— Вакансий нет.

— Что? — Я растерянно моргнула, стараясь справиться с накатившими эмоциями, но глаза все равно защипало от слез.

— Повторяю еще раз, лиа Ритани, в Высшей школе предсказаний вакансий учителя в этом году нет.

— Но…

— И других вакансий тоже, милочка. Оставьте свое резюме, и если в будущем году они появятся, мы пришлем вестника.

— Ну, знаете ли! — Третьего отказа за неделю я просто не выдержала. — У меня диплом столичной академии магии с отличием, замечательные рекомендации, а знания свои докажу еще не раз!

— Агнесса, — лысый низенький директор устало обратился ко мне по имени, — дело не в вашем дипломе. И тем более не в рекомендациях. А в вас! Сколько вам лет, дитя?

— Девятнадцать! — Задрала подбородок повыше, чтобы казаться старше. Да, я поступила в академию на целый год раньше, и что? Это свидетельствует лишь о моих способностях.

— А то, что на вид вам и того не дашь. Но я бы смирился с этим, будь у вас опыт работы, милая. Ваши рекомендации от преподавателей не стоят выеденного яйца. Раз уж вы мне понравились, хотите совет?

— Допустим, — осторожно ответила я.

— Поработайте где-нибудь годик. Не в школе. Гувернанткой, допустим. Или репетитором. И когда приобретете хоть какой-то опыт, а главное — получите документы, его подтверждающие, тогда милости просим. Учителям теоретической магии в нашей школе будут рады. А теперь позвольте с вами попрощаться.

Я ринулась к двери, мечтая не расплакаться до того, как выбегу на улицу.

— Лиа Ритани!

Директор передумал? Неужели? Я обернулась, глядя на него полными надежды глазами, и лысоватый толстячок начинал казаться самым прекрасным мужчиной в мире.

— Вы диплом забыли. — Директор помахал папкой на завязках.

Я выхватила тонкую папку из его цепких пальцев и, не прощаясь, вылетела за дверь.

Дождь закончился. На ясном летнем небе снова не было ни облачка, и только маленькие лужицы напоминали о недавнем ненастье. Ну почему мне так не везет? Три школы! Три! И ни в одну не приняли, несмотря на высокий балл диплома. Прощайте, мечты! А ведь я так мечтала стать учителем — с самого первого курса академии, когда до специализации оставалось еще два года. Я жила у дальней родственницы, которую лишь называла тетей, и дорога в академию пролегала мимо Высшей школы практической магии. Каждое утро наблюдала, как стайки опрятно одетых детей спешат на занятия. Затем по школьному двору чинно проходила дежурная дама с колокольчиком, возвещая, что начинается урок. В той школе, где я училась, все было гораздо проще. Но здесь же столица! И частенько я сама опаздывала на лекции, наблюдая за этим священнодействием под названием школьная жизнь.

Прощайте, мечты! И три года специализации. И припасенные два строгих платья. И набросанные конспекты первых уроков. И…

Путь перекрыла еще одна лужица. Я воровато оглянулась, не смотрит ли кто, а затем ловко перепрыгнула на другую сторону, даже туфелек не замочив. Нет, отказ — еще не повод для грусти. Даже три отказа — не повод! Опыта не хватает, говорите? Будет вам опыт, и все равно получу свое. Не будь я Агнессой Ритани, лучшей студенткой своего выпуска. А те, кто этого так и не разглядел, пусть кусают локти.

Но где искать работу? И желательно, как можно скорее, потому что тетка смотрит косо и жаждет одного — чтобы любимая родственница съехала. Стоит отдать должное, терпела тетя Мирина все годы моей учебы, потому что отец был категорически против общежития. Да и что скрывать? Чтобы выделили комнату в общежитии, надо было заплатить. Таких сумм у отца не было, все уходило на жизнь и мое обучение. Вот и приходилось стеснять Мирину. Ей отец тоже платил, но меньше. А недавно тетка намекнула, что нашла куда более выгодных жильцов. И что мне теперь делать? Вот бы знать…

— Свежие новости! — Мимо промчался чумазый мальчишка с кипой газет. — Свежие новости! Король отменил ежегодный благотворительный бал. Градоправитель ищет спутницу жизни. Сплетни, объявления, работа…

Работа! Я развернулась к мальчишке и сунула ему в ладонь медяк. Он на ходу протянул мне пухлую газетенку и побежал дальше, а я села на ближайшую скамью и раскрыла интересующий раздел. Итак, что мы имеем?

«Требуется няня для пятерых детей с проживанием». Не то…

«Требуется секретарь в полицейский участок, оплата по договору». Снова не то…

«Требуется танцовщица…» И того хуже!

Вдруг налетел порыв ветра, и вожделенный листок вырвало из рук. Газета рассыпалась. Я бросилась за добычей, на ходу пытаясь ухватить ускользающую удачу. И когда она была почти в моих руках, со всей силы треснулась лбом о дерево. Ой!

От удара ноги подкосились, и я осела на землю. Теперь все платье будет грязное! Что подумает тетка? Она-то ждет, что вернусь с работой, а не с грязным подолом. Вцепилась в выросший на пути ствол и медленно поднялась. Взгляд остановился на приклеенном к дереву листку.

«Вы молоды и инициативны?»

Вроде бы так…

«Вас никуда не хотят принимать без опыта?»

Автор что, провидец?

«Вам срочно нужна работа?»

Срочнее некуда.

«Вы грамотны, ответственны и коммуникабельны?»

Вообще-то да.

«Тогда мы ждем вас! Улица Третья Жемчужная, дом пять. Поспешите, пока кто-то не успел раньше вас!»

Не успел — куда? Но если голова пока думала, то ноги уже спешили через мостик на Третью Жемчужную. Благо до нее было рукой подать. На ходу пыталась отряхнуть платье и поправить прическу. Я обязана, просто обязана понравиться будущему работодателю! Особенно если его не отпугивает отсутствие опыта работы. Может, это знак судьбы? Я, конечно, в них не верила, но надежда умирает последней. Ускорила шаг, свернула на Первую Жемчужную, затем — на Вторую. И вот она, Третья! Дом пять, дом пять… Нет, этот тридцатый. А этот — двадцать второй. Шестнадцатый. Девятый. Я близко!

Заветная цифра «пять» находилась на покосившемся двухэтажном домике, который будто проектировал безумный архитектор. Первый этаж косил немного вправо. Второй, наоборот, немного влево. А крыша и вовсе напоминала ведьмовскую шляпу. Узкие окошки словно глядели на меня с интересом. А над дверью со скрипом покачивалась странная вывеска: «Золотая утка», а рядом — та самая утка, только не золотая, а, скорее, какая-то желтоватая. Неужели здесь трактир? Хотя не похоже. Да и представляя укоры тетки, я готова была согласиться на трактир.

Постучала. Никто не ответил. Толкнула дверь. Она со скрипом поддалась. Здесь скрипело все: вывеска, дверь, хлипкие ступеньки на второй этаж, перила. А затем на пути выросла еще одна дверь. Я громко постучала.

— Чего тарабаните? Входите! — донесся недовольный мужской голос.

Ну, раз меня просят…

Переступила порог — и очутилась в просторной, на удивление светлой комнате. Из трех больших окон лился солнечный свет. Вот только сами окна были мутными и даже не обзавелись занавесками. Прямо передо мной стоял стол. За ним сидел сосредоточенный парень лет двадцати пяти. Может, чуть больше. Ничего необычного. Не было ничего, пока он не окинул меня тяжелым взглядом карих глаз. И сразу стало как-то неуютно. Нет, не хочу работать у такого.

— Мик, прекрати пугать людей, — донеслось откуда-то со стороны. — Дорогуша, вы к нам по какому вопросу?

Обернулась — и встретилась взглядом с кристально-чистыми, голубыми, как весеннее небо, глазами. Их обладатель приветливо улыбнулся, в комнате стало еще светлее. А у меня подкосились ноги.

— А сам-то лучше, Гил? — буркнул Мик.

Очарование исчезло. Я снова стояла в центре комнаты. Где-то за окнами кричали торговцы. Ветер бился в рамы, такие же скрипучие, как и сам этот дом. А Гил поправил каштановую прядь, выбившуюся на лоб, и безмятежно улыбнулся, демонстрируя ямочки на щеках.

— Так что вы хотели, лиа? — спросил он.

— Я? Увидела объявление о работе.

Из рук Мика выпало автоматическое перо. Он замер с разинутым ртом. А Гил даже приподнялся из-за стола и махнул кому-то за моей спиной. Я обернулась, но услышала только, как хлопнула дверь справа.

— Значит, устроиться к нам хотите? — Гил мигом стал серьезным, приосанился и расправил плечи. — Присаживайтесь, лиа.

И указал на шаткий стул. Интересно, если я с него упаду, каков риск разбить голову? Шестьдесят процентов из ста?

— Не бойтесь, он и корову выдержит, — прокомментировал Мик и снова уткнулся в какие-то бумаги, от которых его отвлекло мое появление, а я все-таки опустилась на стул.

— Значит, вы хотите работать корреспондентом. — Взгляд Гила словно раздел меня и снова одел.

— Корреспондентом? — округлила глаза. — Но в объявлении не было сказано… Я, пожалуй, пойду.

— Сидеть! — рявкнул Гил так, что я приросла к стулу. — Раз уж вы к нам пришли, дорогая, было бы непростительно отпустить вас, не рассказав о специфике предлагаемой работы.

Комната вокруг снова поплыла, и я догадалась, что это та самая магия, которую Гил использовал в начале встречи. Но на этот раз была к ней готова и попыталась очистить разум. Годы учебы не прошли даром — щит появился почти сразу.

— О, так вы маг! — непонятно чему обрадовался Гил. — А скажите, лиа, как у вас было со школьными сочинениями?

— М-м-м, учителя хвалили, — я все еще не понимала, к чему он клонит.

— Так, может, воплотите закопанный талант в жизнь?

— Похоже, мне пора, — снова попыталась подняться, но вместо меня подскочил Гил, обошел стол и склонился ниже.

— Подождите, лиа, мы не с того начали знакомство, — сладко улыбнулся он. — Позвольте представиться, Гилберт Максен, владелец и главный редактор еженедельной газеты «Золотая утка». Это моя правая рука, заместитель и основной корреспондент Микаель Вернадин.

Брюнет, не отрываясь от бумаг, махнул рукой.

— Газета «Золотая утка», — Гил забрался на стол, а я чуть отодвинулась, — это начинающее издание, которое специализируется на тайнах и сплетнях из столичной жизни. Мы освещаем все самое интересное, что происходит на улицах Рейвенира. Но, увы, у нашей газеты есть один существенный недостаток.

— Какой? — спросила я завороженно.

— Мало корреспондентов. Мик один не справляется. Да и, согласитесь, не может один человек писать десять статей в номер. Литалия, еще одна наша сотрудница, специализируется исключительно на магографии. И помогает в верстке выпуска. Поэтому мы и дали объявление. И раз вы его увидели, то исключительно нам подходите. Так что, лиа, рискнете?

— Вы же ничего обо мне не знаете, — я протянула папку с документами. — Взгляните. Возможно, я вам не подхожу.

— Что вы, я и так вижу, — заверил Гилберт. — А, самое главное! Зарплата! Вот.

Он что-то начертал на листе и протянул мне. Сто сильверов. Не ахти какая сумма, но перед глазами уже замелькала отдельная комнатушка в каком-нибудь доме поблизости, подальше от вездесущей тетушки. А почему бы и нет? Разве одна из лучших выпускниц академии не сможет написать статью? Или взять интервью? Или… Чем там еще занимаются корреспонденты?

— Каковы условия работы? — осторожно спросила я.

— Вот, это уже другой разговор! — обрадовался Гилберт и вернулся за стол. — Итак, милая…

— Лиа Агнесса Ритани, — запоздало представилась я.

— Лиа Ритани, работаем мы шесть дней в неделю с девяти до трех. Перерыв на обед с двенадцати до половины первого. Не буду скрывать, работы много. И, само собой разумеется, она предполагает общение с разными людьми и написание статей. Месяц — испытательный срок. Справляетесь — мы продолжим сотрудничество. Нет — увы и ах, придется попрощаться. Ну, так как?

— Я согласна, — решила, что лучше такая работа, чем никакой.

— Тогда подпишите.

Гил жестом фокусника достал из ящика стола готовый договор и опустил передо мной. Но только я начала его читать, как редактор заговорил снова:

— Лиа Ритани, а какое учебное заведение вы окончили?

— Рейвенирскую магическую академию, — я отвлеклась от текста. — Специализация — преподавание общемагических дисциплин.

— Преподавание, как мило, — Гил склонил голову. — Вы подписывайте, подписывайте.

Рука дернулась сама и поставила росчерк, а редактор продолжал вещать тоном доброго дядюшки, которым он, без сомнения, не являлся в силу возраста и характера:

— Как замечательно, что вы решили работать именно у нас, лиа Ритани. Такое продуманное решение с вашей стороны. Что школа? В школу нужно идти закаленным до зубов. Иначе юные маги превратят вас как минимум в лягушку.

— Вы не правы, — я проводила взглядом договор, исчезнувший в ящике стола. — Школа — это открытия, это поиск новых путей для давно известных фактов.

— Да вы романтик, драгоценная, — заметил Гил. — Что ж, ваш романтизм вам пригодится. Ребята, она подписала.

— Подписала? — Дверь у меня за спиной распахнулась, и в комнату влетела девушка чуть старше меня, рыжая и растрепанная, как все ведьмочки, а угадать ее принадлежность к данному роду было несложно по ведовскому перстню на руке. — Подписала, Лин!

— О свет, за что мне это? — Следом за ведьмочкой в комнату шагнул долговязый эльф с вытянутым лицом, на котором живыми казались только зеленые глаза. — Назови мне зарплату, палач.

Это уже Гилу, но тот лишь весело улыбнулся.

— Сто сильверов.

— Сто? — Глаза эльфа стали большими и печальными. — Не пятьдесят? Ты уверен?

— Сто, мой остроухий друг. Лиа, знакомьтесь, наш главный бухгалтер, Эллиниар Даэрналь. Не ведитесь на его эльфийскую внешность. Подозреваю, что в роду у Лина были гномы. Много гномов. Десяток так потоптался.

— Мик, дружище, напомни, чтобы я вычел из зарплаты Гила десять процентов на нужды редакции. — Лин обернулся к моему коллеге-корреспонденту.

— Обязательно, Лин. Только когда тебе требовалось напоминать? — поинтересовался тот, продолжая что-то строчить в пухлой тетради.

— Господа, — Гилберт вышел в центр комнаты, — рад вам представить нашего нового корреспондента, лиа Агнессу Ритани. С завтрашнего дня она приступает к работе в нашей редакции. Прошу, введите ее в курс дела и помогайте по мере возможностей.

— Добро пожаловать в «Золотую утку», — печально произнес Эллиниар, а я поняла, что, кажется, вляпалась по-крупному.

— Только через мой труп, Ненси! — трубный голос тетушки раздавался по всему дому. Готова была спорить, все соседи слышат, что ее непутевая родственница пошла по наклонной и продалась в рабство богу лжи, без покровительства которого, несомненно, ни одна газета существовать не может.

— Я уже подписала договор, тетя, — пыталась вразумить Мирину. — И завтра выхожу на работу. Другого варианта все равно нет.

— Как это нет? — Мирина раздулась и стала похожа на мяч, который вот-вот лопнет. — Как это нет, Ненси? Лиан Брагетан уже трижды звал тебя секретарем.

— Лиан Брагетан трижды намекал, что не против видеть меня своей любовницей, — напомнила тетке. — А я не собираюсь ложиться с ним в постель.

— Вот и глупая, — не унималась она. — Кто говорил о любовнице? Жена Брагетана на ладан дышит. Помрет — и ты в королевах.

— Раз так, сама с ним и спи, — гаркнула со злостью и только потом вспомнила, что ругаться с Мириной не стоило. Но было поздно.

— Ах ты, неблагодарная! — возопила она, заламывая руки. — Я тебя воспитывала, кормила, приглядывала за тобой, а ты?

— А я? — Из всего перечисленного списка с моими воспоминаниями не совпадал ни один пункт.

— А ты только и можешь, что меня оскорблять, дрянная девчонка! Вон из моего дома!

Да, это средство всегда действовало безотказно, и я тут же пыталась найти пути к примирению. Но не в этот раз. Накипело! Как иначе назвать мое состояние? Злость бурлила в груди, требуя выхода, а Мирина ждала, что упаду перед ней на колени.

— Хорошо, я уйду, — сказала тетке. — Но тогда отец перестанет пересылать тебе деньги за мое проживание. Зарабатывай сама!

Да, деньги были небольшие, но составляли хорошую прибавку к теткиной дотации, которую ей выплачивало государство.

— А, получила работу, так осмелела! — зашипела она. — Не удивлюсь, если в твоей газетенке у тебя найдется богатый любовник. Постыдилась бы, Ненси!

— А ты предлагала мне другой вариант с лианом Брагетаном? — выпалила в лицо и помчалась вверх по лестнице, собирать вещи. Ничего, завтра пойду в «Золотую утку» и попрошу аванс. Я ведь отработаю! И буду очень стараться, слушать Гилберта, писать статьи, искать интересные материалы. Что угодно, лишь бы очутиться подальше от этого дома!

В чемодан, щедро сдобренный магией, полетели платья, белье, юбки. Все, что смогла нажить за годы в столице. Негусто, но и не сказать, чтобы ничего. Хорошо, что за два сильвера когда-то однокурсник снабдил мой чемодан двойным дном — сколько ни положи, все вместится. Тогда денег было жаль, зато сейчас оценила все преимущества сделанного вложения. Хорошенько хлопнула дверью — давно мечтала это сделать — и побежала вниз по лестнице.

— Вернись, глупая! — кричала в спину Мирина. — Потом на коленях приползешь, а я тебя не пущу.

— Не приползу. К Брагетану пойду, но к тебе не вернусь.

Насчет Брагетана я, конечно, преувеличила, но как же давно мечтала вырваться из-под чужой опеки! Ну и пусть мне некуда идти. Что с того? Рано или поздно надо рискнуть. Вот только где сегодня ночевать? Я шла по улицам столицы, которые за годы учебы стали родными и знакомыми, подставляла лицо летнему ветерку, такому редкому в это время города, и наблюдала, как мимо несутся магобили — одна из последних разработок ученых его величества. Мне бы такой… Но, увы, сейчас не было даже крыши над головой, не то что магобиля. Поэтому приходилось перебирать ногами и присматриваться к окружающим зданиям. Где-то здесь должна быть гостиница. Да вот же она!

Увы, я не могла похвастаться большим количеством денег в кошельке, поэтому оплатила только две ночи, надеясь за это время подыскать дешевое жилье и выпросить аванс. А пока что вымылась под чуть теплым душем и, полная надежд на будущее, нырнула под одеяло.

— Лиа Ритани, — кто-то барабанил в дверь. — Вы просили разбудить в шесть, лиа Ритани.

Я подскочила как ужаленная.

— Спасибо! — крикнула служанке и понеслась в ванную. Не годится опаздывать в первый же рабочий день. Что обо мне подумает Гилберт? Почему-то главного редактора я уже мысленно называла по имени. Наверное, потому, что не вязался его образ с официальным обращением. Ничего, я все успею. И позавтракать, и умыться, и одеться. Только вода в душе оказалась холодной — видимо, камни-накопители перегорели. На завтрак подали кашу с сухофруктами, которые я терпеть не могла. А на платье в последний момент ляпнула чайным отваром, пытаясь завершить завтрак на ходу. Пришлось возвращаться, переодеваться и уже потом нестись в «Золотую утку».

Кстати, не самое удачное название для газеты. Потому что заранее намекает — написанному верить не стоит. Но, конечно же, я собиралась держать мысли при себе. Главное, что там будут платить. Свернула с запруженных людьми, магобилями и повозками улочек, ускоряя шаг, и едва не сбила кого-то с ног.

— Уже метите на повышение, лиа Ритани? — Подхватили меня чужие руки, и я оказалась нос к носу с Микаелем Вернадином, заместителем главного редактора. Маг выглядел еще мрачнее, чем накануне. Черная рубашка делала его похожим на большого ворона. Этому же способствовал хищный нос. Б-р-р, неприятный тип этот кареглазый.

— Прошу прощения, лиан Вернадин, — торопливо кивнула я. — Тороплюсь на работу.

— Не стоит так бежать. Гил редко появляется раньше десяти, а учитывая, что мы еще не обсуждали следующий номер, в редакции и вовсе делать нечего. Поэтому замедлите шаг, лиа. Оплачивать целителя вам никто не будет.

Захотелось ответить что-нибудь колкое и ироничное, но я только покраснела и отвернулась, а Микаель, как назло, степенно шел рядом, разглядывая что-то по сторонам.

— Вы давно работаете в «Золотой утке»? — спросила я.

— Можно на ты. И да, давно, — подтвердил Микаель. — С первого дня ее существования. Мы с Гилом — старые знакомые.

— И сколько же существует газета?

— Три года.

Странно, ни разу за три года не видела ни одного выпуска.

— На чем же вы специализируетесь? — Старалась не упустить возможности узнать больше.

— Не вы, а мы. Привыкай, что стала частью команды, Агнесса.

— Лучше Ненси. Так меня все называют.

— Тогда я — Мик. И мы специализируемся на сплетнях, слухах, скандалах. Гил уверен, что только такие новости интересуют столичных жителей.

— И таки интересуют?

— Не всегда, — Мик пожал плечами. — По крайней мере, тираж у нас небольшой. Но мы не жалуемся, а Гил не теряет надежды, что однажды «Золотая утка» станет столичной газетой номер один. Для меня же это возможность наблюдать за людьми. Мы много где бываем, многое слышим. Еще больше думаем и сопоставляем. Поэтому привыкай держать уши и глаза открытыми, Ненси.

Впереди замаячила знакомая улица, а у меня было еще так много вопросов! Но Мик ускорил шаг, и минуту спустя мы входили в покосившееся здание редакции «Золотой утки».

Что бы там ни говорил Мик, а сотрудники газеты были на рабочем месте в полном составе. Конечно, за исключением главного редактора. Я всегда подозревала, что прерогатива начальства — командовать, а затем исчезать, чтобы не мешать работать, и появляться лишь для подсчета прибыли. Впрочем, сразу заметила, что в кабинете появился еще один стол.

— Тебе сюда, располагайся, — подтвердил мою мысль Мик.

— Здравствуйте, — пробормотала эльфу и ведьмочке, занимая рабочее место.

— И тебе не хворать, — Литалия поправила рыжие локоны, и готова поспорить, ей не нравилось появление в команде еще одной девушки.

Эльф и вовсе не ответил. Он задумчиво разглядывал золотую монетку, чуть ли не пробуя ее на зуб.

— Эл, это в кассу, — напомнил Мик, но Эллиниар только тяжело вздохнул, и монетка скользнула в нагрудный карман.

— А… — начала было я.

— Придет Гил, разберется, — перебил меня Микаель.

— Презренные надзиратели, — пробормотал Эл, доставая монету и убирая ее в сейф.

Похоже, в жизни эльфа есть лишь одна страсть — деньги. Я глубоко вздохнула и покачала головой.

— А можно почитать предыдущий номер? — попросила тихо.

Все трое воззрились на меня так, будто у меня рога выросли. Но Мик вышел, а минуту спустя вернулся со свежей газетой. Выпуск опустился на стол. Вверху на обложке рядом с названием весело желтел тот же утенок, что и на двери.

— А почему газета называется «Золотая утка», но утенок на ней — желтый? — поинтересовалась я.

— Он золотой, — нахмурился Эллиниар.

— Желтый, — в подтверждение ткнула пальчиком.

— Это — золотой, — настаивал эльф.

— Да желтый же.

— Хватит! — перебил нас Микаель. — Ненси, или читай, или заберу.

Ну и ладно! Если у эльфа нелады со зрением — при чем тут я? Кроме «утки преткновения», обложку украшал крупный заголовок: «Под сенью дубов, или С кем встречался наследник в дубовой роще». И фото наследника престола, прыщавого юнца с большими печальными глазами. Наградила же природа внешностью. А еще принц. Интересно, с кем же он встречался? Открыла статью и углубилась в чтение. Статейка была, что называется, высосана из пальца. И оказалось, что встречался кронпринц со своей сестрой, вернувшейся из дальнего путешествия. Но манера подачи мне понравилась. Любопытно! А вместо имени автора стояли инициалы: М. В. Значит, Микаель. Ниже была заметка поменьше о том, как травы, собранные в полнолуние, влияют на рост волос. Причем волос на разных участках тела. Это старалась ведьмочка. Перевернула страницу. И чуть не охнула. На ней был князь Витцер, один из самых влиятельных людей королевства. Князь обнимал за талию даму необъятных размеров, при этом его рука собственнически покоилась на груди дамы, а глаза вылезли из орбит. Видно, князь заметил горе-корреспондента. И заголовок: «Кто кого?» Я читала статью — и хохотала до слез. Особенно когда неведомый автор начал живописать риски, поджидающие князя в постели с такой пышной возлюбленной. Неведомый, потому что под этой статьей не было даже инициалов. Готова поспорить, что она принадлежит перу нашего главного редактора.

А вот и он! Дверь распахнулась, впуская донельзя довольного собой Гилберта. Он размахивал таким же номером, как и тот, что лежал на столе, и напевал под нос.

— Доброе утро, господа. — Редактор отвесил нам шутовской поклон. — Рад видеть, что после бурной ночи все остались в добром здравии и готовы трудиться во благо «Золотой утки».

— Когда зарплата будет? — поинтересовалась Литалия, накручивая на палец огненную прядь.

— Что ты о низменном, Ли? — Гилберт хохотнул и плюхнулся за стол. — Зарплата будет. Это все, что вам необходимо знать. Номер разбирают, как горячие булочки. Конечно, основные покупатели — приближенные князя, но покупают же!

— Доиграешься, — буркнул Мик, выводя что-то в толстой потрепанной тетради, но Гилберт и ухом не повел.

— Агнесса, рад, что ты не передумала сотрудничать с нами. — Редактор переключился на меня. — Итак, работа над выпуском у нас всегда начинается в четверг. Утром мы собираемся здесь и обсуждаем продажи предыдущего номера. Кстати, Эл, что у нас с рекламой? Ты обещал найти тех, кто готов заплатить.

— А я и нашел. — Эльф отвлекся от ящика стола, где лежали деньги. — Лиа Вильмина Триоли открыла кондитерскую. Заведение нуждается в рекламе.

— Отлично. Адрес? — Гил достал из стола пухлый блокнот.

— Улица Сирени, три.

— Сирени, говоришь… Там еще полицейский участок поблизости, верно?

Эл кивнул, а Гил записал что-то в блокноте и продолжил:

— Итак, кондитерская лиа Триоли. Этим займемся мы с Агнессой. Проведу для нее небольшой экскурс в профессию. Мик, ты займешься театром. Послезавтра там будет занятная премьера. Играет сам Люцио Карлони. А среди зрителей будет королевская семья и брат короля, высокочтимый Конрад. Найди мне материал.

— Постараюсь, — кивнул Микаель.

— Теперь ты, Ли, — Гил почесал в затылке. — Что бы тебе поручить? А! На углу Лавандовой и Третьей Мостовой открылся новый салон магических услуг. Наведайся туда и напиши отзыв. Конечно же, небесплатно. Возьми с собой Эла, от него все равно мало толку. Задача ясна?

— Вполне, — ведьмочка выглядела недовольной, но не спорила.

— Тогда марш выполнять! И за тобой заметка о вреде водорослевых притирок для увеличения груди.

Увеличения чего? Я решила, что мне послышалось, но Гил говорил серьезно. Куда я попала?

— Ничего, привыкнешь, — главный редактор будто заметил мое замешательство. — А теперь, милейшая лиа Ритани, я покажу тебе, как работают настоящие профессионалы. Ты любишь пирожные?

— Люблю, — осторожно ответила я.

— Тогда через час мы с тобой пойдем на обед в новую кондитерскую. Держи ушки открытыми, а фотоаппарат — наготове.

— Но у меня нет фотоаппарата, — пробормотала я.

— Будет, — ответил Гил. — Потому что прямо сейчас Эллиниар пойдет и купит его. Вперед, мой ушастый друг.

— Гилберт, у нас нет на это денег, — побледнел эльф.

— Ты мне это говоришь? — Внезапно в комнате будто похолодало, а Гил из настоящего душки вдруг превратился в монстра. Он прищурил глаза, словно пытаясь прожечь в несчастном бухгалтере дыру, и приподнялся из-за стола.

— Хорошо, все будет, — пробормотал Эл, прихватил Литалию и скрылся за дверью. А я замерла, испуганно глядя на редактора.

— Что-то не так, дорогуша? — поинтересовался он.

— Все так, — поспешила заверить и уткнулась в газету. Подумала о методах работы Гилберта — и стало страшно. Настолько, что пожалела, что моя нога вообще переступила порог этого заведения.

«Ничего, Ненси! — сказала себе. — Давно пора становиться самостоятельной. Так чем сейчас не шанс?»

Глубоко вдохнула — и погрузилась в очередную статью о премьерах будущей недели. Справлюсь. Потому что отступать больше некуда.

Ровно час спустя мы шагали по залитому солнцем городу. Я придерживала кокетливую шляпку, которую вместе с фотоаппаратом притащил Эллиниар, и больше всего на свете боялась, что она упадет с головы, потому что среди украшавших ее розочек спрятался объектив фотоаппарата, курс пользования которым уложился в одну фразу: «Оборачивайся к тому, кого хочешь сфотографировать, и мысленно командуй: „Пли“». Кстати, это самое «пли» Гил собственноручно записал в качестве спускового крючка, и я теперь чувствовала себя не корреспондентом или фотографом, а как минимум пушкой. Самонаводящейся, а оттого куда более опасной.

Сам Гилберт щеголял ярко-бирюзовой рубашкой, черным жилетом, такими же черными брюками и блестящими ботинками. Он лучился улыбкой и то и дело с кем-то раскланивался. Оказывается, его хорошо здесь знали. Интересно, всем этим людям известно, чем Гил зарабатывает на жизнь? Я озвучила возникший вопрос, и Гилберт рассмеялся:

— Конечно нет, Агнесса. Для них я всего лишь успешный коммерсант, иногда лишенный чувства такта и задающий неудобные вопросы. Но я богат, а значит, они мне рады.

— А ты богат?

— Сомневаешься? — подмигнул Гил. — О, а вот и оно!

Мы остановились перед миленькой вывеской в розовых и кремовых тонах. На ней был изображен кексик. И название тоже вдохновляло: «Приют сладкоежек».

— Мне кажется, это заведение можно перенести в разряд любимых с первого взгляда, — сказала я.

— Наша задача — чтобы так оно и было, дорогая, — усмехнулся Гил. — А теперь запомни, на ближайший час ты — моя возлюбленная. Когда щелкну пальцами, начинаешь хвататься за горло и кашлять.

— Зачем?

— Вопросы потом, лиа Ритани. Сначала — дело.

Пришлось смириться и последовать за Гилом внутрь кондитерской. Здесь и правда было очень мило. Всего около десятка столиков для тех, кто хочет попробовать выставленные в витрине сладости, и огромный выбор кексов, тортиков, булочек, пирожных. У меня округлились глаза, а желудок требовательно забурлил. Я смутилась и отвернулась, но Гил подхватил меня под локоть и увлек к витрине.

— Выбирай, дорогая, — он так и лучился любовью и заботой. Подумала, что если бы наблюдала за ним со стороны, решила бы, что Гилберт по уши влюблен. Да, в нем пропал талант великого актера!

— Вот это, — указала на самое красивое пирожное со звучным названием «Каролинка».

— Хорошо, присаживайся, я сделаю заказ.

Искоса наблюдала, как Гил что-то шепчет официанту. Тот понятливо кивает и записывает наши пожелания. Интересно, что же он задумал?

— Смотри на меня и улыбайся, — шепнул Гилберт, а сам начал разливаться соловьем о том, какая чудная погода и как мне идет платье. А главное — какая милая у меня шляпка. Я кивала и улыбалась, чувствуя себя донельзя глупой. Мог хотя бы посвятить в суть замысла! Но нет, Гилберт вел свою игру. Перед нами очутились две крохотные чашечки с ароматным кофе и воздушное пирожное с розовым безе и кусочками желе. Я взяла ложечку и отломила крохотный кусочек этого великолепия. На вкус оказалось так же восхитительно, как и на вид. Осмелела и проглотила еще кусочек. Гил щелкнул пальцами, и я закашлялась, вспомнив наш уговор.

— Дорогая, тебе дурно? — кинулся ко мне Гилберт. — Что случилось? Официант, зовите лекаря, моя любимая задыхается.

Я продолжала натужно кашлять, время от времени командуя «пли», потому что не знала, что именно нужно фотографировать. К нам подскочил официант.

— Что произошло? Лиа подавилась? — суетился он вокруг.

— О нет! Я хотел сделать ей предложение, в пирожном было кольцо, и, видимо, она его проглотила.

Что? Но я ничего не глотала! Официант схватил пирожное, и я не удержалась — сфотографировала его растерянную физиономию.

— Дорогая, не покидай меня! — вопил Гилберт, а затем шепнул: — Хватит, Ненси.

Я тут же перестала кашлять.

— Лиа, вам лучше? — спросил побелевший официант.

— Да, всего лишь подавилась крошкой, — смущенно ответила я.

— А кольцо?

— Да вот же оно! Я забыл передать его, оно так и пролежало в кармане.

Торжествующий Гилберт продемонстрировал посетителям золотое колечко и обернулся ко мне, глядя полными слез глазами:

— Дорогая, ты выйдешь за меня замуж?

— Да, — пробормотала я, и колечко переместилось на палец, сжимаясь по размеру. Посетители громко зааплодировали, а Гилберт прижал к губам мои пальцы. Он расплатился за пирожное, которое я торопливо доела — не пропадать же добру, и мы покинули кондитерскую. Наверное, после нашего ухода официанты сделают пожертвование богам. Вот только я по-прежнему не понимала смысла разыгранной комедии.

— Что-то не так? — миролюбиво поинтересовался Гилберт.

— Да, — я сомневалась, а стоит ли спрашивать. — Просто думала, что мы поговорим с хозяйкой, поможем с рекламой. А пришлось чуть ли не умереть.

— Дорогая, кому будет интересна статья с содержанием: «В столице открылась новая кондитерская»? — остановился Гил, с прищуром глядя на меня.

— М-м-м, единицам, — признала я.

— А теперь представь заголовок: «Едва открытая кондитерская едва не стала ареной для гибели молодой девушки, но все закончилось свадьбой». Интригует?

— Очень.

— То-то же. Наша задача — заинтересовать возможных клиентов этого заведения, чтобы они пришли, взглянули на место действия, попробовали замечательную выпечку и пришли снова. Поэтому в статье я ненавязчиво опишу интерьер, широкий выбор пирожных, тортов, и только затем — саму разыгравшуюся драму. А ты учись, пока есть время. И — хорошо сработано, Ненси. Только колечко верни, иначе мне Эл голову снимет.

— Спасибо, — пробормотала я, снимая колечко. Начинала понимать, что просто не будет. Мне бы и в голову не пришло построить сюжет статьи таким образом! Более того, я бы не стала разыгрывать представление в кондитерской. Наверное, Гил прав, и мне еще учиться и учиться. Вот только сомневалась, что смогу придумать такой же хитрый ход.

— И вы всегда так работаете? — спросила я.

— Практически, — кивнул Гил. — Если в городе не происходит сенсаций, дорогая, нужно создавать их своими руками.

В оставленной нами редакции оказалось тихо и пусто. Ни взбалмошной ведьмочки, ни эльфа. Даже Мик куда-то испарился. Мне сразу стало неуютно. Вообще, само помещение производило гнетущее впечатление. Вот бы сменить цвет обоев, поставить на окна цветы, подобрать занавески…

— О чем задумались, лиа Ритани? — шепнул на ухо Гил, и я вздрогнула. Как он так неслышно подошел?

— О занавесках, — ответила искренне. — Мне кажется, если бы эту комнату немного облагородить, клиентов стало бы больше. Потому что сейчас здесь просто жутко.

— Думаешь? — Гил оставил дурашливый тон. — Что ж, вернется Эл, изложишь ему свои соображения. А сейчас тебе задание. Понятно, что статью о кондитерской я напишу сам. Но хотелось бы увидеть и твои варианты, чтобы знать, с чем придется работать. Давай так. С тебя — три мини-статьи. Комедия, трагедия, реклама. Договорились? Набор перьев уже у тебя в столе. На днях выделим машинку.

— Хорошо. — Я села за стол и придвинула к себе стопку листов. Итак, что мы имеем? Хотите комедию, лиан главный редактор? Будет вам комедия!

Как ни странно, строчки на бумагу ложились легко и задорно, будто всю жизнь только этим и занималась. Я описывала солнечное утро, уютную кондитерскую и забывчивого жениха, растерянные лица официантов и посетителей. И мне нравилось то, что получалось! Так, теперь трагедия…

Но трагедии не случилось. Точнее, случилась, но не с нами, потому что в дверь постучали и в комнату ввалился грузный мужчина лет пятидесяти. Он вытирал красное лицо большим клетчатым платком, но пот так и струился градом по чуть обвислым щекам, исчезая где-то за воротом полурасстегнутой рубахи.

— Чем обязаны, лиан? — холодно поинтересовался Гилберт. Да и мне этот тип сразу не понравился.

— Не могли на первом этаже разместить свою конторку, что ли? — Мужчина, не дожидаясь приглашения, бухнулся на стул и принялся обмахиваться тем же платком.

— Уж извините, чем богаты, тем и рады. — Гил развел руками, а взгляд его оставался настороженным и цепким. — Так зачем пожаловали?

— А что, не очевидно? — Мужчина подался вперед. — Нуждаюсь в услугах вашей газетенки. Вот.

На стол Гилберта полетел увесистый кошель. Мы с Гилом обменялись взглядами, и лицо главного редактора просветлело.

— С этого и надо было начинать, — заулыбался он. — Как ваше имя, лиан?

— Дикан Эмберли. Прошу обратить внимание, ударение на «и», а не на «э».

— Как скажете, лиан Эмберли. — Похоже, за такие деньги Гил готов был называть толстяка даже «его величество». — Так что же привело столь уважаемого человека в нашу скромную газету?

— Мне говорили, вы можете провести расследование. — Эмберли подался вперед. — Ну, такое, журналистское.

— Можем, — согласился Гилберт. — В чем суть дела?

— В соседе.

И Эмберли сделал большие глаза. А я успела разочароваться — уже подумала было, что речь пойдет о женщине.

— И чем же вам не угодил сосед? — Гил достал блокнот и начал что-то методично записывать.

— А чем он мог угодить? — Эмберли пошел пятнами и скорее выплевывал слова, чем произносил их. — Этот… этот…

— Как его зовут?

— Сэй. Сэй Аллени.

— Знаменитый поэт? — Гил округлил глаза.

— Поэт? Да моя собака и то лучше слагает стихи. Нет, дело не в поэзии. Точнее, не только лишь в ней. Не в ней вовсе!

Что-то я запуталась… И потеряла нить повествования. Так все-таки замешана поэзия или нет?

— У Сэя Аллени бездна поклонниц! — наконец Эмберли приступил к делу. — И эти дамы повадились шастать к кумиру через мой сад. Истоптали мою любимую клумбу!

А вот и женщины!

— Но этот негодяй… Я уверен, он приворожил бедных девушек. Потому что не далее как вчера вечером моя супруга, уважаемая и умная женщина, сказала, что не прочь послушать, как Аллени читает свои стишки. Что-то не так с ними, со стишками. Уверен, дело в магии.

— А теперь давайте обобщим все вышесказанное. — Гил отложил блокнот. — Вы хотите, чтобы мы выяснили, не использует ли поэт Сэй Аллени запрещенную магию на своих поклонницах?

— Именно! И лучше бы вам найти ее следы, — громыхал Эмберли.

— За такие деньги мы отыщем даже пострадавших от его действий. — Гил покосился на кошель.

— А если окажется, что это не магия, а, допустим, природное обаяние? — растерянно спросила я.

Оба — и Гил, и Эмберли — уставились на меня так, будто я несу жуткую чушь.

— Копайте глубже, милочка, — ответил Эмберли. — И обязательно докопаетесь до результата.

Я решила, что молчание — золото, как часто говаривала мама, и закрыла рот. Гил уточнил у визитера адрес соседа, уточнил, в какое время суток чаще всего лиан Эмберли ловит девиц в саду и как выглядят те девушки, которых он ловит. Затем заверил, что разгромную статью не придется долго ждать, забрал кошель авансом и лично проводил Эмберли на первый этаж к выходу. А когда вернулся, его глаза горели.

— Вот так удача! — Гил подбросил кошель в руке. — Представляешь? Столько денег за статейку.

— Но поэт может быть не виноват, — напомнила я.

— Милая Ненси, невиновных людей не существует! Запомни это раз и навсегда. Есть только те, кто слишком хорошо скрывается.

Могла бы поспорить, но не стала. Зато вид кошеля напомнил о моей проблемке.

— Гилберт, дело в том, — начала издалека, — что вчера вечером я осталась без жилья. Сам понимаешь, денег у меня пока нет. Можно… можно мне попросить аванс?

— Нельзя. — Кошель перекочевал в ящик стола, а я приуныла и даже слегка разозлилась. — Ты еще даже испытательный срок не отработала, а уже просишь денег. Но зато я могу сдать тебе комнату здесь, на первом этаже, за, скажем, десять Сильверов в месяц. Буду вычитать из твоей зарплаты. Не желаешь?

— А в этом доме можно жить? — спросила с сомнением.

— Конечно. Я же живу, — усмехнулся Гилберт. — Решишься — завтра покажу комнату. Нет — извини, посторонних на порог пускать не намерен. А теперь пиши, Ненси. Я жду твои статьи, забыла?

И Гилберт, подхватив с вешалки шляпу, исчез за дверью, оставив меня наедине с пером и листом бумаги. Странный тип. Жить с ним под одной крышей? Нет уж! Лучше поищу жилье сама.

Пытались ли вы когда-нибудь найти комнатушку в столице в разгар лета, когда все желающие на время отпуска тянутся лицезреть дворцы, музеи, фонтаны, а еще подать документы в учебные заведения и сдать экзамены? А я вот попыталась. После работы и трех статей, которые Гил утащил с глаз долой, купила первую попавшуюся газету и начала бороздить объявления в поисках жилья. Вот только цены, которые значились под большинством из них, были не по карману. И после просмотра трех страниц с объявлениями о сдаче комнат и квартир в списке осталось только пять адресов. Как назло, находились они в разных концах города.

Я решила начать с тех, что поблизости от работы. Таких было два. Улица с милым названием Васильковая и куда более грозный проспект Победителей. Дом на Васильковой до удивления напоминал нашу редакцию. Чуть покосившийся, двухэтажный. Будто строил один безумный архитектор. Я робко постучала, и двери мне открыл… открыла… открыло… А это вообще кто?

Существо выше меня на голову. Кожа желтоватая, глаза с вертикальными зрачками. Лицо вроде женское. Одежда — мужская. И намека на грудь нет. М-м-м.

— Вы к кому? — Голос вроде бы принадлежал женщине.

— Я по поводу комнаты, лиа…

— Лиан Берм. — Этот все-таки парень оттопырил нижнюю губу. — Комната уже занята, красотка.

И дверь закрылась. К моему счастью, потому что хотелось бы взглянуть на того, кто решился снять жилье у столь эксцентричного хозяина. На проспекте Победителей меня, наоборот, ожидал длинный одноэтажный дом с множеством дверей. Я едва нашла нужную и постучала. На этот раз открыла бабушка-одуванчик. Я было обрадовалась, но старушка, узнав о цели визита, тут же забубнила:

— Комната отличная, в прекраснейшем состоянии, как умерла сестра, так я ее заперла и не открывала. Пыль смести — заходи и живи. Только у меня, милочка, есть правила. После девяти домой не приходить, женихов не водить. Не музицировать, громко не топать, ванную дольше чем на десять минут не занимать, готовить в строго отведенные часы. И да, у меня три кота, за ними нужно приглядывать. А еще…

На десятом пункте мне стало дурно. На пятнадцатом я промямлила, что посмотрю еще, и трусливо сбежала. Добралась до остановки магобаса — в столице они давно заменили повозки с лошадьми — и поехала смотреть оставшиеся три квартиры. Хозяином одной был эльф. Причем окинул меня таким плотоядным взглядом, что сразу поняла — не останусь. Вторая выходила окнами на кладбище, а хозяин напоминал зомби. И наконец, третья! Вот тут чуть не срослось. Хозяйкой оказалась милая женщина лет сорока, одинокая, приветливая. Комнатушка тоже была теплая и сухая. И, о боги, она даже готова была сдать ее без предоплаты! Но, когда моя рука потянулась, чтобы подписать бумаги, прямо из центра стола показалась голова призрака. Я завопила и швырнула в нее пером. Призрак обиделся и заявил, что со мной под одной крышей жить не будет. Можно подумать, я с ним буду! Стоит ли упоминать, что и этот вариант пришлось отставить?

А между тем денег на гостиницу осталось слишком мало… Согласиться жить в «Утке», что ли? В конце концов, подумаешь, косоватый дом. Мало ли таких домов! Но на сегодня пришлось вернуться в гостиницу, чтобы тут же лечь спать. Хорошо, что на разведку к дому поэта Гилберт отправился сам. А я, едва умывшись, добрела до кровати и тут же рухнула, будто серпом скосили. Ноги ныли, глаза закрывались, и проснулась я, только когда до начала работы оставался час.

Да, в таком ритме жизни поневоле задумаешься о том, чтобы жить в редакции. В двери «Золотой утки» ввалилась с девятым ударом часов на главной городской башне. И, как назло, весь дружный коллектив давно был на рабочем месте. Но я же не опоздала!

— А я подумал, что ты заплутала, Ненси, — вместо приветствия процедил Гилберт. — Уже собирался мчаться на помощь попавшей в беду подчиненной. Но нет, она просто любит опаздывать.

— Я пришла вовремя. — Указала на часы, стрелки которых показывали пять минут десятого. — Пока по лестнице поднялась, пока…

— Достаточно, — перебил меня Гилберт. — На замечания начальства нужно отвечать: «Вы правы, я виновата, исправлюсь».

Я замерла, моргнула. Он серьезно, что ли? Судя по тому, что никто не смеялся, — да. Вот это новости! Задрала подбородок повыше и прошла к столу. Взялась за перо — и сразу заметила листы со статьями, изрисованные алыми чернилами. Пробежала глазами по строчкам — и поняла, что такие обиды смываются только кровью.

— Вижу, ты закончила читать замечания. — На миг Гилберт отвлекся от бумаг и взглянул на меня.

— Это что? — потрясла листами, на которых то тут, то там виднелось «неинтересно», «пресно», «скучно», «избито», «шаблонно», «никакой фантазии».

— Считай, редакторские правки к твоему тексту. — Гил едва заметно усмехнулся и опустил голову, а я все-таки подскочила из-за стола и ринулась к нему.

— Лиан Максен, — перешла на официальный тон, — я вас предупреждала, что никогда не писала статьи. Вы заверили, что ничего страшного в этом нет. А теперь требуете, чтобы с первого раза из-под моего пера появился шедевр?

— Уважаемая лиа Ритани, — Гил принял правила игры, — хочу напомнить, что вы готовы были учиться. А я вижу перед собой истеричную бабенку, которая не приемлет разумной критики. Запомните раз и навсегда. Талант либо есть, либо нет. Но талант еще не делает вас писателем или хорошим корреспондентом. Это всего лишь шанс. Подарок богов. И чтобы он засиял, а не высох капелькой росы, необходимо трудиться, лиа Ритани. Ежедневно трудиться, с утра до ночи. А не рыдать над изрисованными статейками, которые даже в печать не пойдут.

И Гил с такой силой опустил руку на стол, что раздался хлопок. Я отпрянула и едва не села мимо стула. Встретилась с сочувствующим взглядом ведьмочки — видимо, такие приступы у шефа не новость. Маг и эльф, наоборот, делали вид, что им нет до меня дела. Мужчины! Талантливые наши…

Злые слезы заблестели в уголках глаз, но я тут же смахнула их. Учиться? Буду учиться! И еще заткну за пояс и хозяина «Золотой утки», и его зама. И вообще стану лучшим корреспондентом в столице.

— И пока вы не успели лопнуть от злости, лиа Ритани, — раздался язвительный голос, — напоминаю, что сегодня в девять часов мы с вами отправляемся к дому Сэя Аллени и устраиваем засаду. Необходимо выяснить, действительно ли к нему пытаются пробраться посторонние девушки. Не забудьте фотоаппарат. Он вам понадобится.

— А у меня рабочий день до трех, — напомнила я.

— Да? — округлились глаза Гилберта. — Так, достаем наш договор и читаем: «Рабочий день с девяти до трех, за исключением заданий, для выполнения которых необходимы иные часы по согласованию с начальством». Начальство — это, напоминаю, я, поэтому в девять мы идем к Аллени.

Вот говорила мне матушка, что надо внимательно читать бумаги, прежде чем их подписываешь. Увы, матушку я не слушала. И теперь буду расплачиваться за это.

— А можно изучить договор? — протянула руку.

— Несомненно, но не сейчас. Потому что вы с Литалией отправляетесь пополнить запасы продуктов. Эллиниар, выдай дамам деньги.

— Не выдам, — отозвался эльф. — Меньше есть надо было! Нам бы предыдущих запасов на неделю еще хватило.

— Эл! — рявкнул Гилберт, и бедолага бухгалтер протянул Литалии худой кошель. Та подмигнула коллеге, подхватила деньги и махнула мне рукой:

— Идем, новенькая! Время покупок!

Мы спустились по скрипящей лестнице и очутились на улице. Литалия летела вперед так, что я едва за ней поспевала. Вот еще… ведьма! Зато прохожие расступались перед дамочкой, которая неслась вперед с таким видом, будто на голове у нее корона, а за спиной — миллионы на банковском счету.

— Поторопись! — Ведьмочка обернулась на повороте. — Список большой, времени мало.

— Подожди! — Я догнала Литалию. — Прости, но так быстро идти не получается. Давай медленнее, хорошо?

— Ничего, поработаешь у нас, будешь всегда не ходить, а бегать, — хмыкнула Литалия. Но сбавила шаг, и я была за это благодарна. Теперь, когда мы продвигались вдоль рыночных рядов, обида на Гилберта немного отступила. Зато любопытство подняло голову.

— А ты давно работаешь в «Золотой утке»? — спросила, пока стояли в очереди за балыком.

— Два года. — Лита угрюмо изучала список.

— То есть почти с самого открытия?

— Почти.

Да, похоже, кто-то не настроен мне отвечать. Но и я останавливаться не собиралась!

— А Гил — он всегда такой?

— Какой? — ведьмочка отвлеклась от списка.

— Грубый, — попыталась я подобрать нужное слово.

— Гил-то? — Литалия округлила глаза. — Нет, Ненси, он не грубый. Но хочет, чтобы его требования выполнялись вовремя и точно. Поэтому тебе просто следует постараться. У нас было много новичков за это время, и большинство не выдержали испытательного срока. Гил — он… несколько эксцентричен, наверное. На первый взгляд. А на второй понимаешь, что так и надо, иначе в нашем деле никак.

Подошла очередь, и Литалия ввязалась в спор с торговкой, убеждая сделать ей скидку. А я молча отошла в сторонку, в который раз спрашивая себя — во что ввязалась? А главное — зачем? Впрочем, второй ответ был очевиден — из-за денег. А вот первый… С одной стороны, было безумно интересно. С другой — страшно. И с третьей — хотелось бежать куда глаза глядят, потому что сердце чуяло подвох. Может, и не сердце, но не в этом суть. Было что-то странное в самой редакции, в ее сотрудниках, в том, как был устроен рабочий процесс, и…

— Вот. — Литалия втиснула в руки сумку с балыком. — Неси, новенькая. Что у нас тут дальше? Ах да, сыр!

В итоге поговорить за время покупок так и не получилось. Зато назад мы ползли — впереди Лита, что-то напевая под нос, а позади — я с кучей сумок. У ведьмочки же было всего по пакету в каждой руке. Но я промолчала. На первый раз. Не хотелось сразу ссориться и выяснять отношения. Может, они просто так испытывают меня на прочность? Почему-то эта версия казалась наиболее правдоподобной. Или же я им с первого взгляда не понравилась.

— Что плетешься, как черепаха? — обернулась Лита. — Передвигай ногами!

— Сумки тяжелые, — ответила я. — Зачем вам столько продуктов?

— А что, впроголодь сидеть? — Ведьма округлила глаза. — И на рынок не набегаешься. Бывает столько работы, что свету белого не видишь. Шевелись, говорю!

Но «шевелиться» я как раз и не могла. А когда передо мной оказалась лестница, и вовсе спасовала.

— Может, позовешь ребят? Пусть заберут сумки, — попросила Литу.

— Сама донесешь, — откуда-то сверху ответила она.

Гадюка! Но я так просто не сдамся. Поэтому схватила сумки и потащила наверх, а затем плюхнула их в центр комнаты.

— Кухня там. — Гил махнул рукой на соседнюю дверь. — Разложи на полки.

— Сам раскладывай, раз тебе так нужно, а я с места не сдвинусь, — ответила нахалу, возвращаясь за рабочий стол. — Я сюда не служанкой нанималась, а корреспондентом.

— Прежде, чем работать корреспондентом, надо научиться писать, а писать ты не умеешь. Научишься, конечно, но платить тебе деньги просто так я тоже не намерен. Поэтому, Ненси, бери сумки и займись обедом, раз уж толку с тебя нет, — отчеканил начальник.

— Еще чего! — фыркнула я. — Или, скажешь, в договоре написано, что обязуюсь готовить, стирать, убирать?

— Не написано, — признал Гилберт. — Но это — мои распоряжения. А они не обсуждаются.

— Тогда я увольняюсь, — пожала плечами. — Будь так добр выплатить мне неустойку, связанную с несоответствием навязанных обязанностей занимаемой должности.

— Что? — Гил даже отвлекся от бумаг.

— Неустойку, — с благодарностью вспомнила профессора Арриган, которая была нашим куратором и частенько говорила: «Помните, начальник всегда прав. А если он не прав, увольняйтесь и требуйте неустойку». А затем перечисляла пункты закона, которые позволяют нам это сделать.

— Хорошо. — Гилберт лучезарно улыбнулся и подошел к шкафу, из которого извлек несколько связок газет. — Хочешь, чтобы обязанности… соответствовали? Вот тебе предыдущие выпуски «Золотой утки». Рассортируй их на три части: где упоминается король или королевская семья, где упоминается высокая аристократия и где никто из них не упоминается.

— Зачем? — спросила я, обозревая около сотни выпусков.

— Для отчетов. Вперед!

И Гилберт вернулся к столу, а я уставилась на газеты. Чтобы их рассортировать, надо сначала их прочитать или хотя бы просмотреть. Да, придется возиться до конца дня! Я сгрузила связки на стол и достала первую газету…

До конца дня? Как бы не так! Стрелки близились к трем, а я еще и половины не разобрала. Потому что заголовки интриговали настолько, что с головой погружалась в очередную статью. И вместо того чтобы быстро перебирать номера, перечитывала их от корки до корки. То хохотала как ненормальная, пока на меня не шикали. То, наоборот, переживала за героев репортажа как за родных. Стоит признать, у Гилберта и Микаеля был талант. Настолько яркий и искрометный, что я не понимала, как газета до сих пор не находится на пике популярности.

— Я пойду, — первой сказала Литалия, потягиваясь и отодвигая какой-то справочник. Даже не заметила, откуда она его взяла.

— И я, — тут же засобирался эльф.

М-да… А мне, похоже, сидеть тут до девяти, пока Гилберт не соизволит захватить меня на вылазку к нашему поэту. Мрак…

— Ненси, можешь идти, — окликнул меня начальник. Что?

— А газеты? — осторожно спросила я.

— А что газеты? Оставь, завтра закончишь. Ровно в девять чтобы была здесь, и надень то, что не жалко.

Я вглядывалась в безмятежное лицо начальника и пыталась понять, что он за человек. То очаровывает, окутывает магией, то дерзит и унижает. А теперь вот отпускает на все четыре стороны, чтобы я отдохнула перед ночной вылазкой. Странный он, Гилберт Максен. Впрочем, не менее странный, чем его сотрудники.

— С квартирой что-то решила? — Голос Гилберта отвлек меня от размышлений.

— М-м-м… Нет, — призналась я. — Можно все-таки взглянуть на комнату, которую ты предлагал?

— Можно либо туда переехать, либо нет. — Гил пожал плечами. — Выбирай. А просто так разгуливать по моему жилищу не позволю.

— Тогда я еще подумаю. — Вспомнила количество наличных в кошельке и приуныла. Неужели придется согласиться? Эх… — До вечера.

— До вечера, Ненси. Не опаздывай.

Я задумчиво кивнула и пошла прочь. Перед нашей небольшой прогулкой не мешало бы отдохнуть. И подумать, что уж там. Мыслей было слишком много. Они роились в голове, будто осы, и жалили, жалили. Я пыталась понять, что происходит, и не могла. Странное место, странные люди. Может, и я такая же странная, раз туда попала? Откуда знать…

В девять часов я возвращалась в редакцию со смешанными чувствами. С одной стороны, было обидно. День выдался нервный, начальник рычал без причины, коллеги тоже не горели желанием общаться, хотя до этого вели себя миролюбиво. В чем же дело? С другой — было любопытно! И где-то в груди уже разливался азарт. Потому что мне понравилось представление, которое Гил разыграл в кафе. И работа начинала нравиться. Если бы еще не некоторые личности…

Подниматься в редакцию не пришлось. Гил ждал у двери. В темноте виднелся огонек его сигары, а в воздухе пахло горьковатым дымом.

— А, это ты, наконец. — Гилберт шагнул на свет и критически оглядел мое коричневое платье. — Отлично! Именно то, что нужно. Готовы к приключениям, лиа Ритани?

— Готова, — кивнула, поправляя шляпку.

— Тогда вперед.

Мы свернули за угол — и наткнулись на старомодную коляску, запряженную двумя лошадьми. К моему удивлению, Гилберт остановился, о чем-то перемолвился с кучером и обернулся ко мне.

— Прошу. — Махнул рукой в сторону коляски.

— Благодарю, — шутливо ответила я, забираясь на сиденье. — Доедем с ветерком?

— Береги шляпку, — подмигнул Гил.

Он снова в хорошем настроении! Счастье-то какое! На сердце сразу стало легче, а предвкушение чего-то необычного только возросло. Никогда не подозревала в себе склонности к авантюризму. Оказалось, что она есть, да еще и какая! Поэтому, когда коляска остановилась на нужной улице, я выпрыгнула из нее первой, не дожидаясь Гилберта.

— Куда ты так летишь? — перехватил он меня, расплатившись с кучером. — Мы не опаздываем. А теперь — молчок!

Я только успела увидеть белый дом с балконами, увитыми диким виноградом, когда Гил схватил меня за локоть и потянул к совсем другому особняку. Невзрачному, коричневому, с высоким забором.

— Эй, мы не туда, — попыталась сопротивляться, но легче было сдвинуть с места гору, чем остановить Гилберта. — Гил?

— Засаду устроим в саду Эмберли. Нам прежде всего нужно проверить, действительно ли оттуда шастают барышни в сад Аллени. Ты, главное, фотографируй. Остальное предоставь мне.

— А что мы будем делать, если поймаем кого-то? — спросила я. Но Гил глянул так, что я замолчала. Хорошо, доверимся чутью профессионала.

Гил пошел вдоль забора Эмберли, затем стукнул по одной доске, по другой — и вдруг нырнул между ними.

— Ненси, ну же! — донесся его шепот. — Что ты там застряла?

— Я не застряла, — попыталась пролезть в дыру, но проклятое платье зацепилось за гвоздь. Дернула чуть сильнее, и кусок ткани остался на гвозде, а я упала бы, если бы Гил не подхватил на лету.

— Не оставляй улик. — Он снял лоскут с гвоздя. — Найдут!

И шмыгнул вглубь чужого сада. Откуда Гил знал, что здесь можно пройти? Но ведь и девушки как-то попадают в сад Эмберли, чтобы вытаптывать клумбы. Значит, Гил предположил, что здесь есть ход. И правильно! Да, мне до его чутья еще расти и расти…

— Ненси, не спи. Нам нужно найти, где эти девицы перебираются в соседний сад.

И Гил нырнул куда-то в кусты. О боги! За мою жизнь еще ни разу не случалось пробираться по кустам в чужой сад. Но лазейку первой заметила именно я.

— Гил, да вот же она! — позвала начальника. — Смотри.

На первый взгляд выглядело безумно. На второй — тоже. Дыра в заборе, скрытая зеленью дикой розы. Пока пролезешь, исцарапаешься!

— Тсс, — Гил резко пригнулся, и я рухнула за ним. По тропинке шла миловидная девушка. Она постоянно оглядывалась, будто опасаясь, что за ней следят. И двигалась определенно в нашу сторону. Остановилась у знакомых кустов, где мы только что стояли, раздвинула ветви, и…

Даже закричать не успела. Не знаю, что за заклинание применил Гил, но девчонка замерла, растерянно моргая. А мой начальник и сообщник потащил ее в сторону с дорожки — туда, где виднелась надежно укрытая от чужих глаз беседка. Оставалось надеяться, что ни Эмберли, ни его супруга не надумают ночью попить чайку в саду. Нил усадил девушку на скамейку. Я устроилась напротив, чтобы ничего не упустить.

— Здравствуйте, лиа, — тихо заговорил Гилберт. — Не беспокойтесь, мы не какие-нибудь там преступники. Сейчас я сниму с вас заклинание онемения, и вы сможете говорить и двигаться. Но, прошу, не кричите. Согласны?

Девушка испуганно кивнула, и Гил снял заклинание. Она тут же завопила на высокой ноте, но крик резко оборвался, а девица снова только моргала.

— Ну что же вы так? — с укором проговорил Гилберт. — Хорошо, тогда будете кивать. Вы направлялись к дому лиана Аллени?

Наша добыча кивнула.

— Вы в первый раз шли к нему?

Отрицательное движение головой.

— Значит, не в первый… Интересно… Ладно Эмберли — ему и в голову не пришло обшарить сад. Но почему Аллени не заделает дыру?

Девушка заморгала.

— Будете кричать?

Она замотала головой, и заклинание снова исчезло, потому что незнакомка заговорила:

— Потому, что мы все равно найдем дорогу! И хотя бы под окнами послушаем, как лиан Аллени читает стихи. У него сегодня литературный вечер. Но меня не отобрали в число посетителей. А я так хотела услышать его знаменитое «Море» или «В плену твоих объятий». О…

Похоже, мы имеем дело с одержимостью. Потому что девица говорила о поэте, как о боге, и если бы не присмотр Гила, уже давно побежала бы обратно к дыре. Что-то тут не так!

— Подождите, дорогая, — Гил осторожно вел допрос. — Вы говорите, существует некий отбор…

— Ну да! Билеты стоят очень дорого! А еще, чтобы получить приглашение, все девушки должны пройти собеседование с матушкой лиана Аллени. Милейшая женщина, но меня не отобрала.

— С матушкой?

Мы с Гилом переглянулись. Вот так новости! Мало того что глупышки платят немалые деньги за талант Аллени, так еще и на вечер не попасть без общения с матушкой. Что за глупости? Невесту она ему выбирает, что ли? Или считает, что есть те, на кого талант ее сына тратить нельзя?

— Да, а что здесь такого? — Девушка хлопала длинными ресницами, искренне не понимая, почему мы так удивлены.

— А как же можно попасть на собеседование?

— А вам зачем? Вы же мужчина, — прищурилась та.

— Не мне. Ей. — И Гил невежливо ткнул в меня пальцем.

— Она принимает в доме Аллени каждый понедельник с девяти до полудня. Только очередь надо занимать с ночи, желающих много. Можно, я пойду? Литературный вечер вот-вот начнется.

Гил отпустил девушку, и она тут же рванула к забору. А мы остались сидеть на скамье.

— Ну что, Ненси, желаешь услышать лучшего поэта столицы? — спросил Гил.

— Честно? Не очень. — Я качнула головой. — Но ты ведь все равно туда пойдешь, правда?

— Пойду. И твоя задача — сфотографировать девиц, засевших под окнами. Идем!

А дальше мне предстояло почувствовать себя одной из сумасшедших фанаток Сэя Аллени. Гил нырнул в дыру в заборе первым. Сделал это так профессионально, что стало понятно — не в первый раз.

— Ненси, ну где же ты? — донеслось с той стороны.

— Иду, — шикнула на начальника и пригнулась, вползая в проход. Гил протянул мне руку и помог выбраться. Я огляделась — красивый белый дом был прямо передо мной. А на лужайке перед ним, словно грибы, выросли девушки. Они сидели на зеленой травке и не отрывали взгляда от увитой виноградом террасы. А оттуда доносился девичий смех и разговоры тех, кто оказался более удачливым и сумел понравиться матушке поэта.

— Мы пойдем к ним? — спросила Гила.

— Фотографируй, — приказал он.

Точно! Чуть не забыла. Скомандовала чуду техники и магии сохранить эту необычную картину, а затем Гил увлек меня чуть в сторону, и я сумела разглядеть среди зелени достаточно уютную скамейку. Мы едва успели присесть, как с террасы донесся звучный мужской голос. Стоит признать, слышно было отлично. И голос… завораживал. Он летел над садом, а слушательницы, казалось, забыли, как дышать.

Мне стихи понравились. Они ведь были о главном — о любви.

— Какие скверные стишата, — пробормотал Гил.

— Ты что! — ткнула его локтем в бок. — Они прекрасны!

— Чем? — насупился редактор. — Вот уж не думал, что ты падка на любовные строки без намека на чувства. Когда любят, так не говорят, Ненси. Единственное предназначение этого, с позволения сказать, стихотворения — обманывать глупых девушек вроде тебя. Уверен, у Аллени отбоя нет от женщин, и каждой он читает одни и те же строки.

— Умеешь ты испортить момент. — Я глубоко вздохнула. Что ж, может, Гилберт и прав. Но мне бы так хотелось, чтобы мне тоже читали стихи. Вот так, душевно, таинственно. Я почти любила Сэя Аллени…

Стоп! Что это я? Разомлела, как школьница какая-нибудь. Щеки предательски вспыхнули. Гил тихо засмеялся. А мне что-то стало не до смеха. Потому что стихотворение закончилось, и последние слова редактора слышали те, кто собрался вокруг дома. И теперь они о чем-то подозрительно перешептывались.

— Гил, нам пора, — потянула начальника за рукав.

— Почему? Мы еще не закончили.

Он сидел к девушкам спиной, поэтому не заметил их странных передвижений. А я-то — лицом!

— Вы что-то имеете против стихотворений господина Аллени? — Похоже, дамы достигли согласия и двинулись к нам.

— Ничего! — поторопилась заверить их. — Прекрасные стихи, я сама в восторге.

— Ненси, я же сказал… — нахмурился Гил — и вдруг что-то понял, потому что заулыбался группке девиц. — Я же сказал, что строки хороши. Вам тоже понравилось, дамы?

Дамы остались глухи к лести, пусть даже направленной в сторону их кумира. Наоборот, оглядывались по сторонам, будто присматривая, чем бы вооружиться.

— Нам пора, приятно было пообщаться.

Гил понял, что скоро нас превратят в живые памятники таланту Аллени, и рванул к дыре. А я? Подхватила юбку и пустилась бежать за Гилбертом. На самых подходах к лазу даже перегнала начальника и на ту сторону спасительного забора нырнула первой. Впрочем, останавливаться на достигнутом не собиралась и в том же темпе вылетела на улицу. Коляски с лошадьми не было. Конечно, Гилберт ведь не знал, насколько мы задержимся, а маячащая у чужого дома коляска — это как минимум странно. И куда бежать дальше?

— Помогите!

А это уже Гилберт. Вернуться — сметут. Оставить начальника — сама останусь без работы. Да и жалко его, все-таки человек. Поэтому вздохнула — и перебралась обратно к Эмберли.

Гила все-таки настигли поклонницы Аллени. Он лежал на земле, отбиваясь от пяти девиц. Еще трое стояли в сторонке, следя, чтобы жертва не улизнула.

— Эй, дамы, может, вы уже отпустите моего… парня? — ляпнула я первое, что пришло в голову.

Девушки замерли, но хотя бы от Гила отстали, и он смог сесть.

— Что, сама тоже получить хочешь? — поинтересовалась одна из нападавших, полная рыжая девица в дешевом платьем. Интересно, как она через дыру пролезла?

— Нет. — Я старалась сохранять спокойствие. — Просто думаю, пока вы здесь бьете моего друга, там идет вечер Сэя Аллени. И вы все пропустите!

— И правда, — спохватились девушки и потянулись обратно. Только две еще пару раз попытались пнуть Гила, но, учитывая, что товарки уже ушли, не решились. Поэтому тоже поспешили обратно, а я протянула руку Гилберту, помогая подняться.

— Вот она, сила вдохновения, — рассмеялся начальник, отряхивая одежду. На скуле у него уже наливался синяк. Рубашка тоже больше походила на тряпку, чем на одежду. А штаны щеголяли прорехами.

— Тебе бы все смеяться. — Мне совсем не было весело. — А если бы я не вернулась?

— Я бы завтра тебя уволил, — подмигнул Гилберт. — А если серьезно, спасибо, что помогла, Ненси. Влюбленные девушки бывают излишне опасными.

— Вот только мне непонятна причина их влюбленности. — Принялась отряхивать одежду Гила со спины.

— А в этом мы разберемся! Готовься, Ненси, тебе предстоит пройти отбор у мамы Сэя Аллени.

— Еще чего! — фыркнула я. — Никаких отборов!

— Это не обсуждается. А теперь идем, коллега. Вечер дивный. Шляпку не потеряла?

Шляпка даже не пострадала. Значит, и фотоаппарат цел. Замечательно! Не хватало еще выплачивать неустойку за утерянную технику. Поэтому я поправила платье, которое тоже лишилось пары лоскутов, и чинно проследовала обратно на улицу. Прогулка по ночному городу в компании начальника. Что может быть «романтичнее»?

Проснулась я с дикой головной болью. И даже не сразу поняла, где нахожусь и что вчера было. Не гостиница, но и не дом тетушки… Потянулась — и вдруг в голове прояснилось. Гилберт!

Все начиналось прозаично. Мы гуляли по сонному городу, я заглядывалась на витрины, Гилберт рассуждал вслух:

— Предполагаю, что матушка ищет девиц побогаче, Ненси. И допускает на вечера только тех, кто способен дать за билеты больше, чем остальные. Там уже дело за Сэем. Он каким-то образом пленяет несчастных и влюбляет в себя.

— Уверена, это магия, — отвечала я, разглядывая шикарное платье, которое никогда не будет мне по карману. Воздушное, бледно-розовое, с множеством нижних юбок. Не платье — мечта.

— Тебе не пойдет, — заметил Гилберт мой взгляд. — Это платье — для нежных барышень, а ты у нас — непростая штучка. Тебе бы подошло вон то.

Я уставилась на черное приталенное платье, сшитое из переливающейся блестками ткани. Спереди оно наверняка облегало, словно чешуя, а сзади был пышный хвост из серебристого кружева. Я бы никогда не решилась надеть такое!

— Ты покраснела, — рассмеялся Гилберт. — Идем, Ненси, иначе домой не попадем никогда. Хватит глазеть по сторонам.

И потянул меня в сторону редакции. А когда мы остановились перед дверью «Золотой утки», вдруг сказал:

— Слушай, время позднее, я тебя в гостиницу не отпущу, а провожать, уж извини, не стану, день выдался утомительный. Хочешь взглянуть на комнату, которую тебе предлагаю?

И дернуло же меня согласиться! Мы вошли в здание, но только не стали подниматься на второй этаж. Гилберт свернул в маленький, незаметный на первый взгляд коридорчик и распахнул дверь.

— Прошу, — отступил в сторону, пропуская меня вперед.

Я шагнула в темную прихожую — и едва не упала, споткнувшись обо что-то.

— Свет, — из-за спины скомандовал Гилберт. А раньше не мог? Прихожая больше напоминала поле, по которому промчалась вражеская рать. То тут, то там валялись одинокие ботинки, а чтобы найти пару, приходилось вертеть головой по сторонам. Дверной коврик был сдвинут в сторону. Он почернел от пыли, и его первоначальный цвет можно было только угадывать. Я толкнула следующую дверь и очутилась в длинном темном коридоре.

— Свет, — повторила действие Гила, но ничего не произошло.

— Тут вечно освещение барахлит, — обогнал меня начальник и где-то дальше по коридору скомандовал: — Свет.

Из соседней комнаты полились мутные лучи единственного светильника. Это была маленькая кухонька. Похоже, вражеские войска прошлись и здесь, судя по количеству грязной посуды и захламленности помещения. Дальше по коридору располагались еще две двери — ванная и та самая комната, которую Гил собирался сдавать. А в конце виднелась еще одна — спальня Гилберта.

— Вот оно, твое будущее жилище, — распахнул Гил ближайшую дверь.

В отличие от остальной части дома, здесь даже было чисто. Кровать была застелена покрывалом. У окна ютился столик. Стену подпирал шкаф. Именно подпирал, потому что стена косила, и казалось, что она вот-вот рухнет. Пара стульев и большое зеркало в полный рост довершали картину.

— Остаешься? — спросил Гил.

— Может, все-таки аванс? — рискнула я.

— Нет уж, лиа Ритани! Никакого аванса! Либо берите комнату, либо живите у входной двери.

— Остаюсь.

И это я тоже сказала зря! Меня протащили по коридору, втолкнули то ли в спальню, то ли в гостиную, потому что в убежище Гила был и диван, и кресла, и кровать. И даже книжный шкаф, доверху забитый произведениями литературы. Меня усадили в кресло. Гил откуда-то достал запыленные бокалы, заметив мой взгляд, сбегал на кухню и вымыл их, заодно захватил бутылку вина.

— Я не пью, — попыталась было воспротивиться.

— За новоселье! — настаивал начальник, наполняя бокалы.

Мы выпили. Потом еще выпили. И еще полбокала — в завершение. Что было дальше — не помню, но проснулась я в своей новой комнате. Голова болела, Гила хотелось назвать всеми известными словами, а начало рабочего дня я безнадежно проспала. Потом вспомнилось, что Гил вроде как дал мне выходной на переезд. Вот только переезжать было страшновато.

Вспоминая всеми словами собственную беспечность, я добралась до ванной. Подергала три крана — почему три-то? А горячей воды так и не нашла. Пришлось умываться холодной. Сама ванная пугала сильнее кухни, потому что на потолке восседали три огромных паука и косились на меня так, будто я вторглась в их жилище. Пока умывалась, только и думала, как бы один из них не спланировал мне на голову. К счастью, я успела до того, как это случится, и вылетела из комнаты. Далее предстоял самый легкий этап — перенести вещи из гостиницы в новую комнату. Вот только ключей мне Гил не дал. Впрочем, что здесь красть? Поэтому я плотно прикрыла дверь и поспешила на залитую солнцем улицу. Подумаешь, странная квартирка. Зато никаких нотаций Мирины! И до работы рукой подать. Точнее, преодолеть всего одну лесенку — и я там. Начальство, опять-таки, привыкнет ко мне. Выставить на улицу будет жалко. Хотя с Гила станется.

Собирать мне было особо нечего — я еще не разбирала вещи после предыдущего переезда, поэтому прихватила чемодан и вернулась в квартиру Гилберта. Которую предстояло называть моей.

М-да… С самой легкой частью я покончила. А теперь что делать? Уставилась на погром — и руки опустились. Нет, так не пойдет. Жить в неком подобии свинарника я не собиралась. Поэтому перевернула вверх дном все шкафы в этом жилище — и, о боги, нашла швабру и метелку! Основы бытовой магии мы изучали. Нужно всего лишь убрать — и развесить ряд заклинаний, чтобы обеспечить комфортное существование. Ведро, правда, безнадежно протекало. Пришлось латать дыру знакомыми приемами. Начать решила со своей комнаты. Во-первых, там меньше всего работы. Во-вторых, здесь мне проводить большую часть времени. Ну, была не была!

Первым делом вытрусила покрывало с кровати. В воздух поднялись черные облака пыли. Я расчихалась, надеясь, что никто из клиентов не придет в такой ответственный момент. Затем перетрусила постельное белье, магией просушила матрас — не хватало еще встретиться с клопами. Зачаровала щетку, чтобы та занялась пылью, но, увы, бытовая магия не была моей сильной стороной. Пришлось расколдовывать щетку и самой забираться на стул, чтобы смести пыль со шкафа. Стул жалостно скрипнул под ногами — и распался на несколько частей. Скрепила его магией и мысленно пообещала открутить Гилу голову за такую мебель. Наконец моя комнатушка засияла чистотой и порядком. Я развесила в шкафу свои вещи, выставила на столик портреты родителей и удовлетворенно уставилась на новое жилище. Почти уютно. Куплю занавески, постелю коврик — и можно жить.

— Свет, — скомандовала я, но, как и накануне, на мой голос магия не отреагировала. Ничего, светильники создавать могу и без посторонней помощи. Нужно только найти банку, а на кухне их было много.

Наколдовала светлячка, посадила его в банку и сверху накрыла листом бумаги. Потом куплю достойный светильник, пока сойдет и так.

Есть хотелось немилосердно. Но чтобы перекусить, необходимы были две вещи. Первая — кухня, на которой можно готовить. Вторая — ванна, чтобы отмыться от грязи. И так как сначала стоит отмыться, то я с ведром и щетками перекочевала в ванную комнату. Пауки снова оживились. Простите, паучки, здесь есть место лишь для меня одной.

— Акве стима! — скомандовала я, и пауки взмыли в воздух. Наверное, это были самые невероятные впечатления в их паучьей жизни. А затем они медленно полетели на улицу и отправились в самостоятельное плаванье. Смела паутину, магией отчистила стены от плесени. Ух! Сказано — мужчины. Никакой заботы о чистоте! А вот что делать с ванной? В том, что ее можно очистить, я очень сомневалась. Решила совместить физическую силу и магию — терла ванну, щедро сыпля сверху заклинаниями. И час спустя она засверкала, как и три крана непонятного назначения.

— Мире бойле, — наложила на один из них заклинание подогрева, разделась и забралась под струи воды. Счастье-то какое! Вымыла волосы, переоделась. Нет, кухня определенно подождет. Хотя наверху есть еще одна. Та, в которую мы накануне отнесли продукты. А ведь время обеда уже прошло. Подняться туда, что ли?

Ступеньки заскрипели под ногами. Ничего, сейчас перекушу, отдохну и приступлю ко второй части плана на день. Хотя завтра воскресенье. Можно не просто убрать кухню, коридор и прихожую, но и привлечь к этому Гила. Квартира-то общая! Пусть помогает, маг-недоучка.

На том и порешила. Толкнула дверь редакции. На меня тут же уставилось три пары глаз. Отлично, за исключением Микаеля, вся компания в сборе!

— У тебя же выходной, — напомнил Гил.

— Я есть хочу, — ответила начальнику. — Кстати, и вам добрый день, коллеги.

И под взглядами, устремленными в спину, скрылась за кухонной дверью. Кстати, на втором этаже было куда чище. Видимо, тут хозяйничала ведьмочка. Вообще, для ведьмы бытовая магия естественна как дыхание. Так что я не удивилась чистоте плиты и столика, застеленного скатеркой. Продукты нашлись в холодильной — небольшой комнатушке рядом с кухней. Правда, их стало гораздо меньше, чем было накануне. Наскоро состряпав яичницу с сыром, я наконец-то позавтракала. А чашка настоянного чайного листа и вовсе превратила день в праздник.

— Приятного аппетита, — донеслось от двери. О, а вот и хозяин пожаловал!

— Спасибо. — Я улыбнулась Гилу. — Увы, твоя кухня пока непригодна к использованию.

— Я редко готовлю дома.

По обилию грязной посуды и не скажешь. Но я не стала спорить. Вместо этого продолжила маленькими глотками пить настой. М-м-м, вкуснотища.

— Ненси, я обещал тебе сегодня выходной.

А вот эти слова насторожили!

— Послушай, я уже устала, поэтому работать не буду, — предупредила Гила.

— Почему сразу работать? — оскорбился тот. — Всего лишь хотел пригласить тебя в театр. Как ты на это смотришь?

— Театр? — Сразу поняла, что-то тут не так. — Нет, извини, мне надеть нечего.

— А если будет?

— Гил, куда ты клонишь? — спросила осторожно.

— Мик заболел, — признался начальник. — Точнее, у него очередной творческий кризис. В такие дни он становится невыносим! И носу из дому не кажет. А у него сегодня запланирован визит в театр. Там будет весь цвет общества, Ненси. И не обойдется без сенсаций, я уверен! Но не пойду же я туда один!

— Почему?

— Потому, что в театр приличные мужчины ходят с дамами.

— А Литалия? — не сдавалась я.

— Лита ненавидит театр. Да и к ведьмам мало доверия. Ну же, Ненси!

— У меня на сегодня запланирована уборка.

— Завтра воскресенье, я тебе помогу. Обещаю!

Во взгляде Гила было столько искренности, что даже сомневаться перестала — он что-то задумал. Мой сумасшедший начальник ведет новую игру. Мало ему Сэя Аллени! Еще и театр подавай. А там публика разношерстная.

— Ненси?

— Хорошо, — согласилась, зная, что еще сотню раз пожалею. Но, увы, уже понимала, что Гилберт не отступит. Он принял решение, и для воплощения ему нужна была самая малость — я.

— Ты — чудо, — просияло лицо шефа. — Иди отдыхай. Платье доставят ближе к вечеру. К восьми чтобы была готова.

Итого у меня три часа на отдых и два — чтобы подготовиться к походу в театр. Хорошо, что моя комнатка уже пригодна для жилья. Я под завистливыми взглядами коллег покинула редакцию и спустилась на первый этаж. Стоило завидеть кровать — как усталость накатилась с удвоенной силой. Я рухнула, радуясь, что теперь в воздух не поднимается облако пыли, и закрыла глаза. А открыла от возгласа Гила:

— Ненси, ты что, еще не готова?

Опаздываю! Часы показывали начало восьмого. Хорошо, что Гилберт, видимо, вернулся домой раньше. Я подскочила и понеслась в ванную, едва не сбив Гила с ног, — умываться, потому что мое заспанное лицо могло только кого-то испугать. Затем примчалась обратно, повертела головой по сторонам — и замерла, разглядев на кровати то самое платье, на которое вчера обратил внимание Гил. Черное, с серебристым шлейфом-хвостом. Сам Гилберт успел улизнуть в свою комнату.

— Гил, я это не надену! — Дернула дверь на себя и очутилась нос к носу с шефом. Тот держал в руках тонкую белую рубашку. Из одежды на нем было только белье. Я ойкнула — и резко закрыла дверь.

— Стучаться не учили? — донеслось из-за нее.

— Извини, я нечаянно! — повинилась перед деревянной створкой.

— Платье ждет, времени мало. Собирайся, Ненси.

И кто стал меня слушать? Правильно, никто. Поэтому вернулась в спальню. Едва справилась с крючками на спине, вспоминая Гила всеми словами, а затем подошла к зеркалу — и замерла. Платье и правда сидело как вторая кожа. И подчеркивало фигуру, делало мой облик более выразительным. На столе обнаружилась шляпка-таблетка. Неужели Гил сумел спрятать туда фотоаппарат? Видимо, сумел, но шляпка не стала от этого более тяжелой. Тратить время на прическу было некогда, поэтому быстро собрала волосы в пучок, оставив всего несколько игривых локонов, и скрыла его шляпкой. Чудно! Нанесла легкий макияж и ровно в восемь стояла в коридоре, переминаясь с ноги на ногу в единственных подошедших туфельках.

— Я готова! — крикнула Гилу, не рискнув снова вломиться в его комнату. Дверь тут же открылась, и Гилберт появился на пороге. А начальник хорош! Особенно в черном смокинге и белоснежной рубашке. Волосы зачесаны назад, в голубых глазах — умиротворение неба. Истинный аристократ. И что он в газете забыл?

— Прекрасно выглядите, лиа Ритани, — подмигнул мне этот проходимец и предложил руку. Я осторожно опустила ладошку на его локоть — и едва не упала, споткнувшись об очередной ботинок.

— Гил, как тут вообще можно жить? — зарычала на спутника.

— Вполне комфортно. Я же живу, — ответил он с сияющей улыбкой и повел меня к выходу.

За все годы учебы в столице я ни разу не была в театре. Дорогое удовольствие для провинциальной магички. И не потому, что дорого стоит билет, нет. Просто для выхода нужны платье, прическа, спутник, в конце концов. Сейчас у меня все это было, и сердце билось в предвкушении. Безумная затея Гилберта вдруг заиграла новыми красками. Я еду в театр! Я, Ненси Ритани! И буду блистать среди знатных дам и кавалеров, будто одна из них.

— А что хоть за пьеса, Гил? — спросила я, глядя в окно экипажа.

— «Влюбленный Фиринт». Удивительное произведение из-под пера классика. В главной роли — Люцио Карлони. Мерзкий тип, но прекрасный актер. Тебе понравится!

— С чего ты взял?

— Карлони нравится всем. Только он не использует для этого магию. Мы уже пытались распутать, в чем секрет его популярности. Оказывается, ничего, кроме обаяния.

Я промолчала. О методах «распутывания ситуации» представление уже имелось. Наверное, следовало посочувствовать неведомому Карлони — и позавидовать, что он вышел из рук моих коллег живым.

— А чем ты занимался до «Золотой утки», Гил? — спросила задумчиво.

— Чем может заниматься молодой мужчина в столице, Ненси? — Шеф добродушно рассмеялся. Видимо, находился в хорошем настроении. — Кутил, играл, менял женщин. А потом все надоело, захотелось чего-то большего. Чего-то… со смыслом. Так в моей жизни появилась «Золотая утка».

— Понятно, — ответила я, хотя на самом деле было совсем непонятно. Экипаж остановился у величественного здания, возле которого я любила гулять по выходным, но, чтобы попасть внутрь, оставалось только мечтать. Театр был настоящим шедевром архитектуры. Здание было вытянутым, словно эллипс. Никаких резких линий, только плавные изгибы. Белые стены, позолоченные балкончики. Мечта!

— Не засматривайся, Ненси. С ног собьют. — Гил подал руку, и мы двинулись к парадному входу. Внутри играла музыка. Величественная, как и сам театр. Скрипки, арфы, трубы. Я замерла, и если бы не Гил, меня точно сбили бы с ног, потому что гости все прибывали. Внутри театр был так же прекрасен, как и снаружи. Нет, куда более чем прекрасен! Повсюду — сочетание белого и золотого. Высокие колонны, поддерживающие расписанный потолок, с которого на посетителей глядели три покровительницы искусств — Ания, Тания и Ивия. Широкая лестница, застеленная золотистым ковром. Белая форма служащих, которые проводили нас в главный зал и указали места. Я присела и огляделась. Наша ложа была рассчитана на шесть мест. Значит, к нам присоединится кто-то еще? Напротив уже рассаживались зрители. Лишь одна ложа все еще оставалась пустой. Я разглядела королевские гербы. Не может быть! Но потом вспомнила, что говорил Гилберт Микаелю по поводу этого представления. На нем собиралась присутствовать королевская семья! И из нашей ложи будет очень удобно делать снимки… Коварный Гилберт! Он все продумал, ничего не упустил. Никто не станет требовать, чтобы я сняла шляпку. Удобно и незаметно. Браво!

— И что, король действительно появится? — шепотом, несмотря на отсутствие соседей, спросила я.

— Говорят, что да. — Гил замер рядом, изучая зал. — Но нас сегодня интересует не он, а высокочтимый Конрад, его брат. Ходят слухи, что у него — новая дама сердца. И мы с тобой попытаемся вычислить, кто она.

— Разве это возможно? — Понятия не имела, как можно узнать, кто кому симпатизирует, в такой толпе.

— Ненси, делать невозможное — это наша работа, — ответил Гил. — А вот и они!

Я подалась вперед, устремив взгляд в королевскую ложу. Увы, его величество Тимиас не почтил нас своим присутствием. Зато в ложе была его супруга, королева Надина, со старшим сыном, некрасивым парнем в черном мундире, и младшей дочерью, которую до этого я видела только на страницах газет. Вот юная принцесса была чудо как хороша. Белокурая и ясная как солнышко. Ей удивительно шло платье с необычным сочетанием бирюзовых, белых и небесно-голубых полос. В ложу вошел еще один мужчина. Судя по всему, это и есть брат короля, высокочтимый Конрад. Поговаривают, что он — глава тайного ордена веленитов, одной из самых таинственных организаций страны.

— А он красивый, — задумчиво проговорила я, приказав фотоаппарату работать.

— Кто? — обернулся ко мне Гил, который разглядывал королеву и ее родных не менее пристально.

— Конрад. Сразу видно, королевская кровь.

Действительно, Конрад был хорош собой. Высокий, стройный, с приветливой улыбкой на чуть полноватом лице. Неудивительно, что всем хочется знать имя его дамы сердца. Наверное, многие хотели бы очутиться на ее месте.

— Не лучше и не хуже других, — недовольно ответил Гилберт. — Взгляни, нижняя губа выпячена. Признак капризного характера. Вон как ноздри раздувает — значит, несдержан. Уверен, высокочтимый Конрад не так прост, как тебе кажется.

— Умеешь ты развеять девичьи идеалы. — Я тихо рассмеялась, но Конрад и правда перестал казаться таким уж привлекательным.

— Запомни, Ненси, твое сердце должно принадлежать только работе! — высокопарно произнес Гилберт тоном театрального актера, и я мысленно зааплодировала. Талант!

Дверь в ложу открылась, и к нам присоединились еще две пары. Первая была мне незнакома, а вот вторая удивила — наш эльф с ведьмочкой. Гил решил привлечь все силы?

— Знакомьтесь, лиа Агнесса Ритани. — Гил представил меня красивой девушке в синем платье и молодому человеку с тонкими усиками над губой. — А это — мой кузен, Энджей Максен, и его невеста Лаурина.

— Очень приятно. — Я сразу смутилась. Не думала, что здесь будут родственники Гилберта.

— Нам тоже, лиа Ритани, — с приятной улыбкой ответил Энджей. — Гилберт нечасто радует нас своим присутствием, особенно в такой очаровательной компании. Вы любите театр?

— Еще не успела понять. — Неловко пожала плечами, чувствуя себя бледной молью на фоне блондинки Лаурины.

— Вы здесь впервые? — оживился Энджей, а его невеста помрачнела. — Позволите в антракте провести для вас небольшую экскурсию?

— Увы, я здесь со спутником. — Придвинулась к Гилберту.

— Он не обидится. Или пойдет с нами. Правда, Гил?

— Тогда пойдем все вместе, — весело ответил Гилберт.

Неожиданно в зале погас свет, и освещенной осталась только сцена. Я тут же замолчала, погружаясь в открывшееся перед глазами действие. И, кажется, поняла, почему все влюблены в Люцио Карлони. Он был очень хорош собой. Некой величественной, холодной красотой. Но стоило ему заговорить, как лед растаял, и я поверила каждому слову. О, как он играл! История несчастных влюбленных будоражила сердце. И сама не заметила, как вцепилась в руку Гила, а в конце первого акта рыдала у него на плече.

— Эй, Ненси! — Гилберт попытался отцепить меня от руки, но это не удалось. — Ненси, мы ее пропустим!

— Кого? — Подняла заплаканное лицо.

— Да ее! — Гил сделал большие глаза, указывая на кузена. — Эл, Лита, ждите нас здесь. Мы прогуляемся немного, подышим воздухом.

— Постойте, прекрасная леди обещала мне прогулку, — вмешался Энджей.

— Неправда. Я согласилась прогуляться только вместе со всеми, — откликнулась я. — Но сначала надо бы привести себя в порядок. Гил, проводи меня.

Гилберт намек понял и тут же увлек прочь, но вместо того чтобы искать уборную, мы шмыгнули в какой-то полутемный коридор. Гил затащил меня за пыльную тяжелую штору, и мы оказались будто в нише. Как раз вовремя, чтобы услышать чужие шаги и женский голос:

— Конрад, я не смогла больше ждать! Мое сердце разрывается от разлуки с вами!

Неужто слухи правдивы? Но девушка говорила так высокопарно, что я и на минуту ей не поверила!

— Вы зря пришли, Ника, — отвечал мужчина — видимо, принц. — Я же говорил, что нам пока не стоит видеться.

Почему, интересно? И хотелось бы взглянуть на эту неведомую Нику. Поэтому я сняла шляпку и тихонько опустилась на колени.

— Но Конрад, вы же обещали! — Девушка всхлипывала. А я приподняла штору, направила шляпку и скомандовала: «Пли». Уж не знаю, удалось ли выхватить хоть кусочек изображения. Но лучше что-то, чем ничего. А уж Гилберт придумает захватывающее называние. Например, «Новая любовь высокочтимого Конрада: узнай барышню по туфельке». Я так же осторожно поднялась, но штора предательски зашуршала.

— Кто здесь? — выкрикнул Конрад.

Мы, конечно же, промолчали. Тогда брат короля шагнул к нашему убежищу, а Гилберт развернул меня к себе и поцеловал. Я задохнулась от возмущения и едва сдержалась, чтобы не влепить начальнику пощечину. Но Конрад пробормотал извинения и задернул штору. Только тогда Гилберт меня отпустил, и мы лишь услышали, как принц говорит своей спутнице:

— Увидимся на приеме у Даниво.

Их шаги стихли, я набрала побольше воздуха в грудь, чтобы разразиться длинной тирадой, но Гил приложил палец к губам.

— Профессиональная необходимость. — Вот и весь ответ! — Зато я видел девушку.

Я тут же забыла о поцелуе. Вообще никогда не считала себя легкомысленной и не позволяла парням переступать границы дозволенного, но сейчас меня вдруг захватил азарт, которого никогда в себе не подозревала.

— И кто она? — спросила взволнованно.

— Понятия не имею, мы раньше не встречались.

— Тогда что толку в том, что ты ее видел? — Едва не набросилась на Гила с кулаками.

— А толк в том, дорогая, что смогу ее узнать. Думаешь, наша новая знакомая тут же покинет театр? Как бы не так! Голову ставлю, она останется, чтобы издали наблюдать за своим возлюбленным. Так что наша задача, Ненси, вычислить незнакомку — и сделать так, чтобы она перестала быть незнакомкой. Позволишь твою шляпку?

Гил аккуратно извлек устройство, провел над ним рукой, и мы увидели аккуратные серебристые туфельки с модными круглыми носками и подол небесно-голубого платья. Не так много примет, чтобы вычислить цель, но лучше, чем ничего.

— Возвращаемся в ложу? — спросила у Гила.

— Пожалуй, да. Энджей не простит, если не сможет показать тебе театр. Я пойду с вами. У Джея много знакомых. Может, и наша дамочка найдется.

Пришлось согласиться. В конце концов, у Гила больше опыта в работе с подобными делами. Доверюсь его чутью. А Энджей, казалось, только нас и ждал.

— Ну наконец-то! — подскочил, стоило нам показаться в дверях. — Дамы, за оставшиеся минуты антракта я готов показать вам театр от основания до крыши. Прошу за мной!

Энджей предложил руку мне, поэтому Гил был вынужден сопровождать его невесту, а Эл и Лита остались в ложе. Мне казалось, что у них — свое задание, о котором Гил мне ничего не говорил.

Мы двинулись к выходу из театра, в тот прекрасный холл, который меня поразил.

— Взгляните, дамы, — говорил Энджей на ходу. — Здание театра было спроектировано знаменитым архитектором Фредерико Армини более ста лет назад и с тех пор претерпело минимальные изменения. Если мы повернем направо, увидим портретную галерею ведущих актеров театра. Тех, кто создавал его немеркнущую славу. Слева — портреты не менее выдающихся личностей, директоров театра.

Где-то на пятом портрете директора я начала зевать, на десятом потянуло обратно в зал, и мягкий перезвон колокольчиков, возвещавший, что начинается второй акт, восприняла как высшее благо. Странно, Энджей совсем не походил на Гилберта. Никогда бы не сказала, что они — родственники. Впрочем, кузены — не такое близкое родство. Однако уверена, если бы говорил Гил, у меня бы не возникло и мысли о том, чтобы сбежать.

Мы вернулись в ложу. Взгляд тут же приковала сцена. Кажется, я становлюсь заядлой театралкой! Главный герой как раз признавался героине в великой любви, а она ответила ему…

Что ответила, я едва не пропустила, потому что Гил ткнул локтем в бок:

— Гляди!

Чуть повернула голову — вовремя, чтобы увидеть хрупкую девушку в одной из лож. Ее небесно-голубое платье делало фигурку незнакомки настолько изящной, что я даже позавидовала. Но… Подождите-ка! Голубое платье?

— Это она? — шепотом спросила Гила.

— Кто же еще? — откликнулся начальник. — Оставайся-ка здесь, Ненси, а я попытаюсь узнать, чья это ложа и кто она. Не забудь про фото.

И Гил, извинившись перед кузеном и его невестой, выскользнул из ложи. Я сделала несколько снимков. Оставалось надеяться, что они будут лучшего качества, чем предыдущие. А незнакомка особо не скрывалась. Она стояла так, чтобы видеть королевскую ложу. И принц Конрад украдкой наблюдал за ней. Настоящая история любви затмила сценическую. Я так увлеклась, что не заметила, когда вернулся Гил.

— Есть, — шепнул мне на ухо.

Спрашивать, кто же она, таинственная возлюбленная принца Конрада, при посторонних не стала, хотя умирала от любопытства. Еще успею выпытать у Гилберта все подробности! Зато теперь можно было вернуться к сцене, где герой Люцио Карлони убивал неверную возлюбленную. Ах, какая история! В жизни такого не встретишь. Нет, убийства в столице — явление нередкое, но вот такая красивая любовь — будто жемчужина. Жаль, что она так и осталась несчастной.

Зал взорвался аплодисментами. Я тоже подскочила на ноги и громко зааплодировала. Хлопала, пока не заболели руки, а затем мы с Гилом потянулись к выходу.

— Постойте! — перехватил нас Энджей. — Есть еще одно удивительное место, которое хотел вам показать.

Я закатила глаза. Гил заметил мою пантомиму — и усмехнулся.

— Думаю, лиа Ритани с удовольствием послушает твою очередную побасенку. — Он похлопал кузена по плечу. — Только, умоляю, быстрее. Не терпится вернуться домой.

— Живешь бирюком. Света белого из-за своей газетенки не видишь, — фыркнул Энджей, но как-то добродушно. Очевидно, они с Гилом хорошо ладили. Мы свернули в очередную галерею.

— Этот картинный ряд, — указал Энджей на стены, — демонстрирует лучшие спектакли, когда-либо поставленные в театре, и…

— Постой, — Лаурина вцепилась в локоть жениха. — Что это там?

Я всмотрелась в полумрак галереи — из-за поворота действительно что-то виднелось. Мы подошли ближе, и стало тяжело дышать, потому что из-за угла галереи выглядывала ножка, обутая в серебристую туфельку. Другая такая же туфелька лежала чуть поодаль.

— Будь здесь, — остановил меня Гил, но я все равно двинулась за ним и увидела картину, которая еще долго стояла перед мысленным взором. На полу, глядя в потолок стекленеющими глазами, лежала девушка. Еще недавно голубое платье стало бурым от крови, а из груди торчал нож с деревянной рукояткой. Я зажала рот рукой. Рядом вскрикнула Лаурина — и медленно сползла на пол. Возлюбленная принца Конрада была мертва.

Осознание пришло не сразу. Я опомнилась, только когда Гилберт толкнул локтем в бок, взглядом указывая на шляпку. Фотографировать… убийство? Но я все-таки скомандовала «пли», надеясь, что фото поможет разгадать, кто же лишил несчастную жизни.

— Идем отсюда, — сказал Энджей, помогая Лаурине подняться. — Иначе скажут, что виноваты мы.

Так просто уйти? И оставить здесь труп? Никому не сказать? Но Гил снова решил за меня. Он схватил меня за локоть и потащил к выходу. Следом спешили Энджей с невестой.

— Мы что, так просто уйдем? — Я вырвалась из хватки начальника. — Гилберт, эта девушка…

— Поговорим дома, Ненси, — перебил он меня. — А сейчас Энджей прав. Нам лучше уйти. Тем более что мне ночью еще статью писать.

— Статью?

Гибель девушки — для Гила всего лишь работа? Я, конечно, знала, что он не является примером сострадания, но не думала, что Гилберт настолько бессердечен. Попыталась вырваться из хватки — ничего не получилось. Гил держал крепко. Вытащил меня из театра и увлек в сторону, к белому магобилю. Мы почти достигли цели, когда нас обогнал Энджей. Так вот чья это машина! Он распахнул заднюю дверцу и помог Лаурине занять переднее.

— Куда вас отвезти? — спросил у Гила.

— К перекрестку Черничной и Лаарген. Оттуда дойдем сами.

И Гил так взглянул на Лаурину, что я поняла — он не хочет показывать невесте кузена, где живет и работает. Понял это и Энджей, потому что коротко кивнул, приложил руку к ярко-зеленому кристаллу, и магобиль мягко покатился по улице. А меня накрыла запоздалая паника. Трясло так, что обхватила себя руками за плечи, чтобы хоть немного унять дрожь.

— Все в порядке? — тихо спросил Гил, подвигаясь ближе.

— Нет, — ответила чуть резче, чем следовало. — Как все может быть в порядке, если кто-то умер?

— Главное, что не ты.

Что? Нет, мне был чужд такой подход к жизни! Захотелось вынестись из магобиля и дойти до дома пешком, но и дом у нас с Гилом — один на двоих. Не выйдет! Бегство показалось абсолютно бессмысленным. Заставила себя угомониться. Ничего, мы еще выясним отношения. Без чужих ушей.

— Лиа Ритани, не принимайте близко к сердцу, — отозвался Энджей. — В этом городе каждый день кого-то убивают. Да, неприятно. Что поделаешь, вечер испорчен. Но тут я согласен с Гилом — на вещи надо смотреть проще.

— На вещи, не на людей, — пробормотала я.

Мужчины замолчали. Только было слышно, как тихо всхлипывает Лаурина. И собственное сердце колотилось так, что стук отдавался в ушах. Когда магобиль остановился неподалеку от «Утки», я выскочила первой и понеслась к редакции, даже не попрощавшись. Гил догнал меня на повороте, удержал и заставил убавить шаг.

— Ноги переломаешь, Ритани, — угрюмо сказал он. — Не беги.

— Разберусь без твоих советов, — выплюнула ему в лицо.

— Ненси, я понимаю, ты испугана, но это не повод нестись так, что можешь свернуть шею.

— А тебе все равно, да? — Я все-таки остановилась. — Все равно, что кто-то убил человека?

— Знаешь, Ненси, когда вокруг тебя все умирают, постепенно начинаешь относиться к жизни иначе. — Гил пожал плечами. — Из моей семьи почти никого не осталось в живых. И поверь, их гибель не была такой легкой, как у этой дамочки. Да, мне жаль, что ее убили. Но уже завтра я о ней забуду, потому что у меня есть своя жизнь. Со своими радостями, горестями, победами и неудачами. Но, конечно, мы не оставим это убийство безнаказанным, Ненси. Сенсация сама приплыла к нам в руки!

— Для тебя важна только работа, — вздохнула я.

— Не поверишь, но так оно и есть, — подтвердил Гилберт. — Потому что я люблю то, что делаю. Это не дает мне сойти с ума.

И зашагал вперед, даже не подумав меня подождать. Я ускорила шаг, но все равно догнала Гилберта только на пороге «Золотой утки». Он торопливо открыл дверь и скрылся в темном коридоре, а я с третьей попытки зажгла свет и свернула в свою комнату. На душе было гадко. Быстро переоделась в домашнее платье и легла на кровать. Нет, спать не хотелось. Просто так было легче думать. Пыталась расставить все по полочкам. Еще во время второго акта возлюбленная Конрада была жива. А когда представление закончилось, ее кто-то убил. Кто? Вариантов может быть множество. Но этот человек поджидал ее. Хорошо знал театр? Следил за ней? Как и сказал Гилберт, многие хотели бы занять место этой девушки в сердце брата короля. Или хотя бы в постели. А я даже не спросила у Гила, кто она.

Поднялась, подхватила со столика забытую шляпку с фотоаппаратом и пошла к комнате начальника. Тихо постучала в дверь. Открыли не сразу. Гил тоже успел переодеться. Первое, что привлекло взгляд, — босые ноги. В том бедламе, в котором он живет, босиком ходить просто опасно! Светло-серая рубашка была полурасстегнута. Черные штаны свободного кроя все равно не делали его фигуру массивнее.

— Решила пожелать спокойной ночи, Ненси? — спросил он.

— Нет, принесла шляпку, — протянула Гилу захваченный головной убор.

— А, это хорошо. — Гилберт забрал «таблетку» и положил на покосившуюся кипу книг.

— Фотоаппарат не разобьется? — с опасением спросила я.

— Нет, — отмахнулся начальник. — Присаживайся. Ты ведь не просто так явилась.

Почему сразу не просто так? Но я все-таки села на скрипящий стул. Гил примостился напротив.

— Ну? — беспечно поинтересовался он.

— Ты выяснил, кто эта девушка? — Я жаждала ответа.

— Выяснил.

— И кто же? — Мне что, каждое слово вытягивать из него клещами?

— Некая Винита Портлин, актриса второго состава. В театре играет… играла два года. Больших ролей не исполняла, зато поймала крупную рыбку в лице Конрада.

— Да уж… — С губ сорвался вздох. — И кому понадобилось ее убивать?

— Чтобы появились хоть какие-то версии, нам придется немного порыть землю носом. Но не сегодня, когда в театре полно полиции. А, допустим, послезавтра. Нет, послезавтра не выйдет, у тебя — отбор у мамы Сэя Аллени. Тогда завтра! Воскресенье, конечно, и после сегодняшних событий спектакли, скорее всего, отменят. Или не отменят?

Гил настолько погрузился в размышления, что я стала терять их связь. Так мы идем к Аллени? Или расследуем гибель Виниты Портлин?

— Мы совмещаем! — ответил Гил на высказанный вопрос. — Прости, придется попотеть. Но Мику сейчас что-то поручать бесполезно, как и посылать Литу к Аллени. Она же ведьма. Никакой отбор не пройдет. Ведьм у нас не любят.

И то верно… К ведовской магии в Наобаре относились неприязненно, потому что ведьмочки — существа мстительные. И их заклинания крайне сложно уловить.

— Иногда мне кажется, что ты — сумасшедший, — сказала Гилберту в лоб. — Расследования, статьи, представления, чтобы опять-таки написать статьи. В чем причина? Пытаюсь разобраться — и не могу.

— Мне нравится такой ритм жизни. — Гилберт улыбнулся, широко и искренне. — В этом все и дело, Ненси. Я без него пропаду.

Я промолчала. Мне он пока не нравился. Нет, не то чтобы не нравился, просто слишком много всего навалилось за пару дней. И я начинала понимать, как мало знаю о жизни в целом и о городе, который привыкла считать родным и знакомым, тоже. А главное, как мало мне известно о человеке, замершем передо мной.

— Пойду спать, — сказала Гилу. — День выдался утомительный. Кстати, у нас завтра еще уборка, поэтому, надеюсь, ты с утра будешь дома.

А вот слово «уборка» Гила не впечатлило, потому что его взгляд сразу потускнел. Но какое мне дело? Жить в свинарнике? Нет уж, увольте.

— Спокойной ночи, Ненси.

— Спокойной, — пробормотала я и поплелась в комнату, думая, что не усну. Но стоило голове коснуться подушки, как провалилась в глубокий сон. В нем смешалось все и сразу: незнакомая девушка в объятиях принца Конрада, кровь на полу — и Гилберт Максен, который наблюдал за сменой картин будто со стороны. Я хотела подойти к нему, но Гил приложил палец к губам — и растаял. А я открыла глаза.

Солнце едва поднималось над горизонтом. Зато я отлично выспалась и была готова к новым свершениям. Пункт первый среди задач на день — подкараулить Гила и вовлечь его в занятный и длительный процесс приведения жилища в нормальный вид. Тем более что я хотела поручить ему всего лишь прихожую и его спальню, а сама собиралась добраться до кухни. Для начала подготовила все, что могло помочь в уборке, а затем постучала в двери Гила. Тишина. Он что, так крепко спит? Постучала громче. Дернула дверную ручку — и ввалилась в комнату. Пусто. Кровать аккуратно застелена. Только чуть приоткрыто окно. Сбежал! Взвилась по лестнице на второй этаж, но редакция в воскресенье была надежно заперта. Ну, Гил! Вернешься ты домой! А ведь ты обязательно вернешься.

Вот только снова откладывать уборку? Нет уж. Начну с кухни. А там, глядишь, и хозяин жилища появится. Налила воды в найденное корыто, подогрела заклинанием и опустила туда грязную посуду. Та не отчищалась. Пришлось применить магию, чтобы хоть немного оттереть грязные тарелки, чашки, кастрюли. Ох, сколько эпитетов родилось у меня в голове по отношению к Гилу! Хоть поэму пиши. Но час спустя с посудой было покончено. Зато остались ряд шкафчиков, плита с перегоревшим магическим угольком и раковина, которую можно было только разбить ломиком. Я взялась за щетку и двинулась к шкафчикам, чтобы переставить туда посуду со стола. Чего там только не было! Какие-то приправы с истекшим сроком годности, списки покупок — судя по датам, еще за прошлый год. Какие-то черновики, обрывки статей. Впрочем, заметки украшали и стены шкафчиков — пришедшие в голову мысли Гил записывал карандашом на всем, что придется. И половину из его закорючек я и близко не понимала. Например, как можно расшифровать следующее: «Если Б. любит С., то почему С. с К.? И сколько стоит Л., если К. с С. против Б. в целом?» Тарабарщина! И оттереть ее было крайне сложно — карандаш-то магический.

Зато к полудню кухня засияла. Я вытерла пот со лба и рухнула на стул, а стул рухнул подо мной, и я очутилась среди обломков. Ги-и-ил!

Словно в ответ на мои молитвы, входная дверь отворилась, и в коридоре, радостно насвистывая, появился Гилберт со свертками. От свертков пахло едой. Я сразу вспомнила, что не завтракала. А еще — что на Гила у меня великие планы.

— Ненси, почему ты сидишь на полу? — поинтересовался Гилберт, глядя на меня сверху вниз.

— А на чем еще мне сидеть, если твои стулья разваливаются прямо подо мной? — взвыла я и кинулась на соседа. Тот отгородился свертками. Решив, что колбаса и хлеб вкуснее Гилберта, отобрала у него ближайший сверток и устроилась на другом стуле, пытаясь соорудить бутерброд.

— Ненси Ритани, — прищурился Гилберт, — что ты сделала с моей кухней?

— Красиво, да? — с набитым ртом пробормотала я. — Не благодари.

— Да я убью тебя на месте! — Гил запустил пальцы в волосы. — Тут же было столько идей, столько планов! Ты меня половины жизни лишила.

— Я лишила тебя половины мусора. А если идеи не пригодились за пару месяцев, зачем их хранить? Кстати, сейчас мы завтракаем — и идем наводить порядок в прихожей.

— Нет уж, — отрезал Гил. — Сейчас мы завтракаем — и идем в театр, наводить справки. Мне удалось выяснить, что директор с утра на работе. А значит, ему можно нанести визит. Поторапливайся, Ненси.

И отобрал у меня бутерброд. Я вцепилась в ускользающую добычу, колбаса взлетела в воздух и плюхнулась на только что вымытый пол.

— Гил! — взвизгнула я, а Гилберт уже сооружал себе бутерброд.

— Что, Ненси? Рот дырявый?

Захотелось его стукнуть. Например, вон тем половником, который видал молодость моей бабушки. Но Гил с таким аппетитом ел, что я села обратно на стул, отрезала новый кусочек колбасы и решила забыть о промахе напарника. Когда с едой было покончено, быстро разложила наши запасы провизии по полкам холодильного шкафа и пошла переодеваться.

— Найди что-нибудь неброское! — крикнул Гил вслед. — Твои повседневные платья подойдут.

Подлец! Еще и издевается! Я быстро оделась, вспомнила, что шляпка с фотоаппаратом осталась у Гила, и пошла в его комнату.

— Гил, — дернула на себя дверь, — я забыла…

Гилберт как раз стоял ко мне спиной, выбирая одну из двух рубашек. Я резко закрыла дверь. Но успела разглядеть у него шрам ниже лопатки. Похоже на пулю… Или нечто похожее.

— Стучаться учили, Ненси? — Мгновение спустя Гил выглянул из-за двери. — Фотоаппарат беру свой, хочу записать наш разговор с директором на кристалл, так что выбор головного убора — на тебе.

Я, густо краснея, закивала и ринулась обратно в комнату. Выбрала шляпку в бежевых тонах со скромным цветком слева. Она подходила к коричневому платью и хорошо скрывала лицо. Вряд ли директор будет сильно доволен нашим интересом, поэтому не стоит бросаться в глаза.

— Готова? — из-за двери спросил Гил.

— Да, — откликнулась я. — Иду.

Вышла — и замерла. Гилберт тоже преобразился. Откуда-то появились усы, а волосы сменили цвет на более темный. Маскировка?

— Капля магии еще никому не помешала, — усмехнулся Гил и дунул на мое лицо. Я достала из сумочки зеркальце — никаких существенных изменений, но кожа стала более загорелой, волосы посветлели, и чуть расширился нос. И губы, кажется, стали больше. Вот так так! Полезное умение.

— На сегодня ты — Анна Ивлинг, — приказал Гил. — Сотрудник частного детективного агентства, и никак иначе. А я — твой напарник, Джейс Билфорд. Запомнила, Анна?

— Конечно, Джейс, — я приняла условия игры. — Идем, нас ждут в театре.

И мы, тщательно заперев дверь, покинули здание «Золотой утки».

После той сцены, которую я видела по завершении спектакля, здание театра перестало казаться таким уж прекрасным. Да что скрывать? У меня дрожали коленки, и если бы не присутствие Гила, пустилась бы наутек. Конечно, глупо. Убийцы там уже не было. А вдруг был? Мы-то не знаем, кому перешла дорогу возлюбленная принца Конрада.

— Спокойнее, Ненси. — Гил обернулся ко мне. — Тебя никто не тронет. Наша задача — разговорить директора, и только. А не ловить преступника прямо сейчас.

Его слова подействовали, как ушат холодной воды. Я взяла себя в руки. Гил прав, сейчас нужно успокоиться и сделать все возможное, чтобы добиться цели. Тем временем мы подошли к входной двери. Гил подергал ручку — заперто.

— Никого нет, — расстроенно сказала я.

— Если нас не пускают через главный вход, отыщем запасной, — назидательно произнес Гилберт и двинулся вдоль здания. Мы обошли его слева и вскоре заметили неприметную на первый взгляд дверку. Гил огляделся по сторонам — и шагнул к ней. Наверное, тоже закрыто. Однако дверная ручка поддалась, и мгновение спустя мы уже стояли в полутемном коридоре. Я поежилась — здесь было крайне неуютно.

— Вы кто? — раздался голос из пустоты.

«Призраки», — трусливо подумала я. Глупо, конечно, но это было первое, что пришло в голову.

— Частный детектив Джейс Билфорд и моя помощница Анна Ивлинг.

Гил достал из кармана небольшую карточку и потряс ею в воздухе.

— Детектив? — Из полумрака к нам шагнул суровый старичок. — Из-за Виниты, что ли?

— Да, из-за нее. Нам поручили расследовать ее смерть. Сами понимаете кто.

И Гил многозначительно поднял палец. Старичок прищурился, но промолчал. Если он и не поверил нам, то не показал виду, а вместо этого повел вдоль коридора.

— Вам к директору? — спросил на ходу.

— Да, — ответил Гил. — Впрочем, вы тоже можете помочь. Расскажите нам о Вините. Вы ведь работали вместе.

— Я мало с ней сталкивался, — ответил старик. — Она — актриса, я сторожу и занимаюсь декорациями. Что общего?

— Сторожа обычно знают все и обо всех. Кто когда приходит, кто с кем уходит.

Слова Гила показались мне лестью, но я промолчала. Зато не смолчал наш провожатый:

— Хо-хо, молодой человек, вы не так далеки от истины! Но в случае Виниты ничего не скажу — она была неплохой девушкой, всегда приветливой. Здоровалась, в отличие от некоторых. Уважала старика. Но на этом все интересное в нашем общении и заканчивается. Хотя, знаете… Было кое-что неделю назад. Винита уходила с работы в слезах. Впрочем, актрисы всегда излишне эмоциональны, но тут она прямо рыдала. Я, конечно, спросил, что такое, но она ответила только: «Дела семейные». Жаль ее. Пусть и не великого таланта актриса, а как человека — жаль.

Я кивнула. Значит ли это, что у Виниты были семейные проблемы? Впрочем, мы тоже иногда ссорились с тетушкой Мириной до слез. Ничего удивительного. Однако не будем упускать этот момент из виду.

— А поклонники у нее были? — продолжал Гилберт ненавязчивые расспросы.

— У какой актрисы их нет? Были, вестимо.

— Из местных?

— Нет, из местных мало. Только разве что Бурт. Ник Бурт. Но Винита ему сразу дала понять, что между ними ничего не будет. Она не любила крутить романы, если вы понимаете, о чем я.

Так, к семье добавляется еще некий Ник Бурт.

— Вот мы и пришли. — Сторож остановился у дверей директора. — Удачи.

И исчез в полумраке. А Гил уже стучал.

— Входите, — донесся бодрый голос.

Мы перешагнули порог большой светлой комнаты. Директор сидел за столом, листая какие-то бумаги, но, завидев нас, отодвинул их в сторону.

— Чем могу помочь? — Его физиономия светилась радушием. С чего бы это? Не верю таким людям.

— Мы хотели поговорить о Вините Портлин, которая была убита этой ночью.

— Журналисты? — Тут же нахмурился директор.

— Частные детективы. — Гил снова продемонстрировал волшебную картонку, чуть ли не потряс ею перед носом директора. Джейс Билфорд, к вашим услугам.

— Анна Ивлинг, — на этот раз я представилась сама.

— Что ж, присаживайтесь. — Директор хоть и не выглядел довольным нашим визитом, но сразу выставлять за дверь не стал. Добрый знак. Но он поспешил развеять мое мнение: — Вы ведь как тараканы. Выставишь за дверь — влезете в окно. Так что лучше поговорим сразу. Но, предупреждаю, разговор будет только один.

Вот мерзкий тип! Я сразу прониклась к нему неприязнью. Захотелось подойти поближе и плюнуть на лысину, словно айсберг, возвышавшуюся среди остатков редких волос. Увы, нельзя. Но помечтать-то можно!

— Господин Врайн, что вы можете сказать о погибшей? — Гил сел в предложенное кресло и достал блокнот — я знала, что только для видимости, потому что он каким-то образом ведет запись разговора. Не иначе как через кристалл.

— А что о ней говорить? — директор пыжился как индюк. — Винита была актрисой второго плана. На сцене не блистала, никому на пятки не наступала. Не знаю, кому помешала несчастная девочка.

— Были ли у нее враги? Или слишком назойливые поклонники? — Гил методично продолжал допрос, как настоящий сыщик.

— Враги? У кого их нет, молодой человек? В наше время каждый обернется — и найдет за спиной по врагу. Но кто именно, сказать не могу. Знаю только, что Винита в последнее время жаловалась на странные письма. Мол, только прочтет — и они осыпаются прахом. А в них — угрозы. А поклонники… Да не особо, откровенно говоря. Ну, симпатичная. У нас полный театр таких симпатичных.

— Какие отношения у нее были с коллегами?

— Близких подруг не завела. Так что, скорее, никаких. Еще вопросы будут? Я спешу на репетицию. Угораздило же ее умереть! А если это скажется на зрителях?

— Хорошо, последний вопрос. Что вам известно о семье Виниты?

— Ничего, — рявкнул директор. — Я за своими сотрудниками не слежу, знаете ли. Поэтому — ни-че-го! Только брат ее как-то захаживал. Скользкий тип. На этом — все. Прошу простить, господа детективы, работа!

И директор покатился к двери, выпятив вперед живот. Мы с Гилом переглянулись, но покорно покинули кабинет. Только вместо того, чтобы выйти из театра, Гил потянул меня к месту убийства.

— Не хочу туда идти! — Я отчаянно упиралась.

— Ненси, не будь трусихой! Там уже ничего нет. Но нам нужно осмотреться.

Но я боялась. Безумно боялась, потому что казалось: непременно увижу призрак убитой девушки. Не то чтобы я верила в призраков, но все-таки! Однако кто меня слушал? Гил увлек вперед по темным коридорам, безнадежно тихим и пустым. Сейчас, когда в театре не было зрителей, он казался воистину жутким. Как серый паук, поджидающий наивных мушек. Только минуту назад жужжала, а уже висишь в липкой паутине. Мы свернули в последний раз. Да, вот тут она и лежала. Бедная Винита.

— Ищи следы, что угодно, — приказал Гил.

Я склонилась над полом, разглядывая узор на паркете. Где же хотя бы намек, маленькая зацепка? Вдруг рядом что-то сверкнуло. Золотистая бусинка. Я тут же подхватила ее и хотела уже показать Гилу, когда раздались чужие шаги и окрик:

— Эй, а вы что здесь делаете?

Мы вытянулись по струнке, как нашкодившие школьники. Я быстро спрятала бусинку в потайной кармашек на платье. Такие кармашки — настоящая находка, когда тетка то и дело роется в твоих вещах.

— Разворачивайтесь.

Я медленно обернулась. И кто же застал нас на месте преступления? То, что это был сыщик, поняла даже раньше, чем он достал значок, по одному только прищуру льдистых глаз. Парень изучал нас, будто преступников. Кажется, заставь его сейчас закрыть глаза — и он выдаст без запинки рост, вес, особые приметы.

— А, Гилберт Максен, — к моему удивлению, произнес сыщик. — Снова роешь носом землю не там, где надо?

— А, Дан Ферверт, — в той же манере ответил Гил. — И почему я не удивлен?

— Потому, что суешь нос в дела сыска, — поморщился Ферверт. — И на этот раз — не один. Бегите от него, лиа. Уверяю, такие связи до добра не доведут.

— А какие доведут? — Гилберт презрительно фыркнул. — Слушай, Ферверт, давай сделаем вид, что мы не виделись. Мы пойдем своей дорогой, ты — своей.

— И забудешь об убийстве? — поинтересовался сыщик.

— Ни за что, — заверил его Гил. — Прости, нам действительно пора. До встречи.

И увлек меня мимо сыщика в другой коридор, чтобы как можно скорее покинуть здание театра. Останавливать нас никто не стал. А Гил спешил так, будто Ферверт мог нас догнать и арестовать.

— Что такое? — спросила я, когда здание театра осталось позади. — Я думала, мы должны хорошенько там все обыскать.

— Когда рядом рыщет эта ищейка? — рыкнул Гил. — Нет уж, поверь, нам в театре больше делать нечего. Если что-то и оставалось, Ферверт это найдет.

— Он настолько хорош?

— Дотошный до ужаса, — отмахнулся Гилберт. — Ладно, мы узнали все, что хотели. А то, что не успели обыскать место преступления…

— Я кое-что нашла, — перебила бушующего Гилберта. — Взгляни!

И показала бусинку.

— Что это? — забрал он блестящий шарик. — Бусинка? Но на платье Виниты не было бусин. Либо кто-то проходил мимо, либо…

— Мы ищем женщину, — закончила за Гилберта. — Но не стоит забывать, что женщину мог нанять мужчина. Поэтому сейчас придем и запишем всех, кого назвали сторож и директор.

— Да ты гений! — восхищенно заметил Гил. — Я серьезно, Ненси. Не ожидал, что мы так сработаемся. Но сейчас готов признать, что не зря взял тебя на работу.

— Значит, за продуктами больше не пошлешь?

— Еще чего! Испытательный срок никто не отменял. — Гилберт заливисто рассмеялся и ускорил шаг. Час спустя мы сидели на выдраенной до блеска кухне. Передо мной лежал лист бумаги, а Гилберт диктовал:

— Пиши: проверить семью. Особое внимание уделить брату. Узнать, кто мог слать письма с угрозами. Поговорить с Ником Буртом, отвергнутым поклонником. Знаешь, Ненси, мне кажется, это вряд ли дело семейное. На Виниту напали именно в театре. И я бы искал кого-то, кто ей завидовал. Возможно, девушки заметили, что за ней ухаживает сам высокочтимый Конрад. Или кому-то из ухажеров не понравилось, что Вините симпатизирует другой мужчина. Жаль, директора расколоть не удалось. Но всему свое время. И еще мне не нравится, что расследование поручили Ферверту. Мы с ним как-то сталкивались, когда я пытался вывести на чистую воду неверного мужа, а его супругу внезапно убили. Умеет он вставлять палки в колеса!

— И когда мы пойдем беседовать с Буртом? — спросила я.

— Сегодня не выйдет, у меня планы на вечер, уж прости. А завтра идем к Аллени. Да и в понедельник театр закрыт. Значит, во вторник.

— Теряем время. — Я недовольно поморщилась.

— Ненси, расследование не терпит спешки. Думаешь, Ферверт что-то нароет раньше?

— Он же сыщик. С ним будут откровеннее.

— Уверена?

Я пожала плечами. В чем тут можно быть уверенной? Еще пару недель назад я считала, что буду работать в школе, учить детей магии, а сейчас сижу на чужой кухне со своим начальником и пытаюсь понять, кто убил актрису в театре. Да, жизнь никогда не идет по накатанным колеям. И если затишье слишком долгое, значит, где-то поджидает очередной поворот.

— А я скажу тебе другое, — вмешался Гил в мои размышления. — Ферверту побоятся сказать правду. Сыщики въедливые. Одно неверное слово — и ты подозреваемый. А мы можем подслушать, подкупить, уговорить. Для сенсации все средства хороши. Поверь, до вторника ничего не изменится. Кстати, ты напомнила, что мне надо навести кое-какие справки. Поэтому, Ненси, позволь откланяться.

— А прихожая? — взвыла я.

— Все в твоих руках!

Гил послал мне воздушный поцелуй и сбежал так быстро, что я даже не успела высказать свое возмущение. Вот поросенок! И все-таки… Кто же убил Виниту Портлин?

Как и ожидала, ближайшую пару часов провела в крайне интересной компании. Прихожая и я. Познакомилась со всеми ботинками, помогла братьям и сестрам обрести друг друга, а Гил все не появлялся. Покончив с обувью и надежно упрятав ее в шкафчик, рухнула на стул в кухне с чашкой чая. Потерла виски. Наконец-то мое жилище приобрело уютный вид. И можно просто сидеть на кухне, не опасаясь, что откуда-то из завалов грязной посуды выберется жирный черный таракан. Хотя, стоит признать, тараканов у Гила не водилось. Я вымыла чашку и вернулась в спальню. Села к старому зеркалу, взяла гребень и распустила волосы. Время клонилось к вечеру, и я раздумывала, на что потратить остаток выходного дня.

Мне послышалось или кто-то кашлянул? Я тут же подскочила на ноги и оглянулась. Может, Гил вернулся? Но дверь не хлопала. Учитывая, как тут все скрипит, я бы услышала. Неужели почудилось?

Вернулась к зеркалу, снова взялась за гребень.

— Как тебя зовут, дитя?

— А-а-а! — заорала я.

— Что, так и зовут? — поразился невидимка, потому что в комнате по-прежнему никого не было.

— Н-н-ненси, — выдавила я.

— Скажи мне, Н-н-ненси, что ты делаешь в нашем доме?

— Вы кто? — спросила у пустоты, говорившей низким мужским голосом.

— Я? Дух-хранитель этого помещения, девочка. А вот зачем Гил привел тебя, это вопрос. Хотя вопрос ли? Мальчик молод, ты — девица видная…

— Я тут комнату снимаю, — зачем-то начала оправдываться. Вот Гил жук! Не сказал мне, что с нами в доме живет еще нечто… некто… И кто же это?

— А ты не смотри букой-то. — Передо мной возникло сизоватое марево. — Я тут жил, когда тебя еще на свете не было. Комнату, говоришь, снимаешь? Ну-ну. Что порядок навела, спасибо. Я только поэтому и решил с тобой заговорить, Ненси.

— А вас как зовут? — Ощущала себя сумасшедшей.

— Называй меня Драк.

— Очень приятно.

Вот вернется Гил! Я ему все выскажу о сюрпризах «Золотой утки».

— Скажите, Драк, вы и редакцией занимаетесь? — поинтересовалась у духа.

— Конечно, — довольно ответил тот. — И редакцией, и этой квартиркой. Увы, Гилберт слегка безалаберен, особенно когда погружен в новую статью. Я стараюсь его не беспокоить. Но раз мы с тобой познакомились и поладили, может, иногда будем общаться?

— Хорошо. А у вас человеческий облик есть?

Передо мной медленно появилось… появился мужчина средних лет в старинной одежде. Стоит признать, мужчина был симпатичный. Светлые волосы, голубые глаза, приятная улыбка. Он отвесил мне церемонный поклон и сел на край кровати, а я так и стояла с гребешком в руках.

— И давно вы живете в этом доме? — спросила завороженно.

— Лет сто. С тех пор, как хозяин дома Викус Альтерс призвал меня для защиты. Викус умер, а я остался. Вот что бывает, когда маги плохо знают последствия собственных заклинаний.

— Да уж… — Я изучала безмятежное лицо духа. — Значит, Гил знает о вашем существовании?

— Конечно, — подтвердил Драк. — У нас с ним договор о защите. Без разрешения Гила тут даже мышь не прошмыгнет. А ты показалась мне милой девочкой, вот я тебя и впустил. В «Утку» не так-то просто попасть, Ненси. Хотя квартира защищена лучше, чем редакция. И…

Хлопнула дверь. Гил! Наконец-то!

— Спешу откланяться. — Драк подскочил, порывисто поцеловал мне руку — и исчез. Вот так новости! Я замерла, широко открыв глаза. Это что было?

— Гил! — Вылетела в коридор. — Ты почему не сказал, что у нас есть сосед?

Гилберт замер в дверях. Он выглядел бесконечно усталым, но при виде меня его лицо озарила улыбка:

— Какой сосед, Ненси? Ты что-то путаешь.

— Драк!

— Что, этот старый осел снова показал свое рыло? — без должного почтения к духу рыкнул Гилберт. — Говорил же не попадаться на глаза. Гони его поганой метлой, Ненси. Он любит приставать ко всем с нравоучениями. А потом его советы выходят боком. Пытался избавиться от шкодника, но не могу. Вот и терпим друг друга.

Я удивленно моргнула. Так Драк соврал! Они с Гилом не друзья. Более того, дай Гилберту волю, и сосед уже нас покинул бы.

— Но кто он такой? — допытывалась я.

— Прежний владелец «Утки» был известным городским сумасшедшим, — ответил Гил, проходя на кухню. — Я так понимаю, Драк — последствия его эксперимента. Сначала он не показывался тебе на глаза, боялся, а теперь вот осмелел. Делай вид, что не видишь его. Так будет лучше.

Я промолчала, хотя очень хотелось сказать, что о подобном соседстве лучше предупреждать заранее. Но Гил уже сменил тему:

— Я был в театре. Пытался поспрашивать насчет нашей бусинки. Пока что никто не опознал. Правда, потом меня вышвырнули за дверь и просили больше не показываться.

— Но ты же говорил, театр подождет до вторника, — напомнила я.

— Я всего лишь искал, от какого платья отпоролась бусина. Не нашел.

— Ничего страшного, — постаралась как-то утешить Гила. — Разберемся. Хотя, боюсь, искать хозяйку этой бусинки — то же самое, что искать иголку в стоге сена. Это ведь могла быть и случайная девушка. Мы ведь приходили на место преступления. Точно так же могли прийти и другие.

Гил разочарованно кивнул. Видимо, сама идея отложить поиски ему не нравилась. Но не он ли настаивал, чтобы мы подождали до вторника? Странный он все-таки, мой начальник Гилберт Максен.

После появления Драка даже ложиться спать в собственной комнате было неуютно. Я долго вертелась с боку на бок, пытаясь подобрать самое удобное положение. Увы, не получалось. То подушка казалась слишком жесткой, то одеяло норовило сползти на пол. Стоит ли говорить, что проснулась я в скверном расположении духа? А еще предстоял смотр у матушки Сэя Аллени. Ух! Умылась и поплелась на кухню. Опоздаю на работу — получу выговор от начальства. И какая разница, если начальство до сих пор мирно спит? Наскоро позавтракав, оделась и потащилась на второй этаж. К моему удивлению, рабочий процесс уже был в разгаре. Литалия и наш бухгалтер о чем-то шушукались. Эльф со скорбным видом показывал ведьмочке счета, но она продолжала грозным шепотом требовать денег. Видно, опять беседуют о зарплате.

О чудо! К нам вернулся Микаель Вернадин! Вот только, кажется, творческий кризис до сих пор не миновал. Мик уныло глядел на чистый лист бумаги и покусывал кончик пера.

— Доброе утро! — громко сказала я, и все разговоры мигом стихли.

— Доброе, — буркнул Мик, а Лита и Эл ограничились кивками, снова возвращаясь к животрепещущей теме. Я заняла свое место и достала черновики статьи, отвергнутые Гилбертом. Что не так? Где я ошиблась? В прошлый раз правки не вызывали ничего, кроме раздражения. А сейчас вчитывалась — и начинала признавать, что Гил прав. Вот здесь использован неудачный оборот речи, а тут слишком много местоимений. В пятом предложении лучше сменить порядок слов.

— Неужели вы уже работаете? — раздался веселый голос Гила от двери. — Не иначе как завтра выпадет снег.

— Тебе бы все зубоскалить, — пробормотал Мик, не глядя на друга. — Опаздываешь.

— Я не могу опаздывать в свою же редакцию. — Гил развел руками. — Ненси, у меня хорошие новости. Мама Сэя Аллени примет нас сегодня в десять. Так что бросай свои заметки и бегом переодеваться. Ты должна выглядеть богато. Уверен, эта мамаша падка на деньги.

— Как я могу выглядеть богато, если у меня нет дорогих платьев? — растерянно спросила я.

— Платье готово и ждет тебя внизу, — подмигнул Гил.

Когда он успел? Я ведь покинула нашу квартиру как полчаса назад. А Гил уже узнал, во сколько будет встреча, и где-то достал платье. На все руки мастер!

— Живо!

Пришлось прятать записи в стол и спешить в нашу квартирку, которая теперь хотя бы выглядела жилой. Я переступила порог, опасаясь, что Гил неведомым образом успел снова превратить наше жилище в свинарник — но нет. На кухне было чисто. И обувь в прихожей стояла ровно. Чудеса! Вошла в свою комнату — и тут же увидела на кровати платье. Хоть замок врезай! Впрочем, уверена, Гил просочится и сквозь него.

Платье действительно выглядело дорогим: лиф из тончайшего белого кружева, едва скрывающий белье, а юбка — наоборот, тяжелая, темно-вишневая. Такие же вишневые туфельки стояли у стула. Красотища. Я даже перестала злиться на Гила, что он без разрешения входил в мою комнату, и сняла одежду, оставшись только в белье.

— А у тебя аппетитная фигурка, Ненси, — раздалось из-за спины.

Я завизжала и швырнула юбкой в появившегося Драка. Призрак тут же растаял, и его голос обиженно зазвучал из пустоты:

— Зачем одеждой кидаться, лиа Ритани?

— Зачем вы подглядываете? — выпалила в том направлении, откуда слышался голос. — Выйдите немедленно!

— Чтобы выйти, надо иметь ноги, а призраки бестелесны.

— Развею, — пообещала я.

— Гил уже пробовал. Не вышло.

Времени не было. Я недовольно зарычала и принялась быстро натягивать платье. Увы, призрак и не думал никуда уходить. Он вновь принял человеческий облик, умостился на стуле и что-то напевал под нос. Начинаю понимать, почему Гил так о нем отзывался. Это просто невыносимо!

Схватила расческу. Прическа не удавалась.

— Помочь? — поинтересовался Драк.

— У вас же рук нет, — напомнила я.

— Зато есть магия, девочка.

Я ощутила, как по спине пробежал холодок, а затем локоны вдруг сами собрались в высокую прическу, украшенную невесть где найденными шпильками. Видно, тоже оставил Гил.

— Губки подкрась, да поярче, — посоветовал призрак. — Не бойся, начальство одобрит.

Очень захотелось рассказать ему, что думаю о начальстве и об одном весьма надоедливом призраке, но вместо этого обулась, надела шляпку с вуалеткой и пошла к двери.

— Ты покоришь их всех, малышка! — донеслось в спину.

Я плотно закрыла за собой дверь. Можно подумать, что для Драка это помеха. Но лучше такая, чем никакой. А Гил уже спускался по лестнице.

— Ух ты! — присвистнул он, увидев меня в новом наряде. — Я начинаю опасаться за Сэя Аллени, Ненси. Ты убийственно красива.

— Спасибо, — почему-то смутилась. — Идем?

— Не идем! Едем! — загадочно ответил Гил.

Мы вышли на улицу — и я увидела белый магобиль. О боги! Всегда мечтала прокатиться на таком. Но с моим уровнем доходов можно было только глазеть.

— Откуда? — едва дыша, спросила у Гила.

— Мик одолжил. — Тот демонстративно пожал плечами и сел за руль, а я так и осталась стоять с разинутым ртом. Откуда у Мика магобиль? Он что, тайный аристократ?

— Ненси, закрой рот, а то ворона залетит! — крикнул Гил в приоткрытое окно. — Ну же, пошевеливайся!

Я нырнула в мягкий салон, вдохнула запах кожи и блаженно закрыла глаза.

— Что, нравится? — спросил Гил. — Пришлось написать Микаелю расписку, что вернем в целости и сохранности. А теперь поехали покорять маму великого поэта.

Магобиль мерно заурчал и мягко покатился вперед. Да, этот день стоил моих страданий! Кому расскажи, что ездила на таком магобиле, — не поверят. Я и сама не верила, хоть за окном мелькали знакомые улочки. А жизнь-то налаживается!

Как произвести впечатление на маму твоего кумира? Ладно, не кумира, а третьесортного поэта, который вдруг стал любимцем публики. Ладно, не третьесортного, а вполне одаренного, но с публикой по-прежнему — вопрос. Вот об этом я и думала, когда улеглись первые восторги от путешествия на магобиле. Казаться милой? Хлопать ресницами и внимать каждому слову? Предложить деньги, которых у меня нет?

— Гил, как ты думаешь, какая девушка понравилась бы твоей маме?

Гил закашлялся и так крутанул руль, что я чуть не врезалась носом в стекло.

— Эй, аккуратнее! — зашипела на Гилберта.

— Извини, — он потер переносицу. — Моим родителям понравилась бы благовоспитанная девушка из хорошей семьи, скромная и тихая. Но не надо равнять их с мамой Сэя Аллени.

— У тебя такая строгая семья? — поинтересовалась, глядя в окно.

— Моих родителей давно нет на свете, Ненси. Но если бы они были живы, то искали бы для меня такую невесту.

— Прости. — Я обернулась к Гилу, чувствуя себя бесконечно виноватой, но он выглядел спокойным. Даже в лице не изменился. Что я о нем знаю? По сути, ничего.

— Все в порядке. — Гил заметил мой взгляд. — Они умерли так давно, что я почти забыл их лица. Хотелось бы помнить, конечно, но память — такая штука… Она не спрашивает, что стереть, а что оставить неприкосновенным, а портретов не осталось. Вот и получается… Да что это я! Мы ведь не о том говорили. Насчет мамаши Сэя Аллени — советую сыграть глупышку с большим приданым. Подобному сорту людей только такие простушки и подходят.

— Ты пойдешь со мной? — Я тоже рада была сменить тему.

— Я-то? Вряд ли меня пустят, Ненси. Но я буду ждать тебя с хорошими новостями.

Стало страшно. Надеялась, что Гил все-таки будет меня сопровождать — в любом качестве. Но пора доказать, что и сама на что-то способна. Поэтому, когда магобиль остановился, отбросила прочь тяжелые мысли, поправила платье и, когда Гил открыл передо мной дверцу автомобиля, аккуратно ступила на мостовую.

— Гилберт, подайте-ка мне шляпку, — произнесла томно, заметив, как шевельнулась занавеска на окне. — Да расторопнее!

Аккуратно поправила головной убор, в котором был спрятан фотоаппарат, и медленно поплыла к двери. Даже в дневное время дом Сэя Аллени по-прежнему казался прекрасным. Предложи мне жить в таком, я бы с радостью согласилась. Но, увы, мне оставались комнатушка с призраком и странный сосед, который смотрел в спину, пока не замерла перед дверью. Впрочем, открыли мне без минуты промедления. На пороге стояла девушка моих лет. Она поспешно поклонилась и спросила мое имя.

— Вам должны были доложить. — Я расправила плечи. — Меня зовут Агнесса Мирани.

Фамилию Мирани придумал Гил — решил, что опасно появляться у Аллени под своей собственной. А я и не противилась. Пусть поступает, как знает.

— Конечно, лиа Мирани, прошу за мной, — пробормотала девушка и повела меня по длинному коридору. Затем мы поднялись по широкой мраморной лестнице и очутились у высокой белой двери. Девушка постучала, открыла передо мной дверь и с поклоном отступила.

Я переступила порог и остановилась. Меня привели в рабочий кабинет, большой и светлый. За белым столом сидела довольно молодая женщина, в которой с трудом можно было признать мать взрослого сына.

— Добрый день. — Я присела в неглубоком реверансе. — Позвольте представиться, лиа Агнесса Мирани. Мне назначено.

— Добро пожаловать в наш дом, лиа Мирани, — сладко улыбнулась женщина, а я изучала точеное лицо в вихре белых волос, хищные брови, узковатые глаза, тонкие губы. Да, такая в глотку вцепится — и не отпустит. — Я — Анетта Аллени.

— Безумно рада знакомству.

Конечно, рада я не была, но… Играть так играть. Пару раз скомандовала «пли». Покажу Гилу, как выглядит наша мамаша.

— Присаживайтесь, дорогая, в ногах правды нет, — степенно произнесла Анетта.

Я опустилась в белоснежное кресло и чинно сложила руки на коленях.

— Что привело вас ко мне? — продолжала Анетта мягкий допрос.

— Вы знаете, отвечу вам, как женщина — женщине, — я затрепетала ресницами. — На днях я была в гостях у вашего соседа и совершенно случайно услышала, как ваш сын читает стихи. С того дня не могу ни есть, ни спать, только и думаю, как бы попасть на вечер и слушать его вечно. Мне посоветовали обратиться к вам.

— Вам дали добрый совет, — согласилась Анетта. — Агнесса, милая, позволите называть вас по имени? Так вот, искусство, конечно, бесценно, но мы — люди скромные. Поэтому билет стоит недешево.

— Я знаю и готова заплатить.

Деньги на всякий случай оставила в магобиле под присмотром Гила.

— Пятьдесят золотых, милочка.

— Да хоть сто! — ответила с жаром. — Все, что угодно, лишь бы увидеть Сэя лично.

— Хорошо, тогда всего один вопрос…

И вдруг комната поплыла перед глазами. Что происходит? Я старалась вырваться из плотного марева — и не могла. Будто увязла в скользкой, липкой паутине. Руки и ноги отказывались повиноваться, а затем наступили тишина и покой.

— Вот твой билет, милочка, — слышала сквозь сон и ощутила в ладони конверт. — Деньги приноси на встречу. Она состоится здесь же послезавтра в восемь вечера. Не опаздывай!

— Ненси. — Кто-то легонько бил меня по щекам. — Ну же, девочка, открывай глазки. Ненси, просыпайся, чтоб тебя, или уволю!

Уволят? Глаза тут же раскрылись, и я уставилась на Гила. Начальник выглядел то ли недовольным, то ли испуганным. Но, кажется, искренне обрадовался, что я очнулась. Осмотрелась по сторонам — мы были дома. Я лежала на кровати в своей комнате, а Гил сидел рядом и испепелял меня взглядом.

— Что произошло? — спросила тихо.

— Да ничего, по сути. — Гил нервно пожал плечами. — Я уже думал, они наложили на тебя какое-нибудь заклятие. Точнее, они наложили, но слабенькое.

— Какое?

— Не разобрал, но снять получилось. Что произошло у Аллени?

Попыталась вспомнить, что было в кабинете, и не смогла. В память врезались только слова Анетты: «Деньги приноси на встречу. Она состоится здесь же послезавтра в восемь вечера».

— Мне дали билет, — показала Гилу конверт с золотистой карточкой. На ней было выведено: «Пригласительный билет для лиа Агнессы Мирани на вечер поэзии величайшего из поэтов современности Сэя Аллени». Дата, время. Ничего больше.

— Отлично сработано, Ненси! — восхитился Гил.

— Как я очутилась дома? — В голове по-прежнему царил сумбур.

— Сама пришла и села в магобиль, но на вопросы не отвечала, а когда я попытался снять заклятие, и вовсе потеряла сознание. Думаю, это была разновидность гипноза или ментальная магия. На встречу выдам тебе служебный амулет. Жаль, не предусмотрел его раньше.

Не предусмотрел? Или решил сам посмотреть, что будет? Что-то сомневалась я в искренности Гила, но возмущаться не стала.

— Значит, я иду на вечер к Аллени? — спросила у него.

— Да, и будешь там блистать. — Гил с улыбкой пожал мою ладошку. — Мы будем рядом, Ненси. Твоя задача — выяснить, почему девушки, теряя голову, отдают целое состояние за билет.

— Кстати, он стоит пятьдесят золотых, и без них меня на вечер не пустят, — добавила я.

— Плохо, — протянул Гил. — Ладно, пойдем к нашему бухгалтеру. Может, он смилостивится.

Я поднялась с кровати. К удивлению, даже голова не кружилась. И платье не примялось, поэтому расправила складки на юбке и пошла следом за Гилбертом. Ступеньки привычно скрипели под ногами, а перила грозили ухнуть вниз вместе со мной, но я начинала привыкать к «Утке» и ее особому колориту. И даже к своим коллегам, которые мирно обедали, не дожидаясь нас.

— А, Ненси, Гил! — Лита махнула рукой и проглотила маленький пельмешек. — Что-то вы долго. Как прошло?

— Приглашение у нас. — Гил потряс конвертом. — Но билет стоит дорого.

— Сколько? — Эллиниар отложил вилку и уставился на нас, как на вестников конца света.

— Пятьдесят золотых, — бодро доложил Гил, будто сообщал, что за окном солнечно.

— Пятьдесят? — Эльф приподнялся со стула и тут же схватился за сердце. — О светлые боги и вечнозеленый лес! Довели, демоны! Погибаю!

Никто даже не пошевелился. Лита продолжала есть пельмешки, Мик и вовсе, казалось, мысленно был не с нами, а со своим магобилем, который Гил все-таки вернул в целости и сохранности. Странная компания!

— Эл, у нас нет выбора, — сказала эльфу.

— Выбор, милочка, есть всегда. — Он прекратил хвататься за грудь и расправил плечи. — Если, конечно, ты не мертв — тогда уже выбор делают за тебя.

— Какой? — ляпнула, не подумав.

— Места захоронения, — дружелюбно поделился Эл, подвигая ближе тарелку. — Даю двадцать пять. Еще столько же берите где хотите, хоть продайте магобиль Мика.

— Не надо, я сам дам, — рыкнул Мик. — А ты бессердечен, мой эльфийский друг. Наверное, вся твоя сердечность ушла в уши.

Один — один, потому что острые ушки эльфа вспыхнули, как два маяка на берегу. А я вдруг поняла, как проголодалась, и отправилась к кастрюле — вылавливать пельмешки, пытаясь при этом не испачкать платье. Наверное, это смотрелось глупо. Симпатичная девушка в шикарном платье с искусной прической пытается поймать в кастрюле пельмень и аккуратно отправить его на тарелку. Верх мастерства!

— Значит, план таков. — Гил плюхнулся на стул и обвел нас всех пристальным взглядом. — Ненси, театр завтра отменяется, я иду один. Ты работаешь здесь, в редакции, и готовишься к встрече с Аллени. Я заказал для тебя томик его стихов, почитай. Лита, Эл, вы отправитесь в театр и разыграете охотников за привидениями. И не спорьте! Расспрашивайте всех, предлагайте любые деньги, поставьте театр на уши, но найдите для меня новые сведения. Мик, ты подготовил статьи?

— Конечно, — величественно кивнул Микаель.

— Тогда я передам тебе материалы по театру, напиши вступительную заметку, но ты сам знаешь, насколько откровенной она должна быть. И мне снова понадобится твой магобиль. А, и помоги Ненси определиться с нарядом!

Я что, сама не смогу выбрать платье? И потом, кто-то же подбирал для меня этот наряд. Может ли быть…

Покосилась на Мика. Он — знаток женской моды? Или просто сердцеед? Столько вопросов! А я вынуждена сидеть в редакции и работать над номером, который должен был вот-вот выйти в свет.

— Хорошо, я отведу Ненси к своим портным, — ответил Микаель. — Пусть на этот раз выбирает сама.

— Вот и отлично! — Гил потер руки. — А раз так, что сидим? Время обеденного перерыва закончилось. За работу, дамы и господа!

И радостно пошел в общий зал, весело посвистывая. Коллеги переглянулись.

— Сумасшедший, — вздохнул Эл.

— Безумец, — добавила Лита.

— Максен — гений, — вмешался Мик. — А у вас есть работа. Так что хватит жевать. Ненси, а ты переоденься, иначе Лита с ума сойдет от зависти.

И Микаель направился за другом, а я в полном смятении чувств пошла на первый этаж — сменить платье и решить, как вести себя на вечере у Сэя Аллени. Потому что я чувствовала — это мое финальное испытание, которое нужно пройти, чтобы раз и навсегда стать своей в «Золотой утке».

Ранним утром Гилберт передал мне аккуратную карточку с адресом, выполненным золоченым тиснением. По-видимому, ателье. Спросить я не успела, потому что Гилберт тут же куда-то умчался, зато высунул нос вездесущий призрак.

— Куда собираешься, малышка? — выплыл он в комнату и спланировал на стул.

— В ателье, выбирать платье для задания, — ответила я, прихорашиваясь у зеркала.

— Тогда останови выбор на алом, оно сделает твое лицо более выразительным. Или, еще лучше, терракотовом.

— Выбирать будет Мик, а я — только присутствовать, — ответила слегка обиженно.

— Ну, если Мик, тогда я за тебя спокоен.

— Почему это?

— Да потому, — возвестил Драк, потирая кончик призрачного носа, — что Микаель — аристократ до мозга костей. Он не допустит, чтобы ты выглядела дешево или вульгарно. У него отменный вкус, стоит признать.

— Аристократ? — Я удивленно моргнула. Хотя, после магобиля нетрудно было догадаться.

— Да. Но хватит вопросов! Это уже не мои тайны. Иди, драгоценная, и затми завтра всех.

Стало не по себе. Еще раз покосилась на визитку. Впрочем, это ведь нужно для работы. Значит, все, что от меня требуется, — собраться и идти. Стоял погожий летний денек. Солнечные лучи приятно ласкали кожу, а синева неба радовала глаз. Я шла по узким улочкам, едва глядя под ноги, и почти уже забыла, что меня ждало впереди. Хотелось петь и танцевать. А нужно было отыскать улицу Трех Мостов. Гил сказал, что она находится в старой части города. Наверное, ателье очень дорогое, потому что в старом городе жили только богатейшие люди столицы. Остановила мальчишку, торгующего газетами, и оказалось, что до нужной улицы всего два поворота.

Свернула за угол, сделала шагов десять, свернула еще раз — и очутилась на широкой длинной улице. Вдоль нее несла свои воды мутная река. Я шла по берегу, вглядываясь в дома. Ни намека на ателье. Ладно ателье — но здесь не было привычных кондитерских, магазинчиков, лавок. Только огромные особняки, будто вытесанные из белого камня. Красивые и старые, как мир.

Где же дом семнадцать? Пригляделась — и увидела позолоченную табличку на заборе рядом с молоточком. Сюда! Очередной дом, а не ателье. Трехэтажный, с вытянутыми высокими окнами и причудливыми балкончиками. Взялась за молоточек и постучала. Звук был очень тихим, но я знала, что к табличке на входе обычно прикрепляют магический сигнал. И действительно, вскоре входная дверь распахнулась, и старый слуга степенно подошел к калитке.

— Добрый день, юная лиа. Вам назначено? — спросил он.

— Да. — Я протянула карточку с адресом.

— Тогда идите за мной.

Калитка бесшумно отворилась, впуская меня за забор. Вблизи участок вокруг дома казался еще более завораживающим. Высокие деревья-исполины шумели на ветру, покачивая ветвями. Каблучки выстукивали по белому камню дорожки. Цвели последние летние цветы, разнося по округе волшебный аромат. Слуга открыл дверь, впуская меня в дом. Здесь уже ожидала женщина в сером платье и накрахмаленном белом переднике.

— Идите за мной, лиа, — присела она в реверансе и повела по коридору. На стенах висели картины в тяжелых рамах. Горели магические свечи, рассеивая полумрак там, куда не добирался солнечный свет. Мы поднялись по широкой лестнице и очутились в большой светлой гостиной.

— Ожидайте здесь, — улыбнулась моя провожатая. — Чаю?

— Нет, спасибо.

Служанка удалилась, и я осталась в одиночестве. Страшно было даже присесть на диван или в кресло, поэтому разглядывала натюрморты на стенах. Мне нравились сочные краски, яркие цвета. Интересно, чьей кисти они принадлежат?

— Опаздываешь, — раздалось от двери, и я обернулась.

Микаеля было не узнать. Лучший журналист «Золотой утки» в стенах родного дома — а в том, что это его дом, сомневаться не приходилось — ни капли не напоминал самого себя. Сейчас он походил на большого вальяжного кота, который заманил в ловушку маленькую мышь. В черных брюках, небрежно застегнутой рубашке и с идеально зачесанными волосами, а главное, с холодным выражением на лице, Мик напоминал одного из людей, изображенных на картинах в коридорах дома.

— Долго искала улицу, — вспомнила, что неплохо бы и ответить.

— Хорошо, что вообще нашла, Ритани. Идем, тебя уже ждут.

И меня увлекли вдоль коридора в отдаленную комнату. Там действительно ждали две девушки и женщина постарше. При появлении Микаеля все трое присели в реверансе.

— Это лиа Агнесса Ритани, — с легкой прохладцей сказал Мик. — Сшейте для нее такое платье, будто ей предстоит встреча с самим королем.

— Будет сделано, господин, — ответила женщина, а девушки снова присели в реверансе.

Следующий час превратился в изощренную пытку. Мик оставил меня с портнихами. Я на мгновение вздохнула с облегчением, потому что этот новый Микаель мне не нравился, а затем поняла, что дела плохи. Меня вертели, крутили, обмеривали сзади и спереди, словно я кукла, а не живой человек. Подносили разные образцы тканей. Сетовали, что бедра узковаты, а вот грудь хороша. Я готова была согласиться на что угодно, лишь бы меня оставили в покое! А затем меня выставили за дверь, сообщив, что платье будет готово через час. Час! Неужели магия?

Тотчас появилась служанка и провела меня в столовую. Микаель уже был там. Он листал свежий номер столичной газеты и пил чай.

— Как продвигаются дела с платьем? — вскользь спросил он.

— Откуда мне знать? Спрашивай у портних. — Я даже всерьез задумалась, а не обращаться ли к нему на вы.

— Зачем спрашивать? И так скоро узнаем.

На этом наш разговор завершился. Мне подали запеканку и чай, но я едва заставила себя проглотить кусочек. Все вокруг казалось чуждым. Впервые задумалась о том, что моя жизнь устраивает меня куда больше, чем подобная золотая клетка. И я искренне надеялась, что больше домой к Мику приходить не придется.

Но время завтрака истекло. Стоило Микаелю подняться из-за стола, как появилась одна из помощниц портнихи и попросила нас идти за нею. Снова анфилада комнат, в которых я устала путаться, и — знакомая комната. Вот только платье мне не показали. Вместо этого завели за ширму, заставили раздеться и надели его на меня. Меня удивил малиновый цвет — не слишком ли он яркий? Вышла из-за ширмы, взглянула в зеркало — и ахнула, потому что сама себя не узнала. Талия казалась такой тонкой, что можно переломить. Три пышные юбки разных оттенков скрывали узкие бедра. Грудь украшало тонкое кружево. Лиф был расшит мелкими бусинами, а подол — золотом. И правда, можно к королю!

— Подойдет. Благодарю за труд. — Микаель кинул в руки портнихи увесистый мешочек, в котором звякнули монеты.

— Всегда рады служить вашей светлости, — ответила портниха, меня снова увели за ширму, помогли переодеться, и дамы удалились.

Вашей светлости? Это какой у Микаеля должен быть титул? Чтоб мне провалиться! Интересно, в «Утке» кто-нибудь знает? Кроме Гила?

— Что замерла? — поинтересовался Мик. — Язык проглотила от восторга?

Вот теперь я его узнавала! Язвит, смотрит букой. Это точно наш Мик, а не какой-нибудь… герцог.

— Спасибо, красивое платье, — пробормотала я.

— Думаю, Сэю Аллени этого хватит с головой. Прической займешься сама. Не могу же я прислать кого-то в «Утку».

— Как скажешь. — Я предпочитала смотреть на носки туфель, а не на собеседника.

— Поехали, отвезу тебя на работу, мне еще статью писать. Подожди здесь пару минут, я переоденусь.

Я так и осталась стоять, пока Мик исчез за дверью. Мне всегда казалось, что в подобных домах должна быть своя непередаваемая атмосфера. Она и была, но какая-то жутковатая. Хотелось стать маленькой и незаметной. Нет, такая жизнь точно не для меня!

— Идем, — приоткрылась дверь. Мик снова превратился в корреспондента газеты «Золотая утка», но проще мне не стало. Мы вышли через заднюю дверь, у которой уже ждал магобиль — гораздо скромнее, чем тот, на котором Гил возил меня к Аллени. Я забралась на заднее сиденье и притихла.

— Ненси, у меня такое чувство, что ты меня боишься, — обернулся Мик, занимая место водителя.

— Я не боюсь, — качнула головой. — Просто не понимаю! Зачем тебе «Утка», если у тебя и так все есть?

— «Все» — это такое сложное понятие, Ненси, — усмехнулся Мик, направляя магобиль к воротам. — Или для тебя «все» — это особняк и титул?

— Нет.

— Вот и для меня — нет. В «Утке» я могу быть самим собой, вот и разгадка к твоей задачке. Если бы мои знакомые знали, кто пишет о них статейки, они бы сильно удивились. Думаю, не стоит тебя предупреждать, что никто не должен знать, где ты сегодня была?

— Не стоит.

Можно подумать, я дурочка какая-то! И не понимаю, когда нужно держать язык за зубами.

— Мик… аель.

— Что? — чуть обернулся собеседник.

— «Утка». Ты ведь ее настоящий владелец, да?

— В какой-то степени, — Мик кивнул. — В равных долях с Гилом. Это его условие, не мое. Я хотел, чтобы все бумаги были составлены только на него. Но он упрям, знаешь ли. Пополам значит пополам.

— Все равно не понимаю…

— Тебе и необязательно, — рассмеялся Микаель. — Я сам иногда не понимаю, Ненси, но так легче жить. Мы приехали.

Магобиль остановился, и я выбралась из уютного салона. Толкнула дверь — и очутилась в мире, который давно стал привычным и уютным. В мире «Золотой утки». Мик не пошел за мной — он куда-то поехал. Наверное, чтобы оставить магобиль на соседних улицах. Странно… Что может связывать Гила и Мика? Один живет в особняке, другой — в захламленной квартирке под лестницей. Ладно, моими усилиями — не такой уж и захламленной. Но все же!

— А, вернулась, — Гил как раз спускался по лестнице. — Планы меняются. Аллени перенесли вечер на сегодня — время в твоем пригласительном изменилось.

— Интересно, почему? — Сердце бешено забилось.

— Может, не терпится получить деньги? Ты — крупная рыбка. И таких рыбок может быть немало. В любом случае сегодня вечером ты должна блистать. Поэтому — вот стихи Аллени, изучай. Прическу сделает Драк. Что он, зря портит мне жизнь? Платье тоже привезут, сейчас попрошу Мика. И вытрясу с Эла деньги. Марш готовиться!

И меня втолкнули в нашу квартирку с томиком стихов наперевес. Я решила не спорить и углубилась в чтение. Что ж, стоит признать, талант у Сэя Аллени был. Мне нравились его строки. Даже подумывала оставить томик себе, читать серыми осенними вечерами, потому что стихи были меланхоличными и похожими на пасмурное осеннее небо. Вот хотя бы это:

Что пообещала возлюбленная поэту, я узнать не успела, потому что за плечом послышались картинные всхлипы:

— Какой слог! Боги, какая же бездарность!

— Напиши лучше, — обернулась к Драку.

— И писал. В юности, — призрак с готовностью разместился напротив. — Тоже любил читать стишки девушкам. Они таяли от любви и с готовностью падали в мои объятия. Хочешь прочту?

— Надеешься, что тоже упаду в твои объятия? — поинтересовалась я.

— Увы, милая Ненси, это невозможно. Потому что могу упустить. Но все-таки…

И Драк принялся декламировать — четко, со вкусом и с полным отсутствием таланта, потому что стихи выходили жуткие. Я едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться. Но обижать призрака не хотелось, поэтому стоически терпела и кивала, пока не вернулся Гил в сопровождении Мика.

— Друг мой, что случилось с твоей квартирой? — послышалось из коридора. — Ее не узнать!

— Ненси с ней случилась, — отвечал Гил. — Вышвырнула все мои наброски!

— Жестоко, но я давно говорил тебе навести порядок.

В дверь постучали, вот только дожидаться ответа парни не стали и ворвались в мою комнату.

— А, Драк, и ты тут. — Мик махнул рукой. — Нужна твоя помощь. Эта юная лиа вечером идет на встречу с судьбой. Займешься ее волосами?

— Я вам что, цирюльник? — Драк нахмурился и принял разобиженный вид.

— Нет, просто вреднючий… призрак, — ответил Микаель. — Ну, так как? Поможешь? Или Гилу принять мое предложение об изгнании сущностей из его жилища?

— И кто из нас — вреднючий? — рыкнул Драк. — Ладно, так и быть, помогу, но только из уважения к Ненси. Платье где?

— Едет.

— Вот когда приедет, тогда и поговорим. А пока что вспомните о приличиях, молодые люди, и покиньте комнату незамужней девушки, пока кого-то из вас не заставил жениться.

И Мика, и Гила как ветром сдуло, а я, едва сдерживая смех, кинулась к Драку:

— Ловко ты их!

— Еще бы! Угрожать вздумали! — Призрак надулся как индюк. — Ничего, драгоценная, сегодня вечером ты будешь сиять. А с этими двумя остолопами я еще поквитаюсь.

И Драк чинно уселся в кресло, заставляя меня думать, что какой-то он странный для призрака. Но вместо того чтобы задавать вопросы, я решила выпить чаю, раз уж обед не предвидится. Что ж, вот и пришел час показать, чего я стою. И Сэю Аллени, и двум парням, которые расселись на кухне и не желали уступать место. Я всем еще покажу!

Я глядела в зеркало — и не могла поверить, что вижу свое отражение. Нет, эта девушка казалась незнакомой, слишком изысканной для скромной Ненси Ритани. Драк постарался — призрак превратил меня в настоящую красавицу, и теперь я боялась переступить порог и выйти навстречу Гилу и Мику. На шее яркими капельками переливалось рубиновое ожерелье, доставленное вместе с платьем. Приконулась к нему — не верилось, что камни настоящие. Удивительно!

— Ненси, опоздаем! — обрушились на дверь удары Гила.

— Иду.

Я шагнула за порог, и Гилберт замер с разинутым ртом.

— Ненси? — переспросил он.

— Ты ожидал увидеть кого-то другого? — Я счастливо рассмеялась и покрутилась, чтобы Гил оценил красоту платья.

— Ничего себе.

— Вы еще долго? — Мик заглянул во входную дверь. — Ненси, шевели каблуками! Иначе магобиль уедет без тебя.

Только сейчас заметила, что на Гилберте форма водителя. Хороший вариант, чтобы не было лишних вопросов. Он подал мне руку и помог дойти до магобиля. Я чувствовала себя то ли принцессой, то ли героиней старой сказки, которой предстояло отправиться на бал. Жаль, что вместо бала меня ждал визит к Сэю Аллени.

Магобиль покатился по улицам, а у меня сердце замирало от страха. Главное — не забыть сделать фото и поймать Аллени «на горячем». Я повторяла себе это снова и снова, пока мы не достигли знакомого особняка. Гил вышел первым и помог выбраться из магобиля, потому что в таком объемном платье это оказалось сложно.

— Деньги, — протянул Гилберт тугой мешочек. — Учти, Ненси, отвечаешь за них головой. Амулет вделан в ожерелье, поэтому не позволяй никому до него дотрагиваться. Удачи!

Я глубоко вдохнула воздух, выдохнула — и пошла к двери. Позвонила в колокольчик, и мгновение спустя на пороге появился высокий мужчина в ливрее.

— Ваш пригласительный, — потребовал он.

Я протянула конверт дрожащей рукой. Он изучил карточку и вернул ее мне.

— Пройдемте, лиа, — сказал уверенно. — Вас ждут.

Мы миновали длинный коридор, вдоль которого горели светильники в красивых резных абажурах. Так удивительно! Я шла, затаив дыхание. И казалось, что ступаю по битому стеклу. Никогда в жизни не волновалась так сильно.

«Работа, так нужно для работы», — повторяла себе, но ноги все равно подкашивались, а голова предательски кружилась. Наконец передо мной очутилась дверь. Слуга услужливо распахнул ее, и я вошла в огромный зал. Вдоль стен выстроились мягкие кресла, а в центре расположилась небольшая трибуна — видимо, именно отсюда нам предстоит слушать блистательного Сэя Аллени.

— Просим передать нам оплату, — поклонился слуга, и увесистый мешочек перекочевал в его руки.

Я заняла одно из свободных кресел, чтобы находиться поближе к «предмету своей симпатии». Осторожно покосилась на товарок то ли по счастью, то ли по несчастью. Большинство кресел было уже занято. Вот только девицы не щебетали друг с другом, а как завороженные смотрели на импровизированную сцену. «Пли», — скомандовала я фотоаппарату, запечатлевая пустую трибуну и неподвижных девушек.

— Нет уж, сначала представление, деньги потом, — послышался мелодичный голос, в котором тем не менее проскальзывали знакомые нотки. Чуть обернулась — и замерла с раскрытым ртом. Вошедшую барышню я узнала. Точнее, совсем не барышню, хоть, не стану лукавить, заподозрить в высокой пышногрудой блондинке нашего главного бухгалтера мог бы только ясновидящий. Или человек, который хорошо знал эльфа. Эл вцепился в расшитый кошелек и сопротивлялся до последнего. В конце концов слуга махнул рукой и куда-то ушел, а Эл в невообразимом розовом платье, расшитом золотом, степенно прошел к креслам и сел рядом со мной.

— Грабеж среди бела дня. Не правда ли, лиа? — обратился ко мне.

— Это еще малая цена за возможность лично увидеть и услышать самого Сэя Аллени.

Я картинно закатила глаза, а Эл глупо хихикнул, прикрыв лицо веером.

Можно было, конечно, обидеться на друзей. Раз прислали эльфа — значит, не доверяют. Но, с другой стороны, сразу стало спокойнее, потому что теперь я ощущала поддержку коллег. Кажется, Эл появился вовремя, потому что светильники вдруг разом погасли. А когда тусклый свет озарил зал, на миниатюрной сцене замер самый красивый мужчина из всех, кого я когда-либо видела.

— Ах! — вырвалось из двух десятков женских сердец, а Сэй Аллени обвел нас чуть затуманенным взглядом небесно-голубых глаз, поправил золотистый локон, упавший на лоб, и заговорил:

— Приветствую вас, прекраснейшие цветы нашей столицы.

У меня бешено забилось сердце. Я растерянно хлопала глазами, стараясь прийти в себя, но комната вокруг стала иллюзорной, а вот мужчина передо мной был вполне реальным и манящим, словно магнит. Я смотрела на него и едва могла перевести дух. А когда полились первые строки стихотворения, поняла, что влюбилась, пропала. Приказывала фотоаппарату действовать, только чтобы запечатлеть такую неземную красоту. Он не человек. Он — бог!

Кто-то ущипнул меня за локоть. Я с негодованием воззрилась на Эла, а тот сделал большие глаза, напоминая, что я на работе. Конечно, он же мужчина, ему не понять. Я отодвинулась от глупого эльфа и внимала божественным строкам:

Любовью! Я покачивалась в такт словам, и казалось, что комната кружится вместе со мной. Так волшебно, так чутко. Разве может человек писать такие стихи? Что там пятьдесят золотых? Я бы жизнь отдала, чтобы каждый день слышать этот голос.

Внезапно мне в ладонь вложили что-то круглое. Шарик быстро раскалился так, что я едва не выпустила его из рук. Зато морок, стоявший перед глазами, исчез. Да, Сэй Аллени по-прежнему был красив, но теперь я замечала и капризный изгиб губ, и взгляд, сочащийся высокомерием. И не понимала, что в нем может нравиться.

— Обольщение, — шевельнулись губы Эла.

Я направила фотоаппарат сначала на зачарованных девушек, потом на самого Аллени. И вдруг Эл поднялся с кресла.

— Вздор! — произнес он.

— Что? — замер Аллени.

— Говорю, редкостный вздор вы несете, уважаемый, — ответил неугомонный эльф. — Стишки школьного уровня. Обираете честных людей.

— Что? — дамы вторили своему кумиру, и я поняла, что сейчас нас будут бить. Как и поняла другое — процесс избиения надо заснять на фотоаппарат. Провокация! Вот как это называется.

Девушки ринулись на эльфа дружной толпой. Я ожидала, что в юбках Эл окажется неповоротливым. Так и было, пока одна разошедшаяся дамочка не ухватилась за самое ценное для мужчины — кошелек. Эльф взвыл раненой лошадью и ринулся в бой. Я фотографировала направо и налево. Дамы продолжали колотить воздух. А где же Эл? Обернулась — и увидела, как он надевает на шею Аллени переливающийся кулон.

— Взгляните, дамы, это ли ваш кумир? — громко вопросил эльф, напоминая народного героя на трибуне.

Девушки обернулись — и удивленно захлопали ресницами.

— Эй! Да нас одурачили! — взвизгнула одна, пока Аллени безуспешно пытался сорвать с шеи медальон.

— Верни деньги, проходимец! — вторила ей другая.

— Он покушался на нашу честь, — невесть с чего решила третья и ринулась на того, кого еще минуту назад слепо обожала. И снова мой фотоаппарат трудился без устали, а затем мы с Элом медленно прокрались к двери. Уже выходя из особняка, услышали голос мамы Сэя Аллени:

— Охрана!

— Бежим, — скомандовал Эл и потащил меня к выходу. Я пару раз наступила на подол платья и чуть не упала, но эльф даже не сбавил скорость, пока мы не запрыгнули на заднее сиденье магобиля.

— Гони! — крикнул Эл Гилберту, и магобиль полетел прочь от озаренного огнями особняка Сэя Аллени.

Я никогда в жизни не испытывала такого азарта! Сердце бешено стучало, мысли плясали, как лошади в цирке. Магобиль набрал немыслимую скорость. Захватывало дух от атмосферы погони. Конечно, я понимала, что никто за нами гнаться не будет — сначала надо успокоить разбушевавшихся девушек, но вдруг?

Когда магобиль замер перед дверями «Утки», радость смешалась с легким разочарованием оттого, что наше приключение закончилось. А навстречу уже спешил Микаель.

— Ну что? — Он помог мне выбраться из магобиля и протянул руку Элу, который запутался в юбках и ругался так, что у меня краснели кончики ушей. — Получилось?

— Еще бы, — Гил захлопнул дверцу водительского сиденья. — Это было феерично! Представь: ночь, полумрак и Эл, несущийся в платье от особняка Аллени с кошельком в руке.

— Двумя кошельками, — поморщился эльф, показывая свою добычу. Когда он мой мешочек успел схватить? А главное — как? Его же забрал слуга.

— Да, такой воровской талант не прогуляешь, — рассмеялся Мик. — Что, Эл, ты так прирос к женскому платью, что не торопишься от него избавиться?

— Катись ты! — выругался эльф сквозь зубы и поспешил в редакцию переодеваться, а я бережно передала Гилу шляпку с фотоаппаратом.

— Ты молодец, — начальник потрепал меня по волосам, как какого-нибудь котенка.

— Да не особо. Если бы не Эл, пришлось бы туго. Идемте, расскажу о наших приключениях.

Парни сгорали от любопытства, поэтому меня втащили в квартирку, усадили в кресло и потребовали подробностей. Пришлось рассказывать все — от первого до последнего шага. Я и рассказывала, стараясь ничего не упустить. На моменте, когда описала, как не сработал амулет, оба дружно выругались.

— Неужели обаяние Аллени такое сильное? — спрашивал Гил.

— Даже слишком. Хорошо хоть, оно действует только на девушек.

— Боюсь, дело не в этом, — вмешался Мик. — Просто Эл — эльф, они вообще устойчивы к магии.

— И то я сдержался с трудом.

В дверях появился объект нашего разговора. Злой, покрасневший от смытого макияжа — видимо, хорошо оттирал, и уже в привычной одежде.

— Как тебе вообще удалось туда попасть? — кинулась к эльфу. — Там же охрана, и пригласительные…

— Любую карточку можно подделать, если иметь образец, — перебил меня эльф. — Так что это не составило труда. А вот ты могла бы быть осмотрительнее. Неужели вас в университете не учили защитной магии?

— От ментального воздействия — нет, — припечатала, немного обидевшись.

— Очарование — не ментальная атака, а приворот, — посуровел Эл. — Плохо ты училась, лиа Ритани.

— Зато ты хорошо — чужие кошельки воруешь в два счета, — возмутилась я.

— Предлагаешь оставить Аллени его заработок? — Эл насмешливо изогнул бровь. — Нет, драгоценная моя, он эти деньги не зарабатывал, чтобы так просто их получить. А стишки его и вовсе не стоят ни гроша. Так что, Ритани, я — не князь, чтобы дарить кому-то монеты.

И эльф удалился с гордо поднятой головой.

— Чего это он? — обернулась к Гилу и Мику.

— Эллиниар очень долго скитался по миру, — ответил Гилберт. — Зарабатывать приходилось по-всякому, и не всегда — честным путем. Вот теперь он и ценит золото превыше всего. Мы его, конечно, понимаем и не осуждаем. Зато как мастерски Эл подделал пригласительный билет! А ведь на нем была магическая защита.

Мне стало стыдно. В конце концов, если бы не Эл, я бы тоже попала в плен Сэя Аллени и, возможно, никогда из него не выбралась.

— Не беспокойся, он не злится, — Мик заметил перемену в моем настроении. — Эл вообще не обидчивый. Да и ты не сказала ничего дурного.

— Спасибо, что прислали подкрепление, пусть и такое странное, — улыбнулась я. — Без Эла вам бы пришлось оттаскивать меня от Сэя Аллени силой. Что будем делать дальше?

— Работать над статьей, конечно, — усмехнулся Гил. — Извини, но ее я возьму на себя. Рано тебе тягаться с таким материалом. Да и шишки полетят в меня, а они будут обязательно.

— Хорошо, как скажешь.

— Но ты подготовь для меня черновик того, как бы сама видела эту статью. Пора набивать руку в журналистике, Ритани.

— В ее возрасте пора выходить замуж и рожать детей. — В центре комнаты появился Драк. — А вам не стоит смущать честных девушек сомнительными достижениями. Хватит того, что она собой рисковала, балбесы. И потрудитесь, чтобы утром статья вышла в печать. Аллени — не дурак, может добраться до вас и раньше.

— А без тебя я бы не догадался! — взвился Гил.

— Опыт — важнее всего. — Драк назидательно поднял палец вверх. — А тебе до моих лет не дорасти, мальчик. Ненси, тебе же советую хорошенько отдохнуть, потому что, поверь моему опыту, утром у «Утки» прибавится как славы, так и проблем.

И призрак величественно растаял, оставив после себя только легкую дымку.

Мне не спалось. Поначалу я пыталась уснуть, но когда попытки не дали желанного результата, поднялась, зажгла свет и села за статью. Эмоции переполняли, и хотелось как можно быстрее описать увиденное. Вот только с чего начать? Вступление не клеилось, однако, когда справилась с первыми предложениями, стало легче, и мысли сами потекли на бумагу. Засыпала я на рассвете, довольная и счастливая, а проснулась от стука в дверь:

— Эй, Ненси, ты что, на работу не идешь?

И как можно жить в одной квартирке с начальником? Еще и таким беспощадным, как Гил.

— Ненси! — не успокаивался он.

— Иду, — откликнулась, с трудом поднимаясь с кровати.

Сборы длились недолго, но, пока я одевалась и завтракала, стрелки приблизились к десяти. Обычное время выпуска газеты. Когда поднялась в редакцию, Лита как раз говорила:

— Успели вовремя. Теперь посмотрим, как быстро семейство Аллени найдет откуда ноги растут.

— Гил был слишком мягок, — заметил Мик.

— Главное — это сенсация, — ответил Гил. — И я выбрал тот вариант, который позволил мне намекнуть на многое, а кое-что и сказать прямо. Думаю, очень скоро мы встретимся с лианом Аллени, а пока что — за работу, нам еще концепцию нового номера разрабатывать. Кстати, Эл, для тебя у меня особое поручение. Встреться с нашим клиентом, соседом Аллени, и забери остаток причитающейся нам суммы. Возьми газету со статьей в доказательство.

Поручить Элу забрать деньги? Можно не сомневаться, что он справится с задачей. Да и эльф радостно помчался к выходу, чуть не сбив раннего посетителя.

— Доброе утро. Чем можем помочь? — дежурно обратился Гил.

Наш гость отвел от лица полу плаща, и я прикусила губу, чтобы не захихикать. К нам пожаловал Сэй Аллени собственной персоной! Только от вчерашнего лоска не осталось и следа. Лиан Аллени щеголял синяком под глазом, царапиной на лбу и разбитым носом, напоминавшим перезрелую сливу.

— Вы! — зашипел он. — Вы что себе позволяете?

Потом заметил меня и недобро прищурился.

— А, вот и моя гостья, — шагнул ко мне. — И не стыдно вам, лиа, порочить честное имя талантливого человека?

— Честное ли? — брякнула я и замолчала. Не стоило дергать за усы бешеного тигра.

— Было таковым, пока вы его не запятнали. — Аллени стал в коронную позу, будто был на сцене, а не в редакции скромной газеты. — Но что вам до искусства? Вам мало было сорвать вечер, которого мои поклонницы ждали с таким нетерпением. Нет, вам понадобилось еще и втоптать меня в грязь низкопробной статейкой!

— Почему сразу низкопробной? — спросил Гил с улыбкой. Ему, как и мне, было забавно наблюдать эту ситуацию.

— Да потому, что все написанное — ложь! И я пришел к вам с деловым предложением.

Мы замерли в ожидании, а Аллени принял величественный вид. Интересно, почему он не использует свое обаяние сейчас? Его так сильно потрепали? Или же редакция защищена какими-то чарами? Я склонялась ко второму варианту, потому что иначе мы бы уже ползали перед Аллени на коленях и умоляли о пощаде.

— Мы внимательно вас слушаем, — ответил Гилберт.

— Вы выплачиваете мне сумму неустойки в размере двухсот золотых и даете опровержение. Тогда, так и быть, мы с матушкой забудем о сем досадном недоразумении.

Эх, жаль, Эл ушел. Он бы за двадцать золотых спустил с гостя шкуру. Что уж говорить о двух сотнях?

— А теперь вы меня послушайте, уважаемый, — заговорил Гил спокойно и размеренно. — Вы обманывали своих поклонниц — это раз. Вымогали у них деньги — это два. Использовали в отношении их магию — это три. Статья в «Утке» — это всего лишь статья и удар по вашему бизнесу. Но что будет, если делом заинтересуется полиция? Уверяю, мне не составит труда связаться с ними. Хотите проблем, лиан Аллени? Будут вам проблемы!

Сэй испепелял Гила взглядом, но начальник не поддавался. Действительно, сейчас Аллени был слаб, потому что иначе не пришел бы, а прислал кого-нибудь с иском за клевету. Может, еще и пришлет, но у нас есть доказательства его преступления. Да, он — алчный, но безумен ли?

— Чего вы добиваетесь? — Аллени оперся на стол Гилберта обеими ладонями. — Отвечайте! Хотите денег? Я заплачу. Сколько будет стоить опровержение?

— Опровержения не будет, — уверенно заявил Гилберт. — Увы, ваша магия от нашей статьи не иссякнет, но, может быть, дурочки, которые попали в ваши сети, перестанут отдавать целое состояние за один только взгляд своего кумира. Искусство должно быть бескорыстным, лиан Аллени. Иначе оно перестает быть искусством.

Я ожидала чего угодно, только не того, что Аллени резко развернется и пойдет прочь. Он хлопнул дверью так, что с потолка посыпалась штукатурка.

— У нас будут проблемы? — тихо спросила я.

— У хороших журналистов всегда проблемы, Ритани, — усмехнулся Гил, — и за сенсацию приходится платить. Возможно, на защиту Аллени встанут его фанатки. Возможно, он натравит на нас адвокатов. Но об «Утке» заговорят! И мы открыли людям глаза на подлое нутро этого проходимца. Надеюсь, и полиция обратит внимание на нашу статейку. А ты запомни: ничто не должно ускользнуть от твоих глаз, Ненси Ритани. Ничто и никогда. Давай черновик.

Какой-то не особо возвышенный финал после вдохновенной речи. Я вздохнула и протянула Гилберту исписанные листы. Пока он читал мою статью, взяла свежий выпуск «Золотой утки». Статья о Сэе Аллени занимала всю первую полосу. «Продам талант. Дорого!» — гласил заголовок. Нет, все-таки Гил — талант! Я читала — и будто снова проживала вчерашний вечер, а ведь Гила там даже не было. Проживала, смеялась над незадачливыми барышнями, одураченными посредственным поэтишкой. Каждая фраза била в цель. Мне еще учиться и учиться!

— Недурственно. — Гил отложил статью. — Растешь, Ненси. Я подчеркнул моменты, над которыми надо бы поработать. Пусть статья и не пойдет в печать, но никогда не останавливайся на достигнутом. А завтра дам тебе личное задание. На этот раз — с последующей публикацией.

Я даже захлопала в ладоши. Я! Буду сама работать над статьей! Какое счастье!

— Подожди, но как же убийство в театре? — вспомнила о нашем основном расследовании.

— Убийством займется Мик, — ответил Гилберт. — У него в этой сфере больше возможностей, чем у нас. И потом, дело опасное, а ты — новичок. Будь нас чуть больше, я не стал бы вмешивать тебя в него, Ритани.

Хотела было возмутиться, но вдруг мелькнула мысль: не стоит. А ведь у меня был план! Родился буквально сегодня ночью. И я хотела поделиться им с Гилбертом. Но раз он считает, что мне рано вмешиваться в подобное расследование — пусть так! Справлюсь и без него. А собственное задание — это просто замечательно!

Поэтому я не дала словам Гила испортить мне настроение. Вместо того чтобы спорить, ответила:

— Как скажешь. Значит, сегодня я свободна?

— Почему это? Поможешь Лите разобрать документы. — Гил махнул на несколько стопок бумаг. — А затем, так и быть, можешь идти. И еще — держись подальше от всего, что связано с Сэем Аллени. Я уверен, мы еще услышим об этом милейшем человеке.

Я взялась за первую стопку. В основном здесь были счета. Попадались редкие письма, чуть чаще — договоры. Время летело быстро, документы заканчивались медленно, и с первой стопкой я покончила только около полудня. Лига же никуда не торопилась. Перечитывала те документы, которые казались ей интересными. Так мы до ночи просидим на работе! Постаралась увеличить темп работы, но получалось с трудом — и из редакции я вышла только на час раньше, чем следовало. Нужно было действовать быстро! Поэтому забежала в квартирку, нашла самое фривольное из своих платьиц — такого добра в гардеробе было мало — и громко позвала:

— Драк!

Стоит отдать призраку должное — он появился сразу.

— Звала, красавица? — мурлыкнул, как большой кот.

— Звала, — присела в кресло. — Мне нужно замаскироваться, и как можно лучше.

— Собираешься на задание? — оживился призрак.

— Можно и так сказать. Только Гилу — ни слова. Договорились?

— Значит, не на задание, — Драк понял правильно. — Послушай, дорогая, на твоем месте я бы не спешил и хорошо взвесил все за и против.

— Я и взвесила, Драк! Так что, поможешь?

— Хорошо.

Четверть часа спустя я осторожно выходила из «Золотой утки». Волосы сменили свой цвет, и теперь я щеголяла светлой вьющейся шевелюрой, бездонными голубыми глазами, и сами черты лица будто изменились — Драк постарался на славу. Идти пришлось пешком. Конечно, мне понравилось ездить на магобиле Мика, но у меня такого точно не будет, поэтому не стоит отказываться от пеших прогулок. Вскоре вдалеке показалось здание театра. Я подошла со служебного входа и постучала. Двери отворил знакомый сторож.

— Чем могу помочь, юная леди? — поинтересовался он.

— Добрый вечер, — пролепетала я. — Понимаете, я только приехала в столицу и хотела бы устроиться на работу. Хотела попробовать свои силы в вашем театре.

— Актрисой, что ли? — Сторож смерил меня недоверчивым взглядом.

— Да. Я с самого детства на сцене, участвовала во многих постановках. Конечно, наш городок маленький, не такой, как столица, но это все же опыт. Вы, наверное, директор театра?

— Нет, что ты. — Но было заметно, что сторож польщен. — Я, милая, местный управляющий. Приглядываю, чтобы все было на своих местах.

— Значит, вы еще главнее, — сделала большие глаза.

— Гм-м, ну да. — Сторож и вовсе расплылся в улыбке. — Знаешь что, крошка? Скажу тебе по секрету, у нас освободилось одно местечко, и послезавтра директор будет отбирать кандидаток. Так что приходи к пяти, я постараюсь пособить, чтобы тебя записали на прослушивание.

— Ой, спасибо! — Я захлопала в ладоши и чмокнула старика в щеку. — Я непременно буду, лиан…

— Билкинс моя фамилия. — Сторож казался довольным. — Эх, молодежь. Все хотите блистать на сцене. Есть ведь так много профессий!

— Мечты должны исполняться, дорогой лиан Билкинс, — возразила я. — Надо хотя бы попробовать!

— Ты права, милое дитя. Что ж, беги. И обязательно приходи послезавтра.

— До встречи, — ответила я и помчалась прочь.

Итак, послезавтра состоится кастинг. Конечно, я отдавала должное своим театральным способностям — на сцене мне не играть. Но зато это возможность покрутиться внутри театра, пообщаться с персоналом, понаблюдать со стороны. Возможно, мне удастся заметить или узнать что-то интересное. Вот бы пообщаться с актрисами, которые тут играют! Как это организовать, я тоже придумала, поэтому обратно в «Утку» не шла, а летела. Даже позволила себе зайти в кондитерскую и купить дорогую корзиночку. Ничего, скоро Гил выплатит мне первую зарплату, и смогу есть такие пирожные хоть каждый день.

В редакции предстояло самое сложное — проскользнуть в свою комнату так, чтобы никто не заметил маскарада. Я открыла входную дверь и прислушалась. Тихо. Наверное, Гил еще не спускался из редакции. На цыпочках подкралась к двери нашей квартирки и отворила ее.

— Ненси, это ты? — донесся голос из кухни.

— Я, — ответила громко и поспешно добежала до своей двери. Захлопнула ее за спиной, будто за мной кто-то гнался, и торопливо прошептала: — Драк, миленький, помогай!

Призрак тут же показался из зеркала. Прикоснулся невесомой рукой к волосам — и их цвет сменился на привычный каштановый. Иллюзия с лица исчезла. Вовремя! Потому что в эту же минуту раздался стук в дверь.

— Ненси, все в порядке? — спрашивал Гил.

— Да, — ответила, наскоро переодеваясь. — Решила прогуляться немного, пока выдалось свободное время.

— К тебе можно?

— Подожди, я не одета. Минутку.

— Хорошо, тогда жду на кухне.

Гил ушел, а я быстро натянула домашнее платье и поспешила на кухню, пока он ничего не заподозрил.

— Как погуляла? — спросил Гилберт, размешивая в чашке сахар.

— Отлично, — ответила весело. — Погода чудная, только жарковато. Больше никаких новостей?

— Нет, но уверен, что Аллени себя еще покажет. — Гил так сосредоточенно боролся с сахаром, будто от этого зависела его судьба. — Я хотел немного прояснить ситуацию с театром. То, что делом займется Мик, не означает, что ты не справилась. Просто мне изначально не стоило вмешивать тебя в это дело. Высокочтимый Конрад — не тот человек, рядом с которым стоит появляться неопытной девушке, Ненси. А у Мика — связи, он кого хочешь заткнет за пояс. Поэтому не злись. Поверь, скучать тебе не придется.

— Нет необходимости оправдываться, — заверила я Гила. — Не маленькая, понимаю. Так что все в порядке.

— Вот и хорошо, — улыбнулся начальник. — Тогда составишь мне компанию?

— Составлю, — я потянулась за чашкой.

Все действительно было в порядке, учитывая, что послезавтра у меня будет шанс узнать что-то стоящее, а затем прийти к Гилу с этой информацией. Или лучше не к Гилу — тот слишком меня опекает, а, допустим, к тому же Мику. Уж он-то не откажется от лишней зацепки. Донельзя довольная собой, я болтала на кухне с Гилом, и жизнь казалась как никогда прекрасной. Я ни капли не жалела, что решила работать в «Золотой утке». Да, это не та профессия, о которой мечтала, но иногда жизни лучше знать, какую возможность предоставить на пути.

Как же я ждала утра! Никогда и ничего так не ждала! Потому что мне предстояло оно — собственное задание. Первое поручение, от которого зависело, смогу ли завоевать авторитет среди коллег. Я встала даже раньше, чем часы пробили семь, и поторопилась в ванную. Моими стараниями в ней было не страшно мыться, а в осколке зеркальца на стене даже можно было разглядеть свое отражение. Раз уж час ранний, я решила понежиться в теплой воде. И — потеряла счет времени.

— Ненси, ты там утонула? — раздался стук в дверь.

— Уже выхожу! — спохватилась я. Начальство сегодня лучше не злить. А то еще передумает, как с театром. Поэтому наскоро вытерлась, накинула халатик и выскользнула за дверь, надеясь, что Гил не поджидает прямо в коридоре. Зря надеялась! Потому что столкнулась с очень недовольным Гилбертом нос к носу.

— Опоздаешь — лишу премии, — пообещал он, скользнув взглядом по халатику, и скрылся за дверью.

Премии? Значит, мне еще и премия полагается? Как Эл это переживет? С другой стороны, история с Сэем Аллени завершилась благополучно. Значит, Гил оценил мои старания. Ура!

Настроение повысилось еще больше после чашки кофейного напитка, и на второй этаж я не шла, а летела. Никто не сможет упрекнуть меня в опоздании! В самой редакции находился только Мик. Если бы я не была в его шикарном особняке, то думала бы, что он тут и ночует. Уходила — он еще был здесь, приходила — уже был, за исключением недавнего кризиса. К счастью, я пока не знала, что такое творческие кризисы, и надеялась никогда не узнать.

— Доброе утро, — сказала звонко, занимая свое рабочее место.

— Здравствуй, Ритани. — Мик даже не поднял на меня глаз, записывая что-то на листе. Наверное, заметки для новой статьи. А может, что-то разузнал о театральном убийстве? Вот бы взглянуть! Но, увы, дверь снова отворилась, и на этот раз в редакцию вошел сам Гил.

— А, ты уже здесь, — мельком взглянул на меня. — Я думал, еще собираешься.

— Опередить хотел? — спросила я.

— Возможно. — Гил усмехнулся.

— Когда ты расскажешь мне о новом задании?

— Садись к моему столу, расскажу.

Я тут же пересела, захватив блокнот и карандаш, чтобы ничего не упустить. Гил достал какие-то бумаги и разложил перед собой.

— Итак, Ненси, слушай внимательно. Вчера к нам обратился некий лиан Летури, проживает на улице Степных Псов, три. Его супруга, Лиа Летури жалуется, что в ее дом повадился призрак, который пристает к несчастной с непристойными предложениями. Все бы ничего, но супруг лиа Летури никак не рад такому раскладу. И платит нам хороший гонорар, чтобы мы выяснили, кто шастает к его жене.

— Подожди! Но мы же газета, а не детективное агентство, — перебила я.

— Сначала дослушай! Проведешь расследование, а потом по его итогам напишешь статью — без указания имен, если деньги поступят на счет вовремя, и с указанием, если вдруг несчастный муж решит нас обмануть. Так что все зависит от тебя. Отправляйся немедленно, на месте тебе расскажут обо всем поподробнее.

Пререкаться не стала. Зачем? Это ведь мое первое задание! Ну и что, что искать придется призрака. Вон Драк совсем не страшный, я даже привыкла к его присутствию, и с прической помогает. Сегодня — призрак, завтра — кастинг в театре. Никогда не думала, что у меня будет такая насыщенная трудовая жизнь.

— Хорошо, — ответила Гилу с улыбкой. — Но улица Степных Псов — на другом конце города. Как мне туда добираться?

— Общественные магобили еще никто не отменял.

И Гил махнул рукой, давая понять, что разговор окончен. Общественные, значит? Денег и так кот наплакал, в авансе начальник отказал. Но не просить же его оплатить проезд? Поэтому я подхватила сумочку и пошла к двери.

— Не отправлял бы ты девочку одну, Гил, — услышала за спиной голос Мика.

— Справится, — уверенно ответил Гилберт.

И забота со стороны Мика, и вера Гила были приятны. Я улыбнулась своим мыслям — и ускорила шаг. Погода чудесная. Чем трястись в душном, переполненном магобиле, лучше пройдусь. Подумаешь, потрачу час. Идти предстояло через два живописных парка. Дорогу прекрасно знала — неподалеку жила моя однокурсница, и иногда я бывала у нее дома, пока она не вышла замуж и не уехала. Поэтому что печалиться?

Ровно через час я стояла у двери хорошенького двухэтажного домика. Он казался настолько светлым и уютным, что даже странно было, откуда здесь взяться призракам. Ладно наша квартирка — она изначально похожа на логово. А этот домик производил очень приятное впечатление, в нем хотелось бы жить. Я поправила платье, шляпку — и позвонила в дверь. Поначалу никто не открыл, но вскоре послышались торопливые шаги, и на пороге застыла молоденькая служанка.

— Добрый день, лиа. — Она чуть поклонилась.

— Добрый день, — ответила я. — Мне нужно увидеть лиана Летури.

— Вам назначено?

— Да, передайте, что его беспокоит корреспондент газеты «Золотая утка» Ненси Ритани. Мы договаривались… об интервью. Да, об интервью.

— Проходите в гостиную, я спрошу.

Меня провели в уютно обставленную комнатку — другого я и не ожидала. Здесь тоже все дышало покоем и умиротворением. Казалось, ничто не способно поколебать мирный уклад этого мирка. Я присела на голубой диванчик и замерла. Хозяин не спешил. Судя по вопросам служанки, лиан Летури — очень занятой человек. Надо было спросить у Гилберта, чем он занимается.

Наконец в коридоре раздались шаги. Я поднялась навстречу хозяину дома. Лиан Летури оказался высоким полноватым мужчиной средних лет. Его волосы уже начали редеть, небольшое брюшко говорило о сидячем образе жизни либо о любви к еде. Но лиана Летури нельзя было назвать непривлекательным. Только сейчас хозяин дома хмурился. Он окинул меня изучающим взглядом и склонил голову:

— Рад приветствовать вас в моем жилище, лиа Ритани.

— Здравствуйте, лиан Летури. — Я старалась казаться милой, но серьезной. — Насколько я знаю, у вас возникли некие… проблемы.

— Да, — кивнул мужчина. — Очень большие проблемы, любезная лиа Ритани.

— Я здесь, чтобы их решить.

— А вы… сталкивались с призраками?

Вспомнила Драка и уверенно ответила:

— Да.

— Вот и замечательно! — прояснилось лицо мужчины. — Тогда я расскажу вам все, что знаю сам, а вы уж судите, то ли я двинулся умом, то ли у нас в доме и правда завелся призрак. Все началось месяц назад. Понимаете, я — человек занятой, дома бываю не так часто, как бы мне хотелось. С супругой мы давно спим в разных комнатах — у каждого своя территория. Но я вдруг начал замечать, что супруга выглядит как-то… иначе. Понимаете, мы уже двадцать лет как женаты, дети взрослые, чувства подувяли… А тут моя Кира прямо светится вся. Я уж решил, любовника завела. Прокрался ночью в спальню, а там он. Призрак! Я выскочил, а он рассмеялся мне в лицо — и растаял в воздухе.

— Прямо-таки растаял? — уточнила я.

— Да! Я схватил Киру и говорю: «Признавайся!» Она и призналась, что он к ней уже месяц шастает да и пристает с непристойными предложениями. То за титьки… извините, за грудь схватит, то ущипнет ниже поясницы. И говорит мне моя дуреха: «Ты за женщину не считаешь, так пусть хоть призрак внимание уделит».

— Она с ним разговаривала? — Я тщательно записывала все в блокнот.

— С кем? С призраком-то? — округлил глаза лиан Летури. — Кто ж с ними говорит?

Чуть не брякнула: «Я», но вовремя спохватилась.

— Вы говорили вашей жене, что обратились в «Утку»? — поинтересовалась я.

— Говорил, — вздохнул мужчина.

— Тогда можно вопрос… А почему именно в газету?

— Так дуреха моя славы захотела! — Лиан Летури вцепился в скудные остатки волос. — Говорит, не даешь жизнью насладиться, так хоть прославлюсь.

Вот это заявление! Мне бы лично не хотелось, чтобы о подобном писали в прессе. Но чужое сердце — потемки. Видимо, лиа Летури банально не хватает внимания. От мужа она его не получает, против призрака восстал законный супруг, и дама получает его как умеет.

— Я могу с ней поговорить?

— С кем? — Лиан Летури вытер вспотевший лоб.

— С вашей супругой!

— А, с Кирой! Конечно, сию минуту.

И мой собеседник вылетел за дверь, чтобы минуту спустя раздался его зычный голос:

— Кирочка! Кира! Кириана, чтоб тебя золотуха взяла!

— Не ори! — гаркнули в ответ не менее громогласно, и следом за хозяином в комнату вплыла хозяйка. Ее пышные формы поражали взгляд. Будь у меня такой размер бюста… Но к внушительному бюсту прилагались не менее внушительные бедра и талия. На голове лиа Кирианы торчали в разные стороны бигуди, будто иголки у ежа.

— Это и есть твой корреспондент? — буркнула она.

— Она самая. Лиа Ненси Ритани, лучший специалист газеты «Золотая утка», — важно ответил ее супруг. — Лиа Ритани хочет задать тебе пару вопросов.

— Слушаю вас.

— Лиан Летури, могли бы вы оставить нас наедине? — попросила хозяина дома. — Мы бы посекретничали о своем, о девичьем.

— Ну хорошо. — Кажется, ему не понравилась моя идея. — Кира, я за дверью.

И он вышел, оставив эту самую дверь открытой. Я вздохнула и наложила заслон, чтобы нас никто не подслушал.

— Вы — магичка? — Глаза лиа Летури опасно загорелись.

— Да, а…

— Дорогая моя! Мне вас послали боги! — Женщина схватила меня за руки. — Я так боюсь, что он больше не придет! Пожалуйста, переночуйте в моей комнате и убедите супруга, что ко мне больше никто не ходит. Что вы провели обряд и призрак исчезнет навсегда!

— То есть вы не хотите от него избавляться? — уточнила удивленно.

— Да нет же, Ненси! Позволите мне вас так называть? Понимаете, драгоценная моя, этот призрак… Он тако-о-ой…

И дама мечтательно закатила глаза, а я поняла, что ничего не ясно в этой запутанной истории.

— Но мне нужны материалы для статьи, — напомнила жертве.

— Да, конечно, — оживилась она. — Спрашивайте! Спрашивайте, милая Ненси.

— Расскажите, как это все началось?

— О-о-о! — Кира закатила глаза. — Это случилось месяц назад. Однажды ночью я проснулась — и ощутила чье-то присутствие. Поначалу подумала, что это мужу не спится и он решил меня навестить. Но потом увидела фигуру обнаженного мужчины, будто сотканную из лунного света. Мой таинственный незнакомец стоял у окна, затем шагнул ко мне. Точнее, он плыл по воздуху. В мгновение ока очутился рядом со мной, прикоснулся к моей груди — и я пропала. Это любовь, Ненси! Так как, вы поможете мне?

— Помогу, — вздохнула я. Статью-то все равно писать. А призраку стоит посоветовать быть осторожнее, если хочет посещать свою возлюбленную. Вот только не верила я, что это был призрак. С чего бы ему обнаженному шастать? Нет, тут что-то не то! А вот что? Это мне и предстоит выяснить!

Я убрала магию и позвала:

— Лиан Летури!

— Я здесь. — Хозяин тут же появился в дверях.

— Мы с вашей супругой пришли к соглашению. Я вернусь вечером и эту ночь проведу в ее комнате. А когда призрак появится, изгоню его, и он больше не будет докучать.

— Я тоже буду присутствовать, — тут же решил мой наниматель.

— Нет, увы, это исключительно женская магия, и вы можете помешать, — ответила я. — Поэтому вам придется довериться мне. Готовы?

— А у меня есть выбор? Не желаю делить свое жилище с призраком! — возмутился Летури. — Приходите вечером, лиа Ритани. И если вы избавите меня от этой напасти, я удвою гонорар.

Мужчина стремительно вышел, а его жена склонилась к моему уху и шепнула:

— Оставьте моего возлюбленного в покое, и я ваш гонорар утрою! Лично для вас.

Лично для меня? Вот это уже хорошие новости! Я сердечно попрощалась с нанимательницей и поспешила в обратный путь. На всякий случай надо узнать у Драка, как защититься от призраков. А вдруг он агрессивный? И посоветоваться с Гилом и ребятами. Кажется, мое первое задание обречено на успех!

— Я вернулась! — Влетела в «Утку» — и поразилась царившей там тишине. Нет, ребята были на месте, но все уткнулись в бумаги и даже не смотрели на меня. — Эй, что случилось?

— Приходила матушка Сэя Аллени, — ответил Мик. — Она нажаловалась на нас принцу Конраду. Оказывается, они знакомы.

— И что, нас закрывают? — У меня замерло сердце.

— Тьфу на тебя, — выпалил Гил. — Никто нас не закроет. Но обязали на страницах издания принести извинения, и принц Конрад жаждет видеть автора статьи. То есть меня. Мы встречаемся на выходных.

— Это уже проблема. — Подвинула стул и села. — А зачем Конраду с тобой встречаться?

— Наверное, хочет припугнуть. Но только у него все равно не получится! — заверил Гил. — Ладно, не бери в голову. Лучше расскажи, что удалось узнать.

Я все выложила как на духу — и про лиа Кириану, которая совсем не против посещений призрака, и про самого призрака, который является к женщине обнаженным и трогает за то, за что приличный мужчина не станет. Напоследок поделилась планами провести ночь в комнате Киры и попытаться поговорить с призраком. О том, что собираюсь оставить призрака на месте, и дополнительном гонораре говорить не стала. Вот только коллеги снова помрачнели.

— Кажется мне, это не призрак, — первым озвучил общую мысль Мик.

— Более того, подозреваю, что этот некто — воздыхатель Киры, — добавил Гил.

— Да нет же! — возмутилась я. — Призрак самый настоящий! Его ведь видел супруг лиа Кирианы.

— Ты плохо училась в университете, Ритани? Призраки — существа бестелесные. Они не могут лапать уважаемую супругу лиана Летури.

— Подожди, — перебила Гила. — Но как же Драк? Он даже прическу мне делал! И магией владеет.

— Драк — не совсем обычный призрак, Ритани. И его способности куда шире. Поэтому, когда пойдешь к Летури, захвати не только средства для изгнания, но и что-нибудь более убедительное.

— Гил, ты в своем уме? — Эл неожиданно подскочил. — Предлагаешь незамужней девушке идти и ловить голого мужчину? Нет уж! Я иду с ней.

Я даже расчувствовалась. Никогда не думала, что Эл настолько меня ценит. Едва не бросилась эльфу на шею. Может, и бросилась бы, но мы с Элом не были друзьями, да и на золотую монетку я похожа не была.

— Нечем заняться вечером? Иди, — сухо ответил Гилберт. Кажется, затея ему не понравилась. Может, он сам хотел меня проводить?

— Вот и пойду! — гаркнул Эл.

— Но это мое задание, — попыталась вклиниться в спор. — Парни, не ссорьтесь! Я пойду одна, только сначала загляну к Драку и попрошу средство, которое позволило бы защититься от призрака.

— Я с тобой, — оживился эльф.

— Это моя квартира и мой призрак. — Недовольство Гила росло все больше и больше. — Я разве давал разрешение его допрашивать?

— Ты ведешь себя глупо, — заметил Эл. — Если бы я знал тебя чуть хуже, то подумал бы, что ты ревнуешь, Гилберт Максен.

— Думай, что говоришь!

— Идем, Ненси.

Эл не стал пререкаться с начальством. Вместо этого пошел со мной на первый этаж. Видимо, проникся ко мне теплыми чувствами после совместного бегства из дома Сэя Аллени. Что ж, оказалось, что эльф не так плох. А что жаден… Так у меня тоже бездна недостатков. В квартире царили тишина и покой. Надо же, а я начинала чувствовать себя здесь как дома. Быстро привыкла!

— Что ты сделала с берлогой Гила? — удивленно спросил Эл. — Готов поклясться, это совсем не та квартирка, где он жил!

— Уборка творит чудеса, — ответила ушастому приятелю. — Драк! Дра-ак!

Тишина. Может, он чем-то занят? Хотя какие дела бывают у призрака?

— Драк, ты нужен нам! — крикнула еще громче.

— При светлых не появляюсь, — раздалось из пустоты.

— Я неопасен, — откликнулся Эл. — И развеивать тебя не стану.

— Силенок маловато, эльфеныш.

И перед нами возникла грозная фигура Драка. Эл вздрогнул и прошептал что-то на непонятном языке.

— Не выражайся, — поморщился Драк. — Так зачем пожаловали?

Мне снова пришлось пересказывать историю несчастной лиа Кирианы. Драк внимательно слушал, а затем звонко рассмеялся:

— Ненси, милая, призраки никого не могут домогаться, потому что плотских желаний у них просто нет. Понимаешь?

— Тогда что это? Чья-то магия? — Я даже немного расстроилась.

— Она самая. Я, конечно, научу тебя защитным символам — но только тебя, ушастый их видеть не должен. Однако бери с собой нечто более существенное.

— Говоришь, как Гил, — заметила я.

— Гил — неглупый парень, Ненси. И если он говорит, что надо захватить оружие, значит, стоит его послушаться. А теперь неси лист и карандаш, девочка. Буду учить тебя защитным символам, но сначала ты поклянешься на мне их не применять.

Я помчалась за всем необходимым. Эл остался на кухне наедине с едой, а мы с Драком заперлись в спальне, и ближайший час я тщательно повторяла нарисованные им символы. Они были несложными, но главное — точность. А точности мне не хватало. Когда Драк убедился, что я все верно запомнила, он пожелал мне удачи и снова растворился в воздухе.

— Ну, как успехи? — спросил Эл, допивая чай, а я вдруг поняла, что тоже голодна.

— Защита от призраков готова, — ответила, присаживаясь напротив и подвигая к себе хлеб и ветчину. — Теперь нужно защититься от людей.

— Об этом не беспокойся, людей я беру на себя.

А все-таки хорошо, что эльф будет рядом! Не так страшно. Потому что, честно говоря, побаивалась того, кого могу встретить. А с Элом мы горы свернем! И призрака этого на чистую воду выведем.

Ближе к вечеру мы с эльфом вышли из дома. Стало душно. Кажется, собирался дождь. Этого еще не хватало! До дома Летури идти и идти.

— Как будем добираться? — печально спросила эльфа.

Тот покосился на стоянку городского транспорта, на большой ценник, висевший над ней, и бодро ответил:

— Пешком.

Второй раз за день прогулка показалась неимоверно длинной. Зато Эл с удовольствием поглядывал по сторонам и говорил о ничего не значащих пустяках. Мы поболтали о погоде, затем обсудили мое обучение в университете, семью, друзей. И только потом поняла, что хитрый эльф выпытал у меня все, а о себе не сказал ни слова! Нет уж, пора менять тактику.

— Слушай, Эл, — сказала я, — а ты всегда жил в столице?

— Нет, — ответил он. — Перебрался лет десять назад.

— А где жил до этого?

— В прошлом меня уже нет, Ненси, — улыбнулся он. — К чему о нем вспоминать?

Значит, так? Обо мне хочет знать все, зато сам — ни слова! Вспомнила, что Эл много скитался. Может, он просто не хочет об этом говорить? Раз так, то не буду и спрашивать. Но внезапно спутник продолжил сам:

— Если тебе интересно, где я родился, так на западе есть маленький городок Винсер, там живут преимущественно эльфы-полукровки. Именно в Винсере прошло мое детство, пока…

— Пока — что? — Я умирала от любопытства.

— Пока я не сбежал из дома. Мне казалось, что мир огромен и прекрасен. А вышло, что у него есть стороны, которых лучше не знать. За все открытия в жизни приходится дорого платить. Мне жаль, что когда-то я не послушал мать — и теперь вряд ли когда-нибудь ее увижу.

— Но она ведь жива?

— Не знаю, Ритани. Я никогда не рискну показаться ей на глаза.

И Эл отвернулся, пряча эмоции. Я тоже давно жила далеко от дома, и иногда так не хватало родителей! Но спасали учеба, приятели, новые впечатления. Я хотела, чтобы родители мною гордились. Чтобы это я высылала им деньги, а не наоборот.

— Эл, извини, если спрошу не то, но почему ты не вернешься в Винсер?

— Потому, что я давно стал там чужим, — грустно улыбнулся эльф. — Не забивай себе голову, Ритани. Это просто разговор, чтобы скрасить долгий путь.

И снова начал задавать вопросы о моем родном городе. Да, у каждого в «Утке» — своя тайна. Не было ее только у меня. И, возможно, у Литы. Или я просто пока с ней мало сталкивалась?

Наконец мы очутились у домика семьи Летури. Я позвонила — и замерла в ожидании. На этот раз открыли быстро, и на пороге появился сам хозяин.

— Я так ждал вас, лиа Ритани. — Он вцепился в мою руку, будто клещами. — С тех пор как узнал о призраке, не могу ни есть, ни спать. Ой, вы не одни?

— Я решила, что помощь специалиста не помешает, — серьезно ответила я, а Эл отвесил поклон. — Знакомьтесь, мой наставник, профессор теории и практики тонких материй Эллиниар Даэрналь.

— Очень приятно, — Летури затряс тонкую ладонь Эла. — Драгоценная лиа Ритани, а этот молодой человек тоже будет дежурить в спальне моей супруги?

— Несомненно, — ответила я.

— Но это же неприлично, — стушевался несчастный супруг.

— Уверяю вас, я прослежу, чтобы чести вашей супруги ничего не угрожало, — пообещала хозяину дома. — А теперь можем ли мы занять наши места?

— Да, конечно.

Лиан Летури поспешил вперед, а нам оставалось только стараться его догнать. Мы взлетели вверх по широкой лестнице и очутились перед дверью в святая святых — спальню Кирианы Летури. Супруг постучал, и послышался зычный ответ:

— Входите.

Стоит признать, спальня лиа Летури могла поразить даже самое взыскательное воображение. Главным предметом в комнате являлась кровать. Огромная, занимающая почти все пространство и отгороженная тяжелым балдахином. Такому ложу нашлось бы место в спальне королевы, но оно ютилось в жилище Киры Летури. Из предметов мебели здесь еще был белый туалетный столик, два уютных кресла и полочка с дамскими романами. «Страсть на сене», «Дерзкая пастушка и садовник», «Псарь для принцессы». Названия говорили сами за себя… Даже невозмутимый Эл на мгновение отвернулся, скрывая улыбку.

Сама Кириана возлежала на кровати с одной из книг. Наверное, рассчитывала, что войду только я, но, завидев незнакомого мужчину, ойкнула и постаралась поправить вываливающийся из декольте бюст.

— Я не одна, — запоздало предупредила хозяйку.

— Вижу. — Кира расплылась в улыбке, «грациозно» спорхнула с кровати и протянула Элу пухлую ручку. Тот аккуратно мазнул по ней губами, и Кира расплылась в довольной улыбке.

— Имею честь представиться, Эллиниар Даэрналь. — Голос эльфа звенел ручейком.

Бедный призрак! Кажется, сейчас он потеряет объект своей страсти.

— Кириана Летури, — проворковала хозяйка, поймала недовольный взгляд мужа и насупилась. — Любезный Эллиниар, вы тоже специализируетесь на призраках?

— Я специализируюсь на всем, что докучает юным барышням.

«Юная» барышня от комплимента едва не упала в обморок, а Эл продолжал смотреть на нее огромными глазами, в которых можно было утонуть.

— Давай осмотрим место происшествия, — дернула его за рукав.

— А? Да, давай. Оставьте нас ненадолго, господа!

— Я бы осталась. — Кира не собиралась сдавать позиции, но супруг схватил ее за руку и уволок прочь. Наверное, понял, что бояться нужно не эфемерного призрака, пусть и обнаженного, а вполне живого мужчину.

— Зачем ты строил ей глазки? — шикнула на Эла.

— Проверял, находится ли Летури под магическим воздействием, — мигом посерьезнел он.

— И как?

— Нет, Ненси. Магией тут и не пахнет. Я имею в виду приворот и его виды. А насчет призрака сейчас разберемся.

Эл закрыл глаза, замер и начал нараспев произносить заклинание. Я замерла рядом, опасаясь пошевелиться, пока он наконец не открыл глаза и не сказал:

— Нет, это не призрак. Но определенные магические потоки в комнате ощущаются. Может, суккуб. Или просто незадачливый поклонник, а призрак — прикрытие от мужа. В любом случае стоит проверить. Где будем прятаться?

Учитывая, что мебели в комнате было кот наплакал, я указала на балдахин:

— За ним всю редакцию спрятать можно.

— И то верно, — согласился Эл. — Тогда забирайся, а я позову Летури.

— Нет уж, с хозяевами буду разговаривать я, а ты прячься.

Эл вздохнул, закатил глаза к потолку, но, видимо, решил не спорить с напарницей, поэтому полез за спинку кровати. За тяжелыми складками балдахина худощавого эльфа действительно не было видно. Сама я решила, что стоит расширить засаду, и облюбовала ванную — можно оставить дверь приоткрытой, и все будет видно.

И лиан Летури, и его жена топтались под дверью. Стоило ей распахнуться, как оба рванули ко мне. Правда, лиа Летури тут же разочарованно вздохнула — она, похоже, ждала Эла, а вот лиан Летури на ходу рявкнул:

— Я тоже буду сидеть в засаде.

— Нет, — перебила я. — Прошу, предоставьте дело профессионалам. А то вдруг призрак почует знакомую энергетику и не придет?

— Да-да, мой пирожочек, — заворковала Кира. — Будь у себя в спаленке, а Эллиниар и Ненси справятся сами.

— Что ж, хорошо, — смирился супруг. — Но если что, я рядом.

Я еще раз заверила его, что все будет хорошо, а потом мы с лиа Летури вернулись в комнату.

— Вы ведь помните о нашем уговоре, Ненси? — тихонько спросила она.

— Не забывала ни на минуту! — заверила я.

— И что мне делать? — Кира кружила по комнате в поисках Эла, но эльфа нельзя было разглядеть в его убежище.

— То, что и каждую ночь, — ложитесь спать, а мы будем на страже вашего сна.

— Но для сна нужно переодеться.

Кириана густо покраснела, теребя кружево на груди.

— Останьтесь в платье, — посоветовала я.

Хозяйка разочарованно вздохнула. Наверное, хотела похвастаться аппетитными формами в ночной сорочке. Но выбора не было, и пришлось ложиться в платье. Она пару раз повернулась с боку на бок. Свет маленьких светильников стал тусклее, и минуту спустя прелестная Кира храпела не хуже сапожника, а я скрылась за дверью ванной, приготовившись поймать любого, кто переступит порог.

Часы били полночь. Их звон эхом разносился по дому. Кира спала, зато мы не спали. Я так устала, что сидела на холодном полу ванной, а Эл тихо ругался на эльфийском. Наверное, он успел раз сто пожалеть, что пошел со мной. Где же призрак? Или он чует людей и не показывается?

Вдруг скрипнула половица. Эл тут же снова скрылся за балдахином, а я приготовилась читать заклинания. Выглянула из двери — и замерла. Призрак! Иначе и быть не может, потому что тело мужчины едва заметно светилось. Стоит признать, призрак был хорош — именно такой, как его описывали супруги Летури. Красивое тело, густая темная шевелюра. Женская мечта! Он стоял ко мне спиной, склонившись над ничего не подозревающей Кирой. Вот потянулся к груди несчастной — и раздался голос Эла:

— Арре диум де!

Такого подвоха призрак не ожидал! Он звонко вскрикнул и запрыгнул на кровать Киры. Та резко села — и возлюбленный грохнулся прямо в ее распахнутые объятия, а мы с Элом кинулись к ним.

— Держи его, Ритани! — вопил эльф.

— Как держать, если он призрак? — вопрошала я, пытаясь вытащить упирающегося злодея из-за спины Киры, закрывшей его грудью.

— Ненси, ты в своем уме? Он человек!

Да? Я удвоила усилия, вцепилась в руку призрака и потянула на себя. Тот грохнулся с кровати и завопил, хватаясь за ногу.

— Да что же вы творите? Оставьте его! — подвывала Кира, но нас с Элом было уже не остановить. Эльф резким движением поднял жертву расследования, сдернул с его шеи тонкую цепочку — и перед нами замер плюгавенький мужичонка с тонкими ножками и ручками, на которых держалось худощавое тельце.

— Дамас! — Кажется, Кира узнала гостя. — Ах ты, негодник!

Я бы тоже возмутилась, если бы вместо красавчика призрака получила этого мужичонку, но тот не дал Кире шанса опомниться и бухнулся на колени:

— Кириана, любовь моя! — Он протянул к Кире обе руки. — Все, что я делал, было единственно из любви к тебе!

— А просто подойти не мог? Обязательно так меня пугать? — Кириана заламывала руки.

— Да если бы твой муж узнал!

— Он и так узнал, Дамас. Но все же это было так романтично.

Кириана прислонила к необъятной груди пухленькие ручки.

— Ты что-нибудь понимаешь? — шепнула я Элу.

— Только то, что они давно знакомы и Кира не против его ночных визитов. А еще, что на месте ее супруга я бы выдернул этому красавцу обе ноги. Может, пора позвать нашего заказчика?

— Кира обещала заплатить втрое больше, если мы этого не сделаем, — призналась я.

— Даже так? — В глазах Эла вспыхнул азарт. — Гил не одобрит. С другой стороны, теперь лжепризраку не придется забираться в комнату своей возлюбленной. И если сейчас разъяренный супруг не появится на пороге, предлагаю дать ему уйти.

— Слушайте, вам не кажется, что стоит оставить разговоры на потом? — спросила я у Киры и Дамаса. — Потому что, если сейчас появится лиан Летури, вам мало не покажется!

— И то верно, у него тяжелая рука, — поморщился Дамас, потирая спину. — Но я буду ждать от тебя весточки, любовь моя. И пусть жар, который сегодня опалил наши сердца…

— Кажется, он идет, — заметил Эл.

Дамаса будто ветром сдуло. Только заволновалась занавеска на окне. Значит, именно так «призрак» и проникал в комнату. Увы, у чуда оказалось вполне логичное объяснение.

— Послушайте, — кинулась к нам взволнованная Кира, — устройте так, чтобы муж поверил, будто призрак изгнан, и я вас озолочу!

Мы с Элом переглянулись. Эльф опустился на колени и принялся вычерчивать на полу какие-то символы. Как раз вовремя! Потому что дверь распахнулась.

— Попался! — взвыл лиан Летури.

Символы полыхнули огнем — и по комнате поплыл запах серы, а в кромешном дыму я едва могла разглядеть собственные руки. Послышался надрывный кашель, и голос Киры произнес:

— О, дорогой, я так испугалась, когда явился этот поганый призрак! Если бы не храбрость Ненси и Эла, он бы похитил меня и навсегда забрал у тебя.

— Кирочка, но куда же он подевался? — вопрошал лиан Летури, потрясая арбалетом. Хорошо, что тощий зад Дамаса успел скрыться из поля зрения, иначе одной стрелой в нем стало бы больше.

— Призрак больше вас не побеспокоит. — Эл вышел вперед. — Мы навсегда закрыли для него дорогу в спальню вашей жены. Но есть несколько правил. Если их не соблюдать, защита падет.

— И что же это за правила? — скорбно спросил Летури, глядя на Эла расширенными от ужаса глазами.

— Во-первых, отныне вы должны спать в одной комнате.

Я сделала вид, что не заметила, как скривилась Кира.

— Во-вторых, поезжайте на отдых вместе с супругой. Наверняка вы много работаете, а призраки выбирают подобные ослабленные семейные союзы.

Кира начала кивать, а ее супруг, кажется, проникся важностью момента.

— И наконец, третье. Подарите жене какое-нибудь украшение, чтобы оно стало оберегом для вашей счастливой семейной жизни.

— Все сделаю, как вы сказали, — пообещал лиан Летури. — Кирочка, любовь моя, ты цела?

— Целее некуда, — заверила она. — А теперь расплатись с уважаемыми детективами.

— А статья? — спросила я. — Мы ведь можем ее разместить?

— Конечно, только не называя имен, — покраснела довольная супруга, а я заметила, как она осторожно втиснула в руку Элу увесистый мешочек. Главное, теперь вытребовать у Эла свою часть. — Спасибо вам! Обязательно порекомендую «Золотую утку» своим приятельницам. Теперь мы — ваши постоянные читатели и клиенты.

Господин Летури, как и обещал, повысил гонорар вдвое, и этот мешочек уже забрала я. Мы выходили из дома супружеской четы довольные и счастливые. И почему-то мне казалось, что Кирочка и ее муж были не менее довольны, чем мы.

— Думаешь, у Киры будет роман с этим Дамасом? — спросила у Эла, пока мы шли обратно к «Золотой утке».

— Если ее муж проявит хоть немного ума, то не будет, — ответил эльф. — А если продолжит игнорировать жену, то этот «призрак» может оказаться и не последним. Так что, Ненси, делай выводы.

— И все же жаль, что это оказался обычный спектакль, — вздохнула я.

— Но для читателей ты ведь поведаешь прекрасную историю любви призрака?

— Конечно. Что мне еще остается? Эл, по поводу гонорара…

— Какого гонорара? — поинтересовался эльф.

— Того, который тебе передала Кириана.

— Не было ничего.

И Эл ускорил шаг. Вот ведь эльф ушастый!

— Не было, говоришь? — Схватила его за локоть. — А если Гилу расскажу?

— Гилу мы расскажем и так. — Эл остановился и улыбнулся. — Это ведь успех — получить два гонорара вместо одного. А как делить средства, пусть решает начальник. Гил никого не обделит.

И снова ускорил шаг. Да, Эл прав, так будет честно и справедливо. Пусть Гилберт решает, что делать с деньгами. А для меня главное, что дело раскрыто. Теперь нужно написать хорошую статью и наконец-то заявить о себе, как о корреспонденте «Золотой утки».

Эл проводил меня до двери в «Утку». Я ожидала, что он пойдет домой, но эльф неожиданно двинулся за мной.

— Гил все равно не спит, — ответил на вопросительный взгляд. — Предпочту отчитаться сам.

Сам так сам. К чему противиться? Поэтому я открыла дверь в свое жилище. На кухне и правда горел свет. Значит, Гилберт на самом деле ждал моего возвращения. Такая забота грела сердце. Может, и не забота, конечно, но ему хотя бы не все равно, как проходит расследование. А ведь мы могли задержаться до самого утра.

— Привет! — Я влетела в кухню. Гил сидел за столом и допивал чайный напиток.

— Здравствуй, Ненси, — ответил он. — О, да ты не одна! Привет, Эл. Как призрак?

— Да какой там призрак? — отмахнулся эльф. — Любовник-неудачник, который решил увести Киру у мужа. Хотя я бы ему, скорее, посочувствовал. Она так храпит, что у меня началась мигрень.

— Зато, надеюсь, ее гонорар вылечил?

— Не совсем. — Эльф выложил на стол мешочек, полученный от Кирианы. Я вздохнула — и положила рядом свой.

— Вы что там, банк ограбили? — осторожно поинтересовался Гилберт.

— Нет, — вмешалась я. — Это гонорар от лиана Летури, удвоенный. А это личная премия для меня от его жены, утроенная. За то, чтобы муж считал, будто мы изгнали призрака.

— Узнаю влияние Эла, — вздохнул Гил.

— Нет, с Кирианой мы договорились еще до того, как пришел Эл, — встала на защиту эльфа. — И кстати, я надеюсь на премию. Раз уж мы принесли в пять раз больший гонорар.

— Договорились. — Ответ Гила стал для меня неожиданностью. — Забирай мешочек от лиана Летури, а Эл пусть спрячет гонорар от его супруги до лучших времен. Или тебе тоже премия нужна, друг мой?

— На этот раз обойдусь. — Ответ Эла шокировал меня не меньше. — Это была работа Ненси, а мне просто стало любопытно взглянуть на настоящего призрака.

— Но ты же видел Драка, — вмешалась я.

— Так Драк — не…

— Слушайте, давно за полночь, давайте спать! — Гил поднялся из-за стола. — Эл, час поздний, оставайся лучше в «Утке». Заодно гонорар положишь в сейф. Ненси, а ты — марш в постель. Идем, Эллиниар.

И Гил решительно потащил эльфа к двери. А ведь перебивать нехорошо! Кстати, надо Драку рассказать о наших успехах. Вот только призрак не отозвался. Наверное, у него были свои заботы. Интересно, какие заботы бывают у призраков? Я посмотрела на кровать, потом на дверь, потом снова на кровать. Послышались шаги Гила. Быстро прыгнула под одеяло и притворилась, что сплю. Он приоткрыл дверь — и тут же закрыл ее. Отлично! Значит, можно приниматься за работу. Дождалась, пока хлопнет дверь комнаты Гила, и снова зажгла свет. Как же назвать будущую статью? Это ведь залог успеха! «И призрак чахнет от любви». Да, вот так! Строчки неожиданно полились на бумагу. Я вспоминала прочитанные статьи Гила и Мика, стараясь равняться на них. О призраке писала с юмором. И только когда была поставлена последняя точка, легла спать.

К кастингу я готовилась так, будто от этого зависела моя жизнь. Что скрывать? В какой-то степени так оно и было. Если повезет, стану на шаг ближе к секрету гибели несчастной Виниты. А главное, докажу Гилу, что я тоже чего-то стою. В следующий раз не будет устранять меня от расследования! Справилась с призраком — справлюсь и с этой тайной.

Наряд выбрала немного фривольный. Да, подобных платьев в гардеробе не водилось, но если повязать кокетливо шарфик и уложить волосы крупными завитками, то и мои унылые университетские наряды можно сделать привлекательными.

— Драк! — позвала без особой надежды на успех, но на этот раз призрак появился.

— Куда-то собираешься, Ненси? — мелькнуло его отражение в зеркале.

— На свидание, — улыбнулась я. — Поможешь выглядеть красивой?

— За парикмахера меня держите? Ну-ну, — ответил Драк слегка недовольно и шагнул в комнату. — Давай уже, помогу. С кем свидание хоть?

— С мужчиной. — Вспомнила владельца театра.

— По работе? Или…

— Или, — побоялась, что Драк выдаст меня Гилу. — Ничего такого, просто встреча.

— В твоих устах «просто встреча» звучит почти как свидание, — заметил Драк.

— Нет, не совсем.

— Что ж, пусть так. Не буду допытываться. Лучше расскажи, что там вчерашний призрак?

Наконец-то у меня нашелся достойный слушатель! Я живописала, как мы с Элом рассекретили тайного поклонника лиа Летури и как ловко обманули ее мужа. Драк только посмеивался. Со стороны история действительно выглядела весело, хоть мы и рассчитывали на несколько другой итог.

— Гил доволен статьей, и это главное, — сказал Драк, дослушав до конца. — Первый шаг сделан. И я рад, что он удался.

— Я тоже рада, — оценила отражение в зеркале. — И все-таки ты волшебник, Драк!

— Возможно, милая Ненси. Возможно, — улыбнулся он. — Что ж, лети на свое свидание. Удачи!

Я подхватила сумочку, надела привычную шляпку с фотоаппаратом — а вдруг? — и выбежала из квартирки. Путь до театра проделала почти что бегом, влетела в двери — и замерла. Очередь претенденток терялась где-то в глубине коридора, а передо мной маячил только ее хвост. И как в такой толчее узнать хоть что-нибудь? Но я настроилась ждать. Ведь рано или поздно все очереди на свете заканчиваются. Хорошо, что мы с Гилом в прошлый раз приходили в театр под маскировкой, иначе директор мог бы меня узнать. Вот любопытно, а как же тогда узнал Гила тот детектив, Дан Ферверт? Может, у стражей закона свои методы?

Раздумья скрашивали ожидание. Но находиться в коридоре, битком забитом девицами, было неприятно и душно. Воздуха не хватало, а от них исходила такая убойная смесь парфюмов, что закружилась голова. Я едва держалась на ногах! Прислонилась спиной к стене и закрыла глаза. И сама не заметила, как сползла по этой самой стене на пол…

Слезы все равно катились по щекам, поэтому, когда мы вернулись в «Утку», я постаралась как можно скорее проскользнуть мимо комнаты Гила к себе. Мик забрал у меня шляпку и поднялся в редакцию — просматривать фотографии, а я кралась по коридору, надеясь не встретить начальника. Впрочем, маневр не удался — дверь напротив открылась.

— Ненси, ты что-то долго, — донесся голос Гила.

— К тетке ходила, — ответила, не оборачиваясь.

— Так-так. — Гил заставил меня обернуться. — Похоже, поговорили по душам?

— Не то слово, — вздохнула я. — Мы не сильно ладим. Да и она мне не тетка, а так, седьмая вода… Но иногда все равно обидно.

— Понимаю, — кивнул Гилберт. — Идем-ка на кухню, я заварил чай. Лита принесла с задания отличный сбор. Говорит, успокаивает нервы.

Вот как так получается? Что чужие люди заботятся о тебе больше, чем родные. Здесь, в «Утке», я будто снова почувствовала себя дома с семьей. И пять минут спустя сидела с огромной чашкой отвара и вдыхала волшебный аромат мяты и мелиссы. Гил сидел напротив и просто молчал. Зато мне становилось легче от его немого присутствия. Иногда это так важно — чтобы кто-то просто находился рядом. Когда Гил заметил, что я перестала тихо всхлипывать, то заговорил:

— И что же вы не поделили с тетушкой?

— Да так, старые дрязги. — Заставила себя улыбнуться.

— Бывает… Знаешь, мне даже иногда не хватает таких вот старых дрязг.

— Но у тебя же есть родственники, — вспомнила, что Гил представил мне в театре своего кузена.

— Есть, только… Иногда я спрашиваю себя, как бы сложилась моя жизнь, если бы родители были живы. И понимаю, что в ней бы точно не было многих моментов, о которых я предпочел бы забыть. И не было бы «Утки». Но я, наверное, и не жалел бы. Это сейчас мне будет жаль, если с моим детищем что-то случится.

— Гил, а… что случилось с твоей семьей? — рискнула я. — Извини, если лезу не в свое дело, но…

— Ничего страшного, — перебил меня Гилберт. — Понимаю, тебе любопытно.

Не то чтобы любопытно. Скорее, я просто хотела лучше его понять, потому что давно поняла — в «Утке» случайных людей нет. Думала, что Гил не ответит, но он сказал:

— На отца написали ложный донос. Его арестовали, имущество конфисковали. Он так и умер в тюрьме, а мать сошла с ума. Мы с ней скитались какое-то время, а потом она попала в лечебницу для душевнобольных. Лучше ей так и не стало.

— Мне жаль. — Я пожалела, что спросила.

— Не стоит, — грустно улыбнулся Гил. — Это было давно, Ненси, и я с этим справился. Сейчас прошлое кажется подернутым густой дымкой. Будто и не было ничего. И у меня, как ты и сказала, есть родственники. Я рос в семье кузена. Точнее, Энджей мне не кузен, конечно, но я привык так его называть. Когда мне исполнилось восемнадцать, задумался, чем же хочу заниматься. И вскоре появилась «Утка». Не сразу как газета, конечно. Сначала — больше как клуб по интересам. А потом Мик дал денег на расширение с условием, что я разрешу ему работать здесь. Для него это отдушина. Для меня тоже. Потом к нам присоединился Эл и наконец Лита. Так и работаем.

Я не знала, что ему сказать, поэтому сидела, уткнувшись взглядом в чашку. Я не знала больших потерь. Родители любили меня и помогали по мере возможностей. Другое дело, что возможностей было маловато. Но это не делало мою семью хуже. Даже противная Мирина все-таки терпела нахлебницу под своей крышей. А могла бы выгнать куда раньше.

— Что-то ты совсем загрустила, — заметил Гил.

Очень хотелось рассказать ему правду: о том, что была в театре, и о том, что видела там труп. Но я понимала, что это положит конец доверию между нами. Поэтому, когда во входную дверь постучал Мик, испытала нечто вроде облегчения. А вот Гил удивился. Он провел позднего гостя на кухню и усадил за стол.

— Какие новости? — спросил у друга.

— Плохие, — ответил тот. — У нас еще одно убийство в театре.

Гил сразу напрягся. Я заметила это по изменившейся позе и прищуренному взгляду.

— Рассказывай. — Гил мигом перестал быть другом и стал главным редактором.

— Сегодня вечером я хотел побеседовать с группой актрис, — ответил Мик. — Проникнуть в театр было легче — проводился кастинг на место погибшей Виниты. Вот только девушка, с которой собирался поговорить, оказалась мертва. Вот, взгляни.

И он протянул Гилу несколько картинок. Я и так знала, что там — несчастная Дина в замаранном кровью платье. Но Гил закусил губу.

— Значит, наш убийца все-таки связан с театром, да? — сказал он. — Что ж, будем рыть землю носом. Круг подозреваемых сужается.

— Удалось узнать еще кое-что. — Мик покосился на меня. — Винита Портлин встречалась не только с принцем Конрадом, но и с сыном директора театра. Я просмотрел наши архивы. Парня зовут Ардис Врайн, двадцать пять лет. В «Утку» попадал из-за своего разгульного образа жизни — мы писали о дебоше, который он устроил на высочайшем приеме.

— Значит, Ардис Врайн… — Гил поднялся и прошелся по кухоньке. — Надо побеседовать с ним, Мик. Срочно. Подними все, что у нас на него есть. Похоже, я ошибался, и наш убийца оказался ближе, чем казалось.

— Но он ведь не признается так просто, — подала голос я.

— Конечно, нет, — откликнулся Мик. — Но я возьму звукозаписывающий кристалл — на всякий случай. Может, он даст нам зацепку, которая позволит выяснить истину. Остальное — дело сыщиков.

Молчи, Ненси. Молчи, пока не выдала себя. Я поднялась, попрощалась с парнями и пошла к себе в комнату, потому что ужас минувшего вечера снова начинал давить на плечи. Быстро переоделась и, не умываясь, легла спать. Конечно, думала, что не усну, потому что перед глазами стояла бедняжка Дина, но, вопреки ожиданиям, сразу сомкнула глаза. А проснулась оттого, что кто-то барабанил в дверь.

Сначала показалось, что в мою, — но нет, под ударами страдала входная. И по коридору уже слышались шаги Гила. Пока начальник впускал посетителя, я наскоро оделась — мало ли кто это и что ему нужно.

— Здравствуйте, лиан Максен, — послышался голос, который показался смутно знакомым.

— Чем обязан, лиан Ферверт? — В голосе Гила слышались недовольные нотки.

Ферверт! Не тот ли это детектив, который застал нас в театре и как-то узнал Гила под маскировкой? Стоп! Детектив, театр…

— Мне хотелось бы побеседовать с вами и вашей помощницей, Гилберт. Пока что в неформальной обстановке.

— Сыщики — последние, с кем меня тянет общаться сегодня. Рабочий день начинается, если вы не заметили.

— Я могу арестовать вас за отказ дать показания. Заметьте, пока что этого не делаю.

— Хорошо. — Кажется, Гил решил пойти на мировую. — Проходите на кухню, я позову Ненси.

Взглянула в зеркало — одежда в порядке, на щеках лихорадочный румянец. А как я должна выглядеть, когда после убийства, невольной свидетельницей которого я стала, на пороге появляются сыщики? Гил постучал.

— Ненси, ты уже не спишь? — спросил громко.

— Нет, — ответила поспешно и открыла дверь.

В отличие от меня, Гил выглядел абсолютно спокойным, а я с ума сходила от ужаса. Кажется, он это понял, потому что ободряюще улыбнулся и сказал:

— Ненси, у нас гости. Детектив Ферверт хочет задать пару вопросов. Не составишь компанию?

Можно подумать, у меня был шанс отказаться! Я кивнула и пошла за Гилом. Ферверт сидел на кухне. Перед ним на столе лежал звукозаписывающий кристалл. Дожили! Вот и на допросе побываю.

— Здравствуйте, лиа Ритани. — Ферверт поднялся и поклонился. — Простите, что потревожил ваш покой.

— Здравствуйте, — ответила я, замечая, что при второй встрече сыщик не кажется таким неприятным. Если убрать этот пронзительный взгляд — Ферверта можно считать вполне привлекательным мужчиной. Который пришел, чтобы вытрясти из меня правду. По спине пробежали мурашки. Но я заставила себя улыбнуться:

— Чаю?

— Не откажусь. — Ферверт улыбнулся в ответ, давая понять, что встреча действительно неофициальная. — А то от Гила и крошки хлеба не допросишься.

Видимо, парни сталкивались не в первый раз. Учитывая деятельность «Утки», я даже этому не удивлялась. Подумаешь, знакомый сыщик. Вот только мне от этого не легче. Чашка в руках слегка подрагивала, и чай едва не пролился на стол. Но я взяла себя в руки. Спокойно, Ненси! Ты никого не убивала. Точка.

Поставила чашку перед Фервертом, тот поблагодарил меня, смерив пристальным взглядом. Стало жарко. Я села напротив, а Гил — сбоку.

— Выкладывай, зачем пришел, — сказал Гилберт.

— Сам знаешь зачем. Меня интересуют убийства в театре. И не делай удивленное лицо. Твои люди крутились вокруг театра вчера. Их опознали.

— Их не могли опознать по одной простой причине — их там не было.

— Готовы поручиться?

— Да.

Гил врал. Но даже я ему поверила бы, потому что он ни капли не изменился в лице и говорил так, словно сам был свято убежден в своей правоте. Я даже втайне завидовала.

— А что, было еще одно убийство? — как бы между прочим спросил Гилберт.

— Да. И снова актрисы. Так что, думаю, наш убийца находится внутри театра. Максен, я знаю, что ты уже что-то нарыл.

Когда они успели на ты перейти? Я пропустила этот момент.

— «Нарыл». Какие слова, Дан!

— Не морщи нос, ваша светлость, — фыркнул тот.

Ваша светлость? Кажется, я пропустила не только переход на ты…

— Дан! — Гил недовольно прищурился.

— Что — Дан? Напомнить, что ты обязан помогать следствию? Или что сама деятельность твоей газетенки незаконна? Не надоело играть в детектива, Максен? Это до добра не доведет.

— А ты пришел учить меня жизни? — поинтересовался Гил.

— Нет! Что ты знаешь о гибели Динары Ирвис?

— Ни-че-го. Точка.

— А по делу Виниты Портлин у тебя есть подозреваемые?

— Нет.

— Не ври! — Дан ударил кулаком по столу, и чашка тихо звякнула. — Может, твоя напарница расскажет больше? Лиа Ритани, где вы были вчера вечером между шестью и семью часами?

— Гуляла, — пробормотала я.

— Возле театра?

— Да, — решила, что часть правды стоит признать. — Там проходил кастинг, а я мечтаю стать актрисой и решила попробовать свои силы.

Теперь у Гила глаза полезли на лоб. Что, не ожидал?

— Ненси, ты же на испытательном сроке, — напомнил он.

— Это был мой шанс, Гил! — решила вести игру до конца. — А если бы меня заметили? Но, увы, не получилось. Самым глупым образом упала в обморок от духоты.

— Вы говорили с Динарой Ирвис?

— Мне помогли какие-то девушки, но я не знаю их имен. Они напоили меня водой, и я ушла домой.

— Но ведь вы возвращались в здание театра, — настаивал Дан. — Вас видел сторож, и я считал портрет с его памяти.

Ничего себе! Вот это силища — чью-то внешность с памяти считывать.

— Возвращалась. Я забыла шляпку в гримерной. Забрала ее и тут же ушла.

— Никого подозрительного не видели?

— Нет. Лестница была пуста. Спросите у сторожа, я вернулась за минуту.

— Уже спросил. — Дан кивнул своим мыслям. — Поэтому и разговариваю с вами в неформальной обстановке. Но я вынужден попросить вашего разрешения на считывание памяти о вчерашнем дне.

— Нет! — Мы с Гилом ответили в один голос.

— Ты не имеешь права, — добавил начальник. — Ненси — не преступница и не подозреваемая. Поэтому держи магию при себе, Ферверт, или пожалеешь.

Защита Гила оказалась приятной. Неужели он вступился за меня? И ведь понимает, что я была в театре. Скорее всего, он уже догадался, кто обнаружил тело Дины. Но все равно меня защищает.

— Что ж, тогда я пойду. — Ферверт поднялся из-за стола. — Спасибо за чай, с утра еще маковой росинки во рту не было. И если любой из вас захочет поговорить, меня можно найти в участке по улице Федерлейн. Жду в любое время.

— До встречи, — пробормотала я, а Гил поторопился выставить незваного гостя за дверь.

Затем начальник вернулся и сел напротив. Я взглянула на его лицо — и поняла, что бури не избежать. В глазах Гила разве что не сверкали молнии.

— Рассказывай, — приказал он. — И лучше тебе быть честной со мной, Ненси Ритани.

Вот за что мне так не везет? Я сидела перед Гилом, словно школьница, которая не выполнила домашнее задание, а он расхаживал передо мной злой, как тысяча некромантов. И становилось страшно — как иначе объяснить то, что я не могла вымолвить и слова?

— Ритани! Я кому говорю!

Кому-кому…

— Я действительно пришла на кастинг, — ответила со вздохом.

Гил замер.

— Неужели и правда мечтаешь стать актрисой?

— Ну… Я просто подумала…

— Нет, Ненси. — Гил оперся руками на кухонный стол и навис надо мной. — Ты не думала. Потому что, если хотя бы отголосок мысли родился в твоей глупой голове, тебя бы в театре не было! Я говорил тебе, что это опасно?

— Говорил, — признала я.

— Говорил, чтобы не вмешивалась?

— Да.

— Так почему ты ослушалась, Ненси? Приказа твоего непосредственного начальника, между прочим. Отвечай!

— Я хотела помочь, — попыталась оправдаться.

— И помогла! Теперь у нас есть еще один труп. — Гил рвал и метал.

— Но я узнала, что сын директора…

— Да мне плевать, что ты узнала, Ненси, если это угрожает твоей жизни! — рявкнул Гил. — Оно того не стоит, понимаешь? Это к Мику трудно будет подобраться, потому что с его семьей никто не захочет связываться. Да и со мной бодаться поостерегутся. Но ты, Ненси! Ты слишком легкая добыча!

— С какой это стати? — Я подскочила со стула. — Сколько времени прошло со дня убийства Виниты Портлин? И продвинулось ли наше расследование? Нет, Гил. Нет! А девушка мертва. Теперь уже две девушки. И я все равно буду вмешиваться в это расследование! Потому что поздно отступать. А ты бы лучше думал, что завтра скажешь принцу Конраду.

Похоже, моя тирада Гила только утомила, потому что он вдруг перегнулся через столик — и поцеловал меня. Я замерла, сама себе не веря. И только-только подумала о том, что стоит это прекратить, как Гил отстранился и как-то странно посмотрел на меня.

— Что это было? — тихо спросила я, ощутив, что вся злость куда-то улетучилась.

— Это? — Гил с горечью улыбнулся. — Считай, что ничего.

Развернулся и пошел прочь. Нет, мы так не договаривались! Я догнала Гилберта у двери его комнаты и вцепилась в руку так, что ему пришлось остановиться и обернуться ко мне.

— Мы не договорили, — сказала в ответ на его вопросительный взгляд.

— А мне кажется, и говорить-то не о чем, — вздохнул он. — Прости, что перегнул палку. Но в задание с театром ты больше нос не сунешь, уж я об этом позабочусь.

— Гил…

— Рабочий день в разгаре. Что ты здесь делаешь?

Пришлось отступить. И я, и Гил знали — все равно я буду вести расследование гибели девушек вместе с ним и Миком. А вот его поцелуй… Я стояла посреди своей комнаты и не могла поверить, что это действительно произошло. Прикоснулась к губам, на которых будто еще ощущался вкус чужой ласки. Почему? Почему Гил поцеловал меня? Значит ли это, что я ему нравлюсь?

У меня было мало опыта в отношениях с парнями. Если бы тетушка узнала, что у меня появился ухажер, тут же выставила бы за дверь. Да и все мысли были заняты учебой. Поэтому сейчас я оказалась в тупике, и он заботил меня даже больше, чем расследование.

Нравился ли мне Гил? Я никогда не задумывалась над этим. Он просто был — и все. Был рядом, поддерживал, ругал, помогал справиться с работой. Но — нравился ли? Как я могла не заметить, что симпатична ему? И почему от одного воспоминания об этом поцелуе становилось жарко? Ведь был еще один, но тогда мне казалось, что это просто уловка. А сейчас…

— Ритани, опаздываем!

Голос Гила заставил шевелить ногами. Начальник казался уже абсолютно спокойным и уравновешенным, а в моей груди бушевал пожар. Это же надо! Всего один поцелуй перевернул все с ног на голову.

В редакции казалось, что все на меня смотрят. Я с головой зарылась в бумаги, вносила последние правки в статью, потом помогала Лите вычитывать остальные материалы. А сама то и дело косилась на Гилберта. И ловила на себе его взгляд. Глупое сердце замирало, а потом пускалось в галоп. И как теперь работать?

Конец рабочего дня восприняла, как подарок судьбы, и тут же сбежала в свою комнату. Гил не собирался преследовать меня. Ему предстоял важный день — придется объяснять принцу Конраду, по какому праву наша газета выставила в черном свете имя великого Сэя Аллени. Уверена, Гил объяснит, но все равно было немного страшно. До полуночи я не могла уснуть, крутилась с боку на бок, пока в изголовье кровати наконец не появился Драк.

— Не спится, малышка? — тихо спросил он.

— Да. — Я села, натягивая одеяло повыше, хоть призрак и не человек. Зачем его стесняться? — Скажи, Драк, ты когда-нибудь влюблялся?

— Конечно. — Призрак хрипло рассмеялся. — К чему такие вопросы, девочка?

— Знаешь, мне кажется, что я симпатична одному человеку. И теперь не знаю, как себя вести, — почему-то поделиться с Драком своими проблемами оказалось проще, чем с кем бы то ни было.

— Ты о Гиле, что ли? Надо быть слепой, чтобы не заметить.

Вот как? Наверное, я и правда была слепой.

— Он тебе нравится, Ненси?

— Да.

Да, нравится. И пусть мы знакомы не так долго, я уже не представляла жизни без него. Нет, это еще не любовь. Но сейчас я с улыбкой вспоминала, как мы с Гилом ходили в театр на представление, как разыгрывали спектакль в кондитерской, как он сбегал от уборки. С ним было легко и просто. Так легко, что хотелось летать.

— Счастливы молодые и влюбленные, — глубокомысленно заметил Драк. — У них под ногами лежит целый мир.

— Я не влюблена, просто…

Что? Закусила угол одеяла. Что — просто? Признай, Ненси, ты закрыла глаза на очевидное. И как теперь быть? Как, если от одного взгляда на Гила вспоминаю наш поцелуй и краснею?

— Спи, утром окажется, что мир не так уж сложен, — посоветовал Драк, растворяясь в ночной мгле. Я послушно закрыла глаза, чтобы во сне наш поцелуй повторился снова.

Утром меня никто не будил. Наверное, проспала бы до обеда, если бы не шаги в коридоре, а затем голос Мика:

— Главное — это уверенность, Гилберт. У нас достаточно улик, чтобы доказать свою правоту. А Аллени — подлец, каких мало. И не волнуйся — если что, вытащу.

— Я в тебе не сомневаюсь, — заверил его Гил. — Но если вдруг светлейшему Конраду придет в голову меня арестовать, присмотри за «Уткой». И особенно — за Ненси, она склонна делать глупости. Кстати, о твоей лжи мы тоже поговорим, но потом.

Мик что-то буркнул под нос, а я подскочила с кровати. Гил же сегодня встречается с Конрадом! Из-за этого подонка Аллени. Заметалась по комнате, быстро одеваясь, и вылетела в коридор, когда Гил уже шел к двери.

— Стой!

— Что такое, Ненси? — Он удивленно приподнял брови.

— Может, мы пойдем с тобой? А, Мик?

— Нас туда не пустят, — ответил Микаель. — Это же дворец. Но беспокоиться не о чем, Ненси. Извинения Аллени мы принесем, только статью уже прочитали все, кому надо. И даже если мы тысячу раз скажем, что в содержание закралась ошибка, нам не поверят.

— Не стоит переживать. — Гил беззаботно улыбнулся. — Подумаешь, принц. Жди меня здесь, хорошо?

Я кивнула и чуть не расплакалась от страха. Но взяла себя в руки, а Гил скрылся за дверью. Как же так? Почему принцу Конраду есть какое-то дело до Сэя Аллени? Мик увлек меня на кухню. Чайник еще не успел остыть — видно, парни завтракали. Поэтому меня напоили успокаивающим настоем и отправили отдыхать. Сам Мик никуда не собирался уходить. Он притащил на нашу кухню ворох свежей прессы, устроился за столом и листал газеты. Что-то подчеркивал, что-то выписывал в блокнот. Удивительный человек. Потом отложил прессу и принялся что-то увлеченно писать. А я не могла оставаться одна! Просто с ума сходила. Поэтому не выдержала и вернулась на кухню.

— Что ты пишешь? — Присела напротив Мика.

Тот сначала покосился на меня, потом в блокнот.

— Книгу, — ответил после паузы.

— Книгу? О чем?

— Конечно, о любви.

Мик пишет книги о любви? Как много я еще не знаю!

— А можно почитать?

— Я не даю читать недописанные книги, Ненси. — Мику явно не нравилось мое внимание.

— Жаль… — Тоска навалилась с новой силой, и мир стал сумрачным, безрадостным.

— Но для тебя сделаю исключение.

Мик подвинул ко мне блокнот, и я впилась взглядом в строчки. Прочитала первую пару страниц — и поняла, что пропала. Сюжет был прост и незатейлив. Она — девушка из богатой семьи, которая готовится выйти замуж по расчету. Он — бедный музыкант, который увидел ее на балу, на котором случайно играл, и влюбился. Но сколько же было в этих строках страсти и любви! Я почти плакала, когда читала некоторые сцены. Зато, когда входная дверь открылась, пропуская Гила, дочитывала последнюю страничку. Гилберт выглядел откровенно измотанным и усталым. Редкий случай — обычно он был полон энергии. Я бросилась к нему навстречу.

— Ну что? Ну как? — Старалась заглянуть в глаза.

— Принц Конрад сделал мне предложение, от которого трудно отказаться. — Гилберт плюхнулся на стул. — Наш разговор был не о Сэе Аллени. Точнее, не только о нем.

— А о чем же? — спросил Мик.

— Большей частью о Вините Портлин. Кажется, он был серьезно увлечен этой девушкой. Но прямо вмешиваться в расследование не может, чтобы не повредить своей репутации. Светлейший Конрад хочет, чтобы расследование вели мы.

— А орден ему на что? — фыркнул Мик. — Хочет загребать жар чужими руками? Пусть катится к демонам!

— Не выйдет, дружище. — Гил качнул головой. — Либо мы расследуем гибель Виниты, либо он сотрет нас всех с лица земли. Так и сказал. Зато, если мы найдем убийцу, он вернет мне титул и имение родителей.

— И правда, предложение, от которого трудно отказаться, — вздохнул Мик. — Но раз принц Конрад вмешался, значит, дело серьезное. Как бы твоя головушка не полетела раньше, друг мой.

— Не полетит. Но, боюсь, придется всем нам сконцентрироваться на театре. Кроме тебя, Ненси.

— Ну уж нет! — Я подскочила из-за стола. — Запретишь — уволюсь, а в театр все равно пойду!

— Неугомонная, — улыбнулся Гил. — Хорошо, завтра состоится следующее представление. Пойдешь со мной. Мик, а ты сегодня постарайся найти адреса родственников Виниты Портлин. Не будем сосредоточиваться только на директорском сынке. Нужно проверить все версии.

— Сделаю, — кивнул Микаель. — Я пойду, увидимся завтра.

Мы попрощались, и Мик покинул нашу квартиру, оставляя нас с Гилом наедине. Сразу стало неловко. Всего пару минут назад мы разговаривали без стеснения, и вот уже я краснею под взглядом Гилберта, не в силах сказать ни слова.

— Ненси, насчет вчерашнего, — кажется, он первый подобрал слова. — Я не хочу, чтобы ты беспокоилась, и обещаю, что это больше не повторится.

— Почему? — глупый вопрос сорвался с губ раньше, чем успела его обдумать. На этот раз вспыхнули даже кончики ушей.

— А ты бы хотела, чтобы повторилось? — Кажется, я не переставала удивлять Гила.

— Ну… Я не знаю. Возможно. Но только после того, как мы отыщем убийцу Виниты Портлин.

— Ты неподражаема! — Гилберт весело рассмеялся. — Да, Ненси Ритани, таких сотрудников «Утка» еще не знала! И я рад, что однажды принял тебя на работу.

— А я-то как рада! — призналась откровенно. — Никогда не думала, что жизнь может быть такой интересной, хоть временами и страшной.

— То ли еще будет. А теперь давай составим список всех, кого нужно опросить в ближайшие дни, чтобы никого не упустить. И набросаем даже самые невероятные версии.

— Давай. — Я сбегала за листом и карандашом.

Список получился внушительный. В него вошел и Ардис Врайн, сын директора, и родственники Виниты, и возможные враги самого принца Конрада. Увы, последних мы не знали, поэтому и проследить за ними не могли. Вспомнили и о назойливом поклоннике Нике Бурте, которого Гил и Мик все еще не смогли найти.

— Работы — непочатый край, — заметил Гил, когда список был завершен.

— Ничего, справимся, — ответила я. — Главное — найти того, кто это сделал, и предоставить принцу Конраду, чтобы тот отстал от «Утки».

— Мне бы твой оптимизм. Наверное, стоит узнать и биографию второй девушки, Дины. Возможно, ей кто-то угрожал. Или были назойливые поклонники. Может, мы связываем между собой два убийства, которые не имеют ничего общего?

Мне казалось, что это не так. Но и версию Гила отбрасывать не стоило. Поэтому мы разошлись крайне поздно, и на этот раз я уснула, стоило голове коснуться подушки. А проснулась оттого, что кто-то лез ко мне в окно.

Что делать? Что делать, если кто-то пытается проникнуть в мою комнату? Вот и сделала то, что первое пришло в голову, — со всей силы огрела негодяя магической волной. Я ни капли не боевой маг, но училась хорошо и, если что, способна за себя постоять. Звякнуло, вылетая, стекло. Створки оконной рамы забились, как раненые птицы, а ночной гость покачнулся и начал заваливаться в комнату.

Дверь комнаты распахнулась, и влетел разбуженный Гил — но не с магией наготове, а с самым настоящим пистолетом, какие я только на картинках видела. Зажегся свет. А с пола поднялся совершенно незнакомый парень.

— Вы кто? — резко спросила я, а Гил схватил незнакомца за шкирку и приставил пистолет к виску.

— Вы чего? — Он огляделся по сторонам. — Я, между прочим, по делу.

— По делу люди приходят в дверь, а не в окно, — сказал Гил. — Представьтесь для начала.

— Бурт. Ник Бурт. Жених Виниты Портлин.

Гил убрал пистолет, а я вдруг вспомнила, что не одета, схватила с кровати плед и накинула на плечи. Ник затравленно оглядывался по сторонам и с наибольшей опаской косился не на Гила, а на меня. Еще бы, я хорошо его магией приложила! Улыбнулась сама себе. Наверное, улыбка вышла хищной, потому что Бурт и вовсе побелел.

— Вы сказали — жених? — уточнил Гилберт, убедившись, что Бурт не собирается на нас нападать.

— Именно. Разрешите присесть? — И, не дожидаясь ответа, рухнул на стул, стараясь отдышаться. — Ох, и задали вы мне трепку, барышня!

Это я-то? Покраснела и отвела взгляд. А нечего в окно к честным девушкам залезать!

— У тебя, оказывается, много скрытых талантов, Ненси, — Гил усмехнулся. — Но о них мы поговорим позднее. Лучше расскажите, лиан Бурт, что вас привело даже не в редакцию, а к нам домой? И почему подобным способом?

— Вокруг двери бродит какой-то тип, — Бурт нервно пожал плечами. — И днем бродил, и сейчас продолжает. А мне сорока на хвосте принесла, что вы занимаетесь убийством Виты. Вот я и пришел. Думал, на первом этаже — какие-нибудь подсобные помещения. Так что прошу простить, барышня, не собирался смущать ваш покой.

Первый страх исчез, и проснулось любопытство. Что ж, цель сама пришла к нам в руки! И готова поговорить по душам.

— Рассказывайте, — потребовал Гил. — Почему вы представились ее женихом? Насколько мне известно, между вами не было серьезных отношений.

— Как это не было? — Ник округлил глаза. — Конечно, мы не кричали о них на всех углах, но Вита и я собирались пожениться. Уже и церемонию заказали, да не успели.

— Тогда почему ваша невеста встречалась с другим мужчиной? — вмешалась я.

— А вот это уже другая история, — со вздохом ответил Бурт. — Видите ли, в театре не знали о наших отношениях, потому что юные актрисы не должны быть отягощены узами брака. Наоборот, каждый должен мечтать о них и грезить, что однажды удостоится внимания. Но за Винитой неожиданно начал ухаживать светлейший Конрад. Не подумайте ничего дурного! Он дарил ей подарки, пару раз приглашал тайком на ужин, присылал цветы. Я злился, конечно, но Винита любила только меня. А отказать Конраду не могла, иначе он мог перечеркнуть всю ее карьеру. В тот вечер, когда ее убили, она собиралась сказать Конраду, что больше встречать они не смогут, и уйти из театра, потому что кто-то начал присылать ей записки с угрозами.

— Значит, это были не вы? — уточнил Гил.

— А зачем мне Витке писать угрозы? — Бурт округлил глаза. — Если до свадьбы месяц оставался?

— Скажите, а какие отношения связывали вашу невесту и сына директора театра Врайна? — спросила я.

— Какие отношения? Да никаких! Он тоже за Винитой ухлестывал, проходу ей не давал. Я ему даже раз нос разбил, чтобы не приставал к чужим девушкам. Он вроде бы перестал, Витка не жаловалась. Говорю вам, это Конрад ее убил! Видимо, оскорбился отказом.

— Нет, это вряд ли. — Гилберт покачал головой.

— Не будьте слепыми! Конрад уже приставил к вам свой орден. Сделаете шаг в сторону — и полетят головы. Я бы к вам не пришел, честное слово, да только жалко Витку-то! За что с ней так? Что отказалась подстилкой для принца быть?

— И чего вы от нас хотите?

— Правды! Пусть люди знают. Да, принца никто к ответу не привлечет, но у вас же газета! Независимая. Можно написать, и…

— Расследование еще не завершено, — перебила я. — Поэтому преждевременно называть кого-то виноватым. Лучше расскажите, у вашей невесты были враги?

— Да какие враги, барышня? — Бурт потер массивный подбородок. — Вита и мухи бы не обидела! Только записки вот эти…

— А семья? Какие отношения у Виниты были с родственниками?

— Плохие, — честно ответил Бурт. — Но не настолько, чтобы ее убивать. Хотите — с братом ее поговорите, для успокоения совести. Или с сестрицей, только та — редкая выскочка, может не захотеть беседовать. При дворе крутится как-никак.

— Мы сделаем все, чтобы докопаться до правды, — пообещал Гил. — Но вы сами не глупите больше! Мы ведь могли бы вызвать сыщиков, и вас бы посадили за решетку.

— Ой, какая уже разница? — отмахнулся Бурт. — Без Витки все потеряло смысл. Она хорошая была. Мы детишек хотели. А что теперь? Простите, если что не так. Пойду я.

И Бурт поплелся обратно к окну.

— Подождите! — окликнула его уже у рамы. — А вы знали Дину, еще одну актрису из театра?

— Динку-то? Знал. Они с Виткой не сильно дружили, но общались иногда. А что?

— У них могли быть общие враги?

— Откуда? Они и не пересекались почти.

— Простите. Тогда до встречи. И… мне очень жаль вашу невесту.

Бурт угрюмо качнул головой и исчез за окном, выбираясь из комнаты тем же способом, каким в нее попал. А я горестно вздохнула.

— И почему все так? — Обернулась к Гилу. — У Виниты было все. Работа, любимый мужчина, скорый брак. И вдруг — ничего.

— Жизнь несправедлива, Ненси, — отозвался он. — Но я не верю, что это Конрад. Зачем тогда меня нанимать? Нет, тут что-то другое. Утром соберемся в «Утке» и постараемся что-нибудь придумать. А ты закрывай окно и ложись спать. И на будущее — ты же сильная магичка, судя по тому, как поразила Бурта. Не пренебрегай охранной магией.

Гил сделал шаг ко мне, мягко поцеловал в лоб и пошел прочь. А мне очень хотелось, чтобы он остался, потому что было страшно и грустно, а ночь за окном казалась еще непрогляднее. Но я промолчала. Закрыла пострадавшее окно, наложила на него защитную магию и легла в постель. Гил прав, надо отдохнуть, а утром решим, что делать дальше.

И в кои-то веки Гил утром не стал меня будить. Я подскочила, взглянула на часы — и забегала по комнате, торопливо собираясь. Заходя на второй круг, вдруг вспомнила, что сегодня выходной — и рухнула на стул. Дожилась! Вот что делает с людьми работа — забудешь, где ты, кто ты и как тебя зовут.

Значит, можно не торопиться. Степенно прошла в ванную, вымыла голову, понежилась под струями воды — и в клубах пара вышла на кухню. Гила не было. Куда он успел убежать? Пожала плечами. Он не обязан мне отчитываться, хотя и мог бы предупредить. Выпила чашечку чая, сделала себе бутерброд. Надо бы сходить на рынок и пополнить наши запасы. А ведь Гил говорил, что утром соберемся в «Утке» и решим, что делать с убийствами. В «Утке»! В выходной! Это что, они там без меня совещаются?

Так быстро я давно не одевалась. Взлетела по ступенькам — и услышала голоса. Так и есть! Коллеги решили устранить меня от расследования, а сами строили планы! Не тут-то было!

Я распахнула дверь и замерла на пороге, будто грозная воительница, заставшая врагов у своих границ. Гил стоял ко мне спиной. Он обернулся:

— А, Ненси! Долго спишь.

— Мог бы и разбудить.

Послышались сдавленные смешки. Наверное, со стороны фраза и правда выглядела двусмысленно. Но мне было плевать! Хотелось рвать, метать и превратить предателя в пугало.

— Думаю, вам все понятно, — сказал Гил и пошел к двери.

— Понятно — что? — Перехватила его на пороге. — Учти, моя самодеятельность обойдется тебе дороже!

— Это угрозы? — Гил изогнул бровь.

— Просто предупреждение. Так что подумай хорошенько, прежде чем отстранить меня от задания.

— А малышка отрастила зубки, — заметил эльф. — Быстро растешь, Ненси.

Я смутилась и, кажется, покраснела, но не собиралась отступать! В конце концов, без меня это дело не сдвинулось бы с мертвой точки — именно на мое окно позарился Ник Бурт. Это знак!

— Хорошо, Ненси. — Гил мученически вздохнул. — Составишь мне компанию на ежегодном городском балу. Мику удалось узнать, что сестра Виниты Марика будет там. А Эл и Лита займутся братом.

— А как же сын директора театра? — спросила я.

— Он тоже будет на балу. А бал уже в эту среду, поэтому у тебя очень мало времени, чтобы найти платье.

Я покосилась на Мика. Он являл собой статую невозмутимости. Понятно, на этот раз помощи можно не ждать! Мол, решилась участвовать — участвуй на свой страх и риск. Что ж, придется опустошить кошелек с премией. Зато на городском балу буду самая красивая!

— Тема бала — цветы, — сообщил Гил. — Так что удели внимание цветочному орнаменту.

— Будет сделано, — пообещала я.

Будет-то будет, но как? Мне казалось, что медлить до среды нельзя. Это ведь целых три дня! Три дня бездействия. Что ж, тогда сегодняшний день уделю покупкам и поищу хорошую портниху. А может, пойти в том платье, в котором навещала Сэя Аллени? Оно ведь красивое. Точно, так и поступлю! И премия будет цела. А цветы… Сделаю цветочный узор на шляпке — и дело с концом.

— Ритани, не витай в облаках! — Мик помахал у меня перед носом. — Иначе всю жизнь проспишь.

Нет бы предложить помощь, так он еще и издевается! И Гил — хорош гусь, никак не уймется. Так и хочется ему отстранить меня от расследования. Но мысленно я уже погрузилась в бал, поэтому день прошел в суматохе. Оказалось, что украсить шляпку и платье цветами — задача не из легких. Готовых цветов из ткани я нигде не нашла, поэтому шляпку пришлось заказывать, а уж над платьем решила поколдовать сама. Купила ткань, нашла выкройки и, довольная собой, вернулась домой. Но, увы, жизнь наделила меня магическим талантом — и не наделила другими. Например, когда покупала вышивку, казалось, что сделать цветы будет легко. А на деле я испортила два лоскута, прежде чем сделала что-то похожее на цветок.

— Это что? — раздался голос за спиной. — Лягушка?

— Не смешно! — Обернулась к Драку. — Ты же видел, что это цветок.

— Как-то не особо похоже. — Он покачал головой.

— Лучше не умею, — буркнула я. — А впереди — ежегодный городской бал, и в интересах расследования я должна на нем быть. Кто виноват, что тема бала в этом году — цветы?

— Почему бы не купить новое платье? — поинтересовался призрак.

— Потому, что оно стоит ужасно дорого! Придется отдать всю мою премию. Ты ведь представляешь, в каких нарядах будут там женщины? Не хочу на их фоне смотреться бедной родственницей. Да и за квартиру надо Гилу заплатить. Купить кое-что. В общем, с платьем — вопрос решенный.

— Тогда давай его сюда, — вздохнул Драк.

Я опустила малиновое великолепие на кровать и замерла. Драк взмахнул рукой — и подол украсили миниатюрные розочки из золотой парчи. Получилось красиво! И главное, цветы добавили платью изюминку, а не испортили его.

— Думаю, теперь ты готова к балу, — заметил призрак.

— Еще как!

Будь у Драка шея, я бы уже повисла на ней. Но, увы, все, что могла, — это высказать благодарность устно. Драк слушал меня и довольно улыбался, а затем медленно растаял в воздухе. Что ж, он прав — теперь я готова к балу! И на нем у нас с Гилом будет шанс вывести на чистую воду как сестру Виниты Портлин, так и сынка Врайна. Я чувствовала, что разгадка гибели Виниты уже близко. И как знать? Может, именно мне повезет ее найти.

Наконец-то день бала настал! Я ждала его, будто собственного дня рождения, с таким нетерпением, что едва могла спать ночами. Верилось, что будут расставлены все точки и нам удастся узнать нечто важное и необходимое для поиска убийцы. Кстати, разговор с братом Виниты Элу и Лите пришлось отложить — парень дома не появлялся. Значит, вся надежда на нас.

Весь вечер я прихорашивалась, выставив за двери всех, кроме Драка. Не желали помогать с платьем, так нечего сейчас совать в комнату нос. Зато Драк, увидев меня в подобранном наряде, довольно присвистнул:

— Да ты прелестна, Ненси! Похоже, я знаю, кто будет сегодня королевой бала.

— Королевой?

— Конечно. Это такая традиция — выбирать короля и королеву ежегодного бала. Увы, Гилу не светит титул твоего короля. Хотя как знать, как знать. Удачи тебе, девочка.

— Ненси, если ты немедленно не выйдешь, уедем без тебя! — послышался из-за двери голос Гилберта.

— Иду! — Я подхватила сумочку, поблагодарила призрака и вылетела из комнаты. Гил стоял в коридоре. Стоит признать, он тоже выглядел безукоризненно. Черный фрак, жилет, белая рубашка. Если бы увидела Гила таким при нашей первой встрече, ни на минуту не стала бы сомневаться в его происхождении.

— Прекрасно выглядишь, — заметил Гилберт, окидывая меня красноречивым взглядом, и мое сердце забилось чаще. Я почувствовала, как вспыхнули щеки, и опустила глаза. — Нам пора, Ненси.

Я протянула Гилу руку и позволила проводить к магобилю. Пришлось Мику снова делиться с нами своим имуществом. Магобиль мягко тронулся с места и полетел вдоль полусонных улиц.

— Слушай внимательно, — говорил Гил. — Я займусь сестрой Виниты, а ты постарайся познакомиться с Врайном-младшим. Мик нас подстрахует, он тоже будет на празднике. Если возникнут какие-то проблемы, не надо самодеятельности! Ты слышала меня, Ненси?

— Да, — ответила тихо. — Послушай, Гил, не о чем волноваться. Да, я не так давно занимаюсь расследованиями и статьями, но у меня хватит здравого смысла избежать опасности.

— Хотелось бы надеяться, — вздохнул Гил. — Просто знай, если что, я буду рядом.

Он пожал мои холодные пальцы, и я вдруг поняла, что безумно благодарна за такую поддержку. Наверное, в этом и был секрет «Утки» — в ней собрались такие разные личности, но, когда доходило до дела, все становились как один. Вот и сейчас присутствие Гила успокаивало и, что скрывать, немного будоражило. Магобиль остановился у красивого дома из розоватого камня — городской ратуши. Здесь проходили все крупные совещания, и только раз в году ратуша открывала двери для простых смертных — в день ежегодного бала. Гил вышел первым и подал мне руку. Стоило выбраться из салона, как магобиль уже увели на стоянку, а мы медленно пошли к приветливо распахнутым дверям, из которых доносились волшебные звуки музыки.

— Что-то я волнуюсь, — шепнула Гилу.

— Я говорил, не стоит тебе вмешиваться, — нахмурился он.

— Прекрати! Если я волнуюсь, это еще не значит, что провалю задание. Но как нам определить среди всех гостей тех, кто нужен?

— Разберемся, — ответил Гил.

Внутри уже гуляли пары. Пока еще никто не танцевал — начало бала не объявляли. Но это не мешало гостям приветствовать друг друга и обсуждать последние новости. Гил тоже заметил кого-то из знакомых и увлек меня в сторону. Поздоровался с одними, затем — с другими. Я чувствовала себя просто приложением к Гилберту Максену, ведь никого здесь не знала. Мы ведь за другим пришли! Вдруг уловила слова Гилберта:

— Вы слышали о недавнем происшествии в театре? Ужас, не находите ли?

Пара пожилых дам с огромными веерами слаженно закивала.

— Мне говорили, сын директора Врайна будет на празднике, — Гил понизил голос.

— Вон он, — осторожно указала одна из его собеседниц. — Беседует с госпожой Гротеску.

Гил продолжил беседу, а я изучала указанного молодого человека. Ничего необычного: высокий, сухощавый, с гладко зачесанными светлыми волосами и чуть вздернутым носом. Господин Ардис Врайн производил впечатление крайне самодовольной личности, потому что на всех окружающих посматривал будто свысока. Мог ли он убить Виниту Портлин? А почему нет? Возможно, девушка ему отказала и он решил отомстить.

Я сказала Гилу, что хочу пить, и оставила его с дамами, направившись к столику с шампанским и соками. Идти предстояло как раз мимо Врайна. Почти поравнявшись с ним, я будто бы случайно обронила брошку, незаметно расстегнув замочек.

— Вы потеряли. — Врайн тут же подхватил брошь и вложил в мою ладонь, слегка пожав пальцы.

— Благодарю. — Я постаралась мило улыбнуться. — Эта брошь дорога мне как память. Если бы не вы, я бы не заметила потерю. Кого мне стоит благодарить?

— Ардис Врайн. — Молодой человек склонил голову.

— Ненси Ритани.

— Безумно рад, что смог оказаться полезным, Ненси. Могу я пригласить вас на первый танец?

— С удовольствием, — ответила я. — Буду ждать.

Заметила, как косится на меня Гилберт, подарила Врайну еще одну улыбку и отошла к окну, дабы не испытывать терпение напарника. Гил тут же оставил своих собеседниц и двинулся ко мне.

— Ты так мило беседовала с Врайном, — прошипел, едва подойдя ближе.

— Да, он даже пригласил меня на танец, — похвасталась Гилберту. — Так что, возможно, и узнаю что-то интересное.

— Ненси, этот человек — самый вероятный убийца, будь осторожна! — Гил сжал мою руку, и по телу разлилось тепло. Заботится! Так неожиданно.

— Буду, — пообещала ему.

— И раз уж твой первый танец занят, оставишь мне второй? — Максен осторожно поднес мою руку к губам и оставил на коже легкий поцелуй. Кажется, я покраснела до корней волос. Не привыкла, чтобы парни так вели себя со мной, поэтому отвела взгляд:

— Хорошо. А где Мик? Он же тоже должен быть здесь.

Закрутила головой по сторонам, избавляясь от назойливого внимания Гилберта. Это я себе так говорила, конечно, что внимание было назойливым, а на самом деле просто не знала, как себя вести. Гил заставлял мое сердце биться чаще. А я только и могла, что неметь и краснеть.

— Вон он. — Гил прекратил мои мучения и указал на Мика, беседовавшего с какой-то дамой. Девушка была красива, будто сошла с полотна какого-нибудь художника. Высокая, статная, с пышной грудью. Но особенный вздох зависти вызывали волосы, золотистыми волнами опускавшиеся на спину из высокой прически. Красавица!

— Это и есть Марика Портлин, — шепнул мне Гил. — Как видишь, она наделена привлекательной внешностью и, благодаря этому, смогла проникнуть в число придворных дам. Но, увы, дальше дело не пошло. Марика устраивает лордов в качестве любовницы, но не устраивает в качестве жены. Мик ставит на то, что между сестрами могла возникнуть размолвка на почве любви к Конраду. Или же не любви, а стремления сделать выгодную партию.

— Что-то мне не верится, — покачала головой. — Взгляни, какая она красивая. Да у нее таких Конрадов! Пусть и ниже титулом, но все-таки.

— Тем не менее не стоит недооценивать зависть. Марика вполне могла спрашивать себя: «За что Вините такое счастье?» И находить, что сестра не так умна, красива или талантлива, но Конрад почему-то выбрал ее. Сама понимаешь, к чему это могло привести.

Музыка заиграла громче, и в зал вступил градоправитель с супругой. Все склонились в реверансах и поклонах. А я украдкой разглядывала градоправителя, которого до этого видела только мельком. Он был похож на торт — такой же объемный, в костюме с рюшечками и оборочками. Его супруга, наоборот, была вытянутой, словно жердь. И несла голову так, будто палку проглотила.

— Дамы и господа, — зычно обратился градоначальник ко всем присутствующим. — Рады приветствовать вас на ежегодном балу! Пусть этот скромный праздник запомнится вам надолго. Оркестр, музыку!

Поплыли звуки вальса. Градоначальник пригласил на танец свою супругу. Та протянула руки так, будто делала величайшее одолжение. А ко мне уже спешил Ардис Врайн. Я улыбнулась ему, заметив, как мигом помрачнел Гил, и позволила увлечь себя в вихрь танцующих. Мы кружились по залу — стоило признать, вальсировал Ардис отменно. А я ведь танцевала не так часто, зато сейчас он уверенно вел меня по залу, кружил, прижимая к себе. А когда пыталась отстраниться, осторожно перехватывал, чтобы казалось, будто это тоже фигура танца.

— Вы прекрасны, Ненси, — шептал, заставляя уши краснеть. — Просто великолепны! Как я мог упустить такой цветок?

— Это мой первый выход в свет, — признала я.

— Что вы говорите? Тогда обещайте, что он не станет последним и мы обязательно увидимся вновь.

— Обещаю, — пролепетала, пытаясь отстраниться, но Врайн тут же пресек мой маневр.

— Могу я украсть и ваш следующий танец? — Его дыхание обожгло шею.

— Увы, я уже пообещала его другу.

— Тогда через один?

— Конечно.

— Ненси, вы сводите меня с ума! И пока вас не украл кто-то более расторопный, позволите пригласить вас на небольшой вечер в ресторане? Мой приятель будет выступать, я хотел бы его послушать и был бы рад, чтобы вы послушали его со мной.

— Хорошо, — я решила, что это прекрасная возможность допросить Врайна.

— Тогда завтра в шесть я буду ждать вас… Где мне вас ждать?

— У статуи основателей города.

— Договорились. — Врайн залихватски мне подмигнул.

К счастью, музыка закончилась, и меня тут же перехватил Гилберт. Что он зол, я поняла, даже не спрашивая. И на этот раз понимала, почему Максен злится. Взяла его за руку, чтобы успокоить, но снова заиграла музыка, и Гил повел меня в ряд танцующих. Нас почти сразу разъединили фигуры танца, а когда мы встретились вновь, Гилберт криво улыбался. Нет, так дело не пойдет! Я едва дождалась, когда мелодия закончится, и, нарушив обещание, данное Врайну, увлекла Гилберта к нише у окна.

— Что случилось? — Опустила руки ему на плечи, сама поражаясь своей вольности.

— Да ничего. — В голосе Гила сквозила досада. — Ты слишком увлеклась Врайном, Ненси. Что, нравится?

— С ума сошел? — Я не знала, как объяснить этому дуралею, что Врайн мне не нужен и за сто монет. — Это был просто ганец.

— И то, что он лапал тебя, предполагали фигуры танца? — В глазах Гила чуть ли не сверкали молнии.

— Гил, нам нужно вывести его на чистую воду. Да, я позволила ему за собой ухаживать. И, пока ты опять что-нибудь не напридумывал, согласилась пойти на свидание.

— Ненси!

— Что — Ненси? Нам надо знать, причастен ли Ардис Врайн к двум убийствам. Это главное. И если у меня есть возможность прояснить хоть что-то, зачем от нее отказываться? Тем более я уверена, вы будете поблизости и не дадите причинить мне вред.

— Главное, чтобы не помешали вам миловаться. — Слова Гила сочились ядом, и мне даже стало обидно, но я поставила себя на его место. Если бы сейчас не я, а Гил танцевал, допустим, с Марикой и прижимал ее к себе, я бы тоже глубоко обиделась. И не просто обиделась, а была бы в ярости!

И вот что с ним делать? Оглянулась по сторонам — никого, тяжелые занавески надежно скрывали нас от чужих взглядов. Поэтому поднялась на цыпочки, обвила руками шею Гила и осторожно поцеловала. Сначала почувствовала его недоумение, но затем Гил ответил на поцелуй. И вот уже он целовал меня, голова предательски кружилась, ноги едва держали — хорошо, что объятия Гилберта не давали упасть. Зато, когда я отстранилась от Гила, пряча глаза от смущения, его лицо сияло.

— Ненси, я…

— Подожди! — перебила его. — Взгляни в окно. Куда это идут Мик и Марика?

Микаель действительно прогуливался под руку с сестрой Виниты Портлин. И шли они в глубь городского сада, что не могло не настораживать.

— Надо пойти за ними, — сказала Гилу.

— Да, ты права. Эта дамочка может быть опасна.

И Гилберт увлек меня к ближайшей стеклянной двери, ведущей в сад.

В воздухе сильно пахло розами. Я вдыхала их аромат и медленно шла, держа под руку Гила, при этом не выпуская из виду нашу парочку. Марика не знает, кто мы такие. Вряд ли ее удивят юноша и девушка, стремящиеся к уединению. А Мик вряд ли разозлится из-за дружеской поддержки. По крайней мере, мне так казалось.

— Они идут к беседке, — шепнул Гил. — Давай обойдем по другой дорожке.

И мы нырнули куда-то через кусты. Легкая задача, когда на тебе повседневная одежда, и почти непосильная, если на тебе бальное платье. Я едва не оставила на колючках весь подол единственного бального наряда, а Гил летел куда-то и не собирался ждать. Наконец кусты закончились, и по обходной тропинке мы добрались до беседки. Мик и Марика уже были там. Девушка стояла к нам спиной, Мик — лицом. Но, кажется, нас не замечал или усиленно делал вид, что не замечает.

— Вы — удивительная девушка, Марика, — шептал он на ушко своей спутнице. — Как только увидел вас на балу, так сразу понял, что жить не смогу без вас.

— А я давно за вами наблюдаю, ваша светлость, — хихикнула девушка.

— Микаель.

— Хорошо, Микаель.

Думает, что поймала крупную рыбку. А наш Мик — такая рыбка, которая любого проглотит. Я украдкой улыбнулась.

— Расскажите мне о себе. Я хочу знать о вас все! — настаивал наш «пылкий» друг. — Где вы живете, с кем, большая ли у вас семья.

— Живу одна. — Марика повела плечами, будто замерзла. — Есть брат, но он сейчас в отъезде. А сестра недавно погибла.

— Какое несчастье! Что же произошло? Может, я могу помочь?

Вот лис! И такое участие на лице, что помимо воли поверишь.

— Увы, Вините уже не поможешь. — Девушка качнула головой. — Она сама играла с огнем, выбрала не того мужчину.

— Не того? — Мик осторожно опутывал свою жертву паутиной вопросов.

— Да. Ее одарил вниманием один очень высокопоставленный человек, а Винитка — дура. Собралась замуж за какого-то оборванца. Думаю, ее убил либо тот, либо другой.

Значит, сестра ничего не знает. Обидно! Но Марика повернула голову, и я вцепилась в руку Гилберта.

— Смотри, бусины!

Тот поднял глаза — и увидел то же, что и я. Заколка, вся в мелких бусинках. Точно таких же, как я нашла у тела Виниты. Конечно, вряд ли на заколке можно было найти отсутствующую, иначе девушка не стала бы ее надевать, но бусину вполне могли заменить.

— Уверена? — шепнул Гил.

— Еще бы!

Он сделал знак Мику, указывая на волосы Марики. Мик, казалось, и не смотрел в нашу сторону. Зато потянулся к заколке Марики:

— Какая занятная вещица.

— Она дорога мне как память. — Марика позволила рассмотреть украшение. — Подарок матери. Увы, несколько бусин уже пришлось заменить, но я не в силах с ней расстаться.

— Понимаю, — ответил Микаель. — Но здесь дует, вы замерзаете. Давайте вернемся в зал и немного потанцуем.

Мы с Гилом разом скрылись из виду, уходя по той же дорожке, по которой пришли. В зале по-прежнему играла музыка, кружились пары. Гил тут же увлек меня в круг танцующих, а я так задумалась, что упустила момент, когда танец завершился и к нам подошел Врайн.

— Ненси, дорогая, вы обещали мне танец, — заговорил он, останавливаясь между мной и Гилбертом.

— Прошу прощения, но дама танцует со мной. — Гилберт подвинул его плечом. Это еще что за штучки?

— Шли бы вы своей дорогой, — посоветовал ему Врайн.

— Боюсь, своей дорогой пойдете вы.

— Гилберт, я действительно обещала господину Врайну еще один танец, — вклинилась в разгорающуюся ссору. — А следующий — ваш.

И протянула руку Врайну, увлекая его в сторону. Не хватало еще, чтобы Гил мне сорвал свидание. Я чуяла, что с Врайном все не так просто! Зато весь танец ощущала, как Гил прожигает мою спину взглядом. Какая муха его укусила? Настолько ревнует? Но ведь я не давала повода! И что мне с ним делать? Бал перестал доставлять радость. Хотелось вернуться домой и пожаловаться Драку. Увы, призрак был единственным мужчиной, который меня понимал.

— Ненси, этот молодой человек вам докучает? — спрашивал Врайн.

— Нет, что вы. Это мой старинный друг.

— Только друг?

— Определенно, — кивнула я.

— Значит, наше свидание состоится?

— Обязательно, — заверила Врайна. — А теперь простите, мне пора. До завтра.

И оставила его, пробираясь обратно к Гилберту. Гил стоял в той же нише у окна и казался мрачным, как грозовая туча. Я перехватила его руки и заставила посмотреть на меня.

— Ты злишься? Почему? — спросила прямо.

— Мне не нравится, что ты флиртуешь с Врайном. — Гил отвел взгляд.

— Флиртую? — У меня дыхание перехватило от возмущения. — Гилберт, ты что? Сам же говорил, что надо выведать у него все об отношениях с Винитой!

— И для этого нужно кружить рядом с ним весь вечер?

— Но ты же болтаешь с этими дамами. — Обвела зал рукой. — И Мик тоже гулял с Марикой. Я же не делаю ничего предосудительного!

— Ты идешь с ним на свидание.

— Для работы!

— Ненси, я беспокоюсь о тебе. Этот человек опасен. Я не хочу, чтобы ты пострадала.

— Ты просто ревнуешь, — сказала в глаза. — И это глупо, потому что надо завершить расследование. Если мы не найдем убийцу, у тебя будут огромные неприятности. Неужели забыл? Слишком многое поставлено на карту, Гил. Давай закончим дело, и будешь ревновать сколько угодно.

Гилберт развернулся и пошел к выходу. Я догнала его, стараясь успеть за широким шагом спутника. Понимала, что он обижен, но понятия не имела на что. Кто должен был выводить Врайна на чистую воду? Тоже Мик? Я вообще перестала понимать хоть что-нибудь!

Мы сели в магобиль. Прошло минут пять, и на переднее сиденье скользнул Микаель.

— Эта Марика подозрительная. Попрошу Эла проследить за ней, — сказал он. — Уверен, девушке есть что скрывать. Эй, а с вами-то что?

— Ничего. — Мы с Гилом ответили в один голос и отвернулись в разные стороны.

— Понятно. Ну, раз ничего, давайте отвезу вас в «Утку». Я хочу еще с Элом поговорить, а потом уже поеду домой.

Всю дорогу до «Утки» мы молчали и смотрели в окна. Каждый в свое. Я вообще редко ссорилась с людьми. Еще меньше мне хотелось ссориться с Гилом, но он не собирался мириться. Мик тоже не стал допытываться, почему мы так неразговорчивы. Он высадил нас у «Утки». Как и говорил, поднялся на второй этаж, где надеялся застать бухгалтера, а мы пошли домой. Я свернула в свою комнату. Невыносимый! До чего же невыносимый мужчина! Что я такого сделала? Танцевала с Врайном? Так как иначе выпытать у него правду об отношениях с Винитой? Гил тоже любезничал с некоторыми гостьями, и что? Я же не пыталась расцарапать ему лицо!

Едва справилась со шнуровкой на платье, натянула родные и любимые вещи. Все, больше никаких балов! Никаких танцев! Не хочу! Слезы обиды выступили на глазах.

— Что случилось, малышка? — Из воздуха появился Драк.

— Ничего не случилось. — Я шмыгнула носом. — Гил оказался идиотом.

— О, это мне о нем давно известно! Он всегда таким был, — тихо рассмеялся призрак. — Я так понимаю, бал прошел безрезультатно?

— Почему же? Врайн пригласил меня на свидание. Но пока что все дорожки ведут к сестре Виниты Марике. Представляешь, в ее заколке — точно такие бусины, как та, что я нашла в театре.

— Это еще ни о чем не говорит, Ненси. Мало ли что там делала Марика. Может, пришла в театр посмотреть на спектакль и искала сестру. Или решила сама взглянуть на место преступления. Не делай скоропалительных выводов! И с Врайном будь осторожна, он крайне подозрителен.

— Жаль, что ты не можешь пойти с нами, — вздохнула я. — Уж ты бы понял куда больше, чем Гил. А Гилберт только и может, что изводить меня ревностью.

— Так мальчик ревнует? — Драк усмехнулся. — Что ж, надо не злиться, а радоваться, Ненси. Насколько мне известно, в его жизни пока не было серьезных отношений. Так, мимолетные интрижки — и вечный роман с работой. Так что гордись, ты смогла отвлечь Гилберта Максена от его детища.

— Было бы чем гордиться.

В двери тихо постучали. Я тут же вытерла слезы, а Драк понимающе улыбнулся и растаял в воздухе. За дверью ожидаемо стоял Гил.

— Что-то забыл сказать? — спросила я, стараясь не разреветься. Хватит на сегодня позора!

Гил смотрел куда угодно, только не на меня.

— Ненси, я был не прав, — ответил тихо. — Просто пойми, меньше всего на свете мне хочется, чтобы ты пострадала. А этот Врайн…

— Это работа, Гил. Ничего, кроме работы. Вы ведь все равно не отпустите меня одну на свидание, а будете рядом. Правда?

— Конечно, — кивнул Гилберт.

— Тогда к чему разговоры? Ни ты, ни Мик не позволите причинить мне вред. Поэтому давай на этом оставим споры.

— Хорошо, — согласился мой невыносимый собеседник. — Значит, мир?

— Мир.

Гил преодолел шаг между нами — и поцеловал. Его поцелуй был словно летний ветер. Он кружил голову и будоражил воображение. Мне хотелось петь и смеяться, забыв обо всех неприятностях этого вечера.

— Ты дорога мне, Ненси, — сказал Гил. — Пожалуйста, будь осторожна.

— И ты… ты тоже будь осторожен! — ответила я, хотя хотелось сказать куда больше. Наверное, мы бы так и стояли, если бы Драк не решил, что время позднее, а лимит объяснений на сегодня исчерпан.

— Так-так, — появился он в центре комнаты. — Раз у нас снова тишь, гладь да благодать, попрошу покинуть комнату моей подопечной. Время позднее, эмоции у всех зашкаливают. Сначала предложение руки и сердца, потом ночевки в одной комнате. Шагом марш!

Я покраснела, а Гилберт быстро попрощался и скрылся за дверью.

— Ну зачем ты так? — обернулась к Драку.

— Как это зачем, дорогая? Быстро же ты забыла, как плакала пару минут назад, — ответил призрак. — И кстати, насчет того, чтобы пойти с вами. Есть у меня один метод, но не знаю, решишься ли ты.

— Какой?

— Кольцо переноса сущности. Слышала о таком?

Кажется, что-то в университете говорили. Мол, оно может вместить в себя любую сущность, даже привязанную к конкретному месту, и позволит использовать ее силы. Было бы неплохо! Но где такое взять?

— Кольцо у меня припасено, — Драк словно откликнулся на мои мысли. — Вот только, дорогая, само заклинание сложное и даже слегка опасное. Ты ведь будешь связана со мной — значит, станешь подпитывать меня собственными силами. А у меня многовато мощи, боюсь, не выдержишь.

— Выдержу! — заверила Драка. — Когда проведем ритуал?

— Да хоть прямо сейчас. Только сразу говорю, Гилберту он не понравится.

На мгновение мелькнула мысль, что стоит пойти посоветоваться. Все-таки Гил — мой начальник, друг и… немного больше чем друг. Но он точно запретит, и сегодня мы достаточно ссорились. Поэтому, вместо того чтобы пойти к Гилберту и рассказать о своей затее, я сказала:

— И пусть. Когда дело будет сделано, поздно будет ссориться. А если кольцо станет мне не нужно? Что тогда?

— Мы разорвем привязку, я вернусь сюда и снова стану верным домашним призраком.

— Договорились, — ответила Драку. — Где кольцо?

Странный перстень соскользнул с его пальца. Это что же, он давно приготовился к подобному исходу? Или всегда носил кольцо с собой? Почему я раньше этого не замечала? А перстенек был красивый, из темного золота с массивным рубином. Стоило взять его в ладони, как камень потеплел.

— Он как живой, — прошептала благоговейно. — И что теперь с ним делать?

— Наполни его своей силой, — ответил Драк. — Заклинание привязки — арре эстемум.

Арре эстемум. Я такого не знала, хоть и всегда хорошо разбиралась в заклинаниях. Но, видимо, оно такое же древнее, как этот перстень. Поэтому сжала кольцо меж ладоней и представила, как из рук льется магия, впитываясь в рубин. Ощутила, как медленно начали утекать силы. Значит, кольцо впитывает их. И когда почувствовала, что оно сыто, произнесла:

— Арре эстемум.

Стены задрожали. Или мне только показалось?

— Арре эстемум! — повторила я, и фигура Драка стала расплывчатой.

— Арре эстемум!

Тряска прекратилась. Драк стоял передо мной — только уже не призрак, а реальный, как любой человек. Я не поверила своим глазам, сделала шаг вперед и коснулась его руки. Теплые — и настоящий. Невозможно!

— Утром я перемещусь в перстень, — сказал он, и даже голос звучал иначе, а я разглядывала лицо, наполнившееся красками жизни. А он был красивым! Когда был… живым.

— Странно, что Гил до сих пор не прибежал, — оглянулась на дверь.

— Он ничего и не почувствовал, — ответил Драк. — Землетрясение отозвалось только в этой комнате. Если станет совсем тяжело, Ненси, сними кольцо и разорви привязку. Но тогда я уже не смогу вам помочь.

— Хорошо. Спасибо, что согласился. — До сих пор не верилось в то, что видела.

— Это тебе спасибо. Приятно чувствовать себя человеком.

Драк улыбнулся — и спокойно вышел за дверь. Даже не стал привычно таять в воздухе. Только сейчас я задумалась над тем, что наделала. И что скажут мои друзья, когда узнают. Но ведь привязку можно разорвать в любой момент? Значит, все хорошо. А помощь Драка нам очень даже понадобится.

Утром я откровенно боялась выходить из комнаты. Не стоило надеяться, что Гилберт не заметит кольца. Он замечал куда большие мелочи, чем золотой ободок с камнем, обхвативший средний палец. Драк тоже не появлялся, иначе я бы попросила его создать какую-нибудь иллюзию, чтобы скрыть наш статус. Звала его, но призрак не пришел. Или теперь не такой уже призрак? Пришлось одеваться и плестись к завтраку. Как назло, Гил завтракал дома, а не умчался в «Утку» ни свет ни заря.

— Доброе утро, — сказала угрюмо, потянувшись за чашкой.

— Доброе, — ответил Гил — и вдруг словно окаменел. — Ненси, это что такое?

— Где? — сделала вид, что не понимаю.

— Перстень! Какого демона он на твоей руке?

Гил перехватил мою ладонь и поднес к лицу, словно приглядываясь к плетению заклинания, а затем так же резко выпустил.

— Зачем? — спросил тихо. — Зачем ты это сделала?

— Я боюсь, — призналась честно. — Нам нужна помощь, пора это признать. А Драк…

— Ты хоть понимаешь, что натворила? — Гил резко поднялся со стула и схватил меня за плечи. — Драк — не песик, которого можно привязать таким способом. Он — могущественный маг, который пожрет тебя и не поморщится!

— Почему он вообще должен меня пожирать? У нас с ним договор — как только мы найдем убийцу Виниты, я разорву привязку.

— Пока мы найдем убийцу, Драк станет настолько силен, что ты уже не сможешь ее разорвать! Сними кольцо, немедленно!

Я колебалась.

— Ненси, прошу!

— Хорошо…

Прикоснулась к перстню и прошептала: «Литау гарде». Представила, как крошатся цепи, и потянула кольцо с пальца. Ничего.

— Ну что? — поинтересовался Гил.

— Не получается. Наверное, что-то сделала не так.

Повторила, но цепи только стали прочнее и будто ощутимее, а воздух в комнате вдруг похолодел. Открылась дверь, и Драк шагнул в комнату. Он выглядел еще реальнее, чем накануне, — даже щеки порозовели. Где-то раздобыл современный костюм и теперь щеголял черным жилетом с серебряными пуговицами, бледно-желтой рубашкой и узкими брюками. Светлые волосы стянул на затылке. Аристократ аристократом. Только сейчас я впервые ощутила силу, которая исходила от него. И эта сила пугала.

— Здравствуй, Ненси, — кивнул он. — Что же ты решила так быстро расторгнуть наш договор? Или Гил уговорил?

Я смотрела на человека перед собой — и понимала, что не знаю его. Это был совсем не тот призрак, который помогал мне готовиться к балу или колдовал над прической. Нет, сейчас его мощь можно было ощутить кожей, и от нее становилось жутко.

— Отпусти ее! — потребовал Гилберт. — Зачем тебе Ненси?

— Затем, что никто из вас не стал бы помогать мне по доброй воле. — Драк пожал плечами. — А эта чудная девочка — сама невинность. Она разглядела в несчастном призраке добро, которого никогда не видели вы, господа хранители. Ставлю свои часы, сейчас прибежит Микаель и начнет рвать на себе волосы. Ай-ай-ай, прошляпил возвращение легендарного пращура.

Так Драк — предок Мика? Совсем не похожи!

— Не бойся. — Драк обернулся и мягко коснулся моей щеки. — Я обещал, что помогу, значит, помогу. Мужчины нашего рода держат слово.

— Кольцо не снимается, — сказала я. — Ты обещал совсем другое.

— Я скажу тебе формулу, когда в этом возникнет необходимость. — Драк потрепал меня по голове, словно котенка. — А ты прекрати оплетать меня заклинанием, Гилберт Максен. Я не слепой и не глупый. Если, конечно, не хочешь занять место дежурного призрака.

По коже пробежал мороз. Наверное, я только сейчас поняла, что натворила, и некого было в этом винить, кроме самой себя. Чем я думала? Была слишком расстроена после ссоры с Гилом? Или устала? Или просто… Пора признать, все это время в «Утке» я продержалась потому, что рядом постоянно кто-то был. Гил, Мик, Эл. Иногда Лита. И вот впервые действовала сама. Вместо того чтобы помочь, выпустила некое существо, которое, похоже, и человеком назвать нельзя.

Как и предсказывал Драк, дверь распахнулась и на кухню влетел запыхавшийся Микаель. Увидел Драка — и замер. С его лица будто кто-то разом стер все краски.

— Что это значит? — холодно спросил у меня, безошибочно определив, чьих рук дело. — Ненси, я тебя спрашиваю! Кто дал тебе право…

— Не кричи, — перебил его Драк. — Девочка не сделала ничего дурного. А вот вас, двух остолопов, я бы с удовольствием придушил, но Ненси расстроится. Поэтому займитесь делом, найдите убийцу — и я сам вернусь на место. А пока что — прощайте. Ненси, если что, зови.

И Драк уверенно направился к двери.

— Ты куда? — растерянно спросил Мик.

— Истосковался по женской ласке, правнучек. — Драк щелкнул его по носу. — Увы, для призрака возможности общения с прекрасным полом ограничены.

И он удалился, напевая фривольную песенку, а мы остались стоять в центре комнаты, глядя друг на друга.

— Может, мне кто-нибудь объяснит, что происходит? — спросила осторожно.

— С удовольствием. — Мик подошел к столу и достал из шкафчика пустую чашку. — Ты выпустила из векового заточения моего прадеда, одного из самых сильных и опасных магов страны. Прадедушка раскрыл секрет бессмертия. Говорят, ради этого он даже продал душу демону. Не знаю, насколько это правда, но в один не очень-то прекрасный миг Драк перешел на сторону врага и едва не уничтожил всю правящую династию. После этого он долго скрывался, пока его не нашел сын, мой дед. Он понимал, что отца нельзя оставлять на свободе, иначе безумный маг способен на многое. И тогда он заточил его в этих стенах, заперев на веки вечные. В подземельях «Утки» находится человеческое тело Драка. Скажу сразу, не в цельном виде, но, если снять печати, он оживет. Вот только избавиться от духа отца дед так и не смог. Дедушка всю жизнь прожил в этом доме, а когда пришла пора покинуть мир, рассказал о Драке моему отцу. Тот — мне, взяв клятву, что я не допущу возвращения предка в мир живых.

— Тогда как… — Я покосилась на перстень. Рубин переливался сполохами алого.

— Даже в виде духа Драк способен на многое. Он даже не совсем дух, скорее, сущность, лишенная физической оболочки. Сильно нам навредить он не может. Не мог, пока не нашел носителя. Сейчас он привязан к тебе и питается твоей силой. Когда ее станет мало, Драк сможет захватить твое тело — на это его могущества вполне хватит.

— И что же мне делать? — спросила вмиг осипшим голосом.

— Снять перстень.

— Не получается, я пробовала.

— Значит, молиться, чтобы Драк сдержал слово. Но надежды на это мало, он и при жизни-то был не в себе. Недаром так боролся за бессмертие.

Я опустилась на стул и замолчала. Гил осторожно опустил руку мне на плечо, словно опасался, что оттолкну. Но я не собиралась его отталкивать. Наоборот, хотелось обнять что есть силы и разреветься. Увы, поздно.

— Раз уж договор заключен, давайте сделаем так, чтобы это было не зря, — сказала парням. — Нам нужно найти убийцу Виниты. Пусть хотя бы он заплатит за то, что сделал. А с Драком… С Драком разберемся потом.

— Разберется она, — вздохнул Микаель. — Ладно, я подниму семейные архивы и попытаюсь разузнать, как в прошлый раз удалось упокоить прадеда. Ненси, сосредоточься на Врайне. Гил, свяжись-ка с Элом, он до сих пор на работу не явился. Не иначе как решил следить за Марикой и днем.

Да, именно так и надо. Заняться работой, забыть о нависшей опасности. А может, и не опасность это вовсе? Все-таки Драк ничего плохого никому не сделал за эти сто лет, а мне и подавно только помогал. Интересно, где он сейчас? Действительно отправился по барышням? Зачем ему вдруг понадобилось человеческое тело?

Столько вопросов — и никаких ответов! Поэтому на свидание с Врайном я шла в самом мрачном расположении духа. Гил и Мик следовали поодаль — мы договорились, что они вмешаются, если подам условный знак — потру сережку на левом ухе. А пока что надо было выпытать у Врайна все, что он знает о гибели Виниты и Дины.

У статуи основателей города я оказалась без четверти шесть. Врайна еще не было, поэтому стояла и смотрела на три белоснежные скульптуры — одну женскую и две мужские. Неожиданно поймала себя на мысли, что одна из них напоминает Драка. Нет, пока он был призраком, не напоминала. Зато сейчас, когда вдруг оказался в человеческом обличье, сходство было налицо — волевой подбородок, неизменный прищур, прямой нос. А столица на этом месте возникла не так давно, раньше была на берегу моря, пока не смыло во время стихийного бедствия. Может ли быть, что Драк приложил руку к созданию нового города? Хотя имена на камне были выбиты другие: Грасия Тордес, Эвиар Элтерет — это предок принца Конрада и его брата, Даниан Астрей. Хотя… Вряд ли Мик работает в «Утке» под своей настоящей фамилией. Может ли этот Даниан Астрей быть нашим Драком?

— Ненси! Вы уже здесь. — Врайн остановил сверкающий магобиль и помахал мне рукой. А вот это уже плохо — ехать с ним никуда не хотелось.

— Я думала, мы прогуляемся, — крикнула в ответ, придерживая шляпку, так и норовящую слететь от порывов ветра.

— Прогуляемся, но не здесь, — улыбнулся Ардис, распахивая передо мной дверцу. — Позволите пригласить вас на берег реки?

— С удовольствием.

Поздно было отказываться. Это выглядело бы странно, да и с перстнем на пальце я чувствовала себя защищенной. Может, Драк мне и солгал, но ему невыгодно, чтобы я так быстро умерла. Магобиль зарычал и двинулся по направлению к реке.

Я пару раз обернулась — и показалось, что вижу издалека магобиль Мика. Значит, ребята следуют за мной. Сразу стало спокойнее.

— Вы сегодня обворожительны, Ненси, — сладко улыбнулся Врайн.

— Благодарю. И все-таки куда мы едем?

— На небольшой пикник. И кстати, мы на месте.

Магобиль остановился на берегу широкой реки. В этом районе я раньше не бывала. Красивое место! Огромные раскидистые дубы дарили свою тень тем, кто решил укрыться под их кронами. Здесь было не так жарко из-за близости воды, и Врайн повел меня к одной из лужаек, на которой расположилась деревянная беседка. Увидела ее — и поняла, что ребятам будет тяжело за мной наблюдать. Беседка находилась на берегу, и от чужих взглядов ее скрывал дикий вьющийся виноград.

— Здесь красиво, — сказала своему спутнику.

— Рад, что вам нравится. Я сам люблю посидеть на берегу, посмотреть на воду.

Он приподнял завесу винограда, и я увидела накрытый стол. Пахло фруктами. Если бы был другой кандидат для свидания, я бы обрадовалась. Но Гил, увы, никуда меня не приглашал, только на работу.

— Вина?

И, не дожидаясь ответа, Врайн наполнил бокалы.

— Давайте выпьем за нашу случайную встречу, которая, надеюсь, перерастет в долгую дружбу.

Я едва пригубила вино, а вот Врайн выпил до дна. Сразу повеселел и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. А вот мне было совсем не весело.

— Я слышала, вы работаете в театре? — решила свернуть на нужную дорожку разговора.

— Не я, отец, — отмахнулся Ардис. — А я там практически живу. Театр — это как большой серпентарий, поверьте, прекрасная Ненси. У актрис больше причуд, чем у любых других девушек.

— Например? — спросила я.

— То шляпка не та, то платье бледнит. То не выйду на сцену в розовом, это плохая примета — выступать в розовом по пятницам. А еще все актрисы мечтают найти себе принца. Пока что нашла только одна, и та померла.

— Да что вы говорите, — прижала ладони к щекам.

— Именно! Встречалась с ним тайком. А в театре тайком — значит, на виду у всех. Только он жениться на ней не собирался. А Витка была барышня назойливая. Думаю, любовник ее и того…

Неужели Врайн не виноват? Но ведь он ухлестывал за Винитой!

— Она вам нравилась, эта девушка? — спросила осторожно.

— Не больше, чем остальные. Сама со всеми заигрывала. Пользовалась тем, что красива, как картинка. Но что мы все о ней да о ней? Давайте выпьем!

И Врайн снова осушил бокал. Взгляд его сделался совсем осоловелым, Ардис придвинулся ближе. Я, наоборот, отодвинулась, но он обнял меня за талию и опустил руку на колено.

— Что вы делаете? — крикнула я. — Отпустите немедленно!

— Еще чего, дорогуша, — пьяно улыбнулся Врайн. — Все вы одинаковы, и все хотите одного и того же.

Где Гил и Мик, когда они нужны? Я попыталась подняться, но Врайн вцепился в платье. Ткань треснула под его пальцами. Попыталась применить магию — ничего. На Врайне какая-то защита?

— Драк!

Воздух подернулся дымкой, и из него шагнул древний маг, безупречный, словно картинка.

— Ай-ай-ай, — покачал головой. — Как нехорошо, господин Врайн. Девушка хочет уйти. Зачем же ее удерживать?

Щелкнул пальцами — и рука Врайна неестественно выгнулась. Он дико закричал, а в беседку ворвались Гил и Мик.

— Ты что делаешь? — Микаель вцепился в предка.

— Кыш! — Драк взмахнул рукой, и парней вынесло из беседки прямо в реку. — Говори, Врайн, ты убил Виниту и Дину?

— С ума сошли? — Ардис дико вращал глазами. — Я их терпеть не мог, это правда. Но убивать?

— Не лжет, — обернулся ко мне Драк. — Отпустим?

— Да! Хватит!

Врайн рухнул на землю без сознания. Драк прикоснулся к его лбу, и словно облачко слетело с его пальцев.

— Все, он не вспомнит, кого сегодня пригласил на свидание.

Призрак улыбнулся и протянул мне руку, но я в испуге отшатнулась.

— Ненси, я не причиню тебе вреда.

— Пошел от нее!

Это Гил выбрался из реки, схватил меня в охапку и заслонил от Драка. С него ручьями стекала вода, и я тут же промокла.

— Все хорошо, — вмешалась, опасаясь, что сейчас они схлестнутся и Гилберт точно проиграет. — Гил, Драк всего лишь мне помог, сама попросила. Врайн начал приставать, а вас не было, и…

— Кстати, а где вы были? — поинтересовался Драк.

— Поблизости. — Гил отвел взгляд. — Мы хотели подобраться так, чтобы наблюдать за беседкой, но никак не получалось, и…

— И этот парень мне что-то говорит! — Призрак всплеснул руками. — Микаель, а ты и вовсе разочаровал прадедушку. Один из Астреев так магически слаб. Куда катится мир? Ненси, драгоценная моя, идем-ка домой, я лично тебя провожу, раз уж от твоих защитников нет толку.

Но я вцепилась в руку Гилберта, потому что откровенно боялась.

— Что ж, как знаешь.

И Драк снова растаял в воздухе, а я обернулась к Гилу. Тот еще раз взглянул на спящего в беседке Врайна и увлек меня прочь. Парни молчали, а я чувствовала себя бесконечно виноватой. Почему? Не знаю. Наверное, потому, что снова едва не провалила задание. И оказалась бессильна без Драка. И…

— Ненси, ты в порядке? — тихо спросил Гил.

— Да, в полном, — заверила его. — Прости, я едва не подвела вас.

— Это мы тебя подвели. Драк прав, плохие из нас защитники. Мы отвлеклись буквально на минуту — и не успели помочь.

— Ну, вы же не столетние маги, — улыбнулась ему. — Не бери в голову. Зато теперь мы точно знаем, что Врайн не убивал Виниту и Дину. Он думает, это был Конрад.

— Что в принципе невозможно… Что ж, будем надеяться, что Эл принесет какие-то новости. Поехали домой?

Я с превеликим удовольствием забралась в магобиль Мика — он уже ощущался как родной. Свернулась клубочком на заднем сиденье, только здесь чувствуя себя в безопасности. Даже мокрое платье перестало смущать — в отличие от парней, которые тихо ругались, пытаясь высушить одежду. Что же делать? Подозреваемых все меньше, а результата нет. Может, убийца уже и не в городе? Уехал, сбежал? Как же все запуталось…

Уснуть было невыносимо тяжело, и я сидела у окна, вглядываясь в ночной мрак. События последних дней перепутались в голове, превратились в сплошной сумбур. Этот вечер я провела вместе с Гилом, и, пока он был рядом, все казалось не таким уж страшным. Но стоило остаться одной, как ужас поднял голову, заставляя метаться по комнате. Мне было жутко! Казалось, что любая тень за спиной — враг. Кого я боялась? Неведомого убийцу? Драки? Или чего-то неизвестного? Что мне теперь делать? Понятия не имела, но очень хотела бы знать.

Вдруг в темноте за окном мелькнул отблеск. Я пригляделась — так и есть, свет фонаря. Кто-то следил за нами? Осторожно выскользнула за дверь. Подходить близко не собиралась, но вдруг это наш убийца? Взглянула на комнату Гила. Нет, вдвоем спугнем. Проверила собственную магию — она вернулась, будто и не было никаких сбоев. А я ведь так и не поняла, почему вдруг оказалась перед Врайном безоружной.

В полной темноте обошла дом. Свет фонаря никуда не исчез, и я могла видеть фигуру с лопатой в руках, которая пыталась что-то вырыть из-под фундамента здания «Утки». Приготовила атакующее заклинание и крикнула:

— Вы что там делаете?

Фигура выпрямилась, и я с изумлением узнала Драка.

— А, крошка Ненси, — улыбнулся тот и помахал мне рукой. — Вышла помочь? Похвально. Только, боюсь, работа не для хрупких девушек.

— Что здесь происходит? — Подбежала к нему. — Подожди! Ты копаешь под «Уткой»… Хочешь восстановить свое тело и вернуться к жизни?

— Так мальчики тебе рассказали. — Драк говорил весело, но в его глазах была пустота. — Да, Ненси, я жажду найти свои останки, но не для того, чтобы ожить, а, наоборот, чтобы умереть.

— Умереть?

— Видишь ли, меня лишили права на такое простое человеческое свойство, как смерть.

— Но Мик говорил, ты бессмертен.

— Да. Вот только я знаю, как это изменить. Давай не будем болтать на ветру, Ненси. Понимаю, у тебя накопились вопросы. Подожди меня дома, я почти закончил, а тебе не стоит видеть мою находку.

Да уж, я тоже не желала видеть, во что превратил дедушка Мика тело своего отца, поэтому поспешила вернуться в дом. В окно видела, как Драк закончил копать и что-то извлек из-под фундамента. Затем он куда-то ушел, а в моей комнате появился спустя четверть часа, будто ничего и не было.

— Хоть бы предложила бывшему призраку чаю, — усмехнулся он. — Мой голод, конечно, в основном магического свойства, но и от чашечки чего-нибудь горячего не отказался бы.

Пришлось идти на кухню и заваривать чай. Даже подумалось, что Драк хочет увильнуть от неприятного разговора. Но рано или поздно он окажется загнанным в угол, и придется выложить все. Поэтому поторопилась с чаем и вернулась к Драку. Он уже удобно расположился на моей кровати, подставив подушку под спину, и с благодарностью забрал чашку, а я присела на краешек стула.

— Что ты хотела спросить, Ненси? — поинтересовался он, осторожно потягивая обжигающий напиток.

— Ты и так знаешь. Как получилось, что ты стал призраком?

— Можно подумать, ты мне поверишь! — Драк рассмеялся, но как-то с надрывом. — Прости, дорогая, но не хочешь ли ты выслушать историю из уст моих благодарных потомков? О том, как я страшен и коварен.

— Их версию я уже слышала. Жду твою.

Драк помолчал еще немного, будто собираясь с мыслями, и наконец заговорил:

— Нас было трое. Я, мой лучший друг Эвиар Элтерет из правящего рода и Грасия Тордес. Женщина, которую мы оба любили. Времена были другие, Ненси. Магов было куда больше, они были сильны, а мы мечтали выстроить новое государство, честное и справедливое. Эвиар был младшим сыном правителя и не мог претендовать на престол, поэтому выбрал путь боевого мага. На войне мы с ним и познакомились, а когда одержали победу, в одной из освобожденных деревушек встретили Грасию. Я любил ее, и даже взаимно. Эвиар же делал вид, что рад за нас. Только Эв жаждал власти. Его отец принял несколько очень двусмысленных законов, народ бунтовал, и Эв убедил нас, что надо поднять восстание, взять власть в свои руки. Мы поверили ему, дураки.

Драк замолчал. Он сидел и смотрел на чашку, остывающую в его руках. О чем он думал? О потерянной любви? Предавших его друзьях? Потому что я уже поняла, что Эв заманил Драка в ловушку.

— Чем же все закончилось? — спросила тихо, возвращая призрака в реальный мир.

— Эв победил, стал королем. Я был его верховным магом, а потом он отправил меня на границу, сражаться с врагами. Пока меня не было, заставил Грасию выйти за него замуж. Я решил, что отомщу. Но Эвиар был очень силен, Ненси. И тогда мне пришлось пойти на хитрость. Я притворился, что простил и забыл. Остался при дворе, женился на хорошей девушке, она подарила мне сына. А сам искал секрет бессмертия, чтобы никто и никогда не смог меня победить. Я нашел его, но к тому времени уже повзрослел сын. Он был предан своему королю.

— Ты убил их всех? Правящую семью… — прошептала я.

— Всех, кроме сына Эвиара и Грасии. Он был слишком похож на мать, у меня рука не поднялась. Самой Грасии к тому времени не было в живых.

— И твой сын начал на тебя охоту?

— Да. Он считал меня предателем, ничтожеством, преступником. Я пытался с ним поговорить, рассказать, но все было зря. Долгие годы он выслеживал меня и догнал тут, в этом самом здании, моем тайном убежище. Понял, что не сможет меня убить, но поймал в магическую ловушку и разрубил на куски. Каждый из них запечатал и спрятал под зданием. Поэтому я и хочу найти их, Ненси. — Драк прикрыл глаза и потер пальцами веки. — Чтобы уйти за теми, кто был мне дорог. Ты не представляешь, как невыносимо видеть смерти близких одну за другой и не иметь возможности даже попрощаться. Я с ума сходил! С меня хватит.

Я села рядом, взяла его руку в свои ладони. Кожа была теплой, хоть передо мной сидел и не человек. Мне было его жаль до кома в горле, но сказать это — значит, обидеть сильного мага, который не привык быть слабым. Бедный Драк…

— Ты мне поможешь, Ненси Ритани? — тихо спросил он.

— Помогу, — пообещала я. — Чем сумею. Но я не хочу, чтобы ты умирал.

— Зато этого хотят твои друзья. То-то им будет подарок!

И Драк опустил голову мне на плечо, задумавшись о чем-то.

— Значит, твое настоящее имя — Даниан?

— Да. Как ты узнала? — Он вздрогнул, словно слышал имя как минимум врага.

— Статуя основателей города. Ты там очень похож.

— Я ее не видел, хотя статую создали до моего заточения. Мне было ненавистно все, что напоминало о предательстве Эва и моей глупости.

— Тогда почему Драк?

— Прозвище, — смех Драка звучал так искренне и открыто. — Дракон, Драк. Одна из моих магических форм.

— Забавно.

— Да, было когда-то. А теперь позволь тебя покинуть, Ненси. Если что, я буду за окном. Но, думаю, проспать до утра у тебя все равно не выйдет.

Драк поднялся и вышел из комнаты, а я осталась сидеть на кровати и думать. Может, он мне и лжет, но почему-то Драк казался надежнее всех, кто меня окружал. Поверить ли ему? Поздно задаваться этим вопросом, я уже поверила.

И, как и предсказывал Драк, уснуть я не успела. Только пришли первые грезы, как дверь в комнату распахнулась и на пороге появился Гилберт. Судя по тому, что он даже не постучал, дело было серьезное.

— Ненси, просыпайся! Эл выследил Марику Портлин. И говорит, что нам надо на это взглянуть.

Меня даже позвали с собой? Наверное, Гил чувствовал вину за случай с Врайном, поэтому я быстро оделась и поспешила за ним. Магобиль ждал у входа. Мик за рулем казался мрачнее тучи, но я начинала подозревать, что для нашего Микаеля это нормальное состояние.

— А я? Как же я? — На дорожке появился Драк, размахивая руками. — Ненси, дорогая, вы меня забыли.

Выглядело это комично. И не скажешь, что древний маг, который движением руки может скрутить нам головы. Мик, кажется, едва удержался, чтобы не уехать без предка, но я дождалась Драка. По крайней мере, он может четко определить, врет нам Марика или говорит правду.

— Куда едем? — поинтересовался призрак — или бывший призрак? — усаживаясь на заднее сиденье.

— На окраину города, — ответил Гилберт. — Эл следит, чтобы наша добыча не упорхнула.

Драк многозначительно покивал, видимо, проникшись важностью ситуации, но я понимала, что он только забавляется. Зато с ним действительно было спокойнее. Как ни крути, наши силы не могли сравниться с его магией. А Драк неожиданно перестал паясничать. Он внимательно смотрел на город, проплывающий за окнами.

— Красиво, — сказал тихо. — Не думал, что столица так разрастется.

Я пожала его пальцы. Наверное, нелегко видеть место, с которым связано столько воспоминаний, и понимать, что ничего прежнего в нем не осталось. Драк ответил мне улыбкой. Но когда я вот так сидела рядом с ним, то ощущала, как по крупице уходит магия. Увы, надолго мне его не удержать. Гил и Мик вовсе молчали. Даже не стали протестовать против присутствия Драка, за что им уже спасибо. А когда магобиль остановился, я даже не поняла, куда нас привезли.

Окраина города? Это место больше напоминало пустырь, и находившиеся на нем домишки казались чужеродными, чьей-то шуткой. Близко мы подъезжать не стали, а стоило выйти из магобиля, как из-за чахлых деревьев появился Эл.

— Они там, — шепнул нам. — И Марика, и ее братец, судя по всему. Сомневаюсь, чтобы это был кто-то другой.

— Отлично! — сказал Гил. — Значит, нанесем им ночной визит. Который дом?

Эл указал на угловой, и мы тихо двинулись к цели. Раз брат Виниты Портлин скрывается, значит, для того есть причины. И необходимо их выяснить! Вот только как?

— Сумеешь отпереть дверь? — спросил Гил у Драка.

— Еще бы, — усмехнулся тот. — В два счета.

Он прикоснулся к замку, прошептал что-то — и дверь распахнулась. Внутри была всего одна комнатка, поэтому мы нос к носу столкнулись с Марикой Портлин. А с дивана подскочил высокий нескладный парень с лицом, изрытым оспинами. Значит, это и есть брат Виниты?

— Что вам здесь нужно? — взвизгнула Марика, а затем вдруг узнала Мика. — Ваша светлость?

Мик недовольно напыжился — видно, такое обращение не доставило ему радости. В «Утке» он переставал быть «светлостью» и становился обычным человеком.

— Мы пришли задать вам несколько вопросов, — вместо друга ответил Гил. — И от вашей искренности зависит, что будет с вами дальше.

— Каких вопросов? Уходите немедленно! — бушевала Марика.

— Это, я так понимаю, ваш брат Биан Портлин?

— А меня что, здесь нет уже? — взвился Биан. — Да, я ее брат. Это запрещено законом — быть чьим-то братом?

— Нет, конечно. А вот убивать своих сестер — запрещено.

— Не понимаю, о чем вы.

— Все вы понимаете! — не выдержал Мик. — Винита Портлин, ваша сестра, была жестоко убита. Хотя вас, кажется, мало заботит этот факт. Может, потому, что это ваших рук дело?

Ответить Биан не успел, потому что дверь отлетела в сторону и в комнату ворвался отряд следователей во главе с нашим старым знакомым Даном Фервертом. Биана скрутили в мгновение ока, а Дан обернулся к нам.

— Так и знал, что вы рано или поздно выведете меня на убийцу, — сказал он самодовольно. — Что ж, стоит вас поблагодарить за содействие делам короны. Биан Портлин, вы арестованы за убийство вашей сестры Виниты и будете осуждены по всей строгости закона.

Биана повели к выходу.

— Мне остановить их, Ненси? — спросил тихо Драк.

— Не надо, — ответила я. — Или у нас будут проблемы.

— Что вы делаете? — Марика, рыдая, вцепилась в Ферверта. — Биан ни в чем не виноват! Он все время был со мной. Да, мы посещали театр, но разве это запрещено? Хотели попросить у Виниты денег, а вместо этого нашли ее труп. Но вам проще во всем обвинить моего брата!

— Следствие выяснит правду, лиа Портлин, — холодно ответил Ферверт. — А пока не стойте на пути правосудия. Завтра в десять попрошу вас быть в центральном управлении, чтобы дать показания по делу вашего брата. Эй, Максен, так и будете тут стоять? Вас я тоже завтра жду.

Гил пошел за Фервертом, а вот мы с Миком решили слегка задержаться.

— Рассказывайте все, лиа, и быстро, — шепнул ей Мик. — Тогда мы, может быть, сможем помочь вашему брату.

— Я уже все сказала! — Марика заливалась слезами. — После выступления Виниты мы пошли искать ее. Наша семья вся в долгах, а Витка заполучила могущественного покровителя. Биан ни на шаг от меня не отходил! А потом мы наткнулись на нее. Винита лежала на полу, мертвая.

И Марика отчаянно зарыдала.

— Драк? — шепнула я.

— Не врет. — Призрак склонился к моему уху, и его дыхание защекотало шею.

— Вы видели там кого-нибудь еще? — спрашивал Мик.

— Нет, никого.

— Что ж, тогда расскажите следователям правду. Прощайте, лиа Портлин.

И Мик пошел к выходу. Мы догнали его, и я была безумно счастлива выйти из удушливой атмосферы дома на свежий воздух. Гил ждал нас у магобиля вместе с Элом. Эльф отчаянно жестикулировал, что-то доказывая.

— Мы что-то пропустили? — спросил Мик. — Сыщики быстро убрались.

— Они получили что хотели, — откликнулся Эл. — Но я слышал кое-что до того, как вы приехали, и кажется мне, что семья Портлин не имеет никакого отношения к гибели Виниты. Им нужны были деньги. И ее убийство их огорчило только тем, что они потеряли возможный источник дохода. Но я бы поговорил с Бианом, если бы его не увезли. Мик, может, попытаешься устроить нам краткую встречу?

— Я попробую, — пообещал Микаель. — Вот только Ферверт — как цепной пес, вцепится зубами и не отпустит. Надо как-то его обойти. Только давайте этот вопрос отложим до утра. Все равно раньше нас никто к Портлину не пустит.

Мик был прав. Усталость брала свое, я ощущала себя безумно измотанной. И дело не только в ночной поездке. Покосилась на Драка. Он, наоборот, выглядел совершенно довольным. Надо решать нашу проблему, и поскорее. Иначе, чувствую, моей магии призраку станет мало.

Микель пришел в редакцию рано утром. Он выглядел так, будто бы не спал всю ночь. Хотя, если бы мой прадедушка внезапно восстал из мертвых и угрожал чьему-то благополучию, я бы тоже перестала есть и спать.

— Какие новости? — спросил Гил, стоило Мику усесться за рабочий стол.

— В обед у меня будет возможность поговорить с Бианом Портлином. Пришлось, правда, потратиться, но иначе к нему не подобраться.

— Запишешь ваш разговор на кристалл?

— Само собой. А у вас есть что-то новое?

— Если бы. — Гил развел руками. — Знаешь, мне кажется, мы постоянно что-то упускаем. Какую-то ниточку. Может ли быть, что жених Виниты нас обманул? Или просто чего-то недоговорил? Почему он так уверен, что к гибели Виниты причастен Конрад? А если… Если это и правда принц? Но зачем тогда он вызывал меня? Отвести от себя подозрения? Ему и так не обязательно оправдываться. Я совсем запутался!

Да, я тоже запуталась. Тоже все утро думала над этой загадкой, снова и снова прокручивала в голове всех возможных участников комбинации. Если Биан не виноват и его сестра тоже, то мы возвращаемся к Нику Бурту. И к запискам с угрозами, кстати. Но почему тогда пострадала Дина? В этой истории определенно было больше вопросов, чем ответов. Может, хоть разговор с Бианом что-то даст?

Мик ушел ближе к обеду. Мы все сидели как на иголках. Эл принялся пересчитывать деньги — разложил перед собой на столе все финансы «Утки», трижды пересчитал, и все три раза получил новую сумму. Пришлось подсесть к нему и считать вместе, потому что эльф выглядел откровенно несчастным. Гил писал какую-то статью. Расследование расследованием, а выпуск «Утки» никто не отменял. Лита тоже с утра убегала собирать материалы для номера, а теперь пыталась свести их воедино. Мы почти досчитали деньги, когда на пороге появился Мик.

— Ну что? — спросили разом.

— Есть кое-что, — ответил он.

— Проклятье, опять начинать сначала. — Эл сгреб финансы в мешочек и отправил в стол. — Рассказывай.

— Нет уж, лучше слушайте сами.

И на стол опустился кристалл, из которого полились голоса Мика и Биана.

— Господин Портлин, вы понимаете, что вам выгодно рассказать мне правду? Конечно, если вы не убийца, — говорил Мик.

— Да не убийца я! — злился Портлин. — Зачем мне убивать сестру?

— Она не давала вам денег, вы решили ее припугнуть, и…

— Вот именно! Решил припугнуть? В здании театра, где полно людей? Я бы поговорил с ней дома, а не на виду.

— Согласен, это было бы разумно. Но все же…

— Послушайте, я не убивал Виниту. И эту вторую девушку, о которой говорят следователи, тоже. Я вообще никогда никого не убивал!

Пауза в несколько секунд.

— Тогда думайте, господин Портлин. Выходит, вы с сестрой первыми обнаружили тело Виниты, не так ли? Может быть, вы видели кого-то поблизости. Кого-то, кто мог стать ее убийцей.

— Нет, не видел. Постойте-ка… Когда мы свернули в коридор, почти дойдя до места гибели сестры, мимо прошла девушка.

— Какая девушка?

— Очень красивая, только ее лицо было скрыто вуалью. Белокурая такая, тоненькая, хрупкая. И платье такого необычного цвета, что я обратил внимание: бирюзовое с белым и небесно-голубым.

А я ведь помнила одно такое платье в театре… Вот только сама мысль казалась настолько невероятной, что боялась произнести ее вслух.

— Что-то еще? — спрашивал Мик на записи.

— Нет, ничего. Мы с Марикой думаем, что Виниту убили из-за ревности. Многие девушки хотели бы стать фаворитками принца Конрада. Может, эта, в бирюзовом платье, тоже хотела.

Запись прервалась.

— Какие-то мысли? — спросил Гил.

— На племяннице принца Конрада, дочери короля, в тот вечер было именно такое платье, — сказала я. — Бирюзовое с белыми и небесно-голубыми вставками. Я обратила внимание, что больше ни у кого не было подобного.

— Не хочешь же ты сказать, что это юная Адели убила Виниту? — нахмурился Гил.

— Возможно, она видела убийцу. Стоит сказать об этом принцу. Вряд ли он позволит кому-то чужому говорить с Адели.

— Разумно, — кивнул Мик. — Только с чего вы взяли, что Конраду она скажет правду? Адели — его любимая племянница, едва перешагнувшая порог совершеннолетия. Если она начнет плакать, Конрад мигом прекратит расспросы и поверит родственнице.

— А я предлагаю еще раз поговорить с Ником Буртом, — вмешался Эл. — С чего мы ему безоговорочно поверили? В этой ситуации повели себя, как принц Конрад, — узнали, как бедолага страдает, и пожалели. Нет, нужно проверить все и всех. И давайте не забывать, что Конрад — глава ордена веленитов. Возможно, кому-то в ордене не понравилась их связь с Винитой, и они решили убрать угрозу.

— А Дина?

— А Дина могла видеть убийцу, узнать его и шантажировать.

— Мне кажется, стоит еще раз наведаться в театр, — вздохнула я. — Поговорить об этой девушке, которую видел Биан. Может, она не в первый раз тайком гуда приходила — побеседовать с Винитой, к примеру. Припугнуть. Или оставить ту записку! Навещу-ка я сторожа.

— Значит, разделимся, — решил Гил. — Микаель, мы с тобой попытаемся найти способ расспросить принцессу. Возможно, и правда обратимся к Конраду. Эл, на тебе — Ник Бурт. Ненси, вы с Драком идете в театр, раз уж от него все равно нельзя избавиться. Лита, а ты остаешься в «Утке» и готовишь к выпуску номер.

— Как всегда, — фыркнула Лита. — Все самое интересное достается другим. Что ж, идите, друзья мои. А скромная ведьмочка останется создавать славу «Утки».

Я забежала в нашу квартирку, захватила шляпку с кристаллом. Тоже нужно записать разговор, вдруг сама что-то пропущу. Но на этот раз не собиралась заглядывать к директору. Нет, меня интересовал старик сторож. Уж он-то точно знал больше, чем кто-либо еще.

На этот раз я была намерена узнать все! Иначе и быть не может. Тем более что со мной Драк, а он кому хочешь развяжет язык. Дорога так и горела под ногами. Я бежала так быстро, как никогда не бегала. Разгадка близка.

— Да не лети ты. — Драк шел рядом и, в отличие от меня, даже не запыхался. — Никуда твой сторож не денется.

— А вдруг? Я, конечно, его расспрашивала, но сам понимаешь, надо знать, куда именно направлять разговор. Ты ведь мне поможешь?

— Можно подумать, у меня есть выбор. — Драк весело рассмеялся. — Стоит признать, мой правнук выбрал забавную профессию. И если бы я переродился в этом мире, то тоже стал бы журналистом. Никакой скуки! Всегда в курсе самых странных и загадочных дел, в вечном поиске. Удивительно!

— Я не хотела работать в газете, — ответила ему. — Наоборот, мечтала о школе или университете, чтобы учить детей, передавать свои знания.

— Фи, Ненси, не думал, что ты такая скучная.

Я понимала, что Драк шутит, но зато он скрашивал дорогу до театра. На этот раз главный вход нам был без надобности, поэтому сразу поспешила к боковому и влетела в коридор.

— Господин Билкинс! — крикнула громко. — Господин Билкинс!

— Нетуть его тут, — послышалось из-за спины.

— Нет? — Я обернулась и увидела сухонькую старушонку в чепце. — А где же он? Мы виделись буквально на днях.

— Помер муж мой.

— Убили, — прошептала ошеломленно.

— Кого? — Старушка округлила глаза.

— Господина Билкинса.

— Боги с тобой, деточка. Возраст у него уже, старик еще позапрошлого короля видел. Ой! — Госпожа Билкинс вдруг прижала ладони к щекам. — Быть того не может!

Чего именно? Я оглянулась — и поняла, что старушка смотрит на Драка, который шагнул за мной в коридор.

— Неужто сам Даниан Астрей? — протянула она морщинистые руки. — Благодетель ты наш! Вернулся!

И попыталась упасть на колени, но Драк подхватил ее и усадил в кресло, уныло стоявшее в коридоре. Правильно сделал, немолода ведь.

— Ваша светлость, — причитала бабуля. — Родимый, такой же, как и был! Светик наш!

— Тише, тише. — Даниан ласково погладил ее по голове. — Вы же понимаете, госпожа Билкинс, что о моем возвращении никто не должен знать?

— Конечно, я унесу вашу тайну в могилу. Но как? Всем сказали, вас убили. Но мы знали! Знали, что вы живы.

Драк не стал разочаровывать старушку, что он фактически мертв, вместо этого спросил:

— Госпожа Билкинс, вы ведь знаете, что в театре погибли две девушки?

— Как не знать? — вздохнула она. — Мы с мужем тут по очереди сторожевали. И Виниту я знала, и Диночку. Хорошие девочки, талантливые. А что, благодетель ты наш?

— Думаю, ваш муж делился с вами соображениями, кто мог лишить девушек жизни? Сторожа ведь все видят, это их работа.

— Конечно, касатик. Как не делиться? Только я мужу обещала, что ни-ни, молчок.

— Но мне-то можно? — И Драк так мило улыбнулся, что я бы на месте госпожи Билкинс упала к его ногам.

— Вам? Вам да, — ответила старушка. — В ночь гибели Винитки он ничего такого не видел, а вот когда Диночку убили… Он видел женщину. Стоял вот тут, за колонной. А она мимо него шмыг в карету — и была такова.

— Какую карету? Это очень важно, милейшая.

— С королевскими гербами, — та перешла на шепот.

— А как она выглядела? Может, какие-то приметы? — допытывался Драк.

— Лицо было скрыто. Говорит только, что блондиночка.

Опять блондинка! Может ли быть… Но сама королевская дочь? Зачем она приезжала в театр той ночью? Затеряться среди актрис, пришедших на кастинг? Или же Дина должна была с ней встретиться?

— Увы, больше ничего, — госпожа Билкинс развела руками.

— Вы и так нам помогли, — сказал ей Драк. — И поверьте, я никогда этого не забуду. Долгих лет!

И увлек меня прочь. Старушка еще долго стояла и махала нам вслед платочком. Но Драк только раз обернулся и помахал ей в ответ.

— Значит, снова блондинка, — сказала ему.

— Да. И, похоже, все дороги ведут во дворец. Будем надеяться, что Мик и Гил что-то выяснят у Конрада. А тебе я бы посоветовал больше отдыхать и меньше пользоваться магией. Ты слабеешь, Ненси. Надо заботиться о себе.

Можно подумать, это не причина моей слабости шла рядом. Но я промолчала. Драк не виноват, что расследование продвигается медленно, и я сама попросила его о помощи. Но уже ощущала то, о чем он говорил, — бесконечную усталость. Сейчас бы лечь поспать. Только сначала надо рассказать обо всем Гилу!

Впрочем, рассказывать не пришлось. В «Утке» была одна Лита, а парни разъехались кто куда. Что ж, так даже лучше. У меня будет пара минут, чтобы прилечь и сомкнуть глаза. Я сказала Литалии, что буду у себя, и спустилась на первый этаж. Позднее я не могла даже вспомнить, как дошла до спальни. Лишь только голова коснулась подушки, как я уснула.

— Ненси! Ненси, да проснись же ты! — Гил пытался меня растормошить.

— Ну что? — с трудом открыла глаза и поняла, что за окнами белый день, а я сплю одетой.

— Тебя не добудишься. — Гилберт сидел на краю кровати. — Послушай, если это Драк…

— Нет, я просто устала. Долго общалась со старушкой в театре, расстроилась, что ее муж умер… Сторож Билкинс.

— Умер? Как? — Кажется, Гил не мог уловить логику моего повествования.

— Говорит, от старости — взял и умер. Но мне удалось узнать кое-что. Билкинс рассказывал жене, что в ночь убийства Дины в театр приезжала девушка, блондинка, но он не видел лица. Самое интересное то, что она была в карете с королевскими гербами. Вы добились беседы с принцессой?

— Нет. — Гил отвел взгляд. — Конрад выставил нас за дверь и сказал, что убийца уже найден, и это — брат Виниты, а нам лучше проваливать подобру-поздорову.

— Что же нам тогда делать?

— Поговорить с принцессой, как и собирались. Но после этого, скорее всего, полетят наши головы. Мик утверждает, что завтра она будет на вечере у одной из его знакомых. Взялся добыть пригласительные билеты, только твоего призрака придется оставить дома.

— Почему? — Спросонья никак не могла понять, чего от меня хотят.

— Потому что на него тоже нужен пригласительный. Если ты не заметила, он очень даже материален.

— Но может и не быть таким. Гил, принцесса вряд ли захочет говорить с нами по душам. Раз уж Драк с нами, нужно использовать его возможности по полной.

— Не знаю. — Гил опустил голову. — Я просто беспокоюсь о тебе, Ненси. Его магия опасна для тебя. И мы до сих пор не знаем, зачем он вдруг решил вернуться в мир живых.

— Я знаю. Но вы все равно не поверите.

— И зачем же?

— Ненси, душа моя, ты проснулась? — Дверь в комнату резко распахнулась, и Драк появился на пороге, будто почувствовал, что речь идет о нем. — Мик говорит, у нас завтра бал. Я вытряс из него деньги на платье, идем к модистке. А, Гилберт, ты уже тут как тут! Слышал, беседа с Конрадом не удалась и титул проплыл мимо? Сочувствую.

Захотелось треснуть Драка подушкой, но я понимала — он всего лишь хочет поднять мне настроение и немного отвлечь от того, что творилось в последние дни.

— Хорошо, к модистке так к модистке. — Поднялась с кровати и поправила примявшееся платье. — Гил, ты с нами?

— С вами, — неожиданно ответил Гилберт. А я думала, он будет в «Утке», все-таки выход номера. Действительно беспокоится? Или ревнует? Вот только Драк — худший объект для ревности.

Мы вышли из дома и направились пешком в соседний квартал. Драк заметил, что там живет модистка не хуже тех, с которыми я познакомилась в доме Мика. Мне же впервые было все равно — вроде бы и выспалась, а усталость никуда не делась. И расследование зашло в тупик. Какое уж тут платье? Гил тоже всю дорогу молчал, зато Драк заливался соловьем. Он говорил обо всяких пустяках, показывал то на один, то на другой дом.

— А вот тут в мое время жил известный отравитель, — вещал наш призрак. — Мне лично к нему обращаться не приходилось, но однажды он пытался меня отравить по поручению короля. Не вышло, яды на меня не действуют. Я с детства к ним себя приучал. Бедняга так огорчился, когда узнал, что я жив. Даже прыгнул с городской башни от расстройства.

Факт был трагичным, но Драк рассказывал так уморительно, что я не могла не улыбнуться. Ох уж этот Драк!

Модистка оказалась девушкой чуть старше меня. Она попыталась было сказать что-то об очереди, но Драк отличился и тут. Схватил ручку модистки, поднес к губам и зашептал что-то, от чего девушка мигом покраснела и распахнула двери в большой зал:

— Проходите, пожалуйста. Конечно, я вас приму.

— Что ты ей наговорил? — тихонько спросила у Драка.

— Что если она сейчас же примет наш заказ, у нее отбоя не будет от клиентов. А если наоборот, придется пожалеть. И еще пару невинных шалостей.

Видно, от шалостей она так покраснела. Девушка разложила перед нами образцы тканей, а также несколько эскизов нарядов. Вот только я даже пискнуть не успела, как Драк указал на тяжелый вишневый атлас, тонкое кружево алого цвета — я даже не представляла, как они будут сочетаться. И фасон выбрал за меня — высокий лиф, чуть зауженную юбку с пышным турнюром.

— А что думает госпожа? — Хотя бы модистка вспомнила о моем присутствии.

— Госпожа согласна, — вклинился Драк. — Гилберт, а ты что молчишь?

— Думаю, это хороший выбор, — хмуро ответил Гил. — Ненси идет этот цвет.

Значит, Гила он спросил, а меня? Но Драк уже расплатился и договорился, что утром явлюсь на примерку. Модистка отвела меня за ширму и быстро сняла необходимые мерки. Что ж, вот и обзавелась новым платьем.

Лишь по пути домой мелькнула мысль, что Драку удалось отвлечь меня от сомнений и размышлений о расследовании. А главное — я больше не чувствовала себя усталой и готова была горы свернуть. Какая-то особая магия? Или просто смена обстановки? В «Утку» я не вошла — влетела, и готова была обнять весь мир. Жаль, меня тут же осадил спускавшийся по ступенькам Мик.

— В магобиль, живо! — скомандовал он. — Эл нашел Ника Бурта. Тот пытался сбежать, но не удалось, и теперь Эл жаждет, чтобы мы присутствовали при их беседе.

Сбежать пытался, да? Я мигом понеслась за Миком. Если Бурту нечего скрывать, почему он тогда испугался Эла? Почему я вообще поверила Нику Бурту, если даже Билкинс говорил, что отношения у них с Винитой были крайне сложные, и подозревал Бурта в авторстве записок с угрозами?

Просмотрела! Прошляпила! И как только могла? Клюнула на сказку о красивой любви. Ник знал, к кому пойти.

— Прекрати ругать себя, — вмешался Дарк. Он что, еще и в голову ко мне влез? — Мы оба проглядели. И эти двое тоже.

Гил мрачно зыркнул на Драка, но промолчал. Я перехватила его руку, чтобы не думал, будто призрак прадедушки Мика занимает в жизни больше места, чем сам Гилберт. Он благодарно пожал пальцы. Сели мы рядом, предоставив Драку место рядом с правнуком. Мик, кажется, не обрадовался такой перспективе, но ничего не сказал. Некогда было спорить.

Магобиль петлял по улицам целую вечность, и когда он остановился, я сама себе не поверила. Неужели приехали? Мы вышли возле небольшого домика, увитого розами. Это жилище Бурта? Или просто место, где он скрывался? Вокруг чувствовалась женская рука. Может, и правда они с Винитой собирались пожениться, и хоть в чем-то он не солгал?

Гил толкнул дверь — та со скрипом отварилась и мы вошли в длинный коридор.

— Эл? — позвал Гилберт.

— Здесь я, — откликнулся эльф, и мы пошли на голос. Эл стоял у окна в большой светлой гостиной, а рядом с ним на стуле сидел связанный Ник Бурт.

— Вот и наш женишок! — Драк радостно потер руки.

— Ненси, придержи своего помощника! — не выдержал Гилберт.

— А ты бы не спорил со старшими, — усмехнулся Драк, но в ход разговора вмешиваться перестал. Зато ожил Ник Бурт.

— Что вам надо? — на высокой ноте закричал он. — Вас сюда не звали!

— Мы по-прежнему расследуем убийство вашей невесты. — Гил склонился к нему. — И у нас есть все основания полагать, что вы что-то недоговариваете, лиан Бурт.

— Да катитесь к бесам! Это была моя невеста, моя. Я сказал вам, что в деле замешан Конрад. Что вам еще надо?

— Почему вы пытались сбежать?

— Потому что ваш друг вломился в мой дом! Да я на вас жалобу напишу!

Драк тихо кашлянул. Гил не обратил на него внимания. Тогда Драк кашлянул громче.

— Ну что еще? — обернулся Гилберт.

— Может, загонишь гордость туда, где ей место, и дашь мне поговорить с уважаемым, или не очень, лианом Буртом?

— Говори.

Гил сделал шаг назад, позволяя призраку занять свое место. Бурт сверкал глазами. Казалось, еще немного, и его удар хватит. Но Драка было не так-то просто пронять. Он наклонился к Бурту и впился взглядом в его лицо. Именно впился, потому что я не знала, как иначе описать этот пристальный, пронзительный взгляд. А Бург вдруг мелко-мелко затрясся, его губы задрожали. Жалкое зрелище.

— Отвечай, кто убил Виниту? — медленно, проговаривая каждый слог, спросил Драк.

— Не я!

— А кто?

— Женщина. Светловолосая женщина. С такими большими голубыми глазами. Я в тот вечер хотел поговорить с Винитой. Точнее, как поговорить… Узнал про ее связь с Конрадом, понял, что они обязательно встретятся в этот вечер — принц зачастил на спектакли. И примчался туда, дурак. Мы с Винитой поссорились, она побежала прочь, а я постоял немного… Боги, зачем же сразу не пошел за ней?

Бурт начал раскачиваться из стороны в сторону и тихонько подвывать. Да он сейчас рассудка лишится!

— Ну же! — встряхнул его Драк.

— Я побежал за ней, но было поздно. Увидел, как она лежит на полу, а над ней склонилась эта блондиночка в платье с полосами. Она меня заметила и сказала, что это принц ее убил. И я поверил. А потом она появилась снова, потребовала вам все рассказать и спрятаться, потому что иначе арестуют меня. Обещала денег.

— Именно она появилась? — почему-то уточнил Драк.

— Не знаю! Тоже блондиночка, а лица на этот раз я не видел. Только показалось, что голос сильно хрипит. Отпустите меня, а? Я никому ничего не сделал!

— Как нам ее найти?

— Не знаю, ничего больше не знаю!

Бурт захрипел и повалился на бок, но Драк провел рукой, и он глубоко задышал.

— Уходим, этот больше ничего не скажет. — Драк обернулся к нам, а затем склонился над Буртом: — У тебя есть сутки, чтобы навсегда покинуть этот город. А не покинешь, мы увидимся снова, и эта встреча станет для тебя последней.

И первым пошел к выходу. Я поспешила за Драком, но вдруг ощутила, как комната закачалась.

— Ненси! — раздался голос Гила, и он подхватил меня на руки. — Ненси, что с тобой?

Я попыталась ответить, что все хорошо, но вместо этого провалилась во тьму.

Я открыла глаза в своей комнате. Как успела тут очутиться? Была ведь у Бурта вместе с Гилом, и вдруг — знакомые стены, потолок, мебель. Голова страшно кружилась, и казалось, стоит приподняться, как вся комната пустится вскачь.

— Ненси, ты проснулась? — Надо мной тут же склонился бледный, встревоженный Гилберт.

— Да. Что произошло? — постаралась сесть, но сил не хватало, и Гил помог мне, подсунул под спину подушку. Теперь я увидела Мика и Драка. Драк стоял у окна, разглядывая что-то на улице, а Микаель, наоборот, затаился в глубине комнаты и поглядывал на прадеда далеко не дружелюбно.

— Драк выкачал из тебя слишком много сил, — пояснил Гилберт. — Вот ты и потеряла сознание.

— Зато Драк разговорил Ника Бурта, — передразнил его призрак. — И завтра тоже вам поможет, не сомневайтесь.

— Ничего страшного не произошло, — перебила парней, пытаясь предотвратить ссору.

— Конечно! Кроме того, что в следующий раз ты можешь не выдержать! — воскликнул Гил. — Подумай, Ненси.

— А что тут думать? Другого выбора у нас нет.

— Ты что молчишь? — Мик кинулся к прадеду. — Довел девчонку? Доволен?

— Не кричи. — Драк поморщился.

— Оставь Ненси в покое. Заключи договор со мной или с Гилом.

— Не могу. — Драк снова отвернулся к окну. — Единственное, что можно сделать в данной ситуации, — вернуть меня к жизни. Я перестану выкачивать силы из Ненси, а когда вы завершите расследование, просто…

— Что? — Мик схватил его за локоть. — Ты бессмертен! Предлагаешь выпустить на свободу мстительного, мерзкого…

— Хватит! — Я резко встала с кровати. Голова закружилась, пришлось опереться на Гила. — Давайте смотреть правде в глаза. У нас нет улик. Невиновный человек сидит в тюрьме. Думаете, завтра нам принцесса с радостью обо всем расскажет? Как бы не так! Так что Драк — наш единственный выход. А насчет того, чтобы вернуть его к жизни… Мне просто любопытно, когда мы найдем преступника, как вы это видите? Снова сделаете Драка домашним призраком? Тогда я тут жить и работать не стану! Потому что для меня он — такой же человек, как вы или я. А что там случилось много лет назад, мы не знаем.

— И кто будет отвечать за все, что этот полупризрак натворит? — поинтересовался Мик.

— Уж не ты! — рявкнул Драк. — А теперь дайте девочке отдохнуть, остолопы. Прежде всего ты, правнучек, Гилберт, тебе тоже стоит удалиться.

— Это не твоя комната, — нахмурился Гил.

— Ошибаешься! Весь этот дом — мой. Брысь!

Парней смело за дверь, дверь припечатало заклинанием, а Драк подхватил меня, помогая лечь обратно.

— Ты отдыхай, отдыхай, — сказал с печальной улыбкой. — Только послушай меня, хорошо? Я буду с тобой откровенен. Сегодня ночью я найду последний фрагмент тела и постараюсь вернуться в мир живых. Ты должна это знать, потому что… потому что если бы эти два остолопа согласились помочь, опасность бы исчезла. А если я буду действовать сам, то могу убить тебя. Мне понадобится слишком много магии.

— Почему сегодня? — тихо спросила я. — Может, мы закончим расследование, и я попрошу ребят…

— Потому что времени у тебя нет. Прости меня, девочка. Я не думал, что твоих сил хватит всего на пару дней. Мне нужно либо ожить, либо стать призраком. И, сама понимаешь, я на второй вариант не согласен.

Я молчала. А что ему сказать? Что сглупила, когда согласилась на наш договор? Это поняла почти сразу. Но он ведь все равно попробует. А что делать мне?

— Может, попробуем уговорить парней? — предложила я.

— Не выйдет. Сама слышала, они не горят желанием нам помогать.

— Но если попрошу я…

— Попытайся. — Драк развалился в кресле. — Но ставлю на то, что у тебя ничего не выйдет.

Я тихонько выскользнула из постели и пошла на кухню. Гил и Мик были здесь — пили чайный отвар и тихо переговаривались.

— Ненси? — Кажется, увидеть меня не ожидали.

— Да. — Я тоже взяла чайничек и наполнила чашку. — Надо поговорить.

— Почему мне уже кажется, что разговор не заладится? — полюбопытствовал Мик.

— Потому что, скорее всего, ты прав. Я… хотела попросить вас помочь Драку вернуть его тело.

— Нет! — Гил и Мик ответили практически в один голос.

— Ненси, ты хоть понимаешь, о чем просишь? — добавил Гилберт.

— В том-то и дело, что понимаю, Гил. Просто… Вы должны знать. Драк все равно вернется, нравится вам это или нет. Но если вы не поможете, я умру.

Мик тихо выругался. Гилберт шагнул ко мне и встряхнул за плечи, едва не расплескав чай.

— А я говорил тебе! Говорил, что нельзя с ним связываться.

— Ты был прав, — отвела взгляд. — Но… Гил, что сделано, то сделано. Он не собирается жить вечно. Наоборот, он хочет умереть.

— Это дедуля тебе такое сказал? — хмыкнул Мик. — Я бы на твоем месте не верил.

— Значит, вы не поможете?

— Я помогу. — Гил опустил голову. — Только потому, что об этом просишь ты.

— Спасибо.

Я обняла его, не смущаясь косых взглядов Мика. Когда Гил рядом, мне было легко и свободно. Его увлеченность любимым делом, прямота не могли не завораживать. И так хотелось, чтобы наши чувства переросли в нечто большее, чем симпатия. Но… Страх сковал горло. Я едва сдерживала слезы. Нет! Я не хочу умирать!

— Тише. — Ладонь Гила скользнула по волосам. — Тише, Ненси. Я не дам Драку причинить тебе вред.

— Ты не понял. — Я отстранилась. — Он и не собирается, но ритуал потребует слишком много магии, а у меня столько нет. Если не провести ритуал, результат будет тот же самый — я погибну.

— А почему он не разорвет привязку? — рыкнул Мик.

— Потому, что в этом случае другого шанса у него не будет.

— Не будет, как же! — Микаель ходил из угла в угол. — Легче всего заморочить тебе голову, заставить нас помочь, а потом исчезнуть куда-нибудь с вновь приобретенной силой. Нет, Ненси, так не пойдет! Драка нужно остановить. Сегодня же! Ты пробовала все стандартные способы разорвать привязку?

— Подожди! — осадил друга Гил. — Что помешает Драку выкачать из Ненси всю магию, если мы попробуем уничтожить их связь?

— У тебя есть другие идеи?

— Есть, — кивнул Гил, склоняясь ко мне. — Давайте выполним его просьбу. А когда он станет живым… Ведь смог твой дед, Мик, привязать Драка к этому дому. Поищи, возможно, в его архивах осталось описание ритуала. Если нет — мы все равно его найдем, рано или поздно. И отправим призрака туда, где ему место.

— Хорошо. — Мик задумчиво кивнул. — В твоих словах есть истина. Что удалось раз, то может получиться снова.

— Либо Драк сам уйдет, как и обещал, — подала я голос.

Гил и Мик посмотрели на меня как на сумасшедшую. Они в это не верили. Но спасибо уже на том, что согласились помочь.

— Зови сюда этого горе-призрака, — приказал Гил. — Будем возвращать его из мира мертвых.

— Драк, — выглянула я в коридор.

— Что, девочка? — приоткрыл он дверь комнаты.

— Парни согласны нам помочь, так что, как только полностью стемнеет, можем приступать. Ты уверен, что отыщешь… недостающий фрагмент? — даже говорить об этом было жутко.

— Уверен, драгоценная моя, — усмехнулся тот. — Тем более что осталось только откопать мою голову.

К горлу подкатила тошнота.

— И тебе в этом лучше не участвовать. — Драк мигом оценил ситуацию. — Давай ты удобно ляжешь, закроешь глазки и попытаешься поспать. А мы с мальчиками займемся раскопками. Я предполагаю, куда сынок задевал эту несомненно важную часть моего тела. Надо только проверить. Идем.

Драк убедился, что я легла, даже одеялом меня укрыл, а затем тихонько прошел в кухню. Я не слышала, о чем он говорил с Миком и Гилом, но уже проваливалась в полудрему, когда хлопнула входная дверь. Оставалось надеяться, что их поиски увенчаются успехом. И как Драку не страшно? Это ведь его тело. И видеть такое… Я бы не смогла. Лучше бы призраком осталась.

С этой мыслью и уснула, а проснулась оттого, что вдруг стало холодно. Поднялась с кровати — в окно светила полная луна. Самое время для ритуалов. Подошла к стеклу и замерла — похоже, Драк таки завершил поиски, потому что он, Мик и Гил стояли по угловым точкам треугольника, а в центре его виднелось нечто… Я не стала разглядывать, развернулась и пошла на кухню. Попью водички, согреюсь. Но чувствовала, как магия уходит из тела толчками. Ноги похолодели. Холод, будто змей, расползался по телу. Выше, выше, подбираясь к сердцу. Стало тяжело дышать. Я хватала ртом воздух, стараясь не потерять сознание. Перед глазами плясали алые точки — и вдруг перстень соскользнул с пальца, разбиваясь в осколки, будто он был не из металла. Дыхание вернулось, способность двигаться — тоже. Я тут же бросилась на улицу, вылетела во двор «Утки» и замерла.

Драк стоял в центре треугольника. Его обнаженное тело покрывал слой грязи. Светлая грива опускалась до земли. Он обернулся, усмехнулся — и я замерла от ужаса. От него веяло такой мощью, что захватывало дух.

— Не бойся, Ненси, — его голос звенел колокольчиками. — Я же обещал, что не причиню вреда.

— Прикройся для начала. — Мик швырнул прадеду плащ. — Блюститель нравственности юных леди.

— Прошу прощения, но воздух так пьянит. — Драк запахнул плащ. — Надеюсь, дорогие потомки, вы поделитесь со мной гардеробом, потому что прошлый растаял с полупризрачной сущностью.

— Поделюсь. И парой затрещин бы с удовольствием поделился. — Мик увлек предка к дому. — Все соседи на тебя, наверное, в окна пялятся.

— Никто не видел, я отвел их взгляды, — довольно сообщил Драк.

— Хоть на что-то ты годен. Марш в душ. Гил, у тебя найдется что-нибудь из вещей? За моими долго ехать.

— Конечно.

Драк прошествовал мимо с гордо поднятой головой. За ним, тихо ругаясь, прошел Мик, и только Гил остановился:

— Ненси, как ты?

— Гораздо лучше, — улыбнулась своему спасителю. — Словно ничего и не было.

— Я рад.

Губы Гила коснулись моих, сердце забилось чаще. Я обвила руками его шею, отвечая на поцелуй.

— Эй, вы, парочка года! — донесся голос Драка. — Сначала вещи, потом объятия.

— Идем, — улыбнулся мне Гил. — Кажется, за годы в виде призрака у прадедушки Микаеля и вовсе испортился характер.

— Не то слово! — поддержала я.

С одной стороны, испытывала облегчение, что наконец-то не связана с Драком. С другой — может ли быть так, что мы сделали только хуже? Ведь способа убить Драка, в случае чего, не знаем. Да и не хотела я, чтобы он умирал! Столько времени прошло. Кто мы такие, чтобы его судить?

Из душа слышались плеск воды и довольное фырканье. Мик дежурил под дверью — видимо, боялся, что Драк сбежит и без одежды. Я тоже в глубине души ожидала подвоха и в то же время верила, что все будет хорошо. А как иначе?

— Вот вещи, — появился из своей комнаты Гил и передал их Мику. — А вот где он будет жить?

— Конечно же, с Ненси. — Дверь приоткрылась, оттуда высунулась рука и схватила штаны с рубашкой. — Неприлично девушке жить с парнем под одной крышей без присмотра старших. Ненси, золотко, у Гила есть старый матрас, постели его на полу для меня.

— Нет уж, лучше со мной, — нахмурился Гил. — И матрас расстелю сам.

— Как хочешь, мальчик. Как хочешь.

Гилберт вспыхнул и едва не влетел в душ, но я перехватила его за локоть.

— Драк просто провоцирует! — сказала ему. — Не поддавайся. Лучше думай о завтрашнем бале. Возможно, это наш последний шанс узнать правду.

— Ты права, — ответил Гил. — Ладно, час поздний, давайте расходиться. Мик, ты домой?

— Да, и если хотите, этого, — стукнул ногой по двери, — тоже заберу.

— Слуг приступ хватит! — послышался голос Драка. — Пожалей стариков.

— Пусть остается, — отмахнулся Гил. — Заезжай за нами завтра. Будем надеяться, что история хоть немного продвинется к своему решению.

— До завтра.

— Пока, правнучек, — послышалось из-за двери. — Сладких снов.

— Взаимно, прадедушка! — Мик не остался в долгу.

Драк только рассмеялся. Похоже, его только забавляла эта ситуация.

— Спокойной ночи, — сказала Гилу. — Если что, буди.

— Да, конечно. Спокойной ночи.

Я вернулась в свою комнату. Спать не хотелось, но надо было отдохнуть накануне бала. Все-таки нам предстоит непростая задача. Как разговорить саму принцессу? Как вообще к ней подобраться? Я не представляла. В нашей ситуации Драк — это шанс, которым нельзя не воспользоваться. Вот только во что выльется такой шанс?

— И где носит этого… ожившего? — громко ругался Мик, вышагивая по коридору.

— Сказал, за костюмом пошел, — вздохнула я.

— За костюмом! Нам на бал надо ехать, а его нет. Все, ждем пять минут, и…

— Успокойся, Драк прав, — вмешался Гилберт. — Не может же он пойти на бал в моих вещах. Штаны ему коротки, рубашка слегка висит. Костлявый у тебя прадед, одним словом. И его в таком виде на порог не пустят!

— Кого тут куда не пустят? — Драк появился в дверях, и я почувствовала, как слабеют колени. Микель, конечно, тоже был симпатичный, но его дед! Высокий, худощавый. Темно-синий жилет, кипенно-белая рубашка, черные узкие брюки, которые начинали входить в моду, и высокий цилиндр. Волосы он обстриг до лопаток и сейчас стянул буйную шевелюру зажимом с сапфирами. Такой же сапфировый перстень переливался на пальце.

— Ты куда собрался? — зашипел Мик. — На дело или девушкам глазки строить?

— Одно другому не мешает, дорогой правнук, — усмехнулся Драк. — И, кстати, при людях лучше обращайтесь ко мне лорд Астрей. Либо по имени.

— Единственный лорд Астрей здесь — это я! — Похоже, Микаеля сильно раздражало соседство предка.

— Надоел.

Драк щелкнул пальцами, и у Мика пропал голос. Он забавно шевелил губами, но не мог издать ни звука.

— Верни, как было, — нахмурился Гил.

— Еще чего, — хмыкнул Драк. — Верну, когда приедем на бал. А пока что, дорогой правнук, подумай о своем поведении и придержи-ка пыл. Где наш магобиль? Ах да, видел его у дверей!

И Драк с высоко поднятой головой проследовал обратно на улицу. Мы с Гилом переглянулись. Мик провел пальцем у горла — да, я бы тоже разозлилась, но сейчас не было времени на споры, поэтому Гил подал мне руку и помог дойти до магобиля, не запутавшись в ворохе юбок нового платья. Мик сам сел за руль — свободных мест в магобиле и так не осталось, и мы поехали к особняку некой лиа Вириналь. Мне эта фамилия ничего не говорила. Главное, что Мик раздобыл пригласительные.

Вскоре магобиль остановился перед огромным красивым особняком. Хозяева дома встречали гостей лично, улыбались каждому. Даже мне и Гилу, хоть понятия не имели, кто мы такие.

— Мы так рады, что вы нашли возможность посетить наш скромный вечер, ваша светлость, — говорила Мику лиа Арита Вириналь, красивая женщина лет сорока.

— Благодарю за приглашение для меня и друзей, — отвечал Микаель, к которому только что вернулся голос. — Лиан Вириналь, ваша супруга прекрасна!

— Согласен с вами как никогда, ваша светлость, — чуть поклонился Вириналь. — Наш дом — ваш дом.

Нам тоже уделили ласковое внимание и предложили чувствовать себя как дома. Мик представил нас хозяевам, и лишь на имени Драка запнулся, но затем, видимо, вспомнил, что написано в пригласительном, и сказал:

— А это — Драк Астрей, мой троюродный дядюшка, только что прибыл в столицу из родового поместья.

— Счастливы видеть! — Чета Вириналь приблизилась к Драку и заверила в искренней преданности, а Гил уже увлек меня в зал. Я выглядывала знакомое личико. Где же ты, Адели? Неужели не приедет?

— Принцессы так рано не появляются, — ответил Гил на невысказанный вопрос. — Поэтому подождем. А пока ее нет и не появился еще какой-нибудь назойливый ухажер, давай потанцуем, Ненси. Кстати, это платье тебе безумно к лицу.

Я зарделась от удовольствия. Может, хоть второй бал в моей жизни пройдет лучше, чем первый? Мы закружились в вальсе. Гил бережно обнимал меня за талию, и я чувствовала себя по-настоящему счастливой. Но не выпускала из виду зал, поэтому главную гостью заметила еще до того, как все склонились в реверансах и поклонах. А вот и Адели!

Мы с ней были примерно одного возраста. Возможно, год или два разницы, но юная принцесса держалась уверенно и благодушно, а я все-таки ощущала себя немного не в своей тарелке, поэтому крепко сжимала ладонь Гила. Вокруг Адели тут же собрался кружок поклонников. К моему удивлению, заметила среди них светлую гриву Драка. Надеется увлечь принцессу? Снова заиграла музыка. Я протянула руку Гилу, но успела заметить, как Драк пригласил Адели, и принцесса покраснела. Что ж, я бы тоже обратила внимание на такого мужчину, если бы не знала Гилберта. И если бы не помнила, сколько Драку на самом деле лет.

— А прадедуля времени зря не теряет, — хмыкнул Гил.

— У него вековой опыт, — рассмеялась я. — Как думаешь, ему удастся поговорить с Адели наедине?

— Вряд ли. Вокруг нее слишком много людей. Но они переговариваются о чем-то. Не удивлюсь, если Драк сумеет выспросить что-нибудь и так.

— А где же Микаель?

— Вон он. — Гил указал на друга, который беседовал с какой-то рыжеволосой девушкой. — Как наследник титула, он обязан бывать на таких мероприятиях и налаживать связи, но Мик этого страшно не любит.

— Утомительно, да? Но так захватывающе.

Я правда чувствовала себя как в сказке. Огромные люстры, зеркала, позолота. Я могла видеть такие дома лишь во сне. И сейчас дух захватывало от красоты. Если бы еще не расследование…

— Смотри-ка, Драк ведет принцессу в сад, — заметил Гил, стоило музыке остановиться. — И Адели оставила воздыхателей в зале. За ней следуют только две сопровождающие.

— Пойдем за ними?

— Конечно! Как насчет того, чтобы разыграть влюбленную парочку, которая решила уединиться от чужих глаз?

И Гил приобнял меня, увлекая за Драком и Адели.

Мы вышли в сад. Воздух пах ароматными летними розами. Казалось, что можно утонуть в этом сладковатом вихре. Но ни я, ни Гил не забывали, с какой целью удалились от чужих глаз. Мы держались шагов за десять от Драка и его спутницы. Адели что-то рассказывала нашему бывшему призраку, а тот улыбался, изредка кивая мыслям своей собеседницы.

— Если бы не знал, зачем Драк с ней заигрывает, подумал бы, что между ними отношения, — сказал Гил.

— Я тоже. Но мы-то знаем правду.

К сожалению, Драк и Адели не собирались останавливаться, поэтому мы никак не могли услышать, о чем они говорят. Хоть бы в беседку какую зашли! Мы бы подкрались. Но нет, Драк был мужчиной старой закалки и не бросил на репутацию принцессы и намека на тень. Так же чинно они вернулись в зал. Когда проходили мимо нас, пришлось резко развернуться к Гилу. Тот поцеловал меня так, что закружилась голова, — для маскировки, конечно. Мне показалось или Драк весело хмыкнул?

Наконец парочка снова скрылась в зале.

— Интересно, он хоть что-то узнал? — спросил Гил.

— Надеюсь, что да, — ответила я. — Может, постоим еще немного? Вечер такой свежий.

— С удовольствием…

Увы, Гил даже договорить не успел. Из распахнутых дверей послышались крики, и мы бросились туда.

Картина, представшая перед нами, была достойна кисти художника. Мик вцепился в Драка, а его предок старательно пытался сбросить с себя надоедливого правнука. Оба кубарем покатились по полу, заставляя дам визжать и падать в обморок от восторга. Микаель не растерялся и схватил Драка за блондинистый хвост. Стоит отметить, что магию ни тот, ни другой не применяли. Просто самозабвенно дрались на потеху публике.

— Микаель! — Гилберт кинулся к другу.

— Лорд Астрей! — вспомнила, что Драк при людях просил обращаться к нему именно так.

Драк вскинул голову — Гилу как раз удалось оттащить Мика в сторону.

— Прошу прощения. — Предок поднялся на ноги. — Увы, мой… троюродный племянник так давно не был в родовом поместье, что забыл, как следует вести себя с дамами. Не беспокойтесь, ваше высочество, он больше не посмотрит в вашу сторону.

И отвесил раскрасневшейся Адели поклон, достойный короля. Мик выругался и пошел прочь. Мы с Гилом бросились за ним. Я обернулась — Драк за нами не шел, он преданно заглядывал в глаза принцессы. Что он задумал? Мик вылетел из особняка, на ходу извинившись перед хозяевами, и подбежал к магобилю. Только тогда Гилберту удалось его перехватить.

— Чего ты? — спрашивал он друга.

Мик молчал, только рот скривила жесткая усмешка.

— Микаель?

— Поможет? Да? — процедил он. — Только что этот… этот… перечеркнул мою репутацию.

— Но что произошло? — пыталась добиться ответа.

— Он магией столкнул меня с принцессой — нога подвернулась, и я на нее упал. А этот… призрак недобитый кинулся спасать честь новой подружки. Как видите, весьма успешно. Поехали уже домой.

— А Драк?

— Сам доберется!

Я не стала спорить с Микаелем. Он был не в том настроении, чтобы слышать хоть кого-то из нас. Драк все равно вернется. Он — сильнейший маг в этом городе. Что ему может угрожать? Поэтому без споров села в магобиль.

— Я останусь, присмотрю, — сказал Гил.

— Садись уже! — рыкнул Мик. Гилберт обернулся к двери. Из особняка по-прежнему доносилась музыка. Кто-то пел — наверное, хозяева пригласили солистку оперы. Да, с такой работой о наслаждении вечером думать не приходится. Гил занял свое место, и магобиль помчал обратно к «Утке». Мик высадил нас — и уехал.

— Он ведь не вернется туда, чтобы подраться с прадедом? — Я обернулась к Гилу.

— Нет, Мик не настолько глуп. Там очень много людей. Не беспокойся, Ненси. Все будет в порядке, вот увидишь.

Я не верила в это «в порядке», потому что видела глаза Мика. Он был в ярости. Впрочем, и я была бы, если бы мой прадед, предполагаемый убийца, которого пришлось упокоить собственному сыну, вдруг восстал из мертвых и принялся портить мне жизнь. Драку нравилось слегка поддевать Мика, а тот вспыхивал, словно спичка. Но все-таки кровь у них была одна. Жаль, что оба об этом забыли.

Я переоделась и вышла на кухню. Гил сидел за столом — видимо, ждал меня, потому что перед ним не было даже чашки чая. Я села рядом. Как же давно мы не оставались вот так наедине! Рядом постоянно был Драк. Или Мик, или Эл, Лита.

— Так непривычно, да? — улыбнулся Гил.

— Да, — кивнула, протягивая ему руку, и он сжал мои пальцы. — В последнее время вокруг нас слишком много шума, тебе не кажется?

— Что поделаешь? Нужно довести это расследование до конца. Иначе, боюсь, принц Конрад не оставит нас в покое. Даже если забыть о том, что выставил меня за дверь.

— Обязательно доведем.

Гил потянулся ко мне. Я придвинулась ближе, позволяя обнять за талию. Его поцелуй был нежным, осторожным, словно он боялся меня спугнуть. И все-таки этот вечер неплох!

— Гм-гм, — послышалось от двери. — Оставил на полчаса, а они уже целуются.

— Драк, наконец-то! — Подскочила навстречу призраку… точнее, уже не призраку. — Что произошло? Зачем ты подрался с Миком?

— Правильный вопрос, дорогая Ненси, — усмехнулся тот. — Затем, что девушки любят, когда в их честь совершают подвиги. А Адели — типичная девушка, пусть и принцесса.

— Ты узнал о театре? — вмешался Гил.

— Перебивать нехорошо, мой юный друг. Нет, я не узнал о театре. Как ты себе это представляешь? Вокруг нас были люди, ее компаньонки.

— Тогда зачем весь этот спектакль?

— Затем, что завтра я тайно встречаюсь с Адели в старой часовне на окраине города. И так как мы будем наедине, смогу спрашивать принцессу о чем угодно. Кстати, вы тоже можете присоединиться, послушать. Только Мика не берите. Он за что-то на меня злится.

— Ты выставил его на посмешище, — напомнил Гил.

— Он сам себя выставил. Все время крутился рядом, позор рода Астрей. Вместо того чтобы заниматься благополучием семьи, служит в третьесортной газетенке и строчит дешевые романы.

Глаза Драка сверкнули. Мне показалось, еще мгновение — и комната вспыхнет от его злости. Но Драк взял себя в руки.

— Не обращайте внимания, дети, — с усмешкой сказал он. — Просто я давно не выходил в свет и успел забыть, как утомительны бывают бессмысленные разговоры с напыщенными дамочками вроде Адели. Но я не думаю, что наша принцесса могла кого-то убить. Слишком юна и наивна. Она хочет, чтобы ее любили и обожали, чтобы за ней ухаживали. О своем дяде, принце Конраде, говорила с трепетом и придыханием. Но это не значит, что принцесса опустилась бы до убийства фаворитки дяди. Глупо. Хотя она, несомненно, может что-то знать. И наша задача — выведать, что именно. Спокойной ночи, Ненси, Гил.

И Драк удалился. Видимо, в мою комнату. Мы с Гилом переглянулись.

— Переночуешь у меня? — тихо спросил тот.

— Драк не даст. Сам понимаешь, явится, стоит мне переступить порог твоей комнаты. Я пойду. Спокойной ночи.

— И тебе, Ненси.

Гил порывисто меня поцеловал — и скрылся за дверью спальни, а я шагнула в свою комнату. Драк расположился в кресле. Спокойный, расслабленный.

— Наличие собственного тела накладывает некие ограничения. Да, Ненси? — Он открыл глаза и взглянул на меня.

— Да, — согласилась я. — Почему ты не остался ночевать у Гила?

— Мне не слишком-то нужен сон, Ненси, — пожал тот плечами. — А в воздухе пахнет приключениями. Так что лучше посижу тут. Обещаю, не буду мешать твоему отдыху.

— Может, тебе дать одеяло?

— Не нужно.

Я попыталась убедить себя, что все нормально, но домашнее платье снимать не рискнула.

— Я могу отвернуться, — послышался голос Драка, и он повернул голову к стене.

Быстро натянула ночную сорочку и нырнула под одеяло. Свет тут же погас, но я видела силуэт Драка на фоне окна. Наверное, ему одиноко. Все-таки те, кого он знал и любил, остались в далеком прошлом.

— Если хочешь, я подвинусь, — предложила совершенно серьезно.

— Твой ухажер меня испепелит. Не забывай, что Гилберт — маг. Пусть и не такой сильный, как я, но злость и обида творят чудеса. Закрывай глаза, Ненси. Поздно.

Я послушалась. Слышала, как скрипнули половицы под его шагами. Драк сел на край кровати. Я подвинулась — что мне, подушки жалко? С другой стороны, пока Драк здесь, никто не заберется в комнату. Как тот же Ник Бурт.

— Хорошая ты девушка, Ненси, — мурлыкнул лорд Астрей. — Жаль, совсем дитя.

— Почему жаль? — снова открыла глаза.

— Потому, что будь ты чуть старше, понимала бы, как опасно связываться с такими магами, как я. Но не бойся, я тебя не предам.

— Надеюсь. — Улеглась поудобнее. Спать не хотелось, но веки вдруг стали тяжелыми. Только хотела возмутиться, что Драк применил магию, как уже уснула. И мне снились добрые, светлые сны.

— Что значит, я с вами не поеду? — Мик орал так, что я открыла глаза. Рабочий день! Тут же подскочила с кровати и заметалась по комнате. Драка уже не было — наверняка он где-то там, рядом с Гилом и Миком, потому что в последнее время подобные скандалы не обходятся без него. Видимо, Гил сказал Мику, что свидание с принцессой не предполагает присутствия правнука. И Мик высказывал все, что думает по этому поводу.

Наскоро оделась и вылетела в кухню. Как и ожидала, все собрались там. Драк сидел на подоконнике и внимательно прислушивался к спору Мика и Гила, будто он его не касался, а Микаель разве что кулаками не размахивал.

— Почему? — спрашивал он. — Я умею отделять работу от личной жизни и семьи.

— С Драком поеду только я, — отвечал Гил. — Не будем привлекать к себе внимание.

— Гилберт, ты тоже начал плясать под его дудку?

Хотела ответить, что у Гилберта хватает ума использовать каждую возможность узнать имя убийцы, но промолчала.

— А, Ненси! — Драк заметил меня. — Что ты стоишь в дверях? Завтракай и приступай к работе. Гилберт уже набросал для сотрудников список заданий. Да, Гил?

— Да. Так что вам будет, чем заняться. Идем.

Гилберт пошел к выходу. За ним потянулся и Мик. А я подумала — и села завтракать. Видимо, заданий предстояло много. Затем день покатился по привычной колее. На этот раз мне поручили рекламу, и я полдня общалась с желающими занять место на газетных страницах. К вечеру не помнила себя от усталости. А Гил, кажется, на самом деле не собирался брать с собой, потому что осторожно выскользнул за дверь, пока Мик не заметил его бегства. Я осмотрелась — Микаель как раз беседовал с одним из неожиданно появившихся клиентов. Поднялась и медленно пошла следом за Гилом. Но как только дверь «Утки» закрылась за спиной, бросилась к магобилю.

— Ненси? — Гил спросил удивленно.

— Конечно. А ты кого ожидал? — Заняла место рядом с Драком. Драк усмехнулся и промолчал. Для свидания с принцессой он выбрал черные тона. Светлым пятном оставалась только рубашка. Но лорду Астрею шла некая мрачность. Я даже залюбовалась.

Магобиль покатился по улицам, и вскоре мы добрались до окраины города. О старой часовне я только слышала, но никогда не видела ее воочию. Говорили, что это одно из первых сооружений, воздвигнутых в городе. Часовня посвящалась всем богам — воздуха, огня, земли и воды. Но когда город разросся, она осталась забытой и малолюдной.

Высокое серое здание украшали четыре остроконечных башенки — по количеству богов. Узкие окна, увитые диким виноградом стены — наверное, сюда давно никто не заходил.

— Раньше я любил это место, — говорил Драк, пока Гил прятал магобиль от чужих глаз. — Здесь можно было посидеть в тишине, подумать. Без суеты, без возни. Жаль, что часовню забыли. Гилберт, поторопись! Вам надо спрятаться до появления Адели.

Гил догнал нас у порога. Я шагнула внутрь и поняла, чем Драка так притягивало это место. Пусть здесь и не было посетителей, но изнутри было видно, что за зданием присматривали. У изображений четырех богов теплились свечи. Но большая их часть горела под потолком, создавая впечатление, что с неба льются капли огня. Я завороженно смотрела на длинные скамьи, тяжелые занавеси у алтарей, строки воззваний, начертанных на гобеленах.

— Ненси, хватит глазеть по сторонам. Еще насмотришься.

Драк перехватил меня за руку и увлек к отдельной молельне. Гил пошел следом. За нами закрылась решетчатая дверь, откуда было все прекрасно видно и слышно. Драк занял место на скамейке и склонил голову. Возможно, в этот миг он и правда молился богам. Его лицо в свете свечей выглядело неземным и одухотворенным.

Распахнулась дверь, и Драк поднялся навстречу своей гостье. Лицо Адели скрывала плотная вуаль. Принцесса выбрала светлое неброское платьице — и откуда такие в ее гардеробе? Протянула Драку обе руки и замерла.

— Рад, что вы пришли, Адели, — сказал лорд Астрей.

— Я тоже рада вас видеть, Драк, — тихо ответила девушка. — Наверное, мне не стоило приходить, но…

— Почему же не стоило?

— Если отец узнает, будет худо.

— Он не узнает.

— Надеюсь.

Драк усадил гостью на скамью, затем снова завладел ее маленькой ладошкой. Они сидели полубоком к нам, и было хорошо видно, что происходит.

— Увы, дорогая Адели, любовь не спрашивает, когда приходить в наши сердца, — заговорил Драк. — Вчера на балу мое сердце впервые так сильно забилось.

Если бы мне такое сказали, я бы поверила! Вот и Адели, кажется, верила.

— Признаюсь, мое сердце тоже затрепетало, лорд. — Она опустила глаза. — Но нам нельзя видеться. Я не хочу, чтобы вы пострадали.

— Почему вы так говорите, Адели?

— Потому… Потому что нам все равно не быть вместе.

Драк взглянул принцессе в глаза. Она замерла, будто под гипнозом.

— В вашей семье уже были случаи гибели из-за любви?

— Были. — Адели медленно кивнула.

— Это связано с принцем Конрадом?

— Да, мой дядя увлекся девушкой из низов, и она погибла.

— Вы знаете как?

Мы с Гилом обратились в слух.

— Я подозреваю. — Адели сидела не шевелясь. — Слышала обрывок разговора между дядей и его бывшей возлюбленной, моей подругой. Никогда не думала, что она может причинить кому-то вред.

— Что же вы слышали, Адели?

— Дядя кричал. Говорил, что она перешла все границы и ее руки теперь в крови.

— Когда это было?

И в самом деле, до того, как Конрад нанял нас? Или после?

— Два дня назад.

Так вот почему Конрад согласился с арестом брата Виниты! Он уже знал, кто настоящий убийца. И не хотел, чтобы это стало известно остальным. Возможно, он отдал приказ Ферверту следить за нами. Я едва сдержалась, чтобы не вылететь в зал.

— Имя вашей подруги, дорогая?

— Аина. Аина Берриут.

Я это имя слышала впервые. А Гил, кажется, узнал, потому что прошептал: «Не может быть».

— Спасибо за откровенность, милая. — Драк склонился к ручке Адели. — А сейчас вы вернетесь во дворец и забудете о нашей встрече. Прощайте, милая принцесса.

Адели развернулась, будто заводная кукла, и пошла прочь. Драк дождался, пока она покинет часовню, и поспешил к нам.

— Ну что, знакомое имечко? — Распахнул двери молельни.

— Более чем, — хмуро ответил Гил. — Аина Берриут — невеста Мика.

— Что?

Мы с Драком мигом сели на скамейку. Откуда у Мика взялась невеста? Он нигде с ней не появлялся. И потом, если бы она была возлюбленной Конрада, Мик бы знал.

— Я требую подробностей, — нахмурился лорд Астрей. — Почему девушка с подобной репутацией числится невестой моего правнука?

— Ваш внук договорился об этом браке, еще когда они были подростками. — Гил пожал плечами. — Микаель с невестой не общается. Я даже не помню, когда они виделись в последний раз. И уж он точно не знает о связи Аины с принцем Конрадом. Если узнает, будет скандал…

— Разорвет помолвку — и правильно сделает. — Драк хмурился все сильнее. — Но сначала нужно навестить эту девицу. Как считаете?

— С Миком или без? — спросил Гил.

— С Миком. Пусть договорится о встрече с невестой. Остальное я беру на себя.

— Тогда поехали в «Утку». — Гилберт казался ошеломленным свалившимися новостями. — Нет, я все-таки не верю… Как могло случиться, что Аина замешана в убийстве Виниты Портлин? Она ведь сама несвободна, с Конрадом рассталась, если верить Адели.

— Обиженная женщина способна на многое, мой юный друг, — ответил Драк. — Особенно если соперница ниже ее по положению либо менее красива. Сам понимаешь, Аина могла не простить Конраду смены дамы сердца. А Дина… Кажется мне, что здесь замешан шантаж. Вот и сложилась головоломка. Идем, не стоит медлить. Может, удастся встретиться с подозреваемой уже сегодня.

— Время позднее для визитов, — заметил Гил. — Нас никто не примет. Зато Мик вполне может послать ей записку с просьбой о встрече. Ты прав, поторопимся.

Всю обратную дорогу я пыталась понять, как так могло получиться. Адели говорила, что Аина — ее подруга. Так зачем же лиа Берриут подвела под удар репутацию принцессы? Понадеялась, что Адели все равно ничего не будет, король не допустит, чтобы обидели его дочь? Я ничего не понимала! Пыталась, но не могла.

Тем временем магобиль замер у дверей «Утки». Мы вместе поднялись на второй этаж. Эл, Лита и Мик были там, разбирались с будущим номером. Завидели нас — и застыли с бумагами в руках.

— Ну что? — спросил Мик. В его голосе так и сквозило недовольство.

— Это личный разговор, — ответил Гилберт. — Спустись, пожалуйста, в мою квартиру.

И пошел прочь. Микаель взглянул на друзей, пожал плечами, мол: «Не знаю, какая муха его укусила», — и пошел за Гилбертом. Мы с Драком поспешили за ними.

— А от нас уже секреты, — услышала за спиной недовольный голос Литы. — Похоже, только мы с тобой и работаем, Эл.

— Мне все равно, лишь бы доход приносило, — отозвался эльф. — А ты лучше займись статьей для лиана Ротара, иначе останемся без денег.

Кто о чем, а Эл о финансах! Должна же хоть у кого-то в этом городе быть в жизни стабильность. Я прикрыла дверь нашего жилища. Парни уже расположились на кухне, и для меня там даже стула не хватало, поэтому присела на подоконник.

— Что? — Мик оглядел «торжественное собрание».

— Да ничего, — ответил Драк. — Кроме одной мелочи. Нам известно имя убийцы.

— Уверены?

— На девяносто пять процентов из ста. Аина Берриут.

Микаель смотрел на нас так, будто ожидал, что вот-вот рассмеемся, а мы молчали. Ему нужно было время, чтобы понять, осознать…

— Нет! — наконец заговорил он. — Вы с ума сошли? Да, Аина — не самый приятный человек, но она и мухи не обидит. Я столько лет с ней знаком.

— Ты знал, что она была любовницей Конрада? — спросил Гилберт.

— Ты бредишь? — налетел на него Мик. — Да, невеста не пылает ко мне любовью, как и я к ней, но она — из достойного рода. Она бы никогда…

— Это сказала Адели, — вмешалась я. — Что Аина — бывшая возлюбленная Конрада, которую он сменил на Виниту Портлин. Видимо, она не смогла с этим смириться и решила избавиться от соперницы.

— Безумие какое-то! — Мик схватился за голову.

— Увы, я думаю, это правда, — добавил Драк.

— И что мы будем делать? Никто не станет обвинять Аину в убийстве!

— Устрой нам встречу, — сказал Драк. — И она во всем признается.

— Нет-нет. — Мик покачал головой. — О чем ты? Я никогда не приду в ее дом с такими словами.

— Тогда пусть она придет к нам. Назначь ей встречу, дай мне поговорить с девушкой. И если она невиновна, пусть идет с миром. И, раз уж на то пошло, я, как старший родственник, против такого брака. Она опозорит не только свой род, но и наш.

— Хорошо, я напишу ей, — склонил голову Мик. — Попрошу, чтобы она завтра нас приняла. Насколько знаю, ее родители сейчас где-то на водах, и никто не будет мешать нашему разговору. Только говорить с ней буду я!

— Как скажешь, правнук.

Микаель развернулся и вылетел из квартиры. Да, возможно, он не любил Аину, но привык считать своей. Думал, что рано или поздно они поженятся. Надеялся на что-то. Нелегко поверить, что человек, которого ты знаешь, которому пусть немного, но доверял, оказался преступником и предателем.

— Думаете, с Миком все будет в порядке? — спросила у Драка и Гила.

— Обязательно, — ответил бывший призрак. — Мы, Астрей, сильны духом. Он справится. Но на все нужно время, милая Ненси. Пусть остынет, завтра нам предстоит важный день.

Да, действительно важный. Мы наконец-то получим ответ, причастна ли Аина к убийству Виниты Портлин. Но почему-то мне казалось, что он и так уже известен. И ответ этот — да.

Следующим утром в редакции «Утки» все собрались ни свет ни заря, включая Драка. На лицах читалась мрачная решимость. Мне было не по себе — я не знала, чего ожидать дальше, и от этого сковывал страх. Он липкими лапками касался позвоночника, вышибая из легких дыхание. Ведь Аина — наша убийца.

— Значит, вечером. — Гилберт крутил в руках письмо, которое утром получил Мик.

— Да, — кивнул Микаель. — Аина будет ждать нас в семь. Я предупредил, что буду не один и хочу познакомить ее с родственниками. Так что… Конечно, вшестером не пойдем — это подозрительно. Но Драк может пойти со мной.

Чуть обернулся к прадеду, тот кивнул.

— Ненси выдам за свою сестру, — добавил предок. — А ты, Гил, с Аиной лично знаком?

— Нет, но она могла где-то меня видеть.

— Значит, представим настоящим именем. Пусть думает, что ты решил заработать вес при дворе, даже если вы где-то сталкивались ранее.

— Что делать нам? — спросил Эл.

— Ждите у дома на всякий случай, — ответил Гил. — Мы не знаем, что собой представляет Аина. Все-таки на ее счету могут оказаться жизни двух девушек.

— Хорошо. Но тогда давайте договоримся, какой вы дадите знак, если что-то пойдет не так.

— Думаю, вы услышите, если в доме завяжется потасовка. — Гил прошелся по комнате. — Но Аина ведь там не одна. Это большой улей, наполненный слугами, которые кинутся на помощь хозяйке. Поэтому в наших интересах действовать без шума. Драк, сумеешь?

— Постараюсь.

Остаток дня мы потратили на подготовку. Я беспокоилась о Микаеле — он выглядел подавленным. И даже начинала сомневаться в том, что между ним и его невестой не было любви. Или это уязвленное самолюбие? Разочарование? Мик не был особо открытым человеком, поэтому эмоциями не делился. Да и кем я была для него? Просто коллегой. Но и с Гилом, и с ребятами он почти не разговаривал. Даже Драк начал беспокоиться. На обеденном перерыве он подошел к Мику, шепнул ему что-то, и Микаель ушел следом за предком. Оставалось надеяться, что оба вернутся в целости, потому что они никогда не разговаривали спокойно. Но мои опасения были напрасны. Когда Драк и Мик появились снова, они будто заключили перемирие, и лицо Мика немного просветлело.

Вечером я надела удобное платье, неизменную шляпку для сбора доказательств, накинула тонкую шаль — погода выдалась прохладная, несмотря на разгар лета. Страх никуда не делся, стал только больше, и если бы не присутствие друзей, я бы не рискнула пойти к Аине. Никогда!

В магобиле мы привычно ехали вчетвером — я, Драк, Микаель и Гилберт. Надо же, я ведь работаю в «Утке» лишь около месяца, а уже привыкла во всем на них полагаться. На небольшом расстоянии от нас двигался магобиль поскромнее — там находились Эл и Лита. Невеста Микаеля жила в квартале у реки. Ряд красивых особняков, отгороженных высокими витыми заборами, заставлял жалеть о том, что жить в таком районе могут только избранные. Но когда я думала, что скрывается за дверями некоторых из них, понимала, что очарование напускное, как мираж. Взять ту же Аину. Ведь у нее была благосклонность принца, положение в обществе, богатый жених. Да, Конрад нашел другую. Но этого и следовало ожидать. Зачем же было убивать соперницу?

Магобиль замер, и Гил подал мне руку. Особняк семьи Берриут был просто огромен! Меня поразили белоснежные колонны у входа, изящные витражи окон, парковые скульптуры вдоль подъездной дорожки. Не дом — мечта.

— Не зевай, Ненси, — шепнул Гил.

Мы быстро миновали оставшееся до двери расстояние. Нас уже ждали — слуга распахнул дверь и согнулся в поклоне. Мик прошел мимо, не удостоив того взглядом. Следом вошел Драк, и наконец мы с Гилом.

— Прошу за мной, ваша светлость, лианы, лиа. — Другой слуга перехватил нас в коридоре и повел наверх по белой мраморной лестнице, устланной тонким ковром. Как же красиво! На втором этаже мы прошли через анфиладу комнат и очутились в милой девичьей гостиной, выполненной в персиковых тонах. Стоило слуге предложить нам напитки и закуски, как противоположная дверь открылась и в комнату вошла юная девушка в сопровождении старушки няни. Няня присела в реверансе и шмыгнула в кресло, делая вид, что ее здесь вообще нет, а девушка протянула Мику обе руки.

— Я так рада, что вы наконец-то вспомнили обо мне, лорд Астрей, — мелодично произнесла она.

Красавица! Белокурая, как и дочь короля. С точеным, будто вырезанным скульптором лицом, большими голубыми глазами, маленьким носиком и губками бантиком. Кукла — не человек. Я не верила, что у нее могло хватить изворотливости сшить платье, как у принцессы, прийти и убить соперницу.

— Счастлив видеть вас в добром здравии, леди Берриут. — Мик мазнул губами по ее ручке. — Мой троюродный дядюшка лорд Драк Астрей приехал несколько дней назад из своего имения и жаждал познакомиться с вами.

— Безмерно рад. — Драк сверкнул белозубой улыбкой.

— Это его кузина Ненси и ее жених, господин Гилберт Максен, — представил нас Мик.

— Очень мило с вашей стороны, что вы нашли время посетить меня, — Аина улыбалась, и ямочки играли у нее на щеках. — Присаживайтесь. Сейчас родители в отъезде, и меня редко посещают гости. Так скучно!

— Что же, мы здесь, чтобы вы перестали скучать, юная леди. — Драк взял инициативу на себя. — Мы с Миком довольно близки, и я беспокоился о ваших отношениях, признаю. Теперь вижу, что не стоило, и вы, без сомнения, достойная девушка. У меня есть к вам только один вопрос.

— Какой же? — Аина вернула Драку улыбку.

— Зачем вы убили Виниту Портлин и Динару Ирвис?

— Что? — Аина подскочила на ноги, но Драк в мгновение ока очутился рядом с ней, схватил за плечи и заглянул в глаза. Взгляд девушки стал рассеянным и мутным.

— Так зачем же?

— Я не убивала, — произнесла леди Берриут.

— И почему я вам не верю?

— Потому, что я вам лгу. — Аина жестко усмехнулась, и в комнату ворвались люди. Их было много, не меньше десяти. На каждом — черный плащ и маска. Гил и Мик тут же прикрыли меня, но я уже призвала магию. Вот только сила, вернувшаяся после контракта с Драком, снова не желала меня слушать. Драк дернулся — и вдруг замер. Его тело будто опутали серебряные нити.

— Не делайте лишних движений, лорд Даниан, — медленно подошла к нему Аина и улыбнулась — сладко до приторности. — Признаюсь, я надеялась, что вы почтите меня своим присутствием после того, как танцевали на балу с принцессой и тайно с ней виделись. Дурочка Адели не умеет держать язык за зубами. Но с ней я поговорю после. А сейчас жажду изучить такой ценный подарок. Вы ведь все еще живы!

— И умирать не собираюсь, — процедил Драк, стараясь вырваться. Но сеть останавливала его магию, как и нашу. Я поняла, что и вовсе не могу пошевелиться. Будто кто-то цепью сковал.

— А это мы еще увидим. Позволите пригласить вас на небольшую прогулку?

Помощники Аины схватили Драка и потащили прочь.

— А этих куда? — поинтересовался один из мужчин.

— С нами, чтобы Астрей был сговорчивее. И быстро, у нас мало времени.

Страх сковывал тело так же действенно, как серебристые нити заклинания. Нас подхватили под руки и потащили по коридору — не туда, откуда мы пришли. Значит, к черному выходу. Только бы Эл и Лита заподозрили неладное! Потому что у нас самих шансов выбраться не было. Я не верила в то, что происходит. Не могла поверить. Хотя чего еще ожидать от убийцы?

Нас притащили к магобилям и втолкнули внутрь — меня вместе с Гилом, Драка и Мика — в другой.

— Шевельнетесь — один из вас лишится жизни. Я сама выберу кто, — пообещала Аина.

Будто мы могли шевельнуться! Я прижалась к Гилберту, опустила голову ему на плечо. Магобиль мчался куда-то через весь город. Путь от нас не скрывали — значит, назад не вернуться…

— Все будет в порядке, Ненси, — прошептал Гил.

— Молчать! — рявкнул на него водитель.

Что делать? Без магии, без способности двигаться мы беспомощны. Неужели на этом все и закончится? Да, я знала, что мы имеем дело с убийцей, но не могла подозревать, что итог будет таким. Наконец магобиль остановился. Мы были где-то на окраине города. Вокруг простирались покосившиеся домишки. Тот, к которому потащили нас, ничем не отличался от собратьев. Старая крыша, гнилые ступеньки, которые опасно скрипели под ногами. Нас дотащили до жилой комнаты — в полу уже зиял провалом открытый люк.

— Шевелитесь.

И меня чуть ли не столкнули вниз по крутым ступеням. Я едва могла перебирать ногами. Слезы душили и мешали разглядеть путь. Наконец спуск закончился, и мы очутились в огромном каменном зале. Здесь не было ничего, кроме большого алтаря, вокруг которого горели свечи.

— Итак, мы на месте. — Аина вышла вперед. — Рада приветствовать вас в обители ордена веленитов. И как его глава, предлагаю чувствовать себя как дома.

— Что? — Гил не удержал возгласа. — Но принц Конрад…

— Всего лишь слухи, — улыбнулась Аина, и от ее улыбки стало жутко. — Удобное прикрытие, которое решило показать характер. Думал, что мы допустим его связь с третьесортной актрисой.

А я-то думала, все дело в любви… Хотя, может, Аину не так волновала честь Конрада, как то, что любовь между ними сошла на нет… Это казалось куда более логичным. Нет никого страшнее обиженной женщины, особенно когда в ее руках такая власть.

— А Дина? — спросил Гил. — Зачем понадобилось убивать вторую девушку? Она вас шантажировала?

— В точку, — благосклонно ответила Аина. — Она узнала меня там, в театре, но никому не сказала. Зато хотела получить большую сумму денег, за что и поплатилась. Что ж, вы провели хорошую работу, господин Гилберт Максен. Или лучше — лорд Гилберт Шайен? Увы, Конрад не держит слова, и титул прошел мимо вас. Но ничего, вам он уже ни к чему.

— Зачем мы здесь, Аина? — заговорил Драк. — Вы же понимаете, что троих из нас будут искать. Я не в счет.

— А вы еще не поняли, лорд Астрей? — Девушка поправила белокурую прядь. — Орден веленитов, который основал ваш сын, уничтожил вас больше полувека назад. И вдруг появляетесь вы, живой. Значит, слухи о вашем бессмертии — совсем не слухи?

— Хотите вечной жизни? — усмехнулся Драк. — Увы, вас она не ждет. Хотя я бы с удовольствием посмотрел, как вы медленно теряете человеческий облик.

— Вы зря отказываетесь. — Аина замерла перед ним. — Я предлагаю вам равноценный обмен. Ваше заклинание в обмен на жизнь единственного правнука. Он, в отличие от сына и внука, с орденом не связан. Так должен ли Микаель платить по счетам родителей?

Драк молчал. Его лицо посерело и казалось маской.

— Не смей соглашаться! — воскликнул Мик.

— Я сам решу, — чуть повернул голову Драк. — И я… отказываюсь. Что такое наши жизни против того зла, которое причините вы миру, получив власть? Нет, Аина. Мой ответ — нет.

— Дело ваше.

Аина жестко усмехнулась и взмахнула рукой. Движение одного из членов ордена я едва успела заметить — он тенью метнулся к Мику и вонзил кинжал ему в грудь. Мик, кажется, не понял, что случилось. Только охнул и медленно осел на пол.

— Нет! — раздался не крик — рев. Путы, удерживающие Драка, сверкнули и осыпались серым пеплом. Он кинулся к Микаелю, занес ладони над раной, и из них полился ровный свет.

— Аре ми, даэ ми, — раздались слова на неизвестном языке. — Арде ми саэ ри. Аэ!

Свет иссяк. Мик остался неподвижно лежать на полу. Нет! Только не это! Я рванулась туда, но путы держали крепко. Неужели это конец?

— Не вышло? — Драк растерянно оглянулся на нас. — Но… почему?

Вокруг его тела снова блеснула сеть заклинания.

— Что, не получилось? — расстроенно спросила Аина. — Жаль. Ваш правнук умер зря. Но заклинание я запомнила, может, разберусь, что пошло не так. Благодарю за содействие — и оставляю вас ненадолго. Раз уж вы не хотите делиться бессмертием, придется поделиться магией.

Она развернулась и пошла к двери. Половина охранников вышли за ней, остальные остались с нами. Драк сидел на полу и казался не живым человеком, а изломанной куклой, внутри которой вдруг замер механизм. Черты его лица заострились. Он смотрел в пол и даже не шевелился.

У меня в груди тоже все оборвалось от боли. Разве я думала, что Мик стал мне настолько родным? А теперь он мертв. Мертв! Осознание приходило постепенно, и чем больше я осознавала, тем больнее становилось. Нет! Почему? Почему все так случилось?

— Что ты еще нам не рассказал, Даниан Астрей? — глухо спросил Гил. — Какое отношение имеет орден к твоему превращению в призрака? Хоть перед тем, как мы умрем, признайся. Тебе ведь с этим жить.

Драк поднял голову. Его глаза блестели будто от непролитых слез. Он посмотрел на охранников, грустно улыбнулся.

— Орден веленитов был создан, чтобы меня убить, — ответил тихо. — Создан моим сыном по приказу короля, которому тот был верен до последнего вдоха. Король Эвиар умел привлекать людей на свою сторону. Умел красиво говорить — и только. И никак не мог смириться, что его любимая супруга любила меня. А еще Эвиар был трусом, каких не видывал свет. Он боялся, что однажды я приду за ним и отберу у него трон, и я пришел. Только трон мне был ни к чему, а орден к тому времени уже существовал. Так и случилось, что орден веленитов — это союз магов, единственная цель которых — либо меня убить, либо держать в подчинении. Вы сами видите, они возжелали бессмертия. Бессмертия, которое могу дать только я. Но ритуал… ритуал не подействовал.

Драк снова опустил голову. Я ощутила, как по щекам катятся слезы. Он снова потерял близкого человека. Последнего, кто у него оставался. И он мне не лгал, когда рассказывал о коварстве короля Эвиара.

Вдруг я ощутила, как исчезают путы, и в голове вдруг прозвучало: «Не шевелись». Почему-то это было сказано голосом Литы. Гил тоже едва заметно обернулся, но тут же выпрямился. Видимо, ему поступил такой же приказ.

Друзья здесь? Как они сняли заклинание Аины? Неужели… Лита? Гил говорил что-то об особой силе ведьмочек. Может ли это быть она?

«По моему сигналу — вперед. И, собственно, вперед».

Я сорвалась с места. Ближайший ко мне член ордена даже опомниться не успел, как оглушила его заклинанием. Второй встречал меня уже наготове. Чем бы его приложить, чтобы мало не показалось? За Мика! Собрала магию в кончиках пальцев и импульсом отбросила к стене.

— Ненси, осторожно! — Это подоспел Гил, отражая направленную на меня атаку. Мы стали спиной друг к другу, чтобы легче было обороняться. Теперь я наконец-то увидела Эла и Литу. Они будто выступили из тени. Как они вообще сюда пробрались? Зато эльф крошил врагов так, что те боялись подходить. Никогда не думала, что Эл настолько виртуозно владеет мечом. А вот два охранника уже и не подумают…

— Мик! — Драк склонился над правнуком. — Мик, услышь меня, пожалуйста.

И снова заговорил нараспев, только теперь энергия вокруг него клубилась иначе, и, кажется, слов было куда больше. Неужели он обманул Аину? Что за заклинание тогда применил?

Додумать я не успела — едва отразила огненный сгусток, и черным пятном на стене стало больше. Попыталась добраться до огненного мага, но тот отбил атаку и выскочил за дверь. Сейчас придет подмога…

— Надо уходить, — крикнула Гилу.

— Нельзя! Она же сбежит!

— Уходим. — Драк поднялся в полный рост. Значит, его заклинание снова не подействовало… Как больно!

— За мной, — махнула рукой Лита, и мы кинулись к двери. Дорогу тут же преградила парочка в плащах, но Драк щелкнул пальцами — и они упали замертво. Я оглянулась — и испугалась. В бешенстве Драк был страшен. Его светлые волосы развевались, словно в подземелье был ветер, а глаза светились голубыми искрами. Неужели это наш Драк?

— Не зевай, — перехватил меня Гил. — Надо выбраться, пока не стало поздно.

Мы взлетели вверх по ступенькам. Драк двигался впереди рядом с Литой, Гил следил, чтобы я не свернула себе шею, а замыкал процессию Эл, и я бы пожалела тех, кто решит столкнуться с его мечом. Наконец мы очутились в домике. Здесь тоже была охрана, но, видимо, Эл с Литой успели о ней позаботиться. Оба стражника спали, будто дети, и не слышали, как мы уходили. Свобода близка!

Ночной ветер ударил в лицо. Я дышала и не могла надышаться.

— Магобиль за углом, — крикнула Лита.

Вот только выйти со двора мы не успели… Вдруг на месте забора взметнулась сияющая стена, а за спиной послышался голос Аины:

— Как невежливо, господа! Уйти, не попрощавшись. Не выйдет!

Аина двигалась легко, будто танцевала. И как она могла показаться мне симпатичной? Сейчас она вызывала глубокое отвращение. Личико в обрамлении светлых локонов выглядело маской, надетой на чудовище.

— Ненси, отступай, — шепнул Гил.

— Нет, — вцепилась в его руку. — Я не стану прятаться.

За Аиной ожидаемо шли члены ордена — увы, их было гораздо больше, чем тех, которые ее сопровождали из зала. Двадцать, не меньше. Но пока я выбирала цель для первой атаки, Драк шагнул вперед.

— Хватит! — крикнул он. — Слушай сюда, глава ордена. Я предлагаю тебе бой один на один. Пролилась кровь моего правнука, я требую возмездия.

— Что ж… — Аина выглядела заинтересованной. — А это любопытно! Я согласна, лорд Астрей. Пусть будет бой один на один. Никому не вмешиваться.

Что задумал Драк? Надеется убить ее? Но она спеленала нас в особняке. Что сейчас помешает сделать то же самое? Гил обнял меня за плечи, заставляя остаться на месте. Лита замерла рядом с Элом. Страшно! Я никогда в жизни не испытывала такого ужаса. Мик погиб, и Драк тоже… рискует собой. Я верила в его силу, но не бояться не могла. Хотелось зажмуриться и спрятаться, а вместо этого следила за каждым движением.

— Мои условия, — заговорил Драк. — Побеждаю я — и мы уходим. Если ты — моя жизнь в твоих руках.

— Ты бессмертен, лорд Астрей. Но твоя магия слишком сильна, она нам пригодится. Идет!

Члены ордена расступились, в центре импровизированного круга остались только Драк и Аина. Они стояли друг напротив друга, словно ожидали, кто первый нападет. Я чувствовала, как между ними возникает магия, но силу никто не использовал. Пока что это была дуэль взглядов — ледяная синь глаз Драка против мертвенных глаз Аины. И кто тут из них призрак?

Аина не выдержала первой. Взмахнула рукой, призывая знакомую сеть, только Драк этого ожидал: пригнулся, уходя от атаки, и развеял сеть по ветру. Серебристые искры растаяли в воздухе.

— Быстро учитесь, лорд Астрей, — улыбнулась Аина. — Но увы, магия шагнула далеко вперед.

Я бы не сказала — в наше время магов, подобных Драку, не было. Может, только сама Аина, которая ударила сразу несколькими черными сгустками. Драк отбил их, но не заметил, как под ногой прогнулась земля, сделал шаг назад, споткнулся и упал. Аина тут же ударила снова. В воздух поднялось черное облако, окутывая фигуру Драка. Неужели она и правда сильнее?

И вдруг лорд возник прямо за спиной Аины, опустил ладонь ей на плечо. Она вздрогнула, попыталась обернуться — и не смогла.

— Так быстро, — поморщился Драк. — Орден стал слаб. В мои годы он был куда сильнее.

— Могу сказать то же самое — ожидала большего от великого мага, героя войны, — скривилось хорошенькое личико, и Аина растаяла в воздухе.

Где она? Что это за магия? Я ничего не понимала! Драк тоже пытался уловить, откуда ждать удара. Он оглядывался по сторонам, Аина не появлялась.

— Где ты? — крикнул он. — Покажись! Сражайся честно!

— Какие глупые понятия о чести, — раздалось откуда-то сверху, и на Драка обрушился град ледяных игл. Лорд быстро создал щит, но по его рукам покатились капли крови. А сама Аина уже шла к нему с другого конца поля.

— Ай-ай-ай, — покачала головой. — Я ожидала большего, как обидно. И столько всего заготовила! Например, это!

Взметнулся столб смерча, засасывая в себя окружающее. Гил прижал меня к груди — даже мы едва держались на ногах. Что говорить о Драке, который угодил прямо в эпицентр бури? Смерч поглотил его — я уже не видела фигуру мага. Только истово молилась, чтобы он выжил. Только бы выжил! Запоздало вспомнила о его бессмертии, но все же он — человек. Вдруг велениты нашли способ?

Смерч рассеялся. Драк стоял прямо, будто не он только что попал под заклинание. Затем медленно поднял руки — и одежда Аины вспыхнула огнем. Она истошно закричала, стараясь потушить пламя, а лорд стоял и смотрел. Спокойно, без торжества, без любования. Даже с ноткой жалости. И вдруг пламя перекинулось на него. Драк щелкнул пальцами — от огня не осталось и следа. Аина замерла перед ним, целая и невредимая. Только платье местами почернело.

— Так и будем осторожничать, великий Дракон? — спросила она. — О вас отзывались, как о крайне храбром воине.

— Я не люблю обижать женщин, даже если они не правы, — усмехнулся Драк.

В небе громыхнул гром. Еще мгновение назад было ясно — а сейчас над нашими головами сгущались тучи. Их тяжелые бока заволокли небосклон. Налетел холодный ветер. А вот теперь бой начался всерьез…

Драк и Аина закружили по двору. С их ладоней срывалась магия — яркая, всепоглощающая. Такая, какой я никогда не видела. Это было волшебно и жутко, будто столкнулись две полярные силы. Одна — светлая и искрящаяся, другая — темная и страшная. Белая фигурка Аины тонула во мраке, Драк весь сиял, будто солнце.

Полил дождь, но, кажется, они даже этого не заметили. Удар, еще удар. Не только нанести, но и отразить заклинание. Будто какой-то дикий танец. Присесть, встать, снова присесть. Перекатиться, чтобы не превратиться в пепел. Вновь подняться на ноги и нанести удар.

— Драк, пожалуйста, — шептала я. — Пожалуйста!

Если бы Гил не держал меня, наверняка упала бы, потому что не могла больше выдерживать этого напряжения. Давай же, Драк!

Ударила молния — совсем рядом с Аиной, но та даже не поморщилась. Только завертелась быстрее, призывая черные сполохи. Не человек, демон! Я не могла называть ее иначе — Аина будто разом потеряла свое человеческое обличье. Лицо стало хищным, неприятным, неживым. На руках выросли когти, как у птицы. Драк тоже переменился. На руках и лице выступили мелкие чешуйки, как у… дракона. Он поднял руки к небу, и на клочок двора, отведенный под их противостояние, обрушился огненный дождь. Аина вскрикнула и прикрылась щитами, понимая, что проигрывает.

Следующее ее движение ускользнуло от моего взгляда — вот только направлено оно было не на Драка, а на нас. Лорд тут же бросился наперерез, закрывая нас своим телом и щитами. Заклинание ударило его в спину. Драк пролетел несколько метров и упал, а Аина тут же очутилась над ним.

— Ты проиграл, Дракон, — прошипела, как змея, призвала в руку ледяное лезвие и вонзила в тело Драка. Снова эта сеть! А Аина никак не могла остановиться — еще лезвие и еще. Я вскрикнула и попыталась кинуться к ней, но Гил держал крепко.

— Драк бессмертен, помни, — шепнул мне. — Это их бой.

Их? Да мне плевать! Ему больно! Я вырывалась и царапалась, пытаясь прийти на помощь другу.

— Признаешь, что проиграл? — склонилась Аина над поверженным противником. Тишина… — Что ж, теперь твоя магия — наша. Убейте их.

Я подняла щиты, прикрывая нас от магов. Но их было слишком много! Слишком. И я считала себя неслабой магичкой? Глупая. Едва могла шевельнуться, как и Гилберт. Он отчаянно пытался сбросить чужую магию, но ничего не выходило. Только Лита продолжала обороняться, но и ее теснили в угол. Эл, как и мы, замер без движения.

А Аина склонилась над Драком. Я не слышала, что она ему говорила. Видела только, как он дергается, но лезвия пригвоздили его к земле. Рубашка Драка стала алой от крови. Дрянь! Как же я ее ненавижу! Пусть только исчезнет эта сеть.

На пальцах членов ордена заклубилась тьма. Неужели это конец?

— Гил? — позвала тихо.

— Да, Ненси, — расслышала ответ.

— Я люблю тебя. Прощай.

— И я тебя. Прости, что не защитил.

— Стойте! — Голос Мика я узнала бы из миллиона. И не только я — Аина резко обернулась к двери в дом. Микаель замер в дверях. Сейчас он казался восставшим мертвецом. Хотя, наверное, им и являлся.

— Ты никак не подохнешь, женишок? — скривилась Аина. Вот тебе и девушка благородного происхождения…

— Ты все не уймешься?

— Твой прадед проиграл.

— А я — не собираюсь. Я хочу продолжить его бой.

— С ума сошел? Но это даже забавно. — Аина сделала знак своим псам, и черная магия исчезла. — Хорошо, я согласна сразиться и с тобой. Вы, Астрей, не умеете признавать поражение. Видел, Драк? Правнук весь в тебя. Попрал память отца и деда, заступается за убийцу.

Драк не шевелился. Только было видно, как едва заметно вздрагивает его спина. Мик старался не смотреть на поверженного прадеда. Если не справился Драк, что может сделать он?

Члены ордена снова расступились. Гил прикрыл нас своим щитом, чтобы заклинания не долетели. Лита очутилась в объятиях Эла и тихо всхлипывала. Я и сама не знала, чего ожидать. Никогда не видела магию Микаеля. Думала даже, что, может, ее вообще нет. А сейчас вокруг Мика клубилась сила. Может ли быть, что Драк пробудил нечто, скрытое в нем самом? Я замерла, не зная, как дышать. Воздух, казалось, обжигал легкие.

— Приступим, дорогой? С тобой долго церемониться не буду, ты мне и так надоел, — Аина откровенно наслаждалась триумфом.

Мик, в отличие от Драка, ждать не стал. Рванулся вперед, призывая заклинания, и обрушил их на голову Аины. Та едва успела закрыться.

— А это уже интересно, — потешалась над ним. — Думаешь, сможешь меня победить? Ну-ну, любопытно будет взглянуть.

И она атаковала. Арсенал остался прежним — вихри, смерчи, тьма. Но Мик сражался яростно. Он призывал пламя — столбы пламени, которые сливались с ветром, поглощали заклинания. Его фигура будто светилась. Нет, легко Аине не будет.

— Злость — плохой советчик, — не унималась она, исчезая и снова появляясь на другом конце двора. — Ну же, Микаель! Покажи, насколько выродился твой род.

— Катись в бездну! — пожелал Мик, и с его пальцев сорвалось очередное заклинание. Аина дернулась — и замерла. Вот так-то! Мик подошел ближе.

— Ты проиграла, — сказал ей в лицо.

— Нет, ты.

Когда Аина успела переместиться ему за спину? Еще одно ледяное лезвие. На этот раз оно вонзилось в спину Мика. Микаель вздрогнул, обернулся растерянно.

— Предыдущий раз было больнее, — сообщил доверительно.

Неужели Драк наградил его своим бессмертием? Аина отшатнулась, а Мик кинулся на нее, будто не замечая раны. Удар, еще удар.

Я закрыла глаза, не в силах больше сдержать ужас.

— Тише, — на плечи мягко опустились руки Гила. — Мика не так просто победить.

И правда, Микаель держался. А вот Аина начинала уставать. Ее движения стали медленнее… Или это просто ловушка? Она слишком поздно заметила — что-то не так. Взвыла, но Мик припечатал ее заклинанием, парализуя. На этот раз — наверняка.

— Убьешь меня? — прищурилась она. — Взять их!

Нельзя доверять тому, кто обманывал не раз. Я всегда это знала, но сейчас утвердилась в старой истине. Аину я больше не видела — нас от нее отгородили ряды членов ордена веленитов. Дальше раздумывать было некогда. Вырвалась из объятий Гила и кинулась вперед. Безрассудно? Да. Но я хотела победить! Хотела, чтобы эта дрянь заплатила за гибель Мика и страдания Драка. Увы, заклинаний, изученных в университете, мало для полноценного боя — нужна практика. Вот только после того, как я видела боль дорогих мне людей, готова была разорвать ее на части! Призвала как можно больше магии — столько, что закололо кончики пальцев, и ударила ближайшего преследователя. Тот отлетел к забору, как кегля в старинной игре. Второго достал заклинанием Гил. Мы, как и в подвале, стали спиной к спине. И куда только девалась сеть Аины? Видимо, Мик сумел разрушить ее колдовство.

Попыталась оглянуться, чтобы разглядеть исход боя, но видела только Эла, который тащил за волосы одного из наших противников. Эльф так бил его магией, что одежда бедняги напоминала решето. Да, наш Эл страшен в гневе! Лита где-то затерялась, но я была уверена, что ведьмочка магичит вовсю. Может, это она избавила нас от сети, а не Мик? Как и в прошлый раз?

Послышался крик Аины. Неужели Мик ее достал? Мы с Гилом рванулись туда, на помощь другу, но кто нас пропускал? Я едва уклонилась от водяных заклинаний — среди врагов было много стихийников. Отбила атаку — и ощутила, как сзади придавливает чьей-то силой, но на помощь пришел Гил.

— Спасибо, — обернулась к нему. Если выберемся, больше не буду бояться своих чувств! Ни за что!

— Хватит! — раздался голос Микаеля. — Баша предводительница мертва.

Оставшиеся на ногах члены ордена развернулись к нему. А я почему-то боялась обернуться. Но пришлось, чтобы удостовериться в правоте Микаеля. Взглянула — и едва сдержала тошноту. Он поднял голову Аины за волосы. С разрубленной шеи капала кровь. Да, Аина была мертва. И — нет, я ее не жалела.

Ряды веленитов дрогнули.

— Ордена больше нет, — хрипло сказал Мик. — Я, наследник Астреев, провозглашаю это. Либо уходите, либо умрете, как она.

— Мы уйдем, — шагнул вперед высокий мужчина. — Ты победил, право на твоей стороне.

Я в онемении смотрела, как удаляются одиннадцать черных фигур — все, кто смог покинуть поле боя. Они не забирали павших. Просто уходили, будто их ничего не держало. А мы кинулись к Мику. Он пошатнулся и выпустил голову Аины из пальцев. Та покатилась по земле, подпрыгивая на кочках, и замерла, таращась на нас мертвыми глазищами. Меня сковывал ужас, и я не знала, как его превозмочь.

— Все в порядке, — сказал Микаель. — Мы победили.

На его бескровных губах заиграла улыбка. Страшная, неживая. Эта ночь изменила каждого из нас. Лита кинулась к Мику, увлекла за собой, чтобы обработать раны, а я побежала к Драку. Он сидел, прислонившись спиной к забору. Ледяные лезвия исчезли вместе с Аиной. Сейчас Драк снова больше напоминал призрака, чем живого человека. Казалось, он едва дышал. Каждый вдох давался со свистом.

— Драк, — присела рядом с ним, — как ты?

— Жить буду, — с горечью улыбнулся он. — Но недолго. Я рад, что увидел конец ордена. Всегда об этом мечтал.

Я протянула руку, осторожно убрала слипшиеся от пота и крови пряди с его лица.

— Не надо меня жалеть, Ненси, — тихо сказал Драк. — Ненавижу чувствовать себя жалким. Главное, что Мик жив. И вы все тоже.

Я украдкой вздохнула и отвернулась. Потому что было жаль до слез, а Драка эта жалость оскорбляла. К нам подбежала Лита, склонилась над Драком.

— Давай помогу, — сказала бодро. Вот уж кого ничем не проймешь! — Потом буду внукам рассказывать, что лечила самого Дракона Астрея.

— Хорошо, ведьмочка. — Драк приподнялся, позволяя осмотреть его спину. — Ты неплохо сработала с сетью.

— Спасибо, — Лита довольно зарделась. — А тебе бы не мешало чуть больше осторожности. Пока вы дрались, я чуть рассудка не лишилась!

Я тихо рассмеялась. Неужели мы и правда живы? Вернулась к Мику, Гилу и Элу. Все трое сидели на земле. Мик выглядел уже лучше, чем десять минут назад. Лита наложила повязку, от его рубашки ничего не осталось. Но он, кажется, не чувствовал прохлады этой ночи.

— Что, Ненси, не передумала работать в «Утке»? — спросил весело.

— Да ну вас, — отмахнулась я. — Кто же знал, что наше расследование закончится сражением с орденом веленитов?

— Вот именно, что никто. Как Драк? — Мик встревоженно взглянул на Литу, склонившуюся над прадедом.

— Будет в порядке. Нам всем надо отдохнуть.

— Да, ты права.

Мик с трудом поднялся на ноги и, пошатываясь, пошел к Даниану.

— А я говорил, что из-за тебя будут проблемы, — сказал, останавливаясь перед ним. Но все мы чувствовали — он не всерьез.

— От меня всегда были только проблемы, — усмехнулся прадед. — Не веришь — спроси у оставшихся веленитов.

— Да пусть катятся во тьму. Но признаюсь честно, твои методы оживления… гм… больше их на мне не применяй!

И протянул Драку руку. Тот ухватился за ладонь правнука и поднялся на ноги.

— А больше и не придется, — ответил тихо. — Ты бессмертен, пока не захочешь обратного. Только это не дар, а проклятие, уж поверь.

— Разберемся. А сейчас поехали домой. Кстати, на чем поедем?

— Мы на магобиле, — откликнулся Эл. — В тесноте, да не в обиде.

Хоть какая-то радостная новость! Ближайшие четверть часа мы пытались втиснуться в магобиль. Мика, как наиболее пострадавшего, усадили рядом с Элом, который вел магобиль. Я устроилась на коленях у Гилберта — другой возможности все равно не было. А Лига забралась на руки Драку — если верить ведьмочке, чисто в лечебных целях. Магобиль покатился прочь от базы ордена — и стоило нам отъехать достаточно далеко, как дом вспыхнул, будто погребальный костер для всех, кто сегодня не ушел с поля боя. Неужели все позади?

Вместо того чтобы вернуться в «Утку», было решено ехать в особняк Астреев. Драк, конечно, был против, но его никто не слушал. Устали все, а в нашей квартирке всего две комнаты, не поместимся. И потом, надо было не только отдохнуть, но и решить, что делать дальше.

Дом Мика спал. Только сонная служанка открыла двери, увидела своего господина не в лучшем виде, вскрикнула и кинулась будить прислугу. Вскоре весь дом зашумел с фундамента до крыши. Примчался лекарь, и Драк с Микаелем в сопровождении Литы удалились на осмотр и лечение. Эл тоже куда-то подевался — наверное, решил проверить, как там наши пациенты. А мы с Гилом остались в гостиной, которую в этот час освещал лишь огромный камин да принесенный служанкой подсвечник. Оба молчали, опустошенные минувшей схваткой.

— Как думаешь, это ведь еще не конец? — спросила тихо.

— Не знаю. — Гил обнял меня и привлек к себе.

— И что мы будем делать?

— Решим, когда соберемся вместе. Ненси, я хотел сказать…

И замолчал. Я и так знала, что Гил имеет в виду, без слов. Осторожно потянулась за поцелуем — его губы горчили на вкус. Он целовал меня осторожно, будто опасаясь спугнуть. Поздно сомневаться… После всего, через что мы прошли вместе.

— Я люблю тебя, — наконец подобрал слова.

— И я тебя, — удобнее устроилась в объятиях Гилберта. — И что-то мне подсказывает, что нам никогда не будет скучно вдвоем.

Гил тихо рассмеялся, погладил меня по голове, как котенка. Да я и сама чуть не замурлыкала. И, кажется, даже задремала, потому что голоса Эла и Литы раздались неожиданно.

— Некогда спать! — возмущалась ведьмочка. — Мы там лордам бессмертие спасаем, а они клюют носами.

— Нас ждут Мик и Драк, — вклинился в ее речь Эл.

Раз ждут — надо подниматься и идти. Я протерла глаза и двинулась следом за друзьями. Мик и Драк ждали в спальне. Микаель лежал, закрыв глаза, бледный как смерть. Драк полулежал в кресле у его кровати. Стоит признать, он выглядел лучше. Привык, наверное.

— А вот и наши герои. — Скупая улыбка сделала лицо Драка неземным. — Рассаживайтесь, есть разговор.

Мы заняли свободные стулья и кресла. Что ж, пора держать совет и принимать какие-то решения.

— Мик, дружище, ты как? — спросил Гилберт.

— Жить буду. — Микаель открыл глаза, и я заметила в его взгляде те же искры, что всегда были у Драка. — Уж об этом Драк позаботился. Вы сами как?

— Тем же образом, — усмехнулся Эл. — Не ожидал, что ты такой кровожадный, друг мой!

Мик поморщился. Азарт битвы схлынул. Вряд ли ему было приятно вспоминать о гибели Аины.

— На этом обмене любезностями предлагаю наш маленький совет считать открытым, — вмешался Драк. — Итак, что мы имеем на сегодняшний день? Убийца Виниты Портлин мертва. Орден веленитов перестал существовать. Возможно, временно, но хотелось бы надеяться, что навсегда. Главный вопрос — что делать дальше? Брат Виниты остается в тюрьме, надо его оттуда вытащить. И принц Конрад… Он ведь знал, кто убийца, и прикрыл ее, заключив в тюрьму невиновного. Есть идеи?

— Есть, — откликнулся Гил. — Предлагаю действовать так, как мы умеем. Завтра же выпустить в печать свежий номер «Утки», в котором рассказать всю правду о гибели Дины и Виниты.

— И об ордене?

— Об ордене лучше молчать. Напишем, что рассудок Аины помутился от любви к принцу Конраду.

— Поддерживаю, — отозвался Мик. — А я, как только смогу, пойду к королю и буду лично просить освобождения лиана Портлина.

— Тебя за это по головке не погладят, мальчик мой, — заметил Драк.

— А мне плевать. Что мы с тобой теряем?

— По сути, ничего, — согласился лорд Астрей. — Хорошо, на этом и остановимся. Кто будет работать над статьей?

— Мы с Ненси, — ответил Гилберт. — Лита, Эл, вы займетесь созданием макета.

— Как прикажете, главный редактор, — Лита шутливо склонила голову.

— А мы? — спросил Мик.

— Вы отдыхаете и набираетесь сил, они вам понадобятся. Нам всем понадобятся. Предлагаю редакцию «Утки» временно перенести сюда. Эл, привезешь материалы и оборудование для макета?

— Конечно.

— Вот и отлично. Лита, к рассвету газета должна быть в типографии. За работу!

Служанка проводила нас с Гилбертом в кабинет Микаеля, и мы склонились над статьей. Оказалось, это сложно — изложить все, что произошло с нами с момента расследования. Столько подводных камней, ложных путей, неожиданных помощников и врагов. Мы дописали только к рассвету — оставалось переписать заготовку на чистовик. Этим занялась я, а Гил пошел контролировать подготовку макета.

— Это не обсуждается, — говорил Драк.

Мы сидели в гостиной дома Астреев. Мик, хмурый, как грозовое небо, бродил из угла в угол, пока его прадед вальяжно сидел на диване и пил ароматный травяной чай.

— Но мы тебя просим… — я пыталась воззвать к Даниану. — Зачем тебе уходить? Ты же только что вернулся!

— Ненси, мне чуть меньше ста. Я устал, понимаешь? — Наш спор снова возвращался на круги своя. В уголке комнаты тихо всхлипывала Лита. Гил и Эл молчали, но и за этим молчанием крылось многое.

— А как же мы? Ты так просто нас оставишь?

— Ненси, крошка, нечестно так поступать. — Лорд Астрей мягко улыбнулся. — Мик, ты специально их позвал?

— Они сами пришли, — холодно откликнулся Микаель. Я знала, что всю эту неделю он тоже просил прадеда остаться. Не вышло. Даниан был непреклонен в своем решении. Только убедился, что вышел следующий выпуск «Утки» и разлетелся так же быстро, как и предыдущий. Гил говорил, пора увеличивать тираж.

Я тяжело вздохнула. Да, мы все знали, что Драк уйдет. Но не думали, что так скоро.

— Вот. — Он протянул Микаелю сложенный вчетверо листок. — Когда тебя начнет тяготить бессмертие, выполнишь ритуал. Только советую не торопиться — у вас много врагов, и твоим друзьям понадобится помощь.

— Что будет, когда ритуал проведешь ты?

— Я просто рассыплюсь в прах, — мягко и грустно улыбнулся Драк. — Так что пышные похороны устраивать не придется. Ну, что у вас такие грустные лица? Поймите же, для меня это избавление.

— А для нас — нет, — Микаель отвернулся.

— Глупый. Ты и сам хороший глава семьи. Зачем здесь еще я? Чтобы старая кладовщица каждый раз падала в обморок при виде ожившего мертвеца? Нет уж. Каждому — свое время. И мне тоже. Не хотите это видеть — просто уходите.

Никто не ушел. Лита кинулась на шею Драку. Он крепко обнял ведьмочку, пожал руку Элу и Гилу. Я не подходила — меня душили слезы.

— Ненси, ну что ты? — привычно провел рукой по моей щеке. — Не расстраивай меня, девочка. Ты и так дала мне больше, чем я мог ожидать.

И тоже крепко обнял. Я тихо всхлипнула. Плечи дрожали. Драк осторожно передал меня Гилу, чтобы не мешала заклинанию.

— Мик?

Микаель отвернулся. Вот уж кто точно прощаться не желал. Но Драк подошел к нему сам, обнял, похлопал по спине.

— Проклятый эгоист, — тихо прошептал Микаель. — Думаешь только о себе.

— Возможно, — подмигнул Драк. — А теперь вам лучше отойти. Мало ли какой мощи получится заклинание. Я его ни разу не пробовал.

В сердце затеплилась надежда — а вдруг? Вдруг ничего не получится? Драк замер в центре комнаты, закрыл глаза и начал нараспев произносить строки заклинания. Его фигура медленно начинала светиться, с каждым словом все сильнее и сильнее, чтобы на последнем слове нас ослепила вспышка. Вот и все… Он ушел…

Я отвернулась, закрыла лицо руками. Было так больно, будто только что потеряла родного человека.

— Не понял! — вдруг раздался голос Драка. — Это еще что за шутки?

Я открыла глаза. Даниан стоял там же, где и стоял. На первый взгляд ничего не изменилось. На второй — он стал выглядеть более… живым?

— Прадедушка? — Мик подозрительно прищурился. — Что-то ты не торопишься рассыпаться.

— И правда, не тороплюсь. — Драк ощупывал лицо, туловище. — Но как же это? Где я просчитался?

— Думаю, что нигде, — заметил Эл. — Заклинание бессмертия рассеялось. Оно как бы заморозило твое настоящее тело в одном времени. А сейчас ты снова жив. И, раз уж не рассыпался пеплом, будешь доживать отпущенные тебе годы.

— Но мы можем тебе помочь. — Мик похлопал прадеда по плечу, не скрывая злорадного блеска в глазах. — Яд? Кинжал? Веревка? Выбирай!

— Гм… Что бы выбрать? — Драк в долгу не остался. — Придумал! А пойду-ка я работать в «Золотую утку». Там неприятности найдут меня и сами. А уж написать статейку и я смогу.

— Да кто тебя примет, старик? — По отношению к молодому привлекательному мужчине звучало смешно.

— Я приму, — рассмеялся Гилберт. — Тем более что собираюсь совершить небольшое путешествие. Должен же кто-то присматривать за вами в мое отсутствие. Как считаете?

— Только не он!

— А я согласна, — вмешалась Лита. — Пусть будет Драк.

Унылая атмосфера будто мгновенно выветрилась из комнаты. Мы спорили и шумели, стараясь отогнать призрак смерти, который мелькнул перед нами — и обошел стороной. Сердце будто оттаяло, забилось чаще. Драк остается с нами!

— Ненси, ты что, снова рыдаешь? — обернулся ко мне Даниан. — Сами же хотели, чтобы я остался.

— Я от радости, — отмахнулась от бывшего призрака и повисла у него на шее.

— Да ладно тебе, еще успею надоесть до зубного скрежета, особенно Микаелю.

— Уже надоел, — беззлобно фыркнул Мик, скрывая улыбку.

— А я предлагаю выпить вина, — вдруг вмешался Эл. — И отпраздновать завершение расследования, успех «Утки», возвращение Драка. И я угощаю!

Для эльфа это был подвиг. Мы дружно заверили его, что не надо таких жертв, вино было принесено из подвала особняка Астреев, бокалы тут же доставили слуги, которые аккуратно обходили Драка стороной. Бокалы со звоном соприкоснулись.

— За будущее! — сказал Гилберт.

— И за то, чтобы принц Конрад подольше оставался на границе, — присоединился Эл.

— За новые успехи «Утки», — добавил Мик.

— За любовь, — Лита кокетливо улыбнулась Драку.

— И за семью, — ответил он.

А я промолчала. Потому что у меня и так уже было все, что нужно для счастья.