БЕЛЫЙ ГОРОД

Москва, 2000

Автор текста Екатерина Алленова

Руководители проекта: А. Астахов, К. Чеченев

Ответственный редактор: Н. Надольская

Редактор: Н. Борисовская

ISBN 5-7793-0220-0

Отпечатано в Италии

© Белый город, 2000

В мае 1873 года художник отправился в Европу в качестве пенсионера Академии художеств. Он посетил Всемирную выставку в Вене, где экспонировались его Бурлаки, путешествовал по Италии и наконец обосновался в Париже, на Монмартре, где начал работу над картинами Садко и Парижское кафе. Сюжеты этих произведений - фантастическая сказка и жанровая сцена «во французском вкусе» - кажутся совершенно «не репинскими».

Репин писал Стасову, что он «ужасно заинтересован Парижем, его вкусом, грацией, легкостью, быстротой и этим глубоким изяществом в простоте».

Крамской, «душа передвижничества», был всем этим поражен и озадачен. «Я одного не понимаю, как могло случиться, что Вы это писали? ...Я думал, что у вас сидит совершенно окрепшее убеждение относительно главных положений искусства, его средств и специальная народная струна. ...Человек, у которого течет в жилах хохлацкая кровь, наиболее способен... изображать тяжелый, крепкий и почти дикий организм, а уж никак не кокоток».

«Никогда, сколько мне помнится, я не давал клятву писать только дикие организмы, - отвечал Репин, - нет, я хочу писать всех, которые произведут на меня впечатление» - и такой ответ есть не что иное, как утверждение права творческой свободы.

Дама, играющая зонтиком. 1874 Эскиз для картины Парижское кафе

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Дорога на Монмартр в Париже. 1875

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Дама, опирающаяся на стул. 1875 Эскиз для картины Парижское кафе

Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Эта широта интересов, отзывчивость таланта - основные свойства творческой натуры Репина. Если попытаться определить «суммарный вектор» репинского искусства, путь, по которому шло его развитие, то окажется, что сделать это довольно трудно. В одно и то же время Репин способен был работать над совершенно различными вещами и в различной манере. Бурлаки, Садко и Парижское кафе словно задуманы тремя разными художниками. Репина упрекали в художественной неразборчивости: «Сегодня он пишет из Евангелия, завтра народную сцену на модную идею, потом фантастическую картину из былин, жанр иностранной жизни, этнографическую картину, наконец, тенденциозную газетную корреспонденцию, потом психологический этюд, потом мелодраму либеральную, вдруг из русской истории кровавую сцену и т. д. Никакой последовательности, никакой определенной цели деятельности; все случайно и, конечно, поверхностно...» - так сам Репин пересказывал суть этих претензий, нередких в отношении его искусства, и с великолепным равнодушием отвечал: «Что делать, может быть, судьи и правы, но от себя не уйдешь. Я люблю разнообразие».

Это разнообразие, конечно, ни в коем случае не было следствием художественной неразборчивости. Репин, скорее, подобен волшебному Золотому Петушку из сказки Пушкина - он всегда «оборачивается к той сторонке», где сосредоточены самые актуальные проблемы современной действительности и современного искусства, и в пору расцвета всегда поспевает вовремя. Но в этой мобильности и разноплановости - основная сложность рассмотрения репинского творчества, трудно представимого как целостное художественное явление.

Сцена из балета. 1874

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Садко. 1876

Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Особенности творчества любого художника так или иначе принято связывать с его личностью, чертами характера, свойствами индивидуальности, а также с его взглядами на искусство в целом.

Репин был в дружеских отношениях с самыми выдающимися людьми современности, вел обширную переписку с Львом Николаевичем Толстым, Павлом Михайловичем Третьяковым, Владимиром Васильевичем Стасовым, многими русскими художниками. В своих письмах он много и охотно высказывается по вопросам искусства, в том числе и своего собственного. Кроме того, Репин - автор книги мемуаров Далекое близкое, отличающейся несомненными литературными достоинствами.

Каким же предстает Репин в своих письмах и воспоминаниях, а также в письмах и воспоминаниях современников?

Из мемуарных свидетельств о художнике вырисовывается следующее. Репин был чрезвычайно темпераментным человеком, пылким, восприимчивым, увлекающимся, склонным к восторженности. Его письма полны восклицательных знаков, а его восторги часто преувеличены. С равным энтузиазмом он восхищается Веласкесом и Матейко, Парижем и украинской деревенькой. «При оценке произведений других художников у него являлась какая-то ироническая снисходительность. “Прекрасно, прекрасно!” - твердил он, проходя перед рядом картин, не имеющих художественного значения. ...Прислана была (на передвижную выставку. - ЕЛ.) огромная картина Купальщицы.

Мужичок из робких. 1877

Нижегородский государственный художественный музей

Белорус. 1892

Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Увидев ее, он сразу дал свой голос с припиской: “Прекрасно”. При подсчете голосов оказалось, что за картину подан только один голос. “И это мой!” - с искренним смехом заявил Репин и не протестовал, что картину не приняли», - вспоминает Минченков.

Репин не отличался постоянством суждений. Он «не раз вводил в заблуждение собеседников утверждением того, что отрицал ранее, и наоборот», - замечает Анна Боткина. «Он благородный, чудесный, добрый, милый малый, но мямля и разгильдяй; поминутно у него то да, то нет-, то надо, то не надо. То “ах, зачем мы того не делали?”, то “ах, это не надо!!”. Нерешительность, аханья и сожаления - каждую минуту», - писал Стасов, которого Репин буквально замучил свой переменчивостью во время их совместного путешествия по Европе. «При каждом случае, в каждой обстановке Репин кажется мне особым, часто противоречащим себе, меняющим свои взгляды и даже манеры... Великий Репин удивлял всех... своей частой непоследовательностью. Сегодня он говорил и делал одно, завтра поступал совершенно иначе. И возникал досадный неразрешимый вопрос: где же правда, где настоящий Репин?» - свидетельствует Минченков.

Протодиакон. 1877

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Та же непоследовательность, на первый взгляд, - в рассуждениях Репина об искусстве, что, впрочем, вполне понятно: художнику выпала долгая творческая судьба. На его глазах происходил расцвет и закат передвижничества, он надолго пережил Сурикова, Серова, Врубеля, он был знаком с деятельностью «Мира искусства» (выставки которого называл «базаром декадентщины»), видел и футуристические выставки. В этих условиях трудно ожидать от художника, впечатлительного и восприимчивого по натуре, многолетней непоколебимой устойчивости художественных предпочтений.

И все же эти предпочтения существуют, и они достаточно характерны. Среди старых мастеров Репин безусловно выделял Халса, Веласкеса и Тициана, с почтением, но без восторга относится к Рембрандту и холодно - к Рафаэлю, считая его «сухим». Как и многие русские художники, благоговел перед Александром Ивановым и, к неудовольствию Стасова, очень высоко ценил Карла Брюллова, чью живопись любил приводить в качестве примера безукоризненного артистического мастерства. Об импрессионистах отзывался прохладно - они, безусловно, произвели на Репина впечатление, однако в их живописной свободе ему виделась «разнузданность».

Примечательно, что в литературном наследии Репина очень мало сказано собственно о живописи - о живописном мастерстве, красках, колорите, вообще о картинах как таковых. Его суждения подобного рода - это всегда меткие и точные, но сугубо частные, как бы случайные замечания - вроде совета Виктору Васнецову не применять «мелкие колерки, особенно в лицах, пусть они будут писаны лучше одной краской, только вырисовывай верней и тоньше... Замечательно, Рембрандт и Веласкес писали почти одной черной краской и потом кое- где оживляли».

Портрет пианистки Марии Карловны Бенуа. 1887

Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Годовой поминальный митинг у стены коммунаров на кладбище Пер-Лашез в Париже. 1883

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Гораздо охотнее Репин писал о том, в чем виделись ему смысл и задачи искусства. Он, например, возражал Крамскому: «Вы говорите, что нам надо двинуться к свету, к краскам. Нет. И здесь наша задача - содержание. Лицо, душа человека, драма жизни, впечатления природы, ее жизнь и смысл, дух истории - вот наши темы». Эта привязанность к вопросу о «содержании» в искусстве - эхо «утилитарной эстетики» 1860-х годов. Репин любил повторять: «...я человек шестидесятых годов,отсталый человек,для меня еще не умерли идеалы Гоголя, Белинского, Тургенева, Толстого и других идеалистов. Всеми своими ничтожными силенками я стремлюсь олицетворить мои идеи в правде; окружающая жизнь меня слишком волнует, не дает покоя, сама просится на холст; действительность слишком возмутительна, чтобы со спокойной совестью вышивать узоры».

Вместе с тем в 1890-е годы Репин под влиянием общей художественной ситуации много говорил о ценности «чистого искусства» или «искусства для искусства». Так, он оплакивал судьбу Николая Ге, находившегося, как известно, под влиянием идей Льва Толстого о бесполезности искусства: «Как мне жаль Ге! Вот жертва господства нашей публицистики. Такой огромный талант и был в рабстве у литературы, не смел быть художником, боялся отдаться свободно искусству». «Как бы ни была содержательна вещь по своей задаче, если она будет слаба по исполнению, она будет возбуждать даже отвращение к той идее, за которую автор взялся. Я помню, как Крамской при взгляде на подобные вещи говаривал: “какой прекрасный сюжет испорчен, и испорчен надолго”», - писал Репин.

Девушки среди коров. 1896

Киевский музей русского искусства

Однако ценность «идеи» и здесь не подвергается сомнению: важно не испортить ее плохой живописью; «...у великих же мастеров всегда бывало полное равнодушие к кисти и колориту, это выходило помимо их воли, задачи их были гораздо шире», - заметил Репин в одном из писем Стасову.

Живописное мастерство для Репина - это нечто обязательное и необходимое, но одновременно и то, что «само собой разумеется», должно получаться «помимо воли». «Колорит ...должен выражать нам настроение картины, ее душу, он должен расположить и захватить всего зрителя, как аккорд в музыке». Живописная формула репинских произведений всегда комментирует сюжет, оказывается созвучна изображаемому: монотонный ритмический строй в Бурлаках (отклонения от заданного ритма и образуют пластическую идею картины); глухая, беспросветная ночная мгла в Отказе от исповеди', искрящееся, играющее и переливающееся всеми красками живописное соцветие - в эскизах к Запорожцам. Иными словами, «форма» и «содержание» у Репина увидены в нераздельном единстве, они совпадают, оказываются тождественны. Об этом тождестве как неотъемлемом свойстве искусств догадывался уже Крамской, заметивший однажды, что «искусство до такой степени заключается в форме, что только от этой формы и зависит идея», и это же было с абсолютным совершенством сформулировано позже Врубелем: «Форма - главнейшее содержание пластики».

Если судить о Репине только по его высказываниям об искусстве и по воспоминаниям, то может сложиться впечатление, что он как будто вовсе не заботился о профессиональной стороне своей деятельности, обо всем том, что касается ремесла, умения, мастерства, или, как любили говорить художники его времени, «рукомесла».

Он, по-видимому, не был склонен к рефлексии. Его редко можно было увидеть сомневающимся, удрученным или недовольным собой - неудовлетворенность и беспокойство проявились в чертах его характера лишь в поздний период, начиная со второй половины 1900-х годов. И это неудивительно - Репин, конечно, ощущал и осознавал угасание своего таланта. Именно тогда, когда он вдруг начал нарочито заботиться о красоте и гармонии, о «высоком строе» и художественных достоинствах своих произведений, - у него ничего не вышло. Так произошло, например, с картиной Черноморская вольница, одной из поздних больших работ Репина, о которой художник писал: «Прежде я ставил типы экспрессии, а самая картина выходила - ладно; а если гармонии не было, ее и сам я уже не смел требовать от картины своей... В этой Черноморской вольнице я более всего работал над композицией и гармонией». В художественном отношении эта картина - парафраза Запорожцев, продолжение темы «людского сообщества», только вместо всеобщего веселья - «экстаз раскаянья за грехи», как говорил Репин. Сюжетом и композицией Черноморская вольница напоминает картину Сурикова Степан Разин (1906-1910), которую Репин мог видеть на 35-й выставке передвижников.

То, что Репин «не смел требовать гармонии» от своих произведений, весьма симптоматично. Превыше всего Репин ценил не живописную красоту, не мастерство и даже не «содержание» картины, а ту самую «правду жизни», за которую сражались и о которой мечтали как о высшем совершенстве все без исключения передвижники, начиная с Перова. Можно ли требовать обязательной «гармонии» от самой жизни? А жизнь, натура были для Репина высшей, непререкаемой инстанцией, причем инстанцией художественной: «Красота - дело вкусов; для меня она вся в правде». Правдивость, жизненность, реальность, т. е. реалистичность - этими словами Репин неизменно определял и свои задачи, и живописную ценность вообще.

Черноморская вольница. 1908-1919

Частное собрание, Стокгольм

Отдых (Портрет Веры Алексеевны Репиной, жены художника). 1882

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Павел Третьяков просил Репина в картине Крестный ход в Курской губернии написать вместо одной из женщин, держащих пустой футляр от чудотворной иконы, красивую девушку, на что художник категорически ответил: «Для меня выше всего правда, посмотрите-ка в толпу, где угодно, - много Вы встретите красивых лиц, да еще непременно, для Вашего удовольствия, вылезших на первый план?».

Главное - увидеть в натуре живописную тему, а жизнь сама продиктует и сюжет, и композицию, и характеры, и краски. В ней, в жизни, а не в картине заключены главные художественные достоинства, а задача художника - всего лишь «правдиво» запечатлеть увиденное.

Но чтобы увидеть в жизни эту «художественность», нужно обладать совершенно специфическим зрением и вниманием.

Письма и воспоминания Репина полны всевозможных и разнообразных жизненных впечатлений - эти описания, собственно, и составляют главный интерес репинского литературного наследия. Там, где художник начинает рассуждать об искусстве «вообще», он становится скучен и тривиален. Но там, где речь идет о конкретных деталях, нюансах, житейских подробностях, характерах и повадках персонажей, -

Горбун. 1881

Этюд для картины Крестный ход в Курской губернии

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Крестный ход в Курской губернии 1881-1883. Фрагмент

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Крестный ход в дубовом лесу. Явленная икона. 1876-1920-е

Галерея Пражского града

За роялем. 1905

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Репин поистине неподражаем; меткость, точность, ясность и «живописность» описаний и характеристик в его мемуарах увлекают и очаровывают: он буквально заставляет увидеть то, что описывает, он видит все взглядом художника, сознательно или невольно ищущего и находящего в любой мелочи самостоятельную живописную тему. «В кустарниках, на Лысой горе, я впервые уразумел законы композиции: ее рельеф и перспективу. Растрепанный, чахлый кустарник на первом плане занимает огромное пространство картины; кокетливо, красиво он прячет за собою лесную тропинку, а великолепную группу деревьев второго плана делает фоном. Вот рельеф картины; а мы все барельефы сочиняли в Академии».

Страницы воспоминаний Репина о знаменитых современниках - Владимире Стасове, Валентине Серове, Всеволоде Гаршине, Владимире Соловьеве, Льве Толстом - это воспоминания именно художника, живописца, занятого не столько изучением личности и характера, сколько наблюдением за их внешними проявлениями: взгляд, поза, мимика, жест, пластика, манеры, одежда, обстановка, типы реакций на внешние впечатления - весь комплекс наблюдений, составивший Репину славу выдающегося портретиста.

Портрет художника Григория Григорьевича Мясоедова. 1884-1886

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Портрет поэта Афанасия Афанасиевича Фета. 1882

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Портрет Александры Павловны Боткиной. 1901

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Михаил Глинка в период сочинения оперы Руслан и Людмила. 1887

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Надя Репина. 1881

Саратовский государственный художественный музей

В воспоминаниях Далекое близкое, в главе о Владимире Соловьеве Репин рассказывает, как неприятно поразил его визгливый, «детский» смех Соловьева - «будто дурачок какой хохочет». Этот смех до странности не соответствовал возвышенному облику знаменитого философа, с «глазами, как у Христа» и «впечатляющей фигурой».

В манерах и поведении каждого человека можно найти подобные черты, нарушающие общее представление о личности. Однако эти же черты и составляют неповторимость, особость любой индивидуальности. Найти момент равновесия между случайным, сиюминутным, и характерным, типическим - одна из главных задач портретиста.

Репин прекрасно осознавал тот факт, что, становясь перед лицом художника в качестве модели, человек неосознанно начинает «представлять себя» - позируя, он играет определенную роль. Это ролевое поведение раздваивает образ и облик человека между тем, что он есть и чем он хочет казаться, между лицом и личиной, маской. В том, как человек теряет и находит себя среди взятых им или навязанных ему социальных, профессиональных и иных масок, - актуальная, общеинтересная проблема на все времена. А поскольку живопись имеет дело только с образами видимости, то пути и способы, которыми существенное, внутреннее проявляется, просвечивает, проскальзывает во внешнем, - эти пути составляют собственную специальную проблему искусства живописи.

Портрет Дмитрия Ивановича Менделеева в мантии профессора Эдинбургского университета. 1885

Государственная Третьяковская галерея, Москва

В творчестве Репина эта проблема решена с большим мастерством. Модели художника всегда представлены в конкретной, легко прочитываемой жизненной ситуации: как правило, это ситуация «диалога» - со зрителем или с невидимым собеседником.

Глубоко задумался среди шедевров своей галереи Третьяков, скрестив руки на груди, - в полной достоинства позе, однако в движении пальцев его руки присутствует какая- то нервная трепетность, нарушающая общее спокойствие. Откинулся в кресле, в то же время слегка приподнявшись, прищурясь, точно приготовившись произнести решающий аргумент в споре, сенатор Дельвиг. Вопросительным взглядом, вздернув бровь и желчно сомкнув губы, смотрит Алексей Писемский.

Актриса Пелагея Антиповна Стрепетова Этюд. 1882

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Репинское «непостоянство» оборачивается поразительным богатством и разнообразием. В каждом конкретном случае Репин демонстрирует способность к модификации живописной манеры, изменению композиционных, колористических, световых эффектов, эмоционального строя портретов. Портрет Николая Ге выполнен в сумрачных «рембрандтовских» тонах, мелкими, рельефными мазками. Близкий по времени портрет Пелагеи Стрепетовой - размашисто, этюдно. Эта «горячая» эскизная живопись прекрасно соответствует сильному, порывистому, даже экзальтированному характеру знаменитой актрисы. Репин всякий раз словно заражается личностью портретируемого, подчиняя свою живописную манеру свойствам характера и стилю поведения модели.

Портрет Елизаветы Григорьевны Мамонтовой. 1879

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Портрет художника Рафаила Сергеевича Левицкого. 1878

Музей Атенеум, Хельсинки

Портрет Елизаветы Николаевны Званцевой. 1889

Музей Атенеум, Хельсинки

Портрет военного инженера Андрея Ивановича Дельвига. 1882

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Ощущение условности портретной ситуации, ситуации позирования, «игры на публику», необходимость представить человека не только таким, каков он есть, но и таким, каким он желал бы казаться, - это ощущение оберегает Репина от прямолинейного «физиологизма», к которому он был иногда склонен, в чем и сам признавался: «Мой главный принцип в живописи: материя как таковая. Мне нет дела до красок, мазков и виртуозности кисти, я всегда преследовал суть: тело так тело».

Этот «материализм», однако, часто не позволял художнику добиться того, что великолепно получалось, например, у его ученика Валентина Серова, - легкости изящества, грации. В репинском лексиконе эти категории отсутствуют.

Осенний букет. Портрет Веры Ильиничны Репиной, дочери художника. 1892

Государственная Третьяковская галерея, Москва

«Стрекоза». Портрет Веры Репиной, дочери художника. 1884

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Портрет писателя Алексея Феофилактовича Писемского. 1880

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Мы уже упоминали, что Репин не пожелал написать для Третьякова красивую девушку. И во время путешествия по Испании Стасов часто напоминал Репину, что здесь-то он должен обязательно написать красавицу. Наконец нашлась дама, показавшаяся им «чуть не идеалом красоты», и Стасов устроил портретные сеансы. И тут - «куда, куда девалась ее красота?! Это была самая простая, самая обыкновенная и очень молчаливая дама... Этюд вышел очень заурядный, неинтересный», - вспоминал Репин. Чем же объясняет художник свою неудачу? Просто-напросто тем, что дама позировала очень старательно и добросовестно, и ему от этого стало скучно. «... Часто, то есть почти всегда, когда позируют очень безукоризненно, терпеливо, портрет выходит скучный, безжизненный, и, наоборот, при нетерпеливом сидении получаются удачные сюрпризы. Так, например, у меня с П.М. Третьякова, который сидел с необычайным старанием, портрет вышел плохой, а Писемский, вскакивавший каждые пять минут для отдыха, помог мне. Его портрет имел большой успех».

О своей картине Осенний букет - портрете дочери Веры - Репин, излагая его живописную программу, писал Татьяне Львовне Толстой: «Теперь начал писать с Веры; посреди сада, с большим букетом грубых осенних цветов, с бутоньеркой тонких изящных; в берете, с выражением чувства жизни, юности и неги». По живописи, по красоте и благородству колорита - это одна из самых удачных репинских работ.

Девочка Ада. 1882

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Портрет Александра Владимировича Жиркевича. 1891

Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Портрет художника Николая Владимировича Ремизова (Реми). 1917

Музей-квартира И.И. Бродского, Санкт-Петербург

Автопортрет. 1887

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Портрет Павла Михайловича Третьякова. 1883

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Портрет Софьи Михайловны Драгомировой. 1889

Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Портрет баронессы Варвары Ивановны Икскуль фон Гильденбандт. 1889

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Портрет художника Василия Дмитриевича Поленова. 1877

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Но «выражение чувства жизни, юности и неги» совершенно не удалось Репину - правильнее было бы сказать, что лицо модели вообще лишено всякого выражения. Следует заметить, что аналогичная художественная программа была в полной мере осуществлена несколькими годами раньше в знаменитой Девочке с персиками Серова, где не только модель, но и сама живопись картины наполнена ощущением свежести, юной радости и полноты жизни.

В 1881 году Репин писал Стасову: «... брошу я все эти исторические воскресения мертвых, все эти сцены народно-этнографические... и начну давно задуманные мною картины из самой животрепещущей действительности, окружающей нас, понятной нам и волнующей нас более всех прошлых событий».

«Животрепещущая действительность», впрочем, занимала Репина всегда. Единственной «народно-этнографической сценой», созданной к тому времени, были Вечорниці - ответ Репина на актуальную передвижническую идею поиска «жизнеутверждающего народного идеала».

Но в 1880-е годы Репин создал ряд картин, посвященных действительно злободневной теме: судьбе революционера-народника. Написанные по разным поводам и, видимо, без намерения создать завершенную серию, эти произведения, в основных сюжетах жизненного пути народнической интеллигенции, образуют своего рода цикл. Скрепляющая идея, которая позволяет видеть в этих работах не просто отдельные эпизоды, а единство темы, заключается, в частности, в том, что судьба народника как «страдальца за веру», идея «жертвенного подвижничества» имела в глазах современников прообраз в судьбе Христа.

Вечорниці. 1881

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Портрет художника Николая Николаевича Ге. 1880

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Сходка (При свете лампы). 1883

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Уже отмечался тот факт, что репинские работы «народнической серии» имеют прямые аналогии в евангельской иконографии. Так, в картину Сходка Репин поместил тринадцать участников - это своего рода «тайная вечеря». В живописи этой картины реализован метафорический образ «колеблющегося, как пламя» напряженного разговора, спора, диспута. Редкая для Репина режиссура освещения - глухой мрак, искусственный источник света - заставляет вспомнить Тайную вечерю Ге.

В завершенной позднее картине Арест пропагандиста прочитываются две евангельские коллизии: взятие Христа под стражу (гневный взор народника обращен к группе крестьян, среди которых находится предатель) и бичевание Христа: пропагандиста привязывают к столбу, заломив ему руки.

Этот параллелизм евангельских событий с современностью был выговорен в русском искусстве еще Николаем Некрасовым, писавшим в стихотворении Пророк, посвященном Николаю Чернышевскому:

Его еще покамест не распяли,

Но час придет - он будет на кресте;

Его послал бог гнева и печали

Царям земли напомнить о Христе.

Николай Ге. Тайная вечеря. 1863

Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Арест пропагандиста. 1880-1892

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Сюжетное продолжение этого своеобразного «страстного цикла» - Отказ от исповеди. Первоначальное название картины - Перед исповедью, то есть мотив «отказа» не был акцентирован. Картина была написана под впечатлением поэмы Николая Минского Последняя исповедь, опубликованной в нелегальном журнале Народная воля:

Прости,господь,

что бедных и голодных

Я горячо, как братьев, полюбил...

Прости, господь, что вечное добро

Я не считал несбыточною сказкой.

Чрезвычайно скупыми живописными средствами создана атмосфера замкнутого, глухого подземелья: фигуры обступает густой могильный сумрак, где едва мерцает тусклый лунный свет, выхватывающий из этой тьмы лицо арестанта. Горделивое достоинство узника противопоставлено обескураживающей осторожности, с которой священник, приготовив крест, подходит к заключенному. Не показав ни лица, ни жеста, самим балансом этого креста относительно фигуры Репин передал интонацию священника, который обращается к арестанту без настойчивости, нерешительно и даже как будто деликатно, как человек, уже знающий, что от героя-народника не следует ожидать покаяния, в то время, как в фигуре и лице заключенного присутствует момент эгоистической надменности.

Под конвоем. По грязной дороге. 1876

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Монахиня. 1887

Киевский музей русского искусства

Отказ от исповеди. 1879-1885

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Дидактический пафос поэмы Минского очевиден и здесь: арестант словно готов разразиться пламенной обличительной речью.

Характерно, что в картине Не ждали, сюжетно завершающей «народническую серию», Репин, по свидетельству Стасова, первоначально изобразил вошедшего ссыльного, который, остановившись на пороге, что-то декламировал.

"Не ждали" написана после амнистии ссыльным народникам. Герой нежданно возвращается из ссылки в родной дом. Интерьер в картине пронизан зыбким светом солнца, едва проглянувшего после пронесшейся грозы; стекло двери, ведущей на веранду, еще мокро от дождя. Подобным же светом озарены и лица обернувшейся женщины за роялем (очевидно, жены ссыльного) и встрепенувшегося мальчика - через мгновенье изумление уступит место радости. Это - финал, конец пути.

Привязанность к финалистическим сюжетам характерна и для Репина - исторического живописца. Вся современная Репину критика, включая Стасова, признавала, что амплуа «историка», картины на исторические темы - не его призвание. Между тем Репин чрезвычайно заботился об исторической достоверности своих картин. Работая над Царевной Софьей, Иваном Грозным, Запорожцами, он выяснял мельчайшие детали: костюмы, оружие, мебель, убранство интерьера, даже цвет глаз царевны Софьи. Но при этом в исторических картинах Репина совершенно отсутствует временная дистанция: несмотря на тщательно воссозданный антураж, происходящее показывается как совершающееся в настоящем, а не прошедшем времени.

Василий Суриков. Утро стрелецкой казни. 1881

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Портрет Валентины Семеновны Серовой. 1878

Эскиз для картины Царевна Софья

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Царевна Софья Алексеевна через год после заключения ее в Новодевичьем монастыре, во время казни стрельцов и пытки всей ее прислуги в 1698 году. 1879

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Как-то в Академии художеств Репину была задана программа Ангел истребляет первенцев египетских. «Я задумал, - вспоминает Репин, - передать этот сюжет с сугубой реальностью. Была, разумеется, изучена обстановка роскошных спален царевичей Египта... И вот я вообразил, как ночью ангел смерти прилетел к юношепервенцу, спящему, как всегда, нагим, схватил его за горло, уперся коленом в живот жертвы и душит его совершенно реально своими руками». И вновь - «реальность»; даже в историческом сюжете - стремление представить все так, как это могло быть «на самом деле». Это стремление заставляло Репина разомкнуть пространство своих исторических картин, сделав зрителя «очевидцем» изображенного. Мы свободно можем «войти» в интерьер кельи царевны Софьи: пустое пространство перед окном как будто специально оставлено для зрителя, подобно распахнутой двери. Покатившийся посох в Иване Грозном в следующую минуту готов упасть за раму картины. Голая голова казака в Запорожцах словно прорывает плоскость холста, оказываясь в пространстве зрителя.

Но ведь история - это вовсе не сиюминутное событие, не непосредственно созерцаемая реальность. Как писал Василий Ключевский, «предмет истории - то в прошедшем, что не проходит, как наследство, урок, неоконченный процесс, как вечный закон». И в этом отношении история у Репина - это как раз то, что проходит: частный случай, эпизод, смысл которого полностью исчерпывается тем, что в данный момент происходит перед глазами, не «длящийся процесс», а необратимый финал. Игорь Грабарь вспоминает, что Репин посоветовал Сурикову в Утре стрелецкой казни непременно изобразить нескольких повешенных стрельцов - «а то какая же казнь, если никто еще не повешен». Сам Репин написал повешенного стрельца за окном кельи царевны Софьи. Суриков же, попробовав набросать мелом фигуру повешенного и увидев, как при этом зрелище в ужасе грохнулась на пол нянька, отказался, заметив, что «искусство не должно так действовать». Но главная особенность репинских исторических композиций - именно эта «действенность», когда исторический сюжет сведен к одной личности, одному мгновению, одному аффекту. Софья заточена, стрельцы повешены, царевич убит, взрыв хохота запорожцев в следующий момент угаснет - временная перспектива сокращена до точки. Царевич Иван, сын Грозного, умер лишь спустя неделю после удара посохом, а такого количества крови, которое показано в картине, при подобной ране быть не могло. Но Репину необходимо было заострить сам момент убийства, произошедшего «в одно мгновенье».

По следу. 1881

Самарский государственный художественный музей

Запорожцы пишут письмо турецкому султану. Эскиз

Государственная Третьяковская галерея, Москва

«Иди за мною, Сатано». 1890-е

Киевский музей русского искусства

Многие произведения Репина имеют двойную дату - интервал между началом и завершением работы иногда превышает десять лет. Так сложилось потому, что художник по несколько раз переписывал картины. Быстро, в несколько сеансов, Репин писал лишь портреты, и никогда их не переделывал. О других же работах он в одном из писем заметил: «Я бы их все переписал снова». Очевидцы же, наблюдавшие за изменениями в репинских полотнах, отмечают, что эти изменения отнюдь не всегда были к лучшему.

В 1916 году нервнобольной иконописец Абрам Балашов пытался уничтожить уже находившуюся в экспозиции Третьяковской галереи картину Иван Грозный, нанеся по ней три удара ножом (удары пришлись по лицу Грозного, по лицу и правой руке царевича). Тотчас после этого инцидента заведующий галереей Илья Остроухое подал в отставку и на его место был избран Игорь Грабарь, вызвавший лучших реставраторов и пригласивший для реставрации самого Репина, жившего в Финляндии. Репин переписал поврежденные места. «Когда я вошел в комнату, где была заперта картина, и увидел ее, - вспоминает Грабарь, - я глазам своим не поверил: голова Иоанна была совершенно новая, только что свеженаписанная сверху донизу, в какой-то неприятной лиловой гамме, до ужаса не вязавшейся с остальной гаммой картины... Он, видимо, так давно уже порывался ее исправить в соответствии с своими новыми взглядами на живопись, что несказанно обрадовался случаю, дававшему ему эту возможность». Грабарь, прекрасный знаток реставраторского искусства, вынужден был смыть новую живопись и бережно восстановить старую.

Постоянно переписывая свои картины, Репин, по-видимому, стремился не столько усовершенствовать их, сколько наделить тем свойством «изменчивости», которое было присуще ему самому, заставить «жить» эти картины, меняться, как, например, сменяются кинематографические кадры. В сущности, Репин всегда оставался «режиссером», который - запечатлевая историческую сцену или жанровый мотив - всегда видит эту сцену перед собой, разыгранную актерами, в костюмах и декорациях, подчиненную определенному сценарию.

Стихией Репина была текущая, изменчивая современность. Оставаясь погруженным в эту стихию, он создавал свои лучшие работы.

Автопортрет с Наталией Борисовной Нордман. 1903

Музей Атенеум, Хельсинки

Портрет графини Натальи Петровны Головиной. 1896

Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Летний пейзаж (Вера Алексеевна Репина на мостике в Абрамцеве). 1879

Государственный музей изобразительных искусств имени А.С. Пушкина - Музей личных коллекций, Москва

Валентин Серов. Девочка с персиками. 1887

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Портрет актрисы Элеоноры Дузе. 1891

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Портрет писателя Леонида Николаевича Андреева. 1904

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Портрет художника Валентина Александровича Серова. 1901

Государственная Третьяковская галерея, Москва

На побережье. 1904

Киевский музей русского искусства

В начале 1870-х годов, после создания Бурлаков, он был далеко впереди своих коллег. В конце 1870-х он был с ними рядом. Создав Царевну Софью, он, по крайней мере в области сюжета, на шаг опередил Сурикова - Утро стрелецкой казни было завершено двумя годами позднее. Но уже следующая картина Сурикова, Меншиков в Березове - история как семейная драма, интерьерная сцена - была написана прежде, чем тематически близкая Не ждали. Пленэрные портреты Серова конца 1880-х созданы раньше Осеннего букета, а уже к середине 1890-х годов Серов стал более значительным портретистом, чем его учитель. С этого момента Репин начинает неудержимо отставать. Художественная ситуация стремительно меняется, и знаменитый репинский реализм - после импрессионизма, Врубеля, «Мира искусства» - оказывается мало кому интересен. Художнику предстояло жить еще долгие годы. Он пережил и свою славу, и свой талант.

В последние годы жизни Репин много внимания уделял своим мемуарам и статьям, вошедшим в книгу Далекое близкое. Среди прочих рассуждений там можно встретить и следующее: «Два типа гениев различаем мы в искусствах всякой эпохи. Первый гений - новатор... Второй гений - завершитель всесторонне использованного направления; натура многообъемлющая, способная выразить, в возможной полноте своего искусства, свое время; к оценке его накопляется большая подготовка - он ясен. Он заканчивает эпоху до полной невозможности продолжать работать в том же роде после него». Репин был склонен к преувеличениям. Эпитетом «гений» он наделил и Брюллова - яркого «завершителя», по его мнению, и Куинджи - «новатора». Но, позабыв об этом преувеличении, можно считать, что Репин дал исчерпывающее определение и собственному творчеству. В невозможности продолжать «в том же роде» после него художник лишь отчасти ошибся: он действительно и выразил, и завершил свою эпоху, но реализму был уготован долгий путь в русском искусстве XX века. Однако никому из художников последующих поколений не удалось превзойти Репина на этом пути.

Портрет Наталии Борисовны Нордман. 1900

Музей Атенеум, Хельсинки

Хронология	1840	1850	1860	1870	1880	1890	1900	1910	1920	1930
Илья Репин	1844, 24 июля (5 августа) - родился в Чугуе-ве Харьковской губернии, в семье военного поселенца Ефима Васильевича Репина и его жены Татьяны Степановны, урожденной Бочаровой.	1854—57 - учится черчению и рисованию в школе военных топографов в Чугуеве.1857 - поступает в ученики к Чугуевскому иконописцу И.М. Бунакову.1858-63 - выполняет иконы и росписи церквей в Чугуеве и его окрестностях.	1863 - едет в Петербург для поступленияв Академию художеств.Начало занятий в рисовальной школе Общества поощрения художников (ОПХ).1864 - принят вольнослушателем, а затем учеником в Академию художеств. Знакомство с И.Н. Крамским, В.Д. Поленовым, В.М. Максимовым, К.А. Савицким.1866 - присутствует при казни Д.В. Каракозова.	1870 - поездка по Волге. Этюды к Бурлакам.1871 - первая премия ОПХ за картину Бурлаки на Волге. Большая золотая медаль Академии художеств за Воскрешение дочери Наира.1872 - женитьба на В.А. Шевцовой.1873-76 - заграничное пенсионерство: Вена, Рим, Неаполь, Помпеи, Париж.1876 - возвращение в Петербург.1877 - поездка в Чугу-ев. Переезд на жительство в Москву.1878 - принят в члены ТПХВ.1879 - смерть матери в Чугуеве.У Репина начинает учиться В.А. Серов.	1880 - поездка по Украине и югу России с Серовым.Рождение дочери Татьяны.Знакомство с Л.Н. Толстым.1882 - переезд на жительствов Петербург.1883 - путешествие по Германии, Голландии, Франции, Испании, Италиис В.В. Стасовым.1886 - поездка в Крым с А.И. Куинджи.1887 - поездка по Германии и Италии.-Гостит у Л.Н. Толстого в Ясной Поляне.Выходит из ТПХВ, выражая несогласие с позицией правления по отношению к правам молодых худож-ников-экспонентов.	1890 - поездка по Волге, Крыму и Украине.1891 - персональная выставка в Петербурге и затем (в 1892)в Москве.1892 - руководит живописной мастерской Академии художеств.1893-94 - путешествие по Европе.1895-99 преподает в студии М.К. Тени-шевой.1896 - поездка на пароходе в Палестину.1899 - участвует в 1-й выставке «Мира искусства», но объявляет о своих разногласиях с этим объединением.Покупает усадьбу •«Пенаты» в Куоккале.	1903 - переезжает в Куоккалу.1904 - первые гости в «Пенатах»: В.В. Стасов,М. Горький,Л.Н. Андреев,Б.В. Асафьев.1905 - поездка в Италиюс Н.Б. Нордман.Подает в Академию художеств заявление об отставке от преподавательской деятельности.1906 - возвращается к преподаванию в АХ.1907 - Окончательно оставляет преподавание в АХ.Поездка в Ясную Поляну, Чугуев, Крым.	1911 - поездкав Рим на Всемирную выставку.1912 - поездка в Хельсинки с К.И. Чуковским и И.И. Бродским.1914 - избран почетным членом Финляндского общества художников.Поездка в Швейцарию, где в июне умерла Н.Б. Нордман.1917, март - приветствует провозглашение России республикой.24 ноября - чествование 45-летия художественной деятельности в Петрограде.1918, апрель - закрыта граница с Финляндией. Усадьба «Пенаты» отрезана от России.	1922 - поездка в Хельсинки.1924 - выставка работ в Праге.Персональная выставка к 80-летию художника в Москве и затем (в 1925) в Ленинграде.1926 - в «Пенаты» приезжает делегация советских художников во главе с И.И. Бродским. Репина приглашают вернуться в Россию.	1930, 29 сентября - Репин скончался. Похоронен в «Пенатах».
Исторические события	1845 - деятельность кружка М.В. Петрашев-ского в Петербурге. Среди участников -Ф.М. Достоевский,М.Е. Салтыков-Щедрин.	1854-56 - Крымская война.i855 - смерть Николая I. Вступление на престол Александра II.	1861 - Манифест и положение об освобождении крестьян от крепостной зависимости.1862 - аресты Д.И. Писарева, Н.Г. Чернышевского.1866 - покушение Д.В. Каракозова на Александра II.	1874 - наивысшая интенсивность движения под названием «хождение в народ».1875 - создание новой народнической организации «Земля и воля».1877-78 - Русско-турецкая война.1878 - покушениеВ. Засулич на петербургского градоначальника Ф.Ф. Трепова.1879 - раскол «Земли и воли». Образование организации «Народная воля», придерживающейся политики террора.	1881 - убийство народовольцами Александра II.Казнь народовольцев.	1894 - смерть Александра III.1896 - коронация Николая II в Москве. Трагедия на Хо-дынском поле: во время коронациив давке погибло около 5000 человек.1897 - денежная реформа С.Ю. Витте. Установление золотого эквивалента, возвращение конвертируемости рубля.1898 - первый съезд РСДРПв Минске.	1901 - создание в Берлине партии со-циал-революционе-ров (эсеров).1904- 05 - Русско-японская война.1905- 07 - Первая русская революция.1906 - открытие заседаний I Государственной думы.Аграрная реформа П.А. Столыпина.1907 - II Государственная дума и ее роспуск.	1913 - 100-летие дома Романовых.1914 - начало Первой мировой войны.1917 - Февральская революция. Отречение Николая II от престола. Временное правительство. Октябрьская революция.1918 - расстрел императорской семьи.Брестский мир. Начало гражданской войны.1919 - падение курса рубля в 13000 раз по сравнениюс 1913 годом.	1921 - начало новой экономической политики (НЭП).1922 - образование СССР.1924 - смерть В.И. Ленина.И.В. Сталин переизбран генеральным секретарем партии большевиков.1926 - Л.Б. Каменев, Г.Е. Зиновьев, Л.Д. Троцкий - в оппозиции.1927-29 - внутрипартийная борьба в ВКП (б).1927 - начало коллективизации.	1930 - XV съезд ВКП(б) констатирует победу над оппозицией и подтверждает взятый курс на ускоренный переход к социализму.
Культурные события	1848 - на выставке в АХ демонстрируются первые.произведения П.А. Федотова.Родился В.И. Суриков.	1852 - умер К.П. Брюллов.1855 - диссертация Н.Г. Чернышевского Эстетические отношения искусства к действительности.1856 - родился М.А. Врубель.Начало собирательской деятельности П.М. Третьякова.1858 - умирает А.А. Иванов.	1861 - В.Г. Перов. Сельский крестный ход на пасхе.1863 - «Бунт четырнадцати»: 14 выпускников АХ во главе с И.Н. Крамским демонстративно оставляют Академию.Роман Н.Г. Чернышевского Что делать?1866 - роман Ф.М. Достоевского Преступление и наказание.1868 - В.Г. Перов. Последний кабаку заставы.1869 - роман Л.Н. Толстого Война и мир.	1870 - основание Товарищества передвижных художественных выставок (ТПХВ).1872 - роман Ф.М. Достоевского Бесы.И.Н. Крамской. Христос в пустыне.В.Г. Перов. Портрет Ф.М. Достоевского.1874 - опера М.П. Мусоргского Борис Годунов.	1880 - роман Ф.М. Достоевского Братья Карамазовы.Открытие памятника А.С. Пушкину в Москве.1881 - В.И. Суриков. Утро стрелецкой казни.1886 — постановка оперы М.П. Мусоргского Хованщина в Петербурге.1887 - В.И. Суриков. Боярыня Морозова; В.А. Серов. Девочка с персиками.	1890 - Н.Н. Ге.«Что есть истина?».М.А. Врубель. Демон сидящий.1892 - П.М. Тре- -тьяков передает свою коллекцию в дар Москве.1896 - панно Врубеля на Нижегород- 1 ской выставке.1898 - основан Московский Художественный театр.1899 - основание 1 общества «Мир искусства».]	1901 - Л.Н. Толстой предан церковной анафеме.1903 - создан «Союз русских художников».1904 - А.А. Блок. Стихи о Прекрасной Даме.1905 - иллюстрации А.Н. Бенуа к поэме А.С. Пушкина Медный всадник.1907 -выставка картин «Голубая роза».1908 - начало «Русских сезонов» в Париже.	1910 - умер Л.Н. Толстой.Умер М.А. Врубель. Первая выставка объединения «Бубновый валет».1914 - К.С. Малевич Черный квадрат.1917 - Андрей Белый. Революцияи культура.1918 - поэмаА.А. Блока Двенадцать.Национализация культурных ценностей Начало монументальной пропаганды.	1921 - умер А.А. Блок.1922 - образование Ассоциации художников революционной России (АХРР).1925 - роман М.А. Булгакова Белая гвардия.Фильм С.М. Эйзенштейна Броненосец «Потемкин».Образование Общества станковистов (ОСТ).1927 - образование . «Общества московских художников» (ОМХ).	1930 - самоубийство В.В. Маяковского.

Холст, масло. 131,5 х 281 см

Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

История создания картины подробно описана самим Репиным в книге Далекое близкое. Первоначальный замысел произведения целиком укладывался в концепцию «критического реализма» 1860-х годов: нищие, ободранные, грязные бурлаки в сопоставлении с нарядной толпой дачников (такую сцену Репин увидел однажды во время прогулки по Неве). С целью осуществления этой идеи художник в 1870 году предпринял поездку по Волге, где выполнил множество портретных зарисовок. От первоначального замысла не осталось и следа.

«Чуть только я прочел в газетах о бурлаках г. Репина, то тотчас же напугался, - писал Достоевский. - Даже самый сюжет ужасен: у нас как-то принято, что бурлаки всего более способны изображать известную социальную мысль о неоплатном долге высших классов народу. ... К радости моей, весь страх мой оказался напрасным: бурлаки, настоящие бурлаки и более ничего.

Ни один из них не кричит с картины зрителю: “Посмотри, как я несчастен и до какой степени ты задолжал народу!”. И уж это одно можно поставить в величайшую заслугу художнику».

Картина построена так, что процессия движется из глубины на зрителя, но одновременно композиция прочитывается как фризообразная, так что фигуры не заслоняют друг друга. Это сделано мастерски. Перед нами - вереница персонажей, каждый из которых - самостоятельная портретная индивидуальность. Репину удалось соединить условность картинной формы с удивительной натурной убедительностью. Художник разбивает ватагу бурлаков на отдельные группы, сопоставляя различные характеры, темпераменты, человеческие типы.

Василий Перов. «Тройка». Ученики-мастеровые везут воду. 1866

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Возглавляет ватагу тройка «коренников»: в центре бурлак Канин, лицом напоминавший Репину античного философа, справа - бородач с несколько обезьяньей пластикой, олицетворение первобытной дремучей силы, справа - «Илька-матрос», озлобленным, ненавидящим взглядом уставившийся прямо на зрителя. Спокойный, мудрый, с несколько лукавым прищуром, Канин являет собой как бы серединный характер между этими двумя противоположностями.

Столь же характерны и другие персонажи: высокий флегматичный старик, набивающий трубку, юноша Ларька, непривычный к такому труду и словно пытающийся освободиться от лямки, черноволосый суровый «Грек», обернувшийся, словно для того, чтобы окликнуть товарища - последнего, одинокого бурлака, готового рухнуть на песок.

Начало и конец пути, продуманное повествование о жизни людей, годами существующих рядом, вместе - таков «сверхсюжет» репинских Бурлаков.

Холст, масло. 36 х 55,5 см

Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Эта небольшая картина была написана сразу по возвращении из Парижа, на даче в Красном Селе под Петербургом, где Репин жил вместе с семьей. Здесь изображены жена художника Вера Алексеевна Репина с дочерьми Верой и Надей, ее родители и брат с супругой.

Картина написана с великолепным живописным мастерством и тонкостью. Красива зелень на фоне голубого неба, заставляющая вспомнить лучшие пейзажи Коро. Вся сцена увидена в некотором отдалении, трава на первом плане взята как бы «не в фокусе», и удивительно, что при такой экспозиции каждая из фигур имеет сугубо индивидуальный, портретный очерк, поворот, рисунок позы.

Василий Поленов. Московский дворик. 1878

Государственная Третьяковская галерея, Москва

В картине соединены все те художественные уроки, которые Репин мог получить во Франции. Это не откровенно импрессионистическая манера, но в то же время это работа художника, который знает и учитывает открытия современной импрессионистической живописи. В стадиальном отношении это, скорее, вариант творчества барбизонской школы.

Примечательно, что здесь отсутствует какой-либо сюжет и основную интригу составляет «работа глаза» - наблюдательность и внимательное прослеживание тех пластических и живописно-колористических соотношений и конфигураций, которые предъявляет конкретный эпизод протекающей жизни. Это одно из немногих произведений Репина, где присутствует длительная созерцательная установка. Обычно художник дает мгновенное, быстро проходящее впечатление, тогда как здесь зрителю продиктовано спокойное наблюдение игры света, цвета, выразительности силуэтов - иначе говоря, это любование чисто живописной красотой, прелестная «картинка на память».

Картина написана незадолго до создания Московского дворика Василия Поленова, хотя по своей концепции она близка к выраженной в поленовском пейзаже идее «чистой живописи», радости, простоты и естественности. Характерно, что в такого рода живописных удачах Репин не видел для себя пути - эта была работа на периферии его творчества, хотя именно подобные произведения и формировали магистральный путь развития европейской живописи в конце XIX века.

Холст, масло. 69 х 57 см

Государственная Третьяковская галерея, Москва

«Невероятно, как этот превосходно воспитанный гвардейский офицер, с прекрасными светскими манерами, остроумный собеседник в дамском обществе, неисчерпаемый каламбурист ... вскоре оказывался в каких-то дешевых трактирах, теряя там свой жизнерадостный облик, уподобляясь завсегдатаям типа “бывших людей”, где этот детски веселый бутуз с красным носиком картошкой был уже неузнаваем. Неужели это он? Одетый, бывало, с иголочки, шаркун, безукоризненный человек общества, раздушенный, изысканный, брезгливый...» - так описывал Репин несчастливую долю великого композитора.

Портрет был выполнен за четыре дня - 2-5 марта 1881 года в Петербурге, в больничной палате Николаевского военного госпиталя. Репин писал близкого ему человека, уже зная, что Мусоргский болен неизлечимо и его кончина близка - Мусоргский умер 16 марта того же года. В творчестве Репина это уникальный случай, когда художник создал портрет человека, находящегося «перед лицом вечности», наедине с самим собой, не позирующего и не являющего миру свое «сословное амплуа».

Бестрепетность, с которой Репин фиксирует черты больного лица, в полной мере компенсируется деликатным и умным живописным решением портрета. Звучность сочетания зеленого и малинового цветов халата на нейтральном светлом фоне (стена больничной палаты) «гасит» болезненную красноту лица; яркий, прямо направленный свет скрадывает рельеф его морщин и складок. Трогательная, как у малого ребенка, складка губ, полувопросительный взгляд человека, словно прислушивающегося к самому себе, ситуация одиночества, отъединенности от внешнего мира - эти особенности характеристики (кстати, не типичные для репинского творчества) делают портрет Мусоргского одним из самых проникновенных в русской живописи.

Владимир Стасов посвятил этому портрету целую статью, где, помимо собственных похвал, привел слова Ивана Крамского: «Этот портрет писан Бог знает как быстро, огненно - всякий это видит. Но как нарисовано все, какою рукою мастера, как вылеплено, как написано! Посмотрите на эти глаза: они глядят, как живые, они задумались, в них нарисовалась вся внутренняя, душевная работа той минуты, - а много ли на свете портретов с подобным выражением!»

Крамской, правда, тоже умел передавать «задумчиво глядящие» глаза. Но для него, конечно, в портрете Мусоргского особенно поразительны были недостижимая широта и свобода письма, пленэристическая осветленность пространства - светлое лицо на светлом же фоне (у Крамского - всегда освещенные лица на темных фонах): форма моделируется не светотенью, а градациями цвета. В этих своих качествах портрет Мусоргского, написанный в самом начале 1880-х годов, значительно опередил (как то было в предшествующее десятилетие с Бурлаками) современное ему состояние русской живописи, предвосхищая то, что ближе к концу десятилетия появилось в ранних портретах Валентина Серова и Константина Коровина.

Холст, масло. 78 х 63 см

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Репин долгие годы был со Стасовым в тесной дружбе. В своих мемуарах он называет его «рыцарем в благороднейшем смысле слова», «рожденным для искусств», много и охотно пишет о его «пылком темпераменте» и «возвышенной душе». Между тем в репинском портрете акцентированы иные характерные черты - как раз те, которые составили Стасову репутацию «идейного вождя» русского реализма, бескомпромиссного противника «искусства для искусства». В очерке фигуры, в движении головы, полуоткрытых губах, фиксированном, прямом взгляде отчетлив «сценарий» портрета - критик, созерцающий произведение искусства. По свидетельству Репина, Стасов был «грозою многих критиков, его боялись». Репин поразительным образом «угадал» в фигуре критика не только «пламенного рыцаря», но и сурового консерватора, агрессивновраждебного по отношению к художникам нового поколения, каким он предстает, например, в воспоминаниях живописца Василия Переплетчикова. Переплетчиков описывает беседу Стасова и Валентина Серова на одной из выставок:

Во время концерта в Дворянском собрании. 1888

Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

«Наконец, с величественным видом, с каталогом в руке появился знаменитый критик Стасов. Он ходил по выставке и жевал губами. Словечко “декадент” уже было изобретено, оставалось только его употреблять кстати и некстати.

- Не хочется встречаться со Стасовым, - говорит мне Серов, - скроюсь в комнату при выставке, где пьют чай, авось не встречусь.

Пробиваясь в эту комнату, сталкивается со Стасовым.

- А-а-а... Серов, здравствуй.

- Здравствуйте.

Берет Серова за руку и с видом человека, имеющего власть, ведет его к картинам.

- Я должен задать вам один вопрос, - говорит Стасов. — Правда ли, вы не признаете картины с содержанием?

- Не признаю.

- Так-с.

Вид у Стасова зловещий, он очень и очень “не одобряет” и не скрывает этого. Он встает и подходит к столу со скульптурой.

- Скажите, не смотря фамилии автора, хорошо или нет, - говорит Серов. - Скажите.

Стасов стремится раскрыть каталог.

- Нет, нет, не смотрите.

Стасов раскрывает каталог, стремительно ищет №№.

- Врубель, - восклицает он, - конечно, скверно».

Холст, масло. 175 х 280 см

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Тема крестного хода - одна из популярнейших в русской живописи, начиная с Василия Перова. Однако Репин не имеет соперников в изображении толпы, шествия. В Крестном ходе толпа показана как единый массив. Но когда взгляд начинает выхватывать отдельные фигуры, создается впечатление, что Репин буквально каждое лицо увидел в жизни - рядом с этой живостью все прежние «шествия» выглядят условными интеллектуальными конструкциями.

Василий Перов. Сельский крестный ход на пасхе. 1861

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Из эскизов явствует, что Репин первоначально был увлечен декоративным эффектом - изумрудная зелень леса, и на ее фоне - золотая риза священника и пестрая толпа. Но, как писал Репин, «эксплуататоры края - кулаки ... вырубили мои любимые леса, где столько у меня детских воспоминаний» - и в самой картине толпа движется на фоне пригорка со свежепорубленными пнями.

В характеристиках привилегированной части толпы - мещан, купцов, кулаков и помещиков - отчетливы обличительные интонации, имеющие своим источником критическую тенденцию 1860-х годов.

На лицах - выражение притворного благочестия, сознание собственной значительности, важность, граничащая с чванством.

«Чистая публика» отъединена шеренгой пеших и конных урядников от толпы нищих странников, возглавляемой горбуном. Эта толпа и особенно этот горбун, для которого по природе невозможно внешнее благолепие, должны олицетворять безыскусственную народную веру. Но страстный порыв горбуна изначально дискредитирован театральной саморепрезентацией привилегированной публики, которую горбун не видит, и потому не ощущает безысходности, трагизма своего порыва.

Холст, масло. 160,5 х 167,5 см

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Картина, показанная на XII передвижной выставке, входит в повествовательный цикл, посвященный судьбе русского революционера-народника. Символический пунктир этой судьбы, особенно внятный современникам, обозначен изображениями на стенах комнаты: портреты Шевченко и Некрасова, кумиров революционного студенчества 1870-х годов; между ними - гравюра Христос на Голгофе: сравнение народнического подвижничества с жертвенным служением Христа относилось к числу весьма популярных аллегорий. Справа, на боковой стене - широко известная и узнаваемая современниками фотография Александра II в гробу. Это напоминание об убийстве царя-освободителя народовольцами.

Картина появилась на выставке вскоре после амнистии ссыльным народовольцам. В контексте таких напоминаний о «мятежах и казнях», омрачивших «начало дней» царствующего монарха, появление ссыльного в стенах родного дома получает характер неожиданного чудесного явления с порога небытия, иначе говоря - воскресения. В очерке силуэта и позе матери, поднимающейся с кресла навстречу сыну, отчетливо узнаваема иконография фигур, созерцающих чудесные явления в сюжетах Воскрешение Лазаря, Христос в Эммаусе и т. п. В ближайшей перспективе этот мотив имеет аналогию в картине Иванова Явление Христа народу. Русская история как часть всемирно-исторической драмы, неожиданно, вдруг втеснившейся в интерьерный семейный круг, или, выражаясь словами Достоевского, «вечность на аршине пространства», - таков был замысел Репина, потребовавший долговременного труда: фигура и особенно лицо входящего несколько раз переписывались уже после того, как картина была выставлена и приобретена Третьяковым.

Моделью для главного героя послужил, в частности, Всеволод Гаршин. «Этой кротости, этой голубиной чистоты в человеке мне еще не приходилось встречать. Как кристалл чистая душа!» - писал о нем Репин.

Без этого ореола историко-культурных, современных и вечных ассоциаций репинская композиция - всего лишь снимок с «живой картины», пантомимическая постановка в мастерски написанном интерьере.

Холст, масло. 199,5 х 254 см

Государственная Третьяковская галерея

Замысел Ивана Грозного традиционно принято связывать с трагическими событиями русской истории 1881 года - убийством царя Александра II и казнью народовольцев. В названии картины дата 1581 очевидно рифмуется с 1881 годом. Эта связь подкреплена широко известной фразой самого Репина: «Современные, только что затягивавшиеся жизненным чадом, тлели еще не остывшие кратеры... Страшно было подходить - не сдобровать... естественно было искать выхода наболевшему трагизму в истории... Чувства были перегружены ужасами современности».

Менее известен другой факт, связанный с идеей создания картины. Во время путешествия по Европе в 1883 году на Репина сильное впечатление произвело зрелище боя быков, в связи с чем он писал: «Несчастья, живая смерть, убийства и кровь составляют ... влекущую к себе силу... В то время на всех выставках Европы в большом количестве выставлялись кровавые картины. И я, заразившись, вероятно, этой кровавостью, по приезде домой, сейчас же принялся за кровавую сцену Иван Грозный с сыном. И картина крови имела большой успех». Таким образом, для Репина оказалась привлекательной не только историческая, но и, так сказать, «эстетическая» сторона события - случай из истории послужил поводом для создания эффектного живописного зрелища.

Случайный исторический эпизод - ссора Грозного с сыном и смерть царевича вследствие удара посохом - представлен как «вечная» коллизия: картина Репина - своего рода предостережение, изложенная в живописной форме притча на тему «не убий». «Кажется, что человек, видевший хотя раз внимательно эту картину, навсегда застрахован от разнузданности зверя, который, говорят, в нем сидит», - так формулировал это Крамской.

Не исторический, а психологический аспект события занимает Репина. Историчен лишь мастерски написанный антураж. Красноречивые подробности - опрокинутое кресло, покатившийся посох, лужа крови на ковре - «комментируют» происшедшее. Ужасающая мука раскаяния на лице Грозного и кротость умирающего царевича, со слезами на глазах прощающего обезумевшего от горя отца - на этом контрасте построен весь сюжет картины.

Картина, экспонированная на XIII передвижной выставке, была запрещена к дальнейшим показам высочайшей цензурой. Третьякову, купившему картину, предписывалось «не допускать для выставок и вообще не дозволять распространения ее в публике какими-либо другими способами».

Холст, масло. 124 х 88 см

Государственная Третьяковская галерея

Портрет написан в Ясной Поляне, по обыкновению быстро, в три сеанса (13-15 августа). Третьяков, узнав о создании портрета, но еще не видев его, в письме к Стасову высказывал надежду, что Толстой изображен Репиным стоящим во весь рости непременно на фоне пейзажа - только такая композиция представлялась Третьякову подобающей великому писателю.

Репину, однако, удалось передать величие Толстого иными средствами. Выбранная художником точка зрения, с низким горизонтом, «возвышая» фигуру, придает ей монументальную значительность. Характерно, что Репин впоследствии никогда не строил портретную композицию подобным образом, утвердив тем самым уникальность, единственность портрета Толстого.

Сдержанная, благородная колористическая гамма, ясный очерк силуэта при великолепной объемно-пространственной моделировке, плавное, широкое, «неспешное» движение кисти - все в портрете подчинено атмосфере величавой значительности, окружавшей Толстого.

Лев Николаевич Толстой на отдыхе в лесу. 1891

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Толстой изображен в минуту тревожной задумчивости - это именно минута, конкретное мгновение, когда писатель, оторвавшись от книги, пытается разрешить вопрос, возникший по поводу прочитанного. Сосредоточенная, настороженная вдумчивость, пытливый, проникающий взгляд, заставляющий зрителя поневоле озаботиться содержанием этого вопроса, - черты, образующие программу портрета.

Репин очень высоко ценил портрет Толстого, исполненный Крамским. Но если у Крамского Толстой преисполнен эпического спокойствия и ясности, а его взгляд суров и прямолинеен, то репинский Толстой - человек ищущий, сомневающийся. Именно в конце 1880-х годов писатель вступил на стезю проповедничества; не случайно высказывалось предположение, что в портрете Репина на коленях у Толстого - Евангелие.

Холст, масло. 203 х 358 см

Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Сюжетом картины послужил легендарный эпизод из жизни Запорожской Сечи: в 1675 году в ответ на предложение султана Махмуда IV перейти к нему в подчинение запорожцы направили в ответ пересыпанное крепкими словечками письмо с отказом: «Ты - шайтан турецький, проклятого чорта брат и товарыщ и самого люциперя секретарь!..» и т. д.

В 1880 году, во время поездки по Украине, где Репин собирал материал для своих Запорожцев, художник писал Стасову: «До сих пор не мог ответить Вам.., а всему виноваты Запорожцы, ну и народец же!! где тут писать, голова кругом идет от их гаму и шуму; ... еще задолго до Вашего письма я совершенно нечаянно отвернул холст и не утерпел, взялся за палитру и вот недели две с половиной без отдыха живу с ними, нельзя расстаться - веселый народ.

... Чертовский народ! Никто на всем свете не чувствовал так глубоко свободы, равенства и братства\ Во всю жизнь Запорожье осталось свободно, ничему не подчинилось!»

Итак, ключевой идеей Запорожцев стала идея выражения вольного духа людей, объединенных «братскими узами», сообща и воюющих, и веселящихся, стихия жизнелюбия, витальная, неукротимая энергия.

Композиция картины динамична и в то же время строго уравновешена. Здесь совмещены горизонтальный и вертикальный ритмы, кругообразное движение, движение в глубину, и, напротив, из глубины. Сочные, яркие пятна локальных цветов своей мажорностью созвучны происходящему.

Холст, масло. 400 х 877 см

Государственный Русский музей, Санкт-Петербург.

Правительственный заказ на картину Репин принял в апреле 1901 года с условием, что каждый из сановников будет позировать ему персонально (в настоящее время известно 48 портретных этюдов к картине).

Замысел этого грандиозного группового портрета имеет знаменитые аналогии в европейской живописи, начиная с групповых портретов Халса и Рембрандта. Подобные работы предполагают наличие не только портретного, но и выдающегося композиционного мастерства. Репину удалось разместить на огромном холсте 60 фигур. Он выстроил перспективу с нескольких точек зрения, изобразил фигуры первого плана значительно больше натуры, не уязвив при этом достоинства ни одного из персонажей: каждый узнаваемо-характерен, и никому, даже председательствующему императору Николаю II, не оказано видимого предпочтения.

Эскизы к картине Торжественное заседание Государственного совета:

Портрет Ивана Логгиновича Горемыкина и Николая Николаевича Герарда. 1903

Государственная Третьяковская галерея, Москва

Портрет Константина Петровича Победоносцева. 1903

Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Портрет Алексея Павловича Игнатьева. 1902

Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Условия кратких портретных сеансов при выполнении этюдов требовали от художника чрезвычайной концентрации внимания - эти условия были почти экстремальными. Быть может, именно в подобных ситуациях Репин проявлял лучшие качества своего таланта. В этюдах к Государственному совету портретная зоркость и точность изображения сочетаются с удивительной живописной свободой.

Основополагающей в характеристиках большинства персонажей стала важная сосредоточенность, с которой высокопоставленные чиновники, величаво и в то же время деловито, несут бремя государственной службы. Колористический строй портретов, в сопоставлениях «официальных» цветов российского чиновничества - черного, золотого, красного, голубого и белого, сообщает изображаемому парадную торжественность.

Кроме портретных этюдов Репин выполнил несколько эскизов великолепного интерьера Круглого зала Мариинского дворца в Петербурге, где происходило заседание. Во время самого заседания художник (впервые в своей практике) применил для работы фотографическую съемку.

В осуществлении работы принимали участие ученики Репина из его академической мастерской: фигуры правой части, по репинским этюдам, писал Борис Кустодиев, левой - Иван Куликов, затем они дорабатывались самим мастером. Центр картины целиком написан Репиным.

Автопортрет. 1878 -4

Автопортрет. 1887 - 29

Автопортрет с Н.Б. Нордман. 1903 - 38

Актриса П.А. Стрепетова. Этюд. 1882 - 23

Арест пропагандиста. 1880-1892 - 33

Белорус. 1892 - 1 2

Бурлаки, идущие вброд. 1872 - 6

Бурлаки на Волге. 1870-1873 - 44-45

ВечорницГ 1881 - 32

Вид на школу военных топографов в Чугуеве. Между 1854-1857 - 4

Во время концерта в Дворянском собрании. 1888 - 50

Воскрешение дочери Иаира. Эскиз. 1871 - 7

Воскрешение дочери Иаира. 1871 - 8-9

Годовой поминальный митинг на кладбище Пер-Лашез в Париже. 1883 - 14

Горбун. 1881 - 18

Дама, играющая зонтиком. 1874 - 10

Дама, опирающаяся на стул. 1875 - 10

Девочка Ада. 1882 - 28

Девушки среди коров. 1896 - 15

Дорога на Монмартр в Париже. 1875 - 10

За роялем. 1905 - 19

Запорожцы пишут письмо турецкому султану. Эскиз - 37

Запорожцы пишут письмо турецкому султану. 1880-1891 - 60-61

Иван Грозный и сын его Иван 16 ноября 1581 года. 1885 - 56-57

«Иди за мною, Сатано». 1890-е - 37

Иов и его друзья. 1869 - 7

Крестный ход в дубовом лесу. Явленная икона. 1876-1920-е - 18

Крестный ход в Курской губернии. 1880-1883 - 52-53

Крестный ход в Курской губернии. 1881-1883. Фрагмент - 18

Летний пейзаж (В.А. Репина на мостике в Абрамцеве). 1879 - 39

Л.Н. Толстой на отдыхе в лесу. 1891 - 58

Монахиня. 1887 - 34

Мужичок из робких. 1877 - 1 2

М.И. Глинка в период сочинения оперы Руслан и Людмила. 1887 - 20

На дерновой скамье. 1876 - 46-47

На побережье. 1904 - 40

Надя Репина. 1881 - 21

Не ждали. 1884-1888 - 54

Осенний букет. Портрет В.И. Репиной, дочери художника. 1892 - 26

Отдых (Портрет В.А. Репиной, жены художника). 1882 - 17

Отказ от исповеди. 1879-1885 - 35

По следу. 1881 - 37

Под конвоем. По грязной дороге. 1876 - 34

Портрет Л.Н. Андреева. 1904 - 40

Портрет М.К. Бенуа. 1887 - 14

Портрет А.П. Боткиной. 1901 - 20

Портрет И.Л. Горемыкина и Н.Н. Герарда. 1903 - 63

Портрет А.И. Дельвига. 1882 - 25

Портрет С.М. Драгомировой. 1889 - 30

Портрет Элеоноры Дузе. 1891 - 39

Портрет Н.Н. Ге. 1880 - 32

Портрет Н.П. Головиной. 1896 - 38

Портрет А.В. Жиркевича. 1891 - 28

Портрет Е.Н. Званцевой. 1889 - 24

Портрет А.П. Игнатьева. 1902 - 63

Портрет В.И. Икскуль фон Гильденбандт. 1889 - 30

Портрет Р.С. Левицкого. 1878 - 24

Портрет Е.Г Мамонтовой. 1879 - 24

Портрет Д.И. Менделеева. 1885 - 22

Портрет М.П. Мусоргского. 1881 - 49

Портрет Г.Г. Мясоедова. 1884-1886 - 20

Портрет Н.Б. Нордман. 1900 - 41

Портрет А.Ф. Писемского. 1880 - 27

Портрет К.П. Победоносцева. 1903 - 63

Портрет В.Д. Поленова. 1877 - 30

Портрет Н.В. Ремизова. 1917-28

Портрет В.Е. Репина, брата художника. 1867 - 5

Портрет В.А. Серова. 1901 - 40

Портрет В.С. Серовой. 1878 - 36

Портрет В.В. Стасова. 1883 - 51

Портрет Л.Н. Толстого. 1887 - 59

Портрет П.М. Третьякова. 1883 - 31

Портрет А.А. Фета. 1882 - 20

Портрет В.А. Шевцовой. 1869 - 4

Проводы новобранца. 1879 - 37

Протодиакон. 1877 - 13

Садко. 1876 - 11

«Стрекоза». Портрет Веры Репиной, дочери художника. 1884 - 26

Сходка (При свете лампы). 1883 - 32

Сцена из балета. 1874 - 11

Торжественное заседание Государственного совета 7 мая 1901 года. 1901-1903 - 62-63

Царевна Софья Алексеевна. 1879 - 36

Черноморская вольница. 1908-1919 - 16

Н.Н. Ге. Тайная вечеря. 1863 - 33

В.Г. Перов. Сельский крестный ход на пасхе. 1861 - 52

В.Г. Перов. Тройка. 1866 - 45

В.Д. Поленов. Московский дворик. 1878-46

В.А. Серов. Девочка с персиками. 1887 - 39

В.И. Суриков. Утро стрелецкой казни. 1881 - 35

ISBN 5-7793-0220-0