Для того чтобы пройти минное заграждение пришлось снизить скорость, иначе никакие коды не спасли бы нас от уничтожения. Наш радар вообще никаких мин не обнаружил, но мины это ещё не всё что нам угрожало. Чтобы попасть на базу, которой тут в принципе быть не может, ещё требовалось пройти поле астероидов и избежать столкновения с ними. Они располагались почему-то подозрительно близко друг к другу, словно их намеренно так сблизили.

— Что-то я не могу понять, а где база-то, на радаре только одни астероиды видны — Адэр попеременно смотрел то на экран радара, то в иллюминатор, который мы временно освободили от защитной бронеплиты. Я тоже во все глаза палился в огромный фронтальный иллюминатор, но базу тоже не видел.

— Маргас, где эта база? — спросил я у связиста, который только что ввёл в систему навигации полученный маршрут, вместе с кодами прохождения через минное поле.

— Судя по конечной точке, она здесь – посмотрев на меня удивлённо, он ткнул пальцем в астероид, находящийся прямо по нашему курсу на расстоянии около десяти тысяч километров от нас. Я более пристально присмотрелся к этому висящему в космосе камешку размером с континент, но всё равно ничего не увидел, даже с учётом того, что радар приблизил его изображение.

– Не понял, база внутри астероида что ли? – маскировке этого объекта даже Адэр удивился, который знал, что из себя может представлять космическая база.

– Внимание! ЯВР-15-НВ-7, снизить скорость, убрать силовой щит и приготовиться к гравизахвату.

Голос диспетчера секретной базы СБС прозвучал неожиданно громко, мы даже от него дружно вздрогнули. Через несколько секунд, Адэр снизил скорость и посмотрел вперёд. Астероид увеличивался в размерах довольно быстро, а через пару минут мы ощутили, как яхта вздрогнула, попав в щупальца гравизахвата.

— Ого, вот это у них тут ворота! — наш связист даже привстал со своего кресла, увидев открывающийся створ шлюза в который таких яхт, как у нас, может одновременно войти штук двадцать. Самое интересное, что ворота были хорошо замаскированы под поверхность астероида, и догадаться, что они там вообще есть, никто бы не смог.

Нас плавно втянули вглубь астероида и бережно поставили на посадочную площадку, рядом с другой яхтой, только новой, и размером чуть меньше. Я, да и не только я, а все кто сейчас находился у нас на борту, прилипли к иллюминаторам, рассматривая гигантские тоннели, прорубленные в толще астероида, по ним сейчас передвигались космические корабли разных модификаций. Практически по всей протяжённости тоннеля, у его стен находились посадочные площадки, скромно называемые подоконниками, и закрытые силовыми шторами. Эти шторы удерживали воздух, чтобы прибывшим можно было сразу выйти из корабля, не надевая скафандр. На площадке нас уже ждал небольшой отряд, для того чтобы сопроводить учёных в карантин, а нас прямиком к Патрану. До его кабинета пришлось минут двадцать ехать на гравиплатформе по натуральным городским улицам. Внутри астероида был построен город, в котором могло поместиться не менее полумиллиона жителей, и это не считая всякого рода космических терминалов, которых там было много. Адэр был в шоке от увиденного, обо мне вообще говорить нечего, я всю дорогу ехал, открыв рот. Вскоре нас доставили прямо к двери кабинета Патрана.

– Упс, а шеф-то на повышение нарвался! – Адэр показал на табличку, прикреплённую к двери, и на которой было написано — «Начальник отдела планирования специальных операций генерал Н. Д. Патран».

– Не вижу ничего удивительного, война же началась — я многозначительно пожал плечами и посмотрел на соседнюю дверь, на которой такой красивой таблички не было, а был только номер.

-- Долго топтаться у двери будете или всё-таки войдёте? – откуда-то сверху послышался голос Патрана, мы даже присели от неожиданности.

– У него, что, везде есть глаза и уши? – тихо спросил Адэр, медленно протягивая руку к ручке двери.

– Поговорите у меня ещё! Быстро сюда! – повысил голос новоиспечённый генерал. Через две секунды мы уже стояли по стойке смирно напротив сидящего во главе стола Патрана. – Присядьте, да не там, а сюда! – Патран показал на места расположенные ближе к нему. – Я думаю, вам не нужно объяснять в какой заднице мы все сейчас находимся? Это вторжение поставило всё с ног на голову. Наш военнокосмический флот понёс существенные потери, оружие катари оказалось гораздо дальнобойнее и эффективнее нашего. Но и у их оружия есть недостатки, к нашему сожалению, всего один. Такое мощное оружие имеется только на их флагманском корабле, другие корабли лишь осуществляют его прикрытие.

Мы сидели и пытались понять, к чему нас подготавливает генерал такими разговорами. С того момента как он начал говорить, он ни разу не посмотрел нам в глаза. Стоял спиной к нам, показывая на большом экране всё, что считал необходимым для пояснения своих слов.

– Наше командование решилось на возобновление производства космических истребителей «КА-01», получивший прозвище «Убийца пилотов». Поясню, – Патран наконец-то повернулся к нам лицом, а на экране за его спиной появилось изображение неизвестного нам истребителя. – Прозвали его так из-за того, что пилоты очень часто погибали от перегрузок, пятикратно превышающих допустимые. Наши учёные недавно смогли создать скафандр, позволяющий существенно повысить защиту от смертельных перегрузок. Испытания скафандра ещё не завершены, но у нас больше нет на них времени, истребители должны вступить в бой. Исходя из всего мною озвученного, поступил приказ, отправить на учебную базу всех пилотов имеющих доступ к полётам на «Призраке», для переподготовки к полётам на «КА-01». Вот такие вот дела.

Патран тяжело опустился в своё кресло. По его взгляду было видно, что посылать нас туда он не хотел, но приказ есть приказ, мы должны туда прибыть незамедлительно.

– Даю вам сутки на отдых, потом вас переправят на базу. Всё, можете идти – он выключил экран с изображением нового истребителя и со злостью захлопнул папку с бумагами, которые читал до нашего появления.

База по переподготовке пилотов находилась на поверхности одной из планет с коротким названием «БТ», а учебный полётный полигон расположился на её орбите. Там в космосе, из нескольких старых кораблей собранных в одно целое, создали нечто похожее на небольшой город. Правда вся жизнь этого города была направлена на базирование там новых истребителей, и практического обучения пилотов. Теоретические занятия и тренажёры вместе с симуляторами перегрузок, размещались на планете, в большом здании, которое было похоже на здание Пентагона.

— Полное имя и звание? — офицер в звании майора, спросил, не соизволив оторвать взгляд от экрана компьютера, за которым сидел.

— Демон, капитан — ответил я, покосившись на стоящего рядом с майором солдата.

— Де, чего? – майор наконец-то поднял глаза, и посмотрел на меня взглядом злого, дворового пса. – Нам тут только СБС до полного набора не хватало – заявил он, увидев на моём рукаве шеврон с соответствующим гербом. – Ладно, пусть будет Демон — он быстро записал меня в журнал вновь прибывших пилотов. — Ваше звание на учебной базе ничего не значит, можете считать, что вы снова рядовой курсант. Вот ключ от комнаты, в комнате 79 получите новую форму. Следующий!

Адэр во время нашего разговора с майором, стоял у меня за спиной и майор его не видел.

– Паккари??? Ты-то куда? – больше майор ничего сказать не успел, потому что увидел на моём друге точно такую же форму офицера СБС, и погоны лейтенанта на его плечах. Потом взгляд майора опустился чуть ниже и остановился на груди, где сверкая золотом, была прикреплена нашивка с именем. — «Ворон» – выражение лица майора стало каким-то странным, словно он сейчас съел что-то кислое. — А я-то вначале подумал, что за имя такое странное, «Демон», теперь ясно кого нам прислали. Ключ от комнаты -- майор положил на стол ключ и повторил уже для Адэра, где он может получить новую форму, и что его лейтенантские погоны, тоже на время прохождения переподготовки ничего не значат.

До указанной нам комнаты с номером 79 нас проводил рядовой солдат, стоявший возле стола майора. Комната оказалась совсем не комнатой, а складом обмундирования с большим количеством стеллажей, и ящиков для его хранения. Мы ожидали увидеть здесь ещё какого-нибудь злого офицера с взглядом старого бульдога, но вместо него к нам вышла женщина средних лет. Она не являлась ни офицером, ни простым рядовым солдатом, она была представителем гражданского персонала базы.

– Ваши имена и номера комнат, в которых будете жить? – женщина открыла журнал, чтобы сделать запись, кому и когда было выдано обмундирование.

– Демон. Комната 185, блок «Д», сектор 12.

– Ворон. Комната 186, блок «Д», сектор 12.

Она спокойно, без лишних вопросов записала в журнал то, что мы сказали, и достала странного вида устройство, чем-то похожее на пистолет, с небольшим экраном вместо прицельной планки. Мы рефлекторно напряглись, и сделали по одному шагу в сторону, я влево, Адэр вправо.

– Вы что, измеритель размеров тела ни разу не видели? – она явно не ожидала от нас такой реакции на прибор в её руках. Сняв с нас мерки таким непривычным для нас способом, нажала какую-то кнопку на своём столе, и через десять секунд мы увидели два контейнера, приехавших из дальнего конца склада. Склад оказался автоматизированным, перетаскивать контейнеры здесь было не нужно, нажатие кнопки решало любую проблему, как по выдаче, так и по приёму оборудования обратно на склад.

– Комната для того чтобы переодеться находится справа, свою старую форму и оружие сложите в эти же ящики – кладовщица показала на два тёмно-серых контейнера, после чего потеряла к нам всяческий интерес. Прихватив контейнеры, мы направились в комнату для переодевания.

– Как в старые времена, вместо имени порядковый номер на левой стороне груди – Адэр, надел на себя тёмно-серый комбинезон, называемый здесь формой, и посмотрел на себя в зеркало.

– Точно, словно жизнь по кругу идёт, и мы опять в точке старта.

Через несколько минут сложили свою форму СБС в контейнеры, положив на свою форму наше оружие. Без привычной тяжести на поясе, я стал чувствовать себя не уютно. Поискав взглядом камеры наблюдения, и не найдя их, взял свой кривой нож и спрятал его за пазухой.

– Нож-то тебе зачем? – Адэр был удивлён моим действием.

– Он для меня как счастливый талисман, мне с ним спокойнее.

Адэр, немного подумав, и почесав свою лысую голову, закрыл свой контейнер, так и не решившись оставить себе свой десантный нож.

— Это и есть те самые Син-цын и Варнари? — командир орбитальной базы генерал Станвор, увидев нас, пригладил свои аккуратно подстриженные усы, и посмотрел на своих гостей, занявших места в шикарных креслах. Его гостями были: наш незабвенный теперь уже генерал Патран, и недавно спасённый нами профессор Кешер.

— Да, это наши ребята, лучшие из тех, что у нас есть на данный момент — похвалил нас Патран, незаметно подмигнув нам. Кешер тоже смотрел на нас, точнее на меня, взглядом исследователя, перед которым появился объект для изучения. Мне его взгляд не очень понравился, было в нём что-то такое сродни взгляду патологоанатома, перед началом вскрытия трупа.

— Хорошие показатели на занятиях показали, я бы даже сказал что слишком хорошие – генерал Станвор помахал листом с отчётом от команды по переподготовке пилотов. – Выдержали высокие перегрузки, особенно Син-цын, психоустойчивость тоже на высоте, симптомов паники ноль, управление истребителем великолепное. Вы у нас прям какие-то уникумы, даже не верится, что такие бывают. Варнари, вообще меня, мягко говоря, ввёл в некоторый ступор, не в обиду сказать, пилоты у вас никакие, а тут без проблем прошёл все тесты на “КА-01”.

Во время монолога генерала Станвора, Патран старался не на него смотреть, а на профессора, попутно о чём-то напряжённо думая. Профессор Кешер с интересом читал доклад, копию того, которым размахивал Станвор. Выражение его лица менялось, вначале оно было заинтересованным, а к концу стало удивлённым, после увиденных цифр. Нам пока слова никто не давал, поэтому мы только слушали, и пытались определить, чем нам всё это грозит. Не известно о чём думал Адэр, а мои мысли почему-то направились только в одном направлении, – разберут меня до винтика, точнее до молекулы, чтобы изучить феномен выдерживания гигантских перегрузок.

– Если вы у нас такие крутые ребята, то может быть, покажите, как надо летать? Я дам команду подготовить пару КА-01 к полёту. Два часа на отдых думаю, вам будет достаточно — генерал Станвор изобразил подобие улыбки на своём лице.

— Лучше три, мне необходимо переговорить со своими подчинёнными – в разговор вступил Патран, молчавший до этого времени. – Подождите меня за дверью.

Мы, так и не сказав ни слова, быстро выполнили приказ Патрана, и через несколько секунд нас в кабинете уже не было. Поговорить между собой за дверью без посторонних ушей не получилось, в коридоре было много народа, да ещё и охрана у двери имелась, в виде двух солдат. Пришлось, молча дожидаться появления непосредственного начальника, вместе с сопровождавшим его профессором Кешером.

— Варнари идёт за мной, а Син-цын за профессором – Патран вышел из кабинета командира базы в плохом настроении, и, повернувшись налево, быстро зашагал по коридору. Адэр пожав плечами, пошёл за ним, стараясь не отставать. Настроение профессора по выражению его лица понять было не возможно, как впрочем, и по голосу лишённому интонаций.

— Идём, я хочу сделать не большое обследование твоего организма -- сказав это, Кешер также быстро зашагал по коридору, но совсем в другую сторону. Шли мы по переполненному людьми коридору минут пятнадцать, пока не добрались до медблока. С работой такого сканера, что был установлен здесь, я ещё не был знаком, и поэтому сильно дернулся, когда несколько игл вонзились мне в спину и шею. – Лежи спокойно, пара минут ещё осталось – профессор не отводил взгляда от экрана с полученными данными. Что там было, я не видел, но лицо профессора стало медленно вытягиваться от удивления.

За две минуты спокойного ничегонеделания внутри капсулы сканера, мимо нас прошло много сотрудников медблока, но никто из них не обратил внимания на поведение профессора. По моим ощущениям течения времени, две минуты уже давно прошли, а профессор всё ещё продолжал смотреть на экран.

– Эй, док, как там насчёт, выпустить меня отсюда? – после моего не громкого голоса, профессор вернулся в реальный мир, и, открыв капсулу, помог мне из неё выбраться.

– Одевайся, быстро! – Кешер был явно не в себе после моего осмотра, и пока я натягивал на мокрое тело форму, он быстро вынул из капсулы блок памяти. – Идём, тебе скоро предстоит влезть в другую капсулу, а нам ещё поговорить нужно.

Мы вышли из медблока, и профессор чуть ли не бегом направился куда-то в сторону посадочных площадок для челноков. К концу он практически уже бежал, на поворотах сбивая с ног, попавшихся на его пути людей. Челнок, на борт которого он так спешил, никуда не улетал, все люки по-прежнему были открыты. Кешер можно сказать влетел внутрь рубки управления и, дождавшись, когда я войду, быстро закрыл за мной дверь.

– Рассказывай!

– О чём? – не понял я его странного вопроса.

– Обо всём – взгляд профессора был безумный как у маньяка.

– А точнее?

– Как ты себя чувствуешь, происходило ли с тобой что-нибудь странное в последнее время? Попадал под воздействие какого-нибудь излучения или нет?

– Нормально я себя чувствую, что касается излучения, то ничего сказать не могу, может быть и попадал, только об этом не знаю. Профессор скажите прямо, в чём дело?

– Ты не он, то есть я хочу сказать, что ты не совсем тот, кого я создал.

– Как это?

– Слишком сильные изменения произошли во всём организме, такого просто не может быть.

– Почему тогда их медики не заметили во время моего обследования, несколько раз кровь брали?

– Они просто не туда смотрели.

– Изменения в лучшую сторону или в худшую? – слова и поведение профессора меня насторожили.

– Для тебя в лучшую, а для меня хуже не придумаешь – Кешер задумчиво почесал щеку, и посмотрел куда-то в сторону грузового отсека. Оттуда доносились приглушённые закрытой дверью шаги.

– А вам-то это как навредит? – я не мог понять, как моё изменённое состояние организма может отразиться на состоянии организма профессора.

– Изменения ставят жирный крест на всей моей многолетней работе по созданию идеального человека.

Звук шагов за дверью стал слышен уже отчетливо, вскоре в дверь постучали и я услышал сонный женский голос. – Пап, открой, это я, не могу больше сидеть в грузовом отсеке одна – стук повторился, став более громким и настойчивым. Мы с профессором посмотрели на дверь, потом друг на друга, после чего он вздохнул и открыл дверь. Перед нами предстала слегка взлохмаченная после сна, дочь профессора, Велия Кешер.

– Ты??? – несмотря на всё ещё сонное состояние, она узнала меня сразу, и её взгляд стал злым, будто я был в чём-то перед ней виноват.

– Да, я, а что не так?

– Когда мы встречаемся, то обязательно что-то происходит, и всегда это что-то связано с крупными неприятностями для окружающих.

– Вот тут я с этим не согласен, в последнюю нашу встречу всё закончилось очень даже хорошо, хорошие выжили, плохие умерли.

– Не все выжили, и вообще, после нашей первой встречи вокруг меня всё время слышны звуки выстрелов. Ты просто притягиваешь к себе всех врагов как, как – Велия пыталась подобрать слово, относительно приличное для сравнения.

– Сейчас же никаких выстрелов не слышно, чего так нервничать – я поднял палец, намекая на тишину. Послышался громкий, и противный сигнал пришедшего на мой коммуникатор срочного сообщения.

Срочно прибыть на посадочную площадку N-23.

– Извините, но мне нужно идти, мы можем потом поговорить, если будет желание – покинув челнок профессора, я бегом направился по указанному адресу, чувствуя, что такое сообщение пришло не просто так, и точно не для проверки моей исполнительности. Где-то минут через пять, по всей базе завыла сирена, была объявлена боевая тревога. Я ускорился ещё, и вскоре влетел в открытые ворота посадочной площадки N-23. Здесь, несколько десятков техников готовили истребители к экстренному вылету. Через несколько секунд появился Адэр, вместе с Патраном, и своим отцом, Вогуром Варнари.

– Мне может кто-нибудь сказать, что происходит? – обратился я, сразу ко всем троим.

– Нападение на базу, разведка катари решила прощупать обороноспособность базы – пояснил Патран. – Минные поля как-то обошли, и напали со стороны учебного полигона.

Через пару минут техники сообщили о готовности к вылету боевых машин и мы, раздевшись прямо возле истребителей, полезли внутрь, чтобы занять места в капсулах. Из четырёх машин новой серии, вылетели первыми пока только две, то есть наши. На экране развернулась карта поля сражения с указанием целей, которые нужно было уничтожить, и как можно быстрее. Разведка катари состояла из одного крейсера, и двадцати истребителей, на данный момент обстреливающих базу из всего, что у них было в наличии. Перегрузки навалились свинцовой плитой на всё тело за считанные секунды, на мгновенье в глазах потемнело, и пропали все звуки.

Я приближался к противнику, захватывая в прицел сразу три истребителя катари, после захвата сразу выстрелил. Ракеты не достигли целей, они были уничтожены на подлёте, из чего я сделал вывод, что уничтожить врага смогу только в ближнем бою. В меня тоже выпустили несколько ракет, и пришлось крутиться как белка в колесе, избегая попаданий, и попутно выстреливая противоракеты. На чёрном фоне космоса, при резком ускорении, звёзды превратились в белые трассеры, летящие в разные стороны. Со мной на связь почему-то никто не выходил, а я ждал хоть какой-нибудь координации боя от командного центра. Всё время боялся, сгоряча случайно подстрелить кого-нибудь не того. Сократив расстояние между собой и противником, стало ясно, что мой расчёт оказался верным, они просто не успевали прицелиться. Это для меня был большой плюс, но имелся и минус, я тоже не мог точно прицелиться. Взрывы ракет где-то в стороне от моего истребителя освещали космос, подсвечивая корабли катари. Противник, понимая, что я не могу точно прицелиться в момент уклонения от их ракет, остановился для более точного прицеливания. Вскоре ракеты стали взрываться всё ближе и ближе от моего истребителя.

Пока ещё мне удавалось уходить от их ракет, но я понимал, что это ненадолго, наступит момент, когда я сам налечу на одну из них. Нужно было с этим что-то делать, но что конкретно я не знал, в режиме резких ускорений, и сильнейших перегрузок, в голову ни одна дельная мысль не приходила. – Успокойся Димон и думай! – сказал себе, продолжая кружить вокруг истребителей катари. Через некоторое время почувствовал, что мои пальцы стали горячими, а скорость перемещения моего истребителя заметно снизилась. Посмотрел на показания приборов, они показывали, что скорость максимально возможная. Не веря электронике, внимательно посмотрел на тактический экран.

Вначале ничего необычного не заметил, но потом увидел, что всё стало каким-то замедленным. Звёзды уже не так быстро мелькали, оставляя за собой полоски света, разрывы ракет освещали космос дольше, а сами ракеты летели гораздо медленнее. Время словно специально для меня замедлилось, и я понял, что у меня появился шанс закончить этот бой, и выйти из него победителем.

Маркер моей системы наведения перемещался по экрану не так быстро, как мне этого хотелось, но всё-таки я смог захватить шесть истребителей. Наверное, смог бы и больше захватить, но других просто не нашлось в зоне захвата. Как только я нажал на кнопку старта ракет, время вернулось в своё нормальное течение. Вместе с ним вернулись и все ощущения от полученных перегрузок. В глазах опять потемнело, и уже на ощутимо более продолжительное время.

Когда зрение вернулось, понял, что уже никуда не лечу, истребитель завис в одной точке среди обломков истребителей катари. На экране кроме мерцающих звёзд, больше ничего не было, система наведения безуспешно пыталась найти противника в зоне доступа для захвата. Динамики связи потрескивали помехами и сохраняли безмолвие. В какой-то момент мне показалось, что я совсем один на просторах бескрайнего космоса, запертый в стальном саркофаге, и заполненном жидкостью. Болело абсолютно всё, казалось, что даже волосы и те болели. С трудом смог дотянуться до кнопки автоматического возвращения на базу, и в этот момент динамики резко взорвались какофонией громких звуков, среди которых были слышны радостные крики – победа!

Дорога обратно на базу заняла почти час, торопиться было некуда, истребитель словно чувствовал моё состояние и дал мне время восстановиться. Адэр на моё короткое текстовое послание не ответил, и теперь я не знал, выжил он в этом бою или нет.

Орбитальная учебная база. Командный центр.

Сразу после вылета двух истребителей, Патран и Вогур решили, посмотреть на бой на панорамном экране командного центра. До него от стартовой площадки было не далеко, и через несколько минут они были уже там. Профессор Кешер с дочерью тоже прибыли туда спустя минуту, но их естественно в зал командования не пустили, предложили посмотреть с балкона расположенного напротив экрана. Количество экранов контроля на один истребитель было равно четырём, на данный момент работали восемь, ещё восемь только начинали включаться.

– Генерал не вмешивайтесь, они сами справятся – Патран остановил Станвора, решившего координировать действия пилотов Син-цына и Варнари. Станвор, удивлённо посмотрел на Патрана.

– Генерал, не лезьте не в своё дело – Станвору не понравилось вмешательство в командование.

– Станвор, поверь, не стоит к ним лезть со своими советами, я знаю, о чём говорю – Патран слегка повысил голос, специально не называя звание Станвора. Скрипнув зубами от злости, генерал Станвор оставил в покое первую двойку истребителей, и переключился на командование второй, только что появившейся на экране. К этому моменту первая двойка уже вступила в бой, прощупывая оборону противника. Практически весь командный состав, прилип взглядом к большому экрану, где виднелись только точки, обозначенные соответственно принадлежности кораблей красным и зелёным цветом.

Кешер находящийся на балконе, на зрение никогда не жаловался, и сейчас внимательно смотрел с расстояния двадцати метров на четыре интересующих его экрана. Один экран показывал работу систем истребителя и был ему не так интересен как три других экрана. Показатели состояния организма и изображение самого пилота заставили профессора на некоторое время забыть обо всём остальном.

Практически сразу все показатели работы организма прыгнули, вверх перейдя из зелёной зоны, сразу в красную, миновав средние показания, отмеченные жёлтым цветом. За десять минут с момента вылета истребителя в космос, показатели ни на миллиметр не сдвинулись вниз, оставаясь на уровне критических показателей. Несмотря на это, пилот уверенно управлял своей боевой машиной, сражаясь одновременно против пяти истребителей катари. Профессор казалось, забыл, как моргать и дышать, пальцы рук побелели от сильного сжимания края стеклянного ограждения балкона. Он отвлёкся от показаний на экранах лишь один раз, всего на несколько секунд, когда услышал сигнал отключившихся датчиков состояния жизни на соседних экранах. Погибли пилоты второй пары, были они уничтожены ракетами катари или их убили перегрузки, Кешер не знал, сейчас это его не интересовало. Перед тем как вернутся взглядом к экранам, он посмотрел на показания состояния Варнари. Там тоже всё находилось в красной зоне, но было и не большое отличие, сражался он только против двух истребителей, а не против пяти как Син-цын.

Генерал Станвор нервно сжимал и разжимал кулаки, сдерживая себя от желания взять командование первой парой истребителей под свой контроль. Тяжёлый взгляд Патрана останавливал его от попытки это сделать.

– Генерал их уже шесть, а он один! – Станвор не выдержал, повысив голос так, что его услышали не только в зале, но и на балконе. – Надо дать команду отступить под защиту базы.

– Нет! – Патран ответил ещё более громким голосом, от чего в зале командного пункта настала мёртвая тишина. Вогур попытался уговорить Патрана, прислушаться к словам командира учебной базы, так как смотреть на то, как его сын вот-вот погибнет, уже не было сил. Патран на уговоры не поддался, мало того, он приказал выпроводить Вогура из зала, чтобы не мешал.

– Пап, что происходит? – на балконе появилась Велия Кешер.

– Велия, не сейчас, потом – профессор внимательно смотрел на экраны, и не верил своим глазам. Столбики показаний жизнедеятельности организма Син-цына, плавно поползли вниз, достигнув зелёной зоны, и там остановились. Кешер перевёл взгляд на экран с показаниями работы систем истребителя, надеясь увидеть там такое же снижение, но ничего подобного там не увидел. Наоборот, все показания достигли критической отметки, истребитель от этого мог взорваться в любой момент. Он не понимал, почему истребитель до сих пор не ушёл в гиперпространство, уже давно достигнув необходимого ускорения для прыжка.

Взгляд профессора вернулся к главным экранам, где уже господствовал зелёный цвет, кроме одного столбика шкалы показаний, который по-прежнему был красным. Он присмотрелся к надписи под этим столбиком, и смог прочитать то, что там было написано – «перегрузка 12, 5 Ойра». Кешер прекрасно знал, что происходит с человеком при 9 единицах, и сейчас увидев невероятные показания, не мог понять, почему Син-цын ещё жив. Мало того жив, он продолжает бой!

– Варнари вышел из боя победителем, но кажется находиться на грани между жизнью и смертью – голос одного из операторов, следящих за показаниями, нарушил тишину.

– Вернуть истребитель на базу в автоматическом режиме – генерал Станвор покосился на Патрана, наблюдающего за противостоянием одного истребителя, интересующего его больше всего. Вспышка, появившаяся на большом экране от одновременного взрыва двенадцати ракет, на мгновенье осветила космос. – Всё, допрыгался – тихо сказал Станвор.

– Я бы так не сказал, он жив, и судя по показаниям жизнедеятельности, чувствует себя вполне сносно – Патран кивнул в сторону экранов.

– Корабль катари уходит, через семнадцать секунд достигнет скорости для гиперпрыжка – доложил офицер, отвечающий за работу радара.

– Пусть уходит, должен же кто-то обрадовать этих катари тем, что у нас теперь есть сила, против которой им практически нечего противопоставить – Станвор был рад тому, что боевым системам базы не придётся вступать в бой с кораблём катари.

– Мы выиграли с большим перевесом только один бой, поэтому ещё не время говорить о победе – Патран сказал это тихо, но Станвор его услышал.

Два дня я прятался ото всех в своей комнате, все хотели лично пожать руку за уничтожение шести истребителей катари. Они хотели, а я нет, не люблю излишнего внимания к собственной персоне. С момента моего появления в этой галактике, всё пошло совсем не так как я хотел. Планировал найти своё место под солнцем, такое тихое, не заметное, и чтобы на жизнь хватало. Что получилось в итоге? Меня теперь знают практически все жители 52 планет, правда в лицо знают лишь те, кому положено, ну и немного посторонних лиц, и это хорошо.

Как не удивительно, но начальство меня оставило в покое на эти два дня, даже этот маньяк профессор не приходил. Все два дня я спал, спал и ещё раз спал, ну и есть, правда, тоже не забывал в промежутках между снами. Адэра выписали из местного госпиталя час назад, но он пока не смог добраться до моей комнаты, отец перехватил на пути и увёл к себе для того чтобы поговорить. Об этом я узнал из короткого сообщения, которое он мне прислал сразу после того, как ему вернули коммуникатор. Через пятнадцать минут мне пришло ещё одно сообщение, но уже от Патрана, приказ явиться к нему в кабинет немедленно.

— Всё отдых закончился, пора на войну — сказал я вслух сам себе, посмотрев в зеркало. По-другому быть просто не могло, появление два дня назад разведки катари ясно дало понять, что они продолжают отвоёвывать себе планету за планетой. Появившись с одной стороны обитаемого сектора галактики, они не полезли сразу в центр, а стали прощупывать оборону по всему периметру.

— Садись капитан, разговор будет долгим, к тому же придётся не немного подождать ещё одного участника нашего разговора — Патран не назвал имени, но по голосу, которым он это сказал, было понятно, что ждём мы даже не генерала, а кого-то рангом выше. Взгляд генерала, которым он на меня смотрел, говорил о том, что он знает обо мне всё, ну или почти всё, не просто же так профессор тут появился. Вскоре в кабинет вошёл человек, от которого просто за версту несло властью. Я даже без команды Патрана встал по стойке смирно.

— Расслабься – человек по-хозяйски подошёл к столу генерала, и занял одно из кресел справа. Патран показал жестом, чтобы я сел в такое же кресло слева, прямо напротив прибывшего гостя. – Это и есть твой уникум?

– Так точно, он самый, знакомьтесь, капитан Димон Син-цын – генерал стал серьёзным как никогда.

— Константин Рименар, помощник председателя совета союза обитаемых планет — гость представил себя сам, опередив Патрана. Я, молча, кивнул, просто не зная, что сказать в этом случае. Имя Константин меня удивило даже больше, чем его должность, в подсознание закралась мысль, что возможно здесь есть мои земляки в прямом смысле этого слова.

Разговор начался как бы ни о чём, Рименар болтал без умолка, перепрыгивая с одной темы на другую так ловко, что я не заметил, что уже давно поддерживаю разговор и смеюсь вместе с ними. Постепенно темы разговора приобрели более серьёзное направление, остановившись на войне с Катари. Меня спрашивали, что я лично думаю о катари, их возможные слабые места, и так далее по интересующим их вопросам. Мне было неимоверно трудно говорить так, чтобы не вызвать подозрение о том, что с катари я уже встречался, причём сражался на стороне одного из них. У меня даже струйка пота пробежала по спине, после изложения собственных мыслей.

– Ну и как он тебе? – спросил Патран, посмотрев на Константина.

— Отлично, беру его с собой.

– Куда? — охрипшим от волнения голосом спросил я.

-- Нетерпеливый какой, всё сразу ему расскажи. Ладно, выдам военную тайну. Видишь ли, в чём тут суть дела, если коротко. Даже во время жёсткого противостояния между враждующих сторон, ведутся переговоры. Я не говорю о том, что стороны на этих переговорах могут реально о чём-то договориться, но вот выиграть время можно, немного, но можно. Вот на эти переговоры, ты со мной и отправишься. Говорить само собой буду я, а ты будешь смотреть. Запоминать ничего не нужно, твои электронные глаза всё сделают за тебя. Вылетаем через час, вопросы есть?

– Нет – горло стало ещё более сухим после того, как я узнал, куда мы полетим.

– Вот и хорошо, через час должен быть на борту моего корабля, а пока можешь быть свободен.

На ватных ногах я вышел из кабинета, и минут пять стоял в коридоре, думая, куда мне идти, и чем себя занять до вылета. Решил найти Адэра, на всякий случай попрощаться, вдруг не вернусь с этих переговоров. Кабинет Вогура, в котором предположительно сейчас находился Адэр, искал минут двадцать, но всё-таки нашёл. Постучал в дверь, после чего услышал голос Вогура.

– Ну и зачем стучать, если сам по факту являешься Варнари? Входи, давно уже тебя ждём.

Я вошёл и не знал с чего начать говорить, попрощаться хотел с другом, а получается что со всем кланом Варнари, в лице его главы.

– Я вроде как, на всякий случай попрощаться пришёл, через час улетаю. Вернусь или нет, я не знаю, да и, наверное, никто не знает – промямлил я, не смотря в глаза ни Адэру, ни его отцу.

– Так ведь и я тоже улетаю, правда пока не знаю куда, но думаю, что мы вместе полетим – Адэр был спокоен, потому что не знал куда полетит.

– Хорошо бы вместе, хоть какая-то поддержка будет – я не решился рассказать лучшему другу о том, куда отправляюсь, это всё-таки была военная тайна.

Ровно в назначенное время, я появился на борту корабля Рименара, его самого пока здесь ещё не было, и пришлось ждать, сидя в каюте выделенной мне капитаном. Вскоре почувствовал, что корабль отстыковался от базы, и стал набирать скорость. Нервная дрожь пробежала по телу, обозначив начало отсчёта до возможного конца моей не долгой жизни в этой вселенной. Часа через три, за мной пришли, солдат передал, что Рименар ждёт меня в своём кабинете.

– Входи, входи, если уж нам суждено погибнуть, то и не зачем показывать кто сейчас главнее – он показал на кресло, предлагая сесть. Как бы он сейчас не старался снять с меня напряжение, я понимал, что нужно строго следить за своим языком, и не сказать чего-нибудь лишнего. Через некоторое время, наблюдая за Рименаром, я понял, что он сам сильно нервничает. Разговор ни о чём помогает ему успокоиться, ну а меня он позвал как слушателя.

– Как далеко нам лететь? – вклинился я в его монолог.

– Часов двенадцать, а что?

– Просто хочу знать, когда нужно начинать нервничать – на самом деле, я находился в таком же нервозном состоянии как он, только не говорил, а молчал. Рименар удивлённо посмотрел на меня, а потом начал смеяться, нет, не так, он ржал как конь, схватившись за живот. Для человека такого ранга это было немного неприлично по моему мнению. С другой стороны в кабинете только мы вдвоем, а нервное напряжение необходимо было снять хоть каким-нибудь способом, а смех тоже способ.

– Молодец, догадался, что нужно сделать, чувствую, что мы сработаемся – он пожал мне руку, а после предложил выпить, достав из сейфа бутылку. Даже по внешнему виду этой бутылки стало ясно, что содержимое стоит очень много.

Двенадцать часов спустя, мы прибыли в назначенное место для проведения переговоров. Находясь в рубке управления, я увидел, что нас окружили корабли катари. В основной массе это были истребители, копия тех, что я уничтожил во время отражения атаки на базу. Вскоре нам было предложено перебраться на один из этих кораблей, и уже на нём добраться до места переговоров. Катари решили подстраховаться, через два часа я понял, почему. Нас доставили на их флагман, здесь находилось катарианское командование, и именно здесь состоятся переговоры. Огромный корабль, своим видом напоминал летающую тарелку, и находился под защитой двух десятков боевых кораблей размером с крейсер.

То ли от страха, то ли от нервного перенапряжения, пальцы моих рук почему-то стали горячими, словно их натёрли согревающей мазью. Двадцатиминутный поход по коридорам флагмана, под охраной пятерых катари, лишь добавил нервозности, как мне, так и Рименару. Чем ближе к центру корабля мы приближались, тем сильнее начинала болеть голова. В какой-то момент я почувствовал, что из носа потекли тёплые струйки крови, и закружилась голова. В сознании появился зеркальный куб, с бурлящей энергией внутри. Казалось, он звал меня, предлагая поделиться со мной этой энергией взамен на свободу. Он не говорил, я не услышал голоса, но каким-то образом понял, что мне предлагали.

– Держись, мне нужна хотя бы моральная поддержка – Рименар протянул носовой платок, пропитанный какой-то гадостью, от запаха которой в голове немного прояснилось, но боль не отпускала. Как я оказался в огромном зале, где нас ждала группа переговорщиков, я даже не заметил. Голос Рименара вернул меня в реальность, и переговоры начались. Переводчиком с катарианского был человек, лицо которого мне было знакомо, но я пока не мог вспомнить, где его видел раньше.

Рименар говорил короткими фразами, чтобы переводчик успевал переводить. Минуты через три я понял, что понимаю язык катари, от этого, по спине сразу пробежал табун крупных мурашек. Ещё через пару минут, стало ясно, что я не только понимаю, что они говорят, но и сам могу говорить на их языке, причём был уверен, что даже без акцента. Осознание этого вызвало у меня шок, даже Рименар заметил, что со мной что-то не так.

Переговоры подошли к завершению спустя полчаса, и я наконец-то вспомнил, где видел переводчика. Им оказался разыскиваемый нами по всей галактике генерал Шекарт. Теперь стало понятно, почему наши поиски не принесли результата, кто же мог предположить, что он у катари прячется.

– Вы смелые люди, мы таких уважаем, и хотим в знак уважения, подарить вам вот это – главный переговорщик со стороны катари, жестом приказал отдать нам подарок. Через несколько секунд нам вручили по изящной шкатулке, размером 50/30/20 см. Рименар сразу открыл и заглянул внутрь, потом закрыл, и поблагодарил за подарок, извинившись, что у нас с собой ничего нет, чтобы ответить тем же. Что находилось у него в шкатулке, я не рассмотрел, но судя по всему, вещь была дорогая. Свой подарок решил посмотреть потом, когда буду чувствовать себя в безопасности.

Состояние напряжённости, не покидало меня, вплоть до момента нашего возвращения на свой корабль. Рименар, скорее всего, тоже был в таком состоянии как я, потому что за время обратного пути не сказал ни слова.

– Куда теперь? – спросил я, как только мы оказались на борту нашего корабля.

– Я в генштаб, а ты к Патрану, он должен получить запись переговоров. Как ты думаешь, подарок, это какой-то намёк или просто подарок? – Рименар постучал по шкатулке. Я открыл свою шкатулку и посмотрел на то, что там находилось. Там, удерживаемый в специальных креплениях лежал нож, красивый, и к моему удивлению, с таким же изогнутым вниз лезвием как мой. В голову прокралась мысль, что катари следили за мной, и знали мои предпочтения в холодном оружии, а может это всего лишь совпадение? – Ну, что скажешь?

– Думаю намёк, убей себя, пока ещё можешь.

– Хм, интересная мысль, я с такого направления не рассматривал. Тебе ещё один точно такой же нужен? – Рименар предложил взять себе его подарок. – Я холодное оружие не люблю.

– Ну, если так, то с моей стороны глупо отказываться, главное чтобы он был не отравлен.

После моих слов Рименар бросил шкатулку на стол, будто в ней была ядовитая змея. Через пару минут прибежал перепуганный капитан с анализатором в руках. Проверка ножей не выявила наличие яда на их поверхности, а также взрывчатых, и других опасных для жизни соединений.

– Короче говоря, бери или отдам капитану, он на холодном оружии помешан.

Получив второй нож в подарок уже от Рименара, я направился в свою каюту. Нужно было сменить обычный гражданский костюм, его Рименар заставил надеть, на уже родную форму офицера СБС. Переодевшись, поймал себя на мысли, что в форме я чувствую себя гораздо лучше и увереннее. До прибытия на базу из каюты я не выходил, и мне никто не помешал обдумать все, что со мной произошло на корабле катари. Горячие пальцы моих рук, и кровь из носа, ещё можно было с трудом, но как-то списать на повышение артериального давления. Выверты мозга с видением куба и его энергией, я объяснить не мог, даже мыслей никаких по этому делу не было. Приём галлюциногенов с вином, я отмёл сразу, Рименар его тоже пил и после чувствовал себя прекрасно. Мои видения мог бы объяснить профессор Кешер, всё-таки он в этом хорошо должен разбираться, но к нему я не пойду, попытается залезть в мозг, и хорошо там поковыряться.

– Через двадцать минут пристыкуемся к учебной базе – услышал я голос помощника капитана, появившегося в дверях. Я был настолько задумчив, что не услышал, как он вначале постучал в дверь, а потом вошёл.

– Я уже давно готов, ждать не придётся.

Командир базы был какой-то нервный и кричал на всех, как по делу, так и без видимых на то причин. На моё появление почти никак не отреагировал, приказал базу не покидать, а лучше вообще сидеть у себя в комнате, чтобы он знал, где меня искать. Зачем меня искать, я, честно говоря, не понимал, приказ явиться в указанное место и в указанное время, всё равно поступит на коммуникатор. Не стал ничего уточнять, отправился к себе в комнату, посижу там, освою полученный от Патрана новый коммуникатор.

Первым делом принял душ, потом немного перекусил парой пищевых шариков, и взялся за изучение девайса. Спустя несколько минут после успешного включения, понял, что изучать тут особо и нечего, то же самое что и в предыдущей модели, только экран голографический. Отложив в сторону новинку, решил ещё раз осмотреть полученные в подарок от катари ножи. Только успел достать их из шкатулок, в дверь настойчиво постучали. Так мог стучать только один человек, точнее не человек, а паккари, мой друг Адэр.

— Входи, чего уж там, знаешь же что я тут — ответил я, в ответ на удары кулаком в дверь. Адэр появился у меня в комнате даже раньше, чем я успел договорить, и сразу схватил один из ножей, чтобы его рассмотреть в подробностях.

— Ух-ты! Где взял?

— Подарили.

— Кто?

– Катари.

– Не хочешь говорить так и скажи, врать-то зачем – Адэр положил нож и сел на кровать рядом. Вид у него был заговорщицкий, он явно хотел что-то мне сказать, но не решался. Пару минут крутил головой, пытаясь найти систему видеонаблюдения.

– Можешь не искать, нет тут ничего, я уже несколько раз лично проверил.

— Ты не поверишь, где я был!

— Ну и где?

– Мы сопровождали один корабль, думаю с большим начальством на борту. Так вот значит, летим мы по бокам от него, долго летим, а потом бах и катари появились. Я пару сразу на прицел, жду команду открыть огонь или когда они откроют, чтобы уж точно ответить, а они зависли на месте, и ничего. Так хорошо видны были, что я чуть было ракеты не выпустил, но тут приказ, не стрелять. Ну не стрелять, так не стрелять, сижу, жду, а потом смотрю, наш корабль с одним из них состыковался. Постояли они так немного, а потом катари эти улетели. Целыми и невредимыми улетели, представляешь?

– Представляю.

— Да чего ты представляешь? Предали нас, я хотел догнать, и по всему космосу их разбросать, а приказа атаковать, опять нет!

– Если бы атаковал, то со мной сейчас не разговаривал.

— Почему?

-- Адэр, это ты так тупишь после капсулы с жидкостью или есть другая причина? – он на несколько секунд задумался над сказанным мною, а потом его глаза округлились.

– Ты хочешь сказать, что ты там? И ножи эти, они дали? – он ткнул пальцем куда-то в сторону, намекая на катари. – На врага работаешь? – Адэр сузил глаза, и показал плотно сжатые зубы.

– Нет, это были переговоры, я там лишь сопровождал одного высокопоставленного чиновника.

– Врёшь, о чём можно договариваться с врагом?

– Да, по большому счёту ни о чём, способ время немного выиграть. Ты вообще-то как сын главы клана, в таких делах разбираться должен.

– Хм, тут ты прав, вот только мне все эти политические игры всегда не понятны были. А ножи, с какой радости они тебе подарили или ты их украл?

– На самом деле подарили, с намеком, чтобы покончил с жизнью сам, пока ещё в состоянии это сделать.

Наш разговор был прерван синхронным писком коммуникаторов, пришёл приказ, явится на стартовую площадку.

Через десять минут, мы уже прибыли на место, готовые занять места в кабинах истребителей. Возле истребителей суетились техники, подготавливающие их к вылету, тут же находился и командир учебной базы. Генерал был каким-то расстроенным и нервным, будто его тоже отправляли на войну, пилотом нового истребителя. Увидев нас, он вздохнул и помахал рукой, приглашая подойти ближе.

– Ваша пара в состав группы не войдёт, для вас есть другое задание – генерал протянул нам свой коммуникатор, для того чтобы мы прочитали то, что там было. Написано там было не много, всего одна строчка. – Информацию о задании получите после вылета, после прочтения уничтожить.

Мне такая секретность сразу не понравилась, моё шестое чувство мгновенно заставило стать осторожным во всём, даже в простом вылете из недр базы. Моя настороженность передалась Адэру, после того как он увидел выражение моего лица. Патрана почему-то на площадке не было, мало того, он даже не прислал нам никакой информации, и это его молчание сейчас напрягало ещё больше. Нарушать приказ командира базы мы естественно не собирались, отсылать запрос на подтверждение приказа Патрану, тоже не решились. Отдав честь генералу, пошли занимать места пилотов в кабинах истребителей. Капсула управления, слегка видоизменилась с того момента, когда я последний раз влезал в неё. С боку появился контейнер для одежды, её же нужно было куда-то деть после того как её снимем, вот и добавили ящик.

Вылет прошёл без происшествий, и теперь мы зависли в космосе на небольшом удалении от базы, ожидая получение данных о нашем задании. Через пять минут к нам присоединился ещё один корабль, только размером чуть больше нашего, и с более мощным вооружением. К какому типу кораблей он относится я так и не разобрался, на первый взгляд яхта, а по факту малый крейсер дальней разведки, если его так можно назвать по выполняемым им задачам. В момент появления этого корабля, нам пришла информация о нашем задании. Найти одиночную цель в виде корабля катари, захватить его и доставить на орбиту Шитара. Почему именно туда не уточнялось, также не уточнялось, в каком состоянии должен быть захваченный нами корабль. Одним словом, мы отправляемся на охоту.

Из-за чего была такая секретность этого задания, я догадывался, всему виной генерал Шекарт, он перешёл на сторону врага, а его информаторы остались среди нас.

– Летим группой, без приказа ни на какую цель не отвлекаться – раздался голос капитана нашего маленького крейсера. Не знаю, о чём сейчас думал Адэр, а я и не собирался гоняться за кораблём катари без огневой поддержки крейсера. Истребители у нас конечно лучше чем у них, но в одиночку нападать на какой-нибудь эсминец, чистой воды самоубийство.

За четыре часа полёта с двумя гиперпрыжками, мы так и не нашли ни одного корабля катари. Сектор, в котором мы сейчас находились, должен был частично контролироваться врагом, и их корабли тут просто обязаны быть, но их почему-то не было. Радар упорно показывал, что поблизости нет никаких кораблей, разумеется, кроме трёх наших. В нервном ожидании появления катари прошло ещё четыре часа, но космос по-прежнему оставался пустым. Как только собрался спросить у командира нашей группы, сколько нам тут ещё без дела сидеть, экран радара показал сразу несколько красных меток.

Один корабль, размером чуть больше нашего малого крейсера, летел встречным курсом в сопровождении четырёх истребителей. Они нас, конечно же, тоже сразу заметили, но в сторону не отвернули, очевидно, решив, что преимущество в силе на их стороне и бояться нечего. Катарианские истребители как по команде фас, бросились в атаку, будучи уверенными в том, что люди не смогут оказать достойного сопротивления.

Через несколько секунд нам с Адэром поступил приказ, уничтожить истребители противника. Бой космических истребителей был не долгим, численное преимущество не помогло катари, мы были быстрее и сильнее в плане вооружения. Спустя десять минут, четыре катарианских истребителя закончили своё существование, и мелкими фрагментами разлетелись по космическому пространству. Пока мы с ними сражались, наш малый крейсер обменивался ракетными ударами с их главным кораблём. Какого либо успеха пока из них никто не достиг, но наш командир всё-таки не зря тратил боезапас. Корабль катари завяз в этом бою и не смог уйти в гиперпространство. Вскоре и мы присоединились к обстрелу вражеского корабля, вынудив его занять круговую оборону.

Спустя полчаса, получив много мелких повреждений, они к нашему удивлению, можно сказать, сдались, у них просто боезапас закончился. Наш малый крейсер тоже целым из этого боя не вышел, лишился антенны дальней связи, и одного маршевого двигателя. Теперь о гиперпрыжках можно было смело забыть, на одном двигателе корабль не сможет разогнаться до необходимой скорости, чтобы перейти в гиперпространство. Два малых десантных бота, вылетевшие из недр нашего крейсера, через минуту прилипли к обшивке катарианского корабля. Абордажная команда, быстро как нож консервную банку, вскрыла обшивку их корабля и приступила к нейтрализации команды. Вскоре корабль был захвачен на семьдесят процентов, после чего продвижение наших абордажников застопорилось. Оставшаяся в живых часть команды корабля катари, забаррикадировалась в рубке управления, и выковырять их оттуда живыми не получалось.

Канал общей связи был до отказа забит командами и докладами о положении дел на корабле катари. Наше командование требовало от десанта взять в плен катарианцев, и сохранить корабль в том состоянии, в котором он сейчас находился. Десантники в ответ докладывали о том, что без ущерба для корабля команду не взять в плен в ближайшие несколько дней. После получасового прослушивания переговоров по каналу общей связи, отключить который я сам почему-то не смог, моё измученное полётом и пребыванием в жидкости сознание, не выдержало. Я отправил сообщение своему временному командиру, с просьбой разрешить мне вступить в переговоры с командой корабля катари. Коротко объяснил что именно я придумал, для того чтобы команду корабля взять в плен.

Тишина в эфире, после моего сообщения, наступила секунд через десять, и продлилась несколько минут. Командир, вероятно, думал, шучу я таким способом или просто с ума сошёл. Спустя пять минут в динамиках раздался голос капитана, я услышал только одно слово, – разрешаю.

Приблизившись к кораблю катари, плавно опустился на него в районе предполагаемого грузового отсека. Откачал жидкость из скафандра, после чего минуты три меня выворачивало наизнанку. Организм таким способом избавлялся от дыхательной жидкости. Когда ко мне вернулась способность говорить, связался с десантниками, и попросил прорубить для меня дверь в том месте, где я припарковал свой истребитель.

Пока они вырезали люк, я решил одеться, не отправляться же мне на переговоры голышом. Я, конечно же, знал, что в кабине моего истребителя отсутствовала гравитация, но не предполагал, что одеваться в невесомости будет так трудно. Подаренные мне ножи тоже повесил на ремень, пусть будут, вдруг пригодятся. Вскоре десантники вырезали ещё одну дыру в обшивке вражеского корабля, и я смог попасть внутрь. Здесь гравитация была в норме, можно было нормально встать на ноги. Через несколько секунд ко мне подбежал десантник, это был хорошо мне знакомый, теперь уже старший сержант Гром.

– Здравия желаю, господин капитан!

– Гром?! А я-то, думаю, что голос в наушниках мне знаком. Потери есть?

– Шестеро ранены, убитых нет.

– Доложи о положении дел, только коротко.

– Около двадцати четвероруких забаррикадировались в рубке управления. Взрывать дверь нам запретили, командиру они живыми нужны. Навредить они нам уже ничем не могут, доступ к основным системам корабля мы им заблокировали. Попытка вступить с ними в переговоры ни к чему не привела, молчат, чтоб их! – Гром снял с шеи прибор автоматического переводчика, и протянул мне. Покрутив прибор в руках, вернул его обратно сержанту. Язык катари я знал, сейчас пришло время проверить своё умение на нём говорить.

– Попробую без этого устройства обойтись. К двери подойти, чтобы поговорить с ними, можно или они отстреливаются?

– Да, можно, но не слишком близко подходите, иначе электрический разряд можно получить. Вообще-то они там тихо сидят, думаю, помощи ждут.

– Гром, если я через двадцать минут из рубки не выйду, уходите отсюда под защиту нашего крейсера. Зачем, потом сам поймёшь, приказ понятен?

– Так точно, господин капитан!

Адэру я тоже отправил короткое сообщение, чтобы он своими не обдуманными действиями случайно не сорвал операцию по захвату команды катарианского корабля.

Дверь, ведущая в рубку управления, была бронированная, и вскрыть её без серьёзных повреждений для корабля точно не получилось бы. Баррикада только одной этой дверью не ограничивалась, при подходе к ней ближе, чем на три метра, откуда-то из потолка вылетал электрический разряд, проще говоря, молния. Два наших десантника от этой молнии как раз и пострадали, хорошо, что живы остались.

Остановившись приблизительно в трёх метрах от двери, громко сказал на их языке, что пришёл поговорить. Первые слова получились не очень разборчивые, мой язык и гортань ещё не привыкли к новым звукам. Через несколько секунд, я повторил сказанное уже более разборчиво, ещё и положил свой пистолет на пол, чтобы они его видели, после чего стал ждать ответа. Ножи решил оставить, вдруг это статусное оружие, да и пригодиться могут, если что-то пойдёт не так. Простоял минуты три, уже стал думать о том, что переговорщик из меня не получился. Только собрался поднять пистолет и уйти, дверь, тихо шипя, приоткрылась, ровно на столько, чтобы я смог войти, причём боком. Второго приглашения ждать не стал, решил войти и поговорить.

Как только вошёл, дверь сразу же закрылась, и я остался один против восемнадцати четырёхруких, рогатых и серых как мыши катарианцев. Руки сами по себе дёрнулись к рукоятям ножей, но я успел изменить их направление и поднял, показав, что не вооружён.

– Я пришёл всего лишь поговорить – слова чужого языка на этот раз прозвучали из моих уст вполне разборчиво, я бы сказал, что даже без акцента, если судить по вытянутым от удивления лицам катари. Восемнадцать пар глаз изучали меня долгих две минуты, после чего ко мне подошёл один из них.

– Ты очень хорошо говоришь на нашем языке. На твоём поясе я вижу сразу два «Ноэве», где ты их взял?

– Мне их подарили.

– Ты настолько хороший воин, что получил в подарок сразу два?

– Хочешь проверить или мы всё-таки поговорим? – мне пришлось сменить тему, иначе разговор мог привести к совсем не желательным последствиям. Под прицелом десятка стволов, стоять было не уютно, я бы даже сказал страшно, и крайне опасно. Одно неверно сказанное слово или жест, и меня прихлопнут, даже не спросив, как зовут.

– Хорошо, говори – катарианец сложил обе пары рук на груди, и приготовился выслушать.

– Я предлагаю вам сдаться, это единственный шанс сохранить ваши жизни.

– Сдаться??? Вам??? Человекам??? Ты оказывается, в самом деле, очень хороший воин, если отважился нам это предложить. Мы не можем этого сделать, сильный никогда не склонит голову перед слабым – катарианцы рассержено загомонили, поддерживая своего командира. Послышались предложения пристрелить наглого человека, и отобрать у меня ножи. Я не ошибся, предположив, что они не обычное оружие, «Ноэве» в переводе означало – оружие чести, и купить их было не возможно, ими награждали за храбрость как орденом.

– Не хотите, как хотите, я настаивать не буду, через полчаса ваш корабль взорвут вместе с вами. Мной тоже могут пожертвовать, один пилот истребителя это не такая большая потеря, даже не заметят – я, честно говоря, не знал, как поступит командир, если меня оставят в рубке управления как заложника. Находясь с другой стороны двери, был уверен, что в случае чего, мне придут на помощь десантники, сейчас же, у меня начинали дрожать колени от страха. Надо было что-то делать, и я стал убедительно врать. – Сдаться, это ещё не означает проиграть или перейти на сторону врага. К тому же, есть несколько вариантов вернуться к своим, например обмен – вариант, по моему мнению, был так себе, но катарианцы задумались. Заметив это, я стал развивать тему, приводя кучу всевозможных вариантов обмена военнопленными.

Время шло, а они всё ещё думали. Металлический скрежет и два лёгких толчка в корпус корабля, заставили катарианцев насторожиться.

– Соглашайтесь, пока ещё есть время, абордажная команда покинула ваш корабль, а это означает, что через десять минут этот красавец – я показал на корабль, – будет уничтожен. Я, разумеется, тоже погибну вместе с вами, а мне этого не очень хочется, думаю, что и вам тоже этого не хочется.

Мои слова никак не повлияли на решение катарианцев, они мне не поверили. В рубке всё ещё был включен обзорный экран, и я увидел, как истребитель управляемый Адэром, приблизился для нанесения сокрушительного удара. Это заметили и катарианцы, но вид истребителя, как мне показалось, их совсем не испугал.

– Время почти закончилось, примите правильное решение – поторопил я капитана, который как раз и должен был принять мое предложение, ну или отвергнуть, если он окажется слишком упёртым. Через минуту произошло то, чего даже я не мог ожидать. Адэр выпустил две ракеты, и спустя пару секунд корабль вздрогнул, ракеты достигли цели. По моей спине пробежала струйка холодного пота, погибать от руки лучшего друга, совсем не хотелось.

– Как-то слабо ударил, такими темпами вы наш корабль долго уничтожать будете – попытался съязвить капитан, но в его глазах я успел заметить страх.

– Это предупредительный выстрел, дали понять, что осталось не больше двух минут на принятие решения – слегка охрипшим голосом пояснил я. Как было на самом деле, я просто не знал, наш командир мне ни слова не сказал о таком плане действия. Тем временем, истребитель отошёл на некоторое расстояние от нас, намекая этим, что сейчас прилетит что-то более мощное. – Капитан, козёл ты четырёхрукий, соглашайся! – не выдержал я, и закричал.

– Ладно, мы сдаёмся – капитан кивнул головой под натиском умоляющих взглядов большей части команды.

Так быстро как сейчас, я сообщение командиру ещё никогда не писал, и после его отправки, замер в ожидании ещё одного удара. От противного писка коммуникатора, я чуть не обделался, а ведь всего-то сообщение пришло от командира. Одно дело погибать, находясь в равных условиях с врагом, и от рук врага, и совсем другое, когда в тебя стреляют свои, а ты сделать просто ничего не можешь. Руки дрожали, когда я читал сообщение, в котором всего-то было два слова – встречай десант.

Вскоре вернулись десантники, и команду, а если точнее то, оставшуюся в живых часть команды, пересадили в десантные боты, и переправили на наш крейсер. Около десяти десантников и один катарианец пилот, остались на захваченном корабле, чтобы перегнать его на орбиту Шитара. Я вернулся в кабину своего истребителя и влез в капсулу управления прямо в одежде. Отключил подачу дыхательной жидкости и запустив двигатели, отстыковался от корабля катари. Через несколько минут, я уже был на борту нашего крейсера, направляясь в рубку управления лишь для одной цели – узнать, почему командир отдал приказ стрелять по кораблю, в котором я находился.

– А вот и наш герой! Капитан Демон, благодарю за прекрасно выполненное задание, по возвращении я доложу командованию, и буду просить о присвоении вам, внеочередного воинского звания – наш временный командир, полковник Тонрод, произнёс свою пламенную речь, отдал мне честь, и пожал руку. Мне сейчас было всё это не важно, хотелось узнать, кому в голову пришла идея стрелять.

– Господин полковник, разрешите спросить?

– Разрешаю – полковник, увидев моё злое лицо, сразу стал серьёзным.

– Зачем стреляли по кораблю?

– Как это зачем? Разумеется чтобы подтолкнуть катарианцев к капитуляции, а не для того чтобы уничтожить. Лейтенант Ворон заверил, что ты должен догадаться о таком ходе.

– Вы хотите сказать, что это он предложил?

– Да, это его идея, и как мы все уже знаем, как раз эта пара ракет и оказалась решающим фактором. Что-то ещё?

– Нет, у меня больше нет вопросов, разрешите идти?

– Идите.

Выйдя из рубки управления, я еле сдержал себя от того, чтобы кому-нибудь не врезать по физиономии. Злость на Адэра переполняла меня, я не верил, что он предложил подтолкнуть катарианцев к капитуляции таким способом. Не думаю, что полковник меня обманул, ему это просто не нужно, а это значит, что Адэр должен за всё ответить.

Двигаясь по коридору корабля, на данный момент почему-то резко оказавшемуся безлюдным, я искал Адэра. Повернув в сторону посадочно-стартовых площадок, встретил сержанта Грома. Увидев меня, он отошёл в сторону и отдал честь, стараясь не смотреть мне в глаза.

– Где эта серая и лысая сволочь? – прошипел я, подойдя к сержанту.

– Вы о ком сейчас говорите, господин капитан?

– Гром, не придуривайся, ты прекрасно понял о ком я спрашиваю.

– Десять минут назад, лейтенант Ворон находился возле своего истребителя – сержант нехотя выдал местонахождение Адэра. Не теряя времени, я отправился туда, но, увы, Адэра там уже не было, и никто из технического персонала не смог сказать, куда он пошёл.

Два часа я искал своего друга по всему кораблю, но так и не смог его найти, он, словно испарился. За эти два часа я немного успокоился, и теперь уже не так сильно хотел дать в глаз Адэру за его идею. Как только я добрался до двери в свою каюту, пискнул коммуникатор, приказ командира срочно явится в грузовой отсек. Насколько мне было известно, именно там разместили катарианцев с захваченного нами корабля, и кажется, с ними что-то произошло, не просто же так я приказ получил.

Появившись в грузовом отсеке, я не увидел там ничего не обычного, бунта не было, судя по их спокойному поведению пленников, даже не и предвиделось. В стороне от группы закованных в наручники катарианцев, стоял полковник Тонрод, рядом с ним, на стуле под охраной двух десантников, сидел капитан захваченного корабля.

– Капитан Демон по Вашему приказу

– Отставить! – перебил меня полковник. – Помощь требуется.

– Что от меня требуется?

– Переводить будешь, и не делай такое удивлённое лицо, я прекрасно знаю, что электронным переводчиком ты там не пользовался, а это значит, что их язык знаешь. А если учесть, что договориться ты с ними смог, то знаешь его достаточно хорошо. Откуда знаешь, это уже другой вопрос.

– Спрашивайте, я переведу – отпираться и говорить, что катарианский язык не знаю, было глупо, да и не собирался я этого делать. Полковник задавал вопросы, я переводил, но толку от этого не было никакого, капитан молчал. Через несколько минут я решил выяснить, почему он не желает отвечать, и получил вполне понятное объяснение.

– Говорить буду только с представителем высшего командования.

Я перевёл полковнику это пояснение, от чего он заметно разозлился, но допрос прекратил. Он бы с большим удовольствием и меня тоже допросил, чтобы узнать, откуда я знаю язык катари, но я носил форму СБС и это его останавливало. Сейчас я уже сам жалел о том, что выдал знание языка пришельцев, и теперь напряжённо думал, как оправдаться перед Патраном. То, что генерал захочет узнать, откуда у меня такие познания, я был уверен на сто процентов, сам на его месте меня бы допросил. Через несколько минут я вернулся к себе в каюту и обнаружил там Адэра.

– Ну и где ты ходишь уже почти три часа? – Адэр сделал вид, что ничего такого особенного не произошло.

– Тебя искал, чтоб в морду дать!

– Это ты, на те две ракеты так обиделся что ли? Зря, я думал, ты догадаешься, что это всего лишь имитация атаки.

– Имитация говоришь? – я выдернул из ножен один нож и напал на него. Он такого поворота в разговоре не ожидал, и через секунду был прижат к полу с приставленным к горлу ножом. Разумеется, я не собирался его убивать, даже мыслей таких не было, просто хотел, чтобы он тоже получил порцию острых ощущений. Не знаю почему, но Адэр почему-то поверил в то, что я собираюсь его убить, и стал сопротивляться, отодвигая лезвие моего ножа от своего горла.

– Отставить! – громкая команда нашего командира, поставила точку в нашем противостоянии. – Совсем ума лишились? На радаре группа кораблей катари, а вы тут пытаетесь лишить нас пилотов истребителей! По машинам, бегом!

Полковник явился по наши души сам потому, что на его приказ, отправленный сообщением на коммуникаторы, мы не ответили, заняты были выяснением отношений.

– Потом поговорим! – я убрал нож и побежал в шлюзовой отсек, на ходу сбрасывая с себя одежду.

Три корабля катари приближались быстро, шли в сопровождении тридцати истребителей, и просто поговорить с нами явно не собирались. Как только мы оказались в зоне уверенного поражения, они запустили в нас сразу три десятка ракет. Половину из них уничтожили мы с Адэром, вторую половину сбил наш крейсер, его система защиты отработала на отлично. После успешного отражения первой атаки, от нашего командира поступил приказ, задержать катарианцев любой ценой. Крейсер, с пленными катарианцами на борту, стал уходить в сторону защищённого сектора галактики. Фактически сейчас нас двоих оставили на убой, посчитав наши жизни менее значимыми, чем жизнь пленённых нами же катарианцев.

Злость и обида на всех тех, кто бросил нас, подействовала на меня странным образом, у меня не было ни страха, ни паники, наоборот, я стал более собранным, и собирался порвать на куски всех, до кого дотянусь. Казалось бы, что могут сделать два истребителя в бою против тридцати, да ещё и при поддержке трёх крейсеров? Оказалось что много, катари такого явно не ожидали, и получили по зубам по полной программе. За каких-то десять-пятнадцать минут боя, нам удалось разбросать по космосу мелкими фрагментами шестнадцать боевых машин катари. Потом ситуация резко изменилась, беззащитными утками на охоте стали мы, у нас боезапас закончился.

Гонялись за нами долго, почти полчаса, прямых попаданий нам пока удавалось избежать, но незначительные повреждения уже были, и их с каждой минутой становилось всё больше, и больше. Мы оба понимали, что при таком подходе к делу нам долго не протянуть, и я предложил совершить таран. Нет, я разумеется не предлагал становиться камикадзе, катапультироваться можно же до того как истребитель врежется в чужой корабль. Наши пилот-капсулы хорошо защищены, и рассчитаны на 72 часа пребывания вне кабины истребителя, а стало быть, шанс выжить у нас есть. Есть, конечно, большая вероятность что нас просто расстреляют, как мишень в тире, но я рассчитывал попасть в плен, а там уже как кривая выведет. Адэр думал над моим предложением долгую минуту, попадать в плен ему не хотелось, а погибать не хотелось в двойне, и он поддержал мой план.

Каждый из нас выбрал себе по кораблю, после чего мы пошли на таран. Бортовой компьютер с точностью до доли секунды рассчитал время, и расстояние до цели, а также точку, где произойдёт минимально безопасное катапультирование. После отстрела пилот-капсулы, истребитель самостоятельно включит форсаж, и он на максимальной скорости врежется в борт корабля, ну или куда попадёт.

Взрыв я не видел, капсула вращалась в космосе с большой скоростью, и начинала отдаляться от повреждённого корабля катари. Где сейчас находилась капсула Адэра, и жив ли он вообще, я не знал, но надеялся, что он не попал под действие ударной волны.

Не знаю, сколько времени моя пилот-капсула кружилась в космосе, я потерял счёт времени, но в какой-то момент почувствовал, что вращение замедляется. Замедление происходило плавно, но достаточно быстро, и вскоре почувствовал касание её поверхностью чего-то жёсткого. Через пару минут меня начали втягивать в шлюз катарианского корабля, если другими словами то, я попал в плен. С одной стороны я был этому рад, проживу чуть дольше, а вот с другой стороны, ещё не известно насколько дольше.

Капсулу со мной внутри втянули в большой ангар, и после того как система захвата отсоединилась, капсула жёстко упала на пол. От такого падения мои внутренности вздрогнули, а в глазах потемнело. Когда зрение восстановилось, я увидел троих катарианцев, стоявших рядом с капсулой, и инструментом для её вскрытия в руках. Прекрасно осознавая, что они быстро вскроют эту консервную банку со мной внутри, решил не доставлять им такого удовольствия, и нажал на кнопку выход. Дыхательная жидкость за несколько секунд всосалась обратно в систему, после чего капсула открылась, и я выпал из неё. Эти четырёхрукие придурки, просто не поняли где верх капсулы, а где низ, поэтому поставили её на бок. Выдавив из себя остатки жидкости, хотел осмотреться, но у меня это не получилось, я получил сильный удар по голове, после чего сознание на какое-то время ушло в отпуск.

Приход отдохнувшего сознания был тяжёлым, голова болела просто зверски, а ещё мне было холодно. Жёсткая поверхность, на которой я сейчас лежал, была полом в каком-то помещении, больше похожем на грузовой трюм в каком-нибудь рудовозе. Освещение было очень слабым, но я всё-таки смог рассмотреть что находилось рядом. То что увидел, мне очень не понравилось, захотелось вцепиться в глотки катари, потому что рядом были клетки с людьми, и в одной из них сейчас сидел я.

Почти через сутки, по моим ощущениям, никто из катари к нам не походил, это давило на психику довольно сильно, некоторые из пленников уже начинали сходить с ума. Кто-то плакал, кто-то угрюмо молчал, уставившись взглядом перед собой в пол, а кто-то пытался сломать клетку. Сломать клетку, разумеется, ни у кого не получилось, сделана была на совесть, гранатой не возьмёшь. За эти сутки я почти полностью пришёл в своё нормальное состояние, даже зрение почему-то стало лучше.

Осматривая всё вокруг, искал Адэра, даже звал его, но он не отзывался. На мой зов реагировали другие пленники, просили не кричать, иначе всех изобьют за поднятый мною шум. Только в одной из клеток никто не возмущался на мои крики, я видел что там, точно кто-то есть, но этот кто-то был настолько слаб, что говорить просто не мог.

— Эй, Адэр, это ты там?

— Да, не ори только так сильно, голова и без твоего крика раскалывается.

— Жив, чёрт серый! — я был настолько рад услышать его голос, что даже прильнул к прутьям клетки. Как оказалось, зря я это сделал, электрический разряд отбросил меня обратно, и в глазах опять потемнело. Через несколько минут я очнулся и решил узнать, где мы, и что с нами будет.

— Ничего хорошего нас не ждёт, те, кого уводят, уже не возвращаются – прояснил положение дел мужик, сидевший в клетке с другой стороны коридора.

– Ну, вы хоть что-то должны знать, не первый же день тут сидите?

– Нечего тут знать, мы для них мясо, они молодняк натаскивают, а мы лишь дичь. Слышал я, что у них тут арена есть, бои устраивают, вот только до сегодняшнего дня, из людей никто не смог выиграть. Завтра мой выход, так что прощай, и удачи вам всем – мужик замолчал, и уставился взглядом в пол.

Минут через двадцать после нашего разговора, появились катарианцы, сразу четверо, но пришли они не за этим мужиком, а за мной. Спрашивать что-то даже не пытались, влепили разряд из электрошокера, и потащили за собой. Проехал я по полу на спине не очень-то и далеко, метров сто, оказавшись после в довольно шикарно отделанном деревом кабинете местного чиновника. Да, именно чиновника или бизнесмена, но никак не офицера из команды корабля, на борту которого мы находились, потому что одет он был, в балахон странного покроя и ярко синего цвета.

— шеловек, ти ошень храбрий воин, ми не хотеть чтоби ти умирать просто, ми давать шанс жить. Победа в бою дать шанс жить, висё често, нет оружия, толко тело.

— Я не буду сражаться против человека, в этом нет чести! – убивать своих я не собирался ни при каких условиях.

– Ти хочешь вийти против катари? — на лице говорившего со мной представителя четверорукого и рогатого представителя расы вторжения, появилось не поддельное удивление.

– Да, а что ваши воины настолько трусливые, чтобы выйти против человека? — у меня было большое желание сказать всё это на родном для них языке, но я сдержался, не нужно им знать того, что я хорошо его знаю.

-- Ойт, ти очен смел, это может, принести мну многа денга – катарианец задумался, видимо до этого момента таких поединков ещё не было. Мне по большому счёту было всё равно с кем сражаться, человек, катари или ещё какой-нибудь монстр. Для меня главное чтобы не пришлось убивать Адэра, я просто не смогу этого сделать.

– Харашо, завтра будет бой с катари, ти сечас отдыхать, а завтра приносить мине денги – на этом наш разговор был закончен и я, получив ещё один разряд из электрошокера, был доставлен в свою клетку.

– Димон, ты как там, жив? – послышался хриплый голос Адэра.

– Пока жив, но не уверен что это надолго, завтра мне предстоит бой против катари.

– Зачем? Почему?

– Они тут так деньги зарабатывают, устраивают состязания, только я не успел узнать о финале, жизнь в конце поединка предусмотрена или нет.

– Димон, ты там постарайся выжить, ладно? Если умрешь, я тоже умру, один я тут долго не протяну.

– Не паникуй раньше времени, что-нибудь придумаем.

– Я на это надеюсь, ты же всё-таки везучий человек, почти человек – поправил себя Адэр, чуть не выдав мой секрет другим людям, сидящим в соседних клетках. Я не стал заострять на этой оговорке внимания и просто промолчал. Вскоре нам, пленникам, принесли обед, это были какие-то сырые овощи, похожие на тыкву, но по вкусу напоминающие не зрелые бананы.

В ожидании боя прошли сутки, но по мою душу так никто и не явился, словно обо мне забыли или они вообще отменили бой. Сидя в клетке совсем без одежды, я чувствовал себя зверем, которого поймали для какого-нибудь инопланетного зоопарка. Когда я уже совсем перестал ждать отправки на местную гладиаторскую арену, за мной пришли, а если точнее, то пришли за нами всеми. Прежде чем вытащить нас из клеток, нам дали одежду, комбинезоны технической службы, причём новые. Как они угадали с размерами этих комбинезонов и ботинками, мне пока было не ясно, но всё подошло идеально, будто шили на заказ.

Через несколько минут, всех нас, а это девять человек, под конвоем сопроводили в грузовой трюм челнока, на котором чуть позже переправили на поверхность неизвестной планеты. Что это за планета, никто из нас не знал. Чувствовалось что на этой планете сила тяжести немного ниже привычной для нас, воздух подходил для нормального дыхания, воды тут тоже было достаточно, если судить по дождю который шёл на данный момент. Вокруг того места куда нас доставили, рос лес, на первый взгляд обычный, лиственный, только какой-то мрачный.

Нас выстроили в ряд, каждому дали в руки десантный нож, по два метра капронового шнура, толщиной миллиметров пять, и карту местности, напечатанную на пластиковом листе размером 30/30 см. Окружённые несколькими десятками катарианцев, мы ждали, что будет происходить дальше. Вскоре перед нашим строем появился человек, и стал вещать от имени катари.

– Вам несказанно повезло, у каждого из вас появился шанс вернуться домой. Для этого вам всего лишь требуется, добраться до того места, которое указанно на карте. Там находится космический корабль. На этом корабле, вы и сможете покинуть планету, но! – человек сделал многозначительную паузу, окинул презрительным взглядом всех нас, и продолжил. – Но для этого потребуется не только туда добраться, но и опередить катари, которые будут идти по вашему следу. Разумеется, что им корабль не нужен, им нужны вы. У вас будет преимущество в двадцать минут, потом начнётся охота. Всё честно, один человек – один катари, желаю умереть быстро. Чего встали? Время пошло!

Я, честно говоря, ждал не охоты на людей, а например гладиаторских боёв между людьми, но у меня и в мыслях не было, что мы станем дичью. Выбора нам не предоставили, пришлось бежать по лесу, стараясь максимально быстро увеличить дистанцию между собой, и нашими преследователями. Чем будут вооружены катари, мы не знали, и сколько их будет на самом деле, тоже не знали. Я не верил, что охота на нас будет честной, никто нам не позволит покинуть планету. Если нас не убьют по пути, то убьют в конечной точке, где, скорее всего, нет никакого корабля.

Бежать по пересечённой местности, густо покрытой лесом, было тяжело. Через полчаса спринтерского забега, я стал выдыхаться, а Адэр уже давно хрипел с пеной у рта как загнанная лошадь, и постоянно падал, спотыкаясь почти на каждом шагу.

– Всё, стоп, привал – я остановился, и обнял ствол дерева, чтобы не упасть. Адэр словно ждал команду, услышав слово стоп, он рухнул лицом в прелую листву. По моим скромным подсчётам, мы пробежали километров десять, сколько пробежали другие пленники, я не знал, они решили идти не с нами, а каждый своим путём.

Слегка отдышавшись, я заставил Адэра встать, за пять минут что мы отдыхали, охотники ещё больше сократили расстояние, и могли появиться рядом в любую минуту. Всё ещё дрожащими от напряжения руками достал карту, чтобы свериться с направлением. Через несколько секунд понял, что карта не соответствует действительности, то есть она точно липовая, фактически это был кусок, вырванный из какой-то другой карты, схожей по рельефу местности.

– Нас обманули как малых детей.

– В каком смысле?

– У меня было подозрение, что уйти нам не дадут, а сейчас я в этом убедился. Карта не настоящая, мы должны были пересечь речку указанную на этой карте, но её не было.

– Может она высохла?

– Русло бы осталось, а в не точность карт, с использованием современных технологий для их создания, я не верю.

– Ладно, я согласен, что делать будем? – Адэр посмотрел на меня так, будто я уже точно знал куда идти, и что делать.

– А почему ты меня всё время спрашиваешь, у тебя самого есть идеи?

– Не-а, в голову пока ничего не пришло.

– Вот ты всегда так, чуть что, у меня спрашиваешь. Ты кстати передо мной сильно провинился, надеюсь, обстрел ракетами ещё не забыл?

– Не забыл, в глаз мне потом дашь, если выживем. Не томи, вижу ведь, что у тебя какая-то идея уже появилась.

– Назад пойдём, только другой дорогой, и так же быстро, для нас сейчас каждая минута может жизни стоить. Всё, побежали, подробности расскажу, когда остановимся на отдых.

Отбежав на пару километров в сторону от того места где мы остановились, повернули назад. Теперь нам необходимо было сохранять тишину своего передвижения, а не ломиться как раненные лоси сквозь кустарник. Минут через пятнадцать услышали крики, а вскоре и увидели этого крикуна. Мужик, один из пленников, задыхаясь и падая, пытался убежать от своего преследователя. В его руках уже не было ни ножа, ни верёвки, видимо он их потерял где-то по дороге. Когда он выбежал на открытое пространство, прозвучал выстрел. Мужик споткнулся и упал, на этом, его спринтерский забег был закончен.

Мы затаились, укрывшись за стволом поваленного дерева, и стали ждать того, что произойдёт дальше. Через минуту из леса вышел катарианец, он был один, хорошо экипирован, и вооружён короткой автоматической винтовкой. Подойдя к своей жертве, он ещё раз выстрелил в лежащего человека, на всякий случай, чтобы загнанный им зверь уже точно не ожил. Потом он достал нож, и присел рядом с трупом, раздумывая над тем, какую часть от его тела отрезать в доказательство победы.

– Адэр, я знаю, что ты хорошо бросаешь ножи, у меня есть идея. Нам нужно этого катари завалить, я отвлеку, а ты убьёшь.

– Стой, а если я промахнусь?

– Вот тебе второй нож, теперь у тебя две попытки. Я постараюсь подманить его ближе, ты главное не спеши.

Я отошёл назад метров на тридцать,поднял с земли камень, и со всей силы бросил его в катарианца, занятого отрезанием головы своей жертве. Конечно же, я в него не попал, камень даже не долетел, расстояние-то было приличным, метров семьдесят. То что не попал, это было не важно, главное что он меня заметил, и решил приобрести ещё одну голову. Деревья, за которыми я прятался, мешали ему точно прицелиться, поэтому он решил подойти ближе. Пробежав в мою сторону метров сорок, он нырком ушёл в кусты, нож, брошенный Адэром, на всю длину лезвия вошёл ему в затылок. Вгорячах, Адэр и второй нож бросил, но он улетел куда-то в лес, и искать его нам уже не имело смысла, только время зря потратим, а его у нас и так мало.

– Молодец, я был уверен, что ты не промахнёшься, теперь помоги его раздеть, его одежда нам понадобится.

– Для чего? Как ты её что, носить собираешься, у него же четыре руки?

– Не я, а мы, хватит болтать, время-то идёт – Адэр ничего не понял, но раздеть катарианца помог.

Из всего что мы сняли с трупа катари, я пока надел только штаны, остальное мы наденем на себя позже, когда доберёмся до их лагеря. Возле этого лагеря стоит космический корабль, точнее не корабль, а челнок, но нам его хватит, чтобы покинуть планету. Теперь мы были вооружены, но остался один не очень приятный момент, решить, кто из нас понесёт отрезанную человеческую голову.

– Не, только не я, я лучше возьму все вещи и оружие, всё-таки стреляю я лучше тебя – заявил Адэр, посмотрев на отрезанную голову. Мне тоже не хотелось брать в руки голову, но пришлось, она может стать пропуском в лагерь катари.

Обратная дорога до точки нашего старта, заняла гораздо больше времени, идти по лесу приходилось осторожно, и тихо, чтобы не нарваться на охрану лагеря.

– Димон, у меня тут вопрос появился. Ну, допустим что мы захватили челнок, а дальше что?

– Дальше? Дальше я пока не знаю что, мой план в этом месте зашёл в тупик, что потом делать, после будем, сейчас на это времени нет.

Часовых мы заметили раньше, чем они нас. Видимо катари не настолько хорошо умели воевать в лесу или просто расслабились, не учитывая тот факт, что в лагерь могут вернуться не только охотники. Затаившись в кустах, мы стали думать, как нейтрализовать часовых. Стрелять было нельзя, выстрел услышат те, кто сидит в челноке. У меня, конечно, было несколько вариантов, но все они имели недостатки, которые могут нам навредить. Все эти варианты я озвучил, но Адэр ни один из них не поддержал, после чего я предложил ещё один, который давал больше шансов захватить челнок, но он мне не нравился.

– Последний вариант что у меня есть. Ты садишься мне на плечи, надеваешь форму убитого нами катарианца, после чего мы идём к часовым открыто.

– А если они что-нибудь спросят? А же ни слова не понимаю – Адэр уже частично согласился с таким способом.

– Я понимаю, и говорить тоже умею – опередил я его следующий вопрос. – Нам нужно подойти достаточно близко, чтобы пустить в ход ножи.

Куртку катарианца, и его бронежилет, решили разрезать по спине, иначе мы вдвоём в них не влезали. Куртку разрезали без проблем, а вот с бронежилетом пришлось долго возиться, он упорно не желал делиться надвое. Пока мы готовились к началу своей маленькой спецоперации, стало темно, а дождь усилился. Решили бросить пустое занятие по разрезанию бронежилета, и просто нести его перед собой прижав к телу. В таком положении мне идти было сложно, я не видел дорогу, а у меня на плечах ещё и Адэр сидел. Когда нас заметили часовые, мы уже подошли достаточно близко к ним, темнота и дождь помешали им увидеть, что вернулся в лагерь совсем не охотник за головами.

– Как охота? – один из часовых поинтересовался результатом.

– Отлично! – ответил я, и показал ему отрезанную голову. Пока оба катарианца вглядывались в то, что я держал в руке, мы подошли на расстояние удара ножом. Отвлекающий манёвр с использованием отрезанной головы, помог Адэру убить обоих катарианцев практически бесшумно, сдавленный хрип одного из них на наше счастье никто не услышал.

– Слезай, приехали – я, можно сказать, сбросил Адэра со своих плеч. – Нужно спрятать трупы, займись этим, а я отдохну немного, не лошадь всё-таки.

Через пять минут, вооружившись трофейным оружием, мы пошли на захват космического челнока. Осторожность соблюдали только до первого выстрела, а после уже смысла не было, и стреляли по всему, что движется. Через минуту челнок был под нашим контролем, теперь встал вопрос что делать дальше.

– Ну, и? – Адэр посмотрел на меня.

– Что, и?

– Дальше-то что? В космос? Там, между прочим, корабль висит, а не какой-нибудь челнок размером чуть больше. Один выстрел и от нас вообще ничего не останется, а если мы даже сможем попасть на этот корабль, то что мы сможем там сделать вдвоём?

– Предлагаю, помочь нашим, я имею ввиду тех, кто ещё по лесу бегает, возможно, ещё не всех убили. Нам сейчас пара лишних стволов, могут сильно облегчить задачу.

– Какую задачу, что опять придумал?

– Корабль захватить.

– Совсем спятил, да? – Адэр внимательно посмотрел мне в глаза, пытаясь увидеть там признаки безумия.

– У меня глаза электронные, так что ничего ты там не увидишь.

– Теперь мне всё ясно – он заходил по рубке управления кругами. – На корабле этих катари около сотни, предлагаешь всех убить за несколько секунд, пока они не поняли, что происходит.

– Зачем всех, только тех, кто окажет сопротивление.

– А если они все окажут?

– Тогда нам конец, если останемся здесь, то нам тоже конец, так что перестань истерить. Садись за управление, полетим на поиски, пока ещё есть, кого искать.

Включив тепловизор, мы медленно летели над лесом и искали живых людей, на которых была объявлена охота. Нашли только двоих, один из них сидел на дереве, прячась там от охотника, а второй лежал на дне оврага, полностью лишившись сил после изнурительного бега по пересечённой местности. Всех оставшихся в живых охотников за головами, я убил из снайперской винтовки, стреляя с высоты семисот метров, не ожидали они, что на них тоже охоту объявили. Выживших людей подняли на борт и привели в чувство.

– Чтобы вы не особо радовались, скажу сразу, что ещё ничего не закончилось. Планета, скорее всего под контролем катари, на поверхности их не много, это я так думаю, как на самом деле не знаю. Здесь нам точно не выжить, вскоре они поймут, что охота слишком затянулась, и пришлют группу зачистки. Поэтому мы, с вашей помощью, хотим захватить их корабль. Хотелось бы заранее узнать что вы можете? – ещё не пришедшие полностью в нормальное состояние два оставшихся человека, смотрели на меня, почти так же как недавно смотрел Адэр. Заглядывали в глаза пытаясь понять, я совсем спятил или просто решил пошутить.

– Да, не, нормальный он, просто он думает не так как мы – успокоил их Адэр.

– Я оператор систем жизнеобеспечения кораблей среднего класса. Стреляю не очень хорошо, так что помочь не особо чем смогу – коротко рассказал о себе мужик средних лет. Звали его Кен Чест, он был захвачен в плен после нападения на круизный лайнер.

– Я Дашанат Сормиван, химик, работал в одной из лабораторий корпорации «Галактико». Стрелять совсем не умею, управлять космической техникой, даже и не пытался никогда, так что помочь вряд ли чем смогу.

– Всё, нам конец – Адэр сел в кресло пилота, и обхватил голову руками. Я тоже как-то не очень обрадовался, узнав, что подкрепление у нас появилось совсем не боевое. Нам бы сейчас пару десятков наших десантников, вот тогда я был бы уверен, что корабль будет наш. Что теперь делать, я не знал, и стал напряжённо думать над тем, как нам выжить на поверхности этой планеты.

– А если попытаться остальных освободить? – спросил Кен после пяти минут напряжённых раздумий.

– Каких всех? Нас же только четверо осталось – не понял я его предложения.

– Ну, тех, кто на корабле остался, их там ещё человек тридцать сидит в клетках – пояснил он, чем сильно меня удивил.

– Я что-то не видел там столько народа.

– Так ведь они в другом месте находились, отдельно от нас. Катари всех пленников разделили на три группы, думаю, чтобы мы сговориться не смогли. Боятся они нас, корабль-то хоть и военный, но состав команды какой-то странный, они больше на коммерсантов похожи.

– Химик, а ты, что интересного мо– я запнулся на половине слова, потому что в мою дурную голову пришла идея, как нам захватить корабль. Осталось только эту идею превратить в продуманный план по освобождению и захвату корабля. – Ты же у нас химик, так?

– Да, я же сразу сказал – Дашанат посмотрел на меня испуганно и вжался в кресло, словно ожидал моего последующего за этим удара.

– А ты чем в лаборатории занимался?

– В основном подбором смесей для дыхания, а что?

– Ты в отравляющих веществах хорошо разбираешься?

– Не профессор конечно, но кое-что знаю.

– Можешь какой-нибудь газ смастерить, чтобы с ног валил, но не убивал?

– Имея в распоряжении лабораторию, без проблем, дело пары минут – химик резко замолчал, догадавшись о том, что я задумал.

– А в походных условиях за полчаса что-то сможешь сделать?

Дашанат задумался на несколько секунд, а после, на его всё ещё бледном лице, появилась злобная ухмылка, мне сразу стало понятно, что он сможет подготовить необходимый состав парализующего действия.

– Нам газ нужен, а не жидкость – уточнил я.

– Это ещё проще, я ненадолго – он взял нож, снял с убитого катарианца штаны, и побежал в лес.

– Теперь рассказывай, что ты задумал? – спросил Адэр, покосившись на Кена.

– Нейтрализовать всю команду корабля запустив газ в систему вентиляции – честно признался я, и увидел, как лицо моего друга перекосило от такой идеи. – Кен, ты же у нас по системам жизнеобеспечения специалист, должен знать, куда этот газ запустить так, чтобы его вся команда вдохнула.

– Корабль же не наш – Кен сделал паузу, очевидно собираясь сказать, что чужую систему не знает, но посмотрев на наши суровые лица, добавил – но я это сделаю.

Через двадцать минут вернулся наш химик-отравитель, принёс штаны плотно набитые какой-то травой. Потом он разломал водяной бак, и собрал из его деталей устройство, с помощью которого чуть позже изготовил почти литр какой-то гадости серо-зелёного цвета. Жидкого вещества по моему мнению было слишком мало для того чтобы усыпить всю команду корабля. Адэр был такого же мнения, о чём сразу же и сказал химику.

– Это только основа, сейчас кое-что добавлю, и этим можно будет уложить спать население небольшого города – Дашанат добавил в полученную гадость небольшое количество жидкости из системы охлаждения, а потом ещё добавил туда какой-то белый порошок. Где он его взял, меня не интересовало, главное что теперь у нас было чем усыпить команду корабля катари. – Всё! – он отряхнул руки, и с чувством выполненного долга уселся в кресло.

– Ну и что нам с этим делать? Я вообще-то просил газ, а тут жидкость, нам что ходить и каждому члену корабля предлагать тяпнуть по пять капель?

– Зачем? Достаточно разлить где-нибудь около вентиляционного отверстия, и через пару минут все уснут – пояснил химик, и на его лице опять появилась злобная ухмылка.

– А мы? – задал я самый важный для нас вопрос.

– Ой, совсем забыл, вот – он достал из кармана несколько корешков бурого цвета. – Это надо съесть прямо сейчас, не бойтесь, не отравитесь, у этих корешков обратное действие.

Мы сжевали предложенное нам противоядие, пожелали друг другу удачи, и подняли челнок в небо. Система управления чужой техникой была несколько другая, но принципиально не отличалась от наших систем, поэтому через несколько минут мы освоились, и направились в космос. Пилотировал челнок в основном Адэр, я взял на себя навигацию и связь. Было опасение, что нашу провокацию быстро раскроют, когда мы свяжемся с кораблём. Никто из нас не знал же, что конкретно они говорят во время сближения, но на наше счастье они вышли на связь первыми, мне оставалось только отвечать на вопросы, причём не связанные с пилотированием.

– Дратнок, как охота? – спросил кто-то.

– Нормально, трофеями обложились, есть чем удивить – я старался отвечать так, чтобы не говорить о чём-то конкретно. Видеосвязь я не включал, иначе мы даже до корабля не долетим, сразу уничтожат.

– Что-то видеосигнала нет, опять забыл включить?

– Нет, не забыл, блок погорел, как доберусь, поменять придётся – так прошло десять минут полёта, я к этому времени наговорил столько всего, что забыл с чего начал, и это лишь затем, чтобы не дать ему меня ни о чём спрашивать. Постоянно менял тембр голоса, списывая это на помехи системы связи. Вскоре Адэр включил автопилот, и челнок уже самостоятельно влетел в шлюзовые ворота корабля катари.

– Кен, где у них тут окно канала вентиляции? Ищи быстрее, у нас всего пара минут, потом нам придётся выходить.

– Вон он, у самого потолка – он ткнул пальцем в экран монитора.

– Адэр открой верхний аварийный люк, контейнер с жидкостью придётся бросать, а потом его расстрелять в полёте. Кен, добросить сможешь?

– Думаю, да, только мне для этого нужно вылезти из люка полностью.

– Тогда пошли!

Адэр открыл аварийный люк, Кен выбрался из него, встал на фюзеляж челнока, и, размахнувшись, бросил пластиковый контейнер в сторону окна вентиляции. Я стрелял, не вылезая из люка, попал в контейнер не с первого раза, но попал. Фейерверк зелёных брызг разлетевшихся в разные стороны, порадовал нас всех, потому что большая часть попала в вентиляцию. Катарианцы, поняв, что на их корабле появился кто-то чужой, открыли беспорядочный огонь по челноку. Стреляли впрочем, не долго, около минуты, а потом наступила какая-то зловещая тишина. Осторожно выглянув из люка, я увидел что восемь катарианцев находившихся в ангаре, лежат на полу без движения.

– Есть, смесь подействовала! Кен, слезай, у нас ещё дел по горло. Кен, эй?! – он лежал в паре метров от люка лицом вниз, и молчал. Я выбрался наверх и тронул его за плечо, он на это никак не отреагировал. Кен был мёртв, пуля попала ему точно в сердце, и теперь наша команда стала меньше на одного бойца. Вскоре мы вышли из челнока, решив собрать в одну кучу, спящих по всему кораблю катарианцев, но как оказалось это было не так просто. В первом же коридоре, попали под обстрел. Плохо соображающий после воздействия на него усыпляющего средства катарианец, несколько раз выстрелил в сторону неизвестных личностей, появившихся на корабле неизвестно откуда. К нашему счастью стрелял он не прицельно, поэтому никого из нас троих не убил, но сволочь ранил всех. Мне вскользь зацепило плечо, Адэру досталось в ногу чуть выше колена, а Дашанат отделался лишь царапиной, но зато во всю щеку. Катарианца этого мы расстреляли сразу из двух стволов, чтобы уж точно больше от него нам ничего не прилетело.

– Химик, твою ж, ты же сказал что они все уже спят!? – Адэр прыгая на одной ноге, пытался схватить Дашаната за шиворот, но тот отбежал, оправдываясь.

– На катарианцах эксперименты никто же не проводил, вдруг на них не так действует, хотя если вспомнить, то в ангаре они очень быстро уснули.

Вскоре оказав самим себе первую медицинскую помощь, мы собрали всю команду корабля катари в одном месте, распределив их по клеткам, в которых до этого сидели люди.

– Дашанат, как нам пленников разбудить?

– А никак! Антидота-то у нас нет, я о пленниках не думал, когда смесь готовил.

– И как долго они спать будут? Нам сейчас край как помощники нужны.

– Часа четыре точно проспят, состав всё-таки не такой чистый получился – ответил наш химик, разведя руками. Нам с Адэром было не понятно, то ли он хвалил так сам себя, то ли жаловался, что не успел очистить смесь. Почесав затылки, решили подождать пробуждения освобождённых нами людей, и попутно изучить работу систем корабля. Начали с системы навигации, надо же было узнать, в какой точке космоса мы сейчас находимся.

Захваченный нами катарианский корабль оказался прост в управлении, но не очень удобен, всё было рассчитано на наличие четырёх рук у одного индивидуума. Адэр, взявший на себя роль пилота, долго ругался, пытаясь привыкнуть к пульту управления, постоянно отвлекал меня, заставляя переводить на понятный язык все надписи и обозначения. С системой навигации я разобрался довольно быстро, и смог выяснить, где мы находимся. Планета, с поверхности которой нам удалось выбраться, называлась «Кетури», расположена на самом краю синего сектора. Количество населения равнялось ста тысячам человек, в основном это были шахтёры, добывающие здесь полезные ископаемые. Добыча полезных ископаемых велась только на одном из восьми материков, остальные семь были заповедной территорией. Коренное население отсутствовало как таковое, планета изначально подверглась террареформированию и после этого была оставлена в покое на сто лет с целью наблюдения за ходом эволюции флоры и фауны.

Освобождённые нами люди проснулись только спустя шесть часов после вдыхания адской смеси приготовленной Дашанатом. Катарианцы всё ещё спали, и я стал беспокоиться по этому поводу. Мне не то чтобы их было жаль, если они умрут прямо во сне, я не хотел терять источники информации. На основе их допроса, у нас могли повыситься шансы на дальнейшее существование. Дашанат, понимающий в медицине чуть больше чем мы, занимался приведением в чувство просыпающихся людей, и к нам с глупыми вопросами не лез.

— Димон, на радаре появилась пара отметок, идут в нашу сторону. Расстояние пока слишком большое чтобы определить кто это. Мож двинем отсюда, пока они ещё далеко?

— Давай, только проложи курс куда-нибудь вглубь не освоенной части космоса, нам сейчас встречаться вообще ни с кем не надо. Нам нужно время подумать, что делать дальше.

— Чего тут думать-то, к своим надо пробиваться.

— А ты уверен что мы для своих сейчас не чужие, нас оставили на съедение волкам, я катари имею ввиду. Где гарантии что нас там ждут? Нам сейчас разобраться надо кто чужой, а кто свой, если у нас ещё остались эти свои.

Адэру не понравилась озвученная мною мысль но он согласился с тем что нам нужно время для того чтобы подумать. Через несколько секунд мы развернули корабль, и он стал быстро набирать скорость, уходя от планеты в направлении необитаемой части галактики. Вскоре развив достаточную скорость, он ушёл в гиперпространство. Пока мы будем находиться там, решил поговорить с освобождёнными из плена катари людьми.

— Дашанат, как тут наша будущая команда себя чувствует?

– Относительно хорошо, некоторые сильно избиты, но ничего серьёзного.

– Димон!? – один из бывших пленников явно меня знал и сейчас, тяжело поднявшись на ноги, сделал шаг в мою сторону. Я пока не мог признать в нём кого-то из своих знакомых, всё лицо этого человека было покрыто синяками и ссадинами, нос распух, превратившись в кроваво-синюю картошку. – Что, не узнал? Мурабо я, помнишь такого?

— Вот чёрт, а ведь это правда ты, от старого Мурабо только цвет кожи и остался. Сильно тебе досталось, сюда-то ты как попал? — Я пожал ему руку и помог присесть на пустой ящик.

– Да, вот, решил сменить место жительства, хотел попасть на одну из центральных планет, а попал сюда. На наш транспорт напали, всех кто это нападение пережил, посадили в клетки. На данный момент нас только трое осталось, из восемнадцати с того транспорта.

На захваченном нами корабле, в плену находилось двадцать шесть человек, из них только восемь имели хоть какое-то отношение к космическому флоту. К нашему сожалению, только к гражданскому флоту, военных среди них не оказалось. Вскоре начали просыпаться катарианцы. Злобных взглядов и криков в нашу сторону было много, вот только нам на это было плевать. Особо крикливые из них получили по электроразряду из их же шокеров, после чего остальные сразу притихли. Допрос решили отложить на некоторое время, сейчас было не до пленников, нужно было сменить курс, так как корабль вышел из гиперпространства.

– Димон, мне кажется, мы куда-то не туда прилетели, на тех картах что есть у этих катари, в этом месте не должно быть газового гиганта, а он тут есть.

— Ничего удивительного, они же пришельцы, не успели карты обновить.

– А это ты как обновлять собираешься? — Адэр показал на экран радара, где появилось несколько сотен отметок помеченных как корабли, причём сканер пометил их как дружественные, то есть это корабли катари. Ровно через десять секунд послышался звук запроса выхода на связь.

-- Адэр, плавно разворачивай это корыто, и уносим ноги, я пока буду заговаривать им зубы.

– Т-674-М-25, ответьте! Т-674-М-25, почему молчите?

– Т-674-М-25 на связи, есть проблемы со связью и навигацией, ошиблись с выходом, меняем курс. Адэр, быстрее, чего ты там копаешься? – поторопил я его шепотом, чтобы меня не услышали катари.

– Т-674-М-25, высылаем ремонтную бригаду, оставайтесь на месте.

– Мы уже уходим, навигация в норме, конец связи. Адэр, да сколько же можно тыкать пальцем в одну кнопку, валим отсюда!

– Курс не сохраняется, чтоб его! – Адэр настойчиво тыкал пальцем в стеклянную панель управления, пытаясь активировать автопилот по вновь проложенному курсу. Через несколько секунд автопилот включился, и корабль стал разворачиваться, слишком медленно, по моему мнению, было желание выйти в космос и подтолкнуть. На радаре от общего числа нескольких сотен меток отделилась одна и направилась в нашу сторону.

– Т-674-М-25, заглушите двигатели, команда по ремонту уже в пути.

Захваченный нами корабль, словно живой, умышленно сопротивлялся нашим действиям, и набирал скорость не так быстро, как нам этого хотелось. В радио эфире уже послышались угрозы в наш адрес, если мы не остановимся. Я в ответ опять отвечал что у нас всё хорошо, искусственно создавая помехи и намекая этим, что система связи всё ещё неисправна. Через несколько минут корабль всё-таки развил достаточную скорость, чтобы уйти в гиперпространство. Мы облегчённо выдохнули, в ближайшие полчаса нападения можно не ждать, не придумали ещё такого оружия, чтобы оно само в гиперпространство уходило вслед за целью.

Орбитальная учебная база «Надежда галактики». Командный центр.

Генерал Патран уже больше месяца находился в подавленном настроении, все учебные поединки пилотов истребителей нового класса ему были не интересны. Чуть больше месяца назад ему сообщили, что два его лучших агента СБС погибли в неравном бою, и виной этому был командир группы полковник Тонрод. Сейчас полковник был отстранён от должности, лишён звания и находился в военной тюрьме, ожидая приговора. Патран был в ярости, узнав о гибели Демона и Ворона, у него было большое желание собственноручно пристрелить Тонрода, но он удержался от такого соблазна. Смерть одного трусливого полковника не вернёт ему этих уникальных человека и паккари.

Через несколько дней после сообщения о гибели своих агентов, к Патрану пришёл профессор Кешер, и рассказал кто на самом деле капитан Димон Син-цын. Узнав от профессора, что Син-цын был создан искусственно самим профессором, Патран даже немного повеселел. Он надеялся, что Кешер создаст ещё десятка три таких же Димонов, но профессор быстро его вернул с небес на землю.

— Вся информация о его создании находится у Син-цына, а воссоздать его по памяти, я не смогу. Десять лет на исследования, потом ещё десять лет на создание второго прототипа. Хорошо, пусть даже по знакомому пути на это у меня уйдёт вдвое меньше времени, но это всё равно десять лет. Димон, то есть ещё один почти такой же вам нужен сейчас, я прав генерал?

— Да, Кешер ты прав, а почему почти такой же? — Патран зацепился за слово почти.

— Видите ли, в чём дело, господин генерал — профессор на несколько секунд задумался, решая рассказать Патрану всё о капитане Син-цыне или нет. Син-цын погиб, а это значит что его тайну уже вроде бы хранить больше не зачем, и профессор решил рассказать. – Я никогда не смогу создать второго Син-цына, нет, внешне и по физическим параметрам смогу, но вот переместить душу в это тело из другого мира нет.

– Вы это о чём профессор, какую душу, и из какого ещё другого мира?

– Сейчас объясню, только не перебивайте. Первоначально в теле моего прототипа жил, нет не так, в голову был помещён мозг какого-то военного пилота. Имя его не знаю, от меня это скрыли. Так, вот, пересадили мы мозг, всё было просто замечательно, чтобы прототип не вышел из-под контроля, его снабдили специальным чипом. Все наши тесты прототип прошёл на отлично, а потом кто-то решил испытать его в реальном бою. На следующий день он сбежал, а когда я вновь встретил его через два года, это уже был совсем не тот, кого я создал. В этом теле уже жил совсем другой человек, произошла смена сознания или души, если вам так будет понятнее.

Я, конечно же, в это не поверил, но на основе проведённого психологического теста, убедился что так оно и есть на самом деле. Син-цын не знает элементарных вещей, привычных для любого жителя наших миров, он действует интуитивно. Мне даже удалось скрытно записать его речь на родном для него языке, после проверил по лингвистической базе. Совпадений нет.

– Может быть, это был язык катари?

— Нет, даже не похож.

— А о катари он что-нибудь говорил? Мне доложили, что он в совершенстве владеет их наречием.

– Нет, меня на тот момент это мало интересовало, я пытался узнать больше о его родном мире.

– Узнал?

— Только название звёзды, вокруг которой вращается его планета со странным именем Земля. Где находится эта звезда, мне выяснить не удалось.

Находясь в зале центра управления, Патран вспоминал тот разговор с Кешером, и от этого настроение становилось ещё хуже. Вогур Варнари сейчас находился в трауре, потеря сына сильно пошатнула его здоровье, он даже заметно постарел за несколько дней. Генерал отдал Вогуру ножи Син-цына, их нашли на полу длинного коридора, по которому Димон и Адэр бежали в ангар к своим истребителям. Это всё что осталось от этих ребят. Патран даже отправлял спасательную экспедицию для поиска их тел, но на том месте боя, где они погибли, обнаружили только мелкие фрагменты космических кораблей.

– Генерал, что вы думаете об этой паре пилотов? — спросил Станвор, прервав воспоминания Патрана.

-- Об этих? Ничего! Продержатся, максимум пять минут, с учётом поединка один на один – Патран даже не посмотрел на экран, где шла прямая трансляция учебного поединка пилотов истребителей КА-01.

– Это ещё почему?

– Ни один из них и в подмётки не годится Син-цыну и Варнари, эти двое могли бы размазать тонким слоем по космосу пару крейсеров вместе с кораблями поддержки!

– Генерал, мне, правда, очень жаль, что твои ребята погибли, но нельзя же винить в этом всех.

– А я никого не обвиняю, сам виноват, не нужно было их в эту группу зачислять.

Патран на пару секунд остановил взгляд на панорамном экране, махнув рукой на весь учебный процесс, отправился к себе в кабинет. На выходе из комнаты командного центра, его сбил с ног профессор Кешер.

– Генерал, Патран, у нас проблема! – Кешер прижал Патрана к полу, схватил его за отвороты кителя, и стал трясти. Через несколько секунд солдаты службы безопасности базы, грубо сняли профессора с генерала, и его самого прижали к полу.

– Кешер, какого чёрта, что с вами случилось?

– Патран, на наш транспорт напали, сорок процентов от числа команды и пассажиров мертвы, много раненых, моей дочери нет ни среди погибших, ни среди раненых! – прокричал профессор на одном вдохе.

– Отпустите! – приказал Патран солдатам, и лично поднял Кешера с пола. – Вы о чём?

– На тот корабль что направлялся на Кирас, напали катари! Назад вернулся только тягач, под завязку набитый ранеными и трупами!

– Капитана этого тягача быстро ко мне! – приказал Патран, а сам, успокаивая профессора, повёл его в свой кабинет. – Вот, выпейте, немного поможет – он налил профессору крепкой настойки на основе спирта и трав, которую делал сам по старому рецепту своей бабушки. Через несколько минут в кабинет в прямом смысле слова притащили капитана корабля, о котором говорил Кешер.

– Рассказывай, что произошло?

Слегка заикаясь от испуга, капитан Маро стал рассказывать о злоключениях, произошедших с ним и его командой за прошедшие десять дней.

– Мы летели на Кирас, всё было нормально, но внезапно появились катари. Один корабль, военный, а у нас обычный грузопассажирский транспорт, сами понимаете, шансов у нас не было. Нам сразу пятьдесят процентов щитов снесли, а потом нас начали добивать.

– Где моя дочь? – перебил Маро профессор.

– Кешер, заткнись! – Патран даже привстал с кресла для большей убедительности – продолжай!

– Так, вот, я и говорю, бьют как по учебной мишени, у нас уже появилось много убитых и раненых, а потом к катари ещё один корабль на подмогу прибыл. Ну, это мы так вначале подумали, а корабль-то этот, как дал по первому, от того только бублик остался.

– Не понял, ты хочешь сказать, что они друг с другом воюют? – Патран не поверил Маро.

– Сами удивились, но потом эти со второго с нами на связь вышли, и я чуть с ума не сошёл.

– Дочь моя где??? – профессор попытался встать с кресла, но Патран грубо ткнул его в грудь, усадив на место.

– Там! – Маро показал куда-то за спину – что ж с ней будет-то, она в надёжных руках.

– Маро, я тебе сейчас врежу, если ещё раз с темы свернёшь! – Патран показал кулак.

– Я и говорю, на связь с нами вышли, я думал это катари, а оказалось что капитан Демон. Я сначала думал, врёт, но тут дочь ваша в разговор влезла. Я так понимаю, они хорошо знают друг друга, вот она-то и узнала его. Радости было не описать, не иначе любовь у них.

Профессор Кешер медленно сполз, с кресла на пол, и закрыл лицо руками. Патран сидел с открытым ртом, и выпученными от удивления глазами.

– Дальше что? – генерал наконец-то пришёл в себя.

– А что дальше? Нормально всё дальше было, какой-то паккари руководил перегрузкой уцелевших людей с нашего корабля, а потом.

– Стоп, стоп!!! Какой паккари???

– А кто ж его знает, знаю только, что его Адэром называли. Перегрузили, значит, и отправили нас сюда, вот координаты места встречи, велели вам передать – Маро протянул сильно помятый бумажный листочек, с координатами места встречи. Патран упал в кресло, закрыл лицо руками, и стал истерично смеяться, периодически выкрикивая имена Димон и Адэр. Капитан Маро медленно переместился в угол, подальше от сошедшего с ума генерала. Кешер пришёл в себя, и взобрался обратно на кресло. Маро показалось, что и профессор находился тоже немного не в себе, улыбка у него была очень странная.

Всхлипывая от смеха, Патран набрал номер Вогура Варнари.

– Вогур, хи-хи, это Патран, хи, ты там ножички ещё никому не подарил? Вот и хорошо, законному владельцу придётся вернуть. Что? Естественно Адэр жив, мало того, наши ребята у катари корабль отняли, я вылетаю на встречу с ними. Вогур?! Эй, ты, где там? Ау! Вот чёрт, не связь, а дерьмо. Капитан, а когда нам нужно по этим координатам прибыть?

– Ну, это, мы маленько задержались в пути.

– Капитан!!!!

– Вчера должны были быть – признался Маро. Патран застонал, услышав время.

– Кешер, подъём! – генерал схватил профессора за шиворот, и потащил за собой. – Мой корабль к вылету, срочно! – приказал Патран, как только вышел из кабинета.

– Что случилось генерал? – в коридоре их встретил Станвор.

– Живы мои парни, живы! Я всегда верил, что их убить просто не возможно!

Спустя десять минут они уже были на борту личного корабля генерала СБС Патрана, а ещё через пять минут, корабль вышел в открытый космос и направился по указанным координатам.

Наш корабль медленно дрейфовал по просторам бескрайнего космоса, третьи сутки радар показывал, что поблизости нет ни одной живой души. Нервное напряжение сошло, на нет, теперь все обитатели корабля, включая пленных катарианцев, впали в какое-то уныние. Каждый искал себе хоть какое-нибудь занятие, чтобы не свихнуться от скуки. Несмотря на то, что я был старше всех по званию, и негласно являлся капитаном корабля, я выбрал для себя самую маленькую каюту. Чтобы нормально выспаться мне всего-то требовались кровать и тишина, поэтому я закрывал дверь на замок и спокойно спал.

Наслаждался таким отдыхом не долго, ровно на третий день мне приснилось, что я в одиночку сражаюсь с командой флагманского корабля катари. Сражался прямо сказать странно, у меня не было никакого оружия кроме собственных рук. Мне в этом сне не требовалось забивать кулаками противника до смерти, превращая его в отбивную, достаточно было лёгкого касания, и катарианец превращался в пепел. В меня, конечно же, стреляли из всех видов ручного оружия, но я всегда успевал увернуться от летящей в меня смерти в последний момент.

Коридоры корабля катари быстро опустели, враги поняли, что таким способом меня не одолеть. Через несколько секунд, путь преградили дроиды. Вполне привычные для них, такие же четырёхрукие, как и сами катари, и в каждой руке у них было по ножу. Когда я касался дроидов, они в пепел не превращались, просто становились медленными и какими-то слабыми, хватало лишь лёгкого толчка для того чтобы свалить их с ног.

— Димон, проснись! Димон!!! Это я, Адэр! Проснись же, наконец!

— Адэр!? — сквозь пелену сна я смог увидеть лицо своего друга. Сон покидал меня не так быстро, как хотелось, вначале проступили очертания каюты, а потом я увидел всё остальное.

— Руки отпусти, больно же!

Я посмотрел на то что продолжал сжимать в своих руках. Как, оказалось, сжимал я руки Адэра, судя по его воплям, сжимал их очень сильно, но сам не ощущал этого.

— Совсем с ума сошёл? Ты Мурабо чуть не убил, и мне готов был руки сломать. Тебе кошмар что ли снился?

– Можно и так сказать. Я случайно по кораблю во сне не ходил?

– По всему кораблю нет, а вот в коридор успел выйти, как раз там от тебя Мурабо и досталось.

– Извините, постараюсь, чтобы такого больше не было. Я что-то в последнее время себя плохо чувствую. Мне наяву иногда мерещится, не пойми что, а уж во сне и подавно. У нас всё нормально, ничего плохого не произошло?

– Если не считать твою выходку, то пока тихо, есть предложение отправиться в сторону какого-нибудь пока не оккупированного сектора. Сидеть без дела уже надоело, к тому же у нас на борту много посторонних, от них нужно избавиться. И не надо на меня так смотреть, избавиться в хорошем смысле, например, пересадить их на другой корабль.

— Хорошо, выбери координаты куда-нибудь ближе к Нейте, думаю, катари туда ещё не добрались, да и охрана сектора там более чем серьёзная.

Адэр посмотрев на меня, и поняв, что с моей стороны больше угрозы здоровью ни для кого нет, ушёл. Я пока не спешил покидать каюту, нужно было осмыслить сон. Только успел избавиться от профессора Кешера, засевшего у меня в голове, как тут же его место занял странный куб, с бурлящей внутри него энергией. Если с Кешером было всё ясно с самого начала, он помощи просил, то с этим кубом совсем ничего понятно. Что мне этот куб хочет, а он явно хочет сказать, я никак понять не могу, то ли он этим намекает, что я настолько крут и могу убить катари лишь одним прикосновением, то ли показывает мне будущее. В такую свою крутизну я не верю, не обладаю я таким оружием, чтобы от одного прикосновения враги в пепел превращались. Будущее? Такое тоже маловероятно, на борт их флагмана ещё попасть надо.

— Я завтрак принесла – в дверях появилась Велия с подносом в руках. Пищевые брикеты, которыми питались катари, были аналогом наших пищевых шариков, отличие было только по вкусу. Мне что наши шарики, что катарианские брикеты, не нравились, в их составе чувствовалась какая-то химия, но я не стал отказываться от завтрака, если уж мне его принесли.

– Спасибо, как там Мурабо?

— Ничего серьёзного, он даже не обиделся, считает, что это была хорошая проверка для него как для командира отряда внутренней безопасности корабля. Ты не будешь против того, если я тут посижу, пока ешь?

– Сиди, только вопросами не донимай — я сразу поставил условие для нахождения девушки в своей каюте. Видно было, что она немного обиделась, видимо как раз и хотела о чём-то спросить. Есть под присмотром было как-то неприятно, аппетит сразу пропал, поэтому я кое-как сжевал лишь один брикетик, а остальное отложил в сторону.

-- И всё? Не вкусно или просто не хочешь, есть в моём присутствии? – мне показалось, что она догадалась, почему я отложил поднос в сторону.

– Просто больше почему-то не лезет. Ты извини, мне нужно идти, потом поговорим, если захочешь.

– Ловлю на слове! – она погрозила пальцем и ушла. У меня словно камень с плеч упал после того как она ушла. Казалось бы, что здесь такого, ну пришла девушка, принесла завтрак, а меня как камнем по голове приложили. Ещё немного вообще заикаться начну и краснеть в её присутствии как малолетний пацан. Надев китель капитана гражданского корабля, подаренный мне капитаном Маро, я отправился в рубку управления, чтобы узнать, куда Адэр собрался направить наш корабль.

Космическая яхта среднего класса «Луч». Адэр Варнари.

Яхта, достигнув необходимой скорости для прыжка, ушла в подпространство. Произошло это уж как-то слишком быстро, словно её туда подтолкнули. Погони за нами не было, Димон об этом позаботился, отвлёк внимание катари от нас, подставив себя. Я не находил себе места, понимая что могу больше никогда не увидеть своего друга, ставшего мне братом по воли отца. Сидя в кресле первого пилота, смотрел на панель управления, с желанием остановить полёт и вернуться туда, где сейчас возможно он погибал. На его приказ, как старшего по званию, мне было плевать, для спасения друга я готов нарушить любой приказ, но я дал ему слово и теперь должен доставить людей домой.

— Капитан, у нас там возникла небольшая проблема, думаю, вам стоит это увидеть — в рубке появился Чарек, наш временный бортмеханик.

— Что ещё за проблема, которую мне вначале посмотреть нужно? Что-то серьёзное?

— Нет, скорее смешное — Чарек еле сдерживал себя, чтобы не начать смеяться. Заинтересованный смешной проблемой я отправился с ним, чтобы увидеть эту проблему, перед тем как от неё избавиться. Он привёл меня в шлюзовой отсек, где сейчас никого не было, и показал на скафандры, расположенные в ряд у одной из стен. – Третий скафандр справа – пояснил он, тихо хихикая в кулак. Лишь только подойдя к этому скафандру вплотную, я увидел суть проблемы и тоже улыбнулся. Внутри этого маленького автономного космического корабля под названием скафандр, спала Велия, причём спала так крепко, что не услышала, как Чарек начал ржать уже не сдерживая себя.

– Эй, внутри! – я постучал по шлему. Велия моментально проснулась и уставилась на меня ничего непонимающим взглядом. — Ты что там делаешь?

— Сплю, точнее спала.

– А что для этого на яхте другого места не нашлось?

– Я первоначально сюда влезла — она запнулась не решаясь признаться, – чтобы от Димона спрятаться, но после того как влезла, поняла, что не знаю как из него вылезти. Хотела прямо в нём сходить поискать кого-нибудь, кто сможет помочь, но он зараза пристёгнут к стене, а как его отстегнуть не знаю.

Нажав на пару кнопок, я освободил её из заточения и только после догадался, что не мешало бы сначала узнать, почему она пряталась от моего друга. Пока она находилась внутри, у меня был хоть какой-то способ на неё надавить, пригрозив, что не выпущу, пока не расскажет. Я всё-таки после спросил, почему она пряталась и естественно ответа не получил, точнее ответ-то был, но ясности он не принёс.

— Я его немного обидела.

-- Это что же ты такого могла сделать, чтобы он захотел тебя прибить?

– А вот этого не скажу.

– Боишься, что вместо него, я тебе по одному месту настучать могу?

– Нет, не боюсь, но и не скажу, точка, разговор окончен. Я вообще в туалет хочу и уже давно – заявила Велия и убежала в сторону жилого отсека. Посмотрев ей вслед, я подумал что нам нужно быстрее добраться до учебной базы, и сдать это ходячее недоразумение в руки профессора Кешера. Он её отец, вот пусть и разбирается во всём сам. До прибытия на базу, было бы желательно её вообще запереть в какой-нибудь каюте, для нашей же общей безопасности, а-то мало ли куда вздумает ещё влезть.

Выход из подпространства произошёл в точно той точке, где и предполагалось, вот только в этом месте сейчас радар не обнаружил ни одного корабля, и это как минимум было странно. Сектор, в котором мы сейчас оказались, всегда был достаточно оживлённым в плане передвижения кораблей, но сейчас словно вымер.

– Капитан, может мы зря сюда маршрут проложили? Надо было просто обратным курсом идти, по старым меткам навигатора – оператор связи, он же наш временный оператор навигации, сейчас находился в некотором замешательстве, увидев пустой экран радара.

– По старым меткам нельзя, можем с катарианцами встретиться, теперь будем добираться обходным путём, вводи координаты следующей точки выхода.

Для того чтобы попасть туда куда мы хотели, пришлось совершить ещё три перехода через подпространство. Выход из последнего чуть было не привёл нас к уничтожению, причём уже нашим флотом. Сектор, где находилась учебная база, хорошо охраняем, и любой появившийся здесь корабль вначале становился целью, и только после этого уже разбирались, чей он и за какой надобностью сюда прилетел.

– Внимание, говорит капитан яхты Луч лейтенант СБС Ворон. Нужен коридор прохода к учебной базе «Надежда галактики». Для ускорения проверки моей принадлежности к службе безопасности свяжитесь с генералом Патраном.

Несмотря на прямое указание с кем связаться, проверка затянулась на два часа, и все эти два часа мы находились под прицелом нескольких истребителей класса «Призрак». Моя гражданская команда к концу второго часа находилась на грани нервного срыва, быть уничтоженным уже дома никто не хотел.

– С прибытием вас капитан Ворон! – я наконец-то услышал голос командира корабля отвечающего за охрану сектора. – Следуйте строго полученным координатным точкам, генерал Патран будет ждать вас у себя в кабинете на учебной базе «Надежда галактики» через три часа.

Все кто находился на борту яхты, облегчённо выдохнули, оставалась всего пара часов полёта и мы будем в полной безопасности, под охраной целого корпуса космодесанта и флота боевых кораблей.

Учебная база гудела как потревоженный улей, несколько дней назад сюда доставили три десятка модернизированных уже в третий раз истребителей класса «Призрак 19». Сейчас пилоты не прошедшие подготовку на «КА-01» осваивали поступившую в распоряжение технику. Всё командование базы и свободные от работы служащие, а также солдаты, наблюдали за учебным сражением. Для нашей яхты выделили свободный ангар, куда я её и завёл в автоматическом режиме. Даже самому немного смешно стало, обычно это в ручном управлении происходило, а потом мне грустно стало, я был один, без своего друга Демона.

– Здравия желаю господин капитан! – поприветствовал меня капрал в форме войск СБС, крикнув приветствие чуть ли не в самое ухо.

– Чего орёшь? Я же не глухой! Отдай приказ, чтобы о людях позаботились. Стоп, Гром это ты что ли?

– Так точно, я!

– С повышением тебя, а чего это ты вдруг род войск сменил?

– Не по собственному желанию. Нашу роту передали под личное командование генералу Патрану, вот он-то нас и заставил форму сменить. По большому счёту новая служба почти ничем не отличается, всё тоже, летаем, стреляем, ловим, кого скажут. Разрешите спросить?

– Валяй, только сначала покажи, где я могу переодеться, мне через час к Патрану на ковёр с докладом.

– А где капитан Демон?

– Нет капитана Демона, он наш отход собой прикрыл, так что нам остаётся, надеяться на то что он выжил, хотя это уже из области невероятного, там катарианцев была тьма.

Гром погрустнел, услышав о гибели капитана Демона. Я, в общем-то, его смерть не подтверждал, просто сказал что он остался прикрывать нас. До каюты, где я когда-то жил, и которую ещё сохранили за мной, мы дошли быстро, и в полном молчании.

В каюте был идеальный порядок, а на кровати лежала уже приготовленная для меня форма с погонами капитана. К повышению звания я отнёсся, без какой бы то ни было радости, ну повысили и повысили, командованию виднее. Гром ждал в коридоре, у него был приказ встретить меня и проводить в кабинет генерала Патрана. Я бы и без него добрался, но оказалось, что Патран сейчас перебрался в другой кабинет, более просторный и где он находится, я не знал.

– Гром, у нас ещё есть полчаса, может, съедим чего-нибудь, пока опять куда-нибудь не отослали?

– Я только за, сам ещё не обедал, да и не завтракал тоже, не успел.

– Тогда пошли в столовую, меня от катарианских пищевых брикетов и наших шариков уже тошнит, хочется нормальной еды.

До столовой мы не дошли всего каких-то несколько метров, завыла сигнализация боевой тревоги.

ВНИМАНИЕ! БОЕВАЯ ТРЕВОГА! На границе сектора боевые корабли катари. Всем пилотам занять места в кабинах своих истребителей. ВНИМАНИЕ! БОЕВАЯ ТРЕВОГА!

– Вот и поели. Гром найди мне истребитель, я тут кое с кем поквитаться должен.

Гром достал коммуникатор и влез в информационную систему базы, для поиска свободного и готового к вылету истребителя.

– Есть один, «Призрак 19» последняя модификация, шлюз номер 28.

– Побежали, чего встал! – когда я в последний раз был на базе, шлюза под таким номером тут не было, и где он находится, я понятия не имел. Подгоняя Грома и без меня бежавшего по коридорам расталкивая людей, я опять на ходу стал раздеваться. Призрак это не КА-01, полностью раздеваться не нужно, но и в кителе в костюм пилота не залезешь, поэтому я снял только его. Шлюз 28 находился возле ремонтных доков, в самом конце левого крыла базы, которую зачем-то перестроили, превратив в полукольцо.

На посадочной площадке стоял новенький истребитель, только что поступивший с нового завода построенного на моей родной планете Нейта. Не обращая внимания на протесты механиков и охраны шлюза, я влетел в открытый грузовой люк и схватил скафандр, в который влез за считанные секунды. Спустя минуту, я уже сидел в кресле пилота и запускал двигатели.

– Открыть ворота или я их сам выбью!

С места стоянки истребителя в панике стали разбегаться все кто там находился, до момента моего появления. Мою угрозу восприняли серьёзно, да и Гром мне немного помог, заявив что этот псих, это капитан Ворон и ворота снесёт точно, если их не поднимут. Новая модификация истребителя мне сразу понравилась, чувствовалась мощь двигателей и мгновенный ответ всех систем на мои действия. Я стартовал первым и полетел навстречу кораблям катари. Связь решил оставить только на передачу сигнала, пусть лучше будут меня слушать, и не лезут ко мне со своими советами под руку. Вскоре мой радар показал корабли катари, быстро приближающихся к центру сектора, в количестве сорока четырёх штук. Расстояние ещё было очень большим для того чтобы выпустить по ним ракеты и я решил, пока ещё есть время, изучить управление новым истребителем. Принципиально в нём ничего не изменилось, та же панель управления, те же обозначения, добавилось лишь два тактических экрана для системы наведения. Вооружение уже стояло совсем другое, помимо сорока ракет с самонаведением, появились две лазерные пушки. Защита стала надёжнее, силовые щиты теперь были двойные, такие сразу не пробьёшь.

Пока я изучал новинки, ситуация изменилась, а группа кораблей катари остановилась не доходя до зоны их уверенного поражения. Вскоре сорок кораблей выдвинулись вперёд, оставив за собой четвёрку. В этот же момент сзади и слева от меня появились наши, слегка опоздавшие истребители, общим числом восемнадцать, и все «Призраки» ни одного КА-01. Это для нас было плохо, истребители катари мощнее, у них ракет больше на борту, да и их самих было больше чем нас вдвое.

– Было бы их всего двадцать, можно было бы потягаться кто кого, а так у нас просто нет шансов. База далеко позади, огневой поддержки не будет, истребителей больше на базе в запасе точно нет, а это значит, что и подкрепления нам не надо ждать. Истребители они как всегда впереди, как у них, так и у нас, первыми вступают в бой – подумал я.

– Отметить все красные метки радара как цели подлежащие уничтожению – отдал я приказ системе наведения.

Тем временем истребители катари перестроились в подобие этажерки, и верхний строй из десяти машин начал разгон.

– По схеме воюете, сволочи, сейчас я вам тоже свою схему атаки покажу! – подумал я. Мне в голову только что пришла схема ответной системы атаки, и называлась она «Полный Хаос».

– Внимание всем кто меня слышит, говорит капитан Ворон! Двигаемся хаотично на предельной скорости, вперёд никто не лезет, стрелять по кораблям катари из всех систем беспрерывно. Короче, мужики, отвлеките их от меня, на сколько сможете.

Из восемнадцати Призраков только восемь отозвались на мой приказ, ещё четыре делали попытки, и четыре остались на том же месте где и были.

– Ну и хрен с вами, будем драться тем, что есть! – крикнул я в эфир, и рванул вперёд. Катари сосредоточились, на восьми летающих хаотично, словно разозлённые осы истребителях, не обратив на меня внимания. Четыре выпущенных в меня ракеты, были уничтожены моими лазерами, воспользовавшись вспышками их подрыва, я ещё ближе подобрался к ровному строю истребителей катари. Когда они меня заметили, было уже поздно, я выпустил сразу десять самонаводящихся ракет и добавил по их истребителям из лазерных пушек. От резкого разворота у меня потемнело в глазах, я оглох на правое ухо, а из носа пошла кровь. Через секунду зрение восстановилось я понял, что лечу не назад , а сделав петлю, опять лечу вперёд, прямо сквозь нижний строй истребителей катари. Такого виража не только катари не ожидали, но и я сам. В последний момент нажал кнопку пуска ракет и, пролетев чуть дальше, ощутил мощный спаренный взрыв. Даже не пытаясь узнать, попал я в кого-нибудь или нет, включил двигатели на полную мощность и рванул в сторону, подальше от района космического боя. Возвратившись в нормальное состояние, решил что возвращаться к своей группе надо тем же путём. Катари меня с этой стороны точно не ждут и у меня есть шанс подстрелить ещё кого-нибудь из них. Так оно и получилось, меня не ждали с тыла и поплатились за это ещё одним истребителем.

От наших восемнадцати Призраков у нас осталось только десять, продолжающих летать по космосу зигзагами и сводя с ума систему наведения истребителей катари.

– Отходим мужики, нужно отдышаться! – крикнул я в радиоэфир, пролетая мимо них в сторону учебной базы. Катари в это время тоже взяли тайм аут и отступили под прикрытие своих более мощных, но гораздо менее манёвренных четырёх кораблей. Я наконец-то взглянул на экран системы наведения, где красных меток стало заметно меньше. Насчитал всего тридцать три метки.

– Одиннадцать – восемь в нашу пользу! Так держать! – крикнул я осипшим голосом.

– Где наши корабли охраны сектора? Куда делись? Как простую яхту останавливать, так они чуть ли не все прилетели, а как оказать помощь, так нет никого! – подумал я, покосившись на радар, где больше никаких меток не прибавилось. Боезапаса у меня осталось только на одну атаку, возможно последнюю в моей жизни, и жить мне как-то сразу захотелось сильнее.

– Меняем систему атаки, идём вперед, потом расходимся веером в разные стороны, и не забываем выпускать ракеты! Три, два, пошли! – мой истребитель резко прыгнул вперёд. Катари тоже сразу пришли в движение, изменив при этом систему атаки. Что они на этот раз пытались изобразить, я понять не успел, так как в меня выпустили сразу десять ракет с разных сторон, и я только каким-то чудом остался жив. Восемь из десяти этих ракет уничтожила моя противоракетная система, две всё-таки прорвались, и снесли мне все энергощиты, теперь я стал беззащитным как младенец. Сам я тоже выдал катарианцам всё, что у меня оставалось в наличии. Точнее говоря, последние семь ракет, и теперь из всего оружия у меня остались только лазерные пушки. С лазерами много не навоюешь, у истребителей катари тоже энергощиты имеются, пробить их лазерами это ещё постараться надо – подумал я, решая что нам делать дальше.

Пискнул радар, показывая что в зоне доступа системы наведения, появились новые метки, и они были не красными, а зелёными, к нам пришло подкрепление.

– А! Явились помощники, что ж так рано-то, нас же ещё не всех уничтожили – прошипел я сквозь зубы, удирая от очередной партии катарианских ракет. На помощь нам прибыли шесть истребителей класса КА-01 и два малых крейсера. Оказавшись под их защитой, я наконец-то смог облегчённо выдохнуть. Бой для меня закончился, мне снова удалось выжить там, где я должен был погибнуть. В глазах стоял кровавый туман, скафандр противно прилипал к телу, правое ухо почти ничего не слышало. Решил включить связь в нормальном режиме,захотелось услышать, что творится вокруг, ну и вернуться на базу без нормальной связи у меня бы тоже не получилось.

– …. всем Призракам вернуться на базу! Группа Т-5 вариант атаки «Звезда», отгоните катари от Призрака 026. Команда для эвакуации уже в пути.

Я посмотрел на экран, пытаясь определить, где этот 026 и что с ним случилось. Оказалось что 026 это я, и эвакуировать собирались меня.

– Говорит 026, отставить эвакуацию, сам как-нибудь доберусь до базы.

– Говорит Патран, Ворон ты как там, цел?

– Не совсем, но думаю, что жить буду, готовьте гравизахват, у меня автопилот не работает, а в ручном режиме я сейчас даже в ворота не попаду.

Последнее что я помнил до того как оказался на базе, это вид открытых ворот ангара и лазерные лучи аварийной системы посадки. Поняв, что добрался до базы, сознание ушло в отпуск, очнулся я уже в медблоке, находясь в регенерационной капсуле.

За пять часов до появления кораблей катари. Учебная база «Надежда галактики». Командный центр. Генерал Патран.

– Согласитесь генерал, новая модификация «Призрака 119» это почти КА-01. По характеристикам только немного «Убийце пилотов» уступает, а пилоты остаются живы – командир базы генерал Станвор посмотрел на Патрана, который наблюдал за учебным поединком пилотов новых истребителей. Лицо генерала СБС, не выражало ни каких эмоций, оно словно застыло, превратившись в маску.

– Господин генерал, разрешите обратиться? – слева от генерала появился Гром, недавно получивший очередное звание капрала. Патран ничего не ответил, он только слегка кивнул, разрешая говорить.

– От службы охраны границ сектора поступил запрос лично Вам. Просят подтвердить личность капитана только что прибывшей яхты – Гром сделал паузу и улыбнулся.

– Они там совсем спятили что ли? Чью личность я им подтвердить должен? – лицо Патрана наконец-то ожило, и превратилось в оскал.

– Просят подтвердить личность капитана яхты лейтенанта Ворона – Гром быстро протянул коммуникатор генералу.

– Ворона? Ты сказал Ворона?

– Так точно, Ворона – капрал вжал голову в плечи, увидев оскал генерала.

– Дай сюда – Патран вырвал из его рук коммуникатор и быстро ввёл код подтверждения. – Ворона встретить, после чего срочно ко мне в кабинет, я там буду через три часа, и форму ему приготовь, с погонами капитана. Хватит ему в лейтенантах ходить. Всё понятно?

– Так точно! Разрешите идти?

– Иди – Патран снял фуражку и вытер со лба пот. – Один вернулся, осталось дождаться возвращения Син-цына – подумал он.

Станвор в это время продолжал внимательно следить за ходом учебного боя, но иногда бросал взгляд в сторону Патрана, который после доклада капрала заметно повеселел. Что говорил капрал, Станвор не слышал, в главном зале командного центра было шумно, да и стояли они достаточно далеко от него. Резкая смена настроения Патрана насторожила Станвора, стоило ждать неприятностей, начальник СБС просто так без последствий никогда не улыбался.

– Генерал – Патран подошёл к Станвору и встал за его спиной – я вижу, что пилоты пока хорошо справляются с заданием, есть предложение его усложнить.

– Каким образом? Открыть по ним огонь из всех орудий базы, чтобы посмотреть на что они способны в реальном бою?

– Зачем же так кардинально, при таком подходе к обучению, у нас ни одного пилота не останется. Какой смысл, стрелять пустыми болванками по списанному рудовозу, он же не катарианец и сдачи не даст. Я хотел предложить учебный поединок на максимально возможной скорости. Бой один против двух, у нас тут три пятёрки сейчас, я выберу себе одну, остальные ваши – Патран хитро улыбнулся и посмотрел на часы.

– За изменение системы обучения отвечать будете вы – Станвор снял с себя ответственность, на тот случай если кто-то из пилотов погибнет.

– Согласен – Патран выбрал себе пять истребителей и отдал приказ начать учебный бой, по системе один против двух. В зале командного центра после слов генерала СБС стало тихо. Истребители после минутной паузы разошлись в разные стороны, заняв стартовые позиции.

– Приступить к выполнению задания! – отдал приказ Станвор, покосившись на Патрана. В зал стали тихо входить офицеры технических служб свободные от дежурства, вслед за ними в зале появился и профессор Кешер. Посмотреть на сражение захотелось многим, один на один часто сражались, но как сейчас пять против десяти, такого ещё никогда не было.

Начало боя было каким-то вялым, истребители не спешили ускоряться, словно присматривались друг к другу. Десятка иногда провоцировала пятёрку, стараясь их разъединить, чтобы потом уничтожить по одному. Все ждали головокружительных атак, но пилоты словно сговорившись, тянули время.

– У вас десять минут на уничтожение пятёрки истребителей – поторопил Станвор пилотов своей десятки. – Представьте что это катари.

Патран посмотрел на часы, до прибытия Ворона оставалось около десяти минут. На тактическом экране он пока не увидел каких-либо изменений, пилоты новых истребителей словно боялись этого поединка на предельно высоких скоростях.

– Генерал, до меня дошла информация о том, что сюда летит некая яхта, и капитаном там Ворон – к Патрану тихо подошёл Кешер. Ему хотелось узнать о дочери, где она, жива или нет?

– Летит, должна прибыть с минуты на минуту или уже прибыла, а я ещё тут до сих пор. Это не пилоты, а сонные мухи какие-то, до сих пор экзамен никак не могут завершить. Полчаса уже кружат и ни одного точного попадания.

– О моей дочери ничего не слышали? – продолжил Кешер.

– Нет, я с Вороном ещё не говорил.

Флагманский корабль катари. Димон Син-цын.

Попасть на главный корабль катари оказалось, не так уж и сложно как я думал, всего-то пришлось заинтересовать их командование, сначала захватом одного из кораблей, а потом желанием поговорить. К тому же, я со своей стороны никаких условий не ставил, из-за чего оказался фактически в плену. Относились ко мне соответственно моему положению, то есть не придерживались гуманного отношения от слова совсем. Как только мои ноги коснулись пола посадочной площадки расположенной на их флагмане, мне тут же заломили руки за спину, связали их, после чего избили, по их мнению, слегка. По моим ощущениям избили совсем не слегка, досталось мне хорошо, два дня потом всё болело.

Четвёртые сутки, по моим ощущениям, я сидел в аквариуме как хомячок, только большом, и расположенном за бортом корабля. Честно говоря, сидеть в такой тюремной камере было страшно, от космоса меня отделял только прозрачный бронированный пластик покрытый плёнкой противорадиационной защиты. Мне всё время казалось, что этот прозрачный пузырь вот-вот отвалится от борта, и я отправлюсь в одиночное путешествие. Три раза в день меня вытаскивали из аквариума, для того чтобы я сходил в туалет. Кормили всего один раз в сутки, только чтобы не умер от голода. Разговаривать никто со мной не хотел, и я стал думать, что мой план с треском провалился. На следующий день меня опять вытащили из моей чудной тюремной камеры, но отвели не в туалет, а в одну из многочисленных кают корабля. Там меня ждал Шекарт, бывший генерал космических войск союза обитаемых планет.

— Меня зовут Шекарт, я занимаюсь допросом военнопленных, повторяю, военнопленных, то есть солдат и офицеров объединенной армии союза планет. Назови своё имя, звание и род войск — Шекарт не желая стоять передо мной, вальяжно расположился в шикарном кресле. Судя по тому, что он мне представился, я понял, что он меня не узнал, а это значит, у меня есть шанс скрыть своё звание и род войск. Своё имя я решил не скрывать, в то время когда он ещё являлся действующим генералом, у меня был только позывной, и вот его-то я называть не собирался ни при каких условиях. У меня было опасение, что меня выдадут члены моей команды, ведь среди них были и катари, но они все пока молчали. Об их судьбе я сейчас ничего не знал, и надеялся узнать от Шекарта, если его смогу расположить к себе разговором.

— Димон Син-цын, пилот — представился я.

— Что, просто пилот и всё? Что пилотировал?

– КА-01.

– А, так ты у нас птица быстрого полёта! – Шекарт даже немного обрадовался, услышав это, но по его взгляду было понятно, что он это уже знал. – Зачем тебе верховный вождь?

— Поговорить хочу.

— Можешь мне всё сказать, я ему передам.

– Можно подумать, что нас сейчас никто не слышит, не видит, и запись не ведётся – я ухмыльнулся.

— Конечно, всё записывается, но запись это одно, а разговор это совсем другое.

– Вот, я также как и вы, тоже склонен к живому общению. Только прежде чем говорить с верховным вождём, хотелось бы посмотреть на этот корабль изнутри. Нет, я, конечно же, не собираюсь устраивать диверсию, просто чисто в познавательных целях. Корабль уж больно большой, у нас таких нет, и думаю, что ещё не скоро появятся. Можете мне экскурсию устроить, не бойтесь, я же в наручниках буду — я показал ему свои руки, закованные в электронные оковы, имевшие много разных функций.

-- Пока это не возможно корабль находится в гиперпространстве, но после остановки можно устроить небольшую экскурсию. Верховный вождь сейчас временно отсутствует и появится здесь не ранее чем через десять дней, так что времени у нас много.

– Шекарт, а могу я узнать, что с членами моей команды?

– Это ты о тех людях, что находились на борту?

– Ну, да, о них.

– Они живы пока ещё, но только потому, что ты не убил родственника верховного вождя. Это тот катари, что захотел устроить охоту на вас. И всё-таки я бы тебе посоветовал, мне сказать чего ты хочешь от верховного вождя.

– Не, я уж лучше его подожду, торопиться-то мне некуда.

– А домой?

– А у меня что, есть шанс туда попасть?

– Шанс есть всегда, только его нужно успеть найти.

На этом наш разговор с Шекартом был закончен, и меня отвели обратно в аквариум. Честно говоря, вид космоса сквозь стеклянные стены меня уже раздражал, но сидеть с закрытыми глазами было ещё хуже. Через какое-то время я незаметно для себя погрузился в сон, а ещё через некоторое время резко проснулся. Проснулся я от того, что моя тюремная камера в виде шара с дверью сбоку, стала медленно поворачиваться. Поворачивалась она вертикально, и я стал скользить по внутренней и гладкой поверхности её стен. Вначале даже было забавно, я словно с детской горки съезжал, только горка была бесконечной. Приблизительно через час, скорость вращения увеличилась вдвое, и я уже не съезжал с горки, а катался там, словно шарик в лотерейном барабане. Разумеется, в таком состоянии о том, чтобы спать, не было и речи, а мне к этому моменту этого уже сильно хотелось. Пытка вращением продолжалась несколько часов, я уже находился на грани сумасшествия, но в какой-то момент пыточная карусель резко остановилась, и меня опять вынули из аквариума. Спустя несколько минут я уже наслаждался обществом бывшего генерала Шекарта.

– Как тебе аттракцион, понравился? – Шекарт сидел в том же кресле с бокалом вина в руке.

– Ага, классный, правда до тренажёра-симулятора КА-01 ему как до другой галактики – я через силу улыбнулся, а самого в это время ещё кружило и глаза по привычке бегали по кругу.

– Можно увеличить скорость вращения ещё в несколько раз, если понравилось – мои слова не очень порадовали бывшего генерала, но он сдержал гнев.

– Так в чём проблема, за пультом управления вы же находитесь, прибавьте драйва. Только ещё мне пару пушек дайте, чтоб не так скучно было.

– Жаль что вас пока запрещено пытать другими способами, но это только до прибытия верховного вождя. После вашего разговора я могу сделать с тобой всё, что мне захочется и вот тогда!

– А ещё не факт что после разговора вы сами останетесь в живых – я загадочно улыбнулся. Шекарт заметно напрягся, видимо он и здесь уже успел сделать что-то, за что мог лишиться головы. – Предавшему однажды, уже больше не доверяют – напомнил я.

– Шантажировать меня вздумал! – Шекарт вскочил с кресла и ударил меня кулаком в лицо. Удар у него получился так себе, я даже не упал.Генерал был стопроцентной тыловой крысой, никогда в боевых операциях участия не принимал и жизнь кулаками не отстаивал. – Отвести его в клетку, пусть там верховного вождя дожидается! – крикнул он в сторону двери.

Через несколько секунд вошли два катарианца и спиной вперед, потащили меня по длинным коридорам корабля в клетку. Моё новое временное место жительства, то есть клетка, находилась в одном из ангаров, и она там была далеко не одна. По моим не точным подсчётам клеток в этом ангаре было около сотни, и почти во всех кто-то сидел. В основном это были люди, но встречались и катарианцы, одним из них был Харшати. В соседних клетках сидели остальные члены нашей команды.

– Привет мужики! Как жизнь? – я толкнул одного из катарианцев, что волокли меня в клетку. Этим толчком я добился двух вещей; посмотрел все ли члены моей команды здесь, и проверил, испариться ли катарианец после моего прикосновения как это происходило в моём сне. Команда была тут в полном составе, а катарианец никуда не делся, но разозлился, и настучал мне по всем не жизненно важным местам.

Спустя полчаса я наконец-то смог сесть и ещё раз осмотреться. Я находился в клетке, только она не являлась ею в прямом смысле этого слова. Вместо прутьев использовались силовые щиты, аналог тех что стояли у нас на кораблях, защищающих от мелких метеоритов, лазеров и частично от ракет. Пройти сквозь такой силовой щит было просто не реально, он отбросит меня, да ещё и током ударит.

– Привет Димон! – в точно такой же клетке напротив, сидел Мурабо. Внешний вид у него был лучше моего, его пока ещё не били.

– Привет, как вы тут?

– Сидим, ждём, чего ждем, не знаем. А ты как, я слышал, тебя в какой-то специальной комнате держали?

– Было такое, только тот аквариум я бы комнатой не назвал, это скорее прозрачный шар около четырёх метров в диаметре, да ещё и вынесен за борт корабля.

– Что будем делать? – тихо спросил Мурабо и посмотрел на соседнюю клетку, в которой сидел Харшати.

– Пока ничего, мне нужно подумать.

– А чего тут думать-то, из клеток нужно выбираться и захватить корабль – предложил Мурабо.

– Ты это сейчас как, серьёзно говоришь или шутишь? Ты представляешь, сколько на этом корабле катарианцев находится? А размеры корабля представляешь? Тут даже пары рот космодесанта маловато будет для захвата.

– Ну, хорошо, пусть я сказал бред, но делать же что-то надо –он посмотрел на меня так будто у меня уже был какой-то план, но я о нём не желал говорить.

– Ждать Мурабо, ждать – я встал и подошёл вплотную к силовому щиту. Выйти из этой тюрьмы не только Мурабо хотел, но и я, а так же все остальные пленники, только цели после освобождения у всех были разные. Силовые щиты были не вечными, они теряли силу с каждым попаданием в него метеорита или ракеты, и мне пришла в голову идея, попытаться снизить его непробиваемость. Я отошёл в центр своей клетки, сел на пол, снял ботинки и стал бросать их в энергощит. От попадания ботинка в щит он вспыхивал, и на долю секунды становился мутным. Через минуту от запаха горелой резины уже нечем было дышать, зазвенела противопожарная сигнализация. Ещё через минуту пришли катарианцы, отключили щиты, сорвали с меня всю одежду, и ещё раз настучали мне по, и без того уже больным местам.

Когда я опять смог сесть, увидел недоумённый взгляд Мурабо.

– Зачем ты это сделал?

– Они меня не могут убить без приказа, и покалечить тоже не могут, а пока это так, я буду портить им кровь. Хотя это я уж слишком громко сказал, кровь попортить вряд ли смогу, но покоя не дам – я сплюнул кровавую слюну, имне в голову пришла очередная идиотская мысль. – Если мне бросать в щит больше нечего, буду в него плевать. Ущерба это не нанесёт, но щит и на это будет реагировать, и датчики покажут, что было касание.

Через пару минут, накопив слюны, я принялся плеваться. Через минуту опять пришли катарианцы, и ещё раз настучали мне по неугомонному организму. Снимать с меня было уже просто нечего, поэтому они меня связали, заклеили рот медицинским жидким бинтом и им же приклеили к полу. Теперь я не то чтобы плюнуть, голову повернуть не мог.

– Это была плохая идея – услышал я голос Мурабо. Теперь я с ним был полностью согласен, но о том что сделал, не жалел.

Приклеенным к полу пролежал несколько часов, после чего ко мне опять пришли те же самые катарианцы. Я думал, что опять будут бить, но вместо этого меня отлепили от пола и отвели в душевую. Там меня дожидался Шекарт.

– Ты что, совсем ничего не боишься?

– Почему же, боюсь.

– Чего? – Шекарт заинтересовался.

– Боюсь что жить вам осталось не долго – я улыбнулся так широко, насколько только смог, челюсть после кулаков катарианцев ещё сильно болела. Генерал сжал зубы, поняв, что я над ним просто издеваюсь. На самом деле я понятия не имел, сколько он ещё сможет прожить, но поиздеваться над ним был просто обязан.

– Верховный вождь прибудет завтра, к моменту его появления ты должен привести себя в порядок. Он не любит когда его собеседник, выглядит, так как ты сейчас.

– А что не так? Нормально выгляжу, естественно, будто только что родился – я провёл руками по голому телу.

– Не паясничай, иначе тебя охрана помоет и оденет, но уже после того как тебя ещё раз изобьют.

Подставлять своё тело под кулаки катарианцев мне больше не хотелось, и я перестал злить Шекарта. Приняв душ и переодевшись в солдатскую форму пилота без погон, в сопровождении двух охранников, я отправился к генералу.

Генерал на момент моего появления у него в маленьком кабинете, обедал, а судя по количеству еды на столе, кого-то ждал.

– Присаживайся, угощайся, это, скорее всего твой последний обед – Шекарт злорадно улыбнулся и откупорил бутылку вина. Насчёт последнего обеда я с ним был согласен, завтра меня, скорее всего, казнят, потому что верховному вождю мне было просто нечего предъявить. Я стремился попасть на этот корабль только с одной целью, убить вождя. Возможно, это был мой самый самоубийственный поступок, но я считал, что лишив катарианцев вождя, в их рядах произойдёт раскол. Харшати мне не врал, когда говорил, что далеко не все катарианцы поддерживали силовое вторжение, а это значит, что какая-то часть из них не будет воевать против людей.

Присев за стол, я не стал выпендриваться и пододвинул к себе поднос с мясом – хоть перед смертью нормально поем – подумал я, и воткнул вилку в самый большой и сочный кусок. Генерал посмотрел на то, как я ем, с брезгливостью, словно перед ним сейчас сидел не голодный человек, а свинья. Я не стал обращать внимания и продолжил запихивать в рот куски мяса, глотая их почти не пережёвывая.

– Вот смотрю я на тебя Син-цын, и мне начинает казаться, что мы уже где-то встречались, вот только не могу вспомнить где. Ты в генштабе никогда не служил?

– Не, не служил, даже не был там ни разу, а что касается того, встречались или нет, возможно что и встречались, галактика-то маленькая, все друг друга знают.

– Пытаешься шутить? Ну, ну, посмотрим, как ты это завтра будешь делать. Учти, я твои шутки переводить не буду.

– А вам этого делать и не придётся, вы там вообще не нужны – сказал я на чистом катарианском наречии. Шекарт подавился вином, после того как услышал это.

– Кхе, кхе, вспомнил, я вспомнил, где я тебя видел! Ты сопровождал Рименара, когда он пытался ввести в заблуждение командование катари. Вот только ты тогда почему-то молчал, переводить мне пришлось.

Я уже давно съел всё мясо, что лежало на тарелках, и сейчас поддерживая разговор, напряжённо думал, что могу сделать для того, чтобы сбежать с корабля. Убить верховного вождя, без помощи той силы что приснилась мне, было просто не возможно, главу катари хорошо охраняют. Я сейчас уже жалел о том, что сон посчитал вещим, сила куба мне ничем не поможет. Она даже никак не проявила себя, за всё то время что нахожусь здесь, на флагманском корабле катари.

Если я сейчас убью Шекарта, а это я точно смогу сделать, мне придётся быстро и тихо убить двух катарианцев, что стоят за дверью. Их обоих тихо убить уже не получится, даже если воспользоваться фактором неожиданности, они солдаты, а не обслуживающий персонал. Что же мне делать-то?

– Генерал или теперь уже просто Шекарт, – я улыбнулся – помнится, вы мне обещали экскурсию. Ваше обещание ещё в силе или это была шутка?

– Ну, почему же сразу шутка, я слово держу – он хотел ещё что-то сказать, но промолчал, видимо вспомнив, что присягу-то он нарушил. – Идём, покажу корабль, пока ещё есть на это время.

Мы вышли из его каюты, и в сопровождении двух катарианцев, отправились на экскурсию по флагманскому кораблю. Бродили больше двух часов и это только по двум нижним ярусам, а всего их на корабле было шесть. Ничего интересного я пока не увидел, тут всего лишь были ангары для истребителей и челноков, казармы для солдат и склады.

– А что находится выше? – мне хотелось выяснить, где точно расположен куб с энергией внутри, ведь я воочию его не видел, а только во сне.

– Третий ярус занимают комнаты операторов разных систем и рубка управления. Короче говоря, нет там ничего интересного – Шекарту явно не хотелось туда идти, он вообще больше не собирался мне что-то показывать, но я напомнил о его обещании.

– Вам может быть и не интересно, а я пилот, мне интересно или ваше слово на этом закончилось?

– Хорошо, идем, но потом вернёмся назад, я к себе в каюту, а ты к себе в клетку – он попытался улыбнуться, но вместо улыбки получился какой-то звериный оскал.

Третий ярус уже был более интересным для меня, и катарианцев тут было гораздо больше, чем на нижних ярусах. На нас почти никто не обращал внимания, даже несмотря на то, что из идущей по коридору четвёрки двое были людьми. Чтобы всё лучше рассмотреть я замедлил шаг и стал отвлекать Шекарта вопросами. Спрашивал обо всём, просил объяснить, что я вижу перед собой на данный момент и т.д. На самом деле я и без его пояснений знал, что вижу, управление системами корабля здесь было аналогичным, как и на том что мы захватили. Были, конечно, некоторые различия в плане увеличения размеров панелей и функций, но это не существенно, принцип работы был тем же.

Спустя ещё час мы дошли до места, куда я стремился попасть, огромный зал в котором находился металлический куб. Мы, разумеется, попали не в сам зал, а видели его со стороны, сквозь бронированное остекление коридора окружающего этот зал.

– А это что? – спросил я, изобразив удивление и заинтересованность.

– Я не знаю, это научная лаборатория, они тут проводят какие-то исследования – судя по выражению лица Шекарта, он на самом деле не знал, что это за куб такой, и чем он для катарианцев и меня важен.

– Вам нельзя здесь находиться! – к нам подошёл катарианец из охраны сектора «С». Он сказал это только нам с Шекартом, потому что мы были люди, к сопровождающим нас катарианцам у него претензий не было.

– Да, да, уже уходим – опомнился Шекарт, и мы пошли назад, экскурсия на этом месте была закончена. Через полчаса я уже сидел в клетке и думал, что мне делать. Куб был здесь и он реален, его необходимо либо отнять у катарианцев, что в принципе не возможно, либо уничтожить, это уже под вопросом. Минут через двадцать я почувствовал, что со мной что-то происходит, руки и ноги стали ватными, закружилась голова, а из носа пошла кровь. В таком состоянии я находился не больше минуты, потом запустился обратный процесс, кровь перестала вытекать, голова прояснилась, а пальцы рук начали сильно чесаться. Не понимая, что происходит, я посмотрел на руки и увидел, что мои пальцы светятся, слабо, но светятся.

– Димон, что с тобой – спросил Мурабо, сидя в клетке расположенной напротив моей.

– Думаю что пришло время действовать, Мурабо ты со мной?

– Да.

– Харшати, ты и твои катарианцы?

– Да, предпочитаем умереть в бою.

Я понял, что со мной произошло, это энергия куба поделилась со мной силой, для того чтобы я её освободил. Чтобы в этом убедиться, я дотронулся до энергощита, который заменял собой прутья клетки. Щит сначала прогнулся, чего просто не могло быть, а потом исчез, путь на свободу был открыт. Таким же способом я освободил всю свою команду, и решил отправиться на освобождение энергии. Ушёл недалеко, появилась охрана нашей тюрьмы. Серьёзного оружия у них не было, только электрошокеры. Я смело напал на них, потому что сам сейчас мог выдать пару мегаватт из своих рук. От моих прикосновений катарианцы вспыхивали как лампочки и пеплом осыпались мне под ноги.

– Вот это уже совсем другой разговор! – сказал я, посмотрев на свои руки, и не увидел на них никаких внешних изменений, руки как руки, только между пальцев проскакивали электрические разряды. – Мурабо, ищите оружие, обо мне не беспокойтесь, я сейчас сам по себе оружие.

Коснувшись панели управления энергопитания клеток, я навсегда их отключил, система после моего прикосновения моментально перегорела. Оставив за спиной освобождённых пленников, я продолжил зачистку корабля от его команды, а она была большой, около трёхсот катари, не считая обслуживающего персонала и учёных. Когда катарианцы поняли, что происходит, я уже успел зачистить от них почти половину первого яруса. Послышались первые выстрелы, Мурабо и Харшати нашли оружие и стали активно мне помогать.

Двигаясь по коридорам, я пока не встретил на своём пути вооружённых катарианцев и сейчас думал, что со мной произойдет, если в меня начнут стрелять. Пока думал, это произошло. Я даже увидел, как две пули летели мне точно в грудь. Они не причинили мне никакого вреда, потому что в нескольких сантиметрах от моего тела, появился энергетический щит, но и это было ещё не всё. Стрелков уничтожила молния, ударившая в них откуда-то с потолка. Энергия, заточённая в куб, решила мне помочь и в меня уже больше никто не стрелял.

Вскоре я добрался до зала, где находился куб и безжалостно сжёг всех, кто там был. Не зная точно что делать дальше, я оторвал все кабели, что катарианцы прикрепили к кубу. После этого весь корабль вздрогнул, словно был живым существом, освещение пропало не только в зале, где находился куб, но и на всём третьем ярусе. Через несколько секунд звуки выстрелов послышались уже со стороны рубки управления. Я направился туда, чтобы притормозить Мурабо и Харшати, иначе они всю рубку разнесут в клочья, как потом кораблём управлять.

Когда я туда добрался, включилось аварийное освещение. Возле дверей рубки управления лежало около десяти тел, среди них были как катарианцы, так и люди, а дверь в рубку была закрыта.

– Мурабо, доложи о ходе захвата – крикнул я.

– Ранен он, не может говорить – услышал я в ответ.

– Харшати где?

– Где-то на верхних ярусах, там сейчас тоже жарко.

Управление кораблём нужно было захватить во, чтобы то не стало, пока энергоснабжение не восстановилось. Коснувшись панели кодового замка, я выжег всю электронику, после чего вручную отодвинул дверь. Оборона рубки управления возобновилась, катарианцы опять стали стрелять по всему что двигалось с нашей стороны. Стреляли они не долго, боезапас был ограничен, поэтому вскоре рубка управления была под нашим контролем, как в прочем и весь третий ярус. Перестрелка сейчас велась только на верхних ярусах, там находились апартаменты верховного вождя и каюты высшего командного состава. Захватив с собой несколько человек, я отправился наверх, на помощь Харшати.

Харшати со своей группой застрял на пятом ярусе, там, где находились личные апартаменты верховного вождя. Телохранители защищали каюту вождя, не позволяя никому приближаться к дверям. Воевать мы здесь могли долго, а нам это было не выгодно, скоро на других корабля катари догадаются что здесь что-то не так, и захотят освободить своего правителя. С вождём нужно было договариваться, а мне предложить ему сейчас кроме его же жизни, было просто нечего.

– Как зовут вашего вождя? – я обратился к первому попавшемуся мне катарианцу.

– Рахтаар, только его имеют право так называть лишь члены его семьи, все остальные обращаются – Великий Вождь или Владыка.

– Перебьётся, он сейчас уже не великий и совсем не Владыка. Эй, Рахтаар! Поговорить надо, скажи, чтобы не стреляли, я иду один и без оружия – крикнул я в сторону приоткрытой двери в конце коридора. В ответ была тишина, и я отважился выйти в коридор. Осторожно перешагивая через трупы, приблизился к двери и предупредил его охрану что вхожу. Открыв дверь шире, я вошёл в жилище верховного вождя катари. Прямо возле входа на полу, лежал Шекарт, он был мёртв, пуля попала ему точно в лоб. – Вот так-то вот, я же говорил, что долго не проживёшь.

– Чего ты хочешь человек? – спросил меня один из охранников вождя.

– Поговорить, но не с тобой, а с Рахтааром – я посмотрел в глаза вождя, стоявшего за спинами своих телохранителей. Внешность вождя была колоритная, высокий, как и все катари, кожа тёмно-серая, рога как у барана, уходили на затылок и возвращались под ушами. Это был единственный катарианец имевший такие рога, у всех остальных они были спилены, чтобы не мешали носить шлем. Рядом с ним находилось несколько катарианских женщин, это были его жёны. Рахтаар отодвинув телохранителей, вышел вперёд.

– Что тебе нужно?

– Корабль в обмен на Ваши жизни.

– Ты слишком самонадеян человек, корабль ещё захватить надо, а для этого придётся меня убить. Моя каюта, – он показал на мини дворец, где мы сейчас находились, – хорошо защищена, обороняться мы можем долго.

– Мы не собираемся с тобой воевать, есть много других способов очистить корабль от вас. Можно, например, откачать воздух из всего пятого яруса. Как тебе такой вариант? Как долго ты сможешь не дышать? Вы сейчас забираете свою яхту, после чего летите на все четыре стороны. Вам жизнь, мне корабль, соглашайся Рахтаар.

Вождь смотрел на меня и думал, он сейчас по моему спокойному поведению не мог понять, обманываю я его или нет. На всём пятом ярусе сейчас работало только аварийное освещение, и резервный пульт управления кораблём, а он точно был в каюте вождя, сейчас тоже не работал. Все системы жизнеобеспечения корабля вождю были не доступны.

– Решай Рахтаар, жизнь в обмен на корабль или смерть от удушья – поторопил я, понимая что промедление для меня смерти подобно. С минуты на минуту закончится перезагрузка систем корабля, и вождь сможет доставить нам кучу проблем со своим портативным пультом управления. – Харшати! – позвал я катарианца, надеясь, что он слышал наш разговор. Он и вправду всё слышал, находясь в это время недалеко от двери, поэтому появился в каюте вождя спустя несколько секунд. Когда он вошёл, Рахтаар нахмурился, Харшати для него был предателем, перешедшим на сторону слабого врага. Для нас же этот катарианец был революционером, восставшим против плохого вождя и заключившим временный союз с врагом. – Харшати, подготовьте яхту Великого вождя к полёту.

– Ты уже стал принимать решения за меня? – Рахтаар сейчас готов был напасть на меня, но сдержался, понимая, что после этого у него уже не останется ни единого шанса остаться в живых.

– Это я на тот случай если ты всё-таки согласишься на моё условие. Думай, у тебя всего пять минут – я повернулся и быстро вышел, пока он не отдал приказ убить меня. Оказавшись в коридоре, вздохнул с облегчением, теперь оставалось подтолкнуть вождя к принятию правильного решения, выгодного нам.

Прошло три минуты, Рахтаар не выходил, я уже не знал что делать. На данный момент все системы корабля были не доступны не только ему, но и нам, перекрыть ярус и выкачать из него воздух мы не могли. Через две минуты вождь поймёт, что я блефовал и уже никуда не пойдёт. Задумавшись над тем что делать, я по привычке хотел почесать затылок, но подняв руку, увидел проскочивший между пальцев электрический разряд.

– Как ты думаешь? Что произойдет, если я вот к этим проводам электричество подведу? – спросил я катарианца из отряда Харшати.

– Понятия не имею, я всего лишь простой солдат – ответил он и отшатнулся, увидев маленькие молнии между моих пальцев.

– И я не знаю, но проверить очень хочется.

Я оторвал от стены панель скрывающую кабели и взялся обеими руками за один из них. Где-то под потолком сразу загудела система вентиляции, но она мне была не нужна, поэтому стал хвататься за другие кабели. Я искал систему пожаротушения, которая имела две ступени работы. При малом возгорании в зоне возгорания из системы поступал противопожарный реагент. Мне первая ступень была не нужна, я хотел запустить работу второй ступени. При её активации все двери блокировались, а возгорание гасилось методом откачки воздуха.

Через несколько секунд я нашёл систему пожаротушения и активировал вторую ступень. Спустя десять секунд мне стало трудно дышать, и я убрал руки от проводки, чтобы не задохнуться. В этот момент Великий вождь, вместе со своей свитой, побежали по коридору в сторону отдельной посадочной площадки. Там находилась его элитная космическая яхта, которую Харшати сейчас должен был готовить к вылету. Через пару минут включилось нормальное освещение, и заработала вентиляция, некоторые системы корабля наконец-то перезапустились.

– А не плохо у меня получилось – подумал я, и почувствовал лёгкую вибрацию, это яхта Рахтаара покинула место стоянки и вышла в открытый космос.

Теперь весь корабль был под нашим контролем, вот только толку от этого не было никакого. Рубка управления была обесточена, как в прочем и резервный пульт управления находящийся в каюте вождя. Из всех систем в рабочем состоянии находились только системы жизнеобеспечения и навигации. Когда я вошёл в рубку управления и посмотрел в огромный панорамный иллюминатор, то увидел, что яхта Рахтаара далеко от нас не улетела. Она лишь отошла на некоторое расстояние и остановилась. Он ждал прибытия помощи, так как на нескольких кораблях до сих пор, охраняющих флагман катари, не было десанта для абордажа.

Я сейчас, глядя на светящуюся точку в космосе, которой была яхта Великого вождя, прекрасно понимал что мы, захватив этот корабль, сами оказались в ловушке. Наше уничтожение лишь дело времени, две абордажных команды отберут у нас корабль минут за двадцать или даже за десять, если знать слабые места. Ко мне подошёл Харшати.

– Мурабо умер, пока мы тут вождя выгоняли.

– Мы тоже умрём, если в течение часа не восстановим систему энергоснабжения рубки управления. Видишь вон ту – договорить я не успел, ослепительно яркая вспышка появилась на том месте, где находилась яхта Рахтаара. – Это что сейчас было? – я потёр глаза. Они хоть и были электронными, но в последнее время я стал их ощущать как свои родные, от сильно яркого света мне было больно.

– Яхта взорвалась, ты же сам велел её подготовить – удивлённо пояснил Харшати.

– Вообще-то я имел в виду просто подготовить, чтобы он отсюда быстрее улетел! Вот чёрт, нас же сейчас расстреляют как неподвижную мишень в тире! – я забегал по рубке управления, собираясь собой заменить источник энергопитания. Когда добрался до канала электропитания, понял, что я сейчас опять стал обычным человеком без суперспособностей. Между пальцев больше не проскакивали маленькие молнии и от того что я хватался за провода, не было никакого толку. Энергия во мне закончилась и больше не приходила, это был разовый бонус лишь для того чтобы захватить корабль.

– Чёрт, чёрт, что же делать? – я выбежал в коридор, собираясь визуально искать повреждённые участки. Через минуту моих хаотичных забегов по коридорам, сквозь прозрачные стены, увидел металлический куб. Идея как вернуть энергопитание пришла в голову мгновенно, и я закричал, что было сил – все ко мне, срочно!

Харшати появился первым, так как находился ближе всех.

– Видишь вот эти кабели? Присоединяй одним концом к системе энергоснабжения, второй конец к этому кубу!

Через минуту мы с ним уже пытались прикрепить кабели к кубу, но у нас ничего не получалось, они не держались на гладкой поверхности его сторон. Мало того, энергия не собиралась идти в них напрямую, только через моё тело и в том случае, когда я касался куба голым телом, а в руках держал кабель. Кабелей было четыре, а рук у меня только две, поэтому мне пришлось раздеться, влезть на куб, два кабеля зажать под коленями и два взять в руки. Рубка управления мгновенно ожила, заработали и все остальные системы корабля.

Харшати поняв, что у нас получилось, побежал к пульту управления и через несколько секунд, в космосе появилось сразу несколько новых маленьких звёзд. Он решил нас обезопасить и уничтожил все корабли охраны, пока они не уничтожили нас.

Через час я собрал в каюте Рахтаара всех, кто находился на борту корабля. Среди них были не только оставшиеся в живых бывшие пленники люди, но и технический персонал катари из команды корабля. Для выполнения заключительной части моего плана нужно было отправить всех, куда-нибудь туда, где они смогут находиться в безопасности. Безопасно, по моему мнению, было только в двух местах, возле центральных планет и около планеты Нейта. Эту планету хорошо охраняли, так как на ней было налажено производство истребителей последнего поколения.

Я озвучил своё решение, но оно далеко не всем понравилось. Харшати и несколько человек из команды Мурабо, хотели, остаться со мной. Война для них не закончилась, они рассчитывали заставить катари капитулировать, угрожая уже им самым мощным оружием во всей галактике. Никто из них сейчас не знал, что этого страшного оружия, на силу которого они так надеялись, уже не существовало. Моя новая команда долго сопротивлялась моему решению, и мне пришлось надавить.

– Вы признаёте меня своим командиром и капитаном этого корабля?

– Да, признаём – озвучил Харшати решение собравшихся в каюте членов новой команды.

– В таком случае слушайте мой приказ! Мы отправляемся к Нейте, после того как туда прибудем, вы все грузитесь на корабль или челноки, и уходите под защиту орбитального комплекса. Приказ ясен? – у них не было выбора, они сами только что признали меня своим командиром и теперь получили приказ, который нужно выполнить.

Энергосистему корабля восстановили, поэтому мне не пришлось опять раздеваться и лезть на куб. Команда меня слушалась, но все были очень не довольны моим решением. Вскоре корабль достиг необходимой скорости, чтобы уйти в подпространство и меньше чем через час, мы уже были около Нейты. Корабль вышел из подпространства точно посередине пустого клочка космоса, между флотом катари из ста пятидесяти кораблей, и объединённым флотом союза планет из ста сорока пяти кораблей. Здесь и сейчас возле Нейты, должно было состояться сражение за эту планету. Катари пока не нападали, они ждали свой флагманский корабль, чтобы иметь серьёзный перевес в силе, и дождались. На данный момент никто из катарианцев не знал, кому сейчас принадлежит этот корабль, и что его им стоит опасаться даже больше, чем флота людей.

– Харшати, покинуть борт корабля. Движение к орбите планеты с включенным аварийным маяком.

Через десять минут корабль с членами моей команды и пленённым техническим персоналом флагмана, направился к планете, а я приступил выполнению предпоследнего пункта моего плана. Этот предпоследний пункт, появился только что, после того как я увидел, сколько кораблей собралось здесь, чтобы устроить самое крупное космическое сражение во всей истории галактики. Я не был уверен в том, что у меня получится сделать задуманное, но я надеялся, что куб с энергией внутри мне в этом поможет, ведь я же помог ему или ей освободиться.

Прежде чем опять влезть на куб, я включил открытый канал связи и полностью разделся, решив что, чем меньше на мне будет одежды, тем лучше будет контакт. Взобравшись, я сел, скрестив ноги, и приложил ладони к гладкой поверхности куба. Больше всего я сейчас хотел остановить войну, но не знал что для этого нужно сделать, решил сначала поговорить со всеми сразу. Энергия куба словно поняла что мне нужно, и бурным потоком наполнила моё тело, сделав его прозрачным, а потом я почувствовал, как корабль вздрогнул. От куба во все стороны пошла энергетическая волна и поглотила собой все космические корабли без исключения. Космос стал безмолвным, корабли превратились в высокотехнологичные куски железа, с неработающими двигателями и системами вооружения. Я знал, что меня сейчас должны слышать все и стал говорить.

Учебная база «Надежда галактики». Капитан Ворон

— Послушайте профессор, сколько можно устраивать всякого рода тесты и медицинские осмотры?

— Столько сколько потребуется — Кешер второй час удерживал меня в капсуле медицинского сканера и, судя по его фанатичному поведению, выпускать меня не собирался.

— Так, всё, с меня хватит, я уже давно должен был заниматься проверкой только что поступивших на базу истребителей.

— Куда! Лежать! – профессор попытался уложить меня обратно, но после одного хитрого приёма сам оказался внутри капсулы. – Капитан, вернитесь, я Вам приказываю немедленно вернуться!

– С чего это вдруг вы решили что можете мне приказывать – я даже и не подумал возвращаться в капсулу сканера, а продолжил одеваться.

— Я как полковник медицинской службы приказываю вам вернуться! — продолжал настаивать Кешер, пытаясь выпутаться из кучи проводов с датчиками.

– О! Так вам звание дали! Поздравляю, но приказывать вы мне всё равно не можете, я офицер службы безопасности и моим командиром является генерал Патран.

– Адэр, пожалуйста, позволь провести ещё пару тестов?

— А я вам и не запрещаю, проводите, сколько захочется, только подопытного найдите другого.– Я надел китель и чуть ли не бегом вышел из медблока. Оказавшись в коридоре, не мог определиться, куда мне сейчас идти. Никакой проверки истребителей не планировалось, поскольку истребителей для её проведения не было. Последний из недавно полученных истребителей я уже проверил в бою, и теперь он отправился обратно на завод для полного капремонта.

— Капитан! Вот вы где! -- за первым же поворотом коридора я столкнулся с Велией Кешер.

– Что-то случилось? – меня семейство Кешер уже стало раздражать, ни от одного из них покоя не было.

– Пока ничего, я просто хотела узнать о Димоне, есть хоть какие-нибудь новости?

– Нет, новостей пока никаких, самому хотелось бы знать, где он и что с ним. Если это всё, я пойду, у меня дел много.

– Постойте, ещё один вопрос? – она остановила меня, преградив дорогу.

– Что ещё?

– Правда, что Син-цын наполовину паккари?

– Нет, он человек, уж вам-то это точно известно, думаю, ваш отец о нём уже давно всё рассказал.

– А как же тогда вот это? – Велия показала мне на экран своего коммуникатора. Там был короткий видеоролик какого-то новостного канала, где ведущий программы говорил о гибели одного из членов семьи Варнари. Говорилось о том, что в неравном бою погиб Димон Син-цын-Варнари.

– Он полноправный член нашего клана, но он человек и он не погиб. Пока я не увижу его труп, он не погиб, а тебя я вообще не понимаю, ты его, то ненавидишь, то любишь, определись, наконец – я грубо отодвинул её с дороги, и направился в тренажёрный зал, требовалось сбросить нервное напряжение. До зала не дошёл, меня вызвал к себе генерал Патран.

– Присаживайся капитан – генерал был чем-то озадачен и на момент моего появления читал донесения. – Сейчас придёт Рименар, ему есть что сказать. – О Константине Рименаре я уже много чего слышал, но сейчас не понимал что ему от меня нужно. Ожидание затянулось на полчаса, я за это время немного успокоился и почти забыл о семейке Кешер. Рименар вошёл в кабинет без стука и сходу направился к столику, где находился графин с водой. Воду в стакан не наливал, выпил прямо из горлышка, потом бросив на стол папку с документами, устало опустился в кресло.

– Значит ты Ворон? – я кивнул, покосившись на генерала. Патрану сейчас как мне показалось было глубоко наплевать, как я отвечаю на вопросы Рименара, главное что отвечаю. – Для тебя капитан есть работа.

– Что от меня требуется?

– Требуется от тебя выполнить задание, о котором я сейчас расскажу – Рименар открыл папку и стал говорить о задании строго по пунктам. Первый пункт был самым простым, мне предстояло слетать домой и получить прямо с завода двадцать пять новых истребителей «Призрак 119м2». Меня к тому же назначили командиром звена ударной группы из пятидесяти кораблей. Практически весь флот союза сейчас собирался на орбите Нейты, и набралось там уже около ста пятидесяти кораблей. Пункт второй и последний моего задания был уже гораздо сложнее и, по моему мнению, вообще не осуществим. После укомплектования недостающими истребителями, вся эта армада, почему-то во главе с Патраном, полетит захватывать транспорт катари, тот что мы обнаружили с Димоном. Там на этих катарианских кораблях в стазис капсулах, сейчас спали несколько миллионов катарианцев. Это их резерв живой силы и эти корабли нам предстояло либо захватить, либо уничтожить. Захватить было предпочтительнее, так как потом можно будет заставить катарианцев сдаться под угрозой уничтожения этих кораблей.

– Капитан Ворон, вам всё понятно по заданию?

– Так точно!

– В таком случае можете приступать к выполнению первого пункта. Встретимся на орбите Нейты, – он посмотрел на часы – через восемьдесят три часа.

– Разрешите идти?

– Идите.

Я вышел из кабинета и минут пять стоял в коридоре, пытаясь понять, почему такой масштабной спецоперацией будет командовать Патран. Да, он генерал СБС, но он аналитик, а не адмирал военно космического флота. Так и, не поняв в чём дело, я направился искать корабль на котором смогу добраться до родной Нейты. Вскоре я его нашёл, им оказался довольно потрёпанный грузовой корабль малого класса.

– Эй, есть кто на борту? – через открытые ворота грузового отсека я попал внутрь корабля и никого тут не увидел.

– Есть! – ответил мне кто-то.

– Ну и где ты? – я крутил головой пытаясь найти того кто это сказал.

– Тут! – из небольшого люка в полу показалась сначала рука, а потом и голова. – Ты что ли тот капитан, которого надо на Нейту доставить? – из люка вылез капитан этого грузовика и им оказался паккари.

– Я, и дело срочное.

– Сейчас у всех дело срочное, вот только запчастей от вас быстро не дождёшься. Я уже вторую неделю тут загораю. Сначала привёз сюда новый истребитель, теперь его назад придётся отвозить.

– Почему, бракованный что ли оказался?

– Нет, его просто один умник так укатал за несколько часов, что живого места не осталось – пояснил капитан грузовика и тяжело вздохнул. Он видимо очень любил технику и не мог спокойно смотреть, как к ней плохо относятся.

– И кто этот криворукий? – я спросил чисто для поддержания разговора, а не потому что мне это очень хотелось узнать.

– Какой-то Ворон, руки бы ему оторвать. Новая машина была, а он умудрился двигатель оторвать.

– Слышал я о таком, только он на этом истребителе воевал. Надеюсь, что вы о недавнем сражении слышали?

– Так это он, на этом самом Призраке катарианцев в блин раскатал? – удивился капитан.

– Ну, не в блин, но потрепал хорошо. Когда вылетаем?

– Сейчас второй пилот придёт, груз заберём и в путь. Тебе там на Нейте, куда надо-то? – капитан сразу подобрел, узнав, что истребитель был в реальном бою, а не попал в руки пилотов курсантов.

– Космопорт Варнари – пояснил я.

– Новый или старый?

– Новый – я, честно говоря, ещё не знал, что отец построил новый космопорт, и теперь хотел на него посмотреть.

– Чтобы на новый попасть особое разрешение требуется, надеюсь, оно у тебя есть.

– Есть – разумеется, я об особом разрешении даже не слышал никогда.

Через полчаса грузовик захватил огромный контейнер с разбитым истребителем внутри, и мы полетели домой. Полёт продлился двенадцать часов и всё это время я спал прямо в рубке управления. Меня разбудили, когда корабль начал входить в атмосферу Нейты и капитану потребовалось подтвердить разрешение на посадку.

– Диспетчерская, говорит Адэр Варнари, требуется свободная посадочная площадка.

– Ого! – капитан даже рот открыл от удивления, он не знал кто его пассажир. – С таким разрешением можно в любой космопорт прилететь.

– Говорит диспетчерская, площадка – 24-Е, время на посадку двадцать минут. Рады приветствовать Вас Ворон.

– Спасибо, я тоже рад что вернулся домой – я отключил связь.

– Так ты, значит, и есть тот самый Ворон, гроза катари?

– Да, я Ворон, но вот с грозой не согласен, есть один человек, которого им стоит бояться гораздо больше чем меня.

– Это кого если не секрет?

– Моего сводного брата Димона Син-цына-Варнари, а если по-другому, то капитана Демона. Слышал о таком?

– Слышал, как не слышать, только я не знал кто они, точнее что они это вы те самые Ворон и Демон.

Несмотря на потрёпанное состояние, грузовик опустился на посадочно-стартовую площадку очень мягко и вскоре мои ноги коснулись поверхности родной планеты. Новый космодром был военного назначения и кроме этого грузовика, здесь не было больше ни одного гражданского корабля. Меня уже встречала группа паккари, состоявшая из начальства космопорта и нескольких солдат. После короткого знакомства я связался с отцом, для того чтобы ускорить получение новых истребителей. Отец заявил, что появится в космопорте через десять минут и всё устроит. Он, правда, прибыл не через десять минут, а через пятнадцать и не один, а с моей женой Амией.

– А я всё гадал, кто за истребителями прилетит – отец первым обнял меня. Амия дождалась, когда отец отошел, и после этого повисла у меня на шее.

– Я очень рада что ты жив и у меня для тебя подарок – она показала на свой округлившийся живот. – У нас будет мальчик!

Долго нам поговорить не дали, появился капитан грузовика и обратился ко мне, так как не знал что рядом со мной стоит сам глава клана Варнари.

– Господин Варнари, куда груз девать?

– Адэр ты мне привёз что-то? – отец был удивлён.

– Да, но это не подарок. Отец я тут недавно новую модификацию Призрака испытал и, в общем, теперь ему требуется серьёзный ремонт.

Отец сразу стал серьёзным и решил лично осмотреть истребитель.

– Да что там смотреть-то, его теперь только на переплавку – сказал капитан грузовика и через секунду понял, что зря это сказал. Отец почти ничего не знал о недавнем сражении возле учебной базы, Патран ему об этом не рассказал.

– Адэр, только не говори мне что это 026-й, я вчера в новостях видел репортаж с места сражения у базы и знаю, что пилот не выжил.

– Почему это не выжил? Я что, по-твоему, труп?

– Отец, я же тебе говорила что этим журналистам верить нельзя, они всё время врут – Амиа сделала вид, что обнимает меня, а сама быстро проверила, нет ли у меня протезов. Протезов естественно у меня не было, и она быстро успокоилась.

– Предлагаю лететь домой, отпразднуем встречу, поговорим, нам есть что обсудить в узком семейном кругу – предложил отец и Амиа его поддержала.

– Не могу, у меня на это времени нет, мне же ещё нужно истребители переправить в космос. Потом подобрать пилотов и доложить Патрану о выполнении первого пункта – сказал я, не подумав о последствиях после своих слов.

– Первого? Если есть первый пункт, то есть и ещё как минимум один. Не посвятишь в чём суть второго и почему именно ты должен заниматься подбором пилотов? – отец сразу зацепился за мои слова.

– Я сейчас капитан и командир ударной группы истребителей, большего сказать не могу это очень секретная информация.

– Значит, назревает что-то очень серьезное, если уж ты собственному отцу рассказать не можешь – отец вздохнул и предложил немного посидеть втроём в ресторане космопорта.

– Хорошо, только недолго, если я опоздаю с выполнением первого пункта, Патран с меня не только пагоны снимет, но и голову.

Ресторан, расположенный в здании космопорта был маленьким, но очень уютным и с хорошей кухней. После космических питательных шариков мне все блюда показались верхом вкусового наслаждения. Ел в основном только я, отец и Амиа лишь слегка поковырялись в тарелках.

– О Димоне ничего не слышал? – спросил отец, после того как я всё съел.

– Пока ничего, сам жду хоть какой-нибудь информации. После того как мы расстались, он исчез. Разведка не выявила в рядах катари каких-либо изменений, уничтожения кораблей пока тоже не замечено.

– Может он сбежал? – осторожно спросила Амиа.

– Не мог он сбежать, это не тот человек, чтобы так поступить. Я думаю, что он либо чего-то ждёт, либо – второй вариант я озвучивать не хотел, но озвучил под ожидающими взглядами – либо погиб.

– Будем надеяться, что он жив и вернётся. Адэр у меня для тебя есть подарок, я его втайне от Амии готовил, потому что такого рода подарки она не любит – сказал отец и посмотрел на мою жену. Амия моментально нахмурила брови, заранее о чём-то догадываясь. – Он тут недалеко, в ангаре стоит – отец подмигнул и встал, чтобы проводить меня до ангара, где стоял подарок.

Спустя каких-то пятнадцать минут мы добрались до места и отец приказал охране открыть ворота. Внутри стоял истребитель «Призрак», совершенно новая модель.

– Это двести двадцатый, пока только в одном экземпляре – пояснил отец.

Истребитель был красив своими хищными очертаниями и обшивкой матово чёрного цвета. На борту красовалось золотое изображение парящего ворона и номер 001.

– В его конструкции использованы все самые современные достижения науки и техники. Надеюсь, он тебе понравится и защитит во время э – отец замолчал, увидев испуг в глазах Амии.

– Спасибо, думаю что подарок очень своевременный, с учётом сложности моего задания.

Внезапно громко завыла сирена тревоги.

– Это ещё что такое? – отец крутил головой, пытаясь определить, откуда ждать нападения. Через несколько секунд возле нас появилось сразу десять паккари, личная охрана и телохранители отца и моей жены. – Варад, что происходит? – спросил отец у своего телохранителя.

– Секунду, информация уже поступает – он держал в руках мини коммуникатор и вчитывался в текст. – Активировалась орбитальная охранная система, обнаружены корабли катари числом сто штук, сто пять, сто двенадцать, сто пятьдесят. Всё больше нет, они остановились вне зоны поражения.

– А где наш флот?

– С другой стороны планеты, но уже выдвинулся на перехват.

– Сколько у нас тут кораблей?

– По последней информации девяносто семь, скоро должны прибыть ещё двадцать.

Тем временем на всей территории космопорта началось развёртывание наземных систем защиты. На поверхность из недр земли поднялись мощные лазерные орудия и противокорабельные ракетные установки.

– Отец, сколько ты можешь для меня быстро найти пилотов?

– Десять, может быть пятнадцать, у нас же тут не военная база.

– Давай всех сюда, срочно, нам нужно все истребители поднять в космос.

– Зачем? Мои пилоты никогда не летали на «Призраках» и в бою от них никакой пользы не будет.

– Не важно, главное показать катарианцам что у нас паритет по силе, возможно, мы этим выиграем время.

– Радар показывает приближение ещё двадцати трёх кораблей, двенадцать из них тяжёлые крейсеры – вклинился в разговор Варад – это наши корабли, прибыли раньше, чем было запланировано.

Через несколько минут ко мне прислали двенадцать пилотов, но, как и говорил отец никто из них не сидел за пультом управления истребителя. Половина из этих пилотов вообще кроме челноков ничем и никогда не управляли. Вторая половина это пилоты военно-транспортных кораблей, грубо говоря, обеспечение.

– Внимание, слушайте приказ! Здесь в ангарах стоит двадцать шесть истребителей «Призрак 119м2», их нужно быстро вывести в космос. Возможно, вам придётся на них воевать, так что за время полёта советую хотя бы в общих чертах ознакомиться с их вооружением. Без прямого приказа никакие кнопки не нажимать, иначе самих себя подстрелите. Всем всё ясно? – ответом мне была тишина и испуганные взгляды пилотов.

– Капитан Ворон, разрешите обратиться? – ко мне подошёл пилот грузовика.

– Давай, только быстро и коротко.

– Возьмите меня пилотом, я когда-то пилотировал «Осу», имею представление что такое космический истребитель.

– Сойдёт, беги на стоянку и хватай любой из истребителей что там стоят. Отец мне нужен чистый коридор выхода в космос, организуй, не хотелось бы уничтожать систему безопасности космопорта.

– Сейчас будет – отец связался с диспетчерской и запретил вылет всех космолётов кроме истребителей.

Подъём и выход в космос Призраков был сумбурным, вылетали по готовности. Всего смогли поднять девятнадцать машин, для остальных пилотов не нашлось.

– Внимание, говорит генерал Патран! Всем кораблям отойти от планеты и ждать приказа. Истребителям занять позицию за флагманским крейсером «Гордый».

Две флотилии медленно выстроились друг на против друга, и никто не решался напасть первым. Я, сидя в новом кресле Призрака-220 пытался освоиться с новыми системами корабля. Принцип управления не сильно изменился, но в остальном всё было новым, правда не сложным для того чтобы понять что как работает. Связь работала очень чётко, отсеивая не нужные разговоры других пилотов с центром управления.

Флот катари чего-то ждал, атаковать или просто обстреливать планету они не спешили, видимо у них было желание захватить Нейту в нормальном состоянии. Вскоре космос словно вздрогнул и между двух флотов появился огромный корабль катари. Этот корабль лишь одними размерами внушал страх, не говоря уже о его вооружении. Сражение за планету могло стать последним в истории существования союза планет. Если союз проиграет это сражение то, катари с лёгкостью завоюют все планеты, так как у союза просто больше не останется кораблей чтобы защищаться.

Корабль катари прибыл, но с его появлением произошло нечто, что не укладывалось в понимание происходящего. Через несколько минут от их корабля отошла слабо светящаяся волна и, набирая скорость, разошлась в стороны, поглотив собой абсолютно все корабли без разбора. Все системы всех кораблей сразу отключились, даже двигатели перестали работать, в космосе наступила полная тишина. Через несколько секунд сама по себе включилась видеосвязь, вот только работала она исключительно на приём. На её голографическом экране появилось изображение полупрозрачного человека, голос которого я не мог перепутать ни с каким другим. Это был голос моего друга и брата Димона Син-цына.

– Внимание всем, говорит Дмитрий Синицын! Сейчас вы лишились каких-либо преимуществ, и у вас есть лишь один шанс, чтобы начать всё с начала. Народу катари всего лишь был нужен мир, где они смогут выжить, и я прошу союз выделить им одну из планет. Так же я призываю катарианцев, отказаться от вооружённой экспансии и заключить мирное соглашение с союзом обитаемых планет. У вас больше нет никакого преимущества в силе, так как я забираю у вас оружие, вместе с вашим флагманским кораблём. Я знаю, что далеко не все катари хотели этой войны, но под давлением большинства пришлось на неё согласиться. Сейчас на вас больше некому давить, верховный вождь погиб и в его смерти виновен только я и никто другой. Ещё раз призываю всех договариваться, а не воевать.

Теперь я хочу, чтобы мои друзья простили меня за то, что я собираюсь сейчас сделать. Я Дмитрий Синицын, представитель другой, далёкой галактики, волей богов был перемещён в это тело. Я не понимал до сегодняшнего дня, зачем я здесь, но сегодня всё встало на свои места. Всё и всегда должно быть уравновешено, я дал вам равновесие в силе и теперь должен уйти. Простите меня, но я ухожу навсегда и мы больше никогда не увидимся. Счастья вам всем и прощайте!

С момента начала видео трансляции я всё время пытался включить связь, для того чтобы Димон смог меня услышать, но чтобы я не делал, у меня ничего не получилось. После того как он перестал говорить, связь вообще отключилась. Теперь я видел корабль, где находился мой друг, только сквозь стекло фронтального иллюминатора и ничего не мог с этим поделать. Через несколько минут огромный корабль, когда-то принадлежавший катарианцам, развернулся и, совершив короткий разгон, ушёл в подпространство. Куда он отправился, не знал никто, и отправиться вслед за ним тоже никто не мог. Корабли двух флотов в это время мёртвыми астероидами висели в космосе, слабо мигая ходовыми огнями.

– Димон, ты не прав! – крикнул я и ударил кулаком по пульту управления. После моего удара пульт ожил, но двигатель на отрез отказывался запускаться. Через какое-то время самостоятельно включилась система связи. Все каналы были забиты паническими криками о том, что двигатели не запускаются. Сквозь весь этот шум расслышал знакомый голос, призывающий прекратить панику. Голос принадлежал генералу Патрану и через пару минут он смог добиться полной тишины в эфире. Сразу после этого мой двигатель вновь заработал сам по себе, без моей команды к запуску. Мой Призрак-220 сейчас был единственным кораблем, который мог двигаться и я сразу же запросил у командования разрешения, отправиться вслед за Димоном, пока ещё было возможно его найти по остаточному фону гиперпрыжка.

– Отставить, капитан Ворон, немедленно прибыть на борт крейсера «Гордый» для получения дальнейших указаний.

Внезапно на этот же канал связи влез другой голос и тоже мне хорошо знакомый.

– Всем людям кто меня слышит! Говорит Харшати, у меня на борту несколько человек и им срочно требуется помощь медиков. Внимание всем кто меня слышит!

– Говорит капитан Ворон, слышу тебя Харшати, жди, сейчас возьму на буксир.

Через час я уже был на борту крейсера вместе с Харшати и теми, кто был на борту его корабля. Раненых сразу же переправили в медблок, под опеку профессора Кешера.

– Капитан, ты хорошо знаешь этого катарианца? – Патран стоял напротив нас, вглядываясь в лицо Харшати.

– Достаточно хорошо для того чтобы ему можно было доверять, мы вместе через многое прошли.

– Если так, то через полчаса жду вас у себя в кабинете, будем решать что с катарианцами делать дальше. Думаю что Харшати, сможет нам пояснить, что, чёрт возьми, происходит.

– Ну, что мой четырёхрукий друг Харшати? – я посмотрел на слегка напуганного генералом катарианца.

– Что?

– А, не сесть ли нам чего-нибудь, пока ещё время позволяет – предложил я.

– Можно и съесть, только мне сначала нужно к вашим медикам заглянуть, тут одна неприятность недавно произошла – Харшати расстегнул комбинезон и показал на небольшую рану между левыми руками.

– Это где тебя успели подстрелить?

– Ещё во время вылета с корабля вождя, охранная система шлюза внезапно заработала, и начала стрелять по всему что движется, вот поэтому со мной раненых так и много.

– Идём, провожу, только я там тебя ждать не буду, Кешер опять приставать будет со своими тестами.

Кешер был в медблоке, занимался ранеными, которых сюда доставил Харшати, здесь же находилась и его дочь Велия. На момент нашего появления, они стояли спиной к нам и разговаривали между собой. Разговор шёл о Димоне, и я решил послушать, прежде чем отдать катарианца в руки фанатика.

– Пап, как ты думаешь, Димон вернётся?

– Думаю, что нет, он же сказал, что в нашей галактике был лишь гостем и прибыл сюда с одной целью, в нужный момент установить силовой паритет. В руках катари находилось страшное оружие, теперь его нет, равновесие достигнуто ценой жизни одного пришельца из другой галактики. Я вообще склоняюсь к тому что Димон, точнее его душа в этом теле, не принадлежит человеку, он скорее является некой бестелесной сущностью.

– Хочешь сказать что он Бог?

– Нет конечно, но и не простой смертный, а почему он тебя так интересует, ты вроде бы не питала к нему сильных чувств, скорее наоборот, считала что он виноват во всех бедах? Пересмотрела своё отношение?

– Ну, можно и так сказать, к тому же не хочется, чтобы сын рос совсем без отца.

– Стоп, какой сын? – профессор замер с протянутой рукой к пульту медицинской капсулы.

– Обычный, маленький такой мальчик – Велия притянула отца к себе и тихо сказала – пап, ты скоро станешь дедушкой.

– Дедушкой??? Ты хочешь сказать, что ты беременна от Димона?

– Да, для этого мне пришлось пойти на маленькую хитрость, иначе могла бы ждать ответного внимания к себе очень долго, я словно чувствовала что нужно торопиться.

– Велия не ври мне, прототип бесплоден – повысил голос профессор. – По крайней мере, был на момент его создания – добавил он, спустя несколько секунд.

– Извини, я не знала, просто ты мне всегда говорил что нужно выбирать самое лучшее, вот я и выбрала. Можешь провести анализ ДНК, если не веришь мне на слово.

– ДНК говоришь, в нём смысла нет. Последний анализ тканей Димона показал, что его тело, на молекулярном уровне, изменилось минимум дважды, за короткий промежуток времени.

– Профессор, Велия, исходя из всего мною услышанного, заявляю, что мальчик является представителем клана Варнари и будет жить на планете Нейта до момента своего совершеннолетия.

– Адэр, вот почему ты всегда появляешься рядом, когда тебя тут быть не должно? – Велия повернулась и выражение её лица мне сразу не понравилось. Эта девушка готова была драться за своего ребёнка с любым, кто попытается у неё его отнять.

– Велия, успокойся, ты тоже будешь жить на Нейте, никто мальчика у тебя отнимать не собирается, клан Варнари берёт на себя защиту и полное обеспечение – попытался я её успокоить, но она мне явно не поверила. Нужно было немедленно принять меры по её отправке на Нейту, под надзор отца и Амии. Надеюсь, с моей женой они найдут общий язык и Велия со временем станет доверять нам. Харшати стоявший в это время за мной, старался не дышать, чтобы случайно не прервать наш важный разговор.

– Адэр, а это кто? – Кешер показал на Харшати, бледнеющего и начинающего медленно оседать.

– Это Харшати, лидер повстанцев катари – заявила Велия и, одарив меня презрительным взглядом, вышла из медблока.

– Да, это Харшати, эй ты чего? – катарианец стал заваливаться на бок. Нам с профессором пришлось его ловить, чтобы при падении он не ударился головой об угол металлического стола.

– Что с ним? – Кешер оттягивал ему веки и пытался прощупать пульс на всех руках по очереди.

Не помню что было после того как я залез на куб с энергией внутри, кажется я что-то говорил людям и катари. Потом, кажется, решил, избавить всех от этого корабля, куба и энергии сидящей в нём. В нормальное сознание пришёл сидя на полу возле пульта управления. Я почему-то был без одежды, но мне не было холодно, скорее было жарко, тело горело, словно его натёрли жгучим перцем, хотелось принять холодный душ, чтобы остыть. Корабль находился в подпространстве, совершая гиперпрыжок, куда он сейчас летел, я понятия не имел, так как просто не помнил, куда его направил, находясь в состоянии зомби. Ближайший душ нашёлся в каюте вождя, я стоял под струями ледяной воды не менее получаса пока, тело не остыло до своей нормальной температуры. Часа через полтора смог найти для себя человеческую одежду, дорогие шмотки вождя мне не подошли ни по размеру, ни по количеству рукавов.

Корабль вышел из подпространства спустя три часа возле какой-то гигантской газовой планеты. Координат и названия этой планеты не было ни в одном из каталогов корабля, одним словом я оказался неизвестно где и один. Подумав несколько минут, направил корабль вперёд, запустив процедуру разгона очередного гиперпрыжка. Мне сейчас было не важно, куда лететь, лишь бы подальше от галактики, где прожил несколько лет. Энергия не должна попасть ещё в чьи нибудь руки, она слишком опасна своей разрушительной мощью.

Первые несколько дней полёта прошли вполне спокойно, управлять полётом огромного корабля оказалось не сложнее чем истребителем, тот же принцип только кнопок гораздо больше ну и пультов, разумеется, тоже. Спустя десять дней начались проблемы психического характера, одиночество сильно давило на психику я не находил себе места. Странная энергия больше никак себя не проявляла, она, словно заперлась от меня в глубине металлического куба. Чтобы себя чему-нибудь занять начал осматривать корабль, на всё потратил три недели. Из всего что обнаружил, меня больше всего заинтересовали космические челноки. Было большое желание сесть в один из челноков, и вернуться домой, а корабль бросить, пусть летит дальше уже без меня. От этой глупой затеи удерживало понимание того, что челнок далеко не улетит, в их конструкции не была предусмотрена система гиперпрыжка.

Спустя ещё месяц стал думать о том, что я медленно схожу с ума, перестал мыться, бриться и разговаривал с самим собой. В таком состоянии пробыл около месяца, за это время корабль больше не совершил ни одного гиперпрыжка, я просто забыл о том, что мы куда-то летим.

В один прекрасный момент проснулся на полу в оружейной комнате с пистолетом в руке, видимо хотел застрелиться, но почему-то не смог. После этого решил взять себя в руки и попробовать жить дальше, ведь цель ещё не достигнута, куб-то никуда не делся, а выбрасывать его в космос, это значит начать всё с нуля. Его опять кто-нибудь подберёт и сделает из него оружие.

Я составил распорядок дня и упорно придерживался его на протяжение пары месяцев. Сам с собой старался больше не разговаривать, говорил только с кубом. Правда, он мне не отвечал, но это не важно, зато мне удалось избежать психического расстройства. Я опять вернулся к управлению кораблём и задавал координаты дальнейшего полёта, меняя направление то влево, то вправо, но никак не назад. В таком режиме день за днём прожил ещё несколько месяцев. Теперь мне уже стало казаться, что лечу домой, только до дома ещё далеко и лететь придётся долго. С кубом и энергией тоже нужно было что-то решать, в голову пришла идея найти какую-нибудь отдаленную планету и спрятать его там. Потом ещё много всяких идей в голову приходило, но в итоге вернулся к первой и начал искать подходящую планету. Сразу после принятия такого решения, стал ощущать чьё-то присутствие где-то рядом со мной. Было страшно осознавать, что рядом кто-то есть, а ты не знаешь, кто это и где он прячется. Спустя несколько дней понял, что этот кто-то, это энергия куба, это её присутствие я ощущал рядом с собой. В таком состоянии я и продолжил полёт в неизвестность.