Когда мы с Кьярой и её мужем Сэмом подъехали к ресторану, нас уже встречал Ларс — мой высокий русоволосый друг. Он всегда мне нравился, заинтересовал с первой встречи, и с тех пор я думаю о нем, не переставая. Между нами сразу возникла симпатия, и мы сдружились. Тогда я не рассматривала его как потенциального партнера, и то, что неравнодушна, осознала неожиданно. Я удивилась, когда начала отмечать, что любуюсь его мускулистой фигурой, длинными волосами, карими глазами, что хочу прикасаться, и вижу в нем больше, чем просто друга. Он тоже заигрывал со мной, но попытки не заходили дальше флирта.

Вместе мы смотрелись интересно: платиновая блондинка на шпильках и металлист в потрепанной косухе. Да, вкусы у нас не совпадали — Ларс предпочитал рок, а я клубную музыку, но это придавало нашему общению особую пикантность. Между нами царило полное взаимопонимание, с ним я могла говорить на любые темы и обсуждать всё на свете.

— Виолетта! Потрясающе выглядишь! Впрочем, как всегда.

Я элегантно выпорхнула из авто и сразу попала в крепкие мужские объятья.

— Ты не устаешь меня хвалить, — смутилась я, опуская ресницы. Но мне польстил комплимент — Ларс не распылял их без повода.

— Кьяра, Сэм, — он поздоровался и с ними, а потом за руку повел меня к ресторану.

— Я тебе написал, что у меня сюрприз, — зашептал он.

— Люблю сюрпризы, — сощурилась я в ожидании подарка.

— Этот… своеобразный, — выдавил парень.

— Ты же знаешь, у меня нестандартный вкус, — проворковала я, когда мы вошли внутрь.

«Нестандартный, но не настолько же. Предупреждать надо», — я шумно сглотнула, увидела за столиком мать Ларса.

Я обернулась, требуя объяснения, но он переминался с ноги на ногу и бормотал:

— Она хотела увидеться… я ей столько про тебя рассказывал… Я позвал друзей, чтобы тебе было комфортнее… Не волнуйся, она недолго, ей скоро на работу.

Его мать я видела всего раз и то случайно. Мы тогда попались. Нет, ничего такого, просто смотрели фильм, когда она вернулась. Нет, правда, кино смотрели, без подтекстов. Но, вероятно, она подумала по-другому. Отчалили мы со скоростью света, она не успела и рта раскрыть. Но это было давно, если она решила сейчас поднять эту тему, то опоздала — зверя надо брать по свежим следам. У любого события есть срок давности.

Тогда что ей нужно? Я разгладила нахмуренные брови и нацепила улыбку «само очарование», но, глянув на суровое лицо женщины, сменила на «убийственную красоту».

— Здравствуйте, миссис Стивенс, — проговорила я шелковым голосом.

— Доброе утро, мисс Грейс. Надеюсь, не испорчу вам завтрак своим присутствием?

— О чем вы? Наоборот, скрасите, — сказала я, присаживаясь.

Ларс пододвинул мне стул. От цепкого взгляда женщины это не укрылось, но она промолчала. Ещё за столом сидел близкий друг Ларса — Деклан. Такой же фигуристый, но более щеголеватый. К нам присоединились Кьяра и Сэм.

— Что будешь? — спросил у меня Ларс.

— Вообще-то мы с Кьярой уже позавтракали, — я увидела обиженный взгляд подруги, однозначно наметившейся на добрую половину меню, и вздохнула: — Но с удовольствием выпью фирменное кофе и съем пирожное.

— Тирамису? Наше любимое? Правда, здесь оно не такое как в «Астории». Может, чизкейк? Ты говорила, что там нежный сыр, — парень вовсю сорил компроматами.

Его мать увлечённо рассматривала меню, но я была уверенна, что она записывает все слова на подкорку, как на магнитную ленту. Я пнула Ларса ногой под столом. Он сразу затих.

— Да, я буду тирамису.

Образовалась небольшая пауза, в которой Кьяра защебетала с мужем, а Деклан начал что-то рассказывать Ларсу. Я почувствовала себя кустом в пустыне, и напряглась в ожидании наступательного удара. И он не замедлил последовать.

— Мисс Грейс, сын рассказывал, что вы сегодня улетаете, деловая поездка? — миссис Стивенс начала «непринуждённую» беседу.

— Да, презентую новый программный продукт заказчику.

— Как интересно, — проговорила женщина скучающим голосом. — Наверное, совсем нет времени на личную жизнь, — она пристально посмотрела на меня, но я и ухом не повела, только улыбнулась, обнажая эксклюзивную работу личного стоматолога, и сказала:

— Я разделяю работу и отдых, и всегда могу выкроить время для себя, ну, вы понимаете — солярий, косметолог, бассейн, шопинг.

По внешнему виду миссис Стивенс можно было предполагать, что она даже слов таких не знает, а уж о еженедельном посещении и не мечтает. Но всё же кивнула:

— Да, только я имела в виду другое, говоря «личная жизнь». У вас есть молодой человек? — спросила она в лоб.

Она явно думает, что я встречаюсь с ее сыном и ждёт ответа. Опровержительного. Да пожалуйста, пусть хоть кого-то порадуется, что мы с Ларсом только друзья. Я уже открыла рот, но тут парень вступился за меня:

— Мама, что ты пристаешь к Ви, у неё голова сейчас занята варкой особого сорта лапши для лос-анджелесского заказчика.

Женщина возразила, но её речь потонули в нашем весёлом смехе. Принесли заказ, и мы погрузились в молчаливую трапезу. Следующие слова матери Ларса были прощальными.

— Я провожу тебя, мама, — парень поднялся.

— Я с тобой, — отозвался Деклан.

— А я отойду на минутку, — сказал Сэм.

Ларс бросил на меня извиняющийся взгляд. Я примирительно улыбнулась, невольно залюбовавшись его русыми волосами и высоким ростом. Мне даже со шпильками не догнать.

— Ну, как тебе свекровь? — спросила Кьяра.

— Скажешь тоже, мы же с Ларсом не пара. А как тебе твоя?

— Поучает, — Кьяра вздохнула. — Всё ей не так и не эдак.

— Крепись, дорогая. Зато всё прекрасно с Сэмом, — подмигнула я ей.

— Да. Только я иногда сомневаюсь, люблю ли я, как надо? Вдруг он заслуживает большего, а я даю минимум, вдруг я только потребитель?

— Кьяра, что за бред. Если любишь — не задумываешься, кто любит сильнее, условий не должно быть. Сегодня больше внимания тебе, завтра — ему. Это и есть гармония. Вы женаты недавно, вот ты и боишься нового статуса и обязанностей, что бытовые проблемы грузом лягут на плечи, но ведь любимый будет рядом и поможет. Так что больше о таком не думай и просто будь счастлива!

Подруга засветилась благодарной улыбкой. Похоже, моя тирада вселила в неё уверенность. Умею я, оказывается, влиять на людей. Как бы повлиять на Ларса, чтобы он разглядел во мне нечто большее, как сорвать со лба ярлык «подруга» и повесить на грудь гордую табличку «любимая»? Тут как раз вернулись остальные, и парень сел рядом:

— Малыш, прости, что не предупредил, не знал, как помягче сказать, — он робко погладил тыльной стороной ладони моё плечо. Как я могла отказать ему в прощении?

— Ладно, — вздохнула я. — Но с тебя ужин в «Кинг-палассе».

Ларс присвистнул:

— Не плохо, придется подождать до конца месяца — я там всю зарплату оставлю.

Мы засмеялись.

— Чем займемся? У нас ещё есть время до самолета Виолетты, — сказал Деклан.

Наши размышления прервал официант, он принес на подносе конверт.

— Мы не просили счёт, — сказал Ларс.

— Это не счёт. Просили передать лично вам.

Парень удивился, но конверт взял, вытащил листок, пробежал его глазами и побледнел:

— Кто передал это? — он вонзился буравящим взглядом в несчастного официанта.

— Мужчина в плаще и шляпе, он сразу ушёл.

— Что случилось? — я попыталась заглянуть в лист, но Ларс вскочил, рявкнул «Куда?» и поволок беднягу на улицу, чтобы узнать направление, в котором скрылся тот, кто принёс послание.

Но официант только качал головой и разводил руками. Наконец, Ларс отпустил его и вернулся к нам. Мы чувствовали, что что-то произошло и требовали объяснений. Парень опустился на стул и печально глянул мне в глаза.

— Ларс? — я вздрогнула.

Он не ответил, только притянул меня к себе и обнял. Мы были обескуражены, а Кьяра изловчилась и выдернула из его руки листок. Потом поменялась в лице и уставилась на меня.

— Да вы что все, с ума посходили? — возмутилась я, хватая злополучную бумагу.

И вот что прочла:

«Уважаемый мистер Стивенс!

Сегодня в 12 дня в Нью-Йоркском аэропорту будет совершенно покушение на мисс Виолетту Грейс. Зная вашу симпатию к этой девушке, счёл своим долгом вас предупредить.

Аноним».

Лист перехватил Сэм. Вскоре уже все знали содержимое анонимки.

— Что это за шутки? — воскликнула я, глядя на Ларса. — Откуда сведения? Кто-то посторонний знает, что я сегодня улетаю, и хочет убить меня?

При слове «убить» меня захлестнула волна воспоминаний. О, Господи! Мой сон!

— Вы что поверили? — возмутилась Кьяра. — Да это розыгрыш, не накручивайте Виолетту.

— Конечно, — поддержал жену Сэм. — Ви, не хандри, это какие-то идиоты…

— Нет, — тихо произнесла я, и все замолчали. — Мне сегодня приснился сон — что меня попытаются убить в аэропорту.

Друзья удивлённо ахнули, Ларс взял меня за руку, только Кьяра фыркнула:

— Кто-то говорил, что ни слова больше не скажет про глупые кошмары.

— Но они оправдались, — возразила я.

— Да ничего они не оправдались. А вдруг это я тебя разыгрываю? Я же знала о сне.

— Но ты всё время была рядом.

— Как будто так трудно найти сообщников, — она сложила на груди руки.

— Подождите, девушки, — остановил нас рассудительный Деклан. — Виолетта, ты хочешь приплести мистику и пророческие сны, а ты, Кьяра, настаиваешь, что это чья-то злая шутка. Но почему молчит Ларс? Записку-то принесли ему! Если бы хотели сообщить о покушении, почему не Виолетте?

— И то верно! — воскликнула я, а парень вздохнул.

— Это мой осведомитель. Он часто помогал мне, когда я работал в полиции. А теперь, иногда что-нибудь расследует по моей просьбе.

— Ты просил его следить за мной? — поразилась я.

— Нет, конечно, с ума сошла! Он в свободном полете. Посматривает за мной и близкими и, если что подозрительное обнаружит — сообщает. По старой памяти.

— Значит, меня действительно хотят убить, — ахнула я.

— Боюсь, что так.

— Но кому желать смерти Виолетты? — изумилась Кьяра. — У неё не такой высокий пост в компании. А ты так вообще рядовой сотрудник службы безопасности.

— Может конкуренты хотят сорвать подписание контракта. Ну, или мои старые «знакомые», — невесело усмехнулся парень.

— Думаешь, меня хотят убить из-за тебя? — поразилась я. — Прекрасно!

— Ты меня обвиняешь?

— Стоп, ребята! А то беседа перетечёт во взаимные оскорбления, — остановил нас Деклан. — Подытожим. Итак, Виолетту хотят убить. Причина в Ларсе или в компании.

— Ещё и не факт, что её хотят убить, — Кьяра гнула своё.

— Хорошо, — сказал Деклан. — Не будем опускать и эту версию, покушение может оказаться фарсом. Но если опираться на теорию Ларса, то Ви рискует не выйти живой из здания аэропорта. Ей опасно там появляться. Лучше поехать поездом.

— Какой ты умный, — съязвила я. — Тогда я не попаду на конференцию в Лос-Анджелес вовремя, и меня уволят! У меня нет двух дней на поездку! Я не могу не лететь!

— Нет гарантий, что покушение будет, но нет и опровержения версии, — вздохнул Деклан.

И тут голос подал молчавший Сэм:

— А если замаскировать Виолетту?

Все обернулись на него.

— Ну, сменить имидж, одежонку другую, её не узнают, и она улетит спокойно, даже если её будет стеречь маньяк-убийца.

— А что? Стоящая идея.

— Итак, жить мне осталось пара часов, а мы устраиваем бал-маскарад, — проговорила я. — Ладно, давайте.

Больше полутора часа мы с Кьярой и Сэмом (я намеренно отказалась от помощи Ларса) изменяли мою внешность. Но глядя на отражение в зеркале, я чувствовала, что тут не обошлось без властного жеста моего «металлёвого» друга.

Облачаясь в прикупленную друзьями одежду, я не прекращала возмущаться и осыпать всех сочными проклятьями. Поменять шикарное платье на бесформенные джинсы, а чудесные туфельки — на дешёвые кроссовки! Вместо кружевного болеро нацепить дурно пахнущую коровой кожанку с невыразимым числом побрякушек!

Это замысел Ларса, не иначе: изуродовать мою красоту.

А на предложение Кьяры покрасить мои превосходные белоснежные волосы в чёрный цвет, я разразилась таким красноречивым потоком, что Сэм узнал много нового о жене. В итоге я согласилась на парик.

— Превосходно выгл…, - начал Деклан, но я посмотрела на него таким убийственным взглядом, что он осекся и замолчал.

— Ничего не говори, — процедила я сквозь зубы.

Мы встретились на парковке перед терминалом. Ларса с ним не было.

«Вот и прекрасно, — подумала я, уже забыв, из-за чего именно я на него злюсь, — пусть и не появляется!»

— А где Ларс? — спросила Кьяра.

— Наверное, боится, что его убьют, — фыркнула я.

— Он разговаривает по телефону, пытается пробить информацию, — Деклан укоризненно посмотрел на меня, а я хмыкнула. — А вот и он.

Я стояла спиной и не видела приближающегося парня, даже оборачиваться не стала.

— Никаких зацепок, ничего, проклятье! — в сердцах воскликнул он. — О, Кьяра, а где…?

Он оборвал себя на полуслове, заметив чёрное недоразумение. Я с вызовом повернулась, представая перед ним во всем безобразии. Ларс восторженно забегал вокруг меня:

— Круто! Ви, так здорово, ты прекрасна! Высший класс!

— Ещё что придумаешь? Я выгляжу как пугало.

— Никакое не пугало, ты замечательно замаскирована. Теперь даже не подумает, что ты — Виолетта Грейс, первая красотка компании!

— Ну спасибо, — я обиженно надула губы и сложила руки на груди.

— Так это же хорошо! — а Ларс растерянно развёл свои и повернулся к Кьяре: — Сработано по высшему разряду. То, что я хотел!

— Так и знала, что ты приложил к этому руку! — возмущенно заголосила я. — Это по твоей указке меня вырядили в эти лохмотья. Это всё ты!

— Да я! — он начал наступать на меня. — Я посоветовал Кьяре этот вариант. Потому что это не лохмотья, это одежда! И так ходит четверть молодежи! И никакой преступник не додумается искать в металлистке прекрасную Виолетту!

Я опешила и отступила от разозлившегося Ларса. Его гнев выбил из меня желание бунтовать и показывать свою гордость. Видя его пылающее лицо, возвышающееся надо мной (ведь теперь у меня не было преимущества в виде шпилек), я мигом остыла. Я почувствовала себя на грани жизни и смерти, и мне стало страшно. Остальные молчали.

— Ребят, хватит ругаться, — попытался вступить Деклан, но Ларс остановил его жестом.

— Ты права, я просил вырядить тебя как пугало! А почему? Потому что волнуюсь за тебя! Потому что считаю себя виноватым, что на тебя хотят устроить покушение. И потому что, наконец, не хочу потерять тебя!

Мне показалось, что на его глазах блеснули слезы, но он так быстро отвернулся, что я не была уверена. Они начали обсуждать, как заведут меня в аэропорт, как Кьяра получит багаж, как доведут меня до таможенного контроля, но я не слышала их. В моих ушах эхом отдавалось: «…волнуюсь за тебя… считаю себя виноватым… не хочу потерять…».

Они всё обсудили и направились к зданию, Ларс хотел пройти мимо, но я вцепилась ему в рукав. Он молча остановился, не глядя на меня.

— Прости, — прошептала я.

Ни слова не говоря, он высвободил руку, потянулся к карману куртки и вытащил солнцезащитные очки. Протянув их мне, проговорил бесстрастно:

— Для завершения образа пугала.

Хоть Ларс и сказал это ледяным тоном, я поняла, что он больше не сердится и улыбнулась.

Входя в здание аэропорта, я чувствовала себя знаменитостью — друзья всячески прикрывали меня.

— Не так активно, вы привлекаете внимание, — шикнула я, — ещё за руки возьмитесь и хоровод водите вокруг.

— Ви права, — сказал Деклан. — Нужно рассредоточиться. Я пойду сзади.

— Мы с Сэмом посмотрим впереди и по сторонам, — сказала Кьяра.

Мы остались с Ларсом наедине. Я смущенно молчала, идя рядом.

— Что ж, — проговорил Ларс, — раз меня оставили в качестве личной охраны, — он подал мне руку, — будем играть роль «металлической» парочки, хоть тебе это и не по душе.

Я послушно взяла его под руку и хотела возразить, но он продолжил:

— Смотри на меня, будто обожаешь, и притворяйся, что влюблена, — напутствовал он, а я улыбнулась, ведь мне не нужно было разыгрывать, что и так на сердце.

— Хорошо получается, — видя мои «старания» он смягчился, но всё равно выглядел обиженным.

— Ларс, я хочу кое-что сказать, — начала я. — Если я умру…

— Ещё чего, — нахмурился он.

— Нет, подожди! Выслушай, пожалуйста, если я не скажу…. Я хочу, чтобы ты знал, — я собиралась с духом, готовясь рассказать ему о своих чувствах. — Я тебя…

Но мне не суждено было договорить.

События замелькали с невероятной скоростью. Справа послышался женский вскрик, звонкий и неожиданный, и я резко повернулась в ту сторону.

В лицо мне смотрело дуло пистолета. Преступник целился в меня с тридцати футов.

Заболтавшись с Ларсом, мы отвлеклись и забыли о бдительности, а время моей смерти как раз подошло. Значит, всё-таки выследили, маскарад не удался или за мной следили. Все напрасно… Стоило так наряжаться, когда можно было умереть достойно — на каблуках!

Каково это — стоять перед лицом смерти и сознавать, что жить осталось всего ничего?

Я не успела прочувствовать это, потому что Ларс повалил меня на пол. Почти сразу послышались выстрелы. Не понимая, ранена я или преступник промазал, я закрыла глаза…

Но прохлаждалась недолго — кто-то начал меня трясти. Надо мной склонилась Кьяра, вокруг суетились люди, краем глаза я увидела, что Сэм и Деклан повалили кого-то на пол, к ним бежал офицер. Значит обошлось.

— Ты не ранена? — спросила подруга, и видимо не в первый раз.

Я не знала что ответить и шевельнулась. Боли не было.

— Нет, — слабым голосом проговорила я.

— Хорошо, я сбегаю за врачом, — Кьяра поднялась и унеслась.

«Мне не нужен врач», — хотела крикнуть я, но её уже и след простыл.

Я повернулась, чтобы поискать Ларса. И поняла, что врач всё-таки понадобиться — ранен был он. Парень лежал на полу и зажимал кровоточащее плечо.

— Ларс, ты ранен! Ларс! — с меня мигом слетело оцепенение, и я бросилась к нему.

— Тише, Ви. Я жив, а это просто царапина. Тебя не задело?

— Какая царапина, вон сколько кровищи. Я в порядке, — буркнула я. — Вечно ты споришь, делая из меня глупушку.

Ларс засмеялся, но было видно, что ему больно. Я склонилась над ним:

— Потерпи, скоро придет врач.

— Убийцу поймали?

Я обернулась. И мы оба увидели, как констебли уводят мужчину. Лица видно не было. Сэма и Деклана допрашивал офицер.

— Да, слава богу! Прости меня, Ларс, — сказала я и из глаз брызнули слезы, — я обязана тебе жизнью, ты так рисковал.

— Ерунда, — фыркнул он. — А что ты хотела сказать мне… эм… перед смертью?

Я покраснела.

— Оооо, вижу что-то пошлое, раз ты стала пунцовая, — расхохотался Ларс.

— А вот и нет, — возразила я, краснея ещё сильнее.

— Ну, так что? Скажешь? Или мне и дальше мучиться в догадках?

Я закусила губу в нерешительности. Когда я думала, что умру и нечего терять, мне было не страшно открыться, теперь же, если расскажу — поставлю нашу дружбу под удар.

— Тогда я сам, — сказал парень, не дождавшись ответа. — Потому что хватит таиться.

— Ты о чем? — заморгала я.

— О тебе. И обо мне, — карие глаза Ларса улыбались. — Сколько ты ещё будешь скрывать от моих ушей то, что уже давно видят глаза и чувствует сердце?

— Ларс… — краснеть сильнее было некуда.

— Эх, женщина! Только перед смертью решила раскрыть мне свою тайну, что за глупая девчонка!

— Я не глупая девчонка, — возразила я, убеждаясь в его правоте.

— Ты мне очень нравишься, — сказал он, — я хочу, чтобы наша дружба переросла во что-то большее. Как ты на это смотришь?

— П-п-положительно, — кто бы увидел меня сейчас, точно поржал: великая красавица и соблазнительница Виолетта Грейс тушуется, как школьница на первом свидании.

Я поверить не могла, что нравлюсь Ларсу, и он давно знает о моих чувствах.

— Ну, раз положительно, скрепим договор поцелуем. Целуй, сегодня здесь я жертва.

Я засмеялась и наклонилась к нему. Прикоснувшись к его губам, я забыла обо всем: что мы лежим на грязном полу в аэропорту, что мой самолет давно улетел, и презентация будет провалена, а я, наверняка, уволена, что меня несколько минут назад меня пытались убить, а вокруг — приличная толпа зевак, что мне снился пророческий сон, что одета я во что-то непонятное, а парик валяется рядом чёрной волосатой тряпкой.

Был только Ларс. Во всем мире существовали только мы.

Оторвавшись от него, я посмотрела в родные глаза, понимая, что теперь они будут смотреть только на меня. Эти руки буду обнимать только меня, и этот мужчина — теперь мой, а я всецело — его. И меня охватила невиданная радость.

— Так и быть, твоя взяла, — сказала я. — Пересмотрю мнение о твоей тяжелой музыке, дам её ещё один шанс.

Ларс засмеялся.