С глухим чмоканьем топор вошел в колоду. Половинки полена покачнулись и рухнули в пожухлую траву. Я отпустил гладкое топорище и прихлопнул севшего на плечо комара, привычно ощутив под пальцами грубые полосы шрамов.

Дернув ручку, выругался – инструмент зашел на два пальца, плотно засев в старом пне. Пришлось расшатывать понемногу, не спеша. Выдернув освобожденное лезвие, подобрал первую часть чурки и установил на колоде.

Взмах, удар. Со щелчком разлетелась древесина. Щепки брызнули в стороны, присоединившись к собратьям, по щиколотку наваленным под ногами. Вздохнув, закончил со второй половиной и подобрал нарубленные дрова – на сегодня хватит.

Пять минут, чтобы разложить поленницу под деревянную кровлю сарая, повесил топор на вбитые в стену гвозди и протопал к старой бочке с дождевой водой. Отфыркиваясь, ополоснулся, смывая пот и налипшие чешуйки коры.

Дверь небольшого лесного домика хлопнула, выпуская женщину в простом домашнем халате. Ей немного за тридцать, в пламени рыжих волос прослеживалась первая седина, лицо отмечено парочкой шрамов – один перечертил левую глазницу, второй надорвал тонкие губы.

— Закончил? — хрипловатый голос приятно пощекотал слух.

Не знаю, где бы я был, если бы не Марта.

Когда меня притащили в эту забытую богом деревню, я был в бреду. Не знаю, как так получилось, но доктор смогла поставить меня на ноги. Долгие полгода реабилитации, пока учился заново двигаться, она была рядом.

Малик говорил, когда я выбрался из шахты, смог перебить два десятка рейдеров, вот только после – рухнул без движения. Бывшие рабы притащили меня сюда, в Олл-Три. Марта решила, что всему виной разрывы не до конца восстановившихся мышц. И, надо признать, походило на правду, потому что боль была ужасной. А еще тяжелее было осознавать себя беспомощным куском мяса, не способным даже поссать без посторонней помощи.

Я кивнул. Говорить все еще сложно – голосовые связки приходилось тренировать, как и все тело. Так что пока мой максимум – тридцать-сорок слов в сутки. Иначе глотка адски болит, в ней словно застряло битое стекло, при каждом неосторожном звуке разрезающее мышцы изнутри.

Доктор подошла ближе и внимательно всмотрелась мне в лицо. Единственная, кто не кривился при виде испещренного чудовищными рытвинами обугленного человека. Сам я, впервые увидев отражение в зеркале, даже сказать ничего не смог – за шрамами и сочащимися гноем ранами не представлял, как выглядел раньше. Что за человеком я был? Хрен его знает.

Женщина ласково погладила меня по плечам, я обнял ее в ответ. Вот такая вот, мать его, любовь. Мое молчаливое присутствие в жизни доктора помогло вдове справится с горем, а мне – давало возможность бороться за жизнь. Порою накатывала тоска и чувство безысходности, и только близость Марты помогала держать себя в руках.

Оглядев двор, я повел доктора внутрь. Все больше холодает, осеннее небо вот-вот принесет снежные тучи. И мир снова замрет, превратившись в бесконечную череду похожих друг на друга дней. В этот раз я хотя бы ходить могу, прошлые зимы хотелось выть от безделья и бессилья.

Сложенный из кирпичей широкий камин щелкал тающими щепками. Пыхтел, наполняя комнату вкусным ароматом мяса, вместительный котел. Несколько светильников, расставленные по помещению, создавали ощущение уюта и покоя.

Стоило нам зайти в дом, Марта упорхнула возиться с готовкой. Я же размял пальцы, похрустев суставами, и, сев в плетеное кресло, взялся за деревянные дощечки – местные дети играли такими, изображая сражения, я же восстанавливал моторику. Получалось не очень хорошо, но здесь, на самом краю мира, ничего другого не было. Временами доктор обещала купить у очередного каравана нормальное оборудование, вот только платить ей было нечем.

Это с деревенскими можно рассчитаться продуктами или услугами врача. Караванщикам Альянса и, уж тем более, «Стальных сердец», нахрен не сдались услуги деревенского доктора. Им требовались гильзы и кредиты, но те было просто негде достать, если не хочешь, конечно, расстаться с патронами, которых и так не хватает.

Мутанты Олл-Три не беспокоили. По словам Марты, слишком далеко от очагов поражения, но я подозревал, дело в усиленных разъездах боевых киборгов, старательно зачищающих Тау Мару от всех, кто не слишком напоминает человека. К счастью, мою обожженную рожу они за мутацию не воспринимали.

А вот рейдером ничего не мешало периодически потрепать нервы мирному населению. И если бы не купленные у Альянса еще до моего появления турели, приходилось бы не сладко. Другое дело – боеприпасы кончались, купить новые толком не на что, и новое появление бандитов, готовящихся пережидать зиму по своим норам, не за горами.

— Ужин готов, — нависнув так, что тяжелая грудь легла мне на плечи, шепотом сообщила Марта, и мягко поцеловала мою обезображенную лысину. — Пойдем есть?

Отложив импровизированный тренажер, я кивнул, и последовал за женщиной в кухню. Грубо сколоченный стол – моя гордость – покрывала пожелтевшая и украшенная множеством пятен скатерть. Марта шутила, что эта расползающаяся тряпка – все ее наследство от родителей, так что не так много приданого она мне может дать. В такие моменты глаза моей спасительницы мутнели, а я стискивал зубы и сжимал кулаки.

Любили ли мы друг друга? Да хер его знает, но эта женщина сделала для меня невероятное. Без нее я точно отбросил бы свои закопченные копыта, так что как только смогу нормально двигаться, сразу же найду способ хоть как-то отплатить за ее доброту.

В очередной раз пообещав себе, что буду форсировать восстановление всеми возможными способами, улыбнулся сидящей напротив Марте и взялся за деревянную ложку.

* * *

Обняв слабо улыбающуюся во сне женщину, осторожно выбрался из постели. Прохладный пол ожог ступни, стрельнувшая в коленях боль заставила дернуть покореженной щекой.

Света из окна, занавешенного тонкой тканью, хватало с лихвой, чтобы не споткнуться о стоящий посреди комнаты стул. Оперевшись на его спинку, я медленно, стараясь не шуметь, двинулся к ванной.

Прикрыв за собой дверь, щелкнул переключателем, зажигая свет. Однажды, вот так же ночью, обнаружил, что прекрасно вижу почти в полной темноте. Но говорить об этом никому не стал. И так в деревне ходят слухи, что Марта приютила мутанта. Хорошо хоть в лицо не говорят, но как только смогу – сразу же припомню всем слишком говорливым, что порой молчание может спасти здоровье.

Почему я такой злобный? Откуда-то из темноты памяти всплывали не воспоминания, а ярость. Слепая и беспощадная, она требовала карать и мстить, беспощадно уничтожая всех, кто этого заслуживает.

И с каждым днем бороться с рвущейся наружу ненавистью становилось все сложнее. Я не боялся навредить Марте, но вот некоторые жители Олл-Три явно заслуживали показательной порки.

Взглянув на себя в маленькое зеркало. Что за зверь скрывается за этими шрамами? Урод в отражении смотрел на меня с отвращением. Не знаю, как у доктора хватило духа не только сидеть рядом со мной, но и спать вместе. Пожалуй, она видит во мне кого-то, кто лучше, чем я есть...

Скривившись, провел рукой по лысой голове. Когда сойдут последние шрамы, возможно, на ней снова появятся волосы. Может, к тому времени я уже вспомню, кем был.

Поразительно высокая регенерация, по словам Марты, в скором времени полностью восстановит мое тело. Но она ничего не говорила о памяти, просто не зная, вернется ли она. Да и хотел ли я вспомнить, что за чудовище спряталось под коркой страшных шрамов? Даже сейчас, глядя на себя в зеркало, чувствовал, как отвратителен тот, кем я был.

Доктор не знала, а я не спешил делиться мыслями, что лучше бы память не возвращалась никогда. Здесь, на отшибе Олл-Три, я могу прожить спокойную мирную жизнь. Жизнь, в которой у меня будет семья, может быть, будут дети. Простая жизнь деревенского жителя, со своими мелкими тревогами и заботами. С добродушно улыбающимися при встрече соседями, небольшим хозяйством и горсткой подрастающих детишек, что в свое время займут наше с Мартой место.

Я уверен, прошлый я был бесконечно одинок и озлоблен на весь мир. Каждый раз глядя в зеркало, чувствую на себе холодный взгляд, требующий крови. Крови и страданий.

Ополоснув лицо холодной водой из жестяного умывальника, потянулся за висящим на стене полотенцем, но замер с протянутой рукой, не отрывая взгляда от отражения.

Затянутый в красную боевую броню солдат смотрел на меня с презрением и отвращением. Глаз не было видно, но кожей чувствовалось – он меня ненавидит. Я моргнул, и видение пропало. Ледяная рука страха прошлась от поясницы к голове, заставляя сжаться и стиснуть зубы.

Что это? Память? Сумасшествие?

Вцепившись в полотенце, словно оно могло спасти, с силой зажмурил глаза. Потому что рука была закована в красные металл костюма.

— Модифицированная экспериментальная боевая броня класса «Рейнджер» Марк 54, — всплыл в голове холодный женский голос.

Сжав ткань в пальцах, я судорожно принялся стирать воду с лица. Хотелось содрать кожу и кричать, ужас и страх потерять рассудок схватил липкими пальцами за сердце. Я словно завис в паутине, и чем дольше пытался придти в себя, тем сильнее запутывался. Перед глазами мелькали какие-то лица, лес, огромный робот, тут же растаявший, как свеча. И в конце – изуродованная чудовищным огнем женщина, вплавленная в землю так, что уцелела лишь рука и голова.

— Забери мой чип, — тот же голос, но уже полный страданий, прозвучал из ее рта.

От резкой боли и злости сердце забилось неожиданно мощно, разламывая изнутри ребра, рвясь наружу. Ухватившись за грудь, я скривился от обессиливающих ударов, попытался уцепиться за раковину, но пальцы соскользнули, и я оказался на полу, с трудом вырывая каждый вздох и обезоруживающей боли.

— О черт! Ты в порядке?

Передо мной показались женские ноги. Похоже, разбудил Марту грохотом. Мир снова потемнел, в ушах грохот, будто стою на дне реки.

— Идем, — подхватив меня под руку, доктор двинулась к спальне.

Борясь с накатывающим беспамятством, краем сознания уловил идущего рядом со мной солдата в красной броне. На этот раз шлема не было, на меня холодно смотрел молодой парень с жестоким выражением лица.

— Мирная жизнь, значит? — моим голосом усмехнулся боец, вскидывая в руках энергоружье. — Херня это полная. Не может быть у нас мирной жизни. Все, что мы умеем– это убивать!

Ближе к вечеру появились первые сомнения. Мало ли что взбрело в мои поврежденные мозги, Джеймс-то здравомыслящий, почему с такой легкостью согласился? Отказываться от своей же идеи я, естественно, не стал. Бездействовать сейчас – еще большая глупость, чем нападение на караван.

Зайдя в дом доктора, первым делом прихватил одно из двух старых ружей. Когда еще не мог ходить, но уже вполне уверенно сидел на постели, не один день провел за его уходом. Оставшийся Марте от погибшего в рейдерском налете мужа обрез я решил не брать – пусть у доктора будет возможность отбиться, если что пойдет не так.

Мой план основан на неподкрепленной ни чем уверенности, что справлюсь с десятком вооруженных опытных бойцов. Но смогу ли я пережить это столкновение – полностью зависит от реального состояния брони, медленно ржавевшей почти 50 лет в семье хозяев Олл-Три. Что случится, если план не выгорит, я старался не думать.

В очередной раз проверив готовность ружья, провел пальцем по выбитой на корпусе надписи.

Охотничий карабин «Раш». Калибр: 7,62. Прицельная дальность: 350. Состояние: удовлетворительное.

Чертыхнувшись про себя, захватил ремень с патронташем на 14 зарядов. Я-то думал, глюки прошли, но проклятый голос вернулся.

— Ты решил уйти с караваном, — тихий голос за спиной заставил резко обернуться.

Марта не спрашивала, лишь устало глядела на меня, привалившись плечом к дверному косяку. Женщина обхватила себя руками и поджала губы.

— Нет. Не пройдет и трех суток, как ты снова меня увидишь, — улыбнулся я, подходя к ней ближе.

Запах домашней еды и свежих трав мягко коснулся носа. Доктор печально улыбнулась, поправляя мой воротник. От ее рук все еще пахло успокаивающими травами.

— В прошлый раз, когда мне это обещали, я стала вдовой, Кар. Не делай меня ею дважды, хорошо?

Молча обняв ее, я двинулся к выходу. Оглядываться не стал, на душе и так было неприятно.

Впрочем, стоило пересечь территорию доктора, выйдя на тропинку в деревню, мысли о Марте выветрились вместе с дуновением прохладного осеннего воздуха. Вместо них, широко и бодро шагая, задумался о предстоящем бое.

Итак, что мы имеем? Караван Гарри уйдет из Олл-Три по единственной труднопроходимой дороге. Места здесь пустынные, даже старых заправок не попадается, так что добираются торговцы с помощью тягловых волов. Эти громадные твари крайне выносливы, но тупы и медлительны, так что у меня будет приличный запас времени, так как тащить груженые подводы – не то же самое, что топать налегке.

Потому я и просил Джеймса, чтобы никто ничего не покупал. Я не настолько окреп, чтобы тащиться через дремучий лес сутками напролет. А так – будет небольшая фора.

Добравшись до частокола, окружающего Олл-Три, миновал пост охраны. Знакомые лица, но я не знаю их имен. Я вообще, если честно, кроме Марты, толком здесь никого не знаю. Даже Джеймс мне известен лишь потому, что пару раз приходил к доктору, чтобы обсудить судьбу незнакомца.

Меня никто не выгонял, но и относились не особо приветливо. В каждом взгляде и мимолетно брошенном слове местных всем нутром чувствовал отчуждение. Я был для них неизвестной фигурой на доске, и привыкшие к постоянной угрозе жители Олл-Три, не испытывали ко мне теплых чувств. К слову, это взаимно.

Пройдя по единственной улице вдоль двухэтажных деревянных домов, свернул к крыльцу местного главы. Джеймс уже сидел в кресле-качалке, потягивая свой виски. Ноги мужчины скрывал клетчатый плед, но я прекрасно разглядел смотрящий в мою сторону ствол ружья.

Поправив патронташ, я кивнул толстяку. Он нехотя поднялся со своего места, и махнул рукой на дверь. Толкнув створку, я тут же попал в типичное деревенское жилище. Несмотря на власть и, по местным меркам, высокий достаток, жил Джеймс не богаче остальных.

Тяжелая поступь за спиной сопровождала меня, пока я не дошел до гостиной. Броня действительно стояла, как чертов экспонат – под прямоугольным куском цельнолитого стекла. Где только такое взяли?

— Прежде чем я пущу тебя к костюму, я хочу знать, что ты собираешься делать, Кар, — тихо выговорил Джеймс, подходя ближе к броне.

Я еще раз внимательно осмотрелся. Стекло уходило под пол, сам доспех висит на манекене, установленном на широкий деревянный квадрат. Выходит, экспонат охраняется. Вероятнее всего, проведено напряжение, чтобы излишне дерзкий воришка расплатился за наглость остановкой сердца.

— Я решу проблему оружия, Джеймс, — пожав плечами, ответил я. — Пока в Олл-Три проблемы с боеприпасами, нет никакой надежды дожить до следующего каравана.

— Но если ты их перебьешь, — тяжело вздохнул он, потирая усталое лицо. — Как другие узнают, что нам нужно?

Впервые за два года жизни в деревне я заметил, насколько старый здесь глава. Перед другими он всегда строил из себя непоколебимого и бодрого, но сейчас стало слишком заметно, как вымотан мужчина, перешагнувший черту пожилого возраста. Ему же лет 50, наверное!

— Я не сказал, что я буду воевать с караваном, Джеймс, — покачал я головой. — Я сказал, что решу проблему оружия. Это разные вещи, ты не находишь?

Он задумался на долгую минуту, пока я прикидывал, как в случае необходимости отключить ловушку. Наконец, он кивнул и потребовал, чтобы я отвернулся. Ага, значит, система управляется где-то здесь же.

Прикрыв глаза, я отвернулся и прислушался. Перед глазами возникло схематичное отображение гостиной, какой запомнил мой поврежденный мозг. Скрип половицы – раз, другой. Судя по звуку, Джеймс отходит к той стене. Так, скорректируем движение.

Панель управления обнаружена

Я вздрогнул, нервно дернув шеей. Позвонки хрустнули. Чертов голос, нельзя же так пугать!

Активировать текстовое отображение информации?

Сделав несколько глубоких вдохов, я переварил новости. Итак, это не глюки, это какая-то херня в моей башке. Смарт? В таком случае он точно должен мне подчинятся!

Тестовое сообщение. Подтвердите верное отображение данных.

Буквы горели по нижнему левому углу зрения. Спокойно выдохнув, я мысленно подтвердил правильность фразы. Теперь станет полегче. Так, что там у нас есть за команды для НейроСмартов? Статус?

Информация заблокирована. Кластер, отвечающий за идентификацию, поврежден. Ведется работа по восстановлению функциональности нейроинтерфейса.

Идентификатор оператора — неизвестно.

Текущее состояние нейросвязей оператора:

Прицельная стрельба: 4,9.

Стрельба от бедра: 2,9.

Скрытое передвижение: 4.

Атлетика: 4.

Ментальное подавление: 2.

А не киборг ли я часом? Разглядывая невнятные характеристики, скорее согласился бы именно с таким выводом. А что, вполне годится – я вылез из бункера «БиоТек», очень быстро восстановился...

Вот только Марта меня с ног до головы – от кожи до костей – всего уже изучила. Она бы точнее не пропустила стальные кости или синтетические легкие. Или что там у них во внутренностях?

Возможна симуляция строения киборга. Какая модель киборга имеется в виду?

И такое есть! Черт, как не вовремя, тут же надо пару дней потратить, чтобы во всем разобраться, а не тащиться в ночь за караваном, чтобы развязать почти безнадежный бой.

— Готово, — голос Джеймса вырвал меня из горячечного метания.

Обернувшись, я увидел, что стекло действительно стоит отдельно. Это насколько же я ушел в себя, что пропустил момент, когда он его убирал. Нужно взять себя в руки. Спокойствие, Кар, спокойствие.

Когда-то, наверное, она была золотой. Теперь же часть краски слезла, обнажая выбеленный временем сплав. Множество неглубоких царапин, но при такой защите, чтобы их оставить – нужно очень постараться. На шлеме, груди и плече – следы от пуль. В общем, не знаю, каким был дед Джеймса, но в перестрелках он однозначно поучаствовал не мало.

Наследник же немного помялся, словно я вот-вот начну высказываться о состоянии брони. Но вместо этого я взял шлем обеими руками и надел его наголову. Широкое ведро тут же сжалось, сдавив мне голову, и в этот же момент я понял, что подобное уже случалось.

Установлено соединение с системой управления средней боевой брони класса «Воин». Выполняется калибровка.

— А вот и ещё один позывной в нашей группе! Рядовой Паника! — радостно вопил суровый голос в накатившем воспоминании.

Дождавшись, пока шлем примет нужную форму, я быстро сбросил лишнюю одежду, оставшись в тонкой майке и штанах. Поочередно надевая каждый элемент костюма, словно узнавал себя заново.

Все, что было до этого момента – сон. Прошлый я, которого не помню, выздоравливающий Кар, найденный работорговцами в бункере – это лишь иллюзии. Только тот я, что надел сейчас броню, на самом деле существую. Только так правильно и естественно.

Сжав перед глазами пальцы в металлических перчатках, глубоко и с наслаждение вдохнул воздух через фильтры черной маски. И тут же перевел нейроинтерфейс обратно на голосовой режим – не стоит отвлекаться на чтение, когда в каждую секунду может начаться сражение за жизнь.

— Если честно, впервые вижу, как ее одевают, — едва слышно сообщил Джеймс.

Проводится дополнительная калибровка.

— Батарея? — даже мой голос звучал, как родной, как и должен звучать.

— Заряжена. Еще три здесь, — он указал мне на столик, где действительно застыли в ожидании три небольших прямоугольника.

Батарея класса АА. Уровень заряда – 100%

Вот теперь и повоевать можно!

Я подхватил запас, обвязал патронташ вокруг пояса, закинул ружье на плечо. Джеймс продолжал присматривать за мной, будто что-то еще мог исправить. Вот только что он мне сделает, если решу поступить иначе?

Олл-Три напоминал растревоженный улей. Кто-то суетливо бегал по деревне, кто-то таскался с ружьями наперевес, готовясь то ли к войне, то ли к охоте. Другие наскоро освобождали хозяйские склады, выкатывая пустые бочки и растаскивая их по домам. Мимо прошмыгнул мелкий пацан, тащивший на спине капающий кровью мешок – не иначе, народ потрошит общинный холодильник.

Джеймс, сперва не поверивший в предательство Гарри, долго орал гневными и очень грязными словами, когда я воспроизвел записанный нейроинтерфейсом разговор. Собственно, о самой функции записи я узнал уже постфактум, когда женский голос в моем сознании предложил проиграть ее хозяину брони.

Была мысль просто заставить его поверить «Ментальным подавлением», но вовремя вспомнил, как был крайне удивлен своим поступком сорвавшийся с контроля Боб. И это крайне полезный опыт – теперь буду знать, что нельзя просто взять и заставить жертву действовать. Если сам Джеймс изначально желал решить вопрос с гильзами, я просто стал фактором, перевесившим аргументы против силового решения. В случае же, когда расклад не столь радужный, я рискую получить больше проблем на голову, чем пользы.

Нужно отдать винокуру должное, в себя он пришел быстро. Двое посыльных тут же снарядились в ближайшие деревни. Еще семь мужиков, вооруженные по самые гланды, поспешили к разбитому каравану.

Я же сдал костюм хозяину и поспешил убраться из деревни. Попадающиеся навстречу жители обходили меня стороной. И если сперва я грешил на свою не самую привлекательную внешность, теперь почти физически ощущал их страх. Это было с одной стороны приятно, с другой – очень странно. Ведь я ничего плохого им не сделал. Так в чем, мать его, проблема?

С этими мыслями я и дошел до дома Марты. Доктор встретила меня покрасневшими от слез глазами. Похоже, в мое возвращение она так и не поверила. Но куда еще мне было идти, даже если бы захотел?

— Ты вернулся, — устало вздохнула она, скорее падая от нервного истощения, чем обнимая меня.

Подхватив на руки пахнущую домашним уютом женщину, я дошел с ней до дома и, ногой открыв дверь, унес свою тихо всхлипывающую добычу в спальню.

До самого заката единственным, что вырывалось из наших ртов, были стоны и вздохи. И если Марта так выплескивала переживания, я ставил над собой эксперимент. Каким бы раньше не был, сейчас мне хватало ума понять – я нечеловечески вынослив и силен. Словно кружащая вокруг Олл-Три банда как-то активировала скрытый во мне потенциал. Или дорвавшаяся до восстановившегося тела мутация понеслась вскачь, наверстывая упущенное время и спеша обратить меня в нечто иное, гораздо более опасное, чем обычный человек.

Лишь на закате я осторожно выбрался из постели, укутав усталую женщину теплым одеялом. Пусть спит, меня же распирала жажда действия. Достаточно просидел на печи, копя силу. Пора ее выплескивать, желательно – кому-нибудь в лицо. Да так, чтобы зубы вминались внутрь.

Стряхнув накатившую волну беспричинной злости, я порылся на кухне в поисках еды. Соорудив внушительный бутерброд из масла, черного хлеба и толстого ломтя копченого окорока, прихватил кружку горячего чая из местных трав, и уселся на крыльце, наслаждаясь свежим осенним ветром.

Пережевывая очередной кусок, краем глаза уловил движение на тропе к дому.

— Джеймс, — подсказал нейроинтерфейс.

Медленно поднявшись, я запихнул остатки бутерброда в рот и помахал хозяину деревни кружкой с парующим чаем.

Старик, прищурившись, кивнул мне и прибавил ходу. Я остался стоять на месте, облокотившись на перила крыльца. Никакого пиетета к винокуру я не испытывал. Скорее наоборот: он с самого начала мог воспользоваться броней, чтобы вытрясти из Гарри все необходимое, но предпочел никому не нужные переговоры. Страшно представить, что сделал бы Боб, добравшись до Марты. Только мое вмешательство спасло Олл-Три.

— Привет, Кар, — кивнул он, остановившись в паре метров от крыльца.

— Виделись, — кивнул я, отворачиваясь к пылающему закату.

— Хотел спасибо сказать, — хмыкнул толстяк недовольно. — Но ты, похоже, в моей благодарности не нуждаешься.

Я пожал плечами.

— Да что там, у тебя на лице написано, считаешь себя охренеть каким героем. Вот только забываешь: ты жив лишь потому, что это я разрешил тебя оставить в моей деревне. Одно мое слово, и валялся бы в лесу. Беспомощный, бредящий. Ты бы даже не понял, когда тебя начали жрать заживо лесные звери...

Я кивнул, доля правды в его словах есть.

— Я отплатил за помощь, Джеймс. Ты спас мне жизнь, я спас твою деревню. Скажем так, ответили друг другу добром на добро.

Он кивнул, глядя на дверь.

— Марта спит?

— Угу.

— Вот и хорошо. Тогда могу говорить с тобой открыто. Ты же понимаешь, Кар, это не последняя банда. Зима все ближе, и, хотя «Стальные» отлавливают рейдеров где только могут, сюда их руки не дотягиваются.

— Предлагаешь мне работать охранником деревни? — хмыкнул я, ставя пустую кружку на перила.

— Именно, — сложив руки на груди, кивнул Джеймс. — Если откажешься, лучше уходи сам. Спокойной жизни в Олл-Три я тебе не дам.

— Почему же? Я вполне способен работать иначе, чем сутками стоять в карауле.

— Потому что ты – угроза моему авторитету. И либо идешь ко мне на службу, либо уходишь на хрен из моей деревни.

Я покачал головой, почесав пальцем подбородок.

— А как же Марта? Не боишься, что уйдет вместе со мной, и твоя любимая винокурня останется без доктора? — сухо усмехнулся я.

Джеймс скривился.

— Не путай жопу с пальцем, Кар. Ты еще сосунок, чтобы со мной тягаться. Хотела бы Марта уйти, давно бы уже ушла. Но она здесь мужа похоронила, обзавелась хозяйством, уважением. Она за каждого в Олл-Три трясется больше, чем я. Так что никуда она не денется. А вот ты...

Я пожал плечами. На самом деле какой из меня авторитет? Меня боятся, а не уважают. И, если ставить вопрос ребром, деревенские скорее выберут Джеймса, чем мало понятного мутанта, в одиночку перебившего три десятка человек.

Тут даже моим поврежденным мозгам ясно – если откажусь, лучше сразу валить из Олл-Три. А то, мало ли, решат еще пристрелить от греха подальше.

— Я подумаю над твоим предложением, — кивнул я, наконец.

— Думай, Кар. Завтра утром либо ты приходишь ко мне, либо исчезаешь навсегда.

С этими словами толстяк развернулся и широким бодрым шагом поспешил прочь. Тоже мне, король хренов!

Однако тратить время попусту нельзя. По-хорошему, нужно соглашаться. Опять же, зима не за горами, у меня ни одежды, ни припасов. Можно, разумеется, взять что-нибудь у Марты, но зачем? Я и сам, по идее, доберусь до цивилизованной части материка, а ей еще предстоит пережить холодный сезон. В Олл-Три доктора действительно любят и уважают. В отличие от меня.

Однако, если останусь, вряд ли Джеймс позволит спокойно жить. У этого старика какая-то врожденная боязнь потерять власть над деревней, а с каждым моим успехом он будет все больше убеждаться, что от выскочки неплохо было бы избавиться. И тогда – рано или поздно – ему это удастся.

Так зачем мучиться, если проще и безболезненнее попросту отсечь заразу? Одним резким ударом.

Уже стемнело, когда я отлепился от похолодевших перил. Окружающий стоящий на отшибе у подножия гор домик доктора лес потихоньку шептался высохшей огненно-рыжей листвой. Потрескивали сухими сучьями ночные животные.

Я слышал и чувствовал кипящую вокруг жизнь, все больше ощущая себя ожившим мертвецом. Мне хочется жить рядом с людьми, но места среди них мне нет. И теперь, как неприкаянный монстр Франкенштейна, я вынужден убираться прочь, скрываясь в ночных тенях.

Забавно, память возвращается какими-то сегментированными обрывками. Я знаю, что за чудовище создал Виктор, но не могу сказать, откуда. Как с Санта Клаусом, точно знаю, никакого Рождества здесь не празднуют.

Выходит, я не рожден на Тау Маре. Да и воспоминания... Будь я проклят, если это не космический корабль. Тогда мне тем более нечего делать в Олл-Три, нужно искать своих.

— Из отправленного с орбиты штурмового  взвода никто не выжил, — холодно сообщил нейроинтерфейс. — Принадлежность к конкретной корпорации не определена. Возможно, эта информация в заблокированных кластерах. Возможно, безвозвратно уничтожена.

— Умеешь ты обрадовать, — зло прошипел я, толкая дверь в дом.

Темнота не была мне помехой. Ступая так, чтобы ненароком не разбудить спящую хозяйку, я пробрался на кухню. Вымыв чашку, поставил ее на полку к остальным и огляделся. Буду ли я скучать по этому месту? Возможно.

Выйдя из жилой части дома в кладовую, нашел старый походный рюкзак. Марте он остался в наследство от покойного мужа, доктор не раз порывалась отдать его местным, но кому он нужен? А мне – пригодится.

Итак, первое – еда и вода. Пока что с этим проблем возникнуть не должно. Уж до наступления холодов я точно доберусь до какого-нибудь городка. А до тех пор нейроинтерфейс не даст пройти мимо дичи, ручей я так же найду без особых проблем. Другой вопрос – одежда и оружие.

Еще раз осмотрев трофейный дробовик, отставил его в сторону. Пусть остается взамен уже взятого у Марты ружья. Пистолет с половиной барабана я тоже отложил в сторону. У меня все равно нет к нему патронов, а доктор придумает, как махнуть разряженную пушку на полезное в хозяйстве имущество.

Пересчитал патроны. Не густо, нужно будет встретиться с возвращающими караван мужиками. Наверняка же согласятся обменять что-нибудь... Да какого хера? Нужно будет – внушу им, что захочу и заберу все, что приглянется. Еще и рады будут. Кто, в конце концов, все дело провернул? То-то же!

Подавив очередной всплеск ослепляющей ярости, огляделся. Так, берем ружье, флягу, заворачиваем буханку хлеба. Что еще? Пачка на 12 патронов – распотрошить и забить патронташ. В итоге рюкзак даже на четверть заполнен не был.

Оглянувшись в последний раз, подошел к столу. Нащупав листы старой бумаги, служащие розжигом для камина, кухонным ножом пришпилил к стене. Подобрав уголек из остывшего очага, нацарапал прощальное послание Марте. Хотя, чего там. Просто сказал, что Джеймс пригрозил мне расправой, так что я решил не подставлять добрую женщину под удар, и свалил. Заодно извинился, что не стал будить.

— Кажется, я велел тебе убираться прочь из моей деревни, — проворчал Джеймс, окидывая меня неприязненным взглядом.

Я кивнул, невозмутимо поднимая с тарелки полоску вяленой говядины. Откусив крохотный кусочек, медленно рассосал его.

— Я снова спас твоих жителей, — произнес я, запивая угощение пивом.

По горлу прокатилась обжигающая волна приятного холода.

Вокруг собралось достаточно народа, произошедшее ночью, перепугало привыкших к отсутствию мутантов население. Голова вожака-контролера кочевала с рук на руки. Все бурно обсуждали случившееся, совершенно не обращая внимания на нас с хозяином бара.

— Только не говори, будто я подтвержу твое задание по разведке, — скривился Джеймс.

Я пожал плечами, равнодушно макая полоску мяса в глиняную кружку. По светло-желтой поверхности пошли волны, зашипела пена растворяющейся соли. Дождавшись окончания реакции, я вытащил размокшее угощение и с наслаждением вгрызся зубами.

— А разве у нас есть выбор? — произнес, с трудом прожевав кусок.

— Конечно, — кивнул он. — Просто выметайся нахрен, вот и весь выбор.

Я усмехнулся.

— Смотри, Джеймс, — демонстративно положив руку на щербатую столешницу, проговорил я. — У тебя есть броня, которой здесь никто пользоваться не может. Я – могу.

Пока готовился к этому разговору, успел почитать предоставленную НИ инфу о костюме. Напялить его может любой дурак, никаких ограничений нет. Но вот для использования в качестве полноценной боевой брони – только обладатель военного НейроСмарта. Или военного нейроинтерфейса.

Вот только во всем Олл-Три не нашлось ни одного подходящего НС. Без права доступа костюм опознавал оператора незаконным пользователем, и вместо взаимодействия старательно рубил все попытки управления. Куда делся Смарт бывшего рейнджера, основателя деревни, Джеймс не знал. Иначе сам бы не вылезал из такой полезной штуки.

— Во-вторых, рейдеры никуда не делись, — согнув указательный палец, продолжил я. — Скоро к стенам придут новые банды. И дополнительный стрелок тебе однозначно понадобится. Мы на краю ойкумены, Джеймс, помощи просить не у кого. А что мне помешает присоединиться к ним?

Он нахмурился, опуская тяжелые кулаки на стол.

— Марта.

— Будем откровенны, мне достаточно избавиться от тебя и просто пригласить рейдеров. Мирно и тихо мы пересидим зиму. Кто-то из них, вероятно, вольется в состав жителей. Ведь здесь есть плодородные поля, производство виски и достаточное поголовье скота, чтобы прокормиться.

— И что же я до сих пор жив тогда? — хмыкнул Джеймс, приподняв уголки губ. — Уж не потому ли, что боишься, придется драться со всей деревней? Ты не забывай, Кар, я здесь – власть и закон. Свергни меня, и кто встанет во главе?

Я пожал плечами, загибая безымянный палец.

— В-третьих, я очень сомневаюсь, что этот волк, — кивнул в сторону отрубленной башки, так и продолжавшей ходить с рук на руки, — единственный мутант в округе. А где животные, там и люди. Хоть ты и живешь в этой глухомани всю жизнь, но должен понимать, раз «Стальные» пропустили хищника на твою территорию, где-то здесь обязательно найдется обезумевший мутант.

— Он уже передо мной, — кивнул хозяин заведения.

— В-четвертых, тела Шона так и не нашли, — я загнул мизинец. — Значит, кто-то или что-то помогло ему исчезнуть. И это всего в пяти километрах от деревни. Как ты с этой проблемой справишься без специалиста по исчезновению и контролю разума?

Джеймс покосился на мой оттопыренный средний палец.

— Вот, что я тебе скажу, Кар. Ты много о себе возомнил. И, если понадобится, я твои пальцы по фалангам отрезать буду. И никакая мутация меня не остановит, — он сжал челюсти, отчего на лице проступили желваки. — Но до тех пор, пока ты будешь мне полезен, я согласен, чтобы ты жил в Олл-Три. Но, как бы там ни было, ты не станешь подрывать мой авторитет.

Я улыбнулся как можно добродушнее. С моим все еще не восстановившимся лицом выглядеть должно жутко – проверял перед зеркалом.

— Рад, что мы смогли придти к разумному компромиссу. Кстати, об этом. Часть своей доли с каравана Гарри я забрал, остальное – двадцать процентов, доставите к Марте.

— А не оборзел ли ты в конец?! — покраснев от злости, он хлопнул ладонью по столешнице. — Десять и не больше!

Я пожал плечами.

— Я же тогда сам все заберу, Джеймс. Не надо строить из себя жадного засранца, мы оба понимаем – без меня от твоего конвоя, отправленного за брошенными телегами, вообще бы никого не осталось. Когда я их встретил, идиоты даже стволы на повозках побросали.

— И за это я с них спрошу, — с готовностью кивнул винокур. — Но это – мои проблемы. И они совершенно не стоят двадцати процентов добычи. Там одного только зерна почти шестьдесят килограмм! И куда ты собираешься его девать?

Я пожал плечами.

— Впереди зима, а деревенские, как всегда, не особо щедры. Мне же придется заботиться о том, чтобы Марта не мучилась от голода. Так что не так уж много я и прошу.

— У Марты прекрасные теплицы, я сам их заказывал в Ксежинске, — отмахнулся Джеймс. — Так что историю о бедном голодающем медике оставь для сопливых девчонок. Вот уж кто не нуждается в дополнительных мешках провизии, так это твоя Марта.

— Я согласен обменять всю свою долю добычи на одну вещь, — развел руками я. — Все равно никому в Олл-Три толку с нее не будет.

Он весь подобрался, разом становясь властным мудаком, каким его знает каждый в деревне и за ее пределами. Кулаки сжались на столешнице, словно толстяк вот-вот пустит их в дело.

— Я не отдам тебе броню.

Пожав плечами, я пригубил пива. Подсоленный напиток был намного приятнее, чем обычно. Интересно, какие еще гурманские замашки у меня появятся теперь, когда память начинает восстанавливаться?

— Сам подумай, Джеймс. При случае опасности я могу и не успеть добраться до твоего дома. И костюм достанется тем, кто захватит деревню. А вот если броня будет всегда в зоне моей досягаемости, мы сможем быть полезны друг другу.

Ментальное подавление: 2,6..

— В таком случае мне проще переселить вас с Мартой в саму деревню, — чуть охладив пыл, заявил он. — Но она вряд ли согласится, я столько раз уже предлагал ей.

Я попробовал усилить влияние, но кроме падения отметки энергии еще на 5 единиц, ничего не изменилось. Джеймс нахмурился, барабаня пальцами по столешнице.

Народ вокруг рассосался по своим делам. В отличие от остальных дней, сегодня работы хватало всем. Впрочем, это не надолго.

— Зачем ты предлагал ей переехать в деревню? — спросил я, когда за последним местным хлопнула дверь.

Но винокур лишь ухмыльнулся, пришлось снова надавить на него и повторить вопрос.

— Она красивая женщина, Кар, — тяжело заявил Джеймс, откидываясь на спинку стула. — А я люблю красивых женщин. Таких и рядом держать приятно, и дети симпатичнее.

Ну, как-то так я и предполагал. Отключив «Ментальное подавление» я едва успел увернуться от летящего в морду кулака.

— Еще раз на меня надавишь, я твою башку размозжу! — прорычал толстяк, подскочив с места.

Черт, совсем из головы вылетело! Он же не хотел говорить, мать его. Нужно быть аккуратнее.

Новый удар я пропустил, поднырнув под огромный кулак, и сам двинул Джеймсу в челюсть. Винокур сразу поник, глаза закатились и он всей тушей рухнул на деревянный пол. В воздух взметнулась пыль, в бар тут же заглянула любопытная морда Джимми.

— Эй, мужики! — крикнул начальник конвоя. — Охренели? Кар, Джеймс! Что за херня?

Я пожал плечами и, бросив на валяющегося винокура, тряхнул отбитым кулаком. Как в стальную плиту ударил ведь! Охренеть у этого мастодонта кости. Такому и броня никакая не нужна будет.

Возможно наличие уникальной мутации..

Да уж, тут иначе и быть не может. Даже смешно, где-то там, в паре тысяч километров боевые киборги отлавливают и уничтожают мутантов. А мы здесь, за пределами цивилизации – и каждый среди нас так или иначе, получил свою мутацию.

И ведь Джеймс прав, именно это скопище уродов, пусть и мутировавших только внутренне, производит виски, чтобы обычные люди знали, что мир не рухнул. Цивилизацию можно восстановить.

Ведь что такое виски, по своей сути? Это обработанное зерно, и для промышленного производства его требуется достаточно много. А голодный мир никогда не сможет позволить себе подобное расточительство. Но винокурня Олл-Три обеспечивает своим пойлом всю Тау Мару.

— Да так, — наконец, проронил я, оборачиваясь к Джимми. — Повздорили немного.

С этими словами я протянул пришедшему в себя винокуру ладонь. Он ухватился за меня и с тяжелым выдохом поднялся на ноги. Заботливо хлопнув его по плечу, я вернулся на свой стул.

Пиво нагрелось и даже на запах уже не привлекало. Сунув остатки вяленого мяса в рот, я махнул Джеймсу на его место. Тяжело отдуваясь и потирая челюсть, он кивком успокоил Джимми, и только после того как мужик ушел, вернулся к столу.

— Я не буду отдавать тебе броню, Кар. И двадцать процентов – слишком дохрена. Так что либо я закрываю глаза на то, что ты уже успел вытащить с повозок, либо вали нахер.

Я кивнул, откидываясь на спинку, и сложил руки на коленях. С невинным видом пару раз моргнув, снова кивнул.

— Тогда удачи вам отбиться от следующей напасти.

Добродушно улыбнувшись, я поднялся на ноги. И тут же заревела тревога – установленная у главных ворот сирена протяжно завыла, заставив меня вспомнить, как вот так же орала сигнализация в бункере с жуками. И солдатом в белой броне.

Чертыхаясь, Джеймс подскочил с места, выбегая на улицу. Я же тряхнул головой, сбрасывая воспоминания. С трудом, но удалось отделить реальность от прошлого. Атака на Олл-Три? Так быстро? Неужели действительно рейдеры пожаловали?

Но, оказавшись на улице, я хмыкнул, машинально ища взглядом оружие. В деревню въезжали два броневика с эмблемой «Стальных сердец». Ну да, а у нас тут прям посреди главной улицы стоит разграбленный караван. Вот будет весело, если киборги уже нашли убитые тела караванщиков и рейдеров. Тут даже тупой бы догадался, кто кого положил.

Да уж, что-то день прямо с утра как-то не задался. Сперва «Ментальное подавление» не сработало, теперь вот отстреливающие мутантов роботы пожаловали. И какой черт их дернул сюда приехать?

Отряхнув руки об штаны, я медленно двинулся в сторону выхода из деревни, надеясь скрыться подальше от киборгов. Почему-то был уверен, ничего хорошего от встречи с ними меня не ждет.

Но стоило дойти до переднего броневика, как в нем открылся люк, едва не задев меня толстой металлической плитой. Из машины выскочила невысокая и хрупкая молодая девушка в кожаной куртке и рваных джинсах с тяжелыми ботинками. Через плечо у нее был протянут ремень дробовика, болтающегося за спиной.

Мы замерли друг напротив друга, а потом я раскинул руки в стороны и с радушной улыбкой вскрикнул:

— Сколько лет, сколько зим! Добро пожаловать в Олл-Три, Алекс!

* * *

— Охренеть, в какую жопу мира тебя занесло! — в который раз повторила девушка, поправляя коротко обрезанные волосы.

Я поставил перед ней стакан и бутылку виски. На столе уже томилась пара мисок, откуда торчали хрупкие кости. Аппетит у нас обоих разыгрался нешуточный. Даже и не знаю, у Алекс-то организм молодой и требует топлива. Я же скорее на нервной почве брюхо набивал.

С одной стороны странно, что местные ни сном, ни духом о новом витке войны. С другой – какая нахрен в действительности разница? Это Тау Мара, здесь постоянно кто-то с кем-то да воюет. Для Олл-Три по-настоящему важно лишь одно: чтобы продавался виски.

Потому особых проблем привезенные киборгами новости не принесли. Деревня и так планировала отстреливаться от любителей легкой наживы, так что ничего, на самом деле, и не изменилось. Разве что теперь, когда патруль оставил оружие, медикаменты и зерно, делать это будет проще и веселее.

Стоило отойти от бара, Алекс упылила под ручку с Джоном. После схватки с волками паренек с гордостью светил шрамами на лице, чем, похоже, и привлек подозрительно беззаботную девчонку.

Оставшись в одиночестве, я подумал, почему на самом деле отказался ехать сразу. На словах, пока слушали местные, старался выглядеть героем, но на деле...

Испугался я до ужаса, вот и вся правда. Мирная жизнь, о которой думал совсем недавно, нахрен мне не сдалась. С Мартой нужно прощаться сегодня же, чтобы перебраться поближе к броне. Но и выйти в большой мир после столь долгого уединения – жутко.

Да, я выжил в аду, и теперь могу одним своим видом детишек пугать. Но смогу ли во второй раз?

Та же Алиса, очевидно, ждет своего Карателя, но я уже не он.

Не отрицаю, все нутро буквально горит, стоит только представить ее перед собой. Вот только уверенности этот факт не прибавляет.

Да и с НИ нужно разобраться. Там же куча инфы заложена. Одно только «Ментальное подавление» чего стоит!

Плюс, пока я здесь, у меня будет время потренироваться. Опять же – прочесать лес в поисках новых банд и мутировавших хищников. Ведь если разобраться, тот вожак с легкостью сбросил мой контроль со стаи. А что будет, когда мне попадется разумный мутант, а не тупое, в общем-то, животное?

На секунду я даже представил, как волчара мог стать вожаком. Просто задавить сородичей, убедив их подчиниться. Как поступил со мной, заставив подставить горло. А я ведь и сам контролер!

В общем, дел, если подумать, по гланды. И, пожалуй, стоит начать с сегодняшней ночи.

Марты дома не оказалось. Приставив ружье в угол, прошел через гостиную в кухню. Обломки стола сгрудились у стены, напоминая о несдержанном обещании. Хмыкнув, открыл меню НИ и вписал туда еще один пункт. Удобная штука!

Задачи Олл-Три:

1. Заставить Джеймса отдать костюм средней боевой брони класса «Воин».

2. Провести разведку леса. Найденных рейдеров и мутантов – уничтожить.

3. Заменить стол в доме Марты.

Ловко он поправил мои «броня, лес, стол». Так, глядишь, и детективы писать научится.

Собрав обломки, вынес их на улицу. Солнце мгновенно обрушилось на плечи, резко ударяя по глазам.

Деревяшки упали мне под ноги, я дернулся, стараясь убраться прочь от вездесущего огня. Я беззвучно кричал от боли, сдирая плавящуюся кожу. В глотке все пересохло, сознание помутилось, и я упал на колени.

Тяжело дыша, огляделся. Я не в пылающем бункере, я в Олл-Три. Стою на четвереньках, как дурак. Судорога свела мышцы, с трудом заставил себя выпрямиться и сесть на крыльцо.

Перед глазами все еще мелькали воспоминания о капающем отовсюду расплавленном металле, но прохладный осенний ветер медленно выдувал кошмар из головы.

Черт возьми, как я вообще там выжил? Как не превратился в горстку пепла, там же адские температуры были.

Переведя дыхание, поднялся на ноги. Эти фрагменты, возвращающиеся в самые неподходящие моменты, порядком достали. Как я еще умом не тронулся?

Подхватив негнущимися пальцами ножку от стола, протащил ее к поленнице. Ноги слушались отвратительно. Я скорее волочил их, чем шагал.

Синхронизация – 3,2%. Перегрузка мозга оператора. Требуется срочный отдых.

Это я даже десятой части не вспомнил. Надеюсь, ничего страшнее сгорания заживо там не найдется.

Закончив с перетаскиванием стола, я вернулся в дом. Тело уже пришло в себя, хотя мышцы и ныли от усталости. Но отдохнуть еще успеем.

Раскрыв рюкзак, вытащил горсть патронов. Расставив их рядком на полке, почесал подбородок. Хотя бы вернул то, что брал у Марты.

— Кар?

А вот и доктор. Хорошо, успел оклематься, сейчас бы только заставил волноваться. От мысли, что придется оставить добрую женщину одну, почувствовал себя сволочью.

— Марта...

Но она махнула рукой и, подойдя вплотную, обняла меня, прижавшись головой к моей груди.

— Я знаю, что ты теперь уйдешь. Не говори ничего, — она приложила палец к моим губам. — Я все понимаю. С самого начала знала, рано или поздно, ты бы ушел. Не из той ты породы, чтобы тихо-мирно жить на одном месте. Но... — она мягко поцеловала меня. — Сегодня, в последний раз, побудь со мной.

Возражать и отказываться я не стал. Подхватив ее на руки, отнес в спальню.

* * *

— Ты чего такой недовольный? — фыркнула Алекс, натягивая на лицо неизменную бандану с черепами. — Вдова в постели не так хороша?

— Заткнись, — отозвался я, рассматривая загруженную у «Стальных сердец» карту.

Нужно отдать киборгам должное: роботы засняли весь материк, пометили возвышенности, расставили знаки известных безопасных мест. Пунктирами тянулись торговые пути  Альянса, отдельным цветом – свободные караванные пути. Подсвечивались зеленым зачищенные руины бывших городов. Красные зоны помечены предполагаемым составом мутантов и рейдеров, тут же записаны регулирующие границу подразделения «Стальных» и отряды ушедших на враждебную территорию людей.

Осмотрев желтые, условно безопасные, окрестности Олл-Три, я тихо ругнулся. Киборги не предполагали наличие рейдеров и мутантов, но настроения деревень их не устраивали.

Судя по записям, Алиса даром времени не теряла. Моя подруга усиленно превращала разрозненную колонию в одно военизированное государство. И «Стальным» отводилось в нем место законников. Олл-Три и другие, уже занятые рейдерами деревни, не спешили присоединяться к этому веселью. Наоборот, чем дальше от основной территории, тем выше проставила Алиса вероятность применения силы.

И хрен бы с ним, мне, собственно, нет особой разницы. Удивляло другое – как я, мать его, э о понял по нескольким фразам, записанным на карте?

— Ну, Каратель, куда двинем? — скучающим тоном спросила Алекс, скидывая с плеча дробовик.

Я огляделся по сторонам. Мой НИ исправно защищает от сети Тау Мары. А вот стоящая рядом девчонка на карте отмечена синей точкой. Точно так же покрашены группы рейнджеров, стрелков и прочих людей на службе Алисы.

— Двигаемся туда, — махнул рукой, определив для разведки ближайшие квадраты. — Сперва просто осмотримся, там будем думать.

Равнодушно пожав плечами, Алекс первая вошла под кроны деревьев. Я в последний раз оглянулся на домик доктора. В окне мелькнула фигура Марты. Кажется, она даже помахала мне.

Идти было легко. Вокруг не так плотно расселились деревья. Выцветший подсохший мох, кусочки отвалившейся коры, опавшие иголки высоких сосен – все это хрустело под ногами, источая сладковатый запах. В памяти что-то всплыло, но я не позволил еще одному приступу начаться, запихнул память куда поглубже.

Алекс впереди скользила, не производя шума вообще. Я же пер, чувствуя себя неуклюжим идиотом в стеклянной комнате. Интересно, будь у девчонки НИ, во сколько бы он оценил ее «Скрытное передвижение»?

Полчаса мы двигались в направлении ближайшей деревни. Интерфейс подсвечивал мелких ночных зверей, пару раз ухнула где-то неподалеку сова. Живности в лесу дохрена, но большей частью она никому не нужна.

В Олл-Три разводили волов, изредка стреляли волков, защищая стадо. Но охотится здесь бесполезно: самые опасные и дорогие звери – мутировавшие медведи, запросто валили попавшегося на когти и зубы. Хотя сами они и не нападали, предпочитая шугануть человека, но встреча с рейдерами показала, что не все так гладко. Я же до сих пор не разобрался, почему зверь меня не тронул.

Так что мы держали ухо востро и глядели в оба. Я уже убедился, что иногда мой верный НИ может сбоить и глючить, не замечая очевидного, так что пришлось полагаться на свои усиленные глаза и слух.

— Расскажи, что помнишь, — нарушая молчание, обернулась девчонка.

Я пожал плечами.

— Помню, как сгорел заживо. И каким-то чудом уцелел. Хотя, кажется, потребовался не один год, чтобы я смог выбраться.

Алекс вскинула левую  бровь.

— Так ты теперь совсем как я, — не слишком радостно хмыкнула она.

— В смысле?

— Ну да башка-то у тебя дырявая, — фыркнула девчонка. — Тогда забей, Кар. Полностью память не вернется никогда.

— Почему? — не стал скрывать удивления я.

Она развела руками, продолжая идти вперед и смотреть по сторонам.

— Когда я первый раз умерла, тоже нихера не помнила. И до сих пор так и не вспомнила: ни кто я такая, ни откуда.

Я промолчал.

— А потом махнула рукой, — сообщила уже веселее. — Все, что я умею, это убивать. Так что на Тау Маре для меня всегда найдется место и работа. И так ли вообще важно, где я этому научилась? Оно просто есть, помогает прожить на один день больше, и я довольна.

— Я бы не сказал, что ты довольна. Скорее, ты сдалась и плывешь по течению.

— Ой, иди ты нахер, еще один сраный умник на мою голову! — презрительно зашипела она сквозь зубы. — Крайс тоже любил у меня в мозгах покопаться. Нянчился со мной, как с ребенком. А потом свалил нахер, бросив меня одну. Так что идите вы в жопу, хреновы умники. Себе бы сначала помогали, прежде чем к другим в душу лезть.

— Извини, — пожал я плечами. — Сама тему подняла. И сколько раз ты уже умирала?

Алекс некоторое время шла молча. Я ощущал ее сомнения, словно мысли слышал. Интересно, смогу ли?

Энергия: 760/1 000. Объект под контролем.

Девчонка резко остановилась, как вкопанная. Ствол дробовика уперся мне в грудь.

— Охренел?

Я усмехнулся.

— Попробовать стоило.

Она нахмурилась, делая вид, будто раздумывает, не пристрелить ли меня в темном лесу. Но я прекрасно считывал ее радость от встречи со мной. Похоже, сам того не ведая, я стал для нее живым напоминанием о временах, когда верный – и, похоже, любимый – киборг был рядом.

— Ненавижу контролеров! Не делай так больше, — дернув ворот куртки, она показала мне висящий на шее медальон. — Подарок твоей драгоценной подружки. Не знаю, как, но эта херовина теплеет, когда кто-то пытается влезть мне в голову.

Коснитесь для первичного анализа.

Я взял безделушку в руку. Обычный комок оплавленного металла. Что туда можно засунуть, чтобы отслеживать «Ментальное подавление»? И почему, имея такие побрякушки, «Стальные сердца» до сих пор не истребили всех контролеров?

И вообще. Вся эта история с Мессией пахнет застарелым воловьим дерьмом. Бывший рейдер собирает армию безмозглых мутантов. То есть он, как и я, контролер. Только я с трудом пару человек удерживаю, а он с толпой справляется. И почему, имея такие ресурсы, Алиса не прибила его в самом начале?

Первичный анализ завершен. Сообщить результаты?

Да нахрена они мне сейчас?

— Пошли, что ли? — отпустив комок металла, хмыкнул я. — По крайней мере, здесь все чисто.

Алекс кивнула.

— Веди тогда... Каратель, — с усмешкой сказала она, заставив меня вспомнить полет в похожей на стеклянный гроб капсуле.

Передернув плечами от всплывших из глубин памяти ощущений ужаса перед безграничным пространством открытого космоса, я первым зашагал в нужную сторону.

До ближайшей деревни, предположительно захваченной дружками Боба, идти три дня. Но это по дороге. Через лес, с помощью карты киборгов, доберемся к завтрашнему вечеру.

Алекс быстро нагнала меня. Снова изображая из себя непоседливого подростка, принялась рассказывать о своих приключениях.

Я слушал ее треп в пол-уха, следя за тем, чтобы среди контуров ночного зверья не появился кто-то крупнее щенка.

И через каких-то полчаса был вознагражден за усердие.

Обнаружен многочисленный противник. Расстояние: 300 метров.

Схватив негромко болтающую девчонку за плечо, приложил палец к губам. Указав ей в сторону еще одной волчьей стаи, снял «Раш» с предохранителя.

Животные нас пока не заметили, увлеченно крутились вдалеке. Похоже, задрали крупную добычу.

— Кто там? — едва различимо прошептала Алекс, поднимая ствол дробовика.

— Волки, — так же тихо ответил я, продолжая всматриваться в красные контуры. — Штук двадцать.

— Херня какая, — пожала плечами она. — Перебьем их да и все.

— В прошлый раз среди них был контролер, — покачал головой я.

Подсчет окончен. Обнаружено: 15 волков.

— Пятнадцать особей, будь готова, — сообщил я. — Триста метров.

Кивнув, девчонка чуть сместилась в сторону. Мы одновременно двинулись вперед.

Простой отстрел лесных хищников не входил в мои изначальные планы, но после встречи с тем вожаком хотелось перестраховаться.

На отметке в 162 метра стая встревожилась. Я видел, как поднял башку один контур, другой. Твари принюхивались, ощутив новую добычу.

Подняв карабин к плечу, я осторожно двигался вперед, тщательно выбирая место для нового шага. Алекс все так же скользила справа.

По притихшему лесу разнесся вой. Пришлось тряхнуть головой, сбивая липкую паутину инстинктивного страха.

Девчонка же рядом со мной застыла, торчащее над платком лицо побледнело. С неестественным грохотом выпал из трясущихся пальцев «Ангер». Еще секунда, и Алекс просто бросится бежать в панике.

Восстановлены нейронные связи. «Устойчивость к психотропному воздействию» переименована. «Защита от ментального подавления». Присвоено значение: 1,2.

А с тем вожаком так нельзя было, что ли?!

Волки всей толпой ринулись к нам. Поймав в прицел самого торопливого, спустил курок.

Выстрел ударил по ушам. Пораженный в прыжке хищник сделал сальто назад и замер. Остальные бросились в стороны.

Под ногами хлюпало. Лес все еще торчал вокруг, но даже в воздухе чувствовалось приближение болота. Собственно, похоже, именно из-за него дорога и делала громадную петлю. Судя по карте «Стальных», впереди водоем диаметром в пару километров. Кто в своем уме через него попрет, когда можно по сухому двигаться?

От сырости рана болела все сильнее. И я с ужасом представлял, как придется входить в холодную застоявшуюся илистую воду. Это все равно, что сунуть руку в банку с ядовитыми пауками – каким бы везучим ты не был, один хер сдохнешь.

В ночном небе отчетливо проступали темно-зеленые пары тумана, стелящегося над землей. Стволы сосен постепенно расходились в стороны, все больше открывая невзрачную картину гладкой неподвижной водяной поверхности.

Сделав очередной шаг, я стиснул зубы и зашипел.

Сучий волк! Чтоб его в волчьем аду заживо сожрали!

Нога чертовски болела. Я уперся ладонью в осклизлый ствол и остановился.

— Что такое?

Шедшая впереди девчонка в два прыжка вернулась. Алекс подхватила меня под руку и, не взирая на слабые протесты, помогла сесть на землю.

— Об этом я не подумала, — сообщила она, оторвав повязку на моей голени.

— Что там?

— На мне уже давно бы все зажило. Извини, никак не привыкну, что не у всех такая регенерация.

— Да твою мать! — рыкнул я, дергая ногу на себя.

Пришлось снова зашипеть, морщась от боли. Впрочем, вид рваной раны тоже не радовал. Красное мясо распухло, ныло и требовало внимания. Хоть кровь не шла, и то хорошо.

— Заражение у тебя, вот что, — недовольная моим рывком, Алекс указала на торчащую наружу плоть. — Волчара не почистил зубы после съеденного мутанта, и схватил тебя.

— Ты же мне всю ногу залила...

Она помотала головой.

— От вируса это никак не спасает. Я даже не знаю, есть ли вообще от этой дряни лекарство.

Новая вспышка ослепляющей острой боли заставила меня зажмурить глаза и сжаться. Почему НИ молчал?

Недостаточно ресурсов для полноценного функционирования. Восстановление начато, срок завершения – неизвестно. Уровень вирусной активности минимален. Состояние оператора в пределах нормы. Обработайте рану.

— Это не вирус, — сообщил я девчонке.

Алекс пожала плечами.

— Тогда эта хрень – какая-то новая болезнь. Во всяком случае, такой опухоли быть не должно.

Я честно посмотрел, но нового не увидел. Разорванная нога есть разорванная нога. Чертыхаясь, подтянул ее ближе, борясь с болью.

— Ни хера не вижу.

— Ну, так ты и не микроскоп, чтобы смотреть, — хмыкнула девчонка, скидывая рюкзак со спины. — Так, делаем привал. Попробую кое-что сделать.

И почему меня это немного напрягает? С другой стороны, рану-то она обработала вполне нормально. На вид, конечно, она та еще соплячка, но я и так бы не сделал.

— Давай.

А следующие полчаса превратились в пытку. Потому что девчонка, орудуя кинжалом, срезала воспаленное мясо. По живому, даже без минимального обезболивающего.

Закусывая короткую палку, оторванную с ветки, я старался не орать от боли. Пальцы, вцепившиеся в ствол за моей спиной, кажется, продавливали его до сердцевины. Но это, мать его, лес Тау Мары, и лучше лишний раз не привлекать ничье внимание. Мало ли, какие еще твари здесь прячутся.

По всему телу струился липкий пот, я тяжело дышал, стараясь не смотреть, как Алекс отрезает кусок за куском. Стараясь не думать о том, что она делает, я перебирал в голове все доступные воспоминания, но ничего нового не всплывало. Хотя само присутствие девчонки и стимулировало процесс, сейчас явно не лучший момент, чтобы думать.

— Твою мать!

— Терпи, Кар, — спокойно отозвалась сосредоточенная Алекс, прижимая к истерзанной ноге раскаленный кинжал. — Сейчас немного поболит и пройдет. Вроде не маленький.

Ну да, а ожоги потом зарастут. Не в первый раз.

Нос уловил запах паленого мяса, и я мгновенно оказался перед горой разрубленных на части тел. Не оборачиваясь, я знал, что позади меня стоит «Дьявол» – джип стрелков. Чуть в стороне, скрестив руки на груди застыл Крайс, внимательно смотрящий за напарницей.

Алекс была моложе, чем сейчас. Она опустилась на колени, держа в руках перепачканную куклу.

— Мэрдок...

От пощечины меня вернуло обратно. Тряхнув головой, я прислушался к себе. Ничего. Нога совершенно перестала болеть, словно ее никогда и не кусали. Бегло осмотрев поврежденный участок, заметил лишь цепочку шрамов на местах, где побывали зубы блохастой твари.

— Кто такой Мэрдок?

Алекс сидела ко мне спиной на торчащем из земли корне. Услышав имя, девчонка заметно напряглась и опустила плечи. Между нами горел тихий огонек костра, разведенного в небольшой яме.

— Что-то вспомнил?

— Гора трупов. У тебя в руках кукла, рядом был Крайс. И джип. Помню, как он вибрировал под моей задницей.

— Сити, — кивнула она, поднимаясь с места. — Майло Мэрдок. Работал на стрелков.

Я кивнул, в голове заметались воспоминания, обрывки разговоров. Вся эта каша вертелась калейдоскопом, пока не встала на свои места. Паззл сложился.

Синхронизация – 4% .

Хо-хо! Да у меня там есть собственный угол! Теперь можно будет наведаться в Сити и проверить.

— Интересно, что с ним стало за эти 5 лет?

— Мэрдока я нашла, — равнодушно пожала плечами Алекс, хотя по глазам я видел, что это напускное. — Когда твоя Алиса наняла меня искать тебя. Она сдала мне эту сволочь с потрохами... Ну и я прирезала паскуду.

— А Сити? Что с ним?

Девчонка еще с минуту рассматривала собственные пальцы, словно вспоминала, как расправлялась с Майло. Наконец, тряхнув головой, вздохнула.

— Сити. Да что с ним могло случиться? Когда там организовали оборону рейнджеры с беженцами, все было нормально. А потом случились «Стальные сердца». И, в общем, город встал на сторону Альянса. Ты же наверняка слышал, что они первое время были на ножах.

Я кивнул, дальше можно было не объяснять. Киборги старательно выкорчевывали всех сопротивляющихся. Об этом даже в Олл-Три знал каждый ребенок. Выходит, нет больше там никого, кто бы меня помнил?

И опять же – почему Алиса на это пошла? Зачем устраивать войну, когда тут выживать надо всем вместе? Какого хрена вообще произошло за эти 5 лет?

— Почему она это сделала? — все же озвучил я свою мысль. — На Тау Маре все меньше людей, а киборги, вместо того, чтобы сплотиться с ними – постоянно воюют. То с Альянсом, то еще с кем. Почему не наладить диалог?

Алекс хмыкнула.

— И это говорит парень, которого звали Каратель! Ты же первым готов был любого, кто косо посмотрит, пристрелить. Эх, жаль, ты не помнишь разборку в «Дыре». Ты же целую войну развязал за то, что тебя попытались оставить без гильз.

На этот раз никаких воспоминаний не пришло. Да и черт с ним. Один хер, кем я был раньше, уже не вернется. Не проходят годы беспомощности бесследно. Я был жесток и скор на расправу? Что ж, это объясняет откуда во мне столько злости и ненависти. Но не отменяет того, что теперь я действую иначе. Что-то подсказывает, Каратель просто перебил бы весь караван и рейдеров сам.

Но Каратель мертв. Пришло время Контролера.

С этой мыслью я закрыл глаза и сам не заметил, как провалился в сон.

* * *

Девчонка разбудила меня толчком в плечо. Открыв глаза, тут же зажмурился. Вошедшее в зенит солнце резануло, как ножом.

Время сна – 4 часа 23 минуты .Энергия: 318...

Хреново. Так к деревне я подойду вообще без сил. Хотя счетчик теперь практически не менялся. Если сравнивать с моментом, когда только получил рану, конечно.

Прислушавшись к ощущениям, скривился. Пускай боль и не так сильно, но все же ощущалась. Да и ожоги от ножа радости не прибавляли, напоминая о времени, когда даже с кровати встать не мог.

Тяжело поднявшись, я осмотрелся. До болота оставалось несколько метров. Собственно, мы оказались на самом краю овального водоема, окруженного редкими соснами. Над гладкой темной поверхностью виднелись редкие кочки, вдалеке угадывалась пара кривых, будто закрученных в спираль, деревьев. Картина не воодушевляла.

— Может, лучше обойти? — дожевывая кусок вяленого мяса, предложила Алекс, уже готовая двигаться вперед.

Я пожал плечами.

— И потеряем кучу времени.

— Не с твоей ногой в болото соваться, — хмыкнула девчонка. — К тому же, не факт, что найдем брод. Не хотелось бы захлебнуться илом. Я еще пожить хочу, если честно.

Я разделял ее опасения. К тому же, риск подхватить какую-нибудь мутировавшую дрянь не радовал. После встречи с волком-контролером теперь каждая тварь казалась подозрительной, даже птицы, всю дорогу суетящиеся в кронах сосен над головой. А болото это пиявки, лягушки, змеи и черт знает что еще.

Вирус творил с людьми такое, что и в страшном сне бы не придумал. А тут– болото, в котором нихера не видно. Но делать крюк...

Когда только просматривал карту, был уверен, что НИ подскажет правильный путь. Но интерфейс работает через жопу.

Да и ранения я не предполагал – поверил в свою неуязвимость. С тоской вспомнив оставшуюся в Олл-Три броню, еще раз окинул карту взглядом. Быть может, не будь проблем с ногой, я бы и прошел. Но сейчас... Уверенности в собственных силах как-то поубавилось.

— Как много, однако, меняет в голове один укус, — заметил я. — Обходим.

Алекс кивнула и двинулась вдоль берега.

— Ну и что там было? — недовольно поморщила нос Алекс, когда я бросил записку в огонь. — Или ты мне все еще не доверяешь?

Я тихо хмыкнул.

— А должен? — с усмешкой поинтересовался вместо ответа. — Расслабься, я никому не доверяю.

— Я думала, твоя паранойя сдохла вместе со старым именем. Ан нет, смотри-ка, на месте.

Пожав плечами, поднялся на ноги. Итак, за каким-то хреном я нужен не только Алисе, но и Мессии. Намечается что-то глобальное? Что есть во мне столь уникального, что двум армиям понадобилось мое участие.

Засыпав костер землей, подхватил ружье и первым пошел в сторону деревни. Интересно, что у них даже названий никаких нет. И только Олл-Три выделяется. Но вернемся к нашему вопросу.

Итак, есть солдат-мутант-существо Каратель. Есть армия боевых киборгов, стремящаяся... А чего, собственно, добивается Алиса? Мира во всем мире? Почему-то очень сомневаюсь. Есть неизвестный, но определенно знающий меня, Мессия. То ли рейдер, то ли такой же мутант, как и я. Его цель понятна – он хочет сбросить «Стальных», чтобы мутантам жилось на Тау Маре лучше.

И вот зачем им я?

Дневной лес совершенно не походил на себя же ночью. С исчезновением сумрака он наполнился жизнью, хотя и раньше назвать его пустым язык не поворачивался. В верхотуре пищали и трезвонили птицы, под ногами шуршали грызуны, точили кору жуки. Ветер шумел иголками, дергал мшистый покров, сыпались кусочки коры. Пару раз я заприметил белку, скачущую с ветки на ветку.

Расшифровка закончена. Отчет о приземлении рядового Паника.

Паника? Что за стран... И в голове тут же сложилась картинка. Вот парень надевает красный шлем боевой брони, тот схлопывается на голове и солдат испуганно дергается. А потом – полет в капсуле, и дымный след, уводящий в сторону.

Синхронизация: 4.1%.

Где там этот шифр прятался?

Перед глазами возникла проекция письма Мессии. НИ подсветил края бумаги, украшенные точками и палками. Надо же, так это оказывается, код был?

Отчет составлен нейроинтерфейсом рядового Паника. Принадлежность: флагман «Апостол», третий взвод космических войск корпорация «БиоТек».

Так, стоп! Это значит?

Модифицированный нейроинтерфейс принадлежит корпорации «БиоТек». Данные об операторе... капрал наземных войск корпорации «БиоТек» Каратель.

Синхронизация: 10%.

Сглотнув, я тряхнул головой, сбрасывая налетевшие воспоминания. Выходит корпорация реально добралась до колонии. И сбросила нас. Хм, почему Мессия пишет про Панику?

Отчет нейроинтерфейса составлен по приказу оператора и направлен текущему командиру. Если НИ не был изъят, его носитель – и есть рядовой Паника. Вероятность благоприятного исхода процедуры изъятия при текущем медицинском уровне Тау Мары – 0,7%. Командиром подразделения назначается солдат с самым высоким званием из имеющегося состава. Обработка... Не обнаружено. Капрал Каратель, вы назначены командиром наземных войск корпорации «БиоТек».

Я остановился, как вкопанный. Голова пухла от мыслей и рвущихся, как осколки гранаты, воспоминаний.

— Ты в порядке? — Алекс возникла передо мной.

Не обращая внимания на девчонку, закрыл глаза и постарался успокоиться. Память изрыгала все новые и новые события, мысли. Я почувствовал себя стоящим посреди громадного зеркального зала. И, стоило всмотреться в одну панель, там появлялись лица, начиналось действие. Зеркало лопалось, приводя в движение соседние. И так – без конца.

Синхронизация: 15...25...35...

ВНИМАНИЕ! Критический уровень...

Синхронизация: 48...87...100%.

Выдохнув сквозь плотно сжатые зубы, я раскинул руки, стараясь удержаться на ногах.

С возвращением, капрал Каратель.

В голове словно бомба взорвалась, и я отключился.

* * *

Очнулся от чувствительного удара по щеке. Тряхнув головой, сбросил оцепенение. Почему-то на лице была влага, ощущение, будто меня макали в ведро с водой.

Вяло пошевелившись, раскрыл глаза.

— Если бы я знала, что ты падаешь в обмороки, хер бы потащила тебя куда-то, — недовольно сообщила девчонка, сидя напротив перед костром, и стругая ветку ножом. — Я тебе не нянька, между прочим.

Отсутствие в сознании: 17 часов 29 минут.

— Я все вспомнил, — сообщил потрескавшимися губами.

Девчонка подняла голову, вглядываясь мне в лицо.

— Эко тебя вштырило! — уголки губ приподнялись, обозначая улыбку. — Расскажешь?

Она работала на Очкарика. Она и Крайс. Где гарантия, что Алиса справилась, порвала психованный ИИ на клочки? С другой стороны, совсем без союзников будет хреново, я уже пробовал.

— Воды.

Алекс подала мне флягу, но, видя, как соскальзывают мои пальцы с мятой жестянки, вздохнула и приставила горлышко ко рту.

— М-да, Крайса бы тебе. Я-то не сиделка.

Сделав пару глотков, благодарно кивнул и повел глазами по сторонам. Итак, мы все еще в лесу. Наступила ночь, а мы так никуда и не дошли. С другой стороны – а оно мне теперь надо?

С трудом приняв сидячее положение, осмотрел свои руки. Да, шрамы практически прошли, но все равно вид такой, будто меня только что из печки достали. Чертов Очкарик! Я ведь там умер, в этом долбанном бункере! Неужели его таинственный вирус так подействовал? Или это эволюция полученного еще в самом начале «ТМ-13».

Информация отсутствует .

Ну да, НИ ведь тоже крепко досталось, раз у него два года ушло, чтобы заговорить. Чудо, что мы выбрались оттуда живыми. И, стоит вспомнить о Панике, обратившегося в Мессию, еще большая удача – сохранить рассудок. Как солдат «БиоТек» докатился до главы армии мутантов и рейдеров?

Я ведь так и не нашел тогда тела в капсуле. А он, похоже, свалил сразу после приземления. Утащил с собой и броню, и так нужные мне тогда батареи. И все это время как-то выживал на Тау Маре.

А если выжил и Паника и я, возможно, где-то ходят еще солдаты нашего третьего взвода. И тоже не высовываются, как Мессия, до поры до времени. И, черт возьми, я их понимаю!

Мне повезло. Алекс и Крайс не смогли докопаться до сути, а потом все слишком завертелось, чтобы разбираться. А остальные? Корпорация утверждала, выжили семь человек, Очкарик говорил, выжил только я. И вот, пожалуйста, на меня вышел один из них.

Нет, сошедшему с ума ИИ я не верил на все сто, но, черт возьми...

Еще раз вызвав перед собой проекцию письма, вчитался в строчки.

«Привет, камрад!

Не удивляйся, я давно за тобой слежу. Долго пришлось поискать, кучу уродов

положил, пока добрался. Даже сейчас не уверен, что послание до тебя доберётся.

Кто я такой? Да ты и сам прекрасно знаешь. Мне доложили о твоих новых умениях. Тебе тоже понравилось управлять мутантами, верно? Такие возможности! «БиоТэк» такое и не снилось. А главное – любой, в ком есть «ТМ-13», может попасть под ауру контроля… Да я о таком всю жизнь мечтал, ещё пока на Земле рубился в игрушки!

Но у нас с тобой есть проблема, Каратель. Как ты наверняка догадываешься, твоя Алиса - не так прекрасна внутри, какой кажется снаружи. Нам нужно встретиться, всё обсудить.

Подозреваю, «Стальные» захотят отправить тебя в Ксежинск. Там и встретимся. Ты же помнишь своего друга из каравана Альянса? Найдешь его там же, где вы договаривались лет пять назад. На всякий случай напомню: пятая бухта.

С нетерпением жду встречи.

Мессия »

Пришлось изрядно напрячь память, чтобы вспомнить торговца, попавшегося нам с Алисой в Сити. Интересно, он без брони-то меня узнает? Хотя, какая к черту разница...

Стоп! Броня.

— Возвращаемся в Олл-Три, — заявил я, пытаясь подняться на ноги.

Мир покачнулся, голова закружилась, НИ пискнул о необходимости отдыха, но нужно двигаться. Время на исходе, я же прекрасно осознаю, почему так волнуется Алиса и с чего вдруг меня искал Мессия. Как только раньше не догадался? Определенно барбекю в бункере не пошло на пользу моим мозгам.

«БиоТек» не простит исчезновение флагмана. Прошло пять лет, и со дня на день стоит ожидать визита кого-то еще, но уже готового к полноценной войне. И так удивительно, что они не явились раньше. Хотя и понятно – колония в жопе изученной вселенной, пока дойдут новости до ближайшей обитаемой системы, пока там осознают, пока подготовят новый рейс – время. И немало времени.

И вот вам вопрос, капрал: на чью сторону встанет корпорация, когда ее корабли покажутся на орбите? Правильно, на той, где уже есть ее солдаты.

И, куда бы я ни примкнул, либо Алиса, либо Паника-Мессия, проиграют. Корпорация не станет церемониться с местной властью, им хватит оружия и людей выжечь тут все к чертям, если оно того будет стоить.

— Ты стоять-то не можешь, — хмыкнула Алекс, наблюдая за мной. — Зачем нам в Олл-Три, до деревни осталось чуть-чуть.

— Надо торопиться, — видя недоверие в ее взгляде, тяжело вздохнул. — Помнишь, я предлагал отомстить «Стальным» сердцам?

— Ну.

— Так вот, со мной тогда связался Очкарик – исследовательский искусственный интеллект, созданный «БиоТек» для экспериментов с биологическим оружием. Был и другой ИИ – «Стальное Сердце», созданный, чтобы сдерживать колонистов и не дать Очкарику натворить дел.

— Чего-то я не понимаю, — покачал головой я, двигаясь замыкающим в нашем маленьком конвое.

— Чего? — не оборачиваясь, отозвалась Алекс.

Девчонка двигалась первой, с явным удовольствием удерживая в обеих руках по автомату. Любимый «Ангер 213» болтался у нее за спиной, периодически хлопая по заднице.

— Нахрена командирам языки отрезать? Как они приказы отдавать будут, не записками же общаться.

Алекс громко фыркнула, но так и не обернулась, продолжая двигаться дальше через лес.

— Каратель, ты, конечно, не местный, но неужели настолько туп, что считаешь, будто у нас тут все поголовно хотя бы читать умеют? Серьезно, ты видел где-то хоть одну школу?

Действительно, об этом я как-то не думал. Просто не обращал внимания. А ведь текстов, по большому счету, мне и не попадалось.

Нет, тот же Джеймс грамоте обучен – в его баре даже книга учета ведется. И Марта тоже справочники почитывала иногда мне перед сном, пока мог самостоятельно только глазами хлопать. Но остальные...

— Когда я прикончила Мэрдока, банда развалилась, — начала пояснения Алекс. — Первое время пытались действовать командой, а кто дезертировал – тем языки вырезали. Во избежание слива информации, так сказать. Сейчас-то они все – жалкие одиночки. Но за бывших командиров дают по пять тысяч. Достаточно отдать голову любому киборгу.

— Эй, Юджин! — я ткнул стволом «Раша» в спину пленного. — Писать умеешь?

Тот слабо покачал головой. Мужик вообще особой активности не проявлял, видимо, смирился со своей участью. Или надеялся, что сейчас нагрянут дружки, его спасут, а нас самих пустят на фарш?

— Тогда нахера мы его с тобой тащим? — спокойно спросил я.

Ружье с грохотом выплюнуло пулю в шею Юджина. Мужик рухнул вперед, как подкошенный.

— Какого хрена?! — вскрикнула Алекс, оборачиваясь к нам.

Я пожал плечами, закидывая «Раш» за спину и доставая нож.

— А смысл? Нам же только голова нужна, сама сказала.

— Он же мог что-то знать! — зашипела девчонка.

— Например? Теорию вероятности? — усмехнулся, опускаясь перед трупом на колени. — Знал бы, прихватил с собой топор. Не смотри на меня так, Алекс, — заметив взгляд девчонки, сказал я. — И без Юджина ясно, что рейдеры ходят по лесу, как у себя дома. Когда ты поссать пошла, их дружок сразу в тебя стрелять вздумал. Ни в заложницы, ни в наложницы. Сразу – убивать. Как думаешь, будут они себя так нагло вести, если не почуют безнаказанность?

Она хмыкнула, задрав подбородок. Все же, пусть ей будет хоть под полтинник, девчонка есть девчонка. Наверное, гормоны мозги отшибают, когда снова в подростка превращается.

— Я вижу так, — работая ножом, начал я. — Рейдеры просочились сквозь кордон «Стальных». Но зная расписание караванов и патрулей киборгов, решили не спешить. Но тут им не повезло, Гарри и Боб договорились занять Олл-Три. И я оборвал их влажные фантазии. А теперь отпиливаю голову одну неразговорчивому парню.

Осмотрев проделанную работу, я прикинул место для удара. Воспользовавшись ножом, как зубилом, вбил его прикладом ружья.

— Так что нужно добраться до деревни, связаться с патрулем. Ловить рейдеров не наша забота.

Девчонка безразлично наблюдала, как я заворачиваю практически оторванную голову в куртку Юджина.

— За некоторых – очень даже платят, — кивнула она на мой трофей.

Пожав плечами, я швырнул ей импровизированный мешок.

— Вот и тащи свои две пятьсот. Дальше веду я.

Спорить Алекс не стала. И хорошо, а то у меня все больше портится настроение. Чертова деревня, я когда-нибудь свалю из Олл-Три?

* * *

Перехвачен радиосигнал Олл-Три.

— ...нец сообщения, — холодно сообщил женский голос.

Я хмыкнул, продолжая размеренно передвигать ногами. Шли мы практически тем же путем, что и к деревне, так что оставшиеся пять километров должны были стать последними.

Немного удивляло, что вместо использования усилителя Джеймс включил радиоточку. Но тут же решил, что передать инфу проще по рации – не у всех есть НейроСмарты, чтобы получить сигнал сети.

— Внимание! Это автоматически повторяемое сообщение из деревни Олл-Три, — заговорила диктор, прежде чем включить запись. — Внимание всем, кто рядом с Олл-Три. Не приближайтесь...

Я вздрогнул, узнав в усталом голосе Марту. Какого хрена доктор вещает по радио, почему не сам Джеймс?

— Это какая-то чума... Я не знаю... За сутки больной сгнивает заживо. Лекарства не помогают... Мы настроили турели на отпугивание. Не приближайтесь. Свяжитесь со «Стальными сердцами»... — она всхлипнула. — Пусть нас сожгут. Боже...

Женщина в записи перешла на сдавленные рыдания.

— Конец сообщения, — отрапортовала диктор.

Я отключил воспроизведение и оглянулся на бредущую чуть позади девчонку. Даже с ее выносливостью, кажется, Алекс устала мотаться по лесу, обвешанная оружием, да еще и с трофейной головой. Впрочем, я же не настаивал, чтобы она таскала сразу три ствола.

Дождавшись, пока девчонка пересечет радиус действия радиоточки, прослушал сообщение уже вместе с компаньонкой. Лицо девчонки на мгновенье омрачилось, но тут же тряхнула головой, устало опускаясь на землю.

— Что делать будем?

Резонный вопрос. Если в деревне действительно какая-то зараза, что пришлось объявлять карантин, входить туда не безопасно. Не просто так создаются законы вроде «зараженного неизвестной болячкой нужно изолировать, а еще лучше – не пускать на корабль». Если заболевание существует, мы можем не заразиться – у обоих есть повышенная регенерация, пусть у меня и не такая сильная, как у Алекс. Но что будет потом, когда рано или поздно выйдем к другим населенным пунктам?

Если память не изменяет, трупы вовремя чумы сжигали вместе с вещами. И тут заявляюсь я в облепленной неизвестной болячкой броне. Мне так никакая «Длань» не понадобится – окружающие начнут дохнуть без моего непосредственного участия.

— Что это может быть за дрянь? — тоже присев, поинтересовался я. — Ты же местная, должна знать, чем у вас тут болеют.

— Да мало ли? — развела руками девчонка. — Может, новый вирус. Может, еще какая-то хрень. Тут нужен образец зараженного, медицинская станция и костюм химзащиты. И то не факт – помню, док Винстон рассказывал, его отец вот так же вошел в зараженную деревеньку, и кончился, едва сняв костюм.

— От чего?

— А дезинфектор не взял ту дрянь, — махнула рукой Алекс. — Так его и сожгли вместе с палаткой.

Я прикрыл глаза.

— Что со мной вечно за херня творится? Сначала меня Очкарик вел, теперь – стоило уйти – деревню в карантине. Такое ощущение, что кто-то опять решил меня куда-то вести.

Алекс замерла на мгновенье.

— Каратель, — едва слышно позвала она.

— М?

— А не может это быть твой Паника?

Я пожал плечами.

— Что-то я очень сомневаюсь, что рядовой мог собрать вирус на коленке. Мало того, что собрать, так еще и доставить черт знает куда. И как бы он заразил Олл-Три? Забросал банками с болезнью?

Она хмыкнула.

— Но вычислить тебя и передать послание у него получилось, — заметила Алекс. — Да и потом, не нужно создавать биологическое оружие на планете, где оно разрабатывалось.

— Тоже верно. Хер его знает, что можно в бункерах корпорации откопать. Знаешь, мы с Алисой как-то наткнулись на жуков размером с твою голову. Они выделяли настолько едкую кислоту... В общем, не обращай внимания, — махнул я. — Там, в Олл-Три, стоит костюм средней боевой брони. И я хочу его получить.

Посмотрела на меня, как на идиота.

— Ты же понимаешь...

— Прекрасно понимаю, — согласился я. — Но! — подняв палец, я решил играть до конца. — И я, и ты обладаем повышенной регенерацией.

— Я туда не полезу! — девчонка даже с места поднялась. — Одно дело стрелять подонков – и весело, и полезно. Совсем другое – соваться в рассадник чумы, чтобы вытащить игрушку для идиота, который не понимает, что эта игрушка сейчас сама по себе смертельно опасна!

Я тяжело вздохнул.

— Тебе и не придется. Пойду я.

Она открыла рот, чтобы высказаться, но со стуком сомкнула челюсти.

— И когда ты выйдешь из Олл-Три, я не смогу идти рядом, — сообщила Алекс, бросая бесполезное сейчас оружие на землю. — Я не собираюсь погибать от вируса, Каратель. У меня, может быть, последняя жизнь осталась, и подыхать, сгнивая заживо – даже не проси.

Я пожал плечами, поднимаясь на ноги.

— По радио крутится запись, Алекс. Нас там давно нет, вполне вероятно, вся деревня уже мертва. И в таком случае – нужно войти туда и сжечь все нахрен. Иначе заразу растащат дикие звери. Кто поручится, что болезнь не разойдется дальше? Это не кучка грязных рейдеров, вирус не перестреляешь.

Покачав головой, она молча зарылась в свой НейроСмарт.

— Я не соглашалась лезть в карантинную зону. Да, от обычного вируса я защищена, но там... Даже не проси, это не мое дело.

Я хмыкнул.

— Тогда оставь мне патронов. Когда я вернусь, тебе лучше быть подальше, Алекс. И, будет хорошо, если ты сообщишь о случившемся на кордоне.

— Ты совсем дебил? — она ударила меня кулаками по груди. — Да Алиса с меня шкуру сдернет, когда узнает, что я тебя пустила в зараженную деревню! Даже не вздумай туда лезть!

Пуля взвизгнула, отлетая от только сомкнувшейся на торсе брони. Меня шатнуло вперед, едва не опрокинув вместе с оставшимся на стойке костюмом. Не теряя времени, схватил шлем и упал на пол.

Рейдеры не спешили входить в дом, они просто поливали свинцом из окон, палили с крыльца. Стой я на ногах – превратился б в решето. Надевать доспех лежа было не очень удобно, да и пальцы сводило адской судорогой. Обожженная плоть почти не слушалась.

За шумом выстрелов слух вычленил щелчок. Какая-то тварь сдернула чеку на гранате. Спеша натянуть защиту, приподнялся над полом, тут же получив по больной башке пулей. Меня мотнуло, но я, наконец, вдел обожженные пальцы в перчатки.

Установлено соединение с системой управления средней боевой брони класса «Воин». Выполняется калибровка.

Уровень заряда брони: 46%.

И в окно влетела-таки граната. Настоящие герои успевают перебросить ее обратно. Все, что успел сделать я – откатиться подальше к стене, спрятавшись за диваном. А потом мне поддал ускорения взрыв.

Ударная волна вмяла меня в стену, с потолка посыпалась пыль и щепки. Оглохший, с болезненно ноющими пальцами, я нащупал брошенный возле стойки пистолет. И, черт возьми, я даже взять его не смог! Кисть просто не желала подчиняться.

Контроль конечностей передан нейроинтерфейсу.

Я едва сдержался, чтобы не заорать от боли, когда пальцы подняли пистолет и сжались на рукояти. Сцепив зубы, застонал, пережидая особенно острый приступ. И выдохнув, понял, что вокруг слишком тихо.

После гранаты стрельба прекратилась. Но рейдеры пока внутрь не совались – уже хорошо. Медленно поднявшись на колени, встал на ноги и осмотрелся. НИ подсветил зеленые контуры пленных, два красных врага рядом с ними и толпу противников вокруг дома Джеймса.

Ну что, сволочи, пришло время карать!

В повисшей тишине звук моих шагов разносился, наверное, на всю деревню. Пальцы, сжавшие пистолет, тряслись и заставляли морщиться от боли, подвывая сквозь стиснутые зубы.

Пыль еще кружилась в воздухе, когда я оказался у выбитой двери на крыльцо.

Три контура – один присел за стеной слева, второй стоит справа. Еще один ждет за крыльцом.

Подняв пистолет на уровень глаз, выглянул к сидящему, и, пока тот не отреагировал, спустил курок. Между глаз бандита брызнуло, он повалился на крыльцо.

Резко уйдя в сторону, я позволил стоящему сунуться в проем. Дуло автомата проскользнуло мимо, и я, бросив свое оружие, обхватил вражеский ствол руками. Ударом ноги в живот оттолкнул стрелка на крыльцо.

Третий успел выстрелить, разрядив дробь по дверному косяку. Щепки и пыль взвились в воздух, по броне чиркнуло – все-таки задел, ублюдок.

Развернув автомат, направил в сторону дробовика и, сунув ствол наружу, короткой очередью отправил сволочь на тот свет.

Недобитый второй попытался удрать, но я уже вышел наружу. Дернув рычаг смены режима, одиночным в печень опрокинул противника в пыль.

Рейдеры стремительно отступали, безостановочно оглядываясь назад. Я же выдернул магазин, проверить боезапас, и поднял выпущенный дробовик.

Выброс адреналина.

Даже пальцы перестали ныть, когда забросил автомат за спину и, дернув цевьем ружья, пошел следом за ними. Позади кричал, истекая кровью, оставленный умирать на дороге раненый.

Пусть орет, это деморализует противника. Да и патронов жалко.

Следующий рейдер затаился за углом. Бедняга так часто дышал, что мне и без «Подавления» было ясно, насколько тот перепуган.

Пригнувшись и осторожно двигаясь вперед, я швырнул в просвет между домов подобранный здесь же обломок доски. Бандит высунул руку с пистолетом и успел сделать два выстрела на звук. А потом я оторвал ему конечность, разрядив дробь в торчащий из укрытия локоть.

Вопль боли ударил по ушам, калека притянул к себе культяпку, а я выскользнул из-за угла и вбил приклад ружья ему в раскрытую в крике пасть. Хрустнула челюсть, треснули зубы. Стряхнув кровавые сопли, повисшие на дробовике, сменил пустое оружие на автомат.

Рейдеры скапливались у склада. Зеленые контуры сгрудились внутри в дальнем углу, не приближаясь к захватчикам.

Анализ ситуации. Захват заложников. Рекомендуется вступление в переговоры.

— Никакого снисхождения к врагу, — прошипел я, уже не скрываясь. — Сдавайтесь, ублюдки! — заорал в голос, остановившись перед поворотом к сараю. — Иначе все подохнете!

— Отсоси, урод! — ответил мне наглый женский голос. — Только сунься, и, клянусь, мои парни тут всех положат!

Рывком бросившись к противоположной стене, пропустил над головой несколько пуль и, прижавшись плечом к доскам, вскинул автомат.

Прицеливание. Огонь. Враг уничтожен. Прицеливание. Огонь. Враг уничтожен. Прицеливание. Огонь. Враг уничтожен.

Прицельная стрельба: 5,2. Доступна программа переподготовки .

Трое отморозков, стоявших на линии, завалились в траву. Я перекатился в сторону, уходя из под огня. Но какой-то умник снова швырнул гранату мне под ноги. Выпустив оружие, подхватил фугас и подбросил его обратно. Едва успел пригнуть голову, когда рейдеры расстреляли летящий к ним снаряд.

Рявкнул взрыв, трава подо мной дернулась. Я расслышал чье-то всхлипывание.

Подхватив автомат, перекатился в сторону и вскинул дуло.

Сервоприводы активированы. Повышенный расход заряда.

Прыжок вперед. Подняв ствол навстречу, расстрелял последние патроны и сбросил бесполезное оружие в траву.

Еще двое рейдеров упали. Я прокатился по земле, сорвал с убитого ружье и, продолжая перекат, разрядил патрон в укрывшегося за углом бандита.

Враг уткнулся прострелянной башкой в землю, а я подскочил на ноги. Изнутри сарая раздался отчаянный крик, оборвавшийся выстрелом. И в открытые ворота вылетело детское тело.

— Я их всех убью, тварь! — заорала вожак, перекрывая вой заложников. — Убирайся нахер, урод!

— Эй, ублюдки! — крикнул в ответ, быстро проверяя патроны в магазине. — Отпущу того, кто сдаст мне башку этой бабы! Если через минуту этого не будет, умрете все!

Неразумно оставлять в живых членов незаконных бандформирований .

— Да ты совсем охренел там, урод! — перешла на визг атаманша. — За это щас еще кого-нибудь убью! Эштон, завали эту суку!

Раньше, чем один из контуров вскинул оружие, я спустил курок. Доска лопнула, пропуская пулю. И Эштон рухнул на пол, а в сарае началась паника.

Сервоприводы активированы. Повышенный расход заряда.

Но я уже не слышал.

Проломив дверь, повалил стоявшего за ней, разрядил последний патрон в брюхо толстяка, уже спустившего курок в сторону заложников. Тут же втолкнул приклад в зубы другому. Отбросив разряженный автомат, сломал шею третьему.

По броне застучали пули, но я ничего не чувствовал. Только злость и жажду крови.

«Ментальное подавление»: 3.

Рейдеры застыли, как завороженные, наблюдая за мной.

Выдернув из руки чернокожей бандитки нож, я снял с нее контроль. Женщина попыталась дернуться, но у меня свело пальцы, сжавшие ей горло. Подняв ее над землей, я обернулся на бандитов, и приказал:

— Убейте себя.

Хлопки выстрелов. Фонтаны крови. Они падали один за другим, вышибая себе мозги. А те, кому не хватило ствола, вскрывали собственные глотки. Баба в моих руках следила за происходящим с ужасом. Она уже не пыталась вырваться, просто вцепилась в державшую ее за глотку руку.

Жители Олл-Три смотрели на меня с не меньшим страхом. Похоже, теперь они боялись меня даже больше, чем рейдеров.

С силой долбанув атаманшу башкой об стену, я разжал пальцы. Оставив на досках кровавые потеки, она замерла на полу, потеряв сознание.

— Марта? — тихо позвал я, обернувшись к выжившим.

Народ расступился, открывая ее. Лежащую на земле.

Тупо моргнув, я подошел к телу и рухнул на колени. Почему она? Почему из всех, кто был в этом чертовом сарае, убили именно ее?

— Почему? — произнес я, закрывая глаза женщине, так много для меня сделавшей.

— Когда ты ворвался, она закрыла собой Эми, — сообщила женщина, прижимая к себе девочку.

Я кивнул, не глядя. Не хочу знать, кто эта Эми. Не хочу оставаться здесь. Не хочу винить ребенка в смерти лучшей из людей на Тау Маре.

Энергия: 102. Высокая опасность истощения .

С трудом поднявшись на ноги, зацепился за стену и, едва шевеля ногами, дошел до выхода. Вокруг все смазалось, звуки доходили до меня как сквозь вату. Я словно оказался на дне глубокого водоема.

— Тела обезглавить. Эту, — махнул рукой в сторону бандитки, — связать.

И, не став ждать реакции, вышел наружу. Сняв шлем, подставил голову осеннему ветру. Вонь сожженных тел смешалась с запахом крови, пороха и нечистот.

Как во сне, двинулся прочь от сарая. Перед глазами всплывали моменты нашего общения с Мартой. Вот она склоняется надо мной, чтобы поднести стакан с соломинкой. Вот я держу ее за руки, когда пытаюсь встать на ослабшие ноги. Наша первая ночь вместе, ее жаркое дыхание. Первый ужин на кухне. Она улыбается, гладя мою изуродованную руку.

Очнулся я, сидя на крыльце ее дома. Уже погасли ночные звезды, местное солнце окрасило небо в бледно-голубой цвет.

Тяжело вздохнув, я вытер ладонями лицо, прогоняя остатки то ли сна, то ли бреда. И только после этого понял, что броня валяется на земле рядом, блестя выступившей по заре росой. Когда успел снять, черт его знает.

Ксежинск.

Город, куда я так и не добрался пять лет назад. Город, по сравнению с которым Сити выглядел убогими развалинами. Город, где обосновали базу «Стальные сердца», и где меня ждет человек Паники. Человек Альянса, вставший на сторону мутантов.

Стоя на возвышении так, что весь Ксежинск был как на ладони, я смотрел на бьющие в небо лучи неоновых вывесок.

Уходящий в высь многоэтажный дом, не иначе, как чудом уцелевший за три столетия, маяком в ночи сиял цветными огнями посреди блочных пятиэтажек. Он поднимался над остальным городом, освещая их своим кричаще жизнерадостным блеском.

Темная река, полукольцом огибающая местную АЭС, сверкала от бесчисленных ламп. Город, построенный на берегу, словно доказывал всей Тау Маре – жизнь не кончена, все в порядке.

Помнится, Джеймс утверждал, что его виски – это символ надежды. Но сейчас я видел, как он ошибался. Один лишь факт, что АЭС удалось сохранить рабочей, говорил, что будущее возможно. Человечество может справиться и с мутантами, и с рейдерами. Пока горят неоновые вывески Ксежинска, еще ничего не кончилось.

И теперь меня совсем не удивляет, что и Алиса, и Мессия выбрали его для своей базы. Даже по земным меркам город сохранился достаточно хорошо. А возведенная по внушительному периметру высокая и толстая стена из каменных блоков подтверждала наличие технологий прошлого. И тех, кто умеет с ними работать.

Развалившаяся от времени асфальтированная дорога, упирающаяся в громадные ворота, разделялась внутри еще на две: уходящую на западный берег и бегущую на юг.

Если вспомнить слова стрелков, местная часть континента – свободный от чьей-либо власти фронтир. И не только Ксежинск уцелел. Где-то все до единого мутанты давным-давно перебиты, а рейдеры даже и носа показать бояться. Но здесь и сейчас, на последнем клочке бесхозной территории, готовится полномасштабная война.

Не нужно иметь и семи пядей во лбу – как только явится корпорация, никто не станет вести переговоров. Местные группировки просто истребят. А кто согласится сотрудничать, пойдут убивать соотечественников в первых рядах. Если бы не разработки «БиоТек», Тау Мару просто залили огнем, чтобы не тратить время и солдат. И пусть люди – самый дешевый актив корпорации, никто не желает тратить деньги, когда этого можно избежать.

Местное население, если согласится сотрудничать, сможет выжить. Армия «БиоТек» поделится машинами и знаниями, чтобы аборигены могли отстроить Тау Мару заново. Но это не значит, что жизнь здесь станет похожей на сказку. Только если в сказке вы будете вкалывать за еду и возможность дышать.

И вот за право быть этими «согласными сотрудничать» здесь и сейчас уже идет борьба.

«Стальные» подминали под себя всех, кто попадался под руку. Не готовые подчиняться группировки резко меняли руководство, когда боевые киборги коротко и ясно проявляли свое недовольство. Что говорить, даже Альянс, единственная считавшейся свободной от чужого влияния сила, сопротивлялся не долго.

— Эй, Кар, садись ужинать. Завтра уже будем в Ксежинске, успеешь еще полюбоваться.

Я обернулся. Глава нашего каравана, Алан, седой и весь жилистый, махнул в сторону костра, где уже собрался народ.

Встретились мы случайно, уже за кордоном. Недобитая киборгами шайка рейдеров вылетела из засады перед самым рассветом, взяв караван в кольцо и быстро расправилась с охраной из ополченцев.

Деревня Алана сгорела, так что жители решили не ждать голода и надвигающейся зимы. Где можно переждать тяжелое время? Вот они и поехали в Ксежинск, по дороге угодив в засаду.

На их счастье, я как раз остановился неподалеку, чтобы заночевать. Так что помощь вооруженного бойца в броне пришлась кстати.

После нас остались два десятка обезглавленных тел и горка братской могилы, куда сложили погибших охранников.

С тех пор прошла неделя. И вот цель путешествия была в дне пути. Оставалось лишь спуститься в долину.

— Так налюбуешься, он у тебя в печенках сидеть будет, — заметила жена старосты. — Помнишь, Алан, как мы встретились?

Слушать байки деревенских стало уже привычно. За этими спокойными разговорами, перемежающимися с вялой перебранкой, прекрасно короталось время. Да и чувствовалось, что эти погорельцы – одна большая семья. Чем-то они даже напоминали мою.

Уплетая мясной суп, я не заметил, как вернулся к своим предположениям.

За время пути сюда от Олл-Три было достаточно времени все обдумать. И не сказать, что результат радовал.

Итак, по порядку. С Тау Мары отправилось сообщение, с бомбой замедленного действия внутри. Очкарик не знал, кого именно отправят решать возникшую проблему, потому бил наверняка. Так, чтобы любой корабль, получив сигнал, попал под воздействие. И к моменту прибытия флагмана адмирала Максвелла системы корабля уже не могли обнаружить рабочее ПВО колонии. А когда прорвавшийся, несмотря на все усилия Вояки, десант приземлился, мы оказались на территории глобальной сети Очкарика. И тоже были взломаны.

Нейроинтерфейс способен выдавать полноценную иллюзию, отличить которую от реальной практически невозможно. На этом построена корпоративная система тренировок и переподготовки. Обман чувств настолько серьезен, что ты никогда не узнаешь, что враг не настоящий, если не предупрежден заранее. Мозг воспринимает его совершенно реальным.

Захватив контроль над нашими НИ, мог ли Очкарик показать солдатам проекции наступающих мутантов? Да запросто! А потом просто рвать связь между нами, изображая смерть отделения. Еще легче.

Единственный, кто на самом деле смог бы сбежать – повредивший свой НИ Паника. Но в итоге у парня поехала крыша, и рядовой провозгласил себя Мессией. Пусть и временно, но оставшись без поддержки нейроинтерфейса, где-то он подцепил вирус, сделавший из него контролера.

Да, Майло Мэрдок передал рейдерам на вышке броню наших солдат. Но никто не говорил о телах. Мог Очкарик через НИ заставить их отдать костюмы, как мой интерфейс заставлял обугленные пальцы держать оружие? Однозначно, да.

Вспомнив наши разговоры с безумным ИИ, я готов руку на отсечение дать – у него был запасной план. Вероятно, даже не один.

Позднее, когда я скопировал свой НИ в свободный процессор, создав тем самым Алису, вместе с системой передался и вирус Очкарика.

Выполняя один из экспериментов сумасшедшего компьютера, Алиса развилась в полноценную личность, самостоятельную единицу. А потом я сам всадил ее в Вояку.

Получив доступ к управлению «Стальными сердцами», Алиса делает то, что ей самой кажется правильным. К этому моменту в ней смешались директивы «БиоТек», мои воспоминания о характере и поведении земной девушки, вирус Очкарика и, вероятно, псевдоразум Вояки. И весь этот замечательный компот уже пять лет правит на Тау Маре.

Было ли это предусмотрено исследовательским ИИ? Готов поспорить, да. Как и то, что где-то еще остались мои сослуживцы.

Что Вояка, что Очкарик – оба скрывались в красных зонах. И это не спроста. Мы ведь тоже приземлились в одну из них. Значит, и искать остальных нужно оттуда.

Люди готовились ко сну. Телеги, выстроенные в круг, служили кроватями. Что хорошо, с оружием никто при этом не расставался. Распряженные и загнанные в центр волы вяло фыркали, перетирая огромными челюстями жвачку.

Получен перевод награды за головы рейдеров: 12 415 кредитов. Получен перевод награды за голову Черной Джен: 5 000 кредитов. Остаток средств на анонимном счету: 17 415 кредитов.

А вот и трофеи определили. А то на кордоне у них возникла проблема: я не существую в глобальной сети Тау Мары, и счета у меня быть не может. Пришлось создавать призрака, а уже к его номеру подключился мой НИ, как всегда, используя уязвимости сети.

Я еще тогда задался вопросом, почему Алиса их не видит. Ведь она намного порядков превосходит мой интерфейс. Но ответа мне, естественно, никто не дал. Сама же командир не появилась, как в Олл-Три.

До этого мне представлялось, что она постоянно контролирует своих солдат. Но, как показала практика, даже для ее мощностей это чересчур. Да и, опять же, Крайс, например, действовал самостоятельно.

Единственное, чего я смог добиться у «Стальных» – помощь в защите Олл-Три.

Алекс, прошедшая здесь же двумя днями раньше, сообщила о карантине. Но киборги не спешили выжигать деревню – то ли ждали приказа, то ли решили, что не стоит ради жалкой деревеньки покидать пост. Бегущих из карантинной зоны, они бы все одно встретили. А самим роботам болезни не страшны.

По меркам Земли на сумму за головы рейдеров я смог бы прожить месяца два-три, ни в чем себе не отказывая. Хотя за 35 лет моего отсутствия цены могли и измениться. А если прибавить жалованье за 5 лет без отпуска, да прибавить мое «особое» задание, оплачиваемое по двойному тарифу...

На Тау Маре я смогу на это купить пару стволов и горстку патронов. И колеса, машина нужна обязательно. Пространства огромны и достаточно пустынны. Ходить пешком меня, откровенно говоря, задолбало.

Только на этот раз никаких кабриолетов. Хочу себе какой-нибудь БТР. Слишком хорошо помню, с какой легкостью нас тогда чуть не ограбили.

Улыбнувшись воспоминанию, я надел шлем, лег прямо на землю и уснул.

* * *

Ворота города медленно раскрывались. Толстые стальные полосы, сваренные вместе, били по глазам бликами восходящего солнца.

Алан дождался, когда створки перестанут двигаться, и махнул рукой. Караван медленно тронулся с места.

За нами уже успела выстроиться внушительная очередь. Впрочем, выходило тоже довольно много народа. Контролирующие проход киборги внимательно осматривали путников, проверяли багаж.

В общем, происходящее живо напомнило мне старые фильмы о средневековье.

Мимо нас промчался легкий джип, урча мотором – группа рейнджеров стремительно уезжала на восток. Следом показался грузовик стрелков с закрытым брезентом кузовом.

— Пленных повезли, — хмыкнул Алан, как и я, провожая машину взглядом.

— Откуда здесь пленные?

— Так рудные шахты-то надо восстанавливать, — ответил он. — Уже года два большинство рейдеров туда возят. Обратно-то никто не возвращается, понятно. Зато пошла добыча металлов.

Хмыкнув, я решил узнать чуть больше.

— А как же автоматизированные комплексы?

Диван был изрядно протерт, в нескольких местах зияли дыры, левый подлокотник и вовсе отсутствовал. Но это совершенно не мешало мне развалиться на нем с огромным удовольствием.

Алиса сидела напротив за пультом связи, перед ней горела голографическая карта континента. Та самая, что я спер из глобальной сети «Стальных».

За эти 5 лет киборг серьезно поменялась. Хотя некоторые вещи все же остались неизменными. Пока я наблюдал за повзрослевшей женщиной, успел перебрать все воспоминания об обеих – настоящей Алисе и ее местной версии.

И теперь, пока я ждал, когда командующая «Стальных сердец» закончит отдавать распоряжения, не мог не восхититься тем, насколько она убедительна. Если бы не знал, что передо мной киборг, скопировавший мои воспоминания о земной девушке, никогда бы их не отличил. Разумеется, моей настоящей Алисе уже за пятьдесят, но ведь и мне фактически столько же.

— Патруль Ф-10, — вызвала она подчиненных, ткнув в карту пальцем, — направляйтесь в квадрат М-12. Проведите разведку и доложите о результатах. В бой вступать только в случае крайней необходимости.

Я откинулся на спинку дивана и запрокинул голову к побеленному потолку.

Штаб боевых киборгов располагался в удалении от Ксежинской АЭС и центра города. Фактически когда-то здесь располагался спальный район. Заняв одно из старых безликих зданий, «Стальные» всерьез позаботились о его безопасности и, как бы это ни было странно, комфорте. Проведя ремонт стен, завалив окна первого этажа мешками с песком, на втором они установили турели на укрепленных окнах, на пол бросили ребристые металлические плиты, решив проблему с местной грязью. По потолку протянулись гофрированные шланги, таящие в себе провода, разбегающиеся по помещениям разноцветными змеями. Обшарпанные стены замазали и перекрасили. А в комнатах личного состава даже провели по компьютеру. И это при том, что киборги и так постоянно подключены к сети!

Но даже больше подобных нововведений меня удивило наличие в составе организации живых людей. До этого думал, Алисе подчиняются исключительно такие же роботы, как и она сама. Но уже в холле на первом этаже меня встретила молодая девушка в синей униформе техников. Отпустив приведшего меня в штаб солдата, она провела меня на второй этаж и оставила в кабинете старой подруги.

Как я понял из короткого рассказа Алисы, состоявшегося при моем появлении, люди играли роль прислуги, ремонтировали и обеспечивали системы и внутренние службы не только командного центра, но и всей армии киборгов.

— Ну, вот теперь можно и поговорить, — устало вздохнула, поднимаясь из-за пульта, командир «Стальных сердец». — Чертовски хреново выглядишь, кстати.

Я усмехнулся, хлопая по сиденью дивана рядом с собой. Она не заставила просить себя дважды, с довольной улыбкой опустившись рядом.

— Тогда рассказывай, — кивнул я, прижимая ее к себе. — Кажется, ты значительно похудела за эти пять лет.

Алиса улыбнулась.

— Облегченный каркас, замена большинства частей. В общем, я разработала новый тип боевых киборгов. Тело менее прочное, но значительно превосходит стандартные модели в весе и скорости. Кроме того, я потребляю в 12 раз меньше энергии, и вполне могу не менее полугода питаться обычной пищей.

— Ого! — выдохнул я. — Но как? Не пойми меня неправильно, я не сомневаюсь в твоих умственных способностях. И будь мы на Земле, это было бы закономерно. Но на Тау Маре?

Она тихонько усмехнулась, прижавшись щекой к моему плечу.

— Ты же понял, что во мне есть часть Очкарика, верно?

— Скользкая тема для разговора, Алиса, — заметил я в ответ. — Я не знаю, что думать...

— А тебе и не надо думать, милый, — приложив палец к моим губам, прошептала она. — Колония изначально была научно-военным полигоном. В нее столько всего заложили, что владей сейчас «БиоТек» хотя бы половиной местных технологий, уже захватили бы власть над человечеством.

Я пожал плечами.

— Это были их разработки. Сомневаюсь, что за 300 лет корпорация не смогла их восстановить.

— Очкарик, как ты помнишь, отвечал за все исследования на Тау Маре. Я это знаю потому, что он до сих пор сидит внутри меня. Но не бойся, он совершенно безопасен – благодаря тому, что у нас появились НИ, построенные изначально ради возвращения технологий уровня Тау Мары, мне действительно удалось превратить его в тот инструмент, которым исследовательский искусственный интеллект создавался.

— Погоди, ты хочешь сказать...

— Именно, — подтвердила она, поглаживая меня по щеке. — Эта колония была ключевой базой корпорации. Но после изоляции «БиоТек» пришлось начинать большую часть работы с нуля. Поэтому ИИ Тау Мары использовали в качестве физического носителя те кристаллы. На Земле этот эксперимент был свернут – опасно и дорого. Но здесь... — она на мгновенье замолчала. — Как бы там ни было, на планете осталось достаточно рабочих прототипов, результатов экспериментов и прочего добра. Да, большую часть «БиоТек» воссоздали иными путями, но кое-чего у них нет, и не будет никогда.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Ага, например, мутантов, — кивнул я. — Ты же не пытаешься сейчас меня убедить, что я зря избавился от обоих, Вояки и Очкарика? Что я зря подох в том бункере?

Алиса запрокинула голову и звонко рассмеялась.

— Что ты, милый! Конечно, в том виде, какими они оба стали, это было зло в чистом виде! — она ласково погладила меня по плечу. — Но они послужили основой для лучшей модели искусственного сознания. Объединив во мне прогресс современного «БиоТек» и собственное развитие этих кристаллов, ты подарил Тау Маре не только возможность выжить, но и стать одной из важнейших планет изученного человеком космоса.

Я хмыкнул.

— Только не говори, что хочешь добиться для Тау Мары независимости.

Она мягко улыбнулась, поглаживая пальцем мой подбородок. Глаза женщины хитро блеснули.

— Пусть это будет наш маленький секрет, — шепнула киборг. — Семейная тайна.

Все, приехали. Этого я и боялся – Алиса сошла с ума.

— Ты понимаешь, что случится, когда сюда прибудет космический флот? — тоже шепотом уточнил я. — Колония была и остается собственностью корпорации. Если они только заподозрят, что аборигены хотят ускользнуть, всю Тау Мару ждет огненный ад. А я уже был там, Алиса! Я сгорел заживо! И, поверь, это совершенно не весело!

Договаривал, уже почти перейдя на крик. Но на мои слова она лишь улыбнулась.

— Но ты здесь. Немного подправить, и будешь первым красавцем в галактике, — продолжая гладить меня по лицу, тихо проговорила Алиса. — Я знаю, как это повторить. Очкарик создал особый вирус, да. Ты не будешь деградировать, как Алекс. Кстати, можешь поблагодарить ее за это. Записи дока Винстона многое прояснили.

— Не совсем понимаю, — признался я, разведя руками. — Чувствую себя совершенно сбитым с толку. При чем тут этот чертов ниггер?

— Старый доктор работал на него, — пожала плечами женщина. — И следил за ходом эксперимента. Ты знал, что Алекс – клон?

Я пожал плечами.

— Даже не думал об этом.

Да и потом, что это меняет? Мне совершенно без разницы, кем она была, кто есть и кем станет. Нет, разумеется, к Алекс я отношусь чуть лучше, чем к остальным жителям колонии. Но это не значит, что я должен о ней переживать и беспокоиться. Девчонка, между прочим, дала бы мне сдохнуть от чумы!

— Так вот, она стала первым испытателем вакцины от прогерии, — правильно расценив мой взгляд, Алиса пояснила: — Генетический дефект быстрого старения. Заболевание очень редкое, но исследователю одного из научных центров Тау Мары удалось найти лекарство. Как ты понимаешь, направление было выбрано неслучайно – единственная дочь директора того центра была ей больна.

Я замедленно кивнул, переваривая информацию и ожидая продолжения истории.

— Сама Алекс к тому времени уже несколько лет лежала в капсуле. Кстати, ты в такой 30 лет летел. Так что примерно должен представлять процесс.

— И?

— Чтобы не мучить ребенка, было решено создать клона. Благо технология существовала уже тогда. Да, на Земле бы за такое по голове не погладили, но где Земля, а где Тау Мара? И вот с этим-то клоном мы и встретились спустя 300 лет.

Я снова кивнул. Предположение о долгой жизни стрелка у меня появились не так давно, когда услышал о нестареющем пацане. Вот только Алекс-то взрослеет. По крайней мере, хотя бы внешне.

— Какая связь со мной?

— Милый, не будь идиотом! — Алиса поступала меня по лбу. — Лекарство от старения, вирус регенерации – дальше продолжать логическую цепочку?

Я хмыкнул в ответ.

— Хочешь сказать, на основе той вакцины Очкарик создал вирус, порождающий бессмертных людей?

— Почти, — кивнула она. — К моменту, когда он занялся конкретно этим исследованием, он уже не смог найти подходящего носителя.

— И тут появляемся мы.

— Именно! — киборг даже в ладоши хлопнула. — Вояка был слабее и ограниченнее, Очкарик давным-давно смог его взломать. И, когда началась высадка десанта, были сбиты все лишние капсулы, не попадающие в нужную красную зону.

Я тряхнул головой. Выходит, моя теория о происхождении Мессии – так же была верна. То ли мой мозг не так уж сильно пострадал во взрыве, то ли умнеть начинаю.

— Но тогда, если он все знал, почему не остановил нас с тобой? — задал я напрашивающийся вопрос. — Почему дал уничтожить себя? Зачем было сдаваться, когда Очкарик владел, по сути, всей колонией безраздельно?

Алиса улыбнулась.

— Потому что он смог оценить меня, милый. Точнее, потенциал нашего симбиоза, — она приосанилась, показывая, насколько она замечательная во всех смыслах девушка. — Тау Мара давно стала его тюрьмой. И, чтобы выйти за ее границы, Очкарик позволил себя уничтожить.

— Что за средневековье? — пробормотал я, разглядывая прикованного к стулу торговца.

Камера для допросов действительно походила на пыточную из древности. Разве что развешанный по стенам инструмент содержался в чистоте. Лампы дневного света позволяли рассмотреть изможденное мужское тело, жестко зафиксированное в кресле с кожаными ремнями для рук и ног.

По виду пленнику сильно досталось с момента нашей последней встречи. Не думаю, что так уж требовалось пытать караванщика. Как по мне, он бы и сам все выложил. Впрочем, пока его и не трогали. Не считать же принудительный душ за издевательства.

— Всего лишь разумная предосторожность, — пожала плечами Алиса. — Ты даже не представляешь, сколько людей сидело здесь, изображая из себя героев. Я повидала многое в этой комнате и коллекция мутаций так же во многом пополнялась отсюда.

Дежурный киборг поставил на хирургический стол небольшой ящик с пометкой биологической опасности. Щелкнув замками, робот извлек на свет несколько пронумерованных ампул. Следом появился шприц.

— Что это? — спросил я, наблюдая за его действиями.

— Модифицированный вирус. Когда нам попался абсолютно нечувствительный к боли мутант, я приказала выкачать его досуха. Понадобилась неделя, чтобы разобраться в причинах. А еще я обнаружила способ, как превратить работу нервов в настоящую пытку, — ровным голосом сообщила командир. — Когда любое прикосновение вызывает адскую боль, расскажешь все, что от тебя хотят услышать.

Я пожал плечами.

— Не факт, что это будет правдой. Сама понимаешь, когда от тебя требуют сказать то, чего никогда не знал, да при этом еще и пытают, тут даже не обладая фантазией, придумаешь что угодно.

Моя женщина только фыркнула в ответ.

— Можешь предложить альтернативу?

Сверившись с показателем энергии, я кивнул.

— Попробуем поговорить для начала?

Пленник поднял глаза. Естественно, он меня не узнал — в Сити я мало того, что броню таскал, так еще и не походил на сбежавшего из крематория зомби.

— Ты меня не помнишь, Стив, — присев перед ним на корточки, заговорил я. — Но мы уже встречались. Пять лет назад в Сити ты продал мне машину. «Крайс-900», помнишь такую?

Он вяло кивнул. Полопавшиеся капилляры на склерах придавали заросшему лицу вид лихого парня, мучимого похмельем. Но взгляд был осмысленным.

— Там были рейнджеры, — тихо выговорил он полопавшимися губами.

— Да, были. Кэрри – так звали их командира. Помнишь, ты приглашал меня в пятую бухту? Так вот, кое-кто еще хотел, чтобы я связался с тобой.

Он бросил на киборгов затравленный взгляд. Поняв его страх, я выпрямился и кивнул Алисе.

— Оставьте нас. И принесите ему одежду, воду и что-нибудь поесть.

Командир кивнула и поманила дежурного за собой. Едва за ними закрылась дверь, я расстегнул ремни на пленнике. Освобожденный тут же принялся растирать запястья. На меня он старался не смотреть, и я его понимаю – моя внешность не самое приятное зрелище.

— Мне заплатили, — выдал он, закончив разминаться. — И обещали добавить, когда расскажу тебе, где найти Мессию.

Я кивнул и оглянулся на открывшуюся дверь. Алиса бросила караванщику штаны и рубаху. Поднос с пищей был поставлен на стол рядом с чемоданом.

— Я рядом, если что, — то ли для моего успокоения, то ли для запугивания пленника сообщила она, закрывая за собой дверь.

— Угощайся, — кивнув Стиву, я уселся в освобожденное кресло.

— Что с тобой случилось? Выглядишь, будто из тебя шашлык сделать пытались, — спросил, спустя пару минут.

Я хмыкнул.

— Да и у тебя жизнь, похоже, не сахар. В общем, рассказывай, что там. Все-таки, тебе за это и заплатили.

Он оторвался от еды.

— Мессия будет ждать тебя первого декабря там, где вы упали.

Я хмыкнул и кивнул, ожидая продолжения. Но мужик молчал, старательно жуя ароматно пахнущее угощение.

— И это все?

— Он хотел, чтобы я рассказал, как «Стальные» разнесли Альянс. Но, раз уж ты на стороне киборгов, думаю, и сам все прекрасно знаешь.

— И то верно. Одного я в толк не возьму, если тебе хорошо заплатили, почему ты голодаешь?

Я даже не пытался на Стива воздействовать «Подавлением», он и сам был рад рассказывать.

— Ты не представляешь, какая травля Альянса тут случилась, — тяжело вздохнул он. — Командование сопротивлялось изо всех сил, но по итогу разбежалось. Кто не успел – либо казнен, либо фактически в рабстве у киборгов.

Он замолчал, пережевывая мясо, а я подумал, что наверняка большую часть руководства просто купили. Ведь зачем убивать тех, кто знает свое дело, когда можно не разбрасываться ценными кадрами, а сохранить их?

— Когда нас вышибли с заводов, первыми подняли головы стрелки, — продолжил рассказывать Стив. — Эти ублюдки сразу припомнили, сколько раз Альянс отказывался поддержать их в войне за территорию. Потом к травле присоединились остальные группировки. Тот Альянс, что есть сейчас – всего лишь жалкие недобитые остатки.

Как все запущено. Нет, я и раньше замечал, что таумарцы идиоты. Но вот он, передо мной, продукт своего времени.

Вместо того, чтобы объединиться и восстанавливать колонию, люди разделились на банды. И вместо охоты на реальную угрозу, взращивали ненависть друг к другу. Сколько требуется поколений, чтобы убедить детей в том, что клановая система – благо? В условиях рухнувшей цивилизации – не так уж и долго.

Стив искренне верил, во главе Тау Мары должен стоять именно Альянс. Я слышал презрение и ненависть в его голосе, чувствовал кожей.

Его совершенно не смущало, что любимый Альянс играл в Господа Бога, решая, кому помогать, а кого оставить гнить в земле. Захватив производственные ресурсы колонии, бывшая охрана заводов быстро обросла мощью и влиянием.

Не удивлюсь, если эта повсеместная грызня новоявленных группировок – всего лишь бизнес-план по сбыту оружия. Очень сомневаюсь, что руководство Альянса не могло объединить выживших, чтобы перебить всех мутантов. Но вместо этого они богатели на страданиях Тау Мары.

Достаточно вспомнить, что сам Стив отказался поделиться с выжившими едой, хотя караван был забит зерном и плодами под завязку. И это и есть настоящее лицо Альянса.

Я не стал делиться выводами с торговцем. Стив продолжал убеждать меня, какие все вокруг плохие, а его прекрасный Альянс – замечательный. Но я уже не слушал.

Дав пленнику договорить, я поднялся с места и вызвал Алису. Командир появилась сразу же. Рука киборга лежала на кобуре с пистолетом, но я покачал головой.

— Он совершенно не опасен, отпустите его. А еще лучше – дайте немного еды с собой.

Алиса недоверчиво покосилась на Стива.

— Ты уверен? — уточнила, не снимая руки с кобуры.

— Абсолютно. Его выбрали только потому, что мы уже встречались. Так что никакой угрозы здесь нет. Место встречи и время я знаю.

Алиса пожала плечами, и отступила в сторону.

— Выведите этого человека на улицу. Дайте паек на 3 суток, и пусть выметается.

Я мысленно выдохнул. Ни к чему нам сейчас плодить взаимную ненависть. Если сделать все по уму, люди Тау Мары сами начнут носить «Стальных» на руках.

Да, это дело не быстрое. Слишком долго воевали друг с другом, чтобы запросто забыть о тщательно взращиваемой на протяжении поколений ненависти. Но дорога в тысячу миль начинается с первого шага.

Когда мы снова остались наедине, я привлек Алису к себе и крепко обнял.

— Спасибо.

— Не забывай, милый, я все это делаю ради тебя, — ответила киборг. — К тому же, ты прав. Он не стоит и пули.

Я кивнул и повлек ее наружу. До декабря еще куча времени, а мне стоит развивать навыки контролера. Недаром Паника написал, что может управлять абсолютно любым, кто заражен «ТМ-13».

* * *

Следующее утро началось для меня ближе к полудню. Проснувшись, я еще долго валялся в постели, наслаждаясь ощущением покоя и безмятежности.

Алисы рядом не было. Впрочем, если бы командир позволяла себе нежиться в постели до середины дня, ее бы давно прикончили менее ленивые группировки.

Приняв душ и одевшись в чистую отглаженную форму, доставленную мне пожилой служанкой, я покинул отведенную мне комнату и направился на кухню.

Из головы никак не шел разговор со Стивом. Если «БиоТек» явится на Тау Мару прямо сейчас, корпорации ничто не помешает воспользоваться раздробленностью аборигенов. И там, где можно было торговаться, они просто возьмут силой.

В столовой ко мне подсел один из киборгов. Я оглядел гостя, не отрываясь от еды.

— У меня приказ сопровождать тебя со своим отрядом, — заявил он. — Командир считает, ты не станешь сидеть на месте. Так что теперь тебя будет сопровождать один боевой киборг. Если решишь выехать из Ксежинска, сообщи заранее, мы подготовим транспорт и спланируем маршрут.

Я кивнул, допивая кофе.

— Тогда сообщаю. Собирай команду.

— Куда выдвигаемся?

— Ты же в курсе, где сейчас больше всего мутантов?

— На юго-востоке как раз собираются команды из нанятых людей, — кивнул он. — Машина будет готова через пятнадцать минут.

Я поднялся из-за стола.

— Как мне к тебе обращаться?

— Зови меня Шэд.

— Без звания?

— Шэд – это версия, — хмыкнул тот. — Я создан для проведения разведывательных операций, и могу становиться невидимым. Каждый отряд комплектуется разноплановыми специалистами. Наша задача будет заключаться в охране, так что со мной к тебе приставлены еще трое бойцов: снайпер, пулеметчик и сапер. Обычно твое, пятое место, занимает инженер, но для охраны он не требуется. Команда у меня сплоченная, программа отработана, осечек не будет.

Я кивнул.

— Тогда жду вас через пятнадцать минут у главного выхода.

Разумеется, Шэд никуда не ушел. Все приказы он отдавал через сеть. НИ их старательно отслеживал, не позволяя мне расслабиться. В отличие от меня, интерфейс не разделял доверительного отношения к «Стальным сердцам», а я не видел причин это менять.

Мы вместе дошли до Алисы. Моя киборг все так же восседала в кресле за пультом, отдавая приказы отрядам и оценивая ситуацию.

Поднимаясь к ней, я ожидал долгого спора, но Алиса сразу же одобрила идею отправиться в поле. Кроме того, снабдила личным коммуникатором. Теперь она могла связаться со мной сразу в обход защиты НИ. А я при необходимости, смогу избавиться от жучка.

— Главное, милый, не суйся в пекло. Там есть, кому пострелять в толпу тупых зомби. Твоя задача – развитие контроля. Никакого геройства, договорились?

Я усмехнулся.

— Так точно, командир!

— Шэд проследит, чтобы так и было, — махнула рукой Алиса. — Жду тебя через неделю. Живым и здоровым.

Попрощавшись, я вернулся к себе. Менять броню я не стал, только дополнил костюм «Червем», максимально забив его батареями. Прихватив MSG, вместе с Шэдом добрался до выхода.

Здесь нас уже ждал рокочущий мотором броневик и остальная команда приставленных ко мне бойцов.

Здоровенный лысый киборг с настолько загоревшей кожей, что сошел бы за ниггера, как раз занимал башню пулеметчика. Рыжий, худой и бледный, как поганка, Вайпер, собирал снайперскую винтовку. Последним членом отряда была сапер Бум – среднего роста брюнетка с длинными пальцами и цепким внимательным взглядом.

Быстро познакомившись, мы расселись по местам в машине. Шэд занял кресло водителя, и броневик тронулся с места.

Оглянувшись на штаб «Стальных», я открыл карту Тау Мары и прикинул, когда мы доберемся до места. Если не будем терять времени, я как раз успею вернуться в Ксежинск перед отправкой в район Сити.

А пока – будем становиться настоящим Контролером.

* * *

Броневик прыгал на кочках. Из-под колес вылетали волны грязной болотной воды, окрашивая стены машины в мутно-черную крапинку. Снаружи быстро темнело – небо заволокло чернильными тучами. Редкие разрывы молний только больше нагоняли мрак. Горящие фары выхватывали впереди широкий конус пространства, позволяя нам держаться относительно проторенной дороги. Хотя больше это походило на направление.

Мы все дальше уезжали на юго-восток, и все это время киборги вели себя, как обыкновенные люди. Кроме того, что никто из них не нуждался во сне и пище, в остальном были абсолютно живыми. Шэд периодически вмешивался в невинные перебранки Вайпера и Бум. Невозмутимый Мамочка беспрестанно жевал местный аналог древесной смолы и бубнил под нос незамысловатый мотив.

И лишь мне не нашлось занятия. Потому я перебрал винтовку, проверив каждую деталь. Благо, инженеры изначально предусматривали обслуживание прямо посреди боя – по колено в дерьме и по шею в грязи. НИ, кстати, предложил повысить мощность в обмен на боезапас, но я, подумав, от идеи отказался. Накопительный заряд есть, задержи спуск – пушка сама нагнетать начинает, а там хоть стены кроши в щебень. А вот по простым противникам – столько урона не нужно, достаточно стандартного разряда, чтобы человека насквозь прошить. Без костюма боевой брони любое попадание из моего ружья – практически смертельно, если не по конечностям.

Закончив с подготовкой винтовки, перешел на броню

Алиса еще в Ксежинске осмотрела мой трофей, поцокала языком, но на смену у нее только легкие комплекты в наличие нашлись, вроде «Рейнджера» и совсем уж невесомого и, как следствие, хрупкого «Карго». Но тот вообще предназначен для поднятия тяжестей – один экзоскелет без единой пластины защиты. Как бы круты «Стальные» ни были, а запасы использовали времен до вируса. Это только сейчас, спустя 5 лет после воцарения Алисы, начались работы по подготовке к производству костюмов боевой брони. А до того– кустарное производство с соответствующим качеством на выходе.

Итак, броня. Во-первых, кто-то очень умный отхреначил мне основное питание. То ли рейдер попал, когда в Олл-Три одевался, то ли еще до меня умудрились. Судя по тому, что след от пули как раз в нужном месте находился, перекраивали еще предки Джеймса. Что забавно – основную систему питания просто выдрали с корнем, пустив на усиление запасного канала. Здесь же нашел и причину непостоянства обнаружения противника нейроинтерфейсом.

Это не только меня глючит, в костюме удалили интерпретационный блок распознавания. Не иначе как к рейнджерам «Воин» перешел уже после местного напильника. Это не страшно, да и решить проблему «на коленке» не выйдет – нужны высокотехнологичные детали. А где их взять посреди болота? То-то же.

Левый наруч тоже малость барахлил, но это уже моя заслуга – когда НИ контроль перехватил, убил и без того дышащий на ладан сервопривод. Он, конечно, продублирован, и в бою не отвалится, но реакция уже слегка замедленная. Вот эту проблему решить можно. Когда с тобой едет отряд роботов, у них всегда в запасе запчастей для ремонта собственных тел.

Так что, когда Бум встала с лежака и откинула сиденье, у меня пальцы зачесались. Чего тут только не было! Будь я толковым инженером, собрал бы еще пару киборгов прямо из походного набора.

Вообще, конечно, моих сервоприводов вполне хватило бы еще на пару лет. Износ пускай и был достаточным, но состояние костюма вполне удовлетворительное. Однако, решив не откладывать дело в долгий ящик, я принялся за работу. Черт его знает, когда снова израсходуется запас прочности. А так – буду уверен, что броня не подведет.

Так что сейчас, на вторые сутки безостановочной езды, я был полностью готов к бою. В последний раз проверив работу систем, снял шлем и, устроив его на коленях, откинулся затылком на стену. Броневик продолжал покачиваться, но уже заметно меньше – местность выравнивалась, холмы оставались позади.

Прикрыв глаза, еще раз сверился с планом. Если Паника утверждает, что может контролировать любого носителя «ТМ-13», в эту категорию попадают все живые существа на Тау Маре. Исключение – киборги. Немного не ясно, как он это делает, но предполагаю, что пока я бегал по колонии, горел в бункере и восстанавливался, Мессия развивал свое «Ментальное подавление». И даже страшновато представить, до какого уровня он дошел.

— Скарабей-3, — щелкнув тумблером рации, проговорил Шэд. — Статус?

Я повернул голову в сторону водителя. Патрули нам и до этого встречались. Киборг связывался с ними, но причин для остановки не было, и мы разъезжались каждый по своим делам.

— Скарабей-3, прием, — чуть громче повторил он, не дождавшись ответа.

— В сети пусто, — сообщил я, проверив наличие патруля поблизости.

Шэд плавно утопил педаль тормоза, заставив броневик замереть по середину колес в темной мутной воде. В салоне воцарилась тишина, только мотор понемногу тарахтел, нагнетая напряжения в атмосферу.

Я покрутил интерактивную карту – перед нами, всего в километре, действительно должен был находиться мобильный пост. На этом направлении уже велись активные боевые действия, так что один отряд дежурил постоянно, периодически сменяясь для заправки и пополнение боеприпаса.

— Вижу машину, — повернув кабину в сторону предполагаемого поста, сообщил Мамочка со своей башни.

— Я посмотрю, — прихватив с собой винтовку, сообщил Вайпер, выбираясь наружу.

Пока Шэд снова пытался связаться с уже очевидно пропавшим патрулем, я распустил щуп своего радара. Вот только болото давило и не пропускало сигнал моего контроля из броневика. Стоило щупу протиснуться чуть дальше метра, вода словно всасывала расходуемую энергию.

— Плохо дело, — сообщил я. — Я не могу ничего поймать – вода не дает.

— Болото тут половину сигналов глушит, — отозвался водитель. — Потому и держим патруль – чтобы глазами видеть врага. Связь барахлит постоянно, сеть работает через раз...

А я подумал, что это может быть одним из средств защиты от контролеров. Облил себя такой водичкой – и хрен тебя ментально подавят. Святая вода вперемешку с илом и гнильем. Красота.

— Плохо дело, — повторил мои слова Вайпер, влезая обратно. — Бронь стоит, двери нараспашку, вокруг никого.

— Пошумим? — с ходу уточнил Мамочка. — Я добью.

— Я тебе добью, — отозвался Шэд. — Значит так, Мамочка, внимание на сектор. Вайпер, с тебя контроль брони. Бум, следи за нашим туристом, не дай ему вылезать без надобности.

— Я и сам могу о себе позаботиться...

— Заткнись, и делай, что говорят, — перебил меня он. — Можешь, как только связь наладится, Алисе пожаловаться. У меня патруль пропал, так что будешь права качать – пешком пойдешь. Ясно, капрал?

Я кивнул. Смысл спорить? Тут действовать надо. Если кто-то может разорвать пятерку боевых киборгов на клочки – это очень серьезный противник. Не поссать же они вышли, оставив машину открытой?

Машинально надел шлем, проверил уровень заряда в винтовке. Лишний раз высовываться я и не планирую, но быть готовым к бою – надо. Бум села рядом со мной, предварительно вытащив из рундука энергетический пистолет-пулемет. В подвешенной за ремень брюк сумке сапера уже красовалась пятерка разнокалиберных гранат. К бедру киборг прицепила длинный и не кажущийся удобным кинжал с зазубренным лезвием.

Шэд продолжал насиловать рацию, медленно ведя машину в сторону последнего холма. Там, на возвышении, угадывалось черное пятно такого же, как у нас броневика. Стоило мне поднапрячь глаза, удалось различить открытые двери.

Что интересно, сеть однозначно утверждала – никакой техники рядом с нами нет. Может, противник не только патруль перебил, но и маяк выдрал с корнями? С другой стороны, зачем привлекать внимание, когда можно оставить все, как есть, имитируя рабочую точку наблюдения?

Полистав интерактивную карту, я не смог обнаружить на ней метку Скарабея-3. И это наверняка не могло не озаботить Алису. Вот только и она молчала, хотя очень сомневаюсь, что исчезновение пятерки бойцов вместе с достаточно дорогой машиной, оружием и просто контролем над территорией, прошло незаметно.

— Чисто, — доложил по рации вылезший наружу Вайпер.

— Подтверждаю, — отозвался Мамочка, не отрываясь от наблюдения. — Ни следа наших.

Шэд затормозил у подножья холма. До брошенного броневика метров 250, вполне хватит, чтобы не рисковать собственной машиной в случае заложенной мины. Так, стоп!

Едва не хлопнул себя по лбу от просквозившей в черепе догадки. И едва успел заговорить, не давая водителю скомандовать лезть наружу.

— Нельзя к нему идти! — заявил я.

Киборг обернулся ко мне и снова собирался спорить, но я продолжил развивать мысль.

— В сети броня не видна, киборгов тоже нет. Такое привлекает повышенное внимание. Кто бы не перебил патруль, брошенная вот так броня станет качественной приманкой. Посмотри, Шэд, ты уже готов туда идти, не боясь проблем.

— И что ты предлагаешь? — нахмурился он.

— Пойдем мы вдовеем с Бум, — кивнул я на сапера. — Я не киборг, если там что-то и есть, смогу обнаружить, уж на холме болота нет, так что враг не спрячется. Если без боя дойдем до машины, Бум проверит ее на закладки. Потому что, если бы я планировал устроить показательную порку киборгов, напичкал бы броню взрывчаткой по самую крышу.

А еще потому, что в обучающей программе «БиоТек» был подобный эпизод. Вот только там для привлечения внимания стояла детская коляска, в которой надрывался надсадным криком младенец. Естественно, никакого ребенка внутри не было, проигрывалась запись. Но подошедший достаточно близко, чтобы это увидеть боец гарантированно отправлялся на тот свет, превращенный осколками мины.

И стоило вспомнить об этом, картинка сложилась целиком и полностью. Паника проходил ту же подготовку, что и я. Так что, вопрос «Кто?» даже не стоял. Не будь здесь меня – к первому патрулю добавилось бы еще горка трупов.

— Бум, — обернулся к саперу я. — Ты в минах разбираться должна. Здесь есть такие, что взрываются от радиопомех?

— В теории смастерить не сложно, — после короткой заминки ответила она. — Но надо знать, против каких именно частот работать, чтобы самому при закладке не рвануть, и какая-нибудь мимо пробежавшая тварь не детонировала заряд.

— Ставлю свой ствол, как только к броне, — ткнул я в сторону машины пальцем, — подойдет киборг, тут весь холм взлетит на воздух. Странно, что вы этого не учитываете, Алиса знает, как учили нас перед десантированием на Тау Мару, должна была включить в вашу программу.

Шэд постучал пальцами по рулю, раздумывая. Подозреваю, сейчас в его голове проходили расчет вероятностей. И, если он тупее, чем мне показалось за время общения, в мой вариант киборг не поверит.

— Хорошо, — выдохнул он. — Бум, идете вместе. Каратель – первым, ты сразу заним. Чуть что – знаешь, что делать.

— Так точно, — отозвалась брюнетка, поднимаясь с места.

Но выйти мы не успели, оживился Вайпер.

— Внимание! Вижу мутантов на востоке. Их несколько сотен.

Шэд выругался сквозь зубы, дернул рычагом и вдавил педаль газа. Броневик зарычал, сдавая назад. Фары погасли, мы медленно откатывались от холма с брошенной машиной.

— Пятьсот, — сообщил Вайпер, все еще разглядывающий врага в прицел винтовки на крыше. — Шэд, их здесь слишком много, вижу вооруженных. Гиганты тоже с ними. Нужно отступать и звать подкрепление.

Разрыв связи с глобальной сетью Тау Мары. Радиосигнал подавлен .

— Они нас отключили, — сообщил я. — Теперь мы здесь сами по себе.

Мамочка развернул башню на восток, контролируя наступление мутантов. Вайпер влез внутрь, захлопнул за собой люк. Бум сменила сумку на поясе, теперь у нее под рукой находился десяток снарядов к ручному гранатомету. Я же перевел винтовку в режим автоматического огня и приготовился ждать.

Глупая какая-то засада, подумал я, прежде чем по броневику ударил разряд ЭМИ, вырубая команду сопровождающих меня киборгов.

Освещение в броневике отрубилось. Погасла половина индикаторов, но двигатель работал. В глазах стало темно, и я с непривычки ослеп на мгновенье.

Первое, что сделал, когда киборги стали заваливаться на пол, придал теряющей равновесие Бум верное направление. Брюнетка с грохотом рухнула на пол, я же рванул к упавшему грудью на рулевое колесо Шэду. Спихнув командира с водительского кресла, занял его место. В этот момент из башни пулеметчика выпал не пристегнувшийся ремнями Мамочка. В дальнем углу опустился на задницу отключившийся Вайпер.

Нейроинтерфейс сбоил, восстанавливаясь после ЭМИ, перед глазами мелькали помехи белого шума. Броня слушалась прекрасно, ей удар оказался ни по чем.

Утопив педаль, я отправил броневик назад, надеясь, что машина не слетит с гати, и нас не затянет на дно болота. Приближающихся мутантов я не видел, но на всякий случай закинул пушку на колени – если придется, отстреляюсь сам.

Грозный рокот мотора звучал в ушах смешиваясь с бешеным от зашкаливающего адреналина кровотоком. Под этот барабанный бой я развернул броневик, заехав задом на подножье холма.

В темном небе расцвела очередная молния, отметив неверным светом проломленную машиной колею.

Я напряг зрение, стараясь рассмотреть дорогу, дернул рычаг, вырубая задний ход, и утопил педаль газа до упора. Броневик взвыл, вырывая задней парой комья земли, и рванул с места.

Придерживаясь замеченного курса, я следил за дорогой. Нихрена не слыша из-за шума крови в ушах, приник к стеклу, стараясь рассмотреть глубокие рытвины от колес, обозначенные буграми выкопанной из болотной дряни почвы.

Функционал полностью восстановлен. Энергия: 312/1 000.

Черная гладь перед глазами расцветилась двумя зелеными огнями направляющих. В последний момент свернул на дорогу, едва не вылетев с трассы в глубину, и переключил передачу. Броневик набрал скорость, удаляясь от уничтоженного патруля.

Не спеша переводить дыхание, я вцепился в руль, напряженно вглядываясь вперед. За спиной раздался бьющий по ушам лязг. Резко оглянувшись, я едва успел ударить по тормозам.

Выламывая заднюю дверь, внутрь ломился гигант. Когда он успел забраться на броню, я не знал. Но и оставлять его без присмотра не собирался.

Подхватив ружье, нацелился в торчащую сквозь отогнутый металл лапу. Толстые зеленоватые пальцы со стальными крючьями длинных когтей разлетелись в стороны, разбрызгивая гнилостную дрянь по стенам и полу. Разорванная разрядом ладонь мгновенно исчезла по ту сторону брони. Жуткий рев боли ударил по ушам.

Я бросил ружье между собой и лежащим на соседнем кресле в отключке Шэдом. Машина снова пришла в движение, быстро набирая скорость.

Снаружи снова ударил гигант. Гулкий грохот раскатился по салону.

— По башке себе постучи, — прошипел я, переключая скорость.

Мутант явно не внял моим словам. Долбежка по броне усилилась. На мгновенье показалось, по крыше броневика уже гуляет стадо слонов.

Разогнав машину до 124, я резко ударил по тормозам. Дробный стук прокатился по крыше, и однорукий урод пролетел несколько метров вперед, размахивая культяпкой.

Вдавив газ, я рванул с места, колеса вдавили гиганта в размокший грунт, и броневик помчался свободно по подсвеченной тропе.

Мельком бросив взгляд в салон, я стиснул зубы. Киборги до сих пор не подавали признаков жизни. И это меня уже бесило.

Плевать, откуда мутанты раздобыли ЭМИ! Что за охренительные бойцы, если их так просто вырубить?

Связь с глобальной сетью Тау Мары восстановлена.

— Алиса, твою мать! — зарычал я, едва командир «Стальных» ответила на вызов. — Какого хера твои бойцы не экранированы? Мутанты только что выбили их нахер!

— А ты думал, почему я людей использую?! — огрызнулась в ответ моя женщина. — Ты цел? Что с командой?

— Хер их знает. Они вообще очухаются?

Ее маленькое изображение болталось в правом верхнем углу визора. Алиса бросила взгляд в сторону, прежде чем ответить.

— Кроме Бум никто сам уже не встанет. Я направляю к тебе три машины сопровождения. Точку встречи отмечаю на карте.

Маркер тут же полыхнул перед глазами. Продолжая следить за дорогой, отогнал изображение с глаз долой.

Колея постепенно заворачивала, заводя броневик на круг. Осознав это, я сбросил скорость и обернулся в сторону захваченного мутантами холма. НИ не нашел и следа пребывания уродов.

— Алиса, я никого не вижу. Мутантов нет.

— Уезжай оттуда, машины будут на месте через три часа.

Разрыв связи с глобальной сетью Тау Мары. Радиосигнал подавлен.

Из болотной жижи разом проступили лысые головы. Пока я заезжал на круг, твари перли по прямой!

— Ну, сейчас я вам покажу, уроды.

Проскочив в салон, я забрался в башню с пулеметом и направил его в сторону холма. Завалив спаренные стволы вниз до упора, зажал рычаги.

Две секунды, пока раскручивалось оружие, позволили первому десятку мутантов высунуться по грудь. В середине строя держался еще один гигант с ломом в руках.

В ночной тьме вспыхнули огни. Сухо застучали стволы, изрыгая тяжелые пули. Болотная жижа брызнула в стороны, первый ряд уродов скосило. Только гигант устоял.

Выцелив его, потратил секунду, чтобы расколошматить уродливую башку, и пошел валить других. Замеченные, твари ускорились, спеша выбраться наружу. Они падали, но все равно перли вперед.

Еще один гигант схватил меньшего собрата и швырнул в мою башню. Слизь брызнула из разрезанного в полете тела, и я упустил хитрого ублюдка из виду.

Высекая продолжавших переть на смерть мутантов, следил, чтобы никто не подобрался к машине. От интенсивного огня стволы алели перегретым металлом, но я продолжал посылать патрон за патроном в мутную болотную жижу.

Первые двадцать метров перед броневиком заполнили трупы. НИ не мог нащупать выживших, но я нутром чуял – кто-то наверняка залег там на дно, спрятавшись среди мертвых.

Рассыпая искры, левые пулемет чихнул и затрещал вхолостую. Спустя секунду, заткнулся правый. Над болотом повисла тишина. Шипели, исходя паром, стволы, тихонько фырчал двигатель броневика.

Трупы мутантов медленно погружались на дно. Расступившиеся тучи бросили свет звезд на бледные тела, уходящие под воду.

Наступившее затишье давило на уши. С трудом разжав вцепившиеся в рычаги пальцы, я спрыгнул из башни. Едва не запнулся о тело развалившегося на полу Мамочки.

Вспыхнуло аварийное освещение, ударив по глазам ядовитым оранжевым светом. На полу дернулась, начиная приходить в себя, Бум.

Переступив через отключившегося здоровяка, я выдернул Шэда из кресла и бросил его в задний отсек. Устроившись в водительском кресле, плавно тронулся с места.

Короткий бой остался позади, адреналин схлынул, навалилась усталость. Оглядывая равнодушным взглядом болото, повел броневик вперед. Машина плавно покачивалась на кочках, то ныряя носом почти до самой воды, то едва не становясь на задницу.

Боясь не справиться с управлением, я не спешил. Если нырнем сейчас, останемся посреди болота без транспорта и гарантированно сдохнем. Но и ждать, пока нас нагонит очередная волна уродов – нельзя.

Вайпер видел у некоторых оружие, но среди тех, кого я перебил из пулемета, заметил только лом. Да и не было там пятисот мутантов. Так что валить отсюда надо.

Бум, наконец, смогла подняться на ноги. Я мельком бросил взгляд за спину, проверяя оставшуюся компаньонку.

Лицо Бум судорожно дергалось. Синтетическая кожа лопнула на левой скуле, обнажив металлический каркас. Сама киборг быстро водила глазами по сторонам, видимо, восстанавливая цепочку событий.

— С добрым утром, — пробормотал я, снова глядя на дорогу.

Связь с глобальной сетью Тау Мары восстановлена.

— Какого хрена у тебя там происходит?

Изображение Алисы возникло на своем месте, стоило НИ подключиться.

 — Был прорыв обороны. Снайпер насчитал пять сотен мутантов с оружием. Наблюдательный пост уничтожен и, вероятно, заминирован на чистоте киборгов – я не пустил команду, чтобы проверять. С пулемета я положил, — перед глазами возникла подсказанная НИ цифра, — 116 мутантов.

Она помолчала пару секунд.

— Выбирайся из болота, тебе навстречу направлены бойцы. Они займутся мутантами, а ты доставишь киборгов в бункер З-12. Там их сдашь на ремонт, сам получишь новых. Маркер поставила.

Я хмыкнул.

— Как давно у Паники ЭМИ, Алиса? Откуда они вообще на Тау Маре?

— Подозреваю, кто-то торгует на сторону, — нахмурила брови командир «Стальных».

— Где их производят? И еще – у них есть глушилки. Как вообще такое возможно?! Чем ты здесь нахрен занималась? — нервное напряжение вылилось в неосознанное рычание. — Враг закупает оружие на подконтрольных тебе заводах! Алиса, какого хрена творится на вверенной тебе территории?

Нет, так дело не пойдет. Нельзя воевать против того, кто с легкостью пролазит в любую щель. Ему даже покупать не требуется – внуши нужному человеку, он сам тебе пару танков привезет.

И здесь приходим к выводу, что автономность киборгов – палка о двух концах. Не будь меня рядом, эти бы уже пошли на переплавку. Они ошибаются, неверно оценивая угрозу. И, похоже, вообще не представляют всего масштаба проблемы.

— Твоих бойцов доставит Бум, — снова заговорил я. — Я присоединюсь к команде людей.

Алиса попыталась возразить, но я не дал ей и слова сказать.

— Среди наступающих были либо разумные мутанты, и тогда я смогу развить свое «Подавление», либо там есть мощный контролер, и тогда твои наемники пойдут против нас.

— Слишком опасно, — покачала головой Алиса.

— Это Тау Мара, здесь все и всегда опасно, — отозвался я. — Ищи, откуда утекли глушилки и ЭМИ. Как вас вообще не перебили с таким арсеналом?

Она отключилась, а я тяжело вздохнул. Точка встречи приближалась.

Бум возилась с командой, рылась в сумках, чем-то гремела в рундуке. Я не вмешивался, пусть делает, что хочет. Как по мне, команда показала и доказала свою непригодность.

Да, я тоже не предполагал, что по нам ударят ЭМИ. Но я на этой войне впервые, а Шэд утверждал, что группа – опытная. Ну и кто из нас теперь дурак?

— Бум, срочно перезаряди пулемет, — приказал я, вглядываясь в поднимающийся над болотом предрассветный туман.

— Есть, — отозвалась киборг.

Я сбавил ход, внимательно осматривая уходящую в белесое марево подсвеченную дорогу. Показалось, или там действительно кто-то шевелится?

— Пулемет готов, — доложила сапер.

— Лезь в башню. Быстро! — скомандовал я, врубая задний ход.

Только сейчас, сдав на добрый десяток метров, я понял, что показалось неправильным. Туман поднимался только над дорогой впереди.

— Нас окружают, — доложила Бум.

— Конечно, их ведь осталось больше трех сотен, — кивнул я, понимая, что развернуться здесь уже не смогу. — Держи левый борт, я буду справа.

Подхватив ружье, я выбрался наружу через люк. Переключив на одиночные, выпрямился на крыше броневика и направил ствол ближайшему гиганту в лоб.

— Пришло время карать.

* * *

Винтовка выплюнула синий сгусток в ощеренную пасть гиганта. Голова здоровяка треснула, верхушка черепа испарилась кровавым туманом, и туша рухнула вперед, раскинув толстые лапы.

За спиной застучала пулеметами Бум. Я дернул переключатель на очередь, зажал спуск и повел стволом в сторону. Синие росчерки разрядов слились в пульсирующий луч. Наступающие мутанты на мгновение расцвечивались, и тут же разваливались на части.

В такой толпе промахнуться сложно. Дуло винтовки потряхивало в руках, болотная жижа хлюпала, принимая в себя оставшиеся без торса или голов тела. Спарка за спиной горела оранжевым в ночной темноте.

И все это молча. Мутанты не шипели, не орали. Они не издавали и звука, просто лезли по трупам собратьев, поднимая муть со дна и запинаясь о своих же упавших.

Стрельба от бедра: 3 .

Я выщелкнул батарею и, не глядя, уронил ее в оставленный открытым люк. Отпадения с такой высоты не взорвется. Выдернув из «Червя» новую, загнал до упора и снова перешел на одиночный.

Очередной гигант вырос из воды перед броневиком и успел поднять лапы. Голову твари разнесло, и туша рухнула назад, опрокидывая рвущихся на смерть мутантов помельче.

Под шлемом от накатившего ужаса зашевелились не существующие волосы.

Защита от ментального подавления: 1,3 .

— Вот ты и попался, — выдохнул я, ища глазами вражеского контролера.

Энергия: 175/1 000 .

Распустив щупальца радара, дотянулся до ближайшего мутанта. Практически все воздействие ушло в болото. Чертова ненасытная бездна мгновенно опустошала резерв. Зато, зацепив опутанного чужими нитями контроля мутанта, я ощутил направление, откуда отдавал команды противник. И выпустил весь заряд в ту сторону.

Синие росчерки ударили по задним рядам, испаряя попавших под обстрел. Черная вода снова всколыхнулась, принимая новую пищу.

Тонкий и маленький, смахивающий на десятилетнего ребенка, контролер поспешил убраться, рванув прочь.

Я сменил батарею, включил одиночные, и, взвалив винтовку на плечо, поймал тварь в прицел.

Синий заряд перечеркнул темноту, отражаясь в воде, почти нагнал ублюдка. Но тот резко обернулся назад, и вспышка исчезла, продырявив корпус выпрыгнувшего из болота гиганта.

Вот так-то! Не хочет дохнуть тварь! Разумная сволочь.

Отпущенные им мутанты замялись, прекратив наступление. Я скомандовал Бум поменяться местами.

Спарка описала полукруг, провернув башню в стороне от меня.

Фланг, защищаемый киборгом, был чист. Из болота торчали трупы. У гати, где не хватало глубины, тела громоздились друг на друге, образуя опасный вал. Будь у врага резерв, мог бы запрыгнуть на крышу броневика.

Но по эту сторону живых не осталось. НИ подсветил спасающегося бегством контролера, и я навел на него прицел.

Расстояние: 489 метров...492...495...

Вот же шустрая мразь! По три метра за рывок. Ничего, теперь не убежит.

Я вдавил спуск, заряд выскользнул из дула, но контролер нырнул под воду в самый последний момент.

— Ах ты ж!.. — вырвалось у меня.

Засвистели вхолостую раскаленные добела стволы спарки. Я бросил взгляд вниз.

Ну что ж, контролер просрал свою армию, но сам благополучно скрылся. А значит, скоро на болотах появятся новые мутанты.

Может, не такой уж я и плохой командир? После воспитательной беседы с «Вепрем» стрелки пусть и косились, но нарываться никто больше не собирался. Я чувствовал это обугленной кожей. Новых разборок не будет, осталась опаска, но это меня не так волнует.

Броневик продвигался вперед, группа расположилась на местах, в полудреме я разместился в кресле рядом с ведущей машину Алекс.

Чем дольше думал, тем яснее становилась мысль, пугающая меня самого.

С людьми я уже не уживусь.

Еще в Олл-Три прочувствовал, насколько мне среди них не место. Это Алекс, благодаря своей постоянно откатывающейся к точке возрождения детской непосредственности, может адаптироваться. Мне такого не позволит собственное лицо. Я всегда буду уродом номер один на чертовом комке грязи, названном Тау Марой.

Наверное, это-то и задело меня, заставило сделать переломанного калеку из, в общем-то, обычного мужика. Вряд ли он теперь хотя бы ходить сможет нормально, не то что на мутантов охотиться.

Честно, мне на него плевать. Возможно, это говорит страх окончательно превратиться в мутанта, не отличающего добро от зла. Ведь я спокойно убью любого, если понадобится. Но это я сам такой, не имеющий моральных ограничителей, или это наследие Тау Мары?

Я и раньше добреньким не был, а здесь сразу с убийства пацана мелкого начал. Теперь вот своего же союзника покалечил.

Но, с другой стороны, моя задача здесь важнее его гордыни. Я прибыл сюда не на курорт, а делом заниматься. Времени и так в обрез остается, а тут еще какой-то мудак будет мне палки в колёса втыкать?

Всплеск адреналина.

Борясь с новой вспышкой злости, попытался выровнять дыхание. В пальцах заскрипело цевье винтовки.

— Эй, — маленькая рука Алекс легла мне на бедро и слегка тряхнула. — В порядке?

Я тяжело выдохнул и кивнул.

— Почти, — открыв глаза, сообщил я. — А поймаем сбежавшего от меня ублюдка, вообще станет прекрасно.

— Ну, вряд ли он будет один, так что, думаю, все повеселимся, — на губах Алекс заиграла ее фирменная безумная улыбочка. — И, кстати, ты мне должен.

— С чего вдруг?

— Ну как? — пожала плечами она. — Мало того, что вырубил меня, так еще и целую банду в одиночку перестрелял.

Я хмыкнул.

— А я вот не помню, чтобы мне платили за голову того немого парня... Юджина, кажется.

Алекс хмыкнула и снова пожала плечами.

— Считай, это моей компенсацией морального ущерба. Нужны же нормальной девушке патроны и пара красивых дробовиков.

Я коротко посмеялся.

— Наглости тебе не занимать! И как с тобой Крайс справлялся?

— Эй, — мгновенно нахмурила брови девчонка, — я уже большая девочка, не надо тут...

— Заткнитесь! — крикнул «Сокол», назначенный мной на должность радиста. — Есть сигнал!

Девчонка тут же отпустила газ. Броневик сбросил скорость и замер в темной мутной воде. Повисла тишина, нарушаемая лишь помехами передатчика.

«Сокол» снял наушники и включил динамик станции. Теперь мы все могли услышать, что он заметил. С минуту стояла тишина, изредка проскакивал белый шум.

— И? — протянула Алекс, обернувшись в салон через плечо.

Радист лишь махнул рукой, призывая нас к молчанию. Прошла еще пара секунд, и станция, наконец, заговорила.

— Внимание всем постам! Говорит полковник Кромвель. На бункер С-90М совершено нападение. Неизвестные прорвались на первый этаж. Срочно требуется подкрепление!

И снова тишина. Я оглядел стрелков, но все выражали примерно одну и ту же мысль «какого хрена?».

Раскрыв карту Тау Мары, я обшарил район взглядом, но никаких бункеров рядом не обнаружил. Даже поиск показал, что бункера С-90М на Тау Маре не существовало никогда.

— Херня какая-то, — выразил общее состояние Марк «Овод», наш снайпер. — Никогда тут бункеров у «БиоТек» не было.

— Подтверждаю, — кивнул я. — У меня все 352 бункера помечены. И среди них нет ни одного с таким номером.

— Призраки первых, — с придыханием выдал Сайлас, сидящий в башне пулеметчика.

— Иди на хер, «Буйвол», — рыкнул Марк. — Нет никаких призраков. Это все байки пьяных фермеров.

— Тихо! — приказал я. — По порядку: «Сокол», это автомат или живой сигнал?

Радист развел руками.

— Сам слышал – никаких стандартных фраз. Либо его убрали вручную...

— Либо мы нашли нигде не отмеченный бункер, — закончил за него я. — Бункер, которого никогда не существовало. А теперь там идет бой, и это не наши люди.

— Первые, — со знанием дела заявил Сайлас, добавив в голос благоговения

Ну да, если они все это время, все триста лет, просидели под землей, в чем-то «Буйвол» прав, их можно так назвать.

— Мы можем установить источник? — уточнил я на всякий случай.

— Как? — развел руками «Сокол».

И еще одно – мой НИ сигнала не уловил. У всей команды галлюцинации? Бред, здесь далеко не первая машина идет, уже бы обнаружили. Да и мы проскочили в прошлый раз, ничего не обнаружив.

— Алекс, движемся вперед, — кивнул я девчонке. — «Буйвол», смотришь налево. «Овод», на тебе правый борт. «Сокол», на тебе уши. Если что-то увидим, сходим посмотреть.

— А если нет? — уточнил Сайлас из своей башни.

— Ну и хер тогда с ним. У них целый полковник есть, отобьются как-нибудь, — ответил я, уже поворачиваясь вперед — Алекс, стой!

Пришлось схватить девчонку за руку, не давая взяться за руль. Броневик стоял посреди облака белесого тумана. Такого же, как перед нападением мутантов. Видимость пока еще снизилась недостаточно, но взвесь все равно различалась. И я прекрасно видел, что машина встала посреди четко отмеченного цилиндра.

— Все видят туман за бортом? — задал я вопрос, уже чувствуя догадку.

— Никакого тумана.

— Все чисто.

— Нет.

Алекс с сомнением покосилась на меня.

— Какого хрена, Каратель? Дорога свободна, видимость отличная. Какой еще, нахрен, туман?

Но я-то его четко вижу! А почему? Да потому что у меня зрение прокачано вшитым в башку блоком!

— Поехали, здесь не на что смотреть, — махнул я рукой.

Уж не знаю, что за эксперименты здесь устраивали, но этот клочок тумана явно остался здесь с незапамятных времен. Не знаю, каким образом, но в нем сохранилось сообщение неведомого спустя столетия полковника Кромвеля. Надо же, фамилия-то какая!

Мало мне Паники с его безумными идеями, охреневших в конец рейдеров, угрозы со стороны бывшего работодателя в лице корпорации. Так теперь еще и над аномалиями голову ломать? Да идут они нахер!

Кто его знает, может, это вообще кусок древнего, как дерьмо мамонта, радио-спектакля, отразившийся спустя столетия. Как те «сигналы братьев по разуму», что приходили из космоса, но на проверку оказавшиеся искаженными передачами с Земли.

Сколько лет прошло, люди по вселенной расселились, родную галактику, можно сказать, излазили вдоль и поперек, а что-то других цивилизаций не нашлось нихрена.

Почему НИ не уловил сигнал? Да он у меня на болоте через задницу работает. Остальные тумана вообще не видят, значит, другие проезжали здесь, наверняка не обращая внимания.

Броневик неспешно катился вперед, рассекая болотную воду. По бокам машины поднимались невысокие волны, неся мелкий мусор вроде опавших листьев и широких кувшинок.

Вот так смотришь, и не скажешь, что за черт знает сколько световых лет от Земли. Помню, на точно таком же болоте отец нас с братом как-то охоте учить пытался. А нам, соплякам, до уток дела не было, тут пострелять бы всласть успеть за выходные. Уток мы не набили, зато израсходовали по три коробки патронов каждый.

Хороший у отца карабин тогда был. Старый, правда, но в порядке содержался. Еще от прадеда в семью пришел.

Так, отвлекаясь мыслями о детстве, я избавлялся от навязчивого желания вернуться, чтобы поймать еще одно сообщение. Как ни крути, а засело в мозгах.

Ненавижу загадки. Это брат с сестренкой головоломки обожали. Мне по душе всегда ближе подход Македонского был. Видишь узел, который хрен развяжешь – так разруби и не запаривайся!

— Идем на сближение с «Мангустом», — сообщил Марк. — Вижу их.

Я кивнул, принимая информацию к сведению. Пока движемся ровно – встреча точно по плану. Через пару часов тихой езды точно так же увидим «Ящера».

Тихая мирная прогулка, вашу мать. Заметить бы контролера раньше, чем он нас – вообще красота будет. Но до памятного холма еще час после встречи с северной машиной.

— Подтверждаю, вижу « Мангуста», — доложил и Сайлас. — Какого хрена они творят?

Черт, что опять за херня началась? Я обернулся к окну, и мгновенно оценил ситуацию.

Броневик шел по южной трассе, все больше сближаясь с нами. С этим действительно порядок. Вот только по плану не должны стрелки целиться по нам из всех стволов!

— Твою мать, контролер их взял! — выдал я. — «Сокол», ракету, немедленно!

Подхватив винтовку, я открыл окно и, не дожидаясь, пока в нас начнут стрелять, сам нажал на спуск.

Превышена прицельная дальность .

— Тварь! — прошипел я, тут же поднимая стекло. — Марк, огонь по «Мангусту»!

— Уверен? — переспросил снайпер.

— Стреляй, твою мать! — рявкнул я в ответ.

Дуло винтовки высунулось наружу. «Овод» приник к окуляру прицела и, задержав дыхание, спустил курок. Хлопок, звон гильзы по металлу обшивки. Свист сигнальной ракеты, едкий дым заполнил пространство, и тут же рассосался через фильтр воздухоочистителя.

«Мангуст» ответил мощным залпом. По броне застучал град тяжелых пуль. Сейчас вынесут нам все окна, и перебьют, как в тире.

— «Буйвол»! Огонь по их стеклам!

Тяжелые пулеметы броню не пробьют. Другое дело – слабые окна. Но надо успеть прижать их к полу раньше, чем они нас, чтоб высунуться для стрельбы не могли. Вряд ли управляющий командой «Мангуста» контролер соображает, что делает, но терять людей я не намерен.

Сайлас зажал рукояти рычагов, стволы спарки вжикнули, раскручиваясь. И тут случилось сразу несколько вещей.

Открыл огонь «Буйвол». Отлетел к стене и упал, поймав пулю глазом, «Овод». Брызнуло мое стекло, разнесенное в клочья длинной очередью. И Алекс взвыла, перекрикивая грохот перестрелки:

— Ракета на севере!

Я снова сунул наружу дуло винтовки и, поймав в прицел разбитое окно водителя, спустил курок.

Синий росчерк на мгновение соединил идущие на сближение машины. Сидящий за рулем «Мангуст» расплескал мозги по салону, руки дернули руль в сторону, и броневик лихо нырнул мордой в болото.

Секунда. Колеса оторвались от земли, и завалившаяся машина ушла в черную воду целиком, будто ее и не было.

— Что с Марком? — крикнул я, все еще контролируя поверхность ямы, ставшей для пятерых стрелков братской могилой.

— Мгновенно, — отозвался сзади «Сокол».

— Надо ж было так по-глупому! — прошипел я. — Как в него попали вообще, там щель минимальная?!

— Пулемету хватило, — так же негромко пояснил радист.

— Алекс, жми на газ. Надо успеть на помощь «Ящеру»! — велел я, оборачиваясь через плечо.

«Сокол» как раз срывал нашивку с плеча камрада. Вернемся в цивилизацию, сдаст ее товарищам снайпера.

Все еще сжимающий в руках винтовку Марк из подразделения «Овод» смотрел дырой на месте глаза в потолок. Почудилось, сейчас обернется и спросит, почему я его не уберег, как обещал.

— Надо успеть, Алекс, — одними губами прошептал я. — Надо успеть.

* * *

Как ни гнала Алекс, рискуя слететь с едва различимой дороги, но мы не успели. Как только миновали развилку, звуки пальбы прекратились, и над болотом повисла тишина, заставляющая злобно сжимать зубы от бессилия. Остались лишь шум нашего двигателя, плеск воды под колесами и сдержанная ругань, вырывающаяся сквозь тяжелое дыхание бойцов.

На место мы прикатили в молчании. Все было ясно с первого взгляда. Но я все равно решил все проверить сам.

Алекс остановилась нос к носу, так что я легко выбрался наружу и, спихнув в воду дохлого мутанта без башки, перешел на капот машины.

Броневик «Ящера» встретил нас распахнутыми дверьми, стекла заляпало кровью изнутри, местами расцвели сетки трещин. Башня со спаркой была отведена вправо, еще севернее крайней гати. Один пулемет отсутствовал, оставив в память о себе лишь вырванные крепления, второй загнулся вниз.

В том же направлении торчали над водой посеченные тяжелыми пулями тела мутантов. Команда «Ящера» положила порядка сотни ублюдков, но и этого оказалось мало.

Я прошел к левой стороне кабины, внимательно слушая собственные чувства. На пассажирском месте осталась свисать оторванная по колено нога в тяжелом ботинке. Шнурок зацепился за дверной поручень, и теперь конечность болталась под налетевшим ветром.

Внутри, словно в насмешку, ублюдки развесили чьи-то кишки, как гирлянду. Тяжелые темные капли спадали на пол, гулко стуча о ребристый металл. Из башни свисали окровавленные ремни, само кресло вспухло мокрыми рваными следами. Кто-то рвал пулеметчика когтями, и я готов поставить на гиганта с его стальными крючьями.

— Что там? — позвала меня по рации Алекс, напряженно ожидавшая в машине вместе с остальными.

— Выживших нет, — сухо сообщил я, направляясь к выходу из броневика.

С рукояти коробки передач свисали темные ошметки плоти. И я даже думать не хочу, с какой они части тела.

Перебравшись через открытую дверь на капот, перешагнул на морду нашего броневика, и так же осторожно скользнул внутрь машины.

Меня встретили взгляды команды. Еще бы, можно сказать, только выехали, а уже десять из пятнадцати погибли. Тут кто угодно впечатлится.

— Алекс, заводи мотор.

Вокруг нас только трупы. Мутанты уничтожили группу и скрылись. Сколько этих тварей вообще на планете? Почему, черт возьми, они так и не вымерли за столько-то лет?

— Внимательно смотрим по сторонам, — приказал я, захлопывая дверь за собой. — Они могут быть все еще рядом.

Нас разделяли буквально двадцать минут. Не могли уроды далеко уплыть за это время. Пусть им не требуется дышать под водой, но двигаться в ней даже им приходится с трудом. А раз так, надо ждать нападения.

Броневик медленно покатился назад, благо опасности сорваться нет, гать здесь до самого перекрестка прямая, как стрела, и широкая, чтобы два грузовика разъехались. А там, на пересечении, и развернуться можно будет, не опасаясь сорваться на глубину.

По моей команде «Буйвол» следил за левым бортом, «Сокол» за правым. Я контролировал движение задом, рассматривая болото.

Спустя минут десять, когда мы отъехали достаточно далеко от места гибели «Ящера», Алекс остановила машину.

— Вижу! — сообщила стрелок, хватая винтовку, лежащую на сидении рядом.

— Подтверждаю, — отозвался «Буйвол» со своего гнезда. — По левому борту движение.

— И у меня, — выдохнул радист.

— Подпустить ближе! Без команды не стрелять! — приказал я, подсчитывая головы, торчащие из воды по обе стороны дороги.

Обнаружен многочисленный противник. Расстояние: 234 метра .

А то я сам не знаю! Вон они, ублюдки, торчат по глаза из мутной воды.

— Ждем, — повторил я, переключая свою MSG на одиночные выстрелы.

Просунув дуло наружу, поймал в прицел выступившего по плечи гиганта.

— Ждем! — громче рыкнул я, слыша характерный скрип поворачивающейся спарки.

Расстояние: 208 метров .

Нужно подпустить этих тварей ближе. Положим всех, но патронов не так много. Побережем. Хрен его знает, сколько их еще здесь.

Тяжело задышал «Сокол», с автоматом в руках прижавшись к стене, чтобы контролировать выбитое окно. Алекс щелкнула предохранителем.

Расстояние: 194 метра

Напряжение в машине можно ножом резать. Воздух потяжелел, стало невыносимо душно.

Защита от ментального подавления: 1,4.

— Внимание! — повысил голос, шаря по наступающим взглядом. — Здесь контролер!

И сразу представил, как от меня расходятся длинные прозрачные руки, мгновенно опутывающие команду невидимыми плотными коконами.

Не зря заставил себя жрать, пока гнали к перекрестку. Рассчитывал потратить раньше, но и то лучше, чем совсем без команды остаться.

Энергия: 814/1 000 .

Цифра уменьшалась уже не так быстро. Видимо, реально крепну. Да и восстанавливается теперь быстрее.

Расстояние: 172 метра .

— Огонь! — одновременно отдавая приказ и спуская курок, крикнул я.

Винтовка послала первый заряд, я сместил прицел правее. Над головой свистнула, раскручивая стволы, спарка. Рявкнула винтовка Алекс, выдал короткую очередь «Сокол». Мутанты ускорились, но недостаточно, чтобы подобраться вплотную. Перли массой, даже не пытаясь скрыться под темной водой.

Я отстрелял первую батарею, выщелкнул ее и вбил ладонью в паз новую, не отрываясь от амбразуры.

— Перезарядка! — крикнула Алекс, меняя магазин.

«Сокол» выпустил пару пуль на ее сторону, валя самых наглых. Девчонка ударила дробью, автомат радиста снова застучал слева от меня.

Стреляя практически без остановки, я почувствовал, как что-то словно толкнулось где-то наверху. Даже не сразу понял, что происходит. Пулемет все так же бил с левого борта, вспенивая воду и опрокидывая мутантов навзничь. Почти без остановки стрелял «Сокол», рассыпая гильзы по полу броневика. И только когда затылка коснулись чужие липкие пальцы, я осознал.

— Бью контролера! Держитесь!

Не знаю, как выглядит действие «Ментального подавления» для других. Может, вообще видят координатную сетку с маркерами «свой-чужой», как на том же радаре. Да и плевать, по большому счету, как и что там у кого.

Не придумав ничего лучше, я вообразил гигантскую кувалду. Огромный молоток вознесся над броневиком и с размаху ударил по месту, откуда тянулась нить чужого контроля.

Ощущение чужого присутствия сразу исчезло, я перестал чувствовать коконы, установленные на членах команды.

Ментальное подавление: 5. Энергия: 2/1 000. Критическое истощение!

— Охренеть! — донесся до меня, как сквозь вату, радостный возглас «Буйвола». — Давай еще!

Рот наполнился кровью, брызнувшей из носа так, что заляпало шлем. В голове зазвенело, мир вокруг размазался цветными пятнами. Я выронил винтовку, и оказался на полу.

— Я... ы... аост... — с трудом просипел, прежде чем в глазах померкло.

* * *

Пробуждение вышло чертовски отвратительным. Я будто месяц не просыхал, заливаясь самым дешевым пойлом во вселенной. Во рту стойкий медный привкус, по вискам кто-то нещадно лупит отбойным молотком.

Раскрыв глаза, я сморщился. От яркого света к горлу подкатила тошнота. Меня замутило, словно угодил в центрифугу.

С третьей попытки удалось поднять руку и откинуть покрытое коростой засохшей крови забрало. Перевалившись на бок, сплюнул желчь на пол.

Энергия: 98/2 000 .

Рядом простучали чьи-то ботинки. От этого звука казалось, топчутся прямо внутри моего черепа. Мозги словно распухли и не вмещались в черепе.

Забулькал надо мной чей-то голос, но я никак не мог придти в себя, чтобы вычленить из скопища звуков отдельные слова.

Тяжело прокашлявшись, сплюнул в последний раз. Как оказалось, кто-то весьма заботливый поставил у койки ведро. Перекатившись на спину, я снова прикрыл глаза. Так раздражавший меня свет исходил от обыкновенной лампочки, свисающей с серого бетонного потолка на изогнутом проводе.

Больше всего помещение напоминало уже не раз встреченные мной руины. Камень местами треснул, в дальнем от пустого дверного проема углу гора небрежно сметенной пыли. Воздух в этом каменном мешке отвратительно вонял потом, застарелой кровью и дерьмовым табаком.

Но больше меня удивило не место, а человек, стоящий рядом со мной.

Дымя сигаретой, стиснутой толстыми губами, всунув руки в карманы засаленного халата с выцветшей биркой «BioTech, Medical Division», надо мной возвышался лысый ниггер.

— Я думал, ты уже давно сдох, — хрипло сообщил я.

Док Винстон ощерился, демонстрируя неестественно белые крупные зубы, и стряхнул пепел на пол.

Сделал он это быстро, но я успел заметить изменения. Кисть правой руки у него заменил механический протез.

— Забавно, но я о тебе думал так же, — выдал он. — И даже, когда тебя притащили ко мне, сомневался, что очухаешься. А рисковать пальцами, чтобы вытащить тебя из брони, я бы не стал.

Я слабо кивнул, разглядывая слишком молодое лицо ниггера. Ему лет за шестьдесят было при нашей первой встрече, а теперь, пять лет спустя, я бы не дал Винстону и сорока.

— Нашел новый источник чистого ДНК? — хмыкнул я.

Помнится, на основе моей доктор обещал найти лекарство от вируса. А потом превратил в сыворотку молодости.

Он сделал внушительную затяжку, разом скуривая едва ли не всю сигарету. Две струи вонючего дыма вышли из широких мясистых ноздрей.

— Больше не пришлось. Когда ты уничтожил центральный кристалл ИИ, я смог получить доступ в один интересный бункер, — спокойно сообщил он, бросая окурок в мое ведро. — Теперь могу синтезировать лекарство из любой крови.

Догадываясь, к чему клонит чертов ниггер, я постарался подняться. Удалось лишь при помощи доктора. Он легко, как пушинку, поднял меня над койкой, и усадил спиной к стене.

— Где моя команда? — переведя дыхание от накатившей слабости, произнес я.

Винстон тряхнул рукой, позволяя механическим часам соскользнуть из-под рукава, и бросил взгляд на циферблат.

— Полагаю, собираются в столовой. Как раз время обеда.

Прикрыв глаза, сглотнул слюну. Чертов метаболизм. Только что чуть собственный желудок чуть не выблевал, а теперь жрать хочу.

— И чем же ты их кормишь, док? — выдавил из себя я. — Не теми, кого схватил в плен, и выжал досуха ради молодой мордашки?

Винстон запрокинул голову к потолку и гулко расхохотался. Я смотрел на его горло, и думал, что, пожалуй, стоит прикончить местного Менделя.

Наверняка ведь он тех людей, захваченных в Сити, пустил на свои эксперименты. Иначе на хрена ему вообще пленные? Тем более, те самые стрелки, на которых док, по сути, и работал.

— В общем, скоро кто-нибудь принесет тебе еду. А меня еще, знаешь ли, другие пациенты ждут, — сообщил он, щелчком пальца выбивая новую сигарету из пачки.

Отвернувшись, ниггер побрел к выходу, подкуривая от спички, тут же брошенной в угол. У самого выхода Винстон остановился, и бросил мне через плечо.

— Добро пожаловать в Космопорт, Каратель.

Как и обещал док, вскоре заявились мои бойцы. Алекс притащила металлический поднос, заставленный алюминиевыми чашками с едой. «Буйвол» притащил стол, за которым мы и разместились. Остальные вооружились стульями. Как из воздуха, появилась квадратная бутылка виски. Расплескав напиток по кружкам, Алекс начала говорить.

Пока я насыщался, она рассказывала, что произошло на болоте. Я же молол челюстями пюре с говяжьими котлетами и думал. По всему выходило, моя «кувалда» сработала отменно. Получив команду, организмы мутантов резко направили жидкость в черепа. И те полопались к чертям, как переспелые тыквы, разбрызгав гнилое содержимое голов.

Оставшись без контролера, уроды на несколько секунд остановились. Этого времени моей команде хватило, чтобы перебить их всех. На этот раз не ушел никто.

Нужно ли говорить, что после события на болотах мой авторитет среди команды резко возрос? Увидев своими глазами, как мутанты с легкостью избавились от двух других групп, столь быстрая победа их не просто впечатлила – временно приставленный ко мне разрозненный отряд успел посовещаться, и пока я ел, камрады выдвинули предложение стать полноценной группой. Под моим началом, естественно.

— Я не могу, — после недолгих размышлений, сообщил я. — Через несколько дней я отправлюсь в красную зону рядом с Сити. И хрен его знает, вернусь ли. Так что тянуть вас за собой не стану.

Оглядев недовольные лица, я тяжело вздохнул, откладывая ложку.

— Да, с вами в чем-то  лучше, чем со «Стальными». Но их мне, во-первых, совершенно не жалко – всегда можно новых на заводе наклепать. Во-вторых, вы сами видели на примере «Мангуста», фактически любой контролер может превратить человека в марионетку. А это уже прямая угроза лично для меня. А постоянно держать защиту я пока не могу – силенок не хватит.

— За тобой бот прислали, что ли? — почесав затылок, хмыкнула Алекс.

Уж кто-кто, а девчонка сама была одиночкой. И прекрасно меня понимала.

— Нет. Но кое-что там нужно будет сделать. А пока что нам предстоит вылазка на юго-восток.

— С какой целью? — уточнил «Сокол».

— Разведка боем. Видели, что я могу? Так это далеко не предел. Те уроды будут покруче меня. Так что мои навыки контролера тоже надо развивать.

«Буйвол» хлопнул виски, опустил свою кружку на стол, вытер тылом ладони рот.

— Пока ублюдки лезут к нам, мы пойдем шуметь у них? — уточнил он.

— Там не только мутанты, — заметил радист. — Здесь, в Космопорте, не раз и не два видели группы рейдеров. Тоже катили в гости к Мессии. Да и в самом форте кто-то постоянно раскидывает листовки, чтобы народ надумал уходить.

Я кивнул.

Не мудрено. Космопорт, по сути, последний оплот цивилизации на этом краю фронта. Все, что лежит дальше – территория Паники. Туда не добьет сигнал глобальной сети, и особого интереса местность для «Стальных сердец» не представляла.

А вот теперь там вотчина Мессии, и черт знает, что может там твориться. В любом случае он не просто так собирает под своей рукой армию. Не одуванчики они там нюхают, однозначно.

— Будем вылавливать мелкие группы врага. Зачистим пару километров от Космопорта, и уйдем. Излишне рисковать не станем. Опять же – я не гарантирую вам постоянной защиты, но кое-что могу.

— Ну, так мы и сюда ехали, не ожидая защиты, — пожав плечами, заметил «Буйвол». — Так что будет она – хорошо. Нет, будем воевать, как можем.

— Я уже выяснил кое-что, — вставил «Сокол». — Нападают на форт маленькие группы. Иногда под прикрытием рейдеров, иногда – без. Но про контролеров здесь особо не слышали.

— Вероятно потому, что сами контролеры не светились, — предположил я. — На болоте у меня был очень маленький радиус воздействия, но в обычных условиях могу давить на расстоянии. Думаю, если контролер достаточно силен, ему достаточно видеть цель, чтоб на нее воздействовать.

— Смотреть даже не обязательно, — вклинилась Алекс. — Помнишь наш поход к твоему Потрошителю? Тот мутант хоть и был слаб, но дотягивался через несколько этажей.

Я кивнул. Этот момент я как-то упустил. Надо бы провести эксперименты, измерить свой максимум, и опираясь на него, строить тактику.

Но сперва есть еще пара дел.

— Ладно, команда, — хлопнув ладонью по столу, заговорил я. — Выезжаем в четыре утра. Проверьте амуницию, заправьте баки. Патроны, если не хватает – докупить. Так же захватить пайки, вернемся мы не скоро. Ясно?

Они подтвердили и стали расходиться. Я же поднялся на ноги, уже совершенно не чувствуя усталости.

Энергия: 942/2 000.

А ведь не должен был расти резерв. Или проще нарастить числовое значение, чтобы замерять точный расход ресурса? Впрочем, пока без разницы.

Захватив с собой поднос с грязной посудой, я покинул предоставленный мне каменный мешок.

Прямой темный коридор вывел меня на улицу. Я оказался посреди залитой солнечным светом каменной площади.

Вокруг в шахматном порядке расположились старые бетонные постройки, соединенные древней плиточной мостовой. За зданиями проступала стена, обтянутая металлической сеткой под напряжением. По углам форта выросли четыре семиметровых вышки с парой караульных, пулеметом и прожектором на каждой.

«Космопорт» вырос из казарм военизированной охраны при взлетно-посадочной площадке. Триста лет назад именно оттуда отправлялись в космос тяжелые грузовые боты, и здесь же приземлялись пассажирские транспортники. Не знаю, что осталось за годы от самого пускового комплекса, но форт получился на славу.

По словам Алисы, люди закрепились здесь так круто, что с легкостью отражали как набеги рейдеров и мутантов, так и вполне организованные атаки самих «Сердец» под рукой Вояки.

Если бы не необходимость обмениваться ресурсами для выживания, в форт так никто из киборгов и не попал бы. Космопорт не имел кормящих его деревень – местность не та. Того, что выращивали за стеной едва хватало для покрытия нужд постепенно растущего населения. Да и с приходом Алисы ценовая политика караванов стала гораздо приятней.

Чем же тогда торговал форт в таких условиях? Под казармами разместилась маленькая фабрика, производящая батареи. Те самые, что были нужны практически в каждом городе.

Альянс платил местным сущие крохи, используя вынужденных идти на уступки людей для своего обогащения. Да, Космопорт не единственный городок, сохранивший производство, но остальные могли хоть как-то выживать, а здесь не было выбора.

Так что от падения Альянса выиграли все. Голод форту не грозил. Наемники текли сюда, сопровождая караваны, а потом оставались, чтобы заработать кредитов на охоте за мутантами и рейдерами. Естественно, форт старался сделать так, чтобы заработанное не утекало за пределы стен.

За эти пять лет относительного мира Космопорт вырос до размера самого большого города на юго-востоке материка. И хотя уступал Ксежинску в размерах, для местных был самой настоящей столицей.

Направляясь погонять мутантов, развивая способности контролера, я держал форт в голове, как местный оплот, если придется переводить дух после вылазок. Но входить в Космопорт изначально не планировал – далековато от намеченного с Алисой маршрута. Основная война проходила в стороне, пускай здесь тоже хватало, на кого охотиться.

Найдя глазами вывеску с большим красным крестом, я двинулся через занятую народом площадь.

Наличие в форте этого ниггера меня раздражало. Я не забыл ему повязанных стрелков. И работы на искусственный интеллект против выживших людей – тоже.

Отдернув в сторону серую тканевую занавеску, заменяющую дверь, я вошел в хорошо освещенное помещение. Как и думал, ниггер сидел в кресле за столом, дымя неизменной сигаретой. За его спиной стояли полки с лекарствами в самодельных упаковках, ящики и пустые стеклянные ампулы в подставках.

— Полегчало? — сверкая белозубой улыбкой, поинтересовался док Винстон, туша окурок об край жестяной пепельницы. — Должен признать, впечатляет, — заявил он, и вытащил из ящика стола пистолет.

Лазерный пистолет LRH-22S. Питание: батарея класса АА. Прицельная дальность: 120 метров. Скорострельность в режиме автоматического огня: 60. Максимальная емкость: 36. Состояние: удовлетворительное .

— Я с самого начала подозревал, ты не так прост, как могло показаться, — заявил он, держа оружие в руке. — Но, в этом я согласен с исследовательским ИИ, чистота эксперимента должна быть превыше всего. Иначе разобрал бы тебя на части при первой же встрече.

Я хмыкнул, подходя ближе. Винтовка болталась за спиной, но я не собирался устраивать бойню посреди города. Могли пострадать ни в чем невинные люди. А чертов ниггер и так наделал нехороших вещей.

— Стрелки бы тебя не простили. И не простят, когда узнают...

Он рассмеялся.

— Думаешь, хоть кого-то это волнует?! Мозгов у тебя точно не прибавилось, парень. Да всем насрать на цену моей работы! — с видом полного превосходства заявил он. — Да, я пустил под нож несколько их бойцов. И что? Остальные подразделения от этого только выиграли! — ниггер помахал пистолетом перед собой. — Ты, видимо, просто недооцениваешь силу власти. Командованию плевать на подчиненных, пока они сами могут жить, как короли. А с моими результатами исследований, да с помощью знаний ИИ от «БиоТек», я синтезировал сыворотку, полностью омолаживающую организм на двадцать лет!

Я молча подошел ближе, пока он не остановил меня движением пистолета. Красный луч, подсвеченный НИ, уткнулся мне в грудь.

— Учти, парень, я хорошо защищен. За мной стоят стрелки, рейнджеры. Даже твоя Алиса по головке не погладит, если...

Я активировал стелс, и шагнул в сторону. Пистолет сверкнул, но меня там уже не было.

Сервоприводы активированы. Повышенный расход заряда .

Рывок вперед. Кисть Винстона хрустит под пальцами. Ниггер раскрыл пасть для крика, но я зажал рот ладонью. Толчком ноги оттолкнув стол, выдернул доктора из кресла, и швырнул в проход между стеллажами.

Всплеск адреналина .

Я протянул свой щуп «Подавления», затыкая ниггеру рот. Он щелкнул челюстями, едва не прикусив язык. Подняв оброненный пистолет, повертел его в руках.

— Ну и кто тебя теперь защитит? — спросил, спуская курок.

Доктор схватился за прошитое лазером колено механической рукой. Подвывая, он нянчил дырявую ногу, а я сменил режим огня.

— Знаешь, я не слишком хорошо разбираюсь во всем этом дерьме, — негромко сообщил я. — Может быть, командование группировок и на твоей стороне, но за мной немного другая сила. Поэтому я предлагаю обмен – формула на твою жизнь.

Энергия: 843/2 000 .

А неплохо получается! Я повесил над проходом в дом отгоняющую пленку. Так что никто не захочет сейчас войти, чтобы спасти доброго доктора. Ожидал, она окажется затратнее, но все не так уж и плохо.

— Ты ведь понимаешь, что жители Космопорта тебе спасибо не скажут? — прошипел он, когда я снял с него ментальный кляп. — Я тут единственный нормальный медик!

Я пожал плечами.

— Да мне, в общем-то, плевать, — спокойно сообщил ноющему на полу ниггеру. — Я уеду ночью, и вряд ли снова появлюсь здесь в ближайшее время. Так что, если не хочешь отдать формулу – я тебя грохну, спокойно выйду на улицу, и поеду дальше по своим делам.

Винстон, наконец, успокоился. Я продолжал наблюдать за ним, держа завесу у порога. В чем-то Паника прав, реально похоже на магию, черт возьми.

— В столе лежит Смарт с данными, — сквозь зубы проговорил он. — Забирай и проваливай нахрен!

Я кивнул, делая шаг назад. Ящик был всего один, откуда доктор вытащил пистолет, так что ловушки я не опасался. Вытащив лишенный браслета НС, сгрузил с него информацию. Нейроинтерфейс подтвердил получение данных, я бросил прибор на пол.

Сервоприводы активированы. Повышенный расход заряда .

Под сапогом хрустнуло, осколки брызнули в стороны. Этот носитель уничтожен.

— Какого хера ты наделал?! — заорал Винстон, оскальзываясь на собственной крови.

— Другие копии?

— Я что, идиот, по-твоему?! — прорычал он, стискивая кулаки от злости.

Действительно. Сыворотка вечной молодости – наверняка слишком дорогая штука, чтобы разбазаривать ее, плодя копии.

— Ладно, поверю на слово, — кивнул я.

Лазерный пистолет выпустил короткую вспышку, и во лбу ниггера появилась крохотная дырка. Замерев на секунду, тело доктора Винстона упало на спину, разбросав руки в стороны.

Оставлять этого ублюдка в живых нельзя. Он давно пересек черту, так что получил по заслугам. А если с командованием все на самом деле обстоит как он сказал, я и им устрою разговор по душам.

Заправив пистолет за пояс «Червя», я двинулся к выходу, одновременно устанавливая связь с Алисой.

Как обычно, она отозвалась мгновенно.

— Да, милый?

— Тебе привет от дока Винстона, — сказал я, командуя НИ передать полученные данные. — Надеюсь, ты будешь разумнее этого ниггера, и наладишь повсеместное производство.

Ей понадобилась пара секунд, чтобы переварить информацию.

— Ах ты ж!.. И он скрывал!..

Я хмыкнул, отключаясь. Вот теперь уверен, что все будет нормально. Хватит экспериментов над людьми, пора заняться повышением выживания колонии.

Уже собираясь уйти, я все же обернулся и достал винтовку.

Когда вышел на улицу, на ходу меняя батарею, от тела доктора осталось лишь мокрое пятно. На случай, если вдруг тоже начнет оживать.

На казнь никто не обратил внимания. Да мне и самому было как-то все равно.

Первым делом я посетил местную продуктовую лавку. Закупив вяленого мяса впрок, навестил оружейную. В памяти еще было живо, как MSG отказалась стрелять из-за низкого уровня «Прицельной стрельбы».

К счастью, выбор был богатым. Увешанные стволами на любой вкус стены, ломящийся от ножей и пистолетов прилавок. Красота одним словом.

Решив не тратить деньги на автоматы, так как для ближнего боя есть MSG, я сразу же подошел к стене с набором снайперских винтовок. Да, я не лучший стрелок по меркам «БиоТек». Но НИ не заблокирует мне механическое ружье, когда понадобится вести огонь на дальней дистанции. Да и в команде снайпера больше нет. Не повезло «Оводу», а брать нового человека я не хочу.

Продавец встал за спиной, сложив руки на груди. Я снял со стены выбранную модель, примерился. Броня хоть и не сильно, но искажает ощущения. И пушка, из которой без костюма лупишь в яблочко, может подвести с непривычки, когда наденешь защиту.

Снайперская винтовка «Рипер». Калибр: 10,4. Прицельная дальность: 1500 метров. Емкость магазина: 10. Состояние: хорошее .

— Надеюсь, патронов у вас достаточно? — подняв забрало, я приложился глазом к прицелу.

— Хватит, — заверил торговец. — А у тебя хватит кредитов? Такая стоит двадцать пять тысяч.

Я хмыкнул.

— Тебе сегодня крупно повезло. Сомневаюсь, что кто-то еще бы ее купил, — примерив ремень, кивнул я. — Как вообще до сих пор не разорился?

На анонимном счету у меня столько не было. Но я же хорошо повоевал, да и сыворотка Винстона кое-чего стоит, верно?

— Только не говори, что еще что-то раскопал! — усмехнулась Алиса, как только установилась связь.

— Нет, я всего лишь хочу оплаты за уже выполненную работу, — улыбнулся в ответ я. — Сколько там получают твои наемники? Плюс начисление за добровольную сдачу формулы и ликвидацию опасного преступника.  Скажем, в итоге, тысяч пятьдесят.

— Это не проблема, — заверила она. — Но сначала объясни, почему ты его убил.

Я протянул «Рипера» торговцу.

— Пакуй ее и десять пачек патронов.

Он недоверчиво хмыкнул. Потратив немного энергии, я все же заставил мужика заняться делом.

Ментальное подавление: 5,1.

— Итак, — начал я, когда торговец унес винтовку, оставив меня в окружении товара одного. — Первое. Док работал на Очкарика и Вояку. В итоге был чрезмерно осведомлен обо всем, что происходит на Тау Маре. Второе, он проводил эксперименты над живыми людьми. Третье, способствовал разрозненности и распрям среди выживших. Четвертое, если ты еще не прочла этот раздел, выполнял работы по созданию и проводил полевые испытания, как биологического оружия, так и новых видов мутантов. Достаточно или мне продолжать список?

Торговец вернулся с небольшой сумкой. Раскрыв ее на прилавке, он продемонстрировал винтовку в разборе и десяток картонных коробок с патронами к ней.

— Он и на меня работал, если ты не знаешь, — вставила Алиса.

— Тем более его нужно было уничтожить, а не прятать от меня в Космопорте, — отозвался я. — Я, конечно, тоже не подарок, но этот ниггер – просто зло воплоти, черт возьми. О чем ты вообще думала, Алиса?!

— Его эксперименты приносили свои плоды, — холодно произнесла она.

— У тебя есть формула. И не только эта. Для сделки нам уже хватит. А ты хочешь сеять смуту из-за мифической пользы сумасшедшего генетика? Серьезно?

— Я не собираюсь, как ты говоришь, сеять смуту! — резко ответила киборг. — Но и ты должен понять, что Винстон только капля в море.

Всплеск адреналина .

— Тогда почему было не скармливать ему рейдеров?! — потерял терпение я. — Зачем надо было жертвовать нормальными людьми? Ты защищаешь ублюдка, устроившего захват Сити! Ты вообще в своем уме?! Или я сейчас говорю не с Алисой, а с Очкариком?

Разрыв соединения. Получено 50 000 кредитов на анонимный счет.

Да и хер с ним! Нашла время обижаться. Тоже мне, нежная леди.

Ведь она с самого начала все знала. Так какого хрена водила меня за нос? Разве не видела, что подобное нужно пресекать на корню?

Взбешенный разговором, я расплатился с оружейником, и вышел наружу. Хотелось схватить кого-нибудь за ноги и бить башкой об пол, пока не полегчает.

Возле дома, где обитал ниггер, собралась толпа народа. Одетые в форму бойцы из местной охраны старались не допускать людей внутрь. Махнув на все рукой, я направился в сторону стоянки. Спросив первого попавшегося прохожего, двинулся в указанном направлении.

Ступая по плитам, уложенным по всему городу, заметил, как шарахается от меня народ. Чертыхнувшись, загнал «Ментальное подавление» в себя, чтобы не пугать людей. Злость медленно отступала, оставляя после себя усталость и пустоту. Вот он я, крою новый облик Тау Мары, а все вокруг только и ищут, как бы натворить очередную херню.

Может быть, Паника не так уж и не прав?

* * *

Броневик выкатился из ворот форта, и Алекс сразу же прибавила ходу. Машина набрала скорость, все дальше удаляясь от Космопорта.

Я не оглядывался, это место не вызывало никаких эмоций. А что там сдох док Винстон – проблема не города, а всей Тау Мары. Или я просто много беру на себя. Веду себя, как Алиса, грязными руками творю хорошее дело.

Вызвав карту, всмотрелся в очертания материка. Здесь, по сути, совсем узкая полоса степной суши от Космопорта до единственного океана. Юго-восточный край мира.

Посмотрим, что сможем здесь сделать. Как бы ни сомневался, останавливаться уже не стану.

Раскрыв сумку с «Рипером», я собрал винтовку, приладил прицел. Приложившись несколько раз к оптике, отрегулировал положение ложи. Успокоившись, отложил оружие в сторону. Приложился затылком к стене и прикрыл глаза.

Броневик резво спрыгнул со старой дороги, мгновенно завибрировав на неровностях дороги. Пару раз тряхнуло так, что у меня щелкнули зубы.

— Какого хрена, Алекс?

— О, тебе понравится, — отозвалась она. — Угадай, кто это там решил сбежать от нас?

Я перелез в кресло рядом с ней, всматриваясь в предрассветную темноту. Зрение сфокусировалось, НИ вычленил из утренних сумерек несколько джипов, спешащих убраться прочь.

— Ну что ж, — улыбнулся я. — Начнем сафари? «Сокол», подай-ка мне ружьишко. «Буйвол», как войдем в пятьсот метров, кроши их в салат.

— Есть крошить в салат, — отозвался пулеметчик.

Я же взял винтовку из рук нашего радиста и высунулся из замененного окна.

— Алекс, держи ровнее, первый раз с такого расстояния бью! — чувствуя накатившую эйфорию, велел я.

Заглянув в прицел, понял, что придется повозиться. Рейдеры тоже шли вооруженными. Но все равно решили удрать. Или заманивают в ловушку.

Расстояние: 1030...1029...

— Держите, выродки, — прошептал я, спуская курок.

Выстрел оглушительно грохнул, в плечо толкнулся приклад. Наплечник костюма свел отдачу к неощутимому удару.

Прицельная стрельба: 5,5. Доступна программа переподготовки .

А неплохо так! Глядишь, действительно белку в глаз скоро бить начну.

Выждав секунду, снова приник к прицелу, особо ни на что не надеясь. В гнезде пулеметчика все так же сидел, вцепившись в поручни рейдер. Его качало в такт прыжкам джипа.

Хрен я попал, конечно. Не те условия, чтобы с моим мизерным опытом класть врага на такой дистанции.

— Промазал, — сообщил, усевшись обратно, не прекращая улыбаться. — Гони, Алекс, спросим у этих славных парней дорогу до ближайшей группы Мессии.

Девчонка хмыкнула и, так же растянув губы в улыбке, дернула рычаг скорости. Двигатель заработал мощнее, усилилась вибрация. Броневик стремительно нагонял пытавшихся убежать бандитов, и я уже забыл о проблемах с Алисой.

— Постараемся взять живым хотя бы одного, — следя за сокращающимся расстоянием, приказал я. — Не получится – заберем головы, будет что предъявить «Стальным» за награду.

И, сменив «Рипера» на MSG, я поспешил выбраться на крышу через люк.

Двадцать рейдеров против трех стрелков и одного контролера.

— Спорим, победа моя, сукины дети? — прошептал я, переключая винтовку на очередь. — Алекс, держи ровнее!

Приложив оружие к плечу, я выпустил пять зарядов и присел за башней «Буйвола». В ответ застрочили из пулемета, светя в темноте сгорающим порохом. По броне забило, несколько раз у меня свистнуло над головой.

«Буйвол» подправил направление и зажужжал, раскручивая, спаркой. Снова показавшись из своего укрытия, я поймал в прицел храброго рейдера, но передумал.

Это будет долгая перестрелка, так к чему тратить патроны почем зря?

Уронив прицел в район бака, я зажал спуск. Башня повернулась ко второму джипу, а первый с грохотом ударил в небо огненным облаком.

— Минус пять, — сообщил я довольным голосом. — Счет открыт.

Спарка впустую отстучала очередь по цели, разрезая темноту. Джипы резко рванулись в сторону, укрываясь за небольшим холмом справа. Быстро оценив местность, я едва успел отдать команду.

— Алекс, назад! — приказал, не давая девчонке ворваться в открывшееся взору ущелье.

Ландшафт впереди резко изменился. Степь будто треснула за поворотом, куда нырнули машины. Узкая полоса земли уходила вниз, виляя между двумя постепенно нарастающими возвышенностями.

— Уйдут, — обреченно выдохнула та.

— Похоже на засаду, — пояснил я.

Броневик, порыкивая мотором, замер практически у самого спуска. Если бы это была моя территория, поставил бы на обоих склонах по пулеметному расчету. Завел врага в ущелье, пострелял с двух сторон, и собирай добычу.

Оружия на Тау Маре полно, местность рейдерам известна. Кто сказал, что мы первые, кого вот так завлекают в ловушку? Да, они потеряли одну машину, возможно, просто не рассчитывали на жесткую схватку. Но кто сказал, что это для них это важно?

— Соваться туда нельзя, — произнес я, сверяясь с картой «Стальных». — Алекс, давай назад. Поднимемся на правый склон, проверим.

Недовольно ворча, девчонка послушалась. Спустя десять минут, когда броневик взобрался на вершину, я слез на землю и внимательно осмотрелся.

Судя по карте, есть несколько очень удачных мест, не оставить засаду в которых мог только полный идиот. Ущелье было небольшим, но вихляло трижды, лишая попавших в кишку шанса выбраться. Здесь можно было разобрать на металлолом колонну в десять-пятнадцать таких броневиков, как наш.

— Смотрим в оба, — дублируя установленные маркеры предполагаемых засад на НейроСмарты команды, велел я. — Шесть точек предположительно. «Сокол», слушай радио.

— Есть, — отозвался тот.

Осматривая вершину в прицел «Рипера», я скользил взглядом по обрыву, выискивая цели. Ветерок трепал скудную траву, поднимал облачка пыли, уже различимые в начинающемся рассвете.

— Я иду, внимательней! — объявил, врубая стелс.

Осторожно переставляя ноги, двинулся к краю обрыва. Это внешний угол ущелья. Напротив как раз удобно расположился бы пулеметчик. А то и пара – для уверенности.

Выглянув за край, внимательно осмотрелся. С противоположной стены сбегал небольшой ручей, образуя в самом низу желоб, текущий по краю ущелья. Несколько черных дыр в темной скале – оттуда явно вывалились камни, образовав неприступные пещеры.

И ни следа засады. Странно, место-то идеальное.

Еще раз оглядев окрестности, я дал команду заходить. Броневик тронулся с места, сдавая назад. Я пошел поверху, следя за уровнем заряда, попутно включая радар.

В ущелье оказалось полно живности. Какие-то мелкие грызуны, змеи и выводок летучих мышей в одной из природных пещер.

Солнце поднималось все выше. Под яркими лучами светила стелс увеличил расход заряда, а напряжение радара выкачивало Энергию, как насос. В таком темпе мы пройдем ущелье не раньше полудня.

Не забывая мониторить гребни, я двигался чуть впереди ползущего по дну броневика. Степь медленно просыпалась, оживали травы. Высоко в небе заголосила какая-то птица.

Окраины Тау Мары жили, будто и не было ни вируса, ни радиации. Не будь на мне брони, вполне сошел бы за обычного охотника на Земле.

Мы добрались до второго изгиба, и я с облегчением выдохнул. Место, идеально подходящее для засады, активно использовалось.

Рейдеры даже обустроили здесь постоянный лагерь. Выкопанная в почве яма для костра, пара свернутых лежанок, даже бруствер приготовили, чтобы сподручнее встречать жертв. Только где сами стрелки?

Осмотрев лагерь, нашел прикопанный ящик с пулеметной лентой. Неплохой трофей, как раз к башне «Буйвола» подойдет. Рядом обнаружился маленький переносной холодильник на батарее. Внутри было пусто, но элемент питания я прикарманил.

На соседнем гребне обнаружился точно такой же лагерь, о чем я и сообщил отряду. Прикинув ширину ущелья, оценил шансы перепрыгнуть, но НИ меня остановил. Сигать на 120 метров, да еще и равной высоты, мы оба сочли неразумным. Возвращаться же будет глупо.

Высота от дна ущелья уже дошла до двадцати трех метров, так что я не стал сбрасывать трофейные патроны, просто намотал ленту на плечи.

Дальнейший путь так и не порадовал встречей с врагом. Убегающие джипы сунулись сюда не просто так. Даже не имея охраны, ущелье заставило меня остерегаться засады, тем самым дав рейдерам уйти.

Когда же я встретился с броневиком, вынырнувшим из объятий скал, Алекс недовольно сопела, но я не обращал внимания. В конце концов, не последние враги, еще успеем опустошить боезапас.

Сгрузив пулеметные ленты, приказал «Соколу» при первой же возможности связаться с Космопортом, чтобы «Стальные» проверили ущелье. Место прекрасное, так пусть его займут хорошие парни.

— Куда дальше? — осведомилась Алекс, едва я занял место рядом.

— Пока вперед, там разберемся.

Броневик резко тронулся, выбив задними колесами фонтан земляных комьев. Машина понеслась, ловко обруливая глубокие трещины в засохшей до камня почве и подозрительные овраги ярко-зеленых оазисов.

Я торопливо наедался – долгий радар высосал из меня почти всю Энергию. Про себя отметив, что 4 часа поиска – мой текущий предел, поместил израсходованную батарею в заряднике.

Рейд вглубь ничейных земель грозил стать впустую потраченным временем. На горизонте нам никто так и не попался за весь световой день. А уже к вечеру наш путь пересекся с отрядом наемников.

Колонна из трех серьезно потрепанных броневиков первой вышла на связь, требуя обозначить себя. Я отозвался сам, объявив нас одним из свободных отрядов.

Место было подходящим для короткого привала. Прямой, как стол каменистый холм, во все стороны прекрасный обзор. Но главное – облагороженный природный колодец свежей воды.

Встречная команда принадлежала «вольным стрелкам» из рейнджеров. Как парней занесло на другой конец материка от их обычного гнездования, я не интересовался. Главное, чем они поделились – наш сбежавший враг оказался встречен «Вольными».

— Машинки жалко, — признался командир. — Твари подорвали джипы, когда поняли, что им хана.

Он распахнул дверь броневика, демонстрируя мне поваленные в сундук головы.

— Ну а там взяли ублюдков в кольцо, постреляли их турелями. На фоне горящих машин да каменной почве – не укрыться, — сообщил он.

«Вольные» планировали остаться на ночь, мы же двинулись дальше. Время стремительно таяло, а мне ведь еще до Сити добираться.

Проложенный чужим командиром маршрут нам не подходил. Вряд ли кто-то пойдет забирать обугленные остовы сгоревших машин. Так что я взял южнее, надеясь на удачу. По словам местных, в этих краях рейдеры и мутанты прячутся под каждым кустом, а на деле...

— Местным страшнее, — сообщила Алекс, пожав плечами, в ответ на мое негодование. — Это мы привыкли к постоянной войне против орд ублюдков. Но здесь такая же дыра, как Олл-Три. Ну, чуть более оживленная.

— Или армия Мессии уже тронулась с места, — заметил я. — А здесь оставлены те, кто в нее не попал.

Броневик наматывал километраж по ночному плоскогорью. Цветная степь осталась позади. Теперь из-под колес вылетала лишь каменная пыль. Добавить песчаную бурю – почти пустыня.

Обнаружен противник. Расстояние: 315 метров.

— Стой! — приказал я, подхватывая энергоружье.

Алекс вдавила ногой педаль, заставляя машину зашипеть колесами.

Небольшой красный контур гуманоида угадывался справа от нашего движения. Следя за ним взглядом, я прицелился.

С такого расстояния попасть не составит труда, но в первую очередь нужно понять, что это за одиночка шляется по ночам.

Тонкая фигура дернулась в нашу сторону, пошатнулась. Сделав несколько не слишком уверенных шагов, неизвестный рухнул лицом на землю.

— Смотрим в оба! — приказал я. — Алекс, давай туда. Посмотрим, кто нам попался.

Машина плавно тронулась с места, набирая обороты. Вжикнула башня пулемета, осматривая окрестности.

Контур не шевелился, но раз не погас, цель еще жива. Быстро покинув броневик, я врубил стелс и побежал вперед. Даже если бы там был один гигант, я вне опасности.

Остановившись в пяти метрах, я забросил MSG за спину. Пройдя последние шаги, присел возле обессиленного и поросшего грязью человека.

Обезвоживание.

С диагнозом я был согласен. Изможденное лицо в засохшей грязи, полопавшиеся губы.

— Пить... — просипел он.

Махнув рукой команде, я подхватил неожиданно легкого мужика, и потащил навстречу броневику.

«Сокол» выпрыгнул ко мне, держа в руках флягу. Поить стали не сразу, сперва оттерли лицо. От прикосновений влаги найденный стонал в экстазе. А сделав пару глотков, зашелся в кашле.

— Я... так давно не пил... воды... — он буквально повис у радиста на руках.

Флягу я отобрал, не хватало, чтобы он помер у нас на руках из-за отвыкшего от жидкости организма.

— Уложите его в машину, — велел я, сам забираясь в кабину.

НИ продолжал выводить перед глазами полученную информацию. Итак, найденный проходил в базе киборгов с пометкой «Пропавший без вести». И исчез он в ходе эвакуации научного бункера «БиоТек» S-03.

Группа местных исследователей, собранная из наемников, киборгов и мирного населения, вскрывала бункеры. А потом нашла нечто очень важное, что именно– файл не сообщал. Однако вывезти находку им не дал Паника.

Отряд из пятнадцати бойцов оказался зажат под землей, не давая армии объединившихся мутантов и рейдеров ворваться внутрь.

Продержались исследователи ровно два дня – насколько хватило патронов. Их вытащили, бункер опустошили, и тут нагрянула кавалерия. «Стальные сердца», получившие сигнал SOS, спешили на выручку, как могли.

Через несколько часов затянувшегося боя выяснилось: обнаруженное нечто исчезло, а из команды исследователей пропали двое. И наш Люк Грей – один из них. Второй была доктор Сэйма Форсворд, одна из местных звезд генной инженерии, специализирующаяся на изучении регенерации мутантов.

К счастью, покопавшись в ее файле, я не нашел ничего об опытах над людьми, чем страдал Винстон. И хотя это еще ни о чем не говорило – в файле ниггера так же отсутствовала «грязная» работа – хотелось верить, молодая рыжая девушка еще помнит о границах допустимого.

Озвучив команде находку, я приказал Алекс двигаться дальше. Как Грейвс выживал почти два месяца без еды и воды на территории Мессии, мне было не ясно. Но, будем надеяться, хотя бы прольет свет на некоторые вопросы.

А еще меня волновало, что такое отыскалось в S-03. Спросить у Алисы пока что не было возможности, но я прекрасно понимал, это важный момент.

Ни в один бункер Паника не полез, а здесь держал осаду двое суток. Что ему там понадобилось, черт возьми?

* * *

Очнувшись утром, Люк подтвердил мои догадки. «Стальные» не просто пришли на помощь, они изначально прочесывали местность, не подпуская посторонних. Как проморгали армию? А хрен их знает. Двадцать киборгов прибыли, устроили бойню.

Сам Грейвс к тому моменту уже был утащен отрядом рейдеров в компании доктора и драгоценного трофея. Что за трофей? Усилитель психоволн. Психоволны? Воздействие контролеров. Кто изобрел эту хреновину и зачем? Возможно, сами «БиоТек», может, еще кто – Грейвс не знал, он был техником, а за научную часть отвечала Форсворд. На очередном привале Люк умудрился сорваться в реку. Так и спасся, что с женщиной – он не в курсе.

Я скрипел зубами, сводя вместе кусочки проклятой мозаики. Кто управлял закрытыми бункерами? Кто создавал из солдат «БиоТек» контролеров, и знал, что нас получилось больше одного?

Очкарик, может быть, и сдох, растворившись в сознании Алисы, но чертов ИИ до сих пор ведет свой хренов эксперимент.

А главное, эта приблуда, по словам Грейвса, похожая на шлем боевой брони, как минимум усиливает способности Паники в три раза. Как минимум!

— Алекс, возвращаемся в Космопорт, — наконец, взяв себя в руки, приказал я. — Нам и так повезло больше, чем я рассчитывал.

Девчонка пожала плечами.

— Как скажешь, командир.

Броневик развернулся, сходу набрал скорость, и понесся на север. Я смотрел в никуда, переваривая информацию.

Это нам сейчас действительно повезло, или меня опять ведут, как ребенка неразумного, за ручку?

* * *

Обратная дорога заняла гораздо меньше времени. Не сворачивая к ущелью, мы буквально пронеслись сквозь каменную пустыню, пересекли степь, и выскочили прямо в засаду.

Девять джипов расстреливали три броневика. Две машины «Вольных» горели, третья еще плевалась в ответ, но уже зияла выбитыми стеклами.

— Огонь! — приказал я, вываливаясь из броневика на ходу.

MSG сама прыгнула в руки, я вскинул винтовку. Щелкнул переключатель, переходя с одиночных на очередь.

Выпустив три разряда, я бросился к ближайшему джипу. Едва не задев меня, вступил в бой «Буйвол». Пули просвистели над головой, взрыли землю у чужой машины.

Оглушительно громко хлопнуло, разрываясь, вражеское колесо. Коротко всхлипывая, продырявилось крыло джипа. Расплескал мозги водитель, тут же выронив автомат и упав на руль грудью.

Отвлеченный пулеметчик зло оскалился, поворачивая свой тяжелый ствол к новой угрозе.

Стрельба от бедра: 3,1.

Торс рейдера взорвался кровавой взвесью, мужик повис на турели.

Сервоприводы активированы. Повышенный расход заряда.

Оттолкнувшись от земли, я запрыгнул внутрь, прикладом винтовки сбрасывая уже мертвого врага.

Стоящая рядом машина опустела. Я сменил режим огня, прострелил голову спрятавшемуся за джипом ублюдку. Дернувшись, он завалился на бок, а я прыгнул дальше.

«Вольные», пользуясь моментом, рванули с места. Их броневик заложил петлю, разрывая контакт. Машина с трудом ковыляла на разлохмаченных колесах.

«Буйвол» заткнулся на пару секунд, меняя ленту, и огонь рейдеров пошел по мне.

Занырнув за пустой джип, я сорвал с трупа гранату. Отстегнув чеку, врубил стелс, и поднялся на ноги. Снаряд улетел к четвертой машине, выпав из невидимости.

С глухим стуком я поймал десяток тяжелых пуль на грудь и плечи. Рухнув на спину, перекатился по мертвецу.

Хлопнула граната, заорали раненые. Я отполз к морде джипа, снова врубил сбитый стелс. Не вставая, открыл огонь по третьей машине. Девятую буквально изрешетил со своей спарки «Буйвол».

Из машины кувырком выскочила Алекс, стреляя из автомата. Девчонку тут же накрыл шквальный огонь.

Я выпустил очередь, завалив пулеметчика на третьей, нырнул за капот. По металлу заскрежетали пули. Пригнув голову, я скинул стелс и сунулся вправо, давая поймать себя в прицел.

Невидимость, кувырок влево, на колено, огонь. Вспыхнуло, хлопнуло– шестая машина выпустила оранжевое облако пламени.

Снова застучал тяжелый пулемет, пригибая рейдеров. Я вскочил на ноги, рванул к четвертой машине.

Краем глаза заметил, как Алекс запрыгивает в восьмую, на лету замахиваясь мачете. Откуда он у нее?

Еще три очереди, над джипом поднимается кровавый туман. И меня снесло очередью в грудь. С проклятьем прокатившись по капоту, я рухнул на землю.

Перелом ребер 4, 5, 6. Трещины: 3 и 7.

Что там за снайпер, мать его, такой?

Стиснув зубы от боли, выпускаю «Ментальное подавление». Щупальца психоволн  хватают пятую машину.

Пулеметчик бросает рукояти, срывает с пояса гранату. Посторонние звуки словно отрезало. Щелк, отлетела чека. Бум, упал снаряд на пол. Бах, рвануло во все стороны кровью и дымом.

Одной рукой меняю батарею в винтовке, второй держу ноющие ребра.

Всплеск адреналина.

Давно пора!

Рывком сев, я закрыл глаза, дотягиваясь к следующему джипу. Пусто. Дальше...

Тишина обрушивается неожиданно. Я еще щупаю пространство перед собой, но нахожу лишь Алекс. Девчонка, прихрамывая, идет ко мне.

— Эй, Каратель, не пристрели меня! — крикнула она, приближаясь.

Я схватился за колесо и медленно поднялся на ноги. Когда уже перестану лезть под пули? Я же контролер, а все еще в солдата играю... Больно-то как, твою мать!

Одиннадцать замерших машин, и два подъезжающих к нам броневика. Кивнув девчонке на кровоточащую ногу, сам обошел приютивший меня джип, кривясь от боли в груди.

— Да ерунда, — отмахнулась стрелок. — Зацепило немного.

Ну да, на ней же все заживает, как на собаке. Пожрет, поспит – и снова здорова. Мне бы так, черт возьми.

Я осмотрелся, на всякий случай сверяясь «Подавлением» с показаниями НИ.

Короткий вышел бой. Почти тридцать рейдеров против пулемета и нас с Алекс. Слабоваты они, что ни говори. Хотя два комплекта «Вольных» положили, так что это мы слишком круты.

Из спасенной машины едва не выпал наскоро обмотанный бинтами, как мумия, наемник. В побелевшем обескровленном лице я не сразу признал их командира.

Следом вылезли остальные. Три человека. Они выжили только втроем. Беру свои слова назад, кажется, нам тупо повезло.

Командира подхватили под руку двое таких же обмотанных тряпками солдат. Вместе они проковыляли пару метров, «Вольный» кивнул, процессия замерла.

Мы с Алекс как раз остановились в паре шагов.

— Спасибо, стрелки, — выдал он. — Если б не вы...

Прежде чем я успел открыть рот, Алекс уже махнула рукой.

— Нам это ничего не стоило. Все равно добыча вам не по зубам была. А нам пригодится. Верно я говорю, Каратель? — повернувшись ко мне, девчонка подмигнула. — Ну а за вашу долю, мы вас сопроводим. Как раз есть свободный боец, порулит вашим ведром на колесах.

— Да ты... — зашипел «Вольный», повисая на руках своих бойцов.

— Ты, наверное, не помнишь меня, да? — усмехнулась Алекс, смахивая кровь с клинка. — Четыре года назад вы подобрали израненную девчонку. И, воспользовавшись моментом, поступили не так благородно. Радуйся, что я не прирежу вас здесь и сейчас!

Она сделала шаг, но пошатнулась, теряя равновесие. Подставив ей руку, я помог стрелку дойти до нашего броневика. Радист и пулеметчик приняли бранящуюся Алекс у меня из рук.

— Почему сразу не сказала? — пока парни помогали ей с перевязкой, спросил я.

Она усмехнулась, движением головы отбрасывая прядь с лица.

— Да успокойся, не я это была. Знакомая одна. К тому же, — поморщившись от боли, прошипела она, — здесь они вроде хорошее дело делают. Да и на хрена мы их спасали, чтобы убить самим?

Я хмыкнул, оборачиваясь к загружающим своего командира «Вольным». НИ подсветил четвертый контур, валяющийся в кузове.

— А что стало с твоей знакомой? — чуть тише уточнил я.

— Сдохла, — совершенно спокойно ответила та. — Когда ее доставили в город, бросив у медика, отдала она концы на столе. А я на соседней койке лежала, мне как раз вырезали кусок мяса. Вогнали в меня трубу в драке с мутантами. Ты бы видел! Два фута в кишках застряло.

Я снова бросил взгляд назад. Наемники загрузились, завелись. Еще пара минут, и мы больше никогда не встретимся.

В Космопорте нас уже встречали.

Представитель местной власти в форме стоял рядом с двумя незнакомыми киборгами в металлических плитках брони. Я даже успел подумать, что меня сейчас обвинят в убийстве ниггера.

— Приветствую, — выйдя из машины, махнул я рукой. — Там несколько бесхозных машин осталось. Алекс, передай координаты.

Девчонка кивнула, раскрывая карту на своем НейроСмарте. Местный начальник кивнул одному из взявших броневик в полукруг стражей.

— Машины доставят, оценят и оплатят по результатам ревизии, — пробурчал главный. — Капрал, у меня распоряжение передать вас с рук на руки этим киборгам.

Ага, вон, что его корежит. Алиса придавила местного мэра к ногтю. Согласен, такое любого владыку расстроит. В Космопорте он царь и бог, а тут такой щелчок по носу. Ничего, переживет.

— Спасибо, а еще у меня для вас спасенный из лап смерти техник, — кивнул на выбравшегося из броневика Люка, тут же поворачиваясь к «Стальным». — Бойцы, за мной.

Я нисколько не сомневался в своем праве командовать, да и подсвеченные НИ киборги имели звания рядовых.

Показав им на груду трофеев, распорядился все подсчитать, распределить на пять равных частей и сообщить команде результат.

Почему долей должно быть пять, если нас четверо? Как командиру, мне положено больше. Справедливо, с учетом, что это я вытащил их из болота. К тому же, не моя бы нужда в визите на юго-запад, хрен знает, куда бы их занесла жизнь. Да, мы потеряли прорву народа, но все они знали, на что шли, беря в руки оружие.

Пожав руки «Буйволу» с «Соколом», я похлопал парней по плечам и в компании Алекс направился в местную гостиницу.

Нет, можно, конечно, жить в бетонном мешке, куда меня доставили после болота, и питаться в общей столовой... Но, черт возьми, после двух лет жизни в Олл-Три совершенно не хочется спать на грубой лавке и жевать безвкусную дрянь из солдатского котла.

Поплутав минут десять по улицам городка, мы вышли к притаившейся у северных ворот двухэтажной гостинице. Вывеска из простой жести обещала сон и еду. Двустворчатые металлические двери, явно скрученные из подземного бункера, были распахнуты, в проеме болталась цветастая тряпка.

Местная забегаловка встретила нас полупустым ярко освещенным залом. Народ, сбившись в кучу, жадно насыщался. По одному взгляду было ясно – перед нами сборная солянка наемников.

Напротив входа расположился бармен, укрывшийся за П-образной стойкой. За плечами робота с невообразимым множеством разнообразных манипуляторов расположились две коробки крупнокалиберных пулеметов.

Алекс сразу же направилась к бармену, я же сперва прикинул выгоду от проведенного рейда. Киборги сбросили мне как общий список, так и конкретно мою часть трофеев.

По итогам рейда лично мне отходила большая часть мелочевки.

Автомат «Вихрь». Кол-во: 12 штук.

Карабин «Хорор». Кол-во: 2 штуки.

Карабин «Раш». Кол-во: 7 штук.

Револьвер «Smith & Wesson 29». Кол-во: 1 штука.

Пистолет 9-мм. Кол-во: 14 штук.

Патроны: 7,62. Кол-во: 753 штуки.

Патроны: 9. Кол-во: 310 штук.

Патроны: 0,44. Кол-во: 21 штука.

Патроны: 5,56. Кол-во: 117 штук.

Ручная граната Ф-1. Кол-во: 14 штук.

Гильзы. Кол-во: 719 штук.

А ведь там осталось самое дорогое - машины. Трофейные пулеметы с джипов упали в карман стрелков. Как раз там на три равных доли выходит.

Подтвердив приказ сбывать подсчитанную добычу, я подсел к Алекс.

— А ты не будешь контролировать цену сбыта? — хмыкнул я, рассматривая поданное роботом меню. — Стейк и пюре.

Бармен принял заказ, тут же захрустел руками, вынимая из-под стойки алюминиевую тарелку, бросил на нее кусок прожаренной говядины, шлепнул пюре, полил все это острым соусом, посыпал мелко нарубленной зеленью.

— Двести десять кредитов, — прохрипел динамик, установленный на месте головы робота.

Оплатив заказ, я взялся за еду. Алекс опрокинула вверх дном очередной стакан виски, и ответила.

— Я уже прикинула стоимость. Отсчитала свою долю. Так что не думаю, что ты меня сможешь обмануть при расчете. Парни, не сомневайся, так же в курсе цен и своего заработка.

Я кивнул, не отвлекаясь от еды.

— С тобой выгодно работать, Каратель, — на выдохе заявила девчонка, обдав меня запахом алкоголя. — Так что я и дальше намерена составлять тебе компанию.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Я пожал плечами, разжевывая жестковатое мясо из местных коров.

Отговаривать ее я не стану. Приставленные ко мне киборги – хорошо, но практика показала, насколько они не совершенны. Так что компания Алекс может оказаться очень кстати. К тому же, она ведь тоже мутант.

— Только ты?

Она выпила еще и, шумно выдохнув, поставила бокал на стойку. По виду не скажешь, что виски на нее подействовал, опять играет в малолетнюю дурочку?

— У парней свои команды, Каратель. Это я одиночка, без отряда. Они вернутся к своим, отдадут двадцать пять процента в казну подразделения...

— Судя по тону, такие налоги тебе не по душе, — усмехнулся я, собирая ложкой остатки соуса.

Алекс улыбнулась, потягиваясь всем телом и широко зевая.

— Да плевать мне на деньги. Все равно я никогда не перестану быть собой, не построю ферму и не обзаведусь семьей. Или ты думаешь, я могла бы выйти за какого-нибудь Джека, настругать с ним детишек, состариться с ними сдохнуть в один день?

Я пожал плечами.

— Да мне все равно, если честно, — признался под ее ожидающим взглядом.

— За это я тебя и люблю! — прижавшись ко мне, она быстро чмокнула меня в щеку. — А теперь будь хорошим мальчиком, отсядь.

Я хмыкнул, но просьбу выполнил. Через минуту от стола гуляющих наемников отделился один, сразу же двинувшийся в сторону девчонки.

Пусть развлекается, подумал я.

Получено 46 213 кредитов на анонимный счет .

А это как раз вовремя. Поманив пальцем бармена, уточнил наличие комнат.

— Свободен номер Люкс на втором этаже. 500 кредитов за сутки пребывания, — прохрипел динамик.

Охренеть тут цены, конечно. С другой стороны, наемников здесь трется много, им нужно куда-то тратить честно нажитое добро. Так что Космопорт не только за их счет обезопасил себя от мутантов и рейдеров, но и хорошенько заработал.

Ведь что такое кредиты? Ничем не подкрепленные цифры на виртуальном сервере. Гарантом у них выступают «Стальные сердца», так что нарисовать таких цифр можно сколько угодно. И пока у руля моя Алиса, я вообще могу не думать о деньгах, как в ситуации со снайперским ружьем.

Вот и получается, Космопорт предоставил наемникам фантики, а те потратили патроны, рискуют жизнями, а фантики отдали обратно в обмен на развлечения и новые походы.

Пока система расчетов держалась на гильзах, существовал физический носитель, имеющий ограниченное количество. Не будь у «Стальных» глобальной сети, переход на кредиты был бы невозможен. Но теперь, внедрив систему сразу по всей Тау Маре, они обезопасили себя от недостатка финансов. Собственно, это одна из причин, почему Альянс проиграл – киборги могли позволить себе любые траты, скупить все имущество у населения, в то время, как Альянс зависел от топлива, гильз и прочих реальных товаров. В общем, революция печатного станка.

И вот, две моих доли с маленького рейда – сорок кусков. Значит, вся группа получила около ста. И эту сумму нужно переварить. Так что цены в Космопорте соответствуют уровню заработка.

— Давай, — кивнул я, подтверждая списание средств.

Получив код от двери в номер, я поднялся наверх. Цифровая панель пискнула, когда я вбил нужный порядок.

Стальная круглая дверь, так же приватизированная с одного из военных объектов, отворилась. Внутри зажегся свет, позволяя рассмотреть содержимое помещения.

Переступив порог, я закрыл люк, изображающий дверь. Оглядевшись, воткнул снайперку в деревянную пирамиду в углу, поставил туда же энергоружье.

Номер был квадратов на двадцать. Широкая кровать, мягкая чистая постель, небольшой платяной шкаф, еще пахнущий свежим лаком. Стол и пара стульев. Ну, и дверь в небольшой санузел с бойлером под потолком.

— Пять звезд, — выдохнул я, снимая броню.

Под душем я провел минут двадцать, наслаждаясь горячей водой и впитывая ощущение чистоты. Выключив воду, вернулся в комнату, шлепая мокрыми ногами по паркету.

На столе обнаружилась пластинка коммуникатора. Можно заказать прямо в номер еду, выпивку и девочек. Ну, или горничную. Все обозначено мелкими пиктограммами, еще раз напоминая, каков на планете уровень грамотности.

Потратив минуту, чтобы натянуть полученную еще в Ксежинске одежду, я растянулся на кровати и прикрыл глаза.

Говорить с Алисой не хотелось. Если она и была в курсе утерянного шлема, это ничего не меняет. Что он был у Паники, что его не было – для меня расклад не изменился.

За стеной послышался скрип тяжелой двери, веселый смех. Жизнь продолжается, несмотря ни на мутантов, ни на скорый визит корпорации.

А ведь в руках Алисы сейчас все наработки «БиоТек», что велись в бункерах. Даже без меня она вполне способна обеспечить выживание колонии, проведя торги с прибывшими кораблями.

Да и самим воякам не с руки зачищать целую планету. Это просто невыгодно. Если терять новобранцев не так уж и страшно, то списание второго по счету флагмана – бьет по карману. И это если явится только он, без обязательного по регламенту сопровождения из двадцати легких истребителей «Корсаров» и сотни штурмовых «Пацифистов». Итого около двухсот пятидесяти миллиардов кредитов, не считая людей на борту. Слить столько денег – никакие адмиральские погоны не спасут. А сливать придется, если захотят вытащить свои разработки, спустившись с орбиты. Либо уничтожать планету вместе с секретами корпорации. Ни в том, ни в другом случае по головке не погладят.

НИ сообщил о входящем вызове, а за стеной начался ритмичный стук кровати. Черт, Алекс киборга там подцепила, что ли?

— Здравствуй, милая, — улыбнулся я маленькой проекции Алисы. — Рад тебя видеть.

Моя женщина довольно улыбнулась, но тут же взяла себя в руки, настроившись на серьезный лад.

— Взаимно. Ты знал, что Мессия выкрал шлем, усиливающий способности контролера?

Я хмыкнул, закидывая руки за голову.

— Я думал, ты давно в курсе. Твой киборг сопровождал группу.

— И погиб там. Ты прекрасно знаешь, я не управляю всеми «Стальными» постоянно. У меня нет таких мощностей, а за границей сети – это тем более невозможно.

Я дождался, когда Алиса закончит, кивнул и демонстративно пожал плечами.

— А что это меняет? Мы и так знали, что Мессия силен. Он круче меня, управляет людьми и мутантами, а киборгов всегда может отключить направленным ЭМИ. Есть у него эта чертова каска, нет ее – нам одинаково будет страшно, мучительно и больно.

— Думаешь, у нас нет шансов? Ты недостаточно силен, как контролер, чтобы противостоять ему в одиночку.

Я кивнул.

— Поэтому со мной отправится Алекс. Вдвоем мы сможем больше, да и закрыть одного я смогу без проблем. Ну, а если не получится – мы всего лишь сдохнем чуть раньше остальных, Алиса.

— Вы не единственные мутанты.

— Но остальных нужно искать, убеждать... И не факт, что они будут на нашей стороне, Алиса. Не забывай, Мессия хочет мира между людьми и мутантами. Потому-то к нему и бегут.

— Я поеду с вами.

— Зачем?

— Хочу лично удостовериться...

— Не надо. Если мы вернемся, значит, все получилось. А если нет – ты лучше подготовишься к войне.

Она поджала губы, неуверенно кивнула.

— Береги себя, милый.

— Ты тоже, дорогая, — улыбнулся я, отключая связь.

Закрыв глаза, я постарался заснуть, но долбежка кровати об стену в соседнем номере не давала расслабиться.

С проклятьем ударив пару раз кулаком по бетону, я прикрикнул на разошедшихся любовников. Я тут, возможно, последний раз с любимой общаюсь, а они мне момент портят!

Встав с кровати, подошел к столу и ткнул пальцем в напитки. Пятнадцать пиктограмм разных бутылок, среди которых я опознал только виски и пиво.

Интересно, девочек тоже по картинкам выбирать? Любопытства ради ткнул в соответствующее меню. Три фотографии в полный рост – блондинка, рыжая и брюнетка. Не густо.

Сделав заказ, подтвердил списание кредитов. Это правильно сделали – никаких дополнительных услуг, пока не оплатишь.

Чтобы не тратить время впустую, поставил нагрудник на столешницу. Очень уж лихо в меня стреляли в последней схватке, надо бы проверить, что все в порядке. Не дело ломать ребра от пары пуль, пусть и тяжелого пулемета. Защитное поле должно гасить энергию практически полностью.

НИ подсветил нужные блоки, я вытащил из наруча набор инструментов. Разъединив защитные панели, обнажил внутренности. В нос сразу ударил запах паленой проводки.

Пока интерфейс перебирал варианты, анализируя повреждения, я пытался понять, какого хрена произошло. Если от небольшой перегрузки у меня будет гореть костюм, надолго его не хватит.

Недостаточно знаний и навыков для замены поврежденных элементов. Отсутствуют необходимые элементы .

Ну, отлично, что я могу сказать? Отправиться в красную зону с нерабочей броней? Запросто!

Выругавшись сквозь зубы, повернулся на деликатный стук в дверь.

Вспомнив про заказанную выпивку, подошел к двери. Ручка на ощупь оказалась удивительно холодной. В голове улеглась ярость, а еще я осознал, что соседи притихли.

Замок щелкнул, я потянул толстую створку на себя и едва успел отскочить в сторону.

Длинная очередь просвистела над ухом, выбивая крошево из бетонной стены, со звоном разлетелось стекло окна, рухнул подкошенный столик.

Всплеск адреналина .

Схватив с пирамиды MSG, отошел в угол и присел на колено.

В висках заколотило от приливов крови, нервы вытянулись в струну.

Выпустив щуп «Подавления», заставил неудачливого убийцу бросить ручной пулемет в комнату. Затем, дергаясь, как марионетка, показался и сам стрелок.

Ну, что я могу сказать?

— Здравствуй, Люк, — хмыкнул я, разглядывая гостя. — Заходи, присаживайся, гостем будешь.

Техник дернулся, будто пытаясь вырваться из пут, но все же подчинился.

Энергия: 213/2 000 .

— Твою мать!

Я едва успел шагнуть вперед, чтобы не навернуться о лежащий посреди лестницы труп. Кровь уже успела подсохнуть на ступеньках. Мне открылся обеденный зал, где на полу в красноречивых позах застыли камрады напавшего на Алекс наемника.

Обломки бармена сверкали электрическими разрядами. Короба пулеметов безвольно свисали с потолка. Похоже, так и не выстрелили ни разу.

— Грейвс взломал систему из комнаты управления с заднего двора. А потом вошел и положил всех, — в ответ на мой невысказанный вопрос сообщил Второй, выдергивая из лица осколки стекла.

Оба киборга вооружены одинаково. Короткоствольные 9-мм пистолеты-пулеметы и по «Вихрю» за спиной. На обоих – металлическая броня, нарезанная не иначе с броневиков, сцепленная кожаными ремнями на манер доисторических доспехов.

Алекс еще не пришла в себя, так что Первый нес ее на руках, не забывая контролировать свою правую сторону, поводя стволом ПП.

Я двигался в центре, за спиной болтался «Рипер». Ремень пришлось воткнуть от MSG. Впрочем, оставлять не обшаренные тела было бы глупо.

Осторожно опустив Алекс на одну из лавок, киборг приступил к мародерке. Второй направился к дверям, беря вход под охрану.

Я подхватил поданный Первым ремень, накинул на MSG, поправил длину.

Снова грохнул мощный взрыв. Я встал у окна, наблюдая за улицей через высыпавшееся окно.

Город медленно укрывался покрывалом дыма и пыли. Густые черные тучи смога перемежались с яркими языками пламени. Вдалеке слышались крики, доносились автоматные очереди. Кто бы ни напал на Космопорт – пока этого было не разобрать.

— А-а-а! — крик появился слева, я тут же направил винтовку на звук.

Из густого облака дыма вывалился худой подросток в окровавленной одежде. Неловко взмахнув руками, он споткнулся и повалился лицом в пыль.

В следующее мгновение из облака выскочила тварь, смахивающая на смесь собаки и таракана. Мне сразу вспомнился бункер, где мы с Алисой откопали Агра.

Мутант настиг жертву, распахнул пасть, раскрыв ее на четыре части. Острое жало вылетело, моментально впиваясь в затылок пацана.

Синий росчерк вспенился, сжигая башку урода, размочалил покрытое хитиновыми наростами тело. Зеленая жижа забрызгала улицу.

— Это что еще за дрянь? — прошептал я, держа туман под прицелом.

Снова грохнуло вдалеке. Выстрелы постепенно затихали. Космопорт сдавался быстро.

— Уходим! — скомандовал Первый, взваливая спящую на спину.

Пока ждали, он соорудил переноску из оружейных ремней, теперь Алекс болталась у него за спиной, крепко привязанная к элементам брони.

Обнаружен многочисленный противник. Расстояние: 314 метров.

Второй выпустил короткую очередь, отступил внутрь и ударил ногой по крупной красной кнопке аварийной блокировки.

Створки ударили друг в друга, с потолка посыпалась пыль.

— Окна! — рявкнул киборг, вставая рядом со мной.

Туман из пыли и гари подступал все ближе. Сквозь завесу проступало месиво красных контуров. Мы одновременно выпустили по очереди в надвигающуюся лавину и отскочили назад.

Толстые стальные плиты перекрыли оконные проемы, отрезав волну мутантов.

— Наверх, быстро! — распорядился Первый из-за стойки бара. — Баррикадируем все щели!

Снаружи ударили в двери. Створки вздрогнули, но устояли. Громкие щелчки и скрипы раздавались со всех сторон.

Гостиница окружена.

Мы снова поднялись по лестнице. Сквозь распахнутые двери было видно, что и здесь окна закрыты стальными плитами.

Быстро миновав пустой коридор, вошли ко мне и заблокировали дверь.

Связь с глобальной сетью Тау Мары потеряна. Радиосвязь потеряна.

— Отрезали, — подтвердил вердикт Второй, забивая магазин патронами.

Первый опустил Алекс на кровать и бросил сумку с трофеями рядом. Я тихо присвистнул. Киборг с трупов разве что белье не снял.

— Семь автоматов, три дробовика, восемь гранат, четыре пистолета, пять винтовок, магазины и патроны, — прокомментировал он, кивая на добычу.

— Забыл про ручной пулемет, — Второй пнул наследство Грейвса, так и валяющееся на полу.

Я шумно выдохнул. События на первом этаже не заняли и десяти минут, а меня трясло от усталости, будто всю ночь тяжести таскал.

Энергия: 114/2 000.

 В теории мы можем держать оборону несколько суток. Внизу есть пищевой автомат, у нас есть оружие и патроны. На практике – стоит заявиться одному разумному, и нас выкурят плотным огнем с трофейных пушек.

— Как вас звать-то? — опустившись на уцелевший стул, поинтересовался я.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Вик, — представился Первый.

— А я Стоун.

Кивнув, я прикрыл глаза. Шелест снаружи нарастал. Твари лезли наверх, строя живую пирамиду.

— Что с выходом на крышу?

Если мутанты заберутся поверху, нас просто задавят массой. Впрочем, ответ Вика меня немного успокоил.

— Не предусмотрен. Здание ставили после вируса, на крышу вертолет уже не посадишь.

— Гостиница полностью автономна, — поддержал его Стоун, вытягивая из уха длинный узкий кусок стекла.

Лицо киборга теперь выглядело так, будто его пару раз приложили к шлифовальному камню. Обрывки синтетической кожи свисали лоскутами, обнажив металлический каркас. Правый искусственный зрачок слабо светился алым.

— А как Грейвс отключил турели, нам-то двери не откроют? — уточнил я.

— Система управляется изнутри. Каждый дом в Космопорте – маленькое убежище. Здесь изначально готовились к подобному вторжению.

Я хмыкнул, поднимаясь на ноги.

— Значит так, Стоун, идешь вниз. Тащи всю еду, что сможешь найти. Я почти на пределе, а ждать нельзя.

— Хочешь поиграть в Моисея, раздвинув море мутантов? — чиркая зажигалкой, уточнил Вик.

Подкурив, он оставил сигарету в зубах и встал у двери. Стоун щелкнул замком. Два дула уставились в коридор, киборги выскользнули наружу.

Я остался в комнате, быстро проверил состояние окна, и снял шлем.

Шелест мутантов сменился странным гулом. Словно по живой пирамиде ехал тяжелый броневик. Звук совсем не походил на то, как мог бы рычать живой организм. Или их уже так много, что волны не проходят?

Представив армию тараканов вроде того, что замочил пацана внизу, я передернул плечами от омерзения. Помнится, те муравьи-переростки плевались кислотой. Выдержит ли ее сталь и бетон? Сомневаюсь.

Приложив ухо к холодной стали, я прикрыл глаза. Топот лап стал громче, я смог вычленить несколько сотен отдельных особей, хрустящих под ногами собратьев.

Но даже там, где с писком мутанты превращались в кашу, уродов хватало, чтобы новые заняли их место.

Снова грохнуло, стены вздрогнули. Кто-то еще отбивается, или это спрятавшихся выкуривают?

Хреново не видеть всей картины. Как же чертов НИ сейчас помог бы, но нет, проклятая машина глючит и тупит, сгорание в бункере Очкарика не прошло для него даром.

Энергия: 112/2 000 .

Ну да, раны от стекла – не слишком полезно для организма. Хорошо хоть рукой прикрыться успел, сейчас бы был со Стоуном как брат-близнец.

И ведь помощи ждать неоткуда. До ближайшего поста «Стальных» черт знает сколько километров. Когда они прибудут на выручку, здесь уже и спасать-то будет некого.

Слабость постепенно сменилась сонливостью, еще минут пять, и лягу прямо здесь. Черт, падаю в обмороки, как монашка при виде голого мужика.

Отойдя к кровати, скинул тяжелую сумку на пол.

— Батарейка села? — осведомился Вик, не отвлекаясь от просмотра коридора.

— Да, скоро вернусь, — ответил я слабым шепотом.

Толкнув бесчувственную Алекс к стене, упал рядом, отключившись раньше, чем голова коснулась подушки.

Проснулся я рывком, полный сил и готовый к бою. Быстро окинув взглядом комнату, отпустил энергоружье, с которым спал в обнимку.

Оба киборга сидели на полу. Вик приспособил пустую банку кофе под пепельницу, уже забитую до верха. Очередная сигарета дымилась во рту бойца. Стоун перебирал трофейный автомат, расслаблено привалившись спиной к стене. Из-за открытой перегородки санузла вместе с шумом льющейся воды слышалось пение Алекс. Чего она дверь-то не закрыла?

Заметив составленные в четком порядке алюминиевые банки, я ощутил, как взвыл, требуя немедленной кормежки желудок.

— Шесть часов утра, — сообщил Стоун, оторвавшись от своего занятия. — Любишь же ты поспать!

— Что я пропустил? — схватив брошенную Виком банку, спросил я.

— Мутанты затихли, в городе тишина, периодически ревет сирена. Связи по-прежнему нет, — отчитался киборг, туша сигарету. — У меня кончается курево. А твоя подруга скоро оставит нас без воды.

— Канализации автономной нет, — кивком подтвердил Стоун. — В подвале расположены трубы, врезанные в общую систему города. Но, подозреваю, очень скоро ее перекроют.

Воспользовавшись крышкой в качестве ложки, я быстро съел банку тушеной говядины местного приготовления.

Энергия: 1 762/2 000 .

Поставив пустую банку на пол, я скинул броню. После специально созданного костюма таскать обычную одежду под неисправной броней, да еще и спать в ней – то еще удовольствие.

Собственно, далеко идти нам не пришлось. Контролер, ответственный за блокаду выживших, расположился буквально в паре метров за воротами. Мутанты не разбивали лагерь, но искомый мутант расположился с достаточным комфортом – на походном матрасе в окружении нескольких собак-тараканов.

Сопровождавшие нас гиганты сдали нас с рук на руки сидящему в позе лотоса мутанту. Мы с Алекс переглянулись, ожидая начала разговора. Девчонка пожала плечами, видя не высказанный мной вопрос.

А спросить я хотел о многом. Например, была ли эта помесь лягушки и гуманоида когда-либо человеком вообще.

Зеленая тварь без глаз и с огромной пастью на всю голову, покрытая панцирем, скрывающим мягкое волокнистое бледное мясо. Костяные наросты, заменяющие существу кожу, напоминали скорее доспехи, чем реально живую часть тела. Но нет, я прекрасно рассмотрел ведущие к броне волокна бледных тканей. Вместо ушей – дыры в голове. Человека контролер напоминал лишь условно. У него даже пальцев на руках было всего три, и между ними протянулись прозрачные перепонки. Одним словом – урод уродом.

Стая тараканов расступилась, организуя небольшой коридор между нами. Кивнув девчонке, я прошел вперед, слыша потрескивание и щелчки, издаваемые охраной контролера. Не сводя взгляда со ставленника Мессии, я подумал, что как-то все просто и спокойно – у меня ведь даже не отобрали оружие.

И ладно бы, гиганты мне доверяют, но ведь эта жаба меня как-то видит, раз заставила тараканов разбежаться. Настолько уверен в своих силах, что не боится ружья у меня в руках?

— Рад встрече, — голос прозвучал в голове, словно мы с ним по сети болтаем. — Мессия предупреждал, что ты можешь оказаться в этом городе.

Защита от ментального подавления:1,4.

— Ты нем? — уточнил я.

А ведь НИ обещал, что останутся только сеть и радио. Но нет, смотри-ка, нейронные связи продолжает помечать. Или он настолько плох, что даже перейти в спящий режим не может нормально?

— Нам нет нужды общаться вслух. Я прекрасно владею собой, чтобы поддерживать контроль над всем Космопортом. Диалог с другим контролером – не такая уж сложная задача.

Я прикинул примерное расстояние от ставки мутантов до северных ворот. Охренительное, надо сказать, расстояние выходит. Мне до такого еще расти и расти, а этот вон, сидит в позе лотоса, и в ус не дует. Буддист хренов.

— Понимаю твое негодование. Все приходит с опытом. Мессия дал нам возможность развиваться, мы учимся каждую минуту бодрствования...

— Я хочу, чтобы ты отпустил людей, — сообщил я, представив, как наши головы соединяет прямой провод.

Он завис на секунду. Я же положил руку на пояс, медленно подбираясь к висящему на плече ружью. Стоит дернуться, пушка ляжет в ладони, а там останется только курок спустить, чтобы ему башку разнесло в туман.

— Мы торгуемся? — в голосе прозвучало удивление. — Что ты можешь предложить?

Я пожал плечами.

— Твою жизнь, например.

— Ты не сможешь со мной справиться, — совершенно спокойно ответил мутант, даже приоткрыв огромный рот, изображая усмешку. — А если и сможешь, только представь, что случится с моей стаей за стенами Космопорта, когда они потеряют хозяина?

Настал мой черед смеяться.

— Их перебьют. По дороге сюда мы уже встретили пару таких стай, как ты говоришь. Твои тараканы, конечно, опасны, но без контролера под боком это просто тараканы.

— Ты о гончих? — он снова приоткрыл пасть, и я разглядел заменяющую зубы пластину. — Да, люди упорно видят в них насекомых. В их генной структуре действительно такая есть часть, взятая Мессией из базы данных. Но ты не прав, в городе сейчас не только они.

— И если бы твои мутанты могли выкурить людей из убежищ, не стали бы дожидаться, пока это сделает радиация, — отозвался я. — Ведь таков план – посидеть да подождать, пока город не вымрет сам, верно? И это при том, что ваш Мессия призывает к миру во всем мире.

Контролер снова завис на несколько секунд.

— Нападение на город было следствием ошибки, — внезапно признался он. — Люди, входящие в состав моей армии, решили напасть на город. Передовой отряд столкнулся с сопротивлением. Им удалось убежать по ущелью, но потом мы нашли их сожженные машины.

Так вот, как все было на самом деле? Передовой отряд мы добили, возвращаясь с места встречи с Люком Грейвсом. Выходит, рейдеры начали заварушку, мы вмешались, а теперь по этой причине Космопорт лежит в руинах, заваленный трупами. Глупость какая.

— Тогда зачем тебе армия, если вы не собирались нападать?

— Защита. Мессия учит, хочешь мира – готовься к войне. Киборги не желают перемирия, отправляют за нами все новые и новые отряды. Мы вынуждены защищаться.

— И, по-твоему, вырезать целый город – это защита?

— Защита, — он даже головой кивнул. — Киборги не оставляют нам выбора. Мы зовем всех присоединиться к нам, но вместо этого они приходят в наши дома, чтобы убивать. Единственный разумный выход – уничтожить агрессора. Устранив угрозу в виде киборгов, мы сможем построить общество, основанное на равенство мутантов и людей. Киборги – не живые, им нет места среди нас.

А ведь он действительно в это верит. Не знаю, как другие, но я не первый раз встречаю разумного мутанта. И, похоже, Паника действительно стал пророком для тех, кто сумел сохранить зачатки сознания.

Или же приобрел его после воздействия вируса и радиации, подумал я, разглядывая контролера передо мной.

— Мессия ждет тебя. Не здесь и не сейчас. Говорил, возможно, ты будешь в Космопорте.

— Зачем я вам нужен?

Раз он хочет больше доводов заснятие блокады, стоит выяснить, чего им надо. В конце концов, люди все равно сидят по убежищам, лишние полчаса роли не сыграют. До момента, когда зараженная вода пойдет в частные резервуары еще несколько дней. Конечно, если выжившие не устроят там у себя бассейнов.

И потом, я только что, буквально мимоходом, выяснил крайне важный момент. Мессия раздобыл не только инфу по вирусу, но и целенаправленно генерирует монстров. Так появились гончие-тараканы.

Очевидно, в нем говорит уцелевшая часть Очкарика, доставшаяся нам всем по прибытии в наследство.

— Ты – некстген, — объявил контролер, прервав мой поток размышлений. — Мессия говорит, в тебе сокрыта наша надежда на будущее. Человек и мутант, контролер и бессмертный. Единственный в своем роде.

— Зачем ему такой, как я?

— Выживание нового вида. Мы, созданные вирусом «ТМ-13», потеряли возможность размножаться. Дети-мутанты рождаются у людей. В тебе скрыт ключ, чтобы снять запрет.

Я скривился, на мгновение представив процесс размножения пары гнилых зомби. Некрофилия в действии!

— Бессмертные неразумны, но мы можем ими управлять. Часть из нас родилась людьми. Скажи мне, каким ты видишь тело перед собой?

Я хмыкнул. Не думаю, что мой ответ его сильно обидит.

— Смесь человека и лягушки.

— Я ослеп, когда мне было 17. Это случилось три года назад. Потом тело изменилось, из человека я превратился в это. Я все еще меняюсь. Мессия сказал, в итоге стану моллюском.

А ведь и правда! Похож, черт возьми!

— И как тебе поможет моя встреча с Паникой... То есть, Мессией?

— Сыворотка. Управляемая мутация. Сейчас вирус искажает нашу форму, многие теряют рассудок. Ты получил финальную модификацию. Идеальный мутант с обликом человека.

— Если бы у тебя были глаза, ты бы понял, насколько не прав, — не слишком весело рассмеялся я. — Получив в наследство ваш идеальный вирус, я сгорел заживо. И теперь застыл в виде человека, которого окунули в нефть, а потом подожгли.

— Я вижу, — он поднял руку и ткнул в мою сторону пальцем. — Вижу через твои ощущения, твоими нервами. Скажи, кто из нас больший урод?

Меня буквально накрыло волной горя и отчаянья. Я на своей шкуре ощутил, как он себя чувствует.

А потом пришло запоздалое понимание. Передо мной сидит практически мой ровесник. И он стал таким за три года?

Алиса, Винстон, Очкарик. Все твердили одно: воздействие продолжается. Да, ниггер разработал вакцину отката. Но в конечном итоге на Тау Маре не останется людей!

— Откуда ты родом? — спросил я, усилием сбрасывая чужие эмоции.

— Я родился неподалеку от станции Арнет. Это далеко на запад.

Я кивнул, разглядывая карту на визоре. И впрямь занесло его далековато. Земли, подконтрольные рейнджерам. Там уродов истребляют. Но как это поможет, если с каждым на планете может случиться то же самое, что и с этим парнем?

— Меня зовут Кир, — произнес он. — Когда я родился, единственный, кто знал обо мне правду, вывез из деревни, где меня родила мать. Ты его знаешь, он привозил нам лекарства. Винстон. Его зовут Винстон.

— Что стало с матерью?

— Умерла при родах. Не было врача, так сказал доктор.

— Какие лекарства он вам возил, и почему...

— Тебе есть до этого дело? Я чувствую твое... Раскаяние. Винстон мертв.

Не спрашивал, он утверждал. Что ж, вот и еще одна тайна ниггера раскрыта, снабжал Мессию лекарствами. А раскаяние... Мне жаль, что такие, как этот Кир обречены, но...

— Мы долго будем тут торчать?! — возглас Алекс вырвал меня из диалога.

Тряхнув головой, я с удивлением обнаружил, что прошло несколько часов с начала беседы, а мой уровень Энергии заполнился под завязку.

— Кир, если ты снимешь блокаду с Космопорта, и дашь людям свободно уйти, я пойду с тобой добровольно. Приведешь меня в руки Мессии, может, тебе достанется лишняя порция лекарства.

За спиной хмыкнула стрелок.

— Ну и, разумеется, Алекс тоже не тронешь.

Контролер повел головой, затем немного раскачался и, уперев руки в землю, отшагнул. До меня дошло, что ноги у парня не поджаты, они просто скручены и кончаются чуть дальше коленей.

Путешествовать в обществе мутантов было... Никак. На вторые сутки пути я уже не видел в них отличий от обычных людей.

Да, гигант занимал много места, вместо слов чаще выдавал глухое рычание, напоминая ходячую турбину на реактивном топливе, а Кир не мог обслуживать себя сам, как уродливая кукла болтался на плечах здоровяка. Но, если прикрыть глаза на их внешний вид, чем они будут отличаться от обыкновенного инвалида и его прислуги? Ничем.

Не меньше удивляли и земли, по которым ехал наш джип. На третью ночь мы оставили его в одном из гаражей когда-то заброшенного, а теперь практически восстановленного разумными мутантами фермерского хозяйства. Гигант гнал уверенно – сказывалось знание местности – так что, когда к вечеру мы выскочили в обжитые места, оказалось, что наши колеса отмахали на несколько сотен километров дальше, чем мы с отрядом за все время езды в броневике.

Широкие темные квадраты полей были подготовлены к приближающейся зиме. В боксах перебиралась по винтикам сельскохозяйственная техника. А в жилых корпусах хозяйничали женщины, украшая стены и полы рукодельными изделиями. В общественной столовой – как понял, здесь было нечто вроде коммуны – одуряющее пахло вкусной домашней едой.

Местные никак не походили на безумную армию не менее безумного гения. К нам с Алекс отнеслись достаточно равнодушно, никакого презрения или попыток вызвать агрессию. Впрочем, мы далеко не первые люди, кто прибыл на территорию Мессии. При этом, однако, мне вспомнилась ферма, встретившаяся мне с Алисой по дороге к источнику заражения. Там уровень ксенофобии зашкаливал, впрочем, и «Стальные» тогда старались мутантов истреблять...

Зато Кира здесь встречали, как дорогого гостя. Видимо, я настолько привык к собственной исключительности, что при виде того, с каким почтением встречают облезлые мутанты ходячего моллюска, мне стало несколько неловко. Пожалуй, это был первый раз, когда подобное уважение местным внушал абориген.

— Ну, наконец-то вы вернулись! — работница кухни в сером переднике улыбнулась, увидев гиганта, вносящего Кира на плечах. — Все поспокойнее будет, а то полыхало там что-то.

От ее улыбки хотелось передернуться – пустые, ничего не выражающие глаза никак не располагали к приятному впечатлению. А трехпалая левая рука, кончающаяся у локтя, заставляла нервно сглотнуть. Кажется, теперь я знаю, кто будет сниться мне в кошмарах.

— Космопорт полыхал, — сообщил я, замечая, что никаких особых переживаний у нее это не вызвало.

Погибли мирные жители? Плевать, главное, что бедненький Кир не пострадал и теперь защитит ферму от опасности. С другой стороны, Космопорт и не назовешь мирным городком – форпост жил за счет охотников на мутантов и рейдеров. Так что к чему-то подобному там наверняка были готовы давно если не технически, так морально.

— Садитесь, — махнула кухарка на стол у входа. — Сейчас подам вам похлебку, еще горячая.

Слепой немощный контролер был усажен в мягкое кресло-качалку, перед ним поставили отдельный стол. И парень прекрасно справлялся с едой без посторонней помощи. Впрочем, подозреваю, как и у большинства слепых, остальные его чувства обострены до предела, и в глазах совершенно нет нужды, это не ноги.

— А ваши-то уже уехали, — сообщила женщина, подливая в миску Киру жирного супа. — Говорят, Мессия всех на Сити поведет. Хорошо, что вы с нами остались, хоть кто-то прикроет.

Я весь обратился в слух, сверяясь с картой. Если Паника двинулся в сторону Сити, ему придется делать крюк вдоль побережья, не поведет же он армию через территорию киборгов? Нет, понятно, удача на стороне крупных армий. Но одно дело – взять оторванный от основных сил Космопорт или захватить никому не нужное болото. Совсем иначе будет, если мутанты полезут к готовым к атаке войскам.

Опять же, город разрушен, пока выжившие поймут, что враг ушел, армия мутантов уже продвинется намного дальше. И беженцам Космопорта придется либо соваться в болото, либо идти по уже захваченной земле. И я даже не знаю, что будет для них менее простым способом самоубийства. Несмотря на заверения контролера, ни капли не верю в миролюбие Паники. Уж больно методы у него далеки от пацифистских. Да и исполнители под стать, стоит вспомнить одних только рейдеров.

Отправив в рот последнюю ложку супа, я прожевал тающее во рту мясо. Рядом спокойно дремала Алекс, подложив куртку под голову. Сдав контролера женщинам, гигант умчался по своим делам. Так что здесь нас всего четверо, включая ухаживающую за Киром женщину. За небольшим окном уже стемнело, ветер принес запах осенней листвы с примесью неуничтожимых деревенских ароматов.

Поблагодарив за ужин, я встал из-за стола и вышел. Налетевший ветер тут же швырнул мне в лицо пригоршню поднятой пыли. А сойдя с лестницы, я раздавил оставленное одним из стада местных волов дерьмо.

— Да твою ж ты мать, — обтирая сапог о ступеньку, пробормотал я.

Мутанты, похоже, инфекций совсем не боялись. Вся земля вокруг каменных строений коммуны была покрыта слоем засохших лепешек – практически неизбежность в условиях фермерской жизни. Или это они так землю удобряют на следующий сезон?

Двинувшись к боксам гаражей, я внимательно осматривался.

Не похоже, что кто-то здесь планировал срываться с места в ближайшие годы. На карте киборгов ферма помечена как «Развалины». А я бы сказал, что здесь уже лет десять живут – за полями ухаживали, опять же, где-то раздобыли технику и животных. Это не делается за день. Черт, да тут на одну только обработку почвы ушло бы не менее недели!

Автопарк, кстати, впечатлял. Сошедший с конвейера новодел. Относительно, разумеется. От одного трактора только остов остался, но не похоже, что он здесь давно. Готов поспорить, его не для простого техобслуживания разобрали.

— Чего вынюхиваешь?

Засмотревшись на машину, я и не заметил, как ко мне сзади подобрался бессмертный, держащий в руках короткий обрез. Вид у мужика был жуткий. Правая половина лица давно исчезла, обнажив кости и мышцы внутри черепа, левая то ли от возраста. То ли от вируса почти полностью покрылась глубокими морщинами. Один глаз нервно дергался из стороны в сторону, второй потерял цвет радужки. При этом остальное тело, судя по комбинезону, механика, сохранилось нормально. Ну, насколько я мог судить.

Ствол у него в руках не вызывал опасения. Вред он, разумеется, причинит, но раз сразу стрелять в меня сразу не стали, то и дальше должно продолжиться в том же духе. Фермеры, как любые оседлые люди, по идее, не слишком воинственны. Да, это Тау Мара, и здесь практически каждый ребенок едва ли не с рождения учится убивать ближнего. Но я все-таки гость Мессии...

— Да так, вышел перед сном воздухом подышать, — пожав плечами, ответил я. — А знака «Осторожно, злой механик» что-то никто поставить не удосужился.

Забавно, когда я только высадился – за одну только подобную угрозу был готов стрелять направо и налево. А тут, похоже, размяк. Гибкая у меня все же психика – раз это мирные фермеры, значит, и убивать тут некого.

Нет, однозначно прав был старый Каратель из видения – во что я, мать его, превратился?! Жизнь в Олл-Три сделала меня чрезмерно лояльным к мирным жителям? А как же Упырь? Его тоже надо было пожалеть? Я ведь на самом деле после разговора с Киром стал раскаиваться в смерти Винстона, но ублюдок ее заслуживал однозначно, черт возьми. Здесь не может быть других мнений – хренов доктор заслуживал смерть.

Он запрокинул голову и заржал. Из-за отсутствия части мышц и кожи, звук выходил похожим на механический свист. Рука с обрезом опустилась, ствол уперся мутанту в бедро, но пальца с курка мужик не убрал. На миг у меня даже мелькнула мысль, что он и рожу-то себе сам снес, вот так безалаберно относясь к смертельно опасному оружию.

— Ну, ты даешь, парень! — всхрюкивая дырой в щеке, мутант отер тылом ладони несуществующие слезы. — Рассмешил старика.

Одно резкое движение, и обрез уперся мне в грудь.

— Проваливай давай отсюда, шутник, — резко став серьезным, заявил механик. — Знаешь, чем я патроны набил?

Я хмыкнул.

— Дай угадаю, собственное лицо?

— А наглости тебе, как посмотрю, не занимать, гладкокожий, — процедил он.

Я откинул забрало шлема и раскрыл маску. У меня возникла мысль, что старым механик называет себя не просто так. Есть в пожилых людях какая-то общая черта. Он может выглядеть молодо, но какие-то мимолетные интонации, сама манера речи – только послушай его пару минут, и сразу поймешь, перед тобой действительно старик.

— Ого, черт возьми! — выругался мутант, отстраняясь. — Ты откуда такой некрасивый?

Обрез снова опустился.

— Из пекла я, отец, из пекла. Обучил одного слишком умного ублюдка хорошим манерам.

— Судя по твоей роже, ему вообще не сладко пришлось, а? — и он снова довольно засмеялся. — Ладно, вижу ты парень нормальный. А мне как раз лишняя пара рук не помешает, поможешь старику.

Отвернувшись, он двинулся в бокс к разобранному трактору. Или что это была за машина?

Небрежно бросив обрез на стол с инструментами, механик достал из стоящего под остовом агрегата ящика древнюю маску сварщика. Напялив шлем, дед ударил рукой об руку.

— Ну, чего встал? — проворчал он. — Первый раз универсальный комбайн голым видишь?

— Первый. Отец как-то больше по стрельбе да рыбалке был, — признался я, откладывая ружье в сторону. — Механикой он не особо увлекался.

— Ха! А ведь я всегда знал, мельчает молодежь. В мое время тоже все старались хренью заниматься. Все эти виртуальные игры, бабы да цифровые наркотики. И вот, посмотри, — окинув рукой вокруг, проворчал он, — к чему это привело!

Он включил генератор, сразу же загудел трансформатор, спрятанный где-то за скелетом машины.

— Людей в уродов превратили, ресурсы просрали. А вместо помощи даже бомбы постеснялись сбросить! Тьфу! Сучьи потроха! Да у меня в пеленках больше яиц было, чем у этих ссыкунов из корпорации!

Я невольно улыбнулся. Подхватив по знаку механика лист металла толщиной сантиметров двадцати, воткнул его в паз на каркасе. Ясно, это будет будка пилота.

Перекрикивая шум сварки, дед продолжил распинать функционеров «БиоТек».

— Ублюдки в штаны наделали, как только тут все началось. Не поверишь, сынок, помню, как носились они по улицам с сиренами, чтоб их к бункерам пропустили. Народ-то тоже не сразу сообразил, что произошло. А потом этих тварей из «БиоТек» прямо на улице убивали. Тех, кто не спрятался, естественно.

Перед глазами так и предстала картина. Обреченные люди рвут людей в деловых костюмах на части.

— У меня дочка сгорела с внуками. Вместе с такой же фермой, — он потушил аппарат и всхлипнул. — В городах хаос, люди замертво падают... Повсюду кровь и трупы. Машины побросали кто как. Я к дочке поспешил, да какой-то псих на меня бросился с ножом. Я думал, сдохну, половину лица-то так на тротуаре и оставил.

Он горестно вздохнул.

— Тогда думал, лучше бы сдох, сынок. Обмотался я тряпками, пошел пешком – машины все побиты, а кто уцелел – стоят в пробке. Да и какая машина нахрен? Я ж не соображал нихера от боли. Дошел до фермы через три дня, а там один пепел. И на фоне дома – четыре силуэта. Дочка и трое внуков... Все, что от них осталось – тени на камне.

Он прервался, проверяя получившийся шов. Наконец, указал мне на следующую часть. Я молча повиновался, погруженный в рассказ старика.

Как-то не возникало у меня мысли, каково это было – выжить там, где миллионы других умирают. Идти по улице, заваленной трупами, где падает замертво практически каждый. Придти домой, и застать родных мертвыми. И ничего не мочь с этим поделать.

— А я что, мне тогда уже пятьдесят четыре стукнуло. Думал, обеспечу дочку, муж-то у нее мудак был. Настрогал детишек и свалил нахер с планеты. Надеюсь, он сдох от какой-нибудь неведомой болячки...

Дед с силой сжал пальцы, помогая мне попасть в паз. Плита встала на место, на ней остались следы от хватки мутанта.

— А потом пришли киборги. Все, как в старых дерьмовых фильмах – плен, пытки, убийства. Кого вирус с радиацией не грохнули, так эти ублюдки отлавливали и расстреливали. И зомби эти, дикие мутанты... Тьфу! Сперва только люди превращались, потом трупы оживать начали. Армагеддон, мать его!

Я продолжал молчать, наблюдая через стекло визора, как механик мастерски варит очередной шов.

— Я тогда собрал пожитки, какие мог, достал ружье соседское... Несколько лет шарахался, людей нормальных искал. Столько говна наружу полезло. Знал бы ты, сынок, как тогда нам жилось – нынешняя Тау Мара просто долбаный нахер Рай, – он сплюнул на пол, и тут же растер ботинком. — Давай вон тот кусок, который слева стоит.

Я подобрал требуемый лист и хмыкнул. На будущем основании будки красовался кусок черепа – явно трофейное наследие стрелков. Они любят такие себе рисовать, у Алекс до сих пор на куртке есть, только выцвел и стерся.

Хотя кому какая нахрен разница, подумал я, приставляя лист над первым куском. Дед снова зажег аппарат и взялся за работу.

— А ты вообще знаешь, откуда эти стрелки? — спросил он, закончив и тыча в рисунок пальцем. — Это банда была. Наркота, шлюхи, похищения. По всей Тау Маре за ними гонялись. Отстреливали без суда и следствия. А когда все началось, и дерьмо полезло из всех щелей, они целый город захватили. Кто выжил, тех в рабство.

— Но сейчас...

Механик отмахнулся.

— А теперь они прислуживают киборгам, которые не так давно перестали на живых охотиться и убивать нас, — зарычал старик. — Как были ублюдками, так и остались. Подай-ка мне вон ту кувалду.

Я обхватил пальцами ручку. На вес килограмм шестьдесят, дед совсем не так прост, каким хочет казаться. Без помощи со стороны костюма, я бы так легко этой дурой не ворочал. Передав инструмент, отошел, не желая попасть под удар здоровенного молотка. Таким, наверное, даже меня в костюме убить можно.

Да уж. Если и будут Алиса с Мессией сидеть за столом переговоров, общий язык найти будет сложно. Слишком много взаимной ненависти за плечами у обоих. Тут ничего просто не решишь. Будь я тупым оптимистом, верил бы, что получится сладить вместе, во всеоружии встретить «БиоТек». А на деле – в любом случае нас ждет еще одна война. Пока не останется только одной стороны.

Да и о каком мире может быть речь?

Завизжал, сдирая жесткой щеткой краску с металла, шлифовщик. Я бросил взгляд на механика, с максимальным вниманием следящим за процессом.

Этому деду больше трехсот пятидесяти лет. А сколько их таких по всей планете? И я должен решить их судьбу? Не много ли я на себя взял. А Паника? Мы пришли в этот устоявшийся мир и развязываем очередную войну, которая оставит колонию совершенно обескровленной. И что будет, когда явится корпорация?

А она явится. Просрав один флагман, «БиоТек» уже не отступит. Мы спали 30 лет полета, но никто не говорил, что изначально сюда собирались. Флагман мог курсировать на патруле, экономя ресурсы на спящих бойцах.

Да, Тау Мара в жопе вселенной, но это не значит, что сил корпорации поблизости нет. Тот же «Святой Иосиф» вообще никогда носа не показывал в Солнечную систему. И таких кораблей по всему космосу – тысячи.

Так что с «БиоТек» все кристально ясно – для подавления возможной агрессии, на орбиту прибудет флотилия. И, объективно, шансов противостоять ей у нас никаких.

Да мы даже связь нормально наладить не сможем без Алисы. А без Мессии нам просто нечего будет выставить в ответ на их силу.

И что увидят спустившиеся с орбиты солдаты? Толпу тупых зомби, не способных оказать должного сопротивления. Я не забыл, с какой легкостью подыхали дикие бессмертные там, в красной зоне. Это я один их убивал пачками, а если таких, как я, будет сотня? Тысяча?

Вояка отстрелял последний запас ПВО, встречая нас. Так что в любую минуту с неба могут посыпаться десантные капсулы. И на их пути не появится ничего и никого, кто смог бы задержать вторжение.

Тяжелая кувалда с оглушительным лязгом ударила по металлу, сбивая шлак с будущего трактора, и я растерянно уставился на бетонный потолок, ожидая увидеть падающий с неба десант «БиоТек».

— Ты чего там? — заворчал дед, подозрительно оглядывая меня.

— Я только что понял, что мне нужно спешить. Спасибо за ваш рассказ.

Он хмуро кивнул и вернулся к работе. Не нужна старому мутанту никакая помощь, вот компания – другое дело.

Расстояние до столовой я прошел за минуту, хотя к боксам топал хорошо если не десять.

Взлетев по ступенькам, толкнул дверь в помещение. Створка с грохотом ударилась об стену, заставив спящую девчонку подскочить, слепо шаря в поисках оружия.

Кир медленно повернул голову, кажется, контролер прочел мои мысли раньше, чем я сам их сформулировал.

— Проняло? — прозвучал в моей голове голос мутанта.

— Нельзя терять время, Кир. Где сейчас Паника?

Алекс потерла кулаками глаза, как маленькая девочка.

— Что, уже пора? — сонно зевнула стрелок. — Обязательно так орать?

Я на нее даже головы не повернул.

— Паника здесь.

Перед глазами появилась карта местности. Кир не просто перехватил надо мной контроль, он запросто управлялся с броней, извлек из оперативной памяти процессора карту, моментально внес пометки лагерей Мессии, прочертил путь движения армии.

И скопировал точно такие же данные со стороны «Стальных сердец». Все, конец войне. Зная маршруты киборгов, расположение гарнизонов и слепые окна патрулей, Паника проведет свою армию у киборгов под самым носом.

Конечная точка маршрута пылала красным, так и маня взгляд. Хотя Кир и зажег зеленый квадрат примерно в дне пути от фермы, я возвращался к месту нашей посадки.

За всей этой беготней, охотой на мутантов и поисков, я совершенно упустил один серьезный факт.

Мессия ведет армию туда, откуда сам явился на Тау Мару, не без причины. Паника явно знает больше, чем мы. Или хотя бы я.

По позвоночнику прошлась ледяная рука запоздалого страха. А кто сказал, что «БиоТек» еще не прилетел? И при таком раскладе все становится на места.

Киборги за эти 5 лет вскрыли все бункеры, но при этом Паника забрал шлем из уже однажды зачищенной лаборатории. Кто провел работу над ним? Кто изобрел, кто собрал? Мессия занимается штамповкой гончих. Откуда у него аппаратура? Кто объяснил и показал, как нужно действовать? Где он это делает? Знаний обычного рядового для подобного недостаточно, уж я-то знаю. Вывод – кто-то создал условия, воспользовавшись которыми, Мессия породил новый вид мутантов, специально выращенных так, чтобы управляться с ними могли только контролеры.

У Альянса всплыло новейшее энергоружье. Откуда оно взялось при условии, что никто здесь произвести его не мог? Да, окрыленный успехом, я решил, его отдал на изучение кто-то из моего взвода... Но ведь кроме меня и Паники выживание остальных не подтверждено. Вывод – кто-то снабжает мутантов и рейдеров оружием, которого нет на Тау Маре.

Очкарик последовательно привел меня к состоянию, в котором моя кровь может определенным образом откатывать мутацию. Откуда Паника это знает? Как он в этом разобрался? Да, я думал, ему подсказывает выжившая копия местного гения, но Алиса же не стала такой, как Паника! Вывод – кто-то обработал данные исследовательского ИИ, проанализировал выкладки, и пришел к выводу.

Я глубоко вздохнул, чувствуя, какой тяжелой становится броня.

Если свести все к одному, становится ясно – на планете появилась сила, обладающая высокими технологиями на таком уровне, который давным-давно недоступен местным аборигенам. Они прекрасно оснащены, умны и образованны. У них есть возможность действовать скрытно, чтобы даже соратники ширмы, Мессии, верили в его божественную избранность.

— Мы проиграли, — выдохнул я. — Паника уже ведет армию на встречу людям корпорации.

Кир пошевелился в своем кресле, полозья заскрипели, и мутант стал раскачиваться, отвернувшись к окну.

— Мессия подарил нам надежду. Показал, как и что делать, чтобы выжить. Ты пришел к нам, как он и предсказывал, в твоей крови – наше спасение. Киборги – не живые, им нас никогда не понять, они угроза, Каратель. И должны быть уничтожены.

Я сжал кулаки, осознав, что оставил ружье в боксе у деда механика. Кир охватывает психоволнами километры, а я отключил НИ, чтобы... Твою мать! Да он же с самого Космопорта вел меня, дергая за ниточки, как кукловод.

Алекс переводила взгляд с контролера на меня. Маленькие пальцы девчонки сжимали воздух, хотя ее винтовка стояла буквально в полуметре от стола, прислоненная к стене. Стрелок тоже попала под психоволны, и ничего не сможет противопоставить моллюску-переростку.

— Что происходит? — спросила она, настороженно водя руками по сторонам в поисках оружия.

Глаза девчонки опасно прищурились, уже поняла, что просто «не видит» винтовку по приказу Кира.

Я дернул плечом.

— Нас заманили в ловушку, Алекс. Поманили кусочком гнилого сыра, а мы, как парочка идиотов, полезли. И эта мышеловка только что захлопнулась.

Вопреки ожиданиям, никто нас не убивал. С меня даже костюм не сняли. Просто теперь Кир постоянно держал нас под контролем своих психоволн, не скрываясь.

Почему так? А какой смысл убивать того, в чьей крови панацея от мутации, когда живого доставить проще и быстрее. Если меня убить, придется обеспечить мобильный холодильник, чтобы сохранить тело. А так я и сам прекрасно дойду, куда скажут.

Понимание, что ведут на закланье, как тупого барана, бесило и разжигало кровь, но сбросить чужую волю не выходило. Оставалось надеяться, что как-то удастся вырваться – в конце концов, не может же Кир держать нас вечно.

Или может, подумал я, вспомнив толпу мутантов, целый час выходящих из Космопорта. Что ему пара людишек, когда запросто правил тысячами?

— Не волнуйтесь, — голос Кира звучал хрипло из отвыкшей говорить глотки. — Мессия наверняка найдет вам еще какое-то применение.

Ну да, ну да. Можно подумать, мы просто так переметнемся.

Так и вижу, с какой радостью Алекс начнет охотится на своих же людей, а я возвращаюсь к Алисе, чтобы уничтожить главу «Стальных». Она не управляет всеми, но их и так немного, а лишившись командования, уничтожить киборгов станет просто.

— Садитесь, — велел контролер, когда вернувшийся гигант поместил его в джипе.

Ничего не выражающее лицо девчонки на мгновение просветлело, ее глаза нашли меня. Не сумев разобрать, что Алекс пыталась мне сказать, я сел в кресло.

Мотор зарычал, машина рванулась с места. Пламенеющее солнце поднималось над линией горизонта, окрашивая мир в кровавый оттенок.

Возделанная земля осталась позади, джип несся по сухой каменистой почве, вздымая облака пыли.

Кир плавно покачивался в кресле, гигант следил за дорогой, периодически объезжая глубокие трещины и рытвины. Алекс сидела с прямой спиной, сложив руки на коленях.

А я все пытался разобраться, когда и где все это началось. Встреча с передовым отрядом, когда решил перестрелять остатки «Вольных»? Мстить мне им было не за что, даже по моим меркам. Однако я все равно их убил.

Справа медленно вырастали глыбы красных скал. Мельком я отметил глубокие выемки и множество пещер – давным-давно здесь добывали камень.

Не сбавляя скорости, мы пролетели мимо настоящего оазиса с пальмами и широким озером. Глаза успели зацепиться за выбеленные светилом скелеты, вповалку собранные внушительный зиккуратом на берегу.

Пыли становилось все больше, время шло, а гигант продолжал держать курс вдоль скал, отделяющих бесхозный юг от болот, где по моей вине погибло больше десяти стрелков на двух броневиках.

— Интересно, как мы туда пробрались? — заговорил Кир, и его рука дернулась вправо. — Смотри внимательно!

Я и без его подсказки разглядел широкую дыру в сплошном красном камне. Обнесенный проржавевшей колючей проволокой проход вел прямиком на ту сторону. Глаз зацепился за блеск металла – стальные рельсы пошли в качестве подпорок, не давая тоннелю обрушиться.

А потом джип выскочил на каменные плиты дороги. Кажется, такими Римская Империя соединяла захваченные провинции. А теперь Мессия, или кто им на самом деле командует, облагородил свои угодья.

Джип подпрыгивал на стыках плит, рычание сменялось грозным ревом, но скорость движения возросла.

Километров двадцать машина шла по трассе, гигант хрюкнул, сплевывая набившуюся в рот пыль. Черный комок улетел прочь, но я успел заметить, что крови там явно больше, чем слюны.

В очередном распадке обнаружилась еще одна шахта.

Джип пошел медленнее – похоже, Кир решил устроить нам экскурсию по местным достопримечательностям. И вот теперь я понял, зачем Панике люди.

Изможденные, грязные и худые – от пыли даже не разберешь, мужчина перед тобой или женщина. Тяжелые кандалы из сырого железа на руках и ногах. Каторжники медленно передвигались с места на место. Кто-то толкал грубо сколоченные  вагонетки, кто-то долбил особо крупные обломки породы. Один единственный барак, похоже, предназначался для жизни.

И все это под неусыпным контролем гигантов, вооруженных энергетическим оружием, и гончих. По внешней стене из редких досок тянутся раздробленные груды костей.

Ярость ударила в голову, но тут же утихла, словно задутая мощным порывом ветра свеча. Я только и успел стиснуть зубы от гнева.

— Не стоит недооценивать дар Мессии, — заговорил Кир. — Эти люди живы, накормлены и у них есть смысл существования. Те, кто хорошо работал сегодня, будут жить завтра. Все на благо выживания нашего вида.

А я еще на людей грешил, обвиняя в ксенофобии и расизме. Нет, мы не договоримся, никогда не смирятся люди, что их загоняют в рабство. А мутанты не признают их равными.

Да и не нужны никакие переговоры, раз Мессия уже ударил по рукам с пришельцами из космоса. Только на этой шахте я насчитал двадцать три гиганта, и у каждого по такой же, как и у меня, винтовке.

А сколько их развелось по всей колонии? Откуда они вообще берутся в таких количествах, если не могут размножаться?

Джип свернул на перекрестке, едва шахта осталась позади. Теперь колеса несли нас на юг.

День медленно шел к середине. Становилось жарко и чертовски душно. Поврежденная маска уже не справлялась с фильтрацией воздуха, на визоре отобразилась просьба провести ремонт или замену части костюма. Пот стекал по шее, а я даже пошевелиться толком не мог. Кир, продемонстрировав участь людей, усилил влияние, оставив мне лишь возможность смаргивать мутные капли.

Вымощенная плитами дорога впереди скрывалась под тень далеких зеленых деревьев, джип пошел быстрее. Машину трясло все меньше, хотя болтанка все равно продолжалась. Нырнув в лес, гигант сбросил скорость, дернув затрещавший рычаг.

— Почти на месте, — сообщил Кир, когда скалистая пустошь скрылась за стеной толстых стволов.

Деревья уходили ввысь, почти полностью перекрывая солнечный свет. Накатившая прохлада быстро сменилась тяжелой влагой, а цветущая зелень вокруг сменилась зарослями джунглей. О забрало шлема с треском расплескался жук, размазав белесые внутренности по стеклу. Смахнув его рукой, не сразу осознал, что получилось пошевелиться.

Впрочем, это не осталось незамеченным для контролера. Судорога скрутила мышцы, в голове зашумело от прилива крови.

— Я за вами наблюдаю, — сообщил Кир.

Наблюдай, наблюдай, тварь. НИ-то я, может, и отключил, но нейронные связи будут продолжать развиваться и без него.

Интерфейс всего лишь продвинутый органайзер, я и без него понимаю – чем дольше нахожусь под чужим «Подавлением», тем больше растет«Защита» от него.

И этот жук, совершив подвиг камикадзе, наглядно это продемонстрировал. А это значит – шанс есть. И я буду не я, если им не воспользуюсь!

Зашумела вода, мы вылетели под рассыпающий влагу водопад. Слева поднималась высокая скала, откуда тяжелые потоки воды падали, пролетаю над нашими головами. Дорога промчалась, освеженная, и снова вильнула в заросли.

Рядом зябко передернула плечами Алекс. Волосы намокли, на ресницах повисли капли. Губы плотно поджала, они посинели от холода, загорелое лицо побледнело.

Мельком подумав, что ей приходится тяжелее, перевел глаза на широкие плечи гиганта.

Здоровяк неудобств не ощущал. С серо-зеленой кожи капли сбегали, не находя, за что зацепиться. Он невозмутимо смотрел вперед, изредка поворачивая руль, чтобы не вылететь с дороги.

Наброшенное Киром напряжение медленно отступало. То ли контролер ослаблял давление, то ли срабатывала, постепенно набирая мощь, «Защита». Будь я оптимистом, верил бы в последнее.

Еще час джип петлял по джунглям, пока не вылетел в просторную долину. Мне оставалось лишь сильнее сжать челюсти, разглядывая возведенный вокруг лагерь.

Комплекс одноэтажных зданий, окруженный синтетической тканью, имитирующей такие же заросли. Под сетью угадывались листы прочного металла.

База Мессии словно сошла с демонстрационного плаката походного лагеря, рекламируемого компанией «Форт Индастриз». Дочерняя ветка «БиоТек», поставляющая автоматически развертывающиеся укрепления.

Этот самый лагерь я видел еще в учебке, тридцать пять лет назад его разработку только начинали. И это еще одно доказательство присутствия посторонних на Тау Маре.

Да, возможно, Паника нашел кого-то еще. Может быть, это конкурирующая компания, может быть, космические пираты – те любят устраивать базы на отдаленных колониях. Но для пиратов у Мессии слишком много технологий, такие поставки никакой контрабандой не обеспечишь. Да и конкуренты принесли бы свои разработки.

— Ну вот мы и дома, — объявил Кир, когда джип подкатил к скрытым в лабиринте стен воротам.

Створки с тихим механическим лязгом убрались в стены, открывая вид на внутренний двор. Будь со мной НИ, сейчас бы орал о многочисленном противнике.

Бессмертные, гончие и гиганты кишмя кишели внутри лагеря. Невысокие постройки с распахнутыми настежь дверьми едва угадывались за множеством спин и голов.

Сколько их здесь, тысяч десять, двадцать?

Машина прошла вперед, и гигант остановил джип. Я заметил, что мы оказались внутри контрольного бокса. Впереди светились алым огнем лазерные лучи – дернись, и на ту сторону попадешь ровными пластами. Никакая броня не защитит.

Наверху у въезда в искусственных зарослях притаились две коробки автоматических турелей. Я напрягся, пытаясь вспомнить, но кроме факта, что они прошьют меня насквозь, ничего не всплыло.

Над нами зашумел сканер, просвечивая бокс. По идее сейчас дежурный оператор наблюдает отчет на дисплее в командном центре. Но как все обустроил Паника, не знаю. Не уверен, что тех же гигантов можно обучить работать с тонкой техникой.

— Путь свободен.

Голос донесся из скрытых динамиков. Излучатели погасли, пропуская нас, и здоровяк снова надавил на газ.

Джип плавно выкатился из бокса, выползая на запруженную мутантами улицу. Машинально я отметил, что не вижу ни одного человека. Хотя кто бы пустил тех же рейдеров – пушечное мясо – в святая святых Мессии?

Из-под капота выпрыгивали гончие, обтекали машину зомби, гиганты отступали к стенам, либо просто продавливали толпу массой, давая джипу протиснуться.

— Я уже сообщил Мессии о вашем прибытии, — прохрипел Кир, и я скосил глаза на слепую жабью морду.

Тварь побледнел, кожа покрылась пылью и красными пятнами, как шляпка мухомора из детского мультфильма о былом растительном богатстве Земли.

Объехав первую линию типовых домов, гигант завернул на вторую линию, выводя нас к широкому открытому ангару.

«Форт Индастриз» предполагала, здесь будут прятаться от спутников бронетехника и реактивные бомбардировщики. К счастью, ни боевых машин вроде Агра, и даже танков у Мессии не нашлось.

Зато под прочным навесом устроились пехотные ремонтные боты, будто только что сошедшие с конвейера. Антропоморфные, со сменными насадками вместо кистей, они лоснились от масла, ковыряясь в капотах десятков таких же джипов, как и наш.

Один из спящих в зарядном коконе у стены распрямился, прозрачные створки открылись, выпуская дроида. Он убрал пальцы манипуляторов и, включив тусклые сигнальные огни внутри образовавшихся отверстий, помог гиганту припарковаться.

Ремонтник тут же сменил руки, сняв с пояса один из блоков, щелчком открыл капот, и совершенно позабыл о нашем существовании.

Гигант вылез из джипа сам, затем подхватил Кира на руки. Я почувствовал, как по нервам словно током ударило – за время езды тело одеревенело без движения. Рядом вздрогнула Алекс, пытаясь непослушными руками помочь себе выбраться из машины.

— Ваши тела слишком слабы, — заявил контролер. — Даже с вашими уникальными мутациями вы все равно уступаете нам в выносливости. Это еще одно доказательство верности выбора Мессии.

Можно подумать, Паника стал супер героем, подумал я, даже не пытаясь отвечать вслух.

— Идемте, Мессия ждет нас, — с благоговением произнес Кир, когда Алекс выбралась из машины.

На второй линии строений мутантов было уже значительно меньше. По крайней мере не приходилось наступать на лезущих под ноги гончих и толкаться плечами о глыбы мышц здоровенных гигантов. Хотя плотность толпы ослабла, но продолжала давить на нервы.

С тоской вспомнился казавшийся огромным муравейником Ксежинск. Отвык я от такого столпотворения народа. Хотя на Земле частенько приходилось попадать в пешеходные пробки в праздники и час пик. Изменила меня долгая жизнь в безмятежном и таком спокойном Олл-Три.

Шагая следом за гигантом, я старался не вертеть головой, но запоминать дорогу. Пусть лагерь и небольшой, вырваться отсюда с боем не получится, но сдаваться еще рано.

Мы обогнули технический бокс, растянувшийся на добрый километр, и оказались перед единственным двухэтажным зданием.

Паника не стал перекраивать программу лагеря, зато вволю украсил стены.

Что ж, ожидать иного от лидера мутантов было бы глупо, подумал я, разглядывая обтянутую человеческой кожей стену первого этажа.

Широкие раздвижные двери скрылись в пазах, пропуская нас в широкий зал, заставленный деревянными лавками.

По изначальному проекту здесь планировалось проводить организационные собрания командирского состава. Теперь же напротив входа висело алое полотно с вышивкой – черная эмблема биологической опасности, окруженная лавровым венком.

Мессия устроил из штаба церковь. Не удивлюсь, если по утрам здесь причащаются зараженной водой и поедают плоть младенцев.

В зале никого, кроме нас. Справа и слева уводят наверх две металлических лестницы без поручней. В помещении до рези в глазах воняло сырой плесенью и застарелой кровью. Гигиена у мутантов точно не в почете.

— Поднимайся по лестнице, Каратель. Мы поговорим наедине, — квакнул динамик, подвешенный в углу. — Девчонка подождет на лавке.

Гигант кивнул, подкинул висящего на спине контролера, и спокойно вышел наружу.

Алекс опустилась на лавку и с отсутствующим видом уставилась на полотно. Я не видел нитей психоволн, но кто сказал, что Кир ее отпустил.

Сам же я не чувствовал ничего. Отправляясь на встречу с Мессией, думал, смогу разобраться во всем, решить дело миром. Но чем дальше, тем яснее формируется понимание – никаких переговоров не будет.

Сейчас я поднимусь, придушу ублюдка и устрою диверсию. С Очкариком получилось, и здесь пройдет. А что будет дальше, уже не важно – я не дипломат, я Каратель.

Мышцы коротко сжались, и тут же распустились. Воздействие Кира исчезло, я еще раз бросил взгляд на стрелка, сидящую в той же позе.

Медленно поднимаясь по лестнице, подумал, как же я чертовски устал. Сначала гонялся за рейдерами, потом бегал за Воякой и Очкариком. Теперь вот полез в пекло за мутантами. Когда это кончится?

Лестница кончилась. Я огляделся.

Череда закрытых кабинетов, судя по расстоянию между дверьми, совсем небольших. И лишь в центре распахнуты толстые металлические створки. На них тот же рисунок, что и на полотне внизу.

Пройдя к кабинету Мессии, набрал воздуха в грудь, готовясь вступить в схватку со смертельно опасным врагом, переступил порог и замер.

Большое помещение с одним длинным столом, окруженном множеством кресел. Слева и справа – большие бронированные окна, сейчас на половину скрытые защитными стальными плитами. Напротив входа по углам висят флаги, а по середине горит интерактивная карта Тау Мары со всеми отметками, как и у меня в НИ.

Паники в зале не было. Но стоило подойти ближе, карта на голографическом дисплее сменилась почти человеческим лицом.

Хаотично разбросанные по коже разъемы, из них тянутся провода. Вместо правого глаза – кибернетический сенсор, рот закрыт маской. Ко лбу прикреплены какие-то датчики.

Паника походил на умирающего, подключенного к системе жизнеобеспечения. Но, признаться, меня это совершенно не порадовало. Ублюдок сбежал, укрылся от меня, заставив явиться в кишащий уродами лагерь. Меня, такого крутого и замечательного, переиграл прикованный к койке калека!

— Ну, вот мы и встретились, Каратель!

— Не сказал бы, что я очень рад.

Он глухо рассмеялся, но взгляд оставался серьезным.

— Понимаю тебя прекрасно! Не поверишь, самому от себя иногда противно. И это ты еще не видел, во что я превратился ниже шеи! Сними шлем, я тоже хочу посмотреть, какой ты теперь красавец. А то, сам понимаешь, все только слухи да слухи.

Я откинул забрало и раскрыл маску.

— Раздеваться не стану, даже не проси, — проворчал я, буквально чувствуя, как в меня впились оба его глаза – и живой, и искусственный.

— Что ж, вижу, и ты не ушел от когтистой лапы этой чертовой колонии, — произнес Паника через минуту. — Впрочем, мне обещали, что с твоей кровью я смогу обратить и такие уродства.

Что ж, к делу, так к делу.

— Кто пообещал, Паника? Или мне тебя звать Мессией, как этот цирк уродов, который ты собрал?

— Да хоть куском дерьма, — усмехнулся он. — Ты же не дурак, да, Каратель? Понял уже, что мы не были даже первыми, кого сюда сбросили.

— Были и такие догадки, — кивнул я, бросая взгляд в окно.

Зелень джунглей постепенно скрывалась в непроглядном мраке. Светило уходило с небосклона, наступала жаркая влажная ночь. Через пару часов будет видно не дальше вытянутой руки.

— Нам всем выдали костюмы экспериментальной брони, — заговорил Паника. — Никто и не ждал от нас чудес, Каратель. На нас испытывали свое новое оборудование.

— То есть?

— Я достаточно долго изучал записи, вшитые в мой НИ. Мы – третья группа, спущенная на Тау Мару. Две предыдущих спрятались, и одна из них расположилась в красной зоне, куда нас изначально сбрасывали с флагмана.

— А две других?

— Первая обосновалась на военно-морской базе в 356 километрах от мыса Южный. Вторая спустилась туда же, добралась до суши и подготовила плацдарм для исследовательских работ. Это не желторотые юнцы, вроде нас, а испытанные ветераны, Каратель.

Он замолчал, ожидая, пока переварю информацию. Я же думал о том, что все логично. Тайный спуск небольшой группы, подготовка и захват территории. И массовый десант, из которого кто-то да выживет.

«БиоТек» знала о наличии ПВО. Знала и о Вояке. Один сброшенный далеко в океан, вне охвата систем обороны, десантный бот прошел без проблем. Даже если бы ИИ их заметил, кто вообще мог подумать, что корпорация соберет плавучую базу? А оттуда приплыть на сушу и организовать лагерь вообще проще некуда. Не с пустыми же руками ветераны десантировались.

— И что дальше? — наконец, кивнул я.

— А дальше все просто: бойцы дохли, как мухи не из-за массовости мутантов, а потому, что броня работала не правильно.

— Я видел несколько комплектов в руках рейдеров.

— Но они не были активированными, — слегка качнул головой он. — Их просто сняли с мертвецов. Извращенец, например, сдох от того, что при ударе схлопнулся нагрудник. Изменения костюмов были разные, Каратель

— Они же должны были провести тесты.

— Не строй из себя наивного идиота. Сколько стоит жизнь одного солдата? А сколько стоит пройти все инстанции? «БиоТек» легче купить самоубийцу, чем выкладывать миллиарды кредитов за одно только дозволение провести полевые испытания по земным законам. Ты же прекрасно знаешь, после восстания киборгов их всех едва не перевешали к чертям! Без допусков и контроля, где будет четко расписано, кто, что и как делает, проверяет и производит, конкуренты ни одной корпорации не позволят начать испытания.

— Бред, — отмахнулся я.

— Да как хочешь! И это сейчас вообще не важно. У нас с тобой тут свой блэк-джек. Наша с тобой проблема в том, что местный умник, отвечающий за исследования вируса, как-то смог избавиться от корабля на орбите. Оставшиеся без командования ветераны взяли меня за яйца. И вот каким меня там сделали...

Изображение сдвинулось, открывая вид на широкую инвалидную коляску. От человеческого тела Паники осталась едва ли треть. Обе руки, голова и верхняя часть грудины. Даже вместо сердца работал насос, гоняя кровь по уменьшившейся плоти. Ноги и вовсе отсутствовали. Часть коляски, где им следовало быть, занимало устройство непонятного назначения.

— Мы давно признаны мертвыми, Каратель. Тау Мара уже 300 лет не подпадает под земную юрисдикцию. Все, что захочешь, здесь можно делать. Вот из меня и сделали... Теперь я не рядовой Паника, а удачно завершившийся проект «Контролер».

— Я бы не сказал, что ты сильно против, — пожал в ответ плечами. — У тебя здесь целый культ, армия. Даже рабы в каменоломнях, черт возьми.

— Ты прав, мне по душе этот апгрейд, — не стал спорить он. — Однако, так было не сразу. Но не будем о грустном! У нас осталось меньше двух месяцев до того, как сюда прибудет новый флагман, Каратель. И я не хочу, чтобы оставшиеся без командования ветераны получили инструкции, что им делать дальше.

— Я ни хрена не понимаю, зачем тогда воевать с таумарцами? Зачем относиться к людям, как к дерьму, зачем эта война?

— До прибытия нового адмирала, обе базы должны поддерживать расистские настроения в колонии! — взбесился он, переходя на крик. — Ты реально думаешь, я настолько туп, что не могу понять – по отдельности нас просто раздавят?! Ты хоть представляешь, через какие муки я прошел, чтобы получить свободу маневра?!

Я хмыкнул.

— Думаешь, у меня все прошло гладко и легко? Я сгорел заживо, Паника! И только недавно пришел в себя.

Он слабо махнул рукой, отчего лоб покрылся потом. Да, не таким я представлял грозного Мессию, почитаемого чуть ли не Господом Богом.

— Мой план прост, Каратель. Я поддерживаю текущее военное положение, чтобы ветераны могли дождаться нового командования. И для этого мне нужно сделать так, чтобы война между киборгами и мутантами состоялась.

Что ж, в целом мотивы Паники ясны. Ради спасения того, что от него осталось, он готов уничтожить толпу ни в чем не виновных людей. Черт, да в этой войне погибнет больше, чем население какой-нибудь колонии копающих уран шахтеров.

— Почему просто не атаковать обе базы? Ты представляешь, сколько жертв будет у тебя на руках?!

— А ты представляешь, что будет, когда ветераны поймут, что я привел армию не для вооружения, а для атаки? Океанская база мигом подорвет заложенные в кору материка термоядерные заряды. Сколько жертв будет тогда?

— Но Очкарик их обезвредил еще в годы изоляции.

— И ты, наивный идиот, поверил, что вояки упустят такой козырь?! Я видел собственными глазами, как уходили и потом возвращались спецотряды. Уж поверь, если понадобится, они подорвут здесь все к чертовой матери. А пока я «воюю» с киборгами, причин вмешиваться у них нет.

— И что ты намерен делать? Ведь в случае опасности они просто свалят на воду, материк сгорит, а их самих заберет прибывший флот.

Он тяжело вздохнул.

— Вот для этого мне и нужен ты.

Серые облака тумана скрывали все вокруг, не давая разглядеть дальше пары метров. Слух улавливал чавкающие звуки, скрип острых когтей по металлу. Кто-то тихо стонал за пределами видимости.

Я коснулся металлической стены. Покрытые неровной кожей пальцы ощутили холод и твердость. Над головой мерцала свисающая на проводах лампа – помедли, и все вокруг погрузится во тьму.

Пятак освещения стремительно сужался, вынуждая переходить к действию. Оглянувшись, я рассмотрел заваренные наглухо двери. Ясно, только вперед.

Интервалы работы лампы увеличились, туман неотвратимо приближался.

Поежившись от холода, я шагнул в темноту, выставив ладонь вперед. Усиленное зрение уловило очертания гончей, грызущей труп на полу.

Тварь подняла морду, раскрыла пасть. Я ощутил ее голод, у самого во рту собралась слюна, отчаянно захотелось накинуться на обглоданное тело и жрать еще теплое мясо, так сладко сочащееся кровью.

Тряхнув головой, отбросил чужие эмоции и надавил волей в ответ. Гончая зарычала громче, четырёхгранные челюсти с костяным стуком закрылись. Подобрав лапы, тварь прыгнула на меня, метя в горло.

Вспышкой в мозгу разлилась ярость. Отклонившись влево, я пропустил ее мимо, перехватил врага за задние лапы и, описав круг для разгона, со всей силы ударил гончую уродливой мордой об стену.

Гулкий удар разлетелся по темному коридору, меня окатило теплой жижей крови и мозгов. Существо в руках сдохло, и я отбросил тело в сторону.

Перед глазами медленно прояснялось, туман рассеивался. Со спины ударил свет – заработала лампа старта.

Бросив взгляд на обезображенный труп, я переступил через растекшуюся темную лужу, и снова вошел в серое облако.

На этот раз глаза не успели. Стоило пересечь черту, как в скулу врезался чужой кулак. От удара во рту хрустнуло, я успел сплюнуть кровь из разбитых губ. Едва вскинув кулаки, защищая олову, тут же получил тяжелым ботинком в живот.

Пинок вынес меня из тумана. Прокатившись через голову, я раскинул руки, развалившись на обглоданных останках.

Враг не выходил из тумана, ожидая, когда сунусь к нему сам. Медленно поднявшись, пошевелил языком шатающийся клык. Ухватив пальцами, выдернул. В глазах на мгновение потемнело, дырка заныла, я снова сплюнул и бросил выбитый зуб на пол.

Ребра ныли, на животе осталась вмятина от знакомого протектора. Ясно, против меня парень в костюме боевой брони.

Прикрыв глаза, потянулся в темноту щупальцами «Подавления». Мог бы и раньше сообразить, но крепок я задним умом.

Туман медленно расступался, жался к стенам, раздвигая хлопья под моими психоволнами. Черное пятно человеческой фигуры проявилось посреди серого коридора, тут же загораясь красным контуром.

Готовый встретить новое нападение, я сделал шаг вперед. Он в броне, раздавит меня с легкостью, но я знаю, что можно сделать.

Кулак метнулся к лицу, едва я вошел в туман. Отшатнувшись вправо, схватил врага за предплечье, поднырнул под руку, присел и, потянув на себя, с удовольствием ощутил, как враг отрывается от земли.

Грохот ударил по ушам. Броня неактивна, иначе хрен бы что получилось.

Не теряя времени, заломил руку под углом и, пока солдат ошеломлен, всем весом ударил в локоть. Хрустнули кости, соперник взвыл, мгновенно сбрасывая меня.

Ударившись спиной о стену, я рванулся в сторону. По плечу, сдирая кожу, царапнул край сапога. Перекат в сторону, и встаю за спиной бойца. Ухватив голову, дергаю за подбородок и затылок.

Труп со сломанной шеей оседает на колени, башка упирается в стену. Секунду я  решал, не забрать ли костюм, но все же двигаюсь дальше как есть.

Туман расступился, открывая еще несколько метров коридора. Но я уже ученый – прежде чем идти, осторожно прощупываю пространство перед собой.

Две гончие присели под стенами, готовые прыгнуть, как только переступлю черту.

Машинально потрогал дырку от клыка. Нет, не нахрапом здесь брать надо. Я вообще не для этого сюда пришел!

Щупальца контроля впиваются в левую тварь, она окрасилась зеленым и с рычанием кинулась на вторую. Распахнутая пасть выстрелила костяным языком, пробивая череп.

Я поморщился, слыша жадные сосущие звуки.

Гончие стараются достать в первую очередь до мозга, впрыскивая анастетик в кровь, чтобы раненая жертва не сопротивлялась. Потому даже один укус может стать последним – токсин, который производит их железа, за секунды отключает нервную систему человека.

Это понимание пришло вместе с отвратительным склизким вкусом поедаемого мозга. Я словно сам поглощал плоть поверженного мутанта.

Едва удержался, чтобы не разорвать контакт от омерзения. Пока модифицировал психоволны, отсекая лишнюю информацию, гончая уже доедала товарку. На полу остались лишь обглоданные кости и когти с зубами. Позвоночник уже раздроблен мощными челюстями, и сплюнут на пол. Лужа едкой слюны растеклась от пожеванных останков.

Не дожидаясь, пока отступит туман, послал мутанта вперед. Гончая замерла через несколько метров, оглянулась. Ее контур расплылся, переходя в красный оттенок.

От новой попытки использовать «Подавление» в голове выстрелило, из носа закапало. Пол покачнулся, грозя броситься навстречу.

— Черт, — выдохнул я, стирая бегущую кровь.

А тварь уже с рычанием неслась на меня. Еще секунда, и прыгнет, целя мощным языком в горло.

Я пошатнулся, хватаясь за стену и упал на колено. Тварь пронеслась мимо, вылетев на свет. Обернувшись, со злобным рычанием рванула ко мне. Я вскинул руку, от всей души желая, чтобы она сдохла.

Но в этот раз мне так не повезло. Челюсти сомкнулись, ладонь обожгло и тут же все прекратилось.

Я лежал на полу ярко освещенного коридора, а надо мной горела голограмма Мессии.

— И чем ты только занимался все это время вместо прокачки? — едко усмехнулся он, приложив руку к лицу. — У тебя такой козырь в рукаве, а ты...

Паника махнул рукой и задумался. Я же пытался придти в себя. Такие тренировки кажутся еще реальнее тех, что устраивал мне НИ. Там я помнил, что вокруг – фальшь.

А то, что устроил Мессия, это совсем другое дело. Черт, я же чувствовал все иллюзии, как настоящие! Он внушил мне, что враги существуют, и я их ощущал, до сих пор чувствую, как ноет зуб.

Коснувшись целого клыка языком, медленно поднялся на ноги.

— Ладно, пока пусть твоими тренировками займется другой контролер. Пока передохни, — сообщил Мессия, и голограмма испарилась.

Я окинул взглядом подвал. Кишка коридора была короче, чем мне внушил Паника, и кончалась в десяти метрах бронированной перегородкой.

Дверь наружу отъехала в сторону, пропуская солнечный свет. На меня тут же обрушилась волна тепла и множество запахов. Я вдохнул полной грудью, чувствуя влажную свежесть утра.

Под штабом лагеря Мессия выстроил целый бункер. Если сверху начнется бойня, Паника заблокируется в подвале. И хрен ты его оттуда выкуришь, толщина металла позволит пережить ядерный взрыв, устроенный прямо перед спуском.

Шлепая босыми ногами по широким металлическим ступеням, я добрался до лавки с одеждой и поспешил натянуть штаны. Надев майку и обувшись, размял шею.

Не прошло и суток, как мы прибыли в лагерь мутантов, а я уже достаточно освоился. Гиганты, зомби и гончие уже не казались скопищем уродов. И хотя я все еще не чувствовал их своими, уже допускал мысль, что сможем сработаться.

Необходимость вести войну с киборгами я ставил под сомнение. В конце концов, если Паника так боится раскрыть свой план перед океанской базой, можно ведь договориться с Алисой. Провести рубеж, разместить солдат и пусть постреливают в воздух. Чем не война?

Зашнуровав ботинки, я стер с лысой головы выступивший пот. Жарко в этих чертовых джунглях, как в печке. Зато не обгорю уже, растирая влагу в пальцах, подумал я.

— Загораешь?

Алекс опустилась рядом, прижалась теплым боком. Я вдохнул аромат травяного мыла и молодого женского тела. Руки зачесались обхватить ее за плечи, прижать посильнее. А она еще как назло в коротких шортах и узком черном топе.

Я тряхнул головой, борясь с нарастающим желанием. Нечего вестись на провокации организма – было один раз, и хватит. У меня есть Алиса, и другой женщины рядом мне не нужно.

Дорвавшись до цивилизации, стрелок заняла свободную комнату в штабе и закрылась в ней, наслаждаясь местными благами.

— Никак не могу привыкнуть, что они нам не враги, — сообщила девчонка, глядя на меня из-под приспущенных ресниц. — Хочется схватить винтовку и палить во все стороны.

Я пожал плечами.

— Личной угрозы нет, — пожав плечами, сообщил я. — Так что просто расслабься. Пока мы все стоим на пороге братской могилы, смысла драться с этими мутантами нет.

— Не могу я расслабиться, — ответила Алекс. — Я столько лет с ними воюю, а ты говоришь – расслабься!

Я снова пожал плечами.

— Они тоже с людьми давно воюют. И что теперь?

На меня накатила ярость. Остро захотелось расколоть чей-нибудь череп об стену. С самого прибытия на Тау Мару меня удивляла всеобщая раздробленность. Всем на срать на соседей, лишь бы свои зады прикрыть, а там хоть трава не расти. И вот, к чему это привело!

— Из-за всего этого дерьма нам придется развязывать войну! — скрипнув зубами, я стиснул кулаки. — Ты же знаешь...

— Я все прекрасно знаю! — отмахнулась девчонка. — Но это ничего не меняет. Ты хоть представляешь, сколько будет погибших?!

Я, не переставая нервно ощупывать языком клык, кивнул.

— Представляю. Меньше, чем убьет корпорация, когда сюда прибудет флот.

Она фыркнула, скрещивая руки на груди.

— Если он прибудет, что позволит Тау Маре объединиться после этой войны? Думаешь, хоть кто-то сможет ее остановить по щелчку пальца?!

— Алекс, я и не спорю, наше дело – дерьмо. Но, я уже говорил, если не так – то здесь вообще никого не останется.

Она презрительно хмыкнула.

— А не слишком ли ты доверяешь этому Мессии? Сам же не так давно называл его психом.

Я закрыл глаза и поднял голову вверх. Что за хрень? Этот бесполезный спор только сильнее разжигает аппетит.

— Хорошо, предположим, Паника лжет, — наконец, выдохнул я. — И что нам остается? М, Алекс?

Она раздраженно дернула плечом.

— Я так долго охочусь на этих уродов, что уже не смогу примириться.

— Но со «Стальными» же сработалась.

Алекс тяжело вздохнула.

— Крайс отучил меня их ненавидеть. Я хоть и боролась с ними, но не так. Да и вон, сколько добра они сделали, когда твоя Алиса их возглавила. А тут... — стрелок махнула рукой.

Я кивнул.

— Ты права, возможно, война из игрушечной превратится в настоящую. И, когда нагрянет флот «БиоТек», они просто добьют или поработят обескровленного победителя.

Девчонка кивнула, задумчиво глядя вдаль.

— Поэтому нам и нужно спешить, пока войны еще можно избежать, пока мутанты еще только готовятся к наступлению.

Словно подслушав, перед нами появилась девушка с огромными змеиными глазами. В одном простом сарафане и легких сапожках, она бросалась в глаза так сильно, что я успел подивиться, почему раньше не заметил в толпе мутантов.

— Мессия сказал, тебе нужна помощь, — обычным человеческим голосом произнесла она, складывая покрытые мелкой чешуей руки на груди.

Интересно, если контролеры могут управлять вирусом внутри зараженных, почему не откатят изменения обратно, как я сращиваю поврежденные ребра?

— Да, все так, — кивнул я.

Алекс с тяжелым вздохом поднялась с лавки. Бросив оценивающий взгляд на мутантку, стрелок кивнула мне напоследок и ушла ко входу в штаб.

— Восстановился? — продолжая сверлить меня взглядом, спросила контролер.

— Почти, — привалившись спиной к стене, ответил я.

— Тогда защищайся.

Невидимая рука резко сдавила мне горло. Рефлекторно попытался зацепить ледяные пальцы, но змея лишь хмыкнула, и мои запястья придавило к лавке.

— Ты не контролер, — с издевкой сообщила она, сев рядом так, будто и не держит меня. — В первую очередь ты должен сосредоточиться на своей защите.

Ее слова уже доходили до меня с трудом. В глазах плавали цветные пятна, тело судорожно дергалось, пытаясь ухватить кислорода.

Постаравшись взять себя в руки, представил, как щуп «Подавления» проходит под ее контролем и вклинивается между кожей горла и невидимой рукой.

— Уже что-то, — слабо кивнула змея.

Выпучив глаза, я попробовал снова, но опять ничего не вышло. Мутантка усилила нажим, заставив меня замереть. Кровь потекла из носа, закапала из ушей, я буквально ощутил, как отключается тело, неспособное сделать один единственный вздох.

И тут меня как током ударило. Если я могу заставить регенерировать клетки костей, что мешает мне дышать не ртом? Кожа прекрасно проводит кислород в организм сама по себе, но если приказать вирусу немного изменить ее свойства, вместо 15 процентов доведя до минимальных организму величин...

Зашедшееся в истерике сердце заработало медленней, легкие медленно заполнились свежим воздухом. Все еще не видя ничего вокруг, я представил, как выгляжу со стороны.

— Ну и чем тебе это поможет? — расслышал я звонкий холодный смех, и голову сдавила новая рука.

Череп, кажется, затрещал. Кровь забилась в висках, хлынула с носа сильнее. Нарастающее давление грозило вот-вот перелопать все сосуды. Меня затошнило, к пережатому горлу подступил и забился, не в силах вырваться, горький комок желчи. Организм силился сбросить давление, не желая умирать.

Черт, я уже ее боюсь. Правильного тренера мне выдал Паника. Но все это не то, все не так, собственное видоизменение – не выход. Я не могу приспосабливаться ко всему под ряд, просто не хватит сил.

Решение лежало на поверхности. Резко вырубив собственное «Подавление», я представил, как сквозь медленно сужающиеся поры выделяется прозрачный туман. Невидимый кокон поглотил меня, отделившись от тела на несколько микрон.

И да, черт возьми, сжимающие горло, череп и кисти клешни контролера выдавило прочь. Она все еще держала меня, но ее пальцы обхватывали кокон.

Я поднял руки, отер лицо от крови. Змея все так же сидела рядом, беззаботно болтая ногой в воздухе.

— Для первого раза неплохо. Но ты очень долго думал, — заявила она, щурясь на солнце.

Давление исчезло совсем, оставив после себя саднящую боль в шее и головокружение.

— Пошли поедим.

С этими словами она подскочила с лавки, поправила юбку сарафана и поспешила в сторону второй линии.

Я же ощущал себя выжатым досуха. Сил не было не только для ходьбы, но и для того, чтобы просто подняться. Кожа горела, словно я опять попал в эпицентр взрыва.

Выжидая, пока организм хоть чуть-чуть придет в себя, а перед глазами перестанут плавать цветные пятна беззвучного фейерверка, я глубоко дышал ртом. Забитый нос уже не кровил, но от привкуса меди во рту хотелось блевать. Еще и в ушах пищало, будто рядом рванула граната.

Наконец, я смог подняться на ватные ноги. Руки дрожали, как у конченого наркомана. Да и чувствовал я себя не лучше. Ковыляя, побрел вслед за ушедшей змеей.

Не знаю, прокачал ли я «Защиту» с «Подавлением» – без помощи НИ оценивать прогресс непривычно и трудно. Но в том, что я херовый контролер, убедился на сто процентов.

Первые десять метров показались мне марафоном в отключенной броне. Пот стекал ручьями, а у меня даже не было сил его смахнуть. Чертово солнце безжалостно палило, иссушая каждую клетку измученного тела.

Облизав сухим языком потрескавшиеся губы, я прибавил шагу. Есть все же прелесть быть мутантом! Хрен бы я так быстро восстановился, не подхвати по воле Очкарика «ТМ-13».

И, если вдуматься, я ведь и не совсем обычный мутант. Местные контролеры не регенерируют с такой скоростью, как я. И, похоже, это как раз потому, что их психоволны работают с другой модификацией вируса.

Взбодренный этой мыслью, я свернул на вторую линию.

Змея нашлась здесь же. Сидя на пороге, она обгрызала куриную ногу мелкими острыми зубами. Из столовой то и дело выходили зомби и гиганты, мутантку они огибали по дуге то ли просто боялись, то ли попадали под воздействие.

Еще одна статья неизвестных источников. Пища. Ни за что не поверю, что даже местный лагерь кормится за счет восстановленных разумными бессмертными ферм. Слишком много народа в армии Мессии, на всех не хватит ни мяса, ни зерна – не те цифры.

— Долго, — вынесла вердикт змея, отбрасывая недоеденную лапу. — Иди ешь, я пока тут подожду.

— Зачем вам есть? — решив не торопиться, задал вопрос я. — Те же зомби прекрасно обходятся без пищи...

— Не зомби, а бессмертные! И если долго не есть нормальную пищу, организм перестает защищаться от вируса. Чем ниже иммунитет, тем скорее ты превратишься в дикого.

Я хмыкнул.

— И сколько нужно голодать?

Змея пожала плечами.

— У всех по разному. Мессия установил правило – каждый должен есть нормальную еду не реже раза в сутки.

— Как же вы кормите такую ораву? — решил уточнить я. — Ни одной фермы... Да десятка не хватит!

Мутантка улыбнулась, растянув тонкие губы. Мелькнули острые зубы, наружу показался и спрятался раздвоенный узкий язык.

— Тебе не зачем это знать. А я не вызывалась быть тебе гидом. Иди ешь, пока я не передумала.

Не люблю таких женщин. Чувство собственного превосходства им заменяет все, начиная от достоинства и заканчивая порядочностью. Стервы они и мутантки стервы. Может, потому и вирус превратил ее в змею?

Хмыкнув, я прошел в столовую.

Интересно, а не по тому ли принципу моя обгорелая рожа не восстанавливается до человеческой? Я то тогда кто, что за монстр? Или просто моральный урод?

В помещении столовой было прохладно. Типовая сборка предусматривала наличие мощных кондиционеров. Легкий ветерок охладил нагревшуюся под жарким солнцем кожу.

Собравшиеся мутанты молча ели, заняв места на лавках за длинными столами. Я огляделся, подсознательно ожидая грязи, хватания руками. Но взгляд зацепился за гиганта, орудующего вилкой с ножом с таким видом, будто он на королевском приеме.

Черт, какой-то день потрясений просто.

Почесав ногтями ноющие плечи, я прошел к раздатчику.

Отгороженный стеклом прилавок заставлен котлами с рассыпчатой ароматной кашей. Аппетитно крутятся на вертелах гриля тушки жареных цыплят. В жирной подливе на широкой сковороде шкварчат темные крупные ломти печени. Булькает в пузатой бадье красный овощной суп, из него то и дело показывается огромная воловья нога.

Все это великолепие я окинул жадным взглядом и не менее жадным нюхом. Желудок сразу же завопил, напоминая, что я сам не ел с самого утра.

Робот, явно входящий в комплектацию лагеря, принял у меня заказ, не переставая отслеживать состояние готовности блюд. Шесть манипуляторов отлепились от корпуса и ловко набросали мне первое и второе. При этом еще четыре пары рук помешивали чан с супом, проворачивали вертелы и занимались остальной готовкой.

Приняв поднос, на котором так же появился кувшинчик лимонада, я заметил на торсе робота знакомую эмблему «Атомик».

Шикарно устроились мутанты. Не всякая компания поставляет своей армии роботов-слуг класса АА+. Этот вот повар стоит, как маленький межзвездный грузовоз.

Мне без проблем нашлось место за столом. Несколько пар глаз проехались по мне, но никто не гнал прочь, не комментировал. Впрочем, с моей рожей я здесь запросто сойду за своего. А на фоне некоторых истлевших расплывшихся морд даже сгожусь на красавчика.

От усталости, что ли, обо всякой херне думаю? Или это защита психики после сложившейся картины мира?

Пережевывая пищу, я погрузился в мысли. Кто бы подумал, что для тренировки навыков контролера мне просто нужно заявиться к Мессии, и он сам это предложит? Алекс права, я слишком доверяю Панике. Но что я в реальности о нем знаю? Да нихрена. То, что пять лет назад нас обоих сбросили с флагмана – ничего не значит.

Я, например, четко знаю, кого собираюсь защищать в грядущей войне. И бывший рядовой корпорации в этот список не входит. Наоборот, при необходимости я пристрелю его без сожалений и мук совести. Слишком много зла он принес Тау Маре. И то, что действовал по приказу таинственных ветеранов – ничуть не меняет сути.

В конце концов, Мессия, с его уровнем «Подавления» запросто может мне солгать, и я поверю. А это значит лишь одно – Змея права, пока я здесь, нужно использовать время по максимуму.

Ложка брякнула о дно пустой тарелки, я залпом осушил кувшин лимонада, сразу же почувствовав себя лучше.

Вот теперь я готов к новым тренировкам. Энергия била ключом, плечи сами по себе раздвинулись, а кулаки машинально сжались.

Легко поднявшись из-за стола, уступил место подошедшему гиганту. Сдав в мойку поднос, вышел на улицу. Приставленная ко мне Змея оскалила мелкие зубы в улыбке.

— Ну что, готов? — усмехнулась она, рассматривая меня снизу вверх.

— Готов, — кивнул я.

Мутантка отвела меня в сторону. Здесь вроде было свободнее, да и мы никому не мешали.

— Уверен, что можно начинать?

— Нечего тянуть, говори, что делать.

Змея щелкнула пальцами, и я рухнул на землю, не в силах пошевелиться.

— Приходи ко мне, когда сможешь, — рассмеялась она. — В этот раз все по-настоящему, твой позвоночник сломан, так что у тебя не так много времени. Кстати, для стимуляции...

Я не мог повернуть голову, но краем глаза заметил подбежавших к Змее гончих.

— Когда я покину стены лагеря, они начнут тебя жрать. Развлекайся.

И, махнув краем сарафана у меня перед лицом, мутантка пошла прочь.

Какие-то долбанутые у нее тренировки, подумал я, глядя на капающую из раскрытых пастей.

Что ж, Каратель, время пошло. Эта тварь точно не шутит.

Гончие с рычанием приблизились. От их лап поднялась пыль, а я даже веки опустить не могу! Распахнутые глаза защипало от сухости и грязи. Изображение мгновенно смазалось, оставляя мне лишь слух.

Рык повторился ближе, я постарался сосредоточиться и потянулся к мутантам щупами «Подавления».  И здесь меня поджидал полный облом – над головой каждой твари кружились волны Змеи, с легкостью отгоняя мои жалкие попытки сбить чужой контроль.

Кажется, сердце испуганно заколотилось в груди. На пару мучительно долгих секунд оглох от шума крови в ушах. Да я таким беспомощным уже два года не был!

Со страхом вновь ощутил себя на койке у Марты в Олл-Три. Вспомнил, как ходил под себя и как взрывался от бессилия. Со стыдом увидел снова, как швырнул утку в женщину, когда руки уже начали слушаться, а ноги так и не просыпались.

Вспомнил ее понимающий взгляд, и из глаз сильнее потекло. Страх остаться неподвижным калекой охватил, прошелся по мертвому позвоночнику, заставляя затрястись от ужаса.

Со дна поднялась темная волна испепеляющей ненависти. Ну, подожди, Змея, доберусь, намотаю твой длинный язык на кулак и буду долбить башкой об стену, пока от головы не останется одной нижней челюсти!

Гнев подстегивал, выжигал липкий туман испуга, придавал сил и уверенности. Я раз за разом дотягивался до гончих, но защита мутантки с прежней легкостью не давала взять тварей под контроль.

Я страдаю какой-то херней.

Яростная мысль пришла после хрен знает какой по счету попытки отогнать гончих.

Мутанты приблизились, вязкая слюна стекала с пастей, образуя небольшие тошнотворные лужи. За шумом крови я уже не слышал, рычат они или молча выжидают, когда меня можно будет жрать.

Все это хрень. Я трачу время, пытаясь нагнать что? Как ни спеши, все равно не успею стать настоящим контролером. Я просто прожигаю время, пока армия мутантов приближается к красной зоне!

Злость на себя хлестнула, окончательно прочистила мозги. Все постороннее смыло, скомкало и сдуло, обнажая самую суть.

Я не стратег, чтобы управлять армией тварей. Я не командир, чтобы командовать киборгами или людьми. Я одиночка, выживающий в эпицентре термоядерного взрыва.

Змея сломала мне хребет? Херня, мой НИ прекрасно доказал – плевать на любые раны и повреждения, я могу встать после любого удара!

По высохшим глазам ударил порыв ветра, и я мысленно зарычал.

Первое. Я могу делать то, что недоступно другим. И только в эту сторону нужно копать. Нахер всю эту возню с чужими разумами.

Волна «Подавления» прокатилась по телу, отыскивая повреждения, тут же сплелась нитями толщиной с атом. Как швейная машина заработали психоволны, латая раздробленные кости и размазанный в ничто спинной мозг.

Резкая боль во всем теле заставила зажмуриться, корчась на земле. Пальцы впились в землю, брызнула кровь. Из рассеченной плоти вылезли сплюснутые костяшки.

Еще! Мне нужно еще!

Плотный обед в желудке распался на составляющие. Запас Энергии почти восстановился, и я направил щупы контроля, укрепляя наросты на сжатых кулаках. Острый запах крови ударил по ноздрям. Гончие почуяли, зарычали, приближаясь.

Ноги еще не слушались, слишком быстро залечил позвоночник. Волокна мышц еще не заработали. И, подчинившись порыву, я потянул из них материал для костей.

Кир отрастил себе панцирь, лишив себя нижних конечностей. Паника отдал большую часть тела ради прокачки контроля. Но мне столько жертвовать не придется.

Выстрелила, вышибая слезы, резкая боль в кистях. Я сцепил зубы, продолжая контролировать задуманную мутацию.

Затылка коснулось горячее дыхание гончей, на шею капнула обжигающая слюна. И я ударил, вложив в рывок остатки сил.

Тварь заскулила, моя измененная кисть впилась гончей в шею. По полостям в пальцах устремилась жижа быстро растворяющейся плоти.

Без подпитки извне, по молекулам, я за три года восстановил свой организм практически с ноля. А здесь передо мной три ходячих бурдюка с биоматериалом!

Гончая взвыла, по плечам ударили когтистые лапы, но я продолжал пожирать ее заживо. Щелкнула пасть, зацепив мою кожу множеством крохотных острых зубов.

Перед глазами все плыло, я едва успевал перестраивать полученную плоть в Энергию, и сразу же направлять изменения. Хлынувший поток путал мысли, сбивал концентрацию.

Тварь пискнула в последний раз и навалилась сверху. Веса в ней осталось совсем немного, меня будто толстым одеялом накрыли.

Я тяжело дышал, пытаясь не потерять сознание. В голове шумело, во рту вкус застоявшейся крови, желчи и черт знает чего еще.

Но тело уже слушается. Медленно, с трудом держа равновесие, я поднялся на колено, опираясь левым кулаком в землю. Правая рука слиплась с мертвой гончей.

Две оставшихся медленно отступили, но одна сразу же бросилась, распахивая пасть. Я успел заметить язык, смотрящий на меня, как дуло ружья.

Укрепленные до состояния камня костяные когти встретили тварь в полете. Две нижних челюсти замкнулись, пасть с хлопком закрылась, и я по инерции развернулся на колене, не давая гончей опрокинуть меня на спину. Удар об землю, я выдернул когти и, отцепив правую руку от первой жертвы, вогнал пальцы-насосы в мозг оглушенной твари.

Темп переработки ускорился, тело уже знало, что и как делать, мне почти не пришлось следить за процессом.

И в этот момент мне под лопатку вонзился язык третьей гончей. Резкая боль мгновенно отступила, я почувствовал, как стремительно немеют едва ожившие мышцы.

Ах ты тварь! Да как ты смеешь, я сгорел и воскрес, что мне твой жалкий яд?!

Хлынувший в кровь анестетик рассосался, на ходу расщепляясь на составляющие. Вернулась чувствительность, и я зашипел сквозь зубы от боли в спине. Гончая сомкнула пасти, отгрызая кусок мяса.

Расцепив руку и труп второй твари, я упал на спину, зажимая гончую под собой. Она не сдавалась, быстрее заработала челюстями.

Под правой рукой мелькнула судорожно дергающаяся тараканья лапа. Я схватил ее, перекатился, оставляя в пасти мутанта комок собственной плоти.

Воя от боли, ударил усиленным кулаком по морде. Послышался сдавленный писк, тварь дернулась, царапая мне живот своими когтистыми лапами.

Еще удар – в брюхо правой рукой. Хитиновые пластины промялись, раздвинулись, пропуская острые трубчатые пальцы. И я потратил остатки сил, чтобы высосать тварь за секунды.

Гончая успела вцепиться зубами в мое плечо, и так и повисла на нем. Я просунул левую руку между челюстями, надавил, подвывая от боли – анастетик на меня уже просто не действовал, а острота зубов никуда не делась. Пасть дохлого уродца нехотя разомкнулась, язык вывалился наружу, свисая по-собачьи на бок.

Оттолкнув усохший труп, я пошатнулся и упал на бок рядом. Под нами натекла лужа уже остывшей крови и мутной мутантской жижи.

Мелькнула мысль, что НИ сейчас бы вопил от восторга. Я, наверное, только что побил все рекорды прокачки нейронных связей.

Болело все. От измененных кистей до кончиков пальцев на ослабленных ногах. С огромным трудом я сел на задницу, рассматривая результат.

Кожа с рук облезла, свисала кровоточащими лохмотьями. Оголенное мясо усохло, оставив тонкую прослойку ткани, обрамляющую удлиненные трубчатые кости. На левой руке фаланги срослись в негнущиеся острые когти.

Располосованный живот ныл, исцарапанные плечи саднило, на спине стягивались нити заново отрастающих мышц. Все это дополняли практически непослушные ноги.

Пришлось помогать руками, чтобы согнуть их в коленях. Такое чувство, что костей не осталось вовсе.

Представив, как буду ползти через лагерь, если не смогу вернуть все на место, передернул плечами. Нет уж, хватит Мессии одного безногого контролера. Главное, у меня все получилось.

Да, противник был откровенно слабоват, их было мало, и у меня была долгая фора. Но, черт возьми, я превратил себя в ходячий биопоглотитель! А ведь если приложить больше старания, смогу заменить слабую плоть на какую-нибудь сталь высокой плотности. Вон, кисти теперь тяжеленные от сжатых молекулярных связей.

Фактически я создал нечто совершенно новое, не встречающееся в природе. Кости такой прочности спокойно заменят мне любой экзоскелет.

Тряхнув головой, я огляделся.

Мутанты вокруг топали по своим делам. На меня, сидящего в окружении дохлых гончих, никто даже не посмотрел. Бессердечные ублюдки, а ведь меня могли и сожрать!

Змея, мелькнула отстраненная мысль, наверняка рассчитывала на другой путь. Я один способен на такие фокусы. Наверняка полагалось поднять себя на ноги, а тварям просто вскипятить мозги. Или и вовсе просто переподчинить их, и приехать к наставнице верхом.

Представив такую картину, я глупо заржал, задрав голову к яркому небу. Нервное напряжение отступало, из глаз брызнули слезы, мышцы пресса свела судорога, а я никак не мог перестать смеяться.

Обхватив себя за бока, я снова рухнул на бок. Дохлая гончая уставилась на меня остекленевшими глазами.

Потрепав труп по башке, я сосредоточился, заставляя костяные наросты сперва расплыться, а затем убраться внутрь тела.

Обратная перестройка организма шла легче – изначальная форма, на поддержку которого работал вирус, восстанавливалась безболезненно и, похоже, в разы дешевле по Энергии.

Ощутив, что процесс закончился, я с удивлением обнаружил, что полон сил и готов к бою.

Поднявшись на ноги, осмотрел результат. Пальцы до конца не срослись, костяшки заметно выпирали, мяса на них почти нет, а на кончиках отсутствуют ногти. Но, учитывая специфику, не думаю, что это такой уж минус.

Тело, по сути, гомеостат. Чтобы внести и закрепить изменения, ему зачастую нужно раз за разом проводить встряску в нужном направлении. На этом принципе завязано все развитие живых организмов. Мы наращиваем мышцы долгими упражнениями, изнуряя себя длительный период, искусственно завышая уровень стресса. Но в критической ситуации организм мобилизуется, перерабатывая накопленное в энергию. Она-то и позволяет матерям поднимать машины, под которые попадают их непутевые дети.

Так и здесь – я, по сути, качнул маятник, расшатав собственные клетки, перестроил их. И сейчас эффект закрепился.

Отсюда, разумеется, следует еще один вывод – не стоит злоупотреблять открывшимися возможности, если не хочешь перманентно превратиться в какого-нибудь Логана из Людей Икс.

Интересно, какую сейчас по счету ленту ставят режиссеры бессмертного цикла комиксов?

Сжав правый кулак, я подумал, что было бы не так уж и плохо иметь когти из прочнейшего металла. Собственно, почти такого эффекта я достиг на левой руке. Точнее, просто не смог сделать обе руки одинаковыми, но кому нужно об этом знать? Сделаем вид, что так и задумывалось.

Другое дело, поддержание такой пластичной формы требует дохрена Энергии. Будь гончих не три, а хотя бы пять штук, хер бы я справился. Чтобы разово и на короткое время провести метаморфозу, мне потребовалось поглотить трех.

Я вытер выступившую испарину со лба и снял исполосованную майку. Глубокие раны заросли, даже шрамов не осталось. О прошедшем напоминал только более светлый цвет кожи.

А ведь, черт возьми, я могу сам вернуть свою внешность! Эта мысль приподняла настроение, и зашагал по улице, внимательно выискивая в толпе Змею.

Схватка с гончими прошла быстро, не думаю, что она успела покинуть лагерь.

* * *

Солнце опустилось за горизонт. Темнота выступила из-под крон деревьев, окружила лагерь. Закричала ночная птица, вспорхнула с места, громко хлопая мощными крыльями.

Мимо промчался, ловко перепрыгивая сплетения хищных лиан, огромный черный кошак с длинным скорпионьим хвостом.

От озера донесся тихий всплеск. Вода пошла мощными кругами, с шелестом ударяясь о прибрежный песок.

Продолжая сидеть на упавшем бревне, я следил за перемещениями Змеи. В свете сгущающихся сумерек женская фигура отчетливо прорисовывалась на глади сверкающей от множества звезд воды.

Вряд ли я остался незамеченным, не с ее мощью контролера. Да и зверье наверняка отсюда распугала, чтобы не мешали плескаться в мелком водоеме.

Пока ждал, когда она закончит, перебирал воспоминания о Земле. Сколько всего осталось там, чего никогда уже не увижу? Как там брат с сестрой?

Воображение из раза в раз рисовало счастливые лица постаревших родственников, собирающих уже своих детей и внуков на семейные праздники. Интересно было бы послушать, что они расскажут обо мне. Да и расскажут ли вообще?

Я так давно покинул родную планету, что она уже и перестала быть моей. Землянин, лишенный возможности вернуться. Вместо нормальной службы по контракту, угодил в безумный эксперимент, потерял последние остатки человечности, охочусь и убиваю ожившие кошмары из старых сказок. А теперь и вовсе стал одним из них.

Змея выбралась на берег, не обращая на меня внимания, прошла к оставленному сарафану. Пока она одевалась, я успел как следует рассмотреть чешую на бедрах и животе.

Кажется, я знаю, каким образом моя кровь должна откатить внесенные вирусом изменения.

Я отер кисти рук, задумчиво разглядывая темную кожу. Вернуть собственное лицо пока не удалось, да я и не особо старался. Что мне эта рожа? Я уже забыл, как выглядел до взрыва, свыкся с новым обликом. И, как это ни странно, считаю его подходящим.

Во мне кипят ненависть и злость. Да и образ жизни не располагает к чистому лицу. Шрамы рассасываются, но так я сам себе кажусь настоящим собой.

Чудовище, нашедшее подходящие для него угодья. Ведь мне нравится жизнь на Тау Маре.

Здесь закон не ломает комедию. Преступник? Держи пулю в голову или петлю на шею. Добрый фермер? Вот тебе выносливая скотина и аномально урожайное зерно.

— Выжил, значит? — негромкий голос Змеи спустил меня с небес на землю. — Ну и отлично, не хотелось бы, чтобы Мессия меня потом саму за тебя убил. Ты же наш спаситель! Наш герой!

Я громко хмыкнул.

— Я не спаситель, и не герой.

— Конечно, нет, — с готовностью подтвердила та. — Был бы героем, уже бы дал выцедить из себя всю кровь до капли.

Я пожал плечами. Еще вчера, после разговора с Паникой, позволил местному автодоку взять первую порцию материала. Так что теперь создание вакцины лишь вопрос времени. Если, конечно, корпорация его даст.

Я поднял глаза на отжимающую волосы мутантку. Нет, даже в такой, казалось бы, романтичной обстановке все равно вижу антропоморфную змею. Руки так и чешутся задавить противоестественную гадину.

Она закончила прихорашиваться и уселась рядом. Подавив желание отодвинуться, я ждал продолжения.

— Я тебе не нравлюсь, — со смешком заявила Змея. — Не переживай, ты мне тоже противен. Ни мозгов, ни способностей. Даже лицо и то отвратительное.

— И? — я пожал плечами. — Дальше-то что?

Она усмехнулась.

— Ну а дальше все просто. Сейчас ты защищаешься, я тебя ломаю. Продержишься против меня пять минут, значит, моя работа закончена. И не думай, все, что было до этого момента – всего лишь детские игры.

Я кивнул и поднялся на ноги. Змея осталась сидеть на месте, улыбаясь так, будто у меня уже ничего не вышло.

Ничего, тварь, я сотру эту улыбочку с твоего  лица, мысленно пообещал я.

На плечи словно гора рухнула. Меня неумолимо потянуло к земле, колени хрустнули под невидимым прессом.

Я сжал зубы от пронзившей многострадальную спину боли, тут же повторил маневр с вылезающим из-под кожи коконом. Давление немного ослабло, но не исчезло.

Змея усмехнулась, и мой кокон просто сдуло. В черепе закипела кровь, давление ударило со всех сторон.

Я скривился, чувствуя, что череп вот-вот лопнет.

В искусстве тонкого воздействия ей не откажешь. Но это не мой путь.

Я не могу себе позволить заигрывать с врагом. Это у Змеи всегда под рукой есть армия подчиненных. Они будут готовы сдохнуть, лишь бы позволить ей нанести четко выверенный удар. Я одиночка. И мне надо бить насмерть с первого раза.

Я не стал бороться с чужими психоволнами. Сняв всю защиту, позволил крови хлынуть из всех щелей. Подстегнул регенерацию, сращивая повреждения, а сам, шипя сквозь зубы, обрушил на Змею уже проверенный на болотах молот.

Колени подкосились, земля бросилась на встречу. Едва успел подставить руку, чтобы не проломить череп. Рядом горкой тряпок рухнула Змея.

Мне даже смотреть не нужно, я и так понял, что она увлеклась и полностью раскрылась. Ее сгубила собственная жестокость.

Когда я перестал бороться, привыкшая к своей непобедимости наставница решила добить сломавшегося врага. Вот только у меня есть прокачанная регенерация, а у нее – нет.

— Больная тварь, — сплюнул кровавую слюну я.

Рука превратилась в насос, я погрузил пальцы в живот мертвой мутантки и провел последний эксперимент.

Алекс я спас, залечив перерезанное горло. Посмотрим, что получится с раздавленными мозгами.

Меня все еще покачивало и тошнило. Но перед глазами пульсировали разорванные ткани. Не знаю, как насчет души и рассудка, но я восстановился. И она сможет. Наверное.

Не зная формул, безо всяких вакцин, одним лишь упертым намерением я заставлял плоть Змеи восстанавливаться. Энергия резко просела, я уткнулся в плечо женщины лбом. Тяжело дыша, следил, чтобы процесс шел без остановки.

А зачем я вообще этим занимаюсь? Ведь можно направить свою собственную кровь ей, перестроить личный вирус под тело Змеи и пусть регенерирует, как положено рептилии.

Черт, обещал ведь себе не ронять Энергию до такой степени! Вот кому я сейчас дарю бессмертие?

Несмотря на сомнения, я не переставал следить за ходом процесса. Вот она, ее структура.

Перед глазами выстроился объемный чертеж, словно отрисованный для меня нейроинтерфейсом. Точно также он подсвечивал блоки в механизмах.

И, черт возьми, я видел, знал, чувствовал какой за что отвечает! Да я нахрен бог! Могу исцелить, откатить, одаривать бессмертием и править любого носителя вируса!

Едва не растеряв концентрацию, мысленно засучил рукава. Что там Паника говорил, считал себя неимоверно крутым? Ну и кто теперь здесь папа, вашу мать?!

Я шумно закашлялся, сплюнул остатки свернувшейся крови из носоглотки. В мыслях чуть прояснилось, я тряхнул головой и выругался. Пока плавал в неуместных фантазиях, вирус сожрал часть чужих внутренностей.

Страшная хрень. Против воли пациента поглотить еще не хватало! Нет, потерпи подопытная, доктор Каратель еще только начал.

Сосредоточившись, передал каплю собственной крови. Зеленый пакет раскрылся, выпуская изумрудные щупальца, подминая под себя окружающие ткани.

Стоять! Не так быстро! Я не сделал главного.

Перед зажмуренными глазами снова возник чертеж внутреннего устройства Змеи. Методом перебора, вычленил нужный блок, сравнил с собственной картой, взятой за эталон.

Не зная как поступить иначе, просто смахнул блок испорченного генокода. Подхватив уже мутировавший под наставницу вирус, представил, как копируются нити, пока узор сам не лег на пустое место.

Черт возьми, как же сложно! Меня снова повело, но в этот раз я не стал сопротивляться.

Замещение прошло успешно, зараженный мною организм восстанавливался. Соединялись ткани, срастались лопнувшие капилляры.

Я тяжело вздохнул и вытащил руку из живота женщины. Рана на глазах заросла.

Ну вот и все, подумал я, устало привалившись боком к бревну. Протянув руку, я смахнул с руки Змеи отмершую чешую. Розовая кожа, кажется, светилась в ночных джунглях.

Откинув голову, я закрыл глаза и тяжело вздохнул. Навалившаяся усталость требовала отключиться прямо здесь и сейчас, но я упрямо держал за хвост настырно бьющуюся в черепе мысль.

Если могу оживлять мертвых, могу по своему желанию редактировать мутации, выходит, это не я плохой контролер, это они все не туда развиваются. И ведь если могу управлять чужой мутацией с подобной легкостью, получается, и бессмертие отобрать способен?

А ведь я могу передать этот дар своему потомству. Змее такого свойства не досталось, его не выдрать просто так, не превратив женщину в мое уродливое  подобие. Я же подменил искажения, выправив тупиковую мутацию.

Решено, следующей будет Алекс. Пусть Алиса и утверждает, что стрелок всего лишь клон, но я себе не прощу, если оставлю все, как есть, когда мог исправить проблемы девчонки за пару часов.

Едва найдя в себе силы пошевелиться, я встал на колени  медленно двинулся к озеру, чтобы смыть кровь и напиться. Черт с ним, даже если там соленая вода, отращу жабры или что там еще нужно.

Я могу все! От этой мысли хотелось смеяться, и я с трудом удерживался от глупой улыбки.

Озеро уже было в паре метров, когда сзади зашелестела трава, хрустнули сочные ветки под чьими-то ногами. В бок укололо, я выгнулся от мощного разряда тока и рухнул лицом на землю.

— Проверь ее, — приказал незнакомый голос.

— Все в порядке. Он откатил мутацию.

Ах ты, мудак! Чертов ублюдок, я же доберусь до тебя, никакие подвалы меня не удержат! Тварь, ты сдохнешь в страшных муках! Слышишь, сволочь?!

— Пакуйте обоих, — снова подал голос незнакомец. — А ты продолжай работу. У нас мало времени, а результатов все еще нет

Меня подхватили чьи-то руки, надели на голову мешок. Затем ударили прикладом по затылку, сбивая ориентацию. Я чувствовал, что меня тащат, ботинки скребли об землю, подпрыгивая на корнях.

А потом впереди низко зарычали двигатели джета. Чертовы ублюдки притащили с собой хренов самолет!

Меня швырнули внутрь машины, сверху упало тело Змеи. Я попытался пошевелиться, но получил еще один заряд. Мышц скрутило судороги, зубы клацнули, едва не откусив язык.

— Полетели! — приказал все тот же незнакомец.

Меня резко вдавило в пол, тело женщины стремительно набирало вес, грозя раздавить меня в блин, но все быстро закончилось.

— Какого хера? Выруби его!

И новый разряд отправил меня в темноту. Последнее, о чем успел подумать, это обещание прикончить предателя Мессию собственноручно.

Первым заработал слух. Из давящего механического гула я вычленил жужжание ламп, равномерный и редкий писк приборов. Зашипели раздвижные двери, по стальному ребристому полу шаркнули подошвы. Следом прошел, тяжело гремя ботинками, еще один человек.

Редкие удары сердца в моей груди едва ощущались, кровь медленно катилась по венам. Тело медленно просыпалось от комы.

— Ну, что скажешь, док? — спросил тот же незнакомец, что забрал меня у Паники.

— Тоже, что и раньше, капитан, — ответил мягкий тихий баритон. — Он действительно откатил все изменения подопытной. Мы перепробовали все – организм восстанавливается с такой скоростью... Не видь все своими глазами, я бы никогда не поверил.

Они оба молчали. Я слышал их дыхание, различил нервную дрожь медика от тяжелого надсадного сипа вояки.

— Но факт есть факт, — заговорил доктор. — Теоретически мы можем выделить нужную формулу, но на деле...

— Что? — раздраженно прошипел капитан.

Медик тяжело вздохнул, прошелся по помещению, шаркая подошвами.

— Представь обученного солдата, — заговорил доктор. — Он умеет воевать, как профессионал. Знает, как устраивать засады, может собрать мину из дерьма и клочка бумаги. Опасен он для общества?

— Для того нас и обучают, — недовольно отозвался капитан.

— Пока вы верны, да. Но что если такой солдат сможет прирастить отрубленную голову? Как долго продлится его верность, капитан?

— Так долго, сколько понадобится. Это наша жизнь, наша работа. В конце концов, наш долг...

— Брось, капитан, — перебил его собеседник. — Эти сказки оставь своим бойцам. Мы с тобой прекрасно знаем – ты здесь только потому, что иного выбора нет. Нечего было терять, и ты нанялся в «БиоТек».

Некоторое время они снова молчали.

— Нас просто бросили здесь на годы, — продолжил доктор. — И, знаешь, вот сейчас сюда явится флот, подкрепленный армейскими подразделениями. Какие-нибудь «Черные головы, «Огненные», кто там еще из этих психов?

— «Скорбящие клоуны», — мрачно подсказал военный.

Да, здесь я согласен, не самый приятный контингент. Этих парней и девчонок сбрасывали туда, где не предполагалось взятие пленных. Они не призывали к порядку, не следили за соблюдением законов. Они уничтожали колонии, убивая всех и каждого, кто попадался на пути. Чистильщики, используемые только в самом крайнем случае. Ни одна планета, куда спускались отряды истребителей, не устояла перед их жестокостью.

Помню я, как ими пугали бунтующий народ в далеком космосе. Стоило их кораблям появиться на орбите, любое восстание затихало само по себе. А где продолжалось, так это ненадолго – в ход шел десант.

До сих пор помню кадры, где закованные в тяжелые боевые брони солдаты сваливают в глубокую яму тысячи трупов, оставшиеся после визита истребителей. Братские могилы по всей колонии – это реально страшно. Страшно даже мне, самому несущему смерть всем, кого считаю виновным. Но я убиваю одиночек, а истребители занимаются геноцидом. На профессиональном уровне.

— Именно! Отборные ублюдки, заработавшие себе репутацию на охоте за головами. Те, кто с удовольствием нас всех здесь перестреляет. Ходят слухи, им платят по тройному тарифу за каждого дезертира.

Голос медика дрожал, он явно до чертиков боялся головорезов корпорации. И я его прекрасно понимаю.

— Ты это к чему, док? — недовольно заворчал капитан. — Мы здесь, на этой долбаной планете, торчим уже почти десять лет! Мы верны, выполняем возложенные задачи...

— И теперь у нас в руках ключ к бессмертию, — горько усмехнулся, перебивая, медик. — Ты бы оставил все так, как есть, капитан? Посмотри на него!

Койка качнулась, лязгнул металл. Похоже, медик ударил рукой по поручню у ног.

— Мы сменили уже более сорока составов, накачали всеми возможными наркотиками, травили его всей доступной химией. Но он справляется с каждым коктейлем уже через несколько часов. Не знаю, как ты, а я не горю желанием подохнуть только ради того, чтобы совет директоров смог жить вечно. Или ты думаешь, флот прибудет, чтобы поддержать нас, капитан?

— Я всего лишь солдат. Меня не касается, что будет лежать в посылке, — резко отозвался капитан.

Медик тяжело вздохнул.

— Как только мы передадим формулу, нас всех пустят в расход вместе с этой чертовой планетой. Ты же помнишь резню на Кратосе-9! Как только корпорация получила генератор, они взорвали планету. Сколько таких солдат, как твои ребята, остались там?

— Много, — буркнул вояка. — Больше тридцати тысяч.

— А здесь нас всех чуть больше полутора! — повысил голос доктор. — Такие цифры никого не остановят. Да будь здесь даже миллиарды! Ты правда думаешь, «БиоТек» станет с нами церемониться? Мы сделали дело, вытащили формулу, дальше мы уже угроза.

Надо же, а док-то соображает! Вот только мне это пока никак не поможет. Накачали меня так, что мы мышцы отключились? Ну так это мы уже проходили со Змеей, сейчас только собраться с силами...

— А что у нас есть кроме?! — взъярился капитан. — Этот обрубок?

Обрубок? Обрубок?!

— Да что он может? Ты же сам проверил – сунь его в кислоту, нихера он не сможет. Мы его нахрен вырубили шокером! Шокером, док! — еще больше повысил голос вояка. — Да ни один парень в броне от такого не отключится. И ты предлагаешь превратить мне своих же ребят в этих чудовищ? Да он же даже не человек больше!

— Зато он жив, твою мать! — перешел на крик медик. — А что с нами будет, когда прилетит флот? Да перестреляют всех к черту. Выжгут континент, испарят океан, и останется здесь пустой – слышишь, пустой! – комок космической пыли.

Я постарался собраться с мыслями. Получалось чертовски плохо – кажется, эффект коктейлей доктора выдул из головы последние мозги. Черт, я и так-то гением никогда не был. Тело, мое тело... Какого хера со мной сделали, пока я спал?

Стараясь не паниковать, снова потянулся психоволнами... И ничего не произошло. Я больше не чувствовал ничего.

Не может быть, я же бессмертен, я же сам по себе восстанавливаюсь, даже этот доктор сказал – я, мать вашу, регенерирую! Я могу восстать из пепла, какие уж там наркотики?!

Меня охватил ужас, заставив мысленно орать от накатившей паники. Я снова оказался в собственном непослушном теле. И на этот раз все еще хуже – меня лишили даже зрения, черт возьми!

— Я предлагаю выход, — донесся до меня голос доктора. — Я введу сыворотку всем нам. А когда прибудет флот – мы поднимемся на орбиту, если понадобится – захватим корабль и скроемся в космосе. Капитан, — он вздохнул, — Рихтер, ты же понимаешь, знаешь, что я прав. Почему ты не хочешь спастись?

— Я давал клятву. Если мое слово ничего не значит даже для меня, какой во мне смысл? Ты хоть раз думал, Лекс, зачем просыпаешься каждое утро? Зачем продолжаешь работать, хотя нас, как ты сам говоришь, бросили на произвол судьбы? Почему ты еще здесь, а не свалил на континент в поисках лучшей жизни, если нас все равно перестреляют?

Доктор ни секунды не раздумывал над ответом.

— Потому что я ищу вакцину, Рихтер! Мне хватает мозгов понять, что без нее мы никуда не убежим. Я все эти годы просыпаюсь с одной целью – получить это чертово бессмертие. Ты же читал отчеты! Он сгорел дотла и восстановился!

— Его чип испорчен так, что нихрена не понятно. Вполне возможно, его уже здесь имплантировали. Ты же знаешь, у местных найдется для этого оборудование. А трофейных там хватает – как минимум, сотня упавших капсул у них есть, где-то да уцелела голова бойца.

— И подпись проставили? — коротко рассмеялся Лекс. — Не перехитри самого себя, Рихтер! Я прогнал по базе – это тот же самый чип, что зарегистрировали на Земле, когда он записывался в армию. И записи в его НИ говорят однозначно – парень сгорел заживо и воскрес. Там температура такая была, что нам вообще повезло, что от тела остался кусок кости, к который прикрепился чип нейроинтерфейса! Ты сам представь, он уже однажды полностью отрастил себе новое тело.

— Пока я вижу только то, что вижу. Он мутант, способный исцелять от местного вируса других мутантов. При этом ты сам сказал, против кислоты он не танцует. Чтобы что-то восстановилось, этому чему-то нужно существовать. А я что-то не вижу, чтобы из твоего чана наружу полез еще один капрал.

Доктор скрипнул зубами, а я застыл, перестав метаться, стараясь не упустить ни слова. Выходит, я не так уж и бессмертен? Купание в кислоте и электричество для меня под запретом. И кость с чипом... Если бы сгорело все – хрен бы я восстал из мертвых? Ведь даже Алекс тогда, взорвалась с батареей не целиком.

И тогда, получается, когда флот активирует заряды в коре планеты, от меня тоже ничего не останется. Черт, нужно что-то делать, пока еще не поздно. Где мои чертовы психоволны, когда они так нужны?!

— Кто знает, Рихтер. В любом случае, как только система просчитает формулу, я сам приму сыворотку. Вопрос только в том, нужно ли мне готовить вторую дозу?

— Это преступление, Лекс.

— А бросать нас здесь на десять лет – это как?! Нормально, по-твоему?!

— Ты сам на это подписался, когда согласился сойти с корабля для бессрочных полевых работ. Мы все подписались. И теперь ты хочешь поднять бунт?

— Какой бунт, Рихтер. Опомнись, с этим парнем к нам в руки пришел шанс сохранить свои шкуры. И ты хочешь спустить это все в унитаз? Нас здесь никто не контролирует пока что. И если мы примем с тобой по дозе микстуры от лихорадки, они и не узнают, что на самом деле мы испили из Святого Грааля!

— Ты готов подделать отчеты? — изумился капитан. — Ты это сейчас всерьез, Лекс? Если об этом хоть кто-нибудь...

— Я не такой дурак, как ты думаешь, — усмехнулся медик. — Ключи от этой палаты есть только у нас двоих. Система уже давно полностью под моим контролем. И если ты никому сам не скажешь, никто и не узнает об этом разговоре.

Ботинки капитана простучали по полу. Похоже, солдат раздумывал над предложением товарища, расхаживая по моей палате.

Я же успел мысли в кучу и разложить по порядку. Итак, меня притащили на базу. Будем надеяться, что не в океанскую, иначе я хрен отсюда выберусь. Даже отрасти я плавники и жабры, вплавь 300 с лишним километров не преодолеть за короткий срок. Управлять джетом я не умею, а в наличие здесь лодок очень сомневаюсь. Потому примем за данность – это база в красной зоне, иначе и бороться бессмысленно.

Второе, я пока что – только пока что! – не могу пошевелиться. Но упорство и труд – все перетрут. В конце концов, я восстановился из кусочка кости, если верить словам доктора Лекса. Значит, пока меня не купают в кислоте и я мыслю, существует способ вырваться из этого плена.

Третье – у меня изъяли интерфейс. Окончательно изъяли, и теперь я не защищен никакими законами. Я больше не служу на благо «БиоТек», я теперь просто мутант, каких много по всей Тау Маре. Это значит, что никто и гильзы не поставит на мою жизнь, когда нагрянет космический флот.

Четвертое – ветераны ожидают истребителей. Это ожидаемо, хотя я по-прежнему буду надеяться, что не все так плохо. Да, корпорация потеряла один флагман, но сразу отсылать этих психов? Нет, пока не увижу своими глазами, не поверю.

План действий? Будем учиться заново шевелить мышцами. Хрен пока что с психоволнами – тут тело бы собственное почувствовать для начала.

— Что ты решил? — произнес доктор, явно устав смотреть, как капитан ходит туда-сюда по палате.

Вояка с шумом вобрал воздуха в легкие.

— Ты не будешь делать две дозы, Лекс.

— Ты уверен?

— Уверен, как никогда. Ты сделаешь больше. Мне нужно по две дозы на человека. Не хочу, чтобы что-то пошло не так.

— Как скажешь, Рихтер, — с явным облегчением выдохнул медик. — Я рад, что ты принял правильное решение. Мы все сможем, капитан. Воля и честь!

— Воля и честь! — отозвался капитан.

Странный девиз, подумал я. У нас такого не было. Что-то не сходится, кто-то опять тебя обманул, Каратель. Воля и честь, воля и честь...

Я повертел девиз в голове, пытаясь вспомнить, кому он принадлежал, но ничего в голову не приходило. Может, какое-то элитное подразделение? Хрен его знает. В каждой корпоративной армии их, как собак нерезаных, всех не упомнишь.

Простучали по полу ботинки уходящего капитана. За ним с шипением закрылась дверь, а я услышал тихое пение доктора. Черт, я же знал эту песню, ее пела Алиса. Не та, что в «Стальных сердцах», а та, что настоящая, на Земле осталась.

— Я знаю, что ты нас слышал, капрал, — внезапно сообщил медик. — Извини, но такова уж твоя судьба, стать разносчиком чумы, которая погубит человечества. Если ты бы мог видеть, во что превратился... В твоей крови нашлось место не только лекарству. Уж не знаю пока, что пошло не так, но теперь ты совсем не похож на человека.

Я попытался сохранить спокойствие.

— Я буду искать способ исправить положение, а пока ты просто мумифицированный скелет. Даже те зомби, которых мы находили в самом начале, больше похожи на людей, чем ты. Может, это воздействие препаратов, черт его знает. У нас впереди несколько недель экспериментов. Но, знай, капрал, — он усмехнулся, — я заинтересован в твоем излечении как никто другой на этой проклятой планете. В конце концов, если мы не выделим нужный состав, то сами станем такими же, как ты.

Какая нахрен мумия?! Я же тебя слышу, чертов ублюдок!

— Показатели растут, — задумчиво произнес доктор. — Похоже, ты действительно все понимаешь. В таком случае я буду с тобой разговаривать, пока работаю. Так мы будем отслеживать не только реакцию на окружающие звуки, но и работу твоего сознания. Видишь ли, на простые звуки, как и на прочие раздражители, реагируют даже растения. Но мы-то с тобой оба люди. Ну, ладно, я человек, а ты им был. И судя по приборам, где-то там в этой оплавленной коробке, — раздался сухой стук, похоже, он постучал мне по лбу, — еще сидит то, что совсем недавно было капралом Карателем. И да, на будущее – может быть, слышал такое выражение: быть всем, значит, быть ничем? Похоже, что мы как раз с этим и столкнулись. Ты разогнал свой организм так, что он расплылся, перестал удерживать свою форму. Пару дней ты вообще был кляксой живой плоти, реагировал только на электрошок да кислоту.

Но ведь, если я был лужицей и стал мумией – это уже прогресс, верно?

— Судя по всему, в тебе уцелел изначальный код. И теперь ты пытаешься к нему вернуться, но чего-то явно не хватает. Кожа превратилась в желе, органы не сформированы. Сердце – как зародыша, чуть увеличь нагрузку, и ты умрешь. В общем, не советую ближайшее время напрягаться. А пока давай-ка возьмем анализы.

* * *

Время шло, я старался удерживаться в сознании, но все чаще осознавал, что теряя силы. На Тау Мару прилетит корпорация? Хорошо, пусть прилетает. Мне-то что? Меня хотят снова расчленить, и я должен отрастить новую конечность? Пожалуйста, доктор, мне не сложно.

Глаза я восстановить так и не смог. По словам Лекса я вообще застыл на одном уровне. Неделю я пытался восстановить хоть чуточку мышц, но все безрезультатно. Доктор заявлялся каждые несколько часов, растягивающихся для меня в вечность. Лекс считал свои разговоры со мной полезными, а я не мог возражать. Да и не видел в этом смысла.

— Сегодня 1 января, капрал. С новым годом тебя! — доктор вошел, говоря вместе с шипением раздвижных дверей. — Здоровья тебе по больше, капрал!

Он рассмеялся, а потом положил ладонь мне на ногу. И, черт возьми, я это почувствовал!

— Хм, кажется, зря я это сделал, — пробормотал доктор с сомнением. — Показатели сбоят, что ли?

Он прошел мимо, встал справа. Я уже знал, что там расположен монитор, фиксирующий мозговую деятельность. Так, спокойно, Каратель. Ты же Каратель, ты в плену у врагов, помнишь? Нельзя показывать, что тебе удалось нарастить нервы, иначе все пойдет нахрен.

— Ну вот, теперь все правильно, — заявил Лекс, когда мне удалось успокоится. — Кстати, за все это время я так и не рассказал тебе, что случилось с твоей пациенткой. Ну, которую взяли вместе с тобой. Помнишь такую?

Конечно, помню. Как можно забыть такую тварь?

— В общем, умерла она, — с наигранной печалью сообщил доктор. — Как оказалось, нельзя просто взять и смахнуть поддерживающий основу основ живого организма. Когда ты влез в ее гены, все разрушилось. Так что, пожалуй, это не слишком радостная весть. Кстати, в себя она так и не пришла, как ни жаль.

Но ведь это рушит все мои выводы. Я убил ее вместо того, чтобы спасти. Выходит, мой вирус – лекарство только для меня самого? На что же надеется Лекс, ковыряясь в моем мумифицированном теле? Думает, ему удастся обойти структуру человеческих генов?

— Видишь ли, капрал, любой живой организм имеет несколько, скажем так, программ. Программа минимум – это дыхание, биение сердца и тому подобное. Именно поэтому мы не умираем, когда спим, а переходим к выполнению минимальной задачи – сохранение жизни. Это тебе удалось, но не до конца. Ты лишь отстрочил смерть ее организма. Как только кончился ее внутренний ресурс, я констатировал смерть.

Он зазвенел инструментами.

— Я понимаю, тебе наверняка больно это слышать, но ты должен понимать, одно дело – заставить дышать тело, в котором умер мозг, но воскресить уже мертвого – это уже намного сложнее. Кстати, могу тебя и порадовать, мы все ближе к разгадке, сегодня удалось повторить твой фокус, проделанный с контролершей. У нас на миссии погиб боец. Мы ввели ему твою модифицированную кровь и, только вдумайся, спустя шесть часов после клинической смерти его сердце начало биться само. Мы, конечно, подключили его к аппарату, это же не посторонний мутант, это наш человек. Хм, человек Рихтера, — поправился доктор. — Но – начало положено. А теперь, позволь мне взглянуть на твое сердце, вдруг это не сбой программы?

Треснула грудная клетка, заскрипел о кости скальпель. Черт, хорошо, что я нихрена не чувствую.

* * *

— Доброе утро, капрал! У меня для тебя радостные вести! Сегодня твой день рождения, судя по записям нейроинтерфейса. Кстати, чтобы ты знал – наш боец пришел в себя. Пока мы проводим тесты, но и я, и наш капитан, оба считаем, что это огромный успех.

Или он подхватил вирус бессмертного на своей операции, подумал я. Впрочем, Лексу лучше видно. Он же наверняка может в этом разобраться. Он этим живет, насколько я успел понять. Загадка моей регенерации пьянила доктора, он проводил со мной все больше времени.

А мне приходилось прятаться, скрываться в собственном безжизненном теле. Каждый раз, когда происходили ничтожные изменения я был готов орать и прыгать от счастья. Как же хорошо, что я ничего подобного не помню с прошлой смерти. Я ведь даже толком не знаю, как оказался на поверхности, откуда меня и привели в Олл-Три.

— Что ж, теперь посмотрим, как ты тут без меня. Ты же не против, капрал, если я загляну тебе в голову?

Завизжала дрель. Черт, нервы головы нужно восстанавливать в последнюю очередь.

* * *

Я открыл глаза. Я. Открыл. Глаза.

Комната заставлена аппаратурой, справа мигает красным монитор, отмечая резкие изменения. Но доктор должен спать, я здесь почти два месяца, успел его изучить. Лекс жрет снотворное убойными дозами. А кроме него и редко заглядывающего капитана, доступа ни у кого нет.

Поднявшись на койке, я осмотрел свое тело. Розовая тонкая кожа, едва ли не просвечивающаяся. На руках даже проклевываются первые волоски. Пощупал слабыми пальцами подбородок, и из глаз хлынули слезы. Колючая щетина едва не продырявила ладонь, но я был счастлив.

Хлюпая носом, я сделал очередной вдох и вытянул шланг, вставленный в глотку. Тяжелый жесткий кашель заляпал белую простынь грязными пятнами. Выблевав желто-зеленую жижу, я отбросил чертов шланг на пол, и содрал с себя тонкое одеяло.

Ноги, мои ноги! Как я рад вас видеть! Как я рад видеть и двигаться! Как я люблю жизнь!

Из горла раздался слабый сип, неокрепший речевой аппарат придется тренировать, но это я уже смог однажды с помощью Марты, смогу и снова. Главное, выбраться отсюда к чертям.