«Еду за тобой. Подожди немного», — быстро напечатала Белла и отправила сообщение. Она огляделась, увидела у обочины черную машину такси и, облегченно вздохнув, забралась на заднее сиденье.

— В отель «Брамертон», Кенсингтон, пожалуйста, — сказала она водителю.

Над ухом послышалось деликатное покашливание, и она подскочила на месте, поворачиваясь. Оказывается, в машине уже сидит пассажир. Она была так занята мыслями о Грейс, что попросту его не заметила.

— Простите, — произнесла Белла, — мне не хотелось бы показаться невежливой, и я понимаю, что вы первым сели в эту машину. Я должна выйти, но мне очень нужно как можно скорее попасть в Кенсингтон. Это чрезвычайно важно. Послушайте, не могли бы вы взять другое такси? Я оплачу поездку.

Это означало еще большее превышение лимита по карте, но сравнима ли трата в несколько фунтов с возможностью помочь сестре? Кроме того, она нашла новую работу, и через месяц ее финансовое положение стабилизируется.

— А знаете, я тоже еду в Кенсингтон, — прервал ее размышления пассажир. — Вы сможете выйти у отеля «Брамертон».

Какая удача! Ей попался современный вариант рыцаря на белом коне — мужчина в черном такси. Значит, Грейс удастся спасти.

— Спасибо вам. Спасибо большое. — Поддавшись внезапному порыву, Белла поцеловала незнакомца в щеку. — Вы не представляете, как помогли мне.

— Вы так спешите? — Он вскинул бровь. — Что же произошло?

— Семейные проблемы, — уклончиво ответила Белла. Не в ее характере рассказывать о своих делах чужому человеку.

— Ясно, — кивнул он. — Мне показалось, вы вышли из здания «Инсурго Рекордс», верно?

Белла посмотрела на мужчину с удивлением. По его внешнему виду она бы сказала, что это бизнесмен, возвращается домой после затянувшихся переговоров и вряд ли имеет отношение к альтернативной студии звукозаписи, хотя стоит признать, там бывают не только исполнители самых разных направлений, но и продюсеры.

— Да, — поколебавшись, ответила Белла.

— Вы из их клиентов?

В черных джинсах и такого же цвета однотонной футболке, с короткими, очень светлыми волосами, торчащими ежиком, она, скорее всего, была похожа на начинающего исполнителя неформальной музыки, но работала в студии графическим дизайнером.

— Нет, — ответила она и улыбнулась мужчине, — я графический дизайнер. — Со следующей недели выхожу на работу в «Инсурго Рекордс».

— Ах вот как?

Интонации, с которыми были произнесены эти слова, заставили ее насторожиться.

— Да, и я очень жду своего первого дня, не терпится приступить к работе. — Белла вновь широко улыбнулась. — Я буду заниматься веб-сайтом, создавать обложки для альбомов. На самом деле у меня голова идет кругом оттого, что я наконец получила место, о котором мечтала.

Откровенно говоря, Белла мечтала работать на себя и иметь «Инсурго Рекордс» в списке своих клиентов, а не быть в числе наемного персонала, хотя в этом тоже есть свои плюсы — сейчас регулярный, гарантированный доход для нее важнее личной свободы.

— И вы не знаете, кто я? — неожиданно спросил мужчина.

— Вы мужчина, который встретился мне на пути и любезно согласился взять меня в попутчики.

— В таком случае позвольте представиться. — Он развернулся и протянул ей руку.

Белла подняла глаза и чуть не задохнулась. Какой красавец! Темные волосы, ярко-синие глаза, пожалуй даже васильковые, и овал лица, который сделал бы его звездой среди фотомоделей. Первым желанием было прикоснуться пальцами к его гладко выбритой щеке. А эти губы. Она в жизни не видела более сексуальных губ.

Белла пожала протянутую руку и вздрогнула от прикосновения. Она ощутила внутреннее волнение, может, это связано с тем, что после расставания с Кирком у нее не было мужчины? Белла мельком бросила взгляд на строгий костюм великолепного качества, сорочку, явно сшитую на заказ, и ботинки определенно ручной работы.

«Остановись! Никаких романов!» — мысленно приказала себе Белла.

Она больше никому не позволит поставить себя в глупое положение, в котором оказалась из-за Кирка.

— Хью Монкрифф, — представился мужчина.

Белле потребовалось секунд пять.

— Хью Монкрифф? Тот самый? Из «Инсурго»?

Ее охватил панический ужас.

— Да, это я. — Он смотрел на нее так, будто получал удовольствие от произведенного эффекта.

Перед ней ее новый начальник?

— Но… этого не может быть.

— Почему?

— Потому что вы… — Она жестом указала на его костюм. — Вы не похожи на владельца альтернативной студии звукозаписи. — Скорее на успешного биржевого брокера.

— В банке любят видеть людей в костюмах, — ухмыльнулся он. — Если бы я появился на встрече в рваных джинсах и футболке, то не вызвал бы доверия.

Белле стало не по себе. Если он был на совещании в банке, где нужно было выглядеть так, чтобы вызвать доверие, значит, у компании трудности и ее новая работа под угрозой? Должно быть, все страхи отразились у нее на лице, потому что собеседник неожиданно произнес:

— Это было ежегодное собрание, а после этого я посидел в баре с партнером. Не стоит беспокоиться. Итак, вы мой новый графический дизайнер?

— Белла Фарадей, — представилась она. — Я очень хороший графический дизайнер.

— Не сомневаюсь, иначе Тарквин не взял бы вас на работу, — сухо заметил Монкрифф.

— А почему вы пользуетесь такси, если вы владелец студии? Разве у вас нет автомобиля, например, лимузина, с водителем, который повсюду вас возит?

Вопрос слетел с языка прежде, чем она успела подумать, и мысленно обругала себя за это. Сначала она оскорбила нового босса, заявив, что он не похож на владельца альтернативной студии звукозаписи, а теперь удивилась отсутствию у него лимузина. Если так пойдет дальше, то, скорее всего, в понедельник ее выдворят вон. Она почувствовала себя полной идиоткой.

— Ничего удивительного. Моя машина в гараже — какая-то неисправность, ее ремонтируют. Я предпочитаю вкладывать деньги в дело, а не покупать лимузин только для того, чтобы он большую часть времени ждал меня на улице. Разумнее взять такси.

Белла ощутила, что краснеет.

— Простите. Мне не следовало задавать такой вопрос. Послушайте, велите таксисту высадить меня, а вы поезжайте по делам, я найду другую машину.

— Вы же сказали, что это важно. Семейные проблемы.

— Именно так.

— Тогда позвольте довезти вас до отеля. Тарквин, скорее всего, пригласил слишком много кандидатов на собеседование, поэтому вы и задержались. Получается, в том, что вы опаздываете, в какой-то степени виновата «Инсурго».

— Нет-нет, — поспешила возразить Белла. — Впрочем, спасибо. Вы действительно очень меня выручили.

— Я рад.

Белла достала телефон и набрала сообщение сестре:

Выходя из дома в понедельник утром, Белла чувствовала себя так, будто начинает новую жизнь. За последние два года она привыкла сама распоряжаться своим временем, в том числе и рабочим, а поэтому спала до десяти, а потом до позднего вечера занималась делами. Такой ритм больше соответствовал ее внутреннему настрою, но сейчас все было по-другому. Она понимала, что должна произвести в «Инсурго» хорошее впечатление. Особенно учитывая, как прошло ее знакомство с боссом. Если она хочет удержаться на новом месте, с сегодняшнего дня она не должна сделать ни одного опрометчивого шага.

Выходные прошли ужасно, поэтому встать рано ей было невероятно сложно. Белле пришлось два дня видеть сестру, которая всегда была примером стойкости, буквально разваливающейся на части, а это совсем невесело. Сейчас Грейс оказалась в таком же положении, что и сама Белла шесть месяцев назад, когда пыталась прийти в себя после расставания с Кирком, тогда волнение добавляло еще и отсутствие работы, сложности с деньгами и ощущение, что солнце больше никогда не взойдет.

Грейс же сама приняла решение и не была зависима от обстоятельств, у нее есть друзья и счет в банке, но все же ситуация очень для нее непростая, хотя перемены определенно к лучшему.

В глубине души Белла не сомневалась, что побег из-под венца будет лучшим выходом для сестры. Говард хороший парень, но он находится под влиянием матери, выйти за него замуж — значит провести оставшуюся жизнь в обществе Цинтии, с орлиным взглядом и бетонной прической — самой суровой женщиной в мире, обожающей критиковать всех вокруг. Новая работа также станет для Грейс возможностью наконец получить заслуженное уважение коллег и работодателя. В Саттоне Грейс работала больше положенного, что считалось само собой разумеющимся, поскольку она «почти член семьи», как говорилось. Однако привилегии в связи с тем, что она «почти член семьи», сестра не получала.

В субботу утром, когда Грейс пришла к Говарду, чтобы сообщить о желании отменить свадьбу, он даже не попытался ее переубедить. Значит, он действительно ее не любит, раз даже не счел нужным за нее бороться. Белла окончательно утвердилась во мнении, что сестра заслуживает быть рядом с человеком, который будет ценить ее и защищать.

Начиналась новая глава в жизни обеих сестер. Хочется верить, что она будет счастливее предыдущей.

Белла остановилась у входа в «Инсурго Рекордс» и огляделась. Студия, которую арендовали музыканты, находилась в подвальных помещениях, как и кабинеты художников и оформителей. На первом этаже с пристроенным верхним ярусом располагалось элитное кафе — одно из тех, в которых предлагают кофе, процесс приготовления которого больше походит на лабораторный эксперимент, — второй и третий этажи самого здания были отданы под офисы сотрудников.

«Ну что ж, добро пожаловать в новую жизнь», — сказала себе Белла и решительно вошла внутрь.

Тарквин, второй человек после Хью, ввел ее в курс дела, вручил плеер и наушники.

— Добро пожаловать в «Инсурго», Белла, — произнес он с улыбкой. — Мы делаем ограниченный тираж на виниле третьего сингла Лейси. Она исполняет свои собственные сочинения. Я передам тебе всю информацию о ней: биографию, историю творчества и график встреч. Сейчас я хочу, чтобы ты прежде всего прослушала ее альбомы — песня, над которой мы работаем, четвертая на компакт-диске. Затем тебе надо будет разработать дизайн упаковки и рекламных футболок. Если у тебя появятся еще какие-то идеи, буду рад. Если возникнет желание услышать песню в студии, а не через наушники, только скажи, я договорюсь. Позже днем встретимся и все обсудим, годится?

— Отлично, — улыбнулась в ответ Белла.

Задача ей предстояла сложная, но это будоражило и вдохновляло. У нее появился шанс блеснуть способностями и доказать руководству, что они сделали правильный выбор.

— Вот твое рабочее место. — Тарквин указал на стол у окна с доской на стене и компьютером. — Как только появится Шелли — наш IT-гуру, — он даст тебе пароль и логин. На втором этаже зал для совещаний, кабинет Хью, кухня и туалеты. Я буду на своем месте, в углу, и представлю тебе всех сотрудников по мере их появления.

— Отлично, — кивнула Белла, стараясь унять внезапно охватившее ее волнение. С людьми она умеет ладить, ей непременно удастся найти свое место в команде. Раньше ей всегда это удавалось. Белла знала, что первые несколько часов в новом коллективе имеют решающее значение.

— Тебе еще что-то нужно? — спросил Тарквин.

Да, но ему она вряд ли сможет объяснить, зачем ей требуется увидеть босса. Необходимо придумать убедительный повод подняться на второй этаж. Хью, скорее всего, еще нет на месте, и она сможет положить ему на стол записку с извинениями. Если случится так, что он уже в кабинете, она надеется, у нее будет возможность остаться с ним на пару минут наедине и принести извинения лично.

— Не возражаете, если я приготовлю нам обоим кофе?

— Прекрасная идея. Спасибо. Мне черный, без сахара. В кухне есть все самое необходимое: чай, растворимый кофе и горячий шоколад. Бери все, что пожелаешь. Если захочешь чего-то оригинального, в кафе внизу у тебя скидка для персонала.

— Приятно слышать. Меня вполне устроит растворимый кофе. Утром мне подходит любой. — Белла широко улыбнулась.

К счастью, в кабинете Хью никого не было. На большой столешнице лежала стопка корреспонденции, на которой она и оставила записку. Затем Белла зашла в кухню, приготовила две кружки кофе и отправилась вниз на рабочее место, чтобы наконец заняться дизайном пластинки. «Господи, молю тебя, пусть Хью примет мои извинения».

Идея была совершенно безумная.

Даже думать о том, чтобы попросить об этом Беллу, было глупо. Она чужой ему человек, просто одна из сотрудниц.

Хью прошелся взад-вперед по гостиной. Однако идея плотно засела в мозгах. И он понимал почему. Попросить Беллу исполнить роль его девушки казалось логичным, поскольку при других обстоятельствах это могло стать правдой. Однако истинная причина его желания все же намного сложнее. Выходные в Оксфорде могли бы дать им возможность лучше узнать друг друга. А потом будет ясно, куда их выведет эта дорога.

Он хорошо знает, что бывает, когда смешиваешь удовольствия и работу, в последний раз все закончилось так плохо, что он едва не потерял «Инсурго», подвел людей, которые доверяли ему, зависели от него. Его спас лучший друг Роланд, вложивший деньги в бизнес и ставший пассивным партнером. Хью тогда пришлось работать едва ли не сутками напролет, чтобы вернуть прежние позиции, и он дал себе слово, что не допустит повторения этого кошмара.

Впрочем, он понимал, что сейчас риск не так велик. Белла совсем не похожа на Джесси. Она член его команды, а не исполнитель. Они заключили контракт, а не устное соглашение, которое легко может быть расторгнуто. К тому же он сможет лучше узнать Беллу, а в этом нет никакого риска.

И все же Хью нервничал, он не забыл, что после истории с Джесси дал себе обещание никому не открывать свое сердце. До настоящего времени ему это удавалось. Почему он не может отвлечься от мыслей о Белле Фарадей? И постоянно вспоминает, как она поцеловала его в щеку.

Сейчас куда важнее решить, как с этим справиться.

— Ты считаешь это нормальным, Бел? — спросила Грейс.

— Ты о том, чтобы отправиться в Оксфордшир и прикинуться взбалмошной девушкой Хью? Возможно, это не самая разумная идея, — признала Белла. — Я сказала ему, что было бы лучше откровенно поговорить с родными и объяснить им, насколько он увлечен своей работой, но он настаивал, что придумал более действенный способ убедить их отстать от него навсегда. Это его семья, он лучше их знает.

— Я не только об этом. — Грейс многозначительно посмотрела на сестру. — Нехорошо вмешиваться в личную жизнь начальника.

— Я и не собираюсь вмешиваться, — пожала плечами Белла. — Я просто делаю ему одолжение.

Грейс смущенно заморгала.

— Чтобы загладить вину за инцидент в такси?

— Ничего подобного, — заверила ее Белла. — Нет.

Хотя Хью обставил все именно так, видимо, чтобы она скорее согласилась. Она не хотела, чтобы Грейс переживала, поэтому решила об этом промолчать.

— Ему просто нужна была чья-то помощь, чтобы решить проблемы с родными.

— И ты отправишься на чай в облегающем фигуру словно вторая кожа леопардовом платье? — с сомнением спросила Грейс.

— Да. А для прогулки у меня есть о-о-очень короткие шортики и туфли на высоких каблуках. Но мой наряд для коктейля еще лучше. Посмотри, какую альтернативу я нашла маленькому черному платью.

Белла извлекла из пакета штору, найденную в одном из магазинов подержанных вещей, и накинула на плечи, гордо вскинув голову.

Грейс открыла рот.

— Ты пойдешь на вечеринку в занавеске?

— Не совсем в ней, — успокоила она сестру. — У меня будет платье, сшитое из шторы, а не из нормальной ткани. Эм придет завтра снять мерки, а кроить его мы будем вместе. — Белла усмехнулась. — За дело берутся мастера художественной школы. В этом вопросе многие могут мне помочь. Я подумала, что может быть более нелепым на коктейльной вечеринке, чем платье, сшитое из шторы?

Грейс скривилась, оглядев крупные подсолнухи.

— Да уж. Очень в стиле шестидесятых прошлого века.

Белла весело рассмеялась.

— Из мюзикла «Звуки музыки». Не находишь? — Она отбросила кусок ткани на спинку дивана, потянула сестру за руку, и они принялись кружиться по комнате, напевая: «Решили бы вы проблемы так, как Мария», но всякий раз Белла вставляла свое имя.

— С тобой невозможно разговаривать! — воскликнула Грейс, но все же рассмеялась вслед за сестрой.

— Я гений. И это моя очередная гениальная идея. Давай вечером закажем пиццу и будем смотреть «Звуки музыки». Я обожаю этот фильм. Будем хором петь: «До, ре, ми».

Грейс обняла Беллу.

— Я знаю, чего ты добиваешься, дорогая. Хочешь отвлечь меня от мыслей о Говарде. Но, поверь, я в порядке. Правда. В прошлые выходные, после разговора с ним, мне было тяжелее. А теперь у меня уже есть предложение о работе от агентства, и две недели в запасе, чтобы найти новую квартиру, прежде чем владелец попросит меня освободить эту. Знай, ты лучшая сестра на свете и очень мне помогла. Большего и желать нельзя. У меня начинается новая жизнь, и она будет лучше прежней.

— И все же я за тебя беспокоюсь. — Белла не решалась спросить, но ей было интересно, испытывала ли Грейс раньше схожие чувства из-за нее? Ведь она помогала ей гораздо чаще.

— Со мной все хорошо, — заверила Грейс Беллу. — Но я согласна, закажем пиццу и будем смотреть фильм. У нас будет прекрасный вечер. — Она глубоко вздохнула. — И если на следующей неделе что-то на этой вечеринке в Оксфордшире пойдет не так, звони, я сразу за тобой приеду. Договорились? От Лондона туда чуть больше часа езды.

— Все будет хорошо, — уверенно сказала Белла. — Я всего лишь сыграю роль. Даже если бы я желала новых отношений, Хью Монкрифф для меня запрещенный вариант. Он мой начальник, и наш роман очень бы все усложнил.

— Тогда почему у моей маленькой сестренки так вспыхнули глаза при упоминании его имени?

— Ничего особенного. Обычная реакция на красивого мужчину. Не волнуйся, в Оксфордшире ничего плохого не случится.

В следующие выходные уверенность Беллы в этом вопросе уже не была такой твердой.

Не зашла ли она слишком далеко со своими идеями в выборе одежды? Ведь своим видом она может испортить праздник, это нехорошо по отношению к брату Хью и его невесте.

Может, стоит взять с собой еще и нормальные вещи, более подходящие случаю, вдруг в последнюю минуту что-то изменится? Или отправиться в путь на машине Грейс, чтобы иметь возможность в любую минуту сбежать и не просить Хью отвезти ее? Или достаточно будет позаботиться о том, чтобы телефон был заряжен, и внести в список контактов телефон надежной фирмы такси?

Они с Хью не установили правила игры. Интересно, какой он видит ее в роли взбалмошной подружки? Она должна постоянно держать его за руку? Или висеть у него на шее? Или даже постоянно целовать? От мысли о том, что ей придется целоваться с Хью, у нее по позвоночнику пробежал холодок.

Он ведь ее босс, она обязана сдержаться, несмотря на то что он самый привлекательный мужчина, которого она видела в своей жизни. Нет, поцелуи совершенно исключаются.

Но почему, почему, почему эти мысли никак не выходят из ее головы?

Днем, вскоре после ланча, раздался звонок в дверь. К тому моменту все внутренности Беллы уже были стянуты в тугой узел.

Открыв дверь, она увидела на пороге Хью, одетого в строгий костюм. Он выглядел потрясающе, что еще раз подчеркнуло, насколько неуместен ее наряд.

Глаза его расширились, когда он окинул ее с ног до головы: облегающее короткое платье леопардовой расцветки и блестящий ремень на талии. К тому же туфли на высоких каблуках и немыслимые бусы на шее. Обычно прямые волосы на этот раз были завиты и превратились в мелкие кудряшки.

— Это слишком, да? — с сомнением спросила Белла.

— Хм, любопытно. В стиле восьмидесятых. Особенно ваша прическа удалась.

Иными словами, ему не понравилось. Похоже, она действительно перегнула палку. Это уже не стиль ретро, а настоящий ужас. Белла тяжело вздохнула.

— Простите. Дайте мне десять минут, я все исправлю.

Хью остановил ее, взяв за руку.

— Нет, Белла, вы хороши такая, какая есть.

По телу пробежала дрожь, вызванная его прикосновением, и ей пришлось опять напомнить себе, что они лишь заключили соглашение и она только играет роль, чтобы ему помочь, — вот и все. Внезапное влечение сейчас совершенно неуместно и должно быть подавлено в зародыше. Так же как и вчера.

— Вы уверены, что это нормально? — спросила Белла, глядя на него с возрастающим сомнением. — Может, лучше перейти к плану «Б»?

— А что за план «Б»?

— Вы поедете на праздник один и объясните родным, что очень любите свою работу и «Инсурго», что жизнь холостяка вас устраивает и для полного счастья вам не нужна женщина.

— Я могу так сделать, но это точно не сработает, поэтому действуем по плану «А». Хочу еще раз сказать, Белла, что очень ценю вашу помощь. Мало кто справился бы с этой ролью.

— Вы так думаете?

— Уверен. Я не подлизываюсь. — Он многозначительно посмотрел на нее и поднял палец.

Она видела, он говорит искренне и верит, что у нее все получится. А когда человек в тебя верит… Одним словом, уже давно Белла не чувствовала себя лучше.

— Не передать, как я вам благодарен, — продолжал Хью. — Так, где ваши вещи?

Белла подняла ярко-розовый чемодан и объявила:

— Я готова ехать. Пойдемте.

Машина Хью была великолепна: низкая посадка, гладкий темный кузов, кожаный салон. Разумеется, акустическая система была выше всяких похвал, и Белла с удовольствием слушала музыку. Когда они выехали из Лондона и машина шла уже по автостраде, она повернулась к Хью:

— Могу я задать вам несколько вопросов?

— Разумеется, вы можете спрашивать, — ответил он таким тоном, будто оставлял за собой право не отвечать.

— Мы едем в ваш дом. Любая, даже самая странная девушка понимает, с кем ей предстоит познакомиться. Вы самый младший из четырех братьев. Помолвка будет у вашего брата Найджела. Все в вашей семье биржевые брокеры. Больше мне ничего не известно. Вам не кажется, что мне хорошо бы знать еще несколько имен?

— Пожалуй. — В его голосе не промелькнуло никаких эмоций. Что же творится в его голове? — Моих родителей зовут Оливер и Элизабет. Отец на пенсии и половину дня проводит на поле для гольфа. Мама занимается благотворительностью. Теперь братья: старший, Джулиан, женат на Поппи, у них есть дочь София; затем Алистер, женат на Харриет; Найджел скоро станет мужем Виктории, свадьба состоится на Рождество; наконец, я, самый младший, везу свою девушку Беллу Фарадей знакомиться с родителями. Что еще вас интересует?

— Давайте обсудим основные правила. Как мне играть роль вашей девушки? Я должна постоянно держать вас за руку? Пытаться обнять?

Хью перевел дыхание.

— Откровенно говоря, об этом я даже не думал. Пожалуй, да, будет нормально, если мы будем держаться за руки. Я буду танцевать только с вами. В целом вот так. Вы умеете танцевать?

Белла с трудом сдержала улыбку. Пожалуй, надо дать ему возможность немного расслабиться.

— Надеюсь, не у шеста, мистер Монкрифф?

Как она и ожидала, он рассмеялся.

— Нет, конечно.

— Я не могу сказать, что люблю клубы, но я занимаюсь аэробикой, так что могу двигаться под музыку.

— Этого достаточно.

И все же он не ответил на ее вопрос.

— А что еще?

Хью нахмурился.

— Что вы имеете в виду?

— Обычно, если люди встречаются, они целуются, — сказала Белла. — Особенно если танцуют на вечеринке.

— Ах да. Конечно. Целуются.

Внезапно в машине стало тесно. Ей кажется или здесь действительно жарко?

— Скажем так, целомудренные поцелуи допустимы, — ответил Хью после паузы.

Беллу же одолевали совсем нецеломудренные мысли. Она ругала себя за то, что заговорила на эту тему и теперь не может не думать о том, как целовалась бы с Хью Монкриффом. Он взял бы ее лицо в ладони и прикоснулся своими губами, они слились бы в поцелуе и не отрывались друг от друга до момента, когда желание стало бы переполнять их. Потом он взял бы ее на руки и отнес в спальню…

— Белла?

— Что? — Она так глубоко погрузилась в фантазии, что ничего не слышала. Щеки залил яркий румянец.

— Я спросил, вас это устраивает?

Надо было бы сказать: «Нет, это слишком опасно». Но с другой стороны, она сама согласилась на эту странную роль, а прежде чем соглашаться, надо было подумать о таких вещах, как поцелуи.

— Вполне, — кивнула она, стараясь оставаться спокойной и выдержанной. — Еще один вопрос.

— Давайте.

— Почему вы один?

Хью выдохнул и резко повернулся к ней:

— Вы очень прямолинейны. А вы почему одна?

Потому что она всегда доверяется не тем людям.

— Я первая спросила.

Хью пожал плечами.

— Я встречался с девушкой, но у нас ничего не получилось.

Белла решила, что это, скорее, официальная версия произошедшего. Хью не похож на эгоистичного, самовлюбленного самца — такой не пришел бы на помощь ей и Грейс, — из этого следует вывод, что отношения разорвал не он. Та женщина разбила ему сердце? Об этом она спрашивать не решится. Да и какой в этом смысл, Хью все равно не ответит.

— А вы почему? — спросил он.

— То же, что и у вас. Я встречалась с парнем, но мы расстались. — Не рассказывать же ему всю ужасную историю. Кроме того, она совсем не хочет признаваться в том, что не сразу смогла разобраться, что собой представляет мужчина, с которым она жила. Как она могла быть слепой и не видеть, что происходило между ними?

— Давно?

— Шесть месяцев назад. А вы?

— Уже год.

— И с тех пор вы ни с кем не встречались?

В это невозможно поверить. Если исключить его постоянную утреннюю хандру, Хью был вполне приятным в общении человеком. И его внешность привлекала внимание. Скорее всего, он лукавит и рядом с ним всегда много женщин.

— Я занимался работой. А вы?

— Я тоже. — А ведь дело было не только в том, что отношения, которыми она так дорожила, закончились трагически. Кирк бросил ее ради женщины, которой Белла доверяла и считала лучшей подругой с шестого класса. А потом Кирк снял все деньги со счета — запас, равный ее трехмесячному заработку, припрятанный на черный день. В довершение всего лучший клиент обанкротился, задолжав Белле крупную сумму, и эта была еще одна причина, по которой она находилась сейчас в бедственном финансовом положении.

Она ничего не смогла вернуть, деньги Кирк снял со счета, к которому они оба имели доступ. Белла обратилась в банк, но ей объяснили, что каждый из владельцев счета имеет право снять любую сумму, вне зависимости от того, сколько он положил. Тогда она дала себе слово больше не совершать подобных ошибок в будущем. Хорошо, что она послушалась Грейс и положила деньги для уплаты налога на другой счет, иначе сейчас она была бы должна еще и Управлению по налоговым сборам.

— Скажем так, мне надоело, что мне все время попадаются какие-то не те парни, и я приняла простое решение — не связывать себя никакими отношениями.

— Я бы сказал о себе то же самое. У вас есть еще вопросы?

Похоже, сейчас ее босса одолевает обычная утренняя хандра. Настроение у него хмурое и ворчливое. Белла решила, что следующий вопрос может подождать.

— Думаю, основные моменты мы выяснили.

— Отлично. Если не возражаете, я бы хотел сосредоточиться на дороге.

Учитывая, что они едут в его родной дом, Белла полагала, что он найдет дорогу и с закрытыми глазами, скорее это лишь отговорка. Хью явно хочет удержать ее от дальнейших расспросов. И он прав. Она была вполне готова к этой роли, задавая все новые вопросы, она лишь будет выглядеть навязчивой.

Хью сосредоточенно вел машину, а Белла достала телефон. Вскоре за очередной деревней машина свернула на проселочную дорогу.

— Вот мы и на месте, — произнес Хью, выезжая на подъездную липовую аллею, ведущую к имению за затейливым ограждением.

Белла допускала, что Монкриффы люди состоятельные, но она даже не предполагала насколько. Примерно через полмили показался дом, красивее которого Белла не видела в жизни. Перед ней была усадьба Елизаветинской эпохи из темного камня, ветки глицинии обрамляли окна со средником на втором этаже и спускались вниз, к первому, с французскими окнами. Цветы еще не появились, но буквально через пару недель они преобразят дом. Над массивной дверью Белла заметила веерообразное окно, похожее на кропотливо сотканную паутину.

— Невероятно, — прошептала она. — Знаете, у меня возникло странное чувство дежавю, хотя я уверена, что никогда здесь не была.

— Возможно, вы видели наш дом по телевизору. Его несколько раз использовали для съемок сцен в фильмах.

Белла не успела спросить каких, поскольку, прошуршав шинами по гравию, машина остановилась у входа.

Хью огляделся.

— Вижу, братья уже здесь.

Два спортивных автомобиля, похожие на его собственный, уже стояли неподалеку. А также «ренджровер», «даймлер» и «бентли». Белле показалось, что она сама стала героиней одного из тех фильмов, о которых упомянул Хью, настолько этот мир был не похож на ее собственный. Неужели она действительно сможет осуществить то, что они задумали?

— Судя по всему, приехали также тетушки и дядюшки. Пройдем внутрь, поздороваемся. Думаю, у меня не будет времени до начала чаепития, чтобы показать вам дом, но обещаю сделать это завтра. Мама, скорее всего, сейчас в кухне, занимается приготовлениями. Она сказала, что чай подадут в столовой, а коктейльная вечеринка пройдет в бальном зале.

— У вас есть бальный зал? — Белла ощутила, что ее охватывает паника. — Все, как в романе Джейн Остин.

— Кажется, здесь и снимали фильм по ее роману, я точно не помню. — Хью равнодушно пожал плечами. — Простите, я не хотел показаться высокомерным.

— Вы совсем таким не выглядите, — заверила его Белла, понимая, что он нервничает намного больше, чем может показаться со стороны. Впрочем, не он один.

— Представьте, как подобные торжества проходили во времена Остин. Я наверняка отправился бы с братьями на охоту или рыбалку, потом по тогдашнему сценарию предполагалась игра в карты с подачей вин и других напитков. Женщинам позволялись лишь беседы и музицирование. На них были направлены все взгляды, им надо было следить за манерами… — Он усмехнулся. — Терпеть не могу все это. Как хорошо, что сейчас все по-другому.

— Правда? — осторожно заметила Белла, приняв на свой счет слова о контроле и хороших манерах.

— Конечно.

— Я вспомнила о сестре, — произнесла она прежде, чем успела подумать.

Хью посмотрел на нее с удивлением.

— Я понимаю, у вас не возникнет желания встречаться с ней еще раз, — вздохнула Белла, — но, если так случится и вы скажете ей, что знаете о причинах, по которым она позволила себе лишнего, я вас убью.

— Понял. А что произошло? — На его лице отразилось любопытство.

— Она была на праздновании золотой свадьбы родителей жениха. Цинтии Бетонная прическа и…

— Кого?

— Это мать Говарда. Вы наверняка встречали таких женщин. Она всегда выглядит так, словно собирается на прием, волосы уложены почти идеально, отчего прическа кажется мне забетонированной. — Белла жестом показала, что она имеет в виду. — Она смотрит на окружающих ястребиным взором и сразу выносит вердикт всем и вся, кстати, на мой взгляд, чаще ошибочный.

— Да, мне приходилось встречаться с такими дамами.

— Так вот, Грейс, наконец осознала, что, если она свяжет свою судьбу с Говардом, жизнь ее превратится в настоящий кошмар. — Белла поморщилась и продолжала: — Она попыталась заглушить эти мысли шампанским, но у нее не получилось. Мне впервые представился шанс прийти на помощь сестре — благодаря вам, разумеется. — Она помолчала и перевела дыхание. — Их свадьба была запланирована на следующие выходные.

— Выходит, Грейс — сбежавшая невеста? — Хью был поражен.

— Нет же. Она ведь не отказала Говарду прямо у алтаря, она бы никогда не позволила себе столь ужасный поступок. Они были помолвлены четыре года, а чувства ни разу не захлестнули ее настолько, чтобы сбить с ног.

— Сбить с ног? Вы бы наверняка упали в компостную яму.

— В компостную яму?

Хью усмехнулся.

— Сразу видно, что вы городской житель. Компост используют в качестве удобрения на полях.

— Ужасно.

— Именно так он и пахнет. Издалека становится ясно, что пришла пора удобрять почву.

— Надеюсь, сейчас не эта пора?

— Нет, — рассмеялся Хью.

— Отлично. — Белла перевела дыхание. — Итак, настало время моего выхода на сцену. Сумасбродная девица в жуткой одежде — это я, верно?

— Верно. И еще раз спасибо. Я очень ценю вашу помощь, хотя, возможно, не всегда умею это выразить.

Хью взял их вещи, и они направились в дом. Он открыл дверь, и она увидела ведущую наверх лестницу, полосатые обои на стенах холла. Внутри дом не менее великолепен, чем снаружи. Ей не терпелось скорее увидеть его целиком, но она не осмелилась бы просить Хью устроить ей хотя бы краткую экскурсию.

Виляя хвостом, в холл выбежали три собаки, явно приветствуя их.

— Совершенно забыл предупредить вас о псах, — повернулся к ней Хью. — Надеюсь, вы ничего не имеете против?

— Абсолютно. Я выросла с собаками. — Белла наклонилась, чтобы погладить сначала коричневого лабрадора, потом вести и кокер-спаниеля.

— Знакомьтесь, это Ленни, Уилф и Сьюки. — Хью указал рукой на собак.

Псы извивались и отталкивали друг друга, стараясь подобраться поближе к Белле, чтобы получить новую порцию ласки.

— Они очаровательные, — рассмеялась она. — Привет, хищники. У меня нет для вас ничего вкусненького, я ведь не знала о вас, но я могу почесать вас за ушком и поиграть потом в мячик, если захотите.

— Тогда они не отстанут от вас все выходные, — предупредил Хью.

— А это плохо? — повернулась она к нему.

В холл вышла женщина, очень похожая на Хью — должно быть, его мать, — и обняла сына.

— Дорогой, как я рада, что ты смог приехать.

Итак, ей пора входить в роль. Вздохнув, Белла выпрямилась и растянула губы в улыбке.

— Белла, это моя мама Элизабет Монкрифф, — произнес Хью.

— Либби, так будет лучше. В нашем доме не любят церемоний.

— Мама, это моя подруга Белла Фарадей.

— Известная фамилия знаменитого ученого.

Либби, безусловно, прекрасно воспитана, она и бровью не повела при виде вызывающего платья подруги сына.

— Да, знаменитого ученого, — кивнула Белла, не подумав о том, что девушка, роль которой она играет, скорее всего, не могла слышать о Майкле Фарадее.

— Я покажу Белле ее комнату, — сказал Хью.

— Я отвела ей голубую спальню, рядом с твоей. Надеюсь, она вам понравится. — Последние слова она произнесла с улыбкой, обращаясь к Белле.

— Спасибо, мисс Монк…

— Либби, — поправила ее мать Хью.

— Спасибо, Либби. — Белла открыла сумку и достала коробку прекрасных шоколадных конфет. — А это вам. Благодарю за гостеприимство.

— Как мило. — Женщина порозовела от удовольствия. — Узнаю упаковку. Это мои самые любимые. Очень приятно.

— Мне тоже. Рада, что они вам понравились. Только не подпускайте к ним Хью. Он просто фанат шоколада. Хотя, вы, конечно, это знаете.

— Да, разумеется. — Либби опять улыбнулась.

— Давай отнесем вещи наверх, — предложил Хью, многозначительно глядя на Беллу.

— Присоединяйтесь к нам, когда будете готовы, — сказала Либби. — Все соберутся в столовой. Приятно познакомиться с вами, Белла.

Они поднялись наверх и прошли в конец коридора.

Голубая спальня была огромна. Очень просто отделана, с кремовыми стенами и деревянным полом, великолепным ковром в центре и большой старинной деревянной кроватью с балдахином. Она больше всего поразила Беллу, всегда мечтавшую хоть одну ночь провести в такой кровати.

— Потрясающе, — только и смогла произнести она.

— Я отнесу вещи в соседнюю комнату и зайду за вами через несколько минут, — сказал Хью и вышел.

Интересно, его комната такая же? Там наверняка хранятся дорогие ему с детства вещи, которые наводят на множество воспоминаний. Пожалуй, не стоит об этом сейчас думать. Она здесь лишь потому, что он просил ее об одолжении, все это не по-настоящему.

Чтобы отвлечься, Белла выглянула в окно, выходящее в сад за домом. Ее взору открылся удивительный вид на идеальный газон с роскошными тюльпанами, высаженными по периметру, а вокруг — цветущие деревья. Все это было совсем не похоже на тот мир, в котором выросла она. Как, должно быть, прекрасно было бегать по этой лужайке ребенком.

За спиной послышался стук в дверь.

— Белла?

— Входите.

На пороге появился Хью.

— Готовы?

Она кивнула.

— Любовалась садом. Он прекрасен.

— Да, красиво. Когда я был моложе, совсем его не ценил. — Он перевел дыхание. — Что ж, пора.

Белла прошла к выходу.

— Вам придется время от времени напоминать мне, чтобы я не выходила из роли. С вашей мамой я допустила несколько промашек.

— Все в порядке. Я уверен, вы отлично справитесь. Поэтому и попросил вас.

— Разве вы не обратились ко мне, потому что были в отчаянии?

На лице мелькнула тень улыбки.

— И это тоже. Но в первую очередь потому, что не сомневался, лучше вас с этой задачей никто не справится.

Сомнительный комплимент согревал Беллу еще очень долго. Может, причина в том, что Хью был искренен? Но может ли она быть в этом уверена, ведь когда-то она считала таким и Кирка?

Белла набрала в легкие побольше воздуха.

— Итак, в бой?

— Ну, все не так плохо, — рассмеялся Хью.

Однако с каждым шагом вниз по лестнице Белла все больше теряла уверенность в этом. В столовой был накрыт стол, больше которого она в жизни не видела. Все стулья, кроме двух, были уже заняты.

Хью поспешно ее представил, и они заняли свои места. С хозяйкой дома она уже была знакома, теперь же увидела отца, братьев и их жен, маленькую Софию, а также дядюшек, тетушек, бабушек и дедушек. Белле стало не по себе, она не могла не заметить, насколько присутствующие были шокированы ее внешним видом, хотя быстро справились с эмоциями, и все как один придали лицу одинаково вежливое выражение.

Белла напомнила себе, что она выполняет просьбу Хью, решившего привести в дом такую женщину, которая не понравится родителям настолько, что они перестанут заводить с ним разговор о женитьбе. Однако ей не стало легче. Похоже, этот уик-энд будет очень долгим.

В комнату вошла горничная с подносом в руках. На нем стояли серебряные чайники с чаем и кувшины с горячей водой — как решила Белла, для того, чтобы потом долить в чайники. На столе уже красовались тарелочки с кусочками лимона, молочники, а также блюда с канапе, пирожными, кексами и горячими булочками. За горничной проследовал дворецкий с бутылкой шампанского. Когда бокалы были наполнены, отец Хью встал, произнес короткую речь и предложил выпить за Найджела и его невесту Викторию.

Угощение было отменным, и при других обстоятельствах Белла с удовольствием отдала бы ему должное. Как жаль, что ей приходится играть эту глупую роль. Белла решила, что, пока она не разобралась, кто есть кто за этим столом и как себя вести, лучше молчать.

Краем глаза она заметила, что сидящая рядом с ней пожилая дама — двоюродная бабушка Хью, Лавиния, — побледнела и выглядела так, словно готова потерять сознание.

— С вами все в порядке? — взволнованно спросила Белла.

— Я чувствую себя немного странно, — ответила Лавиния.

— Может, вам выпить воды?

Дама посмотрела на нее с благодарностью.

— Да, пожалуй.

Скорее всего, сумасбродная девица и не сообразила бы, как поступить, но только не Белла.

Ведь Хью не станет возражать, что она отвлечется от роли, чтобы помочь его пожилой родственнице? Она подозвала горничную, попросила ее принести воды, убедила даму съесть сэндвич и не сводила с нее глаз, пока лицо пожилой леди не приобрело нормальный цвет.

— Думаю, мне лучше прилечь, — пролепетала Лавиния.

— Я провожу вас до комнаты, — предложила Белла. — Если вы сможете показать мне дорогу. Боюсь, мне будет сложно сориентироваться в этом доме.

Лавиния положила ладонь на ее руку.

— Благодарю вас, милая. Буду очень вам признательна.

— Рада помочь.

Белла проводила даму до ее комнаты и осталась с ней на какое-то время, пока та окончательно не пришла в себя.

— Вы очень милая девочка, — сказала ей Лавиния. — Теперь я понимаю, почему вы понравились Хью.

Но это же совершенно противоположное мнение тому, которое она должна была о ней составить! Кроме того, только Белле известно, что Хью ничего не нашел в ней, кроме навыков графического дизайнера и качеств, натолкнувших его на мысль предложить ей роль ненормальной подружки. Белла надеялась, что ее немыслимый наряд отобьет у остальных желание увидеть, какой она на самом деле человек.

Ее передергивало при мысли, что вскоре предстоит спуститься в столовую и вновь оказаться в обществе родственников Хью. Идя по лестнице, она лихорадочно думала, как себя повести, но, к счастью, в холле ее ждал Хью.

— Спасибо, что позаботились о моей двоюродной бабушке. Как себя чувствует Лавиния?

— Все хорошо, ей просто надо отдохнуть, — объяснила Белла.

Так же она ответила и Либби, когда та задала ей этот вопрос. Мать Хью внимательно посмотрела на нее и кивнула, словно одобряя.

Господи, помоги! Теперь придется постараться, чтобы убедить этих людей, что она нахальная сумасбродка. Ей ведь предстоит вызвать к себе отношение болезненного неприятия. После того как чаепитие закончилось, все разошлись по комнатам, чтобы отдохнуть и переодеться к вечеру.

— Постучите мне в дверь, когда будете готовы, — сказал ей Хью.

— Хорошо, — кивнула Белла, жалея, что не привезла с собой, как собиралась, нормальное черное платье. Теперь ей придется наряжаться в то, что соответствовало плану Хью.

Переодевшись, она вышла в коридор и постучала в дверь рядом.

— Входите, — послышалось из комнаты.

Толкнув дверь, Белла увидела, что он сидит на краю кровати и набирает текст в телефоне. Подняв голову, Хью разразился смехом.

— Да, такого я не ожидал. Где вы нашли магазин, торгующий такой одеждой?

— Скорее тканью. Я купила у них штору, а одна моя подруга из художественной школы сшила из нее платье. — Спохватившись, Белла спросила: — А почему вы не ожидали такого?

— Думаю, лучше предупредить вас сейчас. Дело в том, что шторы в зале, где будет проходить вечеринка, точно из такой же ткани, как ваше платье.

— Из такой же? — Сказать, что она была шокирована, означало не сказать ничего. — Этого не может быть. Вы шутите.

Хью откашлялся.

— Боюсь, что нет.

Белла закрыла лицо руками.

— Только не это. А я-то считала эту мысль блестящей. Мне в голову не могло прийти, что в вашем доме могут быть такие шторы. Мне надо было заранее показать вам наряды. У меня ведь нет с собой запасного платья. — Белла сдавленно застонала. — Ладно. Переоденусь в леопардовое.

Хью подошел к ней и положил руку на плечо.

— Успокойтесь. Оставайтесь в этом. Все будет хорошо.

— Это невозможно. — Белла посмотрела на него с ужасом. — Я не могу появиться на вечеринке в платье, сделанном из той же ткани, что и шторы в комнате.

— Можете, — заверил ее Хью. — Вы единственная из всех, кого я знаю, кто сможет.

Белла скривилась. Он сам был в смокинге с шелковыми лацканами, той же тканью были обтянуты пуговицы, а галстук-бабочка выглядел идеальным, как и белоснежная сорочка с манишкой. Он был безупречен и элегантен.

Белла тяжело вздохнула.

— Отлично выглядите. Просто Джеймс Бонд, пожалуй, вы превзошли Дэниела Крейга.

— Благодарю. — Хью склонил голову. — Вы тоже прекрасно выглядите.

— Да, мое платье очень подойдет к интерьеру.

— Не забывайте о вашей роли, — напомнил он.

— Может, мне лучше остаться здесь? Вы скажете, что я выпила слишком много шампанского и у меня разболелась голова.

Хью усмехнулся.

— Где же ваша смелость и находчивость, Белла?

— Ваша смелость, вы хотели сказать, — фыркнула она. — Если бы вы последовали моему совету, меня бы здесь не было, а вы бы убеждали родственников, какая у вас прекрасная работа.

— Предлагаю сойтись на том, что я уверен в вашей способности справиться с задачей. Готовы?

«Нет!» Но разве у нее есть выбор?

— Конечно. Пойдемте.

Бледность Беллы была незаметна лишь благодаря макияжу, однако она гордо вскинула голову и расправила плечи.

На долю секунды Хью усомнился в том, что поступает правильно, он даже подумал, что у кого-то из многочисленных гостей наверняка найдется запасное платье, которое он мог бы попросить для Беллы, но решил, что они должны доиграть спектакль до конца. Финальной сценой станет его сообщение на следующей неделе об их расставании и облегченный вздох всей семьи. Тогда они точно прекратят приставать к нему с расспросами о женитьбе.

Белла — единственная из знакомых ему женщин способна справиться с этой задачей. Хью понимал, что требует от нее слишком многого, что ж, когда они вернутся в Лондон, он сможет отблагодарить ее, сделать что-то приятное. Например, отправит сертификат для нее и сестры на отдых в выходные в спа-отеле.

Он подавил в себе зародившееся желание пригласить ее в ресторан, это будет совсем неуместно, ведь она сама сказала, что у нее никого нет и такое положение ее устраивает. Он и сам был в таком положении. При виде Беллы Фарадей его пульс странным образом учащался, но ведь он ее начальник, а значит, роман между ними невозможен.

Спустившись вниз, они прошли через холл к дверям зала. Он заметил, как дрогнула ее рука, а затем услышал громкие возгласы удивления присутствующих.

Земля под ней не могла разверзнуться, и сбежать из этого дома Белла тоже не могла. Она с надеждой посмотрела на Хью, ожидая увидеть на его лице подсказку, как себя вести — ведь это его семья, он знает их лучше, — но оно было совершенно непроницаемым.

«Ничто не испугает сестер Фарадей». Она твердила эти слова, как мантру, и в голове звучал при этом голос Грейс. Нет, сейчас ей так страшно, что не помогало даже это.

Хью просил ее сыграть роль странной девушки, которая должна выглядеть белой вороной в этом обществе. Что ж, именно так она себя и чувствует. Интересно, как поступила бы такая девушка, окажись она в центре внимания? Белла решила, что надо усилить эффект. Она подошла к окну и присела в реверансе.

— Клянусь, мое платье сделано не из одной из них, — произнесла она, жестом указывая на шторы. — Я уверена, что мое имя не Мария, а ты Монкрифф, а не фон Трапп.

В комнате стояла неприятная тишина.

Похоже, она зашла слишком далеко. Или это верное направление, и надо сделать следующий шаг?

— Ну что, — пробормотала Белла и запела: — До, ре, ми…

Проснувшись утром, Белла с удивлением ощутила тепло мужчины. Она не сразу сообразила, как в ее постели очутился обнаженный мужчина, который к тому же ее обнимает.

И вдруг все вспомнила — Хью.

Воспоминания о прошлой ночи заставили ее покраснеть. Он целовал ее, а вокруг сотнями огней сверкали гирлянды. Она понимала, что все происходит не по-настоящему, ведь он ее босс, а она лишь играет роль его девушки. Но на мгновение ей захотелось представить, как бы она себя чувствовала, будь это не игра.

Все шесть месяцев после предательства Кирка она ощущала себя глупой и бесполезной, но прошлая ночь вновь вернула ее к жизни. И дело не только в сексе. Куда важнее было то, что они вместе танцевали, смеялись, шутили. Хью был внимателен к ней, доверял ей.

Способна ли одна ночь изменить отношения между людьми?

Они договорились, что это лишь мимолетная связь без взаимных обещаний и клятв в вечном чувстве. Смогут ли они теперь работать вместе, как прежде? Или ей все же придется уволиться?

Им необходимо поговорить, и очень серьезно. Может, даже изменить некоторые правила.

Ничто не испугает сестер Фарадей.

Белла повторила слова несколько раз, но сейчас мантра неожиданно перестала действовать.

В данный момент она совершенно не представляла, как поступить. Будет лучше остаться в постели и дождаться, когда проснется Хью? Или все же лучше тихо выбраться и одеться?

В понедельник утром, немного нервничая, Белла вошла в «Инсурго». В кафе внизу она купила себе двойной капучино, решив, что это придаст ей уверенности. Будет ли Хью избегать ее или поведет себя как обычно? Может, сегодня он еще более хмурый, чем всегда?

Но его не было на месте. Он передал Тарквину, что у него несколько встреч в городе, и если он и приедет в «Инсурго», то уже ближе к вечеру. Белла не понимала, обрадовала ее эта новость или нет, но твердо знала, что ни за что не выдаст своих чувств. О том, что она была с Хью в Оксфордшире никому не известно, и она не собирается об этом рассказывать. Пусть коллеги считают, что он просто ее начальник, а она графический дизайнер. И точка.

— Ты уверена, что не хочешь доделать это завтра? — спросил ее Тарквин в четверг вечером. — Уже поздно, а ты и так много часов работаешь без передышки.

— Уверена, — ответила Белла. — Мне осталось совсем немного, а я не люблю оставлять работу незаконченной.

— Ладно, тогда скажешь Хью, когда будешь уходить, он все закроет. Я скажу ему, что ты задерживаешься, чтобы он ненароком не запер тебя в здании.

По ее спине пробежала дрожь. Они с Хью остаются вдвоем? Конечно, внизу в кафе будет много народу, но здесь, наверху, лишь они одни.

Может, стоит воспользоваться случаем и поговорить с ним?

— До завтра, Тарк, — весело сказала ему Белла. — Хорошего тебе вечера.

— И тебе. И не сиди здесь допоздна, слышишь?

Она улыбнулась и послала ему воздушный поцелуй. Тарквин покачал головой и вышел. Белла сосредоточилась на работе и быстро доделала то, что планировала. Выключив компьютер, она погасила свет, вышла и остановилась у лестницы. Настало время встречи с Хью.

Сможет ли она начать разговор о том, что осталось неразрешенным между ними?

Выдохнув, она поднялась наверх и постучала в его кабинет.

— Да, — послышалось изнутри.

Белла открыла дверь и осталась стоять, прислонившись к косяку.

— Тарквин велел сообщить тебе, когда я буду уходить.

— Хорошо. Спасибо. — Он даже не посмотрел в ее сторону и не оторвался от экрана ноутбука.

Белла заметила, что Хью выглядит уставшим, словно его мучили тысячи проблем и не давали ему спать. Белла понимала, что стало тому причиной. И он явно не намерен с ней делиться, а это значит, начать разговор предстоит ей. Белла вошла в кабинет и присела на край его стола. Хью поднял голову и наконец посмотрел на нее.

— В чем дело?

Его резкий тон не обманул ее.

— Ты приходишь раньше всех и уходишь позже всех. И это началось после того, как мы вернулись из Оксфордшира. Ты скоро сгоришь на работе.

— Благодарю за заботу, но моей маме не нужна помощница, она и так постоянно меня пилит.

Любого другого его тон заставил бы отступить, но Белла заметила растерянность в его глазах прежде, чем он успел отвести взгляд. Может, Грейс права, и он испытывает беспокойство по той же причине, что и она? Белла понимала, что очень рискует, что может все испортить, но также знала, что будет очень жалеть, если не сделает этот шаг. Наклонившись, она потрепала Хью по голове.

— Эй, ты достаточно сделал сегодня. Пойдем поужинаем вместе?

Он поднял голову, и зрачки его расширились. Значит, ему небезразлично ее присутствие.

Хью долго молчал, и она уже решила, что все попытки напрасны. Она была готова отступить, сказать, что сама не понимает, зачем сюда пришла, и как можно скорее уйти, но в этот момент Хью произнес:

— Ты приглашаешь меня на свидание, Белла Фарадей?

Таким же голосом он шептал ее имя тогда, в оранжерее. По телу вновь пробежала дрожь.

— Я приглашаю тебя к себе, — сказала она. — Не обещаю ничего шикарного, готовлю я действительно неважно, но простое блюдо мне по силам. И тебе не придется самому беспокоиться об ужине.

Хью смотрел на нее широко распахнутыми глазами.

— Ты заботишься обо мне, как мама.

Белла слегка улыбнулась.

— Ты сам сказал, что твоей маме помощница не нужна.

— Извини, я был груб.

— Все нормально, это защитная реакция. Ты так ведешь себя, когда хочешь, чтобы от тебя отстали.

— Ты не только хорошо поешь, но и разбираешься в психологии?

— Нет, просто я сама такая. Только я использую не раздражение, а улыбку.

Хью улыбнулся и погладил ее по щеке.

— Белла. Иди домой.

От его прикосновений по ее телу разлилось тепло. Возможно, они же отключили ее мозг, потому что она произнесла:

— Только вместе с тобой.

— Белла, я уже говорил, я не хочу сейчас новых отношений.

— Я тоже. Но с тех пор как мы вернулись из Оксфордшира, стараемся даже не смотреть в сторону друг друга на работе, поэтому, мне кажется, нам надо…

Он, словно зачарованный, смотрел на ее губы.

— Что нам надо сделать?

Белла наклонила голову, прижимая его руку к своему плечу.

— Нам надо поговорить.

Глаза его потемнели и стали почти черными.

— Угу.

— Помимо всего остального, — добавила она, поняв, что хочет не только разговаривать и ужинать с Хью. Такие мысли возникали, только когда он рядом.

Он облизнул губы.

— Думаешь, нам стоит оставаться наедине в помещении, где есть кровать?

Белла улыбнулась.

— Зачем нам кровать?

— Белла, ты меня убиваешь, — простонал Хью.

— У нас есть и другие неоконченные дела.

— Мы договорились, что между нами не будет ничего серьезного.

— Я согласна. — Она наклонилась и коснулась его губ. Слегка, но этого было достаточно, чтобы ощутить, как он напрягся.

Ответит ли он на поцелуй? Белла замерла в нетерпеливом ожидании. Секунда, другая…

— Белла, мое самообладание на пределе. Пойми, мы не должны. Иди домой.

Однако даже такая резкость не выбила ее из колеи.

— Пойдем со мной, Хью, — повторила она.

Она видела по его лицу, что внутри его идет борьба. Борьба между Хью-начальником, который хочет совершать правильные поступки и держаться с подчиненными на должном расстоянии, и Хью-любовником, который не может забыть, как сплетались их тела в моменты страсти, и мечтает повторить это снова.

Он рывком притянул ее к себе, и Белла поняла, что любовник победил начальника.

Задыхаясь от поцелуя, она отстранилась от него и прошептала:

— Ты готов?

— Нет. — Он поцеловал ее. — Надо запереть дверь.

Белла отметила, что голова его работает лучше, чем ее. Она уже забыла обо всем на свете.

Хью закрыл дверь и повернулся к ней.

— Моя машина внизу.

Белла кивнула и пошла за ним на стоянку за зданием. Хью распахнул перед ней дверцу — как ей нравятся мужчины со старомодными манерами.

Остановившись у ее дома, он спросил:

— Мне нужно разрешение, чтобы оставить здесь машину?

Конечно, но ей не хотелось, чтобы сейчас он этим занимался.

— Не думаю, что в такое время здесь кто-то будет его проверять.

Хью поцеловал ее и улыбнулся.

— Спорный вопрос, но забудем об этом. Ради тебя я готов оплатить штраф.

— Ты специально заставляешь меня чувствовать себя виноватой?

— Это хорошо, — улыбнулся Хью.

У двери он взял ее за руку, и они вошли в дом. Повернувшись, он провел рукой по ее волосам и опять поцеловал так крепко, что Белла едва не задохнулась.

— Я так и не смог забыть тебя.

— Я тоже. — Рука ее скользнула под его футболку. — Каждый раз, когда закрываю глаза, вижу твое лицо. Я так хочу тебя, Хью, просто с ума схожу.

— И я, — признался он. — Надо с этим что-то делать.

Белла взяла его за руку и повела в спальню. Там она сняла с него футболку и сделала шаг назад, любуясь.

— Я бы хотела нарисовать тебя.

— Правда?

— Да. В образе «Давида» Микеланджело.

Хью рассмеялся.

— Я не очень похож на статую в четырнадцать футов.

— И на тебе слишком много вещей.

— На тебе тоже.

Белла раскинула руки.

— Надо с этим что-то делать.

Он подошел и поцеловал ее, а затем помог снять футболку и джинсы. При этом он прикасался к каждому дюйму открывающегося его взору тела. Обнажив ее грудь, он стал покрывать ее поцелуями. Ей казалось, они никогда не избавятся от одежды, но наконец они легли обнаженными в ее постель и занялись любовью. И оба были уверены, что поступают правильно.

Когда они лежали, обнявшись, Белла подняла глаза на Хью.

— Прости меня, — сказала она, чувствуя, что краснеет.

Он рассмеялся и поцеловал ее.

— Ты не одна в этом виновата. Я так сильно хотел тебя.

— И я, — призналась Белла. — За прошедшие две недели я чуть с ума не сошла. Мне приходилось каждый день видеть тебя и знать, что не могу к тебе прикоснуться.

— Поэтому я прятался в своем кабинете и старался не спускаться вниз ко всем. Белла, нам надо поговорить. Мы должны решить, что делать.

— Ты о принципе Вегаса?

— И об этом тоже.

— Только давай сначала поедим. Может, тогда у меня мозги начнут работать.

— Хорошая мысль. — Хью выбрался из постели и стал одеваться.

Белла с трудом сдержалась, чтобы не попросить его не надевать футболку, ее остановило лишь внезапно охватившее смущение. Она встала и принялась поспешно натягивать вещи.

— Садись. — Она жестом указала на небольшой стол в кухне.

— Теперь я понимаю, почему весь рабочий стол у тебя всегда завален, — усмехнулся Хью.

— Потому что на нем больше места, чем во всей моей квартире?

— У тебя очень уютно.

— И мне здесь нравится.

Хью погладил ее по щеке.

— У тебя очень хорошая квартира, Белла.

— Да, только по размеру она не больше комнаты для обуви в доме, где ты вырос.

— Ведь недаром говорят: мал золотник, да дорог. — Он наклонился и поцеловал ее. — Это можно сказать и о тебе.

— Хм. Ладно, сейчас я тебя накормлю.

Она приготовила стир-фрай, правда курица поджарилась чуть больше положенного, лапша прилипла ко дну сковороды, а овощи получились водянистыми. Блюдо отвратительно пахло и имело такой же неприглядный вид. О вкусе Белла даже думать боялась. Положение не спас и пакетик соуса чили. Такое она не могла подать на стол.

— Хью, прости меня, — произнесла она, кусая губы. — У меня не очень хорошо получилось. Жаль, что я не умею готовить, как Грейс. Она бесподобный кулинар, а мне доверяет только кексы, блинчики и йоркширский пудинг. — Она помрачнела и замолчала.

Хью встал, подошел к ней и нежно обнял.

— Ничего страшного. Знаешь, я сам неплохо готовлю. Нас всех научила мама перед началом учебы в университете. Не возражаешь, если я похозяйничаю в твоей кухне?

— Но ведь это я должна была приготовить тебе ужин, потому что ты устал. Как я могу заставлять тебя готовить для меня?

Он поцеловал кончик ее носа.

— Я ценю твои старания. Но сейчас я с удовольствием займусь готовкой, меня это успокаивает. Позволь за тобой поухаживать.

— Ладно, — согласилась Белла. — И спасибо. Но сначала я все здесь уберу.

Она окинула взглядом кухню и подгоревшую сковороду.

— Согласен.

Она вывалила стир-фрай в мусорное ведро, залила сковороду водой и поставила ее в раковину.

— Могу предложить тебе бокал вина.

Хью покачал головой.

— Спасибо, я ведь за рулем, так что откажусь…

Ясно. Значит, он не планировал оставаться у нее на ночь. Что ж, глупо было ожидать. Он ведь ясно сказал, что не настроен на серьезные отношения. Впрочем, она и сама была согласна. В постель их привело лишь страстное желание.

— Не волнуйся, я прослежу, чтобы ты не выпил больше одного бокала.

— Жена моего друга восемнадцать месяцев назад погибла в аварии из-за пьяного водителя. С тех пор никто из моих друзей не пьет ни глотка перед тем, как сесть за руль.

Белла смотрела на него во все глаза.

— О, бедный Тарквин! Я и не знала, что он был… Хм. Да.

— Тарквин здесь ни при чем. Его вторая половинка — мужчина, и он в полном порядке. Я говорю о Роланде. Мы вместе с ним и Тарквином учились в школе. Такой я жадный, у меня целых два лучших друга.

Белла подумала, что ему повезло. Она довольствовалась одной подругой, пока не потеряла и ее.

— Очень хорошо иметь двух лучших друзей, — сказала она. — Тогда я приготовлю тебе кофе.

— Спасибо. Не откажусь.

— Только извини, растворимый. — Кирк забрал и прекрасную кофеварку, а купить такую же новую Белла сейчас не могла.

— Подойдет и растворимый.

Пока она готовила им обоим кофе, Хью изучал содержимое ее холодильника и шкафов. Через десять минут была готова паста карбонара — лучшая из всех, что она ела в жизни.

— Есть что-то, чего ты не умеешь? — спросила она, чем вызвала смех Хью. — Я серьезно. Ты преуспеваешь в работе, отличный музыкант, замечательно танцуешь, прекрасный люб… — Она замолчала и покраснела. — Что скажешь?

— Не смущай меня, Белла.

— Хорошо, я умолкаю и буду доедать ужин, который должна была приготовить я, но у меня бы никогда не получилось так быстро и вкусно.

Они молча доели пасту, а потом и мороженое, которое Белла очень кстати нашла в морозилке.

— Думаю, — начал Хью, когда они закончили мыть и вытирать посуду, — нам пора поговорить…

— О нас с тобой.

— Да. — Он перевел дыхание. — Белла, я не хочу серьезных отношений, меня вполне устраивают необременительные встречи. Я никогда не совмещаю работу и личную жизнь.

— Похоже, произошло что-то серьезное, заставившее тебя принять такое решение.

Захочет ли он быть настолько откровенным с ней, чтобы открыться?

Выдержав очень длинную паузу, Хью кивнул.

— Это было два года назад. «Инсурго» только приобрело известность. К нам пришла молодая женщина с просьбой записать ее. Я отказал, потому что график был слишком плотным. Но она попросила уделить ей две минуты, которые заставили меня передумать. Она спела. — Он отвел взгляд. — Это была песня «Когда я впервые увидела твое лицо». Она пела очень хорошо. Замечательно. Я влюбился сразу, влюбился в ее голос.

— Мне нравится эта песня, — сказала Белла. — Я недавно слышала новую версию — кто же ее исполнял? — Она задумалась. — Вспомнила, Джесси Харрисон.

— Это она.

— Джесси Харрисон? Ты серьезно? — Она смотрела на него в недоумении. — Но она не клиент «Инсурго». — Ее не было в том списке, что дал ей Тарквин, это имя она бы заметила.

— Уже нет.

Белле стало не по себе от этого разговора.

— Ты с ней встречался?

— Да. Однажды вечером мы работали в студии, она записывала песню, и у нее никак не получалось. Она попросила меня помочь. Я предложил ей кое-что изменить, наиграл свой вариант на рояле, а потом получилось так, что я отвез ее домой. Через пару месяцев она переехала ко мне.

Теперь ясно, о чем говорил Найджел на вечеринке. Хью не играл потому, что это напоминало ему о Джесси. Он работал с ней, любил ее, а она разбила ему сердце.

И все же он спел «Эдельвейс», чтобы помочь Белле выйти из неловкого положения. Только сейчас она поняла, чего это ему стоило, сколько боли пришлось преодолеть.

— Мне жаль, — прошептала Белла.

— Я любил ее и был уверен, что она любит меня. Но оказалось, я был для нее лишь ступенькой верх на пути к настоящему успеху. Мы уже шесть месяцев жили вместе, когда я совершил один глупый поступок. Я был влюблен и ничего не видел, решил, что она по рассеянности забыла о необходимости подписать новый контракт. Я много сил вложил в ее новый альбом, а также денег в рекламную кампанию. — Хью замолчал.

— Но она его не подписала? — осторожно спросила Белла.

— Не подписала. Она заявила, что уходит из «Инсурго», что нашла другую фирму.

— А как же проделанная работа? Твои деньги?

— Все ведь было лишь на словах, она не подписала бумаги. Я делал то, что считал нужным. Мне ничего не оставалось, как покрыть расходы. «Инсурго» оказалось в тяжелом положении, меня спас Ро, вложив деньги в фирму. Я не мог себе простить, что подвел всех лишь потому, что поддался своим чувствам.

— Это мне знакомо. Неприятная ситуация.

— Джесси ушла не только из «Инсурго». Она ушла от меня. Позже я узнал, что у нее роман с владельцем новой студии.

— Недопустимо так относиться к людям. — Белла прекрасно понимала, почему Хью не желает вступать в отношения с теми, с кем работает. Он уже один раз обжегся. Но она никогда в жизни не поступила бы так, как Джесси. Неужели Хью этого не видит?

— С того дня я перестал верить женщинам, — продолжал он.

Белла понимала и это.

— Да, после предательства непросто опять поверить в искренность.

— Похоже, тебя это тоже коснулось.

Белла помедлила и кивнула.

— Ты рассказал мне о прошлом, думаю, настала моя очередь быть откровенной. Хотя мне и неприятно вспоминать, какой я была идиоткой. — Она тяжело вздохнула. — Мы с Кирком жили вместе шесть месяцев, но до этого мы год встречались. Последние две недели он очень изменился, стал скрытным и каким-то странным. Я думала, он собирается сделать мне предложение и хочет сделать это торжественно. Я делала вид, что ничего не замечаю, но была очень счастлива. — Она перевела дыхание. — А оказалось, он стал встречаться с моей лучшей подругой и собирался меня бросить.

Хью вскинул брови.

— Твой парень и лучшая подруга? Получается, двойное предательство. Ужасно.

Если бы он только знал, как наивна и слепа она была тогда.

— Он снял все деньги со счета, — продолжала Белла. — Я оказалась в очень сложном финансовом положении, в довершение всего обанкротился мой крупный клиент, который так мне и не заплатил. — Она помрачнела. — К счастью, Грейс бухгалтер. Когда я начинала свое дело, она настояла, чтобы я открыла отдельный счет и положила на него необходимую для уплаты налога сумму. Если бы Кирк забрал еще и эти деньги, случилась бы катастрофа.

— Но как он смог снять все деньги с твоего счета? — удивился Хью.

— Воспользовался услугой банк-онлайн. Перевел деньги на другой счет. Если счетом владеют оба, не важно, кто и сколько перечислял, можно снять любую сумму. В банке мне сказали, что, будь это сберегательный счет, все было бы по-другому, я могла бы привлечь его к суду за воровство. Но в моем случае это невозможно, потому что права у нас были равные. — Белла вздохнула. — Стыдно вспоминать, какая я была глупая.

— Ты не глупая, просто доверчивая. Ты любила его и верила. И ты не подозревала, что он может так поступить?

— Нет. Он стал больше времени проводить с моей подругой, но я решила, что они вместе готовят мне сюрприз, и не беспокоилась. Наши ситуации очень похожи, правда. Ты тоже любил и доверял. — Она посмотрела на него исподлобья. — Мы оба совершили ошибку, за которую пришлось расплачиваться. В прямом смысле слова.

— Да.

— И что нам теперь делать?

Хью смутился.

— Ты мне нравишься, Белла. Очень нравишься. Ты первая, с кем мне захотелось встречаться после расставания с Джесси.

— А ты первый, с кем мне захотелось встречаться после Кирка. — И первый, с кем она оказалась в постели. — Но? — добавила она, словно услышав его мысли.

— Но я привык учиться на ошибках. Больше никогда я не позволю себе совмещать работу и личную жизнь.

Белла смотрела на него во все глаза.

— Ты хочешь сказать, если мы решим встречаться, мне придется уйти из «Инсурго»?

Хью несколько секунд молчал.

— Да, — наконец сказал он.

Белла нахмурилась.

— Но это неправильно, Хью. Я не такая, как Джесси, а ты не похож на Кирка.

— Я знаю.

— Мы сможем работать вместе и встречаться. Я не вижу причин, по которым мы не должны это совмещать. Мы же взрослые люди, Хью.

— Ты пришла сегодня вечером в мой кабинет и поцеловала меня.

Белла заморгала.

— Хочешь сказать, во всем виновата я?

Он провел рукой по волосам и покачал головой.

— Нет. Но мы больше не будем это обсуждать. Работать вместе и встречаться мы не можем.

— Значит, мне придется выбирать между работой и тобой? Ты понимаешь, как это непросто?

— Да, — кивнул Хью. — Но я не изменю принципам.

— Я ценю твою принципиальность, но сейчас это больше похоже на упрямство. Хью, пойми, жизнь не всегда одинакова, все в ней меняется.

— Но это останется неизменным.

Белла смотрела ему прямо в глаза.

— Прошу тебя, подумай еще раз. Ведь мне придется отказаться либо от тебя, либо от работы.

— Мы не можем работать вместе, — опять повторил он.

И ему не придется ни от чего отказываться. Ведь «Инсурго» принадлежит ему. Вполне объяснимо, что, едва не потеряв компанию из-за последних отношений, он так настойчиво намерен следовать своим принципам. А вот ей придется чем-то пожертвовать, и это нечестно.

— Мне нужно время, чтобы все обдумать, — сказала Белла. — Тебе, я полагаю, тоже.

— Да. — Он поднял на нее глаза. — Мы увидимся завтра? Или нет?

Все зависит от того, выберет она его или работу. Но возможно, она решит отказаться и от того и от другого.

— Думаю, увидимся.

Если только она не найдет нужные слова, которые смогут убедить его пойти на компромисс. Тогда никому из них не придется ничем жертвовать. А может, Хью упрямится только потому, что боится дать себе шанс устроить личную жизнь?

После ухода Хью Белла около получаса просидела на диване, обхватив руками колени. Затем она все же заставила себя встать и умылась, чтобы немного прийти в себя.

Сейчас ей необходимо с кем-то поговорить о произошедшем, ей всегда думалось лучше, когда она проговаривала проблему вслух. В данный момент в ее жизни существует лишь один человек, с которым можно поделиться и получить разумный совет. Белла позвонила сестре.

— Грейс? Это Белла.

— Ты в порядке, милая?

— Да, конечно, — солгала она.

— Не похоже. Что случилось, Бел?

— Я поговорила с Хью, — вздохнула та.

— Я уже еду. Жди. Буду через двадцать минут.

— Не стоит, Грейс, — запротестовала Белла, но сестра уже отсоединилась.

Ровно через двадцать минут, открыв дверь своим ключом, Грейс вошла в квартиру и бросилась обнимать Беллу.

— Ты вполне могла не приезжать.

— Что ты говоришь! Ты моя младшая сестра, я не могу позволить тебе всю ночь прорыдать в одиночестве. Итак, — она улыбнулась Белле, — кекс и горячий шоколад.

— Но у меня нет кекса.

— У меня есть. — Она достала из сумки пакет. — Имбирный кекс — лучший помощник в такой ситуации.

Пока молоко для горячего шоколада грелось в микроволновой печи, Грейс нарезала кекс, потом налила им обеим шоколад и опустилась рядом с Беллой на диван.

— Теперь рассказывай.

— Мне придется сделать выбор: лишиться работы или потерять Хью, — закончила она.

— Мне кажется, тебе будет легче, если ты откажешься от всего сразу.

— То есть как?

— Смотри, если ты выберешь работу, тебе будет тяжело каждый день видеть Хью.

— К сожалению, он этого не понимает, — вздохнула Белла.

— Это меня и беспокоит. Или, напротив, ты выберешь его и найдешь другое место. А вдруг он тебя обманет?

— Я не собираюсь жить с ним вместе и открывать общий счет, — отрезала Белла.

— Хорошо. Ты уже говорила мне, что он не похож на Кирка. Я была не в том состоянии, чтобы оценить его человеческие качества, когда мы познакомились, но я верю, что у него доброе сердце. Значит, тебе предстоит ответить себе на один вопрос: чего ты хочешь?

— Хочу быть с Хью, — уверенно сказала Белла. — Но из-за его упрямства мне придется искать работу, а сейчас у меня и так не очень хорошо с деньгами.

— У меня есть накопления, — успокоила ее Грейс. — Так что о деньгах можешь не волноваться ни сейчас, ни потом.

— Спасибо, я очень ценю твою поддержку, но вынуждена отказаться от помощи. И не потому, что я неблагодарная, — поспешила добавить она, — просто я хочу сама наконец встать на ноги. Я должна идти по жизни уверенно и с высоко поднятой головой, а не прятаться за спинами родных. — Она вздохнула. — Я очень хочу быть с Хью, но разумно ли бросаться в объятия к тому, кто не хочет сделать даже несколько шагов мне навстречу? Я уважаю чужие принципы — у Кирка их как раз не было, — но Хью ушел в другую крайность. Если мы не найдем компромиссного решения, боюсь, у нас ничего не получится. — Она жалобно посмотрела на сестру. — Почему жизнь не может быть простой?

Грейс сжала ее руку.

— Жаль, что у меня нет волшебной палочки, я бы все для тебя сделала.

— Ты уже сделала. Стоило мне позвонить, и ты приехала, выслушала меня, кекс привезла… Ты единственная, кто в состоянии помочь мне разобраться в этой ситуации.

— И еще Хью. — Грейс молча покусывала губы. — Я чувствую себя виноватой, ведь именно я посоветовала тебе поговорить с ним.

— Ты все говорила правильно. Нам необходимо было все выяснить. Теперь мне надо хорошо подумать. — Белла вздохнула. — И принять решение.

— Утро вечера мудренее. Если захочешь поговорить со мной, пусть даже рано-рано утром или среди ночи, просто набери ном… Нет. Тебе не придется звонить, потому что я останусь с тобой!

Белла обняла сестру.

— Как же я тебя люблю. Но мне так неловко.

Кровать была слишком мала, чтобы спать на ней вдвоем, а диван вообще не предназначен для сна. Значит, Грейс придется провести ночь на полу. Она ни за что не согласится занять кровать.

— Я лягу на полу, — произнесла Грейс, словно прочитав мысли младшей сестры.

— Ни за что, — перебила ее Белла. — Я могу дать тебе пижаму, но моя одежда тебе не подойдет, ты выше меня, все будет коротко. Как же ты пойдешь завтра на работу?

— Верно, — растерялась Грейс, но быстро нашлась. — Тогда иди прими душ, надевай пижаму, и мы немного посмотрим сериал.

Так было и в тот вечер, когда они познакомились с Хью. Грейс, конечно, тоже об этом помнила. В носу защипало, и Белла закрыла глаза.

— О, Грейс, — простонала она.

— Все образуется. Ты сильная и храбрая, ты примешь верное решение. Только лучше это сделать утром.

Сестры уселись на диван и включили «Друзей», не забыв прихватить еще по чашке шоколада и по куску кекса. Белле сразу стало легче. Как бы ей ни хотелось, чтобы Грейс оставалась с ней дольше, но сестре завтра рано вставать на работу. К тому же и глаза у нее уже закрываются.

— Поезжай домой, милая, — сказала Белла. — Тебе рано вставать.

— Нет, я тебя не оставлю.

— Со мной все в порядке, мне уже намного лучше.

— Ладно, тогда я пойду. Но обещай, что обязательно позвонишь, если захочешь поговорить. В любое время, Бел. Я говорю серьезно.

Белла знала, что Грейс говорит не для красного словца.

— Обещаю. И большое тебе спасибо.

— И позволь мне оплатить твои счета. Будем считать, я даю тебе в долг. Если ты решишь уйти из «Инсурго», я помогу тебе, пока не найдешь новую работу. Поверь, я не считаю тебя глупой или ни на что не способной, но сестры должны помогать друг другу в трудную минуту. Ты поддержала меня, когда я отменила свадьбу с Говардом. Теперь моя очередь.

Белла с трудом сдержала слезы.

— Я очень тебя люблю.

— И я тебя люблю.

— Отправь мне сообщение, когда доберешься до дома.

Грейс рассмеялась.

— Ты становишься похожей на меня.

Белла подумала, что это неплохо. Может, она переняла заодно еще и рассудительность и здравомыслие Грейс и это поможет ей принять верное решение?

Ночью она почти не спала. Каждый раз, когда она смотрела на часы, казалось, стрелки вообще не сдвинулись. Утром голова была тяжелой, перед глазами туман. Белла помыла голову, выпила два стакана воды и проглотила таблетку парацетамола.

Пора принять решение. Хью или работа? Что бы она ни выбрала, потеря неминуема.

Белла села и задумалась. Вскоре она поняла, что есть лишь один путь, по которому она сможет двигаться вперед. Она быстро напечатала сообщение Хью, но не отправила. Нет, надо сделать по-другому.

Она набрала номер «Инсурго», надеясь, что Хью нет в такое время на работе. Она даже скрестила пальцы, моля Бога, чтобы все получилось так, как она задумала. Через некоторое время ей ответил Тарквин.

— Привет, Тарквин, это Белла.

— Что у тебя с голосом? — даже не поздоровавшись, спросил он. — Ты заболела?

— Я, хм, нет. — Белла вздохнула. — Дело в том, что я увольняюсь. И немедленно. По личным обстоятельствам. Все мои вещи можешь отдать в благотворительный магазин, они мне не нужны.

— Что? — с ужасом в голосе спросил Тарквин. — Белла, дорогая, с тобой все в порядке? Что случилось? Могу я чем-то тебе помочь?

Его обеспокоенность тронула Беллу. Но она сглотнула ком и вскинула голову. Она поступает правильно и со всем справится.

— Нет, Тарквин, я в порядке. — «Если не считать очередной раны на сердце». — Прости, что подвела тебя. Что всех вас подвела.

— Милая, не знаю, что и сказать. Я очень за тебя беспокоюсь.

— Все будет хорошо. Правда. Мне было очень приятно работать в «Инсурго». Прости еще раз, что подвела вас. — Она позже позвонит в кафе и попросит отправить ее коллегам торт. — Мне надо идти, Тарквин. — Пора заканчивать разговор, пока она не разрыдалась в трубку. — Всего тебе наилучшего.

Отключившись, она посмотрела на экран и отправила написанное Хью сообщение. А потом отключила телефон.

Три недели спустя

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Главная героиня одноименного романа-бестселлера американской писательницы Элинор Портер. Девочка Поллианна научила всех, кто ее окружал, играть «в радость». (Примеч. ред.)