1.0 — создание файла
Владислав никогда не чувствовал себя опустошенным настолько. Последний год вообще прошел словно в тумане вечного пьяного угара. А сейчас пришла соответствующая расплата. Никак в голове не укладывалось, как он допустил, что у ведьмы вышло снять с него его демона. Но самое ужасное, что он даже сказать об этом толком ничего не может. Сильная стерва.
Стефания будет недовольна.
Женщина, для своего преклонного возраста, двигалась удивительно грациозно, только скрипнувшая половица известила Владислава о ее приближении.
Он нервно обернулся и встретился с леденящим душу желтым взглядом. Да уж, «всего лишь ведьм
«Всего лишь ведьм
— Здравствуй, тетя, — стараясь больше не смотреть на женщину, тихо приветствовал колдун.
Влад не был уверен, что Стефания все еще его тетя. Существование с демоном такого уровня не могло пройти бесследно. Даже его демон, на порядок слабее и проще, требовал слишком много душ.
— Влад, — она коротко кивнула, и села в соседнее кресло. Высокая спинка с резными узорами по краям возвышалась над обманчиво щуплой и хрупкой фигурой, только придавая женщине величественности. Желтый взгляд был уже давно пустым, все меньше походил на человеческий. — Ты приехал без своего демона.
Она не спрашивала, она точно знала. И Влад поежился. В глубине души, его сей факт расстраивал не так уж сильно. Давно он не мыслил настолько ясно.
— Расслабься, — безразличным тоном произнесла Стефания, что этому никак не способствовало. — Его отсутствие не так сильно вредит моему плану, как ты думаешь.
Влад порывался что-то сказать, но никак не мог ни слова о той девчонке вымолвить. Слишком сильная магия его удерживала.
— Ты все также остаешься лицом рода, — продолжила Стефания, — а освободившееся место скоро займет другой, куда достойнее прежнего.
Она приложила ладонь к сердцу. Там, где Влад чувствовал пустоту теперь.
— Тот, кого мы призовем достоин такого тела как твое, — желтые глаза сверкнули в предвкушении, — но нам все еще нужен самый могущественный артефакт красного потока. Рубиновое сердце ты не привез, я так понимаю.
Снова Влад чувствовал, что ей известно все. Может даже больше чем ему самому.
— Старцев так просто не отдаст его, — напомнил Влад. — Моя поездка лишь подтверждает это.
— Я выделю людей, — сухо отмахнулась от оправданий Стефания. — К тому же, теперь нас поддерживает Пражский клан. Смерть Виктории не была напрасна.
— Не была, — повторил Влад. С этим не поспоришь. Да только смысл он придавал этим словам свой.
Он не любил Викторию, а сейчас так вообще не понимал, что она делала рядом с ним. Делила жертву одну на двоих, постель — и только. Он забирал душу, а она кровь и жизненные силы. Экономно, но мерзко. Настолько, что Влад сейчас мечтал стереть эти воспоминания, гораздо больше, чем следовать великому плану Стефании.
— Прежде чем вернуться за рубиновым сердцем, достань мне кровь черной ведьмы, — проговорила ведьмачка. Влад не мог не насторожиться. Конечно, Стефания не впервые просит его о чем-то, а точнее раздает указания, но сейчас он не в лучшей форме, чтобы выполнять подобные поручения. Черные ведьмы на дороге не валяются. Любую высшую ведьму найти непросто, их мало, и они живут по одиночке. Это как искать иголку в стоге сена, старательно выдающую себя за это самое сено.
— Не волнуйся, все уже выяснили за тебя, — догадавшись о мыслях Влада успокоила Стефания. Но разочарование в ее голосе говорило само за себя. — Я уже выбрала ту, которая пожертвует кровь. Тебе нужно только уговорить девушку отдать ее добровольно. Это поможет избежать проблем в будущем.
Стефания встала, вцепилась в полированный подлокотник из красного дерева, помогая телу удерживать вертикальное положение.
На худых иссушенных пальцах кольца-артефакты казались слишком огромными, но одно из колец не имело камня, наполненного магическим потоком. Кольцо в форме змея, хвост которого приходил в движения, острым концом был способен разрезать кожу.
Влад знал, зачем Стефания потянулась к нему.
— Нет, — резко остановил он ее.
Глаза ведьмачки вспыхнули холодом.
— Я слишком слаб сейчас, настолько, что новый демон меня может убить, мне нужно восстановить силы, — тут же пояснил Влад свой протест.
Но он совсем не был уверен, что восстановить душу еще возможно.
Покой. Покой мне только снится. Я думала, когда пройду испытание все станет проще. Буду маленьким механизмом в системе, что создали колдуны. Обеспечу себе спокойную жизнь, если буду следовать простым правилам. Для себя я выделила основные: не люби (чтобы не было кого терять), не борись (чтобы не было больно проигрывать), не связывайся с колдунами (и так понятно почему).
Но я нарушила последние два правила. Испытание далось нелегко. Подобраться к жертве стоило немалых усилий. Но кто же знал, что мэр захудалого городка на задворках России водит дружбу с криминальным авторитетом, который, конечно, не простой человек. Колдун, преимущественно использующий по иронии матери-богини, черный поток. Он был очень удивлен, когда узнал, кто виноват в отравлении. Чертовы камеры слежения. А я была не меньше удивлена, когда узнала, как он хочет отомстить. Жаль, что заступиться за меня было некому, и пришлось бежать, только пятки сверкали.
Я, пожалуй, единственная ведьма сирота. Мои бабки погибли в пожаре несколько десятилетий назад, причины которого мне до сих пор неизвестны, а мать забрали колдуны. Она нарушила много правил, и не желала вписываться в систему. Не будь я высшей ведьмой, решила бы, что род Новак, мой род, проклят. Но я знаю, что пожар — это случайность, а нежелание матери жить по навязанным правилам, всего лишь ее выбор, и нет здесь никакого воздействия магических потоков и воли богов. Но я не моя мать. Во мне нет того внутреннего сопротивления, что двигало ею, и я готова жить по чужим правилам. Но с тем, что предложил этот упырь, точнее колдун, да поглотит его мрак, даже я не готова смириться. Так я нарушила правило номер два.
А потом нарушила и свое третье правило, пообещав себе, конечно, что это в первый и последний раз.
В неоновом свете наполненного людьми бара, шум толпы заглушали сильные басы современной музыки. Ничего не имею против людей. В конце концов, они изобрели много хорошего, но вот эта, бьющая по ушам какофония, не относилась к человеческим достижениям. А вот крепкий коктейль на основе абсента, вполне заслужил моего одобрения. И я сделала очередной глоток, отбросив в сторону пластиковую трубочку. Ожидание встречи, с одним из самых опасных и беспринципных колдунов этого мира, проходило не без напряжения.
— Здравствуй, Катэрина, — вдруг раздалось над ухом. Молотов, пришел все-таки.
— Привет, — бросила я, все еще не веря, что он может мне помочь.
Но он сам вышел на меня и предложил помощь, как только великий и ужасный Северьян Старцев, отказался поставить на место провинциального колдуна, любителя черных ведьм. Тот сделал еще хуже — официально признал, что этот псих в перстнях и наколках, с лохматой гривой, будто он не колдун, а дикий зверь, даром, что в костюме, имеет право использовать меня по своему усмотрению. А я должна, принять новое назначение достойно. Все мои мольбы о том, что этот колдун собирается держать меня в рабстве, никто и слушать не стал.
В тот момент я стала лучше понимать маму и, покинув Москву, приняла решение, совсем несвойственное мне — бежать, бежать и еще раз бежать. Не о таком спокойном существовании в рамках системы я мечтала. До сих пор перед глазами стоит тот ошейник, способный удержать мою силу. Не готова я стать черной ведьмой на привязи, а может и в клетке, кто его знает.
«Будешь служить мне, а там посмотрим на что еще сгодишься,» — до сих пор помню, как при этих словах, он готов был надеть на меня ошейник, а ледяной взгляд голубых глаз скользил по мне совсем недвусмысленно. И сомнений не оставалось, что значит «что еще». От этого взгляда стало действительно страшно. Я не знала, какого это — быть с мужчиной, но при мысли о том, что увязавшийся за мной колдун может стать первым — все внутри перевернулось, а сердце в страхе забилось из последних сил.
Я могла убить своего преследователя, но его время еще не пришло, черный поток был далек от него, а я не готова была изменить это. Изменить уготованный ему час смерти. Хватит с меня и того что пришлось сделать для испытания. Тогда я дала себе еще одно обещание — больше никогда не убивать. К тому же, я не хотела пойти по стопам матери и оказаться в тюрьме, из которой не возвращаются.
— Влад, ты пришел, — начала я с глупой констатации факта и нелепой улыбки симпатичному молодому блондину, просто не зная, с чего начинать. Он так и не сказал по телефону, как собирается помочь.
— Я же сам тебя позвал, — напомнил он. Сейчас, наверное, думает, что я совсем идиотка. И не только из-за глупостей, которые несу. Факт того, что явилась сюда не говорит ничего хорошего о способностях высшей ведьмы.
Он ухмыльнулся, заметив мое смущение, но глаза так и оставались неподвижными в своей холодности. Вновь закралось в голову сомнение, а не сделаю ли я хуже? Этот колдун, может оказаться ничуть не лучше.
— Да, конечно, — пролепетала я, устыдившись собственной глупости. — Я очень надеюсь, что ты поговоришь с Алексеем Соболевским, и он перестанет меня преследовать.
— Так и будет, — снова улыбнулся Молотов одними губами, глаза так и оставались замороженные печалью. — Только обговорим условия.
— Условия? — повторила я.
— Ну да, ты же не думала, что я стану помогать по доброте душевной? — вдруг тон Молотова стал резкий, а рука легла на воротник пиджака, прижимая ладонь к сердцу. На лице отразилась будто гримаса боли, но мне не до жалости к колдунам.
Конечно, я не думала так. Не совсем уж я наивна. К тому же знаю какие слухи ходят о роде Молотова. Но все-таки надеялась на что-то, раз уж он сам вызвался помочь. Как оказалось, зря.
— Ты говорил, что хочешь помочь, — напомнила я о телефонном разговоре, — разве помощь не должна быть бескорыстной?
Впервые в серебристо-голубых глазах заискрилось что-то похожее на жизнь. Он засмеялся. И я улыбнулась в ответ, пусть и веселит его моя глупость.
— Обсуждение условий напоминает больше сделку, — продолжила я. Теперь прекрасно осознавая, что могу влипнуть с этим Молотовым в еще одну неприятность.
— Все верно, — согласился колдун, — услуга за услугу.
Звучит по крайней мере честно.
— Что ты хочешь?
Колдун оценивающе осмотрел меня. Хотя оценивать, на мой взгляд, особо нечего. Некогда светлые волосы стали иссини черными после начала испытания. Бледно зеленые глаза, теперь сверкали как черные изумруды, наполненные потоком. При своей бледности стала я выглядеть лишь более приметно, но внимание — это не то, чего я желала. При довольно щуплой фигуре и серой внешности, какая была у меня раньше, я могла слиться с цементной стеной, и это меня вполне устраивало. К моему удивлению, Молотов не выглядел разочарованным, и я тяжело сглотнула, прокрутив в голове пару вариантов, что он мог предложить.
Наверное, он заметил мой испуг на лице, потому что, когда наклонялся ко мне, вид у него был очень самодовольный.
— Немного твоей крови, — прошептал он на ухо.
— И все? — выдохнула я.
— И все.
Теплое дыхание приятно щекотало кожу. И я не сразу осознала, чем придется платить. Но подумать над последствиями не успела.
Влад положил ладонь на мое оголенное плечо, потеребив тонкую бретельку шелкового топа.
— Думай быстрее, Катэрина, — снова прошептал колдун. Взгляд его скользнул по толпе позади меня, и я обернулась, заинтересовавшись тем что отвлекало Молотова.
Увиденное заставило меня резко подняться, но под сильной рукой Влада я снова оказалась на своем месте.
— Ты согласна отдать немного крови? — уже настойчивее потребовал он ответа. — Взамен я разберусь с Соболевским. Он не причинит тебе больше вреда, обещаю.
Я не стала долго думать, это было невозможно под взглядом колдуна, которого я боялась, в отличие от Молотова. Синя-голубой взгляд прожигал мне спину, я чувствовала его, он уже заметил меня.
— Да, да, я согласна, — чуть ли не плача от безысходности, проблеяла я.
— Тогда бежим, — веселясь скомандовал Молотов, хватая меня за руку и утягивая за собой в толпу, в противоположную сторону от Алексея.
Я не знала куда мы побежим. Ведь город чужой, и вообще я собиралась завтра же его покинуть. Оставалось надеяться, что Влад знает что делает. Хотя, признаться, я думала, что он будет с Соболевским говорить, а не убегать. Но он, в конце концов, мужчина, колдун, и знает, как решать такие проблемы лучше меня.
Мы вышли через служебный выход. Неприятно пахло из мусорных баков, но мы остановились.
Влад схватился за сердце, и я было подумала, что у него приступ. Но посмотрев на него глазами черной ведьмы, я не увидела подступающего к нему мрака, говорящего о скорой кончине. Присмотревшись внимательней, я поняла что меня смущает. Высшие ведьмы видят душу после вступления в полную силу не так хорошо, как красные ведьмы когда-то, и душу Молотова я почти не видела. Едва уловимое, тусклое сероватое сияние. И это было странным — слишком мало видно.
— Я не спец по душам, — неуверенно сжала губы, сомневаясь говорить ли об этом колдуну, — но с твоей что-то не так, Влад.
— Что ты видишь? — впился он в меня ледяным взглядом, крепко держа руку, будто я собиралась убегать от чумного.
— Она меньше чем должна быть…
Но тут железная дверь с надписью «служебный вход», из которой мы только что вышли, распахнулась чуть не разрушив старую кирпичную стену.
— Катэрина! — прорычал Алексей, словно раненый зверь. — Хватит бегать!
Он пристально смотрел на нас с Молотовым, не спеша что-то предпринимать.
— Черт, — выругался Влад, нервно переводя взгляд с меня на Алексея. Выглядел он явно нерешительным, что никак не вписывалось в сложившийся в моей голове образ.
Но мы снова побежали. Я старалась не подвернуть ноги, ругая себя за такую непрактичность. Подумаешь встреча в баре, можно было и без каблуков обойтись.
Влад вел нас по закоулкам, как мне казалось, вполне уверенно. Но когда мы уткнулись в тупик из кирпичной стены и мусорных баков, я поняла, что заблуждалась насчет своего спутника.
— И что теперь? — неуверенно поинтересовалась я.
Колдун извлек из кармана пиджака пробирку со специальной иглой для забора крови. Все было упаковано и стерильно. Но я все равно поежилась — в иголках нет ничего приятного.
— А как же спиртом продезинфицировать?
Влад удивленно приподнял брови и уставился на меня.
— Н-да, так как сегодня, я давно не веселился, — когда он улыбался, то выглядел не таким холодным как показалось вначале. И почему-то, когда на его лице появлялась не усмешка, а искренняя улыбка, как сейчас, мне было все равно над чем он смеется, и было сложно оторваться от красивого лица. И почему его так боятся? Милый же парень. Хотя и непонятно чем я его так развеселила.
— Ай! — крикнула я. Резко потянув мою руку на себя, Влад с легкостью нащупал вену, правда попал только со второго раза, что мало приятно.
— Спиртом, блин, — фыркнул он. — Нашла чего бояться, ты же высшая ведьма.
Да, тут с ним тоже не поспоришь.
Кровь быстро наполнила стекляшку, и Влад убрал ценную добычу в карман. Жидкость, олицетворяющая мои жизненные силы, и одновременно смерть для вкусившего, не сразу остановилась, а спасительной ватки мне никто не предложил.
— Почему ты его не убила? — вдруг спросил колдун. Я непонимающе уставилась на него, широко распахнув глаза. А колдун озирался по сторонам, правильно ожидая, что Алексей последует за нами. Как он вообще додумался такое спросить? Даже убивай я направо и налево не призналась бы в этом колдуну.
— Если отбросить то, что я не желаю нарушать правила, придуманные колдунами? — на всякий случай уточнила. Но Влад промолчал. — Не убила потому, что его время еще не пришло, и не мне сдвигать установленное высшими силами.
И это был честный ответ.
— Странно слышать такие рассуждения от черной ведьмы, — голос его лишком цинично прозвучал в ночной городской тишине. И на секунду мне показалось, что он действительно может оказаться именно таким, как о нем говорят. «Беспринципный колдун, трупами усеявший дорогу рода наверх…», «своей жесткой политикой он подмял под себя заграничные кланы нелюдей, и их все больше…», «У Молотовых есть сила, которой нет у Старцевых, они откроют для нас новые возможности…». Все это я слышала в барах для нелюдей, где за последнее время, сбегая от Соболевского, мне довелось побывать особенно часто. Но можно ли слухам доверять?
Когда он повернулся ко мне я поняла, нет. Нельзя верить. В серебристо-голубых глазах затаилась такая скорбь, что мне захотелось тут же утешить молодого мужчину. К тому же, вызвавшегося помочь.
— Влад, — мягко произнесла я, и не удержалась, провела кончиками пальцев по его лицу, от виска к подбородку, желая смахнуть печаль с красивого лица. — Спасибо.
Но он только больше нахмурился.
— Рано благодаришь, — недовольно проговорил он, и тут же выругался. Со стороны выглядело так, будто борется он сам с собой.
— Хорошо, считай это сделкой, — глядя мне прямо в глаза, он слишком быстро стал приближаясь, что я невольно попятилась назад, не ожидая нарушения своего личного пространства, — а это ее закреплением.
Не успела я опомниться, как оказалась прижата к кирпичной стене. Поверхность была мало приятной: шершавой и прохладной на ощупь даже в летнюю ночь. Но больше всего меня удивили действия колдуна. Что это он собирается делать? И почему мне вдруг стало так душно? Не оттого ли, что его губы так близко и он крадет мой воздух? Сердце стучало так, что заглушало все остальные звуки, а я не могла отвести взгляд от мужских губ, чуть обветренных, но наверняка мягких. Хотя откуда мне знать каковы мужские губы на ощупь или на вкус? Неужели мой первый поцелуй произойдет в темной подворотне незнакомого города с колдуном? Я так и не смогла «сблизиться» ни с кем, а после вступления в полную силу, было совсем не до того.
— Это? — еле слышно произнесла я, не зная сама точно, о чем хочу спросить. Ведь мы уже договорились об условиях нашей «помощи» друг другу.
Но задать более внятный вопрос я не успела. Влад не коснулся моих губ как я ожидала. Продолжая прижимать своим телом, обхватил запястья и поднял их над головой. Не успела я спросить, что он делает, как к хватке теплых ладоней присоединился холодный металл, и клацнул замок. Я думать не хотела о том, что это, и смотреть, чтобы подтвердить свои догадки тоже.
— Знаешь, я не любительница подобного… — попыталась я пошутить, чтобы успокоить в первую очередь себя, но не успела договорить, тут все-таки он поцеловал меня. Осторожно потянув и прикусив нижнюю губу. От неожиданности я в прямом смысле слова чуть не задохнулась; не успев сделать вдох перед этим наплывом чужой мягкости, и, видимо, от нехватки кислорода начала кружиться голова, и если бы он не продолжал удерживать мои руки, то ноги бы точно подкосились. Кроме стука собственного сердца я больше ничего не слышала.
Но все впечатление от первого поцелуя испортили мысли о том, зачем он надел на меня наручники. Те самые, которые способны достаточно долгое время сдержать силы высшей ведьмы. Но ведь я ничего не нарушила.
Запустив руку в мои волосы, он отстранился от моего лица.
— Это вынужденная мера, чтобы ты не пошла за мной, — пояснил он, и тут я почувствовала, как его пальцы ловко выдрали мне пару волосинок.
— Эй, зачем тебе мои волосы?! — возмутилась я.
— Я хотел разобраться с ним по-своему, но твои слова меня переубедили…
Не договорив, он задумчиво всмотрелся в мое лицо.
— А вообще, узнаешь чуть позже, — снова очаровательно улыбнулся колдун. Но сейчас мне было не до созерцания. У него есть моя кровь, зачем еще и волосы? И тут мой мозг начал усиленно работать, пытаясь понять зачем все это может понадобится колдуну.
— Что ты будешь делать с моей кровью?! — выкрикнула я ему в спину, просто на удачу, уже не надеясь получить ответ.
И, конечно, мне никто не ответил. Даже не обернулся.
— Какая это, блин, сделка?! — возмутилась себе под нос.
Бежать за ним следом было глупо. Без сил и на каблуках — заранее обреченная на провал затея.
Ночь набирала обороты, и я уже начала жалеть, что оставила жакет в баре. Хорошо хоть сумочку не забыла. В сторону своей дешевой гостиницы, в которой я остановилась, плелась чисто интуитивно, и надеясь, что не ошиблась в направлении.
Как же я радовалась отсутствую регистратора в лобби — не увидит как позорно, в наручниках, сдерживающих мою силу, я пробираюсь в свой номер, будто сбежала с тематической вечеринки.
Спрятавшись за закрытой дверью, держась из последних сил бросилась на кровать, обнимая подушку и давая волю слезам. Наплакавшись, как следует промочив наволочку, кажется насквозь, вытерла нос, и постаралась призвать как можно больше сил.
Я делала это до тех пор, пока обессиленная физически не заснула прямо в одежде.
Разбудил меня осторожный стук в дверь. Наручники перестали действовать еще когда уснула, и я их брезгливо отбросила в сторону.
— Доставка цветов! — улыбнулся долговязый юноша в зеленой кепке и футболке.
Я молча приняла цветы. Точнее всего один. Ирис. Черный.
Большой пышный цветок, упакованный в прозрачную пленку. Имелась и карточка. Я вроде черная ведьма, мне подчиняется смерть, и я не должна бояться ничего с ней ассоциирующегося. Несмотря на то, что цветок был очень красив, в душе зародился страх, а руки задрожали, когда я потянулась за карточкой. А если это своеобразная угроза от Соболевского? Но заклятий на цветке я не чувствовала.
Карточка оказалась пуста. Всего лишь ничего незначащий кусок картона с лейблом цветочной компании.
А на что ты рассчитывала Катэрина? На романтичное признание от тайного поклонника? Как в пресловутых бульварных романах? И от кого?!
Внутренний голос был слишком навязчив, но как его заткнешь? Никак, конечно.
Я улеглась обратно на кровать, положив на свободную подушку подарок незнакомца, и высвободила его из упаковки. Он был действительно прекрасен. Не чисто черный — при ближайшем рассмотрении угадывались и синие, и фиолетовые оттенки. Кончиком пальца осторожно провела по лепестку. Нежный и хрупкий, несмотря на то, что при первом взгляде пугал. Кто бы ни был этот незнакомец, он мне угодил.
От размышлений отвлек телефон, известивший о пришедшем смс.
Контакт был мне известен.
«Милая Катерина, надеюсь ты не сильно зла на меня за вчерашнее… этот цветок напоминает мне тебя, прими его в качестве извинений за наручники. Ты выполнила свою часть сделки — я свою. Твои слова заставили пересмотреть мои взгляды на некоторые вещи, думаю это изменит меня в лучшую сторону, и за это тебе отдельное спасибо»
Значит цветок от Влада. Удивительно, колдун извиняется и благодарит. Матерь-богиня, ты перевернула землю?
Я облегченно выдохнула, и направилась в ванную, попутно сбрасывая с себя вещи.
Зачем бы ему не понадобилась моя кровь, надеюсь я останусь не при делах.
Теперь можно спокойно возвращаться в Москву. Сходить на прием в честь летнего солнцестояния и попросить у Северьяна Пересветовича новое назначение.
Все-таки хорошо, что я не струсила, не поддалась влиянию слухов и согласилась на помощь Молотова.
С чувством полной перезагрузки, с упорядоченными мыслями, спокойным сердцем и легкой свободой внутри, я вышла из ванны обернувшись полотенцем. Из второго по пути сооружала тюрбан на голове. Когда я резко выгнулась назад, принимая вертикальное положение, представшая перед глазами картина заставила замереть и безуспешно хватать ртом воздух. Душа немедленно попыталась покинуть тело, но все-таки тело удержало ее на месте.
— Катэрина! — грозно воскликнул Алексей, будто ждал меня целую вечность.
Что-то в его взгляде синих глаз поменялось, и это настораживало, не меньше чем само его появление. Где его свита вообще, почему он один и так довольно улыбается? И где ошейник, которым он тряс передо мной в прошлый раз.
Он резко встал с кровати и направился ко мне, в два шага преодолевая разделяющее нас расстояние. Я успела выставить руки перед собой, и призвать поток. Черными всполохами он закружился вокруг пальцев.
Но Соболевского не напугала моя попытка обороны. Точно такая же магия окутала и его ладони, и ничего не помешало меня обнять. Обхватив талию в кольцо-тиски, он прижался ко мне. Только благодаря тесным объятиям я не тряслась как осиновый лист. Что он делает, поглоти его мрак?!
Быстрее, чем я успела о чем-либо подумать, он потянулся к моим губам своими, стремительно и решительно накрывая жестким поцелуем, а щетиной царапая кожу. Вот так. То ни одного, то сразу два подряд поцелуя с разными мужчинами. Что вообще происходит?
Попытка оттолкнуть от себя навязчивого преследователя не увенчалась успехом, и без применения магии я бессильно упиралась ладонями в каменную грудь. Я бы могла его оттолкнуть, но вдруг это только разозлит его? Определенно. Он же настоящее чудовище, а не человек и колдун. Лохматый дикий зверь из первобытных времен.
Этот поцелуй становился все настойчивее. Когда его язык нашел мой, я безмолвно ахнула, чуть шире открывая рот, совсем не ожидая подобных действий от колдуна. И, конечно, он неправильно истолковал мой испуг, посчитав, что это поощрение его действий. Ага, с какой стати то?
Теперь и его руки заскользили по моему телу. Полотенце соскользнуло вниз и мужские ладони обожгли оголившуюся спину. Это меня отрезвило, позволив оторопевшему от шока телу действовать. Я прикусила его за губу, и, на свой страх и риск, все же применила магические силы, чтобы оттолкнуть его от себя.
Алексей упал на кровать, но вовсе не разозлился. Наоборот, на его лице заиграла ухмылка, а цепкий взгляд внимательно прошелся по моему телу. И тут, я очнулась, вспомнив об упавшем полотенце.
— Любишь по жестче, — томно пробормотал колдун, не отрывая от меня лапающего тело взгляда, и я кинулась за полотенцем.
— Ты что несёшь?! — не выдержала я, повысив голос. От стыда запылали даже уши.
— Иди ко мне, Катерина, — прошептал Соболевский, приподнимаясь с кровати и протягивая ко мне руки. — Я хочу тебя.
Я уставилась на него, медленно отступая назад и не веря в происходящее. Да, определенно, Соболевский хотел меня, и оттого преследовал столько времени. Но вовсе не как женщину. Он хотел черную ведьму. Хоть и намекал, что не прочь и развлечься со мной в постеле, но это его волновало меньше всего во мне. Колдуны не сходятся с высшими ведьмами, даже ради секса. По крайней мере, насколько мне известно. Но этот взгляд синих глаз стал будто мягче. Что-то определенно изменилось в нем. Понять бы что.
— Разве ты не разговаривал с Молотовым? — попыталась я завести разговор, внимательно наблюдая за колдуном. Он, к счастью, продолжил лежать на кровати.
— Разговаривал, — довольным голосом ответил колдун.
— Ты больше не должен меня проследовать, — решила я напомнить о результатах того разговора.
Ведь Молотов написал, что выполнил свою часть сделки. Значит разговор точно был обо мне. Что же тогда пошло не так?
— Как же я могу оставить ту, которую так сильно люблю, Катэрина? — голос колдуна звучал мягко и с хрипотцой. Аж мурашки пробежали по телу. Кого это он там любит? Он что, сошёл с ума?
— Алекс, ты кажется не в себе, — попыталась я мягко намекнуть на его невменяемость. Психически больных лучше не злить, к тому же таких агрессивных как Соболевский.
— О, со мной все отлично, — улыбнулся он, вставая, и снова делая попытку привлечь меня к себе.
Я отстранилась как от внезапно вспыхнувшего огня. Соболевский нахмурился, в сапфировых глазах сверкнула злость.
— Иди сюда, Катэрина, — настойчиво позвал он.
— О чем вы с Молотовым говорили? — попыталась я избежать физического контакта.
Колдун немного напрягся, нахмурил лоб, будто силясь вспомнить что-то.
— Не помню, — небрежно и неуверенно бросил он, но продолжил говорить, — вернулись в бар, выпили, а потом я оказался в переулке, и сразу захотелось тебя найти, а Влад как раз упоминал о гостинице, где ты остановилась.
Я поджала губы жутко злясь на Молотова. Обманул? О что я ещё ожидала от колдуна? И кажется он сделал кое-что похуже, чем сообщил где меня искать Соболевскому.
— Алекс, ты сказал что любишь меня, — напомнила я, и в мужских глазах загорелся радостный огонек, — с каких именно пор, можешь сказать?
Колдун снова призадумался, хмурясь пуще прежнего.
— Тварь! — прорычал он, — какая же Молотов тварь!
Видимо Соболевский пришел к такому же выводу как и я. В сообразительности ему точно не занимать. Не зря он так легко находил меня в каждом городе. Да и кто убил его друга — сразу вычислил.
— Влад приворожил тебя ко мне, — обреченно высказала я общую догадку.
Соболевский напрягся, на лице заиграли желваки. Я могла только догадываться какая ярость сейчас плещется в нем. Приворот — это не шутки. По крайней мере, я, как высшая ведьма, знаю об этом куда больше остальных. Невозможно поселить в душу любовь. То, что ведьмачки и колдуны полагают работает как приворот, по сути является одержимостью определенной идеей, обычно это желание бать с кем-то, в основном физически. И истинное отношение к объекту вожделения так или иначе будет проявляться. Если Влад думал, что поможет мне таким образом… Но он сделал только хуже. Соболевский и так хотел меня заполучить в свое распоряжение, а теперь он желает меня как еще и как женщину.
Несмотря на все это, Алексей Соболевский не станет относится ко мне добрее, и уж тем более не оставит в покое. Может действительно вреда и не причинит какое-то время. Но однозначно, Молотов оказал мне медвежью услугу. Только это была вовсе не услуга, а двухсторонняя сделка. И я свою часть выполнила надлежащим образом.
— Может и так, — прошипел Алексей, — но что мне мешает поддаться привороту? Это тянущее чувство предвкушения близости с тобой, чертовски волнует.
Я попробовала посильнее закутаться в полотенце, насколько это возможно.
— Не прячься от меня, — ласково проговорил колдун. Хитро щурясь и медленно приближаясь ко мне, он заставил меня пятится, но я уткнулась в стол. — Иди сюда, обещаю тебе понравится.
— Алекс, — голос мой дрогнул, не так я представляла свой первый раз, и уж точно не с этим колдуном.
— Продолжай, мне нравится, как ты произносишь мое имя.
Мужчина все продолжал наступать. А я испуганно замерла, не зная как лучше поступить.
— Алекс, ты не понимаешь, — нашла я в себе силы вновь заговорить, — приворот — это не то что ты думаешь.
— А что же? — он уже вплотную подошел ко мне, раздвигая бедра и вставая между ними.
Благо, полотенце достаточно длинное и прикрывает все интимные места. В животе все скрутило от непривычной близости мужчины. А страх, что он может совершить непоправимое, накатывал все сильнее.
Смогу ли я его убить, переступить через себя, чтобы избежать этого? Что для меня ценнее, собственная невинность или чужая жизнь? Алекс не дурен собой, если не думать о том каков его характер и насколько черна душа. Быть может он прав, и мне действительно понравится? Как говорится, может стоит расслабится и получать удовольствие?
Воспользовавшись моим замешательством, мужские губы вмиг оказались у моей шеи.
Нет. Не могу я так.
— Алекс, это желание иллюзия, ты не хочешь меня на самом деле, — как можно тверже и уверенней пыталась говорить я, — тебе это не нужно, а нам обоим необходимо снять приворот. Ох…
Он тихонько прикусил кожу на моей шее и тут же поцеловал в то место. Оказалось, это довольно приятно, и на секунду я забыла о чем вообще говорила и с кем.
Пара это заканчивать. Руки мои быстро опустились на широкие мужские плечи. Набравшись смелости решительно оттолкнула колдуна, вложив немало магических сил.
— Приворот сведет тебя с ума! А близость со мной только все усугубит! — уверенно закричала я, не помня, когда последний раз повышала вообще голос, и надеялась, что он не заметил как я блефую. — А если с мной случится что- то, ты наложишь на себя руки! Тебе это нужно? Это больное подобие любви?
Пока я вываливала на колдуна все известные, а кое-где и преувеличенные, ужасы приворота, он упал на пятую точку, и теперь продолжил сидеть на полу. На лице вновь запылала ярость, густые брови сдвинулись. Губы сжались. Волосы, пока он падал, разлохматились еще больше.
Оставалось надеется, что злится в этот раз он не на меня. Иначе в открытой схватке ему не победить, а я смогу только убить его, чего бы мне не хотелось делать.
— Давай снимай уже, — проворчал Алекс.
Я обратилась к ведьминому взору, положила руку на грудь колдуна, чтобы лучше разглядеть душу.
Мне не потребовалось много времени, чтобы отстраниться и оставить попытку снять приворот самостоятельно. Это был не просто приворот, а, по иронии матери-богини, черный приворот. Несмотря на то, что я черная ведьма, не смогу снять его не убив привороженного. Саму душу я видела не особо четко, но вот черную печать с затейливым рисунком наполненную моим потоком хорошо. Я слышала о подобном, как-то мама рассказывала…
Молотов подстраховался. И как я сразу не догадалась? Обычный приворот, может снять даже сам привороженный, если догадается о нем. А вот с черной печатью нет. Печать убьет привороженного при подобной попытке. Только сотворивший, знающий ключ от печати, сможет его снять. Либо, конечно, управляющая карминовым потоком ведьма.
А значит, придется разыскать Молотова.
— Алекс, это черный приворот, — как можно мягче сообщила я плохую новость, наблюдая за все больше темнеющим взглядом колдуна.
Несмотря на то, что Соболевский собирался использовать меня как нескончаемый источник черного потока, теперь он мой союзник, и так просто мне не отделаться от него. Приворот лишь добавит энтузиазма Соболевскому, если я вновь сбегу. Возможно в одном Молотов угадал. Теперь Алекс не причинит мне вреда. По крайней мере, я надеюсь на это.
К тому же без него, я не найду Молотова. У меня нет нужных связей, и каких-либо других возможностей. Как бы страшно не было, придется объединить усилия с Соболевским. Быть может, в благодарность за снятие приворота он откажется от своей нелепой идеи мести?
Колдун окончательно ушел в себя переваривая новость, присел на кровать и откинулся на спину, закрыв лицо ладонями.
— Демонов отродье, — донесло до меня его гневное ворчание.
В нынешней ситуации это не могло быть обо мне, поэтому обращать внимания на ругательства не стала.
И как-то быстро и легко, установленное же собой правило «не связывайся с колдунами», было опять нарушено.
— Одевайся, я пока выясню, куда удрал этот белобрысый… — скомандовал Соболевский.
Так как номер колдун, судя по всему, не собирался покидать, переоделась я в ванной. Теперь мне черный очень шел, и длинная накидка, прячущая фигуру, придавала немного мрачности моему образу. Но ткань была приятной и успокаивала меня, когда я начинала нервно мять ее.
Вещей у меня было немного. Содержание, что мне выплачивалось после того как посадили мать, едва ли хватало на оплату жилья. Я подрабатывала официанткой, когда пришлось заботится о себе сомой, вплоть до того момента, пока не пришлось покидать родной городок и отправляться на испытание. К счастью, на это время выплачивалась небольшая «премия», да и сама я скопила кое- какие средства. Будто чувствовала, что черный день настанет. И так оно и вышло — пришлось бежать.
Покидав вещи в небольшой чемодан и закончив на этом сборы, посмотрела на колдуна. Он активно вел с кем-то переписку в телефоне.
Главное не думать о всем, что может со мной сделать этот мужчина. Остается уповать на снисходительность матери-богини.
— Я готова, — сообщила колдуну, и тот оторвал от экрана синий взгляд и перевел его на меня.
Эти глаза были слишком цепкими, а когда он был так близко — вызывал мелкую дрожь. Лучше не смотреть на него.
— Тогда поехали.
— И куда мы поедем?
— В Новосибирск.
Я не стала переспрашивать, а молча повернулась, бросив удивленный и требующий пояснений взгляд на Соболевского. Дело было в том, что почти из тех же мест началось мое бегство. Не заманивает ли он меня в ловушку?
Столь привычная и даже незаметная раньше охрана Молотова за спиной, теперь раздражала своим присутствием. Взгляды колдунов давили. В них сидели мелкие бесы, и теперь Владу казалось, что на него уставилось не три пары глаз, по количеству колдунов, а все шесть, включая бесов, и все они подозрительно смотрят на него. Ведь он так и не посадил очередного демона. И другие знают об этом. Но им по статусу не положено задавать вопросы главе рода. А вот Стефания может. И поэтому Влад так и не решился сам передать ей кровь черной ведьмы. Надеялся избежать прямых вопросов, а может он просто боялся дать слабину, под взглядом желтых демонических глаз.
Влад осторожно сжал хрупкую пробирку в ладони. Кровь Катэрины Новак не отличалась ни цветом, ни консистенцией от человеческой крови. Волна отвращения подступила к горлу колдуна тут же вызывая тошнотворные рефлексы. С тех пор, как на пороге его квартиры появилась Стефания, слишком много человеческой крови он повидал, половину из которой сам же и пролил. Десятки загубленных, использованных, бесправно отнятых жизней.
«Простая ведьмачка» — как Влад впервые мысленно назвал Стефанию, и продолжал называть до сих пор. В ней тогда еще не было демона столь высокого уровня, а сидел лишь мелкий бес, способный вызвать разве что склонность к чревоугодию. В глазах молодого мужчины, не обделенного вниманием юных представительниц прекрасного пола, она выглядела старухой, и была достаточно далекой родственницей, которую он прежде не знал лично.
Стефания застала его в самом подходящем настроении, чтобы сделать это изменившее его навсегда предложение. После очередного шабаша, он снова проиграл Максимильяну Старцеву часть подвластных ему территорий, соответственно и часть дохода с них.
Это тогда он думал, что проиграл, а сейчас, не затуманенный жаждой власти мозг, отчетливо показывал картину того, как он заблуждался. Решение Старцева было справедливым. Влад не справился с двумя кланами оборотней, те затеяли войну между собой, и в результате пострадали смертные. Отчего тогда это его волновало куда меньше, чем сейчас? А после принятия демона, так вообще, перестало казаться чем-то существенным, и уж тем более неправильным.
Стефания предложила начать из далека захват власти у Старцевых, и глава рода Молотова, вместе с объявившейся родственницей, уехал в Америку. Там он предложил другим воюющим кланам нелюдей быстрое разрешение разногласий, свое покровительство, и слепоту на убийства смертных. Заграничные оборотни, любители еще живой человечины, в предвкушении давясь слюной, согласились и признали за Молотовым власть.
Сейчас для него все это пустота, ни цвета, ни вкуса, зачем было нужно? Призрачные амбиции, которые растаяли с исчезновением демона. И что теперь осталось? Желание выжить. Жить, быть. Не в союзе с демоном, что поедает твою душу, путает и искажает желания. Теперь Влад хотел быть собой. Хотя бы немного побыть тем, кто остался от него настоящего. Совсем как эта ведьма, частичка которой у него в руках. Она хочет свободы и жизни. И не считает себя в праве распоряжаться чужими. Почему он так никогда не думал? Глупец.
Но Стефания не отпустит так просто, и пока не добьется своей цели.
Пока не призовет Его.
Теперь Влад будто прозрел. Каким же наивным идиотом он был, и это мягко выражаясь. Будь у него второй шанс, прогнал бы со своего порога одержимую старуху.
Но время вспять повернуть, никто не в состоянии.
Один из приспешников Стефании, а точнее троюродный брат Влада, направлялся прямо к нему. Колдуна, всего на пару лет младше самого Влада, сопровождали такие же вышколенные колдуны-охранники, в большинстве своем в прошлом солдаты.
— Влад, — коротко поприветствовал родственничек, слишком пафосно вскинув голову.
— Денис, — в тон ему ответил глава рода.
«Глупец. Слепой глупец, как и я когда-то» — подумал Влад, глядя на Стаса, такого же светловолосого, как и он. Только взгляд пустой.
— Планы немного изменились, — вдруг сообщил Денис, — Стефания хочет, чтобы ты сам исполнил задуманное, поэтому кровь остается у тебя.
Влад нахмурился. Вряд ли это сулит ему что-то хорошее.
— Почему она не сообщила мне по телефону, а прислала тебя? — недоверчиво поинтересовался Влад.
— Ты знаешь, — голос братца изменился, стал слишком скользким, а взгляд ледяным и словно стеклянным. Раньше он подобного не замечал, быть может именно в этот момент демон ему нашептывал свою волю. — Она просила передать и это.
Совсем неохотно Влад принял протянутую шкатулку, прекрасно зная что там находится.
Еще бы не знал. Он сам лично наградил этого сопляка демоном, и был хорошо знаком с этой процедурой. Сущность из потустороннего мира в этой маленькой коробочке, наверняка не такая сильная как была у него прежде. Стоит провести ритуал, и он снова станет оледеневшим глупцом. Снова будет наблюдать за миром вокруг, словно из-за мутного стекла, ведомый кем-то незримым для него, исполняя не свою, но чужую волю.
— Да, конечно, — соглашается Влад. Другое он сказать и не мог. — Тогда я отправляюсь за рубиновым сердцем…
— Нет.
Сказал как отрезал. Влад даже разозлился. Как он смеет с ним говорить таким тоном? С главой рода. Или это говорит за него его демон?
— Что значит нет? — совсем не скрывая своего призрениях уточнил Влад.
— Этим уже занимаются другие, — пояснил родственник, — раз у тебя не вышло сразу.
— И куда же направляться мне? — источая сарказм задал Влад вопрос.
— На шабаш в честь летнего солнцестояния.
Огорошил так огорошил. Зачем Стефания хочет послать лицо рода в стан к врагу? Но он, Владислав Молотов, больше не послушная марионетка, а хозяин своей судьбы. По крайней мере пока.
Алекс заверил, что все колдуны, останавливаются в одном месте. В отеле Марриот. Сам колдун, любитель черных ведьм, был настроен весьма воинственно. И глядя на его свиту с горящим кровожадным взглядом, так и ждущих влезть в драку, уговорила его не ходить со мной. Стоило это правда немалых усилий.
Приворот действовал все крепче. И я уже устала сбрасывать со своего тела руки Соболевского, так и липнущие ко мне. А за «увороты от поцелуев» мне можно дать Олимпийскую медаль.
Алекс достал информацию, о местонахождении Влада. Внимание к себе привлекать я была не намерена и пробралась в отель через служебный вход.
Найти нужный этаж и номер оказалось легко. Я постучала трижды, но мне никто так и не открыл. И предвкушение встречи, и скорейшее избавление от осаждающего Соболевского плавно таяли.
— Простите, а постоялец из этого номера давно появлялся? — спросила я у горничной. Дверь в соседний номер была открыта, и уборка шла полным ходом.
— Так не живет в том номере никто, съехали, — откликнулась женщина.
— Как не живет… — пробормотала я.
— Так неделю уже как.
Хотелось закричать от негодования. Информация оказалась ложной или неактуальной. И что, матерь-богиня помоги, теперь делать?
— А после последнего постояльца, кто-то еще жил? — вдруг осенила меня идея. После одной уборки могло что-то остаться. Хотя бы один блондинистый волос.
— Нет, не жил, там… — горничная замялась. — Ремонт там, в общем, делать будут.
— Спасибо, — буркнула я, развернулась и пошла в сторону лестницы. Подожду, когда та закончит на этаже. Женщина хоть и не простая смертная, а постаревшая нимфа, но вряд ли одобрила бы мое проникновение в номер.
Мне недолго пришлось ждать, а само проникновение заняло пару секунд, правда электронный замок после магического вмешательства вряд ли удастся починить.
Дверь бесшумно распахнулась, я оказалась в полумраке одного из лучших номеров в гостинице. Плотные шторы задернуты, и яркому солнцу не удается через них пробиться. я точно знаю, что там пусто, но в воздухе витает кое-что знакомое — запах свежей смерти. Смерть явно была насильственная, она отдает горечью, и даже спустя неделю — кровью, явно непринадлежащей человеку. Обсидиановое свечение в центре номера на ковре указывало на место преступления. Но увидеть что-то еще полезное, моя природная сила не помогала.
Отодвинув плотную синюю ткань, я впустила в комнату свет. На синем ковролине действительно было пятно, большое и кривое, оно расплылось уродливой коричневой кляксой, сколько бы его не пытались извести горничные — им этого не удалось. К тому же пятно на полу было не единственным. Несколько кровавых следов с тонкими струйками подтеков красовались и на белой стене. Хотя попытки оттереть их тоже были видны.
Скорбное событие произошло не сегодня, и даже не вчера, но достаточно недавно, чтобы сохраниться магическим следам.
— Кого ищите? — вдруг раздался сбоку голос мужчины.
Его появление застало меня врасплох, так бесшумно он появился на пороге комнаты. И я подняла глаза, чтобы взглянуть своим истинным зрением — ведьминым взором. А вот это было зря. Как же я сразу не догадалась, что моим проникновением заинтересуется не человек? Мужчина, застукавший меня, был вампиром. Черный поток тонким флером тянулся за ним, выдавая мне его истинную сущность.
— Вы черная ведьма, да? — ухмыльнулся вампир. Да, такое непросто утаить от вампира, и глаза первым делом выдают меня.
— Да, вы правы, — робко ответила я. Почему он вообще заинтересовался моим присутствием? — Я ожидала найти здесь Владислава Молотова. Может вы знаете где он?
Ну, а вдруг?
Вампир сделал шаг навстречу ко мне. С осанкой танцора, но в драных джинсах и футболке в стиле гранж с изображением известной музыкальной группы, он смотрелся довольно странно. Наверняка ему куда больше лет, чем кажется.
— Здесь вы его точно не найдете. А зачем он вам нужен? — с любопытством интересуется он.
Я не спешу отвечать, и продолжаю осматривать кровать на предмет блондинистых волос. Но ничего нет. Постель явно сменили.
— А вы сможете мне помочь его найти? — неловко попыталась уйти от ответа.
— Не вижу причин скрывать информацию. Почти уверен, что вернулся он в город по тем же мотивам, что и приезжал раньше.
— Это по каким? — нетерпеливо уточнила, оставив попытки найти хоть что-то, обычно используемое для заклинания поиска.
— Найдите Максимильяна Старцева, а там и Молотов нарисуется.
Так, это уже хоть что-то, судя по всему, Старцева наверняка будет найти проще.
Обрадовавшись хоть какой-то зацепке быстро поблагодарила вампира и поспешила к Алексею. Вот уж дожила — не терпится увидеть колдуна и поделиться с ним информацией.
Обратно я неслась сломя голову. И по пути мне встретилось знакомое лицо. Еще одна высшая ведьма. Кажется, это была внучка одной из старейшин. Зеленый поток. Я так торопилась, толком не рассмотрела, как выглядит она теперь, но как-то не так мне представлялись изменения зеленых ведьм. Узнала я ее только по лицу — похожа на свою главную родственницу. Впрочем, не мое дело. Мое — избавится от прилипшего колдуна. И может отомстить Молотову. С этим я еще не определилась.
Алексей как всегда погружен в переписку на своем смартфоне. Но почувствовав мое приближения он поднял глаза на меня. Тут же тонкие губы тронула улыбка.
— Молотова здесь нет, — озвучил колдун. — Только что узнал.
— Нету, да, но есть информация, — радостно сообщила. — Я знаю из-за кого здесь Молотов. Из-за Максимильяна Старцева.
— Найдем Старцева, а там и Молотов рано или поздно появится, — подхватил мою мысль Соболевский.
Хорошо, что мне пока не нужно от него бежать — сообразительный гад.
Мы сели в тесный автомобиль. Спереди — водитель и охранник. Сзади я с Алексом и еще один охранник. Мужчины крупной комплекции, и меня зажали посередине. Но я уже начала привыкать. Скоро все закончится, непременно.
Битый час просидев в убогом авто, выбранном из-за своей незаметности, Влад уже отчаялся дождаться Старцева. Взятый в аренду старый японец не отличался комфортабельностью, а спертый запах, источник которого колдун предпочитал не знать, уюта не добавлял.
— Куда я скатился? — проворчал колдун в отчаяние опустив голову на протертую за года эксплуатации «баранку».
Но причитания прервал звонок от начальника его личной охраны, которого вместе с остальными он послал следить за Михаилом. К счастью, из-за своей недалекости тот не заподозрил, что слежка за Пражским кланом занятие подозрительное. Собственно, их возвращение в Новосибирск вместо поездки в Москву, как желала Стефании, тоже. Но чем слабее уровень беса, тем хуже он влияет на мозги. А периодически напоминающая о себе тянущая боль в груди, и накатывающая вместе с ней жуткая тоска, не давали Владу покоя. И он все чаще поглядывал на коробку, в которой Стефания «заботливо» разместила среднего уровня демона, чтобы тот сам его себе подсадил. Но Влад не желал этого всеми остатками души, и видел последний шанс для себя только в рубиновом сердце, силы которого должно хватить на то чтобы спасти свою душу и забрать власть у Старцевых. И быть может даже останется для избавления от Стефании.
Время тянулось и минуты превращались в часы, а возле дома Старцева, его самого так и не появлялось. Из последних сил Влад держался, чтобы не плюнуть на все, не сорваться с места и не уехать куда-нибудь на край континента, где его быть может оставят в покое, когда позвонил начальник охраны.
— Слушаю, — тут же отреагировал Влад.
— Владислав Савельевич, тут что-то странное происходит, — осторожно начал докладывать начальник охраны, — Пражский клан покинул встречу, но не в полном составе.
— Что значит в неполном, Федор? — не понял Влад.
— Не хватает одного вампира-женщины. Погодите, — вдруг остановился Федор. — Старцев покидает встречу, вместе с ведьмой. Кажется, он ранен. С ними местные вампиры.
— Так, слежку продолжать, он сейчас должен к дому поехать, если что не так — сразу мне звонить. Ясно? — скомандовал Молотов.
Пока Влад пытался понять, что могло случиться на этой встрече, внимание его снова отвлекли. И, чтобы не попасть в поле зрение вновь незваным гостям, колдуну пришлось пригнуться. Хотя через такие грязные стекла авто вряд ли можно что-то или кого-то разглядеть.
Комфортабельный автомобиль «С» класса бесшумно припарковался в противоположной стороне интересующего Молотова подъезда. Ничего бы удивительного, если бы из черного мерина не вышел знакомый колдун. Нервно растрепав лохматую гриву Алексей Соболевский подкурил сигарету. Заметно успокоившись при первой затяжке, выпустил облако сизого дыма.
«А он что тут делает?» — удивившись подумал Влад. Не мог Соболевский бросить свою новоиспеченную любовь. В этом Молотов был уверен, так же, как и в своем привороте.
Будто специально, чтобы развеять его сомнения, из машины вышла Катэрина. Длинный жилет из черной нежной ткани, такой тонкой, что даже на легком ветру его полы развивались. Под ним шелковый топ, открывающий бархатную кожу шеи, груди и тонких рук. Черный шелк волос на молочных плечах. Ведьма обняла себя, ночь наступала, и уходящее солнце уносило часть тепла.
— Все-таки с ним, — пробормотал себе под нос Молотов.
Соболевский обернулся к девушке, начал ей что-то говорить. Уже по ходу действий Влад догадался что именно.
— Тебе холодно, Катэрина, — пытаясь передразнить голос Соболевского, который был куда грубее его собственного, Влад составил свою версию складывающегося в нескольких от него метрах диалога. — Иди сюда, моя дорогая, я тебя согрею.
И что-то в груди Молотова недовольно дернулось, заставляя голову порождать глупые мысли. Сейчас бы он хотел оказаться на месте этого колдуна, и позволить себе обнять девушку, прижав изящную спину к широкой груди, своей груди, окутать собой и своим теплом, дотронуться до ее полупрозрачной кожи, наверняка очень нежной на ощупь, как лепестки ириса.
— Черт! — выругался Молотов, стукнув по рулю, злясь на Соболевского, на ведьму, позволяющую себя трогать, и на себе, конечно. Во всем в первую очередь виноват он.
Докурив, Соболевский вместе с Катэриной вернулся в машину. Фары выключены, двигатель — заглушен.
Не нужно быть семь пядей во лбу, чтобы понять, что они так же, как и Молотов, следят за Старцевым, вот и Влад сразу понял. Только на кой черт им это надо, колдуну было непонятно.
Прошло полчаса с появления Соболевского и Катэрины и звонка Федора, когда машина Старцева резво вывернула на дорогу, останавливаясь у самого подъезда, загородив проход, и не обращая внимания на неудачную парковку. С водительского места вышла Василиса Вершинина, перепачканная кровью одежда и шальной взгляд ясно говорил о том, что на встрече с вампирами что-то случилось. И у Молотова были определенные догадки.
Торопливо обегая БМВ Василиса открыла пассажирскую дверь, помогая выбраться Старцеву, и тот повис на девушке принимая помощь.
Шпион, работающий на Объекте, где ведутся поиски рубинового сердца, уже доложил Владу, что они совсем близко подобрались, и Старцеву об этом сообщено. Без него в храм заходить запрещено, и даже если заставить шпиона отправиться на поиски самому — вывезти артефакт он не сможет. Шанс заполучить рубиновое сердце есть, но только, когда Старцев его найдет. Значит ничего не остается как ждать. Эта заварушка с вампирами явно не входила в планы ни их самих, ни Старцева. Владу было, конечно, любопытно, что там случилось, но не настолько, чтобы выходить с Михаилом из Пражского клана на связь. Они больше не его союзники. Ведь отдавать артефакт Стефании он не собирается так же, как и сидевшим в автомобили напротив колдуну и черной ведьме. Зачем бы он им не понадобился — Владиславу Молотову нужнее.