© Виктор Каика, 2018

Закончив в 1981 году физмат ЛГУ^[1], Александр работал в лаборатории производственного объединения «Альфа» программистом и участвовал в проектировании цифровых интегральных схем, а точнее – дизайнером их внутренней структуры. Он создавал программу по выращиванию кристаллов в космосе в условиях невесомости. Авиаконструкторы говорят, что хорошо летать будет только красивый самолёт. То же самое думал о своей работе и Саша и в творчестве расположения полупроводниковых элементов разрабатываемых лабораторией микросхем получал огромное удовольствие, полностью отдаваясь этому процессу не только в рабочее время от звонка до звонка, но и в свободное, легко представляя многослойный рисунок линий будущего кристалла, так же непринуждённо, как именитый гроссмейстер представляет расположение и траектории движения шахматных фигур, играя вслепую на нескольких досках одновременно. Ему нравилась его работа, и, несмотря на невысокую заработную плату, которая составляла скромные 90 рублей в месяц^[2], его с уверенностью можно было бы назвать по-настоящему счастливым человеком – когда начальник отдела совершенно неожиданно трогал его за плечо и говорил, что рабочий день закончен, домой уходить не хотелось, а ложась спать, он желал поскорей уснуть, чтобы быстрее пролетела ночь, мечтая вернуться в уютную лабораторию и снова окунуться в творческий процесс, часто сожалея о том, что приходится тратить время на транспорт и что нельзя хоть иногда остаться работать на ночь. Таким образом, женившись, будучи студентом на третьем курсе обучения, он понимал, что поступил абсолютно правильно – жизнь красноречиво говорила о том, что иначе остался бы он холостяком на долгие годы. Саша рано стал самостоятельным. Когда его мама вышла замуж второй раз, то переехала к мужу, и Александр остался в квартире единственным жильцом. Но в этом было и преимущество – ему было куда привести свою жену, и они жили отдельно от родителей. Женился он по любви, на ровеснице, тоже студентке, но другого факультета – химического. Звали её Ирина.

Следует сказать, что при социализме на химфак поступали настоящие фанаты этой науки, и Ирина не была исключением. Она обожала химию и после окончания университета устроилась на рижскую парфюмерную фабрику «Дзинтарс» в лабораторию по созданию новых запахов, работа ей нравилась. Ирина тоже была творческой личностью, а потому разделяла увлечённость мужа работой, но в отличие от него, ей легко удавалось сочетать трудовые будни и быт, создавая домашний уют, что выдавало в ней настоящую женщину – ведь только такая женщина способна одновременно варить суп, гладить, смотреть телевизор и читать конспект, готовясь к завтрашнему экзамену, и всё это делать легко, непринуждённо, быстро и качественно, совершенно не напрягаясь. Вдобавок, она относилась к тем редким женщинам, в которых сочетались красота и ум. Даже рождение дочери не нарушило идиллии их семейной жизни, и всё продолжалось до тех пор, пока не перестал существовать Советский Союз, и только тогда они поняли, что двенадцать лет их счастливой семейной жизни пролетели как одна ночь крепкого сна без сновидений.

Большая и тяжёлая, уверенно вращающаяся шестерёнка экономики Латвии вышла из зацепления с мощнейшим механизмом экономики огромной страны, придававшим ей вращение, и стала медленно – в силу высокой инерции, но заметно – в силу неизбежного стремления природы к простоте, останавливаться. Рост энтропии был налицо, но никто не собирался ему противостоять. Наоборот – все активно включились в процесс разграбления страны. В металлолом сдавали всё – от тяжёлых станков и механизмов, до кабелей и канализационных люков,.. как грибы после дождя, выросли приёмные пункты металла, которые скупали и поглощали в любых количествах – медь, бронзу, ртуть, алюминий, сталь и чугун, как голодные и ненасытные монстры, совершенно не интересуясь, кто где что выкопал, нашёл или украл. Каждый участник вакханалии действовал сообразно своему, достигнутому на момент развала страны административному ресурсу – директора заводов и фабрик сдавали металл вагонами, начальники цехов контейнерами, рабочие ящиками, школьники портфелями… Всё шло к тому, что скоро нельзя будет найти на дороге не только ни гвоздика, ни проволочки, но и заводов и фабрик. Население страны превратилось в хищных, безжалостных и беспринципных «санитаров», которые работали азартно и дерзко, превращая всё, что плохо лежит, в ставший после отмены статьи за валютные операции наконец доступным – загадочный, приятный на ощупь с рельефно ощущаемым рисунком, с нежным запахом, напоминающим запах детских переводных картинок, и зелёный – символ счастья под названием американский доллар! Некогда сдерживаемые социалистической моралью и воспитанием самые низменные черты человеческой сущности обнажились, и мир поглотила жадность, алчность и ненасытность, а сила и наглость, обман и хитрость стали доминантой, дающей право не только на наслаждение жизнью, но и на самою жизнь. Появились вишнёвые девятки^[3], желающие их помыть и бомжи. Обладание любым автомобилем было той гранью, которая отличала неудачника от человека, осуществившего свою мечту, и каждый стремился эту грань преодолеть. Человек, обладавший автомобилем, считался человеком состоятельным, и вокруг него всегда возникало движение и желание приобщиться к его состоянию. Стоило только едущему по дороге автомобилю остановиться на запрещающий сигнал светофора, к нему подскакивали люди с ведром уже не очень чистой воды и щёткой в руках и начинали размазывать грязь по лобовому стеклу. Они торопились, потому что включение зелёного света светофора давало водителю возможность уехать, не заплатив за навязанный без его согласия сервис. Когда автомобиль заезжал на заправку, к нему подбегали те же люди, только теперь они всеми силами пытались помочь заправить бак бензином с той же навязчивостью, что и в стремлении помыть лобовое стекло. Бомжи, не обращая внимания ни на тех, ни на других, тихо и неторопливо искали своё счастье в мусорных баках.

Чтобы подняться над суетой, наслаждаясь чувством безграничного превосходства и окрыляющей, не требующей дипломов уверенности в том, что ты умней других и имеешь право снисходительно поучать их жизни, с особым удовольствием пополнив свой лексикон великолепной фразой, сразу понравившейся своей мудростью, произнесённой кем-то тоже умным, правда, с большим трудом запомненной, но, безусловно, стоившей того, не раз отрепетированной перед зеркалом, не только давшей возможность с предвкушением представить себя её произносящим, но и наконец, дождавшись этого возвышающего момента, позволяющего произнести её с показным презрением и гедонией – «Если ты такой умный, что же ты такой бедный?», не нужно было знаний того, как проектируются слои кристаллов микросхем и как заставить химические элементы вступить во взаимодействие, чтобы получить запах клубники там, где нет и никогда не было даже картинки с этой ласкающей вкусовые рецепторы ярко-красной ягодой с зелёным хвостиком.

На повестке дня семьи стал извечный вопрос человека, думающего на русском языке – Что делать?!

Однажды вечером, придя домой, Саша сказал:

– Я встречался с Пашкой Мартыновым, они с женой собираются уезжать в Америку.

– Да ты что?! – вымолвила Ирина, и глаза её стали грустными. Впрочем, этот грустный взгляд уже не был редкостью, особенно в последнее время, когда стали задерживать выплату зарплат. Деньги, отложенные на чёрный день, таяли, а улучшения материального положения ничто не предвещало, и это действовало угнетающе.

Дочь Юлька, услышав разговор, весело пискнула:

– Я тоже хочу в Америку! – ей недавно исполнилось девять лет, она заканчивала уже второй класс и была единственная, кто не грустил в семье и кого не пугало ни настоящее, ни будущее.

– Но это ещё не всё, – продолжил Александр. – Ты помнишь, в прошлом году из Штатов к нему приезжал его знакомый по имени Иван, который сам родом из Югославии, а в Штаты перебрался двадцать лет назад? Мы с тобой ещё обсуждали, что имя Иван есть не только у нас.

– Да, конечно помню. Ты же с ним тоже тогда встречался и ещё говорил, что он интересовался твоей работой.

– Так вот, – продолжил Саша. – Оказывается, Иван тогда не зря интересовался моей работой. У него в Штатах своя фирма, и ему нужны работники. Он не пожалел денег, нанял юристов, которые смогли обосновать и доказать, что в Штатах для ведения его бизнеса он не может найти нужных ему специалистов по моей и Пашкиной специальностям, и получил разрешение пригласить нас на работу в США вместе с семьями. И теперь мы можем получить не какую-то там туристическую визу, а рабочую! Представляешь?!

Взгляд у Ирины загорелся, она улыбнулась и молвила:

– Вот это да!

Потом посерьёзнела и сказала:

– Саша, но ведь виза стоит денег… И билеты,.. ты представляешь, сколько могут стоить билеты на самолёт для такого перелёта? А нас ведь трое. Я тебя одного не отпущу!

Александр улыбнулся:

– Нет, если мы согласимся, то только вместе.

– Но где мы с тобой возьмём такие деньги? Мои родители, конечно, могли бы нам помочь, но ты же категорически отказываешься брать у них деньги.

– В том-то и дело, – продолжил Саша. – Иван оплачивает и визы, и билеты! Представляешь?! Нужно только наше согласие.

Ирина снова улыбнулась.

– Саша, надо соглашаться! Такое бывает только раз в жизни!

– Я тоже так думаю, – ответил Саша. – Кстати, с нами поедут ещё три семьи, они из Москвы. Все примерно нашего возраста, – немного подумав, добавил. – А наш завод, наверное, скоро закроется… К начальству приходили какие-то люди, прошёл слух, что хотят на месте нашего завода построить супермаркет.

– Опять супермаркет?!.. Скоро вся Рига будет один сплошной супермаркет. Бежать надо отсюда подальше. У нас тоже работы всё меньше. Говорят, склад забит товаром, а сбыта нет. На местном рынке только крема покупают, да и то самые дешёвые. Поговаривают о сокращении рабочего дня.

Потом снова вернулась к теме переезда:

– Саша, а где мы там будем жить?

– Жильё будем снимать. В Америке это обычная практика. Иван сказал, что снять дом в Калифорнии, там, где мы будем жить, стоит две тысячи долларов. А платить нам будет три.

– Вот это деньжища! Не то, что тут, – потом, немного подумав, спросила. – Саша, а как же я, мне ведь тоже нужна работа?

– Буду работать, а ты осмотришься, на месте разберёмся.

Наступила пауза.

– Саша, а как же язык? Ты же немецкий изучал в школе, а в Америке ведь английский.

– Да мне что английский, что немецкий – я же и по-немецки только со словарём, – улыбнулся Саша. – А язык, конечно, придётся учить, но лучше уж английский, чем латышский. Пашка вон набрал видеокассет, сидит целыми днями английскую речь слушает, он тоже немецкий в универе изучал.

Ирина обняла мужа.

– Идём, я подогрею тебе ужин, раздевайся и мой руки.

На следующий день они дали согласие и встретились с Павлом обсудить всё поподробнее и составить план действий.

Самолёт уже три часа летел над Атлантикой, Юлька уснула, разговоры прекратились, Ирина дремала, а Саша сидел возле иллюминатора и вглядывался в лежащие далеко внизу под крылом самолёта облака – белые, яркие и пушистые, успокаивающие и создающие удивительную атмосферу для размышлений, которые не заставляли себя ждать. Суета и переживания подготовки к изменению судьбы закончились, а волнения неизвестного предстоящего ещё не наступили. Но точка бифуркации была уже пройдена, вектор движения строго совпадал с градиентом концентрации нарастающего счастья приобщения к великой американской мечте, и неотвратимость встречи с далёким загадочным континентом характеризовалась практически стопроцентной вероятностью. Благодаря долгому полёту, между тем, что было и тем, что будет образовалась пауза, заполняемая воспоминаниями о прошлом и надеждами на будущее.

Они летели на запад, пересекая границы часовых поясов, и то ли утро двигалось с ними в ту же сторону, то ли они двигались вместе с утром, и Александр силился понять – догоняют они время или убегают от него? Было странно – с одной стороны, полёт удлинял этот знаменательный день, но если так лететь и лететь вместе с утром и пролететь Америку, а потом пролететь Тихий океан, то сразу попадёшь в будущее, и утро, летящее вместе с тобой, внезапно превратится в утро следующего дня – дня, наступлению которого обычно должна была предшествовать ночь. Тут он вспомнил, как лет девять назад купил Юльке пластинку рижского завода грампластинок с замечательной музыкальной сказкой «Алиса в Стране чудес» и голос птицы Додо, который звучал, когда они вместе с дочкой слушали её – «Если лететь над землёй вместе с солнышком, то как определить, когда вторник становится средой?» – вспомнил и улыбнулся.

Саша всматривался вниз и пытался найти брешь в облаках, чтобы увидеть океан. Тот океан, по которому плыл Колумб ровно пятьсот лет назад! Прошло пять сотен лет, а люди всё бегут и бегут по проложенному великим мореплавателем пути в Америку за лучшей долей! «Да, – подумал Саша. – Если бы не Колумб, ехал бы я сейчас в Германию…». Он оторвал взгляд от иллюминатора, сел ровно, откинул голову назад, закрыл глаза, немного поёрзал, устраиваясь поудобнее, и стал думать о солнце, которое светило Колумбу точно так, как светит сейчас ему. А ведь солнце совсем не изменилось! Земля всего лишь пятьсот раз облетела вокруг него… Он представил бескрайние просторы Вселенной, со стороны наблюдая, как красивая голубая планета под названием Земля летит вокруг яркой большой звезды под названием Солнце, и незаметно уснул.

Проснулся он только тогда, когда самолёт уже летел над городом, развернулся и стал снижаться, а пассажирам объявили о том, что следует пристегнуть ремни и приготовиться к посадке. Он выглянул в иллюминатор и увидел огромный, бескрайний до самого горизонта, утопающий в зелени деревьев город, с разноцветными крышами домиков, лежащий как на ладони, похожий на большую детскую игрушку. Вдруг полоса деревьев расступилась, и обнажилась извилистая лента широченной магистрали, по которой ехали маленькие, словно игрушечные, разноцветные машинки. Он стал быстро считать количество полос движения – их оказалось десять! По пять в каждом направлении! Как только он об этом подумал, деревья снова сошлись, магистраль исчезла, и снова потянулись стройные ряды домиков. Обилие автомобилей поражало, и невозможно было понять, каких больше – едущих или припаркованных. Потом дома и деревья резко исчезли, и появилось голое зелёное поле с небольшими, словно фигурные заплатки камуфляжа пятнами водной глади, и самолёт стал быстро снижаться, придавая всему проносящемуся мимо всё более и более реальные размеры, превращая сказку в жизнь. В следующую секунду произошло мягкое касание земли, самолёт покатился по посадочной полосе, и пассажиры зааплодировали экипажу. Секунд через сорок раздался голос стюардессы:

– Уважаемые господа, наш самолёт совершил посадку в аэропорту Джона Кеннеди города Нью-Йорка терминал один, местное время 12 часов 50 минут. В интересах вашей безопасности просьба оставаться на своих местах с пристёгнутыми ремнями до включения табло «расстегните ремни». Пожалуйста, при выходе из самолёта, не забывайте свои личные вещи. Обращаем ваше внимание, что первыми к выходу приглашаются пассажиры бизнес-класса обслуживания. Если вам необходимо арендовать автомобиль, по терминалу пройдите в пункт проката автомобилей в аэропорту и получите информацию о наличии специальных скидок для пассажиров аэропорта программы аэропорт-бонус. Надеемся, что сегодняшний полёт доставил вам удовольствие.

«Где же я слышал этот голос?», – подумал Саша. И вспомнил! Голос стюардессы и интонация, с которой она вещала, был голосом, рекламирующим удовольствие путешествия на комфортабельном пароходе в фильме «Трест который лопнул» Одесской киностудии, являющимся экранизацией рассказов О`Генри. Саша подумал – «Да, это действительно Америка!» – и улыбнулся.

Аэропорт напоминал огромный город, в котором можно легко потеряться, и Саша крепче сжал Юлькину ладошку. Созерцаемое поражало своим масштабом и энергетикой. Не увидев своими глазами, трудно себе представить грандиозность сооружений и коммуникаций. Самолёты садились и взлетали каждую минуту! Саша быстро посчитал в уме, оказалось – это полторы тысячи самолётов в сутки! Этажи, люди, терминалы, переходы, даже железнодорожный вокзал. Тут им предстояло совершить пересадку на самолёт до Сан-Франциско.

Пока они сидели и ждали приглашения на посадку, произошёл забавный казус. Ирине приспичило сходить в туалет. Когда, зайдя в это заведение, она открыла первую кабинку, то была крайне удивлена – оказалось, что унитаз полностью затоплен водой, разве что через край на пол не течёт. Она видела такую картину однажды, когда у них в доме засорилась канализация.

– Вот те раз, – от неожиданности вслух произнесла Ирина и открыла вторую кабинку. Каково же было её удивление, когда во второй кабинке она увидела такую же картинку. Тут из третьей кабинки вышла женщина, и Ирина направилась туда, где только что раздался громкий звук сливающейся воды. «Ну, наконец-то», – подумала она, но, зайдя в кабинку, познала удивление, ставящее под сомнение полноценность представлений об окружающем мире и способное заставить усомниться в реальности происходящего, потому что унитаз крайне быстро заполнялся водой всё выше и выше!

– Вот это да! – снова вслух произнесла Ирина и, испугавшись, что её кто-то услышит, закончила мысль едва уловимым шёпотом. – И кто после этого скажет, что мы не разные люди?! Что же ещё нас тут ждёт?..

В аэропорту Сан-Франциско их встречали, и это очень обрадовало Сашу, было видно, что к их приезду подготовились. За ними приехали на небольшом автобусе, в который поместилась вся их дружная компания – пять семейных пар, с детьми и вещами. На автобусе они отправились в Сан-Хосе.

Всё было организовано наилучшим образом, потому, как оказалось, что им уже сняли и жильё – два домика – один на два входа, то есть на две семьи, второй на три. В первом поселились они и Мартыновы. Как и обещали, стоило это удовольствие две тысячи долларов в месяц, то есть по тысяче долларов с семьи. За первый месяц Иван уже заплатил. Мало того, он выдал каждой семье подъёмные в размере двух тысяч долларов – зарплату авансом за вычетом аренды жилья, со словами – отработаете. Это было очень кстати, потому что у Саши в кармане было всего 25 долларов. Оказавшись в Америке с такой суммой, да ещё и не один, а с женой и девятилетней дочкой, он почувствовал небывалое смущение и душевный дискомфорт. У него не укладывалось в голове, ведь в Риге для покупки этих несчастных 25 долларов они потратили все свои сбережения – все 625 рублей! Там, где они были ещё вчера, эта сумма казалась такой внушительной – ведь это его семь месячных зарплат! Но здесь эти деньги абсолютно ничего не стоили, и он почувствовал себя просто нищим. Потом он часто с ужасом вспоминал эту ситуацию – привезти свою семью в Америку, имея в кармане всего 25 долларов – на такое мог решиться только безумец. Какими они всё-таки были наивными – настоящими аборигенами из страны непуганых идиотов. Так что, получив две тысячи долларов наличными, хотя и не имея привычки брать деньги авансом, Александр мысленно поблагодарил Ивана за материальную поддержку, ещё выше подняв планку уважения к нему, он готов был приступить к работе немедленно и трудиться с утра до ночи и даже ночью, и на душе его стало гораздо спокойнее.

Жильё немного удивило, потому что на поверку домики оказались фанерными. Но в Калифорнии не бывает холодов, и, как потом выяснилось, такое жильё в этой местности являлось нормой. Да и права выбора у них попросту не было. Они приехали работать, и владелец фирмы позаботился, чтобы трудиться они смогли начать незамедлительно. Есть работа, значит, будут деньги, а это главное.

Иван, не один раз летавший с континента на континент, прекрасно понимал, что вновь прибывшие не только устали от перелёта, но и нуждаются в адаптации на смещение времени суток. Понимая, что у невыспавшегося человека нарушается мозговая деятельность, а их предстоящая работа была связана именно с использованием серого вещества, именуемого мозгом, он дал им полтора суток, чтобы выспаться и прийти в себя.

И вот наступил первый рабочий день в Соединённых Штатах Америки. Краткое ознакомление с лабораторией показало её весьма неплохую оснащённость современным оборудованием, а кондиционированный воздух спасал от навалившейся жары калифорнийского лета и создавал атмосферу трудового комфорта. Общее собрание с новыми работниками было непродолжительным, но на нём были чётко расставлены все точки над «i». Иван разъяснил, что фирма, к работникам которой они теперь принадлежат, недавно организована и является таковой исключительно из экономических соображений, поскольку для стимулирования предпринимательской деятельности в законодательстве США для вновь образующихся фирм предусмотрены не только серьёзные налоговые льготы, но и низкие процентные ставки при получении кредитов. Он неплохо владел русским языком и объяснил, что главная задача фирмы – это получение прибыли, прежде всего, для погашения, взятого под её развитие кредита, и от этого зависит судьба всех работников. Он требует полной отдачи сил каждого на своём рабочем месте в деле выполнения этой задачи, иначе трудовой договор будет расторгнут, и они вернутся туда, откуда приехали, но уже не за его, а за свой счёт.

– Прошу не считать благотворительностью то, что я сделал для вас, и запомните, я вообще не занимаюсь благотворительностью. Я просто вложил деньги в то, что обеспечит максимальную отдачу умственных сил моих работников. Я создал вам условия для вашего труда и жду от вас хорошей работы, – закончил своё выступление Иван. С этого момента он изменился, и все почувствовали, что теперь он не просто их знакомый, не просто начальник и босс, а владелец их судеб, от которого зависит вся их будущая жизнь. После разъяснения общей задачи, и показав каждому своё рабочее место, Иван собрал всех у своего кабинета и стал приглашать к себе по одному. Он ставил задачи чётко и без малейшего сомнения в том, что они выполнимы. Каждый получил свою часть технического задания, общую картину которого видел только Иван.

Получив документацию, Александр устроился на своём рабочем месте и, вооружившись простым карандашом^[4] марки KOH-I-NOOR мягкости B2, большой, формата A4, общей тетрадью в клеточку и нежной, не портящей гладкой поверхности бумаги и удаляющей только следы грифеля карандаша стёркой – три средства труда, без которых он не мыслил своей работы, занимавших в списке «Что нужно взять с собой в Америку» первые три строчки, что говорило о высоком приоритете этих трёх позиций, и аккуратно уложенных в Риге в багаж, стал изучать предмет применения своих сил на ближайший отрезок своей трудовой жизни. Он листал страницу за страницей техническое задание, кое-что выписывая, понимал, что поставленная перед ним задача является не такой уж и сложной, и уже набрасывал пути её решения, всё больше и больше увлекаясь этим занятием, как обычно, не заметив конца рабочего дня.

Когда он вернулся домой, жена его встретила, но как ему показалось, в невесёлом настроении. Юлька уже спала, Ирина накормила мужа, и видно было, что она хотела что-то сказать, но не решалась.

– Что случилось? – спросил Саша.

Ирина вздохнула, и сказала:

– Саша, мне страшно…

– Почему? Что случилось? – снова спросил Саша, подошёл и обнял жену.

– Ничего чрезвычайного, но я очень испугалась и теперь боюсь. У Юльки днём заболел живот, я вызвала врача, боялась, вдруг это аппендицит. Доктор посмотрел её и сказал, что ничего страшного, скорей всего, от перемены питания. Но он спросил меня, имеется ли у нас медицинская страховка, и потом сказал, что без страховки операция по удалению аппендицита стоит 10 тысяч долларов!

– Ничего себе! – произнёс обескураженный Саша. – А нам Иван как раз сегодня рассказывал про бонусы, предоставляемые фирмой, что обеспечивает нас медицинской страховкой, но только по стоматологии…

Вечер прошёл в тревожных разговорах, и, даже уже лёжа в постели, они перешёптывались о том, какие ещё неожиданности может преподнести им Америка, о том, как прошёл первый рабочий день Александра, о заблуждениях в представлениях о благородстве помыслов и благотворительности Ивана, о том, что две тысячи долларов полученных авансом им следует растянуть на два месяца, потому что следующая зарплата будет только через шестьдесят дней, ведь за этот месяц они её уже получили, и что если бы Иван не решил, что выплата зарплаты авансом полезна для деятельности фирмы, то они всей семьёй оказались бы на улице с 25 долларами в кармане – эта мысль их просто ужасала! Было принято два важных решения. Во-первых, было решено всем в ближайшее время, не откладывая в долгий ящик, посетить стоматолога и на всякий случай вылечить все зубы и, во-вторых, начать строго экономить и откладывать деньги на билеты назад домой в Ригу, чтобы в случае чего они могли быстро покинуть эту такую чужую и неприветливую землю. У них появилось чувство страха за свою жизнь, за жизнь дочери.

Ирина прижалась к Саше и поцеловала его в губы. В ответ Саша обнял Ирину, прижал к себе, поцелуй затянулся и стал уводить их мысли совсем в другую сторону. Они, не сговариваясь, перешли на язык прикосновений, который, быстро затуманивая сознание уже изрядно изголодавшихся по этим чувствам, перерос в их первый секс в Америке – секс с привкусом страха. Недаром эндорфин считается естественным наркотиком. Впрыск этого гормона в кровь привёл их в состояние спокойствия и маленького счастья, проблемы и усталость прошедшего дня растворились где-то вдалеке, и они быстро и незаметно для себя уснули.

Они трудились не покладая рук, и как выразился однажды Саша, сбылась мечта идиота, теперь он спокойно мог работать хоть ночью, хоть в выходные. Продукт, который они производили, был чрезвычайно востребован и конкурентноспособен, и весьма высоко оценивался на рынке программного обеспечения его покупателями. Трое ребят из Москвы вообще создавали шедевры – им удавалось писать программы, которые выполнялись в два раза быстрее уже существующих, и фирма получала всё новые и новые заказы.

Иван был очень доволен собой, гордился тем, что вовремя сориентировался, правильно оценил обстановку и не ошибся в качестве советского образования, в полной мере ощутив силу мысли людей думающих на русском языке, и занялся юридическими вопросами по предоставлению его работникам грин-карт, дающих их обладателям постоянный вид на жительство в США. Делал он это, как всегда, вовсе не из любви к ближнему, а ради того, чтобы сэкономить деньги, требующиеся на ежегодное продление рабочих виз, ведь рабочие визы им давали только на год.

Время шло незаметно и быстро, Юля ходила в школу, Ирина устроилась лаборанткой в химической лаборатории больницы, расположенной по соседству, и тоже стала вносить свой вклад в семейный бюджет. Зарплата у неё была ниже, чем у Саши, но зато были полезные бонусы по медицинской страховке, и хватало денег на оплату страховки для дочери, что обеспечивало душевный комфорт после незабываемого пережитого страха перед стоимостью хирургических операций. Деньги на билеты в Ригу были уже отложены, и это была ощутимая ступенька сзади, дающая уверенность в завтрашнем дне, а перспектива получения грин-карты интересовала теперь не только Ивана, но и их самих. Подходил к концу уже третий год их пребывания в стране больших возможностей под названием Соединённые Штаты Америки. Все трое уже сносно изъяснялись по-английски, постепенно приобретая американский акцент^[5] (например, такие слова как server и router Саша произносил исключительно по-американски – сёрвер и раутер), и практически всё понимали, что говорили вокруг. За три года прожитых в Америке, они уже хорошо разбирались не только в устройстве и принципах действия американских унитазов, но и в иерархии заработных плат. Они давно уже осознали, что оплачивать их труд в размере равном заработной плате развозчика пиццы – это не только вопиющий уровень несправедливости, но и высшая степень унижения человеческого достоинства, которое можно терпеть только в силу чрезвычайных обстоятельств и безысходности положения, но этого, в силу низких моральных качеств и отсутствия этических принципов, да, в общем-то, и в силу скудности разума, не понимал Иван – трудно себе представить, о чём думает человек, за три года не давший своим подчинённым ни одного выходного дня. И как только его работники и члены их семей получили грин-карты, то вместо радости наступившей экономии на рабочих визах, Ванька получил заявления об увольнении от всех, кто батрачил на него все эти три года, и не только позволил погасить взятый кредит, но и довёл состояние его фирмы до сокрушающего воображение девятизначного числа в 200 миллионов долларов! Ребята, сговорившись, уволились одновременно, отомстив таким образом за все унижения, доставленные жадным и глупым Ванькой, оставив его с набранными заказами в одиночестве, и их больше никогда не интересовала его судьба. Каждый к этому моменту уже нашёл себе работу по душе, где их знания и способности оценили по достоинству, ведь как ни крути, а подняв за три года имя Ванькиной фирмы на высоту известности и успеха, на такую же высоту они подтянули и свои честные имена.

При приёме на новую работу Александр не мог не заметить повышенного интереса к его персоне, даже несмотря на то, что с человеком, сидевшим перед ним за широким массивным тёмного, глубоко насыщенного, с красноватым оттенком цвета столом, явно не из древесностружечной плиты и, по всей видимости, чрезвычайно дорогим, они были давно знакомы – именно с ним они встречались неоднократно на выставках производителей продукции в конце каждого года, где фирмы не только продавали свой товар и заключали новые контракты, но и создавали свою репутацию и имя, и именно этому человеку Саша всегда демонстрировал свои разработки, именно этот человек, как выяснялось впоследствии, был покупателем результатов их творческого труда, и именно этот человек и приглашал его на работу в свою лабораторию. Звали его Роберт.

– Александр, я немного удивлён, ты принёс мне не один, а два диплома, причём оба мне нравятся – один программиста, а второй конструктора интегральных схем, и оба не бакалавра, а мастера! – сказал улыбаясь Роберт.

– Да я, в общем-то, и сам был удивлён. Диплом, выданный по окончании университета, у меня один, но ваша контора, занимающаяся переводами дипломов на английский язык – в которую ты мне сказал обратиться, видать, решила иначе. Они посмотрели вкладыш, увидели, какие предметы я изучал и по каким сдавал экзамены, и на основании этого выдали мне два диплома. Кстати, ты первый кто в Америке попросил меня предъявить диплом о моём образовании, на предыдущем месте работы нам верили на слово, – тоже улыбнулся Александр.

– Доверяй, но проверяй – это ведь русская поговорка? – улыбка Роберта стала ещё шире, потом серьёзнее добавил. – Да, советское образование ещё раз убеждает в своей фундаментальности, – помолчав продолжил. – Но это меня озадачило, ведь на самом деле, мне нужны специалисты по обеим специальностям, и если в качестве конструктора ты будешь так же хорош, как и программист, я не уверен в своём первоначальном выборе. Тебе нравится конструировать?

– Да, мне нравится конструировать не меньше, чем писать программы. В идеале я бы вообще хотел работать на стыке электроники и программирования.

– В США таких универсалов учебные заведения не готовят, у нас узкая специализация, но с достаточно глубокими знаниями по своей специальности. Если кто-то учился писать программы на бейсике, то, как правило, он всю жизнь пишет на бейсике. Русские меня всегда удивляют, им, по-моему, вообще всё равно на каком языке программирования писать программы.

– Я ещё и паять умею, – шутя сказал улыбаясь Саша, позаимствовав интонацию кота Матроскина из любимого Юлькой мультика «Трое из Простоквашино».

– Паять? – вымолвил, не сдерживая эмоции, Роберт, и его брови поползли на лоб от удивления.

– Да, в школе я занимался радиолюбительством, начинал с 2-V-2 приёмников, я и печатные платы сам разрабатывал, рисовал на фольгированном текстолите краской стеклянным рейсфедером дорожки и вытравливал затем медным купоросом, за неимением хлорного железа.

– Ты ещё и в химии разбираешься?! – обалдел Роберт. – Ты говоришь начал с приёмника, а чем же закончил?

– Свой первый персональный компьютер я спаял своими руками, он правда был восьмибитный, на процессоре 8080, а то, что сейчас называется BIOS, я написал сам, причём писал в машинных кодах, – похвастался Александр и тут же, смутившись своего хвастовства, покраснел.

После этих слов Роберт надолго задумался, затем внимательно посмотрел на Сашу и произнёс:

– Да, мне говорили, что все русские знают устройство сливного бачка унитаза и могут его отремонтировать, и что любая русская женщина может починить сгоревшую спираль в утюге и заменить предохранитель в микроволновке, но чтобы такое… – потом стал совсем серьёзным и продолжил. – Видишь ли, у меня есть две группы разработчиков. Одну я называю физиками – это конструкторы, вторую – математиками, это, как ты понимаешь – программисты. Между ними не то чтобы конфликт, но постоянная грызня – если вдруг что-то не работает, а без таких ситуаций не обойтись, то вместо того, чтобы каждый ещё раз внимательно проверил свою работу, первым делом они начинают обвинять друг друга, и никто не желает даже в мыслях представить, что он не прав, а это очень мешает общему делу. Я уже давно пришёл к выводу, что мне нужен человек, хорошо разбирающийся в обеих специальностях, способный наконец-то прекратить этот вечный пинг-понг, чтобы не они, а он лично определял причину проблемы, за счёт полного, всеобъемлющего участия в разработках, и, кажется, небеса меня услышали… В общем, мысль простая – я хочу попробовать тебя в этом качестве, чтобы ты курировал сразу две группы. Что скажешь, Александр? Я дам тебе все полномочия.

– Я думаю, независимо от того, кого ты назначишь этим человеком, ты дашь и тем и другим возможность почувствовать, что они решают одну общую задачу, а не конкурируют, и дело от этого выиграет.

Немного поразмыслив, Роберт продолжил допрос:

– Скажи мне, Александр, слышал ли ты словосочетание квантовый компьютер?

Теперь наступила очередь удивиться Саше, но при этом он обрадовался заданному вопросу, потому что не раз размышлял на тему квантовых вычислений, и почувствовал возможность поделиться своими мыслями с тем, кто готов его слушать.

– Всё дело в вычислениях, – ответил Саша, обдумывая с чего начать.

– Что ты имеешь в виду? – не понимая спросил Роберт.

– Я имею в виду – ошибочно то, что физика никогда не учитывает влияние вычисления на решаемые задачи, – всё ещё обдумывая, каким образом выстроить цепочку рассуждений, продолжил Александр, и Роберт, поняв это, стал молча ждать продолжения мысли.

– Роберт, мы с тобой эти темы никогда не обсуждали, и я даже не знаю, знаком ли ты с квантовой механикой и имеешь ли представление о том, что послужило причиной её возникновения? Это касается моей будущей работы? Ты занимаешься разработкой квантового компьютера?

Роберт рассмеялся и сказал:

– Я задал тебе всего один крайне простой вопрос, а ты, вместо того чтобы дать на него такой же простой ответ, засыпал меня встречными вопросами! Отвечаю. Нет, разработкой квантового компьютера я не занимаюсь, но меня интересуют перспективы. То, что мне известно на текущий момент, мягко говоря, не вдохновляет, но я хочу знать, не является ли это моей стратегической ошибкой. Ведь фирма IBM до сих пор вкладывает в это деньги. Да и идею квантовых вычислений выдвинул русский математик Юрий Манин ещё в 1980 году. А я с некоторых пор очень уважаю русские идеи, – снова рассмеялся Роберт. Он почувствовал, что зацепил собеседника за живое и, предвкушая интересный разговор, продолжил. – Давай так, представь, что я твой ученик, и слышу об этом впервые. Если у меня возникнут вопросы, я их буду задавать. Я слушаю тебя внимательно, – сказал Роберт, устраиваясь в своём кожаном кресле поудобнее.

– Что ж, попробуем, – ответил улыбаясь Александр. – Понимаешь, какая штука… Квантовая механика возникла тогда, когда механика Ньютона перестала объяснять суть происходящих явлений. Нас учили в школе, что свет иногда ведёт себя как волна, а иногда как поток частиц. Но это сразу воспринялось как аксиома, и не требовало никакой новой теории. Ну ведёт себя свет двойственно, и что с того? Аномалию обнаружили только тогда, когда стали изучать поведение не потока частиц, а отдельных фотонов. Видишь ли, в потоке это трудно было заметить. Но сначала поняли, что для качественных экспериментов не годятся ни пламя свечи, ни нить накала, так как по сравнению с размером фотона они бесконечно огромны и чёткой границы между светом и тенью дать не могут. Нужен точечный источник света. В идеале, конечно, он должен быть размером с сам фотон, но на практике стали использовать свет, пропущенный через узкую щель. И вот тут начались чудеса.

Саша встал, прошёлся по комнате и продолжил:

– Представь себе эксперимент – если луч света направить на светонепроницаемую пластину с двумя тонкими щелями, расположенными рядом, то на экране, размещённом за этой пластиной, возникнет интерференционная картина – чередующиеся тёмные и светлые полосы. Это никого не смущало, всем было понятно, что проходя через щели, свет ведёт себя как волна. Однако если излучение ограничить всего лишь одним квантом света, а не потоком, то обнаружится, что и один единственный фотон попадает на те же светлые полосы, и никогда на тёмные, словно он вступает во взаимодействие либо с невидимыми фотонами, проходящими через вторую щель, либо с самим с собой – иначе трудно объяснить, почему если оставить открытой только одну щель, то интерференция пропадает! То есть один фотон, проходя через щели, создаёт такую же интерференционную картину, как и поток!

Саша сделал небольшую паузу и продолжил:

– Ведь что потрясающе в квантовой механике? – Каждый электрон, каждый фотон, идёт через все щели! Через всю трёхмерную решётку кристалла! Каждый! Не поток, а именно каждый! Понять – как это происходит – нельзя! Но это происходит только в том случае, если положение электрона или фотона неизвестно, то есть до тех пор, пока экспериментатор не попытается измерить, через какую из щелей идёт фотон. Если в каждой щели мы поставим по датчику и будем сколь угодно продолжительно долго с любой удобной для измерения периодичностью посылать по одному фотону, то мы всегда будем наблюдать, что фотон попадает не в обе, а в какую-то одну из двух щелей, и он будет частицей, местоположение которой нам известно. Но как только мы НЕ будем знать, в какую щель попал фотон, он тут же проходит через обе щели одновременно, находясь во всех точках сразу! Другими словами, обнаружилось влияние измерения на результат эксперимента. И влияние измерения физика учла вот таким вот кошмарным способом на самом деле. Так что Фейман, который создал релятивистскую квантовую механику, сказал, что никто этого не понимает. И Эйнштейн, который создал бо́льшую часть квантовой механики – самые основы создал Эйнштейн. Он тоже говорил, что понять ничего не возможно. Вот понимаешь, какая штука – в физике был принцип физической причинности. И когда появилась квантовая механика, то Эйнштейн понял, что исчезла физическая причина! Нет физической причины явлений! Почему? Потому что явления теперь описываются с помощью пси-функции в квантовой механике, – Саша сделал короткую паузу и, превращая конец предыдущей мысли в начало следующей, продолжил. – Они описываются с помощью пси-функции, а если мы сделали эксперимент в Москве, то в ту же секунду изменилась пси-функция в Нью-Йорке! А скорость света то конечна, свет не успевает дойти от Москвы до Нью-Йорка! То есть получается, что физической причины нет! Значит причины явлений какие-то другие. И неумолимая логика говорит о том, что причиной является человек, вернее, его разум. Ведь измерения выполняет человек, – произнёс Саша и многозначительно посмотрел на Роберта. – И это моя личная мысль.

Роберт улыбнулся, а Саша продолжил:

– Но это не единственный вывод, который пришёл мне в голову, – продолжил Александр. – Давай посмотрим на наш мир шире. Макромир – движения планет и галактик, описывается общей теорией относительности Эйнштейна. Траектории спутников сегодня вычисляются уже не по Ньютону, а по общей теории относительности. Микромир – описывается квантовой физикой. И, по моему мнению, на сегодняшний день не хватает объединяющей теории – теории, которая объединит законы микро и макро миров! И я думаю, это должна быть квантовая теория относительности! А первым выводом её будет то, что пси-функция тоже относительна!

Александр произнёс последние слова с таким восхищением, что у Роберта округлились глаза. Саша улыбнулся и продолжил:

– А теперь представь, в мире несколько миллиардов человек, и ежесекундно происходят миллиарды измерений, и вычленить влияние каждого на результирующее состояние пси-функции – задача из области фантастики! А вот в случае существования предполагаемого мной положения квантовой теории относительности, результат изменения пси-функции ощутят только участники эксперимента, несмотря даже на то, что один из них находится в Москве, а второй в Нью-Йорке. Для остальных же – это облако фотона проходящего через щели, если его не измеряют, совершенно не влияющее на их индивидуальные, если можно так выразиться, пси-функции. И пока что всё указывает на то, что так оно и есть. Примеров привести можно массу. Пока ты не измерил четвёртое измерение, извини за тавтологию, оно для тебя существует в том же виде, что и неизмеренный фотон, непонятно как проходящий через все щели одновременно! Обрати внимание, есть такая поговорка – если я этого не знаю, значит, этого не было. Это философский аспект сказанного мной, но так оно и есть. Твоя жена тебе верна до тех пор, пока ты не узнал, что она тебе изменяет, – хохотнул Саша, и Роберт тоже рассмеялся.

– Следует, однако, понимать, – продолжил Александр. – Что человек не только измеряет, но и вычисляет, и это очень важно. Ведь математика – это порождение человеческого разума, и она предназначена именно для вычислений. Сначала человек измеряет величину – зрительно с помощью прибора, скажем, фиксирует положение секундной стрелки и запоминает её значение в виде числа, кое уже является кормом для математики. Потом делает второе измерение и получает второе числовое значение. После этого он выполняет вычисление – отнимает первое значение от второго и говорит – между первым измерением и вторым прошло три секунды. Если он при этом измерял и количество пройденных шагов, то сможет вычислить скорость своего движения. Физика – это измерения, математика – это вычисления. Кстати, тебе не кажется символичным, что ты свои группы называешь физиками и математиками? – улыбнулся Саша.

– Да, то, что ты говоришь, как минимум забавно, – также улыбнувшись, ответил Роберт, встал с кресла, подошёл к вмонтированному в стену шкафчику, открыл дверцу и извлёк бутылку дорогого виски, два массивных стакана и поставил на стол. Затем открыл дверь шкафчика побольше, который оказался холодильником, и достал прохладную бутылку содовой, айс бакет с кусочками льда в виде прозрачных сверкающих кубиков и блестящими щипцами, и тоже поставил на стол. – Угощайся, – пригласил Роберт Александра.

Они наполнили стаканы, Александр сделал небольшой глоток и продолжил:

– Теперь по поводу твоего вопроса. На самом деле, если быть придирчивым, то слова квантовый компьютер не имеют смысла. Поскольку квантовый – это физика, а компьютер – это математика, а физика и математика говорят про наш реальный мир вещи противоположные. Физика говорит – будущее определяется прошлым, а математика говорит, что к любому числу можно прибавить единицу – всё будущее в наших руках! Ни то ни другое не верно! Прошлое не всегда определяет будущее – есть управляющие системы, вот я взял и стул, на котором сидел, наглым образом сдвинул. Это по моей воле сдвинулся стул, а вовсе не по физическим законам. По физическим законам для него все силы уравновешены, и сдвинуть его может только землетрясение или ураган, способный разрушить это здание. Так что причиной многих событий является решение управляющих систем! Сначала решили послать Аполлон на Луну, а потом послали. Сначала решили запустить Гагарина, а потом запустили. То есть сначала решение, а потом результат. И это реальность нашего мира. Значит физический мир на самом деле уже не физический. Мир сложный. Я много размышлял над принципами работы квантового компьютера и понял, что современные разработчики идут не по тому пути.

После таких слов Роберт чуть не поперхнулся глотком виски, насторожился и стал ждать, что Александр скажет дальше. Тем временем Саша продолжил свою мысль:

– На сегодняшний день они реализовали квантовые игры с одним квантом и назвали это однобитным квантовым компьютером. Они придумали новое слово q-bit по аналогии с битом в обычном компьютере, и так же, по аналогии, считают, что их задача – создать много-кю-битный квантовый компьютер. Но это ошибка. Квант не есть хранилище информации! Квант – это результат! Это уже ответ, а не вопрос! Бит может принимать лишь два значения – 0 или 1. А кю-бит – бесконечное число значений между 0 и 1! И каждое будет ответом! А наша задача состоит лишь в том, как задать вопрос!

– И у тебя есть мысль как это сделать? – нетерпеливо спросил Роберт и снова отпил из стакана.

– А ты никогда не задумывался над такой ситуацией? – продолжил Александр, загадочно улыбаясь. – Почему, когда на твой день рождения тебе выносят торт с зажжёнными свечами, то прежде чем задуть свечи, ты загадываешь желание? Не является ли это способом задать вопрос? Почему люди думают, что съев счастливый билет, обрекут судьбу на то, что в ней исполнится именно то желание, которое они задумали?

Ты понимаешь, какая штука, что бы человек ни придумывал, чего бы он ни изобретал, в конце оказывается, что в природе это уже давно существует! Да, некоторые изобретения человек делает по аналогии существующего в природе – птица и самолёт летают, благодаря форме крыла, создающей подъёмную силу, стрекоза и вертолёт зависают, создавая разницу давлений над и под собой, но вряд ли изобретатели подводной лодки понимали, что рыба усилиями мышц меняет объём воздуха в воздушном пузыре, увеличивая или уменьшая выталкивающую силу, чтобы приблизиться к поверхности или опуститься на дно, а тем не менее подводная лодка плавает на любой глубине, благодаря воздуху, нагнетаемому или стравливаемому из специальных камер, и принцип получился один и тот же.

Ещё более наглядная ситуация с изобретением компьютера. Ведь компьютер человек изобрёл ещё до открытия ДНК! И намного позже стало понятно, что ДНК – это всего лишь программа, а для того, чтобы она выполнялась, необходим компьютер, и поскольку ДНК есть в любой живой клетке, то сама клетка либо содержит в себе компьютер, либо сама и является компьютером!

К чему я клоню? Вполне возможно, что человек, придумывая желания и связывая их исполнение с каким-то ритуалом, неосознанно может повторять то, что в природе уже существует. И что квантовая физика должна учитывать не только влияние измерения, но и влияние вычисления! И вычисления могут быть даже важней, чем измерения. Однажды измерив, человек может сидеть с закрытыми глазами и мыслить сколь угодно долго, а мысль – это и есть не что иное, как вычисление.

После этих слов Роберт скептически улыбнулся, но Александр, увидев появившуюся несерьёзность во взгляде собеседника, успокоил его:

– Роберт, я не утверждаю, что это так, пока что это всего лишь мои фантазии, но задумайся, мы меняем направления движения рек, запускаем космические корабли, но мы ведь до сих пор не ведаем силы мысли, и это не значит, что она не существует. Сегодня Кашпировский собирает стадионы, и той самой силой мысли творит с точки зрения физики невероятные вещи. Что такое гипноз? Кроме активности нейронов тех или иных участков головного мозга приборы ничего не фиксируют. Нет никакого излучения кроме теплового, которое вряд ли достигает мозга другого человека, тем более находящегося в толпе таких же как он на стадионе, а уж тем более сидящих перед экранами телевизоров. И почему ты не смеёшься над теми, кто посещает синагоги и церкви, мечети и буддистские храмы, читают молитвы, что они, по-твоему, делают? С кем они разговаривают, сами с собой?

Это всё очень загадочно, но если даже первые попытки изучения микромира привели к обнаружению влияния измерений на результат эксперимента, то почему ты не веришь в то, что существует и влияние вычислений, тем более, что в макромире они так очевидны? Да, влияния измерений никто не может понять, но оно есть и подтверждено экспериментом, что и привело к возникновению квантовой физики! То же самое произойдёт и с влиянием вычислений, для этого нужен эксперимент, подтверждающий это, и речь идёт лишь о том, как этот эксперимент можно организовать.

Роберт задумался, а Александр продолжил:

– Что вообще заставило людей пытаться создать квантовый компьютер? Для чего он вдруг понадобился? В чём его привлекательность? Причина, как всегда, банальная. Оказалось, что существуют задачи, которые современные, даже самые мощные компьютеры не могут эффективно решать, они с ними не справляются.

Всё началось с простых чисел. Я напомню, простые числа – это натуральные числа больше единицы, которые делятся без остатка только на единицу и сами на себя – 2, 3, 5, 7 и так далее. И вот теоретики математики задались вопросом – является ли ряд простых чисел бесконечным? Алгоритм решения данной задачи на компьютере крайне прост и сводится к поиску сомножителей. Но проблема оказалась в том, что рост значения проверяемого числа на один разряд увеличивает время на поиск возможного сомножителя втрое! Речь идёт о коварности геометрической прогрессии. Например, разложение на множители 250-значного числа, при использовании вычислительного ресурса миллиона компьютеров, заняло бы более миллиона лет! И когда это поняли, то возникла идея шифрования передаваемой информации сомножителями большой длины, и появились системы шифрования с открытым ключом, а самая известная из них на сегодня – криптосистема RSA.

Но предполагается, что для квантового компьютера задача поиска сомножителей 250-значного числа – минутное дело! Заметь, не разложения, а именно поиска. Вместо проведения бесконечного количества операций деления задаётся вопрос – является ли это число простым? А ответом, как мы уже видели, будет измеренное состояние кю-бита, то есть число из интервала от 0 до 1, по сути дела вероятности. И значение равное 1 будет означать Да, любое другое значение – Нет. Но чем ближе это значение к единице, тем вероятнее, что искомое число где-то рядом. А это означает, что и поиск тоже можно ускорить, например, используя не простой перебор чисел, а, скажем, применив метод золотого сечения.

Уже сейчас многие фирмы сохраняют перехваченные шифрованные сообщения, в ожидании появления квантовых компьютеров для их расшифровки. Кроме того, квантовые компьютеры обеспечат безопасную передачу секретной информации лишь на том основании, что будет стопроцентно известно, подслушивают вас или нет.

– Да, именно про возможность взлома шифрованных сообщений я и слышал.

Саша улыбнулся и заявил:

– Однако у меня есть ещё одна идея, где использование квантового компьютера будет технологическим переворотом.

– И что это за идея, если не секрет? – поинтересовался Роберт.

– Секрета она не представляет, мало того, она реализуется сама собой, как только появится квантовый компьютер. Любой, кто хоть раз играл в компьютерную игру по сети, понимает, что с пингом, превышающим 100 миллисекунд, играть уже дискомфортно. Свет от Луны до Земли идёт 1 секунду, и управлять луноходом в 20 раз сложнее, чем играть с пингом в 100 миллисекунд. А свет от Солнца до Земли идёт больше 8-ми минут! То есть, подав сигнал на изменение курса космическому кораблю, находящемуся на таком расстоянии, ответ ты получишь через 17 минут! Я не говорю о том, что собой будет представлять разговор с экипажем в режиме реального времени. Ты понял мою мысль? – спросил Саша.

– Пси-функция меняется мгновенно! – воскликнул Роберт. – Это значит и передача голоса и сигналов управления будут мгновенными?!

– Совершенно верно! – улыбнулся Александр. – Но главное, конечно, в истинности моего предположения о существовании принципа относительности пси-функции, – Саша сделал маленький глоток из стакана и продолжил. – Какой бы сложной ни казалась пси-функция, если нет измерения, то нет и её изменения! Ты никогда не задумывался, что окружающий тебя мир существует, только пока ты мыслишь? А пока ты ночью спишь, его не существует, потому что нет вычислений. Впрочем, до того как ты появился на свет, его тоже не существовало. Кстати, Декарт говорил – «Cogito, ergo sum»^[6], – улыбнулся Саша.

Под воздействием алкоголя, поступающего в кровь, его сознание расширялось, и он продолжал:

– Это даёт возможность максимально упростить любой сложности задачу, превратив её в измерение одного единственного кванта! И мы смело можем его назвать квантом человеческого счастья! – рассмеялся Саша и сделал большой глоток виски, догоняя Роберта, потому что Роберт наливал себе уже второй стакан этого благородного напитка. Затем, налив себе ещё виски, поднял стакан и произнёс как тост:

– Q-bit, or not q-bit, that is the question!

Они рассмеялись и выпили, чокнувшись стаканами.

– Хорошо посидели, – сказал Роберт. – Но почему ты не интересуешься размером своей заработной платы?

Саша смутился, а Роберт подошёл к столу, взял калькулятор, несколько раз тыркнул по клавишам пальцем, повернул его таблом к Саше и спросил:

– Такая сумма тебя устроит?

На табло высвечивалось шестизначное число 144000. Саша уже знал, что в Америке, когда говорят о зарплате, то имеют в виду годовой доход, а не месячный, как принято у нас. «Ох уж эти американцы», – в очередной раз подумал Саша, протянул руку к калькулятору, взял его, и разделил высвечиваемое число на 12. Получил 12 тысяч долларов в месяц. Александр тут же устыдился того, что не сообразил сразу, ведь число 144 – это элементарно квадрат двенадцати, и прежде чем положить калькулятор на стол, нажал клавишу сброса результата, дабы Роберт не заметил его позорной оплошности. «Тоже мне математик», – с самокритичным презрением подумал про себя Саша.

Сумма была непривычно большой, он не ожидал такого предложения и, немного опешив, но стараясь не выдавать эмоций и сдерживая улыбку, кивнул головой в знак согласия.

– Плюс к этому, в конце года по результатам работы у нас бывают премии, ну и в качестве бонусов медицинская страховка PPO с платиновым планом^[7], – добавил Роберт и спросил. – Сколько времени тебе необходимо на адаптацию к новому месту жительства? Месяца хватит?

– Месяц – это мучительно много, я не выдержу столько без работы, – улыбнулся Саша. – Думаю, достаточно будет одной недели.

– Договорились. Жду тебя через неделю, – сказал Роберт и протянул руку для рукопожатия.

Домой Саша пришёл в хорошем настроении, по дороге он купил жене букетик алых роз, дочери шоколадку, и это настроение быстро передалось всем членам их небольшой, но дружной семьи. Ирина порхала как бабочка, и на лице её светилась лучезарная улыбка. На радостях она приготовила праздничный ужин, попросила Сашу открыть бутылку красного вина, украсила стол цветами и зажгла свечи. В голове у неё выстраивались радужные планы – теперь их семейный бюджет не будет требовать режима строжайшей экономии, и она наконец-то сможет себе позволить заняться неторопливым поиском работы по специальности – работы по душе. И, наверное, они смогут перевести дочь в частную школу.

Жизнь закрутилась, завертелась каруселью проносящихся дней. Чувство уверенности в завтрашнем дне их американского будущего возникало медленно и почти незаметно, как движение часовой стрелки, крохотными, как кванты и осторожными, как запуганные зверьки шажками. Александр очень дорожил своей новой работой и долго не мог поверить в реальность произошедших изменений. Три года батрачества, жёсткой экономии средств и чувства полной зависимости от чужой воли, привели психику в состояние сторожевого пса, всегда готового к выбросу адреналина, и выползала она из этого состояния небыстро. Александр боялся не оправдать оказанного ему доверия и, будучи человеком крайне ответственным, не щадя своих сил, с головой погрузился в рабочий процесс, глубоко переживая за выполнение поставленных перед ним задач. Вместе с тем работа ему нравилась, он легко справлялся с любыми возникающими сложностями, и это его радовало.

Коллектив трудился слаженно и чётко, как хорошо отрегулированный механизм, и, казалось, нет таких вершин, которые бы они не смогли покорить. Роберт быстро почувствовал положительные изменения в работоспособности курируемых Александром отделов и был настолько доволен своим новым работником, что даже стал опасаться его потерять. И может быть поэтому, в конце года Александр не только получил обещанную премию в размере годовой заработной платы, но и сама зарплата была повышена и достигла астрономической по Сашиным понятиям суммы в 16 тысяч долларов в месяц!

Саша и Ирина продолжали учиться быть американцами. Чтобы наконец привыкнуть к восприятию зарплат в годовом исчислении, на холодильнике был приклеен листочек с надписью из двух строчек – «Александр – $192 000, Ирина – $72 000». Свои уроки Америка, как всегда, преподносила жизненными ситуациями, в основном курьёзными, чем не переставала удивлять. Буквально через неделю после повышения заработной платы, к Саше подошёл Роберт, отвёл его в сторонку и сказал:

– Александр, у нас не принято человеку с твоими доходами жить в том районе, в котором ты сейчас живёшь. Тебя не поймут. Ты должен переехать в район соответствующий твоему материальному положению.

Сашу эти слова так обескуражили, что он не нашёл, что ответить. Ирина была не менее удивлена, но переездом они занялись незамедлительно.

В общем, фортуна повернулась к ним лицом и, похоже, отворачиваться не собиралась.

Однажды, по прошествии какого-то времени, когда они уже привыкли к своему новому положению, и Ирина почувствовала экономическую свободу семьи, она спросила у мужа улыбаясь:

– Саша, а что если меня уволят с работы, ты будешь меня ругать?

– Ты хочешь уволиться? – удивился Саша.

– Нет, я хочу потребовать повышения зарплаты! – засмеялась Ирина.

– Интересно, а почему ты считаешь, что это может закончиться увольнением?

– Ты понимаешь, я уже больше года работаю на новом месте. За это время я прекрасно освоилась и увидела, кто из работников, что собой представляет, да и себя тоже показала, и считаю, что я достойна более высокой оценки своего труда. А ещё я поняла, что тут в Америке очень часто заработок зависит не от твоих профессиональных качеств, а от того, насколько ты себя оцениваешь сам, насколько уверенно себя преподносишь и как надуваешь щёки при приёме на работу. Когда я устраивалась на это место, я безропотно согласилась на то, что мне предложили, потому что очень хотела его получить. Ты знаешь, что эта работа мне очень нравится, но тогда, год назад, я боялась, что меня не возьмут. Однако сегодня, когда я почувствовала, что наш семейный бюджет не отягощён такого рода мыслями, и я не боюсь потерять работу, мне захотелось пойти, что называется, ва-банк. Меня не устроит повышение зарплаты на 10 процентов, я хочу сорвать куш, – улыбнулась Ирина.

– Ну что ж, – ответил Александр. – Это даже интересно, и я, пожалуй, поддержу тебя – делай, что задумала и ничего не бойся, – сказал Саша и добавил. – Это не единственное место, где ты можешь найти себе работу по душе. А то, что ты классный химик, я думаю, они уже давно поняли.

Следующий день стал для Александра волнительным, он даже не ожидал, что так будет переживать за Ирину, и с нетерпением ждал окончания рабочего дня. Когда он пришёл домой, Ирина встретила его со смущённой и более чем скромной улыбкой. Но блеск в её глазах выдавал успех. Оставалось только узнать величину этого успеха.

– Ну что? – спросил Саша с порога. – Получилось?

– Саша, с сегодняшнего дня моя зарплата составляет 18 тысяч долларов в месяц! – смущаясь от радости, произнесла Ирина. – А в конце каждого года, как и у тебя, обещают премии в размере годовой заработной платы!

– Вот это да! Ну ты молодец! – с восторгом воскликнул Александр.

С этого момента записка на холодильнике гласила – «Александр – $192 000, Ирина – $216 000», а получатели зарплат решили поменять место жительства. Но не просто сменить район проживания, а поступить как настоящие американцы – взять кредит и купить свой собственный дом!

Счастливые часов не наблюдают не потому что не смотрят на часы, а потому что время летит у них быстрее обычного, словно сопротивляясь желанию его остановить, дабы продлить своё счастье. Впрочем, оно сопротивляется всегда, и у тех несчастных, которые хотят его подтолкнуть, чтобы поскорее проскочить чёрную полосу их жизни, время вопреки их стремлению начинает тянуться ещё медленней прежнего, от чего становятся они ещё несчастней. Эмоциональный статус Ирины и Саши был очевиден, потому что шесть лет пролетели незаметно и быстро. Это счастливое время успело выдать им гражданство США, полностью погасить взятый на покупку дома кредит в размере 480 тысяч долларов, купить Александру новенький Лексус, Ирине джип последней марки BMW и скопить на счету кругленькую сумму символов американского счастья, на каждом из которых, даже хранящихся в электронном виде, проступала жизнеутверждающая надпись IN GOD WE TRUST цвета GREEN, которую имеет каждая банкнота, выходящая из-под пресса печатного станка Федеральной Резервной Системы. Эта сумма позволяла им не только оплатить обучение в самом престижном учебном заведении заканчивающей школу дочери, но и весьма нескромно прожить вторую половину жизни – если, конечно, их нынешний возраст принять за её середину; тем более что поток квантов счастья, упомянутого цвета GREEN, вовсе не собирался иссякать, и два миллиона долларов, ощущаемых их сорокаоднолетними обладателями надёжной ступенькой сзади, были лишь началом лестницы счастья и завидным осуществлением великой мечты любого американца.

Однако их время внезапно стало замедляться и, вместо привычного зелёного, приобрело тревожный тёмно-коричневый с синеватым отливом цвет чернокожего юноши негроидной расы, чьё неожиданное появление в вечерней темноте прихожей их уютного дома выдавали лишь белки глаз и ослепительная белизна зубов. Если бы он закрыл глаза и не улыбался, то в тот вечер, когда Юля привела его домой и заявила, что они любят друг друга и хотят жить вместе, его бы не было видно вообще. Ни Ирина, ни Саша никогда не считали себя расистами, но мысль о том, что их внуки будут негритятами, оказалась выше пределов их осознанного восприятия представлений о будущем, ошеломляюще невыносимой, и в голове вертелся единственный вопрос – как такое могло случиться, и почему это случилось именно с ними. Никакие увещевания не имели воздействия на дочь и всегда заканчивались таким непривычным для их семьи состоянием, как скандал. Учиться дочь не желала, и Саша лишился понимания смысла их стараний в зарабатывании денежных знаков. Мало того, когда Юля после очередной попытки её вразумить, оставив лишь короткую записку, бросив школу, сбежала из дома со своим ненаглядным, он перестал понимать и смысл своего собственного существования.

Однако жизнь не остановишь, и утешение в разрушающемся представлении о счастье Саша стал искать в своей работе. На фирме тоже многое изменилось за шесть лет. Технический прогресс не прошёл мимо, и оборудование, которое теперь стояло в их лаборатории, соответствовало вершине этого прогресса. Купленный недавно агрегат позволял не только моделировать работу разрабатываемых микросхем, но и тут же их создавать, подключать и тестировать прямо на рабочем месте. И процесс этот был в высшей степени автоматизирован.

Саша помнил уроки политэкономии и до сих пор мыслил её категориями. С момента появления персональных компьютеров, именно Personal Computer, а не карандаш и стёрку, как было раньше, он теперь называл средством своего труда, а предметом его труда по-прежнему были большие интегральные микросхемы. Правда, избавиться от привычки писать программы карандашом стоило больших усилий, но Александр был очень доволен новоприобретённым навыком, так как это позволяло ему не только ускорять процесс написания программ и их отладки, но и отдавать больше времени творческому мышлению, приводящему к изысканной красоте нестандартных решений, свойственных человеку, думающему на русском языке.

Надо сказать, что мысли о квантовом компьютере никогда не уходили за горизонт его сознания, а появление и развитие интернета позволяло отслеживать любые новости, происходящие в этой области, не отходя от компьютера. Степень интеграции логических элементов в структуре кристаллов возрастала с каждым годом, а по незыблемым законам диалектики количественные изменения неотвратимо перерастали в качественные, и Александр размышлял о том, что теперь, возможно, удастся создать источник света прямо внутри кристалла микросхемы, сопоставимый по размеру с самим фотоном. В такие минуты вызывали ностальгию воспоминания о том времени, когда он писал кандидатскую диссертацию по теме выращивания кристаллов в космосе в условиях невесомости. Саша вспомнил ребят, на чьих идеях космонавты выращивали искусственные алмазы на космической станции, и создали два уникальных скальпеля, на острие лезвий которых было всего по три атома углерода! Самые острые инструменты на планете! С микрометрическими винтами, и достались двум глазным микрохирургам – профессору Святославу Фёдорову из Москвы и профессору Лео Шоттеру из города Тарту в Эстонии. Кандидатскую Саша так и не написал – не успел, уехал в Америку. Ну, ничего, утешал он себя, вот создам квантовый компьютер, получу сразу доктора наук! В этом месте он улыбался.

Новое оборудование было великолепным, и Александр решил, что пришло время вплотную заняться идеями использования интерференции фотонов. Внеурочные работы на фирме не возбранялись и даже приветствовались. Правда, поначалу Александр ограничивал себя и надолго на работе не задерживался – после того, как Юлька сбежала из дома, не хотел, чтобы жена коротала вечера в одиночестве. Однако время шло, они постепенно привыкли к её отсутствию, и Саша, охваченный азартом новых мыслей, стал задерживаться в лаборатории всё чаще.

Двадцать лет прошло с момента возникновения идеи о возможности создания квантового компьютера, и все эти годы загадочный микромир не давал людям покоя. Сверхпроводниковые мезаструктуры, ионы в вакуумных ловушках, потенциальные ямы для электронов – ставки делались на всё, что подвергалось квантованию, пределом которого, как всегда, вырисовывалась постоянная Планка. В 1994 году Питер Шор открыл квантовый метод, ставший известным, как алгоритм Шора для факторизации чисел. В 1996 открыт квантовый алгоритм Гровера, реализующий сверхбыстрый поиск в несортированных базах данных. Всё это Александру было интересно, но в отличие от других, во всём этом он искал и находил лишь косвенное подтверждение правильности его собственных идей и упорно продолжал идти своим, загадочным, никому неведомым путём.

Шла очередная итерация моделирования кристалла. Его программа работала быстро и чётко, отбирая только те варианты моделирования, которые соответствовали набору многочисленных параметров, занесённых в специально разработанную таблицу, чьё содержимое было основано на данных многолетнего опыта по созданию микросхем. Эту таблицу Саша задумал лет пять назад. Заполнял он её прилежно и постепенно, каждый раз проверяя на реальных задачах, корректируя и внося всё новые и новые критерии. Об этой таблице никто не знал, но её применение серьёзно повышало эффективность решаемых лабораторией задач. Когда Саша понял, что идея полностью реализована, таблица больше не вызывает у него нареканий, и всегда её использование даёт положительный эффект, у него, как это всегда бывает, когда очень долго чего-то ждёшь, и оно наконец-то наступает, после непродолжительного удовлетворения в душе наступила пустота, словно вся радость растворилась в днях ожидания. Отчасти и эта пустота спровоцировала мысль заняться реализацией проекта квантового компьютера.

Проект Саша разбил на несколько частей. Первая часть – разработка программы, обрабатывающей результаты квантовых измерений, которые должны будут происходить в микрочипе, была уже реализована. На это у Александра ушло месяца два. Он периодически возвращался к ней – как он сам шутливо говорил, процесс творческий бесконечен, и нет предела совершенству – но это были приятные мелочи, основой же, её ядром он был доволен. Сейчас шла реализация второй части проекта – создание микросхемы, внутри которой должен был зарождаться и измеряться фотон. Именно результаты этих измерений ждала уже запущенная программа.

Саша достал из шкафчика купленную вчера бутылку виски, откупорил её, налил в стакан янтарную жидкость, сделал небольшой глоток, устроился в кресле и, глядя на экран монитора, где отображались параметры процесса моделирования, погрузился в размышления. Этот процесс он ускорить не мог, так же как и не мог оставить его без наблюдения, потому что в любой момент моделирование может выдать результат, удовлетворяющий параметрам его таблицы, и тогда поступит команда на создание чипа, тестирование которого и было и его задачей, и целью его ожидания. За три месяца таких внеурочных дежурств эти моменты уже наступали, но тестирование не давало положительных результатов, и моделирование продолжалось. Иногда он оставался дежурить на всю ночь. Уже давно притащив из дома матрац и подушку, расстилал его на полу и ложился спать, предварительно включив акустические колонки, подсоединённые к компьютеру, и поставив галочку «подать звуковой сигнал при наступлении момента удачного моделирования», что должно было его разбудить.

Сегодня Саша собирался провести ночь на работе, но спать ещё не хотелось, и он потягивал виски, глядя на бегущие проценты процесса моделирования и размышляя о жизни. Вдруг бег процентов остановился, появилась долгожданная надпись зелёного цвета, раздался щелчок агрегата, создающего разрабатываемую микросхему, включились вентиляторы, зажурчали микродвигатели робота манипулятора, а Саша подался вперёд в волнительном ожидании, наблюдая за параметрами процесса производства кристалла. Несколько томительных минут ожидания, сигнал о завершении создания микросхемы, потом снова журчание, загорелась надпись, что микросхема подключена, и на неё подано напряжение питания. Сашина программа тут же среагировала на поступление информации с чипа и стала выдавать на экран значение кю-бита. Оно мелькало со скоростью генерации одиночных фотонов и находилось в пределах от 0 до 1 с точностью до тридцати знаков после запятой. На этом этапе такая точность Сашу вполне устраивала. Вдруг значение кю-бита установилось в единицу, от неожиданности Саша вздрогнул и произнёс:

– Вот это да!

– Вот это да! – тут же услышал он чей-то голос, заставивший вздрогнуть ещё раз, с недоумением оглядываясь и заодно проверив, не включены ли колонки. Рядом никого не было, а колонки были выключены.

– Не понял, – произнёс Саша с удивлением.

– Не понял, – снова повторил чей-то голос его слова.

Александр помотал головой и подумал – «Всё, доигрался… Крыша поехала…».

– Всё, доигрался… Крыша поехала, – тут же услышал он в ответ, и недоумение стало перерождаться в страх. Однако после этого раздалось весёлое хихиканье, и неизвестный голос продолжил. – Ладно, Саша, я пошутил, не бойся, а то и вправду ещё с ума сойдёшь, – голос звучал весело и дружелюбно.

– Ты кто? – спросил Саша осторожно.

– Кто, кто – конь в пальто! – громко заржал невидимый собеседник. – А как ты сам думаешь? – не скрывая иронии, вопросом на вопрос ответил обладатель голоса.

– Понятия не имею, но ты меня, похоже, знаешь, раз назвал моё имя, – продолжил Александр разговор.

– Да, я тебя знаю, ты Александр, и только что создал квантовый компьютер, – с интонацией, выдающей незримую улыбку, ответил незнакомец.

– Скажи хоть, как тебя зовут, – попросил Саша, продолжая беседу, понемногу успокаиваясь, приходя в себя и пытаясь осмыслить происходящее.

– Можешь звать меня Беня.

– Бенедикт?

– Нет, Бенефициар.

Наступила пауза, потом обладатель голоса произнёс:

– Я тот, кто сотворил этот мир.

У Саши отвисла челюсть.

Спать и без того не хотелось, но сейчас, после случившегося, Александру не только сон не грозил, но и хмель от выпитого виски улетучился.

– Но Бенефициар – это же означает Выгодополучатель, а вовсе не имя, – сказал Саша.

– Зато слово красивое, оно мне нравится, – весело прозвучал голос невидимого собеседника. – Твои соплеменники и не такие имена изобретали. Вот например, имя Побиск – аббревиатура из слов Поколение Октября, Борцов И Строителей Коммунизма. И ничего, все довольны. Понимаешь, обращение Бог – звучит как-то чересчур официально, как должность или звание. Это, как в русском языке обращение на Вы – с одной стороны оно уважительное, а с другой – способ дистанцироваться. Психология! – он снова засмеялся. – Так что зови меня Беня, и давай на ты.

– Согласен, но есть же ещё уважительное отношение к возрасту собеседника, – как можно деликатнее возразил Александр.

– Вот тут ты ошибаешься, – снова засмеялся Беня. – Забыл общую теорию относительности? Время идёт тем медленнее, чем больше искривление пространства. Но Земля не самый крупный объект во Вселенной. Даже по сравнению с Солнцем Земля выглядит песчинкой на фоне яблока, а есть объекты и покрупнее Солнца. Там, где нахожусь я, время идёт намного медленнее, чем на Земле. Сотворить мир за шесть дней можно только в одном случае – если это дни не Земные. Так что ещё неизвестно, кто из нас старше, – Беня снова засмеялся.

– Ладно, уговорил, – тоже смеясь, согласился Александр. – Тогда зови меня Саша.

– Годится! Вот и познакомились, – хохотнул Беня. – А вообще, забавно получилось. До сих пор такая связь инициировалась исключительно с моей стороны, а тут ты, додумался всё-таки, молодец! Недаром я ставку на русский язык делал.

Только сейчас Саша сообразил, что они общаются на русском языке.

– А что значит, делал ставку на русский язык?

– Ну, языки являются крайне важной частью моего творения, я их ведь тоже все сам придумывал.

– Ты сам придумал все языки?! Но зачем их так много? Чтобы разобщить людей? – Саша вспомнил библейское предание о строительстве Вавилонской башни.

– А чего их разобщать? Они и так в те времена не могли общаться. Ведь это сейчас – автомобили, поезда, самолёты,.. а раньше каждый язык варился в собственном соку. В разных землях научил людей разным языкам, своеобразный полигон для испытаний. По тому, как развивается цивилизация в разных местах, могу сравнивать, насколько удачными получились языки. Ты спрашиваешь, зачем их так много? Саша, ты же программист. Прикинь, зачем программистам такое количество языков программирования? Ответ простой. Язык – это инструмент, а для разных целей он свой. Вспомни первый язык программирования, который ты изучал, как он назывался? FORTRAN IV – Formula Translator, то бишь Переводчик Формул. Создавался для математических и инженерных расчётов. Язык PL/1 – совсем другой, легко работает со строковыми переменными, рекурсии, тексты. На Фортране такие задачи решать крайне сложно, а тут одна команда, и строка обработана. Язык имитационного моделирования GPSS – идеальный инструмент при создании систем массового обслуживания, и ни Пиэль, ни Фортран в этой стихии с ним не сравнятся. Ну, ты меня понимаешь, ты ведь все эти языки изучал. Язык Си, который ты сейчас используешь, был специально создан для написания операционной системы UNIX. Так на нём и продолжают операционки писать, та же Windows на нём пишется.

Человеческие языки, конечно, не так сильно отличаются друг от друга, как Фортран и GPSS, потому что у них всё-таки есть общая главная задача – проявить человеческое сознание, открыть собственное Я. Но при этом каждый из них имеет свою специфику. Ну, например, английский язык – язык передачи информации. Всё строго, однозначно, никаких вводящих в заблуждение нюансов – I love you, и никак иначе, переставлять слова нельзя, своеобразная защита от помех – только так – сначала кто, потом что, затем кого. Если ты вдруг из трёх слов какое-то не расслышал, то уже по месторасположению в предложении понятно, какую смысловую нагрузку оно несёт. Слова короткие как выстрел, без избыточности, словно буквы в азбуке Морзе, чтобы их передача занимала как можно меньше времени. Сравни названия менюшек в окнах программ. На английском – New, Open, Save, на русском Новый, Открыть, Сохранить. На английском – Edit, Cut, Copy, на русском Редактировать, Вырезать, Копировать. Информация – продукт скоропортящийся, поэтому она должна доставляться вовремя, и при её передаче очень важно учитывать точное время событий. Английский язык – это язык времени. Обеспечивает это беспрецедентные двенадцать форм глаголов.

– Понятно… Беня, а для каких целей ты создавал немецкий язык? – спросил Александр, вспоминая, сколько лет своей жизни он потратил на штудирование учебников, на которых красовалась надпись Deutsche Sprache.

– Как точно подметил один известный персонаж Артура Конан Дойля – «Немецкий язык грубоват, но, безусловно, является одним из выразительнейших языков планеты». Словообразование является важнейшей характеристикой любого языка, это и его живучесть, и его сила, и приспосабливаемость к внешним изменениям, и способность развиваться. Если английский – это язык глаголов, то немецкий с этой точки зрения – язык имён существительных, и недаром все они в немецком языке пишутся с большой буквы. Например, слово G r u n d s t ü c k s v e r k e h r s g e n e h m i g u n g s z u s t ä n d i g k e i t s ü b e r t r a g u n g s v e r o r d n u n g состоит из 67 букв и переводится как «Постановление о передаче обязанностей по правовым сделкам, связанным с земельными участками». Имена существительные в немецком языке, словно шестерёнки сложного механизма часов, маленькие и большие, каждая стоит строго на своём месте, все они крутятся, обеспечивая выверенный ход, потому что отличительная особенность немецкого языка – это точность. Как результат, творческие люди, думающие на нём, являются лучшими механиками в мире.

– Мда,.. а я видишь, наивно полагал, что люди в процессе эволюции сами разговаривать научились.

– Хм, эволюция, – хмыкнул Беня. – Эволюция – это всегда результат деятельности мозга. Ты же сам говорил – сначала придумали запустить Гагарина, а потом запустили. Кстати, чтоб ты знал, на самом деле, американцы ведь на Луне не были, и этот факт наглядно показывает результаты способностей к манипулированию информацией людей, мыслящих на английском языке, – молвил Беня, и интонация, с которой он произнёс последнюю фразу, выдавала довольную улыбку.

У Александра от удивления выкатились глаза.

– Но не буду отвлекаться… Энтропия – это физика, а эволюция – математика. Забавно, не правда ли? – улыбнулся Беня. – Хотя, и то и другое категории чисто философские, прибора измеряющего энтропию создать невозможно, впрочем, как и эволюциометра, – хохотнул Беня и продолжил. – Саша, ну ты же умный парень, сам подумай. Родила обезьяна человеческого детёныша, и что? Кто его разговаривать то научит, обезьяна? А если с ним не разговаривать, человеком он не станет, это будет маугли. Но разве ты не знаешь, что маугли, возвращающиеся в общество людей, уже не могут освоить человеческую речь?

Организм развивается по моей программе, которая записана в ДНК, и я отвёл этому процессу первые три года жизни ребёнка. Если в течение этого времени ребёнок не будет слышать человеческой речи, он не научится разговаривать. В результате механизм освоения языка схлопнется, а сеть речевых нейронов за ненадобностью примет решение на суицид, и процесс этот будет безвозвратным. Организмы, которые я создал, очень экономичны и быстро реагируют на изменения окружающей среды. Попробуй, пролежи в воде шесть суток, и тебе придётся заново учиться ходить! Ты ведь знаешь, что в космосе, в условиях невесомости, из-за отсутствия гравитации исчезает нагрузка на опорно-двигательный аппарат, и организм реагирует незамедлительно – мышцы за ненадобностью интенсивно атрофируются, а кальций не только начинает вымываться из костей, но и перестаёт усваиваться. Кстати, – в голосе Бени почувствовалась улыбка. – Я бы советовал тебе чаще заниматься сексом. Я понимаю, что ты уже не тот юноша, которому хочется всегда, но надо как-то себя регулярнее заставлять вспоминать о том, что не только работа может приносить удовольствие, – хихикнул Беня, но уже через секунду серьёзно продолжил. – Проблема тут не в том, что функция утратится, а в том, что человек является частью животного мира, а в нём действуют жестокие законы природы, по которым особи, непригодные к размножению, ей попросту не нужны. Ты же не хочешь заработать простатит? Да и о здоровье жены не забывай. Она же дорога тебе? Вы все часть созданной мною природы, и забывать об этом не стоит.

Саша немного смутился, но мысль его удивила своей простотой и очевидностью. Он промолчал, а Беня продолжил.

– Извини, отвлёкся, на чём мы остановились? Ах, да, человекообразные! Так что, вместо стаи обезьян получится стая маугли. И о какой эволюции может идти речь? Они будут издавать крики, которые им суждено передавать из поколения в поколение, те крики, которым научила родившая их обезьяна. Нет, даже гипотетически, придумать язык маугли не сможет хотя бы потому, что его невозможно научить даже уже существующему языку. Маугли даже до Эллочки-людоедки никогда не дотянуть, – ухмыльнулся Беня.

– А я вроде слышал, что по последним данным некоторых маугли каким-то словам всё-таки удаётся научить.

– Саша, это называется условный рефлекс. А словам и попугая научить можно, но это не значит, что он начнёт задумываться о смысле жизни. Вспомни собачку Павлова, он приучил её реагировать на свет. Но какая разница, какой применять условный раздражитель? Если всё время говорить «кушать подано» и ставить при этом на стол тарелку с едой, то не только у собаки желудочный сок вырабатываться начнёт, но и у тебя, – Беня хохотнул и продолжил. – Маугли, по-твоему, что, исключение? Ну, запомнит он эти звуки, даже если он будет их произносить – это не значит, что он понимает речь, а тем более, что начнёт осмысленно разговаривать.

Кстати, возвращаясь к психологии. Эта современная наука очень правильно утверждает, что речь проявляет сознание. И без речи невозможно вербальное мышление. Если ты не умеешь разговаривать, ты никогда не сможешь задать вопрос, который хоть раз в жизни задаёт себе каждый человек – «зачем я живу?», потому что у тебя не будет этих трёх простых образов. Заметь, не слов, а образов! Человек мыслит не словами, а образами, которые стоят за каждым словом. Так что, даже если маугли научить их произносить, он никогда не поймёт их смысла. Для него это будет пустой звук. В лучшем случае – звук вызывающий условный рефлекс. Именно язык делает человека человеком. А русским его делает русский язык, – рассмеялся Беня. – Потому что вопрос, на каком языке ты думаешь, гораздо важней вопроса, на каком языке ты разговариваешь. Ещё раз повторю. Язык – это инструмент! А любой инструмент служит для производства продукта. Язык служит для производства продукта под названием мысль. Чем качественнее инструмент, тем качественнее производимый с его помощью продукт. А чем определяется качество языка как инструмента? Кроме словообразования, безусловно, очень важен словарный запас. Чем больше слов в языке, тем точнее можно выразить свою мысль. Русский язык в этом смысле просто великолепен! Знаешь, когда человек изобрёл компьютер, то первым делом занялся оцифровкой литературы, и когда книги были переведены в электронный вид, стало легко посчитать словарный запас авторов произведений.

Ирзабеков Фазиль Давуд оглы, посвятивший свою жизнь русскому языку, и в дань уважения к нему, называющий себя Ирзабековым Василием Давыдовичем, проделал огромную работу. Он обнаружил, что словарный запас Александра Сергеевича Пушкина составляет 313 тысяч слов, а у Михаила Юрьевича Лермонтова – 326 тысяч слов! Вот он источник силы русского языка! – торжествующе произнёс Беня и продолжил мысль. – А если к этому списку добавить жаргонные слова всех современных профессий и научных терминов, существующих на сегодня наук, ведь это тоже бесценные мыслительные образы современной цивилизации, плюс знаменитый Словарь Даля, который насчитывает 200 тысяч слов, правда большинство из них уже стали архаизмами, то набирается около миллиона слов. Однако надо отдать должное, английский язык в этом отношении не менее развит, и в нём тоже насчитывается около миллиона слов. Хотя англичане, как всегда, грешат манипуляциями – понятия web и web2 они считают как два разных слова, но при этом не забывают унизить русский язык, настаивая на том, что русские слова, такие как Белка, Белочка, и даже Бельчонок – это одно слово, – рассмеялся Беня.

– Надо же, какие интересные вещи ты рассказываешь. А я никогда над этим не задумывался, – сказал Саша. – А ведь когда в Латвии слово латыш стало профессией, а знание латышского языка основным критерием приёма на работу, я было начал его изучать, и самый большой словарь, который мне удалось найти в библиотеках, содержал всего 50 тысяч слов! Теперь я понимаю, почему в своих школах латыши запретили изучение русского языка. Это то, до чего они смогли додуматься на своём «великом и могучем»!

Они оба громко рассмеялись, а Беня отметил:

– Да, латышский я создавал для рыбаков, селян и батраков. Им много слов не надо. Но пойми, даже думая только на латышском языке, ты уже не маугли. И однажды научившись разговаривать, человек способен овладеть любым более мощным средством мышления. Ведь Никола Тесла был сербом, но, как ты понимаешь, не сербский язык стал инструментом производства мысли, позволившим внести весьма весомый вклад в развитие человеческой цивилизации. Тесла бегло говорил на 8 языках: сербскохорватский, английский, чешский, немецкий, французский, венгерский, итальянский и латинский. Единственное условие развития интеллекта – это научиться думать на новом языке. Однако основная часть латышей говорит на русском, попросту выражая латышские мысли русскими словами, и придя к власти, они во всей красе продемонстрировали скудность своего мышления. Подумать только – они уничтожили памятники Ленину, который дал им государственность и свободу. Кстати, ты знаешь, что во времена социализма при поступлении в ГВФ^[8] для абитуриентов, думающих на латышском языке, задачи по физике и математике во вступительных экзаменах были легче, чем для остальных поступающих? Для латышей их брали из учебников не десятого класса средней школы, а восьмого. Иначе никто из представителей аборигенов не смог бы поступить в институт, а во времена Советского Союза власти проявляли заботу о латышской нации, чего не скажешь о сегодняшних латышах, дорвавшихся до управления страной. Это весьма показательно.

Что же касается действительно великого и могучего, то словообразование в русском языке одновременно является и источником словарного запаса, и изумительными уточняющими нюансами, привносящими дополнительную образность формируемой мысли. Например, в английском слово Козёл звучит однозначно, в нём даже нельзя сказать Коза или Козочка, а тем более Козлиха, поскольку в нём нет родов. А в русском – Козёл, Козлик, Козлёнок, Козлёночек, Козлище, и каждое – это не поддающийся описанию на английском языке образ! А если учесть, что смысл выражений изменяется, если в предложении переставляются слова, а также от применяемой при произношении интонации, то представляешь, какое количество мыслительных комбинаций может образовывать человек даже с небольшим словарным запасом? Благодаря этому увеличивается не только количество задействованных в речи нейронов, но и взаимосвязей между ними. А как учит тобой любимая диалектика, количественные изменения приводят к изменениям качества. В данном случае к качеству мышления. В этом и заключается сила и мощь русского языка.

– Погоди-ка, что ты сказал про интонацию? – перебил Саша. – Мне кажется интонация, это просто украшение, умение выразительно, с чувством, с толком, с расстановкой красиво говорить.

– Нет, тут ты не прав. Вот именно, что с толком и расстановкой. Приведу пример. Если в том же предложении «Я тебя люблю» ставить интонационное ударение на первое слово, то есть на слово «Я», то смысл будет концентрироваться на том, что именно я тебя люблю, а не Вася или Петя. Однако ежели ударением сконцентрировать внимание слушающего на втором слове, то есть на слове «тебя», то смысл произносимой фразы будет заключаться в том, что я тебя люблю, а не Машу или Катю. И наконец, если акцентировать внимание на третьем слове «люблю», то смысл сказанного будет заключаться в том, что тебя именно любят, а не презирают или ненавидят. Кстати, тут напрашивается ещё один, крайне важный вывод. Он касается вопроса точной передачи мысли с помощью текста. Было бы идеально правильным сопровождать нотами не только стихи песен, но и прозу. Ведь если прислушаться к звучащей речи, то интонация – это не что иное, как мелодия, ноты которой сопровождают каждое произносимое человеком слово. Задумайся, что такое Одесский акцент, и ты поймёшь, что это не другое произношение всем известных слов, это просто другая музыка.

Беня так увлечённо и вдохновенно рассказывал, что у Александра периодически открывался рот и закрывался, только когда он сглатывал слюну. А Беня между тем продолжал повествовать.

– И это не только теория. Практика – вот критерий истинности! Я тут недавно подводил итоги. Оказалось, что великие открытия и изобретения, внёсшие вклад в развитие современной цивилизации, были сделаны всего на пяти-шести языках. Наряду с английским и немецким, русский присутствует в этом списке и даже оспаривает первенство, потому что открытия, которые совершили люди, думающие на русском языке, просто колоссальны, их невозможно переоценить! Помню, смешно было наблюдать за тем, как учёные спорили о том, почему одно тело горячее, а другое холодное, – усмехнулся Беня. – Какую чушь они только ни несли! Что они только ни придумывали. Невесомый флюид, какой-то теплород, перетекающий из одного тела в другое. Бред короче. И всё это продолжалось до тех пор, пока Михаил Васильевич Ломоносов – человек, думающий на русском языке, не предложил свою корпускулярную теорию строения вещества. Сегодня они называются молекулами, а температура – не что иное как кинетическая энергия их колебаний, как и предположил в своей теории Ломоносов. С этого началась термодинамика. Первый закон термодинамики^[9] помнишь? Ведь именно Михаил Васильевич впервые сформулировал его прообраз. Паровые двигатели, двигатели внутреннего сгорания – это всё стало возможным с появлением данного раздела физики. Цивилизация сделала огромный эволюционный скачок!

Ещё более ошеломляющим значением для человечества стало открытие Дмитрия Ивановича Менделеева. Таблица Менделеева – Периодическая система химических элементов – это был цивилизационный прорыв! До этого исторического момента, химии не было как таковой, была алхимия, и любой, кто занимался этой загадочной наукой, был никем иначе, как магом и волшебником, и каждый из них главной своей задачей считал извлечение философского камня! Другими словами, тщетно пытался превратить свинец в золото, – захохотал Беня. – Ты не представляешь, как смешно было за ними наблюдать.

– А ты не пытался им помочь? – спросил Александр.

– Не для того я создавал этот мир, – задумчиво ответил Беня.

– А для чего?

Образовалась пауза. Затем Беня продолжил, но как-то издалека.

– Саша, ты видел обычных рыжих муравьёв? Главные принципы, положенные мною в основу муравьиного социума, как, впрочем, и для всего живого на Земле – продление рода. А для этого необходимо создать нормальные условия жизни, накормить и обеспечить всех жильём. В муравейнике живёт до миллиона особей, и никто из них не голодает и не замерзает. В нормальных условиях муравейник не знает никаких конфликтов, никаких потрясений. Ты только представь себе – миллион особей, и ни единого конфликта! Это абсолютно социальные существа. Но неужели ты думаешь, что я не мог создать таким же социальным и человека?

Беня на минуту задумался. Саша молчал. Потом Беня сказал с улыбкой в голосе:

– Знаешь, пожалуй, я расскажу тебе, для чего я создал этот мир, но не сейчас, договорились?

– Тебе пора уходить? – спросил Саша с тревогой в голосе.

– Нет, что ты, времени у меня полно! – прозвучал весёлый голос Бени.

– А почему не сейчас? – снова задал вопрос Саша.

– Как бы тебе пояснить… Понимаешь, для живущих на Земле людей, жизнь имеет смысл только в том случае, когда они не знают ответа на этот вопрос. Я не ведаю, как ты на него среагируешь… Нет, я не боюсь, что ты об этом станешь кому-то рассказывать, потому что тебе никто не поверит, и в худшем случае ты всего лишь загремишь в дурку. Я боюсь другого,.. что ответ на него перевернёт всю твою жизнь, а мне не хочется терять тебя как собеседника, – улыбнулся Беня.

Александра очень озадачил такой ответ, но ему ничего не оставалось, как произнести с весьма скромной улыбкой:

– Хорошо, тогда продолжай про языки.

– Да, мы остановились на Менделееве. В общем, благодаря Дмитрию Ивановичу, нефть и газ человечество стало использовать не только для сжигания. Появилась химическая промышленность, и всё, что мы сегодня видим, всё, что нас сегодня окружает, до чего бы ты ни дотронулся – это всё химия, всюду результат мышления человека на русском языке. И перечислять эти результаты можно долго. Николай Николаевич Бенардос – в 1881 году изобрёл дуговую электросварку. Важнейшее изобретение, позволившее совершить качественный прорыв в машиностроении. Его способ помимо сварки годился и для электрической резки металлов… Суета жизни отвлекает, и сегодня мало кто способен без подсказки осознать, что выход человечества в космос – это не просто полёт космических кораблей, прежде всего – это величественный полёт русской мысли. А ведь я долго ждал этого момента. Мне было очень интересно, какой же из созданных мною языков станет инструментом в преодолении земного притяжения. И вот, сначала русский математик Иван Всеволодович Мещерский вывел уравнение движения точки переменной массы – уравнение Мещерского. Затем Константин Эдуардович Циолковский развил его и написал формулу её конечной скорости – формула Циолковского. Идея жидкостных реактивных двигателей, идея многоступенчатных ракет, теория межпланетных полётов, система жизнеобеспечения космического корабля – всё это придумал и обосновал учитель из Калуги, человек, думающий на русском языке, ставший основателем современной теории космических полётов…

Воплощение в жизнь идей Циолковского тоже взяла на себя русская мысль. Королёв Сергей Павлович – первый удачный пуск ракеты ГИРД^[10] был осуществлён ещё 17 августа 1933 года. В 1936 году Королёву удалось довести до испытаний крылатые ракеты: зенитную «217» с пороховым ракетным двигателем и дальнобойную «212» с жидкостным ракетным двигателем. Он разработал проект управляемой крылатой ракеты, успешно запущенной ещё в 1939 году, и ракетоплана РП-318-1 с ракетным двигателем. Американцы до сих пор покупают российские двигатели для своих ракет… Собственного двигателя у них нет до сих пор!.. Первый искусственный спутник Земли! Первый космонавт планеты Земля! Первый человек, вышедший в открытый космос! Первая орбитальная станция Земли! Разве можно это переоценить?

А между тем триумфальное шествие русской мысли продолжается… Игорь Иванович Сикорский – изобретение вертолёта… Александр Степанович Попов – изобретение радио… Да, кто-то пытается оспаривать первенство, приписывая его Маркони, но разве это умаляет русскую мысль? Да и Сикорский не в России построил свой вертолёт, но он русский человек… Зворыкин Владимир Козьмич – изобретение телевидения… Александр Аполлонович Полумордвинов – изобретатель первой системы цветного телевидения… Изобретение видеомагнитофона принадлежит группе Зворыкина, сделано ещё в 1953 году… Кстати, ты знаешь, что первые мобильные телефоны были изобретены в Советском Союзе? Все правительственные машины были ими снабжены и по всем маршрутам их движения по Москве стояли соединённые между собой приёмо-передающие антенны, прообразы современных сотовых станций… Академик Сахаров Андрей Дмитриевич – водородная бомба.

– Погоди, разве водородную бомбу изобрели не американские учёные? – спросил Саша.

– Не путай. Американцы изобрели взрывное устройство, обеспечивающее реакцию ядерного синтеза, но оно представляло собой целое здание. А Сахаров придумал именно бомбу, которую можно сбрасывать с самолёта. Изобрёл по своей уникальной технологии, названной им «слойка».

– Извини, проявил некомпетентность, – стеснительно улыбнулся Саша, а Беня продолжал перечислять гениальных мыслителей использующих русский язык.

– Лобачевский Николай Иванович – Геометрия Лобачевского – первая из неэвклидовых геометрий. Ландау Лев Давидович – выдающийся советский физик-теоретик, лауреат Нобелевской премии по физике 1962 год. Колмогоров Андрей Николаевич – фундамент современной теории вероятностей. Вернадский Владимир Иванович – российский и советский философ, естествоиспытатель, мыслитель, общественный деятель. Всё это имена планетарного масштаба!

Наконец, есть ещё два великих открытия по значимости подобных открытиям сделанным Ломоносовым и Менделеевым. Первое – это академики Николай Геннадиевич Басов и Александр Михайлович Прохоров – создание лазера. И второе – Жорес Иванович Алфёров – изобретение светодиодов. Трудно представить современный мир без лазеров и светодиодов! Они так же повсюду, как и химия! А тем временем русский язык продолжает проявлять своё превосходство. Русские ребята каждый год завоёвывают первые места в состязаниях программистов. А вы, эмигранты из страны Советов, что вы тут творите! – рассмеялся Беня. – Кстати, ты не задумывался над тем, что говоря о национальности, например, немец, англичанин, поляк, китаец – всё это имена существительные, а русский – единственное существительное на базе прилагательного, то есть отвечает и на вопрос «какой», словно обращает внимание на своё качество.

Наступила пауза. Саша молчал. Он обдумывал услышанное, интересное и переживал приятное, неожиданно возникшее чувство ощущения гордости от того, что принадлежит к категории людей, именующих себя русскими. Беня тоже молчал. Потом Саша, вспомнив разговор о маугли, спросил:

– А человек действительно произошёл от обезьяны?

Беня неторопливо начал свой ответ издалека.

– Саша, ты был совершенно прав, когда говорил, что человек изобрёл компьютер, даже не подозревая о том, что в природе он уже давно существует. Но люди изобрели ещё один крайне важный механизм, доказывающий твои слова, о котором они не догадываются по сей день, даже в силу кажущейся очевидности. Это меня всегда забавляет. Иногда открытие делается не вовремя – либо человечество к нему не готово, потому что не способно его осмыслить из-за недостатка знаний, либо не находится человека, который способен состыковать новые знания с существующими. И чтобы осознать сделанное открытие, нужно чтобы прошло ещё лет сорок. За это время про него успевают забыть, а потом чешут репу и недоумевают – мы же это знали! Так произошло с двойной спиралью ДНК. Люди сразу поняли, что это код, но потом не то что забыли, просто замотали в суете времени. Живая клетка действительно является компьютером, который выполняет программу, хранящуюся на ДНК, написанную мною для всего живого на Земле, начиная от амёбы и заканчивая организмом человека. Мало того – компьютер является основой жизни на Земле, компьютер и есть сама жизнь! Но скажи, какой элемент в конструкции современного работающего компьютера самый важный? Не с точки зрения стоимости, а с точки зрения ценности?

– Жёсткий диск конечно, – почти не задумываясь, ответил Александр. – Стоимость информации, хранящейся на нём, особенно если это сервер, может быть дороже всех компьютеров, установленных на фирме!

– Совершенно верно. В компьютере можно безболезненно заменить любой элемент, вышедший из строя – процессор, память, блок питания – любой, кроме жёсткого диска! Потерю информации заменой жёсткого диска не компенсируешь. И как человек решил эту проблему? – спросил Беня.

– Стал зеркалить диски и записывать информацию на два диска одновременно. Работая на компьютере, пользователь видит один диск, а на самом деле их два. Выход из строя обоих дисков одновременно маловероятен, разве что «удачное» попадание молнии. А если испортится один диск, то его заменяют, и зеркало восстанавливается, информация реплицируется.

– Великолепно! – довольным голосом произнёс Беня. – Саша, а ты не задумывался о том, что и принцип зеркального включения жёстких дисков для обеспечения надёжности хранения информации, в природе уже существует?

– Двойная спираль ДНК?! Беня! Это гениально! – радостно воскликнул Александр.

– Да, двойная спираль ДНК – это мощнейший механизм защиты от мутаций! И хотя второй закон термодинамики^[11] нам не отменить, работа этого механизма является успешным противодействием в борьбе Математики с Физикой, Эволюции с Энтропией! Если ДНК повреждается в обеих спиралях, клетка погибает. Однако при поломке лишь одной из них, включается механизм репликации, и повреждённая часть восстанавливается по оставшейся целой. Но о чём это говорит? Во-первых, это вовсе не значит, что мутация невозможна. Однако вероятность её крайне мала. Настолько мала, что я успеваю её заметить и исправить – если, конечно, посчитаю это важным.

– Ты следишь и исправляешь мутации?! – удивился Саша.

– А как ты думал? Ведь если дом, построенный когда-то, не ремонтировать, то он рано или поздно попросту развалится. Представляешь, что получится, если не ремонтировать ДНК?

– Надо же, никогда бы об этом не подумал… Но, Беня, как ты это делаешь?

– Да, в общем-то, так же, как и вы, пишу патчи. Вернее, вирусы. Только не вредоносные, а исправляющие ДНК.

– Ну да, вот и ещё один механизм, созданный людьми, который они придумали, не подозревая о его существовании в природе… – обескуражено произнёс Саша.

– Во-вторых, как писал уважаемый тобою О`Генри, настоящий трест может лопнуть только изнутри! Анатолий Алексеевич Клёсов – автор «ДНК-генеалогии», изучая дерево гаплотипов, доказал, что мутации происходят не в результате воздействий окружающей среды, а из-за ошибок копирования генов при делении клеток. Мутации из-за случайных воздействий окружающей среды крайне редки. Чтобы такое случилось, эти воздействия должны быть ювелирными, одновременно на обе спирали и в одном и том же месте. И в-третьих, мы подбираемся к ответу на твой вопрос, произошёл ли человек от обезьяны. Ты знаешь, что ДНК человека отличается от ДНК шимпанзе всего на 4%?

– Да, знаю, – ответил Саша.

– Какой бы величины ни был костёр, будь то зажжённая спичка, либо термоядерный, гигантского размера костёр нашего светила, или любой другой из возможных, он стремится сгореть, погаснуть, остыть. Закон роста энтропии – основной закон неживой природы. Отнюдь, это – закон разрушения, не созидания… Только живое способно ему противостоять, строить, развивать и совершенствовать, уменьшая хаос, побеждать энтропию. Любая мутация по отношению к ДНК – это разрушение программы, это угасание, это рост энтропии! Мутация ДНК человека на 4% – есть уродство либо верная гибель клетки, в лучшем случае – это шимпанзе! Даже если существует вероятность созидательной мутации, разрушительная мутация всё равно бы победила, потому что она в бесконечное количество раз вероятней. А не происходит этого только благодаря двойной спирали ДНК, этому мощнейшему механизму защиты информации от любых случайностей мира, подчиняющегося закону стремления к простоте. Изменить ДНК шимпанзе на 4% так, чтобы появился человек, может только разум. Мой разум, – резюмировал Беня. – Да, человек произошёл от обезьяны. Но не с точки зрения Энтропии, а с точки зрения противодействия ей. Не по законам Физики, а по законам Математики. Да, это Эволюция, но, увы, не Дарвиновская. Потому что «сначала было слово». И слово это было записано в молекуле ДНК. Правильнее будет сказать – я произвёл человека от обезьяны.

У Саши от восторга заблестели глаза.

– Значит, вирусы, из-за которых мы болеем – это патчи! Но как же неприятны они порой. Беня, я правильно понимаю, с помощью вируса ты изменил ДНК рыбы, чтобы получить ДНК лягушки?

– Да, но при этом важно понимать, что целью являются лишь половые клетки. Сама рыбка остаётся рыбкой. А вот её потомство, мальки – это уже будут головастики, у которых, благодаря изменённой вирусом программе, цикл развития организма продолжится, хвост и жабры исчезнут, а появятся лапы и лёгкие. Потом были вирусы, посредством которых я произвёл из земноводных пресмыкающихся, из пресмыкающихся птиц и млекопитающих, обезьян и, в конце концов, человека.

– Так вот почему человеческий эмбрион на определённой стадии своего развития имеет жабры и хвост! – радостно изрёк Александр.

– Совершенно верно! Жабры и хвост можно наблюдать у эмбрионов всех животных, начиная от земноводных, до человека. Но это почему-то до сих пор не стыкуется даже в головах, казалось бы, образованных людей. Представь, сегодня, когда компьютеризировались самые отсталые слои населения, и даже дети уже понимают, что программа сама по себе ничего не стоит, что компакт диск с игрой Quake III Arena без компьютера – это ничто, на биологических факультетах студенты до сих пор пишут курсовые работы под названием – «Вирусы – это живое или нет?». Они никак не могут понять, что вирусы, представляющие собой молекулу ДНК внутри белковой оболочки, «оживают» только внутри клетки, используя её ферментативный аппарат и переключая клетку на синтез зрелых вирусных частиц, являются всего лишь программой.

– Беня, из всего вышесказанного, я правильно понял, что все живые клетки на Земле, если их рассматривать как компьютеры, имеют одну и ту же систему команд?

– Совершенно верно. Это касается даже клеток вымерших динозавров. Они все программно совместимы. И программа ДНК любой клетки, хоть одноклеточного организма, хоть многоклеточного, кодируется одними и теми же четырьмя нуклеотидами, что у зайца, что у инфузории. Единственное, надо понимать, что клетки разных тканей имеют разную специализацию и будут выполнять только тот участок ДНК, для которого они разрабатывались. Жировая клетка не сможет выполнять функции нейрона, хотя внутренне они похожи. У человека каждая из 46 хромосом содержит отдельную линейную двунитевую молекулу ДНК. А размер генома составляет 3 миллиарда пар нуклеотидов. Нуклеотиды представляют собой четыре вида азотистых оснований – аденин, гуанин, тимин и цитозин. То есть, с точки зрения программиста, можно говорить о четверичной системе счисления. И если представить код ДНК в бинарном виде, то каждый нуклеотид можно однозначно представить в виде двух битов. Это значит, что 3 миллиарда пар нуклеотидов можно представить в виде 6 миллиардов нулей и единиц двоичной системы счисления. А 6 миллиардов бит – это 750 миллионов байт, что равно 715 мегабайт. Вся ДНК человека вместится на один компакт диск. Практически размер современной операционной системы.

– Беня, ты ведь, наверное, знаешь о проекте по расшифровке генома человека. В последнее время часто говорят о генах, содержащих обрывки кодов, и называют их «мусорной ДНК». Это действительно так?

– Во-первых, насколько ты понял, созданная мною природа очень экономна, и не потерпит ничего лишнего, тем более в ДНК. Во-вторых, Саша, ты в своё время написал два дизассемблера для двух разных процессоров. И именно потому ты способен задать вопрос о системе команд и о совместимости программного обеспечения клеток, ты хорошо понимаешь, что это такое. Но вспомни, что было самое сложное при написании этого инструмента?

– Самое сложное было отделить коды операций от данных. В дизассемблируемом коде всегда обнаруживаются выпадающие из логики программы участки, требующие осмысления, и без зрительного созерцания результатов дизассемблирования этого сделать было невозможно, именно поэтому оба моих дизассемблера были многопроходными с участием человека в принятии решения после каждого прохода.

– Вот видишь, ты сам ответил на свой вопрос. То, что они считают обрывками кода, это не мусор, это данные. Ведь ты только представь, каждый волосок на теле должен вырасти на своём месте. Брови, залысины, всё имеет свои координаты. Форма носа, мочки уха, форма самой головы – вся эта информация передаётся генетически, не говоря уже о форме внутренних органов, вплоть до извилин головного мозга. Ты что же думаешь, они случайны? Мало того, ведь сигналы, передаваемые от одной клетки к другой, должны быть короткими, но вполне конкретными и узнаваемыми принимающей стороной. А ведь коды этих сигналов тоже похожи на обрывки фраз, но и они должны где-то храниться. Кстати, ты знаешь, что мозг обрабатывает цифровой сигнал? Красный и синий цвет из глаза передаётся в мозг по одному и тому же нервному волокну, и только расстояние между импульсами определяет, какой передаётся цвет, какова его интенсивность и насыщенность. И мозг, и глаз – это цифровые устройства.

– Вот здо́рово! – Александра почему-то обрадовало, что сигналы не аналоговые, а цифровые. – А это правда, что для формирования и развития головного мозга человека и его функционирования предназначено аж 75% ДНК?

– Да, и даже больше, косвенно почти 80%.

– То есть мозг – это самый сложный орган в человеческом организме, даже сложней глаза? Ведь именно строение глаза своей сложностью и очевидной продуманностью не давало Дарвину покоя.

– Безусловно, внешне мозг по сравнению с глазом – это кажущаяся простота, и, несмотря на то, что мозг состоит на 78% из воды, 15% жира, 7% белков, гидрата калия и соли, нет ничего более сложного во всей Вселенной из того, что знает человек, и что сопоставимо с мозгом вообще.

– Понятно. Беня, а почему ты выбрал четверичную систему счисления?

Беня рассмеялся громко и от души.

– Да просто молекула ДНК в два раза короче получается, – продолжая смеяться, ответил Беня.

Саша тоже рассмеялся.

– Но не только это, – уже серьёзно продолжил Беня. – Дело в том, что нуклеотиды легко спариваются друг с другом – аденин притягивается к тимину, а гуанин к цитозину, в результате одиночные спирали легко «склеиваются» в двойную. Получается подобие соединения застёжки молнии на твоих джинсах, которую невозможно рассоединить, но легко расстегнуть с конца. Так и происходит при создании копии ДНК в процессе деления клетки. Молекула ДНК «расстёгивается», и к освобождающимся краям сразу приклеиваются соответствующие парные нуклеотиды, постепенно создавая из одной двойной – две двойные спирали для двух будущих клеток, являющихся полной копией исходной. Прочность «застёжки» ДНК очень велика, тем более что она закручена. Вдобавок, использование четырёх нуклеотидов даёт дополнительную защиту от ошибок, потому как ни аденин, ни тимин не могут спариться ни с гуанином, ни с цитозином, ни сами с собой. Так что двойная спираль ДНК – это защита помощней зеркаленья дисков.

Потом Александр спросил:

– А как ты всё-таки научил младенцев – человеческих детёнышей, родившихся от обезьян, языку?..

Ответ оказался прост как пять копеек, но, как всегда, Беня начал издалека.

– Вирус, поразивший стаю человекообразных обезьян, который я написал с целью создания человека, был достаточно сложным. Конечно, я уделил много внимания внешнему виду будущего гомо сапиенса, но основные изменения касались развития мозга и гортани. Ты в курсе, что человек – единственное животное, у которого гортань имеет два перпендикулярных изгиба? И в отличие от других животных, из-за этого человек не может одновременно дышать и глотать.

– Так вот почему меня завораживало, когда я смотрел на то, как пьёт корова или лошадь, – улыбнулся Саша. – А я в детстве никак не мог понять, почему конь, только что скакавший подо мной галопом, вместо того чтобы отдышаться, сразу может пить и пить воду, присосавшись к её поверхности и не прерываясь, и дышать при этом так мощно, словно это не ноздри, а ракетные сопла вгоняют воздух в её зеркальную гладь. Причём дыхание было настолько ровным, что только быстрое уменьшение уровня воды в ведре свидетельствовало о том, что он её всё-таки пьёт! Это была магия, – засмеялся Саша.

– Да, именно поэтому. Но человеческая гортань не позволяет этого делать, и ты не можешь выпить стакан воды, не задержав дыхания. Мне пришлось в какой-то мере пожертвовать живучестью человеческого организма, в надежде на то, что его разум компенсирует этот недостаток. В результате, человек способен говорить, но может легко подавиться, если попытается вкушать пищу и разговаривать одновременно. Но это не всё. Есть ещё один секрет, который я зашил в программу вируса.

В этом месте повествования по интонации было слышно, что Беня улыбнулся. Александр затаил дыхание.

– Саша, ты помнишь, в самом начале, когда заработал твой квантовый компьютер, я сказал, что до сих пор такую связь я инициировал только со своей стороны?

– Да, помню, только не успел тебя спросить, что ты имел в виду.

– Так вот… Сейчас я поясню, что имел в виду… В мозгу каждого живого существа, формируется особая, специальная клетка. Но это не нейрон. Это предельный квантовый компьютер, с ценой действия^[12] равной постоянной Планка. Ты спросишь, почему предельный? Потому что он самый экономичный. Постоянная Планка – это минимум, который только можно достичь при квантовании действия. Ну, ты это и сам знаешь. Но его недостаточно для того, чтобы осуществить такую связь, которая сейчас у нас с тобой имеет место быть. Чтобы её реализовать, нужен не один, а два квантовых компьютера! И мой вирус создавал в мозгу рождённого обезьяной человеческого детёныша второй квантовый компьютер. В результате я мог с ним разговаривать, так же, как сейчас разговариваю с тобой. Он слышал мою речь,.. сеть речевых нейронов головного мозга заполнялась образами, и я превращал его в человека. Как ты понимаешь, первого я назвал Адам.

– А Еву создал из его ребра? – спросил, весело улыбаясь, Саша.

– Это байка, – с улыбкой в голосе ответил Беня. – Конечно же, она родилась так же, как и Адам, от обезьяны.

Саша сидел, раздумывая над тем, что услышал.

– А знаешь, в чём заключается основная проблема сегодняшних приверженцев теории Дарвина? – спросил между тем Беня. – Они до сих пор считают, что жизнь на Земле зародилась сама по себе, что возникновение сконцентрированного количества органических молекул произошло случайно. При этом, совершенно не понимая, что число возможных вариантов случайных полинуклеотидов бесконечно больше, нежели неслучайных, существующих в живой природе биологических полимеров. А между тем можно легко посчитать вероятность случайного образования органической молекулы, состоящей, скажем, из 600 аминокислот определённой последовательности. Поскольку речь идёт о комбинациях четырёх нуклеотидов, для удобства назовём их буквами, то количество возможных слов, составленных из четырёх букв, длиной в 600 букв каждого, будет равно 4⁶⁰⁰. В десятичной^[13] системе счисления это примерно равно 10³⁶¹. Давай попытаемся осознать, что это за число – что такое единица с 361 нулём? Возьмём каплю воды и посчитаем, сколько в ней молекул – это будет 10²¹, то есть единица с 21 нулём. Ну, совершенно несопоставимое число. Возьмём стакан воды – это примерно будет 10²⁴. А там 10³⁶¹. Не хватает ещё 337 нулей. Чтобы прибавить один ноль, надо увеличить объём воды в десять раз. Возьмём мировой океан. Сколько молекул воды в мировом океане? Ну, примерно 10⁴⁰. Тоже мало. Десять мировых океанов, сто мировых океанов, тысячу – и это добавит всего лишь три нуля, а нам их нужно добавить ещё 318! Ну, хорошо, оставим молекулы воды в покое, давай возьмём количество атомов углерода в солнечной системе – это 10⁵⁰. Получается, что если я говорю о молекулах, то такого количества материала просто нет во всей Вселенной! Это означает, что все последовательности одновременно я реализовать не могу.

Можно задать вопрос, хорошо, зачем же реализовывать все варианты сразу? Давай распределим этот процесс во времени последовательно, методом перебора. Каково же число попыток следует предпринять, чтобы одна из них сформировала необходимый нам полимер? И заметь, с практически невыполнимым условием отсутствия повторений. Ведь каждая следующая попытка осуществляется не по компьютерной программе, не дающей комбинациям повторяться, а по воле случая, и не учитывает того, какой полимер получился в предыдущих попытках, и однажды образовавшаяся молекула может возникнуть повторно и не один раз. Если даже представить, что попытки происходят непрерывно, и те же изменения в погоде, во времени суток и в смене времён года не мешают тому, чтобы это происходило каждые десять секунд, что для химической реакции образования такой последовательности очень мало, то потребуется времени бесконечно больше, чем время существования Вселенной! Потому что 15 миллиардов лет^[14] – это величина порядка 10¹⁷ секунд. То есть к этому числу нужно прибавить ещё 345 нулей! Получается, что 15 миллиардов лет – это настолько ничтожный и бесконечно малый период времени по сравнению с необходимым для перебора всех возможных вариантов, что можно говорить только о практически мгновенном и стопроцентном попадании сразу!

Но и это не главное. Главное то, что это только геном, то есть программа. Компьютер, который её должен выполнять – вот что не может случайно образоваться от удара молнии! Компьютер структурно и конструктивно намного сложней, чем молекулы ДНК. Ведь клетка, которую я создал – это компьютер, и в нём есть не просто блок питания, а свой собственный источник энергии – митохондрия, работающий по программе, записанной в митохондриальной ДНК – они даже не представляют и не осознают сложности строения хотя бы этой одной органеллы, не говоря уже о других. Для того чтобы компьютер не погиб, в митохондрию должен поступать кислород и горючее – глюкоза, они должны пропускаться оболочкой клетки и доставляться в митохондрии. А образующиеся при сгорании углекислый газ и вода должны выводиться из клетки. Необходимо обеспечить доставку вырабатываемой энергии во все устройства клетки, в процессор, который будет выполнять программу ДНК ядра клетки. Результаты вычислений должны сохраняться и использоваться в зависимости от типа клетки – синтезировать белки, генерировать и передавать сигналы другим клеткам, реагировать на поступающие сигналы от других клеток, на что тоже необходима энергия. Это же сложнейший механизм! Неужели они считают, что клетка могла возникнуть от удара молнии, а затем туда случайным образом поместилась случайно возникшая спираль ДНК? При этом обе случайности должны были произойти одновременно, а ведь вероятности этих событий при этом перемножаются, и клетка каким-то образом должна при этом ожить, а не начать разлагаться. Потому что невозможно погибшую клетку вернуть к жизни никак. Клетка рождается живой только от живой клетки. Я даже не хочу проводить такого эксперимента. Даже если положить в одну кучу уже готовые блок питания, процессор, память, и жёсткий диск, то никакие удары молнией не превратят эту груду железа в компьютер!

Но и это ещё не всё. Клетка должна делиться – это её жизненная задача, а для этого ей нужно хорошо питаться, то есть в неё должны поступать нужные ей аминокислоты. При синтезе белков NH₂-группа аминокислоты высвобождается в виде аммиака, который должен выводиться из клетки. Хотя, на самом деле, веществ, поступающих в клетку и требующих удаления из неё, намного больше, и всё это работает. И ты живёшь, и деревья растут, и птицы поют… В общем, я сам не пробовал, да и желания такого не имею, но по законам физики этого произойти не может, тут нужна математика, – резюмировал Беня.

– Мда, серьёзный проектик.

– Сила мелочей в их количестве, – с иронией ответил Беня.

– Беня, мы тут всё о ДНК говорили, а между тем я слышал много споров про то, зачем нужны РНК. И действительно, зачем они нужны?

– А зачем в обычном компьютере нужна оперативная память, если там есть жёсткий диск? – задал риторический вопрос Беня и тут же продолжил речь, не дожидаясь ответа. – Спираль ДНК – это твой жёсткий диск. В ней, как на жёстком диске, хранится генетическая информация, и кроме как качественно её хранить, ДНК больше ничего не умеет. А вот РНК можешь считать своего рода элементом оперативки – она не только хранит информацию, полученную из ДНК, но и использует эту информацию, когда производит белок. Молекулы белка очень длинные и если не предпринимать специальных усилий, они сворачиваются как им заблагорассудится, но чтобы белок правильно функционировал, их нужно правильно укладывать. Например, реснички инфузорий, жгутики бактерий, хвостики сперматозоидов – они не будут двигаться и изгибаться, если белок, из которого они состоят, будет неправильно уложен. Благодаря информации, содержащейся в РНК, которая изначально туда попала из ДНК, она умеет его правильно укладывать.

– Да, трудновато себе представить, чтобы это всё могло возникнуть случайным образом, да ещё и с учётом стремления природы к простоте… – задумчиво резюмировал Александр.

– Другими словами, природа, стремясь к простоте, идёт от сложного к простому, и называется это ростом Энтропии, а созидание и познание, присущие разуму, наоборот – от простого к сложному, и название этому процессу – Эволюция.

– Скажи пожалуйста, а зачем ты негров создал? – спросил Саша, стараясь, чтобы вопрос прозвучал как можно равнодушнее.

– Я понимаю, почему ты задал мне этот вопрос. Ты хочешь знать, намного ли люди разных рас отличаются друг от друга. Могу тебя утешить. И негры, и белые – генетически все рождаются людьми, в этом смысле они все равные, у вас у всех геном человека. Что касается умственных способностей, различия в кодах ДНК у людей разных рас не имеют отношения к развитию и функционированию мозга. То есть, мозг не имеет этнических свойств. Да и вообще, индивидуальные характеристики мозговой деятельности людей так сильны, что они превосходят групповые – индивидуумы по умственным способностям в своём разнообразии сильнее групп. И если негритянского мальчика воспитывать в русской семье, он, как и белый младенец, с одинаковой вероятностью может стать как Пушкиным, так и Эллочкой-людоедкой. Это будет зависеть от воспитания и индивидуальной особенности формирования его мозга, а не от его расовой принадлежности. Всё как в компьютерах – железо и программное обеспечение. Железо зависит лишь от того, как развивается мозг, начиная с эмбриональной стадии. Даже однояйцовые близнецы имеют совершенно разные умственные способности, хотя гены у них абсолютно одинаковые. А математика – от того, что вложат в голову ребёнка родители. При этом надо понимать, что гены ты не перешагнёшь, то есть умней, чем заложено в ДНК никто из людей стать не может. Есть генетический предел и размеру мозга, и его структуре. Глупей – это запросто, а умней – никак.

Теперь о генетических различиях. В чём же они проявляются? Во-первых, они составляют лишь десятые доли процента. Во-вторых, касаются они только внешнего вида и приспосабливаемости к окружающей среде мест их первобытного обитания. Помнишь, когда ты в студенческом отряде работал в лесу, то удивлялся, что на следующий день после отдыха в парилке деревенской бани, в чистое, отмытое от пота тело обязательно вопьётся клещ, а то и не один? Связано это с тем, что пот имеет не только терморегулятивную функцию охлаждения тела, и выделяется не только для привлечения особей противоположного пола с помощью феромонов присутствующих в нём, но и обладает запахом для отпугивания кровососущих насекомых, обитающих в тех местах, где та или иная раса людей произошла. Поэтому запах пота у негров отличается от запаха пота белых европейцев. Запах твоего пота отпугивает клещей, а запах пота негров отпугивает муху цеце. Так что, не стоит неграм работать на лесоповале в Сибири, а белым европейцам жить и работать в лесах тропической Африки. Что касается внешнего вида. Ты ведь любишь загорать на солнце, и тебе нравится видеть себя и свою жену загорелыми. Для того, чтобы ультрафиолетовое излучение, входящее в состав солнечных лучей, не оставляло на теле человека ожогов, клетки кожи вырабатывают специальный пигмент меланин. У негров этот пигмент присутствует в коже от рождения. Вот вкратце и всё. Так что твои переживания по этому поводу имеют чисто психологический характер.

– Но почему для защиты от ультрафиолета ты выбрал тёмный пигмент, а не светлый? Ведь чёрные предметы быстрее нагреваются, нежели белые. Согласись, ведь в Африке и так жарко, а тут ещё и кожа чёрная.

– В логике тебе не откажешь, – засмеялся Беня. – Однако для выживания есть факторы поважней нагрева. Ты не учитываешь того обстоятельства, что ночью в тропических джунглях намного опасней чем днём. А дневная жара тяжело переносится не только человеком, но и животными. Хищники предпочитают ночную охоту, а белый цвет кожи потенциальной жертвы в тёмное время суток будет предательски опасен. Но и днём белый цвет кожи притягивает взгляд, и не только животных, но и насекомых, которые ориентируются на зрение. Например, слепни замечают свою жертву на расстоянии до одного километра! По качеству зрения это настоящие орлы, и, конечно, издали им светлые тела более заметны. Скорость полёта до 60 километров в час, дальность полёта 2-4 километра, а то и больше.

– Убедил, – молвил Александр, затем, немного подумав, спросил. – А монголоидная раса, почему у них глаза такие узкие?

– Они вовсе не узкие, – засмеялся Беня. – Это особенности восприятия лиц европейцами. У вас глаза имеют горизонтальный разрез, а у них раскосый. Означает это следующее… Если через твои зрачки условно провести горизонтальную линию, то она также пройдёт и через наружные, и через внутренние уголки глаз, а у людей монголоидной расы наружные уголки будут выше этой линии, а внутренние – ниже. Но важно тут то, что раскосость у каждого из них разная, можно сказать, индивидуальная. Это то, чем они внешне отличаются друг от друга, и именно по наклону разрезов глаз их мозг воспринимает, сравнивает и узнаёт лица.

Однако глаза – это не единственная разница между вами. Носы у людей монголоидной расы значительно меньшего размера, чем у европейцев, они не так выступают вперёд, что делает их лица более плоскими. Их носы в отличие от ваших, можно сказать, практически не отличаются. Это в свою очередь привело к тому, что их мозг и форму, и размер носа при зрительном восприятии людей игнорирует. Если ты замечал, именно поэтому, когда китайцы не хотят чтобы зрители узнали лица людей показываемых по телевизору, то на отснятых видеокадрах закрывают чёрной полоской изображение в области глаз. И именно поэтому китайцам вы все кажетесь на одно лицо – ваши разные носы их мозг по привычке игнорирует, а ваши глаза для них с точки зрения раскосости одинаковые. Сцена в лифте в фильме «Мимино», когда про героев, которых играют Вахтанг Кикабидзе и Фрунзик Мкртчян два японца говорят, что все русские очень похожи друг на друга, конечно смешная, но очень правильно подмечена. По аналогичной причине и для вас все китайцы вам кажутся на одно лицо. Потому что вы, наоборот – по привычке игнорируете глаза, а по носам не можете их отличить друг от друга, из-за того, что они действительно очень одинаковые. Так что глаза у них не узкие, как тебе кажется, а раскосые, – ухмыляясь повторил Беня. – И присущий людям монголоидной расы эпикантус – прикрывающая внутренний угол глаза складка – усугубляет это ощущение, как бы смещая визуально внутренний угол глаза вниз.

Ещё одно отличие заключается в том, что у них очень развита складка верхнего века. Если ты замечал, их веки более мясистые. Я это сделал для защиты глаз от укусов москитов, которых в местах их проживания в изобилии. Если эти твари покусают веки европейцев, то они опухают так, что человек перестаёт видеть, а глаза людей монголоидной расы и без того можно назвать опухшими, и им укусы этих насекомых не причиняют таких неудобств.

– А почему ты не отгоняешь их запахом пота? – спросил Саша.

– Потому что комары реагируют не на запах, а на градиент концентрации углекислого газа, выделяемого при дыхании человека. Именно по нему эти насекомые ориентируются при поиске жертвы и днём и ночью.

– А для чего нужен эпикантус? – спросил Саша.

– Какой ты любопытный, однако, – рассмеялся Беня. – Это ещё один пример того, как учёные люди, каждый из которых является высококлассным специалистом в своей области, не могут соединить знания разных наук. Вспомни свои ощущения, когда ты в зимнюю метель идёшь против ветра. Что ты при этом вспоминаешь в первую очередь? Ведь не холод, правда?

– Да, в моих воспоминаниях яркие ощущения того, что снежинки так и норовят попасть в глаза.

– Вот видишь, а теперь представь, что это не снежинки, которые тают, попадая в глаз, а комары. Ты не будешь успевать моргать, и вероятность того, что хоть один из них, да попадёт, достаточно велика, а это очень неприятно. Для того чтобы с этим бороться, я просто использовал законы аэродинамики. Эпикантус – это спойлер, который создаёт завихрения встречного воздуха таким образом, чтобы любые соринки пролетали, не попадая в глаз. И чтобы это действовало более эффективно, я сделал лицо более плоским.

– Понятно, – удовлетворённо произнёс Саша. Затем, помолчав немного, спросил. – А евреи? У них есть генетические особенности?

– Нет, изначально генетически они не отличаются. Но есть тонкие настройки, – хохотнул Беня.

– И что это значит? – спросил Саша.

– Во всём виноваты фараон и его жрецы, – снова рассмеялся Беня. – Умные были ребята.

– Почему фараон?

– А ты что, думаешь это я их в пустыне сорок лет кормил и снабжал водой?

– Интересно, а почему они выбрали евреев?

– Потому что только над рабами можно было проводить такой жестокий сорокалетний эксперимент.

– Но почему Моисей на это согласился?

– Да, Моисей был на хорошем счету у фараона, но, во-первых, он был глубоко огорчён рабским положением евреев, и для Моисея это был шанс изменить будущее своего народа. А во-вторых, попробуй он не согласись.

– А фараону то это зачем понадобилось?

– Вообще-то это была идея жрецов. Планы у них были куда более далёкие, а фараон с ними согласился. Пустыня, конечно, место суровое, но как полигон для тренировки спецназа вполне подходящее. В условиях пустыни естественный отбор крайне жесток и скоротечен, остаются только самые сильные и выносливые. Оставшиеся в живых – это самые крепкие и здоровые мужчины и женщины, и их дети, конечно, будут обладать такими же качествами. Крайне жестокая искусственно созданная селекция, но очень эффективная. Сорок лет – это два поколения. Представь – днём марш-бросок, а вечером политинформация. Снабжение питанием ничем не отличается от снабжения армии. Даже небольшое количество выживших при таком отборе легко захватят любую обетованную землю. Но главная причина особенностей евреев кроется в обрезании, которое строго выполнялось по наставлению жрецов.

– Погоди, а разве у мусульман не существует такой традиции?

– Мусульмане делают это уже, можно сказать, взрослому ребёнку, от трёх до четырнадцати лет. А евреи строго на восьмой день после рождения, и это имеет большое значение. Формирование мозга человека в это время идёт очень интенсивно, и крайне важно, поступление какой информации сопровождает этот процесс. Вот такая вот тонкая настройка мозга.

– И какие особенности при этом приобретает мозг?

– Во-первых, на контрасте положительных и отрицательных ощущений формируется острота восприятия свой – чужой. Во-вторых, при этом очень сильно развивается структура головного мозга, обрабатывающая оперативно поступающую информацию, что даёт преимущество при решении тактических задач. Однако, увлекаясь азартом тактической мысли, стратегически они, как правило, проигрывают. Но жрецам это было не важно, стратегические решения они брали на себя.

– И какие стратегические задачи они собирались решать?

– Покорение мира.

– С помощью немногочисленного спецназа покорить мир?

– Нет, спецназ – это тактическое преимущество, обеспечивающее выживание на первом этапе предстоящего пути. Стратегию содержали слова, записанные на скрижалях Ветхого Завета.

– Я правильно тебя понял, что именно приобретённые тактические свойства мозга дают евреям особые способности к таким отвлечённым вещам как математика, шахматы, музыка, теоретическая физика?

– Понимаешь, способности ведь не главное. Главное, чтобы они реализовались. Ведь даже если ты родился Моцартом, тебе всё равно сначала нужно научиться играть. Вспомни, в детстве ты любил слушать музыку, и когда услышал, как звучит скрипка, сказал маме, что хочешь научиться на ней играть. Что она тебе ответила? А еврейский социум поощряет интеллектуальные занятия, ребёнка хвалят за такого рода успехи. Может, ты думаешь, что все евреи имеют абсолютный музыкальный слух? Уверяю тебя, они такие же люди, как и все. Но в еврейских семьях родители практически всех своих детей пропускают через горнило «пиликания на скрипке», и именно это позволяет и обнаружить талант, и дать ему возможность развиться. Ты думаешь, если бы мама Растроповича не отвела его в музыкальную школу, он бы стал великим виолончелистом? Однако и этого не достаточно. Первые четыре года мозг человека развивается по программе ДНК, формируются все необходимые для жизнедеятельности нейроны. Но тут следует понимать, что тонкая настройка мозга только корректирует это развитие. Клетки не могут делиться быстрей обычного, поэтому если больше клеток переходит в группу нейронов решающих тактические задачи, значит, это происходит за счёт уменьшения количества клеток в другой группе, в данном случае страдает сеть нейронов, выполняющая стратегические решения.

Вообще, первые четыре года развития ребёнка – это чудесное время. Информацию, в первую очередь язык, мозг впитывает как губка. Сеть нейронов стремительно и жадно заполняется информацией, и происходит это по той же программе ДНК, совершенно без усилий. Чтобы ребёнок научился говорить, с ним нужно просто разговаривать, он должен слышать речь, и абсолютно не важно на каком языке. Мало того, если с ним говорить на трёх языках, он освоит их все три! Но после истечения этих четырёх лет, ситуация кардинально меняется. И теперь для того чтобы чему либо научиться нужно прикладывать усилия, и чем дальше, тем больше. Мало того, талант нужно постоянно развивать. Ты уже понял, что организм очень экономный, и нервные клетки по отношению к клеточному социуму ведут себя крайне альтруистически. Все нейроны работают группами, и каждый из них в момент своего зарождения получает определённую специализацию. Если нейрон длительное время не задействуется, он сам принимает решение на суицид, в результате тот или иной человеческий навык исчезает. Помнишь, у тебя во дворе был приятель, который шесть лет играл на трубе в школьном духовом оркестре? После окончания школы он ни разу не держал её в руках, но всё время думал, что умеет на ней играть. А когда через тридцать лет он купил себе трубу, то первые три дня думал, что она неисправна, – рассмеялся Беня. – В общем, как говорится, везде нужна сноровка, закалка, тренировка. И тут возможны два варианта. Либо тебе это нравится, и тогда ты хоть и прикладываешь усилия, напрягая мозг, но делаешь это с радостью. Либо не нравится, и тогда ты должен заставлять себя это делать, проявлять волю так сказать. При обрезании увеличивается вероятность развития первого сценария. Потому что тех, кого интересуют стратегические задачи, совершенно не волнуют конкретика и красота оперативных решений – им важен только результат. А вот конкретную работу лучше выполняет тот, кому она приносит удовольствие, кому при её выполнении присущ и увлекает тактический азарт.

– Но получается, что тонкая настройка мозга касается только мальчиков?

– В данном случае, да. Но, во-первых, жизнь разнообразна, и тут тоже есть нюансы. Ведь не обязательно делать обрезание, чтобы причинить боль младенцу. Так что тактическую направленность развития мозга может даже случайно получить любой ребёнок, включая и девочек. А во-вторых, и это гораздо важнее, мозг женщины, неподвергнутый тонкой настройке, не утрачивает функцию стратегического мышления, что даёт огромное преимущество еврейским семьям, в которых мужчины прислушиваются к мнению и советам своих жён и матерей. А для того, чтобы это стимулировать, авторитет женщины повышен тем, что родство у евреев передаётся по материнской линии. Самое интересное, что в природе это действительно так, ведь организм любого ребёнка всегда унаследует отнюдь не мужскую, а исключительно женскую митохондриальную ДНК. Женщины передают её из поколения в поколение тысячи лет, и чтобы этот процесс не прервался, еврей обязан жениться на еврейке. Женщине в этом смысле везёт больше, ей позволительно выйти замуж по любви, – улыбаясь произнёс Беня. – Ведь, поскольку, она передаёт свою митохондриальную ДНК своим детям всегда, то даже если она родит их не от еврея, её дети всё равно будут носить гены когда-то закалённые пустыней!

– Понятно,.. – сказал Саша, осмысливая некоторое время услышанное, и затем переключился на другую тему. – Беня, ты, наверное, знаешь, что с момента появления компьютеров, человечество непрерывно ведёт речь о создании искусственного интеллекта. А что ты думаешь об этом?

– Ну, давай поразмышляем. Интеллект как таковой имеет три составляющих. Первая – это, наверное, собственно мозг. Мозг человека представляет собой нейронную сеть, насчитывающую до 150-ти миллиардов нейронов. Сейчас на планете примерно 6 миллиардов человек, и если бы у каждого был компьютер, и он был бы подключён в сеть, то это в 25 раз меньше, чем нейронов в мозгу. Однако не годится, чтобы все компьютеры были разбросаны по планете. Там свет отключили, там интернет пропал. Все компьютеры нужно сосредоточить где-то в одном месте. Ты можешь себе представить сооружение, в котором будет сконцентрировано 150 миллиардов компьютеров?! Поехали дальше… Мощность, потребляемая человеческим мозгом, составляет всего 10 Ватт – весь мозг! Это меньше, чем мощность лампочки, освещающей продукты внутри твоего холодильника. Теперь посчитай, сколько потребуется энергии, чтобы запитать эти компьютеры и всю сеть, если один компьютер потребляет мощности в десять раз больше чем весь мозг человека! Это примерно 15000 мегаватт – почти три Саяно-Шушенских ГЭС. Во-вторых, нужно специальное программное обеспечение, которое бы управляло не только отдельным компьютером, но и сетью. Ну и, в-третьих, наверное, интеллект подразумевает возникновение собственного Я, иначе это будет просто большая информационно-поисковая система наподобие Google, без желаний, эмоций и осознанного мышления. А чтобы я мог дать этому монстру душу, в этой сети должна быть предусмотрена такая возможность.

– А можно ли создать если не интеллект, то хотя бы усилитель интеллекта? Ведь существуют же усилитель звука, усилитель тока, усилитель напряжения, гидравлический усилитель.

– Видишь ли, в чём дело. Все перечисленные тобой устройства – устройства аналоговые. А мозг – это ведь цифра. Как можно усилить цифру? Если использовать словосочетание усилитель информации, то оно тоже бессмысленно, и наверняка речь следует вести не о скорости счёта. Я думаю, это разговор об улучшении качества мышления и, прежде всего, об усилении способности видеть неочевидные связи. По этому принципу простейшим усилителем интеллекта сегодня, наверное, можно назвать технологию мозгового штурма; как говорится, одна голова хорошо, а три лучше. Но если попытаться взглянуть глубже, каждый из 150-ти миллиардов нейронов головного мозга имеет до 50-ти тысяч связей с другими нейронами. Так что речь может идти, прежде всего, об увеличении именно количества этих связей. Но вряд ли удастся что-либо придумать в виде отдельного устройства способного на это. Скорей всего, можно говорить о разработке нового более мощного языка, с наличием гораздо бо́льшего количества слов и более изысканных правил построения мыслей. Хотя опять же – мне достаточно и русского языка, – рассмеялся Беня. – Скорость, с которой идёт технический прогресс, меня вполне устраивает. Конечно, количество людей, живущих на Земле, увеличивается каждые сорок лет в два раза, и мне хотелось бы, чтобы человечество смогло выйти за пределы земного тяготения, а не погибнуть от перенаселения планеты, превратив все энергетические запасы добываемых углеводородов в углекислый газ и воду, как дрожжи в банке, переработавшие весь сахар в спирт. Но это всё-таки больше зависит от генетики, так как развитие мозга ограничено программой ДНК.

– Я тебя правильно понял? Человек генетически не готов к созданию общества социальной справедливости?

– Совершенно верно. Но сие не значит, что за это не стоит бороться. Всегда рождались и будут рождаться люди с высокими устремлениями и борцы, готовые жертвовать собой ради великих идей. И им всегда будут противостоять личности со слаборазвитой передней частью лобных долей головного мозга, где у большинства людей находится то, о чём так красноречиво сказал О`Генри – «Совесть это улика, которую не примет к рассмотрению ни один суд», – рассмеялся Беня. – В борьбе за блага́ земные, что дают власть или деньги, в обществе побеждать будут те, чьи моральные принципы позволяют идти по головам сослуживцев, заменяя отсутствие совести фразой «Ничего личного, просто бизнес», даже в том случае, если человек, которому эти слова предназначались, будет умирать от голода на их глазах. Ты ведь уже и сам давно понял, что недостаточно быть умным, чтобы стать богатым. Да, сейчас ты живёшь гораздо лучше, нежели большинство людей на планете, но всё-таки ты действительно умён и тебе повезло. Что ты заработал своим трудом за первые три года в Америке, кроме еды и билетов на обратный путь? Ванька попросту превратил вас в рабов, и на вашем труде за три года заработал в сотни раз больше, чем вы вместе с женой за десять лет! Но, как ты понимаешь, это совершенно не значит, что он в сотни раз тебя умнее.

– Но почему в созданном тобой мире столько боли и страданий?

– Потому что мир познаётся лишь в сравнении. Ты никогда полноценно не ощутишь радости и счастья, не изведав страданий и горя. Ты не сможешь по достоинству оценить того, что имеешь, не пройдя через боль утрат и печаль потерь.

– Но ведь горе и радость не делятся на всех живущих поровну, страдания достаются одним, а удовольствия жизни совсем другим. Почему ты создал этот мир таким несправедливым?

– Я рад, что ты задаёшь мне такие вопросы, они говорят мне о том, что я всё сделал правильно. И ты тоже в этом убедишься, когда узнаешь, как этот мир устроен. Ты поймёшь, что я построил идеальный мир, и уже не сможешь упрекнуть меня в том, что он несправедлив.

Александр кожей ощутил, что сейчас ему откроется тайна Вселенной. Он сидел, молчал и ждал.

– Саша, ведь ты не раз играл в шахматы сам с собой. Вспомни, как ты делал ход белыми, а потом переворачивал шахматную доску и думал над ответным ходом чёрных. Скажи, зачем тебе это было нужно?

– Хотелось поиграть, но было не с кем, – с недоумением, возникшим ввиду явной очевидности, ответил Александр.

– И всегда это было не очень интересно, лишь потому, что ты знаешь мысли своего «противника», правда?

– Безусловно, – ответил Саша, пытаясь уловить цель задаваемых вопросов.

– А ответь мне вот на какой вопрос – твоё сознание непрерывно?

Александр ненадолго задумался.

– В основном, я думаю, да, но это может мне казаться. Ведь когда я засыпаю, сознание отключается, а просыпаясь утром, промежутка ночи я не чувствую, я просто знаю, что она была. Кстати, при потере сознания от удара по голове примерно такие же ощущения как при пробуждении ото сна.

– И что происходит с восприятием после таких моментов, непрерывность бытия пропадает?

– Нет, не пропадает, просто, как будто в середине просматриваемого фильма оказался вырезан значительный кусок ленты, но фильм продолжается как ни в чём не бывало, не прерываясь. Когда меня в детстве сбил мотоцикл, два момента – один до потери сознания, когда я перебегал дорогу, и второй – приход в сознание, когда я очнулся в больнице, были словно склеены. Я не то что не помню того, что было между ними, в моём сознании этого промежутка просто не было вообще. Это не был провал, это даже не было мгновением, это была реальная непрерывность бытия. Вот я перебегаю дорогу, и сразу же оказываюсь в больнице. Да, это именно склеенная плёнка с вырезанным фрагментом, причём любой длины. Уверен, что даже если бы я очнулся через год, ощущения были бы теми же. Единственное что дезориентировало – это непонимание происходящего из-за нарушения причинно-следственных связей.

– То есть, если за время отсутствия сознания вместо старых воспоминаний тебе приклеить другие, в которых не будет нарушения логики причинно-следственных связей, ты легко станешь другой личностью?

– Думаю что да.

– Но теоретически в любой момент, тебя снова можно ударом по голове лишить сознания и переклеить конец воспоминаний старой личности, и непрерывность бытия при этом не исчезнет, даже несмотря на то, что снова вернётся ощущение нарушения причинно-следственных связей, верно?

– Верно.

– Замечательно! То есть всё дело в воспоминаниях?

– Выходит что так.

– А что будет, если тебя лишать сознания с достаточно высокой частотой, ну скажем, большей, нежели 24 кадра в секунду, ведь именно такая частота даёт человеку ощущение непрерывности изображения, когда он смотрит кино, и каждый раз при этом менять оба воспоминания местами?

– Хм… Теоретически я одновременно буду двумя независимыми личностями? – теперь уже Александр задал риторический вопрос.

– То есть это ты понимаешь? – спросил Беня.

– Да, это я понимаю.

– И ты, конечно, понимаешь, что воспоминания хранятся нигде иначе как в голове?

– Ну, естественно.

– Тогда ты поймёшь и то, что я тебе сейчас расскажу…

Беня выдержал короткую паузу и продолжил.

– Когда ты запускаешь на своём компьютере сразу несколько программ, скажем, одна программа воспроизводит твою любимую музыку, вторая скачивает с торрента фильм, который ты собираешься посмотреть вечером, а ты сам в это время сидишь за компьютером и играешь на нём в Quake III Arena или просто раскладываешь пасьянс, то тебе кажется, что все программы работают одновременно. Хотя на самом деле, процессор по очереди выполняет каждую программу, выделяя для каждой квант времени. Но делает он это так быстро, что создаётся иллюзия параллельности и одновременности происходящего. Именно поэтому современный компьютер называется многозадачным.

У меня тоже есть многозадачный компьютер, но не обычный, а квантовый. Мощный многозадачный квантовый компьютер. Когда-то, чуть больше четырёх миллиардов земных лет назад, когда я создал на Земле жизнь, я подключил к нему своё сознание. Ты уже знаешь, что у каждого человека, живущего на Земле, в его головном мозгу среди 150-ти миллиардов нейронов есть одна клетка, которая является квантовым компьютером. Но ты не знаешь о том, что этот квантовый компьютер автоматически соединяется с моим многозадачным, как только человек рождается. А многозадачность моего компьютера заключается в том, что он по очереди подключает моё сознание к голове каждого человека, находящегося на Земле. Частота переключений так высока, что никто из людей этого не замечает, каждый человек ощущает свою жизнь непрерывной, и все люди ощущают себя одновременно. Но каждый из них – это я! И никто этого не знает, потому что в каждой голове хранятся свои воспоминания, которые я получаю в течение жизни каждого человека с момента его рождения. Саша, я «играю в шахматы» с самим собой, но не на одной доске, а со всеми людьми на планете одновременно, ими же и являясь. И при этом нет на Земле никого кроме меня. Если на Земле кто-то рождается – это я. Если на Земле кто-то умирает – это я. Если кто-то страдает – это я. Если кто-то радуется – это тоже я. А теперь вспомни, что ты говорил о справедливости этого мира?

Рождаясь, человек получает душу. Мою душу, и она – единственная во всей Вселенной. Именно поэтому мне дорог каждый человек, живущий на Земле, в независимости ни от цвета его кожи, ни от его национальности, ни от вероисповедания, убеждений, желаний и дел. Потому что каждый из них – это я! Просто будучи в каждом из них, я этого не знаю. Я создал этот мир и я единственно возможный в нём Бенефициар.

Латвийский Государственный Университет

Средняя зарплата рядового инженера при социализме составляла 110 рублей. Чтобы оценить эту сумму, можно сказать, что квартплата за двухкомнатную квартиру составляла 15 рублей в месяц. Расход воды и газа был неограничен. Электроэнергия стоила 4 копейки кВт·ч. Стоимость проезда на общественном транспорте в Риге была: трамвай – 3 копейки, троллейбус – 4 копейки, автобус – 5 копеек. Следует также учитывать, что среднее, высшее, специальное образование и медицина были бесплатными. Буханка чёрного хлеба весила один килограмм и стоила 16 копеек. Килограммовый батон белого хлеба – 20 копеек. Килограмм докторской колбасы стоил 2 рубля 20 копеек, пол-литровая бутылка водки – 3 рубля 62 копейки.

Престижная модель жигулей – LADA (ВАЗ) 2109 цвета неспелой вишни. Цена на чёрном рынке составляла порядка ста тысяч рублей.

Программисты социалистического периода были приучены к написанию программ на бумаге простым карандашом. Большой популярностью пользовались чешские карандаши марки KOH-I-NOOR. Стёрка позволяла легко редактировать программу при её отладке.

Однако различно не только произношение, но и написание некоторых слов, например слово цвет – британское написание colour, американское – color. Слово центр – centre, американское – center.

Cogito, ergo sum – латынь, «Мыслю, следовательно существую». Рене Декарт, французский учёный 17-го века (1596–1650), создатель декартовой системы координат.

PPO – preferred provider organizations – один из самых дорогих типов страховки. Платиновый план – при наступлении страхового случая страховая компания платит около 90% стоимости медицинских услуг.

Рижский Институт Инженеров Гражданского Воздушного Флота.

Закон сохранения энергии – Энергия не возникает из ничего и не исчезает бесследно, она лишь переходит из одной формы в другую.

Группа изучения реактивного движения.

Энтропия замкнутой системы не уменьшается.

Когда компьютер совершает вычисления нас интересует не выполняемая работа, а выполняемые действия. Работа – это затраченная энергия, а действие – это энергия умноженная на время.

Для удобства сначала переводим в двоичную систему: 4⁶⁰⁰ = 2¹²⁰⁰

Для тех, кто хочет вспомнить логарифмы, пишем уравнение: 2¹²⁰⁰ = 10^x

Тогда x=log₁₀(2¹²⁰⁰) ≈ 361,23599…

Для быстрого приблизительного вычисления в уме, имеющуюся степень двойки нужно умножить на 0,3

То есть 1200 * 0,3 = 360

15 000 000 000 лет * 360 дней * 24 часа * 60 минут * 60 секунд = 473040000000000000 ≈ 4,7*10¹⁷