В один прекрасный день…

— И не совсем он был прекрасный.

Ладно-ладно. В один не совсем прекрасный день щенок Тобик сидел на балконе. Хм… А почему день был не прекрасный?

— Потому что меня наказали за то, что я отгрыз шнурок у ботинка хозяина.

Ну, это ж за дело. А день всё равно был весьма неплох: солнечный и тихий.

Тобик сидел и смотрел сквозь большие окна балкона на синеватое небо с барашками-облаками. И тут он заметил в углу балкона ВЕНИК!

— Что это? — обнюхал щенок веник, — такой я видел только на даче. Старая ворона сказала, что им метут, а ещё что за шалости можно получить этим веником. Только непонятно, как это «получить веником»… Вот «получить веник» — это понятно. Вручат как награду, вернее, как наказание и придётся таскаться с ним пока не вырасту, а может даже дольше.

Тобик ещё раз его обнюхал.

— Веник точно не наш. Тогда чей? — протявкал он свой вопрос.

— Мой, — неожиданно ответила ему курносая девчонка.

— Воры! — ещё громче залаял щенок, зовя хозяев. — Пока вы меня тут наказываете за какой-то малюсенький ненужный шнурочек, к нам пробрались воры!

— Да успокойся ты, глупенький щенок, — почесала его за ухом девчонка, — я — не вор. У меня было срочное дело, вот и оставила веник на вашем балконе. Временно, заметь! Но я уже улетаю.

— Как это «улетаю»? — удивился Тобик, — на чём?

— На венике, конечно. Я же фея.

— Феи на вениках не летают! — замотал головой щенок, — это я точно знаю. И выглядят они иначе. Сам в книжке видел, которую соседская девочка Соня приносила.

— Эээх, много ли они знают о феях? Ничегошеньки, — ответила девчонка.

— Тогда докажи. Вот прямо сейчас.

— Сейчас не могу. Дела. Но я обязательно ещё прилечу и возьму тебя с собой полетать, чтобы ты точно поверил, — игриво ответила она. — А как тебя зовут-то?

— Тобик!

— Странное у тебя имя. Сейчас так собак не называют. Вот лет так…цать назад всех собак звали Тобиками, Шариками, Бобиками, Тузиками…

Тобик недовольно фыркнул, но тут же снова дружелюбно завилял хвостом.

— А тебя как зовут?

— Это секрет.

— Так нечестно, — расстроился щенок.

— Ну, хорошо-хорошо. Я дам тебе подсказку, — подмигнула фея. — Эхо знает все имена фей. Ты слышал Эхо? В лесу когда-нибудь бывал?

— Бывал с дедушкой целых три раза, — гордо заявил Тобик.

— Когда будешь в лесу или в каком-то другом месте, где обитает Эхо, крикни громко: фея на венике, и оно тебе скажет, как меня зовут.

Щенок почесал лапой ухо и задумался.

— Всё, Тобик, мне пора. До встречи! — крикнула курносая девчонка, вскочила на веник и унеслась прочь в раскрытое окно балкона.

— Чудеса! — промолвил Тобик.

— Бедный наш малыш, — отворила дверь хозяйка, — всё лаешь и лаешь тут. Заходи домой и больше не шали.

Тобик пулей помчался в квартиру.

Целых два дня щенок думал о том, где можно найти Эхо, но решение пришло неожиданно.

— Подъезд! Там точно живёт Эхо. Когда я там лаю, то мой голос слышат на девятом этаже, как говорит хозяйка.

Тобик дождался подходящего момента, когда соседка пришла поболтать с хозяйкой, и как вихрь промчался около её ног.

— Феееээээяяяя наааа… — закричал он, но потом подумал, что слишком долго кричать каждое слово и решил крикнуть просто «навенике», — навеэээникэээи.

Тобик поднял свои ушки и внимательно слушал.

— Эя Энике? Или Эя Эники? — именно так ему послышалось.

Хозяйка всячески пыталась его поймать и вернуть в квартиру.

— Эй, Эхо? — крикнул он, но оно ответило только «хо-хо-хо».

Хозяйка, наконец, его поймала.

— Значит, Эя Эники, — анализировал он, обречённо свиснув с руки хозяйки, — ах! Так вот какие эники-беники ели вареники! Они феи! Ой, что-то так вареников захотелось…

На следующий день Тобик придумывал, что бы ему такое нашалить мелкое и невредное, только чтоб его обязательно за это выставили на балкон. Он уже и незаметно таскал игрушки младшего сына хозяйки и подкладывал их в кровать к старшему. И разматывал туалетную бумагу. И даже решился на опаснейший план, когда начал грызть ножку стула, на котором сидел хозяин.

Вообще, щенок очень удивлялся тем людям, с которыми жил. Вот младшенький, например, всегда хочет помочь! То крупу он в кастрюли насыпает, чтоб маме с готовкой побыстрей управиться, то бельё в шкафу пытается сложить, то даже вздумает за такое сложное дело взяться — пол помыть, а ему все только и твердят «отойди», «не мешай» и «ох, что же ты опять натворил». Нечестно! А вот если старшенький вздумает оторваться от своих непонятных игр, в которых постоянно что-то взрывается, стреляется и кричится, то хозяйка сразу: «молодец, сынок», «помощник растёт».

— Тьфу. Вернее, тяв! — возмутился вслух несправедливости Тобик.

А ещё он очень опасался хозяина и считал его крайне подозрительным типом. Щенок часто за ним следил и был уверен, что хозяин не тот, за кого себя выдаёт. Возможно, даже, что он робот! Потому что, когда хозяин приходил с работы, он совершал одни и те же действия, и Тобику всегда говорил одни и те же слова: «Ко мне! Дай лапу!». «А зачем ему моя лапа?» — не понимал Тобик, — «Куда он её приделает? На нос что ли? Хи-хи. И как я буду тогда ходить на трёх лапах?!».

Щенок поморщился.

— И вот это ещё: «Завели собаку!». Уххх. Любит он повторять это «завели». Я видел, как заводят машину и сначала даже испугался, что раз меня тоже «завели», то и я скоро начну так жужжать или того хуже — на мне начнут все ездить. Ну уж нетушки. Мы так не договаривались.

Щенок улёгся под кухонным столом.

— Вот дедушка — это другое дело. Целых ТРИ раза брал меня с собой в лес за грибами и даже пряником угощал, пока хозяйка не видит, — вспомнил он и облизнулся.

Эй, Тобик! Кажется, ты отвлёкся!

— Ах, да. Точно. Просто все эти пряники и вареники такие вкусные. Но мы ж говорили про Эники! Не удалось бы мне в тот день попасть на балкон, если б у хозяйки что-то в духовке не подгорело! И она распахнула дверь для проветривания.

— Эя Эники!!! — крикнул щенок в окно, — ты обещала мне вернуться!

— Что ты расшумелся? Я здесь, — запрыгнула в окно фея со своим веником.

— Летим же скорее! — заскакал около её ног Тобик.

— Ишь ты, какой шустрый. Сначала инструктаж! — строго проговорила Эя Эники, подняв вверх свой указательный пальчик.

— Инструкт… что?

— Инструктаж: правила поведения в полёте. А ещё разъяснение твоих действий при непредвиденных обстоятельствах.

— Скучно это, — зевнул щенок, — ну, ладно, давай свой инструкт… Ёж.

Фея громко захохотала, но в доме её почему-то никто не услышал. Вот точно волшебница!

— Веник, как ты видишь, маленький. Это тебе не метла, как у моей тётушки! Поэтому, нас двоих он не выдержит. Хотя нет, ты щуплый, выдержит, — подняла она Тобика одной рукой и качала вверх-вниз, будто он на весах, а не в её руке.

— Я не щуплый. Просто я ещё не вырос, — оправдался щенок, — и питание тут не ахти, честно признаться. Всё корм да корм какой-то из баночек. Вот у бабушки питание — это да! Блинчики! Пирожки! Вареники!

— Так. Заканчивай давай свои разговоры, а то мне тоже что-то есть захотелось, — покачала головой Эя Эники и постучала по своему животу, как будто там кто-то жил и должен был открыть, — продолжим. Желательно, чтобы ты всё время бежал рядом, когда я буду лететь. Если устанешь, то запрыгивай на веник. Ясно?

— Ясно. Что тут неясного то. А как это «бежать рядом»? По воздуху что ли?

— Эээ, я же фея! Волшебница! Не бойся, не упадёшь, если далеко отходить не будешь. И да, никаких догонялок с голубями и облака не грызть! — давала наставления фея.

— Так точно, — вытянулся по струнке Тобик, как это делал дедушка, когда бабушка давала ему какое-то задание.

— Раз! Два! Три! Лети! — сказала Эя Эники, и щенок чудесным образом взмыл в воздух и завис рядом с девочкой.

И они полетели. Тобик бежал рядом прямо по воздуху так, будто бы по ровной гладкой дорожке, а фея громко хохотала и повторяла, чтобы он далеко от неё не убегал. Под лапами у щенка, далеко внизу мелькали крыши домов, кроны деревьев, длиннющая дорога с вереницами машин, подмигивающих своими фарами. Это было захватывающе!

— Эя Эники, а куда мы бежим, то есть летим? — спросил запыхавшийся Тобик и обессилено взобрался на веник.

— Не знаю. А обязательно нужно куда-то лететь? Как здорово, когда можно гулять просто так, без цели!

— Мои хозяева всегда сообщают цель, когда мы идём гулять.

— Смешные они. Ну, хорошо. Тогда летим ко мне в гости. Согласен?

— Ух, ты! Конечно! А у тебя пряники есть?

— Пряники? Да сколько угодно! И медовые, и мятные, и земляничные… Но надеюсь, ты помнишь, что много сладкого есть нельзя?

— Помню-помню. Забудешь тут, если тебе каждый день это твердят и не дают даже крохотного кусочка сахара.

— Раз ты мой гость, то я разрешаю тебе съесть один, нет, полтора пряника сегодня! — довольно проговорила Эя Эники, а Тобик не менее довольно облизнулся.

Вскоре новые друзья долетели до большого раскидистого дерева, в кроне которого был спрятан маленький домик.

— Ой-ой, Эя Эники, мы туда не поместимся! — заволновался щенок. — Домик слишком маленький. Это скорее скворечник, а не дом.

— Спокойно, Тобик. Пора уже привыкнуть и понять, что многое снаружи не такое, как внутри. И это, кстати, касается не только чудес.

— Но здесь без чудес не обойтись!

И действительно, каким-то волшебным образом они очутились в домике феи.

— Это не домик, а целый домище! — удивлялся щенок. — Он больше нашей квартиры!

Ох, сколько ещё всего удивительного было в этом домике!.. Но, ладно, не будем отвлекаться.

Фея налила ароматный чай и поставила на стол те самые заветные пряники. Тобик вылакал целую чашку чая и съел обещанные полтора пряника.

— Приветствую тебя, Эя Эники, — влетел в окно Сиреневый Ветер, — и твоего гостя тоже.

— Знакомься, это щенок Тобик, — представила она. — А это мой давний друг — Сиреневый Ветер или ласково — Сиренька.

— Почему же ты не удивляешься моему цвету, щенок Тобик? — спросил Сиренька, усаживаясь на стул и, усевшись, вдруг стал более походить на мальчишку-непоседу с сиреневыми волосами и веснушками.

— Удивляет то, что ты стал похож на старшего сына моей хозяйки, а не на ветер. Но цвет ни капельки не удивляет, — тоном профессора, который живёт на пятом этаже, рассуждал щенок.

— Значит, ты нас видишь? — обрадовался Сиреневый Ветер.

— Все животные вас видят, но только вот люди почему-то нет, — потоптался на месте Тобик. — Может быть, у них со зрением плохо? Но у бабушки есть очки, а она почему-то всё равно не видит ветер.

— Ах, так вот почему собаки часто бегут за мной и что-то кричат вслед.

— Эх, какой красоты не замечают люди, — плюхнулась в кресло-качалку Эя Эники.

— А ещё они не знают, с какой звезды сюда пришли, — деловито продолжил щенок, потому что ему понравилось умничать. Он был очень горд тем, что его, наконец, кто-то слушает.

— А ты, значит, знаешь? — хором спросили фея и ветер, смеясь.

— Знаю. Зря что ли я по ночам вою. И совсем не на этот жёлтый блин я вою, я шлю привет своему звёздному дому.

Вот так они и сидели за чаем и кто-то ещё за пряниками. День перевалил за середину. В домике феи загорелись светящиеся огоньки — гирлянды, как на Новый год. Эти огоньки так ярко и красиво мигали, будто бы их совсем не волновало то, что на улице было ещё светло.

Неожиданно в окошко впорхнула маленькая птичка и защебетала, что её птенец попал в беду.

Эя Эники и Сиренька дружно бросились ей на помощь.

— Тобик, жди здесь. Или не жди. А то вдруг мы задержимся надолго. Если захочешь домой, то следуй за ветрами… — крикнула уже в дверях ему фея.

Несмотря на то, что в домике было очень мило, но сидеть в одиночестве быстро наскучило.

— Как это «следуй за ветрами»? — не понимал он. — А может быть у Эхо спросить? Раз оно знает все имена фей, то и все ветра… или ветры, должно знать.

Тобик покрутил головой и крикнул, что есть мочи: «Следууй…»

— Дуй… дуй! — сразу ответило ему Эхо.

— Дуть? — удивился он и начал дуть, но потом вспомнил, что собаки не умеют дуть и просто ловил потоки воздуха, высунув язык.

— Ты звал меня? — появился Коричневый Ветер, который больше был похож на Шоколадный.

— Звал-звал! Ещё как! Ветер, отнеси меня домой. Пожалуйста!

Коричневый Ветер расстелил клетчатый плед и сказал щенку, чтобы он на него запрыгнул.

Тобик бесстрашно уселся на плед, и они понеслись «с ветерком».

— А не хочешь ли ты, дорогой друг, заглянуть ко мне в гости? — скромно спросил вежливый Коричневый Ветер. — Ох, как редко у меня бывают гости.

Тобику стало жаль бедолагу, и он согласился совсем чуть-чуть у него погостить.

Ветер жил на чердаке одного старинного дома. Он суетливо достал чашки, и вскоре в них оказался вкуснейший чай с молоком. Чашки были совсем как у бабушки с дедушкой — красные в белый горошек. Тобику сразу вспомнился случай, когда они с хозяйкой и её младшим сыном зашли после прогулки к бабушке, а она протирала от пыли те самые чашки. Хозяйка возмущалась, что их пора уже выбросить, потому что они старые и даже некоторые отколотые… Но бабушка сказала, что они дорого стоят, хотя нет, просто дорого, вернее дороги ей, потому что эти чашки ещё помнят свадьбу бабушки и дедушки и были подарены им какой-то там важной тётенькой.

— Как могут чашки помнить? — снова озадачился щенок, вспомнив тот разговор. — Получается, что у чашек хорошая память. Интересно, а эти чашки помнят свадьбу бабушки и дедушки? — обнюхал он свою чашку со всех сторон.

Но он быстро бросил это своё занятие, заметив, что вокруг находились высокие стеллажи с книгами.

— Ого! Сколько книг! Ты так любишь читать? — с изумлением спросил Тобик.

— О, милый щенок, я обожаю читать, — увлечённо ответил Коричневый Ветер, кутаясь в плед, — когда я в который раз перечитываю все свои книги, я начинаю читать книги прохожих. Я перелистываю странички, а они почему-то злятся. Ну, это не важно. Вот только сейчас у многих книги стали электронными, поэтому приходится залезать им в рукав или за воротник и читать оттуда, ожидая, когда они сами перелистнут дальше.

Тобик слушал, открыв рот. Их культурную светскую беседу прервала фея Эя Эники вместе с Сиренькой.

— Как хорошо, что мы тебя нашли! — начала она с порога, — мы вернулись, а тебя нет. Сиренька уже к тебе на балкон летал и во все окна заглядывал, так и дома тебя тоже нет.

— Конечно, нет. Как я могу быть дома, раз я здесь! — недоумевал щенок.

Вежливый Коричневый Ветер пригласил незваных гостей за стол, и они продолжили своё чаепитие.

— А ведь был я когда-то Жёлтым Ветром, — вздохнул Коричневый Ветер, отставив чашку, — это было очень-очень давно.

— А почему ты изменил свой цвет? — поинтересовался Тобик.

— Наверное, от тоски, — снова вздохнул Коричневый Ветер.

— От тоски? А, кто она такая эта «тоска»? — не понимал щенок.

— Когда тебе грустно и скучно, и чувствуешь себя одним-одинёшеньким на всём белом свете, то начинаешь мрачнеть, темнеть, меняться, — объяснял Коричневый Ветер.

— Тогда, что тебе стоит взять и поменяться обратно? — вскочила Эя Эники и задорно развела руки в стороны.

— Легко тебе сказать, милая фея… — задумался Коричневый Ветер.

— Ой-ой, — проговорил Сиреневый Ветер, слизывая с ложки малиновое варенье, — я бы не хотел стать тёмным и грустным, мне так нравится быть сиреневым.

— Не беспокойся, добрый друг, тебе это не грозит, — успокоил его Коричневый Ветер, — вокруг тебя так много друзей и веселья, что ты точно так и останешься сиреневым навсегда.

— Эя Эники, ты должна что-то придумать, ты же фея! — обратился к ней щенок Тобик.

— А я уже придумала, — гордо ответила она. — Коричневый Ветер, скажи, что нужно делать, чтобы прогнать тоску?

Ветер лишь пожал плечами.

— Во-первых, — Эя Эники подняла свой указательный палец, — нужно, чтобы у тебя были друзья, — сказала она и захлопала в ладоши. — А во-вторых, нужно заниматься своим самым любимым делом каждый день.

— И всё? — спросил Тобик.

— И всё. Это секрет счастья и веселья всех фей! — расплылась в улыбке она.

— Друзья у тебя уже есть, — сказал Сиреневый Ветер, окинув всех присутствующих взглядом, — но что ты любишь делать больше всего?

— Танцевать… — замявшись, сказал Коричневый Ветер и даже слегка «покраснел».

— Танцевать?! — переспросили хором друзья.

— О, да! Как же я люблю танцевать! — проговорил Коричневый Ветер, и все заметили, что он стал чуточку светлее, — я с нетерпением жду осени и танцую с листьями. Мы кружимся и кружимся по паркам и садам, по лесам, вдоль рек и дорог…

— Значит, ты танцуешь только осенью в листопад? — нахмурилась Эя Эники.

— Да. Я много раз приглашал снежинок на танец, но они предпочитают танцевать с северным Серебристым Ветром, а лепестки яблонь и вишен танцуют с Сиренькой, — вздохнул он, а Сиренька зашаркал ногой под столом.

— Так это не беда! — вскочил на задние лапы Тобик, — мы можем танцевать и сейчас, и вообще в любое время! — продолжил он и запрыгал на месте.

— Правильно, Тобик! — согласилась фея, взяв его за передние лапки, и они закружились по чердаку.

Сиренька достал из кармана дудочку и заиграл весёлую плясовую мелодию, подпрыгивая и скача за феей и щенком.

Эя Эники запела:

Коричневый Ветер не смог усидеть на месте и тоже пустился в пляс. Ох, и давно не слышали жильцы этого старого дома, чтоб так сильно ветер шумел, гудел и гулял по чердаку.

— Смотрите-ка! Он пожелтел! — радостно заметила фея.

— Да-да, Коричневый Ветер, ты стал каким-то бежевым, — удивился Сиренька.

— Спасибо, друзья! — светился от счастья теперь уже Жёлто-Коричневый Ветер.

— Ой-ой-ой, засиделись мы, — забеспокоилась Эя Эники, выглянув в окно, — Тобика пора домой возвращать, а то хозяева его начнут искать.

— Спешите, друзья! И прилетайте ко мне в гости! Обещаю, что теперь буду заниматься своим любимым делом каждый день. Как я рад, что познакомился с тобой, милый щенок! Если понадобится помощь — зови. Удачи!

Фея на венике, с ней щенок и Сиреневый Ветер вылетели в окно.

— Я тоже рад знакомству с тобой, Тобик! — сказал на лету Сиренька. — Обещаю, что буду часто заглядывать к тебе в гости.

— Пока, Сиренька. Завтра жду тебя пить чай с пряниками, — помахала ему Эя Эники.

— До свидания! — пролаял щенок, бесстрашно восседавший на венике.

Они быстро мчались и под ними мелькали поля и луга, река и деревни с разноцветными крышами, но вот, наконец, показался город.

— Эя Эники, кто это? — спросил щенок, указывая на рогатое животное под ними.

— Не нравится мне это, Тобик. Ой, как не нравится, — заволновалась фея, — снижаемся!

По улице города бродила грустная корова. Он мотала головой и всматривалась в лица прохожих, которые шарахались от неё и спешили перейти на другую сторону улицы.

— Вот, странные люди, как будто корову никогда не видели, — хохотала Эя Эники.

Они приземлились рядом с коровой.

— Что ты тут делаешь? — сходу спросила фея.

— Я заблудилась, — сказала грустная корова, — я шла вдоль реки и жевала вкусную зелёную травку, которой становится всё меньше и меньше и попала сюда. Но почему-то все меня боятся и не желают подсказать дорогу обратно, — стала мычать она.

— Ладно-ладно, не реви, — деловито проговорила Эя Эники, — мы придумаем, как тебе помочь.

Тобик утвердительно кивнул в ответ.

— А как тебя зовут? — спросил щенок, осторожно обходя корову.

— Зорька, — грустно ответила она.

— А я Тобик! — потявкал щенок. — Я раньше никогда не видел настоящую корову, — признался он.

— А молоко пил? — спросила Зорька.

— Пил.

— Значит, мы с тобой уже знакомы.

— Эя Эники, а давай посадим Зорьку на твой веник… — резко замолчал Тобик, когда представил, как корова будет забираться на маленький веник.

— Нет, Тобик, она на венике ни за что не поместится, — почесала затылок фея, — но если мы пойдём пешком, то дотемна точно не управимся.

— Тогда нужно позвать друзей! — придумал щенок и начал дуть так, как он это умел: открыв рот и высунув язык.

Эя Эники тоже начала дуть. А за ними и Зорька попыталась это сделать.

— Что-то случилось? — проявился Жёлто-Коричневый Ветер, а за ним и Сиреневый.

— Скорее, друзья, нам нужно отнести корову Зорьку домой и ещё Тобика надо успеть вернуть, — тараторила фея.

— Но она не поместится на моём пледе, — вздохнул Жёлто-Коричневый Ветер.

— А у меня даже пледа нет, — зачем-то вывернул свои карманы Сиренька.

И тут Тобик увидел в витрине магазина большую надувную лодку.

— Эя Эники, я придумал! — снова вскочил на задние лапы щенок, — Зорька поплывёт… ой-ой, полетит на лодке!

— Умная твоя голова, щенок! — потрепала его за ухом фея.

— Но как мы её купим, если у нас денег нет?.. — задумался Тобик.

— А зачем покупать?! Мы одолжим. На время! — сказала Эя Эники и прошептала какие-то секретные и, наверное, очень волшебные слова.

К всеобщему удивлению, надувная лодка медленно вылетела из магазина и улеглась на дорогу рядом с Зорькой. Корова залезла в лодку, Жёлто-Коричневый Ветер взялся за лодку спереди, а Сиренька — сзади, и вся эта необычная компания взмыла ввысь.

— Зорька, смотри внимательнее, не пропусти свой дом! — кричала ей вслед Эя Эники.

— До свидания, друзья! — кричал Тобик корове и ветрам.

— До новых встреч, Тобик! — отвечали они ему, скрываясь из виду.

Щенок Тобик вновь запрыгнул на веник, и теперь они уже отправились к нему домой. Фея вместе со щенком влетела на балкон. Она взяла его на руки и крепко прижала к себе.

— Подожди-ка, мне кажется или ты потяжелел? — подозрительно, но с улыбкой посмотрела она на щенка.

— Я точно подрос, а не потолстел. Ведь нельзя потолстеть от одного пряника и ещё его маленькой половинки… и одной ложечки малинового варенья, — утвердительно ответил он.

— А, ну тогда ладно, — поставила его на пол Эя Эники. — До завтра, Тобик.

— До завтра, фея. А ты точно прилетишь?

— Обещаю. Мы же теперь друзья! Ты знаешь, сколько у нас ещё дел? Ооо! Я ж тебя и с семьёй не познакомила, и с Рыжей Белкой, и с Зелёной Лягушкой с дальнего болота, и… Ладно. Потом узнаешь. Давай уже, иди. А то мне лодку ещё нужно в магазин вернуть, пока он не закрылся, — легонечко подтолкнула она его к двери и постучала в стекло. — До встречи, Тобик!

— До встречи, фея на венике! — пролаял щенок и задумался, — не обязательно нужно куда-то идти, если ты на прогулке; не всё снаружи такое, как внутри; можно быть с кем-то знакомым, даже ни разу не встретив его прежде; хорошие друзья и любимое дело — это всё, что нужно для того, чтобы стать жёлтым… ой, чтобы стать счастливым! — подумал он и сделал вывод, что так много узнал за этот день.

— Ах, Тобик! Что ты тут делаешь? — удивилась хозяйка, услышав стук в стекло, — я думала, что ты под диваном спишь! А тут и окно открыто, — поспешила она закрыть балконное окно, — как же ты столько молча просидел? Спал, наверное… — болтала хозяйка, поглаживая на руках щенка.

— Хм… а щенок-то подрос! — заметил хозяин.

— Что-то новое, — подумал Тобик, — может быть, он всё же не робот? А может быть, и программу ему сменили просто, — почесал он лапой за ухом и свернулся клубком у дивана.

Тобик спал, а ему снились: Эя Эники, Сиренька, Жёлтый Ветер, корова Зорька, дедушка с пряниками и бабушка с чашками в горошек, и хозяйка, и хозяин, которого он перестал считать роботом и их детишки, с которыми он тоже подружился и даже «Зелёная Белка» и «Рыжая Лягушка», которых он никогда не видел…