Этому альфа-медведю, изгнанному из земель своего клана за грехи отца, некуда бежать, и он не в праве заклеймить свою пару. Попробуйте сказать это его внутреннему медведю.
Каллен Джеймс должен был держать курс на север. Древний закон медведей лишил его земли, мужества и Уайлд Риджа — единственного дома, который когда-либо у него был. Когда он вместо этого идет на юг, судьба подкидывает ему сюрприз в виде Ани Паркер. Изящная, красивая и полная дерзости, сердце Каллена знает, что она значит для него, хотя он потерял право претендовать на пару, как только был изгнан из Уайлд Риджа. Последнее, что ему нужно, это конфликт с конкурирующей группой русских полярных медведей. Но, когда они нацелились на Аню, Каллен должен решить, какие законы нужно нарушить, несмотря ни на что.
В поисках пропавшей сестры-близняшки Аня оказывается в центре конфликта между медвежьими кланами, который может её погубить. Но её ничто не остановит, и она доберётся до истины, чтобы узнать, что случилось с единственной семьёй, которая у неё была. Когда появляется Каллен, чтобы спасти её от грабителей в тёмном переулке, она знает, что он может быть слишком опасным, но не может держаться подальше от него. Дело не только во внешности модели нижнего белья и тёмных глазах, которые, кажется, видят её насквозь. Он может что-то знать об исчезновении сестры и её собственной судьбе.
Мередит Кларк и Элли Саммерс
Стальной медведь
Серия: «Братья Хайленд», книга 2
Внимание!
Текст, предназначен только для ознакомительного чтения. После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст, Вы несете ответственность в соответствие с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления ЗАПРЕЩЕНО. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.
Над переводом работали:
Переводчик:
Редактура:
Сверка:
Вычитка:
Дизайн русскоязычной обложки:
1
Рука Кроуфорда потянулась к плечу, сжимая крепкие мышцы в ладони. Боль пробежала от шеи вниз по спине. Он больше не мог стоять над этими чертежами. Массируя мышцы, осознавая, что это бесполезно. Ему нужен горячий душ и холодное пиво. Мужчина выпрямился. В офисе уже стало темно. Посмотрев вверх, можно заметить огни Сиэтла, мерцающие вокруг него.
Лучше всего работалось ночью, когда привычный гул офиса сменялся полной тишиной.
Кроуфорд просмотрел свои работы. Здание спроектировано неправильно. Или слишком много окон, или недостаточно. Он хмуро посмотрел на строение, стирая линии вокруг передней двери, сильно надавливая на ластик. Скомкал бумагу руками, разорвав ее в клочья, наблюдая, как она опадает возле ног.
— Черт возьми, — прорычал мужчина.
Он работал над эскизами для музея на протяжении всей недели и ничего не получалось. Никакой из сделанных эскизов не подходил. Это была уже третья попытка что-то предоставить Совету музея. Кроуфорд получил работу, основываясь только на репутации. Но контракт ещё не подписан. Дизайн имеет решающее значение для заключения сделки.
Его глаза болели почти так же, как и спина. Он должен выбраться отсюда. Выключив свет, закрыл за собой дверь. Может быть, нужно обратиться в медведя. Иногда это помогало, обратиться и стать животным. Таким образом, можно сбросить напряжение, что на него навалилось.
Было достаточно поздно, мужчина мог бы пойти на пробежку, когда доберется домой. Ему придется быть осторожным. Он живет рядом с парком, граничащим с природной зоной, но это не значит, что можно просто взять выпустить медведя. Его могут заметить, это же город.
Кроуфорд не слышал, как открылись двери лифта или стук высоких каблуков по мраморному полу, пока не поднял глаза от своего телефона.
— Кроуфорд, привет, — Мила встретила его в приемной.
— Что ты здесь делаешь? — спросил мужчина. — Все остальные ушли несколько часов назад.
Он задел её руку, когда протянул руку к кнопке лифта. Это была случайность, но Кроуфорд заметил, как она напряглась от прикосновения, будто между ними проскочил электрический ток.
Его белокурая помощница слегка прикусила нижнюю губу, медленно стирая розовый блеск для губ со своего рта.
— Я… я кое-что забыла. Не думала, что ты ещё здесь.
— Да, работал над эскизом для музея, — он почесал затылок.
— Есть успехи? — спросила она.
— Нет, если честно. Решил, что мне нужен перерыв, — он замолчал. — Уже поздно. Тебе не следует гулять в одиночку по парковке. Я подожду тебя.
— Нет, ты не должен делать этого, — она вытащила что-то из своей сумочки. — У меня есть баллончик. Видишь?
Он хмыкнул. Пытаясь представить, как Мила защищается на таких высоких каблуках, которые всегда носила. Кроуфорд не сомневался, что она может постоять за себя, но и не собирался рисковать, и оставлять одну. Тем более что у него имеется собственный набор защитных навыков.
— Я настаиваю, — он кивнул. — Постою здесь. И подожду.
Мила сделала неуверенный шаг назад.
— О, всё в порядке. Спасибо. Обещаю, управлюсь за минуту. Не хочу, чтобы ты ждал меня.
— Всё в порядке, — он попытался улыбнуться, но каждая мышца его тела была напряжена, даже губы. Боже, ему нужно пробежаться.
Она поспешила через вестибюль, глядя через плечо на Кроуфорда. Он присел в одно из кресел приемной, надеясь, что не задержится надолго.
ЧЕРТ ВОЗЬМИ! Мила теребила ключи в руке, пытаясь открыть дверь, от студии Кроуфорда.
Он здесь. Действительно здесь. Черт возьми.
Она поправила волосы и поджала губы. Кроуфорд не должен быть здесь. Ну, он, конечно же, имел полное право быть здесь. Это его фирма. Его офис. Всё его.
Мила перебрасывала бумаги на своем столе, ища флэшку, которую забыла.
— Дерьмо, — прошептала она. Посмотрев через дверь, мельком увидела его спину.
Его массивные плечи заполнили кресло. Ноги были слишком длинными для сиденья, колени выступали по бокам. Она поняла, что облизала губы, когда он провел рукой по волосам.
Мила не знала, как долго Кроуфорд не стригся, но выглядел чертовски привлекательно. Это мужчина мог бы выбрать любой стиль, и она всё равно считала его привлекательным.
Боже, он великолепен, завораживающий и сексуальный. Почему Кроуфорд Хайленд её гребанный босс?
Было достаточно того, что она сидела по другую сторону двери его кабинета целый день, мечтая обо всех способах, которыми он может, наконец, ей овладеть и сейчас он здесь. Ждет её в холле.
Мила отодвинула в сторону очередную стопку файлов и нашла флэшку.
— Ах-ха!
Девушка подняла её к своему лицу. Здесь все файлы по предложению музея. Это причина, почему Кроуфорд был в офисе так поздно. Он до сих пор не сделал эскиз, чтобы предоставить, а она ответственная за презентацию проекта.
Всю неделю у него был одинаковый взгляд. Потерянный, ищущий вдохновение. Мила знала его достаточно хорошо, чтобы понимать, что он не будет спать, пока не сделает модель для музея. Кроуфорд тяжело работал. Построил компанию с нуля, и она знала, что он не успокоится, пока не сделает что-то достойное репутации фирмы.
Она бросила флэшку в сумочку, выключила свет и закрыла за собой дверь.
Весь прошедший год Мила работала с самым известным архитектором города: разносила кофе, занималась бумагами, принимала звонки — делала всё, что ему нужно.
Когда её приняли на работу, она хотела получить должность, на которой могла бы набраться опыта. Ещё одна ступенька для карьерного роста. Вместо этого увидела главного архитектора и чуть не грохнулась с высоты своих каблуков.
Сказать, что это была её офисная влюбленность, ничего не сказать. Она сильно запала на него, даже не заполнив до конца бумаги, чтобы притупить к должности.
Девушка бросилась в холл.
— Окей, я нашла то, что мне нужно.
Он поднялся с кресла, боже, какой же он огромный. Она задержала дыхание. Руки Кроуфорда и грудь всегда производили на неё такой эффект. Плохо. Девушка покачала головой, пытаясь успокоиться.
Это бессмысленно. Нет лекарства от такого влечения.
— Готова? — спросил он.
Она медленно кивнула.
Мила последовала за мужчиной в лифт, замечая, как уменьшилось пространство, когда Кроуфорд оказался рядом с ней, заполняя каждый уголок деревянной площадки. Она чувствовала его мужской запах: мята и можжевельник. И что-то ещё, Мила часто думала, что близость с ним опьяняет её.
— Есть планы на вечер? — спросил он.
Она покачала головой.
— О, нет, нужно закончить документы для сделки, — девушка погладила свою сумочку, как будто это всё объясняло.
— Хм, — он заворчал. Кроуфорд часто ворчал. Но она любила это. Как звучал его голос. Могла сказать, в каком он настроении, просто услышав голос.
— А что насчет тебя? — она взглянула на него. Он возвышался над ней. Девушка заметила морщинки вокруг его глаз. Кроуфорд выглядит истощенным.
— Как и у тебя.
— Уверенна, что ты придумаешь правильный дизайн, — она заколебалась.
Мила хотела сказать ему, что он самый гениальный архитектор в стране. Что его работа вдохновляла её, когда училась в школе дизайна, но она всегда думала, что её слова звучали бы, как слова поклонницы, а не серьезной коллеги по работе. Кроме того, она не состоит в команде дизайнеров. Мила не думала, что её мнение уж слишком важно.
— Спасибо, — он положил ладонь на двери лифта, когда те открылись.
Поездка оказалась слишком короткой. Девушка хотела бы остаться с ним ещё на несколько минут. Но такими были дни с Кроуфордом. Она хотела бы, чтобы кофе-брейки перетекали в обед. После планерки они сходили бы выпить. Чтобы приглашение провести её до парковки превратилось в приглашение домой.
Неважно, сколько времени она провела рядом с ним, никогда не будет достаточно.
Девушка остановилась возле своей машины, доставая ключи из сумочки.
— Спасибо за сопровождение, — она ярко улыбнулась.
— Не за что, — он отвернулся от неё. — Доброй ночи, Мила.
— Доброй, босс, — она скользнула на водительское сиденье.
Девушка закрыла дверь позади себя, включила зажигание и посмотрела на мужчину, в которого очень сильно влюблена.
Глава 2
Кроуфорд рыл землю, его когти высвободились и погружались в плодородную почву. Как же хорошо, выпустить своего медведя. Вся боль и напряженность в мускулах, казалось, исчезает, когда обращается в медведя, вторую часть своей души.
Он втянул воздух, надеясь уловить запах другого медведя. Искал некоторое время. Не то, чтобы он в отчаянии. Нет. Но его медведь готов найти пару. Хотел найти её. Медведицу, которая родит ему детенышей. Женщину, которая станет партнером по жизни. Может, если бы у него была пара, не застрял бы на чертежах для чертового музея. Ему нужна муза.
Кроуфорд устал от свиданий. Надоело быть расстроенным. Быть наиболее желанным холостяком города. Каждая женщина в Сиэтле знала о его состоянии. Наследие семьи следовало за ним как тень. Ему насрать на заголовки. Он создан для одной женщины и до сих пор не нашел её.
Опершись о дерево, когти вытянулись из его сильных лап. Эта часть парка достаточно отдаленная и можно уединиться от людей.
Глубокий вдох гремел в груди, встряхивая густой мех на теле. Хорошо найти покой.
Это часть проблем. Он никогда не мог сбежать из офиса. От посторонних глаз, которые хотели видеть его следующее творение. Нужно сбежать из Сиэтла.
Мужчина опустился на землю, осторожно не ломая веток в процессе. Есть одно место, где сможет найти уединение. Нужно поехать в поместье Хайленд.
Мила скользнула в туфли и закрепила тонкие ремешки вокруг щиколоток. Она заметила свое отражение. Люди всегда говорили, что чем выше каблук, тем длиннее кажутся ваши ноги.
Девушка покрутилась перед зеркалом. И так каждый день. Выбирание наряда, который Кроуфорд может быть заметит. Один, который, наконец, задержит его взгляд. Ей понравилась синяя рубашка на пуговицах с синей юбкой. Смотрится как бизнес-леди. Так же нужны сексуальные каблуки.
Она знала, что это привлечет внимание к ногам. Её гардероб был заполнен разноцветными туфлями, которые она только смогла найти. Некоторые на ремешках. Некоторые остроносые. Открытые. Или классические черные. Девушка любила свою коллекцию обуви.
Не скрывались и изгибы. Если есть бедра и грудь, почему бы не подчеркнуть их?
Мила хотела быть принята всерьез в офисе. Это её мечта, спроектировать собственный дом однажды, но с тех пор, как она начала работать в агентстве Хайленд, её дни были заполнены с проблемами моды, кофе и способами завлечь Кроуфорда в разговоры, которые не связаны с таблицами и работой.
Временное место стало постоянным. Она ввязла слишком глубоко, чтобы уйти. Мысль работать в другом месте, кроме, как в студии Кроуфорда казалась невыносимой.
Девушка наполнила стакан кофе, закрепила крышечку сверху и только, потом взяла в руки папку с презентацией. Она закрыла дверь позади себя.
Дорога до работы заняла всего десять минут. Мила припарковалась там же, где и вчера. Не понимая, что это уже превратилось в привычку. Она включила сигнализацию и вошла в здание, которое построил её босс.
— Доброе утро, Агнес, — она улыбнулась седовласой женщине на ресепшене, которая охраняет парадный вход, словно горгулья.
— Доброе утро, Мила — женщина подняла чашку кофе. — Похоже, босс не придет сегодня.
Мила остановилась перед столом. Сначала ей показалось, что она не поняла слова Агнес.
— Что ты имеешь в виду, Кроуфорд не придет в офис? — Мила уставилась на секретаршу. Это должно быть офисная шутка.
Пожилая женщина закатила глаза.
— Он позвонил сегодня утром и сказал, что ему нужен отдых.
— Но, как же музейный проект? Предложение. Он не может брать перерыв, — она почувствовала, как паника поднимается в груди. — Я — его помощник. Почему он не позвонил мне?
Это был, наверное, наиболее, важный вопрос в её списке, но она должна поддерживать профессиональные отношения с коллегами. Голос, может быть, звучал на октаву выше, чем хотелось бы.
Агнес пожала плечами.
— Я только принимаю сообщения. Не знаю, почему он делает то, что делает. Не задаю вопросов. Он босс.
Мила ворвалась в вестибюль и в свой офис. Она всегда приезжала раньше Кроуфорда. Это давало шанс, чтобы день для него всегда начинался легче. Девушка готовила кофе, проверяла почту и открывала, прежде чем он был даже на стоянке, его жалюзи.
Сегодня она, ссутулилась в своем кресле. Всю эту работу Мила сделала прошлой ночью. Она корпела над этим для него. Всё посчитано и напечатано. Девушка зевнула, вспоминая, что было три, когда она, наконец, заставила себя лечь спать.
И мужчины здесь нет. Дерьмо.
Она вошла в его кабинет. Свет был тусклый. Мила присела, чтобы собрать клочки бумаги под его чертежным столом. Девушка положила их плашмя на деревянную поверхность, разглаживая складки. Большинство архитекторов используют компьютерные программы для проектирования, но Кроуфорд — традиционен, во всех смыслах.
Он любил использовать свои руки. Девушка проследила линии его рисунка. Не плохо, но она увидела, где он застрял. Музей выглядел плоским. Ей не хватало его художественных приемов. Мила не знала почему, но она начала склеивать клочья вместе. Это не плохо. Просто не идеально. И насколько можно заметить, Кроуфорд Хайленд — определение совершенства.
Глава 3
Кроуфорд глубоко вздохнул, обоняя смесь листьев, почвы и травы, которые напоминали ему о доме. Поместье Хайленд принадлежало семье на протяжении более ста лет.
Он оперся на передние перила крыльца, вглядываясь в деревья. Только лес граничит с их собственностью. Дом располагался в двух часах езды от города. Это удаленное, уединенное и идеальное место, чтобы найти вдохновение для своего последнего проекта.
Мужчина не единственный, кто использовал это место, чтобы спрятаться. Его брат Хадсон часто здесь отсиживается, чтобы писать свои бестселлеры и Страйкер часто делал фото местности, делая наиболее успешные студийные выставки.
Локти Кроуфорда сильнее прижались к деревянным балкам. Черт. Его мысли двигались в противоположных направлениях. Архитектор хотел закончить чертеж для музея. Медведь хотел найти свою пару.
Он повернулся к входной двери. Есть только одна проблема и можно решить её прямо сейчас, нужно покончить с бумажной работой.
Кроуфорд поднялся по лестнице на второй этаж. В доме было три спальни. Хадсону принадлежала та, что на первом этаже. Он сказал, что там ему лучше пишется. Братья не спорили.
Спальня Кроуфорда была спрятана в конце коридора, в углу. Несколько лет назад он соединил спальню и соседнюю комнату, чтобы использовать в качестве дизайн-студии. Вид из комнаты на верхнем этаже захватывающий. Оттенки зеленого, коричневого и серого, украли его дыхание. Если это не поможет в творческом плане, то уже ничего не поможет.
Мужчина стоял за столом, закрыв глаза, и ждал пока придет вдохновение.
После изучения писем и наведения порядка в отделах стола, Мила обвела взглядом офис.
Кажется, все заняты. В фирме есть ещё три других архитектора. Все будут заняты проектами в течение следующих пяти лет. Это одна из привилегий фирмы. Долгосрочная стабильность. Но без босса, её день становился бессмысленным. Она коснулась ручкой клавиатуры.
Мила все утро обдумывала, должна ли позвонить Кроуфорду. Это имело бы смысл, что он даст поручения для неё, пока отсутствовал вне офиса. Она потянулась за телефоном и колебалась достаточно долго, чтобы говорить сама с собой.
— Если ты ему нужна, он бы позвонил, — прошептала она про себя. Девушка вертелась в своем кресле, моментами задевая коврик каблуками и затаскивая его под стул.
— Я отправляюсь на обед. Ты ответишь на мои звонки? — спросила Агнес, когда показалась в офисе.
Вздрогнув от звука, Мила подскочила в своем кресле.
— Э-э-э. Конечно. Как долго?
Это не имело значение. Она буквально бездельничала.
Агнес улыбнулась.
— Ну, пока есть время, я думала о том, чтобы сделать маникюр сегодня за обедом. Ты не возражаешь, если уйду на часок?
Мила помахала рукой.
— Конечно. Иди. Прикрою тебя, — она собрала свои вещи, чтобы перейти в приемную, пока Агнес не было.
— Спасибо, милая. Вернусь, как только смогу, — пожилая женщина, казалось, спешила, идя к лифту и пока нажимала на кнопку вызова.
Мила оглядела рабочее место Агнес. Опрятно. Её главная обязанность: отвечать на входящие звонки и провожать клиентов в конференц-зал, когда они приезжали на встречу.
Девушка посмотрела на расписание встреч. Расписание Кроуфорда пустое. Опускаясь все ниже, чтобы прочитать неразборчивый почерк Агнес. Она сделала заметки в колонке Кроуфорда на главном календаре архитекторов.
Мила прикусила нижнюю губу. Он был в поместье Хайленд? Она была не совсем уверена, где находится родовой дом, вспомнив только, что Кроуфорд, время от времени сбегал туда.
Она представила его с головой занятым над эскизом для музея. Отсиживаясь в темной комнате. Одинокий. Голодный. Его широкие сильные руки заняты черчением. Его глаза наполнены разочарованием. Девушка сжала губы.
Звук двери лифта заставил вернуться в настоящее.
— Привет, необычно видеть тебя здесь, — курьер широко ей улыбался.
— О, просто заменяю Агнес во время обеденного перерыва.
Он начал разгружать свою тележку рядом со стойкой регистрации.
— Немного сегодня.
Мила посмотрела на пакеты с презрением. Она действительно будет разносить почту? Абсурд.
Она взяла планшет, чтобы поставить подпись.
— Приятно видеть красивое лицо здесь, — парень подмигнул.
— Э-м, спасибо, — девушка протянула планшет ему обратно. Она заметила, что его глаза уставились на её грудь. Ей вдруг захотелось застегнуть верхнюю пуговицу, прикрывая от него даже шею.
— Хорошего дня, — он помахал перед входом в лифт.
Мила захныкала, благодаря закрывающиеся двери, уносившие его на другой этаж. Парень заставил её дрожь.
Она склонилась над небольшой стопкой пакетов. Верхний был для
— Х-м-м, — она прочитала обратный адрес. Он из Совета музея.
Должно быть договор. Это важно. Она разорвала пакет, зная, что Кроуфорду будет нужна информация. Мила быстро просмотрела документы. Каждая страница нуждалась в его подписи.
Девушка трясла сумочку, ища свой телефон. Она прижала его к уху, пока ждала ответа. Звонок переправился на голосовую почту.
— Кроуфорд, привет, это Мила. Музей прислал в офис контракт и им нужна твоя подпись. Перезвони мне, или напиши свой адрес, и я вышлю тебе документы, — она замолчала. — И снова спасибо, что проводил меня до машины прошлой ночью, — Мила повесила трубку.
Это самая глупая вещь, которую она могла добавить к сообщению. Девушка задумалась, есть ли способ, чтобы перезвонить и стереть сообщение, но вместо этого посмотрела на телефон, ожидая, что мужчина перезвонит.
Глава 4
Прошло пять часов, как минимум, как он заперся в студии. Чувствуя знакомую боль, возвращающуюся к его плечам. Чертеж начал приобретать форму, но он знал, что это дерьмо. Ему нужно хорошенько пробежаться. Кроуфорд вытянул руки над головой, готовясь выпустить медведя. Хотя, в доме. Это одно из правил дома. Животные не допускаются внутрь.
Он сбежал вниз по лестнице и прошел через гараж во двор. Там сад, который, казалось, всегда украшали какие-то сезонные травы или овощи. Он пошел по тропе в лес.
Кроуфорд потянул футболку через голову и сложил в руках. Расстегнул ремень, стянул джинсы, и вышел из них. Положил одежду на корявый пень. На секунду он позволил свежему воздуху окутать его человеческое тело. Жесткие мышцы туловища. V-образный тазовые кости. Выпуклость бицепсов.
Он улыбнулся, когда позволил медведю взять контроль над своим телом. Он любил силу, с которой животное вспыхивало. Мощно и красиво. Чувствовал себя сильным и непобедимым, как его медведь. Бродил по лесу, зная, что он страшнейшее чудовище в этом лесу.
Кроуфорд решил, что не вернется в Сиэтл, пока не закончит чертеж для музея. Когда будет готов окончательный эскиз, ему придется передать его оцифровочнной команде, которая создаст цифровой проект и приступит к подсчетам, необходимым для бюджета. Черт, он контролирует весь процесс.
Несясь по тропинкам, пиная грязь и камни под лапами, он побежал глубже в лес, оживляя воспоминания детства. Он нуждался в этом. Свежий воздух. Пространство. Дорога, чтобы позволить взять контроль медведю.
Мила посмотрела на документы в руках. Пять часов вечера, и до сих пор нет ни слова от Кроуфорда. Она оставила ему второе сообщение час назад. Если он не подпишет документы, контракт могут отдать другой фирме. Девушка взглянула на пустой кабинет. Если бы он не пропал так внезапно, это не было бы проблемой.
Она наблюдала за тем, как один за другим сотрудники офиса выключали свои компьютеры и начали расходиться. У некоторых есть дети, их нужно забрать из детского сада. Некоторым нужно приготовить ужин своим мужьям. У некоторых футбол или даже свидание после работы. Она постучала ногтями по столу. А у Милы пустая квартира.
— Вот и все, — прошептала она. — Ему нужны эти бумаги, — засунула их в сумку, выключила лампу и заперла дверь.
Когда она пересекла парковку, у неё созрел план. Она поедет прямо в Хайленд Хаус, передаст документы Кроуфорду, на подпись, и вернется сегодня вечером в Сиэтл. Она сможет отправить их в совет утром. Все проблемы решены.
Девушка подключила телефон к зарядному устройству в машине. Если верить карте, потребуется два часа, чтобы добраться до поместья. Мила не гордилась тем, как нашла адрес. Она целый час обшаривала стол Кроуфорда, прежде чем нашла его. Но теперь, когда адрес был найден, она доказывала сама себе, что нужно это сделать. Он увидит ее инициативу. Предприимчивость. Способность выявлять кризис и принимать меры. По крайней мере, это то, что она сказала себе, когда выехала из города и направилась к Хайленд Хаусу.
Пробежка сегодня сработала. Медведь чувствовал себя удовлетворенным. Ну, почти. Кроуфорд почувствовал, что медведь хочет пару. Он знал, что его медведица там, ждала его. Но ему придется разобраться с этим позже. Фирма рассчитывала на эту многомиллионную сделку. Она принесет десять миллионов.
Он бросил бревно в огонь и наблюдал, как пламя танцует вокруг сухой древесины, бросая искры в воздух. Хорошо быть дома. Он подошел к винному погребу под кухней в поисках бутылки красного вина. Чувствуя, что вино понадобится.
Поднявшись по лестнице, он подумал, что услышал стук по входной двери. Поставил бутылки на кухонный стол и поспешил в фойе.
Открыл дверь. Не зная, что или кого увидит на крыльце, но был уверен, что это была бы не Мила Лейн.
— Мила?
— Привет. Я пыталась позвонить, но не смогла до тебя дозвониться, поэтому поехала сюда, думала, что заблудилась, но, как видимо, нет. И ты здесь, так что я нашла дорогу, — девушка нервно рассмеялась.
Он ее изучал. Она была на высоких каблуках. Самых маленьких. Должно быть, она прямо с работы.
— Что ты здесь делаешь?
— О, — Мила открыла сумку. — Я не объяснилась. Сейчас, — она сунула почтовый конверт в его руку. — Это контракт на планировку музея. Через семьдесят два часа истекает срок подписания, и я подумала, что если ты не подпишешь его, тогда мы можем его потерять, знаю, что ты не хочешь его упустить.
Он взял конверт и перевернул его.
— Почему бы тебе не зайти на минутку? — Кроуфорд открыл для нее дверь.
— Благодарю. Думаю, я выпила три чашки кофе по дороге, чтобы не заснуть и меня немного шатает, — звук каблуков зазвучал по деревянному полу.
— До сих пор не пойму, почему ты приехала сюда. И как, черт возьми, ты меня нашла?
Девушка закусила губу.
— Я пыталась дозвониться до тебе. Оставила сообщение. Теперь у нас осталось только шестьдесят часов, чтобы вернуть контракт. Думала, ты захочешь подписать его как можно скорее. Я не знала, что еще было делать, — она опустила глаза. — Мне жаль. Знаю, это твоя приватная жизнь.
Он покачал головой.
— Нет. Не извиняйся. Моя вина. Я знал, что их сегодня доставят, и просто забыл. Очень дерьмово с моей стороны.
Медведь положил конверт на стойку.
— У меня нет готового плана, чтобы предоставить его фирме. Может быть, все произошло не просто так. Может, мне стоит отклонить контракт.
— Не говори так. Ты придумаешь что-нибудь, — Мила осмотрела комнату, ее глаза сосредоточились на огне, пылающем в камине. — Это место великолепно. Как ты мог не найти здесь свое вдохновение? — девушка подошла ближе к огню.
Он усмехнулся.
— Вот на что я надеюсь.
— Для меня это имеет смысл. Офис, наверное, последнее место для тебя, чтобы найти свое вдохновение.
Она остановилась перед камином. Оранжевые и красные оттенки бросили золотые блики в ее волосах. Дыхание Кроуфорда застряло в горле на секунду, и он почувствовал мимолетное ощущение своего медведя. Мужчина покачал головой.
— Ты так думаешь? — он пошел по ее следу к камину.
— Конечно. Как кто-то должен сосредоточиться, если телефоны постоянно звонят и люди приходят в твой офис? Там творится безумие, — Мила повернулась к нему лицом, и Кроуфорд будто увидел ее глаза впервые. Они были как яркие изумруды.
Он снова покачал головой.
— Конечно. Именно. Мне нужен перерыв, — медведь сделал шаг к дивану. — Думаю, мне нужно очистить свои мысли, — он пошел к кухне. — Я только что принес бутылку красного вина из винного погреба. Хочешь выпить бокал?
Кроуфорд возился на кухне, пытаясь найти штопор. Он не знал, кто из его братьев навел здесь бардак. Мужчина триумфально вытащил его из ящика.
— Думаю, один бокал не повредит. Но только один, — Мила покачала пальцем. — Я должна вернуться сегодня вечером.
Он закрепил штопор и с легкостью вытащил пробку из бутылки. Аромат наполнил ноздри. Кроуфорд любил красное вино. Оно густое и насыщенное, полное жизни. Он наполнил два бокала и вернулся в большую комнату.
Было странно видеть здесь Милу. Она каждое утро работала в приемной, приветствуя его, с его любимым кофе. Ее улыбка, как правило, первое, что он видел, когда выходил из лифта. Но здесь это казалось неуместным.
Мужчина пересек комнату и протянул бокал.
— Спасибо, — и девушка улыбнулась. — М-м-м, это восхитительно. Люблю красное. Не то чтобы я не пью белое вино, потому что пью, но красное — это просто… успокаивающее, насыщающее. Понимаешь?
Он сделал глоток.
— Понимаю.
Кроуфорд сидел на диване, напротив. Мила перекинула одну ногу на другую, и он увидел намек на кожу между бедер. Мужчина почувствовал легкое влияние медведя, и понял, что нужно его успокоить. А то это может вызвать проблемы. Он не должен был смотреть на ноги Милы.
— Ты не пропустил ничего такого на работе, — Мила нервно сообщила о сбое в фирме. Он слушал, как она рассказывала о том, что одна копировальная машина выплюнула полмиллиона листов бумаги. Как бухгалтерия издала памятку об экономии денег, и как два человека наорали друг на друга.
— Да, похоже, я выбрал хороший день для отгула, — он усмехнулся. Вино начало его согревать.
Мила засмеялась.
— Думаю, что каждый заслуживает пропустить работу время от времени, — она поставила пустой бокал на журнальный столик. — Даже босс.
— О, думаю, особенно босс, — Кроуфорд встал. — Давай я, еще наполню твой бокал, — он пошел на кухню и вернулся с открытой бутылкой.
— Нет. Не могу. Я должна вернуться, — девушка держала руку над бокалом. — С
— Ехать вечером? — мужчина посмотрел на часы. — Не думаю, что смогу, сейчас, отпустить тебя. Там нет света прямо до главной дороги, и я не особо заинтересован, чтобы мой помощник упал в один из оврагов.
— Правда? Думаешь, мне стоит остаться? — глаза Милы расширились.
Он кивнул.
— В этом доме двадцать комнат. Ты можешь выбрать любую. Но ни за что не позволю тебе ехать после темноты, — Кроуфорд наполнил ее бокал до краев, удовлетворившись, что девушка перестала протестовать. — Ты ранняя пташка. Сможешь уехать утром.
— Если ты действительно так считаешь, — она прикоснулась губами к вину, и мужчина заметил, румянец на ее щеках, полные губы и розовую теплую кожу.
Черт. Он понял, что делает его медведь. Медведь хочет самку, он пытается убедить его, что Мила очень им подходит. Нет. Так не должно было случиться. Он знал, что, когда найдет свою пару. Это будет волшебно и поэтично. Это не его молодая помощница. Нет, это не то, как должно произойти.
Глава 5
Она не хотела пялиться на него, но ничего не могла поделать. После года мечтаний обо всех возможных сценариях, которые приведут ее к этому моменту, она не могла поверить, что собирается спать под одной крышей с Кроуфордом.
Он расхаживал перед камином.
— Что еще произошло сегодня в офисе? — спросил мужчина.
Мила думала, что ему скучно с ее рассказами о работе, но вопрос был искренним.
— Не многое. Мне кажется, я все рассказала.
Он посмотрел ей на плечо.
— Ты изучила контракт? — Кроуфорд подошел к столу и вернулся в гостиную с документами в руках. Казалось, внезапно его охватила рабочая атмосфера. Он опустился на диван.
Мила кивнула.
— Да. Здесь включено все, о чем ты говорил. Я прочитала его дважды.
Он держал страницы ближе к огню, освещая слова.
— М-м-м. Да. Выглядит хорошо. Я подпишу его, и ты можешь забрать его со стола утром.
— Конечно. Я доставлю его, если ты хочешь.
— Да. Пожалуйста.
— Что-нибудь еще нужно, чтобы я сделала в офисе, пока ты здесь?
Как будто, когда она рядом, она не может думать ни о чем другом, кроме как помочь ему. Быть тем, кто ему нужен. На кого он мог положиться. Кто-то, от кого он мог бы зависеть, когда другие люди его подведут. Иногда это звучало глупо и отчаянно, но все, что она хотела сделать, чтобы Кроуфорд был счастлив. Заставить его улыбнуться.
— Думаю, все. Мне просто нужно сосредоточиться на дизайне, так что, если бы ты справишься со всем, это было бы здорово, — он встал с дивана. — Думаю, мне нужно поспать.
— Да? — девушка не хотела показаться удивленной.
Мужчина зевнул, его массивная грудь расширилась от вдоха.
— Да. Увидимся утром.
— Постой, — Мила встала, чуть не опрокинув бокал вина. Она не умела просить. Это было неловко. — Я уехала прямо с работы. Все что у меня есть только это, — она провела руками по бедрам. На секунду ей показалось, что она увидела искру в его глазах. — Есть шанс, что у тебя завалялась старая рубашка или что-то, что я могу одолжить?
— О, верно. У-м-м. Погоди.
Кроуфорд мчался вверх по лестнице и вернулся через несколько секунд с футболкой.
— Вот. Это одна из моих старых футболок еще со школы. Ты можешь спать в ней. И у нас есть тонна этих маленьких вещей под раковиной для гостей. Зубная щетка. Зубная паста. Все.
Мила взяла футболку из его рук.
— Спасибо. Это здорово. Не знаю, как бы выглядела утром, — она хихикнула.
Мужчина повернулся к лестнице.
— Спокойной ночи, Мила.
— Спокойной ночи, босс.
Она смотрела, как высокий архитектор поднялся по лестнице, оставив в ее руках футболку. Все было не продуманно. Она застряла в доме с мужчиной своей мечты, но без помады, туши или ее любимого шампуня с ароматом белого чая. Не говоря уже о том, что ей придется надеть тот же костюм, чтобы утром вернуться в Сиэтл.
Мила поднялась по лестнице, зная, что в одной из этих комнат Кроуфорд будет готовиться ко сну. Она вздохнула.
ПРОКЛЯТИЕ. Он шагал перед комодом. Его рубашка была брошена на постель. Он смотрел на дверь. Мила скоро тоже ляжет спать. Девушка будет спать с ним под одной крышей. Ее красивые изгибы будут под его одеялом. Ее грудь будет под его футболкой. Ее голые ноги в одной из гостевых кроватей.
Рука опустилась на дверную ручку. Его медведь играл с ним. Он может взять ее, попробовать, насладиться ночью, и отправить обратно в Сиэтл утром. Но, блять, драма, которая может разразиться на работе будет кошмаром.
Нет. Он одернулся от дверной ручки, как будто она горит. Кроуфорд не мог так с ней поступить. Мила хорошая девушка. Он знал, когда нанял ее в прошлом году, что она была переизбрана на должность помощника. Она получила степень дизайнера в лучшей школе Сиэтла. Стажировалась в одной из лучших фирм. Ее портфолио, впечатляющее для такой молодой девушки. Тем не менее, зная ее мечты, он нанял ее, чтобы она носила ему кофе и отвечала на его звонки.
Мужчина говорил себе, что не смотрит на Милу как на легкодоступную женщину. Он сосредоточился на ее качествах. Она быстроте выполнения заданий, надежности и основательному подходу. Но сегодня, его медведь открыл ее новую сторону, и вдруг все, о чем он мог думать, так только о пухлости ее губ, как ее ноги выглядели в тех трахни — меня — каблуках, и пышной груди.
Кроуфорд покачал головой. Нет.
Душ исправит это. Он вошел в ванную комнату и повернул кран на холодную воду. Нужно остыть, прежде чем перечеркивать год стоящих профессиональных отношений.
Он стянул джинсы с ног и встал под холодной водой.
— Б-р-р.
Он обнял себя руками. Кроуфорд стоял, дрожа под сильным потоком воды. Мужчина почувствовал, что его несут обратно.
— Хорошо, — сказал он вслух. — Она не для тебя.
Он выключил душ, обернул полотенце вокруг бедер и пошел в спальню. Кроуфорд оставил свет в своей студии. И распахнул дверь.
— Что ты здесь делаешь?
Черт возьми. Кроуфорд стоял перед ней весь мокрый.
Мила подпрыгнула.
— Черт. Извини. Я бродила вокруг, пытаясь выбрать комнату, когда увидела твой набросок, — она должна закрыть рот. — Я не хотела доставить неудобства.
Осталось только смотреть на него. Капли воды побежали по гладкой коже, задержались на сосках, проскользнули между мышцами его туловища, прежде чем, наконец, были поглощены полотенцем, обернутым вокруг бедер.
Кроуфорд провел рукой по мокрым волосам.
— Мне жаль. Я не хотел тебя пугать. Мастерская пристроена к моей комнате.
— Да? — Мила попыталась заглянуть мимо него, чтобы взглянуть на его кровать.
— Да. Полагаю, я должен был все тебе показать. Я хреновый хозяин, — мужчина усмехнулся.
— Думаю, что я хреновая гостья. Приехала без предупреждения и без вещей, — она все еще сжимала его футболку в руке.
— Что, если я исправлюсь и покажу тебе все? А?
Мила улыбнулась.
— Идеально. Я бы хотела. Но если ты хочешь пойти в постель, то все в порядке, — она чуть не ударила себя. — Н-нет. Не так… — девушка вздохнула. Ее слова спутались на языке.
— Я понял, что ты имела в виду, — Кроуфорд усмехнулся. — Oкей. Дай мне секунду.
Он закрыл за собой дверь спальни. Пока Кроуфорд одевался, она осмотрела его последний эскиз. Он совершенно другой, чем тот, который она видела в офисе.
Через несколько минут дверь распахнулась, и мужчина вошел в маленькую студию.
— Oкей. Это моя студия, — он махнул руками в воздухе.
Мила не смогла удержать в хихиканье. Ей нравилось видеть его таким. Спокойного и домашнего.
— Студия и я знакомы.
— Здорово. Тогда позволь показать остальную часть дома.
— Звучит хорошо. Но не возражаешь, если я разуюсь? — девушка не хотела стучать каблуками.
— О, верно. Конечно, — Кроуфорд придержал дверь. — Думаю, я знаю комнату, которая тебе понравится. Опять же, дерьмовый хозяин, даже не показал тебе комнату.
Он провел ее. Дверь напротив его двери. Это было непроизвольно, но она чувствовала трепет в сердце, когда он положил руку ей на плечо и направил в комнату.
Кроуфорд открыл дверь.
— Эта комнате имеет второй лучший вид в доме, — он включил свет.
Простая комната, но был камин в углу и кровать с балдахином.
— Это здорово, — Мила присела на край кровати, чтобы избавиться от высоких каблуков.
— Плохо, уже слишком темно, чтобы ты смогла увидеть вид снаружи. Здесь великолепно, — он стоял перед окном, его темные глаза смотрели в окно.
— Увижу утром, — девушка бросила обувь на пол. — Так намного лучше, — она встала. — Готова к туру.
Мужчина повернулся.
— Oкей. Теперь у тебя есть комната. Как насчет того, чтобы начать с подвала и подняться наверх?
Она улыбнулась ему. Волосы у него были влажные после душа. Кроуфорд натянул белую футболку, которая взмокла в местах, где на его коже осталась вода. Должно быть, он спешил одеться.
— Показывай.
Она пошла за ним вниз по лестнице, по коридору и вниз по второй лестнице. Кроуфорд включил свет. Ее глаза привыкли к внезапной яркости.
— Черт возьми, — прошептала она. Мила не была уверена, что в местном винном магазине было столько бутылок вина. — Ты не шутил о любви к вину.
— Это хобби. И повод напиться, — мужчина подмигнул, и она почувствовала, что колени готовы подогнуться.
Он объяснил, как делятся вина и откуда берутся коллекции. Его брат Хадсон также внес свой вклад в погреб.
Мила последовала за ним, когда он вел ее через дом. Кухня, как для шеф-повара, библиотека, отдельный кабинет, солнечная комната, две столовых, и так много комнат, что она потеряла счет.
Кроуфорд остановился перед ее дверью.
— Так что мы вернулись к началу, я думаю.
— Наверное, да, — Мила облизала нижнюю губу.
Лицо Кроуфорда отражалось силуэтом в темном коридоре. Но она знала каждую линию его лица. Его челюсть, сжата, когда он думал о чем-то. То, как его глаза сосредоточены на ком-то, когда он пытался доказать свою точку зрения. Его губы формировали самую сексуальную улыбку, когда он пытался кого-то завоевать. Да, она запомнила все черты этого человека. И вот он в паре сантиметров от нее. В темноте. Один.
Глава 6
Ее тело казалось маленьким рядом с его. Мила перебросила волосы через плечо, и он почувствовал сладкий чистый аромат ее шампуня. Это не первый раз, когда он вдохнул его, но это был первый раз, когда мужчина понял, как сильно любил ее запах.
Кроуфорд колебался стоя перед ее дверью. Он не знал, что его обездвижило, но он не мог двигаться. Девушка его загипнотизировала.
Ее глаза посмотрели вверх, и он почувствовал, как они скользнули вдоль его груди. Внезапно она перестала быть милой. Она великолепная, веселая, умная, сексуальная женщина, и она здесь.
Кроуфорд потянулся к ее лицу, позволяя своей руке коснуться ее щеки, когда он стряхнул золотые пряди волос с лица Милы.
Ее взгляд сказал все. Она хочет его. Жаждет. Ждет его поцелуя. Ждет, когда он прикоснется к ней.
Кроуфорд прижал свой рот к ее губам, сначала нежно коснувшись ее губ, но ощутив вкус вина на ее языке, начал жадно двигаться. Он исследовал ее рот с внезапной лихорадочностью и жаждой.
Мужчина услышал стон из ее горла, как приглашение для чего-то большего. Он поглаживал ее языком, сосал и прижимался ртом.
Руки девушки обвились вокруг его шеи, и он подтянул ее к своей груди. Она была мягкой и теплой в его объятиях. Ее грудь мягко подпрыгивала вверх и вниз, когда поцелуй становился настойчивее. Кроуфорд хотел расстегнуть пуговицы на блузке и почувствовать, как кожа Милы скользит по твердым мышцам его груди.
Он лизнул ее шею, укусил за ухом, прихватывая за кожу под рубашкой. Мужчина почувствовал, как ее руки скользят по его голой спине, и он застонал, когда они притронулись к его груди. В ее прикосновениях было тепло, которого он не чувствовал так давно. Медленно просыпался его медведь. Кроуфорд почувствовал новую потребность. Мощную потребность, которая поглотила бы их обоих, если бы он не замедлился.
— Погоди. Погоди, — он отстранился от Милы, прижимая лоб к ее лбу. — Думаю, нам нужно перевести дух.
Кроуфорд почувствовал, как ее грудь вздымается от глубокого вдоха.
— Нужно дышать. Точно, — прошептала она.
— Я вернусь туда, — он указал на дверь позади себя. — И ты зайдешь сюда. Мы увидимся утром за чашечкой кофе. Хорошо?
Она кивнула.
— Ясно, — но Мила и не двинулась. Она встала рядом с дверью спальни, ее глаза выражали жажду. Поцелуй не удовлетворил ее, во всяком случае, она выглядела так, как будто готова взять его прямо на этом месте.
— Я просто уйду, сейчас спать, — Кроуфорд сделал шаг назад, пошарив рукой в поисках дверной ручки, и поспешно закрыл дверь.
Он прислонился головой к двери. Что случилось? Его руки пылали. Член пульсировал, и все, о чем он мог думать, это о том, чтобы затащить Милу в свою кровать.
Кроуфорд побежал в душ прямо в одежде. В этот раз ему нужна ледяная ванна.
Мила уставилась на закрытую дверь перед собой. Черт. Кроуфорд только что поцеловал ее. Она коснулась кончиками пальцев своих губ. Это магия и молния. Грубость и нежность. Внезапно она захотела его, как никогда раньше. Его язык был горячим и совершенным, и она открылась ему. Его губы были твердыми и мягкими, когда они дразнили ее. Мила не уверена, приснилось ли ей это или произошло в действительности.
Ей показалось, что она снова услышала из душа звук льющейся воды. Она усмехнулась. Это был самый удивительный поцелуй в ее жизни.
Девушка подошла на цыпочках к комнате, которую он ей предложил, и открыла дверь. Она не могла заставить себя закрыть ее полностью. Возможно, это ничего не значило, но трудно не думать, что произошло что-то радикальное. Возможно, это была просто случайная ночная ошибка. Но она мечтала об этом поцелуе целый год. И никогда этого не забудет.
Мила пошла в ванную и изучила туалетные принадлежности, которые упомянул Кроуфорд. Она открыла новую синюю зубную щетку и выдавила зубную пасту на щетинки. Девушка начала принимать душ, надеясь, что горячая вода в этой глуши будет очень горячей.
Сбросив рабочую одежду, она шагнула в кабинку, готовая окунуть свое тело в пар.
Закончив ночную рутину, она вернулась в спальню. Футболка Кроуфорда была расстелена на кровати.
Мила уронила полотенце и натянула футболку через голову. Она была выцветшей и изношенной. Спереди была эмблема золотых медведей. Она провела руками по мягкому хлопку. Мила никак не могла надеть грязное белье после душа. Она отодвинула простыни, скользнула под них и выключила лампу рядом с кроватью.
Девушка видела происходящее в холле. Свет у Кроуфорда все еще горел. Тот, что в студии. Она ворочалась, пытаясь найти удобное положение. Каждый раз, когда она поворачивалась на бок, видела свет под его дверью. Она смотрела на свет и думала о его губах на своих.
— Черт, — прошептала она. Мила подняла покрывала и пошла на цыпочках через коридор. Она потянула за подол футболки. Надеясь, что она достаточно длинная чтобы прикрыть ее бедра, но она, конечно, не сможет наклониться.
Мила постучала в дверь.
— Кроуфорд? — она прошептала.
Дверь скрипнула. Он стоял прямо перед ней. Грудь обнажена. Он одет в пару сине-зеленых клетчатых пижамных брюк, низко посаженных на бедрах.
— Что-то не так?
Она узнала этот взгляд. Сосредоточенный. Очевидно, он занят чем-то, кроме поцелуя.
— Я не могу уснуть, — Мила стиснула губы. — Не возражаешь, если я взгляну на то, над чем ты работаешь?
Он заколебался.
— Почему нет? Все равно я не могу все сделать правильно.
Мила прошла мимо него. Светильник, прикрепленный к чертежной таблице, освещал эскиз. Она изучила его со всех сторон, пока Кроуфорд давал ей пространство.
— Как ты думаешь? Что не так? — он скрестил свои руки на груди.
Мила кивнула, указывая на карандаш. Он был у него над ухом.
— Почему бы тебе не попробовать это? — девушка стерла один из столбов и перенесла его в другое место. — И я думаю, что это окно должно быть больше, — она расширила окно над внутренним двором. Мила встала, чтобы проанализировать свои корректировки, а затем поняла, что сделала.
— Вот дерьмо, Кроуфорд. Извини. Я не хотела стирать и переделывать, она двинулась, чтобы стереть то, что она только что сделала, когда его рука сжала ее запястье.
— Не нужно. Оставь, — его глаза уставились в ее. — Это то, что нужно.
Девушка задержала дыхание. Кроуфорд крепко прижал ее к столу. Она наблюдала за его глазами, когда они опускались к ее губам, горлу и подолу футболки. Если она сдвинется еще на дюйм, он поймет, что под ней ничего нет.
Мужчина отпустил глаза, разорвав контакт.
— Откуда ты это знаешь? — он подошел к столу, и она почувствовала, что ее дыхание нормализовалось.
— Окно или колонны? — спросила Мила, отчаянно пытаясь говорить спокойно.
— Оба, — он подошел ближе к эскизу.
— Ну, я просто… почувствовала, что это правильно, — девушка пожала плечами. Она не знала, как это объяснить.
Его брови сошлись воедино.
— Это хорошо. Лучше, чем я.
Мила почувствовала улыбку на губах.
— Я никогда не смогу проектировать так, как ты, — она сделала паузу. — Может быть когда-нибудь. Прямо сейчас, пытаюсь научиться всему, чему могу.
— Хм, — он проследил за линиями, которые она сделала на его эскизе, наконец, его глаза поднялись к ней. — Думаю, ты на верном пути.
Кроуфорд положил карандаш на полку под столом.
— Наверное, мы должны прекратить, не так ли? Нам обоим нужно немного поспать.
Мила почувствовала укол разочарования. Она не знала, чего она ожидала, идя сюда, но точно не быть отправленной обратно в постель в одиночку. Этот поцелуй был началом чего-то. Так и должно быть.
Возможно, именно это. Ее единственный шанс, наконец, открыться ему. Сказать ему, что она пыталась сделать его счастливым весь последний год. Она обращала внимание на детали не потому, что хотела прибавки, а потому, что для нее было важно, чтобы он улыбался каждый день.
Возможно, все, что им действительно нужно, это одна ночь вместе. Может быть, это их время.
Она перешагнула на другую сторону чертежного стола, став своими ногами между ног Кроуфорда.
— Не думаю, что смогу уснуть, — прошептала она.
Глава 7
Он почувствовал, что ее нога упирается ему в бедро. Кроуфорд посмотрел ей в глаза и почувствовал медведя. Он знал, что это значит. Поцелуй. Блядский поцелуй сделал, это с ними.
— Спасибо за помощь с дизайном, — он хотел потянуться, чтобы выключить свет, но вместо этого его руки двинулись по воздуху и в конечном итоге сжали лицо Милы, грубо прижимая ее к его рту. Снова.
Его язык извивался вокруг ее языка, вкушая прохладную мяту. Руки гладили ее волосы, оттягивая и дергая, когда он кусал и посасывал ее губы.
Мила чертовски аппетитная.
Сладкий стон слетел с ее губ, и Кроуфорд потянулся к подолу футболки.
Его глаза вспыхнули.
— Ты голая, внизу? — он знал ответ на этот вопрос. Чувствовал мягкую теплую плоть, но не мог поверить, что она войдет сюда без трусиков. Она нуждалась в них. Ему нужно было, чтобы она их надела.
Разум Кроуфорда бешено метался. Поцелуи — это одно. А знать, что она голая, было чем-то другим. Он почувствовал внезапный отклик своего члена на это.
Она кивнула, лаская его взглядом.
— Блядь, — прорычал он. — Что ты делаешь, Мила? — он закрыл свои глаза. — Трусики. Где они?
Она обхватила его руками за шею, притягивая к себе. Его руки застыли на ее спине. Если он пошевелится, то стянет с нее футболку. Она останется обнаженной. Была бы в его объятиях обнаженной.
— Я приняла душ. Футболка осталась единственной чистой вещью, которую я смогла бы надеть. Помнишь?
Ее ногти провели прямую линию по его спине. Кроуфорд изогнулся от этого прикосновения.
— Да. Я вспомнил, — он стоял, как статуя, борясь с порывами глубоко в себе. Мужчина хотел взять ее здесь и сейчас. Он хотел согнуть ее над столом и загнать себя глубоко внутрь нее. Хотел услышать свое имя на ее губах, так как она никогда раньше не говорила.
Боже, о чем он только думал? Это Мила. Его лучшая помощница. Она приносит ему кофе каждое утро — не секс. Нет.
Он сделал шаг назад, чувствуя прохладу между ними. В ее глаза выразили все от вожделения до смущения.
— Мы не можем. Ты и я. Нет, — он почти вошел в дверь своей спальни, он так спешил создать расстояние между ними.
Кроуфорд закрыл дверь, оставив ее в покое.
Он не собирается трахать Милу. Нет. Следующая женщина должна быть его парой. Ему нужна медведица. Это бы все упростило. Все будет иметь смысл. Это то, чего он всегда хотел. Просто он ее еще не встретил.
Его тяжелое тело опустилось на кровать. Кроуфорд притянул одеяло к плечам и выключил свет. Сон. Сегодня он поспит, а завтра она возвратится в Сиэтл. Он закрыл глаза, моля чтобы ему снилось все что угодно, кроме Милы.
***
Кроуфорд мог слышать ручей, пузырящийся и плещущийся по скалам возле пруда. Туман цеплялся за деревья и листья густыми завитками, словно серые пучки хлопка. Он попытался оттолкнуть их в сторону, чтобы увидеть озеро.
Ему очень нравилось озеро. Это его любимая часть на территории Хайленд-Хаус. Воздух немного полегчал. Это должно было присниться. Цвета были необычные. Он увидел в воде розовые и фиолетовые отблески. Кроуфорд посмотрел ближе, когда услышал звук позади себя.
Он развернулся на каблуках. Листья зашуршали, и ветка оттолкнулась в сторону, когда Мила появилась на поляне. Ее волосы рассыпались по плечам золотыми волнами. Ее кожа светилась лучистым светом. Когда она шагнула к нему, туман рассеялся.
Мужчина сделал глубокий вдох. Она обнаженная. Великолепная, сочная, мучительно нагая.
Медведь зарычал, грохоча глубоко в груди.
Они молчали. Кроуфорд не мог пошевелиться. Его ноги вросли в берега озера. Мила подошла к нему, как будто плыла сквозь туман. Ее тело блестело. Грудь подпрыгивала. Соски затвердели. Изгибы ее бедер округлые и сладострастные, покачивалась, когда она шла.
Он смотрел прямо в ее зеленые глаза. Она остановилась перед ним, прижимая ладони к его груди. Мила посмотрела в его глаза, наклонив подбородок вверх, ее мягкие губы раздвинулись, ее язык играл за зубами.
— Мила, — наконец, успел прошептать он.
— Т-с-с, — она приложила палец к его губам.
— Что ты здесь делаешь? — его глаза закрылись, когда ее руки исследовали его грудь. Ее прикосновение было волшебным.
— Разве ты не понимаешь? — Мила поцеловала его грудь, останавливаясь, чтобы вырисовать круги языком.
Он отрицательно покачал головой. Его тело оживало от ее прикосновений.
— Нет.
— Дело во мне, Кроуфорд, — она обхватила руками его спину. — Я — та единственная.
Кроуфорд подорвался, сбросив покрывало с кровати. Блядь. Что это за сон? Он провел пальцами по волосам, пытаясь вспомнить его.
Было туманно, но он чувствовал, как она прижимается к нему. Он мог видеть каждый дюйм ее кожи. Его сердце билось быстрее. Кроуфорд впервые увидел ее взгляд. Тот, которым она приветствовала его каждое утро в офисе. Почему он не узнал его до сих пор? Эта женщина влюблена в него.
На следующее утро Мила ждала на кухне. Она бы запрыгнула в машину и поехала обратно в Сиэтл с контрактом, если бы Кроуфорд подписал эту чертову штуку перед тем, как они легли спать прошлой ночью. Она не знала, есть ли более унизительный способ встретиться со своим боссом за чашкой кофе, чем после того, как ты бросилась на него без трусиков после того, как ты переделала эскиз.
Если бы он уволил ее, она бы поняла. Она перешла все мыслимые границы между боссом и ассистентом.
Мила ждала на кухне, когда Кроуфорд появится. Она положила ручку поверх контракта. Все, что ему нужно, подписать и она уедет.
Она сделала глоток кофе, который сварила. Может, это и к лучшему. Девушка могла сказать, что поцеловала его. У нее был шанс, и теперь она знала, что он не заинтересован. Больше никаких мечтаний. Больше никаких интриг. Решено. Она похоронит эту влюбленность и будет двигаться дальше. Первое, что она сделает после доставки контракта, это обновит свое резюме.
Мила держала кружку в руках. В новой фирме она сможет начать все сначала. Она может стереть это увлечение из памяти. Это самый лучший план. Лучший способ избавиться от полного унижения.
Она заходила в библиотеку в поисках блокнота с бумагой. Села за стол и начала писать заявление об отставке.
Мила вернулась на кухню. Кроуфорд стоял рядом с кофейником.
— Доброе утро, — он улыбнулся.
— Доброе утро, — девушка заставила себя тоже улыбнуться. Она не собиралась поступать по-другому, хотя ее внутренности превратились в лужи каши, когда он посмотрел на нее.
— Что это такое? — он указал на сложенный листок в ее руках.
Она прочистила горло.
— Я решила подать заявление, — она шагнула вперед, сунув лист ему в руку.
— Что? — Кроуфорд отрицательно покачал головой. — Не делай этого. Мне это совсем не нужно, — он пытался вернуть ее обратно.
— Я, конечно, не уйду, пока у тебя не будет надлежащей замены. Надеюсь, ты дашь мне рекомендацию.
— Мила, если это насчет прошлой ночи. Думаю, нам просто нужно перевести дух.
— Да. Ты уже это говорил.
— Я не приму этого, — он отрицательно покачал головой. — Нет. Ты не можешь так просто уйти. — Кроуфорд разорвал письмо и бросил в камин.
— Я напишу еще одно по электронной почте, — заявила Мила. — И отправлю его в отдел кадров. Тебе придется принять это.
— Нет. Ты не уйдешь из-за глупости, что я сделал, — он шагал перед камином, но она спросила, разговаривает ли он с ней. — Нет.
— Кроуфорд, думаю, мы оба знаем, что прошлой ночью ты дал ясно понять, что пришло время, мне уйти из агентства Хайленд, — Мила не ожидала, что слезы брызнут из уголков ее глаз. Но они были там, тем не менее, сжигая кончики ресниц, свежей солью.
— Но это не так, — его глаза стали бешеными. — Ты даже не дала мне шанса.
Мила прошла мимо дивана, приблизившись к нему.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты пока не можешь уйти.
— Ну, конечно. Так что, пожалуйста, подпиши контракт, а потом я отвезу его в правление. Прячься здесь, пока у тебя не будет идеального дизайна. Нам больше не придется видеться.
Она увидела улыбку, ползущую по его великолепным полным губам. Губы, которые она узнала, всегда были на вкус, как красное вино.
— Думаю, что мне нужно пересмотреть контракт, прежде чем подписать его.
— Но ты уже прочитал его прошлым вечером, — ее руки опустились к бедрам.
Он пожал плечами.
— Мне нужно быть уверенным.
— Кроуфорд, я… — Мила не была настолько храброй. Она могла отдать свое заявление, и она могла наброситься на мужчину прошлой ночью, но она не могла заставить его подписать контракт. Ей просто нужно допить кофе и подождать.
Глава 8
Кроуфорд попытался доказать себе, что это всего лишь сон, но, когда он проснулся утром, медведь хотел Милу. Он думал, что обернется, если не притронется к ней. Мужчина не знал, как это получилось, но Мила перевернула его мир с ног на голову. И теперь, прежде чем смог понять, что все это значит, она готова уйти.
Кроуфорд не мог этого допустить. Он должен узнать, это его женщина или нет. Он слышал о медведях, видящих свои пары во сне. И не был готов сказать, что этот сон был видением, но это чертовски похоже на него.
Кроуфорд должен узнать, каким образом во всем этом сумасшествии он не смог учуять свою пару. Когда она была так близко.
Женщина, которую он искал, была рядом с ним все это время.
Он усмехнулся, наблюдая, как она дуется сидя на диване.
— Когда он должен быть доставлен? — мужчина помахал контрактом.
— Если мы не отправим его к пяти часам завтрашнего дня, все условия будут недействительны.
— Хм, — Кроуф сложил его и засунул за семейные фотографии, расставленные по полке.
— Что ты делаешь? Я думала, ты сказал, что пересмотришь его, — Мила, поднялась с дивана.
— У нас достаточно времени, чтобы вернуть его в город. Как насчет завтрака? — он видел, как ее глаза загорелись. Она должна быть голодной. Кроуфорд ничего ей не предлагал с тех пор, как она приехала вчера вечером.
Он почувствовал колебания в ее ответе.
— Все в порядке. Еда действительно звучит хорошо.
— Я могу сделать тебе омлет. Как насчет этого?
— С беконом?
— Есть ли какой-нибудь другой вид? — мужчина начал открывать шкафы, пока не нашел сковородку, спрятанную под плитой.
— В моей книге этого нет, — Мила присела на табурет. Он почувствовал ее взгляд на своей спине.
Кроуфорд начал перемешивать молоко и яйца, взбивая их. В течение нескольких минут он подал горячий сыр и омлет с беконом на двух тарелках.
Мила откусила кусочек, губы растянулись в улыбке, пока она жевала.
— Просто поразительно. Лучше, чем в закусочной «Фэнси».
— Вау. Это комплимент. Разве это не твое любимое место? — он откусил кусочек, чтобы попробовать свой шедевр.
Мила посмотрела на него.
— Да. Точно. Не знала, что ты это знаешь, — ее взгляд упал обратно на тарелку.
— Конечно. Ты завтракаешь там каждую среду. А иногда и по пятницам, — добавил Кроуфорд.
— Да, наверное, — она потянулась за кофе.
Понимая, что ее чашка пуста, Кроуфорд принес свежезаваренный кофе.
— Как насчет кофе?
Она хихикнула, и он почувствовал тепло в груди.
— Это впервые.
— Что?
— Обычно все происходит наоборот. Не думаю, что ты когда-либо делал кофе для меня.
— Наверное, нет, — мужчина поставил емкость на столешницу.
Между ними была легкость, которую он раньше не замечал. Мила, та с кем он провел почти целый год, но почувствовал, что впервые видит в ней настоящую женщину.
— Ну, — Мила вздохнула. — Как только контракт будет подписан, я поеду обратно, и мы сможем найти следующую девушку, чтобы приносила тебе кофе. Все в порядке?
Прежде чем он успел ответить, она встала со стула и начала убирать кухню. Мила открыла кран, собрала миски и сковородку и загрузила в посудомоечную машину. Она избегала взгляда Кроуфорда.
Когда девушка наклонилась над раковиной и стойкой, чтобы загрузить тарелки, глаза Кроуфорда пропутешествовали по ее попе, вниз по ее ногам. Он не замечал ее до сих пор, но Мила носила высокие каблуки. Кроуфорд сглотнул, зная, что его медведь стал нетерпеливым.
Она не знала, что еще делать, кроме как быть полезной на кухне. Мила привыкла помогать Кроуфорду в офисе. Это похоже на естественное состояние вещей. Она намылила кастрюли, прежде чем поставить их в посудомоечную машину.
Казалось, будто он наблюдает за ней. Но девушка сосредоточилась на посуде. Она отдала ему свое заявление, и по какой-то странной причине он отверг его. Это не имело никакого значения. Кроуфорд отверг ее прошлой ночью. Мила не могла остаться. Сегодня ей нужно попрощаться с ним и начать лечить свое сердце.
Вероятно, Кроуфорд вел себя мило, потому что чувствовал себя виноватым. Ее последний парень сделал то же самое. На следующее утро после их разрыва он предложил починить ее компьютер. Он сказал ей, что хочет убедиться, что она будет в порядке без него. Это было самое большое оскорбление. Мила захлопнула дверь перед его лицом.
Кроуфорд не выглядел виноватым. Он выглядел счастливым. Его глаза сверкнули тем взглядом, который у него был, когда его посещала грандиозная идея.
— Ты придумал что-нибудь еще для эскиза?
— Да. Но твои замечания имели огромное значение. Думаю, знаю, что мне нужно делать дальше.
Мила вытерла брызги жира со сковороды от бекона на столешнице.
— Хорошо.
— Что ты думаешь о походе? — Кроуфорд встал позади нее, почти касаясь ее спины, когда она повернулась к нему.
— Поход? — Мила совершила ошибку, глядя ему в глаза. Они были темными от озорства.
— Да. Вчера я показал тебе дом. Хочешь посмотреть территорию? Есть пару хороших троп, озеро, сад, есть охотничий домик. Ты не захочешь уехать домой, не увидев всего.
— Еще один дом? — это прозвучало глупо.
— Место, где мы с братьями любим иногда тусоваться. В деревенском стиле. Что ты на это скажешь?
Ее зубы впились в нижнюю губу.
— У меня нет подходящего походного гардероба, — Мила указала на свои высокие каблуки.
— А-а-а. Правда. Посмотрим, смогу ли я найти что-нибудь для тебя. Сейчас вернусь.
Кроуфорд исчез из кухни. Девушка услышала, как он хлопал ящиками и дверцами шкафа, прежде чем появился на лестнице.
Он предложил Миле комплект одежды.
— Знаю, что это не твой обычный стиль, но думаю, что это подойдет.
Она осмотрела то, что он ей принес. Еще одна футболка, фланелевая рубашка на пуговицах и пара пижамных брюк. Ничего из этого не подходило.
— А обувь?
— Я могу понести тебя на руках?
Мила почувствовала румянец на щеках.
— Не получится, — рядом с Кроуфордом она чувствовала себя миниатюрной и женственной, но она не собиралась проверять его грузоподъемность на пешеходной тропе.
— О, подожди! — он поднял палец вверх. — Есть шанс, что моя мама оставила пару кроссовок здесь на праздники.
Кроуфорд бросился в гараж и вернулся, держа пару кроссовок.
— Думаю, они тоже подойдут.
Мила забрала обувь.
— Примерю все это. Сейчас вернусь.
Она поднялась по лестнице, пытаясь не анализировать, почему Кроуфорд так старался удержать ее в Хайленд-Хаус.
Ее сердце хотело, чтобы была причина. Поцелуй, который они разделили. Прикосновения над чертежным столом. Они по-новому узнавали друг друга. Но в глубине ее сердца, она думала, что сглупила. Если мужчина не замечал ее весь год, одна ночь ничего бы не изменила.
Мила прошла в комнату и оделась в то, что он ей дал.
Завязав фланелевую рубашку вокруг талии, она смогла удержать пижамные штаны. Шнурок был недостаточно длинным, чтобы надежно завязать его.
Девушка посмотрела на свое отражение в зеркале. Ее волосы были длинными и распущенными. Кроме пудры и блеска для губ, она была без макияжа. Не так и важно, сказала она себе.
Мила бросилась вниз по лестнице. Ей нужно покончить с этим. Чем дольше она находится рядом с Кроуфордом, тем больше болело ее сердце.
Глава 9
Он ждал у камина, вышагивая круги перед очагом. Чертовски безумно. Кроуфорд потерял, чертов рассудок. Но внезапно все стало на свои места. Вещи, которые он никогда раньше не видел. Он ударил сам себя.
Мила прекрасна. Ее тело умопомрачительно. Умная. Опытный специалист. И она влюблена в него уже целый год.
Он взял бревно и бросил его на тлеющие угли. Огонь с трудом пробирался сквозь дерево. Кроуфорд растолкал все кочергой.
Мужчина просто удержит ее здесь, чтобы во всем разобраться. Он должен узнать, действительно ли она та самая. Его медведь очень хотел попробовать и почувствовать ее, но он знал, что все не так просто. Кроуфорд не собирался разбивать девушке сердце, чтобы удовлетворить первобытные потребности своего медведя.
Он нашел походный рюкзак в шкафу. Пробежал трусцой по лестнице. Дверь Милы была закрыта.
Кроуфорд вытащил рюкзак. Перед тем, как выйти из комнаты, он остановился перед комодом. Есть шанс, что обстановка быстро накалится, как и прошлой ночью. Он засунул ряд презервативов в карман, прежде чем спуститься вниз, чтобы положить еще воду, питательные батончики и несколько других предметов первой необходимости.
Мужчина услышал мягкие шаги на лестнице и поднял глаза, чтобы увидеть Милу, полностью одетую в одежду, которую он ей дал.
— Мило, — он засмеялся. Одежда слишком свободная и слишком большая для нее, но она выглядела мило. Обворожительно.
— Не смейся. Я не могу ходить на каблуках, — Мила свирепо смотрела.
— Давай. Тебе понравится, — Кроуфорд повел ее через гараж на задний двор. Они миновали сад и ступили на тропу.
Кроуфорд остановился через несколько минут, чтобы проверить девушку. Она шла в ногу с его темпом.
— Ты в порядке?
— Конечно, — она усмехнулась. — Это ничто по сравнению с моим классом сальсы.
— Класс сальсы? — Кроуфорд придержал ветку, чтобы Мила прошла мимо него.
— Да. Сальса. В четверг вечером мы с друзьями ходим на уроки сальсы, где учим танцевальные па, а после занятий обычно вся группа ходит куда-нибудь танцевать.
— На самом деле? Не знал, что ты танцуешь. Звучит весело.
— Так и есть. Это интенсивная тренировка. Но веселая. Активная.
Он улыбнулся. Кроуфорд представил, как ее бедра раскачиваются в такт музыке. Ее тело движется в ритме сальсы. Черт. Он тяжело сглотнул. Это единственное, о чем он смог думать. Боже, ему нужно знать, как двигается ее тело.
Еще пятнадцать минут до домика. Кроуфорд остановился у дерева и потянулся в рюкзак за бутылкой с водой. И для Милы тоже.
— Воды?
— Конечно, — она взяла бутылку из нержавеющей стали и сделала глоток. Капля соскользнула с ее губ и покатилась по подбородку.
Кроуфорд потянулся вперед, вытирая каплю пальцами, прежде чем она потекла бы по ее горлу.
Глаза Милы вспыхнули. Он слышал, как у нее участился пульс. Его медведь настроился на каждое ее движение.
— Мы почти на месте, — Кроуфорд прочистил горло. Он засунул свою бутылку в рюкзак. — Домик чуть дальше в этом направлении.
Они снова пошли по тропинке.
— Ты когда-нибудь пробовал танцевать сальсу?
— Нет. У меня нет времени ни на что, кроме работы. В этом году мы взяли на себя так много проектов.
— Ты должен сделать что-то вне офиса, что-то для своего удовольствия. Есть ли у тебя способ снять стресс?
Он почти засмеялся.
— Да. Можно сказать, у меня есть парочка.
Кроуфорд смог увидеть очертания дымохода, выглядывающего из-за деревьев.
— Вау, — прошептала Мила.
— Мы пришли.
— Похоже на домики из старых фильмов. Идеально. Могу поспорить, что ты его придумал.
— Правда? — он вынул ключ из кармана и отпер дверь. Она скрипнула.
— Конечно, — Мила улыбнулась, шагнув мимо него.
Это простой коттедж. Он, Хадсон и Страйкер хотели иметь безопасное место на территории, где они могли бы следить за всем, свободно обращаться в свои истинные формы и убегать от остальной семьи, когда праздники становились слишком сумасшедшими. Они считали домик своей мужской пещерой.
Здесь стоял ряд двухъярусных кроватей, вдоль одной стены, двуспальная кровать напротив маленького дивана в центре номера. В углу стол, который Кроуфорд сделал во времена колледжа. Временный, но ставший постоянным.
— Прости, здесь так холодно, — Кроуфорд заметил, что Мила потирает руки, чтобы согреться.
— Все нормально. Какое милое местечко, — она огляделась по сторонам. — Маленький, но симпатичный.
— Я не скажу своим братьям, что ты это сказала, — Кроуфорд положил рюкзак на стол и начал растапливать камин. — Здесь буквально через секунду потеплеет.
В ведре был тайник с бревнами. Он сложил их в камин, разложил кусочки для растопки и зажег спичку. В считанные минуты растопка зажгла остальные бревна. Внутри все начало светиться теплом.
— Как давно у тебя это место? — Мила сидела на диване и смотрела, как он работает.
— Когда были детьми, мы ночевали здесь в палатках, — он поднялся с пола. — Затем, когда стали старше, мы решили, что могли бы построить что — то более существенное. Мы втроем сделали его вместе, — Кроуфорд постучал в стену. — Она прочная.
Девушка стянула фланелевую рубашку с талии.
— Есть шанс, что у вас есть ванная в этом дворце?
— О, да. Я добавил ее несколько лет назад, — мужчина отодвинул дверь в стене, чтобы показать дополнение.
— Благодарю, — Мила прошла мимо него. — Думаю, что сменю рубашку, — она подняла фланель.
— Хорошо. Я принесу нам напитки.
Дверь захлопнулась.
Кроуфорд расстегнул рюкзак и достал два пива. Если бы он принес еще одну бутылку красного вина, было бы, похоже, что он пытался соблазнить ее. Пиво выглядело непринужденно, и Кроуфорд так же, как любил хорошее вино, любил холодное пиво.
Пачка презервативов упала на стол. Он тихо засунул их обратно в сумку. Кроуф не знал, чего он хочет, только, чем дольше он рядом с ней, понимал, что не может думать ни о чем другом. Он не мог вспомнить другую женщину, с которой был. Забыл, что ищет медведицу. Черт, Мила приснилась ему прошлой ночью.
Кроуфорд открыл пиво и сел на диван.
Он никогда не приводил женщину в охотничий домик. Не так, как если бы у него и его братьев были какие — либо правила, но он совершенно уверен, что Мила единственная женщина, которая переступила порог этого домика. Мужчина смотрел в огонь, а огонь взывал к жизни.
В своем сердце он понял, что все это значит. Есть причина, по которой Мила появилась у него на пороге. Причина, что его медведь оживился, когда она поцеловала его. Причина, по которой она снилась ему прошлой ночью. Кроуфорд посмотрел на дверь ванной.
Его медведь стал беспокоиться.
Глава 10
Мила возилась с пуговицами на фланелевой рубашке. Ванная достаточно широкая, есть, где развернуться. Душевая кабина, раковина и туалет. Она благодарна, что мужчины Хайленд установили ванную здесь. Ей стало интересно, как они провели воду.
Мила завязала кончики рубашки узлом. Она отказалась от пижамных штанов. Они бы висели на бедрах, что ни делай. Девушка постирает все и вернет Кроуфорду в конце недели.
Она скользнула в дверь. Он сидел на диване, отсалютовал пивом в ее сторону.
— Разве ты не любитель красного вина? — спросила она, садясь рядом с ним.
— Я так же люблю холодное пиво, — Кроуф усмехнулся.
Ее желудок сделал сальто. Его губы сладкие и вкусные. То, как мужчина улыбнулся ей, заставило Милу забыть все причины, по которым она должна была быть раздражена из-за того, что он отверг ее. Вместо этого она почувствовала, как влюбленность возвращается.
Девушка закрыла глаза и вздохнула. Она никогда не забудет этого мужчину.
— Что-то не так? — Кроуфорд наклонился к ней.
— Нет. Я в порядке, — девушка сделала глоток пива, концентрируясь на вкусе. Ей нужно было сосредоточиться на чем-то, кроме его губ.
— Здесь довольно быстро потеплело, — Мила заметила, как домик разогрелся. Кроуфорд подкинул в камин больше бревен.
— Да, приятно немного погреться, — он протянул руку вдоль спинки дивана, касаясь ее плеча. — Приятно, что у нас есть это место, чтобы отдохнуть от похода.
— Так и есть, — Мила знала кое-что получше, чем можно заняться, смотря в его темные глаза и чувствуя, что ее колени ослабли.
— Я думал, мы можем поговорить.
Ее глаза расширились.
— Поговорить? — ее голова закружилась.
— Да. Поговорить. Думаю, нам есть что обсудить.
Она хотела выпить все пиво, но заставила себя остановиться после еще одного глотка. Для этого ей может понадобиться ясная голова.
— Ладно, о чем?
Его взгляд смягчился, когда Кроуфорд повернулся к ней.
— Мне кажется, я вел себя как идиот.
— О чем ты вообще говоришь? — прошептала девушка.
Он провел по ее лицу тыльной стороной ладони. От этого у нее по коже пробежала теплая дрожь.
— Ты, Мила. Была передо мной все это время, — Кроуф пододвинулся поближе.
— М-м-м, — Мила не понимала, к чему это приведет. Ее пульс участился.
— И прошлой ночью мои глаза открылись, на то, что я должен был увидеть с самого начала. Его руки гладили ее лицо, поглаживали губы.
Она почувствовала, как тепло его дыхания коснулось ее щеки.
Когда его рот прикоснулся к ее, Мила почувствовала внезапное сжигающее пламя на ее губах и языке. Она сжимала его шею, посасывала и целовала.
Губы Кроуфорда прильнули к ее горлу, покусывая за ухо. Его руки уже расстегивали пуговицы на рубашке, стягивая фланель с ее плеч. Жар полыхал между ее ног, когда его губы прижались к ключице. Голова Милы закружилась от этих ощущений.
Нереально. Кроуфорд снова ее целовал. Все быстро вернулось назад. Чувство прикосновения его рук. Сила в его руках. Ее сердце беззащитно от его прикосновений.
Девушка открыла глаза, когда почувствовала, что он отошел. Мужчина встал с дивана и через несколько секунд сгреб ее в свои объятия, неся с поразительной легкостью. Кроуф пересек комнату и положил Милу на кровать. Он посмотрел ей в глаза, изнемогая от желания к ней.
Мужчина снова поцеловал ее, глубоко орудуя своим языком в ее рту.
Его руки исследовали тело Милы, пока не очутились на лифчике. Кроуфорд расстегнул его одним щелчком и спустил его с плеч девушки. Она посмотрела на него, но он уже начал облизываться. Кроуф спустился к ее груди, потянув зубами сосок. Мила сопротивлялась ощущениям, но хотела его, нуждалась в нем.
— О, — промурлыкала она, когда Кроуфорд сжал ее плоть в своих грубых руках.
Его язык щелкнул по ее соску, заставляя тот затвердеть как никогда прежде. Мила извивалась под давлением, наслаждаясь ощущениями, обжигающими ее грудь.
— Они великолепны, — прорычал он. — Нереальны, — зубы зажали второй сосок, и началась сладкая пытка другой груди.
Девушка схватилась за его голову, крепче прижимая к груди.
Его взгляд устремился на нее.
— Какая же ты на вкус? — Кроуф поиграл бровями.
Прежде, чем Мила успела возразить, он стащил с ее бедер свободные пижамные штаны, обнажая ее плоть.
— Опять без трусиков?
Она кивнула, наполненная чистым желанием и нуждой. Кроуфорд полностью ее раздел. Мила лежала голая на кровати в домике, рядом горел огонь, а мужчина, которого она любит, хотел оказаться у нее между ног. Ее мечты не сравнятся с тем, что происходит.
Девушка вздохнула, когда он широко раздвинул ее колени.
— Ты так много для меня сделала, — прошептал он. — Позволь мне сделать это.
Сначала прикосновение было легким. Его дыхание обдуло кожу, согревая ее, затем она почувствовала, как его пальцы массируют ее вход. Мила пошевелилась от прикосновений и застонала, когда его пальцы растянули ее. Кроуфорд провел языком между ее ног, облизывая бутон, который пульсировал от возбуждения. В голове все будто взорвалось.
— О Боже, — прорычал Кроуфорд. — Я не знал, что ты будешь такой сладкой, — его язык, горячий и влажный, лизнул у ее входа, прежде чем снова закружить над клитором. Он сосал нежно, пока его пальцы двигались внутри.
Девушка сопротивлялась ощущениям в сердце. Тяга увеличивалась по мере того, как она чувствовала приближение оргазма. Кроуфорд еще раз провел языком по клитору, прежде чем погрузить его глубоко в нее. Ее тело выгнулось на кровати, прижавшись к его лицу. Мила сжала его волосы, двигая бедрами, раздвигая колени, отчаянно желая больше открыться ему.
Она почувствовала вибрации его рычания между ног. Ее глаза расширились, и она посмотрела вниз. Он просто потерялся в ней. Пируя ее соками. Желая попробовать ее вкус. Его язык должен заставить девушку чувствовать удовольствие, и, боже, это работает.
Она сжала простыни в кулаках.
— Я собираюсь кончить, Кроуфорд. Пожалуйста, не останавливайся. Не останавливайся, черт возьми.
Мила закричала, когда он прижал ее колени к матрасу и заставил свой язык, насколько это, возможно, войти в нее. Оргазм зародился изнутри, когда это ощущение начало просачиваться через тело, забирая контроль и передавая его Кроуфорду.
Он усердно посасывал ее, затем встал. Его руки оказались на пряжке ремня. Кроуфорд стянул джинсы и бросил их на пол. Мила подвинулась вперед, чтобы оголить его грудь. Ее пальцы гладили, приземлившись на резинку на боксерах.
— Ты мне нужна, Мила, — мужчина прижал ее руку к твердости между его ног, и позволил стону ускользнуть в воздух.
Она кивнула.
— Я… я так давно тебя хотела. Не могу поверить, что это происходит, — Мила хотела притормозить. Она хотела застыть в этом моменте навсегда. Моменте, когда Кроуфорд Хайленд отнес ее в свою постель и поклонялся ее телу своими руками и ртом.
Мила лежала на кровати, трепеща от этого мужчины.
Он стянул боксеры, и ее челюсть чуть не упала. Его член пульсировал от желания к ней. Он был длинным и твердым, жестким и толстым. Она никогда не хотела ничего так отчаянно в своей жизни.
Кроуфорд наклонился к ее губам, медленно целуя ее. Его язык скользил по рту, когда он примостился между ее ног. Девушка чувствовала, как его твердость прижимается к ней. Мила хотела открыться ему, принять его в себя и удержать, но Кроуфорд все контролировал. Они продвигались в его темпе.
Мила поняла, что он всегда все контролировал. Неважно, что она была умной и независимой женщиной, она отдала свое сердце ему в ту минуту. Как они встретились. Теперь она отдаст ему свое тело. Она хотела, чтобы он все знал. Он должен знать, прежде чем погрузиться глубоко в нее.
Кроуфорд приподнялся на локтях, глядя ей в глаза.
— Я лучше возьму презерватив.
Она схватила его за запястье.
— Нет, — Мила остановила его.
— Нет? — он переспросил. Мила увидела похоть в его глазах.
— Мне нужно чувствовать тебя. Всего тебя, — прошептала девушка. Боль была настолько сильной, что начала просачиваться в ее вены. — Я на противозачаточных. Тебе не нужно беспокоиться.
— Но…, — Кроуфорд опустил голову, держа свое тело, балансируя над девушкой. — Это означает многое…, — он поцеловал ее плечо.
— Знаю, это так, — она ждала, чтобы сказать эти слова. — Я влюблена в тебя, Кроуфорд. Я всегда была влюблена в тебя.
Его губы коснулись ее, глубоко поцеловав.
— Я должен был тебя заметить. Был слишком сосредоточен на неправильных вещах.
Ее сердце трепетало в груди. Слова повлияли на все ее чувства. Целый год она ждала, пока он ее заметит. Увидит ее. Будет смеяться с ней. Пофлиртует. Пригласит на ужин. Попросит остаться на ночь. Займется любовью.
— Вот почему мне нужно, чтобы, между нами, ничего не было, — объяснила она.
Кроуфорд опустил голову ей на грудь. Его язык пробежал по соску. Мила наслаждалась этим ощущением.
— О, — простонала она.
Ей нравилось, как он засасывал его в рот. Она снова почувствовала, как все внутри сжимается.
— Я всегда думал, что моя пара будет кем-то вроде меня, — мужчина поцеловал ее между грудей. — Но теперь, я вижу, насколько я был глуп, — его руки скользнули ей между ног, и она открылась ему. Он усмехнулся. — Ты такая мокрая и готовая.
Ее бедра качнулись вперед, и она ахнула, когда Кроуф просунул палец ей во вход. Мила уже хотела ощутить его твердый член, но его пальцы задвигались, и она не смогла удержаться наслаждения.
— Кроуфорд, — простонала она. — Я так долго этого ждала, — ее голова передвинулась в сторону.
Он растягивал ее вход, и Мила задавалась вопросом, помогает ли он ей подготовиться к его размеру. Было бы непросто принять его всего сразу, но она хотела попробовать.
— Я знаю, что это так. Я чертов идиот, — Кроуфорд двигал пальцами взад и вперед, а потом поднес их к своим губам. Его язык облизал пальцы. — Ты такая замечательная, — глаза Кроуфорда закрылись, и Мила застонала, когда его пальцы снова скользнули внутрь нее.
— Хочу тебя, — Мила задыхалась. — Ты нужен мне. Я не хочу кончать без тебя, — она пыталась сдержать свой оргазм. Прекрасный и деликатный — от его прикосновений и слов. От тепла их тел.
— Я тоже хочу тебя, детка, — Кроуфорд поцеловал ее ключицу. — Я хочу похоронить себя внутри тебя, — он поцеловал ее горло. — Хочу любить тебя до завтрашнего рассвета, — Мила застонала от его слов. — Хочу наполнить тебя. Я хочу познать каждую частичку тебя.
— Что тебя останавливает? — она усмехнулась. — Я твоя.
Глава 11
Кроуфорд посмотрел ей в глаза. Женщина перед ним его пара. Только она понятия не имела, что это значит. Он никогда не беспокоился о такой ситуации. Мужчина планировал найти медведицу. Но Мила не медведь.
Она великолепная сексуальная женщина, умоляющая заняться с ней любовью, пока не взошло солнце. И он больше ничего не хотел делать. Его медведь жаждал Милу.
Кроуфорд застонал. Он хотел взять ее, но не знал, что она почувствует, когда узнает о другой стороне его жизни. Той, что привела их в этот домик. Он хотел быть глубоко внутри нее. Хотел от Милы детенышей. Хотел сказать ей, что она его пара. Но он должен сделать это правильно.
Кроуфорд сел. Он увидел выражение паники на лице девушки.
— Что случилось?
— Ничего плохого не случилось, — он взял ее на руки и прижал к своей груди. Кроуф услышал глухой стук ее сердца. — Мне тоже нужно тебе кое-что сказать. До того, как мы… до того, как ты станешь моей.
Взволнованный взгляд на ее лице мгновенно превратился в застенчивую улыбку.
— Я буду твоей?
Кроуфорд кивнул головой.
— И я думаю, что нам нужно перевести дух.
— Слишком быстро, так? — Мила искала ответ в его глазах, но он знал, что она, ни за что не догадается. — Не слишком-то и быстро. Мы хорошо знаем друг друга. Мы знаем друг друга уже год.
Кроуфорд повернул ее лицом к себе. Ее кожа мягкая и теплая под его руками. Он почти отказался от своей идеи, но хотел, чтобы его пара знала с самого начала. Мужчина был счастлив и взволнован. Он собирался сказать Миле, что она та женщина, с которой он проведет вечность.
Его сердце чуть не выпрыгнуло из груди.
— Это не слишком быстро. Все идеально, — Кроуфорд заправил ей волосы за ухо. Боже, она прекрасна. Почему он раньше не видел этого изумрудного блеска в ее глазах?
— Если дело в презервативе… — покраснела она. — Меня проверяли, и я не спала ни с кем в этот год. С тех пор, как мы познакомились. Я просто не могла этого сделать.
Он застонал. Черт. Кроуфорд не думал о том, что она была с другим мужчиной, но его сердце забилось быстрее от знания, что она все это время хранила себя для него.
— Дело не в презервативах. Но это играет свою роль, — мужчина положил руку на ее сердце, чувствуя определенный ритм под ладонью.
— Что?
— Ты и я. Ты ведь этого хочешь, правда?
Она кивнула.
— Это все, чего я хочу.
Кроуфорд улыбнулся. Она идеальная женщина. Женщина, которая подарит ему детей. С которой он будет всем делиться. Он думал, что поймет, когда найдет свою вторую половинку. Кроуфорд всегда думал, что это будет мгновенная вспышка осознания, когда он встретит медведицу, предназначенную для него. Может быть, так было бы с Милой, если бы он притормозил на секунду и дал ей шанс. Теперь это не имело значения. После поцелуя и, сейчас, держа ее на руках, он знал. Она та самая.
— Я тоже этого хочу. Но хочу, чтобы ты знала обо мне все.
Мила хихикнула.
— Думаю, я уже все знаю. Охотничий домик был новой информацией, но знаю тебя, Кроуфорд. Я каждый день рядом с тобой.
— Знаю, что это так. И все это время мы могли бы быть вместе. На нашем месте могли бы быть мы. Я мог бы брать тебя каждый день.
Кроуфорд почувствовал, как ее сердце забилось сильнее от его прикосновения.
— Не волнуйся, — прошептал он. — Я так и сделаю.
Мила коснулась его губами.
— Тогда чего же ты ждешь?
Невероятно. Освобождение. Он собирался заявить, что Мила — женщина, предназначенная для него. И если ему повезет, магия оборотней будет сильнее, чем противозачаточные Милы. Он заполнит ее своим семенем, снова и снова. Его медведь зарычал от нужды.
— Я не похож на других мужчин, Мила, — Кроуфорд оторвал свои губы от девушки. — Раз ты со мной, это навсегда. Я искал тебя всю свою жизнь. И наконец-то смогу быть с тобой так, как мы всегда должны были быть вместе.
Она застонала, когда мужчина притянул ее ближе к себе. Мила оседлала его бедра.
— Я хочу этого.
Кроуф взял ее лицо, крепко прижимаясь к губам.
— Ты — женщина, которая любит меня. Ты женщина, которая должна любить моего медведя.
— Я люблю тебя, Кроуфорд, — прошептала она между вдохами.
— А мой медведь? Ты действительно любишь его? — он всмотрелся в ее лицо, пытаясь читать по ее глазам.
— Я люблю каждого из вас. Всегда любила, — Мила этого не понимала.
— Мила, я пытаюсь тебе кое-что сказать, — Кроуфорд поцеловал ее еще раз. — Я — медведь-оборотень.
Глава 12
Мила посмотрела на него. Мужчина, в которого она влюблена, которому она готова отдать свое тело. Человек, чьи поцелуи превратили ее кровь в жидкую корицу.
— Медведь? Что ты имеешь в виду? Как твое духовное животное?
Кроуфорд засмеялся, его широкие плечи дрожали.
— Нет. Я говорю о себе. Я — медведь. Так было всегда, — он освободил ее лицо из своих ладоней.
Мила отрицательно покачала головой.
— Что? Нет.
— И никогда не было женщины, которой я хотел бы рассказать. Никогда не было женщины, которую я считал своей парой.
Мила присела. Ей было все равно, что они оба голые, и она собиралась отдаться ему. Ее мир внезапно отклонился от своей оси.
— Это не имеет смысла. Это… нет, — она посмотрела на мужчину и молилась, что неправильно поняла.
— Сначала это может немного сбить с толку, но…
— Сбить с толку? Какого черта ты говоришь? — Мила не хотела злиться. — Это полная чушь.
— Может, мне стоит начать сначала?
Мила кивнула.
— Да. Пожалуйста.
— Я все еще тот, кого ты видишь. Тот же человек, с которым ты работала весь год. Все еще архитектор. Все еще мужчина. Но есть и другая сторона меня. Я — медведь.
— Ты превращаешься в медведя? — Мила не могла поверить, что задала этот вопрос.
Он кивнул головой.
— Могу обратиться, когда захочу. Много работал, чтобы получить полный контроль, но все вышло. Обращаюсь только тогда, когда хочу. Это не спонтанная вещь.
— Ты собираешься сделать это сейчас?
— Нет. Нет. Я бы не стал этого делать, — Кроуфорд взял ее руки в свои. Мила почувствовала тепло и силу его рук.
Она молчала.
— Скажи мне, о чем ты думаешь прямо сейчас, — его лоб нахмурился, а глаза остановились на ее.
— Я твоя пара?
— Боже, да. Ты — Мила. Влечение, которое ты испытывала ко мне весь год. Ты когда-нибудь чувствовала что-нибудь подобное?
Она отрицательно покачала головой.
— Нет, — Мила не сравнивала свои чувства с прошлыми отношениями, но знала, что ничего подобного не было. Не могло быть. Ее любовь к Кроуфорду сильная, идущая глубоко из глубины души.
— Это потому, что ты моя пара, Мила. Ты почувствовала раньше меня, — Кроуф схватил ее за плечи. — Я — медведь-оборотень. И родился в семье оборотней. И ничего не могу с этим поделать. Вот кто я. И ты говоришь, что любишь меня. Ты любишь мужчину во мне. Мне нужно, чтобы ты полюбила и медведя.
Мила не знала, что сказать. Тишина окутала их.
Огонь мерцал за его плечами. Она видела, как пламя опускалось к коротким оранжевым и красным углям. Стало холодеть. Кроуфорд подошел к камину и бросил несколько бревен.
Комната снова озарилась свечением огня.
Мужчина присел на краю кровати.
— Возможно, я ошибся. Думал, если скажу тебе, это ничего не изменит. Теперь идиот дважды, — он уткнулся головой в руки. — Но я не могу заниматься с тобой сексом и не говорить тебе, кто я. Кем я являюсь. И определенно не готов претендовать на тебя, если ты не знаешь, что это значит.
Мила почувствовала острую боль в сердце. Она была раздавлена, увидев этого огромного страдающего мужчину. Величайшее испытание, с которым столкнулось ее сердце.
Она положила руку ему на плечо.
— Я люблю тебя, Кроуфорд.
Он повернулся к ней, его щеки блестели от слез.
— Что ты хочешь сказать?
— Я была влюблена в тебя целый год, не уйду и сейчас, — Мила хотела притянуть его к своей груди и позволить прижаться к ней, сильнее, чем это было необходимо, чтобы ощутить его тепло внутри. Ее внезапная потребность в нем ранила. Она хотела доказать это ему.
— А медведь? — он подполз к ней на четвереньках, прижимая к себе.
У Милы перехватило дыхание в горле, когда он возвысился над ней. Широкая грудь. Гладкие мускулы рук. Он все, чего она хочет.
Она кивнула.
— И медведя.
Мужчина набросился на нее, исследуя ее рот своим языком. Мила застонала, когда почувствовала, как его руки бродят по ее телу, поглаживая изгибы.
— Ты должна мне сказать, — его взгляд остановился на ее глазах. — Я не могу заклеймить тебя, если ты не хочешь.
Она облизнула свои губы. Были ли сомнения, что Мила хотела этого мужчину? Каждая его часть принадлежала ей так же, как каждый дюйм ее тела принадлежал ему. Его блестящий ум. Артистизм. Голос. Глаза. Она все это очень любит.
— Я хочу тебя, Кроуфорд. Хочу, чтобы ты взял меня. Сделай меня своей, и я сделаю тебя своим. Я ждала целый год, не заставляй меня ждать ни секунды дольше.
— О, Мила, — мужчина поцеловал ее шею. Его рука скользнула между ее ног, проверяя насколько, девушка была мокрой и готовой. — Черт, я собираюсь заклеймить тебя, так, как ты этого заслуживаешь.
Она посмотрела ему в глаза, но прежде, чем она смогла обхватить руками его шею, Кроуф перевернул ее на живот.
— О-о!
Он потянул ее вниз, и Мила оглянулась через плечо. Ее соски коснулись подушки. Она ждала, когда мужчина войдет в нее, быстро и мощно, но вместо этого она почувствовала пальцы Кроуфорда на ее гладких складочках, массируя ее, кружа вокруг клитора.
— Ты заслуживаешь лучшего, детка, — другая его рука потянулась вперед, перекатывая ее сосок между пальцами.
— О, Боже, — Мила сжала бедра. Ощущения были настолько сильными, что они распространялись по всему телу.
— Вот так, детка. Чувствуй это. Наслаждайся, — Кроуфорд дразнил ее вход своей головкой.
— Кроуфорд, пожалуйста, — умоляла Мила, чувствуя, что ее вход горячий, как расплавленная лава, когда он немного вошел. Она не была готова к тому, как интенсивно он будет чувствоваться, насколько она готова принять его.
— Скажи мне. Скажи мне, моя пара, — Кроуфорд протолкнулся немного дальше, но не двигался глубже.
Ее бедра покачивались. Мила нуждалась в нем внутри себя. Нужно было почувствовать его изнутри.
— Пожалуйста, возьми меня, — хныкнула она. — Ты нужен мне внутри. Заполни меня, — Мила не смогла бы принять его, если бы он этого не сделал.
— Беру тебя, — Кроуфорд скользнул в нее, и она напряглась.
— О, — простонала Мила. Это было все, о чем она мечтала. Даже лучше. Огонь и лед наполняли ее тело. Магия, наконец, овладела ее кожей и дышала пламенем желания через кровь. Она двинулась навстречу Кроуфорду, когда его руки накрыли ее груди. Его член снова скользнул в ее тесный, мокрый вход, и Мила выкрикнула его имя.
Она раздвинула для него ноги, испытывая жажду почувствовать его еще глубже.
— Детка, ты так чертовски приятна, — Кроуфорд схватил ее за бедра, когда вышел, а затем снова резко вошел по самые яйца.
Мила задыхалась, ее бедра качались все сильнее, нуждаясь в большем. Нужно, чтобы он наполнил ее.
— Возьми меня, Кроуфорд. Боже, да. Да.
Это не было похоже на то, что она чувствовала раньше. Ее тело больше не принадлежало ей, оно принадлежало мужчине, посылающему дрожь по ее венам. Целовавшему, лизавшему, любившему ее.
Кроуф задвигался резче.
— Кончи со мной, — простонал он. Мужчина отпустил ее бедро, и его пальцы массировали пульсирующий клитор. После очередного движения Мила закричала, когда оргазм обрушился на нее с огненной настойчивостью.
Она прижалась к подушкам, в то время как ее тело сжималось вокруг члена Кроуфорда. Мила нуждалась в этом. Она нуждалась в его освобождении, наполняя ее, нагревая, просачиваясь в нее. Он растянул ее вход шире пальцами, давая члену больше места, чтобы двигаться глубже. Мила не знала, что он может быть глубже, пока он не соскользнул еще на дюйм.
— О, Кроуфорд, это так много. Но ты мне нужен, — воскликнула Мила.
И тогда она почувствовала, как теплое успокаивающее ощущение наполнило ее, пока он пульсировал в ней, изливаясь глубоко внутрь. Это ощущалось так естественно, и Мила почувствовала внезапное удовлетворение, как будто в первый раз она сделала самую важную работу в своей карьере.
Кроуфорд обнял ее, прижимая голову к влажной груди.
— Я чувствую себя по-другому.
— Все дело в магии, — он поцеловал ее в макушку. — Магия оборотней сильна.
— Я стану медведем? — спросила Мила, понимая, что не знает, что делает магия оборотней.
— Нет. Ты останешься женщиной. Моей женщиной. Наслаждайся тем, что чувствуешь. Мне нравится дарить тебе свою магию.
— Я никогда не делала ничего подобного, — ее тело полностью принадлежало ему, и она это знала. Этот мужчина принадлежал ей. Мила провела кончиками пальцев по его плечу. Его мышцы дрожали от ее прикосновения.
— Я никогда не делал этого раньше. Это было охренительно, — прорычал он. — Всегда слышал, что секс с парой — это безумие, но понятия не имел, — девушка почувствовала улыбку на его лице.
— Это было довольно удивительно, не так ли? — она тоже улыбалась. Все запреты исчезли. Беспокойства, что она не сможет удовлетворить его. Что не доставит ему столько удовольствия, сколько ему нужно. Она знала, что ее тело удовлетворяет все его потребности. Оно было создано для этого безумца и его медведя.
— Знаешь, в чем сейчас проблема? — Кроуфорд приподнялся на локте. Она смотрела на плавные линии его тела. Мила никогда не устанет изучать его тело.
— Что?
— У нас недостаточно еды, чтобы продержаться в этой хижине неделю, — он засмеялся.
— Неделю? Как насчет одной ночи? — Мила вдруг очень проголодалась.
— Возможно, я взял немного еды. Но всегда могу вернуться домой и принести несколько вещей.
— Не думаю, что хочу, чтобы ты уходил.
— Ты знаешь, что теперь это навсегда. Я никогда не уйду.
Мила почувствовала, как слезы капали из уголков ее глаз.
— Что случилось? Что я сделал? — Кроуфорд выглядел испуганным.
Она отрицательно покачала головой.
— Просто я так долго этого ждала. Не могу поверить в происходящее. Это слезы счастья.
Кроуф вытер их подушечкой большого пальца. Его грудь завибрировала, и он толкнул девушку на спину. Мила подняла на него глаза.
— Я, наверное, заранее извиняюсь.
— За что?
— Я новичок в этом деле. У тебя был целый год. А я только понял, как сильно тебя люблю. Сейчас, больше нигде не хочу быть, кроме как внутри тебя. Мне потребуется время, чтобы почувствовать, что я полностью заклеймил тебя. Мой медведь должен это осознать.
Мила застонала, чувствуя, как он опускается у нее между ног. Ее колени разъехались в стороны.
— Никогда не уходи, — прошептала она, когда он толкнулся в нее. — Твой медведь может брать меня сколько хочет.
Ее бедра поддались навстречу его телу, и Мила двигалась на нем, пока они были в горячем безумии, чтобы одновременно кончить. Их тела растворялись в друг друге. Кроуфорд взревел, когда начал кончать.
— Я никогда не уйду, — прорычал он ей на ухо.
И она вцепилась в него, пока получала удовольствие, разрывающее ее вены.
Глава 13
Кроуфорд наблюдал, как Мила спит. Свет от камина красиво отражался на ее лице. Его рука удерживала ее. Он не знал, как магия оборотней отразиться на девушке, если она пьет противозачаточные, но Кроуф надеялся, что его детеныши скоро появятся на свет. Он ничего не мог с собой поделать. Его медведь нуждался в продолжение рода так, как нуждался в воздухе.
Медведь остался доволен. Впервые в жизни Кроуфорд ощутил полное удовлетворение и покой. Кроме его ненасытной потребности заклеймить Милу, его сердце переполнилось чувствами так, как он и не подозревал.
Это то, что он искал. Его пара. Женщина, которая будет с ним всегда. Кроуфорд очень сильно любит ее. Может быть, он немного перестарался, но Мила так же отчаянно хотела, как и он, скрепить их узы. Кроуф увидел это в ее глазах. Слышал в ее голосе. Почувствовал в теле, когда их накрывал очередной оргазм. Она забрала у него все. Украла его дыхание. Поразила до глубины души. Он любил, и ему чертовски понравилось это чувство.
Кроуфорд поцеловал Милу в висок, когда вылез из постели. В хижине снова станет холодно, если не положить больше дров в огонь. Он бросил последнее бревно сверху. Ведро стало пустым.
Мужчина сунул одну ногу, а затем другую в джинсы, оставив их не застегнутыми. Убедился, что Мила спит, прежде чем открыл дверь, чтобы выйти в ночь. Позади хижины стоял дровяной сарай, куда они с Хадсоном привезли древесину из главного дома. Он стоял на крыльце, вытягивая руки над головой.
Тело чувствовало себя хорошо. Уставший, но довольный. Небо было ярким, звезды усеивали его. Кроуф улыбнулся, глядя на луну. Он чувствовал себя дерзким, и ему было все равно. Все почти идеально.
Он сошел с крыльца, листья хрустели под ногами. Хадсон выложил два ряда рубленых бревен во время своей последней поездки в поместье. Кроуфорд сжал руки, пока они не могли справиться с весом. Он сходит еще раз, чтобы заполнить ведро. Мужчина снова хотел взять Милу. Им повезет, если они выберутся из хижины к завтрашнему вечеру.
Кроуфорд не знал, что его тело создано для одной женщины. Он не знал, что, его имя на губах его пары пошлет толчки удовольствия через его член. Он усмехнулся, думая о том, что хочет испробовать дальше.
Мужчина обогнул хижину, обхватив руками бревна, когда услышал, как за его спиной щелкнула веточка. Он обернулся, но дрова закрывали ему глаза. Кроуф замолчал на секунду, отсеивая звуки белки или ветра, сбивающие что-то с дерева. Он сделал еще один шаг и почувствовал, что удар в затылок.
— Какого черта? — Кроуф попытался пошевелиться, но его снова ударили, и он оказался на коленях, бревна рассыпались по земле вокруг него.
Кроуфорду показалось, что он слышал женский голос.
— Мила? — прошептал мужчина, а потом все потускнело.
Мила накрылась одеялом. Стало холодно. Глаза открылись. Огня не было, ничего, кроме кучи пепла. Место рядом пустовало.
— Кроуфорд? — девушка позвала пару по имени.
Дверь ванной была открыта. Мужчины не было в хижине. Она обернулась простыню и опустилась на пол. Его рюкзак все еще лежал на столе. Мила улыбнулась пачке презервативов, выглядывающей из переднего кармана. Она рада, что настояла отдаться ему без них. Ей нравилось, как он брал ее.
Рука Милы инстинктивно переместилась к животу. Она не хотела, чтобы это произошло. Она перешла от любви к мужчине к согласию родить ему детенышей в считанные минуты. Ее немного замутило.
Когда Кроуфорд взял ее, она, наконец, поняла, что должна сделать. Она должна быть его парой. Мила прикусила нижнюю губу. Кроуфорд замечательный. То, что он мог сделать с ее телом, было тем, о чем люди не говорят. Она не знала, что можно почувствовать, как блаженство пронзает тело, как по волшебству. Но это именно то, что он с ней сделал. Кроуфорд любил ее до тех пор, пока Мила не подумала, что закричит, если он не остановится, но в ту же минуту, как его прикосновение исчезало, она снова хотела его. Девушка почувствовала небольшую саднящую боль между бедер, но улыбнулась, зная, что поцелуй Кроуфорда погасит боль.
Мила увидела его телефон на диване, где он вчера его оставил. Она огляделась в поисках записки или чего-то такого. Хижина была маленькой. Она попыталась представить убежище для братьев, как он описывал.
Их больше. Больше братьев Хайленд. Кроуфорд не единственный медведь. Мила присоединилась к семье оборотней.
У нее миллион вопросов. Но пока он целовал ее, и любил, вопросы казались неуместными. Они говорили друг с другом через поцелуи и толчки, так глубоко, что она знала, что ее душа светилась.
Прошлой ночью Мила не колебалась. Она любила все в Кроуфорде, и, возможно, это должно было испугать ее. Когда он раскрыл свой секрет, но это заставило ее любить его еще больше. Мила видела его мощь, силу и сердце.
Она открыла входную дверь, чтобы выглянуть наружу, сжимая в кулаке простыню. Крыльцо оказалось завалено дровами. Она перешагнула через бревно. Они были разбросаны повсюду.
— Кроуфорд? — Мила позвала его по имени, чувствуя, что ее голос дрожит. — Кроуфорд? — она бросилась в сторону дома. Девушка увидела след, словно кого-то протащили сквозь листья.
Она наклонилась и обнаружила следы драки. В груди все напряглось. Где он?
Мила услышала, как хлопнула дверь хижины позади нее. Она подпрыгнула, когда грязные руки зажали ее рот, заглушив крик.
Глава 14
Кроуфорд почувствовал, как вода брызнула на его лицо. Он зарычал, качая головой.
— О, хорошо. Он очнулся, — женский голос дошел до его ушей.
Кроуф открыл глаза, приспосабливаясь к темноте вокруг.
— Кто ты? — мужчина попытался пошевелиться, но понял, что его запястья прикованы наручниками к стене. Он натянул цепи.
— Даже не пытайся, — женщина указала на метал. — Они достаточно прочные. Даже для медведя, — ее глаза заблестели.
Кроуфорд изучал ее. У нее были длинные черные волосы и красные пухлые губы. Если бы она не приковала его к стене, он мог бы даже сказать, что она красивая.
— Зачем ты притащила меня сюда? — он не мог не дернуть цепи еще раз.
Женщина стояла над ним, поставив каблуки по обе стороны его ног. Она наклонилась над ним.
— Мне нужна пара.
— Да что б тебя, — Кроуф посмотрел ей в глаза. Она медведица. Чертова медведица.
— Это то, на что я надеюсь, — она провела пальцами по его груди, ногти скользили по коже мужчины. — И бьюсь об заклад, что ты хорошо подходишь.
— Разве ты не слышала о выпивке и кино? Или может, сначала поужинаем? — Кроуф уставился на нее.
Ее губы сомкнулись.
— Звучит заманчиво. Хотя мне нравится, когда за мной охотятся. И я знаю, что тебе нравится охота, — она села к нему на колени, обхватив бедра ногами. — Меня зовут Джеки.
— Отстань от меня, — прорычал он. — Джеки.
— Уверен? Чувствуешь, что тебе нужно больше для разогрева, — женщина похлопала его по ногам, прежде чем наклонилась над его головой, щелкнув наручниками. Прежде чем отпереть вторую руку, она провела губами по его губам, вдыхая ему в рот. Кроуфорд покачал головой.
— Я занят. У меня уже есть пара.
Он сжал руку, разминая ее, прежде чем сбросить похитительницу на пол.
— Х-м! — Джеки уставилась на него. — Если ты говоришь об этой человеческой девушке, она тебе не ровня. Тебе нужна настоящая медведица. Кто-то, кто сможет родить тебе много детенышей. Кто сможет рассказать им об их наследии перевертышей. Поможет им контролировать магию, — она поднялась с пола. — Тебе нужен кто-то, кто сможет справиться с твоим медведем.
— Она справится, — Кроуфорду пришлось посмеяться. — Я чертовски счастлив. Меня не интересует другая медведица. Или женщина, — он следил за женщиной. — Приятно знать, что за нами следят, — Кроуф уставился на нее. — Как ты вообще узнала, что в этом районе есть медведи?
Джеки засмеялась.
— Три брата. Семейная династия. Усадьба Хайленд известна. Я рискнула, что кто-то из вас будет здесь.
Кроуфорду не понравилась идея, что Джеки шпионила за ними, особенно прошлой ночью. Он не удивился бы, если она видела Хадсона или Страйкера во время их визита сюда.
— Есть много способов найти себе пару. Я не рекомендую этот, — мужчина был готов выбраться отсюда.
— Может и так, но ты должен понять, что ты с ней делаешь. Я могу быть такой парой, какой она никогда не будет.
— Оставь Милу в покое, — проревел он.
Джеки скривила нос.
— И что будет, если ты дашь ей такое количество детенышей, что это убьет ее? — взгляд Джеки пронзил Кроуфорда. — Или они обратятся, и она не сможет их сдержать? Она не знает, как быть медведицей. Мальчики-подростки — это беда. Бьюсь об заклад, — она подмигнула ему.
Кроуфорд покачал головой.
— Ты не понимаешь, о чем говоришь. Она не первая, кто встречается с медведем.
— И она не будет первой, кто умрет от этого.
Кроуфорд отошел от нее.
— Нет. Я люблю ее. Не позволю, чтобы с ней что-то случилось.
— Вот почему медведи должны быть с медведями. Посмотри на себя, — Джеки провела рукой по его спине. Он содрогнулся от ее прикосновения. Неправильно чувствовать, что кто-то другой управляет его телом. — Ты сильный, Альфа-медведь. Тебе нужны детеныши. Много, — Джеки обошла его. — И представь магию между двумя оборотнями. Представь, что мы могли бы сделать вместе. Силу наших тел, — она говорила низко и соблазнительно.
Кроуфорд отошел от нее.
— Нет. У меня есть пара. Найди кого-нибудь другого.
— Но это заманчиво, не так ли? — ее глаза манили. Маленькие огоньки кобальтового синего, плавающие сквозь увядшую лаванду. — Ты когда-нибудь думало том, чтобы быть с медведицей?
Он кивнул головой.
— Конечно. Я — оборотень, а не чертов священник.
Джеки улыбнулась.
— Тогда зачем довольствоваться человеком, если можно иметь то, чего всегда хотел?
— Потому что я влюблен в нее, — Кроуфорд попытался выдавить свои слова.
— Любовь? Откуда ты знаешь, что влюблен, когда даже не пробовал быть с оборотнем?
— Прекрати это! — он взревел, его голос эхом отдавался от стен пещеры.
Вместо того чтобы напугать ее, все случилось наоборот. Ее дыхание перехватило.
— Я знала, что ты сильный, — Джеки облизнула губы, приближаясь к нему.
Кроуфорд оглядел пещеру. По обе стороны от него туннели. Он не знал, как сюда попал, или как, черт возьми, он выберется, но должен попытаться. Он должен вернуться к Миле.
Кроуф слушал, надеясь узнать звук, который укажет ему на выход, но вместо этого услышал крики. Его охватила паника.
Глаза вспыхнули на Джеки.
— Что ты натворила?
— Я думала, мы сможем положить этому конец, если твоя пара отпустит тебя. Я привела ее к тебе, — она улыбнулась.
Кроуфорд в ужасе смотрел, как другой медведь тащит Милу через плечо, завернутую в простыню. Она пиналась, била кулаками по спине мужчины.
— Отпустите меня! — закричала Мила.
Джеки наблюдала за Кроуфордом.
— Видишь, любовничек? Она слабая.
Мила вскрикнула, когда медведь скинул ее на пол, она прижала простыню к груди и повернулась в его сторону.
— Кроуфорд?
Глава 15
Какого черта происходит? Ее выкрали с крыльца хижины, протащили через лес и бросили на пол пещеры.
Мила подняла глаза, ее сердце согрелось при виде Кроуфорда. Слава Богу, он в порядке.
— Ты в порядке?
Он кивнул, но она увидела выражение его глаз. То же самое было у него перед собранием членов правления. Он сказал, что не знал, что он собирался сказать, и был совершенно не готов.
Стоявшая рядом с ним, слишком близко, женщина — стерва. Она сногсшибательна. И ее руки обвивали Кроуфорда.
Глаза Милы сузились.
— Что происходит?
Кроуфорд опустился на колени рядом с ней.
— Тебе не больно?
— Нет, все нормально. Просто психанула. Где мы находимся?
Супермодель прочистила горло.
— Мы находимся в моем убежище, — она посмотрела на Милу. — Ты здесь, чтобы освободить его от связи с тобой.
— Прости?
— Он — медведь. Я — медведица. Ты — нет, — прошипела женщина. — Если ты не готова умереть, пытаясь вырастить его детенышей, думаю, что в твоих интересах освободить его от связи.
Глаза Милы остановились на выражении лица Кроуфорда. Ей нужно прочесть его эмоции.
— О чем это она говорит?
Он отрицательно покачал головой.
— Не слушай ее. Я не позволю ничему случиться с тобой. Клянусь, Мила, — Кроуфорд схватил ее за руку.
— Он не может давать такие обещания. Разве ты не слышала пустых обещаний от мужчин, чтобы затащить тебя в постель? — женщина повысила свой голос. — Мужчины говорят всякое ради секса.
Мила пыталась не слушать, но эти слова ранили.
— Проблема медведей в том, что иногда они больше медведи, чем люди. А что будет, если у вас будет четверо детенышей? Или пять? — женщина прижала руку к губам Милы с насмешливым удивлением. — Тебе нужны широкие бедра, девочка. И задница тоже. Неудивительно, что он выбрал тебя. Но ты не сможешь справиться с магией. Ты должна это понимать.
Мила почувствовала, что нужно стянуть простыню покрепче и завернуть ее. Ей не нравилось, как Джеки оценивала ее.
— Не слушай ее, — Кроуфорд взял ее лицо ладонями. — Джеки пытается напугать тебя. Она хочет своих детенышей. Она хочет меня.
— Конечно, хочу, — прошипела Джеки. — Нет больше никаких кланов. Медвежьих или других. Медведи с людьми. Что случилось с медвежьими связями? Что случилось с Альфой, претендующим на свою медведицу?
Кроуфорд повернулся к ней.
— То, что ты делаешь, не является чем-то обычным. Ты, черт возьми, похитила нас. Что насчет этого?
— Мне нужно было привлечь твое внимание, но не волнуйся. Я позволю твоему медведю взять все под контроль, — Джеки улыбнулась, ее красные надутые губы сформировали идеальную форму. — Он хочет, не так ли?
Кроуфорд зарычал в ее сторону.
— У меня есть пара.
— Но посмотри на нее. Она слабая. Не может понять твоего медведя. Что ему нужно. Как ты хочешь, чтобы все было. Она не сможет выжить. Медвежата больше, чем любой человек может себе представить.
Мила пыталась сосредоточиться на руках Кроуфорда на своих плечах. Спокойствие в голосе, но это не имело значения. Паника все равно была. Сомнения и вопросы, которые она должна была задать прошлой ночью, всплыли. Они появились здесь, в пещере, в то время как красивая медведица стояла над ней, наблюдая, как ее сердце разрывается.
— Джеки? — Мила не знала, какое имя подойдет прекрасной женщине, но это звучало странно. — Я могу умереть? — вопрос едва слышен, и произнесен шепотом.
— Она чертова сумасшедшая, Мила, — Кроуфорд прижал голову пары к груди и лицом к своему телу. — Ты принадлежишь мне. Не слушай ее. Я буду держать тебя в безопасности. Буду защищать тебя и детенышей. Клянусь.
— Детеныши? — Мила чуть не подавилась этими словами.
Его руки запутались в ее волосах, гладя ее. Она почувствовала магический всплеск между ними. В его прикосновении огонь. В его руках безопасно. В словах любовь.
Простыня сползла с ее плеча. Она вспомнила прошлую ночь. Как она отдалась Кроуфорду. Как поклялась, что хочет всего его. Она обещала, что любит его медведя. И теперь это обещание проходило проверку на прочность.
Мила не знала историю оборотней, но ясно, что Джеки за чистоту крови. Преданность Кроуфорда под угрозой.
Глаза Мили сузились. Она оттолкнула Кроуфорда и встала лицом к стерве.
— Нет.
— Что? — ее голубоватые глаза выглядели удивленно.
— Я сказала — нет. Я не освобожу его от нашей связи. Он мой. Я его. Наши детеныши принадлежат нам, — палец Милы упал на грудь женщины. — Найди себе свою вторую половинку.
Низкое рычание вырвалось из груди женщины, а ее глаза стали темными.
— Мила, отойди! — Кроуфорд закричал, пытаясь оттолкнуть ее, прежде чем когти ранили ее плечо.
Она почувствовала кровь, сочащуюся по ее руке. Мила пошатнулась, прижимая простыню к ране.
Она подняла глаза, чтобы увидеть то, что когда-то было телом Кроуфорда, теперь в форме бурого медведя. Злой, защищающий медведь.
Он обошел Джеки. Их рев отскакивал от стен пещеры, почти оглушая, когда Мила пыталась сосредоточиться на битве. Все смылось. Мила не могла сказать, кто есть кто.
Она прижалась к стене, боясь, что, если сдвинется, это отвлечет Кроуфорда или вернет ее в фокус внимания Джеки. И так, она осела на пол, в то время как белая простыня пропитывалась ее кровью. В то время как мужчина, которого она любит, борется за нее. В то время как медведи боролись, чтобы защитить свой выбор.
Глава 16
Он никогда прежде не оправдывал свой выбор. Кроуфорд всегда знал, что найдет медведицу. Считал себя приверженцем традиций, но, когда медведица направила когти на его пару, он понял, что пути назад нет. Умрет за Милу, если придется. Джеки больше к ней не прикоснётся.
Кроуф зарычал на нее. Его глаза ожесточились.
— Мне нравится прелюдия, — насмехалась Джеки.
— Ты — стерва, — он ударил ее когтями, рассекая мех.
Она посмотрела на него.
— Ты настолько груб с ней? — Джеки засмеялась. Ей нравилось провоцировать его. Он должен взять все под контроль.
— Я не хочу причинять тебе боль, — Кроуф снова кружил, следя за тем, чтобы Мила была позади него. — Это не обязательно должно быть так, Джеки. Я не единственный медведь.
— Ты знаешь не хуже меня, что кланы меньше, чем когда-либо. Магия ослабевает. Нам нужно больше чистокровных. Магия с магией, — женщина поднялась на задние лапы. — Ваши детеныши не захотят быть полукровками, ее голова повернулась к Миле.
Кроуфорд видел Милу. Ее глаза закрылись. Рука соскользнула с раны на плече, а голова была откинута в сторону. Он должен вытащить ее отсюда.
Когда он оглянулся на Джеки, она направилась к нему, готовая к битве. Но он быстрее и сильнее. Кроуфорд прижал ее к земле, несмотря на удары. Его зубы прищемили ей шею. Все, что ему нужно прокусить шерсть, и она будет мертва. Этот кошмар должен закончиться. Джеки бы уже ушла.
Но он отступил на секунду. Ее глаза наполнились паникой, и он отпустил Джеки. Кроуфорд пригвоздил ее к стене, но она выбралась из-под него и выбежала из пещеры.
Кроуфорд принял человеческий облик и наклонился, чтобы осмотреть рану Милы. Кровь начала сворачиваться. Он осторожно поднял ее на руки, прижимая к груди.
— Держишь. Я с тобой, детка — прошептал он, ища выход.
Кроуфорд бежал по туннелям, поворачивая в каждом тупике. Тропинки влажные, но он пошел по своему следу, пока, наконец, они не вышли на улицу. Мужчина прижал простыню к телу Милы.
Они не на территории Хайленд, кроме этого, он не уверен, куда Джеки их увезла. Кроуфорд принюхался, в воздухе ее запах. Он мог последовать за ней и, возможно, окажется рядом с хижиной или главным домом.
Он уловил ее запах. Пахло цветами, смешанными с запахами пещеры. Запах быстро испарялся в воздухе, но этого достаточно, чтобы увести его от пещеры. Мужчина шел, прижимая Милу к себе. Ее дыхание было стабильным, но с каждой минутой, пока он бродил по лесу, Кроуф беспокоился, что ей понадобится больше медицинской помощи, чем он сможет оказать.
Слух обострился. Кроуфорд услышал проточную воду. Ручей. Он прибавил шагу. Они на другой стороне озера. Мужчина вздохнул. Собственность Хайленд рядом.
***
Кроуфорд наполнил ванну, в своей комнате, горячей водой и осторожно положил Милу туда. Ее плечо было красным и опухшим. Он промыл рану и дал теплой воде проникнуть в следы, оставленные лапой Джеки. Мила слегка пошевелилась, и он подумал, что она очнулась, но потом девушка снова отключилась.
Кроуфорд приподнял ее, обернув полотенцем, и отнес из ванны к своей кровати. В шкафу в коридоре есть бинты. Он вернулся с тюбиком мази, лентой и рулоном марли.
Кроуф обработал верхнюю часть руки, надеясь, что не останется шрама. Моросящий дождь превратился в ливень, и он услышал, как капли падают на оконное стекло. Несмотря на то, что он позволил ей понежиться в ванне, Мила все еще была холодной. Мужчина побежал вниз, чтобы набрать дров.
Он дополнил бревна растопкой и зажег спичку. В течение нескольких минут главная спальня нагрелась от тепла огня.
Кроуфорд задавался вопросом, куда сбежала Джеки. Он хотел выследить ее, но не мог оставить Милу. Не стал бы. Он предупредил своих братьев, что поблизости есть неуравновешенная медведица. Им нужно будет найти ее.
Мила спала, и он ждал, пока она очнется.
Глава 17
Мила почувствовала укол боли в руке. Она попыталась сесть. В комнате было тепло и темно, за исключением оранжевого свечения от камина.
— Не двигайся, — слова Кроуфорда быстро настигли девушку. Он легонько прижал ее к кровати. — Порезы заживут, но не хочу, чтобы ты причинила себе боль.
Мила вздрогнула от боли.
— Ты в порядке? Она сделала тебе больно? — девушка осмотрела его тело.
— Нет. Я в порядке.
— Но она поцарапала тебя, — кончики пальцев обвели опухшую линию на его груди.
— Это ничего не значит. К вечеру его уже не будет. Обещаю, — он улыбнулся. — Я быстро выздоравливаю.
— Как долго я спала? — Мила узнала, что она в кровати Кроуфорда. Она лежала голая под простыней, но ее кожа была чистой и теплой.
— Несколько часов.
— Несколько часов? — не было ощущения, что она спала так долго. — И ты сделал это? — Мила уставилась на бинт на руке.
— Да. Все не так плохо, как я думал. Хотя ты потеряла много крови, — его взгляд смягчился.
— Где она?
Кроуфорд покачал головой.
— Она ушла. Не уверен куда. Но не хочу, чтобы ты волновалась, — он приблизился к ней, и Мила мгновенно почувствовала себя в безопасности.
— Прости меня, — она опустила глаза.
— За что ты просишь прощения?
— Я спровоцировала ее. Мне не следовало этого делать. Драка — моя вина.
Кроуфорд усмехнулся, смахивая длинные пряди волос с ее шеи.
— Что в этом такого смешного? — Мила не могла поверить, что он смеялся. Ее ранили, а на него напала женщина, готовая напасть на его детенышей.
— Ты извиняешься за то, что противостояла медведице. Я думаю, что это довольно круто.
Она моргнула.
— Правда?
— Мила, она могла бы разорвать тебя пополам, если бы захотела, но ты противостояла ей. Ты сильнее, чем любая медведица, которую я встречал, — он улыбнулся.
— Я не могла остановиться. Она меня просто разозлила.
— Точно.
— Мне все равно, что она сказала, Кроуфорд, — Мила покачала головой. — Я обещала тебе. Поклялась тебе своим телом. Я имела в виду каждое слово. Каждый вдох. Каждый…
— Т-с-с. Знаю, — Кроуфорд поцеловал ее в лоб. — Мы не должны говорить об этом сейчас. Но я пойму, если ты захочешь освободиться от связи. Не думал об опасности для тебя. Теперь это все, о чем я могу думать.
— Что? — Мила села. К черту повязку.
Простыня опустилась, и ее грудь оголилась.
— Джеки пыталась отпугнуть тебя от меня. Она пыталась напугать меня прямо в своей берлоге. Но, возможно, она права. Мы не можем игнорировать это. Нам придется поговорить.
— Мы говорили об этом, — палец Милы упал ему на губы. — Я приняла свое решение. И не хочу никаких сожалений, — ее голос был твердым и решительным. — Она меня не испугала.
— Но, Мила… — глаза Кроуфорда наполнились беспокойством.
Девушка увидела сомнения. Страх. Этот мужчина забрал себе каждую частичку ее души. Наконец, через год они вместе, и она не собиралась позволить ему ускользнуть из-за какой-то стервы-медведицы на последнем этапе.
— Я люблю тебя. И твоего медведя.
Она должна заставить его вспомнить, какого это ощущать ее своей кожей. Слова, которые он шептал ей на ухо. То, как он скользил внутри нее.
Мила толкнула его в грудь, отталкивая назад. Ее взгляд остановился на мужчине. Кроуфорд должен знать, без сомнения, каковы ее намерения. К черту драму оборотней и медведиц-стерв. Этот медведь принадлежал ей.
Мила повернулась так, что оказалась к нему спиной. Она опустила руки к изголовью кровати, не обращая внимания на боль в руке. Будет еще больнее, если Кроуфорд никогда не примет ее снова.
— Что ты делаешь? — он застонал. — Ты не можешь.
Она двинула бедрами назад и широко расставила колени, погружаясь в матрас. Мила знала, что ему так нравится. Его медведь нуждался в ней вот так. Она приподняла бедра вверх, покачивая голой задницей. Девушка готова и пульсирует от желания.
— Возьми меня, Кроуфорд. Сделай меня снова своей.
— Нет, Мила. Если я это сделаю, на этот раз пути назад не будет.
Хотя Кроуф и протестовал, но его грубые руки обхватили бедра Милы, массируя ее гладкую кожу. Она знала, что они тянутся друг к другу, пока его пальцы продолжали поглаживать ее тело. Его ладони терли ее изгибы, пока пальцы не растянули ее, и Мила была мокрой и задыхалась от желания. Если бы только Кроуфорд прикоснулся к жару, который он создал. Если бы он только прикоснулся к ней, они оба забылись бы. Девушка покачала бедрами, подталкивая его руки вниз.
— Пожалуйста, детка, — уговаривала она. — Возьми меня, как ты уже делал. Я нуждаюсь в тебе.
— Но мы не сможем потом все отменить, — простонал он.
— А я и не хочу. Хочу быть твоей. Возьми то, что принадлежит тебе, Кроуфорд, — Мила предлагала ему себя. — Я всегда была твоей. Ты это знаешь.
— Но твоя рука, — она слышала боль в его голосе.
— Все в порядке, — Мила опустила правое плечо к подушке, снимая давление с руки. Движение и ее бедра выше.
— Черт, я хочу попробовать тебя на вкус. Не могу сдерживаться.
— О, — ахнула девушка, когда его горячий язык внезапно погрузился между ее ног. Ее бедра изогнулись, когда пальцы погладили гладкие складочки. Кроуф гладил ее, подготавливая. — О, — Мила вздохнула в подушку. Она старалась не двигать плечом, но ее тело уже дрожало от его прикосновений.
Кроуфорд жаждал ее. Она чувствовала его возрастающую потребность, когда он сосал и лизал, приказывая ее телу поддаться ему.
Его язык щелкнул и лизнул у входа. Ее бедра прижались ко рту мужчины и покачивались в его сторону. Его борода немного царапала ее бедра изнутри.
— Так. Пожалуйста, — она задыхалась. — О, я уже чувствую это, — ахнула Мила. Ее тело реагировало на него быстрее, чем когда-либо. Как будто страх того, что его у нее отберут, усилил все. Мила не могла существовать в мире, где не было Кроуфорда.
Он зарычал.
— Ты такая сладкая на вкус, — его язык щелкнул по ее набухшему бутону, пальцы жадно растягивали вход. — Я должен снова взять тебя.
Девушка задыхалась, скуля его имя.
— Кроуфорд, я твоя. Возьми меня. Пожалуйста.
Ее бедра дрожали, пока она слышала, как штаны мужчины упали на пол. Мила попыталась оглянуться, но Кроуф не дал сделать это. Его тело прижалось к ее. Она раздвинула ноги, нуждаясь в нем внутри себя. Мила почувствовала, как кончик его члена скользит внутрь, распаляя жар возбуждения. Она хотела, чтобы он внутри. Хотела почувствовать мощь его тела и его твердость, клеймящую ее.
— Подожди, — вздохнул он.
Мила почувствовала, как в ее груди поднялась паника. Он осторожно сгреб ее в свои руки, перевернув под собой. Девушка посмотрела ему в глаза, ее грудь вздымалась от рваного дыхания. Что происходит?
— Разве твой медведь не хочет меня?
— Очень. Ты ему тоже нравишься, — Кроуфорд сел у нее между ног, и она почувствовала, как он потирает клитор.
— Боже.
Он погладил ее снова, внутри все горело словно раскаленная сталь.
— Навсегда, — Кроуф страстно поцеловал ее, пока погружался в нее своей толстой, пульсирующей твердостью.
Мила выгнулась, раскрываясь еще больше.
— Навсегда, — прошептала она.
Дрожь мгновенно поглотила ее тело, поражая до глубины, о которой она не знала. Мила сдерживала свой оргазм до тех пор, пока могла, но уютно устроившись в объятиях Кроуфорда, с его членом, похороненным глубоко в ней, она не могла сопротивляться импульсам.
— Черт, — прорычал он. — Я никогда не перестану любить тебя, — Кроуфорд сосал ее грудь, сжимая ее сосок между зубами. — Ты прекрасна, когда так кончаешь. Тебе это известно? — он улыбнулся, глядя на нее.
Мила хихикнула.
— Да?
Она почувствовала, как толчки успокаивают ее тело, когда Кроуфорд взял свой ритм.
— Ты принадлежишь мне. Навсегда моя, — он излился, наполняя ее, растягивая, клеймя.
— Ох, ох, Кроуфорд, что происходит? — ее тело начало вибрировать, покалывание началось глубоко внутри, пока Мила содрогалась под ним от удовольствия. Ощущения прорвались сквозь нее, Кроуфорд переполнил ее своим семенем. Она царапала его, пытаясь удержаться в реальности. Миле казалось, что она парит в его объятиях. Каждый импульс сильнее предыдущего, отдавался в ее мышцах.
Кроуф прижал свой рот к ее.
— Ты принимаешь мою магию. И это чертовски сексуально, — он дьявольски улыбнулся.
Их взгляды встретились, а тела безжалостно тонули в ощущениях. Мила посасывала его губы, втягивая их в рот, стонала, когда Кроуфорд раздвинул ее колени шире. Невероятно и ослепительно, когда она снова отдала ему себя.
Мила чувствовала, как ее тело превращается в чистое блаженство, когда его бедра качались против нее.
Потом она посмотрела Кроуфорду в глаза. На его лице было выражение, которое она не узнала. Думала, что запомнила их все. Потом она поняла, что это. Чистая преданность. Любовь.
Это стоили того, чтобы ждать целый год. Мила знала, что ее медведь стоил каждой минуты ожидания.
Глава 18
Кроуфорд поставил одну ногу на пол, а затем другую. Мила немного поспала. Едва избежав нападения, Джеки, он спросил, справедливо ли подвергать ее жизни оборотня. Но она предложила ему себя. Мила знала, чего хочет его медведь. Он сделает все возможное, чтобы защитить ее. Они связаны, как никто другой.
Мила перевернулась на бок, простыня соскользнула с груди. Ее розовая грудь, покраснения от щетины. Ее губы распухли от его поцелуев. Кроуф сжал мягкость ее живота, зная, что живот наполнен его теплой, мощной магией.
Его сердце встрепенулось. Медведь, наконец удовлетворен. Счастье, которое он искал, тосковал, делился. Кроуфорд улыбнулся и задрал одеяло к ее плечам. Миле нужно согреться и отдохнуть. Ее телу нужно исцелиться от нападения, и он хотел, чтобы она была сильной для своих детенышей.
Мужчина пошел в студию, распахнув дверь. Он взял в руки карандаш и стал яростно доделывать эскиз. Идея пришла быстро. Кроуф мог представить здание в полном виде. Столб. Угол. Совершенно ясно, что ему нужно сделать.
***
Кроуфорд потер глаза и снова посмотрел на музей. Вот и все. Его самое великолепное творение. Он услышал, как скрипнула дверь позади него. Мужчина повернулся, когда теплые руки Милы обвили его талию, прижимая грудь к его спине. Он не знал, как долго работал. Время останавливалось, когда он творил.
— Ты обычно проектируешь здания обнаженным? — спросила Мила, смеясь. — Можешь шокировать всех в офисе, если сделаешь это новым дресс-кодом, — ее пальцы проследовали на бедра.
— Ты тоже обнажена, — Кроуф почувствовал, как ее соски касаются спины.
— Я только заснула. Думаю, ты оставил меня такой.
— Не хотел тебя будить. Тебе нужен отдых. Как твоя рука?
Мила наклонилась к мужчине, чтобы показать плечо.
— Почти полностью зажила. Как это вообще возможно?
— Магия оборотней, — он улыбнулся. — Она исцеляет тебя.
Руки девушки поглаживали его бедра, и Кроуфорд начал реагировать на нее.
— Я закончил. Хочешь посмотреть?
— Правда? Когда? — Мила обошла его и оказалась перед мужчиной, столкнувшись с его шедевром. Он прижался к ее спине, наслаждаясь, как мягко и нежно ощущалась пара в его руках. Ее нежность к его твердости. Ее свет в его темноте. Идеальный баланс.
— Внезапное вдохновение, — Кроуф улыбнулся. — Кажется, я наконец-то нашел свою музу, — он поцеловал ее затылок.
Мужчина не мог разглядеть выражение ее лица, но дал Миле минутку, чтобы изучить изменения, которые он сделал.
— Кроуфорд, это потрясающе. Правда, это удивительно, — Мила подняла набросок. — Линии идеальны. Не думала, что такие ракурсы сработают, но они работают, — она отрицательно покачала головой. — Нам нужно вернуть это в Сиэтл, чтобы техническая команда могла начать работу над цифровой версией и создать бюджет.
Медведь Кроуфорда уже был возбужден теплом ее кожи, запахом волос. Руки удерживали округлые бедра. Член наливался.
— Черт, — прошептала Мила. — Я совершенно забыла.
— Что такое? — Кроуф массировал набухшие груди ладонями, наслаждаясь, как они едва помещаются в его больших руках.
— Контракт. Нам нужно его вернуть. Как я могла забыть про контракт? Это причина, по которой приехала сюда. Дедлайн. Дерьмо.
Мужчина сжал ее бедра. Он собирался сделать кое-что, что хотел сделать с той ночи, как Мила приехала. Фантазия, которая должна была осуществиться в реальности, которую они создавали вместе. Каждый день они строили совместную жизнь. Брать и отдавать.
— Я думал, что ты приехала из-за меня, — дразнился мужчина.
Его руки двинулись назад к груди, перекатывая соски между пальцами.
— О, Кроуфорд, — застонала она, опираясь головой о его грудь.
— Неужели ты меня не заметил, когда я пришла к тебе? — ее руки хлопнули по столу для рисования, когда Кроуфорд усилил пытки. Ее попа начала тереться о член.
Глаза мужчины закрылись. Мила такая теплая и влажная. Все, что ему нужно.
— Если бы не был таким идиотом, я бы это увидел. Не должен был позволять другим вещам отвлекать меня от тебя. Ты меня еще не простила? — он держал одну руку на ее груди, а другая двигалась между ее ног, поглаживая гладкие складочки кончиками пальцев. — Клянусь, я не позволю, чтобы прошел и один день, пока ты не поймешь, как я тебя ценю.
Мила тяжело дышала в такт с его пальцами.
— Контракт, — прошептала она. — Мы должны вернуться в Сиэтл…
— У нас достаточно времени, чтобы отправить чертеж и контракт, — прорычал Кроуф. Он раздвинул ей ноги. — Но, моя муза… — мужчина поцеловал ее за ухом, массируя пальцами вход, убедившись, что девушка на краю. Ему нравилось, когда она кончала. Эмоции, которые струились сквозь нее, уносили его в пропасть желания. Звуки, которые она издавала. Движение бедер. Ничего подобного никогда с ним не случалось.
Кроуфорд толкнул ее на спину — задевая соски эскизом.
— Я — твоя муза? — застонала Мила.
— Единственная, — он встал напротив нее. Играя с ее бутоном. — Ты когда-нибудь хотела, чтобы я взял тебя в офисе, Мила?
— О Боже, да, — всхлипнула она. Он мог сказать, что она уже близко. Кончит вскоре после него.
Кроуфорд расположился между ее ног, погружаясь в ее узкий вход и проталкиваясь дальше в нежные глубины. Он никогда не забудет, как он скользит внутри Милы.
Она наклонила бедра к нему, ее задница была на уровне его талии. Кроуф потянулся вперед, хватаясь за ее грудь. Мила стонала от удовольствия, и он позволил своему медведю взять ее сильно и грубо.
— Не останавливайся, — вскрикнула она. — Пожалуйста.
Он улыбнулся. Кроуфорд никогда не перестанет любить ее. Никогда не устанет от ее тела. Будет поклоняться ей. Радовать ее. Защищать и давать все, что она захочет. Она та, о ком он всегда мечтал.
— Дай мне все, что у тебя есть, Мила. Мне это нужно. Ты нужна мне, — проревел мужчина у нее за спиной, требуя от ее тела больше, чем когда-либо.
Она выкрикивала его имя, пока Кроуф яростно входил и выходил из нее. Ее руки прижались к столу, отдавая ему всю себя.
— Я твоя, Кроуфорд, — воскликнула Мила, когда пульсирующий оргазм обрушился на нее, прижимаясь ближе к телу любимого.
Страсть разгоралась, пока мужчина не почувствовал, как его мышцы взрываются огнем для Милы. Его тело прижало ее к столу, когда он излился внутри нее.
— Черт, — прорычал он.
Кроуфорд не хотел двигаться. Не хотел выходить из нее. Их тела были теплыми и блестели от пота. Его грудь прижалась к ней, пока магия проходила сквозь Милу. Кроуф выдохнул ей прямо в шею. Он никогда в жизни не чувствовал себя таким цельным.
— О Боже, неужели мы разрушили музей? — Мила судорожно слезла со стола. — Это единственный экземпляр.
— Я могу нарисовать еще один, — засмеялся мужчина. — Черт, могу нарисовать что угодно, — он встал, повернул ее к себе и убрал с ее лица влажный завиток. — Теперь у меня есть муза, — мужчина поцеловал ее в висок. — Спасибо тебе.
— За потрясающий секс на столе? — усмехнулась Мила, когда ее рука скользнула по его подбородку.
— За то, что не отказалась от меня, — Кроуфорд наклонился, чтобы обнять ее. — Ни одна медведица не стала бы, ждать этого целый год. Ты потрясающая. Ты это знаешь? — он поднял ее с пола.
Мила завизжала.
— Куда мы направляемся?
— Еда. Нам нужна еда, — хмыкнул он.
— Слава Богу. Я умираю с голоду, — девушка обхватила его руками за шею. — Ты собираешься кормить нас? — ее взгляд упал на живот, и Кроуфорд почувствовал теплоту в своем сердце.
— Мы? — понадеялся он. Кроуф хотел, чтобы это было так, но откуда им знать так скоро?
Мила кивнула.
— Я новичок во всей этой истории с оборотнями, но знаю. Чувствую себя по-другому, как будто в моем теле жужжит магия. Я твоя пара во всех смыслах, — девушка прикусила нижнюю губу. — Это то, чего ты хочешь? Это делает тебя счастливым? Просто хочу, чтобы ты был счастлив, Кроуфорд.
Он крепче прижал ее к груди.
— Да, — мужчина поцеловал ее лоб. — Спасибо, что доверяешь мне. За любовь ко мне. За наших детенышей.
— Ты несешь меня на кухню или как? — застенчиво спросила она. — У меня внезапно появилось настроение для чего-то сладкого, например, блинов с медом.
— Дорогая? — его глаза загорелись. — О, мы можем сделать много вещей с медом.
Кроуфорд отнес ее вниз по коридору и остановился наверху лестницы. Мила подняла палец вверх.
— Нет. Во-первых, ты подписываешь контракт, и мы ждем посыльного, который должен забрать чертеж и документы. Тогда ты, я и мед можем устроить свидание.
Он зарычал.
— Хорошо, — Кроуф побежал вниз по лестнице, прижимая Милу к своей груди. — Где этот чертов контракт?
Мила хихикнула.
— Я должна была прийти с банкой меда прошлой ночью. Тогда, даже прелюдия не была бы нужна.
Мужчина осторожно опустил ее на диван, не сводя с нее глаз.
— Это был лучший год прелюдии, который мог быть у каждого из нас.
Мила посмотрела на него, ее глаза были ярко-зелеными.
— Это то, что ты думаешь?
Кроуф взял контракт. Он был там, где оставил его на каминной полке. Где-то на кухонном столе была ручка.
Он написал свои инициалы на каждой странице, прежде чем нацарапать свою подпись на последней строке.
Мужчина протянул его Миле.
— Все сделано. И мы уложимся в срок.
Мила посмотрела на него с дивана. Она натянула одеяло на плечи.
— Каковы шансы, что мы сможем найти посыльного, который мог бы принести одежду? В какой-то момент мне будет нужно что-то, кроме твоих старых футболок.
— Ты выглядишь чертовски сексуально в моих футболках. Особенно без трусиков, — мужчина подмигнул ей.
— Серьезно. Одежда. Мне нужна одежда. И мои туфли. Я скучаю по своим высоким каблукам. Как долго мы здесь пробудем?
Когда Кроуфорд приехал, он знал, что не сможет покинуть Хайленд Хаус, пока не закончит эскиз, но контракт подписан, и теперь Мила не имеет никаких планов.
— Что, если мы отправимся в путешествие?
— Путешествие? Какого рода? — она последовала за ним на кухню, ее шаги слышались позади его.
Кроуф открыл кладовку и нашел муку и сахар. Он начал искать ингредиенты для блинов.
— У нас есть время, прежде чем родятся дети. Думаю, мы должны воспользоваться этим. Можем провести время вместе. Мне нужно знать о тебе все. Давай попутешествуем. Отвезу тебя, куда захочешь. Самолет семьи Хайленд в нашем распоряжении. Париж? Венеция? Бангкок? Бермуды? Я не знаю. Все это? Выбери место, которое сделает тебе счастливой.
— Ты это серьезно?
— Полностью, — Кроуфорд достал яйца и молоко, заставив столешницу всем, что, по его мнению, ему нужно. Мед был последней частью рецепта.
— Но работа?
— У меня есть другие архитекторы. Я утвержу все цифровые проекты и тогда мы уедем. Как насчет следующей недели? — он начал искать масло и сковороду. Мед тоже должен быть где-то здесь.
— Это звучит так, как будто я живу в мечте.
Кроуфорд схватил бутылку и повернулся, держа в руке золотую жидкость.
— Знаешь, о чем я мечтаю? — он зашевелил бровями.
— Ты не серьезно, — хихикнула Мила.
— Я — медведь, детка, — мужчина открыл крышку.
— Ты хочешь меня им обмазать? — ее глаза расширились.
— О, я намерен облизать каждый твой дюйм, — ухмыльнулся Кроуф, показывая зубы. — Наверное, не один раз, — в груди рокотало. Его медведь чувствовал себя игривым. Есть только один способ позволить ему играть.
Мила вскрикнула и побежала вниз по коридору, одеяло упало с ее плеч.
— Сначала ты должен поймать меня.
Кроуф засмеялся. Он побежал за ней, оставив блинные ингредиенты на столешнице. Это может подождать. Что касается Кроуфорда, все может подождать. Он, наконец, нашел свою половинку, и ничто не могло удержать его от нее.
Конец