Руки Духа блуждают по всему моему телу, лаская грудь, живот и зад. Я чувствую себя желанной. Наши рты соединяются в чувственном безумии, облизывая и покусывая, в то время как я борюсь с пряжкой его ремня. Я рычу ему в рот, и когда, наконец, пряжка расстегивается, отступаю и выкрикиваю:

— Да!

Он смеется, прежде чем снова обрушивает свой рот на мой.

Мне очень нравятся его поцелуи. Черт, я в восторге от них.

Я расстегиваю кнопку на его джинсах, и как только у меня есть доступ, скольжу рукой по его животу и в джинсы, хорошо зная, что он без трусов. Улыбаясь против его рта, когда достигаю его члена, я с трудом могу обернуть свою маленькую руку вокруг его ствола. Я медленно скольжу по нему вверх и вниз. Дух задыхается, отрывает свое лицо от моего и кричит, закрывая глаза и задирая голову к потолку.

— Бл*дь!

Пальцем я очерчиваю головку его члена, используя его предэякулят как смазку, когда глажу. Я чувствую его дрожь, когда он толкается вверх в моей хватке.

Со стоном, он выпрямляется и освобождает себя от моих рук. И я дуюсь, как ребенок, у которого отобрали конфету. Он компенсирует все почти сразу, когда спускает мои стринги, толкает меня сесть на край стола, поднимает мою ногу к плечу и опускает лицо, проводя языком по моим влажным складкам.

Я задыхаюсь:

— О, боже! Не останавливайся, Эш!

И он этого не делает. Он поглощает меня, как будто я — ужин на День благодарения.

Мой желудок сжимается, а глаза закрываются от удовольствия. Влажное тепло его языка на мне больше, чем я могу вынести. Мне трудно дышать, я стону и начинаю пыхтеть. Ни с кем раньше не было подобного. Он поглощает меня, как будто голоден. Я думаю, что это будет своего рода рекорд. Он облизывает всю меня одним движением языка, а затем всасывает мой клитор в рот. Сосет меня нежно, и покалывание начинает распространяться в моем лоне, делая меня натянутой внутри, как лук. Я стону прежде, чем кричу:

— Ах, я сейчас кончу!

Все ещё доставляя мне удовольствие так, как будто ему за это заплатили, Ашер стонет прямо в мое лоно.

«И этого достаточно, друзья мои».

Пока я охвачена экстазом, мои ноги трясутся, лоно сжимается один раз, затем второй, прежде чем за моими веками взрываются фейерверки, и моя плоть сильно пульсирует в одном из самых интенсивных оргазмов, которые я когда-либо имела. Все ещё чувствуя пульсацию, Дух толкается языком внутрь меня и наружу, и как бензин пламя, это подпитывает мой второй оргазм.

Меня накрывает волной блаженства.

Если он не остановится, то я потеряю сознание от переизбытка удовольствия.

Я хватаюсь за его затылок обеими руками и хныкаю. Он стонет и утыкается лицом глубже в меня, когда моё тело сотрясается, и я дергаюсь против его лица, когда кончаю во второй раз.

Мгновение спустя моя хватка на голове Духа ослабевает. Улыбаясь в полном оцепенении от блаженства, я глажу его, как котенка. Он нежно вытирает рот о мое бедро и встаёт. И я действительно не могу ничего с собой поделать, смотрю на его грудь с широко раскрытыми глазами, и мне интересно, что случилось, и почему она так выглядит.

Может быть, это была автомобильная авария? Тут следы ожогов и рваные раны. Я просто не могу представить, что случилось. Что может привести к шрамам как эти?

Представляю себе боль...

Я понимаю свою глупость, как только Дух отходит от меня. Вздергиваю брови в удивлении, ловлю его за руку и твердо говорю:

— Нет. — Провожу большим пальцем по костяшкам его пальцев: — Мне очень жаль, Эш. Я обещаю, что не буду смотреть.

И я говорю искренне. Я ни в коем случае не поставлю его в более неловкое положение, чем он уже находится сейчас.

Это ясно, что он сердится. Вдыхая глубоко, он избегает моего взгляда и рычит:

— Ты не должна смотреть на них. Твои красивые глаза не должны видеть этот ужас.

Жестом свободной руки он показывает на свою грудь.

Я ненавижу видеть его таким. Он так полон ненависти и гнева. Я привыкла, что он замкнут, но не сердит.

Хватаю его руку и тяну мужчину ближе, пока он не прижимается к моему голому телу. И тут я понимаю, что его эрекции и след простыл.

«Стыдоба. Ты, моя дорогая, идиотка».

Я так зла на себя. Я просто не могу ничего с собой поделать, иногда глупость — мое второе имя.

Идея приходит в мой невменяемый мозг, прежде чем я успеваю обдумать ее, и я оборачиваю ноги вокруг Духа, упираясь каблуками в его икры. Размещая руки на бедрах Эша, скольжу ими к его подтянутой заднице. Чувствую его взгляд на себе, прожигающий меня. Это второй плохое решение за одну ночь.

«Чертов алкоголь, ты плохой друг».

Ничего не происходит.

Опуская лицо вперед очень медленно, я оказываюсь на сантиметр ближе к его груди со шрамами. Я вижу, что его живот напрягся в ожидании. Опасаясь оттолкнуть Эша, крепко впиваюсь ногтями в его задницу. Идея пометить его возбуждает меня, но теперь, когда я столкнулась с тем, что уверена когда-то было красивой грудью, сама мысль отталкивает меня. Я быстро ослабляю свою хватку и оставляю мягкий поцелуй прямо по центру груди.

Дыхание Духа срывается, и руки сжимаются в кулаки. Он шепчет хрипло:

— Нет.

Не обращая на него внимания, я оставляю ещё один поцелуй на нем и игриво лижу сосок. Его тело становится жестким, но я делаю все, чтобы это игнорировать. У меня есть миссия. Мои ноги по-прежнему обернуты вокруг него, я убираю руки с его зада и двигаю ими вверх и вниз по спине, чувственно массируя.

Я хочу встать на стол и громко аплодировать, когда его тело начинает расслабляться. Еще несколько поцелуев в грудь, и я чувствую, что он возбуждается. И даже если мне хочется сделать сальто, я сосредотачиваюсь на этом важном действии.

Я лижу кожу вокруг соска, потом сильно сосу его, все это время потираясь своей влажной плотью о стояк. Используя ту же технику на другом соске, я улыбаюсь, когда Ашер низко стонет. Облизывая его от центра груди до горла, я задыхаюсь, когда он захватывает волосы у основания моей шеи. Он нежно тянет мою голову, чтобы я посмотрела на него, и когда я это делаю, вижу, что его полуприкрытые карие глаза потемнели. Он ворчит:

— Как ты хочешь?

Все еще без не думая, что говорю, я шепчу:

— Трахни меня, как будто ты меня ненавидишь.

Почти коварная улыбка расплывается на его лице. Он произносит:

— Черт, да.

Он отпускает мои волосы и целует, игриво касаясь языком моего. Сбросив обувь, зацепляет джинсы большими пальцами, тянет их вниз и делает шаг из них. Я смотрю в благоговении, как он гладит свою жесткую длину прямо передо мной.

Такой чертовски соблазнительный!

Будучи не в состоянии сопротивляться, я наклоняюсь вперед, чтобы принять его в рот, но Эш отстраняется:

— Ты не получишь его, пока не попросишь.

Мои глаза сужаются, и я сердито смотрю на мужчину. Я хочу закричать, чтобы он пошел на хер, но я жажду его. И член Духа как стакан лимонада в летний день. Я смотрю в его глаза и сквозь стиснутые зубы спрашиваю:

— Дух, могу я, пожалуйста, пососать его?

У него появляются морщинки в уголках глаз, когда он отвечает:

— Что именно ты хочешь пососать?

«О мой бог! У этого парня железные нервы!»

Громко выдыхая, я спрашиваю:

— Могу ли я, пожалуйста, пососать твой член?

Он качает головой и заявляет:

— Ты не спросила должным образом, поэтому не можешь. Правильно сказать «позволь мне». И всякий раз, когда я с тобой, только с тобой, я — Ашер, не Дух.

«Вот это да!»

Это глупо, что мне нравится, когда он контролирующий фрик?

Хорошо, даже если он самый большой мудак, упоенный властью, я почему-то чувствую, как зарабатываю привилегию сейчас. И это прекрасно.

Мое сердце согревается, и выражение лица смягчается, когда я шепчу:

— Позволь мне, пожалуйста, пососать твой член, Ашер?

Я сразу же вознаграждена, когда он наклоняется и целует меня нежно:

— Это моя девочка.

Я люблю, когда он называет меня своей девочкой. Особенно во время нашего супер счастливого времяпрепровождения.

Он отступает немного, и его член оказывается в поле моего зрения. Длинный, толстый и во всеоружии. Я оборачиваю руки вокруг него и наклоняюсь вперед, чтобы слизнуть влагу. Вкус соли поражает меня и, закрывая глаза, я лижу снова и снова, пока Ашер не начинает стонать и толкаться в мой рот. Поняв намек, я открываю рот и медленно всасываю головку.

Двое могут играть в игру с пытками.

С головкой его члена во рту, я вытягиваю свой язык, насколько могу, и мягко покачиваю головой, двигая языком по чувствительной нижней части. Ашер стонет снова, на этот раз громче, и влага просачивается из меня. Я смотрю на него, его голова запрокинута вверх, глаза закрыты в мучительном блаженстве. И я вдруг понимаю игру.

Он предоставляет мне подарок прямо сейчас. Никто не видел его таким раньше. Раскованным и вышедшим из-под контроля. И я тому причина.

«Ай-да, молодец!»

Погружая его ствол в свой рот, я понимаю, что не смогу вобрать его целиком.

«К черту, мой маленький рот!»

Когда я заглатываю его член уже наполовину, Ашер шипит и отстраняется. Нахмурившись, я смотрю на него. Он тяжело дышит и хрипит:

— Хватит. Я не могу больше.

Застенчивая улыбка появляется на моих губах, и я хочу встать, но он кладет руку на плечо, останавливая меня:

— Не так. Я хочу видеть тебя на этот раз.

Беря меня под задницу, тянет вперед, пока я почти не падаю с края стола. Затем Ашер поднимает одну мою ногу вверх на свое плечо и приближается ко мне. Наши самые интимные части встречаются, и я стону. Ашер смотрит на меня и шепчет, не двигаясь с места:

— Презерватив.

В последний раз у нас был спонтанный животный секс, и мы не использовали презерватив, а я была почти напугана беременностью. Качая головой, я отвечаю шепотом:

— Нет. Я не могу... всё в порядке. Я чиста.

Уголок его губ приподнимается, и он говорит:

— Я тоже.

Моя улыбка исчезает, когда он берет свой член в руку и прижимает его к моему входу.

«Оххх! Он больше, чем я помню».

Мучительно входя в меня сантиметр за сантиметром, он тяжело дышит и говорит сквозь стиснутые зубы:

— Бл*дь, ты такая тугая, красавица.

В блаженном состоянии, я даже не думаю, когда отвечаю:

— Сожалею. Прошло много времени.

Ашер перестает толкаться в меня и смотрит на меня удивленно, затем ухмыляется:

— Неделя — не так долго.

Все ещё в блаженстве, я насаживаю себя дальше на него и говорю:

— У меня не было секса неделю назад. У меня не было секса в течение года. Раунд в конференц-зале был около года назад.

Ашер поднимает мой подбородок, чтобы я посмотрела на него. Его глаза смягчились, но я чувствую тепло, исходящее от них. Он спрашивает медленно:

— Последний твой раз был со мной?

«Ух ты. Ты так сглупила, леди».

Понимание, что я только что выдала, заставляет меня замолчать. Просто кивнуть кажется лучшим вариантом ответа прямо сейчас.

Он прищуривается, когда целует меня и говорит против моих губ:

— Бл*дь. Ты — это нечто.

Выражение лица Ашера напрягается от концентрации. Он толкается вперед, и я стону. Когда он проникает до конца, мои глаза закатываются, и я начинаю просить:

— Пожалуйста, трахни меня. Мне нужно это.

Мои глаза по-прежнему закрыты, я слышу его ответ:

— Позволь мне позаботиться о тебе.

Он выходит почти полностью и погружается обратно в меня. Жестко. Яркие огни танцуют перед моими глазами, и я стону:

— О, да. Так, малыш.

Опираясь на меня, он прислоняет свой лоб к моему, руки захватываю мою задницу, и он двигается, снова и снова. Мне так хорошо, что я могу заплакать от радости. Год воздержания полностью забыт. Это настоящий секс. Это то, каким секс должен быть. Животный и страстный. Ашер трахает меня как машина.

«О, боже мой, он хорош!»

Так хорош, как я помню. Правда. Может быть, даже лучше. О, черт, это было давным-давно.

Моя нога все еще на его плече, я использую его, чтобы найти баланс, когда поднимаю бедра в такт его толчков, отдавая всю себя. Звук хлопков наполняет воздух и мои соски твердеют.

«Я горю!»

Эш низко рычит, прежде чем накрывает мой рот в жестком поцелуе, отчего я хныкаю. Покалывание зарождается внизу моего позвоночника, и мой разум кричит, что ещё слишком рано! Я хочу предупредить Эша, что скоро снова кончу, когда он разрывает наш поцелуй:

— Кончи со мной. В следующий раз я сделаю все лучше. Я обещаю.

Я кричу:

— О, боже! Я кончаю, Эш!

Мое лоно напрягается вокруг него, и он застывает. Белые пятна появляются перед моими глазами, и блаженное тепло проходит через меня. Я почти бьюсь в конвульсиях. Громко стону, и мои бедра дергают навстречу Ашеру. Стиснув его туго, я могу чувствовать его освобождения внутри меня. Он стонет. Раз, два, три раза, затем затихает, тяжело дыша. Мое тело становится вялым от истощения.

Время проходит, но ни один из нас не может двинуться. Мы просто остаемся тесно связанными. Наши лбы соприкасаются, и мы дышим в лица друг друга. Я обнимаю его рукой за шею и слегка прижимаюсь губами к его. Затем шепчу:

— С днем рождения, Эш. — Он качает головой в беззвучном смехе и прижимается к моему рту, начиная углублять наш поцелуй. Отстраняясь, говорит:

— Спасибо, красавица.

Когда он выходит из меня, я почти хныкаю от внезапной потери и чувства пустоты. Я ожидаю, что все станет неловким... но это не так. Я сижу голая на краю стола в конференц-зале в одних только ботильонах. Ашер поднимает мою одежду, передает мне и надевает свои джинсы обратно. Я натягиваю платье через голову и стараюсь выглядеть нормально, насколько это возможно. Не найдя стринги, сдаюсь, встаю и подхожу к еще полуголому Духу.

Я замечаю, что он редко улыбается губами, но его глаза делают это часто. И мне это нравится.

Подойдя к нему, я вижу морщинки вокруг его глаз. Я улыбаюсь ему, обернув руки вокруг его талии, и целую в грудь. Он замирает ненадолго, но я вижу, что он привыкает к прикосновениям. Между поцелуями спрашиваю:

— Неужели мы будем ждать еще год, чтобы сделать это снова?

Он сжимает мою шею сзади, когда отвечает:

— Это все зависит от тебя, девочка.

Мне очень нравится, как он держит мою шею. Это так собственнически и доминирующе.

Делая паузу, чтобы попытаться активировать фильтр между мозгом и ртом, я понимаю, что это слишком поздно, когда выпаливаю:

— Я действительно просто хочу трахать тебя, как бы это ни выглядело со стороны.

Мысленно закрываю рот рукой.

Мое лицо краснеет, но, к счастью, Ашер не обижается. Облегчение проходит через меня, когда он нежно гладит мою спину и хихикает:

— Ну, хорошо. Я только «за».

И вот так запросто, у Ашера Коллинза и меня интрижка ... я так думаю.

Хм, я должна прояснить это с ним.

Ища правильные слова, чтобы объясниться, я признаю:

— Я не хочу, чтобы кто-нибудь знал об этом, Эш.

Его рука застывает на моей спине и, черт возьми, я волнуюсь, что совершила еще одну огромную ошибку. Прежде чем он может ответить, я продолжаю:

— Это не то, что ты думаешь. Я не стыжусь тебя.

Глядя на него, чтобы он мог видеть искренность в моих глазах, я говорю ему:

— Это из-за Коула, из-за того, что произошло, все пытаются поддержать меня в последнее время, я думаю, что просто хочу иметь что-то для себя. Что-то личное. Что-то, что не будут осуждать, или куда люди не будут совать свои носы. Ты понимаешь меня, или я веду себя сейчас как сумасшедшая бессвязно говорящая женщина?

Он рассматривает меня с минуту, прежде чем отвечает:

— Да. Я понимаю. — Его ответ грубый, но он смягчает его, убрав мою выбившуюся прядь за ухо.

У меня кружится голова от возбуждения, что Ду... Ашер скоро будет трахать меня снова. Улыбаясь широко и сжимая его талию, я спрашиваю:

— Так, какие правила?

Его глаза расширяются комично, когда он спрашивает:

— Есть правила?

Закатывая глаза из-за его драматизма, я бормочу

— Если мы собираемся сделать это, мы оба должны быть в одной команде. Поэтому я скажу первой.

Я наклоняю голову и сужаю глаза, задумавшись, прежде чем выдыхаю:

— Никаких разговоров о чувствах.

Эш кивает, соглашаясь:

— Да, это дерьмо для девчонок.

Он задумывается на мгновение, затем улыбается дерзко:

— Мы можем заниматься этим где угодно, если на двери есть замок.

Отстранившись, чтобы посмотреть на него с недоверием, я говорю:

— Ничего себе. Хм, ладно. Я «за». — Я глажу его грудь рассеянно, после говорю: — Мы можем позвать друг на друга в любое время. Дня или ночи.

Массируя мою задницу своими большими руками, он отвечает:

— Черт, да. Это отлично. — Он серьезно смотрит на меня сверху вниз: — Ты уверена, что хочешь это сделать, красавица? Я могу быть очень требовательным.

Фыркнув, я отвечаю:

— О, милый, ты понятия не имеешь, на что подписываешься.

Я мысленно усмехаюсь.

Он действительно не понимает.