В наше время военно-политические руководства большинства западных стран считают, что типы оружия и способы его применения должны быть адекватны масштабам боевых действий. Для разрешения межнациональных и других конфликтов, да и для обычных войсковых операций требуются совершенно новые виды оружия, применение которых не наносит необратимый ущерб живой силе и технике противника или конфликтующих сторон и не влечет за собой разрушение материальных ценностей и гибель населения.

В связи с этим усиленно пропагандируется идея разработки несмертельного оружия, выдвинутая впервые в США и активно поддержанная многими общественными деятелями. Широкое поле применения такого оружия для борьбы с терроризмом, контрабандой, наркобизнесом придало дополнительный импульс его разработке.

Под понятием «несмертельное оружие» сегодня подразумеваются средства воздействия на людей и технику, созданные на основе химических, биологических, физических и иных принципов, которые делают противника небоеспособным в течение некоторого времени. Предварительные исследования в этой области относятся к 80-м годам, однако в тот период они носили достаточно случайный характер. В начале 90-х годов страны НАТО (США, а затем Великобритания, Германия, Франция и ряд других) приступили к работам, проводившимся на базе отдельных военно-прикладных исследований. Позднее для их координации была сформирована специальная рабочая группа. По утверждению иностранных источников, уже созданы отдельные опытные образцы. В приведенной ниже таблице собраны данные по некоторым видам такого оружия.

В процессе дальнейшего совершенствования несмертельного оружия предусматривается уменьшить его массогабаритные показатели, повысить эффективность, расширить возможное число поражаемых объектов, создать комбинированные образцы. Как считают западные военные специалисты, это позволит увеличить его мобильность и дальность действия, расширить зоны поражения, снаряжать им ракеты, авиабомбы, малокалиберные кассетные боеприпасы, артиллерийские снаряды.

Оружие, предназначенное для использования в ограниченных боевых действиях, разрабатывают специалисты, ранее занимавшиеся исследованиями в других областях. Так, западные ученые на основе современных технологий создают составы с труднопереносимыми запахами, которые оказывают шоковое воздействие на обоняние людей, а также устройства, издающие режущие слух звуки. С помощью таких запахов и звуков, вызывающих временное нарушение координации движений, рвоту и расстройство желудка, предположительно, можно будет «выкуривать» снайперов-террористов из зданий, представляющих художественную или историческую ценность, и даже создавать обширные зоны, неблагоприятные для действий войск противника.

В качестве основных средств доставки несмертельного оружия военные эксперты называют высокоточное оружие. Из имеющихся в развитых странах образцов наиболее приемлемыми для использования в ходе конфликтов ограниченного характера считаются уже показавшие себя в ходе войны с Ираком 1991 г. и миротворческой операции НАТО 1995/1996 г. крылатые ракеты морского базирования «Томагавк» и управляемые авиабомбы GBU-10 и GBU-12, а также высокоточные активно-реактивные 155-мм артиллерийские снаряды «Копперхед» (США) и мины «Мерлин» (Великобритания). По мнению специалистов, этими средствами целесообразно наносить выборочные удары по пунктам управления и связи, пусковым установкам ракет, позициям РЛС и ЗРК, местам сосредоточения тяжелого вооружения и другим важным объектам, а в миротворческих операциях их использование может вынудить конфликтующие стороны заключить перемирие.

Некоторые образцы несмертельного оружия были опробованы в вооруженных конфликтах в Сомали, на Гаити, в Ираке. Например, во время операции «Буря в пустыне» использовалось электромагнитное оружие, средствами доставки которого к объектам поражения служили крылатые ракеты «Томагавк». Вследствие этого возникали короткие замыкания в электроцепях электростанций и ЛЭП, что в конечном счете привело к нарушению энергоснабжения систем управления и ПВО Ирака в решающий период операции.

Так как же оцениваются перспективы развития различных видов несмертельного оружия? Некоторые западные эксперты дают весьма оптимистичные прогнозы. Далеко не полный перечень возможных вариантов применения данного оружия включает поражение личного состава на поле боя лазерным оружием, постановку заграждений с помощью пенообразующих составов и распыление газов-ингибиторов над колоннами бронетехники наступающего противника, массовое воздействие электромагнитным и акустическим оружием на обороняющиеся, находящиеся в укрытиях части и подразделения. При этом достигается существенное снижение эффективности и даже, возможно, прекращение боевых действий противостоящей стороной на некоторое время, так как личный состав и техника делаются небоеспособными. Теряется также управление оружием и войсками, но что самое ценное — удается избежать разрушения населенных пунктов и сохранить жизнь многим мирным жителям.

В качестве преимуществ данного оружия западные специалисты называют скрытность и быстроту развертывания, бесшумность и внезапность применения. Все это сильно затрудняет его обнаружение и противодействие со стороны противника. Кроме того, даже в предвидении применения такого оружия отмечается его сильное психологическое воздействие на поведение людей, в результате чего появляются эмоциональная неуравновешенность и беспокойство, неуверенность в себе и безотчетный страх, стремление быстрее выйти из опасной зоны и спрятаться. Это неизбежно ведет к резкому увеличению стрессовых нагрузок и, возможно, панике.

Наряду со сторонниками развития всех вышеописанных образцов несмертельного оружия на Западе есть также некоторые военные теоретики, которые считают, что только такие его виды, как лазерное, электромагнитное и информационное, могут быть приняты на вооружение. Возможность же широкомасштабного оснащения регулярных армий химическими веществами (пенообразующие составы, ингибиторы, активаторы и т. п.) вызывает у них большое сомнение.

По мнению зарубежных экспертов, в локальных конфликтах и миротворческих операциях несмертельное оружие следует использовать самостоятельно, а в крупных войсковых операциях оно может служить средством воздействия как на наступающего, так и на обороняющегося противника для усиления эффекта применения традиционных средств огневого поражения. Кроме того, при проведении специальных операций его рекомендуется применять для вывода из строя тыловых объектов и коммуникаций противника.

Однако некоторые военные эксперты не разделяют этого мнения, полагая, что не все прогнозы основаны на реальном положении дел, и говорить о практической реализации замыслов разработчиков несмертельного оружия еще рано. По мнению скептиков, оно, возможно, и будет эффективно, но пока не прошло испытаний и практической проверки. Кроме того, еще трудно оценить размеры затрат, связанных с производством и применением. Да и сам термин «несмертельное оружие» не совсем точно отражает характер его воздействия и последствия использования, поскольку некоторые его виды вызывают массовые заболевания людей и животных (нередко со смертельным исходом), необратимые повреждения глаз и внутренних органов, ведущие к инвалидности, заражение растительности и местности, которое может иметь отдаленные последствия. Особое опасение работающих в данной области ученых вызывает возможность того, что производство и использование несмертельного оружия могут выйти из-под контроля правительства.

Специалисты также серьезно озабочены вопросом о международно-правовых аспектах использования химических рецептур, биологических агентов и лазеров. Это вытекает из необходимости соблюдения Международной конвенции о запрещении применения химического и биологического оружия 1972 г. Выход из создавшегося положения они видят в том, чтобы свести к минимуму пагубные последствия воздействия этого оружия на экологию и принять строгие нормативные акты, регламентирующие его применение.

Возникает ряд вопросов, касающихся способов ведения боевых действий с использованием несмертельного оружия, особенно в неблагоприятных климатических и метеорологических условиях и при малой концентрации компонентов, а также реагирования на контрмеры, предпринимаемые противником.

Для обеспечения защиты личного состава от воздействия лазерного и электромагнитного оружия высоких энергий и других излучений, от которых не спасает ни броня, ни укрытия, создаются, в частности, аэрозольные завесы, приборы, позволяющие определять момент начала облучения и полученную дозу, специальные очки, одежда. Кроме того, возникла необходимость в формировании специальных подразделений, которые должны быть оснащены контрольно-измерительной аппаратурой, а также комплектами средств индивидуальной и коллективной защиты.

Правильность решения о применении несмертельного оружия и степени концентрации его компонентов в районе боевых действий оказывает влияние на безопасность своих войск. Решения командиров должны соответствовать общему замыслу операции: следует определить роль и место различных по поражающему действию видов несмертельного оружия, скоординировать по целям и времени порядок их применения совместно с обычными видами оружия, поставить конкретные задачи подчиненным. Западные эксперты подчеркивают, что для принятия оптимальных решений командиры должны детально знать боевые свойства вверенного им оружия, уметь спрогнозировать результаты его применения в разных условиях обстановки, получать полную информацию о защитных свойствах местности и состоянии нижних слоев атмосферы (скорости и направлении ветра, температуре и влажности воздуха).

Сложность всех вышеописанных проблем сдерживает развитие несмертельного оружия. Только их решение позволит реализовать его возможности в максимальном объеме.

Концепция «информационной войны» разработана в Пентагоне сравнительно недавно. Ее оружием являются устройства и методы обработки информации, которые используются для широкомасштабного, целенаправленного, быстрого и скрытного воздействия на военные и гражданские информационные системы противника с целью подрыва его экономики, снижения степени боеготовности и боеспособности с целью способствовать достижению окончательной победы. При этом имеется в виду, что информационная война может вестись как самостоятельно, то есть без применения традиционных средств и способов вооруженной борьбы, так и в сочетании с другими видами боевых действий.

Информация в современном мире стала одним из основных инструментов политики силового сдерживания. Соединенные Штаты даже отнесли ее к стратегическим ресурсам, а ассигнования на разработку методов и средств информационного противоборства выросли в 1995 г. до 5 млрд. долларов. В НАТО введена в строй специализированная система военного управления — СВУ, аналогичная американской системе обеспечения национальной безопасности — СОНБ. Обе используют последние достижения научно-технической революции и, по сути, представляют собой высокоинтегрированные техносистемы подготовки, принятия и реализации решений с богатейшими возможностями объединенных компьютерных и космических технологий. Процессы получения, обработки, хранения, передачи и отображения информации в них полностью автоматизированы, а в основе лежит ситуационный подход. Он позволил привести к формальной форме процесс оценки происходящих событий и выработки предпочтительных решений, соответствующих взглядам руководства США и НАТО на характер возникающих угроз и способы их разрешения во всех основных фазах развития военно-политической обстановки, включая мирный период, конфликтный и послеконфликтный. При этом учитываются как цели, преследуемые различными уровнями руководства и решаемые ими военно-политические, стратегические и даже тактические задачи, та и комплекс типовых мероприятий, перечень которых для различных периодов военно-политической обстановки предусмотрен системами тревог США и НАТО, а также другими официальными директивами.

По своему характеру информационная война занимает положение между «холодной» войной, включающей, в частности, экономическую, и реальными боевыми действиями с участием вооруженных сил. В отличие от экономической результатом информационной войны является нарушение функционирования элементов инфраструктуры противника (пунктов управления, ракетных и стартовых позиций, аэродромов, портов, систем связи, складов и т. д.), а в отличие от «горячей» войны с применением обычных вооружений и (или) оружия массового поражения ее целями являются не материальные, а «идеальные» объекты (знаковые системы) или их материальные носители. В то же время разрушение таких объектов и систем может осуществляться с сохранением их материальной основы.

По мнению американских специалистов, само понятие информационной войны стало возможным в результате «кибернетической революции», которая повлекла массовое внедрение во все сферы жизни различных информационных систем, основанных на применении электронных устройств. Западные ученые даже называют современное общество «информационным», подчеркивая огромное влияние на него потоков информации. Интеллектуальные технологии способны вызвать в мире людей изменения, сравнимые по масштабам и значимости с теми, которые происходили в период становления машинного производства. Специалисты прогнозируют, что к 2000 г. люди гораздо больше времени, чем сейчас, будут работать с информацией и знаниями, а не с материальными объектами. По их оценкам, к этому времени работа до 60 % населения наиболее развитых промышленных стран будет связана с информационными технологиями, а большинство видов работ станет осуществляться с использованием дистанционного управления.

Нервный узел современной армии — боевой управляющий центр

В Пентагоне ведутся разработки широкомасштабных планов проведения революции в военном деле с помощью информационных технологий, подобно тому, как это произошло с танками во время первой мировой войны или с ядерным оружием после окончания второй. Как заявил заместитель председателя комитета начальников штабов вооруженных сил США адмирал У. Оуэнс, «это будет колоссальным вкладом Америки в военное дело».

Методы ведения информационной войны применялись практически во всех последних вооруженных конфликтах с участием США. В Персидском заливе при проведении многонациональными силами операции «Буря в пустыне» система ПВО Ирака оказалась заблокированной. В результате иракская сторона была вынуждена оставить без ответа бомбовые удары по своей территории. Пентагон также провел тщательно разработанную психологическую операцию на о. Гаити. Специалисты 4-й группы психологических операций сухопутных войск США на основе предварительно проведенных исследований разделили население острова на 20 групп и провели целенаправленную психологическую обработку каждой из них. Перед вторжением на Гаити ЦРУ, в частности, производило анонимные звонки по телефону гаитянским военнослужащим с предложениями сдаться в плен, а также направило послания угрожающего характера по компьютерным сетям членам правительства.

Американские военные представляют реализацию концепции информационной войны следующим образом. Некий диктаторский режим (например, в Багдаде, Тегеране или Триполи) угрожает одному из союзников Соединенных Штатов. Вместо того чтобы направить в этот регион тысячи солдат и десятки боевых кораблей, США обрушивают на диктатора множество бед, созданных с помощью компьютера.

Сперва с помощью агентов в телефонную сеть страны внедряется компьютерный вирус, который приводит к почти полному выводу из строя телефонной связи. Вводятся также специальные микробы, вызывающие поражение физической основы электронной аппаратуры. Затем компьютерные логические бомбы, установленные на определенное время «подрыва», разрушают электронные устройства, управляющие движением воздушного и железнодорожного транспорта. Они нарушают график и меняют направления полетов самолетов и движения поездов, создают предпосылки катастроф на земле и в воздухе. Войска специального назначения проникают на территорию столицы противника и активируют неядерные устройства, вызывающие мощный электромагнитный импульс (ЭМИ). В результате подрыва таких устройств, скажем, вблизи центрального банка, биржи в этих учреждениях выходят из строя все компьютеры и информационные системы, парализуется финансовая жизнь страны.

Между тем командирам воинских формирований противника по информационным системам и радиосредствам передаются ложные приказы. Войска, разбросанные на огромных пространствах, теряют боеспособность. Самолеты ВВС США, специально оборудованные для проведения психологических операций, глушат передачи правительственного телевидения, заменяя их созданными с помощью комптьютеров передачами, в которых агрессивный лидер делает вызывающие отрицательную реакцию заявления, что приводит к утрате им поддержки населения. А когда диктатор или люди из его окружения включают свой компьютер, они обнаруживают, что деньги, положенные на счета в иностранных банках, пропали бесследно. «Мы сможем остановить войну прежде, чем она начнется», — считает полковник М. Тэнксли, офицер командования разведки и безопасности СВ США.

На слушаниях в конгрессе заместитель командующего космическими силами ВВС США генерал Томас С. Мурман говорил: «Информационная война полностью отвечает традиционно американским особенностям ведения боевых действий — использовать гибкость, инициативу, профессиональную подготовку наших войск, преимущества в технике для достижения быстрой победы при минимальных потерях в живой силе». По мнению генерала, в будущем Америка не должна вступать в конфликты, в которых войска будут подвержены риску оказаться без средств, ограждающих противника от доступа к источникам космической информации в ее первоначальном и обработанном виде.

Информационный ресурс является весьма специфической составляющей в совокупности ресурсов развития. Его объекты и объединяющая их информационная инфраструктура имеют своеобразные особые пространственно-временные характеристики, не ограниченные пределами национальной территории. Кроме того, сама информация обладает уникальными свойствами делимости и воспроизводимости. Все эти факторы заметно сказываются на общей оценке потенциала того или иного геополитического субъекта, на его способности к устойчивому развитию, на возможности воздействовать на него извне, восприимчивости к информационному трансферу, к скрытому перераспределению информационного ресурса противника силами, средствами и способами специализированной разведки.

Ведущееся вокруг информационного ресурса соперничество, борьба за достижение и удержание информационного превосходства занимает большое место в геополитической конкуренции развитых стран мира. Коммерческие предприятия и технические, информационные глобальные системы сосредоточивают сегодня власть в масштабах планеты.

Целостность современного мира как сообщества обеспечивается наряду с другими факторами интенсивным обменом информацией. Приостановка глобальных информационных потоков далее на короткое время способна привести к не меньшему кризису, чем разрыв межгосударственных экономических связей. История богата примерами, когда искаженная или фальсифицированная информация являлась толчком к международным конфликтам.

Как полагают зарубежные эксперты, современные темпы совершенствования информационного ресурса в наиболее развитых странах порождает в отношениях между ними и менее развитыми странами взаимные подозрения, переходящие в паранойю. На Западе считают, что это характерно в большей степени именно для стран, отстающих в своем научно-техническом развитии. Создается весьма опасная ситуация, в которой у руководства этих стран возрастает соблазн сокрушить более тонкие и сложные структуры своих визави, не задумываясь о возможных последствиях.

Геополитики считают, что в современном мире, а тем более в будущем, статус «великой державы» будет определяться способностью к развитию, к лидерству в приоритетных сферах знаний, информатике, технологиях и повседневному влиянию на обычную жизнь миллионов людей во всем мире через потребляемые ими продукты, товары, услуги, культуру.

Возможности информационной войны все время увеличиваются с ростом возможностей и распространением микропроцессоров, высокоскоростных систем получения и обработки данных, сложных датчиков — мощного оружия в руках тех, кто умеет им распорядиться. Военные специалисты США утверждают, что в информационных войнах будущего найдут применение различные специфические средства, и прежде всего программные. Это вставляемые в программное обеспечение куски кода, называемые еще «троянскими конями», которые при использовании в системах оружия, поставляемых вероятному противнику, сделают их при внешней безотказности неэффективными. Помимо этого, предполагается использовать специальные устройства, которые при взрыве создают мощный электромагнитный импульс (подобные штучки размером с обычный чемодан уже разработаны в Национальной лаборатории США в ' г. Лос-Аламос) или биологические средства наподобие особых видов микробов, способных уничтожать электронные схемы и изолирующие материалы в компьютерах.

Полевые компьютеры должны быть надежно защищены от ЭМП-оружия

Подразделения по ведению информационной войны организованы во всех видах вооруженных сил США. В июне 1995 г. университет национальной обороны в г. Вашингтон без лишней шумихи выпустил первую группу из 16 офицеров, подготовленных по всем аспектам информационной войны — от защиты против компьютерной атаки до использования виртуальной реальности в организации планирования боевых действий. Во время учений в мае 1995 г. в Форт-Ливенворте, где расположен командно-штабной колледж: армии США, пехотная дивизия численностью 20 тыс. человек, оснащенная современными системами обработки данных и высокоточным оружием, «противостояла» превосходящему ее втрое армейскому корпусу условного противника. Используя компьютеры, а также различные датчики и сенсорные устройства, которые лучше «видят» неприятеля на поле боя, дивизия, по словам представителя учебного командования СВ США бригадного генерала К. Келлогга, «просто задавила» противника. В июле этого же года в военно-морском колледже США в г. Ньюпорт состоялись крупномасштабные учения, в ходе которых отрабатывались способы выведения из строя компьютерных устройств противника. Осенью 1995 г. в Пентагоне для определения необходимых изменений в способах ведения боевых действий был проведен тщательный анализ результатов более десяти состоявшихся до того учений по ведению информационной войны.

Информационная война может как предварять боевые действия, так и заменять их, а применяемые в ней методы и техника значительно увеличат боевые возможности или компенсируют недостаточность обычных сил и вооружений. Принимая во внимание тенденции к сокращению бюджета Пентагона и численности вооруженных сил, военное руководство США считает весьма важным использовать свое преимущество в области технологической обработки и передачи информации.

Форма информационной агрессии может быть скрытой или явной: блокада, интервенция или прямое противоборство. Все большее распространение получают информационные диверсии с целью несанкционированного доступа к базам данных, нарушения линий связи, хищения и копирования информации, ее сокрытия и искажения. Самой сложной и одновременно самой результативной формой такой агрессии является целенаправленное влияние на принимаемые в управляющих структурах государств решения путем внедрения в них дополнительных данных или дезинформации. Масштабы и эффективность подобных операций возрастают с каждым годом. В США материальной базой для подобных действий помимо СОНБ и СВУ служит целый комплекс автоматизированных систем управления (АСУ) разных уровней и назначения, именуемых глобальной системой оперативного управления — ГСОУ.

Она используется также для мобилизационного и оперативного развертывания в экстремальные периоды. Состав входящих в нее АСУ определяется имеющейся обстановкой и целями, преследуемыми руководством страны в каждый конкретный момент. Благодаря этому ГСОУ непрерывно совершенствуется и уже в настоящее время способна своевременно и адекватно реагировать на любые изменения военно-политической ситуации. Парадоксально, но именно сложность и мощь является ее слабым местом, впрочем, как и СОНБ, СВУ и других аналогичных ей систем. Минимальные на первый взгляд изменения в исходных данных или алгоритме работы подобных систем — типичный пример информационной диверсии — могут привести к катастрофе.

В планы командования вооруженных сил входит внедрение информационных технологий на уровнях от отдельного солдата до объединения. В частности, в лаборатории прикладной физики университета им. Дж. Хопкинса для ВМС США уже создана информационная система под названием «Оценка противника и применение оружия». К 2010 г. командование сухопутных войск США рассчитывает «привести боевые действия к цифровой форме», объединив средствами электроники каждого солдата с системами оружия. В 1996 г. «Моторола» и одна из научноисследовательских лабораторий сухопутных войск США продемонстрировали опытный образец снаряжения солдата XXI века. Его шлем будет оснащен аппаратурой связи, прибором ночного видения и инфракрасными датчиками, а также дисплеем компьютера (сам микрокомпьютер будет вмонтирован в обмундирование), который обеспечивает опознавание в режиме «свой — чужой», определение точного местонахождения, обнаружение мин и отравляющих веществ, дает рекомендации по использв-ванию штатного оружия.

А что же «противник»? Ведь не только американцам по силам разработать такие средства и успешно использовать их. Именно по этой причине в прошлом году объединенная комиссия по безопасности США назвала уязвимость Соединенных Штатов от информационной войны «основной проблемой безопасности этого десятилетия и, возможно, следующего века». В связи с этим особое значение в стране придается разработке систем защиты как военных, так и гражданских информационных систем, обеспечивающих нормальное функционирование государственной инфраструктуры. Военное руководство США уверено, что угроза информационной войны будет неуклонно возрастать по мере развития общества, и собирается принять все возможные меры, чтобы победить в такой войне.

В возникших условиях для обеспечения военно-стратегического равновесия резко повышается роль разведывательно-информационных систем, в задачи которых входит предупреждение высшего государственного и военного руководства о подготовке любых видов агрессии, о начале нападения, его характере и масштабах. Кроме того, большое значение имеет оперативное снабжение информацией ударных сил и средств, а обороняющаяся сторона должна располагать данными о состоянии наступательных сил противника и т. п.

Комплекс аппаратуры для информационного обеспечения на поле боя

Наилучшим образом задача разведывательно-информационного обеспечения решается с применением космических средств. Президент США Б. Клинтон в докладе конгрессу в качестве основных направлений работы выдвинул не просто сохранение за США лидирующего положения в освоении космоса, но достижение подавляющего превосходства военных космических систем. В докладе конгрессу в 1995 г. министр обороны США У. Перри сказал, что космические силы «играют центральную роль в происходящей военной революции благодаря их исключительным возможностям по сбору, обработке и распределению потоков информации». После окончания «холодной войны» повышенное внимание в США уделяется технологиям и системам, которые можно использовать как для мирных, так и для военных целей. Наиболее ярко это проявляется в разработке глобальных систем связи. Например, по заявлению заместителя председателя Комитета начальников штабов вооруженных сил США адмирала Оуэнса разрабатываемые глобальные системы спутниковой мобильной связи типа «Иридий» могут найти широкое применение и в вооруженных силах. Например, встроенный в портативный радиотелефон блок навигационной системы позволит командирам в любой момент точно определять свое местонахождение, что в итоге должно повысить качество управления войсками.

Не прекращаются попытки реализации программы использования малых спутников «Лайтсат» в разведывательных целях. Достижение успехов в разработке малых спутников связи и спутников исследования различных слоев атмосферы, а также явные неудачи в попытках создания малых спутников видовой и радиотехнической разведки поставили под сомнение перспективность вложения крупных сумм в реализацию данной программы со стороны министерства обороны. Разрабатываемая в течение долгих лет программа создания разведывательных малых космических аппаратов пока не имеет успеха. Кроме того, проведенный анализ работы космической разведки во время операции «Буря в пустыне» позволил сделать несколько окончательных выводов относительно создания малых разведывательных спутников, или спутников разведки поля боя.

По мнению американских специалистов, имеющийся набор орбитальных средств космической стратегической разведки при наличии соответствующих систем обработки и доведения данных способен уже в настоящее время в полной мере обеспечить потребности войск в развединформации на уровне командира корпуса и выше. При последующем совершенствовании систем обработки и доведения данных, а также с учетом возможностей средств космической стратегической и тактической (прежде всего авиационной) разведки, в будущем могут быть удовлетворены потребности в разведданных командиров более низкого уровня.

Согласно материалам отчета, проведение исследований по малым спутникам, было вызвано следующими характерными чертами больших и средних космических аппаратов: высокая стоимость проектов, ориентированных на большие и средние спутники; значительное время их разработки и изготовления; жесткая зависимость создания орбитальной группировки от наличия и возможности запуска тяжелых ракет-носителей типа «Титан-4» или «Шаттл»; более высокий по сравнению с малыми космическими аппаратами финансовый, временной и технический риск. Исходя из этих соображений руководство НАСА планирует уже в ближайшем будущем разработать необходимые технологии для решения большей части исследовательских задач при помощи малых космических аппаратов. По мнению сторонников теории использования малых космических аппаратов, для увеличения выхода полезной научной информации специальная аппаратура должна обладать как можно большими возможностями при меньших габаритах, массе и энергопотреблении.

Большой интерес у специалистов вызывает перспективная низковысотная глобальная система спутниковой связи «Теледесик». Спутников у нее будет в пятнадцать раз больше, чем в системе «Иридий» — 840 шт. Низкая орбита имеющих малые габариты и массу аппаратов (не более 700 км) позволяет при прочих равных условиях в две тысячи пятьсот раз и более поднять мощность их радиоизлучения на поверхности Земли и решать широкий круг задач военного назначения. Численность орбитальной группировки «Теледесик» дает возможность облучать поверхность Земли одновременно, как минимум, с двух космических аппаратов. Это обеспечивает двойное дублирование и повышенную надежность связи — как у военных систем. Диапазон радиоизлучения (20–30 ГГц) ранее также не использовался в коммерческой связи.

Проанализировав вышеперечисленные особенности, можно сделать вывод, что существует реальная возможность использования системы «Теледесик» для облучения наземных, морских и воздушных объектов модулированным излучением большой мощности, которое позволит инициировать в различных автоматизированных системах управления компьютерные вирусы, например, запускаемые по специальному сигналу — «дремлющие». Для стран, в системах управления которых широко используется техника и программное обеспечение иностранного производства, это может стать реальной угрозой безопасности. В России ясно осознают это, и программа развития отечественных вооруженных сил предусматривает полный отказ от коммерческого программного обеспечения, например, систем управления базами данных и коммуникационных пакетов, и переход на специально разработанные для военных программы.

Информационное воздействие со спутников опасно и тем, что энергетика инициируемых с них процессов иной раз на много порядков превышает энергию «пускового» сигнала. Таким образом могут, например, включаться машины-роботы, начиненные взрывчаткой, приводиться в действие системы ПВО и ПРО.

Представляется возможным также психофизическое воздействие на людей с целью контроля их поведения и, возможно, управления социальными установками региональных или даже глобальных социумов. Фантастика? Но ведь факты говорят о том, что сегодня США тратят на. разработку психофизического оружия столько средств, сколько на самые сложные космические программы. И это не может быть случайным. Подобные исследования американцы начали еще перед второй мировой войной. После войны они продолжили их в рамках программ «МК-Ультра» — ультрамозговой контроль, «МК-Дельта» — дистанционное изменение поведения человека, а также «Блюберд» и «Артишок». Психологи считают, что воздействие на подсознание возможно через средства массовой информации путем создания специальных звуковых сигналов в музыкальных шлягерах, ключевых видеообразов в телепрограммах и т. д. С этой же целью может использоваться и космическая система «Теледесик». Достаточно вспомнить многочисленные заявления граждан США в суды о том, что сотовая связь явилась причиной различных заболеваний, в том числе рака мозга. Американские ученые из Национального института рака и Управления по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов рекомендовали ограничить использование таких систем связи. Достижение подобных эффектов возможно и от новой системы. Для этого мощность ее спутников надо повысить в тысячу раз по отношению к объявленной, а технически это вполне осуществимо.

Таким образом, создаваемые сейчас космические информационные системы даже мирного характера потенциально опасны в плане развертывания широкомасштабной «информационной войны» и, более того, создания глобальных систем для управления поведением людей в любом регионе, городе, местности, включая и собственные! Страна, имеющая лидерство в этой области, будет обладать огромным преимуществом.

В июле 1992 г. американская телекомпания Эн-би-си показала по своим каналам программу «Теперь об этом можно рассказать», посвященную использованию возможностей лиц, обладающих мощным биополем, в военных целях. В программе приводились факты, что на эти исследования, проводимые разведывательным управлением министерства обороны США, затрачивается ежегодно порядка 1 млн. долларов. Экстрасенсы привлекались для получения информации о местах сосредоточения войск и вооружений противника, а также для поиска заложников. Была также упомянута специальная программа военно-морских сил США, носящая кодовое наименование «Водолей», в ходе которой «ясновидцы» якобы помогали «засекать» советские подводные лодки. Ведущие рассказывали также о том, как во время войны с Ираком осуществлялись попытки с помощью телепатов ухудшить состояние здоровья иракского президента Саддама Хуссейна. Впоследствии Пентагон в официальном заявлении опроверг эти сенсационные сведения. Однако, возможно, в скором времени эта тема получит дальнейшее развитие.

На протяжении 80-х годов за рубежом, и в первую очередь в США, некоторые военные и гражданские ученые и целые группы проявляли повышенную активность в исследовании проблем биоэнергетики, связанных с так называемыми паранормальными возможностями человека. Раздел исследований, посвященный изучению паранормальных феноменов, стали называть парапсихологией. В его рамках изучаются способы приема и передачи информации без использования обычных органов чувств, а также возможности воздействия человека на физические объекты и явления без мышечных усилий. Широкое распространение получил термин «психотроника», под которым понимается создание различных технических устройств на основе энергии биополя, то есть целого комплекса специфических физических полей, существующего вокруг живого организма. Отсюда в военную терминологию вошло понятие психотронного оружия, созданного на основе применения паранормальных свойств человеческого организма.

Следует сказать, что на Западе в исследованиях и обсуждениях данной проблематики принимает участие большое количество энтузиастов, претендующих на научный приоритет в исследованиях паранормальных феноменов. Большое внимание описанию подобных явлений уделяют как популярные журналы, так и ряд специализированных периодических изданий, монографий, обзорных работ справочного характера. Проводятся семинары, конференции, симпозиумы, в том числе на международном уровне.

Вместе с тем большинство серьезных ученых, в первую очередь специалистов в области психики человека, до последнего времени оставались на позициях неверия в подобные исследования паранормальных феноменов и отрицали саму возможность их существования. Да и вся система понятий и взглядов современной науки не позволяла втиснуть эти явления в ее рамки.

Однако ближе к середине 80-х годов в иностранных научных журналах появился ряд обзорных статей, рассматривающих паранормальные возможности человека с позиций современных научных знаний.

В них приводились сведения, что, например, профессор В. Пешке (г. Штутгарт, ФРГ) посредством созданных им искусственно генерируемых полей воздействовал на энергетический потенциал человека таким образом, что тот в определенных условиях проявлял себя как исключительная личность. Бывший сотрудник НАСА доктор А. Пухарич опубликовал результаты исследований влияния ядовитых грибов на возможность передачи информации между людьми на большие расстояния. Ученые из Принстонского университета (США) во главе с Робертом Г. Джаном, обобщая результаты своих экспериментов, попытались применить законы квантовой механики при оценке парапсихологических явлений. Доктор 3. Гарвалик (США) описывал эффекты взаимодействия человеческого организма с геологическими аномалиями.

Тогда же появились многочисленные публикации, в которых рассматривались возможности использования открытий в области биоэнергетики, и в частности, парапсихологии, в военных целях. Одновременно некоторые научные проекты по этой проблеме получили финансовую поддержку, правда, довольно скромную — порядка 6 млн. долларов — от министерства обороны США, что свидетельствует об определенном интересе Пентагона к данной проблеме. Кроме того, военными специалистами велись исследования по ряду программ (например, «Ранее не исследовавшиеся биологические системы передачи информации»), суть которых и полученные результаты не были опубликованы для широкой общественности.

В Соединенных Штатах парапсихологическими исследованиями занимаются главным образом фирмы «Рэнд», «Вестингауз», «Дженерал электрик», «Белл телефон компани», центр военных исследований в Редстоуне, научно-исследовательский институт поведенческих и социальных наук сухопутных войск США (г. Александрия). Наибольшую же активность проявляет Стэнфордский научно-исследовательский институт, работающий в тесной связи с Пентагоном. Исследователи изучают и пытаются контролировать следующие сложные явления: экстрасенсорная перцепция — восприятие свойств объектов, их состояния, звуков, запахов, мыслей людей без физического контакта с ними и без использования обычных органов чувств; телепатия — передача мыслей, эмоций и влияние на психологическое состояние человека на расстоянии; ясновидение (дальновидение) — наблюдение либо получение информации об объекте (цели), находящемся вне пределов зрительной связи; психокинез — воздействие на физические объекты с помощью мысленного влияния, вызывающего их передвижение или разрушение; телекинез — мысленное перемещение психической сущности человека, тело которого остается в состоянии покоя (встречаются такие названия, как передвижение вне организма и передвижение в паранормальном состоянии).

В настоящее время можно выделить четыре главных направления военно-прикладных исследований в области биоэнергетики.

Во-первых, изучение методов преднамеренного воздействия на психическую деятельность человека. В американской печати сообщалось, что в начале 80-х годов в сухопутных войсках США проводились научные работы по созданию так называемой «армии новой эпохи». Исследовались вопросы обучения солдат медитации, развития их способности к экстрасенсорной перцепции и магии, а также к «нейролингвистическому обучению» и гипнотической методике. Как утверждалось в газете «Нью-Йорк таймс», данная программа была закрыта, а ее главные руководители уже уволились из вооруженных сил. Тем не менее работы в этом направлении не прекратились. Командование армии выделило Национальной академии 425 тыс. долларов на подготовку доклада, в котором была бы научно обоснована возможность создания «сверхсолдат» на основе применения различных паранормальных способностей. Доклад, опубликованный в конце 1988 г., получил название «Развитие потенциала человека». Сделанный в нем вывод заключался в том, что большинство рассмотренных необычных явлений не подкрепляется строгими экспериментальными данными. Однако, по мнению авторов доклада, некоторые из поднятых в нем проблем могут представлять интерес для военного ведомства, но для проведения фундаментальных исследований потребуются дополнительные ассигнования.

В последнее время в иностранных военных кругах изучается вопрос об использовании в качестве оружия несмертельного действия голографических эффектов, влияющих на психику человека, особенно в боевых условиях. В печати приводятся сведения, в частности, что в ходе операции «Возрождение надежды» в Сомали американские специалисты пробовали с помощью лазерных устройств проектировать на поверхность облаков изображения исламских пророков, которые якобы увещевали своих «единоверцев» прекратить всякое сопротивление и разойтись по домам.

Создание подобных образцов — новое направление в области психологического воздействия на людей. Уже разработаны проекты передачи изображений с космических платформ, а также с помощью лазерных установок, предназначенных для отображения различных картин на естественные экраны — поверхность облаков.

В зарубежных средствах массовой информации упоминалось о проведении испытаний опытных образцов таких установок. Так, 1 февраля 1993 г. находившиеся на расстоянии около 15 км к западу от г. Могадишо в Сомали американские морские пехотинцы во время песчаной бури заметили над поверхностью земли странную картину. В облаке песка и пыли, вращающемся в небе, стало возникать изображение человеческого лица размером около 150*150 м. Через несколько минут очевидцы четко увидели, что это «не просто знакомое лицо, а портрет Иисуса Христа, как он изображается обычно в религиозных и художественных произведениях».

Воздействие этого явления на его свидетелей было весьма сильным. Один из солдат, которому удалось сфотографировать изображение, сказал: «Я не самый истовый верующий, но, увидев это лицо, я сразу узнал Иисуса Христа. Когда смотришь на него, невозможно разговаривать или думать. Только опускаешься на колени, молишься и начинаешь плакать». Песчаная буря продолжалась не более 5 минут, и, как только стихла, картина, очевидцами которой стало несколько тысяч человек, исчезла.

В западной печати появились утверждения, что данный эффект — голографическое изображение — был создан подразделениями «психологических oHe-раций» американского миротворческого контингента в Сомали в экспериментальном порядке для проверки результатов его воздействия на психику людей. Судя по просочившимся сведениям, результатам эксперимента была дана положительная оценка.

Второе разрабатываемое в Пентагоне направление включает углубленное изучение паранормальных феноменов, способных принести наибольшую пользу с точки зрения возможного военного применения, — ясновидение, телекинез и т. д. Детальное описание проведенных по этой проблеме экспериментов содержится в книге Р. Тарга и К. Харари «Психическая гонка», вышедшей в 1984 г. Доктор Р. Тарг, психиатр, имеющий также опыт работы в области лазерной, оптической и микроволновой техники, более десяти лет исследовал вопросы парапсихологии. Совместно с другими учеными им были проведены эксперименты по исследованию способности человека наблюдать объекты, находящиеся вне пределов зрительной связи («видение на расстоянии»).

В ходе этих экспериментов испытуемый должен был мысленно «увидеть» определенный район или побывать в нем, а затем детально описать его. Полученные данные свидетельствовали, что часто эта задача решалась удовлетворительно, хотя ни испытуемый, ни организаторы экспериментов ранее не имели никаких сведений об объекте наблюдения. Независимые лица, контролировавшие результаты, подтвердили получение довольно точной информации. В итоге были сделаны выводы о наличии перспектив сбора разведывательных сведений с помощью дальновидения (дистанционного зрения) или телекинеза (передвижения вне организма).

Применение этого метода могло бы быть весьма широким: в стратегическом масштабе возможно проникновение в главные органы управления войсками противника для ознакомления с его закрытыми документами; в тактическом звене можно вести полевую разведку в тылу противника (причем «разведчик-ясновидец» всегда будет находиться в безопасном и неизвестном противнику месте). К основным проблемам относится то, что количество лиц, обладающих этими способностями, весьма ограничено, и нельзя проверить полученные данные.

По мнению убежденных в реальности паранормальных явлений людей, актуальным может быть использование психокинеза для разрушения систем управления войсками и нарушения функционирования стратегических вооружений. Свойство организма человека излучать определенный вид энергии в настоящее время подтверждена полученными фотографиями радиационного поля, известного как эффект Кирлиана. Психокинез является результатом генерации субъектом электромагнитной силы, способной передвигать или разрушать какой-либо объект. Исследования разрушенных в результате проводимых опытов предметов выявили иную форму излома, чем при воздействии физической силы.

Особо пристальное внимание зарубежных ученых привлекает телепатический гипноз. Разгадка механизмов управления этим феноменом человеческого организма позволит осуществить прямую передачу мыслей от одного человека или группы людей (телепатов) к выбранным лицам. При этом важно, чтобы субъекты не осознавали, что их мысли навязаны им внешним воздействием. Напротив, они должны чувствовать, что это их собственные мысли. Например, командир формирования противника, осуществляющего внезапный прорыв обороны, вместо развития успеха прикажет закрепиться на достигнутом рубеже или даже вернуться на исходный рубеж.

Третье направление — исследование влияния биологических полей и излучений на системы управления и связи, вооружение, особенно на электронную аппаратуру, а также создание генераторов биоэнергии искусственного характера, установок для воздействия на противника с целью создания у него аномальных психических состояний. Р. Макрей, автор вышедшей в 1984 г. книги «Психические войны», утверждает, что некоторые из подобных исследований проводились при анализе поведения боевых расчетов в процессе оценки уязвимости систем базирования межконтинентальных баллистических ракет MX.

В американскую печать просачивались сведения, что специалисты ЦРУ работают с наиболее известными парапсихологами США, чтобы выяснить, способны ли люди, обладающие паранормальными способностями, влиять на надежность компьютерных систем.

Последнее, четвертое направление посвящено созданию систем обнаружения и контроля искусственных и естественных опасных биоизлучений, а также методов активной и пассивной защиты от них. В частности, в лаборатории проектирования систем «человек-машина» школы ВМС США (г. Монтерей, штат Калифорния) разработан ряд количественных методик для оценки и практического использования эффекта Кирлиана.

Многие зарубежные ученые считают, что современный уровень развития физики, химии, биологии позволяет поставить изучение биологических полей на научную основу, что будет способствовать решению ряда важных задач прикладного значения, в том числе и в военной области. В опытах по биоэнергетике используются разнообразные датчики. Они могут регистрировать отдельные проявления биополя и преобразовывать их в электрические сигналы, легко фиксируемые соответствующими приборами. Для обработки данных используются обладающие большой производительностью компьютеры.

Некоторые американские специалисты заявляют, что они приблизились к решению проблемы управления способностью человека излучать и воспринимать биоэнергию. В настоящее время собраны доказательства, что парапсихологические явления реальны и при определенных обстоятельствах ими можно управлять. Предпринята также попытка оценить военный потенциал таких управляемых парапсихологических феноменов. Более того, в западной, да и в отечественной печати все чаще встречаются утверждения, что психотронное оружие уже существует, хотя его возможности пока еще полностью не известны.

Последствия, к которым приведет применение психотронного оружия, сейчас трудно оценить. Некоторые западные эксперты, в том числе и военные аналитики, высказывают предположение, что страна, первой сделавшая решающий прорыв в этой области, получит такое превосходство над своим противником, которое можно сравнить лишь с монопольным обладанием ядерным оружием. В перспективе этот вид оружия может стать причиной болезней или смерти объекта (человека), причем без всякого риска для жизни оператора (лица, излучающего команды). Психотронное оружие бесшумно, его трудно обнаружить, в качестве источника силы требуются усилия всего одного или нескольких операторов. Поэтому в научных и военных кругах за рубежом высказывается большая озабоченность по поводу возможного «психического вторжения» и указывается на необходимость выполнения соответствующих защитных мероприятий.

Идея заменить людей на полях сражений роботами витала в воздухе уже давно. На эту тему были написаны десятки научно-фантастических произведений, первые из которых появились в 20-х годах нашего столетия. Пионерами автоматизации военной техники были советские ученые, которые еще в 30-х годах создали дистанционно пилотируемый вариант бомбардировщика ТБ-1, способный совершать полет «по полному циклу» (взлет — полет по маршруту — сброс бомб — возвращение на базу — посадка) с минимальным вмешательством человека. По ряду причин эти работы так и не вышли из стадии экспериментальных. Первая попытка боевого применения безэкипажной машины в качестве носителя оружия, по-видимому, была предпринята в 1945 г. при обороне Берлина, когда немцы оборудовали танкетки В-4 установками для стрельбы реактивными гранатами. Ничего серьезного, однако, до последнего времени создано не было, и люди привыкли считать, что военные роботы-солдаты относятся к области чистого вымысла. И вдруг оказалось, что они могут стать реальностью уже в ближайшем времени.

В конце 1983 г. Управление Пентагона по проведению научно-ислледовательских работ (УППНИР) объявило о принятии десятилетнего плана, который назвали СКИ — стратегическая компьютерная инициатива. Это был план создания искусственного интеллекта и его применения в военных целях, явившийся ответом на японские проекты разработки ЭВМ пятого поколения. Объем финансирования в первые три года составил сумму в 300 млн. долл., в первые пять лет — 600 млн. долл., а затем значительно превысил 1 млрд. долл. В связи с этим УППНИР в 2–3 раза увеличила долю своего бюджета, направляемого на разработки в области компьютерной техники.

 Принцип действия дистанционно управляемого робота-минера

Армии нужны машины, которые с помощью дистанционного управления или самостоятельно будут разыскивать противника, обезвреживать мины и неразорвавшиеся бомбы или запускать ракеты в ситуациях, где человек подвергся бы слишком большому риску. Кроме того, армия нуждается в роботах для выполнения утомительных работ в тылу, таких как погрузка боеприпасов, управление автоколонками или заправка танков.

ВВС хотят иметь на вооружении беспилотные самолеты для разведки за линией фронта, создания помех вражеским РЛС или уничтожения отдельных целей. Чтобы управлять пилотируемыми самолетам на современном уровне, необходим компьютерный помощник пилота. В космическом пространстве роботы, вероятно, будут играть ключевую роль в создании и техническом обслуживании систем ПРО. По сути дела, все, что создается в рамках программы СОИ, в такой степени компьютеризовано, что СКИ имеет для нее ключевое значение.

ВМС хотят иметь роботы для выполнения целого ряда опасных и трудоемких задач — от ведения огня до технического обслуживания и ремонта кораблей, их поиска и спасения. Кроме того, для ведения комплексных боевых операций на океанских театрах военных действий нужны компьютерные системы стратегического планирования.

Итак, Пентагон решил разработать военные роботы. Как сказал майор Кеннет Роузе из управления боевой подготовкой американской армии: «Машины не устают. Они не спят, не прячутся под деревьями, когда идет дождь, не болтают с приятелями и не курят тайком». Действительно, стоящий в дозоре робот всегда будет одинаково внимателен. В бою он проявит нечеловеческую храбрость. Оставшись один против превосходящих сил противника, он будет драться до последнего. Если поступит команда предпринять самоубийственную атаку без шансов остаться в живых, он не станет колебаться. Роботы — солдаты, не знающие страха и усталости. Главное предъявляемое к ним требование — иметь достаточно мозгов, чтобы, к примеру, не начать стрелять в своих же.

Еще одно важное соображение: робот должен быть в состоянии распознавать противника, когда он его обнаруживает. «Во Вьетнаме нашим солдатам было трудно отличать южных вьетнамцев от северных, — сказал Роберт Розенфелд, руководитель программ в УППНИР. — Если людям трудно распознавать противника, то легко представить себе, как это трудно будет роботам». Эта проблема, пожалуй, самая трудная.

В конечном счете оценка не только препятствий, но также потенциальных угроз и пеленгация целей при одновременном передвижении с применяемой в боевых условиях скоростью потребует гораздо более мощных компьютеров и программного обеспечения, чем имеющиеся в настоящее время. Поскольку суперкомпьютеры с фантастическим быстродействием по своим массогабаритным характеристикам и потребляемой энергии не подходят пока для использования в военных роботах, армейское командование вынуждено довольствоваться меньшим.

Однако успехи в области создания новых компьютерных технологий превосходят все ожидания. Например, в 1989 г. специалисты фирмы Intel опубликовали прогноз по развитию микропроцессоров к 1996 г. Реально достигнутая в этом году производительность процессоров Intel превысила ожидаемую в полтора раза. Такой прогресс в совокупности с успехами в создании программного обеспечения распознавания образов, речи и т. п. дает все основания полагать, что уже до конца столетия будут созданы военные роботы, по эффективности превосходящие на поле боя человека.

Конечно, следует отметить, что термин «полностью автономный робот» — не более чем условность, поскольку даже наиболее совершенные автономные боевые роботы должны иметь возможность управляться дистанционно, чтобы можно было осуществить, по крайней мере, их включение и выключение (или уничтожение) в аварийных ситуациях, когда их поведение не соответствует поставленной задаче или представляет опасность для взаимодействующих подразделений.

Эта разработанная фирмой «Бофорс» машина для разминирования может управляться как экипажем, так и дистанционно

Промежуточным шагом на пути разработки полностью самостоятельных боевых устройств считается создание полуавтоматических роботов, способных выполнять ограниченные задачи. В этой связи командование сухопутных войск США изучает возможности так называемой системы рассредоточения боевых машин, в которой один аппарат выполняет функции командования и управления. В нем будут находиться несколько человек, и он будет управлять на иоле боя целой группой роботов. Они могут вместе выполнять разведывательные задания или составлять колонну передового охранения, в которой один аппарат будет следовать за другим.

Еще одно препятствие на пути к использованию роботов в бою — это несовершенная связь. Имеющиеся в распоряжении военных радиоканалы достаточны для голосовой связи между людьми, но громадные объемы видео- и цифровых данных, требуемых для передачи команд и получения информации от робота, требуют использования таких частотных диапазонов, в которых в боевых условиях очень легко создавать помеху. По этой причине, например, невозможно передать цифровой или видеосигнал, когда на пути находится возвышение. В программе СКИ с целью решения этой проблемы рассматриваются варианты использования кабелей на волоконной оптике для управления роботами, а также связи на поле боя через самолеты с дистанционным управлением.

Вот как описывается поле боя недалекого будущего в одной из футуристических книг: «… радиосигналы от спутников связи предупредили командира о готовящемся наступлении противника. Сеть сейсмических датчиков, установленных на глубине в несколько метров, подтвердила это. Регистрируя колебания почвы, датчики закодированными сигналами направляют информацию в штабную ЭВМ. Последняя теперь довольно точно знает, где находятся вражеские танки и артиллерия. Датчики быстро отфильтровывают акустические сигналы, полученные от военных объектов разной массы, причем по спектру вибрации они отличают артиллерийские орудия от бронетранспортеров. Установив диспозицию противника, штабной компьютер принимает решение о нанесении флангового контрудара… Впереди наступающих поле заминировано, и имеется лишь узкий коридор. Однако компьютер оказался хитрее: он с точностью до тысячных долей секунды определяет, какая из мин должна взорваться. Но и этого мало: миниатюрные выпрыгивающие мины закрыли путь отступления за спиной противника. Выпрыгнув, эти мины начинают двигаться зигзагообразно, взрываясь только тогда, когда узнают — по массе металла, — что они ударились о танк или артиллерийское орудие. Одновременно рой маленьких самолетов-камикадзе обрушивается на цель. Прежде чем нанести удар, они отправляют в штабную ЭВМ новую порцию информации о положении дел на поле боя… Тем, кому удается выжить в этом аду, придется иметь дело с солдатами-роботами. Каждый из них, «чувствуя», например, приближение танка, начинает расти, как гриб, и открывает «глаза», стараясь его найти. Если цель не появляется в радиусе ста метров, робот направляется ей навстречу и атакует одной из крошечных ракет, которыми вооружен…».

Специалисты видят будущее военной робототехники главным образом в создании боевых машин, способных действовать автономно, а также самостоятельно «думать».

В числе первых проектов в рамках этого направления можно привести программу по созданию армейского автономного транспортного средства (ААТС). Новая боевая машина напоминает модели из фантастических кинофильмов: восемь небольших колес, высокий бронированный корпус без всяких прорезей и иллюминаторов, утопленная в металл скрытая телевизионная камера. Эта настоящая компьютерная лаборатория создана, чтобы испытывать способы автономного компьютерного управления наземными боевыми средствами. Последние модели ААТС используют для ориентации уже несколько телевизионных камер, ультразвуковой локатор и разноволновые лазеры, собираемые от которых данные собираются в некоторую четкую «картину» не только того, что находится по курсу следования, но и вокруг робота. Аппарат еще необходимо научить отличать тени от настоящих препятствий, ведь для телевизионной камеры с компьютерным управлением тень дерева очень похожа на упавшее дерево.

Интересно рассмотреть подходы участвующих в проекте фирм к созданию ААТС и трудности, с которыми они столкнулись. Управление движением восьмиколесного ААТС, о котором шла речь выше, осуществляется с помощью бортовых компьютеров, обрабатывающих сигналы от различных средств визуального восприятия и использующих топографическую карту, а также базу знаний с данными о тактике перемещения и алгоритмами вывода заключений, касающихся текущей обстановки. Компьютеры определяют протяженность тормозного пути, скорость на поворотах и прочие необходимые параметры движения.

Во время первых демонстрационных испытаниях ААТС перемещалось по гладкой дороге со скоростью 3 км/ч с использованием одной телевизионной камеры, благодаря которой с помощью разработанных в Мэрилендском университете методов выделения объемной информации распознавались обочины дороги. Из-за низкого быстродействия используемых тогда компьютеров ААТС было вынуждено делать остановки через каждые 6 м. Чтобы обеспечить непрерывное перемещение со скоростью 20 км/ч, производительность ЭВМ должна быть повышена в 100 раз.

По мнению специалистов, компьютеры играют ключевую роль в этих разработках и главные трудности связаны именно с ЭВМ. Поэтому по заказу УППНИР в университете Карнеги-Меллона принялись за разработку высокопроизводительной ЭВМ ВАРП, предназначаемой, в частности, для ААТС. Предполагается установить новую ЭВМ на специально изготовленном автомобиле для автономного управления им на прилегающих к университету улицах для движения со скоростью до 55 км/ч. Разработчики проявляют осторожность при ответах на вопрос, сможет ли компьютер полностью заменить водителя, например, при расчетах скорости пересечения улицы молодыми и пожилыми пешеходами, но уверены, что он будет лучше справляться с такими задачами, как выбор кратчайшего пути по карте.

Фирме «Дженерал электрик» УППНИР заказало комплект программного обеспечения, которое позволит ААТС распознавать во время движения детали местности, автомобили, боевые машины и т. п. В новом комплекте программ предполагается использовать распознавание образов по геометрическим признакам объекта съемки при его сравнении с эталонными изображениями, хранимыми в памяти компьютера. Поскольку для компьютерного конструирования изображения каждого распознаваемого объекта (танка, орудия и т. п.) требуются большие затраты труда, фирма пошла по пути съемки объектов с фотоснимков, рисунков или макетов в различных видах, например спереди и сбоку, причем снимки оцифровываются, трассируются и преобразуются в векторную форму. Затем с помощью специальных алгоритмов и программных пакетов получаемые изображения преобразуются в объемное контурное представление объекта, которое вводится в память компьютера. При движении ААТС его бортовая телекамера производит съемку попадающегося на пути объекта, изображение которого в процессе обработки представляется в виде линий и точек сходимости в местах резких изменений контрастности. Затем при распознавании эти рисунки сопоставляются с проекциями объектов, введенными в память ЭВМ. Процесс распознавания считается успешно проведенным при достаточно точном совпадении трех-четырех геометрических признаков объекта, и компьютер производит дальнейший, более детальный анализ для повышения точности распознавания.

Армейский джип «Хаммер», оборудованный системой автоматической навигации, может двигаться по выбранному маршруту самостоятельно

Последующие более сложные испытания на пересеченной местности были связаны с введением в ААТС нескольких телевизионных камер для обеспечения стереоскопического восприятия, а также пятидиапазонного лазерного локатора, который дал возможность оценивать характер препятствий на пути движения, для чего измерялись коэффициенты поглощения и отражения лазерного излучения в пяти участках электромагнитного спектра.

УППНИР также выделило средства на разработки Огайского университета по созданию ААТС с шестью опорами вместо колес для перемещения по пересеченной местности. Эта машина имеет высоту 2,1 м, длину 4,2 м и массу примерно 2300 кг. Аналогичные самоходные роботы различного назначения активно разрабатываются сейчас 40 промышленными фирмами.

Наиболее четко концепция безэкипажной боевой машины, главной задачей которой является охрана важных объектов и патрулирование, воплощена в американском боевом роботе «Проулер». Он имеет комбинированное управление, выполнен на шасси шестиколесного вездехода, оборудован лазерным дальномером, приборами ночного видения, доплеровской РЛС, тремя телевизионными камерами, одна из которых может подниматься на высоту до 8,5 м с помощью телескопической мачты, а также прочими датчиками, позволяющими вместе обнаруживать и идентифицировать любых нарушителей охраняемой зоны. Информация обрабатывается с помощью бортовой вычислительной машины, в память которой заложены программы автономного движения робота по замкнутому маршруту. В автономном режиме решение на уничтожение нарушителя принимается с помощью ЭВМ, а в режиме телеуправления — оператором. В последнем случае оператор получает информацию по телеканалу от трех телекамер, а команды управления передаются по радио. Необходимо отметить, что в системе телеуправления робота элементы управления в режиме используются только при диагностировании его систем, для чего у оператора установлен специальный монитор. Вооружение «Проулера» составляет гранатомет и два пулемета.

Еще один военный робот, носящий наименование «Одекс», может погружать и разгружать артиллерийские снаряды и другие боеприпасы, переносить грузы массой более тонны, обходить рубежи охранения. Как указывается в аналитическом докладе корпорации «Рэнд», по предварительным расчетам, стоимость каждого такого робота оценивается в 250 тыс. долл. (для сравнения — основной танк сухопутных войск США «Абрамс» Ml обходится Пентагону в 2,8 млн. долл.).

«Одекс» — экспериментальная шагающая платформа

«Одекс» представляет собой шагающую платформу, имеющую шесть опор, причем каждая приводится в движение тремя электродвигателями, а управление осуществляется с помощью шести микропроцессоров (по одному на каждую опору) и координирующего их центрального процессора. Прямо в процессе движения ширина робота может изменяться от 540 до 690 мм, а высота — от 910 до 1980 мм. Дистанционное управление производится по радиоканалу. Имеются также сообщения, что на базе этой платформы создан вариант робота, действующего как на земле, так и в воздухе. В первом случае робот передвигается с помощью все тех же опор, а во втором движение обеспечивают специальные лопасти, как у вертолета.

Для американских военно-морских сил уже созданы роботы НТ-3 для тяжелых грузов и РОБАРТ-1, фиксирующий пожары, отравляющие вещества и технику противника, проникающую через линию фронта, и имеющий словарь из 400 слов. РОБАРТ-1, кроме того, способен сам добираться до заправочной станции для перезарядки батарей. Широко рекламированная экспедиция к месту гибели знаменитого «Титаника», которая была проведена в 1986 г., имела скрытую основную цель — испытание нового военного подводного робота «Джейсон-младший».

В 80-х годах появились специальные безэкипажные боевые машины, выполняющие только разведывательные задачи. К ним относятся разведывательные боевые роботы ТМАР (США), «Команда Скаут» (США), ARVTB (США), ALV (США), ROVA (Великобритания) и другие. Четырехколесная малогабаритная безэкипажная телеуправляемая машина ТМАР, имеющая массу 270 кг, способна вести разведку в любое время суток с помощью телекамеры, приборов ночного видения и акустических датчиков. Она оснащена также лазерным целеуказателем.

«Команда Скаут» является колесной машиной с теплотелевизионными камерами, различными датчиками и манипуляторами управления движением. В ней осуществлено комбинированное управление: в режиме телеуправления команды поступают из управляющей машины, размещенной на тягаче-прицепе, в автономном режиме — от трех бортовых вычислительных машин с использованием цифровой карты местности.

На базе гусеничного БТР М113А2 создана безэкипажная боевая разведывательная машина ARVTB, которая для выполнения своих функций имеет навигационную систему и средства технического наблюдения. Как и «Команда Скаут», она имеет два режима работы — телеуправления с передачей команд по радио и автономный.

Во всех указанных выше разведывательных роботах используются технические средства управления двух типов. В режиме дистанционного управления применяется супервизорное телеуправление (по обобщенным командам оператора, в том числе речевым), а в автономном режиме — адаптивное управление с ограниченной способностью роботов приспосабливаться к изменениям внешней среды.

Разведывательная машина ALV более совершенна, чем другие разработки. На первых этапах она также имела системы программного управления с элементами адаптации, но в дальнейшем в системы управления вносилось все больше элементов искусственного интеллекта, что повышало автономность при решении боевых задач. В первую очередь «интеллектуализация» затронула навигационную систему. Еще в 1985 г. навигационная система позволила машине ALV самостоятельно пройти расстояние, равное 1 км. Правда, тогда движение осуществлялось по принципу автоматического удержания аппарата на середине дороги с использованием информации от телевизионной камеры обзора местности.

Для получения навигационной информации в машине ALV установлены цветная телевизионная камера, акустические датчики, производящие эхолокацию находящихся вблизи объектов, а также лазерный сканирующий локатор с точным измерением дальности до препятствий и отображением их пространственного положения. Американские специалисты рассчитывают добиться, чтобы машина ALV смогла самостоятельно выбирать рациональный маршрут движения по пересеченной местности, обходить препятствия, а при необходимости изменять направление и скорость движения. Она должна стать базой для создания полностью автономной безэкипажной боевой машины, способной производить не только разведку, но и другие действия, в том числе по поражению боевой техники противника из различного оружия.

К современным боевым роботам — носителям оружия относятся две американские разработки: «Роботик рейнджер» и «Демон».

«Роботик рейнджер» является четырехколесной машиной с электротрансмиссией, на которой могут размещаться две пусковые установки ПТУР или пулемет. Масса ее составляет 158 кг. Телеуправление осуществляется по волоконно-оптическому кабелю, что обеспечивает высокую помехозащищенность и дает возможность одновременно управлять большим числом роботов на одном и том же участке местности. Длина стекловолоконного кабеля позволяет оператору манипулировать роботом на расстоянии до 10 км.

В стадии проектирования находится еще один «Рейнджер», который способен «видеть» и запоминать собственную траекторию и движется по незнакомой пересеченной местности, обходя препятствия. Испытываемый образец оснащен целым набором датчиков, включая телекамеры, лазерный локатор, передающий на ЭВМ объемное изображение местности, и приемник инфракрасного излучения, позволяющий двигаться ночью. Поскольку для анализа изображений, получаемых с датчиков, требуются огромные вычисления, робот, подобно прочим, способен передвигаться лишь с малой скоростью. Правда, как только появятся компьютеры с достаточным быстродействием, его скорость надеются повысить до 65 км/ч. При дальнейшем усовершенствовании робот сможет постоянно наблюдать за позицией противника или вступать в бой как танк-автомат, вооруженный точнейшими орудиями с лазерной наводкой.

Малогабаритный носитель оружия «Демон» с массой около 2,7 т, созданный в США еще в конце 70-х — начале 80-х годов, относится к комбинированным безэкипажным колесным боевым машинам. Он оснащен ПТУР (восемь-десять единиц) с тепловыми головками самонаведения, радиолокационной станцией обнаружения целей, системой опознавания «свой-чужой», а также бортовой вычислительной машиной для решения навигационных задач и управления боевыми средствами. При выдвижении на огневые рубежи и на больших дальностях до цели «Демон» работает в режиме дистанционного управления, а при приближении к целям на расстояние, меньшее 1 км, переходит на автоматический режим. После этого обнаружение и поражение цели производятся без участия оператора. Концепция режима телеуправления машин «Демон» скопирована с упоминавшихся выше немецких танкеток В-4 конца второй мировой войны: управление одной-двумя машинами «Демон» осуществляет экипаж специально оборудованного танка. Проведенное американскими специалистами математическое моделирование боевых действий показало, что совместные действия танков с машинами «Демон» повышают показатели огневой мощи и живучести танковых подразделений, особенно в оборонительном бою.

Дальнейшее развитие концепция комплексного использования дистанционно управляемых и имеющих экипаж боевых машин получила в работах по программе RCV («Роботизированная боевая машина»). Она предусматривает разработку системы, состоящей из машины управления и четырех роботизированных боевых машин, которые выполняют различные задачи, в том числе по уничтожению объектов с помощью ПТУР.

Одновременно с легкими подвижными роботами-носителями оружия за рубежом создаются более мощные боевые средства, в частности роботизированный танк. В США эти работы ведутся с 1984 г., причем вся аппаратура получения и обработки информации изготавливается в блочном варианте, что позволяет обычный танк превратить в танк-робот.

В отечественной прессе сообщалось, что аналогичные работы проводятся и в России. В частности, уже созданы системы, которые при их установке на танк Т-72 позволяют ему действовать в полностью автономном режиме. Сейчас проводятся испытания этого оборудования.

Опытная американская разработка танка-робота

Активные работы по созданию безэкипажных боевых машин в последние десятилетия привели западных специалистов к выводу о необходимости стандартизации и унификации их узлов и систем. Особенно это относится к шасси и системам управления движением. Испытываемые варианты безэкипажных боевых машин уже не имеют четко выраженного целевого назначения, а используются в качестве многоцелевых платформ, на которые может устанавливаться разведывательная аппаратура, различное оружие и оборудование. К ним относятся уже упоминавшиеся машины «Роботик рейнджер», AIV и RCV, а также машина RRV-1A и робот «Одекс».

Так заменят ли роботы солдат на поле боя? Займут ли машины, обладающие искусственным разумом, место людей? Предстоит преодолеть огромные технические препятствия, прежде чем компьютеры смогут выполнять задачи, выполняемые человеком без всякого труда. Так, например, чтобы наделить машину самым обычным «здравым смыслом», потребуется на несколько порядков увеличить емкость ее памяти, ускорить работу даже самых современных компьютеров и разработать гениальное (другого слова не придумаешь) программное обеспечение. Для военного использования компьютеры должны стать гораздо меньшего размера и быть в состоянии выдержать боевые условия. Но хотя современный уровень развития средств искусственного интеллекта не позволяет пока создать полностью автономный робот, специалисты оптимистично оценивают перспективы будущей роботизации поля боя.

Постоянно возрастающая сложность систем вооружения и неуклонное увеличение объема довольно сложной командно-распорядительной информации, поступающей в армейские штабы, порождают многочисленные проблемы в военном деле. Например, персонал типового современного командного пункта перерабатывает в течение суток даже в обычной, а не экстремальной обстановке тысячи сообщений. Невзирая на столь большие порции ежесуточной информации и жесткие временные ограничения, боевая задача всегда должна быть выполнена точно в срок. Поэтому командиры обязаны принимать решения очень быстро и постоянно поддерживать на должном уровне боеготовность частей, несмотря на ограниченность (а часто и неукомплектованность) личного состава и имеющегося у него профессионального опыта. Как считают зарубежные специалисты, помочь в решении этих проблем могут компьютеризованные системы управления, которые в ряде военных областей уже доказали свою полезность. Исходя из этих соображений министерство армии США наметило долгосрочную программу исследований и разработок, а также подготовку кадров в области систем «искусственного интеллекта», реализуемую совместно с двумя большими университетами страны: Техасским и Пенсильванским. Оно же создало в Пентагоне специальный Центр по системам «искусственного интеллекта», который специализируется на создании информационно-управляющих систем для задач материально-технического снабжения армейских формирований. В число решаемых здесь проблем входит рациональное распределение важнейших видов принципиально нового радиооборудования, устойчивого к радиопомехам и различного рода физическим воздействиям, с которыми обязательно придется столкнуться в реальной боевой обстановке. Новые радиосистемы подключаются в единую сеть, имеющую сотовую структуру и создающую взаимно перекрывающееся радиополе. Оно позволяет с большой точностью «привязываться» к топографическим ориентирам и ведет к увеличению надежности управления огнем.

Одни из видов систем «искусственного интеллекта» являются так называемые экспертные системы (ЭС). Экспертная система представляет собой компьютерную систему, использующую заранее введенные в нее знания и технику рассуждения высококвалифицированного специалиста (эксперта) для решения поставленной задачи. В научно-исследовательской лаборатории министерства обороны США создана консультативная экспертная система для целеуказания и распределения боевых средств. Она реализована в виде действующего опытного образца и носит название BATTLE.

Как решает задачу распределения огневых средств по целям обычный компьютер? Обычно подобная задача решается методом полного перебора вариантов в так называемом дереве поиска. Задача любой боевой системы заключается в том, чтобы нанести максимальный ущерб всем заданным объектам противника. В процессе распределения боевых средств по целям величина ущерба, наносимого некоторой цели, определяется произведением ее индекса стратегической важности на ожидаемую долю целей, поражаемую при данном распределении. Когда величина ущерба достигает максимума, соответствующее распределение считается оптимальным. Пока для достижения оптимума в реальных условиях при использовании метода полного перебора требуется слишком много времени. Например, в ранних исследованиях для поиска оптимального распределения при 8 боевых средствах и 17 целях на обычной ЭВМ было затрачено 11 мин 43 с. В экспертной же системе BATTLE для этого потребовалось всего лишь 6,75 с. Сократить время решения задачи удалось за счет использования эвристического алгоритма поиска, при котором с самого начала исключается анализ имеющих низкую вероятность вариантов распределения боевых средств по целям. Система BATTLE позволяет учитывать 55 различных важных в практике реального боя факторов. В ней схема распределения боевых средств по целям имеет ярко выраженную сетевую структуру. Эта сеть представляет собой обобщение сетей логического вывода системы PROSPECTOR — одной из первых экспертных систем, которая разрабатывалась для оказания помощи при разведке полезных ископаемых (в частности, при поиске нефтяных месторождений).

Как считают американские специалисты, реализация конкретной экспертной системы — это пока скорее искусство, чем совокупность разработанных методов, и здесь нельзя предположить каких-то надежных универсальных решений. В данном случае оказался полезным подход, принятый в гражданской системе PROSPECTOR для поиска полезных ископаемых. Однако потребовались специфические дополнения и альтернативные решения (типа стратегии «оценочных функций») для ведения рационального диалога и определения неперспективных ветвей «дерева поиска». На описанном примере видно, что задача распределения боевых средств по целям — это, та же задача распределения ресурсов, и она может найти полезное применение в военном деле. Другими словами, аппаратурные средства системы BATTLE можно применять и в других «предметных областях», например, в авиации и на флоте.

Командование военно-морских сил заказало разработку компьютерного «стратега», который на основе анализа данных, поступающих с радиолокаторов и искусственных спутников Земли, будет помогать командирам организовывать сложный морской бой с участием авианосной боевой группы и входящими в нее десятками надводных кораблей и подводных лодок. Эта система управления боем должна быть способна учитывать непроверенные данные, предсказывать вероятные события, а также разрабатывать стратегию действий и сценарии на основании опыта, объясняя предпосылки принятия логических решений.

«Стратег», который будет реализован в нескольких вариантах экспертных систем, сперва поступит в распоряжение командующего Тихоокеанским флотом и его штаба. Эта система позволит составлять донесения о состоянии флота и планировать его деятельность. Они будут использоваться в составе автоматизированной системы управления для командного пункта флота, в котором в нормальном режиме работы действует личный состав из 20–40 офицеров, а в экстремальных ситуациях объем поступающих данных возрастает в десятки раз и требует их круглосуточной обработки.

Разрабатываемая экспертная система ФРЕШ позволит оценивать в реальном масштабе времени готовность боевых групп и групп надводных кораблей, основываясь на базовом массиве памяти и данных, поступающих от различных подразделений флота. Система будет также выдавать рекомендации по комплектованию сил и средств для решения конкретных задач и давать оценку последствий изменений в поставленных кораблям задачах в процессе боевых действий, причем время такой оценки благодаря экспертной системе сократится с 10 до 0,5 ч. Взаимодействие пользователей с этой и другими экспертными системами будет осуществляться через автоматизированную систему управления с помощью обычного языка со словарем примерно из 20 тыс. слов, включающего идиомы, военно-морскую терминологию, собственные имена и географические названия.

Несмотря на очевидные достоинства разработанных экспертных систем, в последнее время наметился некоторый спад в этой области, связанный со всеобщим переходом на объектно-ориентированное программирование и пересмотром взглядов на возможность вписывания знаний эксперта в рамки какой-либо системы правил. Тем не менее, все наработки в данной области, безусловно, используются и будут использоваться в программном обеспечении автоматизации принятия решений, в том числе и в вооруженных силах.

Этот вид военной техники в последнее время получает все большее развитие. История применения беспилотных летательных аппаратов (БПЛА) насчитывает уже несколько десятков лет. Сперва они играли роль ложных мишеней для обмана противовоздушной обороны противника, а также выполняли разведывательные функции. Большие количества таких аппаратов были использованы военно-воздушными силами США во время войны во Вьетнаме. В 1960-х гг. американскими военно-морскими силами разрабатывалась программа DASH, целью которой было создание беспилотного вертолета для борьбы с подводными лодками. Несмотря на то, что этот проект вскоре свернули, Япония закупила у США почти все произведенные аппараты и применяет их до сих пор. В 1980-х гг. Израилем был разработан дистанционно управляемый летательный аппарат (ДПЛА) «Мастиф», целью которого была воздушная разведка и целеуказание. Большое количество такой техники США закупили для. нужд флота и широко использовали с борта линкоров «Миссури» и «Висконсин» во время войны в Персидском заливе. Также в начале операций военно-воздушных сил в Ираке последние использовали 38 беспилотных летательных аппаратов BQM-74C «Чукар», которые провоцировали иракцев включать свои радары, так что они могли быть засечены и уничтожены специализированными самолетами подавления.

Разработан был также малоразмерный беспилотный летательный аппарат «Пейв Тайгер» одноразового использования, предназначенный для поиска и уничтожения радиоэлектронных средств, главным образом радиолокационных станций, входящих в состав ракетных и артиллерийских комплексов противника. Этот аппарат в иностранной печати иногда называют противорадиолокационным. Он выполнен по схеме «утка» с низкорасположенным стреловидным крылом, концевые части консолей которого отогнуты вверх и играют роль килей, и с передними горизонтальными поверхностями управления.

Планер изготовлен из композитных материалов, что в дополнение к небольшим массе и размерам аппарата (длина 2,13 м, размах крыла 2,59 м, максимальный диаметр фюзеляжа 0,61 м, стартовая масса 115 кг) обеспечивает его малую эффективную площадь отражения. Его силовая установка состоит из двух-цилиндрового двухтактного поршневого двигателя с воздушным охлаждением мощностью 28 л. с, снабженного четырехлопастным толкающим винтом. В западной печати отмечается, что при расходе топлива, равном 3,9 л/ч, его бортового запаса может хватить почти на 10 ч полета (при условии установки на аппарат максимальной по массе полезной нагрузки). Сообщается также, что работа двигателя в воздухе имеет повышенную шумность, что, однако, не считается его недостатком, поскольку это вызывает так называемый беспокоящий эффект, отвлекая внимание расчетов зенитных средств противника и заставляя их вести по нему стрельбу из пушек или производить пуски ракет.

Этот аппарат оснащен простейшим навигационным оборудованием, имеющим невысокую стоимость, но и малую точность, что также не считается недостатком, поскольку наведение на радиоизлучающие цели производится с помощью бортовой пассивной головки самонаведения, а задачей навигационной системы является лишь вывод аппарата в район расположения цели в соответствии с заложенной в него перед вылетом программой полета. Поскольку аппарат является полностью автономной системой и не связан линией передач данных с землей, а его наведение осуществляется пассивной головкой самонаведения, считается, что, находясь в воздухе, он обладает практически абсолютной помехоустойчивостью.

Стоимость одного серийного аппарата составит около 50 тыс. долл. По заявлению фирмы «Боинг», ее производственные мощности позволяют выпускать до 6 тыс. беспилотных аппаратов в год.

К числу тактических БПЛА малой дальности, которыми оснащены вооруженные силы США, относятся «Пионер» и «Хантер». «Пионер», разработанный при участии израильской фирмы IAI, состоит на вооружении с 1986 г. Аппарат выполнен по нормальной аэродинамической схеме с верхнерасположенным крылом и двумя хвостовыми балками с килями, соединенными горизонтальным оперением. В качестве силовой установки используется поршневой двигатель мощностью 26 л. с, оснащенный толкающим воздушным винтом.

В состав разведывательного оборудования входят телевизионная или ИК-камера, лазерный дальномер-целеуказатель, аппаратура радиоэлектронного противодействия или ретрансляции связи. Взлет аппарата может выполняться с земли посредством трехколесного шасси и стартового ускорителя либо при помощи катапульты, посадка — по-самолетному (на корабли с использованием сети-барьера), управление полетом — по программе или по командам оператора.

Запуск беспилотного аппарата «Пионер» с борта линкора во время войны с Ираком

БПЛА «Пионер» широко применялся в войне против Ирака, где было развернуто шесть беспилотных разведывательных систем (три — в экспедиционных силах морской пехоты США и по одной — на линкорах «Миссури», «Висконсин» и в армейском корпусе сухопутных войск). Всего БПЛА выполнили около 300 полетов обшей продолжительностью более 1000 ч. В интересах ВМС они использовались для поиска морских мин, береговых пусковых установок ПКР и позиций зенитных ракет, а также для корректировки огня крупнокалиберной корабельной артиллерии.

Части сухопутных войск и морской пехоты применяли БПЛА для целеуказания ударным самолетам и вертолетам в масштабе времени, близком к реальному, и для обеспечения продолжительного наблюдения за передвижениями войск противоборствующей стороны. Малая заметность аппарата в акустическом, оптическом и радиолокационном диапазонах обеспечивала высокую живучесть БПЛА над территорией противника. За время боевых действий огнем зенитной артиллерии были сбиты всего два аппарата.

БПЛА «Хантер» BQM-155A совместной американо-израильской разработки имеет такую же, как «Пионер», аэродинамическую компоновку и предназначается для ведения воздушной разведки, целеуказания, решения задач РЭБ, ретрансляции связи на поле боя. Им планируется заменить БПЛА «Пионер». Его силовая установка состоит из двух поршневых двух-цилиндровых четырехтактных двигателей мощностью по 68 л.с. с тянущим и толкающим воздушными винтами. БПЛА оснащен инерциальной навигационной системой, корректируемой по данным космической радионавигационной системы НАВСТАР, и аппаратурой передачи данных и приема команд, антенна которой располагается над фюзеляжем и имеет грибообразную форму. Бортовое разведывательное оборудование в зависимости от поставленной задачи может включать одну-две ТВ камеры, инфракрасную станцию переднего обзора, лазерный дальномер-целеуказатель, средства РЭБ и ретрансляции связи. Разведывательное оборудование имеет модульную конструкцию, что обеспечивает быструю его замену. ИК станция, телевизионная камера и лазерный целеуказатель размещаются на специальной гиростабилизированной платформе.

БПЛА «Хантер» готовится к взлету

Взлет и посадка летательного аппарата выполняются по-самолетному. Возможно также использование катапульты и парашютной системы. Управление полетом осуществляется автоматически по программе либо по командам оператора наземной станции, обеспечивающей управление несколькими аппаратами одновременно.

В состав разведывательной системы входят восемь БПЛА, наземные станции управления полетом, приема и обработки разведданных, комплект модульного разведывательного оборудования, станция подготовки БПЛА к вылету, поисково-спасательное и вспомогательное наземное оборудование.

В Советском Союзе к разработке беспилотных летательных аппаратов-разведчиков приступили в конце 50-х гг. В начале 60-х гг. на вооружение поступило первое поколение таких устройств — БПЛА Ла-17Р и Ту-123 «Ястреб».

Для предполетной подготовки и запуска Ла-17Р использовали стартовую установку СУТР-1, созданную на базе лафета зенитного орудия С-60. Управление самолетом в полете осуществлял автопилот по заранее введенной в него программе и по радиокомандам с наземной станции. Каких-либо средств приземления аппарат не имел и повторное его применение не предусматривалось. Последние экземпляры самолета были сняты с вооружения в начале 80-х гг.

Задание на разработку комплекса дальней беспилотной разведки Ту-123 «Ястреб» ОКБ Туполева получило в 1959 г. Основу этого комплекса составил самолет с высокой сверхзвуковой скоростью и дальностью полета около 4000 км, оснащенный высокоэффективным фото- и радиотехническим разведывательным оборудованием. К примеру, фотоаппаратура позволяла опознавать шпалы железнодорожного полотна на снимках, сделанных с высоты 20 км при скорости полета 2700 км/ч. В 1964 г. «Ястреб» успешно прошел испытания в НИИ ВВС. Комплекс производился серийно в Воронеже и находился в эксплуатации до 1979 г.

Из находящихся в настоящее время в эксплуатации БПЛА следует выделить разведывательные комплексы Ту-143 «Рейс» и Ту-141 «Стриж».

Комплекс Ту-143 (ВР-3) был принят на вооружение ВВС в 1982 г. и производился серийно до 1989 г. Всего было произведено около 1000 самолетов этого типа. Длина аппарата составляет 8,06 м, размах крыла — 2,24 м, стартовая масса — 1230 кг, посадочная — 1012 кг. Скорость полета — до 925 км/ч, дальность полета — 150 км.

Для перевозки и старта «Рейса» используется самоходная пусковая установка СПУ-143. Полет и посадка аппарата производятся по заранее введенной в блок управления программе. После посадки разведчик может быть подготовлен для повторного вылета.

БПЛА «Стриж» (Ту-141)

В 1994 г. в производство запущен усовершенствованный вариант разведчика — Ту-243 «Рейс-Д». Новый самолет имеет лучшие летно-технические характеристики и более совершенное спецоборудование. Благодаря этому эффективность комплекса повышена более чем в 2,5 раза.

Многоразовый комплекс беспилотной воздушной разведки оперативного назначения ВР-2 (Ту-141) «Стриж:» закончил программу испытаний в 1977 г. Его серийное производство велось в Воронеже. По аэродинамической схеме этот аппарат подобен «Рейсу», но имеет большие габариты, стартовую массу, запас топлива, дальность и продолжительность полета. Основной метод ведения разведки — аэрофотосъемка.

В настоящее время АНПК имени Туполева ведет разработку третьего поколения БПЛА разведывательного назначения. На выставке МАКС-95 был представлен экспериментальный аппарат Ту-300. В его носовой части размещено радио- и оптоэлектронное оборудование. Крыло самолета выполнено складным, что облегчает транспортировку аппарата. Для старта служат два твердотопливных ускорителя.

ОКБ им. Яковлева выполняет проектирование двух ДПЛА — «Альбатрос» и «Малиновка». Вертикально взлетающий «Альбатрос» предназначен для корабельного и наземного базирования. Он имеет два поворотных в вертикальной плоскости трехлопастных винта большого диаметра. Блок оптоэлектронных разведывательных датчиков размещен на поворотной шарообразной турели в носовой части фюзеляжа. Состав бортового оборудования обеспечивает возможность воздушного наблюдения и разведки в любое время суток.

Миниатюрный ДПЛА «Малиновка», предназначенный для длительного воздушного наблюдения и разведки, стартует из транспортно-пускового контейнера, что в большой степени облегчает его боевое применение. Приземление производится с помощью парашютной системы. Силовая установка этого аппарата, расположенная в хвостовой части сплющенного, «камбалообразного» фюзеляжа, снабжена двухлопастным воздушным винтом. Блок разведывательных датчиков установлен в поворотной турели полусферической формы, расположенной под фюзеляжем.

ОКБ им. Камова ведет разработку перспективного дистанционно управляемого вертолета Ка-137, входящего в состав многоцелевого беспилотного разведывательного комплекса МБВК-137. Комплекс включает передвижной пункт управления, позволяющий одновременно управлять полетом двух ДПЛА, и транспортно-эксплуатационную машину, на которой размещено два контейнера с вертолетами, кран для погрузки и выгрузки летательных аппаратов, а также сменные комплексы целевого бортового оборудования.

Вертолет Ка-137 выполнен по соосной схеме с двухлопастными винтами. Использование такой схеме в сочетании со сферообразным фюзеляжем позволило создать достаточно компактный летательный аппарат с высокими летно-техническими характеристиками.

Ка-137 оснащен цифровой системой автоматического управления, выполненной с использованием элементов искусственного интеллекта. Бортовая навигационная система с блоком спутниковой навигации обеспечивает автоматический полет по сложному профилю.

Целевая нагрузка нормальной массой 50 кг вы-полена в виде быстросменных модулей с телевизионной, тепловизионной, радиолокационной и другой аппаратурой. Модули могут устанавливаться на ДПЛА непосредственно перед вылетом, исходя из характера решаемых задач. С нормальной целевой нагрузкой в 50 кг вертолет способен патрулировать в течение четырех часов на удалении до 50 км от передвижного пункта управления.

Обучение управлению такими устройствами намного проще, чем подготовка летчиков-истребителей. Считается, что для подготовки оператора дистанционного центра управления достаточно четыре раза осуществить практическое управление полетом беспилотного аппарата с общим налетом 8 ч, в то время как летчику самолета на отработку техники пилотирования требуется совершить 60 полетов с общим налетом не менее 120 ч.

Разработка инфракрасной аппаратуры, аппаратуры, работающей в условиях слабой освещенности, и компактной радиолокационной станции с высокой разрешающей способностью обеспечит беспилотным летательным аппаратам обзор в любых метеоусловиях.

Таким образом, основные достоинства беспилотных летательных аппаратов заключаются в том, что они имеют сравнительно невысокую стоимость, значительно меньшие расходы на эксплуатацию и техническое обслуживание, чем у пилотируемых самолетов, и могут выполнять боевые задачи в гораздо более тяжелых условиях по сравнению с пилотируемыми самолетами, имеют высокую живучесть. Они могут действовать в зонах, не доступных для других летательных аппаратов.

В связи с этим на беспилотные летательные аппараты возлагаются большие надежды и в большой войне. В частности, в иностранной печати утверждается, что буквально через несколько минут после получения сигнала о начале военных действий они могут быть запущены в воздух и включиться в борьбу с противником на суше, на море и даже в воздухе. Они могут ставить мины непосредственно перед кораблями, выходящими из баз, наносить удары по радиолокационным станциям системы ПВО, сбрасывать противорадиолокационные отражатели и создавать активные помехи радиолокационным станциям обнаружения и наведения зенитных ракет, обеспечивая относительно безопасные действия пилотируемых ударных самолетов. Они могут наносить удары по аэродромам и хорошо защищенным целям. Благодаря быстрым и решительным действиям беспилотных аппаратов можно сорвать наступление противника в течение первого часа ведения боевых действий и вывести из строя средства его противовоздушной обороны.

Использование их в большом количестве может значительно повысить эффективность действий пилотируемых самолетов, особенно при хорошо отработанных совместных действиях пилотируемых и беспилотных летательных аппаратов.

В настоящее время беспилотный летательный аппарат имеет некоторые преимущества перед крылатой ракетой: он может вести поиск и опознавать цель перед применением бортового оружия. Беспилотный летательный аппарат, вооруженный противокорабельной торпедой или ракетой с самонаведением на конечном участке ее полета, может стать сильной противокорабельной ударной системой дальнего действия. Более того, беспилотные летательные аппараты могли бы сбрасывать гидроакустические буи и передавать информацию о подводной угрозе на корабль управления. Они представляют собой идеальное средство для загоризонтного целеуказания ракетному оружию и наведения противокорабельных ракет на цель на конечных участках их полета на предельную дальность. С кораблей беспилотные летательные аппараты могут применяться для нанесения ударов по наземным целям, ведения борьбы с танками, выдачи целеуказания, в том числе для управляемых артиллерийских снарядов, и, конечно, для ведения радиоэлектронной борьбы в качестве ложных целей при поддержке флотом действий сухопутных войск.

В начале 90-х годов в министерстве обороны США шла горячая полемика о возможности применения автоматических и дистанционно управляемых летающих устройств в качестве замены боевой авиации, управляемой человеком. Сторонники такого варианта развития делают упор на меньшую стоимость летающих роботов, а также на большую экономию средств, необходимых для обучения высококвалифицированных пилотов (а это миллионы долларов на каждого), что дает возможность их производства в больших количествах. Сторонники же продолжения развития пилотируемых боевых самолетов и вертолетов приводят множество аргументов против.

Во-первых, без участия человека теряется способность быстрой реакции на нештатные ситуации, которых в реальном бою может быть множество. Во-вторых, хотя беспилотные и дистанционно управляемые аппараты дешевле, в бою ожидаются их гораздо большие по сравнению с обычной авиацией потери. В-третьих, дистанционно управляемые устройства нуждаются в постоянной связи с Землей, что делает их весьма уязвимыми, в то время как беспилотные аппараты должны быть сперва запрограммированы, что полностью лишает их гибкости в изменяющейся обстановке боя.

Опыт, полученный Израилем во время применения таких устройств в долине Бекаа в 1982 г., показал, что летающие роботы способны занять достойное место среди обычной авиации. Одна из привлекательных сторон дистанционно управляемых устройств для командиров заключается в том, что они могут сами координировать их действия. В то же время военно-воздушные силы сопротивляются внедрению этой новой техники примерно таким же образом, как в 20-е—30-е годы кавалерия сопротивлялась внедрению механизированных войск.

В настоящее время министерство обороны США имеет крупную и многостороннюю программу разработки беспилотных (ранее они назывались дистанционно управляемыми) летательных аппаратов. Совместно с Израилем ведется работа по созданию широкого спектра таких аппаратов, которые условно разделены на 3 группы:

В настоящее время в США активно ведутся исследования и опытные разработки, направленные на создание на базе современных технологий беспилотных летательных аппаратов с большой продолжительностью полета. Их намечается использовать для решения задач воздушной разведки и обеспечения противоракетной обороны на ТВД. Разработка аппаратов этого типа началась во второй половине 60-х годов. В последующие годы было построено и испытано несколько экспериментальных образцов (XQM-93A «Компас Дуэлл», YQM-98A «Компас Коуп», GNAT-750, «Кондор» и другие). Два аппарата GNAT-750, разработанные фирмой «Дженерал атомикс», в начале 90-х годов были приобретены ЦРУ и после модернизации, включающей установку на них телевизионных и ИК-камер, другого бортового оборудования, использовались в 1994 г. в Албании, а также зимой 1994/1995 г. в Боснии. Эти аппараты получили наименование «Тайер-1». С их помощью добывалась информация о местонахождении подразделений бронетанковой техники, позиций артиллерии и ЗРК конфликтующих сторон, о прохождении конвоев ООН.

За разработку аппаратов второй группы до сих пор борются несколько фирм. Министерство обороны США в последнее время также проявляет большой интерес к аппаратам этого типа. В соответствии с принятым планом развития беспилотных разведывательных средств предусматривается создание разведывательных БПЛА большой продолжительности полета в рамках двух основных проектов: МАЕ (Medium Altitude Endurance — БПЛА для барражирования на средних высотах) и НАЕ (High Altitude Endurance — на больших высотах).

По проекту МАЕ разрабатывается летательный аппарат (получил обозначение «Тайер-2» или «Преда-тор»), высота патрулирования которого около 7,5 км в течение не менее 24 ч. Для ускорения работ в основу его конструкции положен БПЛА GNAT-750. Он выполнен по нормальной аэродинамической схеме и оснащен хвостовым оперением, имеющим форму перевернутой буквы V. В качестве силовой установки на БПЛА «Тайер-2» использован поршневой двигатель Rotax-912 мощностью 80–85 л. с. с толкающим воздушным винтом.

БПЛА «Предатор»» в полете; три шасси убраны

В состав бортового оборудования аппарата входит инерциальная навигационная система с коррекцией по данным космической радионавигационной системы НАВСТАР и малогабаритная ЭВМ. Разведывательное оборудование включает ТВ и ИК камеры с разрешающей способностью около 16 см, размещаемые на гиростабилизированной платформе, лазерный целеуказатель, а также РЛС с синтезированной апертурой (разрешающая способность не более 30 см). Передача данных осуществляется в масштабе времени, близком к реальному, с помощью аппаратуры спутниковой системы связи. Взлет и посадка аппарата выполняются по-самолетному с использованием колесного шасси, управление полетом автоматическое в соответствии с программой или по командам оператора.

Фирма «Дженерал атомикс», занимающаяся разработкой аппарата, заключила с министерством обороны США контракт (32 млн. долларов) на строительство и производство в течение трех лет десяти БПЛА и трех наземных станций управления. Часть этих БПЛА с июля 1995 года используется для ведения воздушной разведки в Боснии.

По проекту НАЕ ведется также разработка БПЛА «Тайер-2+», предназначенного для ведения воздушной разведки с высоты около 20 км. Согласно требованиям он должен обеспечивать решение задач видовой разведки района боевых действий, оценку результатов нанесения ударов, осуществлять радиоэлектронное противодействие средствам ПВО, а также радиолокационное обнаружение и идентификацию целей. В качестве разведывательного оборудования предполагается использовать РЛС с синтезированной апертурой, телевизионную и ИК камеры. По оценкам американских специалистов, данный аппарат за 1 ч полета обеспечит наблюдение за территорией площадью около 9000 км².

Взлет и посадка аппарата будут осуществляться по-самолетному с помощью трехстоечного колесного шасси. Управление полетом автоматическое в соответствии с программой.

Разработку БПЛА ведет фирма «Теле-дайн», получившая по результатам конкурса в мае 1995. контракт на сумму 164 млн. долларов. По оценкам экспертов, стоимость одного БПЛА составит около 10 млн. долларов. Первый испытательный полет БПЛА намечается осуществить в декабре 1997 г.

По ранее разрабатываемой программе к третьей группе должен был относиться большой и дорогой летательный аппарат, в котором была бы использована технология «стелс». Работа над ним была прекращена еще на теоретической стадии, а все наработки планируется использовать в последующих, менее амбициозных проектах.

БПЛА «Даркстар»

С июня 1994 г. компании «Локхид» и «Боинг» приступили к созданию малозаметного БПЛА большой продолжительности полета группы «Тайер-3-» под названием «Даркстар», предназначенного для сбора данных об особо важных и сильно защищенных объектах. Предполагаемая стоимость одного устройства будет составлять 10 млн. долл. Несомое на его борту оборудование включает мультичастотный радар и электрооптические сенсоры, а также средства связи, в том числе через спутник. Первый полет опытного образца, во время которого он в течение 20 минут находился в воздухе и совершал маневры в полностью автономном режиме, состоялся 29 марта 1996 г. Во время второго полета 22 апреля 1996 г. «Даркстар» потерпел аварию во время взлета, что задержало всю программу на несколько месяцев.

Характеристики данного аппарата таковы:

— двигатель — турбореактивный, FJ44 мощностью 862 кгс;

— масса — не более 3900 кг;

— длина — 4,57 м, размах крыльев — 21 м, высота — 1,5 м;

— скорость — дозвуковая;

— потолок — 13700 м (возможно выше);

— дальность полета — 3700 км или более. Разрабатывается также устройство под рабочим наименованием «РАПТОР», которое должно летать на большой высоте в течение длительного периода времени. Его функцией является уничтожение тактических ракет на стадии ускорения, а в качестве носителей предусматриваются беспилотные летательные аппараты второй или третьей группы. Демонстрацию опытного образца такого перехватчика планировалось провести в 1995–1996 гг.

Национальное управление по аэронавтике и исследованию космического пространства (НАСА) и американская самолетостроительная фирма «Макдоннелл Дуглас» 19 марта 1996 г. впервые продемонстрировали в г. Сент-Луис беспилотный летательный аппарат совместной разработки, имеющий нетрадиционную аэродинамическую схему. Он представляет собой модель нового экспериментального истребителя Х-36, уменьшенную до 28 % размера реального образца. Особенностями конструкции этого БПЛА являются отсутствие вертикального киля и горизонтального хвостового оперения, использование системы отклонения вектора тяги и широкое применение технологии «стелс». По заявлению разработчиков, кроме значительного снижения заметности самолета в радиолокационном диапазоне, это обеспечивает уменьшение лобового сопротивления и массы конструкции при сохранении приемлемых маневренных характеристик за счет применения отклонения вектора тяги и раскрывающихся двухсекционных элеронов, подобных тем, что имеются на бомбардировщике В-2А.

«Игл Ай» во время взлета

Еще одно устройство, создаваемое компанией «Белл Хеликоптер Текстрон» и носящее название «Игл Ай», использует разработанную для морской авиации технологию изменяемого положения винтов. При этом во время взлета двигатели расположены вертикально, как у вертолета, а после поворачиваются в горизонтальное положение, превращая данный летательный аппарат в самолет и существенно увеличивая скорость полета. Особенностью его является полностью убираемое шасси. Первый полет «Игл Ай» состоялся в июле 1993 г.

Ниже приведены его технические данные:

— масса — около 1 т;

— длина — 5 м, размах крыльев — 4 м, высота при вертикальном положении двигателей — 1,6 м;

— диаметр винтов — 2,5 м;

— скорость максимальная — 370 км/ч, крейсерская — 185 км/ч;

— потолок — 6000 м и выше;

— длительность полета — 8 часов с полезной нагрузкой 45 кг датчиков.

Беспилотные боевые летательные аппараты будут разрабатываться с использованием технологии «стелс», иметь высокоэффективное оборудование и выдерживать значительные перегрузки. Их задачи не должны ограничиваться только разведкой. Предполагается, что такие летательные аппараты смогут вытеснить некоторые виды обычных боевых самолетов. Беспилотный ударный самолет сможет выдерживать, как минимум, в 2 раза большие перегрузки, чем обычный. При этом его скорость будет достигать более 10 000 км/ч. Обладая высокой маневренностью, эти самолеты смогут легко уклоняться от атакующих ракет. Они станут более незаметными для радиолокационных станций за счет изменения конфигурации фюзеляжа, которая на нынешних летательных аппаратах диктуется присутствием летчика в кабине.

То, о чем раньше можно было прочитать лишь в фантастических книгах, теперь совершенно свободно обсуждается в правительственных, научных, военных кругах и на кухнях. Отдельные компании вовсю распродают звезды и астероиды, даже не предлагая взамен бус и побрякушек тамошним туземцам. Всерьез рассматриваются проекты строительства военных орбитальных станций и планетарных защитных щитов, даже составлены сметы и графики подвоза стройматериалов. Как же случилось, что полубезумные фантазии корифеев боевой фантастики грозят теперь обернуться явью?

С тех пор, как в околоземное пространство был запущен первый спутник, идея использовать космос в военных целях обрела право на существование. Возможность нанести удар, находясь прямо над целью (пускай даже на высоте сотен и тысяч километров), является весьма заманчивой для военных. Для решения проблемы доставки смертельного груза в заданную точку, находящуюся в глубине территории противника, были придуманы межконтинентальные баллистические ракеты (МБР), стратегические бомбардировщики и подводные лодки. Но и они не давали стопроцентной гарантии в случае начала полномасштабной (читай — третьей мировой) войны. Оружие же, безнаказанно висящее в пространстве, отделяемое от стратегических целей лишь атмосферой и поражающее мишень мгновенно (как лазеры) — это реальная возможность нанесения упреждающего удара, который лишит противника шансов на достойный ответ.

Уже в 50-х годах это понимали все, и в целях сохранения шаткого равновесия между Востоком и Западом в рамках только-только появившегося космического права было достигнуто несколько соглашений. К ним относятся полный запрет на использование в военных целях Луны и других небесных тел, в том числе запрет на строительство там военных баз, и частичный запрет на использование в военных целях околоземного пространства.

Постепенно акцент в футуристических прогнозах и теоретических разработках начал смещаться с наступательного оружия к оборонительному, которое позволило бы защитить от вражеских ракет большой дальности всю территорию страны или хотя бы наиболее важные объекты. Одновременно приобрели реальные очертания программы использования космоса в целях сбора и передачи информации.

Как и в любой другой области военных исследований, одной из главных движущих сил в развитии космических программ явился страх, что «они» уже намного впереди и готовы поставить в многолетнем соревновании двух систем победную точку. Заместитель министра обороны США по вопросам исследований и разработок Р. Деллауэр неоднократно заявлял: «Лучевое оружие разрабатывается в СССР с 60-х годов по десяткам направлений», а «отец» программы СОИ генерал Дж. Абрахамсон на слушаниях в конгрессе по вопросам финансирования военных программ Пентагона на 1985 г. сказал: «В разработках программ, аналогичных СОИ, в СССР участвуют десятки тысяч специалистов». Ходили даже слухи, что Советский Союз не только разработал прототипы лучевого оружия, но и опробовал его во вьетнамо-китайской войне 1979 г.

США тоже имели многочисленные наработки в этой области. Уже в 1972 г. фирма АВКО сообщила о создании лазера, способного резать листы дюралюминия толщиной в несколько сантиметров со скоростью 2–3 метра в минуту.

В конце 70-х годов мощности химических лазеров достигли нескольких мегаватт и появилась практическая возможность их использования в качестве новых видов оружия, предназначенного для «наземного» использования — поражения самолетов и ракет противника в атмосфере, уничтожения маший, бронетранспортеров и кораблей противника. С начала 80-х годов ВВС США ведут разработку мощного лазера воздушного базирования. В 1983 г. во время испытания лазера мощностью 400 киловатт, установленного на одном из самолетов, были сбиты 5 ракет типа «Сайдвиндер» на расстоянии в 5—10 миль. Аналогичный лазер разработан для ВМС США.

Итак, как только позволила технология, американцы начали строить реальные планы создания космических оборонительных систем, и в июне 1983 г. было создано Космическое командование ВМС США.

В январе 1984 г. президент Рейган подписал директиву Совета национальной безопасности о проведении НИОКР по противоракетным системам космического базирования.

В апреле 1984 г. была сформирована дирекция программы «звездных войн» во главе с генералом Дж. Абрахамсоном, а в ноябре того же года в интересах «улучшения планирования» было создано Объединенное космическое командование США во главе с министром обороны К. Уайнбергером.

— Космос — новый театр военных действий, — констатировал генерал-лейтенант Ричард Генри, в ту пору заместитель начальника космического командования.

— Космическая война неизбежна, — пошел еще дальше другой представитель космического командования полковник Э. Валнвеган.

А что же Советский Союз? На первых порах, по крайней мере официально, советское правительство и министерство обороны отнеслись к американским программам достаточно скептически и с осуждением. В 1986 г. группа советских ученых опубликовала свои расчеты, по которым техническая сложность и стоимость полномасштабной программы создания «космического щита» превосходили все мыслимые пределы.

Однако многие на Западе не исключают возможность того, что Михаил Горбачев начал активную борьбу за разрядку с целью высвобождения средств на развитие новых видов вооружений, в том числе космических, в противовес программе СОИ. В 1992 г. президент Российской Федерации Борис Ельцин подписал указ об образовании военно-космических сил РФ. В их задачи входит в основном обеспечение спутниковой связи и ведение космической разведки, но возможно, что лишь развал Советского Союза помешал отечественным специалистам разработать нечто подобное американской программе вывода вооружений на земную орбиту.

Теперь рассмотрим технические аспекты, на которых базировались творцы программы «звездных войн».

Как известно, ядерные взрывы сопровождаются мощным импульсом электромагнитного излучения. Источником излучения является движение рожденных взрывом заряженных частиц в магнитном поле Земли. Особенно эффективен в этом смысле взрыв в верхних слоях атмосферы. При мегатонном взрыве в электромагнитное излучение (ЭМИ) переходит энергия 10¹¹ Дж. Такой импульс наводит токи и вызывает пробой в электронных устройствах на расстоянии в тысячу километров. Поэтому вполне правомерно применять понятие «ЭМИ-оружие».

Однако это оружие действует во всех направлениях: оно поражает и ослепляет не только электронные средства противника, но и свои собственные. Естественным шагом в его развитии стала разработка генераторов микроволновых колебаний, которые американские специалисты считают одним из перспективных видов космического оружия.

В малых дозах микроволновое излучение используется медиками в целях лечения для прогрева отдельных участков человеческого тела (УВЧ-терапия). Большие дозы микроволнового излучения поражают как человека, так и технику. Уже созданы генераторы микроволнового излучения, позволяющие концентрировать мощность в сотни мегаватт. Главная проблема в том, как собрать радиоволны в узкий пучок: явление дифракции приводит к тому, что даже у высококачественной параболической антенны диаметром 15 м пучок миллиметровых волн имеет расходимость 10^-4 рад. При этом на расстоянии 1000 км диаметр такого пучка будет составлять уже 100 м. Даже от генератора мощностью в 1000 МВт плотность потока при этом падает до 10 Вт/см², что не может нанести ракете серьезного вреда. Чтобы использовать микроволновое излучение как оружие ПРО, необходимо сильно увеличить частоту излучения и повысить в десятки раз мощность генераторов.

Однако микроволновое излучение может использоваться и для поражения наземных целей. Атмосфера Земли имеет несколько «окон прозрачности» в радиодиапазоне: кроме основного «окна» (длина волны λ = от 20 м до 1 см) имеются еще «полупрозрачные окна» на λ = 8 и 4 мм. Волны короче 1 мм поглощаются парами воды. Сконцентрировав на земной поверхности пучок миллиметровых волн мощностью около 1000 МВт, можно создать поток тепла, достаточный для воспламенения горючих предметов.

Большую опасность несет микроволновое излучение для человека. В обычном состоянии наше тело выделяет около 100 Вт тепла. Считается опасным для живого организма, если поглощенная извне мощность превышает его собственное энерговыделение. Достаточно мощное микроволновое излучение может вызвать у человека ожог или тепловой удар. Тепловое поражение нашего организма происходит при интенсивности падающего излучения порядка 1 кВт/м². В принципе, такой уровень достижим уже сейчас. Как известно, электромагнитные волны — это колебания электрического и магнитного полей, векторы которых перпендикулярны друг другу и направлению распространения волн. Если тело человека ориентировано своей длинной осью параллельно вектору электрического поля, а фронтальной плоскостью перпендикулярно вектору магнитного поля (т. е. человек стоит боком к приходящему излучению), то оно будет эффективно поглощать излучение с частотой 70—100 МГц (длина волны = 3–4 м), для которого оно является полуволновым диполем и активно резонирует с падающей волной. На более высоких частотах человеческое тело поглощает излучение в 5—10 раз менее эффективно, чем на резонансной частоте. На более низких частотах поглощение пренебрежимо мало.

Итак, возможность создания космического микроволнового оружия, способного поражать космические, воздушные и наземные цели, вполне осуществима.

В задачи средств поиска и управления входит следующее:

— держать под постоянным контролем всю территорию потенциального противника, акваторию Мирового океана и околоземное космическое пространство;

— обнаруживать, распознавать и следить за всеми потенциально опасными объектами (баллистическими и крылатыми ракетами, самолетами и спутниками и т. д., а после применения оружия оценить степень поражения цели;

— управлять системой ПРО, т. е. распределять имеющиеся боевые ресурсы по целям, следить за работоспособностью всех элементов системы и при необходимости вводить в действие резервные элементы, решать задачу степени опасности и необходимости применения оружия;

— точно наводить оружие на цели.

По мнению многих специалистов именно средства поиска и управления являются наиболее сложной, а значит, наименее надежной компонентой системы космической ПРО. Ведь эта система должна будет обеспечить борьбу с тысячами МБР, десятками тысяч боеголовок и сотнями тысяч ложных целей, которые необходимо сопровождать от точки их пуска до точки перехвата.

Близятся к завершению работы по созданию малогабаритного спутника наблюдения и целеуказания типа «Бриллиант Айз» («бриллиантовые глаза»), большое количество которых будет использоваться совместно с перехватчиками «Бриллиант Пеблз». Вывод в космос большого количества этих устройств позволит реализовать систему ПРО нелазерного типа.

Считается, что «глазами» космического оружия будут инфракрасные (ИК) мозаичные фотоприемники, содержащие до 20 млн. элементарных детекторов. Они имеют существенно лучшие характеристики, чем сканирующие ИК-приемники (типа телевизионных трубок): мозаичные приемники обладают коротким временем получения изображения (~100 мс) и высокой помехозащищенностью; информацию с них легко вводить в компьютер. Министерство обороны США запустило спутник «AFP-888» массой 2160 кг, главным компонентом которого является ИК-телескоп «Тил Руби» для обнаружения наземных военных целей (ракет, самолетов). Приемниками изображения в этом телескопе являются мозаичные ИК-датчики, охлаждаемые жидким неоном и метаном. Для обнаружения стартующих МБР нужны охлажденные до сверхнизких температур матрицы из теллурила ртути и кадмия. Для точного сопровождения цели матрица должна содержать по крайней мере 4000 х 4000 элементарных детекторов.

Большую трудность представляет обнаружение боеголовок после их разделения с носителем; ведь в отличие от ракеты боеголовка не имеет горячих частей. Для решения этой задачи необходимо создать длинноволновые ИК-приемники, способные обнаруживать объекты комнатной температуры, но на их работу большое влияние оказывает тепловой фон земной поверхности. Поэтому они могут успешно обнаруживать свою цель только на фоне космоса. Вследствие этого спутник обнаружения должен находиться на низкой орбите между поверхностью Земли и пролетающими над ним боеголовками, а его следящая аппаратура должна иметь большой угол обзора.

Сейчас разрабатываются новые широкоугольные оптические системы, имеющие конструкцию наподобие глаз у насекомых и некоторых ракообразных. Они состоят из большого количества стерженьковых линз, которые называются омматидиями, и создают неискаженное изображение большого поля зрения вплоть до полусферы. Это значительно упрощает компьютерную обработку изображения, захват и распознавание цели. Тем не менее задача обработки сигнала, поступающего с приемника изображения, весьма нетривиальна.

После того как цель обнаружена, встает задача ее распознавания и селекции (т. е. отделения ложных целей от истинных ракет и боеголовок). Системы селекции пассивного типа исследуют излучение самой цели, а активные системы воздействуют на цель потоками квантов или частиц и изучают результаты этого воздействия. Истинные боеголовки отличаются от ложных целей главным образом гораздо большей массой, а форма и свойства поверхности их могут быть почти неразличимы. Поэтому считается более надежным использовать для селекции целей не радиолокаторы и тепловые датчики, а пучки нейтральных частиц. Под воздействием такого пучка облучаемый объект испускает нейтроны и гамма-лучи пропорционально его массе. Надувную оболочку из пластика в форме боеголовки с металлическим покрытием радиолокатор не сможет отличить от истинной цели, а при облучении этой боеголовки пучком нейтральных частиц такая ошибка исключена. В ответ на это противник в принципе может дезориентировать средства распознавания целей, снабдив свои ложные цели устройством, которое при облучении пучком частиц испускает нейтроны. В 90-х годах ВВС США намерены провести летные испытания по селекции целей с помощью пучка частиц. На орбиту высотой около 300 км с помощью «шаттла» будет выведен в сложенном виде ускоритель длиной 35 м и массой 20 т, а также спутник-мишень и спутник с приборами, регистрирующими нейтроны и гамма-лучи. Ускоритель будет создавать пучок атомов водорода или дейтерия с энергией 50 МэВ и мощностью пучка до 2,5 МВт. Электропитание будет обеспечиваться кислородноводородными топливными элементами.

В огромной степени работоспособность всей системы ПРО зависит от надежности управляющих компьютеров. Но, как известно, память компьютера не обладает абсолютной надежностью: время от времени, случайным образом в ней возникают сбои. Обычно их источником являются быстрые альфа-частицы, испущенные ядром тяжелого атома при радиоактивном распаде и поражающие основу памяти компьютера — кремниевые кристаллы. Так как радиоактивные ядра в небольших количествах присутствуют почти во всех материалах, с проблемой надежности компьютерной памяти люди столкнулись уже на Земле. В околоземном пространстве вблизи или внутри радиационных поясов фон заряженных частиц значительно выше, чем у поверхности Земли, и вероятность возникновения сбоя памяти значительно возрастает.

После того как цель обнаружена, идентифицирована и принято решение об ее уничтожении, необходимо произвести прицеливание. Чем меньше диаметр пятна от луча лазера или пучка заряженных частиц, тем сложнее его навести на цель. Для большинства видов космического оружия в качестве прицела будут применяться настоящие телескопы с объективом диаметром порядка метра. Не исключено, что при наведении лазерного луча на цель будет использован эффект обращения волнового фронта. Для этого цель необходимо осветить маломощным лазером, а отраженный от нее свет, пройдя оптическую систему мощного боевого лазера, сам запустит поражающий импульс точно в том направлении, откуда он пришел, т. е. по направлению к цели.

К 1992 г. военно-политическая обстановка в мире полностью изменилась, что заставило правительство Соединенных Штатов пересмотреть практически все свои оборонные программы. Примерно к этому же времени был проведен большой объем исследовательских работ, что позволило Пентагон трезво оценить свои возможности по созданию систем космических вооружений.

Результатом явилось то, что в 1993 г. Соединенные Штаты официально заявили об отказе от создания глобальной противоракетной обороны и продолжении работ лишь по локальным системам ПРО для защиты группировок своих войск и войск союзников на различных ТВД, а также территории североамериканского континента от ограниченных ракетноядерных ударов. Однако грань между локальными системами и глобальной ПРО слишком неопределенна. Ведь если учесть неизбежную многоэтапность и растянутость их развертывания по времени, то объявленная сегодня конечная цель завтра вполне может оказаться лишь планово-промежуточной.

Суммарный объем финансирования в 1993–1996 гг. фактически не сократился и составил сумму порядка 3,5 млрд. долларов в год. Изменения выразились лишь в пересмотре приоритетов и перераспределении ответственности между министерством обороны, отвечающим за техническую реализацию программы в целом, и его исследовательским управлением (ДАРПА). Кроме того, работы по орбитальным системам (обнаружения, выдачи целеуказаний и перехвата) на основе мало-массогабаритных космических аппаратов типа «Бриллиант Айз» (БА) и «Бриллиант Пебблз» (БП) на завершающем этапе переданы в ВВС. В результате создается видимость снижения всех расходов в 1994 г. до 2,7 млрд. долларов.

Сегодня для управления по защите от баллистических ракет (БМДО) не учитываются уже выделенные до начала войсковых испытаний средства на «БП» и «БА» и др. Формально расходы БМДО на глобальную ПРО составили в прошедшем году всего 0,4 млрд. долл. (без дополнительных средств, выделенных на эти цели конгрессом США). На практике это были затраты на разработку перспективного оружия направленной энергии. Только на региональную ПРО в 1995 г. было потрачено 1,6 млрд. долларов.

Сегодня, к сожалению, невозможно оценить эффективность многомиллиардных расходов США на противоракетную оборону, поскольку широко разрекламированная почти стопроцентная вероятность перехвата иракских оперативно-тактических ракет «СКАД», якобы достигнутая многонациональными силами во время операции «Буря в пустыне», не подтверждается никакими другими источниками, кроме заявлений американских военных. Более точую картину позволяют создать результаты испытаний опытных образцов новых перехватчиков и их компонентов. Эксперимент «Дельта-180» с «БП» подтвердил необходимую точность перехвата реальной цели — промах на орбите составил всего 15–30 см.

Располагая опытными образцами «БА» и «БП», Соединенные Штаты на рубеже следующего столетия могут приступить к широкомасштабному развертыванию в космосе орбитальной группировки серийных образцов. Возможности такой противоракетной системы зависят лишь от количества КА-перехватчиков, выведенных на околоземные орбиты. Принимая во внимание небольшую массу «БП» и «БА» — менее 100 кг, их число может измеряться сотнями и даже тысячами.

В 1994 г. было выполнено моделирование применения космического эшелона ПРО, состоящего из тысячи «Бриллиант Пебблз». В качестве целей рассматривались межконтинентальные баллистические ракеты сухопутного базирования и атомных подводных лодок России, а также оперативно-тактические и тактические ракеты третьих стран. Результаты оказались весьма обнадеживающими. Так, в случае одновременного запуска шестнадцати баллистических ракет с любой российской подводной лодки, находящейся на боевом патрулировании, десять ракет будут уничтожены. Общий вывод: такая группировка способна отражать маломасштабные ракетноядерные удары российских ракетных войск стратегического назначения с эффективностью 0,5–0,7. Развернуть ее США планировали к 2005 г.

SEE IT AGAIN — FOR THE VERY FIRST TIME!

Американская карикатура по поводу возврата СОИ

Меньше обсуждаются успехи, достигнутые в области лазерного оружия. А ведь американцам удалось на порядок снизить массу и стоимость отражательной системы непрерывного химического газового лазера и вплотную подойти к его испытаниям в реальных условиях применения как на земле, так и в космосе. Например, малый орбитальный эксперимент «Стар Лайт» с лазером мощностью в несколько десятков киловатт. Диаметр его фокусирующей отражательной системы достигает 2 м. Масса — 5 т, а дальность действия 10 км. И крупномасштабный «Зенит Стар», в котором опробуют двухмегаваттный лазер с диаметром ФОС 4 м. При массе в пятьдесят тонн дальность действия такого комплекса несколько сотен километров. Стоимость проведения первого эксперимента — 300 млн., второго — 2 млрд. долл. По собственным оценкам разработчиков, полтора десятка боевых орбитальных станций с подобными лазерами способны самостоятельно решить задачу глобального перехвата МБР, запускаемых из любой точки земного шара.

Сравнительные характеристики разрабатываемых лазеров и предполагаемое их применение описаны ниже в таблице.

Не так давно ВВС США заказали корпорации «Боинг» разработку прототипа боевой авиационной системы с лазерным оружием (YAL-1A) для уничтожения баллистических ракет. Находящийся на высоте около двенадцати тысяч метров один такой самолет будет способен контролировать, например, территорию Ливии или Ирака и сбивать межконтинентальные или оперативно-тактические ракеты сразу после их запуска. В этом случае остатки взорванных ракет поразят агрессора или… лишат страну, подвергшуюся нападению, возможности нанести ответный удар. Первую партию из семи модернизированных «Боингов-747» в Пентагоне планируют принять на вооружение к 2008 г.

На контракт стоимостью более одного миллиарда долларов, помимо «Боинга», претендуют также корпорации «TWR», «Локхид-Мартин» и другие. Общее руководство программой создания «YAL-1A» возложено на Центр космических и ракетных систем США на авиабазе Киртлэнд (шт. Нью-Мехико).

Стоит добавить к этим проектам уже давно существующие наземные системы ПРО на основе сверхскоростных противоракет, перспективные мощные лазеры наземного базирования, и любому непредвзятому наблюдателю станет ясно, что, несмотря на официальное закрытие программы СОИ, Соединенные Штаты вплотную подошли к началу практического ее воплощения. А так называемые ограниченные системы ПРО, способные решать якобы лишь локальные задачи, вполне соответствуют первому этапу программы. Собственно, для полномасштабного развертывания глобальной системы ПРО остается только объединить все эти «ограниченные» системы в одну не столь ограниченную. Новейшие компьютерные технологии и достижения в области связи и управления полностью решают проблему их взаимодействия. Число же используемых средств обнаружения, наведения и перехвата можно нарастить в любой момент.

Учитывая нынешнее геополитическое положение в мире и уже достигнутые успехи, американцы могут действительно резко сократить ассигнования на «звездные войны» с целью успокоения мировой общественности, но при этом нисколько не отступить от поставленной ранее цели — создания надежной защиты не только от отдельных террористических или «несанкционированных» пусков ракет, но и от массированного ракетно-ядерного удара, будь он ответный или превентивный.

Российские и американские специалисты считают, что ответные меры на программу СОИ могут быть как активными, так и пассивными.

Активные меры противодействия могут включать различные средства наземного, морского и космического базирования. Их применение исходит из особенностей системы СОИ. Во-первых, элементы этой системы чрезвычайно уязвимы: у них не защищены датчики, источники энергии, электроника. Спутники разведки, опознания, целеуказания, боевого управления имеют тонкую обшивку, не превышающую толщины кузова легкового автомобиля. Орбиты полета этих объектов и место, в котором они должны находиться в определенное время, легко рассчитывается. При этом время их нахождения в поле зрения активных средств противодействия довольно велико.

Одно из таких возможных активных средств противодействия — использование высокой орбитальной скорости движения самих космических объектов. Даже простое их столкновений с препятствием сопровождается разрушительным взрывом. При таких скоростях даже относительно легкие предметы пробивают толстую броню. Это подтверждается и американскими экспериментами, в ходе которых электромагнитная пушка легко пробила своим снарядом весом всего в семь граммов, разогнанным до скорости 7 километров в секунду, массивную алюминиевую болванку. Распыление же на орбитах небольших облаков даже микроскопических частиц может создать на поверхности отражающих зеркал дефекты, препятствующие фокусировке лазерного луча, а более крупных предметов — типа шрапнели — вызвать разрушения, равносильные по своим катастрофическим последствиям столкновениям спутников с метеоритами. Существующий уровень научно-технического развития позволяет осуществить подобные меры противодействия.

Не стоит также забывать и о потенциальной возможности использования противоспутниковых систем, которые уже в настоящее время являются эффективным видом оружия. В этой связи один из экспертов Пентагона утверждал, что с помощью нескольких эскадрилий самолетов, оснащенных ракетами-перехватчиками, можно в течение суток «очистить небо» от вражеской космической техники. Если это так, то такими же ракетами можно уничтожить и космические элементы системы СОИ.

В США проходит программу полномасштабных испытаний авиационная противоспутниковая система АСАТ на базе самолета-истребителя F-15, которая предназначена для поражения искусственных спутников Земли на орбитах высотой до 1000 км. Подобная система была создана и в Советском Союзе.

Нужно учесть и то, что для полной нейтрализации всей системы СОИ совсем не обязательно поражать каждый ее компонент. Действия средств поражения системы будут зависеть от команд средств информационного обеспечения и средств боевого управления. Значит, достаточно вывести из строя, например, спутники раннего оповещения или какой-либо другой компонент, чтобы нарушить действие системы в целом.

Подрыв ядерного боеприпаса на больших высотах может резко сократить продолжительность «активной жизни» большинства спутников. Пересекая радиоактивные пояса, они будут накапливать радиацию, представляющую опасность для их электроники, датчиков, оптики. По оценкам зарубежных специалистов, подрыв одного ядерного боезаряда в атмосфере может гарантированно «ослепить» и вывести из строя в течение минуты все сенсорные устройства, находящиеся в радиусе ста километров.

Вполне можно обойтись и без подрыва ядерных боеприпасов. «Не исключено, — считают российские специалисты Р. Сагдеев и С. Родионов, — что уже существующие генераторы миллиметровых волн могут обеспечить некий эквивалент действию ЭМИ (электромагнитному импульсу) на расстояниях до 1000 км. Единственное средство защиты сложнейшего комплекса электронных систем СОИ — надежное экранирование всех важных узлов и элементов. А это сегодня — неразрешимая задача.

Кроме электромагнитного, можно также использовать и лазерное оружие. Фактически, работы по созданию лазерного оружия начались у нас в 1964–1965 гг. В конце 60-х годов в Сары-Шагане было начато создание экспериментального комплекса, получившего шифр «Терра-3». На нем отрабатывались такие вопросы, как наведение лазера на космическую мишень и мощность, необходимая для ее поражения. Эта установка вызвала серьезную озабоченность американцев, и в 1989 г. они добились ее посещения.

В 1981 г. США произвели первый запуск космического челнока «Шаттл». Советская служба наблюдения установила, что одной из задач экипажа, судя по траектории движения корабля, могло быть слежение за территорией СССР. 10 октября 1984 г., когда витки 13-го полета «Челленджера» проходили в районе полигона войск ПВО у озера Балхаш, был произведен эксперимент с использованием экспериментального лазерного комплекса генерального конструктора Н. Устинова. Мощность излучения была минимальной. Корабль пролетал на высоте 365 км, наклонная дальность обнаружения и сопровождения составляла от 400 до 800 км. Точное целеуказание лазерной установке было дано радиолокационным измерительным комплексом «Аргунь».

Как рассказывали потом члены экипажа «Челленджера», при полете над районом Балхаша на корабле внезапно отключилась связь, возникли сбои в работе аппаратуры, да и сами астронавты почувствовали недомогание. Вскоре американцы поняли, что экипаж подвергся какому-то воздействию с советской стороны, и заявили протест. В дальнейшем из гуманных соображений лазерная установка ни разу не применялась.

Уязвимость ударных космических вооружений усугубляется еще и тем, что космические платформы для их базирования сравнительно велики по габаритам, многотоннажные и находятся на относительно низких орбитах. А вот средства противодействия, установленные, скажем, на земле, не ограничены размерами, их можно сделать во много раз больше, мощнее, стоить они будут дешевле, да и защитить их можно лучше, а наводить более точно. Наконец, размещенные на земле, например, контрлазеры не ограничены энергетическими возможностями и габаритами. Оружие, размещенное в космическом пространстве, считает известный американский специалист Э. Картер, — «скорее первоклассные мишени» для средств противодействия, чем позиции для атаки.

Итак, очередное соревнование вооружений, наподобие продолжающегося уже сотни лет спора снаряда и брони? Скорее всего. Нам, жителям такой хрупкой планеты Земля, остается надеяться лишь на то, что у «космических генералов» хватит ума не выяснять победителя на практике.

Темпы развития «обычной» военной техники в наше время особенно заметны на примере ее наиболее динамичного сегмента — авиатехники. За последние годы здесь появились новые самолеты и вертолеты, обладающие чрезвычайно высокими летно-техническими характеристиками. Боевые возможности этих машин существенно расширены за счет установки совершенного бортового радиоэлектронного оборудования и прежде всего — бортовых комплексных автоматизированных систем управления полетом и оружием, использования новых силовых установок, в том числе и с изменяемым вектором тяги, широкого применения новых сплавов и композиционных материалов. Современные боевые самолеты и вертолеты способны нести и эффективно применять самое разнообразное вооружение, существенно расширены возможности военно-транспортной, разведывательной и противолодочной авиации.

Развитие военной авиации за всю ее историю проходило буквально на острие научно-технических достижений и самом высоком уровне развития промышленности, технологии, материалов. Эти объективные условия сохраняются сейчас и, скорее всего, не потеряют своего значения в ближайшем будущем.

Разработка современных образцов авиатехники — дело чрезвычайно дорогостоящее, требующее колоссальных затрат времени, материальных и людских ресурсов. Поэтому даже авиационные сверхдержавы не могут себе позволить создание самолетов для решения только узких задач. Специально построенные бомбардировщики, ракетоносцы, поисково-ударные системы для поражения радарных установок, для разведывания морской и воздушной обстановки, поступившие на вооружение авиации большинства стран, постепенно будут заменяться многофункциональными машинами, созданными на единой платформе. Пример проявления этой тенденции — создание на базе истребителя-перехватчика «Су-27» целого семейства боевых самолетов самого различного назначения. Поскольку содержание, обслуживание и ремонт современной высокотехнологичной авиатехники также обходится недешево, унификация самолетного парка позволит значительно снизить эксплуатационные расходы.

Боевые возможности авиации возрастают, если авиационные системы — самолет-носитель и средства поиска и поражения — разрабатываются в комплексе для решения вполне определенных и родственных по содержанию и условиям выполнения задач. Зарубежные специалисты считают, что такие системы обеспечат авиации будущего ведение действий по принципу: «самостоятельно осуществляю поиск — обнаруживаю — поражаю» и с учетом высокой эффективности оружия дадут ей возможность успешно бороться с силами противника, повысить боевую готовность, самостоятельность, мобильность.

Класс самолетов-бомбардировщиков в чистом виде давно уже изжил себя, сохранив за собой лишь прежнее наименование. По существу, современный бом-бардировщк — это универсальный носитель разнообразного авиационного оружия, прежде всего ракет различного назначения, средств подавления ПВО, радиоэлектронной борьбы. Одновременно он сохраняет способность нести и успешно применять авиационные бомбы. Это оружие прежде было главным поражающим средством авиации. Теперь оно будет использоваться, как правило, после нанесения первых ракетных ударов, ослабления вражеской ПВО или при действиях по слабо обороняемым объектам. Современные управляемые авиационные бомбы с лазерной и оптоэлектронной системами наведения вполне можно причислить к высокоточному оружию. Это было убедительно доказано во время бомбардировок Сербии в 1995 г., когда сербская система ПВО была полностью уничтожена за минимальное время всего 344 такими бомбами.

Американские специалисты считают, что к началу следующего столетия самолеты-бомбардировщики будут преодолевать ПВО на предельно малых высотах и околозвуковых скоростях.

Потенциально возможно появление в американских ВВС бомбардировщика прорыва ПВО со сверхзвуковой скоростью и укладывающимся сверху вдоль фюзеляжа крылом на сверхзвуковом и крейсерском режимах полета. Соединение в этом самолете преимуществ технологии «стелс», о которой речь идет ниже, с высокой скоростью сделает его практически неуязвимым для современных средств ПВО. Его максимальная взлетная масса составит 29,7 т, а тяга одного двигателя — 49 т.

Кроме того, в США проектируется самолет с лазерным вооружением, который может стать реальностью в конце века. Как предполагают, это будет самолет со взлетной массой около 155 т.

Ведутся испытания прототипа химического лазера для системы лазерного оружия воздушного базирования, предназначенного для уничтожения баллистических ракет (предполагается, что серийные образцы будут иметь мощность, измеряемую мегаваттами). Как отмечают представители фирмы TRW, ведущей эти разработки, результаты последних испытаний полностью удовлетворяют требованиям, предъявляемым ВВС США к такому оружию. Кислородно-йодистый химический лазер способен за несколько секунд вырабатывать пучок излучения мощностью сотни киловатт. По мнению специалистов, на борту грузового варианта самолета Боинг 747 достаточно места для размещения такого лазера и запаса химических реагентов, обеспечивающих генерацию излучения для выполнения 40 перехватов баллистических ракет, причем на каждый из них отводится 3–5 с. Кроме того, проводятся испытания еще одного важного элемента будущей системы ПРО — установленного на борту самолета Боинг 767 инфракрасного телескопа, способного обнаруживать и сопровождать боеголовки баллистических ракет, а также отличать их от ложных целей, отстреленных элементов ракет и различных обломков.

Все еще считается перспективным сверхтяжелый самолет с ядерной силовой установкой. Тактико-технические данные такого самолета могут быть следующими: стояночная масса около 1000 т, угол стреловидного крыла — 20–30°, мощность ядерного реактора — 318–363 МВт, крейсерская скорость М=0,75 (0,75 скорости звука), масса перевозимых грузов (ракеты, контейнеры и т. п.) — 180–272 т. На самолете предполагается в качестве силовой установки для полета по маршруту использовать реактор с жидко-металлическим теплоносителем и максимальной тягой двигателей 45 т. Кроме ядерной установки, на самолете предполагается установить газотурбинные двигатели для взлета и посадки, полета по маршруту в течение времени, необходимого для выхода ядерной силовой установки на заданный режим работы, а кроме того, на случай отказа реактора в полете. Они должны обеспечить полет самолета с неработающим реактором на дальность, равную 1850 км, а также взлет и посадку.

Этот летательный аппарат будет выполнять функции самолета-ракетоносца, противолодочного самолета с большой продолжительностью патрулирования над морем, воздушного командного пункта, самолета-заправщика, военно-транспортного самолета и т. д. В зависимости от боевого предназначения он будет иметь различные модификации своего фюзеляжа. Предполагается разместить на нем до 90 крылатых ракет с дальностью действия до 3000 км. Кроме того, самолет сможет нести для самообороны 96 ракет класса «воздух — воздух».

При использовании в качестве противолодочного самолета он может находиться в полете не менее 30 суток, обследовать обширные районы океанов. Такую же продолжительность полета он может иметь и в варианте командного пункта, перемещаясь в любой район театров военных действий.

В командном варианте самолет будет буквально насыщен средствами связи и автоматизированной обработки информации. На нем может размещаться командный пункт численностью около 75 человек, который будет осуществлять управление группировками сил, развернутыми на обширных пространствах.

Общая тенденция развития стратегической авиации состоит в увеличении полетной массы самолетов-бомбардировщиков, насыщении их крылатыми ракетами большой дальности, а также повышении способности самолетов к преодолению сильной ПВО противника.

Проводятся большие работы по исследованию возможностей широкого использования в вооруженной борьбе транспортных и пассажирских самолетов в качестве носителей крылатых ракет, постановщиков мин, самолетов, обеспечивающих массовое использование пассивных средств радиоэлектронной борьбы для разного рода демонстративных и отвлекающих действий.

Появление крылатых ракет существенно отразилось на судьбе авиации. Став ракетоносной, она обрела способность поражать цели на больших удалениях от своих аэродромов, не входя при этом в зону эффективной противовоздушной обороны противника.

Возможности ракетоносной авиации в массированном применении этого оружия в ударе или в бою по сравнению со всеми носителями крылатых ракет продолжают нарастать опережающими темпами.

Основной ударной силой авианосных соединений американского флота на ближайшую перспективу останется палубная авиация. Она будет играть ведущую роль в решении различных боевых задач в вооруженной борьбе на море и на суше, таких как уничтожение средств доставки ядерного оружия, авиации противника в воздухе и на аэродромах, стартовых позиций ЗУР и других средств ПВО, разрушение военных и других промышленных объектов на территории противника, ведение тактической разведки, авиационной поддержки действий сухопутных войск, десантных сил.

Наряду с разработкой новых моделей ведутся работы по совершенствованию истребителей уже имеющихся конструкций с целью улучшения их боевых характеристик (увеличения дальности полета, боевой нагрузки и ресурса двигателей). Улучшение характеристик радиолокационных станций, использование усовершенствованных телевизионных систем переднего обзора, применение новых дисплеев, более совершенного оружия позволят им, как утверждают американские специалисты, обнаруживать цели с больших расстояний, не заходя в зону ПВО противника, и поражать их с первого залпа.

Эти самолеты будут оснащены усовершенствованными бортовыми компьютерными системами, средствами помехоустойчивой связи, системами наведения оружия на цель. Предусматривается также повышение скрытности полета самолетов. Особая роль отводится дальнейшему насыщению их средствами радиоэлектронной борьбы, без которых вероятность поражения самолетов в бою может увеличиваться на порядок.

В процессе создания новых самолетов наиболее важным считается конструирование двигателей, имеющих при большом ресурсе более высокие рабочие температуры, меньшее число деталей, меньший удельный расход топлива, а также применение более легких конструкционных материалов. Масса планера самолета может быть снижена по меньшей мере на 30 %. Совершенствование радиоэлектронного оборудования самолетов, а также повышение степени скрытности приведут к новой тактике их боевого применения.

Конечную цель создания новых самолетов видят в том, чтобы уменьшить количество их типов, а также количество типов двигателей и таким образом упростить их техническое обслуживание, приспособить к выполнению различных боевых задач, т. е. сделать самолет еще более универсальным.

Одновременно по заказу министерства обороны США создаются еще более совершенные боевые самолеты, проводятся интенсивные исследования новых аэродинамических схем и перспективных технических решений. Одной из таких схем является применение крыла с обратной стреловидностью. Преимущество ее заключается в том, что через хвостовую часть фюзеляжа проложены силовые элементы конструкции крыла, а центральная часть свободна для размещения полезных нагрузок. Для скоростных самолетов обратная стреловидность дополнительно обеспечивает повышение аэродинамических качеств: снижение лобового сопротивления, увеличение подъемной силы на околозвуковых скоростях полета. По расчетам американской фирмы «Груман», у такого самолета на 10–20 % уменьшается лобовое сопротивление, а это снижает требования к мощности силовой установки и сокращает расход топлива.

Среди палубных самолетов наиболее перспективным считается самолет с вертикальными взлетом и посадкой. Базируясь на боевые корабли, эти самолеты будут решать задачи противовоздушной обороны, поражать корабли противника и береговые цели, вести поиск подводных лодок и уничтожать их своим оружием. Создаются три варианта таких самолетов: с увеличенной тягой, с подъемным и подъемно-маршевым двигателями и с одним общим двигателем, у которого система управления подъемом обеспечит переход от скорости зависания к скорости более М=2.

Постоянно возрастает роль беспилотных летательных аппаратов. Такие их достоинства, как сравнительно малая стоимость, возможность действовать без риска для человека и низкая заметность приводят многих специалистов к мнению, что в скором времени они заменят пилотируемые летательные аппараты.

При создании новых самолетов особое внимание уделяется средствам и способам их противовоздушной обороны. Создаются новые противолокационные системы, предназначенные для подавления противовоздушной обороны противника.

По сообщениям зарубежной печати, в настоящее время проводятся большие работы по совершенствованию существующих противорадиолокационных ракет, увеличиваются скорость и дальность их полета, расширяется диапазон частот, повышаются помехозащищенность и точность наведения на цель.

В США наиболее перспективной ракетой, предназначенной для массового внедрения во всех родах войск, продолжает оставаться крылатая ракета «Томагавк». Все ее варианты отличаются друг от друга только головной частью. В зависимости от оснащения головных частей и боевого предназначения эти ракеты имеют различные дальности полета.

Развитие средств ПВО выдвинуло проблему увеличения дальности действия и точности применения авиационных бомб. Вероятная круговая ошибка обычных бомб составляет около 200 м, а у управляемых она уменьшается до 3–5 м. В США по программе ВВС «Пэйвуэй» ведутся работы по оснащению обычных авиабомб калибром 110–130 кг лазерным полуактивным устройством наведения с системой управления аэродинамическими поверхностями, а также по введению дополнительного крыла для увеличения дальности горизонтального планирования.

В скором времени станет стандартным для всех вновь разрабатываемых образцов авиатехники применение технологии «стелс». Первым реализовавшим в себе эти принципы самолетам, таким как «Локхид» F117A и «Нортроп» В2, пришлось заплатить за это снижением скоростных и других тактико-технических параметров. В настоящее время разрабатываются самолеты нового поколения, которые, будучи малозаметными на экранах радаров, смогут летать со сверхзвуковой скоростью на больших и сверхмалых высотах.

Одной из главных проблем, при этом все усложняющейся, стало повышение надежности боевой техники. Авиация как ни один вид вооруженных сил наиболее чутко реагирует на достижения научно-технического прогресса, и здесь проходят пробу многие разрабатываемые технологии. С 60-х годов наметился качественный скачок в усложнении бортового авиационного оборудования, и многие функциональные блоки стали завязываться в единый комплекс на базе встроенных бортовых компьютеров. Появилась и другая тенденция: разнообразие авиационных систем резко расширилась, а число опытных технических специалистов в силу ряда причин стало сокращаться.

Между тем огромная доля затрат по эксплуатации оборудования приходится на диагностику неисправностей и ремонтные профилактические работы, на закупки вспомогательного сервисного оборудования, а также на обучение технических специалистов и операторов. Конечно, каждая армейская служба, связанная с обслуживанием боевой техники, может пожаловаться на аналогичные трудности, однако в авиации они видны особенно отчетливо, да еще усугубляются проблемами нехватки рабочих площадей в районе аэродрома, затруднениями в материальном обеспечении удаленных авиабаз и ограниченностью там людских ресурсов.

Все эти соображения в совокупности с требованиями, обусловленными самим предназначением военно-воздушных сил — ведение высокодинамичных боевых операций — породили необходимость в быстрых и точных процедурах диагностики и восстановления бортовых систем непосредственно в полевых условиях. Насыщение современных бомбардировщиков и истребителей сложнейшим электронным оборудованием и автоматическими системами управления оружием невозможно без обеспечения надежности этих систем. Все это закладывает необходимую основу для применения методов и средств «искусственного интеллекта». Ряд исследований в данной области уже вступил в завершающую фазу.

Имеются две основные исследовательские программы, уже давшие реальные плоды. Первая из них — это проект интегрированной информационной системы эксплуатационного обслуживания (IMIS). Она должна предоставить личному составу удобный доступ ко всем бортовым диагностическим данным, а также ко всем сведениям о техническом обслуживании, профилактике и ремонте. Вторая программа касается создания типовой системы комплексной эксплуатационной диагностики (GIMADS). В рамках этой программы предполагается использовать методы «искусственного интеллекта» и традиционную технологию применительно к задачам диагностического обслуживания сложных интегрированных систем автоматического управления.

Еще одна система «искусственного интеллекта» создана в рамках полномасштабной научной программы «Pilot's associate» («Помощник летчика»). Она носит название EXNAV и объединяет показания большого количества навигационных приборов и датчиков, имеющих различные тактико-технические характеристики. Работая с ней, летчик в интерактивном режиме выбирает оптимальный для данных условий полета способ навигации. Система EXNAV включает «программу-менеджер» и набор взаимодействующих экспертных мини-систем, каждая из которых связана с конкретным датчиком.

Кроме решения навигационных задач, программа «Помощник летчика» выполняет ряд других функций. Она предназначена также для облегчения принятия экипажем решения, предоставляя ему на выбор некоторый набор возможных вариантов. Бортовая система «искусственного интеллекта» будет использоваться при выполнении ряда жизненно важных функций, таких как контроль состояния самолетных систем, оценка обстановки, планирование боевой задачи и определение тактики действий в сложных условиях. Каждая из этих функций будет выполняться соответствующей экспертной системой, работающей в интерактивном режиме. Компании «Локхид» и «Макдоннелл эркрафт» предложили две концепции архитектуры подобных систем. Согласно первой концепции бортовые экспертные системы являются независимыми программными модулями и взаимодействуют друг с другом и с летчиком посредством передачи сообщений через так называемую доску объявлений. Второй подход характеризуется погружением иерархической структуры экспертных систем в глобальную вычислительную среду, которая и выполняет функции доски объявлений.

При усложнении боевой обстановки поток информации, который должен воспринять экипаж, резко увеличивается. Поэтому успешное выполнение задания, поставленного перед летчиком, штурманом или бортинженером военного самолета, все в большей степени зависит от величины не только их физической, но и информационной нагрузки. «Интеллектуальные» системы поддержки принятия тактических решений разрабатываются с целью максимального уменьшения психофизиологической нагрузки экипажа за счет интеграции информации, поступающей от различных бортовых приборов и систем и предоставления ее в наиболее удобной для восприятия человека форме. К настоящему времени вниманию широкой публики представлены опытные образцы двух подобных систем: интеграции сенсорной информации и планирования полетного задания. В качестве тестового задания моделируется атака наземной цели на этапах входа в зону ПВО и при выходе из нее. Ожидается, что система будет в состоянии дублировать функции управления и принятия решения летчиком истребителя в ходе даже ожесточенного воздушного боя или при атаке наземных целей с сильным зенитным прикрытием. Функции, выполняемые данной системой, включают также межсамолетное навигационное обеспечение полета в боевом строю и выработку рекомендаций по маневрированию, которые через «интеллектуальный» синтезатор речи по радиосвязи могут передаваться летчику на борт другого самолета, летящего в паре.

 Смонтированный на шлеме дисплей

США давно проводят поиски нетрадиционных путей повышения мобильности сухопутных войск. Проводятся мероприятия по их модернизации, имеющие целью увеличение боевых возможностей за счет технического перевооружения и изменения организационно-штатной структуры; дальнейшее повышение их стратегической, оперативной, тактической мобильности и способности к длительному ведению боевых действий.

В последнее время парк вооружения и техники сухопутных войск США значительно обновился. Одновременно аналитиками Пентагона была выработана концепция воздушно-наземной операции (ВНО). По мнению американских военных специалистов, необходимо создать такую структуру сухопутных войск, которая позволила бы максимально реализовать на поле боя возможности новых средств вооруженной борьбы в соответствии с концепцией ВНО. При этом большое значение придается вертолетам.

Существует множество факторов, определяющих эффективность боевых действий. Западные специалисты среди них особо выделяют темп. Темп — это скорость передвижения войск в процессе развития наступательной операции или сражения. Преимущество в темпе является важнейшим условием для достижения внезапности.

Можно выделить три типа передвижения сухопутных войск: пеший, гусеничный и авиационный (вертолетный). Скорость передвижения механизированных частей определяется скоростью гусеничной техники, которая ограничивается дополнительными факторами: развитостью дорожной сети, условиями маскировки, обороны и охраны. Вертолетные части не имеют таких ограничений — им требуется меньше времени на передвижение и развертывание. Авиационной бригаде для ввода в бой с нанесением удара на удалении 200 км требуется меньше часа, тогда как бронетанковой дивизии для выполнения аналогичной задачи необходимо 10 часов.

В структуре сухопутных войск США вертолеты представляют наиболее скоростной элемент мобильности. В настоящее время они поштучно распределены по всем дивизиям. Таким образом, существующая структура ограничила мобильность вертолетов мобильностью наземных боевых средств. Поэтому, по мнению американских специалистов, сухопутные войска должны быть реорганизованы.

Любая дивизия нуждается в мобильном эшелоне. В легкой вертолеты могут использоваться как основное средство перевозки войск и корректировки огня. В тяжелой они в состоянии изменить соотношение сил в ближнем бою, обеспечить боевые действия сил быстрого реагирования в тылу и в глубине нелинейного поля боя.

Если сравнивать характеристики мобильности, а также ударной мощи наземных и авиационных средств, явное преимущество окажется на стороне последних. Возможности вертолета UH-60 «Блэк Хок» по сравнению с 2,5-тонным грузовиком по транспортировке личного состава выше в 6 раз, грузов — в 10 раз. На операцию, в которой отдельная легкая пехотная бригада, насчитывающая 4200 военнослужащих, с потребностями в снабжении до 700 т грузов в сутки, должна преодолеть 240 км и вести активные боевые действия в течение 10 часов, потребовалось бы 814 2,5-тонных грузовиков или 33 вертолета CH-47D. При этом транспортировка вертолетами заняла бы времени в 3 раза меньше. К тому же необходимо учитывать, что соотношение полезной нагрузки к массе самого средства у наземного транспорта в течение последних 30 лет осталось неизменным, и вряд ли этот показатель изменится в обозримом будущем. А у вертолетов за то же время это соотношение улучшилось в 2–3 раза.

Применение вертолетов также имеет свои плюсы и с оперативно-тактической точки зрения. Мобильные силы на авиационной основе могут не только быстро выполнить атаку, но и неоднократно повторять ее в течение операции. Если атака была выполнена несвоевременно, вертолеты сравнительно легко могут исправить ошибку. В то же время наземные мобильные силы при высокодинамичных нелинейных боевых действиях будут испытывать острый дефицит времени на подготовку боевых позиций и боевое обеспечение.

По сравнению с воздушным техническое обеспечение мобильного наземного эшелона потребует для решения той же задачи подвоза большего запаса топлива и средств поражения. Например, расход топлива у вертолета АН-64А «Апач» в 2,5–3 раза ниже, чем у танка Ml «Абрамс», а вероятный нанесенный противнику ущерб на удалении 1800 м от 40 снарядов танка равен вероятному ущербу от 16 ПТУР вертолета, благодаря большей точности авиационных боеприпасов.

Специалистами США была произведена оценка возможностей различных боевых систем в зависимости от скорости передвижения, которая показала, что для создания одинакового соотношения сил на определенном участке фронта может потребоваться 250 боевых систем, перемещающихся со скоростью 50 км/сут., или 150 боевых систем, перемещающихся со скоростью 150 км/ сут. Таким образом, меньше число высокомобильных боевых систем позволяет добиваться такого же результата, как и большее количество боевых систем малой мобильности.

Более высокая стоимость вертолетов по сравнению с наземной техникой компенсируется их большей эффективностью на поле боя и меньшими затратами на техническое обеспечение.

Перевооружение американских сухопутных войск придало остроту проблеме оптимального сочетания максимальной стратегической мобильности и эффективности боевых действий. По мнению специалистов США, ее решение в создании легких мобильных сил. Будучи более эффективными при перемещении личного состава на поле боя, кроме того, они мобильнее, чем «тяжелые» структуры, оснащенные только наземными средствами, и превосходят их как по огневой, так и ударной мощи. Несмотря на то что вертолеты нуждаются в более интенсивном техническом обслуживании и ремонте, чем наземные системы, вышеописанные преимущества позволяют легкому полку при перебазировании использовать меньшее число военнослужащих и меньшее количество запасов, притом что стоимость его лишь незначительно выше, чем «тяжелого» полка.

Конечно, вряд ли вертолеты в скором времени полностью заменят наземную бронетанковую технику. Оптимальной эффективности можно достигнуть лишь при взаимодействии сил и средств. И все же опыт последних войн говорит о том, что современное поле боя характеризуется высокими скоростями. Поэтому без таких качеств, как легкость и мобильность, сухопутные войска любой страны не смогут эффективно выполнять свои функции. Добиться этого сегодня невозможно, не используя в полной мере такие качества вертолетов, как мобильность, высокая огневая и ударная мощь.

«Технология "стелс" вернула нас к тому фундаментальному принципу войны, который зовется сюрпризом», — сказал Джон Уэлч, заместитель командующего ВВС, вскоре после окончания операции «Буря в пустыне». — «Если вы можете добиться эффекта неожиданности, вы получите большое преимущество».

Преимущество, о котором говорилось, было убедительно продемонстрировано в течение шести недель непрерывных ночных бомбардировок Багдада истребителями F-117A фирмы «Локхид». Эти «черные призраки» свободно влетали прямо в сердце наиболее охраняемого воздушного пространства в мире и, сбросив смертоносный груз, возвращались обратно невредимыми.

Технология, благодаря которой был достигнут столь значительный прогресс, появилась не вдруг. В военно-морских силах те же методы маскировки применяются для стратегических и многоцелевых подводных лодок уже более 30 лет. Сухопутные войска также давно используют подобные технологии для уменьшения инфракрасного излучения от танков и другой техники.

В авиации уже были попытки разработать нечто подобное F-117A. Еще в 1962 г. фирма «Локхид» вовсю работала над созданием малозаметного самолета А-12. Другой самолет того времени, SR-71 «Блэкберд» реализовал в себе "стелс"- технологию в виде специальных покрытий и конструкционных материалов.

В начале 70-х прогресс в области вычислительной техники и программирования дал толчок развитию авиастроения. Программное обеспечение под названием «ECHO» позволило фирме «Локхид» смоделировать различные конструкции корпуса самолетов на компьютере и получить их предполагаемый вид на экране радара без строительства реального аппарата. В результате в 1975 г. ею была построена полномасштабная модель прототипа F-117A — «Хэв Блю». Одновременно свою разработку представила фирма «Нортроп», но после тестирования обеих моделей с помощью реального радара победил вариант от «Локхид». Зимой 1977 г. состоялся экспериментальный полет «Хэв Блю», после чего командование ВВС США сразу заказало 24 истребителя F-117A, первый из которых был построен в июне 1981 г., а в 1983 г. самолет был принят на вооружение.

Убедившись на примере истребителя F-117A в технической обоснованности и реализуемости концепции «малозаметных» самолетов, командование ВВС США поручило фирме «Нортроп» разработать с широким применением технологии «стелс» новый стратегический бомбардировщик. Конструкторские работы по его созданию начались в 1979 г., а официальная церемония представления нового самолета, получившего обозначение В-2, специалистам и представителям прессы состоялась в ноябре 1988 г.

Как уже упоминалось выше, в настоящее время фирмой «Локхид» разрабатывается тактический истребитель нового поколения F-22A, который наряду с преимуществами малозаметности способен развивать сверхзвуковую скорость и имеет большую дальность полета.

После краткого знакомства с историей самолетов «стелс» рассмотрим основные принципы, которые использовались при их создании.

1. Для поглощения излучения радара используется специальное ферромагнитное покрытие корпуса самолета. Попадающее на такое покрытие электро-магнитное излучение заставляет микроскопические частицы входящего в его состав магнитного материала менять свою ориентацию с большой частотой, на что и тратится энергия излучения. Кроме того, в самом самолете все, что только возможно, сделано из поглощающих радиоизлучение композитов, таких как углеродное волокно.

Истребитель F-117A воплощает в себе принципы технологии «стелс»

Многие военные специалисты сейчас связывают большие надежды с выполнением обширного круга боевых задач на широких океанских просторах с дирижаблями. По какой же причине возродился интерес к этому виду летательных аппаратов, который был абсолютно утрачен после ряда случившихся в 30-х годах нашего столетия катастроф?

Для этого появился ряд технических и социально-экономических причин. За прошедшие годы в технике появились новые возможности и материалы, которые не использовались на «Графе Цеппелине» и других дирижаблях первой половины XX века. К ним относятся легкие, но прочные конструкционные материалы (пластмассы, синтетические пленки и другие полимеры), компьютеры, невоспламеняющийся гелий, резкое снижение стоимости которого позволяет использовать его вместо опасного водорода, применявшегося в довоенные годы, когда гелий был очень дорог.

Существуют также социально-экономические перемены, выразившиеся в резко возросшей стоимости горючего. Все большее и большее внимание привлекает к себе возможность перевозить по воздуху большие грузы при малом расходе топлива. Использование дирижаблей может помочь реализовать многие преимущества воздушных перевозок при относительно небольшом увеличении времени доставки грузов в места их назначения и сравнительно низких затратах.

Единственной серьезной причиной, мешающей более быстрому развитию и применению дирижаблей, в настоящее время является то, что для эффективного их использования требуются большие средства на создание причальных устройств и погрузочно-разгрузочного оборудования, поскольку существующие аэропорты не подходят для удобной и тем более безопасной работы дирижаблей.

Модель одного из предлагаемых проектов дирижаблей

…В 1963 г. советскому генсеку Никите Хрущеву продемонстрировали возможности новой военной разработки: противотанкового управляемого реактивного снаряда (ПТУРС) «Малютка». Со свойственной ему категоричностью Хрущев заявил тогда, что танкам пришел конец…

…9 октября 1973 г., во время арабо-израильской войны мотопехотный батальон сирийцев был атакован танковой ротой израильтян на окраине Аюн-Хамуд, причем приданная ему батарея противотанковых ракет попала под удар авиации противника. Тогда командир батальона выдвинул вперед солдат с ручными гранатометами. После первого залпа замерло три израильских танка, после второго еще два, остальные спешно ретировались.

…Египетская танковая бригада шла через перевал Митла на Синайском полуострове, когда внезапно появились израильские вертолеты американского производства «Хью-Кобра» и с предельно малых высот выпустили противотанковые ракеты. Половина бронированных машин была сразу выведена из строя.

…Израильтяне жаловались: легкие танки французского производства АМХ-13 не оправдали возлагавшихся на них надежд. Вместо стремительного маневрирования и меткого огня их экипажам приходилось больше заниматься поиском укрытий. Английский журналист, очевидец боев, писал: «Благодаря противотанковым ракетам «Малютка» простой сирийский крестьянин, засевший в окопе, был равен танку, обладающему смертоносной огневой мощью».

Статистический анализ боев ошеломлял: за 18 дней израильтяне потеряли 840 танков, еще 2500 было подбито. При этом артиллерия поразила 22 % от их числа, авиация, мины и ручные гранатометы — 28 %, а противотанковые ракеты — 50 %. Мнение о том, что вооруженная гранатометами и противотанковыми ракетами пехота будет быстро подавлена артиллерией и мотострелками, сопровождающими наступающие танки, что дым, пыль и сама обстановка боя отрицательно повлияют на результаты стрельбы по танкам, что легкие и маневренные машины без труда выйдут из-под обстрела, не оправдалось.

Та же картина повторилась позже во время ирано-иракской войны 1980–1989 гг., когда большинство танковых атак было быстро остановлено.

Похоже, что танки действительно устарели? Вот еще пара фактов.

…Во время американского вторжения в Ливан в 1982 г. танки продемонстрировали свою эффективность, показав способность пробить себе путь, несмотря на большие потери от вооруженной противотанковыми средствами пехоты.

…В представлении «Буря в пустыне» танк Ml «Абрамс» безукоризненно сыграл роль главного героя.

Из 1956 танков, участвовавших в операции, только 14 получили повреждения (два из них не подлежали восстановлению). Как сообщалось, ни один танкист из экипажей подбитых машин не был смертельно ранен.

Значит, танки продолжают оставаться высокоэффективным оружием? Скорее все вышесказанное означает, что к настоящему времени вопрос о том, что имеет преимущество: танки или противотанковое оружие, — не решен.

Нет никаких сомнений, что танк уязвим для очень многих видов оружия, причем не только последних разработок. Простые защитные укрепления, которые могут создать военные инженеры, также остаются серьезным препятствием для продвижения танков, каким стали траншеи на Голанских высотах в 1973 г. Даже снайперы со своими винтовками представляют собой большую опасность, так как несмотря на наличие современных средств наблюдения и связи командиры танков до сих пор предпочитают действовать, высунувшись в открытый люк. Существуют также специальные противотанковые группы пехоты, которые могут проникать во вражеский лагерь и уничтожать танки во время проведения профилактических работ и заправки. Не следует сбрасывать со счетов и обычную артиллерию, которая с созданием новых снарядов и значительным увеличением точности стала гораздо более эффективна, чем в прошлом.

Современные армии имеют на вооружении много видов сравнительно легких (от 75 мм до 90 мм) орудий, которые созданы в основном для борьбы с бронемашинами, но при удачном попадании в слабо бронированное место могут также уничтожить и танк. Еще более легкие автоматические орудия могут стрелять снарядами с сердечником из обедненного урана, которые пробивают боковую броню танка с расстояния в 300 м. Лучшим же средством для уничтожения танков в настоящее время считаются тажелые (90—125 мм) орудия, стреляющие реактивными снарядами.

Новым и весьма опасным противником танков оказались вертолеты, оснащенные реактивными снарядами. При моделировании боя между танками и маневрирующими по курсу, скорости и высоте вертолетами заграничные военные установили, что соотношение боевых потерь составит 8:1, 12:1 и даже 18:1 в пользу последних. Не случайно же в армиях стран — членов НАТО противотанковым вертолетам уделяется первоочередное внимание.

Представим себе воображаемое танковое наступление. Какие меры будут предприняты для защиты?

1. Штурмовая авиация будет непрерывно атаковать танковую колонну, используя все имеющиеся виды оружия класса «воздух — земля». Налеты авиации будут совершаться на удалении от собственных позиций, чтобы не подвергать опасности свои на-звемные силы.

2. Боевые вертолеты поддержки будут также непрерывно атаковать танки, а также подавлять вражескую противовоздушную оборону, чтобы обеспечить безопасность основным воздушным силам.

3. Еще за пределами действия танковых пушек (3–4 км) начинает огонь защитная артиллерия, срывая наступление и вынуждая закрыть все люки, ограничивая зрительные возможности как водителей, так и командиров танков.

4. При наличии достаточного времени инженерные войска заранее создают труднопроходимую полосу препятствий перед позициями своих войск.

Момент попадания в танк ПТУРС «Джавелин»

Несмотря на то, что уязвимость танков в современных условиях возросла, благодаря рациональному сочетанию огневой мощи, защищенности и подвижности они продолжают оставаться необходимым боевым средством в современной войне. Многие военные специалисты убеждены в том, что ни сейчас, ни в обозримом будущем альтернативы танкам нет. Этим объясняется тот факт, что в многих странах предпринимается увеличение численности танковых парков, а также ведутся работы по их качественному улучшению путем модернизации имеющихся и создания новых образцов.

Военные специалисты отмечают, что в настоящее время для системы вооружения сухопутных войск характерно, с одной стороны, постоянное совершенствование танков и увеличение их количества, а с другой — непрерывное развитие противотанковых средств, которое приводит к расширению их номенклатуры, увеличению количества и повышению эффективности. В последние годы значительно возросли возможности авиации и полевой артиллерии, являющихся средствами общего назначения, по поражению танков и другой бронетанковой техники. В число средств, которые авиация может применять против танков, входят управляемые и неуправляемые бомбы, кассеты и ракеты, а также малокалиберные автоматические пушки. Широкое распространение получили противотанковые вертолеты. На вооружение полевой ствольной артиллерии поступают новые боеприпасы (в том числе управляемые снаряды «Коп-перхед»), обеспечивающие довольно высокую вероятность поражения танков на значительных дальностях стрельбы. Специальные противотанковые боеприпасы создаются также для реактивных систем залпового огня. После появления нейтронных боеприпасов ярко выраженную направленность в борьбе с танками приобрело ядерное оружие.

Особенно существенный прогресс отмечается иностранными специалистами в развитии специализированных противотанковых систем. Оно движется как в направлении повышения точности и дальности стрельбы, эффективности боевых частей и быстродействия, так и создания принципиально новых средств, позволяющих наносить поражение танкам и другой бронированной технике на больших удалениях от переднего края. В частности, к ним относятся боевые поражающие элементы кассетных боевых частей ракет с системой управления на конечном участке траектории, разрабатывавшихся в США по программе «Ассолт брейкер», а также уже состоящий на вооружении 155-мм управляемый снаряд «Копперхед» и 203,2-мм кассетный противотанковый снаряд САДАРМ.

По мнению зарубежных специалистов, такое развитие средств борьбы с танками приводит к усложнению условий боевого применения танков и создает необходимость в серьезном улучшении их конструкции. Это выражается в том, что в дальнейшем развитии танков главной становится проблема повышения их живучести, то есть возможность сохранять или быстро восстанавливать свою боеспособность в условиях противодействия противника. В то же время подчеркивается, что, во-первых, проблема повышения живучести не является чисто танковой, а характерна для всей системы вооружений и военной техники сухопутных войск, а во-вторых, повышение живучести танков должно осуществляться в тесной связи с развитием других их боевых качеств.

Дальнейшее совершенствование конструкции танков четвертого поколения в зарубежных странах предполагает повышение их огневой мощи, защищенности от обычного оружия и ОМП, от огня вертолетов, низколетящих самолетов и других поражающих цель сверху средств, увеличение маневренности и способности преодолевать водные преграды создание более экономичных, надежных и ремонтопригодных узлов и агрегатов силового блока, а также ходовой части, внедрение автоматизированных систем информации об обстановке на поле боя, управления огнем и контроля за техническим состоянием.

Намечаются два пути развития — либо дальнейшее усовершенствование и повышение эффективности вооружения, защиты, подвижности и маневренности танков классической компоновки, либо создание принципиально новой компоновки боевых машин. При классической компоновке, как отмечается специалистами, танк имеет слишком высокий силуэт и большую башню. Поэтому, например, в ФРГ разработано несколько вариантов перспективного танка «Леопард-3» с двумя пушками, установленными в корпусе. В Швеции проходит испытания легкий танк на базе БМП «Мардер» с наружной установкой 105-мм пушки, то есть практически без башни. Аналогичная модель разрабатывается и в США. Кроме того, в Швеции создан опытный образец сочлененного танка, состоящего из двух шарнирно соединенных секций. В первой размещается экипаж и почти открыто 120-мм пушка (как на французском АМХ-13). В задней секции находится силовое отделение и баки с горючим. Шведские специалисты считают, что при такой компоновке можно получить хорошую защиту экипажа, проходимость и мощное вооружение, ограничив при этом боевую массу 25 тоннами.

Первоначальный проект танка «Леопард-3» имел две пушки

Работы иностранных специалистов в области повышения огневой мощи направлены на совершенствование вооружения, боеприпасов, систем управления огнем, улучшение условий наблюдения из танка и преследуют следующие цели: увеличение дальности и точности стрельбы, повышение могущества действия боеприпасов, сокращение времени на подготовку первого и последующих выстрелов.

Основным вооружением танков в настоящее время и в ближайшей перспективе продолжает оставаться танковая пушка. На современных танках, которыми оснащены сухопутные войска армий капиталистических стран, наибольшее распространение получила нарезная 105-мм пушка. До начала 80-х годов только на английском танке «Чифтен» была установлена 120-мм нарезная пушка. Однако впоследствии орудия увеличенного калибра получили всеобщее признание. Например, германский танк «Леопард-2» оснащен 120-мм гладкоствольной пушкой фирмы «Рейнметалл». Эта же пушка, только доработанная по американским стандартам и получившая новое наименование М256, в соответствии с имеющимися между США и ФРГ договоренностями с сентября 1985 г. устанавливается и на американские танки М1А1 «Абрамс». При выборе основного вооружения для перспективного танка, разрабатываемого по программе «Леопард-3», немецкие специалисты также ориентируются на эту пушку. Возможно, будет проведена ее установка и на танк «Леопард-1» в ходе его модернизации. Гладкоствольную 120-мм пушку собственной разработки предполагается использовать и на перспективном французском танке ЕРС.

Английский танк третьего поколения «Челленджер» также оснащен нарезной пушкой калибра 120 мм. В настоящее время английскими специалистами разработана более мощная 120-мм нарезная пушка, которую планируют устанавливать на «Челленджеры».

В будущем развитие будет идти в направлении дальнейшего увеличения калибра. Наиболее вероятным основным вооружением танков четвертого поколения зарубежные специалисты считают 140-мм пушку. Предпочтение отдается двум вариантам конструктивно-компоновочного решения: размещение пушки в низкопрофильной башне либо ее установка на специальном вынесенном лафете. Первый вариант позволяет обеспечить более удобное расположение экипажа и его надежную защиту как от фронтального обстрела противотанковыми средствами, так и от противотанковых мин. Во втором случае возможно за счет размещения орудия над корпусом на специальном лафете уменьшить на треть высоту танка и почти в два раза — его фронтальную проекцию, а также вдвое усилить броневую защиту при сохранении той же боевой массы (около 55 т).

Кроме обычного, порохового оружия большое внимание привлекает сейчас электромагнитная, или рельсовая пушка, принадлежащая к так называемому кинетическому оружию. Несмотря на такое необычное название, принцип действия этого устройства довольно прост. Оно состоит из двух рельсов, в которых имеются электрически заряженные элементы. Специальная пневматическая пушка выстреливает между рельсами снаряды, которые сделаны из пластика или другого не проводящего электрический ток материала. В задней части снаряда находится алюминиевая юбка, которая последовательно замыкает контакты между рельсами, и через нее начинает течь большой ток. Прохождение электрического тока в магнитном поле вызывает силу Лоренца, которая и разгоняет снаряд.

Метаемые по принципу электромагнитного взаимодействия снаряды могут иметь скорость у дульного среза 4000–5000 м/с, что значительно превосходит все известные орудийные системы. Такая скорость позволит снаряду пробивать любой броневой лист, обеспечив ему убедительную победу в постоянной борьбе «снаряд — броня». При этом траектория полета снаряда на значительном расстоянии будет представлять собой практически прямую линию, а время достижения цели станет очень малым. Таким образом, движущиеся цели могут поражаться без всякой поправки на ее перемещение, что упростит работу наводчика и снизит расходы на дорогостоящие системы управления огнем. Дальность прямого выстрела составит более 4000 м.

Еще одним преимуществом разрабатываемых электромагнитных пушек является то, что высокая скорость снаряда позволит снизить его массу. Это даст возможность значительно уменьшить калибр орудия. Также можно ограничить площади, отводимые для хранения выстрелов в боевой машине, или увеличить боекомплект. В таком случае размеры и боевая масса танка также снижаются, что позволит решить важную в нынешних условиях задачу — создать авиатранспортабельную машину: в одном широкофюзеляжном самолете на большие расстояния можно будет перевозить два танка или более. Установка электромагнитной пушки повысит живучесть танка, поскольку в нем не будет пожаро- и взрывоопасных пороховых зарядов.

Но остается еще множество нерешенных технических задач. Главная проблема состоит в том, как в ограниченном объеме корпуса генерировать и хранить требуемую электроэнергию. Современные использующие электромагнитный принцип метания экспериментальные орудийные системы не могут работать без накопителя энергии массой не менее 10 т, а также тяжелых аккумуляторных батарей, значительно повышающих боевую массу танка. Работы по созданию более легких накопителей идут полным ходом. Их массу при прочих равных характеристиках за десять лет удалось снизить на 10 %. В связи с этим некоторые специалисты делают вывод, что требуемые технические характеристики могут быть достигнуты к концу столетия. По мнению других, для создания орудия, удовлетворяющего всем условиям, потребуется более продолжительное время.

Разработки электротермических пушек, в которых начальный импульс снаряду придает полученная с помощью мощного электрического разряда плазма, также проводятся уже давно и работы по их созданию близки к завершению. Однако, как показали исследования, массогабаритные характеристики таких орудий не позволяют пока использовать их в танках.

Довольно многообещающим направлением повышения огневой мощи танков считается совершенствование боеприпасов. Основу боекомплекта любого танка составляют бронебойные снаряды. В настоящее время наибольшее распространение получили бронебойные подкалиберные оперенные снаряды с отделяющимся поддоном. Они имеются в боекомплектах танков многих стран мира. Как известно, такие снаряды при начальной скорости свыше 1500 м/с на дальности 3 км способны пробивать трехслойную стандартную мишень НАТО (набор из трех броневых плит толщиной 10, 25 и 60 мм, разнесенных друг от друга на 330 мм и наклоненных на 60° к вертикали).

Основные направления повышения эффективности этих снарядов заключаются в увеличении веса и поперечной нагрузки (отношения длины активной части снаряда к ее диаметру), улучшении баллистических характеристик, подборе материалов с необходимыми свойствами. Например, в США для танка М1А1 «Абраме» создан боеприпас калибра 120 мм с подкалиберным оперенным снарядом, изготовленным из обедненного урана, имеющим начальную скорость свыше 1600 м/с. Американские специалисты ведут также работы по созданию выстрела с подкалиберным снарядом улучшенной конструкции, имеющим отношение длины сердечника к диаметру 20:1.

Другие типы боеприпасов — кумулятивные, бронебойно-фугасные, многоцелевые — также непрерывно совершенствуются. Определенное внимание уделяется развитию танковых снарядов типа «Кани-стер», предназначенных для поражения живой силы противника.

В связи с появлением новых защитных устройств, в частности так называемой «активной брони», позволяющей более эффективно противодействовать кумулятивным снарядам, в странах НАТО проводятся работы по созданию новых типов боеприпасов, способных поражать броню перспективных танков. Они реализуются в направлении разработки бронебойных снарядов, в том числе комбинированных, которые содержат размещенный в головной части кумулятивный заряд и сердечник из прочного и тяжелого материала. Принцип действия такого снаряда основывается на том, что при подлете к танку благодаря использованию специального неконтактного взрывателя срабатывает кумулятивный заряд, вызывающий детонацию взрывчатого вещества элементов «активной брони». За кумулятивным зарядом следует твердый сердечник, который собственно и воздействует на основную броню, обеспечивая ее пробитие.

Создание более мощных и разнообразных по принципам действия противотанковых средств, а также увеличение вероятности поражения танков сверху заставляет конструкторов уделять значительное внимание повышению их броневой защиты и живучести. Разработка универсальной, отвечающей современным и перспективным требованиям броневой защиты представляет собой трудноразрешимую проблему. Однако, судя по публикациям в западной военной печати, резервы улучшения защитных свойств брони далеко не исчерпаны. В настоящее время продолжаются работы по созданию новых многослойных броневых конструкций на основе более прочных материалов.

На броневую защиту современных танков в среднем приходится около 50 % их веса. Броневой материал распределяется по поверхности танка таким образом, чтобы наибольшую толщину (с учетом наклона и поворота деталей) имели лобовые части корпуса и башни в пределах курсового угла по горизонту примерно + 30°, поскольку раньше наибольшая вероятность обстрела танка приходилась именно на этот сектор. Однако в настоящее время в связи с появлением новых противотанковых средств значительно возросла вероятность поражения танка сверху. Так как борта и крыша танка имеют большую площадь, невозможно добиться повышения их защиты простым наращиванием толщины брони при существующих весовых ограничениях. В то же время зарубежные специалисты подчеркивают, что из-за роста количества и, что самое важное, эффективности традиционных наземных противотанковых средств было бы глупым ослабить защиту лобовой проекции, сняв часть броневого материала с целью усиления бортов и крыши. Напротив, по их мнению, необходимо ее дальнейшее улучшение.

Противоснарядную стойкость брони за рубежом предполагается повысить с помощью новой технологии производства броневых материалов с улучшенными свойствами, использования наряду с традиционной броневой сталью новых материалов, как металлических, так и композиционных, а также создания и внедрения в практику танкостроения новых конструкций броневых преград, в частности, комбинированной брони. Используя последнюю, можно обеспечить более надежную защиту как от подкалиберных, так и от кумулятивных снарядов. Основным направлением совершенствования комбинированной брони является подбор соответствующих материалов брони и наполнителя, рационального соотношения толщин составляющих комбинацию слоев, разработка новых способов их соединения. Все большее применение находят новые системы бронирования: «адаптированная» броня путем навешивания на лобовые детали корпуса и башни элементов многослойной брони и «активная», впервые примененная израильской армией во время войны против Ливана в 1982 г. Она состоит из набора накладок, содержащих слой взрывчатого вещества между металлическими пластинами. Считается, что взрыв накладки при ударе о нее снаряда способствует рассеиванию кумулятивной струи и ослабляет ее действие.

В Великобритании ведутся опытно-конструкторские разработки по созданию новой бронированной машины, корпус которой будет полностью изготовлен из композиционных материалов, получаемых в результате прессования полимеров. Волокна сухим способом прессуются в формах, в которые одновременно нагнетается термоотвердевающий полимер.

Корпус, изготовленный таким способом, имеет значительно меньшую массу, чем обычный. По мнению английских военных специалистов, в ближайшем будущем таким способом можно изготавливать и корпуса основных боевых танков. Данный способ дает ряд преимуществ, таких как меньшая масса, высокая твердость материала, слабые демаскирующие признаки, минимальные затраты на обслуживание. Однако еще надо преодолеть существенный недостаток — трудность надежного соединения отдельных частей, изготовленных из обычных и композиционных материалов.

Как отмечается в зарубежных военных изданиях, через 15 лет стойкость новых видов брони к баллистическим противотанковым средствам должна повыситься в 2–2,5 раза. Одним из направлений увеличения защищенности танков, и это особенно относится к существующим образцам, явится применение дополнительного бронирования с использованием пассивной и активной брони. Согласно проведенным испытаниям такой метод позволяет значительно повысить степень защищенности экипажа.

Задача разработки эффективной броневой защиты заставляет разработчиков ранжировать элементы танка по важности с тем, чтобы за счет менее значимых узлов обеспечить надежную защиту наиболее ответственных из них, жизненно важных для танка. Поэтому специалисты стран НАТО в конструкции корпусов и башен танков стремятся использовать основное и вспомогательное бронирование. При этом те агрегаты и узлы, поражение которых не приводит к немедленному выходу танка из строя (фильтровентиляционные установки, воздухоочистители, аккумуляторные батареи и т. д.), стараются вынести из основного бронирования под вспомогательное.

Большое значение придается повышению стойкости танков к воздействию различных снарядов даже в случае, если пробита броня. Для этого предусматриваются меры по локализации повреждений, например, во внутреннем пространстве танка устанавливаются непроницаемые перегородки с целью отделить боеприпасы, топливо и другие элементы оснащения от обитаемых отделений. Кроме того, используются системы подавления пожара и взрыва. Так, на современных танках устанавливаются автоматические быстродействующие противопожарные системы, например «Грейвинер» разработки Великобритании и ФРГ, или «Спектроникс» израильского производства, позволяющие обнаружить возгорание и подавить его всего за 80—150 мс, то есть еще до того, как оно превратится в настоящий пожар.

Важнейшими условиями повышения огневой мощи танков за рубежом считаются улучшение узлов наблюдения из танка и совершенствование системы управлении огнем. Как отмечают западные специалисты, наиболее слабым звеном даже новых танков продолжает оставаться неспособность экипажа быстро обнаруживать противостоящие цели. Для повышения поисковых возможностей при малой освещенности на них наряду с оптическими используются оптико-электронные системы, например, приборы ночного видения.

Танки первого послевоенного поколения в основном оснащались активными приборами с инфракрасным осветителем и электронно-оптическим преобразователем. Основным недостатком таких устройств является возможность обнаружения применяющего их танка инфракрасными средствами противника. Позже были созданы приборы пассивного типа, использующие усиление естественной ночной освещенности. Хотя такие приборы позволяют обеспечить скрытность их использования, первое их поколение имело такие недостатки, как малую дальность действия, крупные размеры и высокую чувствительность к засветкам. В более поздних образцах вместо многокаскадных усилителей используются однокаскадные с микроканальными шайбами-усилителями, что позволило уменьшить их размеры и сделать менее чувствительными к засветкам. В дальнейшем стремление совместить достоинства активных и пассивных приборов привело к использованию на танках комбинированных активно-пассивных устройств.

В последние годы началось широкое применение приборов ночного видения на базе телевизионной техники, работающей при низком уровне освещенности: например, ими оснащен французский танк АМХ-40 и первые партии танков «Леопард-2». Эти устройства представляют собой комбинацию передающей телевизионной трубки, электронно-оптического преобразователя приемной трубки и блока электропитания. Приборы отличаются высокой чувствительностью и хорошей разрешающей способностью, относительно невосприимчивы к засветкам (например, от выстрела собственной пушки). К достоинствам телевизионных систем также относится относительно свободное размещение камеры на танке и возможность одновременного подключения нескольких экранов-мониторов ко всем членам экипажа. Однако из-за наличия телевизионных трубок такие системы значительно дороже, чем приборы прямого видения на электронно-оптических преобразователях.

Большое внимание на Западе уделяется использованию тепловизоров. Такие устройства устанавливаются на новых танках Ml «Абрамс», «Челленджер» и «Леопард-2», а также на образцах более ранних выпусков после их модернизации. Используемые на танках тепловизоры показывают тепловую картину местности и расположенных на ней объектов в диапазоне волн длиной 8—14 мкм, в котором происходит наиболее интенсивное излучение энергии наблюдаемых объектов и в то же время находится так называемое атмосферное окно прозрачности. Поэтому тепловизоры позволяют различать цели на большом удалении даже при наличии тумана и дыма. Кроме того, они могут использоваться не только ночью, но и днем. Но, как отмечают иностранные специалисты, конструкция тепловизоров основана на использовании сложных технологий, особенно по отношению к высокочувствительным детекторам, которые требуют охлаждения специальными системами до температуры около -200 °C, а также к высокоточным сканирующим устройствам, что существенно увеличивает стоимость тепловизоров. К серьезным недостаткам также относятся большие размеры. Западногерманские специалисты, имея целью дублирование управления огнем, считают желательным установить тепловизор не только для наводчика, но и для командира, однако это до сих пор нельзя было сделать из-за больших размеров современных стандартных американских тепловизионных модулей.

Как считают иностранные эксперты, в будущем, с появлением тепловизоров второго поколения, эта задача может быть успешно решена.

Важной частью современных систем управления огнем на танках стали лазерные дальномеры, предлагающие значительно более высокие по сравнению с оптическими точность измерения и быстродействие. Первое их поколение появилось на танках в начале 70-х годов. Эти устройства работали на рубиновых стержнях, которые создавали импульсное излучение в видимой части спектра с длиной волны 0,69 мкм. Большинство лазерных дальномеров, используемых на танках в настоящее время, работает на активированном неодимом стекле или на иттриево-алюминиевом гранате.

Главными недостатками таких дальномеров считаются опасность их излучения для глаз (что вызывает определенные трудности при обучении личного состава), и, что более важно, сильное его ослабление туманом, пылью и дымом. Поэтому за рубежом в ближайшем будущем предполагается переход на не имеющие таких недостатков лазеры третьего поколения, в которых рабочим телом является углекислый газ (СО₂). Длина волны излучения таких лазеров составляет 10,4 мкм, поэтому в фотоприемниках дальномеров могут применяться одинаковые с тепловизионными детекторы, работающие в этом же диапазоне. Все это дает возможность совместной работы лазерного дальномера и тепловизора с использованием одних и тех же конструктивных блоков.

Современные интегрированные системы управления огнем современных танков невозможно представить без баллистических вычислителей, предназначенных для объективного учета отличия фактических условий стрельбы от стандартных. В начале 70-х годов на смену механическим баллистическим вычислителям пришли электронные, реализованные сначала на аналоговых элементах. Затем были разработаны цифровые баллистические вычислители, которые установлены сейчас, в частности, на танках M1 «Абрамс» и «Леопард-2».

Основными направлениями улучшения стабилизаторов вооружения являются повышение точности стрельбы с ходу и надежности, а также снижение пожароопасности электрогидравлических приводов наведения в ходе боевых действий, для чего считается целесообразным переход на электромашинные приводы наведения. Такие системы уже используются, в частности, на английском танке «Челленджер». В процессе последующей модернизации танков M1 «Абрамс» и «Леопард-2» на них также предполагается установка электромашинных приводов.

Как отмечается в иностранной печати, огневая мощь зависит не только от точности стрельбы и эффективности воздействия боеприпасов на цель, но и от боевой скорострельности. В настоящее время она ограничена возможностями заряжающего, который производит заряжание пушки тяжелыми и громоздкими выстрелами, действуя в тесном боевом отделении. Кроме того, необходимость обеспечения ему условий для работы стоя не позволяет уменьшить высоту башни и соответственно всего танка. Одним из перспективных путей повышения скорострельности является применение автомата заряжания (A3).

В танке традиционной башенной компоновки механизированная укладка может размещаться в различных местах. С точки зрения уязвимости боекомплекта наиболее безопасной считается ее установка ниже погона башни. Она может быть решена в виде кольцевого конвейера вокруг башенной корзины, ленточного (цепного) конвейера на полу, под полом корзины либо вне башенной корзины в передней или задней части корпуса. Однако в последнем случае путь подачи выстрелов от укладки к орудию получается длинным, а сама конструкция автомата заряжания усложняется.

Что касается условий функционирования, то западные специалисты отдают предпочтение автомату заряжания, у которого механизированная боеукладка размещается в нише башни. В этом случае уменьшается путь доставки выстрела к зарядной камере и существенно упрощается кинематика механизма заряжания. Однако недостатками такого решения считаются невозможность заряжания орудия в произвольном положении и необходимость выведения его на линию заряжания, большая площадь горизонтальной проекции укладки выстрелов, которую труднее защитить от снарядов, приходящих сверху, а также значительное изменение момента инерции башни по мере расхода боеприпасов. Один из вариантов такого автомата заряжания предлагается для установки на танк «Леопард-2» в ходе его будущей модернизации. Исследуя возможность и целесообразность применения A3 на танках, западные специалисты подчеркивают, что при планируемой установке автомата заряжания должна учитываться общая компоновка танка.

Осуществляемые за рубежом мероприятия, имеющие целью повышения защищенности танков, проводятся по двум основным направлениям. Первое из них включает меры конструктивного характера, а также приемы, способствующие уменьшению воздействия средств поражения на танк и снижению вероятности попадания в него снарядов различных типов. Второе направление предусматривает повышение стойкости брони к воздействию попавших в нее снарядов.

Работы по первому направлению проводятся в сторону повышения собственной огневой мощи танков, уменьшения высоты и площади лобовой проекции, увеличения их подвижности и маневренности на поле боя. В последние годы все возрастающее внимание уделяется применению маскировочных средств. При этом подчеркивается, как и другим образцам оружия и военной техники, танкам должна быть обеспечена маскировка в оптическом, тепловом и радиолокационном диапазонах. Чтобы снизить степень заметности, используются камуфлирующая окраска, специальные маскировочные комплекты, радиопоглощающие и теплоизоляционные покрытия, подручные средства.

Считается также, что определенное влияние на защищенность танков могут оказать дымовые средства. После арабо-израильской войны 1973 г. в странах НАТО были предприняты значительные усилия по созданию новых дымообразующих средств. С середины 70-х годов танки начали комплектоваться многоствольными дымовыми гранатометами, использующими гранаты с дымообразующим составом на основе красного фосфора. Они позволяют всего за 2–3 с на удалении до 50 м от танка создавать дымовую завесу в секторе около 100° высотой до 14 м.

Кроме того, на американских танках стали применять термодымовую аппаратуру.

Как отмечается в военной печати, современные дымы на основе белого и красного фосфора, паров нефти, гаксахлорэтана являются непрозрачными для оптических систем, работающих только в видимой и ближней ИК зонах спектра, таких как оптические приборы визуального наблюдения, системы наведения современных ПТУР, лазерные неодимовые дальномеры и целеуказатели. Поэтому за рубежом проводятся работы по созданию новых средств, образующих дымовые завесы, непроницаемые для более широкого диапазона электромагнитных излучений. Например, в США для танка M1 «Абрамс» разработана дымовая граната ХМ76, обеспечивающая, по заявлениям американских военных, его экранирование в области видимого света, ближнем, среднем и дальнем ИК диапазонах. Кроме того, создаются средства образования густеющих, «металлизированных» и других искажающих электромагнитное отражение дымов, предназначенных для противодействия низкочастотным лазерным, а также радиолокационным средствам миллиметрового диапазона. В ходе операции «Буря в пустыне» применение этих разработок показало их высокую эффективность.

В связи с появлением противотанковых средств, наводимых в цель по лучу лазера, для танков разрабатываются специальные средства регистрации лазерного облучения. Они устанавливаются на танки, чтобы дать экипажу возможность своевременно принять защитные меры, например, с помощью быстродействующих маскировочных средств. В числе предназначенных для повышения защищенности танков приборов иностранные специалисты считают необходимой установку систем опознавания «свой — чужой», которые должны быть совместимыми с приборами аналогичного назначения, уже применяемыми в авиации и других родах войск вместе с системой АВАКС и элементами космической разведки.

Улучшить защиту танков от сравнительно «тихоходных» ПТУР и противотанковых гранат предполагается также с помощью применения активной защиты. Принцип ее действия состоит в том, что после того как установленными на танке средствами обнаруживается подлетающая ракета, на нее оказывается воздействие (например, выстрел навстречу гранатой), которое уничтожает ее или по крайней мере резко снижает эффективность. Система активной защиты должна содержать три основных компонента — детекторы для обнаружения снарядов или ракет, средства их поражения и блок управления.

В скором времени будет реализована концепция управляемой динамической брони (SAS — Smart Armor System), которая, как ожидается, обеспечит защиту от противотанковых средств калибра до 140 мм. В систему SAS входит комплект элементов динамической защиты, устанавливаемых по всей поверхности танка. Имеется также управляющая вычислительная машина, которая с помощью детекторов определяет тип подлетающего противотанкового снаряда и место его попадания, а затем рассчитывает, сколько и какие именно элементы динамической защиты должны быть подорваны для разрушения снаряда или снижения его поражающего эффекта. Компьютер отвечает также за выдачу команд, предотвращающих одновременную детонацию и подрыв всех элементов динамической защиты в случае электронного воздействия противника или огня стрелкового оружия. Уже близки к завершению работы по созданию компактной автоматической системы активной защиты танков со сверхмалым радиусом действия. Как ожидается, эта система начнет поступать на вооружение сухопутных войск США в 2002 г.

По мнению западных специалистов, существует несколько способов обнаружения подлетающих к танку ПТУР, наиболее перспективным из которых является радиолокационный. Однако его использование связано с наличием ряда проблем. Основная из них связана с трудностью выделения отраженного от ракеты слабого сигнала на фоне окружающей местности. Большим недостатком радиолокационных систем является их высокая помехоуязвимость. Кроме того, активная локация сильно демаскирует танк и позволяет противнику обнаруживать источник излучения на большой дальности и затем поражать его с помощью управляемых снарядов, использующих самонаведение по радиолокационному излучению.

В связи с этим для обнаружения ПТУР и неуправляемых противотанковых гранат, имеющих маршевые двигатели, считается целесообразным использовать электронно-оптические устройства обнаружения, способные выделить тепловые и другие признаки летящей ракеты. Именно таким системам отдают предпочтение разработчики активной защиты танков в Израиле. В то же время подчеркивается, что радиолокация остается пока единственным приемлемым способом обнаружения баллистических снарядов, самонаводящихся и свободно падающих боеголовок, бомб и подлетающих к танку сверху других поражающих элементов.

Поразить обнаруженную ракету можно с помощью выстрела навстречу ей гранаты с фугасной или осколочной боевой частью, однако он должен быть выполнен в строго определенный момент времени, чтобы подлетающая к танку ракета попала в поле осколков или в область действия воздушной ударной волны. Задача определения момента выстрела решается блоком управления.

В мировом танкостроении продолжает оставаться актуальной задача повышения показателей подвижности танков, прежде всего их динамических качеств и маршевых скоростей. Для ее решения совершенствуются существующие и создаются новые двигатели, трансмиссии, элементы ходовой части.

Ввиду того что подвижность танков в большой степени определяется мощностью двигателя, в капиталистических странах продолжаются исследования в плане создания образцов, обладающих большим запасом мощности. Вместе с тем с учетом реально действующих ограничений иностранные специалисты считают, что у перспективных танков сохранится значение удельной мощности на уровне 25–30 л.с./т при жестких габаритно-весовых ограничениях на моторно-трансмиссионную установку. Это может быть достигнуто при использовании дизельных или газотурбинных двигателей (ГТД).

К преимуществам ГТД относится возможность достижения большей мощности при одинаковых с дизелем размерах, меньший вес, сравнительная простота конструкции, а также более высокая характеристика крутящего момента. Однако расход топлива современных ГТД по сравнению с дизелями равной мощности выше примерно на 50–80 %. Кроме того, во время работы они потребляют примерно в 3 раза больше воздуха, что повышает требования к его очистке и, следовательно, вызывает дополнительные конструктивные расходы объема и веса. Поэтому в настоящее время продолжаются работы над двигателями обоих типов. Как считают специалисты, возможности совершенствования дизелей еще далеко не исчерпаны. Об этом свидетельствует, в частности, опыт западногерманских конструкторов.

Проводятся работы и по созданию адиабатического двигателя, в котором в результате широкого использования специальных материалов, в частности, керамики оказалось возможным резко уменьшить теплообмен между камерами сгорания и окружающей средой. Такой двигатель, разрабатывается, например, американской фирмой «Камминз». Он должен выдерживать высокие температуры и иметь наименьший из всех двигателей удельный расход топлива. Начать его серийное производство планируется в конце 90-х годов. Кроме этого, проводятся работы и над двигателями иных типов, например, двухтактными дизелями, роторными и т. д.

Современные танки оборудованы в основном торсионной подвеской. В ней используются гидравлические демпфирующие устройства (на танке «Леопард-2» — фрикционные). Совершенствование технологии производства торсионных валов позволило резко увеличить их допустимую нагрузку и получить большие динамические и полные ходы опорных катков. Например, у танка «Леопард-2» полный ход опорных катков составляет 520 мм, что позволяет ему сохранить при движении по пересеченной местности хорошую плавность хода.

Перспективной считается гидропневматическая подвеска (ГПП). Она уже используется на таких танках, как STRV-103B (Швеция), «74» (Япония) и «Челленджер» (Великобритания). Гидропневматическая подвеска обеспечивает лучшие (с точки зрения колебательного режима) условия для экипажа и оружия. Кроме того, основные узлы ГПП монтируются снаружи и не требуют дополнительного места внутри корпуса. Такое размещение облегчает их замену в случае боевого повреждения.

Продолжаются работы по совершенствованию элементов гусеничного движителя. Основными направлениями этих разработок являются создание системы автоматического регулирования натяжения гусениц, увеличение ресурса гусеничных лент и ведущих колес, уменьшение вероятности сброса гусениц при движении, упрощение обслуживания.

Одним из направлений развития конструкции танка, которое послужит ограничению высоты и даже некоторому уменьшению его веса, является разработка новых, более рациональных компоновочных схем. Современные танки имеют так называемую классическую компоновку, при которой во вращающейся башне размещается основное вооружение, в кормовой части машины — силовая установка и трансмиссия, а размещение экипажа; командир танка, наводчик и заряжающий располагаются в башне, а механик-водитель — в отделении управления (в носовой части корпуса). Наряду с достоинствами, которые обусловливают ее широкое распространение, такой схеме присущи и недостатки. К ним относятся: высокий силуэт машины, так как необходимо обеспечить необходимые углы возвышения и снижения пушки и возможность заряжающему работать стоя, большие размеры башни, а также трудности создания надежной защиты, во многом обусловленные разобщением экипажа.

Работая над новыми компоновочными решениями, зарубежные конструкторы стремятся всеми силами уменьшить забронированный объем танка, особенно его обитаемых отделений (боевого и управления), поскольку именно эти части приходится защищать наиболее толстой и тяжелой броней. Поэтому в качестве возможной альтернативы традиционной компоновке рассматриваются схемы безбашенных танков, у которых основное вооружение размещается в корпусе или выносится из забронированного пространства.

К основным достоинствам компоновок танков с установкой вооружения в низкосилуэтной башне, на вращающемся лафете на крыше корпуса или на выдвижном подъемном лафете в специальном вырезе относятся более компактное размещение экипажа в корпусе, благодаря чему повышается его защищенность и уменьшается объем боевого отделения, а следовательно, и всей машины, а также отсутствие громоздкой башни. Все это снижает вероятность поражения такого танка. В то же время указанная установка вооружения приводит к очень серьезным ограничениям, таким как отсутствие ручного заряжания, необходимость использования сложных систем обеспечения кругового обзора, трудности устранения неисправностей пушки и задержек при стрельбе, ухудшение защиты узлов вооружения и т. д.

Резервы совершенствования классической компоновки, по мнению западных специалистов, все еще не исчерпаны. Например, уменьшить объем боевого отделения можно, в частности, путем использования автомата заряжания, что одновременно уменьшает численность экипажа. При этом в случае установки в крыше башни специального люка, допускающего выход казенной части пушки при больших углах ее склонения, может быть значительно уменьшена высота башни, а следовательно, и всего танка. Варианты установки на танк низкосилуэтной башни разрабатываются, в частности, по программе модернизации американского танка Ml «Абрамс». Уменьшить размеры других отделений танков традиционной компоновки возможно за счет использования более компактных агрегатов и их рационального размещения. Коренным образом изменить конструкцию танка будущего могут автоматизация многих процессов управления движением танка, ведения огня, а также отображение различной информации на дисплеях экипажа. Первые шаги в этом направлении уже сделаны, например, во французском основном боевом танке «Леклерк», где установлена танковая информационная управляющая система. Конечно, автоматизация обеспечивает предпосылки для возникновения автоматических танков-роботов, но едва ли в обозримом будущем они смогут полностью заменить танки с экипажем. Машины без экипажей с достаточной огневой мощью и подвижностью можно было бы использовать в «самоубийственных» операциях против сильно укрепленных оборонительных сооружений или для поддержки своих войск при прорыве обороны (как инженерное средство), но посылать их в центр боевых действий в качестве решающего средства едва ли целесообразно.

Примерный вид рабочего места командира на перспективном германском танке

Из вышесказанного видно, что в современном танкостроении проводятся весьма интенсивные работы по дальнейшему развитию боевых и технических характеристик основных танков. При этом исследовательские и конструкторские поиски ведутся как по пути совершенствования традиционной компоновки, так и в направлении использования принципиально новых схем, реализация которых возможна только на основе современной технологии. По мнению иностранных специалистов, внедрение достижений науки и техники в танкостроение позволит танкам и в будущем сохранить роль одного из основных боевых средств в системе вооружений сухопутных войск.

Характеризуя роль и место основных боевых танков в боевых действиях сухопутных войск в XXI веке, военные эксперты США утверждают, что они останутся господствующей силой на поле боя, главным ударным средством при ведении наступательных действий, захвате обороняемых позиций и контрударах.

В середине 50-х годов, когда появились тактические, а потом и стратегические ракеты с ядерными зарядами, у нас и за рубежом заговорили об «отмирании» якобы потерявших значение пушек и гаубиц. Но не прошло и десятилетия, как даже самые ярые «ракетчики» осознали, что применять столь сложное, мощное и дорогостоящее оружие не всегда целесообразно. Ибо, как говаривали старые канониры, из пушек по воробьям не стреляют, а цель определяет калибр. И ствольная артиллерия осталась в строю.

Оснащенная усовершенствованными системами управления огнем, взаимодействующая с тактическими ракетами, авиацией, танками и мотопехотой, она является решающим фактором, обеспечивающим успех любых современных операций.

Каким же представляется будущее ствольных орудий, конструктивная схема которых не претерпела принципиальных перемен с 70—30-х годов минувшего столетия?

Стремясь получить более мощные боеприпасы, обычно наращивали калибр снарядов и их разрывной заряд. Однако возможности развития в этом направлении практически исчерпаны. Поэтому теперь основное внимание уделяется разработке принципиально новых видов артиллерийской амуниции.

В иностранной печати отмечалось, что на дистанциях 2–5 тыс. м наиболее эффективны управляемые реактивные снаряды, у которых вероятность попадания в цель достигает 0,7–0,9 — гораздо выше, чем у пушек. В качестве примера можно привести американский высокоточный управляемый снаряд CLPG «Копперхед-2», который предназначен для использования 155-мм гаубицами. Про это чудо техники говорят, что он способен попасть в открытый люк движущегося танка на расстоянии 16 км! Снаряд состоит из блока управления, боеголовки и лазерной головки наведения с электронной схемой. Все, что нужно сделать команде — это ввести специальный код и установить временную задержку, чтобы активизировать лазерную систему наведения, затем зарядить снаряд и выстрелить. Остальную часть работы проделает электроника. В завершающей стадии полета система наведения с помощью лазерного луча находит цель (обычно это танк), направляет снаряд прямо на нее и в момент контакта либо чуть раньше детонирует кумулятивный заряд боеголовки. Таким образом, реализуется принцип «на один танк — один снаряд».

 Управляемый снаряд фирмы «Бофорс» и его конструкция

Существуют также снаряды с дистанционным управлением (TGSM), состоящие из нескольких управляемых боеголовок малого калибра. Такие снаряды взрываются в воздухе примерно над целью, разделяясь на несколько боеголовок, которые затем медленно опускаются на маленьких парашютах. Используя собственные сенсоры, боеголовки находят цели и атакуют слабозащищенную верхнюю часть танков кумулятивными зарядами. Ракета такого типа с шестью боеголовками должна поступить на вооружение армии США до конца столетия. Она будет использоваться в реактивной установке залпового огня MLRS.

Американская Лаборатория баллистических исследований изготовила для 155-мм самоходных гаубиц, как обычных, так и дистанционно управляемых, модульные метательные заряды. Каждый состоит из семи взаимозаменяемых частей, заключенных в сгораемую оболочку, под которой размещены прутковые пороха новых марок, горящие с повышенными скоростями. Части модульного заряда ничто не мешает применять в гаубицах различных марок. Правда, исключение составляет основной модуль, находящийся рядом с затвором, в который встроен электронный воспламенитель боевого заряда, срабатывающий от импульса, посланного бортовым компьютером.

В последнее время широкое распространение в иностранных армиях получили электронные взрыватели. В частности, для американских войск разработан неконтактный взрыватель марки ХМ773, с помощью которого можно варьировать место взрыва снаряда — на определенной высоте над целью, через некоторое время после вылета снаряда из ствола, при ударе о препятствие или с замедлением.

Если же дальнобойности обычных снарядов оказывается недостаточно, выход найдется в использовании ракет. Наибольшая скорость, которую могут придать снаряду образующиеся при сгорании пороха газы — около 3 км/с. Возможно, в будущем будут использованы жидкие взрывчатые вещества и новые конструкции орудий, что позволит увеличить эту величину, но сложность таких решений весьма велика.

 Одна американская установка залпового огня MLRS может заменить 16 самоходных 155-мм гаубиц

Полностью заменить в будущем обычные артиллерийские орудия может техника, которая сейчас дополняет их. Это реактивные установки залпового огня, потомки первых «Катюш». Такие модели, как российская «Ураган» и американская MLRS, могут служить реальной заменой четырех батарей гаубиц калибра 155 мм или 205 мм.

В будущем дальнобойность ракетных комплексов возрастет, а компьютеризованные системы наведения обеспечат расчетам действия по принципу «выстрелил и забыл» — после пуска ракета сама найдет цель. При этом будут сняты ограничения, которые требовали, чтобы кто-то визуально определял местонахождение цели и вызывал огонь артиллерии в этот район. Более того, точность артиллерии не будет зависеть от того, что поле зрения разведки перекрывается дымом и пылью, обычно заволакивающими поле боя.

Артиллерия будущего, использующая «умные» снаряды, будет контролироваться всего одним человеком, которому не нужно будет рисковать, выдвигаясь на расстояние прямой видимости, чтобы найти цели и уничтожить их. Являясь умственным центром боевой системы, которая включает большое количество артиллерийских орудий, узлов наблюдения, целеуказания и связи, этот человек сможет дирижировать огромной ударной мощью, будучи полностью изолированным физически от самих огневых точек.

Пока же во многих странах продолжается конструирование бронированных машин разведки, с помощью которых специальные команды перемещаются на передний край поля битвы и визуально определяют цели, на которые затем вызывается огонь артиллерии. Считается, что посадить группы целеуказания в такие машины более удобно и безопасно. Однако, как мы уже видели из посвященной танкам главы, даже эти, гораздо более защищенные боевые машины сейчас весьма уязвимы для вражеского огня. Системы защиты бронемашин не идут ни в какое сравнение с танковыми, при этом группы артиллерийской разведки считаются целями, которые следует уничтожать в первую очередь. Совершенно очевидно, что находясь в бронемашине, группы целеуказания привлекут к себе еще больше внимания.

Во время второй мировой войны артиллерия использовалась преимущественно в целях поддержки пехоты и танков огнем на близких расстояниях. В настоящее время дальнобойность современных орудий значительно возросла, что позволяет атаковать противника гораздо раньше и на большую глубину фронта.

Повышенная дальнобойность и точность новейшей артиллерии вынуждает военных менять взгляды на ее использование в предполагаемых войнах. Концепция, по которой каждый командир пехотного или танкового соединения определенного уровня должен иметь собственную артиллерию для поддержки, устаревает с каждым днем. На поле боя будущего за артиллерийские ресурсы будет вестись борьба, в которой возможность обстрела тыла противника окажется более полезной. В конце концов может случиться так, что маневренные сухопутные войска будут лишь играть роль силы, оккупирующие территории, уже завоеванные артиллерией. Эти же войска смогут удержать занятые позиции, если будет выиграна битва дальнобойных орудий и враг не сможет получить подкрепления для контратаки.

Хотя для выполнения задачи обстрела на большую глубину могут быть использованы любые подходящие орудия, обычно используется тяжелая артиллерия, которой оперируют на уровне корпуса или выше. При этом ее помещают как можно ближе к линии фронта, с тем чтобы «достать» тыл противника на возможно большую глубину.

Так как обстрел на больших расстояниях не может контролироваться группами целеуказания, особое значение приобретают другие средства разведки, например, цепи звуковых датчиков для вычисления методом триангуляции положения вражеской артиллерии по звуку залпов, команды спецназа для разведки в тылу противника и перехват радиопереговоров.

 Современная американская 155-мм гаубица M198

Одним из наиболее перспективных направлений выглядит использование беспилотных и дистанционно управляемых летательных аппаратов. Такие модели, как «Феникс» и «Кобра» уже сейчас могут совершать полет над вражескими позициями и передавать телевизионную картинку в реальном времени. Будущие устройства смогут автоматически классифицировать то, что они видят, самостоятельно распознавая артиллерийские батареи, бараки пехоты и прочие возможные цели.

Современная дальнобойная артиллерия может рассеять наступающие силы противника еще до того, как они вступят в бой. Однако тяжелые орудия, в свою очередь, также весьма уязвимы для артиллерии, поэтому их надо использовать осторожно. Пока орудие «молчит», оно в относительной безопасности, но абсолютно бесполезно. Как только орудие выстрелило, его положение необходимо менять. Поэтому решения о «демаскировке» тяжелой артиллерии обычно принимаются на высоком уровне.

Контрбатарейная борьба — так называется битва двух артиллерий — являлась одной из главных артиллерийских задач еще в первую мировую войну. В будущем ее значение станет просто неоценимым. Обычно для этих целей используются тяжелые (175 мм и более) орудия и ракеты. Современная технология сократила время, необходимое для вычисления позиции артиллерии противника после ее залпа, до минимума. Единственным спасением в таких условиях является перемещение орудий после мощного залпа как минимум на 500 м, что не всегда возможно. Кроме того, нелегко обеспечить безопасность орудий во время самого процесса передислокации.

Теперь обратимся к артсистемам специального назначения. Непрерывное сопровождение огнем наступающих танков и мотопехоты — дело самоходных артиллерийских установок, которые в ближайшее время будут оснащаться автоматизированными системами управления огнем и телеуправлением.

Для стрельбы по танкам с большего расстояния служат безоткатные орудия. За последние годы их калибр и бронепробиваемость возросли, теперь же наметилась тенденция повышать их скорострельность, оснащая автоматическими системами заряжания.

По-прежнему в строю противотанковые пушки. По мнению зарубежных военных экспертов, их новые поколения будут автоматическими — ведь при стрельбе короткими очередями вероятность поражения скоростных, маневрирующих целей резко возрастает. Американцы уже взялись за разработку подобных противотанковых скорострелок калибра 75 и 90 мм.

Как установлено исследованиями, в танковых войсках бытует оставшееся со времен второй мировой войны мнение, что только средние (155 мм) и тяжелые орудия представляют собой опасность для танков и что только прямое попадание может вывести танк из боя. Моторизованная пехота также чувствует себя в относительной безопасности внутри тонких скорлупок бронемашин.

Истина же состоит в том, что далее попадание в область действия современной легкой артиллерии с ее новыми видами амуниции для танков весьма опасно. Шрапнель легко разрушает оптику танка, ослепляя его водителя и командира, срезает антенны, лишая связи, и выводит из строя команду в результате закорачивания электрических цепей и образования в результате этого едкого дыма. Взрывы, происходящие вблизи от боевых машин, оглушают находящуюся внутри пехоту, а прямые попадания пробивают тонкую броню БМП. Команда танка получает контузию от попадания 105-мм снаряда, а больший калибр броня не выдерживает.

Однако более эффективным средством борьбы с бронированными целями считаются столь же маневренные и хорошо защищенные самоходки и… танки. Только бои между ними начнутся с дистанции 2–3 тыс. м, а не 0,5–1,5 тыс. м, как в 40—70-е годы. Поэтому возрастает калибр танковых пушек — например, американцы вооружили модернизированный танк М60А2 155-мм пушкой (она же служит пусковой установкой для реактивных снарядов), но более перспективной за рубежом считается 120-мм пушка. Достаточно мощная, с приемлемыми для танка массой и габаритами, она сегодня является мощнейшим орудием на вооружении танков третьего поколения.

Перспективными считаются и ракетно-пушечные комплексы, которые предназначены для борьбы как с танками, так и с самолетами. В качестве примера можно привести французский «Хот» с единой системой наведения на наземные и воздушные цели.

 Перспективная зенитная артиллерийская система фирмы «Бо форс»

Крупнокалиберные «противоаэропланные пушки» с 60-х годов уступили место ракетам. Но после того как «высотные» ракеты заставили летчиков освоить полеты на малых высотах (сказался опыт войн в Юго-Восточной Азии и на Ближнем Востоке), 20— 40-мм малокалиберные автоматические пушки оказались лучшим средством борьбы со скоростными низколетящими целями. Тем не менее для надежного прикрытия войск от атак с воздуха необходимы согласованные действия ствольных и ракетных дивизионов и истребительной авиации. Причем пушки должны быть оснащены компактными, быстродействующими системами управления огнем. В этой области отличилась шведская компания «Бо-форс», разработавшая на базе 40-мм зенитки «70» модификацию «75», на лафете которой разместили автономную систему управления огнем и силовой привод наведения. Модернизированные механизмы боепитания и заряжания позволили увеличить скорострельность до 300 выстрелов в минуту. В итоге, как заявили представители «Бофорс», вероятность поражения целей возросла почти в 20 раз.

Опытом фирмы «Бофорс» воспользовались многие зарубежные фирмы. Часто используют компоновку приборов наведения и управления огнем на самом орудии, а не в кабинах, находящихся рядом с ним на огневой позиции. Например, в бронированном корпусе западногерманской спаренной 35-мм зенитной самоходки «Гепард» разместили два радиолокатора (поисковый, кругового обзора и сопровождения целей) и компьютеры, решающие задачу встречи снарядов с целью. Ведутся разработки небольших автоматических заряжающих устройств, а боекомплект предполагается увеличить, заменив унитарные патроны новыми боеприпасами. В частности, предлагается использовать более энергоемкие, нежели порох, но занимающие меньше места жидкие метательные вещества. Такие «жидкие пороха» впрыскиваются в зарядную камеру или помещаются в полностью сгораемую гильзу.

В зарубежных публикациях делаются следующие выводы о возможной реализации до 2015 г. способов повышения дальности стрельбы перспективных артиллерийских систем:

— в большинстве случаев внутрибаллистические характеристики основных ствольных артиллерийских систем будут улучшены до стандартов, указанных в подписанном в 1989 г. ведущими странами НАТО соглашении;

— широкое распространение получат снаряды улучшенной аэродинамической формы с донным газогенератором.

— будут продолжены работы по созданию новых пороховых метательных зарядов с улучшенными баллистическими свойствами в различном конструктивном исполнении (например, модульные), предназначенных для использования в существующих и модернизируемых артиллерийских системах.

Помимо решения задачи увеличения дальности стрельбы, предусматривается также разработка роботизированных артиллерийских комплексов, сначала с дистанционным управлением, а потом и с искусственным интеллектом. С этой целью в Пентагоне были приняты так называемые «сбалансированная технологическая инициатива» и «стратегическая компьютерная программа».

Проектирование автоматизированных артсистем было начато по заказу Армии США еще в 1981 г., когда там решили обзавестись 155- и 203-мм буксируемыми и самоходными гаубицами с высокой степенью механизации, орудиями-роботами, телеуправляемыми противотанковыми и термальными пушками и мобильными транспортно-заряжающими машинами для перевозки и подачи боеприпасов в зарядные лотки артсистем.

В самом начале 80-х годов по заказу Пентагона был создан демонстрационный образец 155-мм самоходной гаубицы ISAS. Отличие ее от традиционных артсистем аналогичного калибра и назначения состояло в том, что эта гаубица была полностью автоматизированной. С 1984 г. американские специалисты начали разработку нескольких экспериментальных образцов самоходных роботизированных гаубиц. Сперва они были испытаны на Абердинском полигоне, а в середине 1986 г. их уже открыто продемонстрировали в форту Стил, что в штате Оклахома, представив как перспективные виды вооружения сухопутных войск.

Спустя два года правительство США приняло так называемую программу «Оборонной инициативы в области обычных вооруженных сил». В рамках этой программы заказчики из Пентагона предложили предприятиям военно-промышленного комплекса США заняться разработкой следующего поколения 155-мм самоходных гаубиц. Ожидается, что они смогут вести огонь на расстоянии не менее 50 км, тогда как состоящая на вооружении армии США самоходная гаубица того же калибра М109 стреляет только на 18 км. Общая стоимость программы оценивается в 4 млрд. долларов.

Экипаж будущей артсистемы, состоящий из трех человек, должен будет автономно действовать в течение трех суток далее в условиях применения оружия массового поражения. Естественно, новую самоходку предполагается оборудовать автоматическими системами наведения и бортовыми компьютерами, облегчающими и ускоряющими работу расчета артсистемы.

В ноябре 1984 г. было принято решение найти замену упоминавшемся выше самоходной артиллерийской установке М109, которая была принята на вооружение в 1961 г., при этом в качестве условия оговаривалось, что для будущего орудия должны подойти все боеприпасы калибра 155 мм, применяемые в армии США.

Новую артсистему изготавливали сразу в трех вариантах на базе той же М109. На первых двух вариантах самоходки под маркировкой М109АЗЕЗ применили стволы ХМ282 и ХМ283. Первый из стволов имел длину 58 калибров и был оснащен зарядной камерой объемом 27,9 куб. дм. В него было встроено пиротехническое устройство, уменьшавшее в полете воздействие аэродинамических сил сопротивления набегающего потока на хвостовую часть. Благодаря этому оказалось возможным повысить дальность стрельбы до 45 км.

 Новейшая американская самоходная артиллерийская установка

Второй ствол, ХМ283, длиной 39 калибров, оснащен дульным тормозом нового типа, эжектором и системой принудительного охлаждения внутренней трубы. И наконец, третья самоходка М109АЗЕ2 оборудована стволом ХМ284 длиной также 39 калибров.

Баллистические характеристики стволов ХМ283 и ХМ284 практически одинаковы, но первый отличается большей надежностью, так как выполнен с использованием модульного принципа и дублирующих устройств. Оба орудия имеют встроенную диагностическую аппаратуру. При обнаружении неисправности или боевого повреждения она выведет сведения о дефекте на дисплее с рекомендациями расчету, как лучше и быстрее его исправить.

Автоматическая система наведения, которой оборудованы орудия, включает дисплей, баллистический процессор, блок командира орудия и специальный процессор линии связи, обеспечивающий экипажу эффективный обмен информацией и прием целеуказаний от постов наблюдения или от штаба подразделения. Точное наведение орудия на цель обеспечивается также инерциальной навигационной системой.

На огневой позиции автоматика, просчитав данные о цели, местонахождении самоходки, погоде и других условиях, устанавливает углы наведения ствола и подбирает нужные снаряд и боевой (метательный) заряд. При этом снаряды хранятся не во вращающейся башне, а под нею, в корпусе машины. Боевые же заряды находятся в отдельных нишах в башне, рядом с отверстиями для аварийного выбрасывания наружу вспыхнувшего заряда.

Новые артсистемы заменят не только 155-мм самоходки, но и более мощные 203-мм самоходные гаубицы Ml 10, также считающиеся устаревшими и недостаточно дальнобойными.

А на шасси 105-мм самоходной гаубицы М108 был сконструирован демонстрационный образец 155-мм самоходки HFHTB, в качестве силовой установки которой выбран газотурбинный двигатель мощностью в 750 л.с. Установленная на самоходном орудии автоматика способна настраивать на определенный режим встроенный в затвор электронный воспламенитель метательного заряда и, кроме того, регулировать время работы взрывателя снаряда. Автоматическая система включает лазерный дальномер и две телекамеры, с помощью которых командир и наводчик ведут наблюдение за местностью и целью.

В России средства автоматизации артиллерии также разрабатываются, и уже довольно давно. В основу построения российской системы управления положен комплексный подход, при котором все операции управления начиная от развертываний артиллерийского подразделения, разведки целей и целеуказания и кончая прицеливанием, наведением орудий и производством выстрела выполняются по единому алгоритму с помощью соответствующих приборных систем (модулей) управления. Этому принципу следовали в первых российских комплексах «Машина» (1970 г.), «Фальцет» (1980 г.) и в современном комплексе автоматизированного управления огнем «Капустник-Б», разработка которого завершена в 1993 г.

Комплекс включает подсистемы разведки, начального ориентирования и топопривязки, метеорологического и баллистического обеспечения, связи и передачи информации. Все подсистемы автоматически объединяются в единую информационно-вычислительную систему. Комплекс без участия человека сопрягается со средствами внешней разведки (радиолокационными, звукометрическими, беспилотными летательными аппаратами, вертолетами-разведчиками и другими), с вышестоящими звеньями автоматизированной системы управления войсками.

Комплекс «Капустник-Б» способен действовать в следующих режимах: автономном; с использованием внешнего средства разведки; с управлением от вышестоящего артиллерийского начальника.

В автономном режиме комплекс обеспечивает автоматизированное управление огнем артиллерийского дивизиона в составе 3–4 батарей (до 32 орудий в дивизионе, до 8 орудий в батарее) за счет собственных средств разведки. При этом развертывание пунктов управления и огневых средств с марша, подготовка к стрельбе, разведка целей, планирование огня, выработка команд и исходных данных для стрельбы осуществляются исключительно за счет собственных подсистем управления.

В этом режиме дивизион фактически действует как функционально самостоятельный огневой артиллерийский комплекс.

Аналогично функционирует и автономный огневой комплекс батареи.

При работе с использованием внешних средств разведки, таких как РЛС типа «Зоопарк», определяющих координаты стреляющих батарей противника, артдивизион, оснащенный комплексом «Капустник-Б», в автоматизированном режиме успешно решает задачу контрбатарейной борьбы. В этом случае на базе машин управления комплекса, РЛС и орудий может быть легко организован разведывательно-огневой комплекс дивизиона либо батареи.

При управлении вышестоящим артиллерийским начальником комплекс обеспечивает режим автоматического приема целеуказания огневыми средствами через аппаратуру управления командно-штабных машин старших офицеров батарей. Собственные средства разведки командно-наблюдательных машин командира дивизиона (батарей) в этом случае используются для передачи разведданных о целях вышестоящему начальнику. С помощью общевойсковой автоматизированной системы управления на базе комплексов «Капустник-Б» могут быть созданы артиллерийские группы и другие формирования, также работающие в интенсивном автоматизированном режиме.

Комплекс обладает высокими тактико-техническими характеристиками, которые достигнуты за счет современных средств автоматизации и специального программного обеспечения. Для обеспечения указанных характеристик специально разработан или модернизирован ряд приборов, таких как лазерный дальномер с режимом подсветки целей, ночной наблюдательный прибор, гироскопический хранитель направления и гирокомпас повышенной точности, лазерный визир-дальномер для построения боевого порядка орудий, автоматизированная малогабаритная метеостанция, автоматическая баллистическая станция и ряд других приборов. Все они обеспечивают автосъем информации в информационно-вычислительные системы машин управления.

Прошедшие в 1993–1994 гг. всесторонние войсковые испытания комплекса «Капустник-Б» подтвердили его высокую эффективность. По опубликованным данным, в сравнении с существующими аналогами комплекс обеспечивает преимущество по таким важнейшим параметрам, как время открытия огня дивизиона по цели с момента ее обнаружения (не более 40–50 с против 120–130 с), автономности боевого применения, маневренности, живучести. Особенно отмечаются специалистами большие функциональные возможности комплекса: адаптацию в войсковых условиях к новым типам орудий и боеприпасов, сохранение работоспособности автоматизированной системы управления при выходе из строя любой из машин управления за счет их взаимозаменяемости, возможность реализации различной организационно-штатной структуры (батарея, дивизион, группа, разведывательно-огневой комплекс).

Все это достигнуто благодаря оригинальному алгоритму управления и специальному программному обеспечению, которые при сравнительно скромных характеристиках вычислительных средств позволяют в считанные секунды решать все огневые задачи артиллерии.

Как считают военные специалисты, боевая эффективность артиллерии благодаря комплексной автоматизации процесса управления огнем повысилась (с учетом затрат на ее оснащение средствами автоматизации) не менее чем в 3–5 раз. В дальнейшем усилия будут сосредоточены на создании автономных артиллерийских установок, искусственный интеллект которых сможет анализировать обстановку на поле боя, принимая правильное решение в рамках конкретной боевой задачи. Орудия-роботы будут опознавать цели, выбирать из них главнейшие, готовить нужные боеприпасы и мгновенно оценивать результаты стрельбы. Подобные артсистемы понадобятся в первую очередь там, где расчетам пребывать опасно, например, в зоне действия оружия массового поражения.

Итак, и в век ракетно-космического оружия ствольная артиллерия отнюдь не утратила значения. Скорее напротив, применение в современных образцах новых материалов, автоматики, механотроники и робототехники превратило артиллерийское орудие в универсальное оружие, пригодное для решения многих задач, возникающих в современном бою.

Зарубежные специалисты считают, что революционные успехи, достигнутые военной наукой и технологией в течение последних десятилетий, увеличили боевую мощь артиллерии в наибольшей степени по сравнению с другими родами войск. В результате ее следует рассматривать как главную силу в сухопутной битве. С дальнейшим развитием автоматизации перспектива вести битву с помощью дистанционного управления артиллерией и беспилотными летательными аппаратами-разведчиками становится все более реальной. В этом случае люди должны радоваться, что им не придется находиться посреди того адского пекла, в которое превратится поле боя будущего.

Пороховые орудия, изобретенные китайцами тысячелетия назад, до последнего времени верой и правдой служили человечеству в бесчисленных войнах. Однако к концу нашего столетия резервы повышения их эффективности оказались практически исчерпанными. В связи с этим ведутся активные разработки орудий на качественно иной основе. Как считают западные военные специалисты, разработка и создание систем оружия с использованием электрической энергии позволит в перспективе решать боевые задачи на совершенно новом уровне.

При этом уже сейчас потенциальные боевые возможности электромагнитных (ЭМП) и электротермических (ЭТП) пушек оцениваются достаточно высоко. Считается, что ЭМП и ЭТП по сравнению с обычными артиллерийскими системами обладают следующими преимуществами: более высокие значения кинетической энергии снаряда по отношению к его массе; значительно меньшее время полета снаряда до цели; лучшие показатели бронепробиваемости; относительно небольшие размеры снарядов, что означает возможность существенно увеличить их боезапас, автоматизировать процесс заряжания и т. д.; повышенная дальность стрельбы.

К настоящему времени США, Великобритания, Франция, ФРГ, а также ряд других стран по степени развития военно-экономического потенциала достигли уровня, который позволяет предположить, что уже в ближайшей перспективе могут быть решены все технологические проблемы, связанные с разработкой ЭМП и ЭТП, и, как следствие, появится возможность создания реальных боевых систем оружия уже в начале XXI века.

В ближайшей перспективе для практической реализации принципа электромагнитного метания планируется провести комплекс работ по двум главным направлениям: разработка электромагнитных пушек различных типов и элементов к ним; проведение демонстрационных испытаний ЭМП с целью проверки осуществимости концепции систем оружия, использующих такие пушки в качестве основного вооружения.

 Принцип действия электромагнитной пушки

В Великобритании для исследований по созданию орудий на электромагнитном принципе метания со второй половины 80-х годов в рамках совместного с США проекта ELS (Electromagnetic Launcher System) оборудуется специальный полигон, рассчитанный на испытания как отдельных узлов ЭМП, так и всей системы в целом. На нем более эффективно, чем в лабораторных условиях, можно изучать баллистические характеристики снарядов на дальности стрельбы до 2 км. В США основные работы в этом направлении проводятся на рельсовой электромагнитной пушке Доверского центра разработки оружия сухопутных войск. В рамках программы по электромагнитным системам пушечного вооружения, проводимой управлением перспективно-исследовательских проектов ARPA (Advanced Research Projects Agency), на конкурсной основе разрабатывается ЭМП с энергией выстрела 9 МДж. В исследованиях принимают участие центр НТ/СЕМ, фирмы «Каман», FMC и «Максвелл».

В 1991 г. был создан экспериментальный образец ЭМП с рельсовыми направляющими, тогда же впервые прошли стрельбы с использованием боевых снарядов конической формы. Начальная скорость составила 2100 м/с, дульная энергия — 4,5 МДж. Для сравнения: при стрельбе из пушек танков «Леопард-2» и М1А1 «Абрамс» начальная скорость снарядов равна 1600 м/с, дульная энергия — 8,94 МДж.

В 1992 г. одно из отделений американской фирмы FMC в качестве подрядчика получило контракт стоимостью 10 млн. долларов на создание демонстрационного образца электромагнитной пушки CCEML. Она должна быть смонтирована на шасси плавающего бронетранспортера AAV7A1, находящегося на вооружении морской пехоты США. В этом проекте Техасский университет представит образец ЭМП и боеукладку, фирма «Каман» — гиперскоростной боеприпас, а фирма FMC создает автомат заряжания и осуществляет общую сборку. Предполагаемая дальность стрельбы демонстрационного образца составит 3 км.

Электротермохимические (ЭТХП) и электротермические (ЭТП) пушки нельзя назвать электромагнитными, поскольку они используют в основном энергию химически активного рабочего тела — жидкие метательные вещества, мощные пороха и другие, либо ускорение снаряда разогретой плазмой. Во многом они подобны обычным ствольным артиллерийским системам, но отличаются принципом работы, основанным на использовании импульса тока большой силы для создания высокоплотной плазмы, придающей импульс снаряду в стволе.

По утверждению разработчиков, в этом случае удается получить более плавную, чем в обычных пушках, кривую давления в канале ствола и, как результат, примерно в полтора раза повысить начальную скорость снаряда и энергию выстрела. В ЭТХП применяются некоторые принципы электромагнитного метания, благодаря чему могут быть достигнуты нижние уровни скоростей чисто электромагнитных систем. Кроме того, она может использоваться в ЭМП для первоначального разгона.

Как утверждают специалисты фирмы FMC, главное достоинство предложенного ими способа метания заключается в возможности сравнительно легко установить пушки данного типа на существующие боевые системы (танки, артиллерийские установки) без значительных конструктивных доработок последних, что существенно экономит время и деньги.

В качестве основного варианта разрабатываемой электротермической пушки рассматривается так называемая «термическая» пушка. В отличие от ЭТХП в ней в качестве метательного вещества используется инертное рабочее тело (газы с малой атомной массой, например, гелий). Термический принцип разгона предусматривает предварительный разогрев метательного вещества в теплообменнике с последующей подачей его под высоким давлением в ствол пушки. Затем с помощью электрической энергии оно превращается в плазму. Основные исследования в этом направлении проводятся в США и ФРГ. По расчетам специалистов, возможно создание пушек, придающих снаряду высокую начальную скорость (до 4500 м/с) и имеющих приемлемую для танков массу.

В лаборатории армии США на Абердинском полигоне создается гибридная электротермическая система метания, в которой на основе индукционного принципа скомбинированы обычная и электромагнитная пушки. Обычный снаряд, только со встроенными магнитными витками, ускоряется надетым на ствол обычной пушки индуктивным ускорителем. Данный метод оценивается как весьма перспективный, поскольку его можно реализовать значительно легче и быстре, чем разрабатывать другие типы электротермических ускорителей.

В апреле 1989 г. на авиационной базе ВМС США Мирамар (штат Калифорния) проведены стрельбовые испытания экспериментального образца ЭТП, изготовленного совместно фирмами FMC и «Дженерал дай-нэмикс» (использовался несколько измененный ствол 120-мм танковой пушки М256). Несмотря на хорошие результаты, представители министерства обороны США, выразив сомнение в целесообразности реализации данной технологии в танках будущего, потребовали проведения дополнительных стрельб на большие дальности.

В разработанном специалистами фирмы FMC орудии метательный заряд нагревается мгновенным электрическим разрядом до температуры около 5000 К, что достаточно для возникновения ионной плазмы.

 Выстрел экспериментальной электротермической 60-мм пушки.

Затем в камеру вводится окислитель, после чего горение происходит со значительно более высокой скоростью. Это позволяет получать дульную скорость примерно на 25 % выше, чем при использовании традиционных метательных веществ. За счет изменения амплитуды и частоты инициирующего электрического импульса можно контролировать процесс горения метательного заряда, а пиковое давление поддерживать более равномерно по сравнению с аналогичной характеристикой традиционных пороховых метательных зарядов. В результате обеспечения более плавного разгона снаряда его стенки можно сделать более тонкими и снимается ряд ограничений на использование кассетных и управляемых боеприпасов. При стрельбе из экспериментального образца танковой 120-мм пушки бронебойным подкалиберным снарядом максимальная начальная скорость достигла 3000 м/с.

В принципе, возможно реализовать данную технологию и в ствольных системах полевой артиллерии, однако следует отметить такой недостаток, как необходимость оснащения орудия мощным малогабаритным генератором, вырабатывающим импульсы тока 20–30 МДж. По этой причине в перспективных артиллерийских системах наиболее вероятно применение более отработанной технологии жидких метательных веществ. Но в более отдаленном будущем принцип электротермохимического разгона может быть реализован и позволит получить ряд преимуществ, недостижимых при использовании других способов метания.

Пешкой на поле боя пехота была всегда. В годы второй мировой войны ее потери превысили понесенные бронетанковыми войсками в три раза, и в девять раз — потери артиллерии. В наше время опасности, грозящие пехоте, увеличились многократно. Тем не менее, пока заменить ее нечем. Только пехотинцы могут занимать и удерживать территорию, создавать линию фронта, выполнять операции в городах и просачиваться в тыл противника. Поэтому во всем мире развитию этого вида войск придается огромное значение.

Какими же качествами, по мнению военных специалистов, должно обладать снаряжение современной пехоты для успешного ведения боя в мире развитых технологий истребления себе подобных? В НАТО считается, что оружие ближнего боя, носимый комплект снаряжения и полевое обмундирование должны обеспечить автономность действий личного состава на поле боя в течение длительного времени, высокую эффективность ведения огня из оружия, устойчивое взаимодействие, связь и управление в составе подразделения, а также надежную защиту солдата от всех используемых противником средств поражения.

Несмотря на отмечаемую особо высокую эффективность состоящего на вооружении сухопутных войск индивидуального снаряжения, экипировки и оружия, в НАТО планируют в начале XXI века начать комплекс исследовательских и конструкторских работ, направленных на повышение боевой эффективности, защищенности и автономности действий солдата на поле боя, прежде всего за счет создания систем нового поколения, интегрированных в единую структуру.

С конца 80-х годов американские военные специалисты занимаются исследованием наиболее перспективных путей наращивания боевого потенциала войск путем резкого увеличения боевых возможностей и способностей отдельного военнослужащего. Первоначально работы велись в направлении усовершенствования уже имеющихся индивидуального оружия и экипировки.

В 1993 г. была утверждена программа «Soldier Modernization Plan» (SMP). От своих предшественников она отличалась комплексным подходом к решению данной проблемы, заключающимся в обеспечении полной сопрягаемости всех разрабатываемых систем, подсистем и компонентов индивидуального оружия и экипировки с целью их объединения в перспективный боевой комплекс пехотинца (ПБКП).

Общее руководство и координация деятельности всех исполнителей, занимающихся данной проблемой, в сухопутных войсках возложены на командование материально-технического обеспечения сухопутных войск. Кроме того, для определения тактико-технических требований к ПБКП создана рабочая группа TSM-Soldier, а для руководства и контроля проводимых НИОКР — группа PM-Soldier.

Как считают американские специалисты, средства поражения, связи и управления, а также обеспечения выживаемости, живучести и мобильности оказывают решающее влияние на способность военнослужащего своевременно и качественно выполнять поставленные перед ним задачи.

Даже если согласиться с мнением, что в XXI веке войну или вооруженный конфликт можно будет рассматривать как противоборство «интеллектуальных» информационно-огневых систем, то и тогда человек, независимо от занимаемого в армейской иерархии уровня, по-прежнему будет играть первую роль. Никто не снимет с него ответственность и никто не примет за него решение. Но чтобы действовать эффективно в новой обстановке, каждый из солдат должен иметь, помимо совершенного оружия, надежные высокопроизводительные средства приема, отображения, обработки и передачи информации о боевой обстановке. Неотъемлемым элементом в его экипировку войдет сопряженная с компьютерными средствами космическая аппаратура связи с высокой пропускной способностью, помехоустойчивостью и защищенностью, аппаратура космической навигации, устройства ее сопряжения с индивидуальными средствами отображения информации и т. п.

Отдельные подразделения, а при необходимости и отдельный солдат, получат постоянную связь с командованием любого уровня независимо от расстояния, надежное управление и возможность взаимодействия (включая огневое) с другими подразделениями и частями, оперативный обмен разведданными. Это позволит получать приказы, при необходимости согласовывать их, сообразуясь с обстановкой, и выполнять боевые задачи в реальном масштабе времени, свободно действовать на необорудованной в оперативном отношении местности и успешно применять средства радиоэлектронного подавления.

Определение точного местоположения и направления на местности в любых погодных условиях, днем и ночью станет таким же обыденным делом, как точное время. Станут частью прошлого и традиционные бумажные карты. Их заменят передаваемые прямо на индивидуальные походные терминалы высокоточные цифровые карты с отражаемой на них реальной боевой обстановкой и собственным местоположением. Даже опознавание «своих» и «чужих» можно будет осуществлять по снимаемым с терминала координатам. Повысится оперативность и упростится получение разведданных о состоянии района боевых действий, включая радиационную и химическую разведки.

Благодаря решению этих задач управление войсками выйдет на новый качественный уровень, что в несколько раз повысит их боевой потенциал. Раньше для таких изменений требовались десятилетия и замена нескольких поколений военной техники.

Будет развиваться персональное стрелковое оружие, причем не только пороховое. Работы по созданию лазерных и электротермических винтовок ведутся полным ходом, хотя о реальных результатах говорить пока еще рано. Лазерное оружие пока не позволяет достичь мощности излучения, достаточной для поражения человека, сохраняя приемлемые массогабаритные характеристики, но использовать луч лазера для поражения органов зрения вполне реально. Обычное стрелковое оружие будет объединено с прибором ночного видения, лазерным дальномером и другими необходимыми солдату устройствами. Это позволит повысить его эффективность и снизить общий вес снаряжения. Не потеряет значения в будущем и такое вооружение, как мины и минометы. Наделение их новыми, «интеллектуальными» свойствами обещает превратить обычные мины в весьма грозное и коварное оружие.

В США в концептуальной стадии находится мина VWAM — средство, которое планируется создавать в весьма отдаленной перспективе с использованием опыта работы над предыдущими образцами. По замыслу разработчиков, она должна отличаться прежде всего большей дальностью поражения (не менее 1 км). Основным ее элементом будут перспективные датчики, которые смогут обнаруживать и идентифицировать воздушные и наземные цели. В качестве боевых элементов намечается применить самонаводящиеся маневрирующие боевые части с высокоэффективными боевыми зарядами. Отличительной чертой этого боеприпаса должно стать наличие двухсторонней связи со всеми другими установленными минами, а также с полевыми и центральным пунктами управления, которая обеспечит возможность управлять боевым положением установленного боеприпаса, получать информацию об окружающей обстановке, а также о его состоянии. Все это позволит реализовать программу создания автоматизированного минного поля IMF (Intelligent Mine Field), работы над которым уже ведутся.

Несмотря на то, что БМП, БТР и другая приданная пехоте техника стала в последнее время весьма уязвима на поле боя, где даже для уничтожения танка требуется не более одного-двух высокоточных снарядов, ее развитие продолжается. Мобильность и защита, которую эта техника обеспечивает, сделали обычные пешие войска устаревшими в условиях современной войны.

Существует много «за» и «против» в вопросе о том, может ли пехота быть в наше время столь же эффективной, как раньше. Отрицательными моментами здесь являются:

— возросшие огневая мощь и возможности разведки современных армий делают поле боя гораздо более опасным для пехоты, чем раньше;

— бронемашины пехоты были созданы для того, чтобы защитить ее, но в наше время они стали настолько уязвимы для современного оружия, что находиться внутри них стало опаснее, чем снаружи;

— тенденция к уменьшению тактических групп и повышению роли отдельного пехотинца накладывает большую ответственность на младших командиров;

— современная механизированная пехота нуждается в гораздо большей тыловой поддержке, чем в прошлом, что становится ее ахиллесовой пятой;

— огромный стресс 24-часового непрерывного сражения, каковым является современная война, приносит гораздо больший урон эффективности пехоты, чем даже прямые потери в бою.

Вместе с тем многое можно сказать и в пользу пехоты:

— человек сам по себе гораздо менее заметен, чем бронемашина, поэтому малые тактические группы могут просачиваться сквозь линии обороны противника и, имея в распоряжении всю разрушительную мощь современного ручного оружия, наносить врагу большой урон;

— бронетехника, имеющаяся в распоряжении пехоты, дает преимущества высокой мобильности и защиты каждому стрелковому отделению;

— постоянно улучшаемая защитная экипировка, такая как бронежилеты и каски, повышает неуязвимость отдельного солдата;

— развитие военной инженерной техники позволяет пехоте сооружать фортификационные сооружения гораздо быстрее и эффективнее, чем раньше.

Таким образом, пехота продолжает развиваться, а ее значение в эру перехода от глобального противостояния к сравнительно мелким конфликтам и локальным войнам будет возрастать.

В последнее время в вооруженных силах многих стран основной упор делается не на размеры сухопутной армии, а на ее качественный состав. Поэтому солдат будущего должен быть высококвалифицированным специалистом, способным самостоятельно решать многие боевые задачи. Самым важным здесь является увеличение возможностей и продолжительности действия в автономном режиме и повышение боевой эффективности. А этого не добиться без соответствующего снаряжения.

Одним из ключевых направлений развития персональной экипировки является разработка перспективных средств поражения в ближнем бою. Кроме собственно оружия, они включают средства разведки и управления огнем, различные боеприпасы. К средствам поражения нового поколения предъявляются следующие требования: обеспечение обнаружения, классификации, определения координат и поражения одиночной или групповой цели (в том числе бронированной) днем и ночью, а также в условиях ограниченной видимости; возможность сопровождения цели и корректировки огня.

В настоящее время работы в этой области ведутся в рамках соответствующих подпрограмм. Так, по проекту OFSA (Objective Family of Small Arms) создается комплект вооружения ближнего боя, а по IS (Integrated Sight) — универсальный прицел для оружия, объединенный с лазерным дальномером, индивидуальным компьютером и системой идентификации целей.

 Перспективная экипировка солдата: 1. Выдвижная антенна для спутниковой связи. 2. Бронированный шлем, состоящий из двух частей. 3. Нашлемный фонарь. 4. Слуховое устройство. 5. Акриловое стекло с интегрированным дисплеем и автоматической защитой от лазерного излучения. 6. Динамик. 7. Воздушный фильтр, защищающий от химического и биологического оружия. 8. Высокопрочная броня и кевларовый костюм под ней. 9. Электромагнитная винтовка («рельсотрон»), 10. Крепление винтовки к поясу солдата. 11. Гладкие, без щелей сочленения суставов. 12. Высокопрочные пластиковые ботинки. служащие защитой от мин.

Работы над индивидуальными средствами управления и связи (СУС) включают НИОКР по созданию индивидуальных вычислительных средств и средств радиосвязи.

Первые должны отвечать следующим условиям: возможность сопряжения с системами связи и навигации; прием, обработка и выдача информации в автоматическом режиме; интеграция прицела оружия с дисплейной маской для отслеживания изменений боевой обстановки; увеличение индивиду-альньных аудиовизуальных способностей пехотинца; ведение функционального контроля и диагностики всех подсистем, входящих в ПБКП. К индивидуальным вычислительным средствам относятся процессор, дисплей, устройство ввода информации, средства навигации.

Масса базового процессора с батареей питания и всеми периферийными устройствами не должна превышать 0,5 кг. Другими важными параметрами являются функциональные возможности, стоимость и потребляемая мощность. Применение высокоскоростных микропроцессоров позволит использовать более совершенное программное обеспечение и лучше обслуживать периферийные устройства, однако приведет к удорожанию.

Дисплей может находиться на каске, запястье или на самом процессоре. В частности, рассматриваются два типа дисплеев, монтируемых на каске. Дисплей, отображающий информацию на стеклах очков или на прозрачном защитном лицевом экране, позволяет военнослужащему видеть реальную обстановку сквозь ее компьютерное изображение. Достоинство его заключается в том, что он не закрывает поле зрения, а к недостаткам относятся сравнительно большие масса, стоимость и сложность использования. Непрозрачный дисплей закрывает часть поля зрения, но позволяет действовать при малых углах его наклона. Для выбора наиболее подходящего типа дисплея будут проводиться дополнительные эргономические исследования.

В качестве устройства ввода информации предлагаются джойстики или трекболы, смонтированные на процессоре, однако более удобным может явиться использование средств ввода информации с помощью голоса. В настоящее время специалисты изучают возможность применения для этих целей микрофона, размещаемого в ушной раковине. Он создает меньше помех, чем микрофон, установленный на каске, воспринимая человеческий голос в виде вибраций костей черепа, и практически полностью отсекает внешние шумы. По всей вероятности, в ПКПБ будут входить средства ввода информации, сочетание которых должно определяться конкретной задачей и ситуацией.

Современные приемники глобальной радионавигационной системы в целом обеспечивают навигацию, однако изучается вопрос о применении шагомеров и миниатюрных датчиков ускорений.

Кроме этих, предусматривается использование ряда периферийных устройств, которые интегрируются с индивидуальной ЭВМ. К ним относятся:

— видеокамера или прибор ночного видения, которые передают изображение в цифровом виде командиру отделения;

— датчики, обеспечивающие контроль за физиологическим состоянием военнослужащего в ходе боевых действий для поддержания оптимального темпа (командование сможет иметь обобщенную информацию о медицинском состоянии);

— ультра- и инфразвуковые датчики, предупреждающие об опасности за пределами диапазона слышимости человека;

— индивидуальные устройства обнаружения мин, использующие принцип нелинейной радиолокации, или ИК датчики второго поколения.

Индивидуальные средства радиосвязи (ИСС) включают двухканальную радиостанцию малой мощности (дальность действия 650 — 1300 м) для обеспечения связи между военнослужащими в боевом порядке отделения, двухканальную радиостанцию большой мощности (1300–5000 м) для связи в боевых порядках взвода и роты, а также устройства, управляющие одновременно двумя радиосетями. Кроме того, ИСС должны обеспечивать передачу информации по коммуникационным каналам Ethernet, обладать высокой помехозащищенностью, надежными средствами закрытия информации, быть совместимыми с другими боевыми радиосетями. Они будут передавать речевую, графическую и видеоинформацию. Хотя главное предназначение ИСС — обеспечение связи внутри и между подразделениями, предусматривается возможность подключения их к перспективным базам данных, содержащим типовые сценарии боевых действий.

Для решения этих задач специалисты изучают различные технические подходы. Несмотря на то что данные исследования далеки от завершения, уже можно сделать кое-какие выводы. Связь внутри отделения скорее всего будет строиться по сетевой топологии: каждый военнослужащий сможет иметь связь с другим военнослужащим подразделения, что способствует поддержанию взаимодействия в условиях пересеченной местности. Взаимодействие между подразделениями предусматривается обеспечивать через узел связи и ограничивать только передачей данных. Не исключено, что индивидуальные средства связи военнослужащего будут выполнены в виде специальной платы, установленной в персональной ЭВМ.

Частотный диапазон ИСС пока трудно определить, поскольку требуется учитывать такие факторы как условия распространения радиоволн, разделение частот и сетей радиосвязи, а также речевой и графической информации, загруженность диапазона, пропускная способность, совместимость, радиус действия, стоимость и т. д. Активно разрабатываются механизмы защиты информации, компьютерной безопасности, взаимовлияния речевой и графической информации, работы в дуплексном режиме, создания устройств автоматической передачи информации, радиоэлектронной борьбы, обеспечения совместимости в условиях высокой насыщенности поля боя ИСС, подзарядки источников питания, конструкции антенн и их размещения на военнослужащем.

В настоящее время связь в отделении осуществляется голосовыми сигналами и жестами. ИСС позволит военнослужащим действовать без потери контакта и управляемости на большем удалении друг от друга. Текстовая информация вводится в компьютер через информационную сеть. Кроме того, увеличится скорость обмена данными за счет заранее записанных командиром сообщений, вызываемых посредством ключевых слов. С помощью цифровой фотографии солдат сможет продемонстрировать своему командиру, что находится в его поле зрения. Каждый вид связи имеет свои преимущества, определяемые доступной шириной спектра и типом информации, подлежащий передаче. Многофункциональная ИСС позволит передавать данные с поля боя в реальном масштабе времени.

Большое внимание уделяется средствам обеспечения выживаемости. Американские специалисты под выживаемостью подразумевают способность военнослужащего обеспечивать личную жизнедеятельность в боевой обстановке, которая зависит прежде всего от уровня подготовки, адекватного питания, медицинского обеспечения и одежды.

К разработкам по данным проблемам активно привлекается командование медицинских исследований и разработок сухопутных войск США. Исследуются и оцениваются адекватность рационов питания военнослужащего в чрезвычайных условиях, биофизическая выносливость организма в новых тканевых материалах, физиологические преимущества индивидуальных микроклиматических систем, процессы перегревания тела при продолжительном ношении противохимической одежды, влияние шумов и взрывной волны при стрельбе из различных видов оружия и т. д.

Медицинские исследования также помогают сократить потери от воздействия химического и биологического оружия посредством применения защитных препаратов и вакцин. Препараты от такого оружия и различных болезней в виде поливакцин разрабатываются на основе новейших достижений в биотехнологии, что повышает эффективность профилактики и лечения.

Основным критерием обеспечения выживаемости военнослужащего считается его способность в течение 3 суток участвовать в боевых действиях без дополнительного снабжения расходными материалами. В качестве одного из путей достижения этой цели в рамках соответствующих подпрограмм проводятся работы по созданию высококалорийного (более 3000 ккал) суточного рациона питания, индивидуальной системы очистки воды, в том числе и морской, а также портативного источника электропитания.

Средства обеспечения живучести повышают устойчивость солдата к воздействию средств поражения противника, болезней и неблагоприятной окружающей среды. Они включают средства радиационной, химической и биологической разведки, защиты, обеззараживания, системы кондиционирования и обогрева, шумозащиты, снижения оптической, тепловой и радиолокационной заметности, термо- и баллистической защиты, устройства идентификации целей, обнаружения мин. Они должны удовлетворять следующим условиям: малые массо-габаритные характеристики и потребляемая мощность, сопрягаемость с другими подсистемами, высокая эффективность, отсутствие влияния на боевые способности военнослужащего.

Средства радиационной, химической и биологической разведки, защиты и обеззараживания должны обеспечивать обнаружение реагентов, возможность непрерывного пребывания в средствах индивидуальной защиты не менее 12 ч, многократное их использование.

Средства баллистической защиты должны быть на 25 % легче существующих образцов и защищать от поражения огнем стрелкового оружия с вероятностью 0,9.

Термозащита должна позволять противостоять пламени из огнемета, горению фосфора, обеспечивать возможность пребывания в горящих зданиях и боевой технике.

Мобильность — способность военнослужащего быстро передвигаться в ходе боя в различных условиях — планируется обеспечить за счет значительного снижения массо-габаритных характеристик систем, подсистем и компонентов, входящих в ПБКП.

Программа SMP разбита на несколько этапов: 1994–1995, 1996–1999 и 2000–2008 гг. Конечным ее результатом станет создание качественно новых модульных интегрированных многофункциональных систем, сведенных в единый комплекс. Находящиеся в настоящее время на вооружении снаряжение и экипировка военнослужащих будут заменены новыми средствами: поражения — 5,56-мм автоматическая винтовка М16А2 и A3, 5,56-мм карабин М4А1, 9-мм пистолет МП, ИК прицел PAQ-4A, 5,56-мм пулемет М249, 7,62-мм снайперская винтовка М24, подствольный гранатомет для карабина М4, термо-прицел AN/PAS-13; связи и управления — портативная УКВ радиостанция, обеспечивающая работу в дуплексном режиме; обеспечения живучести — иви-дуальная система очистки воды, комплексный бронежилет, противогаз М40, легкая каска, система защиты слуховых органов, экран на каску для предохранения лица от мелких баллистических тел и лазерных лучей, легкое защитное обмундирование; обеспечения выживаемости — легкое водонепроницаемое обмундирование, индивидуальная система микроклимата, универсальные малогабаритные продовольственные рационы. Работы по доведению характеристик данных средств до необходимого уровня проводятся с использованием новых технологических наработок в рамках программы SEP (Soldier Enhancement Project).

 Экипировка пехотинца завтрашнего дня будет играть во многом ту же роль, что и доспехи XVII столетия

Основой для программы SMP явилась начавшаяся в 1992 г. программа TEISS (The Enhanced Integrated Soldier System — разработки аналогичного комплекса снаряжения солдата), чьей целью было создание индивидуального вооружения и экипировки военнослужащего для действий на поле боя в пешем порядке. Главная задача обеих программ — достижение принципиально нового уровня боевой эффективности, защищенности и автономности действий солдата на поле боя прежде всего за счет оснащения его боевыми, обеспечивающими и вспомогательными системами нового поколения, интегрированными в единый комплекс.

По программе TEISS разрабатывается основное индивидуальное вооружение, средства временного вывода из строя личного состава противника, а также активные и пассивные средства противодействия системам обнаружения и поражения.

Обеспечивающие системы включают: защитный шлем с маской-дисплеем для отображения необходимой информации; состоящее из комбинезона, перчаток и обуви специальное обмундирование, которое защищает от пуль, осколков, химического и биологического оружия, зажигательных веществ, лазерного и микроволнового излучения, а также средства, поддерживающие оптимальный микроклимат; миниатюрный индивидуальный компьютер; аппаратуру навигации, связи и опознавания «свой — чужой»; комплекс чувствительных датчиков (оптических, акустических, тепловых), усиливающих и расширяющих возможности человека по контролю за обстановкой на поле боя и способствующих повышению эффективности его действий.

На дисплей защитного шлема будет выводиться суммарная информация о наличии и составе сил противника, состоянии района боевых действий, дислокации и составе необходимых для боевого взаимодействия сил своих соседей. Естественно, что большая часть боевых приказов и распоряжений будет также передаваться через него. При этом придется решать проблему восприятия солдатом разнородной информации, поступающей с дисплея и от реальной среды, — «раздвоения» внимания в условиях динамичной боевой обстановки, селекции и распределения данных для различных потребителей, секретности, защиты и др. К тому же пока еще рано говорить о создании универсальной перспективной экипировки с элементами космического оснащения, подходящей каждому солдату в любых обстоятельствах. В основе создания ее образцов на первом этапе должен быть модульный принцип, который позволил бы оперативно разрабатывать варианты, в наибольшей степени соответствующие специализации солдата и условиям, в которых ему предстоит действовать. При этом каких-то принципиальных, «нерешаемых» проблем не предвидится.

К разрабатываемым вспомогательным системам относится комплекс дистанционно управляемых робототехнических средств различного назначения, предназначенных как для всестороннего обеспечения военнослужащего на поле боя, так и для решения задач радиационной, химической, биологической и инженерной разведки. Их применение должно также снизить количество носимого солдатом вооружения и амуниции и, как следствие, существенно увеличить продолжительность его действий на поле боя.

Чтобы сократить сроки выполнения программы TEISS, запланировано проведение ряда перспективных технологических исследований, в том числе по универсальному защитному комплекту солдата — SIPE (Soldier Integrated Protective Encemble). В ходе работ оценивается возможность технической реализации всех составных элементов концепции TEISS и разрабатываются пять функциональных подсистем: вооружения WS (Weapon Subsystem), многофункционального защитного шлема — IHS (Integrated Headgear Subsystem), индивидуального компьютера — ISC (Individual Soldier Computer), перспективного боевого обмундирования — ACS (Advanced Clothing Subsystem) и аппаратуры кондиционирования и энергоснабжения — MCC/ P5 (Microclimate Conditioning/ Power Subsystem).

В подсистему WS должен входить комплект средств ближнего боя OFSM (Objective Family of Small Arms), в которые входят вооружение индивидуального назначения — OICW (Objective Individual Combat Weapon), группового — OCSW (Objective Crew Served Weapon) и самообороны — OPDW (Objective Personal Defence Weapon), а также многофункциональный прицел — IS (Integrated Sight). Работы над их созданием ведутся с учетом перспективных технологий и на совершенно новой основе. Например, поражающее действие оружия планируется повысить на 30–50% путем улучшения баллистических характеристик образцов, оснащения их лазерными целеуказателями и создания боеприпасов, снаряженных миниатюрными взрывателями-датчиками и способных поражать живую силу за укрытием.

 Перспективная винтовка G11 с магазином на 50 патронов фирмы «Хеклер и Кох» и сравнительные размеры патрона калибра 7,62 мм (больший) и безгильзового патрона для этой винтовки

Тактико-технические требования к индивидуальному оружию следующие: масса с прицелом и снаряженным магазином — не более 5,45 кг (в конечном итоге — 4,54 кг), вероятность попадания в одиночную цель на дальности 500 м должна увеличиться на 50 %, достигнув 90 %, а эффективность воздействия по групповой цели на дальности 1000 м — на 30 % (до 50 %).

Действующий прототип оружия по проекту OICW пока не создан, однако в качестве одного из вариантов рассматривается 40-мм полуавтоматический гранатомет с лазерным дальномером, электронно-оптическим прицелом и управляющим микрокомпьютером. Расчеты показывают, что при допустимом значении отдачи в момент выстрела заданная эффективность оружия может быть достигнута при массе гранаты 100–150 г, диаметре 20–25 мм и начальной скорости 115–155 м/с. Правильность расчетов проверялась в процессе выбора оптимальных параметров OICW на опытном образце 40-мм полуавтоматического гранатомета фирмы «Аэро-джет», продемонстрировавшем требуемую эффективность поражения групповых целей при стрельбе на дальность 1000 м гранатами массой 140 г, имеющими начальную скорость 152 м/с.

К групповому оружию OCSW предъявляются следующие требования: масса со станком и прицельными приспособлениями не более 17,2 кг, эффективная дальность стрельбы по легкобронированным целям не менее 1500 м, по пехоте — 2000 м. В целом этим требованиям отвечает опытный образец 30-мм автоматического гранатомета все той же фирмы «Аэро-джет». Он имеет массу 19,5 кг, начальную скорость гранаты массой 150 г — 457 м/с. Импульс отдачи в момент выстрела не больше, чем у пулемета М2.

Работы по созданию перспективного вооружения WS координируются научно-исследовательским центром сухопутных войск США. Новое семейство оружия ближнего боя в соответствии с утвержденным временным графиком планируется принять на вооружение в 2000–2008 гг. Оно придет на смену состоящим сейчас на вооружении образцам, таким как 40-мм гранатомет Мк19, пулеметы М2, М60 и М249, автоматическую винтовку М16А2, карабин М4 и пистолет М9.

Фирмой S-TRON, имеющей опыт создания специализированного оборудования для сил специальных операций США, разрабатывается многофункциональный защитный шлем IHS. Основной акцент был сделан на использование технологий, позволяющих существенно повысить визуальные, акустические и коммуникативные возможности человека, а также эффективно защитить его от лазерного и баллистического поражения. Новый шлем будет представлять собой легкую защитную каску с устройством амортизации и съемной маской-дисплеем для отображения необходимой информации, аппаратурой визуального контроля и усиления акустических сигналов, системой комплексной защиты, радиостанцией, переговорным устройством и источником питания.

Фирмы ITT и S-TRON создают также аппаратуру визуального контроля нового поколения. Она будет иметь в два раза большую чувствительность, чем имеющиеся сейчас на вооружении американской армии приборы. Недавно созданные образцы приборов с зарядовой связью фирмы «Тексас инструменте» и монитора на жидких кристаллах фирмы «Хьюджет» позволяют осуществлять высококачественное двойное преобразование сигналов (оптических в электронные и снова в оптические видимого диапазона). Это даст возможность адаптировать систему для конкретного военнослужащего (путем настройки электронной схемы), регулировать яркость и контрастность изображения, а также упростит переход из одной области оптического диапазона в другую (к примеру, из видимого диапазона в ИК и наоборот). При этом благодаря использованию в электронной схеме ограничителя пиковых значений входных оптических сигналов достигается высокая степень защищенности органов зрения от воздействия излучений высокой интенсивности, в том числе лазерных.

Работы в области создания приборов ночного видения ведутся по двум основным направлениям: повышение обнаружительной способности и снижение стоимости их производства.

Первое направление предполагает применение в чувствительных элементах новых материалов, в том числе не требующих устройств охлаждения. Создание высокочувствительных приборов связано с переходом к использованию усилителей яркости изображения с фотокатодами из обработанного цезием и кислородом арсенида галлия. Дополнительно осуществляется унификация таких усилителей, что позволит оснащать ими оптоэлектронные приборы различного назначения. Сейчас наиболее широко применяемым в чувствительных элементах тепловизионных приборов материалом является соединение теллурида кадмия и ртути, обеспечивающие достаточные возможности обнаружения в обеих областях инфракрасного диапазона спектра при температурах, обеспечиваемых современными устройствами охлаждения. В качестве перспективного материала рассматривается также стибнит индия.

По второму направлению предусматривается разработка унифицированной элементной базы и блочной конструкции, что делает возможным использование этих приборов во всех видах вооруженных сил. По оценке зарубежных специалистов, только за счет блочной конструкции стоимость данных приборов может быть снижена в два раза.

Разрабатывая аппаратуру усиления акустических сигналов, фирма S-TRON предполагает устанавливать съемные акустические датчики по обе стороны шлема в качестве искусственных ушей. Это даст возможность наряду с усилением звуковых сигналов определять направление на источник и его характер. Аппаратура будет иметь устройства ограничения пиковых значений входных акустических сигналов, а при необходимости ее можно будет отключить, например, во время передвижения по полю боя внутри БМП. Другой вариант предусматривает размещение на основном индивидуальном вооружении дополнительного высокочувствительного микрофона, который за счет узкой диаграммы направленности будет определять местоположение источника звука, что позволит уничтожить его в случае отсутствия оптической информации.

В задачи индивидуального компьютера ISC будет входить прием, обработка и выдача на маску-дисплей данных от системы определения местоположения (своего и противника), приказов и распоряжений командиров, сигналов от встроенной системы проверки технического состояния экипировки, а также обмен информацией с военнослужащими своего подразделения и командным пунктом (до роты включительно). В разработанном в рамках подпрограммы SIPE комплекте оператор для получения нужной информации использует ручную клавиатуру. Ставится задача автоматизировать этот процесс путем подачи простых команд голосом (например: «карта», «место»). В качестве программного обеспечения компьютера планируется использовать коммерческие пакеты прикладных программ.

Разработано перспективное боевое обмундирование ACS, которое состоит из бронированного защитного комбинезона, перчаток, специальной обуви с гетрами, рюкзака с выкладкой и нижней рубашки с пассивным охлаждением. Общая масса нового обмундирования составляет 7,6 кг, что на четверть меньше, чем у стандартного. При его создании использовались новые материалы, обеспечивающие высокую степень защиты человеческого организма от основных видов поражения на поле боя (баллистического, химико-биологического, термического, акустического и энергетического).

Во время испытаний комплект полностью сохранял свои функциональные характеристики при однократном воздействии следующих поражающих факторов: световой импульс (аналогичен возникающему при ядерном взрыве) — 42 Дж/см² в течение 1 с, пламя — 10 Вт/см² в течение 3 с, СО₂-лазер — 42 Вт/см² в течение 25,7 с, доза нервно-паралитического отравляющего вещества — 10 мг/м² в течение 36 ч.

В качестве более далекой перспективы в Лос-Аламосской национальной лаборатории конструируется костюм-робот для солдат, обеспечивающий защиту от различных поражающих факторов, в том числе от пуль, осколков, радиоактивных излучений, химического и биологического оружия.

Для управления костюмом-роботом предполагается использовать биотоки головного мозга, которые сопровождаются магнитными сигналами и могут служить для подачи одетым в такой костюм человеком мысленных команд, например, об изменении режима ходьбы. Для восприятия по биотокам сигналов-команд, вырабатываемых головным мозгом, разрабатываются специальные высокочувствительные датчики, малые размеры которых позволят размещать их в шлеме или каске.

Костюм-робот повысит мобильность солдата на местности и даст возможность носить более тяжелое оружие. Несмотря на общую массу около 90 кг, костюм не будет стеснять движения солдата. В нем предусматривается собственный малогабаритный источник питания в виде компактной топливной батареи с полимерным электролитом и ресурсом непрерывной работы до трех суток.

В качестве одной из самых сложных проблем специалисты рассматривают расшифровку мысленных команд по магнитным полям, создаваемым биотоками головного мозга. Одни и те же мысленные команды бывают разными у разных людей, и в связи с этим потребуется индивидуальная настройка костюма-робота для каждого солдата.

Определены энергетические потребности для ведения боевых действий малой и высокой интенсивности. В первом случае при нормальном или холодном климате средняя потребляемая мощность 55 Вт, пиковая 125 Вт, общие энергозатраты 1325 Вт, продолжительность действий 24 ч. Во втором случае при нормальном или жарком климате эти показатели составляют соответственно: 240, 375 и 2400 Вт, 10 ч. При разработке перспективных источников питания предполагается использовать технологии конца 90-х годов, поскольку на современном уровне создание источников, отвечающих заданным тактико-техническим требованиям, не представляется возможным.

В ходе выполнения программы TEISS на 1997–1998 гг. запланирована серия демонстрационных испытаний. Они должны подтвердить способность будущей системы обеспечивать передачу в реальном масштабе времени данных местоположения, целеуказания, производить не более чем за 0,5 с идентификацию цели в системе опознавания «свой — чужой», передавать сигнал «тревога» в масштабах взвода за 1 с и до высших звеньев управления не более чем за 10 с.

Для проведения испытаний планируется создать 24–36 экспериментальных комплектов индивидуального снаряжения, обмундирования и вооружения, получивших наименование «боевое снаряжение второго поколения» (Generation II Soldier System). К созданию прототипов приступили в конце 1994 — начале 1995 г., максимально используя результаты технологических исследований по комплекту SIPE. Испытания будут представлять собой серию полевых комплексных занятий взвода при действиях в пешем порядке в различных боевых ситуациях. Продолжительность каждого из занятий намечается увеличить до 18–24 ч (при испытаниях комплекта SIPE — 8 ч).

Если результаты испытаний будут успешными, должно быть принято решение о переходе к полномасштабной разработке тех элементов боевых, обеспечивающих и вспомогательных систем, техническая реализация которых будет возможна по мере отработки перспективных технологий. По первоначальным прогнозам первые опытные образцы нового индивидуального оружия и экипировки планировалось создать в 2010 г. Однако, судя по имеющимся результатам, это может быть сделано уже в 2007–2008 гг., а к 2010 г. технологические проблемы модернизации боевого снаряжения для солдата XXI века, вероятно, будут решены в полном объеме. Пока что на период с 1994 по 1998 гг. для выполнения программы SMP выделено 56,3 млн. долларов.

Пехота наших дней уже давно стала моторизованной, получив в свое распоряжение бронированные машины. Это значительно повысило ее мобильность и защищенность. Но имеющиеся сейчас на вооружении армий мира боевые машины пехоты (БМП) и бронетранспортеры (БТР) уже не удовлетворяют современным требованиям. Поэтому ведутся работы по созданию для пехоты бронетехники нового поколения.

В настоящее время в США разрабатывается БТР с рабочим наименованием AAAV (Advanced Amphibious Assault Vehicle) для замены устаревших AAV7A1. Его конструкция основана на результатах разработок фирмы AAI, полученных при строительстве опытных образцов HWSTD и PSD с использованием компьютерного моделирования различных систем. Машина HWSTD была сконструирована фирмой AAI в 1989 г. Ее масса 16,2 т, проектная скорость движения на плаву до 28 узлов (52 км/ч), движители — два водомета. Бронетранспортер PSD при массе 26,4 т развивал скорость на плаву почти 30 узлов (около 56 км/ч) за счет наличия блока из четырех водометных движителей диаметром по 406 мм, установленного на откидывающейся аппарели в кормовой части корпуса, и специального покрытия днища. Были созданы еще два опытных образца — экспериментальная гидродинамическая машина HTR и машина фирмы GDLS.

 Перспективный БТР AIFV с 25-мм скорострельной пушкой (вверху) и разведывательная машина A TV с 12,7-мм пулеметом (внизу)

При создании БТР AAAV одной из главных проблем явились форма и обводы корпуса, которые могли бы обеспечить скорость на плаву до 25 узлов (46 км/ч) при сохранении высокой маневренности на суше. В результате была разработана вытянутая форма корпуса с изогнутым «корытообразным» днищем. Откидные аппарель и фальшборты выполняют функции подводного крыла, а лобовой откидной лист — волнореза. Конструкторы постарались снизить массу БТР до минимума, для чего широко использовались алюминий, титан и композиционные материалы. Наибольшие результаты в этой области дали проведенные американской фирмой UDLP исследования, специалисты которой в течение последних десяти лет изучали возможность применения на AAAV брони с использованием керамических материалов. Всего было создано девять опытных образцов машины, из них шесть предназначались для испытаний на воде и три — на суше. На основе этих испытаний предусматривалось разработать два базовых варианта: собственно бронетранспортер AAAV(P) и командно-штабную машину AAAV(C).

В 1989 г. командование морской пехоты опубликовало основные тактико-технические требования к перспективной машине AAAV, которые основывались на предварительных испытаниях различных образцов и стремлении наилучшим образом использовать имеющуюся мощность двигателя, а также учитывали возможности новых технологий и показатели стоимости.

Конструкция и оборудование БТР должны давать возможность вести бой и поражать цели с ходу в любое время суток. Кроме того, необходимо обеспечить создание благоприятных условий экипажу и десанту в различных климатических условиях, надежную систему связи между БТР и командно-штабной машиной, общую для морской пехоты и сухопутных войск систему связи, фильтровентиляционную установку, защиту от мин, термодымовую аппаратуру и систему активной защиты. Кроме того, бронетранспортер должен иметь показатели надежности и ремонтопригодности на уровне основного боевого танка третьего поколения.

После выбора одного из подрядчиков с ним будет заключен контракт на серийное производство AAAV, начало которого намечено на 2007 г. Всего планируется произвести около 1400 машин. Дополнительно к уже ассигнованным средствам на организацию серийного производства планируется выделить в 1997 г. 10 млн. долларов, в 1998-м — 11 млн., в 1999-м — 23 млн., в 2000-м — 50 млн. и в 2001 — 58 млн. долларов.

БТР AAAV будет оборудован системой активной защиты. В американских военных изданиях сообщается, что в ее датчиках используется технология искусственного интеллекта. Они способны обнаружить момент запуска противотанковых управляемых ракет противника и выщдать соответствующий сигнал для контрмер, например включить в действие лазерную или инфракрасную станцию помех, которая в перспективе может быть совмещена с ракетой, выстреливающей навстречу подлетающей ПТУР. В качестве основного вооружения на БТР предполагается установить 25-мм автоматическую пушку, вспомогательного — 7,62-мм пулемет, дополнительного — дымовые гранатометы.

Перспективный североамериканский БТР AAPC с 12,7-мм пулеметом

Большое внимание уделяется радиоэлектронному оснащению AAAV На нем будет установлена новая система управления, связи и разведки, автоматизирующая процесс управления боем. Этой системой будет оснащен как БТР, так и командноштабная машина. БТР должен использоваться как средство доставки морской пехоты от десантного корабля на берег, а командно-штабная машина предназначается для выполнения функций подвижного командного пункта, дающего возможность командиру подразделения обеспечить устойчивую радиосвязь на больших расстояниях с вышестоящим командованием и подчиненными подразделениями, а также со всеми поддерживающими и обеспечивающими силами и средствами. Внутренняя связь в машине будет осуществляться с помощью новой системы связи VIICS. Кроме того, предполагается оснастить ее навигационной системой НАВСТАР, а также, возможно, еще не закончившей сейчас программу испытаний тактической командно-управляющей системой нового поколения, разработанной фирмой «Лорал».

Силовая установка будет представлять собой дизельный двигатель с турбонаддувом мощностью 2250 л. с. фирмы MTU. Для БТР боевой массой около 32,9 т на плаву он позволит развивать скорость до 46 км/ч. Как возможные варианты рассматриваются также роторные и дизельные двигатели других фирм. При этом имеется в виду, что на плаву крутящий момент одновременно передается как на водометы, так и на гусеницы.

По сообщениям зарубежной печати, скорость движения машины на плаву предполагается повысить, в частности, путем объединения нескольких водометов в выдвижные, откидывающиеся в воду контейнерные блоки с электрическим или гидравлическим приводом, использования выносных (из корпуса) водометов, изменения геометрии гребного винта, формы и материала корпуса и входного устройства для воды.

Как отмечают специалисты, создающийся в США перспективный БТР AAAV должен удовлетворять требованиям современной тактики десантно-штурмовых действий. Сочетание новейших технологий, использованных при создании БТР, с увеличенными маневренностью и живучестью, огневой мощью и броневой защитой могут позволить вести такие действия с гораздо большей эффективностью, чем раньше.

Наблюдающаяся в наше время тенденция расширения применения при ведении боевых действий оптико-электронных средств, позволяющих облегчить поиск и обнаружение противника в сложных метеорологических и ночных условиях, а также при использовании им разных способов маскировки, определила одно из важных направлений исследований в общем комплексе проводимых за рубежом работ по созданию новых образцов оружия. Этим направлением является разработка лазерного оружия тактического назначения, которое позволит выводить из строя оптико-электронные приборы и поражать незащищенные органы зрения личного состава, являющиеся для него практически идеальной целью.

Согласно проведенным американскими военными специалистами исследованиям, лазерные приборы (например, дальномеры, целеуказатели, имитаторы и тренажеры) при определенных условиях представляют собой весьма серьезную опасность для органов зрения человека в процессе учебно-боевой подготовки. Чтобы обеспечить безопасность при работе с приборами, генерирующими когерентное лазерное излучение, разработаны специальные инструкции и наставления, применяются защитные средства, исключающие поражение органов зрения. Кроме того, в ходе программ переоснащения вооруженных сил новыми видами оптико-электронной аппаратуры предполагается использовать менее опасные для личного состава генераторы лазерного излучения.

Наоборот, для создания эффективных систем лазерного оружия наилучшим вариантом будет использовать лазеры, генерирующие излучение в тех областях электромагнитного спектра, в которых работают разведывательно-обнаружительные оптико-электронные приборы и головки самонаведения управляемых ракет, а также в тех, где глаз человека обладает максимальной спектральной чувствительностью. Поражение органов зрения рассматривается специалистами как наиболее перспективное направление вывода личного состава из строя при ведении боевых действий. Это объясняется прежде всего тем, что человек является конечным и главным звеном в системе «машина (аппаратура) — человек». Кроме того, в современном бою все еще используется большое количество биноклей, перископов, приборов ночного видения и других оптических и оптико-электронных приборов, с помощью которых ведется непосредственное наблюдение за противником. Такие приборы имеют в своем составе оптические элементы, фокусирующие падающее на них излучение (например, линзы), благодаря чему вероятность поражения органов зрения значительно повышается.

Оптическая система глаза человека свободно пропускает и фокусирует на сетчатке излучение видимого (длина волны 390–780 нм) и инфракрасного (до 1,4 мкм) диапазонов спектра. Даже чтобы разрушить сетчатку, а тем более чтобы временно ослепить требуются весьма незначительные плотности энергии лазерного излучения этих диапазонов спектра. Многие же из используемыми в вооруженных силах разных стран лазерных дальномеров и целеуказателей с активными элементами, выполненными на основе иттриево-алюминиевого граната или стекол, активированных ионами неодима, работают именно на длине волны 1,06 мкм, представляющей значительную опасность. Излучение с большей длиной волны считается менее опасным, так как оно поглощается стекловидным телом и роговицей глаза и для их поражения требуются уровни плотности энергии выше на несколько порядков.

Как полагают американские специалисты, даже при боковом (не по оптической оси) попадании в глаз лазерного излучения и точечном выжигании сетчатки поражение может распространяться на периферийные области за счет обширных кровоизлияний. Поражение области сетчатки, соответствующей углу поля зрения 5°, значительно затруднит вождение автомобиля, бронетанковой техники, а также распознавание на местности деталей объектов, что, в свою очередь, вызовет у личного состава серьезные трудности при ведении прицельной стрельбы из оружия различных видов. Чтобы нанести такое поражение органам зрения, достаточно, чтобы мощность излучения составляла в режиме непрерывной генерации всего несколько милливатт или в импульсе длительностью несколько наносекунд — несколько микроджоулей энергии.

Современный уровень развития науки и техники уже в настоящее время дает возможность создания портативных систем лазерного оружия тактического назначения. По предварительным оценкам, в различных видах современного боя оно будет способно вызывать временное (до 3 мин) ослепление личного состава в радиусе 1 км. Такая дальность предъявляет соответствующие требования при разработке данного оружия к его энергетическим и массо-габаритным характеристикам. При этом существенным фактором является состояние атмосферы, определяемое, с одной стороны, погодными условиями в конкретный период ведения боевых действий, а с другой — запыленностью и задымленностью отдельных участков местности. При моделировании процесса применения лазерного оружия обычно руководствуются тем, что отрицательное влияние атмосферы будет уменьшать дальность его действия, как минимум, на 1 %. Однако уже имеющаяся технологическая база позволяет увеличить ее до 3 км при небольших массо-габаритных характеристиках портативного лазерного оружия, не ограничивающих возможности ведения боевых действий.

Наличие в частях и подразделениях сухопутных войск лазерного оружия, специально предназначенного для ослепления личного состава, окажет прежде всего психологическое воздействие на противника, который будет постоянно осознавать возможность поражения органов зрения. Кроме того, лицам, ведущим разведку с помощью оптических и оптикоэлектронных приборов, необходимо преодолевать своеобразный психологический барьер, так как Имеются реальные примеры применения противником лазерного оружия, повлекшие за собой тяжелые последствия для органов зрения.

Вместе с тем даже такое несомненное преимущество лазерного оружия, как практически мгновенное действие, которое помогает экономить время на достаточно сложном процессе прицеливания, включающем определение требуемого упреждения с учетом скорости и направления ветра, дальности до цели и параметров ее движения, не позволило решить проблему контроля поражения цели. Дело в том, что использование невидимого луча инфракрасного диапазона не дает возможности наблюдать, удалось ли поразить цель с помощью лазерного излучения или нет. Определить степень поражения в таком случае можно только по внешним признакам поведения цели на поле боя. По мнению западных специалистов, частично решить эту проблему позволит снижение требований к точности прицеливания, ввиду того что за счет расходимости излучения диаметр пятна луча на цели составит от десятков сантиметров до нескольких метров (в зависимости от дальности).

Возможность создания в близком будущем лазерного оружия определяет необходимость разработки эффективных средств защиты, требующих больших капиталовложений. Например, такими средствами могут быть оптические фильтры, имеющие высокие коэффициенты поглощения лазерного излучения (10⁶). Однако они не обеспечивают поглощения излучения в широком диапазоне спектра и работают, как правило, на лишь нескольких длинах волн. Широкополосные же фильтры значительно поглощают излучение видимого диапазона спектра, что затрудняет на поле боя обычное наблюдение за обстановкой.

Активные оптические фильтры изменяют коэффициент пропускания в зависимости от интенсивности падающего на него лазерного излучения и представляют собой довольно сложные устройства. Судя по их массо-габаритным характеристикам, они пока не подходят для индивидуального использования личным составом. Вместе с тем такие устройства, а также быстродействующие затворы, препятствующие доступу излучения к чувствительным элементам различной аппаратуры и органам зрения при превышении допустимых уровней энергии, могут с успехом использоваться в составе оптико-электронного оборудования танков, БМП и другой боевой техники.

Первый экспериментальный образец портативного лазерного оружия, получивший условное название «Дэйзер», разработан американской фирмой «Эл-лайд сигналз». Его основу составляет генератор лазерного излучения на кристалле александрита, который позволяет менять длину волны излучения в диапазоне от 700 до 815 нм. Источником электрической энергии служит никель-кадмиевая аккумуляторная батарея, размещаемая в подсумке. Сам лазер имеет такие же габариты, как и американская автоматическая винтовка М16. Общая масса портативного лазерного оружия «Дэйзер» с батареей примерно 9 кг, а стоимость серийного образца составит около 50 тыс. долларов.

Еще один образец портативного лазерного оружия «Кобра», предназначенный для использования подразделениями сухопутных войск, разработала американская фирма «Макдоннелл Дуглас». «Кобра» по своим тактико-техническим характеристикам примерно соответствует лазеру «Дэйзер».

Как считают американские военные специалисты, созданные экспериментальные образцы лазерного оружия «Дэйзер» и «Кобра» свидетельствуют о переходе на качественно новый технологический уровень разработки систем тактического назначения. Кроме того, по их оценке, в следующем столетии этот вид оружия будет играть большую роль в ходе ведения боевых действий.

Еще одним перспективным видом личного оружия может являться электротермическое, опытные образцы которого проходят испытания также в артиллерийских системах армии и флота США.

Баллистические характеристики современного ствольного оружия определяются максимальной скоростью и допустимой величиной максимального давления пороховых газов (зависит от прочности ствола). Чтобы преодолеть ограничения, обусловленные этими факторами, для метания снарядов предусматривается использовать электрическую энергию. Работы проводятся в двух направлениях, включая создание электромагнитного оружия (считается, что в обозримом будущем портативные образцы создать не удастся) и электротермического. Армия США финансирует разработку электротермического оружия, которой занимаются американские фирмы «Дженерал дайнэмикс» и ФМК. Они уже испытали несколько образцов стрелково-пушечного вооружения — от 11,43-мм пистолета до 120-мм пушки.

Начальная скорость пули штатной 5,56-мм винтовки составляет 1000 м/с, а электротермической 5,56-мм винтовки — 1440 м/с. Дульная энергия пули при этом возрастает с 1700 до 3742 Дж.

Более чем двухкратного увеличения удалось достичь без повышения максимального давления и изменения конструкции винтовки (за исключением затвора). При этом в отличие от порохового в электротермическом оружии давление плазмы сравнительно легко регулируется.

В электротермической винтовке используется затвор с высоковольтными электродами и патрон, размеры которого практически такие же, как и у обычного. Внутри гильзы находится рабочая жидкость, которой может быть топливо ракетных двигателей или вода, и генератор плазмы. Под воздействием больших импульсов тока (до 100 000 А) рабочая жидкость превращается в горячую плазму, разгоняющую пулю по стволу винтовки. Скорость движения плазмы примерно на 50 % больше, чем у пороховых газов, поэтому на столько же возрастает и начальная скорость пули.

Форму и размеры кривой давления плазмы в канале ствола можно регулировать путем управления количеством электрической энергии. Это позволяет получить давление плазмы, близкое к максимально допустимому, которое воздействует на пулю практически по всей длине ствола, а также исключить возникновение всплесков давления, что может привести к его разрыву (как, впрочем, и при использовании пороха). Именно взрывной характер горения обычного пороха в стволе (резкий всплеск давления вначале, а затем быстрое его падение) ограничивает эффективность его применения.

Для электротермической винтовки уже разработан источник питания (батарея с элементами из сернистого лития массой 0,68 кг) и электросхема, предназначенная для формирования пульсирующего тока (обеспечивает производство 30 выстрелов). Это позволяет разработать винтовку небольшой массы уже в настоящее время. Через четыре года специалисты фирмы FMC рассчитывают уменьшить массу блока питания винтовки до 0,2 кг. Принимая во внимание указанные обстоятельства, можно отнести электротермическое стрелковое оружие (пистолеты и спортивные винтовки) к одному из наиболее перспективных видов оружия.

Однако некоторые проблемы пока не имеют приемлемого решения. Одна из них — широкий (от 4000 до 50000 Вт) диапазон мощности, потребляемой при выстреле, что совершенно не гарантирует безопасности стрелка. Другая связана с высокой стоимостью такого оружия. Тем не менее, по мнению разработчиков, электротермический принцип выстреливания пули стал крупнейшим прорывом в технологии метания снарядов со времени появления первых образцов оружия, стреляющего порохом. Они также считают, что то оружие, в котором применяется электротермический способ метания снарядов, может быть реализовано на рынке спортивного и военного оружия быстрее, чем другие его виды.

Как считают зарубежные военные специалисты, минометы и в будущем останутся основной батальонной артиллерии, незаменимым средством огневой поддержки пехоты и эффективного поражения живой силы, огневых средств и техники, особенно там, где их уничтожение возможно только стрельбой по навесной траектории. В результате проведения в 80-х годах комплекса работ по совершенствованию минометного вооружения были созданы качественно новые образцы минометов и боеприпасов к ним, что повлекло за собой изменение организационной структуры и тактики применения минометных подразделений.

По оценке западных специалистов, насыщение вооруженных сил механизированными средствами, повышение защищенности целей и обеспечение личного состава подразделений защитными средствами от пуль и осколков привели к необходимости существенного повышения эффективности минометных боеприпасов, в том числе кинетической энергии их поражающих элементов (осколков). Рассредоточенность же боевых порядков и значительное увеличение глубины эшелонирования частей и подразделений в условиях высокоманевренных боевых действий приводят к необходимости повышения дальности стрельбы минометов, их огневой и тактической маневренности. Необходимость широкомасштабных воздушных перебросок войск требует также облегчения образцов вооружения и уменьшения их габаритов без снижения боевых возможностей и эффективности.

Опытный образец самоходного плавающего 120-мм миномета AMV

Военно-морской флот является самым древним из существующих сегодня видов вооруженных сил, если не считать пехоты. Искусство строительства военных кораблей насчитывает несколько тысячетилетий и имеет весьма богатую историю, а разнообразие реализованных в военных кораблях всех времен и народов идей поражает воображение. Страна, имевшая сильный флот, всегда считалась великой державой и вершительницей судеб мира, и это мнение не изменилось и в настоящее время.

В то время, как в обществе продолжается научно-техническая революция, в военной области вообще, и во флоте в частности, наблюдается революция вооружений. Однако здесь прогресс идет неравномерно. Подсистемы, интегрированные в кораблях, не являются одинаковыми по интенсивности своего развития. Можно привести такое деление по степени убывания интенсивности развития:

— подсистемы вооружения (БИУС, комплекс РЭБ, система связи, гидроакустическая система, навигационный комплекс, радиолокационный комплекс);

— подсистемы оружия (ракетного, артиллерийского, торпедного и т. д.);

— подсистемы энергетического обеспечения;

— конструкционные материалы.

При этом каждое новое поколение стоит намного дороже, чем предыдущее. К примеру, стоимость гидроакустической системы подводной лодки составляла 87 тыс. долл. в 1945 г., 8 млн. долл. в 1975 г. и 24 млн. долл. в 1990 г.

Если же рассмотреть будущее флота с точки зрения общих приоритетов его развития, то вырисовывается следующая картина.

Устойчивой тенденцией развития военно-морских является дальнейшее наращивание ударной мощи сил общего назначения. В США здесь главная роль отводится крупным авианосцам. По взглядам американских специалистов, именно они являются «становым хребтом» ВМС. При этом в их строительстве все отчетливее проявляется линия на переход к авианосцам только с атомной энергетикой.

В то же время все ярче вырисовывается стремление к созданию вместо них кораблей, способных наряду с существующими нести другие виды оружия и другого оборудования, повышая тем самым как оборонительную, так и наступательную мощь. В частности, речь идет о самолетах с вертикальными взлетом и посадкой, вертолетах и крылатых ракетах. Их сочетание придает авианесущим кораблям новые, более универсальные боевые качества. Кроме того, корабли этого класса смогут доставлять «силы быстрого развертывания» в удаленные районы, участвовать в противолодочной обороне, а в мирное время — осуществлять военное присутствие и демонстрацию силы в различных районах океанов и морей. Считается, что будущее принадлежит авианосным крейсерам со сплошной палубой, способным решать три задачи: воздействие по объектам на территории противника, осуществление контроля над морем и обеспечение боевой устойчивости своих сил в море. Их основная боевая мощь будет достигаться за счет корабельного, преимущественно ракетного, вооружения и электронной техники, а авиационный парк должен обусловливаться конкретно поставленной задачей. Ожидается, что такой авианосный крейсер при выполнении большого круга задач сможет действовать достаточно эффективно с меньшим числом кораблей охранения, чем у обычных авианосцев, или далее совсем без них.

Разрабатываются также различные проекты кораблей-арсеналов, которые, имея сравнительно небольшую команду, будут нести на борту сотни крылатых ракет и обеспечивать массированную огневую поддержку других групп войск во время боевых операций.

Многоцелевые атомные подводные лодки, являющиеся главной ударной силой в действиях против стратегических подводных лодок противника, его надводных сил и на трансокеанских коммуникациях, продолжают оставаться важным компонентом сил общего назначения. Интенсивное оснащение их крылатыми ракетами и совершенствование тактико-технических характеристик открывает для этого рода сил еще одно направление применения — против береговых объектов. Изыскиваются пути повышения энерговооруженности подводных лодок при одновременном уменьшении массогабаритных характеристик атомных реакторов. Все это может существенно повысить боевую устойчивость подводных лодок и их эффективность в борьбе с подводным, надводным, а может быть, и с воздушным противником.

Все еще неясным продолжает оставаться будущее кораблей с динамическими принципами поддержания (КДПП): судов на воздушной подушке, подводных крыльях и экранолетов. На Западе, особенно в США, считается, что боевая эффективность КДПП в случаях их использования на океанских просторах совершенно не соответствует их чрезвычайно высокой стоимости. Кроме того, эти корабли имеют недостаточную мореходность и устойчивость движения, большую сложность и ненадежность ряда систем, а также ограниченную дальность плавания. Тем не менее, научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы по дальнейшему развитию КДПП, по мнению зарубежных специалистов, в перспективный период не прекратятся. Будет продолжаться поиск новых технических решений, поскольку созданные до сих пор образцы этих кораблей и катеров не в полной мере удовлетворяют требованиям военно-морских флотов.

Вырисовывается тенденция развития флотов на основе все более широкого использования атомной энергетики не только в подводном, но и в надводном кораблестроении. Считается, что эффективность авианосной ударной группы (АУГ), состоящей из кораблей с ядерной энергетикой, примерно в полтора раза выше, чем соответствующей АУГ, составленной из кораблей с неядерной энергетической установкой.

Одной из ведущих тенденций развития флотов является качественное улучшение существующего корабельного оружия и боевой техники, появление новых их видов.

Важнейшее значение приобретают крылатые ракеты (КР), носителями которых уже сейчас являются все рода сил — подводные, надводные, авиация и береговые части, а сам флот становится ракетоносным в полном смысле этого слова. Особое внимание уделяется совершенствованию КР типа «Томагавк». Наиболее важным преимуществом этих ракет являются большая дальность действия и точность наведения их по рельефу местности с помощью специальной навигационной аппаратуры. Также фирмы «Боинг», «Макдоннелл Дуглас» и «Дженерал дайнэмикс» разработали множество возможных вариантов новых крылатых ракет.

Продолжается совершенствование корабельных средств ПВО. Многие классы надводных кораблей в настоящее время имеют зенитные ракетные комплексы, из которых наиболее эффективными являются американский «Пэтриот» и российский С-300Ф. Палубные самолеты и вертолеты оснащены ракетами «воздух — воздух». На последних американских эсминцах типа «Спрюенс» и «Орли Берк» установлены автоматизированные комплексы «Иджис», которые объединяют все корабельные узлы наблюдения и огня в интегрированную систему, которая позволяет обеспечить их высокоэффективное взаимодействие. Комплекс «Иджис» обеспечивает автоматическое обнаружение, классификацию и выбор целей, а также автоматическое открытие огня по наиболее опасной из них в данный момент при одновременном противодействии средствами пассивной и активной защиты.

Дальнейшее улучшение корабельной артиллерии показывает, что это традиционное оружие останется на кораблях еще продолжительное время. Тяжеловесные и малоскорострельные нарезные орудия вытесняют крупнокалиберные гладкоствольные пушки с высокой скорострельностью и большой дальностью стрельбы. Даже корабли среднего водоизмещения смогут нести 203-мм гладкоствольные артустановки. Совершенствуется и оружие ближнего боя, представленное автоматическими многоствольными орудиями малого калибра, способными создавать высокую плотность огня на непосредственных подступах к кораблю.

Основная тенденция в развитии минного оружия состоит в расширении сферы минной угрозы от мелководных и прибрежных районов океанских и морских театров на всю акваторию Мирового океана. В связи с этим следует ожидать, что возрастет минная угроза, особенно для подводных лодок различного назначения, а это потребует создания в соответствующих масштабах противоминных средств.

Насыщение кораблей радиоэлектронными средствами выдвигает на первый план решение проблемы электромагнитной совместимости и пространственного разделения источников излучений для эффективного выбора сигналов и повышения их скрытности. Как считают иностранные военные специалисты, ключом к успешному использованию средств радиоэлектронного противодействия станет динамичное управление всеми электромагнитными ресурсами, что позволит учитывать реальную угрозу каждой из радиоэлектронных систем.

Интенсивные работы ведутся в различных областях лазерной техники, но наиболее активно — в области развития высокоэнергетических лазеров, таких, как химические, рентгеновские, лазеры на свободных электронах и другие. По мнению специалистов, лазер можно с успехом применять в системе ПВО корабельных соединений для борьбы с высокоскоростными и низколетящими маневрирующими воздушными целями, и в первую очередь с крылатыми ракетами, особенно большой дальности. Обычные средства ПВО и ПРО требуют учета времени полета ракеты или самолета на перехват цели и расчета координат упреждения, в то время как лазерный луч достигает мишень практически мгновенно.

Если же заглядывать в более отдаленное будущее, можно ожидать, что с развитием познания будут открыты такие формы движения материи, которые еще не известны науке. Поэтому морские вооружения будущего могут быть созданы на принципиально новых основах с учетом дальнейшего, более глубокого познания материи и будут разительно отличаться от современных средств борьбы и наших представлений о перспективных видах вооружения флота.

В настоящее время по показателям мощи и возможности решения глобальных, региональных или ограниченных национальных задач военно-морские силы разных стран можно подразделить на 9 категорий:

1) ВМС США;

2) ВМС России;

3) ВМС Великобритании и Франции, к которым через некоторое время могут присоединиться Япония и Китай, перейдя впоследствии, но не в течение ближайших десятилетий, во вторую категорию;

4) ВМС Италии, Нидерландов, Германии, Испании, Бельгии, Канады, Индии, Японии, Китая, Австралии, Бразилии и Аргентины;

5) ВМС Португалии, Греции, Турции, Чили, Перу, Израиля и ЮАР, к которым приближаются ВМС КНДР, Южной Кореи, Тайваня, Пакистана, Новой Зеландии, Ирана, Ирака и Саудовской Аравии;

6) ВМС Норвегии, Дании, Швеции, Польши, Румынии, Болгарии, Югославии, Алжира, Марокко, Ливии, Египта, Нигерии, Кубы, Колумбии, Эквадора, Венесуэлы, Бангладеш, Индонезии, Малайзии, Таиланда и Филиппин, способные вести оборонительные операции в пределах 200-мильной зоны;

7) ВМС прибрежного действия таких стран, как Албания, Ангола, Бахрейн, Бруней, Камерун, Эфиопия, Финляндия, Габон, Кения, Кувейт, Йемен, Оман, Катар, Сомали, Сингапур, Сирия и Тунис;

8) флоты, предназначенные не для ведения боевых, действий, а для выполнения функций береговой охраны и таможенной службы, таких стран, как Мексика, Доминиканская Республика, Уругвай, Исландия, Ирландия, Бирма, Шри-Ланка, Гана и Танзания;

9) наиболее слабые страны, практически лишь формально имеющие организационную структуру флота и располагающие только небольшими катерами, ограниченно способными выполнять некоторые функции пограничной охраны.

Рассмотрим вкратце состояние флотов наиболее развитых стран.

Командование военно-морских сил США входит в XXI столетие в состоянии смятения и разочарования. В условиях жесткой конкуренции с авиацией и сухопутной армией флот постепенно теряет свои позиции. Военно-воздушные силы США претендуют на большие возможности стратегической, базирующейся на земле авиации по нанесению ударов на большие расстояния в сравнении с авиацией, базирующейся на авианосцах, а также с ракетами класса «Томагавк».

С сухопутной армией постоянно идет спор о сравнительной эффективности средств обороны от межконтинентальных баллистических ракет. Кроме того, не умолкают дебаты командования военно-морских сил и армии (а также иногда военно-воздушных сил) о наилучших методах быстрой переброски сухопутных войск в районы возможных вооруженных конфликтов.

Кроме того, с окончанием холодной войны многие виды имевшихся во флоте вооружений оказались либо подпадающими под значительное сокращение, либо просто морально устаревающими из-за радикальной смены приоритетов в американской внешней политике и военной доктрине. В настоящее время основной упор в правящих кругах США делается на активное участие в международных делах вплоть до применения вооруженной силы. Вместе с тем во всех локальных конфликтах, в которых участвовала армия США со времен окончания холодной войны (переворот в Панаме, операция «Буря в пустыне», операции в Сомали и Боснии), наиболее заметную в глазах общественности роль играли сухопутные силы и авиация, а действиям флота, таким как обеспечение морской блокады Ирака или эвакуация американского посольства из Сомали, не было уделено достаточного внимания.

Изменения приоритетов развития вооруженных сил США являются тем более разочаровывающими для высшего командования ВМС США, что именно флот и морская пехота из всех частей американских вооруженных сил являются наиболее боеготовыми и дееспособными. В связи с этим высшие флотские чины подготовили доклады «…From the Sea» и «Forward… From the Sea», опубликованные в 1992 и 1995 годах соответственно. Эти произведения явились попытками переработать стратегические принципы флотского командования в соответствии с изменением мировой обстановки и продемонстрировать будущую роль флота и морской пехоты в предотвращении конфликтов и контроле кризисных ситуаций. Быть нужными — вот что крайне необходимо сейчас военно-морским силам, и для этого их руководство готово предпринять значительные усилия.

В каком же направлении будет развиваться военный флот США?

Прежде всего он будет продолжать сокращаться. В августе 1991 г. министр обороны США Чейни объявил о сворачивании программы строительства многоцелевых атомных подводных лодок типа «Си-вульф» и эсминцев УРО типа «Берк». Вместо десяти субмарин каждые три года было решено выпускать три каждые два года и вместо шести эсминцев в год — только четыре.

Холодная война и эра противостояния капиталистического и социалистического блока государств закончились в начале 90-х годов, и в опубликованной Пентагоном в 1993 г. программе развития вооруженных сил был определен размер и состав флота, необходимый для одновременного участия в двух «крупных региональных конфликтах» (Major Regional Conflict — MRC). Таковым может быть назван конфликт, сравнимый с операцией в Персидском заливе, т. е. крупномасштабное вооруженное столкновение с участием флота, авиации и сухопутных войск. Двумя наиболее вероятными зонами возможных конфликтов были названы Персидский залив со Средней Азией и Корейский полуостров.

В соответствии с этим была утверждена структура военно-морских сил США. Данные по ней в сравнении со временем конца «холодной войны» и 1995 г. приведены ниже в таблице. В скобках указаны резервные корабли и соединения.

В 1995 году Конгресс США, ознакомившись с подготовленным военной разведкой докладом, был шокирован: оказалось, что производимые в России многоцелевые атомные подводные лодки (ПЛА) улучшенного типа «Тайфун» по малошумности превосходят разрабатываемые в США на основе ПЛА типа «Лос-Анжелес» проекты новых подводных лодок. Данный факт говорит о том, что Россия все еще сохраняет лидирующее положение в этой области.

Современные направления развития противолодочных вооружений предъявляют повышенные требования к скрытности и неуязвимости подводных лодок, а сохраняющаяся тенденция использования подводных лодок в качестве главной ударной силы флотов — соответствующие требования к росту их мобильности и огневой мощи.

В борьбе за скрытность подводных лодок основными целями являются уменьшение величины физических полей, которые демаскируют субмарину, и увеличение глубины их погружения.

В современных условиях только малошумные подводные лодки способны скрытно перемещаться в заданные районы и только их гидроакустические средства обеспечивают возможность обнаружения противника на больших расстояниях и тем самым дают возможность своевременно применять оружие или уклоняться от столкновения. Основными источниками шумов на подводной лодке являются гребные винты, работающие механизмы внутри корабля и гидродинамические шумы от водяного потока, обтекающего корпус.

Возможности обнаружения ПЛ на большом расстоянии пассивными средствами, в особенности с использованием протяженных буксируемых антенн в сочетании с корабельными противолодочными вертолетами, серьезно пошатнули притязания подводных лодок называться невидимыми и необнаруживаемыми. Американскому самолету базовой патрульной авиации Р-ЗС «Орион» требуется 20 минут, чтобы обнаружить дизельную подводную лодку, подвсплывшую под РДП (Работа Дизеля Под водой — выдвижное устройство для забора воздуха) для зарядки аккумуляторных батарей. Даже атомные подводные лодки, несмотря на их огромную мощь и дальность плавания, обнаруживаются датчиками пассивных станций за сотни миль. В ближайшем будущем главной проблемой будет являться увеличение так называемого «хода лодки под электродвигателями», то есть времени между двумя очередными подзарядками аккумуляторных батарей.

Здесь многообещающим выглядит применение двигателей с замкнутым циклом (ДЗЦ) работы, которые используют запасы кислорода на борту для сгорания топлива и химические реакции для выработки электроэнергии.

Наиболее известен из двигателей с замкнутым циклом работы двигатель Стирлинга, сжигающий в камере сгорания дизельное топливо и чистый кислород. Возникающее там давление выше забортного, что позволяет выбрасывать выхлопные газы в воду без использования специального компрессора, который является источником шума. Кислород хранится на борту лодки в сжиженном состоянии в специальных цистернах. В 1987 г. в Швеции после успешных полномасштабных береговых испытаний командование ВМС приняло решение об установке двигателя Стирлинга на действующую подводную лодку «Нэккен» во время ее ремонта. Испытания ДЗЦ заняли в общей сложности 30 месяцев, и за это время наработка двигателя составила 3 тыс. часов. По результатам испытаний принято решение об установке подобного двигателя на строящуюся новейшую подводную лодку А 19 «Готланд».

В России двигатели с замкнутым циклом тоже тщательно изучаются. Они испытываются на подводных лодках типа «Белуга».

В качестве альтернативы двигателям Стирлинга могут рассматриваться энергетические установки с использованием электрохимических топливных камер. В этих установках электроэнергия получается за счет электрохимической реакции путем «холодного» окисления водорода и кислорода. После успешных береговых испытаний немецкая подводная лодка U-1 была специально переоборудована для ходовых испытаний новой энергетической установки, и в ее корпус врезан дополнительный отсек длиной 3,8 м с размещенным в нем оборудованием. Результаты плаваний лодки показали, что только за счет использования новой установки можно развивать скорость в 5,5 узла. Предполагается устанавливать этот двигатель на подводные лодки проекта 212 ВМС Германии, запланированные к постройке в конце 90-х годов.

С целью снижения уровня шумов изыскиваются принципиально новые малошумные движители подводных лодок, например, магнитные и роторные водометные движители, а также движители, разрабатываемые на биотехнической основе.

Стратегическая ПЛ «Алабама» (большая) и многоцелевая ПЛ «Сан-Франциско» (меньшая)

Уровень шумов, создаваемых подводной лодкой, в значительной мере зависит от формы ее корпуса. Поэтому корпусу стремятся придавать более обтекаемый вид с соотношением длины к ширине, равным 6–7, со съемными или убирающимися внутрь межбортного пространства выступающими частями. Неровности корпуса, такие как сварные швы и шероховатость окраски, должны сводиться к минимуму, все отверстия должны по возможности закрываться, а обтекатели гидроакустических станций должны совмещаться с легким корпусом. Для уменьшения шумов от перекладки рулей их располагают впереди или вокруг винта.

Имеется тенденция к увеличению размеров винтов и увеличению количества лопастей. Медленно вращающийся винт большого диаметра с малой периферийной скоростью вызывает меньшую турбулентность потока воды, что ведет к уменьшению уровня шумов.

Увеличение числа гребных валов ведет к большей интенсивности шумов. Поэтому отмечается тенденция к проектированию подводных лодок всего с одним валом, несмотря на снижение при этом маневренных качеств. Исследуется целесообразность применения двух соосно расположенных винтов, вращающихся в разные стороны. Уменьшение шумности при этом объясняется тем, что воде, отбрасываемой винтами, не сообщается вращательное движение. Изучаются возможности создания винтов с лопастями из новых, неметаллических материалов, которые, возможно, будут иметь улучшенные акустические показатели. Ведется борьба с таким существующим на современных лодках нежелательным явлением, как «пение» винта. Из-за недостаточной изученности его природы пока проходят главным образом исследовательские работы.

Борьба с воздушными шумами механизмов внутри подводной лодки осуществляется нанесением шумопоглощающих покрытий и установкой шумопоглощающих экранов. Ведутся работы в направлении совершенствования технологии изготовления механизмов, широкого внедрения гидравлических приводов, усовершенствования систем смазки и амортизации механизмов, создания механизмов и устройств, в которых должны отсутствовать движущиеся части. Для уменьшения шумности главной энергетической установки проектируются атомные двигатели с непосредственным преобразованием атомной энергии в электрическую, что кроме других преимуществ значительно уменьшит шумность главной энергетической установки.

Для уменьшения гидролокационной заметности подводной лодки разрабатываются различные покрытия корпуса, поглощающие излученную энергию поисковых гидролокационных станций противника.

Одним из основных элементов, определяющих скрытность и неуязвимость подводной лодки, является глубина погружения. Современные подводные лодки могут плавать на глубинах 400–600 м, тогда как средняя глубина Мирового океана составляет 6000 м. Освоение субмаринами больших глубин снижает возможности их обнаружения устройствами, способными фиксировать физические поля, которые излучает лодка, находясь в водной среде, или возмущения, вызываемые в ней движением подводной лодки. С увеличением глубины погружения уменьшается вероятность поражения подводных лодок противолодочным оружием, возрастают их собственные возможности по поиску противника за счет использования звуковых подводных каналов, залегающих на больших глубинах. Есть основания полагать, что в сравнительно недалекой перспективе подводные лодки достигнут глубины погружения до 2000 м и более.

Дальнейший рост глубины погружения зависит в первую очередь от повышения прочности корпуса. На глубине 2000 м подводная лодка будет испытывать давление 200 атмосфер. Выдержать его сможет либо очень толстый (и тяжелый) корпус, либо имеющий оптимальную конструкцию из высокопрочных материалов. На современных подводных лодках США на долю прочного корпуса приходится около 20 % массы лодки. Грубо можно считать, что при использовании одного и того же материала утяжеление прочного корпуса прямо пропорционально увеличению глубины погружения подводной лодки. Следовательно, увеличение относительной массы прочного корпуса за счет других составляющих нагрузки позволит увеличить глубину погружения подводных лодок. По мнению американских специалистов, только за счет отказа от ограждения выдвижных устройств (перископов, антенн и т. д.) глубина погружения может возрасти на 4 %. Замена поперечных переборок корпуса рамными шпангоутами позволит увеличить предельную глубину на 7 — 10 %.

Для очень больших глубин придется использовать конструкции в виде многосферных корпусов, состоящих из нескольких сопряженных между собой сферических оболочек. Такой корпус при одной и той же относительной массе будет выдерживать большие гидростатические давления, чем цилиндрический корпус. Однако сложность технологии изготовления сферических многослойных конструкций не позволяет пока реализовать ее промышленным способом.

Кроме улучшения конструкции корпуса подводных лодок важным направлением является разработка новых высокопрочных сталей и других конструкционных материалов. В обозримом будущем предел текучести новых марок стали рассчитывают увеличить в два раза, что при соответствующих конструкциях корпуса позволит подводным лодкам опускаться на километровые глубины.

Гораздо лучшие, чем сталь, характеристики имеют титановые и бериллиевые сплавы, которые, кроме того, устойчивы к воздействию морской воды. Но высокая цена этих материалов не позволяет использовать их в массовом масштабе.

Все более возрастает применение неметаллических конструкционных материалов, обладающие малой плотностью, сравнительно высокой механической прочностью, антикоррозийной стойкостью, не-магнитностью и т. п. Изготовление прочных корпусов подводных лодок из материалов, основанных на стеклопластике, возможно уже в настоящее время.

Одним из важнейших качеств подводной лодки является ее скорость в подводном положении. Существуют два главных направления повышения скоростных качеств подводных лодок. Первое из них — это повышение эффективности энергетических установок подводных лодок, второе — совершенствование гидродинамических свойств их корпуса с целью снижения его сопротивления.

Основным путем повышения эффективности энергетических установок сейчас является увеличение их мощности при снижении удельного веса. В этом смысле перспективными считаются газоохлаждаемый реактор, который при одинаковых энергетических мощностях примерно на одну четверть легче водо-водяного, а также одноконтурные энергетические установки с высокотемпературными реакторами и газовыми турбинами. Проводятся поиски новых способов превращения атомной или химической энергии топлива в механическую. Практическая реализация таких методов сможет значительно повысить подводную скорость.

В более далеком будущем предполагается создание единых движительных установок, работающих по принципу гидрореактивных двигателей с паровой струей или за счет непосредственного использования ядерной энергии для ускорения протекающих через движитель масс воды.

Важным путем увеличения скорости является уменьшение сопротивления воды движению субмарины с помощью улучшения гидродинамических свойств ее корпуса. Это возможно за счет уменьшения шероховатости поверхности корпуса и придания ему рациональных обводов. Но здесь уже почти достигнут предел возможных усовершенствований.

Поэтому сейчас активно ищут пути улучшения гидродинамических свойств корпуса подводной лодки на биотехнической основе. Расчетами установлено, что дельфины развивают скорость, в 8—10 раз превышающую их мускульные возможности, если сопротивление их движению принмать равным обычному в кораблестроении. Этому способствует строение кожного покрова у дельфина и физиологический механизм его регулирования, который приводит кожу дельфина в особое состояние, способное превращать турбулентный (вихревой) поток жидкости, обтекающей тело, в ламинарный (слоистый). Ламинарный режим обтекания жидкостью поверхностей движущихся в ней тел резко уменьшает энергетические затраты на преодоление ее сопротивления.

Перемещение подводной лодки происходит в турбулентном режиме обтекания корпуса водой, и образующиеся при этом вихри оказывают сопротивление движению. Специалисты предлагают способы повышения скорости подводной лодки путем искусственной ламинаризации обтекающего ее корпус турбулентного потока.

Один из методов ламинаризации предполагает удаление или отсос из потока, обтекающего корпус, некоторой части жидкости из области, непосредственно прилегающей к корпусу. Ожидается, что применение отсоса повысит скорость при той же мощности механизмов в 1,5 раза. Предложены также способы, основанные на введении в пограничный слой особых растворов полимерных веществ, обладающих высоким молекулярным весом. Особая структура молекул этих веществ снижает сопротивление трению в 2,5 раза. Возможно также создание между корпусом и водой тонкой воздушной прослойки с замкнутой циркуляцией воздуха, т. е. применение воздушной смазки. Исследуется возможность применения особых покрытий корпуса, близких по строению к коже дельфина.

В современной военной науке подводным лодкам отводится роль грозной наступательной силы, которая будет способна эффективно поражать как морского, так и берегового противника своим торпедным и ракетным оружием.

Несмотря на широкое внедрение ракет, торпеда сохраняет свое значение как эффективное средство поражения морских целей. Развитие торпедного оружия будущего будет идти по направлениям универсализации его по целям и носителям, увеличения скорости, глубины и дальности хода, уменьшения массы и габаритов, дальнейшего совершенствования систем наведения. Зарубежные специалисты считают, что скорость перспективных торпед может возрасти по сравнению с современными в несколько раз и достигнуть 200–300 узлов.

Более перспективным направлением является разработка ракето-торпед, которые первую и последнюю часть пути проходят под водой, как обычные торпеды, а среднюю, основную часть — по воздуху как крылатые ракеты. Этот метод одновременно является и наиболее перспективным путем увеличения дальности действия торпед.

Ведется создание торпед с тепловой и лазерной системами самонаведения, не подверженными помехам и способными обеспечить высокую вероятность попадания торпеды в цель.

Ракетное оружие в обозримом будущем, безусловно, останется основным средством поражения морских и береговых целей с подводных лодок. Все отчетливее вырисовывается тенденция применения крылатых ракет с подводных лодок для поражения надводных кораблей.

Развитие ракетного оружия идет по пути дальнейшего увеличения дальности стрельбы, скорости полета ракет, возрастания их возможности преодолевать систему противовоздушной обороны противника и гарантированно поражать заданную цель, причем последним двум аспектам уделяется особое внимание. Разрабатываются образцы ракет, способных маневрировать по заданной программе в большом диапазоне высот — от нескольких метров до десятков километров. Системы наведения ракет оснащаются средствами защиты от радиотехнического противодействия противника. Совершенствуются различные устройства, позволяющие осуществлять селекцию целей (автоматически выбирать в группе кораблей главную цель), разведку и целеуказание с ракеты для обеспечения данными последующих ракет в залпе.

ПЛ класса «Сивульф» — самые большие и дорогие в мире и самые современные в американском флоте

Значительное место в современных разработках занимает дальнейшее развитие противолодочных ракет. Здесь усилия направлены на увеличение дальности стрельбы (свыше 50 км) и вероятности поражения подводной лодки противника. Эту проблему решают увеличением мощности боевой части, совершенствованием бортовой аппаратуры программного управления полетом, в частности введением программы корректировки полета в случае резкого изменения целью параметров движения.

Постоянно развиваются стратегические крылатые ракеты для поражения наземных объектов с подводных лодок. Их развитие движется в направлении увеличения дальности полета (свыше 3000 км), расширения возможностей маневра по высоте и направлению, создания систем огибания рельефа местности при полете на низких высотах, совершенствования бортовых средств противодействия радиоэлектронным помехам противника, внедрения новых комбинированных систем самонаведения на малоконтрастные цели, которые малозаметны на фоне земли. Существует тенденция увеличения огневой мощи подводных лодок путем увеличения количества находящихся на их борту крылатых ракет и оборудования вертикальных пусковых шахт (как на модернизированном варианте американских ПЛ «Лос-Анжелес»).

Усилия, направленные на совершенствование крылатых ракет, особенно в области повышения избирательности и точности поражения целей, вновь привели к идее вооружения подводных лодок пилотируемыми самолетами. Идея эта не новая: еще в конце второй мировой войны на палубе японских подводных лодок «1-400» находилось 3 легких штурмовика, запускавшиеся с помощью катапульты. По сообщениям иностранной печати, в настоящее время разрабатываются проекты подводных авианосцев с ядерными энергетическими установками катамаранного типа и однокорпусных с различными стабилизаторами для самолетов с вертикальными взлетом и посадкой. Рассматриваются также возможности запуска с подводных лодок беспилотных летательных аппаратов, которые имеют меньшую стоимость и менее заметны.

Электронная начинка современной подводной лодки, включающая многочисленные датчики, комплексы и станции, способна поставить в затруднительное положение самую подготовленную команду. Для облегчения восприятия и обработки огромного потока информации, а также для оптимального использования оружия в будущем будут применяться высокоразвитые боевые информационные управляющие системы (БИУС). В соответствии с современными требованиями такая система должна быть в высшей степени интегрированной, построенной по модульному принципу, и быть совместимой с другим радиолокационным оборудованием. Кроме того, система должна базироваться на многофункциональных пультах и процессорах, обрабатывающих информацию от различных станций и комплексов. Новые методы выделения сигналов, такие как селекция по энергии и подавление шумов улучшают выработку данных и качество отметок от цели. В настоящее время для подобных систем считается нормой иметь не менее восьми автоматизированных каналов слежения одновременно.

Дальнейшее развитие электронного оборудования относится к числу важнейших задач в области совершенствования боевых качеств подводных лодок. При этом особое внимание из соображений скрытности уделяется тем радиоэлектронным средствам, которые используются в подводном положении. К ним в первую очередь относятся гидроакустические средства (ГАС), которые справедливо считаются «глазами» и «ушами» подводных лодок.

Развитие гидроакустических средств будет происходить по нескольким направлениям. Прежде всего, это увеличение их дальности действия. Здесь усилия ученых и конструкторов направлены на изучение и использование таких особенностей гидрологических режимов морей и океанов, как рефракция, сверхпроводимость, подводные звуковые каналы и т. д. Ожидается дальнейшее увеличение мощностей излучателей и чувствительности приемников, конструирование станций, работающих на низких частотах, которые обеспечивают большую дальность распространения звуковых волн в воде. Кроме этого, автоматизация процессов обработки гидроакустической информации, отказ от оператора, работающего на слух, автоматическое сопровождение обнаруженной цели, использование гидроакустических средств для управления оружием — таков перечень основных проблем, над которыми работают ученые и конструкторы в области развития гидроакустических систем не только для подводных, но и для надводных кораблей.

Уже долгое время считается очень рискованным использовать гидроакустические комплексы в активном режиме из-за опасения быть обнаруженным противником. В настоящее время при достижении большой степени снижения собственных шумов гидроакустические посылки ГАС стали чуть ли не единственным признаком, раскрывающим присутствие лодки. Тем не менее без этих систем не обойтись: круг задач, решаемых современными гидроакустическими комплексами, расширился, и в них входит обнаружение навигационных опасностей и мин, а также перехват работы ГАС противника и классификация ее по диапазону частот, акустическим параметрам и точности слежения. Любая система гидроакустического перехвата включает несколько гидрофонных антенн, обычно устанавливаемых в носовой части лодки, и бортовые антенны длиной 20 м — по бортам.

Еще одним средством, которое позволяет командиру подводной лодки получить необходимую информацию, был и остается перископ. Современный оптический перископ в наше время представляет собой сложный комплекс оптико-электронных датчиков и устройств, аппаратуры ночного видения и радиолокационной станции. Существует тенденция интеграции всех внешних надводных приемников сигналов (радио, радиолокационных, инфракрасных, оптико-визуальных, лазерных и т. д.) на одной выдвижной мачте. Это, правда, сделает ее более массивной и заметной для радаров противника, но ценность получаемой в результате информации оправдывает возможные неудобства. Кроме того, применение линий связи, выполненных по оптоволоконной технологии, позволит размещать выдвижные устройства, включая и перископы, вне центрального поста, а также сделать их более скоростными и бесшумными. При этом управление устройствами будет дистанционным, а вывод полученной информации будет происходить непосредственно на многофункциональный пульт управления командира.

Навигационная аппаратура подводных лодок совершенствуется в направлении увеличения точности вычисления пройденного пути и определения своих координат в море. Высокая точность навигационных расчетов необходима не только для обеспечения безопасности кораблевождения. Она является основой успешного боевого маневрирования и использования оружия подводной лодкой, ведь даже небольшая ошибка при определении места подводной лодки в момент пуска баллистической ракеты дает многократное увеличение отклонения ракеты от цели. Для увеличения точности навигационных систем предполагается использовать искусственные спутники Земли, а также применять в инерциальных системах счисления пути высокоточных криогенных структур, работающих при близких к абсолютному нулю температурах.

Развитие средств радиосвязи наталкивается на большие трудности. Для связи с подводными лодками в погруженном состоянии приходится использовать сверхдлинные волны (СДВ), единственные из электромагнитных волн, способные проникать на некоторую глубину в толщу воды. Для излучения СДВ требуются передатчики большой мощности — до 1000 кВт и более, занимающие вместе с огромными антенными контурами площади в сотни и тысячи квадратных метров.

Конечно, на лодках иметь сверхдлинноволновую передающую аппаратуру невозможно. Но прием этих волн можно осуществлять на небольшой глубине на специальные антенны приемников нормальных габаритов. Передача радиограмм с подводных лодок для берега производится в основном коротковолновыми передатчиками, так как короткие волны распространяются в атмосфере на значительные расстояния, не требуя таких больших мощностей, как длинные волны. К сожалению, они практически не распространяются в водной среде. Следовательно, для передачи радиограмм подводная лодка должна работать на излучение, находясь на перископной глубине, что грозит ей потерей скрытности и ставит в уязвимое положение.

Чтобы обеспечить скрытность при приеме стремятся увеличить глубину приема СДВ. В настоящее время подводные лодки надежно осуществляют радиоприем на глубинах всего 20–30 м. Увеличение глубины приема СДВ уменьшит вероятность обнаружения подводной лодки при ее подвсплытии на связь. Для этих целей разрабатываются береговые сверхмощные системы радиосвязи, основанные на использовании электромагнитных волн чрезвычайно низкой частоты, распространяющихся на очень большие расстояния и имеющих малое затухание в атмосфере и в водной среде. Для приема этих радиоволн должны быть созданы специальные антенны, на которые не повлияет электромагнитное поле самой подводной лодки. По всей видимости, это могут быть антенны, буксируемые на заданном расстоянии.

В целях снижения вероятности обнаружения при передаче информации необходимо уменьшать время активной работы передатчика до минимума. Для этого создаются различные быстродействующие радиоустройства и приставки к передатчикам, позволяющие «сжимать» информацию и значительно увеличивать скорость ее передачи. При этом время передачи радиограмм средней длины сокращается до секунд и даже долей секунды.

Разрабатываются специальные буйковые антенны, которые лодка при передаче может выпускать с большой глубины, радиобуи разового действия, срабатывающие на передачу через некоторое время после того, как лодка уйдет от места их выпуска, и другие средства, уменьшающие потерю скрытности подводной лодкой при передаче радиограмм. Развитие спутниковых систем связи подводных лодок с берегом должно существенно повысить скрытность и надежность этой связи.

Кроме совершенствования отдельных систем, ведется разработка новых типов подводных кораблей, которые смогут решать специфические задачи. Большое развитие в будущем получат подводные корабли специального назначения, использующиеся в разведывательно-диверсионных целях, и маленькие подводные лодки для скрытной доставки небольших групп в заданную точку. Эти капсулы, имеющие экипаж всего лишь в несколько человек и приводимые в движение электродвигателями, могут быть быстро переброшены в любой район земного шара с помощью больших подводных лодок. В настоящее время в США имеется на вооружении 15 подобных аппаратов; еще 11 с увеличенной дальностью плавания поступят в американские военно-морские силы после 2001 г.

В войне на море будут широко использоваться различные автоматические аппараты. Они могут выполнять следующие функции:

— играть роль приманки для вражеских субмарин, радаров и акустических систем;

— производить патрулирование определенных районов и осуществлять функции дальнего обнаружения судов противника и борьбы с ними;

— обследовать минные поля противника, создавать их карты и проводить через них как подводные, так и надводные корабли;

— выполнять задачи разведки.

Миниатюрная подводная лодка с электрическим двигателем Мк VIII Mod 0 SDV, предназначенная для проведения специальных операций

В настоящее время США имеют несколько экспериментальных аппаратов такого рода. Исследовательский центр имени Дэвида Тейлора представил проект автоматической подводной лодки длиной около 20 м, которая будет плавать на больших глубинах и производить акустический поиск лодок противника. В случае обнаружения вражеской субмарины аппарат должен всплыть на поверхность и немедленно передать собранные данные.

В более отдаленной перспективе не исключено использование в боевых действиях на море летающего подводного аппарата, совмещающего в себе относительно высокую скорость появления в районе цели, присущую самолетам, и скрытность подхода к цели, которой могут похвастаться подводные корабли. Судя по конструкторским разработкам такого аппарата, которые велись в США, водоизмещение его может быть в пределах 20–30 т с радиусом действия в воздухе порядка 500 миль. Его использование наиболее целесообразно в противолодочном варианте при поиске по вызову по данным первичного обнаружения.

В ходе второй мировой войны линкоры не оправдали возлагавшихся на них надежд. За долгие военные годы не произошло ни одного генерального сражения линейных кораблей с целью утвердить господство на море, да и обычные артиллерийские дуэли между ними стали весьма редким явлением.

К тому же линкоры оказались особенно уязвимыми для ударов авиации и подводных лодок. Неудивительно, что все страны отказались от строительства кораблей этого класса, а оставшиеся линкоры пошли на слом или, в лучшем случае, пополнили состав резервного флота.

И вдруг случилось неожиданное. В 1982–1984 гг. в СШД, после 13-летнего забвения, прошли расконсервацию и модернизацию линкоры «Айова» и «Нью Джерси». Затем последовал черед линкоров «Миссури» и «Висконсин». Эти линкоры, построенные во время последней мировой войны, имели 57000-тонное водоизмещение и были вооружены мощной артиллерией: на каждом из них размещалось по девять 406-мм орудий и десять 127-мм двухорудийных артиллерийских установок. В ходе модернизации линкоры лишились четырех из десяти башен со 127-мм орудиями, а вместо них были смонтированы восемь четырехзарядных пусковых установок для крылатых ракет «Томагавк», четыре установки противокорабельных ракет «Гарпун» и четыре 20-мм шестиствольные артустановки. Кроме того, были оборудованы ангар и посадочная палуба для противолодочных вертолетов. На кораблях установили новые системы связи и управления огнем, появились эффективные средства радиоэлектронной борьбы. Все это позволило сократить экипаж судна с 2365 человек до 1527.

Оснащение линкоров ракетами привело к появлению совершенно нового класса военных судов — линейных кораблей УРО (управляемого ракетного оружия). Причем, по сравнению с авианосцами — кораблями военного флота, ранее считавшимися наиболее эффективными, линкоры УРО получили ряд несомненных преимуществ. Главными из них стали мощное бронирование и высокая живучесть корабля, а также большая ударная мощь, ведь всего за час стрельбы девять орудий главного калибра линкора могут выпустить более тысячи снарядов весом 1225 кг каждый. Но главная сила линкора — не снаряды, а крылатые ракеты «Томагавк», имеющие дальность полета 2500 км и способные нести ядерный заряд.

Каковы были причины, побудившие администрацию Рейгана вложить от 300 до 500 миллионов долларов в перестройку каждого из этих кораблей?

В соответствии с планами Пентагона, линкор должен был стать ядром корабельного соединения новог.0 типа, названного «надводной ударной группой», в которое также входили бы корабли охранения, обеспечивающие противовоздушную и противолодочную оборону. Находясь в составе такого соединения либо авианосной группы, линкор мог бы решать весь комплекс задач борьбы на море:

— завоевание господства в отдельных районах морских театров военных действий;

— обеспечение морских десантных операций;

— защита коммуникаций;

— демонстрация силы в районах возможных кризисов и обеспечение там военного присутствия.

Линкор «Нью-Джерси» после реконструкции

Концепция корабля-арсенала, ранее уже неоднократно обсуждавшаяся в верхах военного командования разных стран, получила большой дополнительный импульс к развитию после войны против Ирака 1991 г. В общих чертах это плавающая ракетная батарея, которая может нести на борту от 500 до 750 ракет с вертикальным пуском. В настоящее время США располагают четырьмя видами такого оружия: «Томагавк», «Гарпун», «Стандарт-2» и АСРОК, при этом количество ракет первых двух типов составляет 2000 ед. на надводных кораблях и субмаринах, а также 100–200 ед. на патрульных самолетах ПЛО «Орион» (для сравнения: флот СНГ имеет около 1200 ракет 8 типов, включая МБР большой дальности, и 700 ракет на морской авиации).

Управление огнем корабля-арсенала будет вестись с других военных судов, самолетов, а также с земли командованием десантирующихся сухопутных войск и морской пехоты. Это позволит командирам обеспечить себе мощную поддержку огнем уже в начале возможного конфликта, одновременно уменьшая при этом необходимость в использовании стратегической авиации и транспортов для доставки вооружений. Более того, во многих случаях политические ограничения и недостаточная пропускная способность аэродромов и морских портов могут задержать подвоз вооружений обычными методами и сделать их запасы объектами атаки противника. Так случилось, к примеру, во время войны в Персидском заливе, когда 16 февраля 1991 г. Ирак нанес ракетный удар по Саудовской Аравии и часть ракет упала в непосредственной близости от порта Эль Джубал. В это время там находилось 4 грузовых корабля, вертолетоносец, два корабля поддержки, не считая других, а прямо на причале стояли сотни боевых машин и были складированы многие тонны боеприпасов. Всего лишь несколько десятков метров спасли американцев от большого взрыва. Корабль-арсенал, стоящий в удалении от берега, значительно уменьшил бы необходимость в грузовых судах, количество складируемых на берегу боеприпасов и нужду в транспортировке ракет к доставленным на берег батареям армии и морской пехоты.

Концептуальный облик корабля-арсенала

Особенно нуждается в кораблях такого рода морская пехота, чье командование неоднократно жаловалось на недостаточность огневой поддержки во время операций. Линкоры класса «Айова», которые раньше планировалось использовать для этой цели, имеют ограниченные возможности: их 406-мм орудия имеют дальность 55,6 км. При этом распространено мнение, что именно выделение средств на модернизацию этих кораблей времен второй мировой войны задержало принятие программы создания кораблей-арсеналов.

Итак, ВМС начали разработку нового класса кораблей, «предназначаемых для обеспечения военного присутствия, быстрого реагирования на кризисные ситуации и участия в региональных конфликтах», как определило их роль командование флота. Конструкция их будет нести в себе многие усовершенствования. В двойном корпусе предполагается разместить различные средства пассивной защиты и маскировки, а также новейшие системы контроля и ремонта повреждений. Движительная установка должна будет обеспечить скорость около 25 узлов. Команда корабля будет составлять всего лишь 25–30 человек, что вполне достижимо путем отказа от оснащения его активными средствами защиты.

По мнению командования ВМС США, от четырех до шести таких кораблей будет достаточно для обеспечения постоянного военного присутствия в двух или трех районах вероятных конфликтов. По планам Пентагона военный бюджет на 1998 г. будет включать средства на строительство прототипа корабля-арсенала, на котором, в отличие от реально действующих кораблей, будет находиться лишь блок из 64 ракет с возможностью дальнейшего увеличения их числа до 500.

Вместе с тем, хотя основное обсуждение касается проектов надводных кораблей, было также предложено переоборудовать под те же цели подводные лодки класса «Огайо», 4 из которых планируется вывести из состава флота до 2000 г. как устаревшие. Место, занимаемое сейчас 24 ракетами «Трайдент», может быть использовано для размещения 162 ракет «Томагавк» с минимальными переделками пусковых устройств. Также есть проекты переоборудования в арсеналы более новых подлодок класса «Лос-Анжелес», списанных в порядке сокращения стратегических вооружений гораздо раньше 30-летнего возраста, путем установки на их носовую часть 12 шахт вертикального пуска, оборудования мест под 100—120 ракет и установки нового электронного оборудования. Однако оба этих предложения встретили серьезные возражения, базирующиеся на том, что из-за необходимости постоянного нахождения в определенном районе подводная лодка теряет такие ценные качества, как скрытность и непредсказуемость, а необходимость производить массированный запуск ракет демаскирует субмарину и делает легкой задачу ее обнаружения.

Усовершенствованная ПЛА «Лос-Анджелес» вполне могла бы сыграть роль корабля-арсенала

Есть много возражений и против концепции самого корабля-арсенала. Например, можно было бы просто увеличить количество ракет, несомых на новейших эсминцах класса «Берк», которые оборудованы ЗРК «Иджис», или поместить установки вертикального пуска в трюм десантного корабля. Сейчас еще слишком рано выносить окончательное суждение, но можно с уверенностью сказать, что в ближайшем будущем концепция корабля-арсенала каким-либо образом будет воплощена в жизнь.

Среди проблем дальнейшего развития надводных сил продолжает оставаться дискуссионным направление по созданию кораблей с динамическими принципами поддержания (КДПП). Еще в начале 1950-х гг. возникла идея создания военного судна на воздушной подушке — быстрого и компактного. По своим тактико-техническим данным «парящий» над водой 75-тонный корабль, вооруженный ракетами, мог успешно конкурировать с обычным боевым кораблем водоизмещением 2000–3000 т, который не только уступал ему в скорости, но и являлся гораздо лучшей мишенью для торпед противника. Для военных СВП не нужны были глубоководные порты, сухие доки и другие дорогостоящие сооружения, без которых не смогла бы обойтись обычная флотилия.

Создание малых ракетных кораблей на основе использования динамических сил поддержания при движении на воздушной подушке и на подводных крыльях позволило бы добиться коренных изменений таких важных тактико-технических характеристик этих кораблей, как повышение скорости и маневренности. Шагом вперед в области освоения движения кораблей на воздушной подушке стало создание опытного малого ракетного корабля скегового типа.

Принципиальным отличием корабля на воздушной подушке скегового типа является конструкция корпуса, состоящая из основного корпуса и отходящих от него вниз по бортам частей — скегов. Сочетание основного корпуса и бортовых скегов образует форму, подобную катамарану. Помимо того что ске-ги создают гидростатическую, а при движении в известной мере и гидродинамическую подъемную силу, важнейшей их функцией является удержание (совместно с гибкими ограждениями, установленными в носовой и кормовой частях корабля) нагнетаемого под днище корпуса воздуха. Благодаря этому создается подъемная сила, поддерживающая основной корпус на достаточном удалении от поверхности воды. При этом затраты мощности на образование воздушной подушки, а, следовательно, и на создание подъемной силы на скеговых кораблях значительно меньше, чем на кораблях амфибийного типа, где воздушная подушка по всему периметру удерживается гибким ограждениями. Таким образом, может быть достигнута большая грузоподъемность по сравнению с амфибийными кораблями и одновременно обеспечивается более высокая мореходность при достаточно высоких скоростях.

В Советском Союзе был создан проект малого ракетного корабля на воздушной подушке, который предназначался для борьбы с боевыми кораблями и транспортами противника в прибрежных районах и в открытом море, прикрытия быстроходных десантных соединений и конвоев в районах формирования, на переходе морем, а также в районе высадки морских десантов от ударов надводных кораблей и катеров противника, ведения разведки сил противника и несения дозора в оперативной зоне наших сил.

Опытный корабль был построен в 1987 г., в ноябре этого же года переведен на Черное море и в декабре начались конструкторские испытания.

Для достижения высоких скоростей и мореходных качеств был создан также опытный малый ракетный корабль на подводных крыльях. Движение этого корабля основывалось на использовании глубоко погруженных автоматически управляемых подводных крыльев. Крыльевое устройство корабля дало возможность развивать скорость более 50 узлов и при этом использовать оружие при состоянии моря до 5 баллов включительно.

Проект патрульного катера на подводных крыльях

В США также велись подобные работы, которые привели к созданию ракетных катеров типа «Пегасус». В 1977–1983 гг. было построено шесть кораблей, которые прослужили до 1993 г.

Для решения десантных задач в морской зоне строились десантные корабли и катера с использованием динамических сил поддержания. Наибольшее распространение получили корабли на воздушной подушке. Корабли на воздушной подушке, обладающие такими тактическими свойствами, как высокая скорость, амфибийность (способность выходить на необорудованное побережье и двигаться вдоль него, преодолевать подводные инженерные заграждения, двигаться по льду, заболоченной местности и т. п.), повышенная взрывостойкость от ударной волны при подводном взрыве (за счет подъема корпуса над водой на высоту гибких ограждений) позволили им эффективно проводить десантные операции в морских и прибрежных районах. Таким кораблем стал построенный в конце 60-х годов опытный малый десантный корабль на воздушной подушке, испытания которого подтвердили правильность заложенных в него принципов.

Кроме малых десантных кораблей на воздушной подушке для морской зоны были созданы опытные малые десантные корабли-экранопланы.

Первый опытный малый десантный экраноплан, построенный на опытном заводе в Горьком, после всесторонних испытаний в декабре 1979 г. был принят в состав ВМФ в опытную эксплуатацию. Затем была построена небольшая серия кораблей.

Десантные экранопланы участвовали во флотских учениях и показали способность эффективно решать задачи в соответствии с их предназначением (разведка, высадка диверсионных групп). Основным свойством, выделяющим эти суда из состава других кораблей, является высокая скорость — около 200 узлов.

Экраноплан имеет грузоподъемность до 20 т, дальность плавания 550 миль, мореходность (взлет, посадка) около 4 баллов, взлетная масса 120–140 т.

Малые десантные экранопланы сами, в свою очередь, являлись моделью для более крупных экранопланов и, таким образом, послужили дополнительным экспериментальным материалом для последующего развития этого направления.

В США первый десантно-штурмовой 150-тонный катер на воздушной подушке, спущенный на воду фирмами «Белл эйроспейс» и «Эйроджет дженерал», только разжег аппетит у командования американских ВМС, и в начале 70-х гг. Соединенные Штаты ставят перед собой более глобальную задачу — построить 2000—3000-тонное судно со скегами (программа SES).

Десантное судно на воздушной подушке в действии

Первым этапом этой программы стал спуск на воду двух опытных 100-тонных СВП в 1/20 натуральной величины: SES-100A производства «Эйрод-жет дженерал» и SES-100B фирмы «Белл эйроспейс». Оба судна смогли достичь скорости 70 узлов на волне высотой до 70 см. На модели SES-100A движителем служил водомет, а на втором судне решили использовать полупогруженные суперкавитирующие гребные винты, успешно прошедшие испытания при волне свыше 2,5 м. В 1976 г. общие расходы по программе SES превысили 300 млн. долларов, но в 1978 г. Штаты неожиданно заявляют о прекращении программы. Главной причиной, очевидно, стала оказавшаяся не по силам дороговизна новой техники, хотя чины из ВМС США и предпочли сослаться на ненадежность ряда систем и ограниченную дальность плавания.

Зарубежные специалисты отмечают, что боевая эффективность КДПП в случаях их использования на океанских просторах совершенно не соответствует их чрезвычайно высокой стоимости. Кроме того, эти корабли имеют недостаточную мореходность и устойчивость движения, большую сложность и ненадежность ряда систем, а также ограниченную дальность плавания.

Ввиду таких недостатков не ожидается широкого строительства этих кораблей до конца XX столетия. Исключение может быть сделано лишь для строительства кораблей и катеров на воздушной подушке водоизмещением 100–200 т, а также десантных судов прибрежного действия на подводных крыльях, переоборудованных из соответствующих пассажирских судов.

В качестве примера можно привести шведский проект YS2000. Правительство Швеции заказало два катера на воздушной подушке, в строительстве которых применяется технология «стелс». Всего до 2010 г. предполагается строительство 28 катеров подобного типа. Выполнять работы планируется на верфях компании «Селзиус индастри». Стоимость контракта на постройку двух катеров составит ориентировочно 242 млн. долларов США, а ввод в состав флота первого из них планируется на 1999 г.

Катер YS2000, водоизмещение которого будет составлять 420 т, а длина 63 м, предполагается вооружить ЗРК ближнего действия и одной 57-мм артиллерийской установкой фирмы «Бофорс».

Шведской программой развития ВМС предусматривается также строительство четырех таких катеров в противолодочном варианте. Планируется установить на них гидролокационное оборудование и вооружить противолодочными торпедами. Командование ВМС Швеции предполагает также заказать несколько кораблей с применением технологии «стелс» небольшого водоизмещения для использования их в качестве минных тральщиков.

Научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы по дальнейшему развитию КДПП, по мнению зарубежных специалистов, в перспективный период не прекратятся. Будет продолжаться поиск новых, лучших технических решений, поскольку созданные до сих пор образцы этих кораблей и катеров не в полной мере удовлетворяют требованиям военно-морских флотов.

Надводные корабли способны решать широкий круг задач. Они являются основными силами, обеспечивающими выход и развертывание подводных лодок в районы боевых действий и возвращение их в свои базы, перевозку и прикрытие морских десантов как на переходе морем, так и при их высадке на берег и в бою. В постановке минных заграждений, в борьбе с минной опасностью и в защите своих коммуникаций они также играют главную роль. Традиционной задачей для надводных кораблей по-прежнему является нанесение ударов по объектам противника на его территории и защита своего побережья с моря от военно-морских сил вероятного противника.

Основными оперативно-тактическими преимуществами надводных кораблей являются: универсальность решаемых боевых задач; способность вести одновременно наблюдение и слежение за противником в море, под водой и в воздухе, большие дальности плавания, высокие мореходные качества и скорости хода; возможность относительно быстрого развертывания и переразвертывания в процессе боевых действий; способность эффективно взаимодействовать с другими родами сил войск.

Боевые возможности и тактико-технические характеристики надводных кораблей непрерывно совершенствуются в ходе научно-технического прогресса. Водоизмещающие (т. е. частично погруженные в воду и держащиеся на ней благодаря силе Архимеда) корабли, несмотря на отсутствие больших перспектив дальнейшего улучшения их мореходности, повышения скорости, очевидно, займут доминирующее место среди надводных сил флота и в начале XXI столетия. Их развитие пойдет в основном путем постепенного совершенствования, главным образом за счет увеличения способности нести на себе корабельные самолеты, вертолеты и различные беспилотные средства. Число типов надводных кораблей, несущих на себе летательные аппараты, будет увеличиваться. Получат распространение и многовариантные корабли, благодаря чему их многотипность может быть сведена к нескольким базовым образцам.

Оснащение надводных кораблей ракетным оружием, создание более совершенных кораблей — носителей самолетов и вертолетов, а также переход ряда классов кораблей на атомные энергетические установки намного повысили боевые возможности надводных кораблей по сравнению с периодом второй мировой войны. Они превратились в глобальные морские силы общего назначения, эффективный резерв стратегических сил, ударную мощь флота в локальных войнах.

В долгосрочных планах военного кораблестроения США и стран НАТО наибольшее внимание уделяется развитию авианосцев и крейсеров с авиационным вооружением, кораблей охранения (крейсеров, эсминцев, фрегатов) и десантных кораблей.

Основу этих сил составляют авианосцы. В США сделан упор на создание огромных авианосцев класса «Нимитц». Эти корабли водоизмещением около 80 тыс. т, последний из которых планируется ввести в строй через 28 лет после первого — в 2003 г., являются для Штатов «скорой помощью», которую вызывают в места международных кризисов. Сейчас во флоте имеется 11 авианосцев, из них типа «Нимитц» — 9. После 2000 г. планируется начать производство еще 4-х.

Авианосец «Нимитц»: корабли этого типа будут строиться и в следующем веке

Дальнейшее развитие авианосцев предусматривает совершенствование самолетного парка, создание самолета с седловидным крылом, увеличение живучести с учетом требования выдерживать попадание 25 торпед или 40 ракет. В перспективе намечается строительство только атомных авианосцев, что даст возможность резко увеличить запасы топлива для самолетов.

Согласно доктрине ВМФ США, совершенствование ударных авианосцев не будет сопровождаться увеличением оружия самообороны. На новых кораблях оно предполагается немногочисленным — четыре 127-мм артиллерийские установки или два-три зенитных ракетных комплекса ближнего действия, как и на кораблях типа «Нимитц». Это объясняется тем, что авианосцы действуют совместно с кораблями охранения, к тому же увеличение оружия самообороны повлекло бы за собой ухудшение условий использования авиации.

В числе рассматриваемых в настоящее время Пентагоном имеется проект создания сверхбольшого авианосца, под кодовым наименованием STOAL. Этот гигант будет иметь водоизмещение в 214000 т и сможет нести на борту в два раза больше авиации, чем корабль класса «Нимитц». Авианосец будет построен по обычной схеме со сплошной палубой, маленькой «островной» надстройкой, четырьмя самолетоподъемниками и двумя катапультами.

Одновременно с проектированием и строительством больших ударных авианосцев в США и других странах НАТО ведутся исследования по созданию ударных авианосцев небольшого водоизмещения. Ими в 90-е годы предполагается заменить ударные авианосцы с котлотурбинными установками. Так, во Франции строится авианосец такого типа «Шарль де Голль». Этот корабль должен был вступить в строй в 1999 г., заменив собой другой авианосец — «Клемансо». Однако по последним сообщениям сроки ввода были пересмотрены, так как правительство Франции перекинуло часть средств с этого проекта на ускорение разработки перспективного истребителя «Рафаль».

В зарубежной печати имеются сообщения о создании многоцелевых авианосцев либо обычной конструкции, либо двухкорпусной (катамаранной) и трехкорпусной (тримаранной). Прогнозируется создание кораблей водоизмещением 45–55 тыс. т с ядерной или газотурбинной энергетической установкой. На их вооружении предполагается иметь до 60 самолетов, предназначенных для решения различных задач. Возможно также размещение на борту этих судов крылатых ракет.

Катамаранный авианосец может иметь площадь палубы на 20–40 % больше площади однокорпусного корабля такого же водоизмещения. Многие специалисты полагают также, что вследствие более высокой поперечной остойчивости двухкорпусная конструкция предпочтительнее и с точки зрения живучести в случае получения повреждений в подводной части. По инициативе министерства обороны Великобритании начата концептуальная разработка перспективного корабля противолодочной обороны, и в качестве одного из проектов предложена конструкция корпуса тримаранного типа длиной 160 м и водоизмещением 5800 т. Модельные испытания, проведенные гидродинамической лабораторией в г. Госпорт, показали, что тримаран может развивать большую по сравнению с однокорпусными моделями скорость при одинаковой мощности энергетической установки и имеет меньшую акустическую заметность. Несомненно, что создание такого корабля, которое планируется на 2010 г., даст толчок разработке авианосцев катамаранного типа.

Рассматриваются варианты создания мини-авианосцев водоизмещением около 15–20 тыс. т с крейсерской скоростью не менее 30 узлов. Такой авианосец сможет нести вертолеты и самолеты с вертикальными и укороченными взлетом и посадкой (VSTOL), а также палубные противолодочные самолеты обычного типа общим числом до 20–30 летательных аппаратов.

По мнению зарубежных военных специалистов, малые авианосцы и авианесущие крейсера в определенной степени будут способны заменить или хотя бы дополнить многоцелевые авианосцы при решении целого ряда боевых задач, что позволит им в перспективе стать основой противолодочных сил. Эти корабли совместно с многоцелевыми авианосцами способны решать и другие задачи, свойственные силам общего назначения. Ожидается, что создание большого числа малых и сравнительно дешевых авианосцев должно повысить боевую устойчивость авианосных корабельных группировок и расширить районы применения палубной авиации на океанских театрах военных действий.

В дополнение к авианосцам в странах НАТО предусматриваются приспособление возможно большего числа других кораблей и транспортных судов в качестве носителей вертолетов. Это расширит возможности надводных кораблей для поиска и уничтожения подводных лодок противника. Оснащение кораблей вертолетами придает им новые качества, значительно расширяет поле видимости несущего корабля, облегчает обнаружение и увеличивает надежность поражения подводных лодок противолодочным оружием. Обладая превосходством в возможностях обнаружения подводных лодок, вертолеты крайне затрудняют их действия по уклонению от противолодочных надводных кораблей. Вертолеты, используемые с надводных кораблей и транспортов, значительно облегчают решение задач по высадке десантов на побережье, преодолению проходов в заграждениях в воде и на берегу, а также повышают темпы высадки десантных отрядов. С помощью вертолетов создаются возможности для успешного решения задач разведки, целеуказания оружию, ретрансляции и связи, транспортировки и передачи различных грузов с корабля на корабль на ходу в море, спасания личного состава, траления минных полей и ряда других сложных задач, выполняемых надводными кораблями.

В США на вооружение поступило сравнительно большое количество переработанных эсминцев класса «Берк», на которых оборудованы вертолетные площадки. По оценкам западных экспертов, использование вертолетов позволяет увеличить зону обнаружения приближающихся крылатых ракет в два раза.

Для повышения эффективности поражения и уничтожения подводных лодок и надводных кораблей наблюдается тенденция создания для многоцелевых надводных кораблей специализированных самолетов, оснащенных поисково-ударными системами для борьбы с подводными лодками, ударными системами для поражения надводных кораблей и разведывательными системами для освещения обстановки. Создание таких самолетных комплексных систем значительно повысит боевые возможности надводных кораблей по обнаружению и поражению надводных и подводных целей.

Идет процесс внедрения атомной энергетики в надводное военное кораблестроение, где, как известно, она нашла свое применение в основном на американских авианосцах и ракетных крейсерах, но еще не получила столь широкого распространения, как в подводном флоте. Немаловажным сдерживающим фактором первоначально была более высокая стоимость постройки таких кораблей по сравнению с обычными. Однако следует учесть, что в общую стоимость постройки корабля с ядерной энергетикой включалась и стоимость ядерного горючего для обеспечения его плавания в течение 10–12 лет, в то время как затраты на строительство корабля с обычной энергетикой определялись, как правило, без стоимости расходуемого впоследствии топлива. Длительная эксплуатация кораблей с атомной энергетикой показала, что они значительно экономичнее. Уже сейчас для авианосца с обычной энергетикой стоимость израсходованного топлива, эквивалентного ядерному на авианосце «Нимитц», превышает 300 млн. долларов, т. е. она почти в три раза выше стоимости ядерного горючего. По данным командования ВМС США, стоимость строительства атомного авианосца и его эксплуатации дороже по сравнению с обычным на 12 %, в то время как эффективность выше на 20 %.

Одновременно изыскиваются возможности по созданию малогабаритных корабельных высокоэффективных автоматизированных энергетических установок на основе использования безгазового топлива. Возможно создание моделей и опытных образцов корабельных энергетических установок прямого преобразования различных видов энергии в электрическую: электрохимических и термоэлектрических генераторов, термоэмиссионных преобразователей, магнитогидродинамических установок и других.

Скорости надводных кораблей практически достигли своего предела: дальнейший их рост из-за сопротивления воды можно обеспечить только непомерно увеличив мощность силовых установок. Поэтому, как и у подводных лодок, разрабатываются способы повышения скорости за счет создания эффективных покрытий и структур поверхности корпуса для уменьшения коэффициента трения и турбулентного сопротивления воды.

Важной тенденцией развития надводных кораблей является усиление средств защиты их от оружия массового поражения. Зарубежные конструкторы пытаются сократить число и размеры надстроек и оборудования на верхней палубе, придать надстройкам и другим элементам надводной части корпуса обтекаемые формы, усилить их прочность, исключить иллюминаторы, создать различные системы и устройства, которые обеспечивали бы быстрое автоматическое задраивание отверстий на верхней палубе. Широко стала применяться герметизация основных помещений корабля и создаваться посты автоматического или дистанционного управления энергетическими остановками. Механизмы и оборудование устанавливают на амортизаторы для уменьшения воздействия ударной волны при ядерных взрывах.

Происходит постоянный поиск новых материалов, которые способны заменить сталь. Для палубных надстроек, корпусных конструкций и отделки внутренних помещений все шире применяются алюминиевые сплавы, пластмассы, стеклопластики и другие новые строительные материалы. Эти материалы позволяют значительно уменьшить вес корабельных конструкций, снизить способность их корпусов и надстроек отражать электромагнитные волны, а также удешевить постройку современных кораблей. Технология «стелс», которую обычно связывают с авиацией, находит свое применение и на флоте. Конечно, надводные корабли не могут достичь той степени скрытности для средств наблюдения противника, как более быстро движущиеся и меньшие по размерам самолеты «стелс», но те же методы могут дать и в этой области военной техники большой эффект. В 1985 г. был спущен на воду испытательный корабль «Си Шадоу», построенный по этой технологии. Его водоизмещение составляло 560 т, длина 50 м. Кроме исследования проблем снижения заметности надводных кораблей, это судно использовалось для тестирования множества других нововведений. Вся программа обошлась Пентагону в 190 млн. долл., в том числе стоимость корабля составила 50 млн. долл. «Си Шадоу» совершал экспериментальные плавания исключительно ночью. Первый его открытый показ состоялся только в апреле 1993 г., вскоре после чего корабль был списан. Результаты проведенных исследований были использованы при конструировании новых эсминцев класса «Орли Берк» и ряда транспортных судов.

Экспериментальный корабль «Си Шадоу»

Совершенствование ракетного вооружения кораблей ведется главным образом по пути его универсализации. В этих целях разрабатываются так называемые «корабельные системы ближней обороны» и многоцелевые системы средней дальности, вооружение которыми кораблей планируется начать в 90-х годах. Ведутся работы по созданию новых типов крылатых ракет с целью заменить существующие в период 1990–2000 гг. В новых разработках предполагается широкое распространение на надводных кораблях различного рода пусковых контейнеров. Кроме того, вырисовывается тенденция к дальнейшему усилению огневой мощи кораблей путем увеличения числа базируемых на их борту крылатых ракет. Запуск ракет нескольких типов планируется производить из одних и тех же установок вертикального пуска.

Непрерывно идет процесс повышения качества ракетной техники. Одновременно разрабатываются средства и методы защиты от этого оружия главным образом с помощью новых средств радиоэлектронной борьбы, зенитно-ракетного и артиллерийского оружия.

Развитие современных корабельных зенитных артиллерийских комплексов в настоящее время идет по пути полной автоматизации процессов стрельбы (включая обнаружение целей, наблюдение за ними, выработку исходных данных для стрельбы, выделение наиболее опасных из целей, наведение артиллерийских установок и управление огнем), повышения скорострельности, увеличения калибра и числа стволов, количества патронов в магазинах, дальнейшего совершенствования радиовзрывателей. Решение проблемы повышения эффективности стрельбы по низколетящим целям зарубежные специалисты видят в создании РЛС раннего обнаружения и автоматического сопровождения малоразмерных целей, сопряжении этих РЛС с артиллерийскими комплексами посредством АСУ, а также в разработке принципиально новых видов корабельной артиллерии и лазерного оружия.

В настоящее время в ВМС США разрабатывается 127-мм артустановка, в которой предусматривается возможность внедрения перспективных технологий и технических решений в ходе последующих модернизаций. Главным среди таких потенциальных усовершенствований считается применение электротермохимической пушки (ЭТХП), создаваемой на базе технологии CAP (Combustion Augmented Plasma — усиленное плазмой горение), которая является гибридом электротермической и жидкотопливной технологий. В такой пушке около 80 % дульной энергии образуется в результате сгорания двухкомпонентного жидкого метательного вещества и 20 % — за счет ионизированной плазмы, создаваемой мощным дуговым разрядом. По оценке специалистов министерства обороны США и фирмы-разработчицы, применение технологии САР может обеспечить двукратное увеличение эффективной дальности стрельбы, 50-процентное повышение начальной скорости и более высокую дульную энергию снарядов. Кроме того, путем регулирования скорости горения метательного вещества с помощью изменения частоты и мощности подводимых электрических импульсов создается возможность оптимизировать процесс выстрела таким образом, чтобы избежать больших значений максимального давления в канале ствола орудия и тем самым снизить величину перегрузок, действующих на снаряд, то есть получить «мягкий» выстрел при стрельбе гипероскоростным боеприпасом и «полку» давления, обеспечивающую сообщение снаряду большой энергии.

По мнению специалистов фирмы, с принятием на вооружение крейсеров и эскадренных миноносцев АУ с корабельной электротермохимической пушкой среднего калибра они получат возможность поражать морские и береговые цели на дистанциях, равных максимальной дальности стрельбы 406 мм трехорудийных башенных АУ линейного корабля типа «Айова».

Экспериментальная электротермическая пушка со снятым кожухом

В 1990 г. фирма «Фуд машинэри энд кемикл» по контракту, заключенному с ВМС США на сумму 4,6 млн. долларов, приступила к проектированию демонстрационного образца корабельной 60-мм одноорудийной зенитной АУ с ЭТХП на стандартном станке «Вулкан — Фаланкс», которая будет вести стрельбу гиперскоростным боеприпасом массой 3,5 кг с командной системой наведения. Для обеспечения гарантированного поражения цели корабельная система управления огнем сможет одновременно сопровождать выпущенные снаряды и атакующую корабль воздушную цель, а также осуществлять корректировку траектории снарядов. Работы по созданию данного образца завершились в 1994 г., после чего начались его стрельбовые испытания по маневрирующим целям с дозвуковой скоростью полета. При наличии положительных результатов может развернуться полномасштабная разработка зенитно-артиллерийских комплексов с ЭТХП.

К концу 80-х годов был достигнут большой прогресс в развитии противокорабельных управляемых ракет с различными головками самонаведения, что вызвало необходимость создания новой противоракетной обороны надводных кораблей. По мнению американских специалистов, для авиационно-ракетных ударов по надводным кораблям будет характерно массированное применение различных видов управляемого оружия в сочетании с активными средствами радиоэлектронного противодействия. Существующие сейчас системы ПРО и ПВО надводных кораблей, созданные базирующиеся в основном на использовании комплексов артиллерийского и зенитного ракетного оружия, уже не в полной мере способны справляться с защитой от нападения с воздуха. Дальность действия ЗРК, состоящих на вооружении американских кораблей, не превышает 120 км, скорость полета зенитных управляемых ракет (ЗУР) равна М = 3. Время полета ЗУР до дальней границы зоны поражения при этом достигает 2 мин. Для комплексов лазерного оружия время распространения поражающего излучения на максимальную для зенитных ракетных комплексов дальность составляет всего около 0,6 мс, а с учетом необходимости удержания лазерного луча на цели до ее поражения — 1–2 с (в будущем до 0,1 с).

Одним из достоинств лазерного оружия является практически неограниченное количество выстрелов. Однако на боевую эффективность лазерного оружия морского (наземного) базирования оказывает негативное влияние земная атмосфера, которая вносит существенные искажения при распространении в ней поражающего излучения, что требует применения специальных устройств для его коррекции.

В конце 80-х годов началось широкомасштабное математическое моделирование боевых действий на океанских ТВД с помощью лазеров различных типов. В этих целях используются специально созданные экспериментально-исследовательские комплексы, а также лабораторные стенды с оптическими компонентами для высокоэнергетических лазеров. Кроме того, широко применяются результаты моделирования, полученные в рамках программы СОИ, в частности методы обнаружения и сопровождения целей, наведения лазерного луча и управления им, а также алгоритмы, обеспечивающие переход от грубого сопровождения по факелу работающего двигателя ракеты к точному сопровождению ее корпуса, выбор наиболее уязвимой точки прицеливания и удержания на ней высокоэнергетического лазерного луча в течение требуемого для поражения времени, быстрое перенацеливание при борьбе с групповыми целями различных типов и оценка степени поражения каждой из них.

Экспериментальный газовый инфракрасный лазер MIRACL

В 1989 г. в лазерном испытательном центре Уайт-Сэндз проводились эксперименты с использованием полностью укомплектованной установки MIRACL по перехвату радиоуправляемых мишеней типа BQM-34, имитирующих полет противокорабельных ракет на дозвуковых скоростях. В дальнейшем осуществлялись перехваты сверхзвуковых ракет «Вандал», имитирующих ПКР, на малых высотах со скоростями до М=2. В ходе испытаний, проводимых в 1991 г., уточнялись критерии поражения ракет различных классов и самолетов, а в 1992–1993 гг. эти критерии проходили практическое подтверждение в процессе перехватов беспилотных летательных аппаратов, имитировавших применение противокорабельных ракет.

В конце 1993 г. началась широкомасштабная разработка конструкции боевой корабельной лазерной установки для проведения в морских условиях экспериментов по поражению реальных целей. Для этого американские специалисты сформулировали следующие требования: мощность выходного излучения несколько мегаватт в непрерывном режиме генерации; работа лазера не должна влиять на эффективность действия других корабельных систем и агрегатов; необходимо создать модульную конструкцию, чтобы оснащать лазерным оружием корабли различных классов, в частности крейсера типа «Тикондерога»; рабочий диапазон температур окружающего воздуха от —40 до +55 °C. при влажности 0—95 %. Основными элементами разрабатываемой установки являются собственно генератор излучения с оптическим резонатором, система формирования и наведения лазерного луча на цель, а также подсистемы хранения и подачи компонентов лазерного топлива и отвода отработанных реагентов.

Американские разработчики оценили возможность размещения высокоэнергетического химического лазера на корабле в строго определенном объеме, который, по их замыслу, не должен превышать соответствующих параметров 127-мм одноорудийной башенной артиллерийской установки Мк45 или ракетной установки вертикального пуска Мк41. Согласно расчетам, при запасе лазерного топлива на 100 с непрерывной работы (30–90 «выстрелов» в зависимости от дальности до цели) установка будет иметь массу на 15 % меньшую, чем АУ Мк45. Для уменьшения размеров сопловой блок генератора лазерного излучения имеет V-образную форму. Оптический резонатор конструктивно размещен на силовых элементах корпуса корабля, что обеспечивает требуемую жесткость крепления, необходимую для любых оптических систем.

По оценкам американских специалистов, подсистема управления лазерным лучом в установке MIRACL уже в настоящее время обеспечивает требуемые характеристики по компенсации дрожания луча вследствие вибрации корпуса корабля при работе его силовой установки и других обеспечивающих систем, узлов и агрегатов. Серийным вариантом системы формирования излучения будет SLBD, модифицированная с учетом требований по влагонепроницаемости компактности и массе.

Подсистему хранения компонентов лазерного топлива предполагается сделать комбинированной: в ее составе будут баллоны как высокого, так и низкого давления. Для хранения компонентов под высоким давлением должны использоваться баллоны цилиндрической формы из композиционных материалов, армированных стекловолокном. Их размеры выбираются с учетом размещения в стандартных контейнерах на установках вертикального пуска ракет. Такое техническое решение позволит использовать оборудование, предназначенное для погрузки на борт корабля ракет, для замены отработанных баллонов с компонентами лазерного топлива. В соответствии с требованиями министерства обороны, конструкция подсистемы должна обеспечивать высокую безопасность и живучесть в боевой обстановке. В частности, для защиты от воздействия снарядов крышки контейнеров бронируются, а сами контейнеры с баллонами высокого давления оборудуются газоотводными трактами для безопасного сброса давления в случае необходимости.

По оценке американских экспертов, двукратное увеличение «боезапаса» лазерного оружия (при времени поражения одной цели 2 с) требует повышения массы всей системы на 16 %, а занимаемого ею объема всего на 6 %. Согласно расчетам, потребляемая электрическая мощность для нормальной работы всех узлов и агрегатов комплекса корабельного лазерного оружия в дежурном режиме составляет 130 кВт, а в режиме боевого применения — 390 кВт, что вполне может быть обеспечено бортовыми генераторами электрического тока.

Интеграция комплекса в единую корабельную систему боевого управления будет осуществлена с помощью специальных интерфейсов и программ. Информация об обнаружении цели, наведении на нее высокоэнергетического лазерного луча и контроле поражения должна выводиться на единый корабельный пульт управления, с которого оператор при необходимости может корректировать работу комплекса. Частично эти вопросы были отработаны при проведении экспериментов в центре Уайт-Сэндз, с осуществлением передачи данных целеуказания полигонных РЛС на оптико-электронные средства подсистемы обнаружения, распознавания и сопровождения целей установки MIRACL.

Для решения всех вопросов по созданию корабельной системы лазерного оружия разработан план реализации программы до 2000 г. На первом этапе намечается создать экспериментальную корабельную установку с выходными энергетическими характеристиками, эквивалентными MIRACL, провести ее наземные испытания, а затем разместить на исследовательском корабле. Второй этап предусматривает проведение натурных экспериментов с целью изучения распространения высокоэнергетического лазерного излучения вблизи морской поверхности, а третий — испытания по перехвату дозвуковых и сверхзвуковых мишеней в условиях, близких к реальным боевым. После этого будет принято решение о начале полномасштабной разработки боевого корабельного комплекса лазерного оружия.

Кроме химических лазеров, за рубежом рассматриваются возможности использования в качестве корабельного оружия генераторов излучения других типов. Так, с середины 80-х годов в ВМС США разрабатывается система оружия на основе электроразрядного лазера с активной средой на СО₂, работающего на двух длинах волн — 10,6 и 5,3 мкм (основная и в режиме удвоения частоты излучения) при мощности выходного излучения несколько сот киловатт. Такая система, являясь дополнением к существующим артиллерийским и зенитно-ракетным комплексам, может решать задачу защиты надводных кораблей от управляемых ракет, оснащенных инфракрасными головками самонаведения, на дальностях до 15 км.

Определенные технологические наработки в области создания электроразрядных лазеров с активной средой на СО₂ имеют французские специалисты. В частности, по проекту LATEX, на осуществление которого было израсходовано более 300 млн. франков (общий объем ассигнований на разработку лазерного оружия в 1972–1990 годах превысил 700 млн.), была создана установка мощностью выходного излучения в непрерывном режиме 40 кВт на длине волны 10,6 мкм. В настоящее время состояние технологической базы позволяет приступить к созданию лазерной установки мощностью 200–300 кВт.

В качестве альтернативного варианта рассматриваются лазеры на свободных электронах, что объясняется прежде всего их значительными потенциальными преимуществами: возможностью перестройки по длине волны, высокой средней мощностью выходного излучения, относительно большими значениями КПД и т. д. Кроме того, достижения последних пяти лет в области ускорительной техники могут привести к широкомасштабным НИОКР по созданию лазеров на свободных электронах, работающих в ближней области инфракрасного диапазона (около 1 мкм) и имеющих массо-габаритные характеристики, оптимальные для мобильного базирования (в том числе корабельного).

В США головными разработчиками таких систем оружия являются фирма «Боинг» и Лос-Аламосская национальная лаборатория. Окончательный выбор высокоэнергетического генератора лазерного излучения может быть сделан по результатам практических экспериментов, проведение которых запланировано на 1997–2000 гг.

Противолодочное вооружение надводных кораблей предусматривается усиливать за счет совершенствования торпед, ракето-торпед, авиационных средств, а также оснащения их ядерными (нейтронными) боеголовками.

Для замены существующих, все более устаревающих торпед ведутся работы по созданию нового поколения этого оружия. Новые образцы торпед будут иметь гораздо большие скорость хода и глубину боевого применения и меньшую шумность, нежели существующие. Кроме того, их предполагается использовать как средство гидроакустического противодействия. Они будут иметь повышенную дальность обнаружения подводных лодок, имеющих покрытие из материала с пониженным коэффициентом отражения электромагнитных волн (такого, как ферромагнетики).

Ведутся разработки по созданию более эффективных энергетических установок для торпед. Например, в Великобритании разрабатывается новая энергетическая установка для тяжелых торпед в двух вариантах: с открытым циклом работы и замкнутым циклом. В первом варианте — для оснащения торпед второй половины 90-х годов. Новые установки обеспечат большие дальность плавания и скорость, а также меньшую шумность и, следовательно, более высокую чувствительность системы самонаведения.

В работах по созданию новых типов мин особое внимание уделяется разработке мин для борьбы с подводными лодками.

Ведутся исследования по созданию мин с неконтактными взрывателями, основанными на новых принципах действия, устойчивых к различным способам траления. Разрабатываются многозарядные противотральные устройства, предназначенные для защиты минных полей с якорными минами.

Особенно большое значение придается совершенствованию радиоэлектронного оборудования кораблей, и прежде всего гидроакустическиех и радиотехнических средств наблюдения и противодействия. Развитие гидроакустических средств идет по пути повышения их надежности, улучшения методов обработки отраженных от цели сигналов, снижения времени поиска, автоматизации процесса определения и выдачи параметров движения цели, уменьшения габаритов аппаратуры и совмещения антенн с обводами корпусов кораблей. В будущем экспертные системы смогут автоматически определять тип и даже серию замеченных радиолокатором судов. Широкое применение находят буксируемые гидролокационные станции.

В развитии корабельных радиоэлектронных средств происходит резкий качественный скачок, связанный с дальнейшей микроминиатюризацией радиоэлектронной аппаратуры (РЭА) в результате применения достижений функциональной электроники, составными частями которой являются: криоэлектроника, оптоэлектроника, акустоэлектроника, хемотроника, магнитоэлектроника.

Использование принципов, средств и методов функциональной электроники позволит существенно повысить тактико-технические и технико-экономические показатели радиоэлектронной аппаратуры и решить многие задачи, недостижимые при использовании традиционной элементной базы.

Одновременно большой прогресс достигнут в разработке высокоэффективного программного обеспечения для корабельных автоматизированных комплексов. Это должно позволить в будущем командованию корабля избавиться от рутинных действий и сосредоточиться на обработке информации самого высокого уровня.

Кроме этих общих тенденций, характерных для боевых надводных кораблей, наблюдается ряд специфических особенностей в перспективном развитии каждого из основных классов.

В настоящее время за рубежом ведутся проектные разработки новых специализированных кораблей огневой поддержки. При водоизмещении около 10 тыс. т и скорости 20–26 узлов они будут иметь на вооружении 3–4 орудийные палубно-башенные дальнобойные 203-мм установки и 2–4 универсальные артиллерийские установки, ЗРК самообороны и скорострельные 20-мм зенитные автоматы. Ожидается, что по своей огневой мощи такие корабли превзойдут существующие крейсера с 203-мм артиллерийскими установками.

Наиболее многочисленным отрядом надводных кораблей являются корабли охранения. В зарубежных странах к ним относят крейсера, эскадренные миноносцы (ЭМ) и фрегаты. Они являются многоцелевыми кораблями и предназначены для нарушения морских коммуникаций противника, ведения морского боя в составе соединений, защиты своих морских коммуникаций, обеспечения высадки морских десантов, постановки минных заграждений, решения задач ПЛ О, ПРО и ПВО, ведения разведки и др.

Наиболее мощным вооружением обладают крейсера. На смену прежним артиллерийского типа кораблям, находившимся в составе флотов более сотни лет, в 60-х годах XX века пришли принципиально новые крейсера с атомными энергетическими установками и многофункциональными корабельными комплексами.

В ВМС США первый из крейсеров новейшего типа — «Тикондерога» вступил в строй в 1983 г. Всего крейсеров этого типа намечается к постройке до конца XX века 26 единиц. В России, несмотря на продолжающийся экономический кризис, в 1996 г. спущен на воду крейсер «Петр Великий».

Перспективными планами намечаются дальнейшее совершенствование крейсеров, повышение огневой мощи зенитного противоракетного и противокорабельного оружия и универсализация вооружения и технических средств.

Концепция эсминца XX! столетия

Эскадренные миноносцы и фрегаты являются самыми многочисленными классами надводных кораблей. На них возлагаются задачи ПЛО и ПВО соединений кораблей, конвоев, десантных отрядов, а также огневая поддержка при высадке морских десантов или сухопутных войск на приморских направлениях, участие в блокадных действиях, несение дозорной службы у побережья, на подходах к своим базам, портам, проливам и узкостям. Действуют они, как правило, в составе поисково-ударных групп (ПУГ).

Главным отличием эскадренных миноносцев от фрегатов по американской классификации является их водоизмещение. Водоизмещение ЭМ находится в пределах 2500 (тип «Аянами», Япония) — 8500 т (тип «Кидд», США), водоизмещение фрегатов — в пределах 1200 (тип «Д'Эстьен Д'Орв», Франция) -4000 т (тип «Броудсворд», Великобритания).

Можно ожидать, что новые конструктивные особенности корабля типа «Берк» будут использованы при проектировании и строительстве других кораблей охранения — крейсеров и фрегатов по планам кораблестроения ВМС США до 2000 г. Япония также взяла этот эсминец в качестве образца при проектировании своего собственного корабля того же класса.

В развитии кораблей охранения наблюдаются унификация корпусов, вооружения и технических средств, повышение их тактико-технических данных, надежности и живучести. Ведется дальнейший поиск более устойчивых средств коллективной и индивидуальной защиты от оружия массового поражения.

Десантные корабли предназначены для транспортировки войск, техники и различных грузов морем и высадки (выгрузки) их на побережье противника при проведении морских десантных операций.

Десантные корабли входят в состав амфибийных сил, развитию которых командование США и флотов других стран — членов НАТО уделяет значительное внимание.

Возросшие требования, предъявляемые в современных условиях, к срокам погрузки, перехода и выгрузки десанта на необорудованное побережье, а также стремление максимально сохранить сбалансированность десантных сил при неизбежных потерях определили направления дальнейшего развития десантных кораблей. Этими требованиями во флотах зарубежных стран и обуславливается тенденция перехода от многотипности узкоспециализированных десантных кораблей к строительству крупных универсальных десантных кораблей.

По взглядам зарубежных специалистов, в разработке новых проектов десантных кораблей и судов наметились две противоположные тенденции: с одной стороны, максимально используются проекты корпусов, энергетических установок и вооружения ранее построенного корабельного состава амфибийных сил; с другой стороны, разрабатываются принципиально новые проекты кораблей, на которых останется лишь некоторое оборудование, предусмотренное ранними проектами. Сократить сроки погрузочно-разгрузочных работ на кораблях планируется за счет максимальной механизации автоматизации этих работ, разработки и постройки новых, более эффективных десантно-высадочных средств и широкого внедрения боевых и грузовых вертолетов.

Боевые катера — это ракетные, артиллерийские, торпедные и сторожевые корабли небольшого водоизмещения, задача которых вести боевые действия в прибрежных, шхерных и других стесненных для плавания районах против надводных кораблей и защищать свое побережье с моря.

Важнейшими тенденциями их развития являются: рост водоизмещения до 500 т, оснащение газотурбинными двигательными установками; постройка катеров с динамическими принципами поддержания; улучшение мореходности и дальности плавания водоизмещающих катеров, широкое применение в корпусах и надстройках легких алюминиевых сплавов и стеклопластиков, кроме того, катера вооружаются управляемым ракетным оружием, универсальными 76-мм артиллерийскими установками, торпедными аппаратами для стрельбы телеуправляемыми торпедами, повышается скорострельность зенитных автоматов.

Многие страны стали в последнее время обращать гораздо большее внимание на развитие боевых катеров из-за того, что за последнее десятилетие резко повысилась стоимость постройки боевых кораблей среднего и большого водоизмещения. Оценка ракетных катеров по критерию эффективность/стоимость показывает, что современные и перспективные ракетные катера имеют преимущества даже перед эскадренными миноносцами при действиях в прибрежных водах, а многие морские страны вести боевых действий вдали от своего побережья и не планируют.

Важную роль в развитии боевых катеров сыграл прогресс в области микроминиатюризации электронной аппаратуры и в области материаловедения. Это дало возможность разместить более совершенные комплексы целеуказания и управления огнем в малых габаритах катера и снизить массу самих ракет и корпусных конструкций.

В основу катеростроения зарубежных стран заложены базовые модели английских, норвежских и западногерманских фирм. В США и Японии боевые катера не строят, но проводят НИР и ОКР по исследованию их конструктивных и боевых качеств.

Зарубежные специалисты считают, что боевые катера и в перспективе следует рассматривать в качестве важного составного элемента ВМС НАТО, особенно в таких районах, как Балтийское море и его проливные зоны, Северное, Норвежское и отчасти Средиземное море.

По мере научно-технического прогресса боевые катера будут оснащаться более современными навигационными средствами, радиоэлектронной техникой, универсальным автоматическим и самонаводящимся оружием. Эти качественные изменения наряду с улучшением мореходности и дальности плавания будут способствовать дальнейшему повышению боевой устойчивости катеров при ведении боевых действий на закрытых морских театрах, в шхерных зонах и прибрежных районах.

В мирное время есть постоянная необходимость в патрульных катерах для защиты от морских пиратов, которые не только не исчезли, но и взяли на вооружение самые последние новинки техники. Растущее число судостроительных верфей предлагают скоростные патрульные катера, сконструированные на основе океанских гоночных катеров, которые приводятся в движение газовой турбиной. Такие суда оснащены современным автоматическим оружием и системами, позволяющими обнаружить мелкие суда типа лодок на расстоянии до 10 км.

Противоминные корабли предназначены для траления мин в своих водах и районах высадки десантов, а также противоминной обороны боевых кораблей и судов в море. В составе флотов в настоящее время находятся морские, базовые, рейдовые тральщики, катера-тральщики.

Современные морские, базовые и рейдовые тральщики имеют гидролокационные и телевизионные средства для поиска и классификации обнаруженных мин, тралы различного назначения, заряды для подрыва мин. Характерной тенденцией развития этого класса кораблей является создание немагнитных тральщиков, способных обнаруживать и уничтожать мины с неконтактными взрывателями. Создаются средства для дистанционного уничтожения мин, обнаруженных впереди по курсу корабля, совершенствуются корабельные гидролокационные станции, разрабатываются более совершенные подводные телевизионные камеры и другие средства для поиска мин.

Надводные корабли в современных условиях продолжают оставаться важнейшей частью флота. Развитие ракетного и других видов оружия придало этому роду сил принципиально новые качества, расширило его боевые возможности.

По всей видимости, к XXI веку роль и значение военно-морских флотов передовых морских держав не только сохранятся, но в современных политических условиях могут даже возрасти. Возможность военного флота плавать по всей акватории Мирового океана позволяет морским державам принимать активное участие даже в удаленных от их территории конфликтах. Одновременно научно-технический прогресс в этой области может значительно улучшить боевые характеристики современных кораблей.