Arknarok'у на чай

PayPal:

paypal.me/arknarok

Cчет для перевода с кредитных карт:

5368291001630458

Что-то вдруг бухнуло, и тело Радио мигом обволокло разноцветным дымом. Вскоре клубы рассеялись, но на тумбе уже никого не было. Синий Король неспешно посмотрел по сторонам. Айрон Паунд и Сантан Шейфер начали перешёптываться за спиной молчаливого Зелёного Короля:

— Он ведь зритель, как он сумел включить способность?..

— Может, это Инкарнация?..

— Нет, она тоже не должна работать…

Конец обсуждению необычного происшествия положил ещё один молчаливый участник конференции — Фиолетовая Королева Пёрпл Торн:

— Боже, да какая разница, педофил Радио или нет. В конце концов, мы с Астрой его точно не интересуем.

— А мне-то что делать?.. — пробормотала Нико, но Торн пропустила её слова мимо ушей.

— Я уверена, что он просто где-то спрятался, но всё равно нас слушает. Если захочет сказать что-нибудь важное — появится снова. Поэтому давайте перейдём к главной теме, у нас осталось уже меньше двадцати минут.

— Да, действительно, — согласился Блу Найт и стукнул по полу арены артефактом “Импульс”, объявляя смену темы. — Таким образом, я передаю слово Лотос, чтобы она доложила о случившемся во время вчерашней битвы за территорию.

Так и не вернувшаяся на место после своего выступления Черноснежка кивнула:

— Так точно. Жаль, на словах всё будет звучать куда проще, чем оно было на самом деле… Во время прошлой конференции мы предложили идею немедленной совместной атаки на Общество силами всех Легионов, как только будет обнаружена их база. Поскольку идея была одобрена, вчера мы напали на зону, которую рассматривали в качестве возможного укрытия Общества. Суть нашего плана была в том, что как только Общество утратит контроль над зоной, а вместе с ним и право скрывать себя из списка противников, в списке зоны можно будет найти членов Общества и тем самым узнать наверняка, где они скрываются. Безусловно, нам требовалась помощь беспристрастных бёрст линкеров, чтобы они проверили список за нас. С этой просьбой мы обратились к Дуалам Леонидов.

Когда Чёрная Королева договорила, взгляды присутствующих сошлись на Кобальт Блейд и Манган Блейд, притаившихся за спиной Синего Короля.

— И… каков результат? — нетерпеливо спросила Пёрпл Торн.

Черноснежка молча кивнула сёстрам. Манган Блейд — аватар с одним хвостом на голове — встала спереди и сбоку от Синего Короля.

— После победы Нега Небьюласа мы проверили список противников захваченной зоны.

Харуюки знал итоги той проверки, но всё равно невольно затаил дыхание. После недолгой тишины Манган Блейд хладнокровно доложила:

— В списке не было бёрст линкеров из числа известных нам членов Общества Исследования Ускорения.

Харуюки услышал где-то справа протяжный вздох. Но не успел он повернуть голову, как Фиолетовая Королева раздосадованно заявила:

— Так что же, операция закончилась провалом?! Вы пригласили нас сюда только ради того, чтобы сообщить об этом?!

Подняв артефактный посох под названием “Буря”, Королева ударила им по земле. Раздался металлический звон, и по арене пробежали несколько искр.

Но даже ощущая гнев — а может быть и разочарование — Пёрпл Торн, Харуюки не сводил глаз с Айвори Тауэра, сидевшего в одиночестве точно напротив него. Белый аватар действительно напоминал невозмутимую башню — он никак не отреагировал на сообщение о неудаче Чёрного Легиона. На украшенной узором маске не отражалось ни беспокойства, ни облегчения.

Фиолетовая Королева тоже покосилась на Айвори и продолжила:

— К тому же, Лотос, пусть ты и постаралась не уточнять, о какой именно “зоне” речь, по карте владений легко понять, где именно проходила битва. Всего за один день Негабью захватил зоны Сибуя 1, Сибуя 2 и Минато 3. Очевидно, вашей окончательной целью была самая далёкая от Сугинами зона Минато 3. Следовательно, вы изначально подозревали, что Общество Исследования Ускорения скрывается в рядах Осциллатори. Раз так, что вам мешало сказать об этом, чтобы мы допросили полномочного представителя Белого Легиона?

Черноснежка усмехнулась в ответ:

— Мы бы так и сделали, если бы верили, что он легко расколется. Я знала, что моих слов не хватит, поэтому искала веские доказательства. Ради этого я вымолила помощь у Грево и выпросила наблюдателей у Леони. Но план потерпел неудачу. Или, если точнее, его разгадали ещё до начала. Поэтому я вынуждена признать, что мы с самого начала проиграли информационную войну с Осциллатори…

И стоило ей договорить…

…Как Айвори Тауэр впервые отреагировал.

Из-под мантии цвета слоновой кости показались руки, повернувшиеся ладонями вверх. На арене зазвучал приятный, но совершенно непримечательный голос:

— Меня разочаровывают ваши слова. Мы всего лишь изо всех сил сопротивлялись неожиданному вторжению со стороны объединённого отряда Нега Небьюласа и Проминенса, но наших сил не хватило, и мы проиграли. Очевидно, если бы мы знали о нападении заранее, то укрепили бы оборону зоны.

— Мне трудно назвать вашу оборону слабой, ведь в битве участвовали четыре Гнома, считая тебя, — заметила Черноснежка, однако белый колдун лишь пожал плечами.

— О-о… — протянула Пёрпл Торн. — Вы победили, хотя против вас было четверо Гномов? Интересно узнать, как так получилось.

— Я могу рассказать, но вряд ли ты поверишь, — ответила Черноснежка.

Харуюки мысленно поддержал её. В историю о том, как уникальная Инкарнационная техника превратила поле в неограниченное нейтральное поле, установив на нём уровень “Ад” и выпустив разъярённых Энеми Дьявольского Класса, не поверил бы даже сам Харуюки, если бы ему поведал кто-то посторонний.

Однако Айвори Тауэр вдруг вновь взял слово, будто стараясь помешать Черноснежке рассказать об этом:

— Сколько бы Гномов ни участвовало в битве, важно лишь то, что нападающие превзошли наших защитников. К настоящему времени Нега Небьюлас отобрал у Осциллатори Юнивёрса права на Минато 3, важную для нас территорию. Из-за этого все члены нашего Легиона испытывают неудобства с подключением к глобальной сети. Кроме того, как вам уже известно, Общества не было в списке противников. Безосновательная уверенность в том, что наш Легион защищает Общество Исследования Ускорения, привела к вопиющему нарушению пакта о взаимном ненападении. Как представитель Осциллатори Юнивёрса я требую у Нега Небьюласа немедленно вернуть территорию и выплатить компенсацию.

Бесстыжая речь Айвори Тауэра — под личиной которого скрывался “Тюремщик” Блэк Вайс — разогрела виртуальную кровь, текущую в жилах аватара Харуюки. Если бы он не знал о припасённом в рукаве козыре, то уже вновь выскочил бы вне очереди и начал возмущаться.

Вместо этого Харуюки терпел, крепко сжав кулаки. Черноснежка же продолжала говорить совершенно спокойным голосом:

— Не забывай, Айвори Тауэр, что мы никогда не присоединялись к пакту о ненападении. Более того, каждую неделю нашу территорию атакуют легионеры Леони и Грево.

— Это не более чем потешные бои ради обучения младших легионеров. Фактически за всё это время Нега Небьюлас ни разу не терял контроль за Сугинами, — без промедления возразил Айвори. Глаза, сокрытые за узкой прорезью маски, обвели взглядом присутствующих. — Но вашу атаку нельзя назвать потешной. Если мы не дождёмся возврата территории и компенсаций, а остальные Легионы не вступятся за нас, мы задумаемся о выходе из пакта о взаимном ненападении. Вы готовы к такому?

— О-о?.. — вызывающе протянула Фиолетовая Королева. — Хочешь сказать, что вы нападёте на нас, ваших соседей?

— Если того пожелает Электродуговая Императрица, — колдун вежливо поклонился.

— Ах ты!.. Следи за словами, представитель! — вспылила Астра Вайн, но Айвори даже не дрогнул.

Раньше Харуюки не понимал, откуда в нём достойная Королей невозмутимость и мощнейшее информационное давление, но когда он узнал правду об этом аватаре, всё встало на свои места. Блэк Вайс вершил свои тёмные дела ещё на заре Брейн Бёрста, в эпоху Первопроходцев, задолго до появления Монохромных Королей. Он — один из старейших и коварнейших злодеев Ускоренного Мира.

Разряжать накалившуюся обстановку вновь пришлось Синему Королю:

— Не спеши с выводами, Айвори Тауэр, — доспехи лязгнули, когда рыцарь развёл руки в стороны. — Я так понимаю, Лотос ещё не договорила, да? Возвращение и компенсацию обсудим потом, когда выслушаем.

— Как пожелаете, Синий Король, хотя я считаю, что её слова уже ничего не изменят. Вся их так называемая “операция” изначально строилась на ошибочных предположениях, — равнодушно заявил Айвори и беззвучно сел на тумбу.

Блу Найт подал Черноснежке знак, и она выплыла в центр арены.

“Осталось совсем чуть-чуть”.

Харуюки хотелось обернуться и подбодрить Сихоко, но он терпел. Нельзя было давать Айвори Тауэру даже малейших намёков на козырь, пока она не вступит в игру.

Тем не менее, он сдвинулся на полсантиметра в сторону Сихоко и мысленно пообещал защитить её, что бы ни случилось. Затем он вновь сосредоточился на речи Черноснежки, внимая каждому слову.

— Да, мы проиграли информационную войну… Проиграли ещё за несколько часов до того, как началась битва.

Несомненно, Черноснежка намекала на неожиданное возвращение Вакамии Мегуми в ипостаси бёрст линкера, которое случилось вчера после уроков.

— Не в силах совладать с могущественным противником в стремительно меняющейся обстановке, мы приготовились биться насмерть, — хладнокровно продолжала Черноснежка. — Хотя в конце концов нам чудом удалось завоевать территорию, по сути мы проиграли, ведь Дуалы, проверив список противников, не нашли в нём членов Общества. Но… есть одно но, Айвори Тауэр. Возглавляя оборону зоны, ты упустил из виду всего одну, но очень важную деталь. Впрочем, на твоём месте даже я не заметила бы маленький красный огонёк.

— Упустил?.. О каком огоньке вы говорите?

Хотя Айвори Тауэр должен был понимать, что Чёрная Королева приближается к сути, тон его голоса всё равно не изменился. Он сидел неподвижно, словно башня из слоновой кости, всем своим видом требуя у Черноснежки разъяснений.

Задержав на нём взгляд примерно на секунду, Черноснежка повернулась на правой ноге и подала знак своим легионерам.

Послышалось цоканье шоколадных каблуков по металлическому полу арены. Шоколад Папетта вышла вперед между Харуюки и Леопард.

Хотя Шоколад наверняка была самым низкоуровневым аватаром на арене, ничем не показывая страха и встав возле Черноснежки, Сихоко отвела правую руку в сторону и сделала грациозный книксен:

— Очень рада знакомству. Меня зовут Шоколад Папетта, я состою в Нега Небьюласе, — она представилась ясным голосом, повернулась влево и посмотрела на троицу из Синего Легиона. — У меня есть просьба к дуэлянтам. Не могли бы вы подключить меня к битве?

По арене прокатился тихий ропот.

Во время обычных дуэлей существовали два способа превратить зрителя в полноправного участника битвы. Первый: переключение режима в королевскую битву, что требовало согласия всех зрителей. Второй: вызов одного из зрителей на “сквозную дуэль” — такая возможность оказывалась доступна победителю после окончания дуэли (или, в случае ничьи, обоим бойцам). Оба варианта не пользовались особой популярностью, но поскольку в сквозной дуэли действовал счётчик побед, некоторые бесстрашные бёрст линкеры устраивали с его помощью бои против нескольких противников подряд. Кроме того, существовал ещё и режим ограниченной королевской битвы, в которой участвовали только приглашённые бойцами зрители, но его не слишком любили из-за затрат очков и ограничений на время битвы.

Что самое главное — о том, чтобы предлагать королевскую битву на Конференции Семи Королей, не могло быть и речи, так что оставался только вариант со сквозной дуэлью. В ответ на неожиданную просьбу сёстры переглянулись:

— Я так понимаю, не для того, чтобы сразиться с нами? — уточнила Кобальт Блейд.

— К-конечно, нет. Я должна кое-что показать, но у зрителя нет на это прав.

Даже впервые оказавшись на Конференции Семи Королей, Сихоко не изменила своей заносчивой манере речи. Её отвага ещё раз поразила Харуюки и, по всей видимости, вполне убедила сестёр. Во всяком случае, они ещё раз переглянулись и быстро вызвали свои меню.

Перед Харуюки вспыхнули красные буквы: “DRAW”. Ничья не остановила таймер, и тот продолжил отсчитывать оставшиеся пятнадцать минут, однако когда Кобальт щёлкнула пальцем по какому-то пункту, и в верхнем правом углу появились имя и шкалы Шоколад Папетты, счётчик сбросился и вновь показал 1800.

Таким образом Сихоко на словах и на деле стала главным действующим лицом конференции. Она впервые столкнулась лицом к лицу с четырьмя… вернее, тремя незнакомыми Королями (Жёлтый до сих пор где-то прятался) и их самыми сильными помощниками. Однако несмотря на чудовищное давление Сихоко ни капельки не ссутулилась и лишь позволила себе глубоко вздохнуть, набирая полную грудь воздуха.

— Как ты и просила, мы сделали тебя участником дуэли, Шоколад Папетта… — сказала Манган Блейд. — Надеюсь, ты покажешь что-то достойное потраченного очка.

Сихоко уверенно кивнула и открыла своё меню.

Из инвентаря появилась маленькая тёмно-серая карта.

Харуюки неотрывно следил за действиями Сихоко, волнуясь даже сильнее, чем во время спора с Жёлтым Королем. Внезапно справа послышался тихий шёпот Фуко:

— Ворон-сан, всё внимание не на Шоко, а на Айвори.

Да, она была права. Харуюки знал, что именно станет делать Сихоко, поэтому самым важным оставалось наблюдение за тем, как отреагирует Айвори Тауэр. Будучи зрителем, он никак не мог навредить им, но всё же с этим человеком ни в чём нельзя быть уверенным.

Харуюки уперся взглядом в Айвори, неподвижно сидящего на тумбе, но краем левого глаза видел, как Сихоко подняла карту повыше.

— Это карта повтора, на которую я записала окончание вчерашней битвы за территорию. Как вам наверняка прекрасно известно, Брейн Бёрст запрещает как-либо редактировать записи-повторы. Всё, что вы сейчас увидите, действительно произошло на наших глазах, — объявила она и указательным пальцем щёлкнула по самому центру карты.

На карте появился крупный значок в виде красного треугольника. Вверх выстрелил конус света, и под огромным потолком Будокана закопошилось нечто огромное.

Как только изображение прояснилось, на арене вновь послышались приглушённые голоса.

Повтор показал гиганта с горящими глазами и закрученными рогами. Над его головой висела четырёхуровневая шкала.

— Э-энеми в битве за территорию?! — воскликнула не то Кобальт, не то Манган.

— Ещё и Дьявольского Класса… это что, уровень “Ад”?! — поддержал зычный голос Айрон Паунда.

Харуюки нестерпимо хотелось посмотреть всё самому, но он заставлял себя следить за южным краем арены. Айвори пока не двигался.

Тем временем фигура белого колдуна появилась и на записи. Полномочный представитель Белой Королевы и четвёртый Гном Осциллатори Юнивёрса стоял на левом плече гигантского Энеми Дьявольского Класса.

— Что… что это значит?! — звонко воскликнула Фиолетовая Королева. — Они приручили Энеми Дьяволского Класса и привели на битву за территорию?! Но как…

— Тише, Торн. Давай посмотрим, — вмешался Синий Король.

А в следующее мгновение один из изображенных на записи аватаров яростным криком объявил название техники:

— Бладшед Кэнон!

Блад Леопард в звериной форме полетела в стоящего на плече Энеми Айвори Тауэра, словно пушечное ядро. Повтор отлично передал чудовищную мощь самоубийственного спецприёма.

В ответ на атаку Леопард, наверняка способную убить прямым попаданием любого, Айвори Тауэр вальяжно поднял левую руку.

Тонкая конечность, покрытая светлой бронёй, вдруг стала чёрной. Снова послышалось название техники:

— Лейерд Армор.

Левая рука Айвори превратилась в дюжину тонких плит, которые выстроились на пути летящей Леопард. Один за другим раздались несколько оглушительных ударов. Леопард пробила семь или восемь плит, но её сил всё-таки не хватило.

Отброшенная, она упала на землю, а тем временем Айвори Тауэр продолжал превращаться.

Тело аватара окрасилось в матово-чёрный цвет и разделилось на множество тончайших плит, которые выстроились подобно решётке радиатора. Точно так же разделилась и голова, поэтому у этого аватара, в отличие от всех остальных, не было лица-маски.

Тем не менее, безликая голова заговорила, и этот голос совершенно не был похож на голос Айвори Тауэра ни звучанием, ни интонацией:

— Вот незадача. А ведь я даже согласился умирать от Брайникла вместе с вами, лишь бы не показываться в таком виде.

Ответ на эту хладнокровную реплику пришёл от Чёрной Королевы Блэк Лотос, стоявшей у левого края кадра:

— Так ты… Блэк Вайс! Вот уж не думала, что Айвори Тауэр — на самом деле ты!..

Гул на арене стал ещё громче. С тумб повскакивали не только Синий Король и Фиолетовая Королева, но и Зелёный Король Грин Гранде. Сидеть остался лишь Айвори Тауэр, чьё истинное лицо все только что увидели.

Блэк Вайс на записи равнодушно пожал плечами:

— Что же привело вас к такому выводу? Всё ведь может быть наоборот.

— Нет, не может. Я ни разу не видела, чтобы система хоть раз называла тебя “Блэк Вайсом”. Это лишь псевдоним, который ты придумал себе сам!

— Вот оно что. Вы так ревностно оберегаете “черное” имя от посягательств? Прекрасно вас понимаю, извините, — чёрный пластинчатый аватар сдержанно усмехнулся и произнёс главные слова: — Однако обстоятельства дошли до того, что и вам придется покинуть Ускоренный Мир, Черная Королева. И, пожалуй, освободившееся цветовое имя я заберу себе.

Повтор остановился. Поднявшая карту к потолку Сихоко поставила его на паузу:

— Незадолго до того, как начинается запись, я уже отчаялась и думала, что потеряю в той битве все свои очки, — сказала она, и взгляды Королей и офицеров сошлись на ней. — Но моя… моя подруга пообещала, что защитит меня. Поэтому я решила, что должна хоть чем-то отплатить ей и включила запись. Уважаемый Айвори Тауэр, — сжав карту в руке, Сихоко обратилась к белому аватару: — Наверняка вы сейчас задаётесь вопросом о том, как умудрились не заметить свет карты, ведь во время записи на ней виден яркий красный круг. Но свет этого круга растворился в Оверрее Инкарнации моей подруги, защищавшей нас. Блеск души одной из “середнячков”, которых вы не ставили ни во что, сумел ослепить вас…

Сначала Харуюки решил, что под “подругой” Сихоко понимает Плам Флиппер или Минт Миттен, но быстро осознал, что это не так. Сихоко сказала, что подруга защищала “нас”, имея в виду троицу Пети Паке. А значит, это была… Одагири Руй, она же Мажента Сизза.

Руй, некогда пытавшаяся заразить Сихоко и её подруг ISS комплектами, так решительно защищала их, что её чувства превратились в Оверрей, скрывший значок записи от глаз Айвори Тауэра. Другими словами, Айвори совершил фатальную ошибку, споткнувшись об те самые узы, которые сам же взрастил с помощью ISS комплектов.

Убедившись, что все присутствующие хорошенько рассмотрели фигуру Блэк Вайса на остановленной записи, Сихоко отключила изображение.

Первой подала голос главный офицер Овала Авроры, Астра Вайн:

— Этого странного аватара я… не забуду никогда. Я видела его своими глазами, когда сидела на трибуне вертикальной гонки по Гермесову Тросу. Он, чёрный аватар Блэк Вайс, был в одном шаттле с Растом Жигсо, испортившим гонку террористом Общества, а потом скрылся в тенях. Значит, Блэк Вайс… это на самом деле ты, Айвори Тауэр?! — её рука схватила кнут и громко щёлкнула им таким быстрым движением, словно жила своей жизнью. — Я помню все до единого слова, которые ты произносил на каждой конференции. Во время предыдущей ты заявил: “В отличие от Овала Авроры, наш Легион не стремится к контролю территории, находящейся на неограниченном поле”, и добавил, что якобы потому вы не сочли себя обязанными заниматься телом ISS комплекта, притаившимся на вашей территории. Поверить не могу, что ты так нагло лгал нам… уверена, это ты спрятал тело внутри Мидтаун Тауэра и ты же поставил Архангела Метатрон охранять его!

Астра настолько не знала, куда девать ярость, что вцепилась в свой кнут обеими руками, пытаясь порвать его. Как только она договорила, Кобальт Блейд шагнула вперёд так резко, что хвосты на её голове по инерции чуть не сделали полный круг:

— Блэк Вайс… Пришла пора расплатиться за бесчисленные беды, которые ты принёс Ускоренному Миру! Моим следующим противником будешь ты, и сейчас тебе уже не удастся сказать “нет”!

Она выхватила подвешенную к левому боку катану и направила острое как бритва лезвие на Айвори Тауэра. Превратившаяся в зрителя Манган Блейд встала сбоку от сестры и тоже взялась за рукоять.

Не в силах противиться требующему справедливости духу мечника, Кобальт Блейд подняла руку, чтобы открыть меню, как вдруг…

— Остановитесь, Дуалы, — раздался низкий, мощный голос, который принадлежал не Синему Королю Блу Найту, а молчаливому Зелёному Королю Грин Гранде.

Харуюки чуть было не воскликнул: “Он говорящий!” — но сумел сдержаться.

Аватар, похожий на огромную зелёную статую, не демонстрировал никаких эмоций. Более того, в глазах Айрон Паунда и Сантан Шейфер, стоявших за ним, тоже не было изумления и гнева, как у Вайн или КобаМаги. На прошлой неделе оба Бастиона присутствовали на переговорах о возврате территории Нега Небьюласу, на которой Чёрная Королева заявила о том, что Общество Исследования Ускорения прячется внутри Осциллатори Юнивёрса. По всей видимости, сейчас Бастионы думали не “Ничего себе!”, а нечто в духе “Значит, это всё-таки правда”.

Зелёный Король поднял артефактный щит “Импульс”, повернулся к сидящему в пяти метрах от него Айвори Тауэру и поставил Усиливающее Снаряжение на землю.

— Сотни лет мы с Амбидекстром искали веские доказательства, а теперь тебя ловят в первой же битве за территорию. Такие глупые ошибки не в твоём стиле, “Тюремщик”…

Даже услышав прозвище Блэк Вайса, Айвори Тауэр никак не отреагировал. Он даже пальцем не повёл, будто действительно превратившись в белую статую. Однако Зелёного Короля это не смутило, и он продолжил:

— Я поклялся Чёрной Королеве, что сам нападу на Белых, когда выяснится, что Осциллатори Юнивёрс заодно с Обществом. Я считаю, что этот повтор вполне годится на роль доказательства, но, может, тебе есть что возразить?

Когда стихли отзвуки гулкого голоса, даже Астра Вайн, Кобальт и Манган затаили дыхание, позабыв о своём негодовании — настолько окончательными и весомыми казались слова Зелёного Короля.

Повисла напряжённая тишина…

И наконец, Айвори Тауэр заговорил:

— Вы ещё помните, Зелёный Король?..

Не дожидаясь ответа, он продолжил тем же размеренным голосом, которым говорил раньше:

— Сразу после гибели Первого Нега Небьюласа Осциллатори Юнивёрс пытался присоединить к своим владениям зоны Сибуя 1 и Сибуя 2. Они были чрезвычайно важны для нашего плана. Мы должны были захватить их без боя, однако перед самым началом битв за территорию Чёрная Королева втайне договорилась с вами и воспользовалась лазейкой системы, чтобы передать вам Сибую. Из-за этого нам пришлось сдвинуть график больше чем на год… Ещё тогда я понял, что однажды мы столкнёмся друг с другом, но я удивлён, что это произошло так скоро.

По сути, Айвори Тауэр только что признал себя Блэк Вайсом. Однако разум Харуюки зацепился за пару слов в его речи.

— Чрезвычайно… важны?.. — пробормотал он.

Зона Сибуя 1 включала в себя Харадзюку и окрестности, а Сибуя 2 раскинулась вокруг станции JR-Сибуя и Равин Сквер. И та, и другая были богаты на важнейшие достопримечательности Токио и пользовались огромной популярностью среди любителей дуэлей, но Харуюки не помнил, чтобы эти зоны имели какую-то особую ценность с точки зрения системы.

— Я думаю, он про парк Ёёги, — шепнула Фуко ломающему голову Харуюки.

— Что?.. Разве в парке Ёёги что-то…

Однако прежде, чем Харуюки удалось выяснить правду, Синий Король зашагал вперед, лязгая доспехами. В следующую секунду зацокали острые каблуки Фиолетовой Королевы.

Как и Зелёный Король, они остановились в пяти метрах от Айвори.

— Во время предыдущей конференции мы согласились с планом Красной Королевы, — заявил Блу Найт. — Как только выяснится, где именно находится база Общества Исследования Ускорения, Семь Великих Легионов соберут штурмовой отряд и уничтожат её. Мы договорились привести всех высокоуровневых легионеров. Ты… тоже одобрил тот план, Айвори Тауэр.

Его речь подхватила Фиолетовая Королева. В её голосе не слышалось никаких эмоций, и оттого каждое слово казалось ещё весомее и значимее:

— Мы утверждаем, что ты, полномочный представитель Белой Королевы — Блэк Вайс, а Общество Исследования Ускорения — это легион Осциллатори Юнивёрс. Уверена, прячущийся Радио не возражает. Таким образом, сразу после окончания конференции Семь… нет, мы не можем включить Осциллатори, а Проми объединился с Негабью, так что теперь Пять Великих Легионов вместе пойдут на штурм зон Минато 1, 2 и 3. Мы будем атаковать легионеров Осциллатори, которых обнаружим в списке противников, пока не лишим очков всех без исключения. Кроме того, во время следующих битв за территорию мы лишим вас зон Минато 1 и 2.

Когда Пёрпл Торн договорила, слово снова взял Блу Найт:

— Фактически это означает, что мы разрываем пакт о ненападении с Осциллатори, так что вы тоже можете нападать на нас, если захотите. Однако… перед началом атаки я хочу предупредить всех членов Осциллатори. Мы не будем атаковать никого, кто немедленно покинет Легион, даже если они появятся в списке противников… увы, за исключением тебя и других членов Общества. Мне нужно, чтобы ты передал мои слова всему Легиону. Сможешь?

Айвори Тауэр молча слушал безжалостные слова двух Королей и одной Королевы.

Прошло несколько секунд и…

— “Лучше неумело да быстро, чем умело да медленно”… — ответил он.

— О чём ты?..

— Это пословица. Её суть в том, что если работаешь умело, но медленно, тебе не сравниться с тем, кто работает неумело, но быстро… Я всегда считал, что в Ускоренном Мире с его почти бесконечным временем она не работает. Я всегда предпочитал работать долго, но без ошибок и наверняка. Именно поэтому у меня ушло семь лет реального времени… семь лет с тех пор, как я познал мощь тёмной стороны Системы Инкарнации…

Монолог Айвори Тауэра озадачил Блу Найта и Пёрпл Торн, однако Харуюки до боли хорошо понимал, о чём он говорит.

Действительно, все планы Общества так или иначе оказывались завязаны на негативную Инкарнацию. Речь шла не только о Броне Бедствия и Хром Дизастере, но и об атаке на Гермесов Трос, об ISS комплектах, а может быть, даже о троянской программе, которую использовал Такуму. Все они пробуждали негативную Инкарнацию, используя и усиливая её.

А теперь Общество заполучило в свои руки Броню Бедствия 2 — плод всех предыдущих планов вместе взятых. Что именно задумало Общество… вернее, Айвори Тауэр и Белая Королева — до сих пор было неясно. Но Харуюки знал, что если их не остановить, в Ускоренном Мире разразится такая катастрофа, с которой не сравнятся все предыдущие бедствия.

Именно поэтому им придётся напасть на Белый Легион, каким бы жестоким ни казался этот шаг. Харуюки молился, чтобы как можно больше Белых легионеров прислушались к их словам, осознали, подобно Роуз Миледи, бесчеловечность их Королевы и покинули Легион.

— Значит, все семь лет вы были неправы, — заявила Черноснежка, которая, как и Нико, осталась на своём месте. — Да, тёмная сторона Инкарнации сильна — об этом знают даже бёрст линкеры средних уровней, только-только начавшие постигать премудрости Системы. Но даже им известно, что попавшего во власть тьмы ждёт только погибель… Не нужно далеко ходить за примерами — созданные вами Броня Бедствия и ISS комплекты на время дали своим обладателям силу, но ужасной ценой. Они в одночасье разрушили узы дружбы и любви, на создание которых ушло столько времени. Зачем стремиться к такой силе?!

В вопросе Черноснежки звучала глубокая ярость, боль и печаль.

— Охо-хо… — картинно развёл руками Айвори Тауэр. — Новички узнают об ужасах тёмной стороны только со слов наставников. А наставники знают о них лишь потому, что некоторые люди преследуют эту силу, вы согласны? Разумеется, я имею в виду нас. Чёрная Королева, всё, что вы сейчас сказали, мы прекрасно знаем вот уже семь лет… нет, даже больше. Мы поняли это ещё до появления Ускоренного Мира, но всё равно выбрали этот путь.

— Значит… время разговоров прошло.

Наконец и Черноснежка медленно поплыла вперёд. Она остановилась в центре арены, возле Шоколад Папетты, всё ещё сжимающей в руках карту повтора. Уважительно похлопав шоколадного аватара по плечу, Черноснежка выдвинулась ещё дальше.

— Много раз наши пути пересекались и сейчас наконец-то соединились в один. Это значит, один из них закончился навсегда, и нам остаётся лишь выяснить в битве, чей именно. Жаль, что здесь нет Космос… придётся тебе передать ей, что в следующий раз мы увидимся уже на дуэльном поле.

— Ха-ха… а вы всё так же нетерпеливы, — обронив короткой смешок, Айвори Тауэр продолжил проникновенным тоном: — Вы всегда предпочитали действовать “неумело да быстро”, чем постоянно заставляли меня испытывать недоумение, но эта встреча открыла мне глаза. Я понял, что иногда пословица работает даже в Ускоренном Мире. Иногда даже здесь быстрый, но неумелый побеждает медленного и умелого… Кто бы мог подумать, что я открою для себя что-то новое спустя столько времени. Вы приятно удивили меня.

Харуюки заметил, что предельно вежливый голос Айвори Тауэра постепенно сменился назидательным тоном Блэк Вайса. От тревоги ему казалось, что затылок колют тысячи иголок, но ничего плохого просто не могло случиться. Они находились на обычном дуэльном поле, а Айвори Тауэр представлял собой лишь безвредного зрителя.

Колдун цвета слоновой кости встал с тумбы таким непринуждённым движением, будто он был бесплотным, невесомым призраком. По очереди обведя взглядом четырёх Королей и Королев, выстроившихся перед ним, он вновь остановил взгляд на чёрной маске:

— В награду, если это можно так назвать, я расскажу вам кое-что, чего вы не знаете.

— Что ты всё болтаешь…

Пёрпл Торн угрожающе двинулась на него, но Айвори жестом остановил её, а затем менторски поднял указательный палец.

— Как вам прекрасно известно, зрители не могут использовать спецприёмы и способности. Тем не менее, в Ускоренном Мире постоянно встречаются исключения из всевозможных правил, особенно когда в дело вступает Инкарнация… Конечно же, это не значит, что зрители могут использовать боевую Инкарнацию. Лишь два вида способностей работают даже у зрителей: воздействие, в том числе Инкарнационное, на восприятие и прямое влияние на систему. Вы видели, как исчез Радио? Это как раз был первый случай.

— Ну ты сказал… Это известно всем высокоуровневым бёрст линкерам. Просто никто этим не пользуется, потому что это крайне неприлично, — недоумённо ответил Блу Найт.

— Известно всем, говорите?.. — Айвори Тауэр невозмутимо продолжил лекцию. — Раз так, Найт, вам стоило с самого начала вспомнить эти “известные всем” факты, поскольку никто из вас, даже Гранде, с самого начала ничего не понял.

— Не понял?.. О чём ты?

— Не о чём, а о ком. Вы так и не заметили его… вернее, теперь уже её.

С этими словами Айвори Тауэр плавно сместился вправо.

Лишь тогда Харуюки увидел за спиной Айвори притаившегося во тьме у самой стены арены девятнадцатого участника конференции.

Угловатый, грубый силуэт. Небольшой рост, но мощные руки и ноги, благодаря которым аватар не казался хрупким. Но самое главное — выпирающие острые наплечники.

— Это ведь… — хрипло пробормотал Харуюки, машинально делая шаг вперёд.

Кобальт Блейд немедленно выскочила вперёд, поравнявшись с Шоколад:

— Нет… это невозможно! Я дважды пересчитала зрителей в списке!

Ответ на этот полный изумления возглас вновь пришёл со стороны Айвори Тауэра:

— Но она есть в списке, вы просто не смогли воспринять её имя. Именно в этом истинная сила моего Покрова. Итак… твоё время настало.

Он поднял левую руку и щёлкнул пальцами.

Едва услышав команду, аватар отошёл от стены. Металлические ноги бухали по металлическому полу, и гулкая поступь разносилась по всей арене.

Зритель использовал способность, чтобы скрыть имя из списка, которым управляет система Брейн Бёрста. Харуюки не представлял, что такое возможно.

И тем не менее…

Когда в середине прошлого месяца впервые за долгое время была созвана Конференция Семи Королей, целью которой стало обсуждение Раста Жигсо и происшествия на вертикальной гонке по Гермесову Тросу, Харуюки испытал нечто похожее.

Шесть Королей расселись на семи заготовленных местах. Харуюки ждал, пока появится седьмой, а потом вдруг понял, что его место уже занято. К изумлению Харуюки на нём неизвестно когда успел появиться совершенно неприметный аватар. Им был тот самый Айвори Тауэр. Способность “Покров”, которую он ухитрился применить, даже будучи зрителем, сумела обмануть не только Харуюки, но и Королей…

Это только кажется, что неприметность, мешающая воспринимать аватара — скучное и бесполезное умение. На самом деле оно, пожалуй, ещё страшнее, чем Тенеход — другая способность Блэк Вайса, которой он обучил и своего ученика, Шедоу Клоукера. Тем более что Покров сбивал с толку не только дуэльных аватаров… но и системный список.

Мысли Харуюки ускорились до предела. Затаив дыхание, он смотрел на южный край арены, где из тьмы за тумбой выплывал девятнадцатый аватар.

Матово-серый металлический доспех, весь в ри́сках, словно от механической обработки.

Маска, похожая на закрытые челюсти волка. Наплечники в таком же стиле.

Вольфрам Цербер. Обладатель сверхпрочной вольфрамовой брони и способности “Физическая неуязвимость”, повышающей защиту до запредельного уровня. Гений дуэлей и единоборств, чьё мастерство удостоилось похвалы многих высокоуровневых бёрст линкеров. Дорогой друг Харуюки, связанный с ним узами многих горячих битв.

— Цербер… — хрипло произнёс Харуюки, делая ещё два шага.

Но челюсти маски Цербера остались сжатыми. Он не отреагировал.

Первая встреча Харуюки и Вольфрам Цербера, а также первая битва по его просьбе состоялись около месяца назад, вечером 25 июня. Во время той дуэли Харуюки в полной мере ощутил талант Цербера и проиграл с таким треском, как никогда раньше.

На следующий день, 26 числа, Харуюки использовал борцовские броски и освоенное благодаря Черноснежке Смягчение, чтобы взять реванш, хотя получилось это у него с большим трудом.

27 июня во время королевской битвы Харуюки сразился с Цербером в третий раз, но в битву вмешалась “Четырёхглазый Аналитик” Аргон Арей, одна из офицеров Общества Исследования Ускорения. Сразу после той битвы Харуюки на секунду увидел Цербера в реальном мире.

Глядя тогда на молчаливо стоящего парня, своего ровесника, Харуюки мысленно обратился к нему: “Я хочу быть твоим другом”. Парень сразу сбежал, но Харуюки верил, что пройдёт время, и спустя множество битв они станут настоящими друзьями.

Однако три дня спустя, 30 июня, Харуюки и его друзья ворвались на базу Общества Исследования Ускорения, где неожиданно для себя вновь столкнулись с Цербером.

Харуюки хотел сражаться с ним, как со свободным, просто любящим дуэли бёрст линкером, но вместо этого тот превратился в носителя Брони Бедствия 2, очередного зловещего творения Общества…

Благодаря товарищам по Легиону и силе Метатрон Харуюки удалось кое-как обезвредить Броню 2, после чего Тиюри попыталась при помощи Зова Цитрона разобрать её на составные части — Усиливающее Снаряжение Скарлет Рейн. Но когда оставался всего один фрагмент, лежащий на земле Цербер неожиданно исчез.

С тех самых пор и до сегодняшнего дня Харуюки гадал, что именно произошло с Цербером, но понятия не имел, где искать его и как выяснить, остался ли он бёрст линкером после того, как нарочно снизил количество своих бёрст поинтов до десяти. Теперь, наконец, они встретились, и Харуюки, казалось бы, должен был плясать от радости, но…

Едва Харуюки сделал пару шагов, как его ноги словно прибило к земле гвоздями. В груди возникло предчувствие — настолько зловещее, что подобного ему Харуюки не испытывал даже вчера, когда Глейсир Бегемот запер их в Ледниковом Периоде, а над головой появился Брайникл Сноу Фейри. Его пробила страшная дрожь. Дай Харуюки ей волю, она мигом отправила бы застывшего аватара в Зануление.

Вольфрам Цербер неуклюжей походкой вышел на арену и остановился сбоку от Айвори Тауэра, немного позади белого аватара. Маска оставалась безжизненной, и он не произнёс ни единого слова.

В тусклом свете, пробивавшемся через купол арены, Харуюки разглядел на спине Цербера нечто, чего не было в прошлый раз. Четыре острых выступа, словно надкрылья жука. Скорее всего, это были похищенные у Красной Королевы реактивные двигатели “Непобедимого”, подстроившиеся под дизайн и цвет нового хозяина.

Харуюки сражался с Обществом именно потому, что хотел вернуть эти двигатели хозяйке и освободить Цербера от несомых им проклятий. Именно сейчас у него появился шанс это сделать, поэтому он не должен был стоять на месте и дрожать от страха. Но ноги почему-то не слушались, руки не сжимались в кулаки, а рот не мог произнести ни единого слова.

Хотя, казалось бы, даже изменившаяся внешность Цербера не должна была напугать Харуюки, ведь…

— Ладно, Айвори, я согласен с тем, что твои тени действительно круто прячут с глаз. Но… чего ты пытаешься добиться, скрывая в них зрителя? Как ты сам только что сказал, зрители могут пользоваться только безвредными приёмами — обманывать наши глаза и носы, не более.

Блу Найт озвучил Айвори Тауэру те же самые мысли, которые крутились в голове Харуюки.

Действительно, Вольфрам Цербер вышел на арену на правах зрителя. У него не имелось шкалы здоровья, он не мог атаковать и не мог пользоваться спецприёмами. Кроме того, насколько Харуюки знал, Цербер был способен только сражаться в ближнем бою и не умел влиять на восприятие окружающих. Ладно бы они находились в режиме королевской битвы, но мало того, что на переход в него никто не согласится, выбора, соглашаться или нет, вообще не будет, поскольку запрос на смену режима могли отправить только участники дуэли: Кобальт Блейд и Шоколад Папетта.

На что же рассчитывал Айвори Тауэр?

Не дожидаясь ответа белого аватара, Блу Найт поднял руку и отдал приказ Кобальт Блейд:

— Коба, сейчас ты уже должна видеть его имя в списке зрителей. Удали-ка его на всякий случай.

— Есть!

Кобальт кивнула и открыла меню.

На миг внимание Харуюки, Фуко, Тиюри, Нико, Астры Вайн, Айрон Паунда, Королей и всех прочих переключилось на Кобальт Блейд.

Именно тогда Айвори Тауэр произнёс тихим, низким голосом:

— Цербер номер три, активация.

Зигзаг на правом наплечнике Цербера с лязгом расширился. Две половины разошлись в стороны, в промежутке между ними вспыхнул свет.

Харуюки уже слышал эту команду на базе Общества — тогда её произнесла Аргон Арей. После неё тоже открылся правый наплечник, и контроль над аватаром взяла третья личность Цербера — копия “Мародёра” Даск Тейкера.

Харуюки уже успел затаить дыхание, подумав, что сейчас опять столкнётся с ним, однако сквозь щель пробился не фиолетовый свет Оверрея Даск Тейкера, а бледно-розовый, похожий на весеннюю зарю. Харуюки уже видел этот цвет, причём совсем недавно…

— Не может быть!.. — воскликнула Черноснежка, стоявшая в одном ряду с другими Королями.

В тот же миг из правого плеча Цербера раздался приятный и ясный, но немного печальный голос, в котором совсем не чувствовалось жизни. Он объявил название той самой техники:

Стена розового света поглотила аватара, и стоило ей миновать, как Харюуки крикнул, отбросив в сторону страх и сомнения:

— Учитель, хватай Белл с Шоко и улетай! Семпай на мне!

Как он уже успел увидеть, они так и остались на уровне “Чистилище” посреди арены Будокана. Однако воспоминания о том, как во время вчерашней битвы им не дали прийти в себя, оказались слишком свежи. Глейсир Бегемот немедленно запер их, а Сноу Фейри чуть не истребила под корень Инкарнационной техникой. Сейчас нельзя было ни секунды оставаться в стенах Будокана.

Поэтому Харуюки молниеносно принял решение и отдал Фуко такой приказ.

— Так точно! — откликнулась та с небольшой задержкой.

Взвизгнули колёса коляски, и Фуко стремительно отъехала назад, рассыпая по полу яркие искры. Схватив стоявшую позади Тиюри левой рукой, Фуко рванула вперёд за Шоколад Папеттой, растерянно стоявшей в самом центре арены.

— Пард, бери Рейн! — скомандовал Харуюки, но Блад Леопард и без него уже взмыла в воздух. Приняв в полёте звериную форму и приземлившись, она немедленно подхватила на спину Нико.

— Постой, я ему сейчас… — попыталась возразить Нико, но Пард прижала её к спине хвостом и бросилась к выходу. Туда же устремилась и Фуко, держа левой рукой Тиюри, а правой Сихоко.

Краем глаза наблюдая, как его товарищи покидают арену, Харуюки сфокусировал мысленный образ.

— Лайт Спид!

Расправленные крылья вспыхнули серебристым Оверреем.

Поскольку Харуюки всё это время был зрителем дуэли и лишь сейчас оказался на неограниченном нейтральном поле полноценным аватаром, у него была полная шкала здоровья и пустая — энергии. Однако он не мог тратить время на уничтожение объектов.

Хотя Скорость Света, в отличие от того же Лазерного Меча, срабатывала далеко не всегда, воспоминания о сложнейшей вчерашней битве помогли Харуюки собраться с мыслями. Световые крылья расправились и придали его телу мощнейшее ускорение.

Тем временем у южного края арены Синий Король и Фиолетовая Королева озирались по сторонам, не выпуская из рук Артефакты, Зелёный Король уже занёс щит над головой, что-то почуяв, а Чёрная Королева стояла на месте, не сводя глаз с Вольфрам Цербера.

Преодолевая расстояние, отделявшее его от своей Королевы, Харуюки успел крикнуть: “Все наружу!” — обращаясь к Кобальт Блейд и Манган Блейд, которые стояли слева от него, Астре Вайн, Айрон Паунду и Сантан Шейфер, находившимся справа, а также к исчезнувшему Жёлтому Королю и ничего не понимающей Лимон Пьеретт.

На глазах Харуюки белая мантия Айвори Тауэра начала снизу вверх превращаться в чёрные плиты. Правый наплечник Цербера испускал затухающий розовый свет, но аватар не двигался.

Почему Орхид Оракул — она же Вакамия Мегуми — вдруг стала третьей личностью Цербера? Что случилось с первой, основной личностью? И что сейчас происходит с настоящей Мегуми, которая со вчерашнего дня не выходит на связь?..

Так много вопросов оставалось без ответов. И всё же интуиция подсказывала Харуюки, что сейчас нужно не ломать голову, а как можно скорее выбираться отсюда.

— Семпай!.. — крикнул он и обхватил тонкую талию неподвижной Черноснежки правой рукой.

Левая рука машинально подхватила стоящего рядом аватара Фиолетовой Королевы.

— Ай! Что?! Что ты делаешь?! — возмутилась Пёрпл Торн.

— Нет, Кроу, я должна спасти Оракул!.. — хрипло выкрикнула Черноснежка одновременно с ней.

— Сейчас мы должны бежать!

Конечно, Харуюки тоже разрывало от любопытства. Он тоже хотел разобраться, что произошло с Цербером и Оракул. Но если они поддадутся этим чувствам, то угодят в ловушку, подстроенную Айвори… вернее, Блэк Вайсом.

Крепко прижав к себе Королев, Харуюки взмыл к потолку Будокана.

— Пожалуйста, пробейте крышу!

Мысли Черноснежки всё ещё были заняты Оракул, так что первой на слова Харуюки отреагировала Фиолетовая Королева.

— Ладно уж, так и быть!.. — язвительно бросила она, размахнулась зажатым в правой руке посохом и нанесла удар точно по центру потолка.

У неё, как и у Харуюки, не могло быть энергии, однако Артефакт затрещал, словно ломающаяся доска, а затем испустил голубую молнию, пробив огромную дыру в центре металлического купола. Показалось бледно-зелёное небо, и Харуюки напряг всю свою Инкарнацию, вырываясь на свободу.

Они пролетели сквозь брешь и поднимались ещё около секунды.

Внезапно нечто ослепительно яркое метнулось в их сторону с вершины одной из высоток Куданситы, стоящих к востоку от Будокана. Мощный лазерный луч, окутанный фиолетовой плазмой. Чья-то атака, но не Цербера и не Вайса…

Безусловно, этот лазер даже близко не мог потягаться с Трисагионом Метатрон, но его мощь явно выходила за рамки обычных спецприёмов. Прорезав воздух буквально под пятками взлетающего Харуюки, он попал в крышу Будокана.

На мгновение всё замерло.

Замедляясь и разворачиваясь в полёте, Харуюки увидел, как под ними, расплавляя металл крыши и стен Будокана, надулся огромный огненный шар…

Затем произошёл взрыв такой страшной силы, будто некто пытался уничтожить само окружающее их пространство.

Когда обжигающая тепловая волна докатилась до троицы, Харуюки невольно отвернулся и вздрогнул всем телом. Если бы он промедлил хотя бы три секунды, взрыв поглотил бы его, не дав применить Оптическую Проводимость. Даже металлическая броня не помогла бы Сильвер Кроу пережить такую атаку. Она была не слабее Брайникла Сноу Фейри… и намного опаснее, с учётом невероятной скорости лазерного луча. Такой мощью могла обладать только Инкарнация, причём не ниже второго уровня.

Харуюки не знал, успели ли сбежать Фуко, Нико, Кобальт, Манган и остальные. Синий и Зелёный Короли наверняка попали под удар. Интересно, а что насчёт Айвори Тауэра и Вольфрам Цербера?

Харуюки всё ещё смотрел на дымящиеся руины Будокана, когда Черноснежка вдруг ткнула его в спину:

— Кроу, туда!

Он резко поднял голову и увидел, как Чёрная Королева показывает рукой-клинком на одно из зданий на востоке. Фиолетовая Королева взяла посох в левую руку и замахнулась им.

— Хотела бы я задать вам пару вопросов, но разговоры оставим на потом. Неси нас к тому зданию, Ворон!

И действительно, прямо сейчас он должен был думать не о друзьях, а о загадочном стрелке. Если тот выстрелит ещё пару раз, сбежать они уже не смогут.

Вот только…

— Простите, я больше не могу!..

Стоило ему договорить, как вся зависшая в воздухе троица накренилась. Оверрей на крыльях Харуюки зловеще замерцал. Мало того, что Скорость Света — не самая надёжная техника, она была рассчитана на быстрые рывки на небольшие расстояния, а вовсе не на неспешные перелёты.

— Какой позор!.. — возмутилась Фиолетовая Королева, и её голос будто бы разбудил Черноснежку.

— Как ты смеешь так выражаться, когда тебя только что спасли, Торн?!

— Помолчи, Лотос, давай хотя бы выстрелим на упреждение! Раз, два…

Черноснежка недовольно хмыкнула, услышав отсчёт, но отвела правую руку назад.

“Как они выстрелят без энергии?..” — взволновался Харуюки, и тут…

— Торн Ретрибьюшн5!

— Ворпал Страйк! — одновременно воскликнули Королевы.

Посох “Буря” в руке Фиолетовой Королевы испустил молнию на порядок более мощную чем та, что разрушила крышу, а Терминальный Меч Чёрной Королевы выстрелил алым копьём. Две Инкарнационные техники… и обе такой силы, что пространство вокруг них слегка исказилось.

Даже вместе эти лучи не сравнились бы по мощи с тем чудовищным лазером, но их всё равно хватило бы, чтобы мгновенно прикончить любого аватара. Атаки устремились вперёд с оглушительным резонирующим рёвом, поразив далёкую крышу и вызвав небольшой, но очень концентрированный взрыв.

Верхние этажи стального здания смело начисто. С такого расстояния они не могли разглядеть, появился ли маркер смерти, но даже если стрелок выжил, ему придётся найти новое укрытие, чтобы выстрелить опять.

Это был последний вывод, который Харуюки успел сделать перед тем, как запасы его Инкарнационной энергии полностью исчерпались.

— Снижаюсь! — объявил он и начал планировать к земле на погасших крыльях.

Харуюки удалялся прочь от огромного кратера и раскалённых докрасна останков Будокана, двигаясь на север, где виднелась площадка с редкими металлическими объектами. Скорее всего, в реальном мире там располагался какой-нибудь скверик. По пути он пытался найти взглядом товарищей, но поиски не увенчались успехом.

Фиолетовая Королева тоже смотрела по сторонам.

— Почему так светло?.. — прошептала она, поднимая глаза к небу.

Харуюки последовал её примеру. Действительно, знаменитое зловещее небо Чистилища показалось ему чуть более ярким, чем перед началом конференции. Впрочем, время стоит на месте только на обычном дуэльном поле. На неограниченном нейтральном время суток сменялось, так что в зависимости от положения солнца на нём бывало и светлее, и темнее. Прямо сейчас бледно-жёлтый диск с трудом просматривался за облаками прямо над головой. Впрочем, это нельзя было сравнить с испепеляющими солнечными лучами уровней “Пустошь” и “Древний лес”.

— Ладно, неважно. А, смотрите!

Фиолетовая Королева указала куда-то вниз, и Харуюки тоже опустил глаза. Он увидел среди металлических деревьев какой-то яркий высверк, и по спирали опустился.

Как только ноги коснулись металлической земли, а руки отпустили Королев, Харуюки собрался позвать товарищей, но за миг до того…

— Кроу!

— Ворон-кун! — раздались голоса, и из тени деревьев выбежали Лайм Белл и Шоколад Папетта. За ними появилась сидящая в коляске Скай Рейкер и до сих пор не покинувшая звериную форму Блад Леопард со Скарлет Рейн на спине.

По правилам неограниченного поля Харуюки не мог видеть шкалы их здоровья, но судя по всему никто из них не пострадал. Ощутив прилив облегчения, Харуюки чуть не упал на колени, но стоявшая справа Черноснежка успела подхватить его локоть.

Когда пятёрка аватаров подбежала к ним, первой подала голос Нико:

— Тц… — её большие зеленые глаза прищурились куда-то левее Харуюки. — Ты что, и её спас?

— Пф, можно подумать, я просила, — ядовито ответила Пёрпл Торн. — Кстати, без моей помощи они не пробились бы через крышу!

Нико хотела было возразить, но тут вмешалась Шоколад:

— Довольно, сейчас не время ссориться! Мы должны немедленно решить, что делать, если хотим выжить!

— Да, действительно, — поддержала её Черноснежка, отпустив Харуюки и обведя всех взглядом. — Мы многого не знаем о произошедшем, но ситуация ясна. Как и во время вчерашней битвы за территорию, враг использовал Инкарнационную технику Оракул, чтобы переместить нас на неограниченное нейтральное поле. Вероятно, Айвори Тауэр подготовил эту западню на случай, если попадёт в безвыходную ситуацию…

— С-секунду, — вновь заговорила Фиолетовая Королева. Из её голоса исчез весь яд, уступив место глубокому изумлению и смятению. — Оракул?.. Ты про Орхид Оракул, бывшего Легионера Осциллатори? Но я слышала, она растеряла очки много лет назад… И что значит, “на неограниченное нейтральное поле”? Как это вообще возможно?..

— Все объяснения потом, сейчас мы должны бежать, и как можно скорее, — строго отрезала Черноснежка и посмотрела на север, где виднелись зловещие ворота. В реальном мире они наверняка соответствовали вратам Таясу. — К счастью, насколько я успела заметить во время перелёта, на этот раз враг не заблокировал порталы огромными Энеми. Мы должны отыскать остальных и вместе с ними сбежать через ближайшую точку выхода.

— Ладно, — на удивление легко согласилась Пёрпл Торн и обернулась к превратившимся в кратер развалинам дворца, смерив их беспокойным взглядом.

Поняв, что она волнуется за своего офицера, Харуюки подошёл к ней и прошептал:

— Знаете, Вайн, скорее всего, жива. Я сказал ей бежать из Будокана, пока летел к вам.

— И… и без тебя знаю! Разумеется, Вайн не могла погибнуть от такой спонтанной атаки!

— К-конечно! — Харуюки быстро закивал.

Черноснежка вздохнула и продолжила:

— Меня больше беспокоят Найт и Гранде, попавшие точно под удар лазера. Конечно, эти двое вполне могли выжить, но если нет, нам придётся ждать, пока они воскреснут…

Вдруг Фиолетовую Королеву осенило. Посмотрев в лицо Черноснежки, она сухо проговорила:

— Послушай, Лотос.

— М?.. Чего тебе? Говори, не затягивай.

— Просто на всякий случай… Ты понимаешь, что другой такой возможности у тебя не будет? Вокруг шестеро твоих союзников, в одиночку мне вас не победить.

— “Возможности”?.. О чём ты?

— Не строй из себя дурочку, ты прекрасно понимаешь, о чём я! Я говорю, что если ты сейчас нападёшь на меня, то без труда убьёшь по правилу внезапной смерти! — хлёстко бросила Пёрпл Торн.

Харуюки увидел, как фиолетовые глаза за визором Черноснежки медленно моргнули. Именно тогда он всё понял. Черноснежка действительно даже не думала об этом. Она не задумывалась о том, что если воспользуется этой возможностью и убьёт Фиолетовую Королеву, то сделает ещё один шаг на пути к десятому уровню.

Харуюки и сам даже не учитывал эту возможность. Фуко, Тиюри и остальные ждали, затаив дыхание.

— Да… ты права, — тихо ответила Черноснежка, опуская взгляд на клинок правой руки. — Я не вправе говорить тебе, что не опущусь до такого, или что хочу одолеть тебя в честной битве. В конце концов, именно я подло убила Райдера, твоего возлюбленного.

Правая рука Пёрпл Торн дрогнула. Посох, на который она надавила изо всех сил, вошёл в металлическую землю острым концом, хоть и неглубоко.

Действительно — три года назад Черноснежка обнулила очки Первого Красного Короля Рэд Райдера из-за лживых слов Белой Королевы Вайт Космос, старшей сестры Черноснежки. Но Черноснежка не собиралась оправдываться и ограничилась фактами:

— Мои цели не изменились, я всё ещё стремлюсь к десятому уровню, — сдержанным тоном продолжила Чёрная Королева. — Изменились только приоритеты. Сейчас для меня важнее не отрубить тебе голову, а разгромить Общество Исследования Ускорения. Я ведь не смогу заручиться твоей помощью, если обнулю тебе очки.

— Твои слова ничего не стоят, — упрямо возразила Торн.

— Не спорю, — Черноснежка пожала плечами. — Но ты не думаешь, что если бы я без разбора охотилась за головами Королей, то вот эта малявка уже давно была бы мертва?

— Эй, кого ты назвала мал… — попыталась что-то сказать Нико, сидевшая на спине Пард где-то позади, однако Пард немедленно обвила длинный хвост вокруг её головы, заткнув рот и не давая договорить.

Пёрпл Торн молча взглянула на Скарлет Рейн. Через несколько секунд стиснутая на посохе изящная ладонь постепенно расслабилась. Напоследок она глубоко вдохнула и кивнула.

— Ну… здесь ты права. Значит, отложим битву до лучших времён. Итак, как мы собираемся искать Вайн и остальных? На открытой местности нас могут убить тем же самым лазером.

— Действительно…

Харуюки посмотрел на восток одновременно с Черноснежкой.

Железные деревья скрывали от них здания, но они видели дымок над крышей многоэтажки — бывшего укрытия стрелка. Если совместный Инкарнационный залп Черноснежки и Торн прикончил врага, то они могли ещё почти час ощущать себя в безопасности, но было бы слишком оптимистично надеяться, что такого сильного противника удалось победить одной внезапной атакой.

— Хоть и не хочется, но нам придётся разделиться, — заявила Чёрная Королева.

— Да… — согласилась Фиолетовая. — Команда Альфа отправится воевать со стрелком, команда Браво займётся поисками союзников. Чтобы вы знали, команде Браво тоже достанется работа не из простых. Я не думаю, что Айвори и тот загадочный металлический аватар погибли от взрыва.

“О, Фиолетовый Легион использует фонетический алфавит НАТО?” — успел удивиться Харуюки перед тем, как Пёрпл Торн смерила его взглядом, словно прочитав мысли:

— Чтобы ты знал, это с подачи Вайн… Итак, как поделимся?

— М-можно я буду в команде Альфа? Раз уж нам надо на крышу, — вызвался добровольцем Харуюки.

— Я хорошо карабкаюсь, — Пард взмахнула гибким хвостом.

— Нет, Леопард, ты останешься, — возразила Фуко и бросила взгляд на Нико. — Вполне возможно, Айвори… точнее, Блэк Вайс до сих пор надеется захватить остальные части “Непобедимого”. Лучше держись поближе к Рейн.

— Кей… — быстро согласилась Пард.

Нико тоже кивнула, хоть и нехотя:

— Конечно, я не в восторге, что меня в последнее время берегут, как беззащитную девочку, но если меня опять ограбят, я не смогу посмотреть в лица Белл и Пайлу, которые таким трудом вернули моё Снаряжение… Так что я тоже в наземном отряде.

— Не расстраивайся, Рейн. Возможно, нам понадобится помощь “Дредноута”, чтобы добраться до портала, — заметила Черноснежка.

— Ну-ну, — буркнула Нико.

“А ведь мне тоже тогда попотеть пришлось…” — с некоторой обидой мысленно добавил Харуюки.

Тем временем Фуко встала с коляски:

— Я пойду вместе с Ворон-саном. И больше команде Альфа никто не нужен.

— Н-не нужен?.. — не сдержавшись, переспросил Харуюки, и Фуко незамедлительно пояснила:

— Мы сражаемся против очень крупного калибра, поэтому лучше не таскать на себе балласт, жертвуя скоростью, а двигаться как можно быстрее, чтобы сократить расстояние.

— О да, я бы не хотела под такое попасть, — вставила Нико.

Харуюки пришлось смириться. Хотя… на самом деле, у них был ещё один “летающий легионер” — архангел Метатрон, с которой они расстались всего полчаса назад по внутренним часам Харуюки. Теперь, когда они оказались на неограниченном нейтральном поле, Харуюки мог (и хотел!) снова позвать её на помощь, но Метатрон только-только нашла себе хорошее укрытие и наверняка спала в Аэрохижине, восстанавливая силы.

К тому же Харуюки не имел права полагаться на неё постоянно. Он хотел стать достаточно сильным, чтобы уже самому защищать её. В конце концов, прямо сейчас их задача — не победить врагов любой ценой, а отыскать КобаМагу, Астру Вайн, двух офицеров Зелёного Легиона, Синего и Зелёного Короля, а также, на всякий случай, Лимон Пьеретт — Жёлтый Король наверняка сбежит отдельно от всех. После этого требовалось всего лишь помочь им выйти через портал — уж с таким заданием Харуюки должен справиться и без её помощи.

Разумеется, это не значило, что ему можно расслабиться, тем более что отряду Альфа предстояло ответственное задание. Необходимо приблизиться к вражескому стрелку, не попав под Инкарнационный лазер, а затем как можно быстрее одолеть противника.

Заново укрепив свою решимость, Харуюки бросил ещё один взгляд на восток.

— Кроу, — раздался за спиной голос Тиюри. — Энтузиазм это хорошо, но ты не забыл набрать энергию?

— А?.. Ой.

Только сейчас он вспомнил, что шкала драгоценной энергии всё ещё пуста. На секунду Харуюки подумал снова включить Скорость Света, но полагаться на одну только Инкарнацию слишком опасно.

— Я п-помню, сейчас деревьев налом…

Но не успел он договорить, как раздался привычно ядовитый голос Фиолетовой Королевы:

— Стой и не двигайся.

Харуюки застыл на месте, а в его бок упёрся наконечник посоха. Кристалл надавил на тонкую броню с такой силой, что ещё бы немного — и Харуюки начал бы терять здоровье. И как только Харуюки встревожился…

— Элементари Чардж6, — безразличным голосом объявила Королева название спецприёма.

Кристалл вспыхнул фиолетовым сиянием, шкала энергии Харуюки за считанные секунды заполнилась до отказа. Торн убрала посох.

— Б-большое спасибо… — ошарашенно поблагодарил Харуюки и решил всё-таки уточнить: — Н-неужели этот приём может бесконечно снабжать других энергией?..

— Что за глупость? Конечно, нет. Разве не очевидно, что я трачу свою?

“А, понятно. Ну, всё равно здорово”, — успел подумать Харуюки перед следующими словами Королевы.

— Правда, ты получаешь в 1,60217662 раза больше, чем я трачу.

— Вы могли сказать просто “в 1,6 раз”…

— Заткнись. Лучше сосредоточься на том, чтобы победить того стрелка, доброволец из команды Альфа. Я не хочу ещё раз попасть под этот лазер.

— Т-так точно!

Харуюки снова вытянулся по стойке “смирно”. Черноснежка, стоявшая впереди чуть правее, многозначительно посмотрела на него, словно собираясь упрекнуть, но вместо этого подбодрила:

— Я рассчитываю на вас, Кроу и Рейкер. Мы приступим к поискам, как только начнётся ваша схватка. Точка сбора — руины Будокана.

— Хорошо. Бой будет быстрым, — отчеканила Фуко.

Ей, в отличие от Харуюки, для полётов не требовалась энергия, поэтому она просто убрала коляску и вызвала Ураганные Сопла — на этот раз воспользовавшись меню, а не голосовыми командами. Она потратила пару лишних секунд, но благодаря этому методу призыв Снаряжения обошёлся без ярких спецэффектов, которые могли привлечь внимание врага.

— Ну что, Ворон-сан, пошли. Отойдём, затем взлетим.

Харуюки обернулся, кивнул Фуко и побежал на восток.

— Держитесь там! — бросила Сихоко им в спину.

Харуюки молча вскинул правый кулак.

***

Фигуры Сильвер Кроу и Скай Рейкер растворились среди деревьев.

Через несколько секунд они услышали пронзительный вибрирующий рёв. Оставляющая голубой след Рейкер и расправивший серебристые крылья Кроу взмыли над землей. Оба улетели так быстро, что уже через секунду скрылись с её глаз.

Сихоко сложила руки перед шоколадной грудью и помолилась:

“Арита-кун, Фуко-сенсей, сражайтесь с честью… но не переусердствуйте”.

В целом, Сихоко казалось, что она успешно справилась с заданием, ради которого впервые в жизни посетила Конференцию Семи Королей. Правда, поскольку для неё, бёрст линкера пятого уровня, Синий Король Блу Найт, Зелёный Король Грин Гранде и Фиолетовая Королева Пёрпл Торн были по сути легендами во плоти, её колени поначалу всё-таки дрожали. Но потом она вспомнила, что командир её нового Легиона — просто на редкость капризная и ревнивая Черноснежка, да и Скарлет Рейн на поверку — очаровательная милашка, пускай в реальности они пока и не виделись. Мысль о том, что Короли — тоже люди, помогла ей частично успокоиться, так что во время просмотра записи она уже вошла во вкус и мысленно кричала: “На, Айвори Тауэр, подавись!”

Она успешно показала повтор. Когда Короли начали допрашивать Айвори Тауэра, ей уже казалось, что отвратительному Обществу Исследования Ускорения пришёл долгожданный конец, но…

Неожиданный девятнадцатый участник конференции перенёс участников на неограниченное нейтральное поле, и Сихоко снова почувствовала себя бесполезной. Она беспомощно застыла на месте, когда её подхватила и вывезла наружу на коляске Скай Рейкер, после чего на её глазах ударивший откуда-то с восточной стороны неба лазерный луч уничтожил весь Будокан целиком.

Рейкер сбежала вместе с Сихоко и Лайм Белл, а Блад Леопард — вместе с Красной Королевой. Обе они двигались по непростому рельефу Чистилища с невероятной скоростью, и раздувающийся за спиной огненный шар так и не смог настичь их. Впятером они сбежали в рощу металлических деревьев к северо-западу от Будокана. Вскоре к ним приземлился Сильвер Кроу, принеся с собой Чёрную и Фиолетовую Королеву.

По ходу разговора Королев Сихоко более-менее поняла, что происходит, но подумала, что, увы, ничем не сможет помочь команде Браво, в которой неожиданно для себя оказалась. Разумеется, она даже близко не могла потягаться по силе с тремя Королевами и Блад Леопард, к тому же у неё не имелось таких полезных способностей, как у Лайм Белл. Она даже не знала, сможет ли защитить себя саму.

“Какая же я слабая…”

Сихоко опустила голову, чтобы широкие поля шляпки спрятали лицо. Ощущение собственной беспомощности переполняло её, когда…

— Ну что, Шоколад, настало твоё время, — вдруг раздался голос Чёрной Королевы.

— …Оай? — испуганно воскликнула Сихоко.

— С полной шкалой ты можешь создать пять шоконеток, верно?

— А, д-да, — Сихоко быстро закивала.

На самом деле если бы она потратила одну полную шкалу, чтобы создать шоколадную лужу максимальных размеров, а потом ещё одну на призыв, то шоконеток бы получилось десять, но за счёт одной шкалы действительно получалось не больше пяти.

— Хорошо, сейчас вызовешь. Торн? — сказала Черноснежка, и Фиолетовая Королева приблизилась к Сихоко, щёлкая каблуками.

— Ладно уж… но больше у меня энергии нет.

С этими словами она приложила кристалл, смонтированный на навершии посоха, к правому плечу Сихоко — похоже, им совсем не обязательно бить в живот на манер того, как она поступила с Сильвер Кроу — и произнесла название спецприёма. Его хватило, чтобы заполнить шкалу Сихоко лишь наполовину, поэтому остальное она набрала, распинав несколько маленьких деревьев. Затем она создала лужу Фонтаном Какао и с помощью Создания Марионеток вызвала пять помощниц.

— О-о, какая интересная техника, — восхищённо протянула Фиолетовая Королева.

— Они так вкусно выглядят, — заметила Красная Королева, видимо успевшая проголодаться.

Чёрная Королева не стала комментировать их слова, а просто указала на Будокан:

— Хорошо. Как только Рейкер и Кроу вступят в бой, мы приступим к поискам участников конференции. Сами на всякий случай будем ходить плотной группой, а шоконеток разошлём в разные стороны. Пусть они ведут к тебе любых бёрст линкеров, которых встретят.

— Х-хорошо, но шоконетки не отличают врагов от союзников…

— Ничего страшного. Если приведут врага, мы его разгромим.

— Так точно! — выпалила Сихоко и снова посмотрела в восточное небо.

Вокруг высоток Куданситы было тихо, ничего не вспыхивало и не сверкало. Возможно, Кроу и Рейкер до сих пор искали или преследовали врага…

— А, смотрите! — воскликнула Лайм Белл, и одновременно Сихоко увидела всё сама.

К зданию, которое поразили своими выстрелами Королевы, примыкало другое, пониже. Только что с его крыши в небо устремились несколько тонких лазерных лучей.

— Пора! — скомандовала Черноснежка.

— Кей, — коротко отозвалась Блад Леопард за всех аватаров.

Шесть бёрст линкеров и пять шоконеток покинули металлический лес и, настороженно осматриваясь, побежали на юг.

***

Увернуться в полёте от крупнокалиберного лазера, броситься к его источнику и при помощи Рейкер в мгновение ока расправиться со стрелком.

Харуюки морально подготовил себя именно к такому сценарию, однако за те полминуты, за которые они на максимальной скорости прилетели в Куданситу, в них никто не стрелял.

Он резко замедлился и остановился над крышей здания, повреждённого Инкарнацией Черноснежки и Фиолетовой Королевы. Фуко тоже отключила движки, так что Харуюки обхватил её узкую талию левой рукой.

Следы разрушений разительно отличались от руин Будокана, но потрясали не меньше. Фиолетовая Королева подплавила конструкцию Инкарнационной молнией, а Черноснежка срубила размягчённый металл Стрижающим Ударом. Из-за этого здания выглядело так, словно с него сняли верхушку гигантской ложкой.

— Это районная администрация Тиёды, важная достопримечательность. Она должна быть крепче остальных зданий, но… — пробормотал Харуюки, выискивая в развалинах следы противников.

— Никто, кроме Гранде, не пережил бы такую атаку, если бы не успел сбежать, — шёпотом ответила Фуко. Похоже, мощь Королев слегка напугала даже её. — Но я не вижу ни следов врага, ни маркера смерти… У всех районных администраций есть порталы на первых этажах. Возможно, стрелок сбежал через него.

— Это, кстати, плохо. Он может погрузиться после того, как мы отлетим от здания…

— Может. Но даже самому опытному бёрст линкеру потребуется около двух секунд, чтобы очнуться в реальном мире и снова произнести “анлимитед бёрст”. Здесь это больше получаса. Мы провели в роще от силы пять минут, так что ещё двадцать пять у нас есть.

— Двадцать пять…

Хватит ли этого, чтобы собрать друзей — вернее, участников конференции — и отступить через портал? Харуюки на миг отвлёкся на руины Будокана, оставшиеся за спиной…

— Ворон-сан!

Он не знал, услышал ли голос Фуко или же её мысль.

На краю поля зрения мелькнула фиолетовая вспышка.

Раздался знакомый гул, и небо рассекли две тонкие лазерные нити того же цвета, что и огромный луч, разворотивший Будокан.

Харуюки рефлекторно шарахнулся влево, но не смог увернуться от обоих лучей. Один из них пробил металлическую чешуйку на правом крыле. Тонкий пучок света оставил сантиметровую дыру, которая почти не сократила шкалу здоровья, но слегка уменьшила тягу.

Впрочем, Харуюки сейчас было не до этого.

— Откуда?! — воскликнул он.

— Я не заметила, — приглушённо ответила Фуко. — Но в следующий раз мы его поймаем. Сосредоточься.

— Т-так точно!.. — Харуюки кивнул и вгляделся туда, откуда прилетели лазерные лучи.

Началось молчаливое противостояние с незримым стрелком. Секунды тянулись друг за другом, начиная складываться в минуты…

— Там! — внезапно воскликнула Фуко и показала пальцем не на полуразрушенную районную администрацию, а на крышу такого же по высоте здания через дорогу на севере. Харуюки немедленно перевёл взгляд туда, но врага не заметил.

— Но ведь там никого… — успел сказать он перед тем, как впереди вновь сверкнули фиолетовые кресты.

На этот раз Харуюки и сам увидел, как из-за одного из трёх крупных выступов — вероятно, в реальности представляющих собой вентиляционные трубы — беззвучно высунулась голова дуэльного аватара. Источником вспышек была его шапка, вернее, крупные линзы, вмонтированные в неё…

— Пусти! — воскликнула Фуко.

Гул наложился на её голос. От этих двух выстрелов Харуюки уворачиваться не стал. Убрав с талии Фуко левую руку, он выставил её перед собой вместе с правой, встретив лучи предплечьями.

Хотя сама по себе серебристая броня Сильвер Кроу не могла отражать мощные лазерные лучи, на это оказались способны кристаллы-проводники, скрытые в предплечьях. В своё время они смогли отразить даже смертоносный Трисагион первой формы Метатрон. Харуюки поймал лучи кристаллами, перенаправил и выпустил назад.

Тем временем Фуко уже бросилась к позиции, откуда стреляли лазеры. Обратив движки соплами вверх, она летела к стрелку, выставив вперед правую ногу.

Но враг уже исчезал в тени. Она не успевала…

— Ха-а-а! — громким ясным голосом воскликнула Фуко, слегка меняя направление выхлопа.

В следующий миг она взмахнула правой ногой, атакуя не противника, а вентиляционные трубы перед ним. Три метровых выступа моментально разбились, отброшенные ими чёрные тени тоже исчезли.

Изнутри крыши выскочили, словно выброшенные сжатым трамплином, не одна, а сразу две фигуры.

Первая — девушка в фиолетовой броне такого же цвета, как лазерные лучи, и в большой ромбовидной шапке. Второй — парень в доспехе цвета ночи и глухой маске, открывающей только глаза-линзы.

Другие детали были уже не нужны, Харуюки узнал обоих. “Четырёхглазый Аналитик” и второй офицер Общества Аргон Арей, а также самопровозглашённый ниндзя и ученик Блэк Вайса Шедоу Клоукер.

Из спины Аргон торчал неглубоко воткнутый метательный нож-кунай, от кольца которого к левой руке Клоукера шла тонкая нить. Похоже, если Вайсу для передачи эффекта Тенехода кому-то другому требовалось зажимать аватар плитами, то Клоукер с той же целью втыкал в союзника привязанный кунай.

Манёвр Рейкер вышвырнул противников из тени против их воли, но они мигом оправились от неожиданности. Клоукер уже успел взять в правую руку ещё один кунай.

“Чёрт!”

Если этим кунаем попасть в тень аватара, Клоукер может включить Инкарнационную технику под названием “Теневая Привязь”, которая не просто обездвиживала аватара, но даже лишала его возможности разговаривать. Фуко как раз отбрасывала на крышу чёткую, яркую тень. Как только она приземлится, ниндзя немедленно бросит кунай ей под ноги и обездвижит. Затем Аргон добьёт Фуко лазерным залпом.

“У меня остались три секунды… уже две…”

Мысли Харуюки уплотнились настолько, что ещё немного — и он переместился бы на высший уровень. Всего полсекунды потребовалось ему, чтобы сделать выбор.

От Шедоу Клоукера его отделяло пятнадцать метров. Из Инкарнационных техник с такого расстояния его мог быть достать только Лазерный Дротик, но он, в отличие от Лазерного Меча и Лазерного Копья, включается долго и поэтому не успеет. Однако Харуюки увидел ещё один способ помешать противнику с расстояния.

Он на миг опустил взгляд. Его собственная тень падала на южную стену здания. Харуюки резко поднялся на три метра и замер, подстраиваясь под движения Фуко.

Клоукер метнул кунай одновременно с тем, как Сильвер Кроу остановился. Ниндзя прекрасно владел этим оружием — лезвие воткнулось в крышу под ноги Фуко, как только она приземлилась.

Вот только за долю секунды до этого на её тень наложилась тень Харуюки.

В худшем случае кунай обездвижил бы обоих аватаров, но Харуюки знал, что этого не произойдёт. Инкарнация, по своей сути — влияние на систему через мысленный образ. Из-за перекрывающей тени Сильвер Кроу противник не мог выбрать в качестве образа тень Скай Рейкер.

Когда кунай вонзился в металлическую крышу, тело Харуюки со скрипом замерло в полном оцепенении. Он не мог пошевелить даже пальцем. Неудивительно, ведь он принял на себя Теневую Привязь, которая должна была достаться Фуко. Впрочем, ничего страшного не случилось.

Сильвер Кроу застыл в воздухе, крылья потеряли тягу, и аватар начал падать. Его тень тоже сместилась, и лучи солнца практически сразу же коснулись куная.

Когда секундное оцепенение отпустило Харуюки, Фуко уже успела оттолкнуться от крыши и покинула опасную зону. Она приземлилась на одной линии с солнцем и Клоукером и прокрутилась на носке так, чтобы оказаться лицом к врагу и спиной к собственной тени. В следующий миг она бросилась вперёд, а приземлившийся ниндзя наконец-то отвёл руку за пояс и схватился за рукоять синобигатаны.

— Зан!

Он провёл сверхскоростной рубящий удар, едва Фуко оказалась в зоне поражения.

— Ф-фх! — выдохнула та, принимая удар правой ладонью.

Кромка синобигатаны была настолько остра, что в прошлой битве с лёгкостью отрубила Харуюки правую стопу. Скай Рейкер относилась к синим аватарам, но не носила тяжёлых доспехов, и эта выходка вполне могла стоить ей руки.

Но когда раздался лязг, вверх отлетела не ладонь Фуко, а переломленное у основания лезвие. Ниндзя на мгновение застыл — даже он не ожидал такого поворота.

Этого мгновения Рейкер по прозвищу “Железная Длань” хватило с лихвой.

Фуко стремительно перетекла ближе к противнику, положив левую ладонь на грудь ниндзя…

— Ха-а! — выкрикнула она ещё громче, чем в прошлый раз.

Металл крыши под её каблуками пошёл трещинами, доспех Шедоу Клоукера взорвался не только на груди, но и на спине. Когда ниндзя упал на колени, Фуко нежно обхватила его голову руками.

Послышался оглушительный хлопок. Маска ниндзя разбилась одновременно со шлемом. Тело мигом вспыхнуло тёмно-синим пламенем и развалилось на части. Пламя превратилось в дым, развеялось и оставило после себя лишь маркер смерти цвета ночи.

Вчера Харуюки, Тиюри и Трилид Тетраоксиду стоило огромных трудов одолеть Шедоу Клоукера. Однако Фуко отточила свои техники до такого ужасающего уровня, что расправилась с ним в одиночку, причём всего за два удара. Сама Фуко говорила, что владеет способностью “Проникающие Удары”, однако Харуюки до сих даже не представлял, как конкретно она работает.

Разумеется, во время битвы Рейкер и Клоукера Аргон Арей и Харуюки тоже не бездельничали.

Как только Фуко отпрыгнула от Теневой Привязи, Аргон попыталась поразить её лазером, а Харуюки бросился вперед, чтобы не допустить этого.

Прежде, чем выстрелить из шапки лазером, Аргон Арей требовалось накачивать линзу энергией по меньшей мере три секунды. Она вполне успела бы подстрелить Фуко, если бы смирилась с пропущенным ударом от Харуюки, но вместо этого Аргон отменила накачку и отпрыгнула. Харуюки знал, что она так поступит. Будучи аналитиком, Аргон не считала нужным жертвовать собой ради спасения товарища.

Харуюки приземлился в центре крыши со скрещенными перед собой руками, краем правого глаза наблюдая за окончанием битвы Фуко и ниндзя. Аргон же отступила до северо-западного угла и опустила руки.

Молчание продлилось всего пару секунд. Когда Фуко встала сбоку от Харуюки после победы над Шедоу Клоукером, Аргон картинно вздохнула:

— Эх-х… Во-от почему я не верю Вайсику, когда он обещает, что мне “только дать залп и сбежать”.

Арей потянулась рукой за спину, выдернула кунай со шнурком и швырнула его в сторону маркера Клоукера. Затем она упёрла руки в боки и ещё раз демонстративно вздохнула:

— Эх-х… Мне, чтоб пальнуть по Будокану таким гигантским лазером, нужно целый час заряжаться. Вы знаете, у меня нет времени тут торчать, да и ниндзёныш уже помер. Можно я тихо-мирно уйду через портал, а?

— Не слушай её, учитель.

Аргон Арей уже не раз завлекала Харуюки в ловушки своими сладкими речами. Ему даже захотелось заткнуть уши.

— Разумеется, мы победим её прямо здесь. Ворон-сан, отрежь ей путь к отступлению.

— Есть. Берегись ослепляющей техники.

Когда Харуюки в своё время попытался одолеть Аргон на пару с Аквой Карент, противница включила спецприём “Слепящий Блеск”, ослепительно сверкнув всеми четырьмя линзами, и благополучно сбежала. Когда Харуюки напомнил Фуко об этой опасности, видневшиеся под очками губы Арей изогнулись в ухмылке:

— Какая досада, ты уже знаешь все мои приёмчики. Что поделать, придётся улепётывать как получится…

Не убирая рук, Арей прислонилась к опоясывавшим крышу перилам у неё за спиной… и выгнулась, запрокинув голову. Шапка перевесила остальное тело, аналитик перемахнула через перила и парапет и пропала с глаз Харуюки.

— Она упала?!

Харуюки ахнул и бросился вперёд. На следующем же шаге он расправил крылья и приготовился прыгнуть с крыши.

— Стоять! — раздался за спиной выкрик Фуко, когда он уже схватился за перила, чтобы перепрыгнуть их.

Харуюки едва успел побороть инерцию, когда снизу вплотную к его шлему прошли два лазерных луча. Если бы он попытался броситься в погоню, Аргон прострелила бы ему голову.

Харуюки снова попытался перепрыгнуть перила, но на этот раз Фуко оттащила его рукой. Снизу выстрелили ещё два лазера, снова угодив в свинцовые тучи и оставив после себя едва уловимый запах пережжённого воздуха.

— …Вот чёрт!

За две секунды Харуюки дважды чудом избежал смерти. Он всё ещё держался за перила, но не мог заставить себя пошевелиться. Вдруг Фуко хлопнула его по спине и бросила:

— Давай!

Харуюки послушно прыгнул в третий раз, теперь по-настоящему. Он расправил крылья и устремился вниз.

По очереди разрядившая все линзы шапки и очков Аргон пролетела уже больше пятидесяти метров. Перестроенное в 2040-х здание районной администрации Тиёды имело в высоту около 180 метров, и то, на котором они находились сейчас — примерно такую же. Даже самый высокоуровневый бёрст линкер наверняка погиб бы, упав с такой высоты, но с Аргон Арей ни в чём нельзя быть уверенным.

“Я спикирую и добью её ногой до того, как она приземлится!” — решил Харуюки и сосредоточил в крыльях образ света.

— Лайт… Спид!

Его крик превратился в серебристый Оверрей. Повреждённую чешуйку на правом крыле окутал ослепительный свет, вытянутая вниз правая нога превратилась в острое копьё. Инкарнация ускорила Харуюки на порядок сильнее, чем сила тяжести.

— Инфинит Арей! — раздался выкрик Аргон через растянутую чувством ускорения секунду.

Всё тело аналитика вспыхнуло цветом свежей фиалки — таким ярким, что глаза слезились.

Свет стремительно сфокусировался в многочисленных точках, равномерно распределённых по броне Аргон, и превратился во множество линз. Не меньше сотни новых глаз на её теле вспыхнули фиолетовым Оверреем.

Харуюки никогда ещё не видел эту Инкарнационную технику. Но он знал о ней. Во время битвы в женской школе Этерна от неё сильно пострадала Блад Леопард, и после боя она подробно рассказала о Бесконечном Массиве товарищам.

По словам Пард у этой техники не имелось слепых пятен. Она назвала её безупречной, невероятно мощной боевой Инкарнацией. Было бы бесполезно пытаться зайти Аргон за спину или броситься ей в ноги. Плотный поток лазерных лучей расходился во все стороны, пробивая всё на своём пути.

“Если у этой техники и есть слабое место, то оно находится не снаружи Аргон, а внутри, в её сердце”, — сказала Пард, когда рассказывала Харуюки об этом приёме.

Техника Аргон работала так, что чем ближе к ней находился противник, тем больше лучей попадали в цель. Именно поэтому Аргон, сама того не замечая, старалась подпустить противника как можно ближе к себе. Хотя Харуюки имел Оптическую Проводимость, отражающую любые лучевые техники, Аргон надеялась, что с близкого расстояния Сильвер Кроу не сможет отбиться руками от всех лазерных лучей, пропустит часть из них и погибнет. Однако в это решение вкралась небольшая ошибка.

Разогнанный Скоростью Света Харуюки стремительно сокращал расстояние между собой и покрытой линзами Аргон. Десять метров, семь, пять… Аргон выжидала, не разряжая пока свои смертоносные лазеры. Четыре, три, два…

Наконец, свет в многочисленных линзах ослепительно сверкнул. И в то же самое мгновение Харуюки обратился к крыльям, одолженным у архангела:

— Экипировать! Метатрон Вингс!

На самом деле эти слова не покинули рот Харуюки, они лишь промелькнули в его голове за ничтожную долю секунды. Если бы он пытался призвать обычное Усиливающее Снаряжение, система Брейн Бёрста вряд ли распознала бы голосовую команду. Но Крылья Метатрон были привязаны к системе через узы, связывающие его с архангелом. А узам не требовался голос.

На спине Харуюки появилась новая пара белоснежных крыльев. Скорость мгновенно возросла в два с лишним раза — в своё время эта чудовищная тяга помогла ему пролететь сквозь смертоносный ареал Бога Судзаку, Энеми Ультра Класса.

Этот внезапный разгон вывел его за рамки тщательных расчётов Аргон. Раскалённая добела нога пронзила грудь Аргон за одну… пожалуй, стотысячную долю секунды до того, как бесчисленные лазерные лучи выплеснулись наружу.

“Эх-х… Так и знала, не надо было соглашаться”, — будто бы услышал Харуюки усталый шёпот.

В следующий миг Аргон Арей, столько раз ускользавшая от Харуюки, разбилась на осколки и разлетелась на все четыре стороны.

“Победа!” — мысленно воскликнул Харуюки, тормозя всеми крыльями.

Подняв глаза, он увидел, как фиолетовый маркер смерти медленно падает на землю, оставляя за собой хвост спецэффектов. Но время праздновать ещё не пришло. Он всего лишь один раз победил её на неограниченном нейтральном поле, отняв всего лишь малую толику несомненно огромного запаса бёрст поинтов. Радоваться можно будет лишь после того, как они успешно вызволят всех участников конференции из ловушки Блэк Вайса.

Тем не менее, в течение следующего часа… точнее, двух, если верить словам Аргон, её гигантского лазера можно было не бояться. Оставалось собрать за это время остальных и выйти в реальный мир, например, через портал на первом этаже районной администрации.

Вот только…

Неужели Блэк Вайс думал, что сможет замять скандал, перенеся участников конференции на неограниченное поле и попросив Аргон выстрелить в них лазером?

Каким бы мощным ни был заряженный лазер Аргон Арей, глупо было даже надеяться, что он за один удар прикончит всех шестерых Королей. И даже если бы план сработал, Короли лишь потеряли бы крошечную щепотку очков, как сейчас Аргон. Сразу после воскрешения они либо задержались бы, чтобы прикончить Аргон и Вайса, либо сразу вернулись бы в реальный мир, чтобы возглавить массированное наступление на Белый Легион. Все уже убедились в том, что Айвори Тауэр — это Блэк Вайс, а Осциллатори Юнивёрс — Общество Исследования Ускорения, поэтому ничто уже не способно остановить грядущую бурю…

Харуюки наконец-то затормозил и остановился примерно в двадцати метрах от земли. Переключившись на парение, он перевёл взгляд на Будокан на юге… и шумно вдохнул.

Южнее Будокана, среди музеев и галерей, копошились огромные силуэты. Судя по размеру — Энеми Звериного Класса.

А через мгновение из самой середины дымящегося кратера в небо взметнулся спецэффект смерти знакомого Харуюки цвета.

***

Как только они покинули металлическую рощу, Сихоко скомандовала пятёрке шоконеток:

— Бегите врассыпную вон в том направлении и ищите бёрст линкеров! Как найдёте, ведите ко мне!

Кивнув головами с напечатанными вместо лиц цветками, шоколадные марионетки бросились в металлическую рощу на юго-западе парка Мару. Они не понимали сложные приказы, но вполне могли справиться с розыском и вернуться.

Когда шоконетки пропали из виду, Сихоко ещё раз посмотрела на восточные высотки. Она не увидела никаких спецэффектов, хотя в эту самую секунду Сильвер Кроу и Скай Рейкер наверняка вовсю сражались против бёрст линкера, вооружённого чудовищным лазером.

В отличие от шоконеток, броня Шоколад Папетты состояла не из настоящего шоколада, но обладала похожими свойствами. Скользкий и вязкий материал придавал аватару удивительную стойкость к ударам тупыми предметами, однако плавился от высокой температуры. Лазерный луч, способный за один выстрел уничтожить огромное здание на уровне “Чистилище”, наверняка полностью расплавил бы доспех, просто пролетев рядом.

Даже если бы Сихоко смогла отправиться в бой вместе с Кроу и Рейкер, она не только не смогла бы помочь им, но и наверняка путалась бы у них под ногами. Конечно, она понимала, что все дуэльные аватары разные, и у каждого есть свои сильные стороны… но среди более-менее универсальных легионеров Нега Небьюласа она частенько чувствовала себя беспомощной.

В роще Черноснежка сказала Сихоко, что “настало её время”. Возможно, шоконетки действительно помогут в розыске бёрст линкеров, но ведь настоящая стихия бёрст линкера — битвы. Кто бы что ни говорил, Брейн Бёрст был и остаётся файтингом.

“Я хочу стать сильнее. Но как мне это сделать?..” — думала она, смотря на далёкие здания.

— Ну чё, — раздался вдруг голос Красной Королевы, — давайте пошарим в Будокане, что ли. Вдруг кто-нибудь вернулся туда?

— И правда… — поддержала её Черноснежка, переводя взгляд на эпицентр взрыва, находившийся в сотне метров к юго-востоку от них.

Сихоко тоже повернула голову. Даже на уровне “Чистилище” монументальное здание Будокана выглядело величественно и грандиозно, но теперь оно превратилось в руины. Часть внешней стены уцелела, но больше не было ни восьмиугольной крыши, ни загадочной луковицы на её вершине. Интерьер превратился в обугленный кратер. Трудно было представить, что на такое способен один-единственный бёрст линкер. Наверняка здесь не обошлось без Системы Инкарнации, о которой Сихоко и Пети Паке пока знали только понаслышке.

— Интересно, конечно, что стало с Айвори Тауэром и Вольфрам Цербером, но наша задача — собрать всех к моменту, когда закончится битва Кроу. Идёмте.

Чёрная Королева поплыла вперёд, за ней последовали Красная верхом на Блад Леопард и Фиолетовая. Лайм Белл и Сихоко побежали следом.

— Слушай, Белл-тян, — тихо сказала Сихоко, перейдя с надменного голоса на обычный.

Лайм Белл, она же Курасима Тиюри, посмотрела ей в лицо и с любопытством моргнула:

— Что такое, Шоко-тян?

— Скажи, Белл-тян, ты… хочешь учить Инкарнацию?

— У-у, Инкарна-ацию… — насмешливо протянула Лайм Белл, но Сихоко заметила, что лицо аватара слегка помрачнело. — Скорее всего, однажды мне придётся её освоить, но я… немного боюсь её.

— Боишься?..

— Угу… Как-то раз я уже использовала её. Не технику, просто Инкарнацию, — шёпотом призналась Лайм Белл.

Сихоко округлила глаза. Ей захотелось спросить, чем это закончилось, но Черноснежка вдруг остановилась и обернулась:

— Когда войдём, смотрите в оба. Не думаю, что Айвори и Цербер погибли от лазера.

— Разумеется, — ответила Пёрпл Торн. Сейчас даже её голос звучал напряжённее обычного.

Сихоко и Тиюри кивнули.

— Прости, Шоко-тян, остальное расскажу потом.

— Угу, и ты меня прости, что не вовремя спросила…

Извинившись, Сихоко постаралась сосредоточиться.

Шестёрка аватаров приближалась к оплавленным развалинам. Впереди возвышались обезображенные останки внешней стены. Сихоко содрогнулась, в очередной раз прочувствовав мощь лазера, но на Королев, судя по всему, это не произвело особого впечатления. Они спокойно вошли внутрь через один из проломов в стене. Сихоко и Лайм Белл проникли в Будокан следом, настороженно осматриваясь.

Обойдя столбы из арматуры, торчавшие из земли словно надгробия, Сихоко увидела арену, на которой ещё недавно проходила Конференция Семи Королей… и застыла как вкопанная.

Картина после бомбардировки — иначе и не опишешь. Внутренняя часть разрушенного здания превратилась в огромный кратер. Металлический пол арены, имевшей около 60–70 метров в диаметре, полностью расплавился; даже в поверхности уровня, считавшейся почти неуязвимой, зияла изрядная воронка. Вокруг высились горы обломков — видимо, остатки рухнувшей крыши и трибун — из которых тянулись струйки дыма. Похоже, огонь внутри куч ещё не погас.

— Что-то я не вижу маркеров смерти… — подала голос Фиолетовая Королева.

Сихоко опомнилась и покрутила головой. Действительно, маркеров не было.

— Кстати, а что происходит с маркерами, если их завалить всяким мусором? — уточнила Красная Королева.

— Если у аватара хватает места воскреснуть, то ничего, — ответила Чёрная. — Если завалило полностью, маркер перемещается на вершину горы мусора.

— Хм-м… значит, если навалить сверху ещё обломков, маркеры сами выскочат?..

— Я бы согласилась попробовать, если бы Найт и Гранде погибли, но они, судя по всему, уцелели. Только вот где они?..

— Ш-ш, — вдруг вмешалась Блад Леопард, игравшая роль транспорта Красной Королевы.

Треугольные уши качнулись из стороны в сторону, будто пытаясь уловить тихий звук.

— Я слышу голос… — прошептала Леопард.

Четвероногий аватар медленно пошёл вперёд. Четыре остальных аватара нервно следили за ним. Наконец Леопард остановилась на южном склоне кратера перед высокой кучей обломков.

Все дружно закрыли рты и навострили уши. И действительно, где-то внизу…

— Э-эй, вытащите меня!

— Найт?..

Чёрная и Фиолетовая Королевы молча переглянулись, смерили груду взглядами, затем подняли свои клинки и посох. “Неужели они сметут кучу спецприёмами?” — испугалась Сихоко, но к счастью, до этого не дошло.

— Ха-а!

Клинки на руках Черноснежки замелькали с неподвластной глазу скоростью, шинкуя металлические плиты и балки. Фиолетовая Королева тем временем махала посохом словно лопатой, расшвыривая обломки в стороны.

Они работали на удивление слаженно, высокая куча уменьшалась на глазах. И когда уже почти показался пол…

— Всё, хорош, — снова прозвучал тот голос, но заметно громче.

Черноснежка и Фиолетовая Королева отступили, и оставшаяся куча мусора будто взорвалась изнутри. Под ней обнаружилась огромная яма, из которой вылезли Синий Король Блу Найт и Зелёный Король Грин Гранде.

— Уф-ф, простите. Заставили поработать, — поблагодарил их Блу Найт, потягиваясь.

Его доспех был сильно исцарапан, висящий за спиной плащ изорван в клочья. Грин Гранде пострадал заметно меньше, однако его покрывали следы копоти, а огромный щит в руке сильно оплавился.

— Я не удивлена, что вы живы… Но зачем было закапываться в землю? — спросила Пёрпл Торн.

— Ну-у… — Найт смущённо почесал рогатый шлем. — Сначала-то Гр-сан прикрыл меня щитом от лазера. Но потом вокруг началась адская печка, сверху посыпались крыши и стены, и я подумал, что нам каюк. Тогда Гр-сан вдруг двойным возвратом пробил дыру в земле, и я на автомате прыгнул следом.

Сихоко знала, что Артефакт Зелёного Короля Грин Гранде, крестообразный щит под названием “Конфликт”, обладал уникальной особенностью: “Двойной контратакой”. Она возвращала весь поглощённый урон в двойном размере, объединяя в себе защиту и атаку. Гранде решил потратить энергию не на месть незримому стрелку, а на создание укрытия от огня и обломков.

— И вот выжить-то мы выжили, но нас сверху совсем завалило. Я пытался разобрать завалы, но сидел чёрт-те как и не мог толком напрячься. Даже не мог дотянуться до рукояти, чтобы достать меч… В общем, вы очень кстати.

— Получается, что лазерный удар отразил и яму выкопал дядька Гранде, завалы разобрали Лотос и Торн… а ты совершенно бесполезен, — безжалостно заключила Скарлет Рейн.

Синий Король развёл руками, разочарованный её мнением о себе:

— Да ладно, я мог бы в три секунды выбраться, если бы включил Инкарнацию, только не хотел, чтобы Энеми сбежались. Я просто знал, что кто-нибудь разберётся со стрелком и вернётся за нами… Ну, кто из вас прихлопнул гада?

— Он пока жив.

— А?

— Прямо сейчас с ним сражаются Рейкер и Кроу, — ответила Черноснежка и посмотрела на восток.

Останки стен перегораживали обзор, но где-то среди высоток Куданситы два легионера в этот самый момент сражались против стрелка.

— Э-э, погоди… значит, если их завалят, в нас опять могут пальнуть тем лазером? — встревожился Синий Король, но Чёрная Королева отчеканила:

— Нет, они обязательно победят. Поэтому наша задача — воссоединиться с остальными участниками конференции и убраться отсюда до того, как Айвори Тауэр провернёт что-нибудь ещё.

— Логично… — согласился Блу Найт. Он явно хотел сказать что-то ещё, но тут…

— Босс! — раздался зычный мужской голос.

— Командир! — вторил ему глубокий женский.

Оба послышались со стороны кратера. Все быстро повернулись и увидели, что от стены к ним приближаются несколько дуэльных аватаров.

Айрон Паунд и Сантан Шейфер из Зелёного Легиона, Астра Вайн из Фиолетового и Лимон Пьеретт из Жёлтого — даже сейчас она не бежала, а катилась на шаре.

За ними следом торопились четыре шоконетки. Каждая из них выполнила приказ Сихоко и нашла по бёрст линкеру, а затем привела сюда. Пятая, видимо, продолжала поиски.

— О-о… как ты их назвала, шоконетки? Надо же, какие молодцы, — тихо обронила Фиолетовая Королева, скользнула к Сихоко и прошептала: — С тобой в Негабью хорошо обращаются? Если чем-то недовольна, можешь…

— Эй, ты! Не смей под шумок переманивать нашу надежду! — крикнула Черноснежка, отшив её вместо оцепеневшей Сихоко.

— …Связаться с нами в любое время, — всё-таки договорила Фиолетовая Королева, прежде чем вернуться туда, где стояла раньше.

Когда подбежал Айрон Паунд, к нему обратился не Зелёный Король, а Синий:

— Ну и куда вы все разбежались? Конечно, лазер был тот ещё, но уж казалось бы, офицеры Семи… вернее, Шести Великих Легионов должны быть…

Сихоко невольно восхитилась наглостью Блу Найта, который отчитывал Зелёных легионеров в присутствии стоящего совсем рядом Грин Гранде. Однако Паунд лишь замотал головой:

— Н-нет, мы не разбежались, мы…

— Там Энеми, командир! — воскликнула старший офицер Фиолетовой Королевы Астра Вайн, сжимая в руке свернутый кнут. — Как мы и думали, лазер был Инкарнационной техникой не ниже второго уровня. Инкарнация привлекла внимание толпы Энеми, которые приближаются к нам с юга. Мы уже победили Энеми Малого Класса, которые бежали во главе, но сюда идут Дикие и Звериные!

— К на-ам приближа-аются!.. — немного нервно подтянула Пьеретт.

Сихоко вслушалась и действительно смогла разобрать далёкую тяжелую поступь.

Гнёзда Энеми часто располагались на открытых пространствах неограниченного нейтрального поля — в парках, на школьных стадионах и так далее. Например, Сихоко, Юме и Сатоми познакомились с Кул-тян на территории средней школы Сакурами. Южный парк Мару к северу отсюда, а также восточные и внешние императорские сады к юго-востоку наверняка кишели разнообразными Энеми, которые уже мчались сюда на запах Инкарнации.

— Энеми, говорите?.. — протянула Блэк Лотос. — Может быть, это часть задумки Айвори Тауэра, вернее, Блэк Вайса?..

Скарлет Рейн недовольно цокнула языком и ответила:

— Думаешь, бесконечное истребление? Да, пенопластовый такое любит… и значит, он вместе с Цербером уже удрал…

— NP, — хладнокровно отозвался алый леопард под Красной Королевой. — Нам хватит сил пробиться через Звериных Энеми.

С этим было трудно поспорить.

Сама Сихоко только недавно получила пятый уровень и ни за что бы не смогла победить в одиночку даже Дикого Энеми, не говоря уже о Зверином. Однако сейчас в их отряде собрались пять Королей со своими офицерами. А уж о Синем Короле Блу Найте и вовсе ходила легенда, что он в одиночку победил Легендарного Энеми.

— Ничего страшного, Вайн. С остальным разберемся мы, — сказала Фиолетовая Королева, подойдя к Астре Вайн и обнадёживающе похлопав её по спине. — Мы найдём Дуалов Леони и команду Альфа Негабью, затем пробьёмся через кольцо Энеми и выйдем через ближайший портал. Вы все молодцы.

— Нет… я… тоже ничего не смогла… — пробормотала Астра Вайн сдавленным от избытка чувств голосом.

Её слова заглушили новые голоса, донёсшиеся с востока:

— Король! Вы выжили!..

— Простите за опоздание!

Из дыры в стене появились Кобальт Блейд и Манган Блейд. Следом показалась и пятая шоконетка — видимо, она настигла их на полпути.

— Отлично, теперь все в сборе. Осталось дождаться Кроу и Рейкер, — сказала Черноснежка и снова посмотрела на восток.

Именно в этот момент от боковой стороны одного из зданий разошлось кольцо фиолетового света. По стене пробежала цепочка небольших взрывов. После небольшой паузы ещё две порции вспышек сверкнули у земли и на соседнем здании.

— Это… Бесконечный Массив Аргон, — прошептала Леопард.

— Аргон… Четырёхглазой?! — воскликнул Айрон Паунд.

Внимание всех аватаров, включая подбежавших Кобальт и Манган, сосредоточилось на далёком здании. И похоже… именно этого он и ждал.

Из тени под обугленным участком стены на южном, самом пострадавшем склоне кратера, беззвучно выплыл дуэльный аватар.

Невысокий, в серой броне и маске, похожей на волчью пасть. Сихоко видела его впервые, но знала его имя. Вольфрам Цербер… Гений дуэлей, который появился в Ускоренном Мире только месяц назад, но несмотря на первый уровень одержал победу во множестве поединков в зоне Накано 2.

Затем прозвучал голос, который она уже слышала во вчерашней битве, и который почему-то казался ей похожим на голос школьного учителя:

— Цербер номер один, активация.

На лице опустившего голову серого аватара вспыхнула тёмно-красная линия.

Маска с лязгом открылась. Позади забрала, зазубренного зигзагом в виде челюстей, виднелся крепкий визор, толщиной сантиметра три. За ним не было глаз, лишь вихрился тёмно-красный свет, показавшийся Сихоко смутно знакомым.

— Берегитесь!

Она не помнила, кто это прокричал.

Из четырёх выступов на спине Цербера вырвалось чёрное, словно чистая тьма, пламя. Маленький аватар мигом исчез с глаз Сихоко. В отличие от бёрст линкеров ближнего боя она не училась засекать вражеские движения, поэтому даже не поняла, куда он подевался.

Только когда слева раздался оглушительный лязг, Сихоко повернула голову.

Она увидела, как Манган Блейд держится за рукоять висящей на левом бедре катаны, готовясь выхватить оружие.

Кобальт Блейд стояла почти в той же стойке, но её рука замерла рядом с рукоятью. У её аватара не было головы.

По краям тонкой женственной шеи шла рваная линия обрыва. Хвост из алых спецэффектов уходил влево метров на десять, к правой руке Цербера, сжимавшей украшенную декоративными рогами голову Кобальт Блейд.

Кажется, даже система Брейн Бёрста не сразу поняла, что произошло. Лишь через две секунды тело и голова Кобальт Блейд вспыхнули ярко-синим пламенем и рассыпались на осколки. На месте тела появился маркер смерти.

Цербер выпрямился, и последние всполохи синего пламени всё ещё плясали в его когтистых пальцах.

— Ах… ты-ы-ы-ы-ы!

Манган Блейд, на чьих глазах враг только что оторвал голову сестре, взревела так громко, что содрогнулись все обломки, завалившие арену.

Клинок со звоном вылетел из ножен, она занесла его над собой двумя руками и оттолкнулась от пола, бросившись в атаку. Цербер повернул голову бездушным, механическим движением, и тоже оттолкнулся от пола, не включая движки.

На сей раз Сихоко всё-таки смогла рассмотреть происходящее. Манган Блейд опустила меч так быстро, что лезвие размылось, превратившись в голубой всполох. Однако Цербер не просто успел отреагировать, но и сделал это настолько точным движением, что оно выглядело неторопливым.

Его левая рука вытянулась и перехватила клинок, нацеленный в голову. Сихоко подумала, что катана сейчас отрубит ему палец и рассечёт шлем, но…

Воздух в кратере содрогнулся от глухого лязга. Катана Манган Блейд застыла в воздухе, легко остановленная левой рукой Цербера. Арену огласил протяжный скрежет — и всем показалось, что это был звук лезвия, упрямо пытающегося отрубить Церберу палец.

Увы. Вновь прозвучал скорбный лязг, и половинка клинка рассыпалась на осколки.

— Что?! — успела изумлённо воскликнуть девушка-самурай перед тем, как Цербер ударил её в бок ногой.

Ярко-синяя броня рассыпалась так же легко, как и клинок. Тело Манган стремительно улетело по дуге, врезалось в дальнюю кучу обломков и обмякло.

Даже Сихоко, мало сражавшаяся на неограниченном поле, поняла, что хотя Манган и избежала смерти, здоровья у неё практически не осталось. Цербер пригнулся, не сводя с неё глаз. Двигатели на спине зарычали — он готовился добить её.

Но смертоносный рывок так и не случился.

Неожиданно раздался оглушительный грохот, и в воздух прямо перед Цербером поднялись клубы пыли. Но это был не выстрел и не взрыв. Что-то… то есть кто-то круто спикировал с неба, вытормозившись у самой земли.

Когда северный ветер сдул мутное облако, непроизвольно Сихоко вытаращила глаза.

Перед серым металлическим аватаром стоял, опершись коленом об землю, ещё один металлический аватар — серебристый, с двумя парами крыльев за спиной.

— Хару… — прошептала Тиюри так тихо, что услышала только она сама и Сихоко.

Блестящий японский доспех почти полностью разбился, торчащая из обломков арматура насквозь пронзила её живот. Будь у неё катана, она могла бы разрубить арматуру и освободиться, но Харуюки ещё в полёте увидел, как Цербер голой рукой сломал клинок.

Боль должна была терзать Манган с такой силой, словно она получила все эти раны в реальности, и Харуюки не мог её бросить.

Когда он попытался подняться, то краем глаза увидел, что Цербер нагнулся и расправил движки. Если прыжок без разгона сумел лишить Сильвер Кроу половины здоровья, налёт он точно не переживет. Он должен был как-то увернуться, снять тело Манган с арматуры и сбежать в небеса…

— Беги, идиот… — сквозь стиснутые от мук зубы прошептала Манган Блейд, но Харуюки не послушался и попытался подползти к ней.

Внезапно Цербера смело в сторону — точно так же, как он сам отбросил Манган.

Грохот и ударная волна голубого оттенка тряхнули тело Харуюки с небольшой задержкой.

Там, где только что стоял Цербер, теперь застыл в стойке, предназначенной для толчка плечом, похожий на рыцаря аватар в тяжёлой броне чистого сапфирового цвета.

— Синий… Король… — хрипло выдохнул Харуюки.

Блу Найт по прозвищу “Покоритель” на миг обратил к нему мужественную маску. Увидев кивок Харуюки, он вновь повернулся вперёд и выхватил двуручный меч, свисавший с левого бока.

Вольфрам Цербер пролетел больше двадцати метров и упал возле останков стены, но поднялся как ни в чём не бывало. Вольфрамовый доспех нисколько не пострадал. Визор мерно испускал тёмно-красный свет.

Какое-то время синий рыцарь и серый волк молча смотрели друг на друга оценивающими взглядами. Информационное давление каждого из них нарастало, в воздухе среди руин заплясали искры.

— Встать можешь, Кроу? — вдруг раздался над ухом до боли знакомый голос.

Превращенное в руку лезвие помогло ему оторваться от земли. Кое-как выпрямившись, Харуюки положил руку на ладонь, придерживавшую его за правый бок.

— Семпай… — прошептал он.

— Ты сделал всё, что мог. Остальное — наша работа, — нежно, но твёрдо сказала Черноснежка и передала обмякшее тело Харуюки высунувшейся из-за спины Лайм Белл.

Нико зажгла ладонь Оверреем и словно масло срезала терзающую Манган Блейд арматуру, затем уложила израненную воительницу на спину Пард.

— Опять тебя на подвиги потянуло… — проворчала Тиюри.

— Прости, — коротко ответил ей Харуюки и снова посмотрел на Черноснежку. — Семпай, Цербер…

— Знаю. Мы попробуем как-нибудь отделить его от движков. Учти, Кроу, тебе тоже рано отдыхать. Защищай Белл.

— Д-да! — Харуюки кивнул и шёпотом добавил: — Кстати, Айвори Тауэр… нет, Блэк Вайс всё ещё прячется где-то в тени. Не забывай о нём.

— Ага. Как только покажется, я прикончу его на месте, — шёпотом ответила Черноснежка, посмотрев в центр кратера.

Казалось, именно её взгляд нарушил хрупкое затишье.

Блу Найт и Вольфрам Цербер одновременно оттолкнулись от пола.

Скорость восприятия Харуюки уже вернулась к обычному уровню, он не смог уследить за стремительным рывком Синего Короля. Массивное сапфировое тело мигом исчезло с глаз, оставив тусклый голубоватый след. В следующую секунду вновь раздался оглушительный грохот.

Синий Король преодолел отделявшие его от противника десять метров и замер с наполовину опущенным мечом.

Цербер остановил массивное лезвие скрещенными руками — подобно тому, как Харуюки пытался защититься от его удара. Однако серая броня, в отличие от нарукавников Сильвер Кроу, даже не треснула. Цербер успешно защитился от сверхскоростного рывка и рубящего удара Синего Короля.

— Не могу поверить, что он остановил этот меч… — пробормотала Фиолетовая Королева, неизвестно когда оказавшаяся слева от Черноснежки.

В руках Синий Король держал Импульс — Альфу Звёздных Артефактов. Это был один из сильнейших мечей Ускоренного Мира, наравне с Бесконечностью Трилид Тетраоксида и клинками Графит Эджа — Люксом и Умброй.

Каким бы крепким ни был вольфрамовый доспех Цербера, даже он не должен был с такой лёгкостью остановить мощный удар Короля, держащего в руках Артефакт. Здесь не обошлось без невероятно мощной негативной Инкарнации, которая задирала характеристики аватара до заоблачных значений… подобно тому, как она в своё время усиливала Хром Дизастера.

Когда враг защитился от удара Синего Короля, тот не остановился, а напряг руки и надавил всем телом, надеясь преодолеть преграду. Из точки соприкосновения клинка и скрещённых рук сыпались оранжевые искры, а ноги Цербера мало-помалу погружались в обломки.

Будучи чистокровным аватаром ближнего боя, Цербер не мог ничего метнуть в Синего Короля или вырваться из клинча каким-нибудь хитрым способом. Он мог спастись, только отодвинув меч обратно, но Синий Король, конечно же, был сильнее.

“Он великолепен, да?” — словно раздался за спиной чей-то голос.

Харуюки кивнул, не сводя глаз со схватки века.

— Да… Синий Король и правда…

“Нет-нет, не он. Другой”.

В этом ровном, спокойном голосе слышались едва уловимые нотки возбуждения.

“Если он сражается с Найтом на равных, то наш план сработал даже лучше, чем я ожидал. А поскольку мне уже жаль называть его порядковым номером… давай впредь говорить о нём, как о Вольфрам Дизастере. Что скажешь?”

Только тогда Харуюки понял, что голос принадлежал не товарищам по Легиону и не другим участникам конференции.

— Где ты?! — воскликнул он, крутя головой.

Тиюри, помогавшая ему стоять на ногах, чуть не подпрыгнула на месте:

— Ч-что с тобой?!

— Я только что слышал Блэк Вайса…

— Чего?.. Я ничего не слышала.

— А?.. — поразился Харуюки, но стоявшие рядом Черноснежка и Нико тоже следили за битвой как ни в чём не бывало.

Они тоже не слышали странный голос, но Харуюки не могло померещиться. Зловещее имя “Вольфрам Дизастер” глубоко въелось в его уши.

— Цербер… — прошептал Харуюки, сжимая правый кулак.

До сих пор Харуюки называл нынешнюю форму Цербера “Бронёй 2”, поскольку считал источником угрозы только Усиливающее Снаряжение. Он верил, что если отделить от тела двигатели, полные негативной Инкарнации, Цербер снова станет прежним.

Называть его Вольфрам Дизастером — всё равно что признавать необратимость изменений, и этого Харуюки допустить не мог.

Черноснежка приказала ему защищать Лайм Белл, чтобы она сорвала с противника двигатели, как только появится возможность применить Зов Цитрона. А появиться она должна была уже очень скоро.

Тело Цербера вздрогнуло, словно он уже не мог держаться под натиском Синего Короля. Меч до сих пор не прошел дальше скрещённых над головой рук, но колени Цербера постепенно сгибались. Скоро они не выдержат, и аватар окажется пригвождён к земле. Остальное сделает Лайм Белл.

Харуюки долго ждал этого шанса и не собирался позволить Блэк Вайсу встать у них на пути. Уделяя битве в центре кратера только треть внимания, он всю остальную часть вложил в бдительность и ждал решающего момента.

Лезвие Импульса скрежетнуло по вольфрамовой броне. Новый сноп искр подсветил маски бойцов.

Противостояние завершилось в следующую секунду.

Грохот, похожий на оглушительный пушечный залп, прошёл прямо сквозь тело Харуюки.

В воздух взлетели осколки брони. Лучи яркого солнца коснулись их, и они сверкнули… синим.

— Что?! — изумлённо воскликнула Тиюри.

Харуюки шумно вдохнул. В его голове повторно проигрывалась невероятная сцена, только что развернувшаяся перед его глазами.

Когда Цербер, не выдержав давления, упёрся коленями в землю, его двигатели на миг вспыхнули чёрным пламенем. Этого хватило, чтобы Импульс подбросило в воздух, а Цербер смог нанести удар головой в беззащитно открытую грудь Синего Короля.

Во времена дуэлей в Накано 2 именно бодание помогло Вольфрам Церберу раздробить наплечник Фрост Хорна и позже сбить Харуюки сразу после взлёта. Таран головой с самого первого уровня был сильнейшим ударом Цербера, а теперь, когда он получил силу двигателей… вернее, силу Брони 2, этот приём стал ещё более грозным оружием, способным нанести урон даже Синему Королю.

Блу Найт с пробитым нагрудником отлетел на десять с лишним метров, но гордость не позволила ему упасть. При приземлении он вонзил меч в землю, чтобы помочь себе устоять. Удар Цербера не достиг внутреннего тела аватара, но Синий Король однозначно лишился немалой части здоровья.

— Ох… опять он слишком жалеет противника, — проворчала Фиолетовая Королева.

Черноснежке пришлось пояснить её слова своим подопечным:

— Найт ни при каких условиях не использует спецприёмы до того, как это сделает противник. Инкарнации это тоже касается. Он всегда был таким.

— Он, конечно, молодец, но у нас нет времени на учтивость, — ответила Нико. — Через пару-тройку минут здесь появится вторая волна Энеми.

Зелёный Король шагнул вперёд:

— Нам пора объединить силы.

— Ну, раз уж такое дело, — раздался ответ.

Этот голос принадлежал не Фиолетовой Королеве, не Чёрной или Красной, не Зелёному Королю и даже не Блэк Вайсу.

Раздался хлопок, перед Королями и Королевами появились клубы жёлтого дыма, а из них как ни в чём не бывало возник Жёлтый Король Йеллоу Радио.

— Ч-что за! Где ты пропадал всё это время?! — строго спросила Фиолетовая Королева.

— Ну, простите. Я попал под обвал и лежал под грудой обломков, — хладнокровно ответил Радио, вращая трость левой рукой.

— По-од гру-удой… — удручённо протянула Лимон Пьеретт, стоявшая на западном склоне кратера вместе с Паундом и остальными.

Воссоединившись, пятерка Королей кивнула друг другу и уверенно шагнула вперёд. Из-под их ног внезапно поднялись клубы пыли, и аватары устремились к противнику так быстро, что это казалось телепортацией. Вместе с Синим Королём они окружили его правильным шестиугольником.

Оказавшись в окружении, Цербер медленно обвёл Королей взглядом тёмно-красного визора. Его обступили шесть “девяточников”, сильнейшие на данный момент бёрст линкеры Ускоренного Мира, но Цербер даже не дрогнул.

Да, слившись с Бронёй 2, он стал невероятно силён. Поединок на равных с Синим Королём — пускай тот и не использовал спецприёмы — уже безо всякого преувеличения невероятное достижение.

Но никакая сила не помогла бы ему отразить натиск всех шести Королей и уж тем более победить их. Блэк Вайс не мог не понимать этого.

Значит, тюремщик задумал что-то ещё. Возможно, он ждёт, пока шесть Королей отвлекутся на Цербера, чтобы напасть на кого-то другого? Из-за обвала Будокана бывшая арена оказалась просто завалена обломками, и он мог прятаться в любой из многочисленных теней.

Если Харуюки не померещился тот шёпот, прямо сейчас Блэк Вайс скрывается Тенеходом где-то среди руин и ждёт своего часа.

Харуюки оторвал взгляд от Королей с Цербером и посмотрел по сторонам.

Левой рукой он опирался на плечо Лайм Белл. Здесь же, рядом, застыла Шоколад Папетта, превратившая шоконеток обратно в энергию для спецприёмов. Справа от Харуюки — Блад Леопард с израненной Манган Блейд и Астра Вайн. Вдалеке, у западного края кратера, стояли Айрон Паунд, Сантан Шейфер и Лимон Пьеретт.

Скорее всего, Вайс надеялся зажать кого-то из них плитами и похитить, как в своё время похитил Нико возле Токио Мидтаун Тауэра. Затем он попытается отговорить Королей от атаки на Белый Легион, используя пойманного аватара как заложника. Ничего хуже Харуюки себе представить не мог.

Но как только Блэк Вайс покинет тень, он немедленно подставит себя под удар. Если поймать этот момент и подсветить тёмное место, его вышвырнет наружу, прямо как его ученика Шедоу Клоукера. Следующие несколько секунд он будет совершенно беззащитен.

Харуюки очень хотелось увидеть, как будет развиваться битва Черноснежки и Королей против Цербера, но он продолжал внимательно смотреть под ноги офицеров.

Внезапно он почувствовал, что в кратере воцарилась полная тишина. Почти ощутимый физически боевой дух Королей и Цербера отправил на задний план даже поступь приближающихся с юга Энеми.

Они не ждали повода.

Короли не подавали друг другу сигналов, они даже не обменялись взглядами. Тем не менее все они в одну и ту же секунду подняли клинки, щиты, трости и посохи и начали плавно сходиться, уменьшая шестиугольник.

Бежать Церберу было некуда, разве что вверх, но наверняка Короли так или иначе предусмотрели и такой вариант. Шесть мощнейших орудий поднялись, готовясь обрушиться на пойманного волка.

Но Цербер и не стал убегать.

Он вжался в землю и звонко стукнул одним кулаком о другой. Челюсти маски схлопнулись, оставив между собой лишь тонкую красную полоску. Он включил Физическую Неуязвимость и в дополнение к ней окутал себя плотной чёрной аурой.

Шестеро Королей ударили одновременно, с точностью до миллисекунды. Шесть ослепительных спецэффектов сверкнули в воздухе.

Хотя Короли не использовали спецприёмы, невероятная синхронизация их движений на порядок усилила каждую из атак. К тому же не стоило забывать, что меч Синего Короля, щит Зелёного и посох Фиолетовой представляли собой Артефакты, а клинки Чёрной Королевы, пистолет Красной и трость Жёлтого несильно им уступали.

Цербер выставил против них непробиваемую вольфрамовую броню, способность «Физическая Неуязвимость» и бездонные запасы Инкарнационной энергии. В своё время подобная комбинация помогла Броне Бедствия 2 пережить прямое попадание Трисагиона, выпущенного истинным телом Метатрон.

Столкновение сильнейших атак и сильнейшей защиты прошло гораздо тише, чем представлял себе Харуюки.

Вернее, оно прошло беззвучно. Не было ни ударной волны, ни даже вибрации. Спецэффекты радужными кольцами расходились во все стороны, а посреди клубился мрак. Короли и Цербер застыли так, словно в центре кратера остановилось время.

— Почему ничего не происходит?.. — прошептала Тиюри.

— Их мощь зашкалила настолько, что результат невозможно рассчитать… — еле слышно прошептал Харуюки.

Он не знал, что происходит на самом деле, но интуиция подсказывала, что система Брейн Бёрста впала в ступор, не в силах разрешить конфликт сильнейшей атаки и сильнейшей защиты. Но тишина не продлится вечно. Рано или поздно чаши системных весов склонятся в ту или иную сторону, и вся скопившаяся в центре кратера энергия обрушится либо на Цербера, либо на Королей. Харуюки оставалось только ждать, затаив дыхание.

Это не значило, что он забыл про Блэк Вайса. Битва в центре кратера занимала только половину его внимания, вторая была обращена к теням под ногами аватаров. Он ждал, когда из тьмы появится фрагмент плиты, чтобы в тот же миг Инкарнационной вспышкой вытащить противника на свет.

Но всё-таки когда Короли приложили ещё больше сил, радужные кольца вспыхнули ярче и на какой-то миг полностью завладели вниманием Харуюки.

Похоже, именно этого мига он и ждал.

— Икосаэдрал Инсулейшн7.

Ни волнения, ни страха, ни радости. Голос объявил название техники так равнодушно, словно зачитывал какой-то всем известный факт.

На этот раз Тиюри тоже услышала голос. Харуюки почувствовал, как вздрогнуло её тело, опомнился и оторвал взгляд от Королей.

В ту же секунду из земли беззвучно появились чёрные плиты.

Но не из-под ног.

Двадцать огромных плит всплыли по окружности, в которую легко попадали и аватары в центре — Цербер и Короли — и девять остальных участников конференции. Двадцать правильных треугольников со сторонами по три с лишним метра.

Гигантские плиты быстро выстроились в круглую чёрную стену, которая начала сжиматься, расталкивая обломки.

“Сковывающая техника!” — инстинктивно понял Харуюки. На миг он задумался, не пора ли бежать из плена треугольников, прихватив с собой Тиюри. Вылетев вместе с ней, он повторил бы вчерашнее бегство от двойной Инкарнации Сноу Фейри и Глейсир Бегемота. Но меньше всего Харуюки хотелось снова бросать друзей в беде, поэтому он не смог отреагировать сразу же.

В отличие от Тиюри, которая решилась моментально:

— Брось меня, улетай один! — звоном отозвался в ушах её голос.

— Но как же!.. — попытался возразить Харуюки, когда один из чёрных треугольников коснулся его спины.

Сами по себе плиты не наносили урона, но неумолимо толкали аватаров в центр кратера. Закричала Шоко, где-то слева Паунд и Шейфер, а справа Леопард и Вайн пытались сопротивляться плитам плечами, головами и руками, но сил высокоуровневых аватаров не хватило даже на то, чтобы замедлить их схождение.

Несомненно, Короли уже заметили окружившую их чёрную стену. Но они знали, что если прервут совместный натиск, то хрупкое равновесие рухнет, сконцентрированная энергия выплеснется наружу, и тогда даже Королям не избежать тяжёлых ран. С другой стороны, разве не случится то же самое, когда круг окончательно сомкнётся?

Нет.

Вряд ли Блэк Вайс пытался просто столкнуть всех Королей в одну точку, чтобы причинить им ущерб мощным взрывом. Это лишь часть какого-то масштабного замысла. Поскольку Харуюки не мог сразу разгадать его, то не стоило ли сбежать, пока ещё оставалась возможность? Однако…

Двигаясь в центр под натиском треугольной плиты, Харуюки никак не мог решиться.

— Кроу, лети! — ещё раз воскликнула Тиюри.

Затем она, пытаясь хоть как-то сопротивляться стене, сбросила с себя левую руку Харуюки и изо всех сил толкнула его к середине.

— Лети, Ворон-кун!

— Иди!

Голоса Шоко и Пард тоже подстегнули его.

Метрах в пяти перед ним Короли не оставляли попыток пробить оборону Цербера. Шесть разноцветных колец соединились в колонну, под которой ворочалась, будто живая, тёмная аура Цербера.

В толпе мелькнули маски Нико и Черноснежки, и в голове послышались их голоса:

“Лети, Кроу!”

“Уходи!”

— Чёрт!..

Харуюки стиснул зубы, посмотрел точно вверх и расправил крылья.

В тот же самый миг сходящиеся треугольные плиты вдруг начали смыкаться над ними, словно пытаясь помешать Харуюки. Стена на глазах превращалась в полусферу, закрывая выход в небо.

Харуюки изо всех сил оттолкнулся от пола и расправил как раненые лазером Аргон Арей собственные крылья, так и крылья Метатрон.

— Уоа-а-а-а-а! — взревёл он, проклиная себя за бессилие, и взмыл в воздух.

Брешь в полусфере уменьшалась прямо на глазах. Харуюки как мог отвел крылья назад и вытянул руки, устремляясь в жёлто-зелёное небо.

Когда вибрирующие металлические чешуйки задели края треугольных плит, раздался оглушительный скрежет, вокруг рассыпались яркие искры. Две внешние чешуйки сорвало начисто, и всё же Харуюки вырвался на свободу.

В следующий миг он расправил крылья. Только начав тормозить, он развернулся, чтобы посмотреть на полусферу сверху.

Брешь, через которую он вылетел, уже исчезла. Плиты полностью скрыли от него всё, что происходило внутри. Теперь аватары, попавшие в чёрную клетку, могли выбраться из неё, разве что устроив подкоп…

Хотя, стоп.

Треугольники продолжали двигаться. Нижний край полусферы складывался внутрь. Без конца хрустели ломающиеся, рассыпающиеся обломки. Наконец, треугольники соединились друг с другом и превратились в полную сферу, слегка утопленную в землю.

Закрытое пространство из двадцати треугольников. Двадцатигранник. Икосаэдр.

В плен этого тесного, меньше шести метров от края до края, пространства попали шестеро Королей, восемь легионеров и Цербер. В самом центре до сих пор продолжалось напряжённое, на пределе возможностей, противостояние.

Харуюки содрогнулся от мысли о том, что случится, если скопившаяся энергия выплеснется внутрь замкнутого пространства…

Внезапно прогремел глухой взрыв, встряхнувший темницу.

— А… А-а!.. — завопил Харуюки и вновь расправил крылья.

Всего за секунду его опасения превратились в реальность.

Если бы Короли пробили вражескую оборону, то большая часть энергии впиталась бы в показатель защиты и шкалу здоровья Цербера, и такого мощного взрыва не произошло бы. Выходит, что Короли не удержали равновесие, и энергия вырвалась на свободу невообразимым вихрем, особенно страшным в замкнутом пространстве.

Снаружи двадцатигранника не было видно, уцелели ли его товарищи, или же погибли, не выдержав нанесённого им урона.

“Я должен сломать его”, — решил Харуюки и сжал кулак.

Разумеется, простого удара не хватит. Даже спецприёмы и Усиливающее Снаряжение едва ли поцарапают эти плиты. Надежда была только на Инкарнацию, однако в металлической роще к югу от руин Будокана виднелись огромные силуэты Энеми, привлечённые сюда Инкарнациями Аргон Арей и Цербера. Если Харуюки использует Инкарнацию, их внимание переключится на него.

И всё же…

Харуюки глубоко вдохнул, выдохнул и взлетел повыше. С учётом скорости врагов шанс у него оставался только один. Он должен был сломать двадцатигранник с первой попытки.

Разжав кулак и превратив ладонь в лезвие, он зажёг её тусклым Оверреем и расправил крылья.

Но когда он уже приготовился броситься вниз…

— Нет, Ворон-сан! — раздался позади голос, и Харуюки мигом развернулся.

К нему приближалась Скай Рейкер, с которой они расстались у здания районной администрации Тиёды. За ней тянулся хвост голубого выхлопа, дополненный развевающимися на ветру волосами из жидкого металла.

— У-учитель! — воскликнул Харуюки.

Рейкер выключила движки лишь в пяти метрах от Харуюки и раскинула руки, пытаясь тормозить, однако аватар разогнался настолько, что Харуюки инстинктивно поймал её в объятия.

— Учитель! Черноснежка… — хрипло крикнул он, но Фуко тут же кивнула и перебила:

— Я уже знаю, что случилось. Всё это время я следила за маркером смерти Аргон, опасаясь, что её попытаются воскресить, но… Не думала, что здесь случится такое…

— В этом… в этом двадцатиграннике заперты и семпай, и Белл, и Шоко, и Рейн, и Пард… и все остальные участники конференции. Только что внутри взорвалась совместная атака шести Королей… возможно, они все уже…

— Успокойся, Ворон-сан, — руки Фуко обвились вокруг его спины. — Этот чёрный двадцатигранник — Инкарнация отторжения Блэк Вайса. Скорее всего, она, как и “Вразумитель” Графа, относится к третьему уровню… увы, наша с тобой Инкарнация здесь бессильна. Если ты попытаешься проломить её силой, пострадаешь от отдачи.

— Т-третьему уровню?!

Охваченный отчаянием, Харуюки вновь опустил взгляд на чёрную темницу.

Блэк Вайс и раньше использовал при нём две похожие техники. Одной из них, Шестигранным Сжатием, он поймал самого Харуюки. Во второй, Октаэдральной Изоляции, держал Нико, когда отбирал у неё Усиливающее Снаряжение. В обоих случаях это были крепчайшие темницы, которые Харуюки не смог разрушить без помощи Черноснежки и Такуму.

Существует только пять так называемых правильных многогранников: четырёхгранник, шестигранник, восьмигранник, двенадцатигранник и двадцатигранник. Исходя из этого, было нетрудно прийти к выводу, что Икосаэдральное Отгорожение, основанное на двадцатиграннике — сильнейшая из всех сковывающих техник Блэк Вайса.

Вдруг в голову Харуюки пришла мысль, и он торопливо осмотрелся по сторонам:

— Точно!.. Если мы победим Вайса, создателя двадцатигранника…

Вайс не мог прятаться в тенях, пока использовал Инкарнацию. Если найти его и победить, двадцатигранник тоже исчезнет. Но несмотря на уверенность, вернее, надежду Харуюки…

— Увы, я не думаю, что это возможно.

— Что?.. Н-но почему?.. — ошарашенно протянул Харуюки.

Сняв правую руку с его спины, Фуко указала на чёрную темницу под ними:

— Я искала его с воздуха, но не увидела, не услышала и не почуяла. Скорее всего, Блэк Вайс израсходовал все плиты, чтобы построить этот двадцатигранник… Другими словами, стены — это и есть весь его аватар.

— Н-не может быть…

Получается, Икосаэдральное Отгорожение — не только сильнейшая сковывающая техника, но и сильнейшая защитная. Используя её, Вайс превращал себя в неразрушимую темницу.

Наблюдая за битвой Королей, Харуюки предположил, что Блэк Вайс задумал взять какого-то одного аватара в заложники. Он крупно просчитался.

Вайс пленил не одного, а всех. Он решил воспользоваться Вольфрам Цербером как приманкой, чтобы поймать всех участников конференции в плен своей сильнейшей Инкарнацией. Как легко можно было бы избежать этой ловушки, если бы только Харуюки подумал об этом раньше!

Он вздрогнул, чувствуя, как сердце жжет вина и досада на свою оплошность. Фуко крепко сжала его левое плечо.

— Успокойся. Даже если… если вдруг Лотос и остальные погибли, это ещё не конец.

— А?..

— Мы на неограниченном нейтральном поле. Они воскреснут через час. Там шесть Монохромных Королей… не знаю насчёт Радио и Торн, но Найт и Гранде, будучи Первопроходцами, наверняка владеют Инкарнацией третьего уровня.

— Первопроходцами…

Конечно же, Харуюки слышал это слово не впервые.

Пять недель назад после окончания первой конференции к нему домой неожиданно пришла Нико, которая в разговоре отрешённо заметила: “Все Первопроходцы — чудовища”. Спустя четыре дня Харуюки встретил Зелёного Короля на вершине небоскрёба Роппонги на неограниченном поле, и тот назвался Первопроходцем.

Как удивительно, что всё так обернулось — Синий и Зелёный Короли, некогда вселявшие страх в сердце Нико, теперь стали их последней надеждой. Поскольку снаружи силовой сферы Харуюки ничего сделать не мог, ему действительно оставалось полагаться на Королей, оставшихся внутри. Трудность состояла лишь в том, что если они погибли от взрыва, то воскреснут только через час и попытаются освободиться. К тому времени успеют вернуться Аргон Арей и Шедоу Клоукер. Получается, задача Харуюки и Фуко — проследить, чтобы эта парочка не помешала прорыву.

Наконец-то подыскав себе выполнимое задание, Харуюки оторвал взгляд от чёрного двадцатигранника и посмотрел на высотки на востоке.

Но не успел он хоть что-то сказать, как вновь послышался шёпот Фуко:

— Вот только…

— Что?..

— Вайс наверняка тоже знает об этом. Да, он поймал Королей в Инкарнацию третьего уровня, но не думает же он, что сможет держать их взаперти вечно?..

— К-кстати, да… — Харуюки снова посмотрел на темницу и кивнул. — К тому же, даже если вдруг окажется, что Короли не настроили аварийное отключение, со временем кто-нибудь в реальном мире выдернет кабели из их нейролинкеров, и аватары вырвутся из заточения. Если темница будет ждать их на неограниченном поле сутки реального времени, здесь пройдут два года и двести семьдесят дней… а если трое суток — больше восьми лет. Хотя Блэк Вайс единственный в Ускоренном Мире обладает способностью замедлять сознание, я не думаю, что даже он сможет годами поддерживать Инкарнацию третьего уровня в надежде на то, что Короли вернут свои аватары сюда.

Фуко кивнула Харуюки, уже неплохо освоившему пересчёт с реального времени на ускоренное.

— Да, я тоже не думаю, что Вайс на такое способен. А значит… значит… — голос Фуко звучал как никогда тихо и напряженно. — Возможно, это ещё не конец…

Именно тогда зависшие в воздухе аватары услышали голос, докатившийся до них, словно дуновение сухого ветра:

— Надо же… Вы не будете спасать товарищей?.. Какая бессердечность…

— Что?!

Харуюки резко метнулся в сторону и обратил свой взор вверх.

В западном небе, метрах в тридцати от них, виднелся силуэт.

Вернее, не совсем силуэт. Фигура ослепительно блеснула в лучах на редкость яркого по меркам Чистилища солнца. Дуэльный аватар. Скорее всего, мужского пола, однозначно металлического цвета. Цвет блестящей брони выглядел даже более чистым, чем у Сильвер Кроу.

Аватар держался в воздухе над головами Харуюки и Фуко благодаря крылатому коню, на чьей спине он сидел.

Когда Черноснежка в своё время примчалась на помощь пострадавшим от козней Даск Тейкера Харуюки и Такуму, она прилетела с Окинавы, где находилась на экскурсии, верхом на летающем Энеми — чёрном коне с копытами, окутанными голубым пламенем.

Скорее всего, серебряный всадник сидел верхом на примерно таком же Энеми-коне, однако у этого и шкура, и грива были белоснежными. Лишь только на кончиках крыльев и хвоста виднелся нежный розовый оттенок. На голове коня была узда, поводья уходили в руки всадника.

“Кто ты?!” — уже собирался крикнуть Харуюки, когда раздался резкий возглас Фуко:

— Платинум Кавалер!

Харуюки узнал это имя.

Вчера во время подготовки к битве за территорию Черноснежка в спешке раздала своим товарищам список легионеров Осциллатори Юнивёрса, и это имя было в нём первым. Другими словами, он занимал пост первого из Семи Гномов. Его прозвище “Скромник” частенько заменяли другим: “Сокрушитель”, поскольку именно он являлся сильнейшим штурмовиком Белого Легиона…

Невольный трепет на мгновение сковал Харуюки, и в ту же секунду на солнце начала наползать тяжёлая туча, слегка приглушая яркие лучи. Всадник на крылатом коне утратил ослепительный блеск, показавшись во всей красе.

Шлем с длинными декоративными рогами, доспех обтекаемых форм, за спиной крупный щит, а на левом боку тонкий рыцарский меч с широкой гардой.

Рыцарь. Только это слово подходило к его облику.

При разговоре о рыцарях Ускоренного Мира первым на ум приходил, конечно же, “Покоритель” Блу Найт, однако Платинум Кавалер выглядел даже рыцарственнее Синего Короля. Изучая список легионеров Осциллатори Юнивёрса, Харуюки решил свериться со словарём. Оказалось, что слово “knight” восходит к староанглийскому “cniht”, что означает “слуга”, в то время как “cavalier” произошло от французского “chevalier”, означающего “всадник”.

Уж не поэтому ли этот аватар так гармонично смотрелся верхом на Энеми-коне? От невозможно прекрасной внешности и ослепительного блеска платины — ценнейшего среди драгоценных металлов и, вероятно, самого левого на металлической шкале цветов аватаров — у Харуюки на секунду перехватило дух.

В противовес его рассеянности Фуко немедленно вскинула левую руку, на которой зажегся тусклый Оверрей.

Инкарнацию допускается использовать только в ответ на Инкарнацию. Этому принципу Харуюки научила сама Фуко — его первый учитель Инкарнации. Тем не менее, сейчас она приготовилась использовать Инкарнацию против Платинум Кавалера, который не только не атаковал Инкарнацией, но и вообще ничего не делал. Другими словами, сила этого противника вынудила её поступиться принципами.

— Ты не участвовал во вчерашней битве за территорию, — заговорила Фуко суровым голосом, не опуская руки. — Но если сейчас ты всё-таки пришёл… значит, ты тоже всего лишь пешка Айвори Тауэра, вернее, Блэк Вайса.

Похоже, Платинум Кавалер знал Скай Рейкер не хуже, чем Роуз Миледи. Всадник пожал плечами:

— Меня разочаровывают твои слова… Я повинуюсь лишь Белой Королеве… Сегодня я пришёл по её приказу… Остроголовый мне не указ…

Рыцарь делал в речи длинные паузы, во время которых в небе перекатывалось эхо его голоса.

— Тогда немедленно уходи! — резко перебила его Фуко. — Блэк Вайс сорвался с цепи. Он не только показал своё истинное лицо, но и напал на Королей. Как только закончится этот бой, все Легионы объявят войну Осциллатори. У тебя, главного Гнома, есть сейчас задачи поважнее!

— Ты хочешь сказать… я должен советовать нашим легионерам покинуть Легион, чтобы защититься от атаки?..

— Ты должен так поступить, если они дороги тебе. Пускай Вайсу удалось замуровать всех Королей и офицеров, он не задержит их навечно. Скоро Короли выберутся из темницы и перейдут в наступление. Да, в Осциллатори множество сильных бойцов, но даже они вам не помогут. Поэтому ты должен спасти хотя бы тех легионеров, которые следуют за Космос, не зная правды…

Всё красноречие и вся искренность, которую вложила Фуко в свои слова, разбились о короткий ответ Кавалера:

— Бесполезно…

— Почему?!

— Даже если шесть… или сколько там нынче, пять?.. В общем, даже если на нас нападут все Короли, даже если над всеми нами повиснет угроза… никто из легионеров не покинет Осциллатори… И ещё кое-что, Рейкер… ты забываешь одну важную вещь…

— Какую?.. — настороженно уточнила Фуко.

Платинум Кавалер бросил короткий взгляд на Харуюки, вздохнул и продолжил:

— Ты только что сказала: “Как только закончится этот бой”… Но твой расчёт не оправдается… В Ускоренном Мире любая надежда рано или поздно оказывается преданной… Ты можешь представлять себе самые ужасные, самые кошмарные исходы, но всё всегда кончается ещё хуже, ещё трагичнее, ещё бессмысленнее…

Беспросветный пессимизм в словах рыцаря показался Харуюки очень знакомым. Он углубился в воспоминания, и в голове ожили слова Аргон Арей, с которой он недавно сразился в смертельной битве:

“В этом мире невозможно кого-либо спасти. В нём с самого начала не было спасения. В нём есть лишь ненависть, война, предательство, обман, насилие, скорбь, отчаяние и-тэ-дэ-и-тэ-пэ. Пришла пора показать вам истинную жестокость Ускоренного Мира…”

Сразу после тех слов Аргон пробудила личность Даск Тейкера, жившую в правом плече Вольфрам Цербера. Действительно, тот поворот оказался хуже всего, что мог представить себе Харуюки.

Возрождённый Даск Тейкер погиб, не совладав с негативной Инкарнацией, которую тело ISS комплекта передало аватару. Сейчас в правом плече Цербера обитала личность Орхид Оракул. Харуюки не знал, что случилось с настоящей Оракул, но Черноснежка, её лучшая подруга, наверняка считала эту встречу худшим из всех возможных вариантов. Хуже стать уже не могло. По крайней мере, Харуюки пообещал себе, что не допустит этого.

— Платинум Кавалер, — собрав всю оставшуюся силу воли и боевой дух, обратился Харуюки к белому рыцарю, которому, очевидно, не годился даже в подмётки. — Если ты попытаешься нам помешать, мы победим тебя здесь и сейчас. Мы устали плясать под дудку Блэк Вайса и Общества Исследования Ускорения. Он… нет, все вы творите зло. И вы должны это понимать!

Договорив, Харуюки поднял правую руку и тоже зажёг пальцы серебристым Оверреем, подражая Фуко.

Но Кавалер не дрогнул перед угрозой упреждающей Инкарнационной атаки. Он не потянулся к мечу, но и не отступил.

— Мне тоже не нравится Вайс, но… Помни, новичок… Он тоже платит за свою силу немалую цену… — заострённый визор рыцаря обратился к двадцатиграннику. — Он не может отменить Икосаэдральное Отгорожение самостоятельно… Он создал Инкарнацию, которую невозможно уничтожить, но не превратится обратно в дуэльного аватара, пока её не уничтожат… Этот удивительный человек не доверяет друзьям, но готов довериться врагам…

Потеряв дар речи, Харуюки вгляделся в притопленную в землю чёрную конструкцию.

Даже если Кавалер сказал правду, Харуюки не мог позволить себе проникнуться сочувствием к Вайсу. Напротив, он должен был пустить эту информацию на пользу делу.

Раз противник не может превратиться из двадцатигранника обратно в аватара, значит, если они каким-то образом вызволят Королей и остальных, не нарушив целостность темницы, то смогут навечно запереть Блэк Вайса на неограниченном нейтральном поле. Вот только как вытащить Королей и офицеров из плена двадцатигранника, не сломав его?..

— Учитель, — как можно тише прошептал Харуюки, когда в голову стукнула новая мысль. — Что, если перекатить этот двадцатигранник в другое место? Что тогда случится с маркерами смерти?

— Хм… — линзы цвета заката сузились. — Маркеры смерти бесплотны, неподвижны и неразрушимы — это одно из самых основных правил Брейн Бёрста… Конечно, сейчас, когда есть аватары вроде Орхид Оракул, способные вмешиваться в работу системы, правила больше нельзя называть непреложными, но я не думаю, что Вайс может влиять на них. Другими словами, если двадцатигранник передвинуть, маркеры просочатся сквозь стены и останутся на прежнем месте…

— Вот!.. — выпалил Харуюки и, едва сдерживаясь, снова перешёл на шёпот. — Тогда почему бы не откатить этот шарик туда, куда никто не доберётся?.. Например, если мы сбросим его в гравитационный ров вокруг Имперского Замка, Вайс навсегда останется в нём…

— Не навсегда, а пока его не отключат из реального мира, — напомнила Фуко, застав Харуюки врасплох.

У Харуюки совершенно вылетело из головы, что в реальном мире Блэк Вайс… то есть Айвори Тауэр — тоже ребёнок, скорее всего, одного с Харуюки возраста. Если он уйдёт в погружение на несколько часов, какой-нибудь родственник наверняка снимет нейролинкер с его шеи. Более того, поскольку Вайс сам организовал эту ловушку, он вполне мог настроить таймер аварийного отключения.

Харуюки вздохнул, понимая, что ничего не выйдет, но Фуко вдруг сжала его левое плечо.

— Однако попробовать всё равно стоит. Да, это Инкарнация третьего уровня, но в её абсолютном аргументе нет ничего, кроме защиты. Возможно, если мы объединим силы, то сумеем перекатить его в другое место…

— Если откатим хотя бы метров на пять, вытащим из плена маркеры семпая и остальных.

— Да. Но как на это отреагирует Кавалер?..

— Хороший вопрос… — кивнув, Харуюки перевёл взгляд на всадника на крылатом коне, зависшего в небе над двадцатигранником.

Серебряный рыцарь до сих пор не сдвинулся с места. Его руки держали поводья и будто бы не собирались браться ни за меч, ни за щит. По словам рыцаря, он находился здесь по приказу Белой Королевы, но что именно за приказ он получил от неё?

— Забудем о нём, — вдруг решительно заявила Фуко.

— Что?.. — Харуюки невольно округлил глаза.

— Насколько мне известно, у Кавалера нет дальнобойных атак. Если он здесь на правах наблюдателя, сбивать его с неба нет никакого смысла. А если нет — разберёмся с ним, когда увидим, что он задумал.

В самом деле. Наблюдателю помешать невозможно, ведь он увидит всё, даже будучи духом после гибели.

— Хорошо, — шепнул Харуюки в ответ.

Кивнув, Фуко начала отсчёт:

— Два, один, ноль.

Харуюки резко отключил тягу. Они быстро перевернулись в воздухе и под действием силы тяжести устремились к двадцатиграннику.

Он врезался в боковину сферы руками и плечом на такой скорости, что ещё бы немного, и отдача нанесла бы ему самому серьёзный урон.

— Уо-о-о-о!.. — взревел Харуюки, а рядом раздался звучный возглас Фуко, вновь включившей Ураганные Сопла:

— Ха-а-а-а!8

Серебристый свет крыльев Сильвер Кроу и выхлоп движков Скай Рейкер вытянулись далеко за спины аватаров, огласив окрестности раскатистым гулом.

Руки Харуюки ощутили невообразимую твёрдость Икосаэдрального Отгорожения. Даже Шестигранное Сжатие и Октаэдральная Изоляция хотя бы немного скрипели и поддавались, но не эти чёрные треугольники. Это были не просто плиты, а само воплощение абсолютной изоляции и отторжения от мира.

Впрочем, Харуюки и не надеялся пробиться сквозь Инкарнацию третьего уровня. Он не ломал, а толкал… Если они сдвинут темницу хотя бы на пять метров, маркеры смерти пройдут сквозь плиты, оказавшись на земле; а если смогут докатить её до Имперского Замка далеко на юге, то Блэк Вайс надолго застрянет в бездонном рве во власти чудовищной гравитации.

“Двигайся… Двигайся… Двигайся!..”

В бою с Аргон Арей он заполнил шкалу энергии до отказа и теперь безжалостно тратил её, выжимая из крыльев всё возможное. Крылья Метатрон тоже ослепительно горели, подсвечивая разбросанные вокруг бесчисленные обломки.

— Двигай… ся!..

Броня на руках Сильвер Кроу покрылась трещинами, не выдерживая приложенных аватаром усилий.

— Катись!.. — сквозь зубы выдавила Фуко, и рёв Ураганных Сопл взял новую октаву.

Харуюки показалось, что огромный двадцатигранник едва-едва поддался. В тот же миг он услышал два голоса, наложившихся друг на друга:

“Немедленно улетай, слуга!” — прозвучал в самой середине его головы голос Архангела Метатрон, которая прямо сейчас должна была спать на вершине Старой Токийской Башни.

— И вот то, что превзойдёт ваши худшие опасения… — пробился сквозь резонанс голос зависшего в небе над ними Платинум Кавалера.

Внутри Харуюки схлестнулись инстинкт, требовавший немедленно подчиниться Метатрон, и разум, призывавший толкать и дальше. Харуюки поднял взгляд и увидел, что всадник на крылатом коне высоко поднял левую руку. Кажется, он держал в ней не извлеченный из ножен серебристый меч.

Нет…

Харуюки принял крестовину меча за эфес и гарду, но рукоять выглядела слишком короткой, чтобы за неё держаться. Это был никакой не меч, а…

Посох.

— “Сияние”?.. — едва слышно пробормотала Фуко.

Навершие в виде креста ослепительно вспыхнуло.

Небо раскололось.

Свинцовые тучи над кратером разошлись и мигом испарились, уступая дорогу огромному… нет, гигантскому огненному шару. Земля содрогнулась от грохота, в котором потонули звуки работы четырёх крыльев и ракетных двигателей. Белый свет затопил поле зрения.

— Солнце…

“…Падает”, — попытался прошептать Харуюки, но в этот миг новый утробный рокот заглушил слова. Его шкала энергии опустела, Ураганные Сопла отключились, и два аватара бессильно сползли по поверхности двадцатигранника.

— Это не солнце, — хрипло простонала Фуко, хватая Харуюки за левую руку. — Это Энеми Легендарного Класса, Бог Солнца Инти…

Харуюки знал это имя.

Оно принадлежало Энеми, который по силе мог потягаться и со Святыми, и даже с Богами. В своё время “Аномалия” Графит Эдж пытался победить его, но погиб, даже не сумев нанести урона. Неуязвимое воплощение разрушения, испепеляющее любого, кто приблизится к нему, падало с неба прямо на двадцатигранник, выжигая на пути воздух и излучая информационное давление такой силы, что становилось предельно ясно: даже Инкарнация отторжения третьего уровня не остановит такую силу.

Харуюки вдруг заметил, что огненный шар диаметром не менее двадцати метров опоясан тонким серебристым обручем, усеянным шипами. Он ничем не отличался от короны, венчавшей голову первой формы Метатрон, когда та защищала Токио Мидтаун Тауэр. Харуюки мигом узнал его, хоть и не понял, каким образом обруч выдерживал чудовищный жар. Это были оковы, с помощью которых Сияние, Дельта Семи Артефактов, подчиняло разум Энеми.

К Богу Солнца Инти невозможно было даже приблизиться. Что же произойдёт, если аватар окажется внутри Энеми, который остается на месте? Долго думать не требовалось — аватар немедленно погибнет, а воскреснув спустя час, снова немедленно сгорит дотла. Этот вечный цикл и назывался “бесконечным истреблением”.

Именно в этом заключалась суть ловушки, организованной Блэк Вайсом. Он задумал не просто поймать участников конференции в западню, а уничтожить их через бесконечное истребление.

— Ворон-сан! — крикнула Фуко, положив руки на грудь Харуюки.

Они уже не могли лететь, на бегство по земле не было времени. Похоже, Фуко собиралась изо всех сил толкнуть Харуюки, чтобы его вышвырнуло из смертоносной зоны вокруг Инти.

“Нет, я не могу уйти. Если я не могу спасти Черноснежку, Тиюри, Нико и остальных, то лучше умру вместе с ними”, — посетила его самоубийственная мысль, но Харуюки собрал остатки силы воли и прогнал её.

Этим он лишь бесцельно потешил бы своё самолюбие. Вместо этого требовалось придумать, как спасти хотя бы себя и Фуко.

— Учитель!.. — крикнул он в ответ, хватая Фуко за руки.

Он истратил всю энергию, и на фокусирование образа для Скорости Света не хватало времени, но у Харуюки всё ещё оставались белоснежные крылья — символ уз, связывающих его с Метатрон. Во вчерашней битве Харуюки ни разу не использовал их, поэтому Блэк Вайс не мог о них знать.

Харуюки никогда ещё не приходилось летать при помощи одного только Усиливающего Снаряжения под названием “Крылья Метатрон”. Пробиваясь через волны жара Судзаку и опережая лазерный залп Аргон Арей, он использовал их только для дополнительного ускорения. Харуюки понятия не имел, какую скорость сможет развить за счёт одних этих крыльев, но сейчас ему оставалось только верить…

— Летим!!!

Мысль Харуюки превратилась в свет, вырвавшийся из белоснежных крыльев.

Тяга толкнула его тело вперед, суставы аватара застонали от мощного ускорения. Харуюки и Фуко взмыли вперёд и ввёрх, словно ракета. Пламя Инти коснулось их ног, немедленно раскалив докрасна.

Краем глаза Харуюки увидел, как стремительно сокращается шкала здоровья, но продолжал рваться в небо изо всех оставшихся сил. Фуко крикнула “Всё хорошо!” — и, возможно, именно эта поддержка помогла ему достичь облаков.

Харуюки переключил управление с крыльев Метатрон на собственные и затормозил.

В следующий миг раскалённый добела шар беззвучно коснулся чёрного двадцатигранника.

Разбросанные по кратеру обломки и уцелевшие стены мигом вспыхнули. Серебристая земля обнажилась и сразу покраснела от жара.

Пять секунд.

Именно столько Инкарнация третьего уровня Блэк Вайса смогла сдерживать пламя Бога Солнца Инти. Треугольники, из которых она состояла, не расплавились, а разбились словно стекло. Исчезая, они вспыхнули белым пламенем, сошлись в одну точку и превратились в маркер смерти цвета слоновой кости.

Харуюки ожидал, что следом из разбитой темницы вывалятся маркеры смерти Королей, офицеров и Цербера. Но он ошибся.

Маркеров было только два: один зелёный и один серый. Грин Гранде и Цербер. Похоже, Зелёный Король ценой собственной жизни поглотил всю энергию чудовищного взрыва.

Четверо из пяти уцелевших Королей как будто знали, что им угрожает новая опасность, явившаяся в виде падающего с неба Инти. Как только двадцатигранник разбился, они немедленно разрядили свои сильнейшие техники на север. Синий, фиолетовый, жёлтый и чёрный потоки соединились в спираль, пробили в пламени Инти дыру и чуть-чуть замедлили его падение.

Как только Короли проделали безопасный проход, в него немедленно юркнула алая фигурка. Красная Королева Скарлет Рейн включила Пироскольжение, Инкарнацию типа “Увеличение Мобильности”, и заскользила по раскалённой докрасна земле.

Двумя руками Рейн тянула за собой огромную сетку, в которую набились Лайм Белл, Шоколад Папетта, Манган Блейд, Лимон Пьеретт, Айрон Паунд и Астра Вайн. Судя по всему, сетка была сделана из длинного кнута последней. Кроме того, сзади сетку помогали толкать два аватара в зверином режиме — Блад Леопард и какой-то коричневый скарабей, судя по всему, Сантан Шейфер.

Они не сдавались. Даже попав внутрь неразрушимого замкнутого пространства, они каким-то чудом предугадали падение Инти и придумали, как спастись.

— Д-держитесь! — вне себя от радости выкрикнул Харуюки, и Рейн словно в ответ ускорилась.

Но дорога, открытая усилиями четырёх Королей, уже начала закрываться. Белое пламя коснулось тел Леопард и Шейфер, замыкавших строй. Их броня сразу начала плавиться и обугливаться, замедляя движения.

— Леопард! — выкрикнула Фуко.

В следующий миг из сетки вырвался поток зелёного света, окутавший аватаров. Обожжённые тела восстанавливались прямо на глазах. Несомненно, источником света был Цитрон Колл, спецприём Лайм Белл. Харуюки увидел, что и другие бёрст линкеры внутри сетки не сидят без дела, а пытаются любыми способами — кто как мог — ослабить пламя Инти.

Инти — огненный шар радиусом около десяти метров, который мгновенно выжигал всё живое в радиусе ещё десяти. Двадцать спасительных метров Рейн вместе со своими помощниками преодолела, не потеряв ни одного аватара. Ещё через несколько секунд беглецы всё же споткнулись, сбились в кучу и покатились по серой земле.

И как только стало ясно, что все девять аватаров выжили…

Под огненным шаром вспыхнули столбы синего, жёлтого, фиолетового и чёрного цветов.

— Семпай!!! — завопил Харуюки, но его голос потонул в грохоте удара Инти о землю.

Вся земля вокруг него мгновенно расплавилась и вскипела, образовав озеро магмы.

Харуюки в слезах посмотрел на запад.

Серебряный рыцарь на крылатом коне исчез так же внезапно, как и появился.

К тому времени, как Харуюки открыл глаза на заднем сидении электромобиля, Фуко уже нагнулась к соседнему сиденью и осторожно сняла нейролинкер с тонкой шеи.

Откинувшееся на спинку тело вздрогнуло, бледное лицо испустило тихий вздох. Ресницы медленно поднялись. Пару раз моргнув, Черноснежка оторвалась от спинки, обвела взглядом всех сидящих в салоне легионеров и объявила тихим, спокойным голосом:

— Вы все молодцы, что выжили.

“Я должен что-то сказать”, — думал Харуюки, но не находил слов. Да, Харуюки, Тиюри, Фуко и Сихоко действительно смогли выбраться из смертоносной западни, организованной Белым Легионом и Блэк Вайсом, но ради этого Черноснежке и остальным Королям пришлось погибнуть, угодив внутрь Бога Солнца Инти — правда, Гранде погиб ещё раньше, пожертвовав собой в битве с Цербером.

Прежде чем покинуть неограниченное поле, Харуюки и Фуко воссоединились с Нико и остальными спасёнными бёрст линкерами. Они дождались воскрешения погибшей от руки Цербера Кобальт Блейд, которая появилась у самой границы смертоносной области вокруг Инти. Коротко обсудив план действий на ближайшее время, аватары покинули поле через портал на первом этаже районной администрации Тиёды. Аргон Арей и Шедоу Клоукер, воскресшие чуть раньше Кобальт, к тому времени уже бесследно исчезли.

Хотя Харуюки и многим другим бёрст линкерам удалось уйти “честно”, Черноснежке, запертой внутри неподвижного Инти, повезло меньше. Очнувшись, Фуко немедленно отключила её от сети, так что маркер смерти уже пропал с неограниченного поля, однако если Черноснежка скомандует “анлимитед бёрст”, её ждёт мгновенная гибель.

— Саттян… — прошептала Фуко.

Сидящие на заднем ряду безмолвно глядели, как по её щеке беззвучно катится прозрачная капелька.

— Саттян… Я поклялась защищать тебя во что бы то ни стало, но…

— Ну что ты, Фуко. Это ведь ерунда, — усмехнулась Черноснежка, подняла руку и вытерла её слёзы. — Я просто умерла разок на неограниченном поле. Это никак не помешает мне участвовать в обычных битвах и битвах за территорию, так что атака на Белый Легион начнётся по плану. Более того, поступок Вайса ещё сильнее сплотит Легионы… Так что победа на этой боевой конференции — за нами, — уверенно объявила Черноснежка и посмотрела назад. — Сихоко, Тиюри, Харуюки, вы молодцы. Я полагаю, в первую очередь Блэк Вайс надеялся уничтожить не Королей, а вас. Как ваш командир, я горжусь тем, что вы несмотря ни на что спаслись без потерь. Итак… Как насчёт Найта, Гранде, Радио и Торн? Их успели отключить?

Харуюки посмотрел вбок. Глаза Тиюри и Сихоко тоже были полны слёз. Они вряд ли смогли бы ответить быстро, так что эту роль он взял на себя. Успокоив стремящиеся вырваться наружу чувства, он постарался высказаться как можно непринуждённее:

— Д-да… Синий Король погружался рядом с КобаМагой, Фиолетовая Королева с Вайн, Жёлтый Король с Пьеретт, так что нейролинкеры будет кому снять. Только Зелёный Король зашёл один, но Паунд заявил, что у него есть некое подобие аварийного отключения, так что нам можно не волноваться.

— Хм, понятно. На самом деле я больше переживала не за Гранде, а за Радио, а оказывается, что они с Пьеретт близки настолько, что погружаются из одного места…

Харуюки невольно вспомнил неожиданное разоблачение слабости Жёлтого Короля, случившееся посреди конференции. Внезапно прозвучал жизнерадостный голос сидевшей левее всех Тиюри, уже закончившей вытирать глаза:

— Пока мы ждали воскрешения Кобальт, я поговорила с Пьеретт. Оказывается, в жизни она младшая сестрёнка Радио!

— О, ясно. Ну и, видимо, его “ребёнок”… — ответила Черноснежка, кивая.

“Ага, тогда можно успокоиться. Или нельзя?..” — подумал Харуюки, и тут…

— Извините, можно?.. — робко подняла руку Сихоко. — Я рада, что всех Королей отключили от сети, но внутри Инти оказались не только они, но и Вольфрам Цербер с Блэк Вайсом… Конечно, не то чтобы я переживаю за них, но как они рассчитывают выйти из бесконечного истребления?..

— А, и правда… — пробормотал Харуюки.

Фуко обернулась и посмотрела на него. Её глаза были чуть краснее обычного, но к губам уже вернулась привычная улыбка:

— Ты и сам знаешь ответ, Ворон-сан.

— А? Э-э-э… — протянул Харуюки. Вдруг в голове мелькнул образ серебряного рыцаря, занёсшего над головой тонкий посох. — Ах да… Инти ведь подчиняется им. Пока нас нет, они могут отодвинуть его в сторону, дать Вайсу и Церберу воскреснуть, а затем вернуть на место…

— А-а, вот как… — закивала Сихоко и тут же добавила: — Значит, если мы узнаем, когда именно Инти будут двигать, Черноснежка и остальные могут тоже погрузиться и выйти из бесконечного истребления, да?

— Хм, в теории это возможно, но на практике затруднительно, — ответила ей Черноснежка. — Кому-то придётся следить за Инти на неограниченном поле незаметно для них, а мне и другим Королям постоянно ждать команду на ускорение.

— Да, и правда… — одетая в школьную форму Сихоко расстроено опустила плечи, и Харуюки машинально положил руку ей на спину.

— Ничего, Шоко, семпай и остальные Короли объединят силы, мы им поможем и обязательно спасём. Инти ведь с точки зрения системы тоже не бессмертный. У него должно быть слабое место… и способ прохождения.

Девушки, сидящие на передних сиденьях, вдруг переглянулись и улыбнулись.

— А-а, э-э… — опешил Харуюки. — Я сказал что-то не то?..

— Нет, Ворон-сан, просто твои слова напомнили нам одного героического придурка.

— Это точно. Но всё равно спасибо, Харуюки.

После выступления Фуко и Черноснежки Тиюри внезапно направила разговор в другую сторону:

— Только знаешь, Хару, я не думаю, что так долго лапать девушек прилично.

— Что?..

Только тогда Харуюки заметил, что до сих пор не убрал левую руку со спины Сихоко.

— О-ой! — воскликнул он, отшатнувшись.

Впрочем, отступать было особенно некуда, так что он просто ударился затылком о заднее стекло.

Видя, как Харуюки в слезах потирает ушибленный затылок, девушки дружно рассмеялись.

Смех прервал тихий звук оповещения. Автопилот машины, подключенный к нейролинкеру Фуко, доложил, что хозяйке пришло новое сообщение. Фуко быстро провела пальцами по виртуальному рабочему столу и снова заговорила серьёзным тоном:

— Это от Пард. Они возвращаются в Нериму.

— М-м-м, ясно. Что же, нам тоже пора. Планы остаются в силе, Тиюри отправляется в Будокан болеть за Такуму, а Харуюки и Сихоко идут в школу ухаживать за Хоу.

— Есть! — выразил Харуюки общее мнение заднего сиденья.

Фуко щелчком включила электродвигатель.

— Значит, сначала ко входу в Будокан. Надеюсь, Маюдзуми пробьётся в следующий этап.

— Если Таккун до сих пор не вышел на связь, значит, он пока выигрывает, сестрица, — ответила Тиюри.

— Да, действительно. Ну, поехали, — сказала Фуко, нажав кнопку на рычаге, и электромобиль сам выехал с парковки.

Фуко переключилась на ручное управление и нажала педаль газа. Конечно, машина ехала намного медленнее мощного мотоцикла Пард, но ускорялась всё равно очень бодро. Харуюки посмотрел в окно. Даже через стекло с УФ-фильтром летнее солнце нещадно било в глаза.

Харуюки пришёл в гости к Черноснежке второй раз в жизни. Как и раньше, её жилье показалось ему очень чистым и аккуратным.

Дом состоял из зала, кухни и антресолей. Одинокая школьница здесь, должно быть, чувствовала себя слишком просторно. Зал на двадцать с лишним квадратных метров был почти пустым, и в первую очередь глаз цеплялся за внушительный 90-сантиметровый аквариум в юго-восточном углу.

Харуюки очень хотелось первым делом заглянуть в него, но сначала он поднял пакеты из магазина в обеих руках и сказал:

— А, да, это тебе.

— Ч-что?!

На глазах опешившей Черноснежки он разложил содержимое пакетов на обеденном столе.

— Это салат Кобб10, жареная тыква, паштет из лосося, тортилья-роллы, багетные сэндвичи, лимонный пирог…

— Э-это я вижу, но… почему мне? И почему так много?

Харуюки собрал всё мужество в кулак и посмотрел в лицо не перестававшей изумляться Черноснежки. Как правило он не решался смотреть ей в глаза, поэтому только сейчас смог разглядеть, что лицо под тёмными волосами кажется бледнее, чем обычно, а веки — наоборот, чуть краснее. Она словно плакала, пока мылась в ванной.

И сразу после возвращения из неограниченного поля, и во время завершающей части поездки, и даже перед школой, где они расстались, Черноснежка вела себя практически как обычно. Но такого просто не могло быть. Дуэльный аватар — воплощение бёрст линкера, созданное из шрамов его души. Даже “девяточница”, одна из сильнейших игроков Ускоренного Мира, не могла остаться равнодушной к тому, что её аватар попал в смертоносную западню.

— Я подумал, еда… поможет тебе взбодриться, — ответил Харуюки, глядя ей в глаза.

— Что?..

— Просто ты обычно почти ничего не ешь, семпай… Я хочу, чтобы хотя бы сегодня нормальный ужин поднял тебе настроение…

Даже это уточнение не сразу стёрло недоумение с лица Черноснежки.

Вдруг оно приняло такое выражение, словно ей одновременно захотелось и заплакать, и засмеяться. В быстро моргающих глазах появились слёзы.

— Да уж… от тебя ничего не спрячешь. Фуко тоже без конца спрашивала, в порядке ли я, прежде чем отпустила…

— Ну… разумеется. У тебя мысли на лице написаны, семпай.

— М-м-м… — вдруг надулась она. — Кто бы говорил.

Черноснежка ещё раз улыбнулась. Харуюки продолжал смотреть ей в глаза.

Тихо гудел кондиционер, сквозь шумозащитные окна еле пробивалось пение цикад. Он даже не успел заметить, когда начало вечереть. Черноснежка стояла спиной к окну, и на фоне заката красота её бледного лица захватывала дух.

Только спустя несколько секунд Харуюки взял себя в руки и виновато поклонился:

— Я… извиняюсь, что пришёл так внезапно. У нас ведь сегодня ещё собрание Легиона, так что поешь, что захочешь — не обязательно всё. А я, наверное, пойду.

Хотя Харуюки и умудрился выговорить свою речь без запинки, его ладони взмокли от пота. Напоследок ещё раз глянув на Черноснежку, он затолкал пустые термопакеты в карманы штанов и повернулся к выходу.

Однако стоило лишь Харуюки сделать шаг в направлении двери, как его внезапно настиг лёгкий сладкий аромат, а мгновение спустя сзади быстро прижалось стройное, мягкое тело.

Белоснежные руки крепко обняли застывшего в оцепенении Харуюки. Рядом с правым ухом послышался тихий шёпот:

— Харуюки…

Её голос звучал будто бы как обычно, но сейчас он показался Харуюки похожим на голос маленькой девочки, готовой расплакаться.

— Пожалуйста… переночуй сегодня со мной.

(Продолжение следует)