Тьма сковывала волю своими невидимыми, но крепкими путами. Воздух был затхлый и тяжёлый, как это и бывает в подземных туннелях. Свет факела разрезал мглу лишь на несколько шагов вокруг, и этого явно не хватало, чтобы чувствовать себя спокойно. Да и как, можно чувствовать себя спокойно в подобном месте?

Высокий человек в длинном сером плаще, который уже хорошо потрепался и испачкался в этом подземелье, не спеша продвигался под сводами туннеля. Свет падал на его сухое лицо, на котором уже давно появились небольшие морщины. Серые глаза слезились от гари, и небольшие капельки пота скатывались по скулам, останавливаясь на длинном и остром подбородке. В правой руке он держал факел, в левой высокий, под стать своему росту, чёрный посох, украшенный резьбой. На вид мужчине можно было дать приблизительно около сорока лет, может чуть больше, но те, кто его знал достаточно хорошо, прекрасно понимали, что это простой обман любого из магов. А именно таковым он и был. Маг, чародей, колдун, ведьмак, как только его не называли, но все они были правы, он умел колдовать. Однако в этом подземелье пользоваться своими возможностями он не стал, это могло привести к плачевным последствиям. Каким образом, не знал, но проверять не собирался.

— Если и здесь её не будет, я сверну ему шею, — бормотал маг, в очередной раз спотыкаясь о выступающий камень.

Но тут впереди забрезжил голубоватый свет. В колдуне проснулся прежний азарт, с которым он только начинал свои поиски. Он ускорил шаг, хотя это грозило падением. Но из-за своего энтузиазма, он не замечал мелкие препятствия и, казалось, будто они его начали остерегаться, разбежавшись в разные стороны, открывая путь к источнику этого света.

И вот маг вышел в просторную пещеру, центр которой заливало голубоватое свечение. А его источником являлась бедренная кость, которая попросту висела в воздухе над высоким сталагмитом. Она мерно покачивалась вверх-вниз, будто кто-то держал её за невидимые нити, и она поднималась и опускалась в такт его дыханию. Но маг знал, что здесь, кроме него никого нет и быть не может. Об этих подземных катакомбах мало кто знал, а те, кто и знал, предпочитали сюда не забираться, помня о проклятье Кости.

Ходили слухи о том, что, если кто-то осмелится войти сюда, может навечно остаться в этих лабиринтах, не найдя из них выхода. А если кому и удастся добраться до Кости и взять её, то взамен отдаст свою. Это происходит моментально, с дикой и мучительной болью, кость человека начинает крошиться прямо в ноге…

Но маг не верил в подобную чепуху, он уже слишком много повидал, чтобы верить россказням суеверных людишек. Однако стоило перестраховаться, всё же эта Кость — необычный артефакт, а весьма могущественный, хотя бы исходя из того, что считается мифическим. Но она была нужна магу, и он положил все свои силы, чтобы найти её.

И вот она перед ним. Кость — легендарный мифический артефакт, в который верили лишь несколько магов, их можно было пересчитать по пальцам. Кость была основным компонентом для ритуала воскрешения человека. Нет, не обычного воскрешения тела, подобное колдун мог сделать и сам. А настоящего воскрешения, настоящего возвращения в мир живых. Возвращения не только тела, но и самой души, которая покоилась сейчас в ином мире. Совершить подобное значило пойти против замысла самих богов, а значит навлечь на себя их гнев. Но в тоже время это значило, что маг сам мог уподобиться богам, совершив лишь им посильное действие.

Раньше кость принадлежала одному из Князей Тьмы. Он попал в этот мир из Врат, ведущих в иной, ужасающий мир. Но был сражён богом Драконом, хотя жизнь последнего тоже недолго продлилась, но не суть. Имя этого Князя стёрлось из всех летописей и памяти народа, однако колдуну оно было знакомо, но предпочитал не вспоминать, и уж тем более не произносить. Ибо одно его произношение могло дурно закончиться.

— Наконец-то, — прошептал маг, подходя к широкому сталагмиту и взбираясь на него.

Он словно заворожённый смотрел на Кость, не в силах оторваться от этого синеватого свечения, исходившего из неё. Протянул руку, но тут же отдёрнул её обратно, вспоминая о проклятие, и, хотя он в него не верил, рисковать не собирался. Сунул руки в глубокую сумку и вытащил перчатку. Он очень долго работал над тем, чтобы создать её, вложил большое количество сил и магии, настолько много, что создать вторую перчатку не было возможности. Но ему хватит и одной. Стоит только надеть и взять любой проклятый артефакт, как он это сейчас и сделал, то любое заклятье или проклятье тут же теряет свои силы и…

— А-а-а!!!

Крик колдуна разнёсся по всей пещере и, ударяясь о каменные своды, умчался вглубь подземного лабиринта. Маг, со сжатой в руке Костью, рухнул вниз, скатившись со сталагмита, и крутился по каменному полу, крича от невыносимой боли. Держась свободной рукой за правую ногу, увидел, как бедро просто опадает наземь, словно сгусток слизи. В бедре исчезла опора — его собственная кость, причиняя при этом адские страдания, кость будто пилили внутри плоти. Маг видел, как его нога превращается в дряблый кусок мяса. Он кричал и понимал, что проклятье, в которое не верил, оказалось правдивым, и ему не помогла сила перчатки, заклинания с оберегами, ничего не помогло. Против такой силы он был беспомощен…

— Мне кажется, Амхиваль, что ты напрасно это затеял, — сказал молодой парень, сидя напротив мага.

Они находились в небольшом трактире, недалеко от разрушенных катакомб, где, как думал колдун, и должна быть Кость. Он потратил много времени, прежде чем нашёл это место. Помогли ему в этом старинные документы и пара наводчиков, которые смогли подтвердить догадки. Заброшенная шахта, никто бы и не подумал искать легендарный артефакт здесь.

Но Амхиваль здесь. И было приятной неожиданностью встретить своего старого приятеля — Эбиро, ещё одного колдуна. Только вот этот совсем не походил на обычного чародея. Хоть и было ему за семьдесят, выглядел он лет под тридцать. Для колдуна это несложная проблема. Эбиро был блондином со смазливым личиком и с серьгой в левом ухе. Но помимо лица и блистающих зелёных глаз, он обладал удивительной способностью привлекать женщин одним лишь присутствием. И это была не магия, по крайней мере, он делал это не нарочно, это происходило, само собой.

Вот и сейчас проходящая мимо девушка в сопровождение молодого кавалера в гвардейских доспехах, незаметно для своего ухажёра, провела ладонью по плечам мага и мило улыбнулась, удаляясь от сидящих.

— Я не виноват, — развёл руками парень.

— Плевать, — Амхиваль сделал ещё глоток из кружки и опустил её на стол. — Я должен найти Кость, чтобы вернуть её.

— Её, — хмыкнул Эбиро. — Ей было около двадцати, когда это случилось? Сколько прошло времени?

— Какая разница?

— Большая, друг мой, большая. Ты хочешь воскресить девочку, у которой ветер в голове. Она же была дочкой бургомистра, капризная и эгоистичная маленькая стерва. Ты проделал огромный путь, только ради того, чтобы вернуть её к себе, но я что-то не помню, чтобы она была твоей. Она же всегда была ш…

— Хватит! — резко прервал его колдун. — Не желаю этого слушать! Ты её не знал!

— Ох, конечно. Я не знал, мясник не знал, сын его не знал, парни из конюшни тоже её не знали. Никто не знал, один лишь ты! — собеседник тоже не желал сдаваться, убеждённый в своей правоте. — Прошло столько десятилетий, а ты так и не смог её забыть? Неужели не было девушки, которая не смогла затмить её? Возле тебя кружилось столько девиц, которые часто оказывались в твоей постели, но дальше ничего не было.

— Она одна такая…

— О, боги, — Эбиро закатил глаза. — Да возле тебя такая женщина, о которой можно лишь мечтать, а ты всё…

— Ера мой ученик и не более.

— Не более?

— Ну, — несколько замялся Амхиваль. — Да, мы спали, но я никогда не ставил её выше…

— Да почему, чёрт возьми?!

— Я любил Зару! Мы были счастливы вместе…

— Сколько?

— Недолго, — печально кивнул Амхиваль. — Но это было лучшее время в моей жизни. А все эти разговоры — всего лишь сплетни. Она была невинна, когда мы познакомились.

— О-о-о, — протянул его друг. — Так ты любитель молоденьких?

— Да какого чёрта я с тобой тут препираюсь?! — обиженно воскликнул тот и встал из-за стола.

— Да стой, стой, — рассмеявшись, Эбиро схватил его за рукав. — Не обижайся. Я же просто хочу, чтобы ты понял, что сам не знаешь, на что идёшь.

— Я знаю…

— Нет, не знаешь. Потому что этого давно никто не делал. Помнишь, как Белог пытался вернуть свою дочь? Что из этого вышло? — пристально посмотрел на друга. — Мы потом ещё несколько месяцев разгребали завалы. Я к тому, что если у тебя и получится, то всё может оказаться не таким, каким бы хотелось.

Колдун печально вздохнул:

— Понимаю, но я люблю её.

— Любовь, любовь, — глаза парня смотрели на друга насмешливо и в то же время сочувствующе. — Чёрт возьми, дружище, ты взрослый чародей, который в щепки распылить такого, как я, а ведёшь себя, как шестнадцатилетний пацан.

— Эх, я-то надеялся, что хоть ты меня поддержишь.

— Именно этим я и занимаюсь.

— М-да, — с этим Амхиваль всё же ушёл.

Была сильная гроза, когда маг вернулся к себе на маяк. Да, он жил на маяке, а все эти замки, дворцы и башни были для него слишком пафосные. Хотя многие из его знакомых чародеев жили в подобных условиях, создавая себе репутацию либо мага — отшельника, либо злого колдуна. Именно поэтому, Амхиваль и выбрал себе маяк, чтобы не попадать под категорию всех этих сказочных волшебников.

Нога ещё ныла, и он прихрамывал. Всё же восстанавливать кости не так-то просто, но возможно. Как бы скептически маг не относился к проклятью Кости, подготовился и к этому. На ремне был подвешен мешочек с дроблённой человеческой костью. Нет, он никого не убивал, но то, как он это добыл, лучше не знать.

И когда он лишился части своего тела то, пересилив боль, высыпал содержимое мешочка на бедро, приложил руки и зашептал заклинания. Его монотонное бормотание напоминало молитву, а сам он в этой пещере стал похож на аскета. Но вскоре бормотание прекратилось. Амхиваль, с побледневшим лицом, откинулся на спину и облегчённо вздохнул. Он добыл Её.

Дождь лил с невероятной силой, будто боги решили не подпустить мага к своему дому и не дать ему завершить начатое. Но вода не была для него преградой, наоборот, он любил воду, и первой стихией, которая ему подчинилась, была именно она. Поэтому он шёл к маятнику практически сухой, лишь порывы ветра, которые могли сбить любого с ног, иногда сбрызгивали его плащ. Волны ударялись о каменные берега, готовые смыть путника. Море ревело, словно голодный зверь, увидевший свою жертву.

Но всё это не волновало идущего, он был погружён в собственные мысли. Амхиваль никогда не был так близок к своей цели, поэтому, как только вошёл в здание, сразу же ринулся в лабораторию, где всё уже было подготовлено. Он готовил всё заранее каждый раз, когда находил новое предполагаемое место захоронения Кости.

И стоило ему ворваться в лабораторию, как тут же, не снимая плаща, принялся за дело. Ему предстояло вернуть с того света свою любимую, а для этого надо было провернуть множество процедур. Но большая часть работы была уже сделана, на столе лежал труп девушки, который не разлагался под действием чар и всяческих мазей. Конечно же это была не его любимая, а совершенно другая девушка. И снова лучше не знать, как маг смог добыть это тело. Амхиваль был готов практически на всё, лишь бы завершить начатое. Именно в это тело и должна вернуться, душа его любимой, но для этого надо вставить Кость вовнутрь, что он и сделал. Разрезав бедро умерщвлённой, он достал её кость (с этим пришлось повозиться) и вставил артефакт, после чего грубо зашил разрез. Амхиваль знал, что если всё получится, то рана просто-напросто исчезнет, поэтому не стоило возиться с ней. Прах, всё, что осталось от любимой девушки, уже был внутри этой. Оставалось только пролить кровь, и для лучшего эффекта, кровь должна была быть его.

Маг был готов и к этому. Но как только он занёс кинжал над своей рукой (крови надо было много, но не настолько, чтобы лишить себя жизни), то задумался. Правильно ли он делает, играя в бога? И получит ли он то, чего хочет, ведь она могла измениться там? Но Амхиваль зашёл слишком далеко, чтобы отступать.

Лезвие полоснуло запястье, и кровь пролилась на тело мёртвой девушки. И когда алые капли касались её кожи, то начинали излучать голубое свечение. Или ему это только показалось? В глазах начало темнеть, но он не желал сдаваться. Амхиваль чувствовал, как из него уходит жизнь, но он знал, что отдаёт эту жизнь своей любимой, и ничуть не боялся последствий. Его обуревала радость, он был счастлив, что вот-вот вернётся она, та, кого так безумно любил. И это придавало ему силы.

Однако маг хотел увидеть её, обнять и поцеловать. Поэтому всё же перевязал руку, хотя с его-то силами можно было легко излечить этот порез. Но он не стал. Хотел оставить шрам, как напоминание об этом дне.

Амхиваль расположился в кресле, стоявшем здесь же. Теперь оставалось только ждать, только ждать…

— Ты, что? — глаза Эбиро вылезли из орбит.

— Да, я храню её прах, — Амхиваль убрал урну и закрыл шкафчик.

Они находились в его комнате, он решился показать своему другу самое дорогое, что у него имелось, но этой реакции он не ожидал.

— С ума сошёл, Амхиваль? — удивлённо всплеснул руками тот. — Хранить пепел девки…

— Она тебе не девка, — повысил голос хозяин комнаты. — Не забывайся, пожалуйста.

— Уф, прости, — несколько сконфуженно ответил Эбиро. — Просто для меня это как-то слишком.

— А для меня в самый раз, — сухо отозвался Амхиваль. — Зря я тебе это показал.

— Может быть.

Подобным откровением остались недовольны оба. И надо было именно сейчас так накалиться отношениям, когда после трёхлетней дружбы, Амхиваль уходил от магистра и покидал старых друзей. Хотя он ещё не знал, что в честь этого Эбиро и другие его знакомые решили устроить большое гульбище в соседнем городке, после чего во всей округе вспоминали это ещё несколько лет.

Лаборатория находилась под самим маяком, в его подземной части. Ещё когда маг впервые пришёл сюда, никаких подземелий не было, и ему пришлось чуть ли не вручную выдалбливать их. Создание лаборатории и других смежных помещений заняло у него больше месяца. Можно было сделать и быстрее, стоило только попросить помощи у местных жителей соседнего городка, но это должно было остаться тайной. Поэтому все входы и выходы были тщательно замаскированы.

На следующий день, когда буря стихла, а солнце осветило спокойную гладь моря, Амхиваль спал на том же самом кресле, окутанный тьмой.

— Мастер? — разрезал тишину мягкий голос.

В лабораторию спустилась миловидная девушка с короткой стрижкой и пепельными волосами. На ней было обычное серое платье, которые носят служанки, однако девушка не являлась таковой. Она зажгла свечи и, увидев мага, подбежала к нему.

— Мастер? — испуганно воскликнула она, приложив ладонь к побледневшему и холодному лицу.

Тот с трудом приоткрыл глаза.

— Ера, — тихо произнёс он. — Мне так нравится, кода ты называешь меня мастером.

Неожиданно для самого себя схватил её за руку и притянул к себе.

— Это так заводит, — продолжал мямлить он, еле шевеля губами.

— Мастер, — девушка делала слабые попытки освободиться. — Вам дурно, и вы слабы. Вам стоило бы отправиться в постель и отдохнуть.

— Точно, в постель! И там я покажу тебе насколько я слаб, — внезапно в его глазах что-то блеснуло. — Ера, — более отчётливо произнёс он, отпуская её и приподнимаясь с кресла, — как всё прошло? Она уже…

— Нет, — покачала головой девушка.

Они оба смотрели на труп, лежащий рядом. В нём ничего не изменилось, та же серость кожи, те же опущенные веки, ни единого признака жизни.

— Нужно ещё подождать, — пробормотал маг и направился к выходу, Ера последовала за ним.

Поднявшись по винтовой лестнице, они оказались в широком зале. Справа были двери наружу, впереди лестница наверх. Благодаря пятому измерению этот небольшой сам по себе маяк стал многоэтажным жилым домом. Жилым лишь для двоих: мага и его ученицы.

Но сейчас в комнате находился ещё один человек. Амхиваль не знал его, зато тот знал мага.

— Доброго вам дня, Амхиваль, — поклонился тот с широкой улыбкой. — Я прошу меня извинить за столь грубое нарушение вашего покоя. Меня зовут Сигель, я помощник магистра Чисвара.

При этих словах Амхиваль вздрогнул. Ера прислонилась к нему плечом, помня, что это его успокаивает.

— Нет, нет, не волнуйтесь, достопочтенный. Я пришёл сообщить, что магистр собирает в замке Орлух своих друзей и знакомых. И, конечно же, вы приглашены вместе со своею ученицей, — взглянул на девушку, и в этом взоре читалась усмешка.

— Какое-то значимое событие или просто светский вечер?

— Ох, Амхиваль, — Сигель начал ходить по комнате, будто у себя дома. — Да не волнуйтесь вы так. За вами нет никаких проступков. По крайней мере тех, которые могли бы привлечь внимание магистра, — бросил косой взгляд на мага. — На встрече будет множество чародеев, это, можно сказать, простая встреча старых знакомых.

— Почему-то я уверен, что многие знакомые мне незнакомы.

И тут гость строго посмотрел на хозяина.

— В общем я передал приглашение, — положил на тумбу, стоявшую рядом, свиток. — Думаю, вам хватит благоразумия появится в замке через месяц, — слегка поклонился, а потом попросту растворился в воздухе.

— Ера?! — грозно повернулся к ученице маг, и та потупила глаза.

— Простите, мастер. Я ослабила защиту, чтобы быстрее попадать в город и обратно.

— Немыслимо! — всплеснул руками тот, и от резкого движения потемнело в глазах. Сделал шаг назад и зажмурился. — Ты же знаешь сколько у меня врагов? Если бы кто из них решил мне оторвать голову, то сейчас сделал бы это беспрепятственно.

— Я бы постояла за вас, — тихо сказала девушка, заливаясь румянцем.

— Ну да, конечно, — маг махнул рукой и направился к лестнице. — Верни защиту, сейчас же. И отправляйся в город пешком. Узнай, нужно ли им что-нибудь?

— Да, мастер.

Небольшой портовый городок, расположенный на берегу Межземного моря, назывался Стир, в честь его основателя — Стира-путешественника. Об этом первооткрывателе и искателе приключений ходило множество легенд. Говорили, что он первым смог пересечь Межземное море, первым встретил дикие племена Антола, что смог добраться до пещеры Странника в рартанских джунглях. Однако сгинул, когда хотел пересечь вечный океан, в который впадало Межземное море.

Несколько лет назад Амхиваль прибыл в Стир, дабы уединиться в приглянувшемся маяке. Местные жители любезно согласились с этим, но в ответ маг помогал людям, лечил их и скот, иногда уничтожал всякое мракобесие, что могло появиться в окрестностях. В общем он жил с местными вполне гармонично. Конечно, иногда появлялись такие, кто поносил мага, крича о том, что он — зло, и наведёт проклятье на людей, и что стоит поклоняться единому богу, как тому учит септа, но таких «проповедников» быстро заставляли замолчать.

Но стоило магу ступить на лестницу, как из лаборатории раздался жуткий крик. Они с Ерой ринулись туда, он собрал для этого последние силы. А когда спустились, то увидели посреди комнаты взлетевший труп, ярко сияющий зелёным, освещая всё вокруг. Тело было в горизонтальном положении, но содрогалось в конвульсиях, а из открытого рта и разносился этот крик, в котором сочетались и боль, и безумие, и радость. Оно быстро вращалось над столом, от чего у вбежавших начало рябить в глазах. Маг видел, как серая трупная плоть трескается и шелушится, как под ней проступает белая слизь. И тут яркая вспышка ослепила их, а когда маг и его ученица вновь подняли взор, то увидели сидящую на столе девушку, покрытую той самой слизью. Она испуганно озиралась по сторонам, прижав руки к голой груди. Рыжие волосы слиплись и закрывали лицо, но маг знал кто перед ним.

— Зара, — прошептал он и сделал шаг к ней.

— Амхиваль?

— Амхиваль? — окликнула парня девушка. — Ну, чего ты там копаешься?

Молодой русый парень тащил две корзины, стараясь увернуться от толкающихся прохожих. Они бродили по городскому рынку, выбирая новую одежду для девушки. Он никак не мог взять в толк, почему ей постоянно не хватает забитого гардероба.

— Ну, я же девушка…

В такие моменты она мило надувала губки, и вся его злость сходила на нет.

— Да иду я, иду, — рычал тот сквозь зубы. — Ты можешь не нестись, как угорелая? Твои брошки никуда не денутся.

— Как это? — наигранно удивилась та. — А если их купить кто-нибудь другой?

— Твой отец их перекупит.

— А он-то здесь при чём?

— Ну, потому что у меня на это может не хватить денег, а у него…

— Стоп! Как это не хватит? Мы ведь неделю назад всё это обговаривали, — она строго посмотрела на парня, уперев руки в бока.

— Я помню, дорогая, — вздохнул парень. — Просто думал, что обойдёмся парочкой новых платьев, а тут уже… — он замялся, глядя на свою возлюбленную.

— Ну, любимый, — она снова обворожительно надула губки и заискивающе подошла к нему. — Ты же хочешь, чтобы я была у тебя самой красивой?

— Ты у меня и так самая красивая.

— Конечно, я же твоя, — она нежно его поцеловала. — А ты у меня самый хороший, и если не откажешь мне в этой мелочи, то я не откажу тебе ещё кое в чём, — заигрывая подмигнула и провела рукой по груди, опускаясь ниже.

Амхиваль давно ждал этих слов, поэтому даже не заметил усмешки мясника и его сына, стоявших у своей лавки, неподалёку от них.

Он был совсем молодым, когда повстречал её. Сколько ему было? Девятнадцать? Точно не помнил уже сам.

Сидя напротив кровати, в которой мирно спала его «мёртвая» возлюбленная, Амхиваль невольно расплывался в улыбке. Прошёл день с того момента, как она воскресла, и всё это время она провела во сне. Сперва он испугался этого, но проверив все жизненные показатели, посчитал, что она попросту обессилена. Он и сам провалился в беспамятство на пол дня, когда поднял Зару в свою спальню. Упал прямо на пол, стоило уложить её в кровать.

Но те пять минут, что они поднимались по лестнице запомнились ему на всю жизнь. Зара, прекрасная, как всегда, а может быть ещё прекраснее, тряслась от холода и страха. На её лице читалось смятение, только что она вернулась в мир живых, заново родилась, если можно так выразиться, и не знала, что ей делать. Первое, что она сделала — обвела взглядом лабораторию и уставилась на мага и его ученицу. Потом попыталась встать с кушетки, но ноги её не слушались, и она упала бы, если б не вовремя подоспевший Амхиваль, подхвативший её на руки.

— Амхиваль, — она нежно провела рукой по его лицу, испачкав того белой слизью, но ему было всё равно.

Девушка закатила глаза и потеряла сознание.

— Нет, нет, нет, — забормотал маг, уложив её обратно на кушетку. — Ера, помоги мне, подай тот пузырёк с отваром из… — замялся и наморщил лоб, стараясь вспомнить, но из-за потери крови плохо соображал. — В общем вон тот, — указал рукой. — Только побыстрее, Ера. Ера! — повысил голос, видя, что ему не помогают.

— Мастер, — тихо позвала девушка.

Он обернулся с гневно блистающим взором, готовый хорошенько поругать свою нерадивую ученицу, но увидел ту, склонившуюся над девушкой и вытирающую слизь с бледной кожи.

— Она спит, мастер. Просто спит, — улыбнулась ему Ера.

И в этот момент с плеч свалилась тяжёлая ноша. Сознание помутилось, глаза начали слезиться, а ноги подкосились. Увидев это, Ера тут же подбежала и помогла ему устоять.

— У нас получилось, Ера, — слабо пробормотал он. — У нас получилось, — и обнял девушку.

Потом подошёл к лежащей возлюбленной, аккуратно взял её на руки, что далось ему с большим трудом, и направился к себе.

— Но, мастер, вы же… — попыталась возразить ученица, но он её перебил.

— Успокойся, эту ношу я выдержу, уж слишком долго к этому стремился, чтобы в последний момент сплоховать.

И ученица молча последовала за ним, за что он был ей благодарен.

Сейчас же он пришёл в норму, даже более того, привёл себя в порядок, омолодившись ещё на десяток лет, чтобы Зара, пробудившись, увидела не помятого старца, и не зелёного юнца, а возмужавшего парня — мужчину с юным лицом и многолетним опытом за плечами.

— Амхиваль, — послышался нежный голос. — Это ты?

— Да, Зара, — он тут же прильнул к кровати. — Как ты себя чувствуешь?

— Не знаю, — замялась та, слегка приподнявшись и осматривая своё обнажённое тело. — Что произошло?

— Долго рассказывать, — он взял её за руку, чувствуя тепло.

— Я же была мертва. Как такое возможно?

— Я после тебе всё расскажу. А сейчас тебе надо отдохнуть.

— Хорошо, но я чертовски голодна.

— Попрошу Еру что-нибудь тебе приготовить.

— Нет, ты не понял, — она притянула его к себе и страстно поцеловала. — Я не есть хочу…

Город пылал. Крики и стоны слышались со всех сторон, создавая дьявольскую какофонию смерти. Люди бегали в разные стороны в надежде спастись, но каждый раз их надежды рушились вместе со стенами города, который погребал их под собой.

Вражеская конница вошла в город и сметала всех, кто смел ей противостоять. Многовековая война между двумя империями и потомками братьев Кутуни добралась и сюда. Осада длилась несколько дней, и вот сегодня утром стены были разбиты, город пал, отдавая своих жителей на растерзание захватчикам.

Но Амхиваль думал не об этом. Помимо города, для него только что рухнул весь мир. Та, кого он так любил, лежала у него на коленях со стрелой в груди. Прекрасное лицо перекосила гримаса ужаса. Зара была мертва, Амхиваль рыдал над бездыханным телом, прижимая его к себе. Он проклинал всё на свете, готов был убить любого, кто встанет на его пути. Гнев клокотал внутри, словно алхимическое варево в котле. И тут его прорвало…

— А-а-а!!! — закричал он и вскочил на ноги.

Несколько лет учёбы у магистра Чисвара дали свои плоды. Парень научился управлять водой — его любимой стихией. И результат не заставил себя ждать. В его направлении так удачно двигался отряд солдат. Они что-то кричали, но слов было не разобрать из-за всеобщего шума. Рядом стояли кувшины с водой, и одним лишь усилием воли и взмахом руки, парень поднял вверх тонкие голубоватые «хлысты». Потом махнул в сторону солдат, и вода, став острой, подобно лезвию, рассекла воздух и тела наступающих. Подобного не выдержали даже стальные доспехи, лишь звякнув напоследок. Рассечённые пополам, солдаты рухнули наземь, заливая всё вокруг кровью. Они даже не успели понять, что произошло, и не издали ни звука.

Амхиваль пошатнулся. Всё же подобная магия для него пока ещё сложно и забирает слишком много сил. Но отступить он не мог, не имел права. После того, что они натворили, у него не оставалось другого выбора, он должен был отомстить.

Но тут возле ноги в землю вонзилась стрела. Он не успел сделать и шагу, как в бедро вонзилась вторая.

— А! — зарычал он от боли, схватившись за ногу.

Позади что-то тихо хлопнуло, и раздался знакомый голос.

— Молодец, но сейчас лучше убраться отсюда.

Это был магистр. Он обхватил ученика за плечи, и они исчезли с поля боя. Но в последний миг Амхиваль успел схватить девушку, и она исчезла вместе с ними.

— Амхиваль! Я вернулась!

Рыжеволосая красавица влетела в зал, поправляя на бегу растрепавшуюся причёску.

— Не кричи так, мастер занят, — попросила Ера.

Она стояла с подносом, на котором был завтрак чародея.

— А ты мне не указывай, что делать, — резко ответила Зара, косо глядя на ученицу.

— Я не указываю, а прошу, — примирительно произнесла начинающая чародейка. — Он не любит, когда ему мешают.

— Тебе-то откуда знать, что он любит?

— Я знаю.

— Да что ты говоришь.

Глаза рыжей бестии злобно сузились.

— Не ссорьтесь, — раздался властный голос, и в зал вошёл Амхиваль. — Зара, где ты так долго была?

— В городе.

— Ты ушла утром, а уже смеркается.

— Ну, дорогой, — игриво подошла к магу и обхватила за шею. — Что мне ещё делать? Не сидеть же в маяке целыми днями.

— Было бы хорошо, если бы ты помогла Ере.

Девушка недовольно фыркнула, отпустив парня и немного отстраняясь.

— Ере? А чем я ей могу помочь? Я же ничего не смыслю в магии.

— Ты могла бы ей помочь по хозяйству. В конце концов, чтобы приготовить ужин никакой магии не надо.

— Вот значит для чего ты меня воскресил, — усмехнулась Зара. — Ну, хорошо, помогу, раз надо.

С этими словами она пренебрежительно смахнула кудри в сторону мага и ушла наверх.

— Мастер… — начала Ера, но маг поднял руку, прося её замолчать.

— Давай обойдёмся без нравоучений.

— Но я не собиралась…

— Я собирался, — твёрдо произнёс он. — Я вижу, что она тебе не нравится, но такого быть не должно.

— Но я…

— Не надо, — он снова поднял руку. — Ты ведь понимаешь какого ей? Она была мертва, а сейчас ожила, не думаю, что это так…

— А я смотрю, у вас тут весело, — раздался мягкий голос, и в дверях показался Эбиро. — Что? Тоже не нравится, когда тебя перебивают?

— Приходишь ко мне в дом и указываешь, как мне себя вести?

Амхиваль начинал злиться, но его друг не был настроен на ссору. Он, как всегда, обаятельно улыбался, подойдя к магу и его ученице.

— Я не хочу ругаться, тем более с тобой, да в присутствии очаровательной дамы, — кивнул Ере, та кивнула в ответ. — Просто мне не понятно, почему ты её ругаешь, не давая даже объясниться?

— Хорошо, давай послушаем. Ера, прошу, — Амхиваль посмотрел на девушку.

— Я-а-а, — протянула та, но запнулась. — Ничего, — и убежала.

— Вот, пожалуйста, — маг довольно усмехнулся.

— Конечно, ты же её запугал, — обозлился Эбиро. — Да что ж с тобою не так? Был одним из лучших магов, которых я знал. Но как только появилась эта…

— Не смей, — грозно произнёс хозяин маяка. — Это моя личная жизнь, не смей в неё вмешиваться.

— Ну да, — скривился его друг. — Ты хоть знаешь, чем она там занимается в городе? Спроси местных.

— Слушать этих простолюдинов?

— О-о-о, как мы заговорили. Мне почему-то кажется, у неё дикий голод. После стольких лет на том свете, оголодала небось.

— Ей хватает меня.

— Да не уж-то? А если я её случайно повстречаю в городе?

— Что ты сказал?! — Амхиваль побагровел от гнева и схватил друга за шиворот.

— О-у, остынь, — примирительно поднял руки тот. — Да, прости, перегнул палку. Заговорился. Не хочу портить наши отношения, просто по городу поползли слухи.

— Это всего лишь слухи, — Амхиваль отпустил Эбиро и успокоился.

— Знаю и не верю им, просто за тебя обидно.

— За себя я сам обижусь. Ты что-то хотел?

— Да так, зашёл в гости, хотел узнать, идёшь ли к магистру.

— Иду.

— Отлично, тогда через неделю увидимся, — Эбиро похлопал друга по плечу и вышел.

— Я приготовила обед, мастер.

Ера стояла возле накрытого стола и довольно улыбалась. На столе было столько еды, что магу хватило бы на неделю, с его-то занятостью и скудным рационом.

— Ого, — выдохнул тот, глядя на это обилие яств. — Вот так сразу? Ты же только вчера пришла на обучение, честно говоря, я думал, что ты уйдёшь. С моим-то скверным характером…

— Вы наговариваете на себя, мастер, — она пригласила его присесть. — И потом, я пришла учиться, а на учёбе легко не бывает, и я это знаю.

— Но откуда всё это? — он обвёл взглядом блюда. — В городе ничего просто так не дадут, уж я-то знаю.

— У меня есть кое-какие сбережения.

— А-а-а, твой отец.

— Нет, он мне не помогает. Когда я ушла из дома, то разорвала все связи.

— Он был против, я помню.

— Это мой выбор.

— И я его уважаю. Но ты думала о последствиях? Думала о том, как жить дальше? Что с тобой может быть?

— Да, и поэтому я здесь.

— Хм.

Маг задумался, внимательно смотря на свою новую ученицу. Она была привлекательной. Даже слишком привлекательной, и он боялся, что это может отвлекать его от основной работы. Но помощник был ему катастрофически необходим. Оказалось, что одновременно следить за маяком, заниматься магией, да ещё не забывать про себя весьма проблематично. А когда он попробовал приготовленные блюда, сомнения отпали сами собой.

— Будет много поручений, смысла которых ты можешь не понять, но их придётся выполнять беспрекословно, — говорил он с набитым ртом. — Обучать тебя буду по своей системе, предложения принимаются и рассматриваются, но не будут реализованы, если я сочту их сомнительными. Всё ясно?

— Да, мастер, — смущённо кивнула девушка.

Амхиваль на секунду оставил еду в покое и задумался.

— Мастер, — мечтательно произнёс он. — А мне это нравится, предыдущие ученики меня так не называли.

— А их было много?

— Как-нибудь расскажу, — улыбнулся маг. — Если не убежишь от меня.

— Не убегу.

Вся округа блистала разноцветными огнями, юные чародейки постарались на славу. Весь город был подобен праздничным столбам, которые обвешивают раз в год, отмечая Исчезновение Странника, дня, от которого началось летоисчисление септанианства. А самым ярким был конечно же замок Орлух, и издалека казалось, что эта крепость горит.

И в первые секунды Амхиваль так и подумал, но когда они подлетели ближе, то упрекнул сам себя за подобные мысли. Уж сколько лет он провёл в этом замке, сколько историй слышал о его неприступности, и прекрасно знал, что эти стены могут выдержать многолетнюю осаду.

Они летели в карете. Не было ни лошадей, ни кучера, просто карета. На этом настояла его спутница, которая так об этом мечтала. Амхиваль хотел прибыть без всякого пафоса, просто переместиться в ближайший посёлок, в место, которое специально для этого предназначалось, а после спокойно дойти до замка. Но она настояла, сказав, что такому магу, как Амхиваль не пристало появляться, словно серая мышь. К тому же ей так хотелось полетать.

— Господин, Амхиваль! Рад вас видеть, — лучезарно улыбался Сигель, пожимая руку мага.

— О, я уже господин? — съехидничал тот.

— Не будьте столь злопамятны, я не хотел вас обидеть, — примирительно ответил помощник магистра. — Кстати, магистр вас ждёт.

— Даже так?

— Именно. Сколько помню по его разговорам, он весьма положительного мнения о вас и гордится таким учеником.

— Польщён, — кивнул Амхиваль. — Тогда направлюсь прямиком к нему.

Зал был забит приглашёнными. Маги и чародейки различных мастей и национальностей, большинство которых Амхиваль не знал. Магистр Чисвар был, как и обычно, в центре зала и внимания, но своего ученика он заметил сразу.

— Амхиваль! — крикнул он, махнув тому рукой. — Один из моих лучших учеников, — пожал руку, когда тот подошёл.

— Так-таки из лучших? — спросил парень.

— Худших у меня не бывает, — улыбался Чисвар, высокий темнобородый старец. — Рад, что ты нашёл время, чтобы навестить меня. Сегодня мне предстоит сообщить крайне важные новости. А также я рад видеть и твою очаровательную ученицу, — поклонился и поцеловал руку спутнице Амхиваля. — Ера, если я не ошибаясь.

— Зара, — ответила рыжеволосая красавица.

На мгновение Чисвар был шокирован, но тут же спрятал это выражение.

— Зара? — обратился он к ученику. — Твоя возлюбленная, о которой я столько слышал?

— Именно, — кивнул тот. — Ера, к сожалению, не смогла прийти.

— Что ж, это даже интереснее, — хозяин замка взял парня под локоть и отвёл в сторону, где их не подслушивали. — Неужели у тебя получилось? Ты нашёл Кость?

— Не скажу ни да, ни нет. Скажу только, что было нелегко.

— Чёрт меня подери, Амхиваль, — глаза учителя возбуждённо полыхали. — Как это у тебя получилось?

— Вы позволите мне сохранить этот секрет?

Чисвар выпрямился и стал похож на грозного соперника. Но через секунду одобрительно улыбнулся.

— А ты молодец. Всё же я добился того, чего хотел — воспитал истинного чародея.

И лишь на мгновение Амхивалю показалось, что в глазах его учителя вспыхнул жадный огонёк, направленный на Зару.

Первые лучи солнца проникли в его спальню, заливая золотом кровать и тумбы. Амхиваль довольно потянулся и перевернулся на бок. Она спала рядом, такая маленькая и беззащитная, хотя он знал на что способна его ученица. Положил руку на её бедро и провёл по нежному телу. Пепельные волосы растрепались на подушке, а лёгкое сопение говорило о том, что сейчас Ера не собирается вставать.

Обычно в это время она готовила завтрак, так как Амхиваль начинал работать рано утром. Но не сегодня. Он сам попросил её выспаться вместе с ним, и она не смогла ему отказать.

Так же, как и ночью. Он и представить не мог, что эта миниатюрная и смущённая девушка способна вытворять подобное. Эта ночь была у них первой. Вчера ему исполнилось семьдесят девять, но из-за неё он выглядел лет на тридцать, а может и того меньше. По крайней мере когда его видели в этом обличие, то не воспринимали всерьёз, но когда он показывал себя настоящего, то простолюдины часто падали на колени, моля о прощении. Бывали моменты, когда он себя запускал, из-за чего стремительно старел, но Ера следила за этим и напоминала о возрасте. Ему бы и всё равно, но ради неё. Для неё маг хотел быть более привлекательным. И пускай у них ничего не было, она ему нравилась. Порой даже мысли о Заре отходили на второй план, но в такие моменты он быстро брал себя в руки.

А вчера… Вчера она подарила ему то, чего он так долго желал. И их связь не была похожа ни на одну из тех, что были у Амхиваля с городскими девушками, которые не могли дать ничего, кроме тела. Ера же дала ему всю себя, и от подобного его захлестнуло удовольствие. И он так же отдался ей полностью, отдался на её волю и не прогадал.

А кода всё закончилось, и они, тяжело дыша, лежали друг подле друга, он попросил её выспаться. Маг был так благодарен своей ученице, что не знал, как её порадовать. На что Ера удовлетворённо кивнула и, обняв его, уснула.

— Эбиро, а это случайно не…? — запнулась Ера, указывая на рыжеволосую девушку.

Эбиро и Ера пришли вместе. Он не мог смириться с тем, как его друг оставил свою ученицу и взял на встречу эту вертихвостку.

А та девушка, на которую указала ученица мага, стояла на коленях спиной к ним. Её голова ритмично качалась взад-вперёд, что приносило немыслимое удовольствие парню, стоявшему перед ней со спущенными штанами.

— Его я знаю, знатный бабник, — зло сощурился Эбиро. — Себастьян, хреновый маг, но из знатного рода. Нужен Чисвару лишь из-за общественного положения.

Тем временем девушка поднялась, и это действительно оказалась Зара.

— Вот же мразь.

Эбиро быстро прошёл на балкон, схватил её за локоть и развернул к себе.

— Что ж ты творишь, сукина дочь? — прорычал он. — Разве для этого Амхиваль дал тебе вторую жизнь?

— Пошёл к чёрту, Эбиро! — попробовал вырваться та, но хватка была железной. — Я ему не игрушка, чтобы выполнять все его прихоти! Вон, — кивнула на Еру, — у него есть собачонка.

— Ах ты, шлюха! — вспыхнула ученица.

Она хотела ударить Зару, но Эбиро заслонил её спиной.

— Не сейчас, пусть Амхиваль решает, — сказал он и посмотрел на Себастьяна. — А ты пойдёшь с нами.

— Уже бегу, — усмехнулся тот, застёгивая последнюю пуговицу на штанах. — Как она уже сказала, или к чёрту.

Он направился в зал, по пути толкнув Эбиро. На лице красовалась ехидная улыбка, а в глазах читалось чувство полной безнаказанности.

— Ублюдок, — процедил сквозь зубы маг и посмотрел на Зару. — Ну, идём, поговорим с твоим «возлюбленным».

Она ещё раз дёрнулась, но поняв, что попытки тщетны, перестала вырываться.

Амхиваль стоял рядом с магистром и о чём-то с тем переговаривался, когда его грубо толкнули. Повернувшись, маг с удивлением увидел своего друга и свою ученицу, которые толкнули на него его же девушку.

— Как это понимать? — возмутился он, обнимая Зару.

— Как нам это понимать? — в тон ему ответил Эбиро. — Пригласили Еру, а не эту потаскуху, а ты…

— Не заговаривайся, — пригрозил маг.

— И не собираюсь. Мы только что с Ерой видели, как она отсосала у Себастьяна на балконе!

— Что?! — обозлился Амхиваль. — Следи за языком!

— Уж лучше бы она за своим смотрела, — влезла в разговор Ера, но увидев взгляд учителя, тут же сжалась и отступила назад.

— Ты уже не веришь ни мне ни ей? — продолжал Эбиро. — Глазам тоже не поверишь, если увидишь? Она же святая…

— Послушай ты, — Амхиваль схватил за горло друга и злобно прошипел, — не смей так говорить…

— Хватит! — раздался властный голос, и страсти тут же улеглись.

Магистр Чисвар грозно возвышался над ними, как непоколебимый Колосс, недовольно глядя на обоих. Весь зал обернулся в их строну, с интересом ожидая развязки.

— Я не позволю решать подобные вопросы у меня в замке, — прогрохотал он и тут же успокоился. — Давайте-ка спросим саму Зару.

Он посмотрел на девушку, и та поёжилась от этого взгляда.

— Нет, конечно нет, — запротестовала она. — я бы никогда…

— Ах ты ж… — оскалился Эбиро, но магистр вытянул руку, и тот замолчал.

— Мне-то всё равно, — начал он, — какие у моих учеников любовные интриги. Но то, что эти два закадычных друга ссорятся из-за тебя, вызывает у меня неодобрение. Поэтому спросим ещё одного человека. Себастьян!

Казалось, голос разнёсся по всему замку. И тут же из толпы вынырнул тот самый усатый бабник, только сейчас его вид казался более жалким, чем тогда на балконе. Он подбежал к магистру, пряча глаза, будто провинившийся пёс.

— Да, магистр Чисвар, — поклонился он.

— Друг мой, видишь ли какая у нас проблема. Эбиро утверждает, что эта девушка была соблазнена тобой и ублажала тебя на балконе. Однако она сама это отрицает. Поэтому ответь, так ли это на самом деле? Но, — магистр поднял палец, — помни, что я очень не люблю лжецов.

При этих словах Зара вздрогнула и с опаской посмотрела на Себастьяна. Тот взглянул на неё и слегка усмехнулся.

— Прости, Амхиваль, — взглянул на мага и развёл руками. — Честно говоря, я этого не хотел, но она была настойчива. Ей нужно было уплыть из города, взамен обещала сделать то, чего я ещё не получал. Признаюсь, у неё получилось.

Лицо Амхиваля побагровело, кулаки сжались, и он двинулся в сторону дамского угодника, от чего тот в страхе попятился. Но дорогу ему преградил посох магистра.

— Не смей драться у меня в замке, — вновь повторил он. — Лучше разберись со своей пассией, как я понимаю — она зачинщица сего бардака.

Амхиваль повернулся к Заре. На его лице отражалось сразу несколько эмоций, главными из которых были обида и злость.

— Как же так? — развёл руками. — Ведь я люблю тебя, я давал всё, что у меня было, чего тебе не хватало? Я дал тебе жизнь.

— Дал мне жизнь? — фыркнула та, откидывая прядь волос. — Не делай себе чести, ты только о себе и думаешь. По-твоему, если нашёл и вставил в меня хренову косточку, то всё — дело сделано?

При этих словах все в зале напряглись, а Амхиваль зашикал на неё.

— Что? Боишься, что все узнают, что ты нашёл какой-то там артефакт? То, что воскресил меня, чтобы сделать своей прислугой? Личной подстилкой? — горячилась рыжеволосая.

— Я не хотел делать из тебя подстилку!

— Ну да, как же. Сделай то, сделай это, — размахивали руками. — Помоги ей, — указала на Еру, — будто я служанка! Но знаешь, что? С меня хватит! Ты всегда был тряпкой, таким и остался, даже после стольких лет. И я ухожу, потому что мне нужен настоящий мужик!

— Зара! — чуть ли не всхлипнул Амхиваль и тут же возненавидел себя за подобную слабость.

— Вот видишь, — она бросила на него многозначительный взгляд.

— Кость, — тихо произнёс магистр, хотя это услышал весь зал, и шагнул между ними, повернувшись к девушке. — Так всё-таки ты её нашёл, и она действует.

Алчный огонёк блеснул в его глазах, когда он посмотрел на девушку, и она в очередной раз поёжилась.

— Поздравляю, Амхиваль, ты выполнил невыполнимое, — шагнул к девушке. — Так она сейчас в тебе?

— Да, — пискнула та и сделала шаг назад, но натолкнулась на Сигеля, который уже подоспел к магистру.

— Магистр Чисвар, я надеюсь, вы не хотите… — начал Амхиваль, но умолк, когда тот бросил на него взгляд.

— Не хочу, что? Добыть самый могучий артефакт, который считался вымышленным? Благодаря которому я могу стать бессмертным или получить силу богов?

— Это всего лишь домыслы. Кость на это не способна, — ответил маг.

— Вот и узнаем, — магистр сделал шаг к девушке.

— Я не позволю.

Голос Амхиваля стал твёрд, хотя от подобного заявления, брошенного самому магистру, руки всё-таки дрожали.

— Что? — Чисвар повернулся в его сторону, и на лице его появилась добродушная улыбка. — Амхиваль, не глупи. Ты защищаешь шлюху, которая гуляет у тебя за спиной. Не становись у меня на пути, я не хочу причинять тебе вред.

— Не смейте так говорить о моей девушке, не вам судить.

— Не мне, согласен. Так посуди сам.

— Я уже всё сказал.

Амхиваль сжал кулаки, и по ним заструились светящиеся золотые линии, словно змейки, опутывавшие его руки.

— Ты идёшь против меня?

Хозяин замка не был обижен или оскорблён. Он был удивлён смелости и наглости своего ученика.

— Я иду за своё, — Амхиваль выпрямился, готовясь к бою.

Кто-то из гостей сделал шаг в их сторону, но магистр вскинул руку и извинился:

— Не стоит вмешиваться, господа. Я прошу у вас прощения, но на этом приём окончен. Прошу всех разойтись, — повернулся к ученику. — Что же ты делаешь? — вздохнул магистр и взмахнул посохом.

В ту же секунду Амхиваля ударила чудовищная сила, и он, вертясь в воздухе словно волчок, отлетел в другую часть зала. Чисвар вновь повернулся к Заре, злобно оскалившись. Но тут же сзади полыхнуло пламя, и огненный шар взорвался около него, от чего старик был отброшен вперёд. Когда он повернулся, то увидел стоявшего позади Сигеля с распростёртыми руками. Это он взорвал огненный шар, который почти достиг магистра.

— Идите, господин, я с ним справлюсь, — сказал Сигель, направляясь к вставшему Амхивалю.

Магистр не стал терять время и, схватив за руку Зару, потащил её к лестнице, ведущий наверх.

В это время Сигель пересёк половину опустевшего зала, с насмешкой смотря на мага.

— Ты глупец, если думал, что сможешь в открытую противостоять магистру. Да ещё в одиночку.

— Кто сказал, что он один? — дорогу преградил Эбиро, держа в руках хрустальные мечи — его личная магия. — Иди за ней, — кивнул Амхивалю.

— Но ты же…

— Иди, говорю, дубина, — Эбиро повернулся к другу. — Не забывай, я за тебя горой, чтобы не случилось.

— Эге-гей! Кого я вижу! — Эбиро распахнул объятия и обнял старого друга. — Амхиваль, как я рад тебя видеть!

— Я тоже, друг. Я тоже.

Они присели за стол в местной таверне, заказав пару кружек горячительного.

— Пары будет мало, ты же знаешь, — улыбался во весь рот Эбиро.

— Будет мало — закажем ещё, — ответил в тон ему Амхиваль. — Или же пойдём ко мне, у меня есть отличное южное вино.

— О-хо-хо, да ты меня радуешь. А ещё я смотрю, ты больше не старик, а моложавый парниша?

Амхиваль смущённо улыбнулся, поглаживая лёгкую щетину.

— Небось есть ради кого так выглядеть? — продолжал смеяться Эбиро.

— Чуть позже я всё тебе расскажу.

— Да-а-а, — протянул тот, отхлебнув из кружки. — Я тебе тоже расскажу, — и в этот момент в его глазах появилось нечто печальное.

— Эбиро, друг мой, — улыбался Сигель, кружа с противником по залу. — Зачем тебе это?

— Называешь меня другом, а сам и понятия не имеешь, что это значит.

— Ну, зачем же грубить? Мы ведь с тобой давние знакомые.

— Да, — улыбнулся парень. — Мы ненавидим друг друга очень давно.

И они бросились в бой. Руки Сигеля прекратились в огненные лапы с огромными когтями. Пламя плясало от кончиков пальцев до предплечья, а из глаз сыпались золотисто-алые искры. Издав рык, прыгнул на мага, замахнувшись пылающей лапой, но промазал. Эбиро вовремя отскочил в сторону. Но в тот же миг мраморная плитка, на которой он стоял, взорвалась от мощного удара, осыпав того десятком мелких осколков.

— А ты силён, — удивлённо произнёс Эбиро.

— Это? — усмехнулся Сигель, смотря на огненную руку. — Это ещё цветочки.

И снова бросился в бой. Махнув руками, в Эбиро полетели огненные диски, от которых тот увернулся, подпрыгнув и перевернувшись в воздухе. Но Сигель уже был рядом и ударил мага в грудь. Тот отлетел назад, рубашка дымилась, а под ней красовался ожог в виде отпечатка ладони.

— Отлично, теперь смогу хвастаться, что провёл вечер с жгучей красоткой, — рассмеялся тот.

— Я смотрю чувство юмора тебе не отнимать.

Сигель играл огненными сферами, парящими над его ладонью.

— Не вижу повода для печали.

В руках Эбиро вновь блеснули хрустальные мечи. Он поднялся и медленно направился к противнику.

— Думаешь, сможешь меня одолеть этими зубочистками? Я же прекрасно помню, на что ты способен.

— Прошло несколько лет с нашей последней встречи. Ты будешь неприятно удивлён.

— Да неужели, — Сигель пошёл к нему навстречу.

С каждым шагом ускорялись, и через пару секунд уже бежали друг на друга. И, как только сблизились, уже Эбиро нанёс удар, но Сигель отбил меч рукой, словно та была из стали.

— Не зазнавайся, щенок, — прошипел он.

— Следи за собой.

Удары градом посыпались на помощника магистра. Хрусталь блистал и звякал каждую секунду, когда меч ударялся о сжатые кулаки противника. От жара и пыла битвы запотели даже стёкла, взмокли скатерти на столах, а рядом с дерущимися шипело пролитое вино, источая сладостный дурман.

— Хватит! — воскликнул обезумевший Сигель с пылающими от гнева глазами.

Внезапно он ярко вспыхнул, и невидимая волна отбросила Эбиро назад. Полыхнул огромный столб огня, в котором проглядывался дьявольский взгляд.

— Ха, ха, ничтожество, раздался из огня голос, который звучал подобно рёву монстра. — Хватит игр!

Пламя тут же исчезло, и из света на плитки замка опустились чешуйчатые лапы. Чудище, превышающие Эбиро вдвое, покрытое шипами и коричневой шкурой, с насмешкой смотрело на своего противника.

— Пора с этим заканчивать, — оскалилось оно.

— Что ж, полностью согласен.

Эбиро поднялся и взглянул на монстра.

— Чувствую себя героем сказочных легенд, — пробормотал он.

Взмахнул обоими мечами и столкнул их вместе. Хрусталь лопнул на множество осколков, которые парили в воздухе. Глаза мага блеснули, и осколки начали кружить вокруг него, постепенно набирая темп. И тут раздался звон бьющегося стекла, и осколки, создав свои копии, окутали тело мага. Они легли на него словно вода, образовав прозрачную, но прочную плёнку. Эбиро стоял, облачённый в хрустальные латы, словно рыцарь напротив дракона, сжимая в руках меч.

— Я же говорил, — улыбнулся он. — Ты будешь неприятно удивлён.

И битва возобновилась, только теперь уже от ударов сотрясались стены замка. Эбиро уклонялся от огня и острых когтей, нацеленных в его голову. Монстр же не уступал ему в вёрткости, и хрустальные клинки, которые возникали то тут, то там по мановению руки мага, улетали в стены, либо превращались в пыль ещё в воздухе, попав в адское пламя Сигеля.

Казалось, что силы были равны, каждый из них мог уничтожить своего противника, стоило тому только зазеваться. Но никто не допустил подобной ошибки. Пока…

— И как тебя угораздило? — бормотал Амхиваль.

— Прости, дружище, но она была так привлекательна, что я не мог устоять, — оправдывался Эбиро.

Они шли по тёмной улице небольшого городка, где недавно любвеобильный друг чародея нарвался на серьёзные неприятности. Точнее эти неприятности могли бы с ним произойти, если он не исправит то, что натворил.

— Ты всем оставляешь подобные подарки?

— Нет, конечно. У меня денег и украшений на всех не хватит.

— О, как, — присвистнул Амхиваль. — Но на неё хватило?

— Да-а-а, — как-то печально протянул Эбиро. — Подарить именной браслет — не самая лучшая идея.

— Тем самым сдав себя её мужу со всеми потрохами.

— Согласен, дал маху. Бывали подобные ситуации, но, чтобы так…

— Да что ж, он тебя на кол что ли посадит?

— Кто знает, — пожал плечами Эбиро. — Если б не этот браслет, я бы исчез, как всегда после первой же ночи…

— Но ночь была не одна.

— Не одна. Ты просто не представляешь какая она страстная, Амхиваль, — начал молодой маг. — Жазмина словно дьяволица в постели. Она читала мои мысли, когда надо было — она активна, когда не надо — подчиняется. Я даже слов не говорил, она всё понимала сама.

— Видимо она достойна подарка. Только зачем же со своим именем?

— При мне был только этот браслет, — оправдывался тот. — Она очень просила оставить что-нибудь на память.

— И теперь мы хотим забрать эту «память».

— Мне не жалко, но, если губернатор Ранос узнает, с меня кожу заживо снимут.

— Что ж. тогда-то я и увижу твой богатый внутренний мир, — улыбнулся Амхиваль, и они оба засмеялись.

Чисвар был уже около лестницы, когда над его головой что-то громыхнуло, и на ступени рухнули обломки стены. Он тут же остановился и обернулся, вскинув в ту сторону посох. Из него вырвалась силовая волна и устремилась в противника.

Но Амхиваль был к этому готов, и когда волна достигла его, поставил блок, закрывшись рукой. Его лишь слегка качнуло назад, и он устоял.

— Ого, Амхиваль, да ты делаешь успехи, — удовлетворённо сказал магистр, отпустил девушку и ухватился за посох обеими руками. — Но этого всё равно недостаточно.

Прокрутил посох в руках, сделал шаг в сторону бывшего ученика, и снова вскинул оружие. На этот раз волна была намного сильнее. Она пролетела по залу, сметая всё на своём пути, включая мага. Тот отлетел в сторону, рухнул на пол и застонал от боли, поднимаясь на ноги.

— Не надо, Амхиваль, — Чисвар шёл в его сторону. — Не вставай, не забывайся, кто ты, а кто я.

— Я не отдам её, — простонал тот.

— Кого? Шлюху, которая спит со всеми, пока ты зарабатываешь на её капризы? Опомнись, то же самое было тогда в городе, когда тебя чуть не убили из-за неё. И если бы не я, тебя бы здесь не было.

— Я… люблю её.

— Но она-то нет. Ты не заслужил такую, как она. Ты достоин большего, уж я-то тебя знаю. И я вовсе не хочу тебя калечить или, не дайте боги, убить.

— У вас и не получится.

Амхиваль вскинул руки, облачённые в золотое сияние, и пол под ногами магистра треснул. Тот провалился по колени, и тогда парень подскочил к нему и нанёс удар золотой плетью, сотканной из огня. Но стоило ей приблизиться к магистру, как налетела на невидимый барьер и лопнула, осыпавшись искорками на пол.

— Всё! — прогрохотал голос магистра.

Он ударил посохом по полу, и тот вновь стал прежним, подняв хозяина. Чисвар гневно смотрел на парня.

— Как это понимать?! Я любезно приглашаю тебя к себе, а ты крушишь мой дом, разгоняешь гостей, и встаёшь против меня?!

— Вы сами виноваты, магистр, — Амхиваль вновь бросился в атаку.

Но на этот раз его противник не стал дожидаться и пошёл в бой первым. Вновь ударил посохом о пол, и стены сотряслись от этого удара. По замку прокатился гром, словно гроза проникла под крышу и метает молнии. Сила была настолько мощной, что плитка треснула по всему залу, и осколки разлетелись по углам. Теперь Амхиваля отбросило ещё дальше и впечатало в стену.

— Неблагодарный щенок! — гремел голос хозяина. — Когда же ты остепенишься?!

Он словно таран надвигался на мага, пока тот приходил в чувства. От тела Чисвара исходило лёгкое свечение и тяжёлое напряжение.

— Я… не отдам… её…

Амхиваль поднимался тяжело дыша. На пол капала кровь, губа была разбита, а лицо испещрено мелким царапинами. Но он поднялся и, шатаясь, вновь приготовился к бою.

— Да что же ты никак…

Магистр хотел вновь взмахнуть посохом, но внезапно вокруг него выстроились прутья, состоящие из воздуха. Они дрожали и могли треснуть в любой миг, но, когда Чисвар ударил по ним, ничего не произошло, и это ошеломило его.

— Мастер, я не выдержу долго, — послышался в стороне слабый голос.

Амхиваль обернулся и увидел Еру, вытянувшую руки к магистру. Из кончиков её пальцев тянулись еле заметные нити, которые и образовали клетку Чисвара.

— Ера? — удивился маг.

— Мастер, мне тяжело, — вновь простонала она.

Тот больше не медлил. Встав в удобную стойку, начал жестикулировать, бормоча заклинание. От его ладоней отделились разноцветные нити, скользящие за жестами. И чем больше он выполнял подобные пасы, тем ярче и толще эти нити становились.

— Не может быть, — прошептал магистр, заворожённо смотря на ученика. — Ты научился?

Но тот ему не ответил, он не мог сейчас отвлекаться. То, что он собирался сделать, было под силу лишь магистрам и то не всем. Пол содрогнулся в очередной раз, и вокруг воздушной клетки выросли пять столбов, переливающихся всеми цветами радуги. Пробили мраморную плитку и устремились к потолку. Они росли, словно стебли, стремительно поднимаясь вверх.

— Печать Альвала, — произнёс поражённый магистр. — Но как?

И когда столбы коснулись свода потолка, Амхиваль хлопнул в ладоши. Яркая вспышка озарила зал, и столбы соединились, запечатав между собой Чисвара.

И тут же на пол упала измотанная Ера, а Амхиваль опустился на колени. Пот градом бежал по его измождённому лицу, руки тряслись, а перед глазами поплыли тёмные круги. Это древнее заклинание требовало слишком много сил, и маг еле держал себя в руках.

— Мастер, — Ера с трудом поднялась и направилась к нему, шатаясь из стороны в сторону.

Но стоило ей подойти к своему учителю и опуститься на колени подле него, как разноцветная тюрьма дала трещину, и в следующий миг взорвалась, а перед ними возвысился Чисвар.

— Бежим! Бежим! — воскликнул Эбиро, и оба бросились наутёк.

Они бежали через широкий сад с пышно растущим кустарником, а по пятам мчались сторожевые псы. Три огромных зверя неслись вслед за ворами, мечтая хотя бы сегодня получить полноценный ужин за хорошую работу.

— Воры! Воры! — голосила с балкона Жазмина. — Поймать их!

Проникнуть в дом незамеченными не составило особого труда, даже в том состоянии, в котором пребывали захмелевшие маги. Словно тени взобрались на второй этаж, где находилась спальня девушки, быстренько отыскали тот самый браслет, и когда уже выбирались, в дверях показалась хозяйка комнаты. Они, не оборачиваясь, прыгнули вниз, рухнув наземь, как переспелые яблоки. Вот тогда-то всё и началось.

— Сделай что-нибудь! — крикнул Эбиро.

— Что? Из-за того дешёвого пойла в таверне, я ничего не смогу! — с трудом ответил Амхиваль. — Давай уже сам.

— А-а, — задыхался Эбиро. — Я не могу причинить вред животным.

— Зато меня просишь!

Они не могли перенестись куда-нибудь на бегу, да ещё с замутнёнными головами. Хотя от этой погони алкоголь быстро улетучивался.

— Прыгаем! — Эбиро набирал скорость.

Впереди показалась стена, но преодолеть её для двоих хороших магов не составить труда, тем более перед «делом» они выпили зелье, которое повышает силу и ловкость.

— Уверен? Мне казалось, что там…

— Прыгаем!

— Довольно!

Этот громоподобный приказ заставил всех замереть. Амхиваль и Ера с ужасом взирали на магистра, чья фигура просматривалась в поднявшейся дымке от взорвавшейся тюрьмы. В другом конце зала остановились Сигель, в облике чешуйчатого монстра, и Эбиро, облачённый в хрустальные латы. В пылу битвы они даже не заметили, как разнесли половину мебели.

— Прекратить! — вновь донёсся голос из дымки.

Но вот она рассеялась, и все увидели Чисвара. Однако выглядел он не столь грозно, как звучал. Опираясь на свой посох, старик кое-как стоял на ногах.

— Господин, — Сигель бросился к нему, моментально приняв человеческий облик.

— Успокойся, — пробормотал тот и зашёлся кашлем. — Пока ещё жив.

— Вы за это ответите, — злобно прошипел помощник.

— Говорю же, успокойся, — магистр выпрямился, кривясь от боли, и посмотрел на своего старого ученика. — Я в тебе ошибался…

Он пристально смотрел в его глаза, будто ища что-то, но вдруг запрокинул голову назад и от души засмеялся.

— Да, я в тебе ошибался, — заговорил он слегка успокоившись. — Ты не один из лучших, ты лучший мой ученик. Никто ещё не достиг такого мастерства, чтобы создать Печаль Альвала, но ты… Чёрт возьми, вы же меня почти одолели, я еле держусь на ногах. Если б вам хватило выносливости, то сидеть бы мне в этой блистающей тюрьме до конца своих дней.

Он был очень доволен своим учеником, и вражды между ними больше не было.

— Мне даже плевать, что вы испортили вечер и разнесли мой замок, — улыбался тот. — Ты заставил меня испытать гордость, настоящую гордость.

— Но что будет с Зарой? — Амхиваль с трудом поднялся. — Вы отпустите нас?

— Вас? Нет. Тебя — да, — кивнул он. — Помнишь я всегда учил доверять своей интуиции? Маг, не слушающий свой внутренний голос долго не протянет. И вот что-то мне сейчас подсказывает, что та, ради которой ты был готов стереть в порошок своего учителя, уже давно нас покинула. Предлагаю выйти наружу и убедиться в этом.

Корабль качало на волнах. Морской воздух бил в голову от перенасыщения запахов, море Саос являлось «котлом жизни». Всевозможные организмы и растения, умирая, всплывали на поверхность, где ими могли поживиться белокрылые птицы. Но те попросту не успевали пожирать всё, поэтому запах распространялся на много стошь в разные стороны.

— Я к капитану, — Зара поднялась по мостику, шатаясь в стороны.

— Какого чёрта?! — воскликнул Себастьян, увидев её. — Кто её пустил на корабль?

— Она сказала, что с вами, — мямлил один из подчинённых.

— Если бы она была со мной, то я бы об этом сказал! — злился Себастьян.

Они уже достаточно далеко отплыли от города, чтобы возвращаться.

— Какого хера ты здесь забыла?!

— Ты обещал, что возьмёшь меня, — Зара была ещё тем орешком. — Так что держи своё слово. Или мне всем рассказать, как ты скулил в ногах у магистра?

На лице аристократа мелькнул страх, но тут же сменился злостью.

— Послушай-ка ты, — притянул девушку, чтобы их никто не услышал. — Это из-за тебя у меня теперь проблемы с магистром, а я их вовсе не хотел. Так что будь любезна — исчезни из моей жизни.

— А теперь слушай ты, — её глаза блестели при свете полной Саит, и это придавало девушке демонические черты. — Довезёшь меня до ближайшего большого города, дашь мне денег и можешь катиться ко всем чертям. Иначе все узнают какой ты трус и подлец на самом деле.

Он усмехнулся и отпустил девушку, смотря на неё с неким уважением.

— А ты не промах, — сказал он. — Не зря из-за тебя началась та свара. Но у меня возник вопрос, — насмешливо сощурил глаза. — Что будет, если я прикажу тебя связать и отдать матросам на их личные утехи?

Сразу же на руках девушки сомкнулись грубые ладони. Она начала вырываться, но это было бесполезно.

— Сукин сын! — выкрикнула она, но в голосе было больше страха, чем злости. — Отпусти меня!

— Значит так, ребятки, — обратился тот к матросам. — Она ваша, но всё, что она скажет, никто не услышит. Думаю, мы договорились.

На его лице снова появилась дьявольская ухмылка.

— Нет! — в ужасе выкрикнула девушка и внезапно истошно заорала от боли. — А-а-а!

Её тут же отпустили, и Зара упала на палубу, корчась в агонии. Её левое бедро начало светиться лёгким голубым светом. И чем ярче свет становился, тем громче она кричала, расцарапывая ногу, будто хотела вытащить нечто, что причиняло эти адские муки. И тут…

Они впятером стояли на веранде и смотрели вдаль, туда, где море освещало ночное светило. Внезапно небо пронзил яркий столб голубого света. Казалось, что он исходил из морской пучины, но все знали, что это не так. Вспышка, и всё исчезло, лишь ветерок, пробежавшийся по волнам и слегка зацепивший стоявших возле замка, дал понять, что где-то там произошло нечто удивительное.

— Кость — слишком нестабильный артефакт. Если большинство людей в него не верят, то как им управлять и подавно не знают, — произнёс магистр, глядя на море. — Я не знаю, что на меня нашло. Может жадность и зависть, а может это была какая-то магия, которая пробудила во мне эти чувства, но я виноват перед тобой, Амхиваль. Прости.

Его ученик одобрительно кивнул, а магистр продолжил.

— Думаю, что артефакт не способен долго держать одно заклинание без поддержки сильного мага. Ты же не заговаривал Кость после вживления в девушку?

— Нет, — ответил Амхиваль. — Я не думал, что это потребуется. Выходит, надо было искать новые бедренные кости?

— И у живых людей.

— Нет. Честно говоря, не думал, что столь мощный артефакт будет нуждаться в подпитке.

— Всё в этом мире нуждается в поддержке, — улыбнулся Чисвар и посмотрел на ученика. — И магия и люди. Ты гнался, чтобы поддержать свою любовь, но не заметил, что это уже делают.

Амхиваль посмотрел на Еру, и та смущённо отвела глаза в сторону. Тогда он нежно обнял её за плечи.

— Ты воспитал хорошего ученика, — продолжал магистр. — Под стать себе.

— А что теперь с ней? — спросил Эбиро, махнув рукой в сторону моря.

— Думаю, она вновь превратилась в кучку пепла, коим и была, — хозяин замка повернулся и направился к себе.

— А как же Кость?

— А что с ней? Исчезла, как всегда. Попробуй найди теперь, — усмехнулся он. — А если кому и расскажешь — засмеют.

— Магистр, — Амхиваль сделал шаг к нему. — Я прошу прощения за всё, что здесь произошло…

— Да брось, — снисходительно отмахнулся тот.

— Кстати, какое заявление вы хотели сделать?

— Заявление? — он на миг задумался. — Видишь ли, время бежит неумолимо. Моё тоже. Вскоре я уйду…

При этих словах лица у всех вытянулись от удивления. Даже Сигель не остался в стороне, видимо, не ожидал такого поворота.

— Да, я ухожу, — продолжал тот. — Не сейчас, но скоро. И, видимо, я нашёл себе замену.

Положил руку на плечо Амхивалю и с гордостью посмотрел тому в глаза. Тот взглянул на учителя с благодарностью и выпрямился, давая понять, что готов.

— Думаю, ты нашёл, что искал, — магистр кивнул на Еру. — Но не потеряй, уж она-то достойна воскрешения.

Амхиваль кивнул, и попрощавшись троица отправилась домой.

— Амхиваль! — вдруг раздался позади крик Чисвара.

Тот обернулся.

— Извинения, это, конечно, хорошо. Но я вышлю тебе счёт за побитую мебель! — и, засмеявшись, вернулся в замок, оставив мага с раскрытым от удивления ртом.

— А помнишь ту историю с браслетом? — смеясь, спросил Амхиваль.

Они втроём сидели на веранде около маяка, наслаждаясь тёплыми лучами полуденного солнца. Эбиро сидел напротив, потягивая вино многолетней выдержки. Ера уместилась у Амхиваля на коленях и с любопытством слушала их истории. А сам хозяин маяка довольствовался этой обстановкой с любимой женщиной и лучшим другом.

— А-а-а, — протянул Эбиро. — Жазмина, если не ошибаюсь.

— Забываешь имена своих любовниц? — спросила девушка.

— Если бы он их записывал, то вышел бы тяжёлый многотомник, — ответил за друга Амхиваль.

Тот кивнул.

— Да, глупо получилось. Если бы не моя добрая душа и этот чёртов подарок, нам бы не пришлось бегать от псов…

— Вы убегали от собак? — удивилась Ера.

— Да, — кивнул Амхиваль. — Когда украли браслет из спальни жены губернатора.

— Из спальни, украли, — покачала головой та, улыбаясь.

— А потом ещё прыгнули с обрыва в овраг, — поддакивал Эбиро.

— Я между прочим кричал, что там овраг, но ты не слушал.

— Не до того было, за нами гнались собаки, — развёл руками тот.

— Было весело, — смеялся Амхиваль. — Хоть и глупо.

— Глупо, согласен, — кивнул его друг. — Но не так глупо, как вести к магистру воскрешённую, о которой он знает.

— Мы же обсуждали это. Ну, дурак, что тут скажешь. Мозги вообще отключились — ничего не вижу, никого не слышу.

— Это было заметно, — поддела его Ера, которая чувствовала себя более уверенно, когда Амхиваль ей открылся, а она ему.

— Так, не зазнавайся, ты всё ещё моя ученица.

— Ох простите, учитель, — наигранно вздохнула она и встала. — Но лучше я принесу ещё вина.

— Отличная идея.

Девушка ушла, а друзья довольно вытянулись в креслах.

— Теперь-то понимаешь, о чём я говорил? — спросил Эбиро.

— Не начинай. Я уже признался, что был глухим олухом.

— Помню, просто мне нравится это слушать, — довольно улыбался его друг.

Амхиваль посмотрел на него исподлобья и добродушно усмехнулся.

— Что было уже не вернуть, — вздохнул он. — А если и вернуть, то лучше не возвращать.