Книга: Рыцари Преисподней

Непросто жить, когда ты одинок. Приходится все делать самостоятельно, положиться не на кого. Никто не поможет в беде. Не с кем поплакать или разделить радость. Ты становишься черствым. Но не по собственному желанию, а лишь потому, что так надо. Хотя, с чего мне жаловаться? Как там обычно говорят? Всегда есть те, кому гораздо хуже? Да, это так. И не важно, насколько тебе сложно, всегда найдется тот, кто страдает больше. Можно ли этим себя успокоить? Безусловно, нет. Это всего лишь реальность. Хотя, порой, все, что нам нужно - это общепризнанный факт.

Что я могу рассказать о своей семье? Совсем не много. Мой отец – великовозрастный байкер, которого я не видела с тех пор, как мне исполнилось четыре года. Да, именно четыре. Моя мать – его жалкий ночной каприз. По крайней мере, я пришла к такому выводу, не находя иной причины, по которой мужчина в своем уме и при твердой памяти мог бы добровольно постучать в ее дверь. Ей определенно нельзя было присвоить титул «Мамочка года», поскольку все мое детство она беспробудно выпивала, а потом и вовсе скончалась от передозировки наркотиками. Сейчас мне двадцать один год. С одной стороны – приличный возраст, чтобы жить самостоятельно, а с другой – совсем рано, чтобы бороться за выживание, имея в распоряжении все долги матери и ее сумасшедшего сутенера, который постоянно ошивается рядом. На моем банковском счете всего двадцать долларов. Этого хватит, чтобы всего лишь пару раз купить еду в «Макдоналдс».

Я не злой человек. По крайней мере, стараюсь не быть таковой. Мне не хочется ходить с угрюмым выражением лица и плохим отношением к жизни только потому, что она не похожа на сказку. Нет, я так не хочу, ведь я сильная и решительная девушка. И эта девушка сейчас находится в поезде по дороге к отцу, которого она совсем не помнит. Но он – все, что у нее осталось. Кроме того, отец управляет солидным мотоклубом. Уверена, он не будет светиться от счастья при встрече со мной, поскольку папаша не очень-то обрадовался, узнав о смерти моей матери. Ненавижу ощущать себя нежеланным ребенком. Тяжелое чувство, когда никто тебя не любит в целом мире.

Совсем никто.

Она не просыпалась, и я подумала, что это какая-то ошибка. Ужасное недоразумение. Я пыталась растормошить маму, схватив за плечи, но она не шевелилась. Господи, этого не может быть! Только не сейчас, не здесь! Снова встряхнула ее, но голова матери лишь безжизненно опрокинулась на другую сторону. Кожа приобрела серый оттенок, которого точно не было еще минуту назад. Я сглотнула горький привкус во рту. Нет, я не плакала, - слезы спрятались где-то глубоко в потайных уголках души. Я лишь в растерянности смотрела на безжизненное тело и понимала, что это конец. В груди нарастало чувство вины, но я заставила себя не раскисать и подняться на ноги.

Здесь невозможно было находиться, отчаянно хотелось сбежать. Я быстро приняла решение позвонить в полицию и сообщить о смерти человека от передозировки наркотиками, а потом просто исчезнуть без оглядки. Я опустила взгляд на женщину, благодаря которой появилась на свет, но ничего не почувствовала. Уже не было той невысказанной злобы за поломанную жизнь, как и не было боли потери. Никакой радости от того, что больше не придется жить в ее тени. Хотя нет, кое-что я все-таки чувствовала – бесконечную пустоту, словно сосуд наполняющую мое сердце до самого края и разрушающую все эмоции, которые в подобных ситуациях испытывают люди.

Я взяла телефон матери и дрожащими пальцами набрала 911. Когда ответили на том конце провода, глядя на бездыханное тело, я спокойно сообщила все, что знаю. Мать начинала синеть. Жуткий цвет кожи, от которого в животе все скрутило. После слов диспетчера: «Успокойтесь, посидите немного, мы скоро приедем» — я положила трубку. Несомненно, они вот-вот приедут, чтобы увезти мою мать туда, где очень холодно, где будет ее новое пристанище. Они освободят ее от тяжкого бремени жизни, а я… Я просто не хотела здесь оставаться ни минуты. Нужно как можно скорее освободиться от оков прежней жизни, и знала только один способ, как это сделать.

Сбежать.

— Не дергайся, дрянь, — сквозь зубы прошипел Джаспер мне на ухо, прижимая к стене.

Я почувствовала его дыхание. Мерзкий запах комом застрял у меня в горле, вызывая рвотный рефлекс. Хотелось размазать его по стенке, но в тот момент я была беспомощна. Некуда идти. Не к кому обратиться. Это мой дом и все эти люди являлись частью моего бытия, нравится мне это или нет. В какой-то момент я дернулась и попыталась вырваться, хотя знала, что ему нужно. Он хотел трахнуть меня прямо здесь, уделать своей мерзкой слизью. Когда женщины сопротивлялись, это еще больше его заводило, и он кончал. Поэтому я быстро сообразила, что к чему и не пыталась бороться и, тогда ему быстро становилось скучно. Но как бы то ни было, этот ублюдок всегда доводил дело до конца.

— Скоро придет мать с очередным любовником. Если ты не уберешься отсюда, то как будешь объясняться насчет оказанных тебе услуг?

Он дыхнул на меня, и я, в свою очередь, попыталась не дышать, чтобы ни единой секунды не ощущать этот мерзкий запах. На меня пристально смотрели землисто-серые глаза, клочья пепельных волос свисали до подбородка. Я не понимала, как люди могут доводить волосы до такого омерзительного состояния.

— На этот раз я не трахну тебя, гадина, но, будь уверена, я это сделаю…

И я знала, что он выполнит обещание. Он всегда так делал. Фактически мне удалось выиграть лишь одну спокойную ночь. А, может, и две, если повезет. Он обязательно вернется, и, возможно, следующие попытки избавиться от него не сработают.

— Я знаю, — сердито ответила я.

— Сделай так, чтобы твоя мамочка хорошо заработала сегодня ночью. Не позволяй ей снова отключиться перед клиентом. Это дерьмо уже начинает действовать мне на нервы.

— Тогда иди и найди себе свежее мясо, и оставь нас в покое, — рявкнула я.

Он отпустил меня, и по всему телу разлилось приятное облегчение.

— У меня уже есть свежее мясо. И это ты, дрянь.

— Ты никогда не сделаешь из меня проститутку, Джаспер.

— Сделаю. Потому, что мы оба хорошо знаем, что такова твоя жизнь. Хочешь ты этого или нет.

— Нет.

Он злобно ухмыльнулся и направился к выходу. У двери он остановился и залез в карман, вытащив пакетик с белым порошком. Он бросил его мне, я поймала одной рукой.

— Убедись, что твоя мамочка не сожрет это до утра. Мы оба знаем, что она любит на завтрак, и насколько слышал, ты тоже. Сделай так, чтобы сегодня вечером она раздвинула ноги, и взгляд ее был чистым, ты поняла меня?

— Иди на хрен! — прошипела я.

— Не заставляй меня возвращаться, гадина. Потому что, если я вернусь – ты знаешь, чем это закончится. Достань для меня деньги или увидишь, что будет. Еще одна неделя без жрачки звучит не очень привлекательно, не правда ли?

Заметив мое выражение лица и громкое урчание в желудке, он сдавленно хихикнул.

— Я так и думал. Сделай, что я сказал, сучка.

Затем Джаспер ушел. Вот и все. Я взглянула на пакетик с порошком в моей руке. Вздохнув, открыла его, высыпала дорожку на журнальный стол, встала на колени, свернула пятидолларовую купюру и втянула носом порошок.

Он прав. Я нуждаюсь в дозе так же сильно, как она.

Это единственный способ уйти от реальности.

Леденящий холод и озноб по всему телу заставили меня судорожно потереть руки. Ненавижу отходняки. Состояние наркотической эйфории всегда приносит облегчение, но последствия всегда тяжелые. К слову сказать, я не так часто употребляла наркотики, чтобы стать зависимой, и мне даже казалось, что это невозможно, ведь очередная доза - всего лишь способ убежать от него, у меня не было выбора. Глаза суетливо бегали по сторонам, все тело судорожно дрожало. Показалось, что раздался какой-то стук, и я подскочила к окну, где никого не обнаружила, выглядывая из-за занавески. В ушах раздался телефонный звонок, но у меня не было телефона! Ненавижу! Отвратительное состояние! На лбу образовалась испарина, каплями стекающая по щекам и шее. Меня так сильно трясло, что зуб на зуб не попадал.

— А, вот где она!

Мерзкий голос вернул меня в реальность. Повернувшись, я увидела в дверях обнаженного Джаспера, который стоял и стимулировал свой член. Почувствовала рвотный позыв, который повторялся снова и снова. Я зажала рот рукой, но позывы продолжались, стало невозможно дышать. Ощутила себя дико беспомощной: что бы я сейчас не сделала, мне не уйти. Самое ужасное, что может быть в жизни – это находиться в ловушке без единого шанса на освобождение.

— Приятно, что мне рады, и, как видишь, я тоже очень рад тебя видеть.

Пожалуйста, оставь меня в покое! Все, что я хочу - остаться одной. Чтобы ко мне не прикасались, не применяли силу. Мне просто нужна свобода. Хотя бы на минуту. Я могу сопротивляться или неустанно молить о пощаде, но, так или иначе, исход всегда одинаков. Он всегда получит свое, с каждым разом все больше разрывая мою душу на части.

— Уходи! — резко сказала я.

— Что, отходнячок от амфетамина? Это всегда так забавно.

Ненавижу! Когда-нибудь я его убью. Я обязательно это сделаю! Просто воткну нож прямо в сердце или прострелю башку! Клянусь, настанет день, и я стану свободной!

— Исчезни! — взвизгнула высоким, почти детским голосом.

— Да ладно тебе, Эддисон. Мы оба знаем, тебе нравится все, что я делаю.

Снова рвотный позыв. Только на этот раз меня по-настоящему вырвало, и по подбородку стекла струйка желчи. Нет, он не уйдет. Он никогда просто так не уходит. Сколько бы я не боролась. Все, что я могла сделать – это как-то попытаться пережить этот ужас. Схватившись за край стола, где все еще лежала дорожка из белого порошка, я попыталась встать. Взяла пятидолларовую купюру, свернула в трубочку и отбросила волосы с лица. Наклонившись, я с такой силой вдохнула порошок, что в носу все обожгло и заслезились глаза. Нужно подождать совсем немного, буквально мгновенье, и я уйду от реальности.

Вот так я выживала, да. Но никто и не обещал, что это будет правильно.

— Не выноси мне мозг, Эддисон.

Я смотрела на мать, которая сидела с сигаретой в зубах, волосы спутаны, из одежды только нижнее белье. Мужик, которого она только что обслужила, валялся в отключке на ее кровати. Он был старый и толстый. Судя по его костюму, который висел на спинке стула, он богат. Зачем богатым мужчинам такая женщина, как моя мать? Неужели нельзя просто заказать себе нормальную девушку?

— Нам снова нечего есть, ты опять все спустила на наркоту!

Мы в очередной раз ссорились, поскольку в доме было шаром покати. Снова все потрачено. Она ухмыльнулась, продемонстрировав гнилые зубы.

— Вообще-то не тебе нужно жаловаться, ты ведь и сама неплохо пользуешься этой же наркотой!

— Да, но только для того, чтобы как-то пережить то, что твои сутенеры делают со мной.

Мать закатила глаза.

— Ой, не нужно так драматизировать. Джаспер получает лишь то, что ты сама ему даешь.

— Да ты в своем уме, черт возьми?! — мой голос сорвался на яростный крик.

— Да, в своем! — нараспев ответила мать.

Для матери нет ничего святого. Абсолютно ничего. Она - просто потерянная душа, закованная в истерзанном теле.

— А знаешь, что? Мне надоело пытаться нормально поговорить с тобой. Я сама найду себе пропитание.

— Ага, воспользуйся своим очаровательным ротиком, дорогуша, тогда мужчины толпами бросятся к твоим ногам.

Глазами полными ужаса я уставилась на мать.

— Надеюсь, ты сгниешь в аду.

Она хихикнула.

— Если я попаду в ад, то вместе с тобой, дорогуша.

Дура!

Я взяла сумочку матери и открыла ее. Перевернув все содержимое, я все-таки нашла тайный запас денег на самом дне. Она думает, что я не знаю о ее заначках. Громко закричав, мать стремительно бросилась на меня, но я крепко сжала в руке пачку купюр. Пытаясь отобрать деньги, она вцепилась мне в волосы, оцарапав кожу своими ногтями. Я ударила ее так сильно, что мать откинулась назад, затем снова сделала выпад вперед, толкнув меня в живот.

— Ах ты, глупая маленькая шлюха! — закричала она.

— У меня были самые лучшие учителя, — разъяренно ответила я, снова пытаясь оттолкнуть мать от себя.

— Ой-ой, дамы!

Толстяк поднялся с кровати, складки его живота свисали со всех сторон там, где их быть не должно. Меня затошнило. Громко хрюкая, он натянул на себя штаны, затем подошел к нам в то время как мы все еще продолжали бороться за деньги.

— Господи Иисусе, никогда в жизни не видел, чтобы женщины дрались за деньги, как две оголодавших кошки. Вот, возьми, — он протянул мне пятьдесят долларов.

Я взяла деньги, выпустив из рук материнскую заначку. Она мгновенно забрала деньги, осыпая меня проклятиями. Вцепившись в новые банкноты, я сделала шаг назад, чтобы не остаться без денег, если мужик передумает. Он удивленно уставился на меня, отчаянно сжимающую в кулаке пресловутые пятьдесят долларов так, словно это был вопрос жизни и смерти.

— Милочка, я не собираюсь забирать их обратно, — промямлил толстяк. А потом тихо буркнул: — Ничтожество.

Это слово как раз подходило под описание того, кем я ощущала себя сейчас. Да и не только сейчас, а почти все время.

Просто ничтожеством.

Когда Кэйд появился на своем «харлее», я уставилась на него, как завороженная. Он с ума сошел? Я должна поехать вот на этом? Не буду лгать, выглядит головокружительно: все эти хромированные подвески и глянцево-красные цвета... Но это так… опасно. Кэйд слез с мотоцикла и направился ко мне, постукивая пряжками на ботинках. Его глаза внимательно осмотрели меня с ног до головы. За время его отсутствия я постаралась найти более-менее подходящую одежду для поездки на мотоцикле. Надела джинсы, танк-топ и пару старых кедов. Это лучшее, что я могла собрать для такого случая. К тому же, у меня было не так много одежды.

— И ты вот так собралась ехать? — спросил он почти брезгливо.

Внезапно я почувствовала себя ужасно.

— Да.

— А где кожаные штаны?

— Ты издеваешься? — фыркнула я.

— Я серьезен как никогда, сладкая. — Его взгляд ужесточился.

— Тогда отвечу, нет. У меня нет таких штанов.

— Ладно, купим.

— Я не могу позволить себе кожаные, — возразила я, в то время как он надел на меня шлем-каску и вернулся к мотоциклу.

— Зато я могу. Садись.

Я расположилась на пассажирском сидении, от страха сердце уходило в пятки.

— Не нужно ничего мне покупать. Это первый и последний раз, когда я еду на мотоцикле.

Кэйд взял меня за колени и подвинул к себе так, что его спина расположилась прямо между моих раздвинутых ног. Затем рукой нащупал мои ягодицы, и еще ближе прижал к себе. Я затрудненно сглотнула, когда его кожаный жилет прикоснулся прямо к моей промежности. Черт. Кэйд взял мои руки и обхватил ими свое огромное, крепкое тело. Обняв его, я сжала ладошки в замок где-то в области его груди, и поняла, что уткнулась прямо ему в спину. Теперь можно было свободно вдыхать его аромат. Боже, он пах, как самая изысканная сладость.

— Держись крепко, сладкая.

Когда Кэйд завел мотоцикл, внутри моего живота раздался резкий грохот мотора. Я закрыла глаза и со всей мочи сжала зубы, поскольку вибрации от стального коня расходились по всему, и без того возбужденному, телу. Мне стало не по себе от того, что этот человек настолько меня заводит, и я заерзала. Нужно признать, что я легковозбудимый человек. Сложно не быть таковой, когда вся твоя жизнь проходит в занятиях сексом. Не могу похвастаться идеальным опытом, поскольку чаще всего, это было под алкоголем, наркотиками или по принуждению. С Джаспером не помню какого-то удовольствия. Возможно, потому что из-за наркотиков я находилась в состоянии нереальности. Единственный запоминающийся секс был с Билли, моим бывшим парнем. Моя первая любовь и разочарование. Первый нормальный сексуальный опыт.

Кэйд повернулся и каким-то холодным взглядом посмотрел на меня.

— Твоя маленькая подружка, которая плотно прижалась к моей спине, плохо себя ведет. Сиди спокойно.

Я заерзала, и его глаза вспыхнули.

— Да сиди ты спокойно, черт возьми! Иначе я спущу с тебя эти джинсы и вставлю глубоко свой член в твою маленькую, горячую киску.

Готовая провалиться сквозь землю, я открыла рот и ошалело уставилась на него. Кэйд отвернулся, быстро поднял ногу и дал газу. Мотоцикл рванул вперед, и все мои мысли мгновенно улетучились. Я истошно завопила во все горло. Спина Кэйда затряслась от смеха, с чувством глубокой паники и ужаса я вцепилась в него еще крепче. Я визжала, как ненормальная. Мотоцикл прибавил скорость, направляясь в сторону города, и от восторга я даже рассмеялась. Неожиданно почувствовала себя свободной, как никогда: волосы растрепались, ветер дул в лицо. Пришло осознание, что этот день навсегда останется в моей памяти. Пьянящее чувство свободы, которого я никогда не испытывала раньше. Сгусток потрясающих, бурных эмоций, словно молния, пронзил меня до кончиков ногтей. Ничего не слыша вокруг, кроме «харлея», мы стремительно мчались вперед. В голове возник вопрос о том, как же мне сохранить дистанцию? Кэйд производит впечатление мужчины, который так легко не сдается.

Очевидно, что Кэйд не оставит меня в покое, возможно, он увлекся. Не буду лгать, если скажу, что он не делает ничего сверхъестественного с моим телом, но я здесь не для того, чтобы ввязываться во все это.

Моя цель – начать новую жизнь и избавиться от прошлого. Я не могу все испортить. Нужно сосредоточиться на своих планах. Не хочу больше трагедий или чего-то, что помешает мне идти вперед. Я смотрела на мелькающие деревья и понимала, что мне очень легко жить здесь, находиться с Джексоном, но я не могу.… Такой образ жизни не позволит мне развиваться, а этого никак нельзя допустить.

Почувствовав, что мотоцикл замедлил ход, я осмотрелась по сторонам. Это был небольшой городок, с населением не более пяти шести-тысяч человек. Судя по окрестностям и внешнему виду людей, я бы сказала, что это своего рода, провинция. Кэйд остановил мотоцикл, и я сползла со своего места. Ноги подкашивались, и я облокотилась на пассажирское сиденье, чтобы не потерять равновесие. Кэйд засмеялся и снял шлем, затем помог и мне снять свой. Я внимательно за ним наблюдала, и когда он вот так улыбался, становилось сложнее решиться и все прекратить.

— Потерпи, сейчас твои ноги отойдут, это с непривычки.

Я кивнула и встала ровно.

— Не подскажешь, здесь есть какие-нибудь нормальные магазины?

Кэйд изогнул бровь.

— Скажи, что ты шутишь.

Я тоже приподняла бровь.

— Конечно, нет. А для чего я, по-твоему, приехала?

— Да черт его знает. Выпить, поесть.

— Для начала мне нужна приличная обувь. За весь день, проведенный в баре, у меня просто отнимаются ноги. А еще мне нужна одежда, чтобы ходить на работу.

Кэйд ошарашенно продолжал на меня смотреть. Неужели этот мужчина всерьез полагает, что я отправилась сюда, чтобы выпить? Отпад. Он задумчиво пропустил волосы сквозь пальцы. Этот мужчина на самом деле искренне раздосадован всем происходящим, и это очень забавляло. Я не удержалась и расхохоталась, спрятав в ладонях лицо. Очко в твою пользу, Эддисон.

— И ты хочешь, чтобы я пошел с тобой на девчачий шоппинг? — в ужасе спросил Кэйд.

Я хихикнула, его слова прозвучали как руководство к действию, и я зашагала мимо Кэйда с улыбкой в тридцать два зуба.

— Ты сам предложил, красавчик.

Под свое тихое брюзжание, Кэйд неохотно последовал за мной. Впервые за долгое время улыбка не сходила с моего лица. Крепкий и суровый байкер идет со мной по магазинам!

Я почувствовала, как с меня стягивают трусы и резко подскочила. Ударившись лбом об чью-то голову, взвизгнула. Не сразу поняла, где нахожусь, и что вообще происходит, но постепенно до меня дошло: какой-то замусоленный клиент пытается пробраться в кровать и воспользоваться мной. Я крепко схватилась за трусы и попыталась вырваться из рук обидчика. Когда тебе только шестнадцать, очень тяжело справиться с мужчиной, который в два раза больше и старше тебя. Незнакомец закряхтел и крепко схватил меня за руки, расположившись сверху.

— Отвали от меня! — выкрикнула я.

— Услуга уже оплачена, так что я намерен получить свое, — бессвязно ответил он.

Он был пьян. Ничего удивительного, ведь многие клиенты всегда приходили пьяными. Многие под кайфом или накуренные. И, давайте смотреть правде в глаза, разве может нормальный человек, в трезвом уме, платить за секс с кем попало?

— Слезь с меня! — повторила я, извиваясь.

— Всего пять минут, я ведь хорошо заплатил.

— Я верну деньги, — пыхтела я, пытаясь перевернуться на четвереньки, когда он улегся между моих ног и крепко прижал к кровати.

— Твоя шлюха-мать уже потратила бабки, так что не сопротивляйся.

— Пошел на хрен! — рявкнула я и укусила его, как мне показалось, за плечо. Меня чуть не стошнило.

Мужчина громко вскрикнул и ударил меня так сильно, что закружилась голова. Воспользовавшись тем, что он немного отстранился, я резко подняла колено и ударила его в пах. Зашипев, он скатился с кровати на пол, и тогда я быстро зажгла светильник. Я уже знала, как вести себя с подобными клиентами, которые решили, что если их не обслужила моя мать, то я – прекрасная возможность возместить ущерб. Когда это случилось впервые, мне было всего лишь тринадцать лет, я была невинна, а меня просто взяли и изнасиловали. После этого я быстро всему научилась. Единственный человек, которому я не могла противостоять – это Джаспер, поскольку мы зависели от него, и легко могли оказаться на улице. Вот, в чем вся соль. Печально, не спорю.

Клиент потихоньку начал подниматься с пола, и я быстро спрыгнула с кровати. Удивительно, но мужчина был довольно ухожен и на нем были надеты классические брюки. Хорошо, пусть не очень дорогие, но как ни крути, это – элемент делового костюма. Темные волосы с проседью и весьма неплохое телосложение. Чтобы он не успел броситься на меня, я врезала ногой ему в нос. Знакомый тошнотворный хруст, за которым последовала струйка крови. С окровавленным лицом, мужчина вопил от боли.

— Ах ты, маленькая сучка! — сокрушался он.

— Пошел к чертовой матери из моего дома! Не ты первый, и не ты последний извращенец, который лезет ко мне в кровать. Если еще хоть раз дотронешься до меня, я отрежу твой гребанный член!

Он ползком направился к двери, оставляя на потертом ковре кровавую дорожку. Добравшись до выхода, мужчина обернулся и взглянул на меня, задыхаясь от ярости и физической боли. Облокотившись на одну руку, он зажал пальцами нос.

— Проститутка! — рявкнул он, и ускользнул через дверь.

Я задрожала всем телом. Это единственное слово, на которое я не могу реагировать спокойно, несмотря на то, что слышала его миллион раз.

Это единственное описание, которому я никогда не хотела соответствовать, но порой понимала, что это неизбежно.

Я почувствовала запах пота. Он двигался на мне. С каждым его толчком в горле ощущались горькие рвотные позывы, но я научилась сдерживаться. Если меня вырвет, это разгорячит его еще больше. Я просто задержала дыхание и ждала, пока наркотик окутает разум пеленой и отправит подальше от суровой реальности. Это единственный шанс выжить. Единственный способ перенести весь этот ужас, когда его тело на мне, когда он входит в меня, издавая мерзкое хрюканье. Боже, когда это все кончится? Было бы гораздо проще умереть.

— Какого хрена?! — услышала я и почувствовала невероятное облегчение.

Это был Билли, который пришел ко мне, как и обещал. Глазом не успела моргнуть, как Джаспер уже отлетел к стене. Билли схватил его за причинное место и крепко скрутил. Последний, словно в агонии, разразился диким воем, и мне стало гораздо легче. Смотреть, как мой обидчик стоит на коленях, видеть его взгляд – это незабываемо, и я была очень благодарна Билли, который уже успел заехать кулаком Джасперу прямо в нос. Он продолжал наносить удары один за другим до тех пор, пока кровь ни забрызгала стены. Я даже не повела бровью. Абсолютно никакой реакции, никаких чувств.

— Если ты еще раз к ней прикоснешься, я приду к тебе ночью и порежу на кусочки твой поганый член, а потом буду смотреть, как ты истекаешь кровью, урод! Ты меня понял?

Джаспер запыхтел от злости, по лицу стекали капли пота.

— Да пошел ты!

Билли еще сильнее сжал член Джаспера так, что тот истошно заорал до звона в ушах.

— Хорошо, хорошо! — скулил Джаспер. — Я не буду больше ее трогать!

— Если бы не ее мать, ты был бы уже трупом, ничтожество. И не думай отыгрываться на обеих, помяни мое слово, я тебя уничтожу!

Джаспер закивал. По его распухшему красному лицу каплями стекали остатки крови и пота. Он учащенно дышал, губы сжаты от боли. Билли наступил на его грудь и прижал к стене. Через какое-то время Джаспер вскарабкался на колени и суетливо поспешил к входной двери. Когда он ушел, Билли повернулся ко мне, в буквальном смысле дрожа от ярости, широко раскрыв затуманенные от эмоций карие глаза.

— И как давно это происходит? — спросил он ледяным голосом, заставившим меня вздрогнуть.

— С тех пор, как мне исполнилось тринадцать.

— И ты никогда не говорила мне об этом?! — рявкнул он, и засуетился по комнате, сжав кулаки.

— Я не хотела подставлять мать.

— Мать?! — кричал он, вращаясь на место. — Именно эта женщина поместила тебя в ад!

Я встала, обернув простынью вокруг себя.

— Но кроме нее у меня никого нет. Без нее мне не выжить.

— Ты выживешь со мной!

— А что, если ничего не получится?

Его глаза сузились, и он пропустил пальцы сквозь золотистые волосы.

— Это все, что ты можешь сказать? О том, что случилось, о нас?

— Я видела, что бывает с любовью, Билли. Видела женатых мужчин, которые приходят за удовольствиями, потому что у их жен болит голова или они заняты детьми. Женщин, которые приходят от скуки, потому что их мужья вечно заняты. Я знаю, куда уходит любовь, и не хочу идти той же дорогой. Так что да, это все, что я могу сказать на данный момент.

Билли обреченно покачал головой.

— Эддисон, ты позволяешь им разрушать тебя. Однажды к тебе придут и доведут до той точки, откуда нет возврата. Они морально уничтожат тебя и загонят в такие чувства, которые навсегда изменят твою жизнь и мировосприятие, ты уже не будешь размышлять как прежде.

— Ничего не будет, — ответила я сквозь накатывающиеся слезы, действие наркотика прекращало свое действие, и я возвращалась в реальную жизнь.

— Даже со мной?

Я внимательно посмотрела на него из-под ресниц.

— Я приблизила тебя настолько, насколько могу любить, Билли. Но ведь этого недостаточно. Я такая, какая есть. Будет лучше, если ты найдешь кого-то более достойного.

— Но ты и так достойна, Эддисон.

— В твоих глазах, возможно, да.

В его взгляде скользнуло отчаяние.

— Почему ты не остановила его?

Я пожала плечами, прикурила сигарету и присела.

— А какой смысл? Он все равно это сделает, даже если я буду сопротивляться, и он это прекрасно знает. Без поддержки мы с матерью окажемся на улице. Она нужна ему, а вместе с ней и я. Он знает, что я не буду бороться. Гораздо проще отключиться от всего и дело с концом.

— Но он ведь насилует тебя, — прошептал Билли, в его словах послышалась горечь.

— Да, и что же? В жизни есть вещи и похуже.

— Эддисон, неужели ты никому и никогда не позволишь спасти тебя?

Я поднялась, обошла Билли стороной, и направилась в свою комнату. Уже возле двери я обернулась и взглянула на парня.

— Спасти можно лишь того, кто хочет этого или заслуживает.

— Ты давно смотрела на себя? — закричал он. — Смотрела!?

— Да!

— Нет, это не так! Эддисон, ты тонешь. Тебе нужно по-настоящему задуматься, прислушаться к себе. Ты ведь не хочешь быть такой, черт возьми. Очнись!

Билли схватил меня и повел в ванну, я даже не успела ничего понять. Включив свет, он поставил меня напротив разбитого зеркала.

— Смотри!

Я взглянула на девушку напротив: впалые щеки, темные круги под глазами, растрепанные волосы, давно потерявшие цвет. Эта девушка потеряна, опустошена. Как же я позволила себе стать такой… такой ужасной? В какой момент? Я сглотнула горький комок в горле. Кто эта девушка, что смотрит на меня?

Это не я.

Я знаю, как это назвать.

Пустое место. Ничто.

— Эддисон, малышка, ты сведешь меня с ума.

Я улыбнулась Билли. Он взял в руку локон моих волос, затем покрутил его на пальце. Мы ехали в машине, и впервые за несколько лет я чувствовала себя очень легко. Провела рукой вверх по его бедру. Когда вам обоим по девятнадцать, то подобный жест кажется чертовски эротичным. Он весь напрягся и начал извиваться, умоляя меня прекратить издевательства. Я захихикала. Боже, я почти забыла, что это такое.

— Я не делаю ничего «такого», — невинно улыбнулась я.

Билли обнажил все тридцать два зуба. У него была очаровательная улыбка, светлые волосы, развевающиеся на ветру, и в глазах радостно сверкали искорки.

— Если ты будешь продолжать в том же духе, то я не довезу тебя до дома.

По моему лицу пробежала тень.

— Как бы я хотела, чтобы мне не пришлось туда ехать.

Мой друг печально улыбнулся.

— Я знаю, солнышко, но пока что я не могу забрать тебя. Нужно определиться с жильем.

Я понимающе кивнула. Билли действительно пытался сделать все возможное: съехать от родителей и найти способ спасти меня. Я была уверена, что у него получится. По крайней мере, я надеялась. Сейчас он мой свет в конце тоннеля. Если этот свет погаснет, я не знала, смогу ли найти его снова.

— Все будет хорошо, — заверил меня Билли, сворачивая на мою улицу.

Сердце сжалось. Как же быстро мы приехали. В этом месте нет ничего, кроме темноты.

— Спасибо за сегодняшний день, — прошептала я, когда Билли остановил машину.

Он склонился и взял в ладони мое лицо.

— Клянусь, я найду способ забрать тебя отсюда, Эддисон.

Я прижалась губами к его губам. Он запустил пальцы в мои волосы и поцеловал меня еще настойчивее. Наконец, мы смогли оторваться друг от друга, мое сердце отсчитывало громкие удары. Большим пальцем Билли погладил меня по щеке.

— Я позвоню. Обещаю.

— Но телефон снова отключили, — вздохнула я.

Он продолжал улыбаться, несмотря на то, что внутри у него все разрывало от злости, я это знала.

— Что ж, тогда я зайду завтра.

Поцеловав его на прощание, с тяжелым сердцем я заставила себя выйти из машины. Дойдя до покосившейся входной двери, обернулась. Машина Билли все дальше и дальше исчезала, уходя вниз по улице. Обреченно улыбнувшись, я зашла внутрь. Первое, что я почувствовала – это запах рвоты. Корчась от сильной ломки, на полу лежала мать. Она еле дышала, лицо посинело. Наркотическое опьянение было сильным до невменяемости. Она утратила способность контролировать рвоту, и просто в ней захлебывалась. Опустив плечи, я вздохнула и принялась делать то, что умела лучше всего.

Присматривать за женщиной, которую я презирала, потому что у меня больше никого не было. Вот, что я обычно называю катастрофой.

Жилье Кэйда абсолютно не соответствовало моим ожиданиям. Не думала, что большой белый и очень красивый дом мог принадлежать такому мужчине, как он. Когда мы вышли из машины и оказались внутри, я испытала искреннее восхищение. Огромное помещение, выстланное натертым до блеска деревянным полом. Светлые стены из благородного дерева и несколько высококлассных предметов мебели. Без сомнений, это лучшее, что я видела в жизни. Лишенная дара речи, я огляделась вокруг. Кэйд встал позади, осторожно убрал мои волосы с шеи и нежно прикоснулся губами. Внутри меня все затрепетало, я опустила взгляд вниз на его руки, которые обнимали меня за талию.

— Сейчас у тебя такое выражение лица, что сердце сжимается, сладкая.

Под воздействием эмоций я нервно сглотнула и повернулась к нему лицом. Сейчас мне совсем не хотелось бороться с этим человеком. С тем, кто привел меня в свой дом, не взирая на всяческие сопротивления. Это означает, что я - гораздо большее, чем просто развлечение. Безусловно, Кэйд совсем непростой человек, и я сомневалась в том, что делаю, но именно сейчас меня все устраивало.

— Тебе не идет быть романтиком, байкер, — тихо ответила я.

Он усмехнулся.

— Угу, я знаю. Не переживай, мой образ засранца никуда не делся.

Я сжала губы, и Кэйд обратил на них взгляд.

— Я все-таки вытащу из тебя улыбку, сладкая. А теперь скажи, ты голодна?

Ухмыльнувшись, он снял кожаный жилет. Я смотрела на него в изумлении.

— Не ожидала, что байкер способен готовить?

Подняла руки вверх, готовая к обороне.

— Нет-нет, я не говорила этого.

— Хорошо, предположим, что не говорила. Так ты ела или нет?

Я отрицательно покачала головой. Обычно я мало ем. Скорее всего, от постоянного недоедания выработалась привычка.

— Сейчас мы что-нибудь приготовим, а потом я буду заниматься с тобой сексом до тех пор, пока не доведу до изнеможения.

Сердце ушло в пятки.

— Забавно, как высоко ты себя ценишь.

Он сделал шаг вперед и провел языком по моей нижней губе.

— Да, я неплох в постели, и ты это знаешь, сладкая.

Я слегка прикусила зубами его язык. Кэйд фыркнул, обхватив меня за талию, и приблизил к себе. Жадно впившись в мои губы, он неистово целовал меня. Казалось, что между нами разлетаются искры. Просунув пальцы сквозь петли на его джинсах, я дернула за них, притянув Кэйда еще ближе. Тесное прикосновение его возбужденной плоти к моему телу поистине вызывало блаженство.

— Возможно, у меня на примете есть несколько уловок, чтобы положить тебя на лопатки так, что ты будешь неистово кричать, — проворковала я, погладив его там.

Промычав от удовольствия, Кэйд ущипнул меня за мочку уха.

— Что ж, действуй. Все равно это не сработает, что бы ты там не придумала.

Я обольстительно улыбнулась.

— Ты бросаешь мне вызов, байкер?

— Получается, что так, — Кэйд хлопнул меня по ягодице и вышел из комнаты.

— Что ж, будем считать, что вызов принят! — крикнула я вслед Кэйду, который исчез в просторах своей большой кухни.

— Хм, звучит интригующе.

Засияв, я направилась вслед за Кэйдом на кухню с белыми столешницами, укомплектованными стильной бытовой техникой из нержавеющей стали. Подпрыгнув, я уселась на одну из рабочих поверхностей и смотрела за тем, как Кэйд ныряет в холодильник и достает оттуда гору продуктов. Многие мужчины утверждают, что умеют готовить, однако, не узнаешь, пока не попробуешь. Что касается Кэйда, то мне показалось, что он вполне неплохо готовит.

— Ты собралась просто сидеть и смотреть? — спросил он, раскладывая кусок мяса на разделочной доске.

— Ты же знаешь, что, когда готовишь для леди, нужно соблюдать некоторые правила.

— Нет никаких правил, и нет здесь никаких леди.

Я стукнула его по плечу, услышав веселое хихиканье в ответ.

— Вот так ты обычно ухаживаешь за девушками?

Он поднял глаза, срезая жир с мяса.

— Во-первых, милая, я никогда не ухаживаю за девушками. Нет такой необходимости. Во-вторых, неужели я похож на ухажера? И в-третьих, ты первая девушка за последние лет пять, для которой я готовлю.

— Так сколько тебе лет, дедуля? — рассмеялась я.

Кэйд с серьезным видом покачал головой, но я все-таки уловила легкую улыбку на его лице.

— Мне двадцать девять.

Я физически почувствовала как меняется выражение моего лица. Я знала, что Кэйд старше меня, но не предполагала, что это будет разница в восемь лет.

— Слишком стар для тебя? — пробубнил он, заметив мою реакцию.

— Нет, с чего ты взял?

— Видела бы ты свое испуганное лицо.

Давай, выкручивайся, Эддисон.

— Просто я подумала, что ты слишком молод для того, чтобы быть вице-президентом мотоклуба. Это достаточно серьезное дело.

Кэйд пожал плечами.

— Для меня – нет.

— Как ты здесь оказался?

Кэйд достал картофель и начал чистить.

— Мне помог Джек. Раньше я жил в одном убогом месте, а он забрал меня. Постепенно мы сблизились, он доверял мне, поэтому и назначил на такую должность пару лет назад.

— Так все это благодаря моему отцу?

Кэйд кивнул, бегло взглянув на меня.

— Удивлена?

— Немного. Но я все понимаю.

— Он изменил мою жизнь. Вытащил меня с самого дна.

Продолжая сидеть на столешнице, я скрестила ноги, уперлась руками об рабочую поверхность, и немного наклонилась вперед.

— А что подразумевается под словом «дно»?

— Наркотики, секс, криминал… Чувство вины.

— Вины?

На секунду Кэйд застыл, и я успела это заметить. Что же он скрывает? Что такого натворил? Почему испытывает чувство вины, о котором не может спокойно говорить? Может, именно поэтому он настолько решителен со мной? А, может, он видит во мне себя? Или пытается помочь мне, потому что когда-то сам не смог найти выход? Ведь так устроены люди: когда они не могут решить свои собственные проблемы, то реализуют потребности через других. Скорее всего, это просто поддержка, которая не дает нам обоим окончательно растерять себя. Нам всегда легче думать, что все еще можно спасти. Хотя бы малую часть.

— Мне не хотелось бы об этом говорить.

Я кивнула, понимая его, как никто. Я тоже не готова посвящать кого-то в подробности своей жизни. А мне, поверьте, есть что рассказать.

— Я тебя понимаю.

Кэйд прекратил чистить картошку и посмотрел на меня.

— Я ожидал другой реакции.

— Какой, например?

— Большинство девушек с недовольной гримасой закатывают глаза, либо высказывают дурацкие слова утешения, которые меня раздражают.

Наши глаза встретились.

— Я проходила через такое, о чем не хочется говорить. И я знаю, какого это – хранить в сердце историю, которой не хочется ни с кем делиться. Знаешь, не все нужно рассказывать о себе… иногда есть вещи, которые лучше скрыть.

Кэйд пристально посмотрел на меня, его взгляд проникал в самую душу.

— Никогда не слышал ничего подобного, но мне нравится твоя точка зрения.

Кивнув, я опустила взгляд в пол. Кэйд резко отбросил нож и подошел ко мне, взял за подбородок и посмотрел в глаза.

— Я знаю, что тебе пришлось пережить ужасные вещи, и, возможно, когда-нибудь ты захочешь все мне рассказать. А, может, и я захочу поделиться. Пусть это будет всего лишь фрагмент твоей жизни, или совсем маленький эпизод – решать тебе. Я никогда не посмею давить на тебя, и никогда не буду осуждать. Я вижу по твоим глазам, через что ты прошла. Знаешь, почему? Ты всегда улыбаешься натянуто, глаза не излучают настоящий блеск, как обычно бывает у людей. Но когда-нибудь, маленькая, я заставлю твои глаза сверкать.

Я сглотнула комок в горле, и сделала то, чего никогда прежде не позволяла себе – протянула руки, нежно погладила Кэйда по лицу, а потом поцеловала. Ласково, трепетно. За этим порывом что-то стояло, и я этого очень боялась потому что если встретиться с правдой лицом к лицу, предо мной предстанет то, от чего я всегда пыталась убежать. Сразу накроет осознание того, что с этого момента вся жизнь изменится. Прервав поцелуй, я отстранилась, а Кэйд еще долго гипнотизировал меня взглядом. Затем он вернулся к готовке. Глубоко вздохнув, я решила, что пора сменить тему и отбросить в сторону все эмоции. На сегодня достаточно.

— А что по поводу Бритни? Как она вписывается во все это?

Кэйд разулыбался, качая головой.

— Да она просто заноза в заднице.

— Почему же ты спишь с ней?

— Я не сплю с ней с того дня, как появилась ты.

Весьма удивлена.

— Почему?

— Сладкая, ты ведь знаешь, почему. Не заставляй меня быть милашкой. Да, я могу иногда говорить приятные вещи, но не собираюсь пускать слюни.

— Хорошо, пусть ты перестал с ней встречаться из-за меня. Тогда почему она так уверена, что она единственная, к кому ты вернешься?

— Потому что у нас были долгие отношения.

— Так вы встречались?

Кажется, все начинает проясняться.

— Не совсем. Как-то она пришла к нам с каким-то парнем. У них ничего не вышло, и она пустилась в свободное плавание. Потом она работала в баре, проводила время с разными парнями из клуба, и, таким образом, нашла свое место под солнцем. Потом ей приглянулся я. Бритни очень жадная до секса, и мы стали общаться. Это переросло в регулярный секс. Ты, наверное, думаешь, что я бабник. Не буду лгать, мне никогда не хотелось постоянных отношений. С Бритни мы спали вместе около трех лет, но потом она стала действовать мне на нервы. Начала оказывать давление, хотела стать моей постоянной Фавориткой, но это невозможно. Я отказал ей, но мы все еще продолжали спать вместе, хотя и не так часто.

— Э-э-э… Все ясно.

— Шокирована, малышка?

— Нет, именно так я и представляла ваши отношения. Она достаточно решительна и уверенна в том, что будет единственной женщиной в твоей жизни.

— Хм, не ей решать. Ты наблюдала за ней, не правда ли?

Я взмахнула рукой.

— Я? За Бритни? Ни капли, ты что. Мне вообще все равно.

— Милая, она не отличается порядочностью. Будь осторожна.

— Да все нормально.

— Милая…

— Кэйд…

— Ты будешь вести себя осторожно, договорились?

Я сдалась.

— Хорошо, я буду осторожна.

— Я знаю, что твое согласие лишь для того, чтобы я отстал. Пока что этого достаточно.

Я улыбнулась, и Кэйд тоже ответил мне улыбкой, затем вернулся к приготовлению ужина. Весь последующий час я любовалась его движениями. Он приготовил стейк, запеченную картошку с сыром и чесночный салат. В полной тишине мы сидели за столом, ели и пили пиво. Все получилось настолько вкусно, что было не до разговоров. Когда мы закончили, я собрала посуду со стола и начала мыть. Вдруг заметила, что Кэйд наблюдает за мной, облокотившись об стол. Подбоченившись, я повернулась.

— Не хочешь помочь?

— Нет, сладкая.

— Тогда я не буду это делать одна.

— Разве это не женская работа?

Удивленно выпучив глаза, я взяла полотенце и пошла в нападение на Кэйда. Он рассмеялся, сделав шаг навстречу, и я успела шлепнуть его полотенцем по животу. Притворно заскулив от боли, Кэйд ткнул меня плечом в живот, затем поднял и перекинул через плечо. Расхохотавшись, он нес меня и шлепал по ягодицам, а я вертелась, как уж на сковородке. Мы направлялись в спальню.

— А как же уборка? — смеялась я.

— Да ну ее к черту. Я хочу провести остаток ночи в твоих нежных объятьях.

Что ж, на моем месте не устояла бы ни одна девушка.

Кэйд склонил меня на мягкий матрац и сделал шаг назад, чтобы полюбоваться. В глазах поволока вожделения, все тело напряжено. Он снял через голову футболку, и я встрепенулась, увидев его рельефный торс. В мягком освещении его татуировки смотрелись очень эффектно, я закусила губу, внимательно рассматривая изогнутую надпись на его груди — Рыцари Преисподней, а в нижней части живота — Каждая секунда на счету. С искренним восхищением я любовалась этим мужчиной.

Кэйд расстегнул джинсы и, словно заигрывая, начал медленно снимать их. Не сдержавшись, я просунула руку себе под футболку и сомкнула пальцами затвердевший сосок. Я очень хорошо знала, как можно сделать себе приятно, ведь на моих глазах происходило множество видов полового акта. Кэйд уловил мои движения, и его дыхание стало более глубоким. Когда джинсы наконец-то оказались на полу, я взглянула на его возбужденное достоинство. Боже, как это красиво: сочетание идеального размера и пирсинга. Кэйд тоже начал ласкать себя. Увидев, в каком идеальном ритме он двигает рукой, я нервно сглотнула. Стремительно скинув с себя футболку, расстегнула бюстгальтер и швырнула его в сторону. Тяжело дыша, Кэйд устремился на кровать.

— Сядь на меня сверху, — прошептала я.

Глаза Кэйда удивленно расширись.

— Зачем? — хрипло спросил он.

— Так надо. Садись.

Кэйд встал на колени так, что я оказалась между его ног, и приблизился к моему лицу. Его плоть гордо возвышалась над моими губами, и я облизала головку. Кэйд прошипел от удовольствия и сжал рукой основание члена, совершая короткие поступательные движения. Я взяла его в руку, слегка задев ногтями. Мужчинам это нравится. А еще им нравится, когда ласкаешь их возле анального отверстия. Я не знала, как к этому относится Кэйд, но решила попробовать.

— Продолжай, — велела я.

— Меня чертовски заводит твоя откровенность.

Улыбнувшись, я положила под голову подушку. Обхватив губами мужское естество Кэйда, я ласкала языком головку. Прерывистое мужское дыхание еще больше распаляло меня. Кэйд двигал рукой чуть интенсивнее и быстрее, вырабатывая свой ритм. Я вращала языком вокруг пирсинга, а потом слегка потянула зубами за металлическую штангу. Раздался стон, все мускулы Кэйда напряглись, словно струна. Господи, у него тело потрясающей красоты! Не прерываясь, я взяла его за мошонку и аккуратно начала вращать ее в руке. Кэйд издал какое-то животное рычание, и тогда я легонько провела зубами по головке его члена.

— Черт! — задыхался он. — Если ты не остановишься, я просто ничего не успею с тобой сделать!

Но я не останавливалась ни на секунду. Я продолжала ласкать его зубами и языком поочередно, плотно обхватив пальцами член. Когда я почувствовала, что он увеличивается в размерах и семяизвержение уже близко, я быстро вставила палец Кэйду в анальное отверстие. От неожиданности он дернулся. Я продвинула палец чуть глубже, пытаясь найти точку, от которой все мужчины сходят с ума. Резкий всплеск горячей жидкости ничуть меня не испугал, я знала, насколько интенсивным он бывает. Вцепившись пальцами в простыни, Кэйд громко стонал, запрокинув голову назад. Его грудь неистово вздымалась и опускалась. Глядя на него, я поняла истинный смысл слов, когда говорят, что мужской оргазм гораздо динамичнее. Я продолжила ласкать его, и еще одна струя заполнила мой рот.

— Черт! — выкрикивал Кэйд.

Когда Кэйд перестал пульсировать, и эрекция пошла на спад, я отстранилась и взглянула ему в глаза. Он был абсолютно растерян, но очень счастлив.

— Просто нет слов, — его голос охрип. Темные волосы упали на лицо, создавая довольно устрашающий, но в то же время моложавый вид.

— Я же говорила, что заставлю тебя кричать, — улыбнулась я.

Его лицо засияло, он наклонился ко мне, и прижался губами к моей голове.

— А я говорил, что заставлю тебя улыбаться. Полагаю, мы оба выиграли?

— Да, — хихикнула я.

— Дай мне десять минут, и я возьму тебя…

Я залилась румянцем и отодвинулась, чтобы Кэйд лег рядом. Какое-то время мы просто лежали на спине и смотрели в потолок, испытывая одинаковый эмоциональный прилив. Кэйд – мой человек. Было в нем что-то такое, что мне очень близко. Впервые в жизни кто-то запал мне в душу настолько глубоко. Это вызывало невероятный трепет, но и страх. Я повернулась к нему и провела пальцами по груди. Глазами, полными чувств, он взглянул на меня.

— Сладкая, в тебе есть что-то такое, что все мои представления об отношениях теперь кажутся ничтожными.

— Да, — тихо ответила я. — Мне тоже. Но ты сильно не обольщайся, байкер.

Он томно посмотрел на меня, затем прильнул губами к моему соску. Обхватив его, он посасывал и покусывал, вращал языком снова и снова. Я не смогла сдержать стон и откинула голову на подушку. Лаская одну грудь языком, он гладил вторую рукой. Мне захотелось заскулить от удовольствия, еще никогда в жизни я не испытывала электрический ток по всему телу только от того, что мне ласкают грудь.

— Кэйд, — прошептала я. — Пожалуйста, еще…

Его рука переместилась на мою промежность. Он поглаживал меня поверх брюк, затем я позволила ему снять их. Оставшись в нижнем белье, почувствовала головокружительное пробуждение моего женского естества. Кэйд плотно прижал ладонь к самой горячей части моего тела.

— Черт, какая ты мокрая, я бы прямо сейчас набросился на тебя, но только после того, как еще раз попробую тебя на вкус.

Кэйд резко сорвал с меня трусики. Я интуитивно устремилась вперед, и Кэйд широко развел мои колени в стороны.

— Ты просто прелестна, такая влажная, покажи мне, как ты любишь себя.

Я подняла глаза, и от его взгляда сердце забилось в сумасшедшем ритме.

— Ты хочешь, чтобы я ласкала себя?

— Да, милая…

Мои пальцы скользнули вниз по животу. Добравшись до нужного места, они скрылись в складках нежной кожи. Кэйд сглотнул, глядя на то, как я вытащила пальцы и поднесла их к губам.

— Черт! — громко выкрикнул Кэйд.

Кэйд стремительно схватил мои пальцы и начал посасывать. Это было очень эротично. Отчаянно желая прикосновений, мое тело сжалось. Я убрала пальцы из его рта, и он осторожно поднял мои руки над головой.

— Сейчас тебе будет очень хорошо, сладкая. Не опускай руки.

Я еще сильнее раздвинула ноги. Кэйд взял меня за бедра и приподнял их. Когда его лицо оказалось на моей промежности, из моей груди вырвался нечеловеческий стон. Он посасывал клитор, нежно вращая языком так, что мое напряжение находилось почти на краю боли.

— Кэйд, прошу тебя, — металась я в его руках.

Он вставил палец внутрь меня. Затем второй. Не давая возможности понять, что происходит, он ласкал меня снова и снова. Мой оргазм невозможно описать словами, это что-то за гранью возможного. Словно безумная, я металась, кричала, дрожала с каждым толчком своего безудержного тела. Кэйд быстро поднялся, взял с тумбочки презерватив. Усевшись на место, он демонстративно распределил его по всей длине своего мужского достоинства. Расположившись сверху, он положил мои ноги себе на талию и приставил член к входу в мою киску. Каждый его толчок вызывал невероятное чувство наполненности, мне хотелось кричать снова и снова.

— Черт, Кэйд!

— Сладкая, — стонал он. — Ты сводишь меня с ума.

Он протолкнулся еще глубже, и я целиком ощутила его напряжение. Закрыв глаза, я устремилась к небесам. Кэйд ритмично работал бедрами, оперившись на руки по бокам от моей головы. Я повернулась и провела языком по его бицепсу. Кэйду это понравилось, он слега потянул меня за волосы. Почувствовав его плотно внутри себя, я всхлипнула: он просто создан для меня.

— Хочу тебя еще глубже, — выдохнул Кэйд, взяв меня за бедра, и мы перевернулись.

Мы откатились так далеко на край кровати, что очутились на полу. Я взвизгнула, а Кэйд рассмеялся. Лишь на долю секунды я подумала о том, что нужно как-то подвинуться, но вместо этого я набросилась на Кэйда с жарким поцелуем и мы стали совокупляться, словно дикие животные. От интенсивного трения об ковер моя спина горела огнем, ноги были высоко заброшены на кровать. Кэйд брал меня жестко, запустив пальцы в мои волосы. Мокрые тела, неугомонные движения, наши стоны слились воедино, создавая какой-то первобытный вой.

— Черт, я сейчас кончу, — простонал Кэйд. — Давай вместе.

Я так сильно вцепилась ему в спину, что побелели костяшки пальцев. Он громко вскрикнул, когда мои ногти впивались в его кожу. Я почти на грани, боже, кульминация совсем близко! Кэйд наклонился и дотронулся до моего клитора, и тогда я сорвалась с обрыва. Задыхаясь и крича, я почувствовала взрыв по всему телу. Кэйд не отставал, и его низкие стоны еще больше усиливали мои ощущения. Наши тела дрожали, болела спина, все тело сгорало, но мне безумно это нравилось. Каждая секунда всего происходящего. Когда оргазм Кэйда стих, он положил голову мне на плечо и нежно поцеловал его. Мы легли на бок и оказались лицом к лицу.

— Черт, девочка, а у тебя острые когти, — тихо прошептал Кэйд. — У меня вся спина болит.

— У меня тоже, — простонала я, отодвигаясь.

— А что с ней? — спросил он, поправляя прядь моих волос, которая лезла в глаза.

— Жесткий ковер.

Кэйд непонимающе взглянул на меня, а затем прыснул от смеха. Я толкнула его в грудь, но он перехватил меня за запястье и притянул к себе.

— Прости, маленькая, просто это было так неожиданно.

— А я не могла поверить, что мы грохнулись с кровати.

Кэйд растянулся в улыбке, а затем нежно поцеловал меня.

— Дикая кошка.

— Хулиган.

Кэйд потянул меня так, чтобы мы сели, затем аккуратно развернул к себе. Погладил мою больную спину, и вдруг, к моему глубокому удивлению, склонился к моим ранам и прикоснулся к ним губами. В обычной жизни у Кэйда достаточно устрашающий образ, но здесь и сейчас он прекрасен.

— Давай я приложу что-нибудь к царапинам.

Он поднялся и, взяв меня за руку, помог встать. Мое тело ломило от приятной боли — это невероятное ощущение. Я такого никогда не испытывала прежде.

И это весьма меня настораживало.

Недалеко от дома Джексона раздался рокот мотоциклов. Я была уверена, что это не Кэйд, поскольку он не мог сейчас оказаться с байкерами, буквально через десять минут после того, как я оставила его обнаженным в кровати. Я обратила взгляд на десяток фар, появившихся на склоне.

Прищурившись, пыталась рассмотреть, есть ли среди мотоциклистов Джексон. Когда байкеры сбросили скорость, я поняла, что это не «Рыцари», а другая группировка. Меня окутала настоящая паника. Я попятилась назад, на это раз понимая, для чего меня предупреждали о небезопасной дороге домой. Мне просто не справиться с таким количеством байкеров.

И вот, колонна остановилась. С черного «харлея фэт боя» слез человек и снял с себя шлем. При взгляде на него мои глаза расширились от удивления. Он был достаточно симпатичен, нет, он был просто секси – светлые волосы, темные глаза. Однако, смотреть на него было страшно. Человек направлялся в мою сторону, под его ботинками хрустела сухая листва. Когда он подошел совсем близко, я рассмотрела его темные, почти черные глаза, взъерошенные золотистые волосы и бесчисленное количество татуировок. Я нервно сглотнула, но заставила себя расправить плечи. Может, они друзья Джексона?

— Дай угадаю, — промурлыкал он глубоким приятным голосом. — Ты, должно быть, девчонка Джекса?

— Я ничья девчонка, — ответила я, несмотря на то, что мой голос не звучал так уж уверенно, как бы мне хотелось.

Блондин ухмыльнулся и скрестил руки на груди. Он был не таким высоким, как Кэйд, однако достаточно крепким, и шире в плечах.

— Наслышан о тебе. Думал, что найти тебя будет гораздо сложнее.

В недоумении я покачала головой.

— О чем вы говорите?

Он оскалился, демонстрируя ямочки на щеках.

— Ты знакома с человеком по имени Джаспер?

Я дернулась, и это его развеселило еще больше.

— Так я и думал. Знаешь ли, я слышал, что ты оставила после себя некоторые проблемки, и Джаспер совсем не рад этому. Поэтому он обратился ко мне за помощью. Я прекрасный сыщик, а он не хотел марать руки. Если бы он сам пришел за тобой, то сильно бы рисковал, поэтому я здесь.

Мои руки задрожали, я крепко сжала их вместе. Боже, и зачем я ушла из дома Кэйда? Вот же упрямая дура!

— Я ничего не сделала Джасперу, — снова неуверенно сказала я.

— Дорогуша, мы оба знаем, что это ложь.

— Что вам нужно? Хотите сказать ему, где я? Давайте, я все равно сбегу.

Байкер рассмеялся.

— Так я снова найду тебя. Это не сложно было сделать в первый раз, не сложно будет и потом.

— Вы нашли меня только по фамилии и, потому что мой отец – байкер. Думаете, я настолько глупа? Вы знали, где искать, а Джаспер – нет, поэтому он и отправил одних байкеров искать другого. Все просто. — Выражение его лица исказилось, но я продолжила. — Давайте, расскажите ему. Я убегу.

Я сделала шаг назад, достала телефон и поспешно набрала номер Кэйда. На днях я на всякий случай купила мобильник, чтобы Кэйду не приходилось постоянно меня ждать, и чтобы я легко могла его найти. Слава богу, что я додумалась до этого.

— И кому ты звонишь, дорогуша? Папочке? Он тебе не поможет.

—Я звоню своему… э-э…парню, Кэйду.

Господи, неужели я ляпнула это? Это прозвучало так по-детски. Я обратила внимание, что при упоминании имени Кэйда байкер скривился, и это разожгло мой интерес.

— Ну-ка повтори, — потребовал он низким голосом.

Он знает Кэйда? Что ж, интересно.

— Ему все это очень не понравится, — рискнула заявить я. — Он член клуба моего отца, и когда ребята приедут…

— Так вот, куда сбежала маленькая сучка, — снова разулыбался блондин, обрубив меня на месте.

— Сладкая? — Я услышала голос Кэйда на том конце провода. — Ты передумала?

— Кэйд, тут приехал один человек и…

Блондин фыркнул, затем подошел ближе, выхватил у меня телефон и поднес его к уху.

— Кэйд, сто лет не виделись, дружище.

Надеюсь, он не в прямом смысле?

— Да, это Спайк. Не нужно так удивляться. Ты же не думал, что никогда меня больше не увидишь?

Какого черта между ними произошло?

— Да, буду тебя ждать. Как бы там ни было, привози своих ребят, мы очень хотим потанцевать танго.

А вот это уже звучало совсем не к добру.

Спайк завершил разговор и, улыбаясь, протянул мне телефон.

— Что ж, только что ты поспособствовала еще более интересному развитию событий. Я давно хотел с ним встретиться.

Я судорожно потирала руки. Мне нужно было как можно скорее покинуть это место. Пока Кэйд будет их отвлекать, мне нужно убежать. Но, если он не появится, это провал, я не смогу уйти, мне просто не хватит сил. Я надеялась, что придет Кэйд и вытащит меня отсюда.

За спиной Спайка стояло около шести мотоциклов, все еще припаркованных на обочине. По крайней мере, блондин не привез всех своих байкеров, а, может, это и есть вся группа. Хотелось верить. Я осмелилась снова перевести взгляд на Спайка, все еще находясь в растерянности от того, что Джаспер нанял байкеров, чтобы найти меня. Это такая низость.

— Кэйд не позволит тебе сдать меня, — мой голос прозвучал язвительно.

— Он не остановит меня, дорогуша, — оскалился Спайк. — И, поверь, я не обязан ему подчиняться.

— Просто оставьте меня в покое. Джаспер получил по заслугам. Я не делаю ничего плохого, просто хочу начать все сначала.

Спайк пожал плечами.

— Не отрицаю. Но мне платят, и я выполняю заказ. Все просто. Без обид, дорогуша.

— Без обид? — взорвалась я. — И ты рад вернуть меня к человеку, который насиловал меня всю мою жизнь? — Спайк встрепенулся и в изумлении уставился на меня. — Кто ты после этого?

Услышав звук мотора «харлея», я увидела около десяти мотоциклов, показавшихся на горизонте. Черт! Кэйд не заставил себя долго ждать. Я знала, что большинство байкеров уже за минуту добрались бы до лагеря, до него рукой подать, но все же… Должно быть, он успел сделать несколько телефонных звонков прямо на ходу. Когда мотоциклы сбросили скорость, впереди я увидела Джексона, и позади него Кэйда. Они слезли с мотоциклов, остальные же остались ждать в стороне, как и люди Спайка. Я почувствовала на своем запястье хватку Кэйда, который отодвинул меня назад. Хотелось просто прижаться к нему и не двигаться. С ним было спокойно.

— О, привет, старина, — протяжно поприветствовал Спайк, делая шаг вперед.

— Спайк, — ответил Кэйд.

Между ними двумя что-то происходит, это видно по их глазам. Хотите знать мое предположение? Когда-то эти двое были хорошими друзьями, но произошло что-то ужасное. Может, это как раз то, о чем Кэйд не хотел говорить? Я прижалась к нему еще сильнее, но успела заметить, как Джексон окинул нас мимолетным взглядом, исполненным любопытства.

— Зачем ты приехал, Спайк?

— Рад тебя видеть, Джекс.

Джексон скрестил крепкие руки.

— Не играй со мной, мальчик. Я всегда мог найти на тебя управу, так что и сейчас смогу. Ты прекрасно знаешь, что при желании мои парни за минуту вышвырнут вас всех из города, мать твою.

Мой отец так долго знает Спайка?

Спайк нахмурил брови, потом повернулся и впился в меня взглядом.

—Я приехал по делу, так что останусь здесь на неделю или около того. Запланированная поездка, нужно пополнить кое-какие запасы.

— Ты можешь делать все, что хочешь. Я не хозяин этого города, но, если ты будешь создавать неприятности, я тебя прикончу, — предупредил Джексон.

— Какого хрена ты сюда явился? — перебил Кэйд, не давая возможности Спайку ответить на угрозы Джексона.

Блондин продолжал смотреть на меня. Была заметна его неуверенность, хотя он быстро попытался это скрыть.

— Твоя девчонка здесь, ее кое-кто ищет.

Кэйд вздрогнул.

— Что?

— Мне заплатили, чтобы я нашел ее.

Джексон повернулся в мою сторону и сконфуженно посмотрел на меня.

— Зачем? — обратился ко мне отец.

— Это долгая история.

— Тебя преследуют, и ты даже не соизволила сказать об этом? — рявкнул Кэйд.

Я подскочила на месте и попыталась отойти от него, но он притянул меня еще ближе.

— Не шевелись, черт возьми, — прорычал он, затем повернулся к Спайку. — Убирайся на хрен из города, Спайк. Не порти людям жизнь.

— Мне отлично заплатили за информацию о ее местонахождении, — ответил Спайк, глядя на Кэйда.

— Я удвою цену. Просто оставь в покое мою девушку.

Его девушку? Какого черта? И Джексон, и Спайк вытаращились на нас.

— Какого хрена? — рявкнул Джексон.

— Ты хочешь заплатить двойную сумму, чтобы я не говорил этому уроду-сутенеру, где девчонка? — уточнил Спайк, слегка покачивая головой, совершенно игнорируя яростные выпады Джексона.

— Да, именно это я и сказал, — голос Кэйда стал ледяным.

— Влюбился что ли, чувак?

— Она моя, и я буду защищать то, что принадлежит мне.

Взгляд Спайка ужесточился.

— Жаль, что ты не защитил то, что не твое.

— Не теперь, — ответил Кэйд.

— О, деликатная тема, да?

Да о чем они говорят, черт возьми?!

— Ты уберешься из города или мне прямо сейчас покончить с этим? — сквозь зубы предупредил Кэйд.

— Я остаюсь, твой босс только что согласился. Ты мне платишь, а я скажу клиенту, что девчонка уехала.

Я обмякла от облегчения.

— Назови сумму, — прошипел Кэйд.

— Кэйд… — я хотела сказать, но он посмотрел на меня убийственным взглядом, и мне этого хватило, чтобы закрыть рот.

— Пятьдесят тысяч.

Пятьдесят тысяч долларов! У меня отпала челюсть. Это значит, что Джаспер заплатил Спайку двадцать пять тысяч просто за поиск меня! По спине пробежал холод.

— Договорились, я переведу деньги.

— Кэйд, не надо! — возразила я.

— Замолчи, сладкая.

— Но…

— Сейчас же замолчи! — велел Кэйд.

Я замолчала, однако чувство вины пронзило меня с головы до ног. А что, если у Кэйда нет таких денег? С минуту Спайк молча смотрел на нас, затем покрутил головой в разные стороны так, чтобы на место встали шейные позвонки.

— У тебя двадцать четыре часа, чувак. Если не переведешь бабки, я расскажу, где девчонка, — после этих слов он развернулся и пошел к своим людям. На спине его кожаного жилета виднелась надпись «Небесные Грешники». Он подошел к мотоциклу, перекинул ногу через сиденье и громко сказал: — А вообще, на твоем месте я бы прикончил этого сукиного сына. Он просто подонок.

Спайк завел мотоцикл, махнул рукой своим людям и растворился в ночи. Мы еще долго стояли и смотрели на опустевшую дорогу, потом Джексон повернулся ко мне.

— Думаю, что пора многое мне объяснить.

Я открыла рот, но сразу же замолчала. Я больше не в силах все скрывать. К тому же, Джаспер пойдет на все, чтобы найти меня.

— Это долгая история, — сдалась я.

— Тогда лучшее, что ты можешь сделать - это начать говорить, черт возьми! — рявкнул Джексон.

Я кивнула, и Джексон направился к своему байку. Забравшись на мотоцикл, с высоты окинул взглядом Кэйда.

— Езжай с ним, сладкая. Я - за вами.

Я повернулась к нему.

— Но почему? Зачем?

— Уважение. Вот почему.

Я все поняла и направилась к отцу. Он злостно протянул мне шлем. Усевшись, я обхватила руками его за талию. Он был очень зол, я чувствовала его глубокое дыхание. Отец завел мотоцикл и выехал на дорогу. Пока мы ехали, под звук мотора я пыталась придумать, как же все рассказать. Эти люди имеют лишь примерное представление о моей ситуации, но это далеко не все. Они не знают даже половины. Придется сказать правду, а это означает, что я должна обнажить свою душу перед ними. Я всегда оттягивала этот момент, но теперь назад дороги нет.

Они больше не дадут мне молчать.

А с другой стороны, какая-то часть меня все-таки хотела освободиться от этого бремени.

Что ж, время пришло.

— Мама!? — закричала я, когда женщина внезапно упала на землю.

Из уголка ее рта потекла пена. Кровавая и отвратительная пена. Глаза закатились, тело начало биться в конвульсиях. Скорее всего, она приняла слишком большую дозу наркотика и наступила обратная реакция. С каждым разом мать все сильнее теряла себя, но на этот раз все зашло слишком далеко. Раскинув руки, она пыталась сделать вдох, и я застыла на месте. Нужно было подойти к ней, но, находясь в полной прострации, я просто не могла пошевелиться. В голове неустанно пульсировали ее слова, которые преследовали меня на протяжении многих лет. Все мои воспоминания – лишь темнота.

— Вот увидишь, ты тоже станешь проституткой, Эддисон. Тебе суждено стать королевой шлюх.

— Ты - бездарное отродье, заноза в заднице!

— Ты никогда ничего не добьешься! Тобой никто не будет гордиться! Ты – ничто!

— Шлюха!

— Проститутка!

— Мразь!

— Джаспер как раз тебе подходит, он научит хорошим манерам.

Я моргнула, чтобы смахнуть слезы, и по щекам быстро потекли соленые ручейки. Все мои воспоминания однообразны от начала и до конца. Мать никогда не поддерживала, не верила в меня. Она повела себя равнодушно даже в тот ужасный день, когда Джаспер впервые протянул ко мне свои грязные руки. Мне было всего лишь тринадцать лет, я истекала кровью после изнасилования, но мать лишь сказала взять себя в руки. Эта женщина никогда не могла дать мне то, что дает любая нормальная мать своему ребенку - любовь.

Тело женщины билось в конвульсиях, кожа посинела, и вдруг я осознала, что совсем не хочу помогать ей. Я просто наблюдала, как из нее ускользает жизнь.

Когда мать сделала последний булькающий вздох и ее голова беспомощно запрокинулась набок, я вдруг запаниковала и расплакалась. Что же я делаю? Ведь я спокойно смотрю на то, как умирает моя мать.

Последующие несколько минут прошли как в тумане. Я бежала, не понимая куда и зачем. Почти достигнув аллеи, я увидела Джаспера с ошалелым выражением лица и телефоном в руке. Он все знал. Увидев меня, он бросился навстречу. Я хотела скрыться, но ноги вдруг стали ватными.

— Ты что натворила, сука? — заорал он.

— Она… она… у нее передозировка.

— Это все из-за тебя, маленькая шлюха! Это ты виновата. Ты не должна была бездействовать! Ты должна была это предотвратить! А вместо этого ты убегаешь. Она была одной из лучших, и она должна мне денег. Ты заплатишь за это.

Он подходил все ближе и ближе, и мне ничего не оставалось, как пуститься в бег. Так поступил бы любой человек на моем месте. Я хотела навсегда исчезнуть из этого кошмара. Джаспер сделает со мной то же, что и с матерью, если я останусь. Превратит в такую же проститутку. Нет, уж лучше умереть. Когда я попыталась наложить на себя руки, Джаспер сразу отвез меня в больницу, наркотики даже не успели попасть в организм. Он сохраняет мне жизнь, потому что я - его лучшее имущество. Единственный способ освободиться – побег. Но тогда придется от него избавиться. За пазухой я нащупала пистолет, который на всякий случай взяла у матери. В этом убогом мире нельзя и шагу сделать без средства для самообороны. Когда я навела пистолет на Джаспера, он резко остановился с выражением глубокой растерянности на лице.

— Опусти пистолет, дура!

— С того дня, как ты силой лишил меня невинности, моя жизнь превратилась в ад! День за днем ты продолжал рвать мою душу на части, пока от нее ничего не осталось!

— Если ты сделаешь это, клянусь, я заставлю тебя поплатиться! — орал он дрожащим голосом.

— Ты ничего не сможешь сделать. Все, что мог, ты уже сделал.

— Ничтожество! — продолжал кричать он. — Побег ничего тебе не даст. Если ты ранишь меня, то проведешь свои дни в тюрьме, оставаясь тем же ничтожеством! И только я даю тебе возможность выжить!

— Ничего ты мне не даешь, — закричала я, руки дрожали.

— Без меня ты ничто. Убежишь – умрешь. Выстрелишь – тоже умрешь.

— И все же я рискну.

Прицелившись, я нажала на курок. Нет, я не собиралась его убивать, я не такая. Мне просто нужна была гарантия того, что он никогда не сделает больно какой-либо девушке. Не сделает то, что делал со мной. Руки так сильно дрожали, что пистолет выскальзывал из пальцев. В попытке закричать, Джаспер открыл рот и какое-то время так и стоял с застывшей гримасой. Воздух пронзил истошный вопль, и он упал на землю. Опешив, я сделала несколько неуверенных шагов назад. Глазами, полными ужаса я смотрела на пистолет, валяющийся на земле, и на фонтанирующую кровь.

Перед тем, как уйти, подняла телефон Джаспера. Позвонила в полицию, где меня давно знали, поскольку часто помогали матери даже тогда, когда она этого совсем не заслуживала. Услышав знакомый голос, я не сразу смогла заговорить, пытаясь подобрать слова. По всей коже ощущалось покалывание, на лбу выступила испарина, и ноги тряслись так сильно, что сложно было устоять на месте. Боже, я бросила умирать собственную мать, а потом выстрелила в человека! Выбора нет, нужно бежать, но сначала покончить со всем этим.

— Офицер Керри? — тихо поинтересовалась я.

— Да, с кем я говорю? — резко ответили мне.

— Это… Эддисон.

— О, Эддисон, что случилось?

— Моя мама мертва. Я обнаружила ее тело сегодня днем. С ней был Джаспер, он хотел напасть на меня, но я убежала. Тогда он последовал за мной и поджидал на аллее. От страха я выстрелила ему в пах. Он жив, но, кажется, теряет много крови.

— Я поняла, Эддисон, все будет в порядке. Тебе ничего за это не будет. Посиди спокойно, мы выезжаем. Ты точно уверена, что твоя мать мертва?

— Да, — ответила я. — Джаспер убил ее.

Я повесила трубку и побежала.

Но этот раз к лучшей жизни.

— Еще пива, пожалуйста, — крикнула я бармену.

Решив, что после многочисленных дебатов мне нужно немного расслабиться, я отправилась в бар. Не хотелось все время торчать в лагере, и уж тем более, оставаться у Кэйда. Данное заведение как раз подходит для смены обстановки. Пока что Джаспер не знал о моем местонахождении, поэтому я чувствовала себя в полной безопасности.

Это был типичный байкерский паб. Большая часть постояльцев представляла собой подозрительных личностей, что мне было даже на руку. Я не собиралась ни с кем общаться, просто хотелось передохнуть. Приятно, когда ты самостоятельно платишь, тебя обслуживают и ты никому ничего не должен.

— Вот твое пиво, девочка, — улыбнулся пожилой бармен.

— Спасибо, — я улыбнулась в ответ, затем покрутилась на барном стуле, чтобы осмотреть зал.

Посетители сидели за столами, общались, курили - в общем, проводили время за обычными занятиями, присущими питейным заведениям. Некоторые играли в биллиард на старом и потертом столе, который расположен в углу зала. Другие же были на танцполе, ритмично двигаясь и подпевая под музыку. Я повернулась обратно к стойке и сделала глоток пива. И тут появились они. Скорее всего, только что вошли, иначе я бы не пропустила этот момент. Это был Спайк и его дружки из мотоклуба. У них был настолько грозный вид, не удивительно, что все посетители внезапно расступились. С такими парнями определенно не захочется связываться. Я сделала небольшой глоток пива и заметила, что Спайк перевел взгляд на меня. На его лице блистала ослепительная самоуверенная улыбка. Он вальяжно миновал толпу и остановился прямо напротив меня.

— Надо же, милочка? Кого угодно, но только не тебя, ожидал здесь встретить. А куда делся твой телохранитель?

Я пожала плечами, поставив стакан на барную стойку. К этому времени алкоголь уже немного подействовал, и я чувствовала себя расслабленной и в хорошем расположении духа.

— Хм, вообще-то, я не его собственность.

Спайк ухмыльнулся.

— Связываться с Кэйдом – не очень умное решение.

Я играючи улыбнулась и поднялась с места.

— То же самое можно сказать и обо мне.

Я вышла на танцпол и слилась с потоком людей, пытаясь найти свободное место. Начала двигаться, поднимая руки вверх, вращая бедрами. Спайк быстро нашел меня, встал напротив и склонил голову набок.

— Ты не такая как все. Сегодня твоя жизнь висела на волоске, а ты пришла сюда, и танцуешь, как ни в чем не бывало, — сказал он.

Я улыбнулась.

— Я знавала и худшие дни. Жизнь продолжается. Я справлюсь. А здесь… я просто живу и делаю то, что должна… Слушай, ты так и будешь стоять и пялиться на меня или все-таки потанцуем?

Спайк разулыбался, а потом подошел ближе и положил руки мне на бедра. Когда он начал двигаться, все девушки вокруг вздохнули. Я знала, что Кэйду это совсем не понравится. Появись он сейчас в баре, его ярости не было бы предела. Однако я пыталась доказать, что никто не смеет обращаться со мной, как с собственностью. Да, Кэйд разжег во мне потрясающие эмоции, от которых мне постоянно хотелось ощущать его присутствие рядом, но это не повод, чтобы сделать из меня свою подчиненную, превратив в маленькую домохозяйку, которая всегда выполняет то, что ей скажут. Не бывать этому!

Поэтому будь, что будет. Я танцевала, пела, извивалась и наслаждалась моментом. Спайк все время весело улыбался. Он знал причину моего поведения, и прекрасно знал о последствиях в случае, если появится Кэйд. Это заставляло его светиться от радости. Что бы там не случилось между ними, но было заметно, что Спайк получает истинное наслаждение от танцев со мной. Вдруг боковым зрением я заметила Кэйда. Его взгляд не сулил ничего хорошего, но я не стала останавливаться, продолжая крутиться в танце вместе со Спайком.

— Дорогуша, я прекрасно понимаю, что ты сейчас делаешь, но я отойду в сторону, поскольку Кэйд так смотрит на тебя, — сказал Спайк, вращая меня в танце.

— Как «так»? — уточнила я, кружась и прижимаясь спиной к его груди.

— Его взгляд говорит: если я не уберу от тебя руки в течение трех секунд, то буду окровавленный валяться на полу. Так что, я пошел, — сказал Спайк, отпустив меня. — И не забудьте про деньги. Мне совсем не хочется рассказывать этому слизняку, где ты находишься, но придется, если не заплатите.

На этом парень растворился среди людей. Не успела я сделать шаг, как почувствовала грубую хватку. Кэйд схватил меня за руку и развернул к себе. Казалось, он вот-вот взорвется. Боже, он был такой красивый, когда злился. Зеленые глаза стали почти синими, челюсти сжаты, все мускулы, словно натянутая струна.

— Все твои грязные танцы, — прошипел он мне на ухо. — Только МОИ.

Я попыталась возразить, но Кэйд жадно прильнул к моим губам. Я почувствовала легкий привкус крови. Его рука скользнула вниз к моим бедрам и крепко схватила меня, придвигая ближе. Он целовал меня до тех пор, пока мне не стало трудно дышать, закружилась голова. Боже, как быстро он заводил меня, так хотелось ощутить его внутри. Его привычка доминировать всегда разжигала во мне невероятный огонь.

— Твои поцелуи, — бормотал он. — Только МОИ. — Он пробежался пальцами по моему животу, к самому низу юбки. Скользнув пальцами под подол, он прижал руку к влажным трусикам. — И прикасаться к тебе буду только Я! — Его голос стал угрожающе хриплым и низким. — И отдаваться, — прошипел он. — Ты будешь только МНЕ! Только я буду внутри тебя!

Я снова приоткрыла рот, но он оборвал мою попытку своим взглядом, от которого совсем не хотелось провоцировать.

— И да, сладкая, — еле внятно сказал он, прислоняясь ко мне. — Если когда-нибудь ты будешь играть со мной в эти игры, тебе совсем не понравится, чем это все может кончится. И на этот раз, это не просто предупреждение, мать твою, это обещание!

Он резко потащил меня за собой через многочисленные ряды посетителей бара. Господи, почему от этих слов я хочу его еще больше?

Лагерь был переполнен. Не успели мы приехать, как Джексон бросился к нам. Кэйд поднял ладони перед собой, чтобы сбавить обороты моего отца.

— Все в порядке, она больше не сбежит. Не так ли, сладкая?

Его интонация напоминала мне о том, что малейшая попытка повторить то, что я сделала – чревата неприятностями.

— Да, — прошептала я. — Больше не сбегу.

— Ты даже представить себе не можешь, как ты меня напугала! — рявкнул Джексон.

— Прости, пап.

Выражение его лица вдруг изменилось. На смену злости пришла искренняя растерянность. Мои слова тронули его, и я понимала, насколько это важно для отца. Но и для меня это много значило, ведь я тянулась к нему, мечтая, чтобы мои чувства приобрели очертания любви дочери к своему отцу. Мне хотелось стать частью его жизни. Возможно, если бы я убежала, то осталась бы одна, и вся эта семейная история так бы и закончилась. Но здесь есть люди, которые искренне пытаются обо мне позаботиться. Легко ли это принять? Вовсе нет. Но иногда то, чего совсем не ждешь, вносит в твою жизнь самые прекрасные краски.

— Несносный ребенок, ты сведешь меня с ума.

Я улыбнулась, и отец ответил мне теплой улыбкой. С каждой минутой мы все сильнее сближались, и мне это очень нравилось.

— Я знал, что когда-нибудь верну тебя. И теперь ты не уйдешь.

Прижалась к Кэйду и обняла его за талию.

— Даже не собираюсь.

Джексон кивнул, в его глазах все еще присутствовало легкое недовольство из-за наших с Кэйдом отношений. Если бы Джексон появился в моей жизни гораздо раньше, без сомнений, он бы просто так не позволил мне делать, что хочется. Но я росла без него, и он не станет рисковать потерять меня снова. Отрадно то, что он не устраивал сцен и вел себя сдержанно. Потерять кого-то из них двоих было бы очень грустно.

— Что ж, полагаю, вы оба должны принять участие в совещании, — сказал отец.

Мы с Кэйдом присоединились к байкерам, и я приветственно кивнула каждому. Они тоже поприветствовали в ответ, с любопытством глядя на нас.

— Парни, хочу, чтобы вы все знали, что теперь Эдди – официально моя Фаворитка. Все мы знаем, что это означает. Вы должны относиться к ней с уважением. А если нет, то у вас будут проблемы.

Я многозначительно взглянула на Кэйда. Он знает, что я терпеть не могу эти все штучки про Фавориток. Это звучит как-то… старомодно. Кэйд улыбнулся, совсем не скрывая свою гордость. Закатив глаза, я повернулась ко всем и стала внимательно слушать речь Джексона, который начал говорить, бросив перед этим взгляд на Кэйда.

— Как вы все знаете, женщины не принимают участие в подобных сборах. Эдди, как Фаворитка Кэйда, ты должна будешь запомнить несколько правил. Правило номер один: мы не берем тебя в поездки за исключением благотворительных мероприятий или чего-нибудь подобного. Ты не ходишь с нами в церковь раз в неделю, и не имеешь право голоса в наших делах. Как моя дочь, ты автоматически находишься под нашей защитой, и с учетом того, что ты стала Фавориткой Кэйда, эта защита удваивается. Ты не заходишь в гаражи, они предусмотрены исключительно для мужчин и это не обсуждается. Единственная причина, по которой ты сегодня здесь сидишь – нам нужно получить от тебя больше информации, чтобы приструнить эту дворняжку. Понятно?

Блин, может, мне еще спрашивать разрешения, чтобы сходить помочиться? Хотелось бросить им пару колких реплик, но я понимала, насколько важно все происходящее и, если я хочу добиться их уважения, придется его заслужить.

— Понятно, — покорно ответила я.

Кэйд сжал мою руку.

— Хорошая девочка.

— Только не думай, байкер, что ради тебя я буду, как домашняя цыпочка, стоять у плиты.

Он хихикнул, и все остальные прыснули от смеха.

— Да я уже понял, — широко улыбнулся Кэйд.

— Хорошо, мы отклонились от темы. Давайте перейдем к вопросу об этом ублюдке, — объявил Джексон.

— Есть идеи, как его найти? — спросил Кэйд.

— Нет, — ответил Джексон и повернулся в мою сторону. — Но я полагаю, что ты знаешь, Эдди?

Мысль о том, чтобы вернуться туда, очень беспокоила меня. Я вздрогнула, и Кэйд еще сильнее сжал мою руку.

— Мы не позволим ему к тебе прикоснуться, сладкая. Просто скажи нам все, что знаешь.

Я глубоко вздохнула и ответила на вопрос Джексона.

— Я знаю, где у него проходят развлекательные шоу.

— Дай нам адрес, и мы нанесем ему визит.

Я продиктовала адрес, и Джексон записал его.

— Но вы можете его там не найти, — сказала я. — После всего случившегося он мог переехать.

— Для начала нам хватит и этой информации, — сказал Кэйд, и обратился к Джексону. — Когда выдвигаемся?

— На рассвете.

— Вы едете уже завтра? — удивилась я.

— Чем скорее мы от него избавимся, тем лучше.

— А, может, спросить Спайка? — предложила я.

— Уже спрашивали, он ничего не знает. Он общался с Джаспером через посредников.

Я протяжно выдохнула и пропустила пальцы сквозь взлохмаченные волосы.

— Что ж, могу только надеяться, что Джаспер там, где я его оставила.

— Да, будем надеяться, — поддержал Джексон и обратился к ребятам. — Наша следующая проблема – Спайк.

— А что, есть проблемы со Спайком? Я думала, он успокоился, — вырвалось у меня.

Джексон поднял бровь, и я быстро закрыла рот, вжавшись в стул.

— Спайк вернулся в город, и я уверен на сто процентов, что Сиара не в курсе.

Кто такая Сиара? Кэйд уловил мое замешательство и сказал одними губами:

— Я расскажу тебе позже.

— Я с ней недавно общался, она действительно не в курсе, — сказал молодой байкер, Бинго.

— Все мы знаем, что Спайк и Сиара стараются не попадаться друг другу на глаза. Если он приехал в город, чтобы докучать ей, мы должны нарушить его планы, — сказал Джексон с каменным выражением лица.

— Мы этим займемся. Сделаем так, чтобы она держалась подальше от этого парня, — сказал Бинго.

— Молодец. Итак, мы обсудили все, что допустимо для ушей Эдди, — заявил Джексон, бросая на меня взгляд.

Я встала, подняв руки вверх.

— Все ясно. Пойду в бар.

— Я догоню тебя, — сказал Кэйд.

Я кивнула и покинула комнату, все еще находясь в недоумении, кто же такая Сиара. Где-то определенно есть связующее звено между Спайком, Кэйдом и этой девушкой. Может, они оба за ней, хм… ухаживали? А, может, Кэйд отбил ее у Спайка? Или что-то подобное? Байкеры стараются держать их подальше друг от друга. Скорее всего, здесь кроется какая-то история. Но какая? Находясь глубоко в размышлениях об этой загадочной девушке, я не заметила, как добралась до места. Зайдя в бар, я увидела Минди, которая обслуживала клиентов и одновременно с ними флиртовала. Да уж, эта самка не представляет свою жизнь без раздвигания ног. Я подошла к ней, но внезапно передо мной выросла Бритни. Закатив глаза, я отступила на шаг назад.

— Бритни, насколько я помню, мы договорились держаться друг от друга подальше. Учти, что я не буду с тобой церемониться, — с сарказмом заявила я.

— У тебя не получится меня запугать, — фыркнула она, выпячивая свою грудь.

— А я и не пытались тебя запугивать. Боже, ты хоть раз можешь не выпячивать свои буфера, они пугают байкеров.

Где-то в стороне раздалось громкое ржание ребят. Щеки Бритни залились краской, и она приблизилась ко мне лицом к лицу.

— Ты слишком заигралась. Тебе это с рук не сойдет, Эддисон. Мне наплевать, что ты Фаворитка Кэйда или дочь Джексона. Придет время – поговорим. Я знаю, что было сегодня, и все знают. Одна ты понятия не имеешь о Спайке и Кэйде. Интересно, почему они тебе до сих пор не рассказали? Может, они тебе не доверяют? Мне, например, он сразу все рассказал.

А вот это уже было неприятно. Но я не подала вида.

— С чего ты взяла, что я ничего не знаю? — сказала я равнодушно, ковыряя при этом ногти.

— Потому что ты бы тут не стояла, узнав, что он натворил. В этой истории как раз Спайк является невиновным.

Невиновным? О чем она? Кэйд говорил о каком-то чувстве вины, Бритни говорит о невиновности. Где связь?

— А, может, я все знаю, просто не пытаюсь судить. Может, и тебе стоит попробовать?

Я попыталась обойти Бритни, но она схватила меня за руку, впиваясь ногтями в мою кожу.

— Бритни. — По всему помещению раздался глубокий тембр Кэйда. — Убери руки от моей девушки.

Бритни вздрогнула и бросила мою руку. Затем подошла близко и прошипела:

— Это еще не конец.

Она быстро ушла, еще до того, как ко мне подошел Кэйд.

— Что тут происходит, черт возьми? — возмутился Кэйд.

— Почему ты мне не рассказывал?

Он поднял руки вверх, показывая, что для начала я должна объяснить, что мне нужно от него.

— Не делай вид, что не понимаешь. Ты рассказал ей то, что абсолютно точно не хочешь рассказывать мне. Ты и Спайк… она же все знает про вас, верно?

Кэйд тяжело вздохнул и придвинулся ближе.

— Собирайся, поехали.

— Прекрати все время командовать мной, — взвизгнула я, скрестив руки на груди.

— Сладкая, ты забыла, что я говорил насчет всяких игр? Я в них не играю! И ты не будешь закатывать сцены из-за того, о чем не имеешь понятия. Замолчи, быстро садись на мотоцикл, и мы поговорим.

— Ненавижу, когда ты корчишь из себя начальника! — выпалила я, развернувшись на каблуках.

— Да ты ведь любишь меня, маленькая капризная засранка.

Я улыбнулась и направилась на улицу. Не успела потянуться за шлемом, как Кэйд уже догнал меня, обхватил сзади за талию и коснулся губами моей шеи.

— Обожаю, когда ты такая темпераментная.

Я, довольно улыбаясь, повернула голову, чтобы поцеловать Кэйда. Тогда он полностью развернул меня, прижал к сиденью мотоцикла и встал между моих ног. Он поцеловал меня жарко, наши языки неустанно сплелись. Кэйд слегка прикусил мою нижнюю губу, я задрожала и прижалась к нему. Он крепко обхватил меня руками, притянув к себе насколько это было возможно. Отпустив мои губы, Кэйд покрыл мое лицо нежными поцелуями, затем спустился к шее. Он покусывал и посасывал кожу, пока из моей груди не вырвался слабый стон, свидетельствующий о том, что я снова жаждала этого мужчину. Черт, он все время имеет надо мной какую-то власть.

— Так ты расскажешь мне о Спайке или нет? — проворковала я ему в щеку.

— Да, милая.

Кэйд отпустил меня, надел на меня шлем, и я забралась на пассажирское сиденье. Мы резво выехали на дорогу и проехали мимо его дома. Я находилась в смятении. Наконец мы прибыли к дому Джексона. Теперь моя душа еще больше устремилась к этому человеку. Из уважения к моему отцу, Кэйд не повез меня к себе. Мы слезли с мотоцикла, Кэйд снял шлем, я прильнула к нему и крепко поцеловала.

Затем он все-таки отстранился и томно спросил:

— А это еще за что?

— За то, что ты такой милый.

Кэйд разулыбался.

— Милый? Я думал, что весь такой неправильный, сладкая.

Я засмеялась.

— Нет, ты состоишь из одних достоинств, байкер.

Снова улыбка.

— Пошли к тебе, нам нужно поговорить.

Я так и сделала. Взяла его за руку, и мы вместе пошли в мою новую обитель.

Наконец-то моя жизнь начала складываться в единое целое.

Я была безумно счастлива.

— Это совсем не веселая история, — сказал Кэйд, когда мы после всего лежали в обнимку на кровати.

— Моя история тоже весельем не блещет, — напомнила я.

— Сладкая, все гораздо хуже.

— Расскажи. Обещаю, я не буду тебя осуждать.

— Не стоит быть такой уверенной.

Ничего не ответив, я безмолвно лежала, дав возможность Кэйду настроиться. И вот, он начал говорить. Низкий, чуть охрипший голос выдавал все эмоции, что совсем не удивительно. Его история потрясла меня до глубины души, схватила за сердце и завязала его в тугой узел так, что в голове еще долго творился сплошной хаос. Определенно, это была самая пронзительная история, которую я слышала в своей жизни. Мне было больно не только за Кэйда, но и за Спайка.

— Кэйд, ты дома?

Неделю спустя, когда я занималась приготовлением завтрака, по дому раздался женский голос. Последние несколько дней я провела в доме Кэйда, он решил не ехать на поиски Джаспера и остался присматривать за мной на случай, если тот появится. Рыцари Преисподней отсутствовали уже три дня, но пока ничего не нашли, и я начала переживать. Положила лопатку для яичницы, и направилась к входной двери. За прозрачной дверью стояла молодая симпатичная женщина. Само очарование: длинные, слегка вьющиеся светлые волосы и глаза… Ее отрешенные от всего мира глаза с желтоватым оттенком напоминали кошачьи. Увидев меня, она улыбнулась, видимо, уже зная, кто я такая.

— Здравствуйте, могу я чем-то помочь? — дружелюбно улыбнулась я, открыв дверь.

— Должно быть, ты – Эдди?

Я кивнула.

— Да, это я. А вы?

— Наслышана о тебе. Я - Сиара.

Сестра Шейенн? Мое сердце подскочило к горлу, трепеща от осознания того, насколько сильной должна быть эта девушка, чтобы пережить все, что случилось.

— Очень приятно, Сиара. Проходите, я позову Кэйда.

Девушка зашла внутрь и последовала за мной.

— Итак, тебе нравится жить здесь? — спросила она.

— Да, нравится. Пока что всем довольна.

— Надеюсь, Кэйд хорошо с тобой обращается?

Я засмеялась.

— Да, он неплохо справляется.

— Особенно если учесть, что он байкер, — хихикнула Сиара.

Я улыбнулась в ответ.

— Да, для байкера – это подвиг. Хотите что-нибудь выпить?

— Нет, спасибо.

— Сиара? — позади раздался голос Кэйда, который спускался по лестнице. Он выглядел словно ангел тьмы: волосы слегка растрепаны, блеск в глазах, обнаженный торс. Кровь в моих жилах потекла быстрее, я облизала губы.

— Кэйд, надеюсь, ты не против, что я заскочила?

Он взял с дивана футболку и натянул на себя. Пройдя мимо, он поцеловал меня и подошел к Сиаре, чтобы обнять. Не знаю, почему, но я отнеслась к этому совершенно спокойно. Видно, что они хорошо дружат, и я рада за него, у каждого человека должны быть хорошие друзья.

— Ты же знаешь, мои двери всегда для тебя открыты. Чем могу помочь, Котик Том?

Девушка засмеялась и закатила глаза.

— Ты же знаешь, что я терпеть не могу это прозвище!

Кэйд фыркнул от смеха и потянулся за моей рукой, прижав меня к себе.

— Все дело в глазах, — сказал он.

— Ах, опять глаза? Надоело.

Кэйд продолжал смеяться.

— Ты уже познакомилась с моей девушкой?

Сиара кивнула.

— Да, она очень милая.

Мы обменялись взаимными улыбками, затем Сиара обратилась к Кэйду.

— Я пришла по поводу Спайка.

Кэйд насторожился, и я ласково погладила его по руке, чтобы успокоить.

— А что с ним?

— Я знаю, что он в городе.

— Он больше не побеспокоит тебя, мы об этом позаботились.

— Вообще-то, я хотела поговорить с ним.

Кэйд удивленно вздернул бровь.

— Ты серьезно? Обычно, когда вы оказываетесь в одном помещении, то готовы разорвать друг друга в клочья.

Сиара закатила глаза.

— Не нужно так драматизировать, мы просто любим немного покусаться.

Кэйд засмеялся, и я тоже не сдержалась. У Сиары веселый темперамент и с ней очень легко общаться. Внешне она была ненамного старше меня: около двадцати трех лет.

— И все-таки, зачем он тебе?

— Я хотела поговорить. Послушай, я была резка по отношению к нему. То, что случилось, не является чьей-то виной. Моя сестра сделала свой выбор, Спайк не виноват. У меня было время, чтобы все обдумать.

— Спайк не захочет тебя слушать, ты же знаешь.

Она утвердительно кивнула.

— Но я должна попытаться. Может, это немного облегчит его участь. Я знаю, что он любил Шейенн.

— Котик Том, а твои родители знают, что ты здесь?

Сиара сжалась.

— Нет, это их не обрадует.

— После смерти сестры вы ненавидели Спайка много лет, хотя меня ты простила, несмотря на мою вину. Ему будет нелегко принять твои извинения.

— Никто не виноват. Ни ты, ни он. Вы оба пытались спасти ее, просто все пошло по иному сценарию.

— Это не так просто, ты же понимаешь.

Сиара пожала плечами.

— Ничего, иногда так бывает.

— Я не общаюсь со Спайком, поэтому тебе придется сделать это самой.

— А ты знаешь, где он остановился?

Кэйд покачал головой.

— Ты не пойдешь туда одна, Сиара.

— Не нужно излишне волноваться за меня, Кэйд. Я не собираюсь делать ему больно. И он не сделает больно мне.

— Спайк очень жесткий человек.

— Да нормальный он, — вмешалась я, и Кэйд удивленно уставился на меня. Черт, надо было промолчать. — Я имею в виду, что он не монстр, Кэйд. Мы общались несколько раз, он ни разу не попытался обидеть меня.

— Вообще-то он хотел сдать тебя одному уроду, который хочет убить тебя, — хмыкнул Кэйд.

— Он просто не знал.

— И все же это плохая идея отправлять к нему Сиару.

— Тогда пошли с ней.

— Нет, Рыцари Преисподней не могут вторгаться в лагерь Небесных Грешников, это против правил. Возможно, мы и достигли какого-то перемирия, но приходить к ним – это уже чересчур.

— Тогда я сама пойду с ней.

— Ты с ума сошла? — фыркнул Кэйд.

— Так, подождите, — сказала Сиара, поднимая ладони перед собой. — Я сама с этим разберусь, и вы не будете вмешиваться.

— Ты не пойдешь одна, Сиара.

Она многозначительно посмотрела на Кэйда.

— Я уже большая девочка.

— Нет.

— Позволь мне пойти с ней. Спайк ничего мне не сделает, Кэйд, ты же знаешь.

— Я сказал «нет», черт возьми! – рявкнул он.

Сиара сложила руки вместе.

— Прекратите ссориться, все в порядке. Я пока отложу этот вопрос, хорошо?

Кэйд посмотрел на нее, а я встала в позу.

— Спайк ничего мне не сделает, Кэйд. В чем проблема? — продолжала настаивать я.

— Проблема даже не в том, что он навредит тебе, я не этого боюсь, — начал заводиться Кэйд. — Просто сейчас это территория Небесных Грешников, и мы не пойдем туда, черт возьми! И это тебя тоже касается, Эддисон. Я больше не буду повторять, черт возьми! Ты не идешь и точка!

Ох, как же меня бесит поведение начальника. Я посмотрела на Кэйда взглядом фурии, а он ответил мне таким же многозначительным взглядом.

— Ладно, мне все равно нужно появиться на работе, — буркнула я.

— Я сейчас сделаю несколько звонков, — сказал Кэйд, голос которого все еще отдавал холодом. — А потом отведу тебя.

— Я как раз направляюсь в лагерь, — сказала Сиара. — Могу проводить.

— Это было бы замечательно, — обратилась я к девушке. — Сейчас я предпочла бы пойти в компании с тобой, нежели с Кэйдом. Подожди минутку, я переоденусь.

Кэйд фыркнул, когда я демонстративно обогнула его и направилась вверх по лестнице. Я зашла в комнату и начала переодеваться. Минуту спустя пришел Кэйд.

— Что за чушь ты сейчас сказала, я не понял?

Застегивая штаны, я развернулась лицом к Кэйду.

— Это было сказано для того, чтобы ты не думал, что можешь контролировать каждый мой шаг.

— Дело не в контроле. Это всего лишь уважение к другому мотоклубу.

— Мы просто хотели поговорить с ним, — ворчала я.

— Да мне глубоко наплевать! Ты не пойдешь туда, Эддисон, и точка. Ясно?

— Ясно!

Я пронеслась мимо, оттолкнув его руки, когда он потянулся, чтобы приобнять меня. Быстро спустившись по ступенькам, я направилась на улицу, где Сиара уже ждала меня возле машины. Увидев меня, она улыбнулась.

— Готова?

— Ага.

Не оглядываясь на дом Кэйда, я скользнула на переднее пассажирское сиденье. Мы тронулись с места, и я взглянула на Сиару.

— Поехали к Спайку.

Глаза девушки расширились от удивления.

— Эддисон, не думаю, что это хорошая идея, Кэйд же запретил.

— Всего на пять минут, он ничего не узнает.

— Эддисон…

— Доверься мне, Сиара. Ты хочешь поговорить со Спайком или нет?

Сиара вяло кивнула.

— Да.

— Тогда поехали.

— Ты хорошо подумала?

— Черт, конечно же, подумала. Я же не собственность Кэйда.

— Но он же такой…

— Нет, — резко перебила я. — Ничего он не сделает. Поехали.

Какое-то время мы соблюдали молчание. Потом Сиара снова подняла ту же тему.

— Скажу честно, не нужно было тебе так поступать. Кэйд будет в ярости.

— Ничего, переживет. Пусть уяснит раз и навсегда, что он не будет мне приказывать.

— Боже, девочка, ты чересчур отчаянная.

Я рассмеялась.

— Так что у вас со Спайком? Кажется, между вами пробежала черная кошка?

Сиара вздохнула и надела солнечные очки.

— Да. Это началось задолго до того, когда умерла сестра. Спайк был моим первым… ну, ты понимаешь, что это значит?

У меня отпала челюсть.

— Кэйд говорил, что ты была влюблена в Спайка, но не упоминал, что вы были любовниками.

Сиара засмеялась.

— Ну, Кэйд просто опустил некоторые детали ради моего блага.

— Получается, что у тебя и Спайка есть своя история?

Девушка пожала плечами.

— Да, наверное, это можно назвать историей. Однажды вечером мы познакомились и подружились. Я знала, что он влюблен в Шейенн, но все это было неважно. Сейчас я уверена, что он переспал со мной из мести, когда увидел сестру с каким-то парнем и сильно разозлился. Тогда мы случайно встретились в баре и все как-то само собой получилось. Мы переспали. Он не знал, что я девственница. А потом моя сестра начала по нему страдать, ведь он тоже был ей не безразличен. Она решила использовать какого-то парня, чтобы вывести Спайка на ревность. Узнав, что мы провели ночь вместе, Шейенн была вне себя от ярости, а мне было очень больно чувствовать себя использованным материалом. Возможно, Спайк испытывал ко мне какие-то эмоции, но их невозможно сравнить с тем, что он чувствовал к Шейенн. На какое-то время я просто исчезла, а когда вернулась, они уже были женаты.

Боже, какая жуткая история. Невозможно представить, насколько страдала Сиара, испытывая сильные чувства к мужчине, которому она совершенно безразлична.

— Мне очень жаль. Наверное, очень сложно было все пережить, — тихо сказала я.

— Да, было нелегко.

— Ты все еще любишь его?

Сиара быстро отвернулась к окну.

— Нет, — ответила она, но было заметно, что все ее тело выдавало эмоции. Она влюблена в Спайка, это написано на ее лице.

— А как его зовут на самом деле? — спросила я, чтобы сменить тему.

Сиара хихикнула.

— Представляешь, я сама узнала только пару лет назад.

Я улыбнулась в ответ.

— Все называют его Спайком, наверное, ему и не нужно другое имя.

— Да, может быть. Вообще-то он Дэнни.

Меня разорвало от смеха.

— Не понимаю, как из Дэнни мог получиться Спайк?

Сиара вдруг покраснела, и я вопросительно посмотрела на нее.

— Ну, давай, колись! — требовала я, хохоча.

— Ну,… Спайк известен своими…э-э-э…шипами.

— Шипами?

— У него несколько металлических шипов на…

— О, Боже! — вскрикнула я.

Сиара засмеялась.

— Каждый раз, когда ему хорошо, ему нравится вытаскивать по одному. Эти шипы, в прямом смысле, очень острые. Их около семи.

— Боже, и что у него в голове? — смеялась я. — У него какие-то странные наклонности.

Сиара кивнула.

— Да, знаю. И пирсинг – одна из них. Но шипы на пирсинге – это совсем другая история.

— Должно быть очень больно каждый раз вытаскивать их.

Сиара снова покраснела.

— Он делает это во время…

— Во время чего?

— Ну…он просит женщин сделать это. Насколько слышала, он просит девушек вытаскивать эти шипы, в то время как…ну ты понимаешь,…когда они делают ему оральный секс.

— Все, все, все, все! — запричитала я, закрывая уши руками. — Не хочу больше ничего слышать!

Сиара рассмеялась еще пуще.

— А никто и не говорил, что этот человек нормальный.

— Он определенно больной, — я издала сдавленный смешок.

Так мы и проболтали всю дорогу, пока не добрались до какого-то ветхого склада, который выбрали для себя Небесные Грешники в качестве хижины. Мы припарковались в стороне от высоких ворот, и вышли из машины. Сиара заметно нервничала и все время заламывала пальцы, пока мы направлялись к этим воротам.

— Все будет хорошо, — сказала я, будучи не совсем уверенной в своих словах. Мое сердце тоже бешено колотилось, и я осознавала весь риск происходящего. Если Кэйд узнает, то я труп. Боже, ну почему я такая упрямая?

— Надеюсь, — буркнула Сиара.

Мы подошли к воротам, я постучала и громко крикнула:

— СПАЙК!

Сиара ошарашенно посмотрела на меня.

— Неужели тебе не страшно вот так громко кричать, стоя у входа в огромный лагерь мотоклуба?

— Не-а.

Группа байкеров вышла из своего сарая, держа наготове оружие. Спайк шел вслед за ними. Его взгляд как всегда выбивал почву из-под ног. Артистично улыбнувшись во все тридцать два зуба, я махнула ему рукой.

— Это я, — прощебетала я. Конечно, я вела себя несколько неестественно, но мне хотелось как-то сгладить обстановку.

Сиара в изумлении взглянула на меня.

— Ты хочешь, чтобы тебя пристрелили?

— Спайк не сделает этого. Если бы он хотел, давно бы пришил меня. Не бойся, — тихо ответила я.

Он поднял руку, и мужчины опустили оружие. Спайк надел солнечные очки и направился в нашу сторону. Увидев Сиару, резко остановился.

— А ты какого черта здесь делаешь? — рявкнул он.

— Спайк, будь помягче, она просто хочет поговорить, — сказала я.

Он повернулся ко мне.

— Что вы здесь делаете?

— Пришли навестить старого приятеля.

Его брови поднялись.

— А вот это уже перебор, девочка. Слишком дерзкое поведение.

Я снова разулыбалась.

— Признайся, ты же хочешь дружить со мной.

Он сжал губы, в его глазах промелькнуло что-то такое, что дало мне возможность почувствовать себя в безопасности рядом с ним. В этом он чем-то похож на Кэйда. Действует жестко, но внутри очень добрый и мягкий человек, я в этом уверена. Все это написано на его лице. Мы, чья жизнь проходила среди ужаса и зла, можем с первой минуты отличить по-настоящему плохого человека от тех, кто просто носит маску.

— Тебе просто повезло, что твой хахаль заплатил мне.

— Мы оба хорошо знаем, что ты никогда не хотел причинять мне вред, Спайк.

Он изогнул бровь.

— Я бы с этим поспорил.

Я улыбнулась. Спайк снова посмотрел на Сиару, и она тоже смотрела на него, не говоря ни слова. Их эмоции скрывали солнечные очки.

— Зачем ты пришла, Сиара? Мне нечего тебе сказать.

В его ледяных интонациях сквозила еле уловимая боль.

— Просто хотела поговорить.

— Повторяю еще раз: мне нечего тебе сказать! — Спайк повысил тон.

— Просто позволь мне…

— На каком языке тебе сказать? — рявкнул он. — Ты для меня никто! И всегда была никем! Я просто переспал с тобой из мести, хватит набиваться мне в друзья! Слишком поздно. Чтобы отыграться за свою сестру, ты позволила своим дружкам протащить меня через ад! Ты превратила мою жизнь в помойку. Даже если ты исчезнешь с лица земли, мне все равно!

Я была повергнута в шок, а Сиара печально кивнула.

— Я понимаю тебя, правда. Просто хотела извиниться и, чтобы ты знал, что я простила тебя.

— Простила меня? — прокричал он, начав метаться, затем рьяно стукнул по забору. — За что меня прощать? За то, что пытался ее защитить? Обвинять нужно тех ублюдков, а не меня! Я не хотел, чтобы она уходила из дома. Его ты простила сразу! А сюда ты пришла, чтобы облегчить свою душу, вот и все, что тебе нужно! Просто прогнать своих демонов прошлого. Да пошла ты к черту, Сиара!

Он резко развернулся и направился в хижину.

— Спайк, пожалуйста! Ты же знаешь, что я к тебе чувствую! — взывала Сиара голосом, полным горя и боли.

— Умри на хрен! — рявкнул он, показав третий палец через плечо. Черт, кажется, все пошло совсем не так.

Сиара рванула к машине. Я какое-то время ошарашенно стояла у ворот, а потом выкрикнула:

— Спайк, подожди!

Он остановился и обернулся. В его глазах сквозило отчаяние и злость.

— Ты просто чертов дурак! Если бы я могла зайти в эти ворота, я бы надрала тебе задницу! Я же знаю, что ты не такой, Спайк. Это очень хорошо по тебе вино. И хватит, блин, жить за стеной, через которую все видно, хочешь ты или нет!

Я даже не дала ему возможности ответить, развернулась на пятках и отправилась к машине. Сиара сидела и плакала. Я быстро подошла к ней и крепко обняла.

— Он вернется, просто дай ему время.

Господи, я надеялась, что не ошибаюсь.

Сегодняшний день четко показал, что между этими двумя есть очень сильные чувства.

— Я уже сказал, что не общался с этим уродом, — сказал Спайк, глубоко затянувшись сигаретой.

Джексон пытался оттащить назад разъяренного Кэйда.

— Не делай из меня идиота, Спайк! Ты разговаривал с ним, мать твою!

Спайк фыркнул.

— Нет, не разговаривал. Я всегда держал связь через его шестерок, именно они передавали всю информацию.

— Тогда дай их телефон! — рыкнул Кэйд.

— Ну-у, — Спайк издал издевательский смешок. — Вообще-то мог бы просто попросить, друг.

Он сказал это таким равнодушным тоном, что мое сердце просто разрывалось от сопереживания этим двоим, которые были так близки когда-то. Интересно, сможет ли Спайк когда-нибудь простить Кэйда? Пока они находятся в разных мотоклубах, между ними существует негласное перемирие. В отличие от других клубов, в этих двух группировках нет большой ненависти друг к другу. Возможно, воспоминания об их прошлой дружбе не давали им причинить друг другу вред.

—Не играй со мной в свои дурацкие игры, Спайк.

Я положила руку на плечо Кэйда, и он бегло посмотрел на меня. Спайк окинув нас взглядом, быстро достал телефон и продиктовал несколько номеров. Кэйд все записал и обратился к Джексону.

— Поехали.

— Спасибо, Спайк, — с некой злостью сказал Джексон.

Спайк кивнул в ответ и направился к главным воротам. Обычно Небесных Грешников не пускали на территорию нашего лагеря, но ради моей безопасности Джексон сделал исключение. Кэйд уже собрался заходить в дом, когда я побежала за Спайком, быстро предупредив, что вернусь через минуту. Услышав мои шаги, Спайк напрягся в плечах.

— Чего тебе, милочка?

Я радостно улыбнулась от того, что он сразу догадался. Мы могли подружиться, если бы Спайк позволил.

— Почему ты так резок с ним?

Спайк ухмыльнулся, продолжая идти, тогда я догнала его и старалась держаться на расстоянии одного шага. Спайк ответил через плечо.

— Он заслужил это.

— Он не убивал Шейенн, — осмелела я.

Спайк дернулся и резко повернувшись, посмотрел на меня с высоты своего роста.

— Даже имени ее не произноси, поняла? Ее имя для меня ничего не значит, так же, как и Кэйда.

— Мы оба знаем, что это не так. Тебе так же больно, как и ему.

Нервы Спайка сдали, и он резко притянул меня за плечо.

— Хватит играть со мной в психолога, мать твою! Тебе никогда не узнать, что я чувствую. Девочка, ты не имеешь ни малейшего понятия, что такое боль!

— Имею, — кряхтя, ответила я. Его пальцы так сильно вцепились в мою кожу, что она просто горела. — Я знаю, что это такое, потому что жила среди боли. И я могу понять, ведь когда-то сама поставила ненависть во главе своих чувств. Ты ведь неплохой человек, Спайк. И Кэйд очень хороший. Он совершил ошибку и сожалеет об этом каждую минуту. Шейенн приходит к нему во снах. Да, он принял неверное решение, но он пытался вытащить ТЕБЯ из дерьма, которое создал именно ТЫ.

Спайк вздрогнул и разжал пальцы.

— Девочка, ты ввязываешься не в свое дело. Ты совсем не знаешь меня и на что я способен. И теперь ты переходишь все границы.

— Думаешь, я боюсь тебя? Нет. Потому что в твоих глазах я вижу добро... как и в глазах Кэйда.

Он отпустил меня и впился глазами.

— Ты вообще когда-нибудь сдаешься, черт возьми?

— Нет.

— Почему именно я? Ты не можешь найти кого-то другого, чтобы навязаться со своей дружбой? — рявкнул он.

— Почему же? Могу. Но эти люди не так в этом нуждаются, как ты.

— Да ты не соображаешь вообще, что несешь, — буркнул он.

— Уверен? Тогда почему ты еще ничего мне не сделал, как обычно привык?

Да, это было рискованно, ведь он легко мог выдать меня Джасперу, чтобы просто доказать свои принципы. Его глаза пылали, губы вытянулись в тонкую нить, но на мгновенье выражение его лица как будто смягчилось.

— Ты не обидишь женщину, — осторожно сказала я и, не сдержавшись, улыбнулась. Будучи в замешательстве, Спайк прищурился. — Когда-нибудь ты сможешь смириться, как и я.

— Не думаю, — продолжал ворчать парень.

Я лучезарно улыбнулась, поскольку заметила нотку смущения за завесой его несчастных попыток что-то доказать. Довольная собой, я развернулась на пятках и направилась в лагерь. Удалившись на некоторое расстояние, я обернулась и бросила через плечо:

— До встречи, приятель.

Не знаю, с каким выражением лица он стоял, но я уверена, что без удивления там не обошлось. Спайку просто нужно отпустить своих демонов. Интересно, смогла бы Сиара помочь ему? Надеюсь. Кажется, она подходит ему. За милой внешностью скрывается железный характер, и когда-нибудь, не выдержав, она даст Спайку отпор. И тогда, возможно, их отношения значительно изменятся. Он тоже что-то чувствует по отношению к девушке, это было написано на его лице в тот день, когда мы к нему приезжали. Просто он пока не готов принять это. Но оглушительная правда настигнет его рано или поздно.

— Ну что? Довольна собой, как никогда?

Услышав голос Бритни, я театрально закатила глаза и повернулась. Они шла ко мне с ядовитой физиономией.

— Ты когда-нибудь угомонишься? — спросила я, скрестив руки на груди.

— Мне кажется, ты уже начала загонять всех к себе под каблук. Появилась маленькая ведьма и заставила всех на себя работать? Ты им скоро наскучишь.

Я вздохнула.

— Опять двадцать пять? Успокойся уже. Для них ты всего лишь способ хорошо проводить время. Они пользуются тобой, прикармливают, а потом выбрасывают. И все потому, что ты сама это позволяешь. Тебя никто не уважает просто потому, что ты ни минуты не можешь удержать свою юбку на месте. Взгляни правде в глаза: ты никогда не будешь ничьей Фавориткой.

Сжав зубы, Бритни подошла еще ближе так, что меня окатило ароматом ее духов.

— Ты свое еще получишь, сучка!

Я взмахнула рукой и отвернулась.

— Уже сто раз слышала, давай, иди отсюда.

С этими словами я ушла. Мне до смерти надоели ее выходки и самой Бритни давно пора угомониться. Обогнув угол дома, я направилась в сторону гаража Кэйда, чтобы забрать свою сумочку, которую забыла там ранее. Кэйд с кем-то нецензурно разговаривал по телефону. Бедный его собеседник. Заметив меня в дверях, Кэйд снизил интонации. Я прошла внутрь и присела за ветхий стол. Взяла несколько журналов и начала их пролистывать. Внезапно краска прилила к лицу при виде нескольких непристойных статей. Одна из них посвящалась позам при оральном сексе. Склонив голову на бок, я рассматривала картинки, и мои глаза расширились при взгляде на одну из них.

— Да, перезвони мне. Жду от тебя все подробности.

Кэйд захлопнул телефон и подошел ко мне сзади. Заметив, что я читаю, он тихонько хихикнул.

— Интересно, малышка? — проворковал он, запуская пальцы в мои волосы.

— Я ожидала такого вопроса от тебя. Черт, как они это делают?

— Встань, — сказал Кэйд, убрав руки от моих локонов.

Я развернулась на стуле и уставилась на него.

— Чего?

— Вставай, я покажу тебе.

— Ни за что, — мои губы растянулись в улыбке.

— Милая, я сказал быстро вставай и подойди ко мне.

— Нет, ты не будешь это делать.

— Это будет неповторимо. Быстро иди сюда.

— Нет.

Фыркнув, он взял меня за плечи и притянул к себе. Затем наклонился и прикоснулся ко мне губами.

— Верь мне, ты сама захочешь это попробовать. А теперь раздевайся.

— Кэйд, ты не будешь мне указывать!

Он изогнул одну бровь, а потом подошел и потянул меня за петли на шортах.

— Снимай.

— Кэйд…

— Сладкая…

— Да-да, конечно, я знаю, — заворчала я, снимая шорты. — Эдди, замолчи.

Он рассмеялся и отправился закрывать дверь на замок. Покончив с дверью, подошел ко мне и аккуратно спустил джинсы. Боже, ну зачем нужно быть таким сексапильным? Когда его мужское достоинство освободилось из штанов, я заметила его пульсацию. Все мои попытки отказаться от его задумки стремительно превратились в отчаянное желание обратного. Опустив взгляд на его эрекцию, я облизала нижнюю губу.

— Хочешь его?

— Ты же знаешь, что да, — по-кошачьи промурлыкала я.

— Тогда иди сюда, снимай трусики, и мы поиграем.

Не задумываясь я разделась, и предстала перед мужчиной в полной готовности для его ласк. Он обольстительно улыбнулся и прошептал:

— Встань на руки, сладкая.

Вспыхнув от смущения, я наклонилась и поставила ладони в пол. Кэйд взял меня за лодыжки и поднял ноги вверх так, что наши животы прижались друг к другу, а мой пах оказался прямо на уровне его лица.

Его член несколько раз ударился об меня, пока Кэйд формировал правильную позу, забрасывая мои ноги себе на плечи и закрепив мои лодыжки. Обняв меня за талию, Кэйд приподнял меня чуть выше так, чтобы его губы расположились прямо на уровне моего женского горячего естества. Его жаждущий, полный сил и желания член, расположился у моего лица. Я обхватила его рукой, продолжая испытывать некоторый дискомфорт от того, что нахожусь вверх тормашками, и мы собираемся устроить фестиваль имени шестидесяти девяти.

— Не могу надышаться тобой. Я вижу, как ты хочешь меня, сладкая. — Я почувствовала горячее дыхание Кэйда у своей промежности.

— Давай уже оставим разговоры, — хмыкнула я.

Кэйд довольно улыбнулся и склонил голову. Его язык блуждал по самым глубоким уголкам моей женственности. Я простонала и обхватила губами головку его члена. Кэйд прорычал, и от этого волны вибрации пробежали через горячую плоть. Я сильнее втянула губами член, вокруг которого неустанно танцевал мой язык, дотрагиваясь до пирсинга. Кэйд снова и снова ласкал меня, описывая языком все новые круги. По всему телу разлилось блаженное тепло, и я на мгновенье приоткрыла рот, чтобы выдохнуть. Кэйд дернул бедрами, побуждая продолжать ласки и не останавливаться. Снова сомкнув губы, я продолжила оральные ласки так неистово, как только могла. Мы превратились в комок стонов и дрожащих ног.

— Черт, — прорычал Кэйд, оторвав губы от моей киски. — Мне нужно немедленно оказаться глубоко внутри тебя.

— Да, — выдохнула я. — Боже, да, возьми меня!

Он осторожно опустил меня, и я рефлекторно разомкнула губы. Поставила ладони на пол и опустила ноги. Наши глаза встретились, в них отражались все чувства, говорящие о том, что мы не можем насытиться друг другом. Кэйд обошел помещение, затем остановился у цепи, прикрепленной к потолку.

— Милая, подойди к этой цепи, быстрее.

Я сделала, как он просит: подошла и взялась руками за цепь. Кэйд встал позади, легким движением отодвинул мои волосы с шеи и прикоснулся губами к разгоряченной коже. Тело пронзила мелкая дрожь, и я еще крепче вцепилась в металл. Коленом он развел мои ноги в стороны.

Его крепкое тело прижималось к моей спине, и черт, это было восхитительно. Затем Кэйд провел рукой по моей ноге, а губами по спине. Взяв меня за лодыжки, он приподнял их и установил на расположенные вблизи коробки с инструментами. Когда его взору открылось все мое естество, вся моя нагота, Кэйд обошел меня и провел пальцем по нежным складкам.

— Ты уже готова, ждешь меня.

— Возьми меня без презерватива, я сдала анализы, — мой голос стал похож на хныканье ребенка.

Я не говорила Кэйду, что ходила проверяться. Я не знала, какие последствия остались после Джаспера, но дикое желание полностью почувствовать Кэйда заставило меня это сделать. К счастью, я оказалась чиста. Джаспер обычно предохранялся, и, слава богу.

Кэйд напрягся и спросил:

— Противозачаточные таблетки?

— Уже.

— Господи…

Встав позади меня, Кэйд потерся членом о мои ягодицы.

— Когда-нибудь занималась таким сексом? — выдохнул он.

— Нет, — пискнула я, повернув голову назад. Волосы рассыпались по спине.

— Тогда не будем делать это в гараже, если у тебя нет опыта. Это занимает некоторое время.

Бедра Кэйда напряглись, он взял в руку свою плоть и провел по моей самой горячей точке.

— Готова, солнышко?

— Да, — с тенью отчаяния выкрикнула я.

Когда Кэйд вошел в меня, из его груди вырвался хриплый стон. Тяжело дыша, я сильнее прижалась к нему спиной, чтобы быть ближе. Одной рукой Кэйд держал меня за бедро и постепенно входил в меня. Другая рука плотно прижата к животу. Слегка надавив, Кэйд отстранил меня от себя.

— Кэйд, просто трахни меня, — взывала я.

Он проник глубоко, отчаянно. С живота его пальцы переместились на мою киску, лаская ее и одновременно выполняя поступательные движения. Быстрее, жестче.

— Какая ты горячая, я с ума схожу от этого.

Простонав, я выдохнула.

— Потяни меня за волосы.

— Ах ты, моя дерзкая девчонка.

Взяв меня за волосы, Кэйд потянул мою голову назад и прижался губами к моей шее, не останавливая движение своих бедер. Мои пальцы запутались в цепи, я так крепко ее сжала, что побелели костяшки. Кэйд склонился ко мне, и возле уха я чувствовала его горячее прерывистое дыхание. Это безмерно заводило меня. Отчаянно захотелось развязки. Она уже близко, пульсация по всему телу.

— Боже, Кэйд, — выкрикнула я.

— Давай, детка!

Я не разомкнула пальцы, а все тело взорвалось от оргазма. Я закричала. Да, закричала! Кэйд все сильнее двигался позади меня, вцепившись в волосы, лаская пальцами клитор. Момент спустя, он громко выдохнул, и я почувствовала пульсацию где-то глубоко внутри себя. Его бедра двигались снова и снова, пока из его тела не пролилась самая последняя капля. Он выскользнул из меня, обхватил за талию и прижался губами к моей спине.

— Черт, — выругался он.

— Да, в этом слове заключается все, — прошептала я.

— Отпускай руки, милая. Я подхвачу тебя.

Я расцепила пальцы и упала в объятья Кэйда. Он долго держал меня, а потом развернул к себе. Нежно поцеловал в губы, убрал от моего лица вспотевший локон волос. Он погладил меня по щеке, следуя вниз, к губам, и нежно провел пальцем по нижней губе.

— Я видел, как ты разговаривала со Спайком, — угрюмо сказал он.

— Спайк вовсе не плохой, Кэйд.

— Никто и не спорил.

— Однажды он простит тебя. Я уверена.

— Возможно.

Подавленный голос Кэйда говорил о том, что он не хочет продолжать говорить на данную тему, поэтому я отстранилась от него и улыбнулась.

— Мне нужно пойти одеться, скоро на работу, — нахмурилась я.

Кэйд разулыбался.

— Жизнь нелегка, да?

Я хихикнула.

— Да уж.

— Тебя подбросить?

— Нет, я дойду пешком. Хочу подышать свежим воздухом немного.

— Сладкая, никаких пеших прогулок, и точка!

Что ж, ладно.

— Я попрошу кого-нибудь довезти меня. Сейчас большинство девушек уже заканчивают смену, — сказала я.

Кэйд кивнул.

— Так и сделаешь, договорились? Я пока сделаю несколько телефонных звонков, если не найдешь никого - возвращайся, и я тебя отвезу.

— Удалось хотя бы немного приблизиться к Джасперу?

— Не-а. Похоже, этот урод хорошо умеет скрываться.

— Все наладится, он обязательно где-нибудь засветится.

Кэйд не выглядел столь уверенным, но все равно постарался улыбнуться.

— Позвони, когда вернешься, ладно?

— Хорошо. До встречи.

— Кажется, не хватает кое-чего важного, — усмехнулся Кэйд, глядя на мои обнаженные ягодицы.

— Да, — рассмеялась я. — Как раз подумала о том же.

Я надела трусики и шорты, расправила волосы и прильнула к Кэйду, чтобы поцеловать на прощание. Затем покинула гараж. Шагая по территории лагеря, я погрузилась в чувства, которые полностью наполняли меня. Наконец-то я счастлива и, черт, это сводит с ума. Наверное, мне нужно было попросить, чтобы меня подвезли, но дом Джексона стоял совсем близко, на главном шоссе. На езду ушло бы гораздо больше времени, так что я решила пройтись. Это не помешает.

Покинув лагерь, я направилась по дороге, жадно вдыхая свежий воздух. Все мои мысли занимал Кэйд и наши сплетенные тела. Боже, на моей коже остался его запах. Погруженная в мечты, я не заметила, как позади меня остановилась машина. Двигатель заглушили. В эту секунду я осознала, что слишком замечталась. Повернулась, надеясь увидеть Кэйда, но это был совсем не он. Вместо него передо мной возник Джаспер. Внутри все панически замерло. Казалось, что мое сердце остановилось, и земля уходит из-под ног. Я просто стояла, разинув рот, и находясь в полном шоке.

— Так, так, так. Не ожидала увидеть меня? — прошипел он.

О, господи, кажется, у меня проблемы. Джаспер крутил на пальце пистолет. Если я сделаю хотя бы одно движение, чтобы достать телефон, он меня запросто пристрелит.

— Ч-ч-ч-что тебе нужно? — дрожащим голосом спросила я.

— Ты знаешь, что мне нужно. Я хочу отомстить.

Что я могла ответить? Все слова застряли в горле, даже если попытаться, то ни единого слова не получится. Все тело парализовано от страха.

— Что? Нечего сказать, змея? Это к лучшему, потому что очень скоро ты вообще не сможешь говорить.

— Оставь меня в покое, — раздраженно сказала я.

Запрокинув голову назад, Джаспер громко рассмеялся.

— Оставить тебя? Ты сейчас выглядишь просто смешно. Садись в машину!

— Нет, — прошептала я, пытаясь унять дрожь.

Он навел дуло пистолета прямо мне на живот, я замерла.

— Не заставляй меня стрелять. Для начала у меня на тебя кое-какие планы. Садись в машину, пока я не продырявил тебе живот.

О, господи. На ватных ногах я проследовала к старому микроавтобусу. Джаспер шел следом, приставив пистолет к моей спине. Я закрыла глаза и мысленно молила Бога, чтобы появились какие-нибудь прохожие. Пожалуйста, пусть он не заберет меня снова!

Открывая багажник, Джаспер встал рядом со мной, и я почувствовала его затхлое дыхание.

— Садись. Если только попытаешься сбежать, я размажу твои мозги по всей дороге.

Мое тело словно сопротивлялось, но я забралась внутрь. Поступи я иначе, то уже была бы мертва, не оставив ни единого шанса, чтобы Кэйд нашел меня. Кстати, у меня все еще был телефон в кармане. Одна надежда на то, что я смогу позвонить, пока Джаспер не отнял его. Захлопнув багажник, он сел на водительское кресло. Если бы мы не были на большой открытой дороге, я бы выскользнула и убежала, но тогда Джаспер пустил бы пулю мне в висок вне всяких сомнений. Микроавтобус рванул вперед и внизу живота все скрутило. Я обхватила себя руками и молилась о том, чтобы выдался шанс бежать. Пристально глядя в заднее стекло, мысленно уповала на высшие силы, которые подскажут выход.

Вдруг, словно мои молитвы кто-то услышал, позади автобуса возник Спайк и члены его мотоклуба. Я снова прильнула к окну и медленно, чтобы не вызвать подозрения, взмахнула рукой. Спайк махнул рукой в ответ, давая понять, что все понял. Затем он поднял в воздух пистолет. О, нет, совсем не подходящая идея! Если они подстрелят Джаспера, то я вместе с ним погибну, когда автомобиль перевернется. Я замахала руками, и потихоньку отрицательно покачала головой. Спайк опустил пистолет и прибавил газу, и тут Джаспер заметил их.

— Это еще кто такие? — рявкнул он.

— Не знаю, — солгала я.

— Подними руки, мать твою!

Я сделала, как он просит, бросая на Спайка взгляд, полный мольбы о помощи. Джаспер взял пистолет с соседнего сиденья и направил на меня.

— Скажи им, чтобы проваливали! — приказал он.

Я кивнула головой Спайку, умоляя глазами, чтобы он уезжал. Джаспер еще больше прибавил газ, и мое сердце бешено заколотилось. Спайк догонял нас. Теперь я могла даже видеть его глаза и, к моему удивлению, в его глазах читалось искреннее переживание. Я снова махнула головой, но он лишь дернулся, словно давая понять, что не собирается сдаваться.

— Я пристрелю тебя к чертям собачьим! Скажи им, чтобы проваливали! — орал Джаспер.

Сложив ладони вместе, словно в мольбе я неустанно шептала:

— Позвони Кэйду, умоляю, позвони ему!

Спайк выглядел очень обеспокоенно, это было заметно по его лицу. Постоянно удерживая внимание на парне, я даже не услышала выстрела до тех пор, пока в окно микроавтобуса не брызнула кровь. И вдруг, я почувствовала, как меня пронзила глубокая обжигающая боль в области плеча. Я громко закричала и всем телом дернулась вперед. Джаспер выстрелил в меня! Сквозь пелену я видела, как Спайк замедляет ход. Наверное, увидев, что в меня стреляли, он, наконец, понял, что Джаспер совсем не шутил. Мотоцикл резко развернулся посреди дороги и умчался в противоположном направлении. Ударившись спиной об пол, я взвыла от боли в плече.

— Думала, я шучу, змея? — кричал Джаспер. — Ты сдохнешь за все, что сделала!

В глазах поплыло, словно жидкое пламя, во мне разливалась невыносимая боль. Я перестала слышать собственный крик. Теряла остатки сил.

— Заткнись! Хватит орать! — продолжал вопить Джаспер.

Все, я больше не могу. Закрыв глаза, я провалилась в темноту.

— Ты заставила меня попотеть, — ворчал Кэйд, укладывая пакет с едой на больничный поднос.

Я улыбнулась.

— Вообще-то, я инвалид, и кто-то должен меня кормить.

Кэйд широко улыбнулся.

— Но у тебя руки-то работают, верно?

Я пожала плечами.

— И рот.

Я снова пожала плечами.

— Поэтому никакой ты не инвалид.

Я надула губы, и Кэйд рассмеялся, а затем подошел ближе и запустил пальцы в мои волосы.

— Не могу дождаться, когда ты вернешься домой.

— Я знаю, — ответила я, растягивая слова. — Две недели – это слишком долго.

— И не говори. Мой друг чертовски соскучился по тебе.

Я захихикала и взяла его за лицо, приблизив к себе, чтобы поцеловать.

— Слушай, говорят, что секс в больнице очень даже не плох.

Кэйд хихикнул мне в губы.

— Не дразни меня.

— Я не дразню, я серьезно.

Сначала он вытаращил глаза, затем отклонился назад, чтобы посмотреть в мои глаза издалека.

— Ты – сплошная рана.

Я закатила глаза.

— Вообще-то, чтобы почувствовать внутри себя кое-что, мне не нужна нога или плечо.

— Осторожнее, детка.

— Возьми меня медленно и сладко.

— Нет, только не здесь. Вдруг зайдет та пожилая медсестра и надает мне по голой заднице?

— В ванную, например, никто не зайдет.

— Сладкая…

— И еще там есть стул, я могла бы легко тебя оседлать.

— Черт.

Я нежно погладила его по груди и встала с кровати. С каждым днем я чувствовала себя гораздо лучше. Нога все еще болела, но по сравнению с тем, что было, все в порядке. Я слегка прихрамывала на пути в ванную, но Кэйд мгновенно оказался рядом, чтобы подхватить. Мы зашли внутрь и закрыли дверь на замок. Схватив парня, я резко отбросила его на большой стул, расположенный в углу. Я представила, как люди сидят на нем и наблюдают за тем, кто принимает душ. Кэйд опустился на кожаное сиденье и поднял на меня невинный взгляд, напоминая мальчишку. В его глазах отражался невероятный восторг.

— Готов? Нам придется сделать это по-быстрому.

Кэйд усмехнулся.

— Могу тебя заверить, что это не продлится долго.

Я задрала больничную рубашку и скинула трусики, затем потянула за джинсы Кэйда, под которыми все уже набухло. Облизав губы, я освободила его из оков плотной ткани. Почувствовав долгожданное тепло, из моей груди вырвался стон. Я так по нему скучала. Не думая ни секунды, уселась сверху.

— Разве я не получу заветный поцелуй перед тем, как мной овладеют?

Он улыбнулся, запустил пальцы в мои волосы и прильнул к моим губам. Плавно опуская меня на свое возбужденное достоинство, он покрывал меня жадными поцелуями. Когда Кэйд все больше заполнял меня собой, вызывая легкую боль внутри, я выдохнула сквозь поцелуй. Удовольствие полностью перекрыло боль, и я продолжала опускаться, чтобы он вошел в меня еще глубже. Достигнув нужной глубины, я начала двигаться. Прервав поцелуй, уткнулась лицом в его шею и вдохнула любимый аромат его тела. Он держал меня за талию, помогая подниматься и опускаться. Я скользила по всей длине его плоти.

— Боже, милая, боюсь, что долго не продержусь, я так по тебе скучал.

— И я, — прошептала я и, закрыв глаза, нежно укусила Кэйда за шею.

— Еще, детка.

Я укусила сильнее, вызвав его стон и невероятное напряжение внутри меня. Почувствовав его пульсацию и под звук его хриплого стона, я сжалась. Плотно обхватив его женскими мышцами, я уткнулась в его плечо и постаралась сдержать громкий стон, который просто разрывал меня изнутри. После всего мы еще долго сидели в такой позе, наслаждаясь близостью друг друга. Наконец, я подняла голову и посмотрела ему в глаза.

— Что ж, мы это сделали, — улыбнулась я.

Кэйд растянулся в улыбке и обнял меня.

— Теперь, когда ты свободна, у нас впереди еще много интересного.

Ощущение свободы кружило голову. Я и подумать не могла, что моя жизнь повернется именно так, но я очень благодарна судьбе. Теперь мы с Кэйдом могли начать новую жизнь, создавая что-то вместе. Кстати говоря, я заметила, что Кэйд и Спайк уже не так натянуто общаются. Я очень надеялась, что они найдут в себе силы простить друг друга и начать с чистого листа.

— Кажется, у вас со Спайком немного налаживаются отношения, — невзначай отметила я, несмотря на то, что сердце волновалось от любопытства.

— Да, как-то вечером мы даже попили пиво вместе с Джексоном.

— Надеюсь, что когда-нибудь все наладится.

Кэйд кивнул.

— Да, милая. Я тоже.

— Джексон разобрался с Бритни?

Когда Кэйд и Джексон узнали, что именно Бритни выдала меня, их ярости не было предела. Я тоже очень разозлилась, ведь из-за нее меня чуть не убили. И за что? Просто за то, чтобы она не стала чьей-то Фавориткой? Подобные ситуации показывают, насколько страшными могут оказаться люди.

— Он достаточно грозно себя повел, ее жизнь висела на волоске. Если бы она была мужчиной, то уже была бы мертва.

Я и не сомневалась в сказанном, до сих пор находясь в шоке от низости ее поступка. Ей повезло, что она все еще жива, и уверена, что она больше не осмелится показаться в лагере.

— Он выслал ее из города?

Кэйд утвердительно кивнул.

— Да, и пусть только посмеет вернуться.

Я облегченно вздохнула.

— Что ж, наконец-то все кончено.

— Милая, пока я люблю тебя, эта дорожка всегда будет скользкой. Понимаешь, о чем я?

Я засмеялась и отпрянула от него. Мы оба выпрямились и разомкнули объятья. Я подошла к большому окну, присела на подоконник, посмотрев на холмы, которые возвышались над больницей. Здорово находиться на высоком этаже. Кэйд подошел и опустился на колени рядом со мной, и взял меня за руки.

— Я очень люблю тебя. Ты же знаешь?

Я кивнула.

— Да, Кэйд, я знаю. Все так сложилось, и на время… Все дело в том, что…

— Я хочу, чтобы ты знала, как сильно я люблю тебя.

Мне хотелось сказать, что я тоже его люблю, побороть упрямство, которое так часто брало надо мной верх.

— Я знаю, что сильно, но дело в том, что…

— Ты очень изменила меня, сладкая.

— Я тоже очень изменилась благодаря тебе, поэтому я хотела…

— Да, черт возьми! — рявкнул Кэйд. — Ты хотя бы минуту можешь помолчать?

— Я лишь пытаюсь…

— Сладкая! — Кэйд сжал мои руки. — Помолчи!

— Ну почему? — вскрикнула я.

— Да потому, что я пытаюсь сделать тебе предложение, черт возьми!

Весь мир остановился, словно от удара под дых. Он хочет жениться на мне? Кэйд Дюк, этот крепкий и серьезный байкер, хочет жениться на мне? По всему телу пробежали мурашки и в глазах появились слезы.

— Это единственный способ поймать твое внимание, — пробубнил он и сильнее сжал мою ладонь. — Если ты позволишь мне сказать, то услышишь, что ты чертовски изменила мою жизнь. Я никогда еще не любил, но ты…ты все исправила. Я не буду сейчас говорить все эти ванильные штучки, потому что мы оба знаем, я не такой, но, черт, я скажу тебе одну вещь: тобой я дышу! У мен появился смысл просыпаться по утрам, и да, если это любовь, то я готов на все и никогда не отпущу это чувство. Так что? Ты выйдешь за меня?

К тому моменту я уже откровенно расплакалась, и в то же время смеялась сквозь слезы.

— А если ты позволишь мне сказать, — всхлипнула я. — Тогда услышишь, что я тоже очень тебя люблю, ты, глупый, упрямый чертов байкер!

Он пристально посмотрел на меня, а затем резко расхохотался, и прижал меня к себе.

— Господи, сладкая, ты сделаешь меня самым счастливым человеком на свете.

— Клянусь, я никому не расскажу о твоих романтических признаниях, — выпалила я сквозь рыдания.

Кэйд снова захихикал и засунул руку в карман, чтобы достать кольцо. И зачем вообще нужен футляр, ведь настоящую красоту, видимо, не нужно прятать в коробках? Взяв мою руку, Кэйд аккуратно надел кольцо на палец. Идеально подошло. Я взглянула в его глаза, и мы долго смотрели друг на друга. Счастливые. Умиротворенные. Вот, кем мы были в тот момент. Кэйд собрал мою душу по кусочкам тогда, когда я уже не верила в свое спасение. Оказалось, что именно он им стал, и думаю, что это взаимно.

— Что ж, сладкая, — промурлыкал он. — Конечно, мне пришлось потрудиться, чтобы спасти тебя, но, в конце концов, я добился своего.

Я улыбнулась, и прижалась к нему.

— А знаешь, почему? Я не хотела, чтобы меня спасали, но с тобой я поменяла свое мнение. Впервые в жизни мне захотелось узнать, что же находится по ту сторону жизни.

— Как думаешь, не зря ты перешла ту грань?

Я взяла его лицо в свои ладони, прижалась губами и страстно поцеловала Кэйда. Он ответил на поцелуй со всем чувством, на которое только был способен. Когда он прервал поцелуй, я провела пальцами по его волосам и сказала:

— О, боже, наконец-то!

Я говорила эти слова от всего сердца.

Потому что борьба с Кэйдом изменила мою жизнь.

Потому что борьба за любовь стоила гораздо больше, чем война за жизнь.

Потому что вся моя жизнь была разрушена, но шаг за шагом Кэйд помог мне найти себя.

И, наконец, я поняла, что достойна спасения кем-то.

И этот кто-то верил, что обязательно спасет меня.

Такова жизнь – никогда не знаешь, где найдешь, а где потеряешь. Нужно просто верить.