.

Мэди опустила руки.

– Как?

– Он играет с Робби. Я могу договориться сыграть с ними.

– Думаешь, Робби согласится? В смысле… Гевин же его друг и все такое.

Сара окинула ее оценивающим взглядом.

– Мэди, ты нравишься Робби. Я уверена, что он согласится, как только я скажу, что ты придешь.

Мэди вытерла вспотевшие ладони о джинсы.

– Ага… Думаю, это сработает. Мне просто нужно поговорить с Гевином – и все.

Сара кивнула.

– Подожди минутку. Я напишу Робби.

Робби жил не в обычном доме, а на верхнем этаже фамильного отеля «Колониал Инн», рядом с которым Сара и Мэди играли в детстве. Родители Робби мистер и миссис Салливан были его владельцами. Когда сестры подошли к отелю, в голове Мэди вспыхнули воспоминания об их с Лораном прогулке по пляжу у озера. На секунду Мэди захотелось отправить Лорану в Снэпсиде фото развалин, где он уговаривал ее забраться наверх, но она сдержалась. Она испортила их отношения сама, и самое малое, что она могла теперь сделать, – это уважать его желание двигаться дальше.

– Идешь, Мэди? – позвала Сара с парадного крыльца.

Мэди опустила телефон в карман, так и не сделав снимка.

Мать Робби отличалась шумным и веселым нравом – самая идеальная для телешоу мать из всех, каких Мэди встречала. Она подтолкнула их обеих наверх, в жилые комнаты, с криком: «Спускайтесь за печеньем через полчасика, дети!».

Мэди кинула взгляд на Сару и подняла брови.

– Родители – странные люди, – проворчала Сара.

Дверь открылась прежде, чем Мэди успела ответить. За дверью стоял Робби, его влажные волосы были скорее каштановыми, чем рыжими. Мэди стало жаль, что ему нравится она, а не сестра. Он определенно казался симпатичным, а у Сары было так мало друзей.

– Давайте, заходите, – сказал он, двинувшись вглубь квартиры. – Игровая приставка в моей комнате.

Сара двинулась следом, а Мэди – в двух шагах позади, разглядывая детали интерьера этого уютного жилища. На столах стояли чаши с ароматической смесью, рядом с диваном лежал открытый альбом с детскими фотографиями Робби. Мебель была антикварная, начищенная до блеска, а на стенах висели черно-белые фотографии развалин. Все словно сошло со страниц журнала о дизайне.

– Ты идешь? – позвал Робби.

– Да, извини! Просто решила осмотреться, – ответила Мэди, смутившись. – У тебя дома очень красиво, Робби.

– Ну… думаю, неплохо.

Он распахнул дверь и зашел в комнату.

– Бесит только, что постояльцы все время толкутся вокруг.

Комната Робби представляля собой полную противоположность уютной обстановке всей квартиры. Горы одежды лежали по углам, кровать была не заправлена. Густой запах немытого тела заставил Мэди поперхнуться.

– Ты неряха, Робби, – заявила Сара. – В комнате грязно.

– Сара! – выдохнула Мэди.

Робби только рассмеялся.

– Моя комната – мои правила.

Сара устроилась на полу в изножье кровати, и Робби сунул джойстик ей в руки.

– Вот, давайте сыграем.

Мэди попыталась найти место почище, чтобы присесть, но вариантов было немного. В итоге она выбрала кресло рядом с компьютерным столом Робби. Лэптоп подмигивал огоньком зарядки, и она аккуратно убрала его в сторону.

– Вот, держи, Мэди, – сказал Робби, с улыбкой вручая ей джойстик и устраиваясь перед телевизором.

– Э-мм… А твой друг разве к нам не присоединится? – спросила Мэди.

– Кто? Гевин? Не-а. Он отказался в последний момент.

Лицо Мэди вытянулось от разочарования.

– Правда?

– Ага. Его компьютер ломанули прошлой ночью. Он переустанавливает свой брандмауэр[62] и пытается восстановить те файлы, которые потерял.

Робби вернулся к игре, и на экране возник подвал подземной лаборатории.

– Ну ладно, начинаем!

Под рев музыки на экране появилась заставка.

– Во что играем? – спросила Мэди, выбирая себе место.

– «Зомби. Отряд Смерти-3», – ответила Сара.

Мэди пожала плечами.

– Никогда не слышала.

Робби пошел первым.

– Предыстория такая: мы застряли в заброшенном бомбоубежище глубоко под поверхностью Земли через год после биологической войны. Есть вентиляционные трубы, ведущие на поверхность, но это лабиринт.

– Цель игры – выбраться наружу, – объяснила Сара. – Просто иди вперед.

– За исключением тех случаев, когда нужно идти вниз, чтобы избежать верной смерти, – добавил Робби.

На экране герои, попавшие в одну из комнат с белыми стенами, начали кричать, а их глаза почернели и ввалились, как у трупов. Рев музыки стал громче.

Мэди нервно рассмеялась.

– Ну, все довольно фигово.

– Не-а, – возразил Робби. – Просто некоторые шахты заражены зомби-вирусом и это значит…

На экране начался обратный отсчет.

– Нам пора уходить. Здесь есть и другие команды, играющие за зомби. Мы – выжившие. Вперед!

Следующие десять минут троица пробиралась по лабиринту и очевидно скромные игровые навыки Мэди уже несколько раз ставили Робби и Сару в сложное положение. Хихиканье Мэди переросло в панический смех, когда ее герой оказался зажат в углу кладовки.

– Подождите! – закричала она. – Я застряла! Не могу выбраться!

Сара отвлеклась от зомби, с которыми она дралась, чтобы помочь сестре. Персонаж Мэди двигался в одном направлении снова и снова, ударяясь лицом о металлические шкафы.

– Назад! – велел Робби. – Ты не туда бежишь.

Еще один зомби показался в поле зрения.

– КАК?! Похоже, я не могу шевелить ногами.

– Ты разберись с Мэди, – сказала Сара. – а я уберу мусор.

Она бросилась в бой.

– Зеленая кнопка… – бросил Робби. – Нет, не эта. Другая!

– Ребята, скорее, – предупредила Сара. – Я так весь день не продержусь.

– Давай, Мэди, выбирайся! Ты убьешь нас здесь!

Но Мэди разобрал такой смех, что она уже едва дышала. Наконец ей удалось развернуть своего героя.

– Я выбралась! – крикнула она. – Нам нужно…

Шкаф распахнулся, и словно из ниоткуда появились еще два зомби.

– Бегите! – закричала Мэди. – Спасайтесь! Я вас прикрою собой!

И она неловко направила своего героя прямо навстречу нападавшим.

Робби зашипел.

– Черт! Я выбыл.

Он кинул джойстик на пол и встал.

– Не думал, что когда-нибудь наберу так мало очков.

– Расслабься, – сказала Мэди. – Это просто игра.

– Из-за тебя я проиграл!

Смех Мэди затих.

– Боже, Робби. Я не думала, что ты такой…

– Надо было думать, прежде чем давать тебе в руки джойстик!

– Отстань от нее, – вмешалась Сара.

Ее лицо побелело, только два ярких пятна горели на щеках.

– А то что? Будешь ее защищать?

– Мэди никогда не играла в эту игру, она просто не знала, как…

– Дураку понятно, что ты будешь на ее стороне. БоССы все одинаковы!

Сердце Мэди так заколотилось, что ей стало нехорошо. БоСС. Это выражение использовал тролль.

– Я пошел, – заявил Робби, выходя из комнаты.

Мэди впилась взглядом в закрытую дверь. Она знала Робби. Он учился с ней с начальных классов. Он был умным, милым… даже забавным. Он занимался с классом Уоттли и приглашал ее пойти с ними в библиотеку, когда помогал Саре. Он всегда казался таким милым… пока не перестал.

Слова Сары всплыли в памяти: «Робби позвал меня в кино только потому, что ты ему нравишься…».

Осознание обрушилось на Мэди, как груда камней. Интерес Робби к ней усилился на фоне накала обстановки в ее реальной жизни в последние несколько недель. Мэди знала о его увлечении, но игнорировала его. Ей ни разу даже в голову не пришло, что он тоже может быть там – в Сети. Под прикрытием ника @fandometric Робби мог наблюдать за ней месяцами! Он мог увидеть развитие онлайн-романа между Мэди и Лораном, а когда его собственные ухаживания в реале были отвергнуты, его разочарование сменилось гневом.

Робби троллил Мэди из ревности, наказывая за то, что она выбрала Лорана, а не его.

Она тяжело сглотнула, мысленно расставив все детали по местам. То, что тролль знал о поездке Мэди в Нью-Йорк, всегда было непонятно, зато теперь прояснилось. На ум пришли его слова: «Группа маленькая, в основном парная работа…». Робби и Сара разговаривали во время занятий, которые он вел. Он легко мог узнать обо всех передвижениях Мэди, потому что Сара всегда отличалась неумением держать язык за зубами. А поскольку Робби жил в «Колониал Инн», он легко мог сделать все те снимки прямо со своей веранды, оставшись незамеченным. Он наверняка слышал, как Лоран называл ее minette.

– Это он, – прошептала Мэди.

– Он что?

– Робби – тролль. Это @fandometric! Он тот кто доставал меня.

– Правда?

– Да!

Глаза Сары расширились так, что казалось, вот-вот выскочат из орбит.

– Что будем делать?

– Полиции нужны доказательства, – сказала Мэди. – Я…

Она повернулась к лэптопу, лежащему на столе рядом с ней.

– Я должна проверить, чтобы убедиться.

– Но ты не можешь просто залезть в его компьютер! Это незаконно!

– Я должна, Сара!

Сестра начала мерить шагами заваленную одеждой комнату.

– Ну, не знаю, Мэди. Это неправильно. Думаю, не стоит.

– Я только взгляну, нет ли там чего-нибудь подходящего. А ты держи его подальше отсюда.

Споткнувшись, Сара остановилась.

– Но как?!

– Я не знаю. Отвлеки его чем-нибудь. Быстрее, Сара! Не пускай его сюда.

Сестра поплелась к двери. Казалось, ей вот-вот станет плохо.

– У тебя пять минут. И все.

– Нужно больше!

– Пять, – повторила сестра. – И если я начну кричать, бросай все. Пять минут.

Мэди кивнула.

– Ясно.

Первый шаг был самым легким. На компьютере Робби как раз загружался какой-то торрент, и когда Мэди постучала по клавиатуре, то увидела, что пароль вводить не придется. Это был первый и единственный успех, которого она достигла.

Ее пальцы запорхали над клавиатурой, когда она взялась за поиски доказательств того, что Робби – тролль. Мэди задержала дыхание. Если он ее поймает, ей придется объяснять, чем она тут занималась. Я ошибалась насчет Лорана! Что если я ошибаюсь и насчет Робби тоже?! Но она нутром чуяла, что права.

Она слышала, как из-за двери доносился чересчур громкий голос Сары.

– … но мне показалось, что твоя мама что-то говорила про печенье. Можешь принести нам немного?

Робби что-то проворчал, но слишком тихо, чтобы разобрать.

– Пожалуйста, Робби, – ныла Сара. – Я очень хочу печеньку.

Снова ворчание.

– О, нет. Мэди никогда не ест печенье. Она… она… она просто не ест.

Дверь все еще оставалась закрытой.

– Пожалуйста… – выдохнула Мэди. – Мне всего-то нужны доказательства…

Если бы она нашла аккаунт «fandometric» или черновик с оскорблениями, этого было бы достаточно.

Мэди попыталась залезть в его почту, но ей помешал пароль. Затем она просмотрела черновики документов. Пусто. Зашла в историю браузера – абсолютно ничего.

– Нет!

Как Брайан ее и предупреждал, тролль хорошо умел заметать следы.

Голоса в коридоре приближались.

Мэди закрыла глаза, пытаясь припомнить все, что она знала о тролле. Но волнение мешало ей найти правильные слова, а без доступа к почтовому ящику было невозможно проверить его исходящие.

– Если бы у меня был правильный IP-адрес…

Одно слово пришло ей на ум, и она тут же вбила его в поиск на компьютере: Тор. Программа, скрывающая IP-адрес. Программа возникла в диспетчере задач как раз тогда, когда сестра начала кричать.

– Мэди! МЭДИ! – визжала Сара. – Робби не несет мне ПЕЧЕНЬЕ!!!

Мэди нажала правой кнопкой мыши на Тор и выбрала ЗАВЕРШИТЬ ЗАДАЧУ. Тор был отключен! Она закрыла диспетчер задач и метнулась к двери, но Робби уже стоял по другую ее сторону.

Дверь стукнула его по плечу.

– Ай! Что за черт? – вскрикнул он.

– Прости!

– Твоя сестра взбесилась. Тебе лучше пойти…

Но Мэди уже проскользнула мимо него и теперь неслась по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за раз.

– Идем, Сара! – крикнула она. – Нам пора ИДТИ!

Мэди постучала в дверь кабинета и дождалась, пока отец пробормотал: «Открыто». Когда она вошла, он поднял голову.

– В чем дело?

– Пап, нам надо поговорить.

Отец кинул на стол бумаги, которые держал в руках, и подошел к ней.

– Звучит серьезно. Что случилось?

– Я нашла его.

– Нашла кого?

– Человека, отправившего те фотографии в газеты. Того же самого, который сдал меня миссис Прит. Тролля. Тролля с МэдЛиб сайта.

– Мэди, ты вывалила на меня слишком много информации сразу.

Отец снова сел и похлопал по креслу, стоящему рядом.

– Я хочу, чтобы ты рассказала все с самого начала.

– Ну, – сказала Мэди, – я думаю, все началось, когда я закончила серию обзоров саги «Звездная вуаль». Был один подписчик, который…

Она замолкла.

– Нет, стоп… Все началось еще раньше. Намного раньше.

– Когда именно?

– В то время когда я решила уйти в онлайн-школу, я часто бывала на сайтах пары сообществ.

– Сообществ?

– Это группы людей со схожими интересами, собирающиеся в Сети.

На лице отца отразилось недоумение.

– Я не…

– Интернет-сообщества, – объяснила Мэди. – Люди общаются в Сети, переписываются, выкладывают картинки, истории и все такое. Одним из таких сообществ был сайт «Возвращение».

– Мэдисон, это нехорошая история? Тебя втянули во что-то незаконное?

– Нет, – устало проговорила Мэди. – Ничего такого. Боже, пап, пора уже перестать так бояться Интернета. Поначалу сайт «Возвращение» был отличным сообществом. Я была рада найти людей, с которыми могла поговорить, раз уж я растеряла всех школьных знакомых. И по большей части люди в Сети оказались клевыми. По крайней мере многие из них.

Отец, нахмурившись, постукивал пальцами по подлокотникам кресла.

– А те что не были клевыми?

– Вообще-то такой человек был. Один. И он начал меня задирать… троллить – так это называется… пока не вынудил уйти.

Отец нахмурился.

– Но, солнышко, что же ты мне раньше ничего не рассказывала?

– Не знаю. Думала, что это глупые детские выходки. А вы с мамой были так заняты, выясняя, что с Сарой.

Она пожала плечами.

– Я не хотела вас беспокоить.

– Ох, Мэди…

– Так что я ушла из того сообщества и нашла новые, еще лучше. А потом со временем решила взяться за создание собственного блога. Что и сделала, создав МэдЛиб, и почти два года все шло хорошо. Действительно хорошо! А затем, когда я закончила делать обзоры «Звездной вуали», ни с того ни с сего появился этот анонимный писака, цепляющийся ко мне.

– Но зачем?

– Хулиганы есть хулиганы. Для них причина не важна.

Рассказывая, Мэди смотрела в окно. Говорить было легко, но рассказ взволновал ее больше, чем она думала. Она всю жизнь пыталась защитить Сару от жестоких шуток одноклассников, не принимавших ее непохожести. Казалось, за это время у нее выработался иммунитет к издевательствам, но нашелся человек, который все-таки сумел пробить ее защитный панцирь. Ее просто вымотала эта история.

– Поначалу все шло не особо плохо, – продолжила Мэди. – Я заблокировала тролля. Попыталась выяснить его IP-адрес. Отключила анонимное комментирование. Но все это его не остановило. Этот тролль был кем угодно, но не глупцом. Он скрывал свой адрес, менял ник.

Она подняла голову и увидела, что отец смотрит на нее, приоткрыв рот от удивления.

– Я больше чем уверена, что именно тролль писал в школу жалобы и о нарушении мной школьных правил, и о плагиаторстве. Думаю, что и наши с Лораном фото отправил в газету тоже он.

– Ублюдок!

– Да, это очень точное определение, – согласилась Мэди, устало усмехнувшись. – Когда я пропала из Сети, чтобы закончить своей школьный проект, тролль исчез тоже.

– Потому что ты ничего не писала?

– Наверное, – согласилась она. – Но вместо меня писали другие люди, друзья, которых я об этом попросила. Даже Лоран принимал участие. А потом тролль вернулся. И предупредил, чтобы я готовилась к неприятностям.

Мэди скривилась.

– Затем появились те фотографии. А когда мы обратились в полицию, мне сказали, что на его поимку могут уйти месяцы.

– Месяцы?!

– Тролль умен. Он заметал следы очень, очень ловко. А поскольку серьезных доказательств его вины не было, в полиции сказали, что обвинения в киберхулиганстве ему, скорее всего, не предъявят. Они взялись за это дело, но я решила, что добуду доказательства сама.

Отец, нахмурившись, пригладил усы.

– И как можно вычислить кого-то вроде него? Может, обратишься в полицию еще раз? Мы можем попросить их…

– Я уже знаю кто это.

Отец со свистом выдохнул, словно получил удар под дых. Затем наклонился к ней.

– Кто?.. – рыкнул он. – Кто все это устроил?!

– Это Робби.

– Кто?

– Робби Салливан, парень, с которым я когда-то училась. Он заканчивает старшую школу в Милбернской академии. И еще ведет у Сары подготовительные занятия.

Чарльз моргнул.

– Но разве не к нему вы с Сарой сегодня ходили играть?

Мэди кивнула.

– Тогда-то я и обнаружила у него в компьютере программу, скрывающую IP-адрес.

Она мрачно улыбнулась.

– Я ее отключила. Если он снова начнет меня троллить, я смогу его увидеть. Поймать на горячем. Это и будет доказательством, которое требуется полиции.

Отец откинулся на спинку кресла и стянул очки. Его лицо побледнело.

– И что теперь?

– Мне нужно, чтобы ты отвез меня в полицейский участок. Хочу покончить с этим.

– Как?

– Я собираюсь спровоцировать Робби, чтобы полиции удалось его засечь.

Мэди взглянула на Сару, сидящую на диване рядом с ней. Для обзора они выбрали какой-то фильм, названия которого Мэди даже не запомнила, об умершем парне, оставшемся после смерти на Земле и преследующем свою жену в попытках найти убийцу. Сара клевала носом половину фильма, но взвинченность сестры не давала ей уснуть окончательно. Мэди написала итоговый пост в рекордные сроки. Теперь пришло время опубликовать его.

– Думаешь, так пойдет? – спросила Мэди.

Сестра зевала и потягивалась, так до конца и не проснувшись.

– Сара!

– Что?

– Как ты думаешь, пост нормальный?

Сара оглянулась, потянувшись за джойстиком.

– Да. Еще не выкладывала?

– Выложу через секунду.

Прикусив нижнюю губу, Мэди просматривала первый абзац.

– Просто хочу убедиться, что все нормально. Это должно сработать.

Курсор замер над кнопкой ОТПРАВИТЬ. Мэди попыталась поймать взгляд Сары, но та уже увлеклась игрой.

– Думаешь, Робби проглотит наживку и начнет троллить этот пост?

– Может быть.

Мэди кинула взгляд на низ экрана, перечитывая заключительный абзац.

Пальцы сжались в кулаки, когда она прочитала последние строчки.

– И ничего… – сказала Мэди.

Затем нажала ОТПРАВИТЬ, и пост появился на сайте.

– Будем все-таки надеяться, что получится.

– Получится, – заявила Сара.

– Откуда тебе знать?

На экране герой Сары танцевал сложный танец из ударов и уверток, прокладывая себе путь через толпу солдат.

– Действие и противодействие, – пояснила сестра. – Это физика. В определенный момент во всем достигается равновесие.

Следующие два часа Мэди боролась с желанием написать Лорану и рассказать, что нашла тролля и вместе с полицией расставила ему ловушку.

Ей снова и снова хотелось умолять его о прощении. Хотелось знать, что он думает о ее последнем посте, но Лоран ничем не показывал, что видел его. Ни одного комментария от @laurentabelard не было. В это время прочие ее друзья, знающие о разворачивающейся драме, играли свои роли, активно комментируя ее блог и внезапный пост о классике 1990-х годов.

И вот появился тролль.

Это худший, черт его дери, пост, который я когда-либо ВИДЕЛ! Тяжелая выдалась неделька, а, @MadLib? Так забейся в свою норку и ПОПЛАЧЬ! Чертова СОПЛЯЧКА!

Мэди знала – полиции нужно, чтобы она удерживала Робби в Сети подольше, но ее потрясла агрессивность его нападок. Не опасаясь последствий, он лил на ее пост целые потоки самых низкопробных ругательств. Удивительно, но чем ядовитее становились его комментарии, тем меньше они задевали Мэди. Он был просто ребенком – злобным маленьким сопляком, – а вовсе не монстром. Все изменилось, когда она узнала кто он. И он больше не пугал ее.

К вечеру его активность упала, количество комментариев сократилось и наконец они совсем иссякли. Последнее сообщение пришло на почту МэдЛиб.

Гнев Мэди утих. Эта осада иссушила ее эмоции. Совершенно хладнокровно она написала последний ответ.

Она отправила письмо, не колеблясь ни секунды, и сразу же заблокировала сервер. Уведомления об удаленных сообщениях хлынули бешеным потоком.

Устав до тошноты, Мэди закрыла лэптоп и столкнула его с коленей. Затем, тяжело дыша, рухнула на кровать. Я больше не боюсь. Она не была уверена, когда именно пропал страх, но знала, что это правда.

Зазвонил домашний телефон.

– Мэди, – раздался голос отца с кухни, – можешь взять трубку? Наверняка это тебя.

На секунду она представила, что это Лоран, но оказалось, что звонят из полиции.

– Мы его взяли, – объявил офицер со скрипучим голосом. – Благодаря вам у них на руках был ордер, поэтому получилось забрать компьютер Робби. Ему всего восемнадцать, поэтому ему предъявят обвинения в преступлении четвертой степени, но он будет осужден.

– Спасибо вам…

– Спасибо вам, мисс Накама. Вы замечательно потрудились, чтобы выследить его. Я не могу сказать, какой приговор ему вынесут. Может, все и закончится штрафом, но атаки на вас прекратятся.

– Хорошо…

Она хотела что-нибудь добавить, но у нее сдавило горло.

– Мы с вами еще свяжемся, чтобы оформить все бумаги. Но пока вы можете не беспокоиться. Все закончилось.

Почему-то слово «закончилось» стало последней трещиной в стене, которую она выстроила вокруг себя с тех пор, как Лоран исчез из ее жизни. Услышав его, Мэди почувствовала, как одновременно схлынул адреналин и закончились последние силы. Она откинула голову на спинку дивана, закрыла глаза и дала волю слезам, ручьями потекшим по лицу.

– Закончилось, – прошептала она. – Все закончилось.

В субботу появилось ощущение, что по ее жизни пронесся смерч. Пост на МэдЛибе был практически уничтожен, на странице с комментариями вчера развернулась такая кровавая бойня, что сегодня Мэди не представляла, как все это вычистить. Сделав пару попыток написать достойные ответы своим фанатам, она сдалась, со вздохом выбрала СКРЫТЬ и обновила вчерашний пост. Экран лэптопа мигнул, страница перезагрузилась и все разрушения, учиненные троллем, стали теперь делом полиции.

Мэди подтянула лэптоп поближе и хрустнула костяшками пальцев.

– Это отвратительно, – пробурчала Сара.

– Мне так легче думать.

– Все равно отвратительно.

Сестра развалилась в отцовском кресле напротив, и ее ноги то и дело задевали Мэди.

– Хочешь, сходим куда-нибудь? Сегодня хороший день. Мы могли бы сходить в парк или прогуляться к пруду.

– Может, позже. Ладно?

– Ладно.

Мэди снова уткнулась в открытый файл. Целью этого поста было восстановление. Новое начало.

Полчаса спустя Мэди почти закончила печатать, а Сара все так же терпеливо ждала. Мэди потянулась, придерживая лэптоп, чтобы он не упал с коленей.

– Теперь хочешь пойти? – спросила сестра.

– Еще минутку, ладно? Просто хочу это закончить.

– А что ты пишешь?

– Новый пост. Нужно рассказать мэдлибберам, что произошло.

Сара застонала.

– Я пойду с тобой в парк. Обещаю. Просто сначала мне нужно дописать.

– Хорошо.

Сестра вздохнула, наблюдая, как Мэди просматривает заключительные абзацы.

Мэди грызла ноготь, пытаясь придумать, как лучше изложить все это здесь. Для нее было важно, чтобы читатели знали, что произошло. Знали, что она заботится и об их чувствах тоже. И раз уж МэдЛиб вернулся в рабочую колею, она может начать работать над тем будущим, о котором мечтает.

Сестра дотронулась до большого пальца Мэди, оторвав ее от размышлений.

– А теперь? – спросила она.

– Уже почти…

– Почти готово, Сара, – сказала Мэди, подводя курсор к кнопке ОТПРАВИТЬ. – Я его уже выкладываю.

Она подняла голову и улыбнулась.

– Спасибо, что дождалась. А вообще… спасибо за все, что ты сделала для меня за последнее время. Не знаю, как бы я справилась без тебя.

Сестра не ответила.

– Готова идти, Сара?

Сара лишь глубже соскользнула в кресло, заслонив лицо журналом.

– Через минутку, – донеслось ее бормотание. – Нужно кое-что закончить.

Телефон Мэди зажужжал, и она удивленно взглянула на экран. За последние секунды появился новый комментарий к ее посту.

Мэди смущенно подняла взгляд. Над журналом, который держала сестра, виднелась только ее макушка. Это был первый намек. К тому же это был журнал отца о рыбалке, один из тех, которые Мэди с Сарой редко, а точнее, никогда не брали в руки.

– Сара? – позвала Мэди.

Лицо сестры возникло над страницами.

– А?

– Это ты…?

– Что – я?

Мэди посмотрела на экран телефона и снова на сестру. Начали появляться другие комментарии, но этот прочно завладел ее вниманием: «Я знаю, как трудно порой понять, о чем люди думают и что чувствуют, но текстовый формат может помочь в этом». Разве не то же самое Мэди говорила сестре о сообщениях?

– Ты комментировала мой пост?

На долю секунды по губам Сары скользнула улыбка, а затем журнал вернулся на место, закрыв сестру от Мэди.

– Может быть.

– Может быть?

– А может и нет.

Мэди улыбнулась.

– Ну, если да, то я рада. Самое время тебе присоединиться к мэдлибберам.

Сара отшвырнула журнал на кресло, запихивая телефон в карман.

– По правде говоря, я давно уже на сайте, – сказала она. – Просто держалась в сторонке.

Мэди засмеяласьа.

– Ну, я рада, что ты наконец-то высказалась.

– И я.

Ужин уже закончился, и Мэди была в своей комнате, когда услышала шаги отца в коридоре. Он просунул голову в дверь.

– Мы с Сарой хотим посмотреть кино сегодня. Присоединишься?

– Нет, спасибо.

– Все хорошо? Ты сбежала сразу после ужина.

Мэди вздохнула и отложила телефон. Она уже закончила отвечать на комментарии к своему посту и теперь чувствовала себя совершенно опустошенной.

– Все в порядке, папа. Просто устала.

– Устала, да?

– Угу.

Она прикрыла глаза ладонью, недоумевая, откуда эта тяжесть в груди. Среди сегодняшних комментариев особо заметно было отсутствие одного ника: @laurentabelard. Она не собиралась искать его, но не смогла удержаться.

Шаги отца приблизились.

– Мэди, ты уверена, что у тебя все в порядке?

Горло перехватило, когда она ответила:

– Нет. Не уверена.

Она скорее почувствовала, чем увидела, как отец присел на кровать рядом с ней.

– Что случилось? Я думал, тебе станет лучше, когда поймают этого тролля. Теперь вся эта история закончилась.

Из горла Мэди вырвался хрип.

– Дело совсем не в этом.

– Не в этом?

Мэди тяжело сглотнула, но комок в горле не исчез. Она уронила руки по бокам и смотрела в потолок, пока отец не коснулся ее руки.

– Поговори со мной, Мэди.

– Я думала, что это Лоран.

– Что?

– Когда выяснилось, что тролль из мэдлибберов, некоторое время я думала, что это Лоран. Я рассказала ему об этом, и он так обиделся, что разорвал со мной всякую связь. Я…

– Так вы поэтому больше не гуляете вместе?

– Да.

Она села и вытерла глаза.

– Я пыталась объяснить, он обиделся, а теперь я все окончательно разрушила.

– Не может быть все так плохо.

– Но так и есть. Он никогда больше не заговорит со мной.

– Так поезжай к нему и все объясни.

Мэди уставилась на отца.

– Но Лоран в Нью-Йорке.

Чарльз снял очки и протер их уголком рубашки.

– У тебя там тетя.

– Но я не могу просто так уехать.

– Почему нет?

– А что если Лоран не хочет меня видеть?

Отец снова нацепил очки на нос и улыбнулся.

– Тогда тебе придется его переубедить.

Была почти половина десятого, когда Мэди выбралась из метро и нашла дом, который Лоран показывал ей во время ее прошлого приезда в Нью-Йорк. На темном безоблачном небе слабо мерцали звезды, и фонари создавали зеленые нимбы там, где их окружала листва. Где-то вдалеке шумели машины. Идеальный нью-йоркский вечер словно сошел с картины, и если бы Мэди так не пугало то, что она собиралась сделать, она была бы даже рада вновь вернуться в город.

Она поднялась по ступенькам, ведущим ко входу в дом, подавляя приступ тошноты. Что она скажет Лорану? Как заставит его понять? На верхней ступени она остановилась, просматривая номера квартир, пока не нашла номер 305. Ощущая нервную дрожь во всем теле, Мэди нажала кнопку звонка, но никто не ответил.

Она нажала еще раз. По-прежнему ничего. Мэди неловко переминалась с ноги на ногу. Может быть, звонок сломан? Она нажала его снова и держала, считая до десяти. Ничего…

– Ох, да боже мой! – воскликнула она. – Его вообще нет дома!

Она вытащила телефон из кармана, собираясь предупредить тетю Лизу, что вернется рано. На экране висело сообщение от отца.

– Сложновато, когда его здесь нет, – проворчала она.

Затем Мэди спустилась вниз по лестнице и оглядела дом – высокое кирпичное здание начала века, усеянное россыпью желтых квадратов. Взгляд Мэди задержался на третьем этаже. В окнах горел свет.

Волнуясь, она открыла их с Лораном чат, пролистывая недели смс-флирта в попытке найти сообщения того вечера, когда их прервала ее мать.

Пожарная лестница!

Мэди направилась в обход здания к ближайшему переулку. Руки сжались в кулаки, пока она вглядывалась в тени. Отсюда Нью-Йорк уже не казался таким милым, он походил скорее на город из «Банд Нью-Йорка», чем на город из «Когда Гарри встретил Салли». Она подняла взгляд на третий этаж. Конечно, там было узкое окно, выходящее на пожарную лестницу. В окне горел свет и время от времени мелькала высокая фигура.

– Лоран.

Мэди подошла к пожарной лестнице, нижний конец которой висел довольно высоко над ее головой, и от одной лишь мысли о том, чтобы забраться на нее, ноги Мэди стали ватными.

– Почему она так высоко? – простонала Мэди. – Ненавижу высоту!

Но когда она снова посмотрела вверх, Лоран остановился у окна и стал различим его профиль. Это определенно был он. При виде его решимость Мэди удвоилась. Она забралась на ближайший мусорный бак, балансируя на крышке.

– Господи, помилуй, похоже, я умру в мусорном баке!

Мэди потянулась выше, еще выше, пальцы почти коснулись…

– Иисусе, помоги мне пережить это!

Она попыталась достать нижнюю перекладину лестницы.

– Черт!

Не было никакой надежды, что ей удастся дотянуться.

Смирившись, Мэди слезла с мусорного бака и направилась к подъезду. Она звонила снова и снова. Ответа не было.

– Вам чем-нибудь помочь?

Мэди взвизгнула от испуга. Обернувшись, она увидела пожилую женщину, стоящую позади нее.

– Извините, – сказала Мэди. – Я друг Лорана. Мне нужно поговорить с ним. Но он не открывает дверь.

Женщина наклонилась ближе.

– Вы уверены, что он дома?

– Он точно дома, – сказала Мэди. – Я видела его в окне, но он в наушниках. Он может не слышать звонка.

– О боже, это плохо.

Брови Мэди приподнялись.

– Постойте! А вы не могли бы дойти до его квартиры и попросить спуститься вниз? Он в триста пятой.

– Ну, не знаю, милочка. С моим артритом ступеньки – трудное испытание. Знаете, Лоран иногда помогает мне с покупками.

Покупки! Тут Мэди поняла, что знает имя женщины.

– Вы же миссис Маркиони, да? Лоран мне о вас рассказывал.

Женщина усмехнулась.

– Правда?

– Да, точно. И мне очень неловко просить вас о помощи, но я должна поговорить с Лораном.

Ее голос дрогнул.

– Пожалуйста! – взмолилась она. – Если бы вы только привели Лорана ко мне, миссис Маркиони, я была бы вам так благодарна…

– Но если он не слышит звонка, то тем более не услышит моего стука.

Мэди застонала. Об этом она не подумала.

– Мне действительно нужно поговорить с ним. Я даже из переулка пробовала.

– Из переулка?

– Хотела залезть по пожарной лестнице, но я слишком низкая.

Мэди опустила голову, чувствуя подступающие к глазам слезы.

– Так глупо. Ничего не выйдет. Наверное, лучше просто уйти.

Пожилая женщина похлопала Мэди по руке.

– Тише, тише. Идемте со мной.

Она отперла дверь и поманила Мэди за собой.

– Друг Лорана – мой друг, – сказала она и добавила тише: – Только не говорите никому здесь, что я вас впустила.

– Спасибо.

Они медленно дошли до первого этажа, где находилась квартира миссис Маркиони.

– Идите на третий этаж и постучите, – велела миссис Маркиони. – Я постою здесь минутку, на случай если он вас не услышит.

Пару минут спустя Мэди снова стояла на первом этаже, запыхавшаяся и расстроенная.

– Он меня не услышал.

Миссис Маркиони кивнула на окно в конце коридора.

– Там выход на пожарную лестницу, – ее глаза блеснули, – если вы говорили серьезно.

– Очень серьезно, – подтвердила Мэди. – Правда.

– Хорошо, – сказала миссис Маркиони с улыбкой. – Тогда вам лучше поторопиться.

Окно открылось легко, и Мэди вылезла на пожарную лестницу. Ее желудок подпрыгнул к горлу, когда она случайно взглянула вниз. Полминуты пришлось усиленно дышать, чтобы успокоиться. Эта идея была просто ужасной.

– Не надо. Смотреть. Вниз.

Она вскарабкалась на первую ступеньку. Затем на следующую.

К тому времени когда Мэди добралась до третьего этажа, ее трясло от усталости, а пальцы превратились в когти, впивающиеся в ржавые прутья. Она вскарабкалась на балкон из металлической сетки, прижавшись к стене так тесно, как смогла. Взглянуть вниз было выше ее сил. Сделай она это, наверняка бы умерла.

– Л… Л… Лоран, – выдавила Мэди, стуча зубами.

Она видела его по другую сторону стекла. Он сидел на кровати, в наушниках, с раскрытой книгой Ансела Адамса по черно-белой фотографии на коленях. Мэди разжала одну руку и подняла ее к стеклу, чтобы постучать.

– Л… Лоран, – снова позвала она.

Он перевернул страницу.

Мэди скользнула вперед, так что все ее тело оказалось прижатым к стеклу. Ветер теребил волосы, а страх постепенно перерастал в неконтролируемый ужас. Она ни за что не сможет спуститься вниз. Если Лоран ее не впустит, она останется на этом балконе навсегда. Состарится здесь. И умрет здесь. Ее тело будет гнить на этой решетке. И мисс Маркиони никогда не узнает, что с ней случилось!

Мэди с силой ударила по стеклу.

– ЛОРАН! – закричала она.

Он поднял глаза. Их взгляды встретились.

Несколько долгих секунд он стоял не шевелясь. Мэди прижалась к стеклу так сильно, что щека и нос просто расплющились.

– Пожалуйста, – взмолилась она. – Я боюсь высоты, Лоран! ВПУСТИ меня!

Это, похоже, вывело его из транса. Он вскочил с кровати, кинулся к окну и поднял его так быстро, что нижняя часть рамы задела подбородок Мэди.

– Мэди! – выдохнул он, затаскивая ее в комнату. – Что ты… Как ты… Comment es-tu arrivé ici[66]?

Она обвила его руками, все еще трясясь от ужаса при воспоминании о том, на какую высоту забралась.

– Прости, что пришла без предупреждения, но мне необходимо было увидеть тебя снова, – быстро заговорила Мэди. – Я ошибалась насчет тебя, Лоран. Мне так жаль! Тролль сводил меня с ума, и я просто не знала, во что мне верить.

– Я… я не знаю, что сказать. Поверить не могу, что ты здесь.

– Я должна была поговорить с тобой.

Когда первый шок прошел, его лицо посуровело.

– Пожалуйста, Мэди, – попросил он, высвобождаясь из ее объятий, – отпусти меня.

Смутившись, она отступила.

– Прости, мне просто нужно было с тобой поговорить.

Он скрестил руки на груди.

– Так говори.

– Я прошу прощения, – охрипшим голосом выговорила она. – Прошу прощения за все.

Лоран ничего не ответил. Мэди чувствовала, как все разваливается прямо на глазах. Ее страдания на пожарной лестнице ничего не изменили.

– Послушай, я знаю, ты уедешь через пару недель, – произнесла она дрожащим голосом. – И знаю, что ничего уже не будет как прежде. Но я не могу позволить тебе уехать во Францию с мыслью о том, что ты меня ненавидишь. Просто не могу.

На лице Лорана отразилась боль.

– Мэди, я не знаю, что, по-твоему, должно произойти с нами, но…

– Я сожалею о том, что сказала. О том, что подумала. И я пойму, если ты никогда больше не захочешь иметь со мной ничего общего. Я этого заслуживаю!

– Заслуживаешь.

– Но я надеюсь, что мы хотя бы сможем попрощаться как друзья.

Она протянула руку.

– Пожалуйста! Просто друзья. Ничего больше.

Лоран взял ее ледяные пальцы в свои.

– Прости меня, – шепнула она. – я понимаю, за что ты злишься на меня, но пожалуйста… пожалуйста, не надо меня ненавидеть.

Он закрыл глаза, так и не выпустив ее руки. Казалось, слова причиняют ему боль.

– Я не ненавижу тебя. Не думаю, что смогу ненавидеть тебя.

– Мы можем снова стать друзьями? Пожалуйста…

– Друзьями?

Пальцы Мэди сжались.

– Да, друзьями. Ничего больше. Просто друзьями, чтобы, когда ты уедешь… – ее голос оборвался, – … когда вернешься во Францию, я осталась твоим другом.

Лоран большим пальцем погладил костяшки ее пальцев. Затем кивнул на окно.

– Весьма драматичное появление для «просто друга».

– Д…догадываюсь.

– Ты так и планировала?

– Вообще-то нет. Сначала я позвонила в звонок. Потом постучала в дверь.

Мэди тяжело сглотнула. Его пальцы все еще сжимали ее руку, и мозг отказывался давать этому достойное объяснение.

– Вся эта история с пожарной лестницей была своего рода последней отчаянной попыткой.

– Я был в наушниках.

– Знаю, – подтвердила она с нервным смешком. – Поэтому я и воспользовалась лестницей.

– Ты прямо как Ллойд Доблер[67].

Уголок его рта дернулся.

– А что бы ты стала делать, если бы я тебя не впустил, а?

– Думаю, ждала бы снаружи, пока…

– Пока я не сжалюсь и не впущу тебя?

Мэди съежилась.

– Ага. Вроде того.

Повисло секундное молчание. Мэди чувствовала, что между ними что-то происходит и это что-то связано с тем, что их руки все еще соприкасаются. Он взял ее за руку и не отпускал. Это что-то да значило.

– Лоран, я…

Они оба заговорили одновременно.

– Давай сначала ты, – тихо сказал он. – Я послушаю.

– Мне так жаль, Лоран. Надеюсь, ты сможешь простить меня за то, что я вообще сомневалась…

Все мысли вылетели из головы, когда Лоран притянул ее к себе и поцеловал. Недели тоски словно растворились, когда Мэди обвила руками его шею и встала на цыпочки, чтобы быть еще ближе. Если прежние их поцелуи начинались робко, неуверенно, то на этот раз страсть вспыхнула, как только их губы встретились. Поцелуй все длился, и только звук открывшейся двери где-то в глубине квартиры заставил их оторваться друг от друга, тяжело дыша.

Лоран отступил, но руки Мэди не выпустил.

– Ничего, что я тебя поцеловал?

Мэди моргнула, приходя в себя. Она была в спальне Лорана. Ах, да, я же поехала в Нью-Йорк, чтобы вернуть его, как в дешевой мелодраме.

– Лучше чем ничего, – возразила она. – Это было потрясающе… Ты потрясающий.

Она поймала его взгляд, и он улыбнулся.

– Quand je t’ai vu pour la pre-mière fois, – прошептал он, почти касаясь ее губ своими, – c’était le coup de foudre[68].

На этот раз его слова не вызвали у Мэди смеха. Затаив дыхание, она скользнула руками по его груди и замерла.

– Что это значит, Лоран? Объясни, что ты только что сказал.

Он поднял руки и обхватил ее лицо ладонями.

– Это значит – да, я прощаю тебя. Как я могу не простить? Я люблю тебя, minette. Je t’adore.

И тут в жизни Мэди Накамы все снова изменилось.

Когда Лоран думал о прошедшем лете, последние две недели июня казались ярче, чем все последующие. Он провел половину из этих двух недель в гостевой спальне Накама, так встревожив этим свою приемную семью, что Мэди пришлось просить отца позвонить им и все объяснить. Звонок Чарльза Накамы успокоил их, но дни пролетали быстрее, чем хотелось бы Лорану и Мэди.

По истечении студенческой визы Лорану надлежало вернуться во Францию. Парижский колледж искусств долгие годы был его мечтой, но теперь он сопротивлялся ее исполнению. Он не мог остаться в Штатах. А его сердце не могло улететь отсюда. Только не тогда, когда Мэди оставалась по другую сторону стекла в аэропорту. Год порознь казался целой вечностью. И Лоран не был уверен, что чувства Мэди не изменятся до следующего лета, когда он надеялся прилететь.

Он поднял телефон и сделал еще один, последний снимок, а затем отправил ей.

Лето осталось позади, и дни Лорана заполнились подготовкой к учебе, а бессонные ночи – воспоминаниями о Мэди. Они устраивали свидания в Снэпсиде каждые несколько дней. Иногда он даже мог сказать, где Мэди находится, по тем фотографиям, что она присылала.

А иногда места были совершенно не знакомые. Мысль о Мэди, идущей по жизни без него, заставляла Лорана улыбаться, преодолевая боль. Началась ее настоящая жизнь. После добавления раздела с влогами популярность ее сайта взлетела до небес, успех следовал за успехом.

Лоран и Мэди часто и подолгу переписывались, но из-за несовпадения их расписания эти разговоры казались неживыми – слишком уж много времени проходило порой между вопросом и ответом. Иногда он просыпался среди ночи, чтобы прочитать очередное затерявшееся сообщение.

Он отправлял письма каждую свободную минуту, но они частенько оставались без ответа.

Лоран думал, что с началом учебного года станет хуже, и оказался прав. Часы проходили в ожидании ответа. Звонков не стало совсем. За океаном Мэди падала в кровать тогда, когда Лоран шел на занятия. Он знал, что со временем часы превратятся в дни, а потом в недели и их отношения просто сойдут на нет безо всякого разрыва.

С этой мыслью Лоран растянулся на кровати, раскрыв книгу по технике фотографии. Правило третей… негативное пространство… линейная перспектива… Он уже дважды перечитывал одну и ту же страницу, но ее содержание совершенно не откладывалось в мозгу. Мэди не ответила на два его последних СМС, и хотя Лоран понимал, что она, скорее всего, просто занята – МэдЛиб отнимал все больше времени, – он не мог перестать гадать, не наступил ли тот неизбежный «конец», пока он сидел на лекции по введению в фотографию.

Зажужжал телефон, и Лоран подскочил, схватив его с тумбочки.

– Мэди, – выдохнул он, печатая ответ.

Лоран с улыбкой набрал ответное сообщение.

* потрясающие (фр.).

Лоран пристально смотрел на экран, судорожно стиснув телефон. 4…3… Он узнал улицу. И сообщение было… 2… Он наклонился, разглядывая доску с меню у ресторана. 1… Меню было на французском!

Картинка сменилась прежде, чем он успел понять, где это.

– Merde[69]!

Лоран пролистал чат, чтобы ответить.

Лоран вскочил с кровати, прерывисто дыша. Он не мог не узнать этот указатель. Мэди определенно находилась в Париже!

Появилось еще одно фото.

Лоран так разволновался, что ему с трудом удавалось печатать.

* Две обезьяны (фр.)

Телефон Мэди зажужжал в тот момент, когда в дверях возникла фигура Лорана. На долю секунды ее взгляд упал на сообщение на экране. Это я? Но прежде чем она смогла решить, раздался знакомый голос.

– Мэди!

Мэди подняла голову и тут же вскочила на ноги.

– Лоран!

Парижское кафе растаяло, когда она увидела стоящего перед ней парня. Все мелочи, позабытые за время разлуки, снова встали перед глазами: его черные ресницы выгорели на кончиках до светло-коричневого оттенка, губы лукаво изгибались, кожа на скулах покрыта легкой щетиной, а нос – веснушками, такими светлыми, что заметить их можно было лишь вблизи.

Лоран был безусловно красив, но что намного важнее, он был добр и благороден.

– Я скучал по тебе, minette.

Мэди улыбнулась сквозь слезы счастья.

– И я скучала, Лоран.

– Как ты оказалась в Париже? – прошептал он, стирая ее слезы большим пальцем. – Я не понимаю.

– Пришло время начать жить собственной жизнью.

Она улыбнулась ему, тут же рассмеявшись.

– А это значит – надо двигаться дальше.

– Но у тебя своя жизнь в Штатах. Семья.

– Да. Но я всегда хотела путешествовать. Кроме того, нет ни одной причины, по которой я не могла бы вести МэдЛиб из Парижа. Мы с Сарой переписываемся каждый день. И от того, что я буду во Франции, ничего не изменится.

– Ты приехала…

– Я всегда буду возвращаться к тебе, Лоран. Я люблю тебя.

– А я тебя.

И когда он наклонился, чтобы поцеловать ее, начался первый из всех оставшихся дней замечательной жизни Мэди Накамы.

писательница, художница и преподаватель, обнаружившая в себе страсть к писательству во время работы над своей магистерской диссертацией. Самопровозглашенный библиофил, Даника сейчас пишет романы как для взрослых («Дикий край», серия книг «Инталиго» и «Шаг назад (Ctrl Z)), так и для подростков («Все эти чувства»). Когда она не работает над книгой, Даника любит лазать по Скалистым горам, готовиться к масштабным приключениям и посидеть в Интернете – возможно, дольше, чем следует. Она живет с мужем, тремя сыновьями и целой гурьбой вымышленных персонажей в ветреном уголке города Альберта в Канаде.

danikastone.com

У меня две работы: первая, работа Супермена, – писать молодежные романы и прочее из разряда современной литературы; а вторая, работа Кларка Кента, – преподавать в школе. А еще у меня три сына, у одного из которых особые потребности. Время от времени эти три тропы пересекаются.

Я преподаю информатику по программе, специально разработанной для учеников с особыми интеллектуальными, эмоциональными и физическими возможностями. Ее цель – развить у них технические навыки, которые помогут им как в учебе, так и в жизни вообще. Ежедневно проводя с ними по три часа, я получаю бесценную возможность видеть их мир с новой точки зрения. Я вижу их потрясающие таланты, умения, и да, трудности тоже. И их отличия вовсе не так заметны, как общность со всеми детьми. Они тоже – часть школьного сообщества. Они тоже живут активной жизнью. Однако в литературных произведениях этими особенными людьми пренебрегают.

Почему так происходит?

В школе, где я преподаю, приблизительно каждый десятый ученик в той или иной степени имеет особые потребности (в том числе и все без исключения ученики в моем специализированном классе). Я полагаю, что наличие этих десяти процентов учеников должно отражаться в молодежной литературе. Эта книга – попытка проиллюстрировать мои мысли.

И хотя «Звезда Интернета» – история не Сары, а ее сестры, само присутствие этого персонажа значимо. Значимо то, что она есть. А всем ученикам, вдохновившим меня на создание этого персонажа, я хочу сказать – спасибо вам, вы потрясающие.

Североамериканское восточное время (англ. Eastern Standard Time (EST); синонимы: стандартное восточное время, восточное поясное время) – часовой пояс, отличающийся на −5 часов от UTC (UTC-5).

От англ. DNW – do not want – не хочу.

Современная Ведьма.

Сообщественник (игра слов: fandom – сообщество фанатов).

Брайан, «Звездная вуаль», 1981.

Snapseed – растровый графический редактор для обработки фотографий на мобильных устройствах.

ТАРДИС (анг. The TARDIS(Time And Relative Dimension(s) In Space) – машина времени и космический корабль из британского телесериала «Доктор Кто».

Извините? (фр.).

Именно так (фр.).

О, нет! Все совсем не так! (фр.).

Простите меня, пожалуйста. Я не хотел вас обидеть (фр.).

Лонгслив – трикотажная футболка с длинным рукавом.

Винчестер навсегда.

Пенсильванский вокзал (англ. Pennsylvania Station), в обиходе Пенн-стейшн – железнодорожный вокзал в Нью-Йорке.

В американских кинотеатрах продают билеты без указания конкретного места в кинозале – можно выбрать любое.

Мне так жаль! (фр.).

Миниатюрные (фр.).

Англ. Madders (mad – безумный, matters – имеет значение).

Написано Шанталикой (игра слов: Italics – курсив).

Довоенное интро.

Волшебная сказка (фр.).

Общий секрет (фр.).

Русалка (фр.).

Ты говоришь все, как есть. (фр.).

Что за слово? Так раздражает! (фр.).

Чудесно (фр.).

От англ. In my opinion – Имею мнение о…

Безусловно! (фр.).

Нетфликс – здесь сетевой канал для просмотра фильмов, сериалов, программ.

Персонаж из фильма «Шестнадцать свечей», студент по обмену.

Система управления курсами (электронное обучение), также известная как система управления обучением, или виртуальная обучающая среда (англ.). Является аббревиатурой от англ. Modular Object-Oriented Dynamic Learning Environment (модульная объектно-ориентированная динамическая обучающая среда).

Черт! Все это просто ужасно тупо! (фр.).

#FlamesOnTheSideOfMyFace – ссылка на эпизод сериала «Clue club».

Предупреждение об угрозе.

Коэффициент интеллекта.

Привет (фр.).

Какое прекрасное место! (фр.).

Спасибо, котенок. (фр.).

Я был бы счастлив всю жизнь, если бы рядом была ты. (фр.).

Троллю как бешеный.

Тролли тоже могут играть в эти игры.

Троллю раз.

Троллю два.

Вылезай и ТРОЛЛИ.

Каждый день я троллоло (отсылка к песне LMFAO Everyday I’m Shuffling).

Троллю.

Слишком честен для тебя.

Троллю без жалости.

Дьявол в мелочах.

URL (Uniform Resource Locator) – Единый указатель ресурсов, единообразный локатор (определитель местонахождения) ресурса.

Искусство с душой (англ.).

Именно! (фр.).

Неизменные. Незабываемые. (фр.).

Я тебя обожаю (фр.)

Бейгель – выпечка, напоминающая бублик, очень популярная в США. Традиционный еврейский хлеб колечком с золотистой хрустящей корочкой и довольно плотной структурой, иногда с семенами кунжута, мака, луком или чесноком.

Мой ангел, я люблю тебя… люблю… люблю до безумия. (фр.)

До завтра. (фр.)

Персонажи фильмов «Звездные войны», «Звездный крейсер “Галактика”», «Доктор Кто» и вымышленного фильма «Звездная вуаль».

От англ. ETA (expect to arrive) – ожидается прибытие.

Персонаж мультсериала «Приключения мультяшек» производства студии «Уорнер Бразерс», любвеобильный скунс-француз.

Не тяжкое преступление.

Брандмауэр – программное или аппаратное обеспечение, которое помогает отражать атаки хакеров, вирусов и «червей», пытающихся попасть на компьютер через Интернет.

«Уходит, преследуемый медведем» – вероятно, самая знаменитая сценическая ремарка в западной литературе из третьего акта шекспировской «Зимней сказки».

Тебя обыграли.

«Нача´ло» – научно-фантастический триллер Кристофера Нолана, вышедший на экраны в 2010 году.

Как ты сюда попала? (фр.).

Герой фильма «Скажи что-нибудь», вышедшего в 1989 году, образец романтичности.

Когда я увидел тебя в первый раз, то сразу влюбился. (фр.).

Черт! (фр.).

От англ. IDEK – Ну, даже не знаю.

Шиппер – человек, который представляет персонажей фильмов, игр, сериалов, манги, аниме в сексуально-романтических отношениях, и при этом для него не обязательно, чтобы эта пара являлась каноном.

Спин-офф – художественное произведение (книга, фильм, компьютерная игра, комикс), являющееся производным по отношению к другому, уже существующему произведению, и эксплуатирующее его популярность.

При́квел – книга, кинофильм или компьютерная игра, действие в которых происходит до событий ранее созданного произведения и предшествуюет им по внутренней хронологии.

FlashPlayer – программный модуль (плагин), который делает возможной корректную работу видеофайлов, анимации и игр независимо от используемого браузера.

От англ. ETA (edited to add) – отредактировано для добавления.