<p>Наталья Серебрякова</p> <p>Держите невесту: Поменять жениха на Золотое кольцо</p>

Лариса, озабоченно сдвинув брови, с ног до головы пристально оглядывала девушку, стоящую в холле.

— Шарф! Ты забыла надеть шарф, Ксюша, — строго заметила она.

Ксюша умоляюще взглянула на нее:

— Посмотри на улицу — там тепло! Там почти лето! Никто уже не носит шарфы.

— Ты не такая, как все, и должна беречься, — назидательно произнесла Лариса. — Как вспомню, каким болезненным ребенком ты была! — Никто не верил, что ты вообще выживешь.

«Затянула свою песню!» — подумала Ксюша с отчаяньем и уныло взглянула на пожилую женщину. Она не воспринимала Ларису как домработницу, поскольку помнила ее столько же лет, сколько знала себя. И все эти долгие годы она не могла и шагу ступить без ее навязчивого присмотра.

— Но я выжила, Лариса, и… выросла. Мне 18 лет, и я сама могу решить, что мне надеть. Я знаю, сколько вы все для меня, сделали, но…

— Вот поэтому и повяжи шарф. И застегни верхнюю пуговицу, — не дослушав, перебила Лариса и горько вздохнула. — Не заботься мы о тебе… Уж слишком ты легкомысленна, Ксюша.

— Ну хорошо, хорошо, я надену шарф, — сдалась девушка и направилась к двери.

— Подожди! Мама сейчас спустится. Ты должна радоваться, что у нее всегда есть время, чтобы пройтись с тобой по магазинам. А большинству матерей на это наплевать, что сразу видно по их дочерям. Посмотри только, как они одеваются! — Лариса неодобрительно покачала головой. — Что до меня, то многие из них выглядят просто неприлично.

— Я бы с удовольствием прошлась одна по магазинам, — едва слышно произнесла Ксюша. — И выбрала бы то, что действительно мне хочется.

Лариса поджала губы:

— Не думаю, что это хорошая идея. Ты же совсем не разбираешься в том, как нужно одеваться.

— Например, джинсы мне бы очень подошли…

— Порядочные девушки не носят такие штаны, — двойной подбородок Ларисы затрясся от возмущения, — в мое время на девушек в таких штанах бросали косые взгляды.

— Но почти все носят джинсы.

— Просто потому, что они не знают, как нужно правильно одеваться. В конце концов, ты девушка из хорошей семьи, а не какая-то там… ну ты сама знаешь кто.

— Да лучше бы я была самой обыкновенной. Как жаль, что я не ходила в школу… — вырвалось у Ксюши.

— Ты же знаешь, это было невозможно. Ты была такой слабенькой. Но к тебе на дом приходили самые лучшие учителя. Твои родители не считались с расходами, чтобы дать тебе достойное образование. Да ты молиться должна на своих родителей!

— Но у меня нет даже подруги…

— Так и у других их нет. Обычно люди считают дружбой недолгое знакомство. Поверь мне, ты ничего не потеряла. Вот выйдешь замуж, родишь ребенка… — Лариса заговорщически округлила глаза и продолжила громким шепотом: — Я случайно услышала, о чем говорили твои родители.

— О чем же? — насторожилась Ксюша.

— О твоем замужестве. Кажется, они подыскали тебе достойного жениха.

— Меня хотят выдать замуж? — У Ксюши перехватило дыхание. — Не может такого быть! Мне никто ничего такого не говорил… Нет, ты, наверное, ошиблась. Это же чудовищно — не спросив меня… Деспотизм просто, Средние века!

Лариса уставилась на нее в полном недоумении:

— Тебе не стыдно говорить такое? — авторитетным тоном возразила она. — Разве тебе отец родной добра не хочет? Уж наверняка достойного молодого человека подобрал, не монстра какого… Что-то ты разнервничалась сегодня. Это, наверное, из-за погоды. Похоже, сегодня будет гроза.

Ксюша в унынии смотрела перед собой. Что толку спорить с Ларисой? Она все равно ничегошеньки не поймет. В ее глазах Ксюша — избалованная роскошью неблагодарная девица, любое желание которой всегда исполнялось, прежде чем она успевала его произнести. Как объяснить, что ей осточертела эта золотая клетка и она бы с радостью выпорхнула из нее на свободу, подальше от их невыносимой заботы, туда, где никто не знает, что она богатая дочка преуспевающего бизнесмена Владимира Завьялова, туда, где все будут думать, что она самая обыкновенная девушка.

— А вот и мама идет. — Лариса улыбнулась спускавшейся по лестнице женщине. Анна Завьялова, хозяйка дома, являла собой образец настоящей светской дамы.

* * *

— Я хочу получить права. — Ксюша сосредоточенно смотрела на дорогу. Но сидящая за рулем Анна сделала вид, что не услышала просьбу дочери. — Можно я запишусь на курсы?

— Нет, — ответила Анна тоном, не оставляющим сомнений в том, что дискуссия на эту тему закрыта.

— Но у других в моем возрасте уже давно есть права.

— Девочка моя, ты не сможешь водить машину. Вождение, это не забава, а сплошная нервотрепка. Да и зачем тебе права? Мы с папой всегда можем тебя подвезти, а если у нас нет времени, ты всегда можешь вызвать такси. Так что тебе совершенно не нужны права.

— Почему никого не интересует мое мнение? Вы с папой всегда знаете лучше, что мне нужно, а что нет.

— Конечно, мы знаем лучше, — невозмутимо согласилась Анна. — Что с тобой сегодня, не с той ноги встала? — со снисходительным добродушием спросила она. Но, бросив взгляд на дочь, Анна увидела, как напряглось лицо девушки.

— Знаешь, иногда я просто не могу так больше жить, — призналась Ксюша. — То нельзя, это нельзя… потому, что у меня либо сил не хватает, либо способностей.

— Не забывай, ты должна считаться со своим здоровьем. Ведь ты родилась недоношенной.

— И не будь я дочерью богатых родителей, то могла бы и умереть, — досказала Ксюша с нескрываемым раздражением. — Иногда я думаю: лучше бы так оно и было!

Анна аккуратно припарковала машину возле бутика и внимательно посмотрела на дочь:

— Успокойся. У тебя явно сегодня нервы шалят. Пойдем, купим тебе что-нибудь новое, и настроение повысится! — Она ободряюще улыбнулась. Ксюша покорно кивнула, хотя походы по магазинам давно не доставляли ей удовольствия. Конечно, ее гардероб составляли очень красивые и со вкусом подобранные вещи, однако выбирать наряды самостоятельно Ксюше не дозволялось.

Если в магазине Ксюше что-то нравилось, то мать обычно говорила: «Возьми лучше это» или «Желтое тебе не идет. Ты слишком бледная».

И сегодня все было как обычно. Продавщица показала платья, Анна решила, какие из них Ксюша должна померить.

— Мы возьмем вот это, — решила Анна после третьей примерки.

Девушка безразлично рассматривала себя в зеркало. Конечно, платье было красивым, но поскольку его выбрала мама, оно больше не нравилось Ксюше.

— Я хочу вот эти джинсы. — Это чудовищное желание Ксюша осмелилась только прошептать, хотя продавщица не могла их слышать, так как отошла к кассе, чтобы упаковать платье.

Анна приподнялась с банкетки, на которой сидела, пока Ксюша примеряла платья и рассмеялась. Эта манера смеяться всегда выводила Ксюшу из себя. Так несерьезно и снисходительно взрослые реагируют на забавный детский лепет. Ксюша отметила про себя, что мать даже не посчитала нужным ей ответить.

— Что ты имеешь против джинсов? Сейчас все носят джинсы, — упрямо повторила девушка.

— Только не ты. — И на этом тема была окончательно исчерпана. Правда, Анна носила брюки, но очень элегантные и, конечно, сшитые на заказ.

— Давай выпьем по чашечке кофе, — примирительным тоном сказала Анна. — А что скажешь насчет порции мороженого?

— А разве мороженое мне не вредно? — ехидно поинтересовалась Ксюша. Но Анна осталась невозмутимой, словно не заметила вызывающего тона дочери. — В такую погоду, как сегодня, конечно, нет. Ты можешь заказать себе мороженое с фруктами, если хочешь.

— Может, ты меня с ложечки еще покормишь?

— Ксюша! — Анна пришла в ужас. — Извинись немедленно, я жду.

— Прости, — послушно пробормотала девушка.

— Ты сегодня явно не с той ноги встала. — Анна пожала плечами и направилась к выходу. — Пошли. Мы едем домой.

* * *

— Ты должна питаться как следует, перестань ковыряться в тарелке и ешь, как все нормальные люди, — заявил Владимир Завьялов за ужином.

— Пап, но я не голодная. Ты только посмотри, какую огромную порцию положила мне Лариса. Я просто не справлюсь.

— Так не пойдет. Ты должна заставить себя доесть все до конца. Бери пример с меня.

— Но ты же мужчина и к тому же работаешь, а я…

— Слава Богу, тебе не нужно работать, — перебил ее отец. Он вытер губы салфеткой и поднес ко рту бокал вина. — Хватит и того, что я зарабатываю. Или ты считаешь, что твой отец слишком жадный. Я мало даю тебе на карманные расходы? Чего моей девочке так сильно хочется?

— Ничего. У меня есть все, что мне нужно.

— Другие люди были бы счастливы, если бы имели возможность кушать хотя бы по праздникам то, что мы едим каждый день. Ты понятия не имеешь, как все сегодня дорого.

— Но вы же не разрешаете мне ходить за покупками, — парировала Ксюша. — Я ни разу не была в магазине одна. Даже если мне просто нужна новая ручка, ее покупает Лариса.

— Да потому что тебя обязательно обманут, — с усмешкой ответил отец. — А с Ларисой такой номер не пройдет.

— А что мне вообще делать? — спросила Ксюша.

Она запихнула в рот еще кусок мяса, хотя есть ей больше не хотелось. Проще во всем слушаться родителей, чем постоянно с ними спорить. «В конце концов, я все равно поступаю так, как хотят они», — с тоской подумала девушка.

— Я не понимаю, о чем ты, — сказал Владимир Завьялов. Ты получила диплом престижного колледжа, причем диплом с отличием. Разве этого недостаточно?

— Да, но у меня были очень хорошие учителя и к тому же они приходили ко мне на дом. Так что не составило особого труда сдать экзамены. А другим приходилось гораздо труднее, ведь им никто не помогал. Если я чего-то не понимала, мне объясняли материал до тех пор, пока все не вставало на свои места. Неудивительно, что все экзамены я сдала отлично. Но никогда и ничего в жизни я не добилась сама!

— У нашей Ксюши сегодня был трудный день, — смеясь, заметила Анна.

Ксюша с трудом проигнорировала мамину насмешку и обратилась к отцу:

— Я хотела бы работать в твоей фирме.

Владимир Завьялов удивленно развел руками.

— Чего только не взбредет в голову нашей малышке, — обратился он к своей жене. — Вы хотели сегодня утром съездить по магазинам. Присмотрели что-нибудь?

— Я хочу сама себе зарабатывать на жизнь. Разве непонятно? — С непривычной настойчивостью Ксюша вернулась к волновавшему ее вопросу. — Ты вечно жалуешься, что у тебя нехватка толковых сотрудников. Возьми меня, и ты увидишь, что на меня можно положиться.

— В этом я не сомневаюсь, но, слава Богу, тебе не нужно работать.

— Наша девочка сама не знает, насколько ей повезло, — добавила Анна. — Компот сегодня особенно удался Ларисе. Нужно будет не забыть поблагодарить ее потом.

— И что бы мы делали без нашей Ларисы, да? — с усмешкой заметил отец семейства.

Анна слегка смутилась. Муж явно намекал на ее неумение готовить. Она никогда не училась кулинарничать, да и нужды в этом особой не было. Лариса не потерпела бы конкуренции на кухне, и Анна с облегчением отстранилась от ведения домашнего хозяйства.

Позже они все вместе сидели в гостиной. Посмотреть со стороны — счастливая семья. Ксюша что-то вышивала на небольшой подушечке; однако сегодня это занятие лишь раздражало ее. Анна листала какой-то толстый глянцевый журнал, а ее муж просто сидел и думал о чем-то своем.

Владимир тихонько кашлянул, чтобы привлечь внимание Ксюши. Она рассеянно подняла голову и вопросительно взглянула на отца. Обычно такое покашливание означало, что Владимир собирается сказать что-то важное.

Отец коротко рассмеялся, поймав Ксюшин взгляд.

— Я как раз думал о тебе, — обратился он к дочери. — Человек должен думать о будущем. Что будет с вами, если со мной что-нибудь случится?

— Зачем ты говоришь об этом? — недовольно спросила Анна.

— Я могу внезапно заболеть, сейчас жизнь такая непредсказуемая. Что вы будете делать, если моя фирма разорится и я больше не смогу обеспечивать семью? — Он взял сигару, но не прикурил.

— Вот я и говорю, — произнесла Ксюша с надеждой, что хоть сейчас-то ее услышат, — мне надо самой…

Но отец, слегка повысив голос, продолжил свою мысль:

— У меня в офисе есть один толковый молодой человек. Очень толковый. Он, несомненно, далеко пойдет. Мне совершенно не хотелось бы, чтобы он ушел из моей фирмы. И тогда я подумал…

— Что я должна выйти за него замуж? — спросила Ксюша голосом, звенящим от волнения. — Пап, я не согласна. По крайней мере, уж мужа можно мне найти самой.

— Милая, я не собираюсь ни к чему тебя принуждать. — Ему, наконец, удалось зажечь сигару. На это потребовалось много времени. — Не знаю, какое на тебя произведет впечатление Антон, но, по-моему, он вполне симпатичный. И девушкам в офисе он нравится. Я пригласил его в воскресенье к нам на обед.

Ксюше показалось, что она задыхается. Пару секунд она судорожно глотала воздух, прежде чем снова смогла нормально дышать.

Но отец сделал вид, что не заметил такой реакции. Он смотрел на кончик тлеющей сигары, и на его лице проступило явное облегчение оттого, что удалось уладить это непростое дело.

— Вы могли бы после обеда поиграть в настольный теннис. Антон утверждает, что играет довольно прилично.

Когда-то Ксюша мечтала научиться играть в большой теннис. Но родители ей не разрешали. «Это слишком утомительно, а от настольного тенниса получаешь такое же удовольствие, а нагрузка меньше».

— В качестве моего зятя Антон будет работать еще лучше. Хотя я должен сказать, он и так делает все возможное, чтобы фирма процветала.

— Все. Я пошла спать. Всем спокойной ночи. — Ксюша сложила вышивку и встала.

— Пусть идет, — сказала Анна мужу, когда он хотел остановить дочь. — Сегодня с Ксюшей просто невозможно разговаривать. У всех бывают дни, когда злишься беспричинно.

Когда Ксюша вышла, Владимир хитро улыбнулся жене:

— Вот увидишь, Антон ей понравится. Они обязательно поладят друг с другом.

— А ты с ним уже говорил о своих планах?

— Не напрямую. В таком деле нельзя действовать напролом, понимаешь? Но я дал ему понять, что не прочь иметь такого зятя. Он же не дурак.

— Я сгораю от нетерпенья увидеть его.

«Как женщина я смогу лучше понять, насколько молодой человек подходит нашей дочери, — подумала Ксюшина мать. — Конечно, муж хорошо разбирается в людях. Но если Антон мне не понравится, то у него не будет никаких шансов стать мужем Ксюши».

В своей комнате Ксюша открыла окно настежь. Ей казалось, что она иначе задохнется. Что толку жить в такой роскоши, если чувствуешь себя узницей. Ксюша высунулась из окна. «Будь я птицей, я бы перелетела через верхушки деревьев и умчалась бы прочь навстречу свободе». И девушка с завистью проводила взглядом пролетевшую ласточку.

* * *

— Ты хочешь длинное или короткое свадебное платье? — спросила Лариса на следующее утро за завтраком. Хозяин дома уже уехал в свой офис, а Анна занималась утренним туалетом в своей комнате наверху.

— Я бы выбрала длинное, — мечтательно продолжила Лариса, не получив ответа. — Лучше всего из парчи. Или, может быть, кружевное. Я думаю, парчовое тебе больше подойдет. И непременно длинный шлейф. Именно так я себе все и представляю. Интересно, у него много друзей и родственников? Если так, то нам нужно как следует подготовиться, — продолжала она, совершенно не замечая, что беседует сама с собой.

Ксюша недвижно стояла, повернувшись к няньке спиной, и печально смотрела в окно. «Боже мой! Она обсуждает мое свадебное платье, как будто все уже решено, — с ужасом думала девушка. — А я еще ни разу не видела моего предполагаемого мужа».

— И, конечно же, роскошный банкет в ресторане. Молодежь сегодня расписывается в загсе, и все, но мы все категорически против этого. Я считаю, что в такой важный день все должно быть надлежащим образом.

— Можно подумать, меня кто-то будет спрашивать.

Лариса оторопела:

— Да как же так? Неужели ты собираешься только в загсе расписаться, и все? Твои родители ни за что на это не согласятся.

— А если я вообще не хочу замуж?

Лариса покачала головой с чувством превосходства опытной женщины, знающей жизнь не понаслышке.

— Все образуется, — бросила она мимоходом. — А мне пора приниматься за работу. В таком большом доме всегда найдется, чем заняться. Надеюсь, что Наташа придет сегодня вовремя. Нужно радоваться, если горничная вообще снизойдет до того, чтобы прийти на работу. У них теперь такие запросы… Только представь себе, они требуют оплачивать им отпуск.

— А разве так не всегда было?

— Нет. Раньше так не было.

В следующий момент раздался звонок — это пришла Наташа, и Лариса поспешила открыть дверь.

— Доброе утро. — Наташа привыкла видеть недовольное лицо старухи и не обращала на это внимания. Завтрак, которым ее здесь кормили, был превосходным, а это самое главное.

— Итак, где мне сегодня убираться?

— В гостиной. И не забудьте про окна, — проворчала Лариса.

Войдя в гостиную, Наташа приветливо поздоровалась.

— Прошу прощения, но должна тебя побеспокоить, — сказала она, поворачиваясь к Ксюше.

— Я могу пойти в свою комнату и там поскучать, — сказала Ксюша, но осталась сидеть.

Наташа внимательно посмотрела на Ксюшу, и та показалась ей необычно бледной.

— У тебя все в порядке? — спросила она сочувственно.

— Все говорят, что я в порядке, значит, так оно и есть… Вы давно замужем?

Наташа бросила на нее изумленный взгляд.

— Я? — Неожиданный вопрос застал Наташу врасплох. — Дай-ка подумать. Пять… нет, уже шесть лет, — она высунулась наполовину из окна, чтобы протереть раму.

— А где вы познакомились со своим мужем?

— На заводе. Я тогда на заводе работала. А вернее — на заводской вечеринке. Мы танцевали, и пошло-поехало…

— А ваши родители? — продолжала Ксюша. — Они ваш выбор одобрили?

Наташа засмеялась:

— Понимаешь, мой муж слесарь, а родители хотели, чтобы я непременно вышла замуж за бухгалтера. Был один такой по соседству, который положил на меня глаз, довольно убогий человечишка, но с приличным заработком. Помню, родители закатили большой скандал. Но что им оставалось делать? Я для себя уже все решила.

— И вы никогда не думали, что ваши родители?…

— Послушай, в конце концов, это я хотела замуж, а не мои родители. Меня хотят выдать замуж за человека, которого я даже не знаю. — Вообще-то Ксюша не имела привычки вести такие откровенные разговоры с прислугой, но сегодня ей просто необходимо было поговорить с кем-нибудь, кроме Ларисы.

Наташа удивленно хмыкнула.

— Ну и нравы! Ты не обязана этого делать. Просто скажи «нет». И все.

— Это ничего не даст. Они настоят на своем. И, в конце концов, мне придется согласиться. Так что, не все ли равно?

Наташа на минутку прервала свою работу:

— При всем желании я не могу этого понять. Человек всегда должен знать, чего он хочет в этой жизни. А ты просто плывешь по течению. Ни за что не соглашайся, тем более в таком серьезном вопросе! Иначе ты будешь жалеть об этом всю оставшуюся жизнь.

— Вам легко так говорить. Будь у вас такие родители, как у меня…

— В жизни ничего даром не дается. — Наташа опустила тряпку в ведро, прополоскала ее и стала протирать другую половину окна. — За все нужно бороться.

— Я никогда не боролась за жизнь… — Тогда ты просто счастливица.

— Вы действительно так считаете? Что я счастлива в этом доме?

— Посмотри вокруг, ты живешь как в раю.

— Я бы охотно поменялась с вами местами.

— А я с тобой.

Ксюша прикусила нижнюю губу:

— А если он мне не понравится? Жених, которого выбрали мои родители?

— Тогда просто скажи «нет», и все. — Наташа ободряюще улыбнулась. Или ты задумала из-за этого убежать?

— Убежать? — повторила Ксюша в изумлении, как будто это было совершенно незнакомое ей слово. — Вы считаете, что я могу просто взять и убежать?

— Боже мой, я ничего такого не говорила, — смеясь, возразила горничная. — Нужно быть полной дурой, чтобы покинуть такое гнездышко! Да и куда тебе идти? Работать на других небольшое удовольствие. Ничего просто так не дается. Да и кем бы ты работала? Ты же ничего не умеешь… Ты можешь попытаться найти работу где-нибудь в офисе или в ресторане официанткой. Во время отпусков всегда требуются официантки. Но тебе это вряд ли подойдет. Да и вообще, городок у нас небольшой и с работой здесь всегда трудности.

Ксюша ничего не ответила. Она сидела в кресле, уткнувшись взглядом в ковер, ничего не видя перед собой. Просто убежать…

До сих пор ей не приходила в голову такая мысль. Это было бы отличным решением всех ее проблем. «Я могу так сделать и поступить, как я хочу, — размышляла она. — И работу, я непременно найду. Но ведь родители меня сразу разыщут и силой привезут обратно».

Наташа продолжала убираться, больше не задавая никаких вопросов. Она заметила, что девушка больше не хочет говорить. Ее это вполне устраивало.

«Что мне взять с собой, — размышляла Ксюша. — Роскошные платья мне, конечно, не нужны. В первую очередь нужно взять вещи, в которых можно ходить на работу. А я смогу все запихнуть в один чемодан? И как я его вынесу из дома? Это не так-то легко сделать».

«Если я действительно хочу убежать, то я сумею справиться, — подумала Ксюша. — А этот Антон пусть женится, если ему так хочется, но не на мне. А если отец разозлится? Ругаться будет он сильно. И мама тоже. Нужно будет им написать, что у меня все хорошо и им не надо беспокоиться».

Ксюша встала и пошла в свою комнату, не замечая Наташу. Она была одержима новой идеей.

* * *

— Что это ты делаешь? — Лариса в изумлении смотрела на чемодан, который Ксюша уже наполовину упаковала. — Ты собираешься уезжать? Я ничего об этом не знаю. Почему мне никто ничего не сказал?

Ксюша попеременно то-краснела, то-бледнела. «Нужно было закрыть дверь на ключ», — подумала она. Но теперь уже слишком поздно.

— Уезжаю,… нет, я никуда не собираюсь.

— А тогда зачем упаковываешь чемодан?

— Ну,… видишь ли… решила посмотреть, получится у меня или нет, — выпалила Ксюша. — Ты же это делаешь, когда мы едем в отпуск, вот я и подумала… — Ксюша лихорадочно пыталась придумать какое-нибудь подходящее оправдание.

Лариса покачала головой и ласково посмотрела на Ксюшу.

— Вечно ты что-нибудь придумаешь. Тебе совсем не нужно самой упаковывать чемодан, ведь для этого есть я. Ты только посмотри, как ты сложила это платье! — Она вытащила его из чемодана и критически осмотрела. — Посмотри, как оно помялось. Вот так нужно правильно укладывать вещи в чемодан, — показала она Ксюше, которая наблюдала за ее действиями с большим интересом.

Оставшись одна, Ксюша облегченно вздохнула и заперла дверь. Похоже, Лариса и впрямь ничего не заподозрила. Хотя девушке стало немного стыдно, что пришлось обмануть доверчивую няньку, она успокоила себя мыслью, что извинится перед ней в письме, которое оставит родителям.

Наконец, она застегнула туго набитый чемодан и попробовала приподнять его. Боже мой, какой же он тяжелый! Но разве это проблема. На вокзале наверняка есть тележки.

* * *

— Послушай, пап, — обратилась Ксюша к отцу после ужина.

Он поднял глаза и усмехнулся. «Как же хорошо я знаю свою дочь, — подумал он. — У нее же на лице написано, что что-то случилось».

— Ну, что ты натворила?

— Ничего. Просто… ты не мог бы дать мне денег.

Владимир открыл рот, но прежде чем успел что-то сказать, Ксюша торопливо продолжила:

— Только не спрашивай меня, зачем они мне нужны.

— Тогда хотя бы открой тайну, насколько ты собираешься меня ограбить, — поинтересовался он.

— Две тысячи долларов, — выпалила Ксюша. Это приличная сумма, которой должно хватить, пока она не устроится на работу.

— Две тысячи долларов? — изумленно переспросил Владимир. Ксюша никогда раньше не просила у него денег.

— Это для… сюрприза. Хочу устроить сюрприз. — Она присела на спинку кресла и обняла отца сзади. Так он не мог ее видеть, что значительно упрощало дело. «Но ведь я сказала правду, — пришло ей в голову. — Для всех будет сюрпризом то, что я задумала».

— Может, хотя бы намекнешь, о каком сюрпризе идет речь?

— Нет. Не спрашивай, пожалуйста, папа. Я тебе не могу сказать.

— Хорошо… Только обращайся ко мне не слишком часто с такими сюрпризами, — предупредил он дочь, выписывая чек. — Я не бедный человек, но две тысячи — это не такой уж пустяк.

— Папа, ты просто прелесть. — Ксюша крепко обняла и поцеловала отца.

— Ты не знаешь, зачем нашей дочери понадобились две тысячи долларов? — осведомился Владимир у своей жены, когда они уже лежали в постели. Он сладко зевнул — глаза так и слипались.

— Нет. Что? Две тысячи? И ты дал ей эти деньги?

— Да. Она сказала, что хочет сделать нам сюрприз.

— Володя, почему ты со мной сначала не посоветовался?

— Потому что мне не нужен опекун, — проворчал муж. — Я уверен, Ксюша не станет тратить деньги на всякую ерунду.

— Утром я обязательно поговорю с Ксюшей и узнаю, зачем ей такая сумма. Она должна мне все непременно рассказать.

— Вот утром и поговоришь. — Владимир опять зевнул. — Спокойной ночи, дорогая. — Он поцеловал жену, повернулся на бок и почти сразу заснул.

Разве не хлопнула входная дверь? Анна села в кровати. «Должно быть, показалось, — подумала она. — В это время Лариса давно уже спит, да и нет у нее привычки так поздно выходить из дому…»

То, что это могла быть Ксюша, Анне даже не пришло в голову. Потом послышался шум отъезжающей машины. «Наверняка это у соседей гости засиделись допоздна», — успокоилась Анна и заснула.

— А где Ксюша? — взволнованно спросила Лариса на следующее утро. — Я уже дважды стучалась в ее дверь, но она не отзывается.

— А почему ты не зашла к ней и не разбудила? — нахмурился Владимир Завьялов.

— Потому что она… это странно, но она заперлась у себя в комнате.

— Заперлась?

Почувствовав что-то неладное, Владимир быстрыми шагами подошел к комнате дочери и толкнул дверь. Закрыто. Он нагнулся и посмотрел в замочную скважину — с обратной стороны не был вставлен ключ. Но, опустив глаза, Владимир увидел, что ключ лежит на полу. Дрожащей рукой он открыл дверь.

— Кровать пуста, — ахнула Лариса. — Вы только посмотрите, Владимир Викторович… и окно закрыто. Она же всегда спит с открытым окном. Боже мой, мне сейчас станет плохо! — охая, она плюхнулась на ближайший стул. — Что все это значит? Боже мой, Боже мой… только бы не…

Владимир не на шутку перепугался. Вытирая пот со лба, он думал, что бы все это могло значить.

— Смотрите, письмо. Они оставили нам письмо. Наверняка они требуют выкуп. Только бы с нашей девочкой ничего не случилось! Открывайте скорее, Владимир Викторович.

— Это письмо от Ксюши. — Владимир с первого взгляда узнал почерк дочери. Он нетерпеливо разорвал конверт и пробежал глазами по строчкам.

— Нет! — прошептал он потрясенно. — Ксюша… сбежала из дому.

— Что она сделала? — Лариса решила, что она ослышалась. — Дайте сюда немедленно! — потребовала она и вырвала конверт из рук хозяина. — Куда я подевала свои очки? — бормотала Лариса, поднося письмо вплотную к глазам. После некоторых усилий ей удалось разобрать, что написано в записке.

— Значит, она убежала. Но это не может быть правдой. Я не верю не единому слову. Посмотрите, что она здесь пишет… «Я хочу быть свободной»… Как будто мы ее неволили, не исполняли все ее желания! Здесь что-то не так, Владимир Викторович. Бедняжку заставили написать это письмо. Вот увидите, скоро позвонят и потребуют выкуп.

— Вот так сюрпризик! Вот для чего ей понадобились деньги. — Владимира переполняла бессильная злость. — А я ей сам выписал чек! Я немедленно его аннулирую. Когда эта несносная девчонка обнаружит, что осталась совсем без денег, тогда она образумится и вернется домой.

— И как ей такое могло взбрести в голову? — расстроенно спросила Анна. Она спустилась вниз, услышав переполох, и теперь, пораженная новостью, тихо стояла в дверях. — А я ведь слышала, как ночью от дома отъехала машина, но и подумать не могла, что это Ксюша… И что же нам теперь делать?

— Ничего, — лицо Владимира приняло самое мрачное выражение. — Мы просто спокойно будем ждать, пока она даст о себе знать. А когда она вернется, ей несдобровать, у нас будет очень серьезный разговор. Можно подумать, я действительно хотел силой выдать ее замуж за Антона. Я просто хотел, чтобы они познакомились, вот и все. Мы были слишком снисходительны к нашей дочери, и вот — дождались… Но теперь все пойдет по-другому.

— Пусть она сначала вернется. — Анна напряженно смотрела в одну точку перед собой. — Ксюша такая наивная… при ее доверчивости…

Мысль о том, что какой-то негодяй может воспользоваться неопытностью его дочери, как-то не приходила Владимиру в голову. Он озабоченно взглянул на жену:

— Ты думаешь, что мы должны заявить в милицию о том, что наша дочь пропала?

— Конечно, должны, пока еще не слишком поздно. Я места себе не нахожу от волнения. Где она сейчас может быть?

Но и к вечеру ничего нового узнать не удалось. В местном отделении милиции заявление не взяли. Прошло меньше трех дней с момента исчезновения, да и девочка уже совершеннолетняя. Так объяснил Владимиру дежурный.

* * *

Ксюша и не думала, что убежать из дому — это так просто. Сердце колотилось от страха, когда она с тяжелым чемоданом в руках кралась по коридору.

Но волнение неожиданно придало ей сил. И только на вокзале Ксюша почувствовала, насколько чемодан тяжелый. Вокруг не было ни одного носильщика, и тележек в пределах видимости тоже. «Ничего страшного, — подумала Ксюша, — справлюсь как-нибудь сама».

В это время на вокзале было совсем мало народу. Ксюша специально выбрала столь поздний час, надеясь, что так будет легче осуществить задуманное. Наличных денег у нее было с собой совсем немного. «Больше мне и не надо, — сказала она самой себе. — С утра я обналичу папин чек, на первое время хватит, а потом буду получать зарплату и жить на нее……»

Какой-то парень не спеша прошел пару раз мимо и наконец остановился возле Ксюши.

— Сигаретку? — как бы невзначай спросил он и протянул открытую пачку.

Ксюша улыбнулась:

— Нет, спасибо. Я не курю.

Парень кивнул головой. У него были худое изможденное лицо и глубоко посаженные глаза.

— Далеко едете?

— Нет. — Ксюша простодушно назвала город, в котором собиралась начать новую жизнь.

— К родственникам? — продолжал парень, подходя ближе. Теперь он стоял почти вплотную к Ксюше.

— Нет, на самом деле я… — Ксюша опять доверчиво улыбнулась. — Я еще сама толком не знаю, почему именно туда. Просто я купила билет на ближайший поезд, который здесь останавливается. С таким же успехом я могла бы поехать в противоположном направлении.

— Ага, — парень кивнул с понимающим видом. — Вляпалась во что-нибудь?

— Что вы имеете в виду? — поинтересовалась Ксюша.

— Ну, тебе ведь надо отсюда срочно свалить?

Ксюшу несколько покоробило, что он так запросто перешел на ты, но она решила не обращать на это внимание. Вероятно, это обычное дело среди молодежи, сразу отбрасывать все формальности.

— Нет. Я… просто ушла от родителей.

Парень облизнул губы:

— Понятное дело. Ты работаешь где-нибудь?

— Нет.

— А что умеешь делать?

— Практически ничего.

— У меня есть один приятель, который, возможно, сможет тебе помочь выбраться из затруднительного положения. Отличный парень, честно.

Ксюша с надеждой посмотрела на него.

— Наверняка он тебя возьмет. Конечно, я не могу ничего обещать, но, по-моему, это вполне вероятно. Нужно попробовать. Ну, что скажешь?

— Даже не знаю.

— Во-первых, он поселит тебя в общежитии. В конце концов, тебе же надо где-то жить, а в гостинице дорого. А когда обживешься немного, то сможешь с ним поговорить о своей будущей работе. Возможно, у него найдется что-нибудь для тебя.

«Какой приятный молодой человек, — подумала Ксюша. — И такой отзывчивый. Он знает меня всего пару минут и тем не менее хочет мне помочь». Широкая теплая улыбка выдала все ее мысли. Конечно, она не заметила, как хитро и воровато оглядывался по сторонам ее новый знакомый. Заметив двух мужчин, вошедших в зал ожидания, он автоматически отпрянул от Ксюши и с безразличным видом засунул в рот сигарету.

Тем временем мужчины подошли ближе:

— Что ты тут делаешь, Борька? Ищешь очередную дурочку? Что он от вас хотел, девушка?

— Ничего. Просто предложил сигарету. Это ведь не запрещено?

— Он уже сделал вам заманчивое предложение? — строго обратился к Ксюше тот, который постарше.

— Нет. Но у него есть друг, который, возможно, сможет мне помочь. Я никого не знаю ни здесь, ни в городе, куда я еду.

— А наш приятель, конечно, не смог пройти мимо, — пробормотал молодой. — А вы, конечно, согласились. — Он посмотрел на Ксюшу осуждающе.

— А почему нет? — надменно спросила Ксюша. Ей совсем не понравился тон, которым он говорил. Ее новый знакомый был намного приятнее.

— Милая девушка, — в голосе мужчины зазвучали металлические нотки, — этот человек — отъявленный мошенник, вербующий наивных гражданок для занятий проституцией. Или вы сами решили таким образом заработать?

— Разве я что-то говорил об этом? — насмешливо спросил Борька. — У вас богатая фантазия, лейтенант.

— Вы из милиции? — испуганно спросила Ксюша. Все, что она услышала, повергло ее в шок.

— Да. Иногда мы ходим в штатском. В будущем будьте осторожней, заговаривая с незнакомыми людьми. Вам просто повезло, что мы случайно тут оказались. Кстати, ваши документы, пожалуйста.

Трясущимися руками Ксюша открыла сумочку и протянула свои паспорт.

Милиционер внимательно просмотрел весь паспорт, закрыл его и вернул Ксюше, сухо кивнув.

— Все, Борька, иди, гуляй, — лейтенант легонько подтолкнул своего старого «приятеля» к выходу.

— А что, здесь запрещено ошиваться? — взвился тот.

— Да нет, не запрещено. Смотри только попадись мне!

— Вот спасибо, уважаемый, предупредил! Куда бы я без вас?… «Моя милиция меня бережет!» — гнусаво пропел он. — Жаль, лапочка, что у нас ничего не вышло. — Борька послал Ксюше воздушный поцелуй и не спеша пошел прочь.

Ксюша почувствовала, что кровь стынет в жилах. «Как я могла позволить этому мерзавцу заговорить со мной, — думала она. — Я ведь чуть не уехала с ним к его мнимому другу».

Ксюша вздрогнула при появлении грохочущего поезда. Она уныло смотрела на мелькающие синие вагоны. Хорошо бы сейчас вернуться домой и забраться в постель. Но теперь уже слишком поздно что-то менять.

— Вы позволите? — Парень в купе потянулся к ее чемодану, что бы положить его на верхнюю полку.

— Нет! Не трогайте, пожалуйста! — закричала Ксюша.

Парень в растерянности посмотрел на нее. Затем пожал плечами и покачал головой.

«Он решил, что я сумасшедшая», — подумала Ксюша. Сначала ей показалось, что он хочет украсть ее сумку. Она еще раз искоса недоверчиво взглянула на парня… Вроде он не похож на преступника. Но тот, кого милиционеры называли Борькой, тоже не был похож… Ксюша совсем растерялась. Кому можно верить? За что она обидела своего вежливого попутчика?

— Простите, — пробормотала она смущенно.

Девушка сама попробовала приподнять чемодан и густо покраснела. В одиночку ей было не справиться. Четверть часа спустя в купе постучался проводник, чтобы проверить билеты. Он и закинул сумку наверх.

— Для вас она слишком тяжелая, — заметил он. И неодобрительно посмотрел на парня.

«Я должна быть осторожней», — твердила про себя Ксюша. «Вокруг полно разных проходимцев», — обычно говорила Лариса. Уж она-то разбирается в жизни! На своей остановке Ксюша попыталась стащить чемодан, и неудивительно, что не смогла его удержать. Ксюша вскрикнула от боли.

— Вы что-то сказали? — спросил парень, который всю дорогу сидел молча и читал книгу. Он равнодушно смотрел, как Ксюша с трудом тащит чемодан к выходу.

Носильщиков здесь тоже не было, но, по крайней мере, были тележки, на которые можно поставить чемодан. Однако тележка, которую выбрала Ксюша, похоже, была сломана. Только с большим усилием удалось сдвинуть ее с места.

— О Боже, отпустите тормоз! — закричал молодой человек, высунувшись из окна. Он с любопытством наблюдал за этой странной девушкой и больше не мог равнодушно смотреть на ее мучения. Разве можно быть такой дурочкой.

Ксюша беспомощно посмотрела на него.

— Рычаг под ручкой.

Ксюша потянула за рычаг, и тележка с легкостью покатилась.

— Спасибо вам большое, — она судорожно вздохнула, еще чуть-чуть, и из глаз потекут слезы. — Вы так… любезны.

* * *

Гостиница, в которой Ксюша сняла номер, находилась недалеко от вокзала на оживленной улице. «После всех этих волнений, я буду спать как убитая», — подумала она, в изнеможении падая на кровать.

Однако около пяти утра она с криком проснулась. Ей приснилось, что кто-то пытается выбить ее дверь. Спросонья она прислушалась, как бешено колотится сердце в груди. Какой ужасный грохот! Потом она поняла, откуда этот шум. Это просто очередной товарный поезд промчался мимо. Девушка с головой укрылась одеялом, но это не помогло, и скоро стало понятно, что уснуть ей больше не удастся. Ежеминутно она смотрела на часы. Как долго тянется время, когда приходится ждать. Она и подумать не могла, что уличный шум может быть таким невыносимым. На ее улице всегда царила благодатная тишина.

У Ксюши были круги под глазами, когда к семи утра она спустилась вниз, чтобы позавтракать. При свете дня гостинца оказалась ветхой и убогой. Вчера вечером она этого не заметила просто потому, что сильно устала. «Это не важно, — утешала она себя. — Скоро я найду приличную квартиру и перееду туда».

— Чаи, кофе? — ворчливо спросил заспанный официант, который подошел, шаркая ногами.

— Кофе, пожалуйста. — Ксюша попыталась ему улыбнуться, но получилась только жалкая гримаса. Лицо официанта было мрачным и неприветливым. «У него явно плоскостопие, — невольно подумала Ксюша, глядя ему вслед. — Бедняжка».

Кофе был горячим, но это было его единственным достоинством. Тосты холодные, а масла совсем чуть-чуть.

И это все, что здесь подают? Однако выбор небогатый. Ксюша привыкла дома плотно завтракать. Лариса всегда учила, что «завтрак надо есть за двоих, обедом поделиться с другом, а ужин отдать врагу». Ксюша честно попыталась съесть то, что ей принесли, но ей удалось проглотить только обгоревший тост, который окончательно отбил весь аппетит.

Ресторан тем временем забился до отказа. Большинство посетителей, мужчины, читали за едой газеты. Все они производили унылое впечатление. «Все как будто чем-то раздражены», — подумала Ксюша.

«В первую очередь мне нужно найти какое-нибудь жилье». Она попросила официанта принести газету и открыла раздел «Сдаю квартиру». Ксюше показалось, что найти квартиру довольно просто, и настроение у нее значительно улучшилось. В разделе «Работа» тоже нашлось кое-что. По крайней мере, два объявления вселяли надежду. Сначала она отправилась в агентство по недвижимости «Сервис», где с нее взяли кругленькую сумму и выдали адреса свободных квартир. Полдня Ксюша честно объезжала квартиры по предоставленным ей адресам, с каждым разом недоумевая все больше. В списке не оказалось ни одного реального варианта! Все квартиры были либо сданы, либо вовсе никогда не сдавались, и их хозяева подозрительно смотрели на прилично одетую девушку. А одна старушка чуть было не вызвала милицию. Решив, что произошло недоразумение, Ксюша вернулась в агентство. Дверь открыл внушительного вида охранник, который, не дав раскрыть ей рта, заявил: «Деньги не возвращаются. Все претензии — по этому телефону», — и, протянув ей клочок бумаги с нацарапанными цифрами, захлопнул дверь. Телефон оказался «липовым» и не отвечал. Ксюша присела на лавочку во дворе «агентства» и беспомощно расплакалась. «Надо же так вляпаться! — безутешно думала она. — Это же… контора «Рога и копыта». Боже мой, как легко меня обмануть!»

Ей стоило немалых усилий, чтобы собраться с мыслями. «Ладно, не конец света. В конце концов, у меня есть номер в гостинице, — успокаивала себя Ксюша. — Я обязательно найду что-нибудь подходящее. Слава Богу, мне некуда спешить».

Следующим делом Ксюша решила обналичить отцовский чек. Она спросила у какого-то прохожего, где здесь ближайший банк, и направилась туда. Улыбаясь, она протянула чек банковскому служащему.

— Одну минуту. — Он внимательно посмотрел на Ксюшу и отошел. Ксюша тем временем изучала объявления в кассовом зале. В банке царила обычная суета, люди приходили и уходили, и никто не обращал на нее внимания. Сколько нужно времени, чтобы принести деньги? Трое клиентов, которые пришли позже, уже покинули банк.

Наконец вернулся кассир, который ее обслуживал. Он протянул Ксюше чек, и лицо его больше не излучало добродушие.

— Ваш чек аннулирован, — холодно произнес он.

— Что это значит? — побледнев, пробормотала Ксюша.

— Чек аннулирован, — повторил клерк терпеливо. — Мне очень жаль, но чек не может быть обналичен.

Ксюшу охватила паника.

— Но я… мне нужны деньги! — с трудом выдавила она.

Клерк пожал плечами. Кому не нужны деньги?

— Мне очень жаль, — повторил он безучастно и с профессиональной вежливостью обратился к следующему клиенту: — Чем я могу помочь?

Ошарашенная Ксюша отступила в сторону. «Это отец аннулировал чек, — сообразила она. — Он нашел мое письмо и понял, что мне нужны деньги, чтобы продержаться первое время. Он хочет меня заставить вернуться домой».

Она даже не знала, сколько стоит номер в гостинице. Вчера она слишком устала, чтобы спрашивать об этом.

— Неужели ничего нельзя сделать? — Ксюша умоляюще посмотрела на клерка. — Понимаете, я дочь… Мой отец должен был дать мне денег. Это просто какое-то недоразумение.

— На вашем месте я бы связался с отцом и выяснил бы все недоразумения, — посоветовал клерк.

Ксюша облизнула внезапно пересохшие губы. Ей стало ясно, что от этого человека она денег не получит. От отца их тоже не приходится ожидать. Ее приключение закончилось, не успев толком начаться. Ксюша растерянно побрела к выходу. «Я не вернусь назад, — упрямо думала Ксюша. — Я покажу им, что могу быть самостоятельной. Прежде всего, мне надо найти работу».

Ксюша расплатилась по счету в гостинице и обнаружила, что денег у нее осталось совсем чуть-чуть. Она с грустью поняла, что снять отдельную квартиру ей теперь не по карману. «Ничего, — утешала она себя, — для начала я могу снять комнату, а потом, когда заработаю немного денег, подыщу жилье поприличнее».

Она решила не тратить больше денег на такси и в следующее агентство по недвижимости отправилась пешком. Увы, ее модные туфли не были рассчитаны для долгих пеших прогулок. Через полчаса ноги отекли так, что Ксюше хотелось плакать.

Проходя по маленькому парку, она присела на скамейку и разулась. Какое это облегчение для стертых ног!

Какая-то толстая женщина, тяжело дыша, плюхнулась рядом.

— Ну и жарища сегодня, просто невыносимо, — начала она беседу. — Я ничего не имею против, когда тепло, но это уж чересчур.

— Да, конечно.

— Я иду от своей невестки. Представляете, она пригласила меня на обед. Подумать только. Эта нахалка совсем не хочет работать. Мой сын вынужден вкалывать за двоих. Он весь измучился, а она цветет и пахнет. Ей не приходится напрягаться. А разве она хотя бы кормит его вовремя ужином? Думаю, нет, — в том же духе толстуха продолжала еще несколько минут. Ксюша пару раз поддакнула к месту, чтобы выразить свое согласие или удивление. Этого было достаточно, чтобы поддержать поток красноречия соседки.

— Я ищу комнату, — внезапно призналась Ксюша незнакомке.

— Комнату, — повторила та, кивая головой. — Так вы нездешняя? Я так и подумала, что вы не из нашего города. Но вам, наверное, надо что-нибудь особенное.

— Вовсе нет. Было бы неплохо найти что-нибудь подешевле.

Женщина оценивающе посмотрела на Ксюшу и удивилась про себя. По тому, как была одета девушка, можно было подумать, что ей как минимум нужна отдельная квартира. Может, эта красотка одна из тех, кто тратит все деньги на шмотки, а на остальное просто не хватает. Небось сидит на хлебе и воде, а одета как принцесса.

— У моей соседки, Веры Михайловны, большая квартира, и она сдает комнаты. По-моему, у нее сейчас есть одна свободная. Последний жилец сбежал, не заплатив. Просто взял свой портфель и был таков. Он задолжал деньги за три месяца. Но комната, я думаю, вам не очень подходит. Молодым людям там вполне удобно, пришел и завалился спать. А для девушки…

— А я могу посмотреть комнату? — умоляюще прервала ее Ксюша. Ей совсем не хотелось выслушивать рассуждения о современных девушках.

— Если хотите, можете пойти со мной. А то мне уже пора. Тем более это совсем недалеко, минут пять ходьбы.

Пятнадцать минут спустя Ксюша сняла комнату. Сам дом находился в каком-то узком переулке, а единственное окно в комнате выходило в крошечный двор. Дома напротив стояли так близко, что можно было видеть людей в окнах.

— Плата за два месяца вперед, — потребовала хозяйка. — Иначе комната не сдается.

Ксюше не хотелось тратить столько денег на комнату, где не было даже умывальника, а туалет и ванная находились в конце коридора. Но другого выхода не было, и она послушно опустошила свой кошелек.

— И никаких гостей, особенно молодых людей. Если вас такие условия не устраивают, то придется поискать что-нибудь еще, — предупредила Вера Михайловна.

— Вы можете не беспокоиться, я… серьезная девушка.

Вера Михайловна кивнула, конечно, девушка выглядела серьезной, но на первое впечатление полагаться нельзя. Многие проходимцы с виду и букашки не обидят.

Она выдала Ксюше расписку за полученные деньги.

«У меня больше ничего не осталось», — подумала Ксюша. Еще пару купюр она случайно обнаружила в кармане куртки.

— Всего хорошего, — пожелала хозяйка, прежде чем уйти.

Оставшись одна, Ксюша наконец-то смогла осмотреться. В комнате стояла невыносимая духота. Девушка поспешила открыть окно. Но стало только хуже, от нагретых стен в комнату шел еще более горячий воздух. «Как в печке», — подумалось Ксюше.

«Но мои родные должны понять, что мной нельзя вертеть, как им вздумается. Я смогу стать самостоятельной. Если я сейчас сломаюсь, то у меня больше никогда не будет шанса обрести свободу, и мне придется выйти замуж либо за этого Антона, либо еще за кого-нибудь, кого мне подыщут родители. А если я когда-нибудь встречу человека, которого смогу полюбить, то он будет презирать меня за то, что я позволила себя купить».

«Я должна выдержать!» Ксюша села на узкую, жесткую кровать. Помимо кровати, в комнате находился старый шкаф, стол, покрытый ветхой скатертью, и стул. Для кресла уже просто не было места.

Место годное только для того, чтобы переночевать. «Но мне больше и не нужно, — ожесточенно подумала Ксюша. — Всегда трудно начинать с нуля. Но я выдержу».

* * *

— Иностранные языки знаете? — коротко спросил директор турфирмы, одетый в сшитый на заказ серый костюм. Он сидел за огромным столом, заваленным разнообразными картами и проспектами.

— Да, — прошептала Ксюша.

— Какие? — нетерпеливо спросил он. — От наших сотрудников мы также требуем соблюдения делового этикета, — продолжил он.

— Английский, немецкий, французский, испанский и немного итальянский.

Директор слегка приподнял брови. В его взгляде появилась заинтересованность.

— И все? — спросил он, улыбаясь.

— Итальянским я недолго занималась.

Он заговорил с ней по-английски, и Ксюша свободно ему ответила. Затем он перешел на немецкий, и Ксюша наморщила лоб. Его немецкий был довольно слабым. Но тем не менее она поняла, что он хотел сказать, и ответила.

— Гм, — произнес директор. — Мы берем вас на испытательный срок. Когда вы можете приступить к работе?

— Чем скорее, тем лучше, — заверила его Ксюша. «Он понятия не имеет, насколько срочно мне нужны деньги». Слава Богу, у нее сейчас не урчит в животе. Водопроводная вода, которую она выпила, на некоторое время успокоила желудок, отчаянно требовавший еды.

Директор объявил ей сумму оклада, на которую она немедленно согласилась.

— Я буду непосредственно руководить вами, — произнес он и встал. — Нам позарез нужен кто-то, кто умеет вести переговоры с иностранцами. Вернее, переводить, для самостоятельных переговоров у вас нет необходимого опыта.

«А когда я получу деньги?» — подумала Ксюша, но спросить не решилась.

Директор, имени которого она так и не разобрала, познакомил ее с остальными сотрудниками турфирмы. Их имена Ксюша пропустила мимо ушей. Она с трудом держалась на ногах. Тоста с маслом на завтрак все-таки мало для взрослого человека.

— Мы начинаем работать в девять. Не опаздывайте, пожалуйста. Всего хорошего, — он коротко кивнул Ксюше и ушел.

Ксюша огляделась кругом. Стены были увешаны разноцветными плакатами, на которых необыкновенно красивые девушки грелись под солнцем возле лазурного моря. По-видимому, на море ездят только красивые девушки. А где же остальные предпочитают проводить свой отпуск?

— Ты ведь раньше не работала в турфирме? — спросил ее молодой человек минуту спустя. Он наклонился к ней поближе. — Тебе здесь понравится.

— Я надеюсь. — «Когда я получу деньги»? Этот вопрос на данный момент занимал Ксюшу больше всего. — Простите, я не разобрала вашего имени.

— Фокин. Сергей Фокин. Можно на «ты». Не влюблен, не обручен и совершенно холост, — представился он. Правой рукой он поправил съехавший галстук. Сергей считал себя привлекательным, и немало девушек охотно бы с этим согласились.

— У меня вопрос, Сергей.

— Ты обратилась по адресу, в этом я большой специалист. Итак, чем я могу тебе помочь? У тебя какие-то планы на вечер?

— Деньги… Когда я получу мои деньги.

— Какие деньги? — удивился Сергей. Вообще-то он не был тугодумом, но сейчас никак не мог взять в толк, о чем говорит девушка.

— Оклад, зарплата, не знаю, как это называется.

Фокин нахмурился, но потом громко рассмеялся.

— А ты забавная, — сказал он, немного успокоившись. — Зарплату дают тридцатого.

— Тридцатого? — Ксюша наморщила лоб, что-то подсчитывая в уме. — Но это же только через две недели.

— Кому ты это говоришь? — вздохнул Сергей. — У меня то же самое. Неделю густо, неделю пусто. Для меня загадка, как мне удается не умереть с голоду в конце месяца. Наверное, просто чудом каким-то. А тебе не приходило в голову попросить у Барского аванс?

— Барский? Кто это?

— Здравствуйте! — Сергей искренне удивился. — Наш босс. Ты же с ним только что говорила. Он тебя взял на работу. Он вообще не очень-то разговорчивый тип, а уж если дело доходит до аванса, то становится просто глухим. Он считает, что нужно так распределять деньги, чтобы хватило на весь месяц. Должен сказать, что платит он на самом деле неплохо, но и требования предъявляет — будь здоров.

Сергей смотрел на Ксюшу со все более возрастающим интересом:

— Ну, так что ты делаешь сегодня вечером? Я бы с удовольствием сводил тебя куда-нибудь. Я знаю все кафе и ночные клубы в этом городе.

— Спасибо большое, но… я занята сегодня вечером.

— Видать, судьба у меня такая, как только я приглашаю куда-нибудь симпатичную девушку, она обязательно оказывается занята, — вздохнул Фокин. — Нет так нет. Скажи своему приятелю, что я ему завидую.

— У меня… — Ксюша оборвала себя на полуслове. Совсем не обязательно объяснять этому Сергею, что у меня нет приятеля. — Мне нужны деньги.

— А кому они не нужны? — произнес он в ответ. — Готов поспорить, что ты до конца месяца будешь сидеть на одном «Дошираке». А что, дешево и сердито.

Но в любом случае лапша стоила денег, а их у Ксюши как раз и не было. Она вдруг ясно себе представила бифштекс, который на ужин жарила Лариса, колечки лука так и стояли перед глазами. Ксюша сглотнула слюну, наполнившую рот. А как было бы здорово съесть сейчас молодой фасоли, пожаренной в масле! Ксюша опять сглотнула.

На худой конец подошел бы и стакан молока с медом…

— Ты что, спишь, что ли, на ходу? — весело спросил Фокин. — Кстати, чем ты занималась в последнее время?

— В последнее время? — повторила Ксюша, и Фокин немедленно решил, что не слишком-то она умная. Слишком долго думает.

— Видишь ли, в последнее время я сидела дома.

— Ну, все ясно. А потом решила, что сыта этим по горло, и захотела самостоятельности. Квартиру-то хоть приличную нашла?

— Меня вполне устраивает.

— Правда, здорово жить одной? А моя мать так и не смогла этого понять, когда я съехал от нее. «Кто будет стирать твои шмотки? — довольно неумело он передразнил женский голос. — А твои носки?» Но у меня все прекрасно.

Вдруг он отвернулся от Ксюши и нацепил на свое довольное лицо профессиональную улыбку:

— Чем я могу вам помочь?

Клиенты важнее, чем разговоры. Даже такие задушевные.

Клиент говорил по-немецки и хотел дешевый билет в Германию. Он пытался на пальцах объяснить, что ему нужно, когда понял, что клерк турфирмы не понимает его.

Ксюша перевела, что хочет иностранец, и увидела, как облегченно улыбается Фокин.

— Это легко можно устроить, — решил он. — Завтра утром вылетает самолет из Шереметьево-2 в Берлин. Спроси, сколько человек летят вместе с ним, и скажи, что мы также можем предложить ему билеты на фирменный поезд до Москвы.

Полчаса спустя, когда немец подписал все бумаги, Фокин усмехнулся:

— Ты разговаривала с ним так, как будто выросла в Германии. Где ты так научилась?

— У меня был хороший учитель немецкого.

— Тогда ничего удивительного, — он снова усмехнулся. — Это с ним ты встречаешься сегодня вечером?

— Нет. Он очень старый, и я думаю, что он уже умер.

— Ну что ж, царство ему небесное. — Его внимание переключилось на нового клиента, и Ксюша оказалась предоставленной самой себе.

Первый рабочий день закончился, и Ксюша, незаметно проскочив мимо навязчивого Фокина, выпорхнула из офиса на улицу.

Рулет… По воскресеньям дома обычно подавался картофельный рулет. Ксюшин рот снова наполнился слюной. Только теперь она поняла, насколько вкусной может быть картошка. Раньше она часто отказывалась есть картошку, но родители всегда настаивали, чтобы Ксюша ее ела. Но сейчас Ксюша казалось, что она запросто может съесть целую миску картошки, можно даже без мяса или соуса.

Ксюша прошла пару шагов и остановилась у витрины продуктового магазина. Ветчина, салями… Она стояла и глотала слюнки. Даже хлеб казался ей необыкновенным и недоступным лакомством.

Ксюша заставила себя оторваться от витрины и пошла дальше. И тут же снова остановилась. Овощной ларек притягивал ее как магнитом.

По дороге к своему новому жилищу Ксюша останавливалась еще несколько раз. Ей даже в голову не приходило раньше, сколько существует продуктовых магазинов. Она просто проходила мимо них, девушка, которая никогда не задумывалась, откуда в холодильнике появляется еда. Но теперь…

В своей комнате, прежде чем лечь, Ксюша выпила два стакана воды. Она настолько устала, что заснула, несмотря на одуряющую жару.

Ей снилась еда, огромный торт, клубника со взбитыми сливками.

Когда Ксюша проснулась, было еще темно, и ей понадобилось какое-то время, чтобы сообразить, где она находится. Голода она не чувствовала, только небольшую слабость. Как бы кстати сейчас пришлись тосты, которые вызвали такое отвращение в гостиничном ресторане вчера утром.

Но здесь никто и не думал предлагать тосты. Жильцы этой квартиры привыкли сами о себе заботиться.

В семь часов утра сквозь щели в двери в комнату проник аромат свежесваренного кофе. Ксюша выпила еще один стакан воды. Она где-то читала, что человек долгое время может обходиться без еды. Необходима только вода. А вода бесплатная. Она входит в стоимость комнаты.

На следующий день Ксюша чувствовала себя удивительно легко. И одновременно очень гордилась собой. Вот бы мама с папой ее увидели сейчас: современная деловая девушка спешит на работу!

* * *

Владелец преуспевающей туристической фирмы Роман Барский отнюдь не случайно прибыл в свой офис ранним утром. По правде говоря, это было вызвано не наплывом клиентов, а желанием проконтролировать работу новой сотрудницы.

Барский просто не мог себе позволить терять клиентов из-за неопытности молодой девушки, хотя ее обязанности ограничивались только переводом. Однако, понаблюдав за работой Ксюши, шеф остался доволен.

— Ксения, можете сделать перерыв на десять минут, — сказал он в 11 часов. Кивком головы Роман указал ей на дверь небольшой комнаты, где можно было сделать себе чашечку кофе или чая.

— Будьте добры, сделайте нам по чашечке кофе, — попросил он. — Кофе в шкафу.

Ксюша кивнула. Она достала из шкафа пакет с кофе и нерешительно огляделась. Чувствуя, что шеф наблюдает за ней, Ксюша начала нервничать.

— Вы что-то ищете? — поинтересовался Роман. Все, что нужно, находилось прямо перед Ксюшей. Кофеварка, чашки, ложки.

Ксюша медлила: раньше ей никогда не приходилось самой готовить кофе. Все в доме делала Лариса.

— Нужно поторапливаться, иначе кофе нам сегодня не видать, — посоветовал шеф. Он улыбнулся про себя. Со своими обязанностями она справлялась довольно прилично, но здесь просто невыносима. Может, она немного стесняется в присутствии начальства.

Как бы то ни было, Роману надоело ждать. Он подошел к кофеварке, засыпал кофе и включил ее.

— Такое ощущение, что раньше вам никогда не доводилось делать кофе, — произнес он насмешливо.

От смущения Ксюша не знала, куда глаза девать.

— А где ваш завтрак? — поинтересовался Барский, открывая портфель и вытаскивая из него какой-то пакет.

— Я… я забыла его дома, — соврала Ксюша, отвернувшись в сторону.

— Сказать вам правду? Мне кажется, что вы специально забыли завтрак. Но один бутерброд вам не повредит. Вы очень стройная.

Ксюша смутилась. «Он решил, что я не завтракаю, потому что сижу на диете», — с облегчением подумала она. Ей было бы невыносимо стыдно, если бы выяснилась истинная причина.

— Возьмите один из моих, — предложил босс и протянул Ксюше большой сэндвич. — Моя мать все время дает мне с собой целую гору, она боится, что я умру с голоду.

— Если, конечно, вам не жалко. — Ксюша жадно схватила бутерброд. Ей казалось, что мучительное чувство голода несколько притупилось, но при взгляде на этот восхитительный бутерброд, она поняла, что это далеко не так.

Барский оторопело наблюдал, с какой жадностью Ксюша поглощает бутерброд.

— Еще один? — предложил он.

— Спасибо… видите ли…

— Просто скажите да, — велел Барский.

— У меня есть еще яблоко, — он разрезал яблоко пополам и положил на стол перед Ксюшей.

В это время подоспел кофе, и Роман налил две чашки, себе и Ксюше.

— Расскажите мне о себе, Ксения, — предложил он.

— Мне нечего особенно о себе рассказывать. Это… моя первая работа.

— И вы боитесь, что я вас съем, — произнес Роман. — Вам нечего опасаться, хотя выглядите вы вполне аппетитно.

Ксюша покраснела и тут же ужасно разозлилась на себя за это. «Он считает меня круглой дурой», — подумала она.

Но зато она теперь знает, как готовить кофе. Ксюша все подробно запомнила. В следующий раз она отлично справится сама, и у Барского не будет больше повода насмехаться над ней.

Этот бутерброд! Ничего вкуснее Ксюша не ела уже несколько дней.

— Некоторые приносят обед с собой и греют его в микроволновке или на плитке. Это лучше и дешевле, чем ходить в кафе напротив.

Шеф серьезно смотрел на девушку, ожидая, что она ответит. Но и без слов ему многое стало ясно.

Ксюша кивнула. Об обеде и думать было нечего, а аванс она так и не решилась попросить. Хотя Барский совсем не походил на сурового босса. «Интересно, сколько ему лет? Выглядит он довольно молодо, но внешность зачастую обманчива. Он наверняка принадлежит к тому типу мужчин, которые даже в старости выглядят моложавыми и подтянутыми».

Роман почувствовал, как Ксюша бросает на него украдкой взгляды, но сделал вид, что ничего не заметил. Взглянув на часы, он встал:

— Нам пора. Другие уже ждут, чтобы перекусить.

С утра было так много дел, что у Ксюши не было времени хорошенько все обдумать. Турфирма находилась в самом центре города, возможно, поэтому сюда заходило столько народу. Ксюша чувствовала, что шеф очень доволен ее работой, и это наполнило ее гордостью.

— Время обедать. — Роман коснулся Ксюшиной руки. — Составите мне компанию за обедом?

Ксюша начала было вежливо отказываться, но Барский будто не заметил этого. — Моя мать дала мне с собой суп. Только не говорите, что от супа толстеют. Я часто ем на обед суп. А на ужин у нас дома обычно мясо с овощами. Но посмотрите на меня, разве я толстый?

— Конечно, нет, — согласилась Ксюша.

Он поставил кастрюльку на плитку.

— Почему вы не греете суп в микроволновке? Так же проще.

— А я не ищу легких путей, — засмеялся он. — А если честно, то просто привычка.

— Хотите, я угадаю ваш жизненный путь? — вдруг спросил он, помешивая суп, чтобы тот не пригорел. — Вы родились в богатой семье, вас баловали родители и нянька. Но по каким-то причинам вы всего этого лишились. И теперь вы пытаетесь пробиться в этой жизни самостоятельно. Ну как, я прав?

— Босс всегда прав, не так ли? — дерзко ответила Ксюша, чего сама от себя не ожидала.

— Извините, — добавила она поспешно и снова покраснела.

— Вам незачем извиняться, я всегда прав, — сказал Барский спокойно и вдруг неожиданно рассмеялся. Смеялся он весело и заразительно, как умеют это делать только люди с открытым сердцем и чистой совестью.

— Видели бы вы сейчас себя в зеркале.

Ксюша не знала, куда деться от смущения. Роман поспешил помешать суп, который уже начал слегка пригорать.

— Вот что случается, когда позволяешь себе отвлечься, — произнес он. — Моя мать все время переживает, что у меня подгорит суп. Она всегда проверяет дно кастрюли. И горе мне, если она почернела. Сначала пару раз со мной такое случалось. Но потом я купил одно хорошее средство для мытья посуды, и теперь все в порядке.

«Пожалуй, он хорошо ладит со своей матерью, — подумала Ксюша. — Не то что я…» Но спросить об этом она так не решилась, хотя ей очень хотелось.

— Роман Николаевич, вас срочно хочет видеть какая-то Женщина, — в комнату вошел Сергей Фокин. Он по-приятельски подмигнул Ксюше.

— Женщина?

— Женщина, — подтвердил Фокин, ухмыляясь. — Помните, нам срочно потребовался гид-переводчик. Она нас тогда здорово выручила. И, по-моему, с тех пор не может вас забыть.

— Уже иду. Ксения, не забудьте помешивать суп, я скоро вернусь. — И Барский пружинящей походкой вышел из комнаты.

Ксюше вдруг стало очень интересно взглянуть на посетительницу. Она слегка приоткрыла дверь в кабинет и выглянула в щелку. Девушка выглядела потрясающе, во всяком случае, на Ксюшин вкус. Что бы сказала Лариса, увидев такой вырез на платье!

Роман Барский наклонился довольно близко к незнакомке. Но, похоже, ее это ничуть не смутило. Возможно, она вообще не знает, что такое смущение. Так, во всяком случае, решила Ксюша. Посетительница смеялась, демонстрируя ровные белые зубы. «Мне нужно купить себе новую помаду, — подумала Ксюша, — на фоне этой женщины я выгляжу, как серая мышка».

За Ксюшиной спиной начал подгорать суп, но она этого не заметила, продолжая с. любопытством рассматривать незнакомку. На ней были белые брюки. Ксюша тоже хотела когда-то такие, но, конечно, ей не позволили их купить. «Белые брюки — это так примитивно», — сказала Ксюшина мать, и на этом разговор был окончен.

Интересно, какую обувь она носит с этими брюками. Наверное, босоножки. Жаль, что отсюда не видно. Ксюша была полностью поглощена наблюдением за этими двоими. Женщина протянула Барскому руку, и Ксюша заметила, что он держит ее дольше, чем этого требуют правила приличия. А как он ей улыбается!

Вот он повернулся и пошел обратно, но на лице не осталось и следа от улыбки. Ксюша поспешила покинуть свой наблюдательный пост. И как раз вовремя! Еще мгновение, и Барский застукал бы ее.

В дверях он остановился:

— Суп! Вы что, не чувствуете, что он горит? Вы что, забыли, что его надо помешивать?

Теперь и Ксюша почувствовала запах.

— Суп… — Ксюша уставилась на кастрюлю, из которой клубами валил пар. — Я совсем забыла о нем.

— Я уже вижу. Короче, мы остались без еды. Потому что теперь содержимое кастрюли вряд ли съедобно.

— Во всяком случае, можно попробовать, — предложила Ксюша, пока Барский открывал окно.

— Я не собираюсь. Но если у вас есть аппетит…

У человека не может быть аппетита, у него есть только голод. Ксюша аккуратно налила себе тарелку супа. После первой ложки она немного поморщилась, но съела всю тарелку.

«Ну и что это все это значит, — думал про себя Барский. Что она хочет мне этим доказать? Что можно есть пригоревший суп»?

— Приятного аппетита, — пожелал он Ксюше и вышел, рассерженно хлопнув дверью. Ксюша съела еще одну тарелку. Нельзя пренебрегать такой возможностью. Кто знает, когда ей удастся снова поесть.

Ксюше и в голову не пришло помыть кастрюлю. Грязную тарелку она тоже оставила на столе. Дома всегда был кто-то, кто делал это за нее.

Несколько минут спустя в комнату вошли Сергей Фокин и старший менеджер фирмы Юля Зотова. Они удивленно огляделись и рассмеялись.

— Теперь я понимаю, почему у шефа такой мрачный вид, — весело заметила Юля. Она заглянула в кастрюлю и покачала головой. — И ты съела всю эту гадость?

— По-видимому, ты была очень голодная, — ухмыляясь, сказал Фокин. — Тебя еще не тошнит от «Доширака»? А то я могу завтра принести пару пачек, думаю, тебе понравится, если конечно, подогреешь немного.

— Не издевайся над ней, — упрекнула его Юля и, обратившись к Ксюше, добавила: — А ты не обращай внимания на его болтовню: он всегда несет вздор!

— Только не тебе, солнце мое. Я просто пытаюсь подстроиться под собеседника. Ну так что у тебя сегодня вкусненького?

— Только крабовый салат.

— А на двоих его хватит?

— Я так и знала, что ты опять ничего не принесешь, и поэтому сделала побольше салата.

— Что бы я без тебя делал, солнце мое? — улыбнулся Фокин Юле.

«Значит, вот как общается современная молодежь, — подумала Ксюша. — Я так не могу. Но со временем обязательно научусь».

* * *

— Вы, часом, не заболели? — спросила Вера Михайловна свою новую квартирантку, когда обнаружила ту в постели в столь ранний час.

— Нет. — Ксюша встала с постели и натянуто улыбнулась. — Я просто немного устала.

— Хорошо. Вам обязательно нужно зарегистрироваться. Завтра пойдете в паспортный стол, у меня там знакомая работает. Она все сделает. Я ей уже звонила и предупредила, что вы придете. Вы знаете, где это находится?

Ксюше удалось сегодня поесть, но этого явно было недостаточно. В любом случае, ей было плохо и тошнило. Пригоревший суп оказался не самой подходящей едой для ее желудка.

Едва Вера Михайловна успела уйти, как Ксюша бросилась в ванную, где ее вырвало. Голова шла кругом, и Ксюша ухватилась за край раковины, чтобы не упасть. Она ополоснула лицо холодной водой и сделала пару глотков. После этого ей стало немного лучше.

«Будь у меня хоть немного денег, ну хоть 500 рублей, — с отчаянием подумала она, — я бы дотянула до конца месяца. «Доширак»… знать бы, что это такое… но, судя по всему, его не сложно готовить».

Но вот денег у нее не было. Ксюша снова легла в кровать. Слабость одолевала ее. …Румяная курица с тушеными овощами на Новый год… Еще несколько дней назад Ксюша и предположить не могла, что все ее мысли будут устремлены к еде. Стоило только немного поголодать.

«Надеюсь, что я продержусь до тех пор, пока получу первую зарплату, — подумала она. — Я ни за что не вернусь назад домой». В турфирме она была всего лишь новой сотрудницей, к которой вроде бы неплохо относились. И это вполне устраивало Ксюшу. Никто за нее не беспокоился, никто не спрашивал, как у нее дела, поела ли она, как она спала. Ее принимали такой, какая она есть.

И как переводчика на работе ее оценили высоко. Ксюша и представить себе не могла, что эти знания, которые она получала, как ей казалось, ради собственного развлечения, так пригодятся в жизни. Когда Ксюша была маленькой, ей наняли несколько учителей иностранных языков. И для девчушки было удовольствием говорить с ними то по-английски, то по-немецки, то по-французски. «Хорошее было время, — от воспоминаний о детстве ее глаза увлажнились. — Мои родители были так добры ко мне, наверное, слишком добры… и это было фатальной ошибкой. Я совсем не приспособлена к самостоятельной жизни…»

Внезапно по коридору разнесся запах жареного мяса. Кто-то из жильцов наверняка жарил бифштекс.

Ксюша вскочила и выбежала на улицу. Это уже было слишком, такого одуряющего запаха ей не вынести. «Я же с трудом держусь на ногах, — с испугом обнаружила она. Мне обязательно нужно что-то съесть. Вот только где же взять еду?!»

Ксюша решила обратиться за помощью к хозяйке. Вернувшись домой, она прошла на кухню, где хозяйка мыла посуду.

— Что-то случилось? — равнодушно спросила она.

— Мне ужасно неловко говорить об этом Вера Михайловна… Но в данный момент у меня возникли некоторые трудности.

Хозяйка дернулась как от удара, и приветливое выражение лица мгновенно сменилось недовольной гримасой. Эти квартиранты порой бывают просто невыносимы. Вечно они жалуются и просят деньги взаймы. Вера Михайловна была уверена, что Ксюша тоже пришла попросить денег.

— У нас у всех свои проблемы, — сухо произнесла Вера Михайловна. — Отойдите в сторону, вы мне мешаете, — она начала вытирать посуду и составлять ее в шкаф, всем видом показывая, что не намерена выслушивать, а тем более выполнять чужие просьбы.

Ксюша окончательно пала духом:

— Я получу зарплату только тридцатого, а у меня совсем нет денег.

— Тогда вам надо было попросить аванс, — посоветовала хозяйка. — Я вам не банк, и денег не даю взаймы принципиально. Тем более у меня у самой их нет. Я вдова, и мне трудно пробиваться в этой жизни, уж можете мне поверить. Что-нибудь еще?

— Нет, спасибо. — Ксюша вышла. Ей казалось, что Вера Михайловна дала ей пощечину. Ксюша попыталась представить себя на месте квартирной хозяйки, но ей это не удалось. Ведь само собой разумеется, что люди должны помогать друг другу, если у них есть такая возможность. Во всяком случае, Ксюша раньше всегда в это верила.

На следующее утро острое чувство голода исчезло, но Ксюша чувствовала, что сильно ослабела. Она была рада, когда, наконец, добралась до офиса, так как по пути туда очень устала. Стакан воды не может заменить завтрак.

Остальные уже были в сборе и приветствовали ее радостными возгласами.

— Что ты делала вчера вечером, красавица? — поинтересовался Фокин. — Позвольте мне угадать, сказал бы наш шеф, — он ухмыльнулся. — Ты вчера здорово повеселилась, даже чересчур. Только посмотрите, она краснеет. Здесь совершенно нечего стесняться. Нам всем есть, чем похвастаться.

— Я… я весь вечер пробыла дома.

— И наверняка не одна, — заметил Фокин. — На твоем лице следы бессонной ночи! Но тебе не обязательно сознаваться, у всех есть свои маленькие секреты.

Приход клиента избавил Ксюшу от дальнейшего разговора.

Перед перерывом на обед Ксюша собрала все свое мужество и постучала в дверь кабинета Романа Барского — просить аванс.

— Шефа сегодня нет. Возможно, он будет вечером, но я точно не знаю, — улыбнулась Юля Ксюше. — Он сегодня ведет переговоры о крупном экскурсионном туре по Золотому кольцу. Если Роману Николаевичу удастся заключить сделку, это будет огромная удача для нашей фирмы. «Может быть, попросить денег у Юли? — подумала Ксюша. — Она с виду такая приветливая, и, по-моему, я ей нравлюсь». Но после неудачной попытки с Верой Михайловной ей не хватало смелости одолжить денег у своей милой коллеги. Ксюша боялась, что Юля ей тоже откажет и всем будет говорить потом, что новая переводчица — попрошайка.

Если послушать окружающих, то ни у кого нет денег. Но ведь люди как-то умудряются свести концы с концами. «Я же могу просто заложить мои часы! — От этой мысли Ксюшины глаза засверкали. — Папа говорил, что они очень дорогие, но, даже если за них дадут не очень много, этого все равно должно хватить».

Во время обеденного перерыва Ксюша побежала в ломбард, но он оказался закрыт. Табличка гласила, что он снова откроется только завтра утром. Разочарование было так велико, что Ксюша чуть не расплакалась. Всю дорогу сюда она мечтала о куске жареного мяса: это была мечта, которая могла вот-вот стать реальностью. «Ничего, я продержусь до завтрашнего дня», — думала Ксюша. На обратном пути она не торопилась, было бы невыносимо сидеть в офисе и наблюдать, как остальные обедают. Ведь сегодня нет Барского, который поделился бы с ней бутербродами.

— Хорошо, что ты пришла. Срочно требуется твоя помощь. Испанец.

Ксюша переводила автоматически. Откуда-то сзади шел умопомрачительный запах жареного картофеля. Кто-то, наверное, принес из дома жареную картошку и теперь разогревал ее. Запах был на редкость стойким.

Время тянулось очень медленно, и Ксюша удивлялась, как ей до сих пор удается держаться на ногах. Остальные по мере приближения конца рабочего дня становились все веселее. Только она не мечтала о том, как поскорее пойти домой.

«Я не сдамся, — крутилось у нее в голове. — Я не позволю им сказать: мы с самого начала знали, что у тебя ничего не получится. Ты слишком хрупкая, чтобы жить одной, да еще и работать».

— Всем пока, до завтра. — Фокин добродушно похлопал Ксюшу по спине. — И не заходи больше так далеко. Держи себя в руках. При случае все же постарайся поспать.

Фокин, конечно, был неплохим парнем, но временами действовал Ксюше на нервы.

У Юли, как у старшего менеджера, были ключи от офиса, и только она их достала, чтобы закрыть кабинеты, как вошел шеф.

— Как все прошло? — напряженно спросила она.

— Все прошло замечательно, просто отлично, — казалось, что шеф сейчас схватит Юлю в охапку и начнет кружить по комнате. — Грандиозная автобусная экскурсия, с остановкой в пятизвездочных гостиницах. Поездка на 10 дней. Хорошо, что вы еще здесь, Ксения. У вас есть немного свободного времени?

— Да сколько угодно. — У Ксюши совершенно не было желания возвращаться в свое новое жилище.

— Я потом все сам закрою, Юлия Андреевна, — по отчеству Барский называл ее только в особенно хорошем настроении. — Приятно вам провести вечер.

— Спасибо большое. Я очень рада, что у вас все получилось.

— Если эти господа останутся довольны, то они будут рекомендовать мое тур бюро своим знакомым. И я уж позабочусь, чтобы не разочаровать их. Все эти клиенты — очень влиятельные люди. Жаль, что я не умею управлять погодой, но надеюсь, Бог на нашей стороне, и погода будет как по заказу.

— Я не сомневаюсь, что вам повезет с погодой, — заверила начальника Юля.

Барский запер входную дверь и открыл свой кабинет. Он насторожился, увидев, что Ксюша покачнулась, и поспешил поддержать ее.

— С вами все в порядке? — спросил шеф озабоченно.

Ксюша энергично кивнула:

— Да, да… со мной все в порядке.

— Это, наверное, из-за жары. Мне удалось организовать крупный тур по Золотому кольцу для иностранцев. Все они промышленники: участники какого-то крупного конгресса, который проходит в нашем городе, одним словом, важные люди. Французы, немцы, испанцы, американцы, и даже пара итальянцев. И мне нужен кто-то, кто сумеет с ними объясниться. Как вы думаете, кто этот кто-то?

Роман Барский казался неотразимым, когда перегнулся через стол и посмотрел на Ксюшу сияющими глазами:

— Ксения, вы должны мне помочь и поехать со мной.

Ксюша с трудом вздохнула, затем схватилась за край письменного стола и упала.

* * *

Когда Ксюша открыла глаза, ей не сразу удалось сфокусировать взгляд и вспомнить человека, обеспокоенно смотрящего на нее.

— Роман Николаевич, — прошептала она наконец, и слабая улыбка появилась на ее губах.

— Вы меня порядком напутали. — Барский вытащил платок и вытер пот со лба. — Взять и ни с того ни с сего упасть. Пожалуй, я вас прямо сейчас отвезу к врачу, — он вытащил из кармана записную книжку, поднял телефонную трубку и стал набирать номер.

— Не надо, со мной все в порядке… У вас не найдется чего-нибудь поесть?

— Что? — озадаченно переспросил Барский и положил трубку.

— Видите ли, я давно ничего не ела.

Казалось, он сейчас лопнет от злости.

— Вы морите себя голодом, чтобы похудеть? — свирепо спросил он.

— Нет, что вы. Просто у меня нет денег, чтобы купить себе поесть.

Ничего удивительного, что после такого признания Роман Барский с недоверием посмотрел на нее. Ксюша не производила впечатления нищего человека, и все в нем сопротивлялось принять ее слова на веру.

— Мне пришлось заплатить за комнату вперед последние деньги, а здесь все сказали, что на аванс рассчитывать не приходится.

— Теперь мне кое-что понятно. На меня свалилась девушка, умирающая от голода. Я отвезу вас к себе домой, и моя мать приготовит вам какой-нибудь суп. Я уверен, что у нее найдется что-нибудь подходящее в холодильнике. Мяса вам сейчас лучше не есть, — размышлял он вслух.

— Что-нибудь, мне все равно что. Мне очень жаль, что я доставляю вам столько хлопот, Роман Николаевич.

— Почему вы молчали все это время? — спросил Барский по-прежнему недовольным тоном. — Я же не зверь какой-то. При данных обстоятельствах я бы, само собой, выдал бы вам небольшой аванс. Но не будем больше об этом. Сейчас самое главное — это чтобы вам стало лучше.

Он вытащил ее из кресла и подвел к двери.

— Не обращайтесь со мной как с больной, — сопротивлялась Ксюша его заботам. — Я больше не собираюсь падать в обморок.

— Не хотелось бы, чтобы до этого дошло дело. Моя машина стоит прямо за углом. Сможете дойти?

— Думаю, да.

«Если бы родители и Лариса только знали, что со мной случилось. — Невольно по ее лицу скользнула слабая улыбка. — Какой переполох они бы устроили. Бедное дитя на грани голодной смерти».

Роман Барский заметил эту улыбку и удивился про себя. Просто сплошная загадка: девушка из богатой семьи, которая прекрасно знает иностранные языки, но не может разогреть суп.

Во время поездки Ксюша закрыла глаза. Было очень приятно знать, что рядом с тобой человек, который думает и заботится о тебе.

— Мы уже приехали, — услышала она и неохотно приоткрыла глаза.

Машина остановилась возле аккуратного, но небольшого домика. Роман Барский помог Ксюше выйти из машины, и практически в ту же самую минуту дверь дома открылась, и на пороге показалась женщина средних лет. Она удивилась, увидев, что ее сын привез с собой гостью, но не подала виду.

— Мама, это Ксения Завьялова. Ей просто необходимо что-нибудь срочно съесть. Это не шутка. Она упала в офисе в голодный обморок. Наталья Петровна Барская не стала задавать лишних вопросов. Она лишь удивилась про себя, что ее сын притащил эту девицу домой, и так вокруг нее суетится. Это совсем не похоже на Романа.

— Проходите, пожалуйста.

Ксюша очутилась в уютно обставленной гостиной. Роман Барский вышел и вернулся с чашкой, полной печенья.

— Если вы хотите, можете съесть прямо сейчас, — произнес он.

— Мне уже гораздо лучше, — заверила его Ксюша. И действительно, после того, как она съела одно печенье, на ее щеках появился слабый румянец.

— Как все прошло? — спросила Наталья Петровна, стоя в дверях.

— Мама, все прошло прекрасно. Контракт подписан, и я надеюсь, что Ксения поможет мне во время поездки. Без нее я окажусь в безвыходном положении, — пояснил он. — Где еще я так быстро смогу найти такую ценную сотрудницу, которая в совершенстве знает четыре иностранных языка. А группа состоит из одних иностранцев.

— Мой сын много о вас рассказывал, — приветливо сказала Наталья Петровна. Ее сын лишь забыл упомянуть, что новая сотрудница необычайно привлекательная и изящная девушка. Наталья Петровна скорее ожидала увидеть «синий чулок», бесцветное создание с толстыми очками на носу. — Я готовлю суп, то есть его надо только подогреть. Через пятнадцать минут все будет готово.

— Что представляет собой эта экскурсия? — спросила Ксюша.

— Десятидневный автобусный тур по Золотому кольцу. Автобус и водителя я уже нашел. Очень опытный человек, уже не первый год ездит по этому маршруту. Эти господа хотят осмотреть за этот срок как можно больше достопримечательностей. Но поездка потребует от вас много сил. Вы справитесь?

— Я выносливая, — заверила его Ксюша. — Если бы я нормально питалась, то ни за что бы не упала в обморок.

«Как вышло, что она оказалась без гроша в кармане?» — спрашивал себя Барский. Но он был слишком тактичным, чтобы задавать такие вопросы вслух.

— А что мне взять из одежды?

Роман наморщил лоб.

— Да как обычно, — неуверенно ответил он. — Вам лучше всего обсудить этот вопрос с моей матерью. Она уж точно знает, что вам может понадобиться.

— Все готово, можете идти, — крикнула от дверей Наталья Петровна.

— Моя мать отличная кулинарка, — заверил Ксюшу Барский. — И сейчас вы в этом лично убедитесь.

— Просто он ничего лучшего не пробовал в этой жизни, — парировала Наталья Петровна.

— Ну уж нет, мама, кое-что я пробовал, но это точно не было лучше. Просто поразительно, что такая интеллигентная женщина, как ты, получает удовольствие от готовки.

— Если ты будешь продолжать в том же духе, ты вгонишь меня в краску, — засмеялась она в ответ. — Ты просто льстец.

— Потому что говорю правду? — спросил Роман. Он был в хорошем настроении. Удачно заключенная сделка много для него значила. Начало нового витка в карьере. Барский хотел не просто продавать туры, а самостоятельно их организовывать, и тут ему представился удачный шанс.

— Ваш сын не преувеличивал, суп действительно потрясающий.

— Главное, что вам нравится. Надеюсь, мясо мягкое. — Наталья Петровна была убеждена, что Ксюше вполне можно съесть кусочек мяса.

«Вот бы Лариса видела меня сейчас, — думала Ксюша, — как я сижу и ем за чужим столом. Как же здорово, когда никто не делает тебе замечаний, как и что есть».

Ксюше нравился ее шеф, и она радовалась, что сможет быть ему полезна. «Целых десять дней мы будем вместе с утра до вечера, — думала Ксюша. — Не хотелось бы его разочаровывать».

Когда Ксюша покончила с едой, Барский решил обсудить с ней детали предстоящей поездки. Он показал Ксюше весь маршрут по карте, а также дал целую стопку проспектов о городах, где они собирались останавливаться:

— Я, конечно же, не жду, что вы запомните информацию обо всех достопримечательностях, но хотя бы в общих чертах вы должны знать обо всем понемногу.

Ксюша решила выучить проспекты наизусть, чтобы быть готовой к любым вопросам экскурсантов.

— За мной дело не станет, ваши иностранцы останутся довольны, — пообещала она.

— Очень на это надеюсь.

Мать Романа удивлялась про себя, как ее сын смотрит на эту девушку. Начальники не смотрят так на своих подчиненных. Так мужчина смотрит на женщину, которая ему очень нравится.

Насколько Наталья Петровна успела узнать Ксюшу, ей казалось, что эта девушка совсем не подходит ее сыну. Для своих грандиозных планов Роману нужны были деньги, а самый простой путь их получить — это жениться на богатой девушке.

А так как ее сын был достаточно привлекательным, ему не составило бы особого труда найти подходящую партию. Наталья Петровна решила быть бдительной.

* * *

— Уже иду, — воскликнула Лариса, когда зазвонил телефон. Но Анна Завьялова опередила ее. Пока Анна приглушенным голосом говорила по телефону, Лариса напряженно наблюдала за ней. Анна поймала ее взгляд и отрицательно покачала головой.

Лариса прослезилась. Она была совершенно уверена, что это нужный звонок, звонок от их малышки. И куда эта девчонка делась? Пора бы ей уже дать о себе знать. Ксюши не было уже три дня, и в доме воцарилась атмосфера, как будто кто-то умер. Все говорили только шепотом, и никому даже в голову не приходило включить радио или телевизор.

Они сидели и ждали, так как больше ничего поделать не могли.

— Милиции наплевать на Ксюшу, — возмущалась Лариса. — Куда катится мир? У бедняжки совсем нет денег. И взять ей их неоткуда. На что же она живет?!

— Помолчите ради бога! — попросила Анна. Лариса высказывала вслух те мысли, которые Анне и самой не давали покоя. Домработница поднесла платок к заплаканным глазам и вышла на кухню. Обычно около одиннадцати приходит почтальон. Может, сегодня он принесет весточку от Ксюши? «Надо бы почистить картошку, — рассеянно думала Лариса. — Но сегодня нет никакого желания что-то готовить. Картошку можно почистить позже. Где черти носят этого почтальона?»

Почтальон пришел лишь в пятнадцать минут двенадцатого. Когда Лариса увидела его довольное лицо, ей захотелось выругаться. Он просто не имеет права быть таким довольным.

— Газеты и пара счетов, — почтальон усмехнулся. — Ничего от вашей крошки, — злорадно добавил он. Вот уже два дня Лариса выбегала за ворота навстречу почтальону, хотя раньше не удосуживалась даже выглянуть из дому.

— Придурок, — пробормотала женщина и, тяжело ступая, направилась к дому. — Свой издевательский тон пусть оставит при себе.

— Ничего, — качая головой, доложила Лариса хозяйке, дожидавшейся ее в коридоре. — Я была абсолютно уверена, что сегодня мы получим письмо от нашей девочки. Или она не догадывается, что мы тут все с ума сходим из-за нее?! — Я совсем не понимаю Ксюшу, — пожаловалась Анна. Было заметно, что она не спала, по крайней мере, две ночи. Она явно постарела за последние три дня.

— Позвоните мужу, Анна. И скажите ему, что он должен что-то предпринять, — попросила экономка. — Так не может дальше продолжаться.

Анна в ответ только кивнула. Сделать нельзя было ничего, оставалось только ждать. В милиции Владимиру Завьялову популярно объяснили, что его дочь может покинуть дом своих родителей, когда пожелает, так как она совершеннолетняя. А прощальная записка доказывает, что никакого преступления не было.

— Не волнуйтесь, ваша дочь скоро даст о себе знать, — заверил милиционер родителей.

Он себе и представить не мог, как долго тянутся дни, когда каждая минута ожидания оборачивается вечностью.

— Судя по всему, у нее есть деньги, — ответил Завьялов жене по телефону. — Но не очень много. Когда они подойдут к концу, наша девочка заявится домой. И тут ее ждут крупные неприятности, — ожесточенно добавил он.

— Лишь бы она вернулась. — обречённо вздохнула Анна. Конечно, Анна сначала тоже думала строго наказать свою непутевую дочь, но чем дальше, тем меньше мысли о наказании приходили ей в голову. Лишь бы Ксюша снова оказалась дома.

* * *

— Заказное письмо для вашей хозяйки, — два дня спустя объявил почтальон. — Позовите ее, она должна расписаться.

— Ну-ка, дайте сюда. — Лариса буквально вырвала у него письмо и, едва взглянув на конверт, ахнула и с необычайной для ее возраста проворностью побежала в дом. — Ваша хозяйка должна расписаться, — закричал почтальон ей вслед. Но Лариса его не слышала. Почтальон покачал головой и не спеша последовал за ней.

— Письмо! От нашей девочки! Что же она там пишет? — Руки Ларисы дрожали, когда она протягивала конверт хозяйке.

У Анны тоже дрожали руки, она вскрыла конверт и небрежно бросила его на пол:

— Она пишет, что у нее все в порядке, — с облегчением произнесла она через минуту. — Она нашла работу.

— Работу? — недоверчиво переспросила Лариса.

— Да… — Анна казалась удивленной и растерянной. — Еще пишет, что нам не стоит беспокоиться из-за нее.

— Ей легко так говорить. А где она живет? Кем она работает? И вообще, как она нашла работу?

— Здесь об этом не сказано. Прочитай сама.

Лариса поднесла письмо к глазам и близоруко прищурилась.

— Ксюша передает мне привет, — всхлипнула она, дочитав письмо до конца. — Как она питается? Когда дело доходит до еды, Ксюша становится совсем безразличной. Ест ли она по утрам яйца всмятку? Здесь об этом ничего не написано.

Почтальон, усмехаясь, прятал в карман щедрые чаевые, которые дала ему хозяйка.

«Хотел бы я доставлять сюда заказные письма каждый, день», — думал он, продолжая свой путь.

— И где она живет? — спросил Владимир Завьялов свою жену, когда она прочитала письмо по телефону.

— Она ничего не пишет об этом.

— Какой город указан на почтовом штемпеле?

— Подожди минутку, мне нужно рассмотреть повнимательнее. Штемпель сильно смазан.

— Не торопись. Смотри внимательно.

Через пару минут Анна разобрала название города:

— Письмо было отправлено вчера.

— Она должна была там где-то зарегистрироваться. Я поеду туда и притащу ее обратно.

— Он что, прямо сейчас едет? — обеспокоенно спросила Лариса, которая стояла рядом и слышала весь разговор. — Тогда ему нужно обязательно купить каких-нибудь фруктов. Ксюша там наверняка забывает есть фрукты. А ей просто необходимы витамины.

Анна лишь отмахнулась от нее. Какие фрукты? Время ли говорить об этом?! Сейчас самое главное — найти Ксюшу и привезти домой. Анна попросила мужа:

— Не будь с ней слишком строг.

— Ну уж нет, ее ждут большие неприятности, — проворчал муж.

— Веди машину аккуратно, не гони. Может, тебе лучше поехать с водителем?

— Нет. Я поеду один. До скорого!

— Чтобы мне такое приготовить? — размышляла Лариса вслух. Оцепенение последних дней как рукой сняло, и она привычно засуетилась. — Зеленую фасоль. Я сейчас же пойду на рынок и куплю ее. Надеюсь, она там свежая. И конечно, бифштекс, который наша девочка так любит.

— Готовь что хочешь, — сказала Анна. Самое главное, что с Ксюшей все в порядке и сегодня она вернется домой. А все остальное не важно.

* * *

Владимир Завьялов в буквальном смысле слова бросил все дела и немедленно выехал. И хотя его непокорная дочка не оставила обратного адреса, он не сомневался, что разузнать, где она живет, не составит особого труда. Ксюша наверняка зарегистрировалась в этом городе.

Так оно и было. Владимир довольно быстро нашел нужный адрес, но, когда он остановился перед домом, где якобы жила Ксюша, то только удивленно присвистнул. «Она считает, что в этой дыре можно нормально жить? Как же она, наверное, скучает по дому, наша маленькая глупышка», — думал Владимир Завьялов. На узкой улочке палисадники были чуть шире полотенца, а воздух наполнен шумными криками играющих детей. К тому же жара стояла страшная.

Владимир нашел нужный подъезд, поднялся на второй этаж и позвонил в дверь. Дверь ему открыла женщина в застиранном халате и с бигуди на голове. Она окинула Владимира оценивающим взглядом:

— Мне ничего не нужно, и разговоры на религиозные темы я вести не собираюсь.

Она собиралась захлопнуть дверь перед самым носом Владимира. Но тот своевременно поставил ногу между дверью и порогом.

— Какое нахальство! Если вы немедленно не уйдете, то я вызову милицию! — пригрозила женщина. — Совсем народ обнаглел!

— Мне нужна Ксения Завьялова, — строго сказал Владимир.

— Ее нет дома. Не думаю, что у вас получится всучить ей что-нибудь, она сейчас на мели, так что проваливайте отсюда сию минуту.

— Я отец этой девушки!

— Отец? — Вера Михайловна открыла дверь и посмотрела на него с любопытством. — Почему вы сразу не сказали? Я думала, что вы что-то продаете или из какой-то секты. Они здесь толпами ходят. А я рук принципиально ничего не покупаю и ни в какую секту вступать не собираюсь.

— Вы сказали, что моей дочери нет дома.

— Так оно и есть. Она сейчас на работе.

— А где она работает?

— Где работает? — Вера Михайловна почесала заколкой в голове, как будто надеясь таким способом освежить память. — Она работает… Она мне говорила как-то, но разве ж все упомнишь. Как же это? А вот вспомнила. В каком-то агентстве. По-моему, что-то связанное с туризмом. Или, может быть, с торговлей. Что-то такое она мне рассказывала… Большего сказать вам не могу. Ваша дочь держится особняком. А мне и дела никакого нет, чем она занимается.

— И вы, конечно, не знаете, где я могу найти сейчас Ксению.

— Мне очень жаль, но ничем не могу вам помочь.

— Я хотел бы подождать Ксюшу здесь.

— Вы хотите ее подождать? Но она сегодня, возможно, вообще не придет. Она говорила, что ее не будет пару дней. Надо будет при случае проветрить ее комнату. Ваша дочь просто помешалась на этом. У нее весь вечер окно открыто. Но у каждого свои тараканы в голове, меня это не касается. Сама-то я не переношу этот грохот с улицы, но у молодежи нервы покрепче будут.

— Значит, она собралась уезжать куда-то?

— Да, она что-то такое говорила. Я толком не поняла. Меня особо не интересует, чем занимаются мои жильцы, пока они ведут себя тихо и вовремя платят. У меня своих забот полно.

Завьялову сразу не понравилась эта женщина, и беседа с ней раздражала его, тем более она ничего не сказала по существу. Но не мог же он уйти просто так, ничего не выяснив. — Вы позволите осмотреть Ксюшину комнату? Может, мне удастся найти хоть какой-нибудь намек на то, чем она занимается.

— Ну, если вы действительно ее отец… — Вера Михайловна с подозрением посмотрела на Владимира. Жизнь научила ее относиться с недоверием к незнакомым людям. С виду — приличный человек, а вполне может оказаться проходимцем. Эти взрослые мужчины питают слабость к юным девушкам. Кто его знает, чего он хочет на самом деле? — Вам показать мой паспорт? — резко спросил Владимир Завьялов.

— Было бы очень неплохо, если вы прихватили паспорт с собой.

Вера Михайловна долго сравнивала фотографию в паспорте с лицом «оригинала» и, наконец, утвердительно кивнула. — Раз уж вы действительно отец, то, пожалуй, я разрешу вам войти, — великодушно согласилась она.

На пороге комнаты Завьялов недоуменно обернулся:

— Моя дочь действительно здесь живет?

— А вам что, не нравится? — обиженно спросила хозяйка. — Попробуйте найти что-нибудь получше за такие деньги.

— Нет, что вы. Отличная комната. Простите, я не хотел вас обидеть.

Вера Михайловна стояла в дверях, пока Завьялов осматривал крохотную комнатушку. Но тщательный обыск ничего не дал. Владимир не нашел ничего такого, что могло бы рассказать о Ксюшиной поездке. Только пара рекламных буклетов, которые можно увидеть повсюду. Неужели Ксюша купила турпутевку? Но чем она за нее заплатила?

— Все осмотрели? — спросила Вера Михайловна нетерпеливо. — Я же вам сразу сказала, что вы ничего не найдете. Я извиняюсь, но у меня еще столько дел сегодня. — Намек быть предельно ясен, и Завьялову не оставалась ничего другого, как покинуть дом.

Вера Михайловна так и не смогла толком сказать, когда вернется Ксюша. Завьялов чувствовал себя таким уставшим, как будто весь день разгружал вагоны. Он сел за руль и уставился перед собой невидящим взглядом.

* * *

Поздно вечером перед домом остановилась машина. Вера Михайловна по привычке выглянула в окно и нахмурилась: ее новую постоялицу привез какой-то мужчина. И не просто мужчина, а мужчина на дорогой иномарке. «А девчонка не промах, уже успела подцепить состоятельного поклонника», — сделала вывод хозяйка.

Эти двое не целовались, возможно, только потому, что знали, что за ними наблюдают. Но Вера Михайловна ничуть не удивилась бы, если б стала свидетелем такой сцены. Она вышла в коридор навстречу Ксюше:

— Я думала, вы собирались уехать.

— Так оно и есть. Я уезжаю через две недели. Я же вам рассказывала.

— Может быть, — согласилась Вера Михайловна. Вероятно, она просто толком не поняла. — Кстати, приходил ваш отец.

— Мой отец? — Ксюша побледнела.

— Вот именно. Он показал мне свой паспорт. Приятный мужчина. Наверняка хорошо зарабатывает, хотя… Когда у тебя такая огромная машина, все деньги уходят на ремонт и обслуживание.

— Что сказал мой отец?

— Да практически ничего. Он выглядел очень расстроенным из-за вас. Вы что, сбежали от него? Будь я на вашем месте, я бы хорошенько подумала, прежде чем так поступить.

«Но ведь ты не была на моем месте», — подумала Ксюша, а вслух спросила:

— Он говорил, что собирается вернуться?

— Он ничего об этом не сказал. Если я правильно поняла, ваш отец хотел забрать вас с собой. А когда узнал, что вы уехали… то и сам не стал ждать. Я действительно думала, что вы уехали, — добавила она виновато.

— Вера Михайловна, если он вернется, скажите, что я в командировке! Надолго… — Ксюша Посмотрела умоляюще.

— Вы хотите, чтобы я совпала? — возмутилась Вера Михайловна, хотя довольно часто прибегала к обману, но исключительно для своей пользы. — Да как же это так? Я никогда никого не обманываю.

Ксюша нервно кусала губы, обдумывая, что же ей делать. Может, найти новую комнату? Если отец ее найдет, то увезет домой, хочет она того или нет. Если понадобится, он способен затолкать ее в машину силой. Ситуация казалась безвыходной.

— Быстро же вы нашли себе приятеля. — Вера Михайловна попыталась выведать у Ксюши информацию о мужчине на иномарке. — Он женат?

— Кто?

— Молодой человек, который привез вас домой. Женатые мужчины в большинстве своем ищут лишь приключения на стороне. Вам следует быть начеку. Такие, как он, и не помышляют о женитьбе. Они используют молодых девушек для удовольствия, а дома у них законные жены.

— Роман Николаевич не такой. И вообще он не женат.

— Значит, его зовут Роман Николаевич.

— И все не так, как вы думаете. Он мой начальник.

— Начальник, говорите. Быстро вы с ним спелись. Конечно, это не мое дело…

— Вот именно, — резко перебила хозяйку Ксюша.

Вера Михайловна оцепенела. Она не привыкла, чтобы постояльцы так дерзко с ней разговаривали. Из лучших побуждений она хотела только предостеречь эту юную нахалку, и вот что из этого вышло. Та обращается с ней как с прислугой. Не хватало еще терпеть такое отношение к себе! — Если вам у меня не нравится, можете съехать отсюда, — заявила она Ксюше. — Таких, как ты, я могу найти в любой момент… И даже намного лучше, к вашему сведению. После вас в комнате сплошной бардак. Повсюду пыль. Если вы думаете, что я ваша горничная, то глубоко ошибаетесь. Я никогда не убираю грязь за молодыми нахалками.

— Как вы смеете разговаривать со мной таким тоном?

— Она еще будет мне указывать, как я должна разговаривать. — Вера Михайловна возмутилась до глубины души. — Все! Достаточно! Я выселяю вас из комнаты. До конца месяца вы должны съехать. Остаток квартплаты я вам верну.

— В такой дыре я все равно надолго не осталась бы!

— В дыре! Подумать только! Стоило ей только завести богатого дружка, так она сразу и нос задрала! Сначала комната вас вполне устраивала, а теперь вдруг оказалась дырой. Постыдились бы. Такая молодая, а уже такая испорченная. Теперь я точно знаю, что вы плохо кончите, можете мне поверить.

— Меня удивляет, что у вас вообще есть жильцы, — вспыхнула Ксюша и тут же устыдилась своих слов. Действительно, какое право она имеет оскорблять эту женщину, приютившую ее в трудной ситуации? Извините меня, я… погорячилась, — выдавила Ксюша, слегка покраснев, и пошла к себе.

— По крайней мере, уберитесь у себя в комнате, — прокричала ей вслед хозяйка. Девушка только сейчас заметила, какой беспорядок и вправду царит в ее новом жилище. Дома всегда убиралась Лариса. Ксюша устало вздохнула и задумалась: с чего начинают уборку?

Не успела она еще разложить по порядку свои проспекты, как вдруг насторожилась, словно зверек, почуявший опасность.

Машина! Во дворе остановилась машина, а затем хлопнула дверца. Боже мой, это отец вернулся! Ксюша затравленно смотрела по сторонам. Затем выглянула в окно. Можно ли попытаться таким способом убежать?

Нет, слишком высоко. Если выпрыгнуть из окна, то можно переломать себе все кости. «Я никуда не поеду, — решила Ксюша. — Я скажу отцу, что прекрасно здесь себя чувствую и хочу здесь остаться».

Ксюша уставилась на дверь, в которую вот-вот должен войти ее отец. Но он почему-то не спешил. Почему так долго? Прошло несколько минут, прежде чем Ксюша сообразила, что машина принадлежит не ее отцу. «У меня сдают нервы», — подумала девушка. Надо взять себя в руки. Она переоделась и выскочила из дома. Оглянувшись, она увидела, что штора на окне хозяйки пошевелилась. От взора хозяйки ничего не ускользало. Конечно, Вера Михайловна не была любопытной, она возмутилась бы до глубины души, скажи ей кто об этом, просто должна же она знать, что происходит с ее жильцами. «Пошла к своему любовнику, — подумала хозяйка. — А с виду просто божий одуванчик».

Когда Ксюша наконец решилась вернуться в свою комнату, была уже ночь. На углу улицы, где находился дом, Ксюша остановилась и внимательно огляделась по сторонам. Вдруг где-то припаркована отцовская машина. Неподалеку стоял «мерседес», в темноте Ксюша не разглядела номер, но у машины ее отца была трещина на лобовом стекле.

Ксюша собрала все свое мужество и вошла в квартиру. Вера Михайловна тут же появилась на пороге своей комнаты.

— А вот и вы, — возвестила она.

Ксюша кивнула и пошла к себе.

Ничего удивительного, что этой ночью Ксюша опять плохо спала, хотя уже не от голода. Аванса, выданного шефом, вполне хватит, чтобы протянуть до зарплаты. «Я нужна ему, — думала Ксюша о Барском. Если отец найдет меня и увезет силой? Тогда я в последний момент подведу его… Не так-то просто найти переводчицу, которая в совершенстве владеет четырьмя языками».

Ксюша не могла допустить даже мысли не оправдать доверия своего шефа. Она встала ранним утром и продолжила с усердием изучать проспекты.

На следующий день Роман Барский появился в офисе перед самым обедом.

— Все в порядке? — по привычке спросил он.

— Дела идут, контора пишет, — ответил Фокин, хотя конкретно его никто не спрашивал.

Барский кивнул сотрудникам и прошел в свой кабинет. Минуту спустя Ксюша постучалась к нему:

— Роман Николаевич, разрешите…

— Входите, пожалуйста. Что-нибудь случилось?

Ксюша опустила голову:

— Видите ли, я, наверное, не смогу поехать…

— Что вы такое говорите? — Шеф даже привстал со своего кресла. — Надеюсь, это просто шутка? Если мне даже придется вас тащить на носилках в автобус, вы все равно поедете.

— Мой отец нашел меня, — обреченно вздохнула Ксюша и в двух словах рассказала о своих опасениях.

— Но вы не должны с ним возвращаться домой, если вы не хотите, — убеждал ее Барский.

— Вы не знаете моего отца. Если он что-то задумал, то обязательно добьется своего. Я только хочу добавить, что он думает, что я уже уехала. Моя хозяйка неправильно поняла меня. Кстати, она меня выселяет.

— На каком основании?

— Она видела, как вы вчера вечером подвозили меня домой, и сделала из этого такие выводы, которые я не могла стерпеть, и нагрубила ей.

Барский ухмыльнулся.

— Если ваш отец найдет вас, то я пропал, — заключил он. — Он не должен вас найти ни в коем случае. Он знает, что вы работаете у меня?

— Думаю, что нет. Иначе он пришел бы сюда еще вчера.

— Тогда все отлично, — просиял Барский. Мы просто найдем вам другую комнату. А с регистрацией можно пока не спешить. Вы успели у…

— Веры Михайловны, — подсказала Ксюша.

— …зарегистрироваться? — закончил Барский. — Вы же не собираетесь меня подвести?

— Конечно, нет. Вы вправду думаете, что мне нужно найти другую комнату?

— Это не так просто… — Барский откинулся на спинку кресла и задумался. — Понадобится некоторое время, чтобы найти что-нибудь приличное. Наилучший вариант, если вы переедете к нам. У нас как раз пустует комната для гостей. И моя мать будет рада о вас позаботиться. Ну что, согласны?

— Но я не могу принять ваше предложение, — протестующе воскликнула Ксюша, но непроизвольная улыбка выдала ее радость.

— Итак, решено. Я немедленно звоню матери, а в обед мы поедем к вашей хозяйке и заберем ваши вещи. Пусть Вера Михайловна думает, что вы отправились в долгое путешествие.

— Вы так добры ко мне, — пробормотала Ксюша.

— Пустяки, это из чистого эгоизма. Что бы я без вас делал? Вы думаете, так легко найти переводчика вашего уровня за короткий срок?

— Вот оно что, — разочарованно протянула Ксюша. Ей было непонятно, отчего шеф так громко рассмеялся.

* * *

— Быстро же вы определились, — недовольно проворчала Вера Михайловна, когда на следующий день Ксюша появилась на пороге в сопровождении давешнего красавца на иномарке и заявила, что приехала забрать вещи.

Роман Барский не обращал на квартирную хозяйку никакого внимания. Он знал женщин этого типа и совершенно не собирался вступать с ней в разговор. Все равно из этого не выйдет ничего хорошего.

— Если ваш отец придет снова, что ему сказать, где вы остановились? — поинтересовалась Вера Михайловна. Она так и жаждала узнать адрес этого мужчины.

— Мы уезжаем надолго в турпоездку. Вы ничего не забыли, Ксения? — Роман оглядел комнату.

— При мне можете не притворяться чужими, я и так в курсе ваших отношений, — произнесла хозяйка. — Что мне делать с вашей почтой?

— Пусть полежит пока у вас, при случае мы ее заберем, — ответил вместо Ксюши Барский. — Думаю, на этом все, — он кивнул Вере Михайловне, поднял Ксюшин чемодан и с легкостью понес его вниз, как будто тот весил не больше перышка.

Ксюша с удивлением и невольным уважением посмотрела на Романа Николаевича. Какой он, оказывается, сильный! Она налегке едва поспевала за ним.

— Что сказала ваша мама, когда вы предложили?…

— Она очень обрадовалась, — соврал Барский, даже не покраснев. На самом деле мать заявила, что он сумасшедший, и наотрез отказалась поселить девушку в их доме. Роману стоило большого труда убедить свою мать, что у него просто нет выбора на данный момент. — Это ненадолго, — пообещал он.

Наталья Петровна была женщиной воспитанной и поэтому и виду не подала, что она думает о незваной гостье. Она поприветствовала Ксюшу не очень тепло, но достаточно дружелюбно.

— В вашем распоряжении также отдельная ванна, — с явной гордостью объяснил Роман. Он приобрел этот дом недавно и перестроил по собственному проекту. И теперь он ждал от Ксюши слов похвалы.

— Очень мило, — сдержанно сказала Ксюша. Комната была обставлена просто, но вполне отвечала ее потребностям. А после ее последнего жилища — так вообще казалась райским уголком!

— Я надеюсь, вам у нас понравится, — вежливо произнесла Наталья Петровна. — Сделать вам по чашечке кофе? Я только что напекла булочек.

— Огромное спасибо, мама, но у нас совсем нет времени. Увидимся вечером, и еще раз огромное спасибо, — Роман обнял мать и открыл дверь Ксюше. Подготовка к поездке требует огромного труда. Он не мог себе позволить себе потерять не минуты.

Вечером, когда все уже ушли, Барский все еще сидел в своем кабинете. Что-то считал, писал, куда-то звонил. На данный момент для него не существовало ничего, кроме его работы.

— Что с тобой? — спросила Юля, видя, что Ксюша явно не торопится покидать офис.

— Я… шеф… будет лучше…

— Да что происходит? — Юлю ждал жених, и она начала уже терять терпение из-за того, что Ксюша, такая разговорчивая, когда дело касается перевода, что-то лепечет и не может внятно объяснить, что происходит.

— Я еще нужна Роману Николаевичу.

— Он сам так сказал? — уточнила Юля.

— Да.

— Тогда я тебя тут закрою. До свидания. — Юля коротко махнула на прощание рукой и поспешила к выходу. В окно Ксюше было видно, как Юля садится в ожидавшую ее машину. У Ксюши кольнуло в груди что-то вроде зависти, когда сидящий за рулем мужчина поцеловал Юлю, прежде чем тронуться с места.

Время шло, а Ксюша сидела на стуле и ждала. Прошло больше часа, прежде чем она решилась постучать в дверь начальника.

«Войдите!» прозвучало отнюдь не дружески.

— Что вам нужно? — недовольно спросил Барский Ксюшу.

— Ничего. Но ваша мать ждет вас к ужину вовремя. Вы не забыли?

— А сколько сейчас времени? — Роман бросил взгляд на наручные часы и нахмурился. — Нам надо поторопиться. Я непременно получу выговор. Вы могли бы и раньше зайти и сказать, что уже поздно.

Ксюша растерялась и не нашлась, что ответить.

— Вы, наверное, проголодались, — продолжил Роман. — Мне очень жаль, что заставил вас ждать. Проблемы с одноместными номерами в отеле одного из городов. Якобы у них нет достаточно свободных. Пусть тогда предоставят Двухместные как одноместные. Плохо, что у нас совсем нет времени, а то я бы поговорил с ними по-другому.

Барскому просто не удавалось переключиться с работы на что-то другое.

— А что, если вы сядете за руль, тогда я смогу по дороге просмотреть кое-какие документы, — предложил он.

— Я… не умею водить машину, — запинаясь, произнесла Ксюша. — Мой отец не разрешал мне сдать на права, — поймав на себе взгляд Барского, Ксюша покраснела. — Дома мне вообще мало что разрешали.

— Вы не должны извиняться. — Роман открыл Ксюше дверь, обошел машину и сел на место водителя.

«Он считает меня полной бездарностью, — подумала Ксюша. У современной деловой девушки должны быть права. У всех остальных сотрудниц они есть».

— Я запишусь на курсы вождения при первой же возможности, — заявила Ксюша.

— Замечательно. — Роман погрузился в свои мысли, и Ксюшино замечание явилось досадной помехой.

Ксюша тоже задумалась о своем.

На светофоре их догнала какая-то машина и несколько раз просигналила. Роман недовольно повернул голову. Женщина за рулем, широко улыбаясь, с преувеличенным энтузиазмом махала ему рукой. Когда Барский сухо кивнул в ответ, Ксюша не удержалась от реплики:

— Ваша подруга. — Она сразу узнала эту изысканную даму, приходившую к ним в офис.

— Она не моя подруга. — Светофор переключился на зеленый, и Роман резко тронулся с места.

— Только, похоже, она об этом не знает.

— Я и не подозревал, что вы интересуетесь моими отношениями с этой женщиной. — Роман решил поставить Ксюшу на место.

«Это не мое дело, но между ними явно что-то есть, — думала Ксюша. — Меня это совершенно не касается, но почему же мне так хочется узнать все в подробностях?»

Казалось, Роман пожалел о своей грубости:

— Я познакомился с Еленой Цепелевой, когда она срочно заменила заболевшего гида… и с тех пор она…

— Оправдывает свое имя и цепляется к вам, — произнесла Ксюша с явным облегчением.

Барский рассмеялся:

— Можно и так сказать.

— Вы с ней очень дружны? — смущенно спросила Ксюша.

Барский бросил на нее косой взгляд:

— Вы ожидаете от меня исповеди, признания или еще чего-нибудь в этом роде?

— Извините, — сухо произнесла Ксюша. — Она едет прямо за нами.

— Я знаю, я уже давно заметил ее машину в зеркале заднего вида, — невозмутимо ответил Роман. — Наверное, она хочет обсудить со мной какую-то важную проблему.

— И поэтому она просто едет за вами?

— Бывают и такие женщины, не правда ли? — иронично спросил Барский и от души рассмеялся.

Наконец они выбрались из центра города, где движение затруднено, и смогли ехать быстрее. Красная машина Елены неотступно следовала за ними. Елена припарковала свою машину прямо за машиной Романа. И тут же выскочила из нее:

— Привет!

— Привет, — поздоровался в ответ Роман. — У тебя тут какие-то дела?

— Конечно. Ты здесь живешь?

— Да. Чем могу быть полезен?

— О, очень многим. Когда мы снова с тобой увидимся? — Елена не обращала на Ксюшу никакого внимания, хотя та стояла рядом с Романом. — Почему бы тебе не заглянуть ко мне в гости? У меня в холодильнике стоит бутылка твоего любимого виски. Она еще наполовину полная.

— Угости своего нового поклонника.

— О чем ты? У меня никого нет… ну, пожалуйста…

Ксюша нервно кусала губы, она впервые в жизни видела подобную сцену: посреди улицы взрослая женщина, ничуть не стесняясь, вешается на шею мужчине. И, кажется, совершенно не замечает, что Барский демонстративно поглядывает на часы, показывая, что у него нет ни времени, ни желания с ней общаться.

— У меня сейчас много дел. Вот разберусь с ними, тогда и загляну к тебе.

— Только не заставляй меня ждать слишком долго. Ты вспоминаешь хотя бы иногда ту гостиницу?

— Да.

— А я, Рома, вспоминаю о ней очень часто. Там было так здорово… — Женщина обворожительно смотрела на Барского. Я боюсь, ваша мама уже заждалась нас, — вмешалась Ксюша, сама не ожидая от себя такой смелости.

— Вы правы. Всего хорошего, Елена. — Роман махнул ей рукой и пошел к дому, даже не оглянувшись.

«Может, кому-то и жаль эту женщину, но только не мне», — подумала Ксюша, чувствуя спиной ее испепеляющий взгляд.

* * *

— И вы просто сели в машину и уехали? — негодующе воскликнула Лариса, когда Владимир Завьялов рассказал о своей бесполезной поездке.

— А что мне еще оставалось делать? — рявкнул он. Владимир был не в том настроении, чтобы выслушивать упреки своей домработницы. — Ты бы что на моем месте сделала?

— Разузнала бы, куда она поехала. Кто-то же должен об этом знать. И где она работает.

— Раз ты такая умная, Лариса, — он заскрежетал зубами от злости, — то в следующий раз я возьму тебя с собой.

— Было бы просто замечательно. Бедная девочка… Ей приходится жить в таком ужасном месте. Ее кровать очень жесткая?

— По-твоему, я ездил туда проверить на жесткость ее кровать?!

Лариса поджала губы. Уж она непременно бы убедилась, что малышка за последние дни спала как следует. Но мужчины, даже самые лучшие, не думают об этом.

— Я не верю в путешествие. А что, если хозяйка так сказала, чтобы избавиться от вас? Я просто уверена, что Ксюша ей все рассказала, а та притворилась, что ничего не знает, и обманула вас. Квартирные хозяйки очень любопытны и всегда все знают о своих жильцах.

— Очень может быть, что Лариса права, — вступила в разговор Анна, которая до сих. Пор благоразумно помалкивала. — Давай съездим туда вместе.

— Сегодня вечером ничего не получится, я не могу отменить деловую встречу. И на днях то же. Чем дольше она проживет в этой дыре, тем скорее поймет, как хорошо ей было с нами.

— Я все равно не понимаю, почему она убежала, — жалобно проговорила Лариса и всхлипнула.

Однако на следующий день, ближе к вечеру, Владимир Завьялов снова отправился в тот городок. Как бы он ни храбрился, ему не удавалось сосредоточиться на своих делах. Все валилось из рук, и мысли постоянно возвращались к одной теме: где сейчас его дочь? На этот раз он был полон решимости найти Ксюшу во что бы то ни стало и устроить ей хорошую головомойку. Жене Владимир ничего не сказал. Анна обязательно упросит взять ее с собой, а при встрече с дочерью расплачется, заключит ее в свои объятия и все простит. Хватит! Довольно они ее баловали. Уж теперь-то он возьмется за ее воспитание: лучше поздно, чем никогда! По дороге Владимир заехал в цветочный магазин. Если Лариса права и квартирная хозяйка что-то скрывает, то нужно найти способ вызвать ее на откровенность.

— Это опять вы, — встретила его Вера Михайловна. — Это мне? — Ее глаза широко распахнулись, когда Завьялов преподнес ей роскошный букет цветов. — Право же, не стоило этого делать, но все равно большое спасибо. Вы так потратились, — размышляла она вслух. — Заходите, пожалуйста. Вам, конечно, нужна ваша дочь.

— Вы угадали, — с сарказмом произнес Завьялов. «Тебя вряд ли я бы захотел навестить». — Она дома?

— Дома, но только не у меня. Она сейчас у своего любовника.

Вера Михайловна многозначительно прищурилась и выдержала паузу, хотя ей это далось нелегко: так и подмывало выложить этому папаше все подробности о его нерадивой и бессовестной дочке.

Услышав такую новость, Владимир Завьялов побледнел и на мгновение потерял дар речи.

— Она съехала вчера днем, — с энтузиазмом продолжала Вера Михайловна, — ее любовник приехал за ней на машине, знаете, на такой роскошной иномарке, забрал ее вещи, и они уехали.

— Поверить не могу, — простонал Владимир.

— Вы что, хотите сказать, что я вру? — возмутилась Вера Михайловна. — Я от нее такого не ожидала. Такая милая прелестная девушка… я привязалась к ней всем сердцем. А она связалась со своим шефом… Не берите в голову, современные девушки все такие.

— Вы знаете этого человека, с которым моя дочь…

— Я знаю, кто он, — заявила Вера Михайловна. — Но не от вашей дочери. Она ничего мне не рассказывала. Но моя соседка сразу его узнала. В прошлом году она летала в Турцию, тур был очень дешевым. Она не могла себе позволить потратить много денег на отпуск, хотя людям свойственно прибедняться. Меня вообще удивляет, что она поехала. Может, она денег где заняла? А иначе она бы не потянула такую поездку. Я даже не знаю, назвала она мне настоящую цену или нет.

Владимир Завьялов начал терять терпение.

— Кто этот человек? — довольно грубо спросил он.

— Я уже полчаса пытаюсь вам это объяснить. Он из турфирмы. Директор, собственной персоной. Конечно, денег он лопатой не гребет, но вообще выглядит неплохо, если кому-то, конечно, нравится такой тип мужчин. — По ее тону было понятно, что уж ее-то точно такие не интересуют. — И одевается очень элегантно. Серый костюм, рубашка из натурального шелка… Такие, как он, придают большое значение своему… как это?… имиджу! И красный галстук еще! — заключила она и победно взглянула на Завьялова. Тот после каждого ее слова бледнел все сильнее.

— А вы уверены, что моя дочь?… Я просто не могу в это поверить. Я же знаю, что она совсем не такая. Ксюша робкая и застенчивая девочка.

Вера Михайловна ехидно улыбнулась. Ей очень хотелось, чтобы у этого холеного мужчины были неприятности с дочерью. Богачам тоже полагается своя доля неприятностей. Так сказать, чтобы уравновесить их богатство.

— Она этого совершенно не отрицала. Конечно, у него ей гораздо лучше, чем у меня. Я же не разрешаю водить мужчин. Я все гадала: куда это она по вечерам уходит, что ей делать на улице в такой час? Теперь-то мне все понятно. Он поджидал ее где-то поблизости в своей машине, а потом они вместе уезжали. Поначалу она вела себя скромнее, возможно, не предполагала, что он заберет ее к себе насовсем. А потом стала мне грубить! Да еще знаете — она такой свинарник развела у себя в комнате! Я уверена, что этот мужчина долго не выдержит такую неряху. — Вера Михайловна выкладывала все, что накопилось у нее на сердце, и остановить ее поток красноречия было непросто. — Но если она думает, что мы — глупцы, то глубоко ошибается. В конце концов, всем известно, что нужно мужчинам. Я предупреждала ее, что в один прекрасный день она раскается, что позволила попользоваться собой, как куклой. «Вы еще пожалеете», — сказала я ей. Но разве молодые нас слушают. Они же знают все лучше.

— Вы случайно не знаете адрес этого человека?

— Знаю, — ответила Вера Михайловна. Она успела выведать адрес молодого человека и даже знала, как выглядит дом. — Но… с какой стати? Я же не справочное бюро.

Владимир сразу понял ее намек и вытащил из кармана стодолларовую купюру.

— Этого хватит?

— Записывайте, — нисколько не смутившись, Вера Михайловна спрятала за пазуху деньги.

Завьялов достал блокнот и записал адрес.

— Вы хотите туда поехать? — Вера Михайловна стал похожа на хищного зверя, почуявшую добычу. — Не думаю, что вам там обрадуются.

Но Ксюшин отец не собирался и дальше выслушивать эту женщину, он уже стремительно спускался вниз по лестнице.

— Может, с вашей дочерью не все еще потеряно. Она раньше так поступала? — крикнула ему вслед Вера Михайловна. Но в ответ только услышала, как захлопнулась дверь подъезда.

Завьялов чувствовал себя растерянным и оскорбленным. Он никак не ожидал такого поворота событий. Самое худшее, чего он опасался, что Ксюша наотрез откажется возвращаться домой и, рыдая, будет умолять оставить ее здесь. Но чтобы у нее появился любовник! Ему вдруг стало тяжело дышать, он не замечал, как машинально сжимаются и разжимаются его кулаки.

Вера Михайловна стояла у окна и наблюдала за ним. «Он совсем пал духом», — удовлетворенно подумала она.

* * *

— Счастливо оставаться, — улыбнулась Наталья Петровна своему сыну и Ксюше. — Если проголодаетесь, то в холодильнике есть торт.

— Счастливо тебе провести время с твоими подружками, — сказал Роман, усмехаясь.

— Лучше пожелай мне ни пуха ни пера, я надеюсь, что сегодня мне больше повезет с картами, чем в прошлый раз.

— Ни пуха ни пера, — послушно пожелал Роман. Он проводил маму до выхода и вернулся с бутылкой вина под мышкой. — Я думаю, нам следует отметить ваш переезд.

Ксюша согласно кивнула. Она радовалась, что Наталья Петровна ушла играть в карты, так как инстинктивно чувствовала, что та не особенно рада видеть ее в своем доме. Да и кому понравится, когда в доме появляется совершенно чужой человек?

— Итак, за что выпьем? — спросил Роман, наполнив бокалы.

— За успех нашей поездки. И чтобы после нее у вас появились новые заказы.

— Спасибо. — Вообще-то Роман заготовил другой тост — за Ксюшу. Но предложение из уст девушки выпить за удачную сделку ему очень понравилось и даже польстило. Роман трепетно относился к своей работе, и ему внушило уважение, что Ксения думает прежде всего о деле. Бокалы быстро опустели, и только Роман успел их снова наполнить, как в дверь позвонили.

— Кто бы это мог быть в такое время? — пробормотал Роман. — Прошу прощения, — покачал он головой, когда звонок раздался снова, на этот раз более настойчиво. — Уже иду.

Если это подростки, которые хулиганят от безделья, то им сейчас не поздоровится. Он открыл дверь нараспашку. Человек, который стоял на пороге, своим измученным видом производил впечатление бродячего торговца.

— Прошу прощения, но все, что вы можете мне предложить, у меня уже есть, и, кроме того, у меня совсем нет времени.

— Ничего, для меня у вас время найдется, — угрюмо ответил мужчина. — Я пришел, чтобы забрать свою дочь. Мне стало известно, что она находится в этом доме.

— Так вы отец Ксении? — пораженный Роман отступил на шаг назад. Незваный гость смотрел так, как будто был готов броситься на Романа с кулаками.

Завьялов одарил его негодующим взглядом и решительно пошел по коридору к открытой двери гостиной.

— Я поставила кассету, — не оборачиваясь, сказала Ксюша. Она включила магнитофон и оцепенела от ужаса, когда увидела, кто вошел. — Это ты?

— Итак, это правда. — Отец наградил Ксению тяжелым взглядом. — Ты действительно здесь. А ведь я не верил до самого последнего момента.

— Да… — Ксюша оцепенела от ужаса и не знала, что ей делать, — видишь ли…

— Присаживайтесь, пожалуйста. Составьте нам компанию и выпейте вина, — вежливо предложил Роман. — Вы курите?

— Я не допущу, чтобы ты связалась с проходимцем, — прорычал Завьялов, не обращая на него внимания. — Как тебе не стыдно?

— Боюсь, вы неправильно поняли, — попытался объяснить Роман, но Завьялов взмахом руки заставил его замолчать.

— Ты немедленно едешь со мной. За твоими вещами я пришлю позже. Мне стыдно за тебя.

— Ничего не получится. Папа, пожалуйста… Я нужна Роману Николаевичу.

— Нужна?! Пусть найдет себе другую дурочку, они по улицам ходят толпами, — набросился на Ксюшу отец.

— Пожалуйста, не волнуйтесь. — На лбу Романа появилась складка. — На данный момент я просто не могу обойтись без такой сотрудницы, как ваша дочь. У нее нет никакого повода немедленно расторгнуть контракт.

— Попридержите язык, молодой человек, иначе вам не поздоровится. Вы соблазнили мою дочь, воспользовались ее наивностью. Я презираю вас!

— Папа, не смей с ним так разговаривать, — вскинулась Ксюша, ее глаза заблестели. — Ты не так все понял! Роман Николаевич предложил мне пожить у него, пока я не найду новое жилье. У меня просто возникли трудности с квартирной хозяйкой.

— Как тебе не стыдно жить с мужчиной, если ты не замужем за ним, — произнес отец сдавленным голосом. — Мы потратили столько сил, чтобы вырастить тебя порядочным человеком, и что же ты делаешь? Пошли, поговорим потом дома. Мать с ума сходит от беспокойства, а ты тут… развлекаешься, — он еле подобрал последнее слово. Казалось, что с языка у него хотело сорваться более крепкое выражение.

Ксюша сделала к нему один шаг и остановилась:

— Я вернусь, но не сейчас. Мы планируем большую поездку. Она очень важна для нашей фирмы. Я нужна как переводчица.

— Их и без тебя хватает. Пусть поищет себе другую «переводчицу».

— Я просто не могу отказаться от услуг вашей дочери, — решился вступить в разговор Роман. — Она действительно высококлассный переводчик, и ей трудно будет найти замену. Пожалуйста, присядьте, и мы обо всем поговорим как разумные люди. Поверьте, у вас нет причин волноваться.

Но Завьялова только разъярили его слова.

— Я что, должен смириться с тем, что моя дочь опускается все ниже и ниже? — негодующе спросил он, — Вы же и не думаете о том, чтобы жениться на Ксюше?

— Конечно, нет. — Барский был несколько ошарашен таким заявлением. — Она просто моя сотрудница. Я не имею привычки жениться на своих сотрудницах.

— И у вас хватает наглости сказать мне это в лицо? Значит, о женитьбе вы не думаете, а жить она у вас должна.

В последний момент Ксюше удалось преградить путь отцу, который собирался броситься на Романа.

— Все не так, как ты думаешь, — в отчаянии закричала она. — Роман Николаевич мой начальник. Мы работаем вместе.

— На столе стоит бутылка вина, два бокала, печенье. Это теперь называется работой?

— Ты что, меня за дурака принимаешь? — Владимир Завьялов затрясся от злости. — Ты опозорила нашу семью! Оказывается, тебя и впрямь нельзя было выпускать из дома. Второй раз ты не сможешь сбежать, даже если мне придется посадить тебя на замок. Можешь в этом не сомневаться.

Ксюша растерянно смотрела на отца и не узнавала его. В глазах ее стояли слезы.

— Садитесь, пожалуйста, — примиряюще повторил Роман. — Выпейте с нами по бокалу вина, а я расскажу вам о нашем проекте, и тогда вы поймете, почему я не могу просто отпустить вашу дочь.

— Пейте свое вино в одиночку, подонок, мерзавец!

— Кто дал вам право меня оскорблять?

— Оскорблять? Да тебя убить мало! Говори, что он делал с тобой? — обернулся Завьялов к дочери, и губы его задрожали.

— Я не могу поехать с тобой прямо сейчас. — Ксюше понадобилось все ее мужество, чтобы сказать это, глядя в искаженное лицо отца.

Человек, который стоял перед ней, не был ее любящим папочкой. Ей казалось, что этого разъяренного мужчину она видит впервые.

— Ты немедленно идешь со мной или можешь вообще больше не возвращаться. Мне все равно, что ты будешь делать, когда этот мерзавец выкинет тебя на улицу.

— Папа!

— Пошли, я сказал. — Отец схватил Ксюшу за запястье. — Или я должен тебя тащить силой?

— Мне кажется, вы не в том состоянии, чтобы спокойно поговорить с вашей дочерью и выяснить все недоразумения, — невозмутимо произнес Роман. — Мне жаль, что вы меня подозреваете. Нам не в чем оправдываться.

— А это что? — закричал Завьялов, тыкая пальцем в сторону накрытого стола. — А эта музыка! — палец переместился на магнитофон. — Вы меня совсем за идиота принимаете! — бушевал Владимир.

— Вы увидели двух людей, пьющих вино. Что в этом такого? — запас терпения Романа постепенно подходил к концу.

— Итак, что ты решила? Ты едешь со мной или остаешься здесь?

— Я не могу подвести Романа Николаевича.

— Отлично, тогда ты можешь забыть, что у тебя есть родители. И в будущем можешь не рассчитывать, что я дам тебе хоть копейку. В голодный день куска хлеба не получишь. Дрянь.

Роман Барский вздохнул. Этот человек сам не знает, что говорит, в данный момент он явно не в своем уме.

— Я провожу вас. Позвоните мне, когда придете в себя. Я всегда готов с вами поговорить в нормальной обстановке. Сюда, пожалуйста, — открыл он дверь гостиной.

— Я сам найду выход. Можете дальше развлекаться с моей дочерью. И не вздумайте обращаться ко мне ни под каким предлогом. Для Ксюши я умер.

Уходя, Владимир Завьялов сильно хлопнул дверью. Просто удивительно, что стекла не повылетали.

— Я должна извиниться за своего отца. — Ксюша не смела поднять глаз на своего начальника. — Он же совсем не такой. Просто не знаю, что на него нашло.

— Это ваша хозяйка наговорила ему бог знает что. А того, что ваш отец здесь увидел, оказалось достаточным, чтобы поверить ей. Как назло, мама ушла играть в карты. А то она бы выступила в роли блюстителя нравственности.

— Нам не в чем оправдываться, если уж на то пошло.

— Ксения, вы просто прелесть. — Роман взял ее похолодевшие руки в свои и крепко сжал. — На редкость порядочная девушка. Давайте допьем остатки вина, — предложил он. Мне ужасно жаль… Честно говоря, я как-то не подумал о том, что ваше пребывание здесь может быть неправильно истолковано.

— Я тоже, — призналась Ксюша. — Папа считает, что я… — Она покачала головой. — Как он мог такое обо мне подумать?

— Телефон! — Роман, нахмурившись, взял трубку. Его голос звучал отнюдь не дружелюбно. — Мне очень жаль, но ничего не получится… Конечно, я один… Мне нужно работать, уверяю тебя… Я не могу ничего изменить… Да, я понимаю… Не обижайся на меня, у меня действительно много дел. Пока, — он положил трубку, и на лбу у него образовалась складка, верный признак того, что Роман чем-то расстроен или недоволен.

Ксюша не осмелилась спросить, кто звонил, а ее шефу, конечно, даже в голову не пришло назвать имя звонившего.

Вино было превосходным, но теперь Ксюше казалось, что она пьет уксус. Ложиться спать было еще рано, но у Ксюши вдруг пропало всякое желание продолжать эту уютную вечеринку с Романом Барским.

— Давайте послушаем музыку, — предложил Барский и поставил новую кассету. — Приглашаю вас на танец. Идите сюда.

Роману хотелось как-то развлечь девушку, оторвать от мрачных мыслей. Но он не мог и предположить, что его охватит такое нежное чувство, когда он обнял Ксюшу за талию и привлек к себе.

Роману приходилось танцевать со многими девушками, красивыми и не очень, неуклюжими и грациозными, но никогда раньше близость женского тела не приводила его в такой трепет.

— Кажется, опять звонят в дверь. — Ксюша, которая танцевала с закрытыми глазами, устало взглянула на Романа. — Если это опять мой отец…

— Сейчас посмотрим. — Роман подбадривающе подмигнул ей и пошел открывать…

— Привет! А это я, — услышала Ксюша женский голос. Она выглянула в коридор и столкнулась взглядами с той самой красоткой, которую Барский приглашал гидом.

— Я так и знала, — прошипела Елена. — Ты не один. Это называется работать? Подлец!

— Сделай мне одолжение, не устраивай сцен, — на сегодня Роману сцен и так хватило с избытком. — Что ты хочешь?

— По правде говоря, я такого не ожидала, — сердито произнесла Елена. — Я лишь хотела немного отвлечь тебя от работы. — Она поставила сумку на низкий столик в прихожей. Что-то звякнуло, и Роман догадался, что девушка принесла с собой его любимое виски и, возможно, зубную щетку.

— Будет лучше, если ты уйдешь, — холодно сказал Роман.

— Понятно, я тебе мешаю. У тебя другая, а мне говорил, что любишь меня.

— Неправда, — возмутился Роман.

— Хочешь сказать, что я вру. Ты был так ласков со мной,… и я подумала…

— Мне жаль, что ты вообразила себе то, чего нет, — сказал Роман. — Мы весело провели время вместе, но теперь все кончено.

— Неужели она значит для тебя больше, чем я? — кивок головой в сторону Ксюши. — И что ты только в ней нашел? В ней нет ничего особенного. Гони ее прочь отсюда!

— Ксения моя сотрудница.

— И что же эта сотрудница делает у тебя дома ночью? — Елена горько усмехнулась и повернулась к Ксюше: — Не думай, детка, что все это серьезно. Сегодня ты, завтра другая, вот так он живет. Если он с тобой флиртует и говорит, что любит, не забывай об этом.

— Я тебе никогда не говорил такого, — сказал Роман чистую правду. Он не имел привычки объясняться в любви, если не испытывал серьезных чувств.

— Но в отеле было так замечательно, и ты, не раздумывая, пришел ко мне в номер.

— Насколько я помню, это ты пришла ко мне.

— Какая разница? — взорвалась Елена. — Ты сам хотел, чтобы я пришла.

— Самое лучшее, что ты можешь сделать, это забыть обо всем, что произошло, — посоветовал Роман. — В любом случае, я уже все забыл.

— Это потому, что ты бессердечный подонок. Но что же мне теперь делать? Ведь я-то тебя люблю, Роман.

— Мне очень жаль, но тут уж ничего не поделаешь. — Барский нахмурился.

— А тебе не приходило в голову, что я беременна? — выкрикнула Елена.

— Ты не можешь быть беременной, во всяком случае, от меня. Так что не пытайся поймать меня при помощи этого старого трюка. Почему вместо того, чтобы сохранить приятные воспоминания о маленьком романтическом приключении, ты упорно пытаешься все испортить?

— Для тебя я лишь одна из многих.

— Уходи, пожалуйста, Лена.

— Хорошо, я ухожу. Вижу, тебе не терпится остаться наедине с этой крошкой. Желаю тебе хорошо поразвлечься с ней. И вам тоже. Не волнуйся, я больше не буду тебя беспокоить. Но как ты мог предпочесть ее мне? Что в ней такого? Она же еще совсем ребенок.

— Прошу тебя. — Роман распахнул дверь. — Это уже слишком!

Роман захлопнул дверь и вытер рукой холодный пот со лба.

— Что за день сегодня, — вздохнул он. Из колонок в гостиной раздавалась веселая музыка, но двое людей, стоящих в коридоре напротив друг друга, не слышали ее.

— Пойдемте допьем наше вино в тишине и спокойствии, — произнес Роман. — Присаживайтесь.

Ксюша отрицательно покачала головой.

— Я лучше пойду спать, — запинаясь, произнесла она.

— Давайте выпьем еще немного вина! — настаивал Роман. — Предлагаю тост за на редкость удачный вечер! Я просто сгораю от любопытства, кто же придет следующим?

Ксюшины глаза наполнились слезами, и Барский глубоко вздохнул. Ему никак не удавалось разрядить обстановку.

— О Боже, вы сейчас разреветесь. … — Роман схватил Ксюшу за плечо, и легонько встряхнул. — Я понимаю, для вас это слишком. Но нельзя же принимать все так близко к сердцу.

— Вам ее совсем не жаль? — смущенно спросила Ксюша.

— Нет. И вам не стоит жалеть ее. У нас с Еленой был мимолетный роман.

— Неправда. Я вам не верю. Она вас любит, а вы просто хотите отделаться от нее.

— И что я должен делать? — спросил Роман. — Жениться на ней потому, что она якобы меня любит? Иногда приходится быть благоразумным. А теперь будьте хорошей девочкой, выпейте немного вина и забудьте о плохом.

Ксюша привыкла повиноваться, поэтому выпила свой бокал до дна. Она смотрела перед собой отсутствующим взглядом. Значит, вот как мужчины обращаются с женщинами, к которым они охладели. «Уходи», — говорят они, и на этом все. Отношения длятся две, может, три недели, а потом на горизонте появляется другая. «Лучше бы я уехала с отцом, чтоб не видеть этой сцены, — подумала она. — Выходит, отец прав и, слава Богу, что не я на месте Елены».

Но что Роман Барский окажется таким же… Ксюша подняла голову и посмотрела на него.

— Давайте обсудим еще раз маршрут нашей экскурсии, — предложил Роман как ни в чем не бывало.

Экскурсия… Внезапно эта экскурсия перестала что-либо значить для Ксюши. Бедная Елена едет сейчас в темноте на своей машине, отвергнутая мужчиной, которому принадлежит ее сердце. А человек, который остался равнодушным к ее слезам, думает сейчас о таких пустяках, как работа.

Роман встал, обошел стол и сел на спинку Ксюшиного кресла. Он обнял Ксюшу за плечи и притянул к себе, не замечая ее сопротивления.

— Вы еще просто ребенок, — сказал он почти отеческим тоном. — Жизнь — это не сказка. Такие женщины, как Елена, быстро утешаются. В самом деле, я же не единственный мужчина в ее жизни.

— Это ужасно, быть влюбленной, — сказала Ксюша и снова уставилась перед собой. — Никогда не хочу влюбляться.

Роман рассмеялся, и напряжение рассеялось.

— Вы действительно еще ребенок, — растроганно пробормотал он. — Вам придется еще многому научиться.

Ксюша покачала головой. Она уже получила очень важный урок, возможно, самый важный в жизни женщины: нельзя позволять мужчине завладеть своим сердцем.

— Я устала и хочу спать. Спокойной ночи.

Роман поднялся со спинки кресла.

— Спокойной ночи, — ответил он. И больше не делал попыток удержать Ксюшу.

* * *

— Я… нашел ее. — Завьялов, бледный как смерть, стоял на пороге своей квартиры.

Анна испуганно закрыла рот ладонью — по виду мужа она сразу определила, что произошло что-то страшное.

— Где же она? — воскликнула Лариса. — Вы привезли ее?

— Если бы! — Владимир Завьялов с такой силой захлопнул входную дверь, что обе женщины вздрогнули. — Она живет с одним типом и даже не думает возвращаться.

— Что вы такое говорите? — от волнения Ларисин голос начал дрожать. — Я не верю этому… Вы просто нас разыгрываете.

— Я сам их видел. В довольно интимной обстановке. И я больше не желаю ничего слушать о нашей дочери, понятно? У меня нет больше дочери.

— Володя! — прошептала жена и взяла его за руку. Новость, что Ксюша жива, уже была для нее утешением. — Пойдем за стол. Нам надо все спокойно обсудить.

— Здесь нечего обсуждать. Она не желает расставаться с этим парнем. Какой-то пройдоха. У него турфирма или что-то в этом роде. Они пили вино, уютно устроившись в гостиной, когда я «набрался наглости» их побеспокоить. А потом он просто выставил меня на улицу, да-да, выставил на улицу.

— Пожалуйста, не волнуйся ты так. — Анна обняла мужа, пытаясь успокоить. — Что за человек, у которого живет наша Ксюша?

— Ее шеф. Как я понял со слов квартирной хозяйки, Ксюша спуталась с ним сразу после приезда. Он из тех, кто вертит женщинами, как хочет, и наша глупышка немедленно попалась к нему на крючок.

Лариса проследовала за хозяевами в гостиную. Ведь она в некотором роде член семьи, хотя и получает зарплату. Снова и снова добродушная старушка недоверчиво качала головой. В то, что рассказывал Владимир Завьялов, было просто невозможно поверить.

— Я поставил ее перед выбором, либо она остается с этим мерзавцем, либо возвращается домой. Принеси мне коньяк.

Анна одним взглядом попросила Ларису принести бутылку. В жизни Лариса не передвигалась так быстро, ведь коньяк стоял на кухне, а она не хотела пропустить ни слова из сказанного в гостиной.

Владимир выхватил бутылку из рук Ларисы, налил полный стакан и выпил одним махом. И тут же поморщился.

— Они собираются пожениться? — тихо спросила Анна; в полный голос говорить она боялась.

— Нет, конечно! — закричал Владимир. — Зачем ему жениться? Он и так может все получить. На девушках, с которыми можно запросто поразвлечься, не женятся. — Он тяжело дышал. — У меня нет больше дочери. И если в один прекрасный день она вернется и позвонит в дверь, мы просто вышвырнем ее на улицу.

«Ну уж нет», — подумала Лариса.

— Но если она действительно так его любит, — старушка старалась подыскать объяснение и оправдание Ксюшиному поступку одновременно. — В наши дни нельзя забывать, что теперь все по-другому. И что касается любви — тоже.

— И именно ты это говоришь? — набросился на нее Завьялов. — Может, от тебя Ксюша набралась этих возмутительных взглядов?

— Владимир Викторович! — возмущению Ларисы не было предела.

— Тогда либо заткнись, либо не мели чепухи. Тому, что сделала Ксюша, нет прощения. Мне стыдно за мою дочь.

— Она просила что-нибудь передать? — спросила Лариса. — Она должна была что-то сказать. Как она выглядит?

— Как обычно. Только глаз не сводила с этого парня. Если бы она не бросилась мне навстречу, я бы показал этому негодяю, где раки зимуют.

— Но если они действительно друг друга любят… А кто сказал, что они не собираются пожениться?

— Этот тип рассмеялся, когда я спросил, собирается ли он жениться на Ксюше. Он решил, что я сумасшедший, если вообще до такого додумался.

— Я просто не верю во все это. — Лариса покачала головой. — Все это так не похоже на нашу Ксюшу.

— Оказывается, мы совсем не знаем ее, — зло произнес Владимир. — Мы думали, что Ксюша еще ребенок, которого надо беречь и защищать.

— Так оно и есть. И почему вы только не взяли с собой жену, — жалобно запричитала Лариса. — Она бы сумела найти подходящие слова.

— Чтобы поздравить этих двоих? — насмешливо спросил Владимир. — Для такой ситуации не существует подходящих слов. И на этом разговор окончен, не желаю больше ничего слушать. Ясно? — у Владимира сдали нервы, и последнее слово он прокричал.

Лариса поджала губы. Конечно, она была предана своим хозяевам, но сейчас она была недовольна. Хозяин просто накричал на малышку, и это не привело ни к чему хорошему.

— Что сегодня по телевизору?

— Ничего, — ответила Анна.

Владимир включил телевизор и уставился на экран, где два ковбоя скакали по прерии.

— Что же теперь будет? — тихо спросила Лариса у Анны. — Мы же не можем просто делать вид, что все в порядке… Если у этого парня нет серьезных намерений… тогда нашей девочке срочно нужна помощь. Пожалуйста, поговорите еще раз со своим мужем. Вы же мать, в конце концов.

— Конечно, конечно. — Анна присела на диван рядом с мужем и тоже уставилась в телевизор. Но мысли ее были далеко.

Ксюша живет с мужчиной. Анна просто отказывалась понимать это.

Позже, лежа в постели, Анна попыталась вновь коснуться этой темы.

— Интересно, Ксюша уже спит? — прошептала она.

— Если спит, то уж не одна, — резко ответил Владимир. — И хватит об этом!

— Где мы ошиблись в ее воспитании? — Анна прижалась к мужу. — Мы точно совершили какую-ту ошибку. Нельзя винить во всем только Ксюшу. Она сбежала от нас. Так поступают, если на то есть серьезные причины.

— С нами ей было хорошо. Пусть теперь живет как хочет. Мне все равно. Пусть ее любовник теперь содержит.

— Но она же наша дочь. Знаешь, Лариса права, было бы лучше, если бы я поговорила с ней.

— Как женщина с женщиной? — усмехнулся Владимир. — Что такого ты могла ей сказать, чего не сказал я? Она больше не нуждается в наших советах. Теперь у нее есть любовник.

«Но если в один прекрасный день она ему наскучит… Ксюша должна знать, что у нее по-прежнему есть дом, и мы ее любим, — думала Анна. — Я должна с ней поговорить. Какой смысл теперь ругать ее? Что сделано — уже не воротишь…»

— Где ты ее нашел? — спросила Анна.

— Это парень живет в довольно приличном доме.

— На какой улице?

— Неужели ты хочешь туда поехать? — Владимир приподнялся на локте и взглянул на жену. По ее лицу, белевшему в темноте, невозможно было ничего понять. — Я же сказал — разговор закончен. Ксюша меня больше не интересует.

Прошло некоторое время, прежде чем Анна раздобыла Ксюшин адрес. В ближайшие дни Анна решила поехать к дочери. «Конечно, не завтра и не послезавтра, — это слишком рано. Визит отца заставит Ксюшу задуматься. И когда я спокойно поговорю с ней, она будет готова послушаться меня. Нельзя забывать, что Ксюша влюбилась впервые в жизни. У других в ее возрасте уже есть за плечами кое-какой опыт: легкий, ни к чему не обязывающий флирт. А у Ксюши ничего этого не было. Мы даже не разрешали ей ходить на танцы. Она ничего не знает о мужчинах, кроме того, что прочитала в книгах».

А в книгах о мужчинах написано многое, кроме правды. Анна нежно провела пальцами по лбу мужа:

— Тебе надо немножко остыть.

— Ну, конечно, во всем я виноват. Женщины всегда проявляют солидарность, когда дело касается мужчин. Давай поезжай туда и прихвати с собой ее вещи. Можешь захватить также немного денег, которые, между прочим, я зарабатываю. Этот тип только спасибо скажет. Еще бы, хорошо иметь подружку, на которую не надо тратиться. Глядишь, он ее еще на недельку оставит.

Анна подумала, что разговаривать сегодня с мужем просто бесполезно. Она поцеловала его и повернулась на бок. Но сон не шел. Как же так получилось, что маленькая девочка превратилась во взрослую женщину, а никто этого не заметил. И теперь она живет в совсем другом мире, мире, который закрыт для ее матери. Но ведь рано или поздно девочке нужно будет с кем-то все обсудить, а кто подойдет на эту роль лучше, чем родная мать.

«Если Ксюша захочет вернуться, то пусть знает, что ее не примут здесь с распростертыми объятиями, — думал Владимир, лежа в постели. — Она еще пожалеет, что не послушалась меня». То, что он не хотел вовсе пускать ее домой, уже вылетело у него из головы.

Лишь бы она вернулась! Каждая минута, проведенная Ксюшей в доме того человека, была настоящей мукой для Владимира Завьялова. Он любил свою дочь, настолько, насколько вообще возможно любить своего ребенка. На протяжении многих лет Ксюша тяжело болела. И не только ее мать не спала по ночам, когда Ксюше нездоровилось. Владимир тоже проводил бессонные ночи в своем кабинете, притворяясь, что занят делами, а на самом деле лишь прислушивался. В те дни, когда Ксюша болела, в доме стояла полная тишина. Когда одна из дверей в доме тихонько открывалась, Владимиру все время казалось, что ледяная рука стискивает его сердце. «Сейчас кто-нибудь войдет и скажет, что все кончено», — думал он. В те дни его постоянно одолевали подобные мысли.

А потом Ксюша выросла и превратилась в очень милую девушку, можно сказать, настоящую красавицу. И теперь она живет с чужим мужчиной, который и знать не знает, какая Ксюша хрупкая и ранимая, как ее надо беречь.

Для этого парня Ксюша всего лишь одна из многих. И с этим Владимир Завьялов не мог смириться. Даже если этот тип любит Ксюшу.

Владимир никогда не сможет забыть, что Роман Барский сделал Ксюшу своей любовницей.

* * *

— Возвращайтесь поскорей, — Наталья Петровна обняла на прощание сына и кивнула Ксюше. — И пусть вам сопутствует удача.

— Спасибо, мама, удача нам понадобится, — Роман улыбнулся и бросил взгляд на часы. — Нам пора, Ксения.

И хотя Ксюша страшно боялась предстоящей поездки, она изо всех сил старалась не показать этого. Но насколько ей удалось провести своего начальника, она не знала. Но, во всяком случае, лучшего начальника трудно себе пожелать: вежливый, предупредительный, и всегда готов помочь, если у нее возникнут какие-то трудности.

Роман Барский никогда не строил из себя всезнайку, наоборот, все свои советы он давал Ксюше так, что ей казалось, что еще чуть-чуть — и она сама бы догадалась.

Накануне поездки Ксюша придирчиво осмотрела весь свой гардероб и остановила выбор на темно-голубом костюме и закрытой белой блузке, в надежде на то, что это придаст ей более солидный вид. Но этим надеждам не суждено было оправдаться.

Строгий, деловой костюм лишь подчеркнул, что Ксюша еще совсем юная девушка, которая пытается походить на взрослую даму. Роману с трудом удалось удержаться, чтобы не обнять ее. С таким рвением к работе относятся только молодые люди, те, для кого работа нечто большее, чем кусок хлеба.

— Боитесь? — спросил Роман.

Ксюша отрицательно покачала головой, но лицо ее залилось краской. «Хорошо, что он не слышит, как сильно стучит мое сердце», — подумала она.

Большой экскурсионный автобус уже ждал их возле агентства. Водитель вышел из кабины и поздоровался с Барским:

— Погодка как на заказ, Роман Николаевич.

— Точно, — подтвердил Роман. — Ну что, нам уже пора.

Они заехали за участниками экскурсии в гостиницы, где те расположились на время конгресса. Через какой-то час в большом автобусе не осталось ни одного свободного места.

Ксюшино «боевое крещение» прошло просто великолепно. Каждый раз, когда автобус останавливался у очередной гостиницы, и появлялись экскурсанты, девушка мило улыбалась и приветствовала их на родном языке. Все были просто очарованы.

— Что сказал ей этот человек? — подумал Роман про себя, когда Ксюша весело рассмеялась в ответ на какое-то замечание. Он чувствовал себя не в своей тарелке, не понимая языка, на котором велась беседа.

— Вы отлично справляетесь, — похвалил Роман Ксюшу, когда автобус тронулся. — Я боюсь, что в этой поездке вы разобьете немало сердец.

— Но они же все старые, — подумав, ответила Ксюша.

— Тем хуже для них, — Роман оценивающе взглянул на свою помощницу. — Чертовски трудно вами не увлечься.

Ксюша покраснела до ушей.

— Итак, а теперь я приступлю к своим обязанностям. — Роман рассказывал о маршруте на русском, а Ксюша переводила. Она делала это так весело, что люди в автобусе начинали улыбаться и даже смеяться.

Когда автобус сделал первую остановку, один из клиентов пригласил Ксюшу выпить чашечку кофе.

— Вы напоминаете мне мою дочь, — сказал он и улыбнулся. — То есть именно такой я хочу видеть свою дочь, — поправился он. — Вы такая молодая и уже такая опытная. Юноше, влюбленному в вас, можно только позавидовать.

— У меня нет друга, — рассмеялась Ксюша в ответ.

— Тогда он скоро появится, в этом можно не сомневаться, — мужчина накрыл Ксюшины руки правой ладонью.

«Что этому типу взбрело в голову, — думал Роман. — Его улыбку не назовешь отеческой. Да и Ксения тоже хороша. Только посмотрите, как она улыбается в ответ этому престарелому ловеласу».

Прежде чем автобус отправился в дальнейший путь, Роман отвел в сторону свою помощницу. Та находилась в приподнятом настроении. Ведь все относились к ней так хорошо и наговорили кучу комплиментов насчет ее владения иностранными языками. Ксюша приготовилась услышать самый главный комплимент из уст своего начальника. Она с нетерпением взглянула на Романа.

Но его лицо не предвещало ничего хорошего. Неужели что-то не так?

— Мне нужно с вами поговорить, — сухо сказал Роман. — Мне и в голову не приходило давать вам указания подобного рода, но теперь я считаю необходимым обратить ваше внимание на то, что флиртовать с клиентами недопустимо.

Ксюшины глаза округлились от удивления:

— Я не понимаю, о чем вы говорите.

— Тот господин, который угощал вас кофе… Нельзя было позволять ему распускать руки, на вас было просто противно смотреть. В будущем ведите себя скромнее. Вы что, хотите испортить репутацию нашей фирмы? Что о вас подумали все эти иностранцы?

— Но он сказал мне, что я похожа на его дочь, — озадаченно воскликнула Ксюша.

— Просто примите к сведению мои пожелания, — прорычал на нее Барский. — Впрочем, нам пора уже ехать дальше.

Ксюше не оставалось ничего другого, как проследовать за Романом в автобус. Большинство экскурсантов уже село в автобус, и их беседа была несколько оживленнее, чем до этого. Вероятно, кто-то вместе с кофе выпил коньяка или водки, так сказать, из, медицинских соображений, для лучшего кровообращения, Ксюша потянулась к микрофону.

— Полагаю, нашим друзьям сейчас не до рассказов о местных красотах, — сказал Роман. Он уже взял себя в руки и вновь был сама любезность. — Надеюсь, они не напьются за обедом окончательно.

Но он ошибся, и после обеда автобус мчался по дороге, полный поющих мужчин. Ксюшины глаза сияли. Если они останутся довольны, то будут рекомендовать фирму Романа Николаевича дальше.

К вечеру, когда они добрались до отеля, в котором собирались заночевать, Ксюша просто с ног валилась от усталости. Провести целый день, говоря и отвечая на вопросы на четырех языках и при этом беспрестанно улыбаясь, — довольно изматывающая работа.

После ужина, когда Ксюша сидела с Романом в холле гостиницы, к ним нерешительно направился испанец из их группы. Казалось, он решал, то ли пройти мимо, то ли остановиться. Наконец, собравшись с духом, он подошел.

Испанец поприветствовал Ксюшу кивком головы, а затем обратился к Роману.

Роман дружелюбно улыбался, но не понимал ни слова. Он вопросительно посмотрел на свою помощницу.

Ксюша сидела рядом с Романом на диване, уткнувшись взглядом в мраморный пол. Испанец тем временем ожидал ответа. Но как можно дать ответ, если не знаешь вопроса.

— Что он хочет? — прошептал Роман Ксюше.

Ксюша сглотнула и залилась краской.

— Он… он спрашивает, где… — Ксюша запнулась.

— Ну же, — поторопил ее Роман.

— Где здесь… — Ксюша нервно облизнула губы, — …можно познакомиться с девушкой.

Роман взглянул на Ксюшино пунцовое лицо, а затем, запрокинув голову, рассмеялся:

— Я тоже не знаю. Но это легко разузнать. Мы сейчас пойдем и спросим администратора.

— Вы хотите… — прошептала Ксюша.

— А почему нет, это не наше дело, чем он занимается в свободное время. Уно моменто, — бросил Роман испанцу, надеясь, что тот его поймет.

По-видимому, испанец понял, так как сверкнул в ответ ослепительно белой улыбкой. Слишком белой, чтобы быть настоящей.

Администратор дал им пару адресов ближайших ночных клубов.

— Однако эти заведения довольно дорогие, — предупредил он.

— Ничего, ему это по карману, — ответила Ксюша. Ей с трудом удавалось сдерживаться, переводя этот разговор. Почувствовав это, испанец тоже ощутил неловкость и быстро ретировался. Ксюша разозлилась на Барского, когда увидела, с какой дружелюбной ухмылкой он смотрит ему вслед:

— Он женат, и у него, вероятно, куча детей. И он не придумал ничего лучше, как найти здесь себе подружку на ночь. А вы считаете, что это смешно.

— Это не смешно, просто такова человеческая натура. Наши гости достаточно взрослые, чтобы знать, чего они хотят. Их моральный облик не в нашей компетенции. И вы не должны этого забывать, Ксения. Наша с вами задача сделать эту поездку как можно более приятной для клиентов. И если этому сеньору для полного счастья не хватает пары покладистых девчонок, то это его личное дело.

— Но это же просто неприлично! — По большей части Ксюшу воспитывала няня, а Ларисины представления о морали принадлежали давно ушедшим дням.

— Вы такая милая, когда волнуетесь. — Глаза Романа смеялись.

— Если вы тоже задумали что-то подобное… то не буду вам больше мешать.

— Ничего я не задумал. — Роман положил свою руку на Ксюшину.

— Кто-то мне сегодня говорил, что я не должна позволять прикасаться к себе. Уберите, пожалуйста, руку, Роман Николаевич.

— Все еще сердитесь? — Роман и не думал обижаться на ее тон. — Тогда приношу вам свои официальные извинения. И в знак того, что вы меня простили, примите мое приглашение посидеть в баре гостиницы.

Ксюша с удовольствием бы запустила ему чем-нибудь в голову, так она разозлилась. Но она никогда не была в баре, и перспектива наверстать упущенное взяла верх над злостью.

— Как вам будет угодно, — бросила она.

— Чем больше я вас узнаю, тем больше вы мне нравитесь, — признался Роман, когда они шли через холл.

— Вы меня просто осчастливили.

— Был бы рад, если бы вы немного повеселели, — произнес Роман. — Надеюсь, счет меня не разорит. — Он улыбнулся Ксюше.

* * *

— Что будете пить?

— То же, что и вы.

— Спорим, что вам не часто приходилось бывать в барах, и теперь вы гадаете, что бы такое заказать.

— Я никогда не спорю, — гордо ответила Ксюша.

— Какая жалость. Я практически всегда выигрываю. Два фирменных коктейля, пожалуйста, — небрежно бросил Роман бармену. Он сидел рядом с Ксюшей, человек, который неоднократно бывал в барах и чувствовал себя здесь легко и непринужденно.

Ксюша украдкой огляделась по сторонам. Девушки, которые находились в баре, казались ей просто очаровательными. И Ксюша вдруг поняла, насколько здесь неуместен ее деловой костюм.

— Мне кажется, я не совсем подходяще одета, — смутилась Ксюша.

— Когда мы в следующий раз куда-нибудь соберемся, вам придется одеться по-другому. В следующем городе мы пойдем гулять вдвоем, согласны? Мы бросим наших гостей на произвол судьбы и отправимся развлекаться вдвоем.

— Вы на такое не способны, — сказала Ксюша.

— А вы хорошо меня изучили. Как-то глупо, что мы все время на вы. Меня зовут просто Роман.

Ксюша удивленно посмотрела на него.

— Или ты боишься сказать мне «ты»? — не получив ответа, спросил Роман. — Это же совсем просто.

Ксюша нервно облизнула губы:

— Разве прилично, когда подчиненные на короткой ноге со своим начальством?

— Если у подчиненных маленькие прелестные ножки, то прилично. — Роман от души забавлялся, видя Ксюшино смущение. Он обнял девушку за плечи. — Ты самое очаровательное создание, которое я когда-либо встречал.

Ксюша протестующе покачала головой. Наверняка, он уже говорил все это Елене и другим девушкам, которые были до нее.

— Ты можешь мне спокойно верить. Я вру только тогда, когда не удается этого избежать. А вообще для обманщика у меня слишком плохая память. А теперь скажи «Роман».

— Нет, — прошептала Ксюша, но это прозвучало скорее как «да». — Вы сегодня в хорошем настроении, а завтра наверняка пожалеете об этом.

— Сомневаюсь, что я пожалею, что узнал тебя поближе. Ты и представить себе не можешь, какая ты милая. А теперь выпей и скажи мне «ты».

И если с первой частью просьбы Ксюша справилась, то вторую она выполнить не смогла, даже если бы очень захотела. Она закашлялась, и на глазах у нее выступили слезы.

— Глупенькая, нельзя пить коктейль залпом, как пепси-колу. — Роман вытащил носовой платок и вытер Ксюшины слезы. Затем он притянул девушку к себе и поцеловал ее так, как будто это было для него самое обычное дело. «В этом нет ничего плохого, — убеждала себя Ксюша, — иначе он бы так не поступил».

Но она тут же одумалась и провела по лицу тыльной стороной ладони, как будто хотела стереть поцелуй.

— Тебе еще никогда не приходилось целоваться, — растроганно пробормотал Роман. — Выпьешь еще немного?

— Я… пойду спать, — не замечая предостерегающего жеста, Ксюша соскользнула со стула. — Вы… ты можешь меня не провожать. Я сама найду дорогу. Желаю хорошо повеселиться.

— Каждый раз, когда ты обратишься ко мне на «вы», должна будешь меня поцеловать. — Роман обнял ее. — Один поцелуй ты мне должна прямо сейчас.

— Здесь, на виду у всех? — испуганно спросила Ксюша.

— Мы можем пойти куда-нибудь в другое место, — легко согласился Роман. — А вообще это хорошая идея: пойти подышать свежим воздухом. Надеюсь, ты не замерзнешь, — окинул он Ксюшу оценивающим взглядом. — Но если что, то набросишь мой пиджак. Вечер все-таки прохладный.

Роман провел девушку через бар, плотно заставленный столиками, к выходу и взял ее под руку, так как не был до конца уверен, что она не попытается сбежать от него в последний момент.

И тут благовоспитанная дочка богатых родителей заупрямилась.

— Уже слишком поздно, — пробормотала она, не решаясь поднять глаза на Романа.

— Прогуляться с симпатичным молодым человеком никогда не поздно, — возразил Роман.

— Мне это все не нравится.

— Ты сначала попробуй, а потом можешь говорить, нравится тебе или нет. — Роману наконец-то удалось вывести упирающуюся девушку из отеля. Потребовалось немало усилий, чтобы она шла самостоятельно.

— Интересно, что делают наши экскурсанты? — спросил Роман на улице. — Спорим, что не только испанец расспрашивал администратора о местных ночных клубах.

— А вы ничего не упускаете, гуляя тут со мной? — ядовито спросила Ксюша.

— Три поцелуя, — ответил Роман, еле сдерживая улыбку. Его забавляла игра, которую он придумал. — Продолжай в том же духе.

— Вы… ты же не думаешь, что я нарочно…

— А что? — Роман был сама невинность. — Очень даже может быть. Ты «выкаешь» мне специально, чтобы сорвать мой поцелуи!

— Ну знаете ли… знаешь ли!.. — Ксюша запыхтела от возмущения. — Ты меня путаешь с кем-то из своих знакомых. Мне абсолютно все равно, поцелуете ли вы… ты меня или нет.

— Четыре поцелуя, — продолжал считать Роман. — Готов поспорить, что нас ожидает чудесный вечер.

— С вами я не собираюсь спорить.

— Пять поцелуев. Ты никак не можешь привыкнуть говорить мне «ты», — впервые за вечер, как показалось Ксюше, голос Романа стала серьезным. — Было бы замечательно, если… — Роман запнулся в поисках подходящего слова. — Знаешь ли ты, что ты мне чертовски нравишься?

— Спасибо, — вежливо ответила девушка.

Роман рассмеялся, и внутреннее напряжение исчезло.

— Ты действительно настоящее сокровище, — заверил он Ксюшу. — Теперь я начинаю понимать твоего отца. Действительно нужно, чтобы кто-то о тебе заботился.

— Я и сама могу о себе позаботиться. Или вы… ты недоволен моей работой?

— А работа какое имеет к этому отношение? — задал Роман встречный вопрос.

— Я не хочу больше, чтобы меня опекали. Я убежала из дому, потому что все тряслись надо мной, как над маленьким ребенком. Это просто ужасно! — выпалила Ксюша прямо в лицо Роману, увидев его усмешку. — Ты понятия не имеешь, каково это, когда за тобой ходят по пятам и говорят, что можно делать, а что нет. Теперь я хочу сама решать, что делать и чем заниматься.

— Ты просто неподражаема, когда сердишься, — с умилением проговорил Роман. Он обнял Ксюшу и поцеловал ее, но хрупкая девушка наградила его таким ударом в грудь, что Роман пошатнулся.

— Только попробуйте еще раз! — выкрикнула Ксюша. — И впредь прошу обращаться ко мне на «вы»!

— Что с тобой? — Роман был сбит с толку. Реакция Ксюши явилась для него полнейшей неожиданностью, и он при всем желании не мог понять, что произошло.

— Целуйтесь с кем хотите, только не со мной! Позвоните той девушке, она запрыгнет в машину и немедленно примчится.

— Неужели ты меня ревнуешь к ней? — спросил Роман.

— Ревную? Я? Это просто смешно. — И Ксюша рассмеялась громким неестественным смехом. — Только не тешьте себя иллюзиями. Я просто хочу, чтобы меня оставили в покое. Или ваше мужское самолюбие страдает оттого, что я не бросаюсь вам на шею? Вынуждена вас огорчить, Роман Николаевич, но я совершенно к вам равнодушна.

— Да ты просто боишься влюбиться в меня. Поверь, это не так уж и плохо, как ты думаешь. Любовь — это прекрасно.

— Да что вы знаете о любви? Ваши любовные похождения не имеют ничего общего с настоящей любовью. А я не желаю быть очередным именем в вашем послужном списке. Возвращайтесь в бар, там вы сможете завести с десяток знакомств.

— Мне и одного будет вполне достаточно. А ты, оказывается, темпераментная девушка, просто невероятно. Интересно, кто тебе внушил, что ты робкая и застенчивая. Впрочем, ты права, любовь — это нечто другое.

— Я хочу обратно. — Ксюша развернулась и быстрым шагом направилась в сторону гостиницы. Роман догнал ее и пошел рядом. При свете фонаря он взглянул на нее и поразился: бледное ожесточенное лицо, плотно сжатые губы, а глаза… Глаза метали молнии! — Извини меня, — тихо сказал Роман.

Ксюша даже не повернула головы. «Он решил пустить в ход все свое обаяние, чтобы завести мимолетный роман и со мной тоже, — думала она. — Сначала приглашение в бар, чтобы немного выпить для поднятия настроения, потом танцы и пылкие объятия, и в завершение он приглашает девушку в свой номер».

«Но со мной у него ничего не выйдет. С кем угодно, только не со мной». Ксюша прибавила шагу: теперь она почти бежала.

— Мне действительно очень жаль, что так получилось. — Роман с трудом поспевал за Ксюшей. — Пожалуйста, не делай такое лицо.

— Если вам не нравится мое лицо, то вам совсем не обязательно смотреть на него, — огрызнулась Ксюша. Она облегченно вздохнула, когда впереди показался ярко освещенный фасад гостиницы. Войдя в холл, она чувствовала себя так, как будто избежала огромной опасности. Здесь ей ничего не может угрожать.

Роман вошел в лифт вместе с Ксюшей. Девушка повернулась к нему спиной. «Когда он уже, наконец, поймет, что я не желаю его больше видеть».

И Роман понял. Он понял, что обращался с девушкой неправильно с начала и до конца. И никакие извинения тут не помогут. Нельзя словами исправить того, что он сделал.

— Ксения, не думай обо мне плохо, — произнес Роман, пока Ксюша трясущимися руками пыталась вставить ключ в замочную скважину. Роман отобрал у нее ключ и открыл дверь. — Я был полным идиотом.

— Спокойной ночи, — бросила Ксюша через плечо. Звук ее голоса прозвучал пощечиной для Романа.

— Спокойной ночи, — пробормотал он. Стоя перед закрытой дверью, он слушал, как Ксюша поворачивает ключ с внутренней стороны. Затем Роман медленно направился к лифту. На ходу он думал о том, что сейчас ему лучше всего вернуться в бар.

Но после одного бокала Роман поднялся в свой номер; в баре было слишком шумно, а ему хотелось подумать обо всем случившемся в тишине.

* * *

На следующее утро автобус отправился с получасовым опозданием. Роману пришлось лично будить испанца. Тот с трудом мог стоять на ногах. Непрестанно зевая, он занял свое место в автобусе и тут же снова заснул.

Ксюша одарила испанца презрительным взглядом, а Роман понимающе улыбнулся. Синьор Сантаэлла был не единственным, кто весело провел время накануне. Окончательно экскурсанты проснулись только к обеду.

Ксюше не пришлось столько переводить, как в первый день, и она очень этому радовалась. Она предавалась своим собственным мыслям.

Роман боялся лишний раз взглянуть на девушку. Он думал о том, что произошло вчера, и даже не пытался развлечь экскурсантов рассказами о местности, по которой мчался автобус. Пусть они спокойно подремлют и лягут спать как можно раньше, чтобы на следующий день быть в лучшей форме.

Ближе к вечеру они въехали в следующий город и, прежде чем устроиться в отеле, совершили тур по городу. Но у Романа и Ксюши, которая переводила, не было заинтересованных слушателей.

— Сегодня у нас укороченный рабочий день, — заметил Роман вскоре после ужина. — Выпьешь со мной в баре?

— Нет, спасибо.

— Ксения, не будь такой букой. Признаюсь, вчера вечером я вел себя не лучшим образом, но у тебя нет никаких оснований игнорировать меня до конца жизни. К тому же такой маленькой злючке, как ты, будет трудно не замечать такого здорового парня, как я, даже если ты очень постараешься.

Губы Ксюши дрогнули, и Роман почувствовал некоторую уверенность:

— Я думал о тебе всю ночь и весь день.

— Я должна чувствовать себя польщенной? — раздраженно спросила Ксюша. — Могу поспорить, вы часто думаете о девушках.

— Не так часто, как ты считаешь, и уж совсем не то, что я думаю о тебе.

— И что же вы обо мне думаете? — вырвалось у Ксюши. — Не трудитесь отвечать, мне это совершенно неинтересно, — поспешно добавила она.

— У тебя не очень хорошо получается врать. У тебя же на лице написано, что тебе интересно, а что нет. Ксения, пойдем прогуляемся, здесь просто невозможно разговаривать.

— Все, что вы мне хотите сказать, можете сказать мне прямо здесь.

Роман что-то пробормотал про себя, вздохнул и выпалил и наконец вслух то, о чем думал всю ночь:

— Рискуя, что скажу глупость, я должен сказать тебе… я люблю тебя.

— Это все? — Девушка встала. — Тогда я иду спать.

Роман схватил ее за запястье и заставил опуститься в кресло.

— Ты мне ничего на это не скажешь? — сердито спросил он. Все-таки он делал подобное признание первый раз в жизни и полагал, что Ксюша оценит и отреагирует соответственно.

— Интересно. Ваше признание очень интересно, Роман Николаевич. Спокойной ночи.

— Ксения… А что, если мы поженимся.

— Поженимся? — Ксюша, которая собиралась встать, снова опустилась в кресло.

— Именно поженимся, — нерешительно продолжал Роман. — Если ты думаешь, что я просто хотел с тобой поразвлечься… Можешь назвать меня дураком, но… черт, как же трудно…

— Ты действительно хочешь на мне жениться? — едва слышно спросила Ксюша.

— Эта мысль пришла мне в голову вчера вечером. Я пытался себе представить, что тебя больше не будет рядом, что ты уволишься и вернешься домой. Я пытался представить свою жизнь без тебя, — Роман покачал головой, — но мне это с трудом удалось. И поэтому… Пожалуйста, не отказывай мне. Я знаю, ты меня тоже любишь.

— Неужели? — язвительно спросила Ксюша.

— Да. Даже если ты не хочешь этого признать. Ты считаешь меня бабником, но это неправда. Не буду отрицать, у меня было много женщин. Но они ничего не значили для меня. Просто приятное разнообразие. Но когда появилась ты… Я не сразу понял, что со мной творится. Ты знаешь… — Роман смущенно улыбнулся, и все Ксюшины сомнения улетучились в один момент, — …первый раз в жизни у меня все настолько серьезно.

— О, Роман, — потрясенно прошептала Ксюша.

— Давай уйдем отсюда. Здесь, в холле гостинице, я не могу тебя поцеловать, — в этот раз ему не пришлось тащить Ксюшу силой к выходу.

— Я чертовски везучий парень, — сказал Роман, когда Ксюша остановилась как вкопанная. Роман удивленно посмотрел на нее, затем проследил за ее взглядом и понял, что так напугало девушку.

У стойки администратора стоял Ксюшин отец и с ним еще две женщины. Завьялов выглядел так, будто вот-вот ринется в драку без лишних разговоров.

— Черт побери! — выругался Роман. — Надо же было твоему отцу заявиться именно сейчас.

Ксюша неожиданно быстро взяла себя в руки. Она подбежала к отцу, обвила руками его шею и поцеловала. Казалось, ее совершенно не смущало, что отец стоял с таким суровым видом.

— Как хорошо, что вы приехали! — воскликнула девушка. — Роман только что сделал мне предложение.

— Предложение?! — Лариса настояла на том, чтобы сопровождать хозяев в этой поездке. — Тогда все в порядке». — Она расплылась в довольной улыбке.

— Ну, это мы еще посмотрим. — Взгляд Владимира Завьялова не потеплел. Он проделал долгий путь, побывал у Натальи Петровны и от нее узнал, где сейчас находятся ее сын и Ксюша. И, хотя мать Романа уверяла, что у них чисто деловые отношения, Владимир счел это бессовестной ложью. Разумеется, эта женщина заодно со своим сыном.

— Мамочка, это Роман. — Ксюша чувствовала, как накаляется обстановка, и ее суетливые движения выдавали, как она боится, что вот-вот разразится скандал. — А это Лариса… я много о тебе рассказывала. — Ксюша повернулась к старой няньке. — А теперь пойдемте отсюда. Роман, угости нас шампанским.

— Сначала мы с вами побеседуем, молодой человек, — угрожающе произнес Завьялов.

— Володя! — воскликнула Анна.

— Владимир Викторович! — эхом вторила Лариса.

Роман улыбнулся:

— Предлагаю пройти ко мне в номер и там все обсудить.

— Папа, он меня любит и хочет на мне жениться.

— Помолчи, пожалуйста, — набросился Владимир на дочь. Но его голос уже не был таким суровым, как раньше. — Как ты вообще додумалась до такого? Собралась замуж и даже нас не спросила.

— Просто так получилось. Для меня это тоже было полнейшей неожиданностью. Роман только что мне об этом сказал.

— О чем?

— Что он меня любит и хочет на мне жениться.

— Какой видный мужчина, — пробормотала Лариса. Она достала носовой платок и непрерывно сморкалась. Роман пришелся ей по сердцу, и если эти двое уже успели… Нянька решила смотреть на это сквозь пальцы. «Главное, что он женится», — подвела она итог своим мыслям.

— Я полагаю, что сначала мы все вместе выпьем по бокалу шампанского, а с Романом ты успеешь поговорить. — Анна уже смирилась с фактом, что их дочь выходит замуж.

— Если вы все против меня… — Владимир окинул взглядом жениха своей дочери с ног до головы. Трудно отрицать, что этот самоуверенный нахал, который обнимает Ксюшу, очень привлекательный молодой человек.

— Прошу. Нас ждет шампанское. Я угощаю.

Никто не возражал. Ксюша и Роман шли впереди. Анна взяла мужа под руку, немного замедлила шаг и спросила вполголоса:

— Разве они не чудесная пара? Лариса, шедшая сзади, растроганно плакала:

— Они просто созданы друг для друга, — ответила она, хотя ее никто не спрашивал.

— Похоже, мне ничего другого не остается, как согласиться на этот брак, — проворчал отец семейства.

— Главное, чтобы она была с ним счастлива, — прошептала Лариса сквозь слезы. — Вы только посмотрите, какими глазами он смотрит на нашу девочку… Я думаю, этот молодой человек сможет позаботиться о Ксюше.

Иначе пусть катится ко всем чертям! — но в голосе Владимира больше не слышалось прежней злости. И, когда он поднял бокал, чтобы выпить за здоровье молодой пары, на его лице появилась довольная улыбка.