Время было около двух часов ночи.

— Пора и домой ехать, устал, — подумал Сергей и, отключив программу в телефоне, допил последний глоток мерзкого кофе из бумажного стаканчика.

Его старенький «форд» бодро завёлся, и не торопясь выехал из дворов на центральную улицу.

Сергей Иванович Трубачёв таксист, не по призванию, а по необходимости. Бывший сотрудник, не доработавший до пенсии каких-то пару лет. Не дали, выгнали в связи с какими-то там пертурбациями у них, у начальства в головах. Ему 37 лет, родился, учился, отслужил, пошёл работать в милицию, её так раньше называли, это сейчас новомодным словом обозвали «полиция». Разведён. Жена не выдержала постоянных отсутствий мужа. Детей нет. Жилье своё, оставшееся по наследству от родителей хоть какая-никакая, но двух-комнатная «хрущёвка» в центре города.

После смерти родителей всё поменялось и перевернулось. Сначала умер отец, потом мама. Сергей остался один, совсем один. Друзей нет, с бывшей женой отношения не поддерживает, и зачем. У неё своя жизнь, у него своя. Не красавец, но и от обезьяны всё-таки отличается. От былого спортивного телосложения остались воспоминания, но и чрезмерно полным назвать не поднимется «рука». Так сказать, мужчина среднего роста, приятной наружности, в меру упитанный, в полном расцвете сил, но вот искорка в глазах, «живой взгляд» потускнел…

Автомобиль, тихо шурша колёсами, ехал по опустевшим улицам. Погода мерзкая, мокрый снег, ветер, хоть и начало марта на дворе. Как раз праздники закончились, и сегодня трудовому люду идти с утра на работу.

Слабо освещённые улицы выхватывали в свете фар не многочисленных прохожих. Ехать приходилось медленно, даже наверно слишком. На остановке общественного транспорта Сергей приметил одиноко стоящего человека с портфелем в руке. Вторую руку неизвестный держал поднятую параллельно земле и пытался остановить проезжавшие мимо редкие автомобили.

«Если по пути домой, то возьму этого „грача“, всё не пустым ехать», — подумал Сергей и, притормозив у незнакомца, открыл пассажирское стекло.

Оказалось, по пути и по цене договорились. Незнакомец оказался пожилым, худощавым человеком с испещрёнными морщинами лицом, но глаза его «живые», с искрой, от которой, как говорил один из вождей пролетариата, «возгорится пламя». Одет незнакомец в потрёпанное пальто, брюки и шляпу с широкими краями. Ехали молча. Расплатившись «под расчёт», незнакомец вышел и исчез за поворотом. Во дворы к подъезду проехать затруднительно, и пассажир не стал настаивать на этом.

«Теперь точно домой», — в очередной раз подумал Трубачёв и, проехав пару кварталов, припарковался возле своего подъезда во дворе пяти-этажки.

— Вот засада, — глянув на заднее пассажирское сиденье, чертыхнулся Сергей.

Сзади, на сиденье, лежал портфель незнакомца.

«Как так! Он, вроде, выходил с ним. Точно помню!» — стоя около машина думал Трубачёв, держа в руках небольшой, видно, что хорошо сделанный и не дешёвый портфельчик темно-коричневой кожи. Замки закрыты, но ключ висел на рукоятке портфеля.

— Странно… Пассажир, выходил с портфелем, ему точно говорил, чтобы ничего не забывал и проверил когда вышел — ничего сзади не было, а теперь вон оно как… Мда. Может от кого ещё остался? Ладно, все завтра, устал…

Сергей закрыл машину. Взял с собой портфель и, поднявшись пешком на четвёртый этаж, оставил находку в коридоре. Переоделся, обмылся и лёг спать. Засыпая, как-то само собой пришла мысль, что поспит подольше — возьмёт выходной. Спокойно съездит в контору, пополнит баланс и сдаст находку администратору.

Через некоторое время Сергей Трубачёв провалился в сон.

Проснулся Сергей быстро, как будто включили переключатель у него в голове. Мысли были ясные, он сам бодр и свеж. Усталости, накопившейся за последние недели, как не бывало. Немного полежав, потянувшись в кровати, встал, надел лежащие на стуле шорты, нацепил тапочки и пошёл в гальюн типа туалет умываться. Выйдя, из совмещённого ванна-туалет помещения, обомлел. На кухне, расположившись за столом, сидел тот самый незнакомец, которого подвозил поздно вечером. Он пил, что-то из кружки и, не мигая смотрел на него. Взгляды встретились.

— Проснулись, Сергей Иванович, долго спите, хорошо отдохнули? — тихо, но уверенно сказал незнакомец, широко улыбнувшись. При улыбке у него стали видные чуть ли не все его зубы, такие естественно белые и правильные, как будто ненастоящие.

— Вы кто? Как здесь оказались?

— Я? У меня много имён, можете называть меня Посланником, или как вам заблагорассудится, хоть Семён Семёновичем. Оказался здесь, — незнакомец сделал непродолжительную паузу, придавая важности сказанному, — из-за того, что вы выиграли в Лотерею. Готов исполнить Ваше желание изменить свою, то есть Вашу жизнь.

— Так, стоп. Не пойму, какую Лотерею, что вы говорите, как сюда попали?! Как вошли и почему сидите у меня и пьёте из моей кружки?! Хозяйничаете тут, как у себя в доме?!

— Успокойтесь, Сергей Иванович, позвольте вас так называть, — сказал незнакомец-посланник и, не дождавшись ответа, продолжил, — сейчас всё объясню. Я — Посланник. Для удобства все же, называйте меня Семён Семёновичем, или Семёном, мне так больше нравиться. Теперь присаживайтесь, хотите, чаю налью? Тем более позавтракать надо, не на пустой желудок новую жизнь начинать.

Учитывая, что незнакомец, назвавшийся Посланником, никаких агрессивных действий не предпринимал, угрозы от него не исходило, то Сергей присел на соседний стул. Принял от Семёна вторую кружку, уже наполненную тёплой жидкостью, по цвету и напоминавшей чай. На вкус напиток оказался отваром из трав, с добавлением мёда и корицы.

— Начнём сначала. Вижу, немного отошли от первого шока, совладали с собой, теперь всё объясню, — и Семён начал долго и монотонно рассказывать. Сергей сидел молча, обдумывая услышанное. Изредка задавая возникающие вопросы.

Со слов Посланника-Семёна выходило, что выиграл в Лотерею «начать все заново в новом Мире». Прошёл три ступени проверки и готов принять и понять то, что сейчас происходит адекватно. Как вспомнил Трубачёв, несколько лет назад, отправлял резюме по разным работодателям. Отвечал на нудные и непонятные вопросники. Один из вопросов так въелся в память, что до сих пор его помнит: «Любите ли вы кузнечиков?» Именно так он звучал, и предложенного ответа не было, чтоб выбрать один из возможных вариантов. В ответе требовалось описать свой ответ, если он положительный или тем более отрицательный, но непонятно, люблю в пищу употреблять, или любоваться в засушенном виде.

Как стало ясно, это первый этап проверки: увидеть объявление, подать заявку и ответить на поставленные вопросы. Вторым этапом проверки соответствия были уже действия самого кандидата. Несколько лет назад, не поддавшись своим чувствам, отпустил свою любимую жену, с которой прожил много лет. Отпустил, чтобы она смогла начать свою жизнь заново, с тем опытом, который ей был необходим в дальнейшем. Третий этап — это уже был сам Посланник-Семён. Необходимо его не отвергнуть, быть вежливым и не раздражительным, но самый трудный этап проверки это портфель, его необходимо «обнаружить», не вскрывать и, по крайней мере, реально желать вернуть владельцу.

Сергей сидел молча за кухонным столом, обдумывал услышанное. Мысли роились, «бегали» хаотично, что разболелась голова.

— Сергей Иванович, успокойтесь — опять начал говорить Посланник — Семён, — надо принять решение, в какой мир отправиться. Можно, конечно, положиться на Случай, но он сами понимаете, не всегда исполняет желаемое. Есть несколько вариантов, такие же миры, как этот. С примерно таким же уровнем технологий и знаний, но с несколькими вариациями. Следующий вариант — это значительно развитый технически мир с космическими перелётами, путешествиями между галактиками. Третий возможный вариант — это как сами понимаете, отсталые в техническом плане миры, которые пошли по другому пути, пути развития внутренних сил, силы мысли, разума, воли, познания себя как частицы Мироздания. Ну и последнее, четвёртый вариант, это как тут принято считать, так называемый «цифровой мир». Или можно сказать «мир виртуальной реальности» — это самое близкое понятие, какое нашёл в вашем языке, чтоб его описать.

— Мне надо подумать. Есть несколько вопросов, можете на них ответить?

— Да, конечно, все что в моих силах. Только не спрашивайте: «Кто проводит Лотерею», — усмехнулся Посланник-Семён, — этого не знаю, хоть и представляю довольно долго «Их», или «Его» интересы в разных мирах. Предвкушая ваши вопросы, начну сам, с распространённых: во-первых, вы перенесётесь в тот, выбранный мир, практически мгновенно. Все необходимые тесты и прочие процедуры мы с моими помощниками уже сделаны. Да, не удивляйтесь, так долго спать необходимо для проведения финального тестирования психо-физического состояния. Немного подправили вас, убрали физические препятствия к выполнению процедуры переноса. Сердечко у вас больное, могло не выдержать. Пришлось подлечить. Это стандартные, подготовительные мероприятия и труда не составляют. Необходимо чтоб тело выдержало кратковременную нагрузку при переносе сознания в выбранный мир.

Сергей себя ощущал бодрым, отдохнувшим, полным сил и энергии, но думал, что это результат хорошего сна за сколько-то безумных недель работы.

— Поверили мне? Теперь давайте отвечу на вопросы.

— Как перенесусь в новый Мир? — начал Сергей, — машинка перемещения или как-то по-другому? Вроде, у вас нет с собой ничего кроме портфеля. Да, и ещё, что будет с моей квартирой, машиной, моими друзьями, знакомыми, что изменится, если меня не станет в этом Мире?

— Друзей у вас нет. Машина, квартира и прочие материальные блага, накопленные здесь, вам там не понадобятся. Будет начислена компенсация в той валюте, которая имеет хождение в том Мире, куда отправитесь. Что изменится в этом Мире без Вашего отсутствия…, так ничего не изменится, Вы просто умрёте — остановится сердце. Наследство отойдёт дальним родственникам, с которыми общались-то всего пару раз. Вот и все дела.

— Что могу взять с собой? Можно взять некоторые вещи, может, что мне… там, — и Сергей многозначительно ткнул пальцем вверх, — что-то понадобиться?

— Нет, к сожалению, можно переносить только сознание. Да и процедура трудная. Не зря пришлось немного «подлатать». Восстановили сердечко, подправили кости и многое ещё. Не волнуйтесь, это бесплатная процедура, необходимая для получения выигрыша, так сказать, побочный эффект получившего «шанс начать новую жизнь». Ваше сознание, привычки сохранятся, но со временем вы начнёте забывать прошлую жизнь. С вами я пойти не могу, уж извините — дела, но Вас встретят.

— Ещё один вопрос. Много таких как я, «выигравших»?

— Это как сказать, много или мало. Обычно, в одном Мире, способных пройти все процедуры проверки и вытянуть счастливый билетик в Лотерее — оказаться в нужное время в нужном месте, исчисляется десятитысячными долями процентами от общего числа жителей планеты (Мира). Но есть некоторые индивиды, мы, такие же Посланники, как и я, называем их «Феликсами»[1]. Так один из них за период своей биологической жизни умудрился ДВА раза выигрывать Лотерею в разных Мирах. Сам понимаешь, что отбор разный. Требования, условия и совпадение различных факторов разнится, в зависимости от Мира. И не помните вы толком ничего от прошлой жизни. Все как-то само стирается со временем. Наверно, это побочный эффект от перемещения… Готов? Вопросы есть? Определился с миром? Куда переносить? — и Посланник-Семён вынул из своего портфеля, лежавшего рядом с ним на стуле большой кругляш в виде медальона, или скорее тарелка или диск, на котором занимаются аэробикой. Такой крутящийся. Положил в центре комнаты.

От диска, постепенно усиливаясь, исходило голубоватое свечение. В воздухе запахло озоном.

Сергей с опаской посмотрел на Посланника, а не изжарить ли он его хочет заживо. Там, неверно, такой электрический разряд запасён, ну или что-то вроде этого. Озон-то в комнате от чего появился?

Так и не определившись, куда «лететь», что перемещаться надо, это точно. Второго шанса точно не будет, а он как есть один. Без перспектив, без друзей, родных, без работы, без денег… Что ждёт дальше? Лет так через 15–20, если не помрёт раньше? Только нищета и одиночество. М-да…

Мысли лихорадочно искали ответ на поставленную задачу, чтобы максимально использовать полученный шанс. Вариант с таким же Миром, как и здесь, сразу отмёл, в «виртуал» не хотелось. Оставались Мир с «магией», как для себя его назвал и космический Мир… Магических способностей или по современному экстрасенсорных навыков за собой не замечал. Ну, не был ни парапсихологом, ни экстрасенсом, ни как там ещё называют «с третьим глазом во лбу». Остаётся один вариант — Космос. Хоть и мечты не было становиться космонавтом, но, наверно, это лучший вариант. Решено! В космический, технически развитый Мир. Надеюсь, не обманет и встретят бедного и несчастного в другом Мире, — с ухмылкой подумал Сергей и решительно подошёл к диску, лежащему на полу, и сказал, что готов — выбирает Космический Мир.

Темнота. Холодно. Хочется пить. Руки и ноги затекли. Пошевелиться получается с трудом. Как будто связан, или находишься в какой-то плотной субстанции.

— Чёрт возьми! Что со мной? Неужели весь этот бред приснился, и я сейчас лежу дома. Забыл закрыть балкон и мучаюсь от холода? — подумал Сергей, — просыпайся! Открывай глаза! Вставай! Иди закрой этот, чёртов, балкон! Как же холодно!

Сквозь закрытые глаза яркая вспышка света. Шипение, ощущение падения. Падаю медленно, долго. Кто-то или что-то подхватывает. Куда-то несут. Звуки доносятся приглушённо, как будто находишься под водой, а кто-то пытается докричаться.

Открой глаза, осмотрись! С большим трудом глаза разлипаются. Яркий свет на мгновение слепит. Голоса. Разобрать ничего не возможно. Речь резкая с множеством звонких согласных. Понять ничего не получается. Теплеет. Понимаю, что опустили в ванну и начали обмывать. Дышать по-прежнему трудно. Зрение от яркого света так и не восстановилось. И тут резкая боль в области шеи и опять темнота.

Очнулся лёжа на жёсткой подстилке. Одетый, точнее укутанный в тёплый халат. Напоминает махровый, но цвет у него грязно серый, как будто сделан из материала, из которого делают валенки. Не без труда поднявшись на локтях, огляделся: большой зал, потолок не просматривался, высокий наверно, освещение приглушенное, тёплое с жёлтыми тонами. Вокруг рядами стоят лежанки. На некоторых из них расположены тела, все укрытые такими же халатами.

— Очнулся? Что лежишь, вставай, давай. Одевайся. Времени мало, а у меня их вон ещё сколько.

Рядом стоял высокого роста под 190 см мужчина на вид лет 40–45, плотного телосложения, глаза раскосые, одетый в куртку и комбинезон темно фиолетового цвета, на голове кепка с очками, прикреплёнными к ним, как у автогонщиков в былые времена. Кинув на лежанку упаковку из плотного полимера, незнакомец повторил, — одевайся и жди меня.

Вылезать из тёплого халата не хотелось, но строгий тон первого моего встречного заставил себя побороть и отказаться от требования ответов на многочисленные вопросы. Значит, получилось, явно нахожусь не на Земле, а где-то в далёком космосе, тем более речь мне не известна… была. Наверно, это укол так своё дело сделал. Да и окружающая обстановка походит не на программу «розыгрыш».

Нажав на видимую выпуклость на свёртке, который больше похож на бандероль. Упаковка исчезла, втянулась в эту самую выпуклость, и в руках оказался комбинезон стального цвета. Лёгкая «штормовка», нательное белье, «обувка», вроде кед, но с плотной подошвой, носки и кепка. Быстро оглядев себя: ну, на вид лет тридцать, наверно, не красавец, но и не обезьяна, только волосы вместо чёрных — русые. Руки-ноги на месте, голова вертится. Глаза видят, язык ворочается. Попробовал сказать скороговорку на своём родном — русском языке, получилось. Повторил её на другом, не знакомом языке, тоже вышло, но как-то коряво звучало. Ну и шут с ним, главное понимаю и говорю, а как, и что — потом разберёмся. Подпрыгнул — вроде сила тяжести примерно одинаковая с Земной. Дышится нормально. Кислород есть.

— Так, все пробуждённые, внимание! — заговорил громко и чётко встречающий, — оделись. Подошли ко мне, получили «коммуникаторы» и пошли по коридору на выход слева от меня. Там, идёте прямо до первого поворота налево, а потом всё прямо и прямо. Упираетесь в столовую. Вас сначала покормят, потом активируется коммуникатор и получив сигнал идите туда, куда он укажет… Всё. Подходим, подходим не задерживаемся!

Сергей, получив свой «коммуникатор», похожий на телефон типа «смарт» с браслетом, нацепил его на левую руку и пошёл вместе с потоком людей по указанному маршруту. Кушать хотелось зверски. Прям, пупок прилип к позвоночнику и мысли о еде активизировали бурное выделение слюны.

«Собака Павлова[2], блин», — непроизвольно пришла такая мысль.

Коридор широкий, высокий. Внимание обратил на людей, идущих рядом в том же направлении. Да, именно людей, двуногих, двуруких с одной головой, двумя глазами, носом и ртом. Их примерно около тридцати, одеты в одинаковые комбинезоны. Среди идущих на кормёжку, были и женщины. Все шли молча. Как будто знали, что происходит. Отделяться от толпы Сергей не захотел. Необходимо пообедать, да и определиться, что произошло. Может быть, в столовой удастся с кем поговорить. По пути никто не встретился, что наводило на размышления.

Пройдя по указанному маршруту, вся толпа вошла в большой зал, уставленный столами и стульями. Справа по ходу движения стояли несколько десятков, как понял, автоматов по выдаче еды. Затесавшись в середину толпы, внимательно наблюдал, что делают окружающие. Каждый подходил по очереди к автомату, прикладывал свой коммуникатор к считывающему устройству аппарата и получал набор: брикет в виде тюбика и цилиндр с крышкой и, не задерживаясь, двигался к свободному столику.

Подошла моя очередь. Проделав аналогичные манипуляции, получил паёк, выбрал свободный столик и уселся на стуле. С цилиндром разобрался быстро — это оказалась просто кружка-термос с завинчивающейся крышкой, открутив которую по запаху удалось определить, что в ней находится напиток, отдалённо напоминавший кофе, но зелёного цвета. На вкус не сладкий, но с тонким привкусом варенья из райских яблок. На первый взгляд, точнее вкус, мерзость несусветная, но распробовав, даже понравилось — необычно. А вот с тюбиком оказалось сложнее, смотря на окружающих, попробовал открутить крышку, но сильно нажав на него, часть тягучей массы вылилась, прям на стол. Криворукий какой! Масса, оказавшаяся в тюбике, напоминала по внешнему виду картофельное пюре, с мелкими кусочками чего-то там. Есть можно, да и «с голодухи», что только не скушаешь.

Мерно поглощая пищу, внимательно смотрел на окружающих. Некоторые сидели вместе за одним столиком — это были разнополые пары примерно одного и того же возраста, наверно, семьи. Встречались и тройки крепкого вида мужчин, чем-то похожими друг на друга, может причёской, или манерой держаться. Разговоров услышать, подслушать не получалось. Ничего слышно не было. Таких одиночек как я в зале насчитал около половины от всего состава. Точные подсчёты проводить не стал. Через некоторое время от начала приёма пищи в зале стали раздаваться звуковые сигналы, похожие на сигнал зуммера и люди начали выходить из зала, что-то смотря в свои коммуникаторы.

Примерно через полтора часа, когда всё съел, передумал вертевшиеся в голове безумные мысли: от захвата космического корабля и становления на путь пирата, до попытки свергнуть местного правителя и захвата власти в отдельно взятой галактике, как коммуникатор ожил, завибрировал, тренькнул, что-то мерзкое и на нём высветился маршрут. Понял, что надо идти.

Вид на экране коммуникатора похож на карту со стрелочками и отметкой где нахожусь, ну точь — в точь как в навигаторе. Недолго собравшись, оставив пустой тюбик на столе, засунул за пояс «кружку», уж больно понравилась. Печалило, что карманов в комбинезоне не предусмотрено. И не торопясь пошёл в указанном направлении.

Идти пришлось долго. Маршрут петлял по разным уровням, приходилось пользоваться как лифтами, так и лестницами. Выручал только коммуникатор. Оглядев его внимательно, ещё сидя за столиком, когда изволил принимать пищу, нашёл на нем только маркировку — одну надпись, смутно напоминавшую аббревиатуру «МВР», а дальше непонятно, наверно, цифровое обозначение.

По дороге несколько раз встречались вооружённые тройки людей. Пытаясь с ними заговорить, они просто прислоняли коммуникатор к своему, что-то проверяли и показывали направление куда идти. Так добрался до открытой шлюзовой двери. Зайдя внутрь, неожиданно охватил паралич. Зазвучала сирена, и «бревном» рухнул на пол. Потерял сознание.

Очнулся от громких команд, а потом смеха. Чувствовал, что обыскивают.

— Да, это совсем «дикий». Как его только к нам занесло, небось, нанялся на какой-то захудалой планетёнке, думает, что здесь Рай, хотя, в его понимании, тут действительно Рай.

— Надо же, спереть с пищеблока ёмкость. Она ж утилизируется автоматически через час. Вот, бедолага. Так и без брюха остался, если б сканеры вовремя не остановили.

— Ты слышишь меня? Понимаешь? — услышал отдалённый голос. Кто-то тряс за плечо. — Оклемался? Давай, вставай, пойдём, провожу. Тут недалеко осталось.

Поднявшись, огляделся. Вокруг стояла тройка бойцов с оружием в руках, один осматривал-обыскивал меня, держа в руках «спионеренную» мной в пищеблоке «кружку», двое других контролировали периметр и страховали первого. Одеты они в герметичные костюмы-скафандры, голова покрыта шлемом, из-за этого голос звучал с металлическим оттенком.

— Пойдём. Тебе туда, — один из бойцов указал на дверь в начале коридора за шлюзовой камерой. — Иди, там тебя ждут, — даже через шлем слышались в его голосе ухмылка.

«Вот, влип. С первого дня так опростоволоситься, а теперь наверно и совсем лишат ещё чего-нибудь, или накажут как. Разобраться не мешает, что не так», — с такими мыслями подошёл к двери. Она автоматически распахнулась и, войдя в небольшое помещение, похожее на кабинет, в котором за длинным столом сидели три человека сильно занервничал. Прям «суд-тройка»[3] получается.

— Представьтесь, — начал один из заседавших.

— Сергей Иванович Трубачёв, планета Земля, 37 лет от роду, холост, детей нет, не привлекался, порочащих связей не имел…, - начал Сергей.

— Опять сбой оборудования, — перебил кто-то из «тройки». Согласно данным технической службы, — продолжил он, — в его капсуле произошёл сбой работы энергоблока. Капсула долгое время находился без энергопитания. Странно, что вообще удалось разбудить. Хоть это один из всей партии. При сбое, как знаете, провалы в памяти случаются из-за кислородного голодания мозга… Это редко, но случается…, - закончил он, обращаясь к сидящим рядом коллегам.

— В вашей учётной записи указано, что вы Ирвис Джокаевич, учётный номер 35986н5378805хк, уроженец Землянухи. Биологических 35 синглов[4]. Год назад прошли процедуру остановки старения[5]. Нанялись в армию в боевое звено. Срок контракта тридцать пять лет… Да, почему-то пройдено только первичное тестирование. Не указаны ваши коэффициенты для градации и определения направления обучения, — продолжил он. — Коллеги, все данные видны на мониторах. Есть предложения?

— Направить на полное тестирование, провести обучение. У нас остались незакрытые вакансии от «летунов», «таптунов»…, - начал другой из тройки и запнулся, покосившись куда-то в потолок.

— Итак, запросы от лётчиков и десанта. Говорить о его распределении можно после полного тестирования и проведения минимального обучения, — продолжил он, — понимать нашу речь кандидат уже может. Но начальные знания при переносе не сохранились. А для направления в боевую группу необходимо их восстановить. Предлагаю дать трое суток для обучения и потом решить его судьбу с направлением.

Заседавшие утвердительно закивали и стали тыкать что-то в своих «коммуникаторах».

Сергей стоял ошарашенный, даже потерял дар речи. Куда нанимался, какая Землянуха! Какой к чёрту Ирвис! Я в лотерею выиграл! Мне новую жизнь обещали! Чуть не закричал, но меня опередил, перебив нервный срыв, один из заседавших. Кто они, как зовут и чем занимаются так и не выяснил. Понял только, что это вроде приёмно-распределительной комиссии. А все мои доводы, протесты и рассказы о Земле и Лотерее будут списаны на подмену памяти при транспортировке. Вот влип, так влип, надо как-то выпутываться из всего этого. Тридцать пять лет кабалы. Хоть бы контракт дали почитать, на что я там подписался…

— У вас, Ирвис, есть пожелания? Просьбы? — вывел меня из транса заседатель.

— Да, есть. Хочу сменить имя, — робко начал говорить Сергей, — на «Арсений Трубач», или коротко «Арст». И контракт изучить, на свежую голову, а то много чего не помню, а что помню, то не стыкуется никак.

Переглянувшись, комиссия дала добро. Коммуникатор, который для себя обозвал «Мавром», а что, чёрненький, вроде мужского рода, да и аббревиатура подходящая «МВР»… тихо пиликнул, значки в заглавной строке на его экране поменялись и так понял, что сменили имя. Теперь я не Сергей Трубачёв с планеты Земля, а Арсений Трубач или Арст! С какой-то захудалой планеты Землянуха. С новым именем в новую жизнь! Ещё б читать научиться. На экране «Мавра» появился мигающий значок, наверно контракт переслали.

Незаметно пролетело отведённое время. Расслабляться, теперь уже Арсту, возможности не было. Его поселили в кубрик, больше похожий на малогабаритную квартиру-студию. Одно помещение, где и кровать, и «письменный» стол. Небольшая душевая кабинка и санузел. Но Арст приходил в каюту только ночевать.

Сначала его таскали по всевозможным кабинетам, проводя какие-то тесты. Он отвечал на вопросы, лежал в какой-то камере, на него воздействовали световыми и звуковыми волнами. Затем по учебным классам, хотя на классы они не похожи. Скорее можно их сравнить с игровыми клубами, но с полным погружением. Там изучил базовые знания, в которые входили: краткая история, математика, физика, письмо, основы философии, и краткий курс неизвестных ему как технические, так и гуманитарные дисциплин, названия которых в русском языке подобрать нет никакой возможности. За это время он почувствовал, что полностью восстановился. Узнал, что находится он в Галактике «Кронус», с центральной звёздной системой «Проктор», главной планетой «Кросул».

Высшим органом власти является совет из представителей всех 120 планет, входящих в ЮНИО[6]. Но фактически полномочия делегированы и управляем всем в ЮНИОне «Совет двадцати». В Объединении принята единая система исчисления: год равен 14 месяцам. Из них 6 лето, 6 зима и по два месяца, называемые «Переход». Два перехода равны году. Сейчас шёл 757 год от основания Объединения. Средняя продолжительность жизни 120–150 лет. Есть социальная система, пенсии, лечение и прочее. Пенсионеров отправляют на планету по их выбору из списка предложенных, и они там живут и доживают, некоторые консультируют, пишут мемуары, воспитывают подрастающее поколение и просто радуются жизни. Иногда отставников-пенсионеров призывают обратно на службу.

ВОбъединении создана система ротации кадров. Установлены минимальные и максимальные требования по возрасту претендента, сроку занимаемой ими одной должности. Чтоб один человек, хоть и семи пядей во лбу не стал тормозом в развитии цивилизации.

Система управления структурирована, вертикально и горизонтально. В армии как таковых сухопутных вооружённых сил не осталось, только Космический десант с разной специализацией — «топтуны» и Военно-Космические силы — «летуны».

Уровень медицины позволял восстанавливать, регенерировать органы и ткани с помощью различного рода волновых воздействий. Но «вечная жизнь» недоступна. Техническое развитие развивается, и достигло высокого уровня. Но приоритет в технику: принтеры Три-Д на уровне молекулярных составляющих. Потребление энергии равно уровню развития цивилизации второго типа[7]. Рождаемость приветствуется, но только после обоюдного согласия, засвидетельствованного в соответствующем порядке. Нечто вроде подобия брака. Денежная система: кредит ЮНИОНА или ещё называется «КРЮН[8]» так же имеет двенадцати кратную систему. Один крюн (КР) равен двенадцати юнов (Юн). С покупательской способностью Арсту разобраться не получилось. Исходя из денежной системы Объединения на один КР можно приобрести суточный набор питания для одного человека. А на его расчётном счету, как он разобрался, уже имелось примерно пять с половиной тысяч КР, то есть голодать уж он точно не будет.

Последний третий день, перед распределением посвятил изучению контракта. Из него выходило, что он житель захудалой планетки Землянуха входящей в ЮНИОН. Завербовался на тридцать пять лет для работы военным. Далее следовали права — обязанности сторон. Как всегда бывает в такого типа документах прав у нанимающего было совсем мало, но они все-же были существенными, среди них: проживание, лечение, питание, обмундирование, а также по истечение срока контракта, если он останется жив, то имеет право выйти на пенсию с сохранением полного содержания за счёт ЮНИОНА. Оплата работы зафиксирована на начальном этапе в размере восьмисот КР в год. Если учесть, что на счету уже были средства, наверно, перечисленные за имущество при «переносе», то он богат! Тратить деньги сейчас, как он понял, просто негде, так как всё содержание лежит на ЮНИОНе, а находится он на около-планетарной космической базе, расположенной на окраине звёздной системы одного из участников ЮНИОНа.

А вот его обязанности, прям, поставили в тупик, не только предусмотрены штрафы и наказания за разные проступки, но и смертная казнь.

Так же Арст узнал, что идёт вялотекущая война между ЮНИОНом и расой рептилоидного типа — местное их название Акхны. Они и впрямь, если верить картинкам, выглядели как большие, в среднем до двух метров, прямоходящие ящерицы, с вытянутой мордой, серо-зелёной чешуйчатой кожей, с маленьким хвостом, но теплокровные. Дышали азотом, основа жизни была у них не как у гуманоидов углерод, а кремний. Тем самым их мышление, значительно приспособленное к математическому складу ума — они просто гениальные аналитики. Как ни странно, это признавали все, в том числе и в Объединении.

Из-за чего началась война? Да как всегда из-за мелочи, ведь Акхны раньше лет — надцать назад входили в Объединение. Изучали вместе Вселенную, но начавшийся эксперимент по «выводу» новой расы, который проходил на одной из планет, отдалённых ото всех населённых и посещаемых путей Объединения, зашёл в тупик. Начались сначала мелкие противостояния, потом выход Акхнов из Объединения, и открытый военный конфликт. Суть эксперимента и его цель, Арст так и не понял, его уже давно забросили, а выведенные новые формы осознанного мышления оставили на задворках Вселенной. Не выпуская за пределы их звёздной системы.

Все свободное время, отведённое для подготовки к распределению, Арст проводил в пищеблоке. Мысли о том, что его обманули, использовали «в тёмную», постепенно покидали его утомлённый от непрерывных занятий мозг, и он смирился. Если это такой «выигрыш в лотерею», даже если и не так, как предполагал, то всё лучше, чем было. Что там, у него осталось? Ничего, а здесь хоть на звезды посмотришь, может и срастётся что получше. Эти мысли постепенно переходили на второй план, потом на третий и совсем сошли «на нет», больше не беспокоили. Теперь он Арст! Человек, тридцать пять лет отроду, с планеты Землянуха, чуть не погибший во время транспортировки на вербовочную военную базу.

С такими же рекрутами, как и он, Арст, как-то не сошёлся, да и мало их было. Основную партию сразу перебросили по своим местам назначения. Ходить по базе возможности не было. Только на своём уровне. Несколько раз занятия проходили в иной зоне, с боевым оружием, куда его сопровождала пара вооружённых солдат.

Процесс обучения нравился. Сначала «теория» «записывается» напрямую в мозг определёнными частотными волнами, а затем отработка полученных знаний в действии, то есть «практика». Военных дисциплин было много, но все они обзорные. После распределения уже придётся конкретно изучать то, что ему понадобиться во время службы.

Настал долгожданный день. День, в который определится его дальнейшая судьба.

Привычно пискнул МАВР, и Арст мельком глянув на экран его личного коммуникатора, убедился, что это именно тот вызов-приглашение на контрольное собеседование и окончательное распределение.

Долгий путь до кабинета комиссии не вызывал его беспокойства. Шёл быстро, уверенно. Иногда приветствуя встречавшихся ему на пути военных и курсантов.

Как же хорошо, что он сменил имя, думал Арст! За последние несколько дней по Базе стали ходить шутливые слухи, что некто Ирвис, совсем слабоумный, откуда-то с задворок Галактики, пытался спереть питьевой термос, засунув его к себе в клапан комбинезона, и чуть не погиб от этого. Не зная, что ёмкость термически самоуничтожается через некоторое время. И его — этого недоразвитого, спасала целая команда быстрого реагирования, что поднял по тревоге сами Начальник базы, генерал Крушневский, который имел репутацию педантичного, аккуратного человека и нетерпящий праздного шатания и безалаберности со стороны подчинённых.

С этими приятными мыслями Арст, вошёл в тот же самый кабинет и предстал перед комиссией. Как ни странно, всё прошло намного быстрее и спокойней. Представ перед комиссией, опять из трёх человек, Арсту даже говорить ничего не пришлось. Все результаты тестов и обучения на мониторах, перед очами достопочтенных. Они, тихо обсудив что-то между собой, выдали вердикт, что Арст прошёл первичное обучение, проверен и признан годным для несения службы согласно контракту в боевом подразделении. Для чего ему необходимо отправиться в учебный центр боевой части для несения службы. Отправление через пять часов. У него время перекусить, привести внешний вид в порядок, получить причитающиеся отбывающему вещи и снаряжение. Отправление с платформы Н8, транспортный корабль «Бриль», направление — система Дронсул.

Совместно отбывают для прохождения службы в ту же систему ещё двое контрактников. Сопровождающим летит один из офицеров.

МАВР мерзко пискнул, приняв приказ-направление и дополнительные пояснения с указанием маршрутов, перечнем неотложных дел, завершив которые Арсту, необходимо прибыть в назначенное время в указанное место.

Вернувшись в каюту, Арст осмотрелся. Хорошо здесь, но все течёт — всё изменяется. Собрав пожитки, уместившиеся в карманах куртки, пошёл в пищеблок, где изволил отобедать. Изучив информацию, полученную на МАВРе, составил небольшой план. Во-первых, пообедать, что он сейчас и делает. Во-вторых, сходить к местному завхозу за причитающимися вещами. В-третьих, не опоздать на сбор для отлёта. Времени оставалось достаточно много, и он после пищеблока не торопясь пошёл на склад.

Дорогу указывал коммуникатор. Пройдя несколько уровней, Арст упёрся в массивную дверь с закрытым окошком в половину человеческого габарита. Ни звонка, ни кнопки не было. Уже думал постучать в окошко, но оно неожиданно распахнулось и перед ним возникло лицо пожилого мужчины, чуть заспанное, с взъерошенными волосами на голове.

— Ну, что пришёл? — спросил «завхоз», — ты последний за сегодня уж и не думал, что соизволишь меня посетить… Так, давай принимай вещи, список тебе на коммуникатор уже скинул. Если что ещё нужно, то это за отдельные средства. Всяких мудрёных штучек тут нет, но может, что заинтересует или захочешь приобрести, так что спрашивай.

И завхоз передал большую «спортивную сумку» — «мечта оккупанта». В неё, наверно, целиком поместился не только ребёнок, но и взрослая женщина точно. Сверяясь со списком, Арст принимал и складывал, как можно компактнее полученные вещи: нательное белье уже военного образца, комплект повседневной формы без знаков различия и каких-либо нашивок и шевронов, паек на две недели. Запасной блок элементов питания к коммуникатору, всякая мелочь, предназначение которой Арст не представлял. Головной убор — кепка, с кокардой контрактника, перчатки и многое другое. Когда сумка уже практически наполнилась на немой вопрос Арста «завхоз» поведал: — Как поднимешься на корабль, переоденься в повседневную форму. У тебя полный стандартный комплект. Свои вещи, что на тебе, или выкинешь, или сдашь по прибытии, но этого никто не требует. Оружие тебе не положено, в месте службы выдадут. Можешь приобрести ножи. Абордажный «штык-нож» не руками же сухпаёк вскрывать. На грузовых челноках питание не предусмотрено, а лететь долго. Есть у меня расширители памяти для коммуникатора, кое-какое абордажное оружие, силовой жилет и, посмотри, я тебе дополнительный список на коммуникатор скинул, выбирай. Это сразу не выдадут, но пригодиться может и долететь без приключений надо. Война всё же идёт.

Не много «зависнув», изучая предложения завхоза, Арст все-таки пришёл к выводу: прибарахлиться надо, КРЮНов у него хватает. Поставив отметки на заинтересовавших товарах, отослал сообщение обратно «завхозу», который повеселев, убежал собирать заказ.

Были заказаны: дополнительная батарея к МАВРу, расширитель памяти, два ножа — один обычный «штык-нож» из металла, второй — абордажный, полутораметровой длины, с силовым полем, режущий всё, кроме брони тяжелых скафандров и кораблей, с дополнительным комплектом энергопитания. Парализатор с комплектом энергопитания. Силовой жилет средней защиты, шлем-маска со встроенным визуально-голосовым управлением с коммуникатором, своим видом напоминающий очки альпиниста с «лопухами» наушников, и немного по мелочи…

Нести полученное снаряжение оказалось не так тяжело и неудобно. Лямки сумки — «мечты оккупанта» удобно легли через плечо и Арст, посмотрев на оставшееся до отлёта время, неторопливо пошёл по маршруту, проложенному МАВРом к посадочной платформе. Идти оказалось долго. Иногда приходилось переходить на бег, так как боялся опоздать. Когда до контрольного времени оставалось менее пятнадцати минут, Арст прибыл на платформу Н8, где ожидал офицер.

— Документы. Представьтесь по форме, — обратился к нему немолодой человек с обветренным лицом с офицерскими знаками различия на форме.

Протянув руку с коммуникатором, Арст, выпалил:

— Арст, курсант-контрактник, прибыл для следования для прохождения службы в систему Дронсул.

Быстро сверив данные, офицер кивнул и указал на трап, корабля.

— Поднимайся. Вещи с собой. Каюта № 12 вторая палуба. Маршрут скинул на коммуникатор. Быстро, быстро, бегом. Тебя только ждали. Скоро отправляемся.

Найдя нужную каюту, Арст, вошёл в неё и обнаружил, что предназначена для двух пассажиров, посередине рядом с одной из кроватей-ложементов стоит сумка, но меньших размеров.

«Значит, полечу не один. Скучно не будет, главное чтоб попутчик не храпел, а то мало-ли…», — подумал Арст.

В это время МАВР запищал. Просмотрев сообщение, в котором указывалось прибыть на одну из палуб корабля для инструктажа он, оставив свою сумку, пошёл к указанному месту.

На инструктаж Арст опять прибыл последним. Его уже ждали. Под молчаливые взгляды встал в строй таких же контрактников, только успевших переодеться в форму, и отличавшихся более воинственным видом.

Командир, оглядев собравшихся, начал говорить:

— Контрактники! Меня зовут лейтенант Вернис. Я вас сопровождаю к месту несения службы, согласно выданному каждому из вас предписанию. За время перелёта, что займёт шестнадцать суток, с вами проведу ряд практических занятий по физической подготовке. Распорядок дня передан на коммуникаторы. Если коротко, то с момента «от стыковки», примерно через полчаса, и до прибытия к месту назначения, мы все с вами будем находиться на третьей палубе корабля, где расположен спортзал. Сила тяжести и гравитация отключаться на время перелёта не будет. Ночевать предписываю в своих каютах. Ты, и ты, — лейтенант указал на стоявших рядом контрактников, — проживать будете вместе, ну а я, с извечно опаздывающим, — Вернис ехидно усмехнулся. — Приём пищи раз в сутки, вечером, после занятий в каюте, — продолжил лейтенант, — затем отбой. В контакты с командой не вступать. По кораблю не шататься. Далее, согласно распорядку. Сейчас время привести себя в порядок, переодеться, кто не успел, и через час от начала полёта встречаемся в спортзале. Всё! Разойтись!

Вернувшись в каюту, Арст стал распаковывать полученное и приобретённое имущество из сумки, когда в кубрик вошёл лейтенант Вернис.

— Вольно, — скомандовал лейтенант, — занять ложемент, от стыковываемся, наберём скорость, потом можно его будет покинуть, — и направился к кровати, перевёл в полу-вертикальное положение, разместился внутри, пристегнувшись ремнями.

Старт прошёл незамеченным, да и стартом его назвать нельзя. Корабль просто покинул приёмный шлюз, сделал несколько неощутимых манёвров и лёг на курс.

Переодевшись в полученную на складе одежду, Арсту показалось, что как-то изменился. Глянув в зеркало, увидел в отражении не робкого худосочного «стручка», вылезшего из капсулы, а взрослого, окрепшегомужчину, в тёмно-синем комплекте военного образца, без знаков различия. Казалось, совсем недавно он, неизвестно как оказался в этом Мире, желая изменить свою жизнь. Оставшиеся скудные воспоминания о прошлом с неумолимой быстротой уходили, стирались из памяти. Из задумчивости вывел приказ лейтенанта следовать в спортзал, что он и сделал.

Лейтенант Вернис оказался инструктором по выживанию в критических ситуациях подразделения, к которому все трое новобранцев приписаны и находился на вербовочной базе с краткосрочным отпуском по причине восстановления после ранения. Отпускать офицера далеко в планетарный госпиталь никто не пожелал, а так и время с пользой провёл — восстановился как морально, так и физически на базе, так и новобранцев подобрал, теперь их сопровождает.

Ему, Вернису на вид лет сорок-сорок пять, невысокого роста, жилистый, круглолицый, с узким лбом и большими — несоразмерно для такого лица глазами. Занятия во время перелёта не планировались, но лейтенант изъявил желание, тем более узнав, что на корабле есть спортзал, провести время перелёта с пользой. Ему самому хотелось уже размять кости, не только себе, но и его возможным подчинённым.

Первый день прошёл в изнуряющих тренировках на выносливость, силу, быстроту.

Два других контрактника оказались братьями с одной из планет Объединения. Обоим до тридцати лет, полны сил и энергии. Внешность, если стояли рядом — не отличишь, друг от друга. Только старший из этой пары носил на ноге алую повязку, как у них на родной планете принято. Звали их Рамал и Самал. Они постоянно работали в паре. Так что партнёром по тренировкам Арсту достался лейтенант, который все соки из него выжимал. Все приёмы, упражнения, требующие пару, он показывал на Арсте. К концу дня, после команд лейтенанта о прекращении тренировок, приёме пищи и отбое, Арст уже чуть стоял на ногах, хотя и братья — близнецы, изрядно выматывались. Вся команда новобранцев с нескрываемой радостью восприняла возможность отдыха, обеда и сна. Разошлась по своим каютам. Но Арсту предстояло и в кубрике находиться под присмотром «деспота-лейтенанта».

Войдя в каюту, Арст принял душ, переоделся. Распаковал суточный паек и в это время вошёл лейтенант.

— Сиди, сиди. Приём пищи это святое, — сказал вошедший лейтенант. Взял, что-то из своей сумки и пошёл в душ. Через несколько минут вернулся, и, вынув свой рацион, который как ни странно не отличался от рациона курсанта-контрактника, принялся неторопливо жевать свою порцию. Вести разговор во время приёма пищи Арст, счёл не разумной затеей и, отобедав, отошёл ко сну.

Лейтенант, закончив приём пищи, посмотрел на курсанта. Тот уже тихо сопел в своей кровати-ложементе.

— Загонял их сегодня, — подумал лейтенант, — но ничего потом в строю легче будет. Этот новенький — крепкий парень, выдержал неподготовленным полную тренировку второго уровня. Да и братья не разочаровали. Офицер улёгся в свою кровать-ложемент. Сон долго не приходил, и в голове мысли кружились с бешеной скоростью. Он лежал, вспоминая события недавнего прошлого…

Лейтенант Вернис третий сын средней руки банкира на планете Друхна, вошедшей в Объединение на заре его основания. Так как он третий ребёнок, ни о каком наследстве не было и речи. Или удачная женитьба, или государственная, военная служба. Больше ловить нечего. Получив неплохое образование на своей родной планете Вернис, принял решение о продолжении своей жизни в роли военного. Это решение предсказуемое и отец, хоть и не сразу, но одобрил. Потом вербовка в армию Объединения, тренировки, участие в столкновениях, потеря близких. Госпиталь. Лечение. Награждение. Присвоение звания. И опять направление в строевую часть. Да, он был космодесантником, принимал участие во многих как наземных, так и орбитальных операциях.

Почему он всего лишь лейтенант? Этот вопрос лежал на поверхности, именно на поверхности планеты Кунсорт. Подразделению из двухсот сорока бойцов заместителем командира, которого он являлся, отдали приказ высадиться на планету, марш-броском добраться до укрепрайона, захватить его и удерживать до прихода подкрепления.

Но как всегда, в штабе предполагают, а враги располагают. Во время марш-броска убили командира и, Вернис принял командование на себя. Исполняя приказ, подразделение захватило бункер управления связи противника, расположенный на планете. И тут начались всё большие сюрпризы. Связь с командованием пропала. Подкрепление не подходило, а ярость контратак противника всё больше и больше вынуждало подразделение укрываться в глубине бункера.

Боеприпасы подходили к концу, связь восстановить не удавалось, подкрепление также не подходило. Когда из личного состава осталось меньше двадцати пяти бойцов, лейтенант Вернис, принял решение уничтожить бункер и уйти, прорываясь к месту высадки, где должен находиться резерв.

Это ему почти удалось. Подорвав бункер, в составе двадцати бойцов с боем, прорвались к месту высадки, но ни резерва, ни боеприпасов, никого в условленном месте не было. После долгих хождений в тылу врага, ему все — таки удалось связаться со своими и организовать эвакуацию. Осталось в живых вместе с ним восемь бойцов.

Когда в Штабе узнали, что ослушался приказа. Уничтожил бункер, покинул укрепрайон. Его хотели отдать под трибунал. Но выяснились обстоятельства, которые не стали предавать огласке: о них просто забыли. И как! При такой системе информационной поддержки, большом количестве кураторов и штабников! Потом приняли решение представить этот инцидент как победу. Их чествовали как героев. Но вернуть своенравного офицера, хоть и с боевым опытом, который стал героем, в строевую часть не решились. Отправили в учебное заведение. Простым инструктором, где уже пять лет исполнял свою работу, готовил новых бойцов — космодесантников, или как их называли в шутку — «таптуны».

Сон так и не приходил. Лейтенант все обдумывал план тренировок на следующий день, мысли кружились многообразием. Вспомнил свою жену, с которой уже как два года проживал на учебной базе. Она также тренер-преподаватель, но в другой сфере. В сфере психологической подготовки. Познакомились они на одном из экзаменационных боев. Готовили вместе с ещё двумя преподавателями группу космодесантников для прохождения итогового выпускного экзамена. Сначала стали чаще встречаться по работе, потом и вне её. Подали документы на регистрацию семьи и, получив положительный ответ, создали семью — ячейку общества. Детей у них пока не было. С мыслями о своей любимой жене, лейтенант, спокойно уснул.

Сигнал личного вызова капитана корабля вывел из сна лейтенанта. Капитан приглашал прибыть лично на мостик.

— Странно, — подумал лейтенант, всю информацию или приказ можно отдать и при помощи коммуникатора. Быстро оделся, посмотрел на спящего курсанта и направился к капитану корабля.

На мостике присутствовал капитан и его штурман. Поприветствовав друг друга, капитан Мортис, бывший военный пилот, списанный по состоянию здоровья и возрасту на внутрисистемные рейсы быстро, без предисловий перешёл к делу.

— Лейтенант Вернис, — начал капитан, — нами получен сигнал бедствия из соседней системы и мы, в настоящий момент, ближайший корабль, который может дойти до точки в кратчайшее время. Сиглан бедствия подаёт корабль курьерской службы Совета. На них совершено нападение, которое отбили, но повреждены двигатели. Система обеспечения жизни пока функционирует стабильно, но с курьерского корабля сообщают, что возможна повторная атака с целью захвата. В штате корабля отсутствует должности космодесантников для ведения как абордажной, так и противоабордажной борьбы. Таким образом, вам с вашими курсантами необходимо в течение суток, которые мы будем двигаться к пострадавшему кораблю, подготовиться к встрече с врагом, и провести эвакуацию с повреждённого судна. Данные по кораблю передам в ближайшее время.

— Уважаемый капитан, мои подопечные только начали обучение, да и с оружием и скафандрами проблемы, все вооружение получается на месте основного базирования, — начал лейтенант, но увидев суровый взгляд капитана, осёкшись, продолжил, — сколько у меня времени для подготовки?

— Двадцать шесть часов до контакта с пострадавшим кораблём. С оружием поможем, чем сможем. Скафандров хватит на всех. Так что приступайте. Будите своих подопечных, ближе нас от пострадавшего нет никого. Они не продержатся неделю, спасательный флот также оповещён, но в этом секторе пространства нет никого. Им неделю добираться. На корабле не продержатся столько.

Арст проснулся от чувства тревоги. Что-то не так. Но сирена не звучала, корабль шёл своим чередом. И тут понял, что лейтенанта нет на месте. Посмотрев на часы коммуникатора, присвистнул, что-то тот рано проснулся. Ну, что делать, проснулся, так проснулся, а сам пошёл умываться. До «подъёма» оставался примерно час, но сон — как рукой сняло.

— Проснулся? — спросил лейтенант, войдя в каюту. Сейчас приём пищи и со всем своим скарбом и если есть, какое оружие, на тренировочную площадку. У тебя есть тридцать минут. Отдав приказ, лейтенант вышел из каюты.

Вот как. С боевым оружием планируются занятия? Так его могло и не быть. С этими мыслями Арст, направился в зал тренировок, где его ждала неожиданная картина. Два брата, притащив с собой по две сумки «мечта-оккупанта», вынимали из них целый ворох оружия, снаряжения и всяких «примочек» и «прибамбасов», предназначение, которых Арсту было сложно представить.

— Внимание. Построиться, — издал приказ лейтенант, — нам с вами предстоит боевая задача. Во-первых, наш корабль изменил курс. Во-вторых, мы идём на сближение с терпящим бедствие кораблём. В-третьих, наша задача: за время, до подхода в зону бедствия быть готовыми для проведения спасательной операции. Её выполнение осложняется возможностью боестолкновения с противником. А также малым численным составом и отсутствием специальных средств. Для этого приказал вам принести всё, что у вас есть, для более эффективного использования имеющегося. Скафандрами обеспечит экипаж корабля… Вот и скафандры, — он указал на медленно проплывающую под управлением кого-то из членов экипажа корабля стойку-платформу со скафандрами.

— Итак, продолжим… Слушай мой приказ: предоставить для осмотра имеющееся снаряжение, как военного, так и двойного назначения, подобрать себе скафандр из имеющихся в наличии. Подготовиться к тренировкам в условиях пониженной силы тяжести и отработки проведения спасательных и контрабордажных мероприятий.

Арст как-то очень быстро разложил имеющиеся у него вещи на полу зала и стал ждать лейтенанта. А двое братьев все возились со своим имуществом.

Подошёл лейтенант и изучил имущество. Его мысли явно заняты чем-то другим.

— Так, понятно. Значит так. Подбираешь себе скафандр, под него одеваешь силовой жилет и шлем. Из вооружения тебе парализатор и абордажный клинок. Будем работать с тобой в паре. Как посмотрел у братьев в основном всё на защиту, из боевого оружия у всех только парализаторы. Смени прошивку у коммуникатора, вижу, у тебя есть военный образец. Так легче будет взаимодействовать.

Выполнив указание, сменив прошивку, а также поставив запасные элементы питания на подзарядку, Арст направился к стойкам-стеллажам со скафандрами. Они выглядели монструозно. Хищные обтекаемые обводы, гигантские размеры и множество мест креплений на внешней стороне скафандра ничего не говорили Арсту о возможностях их применения, видно только, что они явно не новые.

Скафандр, который подошёл Арсту, среднего уровня защиты, но мобильность его на высоком уровне. Теперь оставалось за короткое отведённое время освоиться внутри.

Пристегнув к внешним креплениям парализатор и абордажный клинок, Арст в полном облачении влез в скафандр. И тут же услышал в шлеме сигнал зуммера. Это МАВР, с новой военной прошивкой, начал калибровку и подстройку своих возможностей к новому оборудованию скафандра, и шлем-маска вспыхнул показателями загрузки системы.

Следующие пятнадцать часов все четверо усиленно тренировали взаимодействие: два брата, в выбранных ими скафандрах высшей степени защиты, отрабатывали проход, блокирование, прикрытие отхода группы. Выполнение основной части задачи выпало Арсту с лейтенантом. Упорно тренировали передвижение, ориентирование, обнаружение, оказание первой помощи и транспортировку раненых, как при условной силе тяжести, так и при её отсутствии. Подгоняли, настраивали оборудование, скафандр, проверяли связь. Кроме того, с лейтенантом проведены несколько тренировочных боёв при абордажной атаке, то есть он показал несколько приёмов и объяснил основные правила ведения абордажного боя. Как говорил: парализатор, против бойца в скафандре не имеет большого эффекта, тем более «недовоенного» образца, которые у нас, и основные боевые действия при абордажной атаке ведутся «волновыми ножами».

Этих нескольких часов, отведённых под тренировки, явно не достаточно, но большего времени не было. После небольшого отдыха и приёма пищи, примерно часа за два до расчётного времени, от капитана корабля поступило сообщение, что корабль входит в зону контакта и лейтенант, скомандовал занять места в спасательном челноке, а сам занял место пилота.

Челнок рассчитан на двенадцать человек, облачённых в скафандры. Система жизнеобеспечения в нём отсутствовала, и пришлось брать с собой ещё три скафандра, запасные патроны регенерации жизнеобеспечения, вдруг людям на корабле, терпящем бедствие, будут они необходимы.

Ожидание тянулось долго. Все сидели в спасательном челноке, ждали команды: «От стыковка! Старт!».

— Внимание! Вводная! — раздался «прямо в ухе» голос лейтенанта. — Приближаемся к кораблю, с обратной стороны встречным курсом идёт другой корабль, предположительно Акхнов. На курьерском корабле, в настоящее время, четверо выживших. Один из них ранен — ожоги. Герметизация не нарушена. Гравитация в рабочем состоянии. Наша задача: пристыковаться к шлюзовому люку, высадиться, обеспечить эвакуацию экипажу и ценному грузу. Они уже в скафандрах. Каждый берет с собой дополнительные патроны регенерации. Я с Арстом по три, вы — по два. Ты, Рамал, охрана шлюзовой камеры, прикрытие отхода и контроль периметра. Мы с Арстом с максимальной быстротой продвигаемся в каюту капитана. Два члена экипажа и груз там. Самал — твоя задача медблок. Там штурман с раненым. Времени у нас мало, опережаем противника всего на несколько десятков минут. Но этого достаточно чтобы выполнить миссию и уйти под прикрытие основного корабля.

Стыковка с повреждённым кораблём произошла штатно, шлюзовая камера отработала без нареканий. Высадившись из шлюпки, Арст с лейтенантом, быстро продвигались к капитанской палубе. Самал одновременно пошёл в медицинский отсек. Рамал, занял оборону у шлюза. Переговоры между собой сведены к минимуму.

— Самал «первому» — раздалось в наушнике, — на приёме… Я в медотсеке, обнаружил двоих, заменил им патроны. Двигаемся обратно. Брат, помоги, раненый передвигаться не может. Двигаемся слишком медленно.

— «Первый» Рамалу, — помоги в эвакуации раненого. Мы ещё в пути. По исполнении доложить.

— Принял, выполняю, — ответил Рамал.

Передвигаться по кораблю было затруднительно, хотя и схема размещения и координация действий «худо-бедно» изучена в ходе ничтожно малого времени тренировок, но отсутствие основного освещения и адреналиновая лихорадка давала о себе знать.

Достигнув нужной палубы, остановились у наглухо заблокированной двери. Лейтенант что-то нажал у себя на коммуникаторе скафандра, и массивная дверь медленно начала двигаться в сторону, открывая проход внутрь помещения. Раздался сильный толчок. Взрыв и корабль резко закрутило в хаотичном вращении. Гравитация оставалась, и нас бросало из стороны в сторону. Все не прикреплённые вещи летели в разные стороны.

— Спиной к стене, быстро, — скомандовал лейтенант.

Выполнив команду, зафиксировав при помощи магнитных держателей, расположенных на спине скафандра, положение тела относительно одной плоскости, переносить вращение стало значительно легче.

— Акхны пробили корпус. Сейчас выйдет воздух, и они проникнут внутрь. У нас мало времени, надо торопиться. Рамал, Самал, это «первый», как у вас?

— В норме. Мы уже в шлюпке были. Поболтало, конечно, но не критично. Когда крутило, видели приближающийся десантный корабль Акхнов, сейчас они начнут атаку.

— Принято, это «первый» слушай приказ, — провести отстыковку и двигаться к основному кораблю. Маршрут задан автоматически. Передать спасённых экипажу и выйти на орбиту под прикрытие основного корабля. Нас подберёте в открытом космосе. Как поняли?

— Это Рамал, приказ понятен, выполняем.

Вращение замедлилось и потом совсем прекратилось.

— Акхны пристыковались и стабилизировали вращение корпуса, — пояснил лейтенант, — заходим внутрь, ещё одно помещение и мы должны прибыть к месту назначения.

Следующую дверь вскрывать не пришлось, нам на встречу двигался человек в скафандре, в руках у которого металлический кейс серебристого цвета. Система распознавания «свой-чужой» определила его как дружественный объект и на экране шлема подсветился зелёным цветом. Система связи тут же настроилась на его частоту. Одновременно с противоположной стороны корабля отделились пять целей, определённые боевой системой слежения как враждебные.

— Вы спасатели? — раздался молодой голос в системе связи. — Я курьер Совета Обесул. Внутри капитан, он получил травму, его шлем повреждён. Ударился при вращении защитным лицевым щитком, и он треснул. Разгерметизация и он погиб. Помогите, надо это, — он указал свободной рукой на кейс, — срочно доставить в безопасное место.

— Это «первый», Арст бери с собой курьера и прорывайся в шлюзовую камеру, любую с «нашей стороны». Выходите в открытый космос, и вызывайте спасательный бот… Курьер Обесул, возьмите два регпатрона и двигайтесь с моим человеком, он вас прикроет. Я посмотрю, что с капитаном, — и лейтенант решительно зашёл внутрь помещения.

Одновременно на экране шлема «красные точки» распространялись по противоположной части корабля. Найдя оптимальный обратный путь, мы с Курьером Совета стали продвигаться по намеченному маршруту. Вдруг красные точки противников разделились и начали перекрывать возможные пути отхода. Дистанция катастрофически сокращалась. Видно, что лейтенант уже вступил в контакт с противником и обратный путь в шлюзовую камеру, в которой они высадились — перекрыт.

Радиоэфир чист. Только биение сердца в висках и распалённое дыхание Курьера отдавалось в шлемофоне. На нём скафандр хоть и средней защиты, но система связи явно гражданского образца, не предусматривающая фильтрацию исходящих-входящих сообщений.

— Нам сюда, — указал Арст на узкий коридор, ведущий в ангар спасательных капсул. Как показывала схема-карта, спроецированная МАВРом на шлем скафандра, капсулы повреждены, и ангар частично разрушен, таким образом можно выйти оттуда в космическое пространство.

— Поменяйте сейчас патрон. Прицепите кейс к скафандру и прыгайте в сторону нашего корабля. Система спасения включит маяк автоматически, ждите прихода бота. Времени с новым патроном будет достаточно. Я их задержу. И достал из захвата абордажный нож, который скорее был не нож, а меч. Как ни как полтора метра длинной это вам не хухры-мухры.

Через несколько минут МАВР показал, что курьер покинул корабль и быстро удаляется от терпящего бедствие корабля.

Вот и Акхны! Две цели приближались и стали видны визуально. В узком коридоре им приходилось двигаться по одному, но и это выглядело устрашающе.

Их скафандры хищно-болотно-зелёного цвета резко отличались от человеческих. Во-первых: шлем вытянутой формы скорее пригодный для морды, чем для лица. Выгнутые в обратную стороны колени, которые приспособлены к высоким прыжкам и быстрому передвижению. Во-вторых: несоразмерно разная длина верхних и нижних конечностей. Верхние конечности, если их так назвать — «руки», раза в полтора короче нижних конечностей так, скажем «ног». В руках светящиеся цилиндры метровой длины.

Приняв заученную боевую стойку, перекрыв проход Акхнам по коридору, остаётся умереть сражаясь. Ни существенного опыта владения абордажным оружием, ни времени, чтобы отступить не было. Так что оставалось только радоваться, что сигнальная метка курьера слилась с меткой спасательного бота. Его приняли на борт, а метка лейтенанта, только что отделилась от погибающего корабля. Две метки противника так и погасли безвозвратно. Оставался только я, двое Акхнов передо мной и ещё одна вражеская метка медленно двигалась к своему кораблю.

Сила тяжести становилась всё меньше и меньше. Искусственная гравитация медленно отключалась, корабль доживал свои последние мгновения. Сработали автоматические ботинки скафандра, дающие возможность относительно нормально передвигаться при отсутствии гравитации. И тут Акхны быстро сблизившись, пошли в бой.

Координация их движений была очень высока. Даже при отсутствии гравитации, казалось, что её отсутствие не влияет на их состояние. Хорошо хоть, что атаковать они могут только по одному.

Не прошло и нескольких секунд боя, у меня в руке остался бесполезный обрубок абордажного меча. Их движения настолько быстры и точны, что просто не успевал среагировать на выпады и атакующие движения, даже попасть, блокируя удар, по атакующему меня оружию удалось только один раз.

«Ну, что… прощай Жизнь, прощай Солнце, прощай Земля», — эти воспоминания быстро пролетели в мыслях. Они были красочными, сжаты в тысячную долю секунды, это эмоции радости, тепла, чувство любви как любящего, так и любимого.

— Кто ты? — вдруг прозвучал голос в голове. Его гортанный, щелкающий звук исходил не только в шлемофоне, но именно «прям в голове».

Клинок противника остановился в паре сантиметров от шлема. Его резкий мерцающий свет не слепил глаза, но был не приятен.

— Я — Человек, — без промедления сорвалась стандартная фраза с моих уст.

Ближайший противник застыл с поднятым клинком. К нему приблизился второй. Было видно, что они переговариваются между собой. Они, что телепаты? Как они почувствовали мои мысли, эмоции, мои чувства? Лейтенант не говорил об этом во время тренировок.

Страх смерти. Нет, его не было. Ненависти тоже не было, было состояние спокойствия, равновесия, состояние Порядка, или его ещё можно описать состоянием Нирваны — высшим состоянием Разума.

— Уходи. Забудь, для принявших тебя то, что было сейчас.

Клинок убран от шлема. Акхны развернулись и пошли в обратную сторону к своему кораблю. Стоя один в узком коридоре с обрубком абордажного меча Арст огляделся. Примерно на том месте, где были противники, сейчас в пространстве висела пиктограмма, которая мерцала слабым оранжевым светом.

Арст протянул руку, дотронулся до неё, но ничего не произошло. Она просто исчезла, как будто и не было. «Галлюцинации» — подумал Арст. Повернулся и пошёл к сквозному отверстию, где когда-то стояли спасательные капсулы.

Стоя в проломе корабля лицом в сторону открытого космоса оттолкнулся со всей силы и ощутил свободу полёта. Как же красиво вокруг. Звёзды. Множество звёзд образуют туманности, галактики и вся Вселенная вокруг. И тут один ничтожный человек в открытом пространстве. Невесомость, чувство полёта, хотя нет, не полёта, а безграничного парения неограниченного ни силой тяжести, ни трением, ни ещё не пойми чем. Радость того, что почему-то всё ещё жив. Как так произошло, что его, фактически разоружив, эти двое Акхнов оставили, отступили. Их неуверенность, даже растерянность в действиях, после потери им оружия не вписывались в логичную цепочку. Может его хотели захватить живым, но поступил приказ срочно отступить и они его выполнили? Какого-то здравого объяснения произошедшего у Арста не было. Сказано было — забудь. Значит надо забыть, ну или, по крайней мере, не говорить об этом никому.

Холод сковал спину, парализовав мышцы спины. Системы скафандра погасли. Последнее, что он смог увидеть из его показаний, это приближающийся спасательный бот.

Центральная звёздная система Акхнов. Дворец наследного Правителя расы. Расширенное заседание Совета Старейшин. Несколько месяцев спустя.

— Некоторое время назад пошли слухи, что пришёл «Предвестник»[9]. Как вы, достопочтенные, знаете, что это означает, — говорил представитель рода Натхов. — Нам, как Совету Старейшин необходимо узнать, правда ли это, пусть представитель Правителя выскажется по этому поводу.

Зал, вмещавший в себя практически всех представителей Старейших Родов, высших военных и членов Рода Правителя наполнился стрёкотом и гулом. Этот шум мог означать как одобрение, так и недовольство. Однако представитель продолжал: «Кроме того, если домыслы, о появлении подтвердятся, нам необходимо принять все возможные меры для сохранения нашей Расы. Расчёты и аналитические выкладки показывают высокий шанс, что зафиксированное в Священных Таблицах верно, и предсказанное лучшими нашими умами начинает сбываться. Нас ожидает катастрофа — гибель как расы!»

Со своего места встал высоченный для своей расы Акхн. Это был начальник разведки.

— С «Рассвета расы», когда наши предки сделали свои предсказания в Священных Таблицах, зафиксировано множество схождений исходных кодов. Алгоритмов производных, но главной константы, предсказанной в Священных Таблицах — «Предвестника», во всех минувших случаях не было выявлено… Примерно два месяца назад, боевое звено проводило специальную операцию, суть которой, вам Старейшие из Рода, знать, необходимости нет. Во время её проведения группа из двух офицеров столкнулась с представителем расы людей, на нём был скафандр Объединения, пользовался оружием и оборудованием Союза, но он не рождён у нас в Галактике. Его мысле-формула, светоцветовая гамма излучений мыслительной деятельности, разительно отличалась от той, которая определяется при контакте с противником, как во время боя, так и во время небоевого столкновения. В настоящее время радиус оборудования, позволяющий определять мысли-грамму представителя расы людей, не превышает метра. Нами получен и исследован слепок его мыслительной активности, полученный в экстремальной ситуации — во время боя, и специалисты пришли к выводу, что его Сознание «работает» по иному принципу, не достигнутому в настоящее время ни представителями нашей Расы, ни известными расами Галактики, в том числе и людей.

Он замолк. Тишина в зале нарушалась только редкими, негромкими щелчками, указывающими на погружённость в мыслительную деятельность абсолютного большинства присутствующих в зале.

— Позвольте слово, — с места встал невысокий, явно очень молодой Акхн, — меня зовут Охош, согласно Священным Таблицам, я, после ушедшего в свой дальний переход Хранителя Дроушша выбран продолжать его миссию.

Зал скорбно защёлкал руками, в память о смерти предшественника Охоша Дроушша — прежнего Хранителя Священных Таблиц.

— Согласно Священным Таблицам с математической точностью предсказывающих основные события в жизни и развитии нашей расы на долгие — долгие годы вперёд, после прихода в Мир «Предвестника», или как его ещё называют «Посредника», нашей, старейшей расе в Галактике придёт конец. Наступит армагеддон всей разумной жизни в Галактике. Изначально, совсем недавно, распознана и предотвращена угроза, исходящая из звёздной системы ВМТО-1528. Кроме того, война с Объединением также была неизбежна и ведётся в настоящее время. Появление давно предсказанной Священными Таблицами константы в рядах наших противников — людей, всё больше приближает Закат расы. Необходимо тайно и по возможности скрытно готовиться к Исходу в другую Галактику, не соседнюю, а возможно даже как можно более отдалённую. Согласно расчёту, в худшем варианте развития событий, исходя из имеющихся исходных данных, у нас есть примерно пятнадцать-двадцать лет. С большей точность, на данном уровне первичной информации, сказать не представляется возможным…

Зал замолк. Воцарилась мёртвая тишина. Самые смелые аналитики-теоретики указывали период начала «Конца» не менее трёх поколений, а тут самим Хранителем Священных Таблиц указан срок фактически не оставляющий им ни мгновения на раздумье.

Система Дронсул. Околопланетная военно-тренировочная база «Гессор». Примерно тоже время.

За месяцы, прошедшее после спасательной операции по эвакуации Курьера Совета Арст, после выхода из госпиталя освоился на базе. Получил распределение в учебное подразделение, познакомился с курсантами и приступил к тяжёлым тренировкам и теоритическим занятиям.

Как узнал от двух братьев Рамала и Самала, которые были в одном с ним взводе, лейтенант выжил и за выполненную операцию получил новое звание майора и повышен в должности. Теперь он не просто преподаватель, а начальник курса. Их с Арстом тоже хотели наградить, но что-то затягивается награждение, горевал младший из них — Самал.

Братья выполнили свою задачу, произвели эвакуацию раненого, потом возвратились на ручном управлении к корпусу корабля и подобрали из открытого космоса лейтенанта, а потом и Арста.

Вот, говорили они, страху натерпелись. Они ж из небогатой семьи с планеты Векрон. Всю свою жизнь работали на земле: пахали, обслуживали сельхозтехнику, в том числе и лётных дронов, что в некоторой степени и помогло при полёте на боте. По достижении двадцати пяти лет, согласно призыву пошли на призывной пункт, им выпало служить на их родной планете. Думали, что отслужат и вернуться назад в родное село. Но через несколько лет родители умерли, больше близких, родных у них не осталось, своими семьями обзавестись не успели и, немного погоревав, решили посвятить свою жизнь службе в армии. Тем более денежное содержание военного контрактника значительно выше того, что они зарабатывали, выращивая сельхозкультуры. Продав — раздав, всё имевшееся имущество братья подписали контракт на военную службу в Объединении. К этому времени им исполнилось по тридцать одному году. На службу братьев провожала вся улица, в которой считай все хоть и дальние, но родственники.

Операция по спасению Курьера Совета не освещалась в средствах массовой информации. После выхода из госпиталя как-то не до всяких слухов и домыслов. Противостояние Объединения с Акхнами вошло в следующую фазу: сначала затишье, такое шаткое и непрочное, как будто что-то готовилось очень крупное и важное. А теперь, противник начал постройку крупнотоннажных кораблей дальнего космоса, параллельно вводились в строй и сверхдальние корабли-разведчики. Затем грянул гром. По всем важным секторам соприкосновения Акхны нанесли сокрушительный удар. Объединение потеряло более десяти процентов звёздных систем, бои шли за каждую, с привлечением большого числа сил и техники. Как отмечала разведка, Акхны стали брать пленных, чего не было до настоящего времени.

По решению Совета наши военные силы также стали брать как можно больше военно-пленных, а затем обмениваться. Это походило на большую игру, затеянную кем-то неизвестным и с непонятными конечными целями.

На одном из построений неожиданно для Арста и братьев вывели перед строем потока и вручили «планки» участника боевых действий, а так же наградили медалями «Пламенный щит» третьей степени за успешное проведение спасательной операции.

Как положено по традиции хоть и будущих, но космодесантников, они всем взводом отправились в расположенный на базе ресторан. Как-никак первая боевая награда на курсе. Спиртное было под запретом, но вкусные натуральные блюда и по бокалу напитка, чем-то напоминающее пиво им позволили употребить.

На праздничном мероприятии в ресторане присутствовали офицеры, а так же и лейтенант, теперь уже майор Вернис. После официальной части, когда празднование перевалило через экватор, пошло «братание» и объединение «столами» с рядом, что-то скромно празднующими девушками — операторами дальней связи, майор Вернис отозвал Арста в сторону.

— Послушай курсант, поздравляю тебя лично с первой боевой наградой и желаю дослужиться до генерала, но меня до сих пор мучает один вопрос, — держа практически полный свой бокал «пива» в руках, начал говорить майор, — как ты выжил? Я, покидая корабль, видел, что твоя метка и метки противников слились в одну. Это значит, у вас был как минимум визуальный контакт. Противостоять двум бойцам в то время ты не в состоянии. Успеть к тебе я физически не мог и принял решение покинуть корабль. Связи с тобой не было. Когда меня подобрал спасательный бот, прошёл сигнал, что ты покинул корабль и вышел в открытый космос без повреждений. Тебе ещё повезло, что импульсный луч, под который попал, не уничтожил систему жизнеобеспечения, а только выжег все мозги скафандра «под чистую». Ни записей, ни телеметрии, ни показаний — просто пустой без начинки скафандр, а система жизнеобеспечения работает. Как так? Что произошло у тебя во время контакта с противником? Почему они отступили? Я понимаю тебя, меня, братьев и всех спасённых, служба безопасности мурыжила долго, но этот факт до сих пор загадка.

— Уважаемый, майор, — обратился к Вернису начал говорить Арст, — для меня это тоже загадка. Предполагаю, что противник получил приказ срочно вернуться и покинуть корабль. Визуальный контакт у нас был, я их видел. Но больше ничего не помню. После импульсного луча, повредившего скафандр, у меня медики констатировали кратковременную потерю памяти, но признали годным для несения службы в боевой части. Я не помню, как попал на корабль и потом ещё несколько следующих дней не помню что происходило.

— Понятно, — усмехнулся майор, — другого ответа и не ожидал. Кстати, вспомни добрым словом Курьера Совета Обесула, это он добился вашего награждения, да и службу безопасности с контрразведкой. Не стали пороть горячку, а во всём разобрались.

Центральная звёздная система Акхнов. Хранилище Священных Таблиц.

Хранитель Священных Таблиц сидел на небольшом возвышении в центре округлого помещения. Вокруг, на стенах размещались те самые таблицы. Совсем недавно, после «смерти» прежнего Хранителя, его — Охоша, по многочисленным исходным параметрам, введённым в ключевую формулу Таблиц, утвердили Хранителем. По меркам расы Охош молод, даже очень.

В очередной раз он сидел, перепроверял свои предположения, высказанные на Совете Старейшин. Результат получался один и тот же. Угроза исходила от расы людей. Но почему «константа»[10] в конечном результате, после расшифровки, давала два разных значения «Посредник» и «Предвестник», становясь «переменной». Где-то допущена ошибка и эту ошибку он, вместе со своими помощниками, искал.

Хранитель знал, что военным отдан приказ: максимально число брать в плен и при обнаружении сигнатур «Предвестника» немедленно сообщить об этом Хранителю, но поиски не приносили результата. Боевые действия начали новый виток, период взаимного уничтожения. Одновременно корабли дальней разведки уходили в соседние Галактики с задачей, как «запасной» вариант, отыскать новый дом. Раса должна жить.

Давным-давно, с Начала Времён их раса возродилась в этой Галактике после чудовищной катастрофы, произошедшей так давно, что не осталось ни каких воспоминаний об этом.

Через некоторое время лучшими умами цивилизации созданы, рассчитаны и зафиксированы Священные Таблицы, хранящие все знания расы и, на основании которых возможно рассчитывать вероятные варианты зримого будущего. Именно хранителем этого Знания стал Охош.

— Хранитель, прошу прощение, что отвлекаю, — раздался голос помощника за спиной. — Вас просят прибыть на узел связи.

Ничего не ответив, только коротко кивнув, Охош поднялся и пошёл в командный пункт, где располагался узел связи.

— Хранитель. Военные передали странное послание от разведывательного корабля, направленного в дальний сектор Галактики. Удалось принять только одну фразу из сообщения: «…они идут…». А дальше сигнал бедствия и связь с кораблём потеряна. Корабль прикрытия, направленный в тот же сектор Галактики на связь до сих пор не вышел. — Доложил дежурный офицер связи.

«Вот и неизвестная „третья“ сила, — подумал Хранитель, — что от неё ждать? Надо собрать как можно больше данных и проверить с помощью Священных Таблиц. Не исключено, что именно их вмешательство прольёт свет на людей и константу, которая становится при определённых условиях переменной».

Прошло меньше года с момента прибытия на военно-тренировочную базу. Ситуация на «фронтах» изменилась. Шли ожесточённые бои за каждую звёздную систему. Солдат не хватало, и курс обучения сократили до минимума.

Теперь курс обучения закончен, экзамены сданы. Осталось итоговое построение и отправка в действующую военную часть. Хотя и отправкой это назвать можно с трудом. Большую часть выпускников переведут на другие уровни и расселят не по казармам, а в кубриках. Как-никак военно-тренировочная база «Гессор» не только учебная, но и действующий форпост и основа обороны звёздной системы «Дросул», на которой располагались части космического десанта.

Назначили Арста командиром отделения[11] вновь созданной семнадцатой роты космического десанта. В состав отделения вошли и братья, не пожелавшие разлучаться, хотя и предлагали назначить командирами отделений, но инсценировав между собой потасовку, братья «отмазались» от такого назначения, и с радостью для них приданы Арсту, поручившемуся за неразлучных Самала и Рамала.

Разведывательная группа Акхнов. Крейсер сверхдальней разведки «Ш-шрэнт». Соседняя Галактика.

— Капитан, группа вошла в эллиптическую галактику NGC 5128, фиксируется мощное радиоизлучение, исходящее из центра, — начал свой доклад штурман. — До ближайшей звёздной системы две недели пути.

— Принято. Кораблю прикрытия оставаться на окраине, вглубь Галактики не удаляться. Быть на связи. Курс на звёздную систему М25Р5, — отдал приказ капитан.

По истечению двух месяцев, кораблю прикрытия связь с крейсером сверхдальней разведки установить так и не удалось. Он потерян во всех возможных диапазонах волн. Миссия в этом секторе признана проваленной. Корабль и экипаж крейсера признан безвозвратно потерянным.

Расширенное совещание штаба вооружённых сил Акхнов. Космический штабной сверхтяжёлый крейсер «Кхнор». Звёздная система «Шкрозн». Примерно год от начала подготовки Исхода.

— … Итак, согласно данным, полученным с кораблей прикрытия, направленным вместе с крейсерами дальней разведки вырисовывается следующая картина, — продолжал свой доклад один из высших военачальников, — в секторах направленных в кластеры «Т», «В», «А» произошла потеря кораблей. Срок ожидания выхода на связь истёк. Корабли прикрытия сообщили о провале миссии по указанным направлениям. Что могло произойти с крейсерами, выяснять времени нет. Сектора кластеров «Х» и «С» признаны перспективными. В этом направлении обнаружены пригодные для жизни звёздные системы, установлена устойчивая связь и подготовлена первая партия колонизаторов.

— Хорошо генерал, присаживайтесь, — сказал Верховный главнокомандующий, изучая карту, и делая у себя понятные только ему пометки. — Теперь обсудим, что по главному плану. С угрозой, исходящей от «кислорододышащих» людей.

— Разрешите, — с места встал начальник Штаба, и после получения утвердительного кивка продолжил, — бои развиваются в основном в космическом пространстве, в секторах «Р, Н, Х» нашей галактики. Трудности возникают при захвате планет, нам не нужны кислородосодержащие планеты, им не нужны азотные планеты. Штурм и удержание планет с неродной атмосферой доставляет трудности, как нам, так и противникам. Ресурсы планет в полной мере использоваться не могут. Нам достаточно ресурсов и энергии от звезды, расположенной в звёздной системе. Бои ведутся в основном на уничтожение выведенных на орбиту производственных комплексов и многотоннажных кораблей сверхтяжёлого класса. По плану, составленному ранее, необходимо вывести из строя, захватить или уничтожить оборонительные комплексы и производственные мощности, расположенные ещё в двух секторах. Также отмечу, что необходимо поменять цели и углубить натиск на околосистемные орбитальные комплексы, расположенные на окраинах звёздных систем Объединения. Политико-демографическая ситуация складывается не в нашу пользу. У противника постоянно идёт приток новобранцев, хоть срок их обучения и достаточно долгий, но со своей задачей они пока справляются. Мои предложения такие: 1. Нанести удар по военно-учебным базам противника. 2. Нарушить транспортный грузопоток между системами Объединения. 3. Прекратить обмен пленными.

— Ваше предложение понятно, — удовлетворительно кивнул верховный главнокомандующий, — есть ещё, какие предложения или возражения?

— Позвольте мне, — с места встал хранитель Священных Таблиц Охош, — уже прошёл примерно год с момента обнаружения «Предтечи» в стане противника, но до настоящего момента его не удалось обнаружить повторно. Не говоря о том, чтобы захватить. Он нужен нам для проведения анализа. Как вы помните и знаете, что константа, обнаруженная ранее, имеет с учётом ряда обстоятельств, значение переменной — второй вариант развития событий, указанной в Священных Таблицах — это «Посредник». Как я осведомлён, переговоры о выдаче или встрече с этим представителем «людей» зашли в тупик. Или они скрывают или не предполагают о его существовании. Как нашими силами, так и силами военной разведки установить, кто это и откуда не представилось возможным. Таким образом, прошу, с учётом новых технических средств обнаружения и идентификации, усилить поиски «Предтечи».

Зал недолго пошумел, но предложение Охоша приняли. Поиски «Предтечи» решили не прекращать. Усилить натиск на базы противника, расположенные в глубине обороны и расширить разведку в те сектора, в которые ещё не были отправлены разведчики.

Звёздная система Дронсул.

После очередного задания, Арст со своим подразделением возвращался на базу. Миссия как проста, так и сложна одновременно: сопровождение корабля гражданских на кислородосодержащую планету. Высадка, зачистка, установка лагеря, его охрана. Ожидание подкрепления и смена гарнизона.

Полгода Арст вместе с подразделением мотается по всей, считай Галактике, выполняя различные боевые задачи. Но до боевого столкновения с противником не доходило. Основные боевые действия разворачиваются в околозвёздном пространстве, там космодесант, особо не повоюет. У серьёзных боевых кораблей свои боевые группы абордажной и противоабордажной подготовки.

Как-то их роту придавали для усиления флота кораблей, но тот переход был совсем не примечательным — тишина и покой весь рейс.

Два брата были рады и довольны мирным течением времени. Они, выбрав себе боевые скафандры сверхтяжёлой защиты, осуществляли функции прикрытия эвакуации с применением тяжёлого вооружения. Они — боевые «машины» поддержки. Прорыв, осуществлял с остальной частью отделения Арст, в скафандрах среднего уровня защиты с повышенной сопротивляемостью к радиоэлектронной борьбе, и двое бойцов в сверхлёгких скафандрах — пилоты дронов[12].

Разделение по типу скафандров обусловлено различными задачами, в ходе которых их выполнение зависело от степени защищённости, мобильности, вооружения, и что скрывать от подготовки бойцов. Управлять скафандром, тем более сверхтяжёлого класса с максимальной защитой от всего, чего смогли только додуматься учёные умы, без специальной подготовки очень проблематично. Множество параметров проецировалось на шлем-маску, в том числе параметров работы скафандра, его управление, жизнеобеспечение. Не говоря об управлении навесным и ручным вооружением. Ещё надо ориентироваться в пространстве. При естественной силе тяжести это проще, а вот в открытом космосе, при отсутствии естественных ориентиров всё сводилось к ориентации на пеленг. Кроме того, ресурс пребывания в агрессивной среде космоса был неодинаков.

В автономном режиме, человек, облачённый в сверхтяжёлый скафандр, находился в агрессивной среде до семи суток. На это время был рассчитан ресурс системы жизнеобеспечения, фильтры и иные расходные материалы. А вот боезапас уже как пойдёт. Можно всё, меньше чем за сутки активного ведения боя выпустить, использовать, и остаться только с ручным личным оружием — абордажными мечами, парализаторами, силовым защитным полем и тем, что попадётся среди трофеев, если такие будут. У остальных типов скафандров свои особенности: они более мобильны, но ресурс автономности ниже.

Пилоты дронов управляли боевыми аппаратами лёжа в мобильном, хорошо защищённом транспорте. В зависимости от условий выполнения задач этот транспорт или на колёсном ходу или на гусеничном, или вообще парил над поверхностью планеты.

Сегодня командир отделения Арст, в хорошем расположении духа. Доволен, что задание выполнено, потерь со стороны вверенного ему подразделения нет, и теперь в полном составе, вместе с ротой, возвращается в место дислокации. Для отдыха, пополнения запасов, анализа выполненной задачи и ожидания нового приказа.

Вот разбор «полётов» ожидал быть непредсказуемым. Их, как вновь сформированную роту, в отрытый бой не бросали, использовали как боеспособное, но подразделение резерва, для выполнения вспомогательных, спасательных миссий, но обстоятельства сложились иным образом.

Находясь в каюте командира роты, Арст хоть и не по рангу, напрямую излагал высшим командирам, находившимся на корабле, произошедшее на планете:

…Тот день такой же не примечательный, кроме одного «но». Состав отделения в полном вооружении и в скафандрах задействовали на патрулировании подступов к лагерю. Необходимости постоянно находиться в скафандрах не было. Планета не агрессивная, кислородосодержащая, но приказ есть приказ, а они солдаты.

Вовремя очередного круга маршрута патрулирования от командира взвода поступила вводная: «Отделение, проверить квадрат А8-север, по данным радиоперехвата, противник миновал орбитальную группировку и приближается к планете. Ориентировочная цель — высадка десанта и проведение диверсий в зоне нашей ответственности. Приказываю! Выдвинуться к объекту Л-7[13] для усиления. Поступаете под командование начальника гарнизона Рохнора».

— Принял, — в эфир ответил Арст, — двигаемся в квадрат А8-север.

Преодолеть на марше более 150 км за 30 минут оказалось делом не лёгким, но выполнимым. Тем более двигались не пешком, а на гравиплатформах контейнеров дронов. По прибытии на место начальник гарнизона Рохнор приказал пополнить боезапас и занять сектор обороны на аванпосте. Прикрывать подступы к лаборатории с юга. Имевшийся состав аванпоста отошёл к основному гарнизону.

— Внимание, слушать мою команду, — после осмотра аванпоста и рекогносцировки местности скомандовал Арст, — пилоты дронов обеспечивают разведку и контроль воздушного пространства, подавление мобильных огневых точек в нашем секторе. Глубина удаления пятьдесят километров. Самал, Рамал — прикрытие аванпоста и защита пилотов. Установка защитных полей и обеспечение связи. Я с остальными, выдвинусь на два с половиной километра для организации засады и корректировки огня по предполагаемому маршруту следования противника. Орбитальная разведка показывает, что сброшено два десантных бота в квадрате А7-север. Время до контакта примерно двадцать минут.

Место для засады выбрал не случайно, ещё при обновлении карт местности, Арст заприметил хороший, но почти разрушенный старый бункер от прежнего укрепрайона. Туда со своими ещё пятью бойцами направился. Удалось преодолеть расстояние скрытно.

Когда появились первые противники на тяжёлых, плывущих над поверхностью земли платформах Арст, пропустил их вперёд. Это как понял, первая группа с десантного бота. По плану Арста проследовавшая группа должна пройти мимо них и завязать бой с аванпостом, под прикрытием гарнизона, а он вместе с бойцами планировал блокировать путь отступления и корректировать огонь до полного её уничтожения.

Но, что-то пошло не так. Когда в визуальный контакт вошла вторая группа противника, то первая группа, не дойдя до аванпоста на расстояние гарантированного уничтожения (поля защиты, излучение радиопомех на таком расстоянии гарантированно не преодолевались) остановилась. Резко сменила строй и направилась боевым построением прямо на них. Вторая группа, сменив курс, также развернувшись в боевое построение, и стала брать в кольцо бункер, где укрывались Арст с бойцами. Одновременно одна из платформ отделилась из общего строя и набрав высоту, ушла ввысь. Датчик наличия волновых сигналов зафиксировал мощный всплеск импульсного сообщения в далёкий космос.

Противников было больше пятидесяти в скафандрах разной степени защиты, прикрытые силовыми щитами платформ, они представляли реальную угрозу для такой малочисленной группы, и Арст это понимал, но предпринять уже ничего не успевал. Покинуть бункер и предстать в открытом месте под обстрел превосходящих сил противника, равно самоубийству. Он принял решение биться до конца и уповать на подкрепление. Отдав приказ подчинённым о круговой обороне, он приготовился подороже продать свою жизнь.

Перед глазами промелькнули зелёные огоньки, ему пришлось проморгаться и проверить шлем-маску. Всё в порядке. Опять галлюцинации. Неизвестно от чего с равными интервалами запищал коммуникатор.

Координатор связи майор Шахорн сидел за пультом в корабле, расположенном на околопланетной орбите и проводил предварительный анализ поступающей информации. Его задача обеспечение связи и координация взаимодействия между проводившейся сейчас наземной операцией по ликвидации одного из научных центров людей. Все шло по плану. Их корабль вышел на орбиту планеты. Продавил орбитальную группировку и обеспечил высадку десанта. По данным разведки предпринимать орбитальный обстрел не было необходимости.

Гарнизон обороны научного центра слаб, подкрепление прислать никто не мог, а бойцы специального назначения, элита из элит, своё дело знают. Прорвутся внутрь укрытия и произведут подрыв изнутри, возьмут, если получится, всё совсем на «отлично» образцы, отчёты и имеющуюся информацию, по проведённым экспериментам.

Когда до контакта с противником, засевшим в аванпосте научного центра, оставалось совсем немного, на экстренный канал связи пришёл кодированный сигнал, автоматически ретранслируемый в генеральный штаб по специальным каналам.

Проанализировав сообщение, Шахорн, принял решение к срочной эвакуации группы. Сообщение было сверхважным и архизначимым. Обнаружен, идентифицирован представитель людей, которого Акхны разыскивают уже около года по всей Галактике — это был «Предтеча-Предвестник»!

Удалось получить не только его сигнатуры, но и личный код идентификатор. Что ранее, при первой встрече, произвести не удалось. Ему, как координатору, необходимо срочно организовать прикрытие и отход группы с такой важной информацией, передача которой не была возможна по обычному радиосигналу.

Тем временем ситуация осложнялась. Времени катастрофически не хватало. Он настолько быстро насколько мог, провёл анализ ситуации и выдал рекомендации десантной группе, группе эвакуации и прикрытия.

Десанту предписывалось взять в кольцо объект и захватить его, но это сразу не дало результатов. Объект «Предтеча» согласно сигнатуры мозговой активности, решил принять смерть, а не сдаваться, что подтвердилось мощным импульсным всплеском, определённым как «чистое, бескорыстное самопожертвование, но одновременно с сожалением и ответственностью за подчинённых», зарегистрированным специалистом разведки, находящимся совместно с бойцами спецназа. Одновременно вместе с ним обнаружилось ещё пятеро бойцов, что в корне меняло быстроту выполнения операции по захвату.

Группа эвакуации была в атмосфере планеты и приближалась к заданному квадрату, когда командир группы, выйдя из поля защиты, попытался наладить контакт с объектом. Положительного результата это не дало.

Оставалось только эвакуация, провал задания, но обнаружение «Предтечи» компенсировало все неудачи, связанные с этой операцией.

Арст находился в полуразрушенном укрытии и наблюдал за происходящим. Круговая оборона занята. Тяжёлого вооружения у противника с собой не было. А от ручного и носимого оружия они с его бойцами продержатся, до прихода подкрепления. Коммуникатор с того момента периодически мерзко попискивал, и его пришлось переключить на режим «без звука».

Вдруг один из бойцов противника, явно не рядового состава, вышел из зоны прикрытия силовых полей, генерируемых передвижными платформами, и двинулся к месту, где он находился. Движения противника точны и не давали усомниться в том, что тот профессионал своего дела. Оставаясь под защитой своего поля скафандра, двигался точно в сторону Арста, игнорируя нечастые попытки пробить его защиту из ручного оружия.

— Командир, он движется, прямо на тебя. Уходи внутрь помещения, мы прикроем, — в шлемофоне раздался голос одного из его подчинённых, — возьмём с двух сторон и постараемся захватить.

— Нет, не получится, проход завален, я не пробьюсь внутрь. Буду встречать его здесь, на этой позиции, — отказался Арст. Ему отступать было некуда, только держать занятую позицию и ждать прихода подкрепления, которое уже выдвинулось со стороны их базы и со стороны аванпоста.

Самал и Рамал, поняв, что на таком расстоянии ничего не могут противопоставить защите Акхнов, приняли решение под прикрытием тяжелых полей защиты выдвинуться на место размещения засадной группы. Силы слишком не равны, и действовать приходилось быстро. Не дождавшись прямого приказа, братья, покинули аванпост под прикрытием дронов.

Неожиданно для всех, вышедший из-под прикрытия боец противника остановился, расставил руки в стороны и стал выполнять какие-то движения, больше похожие на сигналы семафора[14].

Закончив их выполнение, противник вернулся под защиту платформ, и всё подразделение покинуло этот квадрат и орбиту планеты…

Запись операции и действия противника передали начальнику базы. Понять или что-то вразумительное предположить на местном уровне не смогли, и данные пошли выше в Генеральный штаб.

Сейчас, после смены гарнизона, во время отправки на базу, стоя перед непосредственным начальником, Арст в очередной раз пояснял, что произошло в тот день. Что вылазка и организация засады это его идея. Объяснял, что все системы радиоэлектронного глушения, маскировки, были в полном порядке, а так же соблюдалось полное радиомолчание. Причин, по которым обнаружили засадную группу, и разумного объяснения поведения противника у него нет. Боевой контакт отсутствовал. Только непонятные сигналы одного из противников, которые расшифровать до настоящего времени не удалось. С этими доводами Арст закончил свой доклад.

В очередной раз его отпустили, но множество вопросов так и осталось без ответа, в том числе непонятное поведение противника и выведенный из строя мощным импульсом неизвестного воздействия только его коммуникатор…

Сейчас на корабле, который двигался в место постоянного дислоцирования, Арст странно ощущал всё происходящее вокруг. Его готовили к тяжёлым изнуряющим боям, учили управляться со скафандром, оружием, учили управлять все возможными транспортными средствами, а он и его рота фактически стала тыловым подразделением, обеспечивающим охрану и выполняющий функции по обеспечению важных военно-гражданских объектов.

Перелёт по времени занимал мало времени. Осталось всего пара дней до прибытия на базу. Но всё это время не прекращались расспросы, допросы, как с использованием межпланетной связи, так и сотрудниками службы разведки, прибывшими вместе со сменой и сопровождавшими, их в обратный путь.

Заседание штаба вооружённых сил Акхнов. Космический штабной сверхтяжёлый крейсер «Кхнор». Звёздная система «Шкрозн».

— Пусть доложит начальник военной разведки, на какой стадии план по захвату «Предтечи», — обратился к сидящему рядом с ним начальнику генерального штаба Акхнов.

— План по захвату «Предтечи» практически разработан, уважаемый адмирал, — начал свой доклад начальник военной разведки. — Нами разработано два варианта плана, согласно которым в ближайшее время представитель людей, опознанный нами как «Предтеча» будет обезврежен и доставлен для допроса. Нам удалось установить, что этот представитель людей, согласно полученным данным, является уроженцем планеты Землянуха — Ирвис Джокаевич, учётный номер 35986н5378805хк, Биологических тридцать шесть — тридцать семь лет. Во время перелёта перенёс отключение блока жизнеобеспечения, но выжил. Сменил имя на Арст. Проходил обучение на околопланетной военно-тренировочной базе «Гессор». Наши разведчики докладывают, что его с остальными солдатами сменили на планете, где находились и сейчас направляются на базу «Гессор».

— Хорошо, генерал, — перебил его начальник Генерального штаба, — не будем вдаваться в подробности плана, но отмечу, не только от себя лично, но и от всей нашей расы — это очень важное мероприятие и провал его недопустим! Что с исполнением плана «Исход»?

— Разведывательные корабли, направленные в разные сектора в соседние Галактики установили перспективные направления, — продолжил генерал, — часть кораблей с экипажем потеряны. Связь до настоящего момента с ещё двумя кораблями не восстановлена. Остановились на перспективных направлениях, в те сектора направляются дополнительные силы. Исполнение плана «Исход» идёт согласно утверждённому порядку, — закончил свой доклад начальник разведки.

Звёздная система «Дронсул». Военно-тренировочная база «Гессор». Центр контроля пространства.

— Группа Б4 не выходите из определённого вам для тренировок сектора пространства, — дал указание в эфир дежурный сержант и вновь прильнув к пространственным мониторам продолжил, — группа Н2 ваше время учебных боев вышло, возвращайтесь на базу.

Дежурство на военно-тренировочной базе протекало своим чередом. Система «Дронсул» в глубоком космосе. Её местоположение надёжно спрятано под различными грифами «секретности» и кроме того, все манёвры и передислокация прибывающих кораблей запутывалось замысловатой траекторией подхода, сближения, а также техническими средствами, которые на дальних подступах «глушили, слепили», а при необходимости и атаковали противника, посмелевшего войти в данный сектор пространства.

Дежурной группе контроля пространства оставалось следить за соблюдением мер безопасности и секретности, чтобы никто, во время учебных полётов, не вышел за пределы сектора тренировок и за соблюдением «тишины» в эфире.

В этот день сержант Мартиз заступил на очередное дежурство, ему уже семьдесят лет, очередной срок контракта подходил к концу и он, совместно с приданным ему помощником, передавал потихоньку дела и обучал новую смену премудростям своей специальности.

Что ни говори, а получение знаний путём записи в мозговые ткани это одно из величайших изобретений Объединения, но «умения» не приходят сразу со «знанием». Его надо закрепить множеством тренировок, чтобы создать мышечную память, а также «опыт», «интуиция», да и просто «везение» не прививаютсямашинными методами.

Мартиз сидел в кресле дежурного, следил за показаниями пространственных мониторов и научал своего сменщика. Ему оставался всего лишь год, за который он должен до конца подготовить прошедшего предварительное обучение рядового. Его сменщику — солдату двадцать семь лет, зовут Бортис, пошёл в вооружённые силы по призванию. Все его родные, родственники, да и просто друзья военные. Прошёл предварительный отбор, анализ способностей и признан годным для несения военной службы, и определён в войска радио-электро-волнового контроля.

Сержант Мартиз смотрел, как подопечный выполняет рутинную работу и практически всеми мыслями предвкушал свою отставку, возраст его уже достойный контракт, хоть и шло военное время, но продлевать в очередной раз никто не заставит. Смену подготовил, а остальное придёт уже с опытом. Для этого и давали время — на получение опыта, необходимого для несения службы и не бросали сразу в первый бой, с парализатором на противника в скафандре, как бывало раньше.

— Эх, были времена, — с горестью подумалось сержанту. С того времени минуло уже тридцать четыре года, из которых последние двадцать лет — война. Многих товарищей потерял, все они в основном уже опытные военные. Но сам выжил, уцелел, кажется совсем в безнадёжной ситуации. Как это назвать «интуицией», «опытом» или «везением», он так и не мог для себя ответить, как не смогли ответить аналитики, прибывшие из самого штаба для разбора произошедшей трагедии.

Тогда, лет восемнадцать назад, для него началась война, он ещё рядовым служил на боевой станции прикрытия «Раприс» в системе «Гельзи» и находился в тренировочном зале с тренажёрами, имитирующими работу с приборами связи, когда прозвучала боевая тревога. Он не успел выбраться из тренировочного зала, и был заблокирован. Действовать только согласно инструкции, которая предписывала такому заблокированному в закрытом помещении солдату, вооружиться и охранять проходы он не стал. Надев скафандр, благо они там были он, вооружившись, стал пробиваться к своему непосредственному месту несения службы, то есть в центр связи.

Не встретив противника, проник в узел связи и остолбенел от увиденного — все мертвы. Потом, как оказалось, в систему регенерации и вентиляции воздуха, противник пустил ядовитый газ, уничтожив весь состав базы. Взрывное устройство, установленное на подрыв Мартизу, с помощью подобранного импульса удалось обезвредить и сохранить базу. Но множество народа погибло.

После этого инцидента переписали инструкцию защитных мероприятий при атаке на внеатмосферный объект. Все сотрудники, во время боевой тревоги, должны находиться в скафандрах, а также переписаны алгоритмы действий сотрудников и обслуживающего персонала.

Теперь Мартиз ветеран и готовится уйти на пенсию, до офицерского звания не дослужился, не его это. Есть желание всё-таки завести семью и обосноваться где-нибудь в тихом месте. Как-никак, а места в Галактике, в том числе и неизведанного, хватает.

Из раздумья о мирной жизни сержанта вывел сигнал о потери связи сразу с тремя охранными спутниками, расположенными со стороны звезды. Перенаправив сенсоры в проблемный участок пространства, сержант сначала не поверил показаниям приборов. В их сторону со стороны звезды двигалось восемь крупных целей, не считая малых и средних. Опознаватели «свой-чужой» выдали метки, что это объекты противника.

— Одевай скафандр, боевая тревога, — скомандовал сержант, поворачивая ключ сигнала тревоги, — противник двигается со стороны звезды. Всем небоевым кораблям покинуть пространство вокруг базы. Всем кораблям, следующим в наш сектор пространства изменить курс и ждать указаний. Вводится план «Звезда»[15], - в эфир пошли закодированные наборы приказов и команд.

Через несколько минут сержант, уже облачённый в скафандр, сидел в кресле управления, а рядом с ним в таких же ложементах расположился, согласно боевому расписанию, весь личный состав Центра контроля пространства.

Военно-тренировочная база «Гессор» готовилась к отражению противника.

Сигнал тревоги Арста застал в своей каюте. Облачившись в скафандр, он побежал в десантный бот.

— Что случилось, — уже заняв место согласно боевому расписанию, спросил Самал, — мы же в глубоком «тылу», меньше пяти часов до нашей базы.

— Нападение на базу, предписано уйти на запасной маршрут. На орбиту планеты «Дранга» и ждать указаний, — ответил командир взвода лейтенант Кристис, — от нас сейчас толку мало. Подобьют и код не спросят[16].

— Внимание всем, — по общекорабельной связи обратился капитан корабля, — уходим на орбиту планеты, под прикрытие стационарных боевых систем. Всему экипажу и приданым силам занять места согласно боевому расписанию.

Выполнив боевой разворот, сменив траекторию, корабль ушёл по запасному маршруту на орбиту соседней в звёздной системе «Дронсул» планеты.

Ожидание длилось долго, даже очень. Никаких сведений не поступало ни от командира корабля, ни от командиров подразделений. По ощущениям, кораблю удалось изменить маршрут и выйти на орбиту планеты.

И тут раздался очередной сигнал тревоги.

— Внимание всем, — раздалось в шлемофонах, — мы атакованы превосходящими силами противника, корабль потерял управляемость и сваливается на планету. При входе в атмосферу, приказываю, активировать индивидуальные спускаемые десантные капсулы. Сбор личного состава согласно маяку подразделения. Связь держать на резервной частоте. До входа в атмосферу сорок минут.

Корабль хаотично вращался в разных плоскостях, но неприятных ощущений не было. Искусственная гравитация отключена, и координация в пространстве потеряна. Но это ненадолго, как только бот войдёт в атмосферу планеты, гравитационные силы усилятся и начнут крутить, болтать и швырять с такой силой, что тренировки на перегрузку покажутся детской забавой на каруселях.

Для этого случая и придуманы десантные капсулы, рассчитанные на одного десантника, которые имели индивидуальные системы стабилизации, торможения и ориентации в пространстве. С помощью них производилось десантирование подразделений на планету с высот, граничащих с входом в атмосферу. Автоматика самостоятельно рассчитывала плотность атмосферы, скорость и угол входа, начало фаз торможения и корректировки местоположения. Десантнику оставалось ждать мягкого «падения» и надеяться, что его отнесёт недалеко от места сбора.

Система «Дронсул», военно-тренировочная база «Гессор». Штаб обороны базы.

— Генерал, — обратился к офицеру начальник службы контроля пространства майор Сервайс, — на орбите базы находится восемь тяжелых крейсеров, шестьдесят средних кораблей и более двухсот малых кораблей прикрытия. Они меняют построение, сейчас будет залп. Щиты базы и стационарные боевые системы работают на полную мощность, но мы не успеваем. Манёвренность кораблей противника превышает все то, с чем сталкивались до настоящего времени. Предлагаю выпустить все боевые звенья перехватчиков с базы и перекрыть сектора оптимального нанесения боевого удара.

— Так и поступили, майор, — ответил начальник базы генерал Маронт, — они все обездвижены. И сейчас болтаются вокруг базы. Применено неизвестное импульсное оружие, выводящее из строя все системы кораблей. Даже боевые дроны все вышли из строя. Неизвестно почему, но на нас ещё они не воздействовали… Всю энергию на щиты обороны. Дайте запрос в Генеральный штаб о помощи, мы одни не выстоим.

— Генерал, смотрите, — и один из офицеров указал на две метки на схемо-проекторе, показывающим картину боя в реальном действии, — два крейсера выходят из боя и, судя по вектору движения, уходят в сторону планеты «Дранга».

— Сколько им до планеты с известной нам максимальной скоростью? — осведомился генерал, — там, кроме стационарных боевых систем и небольшого гарнизона на самой планете ничего больше нет… Свяжитесь с гарнизоном на «Дранга» и предупредите их.

— Есть, генерал, — отрапортовал его адъютант и через некоторое время продолжил, — к орбите планеты «Дранга», согласно запасному маршруту, сейчас вышел военно-транспортный корабль, двигавшийся к нам с ротой номер семнадцать космодесантников, после плановой замены гарнизона.

— Странно, кто ещё в том секторе? — задумчиво произнёс генерал, — для одного военно-транспортного корабля два крейсера противника это слишком много. Стационарные комплексы на самой планете при их прорыве значения не имеют. Не выполнят свою задачу. Как противнику удалось незамеченными подойти к базе, минуя все наши аванпосты и дозоры?!

Из этих неоднозначных мыслей его вывел доклад подчинённого.

— Генерал, — прервал задумчивость командира начальник службы контроля пространства, — эскадра противника выстраивается в октаэдр[17] с вершинами из крейсеров. Они что-то ждут.

— Потери среди нашего состава? — осведомился генерал.

— Потери, согласно имеющимся на настоящее время данным, следующие: невозвратные — двадцать четыре пилота. Во время вторжения их учебно-тренировочные корабли выполняли боевое слаживание в том секторе пространства, в котором появились Акхны, они не успели вернуться на базу, и их просто размазало об защитные поля кораблей противника.

— Больше невозвратных потерь нет, — продолжил адъютант, — все пилоты и члены экипажа кораблей, направленных в контратаку живы, телеметрия от них поступает, противник их не захватывает, но и предпринять какие-то действия по их спасению не представляется возможным. Мы полностью блокированы на базе. Связь работает только на приём. Боевые системы, как на базе, так и на кораблях прикрытия вышли из строя. По предварительным данным потери у противника отсутствуют.

Генерал задумчиво посмотрел на своего адъютанта. У него не укладывалось в голове, как стационарная база, являющаяся не самой слабой в структуре флота с множеством как боевых, так и учебных кораблей, большим количеством персонала за каких-то несколько часов фактически полностью блокирована и выведена из строя без потерь со стороны противника. Если у Акхнов появилось какое-то оружие, способное так эффективно действовать, то о победоносной войне, да что говорить, о сопротивлении такому противнику можно просто забыть.

Звёздная система «Дронсул». Планета «Дранга».

Планета Дранга встретила Арста неприветливо. Хотя, что ожидать от планеты с пониженной силой тяжести, сплошь покрытой твёрдой скалистой породой и температурой окружающей среды выходящей за комфортные. К этому надо добавить малое содержание кислорода в атмосфере. Без скафандра и иных средств защиты человек проживёт от силы несколько дней, даже при наличии запаса воды и пищи.

Большую опасность на планете представляли суточные колебания температур, которые в ночной период охлаждали организм до гипотермии, а в дневной период вводили организм в состояние гипертермии[18]. Так что без скафандра с исправным терморегулирующим блоком на ней ни туда и ни сюда.

Приземление было мягким, что для себя Арст отметил как хороший знак. Сориентировавшись, откуда исходит сигнал маяка, он, погрузив своё снаряжение на платформу, двинулся в путь. Пройти предстояло около пятидесяти километров, что не так уж и много, если учитывать сложившуюся ситуацию. Связь отсутствовала, но на удивление сигнал маяка был чёткий и соответствовал системе опознавания «свой-чужой». Сигналы от членов группы не поступали. Может при входе в атмосферу их раскидало на большое расстояние, или они, как и предписывалось, соблюдали режим «радиомолчания».

Система Дронсул. Командный крейсер Акхнов.

— Адмирал Кршнос, — начал свой доклад генерал, — всё готово к операции, разрешите начинать.

Со своего места поднялся пожилой Акхн, одетый в военную форму.

— Начинайте операцию. Все силы на базу противника, действовать согласно плану, — скомандовал адмирал.

Армада из восьми крейсеров, не считая кораблей прикрытия, вышла из полей невидимости, разработанных специально для этой операции, выстроилась в боевое построение, и пошла на сближение с базой.

Всё шло по плану, когда на командный пункт поступило сообщение от начальника разведки, что объекта «Предтеча» на базе нет. Корабль, на котором он должен прибыть на базу, изменил курс и ложится в дрейф около планеты «Дранга».

— Командирам крейсеров «серого» и «жёлтого» сектора атаки, — отдал приказ адмирал, — выйти из построения и с максимальной скоростью направиться к планете «Дранга». Осуществить захват корабля, а при необходимости провести операцию по захвату на поверхности планеты…

— Всем остальным, внимание! — продолжил он. — Переходим сразу к третьей фазе атаки. Крейсерам перестроиться, блокировать базу. Вывести из строя стационарные огневые системы, блокировать прохождение всех частот за пределы своих секторов ответственности.

Одновременно два крейсера вышли из боевого построения и, набирая максимальную скорость, направились к планете.

Один из двух крейсеров Акхов, ушедших к планете «Дранга» на её орбите обнаружил военно-транспортный корабль противника. Сигнатуры подтвердили наличие «Предтечи». Импульсом уничтожили двигатели и уже готовились к захвату корабля, когда от него отделилось множество капсул. Система определила их как «спасательные» и «десантные». Задача усложнялась. Приходится высаживать десант на планету.

— Внимание! Десанту приготовиться, — скомандовал командир десантного батальона, — занять места в атмосферных кораблях и ждать команды. Пилотам дронов разведки обеспечить целеуказание и выход на цель с максимально возможной близостью к объекту. Пилотам боевых дронов обеспечить прикрытие и противодействие системам орбитальной и атмосферной системы защиты.

— Цель установлена, захвачена, — через некоторое время отрапортовал один из пилотов разведывательных дронов, — даю метку-целеуказание на объект. Временное запаздывание до контакта четырнадцать минут.

Командир десанта, солдат в седьмом поколении, майор Хшнорн со своей ротой находился в спускаемом боте. Он чётко представлял задачу и считал её выполнимой. Груз ответственности, возложенный на него, давления не оказывал. За годы войны он выполнял и более трудные, по — мнению командования, граничащие с абсолютным невыполнением миссии.

Три года назад Хшнорн, в составе батальона специального назначения, получил приказ захватить и зачистить объект, располагающийся под землёй, на одной из планет, название, которое уже и забыл. В памяти осталось только кодовое наименование операции: «Шторм». В то время он командовал взводом «прорыва». В задачу входил захват и удержание одной из планетарных систем слежения за космическим пространством. Совместно с приданными силами, под огнём сил планетарной защиты высадился в назначенном квадрате и выдвинулся к цели.

Прямой штурм укреплённого района ничего не дал. Обнаружив в отдалении дополнительный «выход» вместе со своим взводом проник в бункер под землю. Бой был страшный. Противник сопротивлялся, каждый метр подземных ходов был превращён в «непроходимые» минные поля и стационарные боевые точки. Каждый поворот и разветвление подземного хода приходилось сначала обрабатывать из носимого среднего вооружения, использовать газ, выжигать проходы плазмой, но цель — главный бункер управления так и оставался недосягаемым. Когда энергии оставалось только для одного решающего использования тяжёлого вооружения, потратив много сил и энергии на противодействие обороны, Хшнорн принял решение с помощью тяжелых плазмамётов прожечь породу по направлению к центральному бункеру и захватить в рукопашной схватке. «Безумный» план сработал. Ему удалось выполнить задание. В живых от взвода остались считанные бойцы и все, в том числе и он ранены.

За этот штурм Хшнорна наградили высшей наградой расы — увековечивание геройского поступка в Малых Священных Таблицах. Дальше был госпиталь и самое радостное, что произошло у него за последние пять лет — это встреча с семьёй. Как кадровый военный он «женился» рано, его семья по меркам Акхнов немногочисленная, всего двое детей. Проживали они на родной планете семьи Хшнорна. Жена — домохозяйка, присматривала за поместьем, дети занимались в школе.

Прибытие папы в трёхмесячный отпуск воспринято с восторгом и благоговением. Такого счастья он не испытывал никогда в жизни, когда на официальной встрече, его — как героя войны, удостоенного высшей награды, несли на своих плечах курсанты военной академии.

Много приятного было в тот отпуск, и совсем недавно узнал, что родился ещё один сын, теперь Хшнорн в полной мере счастлив. Счастлив безмерно: своей семьёй тем, что занимается делом, которому отдали всю свою жизнь его предки. Счастлив, что есть возможность скоро закончить войну. Надо только выполнить приказ…

Из раздумий майора вывел доклад пилота атмосферного бота.

— Контакт с поверхностью. Десанту приготовиться к высадке.

Десант высадился на планету, сориентировался на местности и направился на поиски объекта. По данным телеметрии до него не больше пяти километров.

— Майор, — сообщил боец, — мы вошли в визуальный контакт с объектом. Он один. Сигнатуры совпадают полностью.

Периодически в эфире проходили доклады соседних групп десанта. Им удавалось блокировать цели не входя в огневой контакт с противником. Никто из них не оказывал сопротивления.

Объект на платформе двигался удаляющимся от них курсом.

— Бойцам РЭБ[19] приготовиться к нейтрализации техники противника, — скомандовал майор, — первому и второму звену перекрыть продвижение противника по векторам десять и шестьдесят[20].

— Скоро всё закончится, — про себя подумал майор, а затем скомандовал, — залп на полной мощности. Вывести из строя всё, что только возможно. Он нужен живым. Третье и четвёртое звено на сближение. Применять только парализующее оружие.

Расстояние не большое и хорошо просматривалось. Платформа резко остановилась, упав на поверхность планеты. Высота небольшая, тем более противник в скафандре, и ему это не могло серьёзно повредить. Движения в груде обломков не наблюдалось.

— Вот и хорошо, возьмём его без боя. Они, без своих электронных «штучек» и воевать то толком не умеют, — усмехнувшись, подумал майор, — сейчас прибудем на место, погрузим его как консервы вместе со скафандром и вызовем группу эвакуации.

Третья группа под командованием майора первой прибыла на место крушения платформы, и обнаружила стоящего посреди обломков платформы, без скафандра, вооружённого только обычным металлическим ножом в одной руке и куском какой-то трубы человека. Он в лёгком силовом защитном жилете, который бесполезен. Шлем-маска отсутствовала. Его русые волосы сильно выделялись на фоне тёмного от грязи и пыли лица. Взгляд. Его взгляд пронизывал всё существо, в его глазах не читался ни страх, ни просьба о пощаде, только жажда боя. Смертельного боя.

Расширенное заседание Генерального штаба вооружённых сил Объединения. Штабной сверхтяжёлый линкор «Звезда Союза».

— Повторяю! Как, вы могли так бездарно провалить оборону базы в системе «Дронсул», — в очередной раз сорвался на крик представитель Совета Никотауш, — пусть доложит разведка, почему не установили, не предупредили, что у противника появилось новое оружие, выводящее все наши системы обороны с одного применения.

С места встал начальник военной разведки.

— Сведения, что противник ведёт разработки новых систем вооружения, в подразделение поступали, но по нашим данным они только на стадии теоритических изысканий. Никаких опытов, действующих образцов установить или обнаружить имеющими средствами не было возможности. По нашим данным корабли дальней и сверхдальней разведки Акхнов в настоящее время активно исследуют соседние Галактики. Можно предположить, что этот прорыв в технологии вызван активизацией исследования соседствующих пространств.

— Что было предпринято для предупреждения их действий? — немного успокоившись, спросил представитель Совета.

— Нами, — продолжил начальник военной разведки, — совместно с военно-космическим флотом направлены в разные сектора корабли разведки. Связь с ними потеряна.

— Что с перспективным вооружением, как бороться с новой угрозой от Акхнов? — задал очередной вопрос Никотауш.

— Разрешите мне, — с места встал руководитель научного сектора доктор Стреног, — противодействие разработкам противника, выводящим из строя всю, абсолютно всю немеханическую начинку оборудования, вооружения, автоматику машин и механизмов, даже находящуюся под, казалось бы, надёжной защитой от внешнего воздействия, в настоящее время найти не удалось. У нас нет образца вооружения противника для проведения опытов и составления технико-тактических характеристик и параметров производимого воздействия.

После не продолжительной паузы доктор Стреног продолжил.

— В настоящее время могу рекомендовать только одно — использовать как альтернативу машины, механизмы, оружие и технику, основанную на механическом принципе.

Воцарившуюся в зале тишину нарушил Никотауш.

— Вы хотите сказать, что нам необходимо отказаться от электроники? — не скрывая своего удивления, уточнил председатель Совета.

— Не совсем так, — под молчание всех окружающих начал говорить доктор Стреног, — необходимо отказаться от электричества.

Тишина в зале стала абсолютной. Слышно не только шум биения сердца, но и как бурлит и течёт в собственных венах и артериях кровь.

— Это не приемлемо! — резким тоном начал Никотауш, — как вы только могли додуматься до такого! Вернуться на тысячелетия назад, в эпоху пороха, паровых машин. Это абсурдно! Это…, это не возможно! Как же флот, как все наши тысячелетние достижения! Как же прогресс, в конце концов!

После не продолжительных дебатов представитель Совета Никотауш подвел итог: «Я не могу принять такое решение единолично, предложение будет доведено до Совета Объединения. Сейчас необходимо разослать директиву во все планетные системы, с указанием, в кратчайшие сроки провести инвентаризацию: вскрыть склады, музеи, частные коллекции и установить количественный и качественный состав всего того, что подпадает под определение „механическое“. Установить, что может быть нами использовано в военных целях. Поднять архивы с чертежами. Научному блоку совместно с разведкой: активизировать работу и в кратчайший срок найти метод противодействия оружию Акхнов».

— Следующий вопрос: каковы потери и ситуация на «фронтах», — Никотауш обратился к начальнику Генерального штаба вооружённых сил Объединения.

— Ситуация сложилась следующим образом, — начал доклад начальник Генерального штаба, — общие потери при обороне базы в системе «Дронсул» составили двадцать шесть человек, из них двадцать четыре погибли в момент появления противника. Двое бойцов, проводивших плановый осмотр систем визуализации, после отказа всех систем базы были унесены в открытый космос. Спасти их не удалось. Всех пилотов и бойцов, находившихся в обездвиженных кораблях и капсулах, подняли на борт базы. Индивидуальные и стационарные системы жизнеобеспечения работали без сбоя. Они работают на иных — химических принципах. После неожиданного ухода противника от базы её работоспособность полностью восстановлена. Также числится «пропавшим без вести» один космодесантник.

— Как так «пропал без вести», — возмутился Никотауш, — идентификационный код, индивидуальный маяк, ИМЖП[21] наконец, что всё вышло из строя? Или он дезертир? При каких обстоятельствах пропал?

— В составе семнадцатой роты, — продолжил доклад адъютант, — боец, на военно-транспортном корабле двигался на военно-тренировочную базу «Гессор» в системе «Дронсул». При нападении корабль ушёл на запасную орбиту у планеты «Дранга». После атаки превосходящих сил противника были выпущены и сработали индивидуальные боевые и спасательные капсулы. Орбитальные и планетарные системы обнаружения зафиксировали появление на орбите двух крейсеров Акхнов, а так же высадку десанта на планету. Личный состав роты частично блокирован, но боестолкновения с противником не было. Акхны после эвакуации десанта сняли осаду с базы и быстро покинули звёздную систему в неизвестном направлении. Личным составом гарнизона планеты проведена спасательная операция и все, кроме одного космодесантника обнаружены и спасены.

— Может он в плену? — задал вопрос один из военных.

— Это невозможно. Во всех предыдущих случаях пленения, пленный боец, был в скафандре. Система жизнеобеспечения, питания, регенерации, в том числе оказание медицинской помощи противником, как и нами, проводилось по средству предоставления сменных блоков и замены расходных материалов. Создавать на ограниченном пространстве корабля иную среду обитания с иными требованиями к функционированию организма признано было нецелесообразным. Это показывают и бывшие в плену у противника наши солдаты. Скафандр космодесантника со всеми вещами, выведенной из строя платформой, обнаружен в тридцати километрах от маяка общего сбора. Выжить более нескольких суток общего времени, без скафандра в агрессивных условиях, которые на планете невозможно. Хочу отметить, что при осмотре места исчезновения установлено, что космодесантник принял бой с противником. Имеются следы боестолкновения, возможно смог кого-то ранить. Но его тело до настоящего времени не обнаружено. Сигналов бедствия или сообщения о гибели носителя от ИМЖП не поступало.

— То есть вы хотите сказать, что один наш солдат перепугал настолько противника, что Акхны бежали из звёздной системы в неизвестном для нас направлении? — не сдерживая своего раздражения, сказал Никотауш, — установили личность космодесантника?

— Установили, — продолжил адъютант, — это Ирвис Джокаевич, уроженец Землянухи. Биологических тридцать семь лет. Во время подписания контракта сменил имя на Арсений Трубач, записан как Арст с планеты Землянуха… По поводу причины, почему Акхны покинули, фактически без потерь захваченную звёздную систему, у нас ясности нет, — он сожалеюще развёл руками.

В зал вошёл курьер связи и направился к представителю Совета и начальнику Генерального штаба. Устно, что-то доложив, оба быстро поднялись и вышли. В зал стали входить посыльные с донесениями. По залу стал разноситься нарастающий гул.

Где-то, пока неизвестно где.

Арст очнулся от головной боли. Глаза не открывались. Последнее, что помнил, что он двигался на платформе на сигнал маяка. Оставалось чуть больше половины пути, как вдруг платформа резко стала падать вниз, скафандр повреждён, его заклинило, и он упал на поверхность планеты. С большим трудом удалось освободить руку из повреждённого скафандра и самостоятельно снять его полностью. Было жарко. Когда огляделся, то увидел приближавшихся со всех сторон противников. Они брали в кольцо.

Отыскал в обломках обычный нож, так как все остальное оружие не работало. В другую руку взял обрубок конечности скафандра и приготовился к бою. К нему приближались со всех сторон. Противник облачён в скафандры и его «оружие», как понимал, серьёзных повреждений нанести не сможет. Но не сдаваться же без боя! Если есть возможность биться, надо драться! Может быть, удастся пробить лицевую маску, а так и смотришь — повезёт, заберёт на тот свет с собой одного «чешуйчатого».

Один из противников вышел вперёд и чуть вырвался из строя. Резким рывком, благо сказывалась пониженная сила тяжести, удалось преодолеть разделяющее расстояние. Левым полуоборотом к противнику с зажатым обратным хватом ножом в левой руке и отведённой назад правой рукой, в которой был обрубок руки скафандра, нанёс резкий размашистый удар правой рукой, целясь в лицевой щиток скафандра противника. И сразу добавил боковым левым ударом, наотмашь, целясь в область глаз противника. И всё погасло. Больше ничего не помнил.

Очнулся только сейчас с больной головой, сухостью во рту и полной дезориентацией. Надо открыть глаза и осмотреться. Осторожно пошевелив конечностями, убедился, что переломов нет. Плечевые мышцы и левая нога болели, но это было несерьёзно. Дышать легко. Ребра не сломаны. Только темнота пугала. Если он в госпитале у «своих», то там свет равномерный, приглушенный, но никак не темнота, даже в «ночное время». С усилием воли открыл глаза. Сумеречная темнота не пропала. Потолок, небо не просматривается. Осторожно перевёл тело в вертикальное положение. Голова закружилась. В сидящем положении осмотрелся. Прямо перед взором оказалась стена из неизвестного материла, на ощупь тёплая и шершавая. Повернувшись на пол-оборота, обнаружил себя сидящим на возвышении над полом в окружении, как не сразу догадался постельных принадлежностей: одеяла, подушки. Было жёстко, но не «голые доски». Медленно, по нарастающей стало усиливаться освещение. Спустив ноги на пол, оказался достаточно низко от возвышения, которое наверно правильно было бы назвать кроватью, осмотрелся внимательней.

Помещение примерно три на четыре метра, стол, два стула, пустой шкаф и три углубления в стене в виде ниши. Возвышение, которое заменяет кровать. Санузел. Не поленился, пошёл его опробовал. Стены и потолок равномерно серо-зелёного цвета. И справа от кровати большое в полстены зеркало. Посмотрел в него и испугался увиденному. На меня смотрел очень худой, одетый в полевую атмосферную тренировочную форму без знаков различия босой человек. Его пепельно-белые волосы растрёпаны, лицо красноватого оттенка, как от непродолжительного, но активного загара. Глаза смотрели долгим, немигающим взглядом…

Очнувшись от наваждения, понял, что вижу себя. Но от того, как сам себя помнил, ещё с момента прибытия на вербовочный пункт, осталась только «тень» и этой «тенью» был «я». С осознанием этого уселся на стул. В мыслях было что-то непонятное, что — то такое, что не описать словами. Это и горечь утраты «себя самого», и непонимание заточения, и множество вопросов, ответы на которые не смог найти.

Сколько просидел на стуле, смотря в одну точку сказать, не могу. Время слилось в одно мгновение. Из этого состояния вывел шум открывающейся ниши. На ней оказалось две тарелки и стакан-термос. В одной тарелке крутое варево, не знаю сублимированное или натуральное, но на вкус как суп-харчо. Такое же острое и сытное. На второй два «картофельных» шарика. Осмотрев все это «богатство» понял, что приборов-то, чем кушать-то, и нет.

Переставив содержимое на стол. Ещё раз огляделся. Нет, не ошибся — ни ложки, ни вилки, ни палочек, ни чем ещё можно принять пищу в районе видимости нет. От вида и запаха съестного очень захотелось кушать. Набравшись смелости, не выдержал и выкрикнул, обращаясь в потолок.

— Мне руками кушать? Или все-таки ложку, вилку дадите?

Время шло, а приборов неизвестные, так и не передавали. Я уже думал, что они издеваются. Проверяют мою реакцию. Но к пище, как бы я не хотел кушать, не притронулся. Пошёл в санузел, разделся по пояс, обмылся. Помыл голову. Вода была приятная, даже тёплая. Но пить её не решился. Отравить то меня не отравят, раз вылечили и пытаются кормить, но дизентерию подхватить при таких обстоятельствах не хотелось.

Опять зашумели створки ниши и в ней оказались большая ложка раза в два больше обычной, и вилка с двумя зубцами угрожающих размеров. Ей только мясо снимать с огня. Недолго думая приступил к трапезе. Когда кушал, пришла хорошая мысль, что приборы отдавать назад не надо. Вилку можно использовать как оружие. Как говорится «ножа не бойся, а бойся вилки — один удар, четыре дырки». Тут уж не четыре, а две, при хорошем стечении обстоятельств, можно обеспечить.

В этот «день» со мной никто не вступал в контакт. На попытки завязать разговор, никакой реакции. Ни ответов на вопросы, ни реакции на чтение параграфов устава, ни на похабные частушки, незнакомый, или незнакомые «благодетели», не реагировали. Когда стало угасать освещение, взобравшись на «кровать» уснул.

Звёздная система «Проктор». Планета «Кросул». Расширенное заседание Совета Объединения.

— Неделю назад, — продолжил свой доклад представитель Совета Никотауш, — от Акхнов поступило предложение о перемирии на срок шесть месяцев. Не дожидаясь нашего ответа, они отвели свои вооружённые силы от векторов соприкосновения с нашими войсками. Каких-либо активных, широкомасштабных действий с их стороны не предпринимается до настоящего времени. Уважаемые представители Совета, они ждут нашего ответа. Окончательный срок истекает уже скоро. Необходимо именно сегодня и сейчас принять решение.

— Пусть доложит приглашённый начальник Генерального штаба, — перебил его Председатель Совета Самукш, — какова ситуация на «фронтах» и обрисуйте «в двух словах» стратегическое положение дел в настоящее время.

— Ситуация на «фронтах» противоречивая, — начал поднявшись с места начальник Генерального штаба, — после внезапной атаки на военно-тренировочную базу «Гессор», в ходе которой мы не смогли ничего противопоставить противнику, он отвёл основные силы в свои сектора и обеспечил полную, непроницаемую оборону уже занятых звёздных систем. Неделю назад, практически все боевые подразделения противника сосредоточились или на границе секторов, или в глубине обороны противника. По данным разведки, противник активно исследует пространство за пределами нашей Галактики. Проводится переоборудование, модернизация кораблей.

— Скажите, — перебил доклад Председатель Совета, — противник может использовать время для усиления своей армии и флота?

— Уважаемый Советник, — обратился к нему начальник Генерального штаба, — больше недели назад, противник фактически без потерь с его стороны, блокировал одну из самых оснащённых орбитальных баз, находящихся сейчас у нас в строю. По не выясненной до настоящего времени причине он отказался от штурма или ликвидации базы. Затем от противника по открытому каналу связи поступило предложение о перемирии. Во время переговоров с Акхнами присутствовал я, как начальник Штаба и Советник Никотауш. По мнению разведки, аналитиков, научного блока и моему личному мнению у противника в настоящее время уже есть силы и средства для уничтожения нашей группировки войск. Им перемирие не нужно, если они не затевают более долго идущую игру.

Повисло недолгое молчание, которое нарушил один из членов Совета.

— Сколько времени нужно для организации противодействия новому оружию Акхнов?

— По мнению экспертов, для установления характеристик и выработки методик противодействия уйдёт не меньше нескольких месяцев, самый реальный срок полгода, — с места ответил начальник Генерального штаба, — принципы, на которых действует оружие, выводящее все немеханические боевые системы, до настоящего времени не ясны…

После непродолжительного обсуждения, решение о перемирии с Акхнами поставлено на голосование членами Совета и принято большинством голосов. О чем тут же направлено соответствующе уведомление Акхнам и даны указания в войска. Кроме того, принято решение за это время активизировать работы в новых направлениях науки и техники. Провести инвентаризации имущества, складов, архивов. А также направить экспедиции в соседние Галактики.

Звёздная система «Проктор». Планета «Кросул».

После долгого, затяжного рабочего дня Председатель Совета Самукш сидел в своём любимом кресле и смотрел на огонь. Он любил смотреть на огонь. Тепло, распространяемое пламенем, передавали приятные ощущения по всему телу. Танец мерцающих языков очаровывал и придавал бренность всему сущему. Мерное потрескивание поленьев успокаивало. Он устал. Целых сорок лет Самукш состоит в Совете Объединения, из которых шестнадцать, является его Председателем. На время войны не решились переизбирать нового Председателя Совета. Тем более дела, как на «фронте», так и в гражданской сфере, шли до настоящего момента, без особых осложнений.

Самукш сидел в кресле и придавался воспоминаниям. Очень давно, он, ещё совсем молодой, прибыл в столицу Союза. Хотел посвятить свою жизнь служению государству, которое ему — выходцу из интерната не дало сгинуть после смерти родителей, дало образование и путёвку в жизнь. Да, ему повезло. Во время работы в государственном учреждении на средне-руководящей должности его заметил тогдашний член Совета и взял в помощники. Занимался Самукш социальной сферой и в свою заслугу мог записать действующую «пенсионную» систему и социальное обеспечение. Эта работа ему нравилась. Детей иметь не мог. Даже современная медицина с его прорывами не смогла ничего сделать. И Самукш был один. Именно в те давние времена он и принял для себя решение — все свои силы и умения направить на благо граждан Объединения. Это звучит пафосно и откровенно политизировано, но для него это именно так.

В политических играх Самукш с самого начала карьеры не участвовал, оставался верен себе и когда его уже опытного деятеля отправили в отдалённый сектор Союза, только что вошедший в Объединение, то он, не раздумывая направился работать. Именно работать, а не как думали остальные — добиваться места в Совете.

Годы шли и, только что вошедшая в Объединение звёздная система, стала одной из самых развитых в социальном плане. Много воды утекло с того времени, было и плохое и хорошее, но всё не упомнишь. Теперь война с Акхнами. Они же были в Объединении, стояли у его основания много сотен лет назад. Что-то пошло не так. Акхны неспроста запросили перемирие, они что-то затевают, готовятся к чему-то. Или знают то, что не хотят говорить.

Из раздумья Самукша вывел голос Никотауша, тихо вошедшего в помещение.

— Советник, не потревожил?

— Присаживайся Никотауш, у тебя что-то срочное?

— Я не знаю с чего начать. На Совете не решился огласить эту информацию.

— Начинай по порядку. А там может, и поймём в чём дело. Если не вдвоём, то ещё людей соберём, — усмехнулся Самукш.

— Акхны бегут из Галактики, — выпалил на одном дыхании Никотауш.

Повисла небольшая пауза.

— Они собирают всё ценное: ресурсы, технологии, знания, — продолжил Никотауш, — и направляют всё в соседнюю Галактику. По данным разведки ушло уже два каравана тяжелых транспортных кораблей с пассажирами. Это похоже на бегство.

— Выяснили причину, почему противник производит эвакуацию? — удивлённо спросил Самукша, — отправили за ними наши корабли?

— Ни узнать причину, ни проследить их конечную цель, пока не удаётся.

— Странно всё это, — задумчиво произнёс Председатель Совета, — грядут большие перемены, а мы не знаем какие, и к чему готовиться. На следующем заседании Совета объяви эту новость. Будем думать вместе. Ещё что то?

— Есть один поразительный случай, который не вписывается в общую картину, — начал Никотауш, — военные аналитики и аналитики Совета отмечают нелогичность действий Акхнов, хотя мы все знаем, что наш самый лучший аналитик, едва сравнится с середнячком «чешуйчатых». Нападение на базу «Гессор» было для нас внезапным и не прошло нескольких часов, как она вся была блокирована. Два крупных боевых корабля противника выходят из ордера и уходят к соседней планете, где проводят десантирование, блокирование гарнизона и опять уходят уже вместе со всей атакующей эскадрой. На этой планете потерь с нашей стороны нет, по крайней мере, срабатывания ИМЖП не зафиксировано. Пропал один боец — космодесантник. Один из наших молодых аналитиков считает, что вся операция в звёздной системе проведена противником для его захвата.

— Кто этот аналитик? — не скрывая раздражения, спросил Самукш, — он объяснил свои выводы, обосновал фактами?

— Это мой племянник, — тихо сказал Никотауш, — он только поступил на службу в военную разведку в качестве аналитика. И все расчёты, и анализ делал на основании той информации, которая у него была. Официально не проводились параллели в данном ключе. Это его личная инициатива.

— Так почему ты докладываешь мне об этом…, этом домысле?

— Его выводы были убедительными, и я решил высказать его вам в неофициальной обстановке, без доклада перед Советом.

— Ладно, хорошо, — уже официально продолжил Самукш, — дай указание нашим специалистам проверить, сравнить информацию. О результатах доложишь через неделю.

Никотауш вышел и Самукш остался один. Языки пламени в камине всё также извивались, показывая причудливые фигуры фееричного танца огня.

Военно-тренировочная база «Гессор».

Самал сидел в столовой и принимал пищу. После дежурства в карауле полагался выходной от подготовки и всяких будней космодесантника. Его брат Рамал отсыпался. Он не смог его поднять даже на обед.

После провала обороны базы её спешно модернизировали, усиливали. Радовало только одно, что объявленное перемирие с Акхнами пошло на пользу уже уставшим от рутины войны солдатам. Рядом за столик подсел их командир взвода Кристис. И тогда Самал не выдержал и спросил: «Командир, о Арсте ничего не слышно? Он погиб?»

— И ты туда же, — резко ответил Кристис, — меня уже со всех сторон затаскали с этим Арстом… Сбежал он, сгинул, улетел в центр Галактики.

— Но…

— Два наряда вне очереди!

— Но, я только что сменился, — вытянувшись по стойке «смирно» стал возмущаться Самал.

— Отставить. После приёма пищи поступаешь в распоряжение научной роты. Им что-то помочь надо, — уже чуть успокоившись, сказал лейтенант, — обратишься к майору Вэнгеру. Маршрут скинул на коммуникатор.

«Эх, язык мой — враг мой, а хотел к связисточкам сегодня сходить», — подумал Самал и, закончив приём пищи, пошёл по маршруту, проложенному коммуникатором.

Идти предстояло долго. Научная рота, или как их «за глаза» называли «чистюли», располагалась на другом уровне базы в противоположном от дислокации десантников секторе.

Весь путь Самал укорял себя за несдержанность. Всегда так. Он может найти себе «приключение» на свои конечности в самых неожиданных местах. Нет бы, как брат, который в каждую свободную минуту изволит спать…

— Майор Вэнгер, — обратился к старшему по званию Самал, — космодесантник Самал по приказу командира взвода прибыл в ваше распоряжение.

— Проходите рядовой, поступите в распоряжение опытной группы, они вам всё расскажут. Краснов, — обратился к недалеко стоящему человеку майор, — космодесантник поступает в ваше распоряжение. Объясните, что от него требуется.

К Самалу подошёл на вид молодой, не только для военного, но тем более для «чистюли» парень. С одного взгляда на него можно сказать, что он тяжелее коммуникатора ничего в своей жизни не поднимал. Такой хлюпкий, неказистый с длинными, тощими руками и крючковатым носом.

— Пойдёмте со мной, будем работать в моей лаборатории, — и быстрым шагом направился по коридору.

Самал с трудом успевал за быстрым, уверенным шагом «паренька».

Лаборатория оказалась обычным кабинетом, заставленным коробками, ящиками, и всяким ещё непонятным для Самала оборудованием. Только одно сильно удивило. Это женщина, даже нет, не так, а Кра-Си-Ва-Я девушка встретила их на пороге лаборатории. На вид ей до тридцати, хотя все сейчас, после проведения процедур «остановки старения» выбирали примерно этот возраст — около тридцати лет женщины и тридцать-тридцать пять мужчины. Определить «на глаз» точный биологический возраст очень проблематично.

— Амала, — начал говорить Краснов, — покажите нашему помощнику, что и куда надо поставить, переставить, поднять и отнести. Сегодня он в нашем распоряжении и всю организационную работу надо выполнить. Завтра, после настройки аппаратуры начнём эксперименты. А я пока свяжусь с военными и попрошу присылать нам тех, с планеты «Дранга».

— А что там, на планете, мне тоже приходилось там бывать, — не отрывая глаз от девушки, спросил Самал.

— Вы подверглись излучению на планете? Вы были в той группе, которая совершила посадку во время нападения? — не скрывая своего удивления, спросил Краснов.

— Да, я со своим подразделением был там. После посадки у меня заклинил скафандр, и я простоял столбом почти шесть часов, пока меня не извлекли, — чуть смущаясь, ответил Самал.

— Очень интересно, очень, — потирая ладони, сказал Краснов, — тогда позвольте представиться, я академик Краснов и не смотрите на мой внешний вид такими удивлёнными глазами. После процедуры ОС, что-то пошло не так и меня заморозили примерно, — он закатил глаза и продолжил, — даже уже не помню когда и на сколько лет. Вывели из криогенного сна, когда смогли разобраться, что произошло тогда во время процедуры ОС, но побочный эффект всё-таки остался. И выгляжу я не совсем презентабельно.

— Кстати, познакомьтесь, — продолжил академик, — это Амала, моя внучка.

— Рядовой Самал семнадцатая космодесантная рота, — с ещё большим удивлением представился Самал. Его глаза смотрели то на академика, то на Амалу.

— Ну что ж, давайте вы нам все-таки поможете расставить всё это, — академик обвёл руками, заставленное помещение, — по местам, и тогда уж моя группа приступит к изучениям сложившегося феномена. Военные свою версию отрабатывают, а я попробую доказать свою гипотезу.

Работа у Самала двигалась споро. И силушкой от рождения он не обделён, и проявить себя перед красивой девушкой уж очень ему хотелось. Но всякий раз, когда их взгляды встречались, или приходилось общаться стоя рядом друг с другом, он как-то робел, краснел и не находил, что такого заумного сказать.

Когда работа вся сделана. Приборы распакованы, установлены, лишнее вынесено на склад, Самал, переминаясь с ноги на ногу, стоял у выхода из лаборатории и искал причину как бы ещё раз поступить в распоряжение академика, то есть встретиться и увидеть Амалу.

— Что ж молодой человек, — обратился к нему академик, — мы с вами быстро управились, я грешным делом думал, что и завтра придётся возиться с установкой по местам приборов. А так, я смогу начать исследования уже завтра, как только проведу проверку и настройку оборудования. У вас есть задания на завтра?

— Нет, на завтра распорядок дня до нас ещё не доводили, — ответил Самал.

— Понятно. Я попрошу вашего командира, чтобы вы с ещё тремя сослуживцами, бывшими на «Дранге», после обеда прибыли к нам. Вас это устроит? Будете помогать мне вести учёт. Если вы согласны, конечно.

— Хорошо, я согласен, — скрывая радость, сказал Самал. И широко улыбаясь, пошёл в своё крыло.

Прибыв в расположение Самал доложив командиру о прибытии, пошёл в свой кубрик. Застал там брата Рамала, который как он понял, только проснулся и, принеся из столовой что-то съестное, хоть это и было запрещено, вознамеривался позавтракать, или поздно поужинать, это смотря с какой стороны посмотреть.

— Где ты был брат, опять ходил к связисточкам? — спросил у него Рамал, — и почему не принёс ничего пожевать? Самому пришлось идти в столовую, — печально добавил он.

Но Самал его не слышал, переодевшись в спортивную одежду, пошёл в спортивный зал, чтобы как-то перебить свои мысли об Амале, которые у него не выходили из головы всю дорогу.

Центральная звёздная система Акхнов. Хранилище Священных Таблиц.

Охош сидел в своём помещении и размышлял. «Предтеча», как предсказывали Священные Таблицы, появился, сомнений в этом нет. Он сейчас находился в соседнем крыле здания, а он, — Хранитель, никак не может узреть знак или какой-то сигнал, или подсказку к началу разговора с ним. Все анализы, расчёты и различные спектро-, свето-, звуко-, магнито- граммы сделаны. И откладывать начало общения ему удаётся всё трудней.

— Хранитель, — войдя в помещение, обратился один из его помощников, — все указания выполнены, результаты получены, введены в Священные Таблицы, именно он, кто сейчас у нас здесь, является «Предтечей», — помощник чуть склонил голову, — есть ещё какие указания?

— Да, я понял это, друг мой по Знанию, именно тот, кого мы искали находится у нас, и мне пришло время поговорить с ним, — вставая из-за стола, уставленного приборами, рукописными книгами и артефактами произнёс Охош, — пока будем идти, расскажи как он провёл последние дни?

— Хранитель, как вы знаете, его поместили в специально оборудованное, изолированное помещение со шлюзовой камерой. Микроклимат в ней соответствует требованиям жизнедеятельности «гладких»[22]. Питание разработано с учётом опыта пленных. Суточный цикл также используется стандартный для его вида. Всё время нахождения в одиночестве он сначала пытался выйти на контакт, затем после приёма пищи, просто спал. А когда, как мне кажется, ему это всё надоело, стал заниматься непонятными телодвижениями. Наши специалисты усмотрели в ней аналог нашей спортивной гимнастики. Больше никаких изменений в его поведении установлено не было.

— Военные приезжали? — осведомился Охош.

— Да, они пытались пройти к нему и допросить, но были отправлены к вам за дозволением, после этого ни военные, ни кто другой с просьбами, требованием доступа к нему не появлялись, — ответил помощник.

— Понятно, они до меня так и не дошли, — задумчиво произнёс Охош.

Идя по коридору к месту, где находился в плену «Предтеча» Охош всё больше рассматривал варианты дальнейшего развития событий. Как поведёт себя «Предтеча», что ему нужно, на чью сторону встанет. Столько много вопросов, а ответ зависит от какого-то человека, который с большой долей вероятности даже не представляет, кто он и что ему суждено.

С этими мыслями Охош подошёл к помещению, около которого была выставлена охрана из его помощников. Конечно, против военных или хорошо подготовленного отряда они не выстоят, но их задача была не в этом, а в том, чтобы ограничить доступ любопытных, пытающихся попасть в комнату наблюдения за самым ценным и важным заключённым, который когда бы то ни было, находился в Хранилище Священных Таблиц.

Охош вспомнил доклад одного из офицеров, который проводил захват. Его противник, оставшись один, умудрился покинуть скафандр и его сигнатуры, эмоциональный фон показывал, что будет драться до конца — не за свою жизнь, не за жизнь расы, не во исполнение приказа, а ради того, чтобы уничтожить больше врагов. И это пугало Охоша, такого безумства, по мнению как его самого, так и представителей всей его расы и представить трудно. В самых тайных, закрытых частях Священных Таблиц были упоминания о таком типе Сознания, но все, в том числе и он — Охош, считал, что это вымысел. В Галактике не может быть такого типа мышления, по определению, так как они бы не достигли нужного уровня развития, а погибли на начальной стадии. Всегда, при всех критических ситуациях — главное это сохранение и продолжения рода. Всё можно перетерпеть или смириться. Но «загнанный в угол» противник в практически безвыходной ситуации дрался не за себя, не за род, не за долг чести, а просто, чтобы убивать.

С этими мыслями они с помощником подошли к двери, вошли внутрь. Большую часть комнаты занимали многочисленные приборы. Во всю стену большой прозрачный экран, через который просматривалось, что происходило за стеной. Помощники, находившиеся в следящей комнате, поприветствовали Хранителя и уступили ему место у пульта переговоров. Переговорное устройство с устройством интегрального перевода. Так как речевой аппарат Акхнов и людей был не идентичным, то приходилось пользоваться автоматикой. Даже выучив язык противника, ответить с точностью, чтобы передать и не потерять смысл речи, не было физиологической возможности.

Через экран Охош видел, как невысокий, по меркам расы Акхнов, человек с пепельно-белыми волосами делал какие-то упражнения, стоя посередине комнаты.

— Добрый день, — удостоверившись, что ведётся запись и включён голосовой коммуникатор, произнёс Охош, — меня зовут Охош, я Хранитель Священных Таблиц.

— Ну, наконец-то, — буркнул под нос себе Арст, — а то уже от безделья я с ума сходить начал, — ещё тише произнёс он, прекращая выполнять отжимания.

— Кто вы и что вам от меня надо. Не знаю я никаких Хранителей, — уже громче произнёс Арст.

— Я, Хранитель Священных Таблиц Охош, — повторил Хранитель, — вы находитесь на центральной планете Акхнов, в её столице. Как к вам обращаться?

— Зовите меня Арст. Что с моими друзьями? Они погибли? Почему меня тут держат уже так долго?

— У вас много вопросов, Арст, но не на все я смогу ответить, нам надо с вами поговорить.

— Ну, так заходите и давайте поговорим. Что скрываться-то?

— Кто вы и откуда Арст? — проигнорировав явный вызов, спросил Хранитель.

— Я, Арст с планеты Землянуха, подписал контракт на военную службу и нахожусь на ней в настоящее время. Вы думаете, я вам, что-то могу рассказать секретное, раскрыть военные и государственные тайны? Так я всего лишь командир отделения и ничего не знаю.

— Есть методы, которые применив, раскроют все тайны. И мы уже знаем о вас всё или почти всё. Теперь необходимо выслушать вашу версию.

— Что с моими друзьями? Они погибли при спасательном десантировании? — настойчиво спросил Арст.

— Нет, они не погибли. Они все живы. Если это так важно для вас. Ещё могу сказать, что заключено перемирие, и боевые действия пока не ведутся.

— Что вам от меня нужно, если вы и так всё про меня знаете, если заключено перемирие, то верните меня назад, к моим… Они наверно меня ищут, а я тут прохлаждаюсь.

Разговор стал заходить в тупик и Охош искал повод перевести его в другое русло. Чтобы была возможность сразу не настраивать против себя собеседника.

— Для начала, я хочу рассказать вам то, что не учат «в школе» и не передаётся из поколения в поколения, по крайней мере, у вас, — начал Охош, — вы знаете, из-за чего началась война? Знаете об истоках Нашей расы? Начале Своей расы?

— Нет, а мне это надо знать? Мне достаточно, что есть в нашем общедоступном информатории.

— Логично, но послушайте, раз времени у нас с вами пока предостаточно.

— Ответьте ещё на один вопрос, что за Священные Таблицы вы охраняете?

— Не охраняю, а храню. Я их Хранитель. Это как раз связано с истоками нашей расы.

— Очень давно, — продолжил Охош, — когда точно, сказать уже никто не может, наша раса пришла в эту Галактику из другой, далёкой Галактики. Что вынудило покинуть её останется тайной времён. Можно только предположить, что произошла катастрофа Галактического масштаба. Наша раса уже тогда могла передвигаться в пространстве со скоростью равной скорости нейтрино[23]. Обосновавшись на выбранной планете, наши умы пришли к выводу, что некоторые основополагающие Законы мироздания в этой Галактике «работают» в ином виде. И нам пришлось начать всё с нуля. В то время и были созданы Священные Таблицы, которые передавались из поколения в поколение. В них записаны основные алгоритмы развития Цивилизаций, или в вашем понятии его называют Всеобщий Закон Всего…

— Не слышал о таком, — перебил его Арст, ему откровенно было неинтересно, но это лучше, чем сидеть без дела запертым в четырёх стенах и медленно начинать страдать от полноты.

— Именно так, ваша раса — Цивилизация ещё не достигла такого и вряд ли сможет достичь, — с грустью сказал Охош.

— Это ещё почему? — удивлённо спросил Арст, — я конечно в научной сфере не селён, но наши учёные достаточно «башковиты», чтобы не уступать вам.

— Времени осталось мало, очень мало. Каких-то, наверно, несколько десятков лет, а может и меньше… — ответил Охош.

— Почему? — спросил Арст и про себя подумал, что он как ребёнок постоянно спрашивает «как», да «почему», а ему не отвечают или отвечают, а он не может понять, и из-за этого возникает всё больше и больше вопросов.

— Согласно нашим Священным Таблицам в Галактику грядёт чуждое ей, что изменит её полностью и всё живое — разумное погибнет. Помочь это предотвратить, или указать путь для выхода из тупика можешь ты — «Посредник», — Охош в этом своём обращении умышленно указал одну из вероятных ипостасей константы: не «Предвестник» — «Предтеча», а — «Посредник».

Удивлению Арста не было предела. Он не знал, что ответить, просто присел на стоящий рядом стул, и уставился, на ставшее прозрачным «зеркало», через которое было видно сидящих напротив него Акхнов.

— Как я могу чем-то помочь, я же ничего не знаю и даже половины не понял, что мне сейчас сказали, — удручённо сказал Арст.

— Это понятно, что вам ничего не понятно. Но согласно нашим данным, подтверждённым расчётами, полученными с помощью Священных Таблиц, показаниям ваших сигнатур, образа мышления, эмоционального фона вы «не из этой Галактики». Вы видите, чувствуете, осознаете всё окружающее «по-другому» на непонятном, недостижимом для нас уровне, просто «по-другому».

— Хотите сказать, что я сумасшедший? — усмехнулся Арст.

— Такая версия была, — не стал скрывать Охош, — нам пришлось проверить и перепроверить все показания несколько раз. И мы пришли к выводу, что для вас это состояние мыслительной деятельности нормальное, то есть вы не сумасшедший, просто думаете «по-другому», видите этот Мир с иной, неизвестной…, точнее сказать не открывающейся для нас стороны.

— Точно в психопаты меня записали, — еле слышно сказал Арст.

— Ответьте на один вопрос, расскажите, как вы жили на Землянухе, у себя на родине? — продолжил Охош.

Арст задумался, а и вправду, он помнил хорошо себя только с момента, когда очнулся на пересылочном пункте. Помнил, как его обучали, помнил «распределение» в войска… и всё. О родителях, о том, что он с Землянухи, знал только из своей анкеты, и что ему говорили кураторы.

— Как вы попали в наш Мир, нам выяснить не удалось, но ты — это ты и, надеюсь, что многое, о чём нам стоит поговорить, — закончил Охош.

«Зеркало» осталось прозрачным и Арст увидел как Акхн, который разговаривал с ним, поднялся и вышел. Арсту ничего не хотелось, он сидел неподвижный и смотрел в одну точку. Теперь для него стало понятным, почему он так плохо сходился с окружающими, все их разговоры, проблемы, стремления казались ему «бренными». Хоть как-то понимали его, могли поддерживать разговор, да и вообще в их обществе он не чувствовал себя чужим это с двумя братьями — Самалом и Рамалом.

Координационный центр Исхода. Тяжёлый крейсер Акхнов. Совещание.

— Все мы знаем, что между нами и людьми заключено перемирие, — начал говорить Координатор, — за это время, нам необходимо, действуя согласно плану, выполнить очень много. В соседней Галактике обнаружено три пригодных для нас планеты. По этому вопросу подробнее пусть доложит Ахношт — начальник разведки.

— Именно так, Координатор и члены центра «Исход», — начал свой доклад Ахношт, — силами сверхдальней разведки установлены возможные векторы исхода. Отрабатывая эти направления, нами обнаружено в спиралевидной Галактике, числящейся в наших каталогах под названием «Змея», в седьмом рукаве скопление звёздных систем. Среди которых, на достаточно близком расстоянии, обнаружены три планеты, пригодные нам для жизни. Первая партия переселенцев ушла их осваивать.

— Хорошо Ахношт, — сказал Координатор, — все данные телеметрии состояния планет есть у каждого члена Центра. Об этом подробно не надо. Что вы можете сказать по поводу разумной жизни в той — новой Галактике?

— За время ведения разведки, наши корабли не встретили разумную жизнь в нашем понимании этого слова, но они ещё не добрались до центра Галактики, и исследовали малую толику пространства. Говорить об отсутствии или наличии Разумной жизни в Галактике «Змея» ещё рано. Но противодействия или какого-то иного конфликта зафиксировано не было.

— Тогда можно принять окончательным вариант «Исхода» на планеты Галактики «Змея», — подытожил Координатор. — Как обстоят дела с эвакуацией знаний, накопленных нашими поколениями? — обратился он к другому члену Центра.

— С учётом предшествующих поколений, — начал доклад один из членов Центра, — все знания, связанные с фундаментальной наукой, медициной, прикладными знаниями, переписываются на титановые таблички и зашифровываются, иногда простым, а связанные с военной сферой многократным кодом. Расшифровать их без определённого уровня знаний постороннему будет практически невозможно. Как запасной вариант готовятся крео-капсулы и представители нашей расы, как Хранители кодов и знаний, будут введены в состояние летаргии, и спрятаны в потайных местах родной Галактики, так и в Галактике «Змея». Это экстренный случай. Он рассчитан на одну десятую Галактического года.[24] По истечению заложенного срока они, если не будут выведены из летаргии ранее, смогут самостоятельно восстановить величие расы Акхнов! — торжественно добавил оратор.

— Надеюсь, до этого не дойдёт, — сказал Координатор, — что с приходом в нашу Галактику чёрных? Их ещё наши учёные стали называть Вантабы[25].

— Всё верно, — поднялся с места учёный, — они почти абсолютно чёрные, поглощают весь спектр известных нам излучений. Мне, с одним из кораблей дальней разведки, удалось встретиться с ними и уйти живым. Вантабы представляют собой сгусток чёрного, бесформенного, даже нельзя сказать, что тела, скорее образования инородного пространства. Все попытки вступить в контакт, или как-то исследовать их потерпели неудачу. Времени на исследования очень мало. Они хоть и передвигаются медленно, но «отпочковавшиеся» сгустки производят хаотичные прыжки на расстояния в пределах звёздной системы и предугадать их «прыжок» невозможно. Всё, что Вантабы поглощают, больше в нашей реальности не появляется. По расчётам время у нас ещё есть, но с каждой минутой оно истекает. Нужны кардинальные меры, Координатор, — закончив говорить учёный, склонив голову, присел на своё место.

— Хранитель Священных Таблиц в курсе происходящего, — ответил ему Координатор, — он сейчас изучает «Предтечу».

По залу пошёл шёпот. Не все знали, что «Предтеча» находится у них на планете.

— Согласно утверждению Охоша — нашего Хранителя Священных Таблиц, — продолжил Координатор, — есть большая доля вероятности, что «Предтеча» это не Предвестник начала Великого Конца, как думали все мы до настоящего времени, а поводырь или вернее сказать «Посредник» в новом Начале Начал.

Зал затих. С древних времён, из поколения в поколение передавалось Знание, что появление «Предтечи» это предвестник Величайшей беды, катастрофы, после которой всей Расе Цивилизации Акхнов придёт конец, а тут вспыхивает такая Надежда.

Центральная Звёздная система Акхнов. Хранилище Священных Таблиц.

Арст сидел за столом и изучал передаваемые ему материалы, что-то понимал сразу, что-то оставлял, чтобы спросить у Хранителя. Эти несколько дней, прошли быстро. «Зеркало» теперь не затемняли, оно постоянно оставалось обоюдопрозрачным.

В комнату за «стеклом» вошёл Охош, и уселся в кресло.

— Вы меня звали Арст, — спросил Охош, — мои помощники сказали, что просили прийти.

— Да, Хранитель, просил, чтобы вы пришли. Я так и не могу понять, почему началась война между людьми и вашей расой, как понял из материалов, и того, что знал раньше, то Акхны состояли в Союзе и были одни из его основателей.

— Именно так, — начал свой рассказ Охош, — не так давно, всего восемь поколений назад Акхны и люди были вместе. Вместе делали первые шаги в освоении Космоса, Галактики. Для этой цели организовали Объединение, цель которого распространение Разумной жизни по Галактике, но возникли некоторые осложнения, наши мозговые вычислительные мощности, да и тела были не приспособлены к сверхдальним межзвёздным перелётам. Решение, как нам показалось было предложено верное. Была выбрана планета с кислородной атмосферой, без признаков обитания разумной жизни. И на ней Объединение решило поставить эксперимент, цель которого создание нового вида разумных существ, чтобы они могли самостоятельно, без помощи машин, прокладывать маршрут в межзвёздном пространстве и выносили тяготы многолетних перелётов. Для этой цели нами отобраны три расы, схожие по генотипу и способные к межвидовому размножению. Первая раса — темнокожие обитатели горячего климата, своей родной планеты. Они выносливые, склонные к тяжёлому физическому труду, обладающие большой физической силой и выживаемостью. Вторая раса — белокожие, представители одной планеты, пережившие локальную катастрофу. Они обладали склонностью к анализу, математическому мышлению и были прирождёнными учёными и экспериментаторами, что в принципе, и погубило их родную планету. Третья раса — это трудолюбивые до фанатизма, скрупулёзные и педантичные исполнители.

На подготовленную планету доставили по пятьсот представителей каждой расы. Расселены и созданы им условия для жизни, — продолжал свой монолог Охош, — мы, совместно с членами координационного совета эксперимента следили за его ходом. Когда обнаружили, что на планете, которую мы выбрали, всё-таки была жизнь с зачатками разума, то ход эксперимента пришлось корректировать. Но не успели. Практически все представители первых поколений переселенцев истребили себя сами и откатились в развитии на многие тысячелетия назад, — с грустью добавил Хранитель, — тогда, координационный совет эксперимента, принял решение использовать зарождающуюся на планете Разумную жизнь в качестве исходного материала. И это, скорее всего, была ошибка. Оставшимся в живых была дана религия, каждому своя, но с одним изначальным, исходным кодом…

— Религия? — удивился Арст.

— Да, религия. Практически все Цивилизации и расы в своём развитии проходят через веру, религию…

— Но зачем, в чём разница?

— Зачем? Ответ на этот вопрос очевиден — для корректного вмешательства в эксперимент, — продолжил Охош, — а разница большая. Ответь мне, сколько будет один плюс один.

— Два, — не задумываясь, ответил Арст.

— Ты «веришь» в это, или «знаешь» это? — хитро спросил Хранитель.

— Я, знаю! — уверенно сказал Арст.

— Вот и особенность религии в этом. Религия состоит в постулате «Я — Верю». Все Цивилизации проходят этот период «Я — Верю», но верить можно и в абсурдные вещи, а нами в постулаты скатившимся в век дубины и первобытных, животных инстинктов, были даны общегалактические ценности.

— Так почему же началась война? — опять спросил Арст.

— Из-за нарушения чистоты эксперимента, — как бы ни слыша вопроса, стал говорить Охош, — вмешательство в исходные данные той, не учтённой разумной расы, которая была на планете изначально. Этот разумный вид оказался склонным к агрессии и самоуничтожению, стал превалировать над всеми типами разума, стал опасен для всего разумного в Галактике. Когда это выяснилось, тогда наши представители в Координационном Совете предложили прекратить эксперимент и уничтожить жизнь на планете. Но это решение не поддержали. Нами были предприняты попытки уничтожения эксперимента, но они оказались не удачными. Так и началась война между нами и Объединением.

— Что с той планетой сейчас? Они уничтожили сами себя?

— Нет, но всё ближе и ближе к этому. Они уже достигли достаточного уровня развития, чтобы преодолевать пространство в пределах своей звёздной системы, но их развитие искусственно сдерживается. Осуществляется противодействие к выходу за пределы звёздной системы и встрече с другими разумными существами, продвижению научного, философского и социального прогресса. Но это всё ненадолго. Они уже стоят на краю и от Конца, их отделяет один только шаг, так говорят Священные Таблицы, — Охош воздел руки вверх и сделал жест, открытыми ладонями, что в символике Акхнов означает Истину.

— Кто такие другие? Почему они идут сюда? — спросил Арст.

— Другие… Наши учёные их стали называть Вантабы, — они другие, чуждые нашей Галактики. Есть предположение, что у них иное Мышление, другие константы физических законов.

— В чём разница? Я не понимаю вас.

— У нас с вами один тип Мышления. Если не вдаваться в подробности и объяснить просто, то на конкретный поставленный вопрос, мы с вами сможем дать множество ответов «да» или «нет», но число ответов будет конечно. А Вантабы, могут на тот же поставленный вопрос ответить «да» или «нет» бесконечное число раз. Вот в чём основное отличие нас от них. Мы просто друг друга не понимаем, не можем вступить в контакт.

— Всё равно не понятно. А тот эксперимент, цель его разве не появление нового типа мышления?

— Верно, заметил. Есть только одно «но», с иными, чуждыми физическими константами любые действия Вантабов приводят к нарушению целостности пространства нашей Галактики. Трудно представить какими энергиями они оперируют, или на чём строится их физический мир, если он у них существует в нашем понятии. Они пришли сюда разрушать.

Арст задумался. Странно как-то всё это. Одна из старейших Цивилизаций и не знает, как противодействовать пришельцам.

Военно-тренировочная база «Гессор».

Самал уже, который день водил к академику группы бойцов из его подразделения для каких-то исследований. Он был назначен старшим группы, составил график прибытия, сопровождал их, вёл учёт, координировал действия, чтобы не создавать неудобства учёным.

Эта была рутинная работа, но ему это нравилось. Каждый день он встречался с Амалой, этой умницей — красавицей, но так толком заговорить, или тем более пригласить её куда-нибудь сходить, развеяться у него не хватало смелости. Оставалось ещё несколько дней и всё — он отбудет назад в расположение и займётся тренировками.

— Самал, теперь ваша очередь, с вас снимем показатели, — вывела его из раздумья Амала, — сегодня академик Краснов отбыл для доклада к руководству и оставил меня на хозяйстве, так что во второй половине дня больше никого не приводите. Сейчас с вами закончим и на сегодня всё.

С грустью на душе Самал полез в ложемент. Он уже много раз наблюдал, как его сослуживцы проходят тестирование и какие выходят после него: уставшие, измождённые, «выжитые как лимон», но не физическими нагрузками, а морально. Теперь это предстояло пройти Самалу.

Усевшись поудобней, он расслабился и неосознанно стал вспоминать начало своей военной карьеры. Посадку на корабль, встречу с Арстом, его первую операцию, проведённую совместно с лейтенантом, прибытие на «Гессор» и будни военного, в которых иногда случались приятные моменты, которых было не так и много. Ещё исчезновение Арста. Почему-то именно эта мысль сейчас не давала покоя ему.

Раздался зуммер. Самал открыл глаза.

— Самал, как вы меня слышите, с вами всё в порядке? — приятным, но беспокойным голосом спросила Амала.

— Всё нормально, что-то не так? Аппаратура не сработала? Всё быстро как-то произошло, да и ощущения, хоть и неприятные, но несильно, — начал говорить Самал.

— Аппаратура сработала штатно, но вот первичные полученные данные отличаются от всех. Необходимо провести дополнительное тестирование.

— Если надо, проводите, я не против, — ответил Самал.

Через час, после повторного исследования, Амала сидела за рабочим столом в окружении своих помощников. Самал расположился, напротив в кресле. Он не понимал, что происходит. Все громко разговаривали, о чём-то спорили, оперирую непонятными терминами, тыкали в свои коммуникаторы и не обращали на него внимание. Решив уйти по-тихому, Самал встал и направился к двери. Если нужен, то найдут, он так подумал.

— Самал, вы куда? — обратилась к нему Амала.

Застигнутый в врасплох, Самал не знал, что ответить и сказал первое, что пришло в голову: «Покушать бы. Обеденное время прошло, а я ещё не обедал».

Амала сидела и смотрела на него с удивлением. После небольшой паузы сказала: «Давайте устроим перерыв на обед, за это время рабочей группе подготовить свои предложения». И уже обращаясь к Самалу добавила: «Самал, вы не будете против, если вовремя обеда составлю вам компанию? У нас в секторе есть хорошее заведение и кормят там не как в солдатской столовой».

Радости и удивлению Самала не было предела. Это он хотел предложить такой неприступной внучке академика сходить с ним погулять по палубе, а тут вдруг она сама приглашает, да и ещё спрашивает его разрешения…

Они сидели в уютном кафе, обедали. Среди посетителей военных никого не было. Они явно сюда нечасто захаживали.

— Это заведение в основном для гражданского персонала и для учёных, таких как я, — на немой вопрос ответила Амала, — не волнуйтесь, здесь мы можем спокойно поесть и поговорить.

— Что-то с моими тестами не так? — робко спросил Самал.

— Трудно сказать, на первый взгляд результаты отличаются от всего того, что было раньше. Расскажите, о чём вы думали, что переживали во время тестирования?

— Я думал о своём друге Арсте, о том, как мы с ним хорошо начинали вместе. Как воевали, как отдыхали, как общались я, Арст и брат мой — Рамал. Ему кстати завтра по графику на тестирование приходить. Всё. Больше ни о чём подумать не успел, как-то всё быстро закончилось.

— Арст тоже находится на базе? Он в вашем подразделении?

— Нет, он исчез во время операции на Дранге. Больше о нём сведений не было, — грустно ответил Самал.

— Насколько я помню, в сводке не указывались потери на планете Дранга.

— Он не погиб, он просто исчез, — сказал Самал и тут же добавил, — вы тоже будете говорить, что такое невозможно, но это именно так. Нам командир запретил упоминать об этом случае, его и так во все инстанции вызывали, даже в Генеральный штаб. Но так ничего прояснить не смогли.

— Вы часто общались с этим Арстом?

— Мы с ним с самого начала, с момента следования на базу были вместе, я и брат. Арст был нашим командиром отделения. Хорошим командиром.

— Сколько воздействий вы пережили этого странного оружия Акхнов? — сменив тему разговора, спросила Амала.

— Я уже и не помню точно. Два или три раза и оба раза на планете. Это важно?

— Я пока не могу сказать определённо, но у вас есть изменения в мышлении. Ваша скорость восприятия обстановки и принятия решения хоть и незначительно, но выше известных до настоящего времени показателей. А ваша сопротивляемость внешнему воздействию совсем выходит за все рамки ранее изученного. Вы прошли только предварительные тесты, чтобы перенастроить аппаратуру. Основную программу исследований мы не запускали. Результаты уже были слишком не обычные.

Самал задумался. И причём тут Арст, его воспоминания. Может у него природа такая. Хотя он и не замечал за собой ничего такого сверхъестественного.

Вместе они вернулись в лабораторию. Все уже были в сборе и шумно что-то обсуждали. Самал прошёл на своё место и уселся в кресло в сторонке ото всех.

— К какому выводу пришли, какие есть мнения, — сразу спросила Амала.

— Если учитывать тот факт, — начал говорить один из ученых, — что время восприятия человеком окружающей обстановки равно 0,001 сек., а подопечный показал результат 0,0006 сек., что почти в два раза быстрее всех нас с вами, то можно сказать с уверенностью, что испытуемый живёт «в будущем» относительно нас с вами… Вызваны ли это изменения неизвестным излучением, под которое попадал исследуемый, или пройдён специфический курс обучения, или ещё что-то, пока трудно сказать. Нужно проводить дальнейшие исследования и желательно более углублённые.

— Я обрадую вас, коллега, — сказала Амала, — у него есть брат, который всё время находился с ним и прошёл тоже, что и он.

— Это замечательно. Как только вернётся Краснов, надо ему доложить об этом. Наши исследования с непонятным излучением, как не прискорбно признать, заходят в тупик, но данное открытие следует проверить как можно тщательнее. А пока Самал, я попрошу вас, составить подробную автобиографию с момента вашего рождения и, всё что помните.

— Есть моменты, которые я не могу раскрывать без разрешения моего командования, — возразил Самал, — ему не хотелось сидеть, вспоминать и записывать всё это.

— Да, да, конечно, я понимаю, — продолжил говорить один из учёных, — все эти вопросы будут улажены. Я лично запрошу у вашего руководства разрешение.

Самал не стал ждать, чем закончится дискуссия и, спросив разрешения, вернулся к себе в расположение раньше, чем обычно. Не стал говорить брату, что его ждёт завтра. Какие испытания. Пусть будет для него это сюрпризом.

Вечером того же дня в лабораторию вернулся академик Краснов. Он был раздражён и явно недоволен.

— Амала, внучка, — сказал академик, — что у нас тут происходит, почему никого нет, почему работа стоит, нам надо показать к следующему месяцу хоть какие результаты, а их нет.

— У нас тут, кое-что произошло, — начала Амала, — во время пробного тестирования и подстройки аппаратуры для проведения основных тестов у испытуемого обнаружены ярко выраженные превышения показателей мозговой активности. Вот результаты первичных и повторных тестов, — она протянула академику и по совместительству её деду инфо-носитель.

Уставившись в экран, Краснов сидел задумчивый и внимательно изучал показания, графики, диаграммы и делал пометки у себя в коммуникаторе. Сверив данные ещё раз, академик посмотрел на Амалу.

— Амала, это меняет дело, мы с нашей группой искали остаточное излучение или хоть какие-то намёки на характер произведённого воздействия. А нам в руки попали такие возможности. С этими данными мы сможем начать новую эпоху исследований возможностей головного мозга! — гордо заявил академик.

— Предположительно было трое, с примерно одинаковыми исходными данными, — начала Амала, — есть ещё брат Рамал, который придёт на исследование завтра и ещё один, Арст, который пропал во время операции.

— Эти данные получены при исследовании нашего куратора, который нам помогает?

— Да, у него.

— Про Арста я слышал, он исчез. Меня привлекали для консультаций по поводу работоспособности ИМЖП. Отсюда у меня возникла другая версия излучения. Хотя я её никому не высказывал, — начал говорить академик, — это, никакое не оружие, а побочный, так скажем эффект, от неизвестного нам рода излучений. Как электромагнитный импульс при взрыве ядерного оружия, так и это излучение, которое выводит из строя всю нашу электронику, так же всего лишь сопровождает основной, непонятный для нас, род воздействия. Но установить это пока невозможно. Остаточные явления не зафиксированы ни на людях, ни на технике. И это с прискорбием можно с точность, признать как факт.

На следующий день с утра вся группа академика Краснова была в сборе, ждала прихода испытуемых. После исследования показатели Рамала также зафиксированы показатели значительно выше средних, но всё же уступавшим данным Самала.

Согласовав предложение об их временном переходе в распоряжение академика, принято решение об их размещении в научном секторе. Им выделили жилую каюту, поставили «на довольствие» и стали мучить всякими экспериментами.

Где-то очень далеко.

Патрульный корабль Союза выполнял ежедневный облёт охраняемого пространства в очень отдалённом секторе, на границе Галактики. Действовало перемирие с Акхнами, и капитану корабля приказано не поддаваться на провокации, а в случае чего-то подозрительного или необычного, фиксировать происшествие и докладывать начальству.

Месяц подходил к концу, вахта команды заканчивалась. Скоро их сменит другой корабль. За всё время патрулирования ничего не обычного замечено не было. Несколько раз мимо проходили сверхдальние корабли разведки Акхнов, которые направлялись за пределы Галактики. Об этом было доложено руководству.

Капитан корабля Сергин изучал сводку данных, полученных за время его отсутствия на капитанском мостике. Капитан рад, что скоро он, и его команда сменится, и будет отдыхать. Тем более необходимо провести профилактический ремонт корабля. За время безделья он подготовил список работ, которые необходимо произвести техникам. Ничего необычного, простая проверка, замена расходных материалов и оборудования.

Прозвучал сигнал зуммера дальнего обнаружения. Сергин и его помощник — штурман Паринес повернулись к экрану радара. На нём, система обнаружения, после долгого «раздумья» идентифицировала цель. Им оказался корабль сверхдальней разведки Акхнов, который в первый день дежурства, отправился за пределы Галактики. С него поступал сигнал, который системой корабля был расшифрован как сигнал бедствия.

Приняв решение идти на сближение, капитан Сергин отдал приказ по кораблю: «Внимание! Боевая тревога! Всему личному составу занять места согласно боевому расписанию. Спасательной группе приготовиться к стыковке и проведению мероприятий на борту корабля Акхнов».

Максимально приблизивший на возможное расстояние, визуальные приборы корабля показали странную картину: разведывательный корабль Акхнов, представлявший собой ранее эллипсоид[26] был «надкусан с одной стороны» и хаотично вращался с гаснущим ускорением. Никакие приборы и сенсоры не показывали «ничего», от слова «абсолютно» в той, невидимой части корабля — она была просто чёрной.

— Связист, — обратился капитан к помощнику, — установите связь с кораблём, нам надо пристыковаться и выяснить, что случилось. Готовьте предварительное донесение о случившемся. Спасательной группе подготовиться. Занять места в боте. Старт по готовности.

— Командир, экипаж корабля Акхнов вышел на связь.

— Выведи сигнал на меня, — приказал капитан.

— С вами говорит помощник капитана корабля разведки дальнего космоса Ваашн, не приближайтесь к кораблю с разрушенной стороны, это опасно! — начал свой разговор Ваашн.

— С вами говорит капитан патрульного корабля Сергин. Что у вас случилось, какая помощь необходима?

— Случилась беда. Они уже близко, слишком близко. Нам нужна помощь в эвакуации оставшихся в живых членов экипажа. Нас всего четверо осталось и ещё необходима связь, нужно срочно передать доклад в Центр.

— Понятно, — ответил капитан Сергин, — эвакуация будет обеспечена. Наш бот скоро подойдёт к кораблю. Выходите в открытое пространство. Он вас в открытом космосе подберёт. Стыковка невозможна, сильное вращение, которое быстро погасить не удастся.

— Вас понял. У нас осталось три спасательные капсулы. В них выйдут трое членов экипажа. Я покину корабль последним в скафандре. Главное не приближайтесь с повреждённой стороны.

Спасательный бот удачно подобрал две отстреленные спасательные капсулы. Разместил их в своём чреве и стал ждать выхода оставшихся. Радар засёк отделение третьей спасательной капсулы. Определил её координаты и тут же она исчезла. Просто взяла и исчезла со всех диапазонов слежения.

— Капитан, — обратился к Сергину пилот бота, — потерял третью капсулу, свяжитесь с капитаном корабля Акхнов, узнайте, где она, может у него есть возможность отследить её и вывести на цель.

— Она погибла, — не дожидаясь дублирования вопроса, ответил Ваашн, — не тратьте время, оно дорого.

Удачно подобрав Ваашна, бот направился назад к кораблю. Капитан корабля Сергин успел передать своему начальству предварительную информацию о сложившейся ситуации и получил указание оказать помощь и как можно больше узнать о миссии Акхнов за пределами Галактики.

Штабной сверхтяжёлый линкор «Звезда Союза». Заседание Генерального штаба Объединения.

— Прошло пять месяцев с начала перемирия, — начал свой доклад начальник Штаба вооружённых сил Объединения адмирал Супран, — за это время нарушений или провокаций, как с нашей стороны, так и со стороны Акхнов не зафиксировано. Генеральным штабом составлен план дальнейшего развития событий. По данным разведки, противник сосредоточил свои силы у своих центральных планет. Большое количество кораблей проходят модернизацию, пополняют запасы и уходят на орбиту соседних звёздных систем. Создаются базы «подскока» с хранилищем не восполняемых запасов. Участились случаи ухода кораблей в неизвестном направлении. Проследить и установить их конечный маршрут, так до настоящего времени, не удалось. Это я вам говорю, начальник разведки, встаньте, доложите обстановку.

С места поднялся начальник разведки.

— Адмирал, — начал он свой доклад, — в настоящее время нами не удалось установить конечную точку следования кораблей противника. По нашим сведениям, они уходят с гражданским персоналом, материалами и всем необходимым для колонизации нового пространства.

— У нас в Галактике уже не осталось практически неизвестного пространства, — резко оборвал его начальник Штаба.

— Они уходят за пределы нашей Галактики, мы предполагаем, что и не в соседнюю с нами, а дальше.

— То есть Акхны нашли что-то, что заставило их просить о перемирии и начать осваивать соседнюю Галактику, — заметил один из членов Штаба.

— Такой вариант не исключён, — ответил начальник разведки, — ещё стоит отметить, что во время патрулирования окраин Галактики с нашим патрульным кораблём произошёл инцидент, о котором я вам докладывал. Ими поднят экипаж корабля сверхдальней разведки Акхнов, вернувшийся из-за пределов Галактики, корабль противника сильно повреждён неизвестным нам образом. Получив помощь, капитану корабля предоставлена связь, и затем уцелевшие члены экипажа были переданы Акхнам. Нам удалось скопировать сообщение. После расшифровки данных ясности в события они не добавили. Наши специалисты считают, что применён незнакомый нам способ шифрования или был подан заранее условный сигнал, означающий какое-либо событие, — закончил начальник разведки.

— Удивительно, и мы не знаем, что ожидать от противника в ближайшие месяц, два, — заметил начальник Штаба, — что с новым их оружием. Нашли методы противодействия, — обратившись к руководителю научного направления, сказал Супран.

— Адмирал, нами проведена обширная работа, проведено сотни экспериментов и исследований…

— Меня не интересует, что вы и, как и сколько проводили, мне нужен результат! — оборвал его на полуслове адмирал, — что мне докладывать Совету?

— В настоящее время мер, способных противодействовать воздействию на электронику, установить не удалось, — начал оправдываться учёный, — у нас нет образца источника излучения, по остаточным явлениям не удалось установить вид излучения, — удручающе закончил он.

— Как обстоят дела с неэлектронными видами вооружений, что есть на складах?

— Оружия и боеприпасов, как носимого, так и тяжёлого, и сверхтяжёлого обнаружено достаточное количество, чтобы вести активные боевые действия в составе до сотни армий в течение месяца, — ответил начальник тылового снабжения генерал Макруж.

— Хоть что-то радует, — тихо заметил кто-то из собравшихся.

— Удалось наладить производство некоторых видов вооружений, признанных перспективными для использования, как на планетах, так и в невесомости, — продолжил Макруж, — но перевооружение, переподготовка солдат идёт очень медленно. Их приходится учить пользоваться неэлектронным оружием, без систем самонаведения и автоматического управления. Это проходит медленными темпами. Отказ от беспилотных боевых систем приводит к тому, что приходится менять всю тактику ведения боевых действий.

— Скатываемся в яму. Скоро и до камней с палками дойдём, — совсем тихо сказал кто-то из присутствующих.

— Тишина в зале, — громко сказал адмирал, — у нас меньше месяца, а вариантов решения проблем как не было, так и нет. Что противопоставим противнику, если он пойдёт на нас всей мощью и ударит своим излучением? Совет дал указание, которое я сейчас доведу, — продолжил начальник Штаба, — нам предписано в срок до трёх дней, представить план эвакуации ценных ресурсов, людей, материалов, информации и всего необходимого в противоположный от Акхнов сектор Галактики. Необходимо разработать мероприятия, согласно которым в кратчайшие сроки смогли бы эвакуировать до десяти миллиардов человек со всем необходимым. Руководить разработкой данного плана назначается начальник подразделения особых операций генерал Стринов. Прошу оказывать ему полное содействие и необходимую помощь.

На этом совещание закончилось. После него осталось больше вопросов, чем ответов.

Генерал Стринов, действующий боевой генерал был удивлён данным ему поручением, тем более, что на предварительной встрече с начальником Штаба ни о каком для него «штабном задании» речь не шла. Эх, не зря он не любил бывать «при штабе». Генерал уже шёл по коридору в выделенную ему каюту, как прозвучал сигнал коммуникатора, вызывающий к начальнику Генерального Штаба.

— Проходите генерал, — сказал ему Супран, — присаживайтесь. Сейчас подойдёт начальник разведки, и я объясню, почему пригласил вас к себе.

— Все собрались. Теперь объясню поставленную задачу, — начал свои пояснения Супран, — официально для всех вы, генерал Стринов, будете разрабатывать план возможной эвакуации в пределах Галактики. Однако, вам будет необходимо скрытно, совместно с разведкой, подготовить возможность колонизации планет за пределами нашей Галактики. Основная ваша задача — это «сесть на хвост» Акхнам и установить, куда они уходят, что предпринимают, и самое главное, какова причина таких активных действий. Для этого, в помощь, приданы силы и средства военной разведки. Подчиняться будете непосредственно мне. Это связано с тем, что одобрения от Совета Объединения на активные действия в отношении Акхнов не получено. Так что, прошу вас, соблюдать максимальный режим секретности.

— Совет Объединения не в курсе? — удивлённо спросил Стринов.

— Совет в курсе того, что начали планировать переселение, — ответил адмирал, — но ваша основная цель, выяснить причину их действий. Ох, неспроста они начали это. Информации не хватает. Акхны, что-то знают, или нашли что-то, или предвидят что-то. У них же есть какие-то Священные Таблицы, по которым они планируют развитие своей Цивилизации…

— По нашим данным, — вступил в разговор начальник разведки, — у них сменился Хранитель этих таблиц. Он — это как самый главный аналитик у нас. Примерно с его вступлением на должность Хранителя, и стали происходить изменения в поведении Акхнов.

«Есть над чем задуматься», — подумал про себя Стринов.

Где-то очень далеко от войны.

— Послушай, друг, — сказал Мортос, — слышал, что Союз и Акхны заключили перемирие?

— Слышал, теперь проще товар доставлять. Может быть, за это время что-нибудь подвернётся стоящее и относительное безопасное, — ухмыляясь, ответил ему Самрос.

Сидели они, два капитана кораблей, в одном из излюбленных такого рода постояльцами ресторанов, расположенных на орбитальной базе и ждали очередной груз. Оба два старых друга, окончили пилотскую школу, работали на одном гражданском транспортном судне, а потом, когда улыбнулась удача, смогли купить каждый себе корабль. Вошли в гильдию перевозчиков и занимались частным извозом. Большую часть их работы была доставка различных грузов на планеты, которые ещё не вошли в Союз. Обеспечивали аборигенов, которые не вышли за пределы своей звёздной системы всем необходимым.

Известие о перемирии застало их праздно отдыхающими. Очередной рейс завершён. До следующего необходимо ждать своей очереди. И они, распустив команду на пару дней, решили встретиться и поговорить.

— Что думаешь, война опять начнётся? — продолжил свои вопросы Мортос.

— Не знаю. Может и начнётся. Нам-то, что с этого? Главное чтобы не попасть между двух огней. Хотя, во время войны заказы сильно упали. Ждёшь очереди по нескольку недель. К военным, с нашими судёнышками не сунешься. Не нужны мы. Малотоннажные и вообще, сам знаешь, нечета военно-транспортной армаде, — ответил Самрос.

— Это верно, — согласился Мортос, — не жалеешь, что в военный флот не пошёл, тебя же звали.

— Звать-то звали, но я не кадровый военный, не закончил обучение. Меня б засунули на какое-нибудь судёнышко пищевые концентраты возить с базы на базу. Не моё это. И возраст не тот, что б по Галактике мотаться без конца, — ответил Самрос, — молодым у нас дорога, ну а мы с тобой сам знаешь, — улыбаясь, закончил он.

Коммуникатор пиликнул у обоих. Их вызывали в диспетчерский пункт для получения заказа. Одновременно с ними получили сообщения о свободных заказах практически все капитаны кораблей, находившиеся на этой базе…

— Куда прёшься! В порядке живой очереди! — гаркнул, кто-то в коридоре.

Самрос и Мортос подошли к диспетчерскому пункту. Здесь выдавали маршрут-наряд. Автоматическое распределение заказов дело хорошее, но работу человека, при возможных внештатных, конфликтных ситуациях, разрешить могли только живые работники. Чем эта диспетчерская и славилась на весь сектор Галактики.

Не доходя до окошка диспетчера, весь коридор был полон людей. Казалось, что все свободные экипажи кораблей — их капитаны, собрались здесь в одном месте. Их было не просто много, а очень много.

— Что случилось, — спросил Самрос у одного из стоявшего в очереди капитана, — опять эпидемия «сумчатой хохлюшки»?

— Вроде нет, — усмехнувшись, ответил рядом стоявший капитан, — таскать в своих трюмах отраву, для этих «сумиков» не придётся. Вроде, нанимают для перевозки оборудования, расходных материалов и всякой ерунды на край сектора Галактики. Вроде, базу там строят.

— Кто нанимает-то, — спросили из очереди, — военные?

— Нет, не военные, — ответил один из капитанов, получивший уже свой маршрут-наряд, — в заказе сказано, что нанимает Совет. Это правительственный заказ. Оплата согласно тарифу перевозчика, плюс бонус за исполнение сроков и сохранность груза.

— Это как так, Совет нанимает, у них своих кораблей, что ли нет? — спросил кто-то из очереди.

— Не знаю, спроси сам у диспетчера, или Самукшу сообщение отправь: так, мол, и так, спроси, с какой это стати привлекли частную транспортную компанию для перевозки правительственного груза…

Во всем коридоре послышался смех и комментирующие данное событие шуточки.

Получив свои маршрут-наряды Самрос и Мортос расстались. Действительно, предстояло доставить груз с одним сопровождающим в дальний сектор Галактики. Но начальные маршруты у них разные. Одному, предстояло выдвинуться ближе к центру Галактики, а Самросу выпало «счастье» посетить военно-тренировочную базу «Гессор», и забрать оттуда специалистов с оборудованием, но конечный пункт назначения у них, да и у всех, был один и тот же. Только сроки прибытия на конечный пункт различались. Это связано не только с отличной начальной точкой маршрута, но и характером груза.

Попрощавшись, старые друзья разошлись к своим кораблям. Им предстояло вызвать на борт свою команду, проверить корабль к отходу, получить разрешение на вылет и направиться уже каждому по своему маршруту…

Сборы прошли быстро. Команда восприняла известие о новом заказе с радостью, тем более, что это обещало хорошую прибыль. Корабль Самроса, под названием «Самик», направился к военно-тренировочной базе «Гессор».

Практически весь полет Самрос думал, как его встретят на военной базе. Он не любил военных. Не только из-за того, что его отчислили из военно-лётного училища. Провалил практический экзамен уже на первом курсе, но даже сейчас, он был уверен, что был прав в споре со своим инструктором: нельзя полагаться только на автоматику, её не только надо контролировать, но и в некоторых, не стандартных ситуациях, брать ответственность на себя и пилотировать корабль «в ручном режиме». Особенно во время боя, что Самрос и пытался безуспешно доказать в то время и теперь, доказывал весь свой путь гражданского пилота, а потом и капитана корабля. Он не любил автоматику, она хороша для подстраховки, но не как основа основ. Экипаж подобрал такой же, как и он сам. Все двое членов экипажа профессионалы высокого уровня. Каждый из них владел не одной специальностью и мог подменить, или полностью заменить друга во время нештатной ситуации.

Отставной полковник С.Локутов-старший сидел в своей комнате и смотрел на море. Всю свою жизнь он отдал армии и флоту, а сейчас отправлен на заслуженную пенсию. Хотя о какой пенсии можно говорить, когда он — ста десятилетний летний мужчина, выглядел всего лишь от силы на пятьдесят лет. Проживал на планете таких же пенсионеров, как и он сам. Ходил, гулял, записывал свои воспоминания — это было обязанность каждого, чтобы сохранить знания, опыт для будущих потомков.

Иногда к нему приезжали посетители: его дочь — Милена с мужем, сын С.Лоскутов — младший и учёные, которые «пытали» его всякими воспоминаниями для своих научных трудов.

Начало войны С.Локутов-старший встретил на пенсионной планете. Или как её дружно называли между собой — планета «отстойник». Много раз он подавал прошение, о восстановлении в армии, флоте, хоть в каком чине, но ответ всегда был одним и тем же: «Отказано, по причине не соответствия требованиям армии и флоту». Какую они формулировку заковыристую придумали для этого, сокрушался Локутов.

Совсем недавно, примерно год назад, пришло известие, что его сын С.Локутов — младший погиб в бою, защищая одну из около планетных баз Союза.

Столько горя он испытал, сколько сил потратил, чтобы узнать подробности гибели сына и для себя решил вернуться в строй, чтобы отомстить. Негоже отцам и матерям хоронить своих ещё молодых детей, считал он. Но отставного офицера не брали, не отпускали с этого «отстойника», что только не предпринимал, и связи свои старые, и председателю Совета отправлял сообщения, но всё бес толку.

Весть о перемирии Локутов воспринял неоднозначно и уже смирился с тем, что не удастся свернуть шею какому-нибудь Акхну в рукопашной схватке.

Вот он сидит в своей комнате и смотрит на море.

— Разрешите войти, полковник, — прозвучал незнакомый голос.

В комнату вошёл офицер, которого он раньше не видел, одетый в военную форму без видимых знаков различия.

«Разведка, и судя по форме — планетарная», — взглянув на вошедшего, подумал про себя полковник.

— Добрый день, — поздоровался вошедший, — разрешите представиться, меня зовут Айрис, я из …

— Планетарная разведка. Сектор специальных операций, — перебил его полковник, — вы бы ещё парадную форму нацепили… — зло добавил он.

— Вижу наблюдательность у вас осталась прежняя, полковник, — ничуть не смущаясь, ответил Айрис, — да, я из контрразведки, её именно так сейчас называют. «Сектором специальных операций» именовали в ваше время, — интонацией он выделил последние три слова.

— Пришли проведать старика маразматика, который рвётся в бой или просто потешить начальство, принеся лично очередной ответ на мой рапорт? — не скрывая раздражения, спросил Локутов.

— Разрешите присесть? Разговор, как я вижу, у нас долгий намечается, — Айрис ничуть не смущаясь, прошёл в комнату и присел на свободное место за столом.

— Докладывайте, офицер, — ответил ему Локутов, — я хоть и в отставке, но судя по всему, звание моё выше.

— Именно так, — начал разговор Айрис, — ваш рапорт о возвращении вас на действительную военную службу рассмотрен, и решение принято положительное. Я должен помочь собраться и сопроводить к месту несения службы. Ваш приказ о восстановлении у меня, — он протянул полковнику запечатанный лист приказа.

Когда полковник вчитался в переданный Айрисом приказ, он не сразу смог поверить, что его отзывают с запаса, восстанавливают в звании и назначают на должность командира кафедры в центре переподготовки бойцов.

Скрыть радость полковнику удалось с большим трудом. Хоть и не действующая армия, но всё равно, он сможет отомстить. Не сам, но своими учениками, которых подготовит.

Сборы были скорыми, полковнику хотелось быстрее отбыть к месту службы и окунуться в рутину армии.

Военно-тренировочная база «Гессор».

Академик Краснов сидел в своей лаборатории. Перед ним стояла бутылка старинного натурального коньяка и рюмка. Он сидел и размышлял. Из задумчивости вывел голос его внучки — Амалы.

— Дедушка, ты же не пьёшь, что случилось? — спросила его Амала.

— Внучка, отстал я от жизни. Думал, что нам получится разобраться с оружием Акхнов, но этого не случилось, я думал, что совершил открытие — определив у Самала и Рамала значительное превышение скорости восприятия объективной реальности, но это тоже уже очевидный факт, — огорчённо сказал Краснов, — я вчера общался по межпланетарной связи с моими коллегами. Они уже фиксируют это изменение среди новорождённых довольно долго и наше «открытие» это вторичное подтверждение уже открытого факта.

Амала присела рядом с дедом. Взяла его за руку и забрала стакан.

— Нашу лабораторию закроют? Вернут на планету? — спросила Амала.

— Мне дали указание свернуть все исследования, собрать оборудование и вылететь на окраину Галактики, там будет сформирован научный центр. Мне предложили там продолжить научную деятельность.

— Когда мы вылетаем? — уже грустно, сказала Амала.

— Примерно через неделю придёт гражданский корабль, нам за это время необходимо собраться и быть готовым отлёту, — ответил академик.

— Тебе нравится Самал? — сменив тему разговора, спросил академик.

— Дедушка, я не готова к семейной жизни, — раздражённо ответила Амала, — хотя он интересный, не такой как все военные. Он только постоянно молчит, из него слова приходится вытягивать, — и уже задумчиво добавила, — может мне это в нём и понравилось. Он не говорит понапрасну, не бегает за мной, не ухаживает, так навязчиво и неуклюже как все остальные. Помнишь, как приходил он с братом на исследование?

— Помню, он тогда пришёл такой весь сияющий.

— Да, да, — весело продолжила Амала, — он тогда принёс мне цветок, вот — посмотри.

Амала достала из своего кармана «цветок». Он представлял собой причудливо обработанную фигуру в виде розы. При ближайшем рассмотрении можно было понять, что эта «роза» выполнена из пули.

— Красиво, и необычно, — улыбнулся академик.

— Мне такое никто ещё не дарил. Ещё Самал сказал, что сделал это сам, — гордо сказала Амала.

— Может быть и вправду, тебе заняться семьёй? Хватит со стариком ездить по лабораториям, хоть на правнуков посмотрю, — сказал Краснов.

— Он же военный, а если его убьют. После перемирия, говорят, что война опять возобновится. Да и как мы будем жить? Он в гарнизоне, а я где? — возмущаясь, сказала Амала.

— Он тебе делал уже предложение? — удивлённо спросил академик.

— Наверно, да, — смущаясь, сказала Амала, — вчера. Мы с ним гуляли по оранжереи и он, прям как в книжках, встал на одно колено и предложил «руку и сердце», я кстати, так и не нашла, что это означает. Я сначала подумала, что он издевается.

— Эх, внучка, — сказал академик, — твой ухажёр все-таки не такой как все, и историю знает, и преподнести может. Что ты ответила?

— Я сказала, что отвечу завтра, то есть уже сегодня вечером. Я пока не знаю, что отвечать, — удручённо сказала Амала.

Самал третью ночь подряд приходил в мастерскую и, с разрешения мастера, готовил подарок для Амалы. Говорить он не умел, но хотел выразить свои чувства Амале подарком. Ничего покупать или заказывать из других миров он стал, думал, что всё это у неё уже есть. По совету брата решил смастерить своими руками, что-то изящное, такое же, как сама Амала.

Из-за недостатка материалов Самалу пришлось довольствоваться только тем, что было, а было немного чего. Выпросив со склада несколько пороховых патронов, он решил сделать из пули цветок. Отыскав изображения в информатории, приступил к делу.

Кое-как нарисовав эскиз, попросил оператора станка вырезать ему из заготовки — пули, изображённое на эскизе. На что получил ответ: «Делай сам», а мастер только присмотрит, как он будет работать.

Вот уже третью ночь Самал, после отбоя, приходил в мастерскую и работал с лазерным фрезеровочным станком, испортив две заготовки, ему всё-таки удалось выполнить, что задумал.

Настал день, когда подарок готов, его можно дарить. Самал надел свою самую лучшую военную форму, начистил её, нагладил. Даже брат шутил над ним, что он так не готовился даже на присягу, а тут, передать какой-то подарок…

Всё прошло как-то буднично. Они с братом пришли на очередной сеанс экспериментов и после их окончания он преподнёс Амале свой подарок. Реакцию Амалы не понял, но она не отвергла подарок. Приняла с радостью и позвала на следующий день погулять с ней по оранжерее. Ей, как она сказала было необходимо, что-то уточнить у коллег в другом секторе базы.

Рамал смотря на переживания и нервозность своего брата, сделал вывод, что брат влюбился. И посоветовал Самалу не откладывать в долгий ящик, а признаться ей в этом. Тем более случай подходящий. Даже сценарий написал по этому случаю.

В оранжерее Самал, сделал всё как советовал брат.

Когда они с Амалой оказались одни, он встал на одно колено и предложил «руку и сердце». Рамал убедил брата именно так рассказать о своих чувствах и настаивал на этом, хотя не объяснил почему. Амала восприняла предложение о создании семьи спокойно, Самал понял, что она удивлена. Но не ответила сразу, сказала, что подумает и ответит на следующий день. То есть сегодня.

День подходил к концу, Самал занимался на тренажёре, отрабатывал экстренное десантирование. Но мысли его были далеко, они были с Амалой, что ответит, как поступит. Что ему делать дальше, если его предложение будет отвергнуто…

Тренировка закончилась, он вместе с братом направился в столовую. После усиленных занятий сильно хотелось кушать.

— Что брат, не отвечает твоя избранница? — иронично спросил Рамал, не волнуйся, давай покушаем спокойно и потом подумаем вместе, а лучше пойдём к связисточкам. Там, говорят, новое подразделение прибыло…

Самал молчал, уставившись в свою тарелку.

— Не молчи, поешь лучше. Еда это самое главное, что есть на этой базе, ну или почти самое главное. Ещё поспать вовремя и побольше, — ухмыляясь, закончил свою мысль Рамал.

Прозвучал вызов коммуникатора. Самал вздрогнул от неожиданности. Это была Амала. Она просила его прийти к ней в лабораторию.

Ничего не объясняя брату, Самал сорвался с места и чуть ли не бегом направился в лабораторию.

Перед дверью Самал отдышался и вошёл внутрь. В лаборатории кроме Амалы был ещё академик Краснов.

— Проходите молодой человек, не бойтесь, я вас не укушу, — улыбаясь, начал говорить академик. — Мне внучка сказала, что вы хотите создать семью. Это дело хорошее, но что ж вы при живом-то «родителе», тем более который находится рядом, не удосужились спросить у него разрешения, или как раньше это называлось «благословления».

Самал стоял и не знал, что ему сказать. Он растерялся.

— Дедушка, перестань, — весело сказала Амала, — ты его совсем за смущал.

Амала подошла к Самалу и стала рядом с ним.

Академик Краснов встал со своего места и подошёл.

— Дети мои, — начал он, — я знаю, что вы решили создать семью. И благодарю вас за это решение и благословляю! Теперь вы можете подавать прошение о регистрации вас в качестве семьи… Не зря я в информатории изучал древние обряды, — улыбаясь, добавил академик.

Самал, герой космодесантник, стоял перед академиком, держа за руку Амалу и понимал, что теперь у него в жизни всё изменится. Амала была рядом с ним, она рада, что у них теперь будет семья.

Подав прошение в информационный банк о создании семьи, Самал и Амала получили положительный ответ. Амала осталась на базе в качестве медицинского работника, а Самал, получив множество поздравлений от своих сослуживцев, переехал от брата в семейную каюту.

Больше всех радовался Рамал. Теперь ему досталась целая каюта на одного. Тем более, пока пополнения не планировалось.

Военно-тренировочная база «Гессор».

— Корабль «Самик» диспетчеру. Разрешите стыковку. Данные по кораблю передал, — устало, сказал капитан корабля Самрос.

Перелёт был изматывающий. Много кораблей в этом секторе Галактики, загруженная транспортная магистраль. Патрульные корабли, транспортники и всякие мелкие кораблики так и норовили «помешать» Самросу прибыть в срок к месту назначения.

— Принято. Разрешаю стыковку на палубе С5, шлюз двадцать три. Маяк включён. Следуйте согласно указаниям, — отозвался диспетчер.

— Принял. Следуем по маяку, — ответил капитан и включил автоматику стыковки.

— Вот и хорошо. Без происшествий долетели, — подумал про себя Самрос, — теперь осталось совсем чуть-чуть. Загрузиться и в конечный пункт. Главное не встретить бы никого из бывших знакомых, — удручённо, подумал про себя командир.

Ещё одна причина, почему он не хотел встречаться с военными пилотами, это потому что есть возможность встретить кого-нибудь с его бывшего курса. Они все, как он думал, стали пилотами и поэтому встреча не ожидалась приятной.

Закончив формальности с постановкой под погрузку корабля, Самрос, пошёл в диспетчерский пункт делать отметку о прибытии, получать разрешительные документы на груз и просто прикупить кое-каких расходных материалов, так как следующий маршрут был долгий, то не мешало позаботиться о себе и своём экипаже.

Выполнив намеченное, капитан уже шёл на палубу, когда его окликнули:

— Самик… Самрос! Это ты? — на весь коридор кричал мужчина в форме пилота.

«Чёрт, не удалось никого не встретить», — подумал про себя Самрос, и повернулся к пилоту.

Им оказался бывший сокурсник Кенторо. Он, широко улыбаясь, шёл навстречу, вместе с ним шла какая-то девушка, также в форме пилота.

— Самрос! Как я тебя рад видеть! Как услышал, что стыкуется корабль под названием «Самик», так сразу подумал, что это ты, даже не поверил в это. Пойдём, посидим, пропустим кружку «хеля» за наше здоровье. — Кенторо подошёл ближе и распростёр руки для объятия.

Самрос опешил, они хоть и были знакомы, но никаких дружеских отношений не поддерживали.

— Пойдём, пойдём, нам есть о чём поговорить, — настаивал Кенторо.

И практически силой потащил за собой, опешившего Самроса в одну из кафешек. Заняв свободный столик, сделав заказ, Кенторо продолжил:

— Познакомься, это моя жена — Валитора, мы с ней совсем недавно получили одобрение на семью, — гордо стал говорить Кенторо, — как ты? Рассказывай! Очень рад тебя видеть, даже не представляешь, как ты мне помог, — продолжил Кенторо.

— Я, — не понимая стал отвечать Самрос, — как же я тебе помог, мы не виделись, наверно, «—надцать лет».

— Да, друг, долго не виделись, верно. Я, как услышал «Самик», так тоже не поверил своим ушам. Это тебя так прозвали у нас на курсе. Ты «всё сам, да сам». Вот и получилось «Самик». Кстати, дорогая, вот этот человек, которому обязан жизни во время той бойни «у Понтора» — уже чуть тише, обращаясь к своей жене, сказал Кенторо.

Самрос сидел и ничего не понимал.

— Кенторо, ты что-то путаешь, меня не было «у Пронтора» и из армии я отчислен, как ты помнишь.

— Точно, тебя не было, но то, что ты вытворял на курсовом экзамене, я хорошо запомнил, и мне это удалось повторить. Это спасло жизнь. Спасибо тебе. Конечно, жаль, что тебя отчислили. Ты, как я понимаю, на гражданке сейчас.

— Да, получил лицензию гражданского пилота, состою гильдии. Как ребята? Что нового?

— Ребята? — удивлённо спросил Кенторо, — а ты не знаешь? Хотя, да откуда…

Кенторо поднялся из-за стола встал по стойке «смирно», отдал честь. Валитора повторила в точности действия мужа.

— Они все погибли. Весь курс, весь наш выпуск, — присев стал говорить Кенторо, — остались всего двенадцать пилотов после той бойни. Нас сразу, после выпуска, бросили туда прикрывать «дыру» в секторе. Штабисты просчитались. Основной удар был нанесён по нам. Всё смешалось. Автоматика отказывала, повезло тем, кто мог хоть как-то пилотировать «руками», без заложенных программ, которые противник просто просчитал и бил по нам как по мишеням, — Кенторо замолчал.

Самрос сидел и не знал, что ответить. Он даже не слышал о таком провале Союза. Почти четыреста пилотов погибли во время одного боя. Это ужасно. И он мог быть среди них, выжил или нет — трудно сказать.

Они посидели некоторое время, а потом у Кенторо зазвучал вызов коммуникатора и он, вместе с женой ушёл.

Настроение у Самроса испортилось. Он не представлял, что идёт такая война на уничтожение. Хоть и с того времени прошло, почти десять лет, но в голове не укладывалось, как такое могло произойти…

Самрос прибыл на свою палубу. Корабль готов к отбытию. Около него стояли трое. Пожилой мужчина, девушка и военный, судя по форме космодесантник. Подойдя ближе Самрос понял, что двое последних, прощались с отбывающим. Им, согласно сопроводительным документам в наряд-заказе, был академик Краснов, который сопровождал оборудование в конечную точку маршрута.

Смотреть, как прощаются посторонние, Самрос не хотел и, поднявшись на корабль, начал проверку стартовой готовности.

— Позвольте войти, капитан, — на мостик вошёл академик Краснов, — меня зовут академик Краснов. Как вы уже знаете, лететь нам предстоит с вами на край Галактики, конечную точку вы знаете. Но у меня есть просьба. Изменить немного маршрут и зайти ещё в одно место. Там есть интересная аномалия.

— Извините, академик, но у меня чёткие сроки прибытия в конечную точку. Я не могу откланяться от маршрута — мы просто не успеем вовремя.

— Я это предусмотрел, — улыбаясь, ответил академик и протянул Самросу запечатанный конверт.

Взяв в руки конверт Самрос удивился. Изменение маршрута и срока прибытия был согласован самим представителем Совета Никотаушем. Тем более, приказ выполнен на бумаге! Не в электронном виде, не на пластике, а на бумаге. Это была большая редкость, тем более вне планеты.

— Я рад, что мы с вами договорились, — сказал академик, — когда будем подходить к аномалии, прошу вас, оповестите меня заранее, мне надо настроить аппаратуру.

«Хорошо, что пополнили „расходники“ и энергоносители зарядили „под завязку“», — подумал про себя Самрос.

Экипаж корабля принял известие об изменении маршрута с недовольством. Но когда узнали, что сумма контракта увеличивается в два раза от начальной, то сразу повеселели и с радостью стали обсуждать между собой, куда потратят причитающиеся им «не лишние» деньги.

— Академик, — Самрос вызвал по внутренней связи Краснова, — входим в сектор аномалии.

— Очень хорошо. Я готов, — бодро ответил Краснов, — аппаратура настроена и подготовлена к работе. Прошу вас, сначала лечь в дрейф недалеко от аномалии, я сделаю несколько замеров.

Выполнив просьбу академика корабль «Самик» лёг в дрейф и стал сканировать пространство.

— Капитан, — послышалось в канале внутренней связи вызов штурмана корабля, — что-то странное в четвертой полусфере. Сигнал сканера идёт, а ответа нет. Его что-то поглощает.

— Проверь аппаратуру, может, вышла из строя, — ответил Самрос.

— Проверял, капитан, — ответил штурман, — в остальные полусферы сигнал уходит и возвращается назад с результатами, а из четвертой полусферы сигнал не возвращается. Он просто исчезает.

— Хорошо, я сейчас попрошу академика своей аппаратурой проверить тот сектор пространства, — ответил Самрос.

— Академик, как там у вас? — по внутренней связи спросил Самрос, — не можете нам помочь, наши сканеры не могут проверить часть пространства.

— Вы тоже это заметили, — удивлённо спросил академик, — я своей аппаратурой зарегистрировал неизвестную аномалию, которая рядом с тем, что была открыта раньше. Новая аномалия поглощает все виды излучения известные нам. Капитан, — продолжил академик, — мы можем подойти ближе?

— Не советую академик, мы не знаем, как рядом с ней поведёт себя корабль, — ответил Самрос, — могу предложить вам выпустить в её сторону разведывательный зонд.

— Может вы и правы, — задумчиво сказал Краснов, — давайте выпустим зонд. В него можно поместить моё оборудование? Хоть несколько приборов?

— Возможность такая есть, но приборы должны быть минимальны по размеру, чтобы вместиться в разведывательный зонд. В нём и так оборудования хватает.

— Я сейчас подберу несколько приборов с автономным источником питания.

— Принято, — ответил капитан, — вы сами доставите в шлюзовую камеру свои приборы, или помочь?

— Нет, не нужно, я справлюсь. Они не такие габаритные, смогу донести, — ответил академик.

Поместив дополнительные приборы в разведывательный зонд, академик Краснов и Самрос вместе пришли на капитанский мостик.

— Что там с показаниями, — нетерпеливо спросил академик, — согласно моим данным, приборы ничего необычного пока не фиксируют, — и он развернул экран своего коммуникатора для всеобщего обзора.

— Зонд тоже пока ничего необычного не передаёт. Всё стандартно, — начал говорить Самрос и осёкся, — подождите все сигналы пропали полностью. Академик, как у вас?

— Аналогично, капитан, — сказал академик и через некоторое время добавил, — мы с вами открыли новую аномалию, которая поглотила предыдущую! Поздравляю вас, — не скрывая радости, сказал Краснов, — теперь её необходимо локализовать и описать.

— Капитан, — раздалось по внутренней связи, — визуальные сенсоры фиксируют отделение от аномалии абсолютного чёрного объекта. И мне он по форме напоминает корабль. Но какой-то бесформенный, расплывчатый. Разрешите отвести корабль на безопасное расстояние.

Самрос посмотрел на экран визуальных сенсоров. Абсолютно чёрная аномалия с катастрофической скоростью стала расширяться. От неё отделился сгусток, который двигался в сторону их корабля.

— Внимание всем. Боевая тревога, занять места согласно расписанию. Надеть скафандры, экстренный старт, — скомандовал капитан, и уже обращаясь к Краснову, продолжил, — и вам академик следует вернуться в свою каюту. Она совмещена со спасательной капсулой. Что-то мне не нравиться всё это.

Выпроводив академика с капитанского мостика Самрос, принял решение стартовать в режиме ручного управления. Вектор маршрута уже проложен и соответствовал их конечной точки. Вдобавок не пересекался с приближающимся чёрным объектом.

Звёздная система «Бонин». Планета Прокс. Военно-тренировочная база «Пламя».

Локутов в сопровождении Айриса прибыл на планету «Прокс», где организован центр подготовки бойцов специального назначения. Военно-тренировочная база располагалась на кислородосодержащей планете, сила тяжести соответствовала стандартной, да и сама планета очень походила не на военную базу, а на курорт.

— Айрис, мы точно прибыли туда, куда нужно, — недовольно спросил Локутов.

— Именно так. Сейчас прибудем на базу, там всё сами поймёте, — ответил Айрис.

Их уже ждали. Войдя в массивное здание базы Локутов про себя подумал, что такая крепость может выдержать практически любую планетарную осаду. Конечно, с орбитальной атакой ей не справиться, но это уже задача флота.

— Проходите полковник. Меня зовут генерал Лангрэд. Я начальник базы. Надеюсь вам у нас понравиться, — приглашая к себе в кабинет, сказал генерал.

— Полковник Локутов. В настоящее время отозван для прохождения службы в ваше подразделение, — отрапортовал полковник.

— Довольно, полковник, я читал ваше личное дело. И при определённых обстоятельствах скорее я был бы под вашим началом. Но служба есть служба… — ответил генерал, — вас рекомендовал генерал Стринов. Он вам знаком?

— Мы с ним служили вместе, я тогда командовал ротой специального назначения, а он командир одного из взводов, — ответил полковник.

— В вашем личном деле указано, что владеете различного вида кинетическим оружием малой мощности[27], а также планетарным рукопашным боем и применяли указанные навыки в боевых условиях, — зачитав с монитора, сказал генерал.

— Именно так, в личном деле правильно написано, — раздражённо сказал полковник.

— Вот и хорошо. Назначаю вас начальником кафедры планетарной боевой подготовки, — не заметив раздражения полковника, начал говорить генерал, — вам необходимо за сутки разработать план занятий и методику обучения. Первая группа бойцов уже прибыла, пока адаптируется к нашим условиям. Подтягивает общефизическую подготовку. Со следующей недели им необходимо давать основной курс. Преподавателей по вашей специальности очень мало, если честно, вы пока один. Так что в помощь вам придан майор Айрис, и он объяснит основную задачу нашего курса обучения, — закончил говорить генерал.

Айрис кивнул головой в знак согласия. И полковник с майоров вышли из кабинета генерала.

— Полковник, разрешите вас ввести в курс дела, — идя по коридору, обратился к Локутову майор.

— Почему раньше не вводил в курс дела, если всё знал? — спросил полковник.

— Присматривался к вам, — честно ответил Айрис, — нам вместе работать, а задача поставлена неординарная. В кратчайшие сроки необходимо подготовить, точнее, переучить как можно больше бойцов владеть неэлектронным оружием и ведению рукопашного боя в условиях планет.

Они подошли к кабинету и вошли внутрь. Это теперь кабинет полковника Локутова.

— Располагайся, — сказал полковник и присел в кресло, — теперь выкладывай всё сначала, но основное, может, я не в курсе чего ещё.

— Хорошо полковник, — присев рядом в кресло, начал говорить майор, — война с Акхнами приняла затяжной характер. Они придумали и применили оружие, принцип действия которого нам разгадать не удалось. Оно выводит из строя всю электронику, но это не электромагнитный импульс[28], защититься экранированием от него не удаётся. Советом, совместно с Генеральным штабом, принято решение о разконсервации устаревшего вооружения, неэлектронного, работающего на химическом и механическом принципах. Мы с вами будем заниматься подготовкой бойцов для ведения планетарных операций, а другая группа готовить солдат для боев в космическом пространстве.

— Нам двоим не подготовить достаточно солдат за короткий срок, — начал размышлять вслух полковник, — лучший вариант подготовить сто бойцов, они подготовят каждый по сотне, потом каждый из них ещё по сотне. Так будет быстрее. И зачем им рукопашный бой? Они, что без оружия будут с врагом воевать, — уже удивлённо добавил Локутов.

— Наши военные специалисты пришли к выводу, что боец, владеющий рукопашным боем, ведёт себя увереннее и быстрее реагирует в экстремальной ситуации, чем его оппонент без этих навыков.

— Может оно и так, — задумчиво произнёс полковник, — теперь пойдём, проведи мне экскурсию по базе, где классы, где оружейная комната, каков распорядок дня…

Два офицера поднялись и пошли осматривать базу.

Где-то далеко, на окраине Галактики.

Корабль «Самик» с академиком на борту прибыл в нужную точку пространства, опережая изменённый график.

Их взору предстала громадная стройка. Космическая станция возводилась быстрыми темпами, её очертания вырисовывались в темноте пространства причудливыми формами, и напоминала остов громадного яйца, в котором «скорлупа» внешних обводов постепенно приобретала законченную форму. Вблизи стоял линкор охранения, крейсера патрулировали пространство вокруг. Самое главное соблюдался режим радиомолчания. Вся информация передавалась только узконаправленным лучом на диспетчерский пункт, а потом доводилась до адресата ретранслятором.

— Капитан, — по внутренней связи вызвал академик, который был «заперт» в своей каюте, — нам срочно необходимо связаться с учёными, моими коллегами, и обсудить потрясающий феномен, открытый нами.

— Пока такой возможности нет, — отозвался Самрос, — я отправил сообщение, что мы прибыли. И получил указание лечь в дрейф, и ждать своей очереди. Все радиочастоты блокированы. Нам остаётся только ждать.

— Вы не понимаете, — вспылил академик, — это сенсация! Мы срочно должны довести до учёных наши исследования! Передайте ещё раз сообщение о нашем прибытии и уточните, что зафиксирована практически рядом с этим сектором странная аномалия, которая поглощает все возможные излучения!

— Хорошо академик, я выполню вашу просьбу, но только один раз, — ответил Самрос.

Набрав сообщение, он отправил его мгновенным импульсом на диспетчерский пункт. Через некоторое время, неожиданно для капитана, пришёл ответ о разрешении стыковки с линкором охранения.

Капитан и академик находились на линкоре и их вместе расспрашивали всё новые и новые, то приходившие, то уходившие представители флота.

— Я вам в который раз повторяю, — уже переходя на крик, говорил академик, — нами обнаружена аномалия, которая поглощает всё, я повторю все возможные и известные нам излучения. Никакие сигналы из этой аномалии не исходят. Она выглядит как абсолютно чёрный объект. Ваши специалисты уже проверили наши записи. Необходимо созвать консилиум, направить туда корабль с учёными на борту.

Академик Краснов, уже в который раз описывал, собравшимся в одной из кают линкора военным события, произошедшие во время встречи с аномалией. Военные, молча всё фиксировали, вежливо изъяли всю его аппаратуру, все носители информации и в очередной раз «вежливо просили» повторить сказанное не один раз.

— Капитан Самрос, — вывел из полудрёмы обратившийся к капитану один из представителей разведки, — укажите, в каком секторе вы наблюдали аномалию?

— Вот здесь, — Самрос сделал отметку на возникшей перед ним карте Галактики.

— Что-нибудь к сказанному можете добавить?

Самрос уже устал от расспросов и одних и тех же ответов.

— Мой штурман, когда отделился сгусток от основного пятна аномалии, усмотрел в нём очертания корабля, но я это подтвердить не могу, визуального контакта в этот момент у меня не было. Ещё, я уходил из сектора без помощи автоматики, на ручном управлении, — закончил говорить капитан.

— Это вас и спасло, — сказал молчавший до настоящего времени офицер.

— Вам что-то известно, — опять вспылил академик, — почему в научном мире неизвестно об этом феномене, почему учёные не занимаются этой проблемой, почему …

— Академик Краснов, — перебил его офицер, — возьмите себя в руки. Этот феномен уже зафиксирован при спасательной операции корабля Акхнов и соответственно засекречен. Изучали и изучают его наши военные учёные. Вам, могу предложить присоединиться к научной группе, занимающейся этой проблемой, тем более у вас есть опыт встречи с этим… этими «чёрными».

Звёздная система «Бонин». Планета Прокс. Военно-тренировочная база «Пламя».

Полковник Локутов после экскурсии по базе «Пламя», засел за разработку плана обучения. Его предложение о подготовке бойцов-инструкторов принято руководством центра переподготовки. Теперь осталось составить план обучения, по которому будут в дальнейшем работать уже его ученики.

На следующий день Локутов прибыл к генералу и представил план обучения.

— Занятно, — после ознакомления с планом, сказал генерал Лангрэд, — я не ожидал от вас такого рвения и… работоспособности. Всю ночь работали? — задал риторический вопрос[29] генерал. — Так, давайте посмотрим по пунктам: материально-техническая база носимого стрелкового оружия — десять часов; материально-техническая база среднего и тяжёлого вооружения — пятнадцать часов; боевые стрельбы — восемьдесят часов; тактика применения стрелкового оружия…; бой в непосредственном контакте с противником…. Итого тридцать суток. Полковник, почему у вас указано такое название рукопашного боя?

— Генерал, — начал говорить полковник, — ведение рукопашного боя подразумевает, что боец и его противник, вступили в контакт «голыми руками», то есть, у них нет ничего того, что можно было использовать как оружие. Это спортивное направление, которое в бою неприемлемо. В современных реалиях, боец не может остаться «безо всего»…. Я, и мои помощники будут учить бойцов использовать в бою всё, что у них есть, вплоть до блока питания коммуникатора. Я подготовил список тех, кто владеет этой техникой. Их мало и все пенсионеры, у большинства ещё я учился. Прошу вас, отозвать их и использовать знания и умения для подготовки бойцов, — закончил полковник.

Генерал посмотрел на список, переданный полковником, и через некоторое время ответил: «Хорошо. Передайте список Айрису, он их вызовет».

В тот же день полковник Локутов встретился со своими учениками. Это были бойцы, выполнившие не одну боевую операцию, но у всех у них был один большой недостаток в этой ситуации, которая сложилась в войне — они полагались только на техническое оснащение: электронику и совсем не могли применять «примитивное» оружие. Теперь полковнику предстояло отобрать, научить тех, кто сможет полагаться только на себя, сможет перестроиться фактически на иную тактику боя.

На удивление Локутова, Айрис, блестяще выполнил поручение генерала и через небольшой промежуток времени в его распоряжение поступили такие же пенсионеры, как и полковник. Некоторых вызвать не удалось, но большинство согласилось вернуться на военную службу.

Теперь Локутову не было нужды разрываться. Разбив группу по двадцать человек, он вместе с помощниками, вёл занятия параллельно, что давало ощутимые результаты в подготовке…

— Внимание, — скомандовал полковник, — сегодня у нас боевые стрельбы. Их вести буду я. Теорию с вами изучили, теперь переходим к практическому применению того, что изучено. Первая группа из пяти человек на огневой рубеж. Марш.

От группы отделилась «пятёрка». Она с оружием, представлявшим собой старого образца штурмовую винтовку, снаряжённую пороховыми патронами, выдвинулась на рубеж и по команде открыла огонь по мишеням.

Прозвучали оглушающие выстрелы. Кто-то матерился, кто-то прикрывал уши, у кого-то слезились глаза.

Полковник стоял, улыбался и про себя думал: «Это вам не „пукалками“-излучателями на кнопку нажимать. Здесь и отдача присутствует, и грохот стоит, как будто кто-то „молотком по пустому ведру“ стучат, и пороховые газы в глаза лезут».

После второго круга стрельбы, группа уже могла попасть в мишень. Полковник всё больше радовался, что попались всё-таки смышлёные ученики. Из них выйдет толк. Его помощники, ведущие другие дисциплины, также докладывали, что успехи есть у всех, у кого лучше, у кого чуть хуже, но никто не сдаётся и, занимается — занимается. Как-никак это в будущем им может спасти жизнь и неоднократно.

Близился конец обучения, полковника вызвали к генералу.

— Полковник, — обратился к нему генерал, — послезавтра к нам прибудут представители Совета и Генерального штаба, они хотят присутствовать на выпускной сдаче нормативов. Может быть, упростим экзамен? «На бумаге» он выглядит невыполнимым.

— Никак нет, генерал, — отчеканил полковник, — бойцы готовы к испытанию. Они смогут выполнить то, что ещё мой прадед сдавал в качестве выпускного экзамена. Тем более я сам, вместе со своими помощниками, прошёл этот тест, и думаю, наше лучшее время, выпускники превзойдут.

— Да будет так, полковник, — задумчиво сказал генерал, — видел, как вы готовили бойцов и как сами тестировали заключительный экзамен. Если даже половина бойцов пройдёт его, то можно сказать, что равным им никого не будет.

Через два дня прибыла комиссия. Бойцы готовы к заключительному испытанию.

— Генерал, — спросил Лангрэда представитель Совета, — среди военных, которые бывали здесь некоторое время назад и видели процесс тренировок, так называемый курс переподготовки, говорили, что вы готовите сверх-бойцов. Лично Председатель Совета решил проверить, и дал указание мне посетить вашу базу. Так совпало, что у вас экзамен. Чем вы нас, с представителем Генерального штаба, порадуете.

Комиссия сидела на территории базы под навесом. Вокруг них были расставлены множество объёмных «мониторов», дающих эффект присутствия в центре развивающихся на экзамене событий.

— Советник, — начал свои объяснения генерал Лангрэд, — сначала бойцы произведут высадку из атмосферного корабля на поверхность планеты в заданном районе, вы это сейчас видите. Затем, опережая события, вам объясню, что в полной атмосферной экипировке они совершат марш-бросок по пересечённой местности. Следующим этапом, для каждого бойца, боевая стрельба по мишеням. Затем каждый из бойцов должен пройти бункер-лабиринт, специально подготовленный нашими преподавателями. И на заключительном этапе, когда казалось бы силы на исходе, учебно-боевой контакт с «условным» сменяющимся противником.

— Кто будет исполнять роль «условного противника»? — спросил представитель Генерального Штаба генерал Брнов.

— Наши преподаватели, — сразу ответил генерал.

— То есть, никаких симуляторов, тренажёров или чего-то подобного использоваться не будет? — опять спросил представитель Генерального Штаба.

— Нет, только живой контакт, в том числе и в бункере-лабиринте. Максимально приближенное к боевому использование знаний и умений, полученных во время подготовки, — ответил Лангрэд. — К сожалению Акхнов живых у нас нет, но поверьте, пройти полностью экзамен будет нелегко.

Последняя группа бойцов ели стояла на ногах, когда прозвучал сигнал об окончании боя.

Члены комиссии сидели молча и смотрели в «мониторы». То, что они были потрясены, это мало сказать. Они не верили своим глазам. За почти три часа они вместе с бойцами «пережили», прочувствовали все испытания, которые им пришлось вынести. Видели гримасы боли на лицах, кровь на руках, ногах, лице, разочарование в глазах и нежелание сходить с дистанции. Радость достигнутой цели и навалившуюся сразу усталость.

— Впечатляет, — потрясённо сказал представитель Совета, — ваше мнение генерал Брнов?

— Если бы не видел это «лично», то сказал, что это невыполнимо, — ответил Брнов и, повернувшись к Лангрэду продолжил, — поздравляю генерал. Вы добились прекрасного результата. Ваши предложения о проведении подготовки и переподготовки, которые получены в Генеральном Штабе, с большой степенью вероятности будут приняты за основу. Отблагодарите ваш личный состав. Они это заслужили. И надо выделить из общей массы солдат-бойцов, прошедших такую подготовку. Думаю, нашивка в виде «пламени» будет разумной.

Локутов сидел у себя в комнате и был рад, что у него практически всё получилось. Он смог за такой короткий срок, да, не один, но всё-таки смог подготовить бойцов, которые отомстят за сына. Из девяноста шести вышедших на экзамен, только четверо не смогли закончить его. Это была победа, его маленькая, но нужная для него, и для всех победа.

Центральная звёздная система Акхнов. Хранилище Священных Таблиц.

Арст сидел в своей комнате, ему уже не нравилось это заточение.

Пришёл Охош, с ним Арст быстро нашёл общий язык, и теперь они вдвоём разговаривали, обсуждали различные темы практически каждый день по нескольку часов.

— Хранитель Охош, — начал говорить Арст, — можете организовать экскурсию по планете, где нахожусь. Мне надоело сидеть в четырёх стенах, хотелось пройтись, посмотреть, как вы тут живете, узнать вашу культуру, быт, и просто погулять.

— Это можно организовать, — после короткой паузы ответил Охош, — наша планета не совсем комфортна для вашей биологической жизни. Кислорода мало. Я дам указание, чтобы подготовили скафандр лёгкой защиты для тебя Арст, и мы сможет пройтись по поверхности. Тем более, нам с тобой надо серьёзно поговорить…

— Благодарю, Хранитель, — сказал Арст, — с нетерпением буду ждать нашей следующей встречи.

На следующий день Арсту предоставили скафандр и он, облачившись в него, стал ждать прихода Охоша.

— Добрый день Арст, — сказал появившийся в комнате Хранитель. Арст даже не видел, откуда он вошёл, как открылись двери и открывались ли они вообще.

— Добрый день, Хранитель, — ответил Арст, — я готов, можем идти.

— Очень хорошо. Встаньте в этот знак на полу, — Хранитель указал на небольшую геометрическую фигуру, изображённую на полу, и сам встал на неё, — я вас там буду встречать.

Арст послушался и был перенесён в незнакомое помещение, уставленное большим количеством приборов и агрегатов.

— Пойдёмте, Арст, — послышался в шлеме голос Охоша, — сегодня мы с вами посетим нашу гордость — сад Лоухоша.

Выйдя за пределы, как показалось Арсту подземного бункера, у его входа их ждал летательный атмосферный аппарат, в который сели Арст и Охош. Хранитель, был без скафандра одет в матерчатый костюм, явно соответствующий его статусу, весь с множеством повязок, лент и ремешков. Как потом узнал Арст, каждый элемент одежды, в культуре Акхнов имел своё значение.

— Дорогой друг, если позволите, мне так вас называть, — начал разговор Охош, усевшись за приборы управления летательного аппарата, — мы с вами посетим сад Лоухоша. Это большая территория у нас на планете, в которой собраны, сохранены очень много экземпляров растительности со всей Галактики, в том числе из нашего дома. Оттуда, откуда мы пришли.

Путь занял продолжительное время, Охош постоянно что-то рассказывал и объяснял, а Арсту хотелось просто посмотреть на окружающее вокруг него. Небо было хоть и голубым, но с красным оттенком, как во время заката. По показаниям приборов скафандра Арст понял, что состав атмосферы отличный, и в большей степени азот и другие газы, в том числе хлор и фтор. Кислорода совсем мало. Дышать этим он явно не смог бы. Цветовая гамма также была отличная. Растения не зелёные, а оранжевые. Листья, стебли разного оттенка оранжевого, вплоть до жёлтого.

Звезда, вокруг которой вращалась планета — двойная, и их постоянно видно на горизонте. Ночи как таковой на планете не было. Хоть одно светило, но освещало планету, и ещё её спутник настолько близок, что можно рассмотреть массивные строения на его поверхности. Это Арста очень сильно удивило. Смены периодов года практически нет. Ночи нет, вода есть, но нагретая до состояния кипятка. Да, очень жарко. Если бы не скафандр, он бы уже изжарился просто.

— Прибыли, — вывел Арста из раздумья голос Охоша, — пойдём. Там много интересного.

Они вошли в большую арку, сразу за которой был такой же телепорт внутрь помещения. Изнутри оно выглядело просто огромным, большие потолки, каменные стены и разделяющие секции, прозрачные силовые поля.

— Это наши предки построили. Внутри самой большой горы планеты они соорудили хранилище, которое впоследствии было переделано в сад редких растений, — пояснил Охош, — пойдём, я хочу сначала показать то, ради чего сюда прибыли.

Шли они недолго. Когда Хранитель остановился около одной из защищённых силовым полем секции.

— Что ты видишь, друг, — спросил Охош, указывая на секцию.

— Вижу, — начал отвечать Арст, он присмотрелся внимательнее и не увидел внутри ничего, кроме сгустка розового цвета посередине секции. Этот сгусток медленно извивался как языки пламени на ветру, — вижу какой-то бесформенный сгусток. Он извивается как-то причудливо, — закончил говорить Арст.

— Это не сгусток, это растение из нашего мира. Мы так выглядели, когда пришли в эту Галактику. Но потом нашей цивилизации удалось вписаться в мерность этого пространства. Нам удалось сохранить один экземпляр того — давнего мира, который был когда-то нашим домом. Ни я, ни кто-то ещё, уже не помнит, как выглядело это растение. Всё утрачено, — с печалью в голосе закончил говорить Охош.

— Хранитель, — обратился к нему Арст, — могу взглянуть на ваши Священные Таблицы?

Охош долго не отвечал, как будто не слышал вопроса Арста, но потом всё-таки ответил: «Наверно, пришло время увидеть их постороннему, не представителю расы Акхнов. И этим другим будешь ты, Арст». Охош склонил свою голову в неглубоком поклоне.

Экскурсия по саду Арста уже не интересовала, он с нетерпением ждал, когда Охош покажет ему так охраняемые и недоступные даже для самих Акхнов Священные Таблицы. Он думал, размышлял, что же в них такого ценного, что они содержат в себе, и какую ценность представляют. Явно очень высокую, выразить которую в материальном плане невозможно.

Закончив осмотр сада, Арст с Охошем сели в летательный аппарат и направились в Хранилище. По пути они оба молчали. Тишина была гнетущей. Как будто предстояло выполнить, что-то невероятное из ряда вон выходящее.

Первым вошёл Охош, затем Арст. Его взору предстала большая округлая комната, по её периметру, на стенах, расположены различного размера пластины из жёлтого металла. Все они в непонятных для Арста знаках, где-то похожих на клинопись, где-то на вязь, а где-то было можно угадать целые выгравированные сюжеты. Большая часть Табличек покрыта формулами, которыми во время их бесед, Охош оперировал ими при разговоре.

Обойдя комнату, Арст остановился. У него возникло ощущение, что некоторые изображения, знаки, он уже видел и это не те, которые ему показывал Охош.

— Арст, как ты знаешь, с людьми у нас заключено перемирие, срок которого скоро уже истекает, — начал говорить Хранитель, — я множество, раз проверил Священные Таблицы и пришёл к выводу, что не люди несут нам угрозу существования. Те, кого мы называем Вантабы. Вот угроза всего сущего. Война с вами была ошибкой, но и она принесла немало пользы. Мы подготовились к приходу Вантабов. Теперь, черёд объединиться и встать на защиту Жизни в нашей Галактике. Нами послано сообщение в Совет Объединения, с просьбой принять послов. Их возглавлять буду я. Как только будет готов корабль для принятия тебя на борт, то мы сразу отправимся к месту встречи. Нам предстоит важная миссия. Убедить людей встать вместе в этом неравном бою.

Арст молчал. Вот так, без его согласия, втянули в политические игры, и какие — необходимо прекратить войну, создать военный союз и спасти Жизнь в Галактике.

— Я могу отказаться? — робко спросил Арст.

— Нет, это твоя миссия, ты «Посредник», это говорят Священные Таблицы, — сказал Охош, трепетно защёлкав руками, выражая Истину в первом лице, — без тебя у нас ничего не получится. Нам не поверят и война продолжится.

— Хорошо. Но я не знаю, что говорить, как себя вести, что делать, — начал искать предлог всё-таки отказаться Арст. Ему хотелось вернуться домой, но быть «Посредником» и заниматься политикой желания не было, — меня не послушают. Я простой военный и только, — закончил говорить Арст.

— У каждого своё предназначение. У тебя — быть «Посредником». Когда придёт время, ты поймёшь, что говорить и как вести себя. Мы, всё что смогли, сделали. Научили тебя, рассказали всё, что знали сами. Теперь твой черёд, донести эти знания до твоей расы, — закончил свой монолог Охош.

Звёздная система «Проктор». Планета «Кросул».

— Проходи Никотауш, — не глядя в сторону двери сказал Председатель Совета Самукш, — у тебя что-то срочное?

Самукш сидел в рабочем кабинете за столом, изучал документы: просматривал отчёты, делал правки, пометки, корректировал свою речь на предстоящем Совете.

— Ничего срочного, Советник, — ответил вошедший Никотауш, — я подожду.

— Докладывай, что случилось, — отложив коммуникатор и свернув все «окна мониторов» сказал Самукш.

— Аналитики закончили расчёт по поводу действий противника при атаке на базе «Гессор», — начал свой доклад Никотауш, — и они пришли к выводу, что атака была направлена на захват конкретного лица, представителя нашей расы космодесантника Ирвиса Джокаевича, с планеты Землянуха, записан под именем Арст, — на одном дыхании выпалил Никотауш.

— Вот как, — не скрывая своего удивления, начал говорить Самукш, — узнали кто такой этот Арст, откуда он и, что с ним не так, почему он нужен Акхнам?

— Ничего выяснить не удалось. Только данные анкеты. Все его родные и близкие погибли. В базе данных сохранилась информация только с его прибытия на вербовочный пункт, но есть один примечательный момент. Это именно тот космодесантник, который участвовал в спасательной операции курьера Совета.

— Запросите больше информации о нём, подключите службу разведки, военных, гражданских. Опросите всех, кто с ним контактировал, хотя бы продолжительное время, — раздражённо сказал Самукш.

— Указания уже даны, результат будет в ближайшее время, — ответил Никотауш, — срок перемирия заканчивается, — сменив тему разговора, продолжил он, — нашими военными на базе «Пламя» подготовлены первые бойцы для действий на планетах без электронных средств. Предлагаю вам видеоотчет с анализом ситуации, — и он протянул Советнику инфоноситель.

— Оставь, я посмотрю позже, — устало сказал Самукш, — переподготовка прошла успешно? Удалось переучить бойцов не пользоваться электроникой?

— Удалось Советник. И даже больше. Удалось подготовить солдат, способных выполнять практически любую операцию без электронного сопровождения.

— Это радует. Хоть одна хорошая весть под конец дня, — сказал Самукш.

В помещение вошёл помощник Советника.

— Председатель, срочное сообщение от Акхнов, — отрапортовал помощник и протянул Самукшу данные сообщения.

Самукш взял инфоноситель и включил его, изучая на своём коммуникаторе.

— Дайте срочный ответ Акхнам, мы согласны провести переговоры в нейтральном секторе в оговорённое время. Готовьте мой корабль, — дал указания помощнику Самукш и, обращаясь к Никотаушу добавил, — Акхны просят провести переговоры, возглавлять их «посольство» будет сам Хранитель Священных Таблиц.

— Советник, Хранитель не покидает околопланетное пространство своей центральной планеты. Возможно это провокация, или…

— Или, — продолжил за Никотауша Самукш, — у них есть что-то очень важное и срочное, чем они хотят поделиться с нами, или обсудить это…

— Я хотел как раз об этом поговорить, — осторожно начал Никотауш, — рядом с сектором, где расположена, точнее возводится наша база прикрытия, обнаружена аномалия, которая поглощает все излучения. Её учёные прозвали «чёрной аномалией». Она медленно расширяется, но отдельные сгустки имеют возможность «отпочковываться» от основной массы аномалии и «захватывать» пространство. Два военных и одно научное судно уже пострадали от контакта с ней. Жертв избежать не удалось, — закончил Никотауш.

— Подготовь мне полный отчёт с возможными вариантами решения этой проблемы. Не думаю, что Акхнов интересует наш сектор пространства, но подготовиться надо, — дал указание Самукш и принялся дальше просматривать документы и материалы.

Военно-тренировочная база «Гессор».

Жизнь на базе закипела новыми красками. Прибыло очередное пополнение. До истечения срока перемирия оставалось всего несколько недель. Тренировки и обучение шло полным ходом. Вводились новые элементы и тактические разработки ведения боевых действий. Но самое интересное: на базу прибыли бойцы-инструкторы с нашивками «пламя». Их было всего трое. Но они сразу показали чего стоят. Это не только «рукопашный, абордажный» бой, но и владение кинетическим оружием.

Проводить тренировки, с практическими стрельбами, на базе запретили. Для этих целей на планете, на орбите которой размещалась база, устроили полигон. Каждый день группы спускались на планету и тренировались в практическом применении, как уже все считали устаревшего оружия.

Рамал был расстроен, к нему в кубрик подселили новобранца. Но он упросил его поменяться и, в связи с вводом «казарменного» положения, Самал опять жил в одном кубрике с братом. Молодая жена находилась неподалёку, в госпитальной секции.

— Брат, тебя вызывают в службу безопасности. Там, какой-то офицер прям из Генерального штаба, прибыл, — сказал, войдя в кубрик Рамал.

— Зачем ему я? — удивлённо, спросил Самал.

— Опять про Арста спрашивать будут, меня целый час опрашивали. Что спрашивали, да как… — ответил Рамал.

— Понятно. Всё не успокоятся, но его же признали погибшим. Даже медалью наградили «посмертно».

— Признать то признали, но что-то у них там наверху не стыкуется. Опять будут спрашивать, не мог ли он перейти на сторону противника. Смех просто берёт от такого бреда, — заключил Рамал.

— Это верно. Пойду сейчас к ним схожу. Не хочу пропустить тренировки на планете.

Встретил Самала в каюте службы безопасности целый полковник, прибывший из Генерального Штаба.

— Полковник, сержант Самал по вашему приказанию прибыл, — отрапортовал Самал.

— Проходите, присаживайтесь, — сухо ответил полковник, — вы уже знаете, по какому поводу вас пригласили. Меня интересует Ваш бывший командир отделения — Арст, что можете рассказать о нём. Как сказали, вы с Рамалом с самой вербовки вместе и остались под его началом, хотя вам предлагали стать командирами отделений.

— Мы с ним познакомились во время перелёта с вербовочной станции, — начал свой доклад Самал, — во время перелёта, пришлось участвовать в спасательной операции. Арст оставался прикрывать отход с пострадавшими. Что там произошло, я не знаю, после его выхода в открытый космос спасательный бот подобрал Арста «без сознания». После госпиталя мы с ним попали в одно подразделение. Он показал себя честным и справедливым. Не вступал в конфликты, но и не давал в обиду своих друзей. Больше мне, полковник, сказать нечего. Он был хороший боец. Немного своеобразный, такое ощущение, что он чувствовал опасность и избегал её. Не лез сломя голову в бой. Действовал продуманно и осторожно. Все его подчинённые за время службы не получили ни одной травмы, тем более ранения. Вот, наверное, и всё.

— Хорошо, Самал. У вас есть ещё, что добавить? — спросил полковник.

— Никак, нет.

— У вас скоро заканчивается переподготовка, как вижу по докладу руководства, вы и ваш брат одни из самых прилежных учеников, показываете хорошие результаты по системе «пламя». Когда сдача итоговых нормативов?

— Через два дня, полковник, — гордо ответил Самал.

— Хорошо, можете идти, — скомандовал полковник и когда остался один в каюте подумал про себя вслух, — Кто же ты Арст? О тебе ничего нет ни на Землянухе. Все архивы уничтожены, родных так и не удалось найти, ни близких. Ты пережил отключение камеры анабиоза при транспортировке. А после этого или становятся «овощем» или погибают сразу. Отзывы о тебе все как под копирку: чувствует опасность, осторожен, но от выполнения боевой задачи не отказывается, инициативен. Друзей, кроме этих двух братьев нет. Да и с финансами, что-то непонятно. Слишком много крюнов на счету для новобранца с захудалой планеты удалось обнаружить.

С этими мыслями полковник начал составлять отчёт. Ему так и не удалось выяснить ничего нового. Может аналитики Штаба, что найдут. Главное им больше исходной информации дать, а они уж постараются.

Где-то очень далеко.

План эвакуации готов, и генерал Стринов отправил его для утверждения в Генеральный Штаб. Оставалась теперь основная задача, узнать куда, зачем и почему уходят Акхны из Галактики. Брать «языка» смысла нет. Всё равно ничего не расскажут, даже с учётом всех методов воздействия. Не каждый представитель расы знает истинные цели и задачи, а до тех, кто знает, не добраться. Тем более перемирие, и обострять ситуацию никто не даст. Остаётся только радиоразведка и обычная слежка.

Самое трудное, организовать слежку за кораблём противника в дальнем космосе. Для этой цели был выбран корабль гражданского типа, который переоборудовали под максимально близкие характеристики к крейсеру Акхнов. Ещё оставалась трудность в комплектовании экипажа. Принято решение, что капитаном корабля должен быть не штатный военный, но с большим опытом пилотирования. Из многого числа кандидатов отобрали и одобрили три команды, в том числе и капитан Самрос. Его умение ручного пилотирования, опыт скрытных переходов давал ему преимущество, так как корабль практически не был оснащён наступательным оружием и сильно проигрывал в боевой мощи кораблю такого же класса Акхнов. Для усиления команды корабля укомплектовали штат бойцами, прошедшими переподготовку по системе «пламя». Для быстроты связи пришлось использовать ретрансляционные буи сверхдальнего радиуса действия, но всё равно доклад поступал в координационный центр с большой задержкой.

Получить согласие Самроса на участие в операции оказалось делом трудным, но сыграв на его самолюбии и том, что военные с такой операцией не справятся, всё-таки удалось его убедить стать капитаном корабля, одной из трёх подготовленных групп. Самрос настоял на том, что предоставленный ему корабль должен называться «Самик» и этот корабль, после удачно проведённой операции останется ему и его команде.

Старт корабля в дальний космос на границу секторов Акхнов и Союза происходил с Военно-тренировочной базы «Гессор», где экипаж корабля пополнили бойцы космодесантники и представители разведки.

Генерал Стринов сидел в каюте корабля радиоконтроля, который был приспособлен под координационный центр, где-то очень далеко в Космосе, и получал сообщения от стартовавших в разных направлениях специальных групп.

Две группы провалили своё задание. Акхнам удалось оторваться от них и уйти в неизвестном направлении. Только один корабль до сих пор шёл на относительно небольшом удалении от каравана кораблей Акхнов в неизвестную Галактику. Согласно докладу, поступавшему от капитана Самроса, они вышли за пределы Галактики и направились в соседнюю. Так же он докладывал, что их обнаружили, пытались оттеснить, направить по другому маршруту, но ему удалось не сбиться с курса и следовать за караваном. Когда они стали подходить к другой Галактике попытки сбить с курса прекратились, и последовало предложение встать в ордер построения кораблей. На что Самрос, с разрешения представителя разведки, согласился, и занял выделенное место в ордере каравана.

Теперь отчёт об операции поступал в координационный центр с ещё большим опозданием и генерал Стринов занялся новой проблемой. Проблема вызывала уже всё больше опасений — это чёрная аномалия, которую обнаружили недалеко от сектора, где строилась база «подскока».

Нейтральный сектор Галактики. Штабной сверхтяжёлый линкор «Звезда Союза».

Председатель Совета Самукш сидел в своей каюте вместе с Никтаушем и разбирал документы. Все формальности со встречей с Акхнами улажены. Проблемы и нестыковки устранены и теперь он вместе с ещё некоторыми членами Совета и помощниками летел в заданный сектор Галактики.

Переговоры договорились вести на астероиде, где обе стороны возведут свои сооружения. Встреча должна произойти на поверхности, в подготовленном для обеих сторон помещении, оборудованным всем необходимым для функционирования жизнедеятельности каждой из рас, но разделённым ровно наполовину.

От видеосвязи отказались. На этом настаивали Акхны. Работа по возведению помещения на астероиде двигалась быстро, и осталось совсем немного времени до её завершения.

— Как ты думаешь, Никотауш, — начал говорить Самукш, — зачем Акхны предложили встречу и проведение переговоров? Тем более сам Хранитель Таблиц должен представлять интересы расы Акхнов.

— Не знаю Советник, — чуть подумав, ответил Никотауш, — Акхны одна из старейших Цивилизаций в нашей Галактике. Только наша раса может поспорить с ними в Знаниях и прогрессе, но всё равно они древнее.

— Вот то-то и оно, — начал говорить Самукш, — они одна из древнейших. Если ты помнишь, наши предания и сказания, когда мы ещё учились разводить огонь, то Акхны, умели перемещаться между планетами, но их постигла катастрофа, они были отброшены, также как и мы в «каменный» век. Тогда, мы уже начали развиваться параллельно с одного уровня. Но всё равно, их сказания, предания, знания мироустройства сильно отличаются от наших…. У меня такое ощущение, что грядёт катастрофа, которую они уже увидели, обнаружили, а мы всё никак не можем понять, рассмотреть.

— По нашим данным ничего важного в Галактике за последний стандартный год не происходило, — сразу ответил Никотауш, но, не много подумав, добавил, — кроме встречи с чёрной аномалией.

— Да, да. Чёрная аномалия. Помню, мне докладывали, — задумчиво ответил Самукш, — есть какие новые сведения о её природе, или что ещё учёным удалось выяснить?

— Исследования продолжаются. Как с участием военных специалистов, так и привлечённых гражданских, — начал свой доклад Никотауш, — как удалось выяснить, чёрная аномалия поглощает все возможные виды излучений. В случае попадания под её влияние живого организма, он исчезает и больше не появляется. Распространяется очень медленно, но скачкообразно. Вот и вся информация на сегодняшний день.

— Контактировать пытались? — спросил Самукш.

— На наши послания как визуальные, так и в широком спектре видимых и недоступных глазу волн, ни какой реакции не получено.

— Держи это на контроле. Ещё, наверно, нам надо базу подскока перенести в другое место. Оставить там только научных сотрудников, занимающихся аномалией, а место дислокации базы подскока надо сменить, и подальше.

Линкор Акхнов «Вечность».

— Хранитель, корабль в условленное место встречи идёт с опережением графика, — сообщил капитан корабля Троош, — как вам перелёт? Будут, какие пожелания?

— Спасибо, капитан, пока никаких пожеланий нет, — ответил Охош. Перелёт ему давался трудно. Для всех Хранителей долгое расставание со Священными Таблицами давалось тяжело и они в большей своей части не покидали орбиту планеты, где располагались Священные Таблицы. Тем более решение Охоша, как Хранителя, представлять интересы расы Акхнов на предстоящих переговорах, было воспринято неоднозначно, но ему удалось убедить Старейшин рода в том, что именно он — Хранитель, должен вести переговоры, чтобы рассказать Цивилизациям Галактики о грядущем.

— Хранитель Охош, у нас есть в запасе время. Мы можем посмотреть на Вантабов? — спросил, по внутренней связи Арст.

Хранитель на время задумался. Рисковать всей миссией для удовлетворения любопытства «Посредника» это нерационально, быстро сделал умозаключение Охош. Но достав цифровые копии Священных Таблиц, стал делать точные расчёты и составлять прогноз.

— Хранитель, вы меня слышите? — повторил Арст. Не дождавшись ответа, переспросил Арст.

— Не беспокой его, «Посредник», — раздалось в шлемофоне Арста, — Хранитель сейчас занят. Как только закончит расчёт, он с тобой свяжется…

От безделья Арст уже не знал, что ему делать и чем заняться. На корабле ему выделили целое «крыло» из трёх кают, в которых мог жить без скафандра. Заниматься спортом, готовить еду — пищевые синтезаторы тоже ему поставили. Гулять в пределах этих помещений, но и всё. Больше во время перелёта заняться было нечем, от слова «совсем». Разнообразили его время препровождения, только разговоры с Хранителем и его помощниками, но они не настолько словоохотливы и только отвечали на его вопросы, если могли ответить на поставленный вопрос. Фактически все контакты с «внешним» миром за переборкой осуществлялись через Хранителя, который сейчас был занят. И Арсту было скучно. Он лёг на кровать и прикрыл глаза. Может поспать удастся, а то неизвестно, как там дальше будет. Сон не шёл. Арст ворочаясь на кровати, плюнул на всё, встал и пошёл в санузел, принять водные процедуры, когда по громкой связи с ним связался Хранитель Охош.

— «Посредник» Арст, вас просит прибыть на капитанский мостик капитан корабля, — раздался, по громкой связи голос Охоша.

Быстро бросив умываться Арст, бегом помчался переодеваться и облачаться в скафандр. Хоть какое-то развлечение. Его вызывают на капитанский мостик, там точно будет нескучно. Тем более есть на что посмотреть. Последние лет пятнадцать никто из расы людей не присутствовал при пилотировании корабля Акхнов такого класса уж точно, думал про себя Арст, заходя в шлюзовую камеру.

— «Посредник», — поприветствовал входящего на капитанский мостик Арста, Охош, — мы с капитаном Троош обсудили вашу просьбу о Вантабах. И я принял решение изменить курс и войти в сектор, где они замечены. Основной ордер кораблей прикрытия, направится по своему маршруту. Часть кораблей останется в этом секторе пространства дожидаться нашего возвращения, а два корабля сверхдальней разведки пойдут с нами осуществлять прикрытие и для быстрого обнаружения Вантабов. Вас это устраивает?

— Да, Хранитель, — радостно ответил Арст, ничуть не скрывая своего возбуждения.

— Вам предписано быть постоянно в скафандре, — уже грозно и явно недовольно, начал говорить капитан корабля Троош, — все необходимые расходные патроны вы найдёте у себя в каюте. Кроме того, наш корабль близко подходить к Вантабам не будет. На этом я настаиваю, и в случае непринятия такого условия, я отказываюсь выполнять приказ Хранителя, — Троош, что-то застрекотал непереводимое, явно какие-то идиоматические обороты, непонятные для представителя другой расы.

— Я понял, капитан, — устало ответил Охош, и уже обращаясь к Арсту добавил, — идите к себе в каюту, не снимайте скафандр, когда прибудем в нужный сектор, я с вами свяжусь.

Когда Арст вышел Троош обратился к Охошу: «Хранитель, вы настаиваете на том, что необходимо лететь к Вантабам и поставить всю нашу миссию под угрозу срыва?», — в его речи чувствовалось неудовольствие принятым решением.

— Именно так, капитан Троош, — устало отвечал Охош, — я сам против этой встречи и изменению маршрута. Но я сверился со Священными Таблицами. Перепроверил неоднократно полученный результат, и он конкретно указывает, что необходима встреча «Посредника» с Вантабами до проведения переговоров. Тогда шанс на удачное выполнение нашей миссии значительно возрастает, а так, «Посредник» ещё не готов к выполнению того, что на него возложено. Хотя, мы и сами точно не знаем, что предстоит «Посреднику». Наша цель известна — это сохранение расы, Цивилизации Акхнов и я, и вы, и все мы, кто здесь находится, живёт на планетах, летает в космосе, все мы сделаем это даже ценою своей жизни. Раса должна жить, Цивилизация не должна погибнуть! — величественно, закончил свою речь Хранитель.

Арст находился в своём «крыле». Долго прибывать в скафандре было неудобно, но он терпел. Тем более, что это приказ капитана и Хранителя, к которому Арст за столько месяцев нахождения у него в Хранилище Священных Таблиц не только привык, но можно даже сказать сдружился. По кораблю раздался сигнал тревоги и его вызвали на капитанский мостик.

— Проходите Арст, — уже бодро сказал Охош, — вот, смотрите, мы вошли в сектор, где замечены Вантабы, — и он развернул на максимальный масштаб звёздную панораму, — видите, вот здесь, — указывая на часть пространства, продолжил Охош, — нет никакого свечения, никакой реакции на наши радиолокаторы.

Арст смотрел внимательно в указанный сектор и ничего не видел, просто ничего. Всё было темным темно. Ни отражения светила от космической пыли, ни отблесков, ни каких-либо показаний на приборах от излучений радаров широкого спектра.

Вдруг сгусток темноты образовался, прям на расстоянии вытянутой ладони от обшивки корабля, медленно двинулся пересекать его корпус. Завыла сирена тревоги, немедленно сработали маневровые двигатели, и корабль стал уходить от зацепившего тёмного сгустка. Арст стоял на мостике в скафандре максимальной защиты и не знал, что предпринять, как помочь. И понял, что лучше не мешать. Тем более его настойчиво стали выталкивать с капитанского мостика в свою каюту, прибывшие по сигналу тревоги, члены экипажа корабля Акхнов.

Вернувшись в своё «крыло», Арст не стал разоблачаться из скафандра. Перезарядив «патроны» и вставив, запасные в максимально доступные ячейки он, устроившись как можно удобней в ложементе, стал обдумывать произошедшее. Да, ему показали Вантабов, они «чёрные», но с ними ничего непонятно.

Вдруг, пройдя сквозь корпус стены его каюты, прямо перед ним появился сгусток черноты, он поглощал всё на своём пути, и Арст рывком отстегнув компенсационные ремни ложемента, рванул к выходу, но и там была «чернота». Она медленно поглощала всё пространство вокруг Арста. Он стоял и не двигался. Смотрел вокруг себя, а его медленно, но верно поглощала тёмная неизвестность.

Дышать стало трудно, невыносимо трудно, но изолирующий скафандр справлялся. Броневое стекло шлема затуманилось темной дымкой и вдруг медленно стало светлеть, как будто рассвет в низине. На какое-то мгновение Арст увидел, что практически перед ним, в нескольких метрах от него, сидел в кресле неизвестный. Он, как показалось Арсту, очень маленького роста. Одет в переливающуюся одежду, плотно прилегающую к телу. Голова несоразмеримо больше тела, глаза маленькие, широкий лоб, ушей практически не видно. Лицо чистое без волосяного покрова. На руках больше пяти пальцев. Он сидел, в чём-то напоминающее кресло и смотрел в одну точку. Всё вокруг неизвестного уставлено чем-то неопределённого назначения. Незнакомец сидел не мигал, не говорил, кажется, даже не дышал и не двигался, но картинка мигала с такой быстротой, что казалось, смотришь фильм на ускоренной перемотке. Арст только слышал биение своего сердца в висках. Попробовал, сделал шаг по направлению к неизвестному. Тот никак не отреагировал. Это всё продолжалось какие-то считанные мгновения.

Неожиданно для Арста скафандр отключился, но до этого, несколько секунд назад, датчики показывали полный разряд батареи и полный комплект регенерационных патронов.

Паники не было. Просто забытьё. Такое спасительное и умиротворённое.

Нейтральный сектор Галактики. Штабной сверхтяжёлый линкор «Звезда Союза».

— Советник, — обратился к Самукшу вошедший в каюту офицер, — мы прибыли в назначенный сектор.

— Очень хорошо. Акхны уже здесь? — спросил у него Самукш.

— По данным разведки, в секторе находятся боевые корабли Акхнов, но их очень мало и не замечено сверхтяжёлых кораблей.

— Пригласи ко мне Советников. Нам надо обсудить некоторые детали переговоров.

— Будет исполнено, Советник, — отрапортовал офицер и вышел из каюты.

Самукш вновь погрузился в раздумье. Он всё думал, что вынудило Акхнов, которые фактически могли выиграть войну, навязать свои условия пойти на перемирие, а сейчас они сами предложили переговоры. Явно что-то затевают. Надо быть настороже.

В каюте Самукша собрались члены Совета. Их было всего трое, вместе с ним. Совет не решился направить в такой рискованный и далёкий путь весь основной состав. Кто-то должен остаться и исполнять свои обязанности и в такое нелёгкое время.

— Советник, все собрались, — сказал Никотауш.

— Мы с вами прибыли в назначенный пункт, — начал говорить Самукш, — какая информация у нас, что с моими поручениями?

— Советник, — начал доклад Никотауш, — все ваши поручения выполнены. Нам удалось установить, кто такой Арст, информацию по нему я вам представил в инфопакете. Кроме того, как запасной вариант, идёт подготовка к переселению части населения и ресурсов на окраины Галактики, с возможным исходом ещё дальше. База строится, но из начальной точки она перенесена в другой сектор. «Чёрная аномалия» изучается нашими учёными, информацию вам предоставил в инфопакете…

— Смотрел я эту информацию по аномалии, — перебил его Самукш, — ничего не понял, ты мне объясни: кто это или что это.

— У учёных есть несколько гипотез, — начал Советник Борвус, курирующий в Совете науку, — но большинство склоняются к гипотезе, выдвинутой академиком Красновым. Согласно его теории, эта «чёрная аномалия» представляет собой другое пространство-время, в котором другие константы. Например, константа вещества отлична от нашей, — он многозначительно указал пальцем вверх, — если говорить проще, то в ядре атома вещества у них радиус вращения электрона вокруг протона меньше, он вращается быстро и все процессы у них протекают быстрее. Меньше «пустоты» в атоме, и «они» для нас выглядят как темнота. Но уже зафиксированы расслоения «темноты», настолько короткое время, что нам удалось только засечь этот всплеск энергии, а обработка полученной информации, до настоящего времени продолжается. Ещё есть предположение, что для нас их пространство-время тягучее. Как разница в плотности воздуха и воды.

— Что им надо, выяснили? — спросил Самукш.

— Нет, Советник, у нас разное ощущение времени. И разница существенная. Более 31,5 млн. раз. Если у нас пройдёт секунда, то у них пройдёт примерно стандартный год. Более того, вся их материя, волны, фотоны просто проходят сквозь наши, не встречая препятствия.

— Тогда почему они «чёрные»? — уже раздражённо спросил Самукш, — почему они поглощают излучения? Ведь согласно этой гипотезе, они нас просто не должны замечать. Проходить насквозь и всё!

— Гипотеза и это объясняет, — продолжил Борвус, — они начали взаимодействовать с нашим пространством-временем, и скоро проявятся в нашей Галактике полностью. «Чёрное состояние» — это начальная стадия взаимодействия, предвосхищая ваш вопрос, добавлю, что точных сроков их проявления в нашем пространстве не знает никто. Это может произойти и завтра, и через месяц и через годы.

— Беда пришла, откуда не ждали, — задумчиво «про себя» сказал Самукш, и уже громче добавил, — что с переподготовкой военных?

— С переподготовкой складывается всё хорошо, — взял слово Никотауш, — подготовлено более ста тысяч бойцов, через несколько дней их будет больше миллиона.

— Но этого мало. Необходимо не менее ста миллионов, владеющих кинетическим оружием.

— Поверьте, Советник, — продолжил Никотауш, — этот миллион даст фору самым лучшим и подготовленным бойцам Галактики. Тем более вербовка, тренировки и переподготовка по системе «пламя» продолжается и совершенствуется с каждым днём.

— Советники, — в помещение вошёл офицер корабля, — в секторе появился линкор Акхнов. У него видимые повреждения обшивки в районе жилых модулей.

И тут же раздался сигнал вызова с капитанского мостика.

— Советник Самукш, — начал доклад капитан корабля «Звезда Союза», — Акхны вышли в эфир и просят канал связи с представителем Совета.

— Соединяй, — скомандовал Самукш, и добавил, — Советники, останьтесь.

После завершения сеанса связи с Акхнами, Самукш, сидел в своём любимом кресле, которое он распорядился установить в каюте на корабле и обдумывал проведённый разговор. Вроде, всё по плану, все формальности протокола согласованы, процедура и порядок высадки, охрана и прочие мелочи. Но его что-то беспокоило. Давило в груди и трясло изнутри как больного старика. Посещения медицинского бокса и проведённые обследования ничего не давали. Самукш уже думал, что боится. Боится смерти? Боится потерять власть? Или боится этого — неопределённого?

Который раз, он хотел снять с себя полномочия и пойти на заслуженный отдых, но всё откладывал и откладывал. Наверное, время настало. Для себя зарёкся: если удастся прекратить войну с минимальными потерями как материальными, так и политическими, то подаст в отставку, а теперь эти «чёрные», с ними тоже что-то надо делать. Ну, ничего, будет день и будет пища, как он любил про себя говорить. Тем более Акхны попросили одни общепринятые сутки на приведение корабля в порядок и соблюдение всех формальностей. Ничего, сутки мы ещё подождём. И нам, надо лучше подготовиться, а пока изучить инфопакеты, полученные за последнее время, и председатель Самукш углубился в работу.

Линкор Акхнов «Вечность».

Арст очнулся от рези в глазах. Яркий свет не выносим, даже при закрытых веках. Попробовал пошевелиться — получилось.

— Вы очнулись, «Посредник», — раздался голос в наушнике, — вставайте, сейчас придёт Хранитель.

Яркий свет пропал и Арст открыл глаза. Он был в медицинском отсеке корабля, скафандра на нём не было, по обстановке понял, что это всё-таки корабль Акхнов. Ощупал себя. Вроде нормально, всё на месте.

В помещение вошёл Хранитель Охош. Он был в скафандре и явно рад чему-то. Его передние руки были сложены в повелительно-удовлетворённый знак, что предвещало его хорошее расположение духа.

— Приветствую тебя, Арст, — начал говорить Охош, — я рад, что вы очнулись.

— Что со мной было? — озираясь по сторонам, сказал Арст.

— Ты что-нибудь помнишь? — задал встречный вопрос Охош.

— Помню. Видел, какого-то наверно, пилота… Невысокого роста… На неизвестном мне корабле, — не много подумав, ответил Арст.

— Когда ты отправился в свою каюту, наш корабль вошёл в соприкосновение с чёрной субстанцией, с Вантабами, — начал говорить Охош, — и ЭТО прошло сквозь корабль, но нам удалось вырваться. Тебя нашли у себя, лежащим на полу. Пришлось экстренно переоборудовать корабль под медицинский отсек, приспособленный для людей. Ты был в летаргическом сне, но нам удалось тебя из него вывести.

— Сколько времени прошло? — спросил Арст и чуть пошатываясь, пошёл к зеркалу.

— Для тебя прошло примерно десять лет, — сказал, как отрезал Охош.

Арст подошёл к зеркалу. На него смотрело заросшее, морщинистое лицо, в котором Арст не узнал себя. Он постарел, заметно постарел.

— А сколько прошло здесь? — не веря своим глазам дрожащим голосом, спросил Арст.

— С момента твоего обнаружения, в этой реальности, прошло двое суток, — ответил Охош.

— Переговоры уже закончились?

— Нет, они только начались. Мы попросили отсрочку в начале переговоров на одни стандартные сутки.

Арст присел на край ложемента. Навалившаяся усталость и поток информации дал о себе знать.

— Ты побывал у Вантабов, — продолжал говорить Охош, — в их реальности и, наверно, благодаря скафандру или тому, что мы быстро вышли из точки соприкосновения, остался жив. Наши учёные уже проанализировали записи с твоего скафандра и пришли к выводу, что время течёт по-разному. У нас проходят секунды, у них месяцы-годы. Ты попал на границу и пробыл в этой узкой полосе, разделяющей наши пространство-время, не больше десяти секунд. Твои данные оказались очень ценными, тем более ты пока единственный, которому удалось проникнуть в другое пространство-время и вернуться назад.

— Я не помню многого, мне показалось, что прошли мгновения. Тот — неизвестный выглядел как-то неестественно, смазано. Его движений я практически не видел. Он просто сидел или полулежал в кресле и, наверно, управлял полётом, было опустошающее ощущение, веяло холодом от него — закончил говорить Арст, но, немного подумав, добавил, — мне надо выступить перед Советом Союза, рассказать, что увидел, что почувствовал.

— Да будет так, — сказал Охош и воздел руки в утверждающем жесте, — тебе надо привести себя в порядок, подготовиться. Сегодня больше встреч не будет, так что, набирайся сил и приводи себя в порядок. Завтра у нас с тобой трудный день.

Охош вышел и Арст остался один. Он опять посмотрел на своё отражение в зеркале, провёл рукой по бороде, волосам. Огляделся, и пошёл принимать душ, бриться и приводить себя в порядок. В таком виде предстать перед Советом ему не хотелось. Тем более, уже есть что сказать. Он сам видел, чувствовал, даже побывал у Вантабов в родном мире. Хоть толком ничего и не помнил. Но ощущения, образы, эмоциональный фон и много из чего складывается общая картина восприятия, ему ясна. Он понимал, знал, что Вантабы пришли не просто «поговорить» с представителями разумной жизни, а завладеть ею. Мы для них как высокоорганизованные животные, хоть и отдалённо напоминаем внешне их строение. Но всё равно мы для них животные, которые хорошо, если сгодятся для парков и заповедников.

Астероид в нейтральном секторе Галактики. Помещение для переговоров.

— Пойдёмте, Арст, — сказал Охош, когда они вошли в свою часть помещения, — вам направо, там есть всё необходимое и возможность снять скафандр. Встретимся в Зале.

Арст вошёл в шлюзовую камеру. После её срабатывания дверь вперёд открылась, и он прошёл дальше. Узкий коридор не давал возможности свободно передвигаться, но он прошёл вперёд. Взору предстала просторная комната, в которой можно снять скафандр, переодеться в принесённые с собой одежды. Не представать же перед Советниками в поношенном. Тем более, помощники Охоша постарались, и преподнесли Арсту настоящий костюм «тройку», выкройки которого «выкопали» где-то в информатории. «Сшить» такое, по мнению Охоша, неудобное одеяние удалось им не с первого раза. Арст хотел было отказаться от костюма и облачиться в военно-парадную форму своего подразделения, но Охош настоял на костюме. Тем более все представители и участники переговоров были именно в костюмах, включая военных.

Арст немного опоздал к началу. Когда по своему коридору вошёл в обособленное помещение, то увидел, что Хранитель Охош официально представляет делегацию, присутствующую на переговорах. Света в его комнатке не было, и как его включить Арст не знал.

— А теперь, я хочу представить ещё одного участника переговоров, — продолжал Охош, — это представитель расы людей, которому согласно Священным Таблицам выпала честь быть «Посредником» в этом Мире, — свет в комнатке Арста зажегся и его увидели все присутствующие, — его имя, согласно вашим, данным Арст с планеты Землянуха. Для нас — это «Посредник».

Все взоры обратились на Арста. Он стоял в строгом костюме, гладко выбритый, подстриженный. Его пепельно-белые волосы сильно выделялись на тёмном фоне помещения.

— Этот человек, — продолжил Охош, — является первым и пока единственно выжившим при встрече с так называемой «чёрной аномалией», или мы её называем Вантабы. Прошу, — он сделал приглашающий жест рукой, — «Посредник» мы, раса Акхнов, даём вам право представлять наши интересы на этих переговорах. Я предлагаю первым сегодня заслушать «Посредника».

В зале, поднявшийся гул, утих. Неожиданный поворот событий, которого никто не ожидал, достиг своего эффекта.

Арст подошёл ближе к прозрачной перегородке и начал говорить.

— Я, ничего не помню, где родился, как жил… до прилёта на военную базу. Знаю только, что меня зовут Арст, но послушайте меня, я чувствую, что грядёт очень важное и страшное, что может привести к гибели всех цивилизаций Галактики. Идут Вантабы, чужие, другие, чёрные. Как их только не называют. Так получилось, что я побывал в их «объятиях», видел их так, как вижу вас. Мне удалось почувствовать их желания и стремления. С ними разговаривать, или найти общий язык невозможно, как невозможно найти общий язык со стадом носорогов. Они мыслят по-другому у них другие цели и… Они просто идут, с целью получения новых пространств. Новых ресурсов. Мы, как муравьи для них. Они нас просто не замечают, а если мешаем их планам, то просто уничтожают. За то время, что я провёл в их пространстве-времени, постарел на десять лет. У нас очень мало времени, когда у нас проходит час, они развиваются, совершенствуются годами. Никто, я повторю, никто ещё не вернулся из объятия Темноты. Но мне удалось это сделать. Вантабы пришли сюда, в эту Галактику, только с одной целью — стать здесь основной разумной жизнью. Мы с вами я, Акхны, Релиоды[30] им не нужны, если только в качестве трофеев.

В зале воцарилась тишина.

— Война, — после не большой паузы продолжил Арст, — которая началась и продолжается сейчас между Союзом и Акхнами ведёт только к самоуничтожению. Я, как «Посредник», прошу вас всех, прекратить войну и объединиться для борьбы против единого врага, который несёт нам всем абсолютное уничтожение, вымирание как вида.

— Позвольте вопрос, — встал со своего места Советник Борвус, — вы считаете, что «чёрные» это разумная жизнь? Вы пробовали вступать с ней в контакт?

— Это разумная жизнь, — начал свой ответ Арст, — у них есть космические корабли, которые мы с вами видим как сгустки чёрной субстанции, но договориться с ними не получится, у нас разные морально-этические ценности, константы мышления, и скорость восприятия объективной реальности значительно отличается от нашей. Вы бы стали разговаривать о космических кораблях с племенем «тумба-юмба», только что спустившегося с гор Перигвею[31]? — задал встречный вопрос Арст.

Со своего места встал Председатель Совета Самукш.

— Я, Председатель Совета Самукш, обращаюсь к представителям расы Акхнов, их Хранителю с вопросом: «Вы уполномочены вести переговоры о прекращении войны и заключению мира»?

Встал со своего места Охош.

— Я, представитель расы Акхнов, Хранитель Священных Таблиц отвечаю на ваш вопрос. Да, я уполномочен вести переговоры о прекращении войны и заключить мир между нашими Цивилизациями.

В зале повисла абсолютная тишина. Никто не ожидал, что переговоры, могут привести не только к продлению перемирия, но и к прекращению войны.

— В таком случае, прошу с вашей стороны согласовать состав рабочей группы, для уточнения сроков, условий и порядка подписания мирного соглашения, — сказал Самукш, — с нашей стороны в её состав будет входить трое наших представителей: Советник Никотауш, Советник Борвус и адмирал Супран.

— Список наших представителей мы передадим в течение одного стандартного часа, — ответил Охош, — моё предложение: провести подписание Мирного договора в течение двух-трёх суток на этом же месте. Состав и полномочия делегаций позволяет это сделать. Тем более, затягивание данного процесса может пагубно сказаться для наших рас.

— Хорошее предложение, — ответил Самукш, — предлагаю встретиться и обговорить данный вопрос при личной встрече. Приглашаю Вас и… «Посредника» на свой корабль.

— Извините Советник, но Хранитель не может покидать своё пространство, — тихо сказал, кто-то из помощников.

— Я принимаю ваше предложение, — неожиданно для всех сказал Охош, — мы с «Посредником» прибудем на ваш корабль через двенадцать стандартных часов. Мои помощники помогут вам с формальностями. Теперь, прошу рабочей группе приступить к согласованию нюансов. Список наших участников уже передан вашим представителям.

На этом официальная часть второго дня переговоров подошла к концу. Все незадействованные в рабочей группе стали расходиться.

За несколько часов до…

Советник Никотауш с помощниками уже был на астероиде в помещении, где проводятся переговоры. Помещение это разделено на две равные половины прозрачным стеклом. Имелись разные входы и необходимые подсобные помещения. Атмосферный состав в каждой из частей помещения поддерживался оптимальный для каждой из рас. Ещё в первую встречу, во время которой был произведён обмен «верительными грамотами», подтверждающими полномочия с каждой стороны, его помощники доложили, что в части помещения Акхнов имеется целое крыло, приспособленное для нахождения в нём представителя человеческой расы. Эта информация поставила в тупик, как разведку, так и всех аналитиков. Среди Акхнов не было представителей людей с необходимыми полномочиями для присутствия на переговорах. Должность представителя Акхнов в Совете Объединения была упразднена уже очень давно, с начала конфликта…

На стороне Акхнов и Союза все собрались. Можно начинать официальную часть, подал сигнал один из помощников.

Никотауш занял своё место рядом с Самукшем.

Началось официальное представление участников переговоров. Сначала пришлось ему представлять присутствующих. Каждый из представленных вставал и выполнял церемониальный поклон. Который был прописан при дипломатической миссии такого ранга.

За эти несколько десятков минут Никотауш вымотался очень сильно. Сказывалось эмоциональное напряжение и многочисленные церемониальные тонкости, на которых настаивали не только Акхны, но и люди. Очередь наступила за Акхнами. Никотауш сидел на своём месте и делал пометки. Вдруг, зажглось освещение в огороженном крыле части помещения Акхнов, и взору представителей Союза предстал среднего возраста мужчина, одетый в строгий костюм «тройка». Его Хранитель представил как «Посредника», но это был тот самый Арст, которого так и не нашли после боевой операции на одной из планет.

Никотауш немедленно связался с военными и потребовал «поднять» и проверить всю информацию по Арсту. В это время он — Арст, рассказывал такие вещи, что представители Совета, военные, да что там, и сам Никотауш слушал, не веря своим ушам. Арст говорил долго, медленно, как бы подбирая каждое слово и вкладывая в него как можно больше информации. После его предложения о прекращении войны повисла неожиданная пауза. Никто из присутствующих на переговорах представителей Совета не могли даже спрогнозировать возможность такого поворота событий. Самый первый от шока, как для себя отметил Никотауш, пришёл в себя председатель Совета Самукш. Он деловой хваткой организовал разговор в нужное русло, а Советник Борвус не понял в сказанном Арстом самой сути.

После непродолжительного совещания были назначены рабочие группы, которые по завершению официальной части переговоров приступили к согласованию формальностей. В эту группу вошёл и Никотауш.

Закипела работа, такая приятная работа. «Главное, — думал про себя Никотауш, — не упустить ничего важного, согласовать все возможные моменты и предвидеть последствия. Да, Супран в своей военной сфере не упустит ничего кардинального, но всё равно, надо текст Мирного договора неоднократно проверить и перепроверить, не только с помощью авто-переводчика, но и в „ручном“ режиме. Нельзя упустить какую-то мелочь, или допустить двоякое толкование». С этими мыслями он опять погрузился в работу.

Штабной сверхтяжёлый линкор «Звезда Союза».

К прибытию важных гостей всё подготовили. План мероприятий согласован, формальности соблюдены, апартаменты подготовлены. Все с нетерпением ждали первый официальный визит Хранителя.

Самукш находился в специально подготовленном рабочем помещении, в котором в комфортных условиях могли прибывать представители двух рас.

— Прошу вас, Хранитель, проходите, — приглашая войти внутрь, сказал один из помощников.

— Добро пожаловать на корабль Союза, — стоя, приветствовал вошедших Самукш, — Хранитель, «Посредник», прошу вас. Изолируемое помещение к вашим услугам Хранитель.

— Арст, ты можешь остаться в своей привычной обстановке, — сказал Охош, — мне помощники помогут снять скафандр.

Несколько минут подготовки, пока все уселись за столом. Хранитель Охош с помощниками находился под изолирующем куполом, который позволяет снять скафандр и чувствовать себя комфортно. Арст расположился за столом напротив Самукша.

— «Посредник», позвольте мне называть вас Арстом, — начал Самукш.

— Буду рад этому, — робко ответил Арст.

— Вы действительно вступали в контакт с этими «чёрными»? — задал вопрос Самукш.

— Да, Советник, я предложил для лучшего понимания терминов говорить о них как о Вантабах. Они действительно «чёрные», но не только внешнее проявление у них чёрное, но и суть мышления, — начал свой ответ Арст, — я там был очень непродолжительное время, нашему кораблю удалось вырваться из соприкосновения с пространством-временем Вантабов, Но для меня прошло почти десять лет. Меня спасло только то, что я впал в летаргический сон. В нормальном состоянии мой скафандр, исчерпав свои запасы, отключился бы, и я бы просто умер от удушья. Этих нескольких десятков секунд мне хватило, чтобы понять их, ощутить их цели. Я не исключаю, что «первое впечатление» обманчиво, но оно было настолько чётким и ясным, что пренебрегать этим я не советовал.

— Вы сказали, что не помните ничего до момента вербовки в военные, — спросил один из помощников Советника, — мы, не скрою, проверили всё о вас, и нам тоже ничего не удалось найти до этого момента. Все данные или потеряны или иным, каким образом утрачены.

— Наверно это так, я не могу ничего сказать по этому поводу, — ответил Арст.

— Хранитель, — обратился Самукш, — ваше предложение о достижении мира это величайшая и неожиданная для нас радость. Не скрою, у нас есть много вопросов, которые мы бы хотели рассмотреть на этой встрече.

— Советник, я готов в пределах своей компетенции ответить на все ваши вопросы, — ответил Охош, — предложение мира исходит от «Посредника» — Арста, он пришёл в этот Мир со своей миссией и пусть будет эта миссия Мира.

— В смысле, пришёл в этот Мир, — удивлённо спросил Советник, — он же родился на планете Союза, вырос там, получил образование и поступил на службу.

— Все мы приходим в этот Мир с какой-то Миссией, — многозначительно ответил Охош.

— Есть вопрос, который не даёт нам покоя, — это оружие, которое вы применяли всего несколько раз, но эффект от него для нас был неожиданным, — начал задавать вопрос один из помощников Самукша.

— Я понимаю, о чём вы говорите. Это не оружие, — перебил его Охош, — это поисковый импульс. Он нам тоже доставляет много проблем, из-за этого мы нечасто его использовали. Исходные данные и характеристики этого импульса мы подготовили, и передадим вам, после подписания мирного договора.

— Самый важный вопрос, что будем делать с экспериментом? — задал очередной вопрос Самукш, — вы настаивали на его прекращении и уничтожении всех, в том числе исходных материалов.

— Наше мнение не изменилось. Мы, раса Акхнов, считаем, что эксперимент с созданием иного типа мышления в данном виде, в котором он проходит, недопустим. Но угроза, исходящая от Вантабов сейчас реальна и очевидна. Они и есть иной тип мышления, с отличными от нас морально-этическими, социальными, политическими началами…, - ответил Охош, и через небольшую паузу добавил, — об этом указывают Священные Таблицы.

— Хорошо, давайте опустим этот вопрос, — сказал Самукш, — есть предложение выступить перед всеми членами Совета и Нацией Союза. Необходимо разъяснить опасность, исходящую от Вантабов, — продолжил Самукш.

— Ваше предложение принято, — ответил Хранитель, — наши интересы перед Советом и Нацией будет представлять Арст. Совсем недавно, была должность представителя Акхнов при Совете Объединения, мы заинтересованы и предлагаем, чтобы им был «Посредник».

Арст не удивился этому предложению, предварительно они уже обсуждали с Хранителем, что ему необходимо отправиться в Союз и донести для всех угрозу, исходящую от вторжения. Если для этого требуется стать представителем в Совете, то так тому и быть.

— Арст, вы согласны занять место представителя Акхнов в Совете объединения? — спросил Самукш.

— Если это необходимо, для того чтобы все поняли угрозу от Вантабов, то да, я согласен, — ответил Арст.

В помещение принесли питье и закуски, Арст уже давно не принимал нормальную пищу, только пищевые концентраты и синтезированные аппаратом продукты и был рад тому, что представилась возможность покушать натуральными продуктами. Хранитель, со своими помощниками также сервировали стол для приёма пищи. Продукты они принесли с собой. Этот официальный обед был согласован и входил в протокольную часть мероприятия.

— Арст-Советник, позвольте мне так теперь вас называть, — улыбнувшись, сказал Самукш, — если, вы не против, то можете остаться на корабле. Мы вам подготовим каюту, где можете спокойно работать, а также обеспечим связь с Хранителем.

— Достойное предложение, — за Арста ответил Хранитель Охош, — представителю Акхнов необходимо находиться в Союзе, знать и понимать все чаяния и нужды общества. Также, благодарю за организацию связи, мы, со своей стороны, приложим все усилия, чтобы наш представитель в полной мере был занят работой и представлять наши интересы в полном объёме.

Дальше разговор плавно перетёк в неформальную беседу, в ходе которой хоть и возникали существенные вопросы, касающиеся возобновления торговли, курса «валют», обмена технологиями и возобновления сотрудничества в научной сфере, но он уже протекал в спокойной форме без пафоса и официоза.

После завершения встречи, Арст и Хранитель вернулись на свой корабль. Рабочая группа по составлению Мирного договора подготовила его вариант, и следовало внимательно изучить предложенное.

На следующий день, в торжественной обстановке сторонами был заключён Мирный договор, согласно которому война между Акхнами и Союзом прекращалась. Производился обмен пленными «все на всех», установлены, зафиксированы границы ответственности и разграничены полномочия. Остальные вопросы было обговорено решать «в рабочем порядке».

Арсту, как назначенному представителю Акхнов в Совете Объединения выделена каюта, образован штат помощников и сопровождающих. В него вошли как представители расы людей, так и Акхны, которых Хранитель лично представил Арсту. Это были лучшие аналитики из числа их расы, они были призваны помогать анализировать и принимать максимально обоснованное решение по любому вопросу, который мог возникнуть в ходе работы в Совете.

Все формальности были улажены. Арст, попрощавшись с Хранителем, направился на корабль «Звезда Союза». Предоставленная каюта была очень удобная. Его помощники, из числа Акхнов, получили свои специально подготовленные каюты рядом с ним. Арст был рад, что возвращается домой, что встретится со своими друзьями, Самалом и Рамалом. Он сразу попросил включить их в число сопровождающих в качестве личной охраны.

Теперь он сидел в кабинете и размышлял. Как всё-таки повернулась судьба. Удалось прекратить вражду между Акхнами и Союзом, но предстояла новая борьба и эта борьба за выживание, не на жизнь, а на смерть.

— Разрешите войти, — послышалось за дверью.

— Входите, кто там, — ответил Арст.

— Это я, Никотауш, — войдя внутрь, ответил Советник, — разрешите приветствовать вас на борту корабля, если хотите, я могу организовать небольшую экскурсию и показать корабль.

— Не откажусь, — с радостью ответил Арст, находиться в четырёх стенах каюты весь перелёт ему не хотелось. Было желание посмотреть, познакомиться с чем-то новым. Тем более на кораблях такого класса ему ещё не доводилось бывать.

— Тогда пойдёмте, Советник. Начнём с нашей палубы, здесь располагаются жилые каюты пассажиров корабля, чуть дальше каюта Самукша, рядом моя и Борвуса. Мы здесь занимаем временные каюты. Только каюта Председателя Совета здесь постоянная. Ещё здесь располагаются каюты помощников. Ниже, на палубе каюты обслуживающего персонала, но я думаю вам это не интересно, пойдёмте, пройдём, я познакомлю вас с капитаном.

И они вместе пошли на капитанский мостик. Где их встретил капитал корабля Промин, он оказался солидным мужчиной, возраст определять Арст не решился, но видно, что не молодой юнец. Рассказав и объяснив особенности корабля класса «линкор» от остальных кораблей капитан Промин предложил пройти в комнаты релаксации и восстановления, где были восстановлены естественные ландшафты некоторых планет Союза.

Проходя через сменяющиеся ландшафты, сквозь лес, пустыню, берег океана, они вместе с Никотаушем, встретили сидящего на «берегу реки» Самукша, который мирно смотрел на водную гладь.

— Присаживайтесь, Советник, — сказал Самукш, приглашая Арста присесть.

— Спасибо, Советник, — Арст уселся рядом, а Никотауш, сославшись на какие-то срочные дела, покинул их.

— Вот и хорошо, поговорим спокойно, без суеты, — тяжело вздохнул Самукш.

— Что с вами Советник, вы плохо выглядите, вам надо в медотсек, — глядя на Самукша, сказал Арст.

— Знаешь, Арст, — начал говорить Самукш, — я поставил для себя цель и установил цену её достижения. Цель достигнута, мир заключён на обоюдно хороших условиях. Эта война прекратилась. Теперь мне пора на покой. Я устал и понимаю, что надо давать дорогу молодым. После твоего выступления в Совете я поставлю вопрос о снятии с себя полномочий действующего Советника и позволения уйти на покой.

Арст смотрел на него удивлённо и не знал, что сказать.

— Нет, Арст, — улыбаясь, продолжил Самукш, — предлагать тебе стать Председателем Совета я не буду. Я предложу Совету избрать Председателем Никотауша. Тебе ещё рано брать на себя такую ношу, но задатки управленца у тебя есть…. Мы подняли всю возможную информацию о тебе и то, что удалось разыскать, внушает уважение. За такой короткий срок произвести только положительные впечатления на всех окружающих это дорогого стоит.

Они долго разговаривали «ни о чём»: о погоде на планетах, об экономике, о Вантабах, о друзьях Арста, о его жизни на планете Акхнов. Советник Самукш очень удивился, когда узнал, что Арст видел оригинальные Священные Таблицы в самом хранилище. Это на него произвело очень сильное впечатление. Никто из людей, даже в самые хорошие времена между Союзом и Акхнами, не видел оригиналы Таблиц, показывали только их копии.

Военно-тренировочная база «Гессор».

Вызов к командиру подразделения Самала и Рамала застал во время празднования окончания войны. Весть о подписании Мирного договора долетела до всех уголков Галактики быстрее скорости света. Это была не только радость о прекращении противостояния двух великих рас, но и радость о том, что теперь можно войти в мирную жизнь, сосредоточиться на науке, образовании, и многие рядовые военные надеялись, если быть откровенным, о сокращении вооружённых сил.

— Разрешите войти полковник, — сказал Рамал.

— Входите. Вы оба вместе пришли, это хорошо, — ответил полковник, — генерал Маронт, позвольте представить Самал и Рамал, именно на них поступил запрос из Совета.

Самал и Рамал вытянулись в «струнку». Не каждый раз приходится предстать перед очами самого начальника базы генерала Маронта. Тем более, так неожиданно, когда твои принципы соответствуют пословице «подальше от начальства — поближе к пищевому синтезатору» и тем более, когда, казалось бы, война закончилась и следует ждать переформирования частей.

— Солдаты, вы показали высокие результаты в подготовке, — начал говорить генерал Маронт, — и для вас выпала высокая честь и большая удача быть в охранении представителя Совета. На вас пришёл запрос, согласно которому, вам, предписано прибыть на планету Кросул и поступить под начало Советника. Есть вопросы?

Самал с Рамалом стояли, не зная, что ответить, у них были другие планы, деньги они немного, но всё же накопили, а если подсуетиться, то можно расторгнуть контракт найма, а если повезёт, то попасть под «сокращение» или переформирование, которое они только что обсуждали вместе со своими сослуживцами, сидя в каюте. А тут такое. И отказаться нельзя, мягко сказать — не поймут, а можно ещё за неповиновение приказу оказаться разжалованным.

— Генерал, — начал говорить Самал, — у меня семья, как мне быть?

— Все уже согласовано, — не задумываясь, ответил Маронт, — вы вместе со своей женой поступаете в распоряжение Совета, ей как медику, там тоже найдётся занятие. Ещё вопросы есть?

— Никак нет, — не совсем бодро ответили братья.

— Вот и хорошо. Корабль до Кросула прибудет через три дня. У вас есть время проститься с друзьями, передать дела, подотчётные ценности и собраться в путь.

— Генерал, — робко спросил Рамал, — в чьё конкретно распоряжение мы попадаем? Кто из Советников прислал запрос?

— Запрос подан от имени Председателя Совета Самукша, — ответил генерал, — больше в нем ничего не сказано. Не исключено, что вы будете прикомандированы к нему, или кому другому. Это точно никто пока не знает. Вам будет доведено на месте. Если вопросов больше нет, то можете быть свободными.

Больше вопросов у братьев не возникло. Они покинули помещение, пошли делиться «радостной» вестью с сослуживцами, а Самал побежал к своей жене в медицинский блок, тоже «обрадовать» её.

— Вот и доросла наша база до подготовки бойцов высокого уровня, — с радостью в голосе сказал генерал.

— Да, генерал. За все время существования нашей базы, это первый случай перехода бойцов в элитную службу сопровождения и охраны Совета, — поддержал радость генерала полковник.

— Будем так держать, начало положено, — уже выходя из помещения, сказал генерал и удалился в свой рабочий кабинет.

Планета Кросул. Здание Совета Объединения.

Перелёт на планету Кросул — столицу Объединения, для Арста оказался насыщенным. Все своё время он проводил вместе с Самукшем, или с Никотаушем, общался со своими помощниками Акхнами, которые давали ему советы и анализировали ситуацию. По их информации и информации, от членов Совета Арст узнал, что в Объединении сложилась трудная экономическая ситуация. Экономическая мощь Объединения была подорвана войной. Акхны знали об этом и не стремились добить противника. Тем более, Хранитель говорил, что выжить они смогут только вместе. Всё это тот понял из Священных Таблиц.

Посадки на центральную планету Объединения как таковой не было. Такой большой корабль, как «Звезда Союза», не мог совершить посадку без существенных повреждений, тем более, потом, подняться опять в космос. Спускались с помощью «транспортных лифтов», способных переносить орбитальный груз и пассажиров на поверхность планеты.

Здание Совета выглядело массивным, напоминало шарообразную конструкцию, половина которой погружена в поверхность планеты, а вторая полусфера возвышается над ней и образует «целый город» под одной крышей.

Арсту, вместе с его помощниками выделили несколько помещений для проживания, работы, отдыха и досуга. Все требования жизнедеятельности его помощников были учтены. Предусмотрена возможность не только общаться при помощи средств связи, но и комнаты с раздельными требованиями к атмосфере. Всё это, как потом узнал Арст, было подготовлено и использовалось ещё в те давние времена, когда Акхны состояли в Объединении. У Арста, полномочий на ведение переговоров о повторном вступлении в Союз не было, и разговоры об этом не велись, даже в приватных беседах с представителями Совета. Тем более, помощники-аналитики пришли к единому мнению, что Союз-Объединение, в том виде, которое он сейчас имеет, не жизнеспособен и скоро произойдут перемены. О каких переменах шла речь Арст так и не понял, а помощники не стали уточнять поставленный им вопрос, довольствовавшись расплывчатыми фразами.

За эти несколько дней, проведённых на планете, Арст успел познакомиться со всеми членами Совета. Но самое главное событие было намечено через неделю — это расширенное совещание Совета, где предстояло выступать Арсту.

Подготовка к заседанию занимала большую часть времени. У Арста не оставалось даже время на прогулки или просто ознакомиться с достопримечательностями планеты, тем более группа сопровождения ещё не была сформирована…

Братья прибыли на планету в плохом настроении. Всё из-за того, что они так и не смогли узнать к кому их «прикрепят». Все возможные варианты перебрали во время полёта и пришли к выводу, что их назначат в группу сопровождения к новому представителю Совета от Акхнов. Общаться с «чешуйчатыми» им очень не хотелось. Были ещё сильны воспоминания войны: потери сослуживцев, неудачные операции.

— Что брат, пошли докладывать о прибытии, — сказал Самал, — нечего тянуть Акхна за хвост, всё равно этого не избежать.

— Да, брат, пошли, — ответил Рамал, — ты жену свою устроил?

— Пристроил в отдел медицинского сопровождения, нас лечить будет, если что, — ответил Самал, и они вошли в кабинет начальника подразделения охраны и сопровождения.

— Полковник, сержанты Рамал и Самал, согласно указанию прибыли в ваше распоряжение, — доложил Самал.

— Проходите, — ответил находящийся в кабинете полковник Смиров, — в вашем личном деле сказано, что прошли подготовку по системе «пламя», только почему я не вижу соответствующей нашивки на вашей форме?

— Полковник, в целях конспирации нам начальник службы безопасности базы запрещал использовать нашивку в повседневной форме одежды.

— Понятно, — хмуро ответил полковник, — рекомендации у вас хорошие, тем более, вызвать вас в наше подразделение распорядился лично Председатель Совета. Не знаю, чем вы ему угодили, но спуска вам тут не дам. Сегодня располагаетесь, представлю вас вашему объекту, а завтра начнём тренировки. Сами понимаете, боевые действия в войсках и «сопровождение и охрана» имеют свои специфические особенности.

— Полковник, к кому нас прикрепят? — робко спросил Рамал.

— К Посреднику, представитель Акхнов при Совете, уже наверно знаете, что теперь у Акхнов есть представитель.

— Понятно, полковник, — уже недовольно ответил Самал.

— Так, прекратить тут мне упаднические настроения. Через час быть в тренировочном зале. Координаты я вам скинул на коммуникатор. Свободны.

Через час Рамал и Самал стояли в тренировочном зале. Полковник прохаживался рядом с ними и доводил до их сведения основные положения и порядок службы, когда в зал вошли трое. Двое явно Акхны, так как специфические контуры скафандров малой защиты изменить затруднительно. А вот третий, шёл впереди них, выглядел скорее человеком, чем Акхном. На нём была одежда Акхнов: балахон-плащ, скрывающий всё тело и голову, но без скафандра.

— Смирно, — скомандовал полковник.

— Посредник, полковник Смиров по случаю прибытия в расположение, представляет бойцов — сержантов Самала и Рамала, которые входят в вашу группу сопровождения и охраны, — отрапортовал Смиров.

— Вольно, — ответил неизвестный в балахоне, — если вы не против, полковник, я хотел провести тренировочный бой между моими телохранителями и вашими подопечными. Предлагаю три боя. Один на один по кругу и групповой два на два.

Схватка проходила в щадящем режиме, но без ссадин и вывихов не обошлось. Самал и Рамал показали себя достойно. Рамалом выигран свой бой, и групповая схватка по обоюдному согласию сведена «в ничью». Полковник был доволен. Тем более, что противостоять в рукопашной схватке с Акхнами дело трудное, они быстрее и из-за особенности их строения тела могут выполнять немыслимые передвижения, удары и броски.

— Молодцы, — поднялся со своего места следивший за боями Посредник, я в вас не ошибся. И очень рад видеть снова, — он снял с головы прикрывающий его балахон и подошёл к братьям.

— Арст? — удивлению Самала не было предела. На братьев смотрел их друг — Арст с планеты Землянуха, который некоторое время назад пропал на одной из планет Союза. Время беспощадно, особенно если побывать во временной аномалии у Вантабов, — ты сильно изменился, постарел, что — ли. Даже голос не узнать, — и они обнялись.

— Я не пропал, — стал оправдываться Арст. Он был рад своей встрече с друзьями. Тем более, они за это время возмужали, окрепли, стали настоящими бойцами. Теперь им предстояло служить опять вместе. Хоть и в разных качествах.

Через день Арст всё-таки уговорил организовать ему ознакомительную поездку по окрестностям. Его сопровождали два брата и два Акхна. Сев в атмосферный флайер они стали делать облёт территории. Как оказалась, большая часть планеты покрыта водой. Города расположены не на побережье поверхности планеты, а на гигантских платформах, дрейфующих по поверхности океана. Увиденное Арсту, да и братьям очень понравилось. Красота неописуемая. Они все трое никогда не были на центральной планете системы, даже не предполагали, что такое возможно осуществить.

На платформах, дрейфующих в океане, располагалось всё, включая жилые помещения, административные здания, производственные и иные учреждения, даже были лесополосы, парки и скверы с живыми насаждениями. Людей они не видели, всё выполняли автоматически машины. Контроль осуществлялся из какого-то кристалла.

— Послушай Арст, — начал говорить Самал, — это ты нас сюда вызвал?

— Да, я. Мне, как Советнику, положена группа сопровождения и охранения, мои Акхны не всегда могут выполнять свои обязанности в полном объёме. Сам понимаешь, что постоянное нахождение в скафандре не доставляет большого удовольствия. Лучше расскажите, что у вас нового, вижу, оба хорошо выглядите.

— Самал, у нас ещё и жениться успел, — сказал Рамал.

— Это как? — удивлённо спросил Арст, — вы же с базы никуда не отлучались, а там кроме военных никого считай, и нет.

— Вот так, умудрился познакомиться и сойтись с внучкой известного учёного. И поженились они совсем недавно, — ответил Рамал, — Самал, что ты молчишь, давай сам рассказывай, что я за тебя всё говорю.

— Что рассказывать, да, поженились мы с Амалой. Она кстати тоже здесь теперь работает, в медицинском отделе. А так…, подали запрос на рождение ребёнка. Сейчас, пока все формальности и тесты пройдут, тогда и что-то можно говорить, — улыбаясь, сказал Самал.

— Ого, а мне значит, такого ещё не рассказывал, — в шутку обиделся Рамал.

— Зачем торопиться. Всё правильно. Молодец Самал, — сказал Арст, — ты то когда женишься? — спросил Арст, обращаясь к Рамалу.

— Наверно, не скоро. Вот, закончится срок контракта, тогда и подумаю, а сейчас рано, — на полном серьёзе ответил Рамал.

— Посредник, — обратился к Арсту один из Акхнов, — пора возвращаться, поступил запрос на связь от Хранителя, нам необходимо вернуться назад.

— Хорошо, возвращаемся. Мне тоже необходимо с ним обсудить некоторые вопросы предстоящего Совета, — ответил Арст.

Планета Кросул. Расширенное заседание Совета объединения.

К назначенному времени стали прибывать все представители Совета, приглашённые лица и их сопровождающие. В здании царил управляемый хаос. Много прибывших, вносили свой вклад в суматоху и были неотъемлемой частью делового «беспорядка», который быстро был приведён к единой системе протокола.

Арст находился в своей комнате, работал с документами. После разговора с Хранителем, у него и его помощников много работы. Хранитель, в очередной раз, сверившись со Священными Таблицами, предложил несколько вариантов развития событий, которые аналитики Арста сейчас проверяли и перепроверяли. Ему оставалось принять наиболее подходящий вариант развития событий, и следовать намеченному плану.

За несколько часов до начала большого Совета к Арсту «постучали» в дверь.

— Посредник Арст, — раздался голос Никотауша, — позвольте войти. Нам надо обсудить некоторые детали вашего выступления на Совете.

— Проходите Советник, — не задумываясь, ответил Арст.

— Я, как и вы, знаете, что одним из вопросов предстоящего Совета является добровольное снятие своих полномочий Председателя Совета Самукша, — начал говорить Никотауш, — я бы просил вас поговорить с Председателем, с просьбой не делать этого. Наступают трудные времена. Нам необходим лидер, который поведёт нас через эти трудности и невзгоды….

— Советник Никотауш, — перебив Советника, начал говорить Арст, — я просил своих помощников и Хранителя по возможности просчитать варианты развития событий без смены Председателя. К счастью, или к сожалению, независимо друг от друга получен только один результат. И этот ответ вы тоже знаете. Председатель Совета Самукш принял заранее практически единственно верное решение, объявив о своей отставке. Как сказал мне Хранитель, цикл заканчивается — начинается новая эра, с новыми главными лицами на арене жизни.

— Вы правы Советник Арст, — сказал Никотауш, — начинается новая эра, но Самукш, наш Председатель, так много сделал для Союза. Это не разумно не использовать его знания и опыт, отправив его в отставку. Тем более, он должен будет покинуть не только эту планету, но и звёздную систему, отправиться на социальную планету, что затруднит использование его опыта.

— Мне Самукш говорил об этом, — сказал Арст, — но не забывайте, что это добровольное решение Председателя, тем более он, как я понял, очень устал. Не знаю как у него со здоровьем, но по нему видно, что работа в Совете его уже тяготит. Я не имею морального права навязывать иное решение Председателю.

— Наверно, вы правы Советник, — задумчиво ответил Никотауш и удалился.

Большой зал заседаний Совета был полон. За круглым столом сидели практически все Советники. Приглашённые в качестве помощников лица располагались чуть поодаль за отдельными столами.

Арст занял своё место согласно рангу представителя расы Акхнов. Рядом с ним, чуть сзади, были его помощники, одетые в скафандры лёгкой защиты.

— Прошу внимания, Советники, — начал говорить Председатель, — сегодня у нас внеочередное расширенное заседание Совета. Также, разрешите официально представить в качестве представителя расы Акхнов Советника Посредника Арста. Его выступление будет у нас первым на повестке дня. Прошу вас, Советник, начинайте.

— Уважаемые Советники, — начал свою речь Арст, — я являюсь представителем Акхнов в Совете Объединения. Несколько недель назад между расой Акхнов и Союзом планет подписано мирное соглашение о прекращении боевых действий. Но, к большому сожалению, это не означает начала мирной жизни. В нашу Галактику грядёт большее зло, которое получило название Вантабы. Мне, можно сказать «посчастливилось» побывать в их среде. Как вы знаете, мне биологических тридцать семь лет, но выгляжу на все пятьдесят, и современная медицина не может ничего сделать с этим. Я был в «чёрной аномалии» всего несколько секунд, но для меня прошли десятилетия. Мне повезло вернуться оттуда живым, чтобы донести всю опасность и реальность угрозы, исходящую от Вантабов. Они идут в нашу Галактику как саранча, уничтожая всё на своём пути. Для них мы всего лишь муравьи на пути их следования. Куда они направляются и с какой целью, я не знаю. Только могу сказать, что их базисные постулаты мышления, социально-этические нормы отличны от нас. За то короткое время, что был там, я видел гуманоидного типа существо, которое управляло космическим кораблём на примитивном уровне, с помощью постоянного вмешательства в системы управления. Но за то время, что прошло у нас — несколько недель, у них прошли столетия, и они развиваются, и совершенствуются. Вам, перед началом Совета, переданы материалы и фактические данные по Вантабам. Всё больше число раз за это время фиксируется прорывы их пространства-времени в наш Мир. Скорость происходящих процессов постепенно выравнивается. Всё больше у нас и у вас в Союзе рождается детей с ускоренным восприятием окружающей обстановки. Константы меняются. Как говорят учёные умы пока это не критично. Но если тенденция продолжится в геометрической прогрессии, то уже через десять-пятнадцать лет мы, люди, Акхны исчезнем или изменимся до неузнаваемости. Расой Акхнов предприняты меры по поиску подходящих пространств за пределами нашей Галактики. Результаты также переданы каждому члену Совета. Моё предложение, как представителя расы Акхнов в Совете Объединения, просить Совет о подготовке обширной эвакуации и начале освоения близлежащих Галактик.

— Позвольте спросить, Советник, — со своего места начал говорить Советник Патин, — из представленных вами материалов не видно, что нами: членами Союза или Акхнами была хоть одна попытка установления контакта с… так называемыми Вантабами. Делать поспешные выводы об их агрессивности, считаю преждевременно. Я, предварительно озвучивал своё предложение, но повторюсь: необходимо организовать контакт представителей Союза, Акхнов и иных заинтересованных обитателей Галактики с Вантабами. Строить планы об эвакуации за пределы Галактики, считаю, пока преждевременно.

— Предлагаю выслушать фактическое положение дел от начальника генерального штаба Супрана, — внёс своё предложение Председатель Совета.

— Уважаемый Совет, — поднялся со своего места Супран, — фактическое положение дел по состоянию на «вчера», выглядит следующим образом: в секторах нашей ответственности активность Вантабов наблюдается в секторе М74, где первоначально планировалось строительство нашей орбитальной базы. В настоящее время, зона аномалии расширилась значительно. Она приближается к поглощению расположенной в этом секторе звёздной системы с шестью планетами. Нашими учёными, при активном участии Советника Борвуса, проведена большая научная работа. Часть фактов, изложенных в материалах Советника Арста, подтверждается. В частности, происходит выравнивание констант. Вантабы уже имеют как физическое проявление в нашей Галактике, так и информационное.

— То есть вы хотите сказать, что есть шанс и техническая возможность установить контакт с Вантабами? — перебил выступающего Советник Патин.

— Да, такая возможность «на теоритическом уровне» уже существует, — ответил за Супрана Советник Борвус, — пока не ясны некоторые детали самого процесса вступления «в контакт», будет он на уровне радиосвязи, визуальный или какой иной, но возможность его проведения уже научно обоснована.

— Спасибо Советник, — сказал Председатель, — ещё вопросы к выступающим есть? — после не продолжительной паузы, добавил, — на повестке два предложения: первое — готовиться к эвакуации из нашей Галактики и второе — предпринять попытку вступить в контакт с Вантабами. Прошу голосовать.

Засветился отсчёт зуммера времени голосования. Все имеющие право голоса стали выбирать из предложенных вариантов тот, который считали верным. Арст, посовещавшись с помощниками, тоже проголосовал за первый вариант.

— Итак, — начал подводить итог Председатель Совета, — по первому вопросу повестки дня Советом Объединения абсолютным большинством голосов принято решение об организации контакта с Вантабами. Для этого: создать рабочую группу, в которую включить членов Совета: Патина, Борвуса и Арста, как представителя расы Акхнов, для разработки соответствующих мероприятий, — после небольшой паузы продолжил Самукш, — следующий вопрос повестки дня добровольное сложение полномочий Председателя Совета…

Повисла пауза. Эта новость не была неожиданной, но большинство членов Совета предполагали, что всё-таки Самукша удастся уговорить остаться на своём посту.

— Советники, — после паузы стал говорить Самукш, — моё решение обдумано и прошу принять прошение об отставке. На место Председателя Совета, я предлагаю Советника Никотауша. Он добропорядочный гражданин. Опытный управленец и его характер и знания позволят управлять Союзом в моё отсутствие.

— Но, Председатель, — с места начал говорить кто-то из Советников, — вы нас оставляете в такой трудный период, когда Союзу требуется мудрость и принятие взвешенных решений…

— Советник, — вежливо перебил выступающего Самукш, — прошу вас…, наступает новое время, которое требует принятия новых, неординарных решений и мои знания и опыт, в данном случае, будут только мешать исполнять свои обязанности… Если больше вопросов нет, то прошу голосовать: принять мою отставку и на время до проведения церемонии избрания нового Председателя Совета назначить исполняющим обязанности Председателя Советника Никотауша.

Голосование проходило долго. Хотя вся система и процедура была отработана за несколько десятков лет, но была видна растерянность и нерешительность отдельных членов Совета.

— Голосование завершено, прошу огласить решение Совета, — сказал Самукш.

— Семьдесят восемь процентов голосов подано против отставки Председателя Совета Самукша, — начал доклад секретарь Совета, — соответственно, Совет не принял отставку Председателя.

В зале прошёл лёгкий гул. Растерянности не было, но и радости на лицах Советников тоже не наблюдалась. Председатель Самукш устало присел на своё место. Он, выступающих больше не слушал, надеялся уйти на покой, но его не отпускали. Не отпускали дела, не отпускали люди, которые ему доверяли и приходится смириться с этим. По крайней мере, ещё на один стандартный год.

Научная база в секторе М74.

Началась подготовка к контакту с Вантабами. Собрана вся имеющаяся информация, из всех возможных источников. Было решено, что самое лучшее место для проведения контакта это сектор М74, где предполагалось строить базу подскока.

— Советник Арст я, как Советник, отвечающий за науку, отрицательно отношусь к вашей идее принять личное участие в эксперименте по контакту с Вантабами, — срываясь на крик, говорил Борвус. Координационные действия рабочей группы по организации контакта начались сразу после её утверждения и проходили в эмоциональной обстановке, — я понимаю, что вы уже имели опыт взаимодействия с ними, но этого мало! Необходимо разработать систему единообразных условных сигналов, определить параметры понимания и единую стандартную для нас и них структуру общения, — продолжал говорить Борвус.

— Советник Борвус, — начал говорить Арст, — я всё понимаю, но время для нас течёт неодинаково. Для них, уже прошло несколько столетий, если не тысячелетий. Их технический или ещё какой можно только предполагать прогресс, продвинулся далеко от того, что «видел» я. Нам надо торопиться.

— С этим я с вами согласен. Мы завтра вылетаем в сектор М74. Там наши учёные как раз разрабатывают методологию вступления в контакт с иной Цивилизацией, отличной от известных нам. По имеющимся данным им удалось продвинуться далеко. Кстати, я вам переслал последние полученные данные. Вы заметили, что «чёрная аномалия» становится осязаемой в нашей Галактике. Они материализуются.

— Да, я смотрел данные. Ещё в них было сказано, что четыре звёздные системы нами потеряны, они исчезли из нашего пространства.

— Пока точных данных по этому вопросу нет, — недовольно ответил Борвус, — всё пока уточняется. Но зона активности Вантабов, растёт. Это отмечают как наши учёные, так и учёные Акхнов. Вы мне вчера передали «пакет» информации, я в нём нашёл много интересного и заслуживающего внимания, — сменив тон на «довольный», закончил говорить Борвус.

— Так и решим Советники, — подвёл итог Советник Патин, — завтра, вы отбываете на место контакта, я к вам присоединюсь через неделю… дела, понимаете ли…. Время начала контакта согласуем на месте.

Корабля, отвечающего двойным требованиям: расы Акхнов и людей у Арста ещё не было, и его перелёт проходил на борту корабля Советника Борвуса. Его помощники остались на планете Кросул и поддерживали с ним связь по каналу сверхдальней связи. Арст с собой взял только Рамала и Самала, а так же его жену. Когда она узнала, что муж отправляется в сектор, где сейчас занимается наукой её дедушка, то она настояла на включении её в группу медицинского сопровождения.

Перелёт выдался тяжёлым. Постоянно поступала информация, что Вантабы проявляют активность и их «корабли» всё чаще встречают в нашем пространстве.

Связь с Хранителем, Арст поддерживал постоянно. Хранитель Охош, на удивление Арста, также высказался категорически против его прямого участия в прямом контакте с Вантабами. Что-либо объяснять Охош не стал, но настоял, чтобы Арст не входил в прямой контакт с Вантабами…

Научная база в секторе М74 встретила представителей Совета оживлённой работой. Все уже знали, что получено разрешение на установление прямого контакта с Вантабами. Раньше тоже предпринимались попытки выйти с ними на связь, но это были единичные случаи и не приведшие ни к чему, то есть абсолютно. Вантабы просто не отвечали на запросы, игнорировали радиочастотные сигналы и прочие попытки вступить с ними в контакт.

— Проходите Советники, — сказал академик Краснов, приглашая к себе в кабинет «высоких гостей» — позвольте представиться, я академик Краснов. В настоящее время заведую разработкой плана по вступлению в контакт с Вантабами. Соглашусь, что ваше название «чёрной аномалии» прижилось и в научной среде. Теперь, позвольте мне рассказать, какой план у нас разработан. Корабль с минимальным экипажем на борту максимально приблизится к границе Вантабов, она на проекторе выделена для удобства жёлтым. Будут предприняты визуальные, световые, радиочастотные способы передачи данных. Кроме того, второй корабль, но же без экипажа, у нас будет использован как экран, на который мы планируем проецировать визуальный ряд…

— Простите академик, — перебил его Арст, — что конкретно будет демонстрироваться и передаваться?

— Это интересный вопрос. Существует единственный известный всем разумным существам язык, который может стать основой для общения — это математика! В нашем послании на математическом языке будут зашифрованы вопросы такие как: кто вы, откуда, какова ваша цель. А также небольшой рассказ о себе, о нашей Галактике, о расах, заселяющих Галактику, о том, что мы миролюбивая Цивилизация… Точный перечень возможной переданной информации будет передан для согласования с Советом. Много о себе рассказывать нельзя, но и явно скрывать очевидное это противоречит сути попытки контакта.

— Совет получил список возможной для первого контакта информации. Официальный ответ вам уже направлен по каналам связи, — ответил Борвус, — какие за последнее время изменения произошли в поведении Вантабов?

— Изменения произошли большие, — бурно отреагировал на вопрос академик, — они стали проявляться в нашем пространстве в материальном плане. Они стали видны, их…, - от переизбытка эмоций Краснов чуть запнулся, — мы называем эти гигантские сооружения «кораблями», хотя не знаем, что это именно такое, они стали сначала на доли секунд, а сейчас уже на несколько часов быть материальными. Они… они начали вести себя как обычные материальные объекты, известные в нашей Галактике. Они меняют свою структуру. Хотя, это пока длится непродолжительное время, но я уверен, что длительность стабильного состояния скоро выровняется, и они не будут вступать в конфликт с константами нашего Мироздания, — пафосно закончил свою речь Краснов.

— То есть, вы хотите сказать, что они скоро начнут взаимодействовать с нашим пространством и нами?

— Да, да, именно так, — возбуждённо продолжил академик, — именно для этого, нам и необходимо войти с ними в контакт, узнать с какой целью они пришли, кто они, откуда и много ещё вопросов можно задать пришедшим из другого Мира.

— Когда возможно осуществление плана по контакту? — спросил Арст.

— Через два-три стандартных дня мы можем быть готовы, — ответил академик.

— Хорошо, не будем вам мешать. Держите нас в курсе событий. Если будут какие-то проблемы или осложнения сообщайте нам. Мы с Советником Арстом предпримем все меры для проведения эксперимента.

— Благодарю Вас, Советники, — склонив голову в поклоне, сказал академик, — я также благодарен Акхнам, за предоставленные материалы и информацию, которая нам очень помогла.

— Дедушка! — радостно сказала Амала, войдя внутрь каюты.

— Внучка, здравствуй, я не думал, что увижу тебя ещё когда-либо, — обрадовался академик, как ты, моя дорогая, как твой муж? Как ты сюда добралась? Гражданских кораблей к нам не стыковалось уже давно.

— Я с Самалом в группе сопровождения Советника Арста, — сказала Амала, — прилетела вместе с ним. У меня только сейчас выдалась свободное время для того чтобы встретиться с тобой.

— Советник, Арст, встречался я с ним вчера, — начал говорить Краснов, — это тот военный, который потерялся и его считали погибшим, но ИМЖП так и не сработало?

— Да, это он. Говорят, он был в Священном Хранилище Акхнов и видел Священные Таблицы.

— Удивительно. Не знал, что Акхны показывают их кому-либо, кроме избранных своей расы.

— Да, он выступил Посредником в окончании войны и его назначили Представителем Акхнов в Совете Объединения, — сказала Амала.

— Это я знаю. Ты мне расскажи, что у вас, как ты?

— Мы с Самалом подали документы на получение разрешения родить детей. Все предварительные тесты прошли. Сейчас ждём положительного заключения. Надеюсь, у тебя ещё появятся правнуки, и ты их увидишь, и может, даже сможешь понянчить, — улыбаясь, ответила Амала.

— Ишь ты, вот как оказывается. Я рад за вас. А почему Самал не пришёл вместе с тобой? Он тоже прилетел?

— Он прилетел, но не может покинуть свой пост. Они вместе с братом практически всегда сопровождают Советника Арста.

— Понятно, но вчера во время нашей встречи с Советниками, я его не видел.

— Это его работа, чтобы его не было заметно, — улыбаясь, добавила Амала, — как у тебя продвигается научная деятельность? Молодые не «терзают» тебя расспросами?

— Нет, что ты внучка, — улыбаясь, ответил Краснов, — у нас хороший коллектив, даже среди военных оказалось много мудрых и разносторонних учёных, но мои идеи не везде находят поддержку. Самое главное, что у Вантабов идёт замедление всех процессов, а у нас ускорение. Ты же помнишь, что нами, точнее не только нами… было установлено, что скорость принятия решения возрастает, и время реакции мозга для принятия решения уменьшается. То есть мы скоро «сравняемся», и тогда произойдёт полное проникновение Вантабов в наш Мир.

— Что-то мне говорили об этом, но я не придала этому значения.

— Как же, это будет самое важное открытие за последние миллионы лет. К нам придёт новая форма разума, другого разума с другим мышлением, другими ценностями, другим взглядом на Мир, отличным от нашего. Когда контакт состоится — это будет величайшее достижение в нашей Галактике. Сравнить которое, я даже не знаю с чем, если только с изобретением «колеса» в древнейшие времена.

Амала улыбнулась. Они ещё говорили долго. Но всему приходит конец и ей, предстояло вернуться назад к исполнению своих обязанностей.

Официальные лица собрались для итогового координационного совещания в рубке начальника базы.

— Советники, у нас всё готово завтра можем проводить эксперимент по контакту с Вантабами, — начал говорить академик, — все приборы, механизмы проверили несколько раз, текст согласован и утверждён.

— Хорошо, — ответил Советник Борвус, — как с безопасностью?

— На этот вопрос лучше ответит генерал Смидт — начальник базы.

— Разрешите Советники, — встал со своего места и начал доклад генерал Смидт, — нами разработана схема взаимодействия и прикрытия корабля, которому отведено вступить в контакт. В общих чертах процедура вам уже доведена, но хочу остановиться на деталях: когда корабли выдвинутся в точку предполагаемого контакта, наша база будет покрыта защитным куполом. Эта защита соответствует высшей степени защиты, какая только возможна на сегодняшний день. После завершения контакта, по результатам эксперимента разработаны несколько планов действий. В случае агрессии, кораблям предписано выйти из зоны поражения и пристыковаться с базой, которая уйдёт в нейтральный сектор, подаст сигнал бедствия и приказ кораблям охранения, дрейфующим в соседних секторах на применение самого мощного на данный момент оружия, способного уничтожить планету одним залпом.

— Что будет, в случае неагрессивных действий? — спросил Арст.

— В этом случае, контакт продолжится уже в выбранном Вантабами виде, — ответил генерал, — кроме того, корабли «наблюдатели» будут находиться на максимально возможном расстоянии от базы и передавать информацию напрямую в Генеральный Штаб и в Совет, для предотвращения провокаций.

— Генерал, Советники — в рубку «ворвался» посыльный, — срочное сообщение из Совета Объединения. Всех Советников вызывают на связь. Срочно.

Советники переглянулись. Ничего не предвещало плохого. Все принципиальные вопросы решены, подготовка к контакту шла согласно плану. Может война? Но с кем?

Советники Арст, Борвус и Патин вместе, немедленно отправились в узел связи.

Сообщение было от Советника Никотауша. Он немедленно просил всех Советников вернуться на планету Кросул для проведения экстренного собрания Совета Объединения. Причиной тому служила смерть Председателя Совета Самукша. Это было «как гром среди ясного неба» Председатель Самукш буквально недавно был бодр и здоров. Тем более, медицина была на такой высоте и могла просто творить «чудеса». Но…

— Советники, — начал говорить Борвус, — нам надо немедленно вернуться на Кросул. Предстоит много выяснить. Также необходимо избрать нового Председателя Совета.

— А как же эксперимент, он же назначен на «завтра», — попытался возразить Арст.

— Эксперимент по контакту с Вантабами пройдёт и без нас, — возразил Патин, — нам надо присутствовать на Совете. В данный момент это первоочередная задача. Необходимо не допустить развала Объединения…, - и после небольшой паузы подытожил Советник, — тяжёлые времена наступили.

Сборы прошли быстро и уже через «полдня» корабли Советников ушли в пространство и направились к Кросулу. В целях безопасности они приняли решение не выходить на связь во время перелёта.

Планета Кросул. Здание Совета Объединения.

Перелёт для Арста выдался тяжёлым не только из-за того, что связь полностью отсутствовала, но ещё от мыслей о том, как прошёл эксперимент с Вантабами. Удалось ли вступить в контакт, и каков результат.

Как только Арст оказался на планете он первым делом пошёл в свои апартаменты, чтобы связаться с Хранителем Охошем и с научной базой, но по пути его встретил Советник Никотауш.

— С прибытием Советник, — поприветствовал Арста Никотауш.

— Благодарю Советник, — ответил Арст, — у вас есть информация о контакте с Вантабами, он должен был состояться ещё несколько дней назад?

— Информация есть. Один из кораблей наблюдения успел отправить «инфопакет».

— Что случилось? — остановился Арст.

— Отчёт у вас на инфоносителе. Если «в двух словах», то Вантабы, после попытки вступить в контакт, атаковали научную базу. Никто не выжил. Потом были уничтожены корабли, в том числе замаскированные и находившиеся на большом расстоянии. Только одному удалось уйти в нейтральный сектор.

У Арста перехватило дух. Столько смертей и он тоже должен был быть там, если бы не смерть Самукша.

— Как умер Самукш, — переведя дух, спросил Арст.

— Он умер, работая в своём кабинете. Тихо, один, просто «уснул» за столом. О его смерти узнали только, когда сработал его ИМЖП.

— Почему рядом с ним никого не было? Где были медики?

— По вечерам, он обычно работал с документами один. Его никто не беспокоил. Медики провели обследование и установили причину — это «внезапная остановка сердца». Он давно говорил, что устал, и вот сердце не выдержало и перестало работать. Обязательные ежегодные процедуры обследования в состоянии здоровья Самукша, не выявляли никаких отклонений…. Отчёт по обследованию также находится у вас в инфоносителе, Советник. На завтра назначено экстренное расширенное совещание Совета Союза и я рад, что вы прибыли так быстро, — закончил говорить Никотауш, и пошёл дальше по коридору, — по нему было видно, что он расстроен, но сдерживает свои эмоции.

Войдя в свои апартаменты, Арст первым делом проверил информацию, поступившую на инфоноситель. Изучив отчёты, пришёл к выводу, что сначала необходимо связаться с Хранителем.

— Хранитель Охош, приветствую вас, — получив канал связи с Хранителем, произнёс Арст.

— Приветствую тебя, Посредник, — ответил Охош.

— В Союзе большие изменения, до вас дошли сведения о смерти Самукша и провале эксперимента с Вантабами?

— Да, Посредник, — ответил Охош, — мы предполагали такой исход по Вантабам и уход Председателя Совета тоже был спрогнозирован благодаря Священным Таблицам.

— Священные Таблицы могут прогнозировать события другой расы? — удивлённо сказал Арст.

— Они могут давать прогноз на события, которые влияют на глобальные изменения. Пришла новая эпоха, прежние руководители не смогут принимать адекватные решения. Как ты знаешь, у нас тоже некоторое время назад предыдущий Хранитель ушёл в свой «дальний переход», — Охош в знаке скорби скрестил конечности, — это свершилось у нас раньше, чем у людей. Не зря мы, и наши аналитики рекомендовали поддержать Председателя в его решении уйти в отставку.

— Хранитель, а с Вантабами вы тоже прогнозировали такой результат с экспериментом? — гневно спросил Арст.

— Успокойся Посредник, — властно сказал Охош, — с прогнозом по эксперименту не было окончательно варианта событий. Влияние «переменных» было огромно, и спрогнозировать точный результат не представилось возможным. Но теперь, картина стала ясной. Грядёт война. И эта война не за пространство, ресурсы, материальные ценности, а борьба за сам факт существования в этой Галактике.

— Всё так серьёзно Хранитель? — спросил Арст.

— Всё более чем серьёзно. Я передал рекомендации по личным каналам твоим помощникам-аналитикам. Они помогут разобраться в ситуации и предложат окончательный вариант действий. Ознакомься с ним до начала Совета, потом, может, и времени больше не будет.

— Всё о чем мы с вами говорили о Вантабах это правда? — спросил Арст.

— Всё подтвердилось. Их реакция на попытку установления контакта выглядит «дикой» для нас, но у них иные ценности и иное восприятие окружающего. Нам с ними не договориться, — сказал Охош и после небольшой паузы продолжил, — готовься Посредник, скоро много событий будет «завязано» на тебя. Я верю, что у тебя хватит сил и разума пройти свой путь до конца….

Экстренное совещание Совета Объединения началось с «минуты скорби». Все присутствующие почтили память «ушедшего» Председателя Совета.

— Советники, сегодня нам предстоит избрать нового Председателя Совета, — начал говорить Секретарь, — на последнем заседании Совета Самукшем было озвучено его предложение, избрать Председателем Совета Никотауша. Выносится вопрос на обсуждение.

После непродолжительного обсуждения, Советом абсолютным числом голосов избран Председателем Совета Советник Никотауш.

— Советники, я благодарю вас за оказанную честь, — начал своё выступление Никотауш, — наступило тяжёлое время. Нам необходимо сосредоточиться на возникших проблемах: первоочередная из их — это вторжение Вантабов. Вы все уже знаете, что произошло во время попытки вступления с ними в контакт. В настоящее время, нам необходимо разработать и утвердить план наших мероприятий. Прошу выслушать начальника Генерального Штаба Супрана…

— Уважаемый Совет, — начал свой доклад Супран, — за то малочисленное время, которое было отведено нам для анализа сложившейся ситуации, наши специалисты пришли к выводу, что агрессия со стороны Вантабов преднамеренная. Их действия носят явно враждебный характер. Проявления Вантабов в нашем Мире за какие-то считанные недели стали стабильными. Они полностью адаптировались в нашей Галактике. Нами разработаны тактические схемы применения вооружённых сил для отражения агрессии. Необходимо в кратчайшие сроки провести мобилизацию и объявить военное положение. Кроме того, для корректировки плана необходимо знать мнение Советника, представителя Акхнов, на чьей стороне выступят они, — повисла пауза, и взоры устремились на Арста…

— Совет, — не дожидаясь, когда начальник Генерального Штаба закончит свою речь с места стал говорить Арст, — Акхны выступят на стороне Союза против Вантабов, объединившись в единое целое. Наши исследования и вся информация, полученная за время наблюдения за Вантабами, будет передана специалистам. Также, я прошу Совет учесть, что нами — Акхнами реализуется план «Исход», который является запасным на случай ухудшения ситуации. Согласно этому плану идёт поиск звёздных систем, планет за пределами нашей Галактики пригодных для жизнедеятельности. Прошу Совет одобрить и присоединиться к нашей миссии по поиску «нового дома» для Цивилизации Акхнов и членов Союза.

— У нас имеется информация по вашему плану поиска «нового дома», — начал говорить Никотауш, — прошу Совет ознакомиться с его основными положениями, и принять решение о присоединении наших сил и средств для его реализации, в том числе для Цивилизаций Союза. Также я благодарю Цивилизацию Акхнов, что они не оставили нас одних с внезапно возникшей бедой — Вантабами… Для оптимизации совместных действий списками контактных лиц обменяемся после Совета. Предлагаю голосовать по поставленным вопросам.

После прений, голосованием приняты решения: о формировании совместного военного руководства Союза и Акхнов; как запасной вариант разработать собственный план «Исхода» в соседнюю Галактику…

— Советник Арст, — после совещания к нему подошёл Никотауш, — можно с вами поговорить. Есть некоторые вопросы, которые необходимо предварительно обсудить, до вынесения их на решение Совета.

— Я в вашем распоряжении, Советник, — ответил Арст.

— Советник, я прошу вас возглавить координацию исполнения плана «Исход» со стороны Союза. Я понимаю, что вы, как официальный представитель расы Акхнов в Совете, можете не заниматься этим, но это будет оптимальным решением для наших Цивилизаций. Ваша раса добилась в этом уже кое-каких успехов, и нам бы хотелось, чтобы вы возглавили операцию с нашей стороны. Тем более, вам будет проще контактировать с Акхнами, а всю необходимую информацию и полномочия Совет вам предоставит.

— Это неожиданно для меня Советник, — удивлённо сказал Арст, — мне необходимо посоветоваться с Хранителем и Владыкой расы Акхнов. Это в их полномочиях принять такое решение.

— Да, да. Конечно. Именно это я вам и хотел предложить сделать…

«Селекторное» совещание Штабов объединённых вооружённых сил.

— Генералы, прошу внимание, — начал говорить начальник Генерального Штаба войск Союза Супран, — согласно данным разведки, Вантабы начали освоение сектора М74, заняли две звёздные системы и расширяют своё влияние на соседние сектора. Нашими аналитиками, совместно с представителями расы Акхнов, подготовлены тактические рекомендации для ведения боевых действий с противником. С учётом того, что на дальних подступах корабли противника обладают большой огневой мощью и пробивают практически все защитные щиты, ещё не входя в радиус поражения нашими огневыми средствами, нами рекомендовано в боевом столкновении, использовать соединения из нескольких кораблей класса «Носитель» с большим количеством малых и средних кораблей. На дальних подступах к месту боя они выпускают свои корабли и немедленно покидают сектор. Малые и средние корабли, имея большую подвижность и манёвренность, подходят вплотную к кораблям противника и производят установку зарядов на внешнем периметре корабля или наносят повреждения в районе двигателей. Замечу, что их корабли гигантских размеров и «промахнуться» или потерять их «из виду» практически невозможно. Но остаётся несколько моментов, которые надо уточнить: это подрыв заряда на внешней стороне корабля противника не может нанести сильных повреждений, а огневая мощь малых и средних кораблей не может пробить их защиту; выяснить слабые и уязвимые стороны кораблей противника пока не представлюсь возможным. Какие есть предложения?

— Генерал, — по защищённому каналу сверхдальней связи начал говорить генерал Киртош, — нашими аналитиками предложено провести разведку боем для уточнения боевых характеристик противника и их возможностей. Наше боевое звено из четырёх кораблей, по вашей классификации «Носители», могут прибыть в сектор М74 через неделю. Предварительный план операции разработан нашими специалистами с учётом всех имеющихся на данный момент данных. Его вы получите по «закрытому» каналу связи. Прошу обсудить и скоординировать наши действия.

— Спасибо генерал, — ответил Супран, — мы обсудим ваше предложение и примем решение. В настоящее время Вантабы полностью проявились в нашей реальности. Они уже не исчезают и не появляются неожиданно из «ниоткуда». Это с некоторой точки зрения облегчает задачу. Наши выставленные аванпосты контролируют передвижения противника, который полностью оккупировал один сектор пространства. Хорошо ещё, что в этом секторе нет ничего важного, кроме… — Супран сделал небольшую паузу, — кроме обломков погибшей научной базы.

Работа у Арста закипела и перешла на «новый виток». Теперь он не только координировал действия Акхнов и Союза по плану «Исход», а практически возглавил этот проект. Согласно плану предстояло подготовить к возможной эвакуации примерно сорок процентов мирного населения, ресурсы, материалы, а главное знания и информацию, накопленную за несколько десятков тысяч лет.

— Советник Арст, — прервал работу с документами помощник, — на связь вызывает координатор сверхдальней связи майор Бартиш.

— Соединяй, — немедленно отреагировал Арст.

— Советник, — начал докладывать Бартиш, — мы получили сигналы от двух наших сверхдальних разведчиков, направленных в соседнюю Галактику по вектору «С». Они успешно достигли новой Галактики и начинают разведку звёздных систем и планет, пригодных для жизни человеческой расы.

— Хорошо, мы ждали это. Как прошёл «прыжок»? Проблемы с Вантабами были?

— Из их сообщения следует, что «прыжок» прошёл в штатном режиме. Проблем от Вантабов не было, — ответил Бартиш.

— Это хорошо. Что с кораблём, ушедшим вместе с Акхнами, с ними удалось связаться?

— Да, Советник, с кораблём удалось наладить связь с помощью Акхнов. Капитан корабля Самрос. Его корабль «Самик» также приступил к поиску пригодных для жизни звёздных систем. Его корабль совместно с Акхнами ушёл по вектору «К». Во время сеанса связи Самрос сообщил, что им уже обнаружена одна пригодная для жизни звёздная система с двумя симметричными планетами, вращающимися вокруг звезды на одной орбите. На обоих планетах имеется вода в жидком виде, растительная жизнь и присутствует в атмосфере кислород, но его пока недостаточно. Планеты фактически затянуты «туманом» из-за большой влажности. Зафиксирована смена сезонов, но год длится меньше чем стандартный. В остальном, согласно переданным им данным телеметрии и показаний датчиков, обе планеты пригодны для жизни, обладают полезными ископаемыми и большим потенциалом развития.

— Разумная жизнь присутствует на планете? — осведомился Арст.

— Нет, разумная жизнь отсутствует, что подтверждается как нашими исследованиями, так и данными Акхнов.

— Хорошо, я доложу Совету об этом, — удовлетворённо ответил Арст, — сколько межгалактических кораблей готово на данный момент?

— Два корабля с экипажами, но это самые малые из построенных кораблей. На борт они могут поднять не более трёхсот тысяч человек каждый и необходимый груз на пятьдесят стандартных лет, — ответил помощник.

— Я смотрел расчёты наших учёных и аналитиков, они предлагают снизить запас ресурсов и материалов с пятидесятилетнего до двадцатилетнего. Больший упор делать на информацию, знания, технологии, в том числе, которые у нас сейчас не используются и устарели, — задумчиво произнёс Арст.

— Советник, перенос информации с «электронного носителя», как вы распорядились, на «физический»[32] занимает очень много времени. Автоматизировать данный процесс не удаётся. Сейчас рассматривается вариант продолжения данной работы в процессе «прыжка», — ответил помощник.

— Я знаю, что это трудоёмко, но это необходимо. Из опыта Акхнов, как не все знают, что они тоже пришли в нашу Галактику издалека. Все их не физические носители информации, через некоторое время отказались работать, и они были отброшены в развитии на многие столетия. Не надо повторять их опыт, — ответил Арст.

— Да, Советник. Если есть опыт, то надо его использовать и не повторять чужих ошибок.

— Когда будут готовы все корабли, которые намечены к постройке и переоборудованию?

— До окончания строительства необходим примерно один стандартный год. Набор, обучение экипажа, логистика и прочее примерно ещё один год, то есть необходимо два стандартных года, — ответил помощник.

— От военных не было никаких сообщений? Как у них там дела обстоят?

— Советник, от военных нет известий. Принят режим «молчания». Готовится какая-то операция, — уже ответил майор Бартиш, — вы просили установить связь с Хранителем Охошем, она установлена. Прошу пройти в узел связи.

Оставшись в узле связи один Арст начал общение с Хранителем. У него было ещё несколько вопросов, которые он решил задать ему напрямую, а не через официальный канал связи.

— Хранитель, приветствую тебя, надеюсь, что не оторвал от неотложных дел, — сказал Арст.

— Не оторвал, Посредник, — устало произнёс Хранитель, — у тебя что-то срочное?

— Да, Хранитель, — начал говорить Арст, — мы планируем в худшем варианте развития событий эвакуировать примерно половину населения Союза, эта цифра сложилась с учётом военных и экипажей кораблей. Но метод отбора для эвакуации гражданского населения у нас не проработан, — сделав не большую паузу, продолжил он, — как у вас решён такой вопрос?

— Этот вопрос тебе было лучше задать нашему Координатору, но я отвечу на него. У нас, по возможности, ВСЕ представители расы будут эвакуированы. Как ты знаешь, у нас процесс уже идёт. Если необходимость в эвакуации отпадёт, то те, кто ушёл вдаль от дома, будут осваивать новые горизонты Мироздания, следуя параллельному пути. На это указывают Священные Таблицы, и изменить это уже не под силу никому, только смерть расы может это отменить, чего ни я, не каждый из Акхнов, не желает.

— Я понял Хранитель, Исход был предрешён. Только варианты его начала были различны, — ответил Арст, — что произойдёт с экспериментом по созданию нового мышления?

— Ты прав, Исход был предрешён. А эксперимент… — чуть подумав, продолжил Хранитель, — эксперимент продолжится в других условиях с другими внешними факторами и возможно мы, наши Цивилизации, ещё увидим его результат через много-много лет.

Генеральный штаб объединённых сил. Где-то в пространстве недалеко от сектора М74.

— Адмирал, все готово, прикажите начинать? — вывел из задумчивости командира объединённой группировки вооружённых сил его помощник.

— Союзники готовы? Боевые единицы на местах? — спросил адмирал Супран и, получив на оба вопроса положительный ответ скомандовал, — внимание! Начинаем операцию. Всем боевым кораблям действовать согласно плану. Начали.

Оптическая информационная сфера сразу окрасилась в разные цвета, сигналы распознавания «свой-чужой» дали метки боевым кораблям для проведения операции.

— Командир, всё пока идёт по плану, — начал докладывать помощник Супрана, — корабли-носители объединённого флота подошли на расчётное расстояние, из них стартовали малые боевые единицы. Сейчас идёт сближение с кораблями противника. Их, согласно отметкам всего два. Но определить класс кораблей затруднительно, такого типа ни у нас, ни у союзников нет.

— Принято. Что с вектором сближения, у атакующих он не пересекается?

— Никак нет, сегменты цели разобраны по атакующим четвёркам и не перекрывают друг друга.

— Фиксируйте огневую мощь и контратакующие действия противника. Почему отсутствует визуальный ряд, где корабль наблюдения и фиксации? — спросил Супран.

— Корабль наблюдения и фиксации ещё не подошёл на «рабочее расстояние». Слишком далеко для его работы, — ответил кто-то из офицеров.

— Как обстоят дела со вторым кораблём противника? — спросил адмирал.

— Оба корабля противника не предпринимают ничего. Кораблей прикрытия не обнаружено, боевая система ближнего радиуса действия у противника в настоящее время не действует, какого-либо противодействия со стороны противника не наблюдается, — доложил кто-то из офицеров.

— Первая волна десантных кораблей вошла в контакт с первым кораблём противника. Истребители не понадобились. Ни одного факта противодействия не зафиксировано, — доложил офицер связи.

— Не понятно, противник, что сопротивляться совсем не будет? — «про себя», вслух сказал Супран.

— Командир, удалось пробить обшивку корабля противника, образец материала эвакуирован на борт и будет доставлен на корабль-носитель.

— Принято, — отозвался генерал, — образец материала срочно переправьте в научный центр. Пусть разберутся с ним наши учёные. Визуальный контакт с противников был, почему они так и не проявили себя?

— Визуального контакта с противником нет. Корабль, скорее всего автоматический. Никого из живых — разумных пока обнаружить, или засечь не удалось, — сообщил кто-то из офицеров.

— Передайте группе, атакующий второй корабль, пусть обследуют его как можно тщательнее, составят схему, возьмут образцы, если получится, пусть полностью берут его под контроль, — скомандовал генерал.

— Есть, — тут же отозвался кто-то из офицеров, — приказ передан.

— Боевые заряды заложены, первая группа покидает корабль. Идёт обратный отсчёт до срабатывания заряда осталось двадцать пять минут.

— Первой группе активизировать покидание возможного сектора поражения. Второй группе проводить мероприятия согласно полученному приказу, — скомандовал Супран.

— Корабль наблюдения вышел на расстояние слежения, все сенсоры работают в штатном режиме, телеметрия поступает в полном объёме, — отрапортовал кто-то из офицеров.

Пространственный экран засветился и начал трансляцию. Циклопических размеров корабли находились, по космическим мерам, на очень близком расстоянии друг от друга. От одного из них постоянно уходили союзные корабли атакующих. Второй корабль, как дерево облеплено маленькими «гусеницами» кораблями, рассмотреть которых без систем распознавания «свой-чужой» было очень затруднительно. Ряд ярких вспышек озарило очертание одного из кораблей. Он стал разваливаться на части, и в скором времени от гигантской постройки осталось только несколько бесформенных образований, выделяющихся на общем фоне.

— Командир, вторая группа докладывает, что взять под контроль корабль не получается, — доложил офицер.

— Командуйте отступление. Заложить заряды, согласно ранее утверждённому плану и покинуть сектор поражения, — отдал приказ Супран, — итоги операции подводить будем завтра. Потери есть?

— Безвозвратных потерь на текущий момент нет, командир, — повреждены два корабля, которые находились рядом в момент подрыва. Экипаж эвакуирован, они получили лёгкие ранения.

— Хорошо. Каждому подразделению подготовить полный отчёт и передать аналитикам информацию с фиксирующих приборов для анализа. Завтра будет трудный день, — глядя на экран отдал распоряжение генерал.

На пространственном экране разворачивалась та же картина, уже второй корабль противника под воздействием заложенных и активированных зарядов стал разрушаться. Это было фееричное зрелище. Победа, давшаяся так легко, почему-то оставляла тяжёлый след и заставляла задуматься и переосмыслить происходящее.

Генеральный штаб объединённых сил. Штабной сверхтяжёлый линкор «Звезда Союза». Где-то на окраинах Галактики.

— С победой командир! — слышались поздравительные возгласы со всех сторон.

После сражения прошло уже несколько дней, а эйфория победы, давшейся с такой лёгкостью, не проходила. Супрана поздравляли все, в том числе его подчинённые, члены Генерального Штаба, союзники и представители Совета Объединения.

Адмирал вошёл в помещение узла связи. Он намеревался получить доклад от аналитической группы. Предстоял полный разбор тактических действий, как союзников, так и противника.

— Сводка от аналитиков готова? — войдя в помещение, поинтересовался генерал.

— Да, командир, они только что передали свои заключения по прошедшему бою, — ответил офицер связи.

— Так, посмотрим, — генерал, смотря на информационный экран, погрузился в чтение. Согласно данным аналитиков противник не предпринимал контрмер и не использовал боевые ресурсы кораблей. Они оказались полностью автоматическими и представляли собой, как предполагали учёные головы, зондами для исследования пространства. После тщательного обследования и анализа конфигурации корабля, из боевого вооружения, у них удалось идентифицировать только противометеоритные орудия. Программное обеспечение, конфигурацию вычислительные машин и принципы их работы учёным не удалось понять, что многих поставило в тупик. Они работали на иных принципах. Не на кристаллической решётке, а на жидком состоянии материи. Дочитав отчёт до конца, Супран пришёл к выводу, что действия его подчинённых и союзников были верными. Такая тактика: разрыв дистанции, сближение, прорыв к важным агрегатам корабля противника может принести ощутимое преимущество при ведении дальнейших боевых действий.

— Командир, вас вызывает Председатель Совета Никотауш — прервал размышления Супрана офицер, — он на связи.

— Переключи вызов в мой кабинет, я сейчас туда приду, — ответил Супран и не торопливо пошёл в сторону своей каюты…

— Советник, приветствую вас, — сказал адмирал, удобно устроившись в своём кресле.

— Адмирал, от имени Совета поздравляю вас с победой в сражении и выражаю всеобщую надежду в скорой и полной нашей победе, — пафосно начал говорить Никотауш, — позвольте узнать какие ваши дальнейшие планы?

— Согласно данным разведки, крупное скопление сил противника зарегистрировано в звёздной системе Бетильгейда. Они полностью оккупировали систему. В том числе все шесть планет звёздной системы. Основные силы у них расположены вокруг четвертой планеты системы. В настоящее время проводится разведка и тщательное изучение сил и средств противника.

— Хорошо. Как ваше мнение, если уничтожить противника в этой системе это будет сильным «ударом» по их мощи? — спросил Никотауш.

— Несомненно, Советник, но я бы не стал торопиться с выводами по итогам одного сражения. Нам противостояли автоматические корабли. Противника на них не было. Нам трудно сопоставить их реальную боевую мощь, тактические характеристики и потенциальные возможности.

— Это мы скоро узнаем. На сегодняшнем совещании Совета, скорее всего, будет принято решение, рекомендовать объединённым силам приступить к наступательной операции и освободить систему Бетильгейда. Разработку плана операции я буду предлагать возглавить вам, если вы конечно не против, — сказал Никотауш.

— Советник, для разработки такой операции необходимо много времени, безупречная координация действий с союзниками и ещё много факторов надо учесть, в том числе материально-техническое оснащение, людские ресурсы и…

— Я вас понял, — перебил Супрана Советник Никотауш, — со стороны Совета вам будут предоставлены все необходимые полномочия, ресурсы и данные, которые вы посчитаете необходимым.

— Я вас понял Советник, — ответил Супран.

— Вот и хорошо. У нас только одна война закончилась, теперь, когда есть такая возможность, необходимо в кратчайшие сроки уничтожить противника, вторгшегося в наше пространство и перейти к мирной жизни. Скажу вам «по секрету», ресурсы Союза не безграничны, мы будем делать ставку на этот решающий удар по противнику. Второго шанса может уже не будет. Нам необходимо разбить их основные силы, дать им понять, чтобы уходили из нашей Галактики, туда, откуда они пришли. Преследовать мы их не будем. Я надеюсь на вас, адмирал.

Канал связи отключился, а Супран, как сидел в своём кресле, так и сидел. Его мысли уже начали прорабатывать план предстоящего «генерального сражения».

Там же, через несколько часов.

— Проводить операцию на поверхности всех планет не хватит сил и средств, — продолжал свой доклад на заседании Генерального Штаба объединённых сил представитель разведки Акхнов, — предлагаю провести операцию по зачистке территории только одной планеты.

— Это выглядит разумным. Тем более, остальные планеты можно просто блокировать и выставить потом свои условия капитуляции, — поддержал союзника кто-то из генералов.

— Необходимо выбрать планету, на которой будем проводить поверхностную операцию, — выразил своё мнение Супран.

— Предлагаю выбрать планету, которая находится в самом центре системы. Она является самой укреплённой, но близость с противником поможет нашим силам прорваться через системы орбитальной защиты и провести высадку десанта с минимальными потерями.

— Аналитики не пришли к единому мнению относительно начала операции, — возразил начальник группировки вооружённых сил Акхнов, — они считают, что пока данных недостаточно, для объективного просчёта вариантов событий.

— Данная ситуация, когда практически все силы противника находятся в одной звёздной системе, — начал говорить генерал Супран, — проникновение в нашу Галактику дополнительных сил захватчиков прекратилось, и у нас сейчас есть реальный шанс одним ударом покончить с вторжением, его, я считаю, упускать нельзя.

— Стратегически это верное решение, — вмешался в разговор один из генералов Акхнов, — в случае успеха у нас будет полное превосходство.

— Именно так, — продолжил говорить Супран, — по данным разведки в звёздной системе Бетильгейда сконцентрированы все силы противника. На разных орбитах вокруг планет дрейфуют двадцать восемь кораблей сверхтяжёлого класса, не считая иных.

— Извините, перебью, — вмешался в разговор представитель Совета Патин, — разведке удалось пленить или получить какие-то антропометрические данные о противнике, или как-нибудь вступить с ними в контакт?

— Нет, Советник, все попытки провалились. Мы потеряли три лучшие группы. Принято решение больше не предпринимать специальных попыток захвата противника, — ответил начальник разведки Союза, — кроме того, прошу обратить внимание Генеральный Штаб, что мы не располагаем полными сведениями о боевых возможностях противника. Тем более, в ходе операции на поверхности планеты. Все наши попытки прозондировать поверхность планет провалилась. Мы не знаем, чего ожидать, — продолжил начальник разведки.

— Ваше мнение будет учтено при окончательном утверждении плана операции, — сухо перебил выступающего Супран, — подведём предварительный итог: начало операции будет поручено второй и третьей объединённой армии, их цель: нейтрализовать и уничтожить корабли противника, находящиеся на орбитах вокруг планет. Основная задача выпала четвертой армии, состав которой сформирован из военных, прошедших подготовку по системе «пламя» и самых подготовленных десантников из Акхнов. У них задача: под прикрытием первой армии прорваться на поверхность планеты и приступить к планетарной операции. Резерв составляет пятая армия, которая будет находиться в двенадцатичасовом интервале подлёта до системы. Детали, сроки и окончательные указания вы получите после их тщательной проработки. Сейчас приказываю разведке уточнить численный состав противника их силы, предотвратить какую-либо утечку информации о предстоящей операции, а также принять меры для добычи недостающей информации для разработки детального плана, — закончил свой монолог Супран.

Заседание Генерального Штаба объединённых сил закончилось. Кто был на корабле, разошлись. В помещении остались Супран и начальник разведки Союза генерал Роланд.

— Адмирал, вы точно уверены, что без данных о противнике необходимо бросать все силы в бой? — тихо спросил Роланд.

— Генерал, — начал говорить Супран, — мы с тобой учились вместе, полученные у нас знания и опыт можно сказать одинаковый. Я понимаю твои опасения, но и упускать такой шанс, когда все силы противника сосредоточены в одном месте — это преступно. Одним удачным ударом мы можем фактически решить исход войны. Всей войны. Ты только подумай об этом.

— Я понял тебя, друг, — ответил Роланд, — я и мои разведчики добудут необходимые данные для детализации плана…. Будем надеяться, что наши усилия ненапрасны.

Настал день «Ч». План «генерального сражения» разработан, объединённые вооружённые силы скрытно подошли в заданные сектора. Начался обратный отсчёт к атаке.

— Всем внимание! До начала атаки двадцать секунд. Начинаю обратный отсчёт, — раздался голос офицера связи.

Помещение Объединённого Генерального штаба, расположенного на корабле «Звезда Союза» полно офицерами. Каждый занимался делом, передавал команды, координировал действия и уточнял векторы движения. Вся визуальная информация транслировалась на «тактическую инфосферу», расположенную в центре помещения.

— Второй и третьей армии, снять поля преломления и начать атаку, согласно имеющимся целям, — скомандовал Супран, — первой армии обеспечить прорыв орбитальной группировки, четвертой армии высадка на планету. Начали!

Инфосфера вспыхнула множеством сигналов от целей, они разом пришли в движение и ринулись в пространство, «облепленное» кораблями противника вокруг планеты. Завязался бой. Фактор неожиданности и массированный первый удар сделал своё дело. Один из кораблей противника буквально через несколько минут прекратил своё существование как единое целое и был «уничтожен».

— Командир, — прошёл доклад от оперативного дежурного по связи с третьей армией, — цель, корабль противника, который согласно показаниям наблюдателей прекратил своё существование, распался на множество мелких целей. Все они пришли в движение и начали активное сопротивление третьей армии, их атака захлёбывается, они несут большие потери.

— Соедини с командующим третьей армии, — скомандовал Супран.

— Исполнено, — отрапортовал офицер связи.

— Доложи обстановку, что у вас происходит, у нас все цели слились в одну, — скомандовал Супран.

— Командир, — начал свой доклад, командующий третьей армией, — атакованный нами корабль противника, после закладки зарядов внутри обшивки корабля разделился на множество мелких целей. Он оказался сегментированным. Каждый сегмент это корабль, идентифицированный по нашей классификации как «ударный истребитель». От первоначальной цели остался только остов с каркасом из сверхпрочного материала. Идентифицировать материал не удалось. Противодействие со стороны противника только усиливается. Корабли противника обладают манёвренностью и скоростью недостижимой нашим кораблям. Огневой мощи недостаточно для выполнения задачи. Большие потери.

— Принято, — ответил Супран и, обратившись к офицеру связи, сказал, — соедини с командующим пятой армии.

— На связи, — тут же ответил офицер.

— Генерал, — начал говорить Супран, — приказываю скрытно выдвинуться в сектор А5, ваша задача своими силами нейтрализовать действие противника, и оказать помощь второй и третьей армии в его уничтожении. Максимально использовать скрытность. Ваша основная цель — малые корабли противника.

— Принято, — ответил командующий пятой армией, — исполняем.

— Почему нет доклада от первой армии, — возмутился Супран.

— Первая армия, совместно с четвертой пробила брешь в орбитальной обороне противника, — начал доклад оперативный дежурный по связи, — в настоящее время передовые части в атмосфере планеты, проводится высадка десанта четвертой армии. Отклонений от плана в действиях армии не установлено.

— Это радует, — про себя сказал Супран.

— Командир, — отвлёк от размышлений офицер связи, — срабатывание модулей ИМЖП выше расчётной. В секторе А4 критическое скопление противника. Они концентрируют там большие силы…

— Пятой армии основной удар перенаправить на сектор А4, - не дожидаясь окончания доклада скомандовал Супран, — свяжи с командующим четвертой армией, — тут же добавил он.

— На связи, — отрапортовал командующий четвертой армией.

— Доложите обстановку.

— Всё идёт согласно плану, прорвались через внешний периметр орбитальной группировки, обеспечили пролёт десанта, подавили планетарную систему обороны. В настоящее время проходит десантирование. Наши силы поддерживают десант с низкой орбиты, — начал доклад, командующий четвертой армией, — активность наблюдается с орбиты, противодействовать противнику на высокой и средней орбите не хватает сил. Необходимо прикрытие со стороны орбитальной группировки.

— Принято, — ответил Супран, и тут же обращаясь к командующему второй армии, скомандовал, — перенесите основной удар на поддержку десантной группировки, прикройте их с орбиты, не дайте противнику сорвать десант.

Супран понимал, что сражение на орбите планеты пошло не по плану. Объединённые силы завязли в сражении с маломерными судами противника, которые были сегментами больших кораблей. Они рассеялись по пространству и наносили сильный урон. Координация их действий поражала. Аналитики сейчас пытались выработать тактику ведения боя против них, но на это нужно время. Оставалось только надеяться на наземную операцию. Если она пройдёт успешно и планетарная группировка сил противника будет уничтожена, то можно с небольшой уверенностью говорить, что затевалось всё не зря.

— Десант достиг укреплённого района. Они вступили в бой, — передал сообщение оперативный дежурный.

— Выведи визуальный сигнал на инфопанель, — скомандовал Супран.

Инфопанель сменила изображение. На ней появились скалистые склоны, тяжёлые облака и багровое небо. Впереди можно было различить крупные, явно рукотворные объекты. Они представляли собой сферообразные строения, переливающиеся в лучах светила металлическим блеском.

Авангард десанта, состоящий как из людей, так и Акхнов двигался к ней под прикрытием силовых полей. Когда до объектов оставалось несколько километров, сферы стали менять свою форму, от них отпочковывались продолговатые яйцеподобные фигуры и направлялись в сторону атакующих. От яйцеподобных объектов, как из метательного оружия стали «выплёвываться» мелкие по размеру, но явно обладающие большой кинетической силой «снаряды» вытянутой цилиндрической формы. Они, вступая в контакт с силовым полем атакующих, издавали мерзкий звук, граничащий, с ультра-диапазоном, но силовые поля выдержали первый шквал контратаки.

— Тактически неграмотно повёл себя противник, лучше оставаться под прикрытием сооружений, а не идти в «лобовую» атаку, — подумал про себя Супран и скомандовал десанту прекратить движение и нанести удар силами воздушного прикрытия.

Когда десант остановил продвижение, корабли прикрытия нанесли удар по объектам. Пыль, гарь и куски вывороченной породы улеглись, взору предстало неожиданное зрелище. В центре окружности располагался самый большой по размерам яйцеподобный объект, вокруг объекты поменьше, все они источали сиреневый свет. Видимых повреждений на них разглядеть не удалось.

— Дайте связь с десантом, — скомандовал Супран, и, дождавшись ответа, что связь установлена, продолжил, — дайте команду одному взводу приблизиться к противнику. Силовые поля не выключать.

От атакующих отделилась группа из десяти человек в скафандрах различной степени защиты. Они двигались осторожно, под прикрытием защитных полей, короткими перебежками прикрывая друг друга. Когда до ближайшего объекта оставалось всего несколько метров яйцеподобное существо пришло в движение и стало трансформироваться. Из оболочки «выросли» длинные руки-щупальца и атаковали ближайшего солдата.

Выпад противника был молниеносный, но сказалась подготовка бойца. Отразив первый выпад «яйца» он нанёс режущий удар виброножом по щупальцу и сразу же разрядил в оболочку весь магазин из своего автоматического оружия кинетического действия. Одновременно все противники пришли в движение и, совершив аналогичные метаморфозы, атаковали близстоящих солдат.

— В атаку. Сменить вооружение. Использовать для ближнего боя, — раздалась команда командира подразделения, и отряд ринулся в рукопашную схватку.

— Командир, — раздался голос офицера связи, — с орбиты докладывают…

— Переключить инфопанель на орбитальную группировку, — не дожидаясь, когда офицер связи договорит, скомандовал Супран.

Инфопанель сменила изображение. На ней разворачивалось орбитальное сражение. Судя по первому взгляду, понятно, что положение второй и третьей армии становится угрожающим. Большое количество целей противника просто застилали экран инфопанели.

— Связь с командующими орбитальной группировкой, — тут же дал команду Супран.

— На связи, — отозвался офицер связи.

— Выходите из боя, проведите передислокацию, объединитесь в секторе А9 и нанесите удар по секторам А2, А3. Сейчас вам помогут линкоры своим основным вооружением, — скомандовал Супран.

— Принято, у нас большие потери. От нас осталось менее сорока процентов состава, — отозвался командующий третьей армией.

— Выполняйте приказ, — строго пресёк возражения Супран, — приказ капитанам линкоров, — продолжил он, — открыть огонь по скоплениям целей противника в секторах А1, А2, А3, А4. Сектор А9 вывести из сектора поражения. Выполнять.

— Принято, — отозвался офицер по связи с линкорами.

— Капитану «Звезды Союза» подготовиться к залпу, цели согласно ранее данному приказу.

— Командир, своими действиями мы обнаружим штабной линкор, прикрытия у нас нет, — тихо возразил капитан линкора «Звезда Союза».

— Я понимаю это друг мой. Но нам необходимо помочь планетарной группировке, у них там шаткий, но успех. Объяви боевую тревогу и пусть наденут все скафандры, — сказал Супран и сам пошёл к отсеку облачаться в скафандр лёгкой защиты.

Концентрированный удар группировки тяжелых кораблей дал результат. В рядах противника можно было увидеть замешательство, которое было недолгим. Остовы кораблей противника, которые были, как казалось безжизненными, нанесли ответный удар по обнаружившим себя целям объединённой группировки войск.

— Капитан, щиты на пределе, следующий залп мы не выдержим, — чуть не крича, докладывал офицер корабля.

— Уйти с вектора нанесения удара, разорвать дистанцию, — послышалась команда капитана корабля Промина.

— Связь, соедините с группой десанта, — раздалась команда.

— Десант на связи.

— Доложите обстановку.

— Командир, нам удалось прорвать оборону противника и вплотную приблизиться к оборонительным сооружениям, — начал доклад командир группы десанта, — захвачен один из коконов противника, его сейчас эвакуируют на орбиту.

— Хорошо, командир, действуйте по плану, — ответил генерал и тут же добавил, — свяжите с группой эвакуации.

— Группа эвакуации на связи, — отозвался голос офицера связи.

— Что с образцом противника?

— Генерал, кокон противника в нестабильном состоянии, это какой-то жидкий металл. Вся собранная телеметрия передана по резервному каналу связи…. Он распадается. Это гуманоид, — по каналу связи пошёл визуальный ряд, в котором большой по размерам яйцеподобный объект-кокон стал распадаться и внутри него все увидели высокого гуманоида, полусидящего в кресле за панелью управления. Это оказался такого типа скафандр в виде кокона яйцеобразной формы, — командир… — только и успел сказать офицер корабля эвакуации, как связь пропала.

— Связь, что со связью? — нервно, срываясь на крик, сказал генерал Супран.

— Связь пропала, отметка корабля эвакуации исчезла, — начал доклад офицер связи, — сработали ИМЖП. Они все погибли.

— Что с орбитальной группировкой, — спросил Супран.

— Командир, — начал доклад дежурный офицер, — орбитальная группировка уничтожена на восемьдесят процентов, три из шести линкоров получили критические повреждения. Спасатели подбирают эвакуационные капсулы.

— Связь с десантом, — скомандовал Супран.

— Десант на связи, — отрапортовал офицер связи.

— Командир, — начал доклад командир десанта, — требуется эвакуация, со стороны противника идёт активное сопротивление, они не дают нам «поднять головы», защитные поля не справляются. Продвижение вперёд не возможно. От личного состава осталось менее сорока процентов.

Повисла долгая тишина. Взоры офицеров, находящихся в помещении были направлены на начальника Генерального Штаба объединённых сил. Все сейчас уже понимали, что «генеральное сражение» проиграно. Сил сопротивляться нет. Сражение проиграно как с тактической стороны, так и стратегически.

— Командуйте отход, — сухо стал раздавать команды Супран, — первой армии организовать эвакуацию десанта, орбитальной группировке обеспечить прикрытие. Всем сбор в секторе Н4. Капитан, примите меры к прикрытию отхода основных сил.

— Будет сделано, — отрапортовал Промин.

Адмирал Супран поднялся со своего места и направился на выход. Он понимал, что это катастрофа. Катастрофа, которую он не смог предугадать, предупредить или на крайний случай минимизировать. Теперь оставался только один вариант — уйти из жизни как офицер. Выйдя из командного помещения, он направился к себе в каюту. Скафандр лёгкой защиты, который был на нём, немного стеснял движения. Все кто попадался на пути, скромно уступали дорогу. Войдя в каюту, Супран снял шлем скафандра, уселся за свой рабочий стол и достал из стола маленькую шкатулку, в которой находился флакон с быстродействующим ядом. С развитием медицины повреждение головного мозга выстрелом в голову не всегда гарантировало смерть. Теперь высшие офицеры имели при себе яд, которым Супран и воспользовался.

Расширенное экстренное совещание Совета Союза. Несколько недель спустя.

— Советники, призываю к тишине, — пытался успокоить собравшихся Председатель Совета Никотауш, совещание шло уже несколько часов, а эмоции переполняли всех присутствующих. Ситуация складывалась катастрофическая, большая часть объединённых вооружённых сил была разгромлена, невосполнимые потери не только среди личного состава, но и среди боевой техники.

— Предлагаю выслушать начальника разведки, генерала Роланда, — в очередной раз принял попытку вернуть в рабочее русло работу Совета Никотауш.

— Советники, генералы, уважаемые союзники, — начал свою речь генерал Роланд, — в настоящее время противник ведёт активную деятельность в соседних звёздных системах и, к сожалению, нам противопоставить им нечего. Противником захвачены смежные звёздные системы, и он активно их осваивает. По нашим данным, происходит осваивание планет, спутников и ближайшего пространства. По данным наших аналитиков продвижение противника должно в скором времени замедлиться, так как они уже приближаются к «минимуму бета плотности»[33] это даст время для разработки нового плана и подготовки сил и средств для противодействия противнику.

— Генерал Роланд, — задал с места вопрос один из Советников, — по вашим данным подкрепление противнику может прийти или это есть все его силы и средства?

— По нашим данным, не зафиксировано никаких дополнительных передвижений сил и средств противника, не зафиксировано резкого их увеличения или уменьшения. Исходя из этого, можно сделать вывод, что второй волны вторжения противника не предвидится.

— Разведка, может дать гарантию в этом вопросе?

— Гарантию дать ни я, ни кто-либо ещё, по данному вопросу, вам, Советники, не сможет, — удручённо ответил Роланд.

— Спасибо генерал, — сказал Никотауш, — мы все с вами понимаем, что противник непредсказуем и отличается от нас. По этому поводу, прошу выслушать доклад нашей научной группы, как все вы знаете, нам удалось заполучить, хоть и на короткое время живого противника. Прошу Советник Борвус.

— Уважаемый Совет, нашей группе десанта удалось пленить одного из противников, — начал доклад Борвус, — за то время, что он находился у нас, были сняты телеметрические показания его мозговой активности и сделана попытка исследовать их технические средства. Яйцеобразный кокон, в котором находился Вантаб, по данным нашей исследовательской группы представляет собой «скафандр» из неизвестного нам «жидкого металла». Этот «жидкий металл» обладает свойствами неньютоновской жидкости[34], способен менять форму, образовывать пустоты и обладает свойствами защиты, как у наших скафандров класса «тяжёлый». Антропометрические показания Вантаба, вполне соответствуют живому организму гуманоидного типа. К сожалению, детальное обследование тела провести не удалось, но первоначальные данные таковы. Больший интерес вызвала мозговая активность испытуемого. Нам удалось получить сканирование его мозговой активности и после повторных экспериментов и обоснования теоретических выкладок наши учёные, совместно с аналитиками союзников пришли к выводу, что Вантабы общаются телепатически…

В зале повисла тишина.

— Но это противоречит действующим законам, — сказал кто-то из присутствующих.

— С первого взгляда это может так показаться. «Металлическая жидкость» не может образовывать пустот, но используя различные воздействия поля, в ней реально создать пустоты, поддерживать форму, изменять её по мере необходимости, — продолжил свой доклад Борвус.

— Советник, полученные научные данные очень помогут нам, — вступил в разговор Никотауш, — разработайте рекомендации военным. Они им очень пригодятся в ближайшее время.

— Советник, нами уже разработаны рекомендации, в ближайшее время передадим на обсуждение в Генеральный Штаб Объединённых сил, — тут же ответил Борвус.

— Генерал Лангрэд, — после небольшой паузы, сказал Никотауш, — я понимаю, что вы только что вступили в должность начальника Генерального Штаба и в полной мере не вошли в курс дела, но доложите Совету о сложившейся ситуации.

— Совет, — с места встал генерал Лангрэд, — в настоящее время объединённые вооружённые силы проводят перегруппировку в секторе Н12. В сражении с Вантабами были большие потери, по состоянию «на сегодня» группировка сил не может вести широкомасштабные боевые действия с противником. У нас недостаточно ни сил, ни средств, ни данных о противнике. Для восполнения потерь необходимо не менее одного стандартного года и это при условии, что все силы и средства Объединения и союзников будут направлены только на вооружение и восполнение людских потерь…

Генерал Лангрэд замолчал, он понимал, что говорит то, что боялись услышать участники совещания, но действительность была такова. Сил оказывать достойное сопротивление Вантабам у союзников не было.

— Единственное решение, которое видится на данный момент, — после паузы продолжил говорить Лангрэд, — это направить все силы на «план Исход». Эвакуировать за пределы Галактики максимальное число жителей. Сил на сопровождение, охрану и защиту караванов у объединённой армии хватит. О крупных боестолкновениях, на ближайшее время, предстоит забыть. В целях сдерживания противника в настоящий момент Штабом разрабатывается план контрмер, который после проработки будет доложен Совету…

В очередной раз в зале повисла тишина. То, что не хотели говорить вслух, признаться в допущенной неудаче, за них сделал только что назначенный военный…

— Советник Арст, — тихо начал говорить Никотауш, — вам было поручено координировать план эвакуации населения за пределы нашей Галактики. Выходит, что этот план из запасного становится приоритетным. Вы можете сейчас доложить о ходе подготовки к эвакуации, или вам необходимо время, чтобы подготовиться?

— Советник, — тихо начал говорить Арст, — я готов доложить о ходе выполнения плана и ответить на интересующие вопросы, — Совет, генералы, союзники, — уже чётко и громко, обращаясь к полному залу, стал говорить Арст…

Он говорил долго, основательно отвечая на задаваемые ему вопросы. Теперь всем, в том числе Совету стало ясно, что основной план сейчас — это план эвакуации, если конечно не произойдёт «чуда», в которое уже никто не верил.

Планета Кросул. Здание Совета Союза.

Арст сидел в своём рабочем кабинете. Он ждал очередного сеанса связи с его другом, Хранителем Охошем. За последнее время прошло много событий, но им часто не удавалось толком поговорить. Сейчас, Арст был настроен дождаться связи с Хранителем. У него накопилось много вопросов, вопросов, на которые мог ответить лишь Хранитель Священных Таблиц.

— Приветствую вас, Советник, — раздалось приветствие Хранителя, его голос выдавал усталость, накопившуюся за последнее время, — ты хотел поговорить со мной?

— Да, Хранитель Охош, у меня есть только один вопрос к вам, как к Хранителю знаний вашей Цивилизации, — ответил Арст.

— Спрашивай Арст, я постараюсь ответить на твой вопрос и развеять те сомнения, которые слышны в твоём голосе.

— Хранитель, как раса Акхнов появилась, «родилась» в нашей Галактике? — спросил Арст.

— Ты знаешь историю нашей расы, я тебе уже рассказывал её, — сухо ответил Охош.

— Я знаю, что вы пришли из другой Галактики, как исследователи, для поиска новых пространств для обитания, но я не знаю причину, побудившую вашу расу покинуть родную Галактику, не знаю как вы, великая Цивилизация была «откинута» на несколько тысячелетий назад и сравнялись по уровню развития с расой людей…

— На последний твой вопрос я смогу ответить. И ответ ты знаешь: когда мы пришли в эту Галактику, у нас произошла катастрофа. Все знания были потеряны, и понадобились многие годы и тысячелетия, чтобы восстановить тот уровень, которым наша раса обладала раньше. На остальные твои вопросы я не знаю ответа. Священные Таблицы также не дают на них ответ. Они были созданы после катастрофы и не содержат «знаний» предшествующих периодов, — с грустью в голосе, закончил говорить Охош.

— Хранитель, вы мне говорили о разном сознании и мышлении пришедших в нашу Галактику, но как вы смогли это определить, ведь контакта с ними не было, и мне тоже не удалось ничего толком выяснить, я помню только «холод», обволакивающий мои мысли и… потом беспамятство, — Арст умолк.

— Контакт был, — резко ответил Хранитель, — но его обстоятельства тебе не нужно знать. Могу только сказать, что его провёл мой предшественник Дроушш, — после секундного колебания Охош продолжил, — отправиться в «последний переход» у Хранителя это не только смерть в физическом смысле, это ещё и направиться навстречу неизвестному, чтобы развеять сомнения, возникающие при трактовке Священных Таблиц. У нас было сомнение от кого ждать беду расе Акхнов: от людей, на что указывали Священные Таблицы, или нет… Возникала парадоксальная ситуация, когда переменная «Предтеча» — начало великих бед, становилась переменной «Посредник» — начало объединения и спасения расы всё в корне менялось. Великий Дроушш направился к границам Галактики, чтобы встретиться с Вантабами. О тебе, как о «Посреднике» ещё никто не знал. Были только обрывочные сведения о «чужих» в нашей Галактике. К нашей с тобой встрече в Хранилище, удалось обнаружить то, что осталось от корабля Великого Дроушша и получить бесценные сведения, которые помогли оценить угрозу, сделать правильный выбор, — Охош замолк, было явно видно, что он рассказал больше, чем планировал.

— Спасибо Хранитель, теперь я понимаю, что мне делать, — ответил Арст.

Дел было действительно много. «План Исход» становился приоритетным для обитателей Галактики. Множество кораблей разведчиков были направлены в разные ближайшие Галактики. Поиск проходил по нескольким направлениям, так как требования для нормального функционирования организмов были различны. «Координационный Центр Исхода» собирал, проверял, перепроверял поступавшую информацию и после анализа множества факторов выдавал приоритетные направления дальнейшего исследования.

Большие трудности возникли с сохранением знаний, накопленных за такой долгий период развития Цивилизаций. Кроме того, трудность была в количестве подлежащих эвакуации. Число разумных, живых существ, растений и представителей животного мира, которых первоначально планировалось переселить, просто не поддавалось счету. Все эти проблемы предстояло решить в кратчайшие сроки.

Где-то в центральном секторе Галактики. Штабной линкор «Восток».

Генерал Лангрэд находился на штабном корабле «ВОСТОК». Прежний штабной линкор «Звезда Союза» после крайнего боя сильно повреждён и находился в ремонтных доках одной из околопланетных систем Союза.

— Генерал, все собрались, — сказал адъютант генерала.

Лангрэд встал из-за стола и пошёл в общий зал, где проходило очередное совещание по разработке плана сдерживания противника. Данные разведки, анализ прошедшего сражения, гипотезы и выкладки учёных давали неутешительный прогноз: во-первых, окружающая объективная реальность стала меняться и изменения стали идти в геометрической прогрессии, всё больше и больше фиксировались факты «отклонений фундаментальных» законов. Они были незначительными, но прогрессия настораживала. Изменению подвергались не только неживые объекты, но и живая материя. Представители различных рас стали «слышать», «чувствовать» друг друга на больших расстояниях, они стали «умнее», активнее усваивать, изобретать новое, неизведанное и непонятное до настоящего времени. Хотя такие случаи были и единичными, но если тенденция сохранится, то через какие-то несколько сотен лет каждый мыслящий будет на несколько порядков совершеннее нынешнего поколения. Во-вторых, в настоящий момент противнику объединённая армия противопоставить ничего не может. Нет сил, средств, людских ресурсов, нет просто времени, для того чтобы разработать, внедрить, испытать новое вооружение, подготовить солдат. В-третьих, распространение противника по Галактике идёт слишком быстрыми темпами. Разведчики докладывали, что их уже видели на границе центральных секторов, не говоря уже об их активности на окраинах…

— Генерал, если мы пришли к единому мнению, — стал говорить представитель Акхнов, — то позвольте огласить окончательный вариант плана. Надо ещё ему придумать название, «план контрмер» не звучит, согласитесь…

— Прошу вас, генерал Хатоош, — ответил Лангрэд, — с кодовым названием я с вами согласен, надо придумать что-то другое, может «Химера»?

— Химера, химера, — несколько раз повторил Хатоош, как бы пробуя «на язык» трудно произносимое для Акхна слово, — «Химера», для созданного плана подойдёт, не так ли, генералы?

Молчаливое согласие было тому подтверждением. Обсуждения после доклада плана практически не было, всё уже было согласовано и утверждено не один раз.

— Генерал Лангрэд, — после совещания, на выходе из помещения торжественно произнёс Хатоош, — я думаю, что план «Химера» готов. Его можно докладывать Совету.

— Несомненно, генерал, но я чувствую, что мы что-то упустили, такое состояние, что стоишь рядом со стулом, а не можешь на него присесть, так как не «видишь» его, — ответил Лангрэд.

— У меня тоже бывали такие сомнения, — задумчиво произнёс Хатоош, — но нам проще, у нас Священные Таблицы, к которым может каждый обратиться и попробовать найти ответ на свои терзания! Тебе, мой друг, генерал, союзник, я бы посоветовал обратиться к Советнику Арсту. Всё равно план представлять Совету, так представь сначала план «Химера» ему, — и он сделал многозначительный жест, в сторону «верха».

Лангрэд лично незнаком с Арстом, видел его несколько раз на расширенных совещаниях Совета, но был о нём наслышан. Он — человек, гуманоид, является представителем расы Акхнов в Совете Союза, чего никогда не было ранее. Тем более, его предложил в Совет, сам Хранитель Священных Таблиц, что может говорить только о том, что это всё не случайно.

Немного поколебавшись, генерал всё-таки решил предварительно поговорить с Советником Арстом о плане «Химера», попробовать развеять свои сомнения, которые его терзают с того самого времени, когда погибло две трети его учеников…

— Советник, — находясь в узле связи, сказал генерал, он явно нервничал, но старался не подавать виду, — мне необходимо с вами поговорить.

— Я слушаю вас, генерал, — без колебаний ответил Арст.

— Штабом подготовлен план, под кодовым наименованием «Химера». Этот план предусматривает ряд мер для благополучной эвакуации, я бы хотел обсудить с вами его некоторые детали, — на одном дыхании вымолвил Лангрэд.

— Да, я знаю о подготовке этого плана, — начал говорить Арст, — но я не знаю его ключевых моментов, в Совет его ещё не представляли.

— Совершенно верно, — сказал генерал, — я хотел его обсудить с вами до официального внесения в Совет. В плане предусмотрены активные действия, противодействия противнику, которые согласно нашим аналитическим прогнозам не приведут к желаемому результату, — после небольшой паузы продолжил Лангрэд, — они могут привести к гибели большого числа военнослужащих, активного, трудоспособного населения…

— Генерал, план разрабатывался под вашим руководством? — спросил Арст.

— Да, Советник, но в тот момент я желал отомстить за своих ребят, которые погибли… Сейчас у меня другое мнение, — ответил генерал.

— Что вам мешает скорректировать план, согласно вашему мнению на «сейчас»?

— Я, офицер в третьем поколении, Советник, сдаваться без боя противнику не в моих правилах. И ещё, Советник…, действительно, так всё серьёзно складывается с Вантабами? Они пришли к нам не как новые «соседи», а как завоеватели?

— Генерал, я не помню, где родился, не помню как жил здесь до момента, как завербовался в военные. Моя жизнь, считай, началась всего несколько лет назад. Но то, что я успел увидеть, узнать, пережить за этот период…, я не могу описать словами. Моя встреча с Вантабами, после которой я чудом остался жив, уверила меня в том, что они пришли к нам не просто «в гости», а чтобы забрать наш дом, а нас самих бросить медленно умирать где-нибудь. Мы с ними до сих пор не смогли установить контакт, вступить в переговоры, эти попытки, как вы знаете, не прекращались до недавнего времени, но все они неудачны. У нас просто нет общих точек соприкосновения, общей «опоры», на которой можно построить общение… Мы просто очень разные…

Планета Кросул. Здание Совета Объединения. Расширенное заседание Совета.

Заседание Совета объединения началось нервозно. Представленный окончательный план «Химера» сильно отличался от первоначального плана, и генералу Лангрэду приходилось долго и страстно отстаивать его, приводя всё новые и новые аргументы в его защиту. Основным отличием представленного на Совет плана было концентрация всех сил и средств не на противостояние с Вантабами, а на эвакуацию населения. Разведку новых областей в соседних Галактиках, уточнение пригодных для жизни звёздных систем, обеспечение переселенцев всем необходимым и главное, сохранение знаний.

— Спасибо генерал Лангрэд, мы вас поняли, — подвел итог Никотауш, — предлагаю заслушать Советника Арста. Его мнение сейчас, возможно, будет решающим.

— Совет, присутствующие, — начал свою речь Арст, — вам может показаться, что представитель военных генерал Лангрэд проявил нерешительность и как я понял из реакции некоторых членов Совета даже трусость, при составлении плана «Химера», но уважаемый Совет. С того времени, как Вантабы вторглись в наше пространство не было ещё ни одного существенного сражения или боя, в котором наши доблестные военные одержали ощутимую победу или нанесли хоть какой-то значимый вред противнику. Я сейчас вам говорю не как Советник, а как военный, размен в бою один, на несколько сотен наших солдат это недопустимая трата людских, материальных ресурсов. Тем более, на сегодняшний день, подтверждён лишь один реальный случай уничтожения противника. Если брать объективные данные, вы только вдумайтесь, только один подтверждённый уничтоженный противник почти за год боевых действий, в которых уже погибло более двух миллионов наших граждан, как военных, так и гражданских. О чём можно говорить ещё? В настоящее время, план «Исход», который планировался, как вторичный, необходимо поставить в приоритет. Тем более, в плане, представленном генералом, основными пунктами которого является разведка, охрана, сопровождение, караванов переселенцев учтены эти позиции. Это свидетельствует о дальновидности генерала, желании сохранить максимальное число граждан, разумных существ для дальнейшего развития и жизни, пусть пока в неизведанных нами областях Галактики, но наша ветвь развития на этом не прервётся, а продолжит своё существование.

Зал молчал. Кто-то прятал глаза, уткнувшись в свой коммуникатор, делая вид, что изучает информацию на экране, кто-то смотрел то на Арста, то на генерала с нескрываемым удивлением, а кто-то утвердительно кивал, давая понять, что поддерживает докладчиков.

— Ваше мнение принято, Советник Арст, — подвел итог Никотауш.

После Совета, работа по плану «Исход» возобновилась с утроенной энергией. Все, в том числе высшие представители власти, теперь понимали, что единственным решением на данный момент становится переселение. Акхны участвуя в этом проекте, преуспели больше. Они уже отправили несколько караванов в разведанные пространства и активно осваивали новые звёздные системы. Успехами Объединению людей похвастаться в этой области было нечем. Всё также возникали трудности с сохранением накопленных знаний, строительством и переоборудованием кораблей, а также организацией эвакуацией. Большое количество звёздных систем так и не удалось оповестить, или хоть как-то предупредить о надвигающейся угрозе. В далёкие сектора Галактики, с которыми постоянная связь не поддерживалась, принято решение отправить автоматические корабли-курьеры, которые на своём борту несли описание предпринятых мероприятий и инструкции к действию, в случае вторжения Вантабов в их сектора Галактики.

— Проходите Советник, — уже выходя из своего кабинета, Арст встретил Советника Никотауша, — у вас есть ко мне вопросы?

— Да, Советник, если это возможно, задержитесь на несколько минут, я не займу много времени.

— Я вас слушаю.

— Арст, можно мне к вам так обращаться, в неофициальной обстановке?

— Конечно, Советник.

— Спасибо. В вас Самукш не ошибся. Я вам честно скажу, что был нейтрально-против вашего назначения в Совет, но мой предшественник как-то предвидел сложившуюся ситуацию и смог разглядеть в вас именно то, что нам сейчас не хватало.

— Я не понимаю вас, Советник.

— К большому сожалению, мы — Совет, уже свыклись с тем, что Союзу противостоять практически некому. Все, кто мог оказывать сопротивление или высказывать свою точку зрения уже сменили её. Я не беру наши противоречия с Акхнами. Они были, есть и будут. Но я теперь только сейчас понимаю, что война с Вантабами, которую мы не подготовившись и не узнав противника, начали, была ошибкой. Нам, мне лично трудно признать, тот факт, что мы проигрываем. Проигрываем по всем статьям, и есть только один вариант избежать полного истребления это бегство.

— Но Советник, мы не бежим.

— Не надо Арст, мы бежим из своего дома, который дал нам жизнь, который взрастил нас, где мы достигли определённых высот и успехов.

— Советник, как вы знаете, но Акхны также пришли в нашу Галактику из другого мира. Когда они пришли, их воспринимали «богами». Но у них случилась катастрофа, и все знания были потеряны…

— Да, Арст, я знаю историю. Мы с вашей помощью пытаемся избежать тех ошибок, которые совершили Акхны. Надеюсь, нам в новом Мире не встретятся Вантабы, или кто-то более могущественный, чем они, с кем договориться будет невозможно.

— По данным разведки, в те сектора, куда направляются караваны с беженцами, нет разумной жизни.

— Их нет в звёздных системах, где осваиваются переселенцы. Но Галактика огромна, хоть и исчислима. Не исключено, что нам, рано или поздно предстоит встреча с разумной жизнью той Галактики, куда мы уходим. Я надеюсь, эта встреча будет встречей равных, и мы сможем понять друг друга и договориться о совместном развитии и мирном сосуществовании.

— Наши караваны уходят в ту же Галактику, куда уходят Акхны, нам будет легче освоиться и начать жить в новых условиях вместе.

— Я согласен с тобой Арст, проще освоиться на новом месте вместе с друзьями… Я слышал, что Хранитель Священных Таблиц, уважаемый Охош, уже отбыл с караваном?

— Именно так Советник, он уже в пути к новому дому.

— И я скоро отправляюсь. Вы, как я слышал, пойдёте с последним караваном?

— Да, Советник, я пойду с последним караваном. Остальные граждане, члены Союза, кто не сможет присоединиться к нам, самостоятельно смогут добраться до пункта сбора на краю нашей Галактики, где им окажут необходимую помощь и сопроводят в новый дом.

— Это хорошо. Мне генерал Лангрэд докладывал, что активность Вантабов упала, их экспансия в нашем мире немного замедлилась. Как вы считаете, мы всё учли, предусмотрели, и наша эвакуация не будет выглядеть для потомков бегством?

— Если мы останемся здесь и не предпримем никаких мер, то потомков у нас не будет, Советник.

— Удручающий прогноз. Но возможно вы правы, Арст, — тяжело вздохнув, ответил Никотауш и, выйдя из кабинета, пошёл дальше по своим делам.

Сборы заключительного организованного каравана затянулись. В последний момент всё больше возникало чувство, что что-то забыли. Была проведена очередная ревизия груза, проверены, перепроверены все маркировки, в том числе герметичные контейнеры из доставленных с ближайших звёздных систем библиотек.

Нервозность просто наэлектризовывала пространство вокруг. У Арста не было просто свободной минуты, чтобы спокойно принять пищу. Он был нужен везде. Без его одобрения или прямого указания подчинённые отказывались изменять логистическую структуру загрузки кораблей и изменять штатное расписание, как пассажиров, так и конвоя. Обостряло напряжённую ситуацию информация военной разведки. Они фиксировали активные перемещения Вантабов по вектору движения основного каравана. Времени для принятия решения о старте оставалось всё меньше и меньше.

— Советник. Арст, — сказал Самал, видя, что его непосредственный начальник уже выбивается из сил, занимаясь несвойственной ему рутиной, — разрешите вам помочь, так будет быстрее. Я, мой брат, и жена можем на себя замкнуть часть вопросов, а то на вас уже «лица» нет.

— Спасибо Самал, это хорошо, что ты подошёл. Необходимо срочно взять один из кораблей военных, способных нести полезную нагрузку, и направиться в звёздную систему «Брива». Там у наших учёных проблемы с транспортом. Необходимо их, вместе с грузом доставить сюда. В случае невозможности ремонта корабля — уничтожить.

— Будет исполнено, — отрапортовал Самал и быстрым шагом пошёл исполнять приказание.

Проблем оставалось ещё много. Они уже выбились из запланированного времени старта, но всё-таки наступил тот момент, когда ждать и откладывать отбытие становилось катастрофическим.

Новый, сверхтяжёлый линкор Союза «Циркон».

— Советник, — обратился к Арсту Лангрэд, — все в сборе. Разрешите дать команду начинать.

— Командуйте генерал. Теперь это ваша вотчина. Всё, что смог я сделал.

— Внимание, — начал по каналу связи отдавать команды генерал, — всем кораблям выстроиться согласно полученным предписаниям. Кораблям охранения отслеживать пространство. Разведке действовать согласно ранее данным указаниям. Держать ордер, не ускоряться и не выходить за пределы отслеживаемого пространства. Связь держать «на приём». В случае экстренных случаев, вызов по резервному каналу.

Корабли постепенно стали уходить с орбиты планеты и выстраиваться в ордер каравана в точке сбора за пределами звёздной системы. Путь предстоял долгий. Караван состоял из различного типа судов, и скорость их была неодинакова. Таким образом, каравану придётся идти со скоростью самого тихоходного судна, который не смогли оставить.

Первые дни путешествия прошли быстро. Больших проблем с продвижением не было. Генерал Лангрэд, за это время показал себя как строгий, с непререкаемым авторитетом командир. Его чёткие, жёсткие команды, исполнялись беспрекословно. Когда один из гражданских на своём корабле попытался выйти из установленного ему места в ордере и выйти «в голову» колонны, то по приказу генерала выстрелом был повреждён двигатель его корабля, и после коротких переговоров вся команда с пассажирами «провокатора» поднята на один из военных кораблей. Все материальные ценности на корабле были потеряны, но жизни спасены.

— Генерал, в канале разведка, — сообщил Лангрэду дежурный офицер связи.

— Соединяй.

— Докладывает дальний дозор. По вектору движения каравана обнаружена активность Вантабов. У них там большое скопление кораблей, с большой вероятностью это засада.

— Они вас засекли?

— По данным наших приборов контакта с противником не было.

— Штурман. Внести изменения в курс. Разослать всем кораблям запасной маршрут.

Команды раздавались одна за другой. Все были напряжены и сосредоточены, когда на мостик пришло сообщение от кораблей дальней разведки.

— Командир, противник выстраивается в цепочку. Они начали сканировать пространство.

— Уходите оттуда. Сколько у нас времени до контакта с противником?

— При неизменности курса, меньше стандартных суток.

— Принято. Избегайте контакта с противником. Следуйте на скорректированный курс.

— Внимание всем, — по каналу связи раздался рёв боевой тревоги, и голос генерала продолжил, — дежурным боевым кораблям малого класса выстроиться в боевой порядок. Остальным кораблям, в том числе гражданским продолжать движение по запасному курсу.

— Советник, хорошо, что вы пришли на мостик, — сказал генерал, увидев Арста, входящего в командное помещение, — без вашего одобрения я не могу принять окончательного решения.

— Я вас слушаю генерал.

— Дальней дозорной группой обнаружено скопление противника, они выстроились в поисковый порядок и сканируют пространство. Я отдал приказ основной группе каравана изменить маршрут и продолжить движение. Наш корабль, под прикрытием дежурных звеньев останется в этой части пространства и отвлечёт противника от каравана.

— Генерал, оставаться и ждать противника не совсем разумно, — немного подумав, сказал Арст, — необходимо увести противника по ложному следу. Тогда можно достигнуть желаемого результата.

— Вы правы, Советник, и я предлагаю вам перейти на другой корабль, следующий в основной части каравана.

— Нет, генерал. Будет потеряно много времени. Основной ордер пусть уходит, как можно скорее. После его ухода мы выдвинемся навстречу противнику, и попробуем увести его от каравана…

Встреча с противником стала неожиданностью для всех. Из темноты космоса появлялись яркие точки кораблей противника. На инфопанели они моментально позиционировались как вражеская цель.

— Сколько их, — спросил Арст.

— Не менее двадцати, — ответил Лангрэд.

— Какое ваше предложение генерал?

— На дальней дистанции нам не устоять против них. Необходимо максимально сблизиться. Самый лучший вариант встретить их на околозвёздной орбите. Мы как раз находимся в звёздной системе «Горна». Планеты безжизненны, но имеют бедную растительность. Предлагаю встретить их на орбите одной из планет. Завязать короткий бой и постараться увести их за собой. Малые корабли нас прикроют. Перед отходом мы их заберём с собой.

— Командуйте генерал.

— Внимание всем! Боевая тревога, надеть скафандры. Развернуть строй в боевой порядок. Малым судам прикрывать флагман. Самим далеко не удаляться. Наша задача задержать противника, сбить его с курса и увести за собой.

После команд генерала Арст пошёл в свою каюту, чтобы облачиться в скафандр. Вместе с ним в этом полете были только Рамал и несколько Акхнов — его помощников. Самал, так и не успел вернуться во время со своего задания, но Арст получил сведения, что он всё-таки выполнил приказ и на одном из военных кораблей шёл в основном ордере каравана.

Раздался гул. Это сработало орудие основного калибра линкора. Оно должно было привлечь внимание противника. Облачившись в скафандр, Арст хотел вернуться на мостик, но решил не мешать капитану, руководить боем, и направился на палубу, где располагались солдаты контрабордажники.

Опыт абордажных боев у него имелся. Тем более с братьями, когда выдавалось свободное время, он уделял совместным тренировкам чтобы поддерживать себя в форме, да и пообщаться в неофициальной обстановке тоже иногда не мешало.

— Советник, — окликнул его Рамал.

— Да, Рамал. Пошли на палубу боевой группы. Может, там наша помощь понадобиться.

— Советник, вам бы оставаться в своей каюте, или на мостике, — робко заметил Рамал.

— Нет, друг. От нас сейчас зависит, как пройдёт эвакуация. Сможем ли мы уберечь караван или его догонят. На мостике я сейчас лишний. Генерал хорошо справляется со своими обязанностями, а вот мне, как боевому солдату, оставаться в стороне в такой ситуации недопустимо.

Корабль ощутимо тряхнуло. Загорелись аварийные огни. Раздался голос дежурного офицера: «Внимание всем. Корабль получил критические повреждения. Покинуть корабль. Эвакуация согласно штатному расписанию».

Арст с Рамалом переглянулись и, не сговариваясь, пошли в обратную сторону — на мостик.

— Капитан, помощь нужна, — взойдя на мостик, сказал Арст.

— Советник, вам необходимо срочно покинуть корабль. Нас атаковали со стороны звезды. Наши сенсоры не засекли заблаговременно противника. Судов прикрытия практически не осталось. Наш корабль скоро детонирует. Садитесь в спасательные капсулы и уходите по направлению к планете. Но будьте осторожны, возможно, там есть база противника. Может, кому повезёт, и их подберут, — генерал говорил последние фразы с большим трудом. Находясь на мостике, он получил ранение головы, и каждое слово ему приходилось говорить с большим усилием.

— Что с караваном?

— Караван прошёл. Ни одного срабатывания ИМЖП не было. Они ушли. Мы выполнили приказ, Советник, — это были последние слова генерала.

— Рамал, быстро в капсулы, — отдав команду, Арст побежал по направлению к спасательной палубе.

Сработали механизмы шлюзов. Отстрел. Старт. Маневровые двигатели небольшой спасательной капсулы активно работали на экстремальных уровнях нагрузки. От потери сознания Арста спасал только медицинский блок скафандра.

Посадка на планету была жёсткой. Спасательная капсула, выработав весь свой ресурс и приняв на себя критические перегрузки, выполнила свою работу. С большим трудом выбравшись из капсулы, Арст проверил снаряжение, забрал ящик с НЗ[35], оружие и направился к ближайшему холму, чтобы осмотреться. Планета, по сведению инфоцентра Союза, была неосвоенная. Кислород отсутствовал. Никакой ценности на данный момент она не представляла.

Проведя инспекцию ящика с НЗ Арст обнаружил, что на этой планете он сможет протянуть от силы неделю. Потом закончатся сменные патроны к скафандру, и он просто умрёт от асфиксии, а попросту задохнётся. Сканеры скафандра показывали, что в радиусе его действия никого из спасшихся нет. Делать нечего, и Арст направился к подозрительно высокому холму, возвышающемуся где-то вдалеке.

Шёл он долго. Иногда казалось, что весь мир, вся Вселенная против его продвижения. Но он шёл и шёл, упорно вставая после падений и преодоления, казалась бы «непреодолимых» препятствий. Когда сил совсем не осталось, Арст принял решение сделать привал и, не оборудовав лагерь, просто уснул прямо в скафандре…. Ему снился незнакомый ему мир, полный зелёной растительности, голубого неба и океан, с его чрезмерной мощью и тёплой, солёной водой.

Просыпаться не хотелось, но чувство тревоги всё усиливалось. Открыв глаза, Арст к своему ужасу обнаружил, что находится в центре, окружённый со всех сторон коконами Вантабов. Сделав попытку подняться, Арст огляделся. Вокруг него, на разном расстоянии друг от друга находились коконы-скафандры противника. Шанс убежать или вступить в бой на равных в таком положении «стремился к нулю».

«Ну, что ж Арст, вот и всё. Пришёл и мой конец. Хорошая у меня была жизнь. Жаль, конечно, что так и не успел всё сделать, что хотел, но ничего „будет день, и будет пища“, как говорил кто-то из моих предков». Эти мысли не мешали Арсту осторожно достать из своего контейнера, расположенного на скафандре, две «гранаты», поставить их на взвод и ждать срабатывания механизма взрывателя. Взрыв был сильный. В том месте, где он произошёл, образовалась большая воронка, которую можно было заметить, пролетая на небольшой высоте над поверхностью планеты.

Темно. Тишина. Нет боли, нет никаких ощущений. Я умер? Бой. Последний бой. Остался один. Все погибли, и я тоже… выполнил свой долг. Дал время для эвакуации. Но я… ДУ-МА-Ю, я МЫ-С-ЛЮ. Что со мной? Где я?

— К-хм, к-хм, — молодой человек, вы меня слышите? Хватит притворяться. Нам надо поговорить.

Этот «голос» звучал, прямо в голове, был настолько «громким», что казалось, он разрывает «мозг» изнутри.

Попробовал открыть глаза. Огляделся: потолок, свет. Он исходил из каких-то древних светильников, расположенных на стенах, но был таким мягким — тёплым светом. Стены обычные, пустые, без каких-то излишеств. Привстав на локтях, прямо перед собой увидел сидящего на стуле старика. Он с интересом смотрел на меня.

— Очнулись наконец-то, вставайте, присаживайтесь. Меня зовут Семён-Посланник. Мы с вами уже встречались как-то. Если помните, хотя… вряд ли. Ну, вставайте. Возьмите стул… Вот вы задали нам задачку, не могли не погибать ещё пару дней. Пришлось вас сразу в Мир отправить, без вашего выбора, но на то есть причины: каждый выигравший должен получить свой шанс использовать своё право на выигрыш. Это основной Закон Лотереи.

И тут на меня нахлынули воспоминания. Жизнь на Земле, этот же старик в моей квартире, известие, что выиграл в Лотерею. Выбор Мира. Новая жизнь. Космос. Война. Смерть.

— Что со мной, — начал я. — Почему не погиб?

— Вспомнил? Вижу, что да, — опять начал говорить Посланник. — Ну, что «Феликс». Поздравляю. Ты во второй раз выиграл в Лотерею и в связи с тем, что победителю была неминуема гибель до получения выигрыша, пришлось без твоего предварительного выбора, перенести твоё сознание в мир «цифровой реальности».

— Почему именно я? Где моё тело? — только сейчас понял, что не дышу.

— Тело? Ты погиб. Глупо конечно, но ничего не поделаешь. Тело превратилось в «прах» на атомарном уровне. Твоё сознание находится сейчас в виртуальной реальности, точнее оно перенесено было в человека, подключённого в виртуальную реальность, но его сердце остановилось — время его пришло, а ты остался — твоё сознание заняло его место в виртуальной реальности… Это игра такая, в том, ну или в этом Мире. Выбирать мне, уж извини, из-за ограниченности во времени, было не из чего. Подходящая кандидатура оказалась только одна. Почему именно ты? На данный вопрос я отвечу, хоть это и не входит в мои обязанности. Ты первый в том Мире показал, точнее, достиг тех граней Сознания, которые были пока недоступны жителям того Мира. Ты познал состояние «отрешённости» — Нирваны, показал возможность самопожертвования, но самое главное ты умерил как свою, так и гордыню тех, кто окружал тебя, можно сказать, что ты спас целый Мир. Помнишь, у тебя были «галлюцинации» всякие, «огоньки» перед глазами. Так это было свидетельство того, что ты на верном пути.

— Что происходит в том Мире, где я был последний раз? Кто эти «Черные» — Вантабы?

— В том Мире всё нормально, происходит естественная ротация разумных существ. Один разумный вид в той Галактике прожил свой цикл, на смену ему приходит другой вид Мышления-Разума-Сознания. И им хватило здравого ума уйти, сохранив Знания, Умения, Навыки, Жизнь разумным существам, а не погибнуть в неравной борьбе с неизбежным. Теперь, кто выжил, пойдут дальше по Вселенной к своему новому дому. Так и идёт развитие жизни. Одна разумная форма жизни в Галактике доказала, что она достигла высокого уровня самосознания и развилась достаточно, чтобы не погибнуть из-за гордыни и осознания «всемогущества». Они — чёрные, или как вы их называете Вантабы, просто исследовали новое пространство, даже не воевали с вами, и вы им ничего не могли сделать. Вы даже общаться не могли. Это как строитель автодороги не будет спрашивать разрешения у жителей леса о прокладке через него автострады. Это разные физические константы, а также другие основы Мироздания и Сознания…

— Что мне предстоит?

— Как, что? Жизнь… — Игра!

От латинского «felix» — везучий.

Ива́н Петро́вич Па́влов — русский учёный, первый русский нобелевский лауреат, создатель науки о высшей нервной деятельности физиологической школы; лауреат Нобелевской премии в области медицины и физиологии 1904 года «за работу по физиологии пищеварения». Свои опыты проводил над собаками.

Тро́йки НКВД СССР — органы административной (внесудебной) репрессии при республиканских, краевых и областных управлениях НКВД СССР, созданные в целях проведения операции по репрессированию «антисоветских элементов» и действовавшие в СССР с августа 1937 по ноябрь 1938 года, состоявшие из трех человек и наделенные всей полнотой власти и принятия решения о виновности лица.

Один «сингл» равен примерно 14 месяцам земного времени. Далее по тексту: указываются, привычные названия времени: секунды, минуты, часы, сутки, недели, месяцы, годы.

Далее по тексту — процедура ОС.

От греческого «unio» — объединение, союз.

Шкала́ Кардашёва — метод измерения технологического развития цивилизации, основанный на количестве энергии, которое цивилизация может использовать для своих нужд. Цивилизация II типа — потребляет (обуздывает) всю энергию своей звезды.

Денежная система Объединения: в основе своей стоит ни золото, ни иные материальные блага, а энергия. То есть, один «крюн» равен необходимой человеку суточной энергии, или три тысячи килокалорий (кКал).

Синоним — «Предтеча».

Математическая константа — величина, значение которой не меняется; в этом она противоположна переменной.

Здесь и далее указываются привычные тактические единицы войск: отделение, взвод, рота, батальон и т. д.

От англ. drone — (трутень) — летательный аппарат без экипажа на борту. В данном случае боевой с вооружением как летательный (атмосферный), так и наземный, подводный аппарат без экипажа.

В данном случае Л-7 — это Лаборатория номер 7 центра связи.

В данном случае сигналы руками, когда имеется визуальный контакт, но иной вид связи отсутствует.

В данном случае план «Звезда» — разработанный заранее план обороны базы, в случае попытки прорыва противника со стороны звезды.

В данном случае это аналогия с выражением: «Убьют и фамилию не спросят».

Окта́эдр (греч. οκτάεδρον от οκτώ «восемь» + έδρα «основание») — многогранник с восемью гранями. В данном случае имеет шесть вершин.

Гипотерми́я, переохлаждение — состояние организма, при котором температура тела падает ниже, чем требуется для поддержания нормального обмена веществ и функционирования. У теплокровных животных, в том числе, человека, температура тела поддерживается приблизительно на постоянном уровне благодаря биологическому гомеостазу. Но, когда организм подвергается воздействию холода, его внутренние механизмы могут оказаться не в состоянии пополнять потери тепла.

Гипертермия — перегревание, накопление избыточного тепла в организме человека и животных с повышением температуры тела, вызванное внешними факторами, затрудняющими теплоотдачу во внешнюю среду или увеличивающими поступление тепла извне.

РЭБ — сокращенная аббревиатура от: РадиоЭлектронная Борьба.

В данном случае вектора 10 и 60 это вектора движения «прямо» и «назад».

ИМЖП — в данном случае Индивидуальный Модуль Жизненных Показаний. Вживляется в сердечную мышцу. Этим блоком оснащены все военные. Не является электронным прибором. Получает энергию от температуры тела и от сокращения мышцы сердца. Во время остановки сердца подаёт кратковременный мощный сигнал о смерти его обладателя, с попыткой его реанимации. Затем вплоть до остывания тела передаёт кратковременные сигналы достаточной продолжительности для обнаружения тела.

В данном случае это жаргонное обозначение людей гуманоидной расы по типу кожи — гладкая.

Имеется в виду «статья коллаборации OPERA», посвященная прямому измерению скорости движения нейтрино. На момент публикации результаты звучали сенсационно: скорость нейтрино оказалась слегка, но больше скорости света.

Галактический год — период времени, за который Звёздная система совершает один оборот вокруг центра Галактики. Галактический год в нашей Галактике составляет, по разным оценкам, от 225 до 250 миллионов земных лет.

От анг. Vantablack (Вантаблэк) — субстанция из углеродных нанотрубок. Является самым чёрным из известных веществ. Поглощает 99,965 % падающего на него излучения: видимого света, микроволн и радиоволн.

Эллипсо́ид — поверхность в трёхмерном пространстве, полученная деформацией сферы вдоль трёх взаимно перпендикулярных осей. Напоминает яйцо с одинаковыми кончиками.

Кинетическое оружие малой мощности — в данном случае обобщение для оружия, основной принцип которого горение пороховых газов.

Электромагнитный импульс (ЭМИ) — это возмущение электромагнитного поля, оказывающее влияние на любой материальный объект, находящийся в зоне его действия. Поражающий фактор ядерного оружия. Действие ЭМИ проявляется, прежде всего, по отношению к электрической и радиоэлектронной аппаратуре. Защита от ЭМИ достигается экранированием линий энергоснабжения и аппаратуры. ЭМИ не влияет на людей.

Ритори́ческий вопро́с — риторическая фигура, представляющая собой вопрос-утверждение, который не требует ответа.

Здесь: — разумная жизнь газообразного типа, абсолютно нейтральная ко всем. За пределы своей звёздной системы не вышла.

Здесь: — гора на планете Землянуха. Отдаленное, не проходимое место, где по приданиям проживает племя до настоящего времени не имевшее контактов с цивилизацией.

Физический носитель — бумага, дерево, пластик, камень, металл и др.

«Минимум бета плотности» — в данном случае минимальная плотность «расселения», позволяющая успешно осваивать пространство-территорию.

Ненью́то́новская жи́дкость — жидкость, при течении которой её вязкость зависит от градиента скорости. Обычно такие жидкости сильно неоднородны и состоят из крупных молекул, образующих сложные пространственные структуры. Простейшим наглядным бытовым примером может являться смесь крахмала с небольшим количеством воды. Чем быстрее происходит внешнее воздействие на взвешенные в жидкости макромолекулы связующего вещества, тем выше вязкость жидкости.

НЗ — Неприкосновенный Запас.