«Сегодня я умру…»

Эбигейл Дентон знала, что всё так и закончится. Возможно, она всегда знала. Тяжёлые капли дождя заглушали звук её шагов, когда она бежала по грязным аллеям Нью-Йорка. Бег был в никуда. В тот момент она двигалась, не разбирая дороги.

Эбби потеряла слишком много крови и не могла бежать быстрее.

Пробираясь сквозь тёмный лабиринт переулков, она пыталась найти выход на улицу, но не могла видеть даже дальше нескольких дюймов перед собой. Сдавшись, она спряталась за большим мусорным баком и упёрлась рукой в грязную кирпичную стену, стараясь остаться в вертикальном положении и отдышаться. Эбби надеялась, что если она не могла ничего видеть сквозь потоки дождевой воды, падающей с неба, то и человек, преследующий её, тоже не сможет. По крайней мере, достаточно долго, чтобы дать ей несколько секунд передохнуть, прежде чем она вновь отправится за помощью.

Боль в животе немного ослабла, но Эбигейл знала, что это нехорошо. Убрав руку с раны на животе, она посмотрела вниз и увидела тёмно-красную кровь, покрывающую кожу. Дождь смыл большую часть, но Эбби знала, что много её потеряла и не выживет, если в скором времени не попадёт в больницу.

Она попыталась отойти от мусорного бака, но ноги просто отказывались двигаться. Через несколько секунд Эбби обнаружила, что сидит на земле, не понимая, как тут оказалась. Тёмные волосы водопадом упали на лицо, и она резко откинула их назад, чтобы открыть себе обзор, но зрение оставалось размытым. Голова казалась тяжелой, будто собиралась упасть с плеч, если она снова попытается сдвинуться с места.

Эбигейл не могла встать, хотя хотела.

Она поняла, что всё кончено.

«Чёрт побери», — подумала Эбигейл.

Если она собиралась умереть, то, по крайней мере, та сволочь, за которую она вышла замуж, наконец-то заплатит за то, что сделал с ней.

Последние два года жизни Эбигейл были одним бесконечным кошмаром, начиная с той ночи, когда пьяный водитель убил её родителей в ужасной автомобильной аварии. Их потеря совершенно её разрушила. Их всегда было только трое, других родственников у Эбби не было. За одну ночь она осталась совершенно одна в этом мире.

Эбигейл выросла в Атланте, и когда решила стать кондитером, родители полностью поддержали её в стремлении осуществить свою мечту. Она ходила в кулинарную школу, потом ей посчастливилось практиковаться под началом талантливого шеф-повара-кондитера в известном ресторане в центре города.

Она только получила новую работу в качестве шеф-повара в другом ресторане, когда однажды двое полицейских появились на пороге её дома. Мужчины оставались с ней, пока она пребывала в шоке после того, как они сообщили ей о смерти родителей. Но офицер Чарли Кесслер в последующие недели проявил к Эбигейл особый интерес. Он звонил, явился в ресторан, в котором она работала, чтобы её проведать, и даже пришёл к ней в квартиру, чтобы помочь разобраться с деталями похорон родителей.

Возможно, это было из-за горя или из-за простого факта, что он был рядом, когда она нуждалась в ком-то, но Эбби оказалась помолвлена с Чарли прежде, чем действительно осознала произошедшее. Она и раньше встречалась с мужчинами, но ни с кем из них не было ничего серьёзного. Она всегда была больше сосредоточена на карьере, чем на отношениях. Когда пришло время небольшой церемонии, и Эбби вышла замуж за Чарли — через несколько месяцев после похорон родителей — её друзья забеспокоились.

И были правы.

В те дни, когда Чарли ухаживал за Эбигейл, он казался ей прекрасным. Мужчина был милым, заботливым и очень внимательным. Однако после свадьбы всё изменилось. Он стал чрезвычайно критично относиться ко всему, что она делала, тонко намекая на её вес и рост, пока она не начала терять уверенность в себе. Чарли хотел знать, где она находится каждую секунду дня, и Эбигейл чувствовала, словно жила с тюремным надзирателем. Сначала она терпела, но со временем это стало раздражать до такой степени, что она должна была что-то сказать.

Это был первый раз, когда Чарли её ударил.

Она хорошо помнила ту ночь. Эбби пришла домой поздно с работы после шумной вечеринки в ресторане. К тому времени как она пришла, Чарли был пьян и в ярости оттого, что она не отвечала на его сообщения. Муж набросился на неё, говоря, что она его жена и должна уважать его. Когда Эбби сказала ему, что он должен перестать беспокоить её на работе, то не была готова к тому, что Чарли её ударит.

Она не столько пострадала от удара, сколько была шокирована. Он немедленно раскаялся, но Эбби не была готова так легко его простить. Раньше её никогда не били, и она сильно расстроилась. Муж продолжал извиняться, но Эбби предупредила, что, если он сделает это снова, она уйдёт.

Прошло два месяца, и их отношения стали такими, какими были до свадьбы. Чарли вёл себя спокойно, пока они не побывали на новогодней вечеринке. Он напился и заявил, что она флиртовала с другими мужчинами. Когда Эбигейл стала это отрицать, он полностью потерял контроль и бил её, пока она вся не покрылась синяками и едва могла двигаться.

Эбби не обманывала, когда предупреждала его, что уйдёт. Подождав, пока мужчина отключится, она отправилась в больницу, чтобы снять побои. По просьбе Эбби медсестра позвонила в полицию, но появившиеся копы не проявили сочувствия, так как дружили с Чарли.

Не желая мириться с этим дерьмом, Эбби поехала в другой полицейский участок города, чтобы сообщить о случившемся. Другие полицейские её осмотрели и дали понять, что после того, что он с ней сделал, у них не возникнет никаких проблем с его арестом. Она ждала в полицейском участке, пока они арестовывали мужа; затем её сопроводили домой, чтобы забрать вещи.

Эбби знала, что лучше не надеяться на то, что Чарли задержат надолго, поэтому собрала, что хотела, и покинула дом. На следующее утро она встретилась с адвокатом по разводам. Её коллеги были в ужасе от синяков и побоев, а босс Эбби помог ей перебраться в квартирку, принадлежащую ему, рядом с рестораном, где она работала.

Несмотря на обвинение в нападении и побоях, у Чарли было достаточно связей, чтобы освободиться из тюремного заключения. Разозлённый несправедливостью адвокат потерпевшей хотел придать этот факт огласке во время развода, но Эбби просто хотела, чтобы всё прошло быстро и тихо. Она не была удивлена, что Чарли пытался бороться, но доказательств её травм было предостаточно, чтобы быстро получить развод.

Эбигейл думала, что освободилась от Чарли после развода, но оказалась не права. Его друзья доставляли ей проблемы, когда она сталкивалась с кем-то из них, и что ещё хуже, Чарли начал её преследовать. В глубине души Эбби не понимала причины такой одержимости. Хотя она была достаточно красива, с яркими карими глазами и тонкими чертами лица, длинными тёмными кудрявыми волосами, в ней не было ничего такого, что бы спровоцировало такую реакцию.

На самом деле, поведение Чарли не имело к ней никакого отношения. Истинная причина скрывалась в его нездоровой личности, а именно в тяге к насилию и необходимости контролировать свою супругу. Уход Эбби нанёс огромный удар по самолюбию Чарли, и она поняла, что его потребность вернуть её имела больше общего с восстановлением собственного престижа, чем с реальным желанием вернуть жену.

У Эбби никогда не получалось доказать, что творил Чарли, так как у него всегда оказывалось алиби. И что ещё ужаснее, он дал понять, что ещё не закончил с ней, и что она заплатит за то, что его бросила. Судебный запрет, который Эбби получила, ни капли не помог. Мужчина всё время ей звонил и появлялся, когда она возвращалась с работы домой. Когда Эбби отказалась говорить с ним, шины её автомобиля были проколоты. Однажды ночью, после работы, был избит её босс, Эбби была уверена, что это дело рук Чарли.

Устав от всего, она приняла решение покинуть Атланту. Собрав чемоданы, она переехала в Нью-Йорк подальше от Чарли, но он последовал за ней.

Чтобы начать новую жизнь в другом месте, Эбби занялась новой работой и гордилась своей крошечной студией. Уходя сегодня с работы, несмотря на дождь, заливающий город, Эбби была счастлива, надеясь на светлое будущее. Лёгкое настроение мгновенно исчезло, когда Чарли, выскользнув из тени, потащил её в тёмную аллею.

Эбигейл пыталась звать на помощь, но люди, спешащие вниз по улице, не могли слышать крики из-за шума движения, а их зонтики загораживали обзор. Поэтому прохожие не могли видеть борьбы Эбби и Чарли, который её удерживал, пока тащил в темноту подальше от безопасного места.

По силе, с которой он толкнул её к стене, стало очевидно, что Чарли пьян. Мужчина потребовал, чтобы Эбби пошла с ним домой. Когда она отказалась, он слетел с катушек, твердя, что, если она не будет принадлежать ему, то и никому другому не достанется. Эбби до конца не осознавала, что он имел в виду, пока не почувствовала взрыв боли, когда нож, который держал Чарли, скользнул в неё… один, два, три раза.

Неожиданно Чарли отвлекся на несколько секунд из-за громкого гудка такси, и этого было достаточно, чтобы Эбигейл резко вырвалась из его хватки. Она бежала, но заблудилась, углубляясь в лабиринт улиц.

Теперь она застряла в этом переулке, медленно истекая кровью. По крайней мере, она будет «смеяться последней». Эбби рассказала своему новому боссу о ситуации с Чарли, и к тому же, в тот день, когда она приехала в Нью-Йорк, пришла в полицейский участок и поговорила с женщиной-детективом о том, что произошло в Атланте. Эбби передала детективу копию имеющегося у неё дела, содержащего полицейский отчёт, судебный запрет, свидетельство о разводе и фотографии, сделанные после того, как Чарли её избил.

Детектив прониклась историей, но до конца не понимала, зачем Эбби хотела передать ей дело. Эбби хотела, чтобы детектив точно знала, кто виноват, в случае, если с ней что-то случится.

Вспомнив это, она рассмеялась. Да, детектив, наконец-то, заставит Чарли заплатить за то, что он сделал. Жаль, что ей придётся для этого умереть. Потяжелевшие мокрые волосы не позволяли Эбби поднять голову, поэтому, когда кто-то остановился перед ней, она не посмотрела вверх. Закрыв глаза, она вздохнула.

— Возможно, ты убил меня, ублюдок, но я прослежу за тем, чтобы ты заплатил за всё.

Её слова растворились в тишине. Подняв веки, она взглянула прямо перед собой и моргнула. Эбби была готова увидеть победную ухмылку Чарли, но мужчина, стоявший перед ней, не был её бывшим мужем.

На самом деле, он вообще не был человеком.

Склонившееся над ней существо было похоже на мужчину, только казалось, было сделано из воды или какой-то другой мерцающей жидкости. Казалось, существо поглощало дождевые капли, падающие на поверхность его тела, которое покрывалось рябью, когда втягивало воду в себя.

Ладно, кажется, она теряла рассудок.

Или, может быть, уже была мертва, и это было просто отстойное знакомство с загробной жизнью. Если это так, то Эбби была в замешательстве. Она попыталась сесть, но резкая колющая боль в животе заставила замереть. Нет, она ещё не умерла, хотя ждать осталось недолго.

«Если ты хочешь жить, возьми меня за руку и пойдём со мной…»

Голос эхом раздавался в сознании, и Эбби следила за тем, как существо протягивало ей руку. Эбигейл сморгнула влагу со своих глаз и мысленно пожала плечами. Если это такая галлюцинация, то она действительно была более творческой натурой, чем всегда себе представляла. Если это было реально, ей нечего было терять.

Она протянула и вложила свою руку в его, и мир потемнел.

Эбби Дентон чувствовала себя так, словно оказалась в ловушке в очень странном сне.

Она сидела за одним из длинных столов в большом зале чёртового замка на другой чёртовой планете, где правили демоноподобные существа.

К слову, о странном.

В течение четырёх дней Эбби находилась наверху в спальне, одна-одинёшенька. Несмотря на роскошную обстановку, комната все еще была ее клеткой. Конечно, это было значительно лучше камеры, в которой она проснулась пять дней назад.

Тюрьма с сапфирово-голубыми деревянными досками и серо-грязным полом стала жестоким началом её знакомства с чужой планетой. Раны Эбби были полностью исцелены, но руки были связаны гибкими, чёрными стальными лентами. Её охватил страх, но, прежде, чем она поняла, что происходит, огромный инопланетный воин вывел её из камеры и выставил на обозрение перед другими мужчинам в центре Колизея.

Место было полно мужчин-инопланетян, которые выглядели как воины-варвары с золотой кожей из давних времён. У всех были длинные, прямые чёрные волосы и странные глаза с янтарным белком и большими овальными чёрными радужками. У них было три неровности на перегородке носа, а на лбу и по бокам лица располагались тёмные полосы, которые спускались по шее к мускулистым торсам.

Стоя на помосте, Эбби нервничала. Она не знала, почему они здесь, но, будучи одетой в кремовое платье, едва скрывающее тело, была почти уверена, что ей не понравится причина. Вскоре другой инопланетянин вошёл в Колизей и перекинулся в чёрного демона.

Эбби этого чертовски испугалась.

Он преследовал одну из человеческих женщин. Эбигейл наблюдала, как та пыталась сбежать, но он поймал её и уволок в замок. В тот момент Эбби думала, что всем пленникам пришёл конец, но потом их повели к экипажу, запряжённому животными, похожими на больших чёрных львов с огромными гривами.

Люди были доставлены в замок и размещены в отдельных комнатах, где их держали в течение нескольких дней. Несколько раз в день воин приносил Эбби еду и напитки. Она устала бродить по комнате и хотела выйти на свежий воздух, даже если небо на этой планете было причудливого лавандового цвета, а солнце — голубым.

Ночью она смотрела на две тёмные аметистовые луны и размышляла о произошедшем на Земле. Эбби надеялась, что Чарли заплатит за то, что с ней сделал, даже если они не найдут её тело. Она хотела быть уверенной, что он больше никогда никому не навредит.

Эбигейл задумалась о том, что ждёт её в будущем, здесь, на новой планете, но понимала, что явно не получит никаких ответов в нынешнем положении, будучи запертой в спальне. Когда следующим утром к ней пришёл воин, чтобы сказать, что ей разрешили спуститься вниз, она ухватилась за этот шанс. Но теперь, сидя за столом ещё с четырьмя людьми, она думала, что не лучше ли ей снова спрятаться наверху в комнате.

Женщинам выдали длинные платья, и Эбби чувствовала себя богиней в платье из шелковистого материала цвета слоновой кости. Все они выглядели как ангелы, резко контрастирующие с демонами Воа. От такого сравнения Эбби было не по себе, хотя оно и казалось уместным. Она принюхалась к содержимому большого кубка, который держала.

— Что это?

— Они называют это огненным отваром, — сказала женщина по имени Джанел Джойс, когда взяла кувшин в центре стола и наполнила свой бокал. — Он хорошо ударяет в голову.

Джанел была красивой блондинкой с ярко-голубыми глазами. Она была такой же высокой, как Эбби, но, определённо, не такой пышнотелой. Эбби мгновенно её узнала, Джанел была восходящей звездой поп-чартов. Эбби заметила, что была самой крупной из группы женщин и почувствовала неловкость, когда разглядывала других женщин за столом.

Роксанна «Рокс» Арройо была поразительной женщиной с проницательными, янтарными глазами, которые мало что упускали. Короткие каштановые волосы, казалось, должны были делать её менее женственной, но вместо этого, подчёркивали почти безупречные черты лица. Грейс Лакин отличалась от остальных, её волосы были чёрные как у Воа, но глаза были светло-серыми, а на свету выглядели почти серебристыми. Она была такой маленькой, и напоминала Эбби изящную фею. Сидя рядом с ней, Эбби ощущала себя абсолютным гигантом.

Приятно было осознавать, что даже её комплексы переехали вместе с ней на новую планету. Эбби сделала паузу, чтобы одёрнуть себя. Ради Бога, она находилась в чужом мире, наполненном гигантами. И по сравнению с воинами Воа, была крошечной. Она просто должна была напоминать себе об этом… и почаще. Или, может быть, не садиться снова рядом с Грейс.

«Остановись и сосредоточься!»

Чтобы отвлечься, Эбби сделала глоток и закашлялась.

— Он крепкий.

— Да, эта штука убойная, но мне нравится.

Рокс осушила свой кубок.

— Это их единственный вариант алкоголя, так что будьте осторожны, — сказал Текс, прежде чем глотнул собственный напиток.

Рик «Текс» Калхун был единственным мужчиной, которого забрали с Земли. Он, казалось, был подавлен больше, чем кто-либо, и в нем было что-то, дающее понять, что мужчина всегда оставался настороже, независимо от того, как расслабленно выглядел. Он хорошо смотрелся с подстриженными каштановыми волосами и тёмно-голубыми глазами, и по размеру казался почти маленьким, в сравнении с гигантскими инопланетными самцами.

Хотя они и позволили людям находиться вместе, но Эбби увидела, что на каждом выходе стоял воин Воа, когда быстро осмотрела комнату. Во время перелёта на новую планету с ними были проведены какие-то манипуляции, и это позволяло Эбби и другим людям понимать и говорить на языке Воа. Она переключилась на английский, когда задавала свой вопрос.

— Кто-нибудь из вас знает, почему мы здесь?

— Мы здесь, чтобы стать парами Воа, — ответил Текс.

Джанел фыркнула.

— Если один из этих демонов-ублюдков думает, что может спариться со мной, ему лучше подумать снова.

— Значит, другие женщины, которые были похищены, не умерли?

Рокс случайно задала вопрос, который обдумывала Эбби. Казалось, что женщина привыкла к смерти достаточно, чтобы быть безразличной к ней.

— Нет, их объявили парами. По словам одного из охранников, раса Воа вымирает, и Рейфы привели нас сюда для того, чтобы стать парами каждого из них, — пояснил Текс.

— Мы точно совместимы с этими существами? — спросила Джанел. — Вы видели, что произошло в Колизее. Этот мужчина превратился в чёртового демона и укусил ту женщину, прежде чем улетел с ней!

— Это была моя подруга Джордан. Теперь она — пара короля этой планеты. Они заперты в спальне последние несколько дней… но я не хочу об этом думать.

— Ну, разве это не чересчур, — горько сказала Джанел. — Ты говоришь нам, что мы ждём здесь, чтобы стать секс-рабынями для этих монстров?

Текс покачал головой.

— Воа ищут пары на всю жизнь. По словам одного из охранников, после того, как Воа выбирает пару, та становится самым важным человеком в его жизни. Воа становятся полностью преданными, делая всё возможное, чтобы их осчастливить. Вот почему я перестал пытаться вырваться из комнаты, чтобы найти свою Лут.

— Мы действительно можем поверить им на слово, что другие в порядке? — спросила Грейс.

— А зачем им врать? Будем честны. Они могли бы убить нас всех, если бы захотели. Зачем приводить сюда, чтобы избавиться от нас?

Грейс кивнула.

— В этом есть смысл.

— Полная преданность звучит не так уж плохо, — пробормотала Эбби.

Рокс вздохнула.

— Тем не менее, я не слишком заинтересована в том, чтобы быть грёбаной племенной кобылой для чужой расы, о которой только что узнала, независимо от того, насколько они горячие.

— Прекрати, — проворчал Текс. — Не хочу слышать это дерьмо.

— Привет, люди!

Группа подняла голову, когда один из воинов Воа вошёл в большой зал. Охранник, стоящий перед входом, отошёл в сторону, чтобы позволить ему пройти. Эбби заметила, что охранник слегка поклонился новоприбывшему, прежде чем снова вернуться на место. Воин подошёл к столу и сел в кресло рядом с Тексом. Он похлопал мужчину по плечу в знак приветствия, чуть не свалив Текса с кресла.

— Господи, Браэк, — проворчал Текс, переключаясь на язык Воа.

— Ах, прости меня. Я постоянно забываю, насколько вы хрупкие мужчины.

Эбби хотела рассмеяться над оскорбленным выражением лица Текса, но прикусила губу, чтобы сдержаться. Рассмотрев воина поближе, она должна была согласиться с Рокс. Самцы Воа были красивы, в примитивном смысле, но Эбби всё ещё не была уверена в том, что касалось спаривания, независимо от того, насколько они привлекательны.

— Приветствую, меня зовут Браэк. Я — заместитель короля, и хотел бы поприветствовать вас на нашей планете.

Одетый в чёрные кожаные штаны с толстым кожаным ремнём, с тремя ножами, прикреплёнными поперек его широкой груди, Браэк казался устрашающим, похожим на всех Воа, но его тёплая улыбка и весёлое расположение успокоили Эбби. Вблизи полоски на его лице, шее и туловище напоминали ей о тигре. Они были странные, но не неприятные на вид.

— Это гораздо лучшее приветствие, чем проснуться в камере, — прокомментировала Джанел.

Браэк поморщился.

— Ах, да. Это была ошибка с нашей стороны. Мы думали… не важно. Знайте, что мы не будем делать этого с другими людьми, которые будут приведены в наш мир.

Он повернулся к Тексу:

— Ты легко успокоил других людей и сказал им, что здесь они в безопасности?

Текс пожал плечами и неуверенно переместился на своё место.

— Я же говорил, вы не можете просто сказать женщинам, чтобы они вам доверяли. Вы должны это заслужить.

— Чёрт побери, — сказала Рокс.

Браэк коротко кивнул головой.

— Тогда мы так и сделаем.

— Это достойное начало, разрешить нам выйти из комнат, — призналась Рокс. — А то я подумывала вылезти через балкон, если бы вы продержали нас взаперти ещё дольше.

Выражение лица воина Воа сменилось на беспокойство.

— Это было бы неразумно. Комнаты находятся высоко, а вы не можете летать, как мы.

— Именно поэтому, я оставалась на месте.

Текс прочистил горло.

— Вообще-то, именно так я познакомился с Браэком. Я вылез через балкон и упал.

— Это выглядело не так, — поправил Браэк. — Вы, люди, так импульсивны. Воздержитесь от того, чтобы причинить себе вред.

— Я не самоубийца, Браэк. Мне просто не нравится быть заключённым. Я же тебе говорил.

— Вот почему я всех вас освободил.

Текс рассмеялся.

— Нет, ты освободил нас, так как я сказал тебе, что женщины будут злиться, если ты этого не сделаешь.

Джанел подозрительно посмотрела на обоих мужчин.

— Вы двое выглядите довольно странно.

Брови Браэка нахмурились.

— Что это значит?

— Это означает, что мы знаем друг о друге… больше, чем они ожидали. После того, как Браэк спас меня от падения, он позволил мне тренироваться с некоторыми другими воинами, — объяснил Текс. — Они не были слишком счастливы, увидев там человека, но им было комфортнее задавать вопросы мне, чем говорить с кем-либо из вас. Им было любопытно узнать больше, так что я общался с ними.

Браэк кивнул.

— Это правда, но только потому, что другие Воа не хотят позорить ваши будущие пары, поговорив с вами без их разрешения.

— Какого черта? Женщинам запрещено говорить с мужчинами, кроме своих пар? Это не нормально, — прорычала Рокс.

Браэк нахмурился.

— Они могут, но вашим парам это не понравится. Текс объяснил нам, что вам требуется общение, чтобы чувствовать себя здесь непринуждённо, поэтому мы делаем всё возможное, чтобы приспособиться. Вот увидите, вам понравится жить на Воа. Даже тебе, — сказал он Тексу. — Хотя наши самки не любят мужчин, которые слишком малы или слишком велики, возможно, одна из них по достоинству оценит пару, который не настолько пугающий по размеру и силе.

— Ну, спасибо, — глухо произнёс Текс. — Не могу дождаться, чтобы встретиться с ними.

Браэк ему ухмыльнулся.

— Я хорошо понимаю твой сарказм, человек. Ты сможешь встретиться с некоторыми из наших женщин после возвращения короля. Так как это уже третий день горячки его пары, они должны присоединиться к нам в ближайшее время.

Эбби моргнула.

— Подожди… что? Горячка?

Браэк посмотрел на Текса, ожидая помощи, но мужчина просто пожал плечами.

— Я забыл, что у вас нет циклов горячки, — осторожно сказал он.

— О-о, — сказала Грейс, вздрогнув. — Звучит плохо.

— Это удовольствие между парами, — сказал Браэк и улыбнулся им, но женщины по-прежнему выглядели слегка испуганными. — На данный момент Воа заявили свои права на четырёх человек. Все женщины очень довольны своими мужчинами.

— Но нас всего лишь девять, включая сидящих за этим столом, — вмешалась Эбби. — Что случилось с другой женщиной?

На мгновение выражение лица Браэка потемнело.

— Мне сказали, что ей плохо. После того, как король заявил права на свою пару, женщину забрали Рейфы в их владения в горах, после того, как она рухнула на сцене. Они передали сообщение о том, что женщина была тяжело больна, когда Рейфы нашли ее на вашей родной планете. Во время путешествия она не до конца исцелилась, в отличие от вас.

— Пары… горячка… это слишком странно, — пробормотала Джанел. — У нас есть шанс попасть домой?

— Не хочу показаться сучкой, но ты чертовски неблагодарна, — упрекнула её Грейс.

Возможно, она была самой маленькой женщиной в группе, но у неё была харизма, которая привлекала внимание.

— Я знаю, что это всё странно, но я была бы мертва, если бы эти призрачные существа не спасли меня и не привезли сюда.

Это привлекло внимание Эбби.

— И я тоже. Мой бывший муж преследовал меня и последовал за мной из Атланты в Нью-Йорк, где я работала шеф-поваром. Он поджидал меня, когда я шла с работы, и пырнул ножом. Я бы умерла в той аллее, если бы Рейф не спас меня.

Браэк выглядел совершенно потрясённым.

— Ваши мужчины издеваются над своими парами на Земле?

— Некоторые, — тихо сказала Эбби. — Но, насколько я понимаю, на Земле муж не то же самое, что здесь.

— Нет, — зарычал Браэк. — Пару здесь лелеют. Ударить свою пару — это абсолютное бесчестие для мужчины, не говоря уже о попытке нанести ей тяжёлые увечья. Я бы убил любого мужчину, совершившего такое преступление.

Эбби замерла на мгновение, прежде чем сказала:

— Полезно знать.

Рокс положила локоть на стол и подвинула свой кубок на столе.

— Итак, Рейфы берут только тех людей, которые должны умереть на Земле?

Браэк пожал плечами.

— Они спасают только тех из вас, кто может быть парой Воа. Они могут как-то понимать, кто будет совместим.

— Наверное, я тогда должна им, — мрачно сказала Рокс. — Дома я была полицейским из Лос-Анджелеса. Мы совершали облаву на дом, и мой мудак-руководитель отдал приказ штурмовать, прежде чем у нас была полная информация. Началась перестрелка, а так как мы не знали, что в помещении была лаборатория по производству метамфетамина, она взорвалась к чертям собачьим. Я была бы пеплом, если бы меня не привезли сюда.

— Я подорвался на взрывчатке с Джордан, — сказал им Текс. — Она была лейтенантом моего подразделения в Ираке. Мы были в разведке, когда два наших джипа напоролись на мину, которая взорвалась. Рейфы появились и спасли нас, прежде чем мы умерли.

Плечи Джанел поникли.

— Мне так жаль. С тех пор как я приехала сюда, я не была милой. Всё это слишком много для меня. Я становлюсь стервой, когда мне страшно, и не могу справиться с этим.

— Ты ведь была певицей, да? Я слышала тебя по радио, — сказала Эбби, потеплев к женщине после извинений.

— Была. Мне нравилась моя жизнь на Земле. Я всегда хотела петь, чтобы люди слушали мою музыку, но всему есть своя цена. Моя карьера только начинала взлетать, но последние несколько месяцев вымотали меня по максимуму. У меня был преследователь, как и у тебя, но я не знала кто это, пока он не ворвался ко мне домой. Парень сошёл с ума и твердил, что я заворожила его голосом, потом он пытался убить меня, взорвав мой дом.

— За общую травму и выживших во взрыве, — сказала Рокс, отсалютовав кубком Джанел и Тексу.

Все за столом повернулись к Грейс, которая сидела тихо, пока слушала.

— Со мной ничего подобного не случилось, но опять же, я всегда знала, что умру молодой, — она грустно улыбнулась. — Понимаете, я родилась со слабым сердцем, и никто ничего не мог сделать, чтобы спасти меня. Я старалась максимально прожить то время, которое у меня было, но когда ты знаешь, что у тебя есть срок годности, шанс получить вторую жизнь — это ни с чем несравнимое благословение.

Эбби улыбнулась ей.

— Я согласна и благодарна за второй шанс, но это не значит, что я готова стать парой…

Её слова были прерваны, когда ещё один мужчина ворвался в комнату. Все воины Воа были большими, но этот был самым крупным, которого Эбби когда-либо видела. Её глаза широко распахнулись, когда он оттолкнул в сторону стража у двери, как будто тот весил не больше пушинки, и осмотрел комнату с диким взглядом на лице.

Затем его глаза остановились на ней, и он издал низкий рык:

— Моя!

Возвращаясь в крепость, принц Дрэкор Крелл был вымотан.

Последние несколько дней он наведывался в другие кланы, чтобы сообщить вождям, что Рейфы привезли на планету первую группу людей, как и планировали. Несмотря на то, что Дрэкор занимал должность капитана охраны и был братом короля, он с огромной радостью вызвался отправиться в путешествие по другим землям. Это было утомительное поручение, но его брат, Кэдан, всё равно удовлетворил просьбу Дрэкора, так как понимал, почему он попросил об этом.

Причина была проста… Дрэкор знал, что люди его испугаются.

Адский огонь, его боялась даже большая часть женщин Воа, с которыми он контактировал. Как человеческие женщины могли не бояться его?

Будучи расой воинов-перевертышей, Воа рождались с полосками на коже, которые намекали на их другую форму. В своём естественном состоянии большинство мужчин были мускулистыми, часами проводя время в тренировках. Когда они переходили в форму демонов, полосы расползались по всему телу, превращая их в чёрных, как ночь, существ, а посередине спины появлялись мощные крылья.

В мире, где большинство мужчин были похожи по размеру и силе, любые отличия приравнивались к недостатку. У всех Воа были чёрные волосы и глаза разных оттенков коричневого с чёрными радужками овальной формы. Кроме того, самцы, отличающиеся от остальных, как правило, были нежеланными для женщин.

Дрэкор слишком хорошо это знал по собственному опыту.

С юного возраста он замечал, что растёт быстрее сверстников. Это беспокоило его, поэтому он начал голодать, пытаясь замедлить рост. Когда мать и отец обнаружили, что творит Дрэкор, они отругали его, заявив, что он особенный, и что не должен беспокоиться о том, чтобы быть кем-то другим.

Но это было проще сказать, чем сделать.

Размер и сила Дрэкора сделали его великим воином, но они же сделали его и изгоем рода.

Сила была желанным качеством для Воа, однако, её также и боялись. Со временем воины-мужчины его приняли. Они доверяли ему как капитану охраны и верили, что он хорошо обеспечивает безопасность короля, ввиду того, что другие мужчины опасались его, как, впрочем, и женщины.

Из-за уменьшения числа женщин на планете, все мужчины строго охраняли их и удовлетворяли все их потребности.

У женщин, у которых не было пары, был выбор мужчин, с которыми они могли провести время, и обычно, они каждый раз меняли партнёров, когда входили в цикл горячки. Дрэкор получал случайные предложения разделить секс с женщинами, которые жалели его, но он всегда отвергал их. Мужчина не хотел быть с кем-то, кто был с ним только из-за сочувствия.

Воин хотел почувствовать прикосновение женщины, которая действительно хотела быть с ним.

Он действительно хотел быть чьей-то парой.

Найти пару было мечтой каждого мужчины Воа. Спаривание было священным. Это было даром, связыванием двух душ в одну. Воа ощущает связь со своей парой в тот момент, когда впервые чувствует ее запах, и эта связь в течение многих лет будет только укрепляться.

Дрэкор и Кэдан были свидетелями такой связи между их родителями. Кэдан всегда был слишком занят, управляя королевством, чтобы думать об этом, но Дрэкор желал обрести пару больше, чем что-либо. Именно поэтому, он поддержал идею, привести людей на Воа, как только Рейфы предложили это.

Рейфы были могущественной расой оборотней-стихий, которые жили на собственной планете. Но когда их мир несколько лет назад оказался разрушен и осталась лишь небольшая группа Рейфов, Воа дали им убежище.

Рейфы питались эмоциями Воа, поглощая их из атмосферы. Положительные чувства, такие как счастье и радость, давали им больше энергии, чем гнев и ненависть. Как правило, только находиться на той же планете было достаточно для Рейфов, чтобы сохранить их вид, но, так как позитивных чувств на Воа становилось все меньше, Рейфы тоже слабели.

Оказавшись лицом к лицу с возможным исчезновением, Воа должны были что-то предпринять для борьбы с их сокращающейся численностью. Слишком мало младенцев рождалось, а те, которые появлялись, были преимущественно мужчинами. Рейфы сказали, что они отправятся в место под названием Земля, чтобы найти там пары для Воа. Это было решением, что помогло бы как Воа, так и Рейфам, обеспечить будущее для обеих рас.

Дрэкор не мог себе представить, каково это иметь собственного ребенка. Ему было больно наблюдать, как надежда распространялась среди его сородичей, когда он путешествовал по каждому клану, чтобы рассказать им о прибытии людей. Сначала он почувствовал такую же надежду, когда Кэдан рассказал ему о плане Рейфов, но все поменялось, когда Дрэкор стал свидетелем того, как первого человека выносили с судна Рейфов. Именно тогда он пошел к брату и попросил отправить его на земли других кланов.

Как только Дрэкор приземлился во дворе в стенах крепости, он вернулся в свою естественную форму. Воин посмотрел на замок, который называл домом, и решил просто пролететь прямо в свою комнату, чтобы ни с кем не разговаривать, пока не поспит. Он тяжело вздохнул, услышав, что его зовут.

Так как скрываться было уже слишком поздно, он повернулся и увидел, что его друг Тэйт спешил к нему.

— Приветствую тебя, Тэйт. Что изменилось в королевстве, пока я отсутствовал?

Тэйт улыбнулся ему.

— Мы едва держались вместе, пока тебя не было.

— Приятно знать, — со смехом ответил Дрэкор и продолжил: — В целом, каждый из кланов извещен о прибытии людей, и они будут ждать, когда мой брат официально заявит, что они могут встретиться с ними. Я что-то пропустил, пока меня не было?

Дрэкор двинулся к передним ступеням замка, но остановился, когда Тэйт снова заговорил:

— Твой брат спарился с одним из людей.

Дрэкор почувствовал, как радость охватила его от того факта, что брат, наконец, нашел свою пару, но его собственное сердце больно сжалось.

— Это замечательные новости.

— Это так. Ты должен был остаться, чтобы увидеть всех людей. Это странная раса, различающаяся по форме и размеру, не говоря уже о том, что у них разные цвета волос и глаз, которых мы никогда раньше не видели.

Дрэкор нахмурился.

— Ту, которую я видел, имела волосы такие же, как у нас… и она была маленькой. Очень маленькой.

— Она была единственной с черными волосами и самой миниатюрной из их группы. Остальные… Твой брат спарился с женщиной с волосами цвета пламени.

Глаза Дрэкора расширились.

— Правда?

— Да, это было то еще зрелище. Твой брат учуял ее, как только вошел в Колизей. Он перекинулся и укусил женщину прямо там, прежде чем унес оттуда.

Дрэкор разразился смехом.

— О, я не могу дождаться, чтобы подколоть его по этому поводу. Он всегда читает лекции о дисциплине и самоконтроле.

— Придется подождать. Прошло три дня, а они все еще в его спальне.

Дрэкор пытался улыбнуться, но знал, что друг все равно почувствует его печаль.

— Ах, чудеса женщины в горячке.

— Однажды и ты найдешь свою пару, Дрэкор.

— Возможно, — ответил он, поднимаясь по ступенькам.

— Наш план работает. К настоящему моменту уже на четырех женщин предъявлены права, — сказал Тэйт, последовав за ним.

— Единственная проблема заключается в том, что в группе, прилетевшей с Земли, есть человеческий мужчина.

Дрэкор остановился на верхней площадке, чтобы повернуться к своему другу.

— Мужчина? Зачем Рейфам привозить мужчину?

Тэйт пожал плечами.

— Они сказали, что он принадлежит одной из наших женщин. На самом деле, наши женщины не были слишком счастливы, особенно те, кто любит выбирать мужчин, когда у них наступает очередной цикл горячки. Некоторые из них рады тому, что сейчас есть больше шансов найти свои пары.

— Что, черт возьми, мы должны делать с человеческим мужчиной, пока он не будет востребован своей женщиной?

— Его зовут Текс, и он немного странный, но оказался неплохим источником, чтобы узнать больше информации о людях, не контактируя напрямую с женщинами.

Дрэкор кивнул.

— Тогда, пожалуй, лучше бы его оставить. Всё, что облегчает адаптацию людей — это хорошо. Мы не можем позволить себе, чтобы что-то пошло не так.

Дрэкор потянул входную дверь, а затем замер в большом дверном проеме. Запах мгновенно ударил ему в лицо. Он был соблазнительный, сладкий и совершенно опьяняющий.

Дрэкор почувствовал, как в его горле зародилось рычание, и оттолкнул охранника, стоящего перед ним, чтобы осмотреть большой зал. Его глаза оглядели комнату, и взгляд остановился на паре восхитительных глаз, цвет которых был смесью зеленого и золотого.

Выше других женщин, она была абсолютно умопомрачительной, с вьющимися карими волосами и пышной фигурой, которая заставляла его жаждать прикоснуться к ней. Он нашел свою пару!

— Что-то не так, Дрэкор? — спросил Тэйт позади него.

Дрэкор издал низкий рык в ответ, а потом крикнул:

— Моя!

— Адский огонь, — пробормотал Браэк через всю комнату.

— Святое дерьмо, он огромный! — воскликнула Рокс.

Люди вскочили со своих мест и отступили на несколько шагов.

Эбби повернулась к большому мужчине, стоявшему в дверном проеме, который всё еще смотрел на нее.

— Он… он имеет в виду меня?

— Я думаю, да — сказал Текс.

Дрэкор снова зарычал, на этот раз в гневе. Его глаза сузились, когда он посмотрел на мужчину, стоящего рядом с этой красивой женщиной, принадлежавшей ему.

Как осмелился мужчина говорить с его парой! Почувствовав опасность, Текс отошел от Эбби и пробормотал:

— Ты сама по себе с этим, кексик.

Дрэкор почувствовал, что его тело начало перекидываться в демоническую форму, полосы расширялись и утолщались, чтобы покрыть всё тело черной броней. Крылья вырвались из его спины, и он взмахнул ими пару раз, готовый подняться в воздух. Воин собирался заявить о своих правах. Он собирался претендовать на свою пару.

Браэк выскочил из-за стола.

— Оставайтесь на своих местах, — приказал он людям за несколько секунд до того, как перекинулся в демоническую форму.

Если бы Дрэкор обратил внимание на движения Браэка, то успел бы подготовиться к столкновению, но он смотрел только на свою пару.

Из-за удара Браэка, нанесенного в полную силу, они оба вылетели из большого зала, приземлившись во внутреннем дворе.

— Закрой дверь, а потом спускайся! — зарычал Браэк Тэйту, пытаясь сдержать Дрэкора. Он не соответствовал по силе этому большому воину и понимал это.

— Мне нужна помощь! Воины, ко мне!

Тэйт сделал то, что приказал Браэк, а затем поспешил вниз по ступенькам, чтобы присоединиться к ним. Он упал на колени и использовал все свои силы, чтобы удержать одну из рук Дрэкора, при этом, пытаясь увернуться от его острых крыльев, которые ударяли его, даже когда он лежал на земле. Четыре других воина бросились, чтобы помочь задержать Дрэкора, но он сражался и с ними.

— Что, черт возьми, только что произошло? — спросил один из воинов.

— Дрэкор нашел свою пару, — задыхался Тэйт.

Другой воин, будучи ошеломленным, спросил:

— Почему мы тогда его удерживаем?

Дрэкор был возмущен их вмешательством и испустил вой, полный ярости. Браэк обратился в свою естественную форму, и глядя в глаза своему другу, сказал:

— Перекинься обратно и позволь мне объяснить.

— Моя пара! — взревел Дрэкор.

— Твоя пара подвергалась насилию, — тихо сказал Браэк, надеясь, что спокойный тон пробьется сквозь ярость, которая горела в красных глазах Дрэкора. Наконец, до Дрэкора дошли слова Браэка.

— Что ты сказал?

Уверенный теперь, что Дрэкор слушает и понимает, Браэк махнул другим воинам. Мужчины отпустили Дрэкора и осторожно отступили. Тэйт, тяжело дыша, перевернулся на спину, и Браэк, обойдя Дрэкора, сел на землю рядом с ним.

— Она была связана с плохим мужчиной, который оскорблял ее и пытался убить.

Дрэкор вернулся к своей естественной форме и резко сел. Ярость такой силы, которую он никогда раньше не ощущал, пронзила его подобно огненной буре.

— Кто-то пытался убить мою пару?

— Успокойся. Это случилось на Земле. Ты ничего не сможешь с этим поделать. Тебе просто нужно понимать, что, если ты напугаешь свою пару сейчас, тебе придется пройти долгий путь, прежде чем она научится доверять тебе. Я не хотел бы, чтобы ты испортил спаривание еще до того, как оно началось.

Образы пары проносились в сознании Дрэкора. Он не мог представить себе, почему какой-то мужчина хотел причинить вред такому прекрасному существу, и всё же, понимал яснее, чем остальное большинство, что с некоторыми мужчинами было что-то не так, и это заставляло их делать ужасные вещи. Если бы он предъявил права на свою пару в большом зале, как того хотел, она бы его возненавидела. Он был уверен, что со временем смог бы её добиться, но Браэк своим быстрым вмешательством спас его от бесчисленных дней сердечной боли.

— Спасибо, — тихо сказал Дрэкор.

Браэк тяжело выдохнул.

— Я просто рад, что ты ничего не сломал.

Дрэкор размял руки, а затем покрутил головой из стороны в сторону.

— Я чувствую себя хорошо.

— Я говорил не о тебе, — сухо сказал Браэк.

Тэйт издал стон, с того места, где лежал.

— Думаю, я что-то потянул. Ты действительно сильный ублюдок.

Он снова застонал, когда сел.

— Тебе повезло, что я все ещё цел, иначе моя пара была бы очень зла на тебя.

Дрэкор фыркнул.

— Денэрия поблагодарила бы меня за то, что я убрал тебя с глаз долой.

Улыбка озарила лицо Тэйта.

— Она, наверное, согласится. Поздравляю со спариванием, Дрэкор. Ты заслуживаешь быть счастливым.

Дрэкор улыбнулся своим друзьям, но затем снова стал серьёзным, когда понял всю трудность ситуации, в которой оказался. Он почувствовал, что необходимость спаривания кипела внутри, это инстинктивное желание перекинуться и претендовать на то, что принадлежит ему, но он не мог сделать это сейчас, когда узнал о её прошлом, и о том, как её бывший обращался с ней.

— Что мне теперь делать?

— Твоя пара Эбби — интересная женщина. Кажется, она воспринимает всё хорошо… или, по крайней мере, лучше, чем некоторые другие. Я уверен, что вы будете очень счастливы вместе, — заверил его Браэк.

— Не думаю, что именно это он имел в виду, — вмешался Тэйт.

Дрэкор кивнул.

— Как я должен заставить её доверять мне, когда внутри всё взывает предъявить на неё права? Один аромат — всё, что нужно, чтобы я потерял рассудок.

Он замолчал, чтобы подумать, затем вскинул голову, когда придумал решение ситуации.

— Тэйт, принеси мне от целителя флакон бизори.

Дрэкор был решительно настроен. Они применяли бизори к тем из воинов Воа, чьи преступления против других не были настолько серьезны, что должны были караться смертью.

Бизори был эликсиром, притупляющим чувства, не позволяя Воа чувствовать запах, вкус или что-либо ещё. Чем страшнее было преступление, тем больше была доза. Но не фактическая потеря чувств была наказанием. Нет, это было только началом. После того, как приём эликсира отменяли, преступник оказывался в ужасной агонии, когда чувства возвращались.

Они были уязвимы для каждого звука, каждого касания. Боль продолжалась до тех пор, пока чувства были заблокированы. Для Воа, который навредил другому, это было настоящим наказанием. Дрэкор точно знал, чего ожидать от принятия эликсира, поскольку осуществлял эти наказания. Ему будет трудно, но он сделает всё для своей пары.

Тэйт уставился на него.

— Ты чокнулся? Ты не можешь это принять!

Браэк кивнул в знак согласия.

— Это слишком опасно. Мы используем бизори как наказание, почему ты готов его принять?

— Это заблокирует мои чувства. Я не смогу её чуять, и это позволит мне провести время со своей парой, не борясь с желанием укусить. Если в прошлом она подвергалась насилию, мне нужно поговорить с ней, прежде чем я предъявлю на неё права. Не хочу, чтобы наш первый контакт был жестоким. Сначала мне нужно все объяснить. Тэйт, неси бизори.

— Адский огонь, мне это не нравится.

— Совсем не обязательно, чтобы тебе это нравилось. Просто принеси его мне. Я борюсь за контроль только из-за памяти о её запахе и осознания, что она там. Дверь сейчас закрыта, но как только я снова войду в зал, и не приму до этого бизори, то уже не смогу остановиться.

Тэйт встал и открыл было рот, чтобы снова возразить, но потом просто покачал головой, развернулся и побежал.

Дрэкор встретил взгляд Браэка и увидел, как тот нахмурился.

— Ты знаешь, что произойдёт, когда бизори выведется из организма. Как чувства вернутся, они будут многократно усилены и сведут тебя с ума.

Дрэкор коротко кивнул.

— Тогда я рассчитываю на тебя, чтобы ты приковал меня к постели и держал запертым в комнате, пока этот эффект не перестанет действовать.

Браэк выругался.

— Твой брат убьёт меня, когда узнает.

— Нет, не убьёт. Теперь у него есть пара. Он поймёт мою потребность сделать всё комфортным для своей женщины, прежде чем я предъявлю права.

Выражение лица Браэка изменилось, и его губы скривились в ухмылке.

— Ты не видел, как он перекинулся и полетел за своей парой, когда она побежала от него.

Часть напряжения ослабла в Дрэкоре.

— О, да. Тэйт рассказал мне. Напомни ему об этом инциденте, когда он узнает, что я сделал.

Браэк снова стал серьёзным.

— Причина не имеет значения. Кэдан будет злиться, что ты использовал бизори.

— Мне нужно это сделать.

Браэк вздохнул и поднялся.

— Хотел бы я, чтобы ты этого не делал, но я всё понимаю.

Тэйт медленно подошёл к ним. В его руке был маленький пузырёк с ярко-зеленой жидкостью.

— Целитель дал дозу, достаточную на один день.

Мужчина протянул руку, чтобы остановить Дрэкора.

— Он не хотел давать мне его, когда я рассказал, для чего он нужен, но я настоял. Взамен он дал только одну дозу.

— Мне нужно больше.

— Нет, — голос Тэйта был жёстким.

— Даже один день слишком много для тебя, чтобы потом страдать, а больше и подавно.

— Это мне решать.

Тэйт сунул флакон в руку Дрэкора.

— Когда ты попытаешься получить больше бизори от Юно, он тебе не даст. И его пара тоже.

Дрэкор выругался себе под нос, потом открыл пузырёк и выпил содержимое в один глоток. Несколько секунд оно жгло горло, а затем превратилось в мягкий тлеющий огонь, пока не исчезло полностью. Бизори действовал быстро, и он уже ощущал, что чувства будто рассеивались.

Это было странное ощущение, с которым воин не был знаком, но и не очень заботился. Тем не менее, он сделает всё, что потребуется. Дрэкор глубоко вдохнул, и когда ничего не почувствовал, понял, что готов.

Пришло время встретиться со своей парой.

Эбби хотелось сбежать, пойти и спрятаться в своей комнате, но что-то заставило её остаться в большом зале после того, как Браэк и другой мужчина Воа вылетели в дверной проем.

То, как он на неё посмотрел, заставило замереть на месте… и не только от страха.

Хотя у всех Воа были странные глаза, в глазах этого мужчины, который предъявлял на неё права, было легко заметить похоть и тоску. Нет, это не просто тоска. Это было неточным словом, чтобы описать то, что Эбби увидела. Он смотрел так, словно она оказалась апогеем каждого желания и каждой мечты, которая когда-либо у него была.

Казалось, будто она — то единственное, чего он хотел больше всего в мире.

Эта мысль затронула что-то глубоко внутри Эбби, ту часть, которую она считала давно мёртвой. Это была надежда, стремление к любви, о которой Эбби читала только в книгах или видела в кино. Она всегда мечтала, чтобы мужчина так на неё смотрел. Часть её всегда знала, что Чарли никогда не любил. Мужчина никогда так на неё не смотрел и не заставлял чувствовать покалывания по всему телу от одного лишь взгляда.

Он говорил о любви бесчисленное количество раз, но Эбби ничего не ощущала.

А этот неизвестный воин Воа заставил почувствовать потребность в ней всей душой.

Может, Эбби просто всё это придумала. Возможно, разговоры о спаривании пробудили в ней любопытство. Она задавалась вопросом, каково это быть с тем, кто целиком и полностью ей предан, с тем, кто никогда не причинит боль и будет лелеять, как она всегда мечтала.

Но действительно ли Эбби хотела этого с инопланетным воином?

После того, как Браэк напал на мужчину, и они покинули зал, все несколько секунд молчали. Эбби оставалась на месте, но Джанел и Грейс выскочили из комнаты.

— Это безумие, — крикнула Джанел, побежав по лестнице, ведущей обратно в комнату.

— Я… не готова к этому, — призналась Грейс и последовала за Джанел.

Рокс и Текс, находившиеся по другую сторону стола от Эбби, остались. Они смотрели на Эбби со смесью симпатии и тревоги, из-за которой Эбби нервничала.

— Почему ты так на меня смотришь?

— Этот большой парень, очевидно, твоя пара. Ты уверена, что не хочешь сбежать? — спросила Рокс.

Эбби с трудом сглотнула.

— Это принесёт мне пользу?

— Наверное, нет, — признался Текс. — Но мы могли бы выиграть время, чтобы ты ушла. Хотя, это может ещё больше его рассердить.

— Отлично, — пробормотала Эбби. — Это именно то, что мне нужно. Разозлённый гигант, который хочет меня укусить.

— Посмотри на это с другой стороны. По крайней мере, это подтвердило, что нас привели сюда не просто так, — сказала Рокс. — Я не очень счастлива от всего этого дерьма, но если мы получили второй шанс на жизнь, почему бы нам хотя бы не постараться.

Эбби начала отвечать, но входная дверь открылась, заставив её замолкнуть.

Она посмотрела на большого мужчину, который смущённо вошёл и, явно контролируя свои движения, приближался медленными, размеренными шагами. Браэк и ещё один воин были в нескольких шагах от него, но она глядела только на мужчину, наблюдавшего за ней с тем же самым взглядом глубокой жажды, каким он смотрел, как только появился в комнате.

Эбби боролась с желанием сбежать, когда воин приблизился, затем моргнул, слегка поклонившись, и улыбнулся. Это была не та реакция, которую она ожидала.

Что, черт возьми, происходит?

— Приветствую, красавица. Меня зовут Дрэкор Крелл.

— Принц Дрэкор Крелл, — вмешался Браэк.

Дрэкор повернулся, чтобы взглянуть на своего друга, но Браэк пожал плечами:

— Что? Я пытаюсь помочь.

Не обращая внимания на него, Дрэкор сосредоточился на Эбби.

— Скажи мне своё имя, малышка?

— Я… ммм… Я — Эбигейл Дентон, но большинство людей зовут меня Эбби.

— Для меня большая честь встретиться с тобой, Эбби.

— Хорошо, и к чему это всё? — подозрительно спросила Рокс и сделала шаг в сторону Эбби, словно защищая. — Несколько минут назад ты был готов на неё наброситься, теперь ты подозрительно странный и учтивый.

Дрэкор нахмурился.

— Я проявляю уважение к своей паре.

Рокс с нетерпением помахала рукой.

— Понятно. Я просто не понимаю, почему ты не… превращаешься в демона и не нападаешь на Эбби.

— Я бы никогда не стал нападать на свою пару, — прорычал Дрэкор.

Эбби должна была оценить мужество Рокс. Злого тона мужчины Воа было достаточно, чтобы заставить Эбби вздрогнуть, хотя он и не был направлен на неё. Тем не менее, Рокс осталась на месте.

— Похоже, ты собирался сделать это раньше, — настаивала Рокс. — И тот, другой мужчина, сделал это в Колизее.

— Рокс, — сказала тихо Эбби, останавливая Дрэкора от того, чтобы зарычать на женщину. — Не хочу показаться грубой, но я все же хотела бы знать. Ты выглядишь… по-другому.

Дрэкор колебался, прежде чем кивнул. Затем он отодвинул любопытную женщину, желая смотреть в глаза своей паре, когда снова заговорит с ней. Она была такой красивой, что он едва мог произнести хоть слово. Дрэкору просто хотелось смотреть на неё несколько дней, чтобы насладиться тем, что она принадлежала ему. Когда Браэк толкнул его в плечо, Дрэкор понял, что молча на неё пялился, как идиот.

Черт возьми, ему нужно было собраться!

Он откашлялся.

— Тяга спаривания сильна. Это заставило меня предъявить на тебя права, как только я почувствовал, что ты — моя пара. Я воспользовался эликсиром, который позволит мне проводить время с тобой, не имея возможности учуять тебя. Это временный эффект, но мне хотелось, чтобы тебе было со мной комфортно.

Эбби была тронута его жестом.

— Спасибо. Это очень мило с твоей стороны.

— Это чертовски опасно для него, — пробормотал Тэйт.

Глаза Эбби расширились, когда Дрэкор хмуро взглянул на своего друга.

— Что ты имеешь в виду?

Дрэкор зарычал от разочарования. Воин не хотел рассказывать Эбби подробности, но и не хотел лгать. Никогда. Тем не менее, мужчина не желал, чтобы она знала.

— Давай пройдёмся, и я все объясню.

Эбби бросила быстрый взгляд на Рокс и Текса. По их глазам было понятно, что они пойдут с ней, если она попросит, но что-то заставило её сдержаться.

— Увидимся позже.

— Удачи, кексик, — сказал Текс, заставив Эбби нахмуриться.

— Позже, Эбби.

Дрэкор протянул руку. По выражению его лица Эбби поняла, что этим жестом воин намекал подойти. Она слегка колебалась, прежде чем приняла его руку.

«Глупо», — подумала Эббт с отвращением.

Она попыталась высвободить руку, но Дрэкор крепко её сжал, не позволяя сделать это. Держа за руку, он осторожно потянул Эбби к выходу из зала.

Как только они вышли на улицу, Эбби вдохнула свежий воздух. Сначала ей пришлось немного щуриться от яркого солнца, но глаза быстро привыкли. Несколько минут они шли молча. Обернувшись назад, она увидела, что за ними следовали Браэк и Тэйт. Дрэкор проследил за её взглядом и мрачно нахмурился.

— Что вы делаете?

— Ты попросил меня сопровождать вас, — напомнил ему Браэк.

— Да, но не так близко.

Дрэкор перевёл взгляд на Тэйта, который просто улыбнулся.

— А я просто решил составить компанию Браэку.

Эбби изучала двух мужчин, потом оглянулась на Дрэкора.

— Они телохранители или компаньоны?

— И то и другое, — произнесли Браэк и Тэйт одновременно.

Когда Дрэкор зарычал на них, Эбби рассмеялась. Радость на её лице помогла ослабить некоторое напряжение.

— Поскольку мои чувства притуплены, я, вероятно, не смогу точно опознать надвигающуюся угрозу. Это может раздражать, но Браэк и Тэйт помогут обеспечить тебе безопасность. Это самое главное.

— Безопасность? — Эбби остановилась, когда ей пришла в голову мысль. — Есть Воа, которые не любят людей, находящихся здесь?

Дрэкор вздохнул и снова двинулся вперёд.

— Некоторые… в основном, женщины. Но они не угроза для тебя. Ещё есть мужчины, которые могут желать того, что им не принадлежит. Тебе не о чем беспокоиться. Со мной ты будешь находиться в безопасности. Я клянусь своей жизнью.

Эбби была слегка обескуражена суровой решимостью в его голосе.

— Ну… спасибо. Мне приятно знать, что ты будешь охранять меня.

— Буду, — снова сказал он. — Вообще-то я мог бы защитить тебя сам, но не буду рисковать, пока нахожусь под действием бизори.

— Это тот наркотик, который ты принял?

— Наркотик? Ну, эликсир, да.

Но прежде чем Эбби успела расспросить подробнее про бизори, он сменил тему.

— Что такое кексик?

Вздрогнув, Эбби моргнула.

— Что? О, это кое-что с Земли. Разновидность сладости.

Дрэкор издал низкое рычание.

— Тогда почему этот человеческий мужчина зовёт тебя так?

— Это потому, что дома на Земле я была шеф-кондитером, то есть я делала сладости. Текс ничего такого не имел в виду. Он просто говорит это по-дружески.

— Не уверен, что мне комфортно, когда ты так дружелюбна с ним, — пробормотал Дрэкор.

Эбби старалась не улыбаться от раздражения в голосе.

— Текс для меня как брат или что-то вроде того. Что-то типа раздражающего кузена, — поправила Эбби, смеясь.

Успокоившись, она добавила:

— В мире, где все для тебя в новинку, приятно иметь друзей, которые знают и понимают, через что мы прошли.

Дрэкор кивнул.

— Я могу принять это.

Он довёл её до конца двора и остановился, прежде чем они добрались до ворот, которые охраняли два воина, поклонившиеся им.

— За этими воротами находится столица. Хочешь её увидеть, или лучше пойдём на берег, где мы сможем поговорить наедине?

Эбби думала об этом несколько секунд. Она хотела увидеть, как выглядит столица за воротами, но не знала, сможет ли справиться с тем, что все Воа будут на неё пялиться и обсуждать. Кроме того, она хотела провести время с Дрэкором без помех.

— Не думаю, что пока готова увидеть столицу.

Дрэкор кивнул.

— Тогда мы пойдём на берег.

Он повернул от ворот и двинулся к боковому входу, который охранялся другим воином, поклонившимся и отошедшим в сторону, чтобы позволить им пройти. Дрэкор вывел её на улицу, и Эбби была удивлена, увидев, что океан находился так близко к замку.

Океан искрился в солнечном свете, подобно жидкому изумруду, и было странно наблюдать кристально чистую зелёную воду под ясным лавандовым небом. Все это выглядело так… неправильно, но все же Эбби понимала, что это нормально для Воа.

— Наше небо голубое, а солнце жёлтое. А вода… ну, где-то она зелёная, но не такая зелёная как ваша. В основном, синяя. Тёмно-синяя.

— Странно, — сказал Дрэкор.

Она рассмеялась.

— Всё это… — Эбби махнула рукой, чтобы охватить то, что было вокруг них. — Странно для меня.

— Наверное, это так.

— Что такое бизори, и почему они сказали, что это опасно?

Вздохнув, Дрэкор объяснил, что такое эликсир и как он притупляет его чувства. Он не стал рассказывать о побочном эффекте, и что с ним случится после того, как эликсир потеряет действие… он солгал… точно.

Дрэкор просто хотел, чтобы его пара знала, что в безопасности с ним, и что он не причинит ей вреда. Когда воин закончил, Эбби затихла на несколько мгновений, прежде чем заговорила:

— Значит, теперь ты ничего не чувствуешь?

— Нет, я не могу.

Она подняла их сплетённые руки.

— И этого ты тоже не чувствуешь?

— Моё осязание исчезло, но я все ещё чувствую удовольствие от того, что держу тебя. Это то, что вы делаете в своём мире? Сплетение рук?

Эбби почувствовала, что краснеет.

— Да, это… своего рода… признак привязанности на Земле.

Медленная улыбка расползлась по лицу Дрэкора.

— Тогда мне это нравится.

— Воа никогда не держат свою пару за руку?

Он покачал головой.

— Большинству воинов требуется, чтобы их руки были свободными, чтобы добраться до оружия.

Дрэкор сжал руку, когда Эбби снова попыталась убрать свою.

— Помни, сейчас у нас есть охранники. Мне не нужны руки.

Они пробрались вниз по утёсу и достигли края воды. Песок был похож на чёрную пыль, сверкающую на солнце, как тысяча драгоценных камней. Эбби чувствовала, что ходила по какой-то сказочной стране, но мужчина, стоящий рядом с ней, определённо, не был волшебным принцем.

Демон-принц больше подходило для него.

У неё просто болела голова от мыслей об этом. Эбби села на песок, а затем, подождав, пока Дрэкор опустится рядом, спросила:

— Ты действительно принц?

Дрэкор поморщился.

— Да, хотя моя должность — капитан гвардии. Я, в основном, заведую охраной брата, чтобы он мог править нашим народом.

— Твой брат повязался с одной из женщин, которых привезли сюда со мной. Должна признаться, он испугал меня, когда погнался за Джордан в Колизее.

— Ты испугалась, когда он перекинулся в другую форму?

— Ну, да. Этого, и когда он полетел за ней и укусил, и…

— Понимаю, — быстро сказал Дрэкор, обрывая. — Это одна из причин, почему я принял эликсир. Это нужно для того, чтобы мы могли провести это время вместе, не беспокоясь, что я потеряю контроль и заявлю на тебя права, прежде чем ты поймёшь.

Она посмотрела на воду, затем перевела взгляд на него. Эбби нужно было смотреть на воина, чтобы увидеть правду.

— Я — твоя пара?

— Да. Ты — моя пара, — тихо сказал он. — Ты понимаешь, что такое спаривание?

Она рассказала ему часть разговора, который произошёл ранее с другими в большом зале.

— Нам, людям, трудно понять, так как у нас нет пар в нашем мире. У нас есть брак, но это не похоже на то, как Браэк и Текс описали ваше спаривание.

— У тебя был брак с мужчиной в твоём мире?

Эбби могла слышать тяжёлую напряжённость в голосе Дрэкора и знала, что ему не нравилось думать о ней рядом с кем-то другим. В прошлом, когда Чарли ревновал, у неё появлялось неприятное ощущение в желудке, и это заставляло выходить из себя. Но она не злилась на Дрэкора. На самом деле, Эбби почувствовала скрытый трепет от мысли, что воин хотел её всю себе.

— У меня был плохой брак. Он лгал о том, кем был на самом деле. Вообще-то, он лгал обо всём, а потом пытался убить меня.

Дрэкор издал злое рычание.

— Расскажи мне.

Сидя на красивом, хотя и странном пляже, она сделала то, что он просил. Эбби рассказала ему о своей жизни, об отношениях с Чарли, и о том, что случилось в ту ночь, когда её забрали с Земли. Воин молчал во время рассказа и отпустил её руку, когда она говорила о том, как Чарли впервые её ударил. Эбби поняла, что он сжимал кулаки, пока они не побелели, а потом отпустил её, чтобы не навредить.

Когда она закончила, Дрэкор осторожно взял Эбби за подбородок.

— Я никогда не ударю тебя. Я бы отрубил себе руку, прежде чем сделал это.

Она положила свою руку на его запястье.

— Я… Дело не в том, что я беспокоюсь, что ты сделаешь это, а…

— Нет, малышка. Ты не понимаешь. Я никогда не причиню тебе вреда. Спаривание — это то, что трудно объяснить тому, кто никогда не видел его раньше, но это священная связь. Когда я заявлю на тебя права, это скрепит наши души, и связь будет только укрепляться на протяжении многих лет. С того момента, как я встретил тебя, ты стала для меня самым важным человеком в моей жизни, даже выше моего брата, короля.

Она удивлённо моргнула.

— Но ты — капитан его гвардии. Это твоя работа…

— Моя работа — любить тебя и делать счастливой и, прежде всего, держать тебя в безопасности.

— Дрэкор, но ты только что познакомился со мной.

Он взял Эбби за руку, и подняв, положил в области своего сердца.

— Ты чувствуешь? Теперь оно бьётся только для тебя. У тебя может и нет эмоциональной связи со мной, которая есть у меня, но она сформируется, как только я укушу тебя и заявлю свои права.

Эбби с трудом верила, что от одного укуса что-то может измениться, но она была чужой в этой странной стране, и ничего из того, что произошло за последние несколько дней, не имело для неё никакого смысла. Тем не менее, Эбби не была уверена, что готова спариться с этим мужчиной, независимо от того, насколько хорошо он выглядел, и насколько ей понравились его слова.

Она почувствовала, что у неё немного заныло сердце. Его глаза омрачила грусть. Он отпустил её руку и отвернулся.

— Знаю, что я — нежеланный мужчина, но клянусь, что постараюсь сделать тебя счастливой.

Это заставило её задуматься.

— Что заставляет тебя думать, что ты нежеланный?

— Ты меньше, чем большинство наших женщин, а все они думают, что я слишком большой, и не хотят иметь со мной дело…

— Ты что, шутишь?

Когда Дрэкор повернулся, чтобы посмотреть на неё, Эбби увидела его замешательство. Он раскрыл ей душу, и меньшее, что она могла сделать для него, быть честной.

— Возможно, ты немного странный для меня, потому что это совершенно новый мир, но на Земле, чем больше, тем лучше.

Его брови взлетели вверх.

— Правда?

— Ммм… да. Хорошо, что ты большой. Я имела в виду высокий. Я не знаю, большой ли ты… там. Не то, что бы я… Вот, чёрт побери.

Она спрятала лицо в руках, желая провалиться сквозь землю и умереть. Дрэкор так громко рассмеялся, что раскатистый звук заставил её встрепенуться. Эбби пискнула от удивления, когда воин поднял её и посадил себе на колени, обняв руками в нежных, но крепких объятиях так, что Эбби не могла двигаться.

— Ты меня радуешь, пара. Успокойся. Просто дай мне подержать тебя.

Она чувствовала себя глупо, сидя так, но согласилась. С тех пор, как Дрэкор находился под воздействием того наркотика, не было никаких причин для тревоги, что воин будет настаивать на физическом контакте. Тем не менее, Эбби почувствовала бы себя лучше, если бы смогла избежать вопросов, связанных с частями его тела… или её.

— Расскажи мне больше о своём мире, — торопливо сказала она.

Дрэкор сделал, как она просила, довольный ещё и тем, что держал Эбби в руках, когда рассказывал о планете и своей жизни. Если его пара хотела игнорировать физическое притяжение между ними на данный момент, пусть будет так. Связь между ними уже сформировалась, и он сможет подождать.

Пока что.

К тому времени, как Эбби, наконец, покинула Дрэкора, чтобы немного поспать, уже светало.

Они провели вместе большую часть дня на пляже, и после того, как солнце начало садиться, отправились обратно в крепость, где поели. В большом зале они расположились подальше от остальных, где продолжили рассказывать друг другу о своём прошлом.

Связь между ними была налажена, и ни Эбби, ни Дрэкор не спешили покидать друг друга.

Они остались в большом зале, в то время как Воа и другие люди отправились спать. По настоянию Дрэкора от столов они переместились на два удобных кресла, расположенных возле большого камина. Единственным, кто остался с ними в зале, был Браэк. Когда Эбби спросила, почему он сидел там и скучал, Дрэкор объяснил, что это для её безопасности.

Но у Эбби было ощущение, что Дрэкор попросил Браэка остаться по какой-то конкретной причине, как будто ждал чего-то, но Эбби не знала, чего именно. Несмотря на то, что они были знакомы всего несколько часов, ей казалось, что она знала Дрэкора гораздо дольше. Так что, к концу ночи, она почувствовала, что уже могла сказать ему об этом.

Возможно, именно это он и имел в виду, когда говорил об их связи. Даже, если Дрэкор ещё и не укусил её, между ними уже была какая-то связь, что-то, что казалось глубже, чем просто притяжение.

Эбби с трудом держала глаза открытыми к тому времени, когда солнце начало вставать, но не хотела, чтобы ночь заканчивалась. Дрэкор, наконец, вспомнил, что уже ночь. Эбби понравилось, как он держал её за руку, когда проводил в комнату. Он поклонился Эбби после того, как пожелал приятных снов, и в ответ она импульсивно потянулась и прижалась губами к его щеке.

Сон настиг Эбби, как только она легла на кровать. На следующий день, когда глаза вновь открылись, Эбби снова хотелось увидеть Дрэкора. Внезапно, осознание того, как долго она проспала, застало ее врасплох, и она начала быстро собираться. К тому времени, когда она спустилась в большой зал, большинство жителей замка уже заканчивали обед.

Эбби обратила внимание на рыжеволосую женщину, сидевшую за столом с мужчиной Воа, которого она никогда раньше не видела. Эбби собиралась выйти из комнаты, когда женщина заметила её и улыбнулась в ответ:

— Ах, вот и она! Иди к нам, Эбби.

Эбби подошла к столу и была слегка ошеломлена взглядом мужчины, брошенным на неё. С первого дня, когда она проснулась в камере, все здешние мужчины, с которыми Эбби довелось встречаться, были очень вежливы и добры к ней. Видя столь враждебный взгляд, исходящий от того, кто, должно быть, был братом Дрэкора, а значит и королём, заставило её захотеть вылететь пулей из зала.

Из-под стола раздался громкий грохот, и мужчина Воа повернулся, чтобы недоверчиво взглянуть на рыжую женщину.

— Ты только что ударила меня, пара?

— Да, ударила.

Она улыбнулась Эбби.

— Пожалуйста, сядь с нами.

— Ну… может быть, мне просто нужно… уйти.

Рыжая женщина махнула рукой в сторону своего супруга.

— Не обращай на него внимания. Ему просто трудно. Я Джордан, а это Кэдан. Хорошо, что ты спустилась до того, как унесли всю еду. Клянусь, они как будто пытались накормить целую армию.

— Тебе нужно больше есть, — сказал Кэдан со свирепым блеском в глазах. — Ты потратила много энергии за последние несколько дней и должна восстановиться. Тем более, ты ешь за двоих.

— Не напоминай мне об этом. Мне ещё нужно время, чтобы… не важно.

Эбби уставилась на неё широко раскрытыми глазами.

— Ты беременна?

Со вздохом Джордан кивнула.

— Это всё — часть горячки.

— Я думала, что горячка — часть притяжения между парами, — смущённо сказала Эбби.

Джордан нахмурилась.

— Чёрт возьми, нам придётся создать курс лекций об этом дерьме для всех людей, которых сюда привозят.

Кэдан вздохнул.

— Следи за языком, пара.

— Не начинай со мной это дерьмо. — Джордан откинулась назад. — Эти женщины заслуживают знать, что произойдёт, прежде чем какой-нибудь придурок укусит их и ввергнет в горячку, которая заставит их стать неистовыми нимфоманками.

Нож Эбби, который она использовала, чтобы резать мясо, выпал из её онемевших пальцев и загремел на тарелке.

— Ч-что?

Кэдан издал предупреждающее рычание, но Джордан его проигнорировала.

— Ты же знаешь, что этот большой парень вылетел из Колизея, верно? Ну, с того дня мы были в нашей комнате, трахаясь, как…

— Джордан! — закричал Кэдан. — Ты не будешь использовать этот язык перед нашим народом.

— Пять дней, Кэдан. Ты знаешь меня пять дней. Не говори мне, как разговаривать. Я знаю, что должна спорить с тобой только тогда, когда мы одни, но это другое, — добавила она, заметив, что мужчина злился.

— Но мы не один. Чем это отличается?

— Эбби — пара твоего брата, что делает её нашей невесткой.

— Я даже не знаю, что это значит, — прорычал Кэдан.

— Это делает её нашей семьёй, — резко ответила Джордан. — Но, даже если бы она не была нашей семьёй, я не собираюсь менять то, как говорю или думаю, даже ради тебя. Ты сказал, что любишь меня такой, какая я есть, или это означало, что ты будешь любить меня, когда сможешь превратить в того, кем хочешь, чтобы я была?

Кэдан открыл рот, чтобы зарычать на свою упрямую пару, но снова закрыл его, когда увидел слезы, сверкающие в её глазах. Он мог справиться с её огненным нравом, но не с болью. Никогда.

— Я люблю тебя, Джордан. И ты напомнила мне, что нам предстоит ещё многое узнать друг о друге. Я не хочу тебя менять. Я люблю тебя такой, какая ты есть, и постараюсь не заставлять соответствовать тому, как ведёт себя женщина Воа.

Джордан вытерла мокрые глаза гневным взмахом руки.

— Черт, я обычно не такая эмоциональная.

Она протянула руку, и Кэдан привлёк её к себе, подняв с кресла, и усадил на колени, где женщина свернулась калачиком.

— Извини.

— Тебе не за что извиняться, моя любовь, — пробормотал Кэдан, затем он издал мягкий мурлыкающий звук, который, казалось, её успокаивал.

— Ты беременна, — мягко напомнила ей Эбби.

Джордан вздохнула.

— Да, и теперь это делает меня бушующей эмоциональной сучкой. Потрясающе.

Эбби была смущена изменением. Она могла сказать, что у Кэдана и Джордан были глубокие чувства друг к другу, но их отношения все ещё были новыми. Слышать такие подробности о горячке спаривания было шоком, но Джордан, похоже, не возражала против того, что у неё были инопланетная пара и ребёнок. Тем не менее, Эбби хотела поговорить с Дрэкором обо всем, что услышала.

Нет, ей нужно было поговорить с ним… прямо сейчас.

Она встала.

— Ты знаешь, где я могу найти Дрэкора?

Кэдан повернулся к ней.

— Ты не можешь его увидеть.

— Что? — выдохнула она.

Джордан выпрямилась на коленях Кэдана.

— Ммм… Кэдан собирался взять меня на экскурсию сегодня в столицу. Почему бы тебе не пойти с нами?

— Я хочу видеть Дрэкора, — сказала Эбби сквозь зубы.

— Нет.

Это заставило Эбби повернуться к Кэдану.

— Почему нет?

— Я — король. Мне не нужна причина.

— О, да.

Эбби слишком рассердилась, чтобы удержать язык за зубами.

— Дрэкор сказал мне, что ваш самый высший закон гласит, что никто не может встать между парами. Он говорил мне правду?

— Мой брат не лжёт. Нет чести Воа, который лжёт.

— Тогда я требую увидеться с моей парой, — сказала Эбби с рычанием.

— Это будет пыткой для него, если ты приблизишься к нему сейчас.

Внезапно вся кровь отхлынула от её лица.

— Что это значит?

Она повернулась к Джордан.

— Что он имел в виду?

Джордан смотрела то на багровое лицо своей пары, то на бледную Эбби. Несколько часов назад она присутствовала на встрече, где Браэк сообщил Кэдану о том, что сделал его брат. Ей было больно видеть, как, будто в агонии, рычал её пара, а когда поняла, почему он так разволновался, и сама стала нервничать. У Эбби было право знать, что это было сделано ради неё, и ей решать, как справиться с ситуацией.

— Он страдает от последствий употреблённого им препарата, — призналась Джордан.

— Джордан…

— Она заслуживает того, чтобы знать, — сказала Джордан Кэдану, когда потянулась, чтобы погладить его по щеке.

Кэдан помолчал, а затем выдохнул.

— Мой брат принял эликсир, который подарил ему время с тобой, но теперь он страдает, когда чувства возвращаются. Радость, боль, все ощущения обостряются в десятки раз. Так же, как и другие его чувства… включая обоняние. Если он тебя сейчас учует, это сведёт его с ума от жажды. Вот почему ты не можешь пойти к нему.

Эбби схватилась за стол, чтобы удержаться. Дрэкор никогда не говорил ей, что будет после того, как эликсир перестанет действовать. Теперь всё обрело смысл. Вот почему Браэк остался с ними прошлой ночью в зале. Он был там на тот случай, если чувства Дрэкора вернутся прежде, чем он сможет уйти от неё на безопасное расстояние.

Приняв быстрое решение, Эбби сказала:

— Отведите меня к моей паре.

— Он заявит на тебя права, — зарычал Кэдан. — Разве ты не понимаешь? Он не сможет остановиться, даже если ты не позволишь ему. Если он останется прикованным к стене вне досягаемости от тебя, это будет для него такой огромной пыткой, что он никогда не сможет оправиться от этого.

— Тогда пусть он предъявит на меня права, — прорычала Эбби, удивляя Кэдана и заставляя замолчать.

— Ты храбрая, — сказала Джордан.

— Нет, — возразила Эбби. — Он — моя пара. Дрэкор сделал это ради меня, и я не позволю ему страдать.

Кэдан и Джордан обменялись взглядами, затем он кивнул Эбби в знак уважения.

— Тогда мы проводим тебя в его комнату.

Они молчали, когда шли по лестнице, а потом и по одному из длинных каменных коридоров. Эбби чувствовала, как холодный пот стекал по позвоночнику, но она продолжала идти.

«Я могу это сделать».

По крайней мере, она надеялась, что сможет.

— Нужно, чтобы ваши целители сделали разбавленную версию бизори, — сказала Эбби Кэдану, не глядя на него. — Мне нужно было некоторое время с Дрэкором… прежде чем он предъявил бы на меня права, но я никогда не желала того, что происходит сейчас. Я никогда не хотела, чтобы он страдал.

— Это хорошая идея, — сказал он. Теперь его голос был добрым. — Я немедленно велю нашим целителям начать работать над этим, это облегчит жизнь с людьми любому нашему мужчине. Дрэкор… Он мой брат, и я, возможно, слишком сильно отреагировал на это. Никто не принимает эликсир по собственной воле, зная, чем это обернётся. Я… беспокоюсь за него.

Эбби поняла, что это была такая версия извинения, и приняла её, слегка улыбнувшись. В конце концов, Кэдан был королём.

— Он хороший человек.

— Да, он хороший мужчина.

Эбби отметила для себя, что не будет больше использовать понятие «человек», чтобы снова описать мужчину Воа. Но когда они остановились перед двумя большими дверьми, все её мысли исчезли.

— Он находится там, прикованный к стене.

— Он поймёт, кто я? Я имею в виду, он все ещё будет собой или…

— Он в своей демонической форме, но его разум все ещё в адекватном состоянии. Он поймёт, кто ты, но его чувства и эмоции выйдут из-под контроля.

Кэдан вытащил маленький, квадратный магнитный ключ и провёл по центральному стыку, где соединялись двери, чтобы разблокировать их.

— Я зайду с тобой и…

— Нет.

Когда Кэдан нахмурился, она прочистила горло и сказала:

— Я ценю ваше предложение, но это — моя проблема.

Прежде чем она дрожащей рукой коснулась двери, Джордан, останавливая, схватила Эбби за плечо.

— Укус болезненный, но всего лишь на секунду. Как только он это сделает, ты будешь напугана, а твоё тело почувствует горячку. Тогда он изменится. Просто плыви по течению и не борись с ним. Тебе не придётся беспокоиться о желании. На самом деле, ты захочешь его больше, чем дышать. Сначала все это покажется безумием, но он позаботится о тебе в ближайшие дни и проведёт тебя через это. Удачи.

Эбби кивнула ей, прежде чем глубоко вздохнула. Затем толкнула дверь и вошла внутрь, закрыв её за собой. Сердце Эбби отчаянно колотилось в груди, пока она оглядывалась в тёмной комнате. Ставни были прикрыты, оставляя между двумя панелями лишь небольшую щель света, которая будто указывала на огромную кровать, покрытую переливающейся бронзовой тканью.

Эбби услышала громкий рык через всю комнату, и её взгляд устремился к Дрэкору.

У Эбби перехватило дыхание, когда она увидела огромного демона, удерживаемого у стены толстыми чёрными манжетами на руках, ногах и туловище. Хотя его крылья находились между телом и стеной, Эбби, приспособившись к темноте, могла видеть, как они дрожали от возбуждения, когда мужчина боролся против оков.

— Пара! Моя!

Рык был низким и сердитым, но Эбби заставила себя двигаться по комнате. Эбби напомнила себе, что этим гигантским демоном был Дрэкор… Её пара и мужчина, которого она пришла спасти. Но всё-таки, он был чертовски пугающим, и ей было страшно подходить к нему ближе.

— Дрэкор? Ты там, дорогой?

— Моя!

Он тяжело дышал, и к тому моменту, когда она остановилась перед ним, пот стекал ручьями по его лицу и обнажённой груди. Глаза Эбби расширились, когда она посмотрела вниз и поняла, что на Дрэкоре не было одежды.

Господи, он действительно был огромным.

Толстый член воина возвышался между слегка расставленных бёдер. Она почти могла видеть, как тот пульсировал с каждым ударом его сердца. Жёсткий ствол чуть не ударился о живот, а большая головка, казалось, увеличилась ещё больше. Эбби пронзило облегчение от того, что тело Воа было похоже на человеческое, только больше.

Намного больше.

«Я могу это сделать», — повторяла про себя Эбби. Без проблем.

Ну, не считая того, что Дрэкор был в демонической форме, с крыльями, которые выглядели так, будто у них были острые кончики, а сам он рычал, будто хотел её съесть… или убить.

Похоже, Эбби полностью потеряла рассудок.

— Не волнуйся. Я не буду брать тебя в этой форме. Я такой, потому что мы не так остро чувствуем в этой форме. Наша броня защищает кожу, — глубокий голос Дрэкора был жёстким и звучал так, будто он проглотил огонь. — Ты должна уйти, пара.

Её взгляд метнулся, чтобы встретиться с его, и она увидела боль, горящую в красных глазах. Нет, не только боль. То, что Эбби разглядела в его пристальном взгляде, было смесью боли, тоски и глубокой печали. Эбигейл закуталась в свою смелость, как в плащ, и сделала шаг ближе.

— Нет, я не оставлю тебя в таком положении.

— Твой запах…

— Укуси меня.

Его глаза расширились, а тело сотряслось от шока.

— Что?

Эбби с трудом сглотнула, и по какой-то странной причине ей вдруг захотелось смеяться. Возможно, она действительно потеряла рассудок.

— Я сказала, укуси меня.

— Ты не знаешь, о чем просишь, — прошептал Дрэкор.

— Знаю. Ты должен был рассказать мне о последствиях употребления бизори, но мы можем поговорить об этом позже. Теперь сделай это. Заяви на меня права, или как ты это там называешь.

Его красные глаза почти засветились от нужды, затем сузились.

— Ты не должна жертвовать собой ради меня.

— Я и не жертвую. Это произойдёт в любом случае. Мы — пара, и это мой выбор. Я приняла решение прийти сюда. А теперь, как я могу освободить тебя?

— Нет! — крикнул он, затем вздрогнул, словно звук собственного голоса навредил его ушам. Затем голос снова стал тише. — Не отстёгивай меня. Если мы собираемся это сделать, я укушу тебя прежде, чем ты освободишь меня, чтобы я не потерял контроль.

Кивнув, Эбби сделала ещё один шаг к нему и была достаточно близко, чтобы почувствовать волны тепла от его тела. Не зная, что делать, Эбби закрыла глаза и, отведя длинные волосы, наклонила голову в сторону. Дрэкор снова издал низкий рычащий звук, и Эбигейл боролась с тем, чтобы не шевелиться.

Через секунду она почувствовала горячее дыхание на своей коже, когда он наклонил к ней голову, и затем ощутила резкое жало его клыков, когда те глубоко погрузились в плоть шеи. Эбби вздрогнула, но осталась неподвижной, когда Дрэкор глубоко втянул её кровь в свой рот.

На мгновение Эбби подумала, будет ли кровь стекать по шее, запачкав платье цвета слоновой кости. Ладно, это было ужасно, но чертовски важным делом. Эбби должна попытаться сосредоточится.

«Соберись, черт возьми!»

Когда она обругала себя, Дрэкор уже убрал клыки, поглаживая языком две ранки на шее, оставляя странное успокаивающее ощущение. Не чувствуя никакой разницы, Эбби моргнула и слегка разочаровалась.

— Ммм, я должна освободить тебя? Ты знаешь, где ключ?

Дрэкор внимательно её изучал, затем медленно кивнул.

— В конце комнаты на столе есть ключ. Ты должна достать его и провести по манжетам, чтобы освободить меня.

— Поняла.

Она отвернулась от него и двинулась через комнату. Смеясь, Эбби сказала:

— Я так нервничала после всего, что рассказала Джордан, но это оказалось не так плохо. Даже не больно.

Она подошла к столу на другой стороне большой комнаты и взяла маленький, чёрный, цилиндрический предмет. Эбби подняла его.

— Это ключ?

— Да. Неси его сюда.

Она обернулась и застыла. Дрэкор перекинулся. Теперь его крылья исчезли, и чёрные линии вернулись на место на тёмной золотистой коже. Эбби никогда не была в заточении, но было что-то очень эротичное в том, чтобы видеть удерживаемого на месте сильного мужчину, когда его мускулы были напряжены от борьбы с креплениями.

Эбби думала, что будет больше беспокоиться, находясь рядом с ним, когда он был в форме демона, но в естественной форме в Дрэкоре было что-то более реальное, что делало его ещё более устрашающим. Он был одним из самых прекрасных инопланетных мужчин, с твёрдым телом и мышцами, которые заставляли её желать прикоснуться руками к каждому его дюйму… а потом, может быть, и языком.

Эта мысль заставила задрожать.

Дрэкор был как какой-то дикий зверь, просто ждавший, чтобы вырваться на свободу. И осознание того, что этот мужчина принадлежал ей, взволновало Эбигейл до глубины души.

— Эбби, ты в порядке?

— Да, всё хорошо.

Стряхнув наваждение, она снова начала идти.

И тогда это случилось.

Весь воздух покинул лёгкие, когда волна горячки прокатилась по ней. Эбби сделала ещё один шаг, но остановилась снова, когда горячка увеличилась, разрывая её подобно взрыву.

Черт возьми, ей казалось, будто внутренности горели.

Эбби сделала ещё несколько шагов, затем снова остановилась.

«Ладно», — подумала она.

Они действительно не шутили, когда говорили о спаривании. Джордан предупредила её, что телу будет жарко… но это было грёбаное преуменьшение.

Эбби остановилась, когда у неё перехватило дыхание и в ней запульсировала другая волна горячки. Эбби слышала, как Дрэкор кричал ей, но его голос был приглушён, поэтому она едва могла понять, что он говорил. Она должна была добраться до него и освободить, чтобы он мог ей помочь… если бы она могла двигаться.

— Иди ко мне, пара!

Эбби покачала головой, пытаясь очистить голову от тумана. Она чувствовала, как быстро сердце стучало в груди, и на секунду подумала, что у неё случился приступ.

Разве это не здорово? Исцелиться и отправиться в новый мир, только чтобы умереть от укуса, подаренного мужчиной, который должен был её любить и лелеять. У Эбби было достаточно ума, чтобы понять, что она в дерьме, и ей нужно было во что бы то ни стало заставить двигаться свою задницу.

Прямо сейчас.

Продвинувшись чуть вперёд, она снова споткнулась, когда в животе взорвался пожар. Девушка издала низкий стон, так как ощущения усилились.

— Дрэкор…

— Эбби, ты должна освободить меня. Тебе нужно моё семя, чтобы погасить огонь, который горит внутри тебя.

Его семя?

Это было той информацией, которую она должна была знать прежде, чем все это началось. Чёрт возьми, Джордан. Позже Эбби собиралась серьёзно поговорить с этой женщиной. Если бы она не была королевой этого сумасшедшего мира, Эбби могла бы даже её ударить. Но, с другой стороны, будучи солдатом, Джордан, вероятно, могла в ответ надрать ей задницу.

Но ничего из этого не будет иметь значения, если она умрёт, прежде чем освободит свою пару.

Дрэкор издал громкий рёв, борясь с узами, которые крепко удерживали его у стены. Издаваемый им звук изменился на мурлыканье, которое она ранее слышала от Кэдана. Когда король так делал, Эбби думала, что это звучало странно. Но мурлыканье Дрэкора призывало её подобно песням сирены.

— Что это? — выдохнула она.

— Брачное мурлыканье. Его издают Воа после того, как спариваются.

Дрэкор сделал это снова, на этот раз громче, словно звук грохотал в груди. Прежде чем она это поняла, Эбби наткнулась на него. Девушка застонала от удовольствия, почувствовав его тёплую кожу. Желая почувствовать больше, она приблизилась, потираясь своим телом о его твёрдые, словно сталь, мышцы.

— Освободи меня, Эбби.

— Хм.

Потерявшись в удовольствии от ощущения его рядом с собой, Эбби забыла о ключе в руке. Она тёрлась лицом о широкую грудь мужчины, вдыхая запах Дрэкора, до тех пор, пока не почувствовала, что напилась пьянящим ароматом мужчины.

Но и этого было недостаточно.

Эбби никогда раньше не чувствовала себя так. Все запреты исчезли, как дым, оставив женщину, горящую от желания к своей паре. Она хотела, чтобы он был в её жаждущем теле, лаская и поглаживая, пока огонь внутри не будет насыщен. Больше не имело значения то, что Эбби чувствовала себя напуганной рядом с ним, и её не заботило, что она знала его только несколько дней.

Эбби пылала для него.

На неё жёстко обрушилась похоть, и очередная волна горячки взорвалась внутри лона, из-за чего киска сжалась, требуя, чтобы её заполнили. На этот раз волна похоти чуть не опрокинула девушку на колени, но Эбби потянулась, чтобы ухватиться за Дрэкора.

Боже, его тело было великолепным. Эбби пробежала пальцами по выделяющимся контурам пресса, затем опустилась ниже, взяв его член в руку. Дыхание мужчины сорвалось, когда Эбби его схватила. Ствол Дрэкора ощущался как бархат над сталью, и она медленно погладила воина, представив, каково это — быть заполненной его толстой, жёсткой длиной.

Эбби смутно понимала, что должна что-то сделать, но не могла вспомнить, что именно. Огонь, горящий внутри, не позволял ясно думать. Когда Дрэкор снова взревел, девушка откинула голову назад и моргнула. Кровь гудела в её ушах, блокируя его голос и маскируя любой другой звук, кроме ударов дико бьющегося сердца.

Потом в её голове щёлкнуло.

Она должна была использовать ключ в руке и освободить его, чтобы Дрэкор дал ей то, что нужно.

И в чем она нуждалась… отчаянно.

Судорожным движением проведя ключом по манжетам, которые удерживали его на месте, Эбби едва смогла расслышать мягкие звуки открывающихся замков. Дрэкор не потянулся, чтобы убрать её руку от члена.

— Ты испытываешь моё терпение, пара, — прорычал мужчина, подняв её.

Эбби вскрикнула от удовольствия, когда Дрэкор развернулся и врезался своим твёрдым телом в неё, прижав к стенке. Его губы захватили девушку в жёстком поцелуе. Когда она открылась для него, язык ворвался глубоко и ласкал её рот.

Вкус Дрэкора взорвался на её языке, и это заставило Эбби жаждать гораздо большего. Когда горячка вновь вспыхнула в ней, она, повернув голову, прижалась к нему своим ртом. Женщина обхватила ногами талию Дрэкора и толкнулась бёдрами вперёд, пытаясь взять у него то, что так хотела, хотя ей мешало платье.

Ощущение крепкого члена, прижимающегося к её естеству, послало огонь по всему телу. Эбби прижалась к мужчине, потираясь клитором о твёрдый ствол, пока член не затрепетал и не запульсировал. Киска мучительно сжалась, отчаянно желая, чтобы её заполнили. Горячка усилилась, и Эбби чувствовала, что сгорает живьём.

Дрэкор схватил девушку и начал отодвигаться, как будто собирался её отпустить, но она просто сжала ноги вокруг его талии и притянула ближе. Хныканье сорвалось с губ Эбби, когда он освободился из плена её рта.

— Нуждаюсь в тебе…

— Отпусти меня, и я поверну тебя.

— Нет. Внутри. Сейчас!

Дрэкор чувствовал себя совершенно безумным.

Он сошёл с ума от потребности в своей паре, терзал её шею, покусывая и посасывая плоть. Её вкус, запах, ощущение тела, прижатого к нему, были какофонией ощущений, которые казались больше, чем он мог вынести.

Когда его маленькая пара взяла член в руку, удовольствие было настолько интенсивным, что граничило с болью.

Дрэкор хотел этого, жаждал, но теперь ему нужно было больше.

В первый раз он хотел действовать медленно, чтобы уговорить её тело принять его, прежде чем горячка взяла бы это на себя, но уже не было времени. С его обострёнными до предела чувствами не было никаких шансов продержаться ещё хоть одну секунду.

Обычно самцы его вида брали своих самок сзади, чтобы иметь возможность одновременно ласкать небольшие гребни, находящиеся между лопатками. Именно оттуда появлялись их крылья, и это место, крайне чувствительное во время секса, было их эрогенной зоной. Но у Эбби не было крыльев. Если его пара желала, чтобы он трахнул её лицом к лицу, он даст ей то, что она хотела.

И это нужно сделать прямо сейчас.

— Прости меня, пара. Это будет быстро.

С этими словами он сорвал с неё тонкое платье и обхватил своими крепкими руками грудь девушки так, что соски уткнулись в центр ладоней. Она извивалась, когда мужчина приставил большую округлую головку члена ко входу в мокрую киску. Резким толчком бёдер мужчина ворвался внутрь Эбби, растянув головкой большого члена напряжённые внутренние мышцы девушки. Её тело пыталось сопротивляться, но он использовал медленные, настойчивые удары, и продолжал проникать внутрь уютного лона до тех пор, пока не погрузился полностью.

— Я причинил тебе боль? — задыхался он.

— Сильнее, — прорычала она.

Дрэкор поднял голову в ответ на неестественно резкий тон своей прекрасной пары. Даже с той отчаянной потребностью, разрывающей его изнутри, он мог понять, что Эбби потерялась в безумии спаривания. Несмотря на собственный пыл, мужчина больше беспокоился о том, чтобы развеять ту дымку боли, которая заволокла красивые глаза Эбби.

Его жажда воспрянула, чтобы встретиться с её вожделением. Целиком отдаваясь потребности, Дрэкор начал в неё вколачиваться, упорно и быстро, чтобы дать им обоим необходимое облегчение. Горячая мокрая киска сжигала его, крепко сжимая чувствительный член, и мужчина не мог больше терпеть. Его бедра дёрнулись, и он все сильнее и стремительнее врывался в огонь экстаза.

Дрэкор снова завладел её ртом, неистово целуя, пока входил стремительными и жёсткими ударами. Эбби обняла его руками за шею, удерживая себя на месте, и двинулась навстречу к нему, заставив мужчину войти ещё глубже. Затем Эбби провела рукой вниз по его спине, нежно поглаживая гребни между лопатками, и Дрэкор взорвался в тяжёлой и жестокой кульминации, испуская дикий рёв, когда его семя вылилось в неё.

Эбби вскрикнула, почувствовав, как горячая сперма Дрэкора заполняла её. Тело разлеталось на части, пока волны удовольствия накрывали девушку снова и снова с каждым выстрелом его семени. Тело Эбби признавало Дрэкора, жадно впитывая драгоценную жидкость.

Эбби задрожала, когда почувствовала отёк его члена, который запер мужчину внутри. Увеличенная головка прижалась к уютным стенам киски Эбби, но, уткнувшись в шейку матки, причинила небольшую боль.

Дрэкор продолжал выстреливать своим семенем глубоко внутри неё тугими, горячими струями каждые несколько секунд в течение ещё одной минуты, пока пожар внутри девушки не стих до мягкого тления. Эбби уронила голову на плечо Дрэкора и могла чувствовать, как содрогалось большое тело, когда выстреливала сперма.

— Это странно.

— Хорошо странно или плохо странно?

Она улыбнулась.

— Очень странно. Я чувствую, как ты… выстреливаешь своим материалом внутри меня.

— Моим материалом?

Мужчина не мог не улыбаться, когда она покраснела.

— Моё семя, пара. Я наполняю тебя своим семенем.

Обняв Эбби, Дрэкор повернулся, чтобы отнести её на кровать. Он остановился, заметив, как она вздрогнула.

— Что случилось, Эбби?

— Ты по-прежнему… очень большой.

— Отёк скоро исчезнет.

Пересекая комнату, Дрэкор был осторожен и старался не трясти Эбби, пока добирался до кровати. Мужчина медленно сел, передвинулся и откинулся назад, пока не лёг на кровать вместе с лежащей на нем Эбби.

Держать её в руках было удовольствием, находящимся за пределами всех его мечтаний, и то, как её тело принимало его, ощущалось, будто он, наконец, нашёл своё место в этом мире. Дрэкор отвёл мокрые пряди волос с лица и прижался губами к виску Эбби. Он издал мягкое, грохочущее мурлыканье, когда своими руками скользнул вниз по её пышным изгибам. Эбби была его сокровищем, и он удостоверится в том, чтобы она каждый день знала, как много значила для него.

— Мне нравится этот звук, — со вздохом сказала Эбби, прижимаясь к нему.

— Тогда я буду делать это часто.

Дрэкор крепче обхватил её руками, издав ещё одно мурлыканье. Он ощутил, что его член немного смягчился. Когда давление его опухшего члена внутри ослабло, он почувствовал, что девушка расслабилась.

Дрэкор коснулся пальцами следа укуса на шее, и Эбби задрожала в ответ.

— Я укусил тебя глубже, чем хотел, это вызвало горячку быстрее, чем я думал.

Она рассмеялась.

— Я еле смогла освободить тебя.

— Прости, пара. Я должен был подождать, пока не пойму, что ты в безопасности.

— В конце концов, всё получилось.

Эбби поглаживала его голую грудь, вызывая волны удовольствия и заставляя пробуждаться.

Его кожа была все ещё чувствительной после их спаривания, и ощущения были более интенсивными из-за последствий приёма бизори. Дрэкор почувствовал, как член дёрнулся в ответ, и решил притормозить, зная, что Эбби снова почувствует горячку уже достаточно скоро, и ей нужен этот короткий период отдыха. Он погладил её тёмные кудрявые волосы. Ему очень нравилось это приятное ощущение, когда её шелковистые пряди проскальзывали сквозь его пальцы.

— Скоро горячка снова возникнет, — тихо сказал он ей. Когда она застыла, мужчина издал ещё одно мурлыканье и почувствовал, как Эбби расслабилась.

— Я проведу тебя через это. Я снова контролирую себя и позабочусь о тебе.

Эбби посмотрела на него, и её губы растянулись в улыбке, даже когда глаза затуманились от беспокойства.

— Имеешь в виду, что сможешь справиться со мной, если я нападу на тебя из-за секса?

— Я всегда буду готов облегчить твою горячку, пара, — сказал со смехом Дрэкор.

Воин наклонился и прижался к ней губами.

— Мне приятно заботиться о тебе и следить за тем, чтобы тебе было комфортно в те дни, когда горячка управляет тобой.

— Люди не впадают в горячку. Я не понимаю, как всё это работает.

— Моя ароматическая метка попала в тебя с моим укусом. Это связывает нас вместе и вызывает твою горячку, чтобы увеличить шанс зачатия.

Она вздохнула.

— Ребёнок?

Сияние счастья, которое Дрэкор почувствовал, немного потускнело.

— Прости. Я знаю, что все это должно показаться тебе излишне подавляющим.

Эбби протянула руку и коснулась пальцами его щеки.

— Да, но я всегда хотела иметь детей.

Она снова улыбнулась, словно мысль её порадовала.

— По крайней мере, я знаю, что ты не бросишь меня, когда я забеременею.

— Никогда, — зарычал он. — Я никогда не покину тебя, пара.

В один прекрасный день его малыш будет расти внутри неё, соединив их. Даже одного подарка в виде Эбби хватило, чтобы Дрэкор ежедневно благодарил богов, но мысль о том, чтобы иметь от неё ребёнка, наполняла такой радостью, которую мужчина едва мог сдержать.

Дрэкор с волнением прошептал:

— Я никогда не забуду, что ты сделала для меня в этот день, Эбби. Я никогда не смогу отплатить за твою доброту и великодушное сердце.

— Я думаю, что удовольствие, которое ты мне подарил, является достойной оплатой.

Мужчина прижал палец к её губам и покачал головой, давая понять, что говорит серьёзно.

— Знай, что, сделав выбор быть со мной, ты дала мне всё, что я когда-либо хотел. Ты будешь счастлива со мной, Эбби. Я позабочусь об этом, клянусь. Я буду любить тебя до конца своих дней и даже после.

Эбби почувствовала, как глаза наполнялись слезами. Ничто другое не имело смысла, и в глубине сердца девушка знала, что должна быть с ним. Казалось, она всегда ждала, когда он войдёт в её жизнь, и теперь, когда у неё был Дрэкор, Эбби не хотела тратить ни секунды их времени.

— Я понимаю, что только встретила тебя, но чувствую, что влюбляюсь, и это немного страшно, потому что со мной никогда такого не было, — прошептала она.

Сердце Эбби затрепетало, когда она увидела ответные эмоции в янтарном взгляде. Чёрные глаза Дрэкора расширились, а затем и её глаза округлились, когда Эбби почувствовала, как его член твердел внутри киски. Она ощутила, как внутри расцветает горячка.

— Дрэкор…

— Я тоже чувствую, пара. Пусть огонь разгорается медленно. Я хочу заняться с тобой любовью до того, как начнётся горячка. Позволь мне показать, как много ты для меня значишь. Дай мне шанс любить тебя так, как я хотел в наш первый раз.

— Я думаю, что наш первый раз был чертовски хорош.

— Так и было, — согласился он. — Но я хочу, чтобы мы разделили всё вместе, ведь это нечто большее, чем просто ослабление горячки внутри тебя.

Эбби села, и его член скользнул глубже. Сдвинув ноги так, чтобы они прижались к его бёдрам, она улыбнулась ему.

— Как насчёт того, чтобы облегчить нам задачу?

Эбби начала двигаться на нем, скользя гладкой киской вверх и вниз по толстому члену, позволяя удовольствию медленно разгораться. Дрэкор издал рычание, и его взгляд, наполненный тёмным голодом, заставил сорваться её дыхание. Подняв свои большие руки, Дрэкор стиснул грудь Эбби, а его пальцы сжимали твёрдые соски. Каждый щипок посылал волны удовольствия сквозь тело девушки прямо к клитору.

Она издала низкий стон, насаживаясь на него сильнее, когда её тело выгнулось в его руках. Эбби покрутила бёдрами и, издав резкий стон, почувствовала, как пламя потребности взорвалось глубоко в естестве.

Закрыв глаза, девушка откинула голову назад. Дрэкор водил руками по спине Эбби, удерживая, пока она продолжала его объезжать. Везде, где он касался её кожи, когда гладил своими большими руками, Эбби чувствовала приятное покалывание.

— А где твои хребты удовольствия?

Эбби открыла глаза и остановилась, глядя на него.

— Что?

— У меня на спине хребты, рядом с которыми выходят крылья. Это наши хребты удовольствия.

Она выглядела поражённой.

— О, ты имеешь в виду… ну, я думаю, что это мой клитор.

Взяв одну из его рук, она направила её вниз, поглаживая кончиками пальцев Дрэкора тугую шишечку клитора. Тело Эбби сжималось, а киска сокращалась каждый раз, когда он касался её там.

Дрэкор почувствовал, как жёстко и быстро в ней нарастала горячка. Его тело её сжигало, реагируя на спаривание, вспыхнувшее внутри Эбби. Она пискнула от удивления, когда Дрэкор приподнялся, прижимая крепко к себе, и перевернул их.

Накрыв собой девушку, он вбивался в неё глубокими и быстрыми ударами. Просунув свою руку между ними, воин снова погладил кончиками пальцев клитор. Дрэкор пристально вглядывался в лицо Эбби, желая увидеть радость на лице. Он хотел увидеть тот момент, когда освобождение накроет девушку. Он нуждался в этом подтверждении. Чтобы Эбби смотрела ему в глаза и знала, кто её берет. Ему нужно услышать, как она просит больше.

— Кончи для меня, пара. Кончи для меня сейчас!

Её тело двигалось под ним с каждым ударом, и, наконец, Эбби издала грубый крик, когда он привёл её к быстрой и жёсткой кульминации. Дрэкор увидел, как глаза Эбби остекленели, и разглядел удовольствие, которое вспыхивало в них, пока её тело содрогалось. Но, несмотря на всё это, девушка пристально смотрела на него в ответ, как будто понимала, что ему это нужно.

В её глазах он увидел любовь.

Возможно, она ещё была не готова признать это, но Дрэкор почувствовал именно любовь, что была в ней, и его собственное сердце затрепетало. Её киска так сильно сжала член, что он едва мог оттянуть собственное освобождение.

Тело воина находилось в сильном напряжении, пока он старался не излиться в неё. Ещё нет. Он пока не был готов кончить. Дрэкор хотел почувствовать, как Эбби кончит во второй раз. Он отчаянно хотел разжечь в них огонь, пока лихорадка не вынесет за край обоих.

Эбби дрожала; огонь, пылающий под кожей, проносился сквозь неё, пока, казалось, она не вспыхнула сама. Девушка застонала, когда Дрэкор начал вколачиваться глубокими ритмичными движениями всё быстрее и сильнее. Волны экстаза растекались по ней до тех пор, пока удовольствие не стало настолько интенсивным, что Эбби не могла сдержать всхлипывающие мольбы.

— Пожалуйста… пожалуйста …

— Я дам тебе то, что нужно, Эбби. Сейчас и всегда, — пообещал Дрэкор.

Зажав волосы мужчины в кулаках, она притянула к себе его голову, чтобы поймать рот Дрэкора в жёстком поцелуе. Она хотела, нуждалась в нём, и попыталась передать это в страстном поцелуе.

Эбби знала, что кончит снова, но на этот раз хотела сделать это вместе с ним. Проведя рукой по спине мужчины, она слегка прошлась кончиками пальцев по его гребням, наслаждаясь тем, как массивное тело Дрэкора напряглось над ней, когда первый всплеск семени выстрелил внутри. Эбби позволила ему держать себя, когда её тело взорвалось. Член снова раздулся внутри, и она ещё долго цеплялась за него после того, как горячка спала.

— Я люблю тебя, пара.

Эбби услышала правду, звенящую в голосе Дрэкора, и крепко его обняла. Возможно, Эбби не знала, что будет завтра, но с Дрэкором она сможет преодолеть всё, что бы ни ждало её в будущем.