ПОЛНОЕ ИЛИ ЧАСТИЧНОЕ КОПИРОВАНИЕ БЕЗ УКАЗАНИЯ ГРУППЫ И ПЕРЕВОДЧИКОВ — ЗАПРЕЩЕНЫ!

Книга не несёт в себе никакой материальной выгоды и предоставлена исключительно в ознакомительных целях.　Просьба удалить после прочтения. Спасибо!

Переведено для группы WonderlandBooK

Переводчики: inventia, leno4ka3486, sbenka, chermerlafemme24, OLLika

Редактор: inventia

Обложка: inventia

Вирджиния 1738 год

Пэнтер дрейфовал между сном и реальностью, пойманный в ловушку чувственного тумана. Вспоминая… она протянула ему руку, девушка неземной красоты с короткими, темными волосами и мягкими глазами цвета летнего неба.

Глаза, в которых горела страсть, пока она вела его за здание Маркета, через парковку и вверх по крутому, заросшему холму вглубь Голубого Хребта Западной Вирджинии. Он даже не знал её имя. Скрывшись от посторонних глаз, он притянул и поцеловал её, в порыве страсти прижимая к ближайшему дереву, отчаянно желая оказаться внутри неё.

Глухой звук, движущегося грузовика послышался в дали. Она целовала его так неистово, словно у них мало было времени. От ощущения ее рук на его молнии, кровь Пэнтера забурлила. Его сердце практически остановилось, когда она пальцами провела по его обнаженной плоти. Нежность и осторожность, будь они прокляты, он нуждался в ней. Засунув руку ей под платье, Пэнтер обнаружил, что на девушке не было белья, и она была готова для него.

Он толкался пальцем глубже, заставляя стонать от силы желания. Задрав ее платье до талии, Пэнтер поднял ее, располагая напротив своей длины. Когда она обхватила его талию ногами, он толкнулся в нее, заполняя одним идеальным толчком. Рай.

Ничто в его жизни не ощущалось таким правильным. Через несколько секунд с криком она кончила, ее внутренние мышцы плотно сжимались вокруг него, подводя Пэнтера к краю.

— Посмотри на меня, — со слезами на глазах, попросила она его. И когда Пэнтер посмотрел в ее глаза, то увидел сияющие медные кольца в них. Глаза Мага.　

Пэнтер с трудом прорывался к сознанию, словно мужчина, который прорубал путь себе в охваченных туманом джунглях. Понемногу он разрывал туманные чары, сковывающие его разум, образами, врезающимися в его чувства.

Холодный, грубый камень впился в его спину, пока он лежал с задранными руками над головой. Он размял мышцы и попытался пошевелиться, но в его запястье врезался металл, и послышалось, как цепи бьются о скалу. Пульс Пэнтера участился, когда леденящий ужас неверия когтями вцепился в разум. Он был прикован. Голый. Наконец-то, наконец-то ему удалось прорваться через завесу магии. Пэнтер резко открыл глаза, и попытался оглядеться кругом на его, не обещающий ничего хорошего вид. Он был один. В пещере. Высоко над головой из потолка торчали десятки острых сталактитов. Вокруг них парили небольшие пузыри, в которых было заключено пламя. И это зрелище, которое внушило ужас, Пэн не видел со времени плена у Анкриты.

Маг огня.

Силясь вспомнить, что произошло, Пэн неистово дергал оковы.

Красотка. С невинными и мудрыми глазами цвета летнего неба. Он был внутри нее, разбудил страсть, самую сильную и невероятную, чем все, что ему доводилось вкушать прежде. Пока в момент совершенства, она не явила себя Магом, и Пэн ощутил, как разум сплетает паутиной заклинания. От всплывших воспоминаний у Пэнтера перехватило дыхание и скрутило живот. Второй раз в его жизни он схвачен Магом-ведьмой.

Ярость сотрясала тело, в голове звучал рев опровержения, пока Пэн изо всех сил пытался освободиться.

Этого не может быть! Он не мог вновь попасть в ловушку Мага! Он и в первый раз едва выжил. Богиня, ему нужно выбраться. Он пристально изучил клетку, примерно пятнадцать на пятнадцать футов, со стальной дверью, оставленной открытой. Сквозь проем он увидел каменные стены, что добавляло вероятности к тому, что он находился в одной из пещер Голубого Хребта. Воздух был влажным и холодным, но Пэн едва чувствовал холод сквозь бушевавшую внутри ярость.

Казалось, плита под ним находилась высоко над землей, но все же каким-то образом, являла собой природную своеобразную полку в горе. Стена как раз защищала от минеральных вод, стекающих по сталактитам и собирающихся в лужицы на полу.

Чуть повернув голову, Пэн увидел позади себя странные насадки для душа, торчащие из стены. Сантехника? Значит, это на самом деле цитадель Мага, а не просто тюрьма.

Он повернул голову в другую сторону и замер. На деревянных крючках в стене висели три бесформенных платья с длинными рукавами, которые Пэн узнал. Она.

Ярость ударила в голову, при воспоминании, как он скользил рукой под подол этого платья, касаясь теплой кожи и влажного жара, который так манил к себе. И Пэн понял, что всю оставшуюся жизнь будет об этом сожалеть. Он лишь гадал, осталось ли ему долго или нет.

Лёд сковал сердце. Он пришел в эти горы с единственной целью — найти Вайпера. Несколько недель назад во время ритуала, что-то случилось с его другом. Их всех, в том числе и Вайпера, порезали кинжалом Димена, но в отличие от остальных, Вайпер изменился. Кто-то из диких посчитал, что зло, таившееся в кинжале, похитило его душу.

Пэнтер отказывался в это верить. Он должен спасти Вайпера, как когда-то он спас Пэна. Но для начала его нужно найти. Но вот плен в логово ведьмы никак этому не поможет.

Он изо всех имеющихся сил извивался в оковах, пытаясь выбраться, но безуспешно. Все тело стало мокрым от пота, а запястья кровоточили.

Его прочно сковали; руки высоко над головой, ноги разведены и связаны.

«Ах, Богиня, если бы ты только меня остановила».

Судьбы хуже не придумаешь, и Пен продал бы душу, лишь бы избежать таковой.

«Небеса помогите».

Вероятно, именно его душа и нужна ведьме, чтобы закончить то, что начала Анкрита: разделить дух зверя и человека.

Скай выбежала из клетки, которая служила ей спальней, и помчалась по извилистым проходам, пока не завернула за скалу с коррозией от воды длиною в вечность.

Открытые пространства и проходы остались нетронутыми, хотя жилье Бирика, как и большинство спален, кухонь и ритуальных комнат были переделаны под современный стиль, со всеми удобствами, включающими ковры, мебель, обои и так далее.

Лишь Скай жила в каменной клетке, но и то там она проводила мало времени, стараясь больше бродить по лесам или по неиспользуемым частям пещеры, куда сейчас и направлялась

Центр ее тела болел от разгоревшейся страсти, а сердце тонуло в сожалении, что ей пришлось пленить прекрасного оборотня

Она добралась до скалистой пещеры, грубой, неотесанной части, где острые камни, сталактиты и сталагмиты торчали со всех сторон, а в воздухе пахло холодной, влажной известью с примесью дыма от единственного огонька, плывшего за ней следом.

Лишь некоторые Маги так глубоко забираются в пещеры. Именно поэтому Скай приходила сюда подумать, когда не была в лесу. Сев на небольшой, сухой камень, прислоненный к стене, она попыталась собраться с мыслями, которые разлетелись с первым прикосновением к мужским бедрам.

Подтянув колени к груди, Скай уткнулась лицом в юбку и задрожала. Её тело нуждалось в той эйфории, которую она пережила с воином в лесу. Временное освобождение от огня, который полыхал внутри неё с первой встречи с воином в Магазине, два дня назад.

Бирик предупредил ее, что воины придут. Он послал ее наблюдать за ними и приказал выбрать для себя одного. Скай понимала, что ничего хорошего ни для нее, ни для оборотня из этого не выйдет, но она давно бросила сопротивляться приказам Бирика и приняла свою судьбу.

Поэтому она подчинилась и направилась в маленький человеческий Магазинчик, поджидая свою жертву. Когда он впервые вошел в Магазин, Скай почувствовала, как земля уходит из-под ног и забыла, как дышать.

Хотя Скай притворялась, что поглощена журналом в руках, она прекрасно осознавала присутствие огромного мужчины, одетого в кожу, знала, что его лицо с высокими, ярко-выраженным скулами и меткой на глазу притягивало внимание, а от его тела исходили волны ярости и напряженного контроля.

А когда он посмотрел на нее темными глазами, ее колени подогнулись, словно ослабли от внезапной, огромной радости. Она улыбалась, несмотря на бешено колотящееся сердце. И лишь когда вышла из Магазина, поняла, что почувствовала его зверя. Осознала, кто этот мужчина. Один из тех существ, пленить которого ее послал Бирик. Но уже было поздно.

И это осознание сдавило тисками сердце, а разум заволокло туманом неразберихи. Глубоко внутри, она знала, что мужчина ее, но понимала, что он и Бирику принадлежит.

Когда на следующий день он вернулся, то направился прямиком в угол, где она его ждала.

Скай так смутили его дикость и мужественность, впрочем, как и ее сумятица, так что она ничего не сказала, а просто скрылась за углом, зная, что он последует за ней. И он не разочаровал, преследуя ее с диким голодом в глазах. Зверь внутри мужчины приветственно поднял голову, накрывая разум Скай теплом.

Оказаться в его объятиях оказалось для неё таким естественным. В момент, когда их губы встретились, страсть вспыхнула в ней, и все мысли вылетели из головы. Время перестало существовать, Бирик и его требования испарились, когда чистый, мужской вкус коснулся языка Скай, а её пальцы запутались в шелковистые волосы воина.

Скай чувствовала, как внутри разгорается дикая страсть, о присутствии которой этот мужчина знал. Он скользнул руками ей под юбку, а когда один длинный палец проник в ее тело, она пережила такое удовольствие, о существовании которого и не догадывалась. Настолько сильного и приятного, за которое можно и умереть. Скай хотела этого мужчину сильнее, чем кого-либо прежде.

Но рыжеволосый друг Пэнтера пришел за ним, и Скай пришлось сбежать.

Это случилось вчера, а сегодня они соединились, так, как Скай и не могла представить. Без боли и жестокости. За нежность она отплатила предательством и пленом, из которого Пэнтер никогда не выберется. Теперь он ее ненавидел с горячностью, от которой рвало душу.

Откинувшись спиной на скалу, Скай запустила дрожащие пальцы в волосы, внутри все болело от сожаления и горя. Он был ее, да, но и плененным врагом.

Если бы только она могла его спасти. Но если она его освободит, Бирик просто прикажет захватить другого. Бирик всегда добивался своего. Всегда.

Ей пришлось выбрать дикого.

А с момента, как она увидела этого дикого, знала, что лишь этого мужчину хотела.

Скай поднялась из своего убежища в пещеру со сталактитами и сняла платье, ее пульс, наконец, пришел в норму — или настолько близко к норме, насколько возможно, находясь рядом с Диким, привязанным к ее кровати. Ей придется вернуться к нему.

Как бы она ни боялась вновь посмотреть в темные, полные ненависти глаза, Скай нужно убедиться, что со всеми ее созданиями всё хорошо… с теми, кто передвигался на лапах, а еще с тем огромным, очень накаченным перевертышем, который пока ходил на двух ногах.

У нее свело живот. Полночь уже близко.

Она шла вперед, огибая лужи и капли, шлепая босыми ногами по холодному камню. На расстоянии она услышала голоса; Маги готовились к вечерним ритуалам, а женщины готовили ужин. В свое время она им помогала, но больше нет. Теперь она не одна из них.

Скай единственная еще с душой.

В животе заурчало, она уже два дня не ела. Но стоило завернуть за угол и увидеть, как Бирик разговаривал со стражником, как весь аппетит пропал.

Бирик был, своего рода, поразителен с палевого цвета кожей, длинными белыми волосами и жестокими зелеными глазами. Высокий, сухопарый и гибкий, как и кнут, которым он ее с детства бил.

Вокруг его шеи вилась крысиная змея, положившая голову ему на плечо, а щиколотки обвили две красные крысиные змеи.

Скай не возражала против змей. Она общалась со всеми созданиями, а вот человек — другой вопрос. Если Скай могла избежать встречи с Бириком, так и делала, но сейчас иного пути в ее комнату не было. Поэтому она потупила взор и направилась дальше, стараясь быть незамеченной.

Но как она не старалась обойти его и змей, Бирик схватил ее за руку, впиваясь пальцами в плоть, останавливая.

По спине пополз страх.

Бирик отпустил ее, но поднял руку и прикоснулся пальцами к щеке, заставляя Скай тяжело сглотнуть. Он неестественно нежно ласкал ее кожу, отчего лишь ускорялся пульс Скай. Его нежность пугала больше, чем обычная жестокость. Скай стояла смирно, прекрасно зная, что лучше не показывать Бирику страх.

— Ты отлично справилась, ведьма. — Его глаза блестели от волнения. — Силы оказалось даже больше, чем я планировал, а ты даже его еще не объезжала.

Она не стала спрашивать, откуда он узнал, что она еще не занималась сексом в пещере с Диким. Бирик всегда знал больше, чем должен был.　

— Он еще не готов.

Бирик рассмеялся.

— Он мужчина, и явно заинтересован в тебе. Пара движений руками и языком, и, гарантирую, он будет готов.

Скай вновь сглотнула, кивнув. Спорить бесполезно. Бирику не понять, да и плевать, что ненависть дикого к плену и похитителю заставила сопротивляться влечению или что у нее получилось бы лучше, если мужчине, как и любому существу в плену, дали несколько дней на то, чтобы привыкнуть к прикосновению Скай.

Маг, который был ее хозяином, учителем и мучителем с восьми лет, схватил ее за челюсть с такой силой, что она подумала, что могу сломаться кости. От боли на глаза навернулись, так долго сдерживаемые, слезы.

— Не подведи меня Скай. Тебе не понравятся последствия.

В душе поселилось нехорошее предчувствие. Скай слишком хорошо знакома с последствиями.

— Не подведу.

Когда Бирик отпустил Скай, она поспешила прочь, сбегая по древней лестнице, вырезанной в скале, чтобы оказаться в относительной безопасности тюремной камеры, которая с восьми лет стала для нее спальней. В те годы она сопротивлялась Бирику. Постоянно. И он лишил её комфорта и всего тепла. Но когда и это не сделал её податливой, он причинял ей боль. Много боли и множество раз. Вновь и вновь, пока, наконец, не сломил ее желания. Но сдаться было нелегко. Не в ее характере было уступать, но она не смогла выдержать всю ту боль. Тогда Скай и поняла, что ей ничего не оставалось, кроме как принять свою судьбу.

Приблизившись к двери своей тюрьмы, она подумала о прекрасном мужчине внутри. Что же ей делать? Она прижала кулак к груди, которую сдавливало чувство вины. Не только Скай пострадает из-за контроля Бирика. Если она хотела, чтобы дикий жил, ей нужно заставить его еще больше страдать.

Она вошла в свою спальню и нашла воина таким же, каким и оставила, прикованным и разъяренным. Прикованный и обнаженный мужчина должен выглядеть беспомощным, но в его глазах полыхал гнев, а от тела исходила опасность, заполняющая комнату. Перед ней был самый сильный и тревожащий мужчина из всех, с кем ей доводилось встречаться. Лишь находясь с ним в одной комнате, у Скай ускорялся пульс.

По коже прокатился трепет энергии, заставив поднять Скай взгляд на сферы. Конечно же, Бирик их уже опустошил, но они опять начали наполняться. В воздухе витала страсть. Страсть Скай.

Воин тоже ее чувствовал? В его глазах было столько гнева, такое сложно описать. Но затем Скай скользнула взглядом по крепкому, накаченному телу, останавливаясь на налитом, длинном и толстом члене.

Ох, он определенно чувствовал страсть. И нисколько не был этому рад.

— Освободи меня, — произнес мужчина сквозь стиснутые зубы, впиваясь в нее взглядом хищника.

Скай подошла к животным, безмолвно приветствуя их в ответ. Она провела рукой по шее оленихи и позволила созданию ткнуться носом ей в щеку, как это всегда делала Вера. Но сердце пронзило горе при мысли о будущем оленихи.

— Если бы я могла, то освободила бы. — Освободила бы их всех, включая себя. Но невозможно освободится от Бирика. Она пыталась. Вновь и вновь повторяя попытки, пока он не убедился, что она прекратит.

Последний раз, погладив олениху, она прошла обратно и закрыла тяжелую дверь, которую Бирик поставил давным-давно, чтобы Скай была в безопасности. Она ее больше не закрывала, потому что вряд ли дверь кого-нибудь могла сдержать. Но сейчас закрыла, потому что ей нужно максимум уединения.

Глубоко вдохнув, что никак не помогло успокоиться, Скай медленно направилась к холодной скале, которую многие годы называла кроватью. Дикий наблюдал за каждым ее шагом. Когда она подошла к нему, не смогла найти храбрости, чтобы посмотреть в его, пылающие гневом, глаза, поэтому сосредоточила взгляд на его мужественном теле. Он бесподобен. Маги обычно худощавые и сухопарые, не то, что Дикие.

В частности этот дикий был великолепен. Кожа прекрасного оттенка бронзы, широкие плечи, мускулистая, украшенная замысловатой — переплетением толстых и тонких линий — татуировкой. На одном мощной предплечье был золотой браслет с головой пантеры, в глазницах которой были изумруды. Скай знала, что никто, кроме владельца, не мог снять браслет.

Бирик пробовал.

Глубоко вдохнув, Скай заставила себя посмотреть в темные глаза, наполненные гневом.

И как только их взгляды встретились, воин прорычал:

— Отпусти меня.

— Не могу. — У нее перехватило дыхание, пульс ускорился, и она просто не могла отвести глаз. У Скай возникло странное ощущение, не будь она осторожной, может провалиться в эти темные глубины и стать пленницей, вместо похитителя.

Она протянула к нему руку и провела ладонью по теплой коже гранитной груди, следуя по линиям татуировки. Жёсткие мышцы пульсировали под её кожей. Скай пронзило желание. Его мужской аромат взывал в ней к низменным, плотским удовольствиям.

Зверь в нем гневно расхаживал, поворачивался к ней и скалился.

— Не трогай меня, — отрезал мужчина.

— У меня нет выбора. — Она смотрела в его глаза, заставляя себя выдерживать его взгляд. — Послушай, Дикий. Единственный твой шанс выжить, сотрудничать со мной. Если ты продемонстрируешь бесполезность, Бирик тебя уничтожит. А я этого не хочу.

У него на щеке дернулся нерв.

— Тогда отпусти.

— Не могу. — Она скользнула ладонью ниже, по животу к паху, чтобы провести по краю роста волос вокруг его члена. Под ее прикосновением у мужчины сокращались мышцы. — Позволь мне удовлетворить тебя, воин.

— Никогда. — Но его член дернулся. Воля воина будет отрицать желание тела.

Желание их обоих тел. Скай знала, что он помнил, как и она, что значит соединение их тел. Удовольствие… милостивая матушка Природа, истинное удовольствие. Скай не представляла, что такое возможно. Ею пользовались несметное количество раз, но она никогда и не думала, что секс может приносить что-то иное, кроме боли и ужаса. Пока этот мужчина не вошел в ее жизнь. С момента, когда Скай впервые увидела его, её тело пульсировало, сжималось от желания и между ног становилось влажно. И сейчас страсть, которая витала в комнате, стала гуще.

Из горла дикого вырвался звериный рык.

— Если придвинешь руку к моему члену, я тебе голову оторву.

Скай выдохнула.

— Я не хочу тебя заставлять.

— Так и не заставляй, — отрезал он

— Ты не понимаешь! — Если бы только у нее было время, чтобы дать ему привыкнуть к ее прикосновениям. Всего несколько дней. Но Бирик нетерпелив. Скай чувствовала ярость Дикого. Нескольких дней, даже и недель, могло не хватить.

— Я понимаю достаточно, — рыкнул он.

Нет, не понимал. У нее не было выбора, кроме как наращивать между ними страсть так, как могла. Скай склонилась к его груди и поцеловала теплую кожу. Мужчина пах ночным лесом, дикостью и неукротимостью. Она лизнула его, наслаждаясь вкусом и запахом тела воина. Все в нем заставляло ее желать большего.

Скай спустилась ниже, прижимая губы сначала к животу, а затем к бедру, втягивая в себя мускусный аромат его возбуждения.

Она подняла голову и посмотрела на воина. Ее дыхание стало неровным, а веки отяжелели от страсти.

— Могу я тебя там поцеловать?

— Нет

Она продолжила скользить губами и языком по его бедрам.

— Ведьма. — Его рычание все еще было яростным, но под ним уже слышалось возбуждение.

— Я хочу, чтобы ты был во мне, воин, — хрипло проговорила она. — Как и ты хочешь. Твое тело жаждет оказаться в моем.

— Я тебя не хочу и никогда не хотел.

— Раньше хотел. В лесу.

— Это было до того, как я узнал что ты.

Она вздохнула. Он считал ее человеком, Бирик помог скрыть медные кольца вокруг радужки.

Когда они вчера поцеловались, что-то произошло. Странная сексуальная энергия зародилась между ними, связывая их неведомым способом. Всю ночь ее тело желало разрядки, той, которую лишь этот воин мог дать. Она проснулась, зная, что он придет за ней.

И он пришел.

К несчастью, приказ Бирика был ясен и резок, как хрусталь. Когда дикий вернется, Скай должна его пленить.

Что она и сделала.

Встав у края скалы, к которой воин был прикован, Скай провела кончиками пальцев по внутренней стороне его бедра, направляясь к паху.

— Позволь прикоснуться к тебе, воин.

— Нет.

Упрямец. Ему нужно время. Если она заставит его сейчас, пойдя против яростной воли, его ненависть лишь возрастет и станет невозможно ее сломить. Она его никогда не успокоит, и не позволит принять его место здесь. А он должен.

Она не могла сдаться.

Альтернатива означала его уничтожение.

Скай танцевала, как и каждую полночь, высоко задрав руки, она двигала телом под музыку земли, одетая лишь в кровь жертвы. Во время танца, сила ее дара скользила по телу, впивалась в мышцы и кости тысячью игл и разрывала сердце. Высоко над Скай, между сталактитами висели сферы с огнем и сферы с энергией. В свободном круге вокруг нее пели колдуны.

— Быстрее, — отрезал Бирик, из угла комнаты, стены которой были в известняке. В холодном свете его волосы отдавали серебром, а холодным взглядом он впивался в сферы силы. Гремучая змея свернулась на его плече. А рядом к камню была привязана олениха.

Скай посмотрела на животное, в огромных глазах которого был страх и отчаяние, а затем перевела взгляд на окровавленный кинжал в руке Бирика. Горе угрожало поглотить ее, но она отвела взгляд и принялась танцевать быстрее, уверенно ступая на окровавленные камни. Казалось, что это её душу убивают. Если бы только ее тело забрызгала кровь Бирика! Но слабая вспышка эмоции была подавлена так же быстро, как и появилась, задушенная сокрушительным опустошением. Не важно, ничего не важно. Многие … многие годы существа, дорогие ее сердцу, умирали в полночь, и ничего не предотвратит этого. Скай никак не могла изменить ни свою судьбу, ни их. Матушка Природа, Богиня, уже давно их всех оставила. И Скай вынуждена была притащить в этот ад мужчину, Дикого. Страх за него резал больнее неровного стекла. Она танцевала, стремясь забыть, заблокировать запах свежей крови, которая покрывала ее волосы и кожу, не позволяя себе думать о дикости происходящего, стараясь не слышать крики оленихи, стремящейся к ней и молящей о спасении. Хотя в душе она кричала от неправильности происходящего и ужаса того, что должна сделать. Скай не могла спасти олениху, никого не могла спасти. Могла лишь попытаться не дать мужчине, дикому, закончить так же, как и ее любимые животные. Должна попытаться. Она лишится души, если ей когда-нибудь придется танцевать в его крови.

Внезапно крики оленихи оборвались, Скай запрокинула голову, в которой звучал болезненный, безмолвный крик, и изо всех сил старалась не показать боль, сковавшую сердце.

Спустя несколько секунд Скай услышала, как подошел Бирик, и закрыла глаза, стоило теплой крови коснуться ее макушки. Кровь струилась по телу, согревая от холодного воздуха пещеры, но выжигая дыры в сердце. Скай еще выше подняла руки, вытягивая силу, которая требовалась Бирику и оскверняя драгоценную связь с созданиями природы.

Кровь бежала по ее щекам, словно слезы.

Наконец, Скай вернулась, принеся с собой запах жареной оленины, от которого у Пэнтера, внимательно наблюдавшего за ведьмой, заурчало в животе. Волосы и платье Скай были влажными, словно она попала под дождь. Ее тихая, хрупкая красота каким-то образом успокаивала, даже если Пэн специально подогревал гнев. И снова ее окружали животные, в этот раз уже другие. Как и раньше, маленьких животных она рассадила в двух клетках, а олениху привязала веревкой к стене. Затем Скай подошла к Пэнтеру, ее взгляд был одновременно тревожным и излучающим теплоту, которая мягко скользнула Пэну в самое сердце.

— Я тебе кое-что принесла. — Доставая завернутую оленину из своего кармана, она бросила взгляд на его запястья, которые были в крови. Она недовольно нахмурилась.

— Ты пытался освободиться от наручников.

— И буду продолжать.

В ее глазах была мольба.

— Смирись со своей судьбой, воин. Тебе больше ничего не остается.

Он покачал головой.

— Прекратить бороться значит потерять свою душу, ведьмочка.

Тревожный взгляд Скай потемнел, когда она развернула салфетку с мясом.

— Я подумала, что ты должно быть проголодался.

— Да.

Она нахмурилась и, склонив голову, спросила:

— Ты снова собираешься меня укусить?

— Нет. — Пэн вспомнил, как ведьма прикрывала рукой рану после его нападения, вспомнил про кровь на ее платье. — Прости за это. Думал, ты получила по заслугам, но теперь вижу, что был не прав.

Ее взгляд смягчился, и на лице появилось некое подобие улыбки.

— Я рада. — Скай поднесла мясо ко рту Пэна, чтобы он откусил толстый сочный кусок.

Свободной рукой она провела по его груди, почти заставив Пэна замурлыкать от удовольствия. Несмотря на то, что ведьма уверенно к нему прикасалась, он все равно услышал, как от страха колотится ее сердце.

— Я тебя не укушу, Скай.

Ее взгляд метнулся к нему.

— Я верю тебе. — Она попробовала его снова покормить, но тот покачал головой.

— Теперь ты ешь, ты слишком худая.

— Я не голодна.

Он нахмурился.

— Мне с трудом в это верится. — Ее взгляд еще больше потемнел. — Скажи что не так?

Она прикусила нижнюю губу и отвернулась.

— Ничего.

— Ты боишься.

— Со мной все в порядке.

— Ты боишься Бирика? — То, как она едва заметно передернулась при его имени, сказало Пэнтеру все, что он хотел знать. — Он снова тебе угрожал?

— Не больше, чем обычно. — Их взгляды встретились, и Пэн заметил, каким несчастным было лицо у Скай. — В этот раз он угрожал тебе.

— Чем угрожал? — Пэнтер стиснул зубы, и каждый мускул в его теле напрягся. Он был готов кинуться в бой, но для этого ему нужно было освободиться.

— Не знаю. Он сказал, что энергии, которую мы накопили, было недостаточно. Но, когда я ему предложила еще раз попробовать наполнить сферы, он отказался. Бирик что-то задумал и это явно что-то очень плохое.

Пэнтер быстро поймал и удержал ее взгляд.

— Освободи меня, Скай. Я возьму тебя с собой подальше от него, где ты будешь в безопасности.

— И куда ты меня возьмешь? Твои люди уже вечность воюют с такими, как я.

— Какая разница куда? Главное — он больше не сможет тебя избивать.

Она покачала головой, и ее рука на его груди сжалась в кулак.

— Я все равно не могу уйти. У меня нет выбора.

— У всех нас есть выбор, Скай. — Он всматривался ей в глаза, надеясь, что она его все же услышала. Его жизнь зависела от этого. — Одни люди предпочитают увидеть для себя выбор, а другие от него прячутся. Так проявляется вся наша сущность. От того, что мы выберем — позволить злу жить или уничтожить его, зависят наши жизни. Выбирай, Скай. Выбирай!

На мгновение ее глаза загорелись от проявления характера.

— Ты не понимаешь.

— Скай…

Она отшатнулась от него.

— Ты не можешь понять! Я боролась с ним. Боролась изо дня в день и все кончилось тем, что я оказалась сломленной и вся в крови. Он слишком силён! И область его влияния велика. Даже если мне удастся сбежать, в чем я сомневаюсь, он будет причинять мне боль до тех пор, пока я не начну умолять его принять меня обратно, чтобы прекратились эти мучения.

— Я тебя защищу.

— Ты не сможешь! — Она развернулась и выбежала из комнаты, все еще удерживая в руках его обед.

— Скай!

Пэнтер не знал, когда они его развязали и перенесли, но когда туман в голове рассеялся, он увидел, что стоял в стеклянном загоне в глубине пещер. Судя по лязгу цепей и холоду металла, он был прикован спиной к скале. Посмотрев на себя, он увидел, что на него надели штаны. Те же кожаные, в которых он был в тот катастрофический день, когда пошёл за Скай в лес. Сколько уже минуло дней? Он столько был в отключке, что не мог сказать, сколько прошло времени. Последнее, что он помнил, его покрывала кровь. Ритуал. Воспоминания, словно паровоз на полном ходу, врезались в него, крадя воздух. Он стиснул зубы и оскалился.

Богиня, ведьма играла с ним.

Пэн с яростью начал осматривать стеклянную камеру четыре на пять метров, пытаясь осмыслить увиденное. В одном углу было много брызг краски… или крови. Пэн прищурился, пытаясь сравнить освещенную, окровавленную пещеру с той, в которой был раньше. Точно, он уже в другом месте. У него встали волосы дыбом. Что же здесь происходило? И почему его приковали так, что он мог видеть окровавленный угол? Он почувствовал Вайпера ещё до того, как тот завернул за угол.

— Вайп, освободи меня, — прорычал Пэнтер.

— Ты должен это видеть, Пантера. Никто этого уже тысячи лет не видел. Смотри. Сейчас начнётся веселье.

Как по команде, в комнату вошли четыре человека, две женщины и два мужчины, в сопровождении одного из стражей Мага. Медленно, один за другим, люди проморгались и сонно осмотрелись, словно только что вышли из транса.

— Они люди?

— Ага. Смотри.

Маг вышел и, спустя мгновение, откуда-то за пределами видимости Пэна, появилась другая фигура. Мужчина, подумал Пэнтер, судя по ширине плеч, на которые накинут тёмный плащ.

У мужчины были длинные, тёмные волосы, которые блестели, словно бриллианты. Он не шёл, а парил в футе от земли. А его плащ… По спине Пэна пронесся холодок. Это не плащ, а нечёткие линии тела. Волоски на теле Пэнтера встали дыбом, он прищурился. Воздух в пещеру упал градусов на десять.

Не мужчина.

От слабого запаха гниющего мяса у Пэна сильнее забилось сердце. Существо обернулось, показав синевато-серое лицо, ужасно искаженное, словно созданное из тающего воска, и острые клыки. Когда оно подняло руки, на его пальцах были острые когти. Сердце Пэна тяжело билось о рёбра в неверии, пока он смотрел на потенциально самое ужасное, что когда-либо видел. Димен. Более пяти тысяч лет назад эти существа были изгнаны с Земли и пойманы в ловушку в кинжале.

— Маги открыли ловушку в кинжале, — прошипел Пэн. Благодаря силе, которую Пэнтер помог собрать. Богиня помоги им всем.

— Чёрная Пантера, не кипятись ты так. Не открыли… ну не полностью. Нам удалось ослабить её, чтобы вытащить несколько духов Дименов. Это рабочие пчёлы мира Дименов, практически безголовые машины без контроля Сатанана. Но они прикольные, да? — Энтузиазм пропитал его голос.

Пэнтер с ужасом уставился на существо из страшных легенд, монстра, которого на протяжении тысяч лет Дикие удерживали далеко от Земли.

И провалились.

— При помощи той силы, которую вы с маленькой ведьмой поставляете, мы пробудем всю армию, — проговорил Вайпер. — Ты нашёл своё призвание, Пантера.

Слова вертелись в голове Пэнтера, и ему пришлось сглотнуть, подступившую к горлу желчь. Он должен это предотвратить. Должен найти способ больше не кормить этих тварей. Но сейчас не мог отвести взгляда от существа. Странно, хотя люди были явно взволнованы видом крови, они не реагировали на самого демона. Казалось, они его не видели. О, Богиня. Конечно, они его не видели, как и дредэнов.

Один мужчина поднял к ним голову.

— Что происходит? Что, черт возьми, вам надо?

— Они не могут его видеть, пока он не нападёт, — пояснил Вайпер, грубым от нетерпения, голосом.

Существо остановилось перед одной из женщин, подняло когтистый палец, и распорол ей щеку до кости.

Женщина с криком отшатнулась и округлила глаза, когда, наконец, увидела напавшего. Её крик превратился в ужас, когда она споткнулась и упала. Крича и плача, она отползала от монстра из самых худших кошмаров.

— Он так её и оставит, — пробормотал себе под нос Вайпер. — Они питаются страхом и болью. Он убедится, что они все его увидят, прежде чем начнёт играть с ними.

— Откуда ты знаешь?

— Ты долго лежал без сознания, Пантера. Мы уже двоих накормили.

Кровью. Без сомнений.

Оба мужчины бросились к женщине, а Димен кружил рядом, затем лег на воздух и вырвал с суставом руку одному мужчине и тот закричал. Люди, у них не отрастают заново конечности. От такой грубости Пэном завладела ярость. Бессмысленно, мерзко…

Пэнтеру пришлось глубоко вдохнуть через нос, пока слова Вайпера укладывались в разуме.　

«При помощи той силы, которую вы с маленькой ведьмой поставляете, мы пробудем всю армию». Каждую ночь его тело использовали, чтобы освободить больше зла. Пэн не мог допустить такого. С рыком, он попытался освободиться, но добился лишь того, что всё тело стало потным, а мышцы перенапряглись. Он не мог допустить освобождения армии. Но, несмотря на все силы, брошенные на освобождение, цепи не сдались. Они были крепки, как и клетка, в которой были люди. Пэн хотел не смотреть на них, но не мог. Теперь кричали все четверо, и раны были у всех. Они пытались найти выход, но его не было. Димен впился когтями в руку мужчины, удерживая его. Когда человек ударил свободной рукой Димена в лицо, с того слетели кожа и волосы, кровь брызнула на лицо мужчины.

— Что ты планируешь делать, Вайпер? Пленять одного человека за другим, чтобы питать их? Тебе лучше всего известно, что Дименов нельзя контролировать. Как только они освободятся, ты не сможешь их сдержать.

Вайпер усмехнулся.

— А кто их будет держать?

Пэнтер отвёл взгляд, стараясь отогнать мысль, что эти монстры обрушится на население Земли. За стеклянными стенами, Маги с жадными, взволнованными выражениями наблюдали за происходящим.

Кроме одной. В шести ярдах, прислонившись к стене, стояла, переодевшаяся и вымытая Скай. Она прикрыла рот рукой, а по бледным щекам бежали слёзы, при виде развернувшегося на её глазах ужаса. Вновь проявление ложных эмоций, чтобы одурачить его? Или она и вправду не знала, для чего Бирик использовал ту силу? В груди зародился рык. Не важно. Если в его руки попадётся подлая предательница-ведьма…

Он её убьёт.

Холодные капли дождя падали на голову Пэнтеру, стекали струйками по обнажённой груди и стучали по кандалам, пока он бежал по тёмным, мокрым полям. Он уже пробежал несколько миль, но не остановится, пока не убежит ещё дальше, неся на плече бессознательную ведьму.　

Она сказала, что его могут вернуть при помощи кандалов, и хотя он должен сомневаться в каждом её слове, рисковать не стал. Побег из того места, не забрав с собой Вайпера — был самым тяжелым поступком из всех в жизни Пэна. Но он был бы бесполезен для Вайпера или любого другого, если бы Бирик его поймал и вновь приковал. Он задумался, сколько прошло времени между ритуалом и показом Димена? Он мог поклясться, что кровавый ритуал проходил ночью, но когда он сбежал из пещер, на землю опускались сумерки. Он потерял день? И сколько прошло дней с момента, как ведьма заманила и пленила его?

Сейчас он шёл вдоль тёмной дороги, стараясь держаться незамеченным. Полуодетый, с кандалами и с девушкой без сознания он привлёк бы куда больше ненужного внимания людей и стал бы лёгкой добычи для Мага, если такового за ним послали. Первостепенно, ему надо найти телефон и позвонить Лиону. А потом найти нож. Он ещё не успел привлечь дредэнов, но это пока. Так далеко от Радиана не было стай, Слава Богине, но редкие дредэны-отшельники могли быть где угодно. Рано или поздно, если поблизости обитали дредэны, они его найдут.

Добравшись до тёмного дома, он решил, что взлом и проникновение единственная альтернатива.

Он уложил Скай на землю у деревьев на склоне холма и надавил большим пальцем на точку под ухом, чтобы убедиться, что она останется без сознания. Пэн уставился на её влажное, худое лицо, а внутри него бушевали эмоции. Он ненавидел её за то, что она его зацепила, за то, что заставила верить, будто ей нужны утешение и защита, а на самом деле, она — коварная сука. Но, даже зная, кто она, её хрупкая красота манила к себе.　

Пэнтер нахмурился и встал, отвернувшись от сирены, манящей его даже во сне. Он сказал ей правду. Пусть это будет последним, что он сделает, но он отомстит.

Он подкрался, как кот, к дому, жалея, что не мог перекинуться в зверя. До обоняния не долетел запах собаки, что поможет сохранить в тайне его появление. Задняя дверь оказалась не заперта, и Пэн скользнул в неё. На кухне он схватил нож со стойки и нашёл телефон.

Он набрал номер Лиона, надеясь, что Лидер ответит.

— Алло?

— Это Пэнтер. — Он говорил тихо, на случай если в доме кто-то был.

— Хвала Богине. Где ты?

— Отличный вопрос. — Осмотревшись, он заметил журнал, лежащий на углу стола, и прочитал адрес.

— Тай и Джаг уже два дня ищут тебя в горах.

— Двойник Тая?

— Уничтожен. Тай в порядке.

Пэнтер закрыл глаза, без слов вознеся благодарность небесам.

— Лучшая новость за последние дни. Что на счёт Фокса?

— Он здесь. Как обстановка? Поддержка нужна?

— Нет. С нападением придётся подождать. На мне заколдованные кандалы, и я не могу рисковать подбираться к тому месту.

— Тогда я пошлю за тобой Тая и Джага.

— Ро, я не один. Забрал ведьму, которая пленила меня. У нас есть незаконченное дело, — признался он мрачно.

Лион помолчал несколько секунд.

— Меньше всего нам нужна очередная ведьма в доме.

— Её нужно допросить

Молчание, а затем низкий рык.

— Приведи её, но я хочу, чтобы она была со связанными руками. А ты, когда вернёшься, должен будешь очиститься от магии. Позвонить Эванджелине?

— Да. — Эванджелина его сексуальный партнер уж несколько десятилетий. Их отношения никогда не выходили за рамки секса, и это его вина. Благодаря Анкрите, у него больше не было нежности, которую можно подарить женщине.

— Позову Шамана. Я верю, что он знает заклинание, не дающее ведьме колдовать. И, может, он знает, как избавить тебя от оков. Погоди, Кари дозвонилась Таю. — Он повторил адрес, который ему дал Пэн. — Они в часе езды от тебя, Пантера. Они тебя найдут. А здесь мы уже соберем силы.

— Согласен.

Пэнтер тихо поставил телефон на подставку и так же тихо, как и вошёл, покинул дом, направляясь к Скай. Поднявшись на холм, он услышал низкое рычание собаки. Его сердце замерло. Он оставил Скай без защиты и без сознания.　

Но небольшая дворняга легла рядом с ней, словно защищая.

— Уходи! — тихо приказал Пэн. Пёс подскочил и начал лаять. Пэн призвал пантеру и оскалился. Собака убежала, поджав хвост.

Даже без сознания, Скай притягивала животных. Он посмотрел на неё, на то, как платье прилипло к слишком стройному телу, и не мог отрицать, что испытывал такое же желание защищать. Когда он подумал, что дворняга мог ей навредить, взбесился.

Пэнтер нахмурился. Даже без сознания она оплетала его чарами? Хрена с два защитить, он должен хотеть, чтобы она страдала.　

Но не мог.

Может, когда он освободится от оков, сможет ясно видеть? Разглядит в ней расчётливую суку, которая играла на его жалости и притворилась побитой и уязвимой, чтобы отыметь его и собрать силы для пробуждения тварей.　

Он сел на землю рядом с ведьмой и откинулся на толстый ствол дерева, с его места видно было дорогу, чтобы заметить Лэнд Ровер Тая.

Он инстинктивно потянулся к ней, но замер и отдернул руку, сопротивляясь желанию положить её себе на колени и скрыть от дождя. Даже зная, что она такое, он ощущал необходимость в прикосновениях к ней, в объятиях.

Отчего ненавидел её ещё сильнее.

Он отомстит, помоги ему Богиня, ещё как отомстит. Она проклянёт тот день, когда направила печальный взгляд голубых глаз на него и околдовала.

— Время расплаты, — зарычал Пэнтер. Оставив Скай, которая прижалась к стене и прикрывала платьем грудь, в клетке, он схватил со стены небольшой моток веревки. Он чертовски зол на нее. Он узнал, кем она является! Еще она глупо улыбалась, умоляла и манипулировала его симпатией к ней. Играла с ним. И до сих пор играет с ним!　- Теперь мое время связать тебя, ведьма. Но тебе же нравится, когда идет кровь? Посмотрим, как тебе понравится, когда это будет твоя собственная кровь?

Ножом, который он принес из дома, Пэн начал отрезать веревку и привязывать ее к болтам с кольцами, торчащими из стены на равном промежутке, предназначенные специально для этой цели. Привязав последнюю веревку, он поднялся и уставился на Скай, которая, дрожа, стояла и прикрывала себя в притворной скромности. Сливочные плечи плавно переходили в длинную, изящную шею.

— Прекрати притворяться, Скай. Я знаю, кто ты. Ложись. Пришло время почувствовать, каково это раздвинуть ноги для удовольствия другого.

Богиня, мысли о том, что она раздвинет эти прекрасные ножки, и он, наконец-то, сможет в полной мере прикоснуться к ней, заставил поток крови пульсировать и собраться глубоко внизу.

— Я знаю, каково это, — ее голос дрожал от страха и вторил с пустотой. — Те цепи были еще до тебя.

Он встретился с ее взглядом, как только понял сказанное. Эта скала, где он привязанный пролежал шесть дней. Её платья висели на стене, словно этот несчастный осколок камня был ее клеткой, а не его. Проклятье. Он не будет ее жалеть! Это то, чего она желала. Просто акт.

Но когда он смотрел на нее, в эти медно-голубые глаза, он был бы проклят, если бы увидел в них хоть какую-либо хитрость. Она, должно быть, очаровала его, потому что все, что он видел в ней, так это ужасную бледность. И она пробирала до костей.

«А что если я ошибаюсь на ее счет?»

Наблюдая за ним, в глазах Скай заблестели слезы. Слезы точно такие же, которые текли по щекам Анкриты, когда она бежала к нему в тот день, в разорванном платье и с выставленной полной грудью. Она продолжала смотреть вниз, чтобы он не могу увидеть медные ободки Мага, но эти слезы на ее щеках просто убивали его. И захватили в плен.

Слёзы. Как и Анкрита, Скай играла на его чувствах.

— Ложись!

Стиснув зубы, Скай дерзко вздернула подбородок. Он сократил расстояние между ними, расставив руки по обе стороны ее головы. Ее грудь вздымалась, тело дрожало, но она не умоляла и не сжималась. Вместо этого, безнадежно взмахнув ресницами, она закрыла глаза.

— Я не такая, как ты думаешь.

Её запах окутал его, будоража кровь в жилах. Он хотел подмять ее под себя, но все внутри требовало отомстить за то, что поработила его и привезла в ту адскую дыру. За то, что она заставила испытывать его чувство жалости к ней, чтобы он смог бы — помог ей — использовать его.

Одна слеза вырвалась из клетки ее ресниц, и Скай быстро вытерла ее обнаженным плечом. Свет поймал слезу. Каким-то образом это одинокая, сверкающая капля на ее совершенном плече прокляла его. Он боролся с порывом жалости, который снова взывал к ложному чувству защитить Скай.

Это ложь!

Он сжал её подбородок, заставляя посмотреть себе прямо в глаза.

— Открой глаза, ведьма. Я уже однажды купился на этот твой обман. Бедная, несчастная жертва. Но больше не поверю. Открой глаза!

К его удивлению, она открыла глаза, в которых стояли слёзы.

— Я не знаю, чего ты от меня хочешь! Как может страх быть обманом? Даже если бы я была такой бездушной, какой ты меня считаешь, я бы все равно боялась сейчас. Любая женщина боялась бы. Я не могу сражаться с тобой.

— Ты бросаешь вызов мне, когда отказываешь лечь.

Она отвела взгляд, но затем снова уставилась на него, даже тогда, когда ее нижняя губа начала дрожать.

— Я не буду помогать тебе, насиловать меня.

Его живот скрутило. Никогда, более чем за четыреста лет, он не брал женщину силой. Он убивал других за это. Проклятье. Она ведьма! Такая же, как Анкрита.

Нет. Она не такая.

Анкрита пытала его несколько месяцев для собственного удовольствия. Скай никогда не причиняла ему боли. Он отпустил ее, развернувшись, кулаками ударил в каменную стену. Вот в чем проблема. За все время, пока он находился в ее милости, она ни разу не причинила ему боли. Даже после того, как он напал на нее. Если бы здесь с ним находилась Анкрита, у него не было бы проблем причинить ей боль, точно так же, как она причиняла ему все те месяца, когда ее глаза переполняла злобное ликование.

Но Скай не Анкрита. Он ненавидел, что Скай врала ему, заставляя думать, что она подвергается насилию, чтобы он трахнул ее. Он презирал то, как она заботилась о животных перед тем, как убить. Но больше всего, он ненавидел то, как она заставляла заботиться его о ней, защищать ее.　

Но насколько он помнил, она никогда ничего не делала, чтобы причинить ему боль. Как он мог наслаждаться тем, что будет причинять ей боль? Даже от ее страха Пэнтер чувствовал себя ужасно.

Да она удерживала его против воли, но он не мог притворяться, что здесь есть какое-то сходство. Когда она насаживала себя на него во время того ритуала, он был в ярости. Но она не навредила ему. До тех пор, пока сила не промчалась по нему, а сам физический акт принес ему одно удовольствие.

Но так не будет, если он заставит ее. Нет, если она не будет влажной и готовой для него. Богиня, он не мог так поступить. Он хотел ласкать и прикасаться к ней до тех пор, пока она не станет извиваться от желания под его руками. То, что он мог вызвать в ней. Желание, которое он не хотела.

Наказание.

Но он не мог выкинуть из головы мысль о ней на этом камне, скованной цепями, как он сам. Для чьего удовольствия? Бирика?

Ярость прожигала его, но она была направлена на обидчиков, а не на нее. Черт.

Все что он знал, всеми мыслями в его голове управляло ее ловкое очарование.

Наспех он вышел из маленькой камеры, не оглядываясь назад и запирая за собой дверь. Пришло время очиститься ему от этой магии. И единственный способ это сделать заключался в хорошем сексуальном удовлетворении. Теплое и готовое тело Эванджелины справится с этим превосходно. Но, Богиня, единственную кого он хотел, была та, которая очаровала его.

Скай.

Вновь одевшись, Скай встала спиной к стене камеры под домом диких. Она дрожала и пыталась выровнять дыхание. Её одолевал страх того, что Пэнтер сделает, когда вернется и возмездия Бирика. Сколько раз Бирик ей говорил, если она когда-нибудь сбежит, он заставит её долго возвращаться… или долго умирать. Если бы она только могла сбежать от них. Но куда пойдёт?　

Домой. Она пойдёт домой.　

Слёзы жгли глаза, когда тоска по матери завладела ею. Правда, Скай не знала, как найти свою мать. Её мир был настолько узок и скрыт, что она даже не задумывалась о возвращении к родным. Она не представляла, в каком человеческом городе… да даже штате раньше жила. Никаких контактов с родными. И никак не узнать, потеряли ли они души и стали ли частью армии Инир.　

Скай утёрла слезу, скатившуюся по щеке. Это неважно, потому что ей никогда не освободиться. Дикие воины никогда её не отпустят. Уверенности, что её не убьют после того, как она расскажет, что знает о Бирике и Дименах, не было. Перед глазами вновь вспыхнула недавняя картина, отчего Скай опять едва не вырвало. Она отчётливо почувствовала ужаса тех людей, их крики звенели в ушах, а в носу свербело от гнилостного запаха Димена. Скай закусила костяшки пальцев, сжатых в кулак. Именно по этим причинам, она не должна допустить возвращения к Бирику. Он продолжит использовать её силы и пробудит других Дименов. Даже если не захватит Пэнтера, найдёт другой способ. Но она лучше умрёт, прежде чем поможет освободить ещё хоть одного монстра. Скай медленно осела на пол под гнётом ожидающего её будущего. Прежняя жизнь кончена, и её уже не вернуть. А сидя в тюрьме диких, начать новую невозможно. И что же делать? Она откинулась на холодную стену, проигрывая в голове слова Пэнтера и плача. «От того, что мы выберем — позволить злу жить или уничтожить его, зависят наши жизни. Выбирай, Скай».　

Она тихо всхлипнула. Выбора не было.　

Но ведь она уже однажды выбрала, так? Скай освободила Пэнтера и ушла от Бирика в процессе. И это был правильный выбор, неважно, что случится с ней. Когда дикие придут допрашивать, она расскажет всё, что знает. Может, она могла бы помочь им победить Бирика и Дименов? Может, удалось бы, в какой-то небольшой степени компенсировать все страдания, которые она причинила своим даром. Затем, если они всё так же будут намерены убить её, да будет так. Что это за жизнь, когда из-за неё умирало и умирает столько существ? Сильно дрожа, она притянула колени к груди и обхватила их руками. Да будет так.　

«Но, матушка-природа, я не хочу умирать».

Пэнтер вернулся в оперативный центр.

— Нас слишком мало. Я обратился за помощью к Защитникам, — сообщил Лион, как только Пэнтер занял своё место.

Джаг усмехнулся.

— Защитники — просто кучка Териинов. Что, чёрт возьми, они могут сделать?

— Териины или нет, но они превосходные воины, — огрызнулся Лион. — Да, от них немного проку в сражении с дредэнами, но они могут помочь в другом. Пока мы здесь разговариваем, небольшой отряд уже на пути к нам.

Пэнтер слушал разговор вполуха, потрясённый тем, с какой яростью он набросился на Джага, защищая Скай. Влечение к ней бесило. Он же должен был очиститься от чар, но, похоже, коготки Скай зацепили его сильнее, чем он думал.

Лион положил ладони на стол и посмотрел на Пэнтера.

— До тех пор, пока на тебе эти кандалы, будешь охранять Дом Диких. Я не хочу, чтобы ты выходил.

— Отлично. Теперь я ещё и под домашним арестом, — с раздражением ответил Пэнтер, но не мог не согласиться, что, на этот раз, Лион прав.

— Тай и Фокс, дежурите первыми. Пэнтер, меняешься с Джагом.

Пэн посмотрел на Лиона.

— С каких это пор, чтобы охранять дом, нужно столько воинов?

— С тех самых, как один из этих воинов притащил домой ведьму и всё ещё носит кандалы. Я не собираюсь подвергать опасности Радиан, да и других женщин в доме. — Он повернулся к остальным. — Если вопросов нет, заканчиваем.

В ответ не последовало ни слова. Все поднялись со своих мест. Пэнтер нахмурился. Ему не нравилась игра, в которую Маг втянула его. Теперь даже лидер ему не доверял. Но хуже всего то, что он сам не мог себе доверять.

К нему подошла Кари. Её взгляд излучал тепло и уверенность.

— Я хочу, чтобы ты принял энергию, Пэнтер. После всего, что тебе пришлось пережить, думаю, это необходимо.

Пэнтер склонил голову в знак уважения и признательности. Он был глубоко привязан к этой маленькой изящной женщине с сердцем львицы.

— Это честь для меня, Радиан.

— Какого хрена?! — вдруг взревел Джаг и схватился за спинку стула.

Похоже, и Лиону с Таем тоже было не по себе.

— Что происходит? — потребовал Пэнтер.

— Твоя ведьма, — пробормотал Тай, стиснув зубы от боли. — Мне кажется, это из-за неё, ей больно.

Пэнтер в один прыжок оказался у двери, бросился к лестнице, которая вела в подвал к камерам, и полетел вниз, перепрыгивая четыре ступеньки за раз. Оставшееся расстояние до камеры Скай он бежал в отчаянии. Ни единого звука не доносилось до Пэнтера, но как только он увидел её, у него перехватило дыхание.　Скай лежала на спине в луже крови, её истерзанное тело выгнулось в мучительной судороге, а руки всё ещё были связаны за спиной. Глубокие порезы искажали прекрасное лицо, шею и руки. Множество порезов. Ярость волной прокатилась по телу Пэнтера, трясущимися руками он схватил ключи от камеры. Лион и остальные воины примчались следом и уже стояли у него за спиной. Повернувшись к Лидеру, Пэнтер глухо прорычал.

— Я убью того, кто это сделал.

Он повернул ключ в замке. Лион подошёл и встал рядом с ним.

— Посмотри на её ноги, Пэнтер.

Обезумев от гнева, Пэн не мог ничего понять. В голове словно был густой туман. На ногах Скай появлялись порезы, словно какой-то призрак орудовал невидимым клинком. На платье разрастались кровавые пятна, окрашивая в алый цвет живот, бёдра, руки. Но само платье оставалось целым, на нём не было разрезов. Скай резали изнутри.

— Кто это делает? — упавшим голосом спросил Пэнтер, открывая дверь камеры. Он бросился внутрь и опустился перед Скай на колени. Медленно, превозмогая боль, Скай подняла на него глаза со склеенными кровью ресницами. — Что происходит, маленькая ведьма?

Она попыталась заговорить, но голос сорвался, вынуждая Пэнтера наклониться к ней ближе.

— Бирик. — Тело и лицо Скай съёживались от боли, она с трудом открывала рот, силясь произнести хотя бы слово. — Луна… ритуал…

— Ритуальное убийство животных?

— Да, — задыхаясь, прохрипела Скай. — Наказание… за не… — Она всё ещё шевелила губами, пытаясь что-то сказать, как вдруг уродливый и глубокий порез проступил прямо на губах Скай. Будто кто-то нарочно располосовал её рот поперёк, чтобы в очередной раз наказать за неповиновение.　

Пэнтер в ужасе смотрел на Скай, на эти страшные порезы, которые с всё возрастающей скоростью оскверняли её тело. Смысл сказанных слов медленно проникал в сознание Пэнтера, всё ещё находящегося в плену собственной ярости. Бирик наказывал Скай за то, что она не исполнила ритуал. Можно подумать, когда её похищали, у неё был выбор.

Вот ублюдок.

Порезы на теле Скай появлялись так быстро, словно пять человек зараз терзали её измученное тело. Тёмная лужа крови медленно растекалась по полу. Страдания Скай разрывали Пэна на части. Но ведь то, что происходит сейчас с ней, не должно волновать. Она не должна волновать его. Но волновала.

— Как это остановить, Скай?

— Никак. Скоро всё закончится.

«Она уже проходила через всё это раньше», — подумал Пэнтер. — «Но сколько раз? Один, два?..»

Она опять выгнулась от нестерпимой боли, закатив глаза, но, не издав ни звука. Скай терпеливо переносила боль, пока, наконец, не потеряла сознание. Пэнтер снова и снова представлял себе, как она лежала на полу в пещере, окровавленная и сломленная после побоев Бирика. Он убьёт его. Даже если это будет последним, что сделает в своей жизни, он убьёт этого сукина сына. Ярость захватила его целиком. Ярость, рождённая ненавистью к беспощадной жестокости. Пэнтер смотрел на красоту Скай, едва различимую под кровавыми порезами, пересекающими лицо. И, наконец, принял то, о чём с самого начала твердило его внутреннее чутьё. Эта ведьма была другой. Она была не виновата в жестокости и предательстве Анкриты. Скай невинна.

— Наконец-то, мы можем понять, в чём предназначение её кэнтрика, — раздался позади голос Шамана.

Пэнтер взглянул на него через плечо, заметив небольшую группу людей, столпившихся рядом с камерой Скай.

— О чём это ты?

— Всё думаю, зачем кому-то понадобилось вживлять кэнтрик прямо в сердце. В общем, есть у меня одна мысль. Тот, у кого кэнтрик в сердце, никогда не сможет избавиться от него.

— В смысле?

— Полагаю, кэнтрик вживлён в сердце, чтобы её контролировать. Наказание, как она это называет. Маг, который это сделал, наложил заклятье на кэнтрик, чтобы наказывать каждый раз, когда она нарушает запреты или, наоборот, отказывается делать то, что от неё требуется. — Как в случае с исполнением лунного ритуала…

— Поэтому он вживил кэнтрик туда, откуда она никогда не сможет его извлечь.

— Похоже на крайнюю меру, — высказал своё мнение Тай.

— Согласен, — Шаман поправил кружевные манжеты на рукавах, а потом задумчиво продолжил. — Начинаешь задумываться, как сильно она сопротивлялась ему, что он прибегнул к такой крайней мере.

— Получается, она была рабыней? — спросил Тай. — У своего собственного народа?

Пэнтер сжал руки в кулаки.

— У одного человека.　

У Бирика. О, Богиня, он не знал, какая она. Он вообще больше ничего не знал. Но ведь было же очевидно, что с ней плохо обращались. Только вот тот ужасный ритуал. Казалось, она полностью растворилась в кровавой бойне и сексе. Она заставляла его трахаться с ней против воли. И он поверил Вайперу. Поверил тому, что все слова Скай обман. Сейчас же, возвращаясь к той ночи, Пэнтер явно помнил, как зажата она была, даже несмотря на попытки Бирика подготовить её к совокуплению. Он допускал, что её влечение к нему было поддельным. Но теперь-то точно знал, что их секс был против воли обоих.

Пэнтер в который раз посмотрел на хрупкую, искалеченную красоту. Казалось, так ясно он видел её впервые. С восьми лет она сражалась с Бириком, как маленький котёнок. Но ради чего?

Ради своих животных.

Пэнтер взглянул на Лиона.

— Скай — волшебница.

— Волшебница? — переспросила Кари.

Ей ответил Шаман.

— Истинный дух природы, из которого произошли Маги. Волшебниц почти не осталось. Я видел, как они призывают птиц или бабочек. Иногда пчёл. Но воздействовать на ваших животных — это что-то невероятное.

— Что именно она делала для Мага, Пэн? — спросил Лион.

— Точно не знаю. Скай призывала из леса животных, сразу пять или шесть, которых Бирик потом приносил в жертву. Он убивал их, а её всю, с головы до ног, обливал их кровью, пока она… исполняла… ритуал. Именно этот ритуал помог Бирику вытащить из кинжала три духа Дименов.

Шаман нахмурился.

— Значит, жертвоприношения нужны ему, чтобы вызвать тёмную силу. Только вот убийство животного противоречит самой природе истинной волшебницы.

Пэнтер кивнул.

— Вот почему в кэнтрик заложено наказание.

Всё вдруг стало ясно. Хотя… не совсем. То, что Скай не хотела убивать животных, ещё не означает, что она питает какую-то привязанность к Диким воинам и Териин, вечным врагам Магов.

— Почему же наши животные так реагируют на неё? Ведь она же, наоборот, должна притягивать их к себе? — вдруг спросил Тай.

Шаман повернулся и задумчиво посмотрел на него.

— Не знаю. Возможно, они просто чувствуют, что вы не доверяете ей, поэтому так себя и ведут. Или, может быть, им самим в ней что-то не нравится. В любом случае, будьте осторожны. Неизвестно, что ещё было заложено в кэнтрик. Она, сама того не желая, может представлять для вас серьёзную опасность.

— Думаешь, он может попытаться использовать её как оружие против нас? — спросил Лион.

— Всё возможно. Просто будьте предельно осторожны.

Пэнтер посмотрел на маленького человека.

— Есть ли хоть какой-нибудь способ очистить кэнтрик от магии?

— Пока жив тот, кто сотворил заклинание, нет.

— Он жив. Но ненадолго.

Порезы перестали появляться на теле маленькой ведьмы. Убедившись, что всё закончилось, Пэнтер вытащил нож и разрезал верёвки, связывающие запястья Скай. Затем подхватил её на руки и встал.

— Поместишь в другую камеру? — спросил Лион.

— Нет, она останется со мной.

Лион поджал губы.

— Ты же слышал, что сказал Шаман. Да, Скай сопротивлялась Бирику в прошлом, но это не означает, что сейчас она не опасна.

— Слышал. Но я перед ней в долгу.

— Как ты можешь быть перед ней в долгу? Она ведьма, Пэн.

Пэнтер выдержал взгляд своего Лидера.

— Я помню это. Но Скай заслужила доверие, и я намерен ей помочь.

— Помочь ты можешь и здесь.

Пэнтер покачал головой, развернулся и зашагал прочь. Конечно, если рассуждать логически, он знал, что Лион прав. Скай всё ещё представляла для них угрозу, хотела она того или нет. Но стремление защищать, которое он пытался подавить с тех самых пор, как впервые увидел Скай, набирало обороты подобно скорости света.

— Пэн…

— Увидимся утром, Ро.

Пэнтер нёс Скай в душ, не переставая думать о том, что произошло. Сейчас он признавал, что интуиция его не обманула. Скай не его враг, и никогда им не была. Она — почти всю свою жизнь — была такой же пленницей Бирика, как и он сам. Пэнтер зашёл в душевую, открыл кран, дождавшись, когда вода станет тёплой, прислонил голову Скай к своему плечу и, не раздеваясь, шагнул внутрь. Долгое время Пэнтер стоял под горячей струёй воды и держал свою маленькую ведьму, думая обо всём, что она говорила ему. О жестокости, свидетелем которой он стал, и глубокой грусти, казалось, навеки поселившейся в её глазах. Но ни разу не видел он, как Скай сжималась от страха. Она ведь знала, что если освободит Дикого из плена, гнев Бирика будет ужасен. Но Скай сделала это. Несмотря ни на что. Возможно, он и спас её от немедленного возмездия, но заставил страдать по-другому.

Именно из-за этой стойкости и силы перед лицом такого страшного насилия, Пэнтер поверил в заявление Вайпера о том, что Скай добровольный и искусный участник своего собственного избиения. И, всё же, в глубине души он не верил этому. В ней всегда было что-то невинное. Что-то неестественно наивное. Теперь Пэнтер это понимал.

Он положил Скай на скамейку и стал стаскивать с неё промокшее платье. Его ошарашенный взгляд остановился на множестве поблёкших порезов, которые в бесчисленном количестве пересекали грудь, соски, нижнюю часть живота и вместе составляли рисунок, напоминающий решётку. Как она вытерпела такую боль, не издав при этом и звука, Пэнтер не мог понять. Или это ещё один урок из тех, которые преподал ей Бирик? Ведь Скай было восемь, когда этот мудак вживил ей в сердце кэнтрик. Всего восемь.

Пэнтер снял с себя грязную одежду и снова подхватил Скай на руки. Затем взял мыло и сел прямо на плитку под тёплую струю воды, скрестив ноги в манере, присущей его предкам. Устроив Скай у себя на коленях, он тщательно, но осторожно стал смывать следы крови с её тела. Порезы медленно исчезали. Смыв остатки пены, он завернул Скай в толстое пушистое полотенце, а другое обернул вокруг своей талии. Затем понёс её наверх, в свою спальню. Натянув на себя спортивные штаны, Пэнтер одел Скай в одну из своих шёлковых рубашек и уложил в постель. Едва он забрался на другую половину кровати, как Скай шевельнулась, а её ресницы дрогнули. Но как только Пэнтер опять посмотрел в её глаза и увидел отражающиеся в них медные кольца, его как будто обожгло острой волной воспоминаний. В голове всплыл злобный взгляд других глаз с такими же кольцами. Старая ненависть вспыхнула с новой силой.

Скай смежила веки.

— Скай… — Пэн потянулся к её руке и стал нежно перебирать пальчики. — Не бойся, маленькая моя. На сегодня ты в безопасности.

Ничего не отвечая, Скай повернулась на бок, пододвинулась и положила ладонь ему на грудь. Она нуждалась в утешении и защите, даже если это исходило от человека, который относился к ней, как к врагу. Этот простой жест, исполненный доверия, глубоко тронул Пэнтера. Скай снова провалилась в сон, рука соскользнула с его груди. На этот раз Пэнтер прижал ведьму к себе, и она обвилась вокруг него, как тогда в пещере. Теперь голова Скай покоилась на груди Пэна, а он обнимал её и чувствовал, как зарождающаяся внутри нежность освобождает душу от разъедающей злости.

Что Пэн будет делать со Скай? Даже если она совсем не похожа на Анкриту, всё же остаётся могущественным Магом. Ведьмой, которую контролирует человек без души.

Что если Шаман прав насчёт её кэнтрика, и она навредит им, сама того не желая? Неужели он и правда рискует Дикими и их миссией ради неё?

Нет. И всё же… В глубине души Пэнтер знал, что он никогда и никому не позволит причинить ей вред.　

На пару восхитительных моментов, Скай показалось, что она спит. Ей было тепло и уютно, и кто-то нежно гладил её по спине. Этот сон из другого времени и места. Но сейчас не мама её гладила. Под щекой Скай слышала биение сердца, а её саму окутывал насыщенный, мужской аромат.

Аромат Пэнтера.

Она напряглась и попыталась разобраться, что к чему. Под щекой Скай чувствовала тёплую кожу, влажную от долгого контакта с её. Очевидно, она лежала у него на груди, как тогда в пещерах, но в отличие от того раза, пленница теперь она. Может это сон? Как мог это опасный дикий, который её чуть не изнасиловал, так нежно гладить её по спине? И хоть это казалось смехотворным, чувство, что о тебе заботятся, пусть и возникшее всего на мгновение — было таким сладостным, что у неё на глаза навернулись слёзы. Она не хотела, чтобы момент кончался. Старясь не шевелиться, она сдерживала слёзы, потому как не желала расплакаться на груди Пэнтера и раскрыть чувства. Память о случившемся медленно возвращалась. Скай вспомнила, как сидела в камере, ожидая полночи, а затем ощутила первое прикосновение невидимого клинка. А от произошедшего дальше, она задрожала.

Пэнтер убрал руку со спины и начал нежно гладить её голову.

— Я знаю, что ты проснулась.

Тяжело вздохнув, она приподнялась на локте, стряхнула слёзы, и вдруг ей стало неловко. Она насторожилась. Почему сейчас он так хорошо к ней относился? Может, он хочет сблизиться с ней, чтобы сделать ей вновь больно. Скай заставила себя сесть рядом, но не смотрела на Пэнтера. Она разглядывала его серые брюки, затем золотой браслет на руке, и только после взглянула в глаза Пэнтеру, который тут же напрягся.

Она ему противна.

Скай инстинктивно увернулась от удара под звук бешено колотящегося сердца.

— Скай, — сказал он обиженным голосом. — Я не сделаю тебе больно.

Но когда он шевельнулся, у неё бешено заколотилось сердце. Она зажмурилась, сопротивляясь инстинкту, который вдолбил в неё Бирик, и повернулась к Пэнтеру. Он сидел к ней слишком близко, но агрессии в его чертах не было. Ну, у Бирика, перед побоями, тоже не было агрессии. Низко рыкнув, Пэнтер отвернулся, поднялся с кровати и неслышно, с грацией дикой кошки, подошёл к окну. Упёршись руками в раму, он уставился на улицу.

— Я увидел медный ободок в твоих глазах, и на мгновение, это выбило меня из колеи. В прошлом, у меня был неприятный опят с Магом, но тебя я не собирался бить.

— Если не решишь, что я враг.

Пэнтер ничего не ответил. Он и не должен был. Они оба знали, что это правда.

Скай обняла Пэнтера за шею, пока он скользил по её бёдрам. Она хотела большего, просила прикоснуться к себе, умоляла взять её. Тело дрожало от предвкушения, а сердце переполняла зарождающаяся привязанность к человеку, у которого было слишком много причин ненавидеть её, но который относился к ней с большей заботой и добротой, чем другие, не считая, матери.

Скай отстранилась и посмотрела на Пэнтера, взглядом лаская мужественное лицо с высокими скулами и огрубевшими рубцами. Затаив дыхание, она не сводила глаз с его чувственного рта. Губы приоткрылись в страстном желании почувствовать вкус его поцелуя. Словно читая её мысли, он потянулся к губам Скай. Она — к его. Их губы слились. Языки переплелись, лаская друг друга. Скай жаждала его поцелуев и прикосновений. Три раза Пэнтер обладал ею, но лишь один только раз был свободен и мог прикасаться к ней. Только тогда, в лесу, в тот единственный раз, когда Скай взяла его в плен. К тому же всё случилось так быстро.

— Приподнимись, — пробормотал Пэнтер, не отрываясь от её губ. Скай почувствовала, как он сильными руками сжал её бёдра и поднял. Она снова отстранилась, на этот раз, наблюдая за потемневшими от страсти глазами Пэнтера. — Раздвинь свои ножки для меня, красавица. Позволь прикасаться к тебе.

Внизу живота Скай скопился густой жар, она сделала так, как просил Пэнтер, не сводя взгляда с его глаз. Она крепко держалась за его плечи, пока он опускал руку к её животу и ниже. Скай затаила дыхание в безумном ожидании, а Пэнтер скользнул другой рукой под рубашку Скай и накрыл её грудь, отчего по телу пробежали искры страсти. Она ахнула и впилась ногтями в плечи Пэнтера, который ущипнул вершину её груди. С губ срывались томные вздохи, пока Скай тянулась к ласкам Пэнтера, моля о большем. Пэнтер опустил руку к источнику жара, и ей пришлось схватиться за него, переживая волны наслаждения. Пэнтер вновь и вновь ласкал центр её естества, заставляя Скай стонать и выгибаться навстречу. Затем он скользнул пальцем в её тело, растягивая стенки, и вышел только для того, чтобы проникнуть жёстче и глубже, потом опять и опять, пока перед глазами Скай всё не поплыло.

— Пэнтер.

Он добавил второй палец и вновь толкнулся в неё, двигающуюся навстречу и стенающую от удовольствия.

Пэнтер подался вперёд и обхватил ртом её грудь. Никто и никогда так не ласкал её. Никто не старался доставить столько наслаждения. Никто, кроме Пэнтера.

Когда он втянул в рот сосок, придерживая Скай одной рукой за спину, а пальцами другой, скользя в тело, она затерялась в волнах блаженства. Пэнтер выпустил её грудь и скользнул к плечу, затем прижался к изгибу шеи, перемещая руку со спины Скай на голову, чтобы наклонить и предоставить себе лучший доступ. По позвоночнику скользнула дрожь опасности от понимания, насколько Скай уязвима. Если Пэнтер перекинется в полу зверя, который может одним пальцем её сломать, он её убьёт. Но, с другой стороны, он настолько превосходил её по силе, что мог убить в любой момент. Она верила ему. Здесь и сейчас, верила.

Пока он целовал её шею, она получала наслаждение от движений его пальцев, тяжело дыша и готовясь получить разрядку, хотя сомневалась, что удовольствие может быть сильнее.

Он убрал пальцы, и она застонала.

— Пэнтер.

— Ш-ш-ш-ш, Красавица. Терпение. — Он схватил подол её рубашки и стянул её через голову одним нетерпеливым движением, затем поставил её, встал сам и грациозно снял с себя штаны. Его тело было вершиной мужского идеала. Она уже видела его возбуждённым, но сейчас при взгляде на его налитый, толстый и длинный член у неё перехватило дыхание. Он в два раза крупнее любого Мага. А она более чем готова для него.

С низким, животным рычанием он уложил её на кровать и лёг сверху. Скай посмотрела на него, ожидая, что он толкнётся в её лоно, но Пэнтер не двигался. Долгие секунды он просто смотрел на неё, отчего Скай казалось, что она проваливается в чёрные глубины его глаз. В груди сдавило тёплое чувство, лишая возможности глубоко вдохнуть. Она его обожала. Если бы только он мог быть её.

Пэнтер провёл костяшками пальцев по её щеке, а затем прижался к губам, вновь пробуждая страсть. Его мягкие волосы падали и ласкали щеки Скай, пока Пэнтер скользил ладонью по её талии, бедру и ягодице, затем обратно, с едва сдерживаемой страстью. Скай крепко обняла его за шею, но свободолюбивый дикий не останется в клетке, даже если та из её рук. Он прижался губами к её щеке, затем скользнул к шее, разорвал её объятия, и опускался поцелуями по ключице, груди, животу и ниже. Его тёплое дыхание щекотало внутренние стороны её бёдер, когда Пэнтер процеловал дорожку до самых её колен. Затем, всё с той же кошачьей грацией, он встал на колени между её ног и с нескрываемым голодом уставился на её лоно. Скай задрожала от предвкушения, и улыбка тронула её губы.

— Что ты делаешь?

Он посмотрел на неё греховным взглядом.

— Наслаждаюсь зрелищем. — Он развёл ей ноги, чтобы полностью открыть её тело для себя. Затем начал ласкать её обеими руками и от каждого прикосновения по телу проходила дрожь удовольствия. — Прекрасна, — шёпотом добавил Пэнтер.

Она ожидала, что он накроет её своим телом и проникнет внутрь, но он скользнул руками под неё и приподнял.

— Пэнтер, что?..

— Закинь ноги мне на плечи, Красавица.

— Зачем?

Он посмотрел на неё взглядом довольного кота.

— Чтобы я мог доставить тебе… нам обоим удовольствие.

Она покраснела, но сделала так, как он просил, готовая довериться ему. Когда она закинула ноги на него, он накрыл ртом самое её естество. От силы наслаждения она закричала

Он приподнял, всего на дюйм, голову и пронзил её взглядом тёмных глаз.

— Нравится?

— Да.

Пэнтер ласкал её языком и скользил внутрь, заставляя Скай извиваться и молить об освобождении. Она комкала простыни, пока внутри скручивалась спираль наслаждения. Затем он втянул в рот тот чувствительный комок, который помог ей найти в ту ночь, после побоев Бирика, в пещере, и она вновь закричала. Удовольствие было едва терпимым. Едва.

Он вновь и вновь втягивал этот комок внутрь, дразня его языком, отчего спираль закручивалась сильнее и сильнее, пока Скай не содрогнулась всем телом и не закричала, желая, чтобы он заполнил её тело. Тогда Пэнтер опустил её на кровать. Скай потянулась к нему, раскачивая бёдрами с неослабевающим желанием его. Только его.　

— Пэнтер, прошу, войди в меня. Ты нужен мне.

Он её не разочаровал. Оказавшись в её объятьях, он одним мощным толком вошёл в неё, растягивая тело с восхитительным давлением. Внутренние мышцы пульсировали вокруг его ствола, и Скай толкнулась навстречу, желая, чтобы он проник ещё глубже, нуждаясь быть лишь с ним. Опёршись на локти, Пэнтер прижался к её губам и продолжал толкаться в её тело, вновь и вновь восхитительным образом её заполняя. Заполняя и тело и душу.

Спираль удовольствия закручивалась туже, пока, наконец, не раскрутилась, омывая её тело блаженством с такой силой и глубиной, словно Скай никогда прежде не кончала. Пока её тело сжимало его ствол, Пэнтер толкнулся в неё глубже, раз, другой, третий, и сам со стоном достиг пика, после чего положил голову ей на плечо. Нежность омыла Скай, когда она обняла Пэнтера и провела рукой по его влажной спине.　

«Если бы только мы могли остаться здесь. Навеки».

Наконец, Пэнтер вышел из неё и встал, после чего взял её на руки с улыбкой на губах.

— Что ты делаешь?

— Направляюсь в душ. А затем найду чего-нибудь поесть. Твоим костям не хватает мяса.

Он внёс её в ванну, включил воду и просто стоял. Она подняла голову с его плеча.

— Чего ты ждёшь?

— Когда вода нагреется.

— Тёплый душ, — с удовлетворением пробормотала она. — Вода в пещерах всегда холодная.

Он поцеловал её в висок.

— Больше не будет холода, Скай. Я буду тебя согревать. — Наконец, он зашёл в душ и аккуратно поставил Скай на ноги под тёплые струи. Но когда повернулся, чтобы взять мыло, она под давлением сильнейших эмоций, обняла его и прижалась к спине. По щекам свободно стекали слёзы, смешиваясь с каплями воды. Никто прежде так не заботился о ней.

Она влюблялась в него. Но Пэнтер не мог быть её, у них нет будущего. Они принадлежат двум разным мирам.

Нет, это не совсем так. Он принадлежал миру Диких. А она ни к чему.

Пэнтер повёл Скай вниз. Желудок у него урчал, требуя еды. Тело же почти насытилось, а разум и сердце были в смятении. Женщина рядом с ним — Маг. Но всё же он не мог отрицать, что искренне заботится о ней и начинал испытывать к ней чувства.

«И насколько же это отвратно?　Во имя Богини, она же моя пленница».

Несмотря на всё, что Скай пережила, Пэн видел в ней поразительную силу. Мягкость. Нежность. И до боли глубокое одиночество. Скай изголодалась по прикосновениям и ласке и не боялась дарить их в ответ. В душевой она обнимала его, прижималась к нему, испытывая острый недостаток — Пэн был уверен — не в физической близости, а в духовной. Он повернулся к ней, взял на руки и просто держал под тёплой струей воды долго-долго. Так долго, пока она, чуть отодвинувшись, не принялась целовать его шею, плечи, грудь, снова и снова разжигая в нём страсть. Пэн взял её прямо в душе. Скай обхватила ногами его бёдра, и как только он вошёл в неё, откинула голову назад и с наслаждением застонала, что взволновало его ещё сильнее. Прижав её спиной к плитке, он начал толкаться в её тело вновь и вновь, пока не почувствовал, как она сжала его внутренними мышцами, кончая. Через пару секунд он последовал за ней в волны наслаждения, а затем просто стоял, не выходя из её тела, и гадал, как он так глубоко закопался в её чары?

Он все еще продолжал себя спрашивать, что, черт возьми, будет с ней делать?

Они дошли до фойе, и Пэн вновь посмотрел на Скай, не в силах сдержаться. И при каждом взгляде у него сжималось сердце. Её аромат фиалок, смешавшись с запахом его шампуня, сотрясал систему и чувства Пэна, затачивая, и без того вечно заострённое, возбуждение. Он всегда при взгляде на неё испытывал что-то глубокое и сильное, но с момента, как нашёл в тюрьме, истекающую кровью из-за заклинания Бирика и избавился от недоверия, эти чувства становились крепче. Крепче и ярче.

Скай, несомненно, прекрасна, даже в его спортивных штанах, которые ему пришлось утянуть на слишком тонкой талии, чтобы не сваливались. А сверху на ней была его фланелевая рубашка, в которой он охотился на дредэнов зимой. Рукава пришлось закатать три раза и теперь они топорщились на сгибе, но не скрывали изящных запястий. Обуви не было, так как его размер точно был не по ней, и ему нужно бы попросить пару у Кари или Делейни. Даже одетая, как уличный мальчишка, она несла себе естественное очарование танцовщицы.

Словно почувствовав его взгляд, она заправила за ухо выбившийся локон тёмных волос и посмотрела на Пэна. В её глазах засверкала улыбка, отчего внутри у Пэнтера всё перевернулась. И всё же, он не мог смотреть на неё и не видеть медного ободка вокруг радужек. Они нашёптывали ему тёмные воспоминания о предательствах и обмане. Фокс сильно полюбил Зафину, готов был сделать её своей парой. Но всё оказалось ложью. Чувства Фокса были спроектированы магией Зафины.

Несмотря на убеждение Пэна, что Скай не похожа на Зафину, каждый раз, когда он видел эти медные кольца, появлялись сомнения.

Он глубже затолкал мрачные мысли, решив защитить Скай от них так же, как от всего, что может причинить ей боль. Он погладил Скай по влажным волосам. Она откинулась на него, усмиряя сомнения. Он вернул руку на ее маленькую спину, и повел в сторону столовой, откуда доносился запах жареного мяса.

— Ты такая же голодная, как и я?

— Не уверена, — загадочно ответила она.

Через широкие, просторные окна проникал солнечный свет, освещая столовую, а лучи, отражаясь радужными бликами в хрустальных люстрах, танцевали на стенах. Беатрис была склонна к дворцовому стилю, и сильнее всего это было заметно в столовой. Убранство дома всегда лежало на плечах Радиан, и, хотя Пэн чувствовал, что Кари не особенно разделяла вкусы своей предшественницы, слишком практична и мудра, чтобы потратить время и силы на такое легкомыслие, когда ситуация с каждым днём становилась сложнее. Если Бирику и его хозяину, Иниру, удалось найти способ освободить Сатанана, то миру, каким они его знали, придет конец.

За столом сидели и ели мясо лишь двое — Фокс и Джаг. Остальные вскоре, как только аромат мяса доплывёт до комнат, присоединятся. Но у Тая и Лиона теперь были пары, а тёплая и желанная женщина, как правило, перевешивает голод. По крайней мере, некоторое время. А, на данный момент, лишь они оставались в доме диких.

Когда он подвёл Скай к столу, стоящему у окна, оба мужчины подняли головы. В глазах Джага Пэн увидел извечную враждебность. Но увидеть её у Фокса стало удивлением. Пэнтер не знал, откуда она взялась, но когда Фокс посмотрел на Скай, враждебность усилилась. Из уважения оба встали и поприветствовали его, но было четко ясно, что они не довольны появлением здесь Скай. А чего они ожидали от него? Что он свяжет ее и отнесет еду наверх? Если бы на ее месте был какой-нибудь другой Маг, именно так Пэн и поступил. Но она ни какой-то там Маг. Она — Скай.

Пэнтер подвёл её к дальнему концу стола и выдвинул стул. Скай и двух диких разделяло несколько мест. Когда она села, из кухни вышла Пинк, держащая в руках с перьями тарелку. Пинк ростом с человека, только с ногами фламинго, а руки и лицо пусть и человеческие, были в перьях. Она кивнула Пэнтеру, поставив тарелку на стол, но когда посмотрела на Скай, в птичьих глазах появился холод. Не дав возможности Пэну представить Скай, Пинк развернулась и исчезла за дверями кухни.

Пэнтер уставился вслед Пинк. Никто в этом доме не горел желанием дать Скай шанс. Это из-за того, что вражда и предрассудки по отношению к Магу так глубоко въелись в разум?

«Прошу, Богиня, пусть это будет не из-за того, что они видят правду, к которой я слеп».

Он посмотрел на Скай, которая встретила его взгляд с сухой улыбкой. Нет, слеп не он, а они. Сердце никогда ему не врало, а в Скай оно распознало родственную душу. Бойца, который вынужден был прогнуться, но не сломаться. Пленницу, готовую рискнуть и подвергнуть себя страшному наказанию, чтобы другие не страдали от ужасающих, мучительных смертей, которые несут Димены.

Когда Пинк вернулась, неся кувшин с водой и кувшин с соком, Пэн взял пустые тарелки из стопки в центре стола и начал накладывать ароматное мясо на первую. А затем посмотрел на Скай.

— Тебе нравится свинина?

— Я… — Она быстро покачала головой. — Нет.

Закончив накладывать еду на тарелку, Пэнтер сел в конце стола рядом со Скай и поставил перед собой тарелку.

— Здесь есть что-нибудь, что ты могла бы поесть?

Она посмотрела на него мучительным взглядом.

— Я не ем животных.

И тут его озарило. Конечно, нет. Она тянулась к животным, а они к ней.

— Ты связана с ними даже после смерти?

— Не знаю. Возможно, это просто мое воображение, но я не могу заставить себя есть их.

Пинк поставила на стол графины и уже начала разворачиваться, как Пэнтер остановил ее.

— Скай вегетарианка, Пинк. У нас есть что-нибудь для нее?

— Я только что поставила в духовку булочки с корицей для Делейни и Кари, — ответила наполовину фламинго, наполовину человек.

Он повернулся, чтобы задать вопрос Скай, но блеск волнения в ее глазах и легкая улыбка на губах сказали ему всё, что нужно было знать.

— Спасибо, Пинк, — сказал он, не поворачиваясь. Просто не мог отвести взгляд от красавицы рядом.

— Ты любишь булочки с корицей, — сказал он и тоже начал улыбаться.

Ее резкий кивок и расширяющиеся глаза радовали его.

— Я не ела их с самого детства.

Он отрезал кусок мяса.

— Прости, что ем перед тобой, но…

Она тряхнула головой.

— Ешь.

Ковыряясь в своей тарелке, он наблюдал за Скай.

— А что ты ела в пещерах?

Она водила пальцем по краю пустой тарелки.

— Летом — ягоды и грибы, если находила. Иногда повар приносил яблоки или орехи, я их тоже ем. Раз в месяц он пёк хлеб. Другие заставляют, есть мясо.

— Я и не знал, что Маги мясоеды, те которых я знал, не были.

Она пожала плечами.　

— Мясо уже было там.

Сочувствие ужалило его, и он понял.

— Они готовили твоих животных. Тех, что были убиты во время жертвоприношений.

Она поджала губы.

— Да.

Он вспомнил, как ласково Скай гладила животных, и как они прижимались к ней. Неудивительно, что она не могла заставить себя съесть их. Как и то, что она была такой худой.

— Существующие Дикие все мясоеды, — сказал он. — До появления Кари, которая предпочитает разнообразие, Пинк готовила только мясо. Но теперь она выяснила слабое место Кари, и на столе регулярно появляются булочки с корицей.

— Что она такое? — тихо спросила Скай. — Пинк. Она выглядит как животное, но она не животное.

Он с любопытством посмотрел на нее.

— Ты не чувствуешь в ней животного, как в других диких?

Скай медленно покачала головой.

— Нет.

Ему было жаль слышать подобное.　

— Мы всегда верили, что её животное было уничтожено, но наверняка не знали. Жаль, что мы оказались правы.

— Что случилось?

— Она должна была стать Диким Воином, хотя и не хищным. Фламинго всегда были слабыми. Когда погиб последний воин, зверь переместился к самому сильному из линии потомку. К сожалению, он нашёл прибежище в эмбрионе девочки, который вот-вот должен был разделиться на близнецов.

— Дух оказался в ловушке?

— Видимо. Девочки родились наполовину фламинго, наполовину людьми. Близняшку Пинк убили в надежде, что зверь сможет вернуться к Пинк, но не сработало. Она никогда не верила, что внутри живет дух зверя. Очевидно, она права.

— Она не может перекидываться?

— Нет. Она такой была всегда. Она живет с Дикими, потому что даже без животного внутри, ей нужна энергия радиана.

— И ей нужно безопасное место, чтобы жить вдали от других.

Пэнтер кивнул.

— Да.

Заметив движение в дверях, они посмотрели вверх. Тай и его пара вошли в комнату. Делейни была одета в черные брюки и белую рубашку, а на талии в кобуре висел пистолет. Увидев Скай, в её проницательных, темных глазах загорелся интерес.

Тай нахмурился и обнял Делейни за талию.

— Давай возьмем завтрак и поедим на улице. Сегодня прекрасное утро.

Скай, словно её ударили, опустила взгляд в пустую тарелку. И вновь Пэнтер ощутил за неё боль. Несмотря на всю заслуженность враждебности, жить с ней постоянно станет для Скай нервным. И ему это не понравилось. Делейни повернулась к Таю и серьезно на него посмотрела.

— Она настолько опасна? Думаешь, мне навредит сесть рядом с ней за стол?

Тай низко зарычал.

— Если бы я так думал, она бы уже была мертва.

Тогда Делейни ярко улыбнулась.

— Тогда я хочу поесть здесь. Мне интересно узнать о ней больше.

Тай нахмурился.

— Ди… ты чертовски любопытна. — Но когда Делейни выскользнула из его объятий, он отпустил ее. — Не прикасайся к ней. Они обычно очаровывают через прикосновение.

Пэнтер встал, когда Делейни — в привычной прямолинейной и бесстрашной манере и с блеском интереса в глазах — подошла к столу. Она выдвинула стул прямо напротив Скай, но Тай потянул её дальше. Закатив глаза, она протянула руку Пэнтеру.

— Доброе утро, Пэнтер.

Он весело пожал ее руку.

— Доброе утро, Делейни.

Пока Пэнтер традиционно приветствовал Тая, Делейни села, сложив руки на столе и уставившись на Скай. Не дружелюбно, но и не враждебно. Просто оценивающе.

— Нас должным образом не представили. Я Делейни Рэндал.

Пэнтер видел, как Скай посмотрела на другую женщину с настороженностью и уязвимостью в глазах, которые так его трогали. Без сомнений, Скай ждала больше враждебности. Но подняла голову и прямо встретила взгляд Делейни.

— Я Скай.

— А фамилия есть?

Она покачала головой.

— Если мы не живем среди людей, то Магу она ни к чему.

Делейни кивнула, косясь на Тая и Пэнтера, пока те занимали места.

— То же самое с Териин, да?

Тай осторожно посмотрел на девушек, явно не желая участвовать в этой дискуссии. Но не сильно лёгкий удар Делейни локтем по руке, заставил его заворчать и ответить:

— У большинства Териин есть фамилии, потому что они живут и работают среди людей. У диких — нет.

Делейни перевела взгляд на Тая.

— Тогда почему в твоих водительских правах написано Джон Тай?

Тай выгнул бровь.

— Ты рылась в моем бумажнике?

Она улыбнулась.

— Я из ФБР. Ты прекрасно знаешь, что я вынюхиваю при любом удобном случае.

Тай обхватил Делейни за шею и, притянув к себе, чмокнул в висок.

— И мне придется мириться с этим вечно? — Его голос был низким, а взгляд переполнен любви, и Пэнтер потерял последние из своих сомнений, почему его друг взял в качестве пары эту женщину. Тай нашел свою вторую половину.

— Мы все используем имя Джон для документов. Среди прочих псевдонимов.

Делейни закатила глаза.

— Хорошо, что я теперь на вашей стороне. Я узнала слишком много. — Она повернулась к Скай. — Так ты действительно ведьма?

— Я Маг, хотя женщин-Магов часто называют ведьмами. — Уголки её губ поникли. — И у некоторых из нас все же крючковатые носы с бородавками.

Нотки веселья в ее голосе удивили Пэна. Глаза Делейни загорелись.

— Так ты не летаешь на метле?

К удивлению Пэнтера, губы Скай растянулись в ответной улыбке.

— Никаких метел и, к сожалению, никаких полетов. Хотелось бы мне уметь летать.

— И мне. А что насчет… — Делейни подняла палец и прикоснулась к носу и пошевелила им.

Слабый смешок — такой нежный и искренний — казалось, удивил саму Скай больше, чем Пэнтера.

— «Моя жена меня приворожила»[3]! — Восторг в глазах Скай очаровал его. — Я обожала этот сериал в детстве. Саманта щелчком пальцев или подёргиванием носа могла заставить вещи появиться и исчезнуть. Даже Табита могла так!

— О, боже мой, ты видела тот эпизод, где Табита…

Когда запах булочек с корицей наводнил столовую, Пэнтер встретил взгляд Тая, а две женщины продолжили говорить о сериале, который Пэн никогда не видел. Тай явно был недоволен энтузиазмом, с которым его пара разговаривала с ведьмой. Его друг перевёл настороженный взгляд на Скай и замер, как человек, готовый защитить свою пару от дикого и опасного зверя. Как бы не были ненавистно Пэну за недоверие к Скай, он не мог винить Тая. Не каждый Териин находит себе пару, с которой проводит вечность, а дикие воины — не считая тех, которых выберет радиан — никогда не надеялись таких найти. Кари и Лион, как до этого Беатрис и Вулф. Только вот Лион, казалось, был более чем счастлив, быть с радиан, в отличие от Вулфа. Хотя пары должны быть совершенными друг для друга. Теперь таким был Тай. Пэнтер тряхнул головой, наблюдая за собственническим инстинктом, не в силах понять такую озабоченность одной женщиной, ради которой Тай отказался на вечность от остальных. Но когда его взгляд упал на Скай, которая с удовольствием на лице рассказывала о сериале, мог — почти — понять. Иногда одна женщина способна изменить всё.

В глазах Скай танцевали радостные огоньки, а губы расплылись в само ироничную улыбку, когда она склонилась к Делейни.

— Я всегда жаловалось маме на несправедливость, что, будучи ведьмой, я не могла такое делать.

Делейни пристально наблюдала за ней с ошеломительной улыбкой.　

— Ничего из этого? А что тогда можешь? — Она перевела взгляд на Тая. — Должна быть причина, почему все тебя так боятся?

Наслаждение медленно покинуло черты Скай.

— Маги, которые меня воспитывали, были способны лишь на простые заклинания, порчи и зажигание огней… — она подняла руку и повертела пальцем в воздухе. — В основном, плавающие свечи. Ещё могли увеличить урожай сада или исцелить лёгкие недуги. Обладали даром предвидения или умением читать чужие мысли. Ничего, чем могли бы навредить Териин. Лишь некоторые могут очаровывать и захватывать разум одним прикосновением. Опасный трюк, так как жертву без усилий похищают и делают безвольной. Но не все маги обладают такой способностью. И у меня нет её.

— Ты захватила меня, — Пэн замер.

Выгнув бровь, она встретила его взгляд и нагло ухмыльнулась.

— Да. — Её щеки заалели. — Но мне потребовалось гораздо больше, чем простое прикосновение.

От воспоминаний, как именно она захватила его, как он толкался в неё, Пэн вновь начал возбуждаться.

— Я не слышал эту часть, — низко пророкотал Тай. — И судя по тому, что между вами происходит, я так полагаю, она… э… открыла тебе твой разум?

— Да.

— Не очаровав тебя сначала?

— Она скрыла глаза Мага, если ты об этом.

— Не в твоих правилах отвлекаться на женщину.

Пэнтеру это отлично известно. И всё же… Когда Скай посмотрела на него, когда их взгляды встретились, он ощутил её глубоко внутри, почувствовал, как она прикоснулась к тому тугому узлу в груди.

— Я никогда не встречал такую женщину, — тихо ответил он.

От нежной улыбки Скай, Пэн едва сдержался, чтобы не зарыться носом в изгиб её шеи и не втянуть её аромат.

Тай низко зарычал.

— А ты не думал, что она тебя очаровала?

— Конечно, она очаровала его, — рыкнул Джаг с другого конца стола. — Она трахает мозг моему зверю с тех пор, как появилась тут. Круглосуточно!

Пэнтер обернулся к двум другим диким, натыкаясь на гневные взгляды. Не стоило приводить Скай в столовую, но он не собирался уводить её, не дав поесть. Она заслуживала большего.

— Какого черта она тут делает?

Лион стоял в дверях, а рядом с ним была Кари. Пэнтер застонал, потом встал, чтобы поприветствовать лидера. Но Лион остановился и толкнул Кари себе за спину, словно защищая.

Пэнтер стиснул зубы.

— Ей нужно поесть.

— Она даже не связана.

— Я думала, Шаман связал ее магию, — ровно протянула Делейни.

— Мы не можем знать наверняка, сработало ли это.

Джаг фыркнул.

— Лидер, я прямо сейчас могу ответить точно. Не сработало. Она продолжает сводить с ума моего зверя! — Джаг начал мерцать, словно собирался перекинуться. В столовой разразился хаос, когда на стуле Джага появился ягуар. Стул с грохотом упал на пол, а кот приготовился к нападению.

— Какого чёрта?! — потребовал Лион.

«Это всё она! — голос Джага пронёсся в голове Пэнтера, как и у всех диких.　Когда воин в облике зверя, мог телепатически говорить с кем хотел, если этот человек близко к нему.　- Я не хотел перекидываться, но ощутил, как она тащит моего зверя и тут же превратился в ягуара. — Кот медленно и плавно обошел стол. Его походка была смертельной.　- Я собираюсь вырвать горло этой сучке».

Пэнтер вскочил со стула и встал перед Скай.

— А вот хрен тебе. Это не ее вина, Джаг.

«Нет? Она творит магию и это не ее вина? Тогда кто виноват? Лион? Кари? А может Санта Клаус?»

Джаг приготовился к прыжку.

— Я не могу перекинуться, — сказал Пэнтер Таю, когда схватил Скай со стула и толкнул ее к стене, защищая своим телом.

— Я могу. — Во вспышке огней и полосатого меха, Тай перекинулся в тигра и прыгнул одновременно с ягуаром, столкнувшись с ним в воздухе над столом. Обе кошки рухнули на посуду с едой, отправляя тарелки, кувшины и приборы на пол.

Пэнтер потащил Скай прочь от дерущихся, методом, строго запрещенным кодексом диких, кошек.

— Джаг, перекинься. Немедленно! — приказал Лион.

Но ягуар лишь рыкнул в ответ, погружая клыки в предплечье тигра, который откинул его в сторону огромной и тяжёлой лапой. Лион повернулся к Пэнтеру.　

— Уведи ее отсюда, или я ее сам убью!

Фыркнув, Пэнтер притянул к себе Скай, но спорить не стал. Специально она это делала или нет, результат один.

— В тюрьму, Пэн, — орал Лион, пока Пэнтер уводил Скай из комнаты. — Я не хочу, чтобы она была поблизости с другими.

В коридоре Пэнтер взял Скай за дрожащую руку и увидел в её глаза страх. Тот, который нашёл отклик в глубине его души. Потому что, делала ли она это намеренно или из-за кэнтрика, вживлённого в сердце, он не мог подвергать опасности друзей. Когда он вёл её вниз по длинной лестнице в тюрьму, понял, что выбор у него невелик и мрачен. Какая ирония, обнаружить редчайшее существо, добрую и нежную ведьму. Тем не менее, она Маг, а значит опасна. А у опасной ведьмы, угодившей в ловушку Диких, единственное будущее. Безрадостное.

Как только они дошли до тюрьмы, которая находилась внизу, Скай повернулась лицом к Пэнтеру. После того, что произошло за столом в столовой, её трясло, внутри всё сжималось от боли.

В попытке добраться до Скай, ягуар Джага вёл себя всё более безрассудно. Не потому, что его влекло к ней. И прыгнул он не для того, чтобы поздороваться, в отличие от пантеры. Джаг вёл себя так, будто его тянуло сделать это против воли. Что-то распаляло его. Вызывало жестокость.

— Я не хотела этого.

Пэнтер взглянул на неё. Губы плотно сжаты, в глазах — беспощадность.

— А я этого и не говорил.

— Да, но ты думаешь, что я виновата.

— Не ты, а кэнтрик.

— Как? Не понимаю, для чего Бирику нужно было закладывать в кэнтрик заклинание, которое приводит Диких в бешенство? Он не мог знать, что я освобожу тебя, а уж, тем более что позволю себя похитить. В этом нет никакого смысла.

Пэн открыл дверь камеры, как раз напротив той, где Скай истекала кровью в полночь. Но там было чисто, кто-то смыл всю кровь.　Он пропустил Скай внутрь, следом зашёл сам. В камере была деревянная скамья. Скай села, а Пэнтер остался стоять у двери. Неподвижный, со скрещёнными на широкой груди руками и с бесстрастным выражением лица.

— Возможно, в этом нет никакого смысла, но единственный другой вариант, который приходит мне на ум — ты делаешь это намеренно.

— Я — нет.

Пэн внимательно посмотрел на Скай.

— Я тебе верю. — Она закрыла глаза, впитывая в себя звуки этих слов. — А значит дело в кэнтрике. — Он сел рядом с ней. — Или в чём-то ещё, о чём мы ещё не подумали.

Когда он вытянул ноги, Скай посмотрела на него.

— Что ты собираешься делать, Пэнтер?

Он встретил её взгляд.

— То есть?

— Со мной. — Она понимала, что её жизнь под угрозой. И знала, что Пэнтер её убьёт. — Я хочу помочь остановить Бирика. Больше всего в жизни хочу. Но не знаю как.

Он потянулся и обнял её за плечи, притягивая к себе.

— Понимаю, и тоже не знаю как.

— Ты не можешь отпустить меня, ведь Бирик вновь может поймать меня и использовать для освобождения других дименов. Но Лион же не позволит мне остаться здесь? Не тогда, когда я причиняю столько страданий вашим животным.

— Может, пока достаточно того, что ты побудешь здесь. Что-нибудь придумаем, красавица. — Он нежно сжал её в объятиях, затем встал и обернулся. — Сиди здесь, я пойду, принесу тебе еды.　

— Я не голодна.

Он положил ладони ей на щеку.

— Я сейчас вернусь. — Затем он запер клетку и исчез в длинном коридоре, оставляя Скай дрожать в одиночестве. Всю свою взрослую жизнь она жаждала доброты. И нашла её, влюбившись в хорошего мужчину.　Но не всегда любви достаточно.　

Скай хотела позвать Лиона, но Пэнтер накрыл ей рот ладонью. Скай вырывалась, но Пэнтер без особых усилий потащил её вверх по лестнице, отпер дверь и вынес на суровый солнечный свет. Бирик не мог призвать Пэнтера с горы, значит, спустился с неё сам или послал приспешников, которые теперь их ждали, таща Пэнтера через магию кандалов.

Нет! Она туда не вернётся. Стоило закрыть глаза, как всплывало воспоминание о Димене, разрывающим тех людей на куски. Но что гораздо хуже, Пэнтер вновь будет прикован и подконтролен Бирику.

У себя в голове Скай кричала. С ближайших деревьев птицы вспорхнули ввысь, вдали завыли собаки, ощущая её страх. Магия, как оказалось, никак не повлияла на её способность призывать животных.

Пэнтер потащил её через заросший деревьями двор, одной рукой затыкая рот, другой — держа за талию. Скай отчаянно вырывалась, но он поднял её, словно пёрышко, заставляя ноги болтаться в воздухе. Она должна что-то сделать! Не могла же позволить этому случиться.

Но на её зов приходили лишь животные. Но даже огромная собака не могла остановить Пэнтера.

Она замерла. Но в этом лесу есть и другие животные. Звери в телах людей.

Молясь, чтобы дикие услышали её страх, Скай открыла разум и сердце и послала мольбу на ветер. Через мгновение стали появляться животные. Белки выпрыгивали из зарослей, из-под ближайшего куста выполз сурок, а на деревья садились птицы всех мастей и расцветок. На её зов пришли десятки животных.

Но среди них не было тех, кто мог остановить Пэнтера от того, чтобы вновь стать пленником.

Пэнтер ударился о стену и ощутил хватку Тая, когда энергия взорвалась в нём, посылая тёплую волну по телу и смывая боль. Вновь ощутив прилив сил, он выпрямился, стараясь не корчиться.

— Ты в порядке? — озабочено спросил Тай.

Он быстро и судорожно помотал головой, проясняя её.

— Это средняя сила.

Он осмотрелся и нашёл Скай, которая наблюдала за ним, с другой стороны камеры, с беспокойством в широко распахнутых глазах. Он потянулся к ней, и она подбежала в его объятия. Он крепко прижал её, и внутренняя суматоха немного ослабла. Немного, но этого хватило. Пэн посмотрел на Лиона.

— Оковы сняты. Я готов найти эту пещеру.

Скай в ужасе ахнула.

Лион словно не слышал его слов.

— Перекинься.

— Думаешь, не могу? — прорычал Пэнтер.

— Пэн, метка дикого исчезает. Я хрен его знаю, что это может быть, но пока ты не можешь перекинуться и близко к Магам не подойдёшь.

— Ладно. — Он хотел раздеться, чтобы не уничтожить одежду, но быстро посмотрев вниз, понял, что корабль уже уплыл. Даже кожаные штаны были изодраны когтями и зубами его братьев. — Я не хочу перекидываться в этой клетке.

Ещё раз, нежно обняв Скай, он её отпустил. Лион отступил на шаг и указал встать на каменный пол посреди камеры. Напрягаясь в ожидании порыва боли, который всегда сопровождал момент перевоплощения, он призвал силу зверя, силу, которая была столь же естественной частью его, как дыхание в течение почти трехсот лет. И ничего не случилось. Проклятие.

— Пэн?

Пэнтер посмотрел на Лиона.

— Дай мне минуту. — Он должен перекинуться! Убрав с лица волосы, он призвал зверя, напрягаясь в попытке достичь этого прилива боли и силы, пока шея и спина не покрылись потом.

— Пэнтер? — нежный голос Скай заставил его посмотреть на неё через решётки. — Позволь мне прикоснуться к тебе.

— Зачем? — потребовал Лион.

Скай без колебаний встретила жестокий взгляд Лидера и ответила:

— Его зверь отвечает мне. Я считаю, что Пэнтер и дух его зверя всегда был разобщены, но кандалы усугубили всё до такой степени, что они больше не могут функционировать единым фронтом. Возможно, я смогу преодолеть это.

Лион посмотрел на Шамана.

— Такое возможно?

Шаман кивнул.

— Я всегда чувствовал надрыв в магии дикого у Пэнтера, и без сомнений, всё могло ухудшиться. Тем более у него исчезают метки Дикого. Может ли ведьма помочь ему, я не знаю.

Пэнтер потянулся к Скай.

— Тогда, мы выясним.

Все расступились, давай Скай проход к нему. Она встретилась взглядом с Пэнтером, и он увидел неуверенность в её медно-голубых глазах.

— Попробуй, Красавица.

Она опустила голову и взяла его за руку.

— Мне нужно касаться тебя. Позволь я положу руку тебе на грудь.

Пэнтер одним движением стянул изодранную футболку. Скай прижала тёплые ладони к его груди. И он тут же ощутил покой. Он накрыл её руки своими.

— Если сработает… когда увидишь искры, отпрыгни или окажешься подо мной.

Уголки её губ немного приподнялись, а в глазах появился слабый интригующий блеск.

— Предпочту оказаться под тобой, — тихо возразила она.

К несчастью, слух у Диких очень острый. Периферийным зрением он заметил понимающую улыбку на лице Тая.

Пэнтер смотрел Скай в глаза.

— Хорошо, давай попробуем. — Он вновь призвал зверя, но, как и прежде, ничего не произошло. Ярость, которую он тщательно сдерживал, кипела прямо под кожей, и Пэн начал бояться, что потеряет контроль. Он уже готов был оттолкнуть Скай ради её же безопасности, когда почувствовал, поднимающуюся из глубин, силу. По началу, лёгкая струйка, которая набирала силу и крепла, пока не стала потоком боли и дикого, первобытного удовольствия. Тело окутали искры, когда Скай отскочила, и Пэнтер, наконец, перекинулся. Обращение всегда сопровождала боль, но в этот раз было куда хуже. Никогда у Пэнтера не проходило всё спокойно. В теле пантеры, он потянулся и встряхнулся, а затем задрал морду и издал рык, ощущая странное удовольствие, прорывающееся через боль. Он повернул голову в сторону источника удовольствия. Скай стояла перед ним, словно маяк, распространяющий свет и тепло. Пэн понял на первобытном уровне, почему существа бежали к ней. Шаман назвал её духом природы. И Пэн знал, что это правда.

Мышцы дрожали, тело умоляло пробежаться по лесу, но слишком много было поставлено на карту, чтобы позволить так потратить время на себя, к тому же он никогда не сможет оставить свою ведьму с братьями. В Доме Диких она не в безопасности.

— Можешь обратно перекинуться? — спросил Лион.

Пэнтер зарычал. Вопрос дня. Закрыв глаза, он представил своё человеческое тело. Вновь ничего не произошло. Будь всё проклято.

«Красавица, мне нужна помощь».

Скай, не мешкая, опустилась на колени и обняла пантеру за шею, облегчая боль и наполняя странным, но сильным удовольствием. Его реакция на неё не была с сексуальным подтекстом, не в облике зверя, но её прикосновение отозвалось в теле и душе, смывая мрак, впуская свет в глубины души, согревая и очищая. Очищение на самом глубоком уровне. Поэтому существа молят об её прикосновении.

— Попробуй ещё раз, — произнесла она.

И он попробовал. В этот раз, когда Скай касалась его, сила пришла, стоило к ней обратиться, и он вновь принял облик человека. Пэнтер повернулся к лидеру.

— Я могу перекинуться, когда рядом Скай. Мы сейчас же идём.

Выражение лица Лиона стало жёстким.

— Ни за что на свете.

— Ро…

— Слушай, Пэн, я понимаю, что ты хочешь найти Вайпера и остановить Бирика. И полностью поддерживаю твоё желание. Но если ты встретишь Мага, а ведьма окажется далеко, тебя вновь околдуют. Пока ты не можешь перекидываться, на тебя легко наложить чары. А это неприемлемо.

Злость пошатнула и без того слабый контроль, и Пэн с жестоким выражением лица пошёл на лидера.

— А какова альтернатива, Ро? Лишь я могу найти ту гору. Мы идём.

— Нет.

— Ро… Лион… Я теряю связь со зверем. Но сейчас ещё могу использовать её. Позволь, я сделаю свою работу, пока ещё могу, чёрт подери.

Выражение лица Лиона стало суровым, но в его глазах Пэн увидел заботу.

— Нет, Пэн. Посылать тебя туда вот так, верная погибель. И я не пойду на это.

— Тогда ты не даёшь и шанса на спасение Вайпера. Я уже не исцелюсь. Связь со зверем ухудшается.

— А может, исцелишься, — задумчиво протянул Шаман, стоящий позади.

Пэнтер развернулся и уставился на невысокого мужчину в рубашке с оборками.

— Думаешь, он исцелится? — удивлённо спросил Лион.

— Не один. Я посмотрел на работу заклинательницы, и думаю, что она может ему помочь. С правильным руководством.

Пэнтер нахмурился.

— Руководством?

— Воин, выслушай меня, — начал Шаман. — Я знаю того, кто может помочь, если захочет. Тебе может и понадобиться всего одна ночь. Это старый Маг. Иезикиль. Я уже очень-очень давно его знаю.

— У тебя есть друг Маг? — с неверием спросил Тай.

— Он не друг, но я ему верю. В его сердце никогда не было тьмы. У него всегда было мало сил, да и та толика, что присутствовала, почти исчезла. Его жена — заклинательница. Если кто и сможет научить твою ведьму призывать добрую энергию, так это Иезикиль. Если он захочет. После смерти жены, он отвернулся от своего вида, как и от всех остальных. Он больше ни с кем не встречается.

Пэнтер свёл брови вместе.

— И с чего ты взял, что он встретится с нами?

— Твоя Скай заклинательница, воин, а они редкость. Она напомнит Иезикилю о потерянной женщине. — Он перевёл взгляд древних глаз на Скай. — Ведьма, призови животных. Только не чаек. Любое существо с куском хлеба может призвать этих глупых птиц. Но если ты призовёшь кого-то ещё, он вас примет.

— Где он? — спросил Пэнтер.

— У него дом в Королле на Внешней отмели, но лишь Маг увидит дом сквозь защиту. Ты не найдёшь его без ведьмы.

— Я могу полететь с ними туда, — вставил Тай. — Всего-то пять часов лёту.

Лион покачал головой.

— Не хочу, чтобы ты так долго был с ней. Если ты перекинешься, управляя самолётом…

Тай заворчал, но спорить не стал. Пятнадцатифутовый бенгальский тигр в кабине самолёта не лучшая затея.

Шаман протянул Пэнтеру ключи.

— У меня домик недалеко отсюда, прямо на пляже. Останься там на ночь, пока я посмотрю, смогу ли хоть как-нибудь очистить магию твоей ведьмы с этих Диких.

Пэнтер взял ключи и сжал их с такой силой, что металл впился в кожу. Ему нужно отправиться к той горе. Нужно найти Вайпера.

— Ро…

— Проклятье! — Джаг исчез и вновь перекинулся в ягуара.

— Пэн, это приказ, — Лион с яростью посмотрел на Скай. — Уведи её отсюда и исцелись.

Пэнтер спрятал Скай за собой и перевёл взгляд с лидера на шипящего ягуара, который прижал уши к голове.

— Уходим.

Часы спустя, они добрались до небольшого городка Короллы на берегу Северной Каролины. Солнце садилось, небо блестело розовыми и оранжевыми цветами, вдоль пляжа на высоких сваях выстроились домики. Ещё тёмные и пустые, среди песка и диких трав этого узкого, продуваемого ветрами барьерного острова, потому что туристам только предстоит прокладывать себе путь к пляжам.

Немного ранее Пэну звонил Лион и сказал, что Хоук и Кугуар не нашли никаких признаков Мага, который призвал его через кандалы. Вероятно, контроль Бирика проник глубже, чем они думали. Лион попросил быть осторожным.

Пэнтер посмотрел на Скай, которая уставилась в пассажирское окно. Он, всё так же держал её за руку, сплетя пальцы. Почему-то, её прикосновения успокаивали его. Уравновешивали. Казалось, что и его прикосновения делали то же самое в ней.

— Красавица, мы приехали.

Наконец, отпустив её руку, он протянул распечатанную перед отъездом карту, на которой звездой Шаман отметил место в квартале от пляжа.

— Всё зависит от тебя. Если Шаман прав, я увидеть не смогу.

Он ехал по дороге, следуя указаниям Шамана.

Скай ткнула пальцем.

— Туда.

Он видел лишь участок песка между двумя большими тёмными пляжными домиками, стоявшими на высоких сваях.

— Поверю тебе на слово. — Он припарковался на обочине и вылез. Когда он помог Скай выйти, она встретила его пристальный взгляд.

— Шаман велел призвать животных, но, когда я делала это в последний раз, заставила перекинуться диких, и вернуться в облик человека они не могли. Что, если сейчас будет с тобой что-то не так?

Пэнтер пожал плечами и провёл рукой по волосам.

— В этот раз не так усердно призывай.

Она слабо улыбнулась.

— Хорошо.

Когда она закрыла глаза, Пэн еле сдержался, чтобы не наклониться и не поцеловать её. Но магия Скай и без того непредсказуема, лучше не мешать. Через несколько минут к Скай побежали три дикие кошки и две лисы. Когда она опустилась на колени, чтобы погладить их, голуби, вороны и с десяток чаек собрались вокруг неё, пара сели ей на плечи и голову. Она лишь улыбнулась и потянулась, чтобы погладить и их. С ошеломительной улыбкой на лице она встала и посмотрела на Пэна.

— Готов? — Она повернулась и открыла ворота, которые он не видел. Когда Пэн последовал за ней через заросли морского овса, увидел в десятке метров от них мужчину с яростным выражением лица. Старый, по словам Шамана, но, как и всем бессмертным, на вид дашь не больше тридцати. Только одет был так же, как люди в моменты зарождения цивилизации, в простую коричневую робу до лодыжек с поясом. На ногах шлёпанцы с завязками. Длинные и сальные каштановые волосы на голове, борода и усы скрывали половину лица.

Пэнтер обхватил Скай за талию и потянул за собой её, птиц и всех остальных.

— Что ты себе позволяешь? — потребовал Маг.

Пэнтер низко зарычал.

— Нам Шаман сказал, где тебя найти, Иезикиль.

— Маленький Териинский придурок. — Махнув на них рукой, он отвернулся.

— Скай — заклинатель, и ей нужна твоя помощь.

Иезикиль замер, затем медленно обернулся и посмотрел на животных, на её плечах и у ног. После перевёл взгляд им за спины и округлил глаза.

— Ну, я это вижу.

Услышав тихое фырканье, Пэнтер обернулся и уставился на двух лошадей. У Скай на лице читался восторг. Когда она медленно подошла к ним, Пэнтер настороженно посмотрел на Иезикиля.

— Мустанги?

— Да, только сильнейший заклинатель мог их призвать.

Он посмотрел на Скай, которая гладила лошадей по гладкой, коричневой шерсти на шее. Мустанги — дикие животные на острове, их потомки высадились на берег с испанскими исследователями примерно в то время, когда родился Пэнтер. Скай отослала лошадей и подошла к Пэну.

— Иезикиль, нам нужна твоя помощь, — сказала она уверенно, беря Пэна за руку. — С самого детства главный колдун Бирик использовал мои силы для накопления тёмной энергии. И сейчас он пытается вскрыть кинжал Димена. Нам нужно его остановить.

Маг заворчал:

— Я ничем не могу помочь. — Но не отвернулся.

Скай холодными пальцами сжала руку Пэна.

— Дикие остановят его, но из-за нападений Магов, этот воин может потерять связь со зверем. Шаман считает, что я могу помочь, если научусь пользоваться доброй энергией. И мне нужно, чтобы ты научил меня этому.

— А мне-то что?

Отпустив Пэна, Скай подалась вперёд, но Иезикиль, подняв руку, остановил ей. Она смотрела на него и не сопротивлялась.

— Ты знаешь, что происходят с Инирами? — спросила она.

— У них крадут души, — пробормотал он.

— Да.

— Мою он не забрал, и не заберёт, потому что никто не знает, что я здесь! Или им всё равно, — добавил он с ворчанием.

— Шаман сказал, что в твоём сердце нет тьмы, — тихо произнесла Скай. — Я вижу это в твоих глазах. Уже давно я не встречала Мага с душой.

Иезикиль нахмурился на неё.

— Почему ты с диким?

— Он спас меня от Бирика. Лишь меня не обратили в Инира.

— Тогда, Бирик придёт за тобой.

— За нами обоими. Благодаря нам, он освободил три духа Дименов из кинжала. Я видел, что они делали.

Маг пробормотал что-то неразборчивое себе под нос, отворачиваясь. Внезапно, на месте заросшего участка появилось небольшое каркасное сооружение, намного старше остальных. В отличие от тех домов, этот находился всего в нескольких футах от земли, как будто неохотно признавая океан. Странный, с двумя мансардными окнами, двухэтажный, но недавно окрашенный и удивительно ухоженный.

— Входите, — сказал он, махнув рукой и поднимаясь по лестнице.

Пэнтер посмотрел Скай в глаза.

— У тебя получилось.

Она слабо ему улыбнулась, вроде и ликуя, но и испытывая неуверенность. Они входили в дом Мага… что их ждёт, не знает никто. Пэнтер крепко сжимал руку Скай, поднимаясь по лестнице в дом, но рабочая рука оставалась свободной.

Старый отшельник провёл их через устаревшую гостиную и в кухню, в которой, казалось, не было ремонта в течение полувека.

— Садитесь, — сказал Маг, поднося чайник к раковине. — Чай?

— Да, пожалуйста, — сказала Скай, садясь за грубо обтёсанный, обеденный стол.

— Нет, — отказался Пэнтер, может и грубо, но ему было всё равно. Он ничего не примет от Мага. Может, Шаман ему и верит, но Пэн — нет.

Пока Иезикиль брал две большие кофейные кружки и опускал в каждую по чайному пакетику, Пэнтер изучал мужчину, замечая пакли, а не волосы, падающие на плечи. Хотя от Мага не воняло, он далеко не так хорошо заботился о себе. Одна из опасностей одиночества, предположил Пэнтер. Иезикиль перевёл любопытный и жёсткий взгляд на Пэнтера.

— И как же к Бирику попал клинок Димена?

— Несколько месяцев назад в дом диких пробралась Маг. Ведьма способная прятать от нас глаза. Одного из нас обратили.

Маг наполнил кружки кипятком, затем поднёс их к столу и поставил перед Скай, вместе с маленькой тарелкой и ложкой для чайного пакетика.

— Спасибо, — тихо поблагодарила Скай.

— Он потерял душу, — сказал Маг, встретив взгляд Пэнтера.

— Нет. Душа Вайпера ещё внутри. Я разговаривал с ним в пещерах Бирика, после того, как Скай меня пленила.

Иезикиль переводил взгляд с него на неё и обратно.

— Пленила? Я думал, он тебя спас.

Пэнтер нахмурился.

— Мы спасли друг друга. Как я сказал, в Вайпере ещё осталась человечность. Она глубоко спрятана, но всё же есть. Я знаю, что видел.

— Такое возможно, — Иезикиль подтолкнул к Скай большую тарелку с печеньем, и взял себе. — Ужасный сладкоежка, — признался он, прежде чем откусить. Когда Скай быстро потянулась за печеньем, Пэнтер вспомнил, что поесть ей не удалось. Он загладит свою вину и накормит её, как только они уйдут.

— Не раз за века я встречал эту болезнь бездушья.

— Века? — спросил Пэнтер.

Иезикиль кивнул.

— Всякий раз, когда Маг заражается темным духом, цикл вновь повторяется.

— О чём ты? — спросила Скай.

— Когда Сатанана пленили и заточили в клинок Димена, слабые потоки тёмного духа остались на земле, скрытые в пещерах и расщелинах. Многие тысячелетия с момента захвата Сатанана, большинство этих потоков нашли места обитания в существах, подчиняя душу и превращая в чистое зло. Большинство из этих существ были людьми. Пока живут люди, они несут ужас и страдания в мир, но они не вечны, и когда умирают, тёмный дух умирает вместе с ними. Но не в этом дело, страшнее, когда тёмный дух заражает одну из бессмертных рас. Считается, что смерть всей расы Ллина, тысячи лет назад, произошла из-за столкновения тёмного духа и королевы Ллин — женщины величайшей силы, которая, вероятно, понимала, что происходит, и принесла огромную жертву, чтобы не допустить распространения тьмы. К сожалению, у Магов всегда была тяга к тёмной силе. На протяжении тысячелетий происходили многочисленные случаи заражения Магов тёмным духом, с неудачными результатами. Хуже всего, Инир, Элемент. До заражения он был тёмной и опасной душой. И я, например, верю, что дух, заразивший его, обладал не просто следом сознания Сатанана. Один тёмный дух обращает человека во зло, но Инир завладевает огромными запасами знаний, которые были утеряны много веков назад. Я считаю, Сатанан через Инир пытается освободить себя и орду из кинжала.

Когда Скай схватила очередное печенье, Иезикиль нахмурился.

— Тебя не кормили, что ли?

Пэнтер заворчал.

— Я пытался утром, но всё пошло не так. А Бирик кормил её тушами животных, которых они призывала.

Иезикиль уставился на Скай, а затем сморщился.

— Бирик идиот и бездушный мудак. — Он встал и убрал тарелку с печеньем. — Спагетти с томатным соусом, салат и чесночный хлеб, подойдёт?

Улыбка, расцветшая на её лице, была такая чистая и красивая. У Пэнтера защемило сердце.

— Спасибо, звучит замечательно.

На секунду лицо Мага озарила слабая улыбка. Иезикиль достал из шкафа кастрюлю.

Пэнтер заставил себя сосредоточиться на словах Иезикиля.

— Как Инир заражает других, если тёмный дух нельзя так передать?

— Не совсем так, — Иезикиль включил кран и наполнил кастрюлю водой. — Я сам всё пытаюсь разобраться в этом, и верю, что сильные души переживут атаку тьмы, что в этих личностях тьма обратима. Вопрос в том, как это сделать.

Иезикиль поставил кастрюлю с водой на плиту, затем достал из холодильника овощи и начал делать салат.

— Значит, Бирик заставлял тебя, Скай, призывать тёмную энергию?

— Да.

— Ритуал жертвоприношений при луне?

— Да, каждую ночь.

— Долго?

— Десятилетия.

— Был ли хоть один ритуал без жертвоприношения? Как и должно быть.

— Нет. Пока Шаман не сказал, что ты можешь о таком знать, я и не догадывалась о его существовании.

Иезикиль кивнул.

— Знаю. И ты вполне можешь исцелить своего друга Дикого.

Скай посмотрела на Пэнтера с облегчением и волнением в глазах. Но ему сложно было поверить в то, что его можно изменить.

— Останешься здесь до полуночи. После еды, я научу тому, что ты должна знать, хотя я и не заклинатель. Моя Барбара была.

Боль от утраты любимой в голосе Мага тронула что-то в душе Пэна.

Скай подалась вперёд.

— Думаешь, это остановит диких от постоянной смены облика.

Иезикиль с интересом выгнул бровь и хохотнул.

— Случайно перекидывались? Мне нужно это услышать в подробностях.

— Пора. — Скай взяла его за руку. Пэнтер посмотрел ей в глаза, в которых искрилось нервное предвкушение, а боль ушла. Она ещё никогда не была так прекрасна.

Скай кинула взгляд через плечо на Иезикиля.

— Ты идёшь?

— Нет, девочка, подожду здесь.

Она немного омрачилась.

— Я бы хотела, чтобы ты пошёл.

Он покачал головой.

— Всплывут слишком болезненные воспоминания, если ты понимаешь, о чём я. Последняя чаровница, которую я видел танцующей под луной, была моя Барбара. Кроме того, твой дикий немного ревнует. Я подожду тебя здесь.

Скай отпустила руку Пэнтера, подошла к Иезикилю и быстро поцеловала его в щеку.

— Спасибо.

Пэнтер подавил ревность, когда Маг улыбнулся

— Пожалуйста, Скай

В её глазах плескалось возбуждение, когда она развернулась и схватила Пэнтера за руку. Он изо всех сил сдержался, чтобы не обнять Скай, не притянуть к себе и не оставить метку прямо здесь и сейчас, а просто позволил ей потащить себя к задней двери. Спускаясь по ступенькам к песку, морской бриз окутал его, словно прохладный влажный туман.

Скай посмотрела на него и улыбнулась.

— У меня предчувствие, что должно сработать. — Она сняла обувь, затем сбросила остальную одежду, когда луна пробилась сквозь облака и осветила совершенство её кожи.

Пэнтер сдерживался ровно три секунды. Затем притянул к себе Скай и поцеловал, скользнув рукой по голой спине к заднице, танцуя языком внутри её рта, пробуя свежий и чистый вкус Скай, смешанный с ароматом пищи.

Скай отстранилась.

— Я чувствую, как оно приближается.

Когда она, с ощутимым волнением начала поворачиваться, у него до боли сжало грудь. Скай начала напевать слова, которым её научил Иезикиль, и танцевать.

Но понемногу её восхищение утихало, а движения потеряли грацию.

— Скай, в чём дело?

— Не получается.

— Я его убью, — проскрежетал Пэнтер.

— Нет, дело не в нём. — Скай посмотрела на него мрачным взглядом. — Шаман связал мою магию, — шёпотом добавила она и выгнулась от боли, когда первый порез появился на обнажённой груди.

Пэнтер бросился к ней и надавил большим пальцем ей под ухо, отключив Скай, затем поднял её на руки, стараясь не зареветь от ярости в небеса.

— Внеси её, — сказал Иезикиль, высовывая голову из задней двери.

Пэнтер пытался сохранить контроль, смотря на Скай, и не был уверен, что может снова пережить её мучения. К его глубокому облегчению, на коже появились только три отметины. Видимо, в бессознательном состоянии проклятье не работает. Богиня, он желал безопасности для Скай. Пэнтер повернулся к старому Магу, а внутри ревность боролась с потребностью защитить Скай. Он не мог быть с ней, даже если бы сильно захотел. Здесь, где Бирик и Иниры её не найдут, ей будет лучше.

— Что случилось? — спросил Иезикиль, придерживая дверь Пэнтеру, внёсшему Скай.

— Шаман связал её магию, чтобы она не призывала каждого дикого в доме. А Бирик поместил в её кэнтрик проклятье, если она не будет исполнять ритуал.

Иезикиль зарычал.

— Будь они оба прокляты, особенно недоверчивый Териинец. Ему нужно было лишь взглянуть на неё и увидеть, насколько она чиста.

— Ты можешь освободить её магию?

Старый Маг уставился на Скай, затем покачал головой.

— Раньше, да, сейчас… нет. Больше у меня нет таких сил.

Стоя посреди кухни, Пэнтер повернулся к старому Магу.

— Она может остаться здесь с тобой? Ты обеспечишь ей безопасность?

— Насколько?

Дальнейшие слова для Пэнтера были на вкус, как земля.

— Так долго, как ты позволишь. Навсегда.

Иезикиль с любопытством посмотрел на него.

— Воин, она может быть твой единственный шанс. Как только чёртов Шаман развяжет её магию, она может тебе помочь вернуть связь со зверем. Без неё, боюсь у тебя остались считанные дни.

— Со мной всё будет хорошо. Её некуда пойти, а я не уверен, что смогу её защитить.

— Ты ставишь её защиту превыше своей жизни, но всё же не любишь?

— Просто я… не хочу, чтобы она пострадала. Она чертовски хрупкая.

Маг рассмеялся.

— Может она такой и выглядит, но сильна, воин. И тебе это прекрасно известно. Не думаю, что ты переживал бы за неё, узнай, что её сила равна твоей. — Иезикиль посмотрел на Пэна, и в его взгляде читалась мудрость веков. — Знай, Дикий, вместе вы сильнее.

Скай прижалась к боку Пэнтера и пошла с ним по подъездной дороге дома диких. Сердце было полно тепла и хрупкой радости. Пэнтер любил её.

Всю дорогу к дому, он держал Скай за руку, наполняя счастьем и надеждой, превышающие всё, что она желала в жизни. На карту было поставлено ещё так много, и другие дикие воины так и не доверяли ей, но Пэнтер переубедит их. Ей нужно в это верить. Потому что он её любит. И она его до боли любит.

Они были уже на пороге, когда дверь распахнулась. Пэнтер задвинул Скай себе за спину, когда мимо пробежал Тай, а Делейни вышла следом.

— Джаг и Фокс натолкнулись на пару Магов, — бросил Тай, остановившись на ступенях. — Зовут прикрытие.

— Где?

— Джефферсон стрит.

Пэнтер отпустил руку Скай и повернулся к ней.

— Тебе нужно остаться здесь.

— Пэнтер, нет. — Меньше всего она хотела сейчас в одиночку столкнуться с Лионом. — Тебе может понадобиться перекинуться.

Он три секунды думал, затем схватил её за руку.

— Хорошо, я поведу, Страйп. В Эскалейде теплее.

Тай посмотрел на неё вроде и не дружелюбно, но и не враждебно, а затем кивнул.

Солнце исчезло, день мгновенно стал пасмурным и поднялся ветер. Тай посмотрел в небо и нахмурился.

— Я поеду сзади, — сказала Скай, когда они подошли к внедорожнику Пэнтера.

— Нет, — резко ответил Тай, не оставляя ей выбора, кроме как сесть впереди с Пэнтером. Очевидно, он не доверял ей сидеть с его парой. Как только все сели, Пэнтер тронулся. По обочине дороги деревья гнулись под сильным ветром, впереди упала маленькая ветка. Они проехали небольшое расстояние в молчании.

— Вон Мустанг Фокса, — сказал Пэнтер, когда они свернули на жилую улицу всего в паре кварталов от дома диких. На обочине дороги стояла красная машина, казавшаяся брошенной.

— Видишь их? — спросил Пэнтер.

— Нет, вероятно, они в лесу. — Но спустя мгновение, Тай продолжил уже напряжённым тоном: — Я связывался с ними ментально, никто не ответил. Если они преследуют Магов, должны были перекинуться.

Пэнтер достал телефон и сделал пару звонков.

— Не отвечают.

— Придётся выследить их.

Пэнтер съехал на обочину и остановился. Тай открыл дверь и вышел, после чего перекинулся в домашнего кота.

— Он может менять облик, — удивлённо пробормотала Скай.

Делейни подалась вперёд.

— Многие дикие могут. Так легче скрыться среди людей. Дикие звери привлекают нежелательное внимание.

Скай посмотрела на Пэнтера, желая спросить, мог ли он так, но тот был сосредоточен. Вероятно, с ним разговаривал Тай.

Он резко открыл дверь.

— Вперёд.

— Они ему ответили? — спросила Делейни.

Скай открыла дверь и крепко вцепилась в неё, когда налетел сильный порыв ветра.

— Нет, — мрачно ответил Пэнтер. — Он учуял кровь.

Пэнтер схватил Скай за руку, и они побежали туда, где стоял Тай — уже в облике человека. Скай почувствовала запах крови, прежде чем они дошли до края леса, и молилась, чтобы Тай не нашел тела диких воинов. Но когда он поднял взгляд, в его глазах промелькнуло мрачное удовлетворение, и она поняла, что там.

— Маги, — сказал Тай. — Теперь я понимаю внезапную смену погоды. Мать Природа в бешенстве.

Скай закрыла нос, при виде двух изувеченных тел. Груди были вспороты, а сердца почти съедены. По остаткам от лиц, Скай их узнала.

— Я их знаю.

— Твои друзья? — аккуратно спросил Тай.

Она без злости посмотрела на него.

— У меня нет друзей среди Магов Бирика.

Тай кивнул, видимо, удовлетворённый ответом, но на его лице всё равно читалось замешательство.

— Этих двух убили животные. Дикие. Так, где же Джаг и Фокс?

Пэнтер отпустил руку Скай и отошёл, стягивая футболку.

— Давай найдём их. — Когда он полностью разделся, Скай подошла к нему и положила руки ему на грудь. Он накрыл её ладони своими, а затем начал перекидываться. Скай отскочила, когда на месте мужчины появилась пантера, которая умчалась в лес. А вот тигр за ней не последовал. Огромная полосатая кошка уставилась на Скай убийственным взглядом зелёных глаз. А после в голове зазвенел голос Тая:

«Если сделаешь что-то Делейни, ведьма, умрёшь».

Она ответила ему так же ментально:

«Она хорошая, Тай. Я никогда ей не наврежу».

Предупредительно рыкнув, тигр развернулся и помчался вслед за пантерой.

— Он тебе угрожал? — спросила Делейни, встав рядом. Ветер трепал её распущенные волосы, закрывая лицо, словно тёмным туманом. Скай бросила на неё лукавый взгляд и снова стала наблюдать за кошками.

— Ты его хорошо знаешь.

— О, да. Они чертовски суровые с теми, кто не входит в узкий круг друзей. Но когда ты попадаешь в него — берегись. Пещерные люди ничто в сравнении с этими парнями, защищающими своих.

— Это здорово, когда тебя так рьяно защищают.

— А Маги так не делают?

— Защищают своих женщин? Некоторые. Когда я была маленькой, жила среди Магов, которые рисковали всем, чтобы уберечь меня от внешнего мира. К сожалению, меня захотел другой Маг, и они никак не могли остановить его. — Она вздохнула. — Единственный, кто в пещерах пытался меня защитить — Пэнтер, но он был прикован.

Она почувствовала пристальный взгляд Делейни.

— Он не просто защищает тебя. Я видела, как он смотрит на тебя, Скай. Так Тай смотрит на меня. Некоторые дикие думают, что ты околдовала Пэнтера, но я так не считаю.

Скай посмотрела Делейни в глаза.

— Я люблю его. И он сказал, что чувствует то же самое.

Делейни ухмыльнулась.

— Ну, вот, пожалуйста. Похоже, мы станем невестками… или кем-то друг другу. Сводные жёны Диких Воинов?

Скай улыбнулась, но от прилива тоски сердце заныло.

— Было бы мило. — Не просто мило. Завести друзей, дом, семью — мечта, которую Скай едва позволяла себе лелеять.

«Посмотри налево!»

В голове послышался голос Тая, обрывая любые лучики надежды. Делейни тоже дёрнулась влево и Скай поняла, что Тай разговаривал с ними обеими.

«Двое мужчин. Скай, ты узнаёшь кого-то?»

Скай заметила двух мужчин, будто бы прогуливающихся. Одеты в простые джинсы и лёгкие куртки, а не в синие туники стражей Бирика. Но когда один обернулся, она увидела его профиль.

«Это люди Бирика, Тай».

Две кошки бросились к ним. Маги тут же разбежались в разные стороны.

«Быстро в машину и запри… Заприте её. Полезайте обе», — отрезал Тай.

Делейни разочарованно фыркнула.

— Ненавижу, когда меня низводят до роли беспомощной… — Она резко развернулась с пистолетом наизготове. — Стоять!

Скай развернулась и увидела третьего мужчину, бегущего прямо на них с Делейни. И этого она узнала. Деврил, один из жестоких стражей Бирика.

— Он Маг. — А ментально прокричала: — «Тай! Пэнтер!»

Звук выстрелов оглушил. Делейни стреляла в мужчину, но он бессмертен, и пули его не остановят.

— Скай, беги!

Скай мешкала, желая помочь подруге, но сделать она ничего не могла. Кроме того, понимала, что её Маги искали. Она развернулась и побежала в сторону, куда умчался Пэнтер.

«Красавица! Что случилось?»

«Третий Маг. Делейни стреляла в него, но… — Она обернулась и мысленно вскрикнула. — Она упала! Он бежит за мной».

«Беги, красавица! Я иду».

В чужих кроссовках ноги казались тяжёлыми, пока она бежала по лесу, перепрыгивая через корни и неровности. Ветер, пахнущий лесом, хлестал по лицу. Сердце колотилось в ушах, а ужас полз по спине.

Она не вернётся туда!

Птицы садились на близлежащие ветви. Белки сердито болтали на деревьях, словно собираясь ей помочь, но она не звала их. Они только пострадают.

Скай услышала за собой низкий напев Мага, и сердце ухнуло. Спустя несколько секунд камень размером с кулак воспарил с земли и полетел в Скай. Она отпрянула и подняла руку, но камень всё равно угадил в плечо, сбивая с шага. За первым полетели ещё несколько камней, будто кошмар Бирика ожил. Камни попадали в ноги, и Скай споткнулась, упав на спину с глухим стуком. Не успела она подняться, Деврил стоял над ней, смотря ледяным взглядом глаз с медным кольцом вокруг радужки. Он поднял Скай и, несмотря на её сопротивление, потащил к дороге. Хотя он не так силён, как Пэнтер, всё же сильнее Скай.

«Пэнтер!»

«Иду, красавица».

Спустя мгновение, краем глаза она увидел что-то тёмное.

Деврил отпустил её и вытащил нож из-за пояса. Когда пантера кинулась на Деврила, желая разорвать горло, он полоснул ножом по рёбрам животного. Дикая кошка повалила человека, оставляя две огромные царапины на груди и горле, а затем вцепилась в запястье и оторвала Магу руку. Из артерии хлынула кровь, а кошка встала на человека и оскалилась прямо в лицо. Хвост дергался, мех блестел от крови, пантера смотрела на пленника, как охотник, собирающийся откусить сочный кусок добычи.

Пантера рычала, глаза горели изумрудным пламенем, но когда Скай сделала шаг к кошке, она с нежностью посмотрела на неё.

«Ты в порядке?»

— Да, а ты? — с беспокойством спросила она.

«Нормально, красавица. — Зарычав, пантера вновь посмотрела на Мага. — Кто тебя послал?»

— Б-Бирик, — запинаясь и с дрожью в голосе, ответил мужчина.

— Где мои друзья?

— Забрали. Другие… забрали.

— Зачем?

— Праздник Духа Луны. Три диких… смогут открыть кинжал.

У Скай сжалось сердце.

— Он принесёт их в жертву.

— Да. Бирик и тебя хотел вернуть, если нам удалось бы тебя схватить. В противном случае, он воспользуется силой призыва змей.

«Вы её не вернёте. Никогда. — Пантера посмотрела на неё. — Есть хоть одна причина сохранить ему жизнь?»

— Кроме той, что Природа разозлится сильнее?

Пантера повернула морду к ветру, будто только поняла, что погода изменилась.

«Кроме этого».

— Нет. Он заслужил того, что ты с ним сделаешь.

Скай прикрывала лицо от ветра и снега, пока Пэнтер не привёл её в фойе дома диких. Град закончился, но Мать Природа ещё не простила диким смерть трёх Магов. С душами или без, Маги — часть природы, как и всё прочее.

За ними, Тай внёс свою пару, которая громко протестовала.

— Тай, я в порядке! — Но тот игнорировал её, пока они все входили и закрывали дверь, прячась от метели. — Тай, поставь меня! Живо.

— Что произошло? — потребовал Лион, влетая в фойе с Кари под руку.

Пэнтер стряхнул с волос Скай снег и капли, а затем посмотрел в глаза лидера.

— Фокс и Джаг пропали, на Делейни напали и вырубили…

— Но, Тай, я в норме, поставь меня уже на ноги.

— … Но она в порядке. Мы нашли двух мёртвых Магов и убили третьего, после того, как узнали от него, что Бирик собирается принести в жертву Фокса, Джага и Вайпера сегодня в полночь. Ничего не забыл?

Тай заворчал:

— Ничего, кроме того, что не можешь перекинуться без помощи ведьмы.

Лион натянул суровое выражение лица и перевёл взгляд с Пэнтера на Тай и обратно.

— Дьявол. В оперативный центр. Живо.

— Попрошу Пинк принести кофе. — Кари направилась на кухню. — Мне кажется вам всем нужно что-то тёплое.

Пэнтер погладил Скай по голове, затем приобнял и повёл по коридору вслед за Лионом. Когда они вошли в комнату, Скай посмотрела в большое окно, с удивлением отмечая, что снег — так же внезапно, как и начался — закончился, лишь слегка укрыв землю белым полотном. Мать Природа, очевидно, успокоилась.

Пэнтер выдвинул Скай стул, и она села за огромный стол. Вместо того чтобы сесть рядом, Пэнтер встал позади неё, словно сильнейший щит. Он её любит. Тай и Делейни сели напротив, а Вулф и Хоук по краям стола. Лион выхаживал взад-вперед.

— Как поймали Фокса и Джага?

— Не знаем. Мы нашли трёх живых Магов и двух мёртвых. Но никаких признаков Джага или Фокса. И мы не знаем, сколько там было Магов до нашего появления.

— Всё равно, их не могли поймать, они же дикие воины, в конце концов.

К ним присоединился Кугар, оставшись у двери, пока Лион встревоженным взглядом смотрел на своих воинов.

— Ро, Маги больше не такие, каких мы знали, — тихо заметил Тай. — Тёмные силы крепчают.

Лион зарычал, словно живой лев.

— Расскажи о жертвоприношении.

Пэнтер сжал плечи Скай.

— Если верить Магу, которого я убил, они забрали Джага и Фокса в пещеры. Бирик намерен принести их и Вайпера в жертву сегодня в полночь, на празднование.

Лион посмотрел на Скай, в янтарных глубинах глаз крылась огромная сила и напряжённость.

— Он может призвать такую силу? Опасную силу?

Она переплела пальцы рук, лежащих на коленях.

— Я верю, что да. Бирик — заклинатель змей, а смерть Вайпера поможет его дару. Смерть других диких, наряду с множеством змей, может призвать опасную силу.

— Хватит освободить ещё Дименов, или даже самого Сатанана?

Она очень хотела дать ему такие необходимые ответы, но их не было.

— Извини, я не знаю.

Лион нахмурился и посмотрел на Пэнтера.

— Нам нужно идти в пещеры и идти нужно прямо сейчас. Ты исцелился?

— Нет. Иезикиль — не-совсем-друг Шамана — научил Скай призывать добрую силу, но так как её магия связана, ничего не вышло. — Он убрал руки с плеч Скай, и она обернулась и увидела, как он скрестил их на груди. — Но это неважно. Я пойду.

— Нет, — резче пули ответила она. Пэнтер бросил на неё расстроенный взгляд. Лион должен понять, раз Пэнтеру мешает упрямство. Она посмотрела Пэнтеру в глаза. — Ты не переживешь.

— Красавица… Со мной всё будет хорошо.

— Пэнтер, гора пропитана магией. Невозможно сказать, сколько ещё вреда она может нанести твоей связи со зверем. И если тебя поймают, снова закуют в кандалы, и зверь не выдержит. Ты лишишься духа.

— Выбора нет. Я — единственный шанс Вайпера. Никто не сможет найти ту гору.

— А Скай? — спросил Тай.

Скай повернулась к нему и покачала головой.

— Я не знаю, где гора. До прошлой недели я никак не контактировала с человеческим миром, и не уходила с самого детства. Если кто-то сможет доставить меня на гору, я с легкостью найду пещеру.

— А поблизости был город? Что-нибудь помнишь?

— Через лес я ничего не видела. Только ферму и небольшой Маркет, где встретила Пэнтера. Если город и есть, я о нём никогда не слышала.

Тай посмотрел на Лиона.

— Значит, Пэнтер может привести нас к горе, а затем ждать у неё.

— Чёрта с два.

Хоук постучал пальцами по столу.

— Если магия в том районе настолько сильна, что дезориентировала нас, когда мы просто пытались найти Маркет, нет никаких оснований полагать, что удастся подняться на гору и в пещеру. Нам почти наверняка понадобится проводник. — Его взгляд упал на Скай.

Пэнтер сжал её плечи.

— Она и близко не подойдёт к тому месту.

Хоук не отступил.

— Лишь так мы сможем туда добраться.

— Я вас отведу, — заявила Скай, боясь растерять храбрость.

— Ни без меня, — проговорил Пэнтер. — А как только мы откажемся в пещере, ты со всех ног побежишь в Маркет.

Вновь разнёсся рык льва.

— А как же ты, Пэн? Что, если она права? Вдруг чары сильнее тебе навредят?

Пэнтер встретил взгляд лидера с упрямым настроем.

— Альтернативы нет. Только я был в пещере и знаю, как выглядит Бирик. Кроме того, Скай без меня не пойдёт.

Упрямец. Он не переживёт. Скай встала, заставляя Пэнтера отступить.

— Альтернатива есть. Я могу его исцелить. Сейчас. До того, как мы уйдём.

Лион выгнул брови.

— Я думал, твоя сила может прийти лишь в полночь.

— В полночь моя сила на самом пике. Но я призываю силу через животных. Может, если я призову созданий леса, смогу ему помочь.

— Может ли энергия помочь? — спросила Кари, внося поднос с кофейными кружками.

— Нарастить силу, — вставил Хоук. — Нужно призвать силу животных. Силу пантеры.

Лион нахмурился, и долгое время просто молча расхаживал по комнате, а в его янтарных глазах были видны тысяча мыслей. Скай стояла и ждала, когда он примет решение. Она могла помочь Пэнтеру. Но он должен дать ей шанс. Наконец, Лион остановился и повернулся к Пэнтеру.

— Пэн, она ведьма Магов, которая уже продемонстрировала тревожную власть над нашими зверями. Если она не та, за кого себя выдаёт — захватит контроль или своей силой подавит и уничтожит нас. Если дикие сгинут, Сатанан выигрывает. Ты уверен… уверен, что можешь ей доверять? Без тени сомнения?

Скай сложила руки перед собой, ожидая того, что Пэнтер скажет им то, что говорил ей. Но в комнате воцарилась зловещая тишина. Он не сделал заявления. Он вообще ничего не сказал. Холодок пробежал по спине.

Она медленно повернулась и увидела, что Пэнтер смотрел на неё с мириадами эмоций в глазах. Но чувствовала она лишь одно, и от этого будто ей в сердце вогнали кол. Она увидела сомнения. Он говорил, что любит её. Как можно любить, хотя не доверяет и думает, что она предаст его и всё, что ей дорого?

Грудь сдавило от боли, а глаза наполнились слезами.

Он её не любил. Даже не знал её, если считал, что она могла его предать.

Она скользнула за него и выбежала за дверь.

— Скай… — В голосе слышалось сожаление, но Пэнтер её не остановил.

С внезапной, всепоглощающей потребностью вдохнуть воздух, она пробежала через дом и вырвалась во двор. Остановившись на снегу, она крепко обняла себя и дала волю слезам. Рухнули её глупые мечты, которые она плела в голове с того момента, как Пэнтер сказал ей, что любит. Она позволила себе поверить и надеяться, что его любовь к ней изменит всё. Что он наконец-то сможет, если не забыть, то без опаски смотреть в прошлое. Он сказал, что любит её. Но если бы любил, доверял. А веры не было.

Потому что она Маг.

От холодного ветра слёзы превратились в льдинки, холод просачивался внутрь, паутиной распространяясь по сердцу.

«Я люблю тебя, Пэнтер, и могу помочь. Но я та, кто я есть и другой не буду».

Два часа спустя дикие и их пары брели по заснеженному лесу. Когда они спустились к широкому плоскому камню — камень Богини — Скай посмотрела на бушующую внизу реку Потомак. Хотя снег и прекратился, ветер — ледяной и промозглый — всё ещё бушевал.

Пэнтер прижал к себе Скай.

— Мы соберёмся в Круг Диких, чтобы призвать Магию и не дать чужим приблизиться.

К ним подошёл Лион.

— Кари призовёт энергию, чтобы растопить снег и у Скай не замёрзнут ноги. — Он опустил руку на плечо Пэнтера. — Жаль, Пэн, что ты не можешь присоединиться к нам. Может, если всё получится…

Скай задрожала, и Пэнтер плотнее закутал её в шерстяное пальто, под которым было лишь тонкое шёлковое платье без рукавов. Кари назвала его ритуальным одеянием. Кари и Делейни выбрали платье яркого синего цвета, которое, по их словам, подчеркивало цвет её глаз.

— Как только мы будем готовы, призовем силу пантеры. — Лион посмотрел на неё. — Нужно, чтобы ты подождала за пределами круга с Кари и Делейни, пока я не позову тебя. Тогда ты можешь делать… что бы ты там не собралась делать.

Скай кивнула, прижавшись к Пэнтеру и наблюдая, как остальные дикие собираются вокруг Кари, пять огромных мужчин закрыли собой женщину. Лион взял Кари за руки, а остальные дотронулись до её шеи, рук или лодыжек.

Скай лишь однажды такое видела, когда была в тюрьме и с нетерпением ждала повторения.

— Готовы? — спросила Кари.

— Действуй, крошка-радиан, — тихо ответил Лион.

Кари загорелась, будто проглотила две дюжины огненных фитилей. На улице под облаками эффект был удивительнее. Она была похожа на ангела, пришедшего на Землю. Или солнце в человеческом облике.

— Удивительно, правда? — выдохнула Делейни, стоявшая рядом и поднявшая воротник пальто от ветра. — Я никогда к этому не привыкну.

Скай встретила взгляд Делейни, отмечая в её тёмных глазах тепло и ум, сильную душу и дружбу. Она тепло улыбнулась в ответ.

— Удивительно.

Вокруг ног Кари и мужчин снег таял, будто кто-то подогревал скалу изнутри. Когда свет погас, мужчины отступили и разделись до пояса. Золотые браслеты на предплечьях тускло светились. Дикие воины прекрасно сложены, сильные и грациозные. Но лишь от мужчины позади у Скай быстрее билось сердце.

Пэнтер крепко обнял её, а затем развернул к себе и жар его рук просачивался в тело даже сквозь пальто.

— Готова?

Ароматы тёплой кожи и мужчины наводнили холодный воздух, согревая Скай. Глядя в тёмные глаза Пэнтера, она сказала правду:

— Я боюсь, что не смогу тебе помочь. В остальном, готова.

Он сжал её плечи.

— Красавица, ты сделаешь всё в лучшем виде. О большем я не прошу.

— Готов, Пэн? — спросил Лион.

Пэнтер поцеловал её, и его волосы защекотали её щеку. Затем он отстранился и стянул футболку, чтобы присоединиться к кругу. Кугар начал напевать, пока дикие делали надрезы на груди и прижимали к ранам ладони. Наконец, Пэнтер порезал грудь и окропил ладонь кровью, чтобы потом вскинуть кулак в воздух. Один за другим дикие присоединяли кулаки к его, выполняя грубый ритуал крови и силы.

— Скай, подойди, — позвал Лион.

Она сбросила длинное пальто и протянула его Делейни, а затем разулась. Сделав глубокий вдох для храбрости, она босиком прошла по мокрой скале, вошла в круг и встала перед Пэнтером. Он уставился на неё, медленно скользя взглядом по телу. Затем запрокинул голову и закричал облакам, и его глубокий, сильный голос пронёсся над скалами и ветром:

— Духи придите и присоединитесь. Дайте силу зверю под этим небом.

Остальные вторили ему, и их слова дрейфовали и скользили вокруг Скай. Прокатился раскат грома. Скала под ногами задрожала.

— Танцуй, Скай. — Пэнтер опустил голову и взревел. — Призываю дух пантеры!

Пока энергия витала вокруг, Скай закрыла глаза и развернулась, ноги двигались сами собой, когда она начала произносить слова, которым научил Иезикиль.

— Остановись! — приказал Пэнтер ей на ухо, грубо сжимая ей плечи. Она распахнула глаза и с ужасом увидела, как дикие согнулись пополам от боли. Скай вырвалась из хватки Пэнтера и повернулась к нему.

— Что случилось?

— Не этим словам тебя учил Иезикиль, — прорычал он с болью в словах.

— Этим. — Она положила дрожащую руку на лоб. — Я думала, что этим. — И прошептала пару слов.

— Нет. Эти слова я слышал в пещере.

Скай сильно задрожала и закрыла лицо руками. Этого она и боялась! Они сделала больно диким. Бирик и его тьма запятнали душу.

— Ш-ш-ш… — Пэнтер обнял её сильными руками и притянул к себе, хотя напрягался от боли. А затем начал нашёптывать Скай слова, которые слышал прошлой ночью. Скай начала повторять за ним, и с каждым разом всё громче, затем вырвалась из объятий и обернулась. Дикие выпрямились, выражение боли исчезало с их лиц.

Глубоко внутри она почувствовала, как начинает подниматься сила. Хвала Природе. Но когда Скай развернулась, её прожгла внезапная боль от огромной раны в груди, будто кто-то ударил кинжалом. Скай схватилась за грудь, заставляя ноги продолжать двигаться, но боль превратилась в обжигающую агонию, и Скай не смогла дышать. Она споткнулась, голова закружилась от боли. Пэнтер удержал её за плечи.

— В чём дело? Я чувствую, как получается.

— Грудь… — Она внезапно поняла. — Кэнтрик не позволяет мне… — Она охнула. — Проклятье! — Она посмотрела на Пэнтера. — Помоги. Произноси слова со мной.

— Нет, если тебе больно.

— Говори!

Он напрягся, но повторял с ней слова и помогал танцевать, хотя она едва могла стоять, перед глазами всё плыло, а говорить было невероятно трудно. Она чувствовала, как пантера пытается вернуться к Пэнтеру. Но чем дольше она держалась, тем сильнее становилась боль.

Пэнтер остановил её.

— Красавица, хватит

— Нет! — Его пантера зарычала, требуя помощи. И Скай поможет!

— Скай, достаточно. Мне лучше, я сильнее. Хватит.

Пантера внутри завыла от разочарования.

— Нет, не хватит! Он пытается дотянуться до тебя, и я могу помочь.

Она сурово посмотрела на него, и он крепко прижал её к себе.

— Нет, иначе ты умрёшь. Я в норме.

— Пэнтер… — Агония в груди медленно перетекла в ноющую боль. — Мне нужно исцелить тебя.

— Посмотри на его глаз, — проговорил Тай.

— Пэн, метка дикого вернулась. Попробуй перекинуться самостоятельно.

Скай отстранилась и посмотрела на лицо Пэнтера. Шрам на глазу стал отчётливее. Она отпустила его и сделала шаг назад, а Пэнтер снял штаны, затем, во вспышке сверкающих огней, перекинулся в пантеру. Мгновение спустя он вернулся в человеческий облик и надел штаны.

— Спасибо, Скай. — В голосе Лиона слышалось удовлетворение.

Она кивнула, но глубоко внутри Пэнтера его зверь продолжал бешено бросаться к ней, умоляя продолжить.

Она помогла.

Но этого мало.

— Это здесь, — сказал Пэнтер, когда они подошли к дереву, у которого тогда занимались любовью, и притянул к себе Скай. Ночь быстро приближалась, и очень скоро появятся дредэны. Пора уже проникнуть в пещеры.

От мысли, что он позволяет себя очаровать и войти в логово врага слепым, глухим и беспомощным, у него кровь стыла в жилах. Но от него зависели его люди. Он их единственная надежда.

Скай обняла его за талию и прижалась щекой к груди. Он знал, что она боится. Чёрт, он сам был в ужасе. Что угодно могло пойти не так. Пэнтер жил за счёт жесточайшего контроля, но сейчас сам вручал его в руки другого. А ещё он всё своё существование доверял лишь паре людей и ненавидел Магов. Но всё же, охотно вручал свою жизнь и судьбу диких воинов — если не всего мира — в руки ведьмы Магов в своих объятиях. Удивительно, но делал он это без колебаний. Скай сделает всё возможное, чтобы ему помочь. Его пугало то, что этого не хватит. Что Скай не сможет освободить его, и шанса сразиться не представится. Каждый воин погибает в пламени битвы и только так. Мысль о том, что он погибнет, как муха, пойманная в ловушку на липучке, неспособный спасти друзей, не говоря уже о себе, пробудила ярость. А от идеи, что он не сможет спасти любимую женщину от урода, который принёс ей столько боли, у него плакала душа.

Но выбора не было.

Он зарылся лицом в волосы Скай, ища силы.

— Всё должно получиться, — проговорил он. — Красавица, тебе нужно лишь освободить меня.

Она отстранилась и посмотрела на него.

— Я не подведу. Обещаю.

Смотря в голубые с медным ободком глаза, Пэнтер увидел своё будущее. Свой мир. И каким-то непостижимым способом, он знал, что, несмотря ни на что, они найдут способ быть вместе.

— Я люблю тебя, — тихо проговорил он.

— И я тебя люблю. — В её глазах стояли слёзы и невысказанные сомнения. Она взяла руку Пэнтера и поцеловала в ладонь, давая волю слезам.

Он знал, что должен сделать. Лишь одним способом она могла его зачаровать, да, даже если не надо было, то желание заняться с ней любовью пересилило желание сделать следующий вдох. Пэнтер положил руку на затылок Скай и поцеловал, ощущая вкус слез на языке. Скай со страстью и нежностью, которая наполнила Пэна любовью и ранила сердце, ответила. Он не мог её потерять. И не потеряет. Он любил Скай. Как это чувство могло пробудить бессилие, но в то же время наполнить силой богов? Страсть, которая пробуждалась каждый раз, когда Скай и Пэн прикасались друг к другу, обрушилась на них, превращая поцелуй в порочный. Пэнтер скользнул в её рот языком, желая всеми способами быть к ней ближе. Он расстегнул на ней джинсы и помог снять их и трусики, затем подхватил под попку и поднял. Плоть Скай была теплой и мягкой, сердцевина влажной и готовой. Как бы он ни хотел медленно и томно заниматься с ней любовью, времени не было. Он расстегнул молнию и высвободил член.

— Обними меня, красавица, — прошептал Пэнтер, и Скай обняла босыми ногами его за талию. Он вошёл в её тёплое, обожаемое тело, в котором хотел провести вечность. Он чувствовал, как их окружает любовь, пока смотрел в её глаза.

— Я люблю тебя, воин, — произнесла она, когда он кончил, и завеса чар вновь окутала его разум.

Пэнтер не знал, сколько прошло времени, когда Вайпер — с улыбкой прежнего Вайпера и блестящей лысиной — вошёл в небольшую клетку. В его глазах не было ни тепла. Ни человечности.

— Напоминает праздник прямо. Пэн, рад, что ты присоединился. Я сказал Бирику и для тебя установить ритуальный стол. Я знал, стоит лишь тебе узнать, что мы все лишимся сегодня головы, и ты придёшь нас спасать. Я ведь хорошо знаю своего друга.

— Чёртов предатель, — огрызнулся Джаг.

— Это не Вайпер, — спокойно сказал Пэнтер. — Вайпер, как и мы, в плену зла.

Вайпер фыркнул.

— Если ты так считаешь. Я был одним, но сейчас изменился. — Он иронично выгнул бровь. — В лучшую сторону, конечно.

— Ошибаешься. Мужчина, за которого я бы отдал жизнь, ещё внутри тебя, и он не даст нам умереть.

— Точно, — сухо ответил Вайпер с жёстким взглядом. — Но даже если ты прав, и я мог бы вас спасти, этого мало. Не только я в арсенале Магов.

Пэнтер посмотрел на пацана.

— Мы знаем, что Бирик может контролировать Фокса.

— О, Пэн, не просто контролировать.

Фокс неверующе фыркнул.

— О чём ты?

— Пацан, это здорово. — Вайпер потянул за свою сережку. — Ты даже не понимаешь, кем стал. Что делает из тебя мощнейшее орудие.

У Пэнтера кровь похолодела.

— Кем я стал?

— След Зафины, который должен был бы исчезнуть после её смерти… Вот только, как сказал Бирик, Зафина забрала твою душу, оставив совесть и личину, чтобы никто из нас не догадался. Даже ты не догадался. Юность в сочетании с чутьём сделали тебя особенно податливым. Ты убил Беатрис, заменил клинок ритуальным ножом на скале Богини, когда мы призвали силу льва. Я потерял душу той ночью благодаря этому клинку. Когда я нашёл Бирика и отдал ему клинок, рассказал про тебя. Я знал, что Пэнтер придёт меня спасать и правильно угадал, что он возьмёт с собой тебя, ведь у тебя отличное чутьё. Конечно, тебя сюда не чутьё привело, всё это время ты действовал по командам Бирика. Он приказал тебе приехать на Голубой Хребет и остановиться у Маркета, где Скай ждала дикого.

В голове Пэнтера началась пульсация. Встреча со Скай не была случайностью. Фокс отдал его в руки Скай

— Зачем ты всё это нам рассказываешь? — прорычал Джаг. — Ты сейчас напоминаешь преступника из какого-нибудь фильма. Раскрываешь всю подноготную.

— Джаг… — простонал Пэнтер. Если он когда-нибудь выберется отсюда, вздёрнет этого кота за хвост.

Вайпер с ухмылкой посмотрел на Джага.

— Просто подумал, что вы хотели бы знать. — Но когда посмотрел на Пэнтера, что-то было в его глазах. Пэн увидел отпечаток друга. Настоящий Вайпер раскрывал карты, надеясь, что Пэнтер сможет воспользоваться информацией.

— Значит, я не избежал плена, когда Скай поймала Пэна? — писклявым голосом спросил Фокс.

— Конечно, нет. Они призвали тебя в пещеры, поиграли с разумом и убедились, что ты ещё под контролем Бирика. После отослали прочь, чтобы дикие нас не нашли, — ответил Вайпер. — Бирик недооценил храбрость маленькой заклинательницы и нацеленность Пэна на побег. Как только они сбежали, он подослал приспешников, чтобы они через наручи вернули Пэна, а когда этого не произошло, призвал тебя.

— На Джефферсон стрит, — проговорил Джаг.

Вайпер пожал плечами.

— Всё остальное шло своим чередом, как я и предсказывал — Пэн спешит на помощь, Скай возвращается. — Его взгляд стал самодовольным. — Теперь всё на своих местах, джентльмены. Сегодня мы можем освободить Сатанана.

— Зафина не забирала мою душу, — проныл Фокс. — Не стала бы!

— Пацан, боюсь, так и было. Посмотри на это с позитивной стороны. Бирик убьёт сегодня тебя, избавляя диких от необходимости самим уничтожить кого-то из своих.

Фокс побледнел, отчего на лице ярче выделились веснушки.

— Я испорчен, — прошептал он.

Вайпер хохотнул.

— Бирик планирует и совести тебя лишить перед ритуалом на случай, если что-то пойдёт не так. Скоро будешь в его лагере. А после полуночи умрёшь. — Он пожал плечами. — Мы все умрём.

— Вайп. — Пэнтер пришпилил Вайпера взглядом. — Мы выберемся. Вместе. Не сомневайся.

Он вновь увидел этот проблеск сознания и человечности за холодным взглядом, наряду с воспоминаниями о словах, которые Вайпер повторял, когда они находились в ловушке подземелья Анкриты. Друг услышал его. Вайпер нахмурился, затем повернулся к двери.

— Наслаждайся фантазиями, Пэн. Я собираюсь насладиться праздником перед великой ночью.

Когда Вайпер ушёл, в камере стало тихо, как на кладбище. Пэнтер посмотрел на молодого дикого, и сердце сжало сожаление.

— Не отчаивайся, пацан. Тьма могла заставить Вайпера солгать. Мы не можем верить его словам. — Но если он прав, за этим всем крылся истинный Вайпер, который поведал правду.

Фокс поднял глаза, в которых читалось одновременно и ярость и ужас.

— Пэн, она не могла забрать мою душу. Я знаю!

Джаг рыкнул.

— Неважно есть или нет у тебя души. Они тебя контролируют. — И печально посмотрел на Пэнтера. — Надеюсь, у тебя есть план.

Пэнтер вздохнул.

— И я надеюсь.

Не успел Пэн перекинуться в животного и вскочить на лапы, его окружили Маги с ножами в руках. Они не могли зачаровывать в облике зверя, но если он промедлит, ему вырвут сердце прежде, чем появится шанс атаковать. Единственный способ победить Мага в битве — вырвать ему руки, чтобы он не смог тебя зачаровать. Так Пэн и сделал — прыгнул на ближайшего противника, сжал челюстью запястье Мага и оторвал руку. Ублюдок отрастит новую, но пока у него оставалась одна рука, которой он не сможет зачаровывать или орудовать ножом. Оставалось оторвать ещё пятьдесят девять рук.

«Джаг! — телепатически крикнул Пэнтер. — Найди Скай и клинок Димена и убирайся отсюда!»

«Ни за что»

«Красавица!»

Жгучая боль пронзила живот, когда лезвие скользнуло между ребрами. Краем глаза он увидел ягуара, сражающегося так же яростно, как и он сам.

«Красавица?»

Где Фокс? Если он забрал Скай…

«Джаг, это приказ!»

В голове послышалось фырканье Джага.

«Пошёл ты, Джеронимо. Ты не расходный материал. Мы уйдем отсюда вместе, или вообще не уйдем. Сколько здесь Магов?»

«Тридцать с чем-то. И двое диких-перебежчиков».

«Ах, точно, я про них забыл. Нам капздец».

Пэнтер зарычал.

«Как представиться шанс, уходи и найди Бирика. Он должен умереть».

«Понял».

Пэнтер отрывал руку за рукой, но в правое заднее бедро вошёл клинок. Пэн споткнулся от боли и раны. Он исцелиться, если получиться. Маги активно нападали. Он лихорадочно искал взглядом Скай.

«Красавица?»

Ответа не было. И признаков Фокса тоже. Пэнтер понял, раз юный дикий не сражается рядом с ними, значит он на стороне врага. И Скай у него.

Холод, который пронесся по телу Пэнтера, когда зло завладело сердцем, был жгучим и пронизывающим, но удивительным. Холодное очищение, которое избавит от сомнений и беспокойства, от вины, печали и совести. Появилась боль трансформации, но она означала возрождение, и он ликовал.

Позади Бирика встала Скай, впиваясь в него взглядом. Она так тихо зашептала, что лишь дикий мог слышать.

— Пэнтер, нужны слова. Помоги спасти Вайпера! Помоги спасти тебя! — Зачем его спасать? — Пэнтер, скажи слова. — Ей нужно петь, но тогда придёт сила. — Я люблю тебя, Пэнтер!

Какая разница, что она к нему чувствовала? Старого Пэнтера больше не существовало, а возрожденный не нуждался в любви.

Но глубоко в медленно каменеющем сердце вспыхнул огонь. Отчаянная любовь. Яростная потребность помочь Скай. Огонь боролся с холодом. И вдруг он произнёс эти слова, и его голос зазвенел в пещере.

— Остановите его! — прокричал Бирик.

Скай схватила Вайпера за руку и начала повторять слова вместе с Пэнтером. Её лицо исказилось от боли, подпитывая и укрепляя решимость держаться, бороться ради Скай. Ради Вайпера. Ради себя. Несогласие оттеснило зло, когда он почувствовал сражение внутри Вайпера, хотя сам переживал такое же, благодаря силе Скай, пытающейся спасти их обоих.

— Остановите его! — вновь крикнул Бирик.

— Он сам остановится, — возразил один из колдунов. — Когда мы заберём его душу.

Тогда Бирик повернулся к Скай, схватил её и ударил по щеке, после чего начал оттаскивать от Вайпера.

Пэнтер почувствовал всплеск холода внутри, зло манило и уничтожало на фундаментальном уровне. Голову затягивал мрак, но Пэн продолжал петь, цепляясь за Скай. Только она удерживала его и давала силу, за которую нужно держаться.

К сожалению, он проигрывал. Напев стих, так как слова больше не вспоминались. Сквозь туман в голове он увидел, как появляются и искрятся огни. Там, где раньше стоял Вайпер, теперь сидела огромная змея, которая становилась больше с каждой секундой, пока не стала шириной с человека и в пять раз длиннее. Змея, извиваясь, проползла к колдунам и вздыбилась рядом с ними. Пока тьма смыкалась, змея посмотрела на Пэнтера. И в этих глазах он увидел боль и радость, горе и любовь. Он увидел друга. Змея нанесла молниеносный удар, оторвав двум колдунам головы. Третий успел сбежать.

На мгновение Пэнтеру показалось, что слишком поздно, затем в комнату ворвалось тепло, рассеивая холод, и невидимые узы исчезли. У Пэна закружилась голова, он опустился на одно колено, и в этот момент душа вернулась.

Тёплый, глубокий голос Вайпера зазвучал в голове:

«Голова или сердце, Пэн? Бирика нужно убить?»

Пэнтер поднял голову с хищным оскалом.

«Сердце. С возвращением, Вайпер».

После чего призвал силу и, в порыве боли и яростной радости, перекинулся в пантеру, затем бросился к Вайперу. Змея издала такое знакомое Пэнтеру шипение. Боевой клич гадюки.

«Мы выберемся из этого вместе, Пэн, вперёд!»

— Схватить их! — завопил Бирик.

Стражи обнажили клинки, когда в голове Пэна зазвенел — с любовью и радостью — голос Скай:

«Пэнтер, помоги вновь произнести слова!»

Пэнтер кинул полный любви взгляд на Скай и произнес слова, прыгая с Вайпером на Бирика. Скай громко проговаривала заклинание, и её голос эхом отражался от камня. Сила пробудилась и Скай направила её в стражников, отшвыривая их. Пэн чувствовал боль, слышал её в голосе Скай, но в душе его ведьма упрямый маленький боец. Она сдерживала стражу.

Бирик хотел было побежать на выход, но Пэнтер прыгнул на него и опрокинул. А когда вгрызся в грудь, змея оторвала колдуну голову. Пэнтер достал из груди сердце Бирика и проглотил его.

Земля под ним начала дрожать и разразился хаос. Маги побежали на выход. Пэнтер перекинулся в человека и кинулся за Скай. Она встретила его на полпути, обняла за шею и крепко прижалась к нему.

— Ты в порядке, — прошептала она.

За ними слышались звуки борьбы. Драки животных. Пэнтер поставил Скай на ноги и спрятал её за собой. Затем повернулся и увидел Джага и Фокса, сражающихся, как не должны. Они сжимали горло друг другу в смертельной хватке. Мех Джага пропитался кровью там, где огромная лиса вырвала кусок плоти с шеи. Половина морды Фокса свисала на коже. Каждый сражался насмерть.

— Фокс!

Но лиса не обратила на него внимания.

«Я пытался его остановить, — сказал Джаг. — Он вновь напал на меня. Пэн, у него пустые глаза. Души больше нет».

— Жди здесь, — сказал Пэнтер Скай, но когда собрался перекинуться, Вайпер кинулся на лису, погрузив пятнадцатисантиметровые клыки в крестец зверя. Почти сразу же лиса упала на спину и, ударившись об пол, перекинулась в человека. Кусок скалы свалился с потолка и раскололся, когда земля задрожала сильнее.

Пэнтер схватил Скай, желая укрыть от падающих камней.

— Нужно выбираться.

Вайпер и Джаг перекинулись в людей, и Пэн со Скай подошли к ним. У их ног корчился и стонал от боли Фокс, который окинул их всех взглядом и остановился на Пэнтере. Глаза его были пустыми и холодными. Бездушными.

— Вайпер… был прав. — Лицо Фокса скривилось от боли. — Я… не знал… Всё это время… я… был… оружием Магов и… не знал.

Пэнтер посмотрел на Вайпера.

— Сколько?

— Яда? Смертельная доза.

Пэнтер уставился на друга, затем кивнул и посмотрел на Фокса.

— Пацан, мне жаль. — И, во имя Богини, это правда. У парня впереди были такие перспективы. Когда-нибудь он мог стать отличным диким. Маг уничтожил ещё одну душу, которая заслужила шанса быть красивой. — Всё не так должно было кончиться.

Фокс открыл рот, будто хотел заговорить, но из его рта не вылетело ни слова, а тело расслабилось.

— Он умер, — тихо сказал Скай.

Огромный сталактит свалился с потолка и развалился на осколки, осыпая всех дождём из камней.

— На выход, — сказал Пэнтер. — Живо.

Вайпер поднял Фокса, а Пэнтер прикрывал Скай.

— Где клинок Димена? — спросил Джаг.

Вайпер мотнул головой.

— Последний раз я видел его между двух кругов.

Когда они вышли в коридор, Пэнтер повернул направо, но Скай сопротивлялась.

— Нам не сюда? — спросил он.

— Сюда, но я должна спасти Веру. Иди с Вайпером, встретимся снаружи.

— Чёрта с два. Что ещё за Вера?

— Олениха, я должна её спасти.

— Скай…

— Я не оставлю их здесь умирать!

Джаг схватил её за руку, но смотрел в глаза Пэна.

— Я иду за клинком и освобожу олениху.

— Я иду с тобой… — начал Пэнтер, но сталактит, обрушившийся сверху, чуть не раздавил их. Пэн едва успел укрыть Скай.

— Иди, Пэн! Спасай её.

— Джаг, у тебя три минуты, потом я иду за тобой.

— Договорились.

Скай снова стояла на скале Богини, одетая лишь в ритуальное платье. Кари и Делейни стояли по бокам, все ждали, когда дикие призовут силу. Ветра немного стихли, и дожди закончились, но небо всё ещё было тёмным, несмотря на близкий рассвет.

Пэнтер стоял с остальными, напрягаясь от боли. Скай молилась, что ей удастся снять эту боль. Пантера, жившая внутри него, больше не прыгала ей навстречу, а едва приподнимала голову. Но она чувствовала её волю к жизни и желание помощи Скай.

Тай по дороге позвонил Лиону и сказал, что Пэнтер в плохой форме. Когда они приехали в дом диких, их уже ждал Шаман, готовый снять заклинание Бирика с кэнтрика. Кари помогла переодеться в ритуальное платье, когда он закончил. Как только Скай была готова, Лион отвёл всех к камню Богини. Всех, кроме Вайпера, который остался в доме диких, как приказал Лион. Он обрадовался возвращению воина, но пока ещё не доверял. Как и остальные дикие, за исключением Пэнтера. Печально, что они доверяли Скай больше, чем одному из своих.

Пэнтер подошёл и взял её за руки.

— Готова?

— Мне нужно кое-что знать. Я думала, как всё исправить, и мне нужно знать, что Анкрита натворила, чтобы в тебе случился такой разлад. Это может быть важно для исправления. — Она прикоснулась к его лицу и посмотрела со всей любовью в глаза. — Расскажи, что помнишь.

— Очень мало. — В его глазах сияла любовь, но и боль присутствовала. Метка на его глазу вновь пропадала. — Раскрыла разум, затем напела какие-то слова, которые я не могу вспомнить.

— Мне не нужны слова. Хватит силы. Но, кажется, нужно, чтобы твой разум был открыт для силы.

Он провёл пальцем по линии её подбородка.

— Ты хочешь сделать что-то наедине?

Она печально ему улыбнулась.

— Я уже давно преодолела стеснительность в отношении нагого тела. Нет, думаю, нужно сделать это здесь. Необходимо призвать силу пантеры, потому что она проделает большую часть работы, Пэнтер, но она слаба. Пантере нужно преодолеть разрыв между вами, и ей понадобится вся сила.

Скай прижала ладони к обнажённой груди Пэнтера. Он был одет только в кожаные штаны, все дикие были с голыми торсами для ритуала. Скай ментально погладила зверя, рассказывая, чего она от него хочет и, объясняя, что будет происходить.

— Он знает, что мы будем делать? — Пантера коснулась разума Скай, рыча от благодарности и одобрения. Она кивнула. — Знает и готов.

— Меня удивляет, как ты его понимаешь

— Если всё получиться, то и ты сможешь.

— Вперёд. — Он привёл её в круг, рассказал друзьям, что будет происходить, затем развернул Скай в руках и страстно поцеловал. Правда на мгновение отстранился и прорычал друзьям: — Закройте глаза.

Вокруг разнеслись стоны и хохотки, но Скай закрыла глаза и не обращала на них внимания. Главное — исцелить пантеру и любимого мужчину.

— Посмотри на меня, Скай.

Она так и сделала, всматриваясь в суровое, любимое лицо Пэнтера и падая в тёмные глубины его глаз. Не разрывая зрительного контакта, он потянулся к её груди, лаская и дразня, заем наклонил голову и впился в губы жестким, страстным поцелуем. Скай знала, что Пэнтер намеревался сильно возбудить её и точно знал, что делать. Он скользнул рукой по спине к бёдрам, задрал платье и провёл пальцами по набухшей плоти, отчего Скай чуть не растаяла. После Пэн скользнул пальцем в её тело. Его запах, вкус, ощущение накаченного тела и ласки пальцев в теле быстро возбудили Скай, заставляя стонать.

Пэнтер отстранился, расстегнул штаны, освобождая налитый член, и обхватил Скай за попку

— Обними меня за шею, красавица, и держись.

Неделю спустя

Джеронимо; имя чирикауа Гоятлай, означает «Тот, кто зевает»; 16 июня 1829 — 17 февраля 1909 — легендарный военный предводитель чирикауа-апачей, который в течение 25 лет возглавлял борьбу против вторжения США на землю своего племени. В 1886 году был вынужден сдаться, когда против 36 его соплеменников, включая женщин и детей, выступило 5 тыс. американских солдат, и до конца жизни оставался военнопленным.

Гайавата (англ. Hiawatha, также известный как Айенвата (Ayenwatha), Айонвата (Aiionwatha), или Гайенвата (Haiëñ'wa’tha на языке Онондага)] был вождём коренных американцев доколониальной эпохи и одним из основателей Конфедерации Ирокезов. Согласно преданиям он был вождём племени или онондага, или племени мохок, или обоих. Есть версия, будто он родился в племени онондага, но потом был принят в племя мохок. Гайавата был последователем Великого Миротворца Деганавиды (Deganawida)

Моя жена меня приворожила — американская комедия положений, выходившая 8 сезонов на канале ABC с 1964 по 1972, а затем неоднократно повторявшаяся. Саманта Стивенс — главная героиня сериала — ведьма, которой для колдовства стоит только подёргать носом.

Вождь чоконенов, одной из групп чирикауа-апачей, и лидер восстания, которое вспыхнуло в 1861 году. Кочис являлся наиболее значительной фигурой в истории Американского Юго-Запада в XIX веке и одним из величайших лидеров среди североамериканских индейцев. Округ Кочис в Аризоне назван в его честь.