Татарские народные сказки

Золотое перо

ил когда-то на свете один небогатый человек. Была у него жена и сын, по имени Тимур. Заболела жена этого человека и умерла. Остался маленький Тимур сиротой. Погоревал его отец и женился на другой. Мачеха невзлюбила Тимура и всячески обижала его. А когда у неё родился сын, которого назвали Туктаром, бедному сироте и совсем не стало житья.

Растёт Тимур, растёт Туктар, и, когда они подросли, обоих их отдали в медресе[1].

Тимур слушает хальфу[2], всё запоминает, всё понимает. А Туктар ленится, не хочет слушать, всё ему неинтересно, ему бы только бегать.

Люди Тимура хвалят, а о Туктаре говорят:

— Совсем плохой человек из него вырастет!

Слушает это мачеха и ещё злее становится. Решила она извести Тимура, чтобы не слышать, как его все хвалят.

Однажды испекла она пирог, положила в него яду и думает:

«Ну, теперь Тимуру скоро конец придёт!»

А у Тимура был жеребец, которого ему завещала его покойная мать. Как соберётся Тимур в медресе, обязательно зайдёт к нему в конюшню; как вернётся из медресе, опять зайдёт, погладит, расчешет гриву, даст свежего корму.

Зашёл он в конюшню и в этот раз. Видит, жеребец стоит печальный, голову опустил.

Спрашивает Тимур жеребца:

— О чём ты печалишься?

Жеребец отвечает:

— Как же мне не печалиться! Мачеха хочет погубить тебя. Она испекла тебе пирог и положила туда яду. Не ешь этот пирог, брось его дворовому псу!

Вернулся Тимур из медресе, а мачеха и вправду подаёт ему пирог:

— Ешь!

Взял Тимур пирог, а есть не стал. Вышел во двор и бросил этот пирог псу. Пёс проглотил пирог и тут же издох.

Так и не смогла мачеха погубить Тимура.

Много раз мачеха пыталась извести Тимура, только никак это ей не удавалось: всякий раз конь узнавал об её замыслах и предупреждал Тимура.

Стала мачеха тайком следить за ненавистным пасынком и подслушала однажды, как он разговаривает со своим жеребцом. Озлобилась она и думает:

«Так вот кто его всегда обо всём предупреждает! Надо сначала извести этого жеребца, а тогда и с мальчишкой нетрудно будет справиться».

На другое утро мачеха притворилась больной. Лежит на постели, не встаёт, громко охает.

— Что с тобою? — спрашивает её муж.

— Ох, — говорит мачеха, — я тяжело захворала! Видно, умру, если ты не дашь мне лекарство…

— А какое же тебе нужно лекарство от твоей хвори?

Мачеха говорит:

— Ворожея сказала мне, что, если я съем сердце нашего жеребца, опять буду здорова. Не съем — обязательно умру! — И стала она приставать к мужу: — Зарежь для меня этого жеребца!

Муж говорит:

— Как же я зарежу нашего жеребца — ведь его завещала Тимуру его покойная мать, и он ни за что не согласится на это.

А мачеха подговаривает его:

— Ты зарежь жеребца в то время, когда Тимур будет в медресе.

Нечего делать, согласился муж.

— Хорошо, — говорит, — зарежу завтра утром…

Вечером вернулся Тимур из медресе и, как всегда, зашёл к своему жеребцу. Жеребец говорит ему:

— Завтра утром твой отец хочет зарезать меня. Когда он меня выведет из конюшни, я три раза заржу. Ты сейчас же беги на мой голос, а когда прибежишь, проси у отца позволения поездить на мне верхом в последний раз. Если ты сделаешь так, мы оба останемся живы. Если не сделаешь, погибнем оба — и я и ты!

— Хорошо, — говорит Тимур, — всё исполню, как ты говоришь!

Утром, как только Тимур ушёл в медресе, отец вывел из конюшни жеребца и повёл его за дом на пустырь. Тут жеребец заржал громким голосом.

А Тимур сидит в медресе, слушает учителя и не чует беды. Мало ли какой конь ржёт на улице!

Заржал жеребец во второй раз, ещё громче прежнего. Услышал его ржание Тимур, вспомнил, о чём вчера говорил ему жеребец, и стал проситься у учителя домой. А учитель не отпускает его:

— Когда время придёт, тогда и отпущу!

А жеребец заржал в третий раз. Выбежал Тимур из медресе без спросу и побежал домой.

Прибежал он на пустырь и видит — жеребец лежит со связанными ногами, с откинутой головой, а отец стоит над ним с острым ножом в руках: собирается его зарезать.

Стал Тимур просить отца:

— Разреши мне, отец, поездить на моём жеребце в последний раз!

Отец позволил:

— Хорошо, поезди, да только скорее возвращайся!

Сел Тимур верхом на жеребца, а тот, как ветер, понёсся в степь.

Мчались они без отдыха три дня и три ночи. Ночью подскакал жеребец к высокой горе. Видит Тимур — в расселине этой горы что-то светится. Захотелось Тимуру узнать, что это такое. А конь фыркнул и говорит ему:

— Дружок мой Тимур, поедем лучше мимо! Не смотри ты на этот огонек, обойди его стороной.

— Что же это за огонёк и почему его надо обходить? — спрашивает Тимур.

Жеребец говорит:

— Это золотое перо. Если дотронешься до него рукой, мы оба погибнем.

Не послушался Тимур жеребца. Когда они скакали мимо расселины, нагнулся он к золотому перу, схватил его и спрятал за пазуху. Думал он, что жеребец не заметил этого. А жеребец всё видел и сказал ему с укором:

— Сам на себя ты накликал беду! Надо нам теперь торопиться. Если мы не поторопимся и не доедем до Белого царства — погибли оба. Ударь меня скорее по одному боку так, чтобы из другого кровь брызнула, — тогда я помчусь ещё быстрее!

Ударил Тимур жеребца так, как тот ему приказал. И скакнул жеребец сразу через тридевять земель. Глянул Тимур — впереди что-то белеет.

— Что это такое? — спрашивает он жеребца.

Жеребец говорит:

— Это Белое царство. Падишах этого царства владеет большими табунами коней. Главная его забота, чтобы все кони при малом корме были жирными и тучными. Конюхам, которым удаётся раскормить коней падишаха, платят хорошее жалованье — целую тысячу монет. Наймись и ты в конюхи к этому падишаху.

— Как же мне раскормить коней падишаха? — спрашивает Тимур.

Жеребец говорит ему:

— Золотое перо, которое ты взял в расселине горы, имеет чудесное свойство: если ты прикоснёшься им к спине коня, он сразу разжиреет.

Тимур так и решил сделать, как сказал жеребец.

Приехал он в Белое царство, пошёл к падишаху и нанялся в конюхи. А его жеребец превратился в маленького, тощего жеребёнка, такого невзрачного, что на него никто внимания не обращал.

Дал падишах Тимуру коней и говорит:

— Покажи, каков ты конюх!

Через неделю падишах осмотрел коней и видит: у нового его конюха все кони стали жирные, чистые, выхоленные.

Удивился падишах, что все его кони так быстро разжирели. Дал он на откорм Тимуру других коней, а своему визирю приказал подсматривать за ним:

— Узнай, как это он раскармливает наших копей, и обо всём доложи мне.

Спрятался визирь ночью в конюшне и стал подсматривать. Видит он — подошёл Тимур к тощим падишахским коням, прикоснулся к каждому золотым пером, и стали кони жирными, бойкими, так и бьют о землю копытами.

Выбрался визирь из конюшни, побежал к падишаху и рассказал ему всё. Приказал падишах привести к нему Тимура.

Спрашивает падишах:

— Где ты взял это золотое перо?

Тимур не стал от него скрывать — рассказал, где и как нашёл золотое перо. Тогда падишах сказал ему:

— Сумел ты достать это золотое перо — сумей принести мне и ту птицу, которая потеряла его. Если не достанешь, прикажу отрубить тебе голову!

Опечалился Тимур: где же найти ему эту птицу?

Пошёл он к своему жеребцу и рассказал ему, что требует от него падишах.

Жеребец сказал:

— Недаром тогда я не велел тебе брать золотое перо! Вот теперь и начались твои мучения! Ну, да ничего, как-нибудь справимся. Возьми у падишаха побольше белого полотна, и поедем добывать золотую птицу.

Тимур так и сделал. Пошёл к падишаху и сказал:

— Дай мне белого полотна — привезу тебе птицу!

Получил он полотно и вернулся к своему жеребцу. Принял жеребец свой прежний облик и понёс Тимура.

Долго ли, мало ли они ехали, только приехали к дремучему лесу. Остановился здесь жеребец и сказал:

— Выйди на открытое место, накройся полотном и лежи спокойно. Из леса вылетит огненный орёл и сядет тебе на грудь. Схвати его за ногу и крепко держи. Что бы ни делал орёл, не отпускай его! А увидишь золотую птицу — не зевай!

Сказал это жеребец и ускакал.

Тимур сделал всё, как велел ему жеребец: вышел он на открытое поле и накрылся полотном. Лежит и не шелохнётся.

Немного времени прошло — вылетел из леса огромный огненный орёл, покружил над полем и опустился прямо на грудь Тимура. Тут Тимур быстро схватил орла за ногу.

Заклекотал огненный орёл, поднялся ввысь, поднял с собой и Тимура. А Тимур держит его, не выпускает. Кинулся орёл вниз, ударил Тимура оземь, а Тимур не выпускает его ноги.

Три раза поднимался огненный орёл ввысь, три раза бросался камнем на землю — хотел сбросить Тимура, разбить его.

Видит орёл — не освободиться ему от молодого джигита. Поднял он правое крыло — вылетела золотая птица. Увидел Тимур золотую птицу, разжал руки. Орёл взвился вверх и исчез, а Тимур бросился за птицей и поймал её.

Тут подбежал к нему его жеребец, и они поскакали обратно к падишаху Белого царства.

Приехал он к падишаху, отдал ему золотую птицу, а сам отправился на конюшню к своим коням.

Немного времени прошло — призывает падишах Тимура и говорит ему:

— Сумел ты выполнить мой первый приказ, сумей выполнить и второй. Далеко от моих владений есть море, там живёт морская дева невиданной красоты. Привези мне её! Если не привезёшь, быть тебе без головы!

Опечалился Тимур. Пришёл к своему жеребцу и рассказал ему о новом приказании падишаха.

Говорит ему жеребец:

— Недаром я не велел тебе брать золотое перо! Вот теперь тебе и не будет покоя. Ну, да не печалься, привезём падишаху морскую деву. Только ты возьми с собой кувшин с самым лучшим вином, золотой кубок да ковёр.

Выполнил Тимур всё, что велел ему жеребец. А жеребец принял свой прежний облик и понёс Тимура к морю.

Через три дня и три ночи очутились они на морском берегу.

Туг жеребец сказал Тимуру:

— Расстели ковёр на песке, поставь на него кувшин с вином и золотой кубок, а сам спрячься за камень и жди.

Сказал это жеребец и убежал. А Тимур спрятался за камень, притих и стал ждать.

Немного времени прошло — показалась из воды прекрасная молодая девушка с гребнем в руках. Выплыла она на берег и стала расчёсывать свою косу. Потом увидела кувшин с вином, налила вина в кубок, выпила глоток и легла на ковёр.

В тот же миг Тимур выбежал из-за камня, завернул её в ковёр и кликнул своего жеребца.

Прискакал жеребец. Тимур уселся на него верхом, положил поперёк седла морскую деву и помчался к падишаху Белого царства.

Увидел падишах морскую деву, захотел жениться на ней. А морская дева не соглашается стать его женой.

— Пусть тот, кто привёз меня сюда, пригонит и табун моих коней, что живут в море! Только тогда и выйду за тебя замуж, — говорит она падишаху.

Призвал падишах Тимура и приказывает ему:

— Отправляйся сейчас же к морю и пригони сюда табун морских коней. Если не пригонишь, прикажу снести тебе голову с плеч!

Опять Тимур идёт к своему верному жеребцу за помощью:

— Приказал мне падишах пригнать к нему табун морских коней. Как мне быть?

Жеребец говорит:

— Это дело куда потруднее будет. Да делать нечего, надо ехать. Только смотри выполни всё, что я тебе сейчас скажу. Как приедем мы на берег моря — увидим табун морских коней. Впереди них ходит пёстрая кобылица. Эти морские кони — её дети. Сумей накинуть петлю ей на шею и крепко держи. И от себя не отпускай, и к себе не подпускай. Подпустишь — убьёт тебя кобылица. Сумеешь удержать — весь табун за тобою пойдёт. Упустишь — не видать тебе больше никогда морских коней!

Велел жеребец Тимуру взять у падишаха длинный шест с петлёй на конце, и они отправились в путь.

Через три дня и три ночи приехали они к морю. Спрятались за камни и стали ждать.

Скоро из моря вышла большая пёстрая кобылица, а за нею целый табун.

Когда они все вышли на берег, Тимур выскочил из-за своего укрытия, подбежал к пёстрой кобылице и ловко набросил ей петлю на шею. Стала кобылица бить копытами о песок, стала громко ржать. Хотела она вырваться, убежать, да не могла. Хотела подбежать к Тимуру, убить его, а он держит крепко свой длинный шест — не подпускает её близко к себе.

Долго билась пёстрая кобылица — и подскакивала, и пятилась назад, и пыталась схватить зубами Тимура, а он и не отпускает её, и к себе не подпускает.

Обессилела пёстрая кобылица, перестала скакать и рваться. Тут Тимур вскочил на своего жеребца и потащил за собою пёструю кобылицу, а за ними вслед помчался и весь табун.

Пригнал Тимур ко двору падишаха табун и говорит:

— Ну вот, выполнил я то, что ты мне приказывал!

А морская дева говорит Тимуру:

— Теперь ты выдои всех моих кобылиц!

Пошёл Тимур за советом к своему жеребцу и спрашивает:

— Как мне быть теперь?

Жеребец говорит:

— Эти кобылицы не простые, просто тебе их не выдоить. Ты подставь под каждую морскую кобылицу по ведру, потом возьми кнут и ударь каждую — они сами сразу и выдоятся.

Послушался Тимур своего жеребца, сделал всё так, как он велел. Морские кобылицы сами и выдоились.

Удивилась морская дева, что у Тимура всё получается. Что заставишь сделать — всё сделает, лучше и не надо.

Приказала она принести огромный котёл, слила всё молоко морских кобылиц в этот котёл и велела разложить под котлом костёр.

Когда молоко закипело ключом, морская дева подошла к котлу и будто нечаянно уронила в него своё кольцо. Потом подозвала Тимура и говорит ему:

— Если ты достанешь моё кольцо из кипящего молока, я выйду за тебя замуж. А если не достанешь — прощайся с жизнью!

Опечалился Тимур, пошёл к своему верному жеребцу и спрашивает его:

— Научи, как мне достать кольцо из кипящего молока и самому не свариться!

Жеребец говорит:

— Ступай в лес, найди большую берёзу. Под этой берёзой увидишь траву, всю покрытую росой. Натрись этой травой, и тогда тебе не будет страшен никакой кипяток!

Тимур сейчас же отправился в лес, разыскал большую берёзу, а под ней нашёл траву, всю покрытую росой. Натёрся он этой травой и вернулся во дворец. Подошёл к кипящему котлу, нырнул в него и вынырнул обратно с кольцом морской девы.

Позавидовал падишах ловкости и удаче Тимура и говорит морской деве:

— Я и сам могу достать твоё кольцо из кипящего молока. Это дело нетрудное!

Сняла морская дева кольцо с пальца и опять бросила в котёл. Падишах нырнул за кольцом, а обратно не вынырнул — сварился до смерти.

Морская дева, недолго раздумывая, вышла замуж за Тимура, и стали они жить хорошо и счастливо. А с ними живёт и верный жеребец, который много раз спасал нашего джигита от смерти.

Камыр-батыр

или в давние-предавние времена на свете старик со старухой. Хорошо они жили, но вот беда — не было у них детей.

Однажды старуха пекла белеши[3], а старик сидел возле неё и смотрел. Потом взял он кусок теста и говорит:

— Нет у нас сыночка… Сделаем-ка себе мальчика хоть из теста!

Слепили они из теста мальчика, положили его на лавку, а сами занялись делом: старуха пошла корову доить, старик отправился во двор рубить дрова.

Когда они вернулись в дом, оба очень удивились — стоят, глазам своим не верят: тестяной мальчик ожил, сидит на полу, смеётся да играет с козлёнком.

— Как же нам назвать нашего сынка? — спрашивает старуха.

— Сделали мы его из теста, пусть он и называется Камыр![4] — говорит старик.

Стал Камыр расти не по дням, а по часам. За один месяц так вырос, как другой и за целый год не вырастет. И сил у Камыра с каждым днём прибывает.

Вышел Камыр как-то раз на улицу поиграть, стал бороться с мальчишками. Поднял одного и подбросил выше дерева. Упал мальчишка на землю, лежит, подняться не может. Подбежали к Камыру другие ребята, хотели его побороть, на землю повалить, да не могли: он сам всех раскидал, повалил. Лежат мальчишки на земле, охают.

Собрались жители аула, пришли к старику жаловаться на Камыра, в один голос твердят:

— Куда хочешь, туда и девай своего сына, только чтобы в нашем ауле больше его не было! Не то он всех наших ребят покалечит!

Нечего делать, пришёл старик домой и говорит Камыру:

— Придётся тебе, сынок, уходить отсюда.

— Не горюй, отец! — говорит Камыр. — Пойду я в дальние края, посмотрю, как там люди живут. Дай мне только дубинку на дорогу.

Принёс старик дубинку. Камыр опёрся на неё, а дубинка разломилась пополам.

— Не годится эта дубинка, — говорит Камыр. — Поди закажи кузнецу железную дубинку.

Пошёл старик к кузнецу, велел выковать железную дубинку.

Испробовал Камыр дубинку и говорит:

— Вот эта хороша: не гнётся, не ломается! Можно теперь с ней и в путь отправляться.

Напекла старуха Камыру лепёшек на дорогу, попрощался он и ушёл из аула.

Шёл он, шёл и дошёл до леса. Идёт по лесной дороге и видит: ковыляет ему навстречу человек, а ноги у этого человека связаны, словно у коня, которого на луг пастись выпустили.

Удивился Камыр и спрашивает:.

— Почему это у тебя ноги связаны? Кто это связал тебя?

— Никто меня не связывал, — отвечает человек, — я сам их связал. Если я сниму с ног ремни, то зашагаю гак быстро, что меня даже птица не догонит!

— А куда ты идёшь?

— И сам не знаю, куда иду!

— Пойдём со мной!

Пошли они вдвоём. Шли, шли и повстречали человека. Сидит этот человек на краю дороги, зажимает себе нос пальцами.

Почему это ты нос зажимаешь? — спрашивает его Камыр.

— Как мне не зажимать нос! — говорит человек. — Стоит мне одну ноздрю чуть приоткрыть — поднимается такой ветер, что во всей округе мельницы начинают крутиться. А уж если обе ноздри открою, беда будет — вся земля закачается!

— Хочешь с нами идти? — спрашивает Камыр.

— Хочу!

Пошли они втроём. Идут по дороге, повстречали белобородого старика. На голове у старика шапка надета, и не как у всех, а набекрень: на одном ухе держится.

— Почему ты, бабай[5], носишь шапку набекрень? — спрашивает Кам-ыр.

— Мне по-другому носить её нельзя, — говорит старик. — Если я надену шапку на всю голову — поднимется вьюга, а если надвину шапку до бровей — вся земля льдом покроется.

Удивился Камыр и говорит:

— Пойдём с нами, бабай!

Пошли они дальше вчетвером и увидели стрелка. Стоит этот стрелок, целится из лука во что-то, а во что — не видно.

— Во что ты целишься? — спрашивает его Камыр.

— Вон на склоне той горы, — отвечает стрелок, — за шестьдесят вёрст отсюда, на ветке сидит муха.

Я хочу прострелить ей левый глаз.

Подивился Камыр и взял стрелка с собою.

Пошли они впятером и увидели какого-то старика. Сидит этот старик на корточках, пересыпает землю с ладони на ладонь.

Спрашивает его Камыр:

— Что это ты делаешь, бабай?

— Сюда насыплю, — отвечает старик, — тут гора поднимется, туда насыплю — там гора поднимется!

И этого старика взял Камыр с собою.

Пошли они вшестером и пришли в большой город. Узнал Камыр, что у хана этой страны есть дочка-красавица. Пошёл ом со своими товарищами к хану, стал сватать его дочку. А хану не хочется выдавать дочку за неизвестного джигита. Стал он всякие отговорки придумывать, чтобы от Камыра как-нибудь отделаться.

— Пусть, — говорит, — кто-нибудь из вас обгонит моего скорохода, тогда можно будет и о сватовстве поговорить.

— Что ж, — отвечает Камыр, — мы от этого не откажемся.

Позвал хан своего лучшего скорохода и приказал ему бежать до высокой горы. Помчался ханский скороход изо всех сил.

Тогда бегун Камыра не спеша снял с ног ремни и пустился вдогонку. Он быстро обогнал ханского скорохода, примчался к горе, лёг на траву и стал поджидать, когда ханский скороход прибежит. Ждал, ждал, да и заснул крепко.

Прибежал ханский скороход к горе и повернул скорее обратно.

А тот бегун всё спит…

Смотрят все — заклубилась на дороге пыль, возвращается ханский скороход!

Забеспокоился Камыр, говорит стрелку:

— Видно, заснул наш бегун! Этак мы и проиграть можем. Стрельни-ка в него, разбуди скорее!

Стрелок снял с плеча лук, прицелился и пустил стрелу. И так метко пустил, что стрела задела только самый кончик уха у спящего бегуна. Проснулся бегун, бросился вперёд и в один миг обогнал ханского скорохода.

Видит хан, что ничего не вышло у него из этой затеи: не смог отделаться от Камыра.

— Хорошо, — говорит, — теперь можно и о сватовстве подумать. А пока сходите вы все в мою баню да вымойтесь хорошенько!

Не догадался Камыр, что хан задумал их погубить. Пошёл со своими товарищами в чугунную ханскую баню.

Только они вошли в баню, хан приказал запереть её крепко и обложить со всех сторон дровами. Наносили ханские слуги дров и подожгли их. Запылали сухие дрова, накалилась баня докрасна.

— Теперь они живыми не выйдут! — говорит хан.

Как только в бане стало жарко, Камыр сказал белобородому старику:

— Ну-ка, бабай, надень свою шапку на голову!

Старик надел шапку на макушку, и сразу в бане поднялась вьюга. Но и она не могла остудить баню. Тогда Камыр попросил старика надвинуть шапку до бровей. Стены бани тут же остыли и покрылись толстым слоем льда.

Наутро хан приказал отпереть баню, да так и обмер: и Камыр и все его товарищи остались живы и здоровы.

Подошёл Камыр к хану и сказал:

— Хотел ты нас погубить, да не сумел! Говори мне прямо: отдашь свою дочь за меня или нет?

— Нет, — ответил хан, — по своей воле я за тебя дочь не отдам. Попробуй, если сумеешь, взять её силой!

Сказал хан эти снова и подал знак своим слугам.

Набросились на Камыра и его товарищей ханские слуги. Началась схватка, и такая жаркая, что под ногами у них все кочки сровнялись, а ровная земля взбилась кочками.

Бились они целый день, бились весь вечер, бились целую ночь.

Надоело это Камыру. Велел он своему товарищу, который нос зажимал, дунуть посильнее.

Приоткрыл тот ноздрю, и поднялся такой ураган, что все ханские слуги взлетели на воздух, как пыль.

Тут старик, пересыпавший землю с ладони на ладонь, сказал:

— Сюда насыплю — тут гора поднимется, туда насыплю — там гора поднимется!

Поднялись две высокие горы и засыпали ханских слуг.

А хан всё не унимается — зовёт своих воинов.

Прибежали воины, кинулись было на Камыра, а он взмахнул своей железной дубинкой и разогнал их всех.

Испугался хан и выдал свою дочку за Камыра-батыра. Посадили батыры невесту на быстрого коня и увезли к родителям Камыра.

Тридцать дней пировали, сорок дней свадьбу справляли, гостей мясом неродившейся кобылицы угощали! И я на той свадьбе был — из пустого ковша мёд пил.

Одиннадцатый сын Ахмет

давние времена жили муж с женой, люди не бедные и не богатые; работали они не покладая рук и тем добывали пропитание и себе и детям, своим десяти сыновьям.

Когда сыновья подросли, они стали во всём помогать отцу и матери. Все они были смышлёные и храбрые джигиты и всё мечтали о путешествиях в далёкие страны. Родители не отговаривали их, не удерживали дома и говорили: «Ну что ж, отправляйтесь в чужие края, если вам так этого хочется!»

Собрались братья, простились с родителями и ушли. А незадолго до этого родился одиннадцатый сын; назвали его Ахметом. Когда братья ушли из дому, он был совсем маленьким.

Ушли десять братьев и пропали без вести. Где они, никто не знает. Нет о них даже и слуха.

А одиннадцатый сын Ахмет растёт год за годом. Растёт он озорным, шаловливым мальчиком. Всех своих ровесников задирает. Как завидят они его — поскорее прятаться. Боятся ему на глаза попасться.

Однажды какой-то старик говорит Ахмету:

— Твои братья не были такими задорными. Ты оказался куда храбрее их всех!

Удивился Ахмет:

«Неужели у меня были братья?»

Пришёл он к матери, спрашивает:

— Скажи, мать, разве у меня были братья?

Побоялась мать сказать ему правду: узнает Ахмет, что десять его братьев ушли куда-то, — пожалуй, и сам захочет уйти. Отвечает ему:

— Нет, сынок, не было у тебя братьев.

Не стал Ахмет больше расспрашивать, пошёл на улицу играть.

Прошло ещё немного времени. Исполнилось одиннадцатому сыну Ахмету пятнадцать лет. В это время он был уже рослым, сильным джигитом, куда крепче и выше своих братьев.

Играет ли Ахмет, делает ли что, а всё не может забыть слова старика о братьях.

Вернулся он однажды домой и стал опять выспрашивать мать:

— Скажи мне правду: ведь были же у меня братья? Почему же ты скрываешь от меня это? Если они были, расскажи мне, какие они и где они сейчас.

Прослезилась старая мать и сказала:

— Были у тебя братья, сынок. Было их десять. Все они были добрые и хорошие джигиты. Когда младшему исполнилось восемь лет, старший брат взял их всех с собой и увёл в чужие края. Ты родился в этот самый год. Прошло уже пятнадцать лет с того дня, как они ушли, и ни одной весточки мы не получили от них. Мы даже не знаем, где они сейчас. Живы ли они или все умерли, ничего я о том не знаю…

И мать горько заплакала.

Одиннадцатый сын Ахмет говорит:

— Не плачь, дорогая мать, я разыщу их!

Стал он собираться в дорогу. Мать и отец упрашивают его:

— Не ходи! Не оставляй нас! Как мы одни будем жить?

А он говорит:

— Не могу я оставаться здесь! Я должен найти моих братьев!

Взял Ахмет на дорогу немного хлеба, попрощался с родителями и отправился разыскивать братьев.

Шёл он долго, миновал много мест. Скоро он съел всё, что взял из дому, и пришлось ему просить хлеб у людей. А когда шёл он далеко от селений, ел только разные коренья да яйца, которые находил в птичьих гнёздах.

Так и шли неделя за неделей, месяц за месяцем, год за годом. Исходил Ахмет много дорог, миновал много селений и пришёл к дремучему лесу.

Когда он вошёл в лес, спустилась уже тёмная ночь. Но Ахмет не остановился на ночлег: понадеялся он на свою силу и выносливость, и продолжал путь.

«Нечего мне бояться», — думает.

Идёт он по лесу в густой ночной темноте и видит: сверкает вдалеке маленький огонёк. Пошёл Ахмет на этот огонёк. Шёл, шёл — и вышел к большому дворцу.

Попросил Ахмет у стражников разрешения войти во дворец. Стражники его впустили. Заходит он во дворец, а во дворце, кроме одной страшной старухи, никого нет. Поздоровался Ахмет со старухой и спрашивает:

— Кто ты такая, бабушка?

— Я из рода джиннов[6], — отвечает старуха. — А из какого рода будешь ты?

Ахмет говорит:

— Я из рода людей.

— Если ты из рода людей, — молвила старуха, — то зашёл сюда по ошибке.

— Нет, — отвечает джигит, — я зашёл сюда не по ошибке. Я увидел издалека огонёк, пошёл на него и вот пришёл в этот дворец.

Старуха говорит:

— Может быть, это и так. Но одно дело — войти, а другое дело — выйти. Вряд ли ты выйдешь отсюда живым!

— Почему ты так говоришь? — спрашивает джигит.

Старуха отвечает:

— У меня есть одиннадцать сыновей, все они свирепые и беспощадные. Вернутся они домой и сразу же растерзают тебя.

Джигит говорит:

— Не растерзают сразу — прежде захотят узнать, кто я такой! А ты, бабушка, пока накорми меня, я в пути сильно проголодался.

Старуха говорит:

— Я приготовила много еды к возвращению моих сыновей. Будет и на твою долю. Садись ешь!

Подала она Ахмету еды. Он съел и просит:

— Дай мне ещё, я не наелся!

Принесла ему старуха ещё.

Он съел всё до крошки и опять просит:

— Дай ещё, очень я голоден!

Принесла ему старуха еды ещё, а Ахмет никак не может насытиться.

— Не наелся я! — говорит и просит ещё.

Наконец насытился он и лёг спать.

Перед самым утром возвращаются домой сыновья старухи.

Повёл младший носом и спрашивает:

— Мать, откуда это человеческим духом пахнет?

Старуха отвечает:

— К нам забрёл какой-то путник. Я накормила его, и сейчас он спит.

Тут сыновья старухи закричали:

— Подавай нам его сюда скорее! Сейчас мы его съедим!

А старший из них говорит:

— Нельзя убивать путника, пока мы не узнаем, кто он такой. Может быть, он окажется полезным для нас человеком!

Пошли сыновья старухи к Ахмету, разбудили его:

— Кто ты и куда ты идёшь?

Ахмет говорит:

— У меня было десять братьев. Они уже давно ушли из дома, вот я и иду разыскивать их. А теперь скажите сами, кто вы такие и чем вы занимаетесь?

Сыновья старухи говорят:

— Мы из рода джиннов. А занимаемся мы только тем, то добываем себе пищу. Ничего другого нам больше и не нужно. Но всё же есть у нас одно желание, только мы никак не можем выполнить его.

Ахмет спрашивает:

— Что же это за желание?

Братья-джинны говорят:

— Недалеко отсюда живёт один падишах. У него одиннадцать дочерей. Мы хотим похитить, унести их, но не можем сделать этого. В городе этого падишаха живут десять джигитов. Все они ловкие и сильные и тоже хотят жениться на дочерях падишаха. Мы всё время бьёмся с этими десятью джигитами, да никак не можем одолеть их.

Ахмет говорит:

— Я помогу вам унести дочерей падишаха, только вы дайте мне свободу!

Услышали братья-джиниы эти слова и очень обрадовались. Не знают, куда посадить Ахмета, чем его угостить, — до того он стал для них дорогим и милым.

Накормили они, напоили Ахмета и спрашивают его:

— Что тебе нужно для того, чтобы поехать в этот город?

Ахмет говорит:

— Дайте мнe побольше денег да запрягите для меня тройку хороших, быстрых коней. Я поеду в тот город и перебью джигитов, которых вы сами никак не можете побороть!

Удивились братья-джинны, однако прежде решили испытать силу Ахмета. Говорят они ему:

— Давай поборемся! Покажи нам, насколько ты силён и ловок.

Стали они бороться. Ни один из братьев-джиннов не мог устоять против Ахмета: он их всех поборол. Видят братья-джинны, что он и в самом деле силён. Собрали они всё, что нужно, и отправили Ахмета в путь.

Едет Ахмет в город падишаха, а сам думает:

«Не встречу ли я в этом городе моих братьев? Может быть, это они там живут?»

Приезжает он в город на тройке коней и спрашивает прохожих, не знают ли они, где живут десять храбрых джигитов. Один человек говорит ему:

— Я тебя провожу!

Привёл он его на окраину города и говорит:

— Видишь вон тот дом — без ограды, без ворот? Ты поезжай туда и найдёшь тех джигитов.

Разыскал Ахмет этот дом и вошёл в него. Видит, сидит в доме один человек. Поздоровался с ним Ахмет и спрашивает:

— Кто здесь живёт?

Хозяин дома отвечает:

— Живём здесь мы — я и мои братья. Нет у нас ни жён, ни родителей.

Спрашивает его Ахмет:

— Из какой вы страны?

— Я уж забыл, из какой мы страны, — отвечает хозяин. — От одной матери родилось нас десять сыновей. Я самый младший из них.

Рассказал это хозяин дома Ахмету и, в свою очередь, спрашивает его:

— Скажи теперь и ты, джигит, из какой ты страны приехал сюда?

Одиннадцатый сын Ахмет отвечает:

— Когда вернутся твои братья, тогда и скажу. А сейчас скажу только одно: я искал вас очень долго, прошёл много стран…

Скоро вернулись домой все девять братьев. Взглянули они на Ахмета, подивились его крепости и росту и спрашивают:

— Из какой страны ты пришёл сюда, джигит?

— Я пришёл сюда из дальней страны, — отвечает им Ахмет.

И рассказал о себе всё: из какой он деревни, кто его отец и мать, рассказал, кого он разыскивает. Выслушали братья его рассказ, сами не свои стали от радости и закричали все разом:

— Так ты наш одиннадцатый брат! Тебя зовут Ахмет, ты родился в тот самый год, когда мы ушли из дома!

Стали они плакать, стали обнимать Ахмета. А он от радости голову потерял: и плачет, и смеётся, а сам только одно твердит:

— Ох, нашёл я наконец моих братьев!

После этого усадили его братья за стол, стали угощать. Пьёт, ест Ахмет, а сам рассказывает о своих дорожных приключениях. Рассказал он и о том, как попал во дворец братьев-джиннов и как они прислали его в этот город.

— Не с вами ли, — спрашивает, — бьются эти джинны?

— С нами, — отвечают братья.

Ахмет говорит:

— Мы должны победить этих джиннов.

Стали они держать совет, как освободиться от этих джиннов, которые не дают им жить спокойно.

— Избавиться от них можно только при помощи какой-нибудь хитрости, — говорит Ахмет.

Все десять братьев согласились с ним и сказали:

— Вернись к джиннам, но не говори им, что нашёл нас.

Возвратился Ахмет во дворец джиннов и сказал им:

— Видел я джигитов, с которыми вы так долго бьётесь. Разве это батыры? Да они все от одного удара, как щепки, разлетятся!

Обрадовались джинны, стали торопить Ахмета:

— Пойдём скорее в город, убьём тех джигитов и утащим дочерей падишаха!

Дали джинны Ахмету самый острый свой меч, вооружились все и отправились на битву с десятью джигитами.

Глубокой ночью подкрались они к дворцу падишаха и остановились под окнами.

— Девушки живут вон в тех комнатах, — сказали джинны, — пробраться к ним можно только через окно.

— Что нужно для этого сделать? — спрашивает Ахмет.

Джинны дали ему верёвочную лестницу и сказали:

— Закинь эту лестницу и поднимись по ней.

Ахмет закинул лестницу и проник в комнату девушек.

Скоро джинны услышали его голос:

— Пусть один из вас поднимется ко мне!

Первым взобрался на лестницу самый старший джинн. Только он студил ногой на подоконник, как Ахмет снёс ему голову мечом.

Потом высунулся из окна и сказал джиннам:

— Пусть кто-нибудь из вас поднимется ко мне!

Взобрался по лестнице второй джинн. Только ступил ногой на подоконник — свалился без головы.

Один за другим поднимались джинны по лестнице, и каждый лишался своей страшной головы.

Так Ахмет уничтожил всех джиннов, выбросил их тела, головы свалил перед дворцом падишаха, а сам вошёл в комнату девушек.

Все одиннадцать дочерей падишаха даже и не слышали, как Ахмет расправлялся с джиннами.

Ахмет осторожно снял с рук спящих девушек их именные золотые кольца, спустился по лестнице и отправился к своим братьям. Рассказал он им, как уничтожил джиннов, и лёг спать.

А надо вам знать, что джинны эти причиняли много вреда и падишаху и всем жителям города. Они постоянно грабили и разоряли людей, всячески мучили их и не давали им покоя. Люди были в отчаянии и не знали, что им делать. Батыры падишаха много раз пытались вступить в битву с джиннами, но победить их никак не могли.

У падишаха было пять сильных батыров, и падишах говорил им всё время:

— Если вы освободите нас от джиннов, я вас женю на пяти моих дочерях!

Батырам очень хотелось стать зятьями падишаха, только они никак не решались вступить в битву с джиннами и всё откладывали да откладывали день битвы.

Утром того дня эти батыры проходили мимо дворца падишаха и увидели порубленные тела страшных джиннов. Батыры сказали:

— Пойдём к падишаху и скажем ему, что мы ночыо убили джиннов!

Побежали они к падишаху, сели у его дверей и стали дожидаться, когда он проснётся и выйдет. Как только падишах появился, батыры все разом сказали:

— Мы убили джиннов! Теперь ты спасён от них!

И они стали хвастаться и выдумывать разные небылицы — как храбро они бились ночью с джиннами. После этого батыры потребовали у падишаха, чтобы он выдал за них своих дочерей.

Падишах ласково похлопал каждого из них по плечу и сказал:

— Я исполню своё обещание и выдам за вас своих дочерей. Пусть каждый из вас выберет ту, которая ему нравится.

Батыры сейчас же выбрали себе по девушке, и каждый из них сказал:

— Вот эта мне нравится!

Падишах на радостях не стал откладывать и сейчас же объявил день свадьбы. Пригласили на свадьбу всех — от самых малых детей до самых древних стариков.

Подошёл день свадьбы. Со всех концов сошлись и съехались гости. Все с почтением смотрят на батыров, победителей джиннов. А батыры важно сидят на почётных местах, будто они и вправду побили джиннов.

Когда гости собрались, падишах осмотрел всех и спрашивает:

— Все ли собрались сюда по нашему приказу?

Поднялся один из гостей со своего места и сказал:

— О великий падишах, здесь почему-то не видно тех десяти молодых джигитов, которые живут на окраине города!

Падишах приказал своему визирю:

— Ступай и приведи их!

Пришёл визирь к братьям и говорит им:

— Идите к падишаху: он сегодня выдаёт своих дочерей замуж за батыров.

А братья не хотят идти, отказываются:

— Не пойдём пешком! Если у падишаха такая большая свадьба, пусть он пришлёт за нами лошадей.

Вернулся визирь во дворец и говорит:.

— Не идут они. Хотят, чтобы ты прислал за ними лошадей.

Обиделся падишах, вызвал десять стражников и приказал привести братьев-джигитов силой.

Пришли стражники падишаха к джигитам, хотели их схватить. А джигиты девять стражников из десяти заперли в амбар, а десятого послали обратно к падишаху со словами:

— Пусть он не пугает нас своими стражниками! Нам и всё его войско не страшно.

Принёс стражник ответ падишаху. Рассердился падишах, да не захотелось ему расстраивать свадьбу. Приказал он своим слугам:

— Заложите тройки, пошлите за ними!

Когда джигиты приехали и заняли места, падишах опять спросил:

— Все ли теперь пришли на свадьбу?

— Теперь все собрались, — отвечают ему.

Тогда падишах обратился к гостям и сказал:

— Пусть все знают, почему мы устроили эту свадьбу. У меня есть пять храбрых батыров. Эти батыры убили одиннадцать страшных джиннов, лютых моих врагов, разорителей моих владений. В благодарность за это я выдаю сегодня за славных батыров моих пятерых дочерей!

Гости ликуют, прославляют батыров.

Когда кончился свадебный пир, одиннадцать дочерей падишаха стали обносить гостей сладким шербетом и винами из погребов падишаха.

Подходит младшая дочь падишаха к одиннадцатому сыну Ахмету, подаёт ему кубок с шербетом. Смотрит девушка и удивляется: джигит принимает кубок не правой рукой, а левой.

— Нет, джигит, — говорит девушка, — так не полагается. Возьми кубок правой рукой.

Протянул Ахмет правую руку. Тут младшая дочь падишаха увидела на его пальце своё именное золотое кольцо. Запомнила девушка этого джигита, ничего ему больше не сказала и пошла обносить других гостей.

А вслед за этой дочерью падишаха поднесла Ахмету кубок вина и другая его дочь, и третья, и четвёртая… Разгорячился джигит, поднялся с места и сказал:

— Хочется мне знать, великий падишах, что за люди твои батыры. Пусть они покажут всем нам, что они настоящие батыры: попробуют поднять хоть одну голову джинна из тех, которые, по их словам, они отсекли!

Падишах говорит старшему из пяти батыров:

— Подними голову джинна, покажи её нашим гостям!

Подходит батыр к голове джинна, пробует поднять её, тужится, упирается в землю ногами, а сдвинуть с места не может.

Подходит второй батыр, хватается за голову джинна, все силы свои напрягает, посинел, жилы у него от натуги надуваются, а сдвинуть её с места не может. Подходит третий батыр, четвёртый, пятый — ничего у них не получается. Тогда они пробуют поднять голову джинна вдвоём — не могут! Втроём — опять не могут! И впятером тоже не могут поднять.

Подходят батыры к падишаху и говорят:

— Надо голову джинна на лошадях привезти!

Услышал это Ахмет и говорит батырам падишаха:

— Как же вы убили джиннов, если даже одну отрубленную голову впятером не можете поднять?

Подходит Ахмет к падишаху:

— Разреши, великий падишах, показать, кто на самом деле убил этих джиннов!

Падишах говорит:

— Покажи!

Тогда Ахмет подошёл к головам джиннов, выбрал самую большущую голову, схватил одной рукой за ухо и подбросил ее в воздух, а другой рукой подхватил.

Принёс к гостям и спрашивает:

— Видите теперь, кто убил джиннов?

Все гости кричат:

— Видим! Видим!

Тут Ахмет потребовал, чтобы вышли и встали рядом с ним и десять его братьев.

А падишах не знает, что и делать: то встанет, то сядет, то побежит, то заковыляет обратно на своё место, а потом как закричит:

— Бросить обманщиков в подземелье!

Схватили слуги батыров-обманщиков и бросили их всех в подземелье.

Как увидели гости на руках одиннадцати братьев-джигитов кольца с именами дочерей падишаха, ещё больше поверили в правдивость слов Ахмета. А падишах стал просить у братьев прощения:

— Простите меня, батыры, я не знал, кто вы такие, поэтому и не оказал вам почести! Эти лжецы и негодяи обманули меня, для того чтобы жениться на моих дочерях. Да только не бывать этому! Моих дочерей я выдам замуж за настоящих батыров! У нас всё к свадебному пиру готово!

Принялись гости славить братьев-джигитов. А падишах увидел, что на джигитах плохая, бедная одежда, увёл их с собой и дал им самые лучшие, праздничные наряды.

Вернулись джигиты к гостям, и пошёл пир!

Когда свадебные пиршества кончились, падишах построил для каждого брата по отдельному дворцу и поселил их там с молодыми жёнами. А Ахмета с младшей дочерью оставил у себя.

Стали все жить в любви и согласии, лучше и не надо.

В один из прекрасных дней Ахмет решил вместе с женой отправиться на охоту.

Только они подъехали к лесу, поднялся вдруг сильный ветер и на небе появилась тяжёлая, чёркая туча. Опустилась эта туча на землю, окутала Ахмета и унесла его. Осталась молодая жена одна.

Прибежала она в испуге к отцу и рассказала ему обо всём. Поплакали они вместе, погоревали, а больше ничего не могли поделать.

Оставим их и расскажем об Ахмете.

Утащила его не чёрная туча; утащил, приняв облик тучи, дед тех джиннов, которым Ахмет отсек головы. Он был падишахом всех джиннов. Этот падишах джиннов принёс Ахмета в свой дворец, который стоял за высокими снежными Каф-горами, окаймляющими землю, и говорит Ахмету:

— Ну, попался ты теперь в мои руки! Давно я подстерегал тебя!

Заковал старый джинн ноги и руки Ахмета в цепи и бросил в тёмное подземелье под дворцом.

А надо знать, что падишах джиннов унёс Ахмета не для того, чтобы мстить ему за своих внуков. Он был уже давно влюблён в дочь падишаха Солнца и всячески пытался похитить её, но никак это ему не удавалось. Дочь падишаха Солнца была невиданной красоты. Падишах говорил:

— Выдам я мою дочь только за того, кто приведёт мне коня — золотые копыта из конюшни падишаха Алмаза.

Много раз падишах джиннов пытался увести этого коня — золотые копыта, только все его старания были напрасны. Поэтому-то падишах джиннов и решил воспользоваться помощью такого ловкого и смелого джигита, как Ахмет. Спустился он к нему в подземелье и сказал:

— Вот находишься ты в моих руках, и я могу погубить тебя. Если же ты приведёшь мне коня — золотые копыта из конюшни падишаха Алмаза, я отпущу тебя домой!

— Хорошо, — говорит Ахмет, — достану для тебя этого коня.

Рассказал падишах джиннов Ахмету, как добраться до владении падишаха Алмаза, и отпустил его.

Отправился Ахмет в путь. Много он миновал земель, поднимался на высокие горы и переваливал через них, пробирался через дремучие леса и широкие реки. Наконец он так обессилел, что не мог идти дальше. Сел Ахмет у развилки дорог; сидит, отдыхает. Вдруг подходит к нему какой-то старик и спрашивает:

— Куда идёшь, сынок?

Ахмет отвечает ему:

— Я, бабай, иду за конём — золотые копыта, который стоит в конюшне падишаха Алмаза.

Старик говорит:

— Сынок мой, ты взялся за очень трудное дело! Увести этого коня трудно. Но я научу тебя. Когда откроешь дверь конюшни, ты увидишь на стене узду. Конь красив, а узда куда красивее его! Но ты смотри не зарься на эту узду, не трогай её. Эта узда прикреплена к струнам с колокольчиками во дворце падишаха Алмаза. Достань где-нибудь свою узду и на ней выведи коня из конюшни.

Сказал старик эти слова и исчез.

Встал Ахмет и отправился дальше.

Долго он ещё шёл, много мучений перенёс в пути и наконец пришёл ночью во владения падишаха Алмаза. Подошёл ой к падишахской конюшне, открыл дверь и увидел коня невиданной красоты. Взглянул на стену — и увидел узду; а как увидел — не мог удержаться, снял её и хотел было вывести коня. Но только он прикоснулся к узде, во дворце падишаха зазвенели струны и колокольчики. Выскочили стражники падишаха Алмаза, схватили Ахмета и посадили в зиндан [7].

Когда утром падишах Алмаз проснулся, стражники привели к нему Ахмета и сказали:

— Вот мы поймали вора. Он хотел увести твоего коня — золотые копыта!

Падишах Алмаз покачал с укоризной головой и говорит Ахмету:

— Эх ты, красавец джигит! Не так-то просто увести моего коня! И до тебя пытались увести его, только никому это не удавалось. Если ты хочешь получить этого коня, поди к падишаху Месяцу. У него есть чудесный золотой соловей. От зари до зари он заливается песнями, поёт не умолкая. Привези мне этого золотого соловья, и тогда я отдам тебе моего коня добром!

Что делать Ахмету? Отправился он к падишаху Месяцу за чудесным золотым соловьём.

Шёл он не останавливаясь, много вытерпел разных лишений и невзгод, терпел холод и голод и под конец совсем выбился из сил. Остановился у развилки дорог; сидит, отдыхает. Вдруг подходит к нему тот же самый старик и говорит:

— Как твои дела, сынок мой? Удалось ли тебе увести коня — золотые копыта?

— Нет, бабай, не удалось, — отвечает Ахмет. — Я не послушался тебя, не удержался, взял узду — очень уж она красивая! Тут меня и схватили стражники падишаха Алмаза. И вот теперь по его приказу я иду во владения падишаха Месяца добывать чудесного золотого соловья.

Выслушал его старик и говорит:

— Когда будешь уносить золотого соловья падишаха Месяца, не бери его клетку, не то опять попадёшь в беду. Запасись лучше своей клеткой.

— В этот раз я буду умнее! — говорит Ахмет.

Попрощался он со стариком и пошёл дальше.

Пришёл он во владения падишаха Месяца, дождался, когда спустится тёмная ночь, и проник в комнату, где находился золотой соловей. Смотрит — клетка этого соловья такая красивая, что невозможно от неё глаз отвести! Хоть и хотелось Ахмету взять её, только он в этот раз удержался. Посадил соловья в свою клетку из ивовых прутиков и благополучно отправился обратно.

По дороге соловей заговорил с ним человеческим языком и сказал:

— Джигит, теперь я с тобой не расстанусь! Где ты будешь, там и я буду!

Пришёл Ахмет во владения падишаха Алмаза, вручил ему свою добычу — чудесного золотого соловья. Обрадовался падишах Алмаз и тут же приказал вывести из конюшни коня — золотые копыта и отдать его Ахмету. Сел Ахмет на коня и поехал к падишаху Солнца за невиданной красавицей.

В пути конь вдруг заговорил человеческим языком и сказал:

— Джигит, теперь уж я никогда с тобой не расстанусь!

Через три дня пути золотой соловей нагнал Ахмета и полетел рядом с ним.

На коне, да ещё на таком прекрасном коне, нетрудно было преодолевать все пути и дороги. Не много времени прошло — приехал Ахмет к падишаху Солнца и отдал ему коня — золотые копыта. Обрадовался падишах Солнца и говорит:

— Как я обещал, так и будет: получай мою дочь!

Вручил он Ахмету свою дочь, невиданную красавицу, дал хорошего коня и проводил их в путь.

Поехал теперь Ахмет к падишаху джиннов.

По дороге девушка говорит Ахмету:

— Эх, джигит, как мне было бы хорошо, если бы я осталась с тобой!

— Да, — говорит Ахмет, — очень было бы хорошо…

И больше ничего не сказал ей.

Скоро их нагнал конь — золотые копыта. Ахмет посадил на него девушку, и они поехали ещё быстрее.

Весело было им ехать: девушка развеселилась, соловей неумолчно поёт свои песни, а конь — золотые копыта будто танцует под соловьиные песни и блестит на солнце своими копытами.

И вдруг вышел им навстречу тот самый старик, который уже дважды давал Ахмету добрые советы, и сказал:

— Вот, джигит, и сбылось всё, к чему ты стремился! Скоро ты доедешь до развилки дорог. Смотри не забудь мои слова: если поедешь вправо — путь твой будет счастливый, если поедешь влево — перенесёшь много несчастий.

Вымолвил это старик и исчез.

Но разве Ахмету было до слов старика! Разговаривает он с девушкой, слушает песни соловья и ни о чём не помнит. Доехали они до развилки дорог и поехали не вправо, как говорил старик, а влево.

Ехали они по этому пути несчастий долго и наконец утомились сильно и решили отдохнуть. Спешились они и сели на траву. Скоро сои разморил их обоих — и девушку и Ахмета, и они крепко уснули.

Долго спал Ахмет, а когда проснулся, не нашёл ни девушки, ни коней, ни чудесного золотого соловья.

Стал Ахмет как безумный бросаться туда, кидаться сюда; ищет девушку, ищет коней, ищет соловья. Нигде их нет!..

— Что это? — спрашивает себя Ахмет. — Во сне всё это происходит или наяву? Что со мною? Куда мне идти? Что думать?

Бросился он лицом вниз и стал в отчаянии грызть землю.

В это время появился всё тот же старик и сказал с укором:

— Эх, сынок Ахмет! Я же тебе говорил: будь осторожен, поезжай направо, а ты забыл мои слова и поехал налево. Вот твои несчастья и начались.

— Что же мне теперь делать? — спрашивает Ахмет. — Где мне найти девушку, коня и соловья?

— Чтобы найти их, — молвил старик, — тебе придётся вынести много мучений. Вот тебе платок, гребешок и зеркало. В трудный момент они пригодятся тебе. Больше ничем тебе не могу помочь!

И опять старик исчез, как и прежде.

Ободрился Ахмет и пошёл прямо, никуда не сворачивая.

На пути встретил он широкую и глубокую реку. Обойти эту реку нельзя, переплыть невозможно. Стоит Ахмет на берегу, раздумывает, как ему быть. И вспомнил он тут о подарке старика. Вынул платочек и положил его на воду. В тот же миг появился мост, Ахмет перешёл на другой берег и пошёл дальше.

Оставим Ахмета в пути и вернёмся к девушке.

Когда Ахмет и девушка заснули, в тех местах появился див. Увидел он девушку — прельстился её красотой. Увидел коня и соловья — решил их похитить. Подкрался он тихо, схватил девушку, схватил ксня и золотого соловья и унёс в свой дворец.

А теперь опять будем рассказывать об Ахмете.

Долго ли, мало ли шёл Ахмет, только завидел он вдали большой дворец. Пошёл он ко дворцу, остановился возле ворот и слышит — поёт его золотой соловей. Догадался Ахмет, что здесь и девушка и конь — золотые копыта.

Пробрался он во дворец. Тихо кругом, никого нет. Обошёл он все комнаты и нашёл девушку. Рассказала она Ахмету, что похитил её див.

— А сейчас, — говорит, — дива нет, он куда-то ушёл.

Не стал Ахмет раздумывать, взял девушку и соловья, вывел из конюшни коня — золотые копыта и пустился в обратный путь.

Немного погодя оглянулась девушка и говорит Ахмету:

— Смотри, сзади нас появилось и летит к нам облако пыли!

Оглянулся Ахмет и видит: облако клубится, растёт и быстро приближается.

Догадался Ахмет:

— Это див вернулся в свой дворец, увидел, что нет ни тебя, ни коня, ни соловья, и пустился за нами в погоню!

А див с каждым мигом всё приближается, вот-вот налетит на них…

И опять Ахмет вспомнил о подарке старика. Вынул гребень и бросил его между собою и дивом. И сейчас же появился высокий, дремучий лес. Ахмет с девушкой — на одном конце леса, див — на другом.

Рассвирепел див, кинулся в лес. Бежит он без пути, цепляется волосами за сучья, раздирает тело до крови. Долго он пробирался по лесу, пока выбрался из него. А за это время Ахмет успел уже далеко ускакать вперёд.

Разъярился див, ещё быстрее бросился в погоню.

Завидела его девушка и говорит:

— Опять див нагоняет нас!

Вынул Ахмет зеркало, размахнулся и бросил между собой и дивом. В тот же миг разлилось большое, бушующее море.

Бросился див в море, хотел переплыть его, да не тут-то было: волны высоко поднимаются, плыть не дают. Бился, бился див с волнами, захлебнулся и утонул.

А Ахмет тем временем продолжал свой путь.

Уже недалеко было и до владении падишаха джиннов. Девушка спрашивает:

— Скажи мне, джигит, куда мы едем? Куда ты меня везёшь?

Ничего не осталось Ахмету делать — пришлось открыть девушке всю правду.

— Я везу тебя к падишаху джиннов, — говорит он.

Стала девушка, горько плакать и рвать в отчаянии волосы.

— Почему, — говорит, — ты не сказал мне об этом раньше? Не хочу я жить у старого падишаха джиннов!

Стал Ахмет утешать девушку:

— Не плачь, не останешься ты у падишаха джиннов! Я обещал ему привезти тебя и не могу не исполнить моё обещание. Но ты недолго будешь жить у него. Я тебя скоро увезу.

Приезжают они к падишаху джиннов. Обрадовался старый джинн и говорит Ахмету:

— Ты исполнил своё обещание — за это я освобождаю тебя! Иди куда хочешь!

А Ахмет не хочет уходить.

— Оставь, — говорит, — меня у себя работником!

Джинн оставил его у себя во дворце. Стал Ахмет раздумывать, как ему выручить девушку. Убежать с нею нельзя — догонит джинн. Победить джинна невозможно — ни меч, ни стрела его не возьмут. Пришёл Ахмет к девушке и говорит:

— Ты спроси у джинна, где находится его душа.

Когда джинн вернулся, девушка встретила его ласковым взором, с улыбающимся лицом и спрашивает:

— Скажи мне, где находится твоя душа?

Хитрый джинн сказал:

— Если тебе так хочется знать, где спрятана моя душа, знай: она в метле, что стоит за дверью.

Выждал Ахмет, когда джинн отправился спать, пришёл к девушке и спрашивает:

— Что сказал тебе джинн? Где спрятана его душа?

Девушка говорит:

— Джинн сказал, что его душа спрятана в метёлке, что стоит за дверью.

Покачал головой Ахмет и говорит:

— Нет, не верю я, чтобы его душа была спрятана в метёлке. Надо это разузнать получше. Ты возьми метёлку, обвей её шёлковыми лентами, оберни дорогим бархатом, укрась всячески… Когда джинн вернётся, возьми метёлку в руки и ласково её поглаживай, будто она для тебя дороже всего на свете.

Девушка так и сделала, как научил её Ахмет. Украсила она метёлку шёлковыми лентами, обернула бархатом. А когда вернулся старый джинн, бережно взяла её на руки. Увидел это джинн и спрашивает:

— Что это ты так нарядила метёлку?

— Соскучилась по тебе, вот и хожу с твоей душой, ношу её на руках! — отвечает девушка.

Засмеялся джинн и говорит:

— Какая ты, однако, глупая! Да разве может быть моя душа в метёлке?

— Ты сам мне сказал, что прячешь её в метёлке, — отвечает девушка.

— Это я пошутил, — отвечает джинн. — Моя душа не здесь, она спрятана далеко-далеко отсюда. На запад от моего дворца есть озеро. Посредине этого озера — остров. А на острове — утиное гнездо. На том гнезде сидит утка; под уткой четыре яйца. Вот в этих четырёх яйцах и находится моя душа. Только никто и никогда не сможет добраться до этого острова! Его охраняют четыре страшных кабана, с клыками, подобными острым кинжалам. Одна только утка может пролететь к тому острову.

Запомнила девушка все эти слова падишаха джиннов — ничего не забыла, а потом всё пересказала Ахмету.

Ахмет говорит:

— Вот теперь можно поверить его словам! Поеду искать этот остров! Завладею душой джинна и освобожу тебя.

Пошёл Ахмет к джинну и говорит:

— Служил я тебе долго, исполнял все твои приказания — теперь ты отпусти меня.

Джинн сказал:

— Иди на все четыре стороны и возьми моего коня и вот этот кинжал.

Выехал Ахмет из дворца и направился к тому озеру, где была спрятана душа падишаха джиннов.

Едет он и видит: недалеко от озера какой-то старик пасёт овец. Подъезжает Ахмет к пастуху, здоровается с ним, расспрашивает его о житье-бытье: сколько лет он пасёт овец, что видел за свою жизнь, что интересного в этих местах.

Старик говорит:

— Я пасу здесь овец уже двадцать лет, а дальше никуда не захожу. Недалеко отсюда есть озеро. Вокруг него бегают страшные кабаны. Они рвут на клочки всякого, кто вздумает приблизиться к озеру. Сколько овец они у меня погубили! Поэтому я никогда и не гоняю мои стада в сторону озера.

Выслушал Ахмет рассказ пастуха и очень обрадовался: значит, не сбился он с пути и попал туда, куда ему и было нужно.

— А долго ли ещё ехать до этого озера? — спрашивает он пастуха. — Я как раз туда и пробираюсь.

Испугался пастух, стал отговаривать Ахмета:

— Сынок, дорогой, не ходи ты туда! Лютые кабаны разорвут тебя на куски, как уж и многих других разорвали.

Не послушался Ахмет пастуха. Попрощался с ним и направил своего коня к озеру.

Остался старый пастух в большой тревоге. Глядит он вслед Ахмету и думает: «Какой молодой, красивый джигит — и пропадёт ни за что!»

Подъехал Ахмет к озеру, остановил коня. А кабаны уже учуяли его, вылезли из болот и камышей, захрипели злобно и устремились все ему навстречу. Окружили со всех сторон и хрипят:

— Знаем мы, зачем ты сюда пришёл! Ну, давай померяемся силами!

И началась тут страшная борьба. Накидываются кабаны на джигита, хотят поддеть его на свои острые клыки. А он знай увёртывается от них ловко да колет их кинжалом.

Долго продолжалась эта битва. Наконец и Ахмет устал, и кабаны обессилели.

Тут самый старый кабан и говорит:

— Эх, мне бы сейчас съесть молодой, только появившийся росток камыша! У меня бы тогда сразу силы прибыло — разорвал бы я тебя за один час, в пыль превратил бы!

— Если бы мне сейчас поджаренного барашка съесть, — говорит Ахмет кабану, — я бы вас всех за одну минуту уничтожил!

А старик пастух, оказывается, не утерпел: встревожился он и вслед за джигитом отправился к озеру. «Может быть, — думает он, — хоть чем-нибудь помогу ему!» Услышал пастух, как Ахмет сказал: «Мне бы съесть барашка», — и тут же зарезал барашка, быстро зажарил его на костре и подал Ахмету:

— Ешь, джигит!

Ахмет в один миг съел барашка, и сейчас же силы вернулись к нему. Бросился он иа кабанов, и вскоре ни одного из них не осталось в живых.

Тогда Ахмет на своём коне переплыл озеро и выбрался на остров.

Нашёл он посреди острова утиное гнездо, согнал с него утку и видит: лежат в гнезде четыре яйца. Взял он эти яйца, спрятал за пазуху и возвратился на берег.

Поскакал он ко дворцу падишаха джиннов и закричал:

— Теперь ты попал в мои руки, проклятый джинн! Отплачу тебе за всё зло, которое ты мне причинил!

И показал джинну утиные яйца.

Испугался падишах джиннов, стал упрашивать Ахмета:

— Отдай мне, джигит, эти яйца!

— Нет, — отвечает Ахмед, — не отдам!

И бросил два яйца на землю. Разбились яйца. Джинн в тот же миг ослабел, упал, стал ползать на коленях перед Ахметом, упрашивать его:

— Не бей остальные яйца, сын мой! Две мои души ты отнял, оставь мне хоть две последние! Никогда больше не буду тебя трогать! Если хочешь взять все мои богатства — бери!

— Нет, — сказал Ахмет, — твои богатства мне не нужны.

— Что же тебе тогда нужно от меня? — спрашивает падишах джиннов.

— Отвези сейчас же меня, девушку, моего коня — золотые копыта и соловья в те места, откуда ты меня унёс!

— Сын мой Ахмет, — говорит джинн, — если я отвезу тебя домой, отдашь ли ты мне оставшиеся два яйца?

Ахмет говорит:

— Отдам.

Тогда джинн посадил на себя девушку и Ахмета, взял коня и соловья и сказал:

— Закройте глаза!

Взвился он в небо и" В один миг принёс Ахмета как раз к тому лесу, где когда-то спустился на него в облике чёрной тучи.

Открыл глаза Ахмет и увидел, что и он, и девушка, и его конь, и соловей очутились на том самом месте, где он охотился вместе со своей женой.

— Теперь, — приказывает Ахмет падишаху джиннов, — ты лети в свои владения.

Стал джинн упрашивать джигита, чтобы он отдал ему оставшиеся два яйца с его душами.

— Нет, — сказал Ахмет, — никогда ты их не получишь!

Когда джинн улетел в свои владения, Ахмет стукнул яйцо об яйцо и разбил их. И в тот же миг падишаха джиннов не стало: рассыпался он мелким прахом.

А наш джигит пошёл к своей жене, собрал своих братьев и рассказал им о своих удивительных приключениях. Девушку, которую он привёз от джинна, поселили во дворце падишаха. Вскоре Ахмет сказал своим братьям:

— Мы здесь женились на дочерях падишаха, живём в довольстве, а родители ждут нас и думают, что никого из их одиннадцати сыновей уже нет в живых. Поедем к ним, обрадуем их!

Собрались братья, запрягли коня — золотые копыта в золочёную повозку, взяли с собой чудесного золотого соловья и вместе с жёнами поехали в свою деревню к родителям.

Нельзя и рассказать, как обрадовались отец и мать, когда увидели всех своих сыновей живыми и здоровыми!

С того времени братья никогда больше уже не разлучались с родителями и жили все вместе радостно и дружно. Говорят, и теперь живут!

Соломторхан

оворят, в давние времена, когда кошки лежали на чистом поле, а собаки на соломе, жил один бедняк. У него не было ни одежды, ни дома. На соломе он спал, соломой и укрывался. Поэтому звали его Соломторхан — соломенный человек. И была у него только одна коза.

Однажды пришла лиса и хотела съесть козу этого бедняка.

Бедняк говорит лисе:

— Ты, лиса, не ешь мою козу — ведь, кроме этой козы, у меня ничего больше пет.

Лиса пожалела бедняка и спрашивает:

— А жена у тебя есть?

— И жены у меня нет, — отвечает бедняк.

— Ну, так я помогу тебе жениться, и не на ком-нибудь, а на дочери самого падишаха! Только ты за это дай мне съесть твою козу!

Бедняк не знает, что делать — плакать ему или смеяться, верить ему или не верить.

— За меня, — говорит, — не только падишах, даже ни один бедняк не отдаст свою дочь. Куда там! Видишь, какой я бедный!

Лиса говорит:

— Это уж моё дело. Я сама знаю, как это сделать. Попрощалась лиса с бедняком и ушла.

Приходит она в город. Идёт степенно, чинно, не торопясь.

Увидели люди лису и говорят:

— Смотрите, смотрите — лиса идёт!

А другие не верят:

— Да разве это лиса? Лиса не стала бы ходить по городу. Это, наверно, собака.

Все переговариваются, провожают лису любопытным взглядом.

А лиса подошла к воротам падишахского дворца и села возле них. Стражники падишаха диву дались.

— Вот чудо! — говорят. — Лиса сама пришла к падишахскому дворцу!

Побежали, доложили падишаху.

— Небывалое дело, — говорят — пришла какая-то лиса и села у ваших ворот!

Любопытно стало падишаху. Вышел он взглянуть на лису. А лиса как увидела его, низко ему поклонилась. Изумился падишах: никогда такого чуда не видал! Сделал он лисе знак рукой: заходи во дворец.

Вошла лиса во дворец и заговорила:

— Я посланник. Меня послал к тебе сын падишаха Соломторхана сватать твою дочь.

Падишах угощает лису, оказывает ей как посланнику чужеземного падишаха всякие почести. А лиса говорит:

— Ты скажи прямо: отдашь ты свою дочь за сына падишаха Соломторхана или нет? Мне это нужно знать — ведь я должна привезти ему твой ответ.

Падишах советуется со своими визирями: как быть? Визири в один голос говорят:

— Надо отдать. Это, видно, не какой-нибудь простой падишах, если лиса ходит у него в сватах!

Падишах спрашивает у лисы:

— Что бы нам послать в подарок жениху?

Лиса говорит: — Я не буду таскать большие подарки. Пошли ты ему золотую таньгу[8]. Он, конечно, не нуждается в золоте, но, когда увидит твою таньгу, поверит твоим словам.

Падишах завязал в платок золотые монеты и письмо жениху и отдал лисе.

Распрощалась лиса с падишахом и его визирями и пошла к Соломторхану. А он лежит и спит на соломе. Эта солома да коза было всё его богатство.

Растолкала лиса Соломторхана и сказала:

— Ну, я сделала дело! — и подала ему узелок с золотом и письмом падишаха.

Берёт бедняк золото, читает письмо и сам себе не верит.

— Бери, — говорит, — мою козу, ешь её!

А лиса говорит ему:

— Ты слушайся меня во всём. Пойдём со мною. А козу твою я ещё успею съесть!

Повела лиса Соломторхана куда-то… Шли они, шли и пришли к какой-то реке. Через реку перекинут мост, надо было переходить по этому мосту.

Лиса пошла в деревню, наняла людей и приказала сломать этот мост. Затем она сказала Соломторхану:

— Окунись в эту реку, испачкайся в грязи, потом схватись за столб от моста — будто ты тонешь.

Соломторхаи сделал всё, что велела лиса.

А лиса оставила его в реке и побежала в город, во дворец, падишаха.

Как только она прибежала, стражники узнали её и сейчас же доложили падишаху.

— Пустите её, — приказал падишах.

Лиса вошла и сказала:

— Жених твоей дочери погибает! Он ехал к тебе через реку, мост под ним провалился, и он упал в воду. Тройку его унесло, одежды его унесло, а он уцелел — схватился за столб от моста посреди реки и держится за него. Боюсь, как бы и его самого не унесло!

Падишах говорит своим визирям:

— Быстрее запрягайте тройку, спасите и привезите жениха!

Заложили тройку, захватили с собой хорошую одежду и поскакали к разрушенному мосту.

Прискакали, смотрят — Соломторхан и в самом деле уцепился за столб, а сам весь мокрый, грязный.

Визири вытащили его из воды, вымыли, одели, посадили в кибитку и повезли к падишаху.

А падишах встречает Соломторхана с музыкой, как самого дорогого гостя, радуется — жених приехал! Приносят жениху рубашку без швов, просят надеть. А Соломторхан разглядывает рубашку, удивляется — он такую рубашку не только что не носил, но даже никогда и не видывал.

Падишах спрашивает у лисы:

— Почему это жених так разглядывает рубашку?

Лиса отвечает:

— Его одежда, которую унесла вода, была куда лучше этой рубашки. Видно, ваша рубашка не очень-то ему нравится, поэтому он так и разглядывает её.

Приказал падишах принести множество всякой одежды и говорит:

— Тогда пусть он сам выбирает. Что ему понравится, пусть то и наденет.

Лиса выбрала самую лучшую рубашку и сказала:

— Его рубашка была вроде этой.

После угощения оставили Соломторхана на ночь в огромной, красивой комнате. Лёг он, а уснуть никак не может — так поразило его богатство падишахского дворца.

Утром одели, нарядили Соломторхана, стал он статным и красивым молодцом. И разумом он оказался не плох. Дочь падишаха сразу его полюбила. Поженились они и стали жить дружно и хорошо. И сам падишах полюбил своего зятя, и жена падишаха полюбила его.

Однажды Соломторхаи говорит лисе:

— Хорошо здесь, а всё-таки хочется мне домой, где я на соломе спал!

Лиса говорит:

— Нельзя сейчас уезжать, надо ещё погостить. Разве плохо здесь тебе?

Погостили они ещё. А Соломторхану не терпится — хочется ему домой, да и всё! Говорит он своему тестю-падншаху:

— Достаточно я погостил у тебя, пора бы уж нам и домой.

Падишах говорит:

— Хорошо, поезжайте. Только как поедете — одни или гостей к себе возьмёте?

А лиса уж научила Соломторхана, как нужно отвечать:

— Сейчас одни поедем, а гостей потом пригласим.

Он бы и рад позвать к себе гостей, да, кроме соломы, у него ничего нет.

Приказал падишах заложить тройку, попрощались они и тронулись в путь. Лиса говорит вознице:

— Ты не очень гони лошадей, не то заморятся!

Это ей было нужно, чтоб бежать самой впереди и чтоб лошади не обогнали её.

Помчалась лиса впереди тройки и прибежала в одну деревню. Пошла она в самый богатый дом, дала хозяину золота и сказала:

— Приедет сейчас сюда гость, остановится на ночлег. Встречайте его, как падишаха!

После этого побежала она навстречу тройке. Прибежала и говорит вознице:

— Куда я зайду, туда и вы заезжайте!

Приехали в тот дом, где уже побывала лиса. Соломторхана и встретили с почестями, как самого падишаха. Стали угощать — на столе всякие яства, напитки. Поели, попили они, отдохнули и пустились дальше в путь.

Теперь уж недалеко была и деревня Соломторхана.

По дороге лиса увидела большие табуны овец. Подбежала она к пастуху, сунула ему в руку золотую монету и сказала:

— Если тебя спросят, чьи это табуны, отвечай: Соломторхана.

Тут прискакала тройка, и возница спрашивает у пастуха:

— Чьи это табуны овец?

— Это табуны Соломторхана, — отвечает пастух.

Подивился возница:

— Такое богатство!

Лиса опять пустилась вперёд.

Прибежала она в большой аул. Разыскала самый богатый в ауле дом и сказала:

— Сейчас подъедет к вашему дому тройка, в карете сидит человек. Выбегайте к нему и говорите: «Приехал наконец?» Сделайте вид, что он вернулся в свои собственный дом. За это вот получайте!

И лиса отсыпала им много золотых монет.

Вскоре подъехала тройка, из дома все высыпали встречать приехавшего, как велела лиса, стали здороваться, слёзы проливать от радости, обнимать, поздравлять, тропку распрягать.

Жена Соломторхана думает, что приехала в дом мужа. И Соломторхан хозяйничает, как в собственном владении.

Вечером все стали ложиться спать. Лиса и говорит:

— В доме душно. Пусть Соломторхан с женой спят в своей карете, на свежем воздухе!

В полночь лиса тихонько запрягла лошадей и вывезла карету в поле, к стогам сена, да так осторожно, так ловко все проделала, что спящие даже и нс проснулись.

Тут она подожгла стога, сено вспыхнуло и загорелось сильным пламенем. А лиса бегает и кричит:

— Горим! Горим! Спасаться надо! Хорошо, что я догадалась лошадей запрячь!

Хлестнула по лошадям — тройка и помчалась.

А жена Соломторхана думает:

«Ах, какое несчастье! Сгорел и дворец Соломторхана, и все его деревни, и все его богатства! Что теперь делать?»

И написала она падишаху, своему отцу, такое письмо:

«Отец, произошло большое несчастье. В тот самый день, как приехала я в дом Соломторхана, случился большой пожар и сгорел дотла его дом и всё его имущество. Попали мы в беду!»

Как только падишах получил это письмо, он сейчас же пригласил дочь и её мужа обратно в свой дворец: пусть всегда живут у него!

Молодые отправились к падишаху. Он приказал построить для них большой дворец. Соломторхаи и остался жить с женой в этом дворце.

После этого лиса попрощалась с Соломторханом и сказала:

— Ну, джигит, теперь-то уж я съем твою козу!

Зилян

оворят, в давние времена жил один бедный пребедный человек. У него было три сына и одна дочь.

Тяжело ему было растить и кормить детей, но он всех их и вырастил, и выкормил, и обучил разному ремеслу. Все они стали искусными, умелыми и ловкими. Старший сын мог на самом далёком расстоянии узнать по запаху любой предмет. Средний сын стрелял из лука так метко, что мог попасть без промаха в любую цель, как бы далеко она ни была. Младший сын был таким силачом, что без труда мог поднять любую тяжесть. А дочь-красавица была необыкновенной рукодельницей.

Вырастил отец своих детей, порадовался на них недолго и умер.

Стали дети жить с матерью.

За девушкой постоянно следил див. Он как-то увидел её и задумал украсть. Братья проведали об этом и никуда не отпускали сестру одну.

В один из дней собрались три джигита на охоту, а мать — в лес за ягодами. Осталась дома одна девушка.

Перед уходом они сказали девушке:

— Жди нас, мы скоро вернёмся. А чтобы див не похитил тебя, мы запрём дом на замок!

Заперли дом и ушли.

Днв проведал, что дома, кроме девушки, никого нет, пришёл, выломал дверь и украл девушку.

Возвратились братья с охоты, вернулась мать из лесу, подходят к своему дому и видят: дверь выломана. Бросились в дом, а в доме пусто: пропала девушка!

Догадались братья, что её унёс див, стали просить мать:

— Отпусти нас искать сестру!

— Идите, сынки! — говорит мать.

Пошли все три джигита вместе. Долго шли, много высоких гор миновали. Старший брат идёт и всё принюхивается. Наконец почуял он запах сестры и попал на след дива.

— Вот, — говорит, — где проходил див!

Отправились они по этому следу и пришли в дремучий лес. Разыскали дом дива, заглянули в него и видят: сидит в том доме их сестра, а возле неё лежит див и спит крепким сном.

Прокрались братья осторожно в дом и унесли свою сестру, да так ловко всё сделали, что див и не проснулся.

Отправились они в обратный путь.

Шли они день, шли ночь и вышли к озеру. Утомились братья и сестра во время долгого пути и решили переночевать на берегу этого озера.

Легли они спать и сейчас же все уснули.

А див в это время проснулся, хватился — нет девушки! Выскочил он из дома, разыскал след беглецов и пустился за ними в погоню.

Прилетел див к озеру, видит — братья крепко спят. Схватил он девушку и взлетел с ней под облака.

Средний брат услышал шум, проснулся и стал будить братьев:

— Просыпайтесь скорее, беда случилась!

А сам схватил свой лук, прицелился и пустил стрелу в дива. Взвилась стрела и оторвала диву правую руку. Пустил джигит вторую стрелу. Пронзила стрела дива насквозь. Выпустил он девушку. Упадёт она на камни — смерть ей. Да младший брат не дал ей упасть: ловко подскочил и принял сестру на руки.

Пошли они дальше радостные.

А к их приходу мать сшила красивый халат — зилян и подумала:

«Подарю я этот зилян тому из моих сыновей, который спасёт сестру».

Приходят братья с сестрой домой. Мать стала их расспрашивать, как они разыскали сестру и отняли её у дива.

Старший брат и говорит:

— Без меня не узнать бы, где находится наша сестра. Ведь это мне удалось найти её!

Средний брат говорит:

— Если бы не было меня, див унёс бы сестру. Хорошо, что я подстрелил его!

Младший брат говорит:

— А если бы я не подхватил вовремя нашу сестру, она разбилась бы о камни!

Выслушала их мать и не знает, кому же из трёх братьев подарить зилян.

Вот я и хочу спросить вас: а вы кому из братьев подарили бы зилян?

Тан-батыр

давние-предавние времена жил один падишах. У него было три дочери — одна красивее другой.

Однажды дочери падишаха пошли гулять в поле. Гуляли они, гуляли, и вдруг поднялся сильный ветер, подхватил их и унёс куда-то.

Загоревал падишах. Разослал он людей в разные концы, приказал во что бы то ни стало разыскать его дочерей.

Искали день, искали ночь, обшарили все леса во владениях зтого падишаха, излазили все реки и озёра, не оставили ни одного местечка, а дочерей падишаха так и не нашли.

На окраине того же города в маленьком домишке жили муж с женой — бедные-пребедные люди. У них было три сына. Старшего звали Кич-батыр — вечер-богатырь, среднего — Тён-батыр — ночь-богатырь, а самого младшего — Тан-батыр — заря-богатырь. А звали их так потому, что старший родился вечером, средний — ночыо, а младший — утром, на заре.

Росли сыновья в день за месяц, в месяц за год и очень скбро стали настоящими джигитами.

Когда выходили они на улицу играть, среди джигитов-сверстников не было равных им по силе. Кого толкнут, тот с ног валится; кого схватят, тот пищит; начнут бороться — непременно поборют противника.

Увидел один старик, что братья не знают, куда приложить свою силу, и сказал им:

— Чем слоняться без дела и без надобности толкать да хватать людей, отправились бы лучше на поиски дочерей падишаха. Вот тогда бы мы и узнали, какие вы батыры!

Прибежали три брата домой и стали просить родителей:

— Отпустите нас разыскивать дочерей падишаха!

Не хотелось родителям отпускать их. Сказали они:

— О сыночки, как же нам жить без вас! Если вы уйдёте, кто же будет ухаживать за нами, кто будет кормить нас?

Сыновья ответили:

— О отец и мать! Мы же отправляемся по делам падишаха, он и будет кормить вас и помогать вам.

Родители заплакали и сказали:

— Нет, сынки, от падишаха нам не дождаться ни помощи, ни благодарности!

Долго упрашивали три батыра своих родителей, долго их умоляли и наконец получили согласие. Тогда пошли они к падишаху и сказали:

— Вот мы отправляемся искать твоих дочерей. Но у нас ничего нет на дорогу: родители наши живут очень бедно и ничего не могут нам дать.

Падишах приказал снарядить их и дать им пищи на дорогу.

Попрощались три джигита с отцом и матерью и отправились в путь.

Идут они неделю, идут месяц и очутились наконец в дремучем лесу. Чем дальше шли они по лесу, тем всё уже становилась дорога, пока, наконец, не превратилась в узкую тропинку.

Идут батыры по этой тропинке, идут долго и выходят вдруг на берег большого, красивого озера.

К тому времени все запасы у них кончились и есть им было нечего.

У Тан-батыра была иголка. Эту иголку перед отправлением в путь дала ему мать и сказала: «В дороге пригодится». Тан-батыр разжёг костёр, накалил иголку, согнул и сделал из неё крючок. Затем он спустился к воде и стал ловить рыбу.

К вечеру он наловил много рыбы, сварил её и досыта накормил своих братьев. Когда все насытились, Тан-батыр сказал своим старшим братьям:

— С тех пор как мы отправились в путь, прошло уже очень много времени, а мы даже не знаем, где мы ходим, и ничего пока не видели.

Братья ничего ему не ответили. Тогда Тан-батыр забрался на высокое-превысокое дерево и стал смотреть по сторонам.

Вдруг поднялся буйный ветер. Деревья зашумели, зашатались, много толстых деревьев ветер вырвал с корнями.

«Может быть, это и есть тот самый ветер, который унёс дочерей падишаха?» — подумал Тан-батыр.

А ветер скоро превратился в страшный вихрь, стал крутиться, вертеться, остановился на высокой горе и принял облик безобразного, ужасного дива. Этот див спустился к расселине горы и скрылся в огромной пещере.

Тан-батыр быстро слез с дерева и разыскал пещеру, куда скрылся див. Здесь он нашёл большой, тяжёлый камень, подкатил его к пещере и заложил вход. Потом он подбежал к братьям. Братья его в это время спокойно спали. Тан-батыр растолкал их и стал звать. А старшие братья и не думают спешить: потянулись они, позевали спросонок, поднялись и стали опять варить рыбу, которую наловил Тан-батыр. Сварили, наелись досыта и только после этого пошли к пещере, в которой скрылся див.

Тан-батыр говорит:

— Див скрылся в этой пещере. Чтобы попасть в неё, надо отодвинуть камень, которым заложен вход.

Кич-батыр попробовал отодвинуть камень — даже с места его не сдвинул. Взялся за камень Тён-батыр — тоже ничего не мог поделать. Тогда Тан-батыр схватил камень, поднял над головой и бросил. Полетел камень с грохотом под гору.

После этого Тан-батыр говорит братьям:

— Кому-нибудь из нас надо спуститься в эту пещеру и разыскать дива — может быть, это он утащил дочерей падишаха.

— Так нам в эту пещеру не спуститься, — отвечают братья. — Ведь это глубокая пропасть! Надо вить верёвку.

Пошли они в лес, стали лыко драть. Много надрали. Принесли к пещере и стали вить из лыка верёвку.

Вили они три дня и три ночи и свили длинную-предлинную верёвку. Один конец этой верёвки привязали к поясу Кич-батыра и спустили его в пещеру. Спускали его до самого вечера, и только поздно вечером Кич-батыр стал дёргать верёвку: поднимите меня!

Подняли его. Он говорит:

— Не мог я спуститься до дна — верёвка оказалась очень короткой.

Снова уселись братья и принялись вить верёвку. Целый день и целую ночь вили.

Привязали теперь верёвку к поясу Тён-батыра и спустили его в пещеру. Ждут они, ждут, а снизу нет и нет никаких вестей. И только когда прошёл день и ещё ночь, Тён-батыр начал дёргать верёвку: поднимайте!

Вытянули его братья. Тён-батыр и говорит им:

— Очень глубокая эта пещера! Так я и не достиг дна — верёвка наша короткой оказалась.

Братья опять надрали лыка, куда больше, чем вчера, уселись, стали вить верёвку. Вьют два дня и две ночи. После этого привязывают конец верёвки к поясу Тан-батыра.

Прежде чем спуститься в пещеру, Тан-батыр говорит своим братьям:

— Если не будет от меня никаких вестей, не уходите от пещеры, ждите меня ровно год. Если же я не возвращусь через год, больше не ждите, уходите.

Сказал это Тан-батыр, попрощался с братьями и спустился в пещеру.

Оставим пока старших братьев наверху и вместе с Тан-батыром спустимся в пещеру.

Долго спускался Тан-батыр. Померк солнечный свет, наступил густой мрак, а он всё спускается, всё не может достичь дна: опять верёвка оказалась короткой. Что делать? Не хочется Тан-батыру подниматься наверх. Достал он свой меч, перерубил верёвку и полетел вниз.

Долго летел Тан-батыр, пока не упал на дно пещеры. Лежит он, не может ни рукой, ни ногой двинуть, ни слова вымолвить. Три дня и три ночи не мог прийти в себя Тан-батыр. Наконец он очнулся, медленно поднялся и пошёл.

Шёл он, шёл и вдруг увидел мышь. Глянула на пего мышь, встряхнулась и обернулась человеком.

— Здравствуй, — говорит, — Тан-батыр! Что ты здесь делаешь?

— Спустился я сюда, чтобы разыскать страшного дива, да только не знаю, куда теперь идти.

Мышь-человек говорит:

— Трудно тебе будет найти этого дива! Когда твой старший брат спускался в эту пещеру, див узнал об этом и опустил её дно. Теперь ты находишься на такой глубине, что без моей помощи и не выберешься отсюда.

— Что же мне делать теперь? — спрашивает Тан-батыр.

Мышь-человек говорит:

— Дам я тебе четыре полка моих мышиных солдат. Они будут подрывать землю вокруг стен пещеры, она будет осыпаться, а ты будешь утаптывать эту землю и подниматься. Так поднимешься ты до одной боковой пещеры. Пойдёшь ты по этой пещере в полном мраке и будешь идти семь дней и семь ночей. Иди и не бойся! Придёшь ты к семи чугунным воротам, которые закрывают эту пещеру. Если сможешь разбить эти ворота, выйдешь на белый свет. Если не сможешь разбить, будет тебе очень плохо. Когда ты выйдешь на белый свет, увидишь тропинку и пойдёшь по ней. Будешь идти опять семь дней и семь ночей и увидишь дворец. А там уж сам поймёшь, что тебе делать.

Сказал эти слова мышь-человек, встряхнулся, превратился опять в серую мышь и исчез.

И в тот же миг прибежали к Тан-батыру четыре полка мышиных солдат и принялись копать землю вокруг стен пещеры. Мыши копают, а Тан-батыр утаптывает и понемножку поднимается и поднимается.

Долго копали мыши, долго утаптывал землю Тан-батыр; наконец достиг он боковой пещеры, о которой говорил ему мышь-человек, и пошёл по ней. Семь дней и семь ночей Шёл в полной темноте Тан-батыр и добрался наконец до чугунных ворот.

Тут Тан-батыр поднял свою тяжёлую дубину с огромным камнем на конце и изо всей силы ударил по первым воротам. Разбились в куски чугунные ворота. Ударил Тан-батыр по вторым воротам — разбил и эти ворота. Так разбил он все семь чугунных ворот.

Вышел Тан-батыр на белый свет и увидел узкую тропинку. Пошёл он по этой тропинке. Чем дальше идёт, тем светлее становится.

Через семь дней и семь ночей Тан-батыр увидел что-то красное и блестящее. Подошёл он и видит: блестит медный дворец, а возле дворца верхом на медном коне и в медных доспехах ездит воин. Завидел этот воин Тан-батыра и говорит ему:

— О человек, скорее уходи отсюда! Ты, наверно, по ошибке попал сюда. Вернётся падишах-див и съест тебя!

Тан-батыр говорит:

— Ещё неизвестно, кто кого одолеет: он ли меня, я ли его. А сейчас мне очень хочется есть. Принеси-ка мне чего-нибудь!

Воин говорит:

— У меня нет ничего, чтобы накормить тебя. Вот для дива к его возвращению приготовлена грудинка быка, да одна печь хлебов, да одна бочка хмельного мёда, а больше ничего нет.

— Хорошо, — говорит Тан-батыр, — мне пока достаточно и этого. А твоему владыке-диву больше уже никогда не придётся есть.

Тогда воин сошёл^-с коня, снял свою медную одежду, и Тан-батыр увидел, что это была красивая девушка.

— Кто ты? — спрашивает её Тан-батыр.

— Я старшая дочь падишаха, — сказала девушка. — Уже давно меня и моих сестёр унёс этот страшный див. С тех пор мы живём в его подземном владении. Когда див уходит, он приказывает мне охранять его дворец.

Тан-батыр сказал:

— А я и мои два брата отправились разыскивать вас — вот зачем я попал сюда!

От радости дочь падишаха стала сама не своя. Она принесла еды для Тан-батыра; он съел всё без остатка и стал укладываться спать. Перед сном он спросил у девушки:

— Когда вернётся див?

— Он вернётся завтра утром и поедет вот по этому медному мосту, — сказала девушка.

Тан-батыр подал ей шило и сказал:

— Вот тебе шило. Когда увидишь, что див возвращается, уколи меня, чтобы я проснулся.

Сказал он эти слова и сейчас же крепко заснул.

Поутру девушка стала будить батыра. Спит Тан-батыр, не просыпается. Расталкивает его девушка — никак не может растолкать. А шилом колоть его не решается — не хочет сделать ему больно. Долго она будила его. Наконец Таи-батыр проснулся и сказал:

— Я же приказал тебе колоть меня шилом! От боли я пробудился бы скорее, и в бою с дивом был бы злее!

После этого Тан-батыр спрятался под медный мост, по которому должен был ехать див.

Вдруг поднялся ветер, заревела буря: приближается див к медному мосту. Первой подбегает к мосту его собака. Добежала она до моста и остановилась: боится на мост ступить. Заскулила собака и побежала назад к диву.

Замахнулся див плёткой, хлестнул собаку и подъехал на коне к мосту. Но и конь его остановился — не хочет ступить на мост. Стал див в ярости бить коня плёткой по бокам. Бьёт и кричит:

— Эй, ты! Чего испугался? Или ты думаешь — Тан-батыр сюда пришёл? Да он ещё и не родился, наверно!

Не успел див проговорить эти слова, как из-под медного моста выбежал Тан-батыр и закричал:

— Тан-батыр и родился, и к тебе уже успел прийти!

Оглядел его див, усмехнулся и говорит:

— А ты, оказывается, не такой уж великан, как я думал! Пополам перекусить, враз проглотить — тебя и не будет!

Тан-батыр говорит:

— Смотри, как бы я с шипами не оказался да у тебя в горле не застрял!

Див говорит:

— Довольно разговаривать, слова попусту тратить! Говори: бороться будешь или сдашься?

— Пусть твой брат сдаётся, — говорит Тан-ба-тыр, — а я бороться буду!

И стали они бороться. Долго они боролись, да никак один другого не могут побороть. Всю землю они вокруг перекопали сапогами — глубокие ямы кругом появились, а ни один, ни другой не сдаются.

Наконец силы начали оставлять дива. Перестал он нападать на Тан-батыра, только увёртывается от ударов да отступает. Тут Тан-батыр подскочил к нему, поднял его в воздух и со всего размаху бросил на землю. Потом выхватил меч, разрубил дива на мелкие куски и сложил их в кучу. После того сел он на лошадь дива и поехал к его дворцу.

Выбежала ему навстречу девушка и сказала:

— Ах, абый[9], не оставляй теперь меня здесь, возьми с собой!

Тан-батыр говорит:

— Не могу я взять тебя с собою! По обещанию падишаха, ты должна стать женой моего старшего брата. Подожди меня в этом медном дворце. Как освобожу твоих сестёр, на обратном пути вернусь сюда, тогда и возьму тебя с собою.

Три дня и три ночи отдыхал Тан-батыр. А потом собрался в путь и спросил у дочери падишаха:

— Где твои сёстры, как их найти?

Девушка сказала:

— Див никуда не выпускал меня отсюда, и я не знаю, где они. Одно только знаю, что живут они где-то далеко и идти до них надо не меньше семи дней и семи ночей.

Тан-батыр пожелал девушке здоровья и благополучия и отправился в путь.

Шёл он долго — и через скалистые горы, и через бурные реки — и в конце седьмого дня дошёл до серебряного дворца. Стоит этот дворец на горе, весь так и сверкает, так и светится. Выехал навстречу Тан-батыру воин на серебряном коне, в серебряных доспехах и сказал:

— О человек, ты, наверно, попал сюда по ошибке! Пока жив и цел, уходи отсюда! Если приедет мой владыка-див, он съест тебя.

Тан-батыр говорит:

— Скорее бы приехал твой владыка! Ещё неизвестно, кто кого одолеет: он ли меня съест или я его прикончу! А ты лучше сначала накорми меня — я семь дней ничего не ел.

— У меня нет ничего, чтобы накормить тебя, — говорит воин в серебряных доспехах. — Для моего хозяина-дива приготовлены две грудинки быков, две печи хлебов да две бочки хмельного мёда. Больше у меня ничего нет.

— Ладно, — говорит Тан-батыр, — пока и этого достаточно!

— Что же я скажу моему владыке, если ты всё съешь? — спрашивает воин.

— Не бойся, — говорит Тан-батыр, — твоему хозяину больше уже не захочется есть!

Тогда воин в серебряных доспехах стал кормить Тан-батыра. Наелся, напился Тан-батыр и спросил:

— Скоро ли приедет твой владыка?

— Он должен вернуться завтра.

— А по какой дороге он будет возвращаться?

Воин говорит:

— За этим серебряным дворцом течёт река, а через реку перекинут серебряный мост. Див всегда возвращается по этому мосту.

Тан-батыр достал из кармана шило и говорит:

— Сейчас я лягу спать. Когда див будет приближаться к дворцу, ты меня разбуди. Если я не буду просыпаться, кольни меня этим шилом в висок.

С этими словами он улёгся и сейчас же крепко за* снул.

Целую ночь и целый день спал Тан-батыр без просыпу. Вот уж пришло время, когда див должен был приехать. Стал воин будить Тан-батыра. А Тан-батыр спит, ничего не чувствует. Стал воин плакать. Тут Тан-батыр пробудился.

— Вставай скорее! — говорит ему воин в серебряных доспехах. — Див вот-вот приедет — он тогда нас обоих погубит.

Тан-батыр быстро вскочил, взял свой меч, пошёл к серебряному мосту и спрятался под ним. И в тот же миг поднялась сильная буря — див домой возвращался.

Первой подбежала к мосту его собака, а на мост ступить не посмела: заскулила, поджала хвост и побежала назад к хозяину. Див сильно разозлился на неё, ударил плёткой и поскакал на коне к мосту.

Конь доскакал до середины моста и остановился как вкопанный. Див давай бить его плёткой. А конь вперёд не идёт, назад пятится.

Стал див бранить коня.

— Может быть, — говорит, — ты думаешь, что Тан-батыр сюда пришёл? Так знай: Тан-батыр ещё и не родился!

Не успел див проговорить эти слова, как из-под серебряного моста выскочил Тан-батыр и закричал:

— Тан-батыр не только успел родиться, а успел, как сам ты видишь, и сюда прийти!

— Очень хорошо, что пришёл, — говорит див. — Я тебя перекушу пополам и враз проглочу!

— Не проглотишь — кости у меня твердые! — отвечает Тан-батыр.

— Бороться со мной будешь или сразу сдашься? — спрашивает див.

— Пусть твой брат сдаётся, а я буду биться! — говорит Тан-батыр.

Схватились они и стали биться. Долго они бились. Тан-батыр силён, и див не слаб. Только у дива силы слабеть стали — не мог он одолеть Тан-батыра. А Тан-батыр изловчился, схватил дива, поднял его высоко над своей головой и бросил с размаху на землю. У дива все кости рассыпались. Тогда Тан-батыр сложил его кости в кучу, сел верхом на его коня и возвратился в серебряный дворец.

Выбежала к нему навстречу девушка-красавица и говорит:

— О абый, не оставляй меня здесь одну! Ведь я средняя дочь падишаха. Этот див велел мне одеться в серебряные доспехи, чтоб никто не догадался, что я девушка, и приказал никуда не отлучаться. Возьми меня с собою!

— Хорошо, — говорит Тан-батыр, — не останешься здесь одна. Будешь женою моего среднего брата.

И рассказал ей, что отправился со своими братьями разыскивать её и её сестёр.

— Теперь, — говорит, — осталось найти и выручить твою младшую сестру. Подожди меня в этом серебряном дворце. Как освобожу её, приеду за тобой. А сейчас скажи мне: где твоя младшая сестра живёт? Далеко ли отсюда?

— Если поедешь прямо на этом серебряном коне, то через семь дней и семь ночей доедешь до неё, — говорит девушка.

Сел Тан-батыр верхом на серебряного коня и отправился в путь.

На седьмой день доскакал он до золотого дворца. Видит Тан-батыр: окружён этот золотой дворец высокой, толстой стеной. Перед воротами на золотом коне в золотых доспехах сидит совсем молодой воин.

Как только Тан-батыр подъехал к воротам, этот воин сказал:

— О человек, зачем ты сюда приехал? Див, хозяин этого золотого дворца, съест тебя.

— Ещё неизвестно, — отвечает Тан-батыр, — кто кого одолеет: он ли меня съест, я ли его прикончу. А сейчас мне сильно хочется есть. Накорми меня!

Воин в золотых доспехах говорит:

— Приготовлена еда только для моего владыки: три грудинки быков, три печи хлебов да три бочки хмельного мёда. Больше у меня ничего пет.

— Мне и этого достаточно, — говорит джигит.

— Если так, — говорит воин, — открой эти ворота, войди, и тогда я накормлю тебя.

Одним ударом Тан-батыр сбил толстые, крепкие ворота и вошёл в золотой дворец.

Удивился воин его необычной силе, принёс еду и стал угощать.

Когда Тан-батыр насытился, стал спрашивать воина:

— Куда уехал твой владыка и когда он вернётся?

— Куда он уехал, я не знаю, а возвращаться будет завтра со стороны вой того дремучего леса. Там течёт глубокая река, а через неё перекинут золотой мост. По этому мосту див и будет ехать на своём золотом коне.

— Хорошо, — говорит джигит. — Я сейчас лягу отдыхать. Когда придёт пора, ты меня разбудишь. Если не проснусь, уколи меня вот этим шилом.

И подал молодому воину шило.

Как лёг Тан-батыр, так сразу и заснул крепко. Весь день и всю ночь он спал без просыпу. Как подошёл срок возвращаться диву, стал воин его будить.

А джигит спит, не просыпается, не шевельнётся даже. Тогда воин взял шило и что было силы кольнул его в бедро. Тут Тан-батыр вскочил и говорит:

— Спасибо тебе, что вовремя разбудил!

Воин принёс полный ковш воды, подал батыру и говорит:

— Выпей этой воды — она силы придаёт!

Взял батыр ковш и за один глоток осушил его. Тогда воин говорит ему:

— Ступай за мной!

Привёл он Тан-батыра в комнату, где стояли две большие бочки, и сказал:

— Видишь ты эти бочки? В одной из них вода, которая отнимает силу, в другой — вода, которая придаёт силу. Переставь эти бочки, чтобы див не знал, в какой из них какая вода.

Тан-батыр переставил бочки и пошёл к золотому мосту. Спрятался под мостом и стал ждать дива.

Вдруг загремело, загрохотало кругом: едет див на своём золотом коне, впереди его бежит большой пёс.

Добежал пёс до моста, а на мост ступить боится. Поджал хвост, заскулил и побежал назад к хозяину. Див разозлился на пса и со всего размаху ударил его плёткой. Въехал див на мост, доехал до середины. Тут его конь стал как вкопанный. Див и понукал коня, и бранил его, и плёткой стегал — не едет конь дальше, упирается, не хочет и шагу ступить. Разъярился див, крикнул на коия:

— Чего ты боишься? Или думаешь, что Тан-батыр пришёл сюда? Так этот Тан-батыр ещё и на свет не родился!

Не успел он проговорить эти слова, Тан-батыр выскочил из-под моста и крикнул:

— Тан-батыр и родиться успел, и сюда уже пришёл!

Оглядел его див, усмехнулся и говорит:

— Я думал, что ты ростом велик, здоров да силён, а ты, оказывается, вон какой маленький! Мне тебя только пополам перекусить да враз проглотить, а больше с тобою и делать нечего!

— Не торопись глотать — поперхнёшься! — говорит Тан-батыр.

— Ну, — спрашивает див, — говори скорее: бороться будешь или сразу сдашься?

— Пусть отец твой сдаётся, — отвечает Тан-батыр, — а тебе придётся биться со мною. Я уже обоих твоих братьев убил.

И вот стали они сражаться. Борются, борются — никак не могут побороть один другого. Силы-то у них оказались равными. После долгой битвы силы дива убавились.

Видит див — не одолеть ему противника. Пустился он тогда на хитрость и говорит Тан-батыру:

— Пойдём ко мне во дворец, поедим, подкрепимся и тогда снова будем биться!

— Хорошо, — отвечает Тан-батыр, — пойдём.

Пришли они во дворец, стали пить, есть. Див говорит:

— Выпьем еще по ковшу воды!

Зачерпнул ковш воды, отнимающей силу, и сам выпил; зачерпнул ковш воды, придающей силы, и Тан-батыру подал. Не знал он, что бочки Тан-батыр переставил.

После этого вышли они из дворца и отправились на поляну, к золотому мосту. Див спрашивает:

— Будешь бороться или сразу сдашься?

— Буду бороться, если у тебя смелость осталась, — отвечает Тан-батыр.

Бросили они жребий — кому первому ударить. Выпал жребий диву. Обрадовался днв, размахнулся, ударил Тан-батыра, до щиколоток забил его в землю.

— Теперь мой черёд, — говорит Тан-батыр.

Размахнулся он, ударил дива и вбил его в землю по колена. Выбрался див из земли, ударил Тан-батыра — вогнал его по колена в землю. Ударил Тан-батыр — вогнал дива по пояс в землю. Еле-еле выбрался див из земли.

— Ну, — кричит, — сейчас я бить буду!

И так сильно он ударил Таи-батыра, что тот по самый пояс в землю ушёл. Стал он из земли выбираться, а див стоит, насмехается над ним:

— Вылезай, вылезай, блоха! Чего это ты так долго в земле сидишь?

— Блоха-то вылезет! — говорит Тан-батыр. — Посмотрим, как тебе удастся выбраться!

Собрал Тан-батыр все свои силы, понатужился и выскочил из земли.

— Ну, — говорит, — теперь берегись!

Стал он перед дивом и со всего размаха так его ударил, что вбил в землю по самую толстую шею и говорит ему:

— Долго ли ты будешь в земле торчать? Вылезай, битва не кончена!

Сколько див ни старался, не мог выбраться из земли. Вытянул Тан-батыр дива из земли, отрубил ему голову, а тело разрубил на мелкие куски и сложил в кучу.

После этого вернулся он в золотой дворец. А там его встречает девушка, такая красивая, что второй такой нигде не найти. — О джигит, — говорит она, — ведь это по приказу дива я была одета в воинские доспехи! Он боялся, что узнают меня. А я дочь падишаха, и див унёс меня. Не оставляй меня здесь, возьми с собою!

Тан-батыр говорит:

— Это я знаю. Я и мои братья отправились разыскивать вас. Двух твоих сестёр я уже освободил, и они согласились выйти замуж за моих старших братьев. Если ты согласна, будешь моей женой.

Девушка с большой радостью согласилась.

Пожили они несколько дней в золотом дворце. Тан-батыр отдохнул и стал готовиться в обратный путь. Когда они собрались уходить, Тан-батыр сказал:

— Как жалко оставлять здесь этот красивый дворец!

— Не горюй, — говорит девушка, — не останется он здесь!

Сели они верхом на коней и поехали. Когда отъехали немного от дворца, девушка повернулась к нему лицом, достала платок и махнула. И в тот же миг золотой дворец превратился в золотое яйцо, а то яйцо прикатилось прямо в руки к девушке. Она завязала яйцо в платок, подала Тан-батыру и сказала:

— На, джигит, береги это яйцо!

Ехали они семь дней и семь ночей и доехали до серебряного дворца. Встретились сёстры после долгой разлуки и так обрадовались, что и рассказать невозможно.

Три дня и три ночи гостили они в серебряном дворце, а потом собрались и снова отправились в путь.

Когда отъехали от дворца, младшая дочь падишаха повернулась лицом к серебряному дворцу и взмахнула платком. И сейчас же дворец превратился в серебряное яйцо, а яйцо прикатилось прямо к ней в руки.

Завязала девушка яйцо в платок и подала Тан-батыру:

— На, джигит, и это яйцо, храни его!

Ехали они, ехали и на седьмой день добрались до медного дворца. Увидела старшая дочь падишаха сестёр и так обрадовалась, что невозможно передать. Стала она угощать их и расспрашивать обо всём.

Погостили они в медном дворце три дня и три ночи, собрались и отправились дальше в путь.

Когда отъехали от дворца, старшая сестра повернулась лицом к медному дворцу и взмахнула платком. Превратился медный дворец в яйцо, а яйцо прикатилось прямо в руки к девушке. Завязала девушка яйцо в платок и подала Тан-батыру:

— И это яйцо ты храни!

Поехали они после этого дальше. Ехали долго и наконец добрались до дна той пещеры, в которую спустился Тан-батыр. Тут Тан-батыр увидел, что дно пещеры поднялось и видна верёвка, на которой он спускался. Дёрнул он за конец верёвки — подал братьям знак, чтобы вытаскивали его. Раньше всех привязали к верёвке старшую сестру. Её вытянули. Как только появилась она на земле, братья Тан-баты-ра словно обезумели. Один кричит: «Моя!» Другой кричит: «Нет, моя!»

А от криков перешли они к драке и стали наносить один другому удары.

Тогда старшая дочь падишаха сказала им:

— Напрасно вы дерётесь, батыры! Я старшая из трёх сестёр. И выйду замуж за старшего из вас. За среднего выйдет моя средняя сестра. Надо только поднять её сюда из подземелья.

Опустили братья верёвку в пещеру и подняли среднюю сестру. И снова между братьями начались брань и драка: каждому казалось, что средняя сестра красивее старшей. Тогда сёстры сказали им:

— Не время сейчас драться. В подземелье находится ваш брат Тан-батыр, который спас нас от дивов, и наша младшая сестра. Надо их поднять на землю.

Перестали братья драться, спустили верёвку в пещеру.

Как только конец верёвки достиг дна подземелья, младшая сестра сказала Тан-батыру:

— Послушай, джигит, что я скажу тебе: пусть твои братья сначала вытащат тебя. Так лучше будет!

— Нет, — говорит Тан-батыр, — не хочу я, чтобы ты одна здесь осталась!

— Смотри, джигит, обоим нам плохо будет! Если братья вытащат тебя, ты и мне поможешь выбраться. А если вытащат раньше меня, они могут оставить тебя в этой пещере.

Не послушался её Тан-батыр.

— Нет, — говорит, — не могу я оставить тебя одну под землёю, лучше и не проси! Сначала поднимешься ты — только тогда можно будет подумать и обо мне.

Связал Тан-батыр конец верёвки петлёй, посадил в эту петлю младшую девушку и дёрнул за верёвку: можно поднимать!

Вытащили братья младшую дочь падишаха, увидели, какая она красавица, и снова начали драться. Девушка сказала:

— Напрасно вы дерётесь. Я всё равно не буду вашей. Я обещала Тан-батыру, что буду его женой, и это обещанье я ни за что не нарушу!

Стали девушки просить братьев, чтобы они спустили верёвку в подземелье и вытащили Тан-батыра. Пошептались братья и говорят:

— Хорошо, сделаем так, как вы просите.

Спустили они верёвку в пещеру, дождались условного знака от Тан-батыра и стали поднимать его наверх. И когда ом был у самого выхода, братья перерубили верёвку, и Тан-батыр стремглав полетел на дно пропасти.

Девушки горько заплакали, но братья пригрозили им мечами, приказали замолчать и собираться в путь.

Оставим братьев и вернёмся к Тан-батыру.

Свалился он на дно пропасти и потерял память. Долго он лежал без движения и только через три дня и три ночи еле-еле поднялся на ноги и побрёл сам не зная куда. Долго он брёл и снова встретился с серой мышью. Встряхнулась серая мышь, превратилась в человека и сказала:

— Селям алейкум, Тан-батыр! Как это ты снова оказался здесь?

Таи-батыр говорит:

— Алейкум селям, мышь-человек! Такое дело случилось, что и говорить о нём не хочется… Ищу я теперь выхода на поверхность земли, да никак не могу найти.

— Отсюда так просто не выберешься, — говорит мышь. — Попытайся найти то место, где ты бился с последним дивом. Оттуда ты пойдёшь по золотому мосту и увидишь высокую гору. На той горе пасутся два козла: один — белый, другой — чёрный. Козлы эти очень быстро бегают. Поймай белого козла и сядь на него верхом. Если тебе это удастся, белый козёл вынесет тебя на землю. Если же ты сядешь верхом на чёрного козла, будет тебе плохо: он тебя или убьёт, или завезёт ещё глубже под землю. Запомни это!

Тан-батыр поблагодарил серую мышь и отправился по знакомой дороге. Долго он шёл и наконец добрался до высокой горы. Смотрит батыр: пасутся на горе два козла — белый и чёрный.

Стал он ловить белого козла. Погнался за ним, хотел схватить, а чёрный козёл мешает, сам в руки лезет. Тан-батыр отгонит его и снова бежит за белым козлом. А чёрный опять тут как тут — так и лезет с руки.

Долго бегал Тан-батыр за белым козлом, долго отгонял чёрного, наконец удалось ему схватить за рога белого козла и вскочить к нему на спину. Тогда козёл спросил Тан-батыра:

— Ну, батыр, сумел ты меня поймать — твоё счастье! Говори теперь, что тебе надобно.

— Хочу я, — говорит Тан-батыр, — чтобы ты вынес меня на землю. Больше мне от тебя ничего не нужно.

Белый козёл говорит:

— На землю я не сумею тебя вынести, но донесу до такого места, откуда ты и сам выйдешь на белый свет.

— А долго ли нам придётся ехать? — спрашивает Тан-батыр.

— Долго, — отвечает белый козёл. — Держись крепче за мои рога, закрой глаза и не открывай их, пока я не скажу.

Много ли, мало ли прошло времени — неизвестно, что было — неведомо, только козёл вдруг сказал:

— Открой глаза, батыр!

Открыл Тан-батыр глаза и видит: вокруг светло-светло. Обрадовался Тан-батыр, а козёл говорит ему:

— Видишь ты вон ту гору? Возле той горы пролегает дорога. Иди по этой дороге — выйдешь на белый свет!

Сказал козёл эти слова и исчез.

Пошёл Тан-батыр по этой дороге.

Идёт он, идёт и подходит к потухшему костру. Разрыл он золу, нашёл под золой большую лепёшку. А на лепёшке написано: «Тан-батыру».

«Ага, — думает Тан-батыр, — значит, я иду вслед за братьями, иду в сторону дома!»

Съел он этот хлеб, лёг, отдохнул и отправился дальше.

Много ли он шёл, мало ли, только через некоторое время снова подошёл к потухшему костру. Разрыл золу и здесь нашёл лепёшку, а на лепёшке увидел надпись: «Тан-батыру». Лепёшка эта была горячая и ещё недопечённая.

Съел Тан-батыр эту лепёшку и даже не задержался на отдых — отправился дальше в путь.

Идёт он, идёт и подходит к месту, где совсем недавно останавливались люди, разжигали костёр и готовили пищу. Разрыл Тан-батыр горячую золу, а в золе лежит лепёшка, совсем ещё сырая, далее и лепёшкой назвать её нельзя — тесто.

«Ага, — думает Тан-батыр, — видно, я догоняю моих братьев!»

Идёт он вперёд быстрым шагом и далее усталости не чувствует.

Немного времени прошло, достиг он полянки возле дремучего леса. Тут он увидел своих братьев и трёх дочерей падишаха. Они только что остановились на отдых, и братья строили из веток шалаш.

Увидели братья Тан-батыра — испугались, от страха онемели, не знают, что и говорить. А девушки заплакали от радости, стали его угощать, ухалеивать за ним.

Когда настала ночь, легли все спать в шалашах. Тан-батыр как лёг, так и уснул. А братья стали тайком от девушек сговариваться. Старшин брат говорит:

— Мы Тан-батыру сделали очень много зла, он этого не простит — будет мстить нам!

Средний брат говорит:

— От него теперь ничего доброго не жди. Надо нам как-нибудь избавиться от него.

Поговорили они, поговорили и решили:

— Привяжем к входу в шалаш, где спит Тан-батыр, меч.

Сказали — и сделали.

В полночь братья закричали дикими голосами:

— Спасайте, спасайте, разбойники напали!

Тан-батыр вскочил и хотел выбежать из шалаша, да наткнулся на меч. И отрезало ему острым мечом обе ноги по колено.

Свалился Тан-батыр на землю, не может от боли даже шевельнуться.

А старшие братья быстро собрались, взяли свои вещи, схватили девушек и пошли как ни в чём не бывало. Невеста Тан-батыра просила их, умоляла, чтобы они оставили её здесь, но они и слушать её не стали, потащили с собой.

Ладно, пусть они идут своей дорогой, а мы останемся с Таи-батыром.

Очнулся Тан-батыр, подполз к костру, который разложили братья. Станет костёр затухать — он отползёт в сторону, наберёт веток и подкинет в костёр: потухнет костёр, тогда совсем плохо будет — придут хищные звери, растерзают его.

Утром Тан-батыр увидел недалеко от своего шалаша человека. Бегает этот человек за дикими козами. Бегает он за ними, догоняет их, а поймать никак не может. А к ногам этого человека привязаны тяжёлые мельничные жернова.

Тан-батыр подозвал человека к себе и спрашивает:

— Что ты здесь делаешь? Кто ты такой?

— Я лучший бегун на свете, — отвечает человек. — Старшие братья мои позавидовали мне, ослепили меня, привезли в эти места и оставили здесь одного. Хотят, видно, чтобы я совсем погиб.

— А зачем это ты привязал к ногам жернова?

— Если бы я не привязал их, не мог бы удержаться на месте: так быстро я бегаю.

Познакомились Тан-батыр с бегуном, подружились и решили жить вместе.

Через три дня появился у шалаша третий человек. Это был молодой, крепкий джигит, только был ои безрукий.

— Где ты потерял свои руки? — спросил его Тан-батыр.

И джигит рассказал ему:

— Был я самым сильным человеком, никто не мог сравниться со мною в силе. Мои старшие братья завидовали — мне и, когда я крепко спал, отрубили мне обе руки.

— Оставайся здесь и живи с нами, — сказал Тан-батыр безрукому джигиту.

И стали они жить втроём в большой дружбе. Слепой с безруким добывают пищу, а Тан-багыр готовит её.

Однажды они поговорили между собой и решили:

— Нужно нам найти настоящую стряпуху, а Тан-батыру другое дело найдётся.

Отправились они в путь. Тан-батыр сел на плечи безрукого джигита, и тот понёс его, а слепой шёл за ними следом. Когда безрукий уставал, слепой брал Тан-батыра на свои плечи, а безрукий шёл рядом и указывал путь.

Так шли они очень долго, миновали много лесов, гор, полей и оврагов и наконец пришли в одни город.

Все жители города сбежались посмотреть на них. Все дивятся, показывают на них один другому: такие хорошие, красивые джигиты и такие несчастные! Оказалась среди жителей и дочь здешнего падишаха. Приглянулась она нашим джигитам, и решили они унести её. Схватили и побежали. Слепой несёт девушку, безрукий — Тан-батыра. Погнались было за ними жители города, да куда там — скоро все отстали и след их потеряли.

А джигиты пришли на то место, где стояли их шалаши, и говорят девушке:

— Не бойся нас, мы тебе ничего худого не сделаем. Будешь ты нам за сестру, будешь варить нам пищу да следить за костром, чтобы он не погас.

Утешилась девушка, стала жить с джигитами, стала готовить им еду, ухаживать за ними.

А джигиты ходили на охоту втроём. Они уйдут, а девушка сварит пищу, починит их одежду, приберёт в шалаше и ждёт их.

Однажды она всё приготовила, села дожидаться трёх джигитов, да и задремала. А костёр и потух.

Проснулась девушка, увидела, что огонь погас, и сильно испугалась.

«Что теперь делать? — думает. — Придут братья — что им скажу?»

Забралась она на высокое дерево и стала осматриваться. И увидела она: далеко-далеко блестит огонёк с мышиный глазок.

Пошла девушка к этому огню. Пришла и видит: стоит маленькая избушка.

Открыла дверь, вошла. Сидит в избушке старуха.

— Зачем, дочка, пришла? Чего ищешь здесь? — спрашивает она.

А это была ведьма — Убырлы Карчык.

Девушка поклонилась ей и сказала:

— О бабушка, у меня огонь потух! Вот я и вышла искать огонь и пришла к тебе.

— Ну что ж, дочь моя, — говорит Убырлы Карчык, — я тебе дам огня.

Расспросила старуха девушку обо всём, дала ей огня и сказала:

— Живу я совсем одна в этой избушке, никого у меня нет, не с кем и словом перемолвиться. Завтра приду к тебе в гости, посижу у тебя, поговорю с тобою.

— Хорошо, бабушка, — говорит девушка. — Только как же ты найдёшь нас?

— А вот я дам тебе ведро золы. Ты иди и понемножку сыпь за собою золу. По этому следу я и найду ваше жильё!

Девушка так и сделала. Принесла она огонь, развела костёр, сварила пищу. А тут и джигиты с охоты вернулись. Наелись они, напились, проспали ночь, а рано утром опять отправились на охоту.

Как только они ушли, явилась Убырлы Карчык. Посидела она, поговорила с девушкой, потом стала просить:

— Ну-ка, дочка, расчеши мои волосы, самой мне трудно это делать!

Положила она голову на колени девушке. Стала девушка расчёсывать ей волосы. А Убырлы Карчык принялась высасывать её кровь. Девушка и не заметила этого. Насытилась старуха и говорит:

— Ну, дочь моя, мне домой пора! — и ушла.

После этого Убырлы Карчык каждый день, как только джигиты уходили в лес, являлась к девушке и высасывала её кровь. Высасывает, а сама пугает девушку:

— Если скажешь джигитам, совсем тебя погублю!

Девушка день ото дня стала худеть, сохнуть, остались у неё одни кости да кожа.

Встревожились джигиты и спрашивают её:

— Что с тобою, сестра? Почему ты так худеешь? Может быть, ты скучаешь по дому или тяжело хвораешь, да не хочешь нам сказать?

— И не скучаю я, и не хвораю, — отвечает им девушка, — так просто худею, а почему, и сама не знаю.

Скрыла она правду от братьев, потому что сильно боялась старухи.

Скоро девушка так ослабела, что не могла уже и ходить. Только тогда открыла она братьям всю правду.

— Когда, — говорит, — потух у меня огонь, пошла я за огнём к избушке какой-то старухи. Эта старуха стала ходить ко мне каждый день, когда вас нет. Придёт, напьётся моей крови и уходнт.

— Надо поймать и убить эту старуху! — говорят джигиты.

На следующий день двое ушли на охоту, а слепого оставили дома — караулить девушку.

Вскоре пришла старуха, увидела слепого джигита, засмеялась и сказала:

— А-а-а! Видно, этот слепой остался, чтобы меня подстеречь!

Выдрала она у себя из головы волосы и связала ими крепко-накрепко руки и ноги слепому джигиту. Лежит он, не может шевельнуть ни ногой, ни рукой. А старуха напилась девушкиной крови и ушла.

На другой день остался возле девушки безрукий джигит.

Пришла ведьма, связала его своими волосами, напилась девушкиной крови и ушла.

На третий день возле девушки остался сам Тан-батыр. Он спрятался под пары, на которых лежала девушка, и сказал:

— Если старуха придёт и спросит, кто сегодня остался дома, скажи: «Никого нет, они испугались тебя». А когда старуха начнёт пить твою кровь, ты незаметно спусти прядь её волос под нары.

Тут скоро пришла и старуха и спрашивает:

— Кто сегодня остался дома?

— Никого нет, — отвечает девушка. — Они испугались тебя и ушли.

Положила старуха голову на колени девушки, принялась высасывать её кровь. А девушка осторожно спустила прядь её волос в щель под нары. Схватил Тан-батыр старухины волосы, натянул их, привязал крепко к поперечной доске и выбрался из-под нар. Хотела старуха бежать, да не тут-то было! Принялся Тан-батыр бить Убырлы Карчык. Кричит она, вырывается, да ничего не может поделать. А тут вернулись и ещё два джигита. Стали и они бить старуху. До тех пор били, пока она не запросила пощады. Начала она плакать, упрашивать джигитов:

— Не убивайте меня! Отпустите! Я сделаю слепого зрячим, безрукий снова станет с руками! У безногого опять будут ноги! Девушку сделаю здоровой и крепкой! Только не убивайте меня!

— Поклянись, что сделаешь, как обещала! — говорят братья.

Поклялась старуха и говорит:

— Кого из вас исцелить сначала?

— Исцели девушку!

Разинула старуха пасть и проглотила девушку. Встревожились было джигиты, а старуха опять открыла пасть, и девушка вышла из неё; и такой она стала красивой и румяной, какой и не была прежде.

После этого проглотила Убырлы Карчык слепого. Вышел слепой из её рта зрячим.

Проглотила старуха безрукого. Вышел он из её рта с обеими руками.

Настал черёд Тан-батыра. Он говорит:

— Смотрите, братья, будьте наготове! Проглотить-то она меня проглотит, а обратно, может быть, и не выпустит. Пока не появлюсь я, не отпускайте её!

Проглотила Убырлы Карчык Тан-батыра.

— Скоро ли выйдет он? — спрашивают джигиты.

— Никогда не выйдет! — отвечает старуха.

Стали джигиты бить старуху. Сколько ни били, не выпустила она Тан-батыра. Тогда взяли они свои мечи и разрубили ведьму на куски. А Тан-батыра так и не нашли. И вдруг заметили они, что у ведьмы не хватает одного большого пальца с руки. Стали искать этот палец. Видят, бежит ведьмин палец к ее избушке. Поймали его, разрезали, и вышел оттуда Тан-батыр, здоровый, красивый, ещё лучше, чем прежде был.

Обрадовались джигиты, устроили на радостях пир, а потом решили отправиться по своим домам, каждый в свою страну. Тан-батыр говорит:

— Давайте проводим сначала домой нашу сестру. Много она для нас добра сделала.

Собрали они для девушки разных подарков, посадили на плечи к быстроногому. Он в один миг доставил её домой к родителям и вернулся обратно.

После этого джигиты попрощались, уговорились никогда не забывать друг друга, и каждый отправился в свою страну.

Тан-батыр прошёл много стран, много рек и дошёл наконец до своей родной страны. Подошёл он к городу, но не объявился ни родителям, ни падишаху. Нашёл он бедный домишко на окраине города, где жили старик со старухой, и попросил приютить его. Старик этот был сапожником. Стал Тан-батыр расспрашивать старика:

— Вернулись ли батыры, которые ездили искать дочерей падишаха?

Старик говорит:

— Батыры вернулись и дочерей падишаха привезли, только вот один из них погиб, не вернулся.

— А справили ли свадьбу батыры? — спрашивает Тан-батыр.

— Нет, не справили ещё, — отвечает старик. — Да уж теперь недолго ждать: говорят, свадьба будет через день.

Тогда Тан-батыр написал на воротах: «Могу сшить к свадьбе для дочерей падишаха мягкие сапожки — читек».

— Зачем ты это сделал? — спрашивает старик.

— Скоро сам узнаешь, — говорит Тан-батыр.

Прочитали люди эту надпись, рассказали дочкам падишаха.

Пришли старшая и средняя дочери, приказали сшить им завтра к утру три пары читек.

— Две, — говорят, — для нас, а третью для нашей младшей сестры.

Нечего делать старику — согласился он. А сам стал упрекать Тан-батыра:

— Смотри, будет беда! Разве успею я сшить к утру три пары читек?

Уселся старик за работу, а сам всё ворчит, бранит Тан-батыра.

Говорит ему Тан-батыр:

— Не бойся, бабай, всё хорошо будет! Ты ложись и спи спокойно, я сам читек сошью!

Улеглись старик со старухой спать.

Когда настала полночь, Тан-батыр вышел из дома, вынул из кармана три яйца, покатил их по земле и сказал:

— Пусть появятся три пары читек!

И тотчас же появились три пары читек — одни золотые, другие серебряные, третьи медные. Взял их Тан-батыр, принёс в избушку и поставил на стол.

Утром, когда старик поднялся, Тан-батыр ему говорит:

— Вот, бабай, я сшил три пары читек, не обманул тебя! Когда придут дочери падишаха, отдай им, да не говори, кто сшил. А если будут спрашивать, скажи: «Сам сшил». А обо мне — ни слова!

Вскоре к дому сапожника пришли дочери падишаха, вызвали его на крыльцо и спрашивают:

— Сшил ли, бабай, для нас читек?

— Сшил, — говорит сапожник.

Вынес он все три пары, подал им.

— Вот, посмотрите — нравится ли вам?

Взяли дочери падишаха читек, стали их разглядывать.

— Кто их сшил? — спрашивают.

— Как — кто? — говорит старик. — Я сам.

Расплатились дочери падишаха с сапожником, дали ему много денег и снова спрашивают:

— Скажи правду, бабай: кто сшил читек?

А старик на своём стоит:

— Сам сшил, и всё тут!

Не поверили ему дочери падишаха:

— Искусный ты мастер, бабай! Мы твоей работой очень довольны. Пойдём сейчас к отцу, попросим его отложить свадьбу на один день, а ты нам за этот день сшей три платья без швов. Смотри, чтобы в срок были готовы!

Нечего делать старику — согласился он.

— Хорошо, — говорит, — сошью.

А сам вернулся в избушку, стал выговаривать Тан-батыру:

— Довёл ты меня до беды! Разве сумею я сшить три платья для дочерей падишаха?

А Тан-батыр утешает его:

— Ты не горюй, бабай, ложись и спи спокойно: будут у тебя в нужный срок три платья!

Когда настала полночь, Тан-батыр вышел на окраину города, покатил по земле три яйца и молвил:

— Пусть появятся три платья без швов для дочерей падишаха!

И в тот же миг появились три платья без швов — одно золотое, другое серебряное, третье медное.

Принёс он эти платья в избушку, повесил на крюк.

Утром пришли дочери падишаха, вызвали старика:

— Готовы, бабай, платья?

Вынес им старик платья, подал. Девушки прямо окаменели от удивления:

— Кто сшил эти платья?

— Как — кто? Я сам и сшил!

Расплатились щедро дочери падишаха со стариком и говорят:

— Раз ты такой искусный мастер, исполни и ещё одно наше приказание!

Старику делать нечего — хочешь не хочешь, надо соглашаться.

— Ладно, — говорит, — приказывайте.

Старшая дочь падишаха сказала:

— Завтра к утру построй мне на окраине города медный дворец!

Средняя сказала:

— Завтра к утру построй мне на окраине города серебряный дворец!

А младшая приказала:

— А для меня построй завтра золотой дворец!

Испугался старик, хотел отказаться, да понадеялся на джигита, который и читек и платья без швов сшил.

— Хорошо, — говорит, — постараюсь!

Как только дочери падишаха ушли, старик стал упрекать Тан-батыра:

— Довёл ты меня до гибели! Пропал теперь я… Где это видано, чтоб один человек за ночь три дворца построил!

А сам весь трясётся, плачет. И старуха плачет:

— Погибли мы! Конец наш пришёл!

Стал Тан-батыр утешать их:

— Не бойся, бабай, ложись и спи спокойно, а дворцы я как-нибудь и один построю!

В полночь вышел он на окраину города, покатил три яйца в три стороны и молвил:

— Появитесь три дворца: медный, серебряный и золотой!

И только вымолвил, появились три дворца невиданной красоты.

Утром Тан-батыр разбудил старика:

— Сходи, бабай, иа окраину города, посмотри, хорошие ли дворцы я построил!

Ушёл старик, посмотрел. Прибежал домой радостный, весёлый.

— Ну, — говорит, — теперь не казнят нас!

Немного спустя приехали дочери падишаха. Повёл старик их к дворцам. Посмотрели они на дворцы и говорят между собой:

— Видно, Тан-батыр вернулся. Кроме него, никто не мог бы построить эти дворцы!

Подозвали они старика и спрашивают:

— Хоть в этот раз скажи правду, бабай: кто эти дворцы построил?

Старик помнит приказание Тан-батыра никому не говорить о нём и своё твердит:

— Сам я построил, сам! А то кто же ещё?

Засмеялись дочери падишаха, стали дёргать старика за бороду: может, эта борода поддельная? Может быть, это Тан-батыр бороду надел? Нет, не поддельная борода, и старик настоящий.

Тогда девушки стали упрашивать старика:

— Исполни, бабай, нашу последнюю просьбу: покажи нам джигита, который построил эти дворцы!

Хочешь не хочешь — надо показать. Привёл старик дочерей падишаха к своей избушке, кликнул джигита:' — Выходи сюда!

И вышел из избушки сам Тан-батыр. Увидели его девушки, бросились к нему, заплакали от радости, стали расспрашивать его, где он был, как стал опять здоровым.

Побежали они к падишаху и сказали:

— Отец, вернулся батыр, который спас нас от дивов! А братья его — презренные обманщики и злодеи: они хотели погубить своего брата, а нас грозились убить, если мы расскажем правду!

Разгневался падишах на обманщиков и сказал Тан-батыру:

— Что хочешь делать с этими коварными злодеями, то и делай!

Тан-батыр велел привести братьев и сказал им:

— Вы сделали много зла, и за это надо было бы казнить вас. Но казнить вас я не хочу. Уходите из этого города и никогда больше не показывайтесь мне на глаза!

Опустили головы обманщики и ушли.

А Тан-батыр приказал найти своих друзей, с которыми он жил в лесу, и привести к нему.

— Теперь, — говорит, — можно и свадьбы справлять!

Тан-батыр женился на младшей дочери падишаха, быстроногий — на средней, а силач — на старшей. Устроили богатый пир и пировали сорок дней и сорок ночей. После этого Тан-батыр взял к себе своих родителей, и стали они жить вместе.

Очень хорошо они живут. Сегодня я к ним ходил, вчера назад пришёл. С мёдом чай у них пил!

Саран и Юмарт

ыло это в давние-предавние времена. Жили в одном ауле два соседа: один — Саран[10],другой — Юмарт[11]. Однажды отправились они вдвоём странствовать в далёкие края.

Шли весь день, а вечером проголодались и сели отдохнуть, закусить.

Развязал Юмарт свой мешок, достал лепёшки и стал есть. А Саран повозился со своим мешком и говорит:

— Я что-то не могу мешок развязать — видно, очень крепко завязал. Придётся нам обоим твои лепёшки есть!

— Ну что же, — ответил Юмарт, — я не против. Будем есть мои лепёшки!

Поужинали они, заночевали, а утром двинулись дальше. Шли, шли, долго шли и опять проголодались.

— Чьи лепёшки будем есть — твои или мои? — спрашивает Саран.

— Как хочешь.

— Ну, так будем твои есть!

— Мои так мои, мне для товарища ничего не жалко!

Так Саран ел лепёшки Юмарта и на другой день, а свой мешок и не думал развязывать.

На третий день, когда мешок Юмарта опустел. Саран подумал: «Теперь он захочет мои лепёшки есть…»

Дождался Саран, когда Юмарт уснул, и ушёл потихонечку.

Проснулся Юмарт — нет спутника!

Пошёл он один лесом.

Шёл, шёл — дошёл до заброшенного домика.

Вошёл он в домик, а домик пустой, никого нет.

Огляделся Юмарт и видит — лежит на нарах[12] полкаравая белого хлеба. Обрадовался Юмарт, отрезал себе ломоть, поел и лёг под нары.

«Дай-ка, — думает, — посмотрю, кто в этот дом придёт».

Недолго пришлось ему ждать. Открылась дверь, и в домик вошли медведь, лиса и мышь.

Разделили они хлеб на три части, поели и стали разговаривать.

Мышь говорит:

— В этом домике, на печке, припрятан горшочек серебряных монет. Когда я прыгаю с печки, монеты тихонько позвякивают.

Лиса говорит:

— Знаете вы старый дуб, который растёт недалеко от нашего домика? Под этим дубом закопан слиток серебра с баранью голову. Кто-то в том месте копал, а до слитка не докопался.

— Это что! — говорит медведь. — А я вот знаю, что возле дороги закопан слиток золота с конскую голову. Там тоже кто-то копал, золото искал, да не мог найти.

Поговорили медведь, лиса и мышь и заснули. А утром разошлись по своим делам.

Вылез Юмарт из-под нар, заглянул на печку и увидел горшочек с серебром.

«Никому это серебро здесь не нужно, — думает Юмарт. — Возьму-ка я его себе!»

Взял он горшочек с серебром и пошёл к старому дубу.

Тут он выкопал серебряный слиток величиной с баранью голову и зашагал дальше.

Возле дороги он заметил небольшую ямку и стал копать. Недолго копал и выкопал слиток золота величиной с конскую голову.

Положил Юмарт слиток золота в свой мешок и пошёл лесом.

Скоро он заметил высокое дерево, вокруг этого дерева вся трава была вытоптана.

«Влезу-ка я на дерево, — подумал Юмарт, — да посмотрю, кто это приходит сюда вытаптывать траву!»

Спрятал он свой мешок за большой пень, а сам взобрался на дерево и притаился между ветвями.

Вечером к дереву собрались джинны и стали хвастаться своими проделками. Старший джинн выслушал их, а потом спросил:

— А где же слепой джинн? Приведите-ка его сюда, да поскорее!

Скоро привели слепого.

— Почему ты так опоздал? — спросил у него старший.

— Я напускал хворь на ханскую дочь. Теперь она сильно больна, и никто, кроме меня, не может её исцелить!

— Расскажи нам, как и чем можно вылечить ханскую дочь! — приказал старший.

Слепой сказал:

— У хана в стаде есть любимая чёрная корова. Если хан заколет эту корову и накормит её мясом всех жителей города, тогда его дочь снова станет здоровой.

Как только поднялось солнце, джинны разлетелись, а Юмарт слез с дерева и направился в город. На окраине города он зашёл в дом, поздоровался с хозяевами и сказал:

— Я пришёл к вам издалека. Расскажите мне здешние новости!

— Плохие у нас новости, — ответили хозяева. — Тяжело заболела единственная дочь нашего хана. Горюет хан, не знает, что и делать. Объявил он, что тому, кто вылечит его дочь, он отдаст половину своего ханства.

— Пойду-ка я к хану и попробую вылечить его дочь! — сказал Юмарт.

Купил Юмарт на базаре толстую старинную книгу, чтобы его приняли за лекаря, и пошёл в ханский дворец.

— Я лекарь, — объявил он, — пропустите меня к хану!

Слуги сейчас же провели его к хану.

— Правда ли, что ты можешь исцелить мою дочь? — спросил хан.

— Правда, — ответил Юмарт.

Он раскрыл свою толстую книгу, сделал вид, будто вычитал в ней что-то, и сказал:

— Хан, в твоём стаде есть черная корова. Прикажи заколоть эту корову и накормить её мясом жителей города. Тогда твоя дочь поправится.

Хан приказал выполнить всё, что велел сделать лекарь. Чёрную корову закололи и её мясом накормили жителей города. И в тот же день ханская дочь поднялась с постели, как будто никогда и не была больна. Хан сдержал своё слово и отдал Юмарту половину своего ханства.

Стал Юмарт самым знатным человеком в городе. Открыл он мастерские, где искусные мастера обучали детей разным ремёслам.

Вот однажды после долгих скитаний пришёл в этот город и Саран.

Очень он удивился, когда узнал в знатном человеке города своего спутника. Пришёл он к нему и стал расспрашивать Юмарта, как тот достиг такой жизни.

Юмарт рассказал обо всём, что случилось с ним после того, как сбежал от него Саран.

Выслушал Саран рассказ Юмарта, и завидно ему стало. Недолго думая побежал он к-покинутому домику.

Разыскал домик, вошёл в него, огляделся и увидел на нарах полкаравая белого хлеба. Жадный был Саран! Сунул он весь хлеб в мешок, а сам залёг под нары.

Вечером в домик пришла мышь, за ней лиса; последним притащился медведь.

Взглянули они на нары и сказали:

— А где же наш хлеб? Кто его съел?

— Видно, сюда кто-то приходил, — сказала лиса.

— А ну-ка, мышь, осмотри все уголки, погляди — не спрятался ли кто в нашем домике? — сказал медведь.

Заглянула мышь на печку — пет никого.

— Посмотри теперь под нарами, — сказал медведь.

Побежала мышка под пары и вскочила прямо на голову Сарана.

Испугался Саран, закричал и выскочил из-под нар.

— А, вот кто съел наш хлеб! — закричал медведь.

Кинулись звери на Сарана и разорвали его.

Так поплатился ом за свою скупость и зависть.

Гульчечек

давние-предавние времена жила в темном лесу старуха-убыр — ведьма. Была она злая-презлая и всю жизнь людей на плохие дела подбивала.

А у старухи-убыр был сын. Пошёл он раз в деревню и увидел там красивую девушку, по имени Гульчечек. Понравилась она ему. Утащил он ночью Гульчечек из родного дома и привёл к себе в дремучий лес. Стали они жить втроём.

Собрался однажды сын убыр в дальнюю дорогу.

Осталась Гульчечек в лесу со злой старухой. Затосковала она и стала просить:

— Пусти меня к моим родным погостить! Соскучилась я здесь…

Не отпустила её убыр.

— Никуда, — говорит, — я тебя не отпущу, живи здесь!

Уйдёт убыр из избы, а сама запрёт Гульчечек на замок.

Только случилось раз, что убыр ушла в лес на всю ночь и забыла запереть дверь.

Увидела Гульчечек открытую дверь, обрадовалась. Стала собираться в дорогу. Собирается она, а сама песню поёт:

Стало в лесу светло, В небе луна взошла. Выну из печки белеши, В гости домой пойду!

Вынула Гульчечек из печи белеши, завернула их в платок и пошла поскорее к родным в деревню.

А убыр вернулась домой, видит — нет Гульчечек и белешей нет.

Разозлилась убыр. Обернулась серым волком и пустилась за Гульчечек в погоню.

Бежит она, обнюхивает дорогу, высматривает следы, а сама хриплым голосом поёт:

Хвост мой, как сноп ржаной. Машу я хвостом и рычу: Белеши мои отдай — Не то на куски разорву, Не то на куски разорву!

Услышала Гульчечек песню старухи-убыр — испугалась. Отдала бы она белеши, только уж нету ни одного — съела их Гульчечек…

Оглянулась она по сторонам. Туда посмотрела, сюда посмотрела — видит, стоит неподалёку старый, дуплистый вяз, ветки во все стороны широко раскинул. Подбежала к нему Гульчечек, запела:

Развесистый вяз, Тенистый вяз! Злая убыр меня догоняет. Спрячь поскорей меня, вяз! Укрой поскорей меня, вяз!

Пожалел старый вяз Гульчечек. Раскрыл своё дупло, в котором белка зимой орехи прятала, в котором сова днём отдыхала. Гульчечек забралась в дупло и притаилась там.

Подбежала убыр к вязу. Стала землю когтями царапать, стала выть да рычать. Всю ночь от вяза не отходила. А Гульчечек сидит в дупле и голоса не подаёт.

Как только взошло солнышко, испугалась убыр светлого дня и убежала к себе домой.

Выбралась Гульчечек из дупла, поблагодарила вяз за приют и побежала дальше.

А убыр дождалась вечера, снова обернулась волком и опять пустилась в погоню за Гульчечек. Напала на её след и запела:

Хвост мой, как сноп ржаной, Машу я хвостом и рычу: Белеши мои отдай — Не то на куски разорву, Нс то на куски разорву!

Услышала Гульчечек голос убыр — совсем оробела, не знает, что и делать. Оглянулась она по сторонам. Туда посмотрела, сюда посмотрела — увидела круглую полянку, а на полянке маленькое озеро. Стала Гульчечек просить:

Озеро серебряное, полноводное! Догоняет меня старуха-убыр. Спрячь поскорей меня, озеро! Укрой поскорей меня, озеро!

Пожалело озеро Гульчечек. Взволновалось, выплеснулось из берегов, окружило то место, где Гульчечек стояла, оградило её от убыр глубокой водой.

Всю ночь выла старуха-убыр, всю ночь царапала когтями камни на берегу озера, а добраться до Гульчечек так и не могла.

Как только занялась утренняя заря, побежала убыр от озера в тёмный лес.

Тут озеро взволновалось, отхлынуло в сторону, на своё прежнее место, и Гульчечек вышла на сушу.

Поблагодарила она озеро за приют и поспешила дальше.

Шла она, шла — вот и утро прошло, и день миновал, и снова вечер настал. Вышла Гульчечек к опушке леса. Отсюда и родная деревня видна. Думала Гульчечек, что беда уже прошла, да не тут-то было!

Злая убыр обернулась опять волком, бежит по пятам, совсем догоняет, вот-вот схватит… А сама воет:

Хвост мои, как сноп ржаной, Машу я хвостом и рычу: Белешн мои отдай — Не то на куски разорву, Не то на куски разорву!

Испугалась Гульчечек. Куда деться? Куда спрятаться?.. Оглянулась она по сторонам. Туда посмотрела, сюда посмотрела — увидела на краю поля высокую берёзу. Забралась поскорее на самую верхушку, села на ветку и сидит.

А убыр подбежала и стала когтями подрывать корни у берёзы. Сама от злости воет и рычит.

«Неужели погубит меня злая старуха-убыр? — думает Гульчечек. — Неужели не увижу я больше мать, отца?..»

Тут подлетел скворец и сел на вершину берёзы. Стала Гульчечек просить его:

Черноглазый скворушка, Чернокрылый скворушка! Возьми волосок из моей косы, Моим родным его отнеси, Отнеси поскорее, скворушка!

Вырвала Гульчечек два волоска из косы и подала их скворцу. Схватил скворец волоски и полетел к дому Гульчечек, к её матери, отцу. Прилетел и повесил волоски на ворота.

Вышел тут к воротам старший брат Гульчечек, увидел волоски и говорит:

— Это мой конь тёрся гривой о ворота и свои волоски оставил.

Снял он волоски и натянул их вместо струн на свою скрипку.

— Дай-ка я попляшу да на скрипке поиграю! — говорит его жена.

Взяла она скрипку и только притопнула ножкой, только коснулась струн, как запели струны голосом Гульчечек:

Плясовую не играй: Поясница болит. Ножками не топай: Головушка болит!

Удивилась жена брата:

— Ой, вы только послушайте: скрипка человечьим голосом поёт! Не велит плясовую играть, не велит ножками топать!

Взял брат скрипку в руки. Не успел струны тронуть, как скрипка сама запела голосом Гульчечек:

Не тронь, не тронь, братец: Голова болит. Не щипли ты струны: Волосы болят!.. На опушке леса белая берёза, На её вершине Гульчечек. У корней берёзы воет злая убыр, Корни подрывает, Гульчечек погубит. Не играй ты, братец, скрипку отложи, На опушку леса ко мне поспеши!

Не стал брат раздумывать, взял тяжёлую дубину, вскочил на коня и помчался на опушку леса.

А убыр уже подрыла корни у берёзы. Шатается, качается берёза — вот-вот упадёт!

Подскакал брат к старухе-убыр, ударил её своей тяжёлой дубинкой. Упала злая убыр и крикнуть не успела. Брат снял Гульчечек с берёзы, посадил на коня и привёз домой, к отцу, к матери.

Обрадовалась мать, обрадовался отец. Стали они жить все вместе дружно и счастливо…

Я у них был — вчера пошёл, сегодня вернулся. Чаю с мёдом напился, пирогов наелся.

Мудрый старик

щё в давние времена жил один падишах. Был он жестокий, особенно не любил стариков и приказывал убивать всех, кому исполнится семьдесят лет.

«Всё равно от них нет никакой пользы», — говорил при этом безжалостный падишах.

В столице падишаха жил в это время один юноша. У него был семидесятилетний отец. Юноша очень любил отца и спасал его от казни. Он следил, чтобы старик никому на глаза не попадался. Каждый вечер юноша приходил к отцу и рассказывал обо всём, что видел и слышал за день.

Вот однажды пришёл юноша к отцу, и отец спросил его:

— Что нового на свете, сынок?

— Сегодня днём, — начал свой рассказ юноша, — падишах со своими визирями пришёл на берег реки. Увидел он на дне реки сверкающий драгоценный камень и приказал достать его. Пловцы нырнули в воду, по не нашли там никакого камня, а когда вынырнули — увидели, что драгоценный камень по-прежнему сверкает на дне реки. Ни падишах, ни его визири нс могут узнать, где же находится камень.

— Скажи, сынок, нет ли на берегу дерева? — спросил старик.

— Есть. Ветви его свисают над водой в том месте, где падишах увидел драгоценный камень, сказал юноша.

— А нет ли на том дереве гнезда? — снова спросил старик.

— Есть.

— Ну, так слушай, что я тебе скажу. Драгоценный камень лежит не на дне реки, а в птичьем гнезде. В воде же блестит только его отражение, — уверенно сказал старик.

Наутро собрались падишах с визирями на берегу реки, смотрят — камень по-прежнему сверкает на дне. Нырнули — нет ничего! Стоят визири, ничего понять не могут. Тут подошёл к падишаху юноша, поклонился и говорит:

— Позволь, великий падишах, слово молвить: не ищите камень в воде. Видите дерево? На том дереве есть гнездо, а в гнезде лежит камень. Там его и ищите.

Падишах только бровью повёл — кинулись к дереву визири и через минуту принесли ему драгоценный камень величиной с гусиное яйцо. Удивился падишах.

— Считаетесь вы людьми учёными, а оказались глупее этого юноши! — упрекнул он своих визирей.

А у юноши он спросил:

— Кто тебе рассказал об этом?

— Я сам догадался, — ответил юноша.

Визири затаили против юноши злобу. И то сказать — опозорил он их перед падишахом! И решили визири сжить юношу со свету. Пришли они к падишаху и сказали:

— Джигит-то хвастается — говорит: «Я всё на свете могу отгадать». Позволь, падишах, показать ему двух жеребцов, одинаковых по виду, и пусть он, не подходя близко к ним, отгадает, который жеребец молодой, который — старый.

— Хорошо, — согласился падишах.

Призвал он юношу и говорит:

— Приди сюда завтра, мы тебе покажем двух жеребцов, а ты должен будешь отгадать, который из них молодой, который — старый.

Поклонился юноша и, печальный, вернулся домой. Дома он опять пришёл к отцу и молча сел около него.

— О чём думаешь, сын мой? — спрашивает старик.

— Ты, отец, правду сказал о драгоценном камне: его нашли в птичьем гнезде! Теперь падишах задал мне другую задачу. — И юноша рассказал отцу, какую задачу придётся ему завтра разгадывать.

— Не горюн, сынок! Эта загадка очень простая, — успокоил его отец. — Ты пойдёшь завтра к падишаху и, когда выведут жеребцов, внимательно посмотри на их повадки: молодой жеребец шагу спокойно не сделает — издали начнёт приплясывать, а старый только головой поведёт и молодому дорогу уступит.

На другое утро пришёл юноша на падишахский двор. Через некоторое время и падишах со своими визирями туда же вышел. Махнул падишах рукой — вывели двух одинаковых жеребцов. Один жеребец идёт, всё приплясывает, а другой идёт и только головой мотает.

— Вот этот жеребец молодой, а тот старый, — уверенно сказал юноша.

Не успел юноша отгадать эту загадку, как визири приготовили ему новую. Они велели обтесать два одинаковых бревна, и юноша должен был отгадать, какое бревно отпилено от верхней половины дерева, какое — от нижней.

Печальный вернулся юноша домой. Пришёл к отцу и рассказал про новую загадку.

— Нс горюй, сынок, — успокоил его отец, — разгадать эту загадку нетрудно. Ты вели опустить оба бревна в воду и посмотри: бревно от верхней половины дерева всплывёт всё целиком, а бревно, отпиленное от нижней половины, одним концом опустится в воду.

Наступило утро. Пришёл юноша в назначенное место, а там лежат два одинаковых бревна. Падишах сказал юноше:

— Вот тебе два бревна. Ты к ним нс прикасайся, iio отгадай, какое отпилено от верхней половины дерева, какое — от нижней.

— Опустите оба бревна в воду, — сказал юноша.

Опустили брёвна в воду, и сразу одно всплыло наверх, а другое наполовину погрузилось в воду.

— Вот это — верхняя часть дерева, это — нижняя, — уверенно сказал юноша.

Удивился падишах и спрашивает:

— Кто тебя научил этому?

— Я сам догадался, — отвечает юноша.

— Нет, ты ещё слишком молод и неопытен и не можешь всё знать, — сказал падишах. — Говори правду: кто тебя научил? Если не скажешь, прикажу тебя казнить!

«Что будет, то и будет — скажу правду», — подумал юноша и признался:

— Меня научил отец, которому исполнилось семьдесят лет. Я прячу его, чтобы уберечь от смерти.

— Видно, и старики бывают полезны. Без них тоже не обойдёшься! — сказал падишах и отменил свой жестокий приказ.

Охотник и служанка

давние времена жил на свете один молодой джигит-охотник. Пошёл он раз в лес иа охоту. Бродил, бродил по лесу, выбился из сил, а никакой дичи не подстрелил. Вышел охотник на полянку и решил немного отдохнуть. Прилёг, да незаметно и уснул. Проснулся он утром и видит: вокруг его шеи обвилась змея. Испугался охотник, не знает, что ему делать. Поспешил он в своё село. А в их селе жила старуха, которая заговаривала змей. Люди и говорят ему:

— Сходи к этой старухе. Может быть, она разгадает, почему змея обвилась вокруг твоей шеи, и поможет освободиться от неё.

Пришёл охотник к старухе.

— Помоги мне! — говорит.

Стала старуха заговаривать змею, приказывает ей освободить джигита. А змея не слушает её, не отпускает джигита. Тогда старуха сказала охотнику:

— Ты, сынок, не бойся этой змеи. Что будешь есть сам, тем же корми и её. Может быть, она принесёт тебе счастье.

Выслушал джигит слова старухи, да не успокоили они его. Разве приятно, когда змея шею обвила и не хочет отпускать? Загоревал джигит и думает:

«Как я буду жить в селе со змеёй на шее? Лучше уйду куда-нибудь в безлюдное место и погибну там».

Вышел он из своего села и отправился в дремучий лес. Шёл, шёл по лесу и очутился в самой непролазной чаще. Стал джигит пробираться через эту чащу и вдруг увидел красивый дворец.

«Была не была, — подумал джигит, — зайду-ка я в этот дворец». Открыл он двери, вошёл во дворец. Окликнул — никто не отзывается.

Обошёл он комнаты — ни одной живой души не нашёл. Подошёл джигит к столу и увидел на нём разные яства и напитки. Наелся джигит досыта, накормил змею, а потом пошёл в другую комнату и улёгся спать. Лежит он, а заснуть никак не может. Лезут к нему в голову разные тревожные мысли, не дают ему спать.

Долго он так лежал с закрытыми глазами и не двигал ни рукой, ни ногой. И вдруг почувствовал джигит, что змея освободила его шею, спустилась на пол, направилась к двери и куда-то поползла.

Джигит тихонько поднялся с постели, подошёл к двери и стал смотреть в замочную скважину: что будет дальше? И видит джигит, что змея выползла на середину комнаты, приподнялась, покачнулась слегка и превратилась в красивую девушку. Осмотрелась девушка и стала прибирать комнату. Джигит увидал всё это и очень изумился, но окликнуть девушку не посмел. Лёг он на постель и притворился спящим, а сам ко всему прислушивается, зорко за всем следит.

Немного времени прошло — влетели в двери три голубя. Опустились они на пол, все трое слегка качнулись и превратились в девушек. Видит джигит — вышла к ним девушка, которая раньше была в облике змеи. Стали три девушки обнимать сестру и расспрашивать её:

— Скажи нам, сестрица, где ты так долго пропадала?

Младшая сестра сказала:

— Я отстала от вас в поле, забрела в лес и заблудилась. Я забыла, как произносить заклинания, чтобы стать голубем.

— А как ты вернулась домой?

Девушка сказала:

— Я увидела спящего в лесу охотника-джигита, приняла облик змеи, обвилась вокруг его шеи, и он вынес меня из леса, а затем принёс и сюда.

— Где же этот охотник? — спросили сёстры.

Девушка ответила:

— Спит вон в той комнате.

Сёстры сказали:

— Надо его угостить лучшими яствами и богато одарить за то, что он спас тебя!

И они принялись готовить угощения. Когда всё было готово, младшая сестра вошла в комнату, где лежал охотник, и сказала:

— Проснись, джигит, встань! Мы хотим угостить тебя.

Пока джигит умывался, младшая сестра прислуживала ему, как самому почётному гостю, и держала перед ним полотенце.

Когда джигит вышел к старшим сёстрам, они приветствовали его и сказали:

— Мы потеряли нашу младшую сестру, а ты нашёл её, спас и принёс в наш дворец. За это все мы несказанно благодарны тебе!

Девушки усадили джигита за стол и стали его угощать.

Когда джигит насытился, девушки спросили его:

— Скажи нам, джигит, чем наградить тебя за то, что ты спас нашу любимую младшую сестру?

Джигит сказал:

— Мне ничего не надо.

Старшая сестра молвила:

— Я подарю ему нашу кобылу, чтобы он мог скорее вернуться в родные места.

Вторая сестра молвила:

— А я подарю ему шапку-невидимку. Наденет он её, и никто не сможет увидеть его.

Третья сестра сказала:

— А я подарю ему наш чудесный меч. Махнёшь этим мечом — и он вытянется до края света.

Самая младшая из сестёр сказала:

— А я подарю джигиту кольчугу, её не пробьют ни меч, ни стрела. В этой кольчуге ему неопасна будет никакая битва.

Одарили девушки джигита и сказали ему:

— С этого дня ты будешь нашим братом, а мы — твоими сёстрами. Если с тобою случится какая-нибудь беда, мы сейчас же придём тебе на помощь.

Когда джигит отдохнул и погостил у девушек, они спросили у него:

— Останешься ли ты здесь или поедешь домой?

Джигит сказал:

— Если позволите, поеду домой.

Наделили девушки джигита подарками, усадили на кобылицу и проводили до опушки леса. Здесь джигит поблагодарил их, распростился с ними и поехал восвояси. Выехал джигит на большую дорогу и стал размышлять:

«У падишаха этой страны есть красавица дочь. Почему бы мне не жениться на ней? Теперь я из воинов — лучший воин, никто не может меня одолеть, лучшего зятя падишаху не найти!»

Доехал джигит до самого дворца падишаха и остановился на лужайке перед дворцом. Лошадь свою он отпустил щипать траву, а сам развёл костёр и улёгся возле него.

В это время падишах вышел на балкон и видит — какой-то неведомый джигит расположился перед его дворцом. Разгневался падишах, созвал своих слуг и стал кричать:

— Какой-то неизвестный джигит топчет лужайку, разжигает костёр перед моим дворцом! Сейчас же приведите его ко мне!

Побежал к джигиту падишахский посланец и спрашивает:

— Что ты здесь делаешь? Наш повелитель, могучий падишах, приказал выгнать тебя отсюда. Немедленно убирайся прочь, если тебе жизнь дорога!

— Мне недосуг разговаривать с тобой и с твоим повелителем-падишахом! — ответил джигит. — Пусть он высылает для переговоров свою дочь. У меня к ней есть важное дело!

Вернулся посланец к падишаху и доложил ему:

— Великий падишах мой, этот неведомый джигит требует, чтобы к нему для переговоров пришла твоя дочь!

Закричал падишах в гневе:

— Что он, или ума лишился? Сейчас же идите, убейте его или свяжите и бросьте туда, где сидят безумные!

Взял падишахский посланец десять вооружённых воинов и повёл их на луг, где сидел наш джигит. Только они приблизились, он надел шапку-невидимку и перебил всех.

Посмотрел падишах с балкона и видит: валяются его воины на земле, словно снопы.

Ещё больше разгневался падишах:

— Позор на ваши головы! Неужели вы не можете справиться с одним каким-то джигитом? Немедленно отправляйтесь к нему и убейте его!

Послал он в этот раз на джигита целое войско.

Завидел джигит это войско, надел шапку-невидимку, вынул из ножен свой меч и давай размахивать им. Вытянулся меч — и близко не подпустил падишахское войско, стал всех крушить, как траву косить.

Глядит с балкона падишах, глядят его визири — диву даются: меч войско отражает, продвигаться ему не даёт, а кто его держит — не видно.

«Это, видно, не простой человек!» — думает падишах.

Собрал он на совет всех своих визирей. Визири говорят:

— Это или какой-нибудь могучий батыр, или колдун. Лучше нам не спорить с мим. Надо выполнить всё, что он пожелает.

Одели в белое одного визиря и послали к нашему джигиту для переговоров. Отправился визирь к лугу. Идёт, а сам кричит:

— Ты меня не трогай, я только посланец падишаха!

Джигит говорит:

— Не бойся, не трону!

Подошёл посланец поближе и говорит:

— Падишах прислал меня узнать, чего ты от него хочешь.

— Мне ничего, кроме дочери падишаха, не надо, — отвечает джигит.

— Хорошо, — говорит посланец, — так и доложу!

Вернулся он к падишаху и говорит:

— Этот джигит просит твою дочь. Оказывается, только из-за неё он и воюет.

Смутились визири — не знают, как быть, какой совет дать своему падишаху. А падишах струсил и говорит:

— Надо выдать за него дочь, если он требует этого!

— Погоди, — отвечают визири, — надо прежде поговорить с твоей дочерью: что она скажет?

Вызвали дочь падишаха. Отец говорит ей:

— Дочь моя, явился к нам один батыр. Из-за тебя множество воинов перебил. Хочет жениться на тебе. Что будем делать?

— Кто он — падишах или сын падишаха? — спрашивает девушка.

— По облику простой джигит, — отвечает падишах.

— Не выйду я за него замуж! — говорит девушка. — За меня сватается сын падишаха Тнмержана, а я выйду за простого джигита!

— Нет, — отвечает падишах, — мы не можем вступать в спор с таким сильным батыром и выдавать тебя за другого. Этот джигит будет сильнее всех падишахов. Ступай к матери, посоветуйся с ней.

Отпустили падишахскую дочь поразмыслить.

Пришла она к матери, спрашивает: как быть?

Мать дала ей такой совет:

— Не отказывай этому джигиту. Если ты не выйдешь за него, он разорит все наши владения. Видишь, сколько войска он уничтожил! Ты выйди за него — выведай, в чём его сила, а там посмотрим, — как нам быть дальше.

Дочь согласилась, пошла к отцу и сказала:

— Отец, я согласна. Выйду замуж за этого джигита.

Побежали визири к джигиту, кричат в один голос:

— Дочь нашего падишаха согласна быть твоей женой!

Посадили джигита в карету, повезли его во дворец, а кобылу его привязали сзади кареты.

Во дворце и падишах и его визири встретили джигита ласково, притворились приветливыми. Дочь падишаха тоже сделала вид, что джигит нравится ей. А джигиту девушка и в самом деле очень понравилась — он рад, что на такой красавице женится.

Падишах не стал откладывать, сейчас же справил богатую свадьбу и выстроил для молодых новый дворец. После свадьбы зашёл падишах к ним узнать, как они живут. Видит — молодые довольны друг другом. Жена так и ластится к джигиту, а джигит счастливее всех на свете.

Немного времени прошло — получила дочь падишаха тайно письмо от сына соседнего падишаха Тимержана. В письме этом было написано:

«Выведай, в чём чудесная сила этого джигита, дознайся обо всём и немедля сообщи мне. Мы погубим его, и ты станешь моей женой».

Дочь падишаха не стала ждать да откладывать. Выбрала она подходящую минуту, стала обнимать джигита, говорить ему ласковые слова и выспрашивать:

— Скажи мне, как это тебе удалось так легко расправиться с войском падишаха, моего отца? Или ты обладаешь силой дива? Или у тебя есть какая-то тайна?

Джигит не ожидал никакой беды, а потому и рассказал ей всё:

— Скажу тебе правду, не буду от тебя таиться. Есть у меня шапка-невидимка, меч, который при взмахе достаёт до края земли, и кольчуга, которую не пробьёт никакая пуля. И побеждаю я не силой, а при помощи этих чудесных доспехов.

Обрадовалась дочь падишаха, что выведала всё так легко и просто, только виду не подала.

— Твои доспехи, — говорит, — драгоценные. Нельзя бросать их где попало. Может случиться, что кто-нибудь узнает об их чудесном свойстве и похитит их. А оии очень нужны нам, особам падишахского рода. Дай мне, я спрячу их в надёжное место — в мой кованый сундук.

Джигит поверил в правдивость и честность дочери падишаха, не думал, что она затаила против него злобу, и отдал ей на сохранение свои доспехи.

— Возьми, — говорит, — и спрячь получше. А когда начнётся война, ты отдашь их мне.

Дочь падишаха быстро схватила чудесные доспехи джигита и заперла их в своём сундуке. Когда джигит уснул, она пошла к падишаху и сказала:

— Отец, я теперь знаю все тайны мужа. У него есть чудесные доспехи. Я хитростью выманила их и заперла в моём сундуке. Надо скорее подменить его чудесные доспехи. Достаньте их из сундука и куда-нибудь спрячьте, а на их место положите похожие.

Падишах очень обрадовался и стал хвалить дочь за то, что она так ловко всё проделала. Потом он приказал изготовить шапку, похожую на шапку-невндимку джигита, поддельный меч и простую кольчугу. Всё это положили в сундук падишахской дочери, а чудесные доспехи джигита отправили сыну падишаха Тнмержана и написали ему: «Объяви войну джигиту и избавь нас от него».

Прочёл сын падишаха Тимержана это письмо и сейчас же отправил гонца с таким ответом: «Вышлите джигита на битву со мною».

Прибежала падишахская дочь к джигиту, стала будить его:

— Долго спишь, батыр! А спать не время: принёс гонец грамоту от сына падишаха Тимержана. Хочет он отомстить за меня, вызывает тебя на битву!

— Не печалься понапрасну, — отвечает джигит. — Для меня эта битва — не битва! Подай мне мои доспехи. Сейчас же поеду и уничтожу этого сына падишаха Тимержана!

Дочь падишаха подала ему поддельные доспехи и сказала:

— Не надеван сейчас свою кольчугу и шапку. Надень их, когда проедешь половину пути.

Джигит сел на свою кобылицу, которую получил в подарок от сестёр-волшебниц, и отправился в путь.

Вскоре он увидел вражеское войско. Стоит это войско, дожидается его, а сына падишаха Тимержана ие видно.

Слез наш джигит с лошади, надел на себя свои доспехи. И не догадывается он, что эти доспехи подменили, — вид у них совсем такой лее, как и у его чудесных доспехов.

Надел джигит подменённую шапку и решил, что теперь его никто не видит. Стал он вызывать неприятеля:

— Выходи, сын падишаха Тимержана, давай испробуем наши силы!

А сын падишаха Тимержана стоит невидимый рядом с ним. Засмеялся он, размахнулся и срубил нашему джигиту голову мечом. Срубил и говорит:

— Много воинов падишаха он побил, теперь я над ним потешусь!

Стал сын падишаха Тимержана рубить тело джигита на мелкие кусочки. Изрубил, сложил в мешок и велел привязать его к хвосту лошади.

— Пусть, — говорит, — в таком виде вернётся к своей жене! Это её не опечалит!

Думал он, что кобыла пойдёт ко двору падишаха. А кобылица побежала в лес, к своим прежним хозяйкам.

Прибежала она к лесному дворцу и громко заржала.

Почувствовали сёстры-волшебницы что-то недоброе, выбежали из дворца и видят: привязан к хвосту кобылицы окровавленный мешок. Осмотрели его сёстры и говорят:

— Это наш братец джигит! Надо оживить его!

Достали они живой и мёртвой воды и принялись оживлять джигита. Разложили куски его тела, приложили один к другому и побрызгали мёртвой водой. В тот же миг тело джигита срослось. Тогда сёстры вспрыснули тело живой водой. И в тот же миг джигит ожил.

— Что с тобой случилось? — спрашивают его сёстры. — Кто изрубил тебя?

А у джигита исчезла память, ничего он не может ответить.

Тогда сёстры принялись колдовать и узнали всё, что было с джигитом за последнее время: как он женился на дочери падишаха, как она подменила его чудесные доспехи и с помощью сына падишаха Ти-мержана погубила его.

Рассказали они всё джигиту, а потом говорят:

— Сейчас сын падишаха Тимержана женился на твоей бывшей жене, увёз её в столицу своего отца.

Разгневался джигит и говорит:

— Нельзя простить такого коварства, поеду и отомщу им обоим!

— Если хочешь ехать, поезжан, — отвечают сёстры, — а пока погости у нас, окрепни хорошенько и соберись с силами.

Когда джигит окреп и собрался уезжать, сёстры дали ему три пера и сказали:

— Эти перья чудесные. Возьмёшь в рот одно перо — станешь золотым жеребцом; возьмёшь другое — станешь яблоней; возьмёшь третье — станешь золотой уткой.

Сёстры обучили джигита, какие слова должен он произносить, чтобы изменять по желанию свой облик. И когда джигит всё запомнил, они сказали:

— Теперь никто и никогда не сможет извести тебя! Отправляйся в столицу падишаха Тимержана и отомсти обманщикам и предателям!

Джигит вскочил на свою кобылицу, поблагодарил девушек и поехал.

Приехал он в столицу падишаха Тимержана и остановился на самой окраине города. Здесь он высмотрел один бедный домик и попросил у старика хозяина, чтобы тот приютил его. Добрый старик пустил его в свой дом и стал угощать чем мог. Джигит сказал старику:

— Завтра в вашем городе базарный день. Я превращусь в золотого жеребца, а ты, бабай, выведи меня на базар и продавай. Только смотри назначай такую цену, чтобы ни простые люди, ни купцы не могли меня купить. Кроме самого падишаха, никому меня не продавай! Спросят тебя, сколько стоит твой жеребец, ты отвечай: «Отдам его тому, кто насыплет золота по щиколотку моего коня». Ни у кого, кроме падишаха, не будет столько золота!

Любопытно стало старику. Захотелось ему убедиться, правду ли говорит джигит или только смеётся над ним.

— Ну-ка, — говорит, — покажи, сынок, как ты превращаешься в золотого жеребца!

— Хорошо, — отвечает джигит. — Смотри!

Вышел он во двор, взял в рот чудесное перо и вмиг превратился в золотого жеребца — и копыта, и грива, и хвост золотые. Даже уздечка и седло из чистого золота.

Диву дался старик:

— Эх, сынок, да разве у кого хватит богатств, чтобы купить такого коня!

Переночевал джигит, а на рассвете опять обернулся золотым жеребцом. Повёл старик его на базар. Весь базар собрался вокруг них. На жеребца и смотреть невозможно, глаза болят — так он весь блестит, сверкает на солнце. Послали к падишахскому сыну вестового:

«Появился на базаре золотой жеребец. Такого коня на свете ещё не бывало».

Заторопился сын падишаха Тимержаиа на базар, и его жена просится с ним:

— Хочу и я взглянуть на этого диковинного копя!

Приехали они на базар, не могут глаз отвести от золотого жеребца — такой он статный, красивый.

Говорит падишахская дочь своему мужу:

— Давай купим этого коня, чего бы он ни стоил! Такого коня ни у одного падишаха в мире нет!

Спрашивают старика:

— Сколько просишь за коня?

Старик говорит:

— Отдам коня тому, кто насыплет золота по щиколотки ему!

Приказал сын падишаха Тимержана привезти из кладовых побольше золота. Привезли золота и насыпали по самые щиколотки коню. Старик собрал всё то золото, а сын падишаха Тимержана увёл золотого жеребца.

В столице падишаха Тимержана жила старая колдунья. Жена падишахского сына то и дело ходила к ней ворожить. Пришла она на другой день и сказала:

— Вчера мы купили на базаре такого жеребца, какого не найдёшь ни у одного падишаха! Весь он из чистого золота. Увидишь его — глаз не оторвёшь! Может быть, это конь самого небесного ангела Хезера!

— Погоди радоваться, дочка, — говорит колдунья. — Сейчас мы узнаем, откуда появился этот жеребец.

Достала она свою колдовскую книгу, полистала её и говорит:

— Эх, дочка, напрасно ты радуешься! Ведь этот золотой жеребец — оборотень. Это тот самый джигит, которого ты извела. Это он принял облик золотого жеребца. Смотри, теперь он погубит вас обоих!

Испугалась падишахская дочь, стала просить у колдуньи совета:

— Как же нам быть, бабушка?

Колдунья говорит:

— Муж твои не пожелает так расстаться с этим жеребцом. Сама знаешь, как он дорожит им. Поэтому ты иди во дворец и сейчас же притворись больной. Скажи мужу, что умираешь. Спросит он, чем тебя лечить, ты скажи: «Видела я ночью сон, будто подошёл ко мне какой-то старец и говорит: «Пока не отведаешь мяса золотого жеребца, не выздоровеешь».

Дочь падишаха дала колдунье денег, поблагодарила её за совет и пошла во дворец.

Легла она на постель и притворилась больной — стонет, охает. Забеспокоился муж, спрашивает:

— Что с тобой случилось?

А она в ответ еле-еле простонала:

— Видно, никогда больше не встану… Видно, смерть моя пришла.

— А есть ли какое лекарство от твоей болезни?.

Жена говорит:

— Приснился мне этой ночью сон, будто подошёл ко мне какой-то старец и говорит: «Пока не отведаешь мяса золотого жеребца, не выздоровеешь».

Сын падишаха говорит:

— Да разве я ради тебя не зарежу этого жеребца? Сейчас же зарежу, только бы ты выздоровела!

Этот их разговор услышала нечаянно девушка-служанка. Думает она:

«Вот зарежут этого диковинного жеребца, а мне даже и посмотреть на него не удалось!»

Пошла она в конюшню, стала рассматривать жеребца. Осматривает, а сама говорит тихонько:

— Эх, жеребец, какой ты красивый! Жаль, что не придётся на тебе покататься — сейчас тебя зарежут!

Сказал ей жеребец человеческим голосом:

— Зарежут так зарежут, убежать я теперь всё равно не успею! А ты, девушка, сделай, что я тебе скажу. Когда будут меня резать, возьми первую каплю моей крови и закопай её возле дворца. Только смотри не говори пи слова об этом никому!

Девушка-служанка говорит жеребцу:

— Выполню твою просьбу!

Только она ушла, пришёл в конюшню сын падишаха Тимержана с конюхами, вывел золотого жеребца из конюшни, приказал связать ему ноги и зарезать. А девушка-служанка тут же стоит, смотрит.

Когда провели ножом по горлу жеребца, она подскочила, и кровь брызнула на подол её платья.

— О аллах! — вскрикнула девушка. — Перепачкала я платье кровью! Надо скорее отмыть кровь…

Убежала она, вырезала кусочек платья, забрызганный кровью, и закопала его возле падишахского дворца.

Сын падишаха Тимержана приказал сварить конское мясо и отнести его жене. Она съела кусочек и воскликнула:

— Вот я и выздоровела!

Утром проснулись во дворце и видят: выросла у самой стены яблоня. Яблоки на ней крупные, красивые, висят под самыми окнами. Сын падишаха дивится, радуется. А жена его неспокойна.

«Схожу-ка я, — думает, — ещё раз к колдунье. Спрошу у неё, что это за яблоня возле нашего дворца выросла!»

Прибежала к колдунье, стала рассказывать:

— Бабушка, возле нашего дворца за одну ночь выросла яблоня. Яблоки на ней красивые, крупные, висят у самого окна. Что бы это значило?

— Это, наверно, неспроста! — говорит колдунья.

Достала она свою колдовскую книгу, полистала её и молвила:

— Это не яблоня, это всё тот же джигит. Смотри, он вас обоих погубит!

— Как же мне быть, бабушка? — спрашивает дочь падишаха.

Колдунья сказала:

— Снова притворись больной и скажи мужу: «Видела я опять вещий сон: до тех пор я не выздоровлю, пока не поем с блюда, сделанного из ствола яблони!»

Пришла дочь падишаха во дворец, улеглась на постель, лежит охает.

— Что это опять случилось с тобой? — спрашивает её муж.

— Ох, снова я заболела…

— Как же в этот раз вылечить тебя?

Она говорит:

— В эту ночь я опять видела сон. Будто бы подошёл ко мне седобородый старец и сказал: «Если не поешь с блюда, сделанного из ствола этой яблони, умрёшь».

Стал сын падишаха успокаивать жену:

— К чему нам эта яблоня? Сейчас срубим её и сделаем для тебя блюдо.

Девушка-служанка опять услышала этот разговор и думает про себя: «Дай-ка погляжу, что это за яблоня!»

Подошла к яблоне и говорит:

— Эх, яблоня, какая ты красивая, да недолго тебе красоваться: сейчас тебя срубят!

Яблоня говорит служанке человеческим голосом:

— Пусть срубят, ничего не поделаешь. А тебя я попрошу вот о чём: когда будут меня рубить, возьми первую щепку, отнеси к озеру и брось в воду.

— Хорошо, — говорит служанка, — выполню твою просьбу!

Когда стали рубить яблоню, служанка подняла первую щепку, отнесла её к озеру и бросила в воду.

А из ствола яблони сделали блюдо и подали на нём еду больной дочери падишаха. Поела она немножко и воскликнула:

— Вот я и выздоровела!

В это время прибежали слуги и говорят:

— По озеру плавает красивая золотая утка!

Сын падишаха Тимержана говорит жене:

— Схожу я на озеро, подстрелю тебе на жаркое эту утку!

Пришёл он к озеру. Видит, возле самого берега плавает золотая утка. Думает сын падишаха:

«Жалко стрелять в такую утку! Лучше поймаю ее и посажу в клетку».

Потянулся он к утке, а утка отплыла от берега. Разулся сын падишаха, вошёл в воду — утка совсем близко. Хотел схватить её, а утка отплыла в сторону. Тогда разделся он на берегу и опять вошёл в озеро. Утка совсем близко плавает. Тянется к ней сын падишаха, а схватить её всё никак не может. Заманила его утка на самую середину озера, а сама быстро быстро поплыла к берегу. Выскочила на берег, слегка качнулась и превратилась в джигита. Схватил джигит лук падишахского сына, прицелился и застрелил его. Затем он надел его одежду и пошёл во дворец. Пришёл и спрашивает слуг:

— Где ваша госпожа?

Слуги говорят:

— Она в своей комнате.

Джигит подошёл к этой комнате, пустил стрелу через стену и убил дочь падишаха. Затем он достал из её сундука свои чудесные доспехи, позвал к себе всех визирей и сказал им:

— Из-за этой обманщицы и её мужа я перенёс много всяких бед, поэтому я и предал их смерти.

После этого джигит женился на девушке-служанке, которая спасала его от гибели, и стал жить с нею дружно, в любви и согласии.

Как Таз рассказывал падишаху небылицы

ыл в давние времена один падишах. Каждый год созывал он рассказчиков из всех своих владений, ставил перед ними большую меру с золотом и объявлял:

— Кто расскажет мне такую небылицу, что, послушав её, я крикну «не может быть», тот пусть возьмёт себе золото. А если я скажу «может быть», тогда рассказчик получит сотню ударов кнутом!

Каждый раз съезжались рассказчики небылиц и состязались в своём мастерстве перед падишахом, а он всё твердил: «Это может быть, это может быть!» — и жестоко наказывал рассказчиков, а золото оставлял себе.

Однажды этот падишах опять собрал жителей на площадь, поставил большую меру с золотом и стал вызывать рассказчиков небылиц. Но все боялись, никто не выходил рассказывать. Падишах рассердился, приказал жителей разогнать, а сам ушёл во дворец. На второй день повторилось то же самое.

Вот собрал падишах жителей третий раз. Все сидят и молчат. Вдруг на середину площади выходит хитрый джигит — Таз[13]. Подошёл Таз ближе к падишаху и стал рассказывать:

— О великий падишах! Мы с бабаем переселились в эти края тогда, когда ещё мой отец не родился. Поставили мы несколько ульев и развели пчёл. Мы знали, сколько пчёл живёт в каждом нашем улье.

— Это может быть! — сказал падишах.

— Каждый день мы пересчитывали своих пчёл, — продолжал Таз рассказ, — боялись, как бы не потерялась какая-нибудь пчела. Однажды вечером стали мы считать и недосчитались двух пчёл. Бабай очень рассердился и послал меня искать их. Вот я и пошёл. Долго я ходил, а пчёл найти не мог. Устал я очень, снял сапоги и лёг спать под кустом. Вдруг около меня поднялся какой-то шум. Я проснулся и вижу — мои сапоги дерутся.

На этом месте падишах остановил Таза и сказал:

— Это может быть!

А Таз будто не слышит — рассказывает дальше:

— Я разнял сапоги, надел их на ноги и пошёл по полю. Шёл я, шёл и дошёл до леса. А в лесу что-то сильно шумит. Я сразу понял, что это жужжит одна из наших пчёл. Вошёл я в лес и вижу — идёт драка: два волка напали на нашу пчелу. Как увидели меня волки, испугались и убежали. Я осмотрел пчелу, вижу — у неё сломана одна лапа. Чтобы она могла ходить, я привязал ей вместо лапы палку и приказал лететь к бабаю.

— И это может быть! — сказал падишах.

— Погоди, — сказал Таз, — послушай, что дальше было! Пошёл я искать вторую пчелу — ведь если не найдёшь, то бабай будет ругать и накажет. Вот шёл я, шёл и наконец встретил стадо свиней. Стадо пас страшный, горбатый старик: глаза у него слезятся, волосы сбились, одет он в старые лохмотья. Подошёл я ближе и узнал в нём твоего отца, падишах! Да, это был покойный твой отец, наш старый падишах.

Тут падишах вскочил со своего места и закричал:

— Не может этого быть! Не может этого быть!

Тогда люди зашумели, заволновались, а Таз взял скорее меру с золотом и ушёл с площади.

Умная девушка

ил один падишах. У него был единственный сын, по имени Абдул.

Сын падишаха был очень глуп и этим доставлял отцу много хлопот и горя.

Падишах нанимал Абдулу мудрых наставников, посылал его на ученье в дальние страны, но ничто не помогало глупому сыну.

Однажды пришёл к падишаху один человек и сказал ему:

— Я хочу помочь тебе советом. Найди сыну такую жену, чтобы она могла разгадывать любые мудрые загадки. Ему будет легче жить с умной женой.

Согласился с ним падишах и стал искать для своего сына мудрую жену. В этой стране жил один старик. У него была дочь, по имени Магфура. Она во всём помогала отцу, и слава о её красоте и уме давно шла повсюду. И хоть была Магфура дочерью простого человека, всё же послал падишах своих визирей к её отцу: решил он убедиться в мудрости Магфуры и приказал привести её отца во дворец.

Пришёл старик, поклонился падишаху и спрашивает:

— Явился по твоему повелению, великий падишах, — что прикажешь?

— Вот тебе тридцать аршин полотна. Пусть твоя дочь сошьёт из него рубашки для всего моего войска да оставит ещё и на портянки, — говорит ему падишах.

Вернулся старик домой печальный. Вышла ему навстречу Магфура и спрашизает:

— Отчего, отец, ты такой печальный?

Рассказал старик дочери о приказе падишаха.

— Не печалься, отец. Пойди к падишаху и скажи — пусть он прежде из одного бревна выстроит дворец, где я буду шить рубашки, да ещё и на дрова оставит, — отвечает Магфура.

Взял старик бревно, пришёл к падишаху и сказал:

— Дочь моя просит тебя выстроить из этого бревна дворец да ещё оставить дров на топливо. Исполни эту задачу, тогда и Магфура исполнит твою.

Услышал это падишах, подивился мудрости девушки, собрал визирей, и порешили они женить Абдула на Магфуре. Не хотела Магфура выходить замуж за глупого Абдула, но падишах стал грозить смертью её отцу. Созвали гостей из всех владении и справили свадьбу.

Однажды вздумал падишах поехать по своим владениям; взял он с собою сына. Едут они, едут. Скучно стало падишаху, решил он испытать сына и говорит:

— Сделай дорогу короче — скучно мне что-то стало.

Абдул сошёл с коня, взял лопату и начал копать дорогу. Визирь стал смеяться над ним, а падишаху стало обидно и досадно, что сын не может понять его слов.

Сказал он сыну:

— Если завтра к утру не додумаешься, как сделать дорогу короче, накажу тебя строго!

Вернулся Абдул домой печальный. Вышла навстречу ему Магфура и спрашивает:

— Отчего ты, Абдул, такой печальный?

А Абдул отвечает жене:

— Отец грозится меня наказать, если я не додумаюсь, как сделать короче дорогу.

На это Магфура говорит:

— Не печалься, это беда небольшая. Завтра ты скажи отцу так: чтобы укоротить скучную дорогу, надо со своим спутником вести разговоры. Если спутник учёный человек, надо рассказать ему, какие есть города в государстве, какие были сражения и какие полководцы в них отличились. А если спутник простой человек, то надо ему рассказывать о разном ремесле, об искусных мастерах. Вот тогда всякому дальняя дорога будет казаться короткой.

На другой день рано утром падишах зовёт сына к себе и спрашивает:

— Додумался ли ты, как сделать дальнюю дорогу короткой?

Абдул ответил, как его научила жена.

Понял падишах, что это Магфура научила Абдула такому ответу. Улыбнулся он, но ничего не сказал.

Когда падишах состарился и умер, то вместо него управлять страной стал не Абдул-глупец, а его мудрая жена Магфура.

Сказка о жене падишаха и Алтынчеч

давние времена жили, говорят, старик со старухой. У них было три дочери-девушки. Однажды старуха тяжело заболела и умерла. Старик недолго горевал, скоро утешился — женился на другой.

Злая мачеха невзлюбила девушек и с первых же дней стала приставать к старику:

— Отвези куда-нибудь своих дочерей, избавь меня от них, как сам знаешь, не то уйду от тебя, не стану жить с тобой!

Старик был очень робкий, несмелый. Послушался злой женщины и согласился погубить своих дочерей.

Отправился он в лес, нашёл яблоню, всю увешанную яблоками, и вырыл возле неё большую, глубокую яму. Потом прикрыл эту яму тонкими прутьями, а сверху набросал листьев, чтобы было незаметно. После этого старик вернулся домой и сказал дочерям:

— Пойдёмте завтра поутру в лес за ягодами!

Рано утром девушки взяли корзинки и, ни о чём плохом не догадываясь, пошли с отцом в лес.

Пришли они в лес и стали-собирать ягоды. Старик отошёл от них и стал кликать:

— Идите скорее ко мне, дочки! Посмотрите, какую хорошую яблоню я нашёл! Яблоки — на ней красивые, спелые. Нарвите мне яблок!

Девушки взялись за руки и побежали. Как только подбежали они к яблоне, прутья под ними подломились и они свалились в яму.

Стали девушки звать на помощь отца:

— Помоги нам, отец, вытащи нас из ямы!

А старика и след простыл.

Принялись девушки плакать с горя. Долго они плакали, а потом успокоились немного и попытались выбраться из ямы. Да где уж там выбраться: яма глубокая, стенки у неё гладкие, ухватиться не за что. Опять заплакали девушки и говорят:

— Видно, погибать нам придётся в этой яме!

Долго они сидели в яме, а питались только яблоками, которые падали к ним с яблони. Когда яблоки не падали, девушки доставали со дна ямы комья глины и сбивали яблоки. Так сбили они все яблоки до одного и не знали, что же дальше делать, где брать еду.

Загоревали старшие сёстры и говорят:

— Никогда мы из этой ямы не выберемся, так тут и погибнем с голоду…

Только самая младшая сестра не горюет — всё о чём-то думает. Подвела она старшую сестру к стенке ямы и говорит:

— Ты встань здесь, а ты, средняя сестра, встань на плечи старшей, а я встану к тебе на плечи, ухвачусь за корни и как-нибудь вылезу из ямы.

Сёстры послушались её.

Старшая сестра стала у стенки ямы. На её плечи взобралась средняя сестра. А на плечи средней влезла младшая. Ухватилась она за корень яблони и выбралась из ямы. Тут она поскорее набрала яблок, которые упали на другую, сторону, бросила их сёстрам и говорит:

— Ешьте яблоки и ждите меня. Я пойду звать людей на помощь.

Долго она шла и пришла к самому падишаху. Рассказала девушка ему о своём несчастье и попросила спасти её сестёр. Падишах выслушал её и приказал слугам:

— Возьмите лестницу и помогите девушкам выбраться из ямы!

Слуги падишаха сейчас же отправились с длинной лестницей в лес, спустили её в яму, и девушки выбрались из неё.

Слуги привели их во дворец падишаха и сказали:

— Вот, великий падишах, мы достали их из ямы!

Падишах посмотрел на старшую сестру и спросил:

— Что ты умеешь делать?

Девушка сказала:

— Одной ниткой я могу сшить одежду всему твоему войску!

Падишах сказал:

— Покажи мне своё искусство!

Девушка взяла нитку, и прошло немного времени, как для всего войска падишаха были сшиты новые одежды.

Подивился падишах, а потом спрашивает у средней сестры:

— А что умеешь делать ты?

Девушка ответила:

— Я могу накормить одной лепёшкой всё твоё войско!

Падишах приказал:

— Докажи нам, правду ли ты говоришь!

Принесли лепёшку. Девушка разделила её так, что каждому досталось по кусочку.

Ещё больше подивился падишах, а потом спрашивает у самой младшей:

— А что можешь сделать ты?

Младшая сказала:

— Я рожу тебе сына и дочь, будут у них золотые волосы и серебряные зубы.

Падишах женился на младшей сестре и стал жить с ней во дворце, а для старших сестёр приказал построить дом за городом.

Стало старшим завидно.

— Чем она лучше нас? Почему она стала женой падишаха? — говорили они.

Зависть их замучила и не давала покоя. Стали они думать, как погубить свою младшую сестру, жену падишаха.

Однажды падишах уехал на войну и сказал:

— Скоро меня не ждите, пробуду на войне целый год.

Падишах уехал, воюет, а жена его тем временем родила сына и дочь — у обоих золотые волосы, у обоих серебряные зубы. Все глядят на детей — радуются, спешат обрадовать и падишаха. Отправляют к нему посланца с письмом, а в этом письме написано: «Твоя жена родила сына и дочь, с золотыми волосами и серебряными зубами. Таких хороших детей нигде и никогда не видали!»

Вышел посланец из дворца и отправился к падишаху. Устал он идучи и думает:

«На пути у меня дом сестёр жены падишаха — зайду к ним отдохнуть, сообщу и им радостную весть!»

Стали сёстры расспрашивать посланца, куда и зачем он идёт.

Посланец говорит:

— Несу нашему падишаху письмо с добрым известием: жена его родила ему сына и дочь.

Услышали это сёстры, переглянулись и говорят посланцу:

— Ты устал и запылился в пути, а путь у тебя впереди ещё очень долгий. Ступай в баню, вымойся хорошенько, отдохни и уж тогда пойдёшь дальше.

Посланец отправился в баню, а верхнюю свою одежду, в которой было письмо спрятано, оставил у сестёр в доме.

Как только посланец ушёл в баню, сёстры вынули письмо, изорвали его на мелкие клочки, а сами написали другое, и в этом письме было сказано: «Твоя жена родила тебе двух щенков».

Сёстры запечатали это письмо и положили в карман кафтана падишахского посланца.

Посланец вымылся, пришёл из бани, оделся и, ничего плохого не подозревая, пошёл дальше.

Пусть он идёт, а мы расскажем, что ещё сделали сёстры.

Отправились они к жене падишаха, стали ласково разговаривать с нею о том и о сём, а когда она заснула, украли её детей, а на их место положили двух щенков.

Детей они отнесли в лес, где жила одна колдунья-старуха, подкупили её и одарили богатыми подарками и сказали:

— Пусть эти дети живут у тебя. Никогда и никуда не выпускай их и никому не показывай!

И остались дети падишаха у этой старухи.

Послушайте теперь о падишахе. Когда падишах узнал из письма, что его жена родила двух щенков, он не стал ждать конца войны и сейчас же поспешил домой.

Вошёл он во дворец, видит — детей нет, вместо них лежат два серых щенка. Разгневался падишах, не пошёл даже говорить с женой. Приказал он своим слугам:

— Постройте недалеко от дворца, близ дороги, шалаш и отведите её туда. Пусть она сидит там со своими щенятами! — И ещё приказал: — Пусть каждый прохожий останавливается и плюёт на неё!

Слуги так и сделали, как приказал им падишах: построили возле дороги шалаш и посадили в него несчастную женщину.

Старшие сёстры узнали об этом и сильно обрадовались, а ещё больше стали ликовать, когда падишах предложил им переселиться в его дворец.

Радуются они и говорят одна другой:

— Теперь мы будем жить в довольстве и богатстве, как жила наша младшая сестра! А она пусть сидит в шалаше у дороги!

Так прошло несколько лет. Младшая сестра живёт в шалаше у дороги, старшие сёстры живут во дворце при падишахе, а сын и дочь падишаха живут в лесу у старухи.

Мальчик подрос, стал ходить на охоту и приносить старухе и сестре разную дичь.

Однажды старшие сёстры отправились в лес к старухе, посмотреть на детей. Видят, мальчик стал настоящим джигитом — рослым и красивым. Встревожились сёстры.

— Смотри, — говорит старшая, — не попасть бы нам с тобой в беду! Узнает джигит, что мы сделали с его матерью, придёт к падишаху и всё ему расскажет. Тогда нам несдобровать: отрубит падишах нам обеим головы!

— Верно, — отвечает средняя сестра. — Надо нам от него как-нибудь избавиться. Пока он жив, не видать нам покоя!

И решили они погубить молодого джигита. Позвали сёстры старуху и сказали ей:

— Наведи на девушку хворь и скажи её брату: «Ступай достань для своей сестры чёрного коня. Если она взглянет на этого коня, сразу же выздоровеет. Не увидит коня — умрёт». А конь этот никого к себе не подпускает. Многих джигитов он убил, убьёт и этого.

Старуха так всё и сделала: навела тяжёлую хворь на девушку, а потом и говорит молодому джигиту:

— Отправляйся за чёрным конём, приведи его к сестре, не то умрёт она!

Пошёл молодой джигит разыскивать чёрного коня. На дороге ему встретился старик и спросил его:

— Куда ты держишь путь, джигит?

Джигит всё ему рассказал.

Покачал головой старик и молвил:

— Не за конём тебя послали, а за твоей смертью!

Стал джигит просить у старика совета, как ему быть. Старик дал ему шёлковую плётку и сказал:

— Когда чёрный конь подбежит к тебе, ты ударь его по спине этой плёткой и схвати за гриву. Не успеешь схватить — убьёт он тебя!

Джигит взял плётку, поблагодарил старика за совет и отправился дальше.

Долго он шёл и дошёл наконец до того луга, где пасся этот чёрный конь.

Увидел конь джигита, заржал и бросился на него — хотел убить своими копытами. Но джигит ловко увернулся, изловчился и ударил коня шёлковой плёткой. Конь тотчас присмирел и сказал:

— Теперь я твой слуга!

Джигит без боязни сел верхом на чёрного коня и поскакал домой, к своей сестре. Вывел он больную сестру из дома, показал ей коня, и девушка сейчас же выздоровела.

Подивилась старуха, как это джигит так благополучно вернулся. Пошла она к сёстрам и говорит им:

— Не убил его конь, вернулся он цел и невредим и коня привёл. Надо ещё что-нибудь придумать…

Сёстры сказали:

— Наведи опять на девушку хворь, а джигиту скажи: «Только тогда твоя сестра будет здорова, если принесёшь ей молочное озеро, по которому плавает золотая утка с утятами». Поедет он к озеру и никогда больше назад не вернётся.

Пришла старуха домой и сделала всё так, как ей приказали сёстры: велела джигиту принести золотую утку с утятами и молочное озеро.

Задумался джигит, не знает, куда ему ехать, как целое озеро принести. А чёрный конь говорит ему:

— Садись на меня, я тебя довезу до молочного озера!

Когда они подъехали к озеру, конь остановился и сказал:

— Свистни три раза — и озеро с золотой уткой и утятами будут у тебя дома! Да смотри как можно сильней свистни! Тихо свистнешь — мы оба пропадём.

Свистнул джигит изо всех своих сил раз, свистнул два… На третий раз поднялось молочное озеро вместе с уткой и утятами к самым облакам и исчезло из глаз.

Конь говорит:

— Теперь можно нам и домой возвращаться!

Приехал джигит домой и видит: около самого его дома плещется молочное озеро, по озеру плавает золотая утка с утятами, а сестра гуляет по берегу — весёлая и здоровая.

— Благодарю тебя, братец, — говорит она, — опять ты меня избавил от хвори!

Видят сёстры-злодейки — нелегко погубить джигита. Говорят они старухе:

— Напусти опять хворь на девушку, наведи на неё тоску — пусть она скажет брату, что ей нужна подруга, и не какая-нибудь, а Алтынчеч — золотоволосая девушка, что живёт недалеко отсюда в большом дворце. Поедет он туда — навсегда там и останется. Оттуда ещё никто живым не возвращался.

Старуха так всё и сделала. Напустила она хворь на девушку, навела на неё тоску. Сидит девушка печальная, плачет, тоскует, места себе не находит.

А старуха и говорит ей:

— Вот была бы у тебя подруга — не тосковала бы ты!

— А где мне, бабушка, найти подругу? — спрашивает девушка.

Старуха говорит:

— Недалеко от нас стоит большой дворец, а в том дворце живёт красавица Алтынчеч. Проси брата, чтобы он привёз её сюда!

Стала девушка просить брата:

— Привези ко мне, братец, Алтынчеч: мне тогда будет веселее жить!

Джигит послушался, сел на своего чёрного коня и поехал.

Когда они подъехали к дворцу, конь сказал:

— Подойди к самому дворцу и громко крикни три раза. На твой крик выйдет Алтынчеч. Сажай тогда её на меня, садись сам, и я отнесу вас домой. Но смотри, если крикнешь негромко, будет беда: и ты и я — оба обратимся в камень!

Подошёл джигит к воротам дворца и крикнул что есть силы три раза. При третьем крике стены дворца развалились, и вышла прекрасная Алтынчеч.

Джигит посадил её на коня, вскочил на него сам и они поскакали домой.

Увидела сестра джигита Алтынчеч, и всю её хворь и печаль как рукой сняло. Стала она радоваться, смеяться и благодарить брата. А Алтынчеч тоже смеётся и радуется. Всем стало хорошо.

Однажды джигит отправился на охоту и встретил какого-то охотника. А это был сам падишах. Но джигит не знал, что это падишах, и не знал, что падишах этот — его отец.

— Кто ты такой и где ты живёшь? — спросил падишах молодого джигита.

Джигит сказал:

— Я охотник и живу недалеко отсюда с моей сестрой у одной старухи.

— Хороший ли ты стрелок и можешь ли ты убивать дичь на лету? — спрашивает падишах.

Джигит сказал:

— Могу!

В это время как раз у них над головой пролетали дикие гуси. Падишах сказал:

— Покажи мне своё искусство — подстрели гуся!

Джигит говорит:

— Сначала выстрели ты сам!

Падишах прицелился, пустил стрелу, но не попал.

Тогда джигит натянул лук, пустил стрелу и убил гуся. Убитого гуся он подарил падишаху, простился с ним и отправился домой.

Вернулся падишах в свои дворец, показал сёстрам гуся и сказал:

— Был я сегодня на охоте и встретил молодого джигита, такого меткого стрелка, какого ещё никогда не видывал! Этого гуся убил он и подарил мне.

Догадались сёстры-злодейки, кого встретил падишах. Испугались, переполошились, побежали к старухе и приказывают ей:

— Как хочешь, а изведи этого джигита!

— Хорошо, — говорит старуха, — изведу.

Стала она раздумывать, как сжить со света молодого джигита. Ничего не может придумать.

А джигит так за это время полюбил Алтынчеч, что жить без неё не мог. Стал он просить, чтобы она согласилась быть его женой.

Алтынчеч говорит:

— Я согласна, но сначала ты должен избавить свою родную мать от беды и унижений. Только тогда я выйду за тебя замуж!

Удивился джигит и спрашивает:

— Разве у нас есть мать?

Алтынчеч говорит джигиту и его сестре:

— Есть у вас и мать и отец. Много лет назад злые сёстры оклеветали вашу мать, жену падишаха. Падишах поверил клевете и приказал изгнать жену из дворца. На краю дороги для неё построили шалаш. С тех пор ома сидит в этом шалаше, и все прохожие по приказанию падишаха плюют на неё. А охотник, который недавно встретился тебе в лесу, — ваш отец, падишах.

Джигит с сестрой хотели сейчас же бежать на дорогу, к своей матери, но Алтынчеч сказала сестре:

— Сначала ты испеки лепёшки. Эти лепёшки вы отнесёте своей матери. От самого дома до шалаша идите на коленях!

Они так всё и сделали, как велела им Алтынчеч. Испекли лепёшки, стали на колени и пошли к своей матери.

В это время падишах был во дворце. Подошёл он к окну и видит: приближаются на коленях к шалашу его бывшей жены молодая девушка и джигит. Позвал падишах слуг и приказал:

— Ступайте отгоните их от шалаша!

Побежали слуги, стали отгонять девушку и джигита, а сами спрашивают у них:

— Почему вы идёте к этой женщине на коленях?

Джигит и девушка говорят:

— Эта женщина — наша мать.

Побежали слуги к падишаху, рассказали ему о новости, которую узнали.

Пошёл к шалашу сам падишах. Видит, джигит — тот самый меткий стрелок, с которым о недавно встретился в лесу.

Стал падишах расспрашивать джигита:

— Расскажите мне о себе всё!

Брат и сестра рассказали ему всё, что узнали от Алтынчеч.

Принялся падишах с горя рвать волосы у себя на голове: догадался он, что сёстры-злодейки обманули его, подменили письмо от жены. Стал на колени и сам падишах — просит у своей жены прощенья за все обиды, какие нанёс ей. Жена говорит:

— Сам ты обманут был, а теперь понял, что не было на мне никакой вины. И дети наши нашлись. Нечего нам о старом помнить. Прощаю я тебе всё!

Повёл падишах свою жену и детей во дворец. Увидели их сёстры-злодейки — хотели убежать. Только им это не удалось. Приказал падишах слугам привязать их к конским хвостам и выгнать коней в поле.

После этого падишах женил своего сына на Алтынчеч и устроил на радостях невиданный пир.

С того времени живут они все вместе и никогда не разлучаются.

Гульназек

ил в давние времена в одной деревне бедняк. Звали его Гульназек.

Однажды, когда в доме не осталось ни крошки хлеба и нечем было кормить жену и детей, решил Гульназек попытать счастья на охоте.

Срезал он ивовый прут и смастерил из него лук. Потом нащепал лучины, выстругал стрелы и отправился в лес.

Долго Гульназек бродил по лесу. Но не зверя и не птицу повстречал он в лесу, а столкнулся с великаном-дивом.

Испугался Гульназек. Не знает, как и быть, не знает, как ему от дива спастись. А див подошёл к нему и спросил грозно:

— А ну-ка, кто ты такой!? Зачем сюда пожаловал? «Всё равно пропадать! — думает Гульназек. — Попробую я напугать этого дива».

Подошёл он к диву и сказал:

— Я охотник, пришёл в лес пострелять дичи. Но если попадётся див, то и от такой добычи не откажусь: одной стрелой уложу его на месте!

Струсил див, завизжал на весь лес. И чем громче он визжал, тем больше раздувался его живот. Скоро див стал похож на большую копну сена.

Наконец див перестал визжать и взмолился:

— Храбрый охотник, не губи меня! Лучше пойдём ко мне в дом, будешь дорогим гостем. Позволь мне угостить такого славного джигита, как ты!

А Гульназек стоит ни жив ни мёртв от страха — не знает, отказаться от приглашения или нет. Пересилил он кое-как свой страх и побрёл за дивом.

Долго они шли и пришли к жилищу дива.

Ввёл див Гульназека в свой дом и приказал жене угощать гостя жареным мясом. Сам див ест, торопится, а Гульназеку и кусок в рот не идёт.

Как покончили они с едой, повёл див своего гостя в другую комнату и уложил на мягкую постель.

Лежит Гульназек в постели, но заснуть не может. Закрыл глаза, притворился спящим, а сам прислушивается к каждому звуку, следит, что хозяева делают.

И слышит он, как див шепчет жене:

— Ну, жена, попали мы с тобой в беду! Этот охотник намного сильнее меня: захочет — одной стрелой уложит на месте… Как нам теперь быть? Как нам от такой беды избавиться?

— Не печалься, — отвечает диву жена. — Придумала я, как нам от этого охотника избавиться. Принесём мы ночью большой, тяжёлый камень, бросим на охотника и придавим его.

Обрадовался див и говорит:

— Хорошо ты придумала! Так мы и сделаем!

Среди ночи див с женой тихонько поднялись, вышли из жилища и пошли за камнем.

Тут Гульназек быстро вскочил с постели, бросил на неё несколько поленьев, прикрыл их шубой, а сам притаился за печкой. Только он спрятался, вернулись див и его жена с огромным камнем. Подкрались они к постели и со всего размаха бросили на неё камень. От этого удара поленья под шубой затрещали, захрустели, превратились в мелкие щепки.

— Ну, теперь нам некого бояться! — сказал див. — Избавились мы от этого силача-охотника!

Подняли они вместе с женой камень с постели и выбросили на двор.

Пока они возились с камнем, Гульназек опять улёгся в постель. А когда див с женой пришли, он потянулся, словно только что проснулся, зевнул и сказал недовольным голосом:

— Ну, и беспокойно же у вас здесь! И выспаться нельзя! Вот только что на меня с потолка что-то упало. Таракан, что ли? Не будь ты мне приятелем, я бы такой шум устроил, что ты не знал бы, куда деваться!

Испугался див, растерялся, не знает, чем задобрить гостя. Поднёс Гульназеку всяких подарков — ему и унести их не под силу. Захотел тогда див сам донести подарки до дома Гульназека.

Собрались они и отправились в путь.

Пришли к дому. Гульназек и говорит диву:

— Подожди меня здесь, у входа. Я пойду скажу жене, что привёл гостя. Пусть приготовится встретить тебя!

Див остался у двери, а Гульназек вошёл в дом и сказал жене:

— Ну, жена, привёл я нежданного гостя — страшного дива! Сейчас я введу его в дом и велю подавать угощенье. Я тебе раз скажу — ты молчи, ещё раз скажу — ты молчи, а когда я прикрикну на тебя, ты скажи: «Чем же мне угостить гостя? Разве мясом того дива, которого ты подстрелил вчера? Больше у нас ничего нет!»

— Хорошо, — отвечает жена, — так и скажу.

После этого Гульназек ввёл дива в дом, усадил его на почётное место и сказал:

— Эй, жена! Подавай угощенье.

А жена молчит. Гульназек опять:

— Эй, жена! Подавай нам угощенье.

А жена молчит. Крикнул тогда Гульназек громко и сердито:

— Что же ты молчишь? Или не слышишь? Живо подавай угощенье!

А жена на это отвечает:

— Чем же я буду угощать гостя? Разве мясом того дива, которого ты вчера подстрелил?

Как услыхал див эти слова, вскочил с места и кинулся вон из дому. Чуть весь дом не развалил!

Бежит див, от страха йог под собой не чует, а навстречу ему лиса.

— Куда это ты так торопишься? — спрашивает.

— Ах, милая лиса, — отвечает див, — ведь я чуть было не погиб!

И рассказал он лисе, как пошёл в гости к Гульназеку и как хозяева хотели угостить его дивьим мясом. Выслушала дива лиса и говорит:

— Эх, ты! Сам ты большой, а ум у тебя маленький. Да ведь этот Гульназек и пальцем никого не тронет. Я у него всех кур потаскала, а он меня и тронуть не посмел! Куда уж ему дива подстрелить! Пойдём-ка к нему вместе!

Послушал див лису и пошёл с ней. Увидел из окошка Гульназек лисицу и дива, догадался, в чём тут дело. Вышел он на крыльцо и закричал:

— Что же ты, лиса? Зря, что ли, подарил я тебе десяток кур? Обещала ты привести мне за это двух дивов, а ведёшь только одного, да и то какого тощего!

Как услышал див эти слова, рассердился на лису:

— Ах ты, негодница! Ах ты, обманщица! Обмануть меня вздумала… На погибель привела… Не прощу тебе этого!

Схватил див лису за хвост — она и вывернуться не успела — и ударил о камень.

Бросил див лису и пустился бежать без оглядки.

А Гульназек содрал с лисы шкурку и продал на базаре. Дали ему десять золотых. На эти деньги накупил Гульназек хлеба, накупил мяса и принёс домой — жене и ребятишкам.

Золотая птица

давние времена жили в некоем городе два брата. Один брат был богатый, другой — бедный. Богатый брат был ювелир и торговал золотыми и серебряными изделиями, а бедный занимался самой тяжёлой, чёрной работой.

У бедного брата было два сына; они работали на своего богатого дядю, и за это он кормил их.

Однажды бедняк пошёл в лес за хворостом. Как только он вошёл в лес, увидел на дереве птицу. Была эта птица вся золотая. Захотелось бедняку поймать золотую птицу, а подойти к ней и схватить её никак нельзя — слишком уж высоко сидела птица.

Поднял бедняк камень и метнул в золотую птицу. Не убил камень птицу, а только задел. Выпало из её крыла одно перо, а сама птица вспорхнула и улетела.

Принёс бедняк это золотое перо домой и отдал своему богатому брату. За это перо богач дал ему немного денег и сказал:

— Ещё принесёшь такое перо — опять денег дам!

На другой день бедняк снова отправился в лес за хворостом. Ходил он, ходил по лесу и увидел, что на одном высоком дереве что-то поблёскивает между ветками.

Влез он на это дерево и увидел там большое птичье гнездо, а в гнезде — золотые яйца. Вынул бедняк из гнезда одно яйцо и принёс своему богатому брату. Богач дал ему за это яйцо много денег и говорит:

— Если ты принесёшь птицу, дам тебе ещё больше! Мне эта птица очень нужна!

На третий день бедняк снова отправился в лес. Ходит он по лесу, выискивает золотую птицу. Видит — сидит птица на самой нижней ветке дерева, так низко, что можно руками схватить. Подкрался бедняк, изловчился и поймал золотую птицу. Принёс птицу богатому брату. Богач дал ему ещё больше денег. Довольный и радостный, пошёл бедняк домой.

А хитрый богач догадался, что это чудесная птица: если кто съест её сердце и печень, тот каждое утро будет находить у себя под подушкой много золота.

— Свари эту птицу целиком, — приказал богач своей жене, — и смотри ничего не выбрасывай: это необыкновенная птица!

Жена богача вымыла золотую птицу, положила в котёл и поставила на огонь, а сама пошла по делам к соседям. В это время дети бедного брата вошли в дом своего дяди, открыли крышку котла и видят — варится в котле золотая птица. Повернули они птицу, и выпали из неё сердце и печень. Один мальчик взял сердце, другой — печень и стали есть.

В это время возвращается жена богача. Смотрит — мальчики едят мясо. Она встревожилась и спрашивает их:

— Что вы едите?

Мальчики отвечают:

— Заглянули мы в котёл, а там варится птица. Из неё выпали два кусочка мяса, вот мы и едим их.

Обругала жена богача мальчиков, выгнала вон и сказала:

— Уходите и никому не говорите о том, что ели мясо этой птицы!

А сама, чтобы муж ни о чём не догадался, быстро поймала петуха, зарезала его, вынула сердце и печень и бросила в котёл.

Когда золотая птица сварилась, приходит домой богач и приказывает жене:

— Подавай птицу!.

Уселся он и стал есть птицу. Всю съел, даже косточек не оставил. После этого он улёгся спать.

«Утром, — думает, — выну из-под подушки много золота!»

Проснулся он рано, только солнце показалось, и давай шарить у себя под подушкой. Никакого золота там нет. Тогда он спрашивает у жены:

— Всю ли птицу ты сварила?

Жена боится сказать правду и отвечает:

— Всю.

— А не пропал ли хоть какой маленький кусочек?

— Нет, ничего не пропало.

Стал богач думать и гадать: как же это так получилось?

А дети бедного брата пришли после работы домой и легли спать. Утром, когда они стали убирать свои постели, нашли в изголовье золото. Побежали они к отцу и говорят:

— Посмотри, отец, сколько золота мы нашли!

Отец удивляется, не может понять, как это в его дом золото попало. Спрашивает у сыновей:

— Расскажите мне всё по порядку!

А что дети могут ему рассказать? Они и сами ничего не знают; нашли, и всё. А о том, что они съели сердце и печень золотой птицы, ничего не сказали.

На другое утро проснулись сыновья бедняка и опять нашли у себя в изголовье золото.

Ничего не может понять бедняк.

Взял он всё это золото и пошёл к богатому брату. Пришёл и рассказал о чудесах, которые происходят у него в доме.

Догадался хитрый богач, в чём дело, озлобился, решил погубить мальчиков, только виду не подал.

— Ты, — говорит, — не бери это золото. Возьмёшь — будет большая беда! Это золото заколдованное. И детей своих ты не должен держать дома. Они принесут тебе большое несчастье. Совсем пропадёшь!

Бедняк спрашивает:

— Что мне делать?

А богач говорит:

— Отведи детей в лес и оставь их там.

Поверил бедняк своему брату. Накормил детей, отвёл их в лес и оставил там.

— Вы, — говорит, — побудьте здесь, а я наберу хворосту и приду к вам.

Остались дети одни, стали ждать отца. Весь день прождали, а он всё не идёт. Звали они, звали отца — не откликается он.

Стали они искать дорогу домой. Долго искали, да так и не нашли. Совсем заблудились.

Блуждали они, блуждали по лесу и встретили какого-то человека.

— Чьи вы дети и почему вы здесь одни? — спрашивает человек.

Мальчики рассказали ему всё — и кто их отец, и как каждое утро стало появляться у них в изголовье золото, и как привёл отец их в лес, а сам куда-то пропал.

— О, мои милые, живите у меня до тех пор, пока не станете большими! — сказал им человек и повёл их к себе домой.

Стали мальчики жить у этого человека. Он их и кормит, и одевает, и ко всякой работе приучает. Был он хороший стрелок — научил мальчиков стрелять из ружья.

— Это, — говорит, — вам в жизни тоже пригодится!

А сам каждое утро собирает у них из-под подушек золото и прячет.

Так они и жили — не год, не два, а много лет. Когда мальчики стали взрослыми джигитами, воспитатель их дал им по ружыо и сказал:

— Пойдёмте в лес охотиться.

Отправились они втроём в лес. Долго бродили по лесу, да не подстрелили ни птицы, ни зверя. Когда возвращались они домой, увидели стаю диких гусей. Летят гуси высоко у них над головами.

Человек и говорит молодым джигитам:

— Хочу посмотреть, какие вы стрелкй. Подстрелите каждый по гусю!

Прицелились джигиты и убили двух гусей.

— Ну, — говорит человек, — теперь вы настоящие джигиты! Можете прожить и самостоятельно.

А джигитам и самим надоело жить вдали от людей. Говорят они тому человеку:

— Ты нас подобрал в лесу, вырастил, воспитал, обучил. Благодарим тебя за это! Теперь ты разреши нам посмотреть, как другие люди живут.

Не стал человек удерживать их.

— Идите, — говорит, — теперь вы нигде не пропадёте.

Утром он накормил джигитов, подарил каждому по ружью и проводил в путь. А перед тем как они ушли, подал им нож и сказал:

— Если вам надо будет расстаться, воткните этот нож в дуб, который растёт на перекрёстке двух дорог. Когда один захочет узнать о судьбе другого, пусть придёт к дубу и взглянет на нож. Заржавела одна сторона ножа — значит, погиб один из вас. Блестят обе стороны ножа — значит, оба живы и здоровы.

Простились братья со своим воспитателем и пошли.

Шли они, шли и подошли к дремучему лесу. И такой огромный был этот лес, что за день не прошли они и половины его. Решили братья остановиться на ночлег.

На ужин захотелось им подстрелить какой-нибудь дичи. Зарядили они ружья и отправились на охоту. Скоро увидели они зайца, который бежал мимо, и прицелились в него. Вдруг этот заяц заговорил человеческим языком:

— Не убивайте меня! У меня есть двое детей — возьмите их, они будут вашими помощниками!

Не тронули братья зайца. Скрылся заяц за деревьями, а скоро к братьям прибежали два зайчонка.

Пошли братья дальше и увидели лису. И только они прицелились в лису, как она заговорила человеческим языком:

— Не убивайте меня! У меня есть двое детей — возьмите их, и они во всём будут помогать вам.

Не тронули братья лису. Убежала лиса и скоро вернулась с двумя лисятами.

Отправились братья дальше вместе со своими зайцами и лисятами. Шли они, шли и увидели волка.

— Убьём, — говорят, — хоть этого волка!

И только прицелились, как волк заговорил по-человечески:

— Не убивайте меня, возьмите лучше моих детей!

Сбегал волк к своему логову и привёл двух волчат.

Пошли братья дальше с зайцами, лисятами и волчатами.

Глядят, вылезает из кустов большой медведь. Хотели братья убить медведя, а он просит их человеческим голосом:

— Не убивайте меня, берите моих детей!

Не стали они убивать медведя, взяли его медвежат и пошли дальше.

Шли они, шли и увидели огромного льва. Прицелились они, а лев вдруг заговорил по-человечески:

— Вы не убивайте меня, за это отдам вам двух моих детей!

Они и льва не тронули. Взяли двух его львят и пошли со всеми своими зверями дальше.

А голод не утихает, хочется им есть. Сказали они своим лисятам:

— Вы ловкие и шустрые: наловите нам птиц, мы еле живы от голода.

Лисята побежали и скоро принесли братьям дичи. Разожгли братья костёр, изжарили птицу и наелись досыта.

Долго они бродили по лесу и решили идти каждый своим путём.

— Побываем, — говорят, — каждый в разных местах, а потом сойдёмся и расскажем один другому, где как люди живут, что узнали, с кем встречались.

Вышли они на перекрёсток двух дорог, воткнули в старый, большой дуб нож, поделили между собой зверей, попрощались и разошлись в разные стороны. Один брат на восток пошёл, другой — на запад.

Младший брат долго пробирался и через чащу, и через овраги, и через болота, совсем из сил выбился. Наконец вышел он к какому-то городу. Видит, все дома в городе окутаны чёрным холстом. Заходит он в один дом.

— Пустите, — говорит, — переночевать.

Хозяин говорит:

— Ночуй, пожалуйста.

— А нельзя ли где-нибудь запереть моих зверей? — спрашивает джигит.

— У меня сарай свободный, запри их в сарае, — отвечает хозяин.

Отвёл джигит своих зверей в сарай и запер. Медведь говорит:

— Мы есть хотим!

Заяц и лиса нашли в стене дыру, выбрались и живо натаскали в саран кур и накормили всех досыта.

А джигит наелся-напился и стал расспрашивать хозяина:

— Почему это ваш город весь окутан чёрным холстом?

Хозяин отвечает:

— Сделано это в знак скорби. Завтра умрёт дочь нашего падишаха. Вот нам всем и приказано вывесить чёрный холст.

— А разве дочь падишаха лежит при смерти? — спрашивает джигит.

— Нет, — отвечает хозяин, — она нисколько не больна, а умереть всё равно должна.

Удивился джигит:

— Как же это так: девушка совсем здоровая и вдруг должна умереть?

Хозяин ему говорит:

— Видишь ты вон эту высокую гору, что стоит за нашим городом? На этой горе живёт огромный змей — аждаха. Этому аждахе мы должны каждый год давать по одной самой красивой девушке. Если не дать, аждаха разорит весь наш город. В этом году жребий выпал дочери падишаха.

Выслушал джигит хозяина и спрашивает:

— Почему же никто не убьёт аждаху?

— Что ты, — отвечает хозяин, — разве можно его убить! Самые известные батыры пытались убить аждаху, да не смогли, только сами погибли. Падишах объявил, что тому, кто убьёт аждаху, он отдаст свою дочь, а после смерти и все свои владения.

— Батыры ходили биться с аждахой, пойду и я! — говорит джигит.

Стал хозяин отговаривать его, а наш джигит не слушает. Накормил он ещё раз своих зверей и, не откладывая, отправился вместе с ними на гору, где жил аждаха.

Взобрался ои на самую вершину и видит: стоит там огромный дом. Вошёл в этот дом, стал осматривать его. В доме тихо, пусто, никого нет. Заходит джигит в одну комнату и видит: стоят на столе три чаши с водой, а на столе сделана надпись: «Кто выпьет эту воду, станет сильнее всех на свете, весь мир не в состоянии будет с ним совладать. Выпей воду, возьми меч, что висит над дверыо, и убей аждаху!»

Прочитал наш джигит надпись. Воду пить не стал, а прямо подошёл к двери и хотел было спять меч. Да куда там! Даже с места не мог его сдвинуть.

Тогда джигит взял со стола одну чашу, выпил воду и поднял меч одной рукой, как игрушку. Вышел он из дома и стал искать, где притаился аждаха.

А в это самое время из города уже вывели дочь падишаха, чтобы отдать аждахе. Все жители города провожали её, и многие плакали, жалея её молодость и красоту.

Дошли провожающие с девушкой до самого подножия горы, а сами вернулись в город. Остался с девушкой только один визирь падишаха, чтобы посмотреть, как аждаха будет глотать её. Укрылся визирь в безопасном месте и говорит девушке:

— Дальше одна ступай!

Пошла девушка, увидела издалека нашего джигита и приняла было его за аждаху. А как вгляделась получше, видит, что это молодой, красивый джигит. Обрадовалась девушка и спрашивает:

— Кто ты, джигит, и как очутился на этой горе?

Джигит говорит:

— Я пришёл сюда затем, чтобы убить аждаху и спасти тебя!

Ввёл он девушку в тот дом, где взял меч, и сказал:

— Жди меня здесь!

А сам вышел и стал ждать аждаху.

Немного времени прошло, подлетает к дому семиглавый аждаха. Увидел он нашего джигита и зашипел:

— Ты зачем сюда пришёл?

Джигит говорит:

— Пришёл биться с тобой!

— Много здесь побывало батыров и получше тебя, — говорит аждаха, — да я всех их убил! И тебе в живых не быть!

Сказал эти слова аждаха и кинулся на джигита. Из всех семи ртов огнём его палит, хочет острыми когтями разорвать. Деревья кругом падают на землю, ломаются, горят. Хочет аждаха схватить джигита за голову, а джигит увёртывается. Выждал он, как аждаха повернулся к нему боком, взмахнул мечом и снёс ему сразу три головы. Разъярился, рассвирепел аждаха ещё больше, взлетел вверх и бросился на джигита. А джигит опять увернулся, ловко взмахнул мечом и срубил долой ещё три головы у аждахи. Остался аждаха с одной головой, да не стал слабее, так и кидается на джигита, вот-вот голову ему откусит. А у джигита силы иссякать стали. Собрал он последние силы, взмахнул мечом и отрубил аждахе хвост. И чувствует джигит, что нет у него больше сил для битвы с аждахой. Кликнул он тогда на помощь своих зверей. Прибежали звери, бросились на ажда-ху. Медведь с одного бока рвёт, волк и лев — с другого, а лиса и заяц сзади помогают. Разорвали аждаху на мелкие куски.

Тут наш джигит отправился в дом, где ждала его девушка. Вошёл он и видит: лежит она без памяти от страха. Взял джигит её на руки, вынес на свежий воздух. Оглянулась она и спрашивает:

— Где аждаха?

— Нет больше аждахи! — отвечает наш джигит. — Спасена ты!

Обрадовалась девушка, бросилась на шею джигиту со слезами, стала благодарить его. Потом сняла с пальцев свои золотые кольца и повесила их на шеи зверям джигита, которые помогли ему победить аждаху. А самому джигиту она подарила свой платок, на котором было вышито её имя, и сказала:

— Ты будешь моим мужем!

Наш джигит отрезал у семи голов аждахи семь языков, завязал их в платок, который подарила ему дочь падишаха, и сказал:

— Я очень устал, мне хочется спать!

Села девушка на траву; он лёг и положил голову ей на колени, а своему льву приказал:

— Стой на карауле и следи, чтобы никто не мог сюда подойти и убить меня!

Сказал это джигит и в тот же миг крепко уснул.

Постоял лев на карауле немного и говорит медведю:

— Теперь ты карауль! — и сам заснул.

Встал на караул медведь. Да недолго караулил. Кликнул волка и сказал:

— Теперь твой черёд караулить!

А сам лёг спать.

Волк постоял, постоял и говорит лисе:

— Стереги, лиса, а я вздремну!

Лиса немного покараулила и стала звать зайца:

— Иди карауль нашего хозяина, а я спать хочу!

Встал теперь на караул заяц. А он тоже, как все звери, в битве с аждахой сильно утомился. Посидел он, посидел, уткнулся носом в траву и незаметно уснул. Никого на карауле не осталось.

В это время визирь падишаха, который сопровождал девушку, выбрался из своего безопасного укрытия и видит: битва давно окончена, от аждахи одни куски остались, а дочь падишаха сидит на траве и охраняет сон неведомого молодого джигита.

Подкрался визирь сзади, вытащил свой меч и отрубил джигиту голову. И так ловко и быстро сделал это, что звери ничего и не слышали. Девушка окаменела от ужаса. А визирь воспользовался этим, схватил её и бросился бежать.

Когда девушка пришла в себя, визирь сказал ей:

— Ты скажи отцу своему, падишаху, что аждаху убил я, его главный визирь! Не скажешь — погублю тебя!

Девушка говорит:

— Нет, не буду я лгать. Аждаху убил не ты, а тот джигит, которому ты отрубил голову!

Тогда визирь стал угрожать девушке, пугать ее:

— Если не скажешь падишаху, как я тебе приказываю, я убью тебя — вот этим мечом отрублю и тебе голову!

Девушка испугалась и молвила:

— Скажу всё, как ты велел!

Привёл визирь девушку к падишаху. Увидел падишах свою дочь, обрадовался. А визирь говорит ему:

— Вот я убил аждаху и спас твою дочь и весь город! Теперь исполни своё обещание: выдай дочь за меня замуж!

Падишах спрашивает у девушки:

— Это правда, что он убил аждаху?

Девушка отвечает:

— Может быть, и правда… — И тут же добавляет — Хотя бы это была даже и правда, не справляй свадьбу сейчас. Справляйте свадьбу только через один год и один день.

Визирь стал просить, чтобы свадьбу не откладывали, но падишах приказал отложить свадьбу на один год и один день.

Оставим теперь их во дворце и вернёмся к нашему джигиту.

Лежит он обезглавленный, а рядом спят его звери. Летел мимо них шмель, сел на нос зайцу и стал жужжать. Заяц смахнул лапой этого шмеля и опять спит. Шмель снова сел на нос зайцу и жужжит. Заяц опять смахнул его лапой и всё спит. Тогда шмель снова сел на нос зайцу и ужалил его. Вскочил заяц, закричал и разбудил лису. Лиса разбудила волка, волк — медведя, а медведь — льва.

Вскочили они все на ноги, смотрят: девушки нет, а их хозяин лежит мёртвый. Испугались звери, стали упрекать один другого, стали спрашивать:

— Кто убил нашего джигита?

Все только одно и повторяют:

— Я не знаю!

Лев спрашивает медведя:

— Почему ты не разбудил меня?

Медведь отвечает:

— Я сам спал… Почему ты, волк, не разбудил меня?

Волк говорит:

— Я тоже спал… Почему ты, лиса, не разбудила меня?

Лиса говорит:

— И я спала. Заяц должен был разбудить меня… Почему не разбудил?

А заяц молчит, ничего не может ответить. Тогда все звери сказали:.

— Во всём виноват заяц! Надо убить его!

Заяц говорит:

— Не убивайте меня, я оживлю нашего хозяина. Я знаю, что на одной горе растет дерево с целебными корнями. Если взять корешок этого дерева и положить в рот мёртвому, он сейчас же оживёт. Только гора эта далеко отсюда — надо бежать до неё два дня и две ночи.

Лиса говорит:

— А ты беги так быстро, чтобы обернуться за один день!

— Хорошо, — отвечает заяц, — побегу как могу быстро!

И помчался он изо всех своих сил.

Уселись звери возле своего хозяина, ждут зайца.

Ровно через день заяц прискакал и принёс в зубах целебный корешок.

Соединили звери голову джигита с его телом, а заяц вложил ему в рот свой целебный корешок. Голова в тот же миг срослась с телом, джигит потянулся и сел, как после долгого сна. Огляделся кругом — девушки нигде нет, сидят возле него только одни его звери. Спрашивает он у льва:

— Где девушка? Что случилось, пока я спал?

— Не спал ты, — Говорит ему лев.

И рассказал ему всё по порядку. Загоревал джигит и отправился со своими верными зверями в путь. Побывал он в разных местах, а пропитание добывал гем, что показывал всем своих зверей. И где бы он ни ходил, всегда думал о девушке, которую спас от аждахи.

Ровно через год он пришел в тот город, где жила девушка. Смотрит джигит — город весь украшен красным холстом.

Вошёл джигит в один дом на окраине города и спрашивает хозяина:

— Почему это год назад ваш город был окутан чёрным холстом, а теперь весь убран красными полотнищами?

Хозяин сказал:

— В прошлом году мы должны были отдать дочь нашего падишаха на съедение аждахе. Великий визирь убил аждаху и спас дочь падишаха. Теперь в нашем городе большое торжество: падишах выдаёт свою дочь за великого визиря — победителя аждахи. Завтра будет их свадьба. Поэтому падишах и приказал украсить город красными полотнищами.

Джигит говорит:

— Я сегодня хочу отведать хлеба со стола падишаха!

Что ты выдумал! — говорит хозяин. — Ведь это невозможно.

— Давай поспорим! — говорит джигит. — Если я проспорю, дам тебе сто таньга, если ты проспоришь — дашь мне сто таньга!

Хозяин сказал:

— Хорошо, давай поспорим!

Подозвал джигит зайца и приказал ему:

— Иди во дворец падишаха и принеси мне хлеба с его стола!

Заяц побежал во дворец, незаметно забрался под стол, за которым обедала дочь падишаха, и давай толкать её в ногу своим носом! Дочь падишаха увидела зайца и заметила у него на шее своё кольцо. Сделала она знак зайцу, чтобы шёл в её комнату. Привела его и спрашивает:

— Зачем ты пришёл?

Заяц говорит:

— Джигит, который убил аждаху и спас тебя, пришёл в этот город и просит у тебя хлеба с падишахского стола!

Догадалась девушка, что джигиту не хлеб нужен, а что хочет он о себе весть подать. Обрадовалась она, дала зайцу хлеба со стола падишаха и сказала:

— Ступай к своему хозяину и отнеси ему хлеб!

Прибежал заяц к джигиту, принёс ему хлеб со стола падишаха.

После того джигит подзывает лису и говорит:

— Иди принеси мне мяса со стола падишаха!

— Хорошо, — отвечает лиса.

Побежала она во дворец, забралась под стол, за которым обедала дочь падишаха, и стала дёргать её за подол платья. Девушка нагнулась, заглянула под стол и увидела лису, а на шее у неё — своё золотое кольцо.

«Видно, и вправду жив джигит!» — думает девушка.

Спрашивает она лису:

— Зачем пришла?

Лиса отвечает:

— Меня прислал тот джигит, который убил аждаху и спас тебя от него. Он просит мяса со стола падишаха.

Девушка дала лисе самый лучший кусок мяса, а лиса отнесла его нашему джигиту.

После того подзывает джигит волка и говорит ему:

— Иди принеси ягод со стола падишаха!

Побежал волк во дворец, забрался под стол к начал толкать носом читек падншаховои дочери. Взглянула она на волка, увидела и у него на шее своё кольцо — поняла, что джигит где-то недалеко. Спрашивает она волка:

— Что тебе нужно?

Волк говорит:

— Меня прислал сюда джигит, мои хозяин, который убил на горе аждаху и спас тебя. Он просит ягод со стола падишаха.

Девушка взяла самые отборные, самые крупные ягоды, дала волку и сказала:

— Неси эти ягоды своему хозяину!

Принёс волк джигиту ягоды, а тот подзывает медведя и говорит:

— Иди принеси белеши со стола падишаха!

Побежал медведь во дворец. Забрался под стол и стал тереться головой о ноги девушки. Дочь падишаха узнала его по своему кольцу и дала ему белеши:

— Ступай неси своему хозяину!

Принёс медведь джигиту белеши.

Вслед за медведем джигит послал во дворец падишаха льва:

— Ты принеси мне со стола падишаха шербет!

Лев пришёл во дворец и сказал дочери падишаха, с какой просьбой прислал его джигит. Она взяла самый красивый кувшин и сказала льву:

— Вот тебе шербет, отнеси его своему хозяину!

Лев принёс шербет джигиту.

Собрал джигит всех своих зверей и говорит им:

— Теперь у нас много всяких угощений со стола падишаха. Садитесь вы за стол — будем есть, пить и веселиться.

И хозяина дома пригласил за стол.

Когда они все наелись, напились, джигит говорит:

— Пойду теперь во дворец падишаха сам, возьму за себя его дочь!

Стал хозяин дома укорять и отговаривать джигита:

— Что ты затеваешь, подумай-ка хорошенько! Да разве падишах отдаст за тебя свою дочь? Лучше и не думай об этом! Попомни моё слово: вернёшься обратно с позором!

— Нет, — говорит джигит, — как я сказал, так и будет! Будет дочь падишаха моей женой!

Не поверил ему хозяин дома, принялся спорить с ним:

— Всё своё имущество отдам тебе, если ты женишься на дочери падишаха! Только этому не бывать! Вернёшься с отказом — отдашь мне тысячу таньга!

— Хорошо, — отвечает джигит, — будь по-твоему! Только смотри не пожалей потом!

Хозяин говорит:

— Сам не пожалей!

Хорошо. Сидят они, спорят. Хозяин сердится, а джигит только посмеивается.

А в это время падишах позвал к себе свою дочь и стал её спрашивать:

— Что это за звери приходили к тебе?

Девушка говорит:

— Я не смею сказать тебе это. Вызови, отец, хозяина этих зверей и спроси у него.

Вызывает падишах одного из своих визирей и приказывает ему:

— Ступай сейчас же и разыщи джигита, от которого приходили звери в наш дворец!

Бросился визирь на поиски. Бегает по всем улицам, по всем переулкам, заглядывает во все дома — нигде нет джигита со зверями. Наконец вошёл он в дом на окраине города и спрашивает хозяина:

— Не живёт ли в твоём доме джигит со зверями?

Хозяин говорит:

— Живёт. Вот он.

Визирь увидел джигита и говорит ему:

— Идём поскорее со мной во дворец! Тебя сам падишах требует.

— Хорошо, — отвечает джигит, — пойдём!

Оделся он в самые лучшие свои одежды, взял в руки какой-то большой узел, кликнул своих зверей и отправился с визирем в падишахский дворец.

Увидел его в окно падишах и спрашивает у дочери:

— Выйти мне навстречу ему или подождать, пока он сам придёт?

Дочь говорит:

— Надо выйти навстречу!

Падишах встречает джигита у дверей, вводит его во дворец. Здесь и его дочь, и главный визирь, за которого должны выдать её замуж, и все визири.

Стал падишах расспрашивать джигита, кто он и откуда у него столько разных зверей. Джигит говорит:

— Я охотник. А эти звери во всём помогают мне.

Падишах говорит:

— Расскажи нам, на кого же ты охотишься?

Джигит отвечает:

— Я выискиваю самых крупных и самых страшных зверей. В прошлом году я убил на той горе семиголового аждаху!

Все визири сказали:

— Неправду говорит этот джигит! Аждаху убил не он, а наш главный визирь!

Тогда джигит, не говоря ни слова, развязал свои узел и положил перед падишахом все семь языков аждахи.

Падишах спрашивает:

— Что это такое?

Джигит говорит:

— Это семь языков аждахи, которого я убил.

Главный визирь услышал эти слова и до того перепугался, что не знал, что сказать. Только и смог он пробормотать:

— У аждахи языков не бывает!

Джигит говорит:

— Пусть слуги падишаха пойдут на гору и принесут головы аждахи!

Отправились слуги и принесли с горы все семь голов аждахи.

Падишах говорит:

— Откройте пасти у этих голов!

Открыли пасти и видят: языки отрезаны.

— Приложите языки, которые принёс этот джигит! — приказывает падишах.

Приложили языки и видят: это языки аждахи.

Падишах взглянул на свою дочь и спросил её:

— Где взял джигит твой платок, в котором он принёс языки аждахи?

Девушка сказала:

— Я сама подарила ему этот платок.

Посмотрел падишах на зверей джигита и спрашивает:

— Что за кольца висят у них на шеях?

Девушка говорит:

— Это мои кольца. Я подарила их зверям за то, что они помогли джигиту убить аждаху.

Падишах говорит:

— Джигит, расскажи нам всё по порядку!

— Хорошо, расскажу! — отвечает джигит.

И рассказал он, как бился на горе с аждахой, как помогли ему его звери и как заснул он после битвы, положив голову на колени дочери падишаха.

— После этого я, — говорит, — ничего не помню. Если бы не мои звери, лежал бы я и сейчас на этой горе.

Выслушал падишах джигита и спрашивает у дочери:

— Правду ли говорит этот джигит?

Девушка говорит:

— Каждое его слово — правда. Это он убил аждаху и спас меня от гибели. А великий визирь коварно убил джигита, когда тот спал после битвы. Он грозил убить и меня, если я расскажу о его коварном поступке.

Разгневался падишах, вызвал к себе всех своих визирей и приказал:

— Предайте казни главного визиря-обманщика!

Визири, не медля ни минуты, привязали визиря к хвостам четырёх коней и погнали их в разные стороны. Поскакали кони и разорвали визиря на части.

Падишах тут же выдал свою дочь за нашего джигита, справил пышную свадьбу и отдал ему половину своего царства. Стал наш джигит жить со своей молодой женой счастливо и хорошо.

Однажды отправился он со своими зверями в лес на охоту. Взял он с собой и товарищей. А лес этот был заколдованный: если кто войдёт в него, обратно уже не может выбраться.

Подошли джигиты к лесу и увидели какого-то неведомого белого зверя.

Джигит приказал своим спутникам остаться на опушке и ждать его, а сам со своими зверями помчался за тем белым зверем.

Ждут спутники джигита, а его нет и нет. Солнце заходить стало, а он всё не возвращается. Ночь настала, а его всё нет. Вернулись они в город одни. Пришли к дочери падишаха и сказали:

— Твой муж погнался за каким-то неведомым белым зверем и пропал.

Загоревала жена джигита, не знает, что и делать.

Оставим ее и посмотрим, что случилось с нашим джигитом.

Погнался он за тем — белым зверем — никак догнать не может. Зверь будто и недалеко, а нагнать его невозможно. Пробовал джигит стрелять в белого зверя — никак не может подстрелить. Долго преследовал джигит белого зверя, совсем из сил выбился. Остановился, огляделся кругом, видит — непролазная чаща со всех сторон. Деревья высокие, солнце закрыли. Стал джигит дудеть в свой охотничий рожок, призывать своих зверей. Когда совсем смерилось, наш джигит разжёг костёр, собрал вокруг костра своих зверей и лёг.

Лежал он, лежал и вдруг услышал какой-то крик. Посмотрел вокруг — никого нет.

Полежал немного и опять слышит — кричит кто-то. Глянул джигит — над самым костром сидит на дереве какая-то старуха и кричит:

— Замерзаю я! Замерзаю!

Джигит говорит:

— Спускайся с дерева, иди к костру греться!

А старуха — это была сама убыр — отвечает:

— Я боюсь твоих зверей!

Джигит её успокаивает:

— Не бойся моих зверей, они тебя не тронут.

— Боюсь, — говорит старуха. — Возьми вот этот прутик, ударь своих зверей, тогда они не будут кусаться.

Поверил джигит старухе и ударил своих зверей её прутиком. И тут же все звери окаменели. Засмеялась старуха, спрыгнула с дерева и ударила джигита другим прутиком, И сам джигит превратился в камень.

Собрала старуха-убыр камни, отнесла к глубокой яме и свалила туда.

Оставим их там и вернёмся к старшему брату нашего джигита. Всё это время он переходил с места на место со своими зверями и охотился. Побывал он всюду и много видел всего по пути. Однажды забрёл он к перекрёстку двух дорог, где расстался с братом, и думает: «Жив ли мой брат?»

Подошёл к дубу, в который они при расставании воткнули нож. Смотрит: одна сторона ножа вся покрыта ржавчиной.

Встревожился джигит:

«Что-то случилось с моим младшим братом, надо спасать его!»

Отправился он по той дороге, которой пошёл тогда его младший брат. Долго шёл и вышел к городу. Подошёл он к дворцу падишаха. Тут его увидела стража, приняла за младшего брата, потому что они были схожи лицом, и с поклоном открыла перед ним ворота. Вошёл джигит во дворец. Выбежала навстречу ему дочь падишаха и со слезами радости бросилась на шею. И она приняла его за младшего: кто видел этих двух братьев, тот не мог различить их, потому что были они похожи друг на друга, как две капли воды.

— Почему ты так задержался в лесу? — спрашивает дочь падишаха. — Что с тобой случилось?

Джигит говорит:

— Видно, ты принимаешь меня за моего младшего брата. Где он?

Дочь падишаха рассказала ему, что муж её ушёл в лес со своими зверями и не вернулся.

Не стал джигит задерживаться «во дворце и сейчас же отправился в лес на поиски брата.

Подошёл он к лесу, увидел того же неведомого белого зверя. Погнался он за ним и гнался до самой ночи. Когда же наступила ночь, он разжёг костёр и лёг вместе со своими зверями возле костра.

Сквозь сон услышал он крик:

— Замерзаю я! Замерзаю!

Стал джигит осматриваться по сторонам и увидел на ближнем дереве старуху.; Говорит джигит старухе:

— Слезай с дерева, погреешься у моего костра.

— Я боюсь твоих зверей, — отвечает старуха, — они будут кусать меня. Возьми этот прутик, ударь им своих зверей, и тогда я спущусь с дерева.

Джигит говорит:

— Не буду я бить моих зверей. Если хочешь погреться у костра, спускайся; если нет — сиди на дереве.

Тогда старуха стала всячески ругать и проклинать джигита. Рассердился джигит и приказал старухе:

— Сейчас же спустись с дерева, не то буду стрелять в тебя!

А старуха сидит на дереве и ругает джигита скверными словами.

— Ругайся, если это тебе нравится! — сказал джигит и выстрелил в старуху, но пуля отскочила от неё, как горошина от доски.

Тогда джигит догадался, что это не простая старуха, а убыр. Достал он одну особенную, серебряную пулю, которая была у него, прицелился и выстрелил в старуху-убыр.

Перевернулась старуха в воздухе и упала на землю. Схватил её джигит, сжал изо всех сил и сказал:

— Видно, ты погубила моего брата! Если не скажешь, куда дела его, брошу тебя в этот костёр, живьём сожгу!

Испугалась старуха и говорит:

— Не бросай меня в костёр! Сейчас я оживлю твоего брата.

Повела она джигита к яме, вытащила из неё камни и ударила их каким-то прутиком. И сейчас же младший брат и все его звери ожили. Узнал младший, кто спас его, стал благодарить брата:

— Без тебя лежать бы мне всегда камнем в этой яме!

Старший брат схватил убыр и бросил в костёр, чтобы не могла она больше губить людей.

После этого братья со своими зверями пошли в город. По пути они расспрашивали один другого, кто где был да как жил. Младший рассказал, как он убил семиголового аждаху и женился на дочери падишаха. Засмеялся старший брат и сказал:

— Я был в том городе, и падишахская стража, и твоя жена приняли меня за тебя. Захотел бы я — остался бы во дворце падишаха и стал бы его зятем!

Рассердился младший брат, думал, что старший замыслил отнять у него молодую жену, выхватил меч, да, хорошо, сразу опомнился:

«Ведь старший брат разыскал меня и оживил — значит, нет у него на уме ничего худого!»

Говорит он старшему брату:

— Виноват я перед тобою — плохо подумал о тебе. Не знаю, как мне искупить мою вину. Вот что я придумал: мы оба похожи, как две капли воды, и звери у нас одинаковые. Давай войдём в город с двух противоположных концов. Кого дочь падишаха признает за своего мужа, тот и останется с ней.

Расстались они, не доходя до города, и вошли в город с двух концов.

Прибежали слуги к дочери падишаха и говорят ей:

— Идут с разных концов города два похожих джигита! Выйди посмотри, кто из них твой муж!

Подошли джигиты к дочери падишаха и спрашивают её:

— Сможешь ли отличить, кто из нас двоих твой муж?

Дочь падишаха посмотрела на джигитов: невозможно узнать, кто из них старший, кто — младший.

Взглянула она на зверей, которые стояли возле них, увидела на шее льва своё кольцо и спрашивает:

— Чей это лев?

Младший брат отвечает:

— Мой!

Тогда дочь падишаха бросилась к нему на шею и сказала:

— Ты мой муж и оставайся навсегда со мной! Стали братья жить во дворце в дружбе и согласии.

Скоро и старший женился на красивой девушке. А когда старый падишах умер, братья вдвоём стали править страной.

Падчерица

ил в давние-предавние времена человек. Были у него дочь, сын и падчерица. Падчерицу в доме не любили, обижали и заставляли много работать, а потом решили отвести её в лес на съедение волкам. Вот брат и говорит ей:

— Поедем со мной в лес. Ты будешь ягоды собирать, а я — дрова рубить.

Захватила падчерица ведро, положила в ведро клубок ниток и поехала с названым братом в лес.

Приехали они в лес, остановились на полянке. Брат сказал:

— Ступай собирай ягоды и не возвращайся до тех пор, пока я не кончу рубить дрова. Возвращайся на поляну только тогда, когда затихнет стук топора.

Взяла девушка ведро и пошла собирать ягоды. Как только она скрылась из виду, названый брат привязал к дереву большую колотушку и уехал.

Девушка идёт по лесу, ягоды собирает, иногда остановится, прислушается, как названый брат стучит вдалеке топором, и идёт дальше. Она и не догадывается, что это не брат стучит топором, а колотушка качается от ветра и ударяет о дерево: Тук-тук! Тук-тук!

«Брат всё ещё дрова рубит», — думает девушка и спокойно собирает ягоды.

Набрала она полное ведро. Уж и вечер наступил, и колотушка перестала стучать.

Прислушалась девушка — тихо кругом.

«Видно, брат кончил работу. Пора и мне возвращаться», — подумала девушка и вернулась на полянку.

Смотрит она — на полянке никого нет, только щепки свежие белеют.

Заплакала девушка и пошла по лесной тропинке куда глаза глядят.

Шла она, шла. Вот и лес кончился. Вышла девушка в поле. Вдруг клубок, который она держала в руке, выпал и быстро покатился. Девушка пошла искать клубок. Идёт она и приговаривает:

— Укатился мои клубочек, не видал ли кто его?

Так дошла девушка до пастуха, который пас табун лошадей.

— Укатился мой клубочек, не видал ли ты его? — спросила девушка у пастуха.

— Видел, — ответил пастух. — Поработай у меня один день: я подарю тебе коня, на нём ты поедешь искать свой клубочек.

Согласилась девушка. Целый день она присматривала за табуном, а вечером пастух подарил ей коня и показал дорогу.

Поехала девушка на коне через леса, через горы и увидела пастуха, который пас стадо коров. Поработала у него девушка целый день, получила за работу корову и поехала дальше. Потом она встретила отару овец, помогла пастухам, за это получила овцу. После этого попалось ей по дороге стадо коз. Девушка и тут помогла пастуху и получила от него козу.

Гонит девушка скотину, а день уж к вечеру клонится. Страшно девушке. Где укрыться на ночь? По счастью, увидела она невдалеке огонёк и обрадовалась:

«Наконец-то я до жилья добралась!»

Погнала девушка коня и вскоре доехала до маленькой избушки. А в этой избушке жила убыр. Вошла девушка в избушку и видит: сидит там старуха. Поздоровалась она с нею и спросила:

— Укатился мой клубочек, не видала ли ты его?

— Ты, девушка, пришла издалека. Сначала отдохни да мне помоги, а потом про клубок спрашивай, — сказала убыр.

Осталась девушка у старухи-убыр.

Утром она истопила баню, позвала старуху:

— Бабушка, баня готова, иди мыться!

— Спасибо, доченька! Только я без твоей помощи до бани не дойду. Ты возьми меня за руку, подтолкни сзади коленкой, тогда я сдвинусь с места, — говорит ей убыр.

— Нет, бабушка, так нельзя. Ты уже старенькая, разве можно тебя толкать? Лучше я тебя на руках отнесу, — сказала девушка.

Подняла она старуху-убыр на руки, принесла в баню.

— Доченька, — говорит ей старуха, — возьми меня за волосы, кинь на полку.

— Нет, бабушка, так нельзя делать, — ответила девушка.

Подняла она старуху и усадила её на полку.

А старуха-убыр говорит:

— Доченька, попарь мне спину, да покрепче — не распаренным веником, а его ручкой.

— Нет, бабушка, тебе будет больно, — ответила ей девушка.

Попарила она старуху-убыр мягким веничком, а потом на руках отнесла домой и уложила на пуховую перину.

— Расчеши мне, доченька, волосы, — сказала старуха-убыр.

Стала девушка расчёсывать волосы убыр мелким гребнем, да так и ахнула — у старухи в волосах полно жемчугу да самоцветов, золота да серебра! Девушка ничего старухе не сказала, а волосы ей расчесала и в косы заплела.

— А теперь, доченька, позабавь меня, старую, попляши передо мной, — сказала старуха-убыр.

Не отказалась девушка — принялась плясать перед убыр.

Только она кончила плясать, как у старухи готово новое дело:

— Ступай, доченька, посмотри, не подошло ли тесто в квашне.

Пошла девушка, заглянула в квашню, а в квашне полно жемчугу да камней самоцветных, золота да серебра.

— Ну как, доченька, подошло тесто? — спросила убыр.

— Подошло, бабушка, — ответила девушка.

— Вот и хорошо! А теперь исполни мою последнюю просьбу: попляши ещё разок, — говорит убыр.

Ни слова не сказала девушка старухе, сплясала перед ней ещё раз как умела.

Понравилась девушка старухе-убыр.

— Теперь, доченька, можешь и домой идти, — говорит она.

— Я бы рада, бабушка, да дороги не знаю, — ответила девушка.

Ну, такому горю легко помочь, дорогу я тебе покажу. Как выйдешь из моей избушки, иди всё прямо, никуда не сворачивай. Возьми с собой вот этот зелёный сундучок. Только ты его не открывай до тех пор, пока не придёшь домой.

Взяла девушка сундучок, села верхом на коня, а козу, корову и овцу перед собой погнала. На прощанье она поблагодарила старуху и отправилась в путь.

Едет девушка день, едет ночь, стала на заре к родной деревне подъезжать.

А когда подъехала она к своему дому, во дворе собаки залаяли:

— Хотели девушку погубить, а она богато будет жить! Гав-гав!

— Видно, наши собаки взбесились! — воскликнул брат, выбежал во двор, стал собак палкой разгонять.

Разбежались собаки в разные стороны, а тявкать не перестают:

— Хотели девушку погубить, а она богато будет жить! Гав-гав!

И видят брат с сестрой — подъехала падчерица к воротам. Сошла она с коня, вошла в дом, открыла сундучок, и все увидели, что там полным-полно золота, серебра, жемчугу и всяких драгоценных камней.

Стало брату с сестрой завидно, и решили они тоже разбогатеть. Расспросили обо всём падчерицу.

Вот сестра взяла клубок и поехала с братом в лес. В лесу брат стал рубить дрова, а девушка стала собирать ягоды. Как только девушка скрылась из виду, брат привязал к дереву колотушку и уехал. Вернулась девушка на поляну, а брата уже нет. Пошла девушка по лесу. Вскоре дошла она до пастуха, который пас табун лошадей.

— Укатился мой клубок, не видал ли ты его? — спросила девушка у пастуха.

— Видал, — ответил пастух. — Поработай у меня денёк, я тебе коня подарю, на нём и поедешь искать свой клубок.

— Мне твоего коня не надо! — ответила девушка и пошла дальше.

Дошла она до стада коров, потом до овечьей отары, до козьего стада и нигде работать не захотела. А ещё через некоторое время дошла она до избушки старухи-убыр. Вошла она в избушку и сказала:

— Укатился мой-клубок, не видала ли ты его?

— Видела, — отвечает старуха. — Только сначала ступай истопи мне баню.

Истопила девушка баню, вернулась к старухе, а та и говорит:

— Пойдём, доченька, в баню. Ты веди меня за руку, сзади коленкой подталкивай.

— Хорошо, бабушка.

Взяла девушка старуху за руку и давай подталкивать её сзади коленкой! Так и довела до бани.

В бане старуха просит девушку:

— Попарь мне спину, доченька, только не мягким веничком, а его ручкой.

Девушка и принялась колотить старухе спину ручкой веника.

Вернулись они домой, старуха и говорит:

— А теперь расчеши мне волосы.

Стала девушка расчёсывать волосы старухе и увидела, что её голова усыпана золотом, серебром и драгоценными камнями. У девушки глаза разгорелись, и стала она торопливо набивать карманы драгоценностями, даже за пазуху кое-что спрятала.

— А теперь, доченька, попляши-ка, — просит старуха.

Стала девушка плясать, а у неё из карманов посыпались золото да драгоценные камни. Старуха-убыр увидела, ни слова не сказала, только послала её на кухню посмотреть, не подошло ли тесто в квашне.

Пришла девушка на кухню, заглянула в квашню — а в квашне полно золота, серебра, самоцветов. Не утерпела девушка, снова набила карманы золотом да серебром, да ещё подумала при этом: «Теперь я знаю, как разбогатела моя сестра!»

Когда она вернулась, старуха-убыр опять заставила её плясать, и опять из карманов девушки посыпалось золото да серебро.

После этого старуха-убыр сказала:

— Теперь, доченька, ступай домой и возьми с собой вот этот чёрный сундучок. Когда придёшь домой, откроешь его.

Обрадовалась девушка, подхватила сундучок, второпях даже не поблагодарила старуху и побежала домой. Торопится, нигде не останавливается.

На третий день показалась родная деревня. Когда стала она подходить к своему дому, собаки во дворе затявкали:

— Хотела девушка богатой быть, да вот осталось ей недолго жить! Гав-гав!

Услышал брат, выбежал во двор, стал гоняться за собаками. А собаки всё тявкают:

— Хотела девушка богатой быть, да вот осталось ей недолго жить! Гав-гав!

Девушка прибежала домой, ни с кем не поздоровалась, кинулась сундучок открывать. Только она откинула крышку, выползли из сундучка змеи и стали жалить её.

Бай и работник

анял бай работника и говорит ему:

— Если ты проработаешь у меня весь срок, на который нанимаешься, не уйдёшь раньше, я тебе заплачу сто рублей.

Бай был очень скупой, кормил своих работников плохо, и всегда они уходили от него раньше срока. Но этот работник оказался человеком упорным. Он терпеливо работал у бая, и уже недалёк был день расчёта. Бай не хотел отдавать работнику сто рублей и стал придумывать, как бы ему избавиться от работника и не заплатить ему.

Как раз в это время пропала у бая корова. Бай приказал работнику пойти в лес, искать там корову, а про себя подумал:

«Лес большой: заплутается в нём работник и не вернётся».

Пошёл работник в лес, а навстречу ему медведь.

Поймал работник медведя, привёл его на байский двор и крикнул хозяину в окно:

— Получай свою корову!

— Запри её в хлев к телятам, — ответил бай из дому.

Работник запер медведя в хлев. За ночь медведь передушил всех телят.

Утром пошла байская служанка в хлев корову доить, но только открыла дверь, как медведь выскочил оттуда и убежал в лес.

Тогда бай послал работника сторожить репу, которая была посеяна в лесу на полянке, и никакой еды ему не дал.

«Может быть, он там погибнет», — подумал бай.

А работник разыскал в лесу полянку, где была посеяна репа, влез на дуб и стал наигрывать на кубызе[14]. Услыхал шурале[15] песню, выбежал на поляну, стал плясать. Долго плясал шурале — устал и крикнул работнику:

— Эй, абый, позволь посидеть рядом с тобой, отдохнуть!

— Полезай сюда, — согласился работник.

Залез шурале на дерево, сел на сучок и давай щекотать работника.

А работник схватил топор, отрубил сучок — шурале и свалился с дерева.

Работник слез с дерева, скрутил шурале верёвкой, положил ему за пазуху репы и привёл к хозяину.

— Я поймал вора, который крал твою репу, — сказал он.

— Сейчас же отпусти его! — замахал бай руками. — Будешь ты мне ещё всяких шурале приводить!

Работник, ни слова не говоря, отпустил шурале.

Был у бая старый амбар для муки, в который он боялся ходить — думал, что там живут джинны и крадут муку. «Уж здесь-то моему ненавистному работнику придёт конец!» — подумал бай и послал работника в тот амбар за мукой.

Пошёл работник, а с собой на всякий случай дубинку прихватил. Вот подошёл он к амбару и слышит — кто-то возится внутри, слышен визг и писк.

— А ну-ка, вышибу я дух из этих джиннов! — грозным голосом крикнул работник, размахнулся и высадил дубиной дверь у амбара.

Амбар был полон голодных кошек. Бросились они в разные стороны; только один кот не знал, куда бежать, и попал в руки работника. Работник схватил его, обсыпал всего мукой и привёл к баю.

— Я поймал вора, который крал твою муку, — сказал он хозяину.

— Ты опять какого-то шайтана ко мне привёл! Отпусти скорее! — закричал перепуганный баи и тут же вынес работнику сто рублей: — Вот тебе твои деньги, только уходи от меня поскорее!

Так работник благодаря своей находчивости остался жив, получил от жадного бая заработанные сто рублей и благополучно вернулся домой.

Бедняк и два бая

огда-то в давние времена пришлось одному бедняку выехать в дальнюю дорогу вместе с двумя жадными баями. Ехали они, ехали и доехали до постоялого двора. Заехали на постоялый двор, сварили на ужин кашу. Когда каша поспела, сели ужинать. Выложили кашу на блюдо, продавили на середине ямку, налили в ямку масла.

— Кто хочет быть справедливым, тот должен идти прямым путём. Во-от так! — проговорил первый бай и провёл ложкой по каше сверху донизу; масло из ямки потекло в его сторону.

— А я думаю, что можно идти и вот так, — сказал второй бай и торопливо загрёб масло в свою сторону.

Посмотрел бедняк на одного бая, посмотрел на другого, усмехнулся и запустил ложку в кашу, перемешал её сверху донизу и сказал:

— А по-моему, жизнь с каждым днём меняется, и близко время, когда всё перемешается во-от так!

Так и не удалось баям обмануть бедняка.

К вечеру следующего дня они снова заехали на постоялый двор. А был у них в запасе один жареный гусь на троих. Перед сном они уговорились, что гусь утром достанется тому, кто ночью увидит лучший сон.

Проснулись они утром, и каждый стал рассказывать свои сон.

— Мне приснилось, — сказал первый бай, — нарядился я в зелёный чапан[16], белую чалму и пошёл в мечеть.

— А мне приснилось, что я превратился в лебедя и куда-то полетел, — сказал второй бай.

Пришла очередь бедняку рассказывать своп сон.

— Видел я во сне, — сказал он, — как один из вас нарядился в зелёный чапан и белую чалму и пошёл в мечеть. Видел я, как второй превратился в лебедя и улетел. Испугался я, думаю: не испортился бы гусь, — взял да и съел его!

Три голубя

давние времена жил бедный-пребедный человек. У него был один-единственный сын. Жилось им так трудно, так тяжело, что отцу волей-неволей пришлось отправить сына с ранних лет на заработки.

Ушёл мальчик из родного дома в далёкие страны, в чужие города и долгие годы работал на разных баев.

Прошло много лет, стал он взрослым человеком и решил вернуться в свою родную деревню — проведать старых родителей.

Сами знаете, в те времена бедные люди не в кибитках ездили, а ходили пешком. Наш джигит положил в мешок несколько лепёшек и отправился в путь.

Идёт он неделю, идёт месяц, и кончилась у него пища. Осталось всего-навсего одна лепёшка. Пососёт он эту лепёшку, попьёт воды и идёт дальше.

И вот пришёл он в большой, дремучий лес.

Шёл он, шёл по этому лесу, и лесная дорога постепенно превратилась в узкую тропинку.

«Пойду-ка я по этой тропинке до самого её конца, — думает джигит, — может быть, она меня куда-нибудь и выведет».

Долго он пробирался по тропинке, пока, наконец, не вышел к высокой горе. Такая высокая эта гора, что, если посмотреть на её вершину, шапка с головы свалится.

«Была не была, — думает джигит, — взберусь я на эту гору!»

Карабкается он по отвесным скалам, взбирается на огромные камни, обходит бездонные пропасти. И только на третью неделю достиг он вершины горы.

Стал он на самую вершину, огляделся кругом и видит: цветут всюду красивые цветы, растут чудесные деревья, на деревьях созревают плоды. Всё перед его глазами сияет, и видно всё как на ладони.

Стоит джигит, смотрит и никак не может насмотреться на эту красоту. Вгляделся он и видит: вдали стоит такая же высокая гора, а между двумя этими горами — долина, и на этой долине стоит большой, красивый дом, окружённый прекрасным садом.

«Кто-нибудь да живёт в этом доме», — подумал джигит и спустился по тропинке к дому.

Вошёл он в сад — никого в саду нет. Вошёл в дом — и в доме нет никого. Тихо-тихо кругом. Обошёл он все комнаты, все помещения — ни одной живой души.

Джигит сильно проголодался в пути и подумал:

«Нет ли в этом доме чего-нибудь съестного?»

Открыл он печь, да так и ахнул от удивления: полна печь разной еды — и варёное, и жареное; что угодно, то и ешь. Открыл он подпол, а там и кувшины и бочонки с разными напитками.

Джигит наелся досыта, напился и думает: «Буду ждать — должен же кто-нибудь прийти сюда!»

Прилёг он и тут же заснул крепким сном.

Долго он спал, а когда проснулся, услышал какой-то шум. Затаил дыхание джигит, стал прислушиваться. А шум слышен всё ближе. Джигит поскорее спрятался и притих.

Вдруг окно широко открылось и влетели в дом три голубя. Взмахнули они три раза крыльями и превратились в трёх красивых, молодых джигитов. Стали они разговаривать между собою.

— Опять неудача! — говорят они с унынием. — Опять у нас ничего не вышло!

Поговорили джигиты, поговорили и стали накрывать на стол.

Один из них подошёл к печке и видит: горшки передвинуты, стоят не на своём месте. Подозвал он товарищей и говорит:

— Кто-то здесь без нас хозяйничал!

— Никогда такого у нас не случалось, — говорят в удивлении джигиты. — Кто же это приходил в наш дом?

Стали они искать по всем комнатам и нашли нашего джигита. Испугался джигит и думает:

«Что же они будут со мною делать?»

А джигиты посадили его перед собой и стали спрашивать:

— Кто ты такой, как ты добрался до этих мест и куда ты идёшь?

Джигит рассказал им о себе всё без утайки — как он много лет проработал в чужих краях, как соскучился по родителям и пошёл их проведать.

Видят джигиты, что человек этот честный, добрый, никакого вреда от него не будет. Обласкали они его, угостили и сказали:

— Если тебе у нас нравится, послужи нам год, а потом уйдёшь.

Согласился наш джигит остаться у них и готовить им пищу.

У этих трёх джигитов-голубей было за домом семь амбаров. Когда наш джигит прожил у них пятнадцать дней, они дали ему ключи от всех амбаров и стали показывать всё, что в них есть.

Обошли они шесть амбаров, а когда подошли к седьмому, джигиты-голуби показали нашему джигиту золотой ключ и сказали:

— Это ключ от седьмого амбара. Без нашего разрешения ты не открывай его.

На другое утро джигиты превратились в голубей и куда-то улетели. Так и продолжалось день за днём: утром джигиты-голуби улетают, а вечером возвращаются. А наш джигит остаётся дома и справляет свою работу хорошо и честно, лучше и не надо.

Проходит месяц, проходит другой, проходит полгода — стало одолевать нашего джигита сильное любопытство.

«Дай-ка я посмотрю, что они хранят в седьмом амбаре!»

И в один из дней, когда голуби вылетели в окно, пошёл он к седьмому амбару, достал золотой ключ и отпер золотой замок. Снял он замок, приоткрыл немножко дверь и заглянул в амбар. Засиял из амбара свет ярче солнечного. Приоткрыл наш джигит дверь пошире и видит: сидит в амбаре девушка, прекрасная и сияющая, как полный месяц в свою четырнадцатую ночь.

Как только девушка увидела джигита, стала повторять какие-то непонятные для него слова:

— Калфак[17] мой, калфак мой!

Глядит джигит на девушку, дивится её необыкновенной красоте, а слов её понять не может: о каком это калфаке она говорит? Закрыл он амбар на замок и ушёл.

Когда настал вечер, распахнулось широко окно — прилетели домой джигиты-голуби, превратились в людей и сели обедать. Тут наш джигит спрашивает их:

— Я служу вам уже полгода и не знаю, куда вы улетаете утром и где бываете.

Переглянулись джигиты между собой, и старший из них сказал:

— Служишь ты нам хорошо, мы привыкли к тебе и во всём тебе доверяем. Поэтому не будем скрывать, куда улетаем каждый день. Я с юных лет любил дочь одного падишаха. Девушку эту украл див. Двадцать два года мы пытались освободить её. Наконец мы выручили её, но калфак девушки остался у дива.

— А зачем ей нужен этот калфак? — спрашивает наш джигит.

— Без этого калфака девушка не может выйти на белый свет, не может говорить, ничего не понимает, и до тех пор она должна сидеть в полной темноте, пока не получит свой калфак. Вот мы и летаем каждый день во владения дива, пытаемся достать этот калфак, только ничего не можем сделать.

Не стал наш джигит таить — рассказал братьям, что видел эту девушку, и прибавил:

— На ней ведь уже есть калфак!

— Калфак-то есть, но девушке нужен её волшебный калфак, который для неё вышили ещё в детстве.

— Не смогу ли я вам помочь? — спрашивает наш джигит. — Может быть, сумею пробраться к диву и принести этот калфак. Далеко ли живёт див?

— О джигит, — говорит старший из трёх братьев, — див живёт так далеко, что тебе никогда не дойти туда! Чтобы попасть к диву, надо миновать семь морей, а когда минуешь их, будет восьмое море. Посредине этого моря есть остров. Вот на том острове и стоит дворец дива. А калфак девушки спрятан в этом дворце.

— А знаете ли вы, где прячет этот калфак див? — спрашивает наш джигит.

— Это мы знаем. У дива есть железный сундук с сорока замками. В этом сундуке, один в другом, стоят ещё сорок сундуков. Внутри сорокового сундука стоит ларец. В этом ларце, один в другом, помещаются ещё сорок ларцов. Вот в последнем, сороковом ларце и хранится чудесный калфак девушки.

— Как же открыть эти сорок сундуков? — спрашивает наш джигит.

— Эго нелёгкое дело, — говорят братья. — Все сорок сундуков заперты разными замками, и для каждого замка есть свой ключ.

Задумался наш джигит и говорит:

— Трудное это дело! Невозможно достать калфак. Не зря ли вы так долго бьётесь и мучаетесь?

Братья отвечают:

— Правду ты говоришь: дело это очень трудное. Но отступать нельзя. Вот мы научим тебя принимать любой облик, и ты, может быть, окажешься счастливее нас!

И начали три брата обучать нашего джигита своему волшебству. Человек он был разумный, сметливый и месяца через три знал все хитрости и премудрости не хуже самих братьев: мог по своему желанию стать и птицей, и зверем, и растением — кем угодно.

Братья-голуби поговорили между собой, посоветовались и сказали нашему джигиту:

— Вот ты уже и овладел искусством чародейства. Вели хочешь, отправляйся во дворец дива и попытайся достать калфак девушки.

Наш джигит не стал мешкать и сейчас же собрался в путь. Один из братьев дал ему гребень и сказал:

— Даю тебе этот волшебный гребень. Если появится какая-нибудь опасность, если тебя будет настигать враг, брось этот гребень между ним и собою, и сейчас же появится высокий, дремучий лес.

Другой брат дал нашему джигиту оселок и сказал:

— Если твои враг захочет тебя схватить, брось между ним и собою этот оселок. Только бросишь — поднимется высокая-превысокая гора, и ты будешь в безопасности: противник не сможет схватить тебя.

Третий брат дал нашему джигиту зеркало и сказал:

— Если появится какая-нибудь опасность, брось между собою и противником это зеркало: сейчас же появится широкое и глубокое море. Ты окажешься на другом берегу этого моря и спасёшься от преследования врага.

Наш джигит взял гребень, оселок и зеркало, попрощался с братьями и отправился в далёкий путь.

По полям он бежит зверем, над лесами он летит птицей, по морям плывёт рыбой. Перенёс он много трудностей, испытал много мучений, но всё вынес. Семь гор и семь морей остались позади. Наконец он добрался до восьмого моря и увидел на самой середине этого моря остров, а на острове большой, красивый дворец.

Подплыл наш джигит к острову, принял свой прежний облик и вошёл в прекрасный сад, окружавший дворец. В саду на деревьях сидят невиданные птицы и поют.

Увидел наш джигит в одном окне девушку и подумал:

«Превращусь я в соловья, сяду на дерево возле самого дворца и буду петь. Может быть, эта девушка услышит моё пение и выйдет в сад».

Тут же он превратился в соловья, подлетел ко дворцу, сел на ветку под самым решётчатым окном и начал петь, заливаться.

Немного погодя открылась дверь и вышла из дворца девушка. Подошла она к дереву и стала слушать соловья. А соловей пел так хорошо, так заливался, что невозможно было удержаться от слёз. Не выдержала и девушка, стала плакать навзрыд. И была она в это время такая красивая, что наш джигит в тот же миг без памяти влюбился в неё и стал петь ещё лучше, ещё звонче.

Долго девушка слушала пение соловья и захотела поймать его. Приблизилась она к дереву и протянула к ветке руку…

Пусть девушка, влюблённая в пение соловья, старается поймать его, а мы тем временем расскажем о диве, владельце этого дворца.

Дворец этот принадлежал диву, который похищал молодых, красивых девушек. Незадолго перед тем он похитил дочь одного падишаха и унёс её в свой дворец.

Самого дива в то время на острове не было. Он со всем своим войском отправился в далёкую страну на битву с падишахом-дивом. Перед тем как уйти, див сказал дочери падишаха:

— Вот я ухожу на битву против падишаха-дива, моего давнего врага. Ты останешься в этом дворце совсем одна. Смотри не пытайся уйти, иначе тебя ждёт погибель!

Сказал див эти слова и умчался на битву. А девушка осталась во дворце, и не было здесь, кроме неё, ни одной живой души. И вот услышала она вдруг пение соловья и захотела поймать его.

Соловей всё поёт и поёт, а девушка тихонько крадётся к нему, но схватить его никак не может. Только она протянет руку, соловей вспорхнёт, перелетит на другую ветку и снова заливается, поёт…

Долго девушка перебегала от ветки к ветке, но схватить соловья так и не могла. Тогда она взяла длинный прутик, подошла поближе и ударила соловья. Соловей упал с ветки на землю, и у него из клюва потекла кровь. Девушке стало жалко соловья, она взяла его на руки и сказала:

— Что я наделала! Погубила я тебя! Сейчас только ты так красиво пел, а теперь уже никогда больше не будешь петь, и в этом я виновата!

Заплакала она, зарыдала горько и понесла соловья во дворец. Там она положила его на мягкую постель, а сама ушла, чтобы принести воды и обмыть кровь с клюва несчастного соловья.

Как только она ушла, соловей в тот же миг превратился в джигита, разыскал связку ключей, которыми див запирал свои сундуки и сокровищницы, и принялся искать тот железный сундук о сорока замках, в котором лежал чудесный калфак невесты старшего из трёх братьев-голубей.

Обошёл он все комнаты, осмотрел все сундуки и наконец нашёл тот железный сундук, который ему и был мужей. Открыл он все сорок замков, отпер все сорок стоящих в этом железном сундуке других сундуков, разбил все сорок ларцов и достал калфак невесты старшего брата.

Как только джигит стал открывать железный сундук, див сразу узнал об этом. Забыл он и о битве с падишахом-дивом, быстро собрал своё войско и помчался домой. Пусть он мчится, а мы вернёмся к нашему джигиту.

Только он хотел выйти в дверь, как встретился с дочерью падишаха. Она стала упрашивать джигита:

— Что хочешь бери, только не трогай этот калфак! Вернётся див, узнает, что его нет, — не быть мне тогда живой!

— Не бойся, — говорит джигит, — ничего тебе див не сделает. Скоро ему самому конец придёт!

Сунул он калфак за пазуху, обернулся большой быстрокрылой птицей и полетел в свою сторону.

Не успел он отлететь далеко, как примчался на свой остров див. Кинулся он к своему железному сундуку. Видит: все сорок замков отперты, все сорок ларцов разбиты и чудесного калфака нет.

Бросился он к девушке:

— Кто открыл железный сундук? Кто унёс чудесный калфак?

Со слезами рассказала ему девушка, как всё случилось. Выслушал див, собрал всё своё войско и бросился в погоню за джигитом.

Джигит летит быстро, и див мчится быстро.

Осталось всего только три дня пути до дома братьев-голубсй. Видит джигит — див вот-вот нагонит его, вот-вот схватит…

Тогда обернулся он назад и бросил гребень. И сейчас же появился густой, дремучий лес, толстые деревья вершинами до облаков достают.

Пока див со своим войском пробирался через густой лес, джигит был уже далеко.

Ещё сильнее помчались див и всё его войско. Видит джигит, что расстояние между ними всё уменьшается, что настигает его див… Бросил он оселок. И в тот же миг оселок превратился в высокую скалистую гору.

Пока див со своим войском взбирался на эту гору да спускался с неё, джигит успел убежать далеко.

Припустился див, мчится что есть силы. Вот-вот схватит, поймает… Обернулся джигит назад и бросил зеркало. И сейчас же растеклось между ними широкое и глубокое море. На том море волны так и бушуют, так и плещут… Тогда див приказал своему войску остановиться на берегу моря, а сам пустился в погоню за джигитом.

Добежал джигит до какой-то деревни. Видит, идёт девушка, несёт на коромысле вёдра с водой.

— Красавица, — говорит джигит, — позволь мне спрятаться в твоё ведро! Меня нагоняет див и хочет погубить. Как только он подбежит к тебе и скажет: «Вылей воду!» — ты вылей, а я рассыплюсь просом. Наступи ногой на одно просяное зёрнышко и стой — этим ты спасёшь меня. А калфак этот спрячь!

Сказал джигит эти слова и исчез в ведре с водой.

Примчался див и кричит девушке:

— Вылей воду!

Вылила девушка воду, и сейчас же по земле рассыпалось просо.

Див превратился в петуха и стал клевать просо. А девушка наступила на одно-зёрнышко и стоит.

Склевал див просо и стал оглядываться: не осталось ли где ещё зёрен? Пока он вертел головой в разные стороны, девушка приподняла ногу. Просяное зёрнышко выкатилось и превратилось в большого ястреба. Взлетел ястреб, кинулся на петуха и стал рвать его в мелкие клочья. Закричал петух страшным голосом. Услыхали его крик войска, которые стояли на другом берегу моря, и догадались, что погиб див. Испугались они и разбежались в разные стороны.

А джигит снова принял человеческий облик, поблагодарил девушку за помощь, взял у неё чудесный калфак и отправился своим путём.

Когда наш джигит вернулся домой с чудесным калфаком, братья-голуби не знали, как его и отблагодарить… Отперли они свой седьмой амбар, надели на девушку её чудесный калфак, и сразу вернулся к ней разум, вернулась к ней речь, и стала она ещё красивее. Смотрят на неё джигиты, не могут насмотреться.

На радостях устроили они пир, уселись вместе с девушкой за стол, стали веселиться.

И сказали братья-голуби:

— Этот джигит сделал для нас так много, без него мы никогда не могли бы достать чудесный калфак! Надо сделать ему какой-нибудь хороший подарок.

Думали они, думали, да не могли придумать, как отблагодарить джигита. Решили спросить у него самого.

— Ты, — говорят, — оказал нам большую услугу. То, чего не могли сделать мы втроём, сделал ты один. Проси у нас что хочешь: всё тебе дадим!

Джигит говорит:

— Не нужны мне никакие подарки! Я ведь у вас обучился вашему чудесному искусству, а оно дороже самого дорогого подарка.

Девушка говорит:

— Если тебе не нужно золота и серебра, возьми тогда другой подарок: у этих братьев есть старая кляча, истрёпанная плётка и ржавый меч. И кляча, и плётка, и меч обладают волшебными свойствами: кляча скачет быстрее ветра; плёткой махнёшь — всё по твоему желанию появится, а меч разрубит всё, что пожелаешь.

Наш джигит говорит братьям:

— Раз вы так уж хотите сделать мне подарок, дайте мне старую клячу, истрёпанную плётку и ржавый меч!

Обрадовались братья-голуби, без слова дали нашему джигиту и клячу, и плётку, и меч и спрашивают:

— Что ты теперь будешь делать — останешься ли у нас или поедешь домой?

Джигит говорит:

— У вас мне жилось хорошо, а дальше оставаться не могу — поеду домой, там у меня отец и мать. Кроме меня, у них больше нет детей, и некому ухаживать за ними. Вернусь к ним и буду покоить их старость.

Перед тем как наш джигит отправился в путь, братья-голуби дали ему нож и сказали:

— Воткни этот нож в потолок нашей комнаты. Если ты будешь жить хорошо — нож будет блестящим; если с тобой случится какая-нибудь беда — нож покроется ржавчиной. По этой примете мы узнаем о беде и придём к тебе на помощь.

Воткнул наш джигит нож в потолок, попрощался с девушкой и с братьями-голубями и ещё раз горячо поблагодарил их за чудесное искусство, которому они его обучили. Потом сел на клячу и сказал, как велели ему братья-голуби: «Хочу быть дома!» — и хлестнул клячу плёткой по боку.

Поднялась кляча в воздух и полетела быстрее стрелы. Вскоре джигита что-то встряхнуло; открыл он глаза и видит: остановилась кляча возле самого дома его родителей. Спустился он с клячи и вошёл в дом.

Увидели его отец и мать, и оба заплакали от радости: они уж и не думали свидеться с ним.

Расспросил их джигит, как они жили без него, рассказал о себе, рассказал о том, как скучал по ним, а потом и говорит:

— Вижу я, что постарели и ослабели вы и трудно вам самим справляться с работой. Нужны вам хорошие помощники. Разрешите мне жениться, и я с молодой женой буду всё делать для вас!

Родители с радостью дали ему своё согласие. Мать говорит:

— Мы бы женили тебя, сынок, да к кому посылать сватов? Кто согласится выдать свою дочь за такого бедняка?

Джигит говорит:

— Не горюй, мать, что-нибудь придумаем! Сватов нам не надо, ты сама высватаешь мне невесту. Иди в соседний город и сватан дочь падишаха. Может быть, он согласится выдать за меня свою дочь.

— О сынок! — говорит мать. — Зачем ты мечтаешь о таком несбыточном деле? Разве падишах выдаст свою дочь за бедняка? Лучше и не думай об этом!

Джигит говорит:

— Ты, мать, не отчаивайся, пойди к падишаху и сватай. Если падишах не согласится, тогда увидим, что делать.

Отказывается мать идти к падишаху:

— Ничего доброго не будет, сынок!

А сын, не отстаёт, упрашивает её, знай повторяет своё: «Сходи да сходи!»

Нечего делать, согласилась мать. Надела она на одну ногу лапоть, на другую сапог и отправилась в падишахский дворец.

Стражники оглядели её и решили, что старуха пришла за милостыней. Вынесли ей кусок хлеба и сказали:

— Бери, ешь!

Старуха говорит:

— Я не собираю милостыню, у меня есть дело к падишаху!

— Какое это дело? — спрашивают стражники.

— Только самому падишаху скажу!

Докладывают о ней падишаху:

— Пришла какая-то старуха: одна нога в лапте, другая в сапоге. Желает тебя видеть.

Любопытно стало падишаху, и говорит он:

— Пусть войдёт старуха!

Вошла старуха во дворец. Падишах её спрашивает:

— По какому делу ты пришла ко мне, старушка?

— О великий падишах! — отвечает старуха. — Мои сын недавно вернулся из чужих стран и хочет жениться. Вот и послал он меня сватать твою дочь, просит её в жёны.

— Хорошо, — говорит падишах. — Дочь мою я выдам за твоего сына, только у меня будут условия. Выполнит он их — будет моя дочь его женой.

Старушка спрашивает:

— Какие же твои условия, великий падишах?

— Прежде всего, — говорит падишах, — пусть построит себе дворец, и чтобы этот дворец был лучше моего. А от того дворца до моего дворца пусть построит золотой мост. Это не всё! По золотому мосту пусть ездят золотые кареты, под мостом пусть протекает широкая река, а по реке пусть ходят большие корабли. И это не всё! По обоим берегам реки чтоб росли яблони, а на яблонях зрели сладкие яблоки. Вели твой сын исполнит всё это — получит мою дочь в жёны. А если не исполнит, прикажу отрубить ему голову!

Выслушала старушка слова падишаха и опечалилась: куда уж там выполнить такое невиданное дело! Печальная вернулась она домой и говорит сыну:

— Ну, сынок, падишах согласился выдать за тебя свою дочь, только велел прежде сделать всё по его слову.

И рассказала, что потребовал сделать падишах.

— А не сможешь сделать, прикажет падишах отрубить тебе голову. Говорила ведь я тебе, что хорошего от падишаха не жди! Погубит он тебя! И зачем только ты затеял такое дело! Разве мыслимо выполнить приказания падишаха?

Джигит говорит:

— Ты, мать, напрасно горюешь. Что другое, может быть, я и не сумею сделать, а это для меня нетрудное дело! Всё будет, как падишах сказал!

Когда настала полночь и все люди уснули, джигит взял плётку, которую подарили ему братья-голуби, и вышел на окраину города. Огляделся по сторонам и взмахнул плёткой. И сейчас же все черти, какие только были на земле и под землёй, собрались вокруг него и спрашивают:

— Что прикажешь?

Джигит говорит им:

— Постройте мне дворец лучше, чем дворец падишаха. Между моим и падишахским дворцом перекиньте золотой мост! А по мосту пусть ездят золотые кареты! Под мостом чтобы текла широкая река, а по реке ходили большие корабли! По берегам реки чтобы росли яблони, а на яблонях зрели сладкие яблоки! И чтобы всё к утру было готово!

Все черти в один голос ответили:

— Как приказано, так всё и будет сделано!

Взялись черти за работу — и ещё солнце не взошло, как всё уже было готово. И сделано было куда лучше, чем приказал падишах.

Утром падишах просыпается, выходит и глазам своим не верит: напротив его дворца стоит другой дворец, такой прекрасный, каких падишах никогда и не видывал. Между дворцами перекинут золотой мост — так и сверкает на солнце, — а по мосту туда и сюда несутся золотые кареты. Глянул падишах под мост: течёт под мостом широкая река, а по ней идут большие корабли. Глянул на берега — растут на берегах яблони, ветки под наливными, румяными яблоками к земле гнутся.

Скоро к дворцу падишаха подъехала нарядная карета, вышел из неё наш джигит и говорит падишаху:

— Что от меня требовали, я сделал! Теперь и ты своё обещание выполни!

Падишах растерялся, не знает, что и делать.

— Обещать-то я обещал, — говорит, — да как выполню своё обещание? Ведь моя дочь уже давно исчезла. Вышла она погулять и пропала. Самых лучших моих батыров отправил я на поиски. Где только они ни искали её, а найти до сих пор не могли! Что мне теперь делать, как быть?

— Что ж, — говорит джигит, — видно, мне самому придётся разыскивать твою дочь! То, чего не могут сделать твои лучшие батыры, попробую сделать я один!

Вернулся наш джигит домой, выпросил у родителей позволения отправиться на поиски падишахской дочери, сел верхом на свою клячу и поехал. Едет, а сам думает:

«Заеду прежде всего к трём братьям-голубям. Они всюду бывали, много всего видали — может быть, дадут мне хороший совет».

Встретили братья-голуби нашего джигита с большой радостью, накормили, напоили его и стали спрашивать, куда он едет.

Рассказал им джигит, что едет он разыскивать дочь падишаха.

Выслушали братья-голуби и говорят:

— Мы не знаем, где она и кто украл её.

А жена старшего брата, для которой наш джигит достал её чудесный калфак, сказала:

— Я знаю, где сейчас дочь падишаха. Ведь это та самая девушка, которая томится во дворце дива, на острове посреди восьмого моря! Ты уже был там, привёз оттуда мой чудесный калфак.

Тут джигит вспомнил девушку, которая со слезами слушала пение соловья и хотела поймать его.

Оставил джигит свою клячу у трёх братьев, а сам обернулся большой птицей и полетел на остров дива.

Прилетел он, ударился о землю и снова принял свой прежний облик. Вошёл во дворец и видит: сидит красивая девушка у окна и горько плачет.

Увидела девушка джигита, обрадовалась:

— Откуда ты, джигит, пришёл? Как ты попал сюда? Ведь это дворец страшного дива, который украл меня. Див уже давно умчался за кем-то в погоню вместе со всем своим войском, и осталась я здесь совсем одна… Смотри, будь осторожен: див может вернуться, и тогда не быть тебе в живых!

Стал наш джигит утешать девушку:

— Не бойся, не вернётся больше див! Помчался он в погоню за мной и нашёл свою погибель. А теперь я пришёл за тобою: будешь ты моей женой!

Рассказал джигит девушке, как уже прилетал к ней в образе соловья и похитил чудесный калфак из железного сундука дива. Рассказал, как высватал дочь падишаха и узнал, что это она и есть. Обрадовалась девушка — молодой джигит ей сразу полюбился.

Стали они готовиться в путь.

Произнёс наш джигит заклинания и превратил девушку в птицу; после того и сам обернулся птицей, и полетели они через моря и горы домой, на родину.

Летели они, летели и увидели на своём пути город, стоящий на берегу моря. Спустились они, приняли человеческий облик и остановились на окраине этого города отдохнуть.

Джигит спрашивает у девушки:

— Хочешь ли ты есть и пить?

Девушка говорит:

— Нет, ни пить, ни есть я не хочу. Мне хочется скорее прилететь домой!

Джигит говорит:

— А мне очень хочется и есть и пить. Подожди меня здесь, а я пойду подкреплюсь.

Оставил он девушку на берегу моря, а сам забежал в один двор и попросил поесть.

Вошёл и видит: сидит за столом много людей, все пьют, едят. Сел и наш джигит. Стал он есть, пить и разговаривать с людьми, да незаметно для себя и захмелел. Вышел он и пошёл к берегу моря. Идёт, шатается… Увидела его девушка и огорчилась сильно.

— Как же, — говорит, — мы отправимся в путь? Ты ложись, выспись хорошенько.

Лёг наш джигит и сразу заснул.

Пока он спал, подошёл к берегу большой корабль. Вышли иа берег два батыра, увидели девушку, подошли к ней и спрашивают:

— Что ты здесь делаешь?

Девушка отвечает:

— Я охраняю моего друга, он отдыхает.

Стали батыры пристально всматриваться в девушку.

— Не она ли это? — говорит один батыр.

Тогда другой батыр достал портрет и стал приглядываться: то на девушку посмотрит, то на портрет, то на девушку посмотрит, то на портрет. Смотрел, смотрел и спрашивает девушку:

— Кто ты?

Девушка отвечает:

— Я дочь падишаха. Меня похитил див, а теперь я возвращаюсь к моему отцу.

Батыры сказали:

— Твой отец, падишах, отправил нас искать тебя. Долго мы тебя искали и вот наконец теперь нашли и повезём тебя к твоему отцу!

Девушка смело говорит им:

— Меня нашли не вы, а вот этот молодой джигит. Я без него никуда не поеду. Когда он отдохнёт, проснётся, мы поедем дальше.

Тогда батыры отошли в сторону и стали о чём-то потихоньку сговариваться.

Девушка почувствовала недоброе и незаметно надела на безымянный палец джигита своё кольцо.

А батыры подошли к девушке и сказали:

— Джигит этот останется здесь, а ты поедешь с нами и скажешь падишаху, что освободили тебя мы!

— Нет, — сказала девушка, — не скажу я, что вы спасли меня!

Озлобились батыры, схватили девушку и потащили на корабль. А сонного джигита изрубили на куски. Увидела девушка, что её жених погиб, заплакала горькими слезами, но ничего не могла поделать.

Притащили батыры девушку на корабль и приказали скорее отчаливать.

Оставим теперь девушку на корабле и посмотрим, что делают братья-голуби.

Однажды они взглянули на нож, который наш джигит воткнул в потолок их дома, и видят: нож покрылся ржавчиной.

Догадались братья-голуби, что с их другом случилась какая-то беда, и сейчас же отправились искать его. Обернулись голубями и полетели. Побывали они и там, и там, осмотрели все места — нигде не могли найти нашего джигита.

Наконец прилетели они на берег моря и увидели: лежит джигит на песке, порублен на куски.

Собрали братья куски, сложили их, произнесли заклинания и оживили джигита.

— Дочь падишаха увезли на корабле, — сказали они, — поэтому ты не ищи её здесь, а спеши домой.

Показали братья джигиту, в какую сторону ему лететь. Он обернулся птицей, взмахнул крыльями и полетел что было силы.

Прилетел он домой, стал опять человеком и вошёл в свой дом. Стал он расспрашивать у родителей, как они без него жили и не слышали ли чего о дочери падишаха. Мать говорит:

— О сынок, разве падишах отдаст тебе свою дочь! Девушку, которую мы сватали, разыскали, спасли и привезли домой знаменитые батыры падишаха. За одного из них падишах и выдаёт свою дочь. Сегодня будет свадьба.

Тяжело стало нашему джигиту, когда он услышал эту новость. Решил ои пойти во дворец, всё разузнать.

Пришёл ко дворцу, хотел войти, а кругом стоит стража, никого во дворец не впускает. Обошёл наш джигит падишахский дворец со всех сторон. Никак во дворец не проникнуть — окружен дворец высоким забором, только маленькие ворота оставлены. Кто хочет попасть во дворец, должен пройти только через эти ворота. А возле этих ворот дочь падишаха приказала построить маленький домик и прорубить в стене окно так, чтобы видно было всех входящих, и всякому сама подавала в окно чашу шербета. Придумала она это для того, чтобы узнать, не придёт ли её настоящий избавитель.

Ходил, ходил наш джигит вокруг дворца и усмотрел эти ворота. Входит в них. Остановила его дочь падишаха и говорит:

— Выпей прежде шербета!

Взял джигит чашу, стал пить. А дочь падишаха его в это время осматривает. Осмотрела и лицо и руки. Видит, лицо знакомое, только откуда же джигиту взяться! Ведь батыры на её глазах его в куски изрубили. Нет, это, видно, кто-то другой… Посмотрела на левую руку — нет ли на пальце её кольца. Палец у джигита тряпицей обвязан.

— Джигит, — спрашивает девушка, — что это с твоим пальцем случилось, почему ты его перевязал?

Джигит говорит:

— Ножом порезал, кровь сильно течёт, поэтому и перевязал.

А перевязал он палец для того, чтобы никто не видел на нём кольца, которое надела на него девушка.

Дочь падишаха говорит:

— Ты перевязал палец плохой тряпкой. Дай я сама заново перевяжу!

— Не надо, — говорит джигит.

А дочь падишаха упрашивает:

— Позволь, перевяжу, тебе же лучше будет!

Согласился джигит. Развязала девушка палец, да так и ахнула: на пальце джигита сверкает всеми цветами радуги её кольцо. Выбежала девушка из домика, бросилась на шею к джигиту:

— Да ведь эти батыры погубили тебя, я своими глазами видела, как они разрубили тебя на куски!.. Только я все равно знала, что ты снова оживёшь. Поэтому я и свадьбу откладывала — тебя ждала!

Взяла она нашего джигита за руку, привела к падишаху и сказала:

— Дорогой отец мой! Нашли меня не твои батыры, а вот этот джигит. Если не веришь мне, посмотри на это кольцо: я подарила его джигиту в знак благодарности за то, что он спас меня. А твои батыры — злодеи и лжецы!

Падишах сильно разгневался на батыров-обманщиков и за обман приказал предать их жестокой казни. А свою дочь он тут же выдал замуж за нашего джигита. Сорок дней продолжалась свадьба, пятьдесят дней продолжался весёлый пир. Когда гости разошлись и разъехались, джигит переехал с женой в свои дворец, перевёз туда своих родителей, и стали они жить все вместе счастливо и весело.

Я у них сегодня был, вчера вернулся. Поиграл, поплясал, поел-попил, усы намочил, а в рот ничего не попало!

Волк и портной

ёл портной по дороге. Навстречу ему идёт голодный волк. Подошёл волк к портному, лязгнул зубами. Портной ему и говорит:

— О волк! Вижу, ты хочешь меня съесть. Что же, противиться твоему желанию я не смею. Только позволь сначала обмерить тебя и в длину и в ширину, чтобы узнать, помещусь ли я в твоём желудке.

Волк согласился, хоть и не терпелось ему: хотел скорее съесть портного.

Достал портной из мешка железный аршин, одной рукой схватил волка за хвост, а другой стал изо всей силы бить его этим аршином по голове, да так крепко, что волк без памяти упал, а портной пошёл дальше своей дорогой.

Когда волк очнулся, он подумал с досадой:

«И зачем я согласился снимать мерку! Ведь портного я мог съесть и не в один приём!»

Так размышлял голодный и глупый волк, да было уже поздно.

Алпамша и смелая Сандугач

давние времена жил на свете молодой пастух, по имени Алпамша. Не было у него ни родных, ни друзей, пас он чужой скот и дни и ночи проводил со стадом в широкой степи.

Однажды ранней весной нашёл Алпамша на берегу озера больного гусёнка и очень обрадовался своей находке. Выходил он гусёнка, выкормил его, и к концу лета маленький гусёнок превратился в большого гуся. Вырос он совсем ручным и не отходил от Алпамши ни на шаг.

Но вот настала осень. Гусиные стаи потянулись к югу. Однажды гусь пастуха пристал к одной стае и улетел в неведомые края. И остался Алпамша опять один.

«Я его выходил, я его выкормил, а он без жалости покинул меня!» — с грустью подумал пастух.

Тут подошёл к нему какой-то старик и сказал:

— Эй, Алпамша! Ступай на состязание батыров, которое устраивает падишах. Помни: кто победит, тому достанутся дочь падишаха — Сандугач и половина царства.

— Куда уж мне с батырами тягаться! Такая борьба не по моим силам, — ответил Алпамша.

А старик всё стоял на своём:

— Не отказывайся! У тебя силы и смелости больше, чем у любого батыра. Да и дело-то нетрудное: на вершину горы нужно поднять три мельничных жёрнова и положить их там у ног падишаха. Кто поднимет первым, тот и победит.

Алпамша сперва не хотел идти на состязание, но утром не вытерпел: пошёл на площадь, чтобы хоть издали посмотреть на прославленных батыров. На площади собралось их больше сотни. Все стоят в ряд, ожидают начала состязания.

Алпамша прошёл вперёд и встал в ряд с краю. Батыры на него косятся да посмеиваются: они стоят нарядные, а у пастуха одежда рваная, клочьями висит.

Начались состязания. Батыры один за другим поднимали жернова и взбирались на гору. Алпамша поднял с земли два жёрнова, стукнул их друг о друга и расколол один надвое. После этого сунул половинки под мышки, взял ещё > два жёрнова — по одному в каждую руку — и стал бегом подниматься в гору.

Народ стоит и удивляется:

— Глядите, с виду простой джигит, а как скоро всех признанных батыров обогнал!

И впрямь Алпамша первым добрался до вершины горы и сложил тяжёлые жернова у ног падишаха. Огорчился падишах, что победил бедный пастух, но ничего не мог поделать. Пришлось ему усадить Алпамшу рядом с собой, а когда кончились состязания, везти батыра к себе во дворец.

В тот же день отпраздновали свадьбу. Много пришло народу поздравлять Алпамшу-батыра и его молодую жену Сандугач.

Вдруг, нежданно-негаданно, прибыли во дворец сваты от соседнего падишаха Кылтапа сватать Сандугач. Очень они удивились, когда узнали, что Сандугач стала женой Алпамши. Вернулись сваты домой и сообщили об этой новости Кылтапу.

Рассердился Кылтап на то, что неизвестный батыр женился на падишахской дочери. Решил он взять Сандугач силой и пошёл на соседей войной.

Стал и Алпамша собираться в поход. Пришёл он к падишаху и говорит:

— Я хочу сразиться с врагами! Вместе со мной поедет и моя любимая жена Сандугач. Дай нам двух самых лучших коней!

— Ступайте сами в конюшни и выберите себе коней! — сказал падишах.

Пошли Алпамша и Сандугач в конюшни, начали от стойла к стойлу переходить, лучших коней выискивать. В падишахских конюшнях все кони с виду хороши, но только Алпамша брал какого-нибудь за хвост и легонько тянул к себе — конь сразу падал мёртвый.

Долго ходили Алпамша и Сандугач по конюшне — никак не могли выбрать себе подходящих коней. Наконец в дальнем углу конюшни увидел Ал-памша низкорослую лошадёнку. Подошёл он к ней, потянул за хвост, а лошадёнка даже не шелохнулась: стоит, как стояла.

— Вот такого коня я и искал! — обрадовался Ал-памша.

Потом стали выбирать коня для Сандугач. На это тоже немало времени ушло. Приглянется им какой-нибудь конь, подойдут они к нему, потянут за хвост — конь сразу падает. Наконец подошли к небольшой лошадёнке, которая стояла в тёмном углу конюшни. Алпамша потянул её за хвост, а лошадёнка даже ухом не повела: стоит как вкопанная.

— Вот это конь! — воскликнул Алпамша.

Выбрали коней Алпамша и Сандугач и вернулись во дворец. Распрощались они со всеми и во главе своего войска двинулись в поход.

Ехали они день, ехали ночь — наконец добрались до владений Кылтапа.

— Я останусь здесь вместе с войском, а ты проберись в конюшню Кылтапа и приведи волшебного коня Акбузата, которого он увёл у моего отца. Только на этом коне можно одолеть злого Кылтапа, — сказала Сандугач мужу.

На заре проник Алпамша тайком в конюшню Кылтапа, но не мог найти Акбузата среди других коней. Пробрался он в сад, где спал Кылтап, встал у его изголовья и проговорил тихо:

О царь Кылтап, Скажи, где волшебный Акбузат! Отдай мне коня — И красавица Сандугач Будет твоя!

Имя красавицы Сандугач наполнило сердце Кылтапа радостью. Не разобравшись спросонок, он рассказал, где пасётся Акбузат, как туда добраться и по каким приметам опознать Акбузата среди других коней.

Алпамше только этого и нужно было. Он скорее вернулся к Сандугач. Поскакали они к озеру, о котором рассказал Кылтап, и притаились за деревом.

Прошло немного времени, как из лесу выбежали шесть коней и спустились к озеру на водопои.

Алпамша с первого взгляда узнал среди них Акбузата, подкрался и накинул на него золотую узду. Акбузат остановился как вкопанный.

Оставили Алпамша и Сандугач своих коней возле озера, а сами сели на Акбузата и вернулись к войску. Войско это стояло у самой границы владений Кылтапа. Алпамша выстроил войско и стал поджидать врага. Прошёл день, прошла неделя, а войск Кылтапа всё нет.

Утомился батыр от долгого ожидания и сказал жене:

— Двенадцать дней и двенадцать ночей не смыкал я глаз. Я пойду в шатёр и лягу спать, а если покажется войско Кылтапа, ты меня разбуди. Только помни: я сплю очень крепко, и разбудить меня не так-то легко!

Ушёл Алпамша в свой шатёр, лёг и тут же заснул сном батыра.

Только он заснул, как вдалеке показалось войско Кылтапа.

Жалко стало Сандугач будить мужа. Решила она не тревожить его, а сама стать во главе войска и сразиться с врагом.

Вскочила Сандугач на Акбузата и повела войска в бой.

Смелой женщиной была Сандугач: войско Кылтапа рассеяла по полю. А Алпамша спал так крепко, что не слышал ни боя, ни возвращения жены, ни того, как ржал уставший Акбузат, привязанный к его шатру.

Вернулись разбитые войска домой, и доложили военачальники Кылтапа о своей беде. Хоть и неприятно было им, но не удержались они и рассказали о храбром батыре, который разбил их. Рассказы эти раззадорили Кылтапа. Решил он сам повести войска в бой, сразиться с храбрым батыром.

Вскоре Сандугач увидела большое войско, которое шло во главе с самим Кылтапом. Хотела Сандугач разбудить Алпамшу, да опять пожалела его и решила, как и в прошлый раз, сама встать во главе войска.

Храбро билась Сандугач. И кто знает — может быть, снова вышла бы она победительницей, если бы в самый разгар боя не была ранена меткой стрелой. Вспомнила Сандугач о спящем муже и Акбузате, но не могла уже вернуться к ним — их окружили воины Кылтапа. А Сандугач спасли от плена храбрые джигиты Алпамши-батыра. Посадили они её на коня и умчали в отцовский дворец.

Кылтап подскакал к шатру, в котором спал Алпамша, и забрал его, спящего, в плен. Приказал Кылтап вырыть глубокую яму, спустить в неё Алпамшу и закрыть её крепкой решёткой, чтобы батыр не мог оттуда выбраться.

— Теперь никто не помешает мне жениться на красавице Сандугач! — радостно говорил Кылтап.

Вернувшись во дворец, Кылтап тут же отправил сватов к отцу Сандугач, приказав им во что бы то ни стало — лаской ли, угрозой ли — сосватать ему красавицу. Но сваты и на этот раз ничего не добились. Отец Сандугач на все их уговоры отвечал одно и то же:

— Я ничего сказать не могу. Как Сандугач захочет, так и будет.

Всё это время Алпамша спал. Проспал он три недели, а когда проснулся, долго не мог понять, где находится. Только когда Алпамша увидел над головой толстую решётку, а по бокам земляные стены, догадался, что попал в плен.

Сидит Алпамша пригорюнившись. Поднял он голову, увидел пролетавших гусей и запел:

Гуси вы, гуси, Перелётные птицы! Слетайте вы На мою родину, Расскажите обо всём Моей дорогой жене…

А в стае был тот самый гусёнок, которого выкормил Алпамша.

Услышал гусёнок знакомый голос. Спустился он на железную решётку и узнал своего друга. Выдернул гусёнок из крыла перо и бросил его батыру. Взял Алпамша перо и ногтем нацарапал на нём письмо своей Сандугач. Он просил прислать ему воз хлеба, бочку воды и кубыз. А в конце письма сделал такую приписку: «Разыщи моих старых друзей. Одному из них я когда-то дал сто монет, а другому я дал кочедык[18] и научил плести лапти. Может быть, сейчас они тоже сделают для меня добро».

Взял гусёнок перо, поднялся и полетел. Прилетел он к окну, у которого сидела. Сандугач, бросил перо ей на колени и полетел дальше.

Прочитала Сандугач письмо мужа, обрадовалась и тут же отправилась к тому человеку, которому Алпамша дал сто монет.

Рассказала Сандугач о том, что Алпамша просит у него помощи.

— Некогда мне! — ответил должник. — Да я ничем и не могу помочь ему.

Тогда Сандугач пошла к тому человеку, которому Алпамша когда-то подарил кочедык. Выслушал этот человек о беде и без всяких лишних слов собрался в дорогу. Нагрузил он арбу хлебом, поставил на арбу бочку с водой, взял кубыз и поехал.

Едет он день, едет два — кругом степь широкая, и нигде никакой железной решётки не видно. Не знал он, что железная решётка вровень с землёй вделана. Может, и проехал бы друг Алпамши мимо ямы, только услышал батыр стук копыт и запел:

Чьи слышу я шаги, Кто сюда идёт? Может, топает медведь Иль крадётся волк? Может, друг ко мне спешит И несёт он долг?

Пропел Алпамша эту песню, прислушался — нет ответа. Тогда он запел громче прежнего:

Чьи слышу я шаги, Кто сюда идёт? Может, топает медведь Иль крадётся волк? Может, друг ко мне спешит И несёт мне кочедык?

Едва Алпамша пропел эти слова, как его друг подбежал к железной решётке. Поздоровались друзья, обо всём поговорили. Подал друг Алпамше хлеб и воду, и кубыз. К вечеру стал он собираться в обратный путь. Жалко было Алпамше расставаться с другом, но делать было нечего. На прощанье Алпамша сказал другу:

— Отвези от меня поклон моей любимой Сандугач и скажи ей, чтобы ждала меня два года, да ещё два года, да ещё один год. За это время я обязательно вернусь. Ну, а уж если не вернусь, тогда во всём ей воля…

Уехал друг. Остался Алпамша один. Грустно ему стало. Взял он кубыз и заиграл печальный напев.

Между тем злой Кылтап решил погубить ненавистного ему батыра. Призвал он свою дочь и старуху няньку и приказал им:

— Возьмите ведро яду, поезжайте в степь и облейте тем ядом Алпамшу!

Взяли женщины ведро с ядом и поехали в степь. К вечеру они добрались до тех мест, где томился Алпамша. Невдалеке от его ямы женщины оставили лошадь и пошли пешком. Дочь Кылтапа впереди идёт, дорогу высматривает, а подслеповатая старуха нянька за ней ведро несёт.

И вдруг до слуха падишахской дочери донеслись печальные звуки кубыза. Кто-то играл напев, такой приятный для слуха, такой прекрасный, что всё вокруг замерло. Как зачарованная слушала дочь Кылтапа. Догадалась она, что это играл Алпамша, и сказала няньке:

— Я не вижу никакой ямы. Выльем яд в овраг, а отцу скажем, что облили Алпамшу.

Так они и сделали: яд вылили в овраг, а Кылта-пу сказали, что его приказание выполнили в точности.

Через несколько дней дочь Кылтапа попросила отца, чтобы он разрешил ей покататься верхом. Кылтап не мог отказать дочери — позволил ей кататься, сколько она пожелает.

Вскочила дочь Кылтапа на быстрого скакуна и помчалась в степь. У ямы Алпамши девушка спрыгнула с коня, наклонилась над железной решёткой и сказала батыру:

— О батыр, кто заключил тебя в эту яму? За что ты так жестоко наказан?

— Это злой Кылтап жестоко расправился со мной. Он хочет совсем погубить меня! — ответил Ал-памша.

— Я принесу тебе одежду, приведу с собой людей, помогу тебе вырваться на волю! — воскликнула дочь Кылтапа.

— Нет, — возразил ей Алпамша, — никого не приводи. Если ты хочешь помочь, то принеси мне алмаз, которым можно распилить железо. Этот алмаз хранится у твоего отца в сундуке. А сундук стоит в падишахской спальне. Дверь туда сторожат две злые собаки. Они тебя не пустят. Но ты подойди к собакам, разозли их, и пусть они разорвут на тебе платье. Тогда ты потребуй, чтобы отец побил собак, и, как только он станет бить их, ты скорее войди в спальню, достань из сундука алмаз и принеси сюда.

Девушка так и сделала. Она вернулась во дворец и подошла к дверям комнаты Кылтапа. Собаки, сторожившие дверь, кинулись на неё и разорвали ей платье. Девушка с плачем побежала к отцу.

Пока Кылтап бил собак, девушка вынула из сундука алмаз и ушла из спальни отца в свою комнату. Здесь она взяла одежду для Алпамши и поскакала к батыру. Отдала она ему одежду и спрашивает, что делать дальше.

Алпамша говорит ей:

— Попробуй разрезать алмазом железные прутья решётки, а я тебе снизу помогу. Может, мне удастся сломать решётку и выйти на волю.

Стала дочь Кылтапа пилить алмазом железные прутья. Алпамша собрал всю свою батырскую силу и принялся ломать железные прутья. Разлетелась решётка на куски, и вышел Алпамша на волю.

Умылся он у источника, переоделся в одежду, которую принесла ему дочь Кылтапа, а старую одежду взял с собой и отправился во дворец.

Провела его дочь Кылтапа в свои покои, уложила отдохнуть. Лежит Алпамша, а заснуть не может. Поднялся он, вышел на крыльцо, стоит задумчивый и вдруг слышит невдалеке конское ржание.

Узнал Алпамша коня Акбузата, побежал на его ржание и очутился около конюшни. Акбузат и говорит ему человечьим голосом:

— В полночь я выломаю дверь конюшни и прискачу к крыльцу. Ты жди меня и, как только я подбегу, вскочи на меня. Я умчу тебя от злого Кылтапа!

Ровно в полночь вышел Алпамша на крыльцо, в тот же миг к нему прискакал Акбузат, и они умчались. Кылтап в это время спал крепким сном и ничего не слышал.

Не успел Алпамша опомниться, как Акбузат прискакал к городу, в котором жила Сандугач.

Слез Алпамша с коня и, перед тем как с ним расстаться, уговорился, что, если конь ему понадобится, он свистнет, Акбузат услышит свист и прибежит на зов. Топнул Акбузат копытом, взмахнул гривой — и умчался.

Алпамша переоделся в старую одежду пастуха и вошёл в город.

На окраине города он увидел маленькую избушку, подошёл к ней и постучал. На стук вышла старуха. Она приветливо встретила путника, ввела в дом, усадила, стала расспрашивать, кто он такой, откуда пришёл, куда идет. Алпамша сказал старухе, что он сапожник и пришёл в этот город искать работы.

— Ты пришёл в самое время, сын мой! — обрадовалась старуха. — Покажи своё мастерство: сшей дочери нашего падишаха к свадьбе нарядные читек, да такие, чтобы они ей понравились. Тогда тебе все будут приносить работу!

Всю ночь просидел Алпамша за работой, зато к утру пара нарядных читек была готова.

Утром старуха вскипятила самовар, стала Алпам-шу чаем поить. В это время с улицы раздался сильный взрыв, будто дали залп из пушек.

— Что такое? Почему стреляют? — вскочил Алпамша.

— Успокойся, сынок, никто-не стреляет. Это разрушают башню, которую поставили в честь побед Алпамши над врагами. Этот Алпамша неожиданно исчез, и говорят, что он никогда не был батыром и даже женился на дочери падишаха обманом. Поэтому падишах приказал башню разрушить, а Сандугач просватал за достойного жениха. Скоро состоится их свадьба.

Выслушал Алпамша старуху и говорит:

— Бабушка, отнеси эти читек дочери падишаха. Если они ей понравятся, пусть примет мой маленький подарок. И скажи ей, что я готов сшить ей и башмачки, какие она только пожелает.

Взяла старуха читек, отнесла их во дворец, с поклоном поднесла падишахской дочери и сказала при этом:

— Прими этот маленький подарок к свадьбе от молодого сапожника!

Понравились читек Сандугач. Примерила она их — пришлись читек как раз по ноге.

— Пришли, бабушка, сапожника к нам. Я его поселю в отдельном домике, и он будет шить ещё и башмачки! — сказала Сандугач.

Но старуха ей ответила:

— Мой сапожник такой бедный, что ему не в чем прийти во дворец.

Сандугач щедро наградила старуху и отпустила её домой.

Настал день свадьбы. Утром этого дня старуха сказала Алпамше:

— Сынок, сходи во дворец! Поздравь дочь падишаха, покушан свадебного угощенья.

— Меня, бабушка, ко дворцу даже близко не подпустят. Сама видишь, какие на мне наряды, — улыбнулся Алпамша, показывая на свои лохмотья.

— Сегодня во дворец пускают всех без разбору. Иди, не бойся, — говорит старуха.

Перекинул Алпамша через плечо нищенскую суму и пошёл во дворец.

Бродит Алпамша по дворцу падишаха, во все комнаты заглядывает. Так дошёл он до комнаты, в которой сидела Сандугач с сестрой. Открыл дверь и остановился у порога. Увидела Сандугач нищего и воскликнула:

— Не стыдно ли такому молодому милостыню просить!

— Испытала бы ты, что мне пришлось перетерпеть, так не стыдила бы, а пожалела! — ответил ей Алпамша.

Тогда Сандугач встала, всыпала в суму нищего полное блюдо муки. Но нищий сказал ей:

— Я голоден. Дай мне хлеба!

Сестра Сандугач подала ему большой кусок хлеба. Взял Алпамша хлеб, поблагодарил сестёр и вышел из комнаты. Он был очень голоден и потому стал есть хлеб, не отходя от порога.

В это время сестра сказала Сандугач:

— Этот нищий очень похож на Алпамшу!

— Может быть, это мои дорогой муж ходит переодетым и хочет узнать, радуюсь ли я своей свадьбе? — встрепенулась Сандугач. — Позовём его сюда и рассмотрим хорошенько. У моего мужа на голове есть приметная родинка. Как только он придёт, я подам ему хлеба и будто нечаянно уроню хлеб на пол. Он нагнётся за хлебом, а ты в это время сорви с его головы шапку, и тогда посмотрим, есть приметная родинка или нет!

Только сказала это Сандугач, как Алпамша сам, без зова, снова появился в дверях и сказал:

— Я съел весь хлеб, который вы мне подали. Дайте мне еще!

Протянула ему Сандугач хлеба, но не донесла, выронила из рук. Нагнулся Алпамша за хлебом, а сестра Сандугач сорвала шапку, и они увидели на голове нищего приметную родинку и узнали в нём батыра Алпамшу.

Подхватили его сёстры под руки, привели в комнату, где сидели гости, усадили на почётное место, стали угощать самыми лучшими кушаньями.

Увидел это падишах, рассердился, закричал громким голосом:

— За что такая честь этому нищему? Хватит с меня и того, что Сандугач ввела в мой дворец пастуха Алпамшу! Во второй раз не позволю этого! Уберите оборванца с глаз долой!

И падишах в гневе вышел из комнаты.

А Сандугач с сестрой накормили Алпамшу-батыра, наговорились вдоволь, а потом пошли к отцу, который в другой комнате беседовал с новым женихом. Сандугач вошла и сказала:

— Отец, я ни за кого замуж не пойду, потому что вернулся мой муж Алпамша-батыр!

— Алпамшу все считали храбрым батыром, ловким джигитом, — сказал падишах. — Никто не мог тягаться с ним в силе и удали. Пусть человек, которого ты привела ко мне, докажет на деле, что он и есть Алпамша-батыр! А так я ни тебе, ни ему не поверю!

Вернулись сёстры к Алпамше, передали ему требование падишаха.

— Хорошо, — сказал Алпамша. — Сейчас прибежит на мой зов Акбузат. Я Сяду на него и промчусь по главной улице города. От этого оега поднимется вихрь, и падишах поймёт, что так ездить может только Алпамша-батыр!

Вышел Алпамша на крыльцо и свистнул. И тут же с громким ржанием на зов примчался Акбузат. Сандугач оседлала его золотым седлом, взнуздала золотой уздечкой. Вскочил Алпамша-батыр на коня и поехал по главной улице города. Из-под копыт Акбузата взметнулся вихрь, поднялся такой сильный ураган, что затряслась земля.

Поравнялся Алпамша со своей башней, видит — лежит на земле его лук, вокруг него сорок джигитов возятся, поднять не могут.

— Зачем вам мой лук понадобился? — спросил Алпамша-батыр джигитов.

— А мы хотим выстрелить из него по башне и разрушить её до основания, — говорят ему джигиты.

Алпамша-батыр поднял лук одной рукой и выстрелил в воздух. Смотрит народ, удивляется: от одного выстрела батыра разбежались все джигиты падишаха!

Тут уж все поверили, что вернулся Алпамша-батыр.

Новый жених Сандугач испугался и незаметно убежал из дворца.

Стали Алпамша-батыр и Сандугач жить вместе. Жили они дружно и весело, гостей созывали. Вечером встречали, утром провожали.

Когда кукушка закукует

ще в давние-предавние времена жил, говорят, бай, по имени Атбасар. Было у него много и коней, и овец, и всякого добра. Но сам бай и его жена были такие скупые и жадные, что подобных им ищи — не скоро найдёшь. Наймёт бай пастуха — отдыху ему не даёт, голодом морит.

Вот однажды среди лета пастух рассердился на бая и ушёл от него:

— Ищи себе другого!

Остался бай Атбасар без пастуха.

Услышал один джигит, что баю нужен пастух, пришёл к нему наниматься.

Бай говорит:

— Селям алейкум, джигит! Зачем пришёл?

— Алейкум асселям! — отвечает джигит. — Слышал я, что вам пастух нужен. Не наймёте ли меня?

— Пастух-то нам нужен, — отвечает бай, — да справишься ли ты с работой? У меня скота много.

— Отчего не справиться, — говорит джигит, — справлюсь!

Бай говорит:

— У меня есть большой табун лошадей, будешь его пасти. Положу тебе за это хорошую плату. Только плату за работу я тебе отдам не через неделю, не через месяц, а отдам только тогда, когда кукушка в моём саду закукует. Как «ку-ку!» — так тебе сто таньга!

Джигит думает:

«Весной и летом кукушки очень часто кукуют — значит, много денег можно от бая получить!»

— Хорошо, — говорит, — я согласен на твоё условие. Согласись и ты на моё!

— А какое же твоё условие?

— Никогда не ругаться и не сердиться.

Бай говорит:

— Я согласен!

Вечером баи Атбасар показал джигиту свой табун. Лошади все были чёрные, резвые, дикие — так и дерутся всё время между собой, так и лягают одна другую копытами.

Утром рано джигит погнал лошадей на луг. Бай ему поесть не дал.

— Я, — говорит, — принесу тебе днём на пастбище, тогда и поешь. А за табуном лучше смотри — чтобы ни одна лошадь у меня не пропала!

Как только джигит выгнал табун, так все лошади и разбежались в стороны. Испугался джигит, котел было собрать их. Да куда там! Погнался за одной, за другой, да не мог поймать.

Бегал он, бегал, измучился вконец — еле дышит. Свалился под деревом и заснул.

И видит он такой сон: подошёл к нему какой-то старик и говорит: «Ты, сынок, заберись на дерево и крикни: «Эй, мои тулпары, чёрные ласточки, соберитесь!»— и все лошади тут нее соберутся».

Проснулся джигит и думает:

«Сделаю всё так, как мне старик во сне сказал».

Влез он на дерево и крикнул:

— Эй, мои тулпары, чёрные ласточки, соберитесь!

И все лошади сейчас же собрались.

Так джигит и пас их до самого полудня.

Настал полдень, а бай Атбасар не несёт пастуху обед. Подождал, подождал джигит и думает:

«Не умирать же мне тут с голоду!»

Поймал он жеребёнка, зарезал его, сварил мясо на костре и наелся досыта.

Вечером приехал бай Атбасар, подивился, что все лошади стоят вместе смирно, и говорит:

— Ах, джигит, плохая у меня память! Забыл я тебе еду принести.

— Ладно, — отвечает-джигит, — забыл так забыл.

Принялся бай считать своих лошадей. Пересчитал и давай кричать:

— Ах ты, такой-сякой, негодный! Где один жеребёнок?

А джигит ему спокойно отвечает:

— Эх, бай, у тебя, видно, и вправду плохая память: ведь ты при нашем уговоре обещал не ругаться! Будешь ругаться — уйду от тебя.

Испугался бай Атбасар, что и этот пастух уйдёт — где тогда найдёшь нового, — и замолчал.

На другой день бай опять утром не накормил джигита и в полдень не принёс ему еду на пастбище.

Джигит, недолго раздумывая, зарезал лошадь, наварил себе мяса и наелся досыта.

Вечером пересчитал бай своих лошадей — опять одной не хватает. Смекнул он, в чём дело, и стал каждый день носить пастуху обед.

День проходит за днём, неделя за неделей, а кукушка в байском саду не кукует. Стал пастух задумываться.

«Может быть, — думает, — у бая в саду кукушки никогда и не кукуют. Надо узнать, почему бы это».

Однажды оставил джигит лошадей на пастбище и пришёл в байский сад. Смотрит, по саду ходит жена бая Атбасара и отпугивает птиц.

«Вот оно что!» — думает джигит.

Размахнулся он плетью и давай хлестать хозяйку вдоль спины. Убежала она из сада в дом, ни словечка не сказала. И бай Атбасар не стал джигита бранить — побоялся.

На другой же день прилетела в байский сад кукушка и давай куковать. А джигиту только этого и надо. Пришёл он к баю и говорит:

— Ну, бай, давай сто таньга: кукушка в твоем саду прокуковала!

Нечего делать, отдал бай своему пастуху сто таньга.

Не успел расплатиться, опять кукушка закуковала. Опять пришлось сто таньга джигиту отдавать. Каждый день кукушка в сад прилетает и кукует. И каждый день надо джигиту по сто таньга давать.

Не понравилось это баю. Решил он избавиться от пастуха. И придумал бай Атбасар такую хитрость: истопил он баню, облил камни ядом и думает:

«Пойдёт пастух в баню мыться — задохнётся и умрёт, тогда я и от него избавлюсь и все его деньги себе возьму!»

Стал он посылать джигита в баню:

— Ступай помойся!

Догадался джигит, что бай затеял что-то недоброе. Зашёл он в баню, видит — лежат камни, чем-то облиты. Сообразил джигит, что хочет бай погубить его, выбросил камни с ядом и вымылся. А потом положил ядовитые камни на то же самое место и говорит баю:

— Хорошо истопилась баня! Ступай и ты, бай, помойся хорошенько!

Баи Атбасар думает:

«Раз джигит цел и невредим из бани вернулся, и со мной ничего не случится!»

Пошёл он в баню, стал мыться, да и задохнулся.

Как бедняк гуся делил

авным-давно жил в одной деревне бедняк. Кроме одного гуся, не было у него ни скотинки, ни птицы. Работал он на людей-тем и кормился.

Однажды кончилась у него мука, не из чего было испечь хлеба, вот он и решил пойти к богатому баю и попросить немного муки. А чтобы бай не прогнал его, зарезал он своего единственного гуся, изжарил и понёс баю в подарок.

Баи принял гуся, да только не знал, как его разделить на всех, и говорит бедняку:

— Ты гуся принёс, сам его и раздели по справедливости. Разделишь хорошо — дам тебе муки, а не сможешь — прогоню ни с чем!

Подумал бедняк немного, потом отрезал голову гуся и подал её самому баю.

— Ты в доме голова — вот тебе гусиная голова, — сказал он.

Потом отрезал гусиную шейку, дал её жене бая.

— Если муж голова, то жена — шея: куда повернётся шея, туда и будет смотреть голова, поэтому тебе полагается гусиная шейка, — сказал он.

Потом отрезал гусиные крылья, подал по одному крылу двум байским дочерям:

— Вам в этом доме не вечно жить, скоро вы отсюда улетите.

А две гусиные лапки он отдал байским сыновьям и сказал при этом:

— Вы должны быстро бегать и выполнять приказания ваших родителей, поэтому даю вам по гусиной лапке.

После этого бедняк сказал:

— Я каждого из вас наделил чем полагается. А остаток, по справедливости, могу взять себе.

С этими словами бедняк взял себе всю гусиную тушку.

Бай удивился находчивости бедняка и дал ему целый мешок муки.

Вернулся бедняк домой, испёк себе хлеба и сытно поужинал гусем и свежим хлебом.

Знание всего дороже

огда-то в давние времена жил один старик и у него был сын, мальчик пятнадцати лет от роду. Надоело молодому джигиту сидеть дома без дела, и он стал просить отца:

— Отец, у тебя есть триста таньга. Дай мне из них сто, и я поеду в чужие края, посмотрю, как там живут люди.

Отец и мать сказали:

— Эти деньги мы бережём для тебя. Если они нужны для того, чтобы начать торговлю, бери и поезжай.

Джигит взял сто таньга и поехал в соседний город. Стал он ходить по городским улицам и зашёл в какой-то сад. Смотрит, в саду стоит высокий дом. Заглянул в окно и видит: сидят в этом доме за столами молодые люди и чем-то занимаются.

Заинтересовался джигит. Остановил прохожего и спрашивает:

— Что это за дом и что здесь делают?

Прохожий говорит:

— Это школа, а в ней обучают письму. Захотелось и нашему джигиту научиться писать.

Вошёл он в дом и разыскал старшего учителя.

— Что тебе надо? — спросил старший учитель у него.

— Я хочу обучиться письму, — ответил джигит.

Учитель сказал:

— Это похвальное желание, и мы охотно научим тебя писать. Но ведь мы обучаем не бесплатно. Есть ли у тебя сто таньга?

Джигит тут же отдал свои сто таньга и стал обучаться письму.

Через год он так хорошо овладел грамотой, что мог писать быстро и красиво — лучше всех учеников.

— Теперь тебе больше нечего делать у нас, — сказал учитель. — Возвращайся домой.

Вернулся джигит в свой город. Отец и мать спрашивают его:

— Ну, сынок, рассказывай, много ли ты нажил добра за этот год.

— Отец, — говорит джигит, — сто таньга не зря пропали, за них я научился грамоте. Сам знаешь, без грамоты и торговать невозможно.

Покачал головой отец:

— Ну, сынок, видно, не много у тебя ума в голове! Научиться грамоте ты научился, а что толку? Думаешь, тебя за это большим начальником назначат? Одно скажу: совсем ты глупый!

— Отец, — отвечает джигит, — это не так! Будет польза от моей грамоты. Дай мне ещё сто таньга. Поеду я в другой город, начну торговать. В этом деле грамота мне очень пригодится.

Послушал его отец, дал ему ещё сто таньга.

На этот раз джигит отправился в другой город. Ходит он по городу, всё осматривает. Заходит и в сад. Видит — стоит в саду большой, высокий дом, а из дома доносится музыка.

Спрашивает он у одного прохожего:

— Что делают в этом доме?

Прохожий отвечает:

— Здесь учатся играть на скрипке.

Пошёл джигит, разыскал старшего учителя. Тот спрашивает его:

— Что тебе надобно? Зачем пришёл?

— Пришёл учиться играть на скрипке, — отвечает джигит.

— Мы не обучаем даром. Если сможешь заплатить сто таньга в год, будешь учиться, — говорит учитель.

Джигит, не задумываясь, отдаёт ему свои сто таньга и начинает учиться. За год он так научился играть на скрипке, что никто не мог с ним сравниться. Больше ему здесь делать нечего, надо возвращаться домой.

Приехал он — отец и мать спрашивают его:

— Где же деньги, которые ты выручил от торговли?

— Ив этот раз я не наживал денег, — отвечает сын, — зато научился играть на скрипке.

Рассердился отец:

— Хорошо выдумал! Ты что же, хочешь за три года промотать всё, что я нажил за всю мою жизнь?

— Нет, отец, — говорит джигит, — я не зря промотал твои деньги. В жизни и музыка понадобится. Дай мне ещё сто таньга. В этот раз я тебе много добра наживу!

Отец говорит:

— Последние сто таньга у меня остались. Хочешь — бери, хочешь — не бери! Больше у меня ничего для тебя нет!

Взял сын деньги и поехал в третий город — добро наживать.

Приехал он в город и решил осмотреть его. Ходит всюду, заглядывает в каждую улицу. Вошёл и в большой сад. В саду стоит высокий дом, а в этом доме за столом сидят какие-то люди. Все они хорошо одеты, и все они делают что-то непонятное.

Подозвал джигит прохожего и спрашивает:

— Что делают люди в этом доме?

— Они учатся играть в шахматы, — отвечает прохожий.

Захотелось и нашему джигиту обучиться этой игре. Вошёл он в дом, разыскал главного. Тот спрашивает:

— Зачем ты пришёл? Что тебе нужно?

— Хочу научиться играть в эту игру, — отвечает джигит.

— Что ж, — говорит главный, — учись. Только мы даром не учим, надо заплатить учителю сто таиь-га. Есть деньги — будешь учиться.

Отдал джигит сто таньга и начал учиться игре в шахматы. За год он стал таким искусным игроком, что ни один человек не мог обыграть его.

Простился джигит со своим учителем и думает:

«Что же мне теперь делать? К родителям возвращаться нельзя — с чем я к ним приеду?»

Стал он искать для себя какое-нибудь дело. И узнал он, что из этого города уходит какой-то торговый караван в далёкие чужие страны. Пришёл молодой джигит к хозяину этого каравана — караван-баши — и спрашивает:

— Не нужен ли вам работник при караване?

Караван-баши говорит:

— Нам очень нужен работник. Возьмём тебя, будем кормить и одевать.

Сговорились они, и стал молодой джигит работником.

На другое утро караван вышел из города и отправился в долгий путь.

Шли они долго, миновали много мест и попали в пустынные края. Здесь лошади у них устали, люди заморились, всем хотелось пить, а воды нет. Наконец находят они один старый, заброшенный колодец. Заглянули в него — вода виднеется глубоко-глубоко, поблёскивает, как маленькая звёздочка. Привязывают караванщики к длинной верёвке ведро и спускают в колодец. Вытянули ведро — пустое. Опускают снова — не набирается вода. Долго они так мучились; а потом верёвка совсем оборвалась, и ведро осталось в колодце.

Тогда караван-баши говорит молодому джигиту:

— Ты моложе нас всех. Привяжем тебя и спустим иа верёвке в колодец — ты и ведро достанешь и узнаешь, почему это вода не набирается.

Привязывают к поясу джигита верёвку и спускают в колодец. До самого дна спустили. Смотрит джигит: в колодце совсем нет воды, а то, что блестело, оказалось золотом.

Джигит нагрузил золотом ведро и дёрнул за верёвку: вытаскивайте! Вытянули караванщики ведро с золотом — обрадовались несказанно: не думали, что такое богатство найдут! Опять спустили ведро, джигит опять наполнил его до краёв золотом. Пятнадцать раз опускали и поднимали ведро… Наконец дно колодца потемнело — не осталось там и крупинки золота. Теперь в ведро сел сам джигит и сделал знак, чтобы его поднимали. Стали караванщики поднимать его. А караван-баши думает:

«Стоит ли поднимать этого джигита? Он скажет: «Золото это нашёл я, оно принадлежит мне». И нам его не отдаст, возьмёт себе. Так лучше, чтобы его не было здесь!»

Перерезал он верёвку, и молодой джигит упал на дно колодца…

Когда джигит пришёл в себя, стал он осматриваться вокруг и увидел в стенке колодца железную скобу. Дёрнул за скобу — открылась дверь. Вошёл он в эту дверь и очутился в маленькой комнатке.

Посреди этой комнатки на постели лежал какой-то умирающий худой и бородатый старик. А возле старика была скрипка. Джигит взял скрипку и решил проверить, исправна ли она. Скрипка оказалась исправной. Он и думает:

«Всё равно мне погибать на дне этого колодца — дай хоть поиграю в последний раз!»

Настроил скрипку и стал играть.

И только джигит заиграл, как бородатый старик тихонько приподнялся, сел и молвил:

— О сын мой, откуда ты взялся, на моё счастье? Если бы не звуки скрипки, я был бы уже мёртв в эту минуту. Ты вернул мне жизнь и силы. Я — владыка этого подземелья и исполню всё, что ты хочешь!

Джигит говорит:

— О бабай, мне не надо ни золота, ни серебра, никаких богатств! Прошу тебя только об одном: помоги мне подняться из этого колодца и догнать караван!

И только он высказал эту просьбу, как старик подхватил его, вынес из колодца и понес в ту сторону, куда ушёл караван. Когда караван был уже на виду, старик распрощался с джигитом и поблагодарил его за то, что тот возвратил его к жизни. А джигит горячо поблагодарил старика за помощь.

Скоро джигит догнал караван и как ни в чём не бывало пошёл вместе с караванщиками. Караван-баши сильно струсил и думал, что джигит будет бранить его и упрекать за коварство, но джигит не сказал ни одного гневного слова, будто ничего и не случилось. Идёт с караваном, работает, как все; такой же приветливый, как и прежде.

Однако караван-баши успокоиться не может, и злобные мысли его не оставляют. Думает он:

«Этот джигит, видно, очень хитрый! Сейчас он ничего не говорит, а когда в город придём, непременно потребует у меня своё золото».

И вот, когда до города осталось всего два дня пути, даёт караван-баши джигиту письмо, приказывает сесть верхом на лошадь и быстро ехать вперёд.

Это письмо отвези моей жене — получишь от неё богатый подарок! — сказал он, а сам как-то нехорошо улыбнулся.

Джигит сейчас же отправился в путь.

Подъехал он к самому городу и думает:

«У этого караван-баши нет ни стыда, ни совести: оставил он меня в колодце на верную гибель, присвоил себе всё золото, которое я достал. Как бы не подвёл он меня и теперь!»

И решил джигит прочитать письмо караван-баши. В своём письме караван-баши посылал привет жене и дочери и сообщал, что в этот раз возвращается с большим богатством. «Но чтобы это богатство всё осталось в наших руках, — писал караван-баши, — вы должны при помощи какой-нибудь хитрости погубить джигита, который доставит вам это моё письмо».

Прочёл джигит письмо караван-баши и решил как следует проучить его за коварство и за бесстыдство. Стёр он последние строчки письма и написал почерком караван-баши такие слова: «Благодаря этому джигиту я возвращаюсь к вам с большим богатством. Пригласи всех родных и соседей и немедленно выдай нашу дочь замуж за джигита, который доставит это письмо. Чтобы к моему приезду всё было сделано, как я приказываю!»

Это письмо джигит и вручил жене караван-баши. Усадила она джигита, стала его угощать, а сама вскрыла письмо мужа и читает.

Прочитала она письмо, пошла в комнату своей дочери-красавицы и говорит ей:

— Вот, дочка, отец пишет, чтобы я выдала тебя замуж за этого джигита. Согласна ли ты?

А девушке джигит с первого взгляда понравился и полюбился. Она говорит:

— Слово отца для меня закон, я согласна!

Сейчас же стали готовить всякие яства и напитки, созвали всех родных и соседей, пригласили муллу и муэдзина [19] — и выдали девушку замуж за джигита. И девушка рада, и джигит рад, и все довольны и веселы: такая хорошая свадьба была!

Через два дня возвращается домой караван-баши. Работники выгружают тюки с товарами, складывают их во дворе. Караван-баши даёт распоряжения и входит в дом. Жена ставит перед ним всякие угощения, хлопочет. Караван-баши спрашивает:

— А где же наша дочь? Почему она меня не встречает? Видно, в гости куда-нибудь уехала?

— Куда ей ехать! — отвечает жена. — По твоему велению я выдала её замуж за джигита, который привёз нам твоё письмо. Сейчас она сидит со своим молодым мужем.

— Что ты говоришь, глупая! — закричал кара-ван-баши. — Я же приказал тебе, чтобы ты какой-нибудь хитростью извела этого джигита.

Жена говорит:

— Зря бранишь меня. Вот твоё письмо. Прочитай его сам, если мне не веришь! — и подаёт письмо.

Схватил караваи-баши письмо, смотрит — его почерк, его печать.

Стал он с досады грызть кулак:

— Я хотел его уничтожить, избавиться от него, а вышло всё не так, не по-моему!

Да уж раз дело сделано, не переделаешь его. Притворился караван-баши добрым, ласковым. Приходит он с женой к джигиту и говорит:

— Дорогой мой зять, я виноват перед тобой! Не гневайся, прости меня!

Джигит отвечает:

— Ты был рабом своей жадности. Ты бросил меня в глубокий колодец, и только благодаря доброму старику я не погиб там. Что ты ни затевай, что ни выдумывай, погубить меня не сможешь! Лучше и не пытайся!

На другой день джигит заложил тройку и со своей молодой женой поехал кататься. Едут они по широкой, красивой улице и подъезжают к прекрасному дворцу. Во дворце горят разноцветные огни, перед дворцом стоят люди, все о чём-то переговариваются, смотрят на дворец. Джигит спрашивает:

— Что это за дворец и почему здесь собралось так много людей?

Жена говорит ему:

— Это дворец нашего падишаха. Падишах объявил, что выдаст свою дочь за того, кто обыграет его в шахматы. Проигравшему отрубают голову. Много уже погибло здесь молодых джигитов из-за дочери падишаха! А обыграть его ннкто не может: нет на свете второго такого искусного игрока!

— Зайду и я к падишаху, сыграю с ним в шахматы, — говорит джигит.

Стала молодая жена плакать, стала упрашивать его:

— Не ходи. Если зайдёшь, непременно потеряешь голову!

Успокоил её джигит.

— Не бойся, — говорит, — останется цела моя голова.

Вошёл он во дворец. А там сидят визири, сидит за столом падишах, перед ним шахматная доска.

Увидел падишах джигита и спрашивает:

— Зачем пришёл?

Джигит говорит:

— Пришёл играть с тобою в шахматы.

— Я тебя всё равно обыграю, — говорит падишах, — и тогда отрублю тебе голову!

— Отрубишь так отрубишь, — говорит джигит, — а сейчас давай играть.

Падишах говорит:

— Будь по-твоему! И вот моё условие: если я выиграю три партии — отрубаю тебе голову; если ты у меня выиграешь три партии — выдам за тебя дочь.

Подают они один другому руку в присутствии всех визирей и начинают играть.

Первую партию выиграл падишах. И вторую партию выиграл падишах. Радуется он, говорит джигиту:

— Я же предупреждал тебя, что пропадёшь ты!

Осталось тебе ещё один раз проиграть, и снесут тебе голову!

— Там видно будет, — отвечает джигит. — Давай играть дальше.

Третью партию выиграл джигит. Поморщился падишах, говорит:

— Сыграем ещё раз!

— Хорошо, — отвечает джигит, — сыграем, если тебе хочется.

И опять выиграл джигит.

Падишах говорит:

— Ещё раз сыграем!

Сыграли ещё раз, и снова джигит выиграл.

Падишах говорит:

— Ну, если хочешь, бери мою дочь. А если выиграешь ещё одну партию — отдам тебе полдарства.

Стали играть. Снова партию выиграл джигит.

Разошёлся падишах и говорит:

— Давай сыграем ещё партию! Выиграешь — отдам всё царство.

Визири его уговаривают, а ом и слушать не хочет.

Снова джигит выиграл.

Дочку падишаха он не взял, а всё его царство взял. Вызвал джигит к себе своих родителей, и стали они жить все вместе.

Я у них был — сегодня ходил, вчера вернулся. Поиграли, поплясали, поели-попили, усы намочили, а в рот ничего не попало.

О кривой берёзе

ил в давние времена очень сметливый бедный человек. В тех же местах жил богатый человек, который очень любил хвастать и считал себя большим умником.

— Меня не обманет ни один хитрец! — любил повторять хвастун.

Однажды шёл он по дороге и увидел издалека сметливого бедняка, который стоял, прислонясь к кривой берёзе.

Подошёл хвастун к нему и сказал:

— Тебя, дружок, считают ловким да сметливым. А ну-ка, попробуй перехитрить меня!

На это сметливый ответил:

— Почему бы и не попробовать! Я перехитрил бы тебя, да, к сожалению, нет при мне мешка с хитростями. Дома он у меня остался.

— Поди принеси свой мешок, а я подожду тебя здесь, — сказал хвастливый.

— Я бы охотно пошёл, да не могу, — сказал сметливый. — Видишь, как берёза покривилась? Стоит мне отойти — она и повалится.

Услышал хвастун эти отговорки, рассердился и крикнул:

— Ступай и неси скорее свои хитрости! До твоего прихода я сам буду подпирать берёзу.

Ушёл сметливый, да так и не вернулся. А хвастун до этого дня, говорят, стоит и кривую берёзу подпирает.

Работник Хритон

щё в давние времена жил один бедняк, звали его Хритон. Три года проработал он у бая. За эту работу баи отсыпал ему пуд муки. Взял Хритон муку, пошёл домой. По дороге поднялся сильный ветер и развеял всю муку. Рассердился Хритон на ветер, решил наказать его.

Шёл, шёл он и дошёл до леса. В лесу Хритон увидел избушку. Вошёл в неё, спрашивает у хозяина:

— Не знаешь ли, абый, где живёт царь ветров? Хочу его разыскать и наказать.

Не знал Хритон, что хозяин и был царь ветров.

Испугали царя ветров такие речи — он и говорит:

— Послушайся ты меня — не ищи его, возьми лучше вот этот стол и возвращайся домой.

— Что я буду делать со столом, если мне есть нечего! — говорит Хритон.

Вместо ответа хозяин произнёс всего два слова:

— Стол, качнись!

В тот же миг стол качнулся, и появились на нём всякие яства.

— Видишь, стоит тебе сказать два слова — и ты всегда будешь сыт! — сказал царь ветров.

Взял Хритон стол, пошёл домой. Долго он шёл. По дороге застала его ночь, и пришлось Хритону зайти в незнакомый дом на ночлег. Перед сном Хритон сказал хозяевам:

— Не вздумайте трогать мой стол и говорить: «Стол, качнись!»

Хозяева пообещали, что не притронутся к столу. Но как только Хритон уснул, они сказали:

— Стол, качнись!

Тут стол качнулся, и появились на нём всякие кушанья.

Поняли хозяева, что это за стол, и подменили его.

Утром Хритон встал, взял простой стол вместо волшебного и пошёл домой.

Пришел он домой и сказал:

— Стол, качнись!

А стол даже не шелохнулся. Рассердился Хритон, прибежал к царю ветров и стал ругаться. Тот и говорит:

— Не сердись! Возьми моего козла. Когда вернёшься домой, скажи: «Козёл, шевельнись!» — и у тебя всё будет.

Взял Хритон козла, двинулся в обратный путь, ио его застигла ночь, и ему пришлось зайти на ночлег в тот дом, где он ночевал в первый раз.

Перед сном Хритон говорит хозяевам:

— Не вздумайте сказать: «Козёл, шевельнись!»

Хозяева говорят:

— Не бойся, ничего не скажем!

Но едва Хритон заснул, хозяева подменили козла.

Проснулся Хритон утром, забрал простого козла вместо волшебного и вернулся с ним домой. Здесь он сказал:

— Козёл, шевельнись!

Но козёл даже и не шелохнулся.

— Опять он меня обманул! — возмутился Хритон.

Прибежал он к царю ветров и крикнул сердито:

— Почему ты меня обманываешь?

— Я тебя не обманывал, — ответил царь ветров. — Наверно, мои подарки тебе подменили.

— Не может этого быть! — закричал Хритон. — Когда я останавливался на ночлег, я предупреждал хозяев, чтобы они не говорили: «Стол, качнись!» и «Козел, шевельнись!»

Выслушал царь ветров Хритона, дал ему запертый сундук и сказал:

— Когда придёшь домой, скажешь: «Сундук, откройся!» А до этого ничего не говори.

Взял Хритон сундук, пошёл домой, а по дороге снова заночевал в том же доме. Перед сном он опять забыл, что наказывал ему царь ветров, и сказал хозяевам:

— Не вздумайте сказать: «Сундук, откройся!»

— Не скажем! — пообещали хозяева, а сами, как только Хритон заснул, крикнули:

— Сундук, откройся!

И в ту же минуту крышка сундука отлетела, выскочили оттуда два молодца с нагайками и давай стегать хозяев! Стегают да приговаривают:

— Отдайте стол! Отдайте козла!

Хозяева тут же отдали Хритону и стол и козла.

Вернулся он домой с подарками царя ветров и с того времени стал жить в довольстве, не зная нужды.

Сын падишаха и его бедный сосед

ил некогда падишах. А неподалёку от его дворца жил один очень бедный человек. У падишаха был сын, и у его бедного соседа был сын. И не было больших друзей, чем эти мальчики. Вместе они спали, вместе вставали, вместе играли. Сын бедного человека был и красив, и умён, и честен, и поэтому все любили его и не думали, кто он — богач или бедняк.

Выросли эти мальчики и стали взрослыми джигитами. Падишах говорит своему сыну:

— Настало время тебе жениться!

Пришёл сын падишаха к своему другу и сказал:

— Мои родители хотят меня женить.

Загрустил друг и говорит:

— Когда ты женишься, не захочешь со мною знаться, забудешь меня!

— Нет, — отвечает сын падишаха, — никогда я тебя не забуду, навсегда останусь твоим другом! Да ты и сам женись тоже!

— Куда мне жениться, ведь у меня нет ничего!

Сын падишаха говорит:

— Не горюй, я тебе дам денег столько, сколько тебе будет нужно! Скажи родителям — пусть найдут для тебя хорошую девушку.

Хотел сын падишаха, чтобы друг его был равный с ним. Да разве могут быть равными сын падишаха и сын бедняка?..

Сын падишаха и в самом деле даёт деньги бедному джигиту, и его родители начинают искать невесту. Нашли невесту — небывало красивую и умную девушку. Бедный джигит глядит на свою невесту, не может нарадоваться.

После свадьбы приходит бедный джигит к сыну падишаха и говорит:

— Ну вот и я женился!

Сын падишаха доволен, зовёт своего друга вместе с женой к себе, собирает гостей, устраивает большой пир. Все на пиру веселятся, гуляют на славу. Когда пир кончился и все гости разошлись по домам, сын падишаха спрашивает у визирей:

— Ну, красива жена моего друга? Понравилась ли она вам?

Визири отвечают:

— Очень красивая! Очень понравилась!

— А моя жена понравилась вам? — спрашивает сын падишаха.

Визири говорят:

— У тебя тоже неплохая жена, только нет в ней такой красоты, как у жены твоего друга.

Сын падишаха промолчал, но визири поняли, что в нём проснулась зависть, и сказали:

— Если тебе так сильно понравилась жена бедного джигита, мы её отберём у него и отдадим тебе. А свою жену можешь отослать куда-нибудь, если недоволен ею.

Сын падишаха говорит:

— Разве можно отобрать чужую жену?

Визири отвечают:

— Ты предоставь это дело нам, мы сами его сделаем!

Сын падишаха не сказал «нет» и ушёл. Тогда все визири — а их было много — собрались и стали советоваться. Один из них говорит:

— Сказали — отберём, значит, отберём! Для этого я придумал одну хитрость.

— Что у тебя за хитрость? — спрашивают все другие визири. — Нам надо знать её!

Но тот визирь ответил:

— Пока я вам ничего не скажу. Вот мы сейчас позовём сюда этого бедного джигита, тогда и узнаете.

Вызвали бедного джигита. Он ничего не подозревает, приходит и спрашивает:

— Чем я могу служить вам?

Тут хитрый визирь встал с места и сказал:

— А вот чем. Слушай! Наш приказ тебе такой: иди туда — не знаю куда, принеси то — не знаю что. Если не принесёшь — твоя жена больше не твоя! Отберём её и отдадим сыну падишаха.

Задумался джигит, понял, что погубить его хотят.

Пришёл он домой, места не находит, почернел, опустил голову в печали. Жена его спрашивает:

— Что с тобой случилось? Ты сам на себя не похож… Может быть, ты заболел? Не таись, скажи мне!

— Нет, — отвечает джигит, — не заболел я, а есть у меня большое горе: нам, видно, не придётся жить вместе…

Жена в испуге:

— Почему же ты не говоришь, что случилось?

Джигит отвечает:

— Визири приказали мне идти туда — неведомо куда, принести то — неведомо что. Если не сумею найти и принести, тебя отберут у меня и отдадут сыну падишаха.

Жена говорит:

— Не бывать этому! Пусть хоть убивают меня, а я с тобой не расстанусь!

Тут и джигит окреп духом. Решил исполнить приказ визирей: идти туда — неведомо куда, принести то — неведомо что. Говорит он жене:

— Завтра же я и отправлюсь в путь!

Жена говорит:

— Не горюй и не печалься: найдёшь и принесёшь, что тебе велели визири!

Ночью джигит никак не может заснуть — всё думает, всё вздыхает. А жена ободряет его:

— Спи спокойно, что-нибудь да придумаем!

Рано утром джигит встал, умылся, оделся, достал своё ружьё и стал прощаться с женой.

Достала жена из сундука яблоко, подала джигиту и говорит:

— Как выйдешь за город, брось это яблоко на землю. Куда оно покатится, туда и ты иди. И найдёшь то, что ищешь!

Джигит вышел за город, достал из сумы яблоко и покатил его. Покатилось яблоко быстро-быстро, а джигит пошёл за ним.

Долго он шёл, много мест оставил позади и вошёл в дремучий, тёмный лес. А яблоко всё катится по узкой тропинке между деревьями. И джигит не отстаёт от него — где прямо идёт, где нагибается.

Прикатилось яблоко к маленькой избушке с одним-единственным окошком. Вошёл джигит в избушку и видит: сидит на лавке старая-престарая слепая старушка.

Поздоровался он со старушкой ласково и учтиво, поговорил с ней обо всём, а потом и говорит:

— Послали меня, бабушка, туда — неведомо куда, приказали принести то — неведомо что. Куда мне идти, где искать?

Старуха отвечает:

— Сын мой, я не знаю. Есть у меня старшая сестра — может быть, она знает. Иди к ней вон по той тропинке и найдёшь её.

Попрощался джигит со старухой и отправился дальше. Много ли, мало ли шёл и пришёл к другой избушке. Эта избушка ещё меньше первой, а живёт в ней совсем старая, дряхлая старуха: во рту у неё ни одного зуба нет, волосы седые, лицо морщинистое, спина сгорбилась.

Поздоровался с ней джигит ласково и учтиво, поговорил о житье-бытье и спрашивает:

— Бабушка, скажи мне, что это значит: «Поди туда — не знаю куда, принеси то — не знаю что»?

Задумалась старушка и говорит:

— Сын мой, я сама этого не знаю! А раз тебе нужно это знать, могу спросить об этом.

Взяла старушка дудочку, вышла во двор и стала играть на ней. И начали на её зов собираться и звери, и птицы, и гады, и все другие живые существа.

Оглядела их старушка и спрашивает:

— Все ли собрались сюда?

Одна лягушка говорит:

— Нет, не все. Не пришла ещё наша старая, хромая лягушка. Ей трудно идти. Надо её подождать немного — она идёт, торопится как может.

Стали ждать хромую лягушку. Много ли, мало ли времени прошло — приковыляла и хромая лягушка.

Старуха спрашивает:

— Почему опоздала, или не слышала мою дудочку?

— Прости, бабушка, — отвечает лягушка. — Не могла я быстро идти: косили люди сено и отрезали мне косой ногу. С тех пор не могу ходить быстро.

— Все ли теперь пришли, собрались? — спрашивает старушка.

— Все! — отвечают ей звери, птицы и гады. — Все теперь собрались!

Тогда старушка крикнула громким голосом:

— Слушайте меня все и отвечайте на мой вопрос! Что это значит: «Иди туда — не знаю куда, принеси то — не знаю что»? Кто из вас знает?

Все молчат — никто не знает, никто не может ответить.

Только одна хромая лягушка ответила:

— Я знаю, бабушка!

— А сможешь ли ты дойти туда?

— Смогу, бабушка!

— Если так, веди туда этого джигита и помоги ему найти то, что ему нужно!

Лягушка говорит джигиту:

— Я за тобой не поспею. Ты возьми меня за пазуху, а я тебе буду путь указывать.

Джигит посадил лягушку за пазуху, и они отправились в путь.

Лягушка высунула голову, смотрит и указывает джигиту, куда ему идти, Шли они долго по лесной тропке и подошли наконец к избушке. Стоит эта избушка на четырёх высоких столбах. Крыша и стены у неё выкрашены в жёлтый цвет.

Лягушка говорит:

— Джигит, взберись тихонько на дерево, которое растёт против избушки, и загляни в окно: есть кто-нибудь в избушке или нет никого.

Взобрался джигит на дерево, заглянул в окошко и спустился на землю. Лягушка спрашивает:

— Ну, что ты там видел?

Джигит говорит:

— Видел стол, на том столе лежит полотенце, на полотенце стоит берестяной коробок. Людей в избушке нет.

— Тогда можно войти в избушку, она не заперта, — говорит лягушка.

Вошли они. Лягушка говорит:

— Заберись на печку и лежи тихо — не кашляй, не чихай, не то беда будет! А я спрячусь в щели на полу.

Так они и сделали. Джигит залез на печку, а лягушка спряталась в щели. Лягушка говорит:

— Теперь всё хорошенько примечай!

Лежат они, ждут. Прошло немного времени — дверь отворилась, вошли в избушку четыре джигита. Умылись они, вытерлись полотенцем, разостлали на столе скатерть и уселись. Один из джигитов молвил:

— Бабушка, накорми, напои нас!

Тут берестяной коробок подпрыгнул, вскочил на стол, открылась у него крышка, и стали из коробка выскакивать тарелки да миски с разными угощениями — что душе угодно!

Поели четыре джигита, попили, и один из них молвил:

— Бабушка, убирай! Насытились мы.

Поднялись тарелки, миски, ложки и влетели все в берестяной коробок. Крышка у коробка захлопнулась, а сам коробок завертелся, закрутился и очутился на прежнем месте.

Джигиты вымыли руки, вытерли их полотенцем и снова все ушли. Никого в избушке не осталось.

Когда всё утихло, лягушка окликнула джигита:

— Джигит, слезай! Возьми меня за пазуху, прихвати этот берестяной коробок и полотенце, и пойдём обратно.

Джигит сделал так, как велела ему лягушка: посадил её за пазуху, завернул в скатерть полотенце и коробок, взял узел под мышку и отправился в обратный путь.

Отошли они немного — лягушка и говорит джигиту:

— Теперь ты меня отпусти, больше я тебе не нужна. Иди своей дорогой, а я и сама как-нибудь доберусь до моего болота.

Отпустил джигит хромую лягушку и пошёл один.

Шёл он, шёл и дошёл до реки. Видит — старик рыбак стоит на берегу, ловит рыбу. А возле него костёр разложен, варится в котле рыба.

Поздоровался джигит с рыбаком. А тот говорит:

— Отдохни, джигит, поешь со мною ухи! Уха у меня хорошая, наваристая!

Положил джигит свой узел на песок, уселся возле котла и стал вместе с рыбаком есть уху. Правду сказал рыбак: уха была жирная, вкусная.

Поели они ухи — джигит и говорит рыбаку:

— Бабай, ты меня угостил, благодарю тебя за это! Теперь и я буду угощать тебя. Иди вымой руки!

Вымыли они оба руки, вытерли полотенцем.

Тут джигит разостлал скатерть и молвил:

— Бабушка, подавай нам обед!

Берестяной коробок завертелся, закрутился и прыгнул на скатерть. Крышка у него открылась, и стали вылетать из него миски да тарелки с разными яствами. У старика от удивления глаза круглыми стали. Поели они, попили — тогда джигит молвил:

— Бабушка, убирай! Наелись мы.

Тут тарелки, миски, ложки сами собою поднялись со скатерти и исчезли в берестяном коробке. Крышка коробка закрылась, а сам коробок завертелся, закрутился, соскочил со скатерти и стал возле джигита.

— Спасибо за угощенье, сынок! — говорит рыбак. — Очень забавная, оказывается, эта вещица! Ну, да и я покажу тебе кое-что!

Пошёл рыбак к своей лодке и принёс толстую палку. К одному концу этой палки была приделана медная крышечка.

Рыбак говорит:

— Вот и ты увидишь сейчас чудо!

Воткнул он палку в землю, открыл медную крышечку, и в тот же миг выскочил генерал на коне и гаркнул:

— Что прикажешь, бабай?

Рыбак сказал:

— Выводи сюда к нам своё войско!

И тут же из палки стали вылетать солдаты с саблями и ружьями, выкатывать пушки и строиться в ряды. И столько их набралось, что и не сочтёшь! Всё поле заняли войска.

Тут генерал снова гаркнул:

— Что ещё прикажешь, бабай?

Рыбак говорит:

— Покажи нам, как твои солдаты сражаются!

Дал генерал команду, и начали солдаты из пушек, из ружей в небо стрелять. Ядра рвутся, пули визжат, солдаты саблями размахивают.

Рыбак спрашивает:

— Ну, джигит, видишь?

А джигит стоит ни жив ни мёртв от удивления. Тогда старик приказал генералу:

— Кончай сраженье! Идите все на своё место!

И сейчас же солдаты один за другим стали прыгать в палку. Генерал глянул: никого больше на поле не осталось. Попрощался он с рыбаком и джигитом и сам скрылся в палке вместе со своим конём.

Старик закрыл конец палки медной крышечкой и сказал:

— Видишь, сынок, какое диво у меня есть! Давай поменяемся: мне, старику, готовая еда нужна, а тебе, джигиту, это пригодится.

Растерялся джигит — не знает, что ему делать: и чудесную палку хочется взять, и коробок не хочется отдавать. Не принесёт визирям этот коробок — отнимут у него жену. Стоит он, раздумывает. Вдруг коробок заговорил человеческим голосом:

— Ты поменяйся, джигит! Я всё равно к тебе вернусь!

Поменялся джигит со стариком, отдал ему коробок, взял палку с медной крышечкой и пошёл своим путём. Идёт, а сам всё оглядывается: не бежит ли за ним его берестяной коробок? А коробка всё нет и нет.

Вдруг поднялся сильный ветер, так и дует в спину, чуть с ног не сбивает. Джигит оглянулся и видит: катится берестяной коробок прямо к нему под ноги.

Подкатился под самые ноги и остановился. Здесь и ветер сразу затих. Взял джигит коробок и пошёл дальше. Идёт, на палку опирается.

Пришёл он домой. Жена выбежала к нему навстречу радостная, весёлая. Здоровается с ним, обнимает, целует его, а сама расспрашивает:

— Ну как, жив ли, здоров ли ты? Нашёл ли то, за чем ходил?

— Всё хорошо! — отвечает джигит.

Помылся джигит с дороги, оделся в чистое платье, взял берестяной коробок и пошёл к визирям.

— Принёс? — спрашивает у него главный визирь.

— Принёс, — отвечает джигит.

— А ну покажи!

— Смотрите, — говорит джигит и ставит на стол свой берестяной коробок.

Посинел главный визирь от злости, налился кровью, сбросил коробок на пол да как закричит:

— На что нам эта дрянь! Таких коробков у нас в мусорной яме сколько угодно валяется!

Тут и джигит рассердился:

— Ты сначала посмотри, что это за коробок, а уж потом и кидай его!

И все визири в один голос сказали:

— Нельзя так! Погоди! Сначала разобраться надо.

Джигит говорит визирям:

— Ступайте все, вымойте руки!

Визири вымыли руки, джигит сам тоже вымыл, и все вытерли руки полотенцем. После этого джигит разостлал скатерть и молвил:

— Бабушка, накорми нас!

Коробок завертелся, закрутился, подпрыгнул и стал на скатерть. Крышка у него поднялась, и начали вылетать на скатерть миски и блюда с разными угощениями, кувшины со всевозможными напитками.

Визири окаменели от удивления, переглядываются, слова не могут вымолвить и только мычат про себя что-то.

Когда, наконец, пришли они в себя, главный визирь сказал джигиту:

— Ну, выполнил ты наш приказ! Оставляем тебе твою жену. А коробок этот будет наш.

— Нет, — отвечает джигит, — этот коробок я вам не отдам! Если бы вы встретили меня учтиво и не сбросили коробок мой со стола, я, может быть, и отдал бы его вам. А теперь лучше и не ждите: ни за что не отдам!

Тогда главный визирь давай кричать, пугать джигита:

— Мы и жену у тебя отнимем и коробок, а самого казним!

Вот оно как обернулось дело для бедного джигита! Только он не испугался, не растерялся, а ответил так:

— Ничего я вам не отдам! Если хотите, выходите со своими войсками в поле и с боем возьмите. Победите — тогда и меня можете убить, и жену мою забрать, и коробок вам достанется.

Переглянулись визири и принялись хохотать. Так хохотали, что стёкла в окнах тряслись. Нахохотались они и говорят джигиту;

— Иди в поле, жди нас. Мы сейчас придём, убьём тебя!

Джигит вышел в поле, воткнул в землю палку и открутил медную крышечку. Выскочил из палки генерал на коне и гаркнул;

— Что прикажешь, джигит?

Джигит отвечает;

— Давай войско!

Высыпали из палки солдаты — видимо-невидимо, все с ружьями, с саблями, с пушками — и построились в ряды. Всё поле заполнилось войском.

Подскакал к джигиту генерал и гаркнул:

— Готовы войска! Что теперь ещё прикажешь, джигит?

— Будьте готовы к сражению, — говорит джигит, — сейчас подойдут враги.

В это время показался на дороге батыр падишаха, который считался самым храбрым и самым сильным. Глянул он, увидел огромное войско, перепугался и побежал обратно. Прибежал во дворец и кричит:

— Вы меня послали сражаться с одним джигитом, а на поле стоит целое войско какого-то чужеземного падишаха! Что будем теперь делать?..

Доложили падишаху. Падишах говорит:

— Надо сражаться!

Визири соскочили с мест, натянули свои узкие штаны, ударили тревогу, стали собирать войско падишаха. Собрали всех солдат, сколько было, и выступили в поле на бой с неведомым противником.

Завидел их джигит и приказал своему генералу:

— Начинай сражение!

И началась такая битва, каких ещё никогда не бывало! Шум, гром, крики… Пушки палят, — ружья стреляют, сабли сверкают… Разбил джигит наголову всё войско падишаха. Погибли в том сражении падишах, и его сын-завистник, и все его визири.

После этого никто не смел трогать джигита — джигит сам стал падишахом.

Шурале

ыл в одном ауле смелый дровосек. Поехал он однажды зимой в лес и начал рубить дрова.

Вдруг перед ним появился Шурале.

— Как тебя зовут, человечек? — спрашивает Шурале.

— Меня зовут Былтыр[20], — отвечает дровосек.

— Давай, Былтыр, поиграем, — говорит Шурале.

— Не до игры мне сейчас, — отвечает дровосек. — Не буду с тобой играть!

Рассердился Шурале и закричал:

— Ах, так! Ну, тогда не выпущу тебя живым из лесу!

Видит дровосек — плохо дело.

— Хорошо, — говорит. — Поиграю с тобой, только сначала помоги мне расколоть колоду.

Ударил дровосек топором по колоде раз, ударил два и говорит:

— Засунь пальцы в щель, чтобы она не защемилась, пока я ударю третий раз.

Засунул Шурале пальцы в щель, а дровосек вытащил топор. Тут колода сомкнулась крепко-накрепко и прищемила пальцы Шурале. Только этого и нужно было дровосеку. Собрал он свои дрова и уехал поскорее в аул. А Шурале давай кричать на весь лес:

— Мне Былтыр пальцы прищемил!.. Мне Былтыр пальцы прищемил!..

Сбежались на крик другие шурале, спрашивают:

— Что случилось? Кто прищемил?

— Былтыр прищемил! — отвечает Шурале.

— Коли так, мы ничем тебе помочь не можем, — говорят другие шурале. — Если бы это случилось нынче, мы бы помогли тебе. Раз это было в прошлом году, где же его теперь найдёшь? Глупый ты! Тебе надо было бы кричать не теперь, а в прошлом году!

А глупый Шурале так и не мог им толком ничего объяснить.

Рассказывают, что Шурале взвалил колоду на спину и до сих пор таскает её на себе, а сам громко кричит:

— Мне Былтыр пальцы прищемил!..

Сказка о шайтане и его дочери

ыл когда-то человек, по имени Сафа. Вот задумал он странствовать по свету и говорит жене:

— Пойду посмотрю, как люди живут.

Много ли, мало ли он шёл, только пришёл на опушку леса и видит: напала на лебедь злая старуха-убыр, хочет погубить её. Кричит лебедь, рвётся, отбивается, а вырваться не может… Одолевает её убыр.

Пожалел Сафа белую лебедь, бросился ей на помощь. Испугалась злая убыр и убежала.

Поблагодарила лебедь Сафу за помощь и сказала:

— Живут за этим лесом, на озере, три мои сестры. Хочу я показать им тебя. Садись на меня — полетим к ним в гости!

Сел Сафа на лебедь, и полетели они.

Прилетели к старшей сестре. Говорит ей лебедь:

— Вот этот человек меня от смерти спас. Сделай ты ему за это какой-нибудь подарок!

— Пусть ему делает подарок тот, кому он сделал добро, — сказала старшая сестра, — а я ему ничего не дам!

Рассердилась лебедь, ни слова не сказала. Велела Сафе сесть на себя и понесла к средней сестре. Рассказала ей лебедь, как Сафа её от верной гибели спас, и просила подарить ему что-нибудь.

— Кого он спас, тот пусть и делает ему подарок! — ответила средняя сестра.

Ничего не сказала ей лебедь. Посадила Сафу себе на спину и понесла к-своей младшей сестре.

Обрадовалась младшая сестра гостям, встретила их приветливо и ласково, накормила мясом, напоила чаем. А как узнала, что Сафа её сестру от смерти спас, поблагодарила его и дала в подарок сундучок.

— Смотри, — сказала она, — не вздумай открывать этот сундучок по дороге! Откроешь — сам не рад будешь! Когда домой вернёшься, тогда открывай.

Погостил Сафа у младшей сестры лебеди и пошёл домой. Идёт он, а сам всё думает: «Что же может быть в этом сундучке и почему его нельзя открывать по дороге?..»

Шёл, шёл Сафа и не мог удержаться: остановился он и открыл сундучок. И в тот же миг перед ним появилась лавка с разными дорогими товарами. Со всех сторон к лавке покупатели бегут, торгуются, за товары Сафе деньги платят… И столько они золота наносили, что и девать его некуда!

Растерялся Сафа, не знает, что ему делать: не оставаться же посреди дороги! Попробовал он закрыть сундучок — не может.

Сидит он, охает, сам себя ругает: зачем не послушался, зачем сундучок открыл по дороге!

Тут, как из-под земли, появился перед ним старик с длинной седой бородой и спрашивает:

— Что это ты охаешь?

Рассказал ему Сафа, что случилось.

— Помогу я твоему горю, — сказал старик, — только с условием: отдан мне то, что у тебя в доме есть и о чём ты сам не знаешь. — И назначил срок — пятнадцать лет.

Стал Сафа думать: что же это такое у него в доме есть, о чём он сам не знает? Думал, думал, не мог придумать и говорит старику:

— Ладно, отдам я тебе то, что у меня дома есть и о чём я сам не знаю, только помоги!

— Хорошо, — сказал старик. — Помни уговор! А если обманешь — плохо тебе будет!

С этими словами старик закрыл крышку сундука, и всё сразу в сундучке скрылось: и лавка с дорогими товарами, и деньги.

Взял Сафа сундучок и пошёл дальше. А седобородый старик исчез, как сквозь землю провалился.

Старик этот был шайтан, и попросил он у Сафы не что-нибудь, а его родного сына. Когда Сафа ушёл странствовать, жена его родила сына — крепкого, сильного, красивого.

Пришёл Сафа домой и видит: на руках у жены сынок.

Стал он обнимать его, стал целовать, а сам плачет горькими слезами: догадался, кого пообещал отдать старику с седой бородой.

Так прожили они пятнадцать лет. Как подошёл назначенный срок, сказал Сафа сыну:

— Ну, сынок, пришло нам время расстаться!

И рассказал ему всё: и про сундучок, и про старика, и про своё обещание.

— Нечего делать, — сказал сын, — раз обещал, надо выполнить обещание.

Простился молодой джигит с матерью, простился с отцом и пошёл.

Долго он шёл и пришёл к озеру. Здесь его и должен был встретить шайтан.

Сел джигит на берегу, стал дожидаться.

Вдруг зашумело что-то в небе, и прилетела на озеро стая белых лебедей. Не заметили они джигита, опустились на берег и стали плескаться в воде.

Понравились лебеди джигиту. Подкрался он и схватил одну. Закричали птицы и улетели, а одна осталась в руках у джигита.

Тогда лебедь заговорила человечьим голосом:

— Не держи меня, пусти на волю!

— Нет, — ответил джигит, — никуда я тебя не пущу!

Тут лебедь взмахнула крыльями и превратилась в красивую девушку.

Подивился джигит и спрашивает:

— Кто ты?

— Я дочь того шайтана, которому тебя обещал твой отец, — сказала девушка. — Мой отец людоед, он хочет съесть тебя! Но если ты отпустишь меня, я не дам тебе погибнуть. Как только шайтан захочет тебя съесть, скажи ему: «Дай мне какую-нибудь работу!» А сейчас мне пора домой…

С этими словами красавица девушка взмахнула руками, превратилась в белую лебедь и улетела.

И только она улетела, на берег озера пришёл шайтан. Увидел он джигита, обрадовался и повёл в свой дом. Как только они пришли, джигит сказал:

— Не могу я жить, ничего не делая. Дай мне какую-нибудь работу!

— Хорошо, — сказал шайтан, — дам я тебе работу. За ночь выруби вот этот лес, распили все деревья, переколи на дрова и сложи дрова в поленницы. В эту же ночь продай дрова и на вырученные деньги купи ржи и засей очищенную от леса землю. В эту же самую ночь собери урожай, обмолоти и свези зерно в мой амбар. Не сможешь этого сделать — не быть тебе в живых!

Сказал это шайтан и ушёл, а джигит сел и задумался: не знает, что и делать… Под вечер пришла к нему красавица девушка, дочь шайтана, и расспросила, какую работу задал ему шайтан.

— Не горюй! — сказала девушка. — С этим делом я сама справлюсь. А ты ложись и спокойно спи до утра!

Послушался её джигит и лёг спать.

В самую полночь вышла красавица на крыльцо и тихонько свистнула. Собрались на её свист какие-то люди и спрашивают:

— Что прикажешь?

Сказала им девушка, что и как надо делать. Принялись люди за работу — мигом всё сделали, как она велела.

Как только под утро петухи запели, все люди исчезли, попрятались, словно и не было их.

Утром пришёл шайтан. Видит — работа выполнена, всё сделано, как он приказывал. Удивился шайтан. «Ну, — думает, — видно, этот джигит не простой человек!»

Похвалил он джигита и сказал:

— С этим делом ты справился. Теперь задам я тебе другую работу: за ночь ты должен перенести ситом всю воду из одного озера в другое!

Как только ушёл шайтан, пришла к джигиту красавица девушка и спросила, что ещё приказал ему шайтан.

— Велел за эту ночь перенести ситом всю воду из одного озера в другое, — ответил джигит.

— И это будет сделано! — сказала девушка. — Иди ложись и спи спокойно до утра!

Позвала она опять тех людей и приказала им таскать воду.

Ещё солнце не взошло, как они перенесли всю воду из одного озера в другое. Петухи запели — и люди все исчезли.

Утром джигит пришёл к шайтану и сказал:

— Выполнено твоё приказание!

Видит шайтан — ничем джигита не удивишь: какую работу ему ни задай, всё выполнит! Подумал он и говорит:

— Есть у меня в конюшне жеребец. Кто сможет его обуздать и не побоится ездить на нём, за того я выдам мою любимую дочь. Не хочешь ли ты попытать счастья?

— Хорошо, — сказал джигит, — я согласен! Когда велишь скакать на твоём жеребце?

— Завтра поутру.

Пошёл джигит к дочери шайтана и рассказал ей всё.

— Знай, — сказала девушка, — что в жеребца превратится сам шайтан. Обуздать его ты сможешь, если достанешь у кузнеца сорока пудовый молот, а у кожевника — сорокапудовую узду.

Джигит тотчас отправился к кузнецу и кожевнику и заказал нм сорокапудовый молот и сорокапудовую узду.

Когда молот и узда были готовы, джигит пошел на конюшню. Двери этой конюшни были заперты на двадцать тяжёлых замков. Отпер он псе двадцать замков и вошёл в стойло. Видит — стоит там жеребец; из ноздрей у него искры летят, трясёт жеребец гривой и копытами землю бьёт — никого к себе не подпускает.

Изловчился джигит и ударил жеребца по голове сорокапудовым молотом — сразу присмирел жеребец, перестал гривой трясти да копытами бить. Тут джигит накинул на него сорокапудовую узду и вывел из кошошни. После этого вскочил он на жеребца и ударил его по бокам. Помчался жеребец. Головой вертит, храпит, ржёт — хочет сбросить всадника, да не может: джигит словно прирос к его спине — не качается, не шевелится, а сам то и дело бьёт жеребца по рёбрам своим сорокапудовым молотом.

Долго носил его жеребец, измучился и вернулся наконец в свою конюшню. Запер его джигит на двадцать замков и пошёл к девушке — рассказал ей всё, как было. Выслушала она и говорит:

— Завтра шайтан превратит всех дочерей своих в голубок и заставит узнать среди них меня. Ты укажи ему на ту голубку, которая пролетит мимо тебя.

На другое утро шайтан позвал джигита, показал ему целую стаю голубей и сказал:

— Видишь этих голубей? Среди них — моя младшая дочь. Если ты сумеешь узнать её, отдам её тебе в жёны!

Стал джигит рассматривать голубей. Тут мимо него пролетела одна голубка. Джигит и указал на неё:

— Вот твоя младшая дочь!

Рассердился шайтан. «Ну, — думает, — видно, она сама ему сказала, как её среди других голубей узнать!»

Вечером красавица девушка пришла к джигиту и говорит:

— Завтра отец опять прикажет тебе узнать меня среди моих сестёр. Все мы будем играть на кубызе. Как только мы начнём играть, ты пляши. Когда ты будешь плясать, музыка затихнет. Отец и все сёстры будут смотреть на твои ноги, а я стану играть новую плясовую — ты меня и узнаешь.

На другой день шайтан позвал джигита, показал ему сорок своих дочерей и сказал:

— Если ты сумеешь узнать, какая из этих девушек моя младшая дочь, ты получишь её в жёны! Если не узнаешь — не быть тебе в живых!

Девушки все были в одинаковых платьях, у всех в руках кубызы.

Шайтан сделал знак, и все девушки заиграли на кубызах.

— Какая же из этих девушек моя младшая дочь? — спросил шайтан.

Но джигит не ответил на его вопрос и начал плясать. Все девушки засмотрелись на него и перестали играть. Только один кубыз заиграл новую плясовую. Джигит незаметно взглянул на играющую девушку, а сам продолжал плясать.

Когда он перестал плясать, шайтан опять спросил:

— Где же моя младшая дочь?

Джигит подошёл и сказал:

— Вот твоя младшая дочь!

— Ну, — крикнул рассерженный шайтан, — ты сам не смог бы узнать её! Это она научила тебя! Проучу я вас обоих за это!

Приказал шантан бросить джигита и свою младшую дочь в зиндан.

Ночью девушка превратилась в мушку и вылетела из зиндана. Потом она снова превратилась в девушку, сбегала на гумно, взяла два снопа и принесла их к зиндану. Стражник в это время отошёл далеко и не видел, как девушка внесла в знндан снопы.

Снопы она положила на пол и прикрыла их своей одеждой, а сверху плюнула на них.

— Ну, — сказала она, — ждать нам некогда: пора бежать.

Девушка превратила себя и джигита в мушек, и они оба выбрались из темницы.

Как только выбрались, они приняли свой прежний вид и пустились бежать.

Под утро к зиндану пришёл палач и стал будить пленников:

— Эй, вы! Спите вы или не спите?

— Нет, ещё спим! — ответили слюнки на снопах.

— А знаете ли вы, что вам скоро отрубят головы?

— Знаем!

Разговор продолжался до тех пор, пока слюнки на снопах не высохли. Палач продолжал задавать свои вопросы, но ответов уже не получал.

— Вы что, заснули, что ли? — закричал палач. — Вот я сейчас разбужу вас!

С этими словами он вошёл в зиндан, подбежал к прикрытым одеждой снопам и так ударил по ним, что снопы рассыпались. Тут палач понял, в чём дело. Побежал он к шайтану, рассказал, что пленники исчезли, а вместо себя оставили в зиндане два снопа.

Разозлился шайтан, когда узнал, что его дочь и джигит сбежали, и тотчас же послал за ними погоню.

А джигит и красавица девушка успели убежать далеко. Прислушалась девушка, услыхала конский топот и говорит:

— Настигают нас конники шайтана! Я уже вижу их вдалеке!

Тут она сама превратилась в мечеть, а джигита превратила в старика муэдзина.

Подъехали слуги шайтана и крикнули:

— Эй, муэдзин! Не видал ли ты молодого джигита и красавицу девушку?

— Нет, — ответил муэдзин. — Много лет я безотлучно нахожусь при этой мечети, но никогда не видал тут молодого джигита и красавицы девушки.

Слуги шайтана прискакали домой и сказали, что не нашли беглецов, а видели только мечеть да старика муэдзина.

Набросился шайтан на своих слуг, стал их ругать:

— Да ведь мечеть и муэдзин — это и были беглецы! Скачите скорее туда снова, схватите муэдзина и сломайте мечеть!

Поскакали слуги на то место, где стояла мечеть, а там уже нет ни мечети, пи муэдзина.

Помчались они дальше.

Услышала девушка конский топот и говорит:

— За нами слуги шайтана гонятся!

Превратила она джигита в пастуха, а сама превратилась в стадо овец.

Подъехали слуги шайтана и закричали:

— Эй, пастух! Не заметил ли ты по дороге молодого джигита и девушку-красавицу?

— С давних пор я пасу здесь стадо, — ответил пастух, — а девушки и джигита не видал, не встречал. Видно, они не здесь прошли!

Опять возвратились слуги шайтана ни с чем. Приехали они и рассказали шайтану, что, кроме пастуха да стада, никого не встретили по дороге.

Ещё больше разозлился шайтан, ещё больше стал ругать своих слуг. Потом вскочил на коня и сам помчался в погоню.

А девушка и джигит в это время приняли свой прежний облик и побежали дальше.

Завидел их шайтан и погнал своего коня изо всех сил. Вот-вот нагонит, вот-вот схватит…

Но девушка оглянулась, увидела шайтана и тотчас превратилась в море, а джигита превратила в золотую рыбку.

Прискакал шантан к морю и закричал:

— Ну, теперь никуда от меня не уйдёте!

Стал он плавать да нырять, стал ловить золотую рыбку.

Рыбку он не поймал, а сам захлебнулся.

Тут девушка и джигит снова приняли свой облик. Сели они на коня шайтана и приехали к родителям джигита. Приехали, поженились и стали жить в дружбе и согласии.

Медведь и лиса

давние времена жили медведь и лиса, и были они, говорят, в большой дружбе. Так много лет прошло… Медведь состарился и не может даже встать — совсем одряхлел.

А была у них кадка мёду да топлёного масла. Долго они с лисой собирали это масло да мёд и уговорились съесть, когда станут стариками, и не в одиночку, а обязательно вместе.

Вот хворый медведь лежит, а лиса говорит:

— Жди меня, я скоро вернусь!

И ушла. Медведь лежит, ждёт.

Ушла лиса утром, а вернулась только поздно вечером. Медведь спрашивает:

— Где ты была так долго, друг лиса?

— Ходила в деревню, — отвечает лиса. — Там у жены одного человека родился ребёнок. Вот меня и пригласили дать новорождённому имя.

— А кто же родился у того человека: сын или дочь? — спрашивает медведь.

Лиса говорит:

— Сын родился.

— Какое же имя ты ему дала?

— Дала ему имя Башлаимыш — Початушек.

— Хорошее имя! — говорит медведь. — А гостинцев ты мне, друг лиса, принесла?

— Какие там тебе гостинцы! Они бедно живут, угощенья было мало.

Медведь говорит:

— Мало не мало, ты, друг лиса, сыта, а я вот голоден. Как мне быть?

Лиса собрала кое-какие объедки, огрызки, дала медведю. Что ему делать? Пришлось эти объедки съесть.

Немного времени прошло — лиса опять потихоньку вышла из дома и исчезла. Целый день пропадала. Лежит медведь, скучает, тоскует, никак не может дождаться лисы:

«Где-то она пропадает? Может быть, у кого-нибудь в гостях сидит?»

Вечером, когда стемнело, пришла лиса и спрашивает:

— Как здоровье, друг медведь? Как ты без меня день провёл?

— Плохое моё здоровье, — говорит медведь. — Плохо я без тебя день провёл. Где же ты в этот раз пропадала?

— В гостях была, — отвечает лиса.

— У кого же ты гостила?

— В дальней деревне, у одного человека, — говорит лиса. — У него жена ребёнка родила. Я ходила имя ему дать.

— Почему ты не взяла меня с собой?

— Куда тебе, друг медведь! Идти к ним далеко. Да они пригласили только меня одну.

— А хорошо ли тебя угощали?

— Очень хорошо! Чего только на столе не было!

— Кто же родился у них: сын или дочь?

— Сын.

— Какое имя ты ему дала?

— Дала я ему имя Яртыланмыш — Половинка.

— Ох, какое хорошее имя! — говорит медведь. — А принесла ли ты мне гостинцев?

— Невозможно было, друг медведь. У хозяев детей много: всё подчистую съели, ни крошки нс оставили.

— А ведь я, друг лиса, сильно проголодался! — говорит медведь.

— Ладно, покормлю тебя! — отвечает лиса. — Только не сейчас, а как отдохну да высплюсь.

Вытянулась лиса, улеглась поудобнее и сладко уснула.

Как выспалась она, собрала поблизости объедки и принесла медведю:

— На, ешь!

Что делать бедному медведю? Больной он, силы у него нет, ничего для себя раздобыть не может. Что приносит лиса, то и есть надо.

Проходит неделя — лиса снова исчезла утром рано. Целый день она пропадала и только вечером вернулась. Медведь спрашивает у неё:

— Куда ты, друг лиса, ходила?

— В гостях была.

— У кого?

— У одного человека, который на самом конце деревни живёт. У него жена ребёнка родила. Меня пригласили имя ему дать.

— Сын родился или дочь?

— Сын.

— Какое же имя ты ему дала?

— Дала я ему имя Тёпленмеш — Поскрёбышей.

— Ай-яй, друг лиса, что-то ты одним только мальчикам имена даёшь. А принесла ли мне чего-нибудь?

— В этот раз принесла, только немного. Хозяева сказали: «Пусть медведь не обессудит, больше ему ничего прислать не можем!»

Дала лиса медведю корку хлеба.

— Спасибо им и на этом, — говорит медведь. — Вспомнили меня, бедного! Пусть их сын будет счастлив!

Медведь ест, радуется, а лиса улеглась поудобнее и заснула сладко.

Так и пошло день за днём: утром лиса убегает, целый день где-то пропадает, а вечером возвращается, сытая и довольная. А медведь лежит голодный, совсем отощал.

Наконец не выдержал медведь, дождался лисы и говорит:

— Слушай, друг лиса, ничего, видно, не поделаешь: придётся нам начать наши запасы. А не то я совсем помру с голоду! Ты и не догадываешься, как мне худо…

— Ладно, начнём, — отвечает лиса.

Рано утром встали они и отправились туда, где у них были спрятаны кадки мёду и масла. Приходят, глянули — а обе кадки пустые стоят, только ветер в них гуляет.

Рассердился медведь и говорит:

— О, дружок мой, догадываюсь я теперь, где ты пропадала! Видно, ты одна всё и съела!

А лиса и глазом не моргнула:

— Что ты, друг медведь! Напрасно ты на меня наговариваешь! Не трогала я запасы!

Медведь не верит.

— Нет, — говорит, — это ты всё съела!

А лиса ему в ответ:

— Наверно, ты сам съел, когда я в гости уходила!

— Я не ел!

— И я не ела! Давай проверим: ляжем оба на солнце вверх животами. Кто съел мёд и масло, у того они и выступят от жары!

Медведь согласился.

Легли они оба животами вверх на жарком местечке. Как только легди, старика медведя разморило, он и уснул. Тут лиса вскочила, наскоблила из кадок немного мёда да масла и намазала живот медведю, а потом давай будить его:

— Вставай, вставай, друг медведь, посмотри на свой живот!

Проснулся медведь, глянул: и вправду, из живота у него мёд и масло выступили. А лиса кругом бегает, кричит:

— Говорила я, что ты сам всё съел, когда я уходила! Так оно и вышло, так оно и оказалось! Ты один сьел наш мёд и масло!

— Нет, я не ел! — говорит медведь.

— Кто же тогда съел, если не ты? Ведь, кроме тебя, никто не знал, где наши запасы спрятаны!

— О друг лиса, ты же знаешь, что я больной давно, ходить не могу. Зачем же напрасно меня обвиняешь?

— Не говори пустое, друг медведь, лучше посмотри на свой живот. Видишь, и мёд и масло выступили наружу!

Махнула лиса хвостом и убежала.

С того времени у них и дружба врозь.

Находчивый джигит

одного бедняка было три сына. Собрался старший сын на заработки. Стал отец провожать сына и сказал ему:

— Если попадёшь в дальний аул, не нанимайся к баю, по имени Муса.

Пошёл джигит и попал в тот самый аул, о котором говорил его отец. А в ауле как раз и повстречался с Мусой.

— Бабай, не нужен ли тебе работник? — спросил джигит.

— Нужен, — отвечает Муса.

Вспомнил джигит слова отца и говорит:

— А скажи мне, как тебя зовут?

— Меня зовут Муса, — отвечает старик.

— Нет, я не буду к тебе наниматься! Мне отец не велел.

И пошёл джигит дальше. Пока он шёл по улице, старик кривыми переулками обогнал его и вышел навстречу.

Джигит не узнал Мусу. Поравнялся с ним и спрашивает:

— Бабай, не нужен ли тебе работник?

— Нужен, — отвечает старик.

— А как тебя зовут?

— Муса.

Джигит подумал: «Наверно, в этом ауле всех стариков зовут одинаково. Выбирать нечего, надо наниматься», и спрашивает:

— Какую плату мне дашь?

Муса говорит:

— Плата моя вот какая: каждый день буду давать тебе ломоть хлеба и чашку чаю. А если не будешь этим доволен, то дам я тебе сто ударов кнутом и денег не заплачу. А если я буду твоей работой недоволен, тогда ты дашь мне сто ударов и потребуешь деньги.

Согласился джигит на условия Мусы, стал у него работать. Проработает джигит целый день, проголодается, вернётся домой, а ему подают чашку чаю да один ломоть хлеба. Совсем похудел джигит от такой еды. Вернулся он однажды усталый с работы, съел ломоть хлеба, выпил чаю, да и стукнул пустой чашкой о блюдечко. А Муса тут как тут и спрашивает:

— Или ты едой недоволен?

— Да как же мне быть довольным, если с утра до вечера работаю не поднимая головы, а еды вдоволь нет! — рассердился джигит.

Муса задрал джигиту рубаху на спине и, по уговору, начал его сечь кнутом, а потом прогнал домой, не заплатив ни копейки.

То же случилось и со вторым сыном бедняка.

Последним собрался в путь младший сын. Он попал в тот же аул и встретил того же старика.

— Бабай, не нужен ли тебе работник? — спрашивает джигит.

— Нужен, — отвечает старик.

— А как тебя зовут? — спрашивает джигит.

— Муса, — отвечает старик.

— Ты-то мне, бабай, и нужен! Тебя-то я и разыскиваю, — говорит джигит.

Нанялся джигит к Мусе и согласился выполнять всё, как и старшие братья.

Проходит день, второй, третий. Джигит знай себе работает, а домой придёт — чашку чаю выпьет, ломоть хлеба съест, да ещё и улыбается.

Муса-бай спрашивает у него:

— Неужели ты доволен такой едой?

— Да, бабай, — отвечает джигит, — я доволен.

— Ладно, — говорит Муса, — ты хороший работник. Завтра вместе с соседскими работниками будешь пасти овец.

Утром джигит ушёл вместе с товарищами пасти овец. Днём зарезал он самую жирную овцу Мусы, сварил большой котёл мяса, наелся вдоволь, товарищей угостил.

Вечером пригнал джигит овец, сел ужинать, выпил чашку чаю, съел ломоть хлеба. Хотел встать из-за стола, но Муса остановил его.

— Может, ты едой недоволен? — спросил он.

Джигит ему отвечает:

— Нет, бабай, всем я доволен. И сыт я по горло. Ведь днём мы с товарищами зарезали твою овцу, наелись досыта. Вот, может, ты мной недоволен?

— Нет, нет! — ответил Муса-бай.

А сам говорит жене:

— Ему нельзя доверять овец — он перережет их!

И послал Муса джигита пасти коней.

Утром пошёл джигит с товарищами коней пасти. Днём выбрал он самую жирную лошадь из всего табуна, зарезал её, наварил полный котёл мяса, сам наелся и товарищей угостил. А конскую шкуру они продали и на эти деньги у проезжего купца купили чаю и сахару.

Вечером вернулся джигит домой, присел на краешек нар, глотнул чаю, кое-как прожевал кусочек хлеба и стал подниматься с места, но Муса остановил его и спрашивает:

— Может, ты едой недоволен?

— Нет, бабай, я всем доволен, — отвечает джигит. — Ведь днём мы твою лошадь зарезали, мяса вдоволь наелись. Вот, может, ты мною недоволен?

— Нет, нет! — отвечает Муса-бай сквозь зубы, а сам чуть не стонет от досады. — С завтрашнего дня ты будешь работать при доме.

Через несколько дней пришли к Мусе-баю гости. Вышел Муса во двор и говорит джигиту:

— Зарежь-ка для гостей овцу.

— Которую зарезать прикажешь? — спрашивает джигит.

Муса говорит:

— Зайди в овчарню, хлопни в ладоши: которая овца на тебя оглянется, ту и зарежь.

Джигит вошёл в овчарню, хлопнул в ладоши. Овцы с перепугу шарахнулись в другой угол и уставились все оттуда на него. Джигит прирезал их всех одну за другой, а потом с одной снял шкуру и принёс мясо в дом. Муса его и спрашивает:

— Почему долго возился?

— Дела было много, бабай, — отвечает ему джигит. — Овец в овчарне много, все они на меня оглянулись: мне и пришлось их всех прирезать, еле управился! Может, ты мной недоволен?

— Нет, нет! — отвечает Муса-бай, а сам чуть не плачет.

Пошёл Муса-бай к жене и говорит ей:

— Этот джигит нас вконец разорит! Знаешь ли ты, что он натворил? Всех наших овец прирезал! Нужно от него избавиться, пока не поздно. Пошлём-ка его к лесному озеру, будто за нашими конями, а там звери его и разорвут.

— Так и сделай! — говорит жена.

Послал Муса джигита в лес.

Джигит пришёл в лес, отыскал озеро. Видит, на берегу много лип растёт. Он содрал с молодых лип кору и стал плести верёвку из лыка. Откуда ни возьмись, прибегает див, спрашивает:

— Что ты тут делаешь?

— Ничего, — спокойно отвечает джигит. — Вот сплету верёвку да и подвешу на ней озеро к самому небу.

Див молча нырнул в озеро, вытащил оттуда лошадь и говорит:

— Сначала попытайся поднять лошадь да пронести её вокруг озера, тогда я, может, и поверю твоим словам.

— Покажи, как это делается, — говорит джигит.

Див взвалил лошадь себе на плечи, обнёс её вокруг озера, запыхался и остановился перед джигитом:

— Теперь твоя очередь!

Джигит связал из верёвки уздечку, накинул её лошади на голову, потом вскочил ей на спину, обскакал вокруг озера и говорит:

— Видишь, как я могу лошадь носить!

Удивился див, снова нырнул в озеро и говорит старшему:

— Абый, мне страшно: сидит на берегу джигит, грозится наше озеро к небу подвесить.

Вынырнул старший див из озера, спрашивает джигита:

— Что ты тут делаешь?

— Увидишь, когда я озеро к небу подвешу, — отвечает джигит.

Спустился старший див на дно озера, вытащил оттуда двадцатипудовую чугунную дубинку и говорит джигиту:

— А ну, попробуй подбрось эту дубинку к небу да поймай её на лету одной рукой и осторожно положи на землю. Тогда я поверю, что ты и в самом деле силён!

— Сначала сам попробуй, — отвечает джигит.

Див, ни слова не говоря, подбросил чугунную дубинку под облака, а когда стала она падать, подхватил её и положил на землю.

Подошёл джигит к дубинке, схватился за неё обеими руками, поднял голову и уставился на тучу, которая проплывала над лесом.

— Чего ты смотришь? — спрашивает див.

— А я прицеливаюсь. Ведь я подброшу дубинку так, что она угодит за тучу и уж обратно на землю не упадёт, — отвечает джигит.

Перепугался тогда див, что останется без дубинки, и стал просить:

— Не надо, не надо, не кидай!

А джигит упрямится:

— Раз сказал — значит, подброшу. Не моё дело споры с тобой заводить.

— Если послушаешь меня, я выполню любое твоё приказание, — просит див.

Подумал джигит и отвечает:

— Я оставлю дубинку, если ты посадишь меня к себе на спину и вместе с твоим братом отвезёшь к моему хозяину Мусе.

Согласился див. Вызвал брата из озера, посадил джигита себе на спину и повёз.

На опушке леса увидел джигит поваленный дуб.

— Остановись! — крикнул он диву. — Вен лежит веретено моей матери. Она его потеряла, когда ходила в лес за ягодами. Захватим-ка его с собой!

Поднял див поваленный дуб, а сам думает со страхом:

«Если у его матери такое большое веретено, то какова же у него мать?»

На берегу реки джигит увидел мельничный жёрнов.

— А вот и головка от веретена моей матери! — воскликнул он.

Жёрнов понёс младший див.

Так они дошли до аула.

А в это время Муса спокойно сидел на лавочке у ворот и грелся на солнышке. Вдруг он увидел двух дивов. Муса весь затрясся от страха. А джигит как ни в чём не бывало ввёл дивов во двор, показал, куда положить дуб и жёрнов, и сказал Мусе:

— Бабай, я привёл двух коней. В конюшню, что ли, их отвести?

— Отпусти ты их скорее на волю, не показывай мне их! — прошептал перепуганный Муса-бай.

После этого случая Муса накормил джигита вволю, ни о чём не расспрашивал, а вечером сказал:

— Сегодня ты ложись спать в клети.

Джигит лёг в клети, а Муса с женой вскипятили полный котёл воды и вылили на него через потолок: хотели работника кипятком обварить.

Но джигит не спал. Как только вода стала просачиваться через потолок, он вскочил и отошёл в угол. А Муса, очень довольный своей выдумкой, говорит жене:

— На этот раз нашему работнику спастись не удалось! Завтра мы его похороним.

Утром Муса подошёл к двери клети, ухмыляется и спрашивает:

— Ну как, работничек, хорошо ли выспался? Не беспокоил ли тебя кто ночью?

И вдруг слышит в ответ:

— Выспался я, бабай, очень хорошо. Ночыо меня тёплым дождём окропило, очень я доволен остался.

Вернулся Муса и говорит жене:

— Работник-то жив! Кипяток ему тёплым дождичком показался! Видно, его никакая смерть не берёт. Скорее он сам нас погубит!

Погоревали они, подумали и решили бежать из собственного дома. Жена бая принялась за стряпню — напекла лепёшек на дорогу. Муса сложил их все в мешок и привязал его к задку телеги.

А джигит приметил всё это, выбрал время, вытащил из мешка все лепёшки, залез в пустой мешок сам и притаился там.

Вечером Муса запряг коня, усадил свою жену в телегу и выехал со двора.

Ехали они, ехали — спешили, коня подгоняли, пока не добрались до берега реки. Муса и говорит:

— Наконец-то мы избавились от работника! Здесь уж он нас не найдёт!

Распряг Муса коня, и улеглись они на берегу с женой спать.

А джигит вылез из мешка, поймал коня и стал его запрягать в телегу. Проснулся Муса, поднял голову, видит — работник коня запрягает.

— Бабай, ты не рассердишься, если я уведу твоего коня? — спрашивает джигит.

— Ты у меня всю скотину извёл, а теперь и коня уводишь! Как же мне не сердиться? — закричал Муса и вскочил на ноги.

— А, так ты недоволен? — сказал работник. — Ну, так получай по уговору! Помни уговор! — сказал тут джигит.

Связал он Мусе руки и ноги, задрал на спине рубаху, стал его бить кнутом и приговаривать:

— Это — за моего старшего брата, это — за моего среднего брата, а это — за меня самого!

Младший сын

давние времена жил старик, и было у него три сына. Младшего все считали дурачком.

Почувствовал однажды старик, что подошла его смерть, позвал к себе своих сыновей и сказал им:

— Скоро, сынки, я умру. Когда схороните меня, пусть каждый из вас, по одному, приходит на рассвете на мою могилу.

Старик умер. Сыновья похоронили его и решили выполнить предсмертную волю отца.

На следующий день, рано утром, когда ещё и солнышко не взошло, отправился на его могилу старший сын.

Вышел старик из могилы, дал сыну халат и сказал:

— Вот тебе мой подарок. Если ты наденешь халат на лицевую сторону, станешь невидимым; если наденешь наизнанку, опять станешь видимым.

С этими словами отец исчез, а старший сын с его чудесным подарком вернулся домой.

На рассвете второго дня на могилу отца пришёл средний сын.

Старик вышел из могилы, дал сыну коровий рог и сказал:

— Стоит тебе только подудеть в этот рог, как перед тобой появится неисчислимое множество войска.

Сказал это старик и скрылся, а сын пошёл домой.

На рассвете третьего дня на могилу пошёл младший сын, дурачок. Вышел из могилы отец, подал ему суму и молвил:

— Стоит только тебе потрясти этой сумой, как из неё высыплется столько денег, сколько ты пожелаешь.

Поблагодарил дурачок отца за подарок и пошел домой.

Много ли, мало ли времени прошло — дошел до братьев слух о повелении падишаха. А говорилось в нём вот что:

«Пусть все желающие приходят ко мне помериться со мною своим богатством. Если кто окажется богаче меня, за того выдам замуж мою дочь. А если кто пожелает мериться со мною богатством и окажется беднее меня, тому прикажу отрубить голову».

Разнесли гонцы это повеление падишаха всем баям, живущим в его владениях.

Зашевелились баи — каждому лестно стать зятем падишаха. Стали они складывать в мешки свои деньги, стали съезжаться ко дворцу падишаха. Только никто из баев против падишаха не мог выстоять, никто не мог превзойти его: как баи ни богаты, а падишах всё-таки богаче. Многим баям пришлось в тот раз сложить головы.

Узнал об этом дурачок и думает:

«Пойду-ка и я к падишаху, — может быть, я окажусь богаче, чем он!»

Взял он свою суму и отправился во дворец. А возле дворца народу видимо-невидимо — не протолкаться. Спрашивают дурачка:

— Куда ты лезешь?

Он отвечает:

— К падишаху. Хочу мериться с ним богатствами.

Поглядели люди на его драный чекмень[21] и говорят:

— Проваливай подальше, не до тебя, оборванца, тут!

Только дурачок был упорный. Пробрался он во дворец и говорит падишаху:

— Вот я пришёл мериться с тобою богатствами. Давай посмотрим, кто кого превзойдёт, у кого денег больше?

Удивился падишах, но не стал гнать дурачка: любопытно ему посмотреть, какие у того богатства.

— Хорошо, — говорит, — будь по-твоему: согласен я мериться с тобой богатствами. Только помни моё условие: беднее меня окажешься — голову потеряешь!

Дурачок говорить больше не стал. Взял в обе руки свою суму и стал трясти. Он трясёт, а золотые таньга так и сыплются, так и сыплются. Натрясёт дурачок целую кучу золота, отойдёт и опять трясёт — и новая куча появляется. А он сделает шаг от неё и опять трясёт…

Диву дался падишах.

— У тебя, — говорит, — денег куда больше, чем у меня! А раз так, бери мою дочь замуж, будешь моим зятем!

Сыграли богатую свадьбу, выдали дочь падишаха за дурачка. А она невзлюбила его. Как остались они вдвоём, стала дочь падишаха спрашивать своего молодого мужа:

— Скажи мне, милый, почему у тебя денег больше, чем у моего отца, падишаха?

Дурачок не ожидал ничего плохого и сказал:

— Видишь ты вот эту суму? Это не простая сума. Пока она будет у меня, никто не сможет превзойти меня в богатстве. Сколько пожелаю денег, столько и вытрясу их из этой сумы!

Выждала дочь падишаха, когда дурачок заснул, позвала своих слуг показала им суму и сказала:

— Принесите мне такую же суму, чтобы невозможно было отличить её от этой!

Слуги разыскали и принесли такую же точно суму, какая была у дурачка, и дали её дочери падншаха. Она спрятала чудесную суму в сундук, а в подменённую положила для насмешки одну таньга и засунула под изголовье своему мужу.

На другое утро дочь падишаха отвела дурачка в баню и говорит ему:

— Мойся не спеша, мой милый, а я вернусь водворен и приготовлю для тебя самые лучшие угощения!

Дурачок говорит:

— Хорошо, иди.

Пришла дочь падишаха во дворец и приказала стражникам:

— Когда мой муж вернётся из бани, не пускайте его сюда — избейте его и выбросьте подальше!

Дурачок вымылся и хотел было идти во дворец. Да не тут-то было: накинулись на него стражники и стали бить. И так сильно били, что он сознание потерял.

Много ли, мало ли времени прошло — очнулся дурачок, пришёл в себя и стал оглядываться по сторонам. Видит — ни дворца, ни молодой жены, сидит он на окраине города. Ничего он понять не может. А тут ещё жажда и голод стали его мучить. Нащупал ои за пазухой свою чудесную суму и думает:

«Ничего, не пропаду!»

Отправился дурачок на базар, пришёл в ряды, где продавали съестное. Вынул он свою суму и потряс её.

«Сейчас, — думает, — всего накуплю, чего только пожелаю!»

А из сумы выпала на землю всего одна таньга…

Тут дурачок догадался, что дочь падишаха подменила его чудесную суму, и рассердился.

— Ну, — говорит, — я тебе не прощу такой проделки!

Поднял он с земли свою единственную таньга, купил хлеба, поел и отправился не во дворец, а в деревню, к братьям.

Пришёл домой и говорит своему среднему брату:

— Абый, дай мне ненадолго твой рожок! Я ведь теперь зять падишаха! Если он придёт ко мне, надо оказать ему почести, встретить его с войсками!

Средний брат говорит:

— Бери рожок, встречай своего тестя-падишаха с подобающими почестями!

Дурачок вышел из деревни и задудел в рожок. И появилось из рожка столько войска, что не сочтёшь, сколько ни считай! Тут наш дурачок переоделся так, чтобы его невозможно было узнать, и повёл своё войско ко дворцу падишаха. Окружил он дворец со всех сторон и приказал вызвать падишаха. Вышел падишах, спрашивает:

— Что тебе надобно?

Дурачок говорит:

— Падишах мой, скажи мне, как это ты ухитрился избавиться от своего зятя и где он сейчас находится? Если не скажешь правду, дворец твой сожгу дотла, а тебя самого казню!

Перепугался падишах и отвечает:

— Как я тебе скажу об этом, когда мне самому ничего неизвестно? Я сам теряюсь в догадках, куда мог деваться мой зять!

Видит дурачок — падишах не лжёт и на нём никакой вины нет. Задудел он в рожок с обратной стороны, и всё войско тотчас же исчезло. Снял дурачок свой наряд и предстал перед падишахом в своём настоящем виде. Узнал его падишах и очень обрадовался.

— Хорошо, — говорит, — что ты нашёлся!

Пошёл дурачок к своей молодой жене. А она притворилась, что ни в чём неповинна, сделала вид, что обрадовалась безмерно, и стала расспрашивать:

— Где ты был, милый мой? Я тебя не могла дождаться! Только и думала о тебе одном!

Дурачок ей в ответ ни слова не сказал — где был, там и был.

Вечером, когда они остались вдвоём, хитрая дочь падишаха стала обнимать дурачка, стала к нему ластиться и выспрашивать:

— Скажи мне, милый, как ты мог собрать такое несчётное войско, а потом так быстро распустить его?

Дурачок забыл об её коварной проделке и говорит:

— Видишь вот этот рожок? Стоит мне только подудеть в него — и сейчас же появится видимо-невидимо войска!

— А куда же ты прячешь этот рожок?

Джигит говорит:

— Прячу я его в карман.

Когда дурачок заснул, дочь падишаха вынула у него из кармана чудесный рожок, вышла тихонько из спальни и приказала своим придворным:

— Принесите мне точно такой же рожок!

Разыскали придворные рожок — не отличить его от чудесного рожка — и принесли дочери падишаха. Она положила его в карман чекменя своего мужа и как ни в чём не бывало улеглась спать.

Утром она привела дурачка в баню и говорит ему:

— Мойся, милый, не спеша, а я пойду приготовлю для тебя самые вкусные яства и напитки!

— Хорошо, — говорит джигит, — иди!

Пришла дочь падишаха во дворец и говорит страже:

— Как только мой муж выйдет из бани, набросьтесь на него, избейте до полусмерти и оттащите куда-нибудь подальше! Не желаю я, чтобы он был здесь!

Джигит, ничего не подозревая, вымылся и пошёл во дворец. Тут на него набросилась стража и давай бить. До тех пор били, пока он память потерял и двигаться перестал. После того схватили его за руки и за ноги, унесли подальше от дворца и бросили в каком-то глухом месте.

Долго джигит лежал без памяти. А как очнулся ом, охватил его гнев.

«Ну, — думает, — в этот раз расправлюсь я и с падишахом и с его дочкой!»

Вынул он из кармана рожок и принялся в него дуть. Сколько ни дул, ни одного солдата не появилось. Понял тогда джигит, что опять он обманут коварной дочерью падишаха. Нечего ему делать, пошёл он домой.

Вернулся и стал просить старшего брата:

— Абын, дай, пожалуйста, мне твой чудесный халат — хочу показаться в нём гостям падишаха!

Старший брат говорит:

— Бери.

Джигит надел халат лицевой стороной и в тот же миг стал невидимкой. Отправился он во дворец падишаха и прошёл прямо в покои падишахской дочери. Тут он скинул чудесный халат и стал видимым. Дочь Падишаха притворилась, будто бы ничего не знает, не ведает, бросилась на шею к джигиту и стала его расспрашивать:

— Где ты был, мой милый? Куда уходил? Почему так долго не возвращался? А я приготовила для тебя такие вкусные яства, такие прекрасные напитки!

— Знаю я, что ты для меня приготовила! — отвечает джигит. — По твоему приказу меня так избили, что я чудом жив остался!

— Что ты, что ты, аллах с тобой! — стала отпираться дочь падишаха. — Я без тебя чуть не умерла с тоски!

И так ловко она заговорила джигита, такие хитрые выдумывала речи, что он поверил, будто она и вправду ни в чём неповинна и во всём виновата только стража падишаха, которая, видно, приняла его за кого-то другого.

Вечером, когда все легли спать, дочь падишаха стала допытываться:

— Скажи, милый, как ты пробрался ко мне? Ведь всюду стоит стража и никого не пропускает.

— Нет, — отвечает джигит, — не скажу. Как пробрался, так и пробрался!

Притворилась хитрая дочка падишаха обиженной, огорчённой и говорит:

— Если не хочешь ответить, значит, не любишь меня!

И так она ловко притворилась, и такие нежные слова говорила, что джигит забыл обо всём. Показал он ей свой халат и сказал:

— Этот халат делает человека невидимкой. Надел я его и прошёл к тебе мимо всей дворцовой стражи.

Дождалась дочь падишаха, когда джигит уснул, вышла к своим придворным, показала им халат и говорит:

— Найдите и принесите мне точно такой же халат!

Побежали придворные, разыскали халат — точь-в-точь такой же, как у джигита, — и принесли дочери падишаха. Она приказала обвязать этим халатом голову джигита, скрутить ему верёвками крепко-накрепко руки и ноги и так избить, чтобы он и отдышаться не мог.

Набросились придворные на спящего джигита и сделали всё, что приказывала им их госпожа. После этого она сказала:

— Теперь отнесите его на корабль, увезите подальше в море и выбросьте на какой-нибудь остров. Тогда уж он больше никогда не вернётся ко мне!

Придворные так всё и сделали. Отнесли они джигита на корабль и поехали по морю. А как завидели остров, подъехали к нему, выбросили джигита на песок, а сами сейчас же уехали.

Очнулся джигит и чувствует, что руки и ноги у него крепко связаны, совсем затекли. Долго он мучился, пока освободился от пут. А как освободился, решил проверить, каким халатом обвязали ему голову. Набросил халат и видит — подменили его чудесный халат. Стал он бродить по острову да раздумывать:

«Видно, не выбраться мне отсюда никогда, так и пропаду тут с голоду!»

Бродил он так, бродил и вдруг увидел дерево, а на дереве плоды. Сорвал джигит один плод и съел. А надо знать, что плоды эти были волшебные. Стоило только человеку их съесть, как он в тот же миг становился необыкновенно красивым. Наш джигит съел плод и превратился в такого красавца, какого никогда свет не видал.

Пошёл он дальше и набрёл ещё на одно дерево. Съел джигит его плод, и тотчас же на нём оказались такие красивые одежды, каких ни у одного падишаха никогда не бывало. Подивился наш джигит и пошёл дальше. Видит — растёт ещё какое-то диковинное дерево. Съел он плод и с этого дерева. И вдруг у него выросли рога небывалой величины — в два раза больше его роста.

С такими тяжёлыми и длинными рогами идти дальше было невмоготу. Джигит кое-как добрёл до какого-то дерева и в отчаянии прилёг под ним.

Немного времени спустя прилетели две птицы и сели как раз на это дерево. Это были мать с птенцом. Птенец увидел джигита и спросил:

— Мать, что это за страшный человек с рогами?

Птица ответила:

— На этом острове растут четыре чудесных дерева. Съешь плод одного — станешь небывалым в мире красавцем. Съешь плод другого — будешь одет в дорогие одежды. Съешь плод третьего — вырастут длинные, тяжёлые рога.

— А что будет, если съешь плод четвёртого дерева? — спросил птенец.

Птица сказала:

— А от плода четвёртого дерева рога отпадут, будто их никогда и не было на голове.

Джигит услышал это и сильно обрадовался. Хотел было идти на поиски этого четвёртого дерева, но не пошёл, потому что птенец продолжал любопытный для него разговор с матерью.

— Если этот человек найдёт исцеляющий плод и у него отпадут рога, всё равно ему нечего радоваться: ведь домой-то он не сможет вернуться! — сказал птенец.

На это птица-мать ответила:

— У этого четвёртого дерева есть и ещё одно чудесное свойство: листья его не тонут в воде. Если этот человек догадается привязать их к своим ногам, он сможет ходить по морю так же свободно, как и по земле.

Поговорили птицы между собой и улетели. А джигит с большим трудом, собирая все свои силы, кое-как добрался до четвёртого дерева, сорвал и съел его плод. И в тот же миг рога у него отпали.

Набрал джигит плодов со всех четырёх чудесных деревьев, привязал к ногам листья с четвёртого дерева и пошёл по морю, как посуху.

Пришёл он в город, где жил падишах, переоделся торговцем, привязал бороду и принялся ходить взад-вперёд мимо дворца и громко покрикивать:

— Продаю свежие, сладкие плоды! Продаю свежие, сладкие плоды!

На его крик из дворца вышла безобразная девушка, служанка падишахской дочери. Джигит сказал ей:

— Эй, девушка! Возьми этот плод, съешь его!

Девушка-служанка взяла плод и стала его есть и похваливать:

— Никогда я не ела таких вкусных, душистых плодов!

Потом она сказала:

— Дай мне твоих плодов и для моей госпожи!

Джигит дал для дочери падишаха такой плод, от которого вырастали рога. Служанка вернулась во дворец и сказала своей госпоже:

— Посмотри, госпожа, какой удивительный плод я принесла для тебя!

Дочь падишаха взглянула на свою служанку и прямо застыла от изумления: такой красавицей стала эта девушка, ещё недавно такая уродливая и безобразная!

— Как ты превратилась в красавицу? — спросила дочь падишаха у служанки.

— Я съела какой-то плод, который мне дал торговец, — ответила служанка. — Один плод я попросила у него и для тебя. Возьми его и съешь!

Дочь падишаха взяла у служанки плод и сейчас же съела его. И как только она его съела, у неё выросли длинные, тяжёлые рога.

В гневе дочь падишаха стала кричать:

— Схватите этого торговца и приведите его сюда!

Слуги кинулись в разные стороны, обегали все улицы и закоулки города, но, сколько они ни искали, найти торговца не могли и вернулись во дворец ни с чем.

Дочь падишаха не могла двигаться — такие большие рога были у неё на голове. Она лежала и жалобно стонала от боли. Во дворце поднялась суматоха. Падишах приказал созвать к своей дочери всех лучших лекарей. Съехались лекари из разных мест, привезли самые лучшие лекарства и принялись лечить дочь падишаха. Лечат её лекари, лечат, а вылечить не могут. Рога с каждым днём становятся всё больше и больше.

Узнал об этом наш джигит, переоделся старым лекарем, чтобы его не узнали, пришёл к падишаху и сказал:

— Великий падишах, я могу вылечить твою дочь!

Падишах говорит:

— Скажи скорее, что тебе для этого нужно?

— Построй неподалёку от своего дворца другой дворец, — отвечает лекарь, — и посели в нём свою дочь. Ровно через неделю я приду и буду лечить её. Пусть меня встретят с музыкой, и пусть музыканты играют всё время, пока я буду у вашей больной.

Сказал это лекарь и ушёл.

Сейчас же принялись строить рядом с падишахским дворцом другой дворец, для его дочери. Через неделю дворец выстроили и перенесли в него рогатую дочь падишаха.

В назначенный срок появился с дубинкой в руках лекарь — наш джигит. Сам падишах вышел его встречать. Музыканты, как им было приказано, заиграли при его приближении.

Лекарь сказал им:

— Сейчас я буду лечить дочь падишаха, а вы играйте как можно громче и не переставайте!

Музыканты так громко затрубили в свои трубы, что стены дворца затряслись, а падишах и все окружавшие его заткнули пальцами уши.

Лекарь вошёл во дворец, запер двери и принялся «лечить» дочь падишаха дубинкой.

Закричала падишахская дочь изо всех своих сил, стала звать на помощь придворных и стражу. Только никто её призывы не услышал: музыканты играют вовсю, все звуки глушат…

Проучил джигит падишахскую дочь как следует, потом снял с себя наряд лекаря и спросил:

— Узнаёшь ли ты меня?

— Узнаю! — отвечает дочь падишаха.

— Тогда отвечай: где моя сума, рожок и халат?

Дочь падишаха говорит:

— Вон у той степы стоит сундук. В нём и сума, и рожок, и халат. Открой его и возьми всё, только избавь меня от этих страшных рогов!

Открыл джигит сундук, взял свои чудесные предметы и говорит:

— Сколько мучений я из-за тебя перенёс! Что мне с тобой за это сделать?

Дочь падишаха говорит:

— Никогда больше не буду причинять тебе вреда! Буду тебе верной женой!

Сжалился над ней джигит, дал ей плод от целебного дерева и сказал:

— Возьми, съешь!

Дочь падишаха съела этот плод, и рога у неё тотчас отпали.

Джигит вышел из дворца и приказал музыкантам прекратить игру. Вслед за ним выбежала дочь падишаха и сказала отцу:

— Этот лекарь оказался моим мужем! Я причинила ему много зла и страданий. За это и была наказана по делам моим! Теперь я никогда больше не буду огорчать его!

Падишах несказанно обрадовался, когда увидел, что его дочка выздоровела и стала такой, как прежде. На радостях он снова устроил богатую свадьбу. Много гостей съехалось на свадьбу. Много дней гости пировали в падишахском дворце.

А джигит, которого прежде считали дурачком, оказался умнее многих визирей падишаха. И когда старый падишах умер, он занял его место и правил страной долго и разумно.

Портной, бесёнок и медведь

давние времена жил в одном городе портной. Придёт к нему заказчик, принесет два аршина сукна и скажет:

— Сшей-ка мне, портной, хороший бешмет!

Видит портной — мало сукна, да жалко ему обидеть заказчика отказом; он постарается, да и сошьёт бешмет.

А заказчик вместо благодарности скажет портному:

— Небось ты, портной, себе большой кусок от моего сукна припрятал!

Надоело портному слушать такие речи.

— Пусть ищут себе другого портного! — сказал он и ушёл из города.

Идёт портной по дороге, а навстречу ему маленький бесёнок.

— Здравствуй, портной! Куда отправился? — спрашивает бесёнок.

— Иду куда глаза глядят, — отвечает портной. — Надоело мне в городе жить! Работаю я честно, а про меня всякую неправду говорят.

— Точь-в-точь как со мной! — воскликнул бесёнок. — Видишь, какой я тощий, слабый, а меня все обижают! Возьми-ка меня с собой — может быть, нам вдвоём легче будет!

— Идём! Согласился портной.

Пошли портной и бесёнок вместе, а навстречу им медведь.

— Куда это вы отправились? — спрашивает медведь.

Рассказали ему портной и бесёнок, что решили уйти подальше от обидчиков. Выслушал их медведь и заревел:

— Вот и со мной то же самое! Стоит волку задрать овцу, как вину валят на меня. Надоело мне быть без вины виноватым! Возьмите меня с собой!

— Идём! — согласился портной.

Пошли они втроём.

Долго ли, нет ли шли портной, бесёнок и медведь, пока наконец не дошли до дремучего леса. В дремучем лесу, на поляне, порешили они построить избушку.

Принялись втроём за работу. Построили избу и стали в ней жить.

Однажды портной с бесёнком ушли на целый день, а медведя оставили избу караулить. Сел медведь у порога, сидит, избу сторожит. Вдруг подходит к нему див и спрашивает:

— Что ты тут делаешь?

— Избу стерегу, — отвечает медведь.

Див только ухмыльнулся, оттолкнул медведя, ввалился в избу, всё там вверх дном перевернул, всё съестное до крошки съел, медведя поколотил и ушёл.

Вернулись портной и бесёнок и видят: сидит медведь скучный, спину лапой трёт.

— Что случилось? — спрашивают.

А медведю стыдно признаться, что его див поколотил, он и отвечает:

— Ничего не случилось. Всё как было, так и есть.

На следующий день портной вместе с медведем пошли за дровами, а дома оставили бесёнка.

Сидит бесёнок на крылечке, караулит избушку. Вдруг, откуда ни возьмись, подходит к крыльцу див и спрашивает бесёнка:

— Что ты тут делаешь?

— Избушку стерегу, — отвечает бесёнок.

Див с бесёнком даже разговаривать не стал, схватил его за хвостик и отбросил в сторону, а сам вошёл в избу, всё поел, всё выпил, всё разбросал и ушёл.

Вечером вернулись портной и медведь — видят: бесёнок весь скорчился, еле жив сидит. Они и спрашивают:

— Да что тут случилось?

А бесёнку стыдно признаться, что его див поколотил, он и говорит:

— Ничего не случилось. Всё как было, так и есть.

Но портной заподозрил что-то неладное. Решил он всё сам проверить. Как только наступило утро, он и говорит бесёнку и медведю:

— Сегодня ваша очередь идти за дровами, а я буду избу караулить.

Бесёнок и медведь ушли, а портной сел на крылечко, смастерил из липовой коры дудочку, стал песенку наигрывать.

Вдруг выбежал из леса див, подошёл к крыльцу, спрашивает:

— Что ты тут делаешь?

— Песенку наигрываю, — отвечает портной, а про себя думает: «Так вот кто медведя и бесёнка обижает!»

Див говорит:

— Сделай-ка и мне дудочку!

— Рад бы услужить, да не могу — нет у меня под руками липовой коры, — отвечает портной.

— Скажи, где взять, я и сам принесу, — говорит див.

— Пойдём вместе.

Взял портной топор и повёл дива в лес. В лесу он выбрал самое кряжистое дерево, надрубил его вдоль и приказал диву:

— Держи крепче!

Див засунул пальцы в щель, а портной вытащил топор из щели: пальцы дива и защемило крепко-накрепко.

— Теперь признавайся: это ты приходил в нашу избушку, поел у нас всё, избил бесёнка и медведя? — спрашивает портной.

— Это не я! — отказывается див.

Рассердился портной и стал стегать обманщика изо всех сил. Завопил див на весь лес. На его крик прибежали бесёнок с медведем и давай его трепать. А див скачет вокруг дерева и кричит:

— Отпустите меня, никогда в жизни не подойду к вашей избушке! Не буду у вас ничего трогать!

Пожалел портной дива, вбил клин в щель. Высвободил див пальцы и скрылся в лесной чаще!

Вернулись портной, бесёнок и медведь в избушку. Стали тут бесёнок и медведь хвастаться перед портным.

— Видел, как див испугался нас, без оглядки убежал в лес? Ты без нас с ним, пожалуй, и не справился бы! — говорят они.

Досада взяла портного, да он не стал спорить с ними. Молча выслушал их хвастливые речи, а потом выглянул в окошко и воскликнул:

— Ого! Див-то опомнился — опять к нашей избе подбирается! Да не один, а целую сотню дивов с собой ведёт!

Как только бесёнок и медведь услышали это, вскочили они со своих мест и побежали без оглядки.

Остался портной один.

Прослышали в соседних деревнях, что в этих краях портной поселился, стали к нему с заказами ходить. Никому портной не отказывает: шьёт всем — и молодым, и старым, и малым. Никогда без работы не сидит.