Девочка по имени Джунг листала мангу и курила наркотическую сигаретку, лежа на широкой, как спасательный плот, кровати…

Сигаретка была из дешевеньких и слабеньких, но ужасно вонючая!. Климат — контроль уже не справлялся с этим запахом, а может фильтры забиты намертво?

При местной лени и всеобщем наплевательстве совсем не удивительно.

Этим сладковатым запахом дешевого наркотика — лата, был пропитан весь Нанджонг — город откровенного разврата, нищеты и бешенных денег одновременно.

Господин Ибрагим Гамид уже не морщил нос, как первую неделю, принюхался.

Его раздражал этот суматошный и беспорядочный город, но он ждал назначенной ему встречи и потому сидел в пентхаусе отеля «Майбонг» и терпеливо ждал.

По местным понятиям каждый гость планеты Лутанг обязан был завести себе подругу на время пребывания.

За девочку Джунг он выложил тысячу стандартов, выбрав в каталоге, что ему представил офицер таможенной службы прямо в космопорте. Все мужчины в здесь торговали женщинами, оптом и в розницу. У каждого водителя наземного или воздушного такси имелся цветной каталог голых красоток — родственниц. Продать сестру или дочь в сексуальное рабство — это же так естественно!

Сколько Джунг было лет, Лаки не представлял. Стройная, гибкая, удивительно большеглазая (как героини ее любимой манги!). Сама невинность в коротенькой юбочке или в тесных шортах!

Местные женщины все низкорослые, с узкими бедрами и маленькой грудью. Вечные подростки… Казалось у них у всех только два возраста: девочка и старуха. Ничего посредине. В какой момент местные женщины из девочек превращались в старух?

«О, Боги! О чем я думаю!»

На Лутанг — третью планету системы Тубан его привела все та же идея фикс. Он искал генетиков, способных создать эльфов.

Тубан, альфа Дракона ли на языке правоверных: ثعبان — «змея», имел обширную планетарную систему.

В двадцать третьем веке империум потратил колоссальные деньги чтобы вывезти с Терры сюда миллиарды узкоглазых азиатов. Теперь три планеты системы кишели как муравейник, давая дом и скудное житье пятидесяти миллиардам потомков земных переселенцев.

Система входила в империум и даже именно в Нанджонге сидел за каменными стенами и системами охраны наместник императора — генерал Борк. Впрочем, он выполнял только декоративные функции. Всем в системе Тубана владел и распоряжался отец народа — любимый президент Ло Тун. «Дракон Тун» — как его именовали сограждане.

Портреты лысого азиата с хитрыми глазками и фальшивой улыбочкой торчали на каждом углу. Даже в номере отеля портрет президента системы висел в золоченой рамке на видном месте. Оттуда он внимательно наблюдал за Лаки, который потратил немало стандартов, пока не вышел на тубангских поставщиков мутантов. В лабораториях планеты мастерили что угодно за деньги. Вопрос был только в сумме.

Господин Гамид возжелал эльфийку, именно такую как в мангах — рисованных комиксах от которых тащились все местные, умеющие читать. Для неграмотных издавали комиксы без слов.

Дикий и странный мир!

Имперская безопасность сюда не совалась. «Дракон Тун» контролировал все и палок в колесах не терпел.

Кроме девочки, господин Гамид купил отряд местных наемников в количестве полусотни. Иначе его бы убили и ограбили в первый же вечер.

В номере отеля он жил только с Джунг, а за дверями, в холле и в соседних номерах дежурили наемники вооруженные до зубов. У них даже лазганы имелись!

Командира наемников звали Ван Чонг. Приземистый, немногословный крепыш понравился Лаки. Серьезный парень! Наемники бдили, инопланетный гость смотрел на город через панорамное бронестекло и скучал, а девочка Джунг курила сигарету. И так уже пятый день.

Он прилетел сюда под личиной Гамида потому что знал, что местные уважают и побаиваются правоверных, а белых людей всех считают лохами, которых обдурить и ограбить — значит совершить достойное похвальбы деяние.

— Скучно! — сообщила Джунг и стянула майку одним движением. Лифчика она не носила. — Потрахаемся?

— Не охота! — буркнул Лаки.

Секс с нею напоминал утомительную мастурбацию. О, да! Она старалась, но самой ей было фиолетово! Она даже в процессе продолжала курить лат! От еды Джунг больше удовольствия получала и не трудилась это скрывать.

— Выпьем?

На галакте девочка знали совсем мало слов и уже выдала почти половину.

— Хочу денег! — сообщила паршивка, наглаживая свои грудки нулевого размера.

— Обойдешься! — ответил Лаки.

Джунг солнечно улыбнулась и засмеялась звонко, как колокольчик зазвенел.

— Есть будем?

— Скажи Ван Чонгу — он принесет. Иди, иди, что как маленькая, обслужи сама себя!

Размахивая майкой девочка устремилась к двери. Ее спелые ягодицы не умещались в узких шортиках.

Лаки закрыл глаза и откинулся в кресле. От скуки сводило челюсти. У визора он расколотил экран в первый же вечер, чтобы Джунг не ржала как конь над дурацкими местными шоу. Передач или фильмов на галакте здесь не было. Книг, кроме манги не имелось тоже. Зато целая кипа этих картинок у дивана валяется.

«Я потратил уже миллион и так ничего не добился…Только обещания, скользкие обещания от скользких людишек! Кварковую бомбу сюда бы!»

У орбитальной станции его ожидал Саймон в курьерском корабле. Там его ожидали две девушки, бывшие подруги, ставшие лютыми врагами. Лайза и Алетт мечтали порвать друг друга на мелкие кусочки Из-за него!

«А что если привести на борт еще и Джунг?!»

Лаки расхохотался, представив себе последствия.

К двум злобным кошкам подбросить третью, более молодую и тупую!

Расставшись с Патрицией на Цирцее, Лаки направил корабль подальше от известных ему миров. Пусть «доброжелатели» и прочие любители давать советы, потрудятся его найти!

В отношении Лайзы Саймон оказался прав. Она стала как воск в его руках. Вот только его к ней не тянуло совершенно.

Саймон снисходительно смотрел на флирт Алетты со свои старым другом.

Вот к Алетте Лаки тянуло, но он не хотел огорчать старика.

А обе девушки как с цепи сорвались!

— Переспи хоть с кем — то! — взмолился Саймон. — Так не может больше продолжаться!

— С любой?!

— Мне уже все равно, сынок. Можешь осчастливить Алетту?

— Она же твоя девушка…

— Ты смешной! Девушки не бывают чьи — то. Они сами свои собственные! Кошки что ходят сами по себе! Лаки, если ты не выберешь, они поубивают друг друга!

— Я ни одной из них ничего не обещал!

— Им на это наплевать. Выбери и дело с концом. Проигравшую мы спишем в ближайшем порту. Вместе они летать уже не смогут.

— Жаль что так вышло, но я что же — переходящий приз? Пошли они к черту! Обе!

Из атмосферы насыщеной электричеством неприязни он был готов удрать куда угодно. Вот и удрал…на Лутанг! Чтоб он провалился!

Джунг вернулась с огромным подносом, заставленном тарелками, поставила на столик, уселась рядом. Дисциплинированная…Пока мужчина не возьмет лучшие куски, женщина не вправе касаться еды. Местные традиции — ни чего не поделаешь! Запахло очень аппетитно.

— Есть будем? — жалобно спросила Джунг, закатывая глазища, слишком большие для местных женщин.

— Будем, будем!

Лаки сделал себе сэндвич из жареной рыбы, свежего хлеба и пряного соуса с зелеными сочными листочками. Что это и как называется, даже не подозревал. Просто методом проб и ошибок изучал местную замысловатую кухню, очень вкусную, следовало признаться!

Он ел свой сэндвич и наблюдал за Джунг, та кушала аккуратно, но напористо. Можно гарантировать что вся еда с подноса через час окажется в ее желудке. Как только умещается в ее миниатюрном теле?! Как бы не лопнула, бедная!

— Сделай мне сэндвич, девочка.

Распахнула глазища, пожала плечами. Мол не понимает ничего…

Пришлось поднимать зад из кресла.

Звякнул вызов терминала. Лаки метнулся к нему забыв про сэндвич и тупую девку. Экран серый. Позвонивший не желал показывать лицо.

— Господин Гамид?

— Да.

— Я доктор Вонг. Вы можете меня принять сейчас?

— По какому вопросу?

— По эльфийскому вопросу.

— В любое время.

— Мой флайер уже на крыше отеля. Скажите охране, чтобы пропустили меня.

Лаки вызвал по токи командира наемников и сказал о посетителе.

Сам же вытащил из кобуры на поясе револьвер и положил на подлокотник кресла.

Джунг продолжала уничтожать еду, совершенно ничем не интересуясь.

«Как корова!»

Через несколько минут Ван Чонг сам ввел к апартаменты низенького, короткостриженного мужчину в дымчатых очках, надежно скрывающих половину лица.

— Доктор Вонг.

— Прошу вас садится. — Лаки указал на кресло напротив.

Доктор сел в кресло и улыбнулся одними губами. Не понять сколько ему лет. Но точно еще не старик. На запястье браслет токи.

— Мы готовы выполнить ваш заказ, господин Гамид.

— Кто это — «мы»?

— Фирма «Райский сад». Вы же к нам направляли посредника. Мунг Донг от вашего имени вышел с нами на контакт.

— Я ко многим его направлял.

— Тогда мы первыми откликнулись. Это хорошо. Не люблю конкуренции. Но для вас это плохо — отсутствует выбор.

— Правильно ли я понимаю, что ваша фирма готова изготовить для меня самую настоящую эльфийскую девушку?

— Безусловно и всего за сто тысяч стандартов. Валюта Лутанга не принимается.

— Проблем с деньгами у меня нет. Я мог бы заказать и десяток.

— Эльфийки — товар штучный, господин Гамид. На десяток уйдет много времени. Вы готовы ждать здесь год?

— Нет, не готов.

— Хорошо. Мы можем приступить уже сегодня. Этот экземпляр вполне подойдет. — доктор кивнул на Джунг.

— Как это понимать?

— Мы же не делаем легендарных созданий из воздуха, господин Гамид.

Лаки посмотрел на свою сожительницу немного по-новому. Как они смогут изготовить из тупой девки — наркоманки эльфийку?! Не то чтобы было жалко Джунг…

— Это не болезненно?

— Ничуть. Она ничего не ощутит дискомфортного. Сколько вы за нее отдали?

— Тысячу.

— Переплатили. За тысячу могли бы получить работящую сельскую девственницу. В космопорту?

— Да.

— Капитан Джун Танг любит подсовывать товар не первой свежести.

— Я впервые в вашем мире.

— Оно и заметно, господин…

Пауза демонстративно затянулась.

— Вы забыли мое имя?

— Не забыл. Но оно не настоящее. Вы не правоверный. Вы лобанг — белый человек. Ваш отец точно был белым человеком, а вот мать скорее всего принадлежит нашей расе. Точнее я мог бы сказать, если вы позволите получить образец вашей крови. Вам это интересно?

— Да. — ответил Лаки равнодушным тоном, но внутри у него все сжалось. Он сможет, наконец, что-тоузнать о себе и своей матери!

— Анализ обойдется вам недорого. Всего пару тысяч галактостандартов.

— Если вы мне солжете или подсунете вместо эльфийки дерьмо — я сотру вашу фирму в порошок. — Лаки погладил рукоятку револьвера.

— Мы навели справки о вас, господин Гамид. Никакой халтуры. Вы получите качественный товар. Смею отметить, что если вы не пожелаете после процедур ее взять с собой, то легко продадите за пятьдесят тысяч. На эльфиек имеется устойчивый спрос благодаря манге.

— Пятьдесят, но не сто?

— Я честен с вами. За пользованный товар больше пятидесяти тысяч не получить здесь. Разве что в мирах правоверных? Там обожают редкостных рабынь. Шейх Амир как-тозаказывал у нас девочек с двумя вагинами.

— Зачем?!

— Спросите у шейха Амира.

— Я согласен на контракт. Что нужно подписать? Нужен ли аванс?

— Никаких бумаг, только наши слова. Оплата по факту, господин Гамид. Когда я мог бы получить образец вашей крови?

— В любое время.

— Тогда сейчас.

Доктор вытащил из кармана коробочку и Лаки закатал рукав. Полкубика крови из вены оказалось достаточно.

Повернувшись к Джунг, доктор выпалил что-тона местном языке.

Девчонка поджалась и жалобно посмотрела на Лаки.

— Что вы ей сказали?

— То что она едет со мной, так как господин желает чтобы ей сделали красивые груди. Но она боится. Ей раньше делали блефаропластику и с плохой анестезией. Дайте ей денег. Для женщин вроде нее это самое лучшее успокаивающее. Пары сотен хватит.

Заполучив две бумажки, Джунг их моментально припрятала в карман шортиков и расцвела в улыбке.

— Через тридцать дней вы получите свою эльфийку, господин Гамид вместе с анализом крови. Тогда же я попрошу вас и оплатить наши услуги.

— Буду ждать с нетерпением.

— Вы не разочаруетесь, клянусь здоровьем матери!

«У этого мясника тоже была мать…»

Лаки связался с Саймоном по спин — связи.

— Придется задержаться на тридцать дней.

— Результат будет точно?

— Надеюсь на успех. Я тут со скуки с ума схожу!

— Возвращайся на борт — тут у нас весело!

— Пока подожду здесь.

— Возьми тур по местным достопромечательностям. Долина пагод, водопады Лунного тумана, озеро Семи девственниц.

В путеводителе по Лутанг много всякого перечислено. Побудь в шкуре туриста, расслабся. Нашел девочку по вкусу?

— Девочек здесь хватает…Что на борту?

— Буря утихла с твоим отлетом. Ходят, дуются друг на друга, но пока все тихо. Зря не послушался моего совета.

— Ничего, их всех ждет сюрприз!

— Надеюсь что приятный.

«Надейся… И я буду надеяться…»

Сидеть и дальше в пентхаусе не имело смысла. Вместе с охраной Лаки отправился осматривать туристические объекты. Пришлось арендовать два грузовых флайера.

Пагоды не впечатлили Лаки. Туманная, грязноватая долина набитая туристами, паломниками и бритыми монахами. Золоченые пагоды торчали над толпой как дешевые, скверно покрашенные игрушки. Монахи курят благовония и бьют в бубны. Паломники стремятся обойти все пагоды и у каждой поклониться святым статуям, возложив пожертвования на алтарь.

Окрестные холмы покрыты частными гостиничками, в которых нет ни канализации, ни водороовода. Человеческие нечистоты из отхожих мест прислужниками — подростки каждое утро равномерно выплескиваются на террасы соседних холмов, для удобрения будущего урожая…Вонь нечистот и благовоний смешиваются в единый мощный удар по обонянию.

Водопады Лунного тумана возможно хороши при лунных туманах, но за три дня, прожитых в горном отеле, Лаки так их и не увидел. Зато толпы желающих принять омовение в водопадах и каскаде прудов на горных террасах не уменьшались даже по ночам.

Аборигены приписывали местным минеральным водам чудодейственные свойства. Купанием здесь лечили все болезни. Люди всех возрастов и без различия пола, отягощенные всем видами болезней, плескались в теплых водах бок о бок.

Голышом…

У Лаки это зрелище кроме брезгливого отвращения ничего не вызвало. Больным он себя не ощущал, а принимать ванну с сотнями больных аборигенов было стремно. Тем более ничего эротичного и не придвидилось! На одну симпатичную и молодую женщину приходилось не меньше пяти — шести сморщенных стариков. Старость в голом виде — совсем не привлекательное зрелище!

Лаки здесь рисковал сам стать интересным объектом для любопытства. Лобанги — белые люди, сюда заглядывали очень редко. Конечно, надев темные очки, он мог бы со своими темными волосами и не выделяться среди толпы. Высоких людей и среди паломников хватало.

Следующий туристический объект тоже не вызвал восторга у господина Гамида.

Купальщиков в озере Семи девственниц не наблюдалось по банальной причине. В горной, каменистой долине температура воды выше пяти градусов не поднималась.

В красивом храме над озером медитировали монахи.

Лаки возложил на алтарь положенные пожертвования и поспешил укрыться в теплом чреве флайера от пронизывающего ветра.

Еще одно фото на память и в путь!

Вернувшись в пентхаус, наконец-топроветрившийся от вони наркотиков, Лаки подошел к панорамному окну, посмотрел на человеческий муравейник под миллионами сверкающих огней и дал себе клятву никогда не возвращаться на Лутанг.

До намеченного срока оставалось еще десять дней — целая вечность.

Лаки провел их с пользой — освоив с помощью гипно — шлема основы местного языка.

Гипношлем на Лутанге стоил в десять раз дороже чем на Цирцее. А может это просто местный бизнес — драть цены с инопланетчиков?

Для практики вызывал Ван Чонга и болтал на разные темы.

У командира наемников за тридцать лет жизни случилось много чего.

С двенадцати лет в банде в своем районе. Поножовщина, драки, торговля наркотиком. Тюрьма на три года. Первая вербовка. Сержант шестого штурмового батальона бригады «Тигры Нанджонга».

— Карьера в армии не заладилась?

— Именно так, господин. Зато теперь в клане Хутонг я не хуже капитана в армии. Во всяком случае моя зарплата больше и людей я сам подбираю. А уж на другие планеты в карательные рейды меня точно не пошлют!

— Ты участвовал в карательных рейдах?

— Не хотел бы об этом говорить.

— Хорошо. И каковы планы на будущее?

— Здесь, на Лутанге не принято планировать свою жизнь. Живи, пока живешь, а что будет дальше-тобоги решат.

— Я вижу, что ты вполне счастлив.

— Именно так, господин Гамид.

Лаки не поверил словам наемника. На лице почти никаких эмоций не отражается. Говорит монотонно, но глаза, узкие, хищные глаза выдают его истинную сущность. Он что-тоне договаривал, как и все в этом городе и на этой планете.

— Вам плохо без женщины, господин Гамид. Прикажете принести каталог?

— Нет, благодарю! Я еще не соскучился по Джунг.

— Она не самый лучший товар, согласен. Но она научиться со временем или отправиться туда — на нижние яруса города, ублажать торговцев латом и стирать их грязные трусы!

— Скажи, Ван Чонг, тебе кажется нормальным вот так продавать своих женщин инопланетчикам?

Наемник улыбнулся.

— Женщин всегда продавали и продают, так повелось в веках. А если в мирах лобангов мужчины женщин не продают, то они сами себя продают. Каждая женщина в ваших мирах продает себя в обмен за деньги, обеспеченность, за право ничего не делать, за право делать карьеру. Это удается не всем — удачно продать себя. Неудачницы отдаются за так — разве это хорошо? Лучше я сам продам свою дочь и семья получит деньги, чем позволю ей бесплатно попасть в лапы подонка — сутенера без чести и понятий традиций. Ее будут трахать все кому не лень, а деньги получит сутенер, а не семья. Это разве хорошо и справедливо? Или женщину продает мужчина или она продается сама — так повелось в веках еще с Терры. В нашем мире все прямее и честнее.

— А разве мужчины не продают свой разум и свои силы?

— Мужчины не продаются, они служат тем кто сильнее. В том нет бесчестия — служить более сильному. Позорно торговать своим телом.

— А ты мог бы служить мне? — вырвалось у Лаки.

Он уже давно думал о том как бы завести маленькую частную армию. Не везде же ему лично успевать! Надежные парни, которые подчиняются только ему и готовы за разумные деньги рисковать жизнью — что может быть лучше. Он не мог доверять никому в империуме, кроме Жаклин. Ему нужны люди — инструменты, люди — оружие. Безотказное оружие для его и только его надобностей. Те, на которых он смог бы положиться и послать хоть в ад! Эти потомки азиатов для его планов вполне подходят.

— Вы щедрый господин, только есть некоторые ограничения. Я член клана.

Из клана Хутонг нельзя просто уйти. Поступить на службу на время возможно.

Вы хотите нанять мою роту?

— Да и на долгий срок. Это не противоречит вашим традициям?

— Я доложу старейшинам клана и назову их цену. Я рад что наши умения вам пришлись по нраву.

«Ты готов мне продаться Чонг! И по той цене что скажут старейшины клана. Чем ты отличаешься от дурочки Джунг?»

Вслух, Лаки ничего такого, конечно, не сказал. Местных легко оскорбить. Они слишком серьезно относятся к словам, как люди примитивной культурной традиции. Оскорбление же означало потерю лица и всеобщее презрение соплеменников, если ты не прикончил обидчика собственными руками.

— Я все же принесу вам каталог девочек, господин Гамид.

Лаки засмеялся и махнул рукой.

На следующий день Ван Чонг принес Лаки известие о том, что клан Хутонг отказывает ему в найме роты.

— Причины?

— Причин не указано. Я сам в недоумении, господин Гамид. Но я всего лишь капитан роты. Старейшины знаю больше чем я и они очень мудрые люди.

— Что из этого следует?

Капитан наемников понизил голос.

— Вы в большой опасности. Мне приказано снять охрану сегодня в полночь. Такого еще на моей памяти не бывало. Клан обязался охранять вас до отлета с планеты. Разве вы вылетаете в полночь сегодня?

«Что то пошло не так!»

Лаки немедленно связался с Саймоном и изложил ему свои подозрения.

— Тебе надо срочно оттуда улетать! Отправляйся в космопорт, пока есть охрана!

— А как же моя эльфийка?

— О, Боги! Лаки, о чем ты говоришь?! Поверь моему чутью — в полночь к тебе явиться команда киллеров!

— Приземляйся в космопорте и ждите меня!

Лаки вызвал Ван Чонга и сказал что желает слетать в космопорт, чтобы встретить друзей.

— Я распоряжусь, господин Гамид.

Лаки оглядел смертельно надоевший ему номер. Супердорогой по местным меркам и убогий по меркам развитых миров. Свои вещи он решил оставить в номере. Револьверы на поясе и этого достаточно.

Коротко пискнул браслет на руке.

— Да?

— Доброго дня, господн Гамид. Это доктор Вонг. Мы готовы доставить ваш заказ в ближайшие два часа. Это не расстраивает ваши планы?

— Нисколько. Жду вас.

— С вами приятно иметь дело, господин Гамид.

«До полуночи еще далеко. Я доведу дело до конца.»

Появился Ван Чонг, прошелся по комнате, посмотрел в окно.

— Флайер не прилетит, господин Гамид.

— Почему?

— Внезапный ремонт на посадочной площадке.

— Мне только что звонил на токи доктор Вонг. Он обещал в течении часа доставить заказ.

— Это ловушка, они тянут время.

— Они? Кто — Они?

— Те кто желает вас взять живым или мертвым. Избавьтесь от токи. Мы уходим сейчас.

Лаки снял браслет и передал наемнику. Тот бросил токи в унитаз.

— Даже так?

— До полуночи я обязан вас защищать даже ценой жизни. Мы уходим.

— Куда?

— Туда где вас не будут искать.

— Мне надо связаться с друзьями.

— Спин — связь вышла из строя. Можете сами проверить.

Это оказалось неприятной правдой.

— Вас обкладывают как зверя, господин Гамид. Только я вам могу сейчас помочь.

«А может сам Ван Чонг и хочет меня привести в ловушку?»

Наемник подошел к двери и впустил одного из своих бойцов.

— Поменяйтесь с ним одеждой, господин Гамид и поторопитесь.

Высокие шнурованные башмаки, черный комбинезон и бронежилет со множеством карманов. Туда Лаки засунул свои револьверы. Сферический шлем с затемненным забралом — практически копия шлема ПККБ. Ворчер местного производства — длинноствольный, с прикладом телескопическим, с прицелом и подствольным гранатометом, с длинным магазином, не меньше чем на сотню выстрелов. Зеленый огонек загорелся чуть выше рукоятки.

— Оружие полностью заряжено и пристреляно.

Оружие в руках придало уверенность, а шлем напомнил прошлое.

«Если б хотели мне устроить пакость — не оставили б оружия!»

Лаки посмотрел на своего двойника. Издалека похож, но с пяти шагов любой поймет подмену.

— Nws sau qhov uas yuav ntawm koj txiv leej tub./Он рискует, ваш парень.

— Это его работа. Идемте. Ваш позывной «Кулан», мой позывной «Тигр». Без разрешения на связь не выходить. Отвечать только однословно.

— Tau txais. Принято. — отозвался Лаки, входя в образ.

Немедленно активировал шлем. На этом этаже было десять человек отмеченных фиолетовыми точками. Нашел себя. Рядом мерцал значок Ван Чонга.

Они дошли спокойно до лифта и наемник выбрал на дисплее минус пятый этаж. Лифт ухнул вниз, так что неприятно заныло в желудке.

У самого выхода из лифта стоял не броневик, а ржавый автомобиль с разбитыми фарами и с сетками вместо стекол. Форма кузова незнакомая, закругленная. Не авто, а торпеда древних времен!

Лаки посадили на заднее сиденье между двумя наемника в таком же снаряжении.

Чонг сел рядом с водителем. У ржавой машины оказался мощный мотор. Исчезли фонари подземной парковки. Машина свернула в тоннель и понеслась, набирая скорость…Было похоже на тоннель метро, только без рельсов…Фары были совершенно не нужны. У водителя наверняка включен ночной режим.

Фиолетовые точки на дисплее шлема все исчезли, кроме четырех ближайших. Ехали молча больше часа. Одни тоннели сменяли другие и ни одного человека на визоре не возникло.

Наконец-тоостановка.

Из машины вышел только Чонг. Огляделся, что-тосказал по закрытому каналу.

— «Кулан» ко мне!

Лаки подошел к капитану наемников. Взревев мотором ржавая торпеда унеслась в глубь тоннеля.

За ржавой дверью в стене оказался чистенький, блестящий лифт. Чонг набрал на дисплее лифта цифру шестнадцать. Лифт стартовал как ракета. Несколько мгновений и дверцы распахнулись. Приглушенный свет. Красноватое дерево на потолке и на полу. Светлые, кремовые стены. Никаких окон.

Зато дверей очень много. Запахло латом — тем самым курительным наркотиком.

Возле одной из дверей с иероглифом похожим на раздавленного таракана, Чонг остановился.

Дверь немедленно распахнулась.

Стройная, пожилая женщина с улыбкой встретила их. Внутри интерьер похожий на скромную квартирку только без окон. Вместо окон на стене висели две панели визоров. На одном крутилось шоу с гогочущей над чем-топубликой, а другой демонстрировался солнечный пейзаж, где то на склоне горы. Террасы на склонах залиты водой и в них как в зеркалах отражается небо с барашками облаков.

— Здесь вы будете в безопасности, господин Гамид. — Тетушка Минга вам предоставит все необходимое. Особенно девочек.

— Где мы?

— Вы в борделе, господин Гамид. Снимайте ваше снаряжение — оно вам здесь не потребуется. — ответила тетушка Минг на галакте. — Посмотрите наш каталог?

Лаки мысленно выругался.

— Мне нужна спин — связь.

— Здесь такого нет, господин. Это слишком дорого.

— А там где есть — вам лучше не появляться! — заметил наемник.

В борделе тетки капитана он провел три дня в одиночестве. Тихое заведение. Тихие клиенты. А может просто очень хорошая звукоизоляция?

Отказавшись от девочек, глазел на пейзажи Лутанга в визоре и пил местное некрепкое пиво. От услуг борделя отказался просто: потребовал длинноногую блондинку с зелеными глазами и грудью пятого размера.

Тетушка Минг посмотрела на него с уважением и больше не приставала.

Сменил одну скуку на другую. Только без связи.

«Саймон теперь с ума сошел от беспокойства!»

На четвертый день появился Чонг с бутылкой рисовой водки, одетый по простому — застиранная майка не по размеру, шорты и шлепанцы на босу ногу.

— По какому поводу выпивка?

— Старейшины выдали нам премию, всей роте.

— За что?

— Через полчаса, после того как вы покинули свой номер, его разнесло взрывом на кусочки. Официально — взрыв газового оборудования.

— А на самом деле?

— Ракета с флайера без регистрации. Ваш двойник и еще девять моих парней погибли. Семьям выплачена хорошая компенсация.

— А мне компенсация не положена? — ухмыльнулся Лаки.

— Вы погибли при взрыве и вы не местный. Так что — никакой компенсации.

Капитан Чонг налил водку в стеклянные стопки. Одну потянул Лаки.

Они выпили молча по первой.

Потом Чонг нашел пульт визора и прокрутил в записи новости трехдневной давности.

Пентхаус отеля горел красиво. Комментатор в новостях тарахтел как пулемет, захлебываясь от восторга.

«Меня упорно пытаются убить. Кто? Имперская безопасность или «родственники» с Терры? Кто-тотретий, неизвестный пока еще мне? Местные?»

— Вы спасли мне жизнь, капитан. Что я могу для вас сделать?

— Набраться терпенья и ждать.

— Чего ждать? Доставьте меня в космопорт и я улечу.

— Вы не пройдете контроль, даже за деньги. За очень большие деньги. Если убивают так — ракетой, посреди столицы богатого инопланетчика, то разрешение отдали с самого верха.

— Как все случилось?

— Фугасно — термический заряд. Парни мгновенно погибли. Просто обратились в пепел в одно мгновение… — отметил Чонг. Налил по второй.

— Кто это сделал?

— Мне тоже интересно. За своих ребят я глотки порву. И я найду убийц, поверьте мне, господин Гамид! Где бы наверху они не сидели! Вам надо отсидеться в тишине, пока все не забудется. Я помогу вам наладить связь с вашим кораблем. Надо немного выждать.

— У вас сегодня непривычная одежда.

— В отпуске.

— И часто у вас бывает отпуск?

— Первый за десять лет. У нас на Лутанге нет трудового законодательства, как на Терре.

— А вы информированы хорошо про жизнь в иных мирах.

— Пришлось побывать.

Вонг задрал левую штанину и показал глубокий звездообразный шрам выше колена.

— Отметина одной твари на Аль — Хазни. Слышали про такой мир?

— Вы проходили обучение на Срани, в лагере ПККБ?!

— Верно, сэр. Так точно, сэр! — Вонг ухмыльнулся и отдал честь. — Я попросил дока Жубера оставить этот шрам на память. Док обозвал меня тупым узкоглазым ублюдком.

Лаки ухмыльнулся.

— Док не выбирает слов. Проверил на своей шкуре! Однажды он обозвал меня за маленькую ошибку двуногой блевотиной!

— Вы были там?!

В глазах Чонга Лаки впервые увидел что-топохожее на удивление.

После второй бутылки водки они окончательно подружились.

Лаки рассказал про службу в ПККБ, а Чонг про свою карьеру.

— …После подавления мятежа в Гамбуи нас выживших в той мясорубке наградили медальками и послали на Срань. Дракон Тун договорился с ПККБ…Наша рота потеряла там треть состава невосстановимыми потерями. Зато теперь я иду в свои джунгли с улыбкой на губах! Мне дали сержанта и была перспектива офицерских курсов. Если б все заладилось я бы уже сейчас стал полковником. Если б выжил…В штурмовых батальонах люди делают стремительную карьеру…Все кто был со мной на Срани и остался в живых — теперь старшие офицеры!

— Почему не заладилось?

— Превысил полномочия…Разжалование и увольнение…

— Не того расстрелял?

— В точку!

Чонг заглянул в пустую вторую бутылку, покачал головой.

— Теряю самоконтроль…На сегодня хватит. Извини меня, брат…

Он ушел почти не качаясь.

Лаки сидел на диване, щелкал пультом визора, пролистывая бездумно каналы. Калейдоскоп картинок его забавлял. Хмель медленно уходил. Поверил ли Саймон в случайный взрыв? Что за тело ему выдали? Если выдали вообще…

Чонг назвал сегодня его «братом». Что-тосдвинулось…Лутанг менялся на глазах и сегодня он пах рисовой водкой.

На следующий день Чонг явился трезвый как стеклышко.

— Как вы относитесь к блефаропаластике, господин Гамид?

— Даже так?

— Безопасность не нашла в пентхаусе ваш чип. Подозревают что кто-тоего украл. Ищут.

Вам надо сменить внешность и избавиться от чипа.

— Так за этим делом стоит ваша госбезопасность?

— Они в этом замешаны по уши, господин.

— Вчера ты назвал меня братом.

Короткая судорога прошла по лицу капитана.

— Прошу извинить за фамильярность, господин Гамид. Так что вы скажете про изменение разреза глаз?

— Если у вас есть хороший пластический хирург, может он и чип имперский сможет удалить?

— Есть парень не из болтливых. Это было бы мудрым решением. Без чипа вас на Лутанге никто не сможет найти.

Операцию делали под местным наркозом. Было не больно, но неприятно. Хирург пришел в бордель с двумя саквояжами, в которых помещалась мини операционная.

Через пару дней сняв повязки, Лаки не узнал себя в зеркале.

На Лутанге не было чипов, только порядковый номер регистрации в виде тату подмышкой левой руки.

Ибрагим Гамид исчез. Вместо него появился Лу Кван с длинным номером, похожим на змеиный хвост.

— Ваш чип подкинули безопасникам. Теперь вы официально мертвы, как Ибрагим Гамид.

«Еще одна официальная смерть…»

— Ты называл меня братом, Ван…

Ван Чонг сделал над собой усилие.

— Я мог бы тебя взять в роту заместителем, но парни не поймут. Начнешь с низов. Это отличная маскировка, Лу Кван.

Чонг впервые подмигнул Лаки.

— Так точно, сэр! — ответил Лу Кван.

Лаки зачислили в роту Чонга. Капитан просто поручился за него. В клане этого было достаточно.

Он уже сносно болтал на местном языке, Из-за акцента его принимали за выходца с Джиланга — второго мира системы Тубан.

Джиланг был более холодным миром, чем Лутанг, к тому почти в два раза меньше. Там жили суровые, и часто высокие люди. На Джиланге сидела интеллектуальная элита системы Тубан. Там работали исследовательские центры и конструкторские бюро. Может холод способствует развитию интелекта?

Третья населенная планета системы Зартанг находилась куда ближе к звезде чем другие и днем излучение Тубана прожаривало поверхность до хрустящей корочки. На Зартанге сохранилась атмосфера и он был чрезвычайно богат редкими металлами и минералами.

На Лутанге Зартанг именовали адом. Туда, в рудники под землю, отправляли уголовников и прочих ненадежных людей. Поездка на Зартанг для них была билетом в один конец. Обратно никто не возвращался.

Как новичка Лаки приняли без вопросов. Приставили опытного наемника — Су Йонга, для того чтобы помог притереться.

Служба была не пыльная. Охрана и патрулирование. Если по контракту-тов полной экипировке и с оружием. Если без контракта или тайно, то в обычной, гражданской одежде и с простейшим оружием, вроде кастетов и дубинок.

Если нужно переломать кому-токости или выбить зубы незачем светиться людям клана.

Клан Хутонг контролировал северо — восток столицы от реки Секонг до самых пригородов. На стыках границ с другими кланами регулярно случались столкновения.

Преступные кланы города постоянно пытались если не расширить зону влияния, то попробовать соседей на слабо.

То что выглядело как внезапные драки пьяных или укуренных юнцов, на самом деле являлось разведкой боем.

С дубинкой и кастетом Лаки показал себя вполне достойно, когда парни из клана Тивонг попытался крышевать «чужие» магазинчики по улице Ванмунг.

Ван Чонг послал туда секцию из десяти человек. Они столкнулись с секцией таких же боевиков из клана конкурентов на узкой улочке без названия.

Их ждали и им устроили засаду.

Лаки отделался парой царапин, а сам отправил в нокаут половину вражеского отряда. Это показалось ему просто забавой…Его похвалили и выдали премию — целых сто батов, как раз на бутылку рисовой водки.

Лаки купил бутылку и угостил своих сослуживцев в секции капрала Наронга.

— Правильно мыслишь, новичок. — сказал Су Йонг и послал Лаки за второй бутылкой, но уже за свой счет.

Все крепко напились в тот вечер и Лаки проснулся в обнимку с какой-то смуглой девчонкой, пахнущей шоколадом. Как оказалось, это он ее вечером обмазал шоколадом перед тем как трахнуть на глазах пьяных сослуживцев. «Боже…неужели это я ее облизывал?!»

В памяти к счастью ничего не сохранилось, но вот в роте он уже стал известным парнем.

За глаза Лаки прозвали «шоколадный Лу». Девочки на районе встречали его с улыбкой.

Казалось что в Нанджонге торговлей заняты все мужчины. В каждом доме магазинчик, в каждом дворе — склад или базар. Местные мужчины старше тридцати торговали: то есть сидели в расслабленной позе с сигареткой лата и медитировали…Женщины успевали все делать и готовить еду и стирать и кормит стайки черноволосых детей и рожать новых…Женщины Лутанга волокли на себе все. И любая была готова отдаться кому угодно за пять батов, особенно когда муж не видит и можно этот заработок заначить для себя. Беззаботная, безсемейная молодежь жила весело: алкоголь, лат и секс. Днем, оседлав электробайки молодежь катила на морской пляж, вечером в клубы, где гремела музыка, сверкали огни и от дыма лата нечем было дышать непривычному человеку.

Лаки тоже завел себе электробайк — двухколесное средство передвижения на батарейках. Батарейки подзаряжались ночью от сети, главное — не забыть поставить на зарядку. У байка была фара и узкое сиденье, на котором можно было за спину усадить девчонку, если она будет за тебя крепко держаться.

Электробайки были основным средством передвижения в Нанджонге. Двух, трех, четырех и даже шести колесные!

Четырех и шестиколесные имели крыши и напоминали автомобильчики. Такие работали как такси, развозя грузы и пассажиров.

Флайеры в городе были для богачей. Простой народ жил не поднимая головы и скользящие по небу стремительные машины совершенно не замечались.

Байки не разгоняли до хороших скоростей, да и где?

По улицам в потоке пешеходов и байков не разогнаться!

Разве что за городом?

За городом Лаки еще не бывал. Хотя и очень желал прокатиться на знаменитые песчаные пляжи южного Нанджонга.

Лу Кван — новичок в клане, не мог жить в борделе тетушки Минг. Это вызвало бы подозрения, да и денег у Лаки на такое жилье не было.

Если б он рискнул пойти с картой Ибрагима Гамида в банкомат банка, то скорее всего его моментально бы скрутила охрана. На улицах Нанджонга банкоматы или платежные терминалы не ставились. Дураков не было. Только в банках и охраняемых солидных конторах. В районах клана Хутонг таких заведений не имелось. Клан сам выдавал кредиты, зачем ему на территории банки?

Поселился Лаки в десятиэтажном доме, похожем на муравейник, на самом верхнем этаже. По протекции Ван Чонга ему сдали чистую квартирку с водопроводом и работающей канализацией. Так что он мог по утрам принимать душ. Он моментально вызвал повышенное внимание всей женской части дома. От желающих с ним переспать приходилось чуть ли не палкой отбиваться! Девочки сами предлагали составить компанию на пляж, в клуб, куда угодно! Завидный же приз — высокий, мускулистый, из клана, с деньгами, квартирой и байком!

Поэтому в свою квартирку Лаки заглядывал только поздно вечером, а иногда и не каждый вечер. Работы хватало и отказываться в роте от работы было немыслимо. Понятия сверхурочной работы не имелось. Когда потребуется и куда потребуется — ты всегда готов. Боевики не курили лат, а водку пили только с разрешения командования. Дисциплина прежде всего!

Новая жизнь, новая личина забавляли Лаки.

Он решил не торопиться бежать с планеты, обжиться, осмотреться. Изнутри найти контакты с фирмами модифицирующими людей, вопреки имперским запретам. Он думал заручиться помощью Ван Чонга и своих новых товарищей по оружию, а для этого требовалось время. Следовало проявить себя с нужной стороны и врасти в эту среду.

Жизнь местного обитателя и туриста — это совсем ни одно и тоже!

Налогов государству в районах, контролируемых кланом Хутонг не платил никто, зато все платили сбор для клана.

— А клан платит деньги самому дракону Туну. Так у нас все просто устроено. — объяснил капитан Чонг. — Это у вас, у белых людей чиновники собирают деньги и воруют их.

У нас кланы собирают деньги, а любимый президент тратит их на благо всего народа!

В глазах капитана светилось веселье.

Уж он точно не верил в деньги на благо народа.

Огромный, народный дворец любимого президента размещался на острове в дельте Секонга.

На самом деле там была только официальная резиденция.

Где на самом деле проводил время и работал дракон Тун, знала только его служба безопасности. Перемещался глава системы на бронированном флайере с эскортом еще десяти флайеров. Одинадцать черных машин и в какой из них дракон Тун — попробуй угадай! Одинадцать было священным числом для местных.

Сбором денег на районах занимались специальные люди — обычно бритые наголо как монахи, крепкие парни, несмотря на излишний вес — весьма подвижные. Когда они вечерами возвращались с добычей их нужно было охранять. Только безумец или наркоман посмел бы напасть на людей клана Хутонг на их территории, но и безумцев и наркоманов в городе хватало.

Весь день Лаки как привязанный следовал за Туангтонгом — толстяком сборщиком денег. Тот разъезжал на четырехколесном электробайке. Двухколесный его тушку бы не вынес.

Деньги толстяк складывал в металлический короб с цифровым кодовым замком, пристегнутый титановым браслетом к руке. Браслет ему надевали и снимали в подвале на улице Жутанг, в «банке» клана. У сборщика денег не было своего ключа.

По прикидкам Лаки каждый сборщик привозил клану в день не меньше сотни тысяч батов. Трудился как пчела и себя не забывал. Зажились деньги толстяк не мог, такое не прощалось, а вот наесться нахаляву в кафешках и забегаловках мог невозбранно.

Лаки в двумя револьверами под рубашкой на поясе и с дубинкой на виду, следовал за ним на своем байке. Туангтонг знал про охрану и на Лаки внимания не обращал. Жил своей насыщенной жизнью: собирал деньги и жрал…Как только влезало в него столько!?

Про револьверы знал только Ван Чонг. Револьверы были экзотикой для Нанджонга и потому он их не носил на виду. Колесить же весь день по кварталам где каждый второй алкоголик потомственный а каждый первый — наркоман, с одной дубинкой было стремно.

Торговали в лавках и магазинах чем угодно. Товаров полно и все сомнительного качества местных производств. Качественными были товары с Джиланга, но они дороги и по карману далеко не всем. Торговали ими в торговых центрах, ближе к пригородам, где в особнячках жили чиновники и военные — элита города.

Колеся на байке за сборщиком батов, Лаки за пару недель хорошо изучил район, особенно заведения где кормили морепродуктами.

На огромных отмелях к югу от Нанджонга располагались морские фермы, где выращивали все виды морской живности. Фермы принадлежали государству и были по слухам оснащены самым современным оборудованием с Джиланга и даже с Терры.

Местные жители обходились малым: кофе с куском лепешки на завтрак. На обед горсть риса с куском рыбы, на ужин терпкий чай и овощной салат. Овощи и рис выращивали в долинах и на горах фермеры. Жизнь у них была тяжелая, но вольная. Что потопаешь, то и полопаешь. Никакой техники, все вручную.

Местная диета Лаки не напрягала. Все было свежим и съедалось в тот же день. Холодильные шкафы имелись только у богатых. А несвежее в теплом климате немедленно протухало и смердело неимоверно. Не ощутить вонищу мог только покойник.

Пообедав вареным рисом и изумительно вкусной жареной камбалой, Лаки расплатился с хозяйкой закусочной, тетушкой Донг и покосившись на жующего третью порцию Туангтонга, вышел на улицу, где под навесом за один бат его байк караулили то ли дети то ли внуки тетушки Донг. Тетушка, миниатюрная, большеглазая, из разряда девочек еще не перебралась в разряд старушек и Лаки строила глазки, намекая на бесплатные обеды в обмен на секс где-тов глубине дома.

Будь Лаки Туангтонгом — неприменно соблазнился бы.

Вместо черноглазых, черноволосых, загорелых пацанов, рядом с байками Лаки и Туангтонга сидел на раскладном стульчике сморщенный старикан с тростью.

— Ты шоколадный Лу?

— Я. — ухмыльнулся Лаки, подозревая что старикан сейчас предложит ему пару внучек на выбор.

— Чужие парни там на углу в двух байках сидят. Курят лат.

— Что мне до того?

— У одного из них есть ворчер.

Лаки напрягся.

— Уверен, старик?

— Когда у твоего капитана Чонга еще пипирка не стояла, я командовал его ротой, сопляк! — сообщил старикан и воинственно клацнул вставными челюстями. — Сообщи в роту, вызови подмогу. Скажи, что старый Кун обнаружил противника…

Лаки сунул руку в карман, за коробочкой передатчика, но тут с грохотом и искрами взорвался байк сборщика Туангтонга. Лаки отбросило ударной волной к стене закусочной.

«Граната!»

Шлепнувшись на бок, он выхватил револьвер и увидел бегущих к нему парней в цветных, коротких рубашках. Один из них целился в него из ворчера…

Уцелевший при взрыве старик Кун с удивительной меткостью метнул в парня с ворчером свой складной стул и юркнул за байк Лаки. Бандит споткнулся и первые пули в противным визгом процарапали стену закусочной. Этого парня с ворчером Лаки пристрелил первым, как самого опасного. Ворчер был оружием полиции и зарегистрированных частных военных фирм.

Рота Чонга как раз и была такой фирмой, вполне легальной. Но ворчеры носили только при исполнении официальных контрактов.

Ворчер в руках человека без формы на улице — признак наемного убийцы или бандита отмороженного на всю голову…

Расстреляв весь барабан, Лаки вытащил из кобуры второй револьвер, но стрелять было уже не в кого. Шесть тел рядом с дымящимися обломками байка.

Улица вымерла и стало тихо невероятно. Старикан Кун тоже куда-топодевался. Вот что значит опыт!

— Бросай оружие, джилангец! — завопил потный парень, выволакивая на улицу толстяка Туангтонга вместе с его переносным сейфом. Еще один ворчер стволом воткнут в брюхо толстяка. Бандит прикрывался потеющим и пердящим толстяком как стеной.

— Я пристрелю его, клянусь богами!

«Дурак, надо было стрелять, а не болтать!»

Лаки тут же выстрели два раза. С этого расстояния трудно было промахнуться. Пули прошили левый бок Туангтонга и живот бандита. Оба упали разом. Вопящий и обмочившийся Туангтонг рухнул на мертвого бандита…

Так Лаки остался с четырьмя патронами при двух трофейных ворчерах. Он отряхнул грязь с одежды и вызвал по передатчику капитана Чонга.

Из окон и переулков высовывались любопытные люди. Тетушка Донг суетилась с полотенцами над стонущим Туангтонгом…

Подмога появилась через десять минут. Полиция не появилась. В эти районы полицейские могли заявиться только на броневиках и по приказу самого дракона Туна. Полиция Нанджонга красовалась в космопорту и в «сладком треугольнике» увеселительном квартале вблизи, где все бордели и казино принадлежали большим людям из полиции и армии. На правый берег Секонга, где в основном находились офисы и деловые кварталы столицы кланам тоже хода не было. Правый берег охраняла госбезопасность.

На территории клана Хутонг где проживало не меньше миллиона человек, полицией была боевики клана, вроде рота капитана Чонга.

На время Лу Кван стал героем роты и всего клана. Один и положил семерых! Защитил деньги клана! Защитил район! Сборщик батов Туангтонг отделался легко. Пули прошли через сало, не задев важных для жизни органов.

Удачливого стрелка Лу Квана пожелал увидеть Сутонг — один из старейшин клана.

Чонг отвез его на своем электробайке в неприметную забегаловку рядом с рынком. По пути проинструктировал что говорить и как.

Воняло прогорклым маслом, в котором жарили квонты — кусочки теста с рыбной начинкой.

Сутонг — пожилой, худощавый дядька, одетый как торговец средней руки, пил за столиком в глубине зала зеленый чай.

Ответив на поклоны, он предложил Лаки соседний стул и отпустил капитана Чонга кивком.

— Чаю или кофе? — улыбнулся старейшина. На вид совсем простецкий мужичок. Только все это обман. Простецкие мужички до старейшин кланов не дорастают. Уровень Сутонга в иерархии клана был практически генеральский. Ему непосредственно подчинялись все роты боевиков.

— Благодарю, лынг (дядя) Сутонг.

Принесли пиалу с чаем. Лаки ее не коснулся. Принять угощение — должно, но пить или есть в присутствии старейшины — невежливо.

— Говорят что ты с Джиланга, сынок?

— Верно, лынг Сутонг.

— Там ты научился драться и стрелять?

— Мужчины моей семьи много веков делала карьеру в армии.

— А что же ты, сынок, прервал семейную традицию?

— Отец пожелал чтобы я учился на пилота.

— И ты учился?

— Да, лынг Сутонг. Из-за истории с девушкой мне пришлось улететь с Джиланга и не завершить учебу.

— Ты можешь управлять челноком, флайером?

— Да, лынг Сутонг, могу.

— Это очень полезные умения. Ты защитил клан и проявил себя настоящим бойцом.

С сегодняшнего дня ты сержант и зачислен в личную секцию капитана Чонга. Негоже такому умелому парню сторожить жирдяев с коробками на цепи.

— Благодарю за доверие, лынг Сутонг.

— Мне показали твое древнее оружие. Оно тоже с Джиланга?

— Да, лынг Сутонг, это старое семейное оружие.

— Тебе его вернут и патронами обеспечат. Ступай, сынок, служи клану.

Лаки поклонился старейшине и удалился, ощущая пристальный взгляд между лопаток.

Вечером он с Чонгом пил не водку, а бренди в баре борделя тетушки Минг. Пропивали премию.

Полуголые девочки держались от них на расстоянии. Когда мужчины говорят — им мешать не следует. Нужны будут — позовут.

— Сутонг меня будет проверять?

— Он всех проверяет. Только с Джиланга ничего не получит. Ты не назвал семейное имя, а без этого поиски информации как поиски булавки в тоге соломы.

— А если потребуют семейное имя?

— Кто?

— Тот же Сутонг.

— Назови любое. Кланы Джиланга чужакам ничего не открывают.

— Что я буду делать в твоей секции?

— Пить водку и щупать девок… — ухмыльнулся Чонг. — На самом деле — заведи себе постоянную девочку, а лучше пару. Ты слишком одинок. Как монах. Если ты не монах, то должен трахаться как бродячий пес. Иначе подозрительно выглядишь.

— Это приказ, капитан?

— Верно, сержант. Начни прямо сегодня. У Минги девочки чистые и свежие.

— А что с моими револьверами?

— Велено их скопировать и наладить производство. Ты будешь еще и инструктором по пулевой стрельбе в нашей роте.

— Сколько у клана таких рот, как наша?

— Наша? — ухмыльнулся Чонг. — Ты врастаешь в Лутанг, парень!

— Замечаю…Так сколько?

— Не меньше тридцати. Иначе территорию не возможно контролировать.

— Три тысячи боевиков? И этого достаточно?

— Против местного стада и конкурентов — да. У Сутонга и у каждого старейшины клана есть еще и свои парни, сколько не знаю точно даже я.

— Смогу я стать капитаном как ты?

— Со временем, скорее всего. Да ты настоящий карьерист — Лу Кван!

— Беру с вас пример, капитан!

Чонг налил в бокалы бренди.

— За будущего капитана Квана?

— За капитана!

Потом Лаки уединился в уютном будуаре с двумя девочками. У каждой в лапке оказалось по большой плитке шоколада.

— Красавчик, тебя же называют «шоколадный Лу»?

…Теперь Лаки работал под командой самого капитана Чонга.

Через несколько дней на байках привезли в штаб несколько ящиков с револьверами — точными копиями его близнецов и короба с патронами.

В мастерских Нанджонга могли скопировать что угодно. Кроме двигателей Кирстона, конечно. Иначе потомки азиатов уже заселили бы половину Галактики!

Револьверами вооружили вначале секцию капитана и Лаки большую часть дня тренировал боевиков навыкам стрельбы из револьверов.

В отличии от него эти парни никогда не видели древних ковбойских фильмов.

В личной жизни тоже многое изменилось. В квартирке Лу Квана появилась девочка — стройная, работящая Лек, кузина капитана Чонга.

Капитан привел ее в подвал, где был устроен тир и познакомил с Лаки.

— Лек, моя двоюродная сестра. Он хочет научиться стрелять из револьвера.

Девушка протянула ладошку для рукопожатия и скромно улыбнулась. Большеглазая, рыжеватая, скуластая, высокая Лек не походила на типичных лутангиек. Она носила туфли на высоких каблуках и не любила шоколад. Лек не курила лат, она работала официанткой в космопорте Нанджонга.

Теперь она делила с Лаки постель и занималась в свободное время домашними делами. Но свободного времени у нее было немного. Дорога до работы и обратно занимала много времени. В космопорт от границы района ходил монорельс — надземное метро, довольно дорогое по местным меркам. Два часа туда, два обратно… Вся неделя, день за днем без выходных. Выходных и отпусков на Лутанге не имелось. Зато были праздники.

С календарем местных праздников Лаки так и не смог освоится. Праздники случались внезапно.

Если Лек в шесть утра не бегает по кухне в одних трусиках с сэндвичем в одной руке и щеточкой для ресниц в другой, а сопит под боком, обвив руками и ногами как обезьянка дерево — значит опять праздник.

Лек мечтала улететь на Джиланг и поступить в университет, чтобы стать врачом. Лек была девочка с амбициями. Секс с нею был легким и восхитительно сладким.

Она не донимала Лаки капризами и распросами, просто делила с ним его жизнь и еще она отлично стреляла из револьвера. Даже лучше самого Лаки. А еще у нее всегда были деньги. Немного, но всегда. Значит, имелся источник постоянного дохода кроме жалования на работе?

Сегодня как раз и был такой праздник.

Лек спала, когда Лаки проснулся и отправился в ванную комнату. Принял душ, тщательно побился, с тоской вспомнив мазь — депиллятор. Надел чистые трусы и выглянул в окно. Балкона в квартирке не было. Одно окно открывалось до самого пола и на уровне пояса имелось металлическое заграждение.

Открыл окно и вроде ты на балконе.

Во дворе тихо и безлюдно. Точно праздник.

К полудню все выползут и отправятся в центр района, к рынку. Будут пить водку и пиво, закусывать всякой снедью и глазеть на шествие. Вечером фейерверк и пьяный секс за каждым углом…

По праздникам обязательно бывало шествие во главе с монахами из ближайшего храма.

В прошлый раз по улицам монахи носили обвитый лентами деревянный макет фаллоса трехметровой длины. Все женщины, особенно незамужние и бездетные с визгом и писком лезли вперед чтобы потереть ладошкой этот символ мужской силы. После этого беременность была гарантирована, как считали местные.

Только родив ребенка женщина официально становилась женой его отца и приобретала некие права. Разводы традициями Лутанга не были предусмотрены. Заделал девочке ребенк — все, ты попался парень. Теперь ты муж, глава семьи и содержи ее как сумеешь.

Отсюда и популярность секса на стороне. Получил удовольствие и отчалил без всяких обязательств. Многие мужчины таким образом растили не своих детей, но зато кто-торастил их собственных. Контрацептивы в Лутанге стоили огромных денег и потому население росло быстрыми темпами.

Стоя у окна, на бодрящем утреннем сквозняке, Лаки оглянулся.

Лек не спала, а смотрела на него. Сейчас она была похожа не на азиатку, а на белую девушку. С Мирхата или Цирцеи. Там тоже хватает кареглазых с миндалевидными глазами.

— Сегодня праздник?

— День нового урожая риса.

— На завтрак рисовая каша?

Лек улыбнулась и откинула край одеяла в сторону. Она всегда спала голой.

— Немного любви перед завтраком?

Завтракали они у открытого окна, потому что на маленькой кухоньке двоим не развернуться, а не то чтобы сесть.

Лек пожарила яичницу. Сэнджвичи с яичницей и листьями салата и еще свежий кофе…Свежие булочки с пекарни на первом этаже разносил по квартирам сын пекаря. Просто вешал пакет с булками на ручку двери. Интересно, что булочки никто никогда не воровал.

— Пойдем сегодня потанцуем?

Лаки едва не подавился сэндвичем.

— Куда?

— Новый клуб открылся в Тандре, у моря.

— Гм…

— Я возьму байк у Чонга. Соглашайся, милый! Я уверена — ты самый лучший танцор в нашем районе!

В глазах Лек прыгали веселые огоньки.

«Чего она на самом деле замыслила?»

В дверь постучали и дожевывая завтрак, Лаки поспешил открыть.

— Привет!

В квартирку ввалился капитан Чонг с большим гипроновым коробом в руках.

— Принимай, Лу!

— Что это?

— Визор для моей любимой сестрички. Сегодня ее именины. Ты что же, не знал?!

— Нет…

Лек поцеловала Чонга в обе щеки.

— Ты самый замечательный брат на свете!

Лаки и Чонг быстро закрепили визор на стене, напротив старенького, скрипучего дивана и Лек тут же схватив пульт, взялась листать каналы.

— Собирайся, Лу, есть дело. — тихо сказал Чонг. И громко добавил для Лек. — Мы идем за цветочками, сестричка!

— Ага!

Девушка уже не отрывалась от экрана.

На электробайке Чонга они доехали до борделя тетушки Минг довольно быстро. Город только просыпался и прохожих и байков еще мало. Байк у Чонга роскошный: с крышей, лобовым стеклом и даже дверями. Мурлыкала в динамиках над головой певичка о красивых закатах цвета крови и о том, как легко умирать молодым…

— Тетушка теперь торгует цветами?

— Конечно, всякими бутончиками! — хмыкнул Чонг, вылезая из байка. «Бутончиками» в Нанджонге именовали шлюх.

В маленькой комнатке на столе лежало два комплекта формы полицейских — черные брюки, песочного цвета рубашки с погончиками, аксельбантами и нашивками. Две фуражки с большими кокардами и лакированными козырьками дополняли гардероб. На поясах в кобурах ворчеры.

— Одевайся. Позывной старый и не слова без разрешения!

Лаки повиновался без вопросов. Вряд ли такая маскировка нужна для похода за цветами. Ворчер в кобуре был самый настоящий и полностью заряженный.

Они спустились в лифте в тоннель. Там их ждал ржавый автомобиль — торпеда, тот на котором Лаки вывезли из отеля.

В этот раз в машине имелся только водитель — незнакомый Лаки.

Водитель кивнул им и надел на голову шлем с забралом.

Ехать без шлема с забралом в машине без стекол было неприятно. Темно, сквозняк, периодически возникающие периодически облака вони.

Под тусклыми огнями на подземной парковке автомобиль остановился. Рядом с лифтом, под камерами наблюдения стояли несколько байков и настоящий автомобиль неизвестной Лаки марки. Высокий на больших колесах, весь черный и с черными же стеклами. Словно вырезан из цельного куска черного камня…

Они вошли в лифт. В руках у Чонга была длинная коробка с цветной картинкой. Водяной пистолет?!

Лаки увидел надпись над пультом лифта: отель «Майбонг».

Чонг приложил палец к губам.

Лифт домчал их до самого верха, до посадочной площадке на крыше.

Полицейский флайер с иероглифами на всех плоскостях и сферическими сигналами на боках стоял с открытым колпаком.

Обычный патрульный, двухместный.

— Ты пилот. — сказал Чонг.

Лаки сел за пульт управления. Капитан на кресло рядом. В ногах лежали два шлема. Лаки надел свой, Чонг свой.

— Закрывай и полетели. Направление на северо — запад.

Лаки запустил двигатель и поднял машину в воздух.

«Кулан» наша цель — дом 564 по пятому шоссе.

— Принял, «Тигр».

Лаки ввел маршрут в навигатор и повернулся к Чонгу. Тот деловито и быстро собирал длинноствольный ворчер. Щелкнул прицелом.

В эфире трескотня переговоров на полицейской волне.

От вопросов язык чесался.

Через пятнадцать минут флайер завис над домом 564. Трехэтажный особняк с садом и бассейном. Возле голубого бассейна в белоснежном халате стоял мужчина и приложив руку ко лбу, рассматривал их флайер.

— Колпак.

Лаки поднял колпак и Чонг помахал мужчине у бассейна. Тот ответил.

Тогда Чонг быстро приложил приклад к плечу и нажал на спуск.

— Пок — пок — пок…

— Уходим.

Лаки закрыл колпак и заложил вираж. Человек в халате плавал в бассейне лицом вниз и алые струи пачкали воду.

Вернулись обратно тем же путем. На крышу отеля «Майбонг». Ворчер остался в кабине флайера. Лифт. Парковка. Ржавая машина. Гонка обратно по черным вонючим тоннелям.

Только в лифте, поднимаясь из подземелья наверх, в бордель, Лаки собрался с вопросом.

— Кто он был?

— Генерал Кьет. Он отдал приказ разнести пентхаус отеля ракетой.

— Но кто ему отдал приказ?

— Кто-тоиз членов госсовета или сам «дракон Тун».

— Как ты узнал?!

— Есть способы, но лучше тебе о них не знать.

— Нас будут искать?

— Будут искать полицейских, а не нас.

У генерала Кьета были давние счеты с генералом полиции Дун Чаном.

Пусть псы перекусают друг друга!

— Сутонг…

— Он дал добро на санкцию и он нас прикроет.

«Или прикажет убрать, чтобы обрезать все веревочки…»

Он обдумывал это дело весь длинный день, когда сидел на обеде в честь именинницы в ресторанчике дядюшки Линка и потом, когда вытанцовывал в толпе разгоряченных молодых людей, глотая вонь лата…Он перестал думать об убийстве не на долго, когда в бунгало на берегу океана оказался в прохладных ручках Лек, между ее жарких бедер…

В новостях по визору об убийстве генерала Кьета ничего не сообщили.

Впрочем новости в Нанджонге были специфические. В понятии Лаки новостью был рассказ о происшедшем или происходящим в данный момент событии.

На каналах в визоре большую часть новостей составляли рассказы о будущем.

«Через год откроется новый космопорт в западном полушарии, в провинции Шуншен ожидается рекордный урожай риса, дракон Тун возможно посетит празднества в долине золотых пагод, госсовет возможно примет решение о новых пособиях для семей не имеющих детей…»

Тупые шоу для тупых…Слезливые мелодрамы об официантках ставшими женами богачей…

С появлением визора у Лек для Лаки оставалось уже куда меньше времени.

«Лучше б Чонг подарил холодильник!»

— Сколько можно смотреть эту дрянь?!

Лек вскинула брови.

— Ты ревнуешь меня к визору, милый?!

Куда ты?!

— Пойду, погуляю.

Шли дни за днями, одинаковые и скучные как потертые байки, катящие по улочкам старого Нанджоенга.

У Лек имелся карманный комп с экраном в пару дюймов, с которым она ездила на работу. Смотрела фильмы и слушала музыку, чтобы скоротать время.

Подключив его к визору, можно было выходить в планетарную сеть. Лаки быстро убедился что кроме музыки, мелодрам и тех же каналов что в визоре в сети Лутанга не найти. Продвинутые девицы сидели на форумах делясь секретом как сделать идеальные брови или идеальные глаза как у леди с Терры. Информаторий скудный: расписания движения поездов и погода. Независимую от гос. каналов информацию было невозможно найти. А вот рекламы сколько угодно.

Лаки нашел легко и просто фирму «Райский сад». Не далеко. Только переплыть Секонг.

Лаки обычно провожал Лек до станции монорельса. Билет стоил десять батов, баснословно дорого. Семья из трех человек могла прожить на эти деньги неделю!

Но поскольку другого общественного транспорта в Нанджонге на этом берегу не имелось, желающих ехать было много. На станции дежурили специально крупные, толстые парни, чтобы в час пик запрессовывать пассажиров в вагоны, иначе двери не закрывались.

Когда Лаки выразил желание прокатиться с Лек до ее места работы, она не смогла скрыть испуг.

— Ты же на работе!

— Отпрошусь у Чонга.

— Так нельзя, милый! Это не у вас на Джиланге — у нас работа важнее всего!

. — Я просто хочу посмотреть на космопорт!

— Не надо, милый. Может быть попозже, когда — нибудь?

— Как скажешь. — легко согласился Лаки.

«Кто-токого-товодит за нос!»

…Револьвер у Лек был собственный — подарок Чонга, с укороченной рукояткой и стволом. Такой было удобно носить в дамской сумке.

Прежде чем выстрелить, она обязательно взводила курок.

Отстреляв барабан, переломила оружие и вытряхнула гильзы в пластиковый контейнер. Гильзы собирали и отправляли обратно в неведомые цеха для повторного снаряжения.

Девушка сняла наушники и положив револьвер на стойку, пошла к мишени. Сегодня она надела брюки, потому что приехала в тир после работы на байке Лаки.

В тире были они только вдвоем. Желающих поздно вечером в гулком подвале палить из револьвера больше не нашлось.

— Все в десятку!

— Ты молодец! А если увеличить дистанцию?

— Попробуй!

Лаки подхватил мишень и пошел в глубину коридора.

— Ого! Это не честно!

— Я первым стреляю. Получиться у меня — получиться и у тебя.

У нее получилось.

Она подошла и чмокнула Лаки в губы.

— Спасибо.

— За что?

— За то что ты у меня есть!

Жизнь вошла в колею. Утром Лаки отвозил Лек к монорельсу, а вечером после работы забирал. Так было дешевле — не надо нанимать таксиста на таком же байке.

Если пешком идти до станции — значит спать на час меньше.

Лек хронически не высыпалась и скорее всего дремала в вагоне монорельса всю дорогу, стиснутая со всех сторон попутчиками как рыбешка в консервной банке.

Еда в консервах была суперпопулярна в Нанджонге. Редко у кого имелся холодильник, а в банках продукты в кладовке могли храниться годами.

Лаки занял денег у клана в счет будущего жалования и купил холодильник, которому Лек радовалась как самому большому подарку.

В их доме это был единственный холодильник. Стоил он как четырехколесный байк.

Однажды ночью Лаки разбудил плач. Лек тихо плакала рядом, уткнувшись лицом в простыню.

— Что случилось, милая?

— Все очень хорошо у нас. Слишком хорошо…

— И Из-за этого слезы?

— Почему ты не спишь с другими женщинами?

— Мне хватает тебя.

— Дурак! — Она стукнула его кулачком по плечу. — Надо было ответить — потому что ты моя единственная любовь!

— Я это и имел в виду.

Лаки обнял девушку и ласками заставил выбросить всякие мысли из головы.

«Единственная любовь? Вот о чем ты мечтаешь, девочка! А я у тебя — единственный?»

Жизнь Лу Квана протекала в треугольнике: мнорельс — квартира — работа.

Ничего лишнего. Кроме того, он был уверен что находится под постоянным наблюдением. Как добраться до пульта спин — связи? Ближайший находился в соседнем районе, в банке «Лутангский национальный кредит». Это Лаки выяснил через информаторий сети. В крайнем случае, он пробьется туда с оружием в руках и выйдет на связь с Саймоном или Холбруком или Вуком.

Через пару дней, когда Лаки возвращался на байке от монорельса, его обстреляли. Услышав звуки выстрелов, втопил педаль до упора и скрылся за углом.

Выковырял потом из сиденья сплющенную револьверную пулю. Отнес капитану.

— Этого следовало ожидать.

Копии твоих револьверов расходятся по городу как горячие квонты!

— Даже в другие кланы?

— Даже в другие.

Через несколько лет револьверы будут у каждого в сумке, в кармане или в ящике стола.

Ты столкнул камень с горы и породил лавину. Ты представляешь — все вооружены?

— Так уж и все? — усомнился Лаки.

Капитан ухмыльнулся.

— Это, конечно, преувеличение. Пока револьвер стоит пятьсот батов и мало кому по карману, а вот когда подешевеет, то все будет по иному.

— Подешевеет?

— Когда каждая мастерская освоит его производство.

— Револьвер без патронов — мертвая железка, а патрон стоит один бат.

— Только это меня и утешает. — буркнул Чонг. — Когда с одной стороны лат и еда, а с другой — патрон, что выберут простые люди?

На следующий день Чонг вошел в тир и положил на стойку револьвер — грубоватую копию револьверов Лаки.

— Из него в тебя стреляли.

— Кто?

— Лу — Бон — мелкий торговец латом.

— Не знаю такого! — удивился Лаки.

— Ты застрелил его брата возле закусочной тетушки Донг. У него в руках был ворчер и он пытался прикрыться Туангтонгом…Помнишь?

— Кровная месть?

— Выходит что так. Поглядывай по сторонам. Хоть люди Сутонга за тобой и следят, но могут не успеть на помощь.

— Зачем за мной следить?

— За мной тоже следят. — ухмыльнулся Чонг — Такова наша работа!

За ужином, когда перешли к чаю на травах после консервированной рыбы, Лек неожиданно спросила:

— У тебя есть дети, милый?

— Я еще слишком молодой! — отшутился Лаки.

— Ты же был с другими женщинами? — не отставала подруга.

— Конечно, но ты самая лучшая! — соврал Лаки.

Самой лучшей покуда была Стефани. Бедная Лек в постели не умела и десятой части того что умела прошлая подруга…

— Ты не врешь? — жалобно спросила Лек.

Он тут же поцелуем ее успокоил.

При этом задумался сам. Алетта, Ева, Стефани, они девушки из цивиллизованой части империума и наверняка принимали контрацептивы или что там женщины принимают. Но вопрос свой Лек задала неспроста. Они вместе уже три месяца. Она хочет от него забеременеть и ничего не получается?

А может быть проблема в ней самой?

— Что за тоннели под городом? Кто их построил? — спросил Лаки капитана Чонга за обедом в закусочной тетушки Донг.

Обедали они обычно вдвоем и каждый раз в ином месте. Как подозревал Лаки — капитан не шифровался, он просто объезжал территорию что контролировала его рота. Каждый раз их сопровождал кто-тоиз командиров секций.

Капитан покосился на тетушку Донг.

— Про них мало что известно. Они есть и они были всегда. Дракон Тун хотел использовать их для создания метро, но слишком большие затраты необходимы, а на Лутанге нет таких фирм чтобы осилили этот проект. Вот если б кланы могли объединить усилия…Только не найдется такой силы чтобы объединить кланы. Столетия крови, давних счетов и амбиции.

— Даже дракон Тун не сможет?

Капитан ухмыльнулся.

— Ты рассуждаешь как инопланетчик.

— Я вчера наблюдал как Лек прессовали на станции в вагон, вместе с другими беднягами. Метро решило бы многие транспортные проблемы. Осилили же постройку этого монорельса?

— Монорельс построили первые колонисты, когда и Нанджонга не было в помине.

Монорельс из космопорта ведет в горы к первым открытым месторождениям. Тогда, при начале колонизации монорельс возил грузовые вагоны с редкими металлами, а не людей. Двести лет как месторождения иссякли. Вот его и приспособили для перевозки людей.

— А что же возит ночной поезд в горы?

— Помалкивай, сержант! — прошипел внезапно капитан.

Лаки удивился.

То что ночью по монорельсу из космопорта через город следую грузовые поезда с короткими интервалами, знали все кто жил поблизости. Что за тайна?

Вечером, когда пил чай с Лек у визора, задал уже ей этот вопрос.

— Не надо об этом спрашивать, милый.

— Почему?

— Просто не надо и все! — отрезала девушка. — Расскажи, как прошел твой день?

Жизнь на Лутанге приносила много вопросов. Для местных это было в порядке вещей, а вот для Лаки порождало очень много вопросов без ответа.

Президент системы не контролировал столицу, так как вся власть в ней принадлежала кланам. Население занималось бизнесом каким угодно: от продажи детей до оружия и наркотиков и налогов не платило. Деньги собирали кланы и отправляли часть центральному правительству. Правительство формально возглавлял дракон Тун, несменяемый правитель, единогласно избираемый народом. Был еще и госсовет, но кто в нем заседал? В новостях про это не говорили, а люди с улиц этим не интересовались. А как устроена система за пределами столицы, в других городах?

Все во мраке…

Однажды утром Лек разбудила Лаки со странным заявлением.

— Сегодня праздник — день выборов.

— Кого?

— Любимого президента. От нашего дома идем мы с тобой.

Она показала Лаки две голубые бумажки.

— Мы что — выборщики президента?

— Какое странное слово! А на Джиланге разве не так? Собирайся лежебока, иначе придется стоять в очереди!

Лаки отправился в душ и брится. Волосы ему регулярно помогала подкрашивать Лек, а вот щетину не подкрасишь — она вылезала своя родная — рыжая…

Вчера он с Чонгом и десятком бойцов при полном оснащении сопровождал от «банка» клана к стадиону Чутонг байки с брезентовыми мешками — ежемесячный взнос клана в казну планетарной системы. Приземлились два грузовых флайера без опознавательных знаков. В них погрузили мешки с деньгами и вернулись обратно.

Судя по весу, в мешках было не меньше миллиарда бат.

А если перехватить конвой клана соседей в тот момент их отгрузки денег?

Услышав такой вопрос капитан поперхнулся воздухом и утратил свою невозмутимость.

— Это значит — ограбить самого дракона Туна!

— Это что же — табу — грабить дракона?

— Не будь идиотом, Лу Кван! Держи такие мысли при себе. Меньше говори и больше слушай!

— Я слушаю, капитан.

— Выбрось эти мысли из своей головы! Понятно?!

«Ничего не понятно! Если с соседними кланами доходит дело до кровавых разборок и стрельбы с трупами, то почему бы их слегка не пограбить?»

А теперь еще внезапные выборы!

Постоять в очереди все же пришлось.

Школа района — бетонная, мрачная, как и все подобные ей, обычно забитая детишками, вопящими как обезьяны, сегодня была пуста. Только мужчины и женщины с чистой одежде с голубыми бумажками в руках.

Простояв примерно час в очереди и отметившись в списке — просто поставив в клеточке напротив имени отпечаток пальца, Лаки и Лек бросили свои бумажки в прозрачную бочку с прорезью наверху. «Дракон «Тун ласково смотрел на них из портрета на стене.

— Видишь, у нас древняя демократия, мы сами выбираем своего вождя! — похвасталась Лек, когда они вернулись в квартиру, нагрузившись по дороге продуктами к обеду и ужину. — А как на Терре? Тоже выбирают императора?

— Я с Джиланга, мылыш.

— Нет, Лу Кван! Ты инопланетчик — лобанг и ты с Терры!

Выпалила и сидит, обнявшись со своей сумочкой, в которой наверняка заряженный револьвер.

Лаки засмеялся и сел в кресло напротив.

— Этот крик Из-за моей рыжей щетины?

— Не только.

— Ты тоже с примесью инопланетной крови, милая.

— Да, мой отец был лобанг. Это все знают. Ты шпион, да? Чонг работает на тебя?

— Вот же чепуха! — удивился Лаки. — Откуда ты набралась этого бреда?

— Да мне было хорошо с тобой… Я все испортила…Но ты оборотень…Ты не настоящий Лу Кван. Кто ты?

— Ты на нервах, милая. Успокойся. Тебя заботит то что ты не можешь забеременеть?

— И это тоже…

— А может причина в тебе?

— Что ты можешь знать обо мне?! — лицо Лек исказилось. — Я родила дочку, когда мне было четырнадцать лет!

— И где же она?

— Откуда мне знать?! Семья ее продала! Лучше сиди где сидишь, Лу Кван! Или как там тебя?!

Лек выхватила из сумочки револьвер.

— Расскажи мне все или клянусь богами, вобью пулю в твой лживый рот!

— Я почему-тоуверен, что ты не официантка в космопорте.

— Говори, Лу Кван, а потом я подумаю что мне рассказать о себе!

«Она не собирается меня никому выдавать, просто нервы сдали у бедняжки…»

Револьвер в ее руках не дрожал.

Женщины жаждут доверия как воздуха или это просто их врожденное любопытство?

— Я не шпион с Терры. Я сам не знаю кто я и откуда. Мое имя — Лаки. Помню себя только с Рамуша…

Лаки рассказывал коротко историю своей жизни, девушка внимательно слушала, опустив револьвер на колени. Покрутила в руках банковскую карту, единственное что кроме револьверов осталось у Лаки от прошлой жизни.

— Все это похоже на сказку. Тебе не кажется?

— Нет. Что выросло, то выросло, как говорится.

— Ты богач по имени Счастливчик и ты ищешь свою мать по мирам империума?

— Да.

— Посмотри на себя в зеркало! Оглянись!

Ты живешь в жалкой квартирке, служишь клану за триста батов в месяц только ради того чтобы найти какую-тозацепку? Узнать свои корни? Найти мать?

— Да.

— Все это так безумно, что похоже на правду. Я тоже всегда хотела найти отца…

Лек спрятала револьвер в сумку.

— Сколько здесь на карте?

— Доступ почти к двум миллионам галактостандартов.

— Сколько?!

У Лек прихватило дыхание.

— Скорее всего банк заблокировал карту, потому что официально я умер. Это просто кусок пластика. Можешь забрать себе.

Лаки махнул рукой.

— Ты сумасшедший миллионер!

— А ты?

Девушка прикусила губу.

— Ты прав. Я не официантка.

Чонг устроил меня в космопорт на должность офицера контроля. Протираю юбку целыми днями о кресло.

— Как те девушки что проверяют у въезжающих документы и индкарты?

— Я и есть та девушка…Работа не пыльная и невысоко оплачиваемая. Тысяча батов. Из них триста уходит на оплату монорельса. Чонг не берет с меня за проживание здесь и большую часть денег я откладываю.

— На учебу на Джиланге? Но причем тут Чонг и проживание?

— Чонгу принадлежит этот дом…и бордель, которым управляет мама, тоже его собственность…Чонг вернулся на Лутанг богатым. Верно, ограбил кого — то…

— Тетушка Минг — твоя мать?!

— А ты не знал? — Лек печально улыбнулась. — Моя мать была шлюхой, а теперь командует шлюхами.

— Она вежливая и воспитанная женщина.

— Поэтому в молодости ее подкладывали важным инопланетчикам. Один из них стал моим отцом. Она даже не помнит его.

Лаки моментально вспомнил девочку Джунг. Что с нею стало? Фирма продала ее другому клиенту или ожидает наследников Ибрагима Гамида?

— Мне нужно проникнуть на фирму «Райский сад» и получить свой заказ.

— «Эльфийку» что похожа на твою мать из снов? Конечно, зачем нужна простая девушка из трущоб богатому инопланетчику — лобангу! Тем более извращенцу манголюбу!

— Странное прозвище? — удивился Лаки. — Никогда не слышал.

— Так называют тех парней что влюблены в рисованных красоток, а живых девушек не замечают!

— Так это оскорбление? — засмеялся Лаки. Смеялся и все не мог остановиться.

«О, боги, у меня тоже истерика!»

Девушка некоторое время наблюдала за его весельем. Потом хихикнула.

— На тебя трудно злиться, понимаешь?

— Я же обаятельный.

— И очень нахальный!

— Ты мне тоже очень нравишься.

Лек улыбнулась и опустила взгляд.

— Мне нужна твоя помощь.

— Лучше попроси Чонга. Он наверняка знает этих мясников.

— Ты зря сердишься, милая. Помоги мне и я помогу тебе.

— Ты странный, глупый и наивный…

— Но — обаятельный?!

Она бросила сумку с револьвером на пол и сделала пару шагов навстречу поднявшемуся Лаки.

Они обнялись крепко.

— Забери меня с собой, на звезды, Лаки…

…Остановив свой байк у парпета, Лаки наблюдал за движением по реке.

Секонг, мутная река с желтой, глинистой водой, делил Нанджонг на две неровные части нес на себе основную транспортную нагрузку. С верховьев шли лодки и баржи с продуктами и лесом. Из дельты приплывали баржи с морепродуктами и солью. Множество лодок: от примитивных со слабым моторчиком на корме, до ярких, прогулочных катеров скользили по всем направлениям, загруженные людьми и товарами до верху.

Внизу, под каменным парапетом грузилась большая ржавая баржа. Мусорщики, как муравьи бегали по сходням, волоча в черное вонючее чрево корабля огромные мешки с мусором. Вонь доходила до Лаки.

Огромный город порождал огромные кучи мусора, которые тщательно убирались и вывозились в дельту, на мусороперерабатывающие заводы.

Там все, по словам Чонга, перерабатывалось вручную. Рабочих рук в Нанджонге хватало.

Длинный полуостров Мегкан отделял дельту Секонга от белых пляжей южного Нанджонга. Голубые воды залива от мутной глины.

В дельте реки Лаки еще не бывал. Там верфи, заводы, причалы и ремонтные доки. Там территория клана Тайминь. На байке туда не добраться…Разве что нанять катер?

На другой берег можно добраться или на флайере или по воде.

На том берегу Секонга, примерно в миле, можно разглядеть белые кварталы Кванджоу — там и находится фирма «Райский сад». Там доктор Вонг и другие мясники за деньги кромсают живых людей, кому даря красоту, а кому продление жизни. Взять бы этого доктора за горло и вытрясти все его тайны.

«Если мою мать тоже создали здесь, ножами мясников Нанджонга, кто-точто-тодолжен знать…»

Забрать эльфийку — это только часть дела. Нужен доступ к файлам фирмы. Адреса других подобных клиник…Искать иголку в стоге сена?

Он за эти полгода так и не приблизился к своей цели ни на шаг!

Лаки развернул байк и поехал к станции монорельса, встречать Лек.

После откровенного разговора прошло пять дней. Как буд-тоничего и не случилось. Все по прежнему…Любовь под простыней, семейный ужин под скороговорку комментаторов новостей в визор, разговоры о пустяках.

Лек опять стала прежней: тихой, скромной и улыбчивой пай — девочкой, готовой выполнить его любой каприз.

Станция располагалась на высокой эстакаде, так как монорельс был устроен на высоте почти десяти метров над землей, на стальных опорах.

Зеленый состав из десяти вагонов точно по расписанию стремительно выкатился Из-за домов и со свистом и визгом затормозил у станции. Сверху, по лесенкам вниз хлынул поток людей. Все спешили домой. Увидев Лек, Лаки помахал ей рукой.

Она подбежала, семеня на высоких каблуках, чмокнула в губы и села сзади на сиденье.

— Как прошел день?

— Нормально. Хочешь посмотреть где мы жили с мамой десять лет назад?

— Почему нет?

В этой части города Лаки еще не бывал. Парк с высоченными деревьями ограждала стена из красного кирпича. В воротах несколько парней курили лат.

— Привет, Чой! — бросила Лек одному из них, вертлявому типу с козлиной, редкой бородкой. — Посторожишь наш байк?

— Нет проблем, красотка! Это твой новый парень? С Джиланга здоровяк?!

Лаки ему подмигнул.

Лишь оказавшись за стеной, понял свою ошибку. Это был не парк. Это было кладбище. Странное кладбище. На могилах здесь жили люди. Могилы были не простыми. Каменные надгробья с крышами и колоннами. Иероглифы на некоторых стерлись, но все равно некрополь производил впечатление.

— Северное кладбище самое старое. Оно старше Нанджонга. Здесь уже два столетия никого не хоронят.

Они шли по дорожке между мавзолеями в которых люди, живые люди, спали на надгробьях, варили обед, пеленали младенцев, играли в карты и смотрели передачи по визору. Над головами на веревках сушилось белье. Бегали и играли дети. В тени, под кронами старых деревьев было прохладно. Воняло, правда как в обычном жилом квартале: потом, мочой, подгоревшей едой и дешевым латом.

— Здесь не нужно платить за жилье. Приходи и живи.

Когда Чонг вернулся со звезд, мы с мамой жили здесь.

Видишь этот красивый белый мавзолей с коваными решетками?

— Да.

— Одно надгробье в нем было наше с мамой. Мы спали на нем на старом матрасе. У нас была керосиновая горелка, на которой грели чайник и варили суп из рыбных плавников. Ты ел когда — нибудь суп из рыбных плавников?

— Нет.

— Очень вкусно, когда пару дней поголодаешь…

— Почему именно здесь?

— Потому что мама очень сильно болела. Она потеряла работу, она стала некрасивой и худой. У нас не было денег…Здесь я родила свою дочку. Ее продали и мы на эти деньги продержались несколько месяцев. Потом появился Чонг с мешком денег и все изменилось…Ты слушаешь?

— Конечно!

Лаки озирался по сторонам. Он думал раньше что оказался на дне, тогда где же живут эти люди? Ниже дна? Жить среди холодного камня, над древними костями, среди праха, о котором уже никто не помнит. Безысходность и обреченность читалась на равнодушных лицах местных обитателей. Здесь даже у детей были взгляды стариков.

Он поежился. В этом месте жизнь и смерть мирно соседствовали, как проверенные временем супруги. Со смертью он был на «ты». После стольких смертей ему еще раз умирать не страшно, но все эти люди — они же смертны! Как они примиряются с этим? Или уже души их наполовину мертвы?

— Чонг вытащил нас отсюда и я не хочу чтобы ты своими поисками ему навредил. Я сама тебе помогу, только не рассказывай ему ни о чем.

— Хорошо.

Лек обняла Лаки, прижалась к груди и тихо шепнула.

— Я узнала через терминал на работе: твой корабль еще на орбите.

Лаки замер, не веря своим ушам.

Саймон не поверил в его смерть и он ждет. Он все еще ждет! Молодец, старикан!

«Как же я люблю этого ворчливого старого циника!»

— Отлично, милая!

— Ты доволен?

— Еще бы!

— Тогда поцелуй меня крепко — крепко!

Она запрокинула голову и прикрыла глаза.

После долгого поцелуя она встрепенулась.

— Идем отсюда. У меня неприятное чувство появилось, вот здесь.

Лек коснулась ладонью затылка.

— Идем. Пора ужинать.

— У меня пропал аппетит. Здесь…

Они вышли за ворота и Лек отдала парню с бородкой пару батов за охрану байка. Тот улыбнулся, показав солидную нехватку зубов спереди.

— Спасибо, сестренка! Куплю еще лат!

«Еще один несчастный ублюдок!»

— Он назвал тебя сестренкой.

— Его отец изнасиловал меня тогда, десять лет назад…Его папаша был тут самым опасным и злобным подонком.

— Тот ублюдок еще жив?!

— Не волнуйся, милый. Чонг выпотрошил его своим боевым ножом как рыбку. Раз и потроха на земле! Я смотрела как он умирает и мне это нравилось.

Лек вздрогнула и зажмурилась.

— Быстрее увези меня отсюда!

— Воспользоваться спин — связью в космопорте очень просто, милый…Сначала регистрация у дежурного офицера, потом оплата, по десять тысяч батов за минуту разговора, а уж после можешь говорить, но только не более одиннадцати минут!

— Почему одиннадцати? Потому что это святое число?

— Верно.

«Без денег лучше не соваться…»

— При регистрации надо указать имя, адес жительства, номер абонента, которого вызываешь, его имя и адрес и причину разговора.

— Ого!

— Кабина спин — связи оборудована для записи звука и изображения. Службы безопасности сразу же будут в курсе твоего разговора. Еще не передумал?

— При таких условиях, вряд ли там стоит очередь желающих?

— Только если богатые инопланетчики и то первый раз.

— Богатые с большим комфортом могут воспользоваться спин — связью из отеля или банка.

— Немногие отели имеют пульт связи.

— У меня в пентхаусе был пульт.

— И сколько обходился номер в сутки?

— Кажется, тысячу стандартов.

— Или десять тысяч батов по официальному курсу…Ты точно сумасшедший миллионер!

За окном брезжил рассвет. Лаки проснувшись, больше не смог заснуть. Лек тоже не спала, вот и завязалась беседа.

— Ты хочешь вызвать свой корабль и улететь?

— Только если вместе с тобой!

— Меня не отпустит мама…Я же ее единственная дочь и потом, мы же не муж и жена.

В космопорте обязательно потребуют документы заверенные у юриста: разрешение родственников на поездку и рекомендацию старейшины клана.

— Бред какой — то!

— Это не бред, милый, это такие законы.

— А кто их устанавливает, ваши законы? Дракон Тун?

— Я не знаю, я же не юрист…

Проводив Лек до станции, Лаки приехал в штаб роты или официально, офис частной военной фирмы «Левый берег рассвета».

В Лутанге любили цветастые длинные названия.

Капитан во дворе проверял экипировку секции капрала Люнг, которая собралась охранять кого-товажного: все в комбинезонах при шлемах и бронежилетах.

— Сержант, выдайте людям капрала оружие.! — Чонг вручил Лаки электронный ключ от двери оружейного склада.

«Впервые доверил. С чего бы то? Проверка?»

— Слушаюсь, сэр!

Оружие и боеприпасы со склада всегда выдавал сам капитан. Лаки только помогал.

Сегодня он оказался за главного. Выдал оружие под отпечатки пальцев в ведомости и заперев дверь из стали, прошелся по большой комнате.

Оружия на стеллажах имелось не на роту, а на батальон, не меньше. Кроме ворчеров, лазганов имелись знакомые по службе в ПККБ четырехствольные пулеметы.

Капитан явился, когда Лаки положив в ящик два револьвера и кучу патронов, запирал дверь.

— Все нормально?

— Нет, не все.

Капитан сдвинул брови.

— В чем проблема?

— Ты обещал мне помочь покинуть планету, а вместо этого маринуешь в этом тире, где я скоро оглохну от стрельбы.

— Я спрятал тебя от безопасников и спас твою жизнь.

— Это верно, но что прикажешь делать — прожить остаток жизни в вашем районе?

— Ты хочешь улететь?

— Редкая наблюдательность.

— Я дам тебе деньги на билет и выправлю необходимые документы, хотя это очень сложно. Из клана просто так не уходят.

— Мне не нужны деньги. У меня есть корабль.

— Он уже улетел.

— Он еще на орбите и мне нужен пульт спин — связи.

— Вот как? В космопорт тебя не пустят без документов — ты же теперь не лобанг, а Лу Кван.

— Это моя забота.

— Не впутывай Лек.

— А если она желает улететь со мной?

— Она не твоя жена. Или я чего то не знаю? Она беременна?

— Вы догадливы, капитан. Лек беременна и она моя жена. — смело солгал Лаки.

— Только когда родиться ребенок и монах проведет обряд соединения — вот тогда сможешь назвать ее женой. Не раньше.

— Еще семь месяцев такой жизни меня убьют! — пожаловался Лаки.

— Ты крепкий парень, «родственник»!Выдержишь! — ухмыльнулся Чонг. — С женой и ребенком и с бумагами ты сможешь улететь куда угодно! Тем более с твоими деньгами! Тетушка Минга еще ничего не знает?

— Тебе первому доверено.

— Я ценю это. Серьезно, очень ценю.

Лаки вытерпел объятия растроганного капитана и потащил ящик в тир. Его там ждали новые ученики. Уже из других рот клана Хутонг.

Револьверный бум продолжался и набирал обороты.

В обеденный перерыв он собрал лазган, который вынес со склада под пачками патронов и упрятал в надежном месте.

На следующий день в обеденный перерыв он сунул лазган в коробку из — под детского пластикового ружья и сев на байк, быстро добрался до набережной. Там нанял катер за сотню бат и через полчаса оказался на правом берегу Секонга.

В кварталах вдоль набережной находились в основном фирмы и банки. Безликие, покрытые стеклянными и рекламными панелями здания.

При свете дня уныло, совсем не как вечером, когда с того берега видно сверкание огней в этих кварталах.

Зайдя в уличное кафе, переоделся в туалете и выпил пару чашек кофе. Некоторое время понаблюдал через окно за входом в банк «Первый банк Секонга».

Место знакомое. Эти кварталы он изучил подробно через информаторий. Здесь часто сдавались офисы в аренду и в рекламе риэлтеров имелись подробные планы и видео.

Обеденный перерыв заканчивался и клерки банка, пившие кофе с булочками, поспешили обратно. Подмигнув портрету дракона Туна на стене, Лаки последовал за клерками. На нем как и на них были черные брюки и белая рубашка с черным галстуком. Впрочем, в это жаркий день галстуком можно было бы и пренебречь.

На входе клерки предъявляли охранникам электронные бейджики, что болтались на шее. Лаки тоже предъявил бейджик, владелец которого валялся без сознания в одних трусах в кладовке со швабрами, рядом с туалетом.

На коробку в руках Лаки охранники внимания не обратили.

«Они ту совсем не пуганные!»

Он прошел в зал где обслуживали клиентов и обнаружив надпись: платежный терминал» поспешил открыть дверь.

Возле пульта привычного вида сидел молодой клерк и листал журнал с голыми красотками.

— В рабочее время?! — рыкнул Лаки — Совсем стыд потерял, бездельник?! Тебе жалование платят за разглядывание картинок?!

Клерк выронил журнал на пол, стоял по стойке смирно и только рот открывал и закрывал, как пойманная рыба.

— Но, сэр, осмелюсь заметить, еще две минуты до конца перерыва… — проблеял бедняга.

— Ладно! — Лаки махнул рукой, бросил взгляд на бейджик клерка… — На первый раз прощаю, Ван Тун! Принеси мне стакан воды с корицей.

— Да, сэр! Немедленно, сэр!

Клерк исчез за дверью.

Лаки подсел к пульту. Некоторое время привыкал к сенсорной панели, но быстро освоился.

— Вы активировали межпланетный перевод денежных средств. — сообщил нежный женский голос. — Облагается налогом Лутанга в пять процентов. Подтверждаете?

— Подтверждаю.

Лаки ввел данные одного из своих анонимных счетов в банке ПККБ и отправил с него полмиллиона стандартов на счет Лек. Ее документы, включая платежную пластиковую карту он изучил досконально, за последние дни.

Как все государственные служащие Лек получала жалование на счет, но деньги могла снимать только в космопорте. В районе где они жили никаких банкоматов и терминалов не имелось. На это она жаловалась постоянно.

Компьютер подтвердил перевод.

«Осталось найти пульт спин — связи…»

Обычно такие штуки стоял там где обслуживают ВИП — клиентов или в кабинете директора.

Он вышел из комнаты и увидел стволы пяти револьверов.

— Стоять! Руки на голову! На колени!

Кажется все охранники банка сбежались в эту часть офиса.

Лаки бросил им под ноги коробку с лазганом и крикнул:

— Бомба!

Охранники озадаченно переглянулись и в этот момент Лаки прыгнул на них, остро сожалея о том что у него нет заветной фляжки с эликсиром боевиков ПККБ. Он вырубил четверых, прежде чем пятый догадался нажать на спуск.

Пуля обожгла левый бок и у ретивого охранника хрустнули шейные позвонки…

Лаки вытряхнул из коробки лазган и прижимая ладонь к кровоточащей ране шагнул в зал, где клерки, не догадавшиеся сразу удрать, прятались под столами.

— Где пульт спин — связи?!

— Что?

Клерк трясся как листок на ветру и был на грани обморока.

Из под соседнего стола Лаки выгнал пинком еще одного клерка — круглолицого, обильно потеющего.

— Отведи меня к пульту спин — связи и останешься в живых!

— Он в кабинете господина директора! Не убивайте меня, прошу вас! У меня семья, дети! Умоляю!

— Заткнись, слизняк! Веди к пульту!

Он шел за клерком до лифта, потом по коридору, выстланному алой дорожкой. В голове нарастала муть. Дышать становилось все труднее. Лаки сплюнул кровь под ноги. «Кажется задето легкое…»

Секретарша в приемной завизжала от ужаса и полезла под стол, увидев окровавленного человека с лазганом в руке.

Лаки вошел в кабинет директора, оформленный в белых тонах, оставляя за собой цепочку алых капель на белом ковре.

Директор банка куда-тоиспарился. Или тоже под стол забрался?

Хорошо что рядом с пультом оказался белоснежный кожаный диван. Ноги уже не держали.

Отложил в сторону лазган и с третьей попытки ввел номер.

— Саймон! Старик! Как слышишь меня? — прохрипел Лаки, он не успевал сплевывать кровь во все стороны. Внутреннее кровотечение накачивало легкие и бронхи кровью…

— Слышу, малыш! Ты жив!? Демоны меня подери! Где ты? Что с тобой?!

От звуков знакомого голоса стало легче. Но не на долго.

— Отметь…координаты. Я… в Нанджонге…Жду тебя здесь же…через неделю…Здесь… В это же время…Как понял?!

— Отлично понял. Твой голос, что с ним?! Малыш! Сынок!

Лаки не мог уже ответить. Кровь пеной била из горла и воздух не мог попасть в гортань.

Он умирал от удушья и улыбался, потому что слышал голос Саймона…Тело билось в агонии и темнота заволакивала глаза, а он все улыбался…

…Только через три часа полиция проникла в кабинет директора банка. Алое пятно крови на белом ковре, а в центре мужчина с улыбкой на лице, очень белый и совершенно безопасный.

Лейтенант сорвал с него рубашку, поднял руку, покрытую свернувшейся кровью, посмотрел номер — тату. Вбил данные в переносном компе.

— Фальшивка! Лу Кван отправился с ночным экспрессом еще пять лет назад!

— Номер на лазгане вытравлен, сэр.

— Боевик из клана? Какого? На левом плече нет кланового тату.

— Кто же он? Что отметим в рапорте, сэр? — спросил сержант. — У него рыжая щетина на щеках, сэр!

— Лобанг? Очень интересно! Пакуйте труп, сержант!

Покачивало слегка ритмично и монотонно, но стука колес по рельсам не слышно.

Лаки открыл глаза в полной темноте, было прохладно, как в холодильнике. Воняло дохлятиной…Болело горло и в груди клокотало. Попытавшись поднять руки, он обнаружил что находится в пластиковом мешке. С трудом разодрал пластик ногтями и выбрался наружу. Темное пространство. Вонь еще сильнее…

От усилий закашлялся до боли в груди. Выплюнул что то омерзительно скользкое. Вытер рот дрожащей рукой. Потрогал бок. Дырка затянулась. Зато болела голова и щетина выросла солидная…Он опять живой…

Осталось выяснить: где он и куда движется этот вагон.

«Это же монорельс!»

Вокруг пластик. Мешки, вроде того из которого он выбрался. В мешках твердое и холодное. Лаки нащупал чью-тоголову. Еще…

Он в вагоне монорельса среди трупов в мешках. Мгновенно вспомнились ночные поезда. Вот и разгадка! Ночью вывозят трупы из города. В большом городе много смертей и много трупов каждый день! На старом кладбище уже не хоронят, а про новые Лаки не слышал. Вообще слово «похороны» у жителей Нанджонга не в ходу!

Куда его отвезут? В горы, в брошенные шахты? Кремировать? Или просто забросить глубоко на дно шахты? Он, завернувшись в мешок, смотрел в темноту и думал о прошлом. Будущее ясно. Добраться до места. Незаметно выбраться из вагона и найти способ вернуться в Нанджонг. Он умер и он вышел из клана Хутонг.

Не мало ли времени он дал Саймону? Решиться ли старик приземлиться на набережной? Курьер класса «Вентура» мог сесть где угодно. Только после старта земля будет здорово загрязнена…Орбитальная оборона Лутанга была совсем слабой. Курьер легко пройдет незамеченным и космопорт не нужен.

«Я слишком долго здесь прожил…Я начал врастать…Я забыл о звездах и своей мечте…»

Он думал о том, как отреагирует Лек на его исчезновение и появление пяти миллионов батов на счете. Решит что он сбежал. Откупился и сбежал…Пусть…Она легко сможет исполнить свою мечту. Стоит только ей позавидовать!

Лаки продрог до костей, когда поезд наконец замедлил ходи со скрипом и лязгом остановился. Он забрался в угол вагона и прикрылся мешком.

Сначала появился тусклый свет, а потом два грузчика в грубых робах с защитными респираторами на лицах. Брали вдвоем мешок и бросали на транспортер.

Грузили как дрова. Пыхтели, бормотали что — то. Он быстро отключил обоих и выбрался из вагона. Под ногами рифленый, ржавый пол, гудит транспортер с желобами. В конце наклонного тоннеля свет и тянет теплом.

Пожав плечами, Лаки сел на ленту транспортера и поехал вниз. «Хотя бы для начала согреюсь… «Внизу шла работа. Трое парней не покладали рук. Тела мертвецов вытряхивали из мешков и тут же загружали в металлическую воронку. Голый живой труп, выехавший прямо в их руки с улыбкой на губах вызвал бурную реакцию. Грузчики завопили и разбежались кто — куда.

«Вот же нежные создания!»

Лаки заглянул в жерло воронки. Там что-тоскрежетало и двигалось с чавканьем. Смердело оттуда блевотно. Спустившись по лесенке этажом ниже, Лаки нашел в комнатке в шкафах одежду и обувь. Если рубашку и штаны с трудом натянул, то подходящего размера обуви не оказалось. Все мало! Пройдя дальше он понял суть системы. Трупы людей перерабатывали в фарш, который высушивался и заполнял крепкие мешки с иероглифами: «Кормовая рыбная мука высшего качества!»

Он вспомнил рыбу, что с удовольствием ел все эти месяцы и проглотил комок в горле.

Кто-тоздорово придумал. Безотходное производство! Люди едят рыбу, а рыба ест людей! Вот почему никто не любит говорить о ночных экспрессах!

Люди Нанджонга знают как и где закончится их жизненный путь и это их совсем не радует…Лаки долго плутал по металлическим лабиринтам. Ноги совсем утратили чувствительность…Увидев кабину лифта в сетчатой шахте даже не обрадовался. Устал смертельно! Он поднялся до самого верха и вышел на платформу, почти такую же как на их станции. У платформы стоял пассажирский состав чисто помытый и пахнущий дезинфекцией. Чем он отличался от грузового? Наличием окон и сидений. Если убрать сиденья и закрыть окна глухими щитами, то можно грузить трупы.

Забавно…Туда живых людей, обратно — мертвых! Восходящее солнце окрашивало скалы в оранжевые тона и блестело в чисто вымытых стеклах. Лаки вошел в последний вагон, забрался с ногами на заднее сиденье и обняв колени, задремал…

Проснулся от шума. В вагон вливалась толпа мелких клерков и незначительных чиновников, спешащих на работу. Лаки с трудом пробился против течения и выскочил на платформу за пару секунд до закрытия дверей. Оказалось что он проехал свою станцию. Внизу и вокруг незнакомый район. Спустившись вниз с эстакады под удивленными взглядами дежурных «толкачей», он пошел по улице, в направлении к Секонгу. Через полчаса его попытались ограбить два крупных парня с ножами — бабочками. В итоге он разжился курткой, парой разношенных туфель и гостью мелочи. Ножи — бабочки достались ему бонусом. В лавке пекаря он обменял один нож на две булки с рисовой начинкой. Сухой рис застревал в горле, но уж очень был силен голод. Еще через десять минут на него набросились из подворотни пятеро злобных как псы подростков. Вторую булку выбили из рук на грязный тротуар.

Лаки немного разозлился и гнался за малолетними бандитами два квартала, награждая их тощие задницы пинками от души.

Второй нож он отдал развозчику булок и тот довез его на своем трехколесном байке до набережной Секонга. Ничего не изменилось под солнцем Тубан. Все также несла свои воды широкая река, все также сновали по ней суда и суденышки…Прошло шесть дней, как он отплыл отсюда на катере. Завтра там приземлится в обеденное время Саймон. Если все пойдет так как задумано. Возвращаться в дом к Лек или в штаб к Чонгу не собирался. Умер, так умер!

Он спустился вниз к воде и за обед помог бригаде мусорщиков с погрузкой мусора. Суп из рыбных плавников и впрямь редкое блюдо и очень сытное если туда добавить побольше риса, моркови и вкусных корешков, названия которым он не знал.

Когда сытый и вполне довольный собой дремал на солнышке, его опять попытались ограбить. Молча сунули нож к боку и начали шарить по карманам. Два грязных упыря!

Лаки отобрал нож и сломал одному из них палец, а второму руку в запястье. Слишком уж резвый оказался.

Бандиты со стонами удалились, по дороге злобно ворча как побитые псы. А впрочем, почему псы? Собак в Нанджонге Лаки ни разу не встречал. Не завезли при колонизации или всех поели после? Вот еще одна загадка.

К нему подошел бригадир мусорщиков и предложил поработать остаток дня ниже по течению, на другой пристани. Пообещал ужин и ночлег.

Почему нет? Лаки согласился и вскоре знакомый берег затерялся вдалеке.

Поработал, поужинал, но потом пришлось уйти. Бригадир пытался подвалить с нему с предложениями секса. Еще один сломанный палец и поиски ночлега в сумерках. Опять хотелось есть. Хоть на кладбище старое отправляйся!

«А куда же идти «покойнику»? Самое место!»

Вспомнил о том что для переезда на другой берег нужно сто бат.

«Что-тос головой у меня плохо!»

Вооружившись обломком кирпича, Лаки вышел на ночные улицы. Бандиты ему встречались теперь вполне платежеспособные, не то что днем всякая грязная мелочь.

— Постой, брат, подари пару бат на лат? — Самое любимое обращение к прохожему из подворотни.

Лаки широко улыбался и шел навстречу с открытой душой. Через пару часов он уже в почти новенькой куртке и при шляпе постучался в двери борделя на улице Люфанг. В карманах куртки два револьвера, в руке мешочек с латом, в нагрудном кармане пачка мятых купюр. Позади десяток тел без сознания. Он никого не убивал сегодня. Жалел подонков. Никто из них не заслуживает участи стать рыбным кормом!

В борделе он снял на ночь девочку с комнатой и чтобы не приставала, усыпил шлюху легким нажатием на сонную артерию. Прекрасно выспался. Принял душ и побрился, не парясь по поводу того что и где брила шлюха этой бритвой, а потом позавтракал на террасе рыбного ресторана. Рыбу не ел, ограничился овощным супом и яичницей. Собирая куском булки остатки яичницы с тарелки, услышал знакомый голос.

— Ты дура, девочка моя! Он ушел. Ушел навсегда! Его больше нет. Найди себе мужика и живи в свое удовольствие! Зачем тебе этот чертов Джиланг?! Что ты там хочешь найти? Все мужики одинаковы!

Тетушка Минг вошла на террасу ресторана под руку с Лек. Обе в новых платьях с новенькими сумочками. Минг оживленная и помолодевшая, Лек — печальная, с застывшим лицом. Он поспешил надвинуть шляпу на глаза, но не успел.

Они одновременно увидели его, открыли рты и округлили глаза, став на миг похожими как сестры. Подошли к его столику на заплетающихся ногах и сели на стулья одновременно. Минг смотрела на Лаки с ужасом, а Лек с надеждой и любовью.

«Старушка видела мой труп?»

— Милый…ты это ты? На самом деле?

В глазах Лек блестели слезы.

Лаки снял шляпу и вздохнул.

— Я — это я. Можете потрогать.

Минг протянула с опаской руку и коснулась его руки.

— От теплый и он говорит…Невероятно…

— Мама, зачем ты мне солгала?!

— Я видела его труп…Мы с Чонгом видели…Он был весь белый и холодный и на животе шов, как на старом мешке грязными нитками…

Минг судорожно вздохнула и положила руку себе на горло.

— Он — зомби…

— Это был другой парень. Просто очень похожий. — бодро заявил Лаки. — Можете мадам потрогать и мой живот. Он теплый без всяких ниток.

— Где ты был? Я чуть с ума не сошла! — всхлипнула девушка и тут же бросилась обниматься. Уселась на колени. Тискала Лаки и рыдала. Совсем без звука. Тряслась вся как в лихорадке и шею всю промочила.

— Мама, куда вы? — спросил «зомби», весело улыбаясь. До катера оставалось еще много времени. Если старушка убежит и все расскажет Чонгу? Или еще кому? Тому же Сутонгу. Наверняка сразу возникнет много вопросов, отвечать на которые нет ни желания, ни времени.

Начавшая подниматься Минг рухнула обратно на стул.

— Мама? — проскрипела она осевшим голосом.

— Лек — моя жена, а вы моя вторая мать. Помните, как я жил у вас в борделе, а вы все мне подсовывали свой каталог?

— А ты требовал блондинку с пятым размером сисек!? — ворчливо фыркнула Минг.

Лек встрепенулась в объятиях Лаки.

— Я покрашу волосы, если хочешь и груди сделаю большие, как ты хочешь! — зашептала горячо в ухо.

— Дура! — вздохнула Минг, но уже без злости. — Я такой же дурой была…

Было очень приятно держать девушку с своих объятиях, но вечно ничто не может длиться…

— Не хотите мне составить компанию на правый берег?

— Нет! — сказала быстро Минг.

— Конечно, милый… — прошептала Лек.

— Чего тебя туда тянет, а? — спросила Минг, когда Лаки под руку вел обеих женщин к пристани. — В прошлый раз туда поперся и помер и опять…

— Это был не я, сказано же.

— Не он это был, мама!

— Ну да, ну да…

— Сегодня там приземлиться мой корабль и мы улетим с Лутанга. — сказал Лаки.

— Он с ума сошел! — охнула Минг. — Космопорт же на левом берегу!

— Милый, ты что-топутаешь…

— Ничего я не путаю. Выбирайте: или со мной на звезды или остаетесь здесь.

— Деньги тоже заберешь у нее? — осторожно спросила Минг. — Если откажемся?

— Какие деньги?! О чем ты мама?! — воскликнула Лек. — Звезды и деньги…Разве есть здесь выбор?! Конечно, звезды!

«Неужели мне повезло и я наконец обрел подругу, которая разделяет со мной любовь к путешествиям?!» — растроганно подумал Лаки.

«Ты уже находил такую и потерял». — напомнил внутренний голос ехидно.

Они сидели втроем у парапета на деревянной скамье, смотрели на реку и ели мороженое. При жарком солнце — самое хорошее занятие — сидеть в тени и кушать мороженое.

— Милый, а зачем ты надел очки от солнца?

— Очень солнце сегодня яркое!

Лаки опасался что его могут опознать. Банк, который он навести шесть дней назад всего в паре кварталов на юг.

Он выбрал ягодное мороженое, Лек — фруктовое, а Минг — зеленое из фисташек.

Он ел и поглядывал на часы на фасаде офисного центра. Время тянулось нестерпимо медленно.

— Хорошо им тут на правом берегу! — заметила Минг. — Полно вкусного мороженного и чистенько.

На левом берегу в их районе мороженого никогда в продаже не было.

— Не прилетит твой корабль, сынок. Зря только выложили триста бат за катер. Целое состояние! Месячное твое жалование!

— Хватит причитать, мама. Он богатый человек и что ему эти жалкие триста бат?

— Не смей так говорить! Знаешь под скольких мужиков я ложилась чтобы заработать нам эти три сотни?! Цену деньгам забыли! Все богачи стали! И все это чертов Чонг! С него все началось!

Тетушка Минг продолжала ворчать, не забывая шустро работать языком. Так что со своей порцией она расправилась раньше других. «Опыт солидный у «мамы»… У меня были женщины, но никогда еще не было тещи. Не зря про них так много занятных историй рассказывают…»

— Может отпустите меня, страшную старуху? — заканючила тетушка, словно уловив настроение Лаки. — Зачем я вам там, на звездах? А? Дайте дожить мне свой век в покое!

— Вы зрелая женщин, в расцвете сил и мудрости! Что такое красота? Она субъективна и для каждого своя, а вот мудрость она всем понятна и ценна. — выдал Лаки то что пришло в голову.

— Комплименты говорят не просто так… — прищурилась Минг. — Ох и любитель ты языком молоть, дорогой Лу Кван! Как мельница!

«Это она при Чонге была такая тихая. Одного его побаивается?»

— Смотрите! — крикнула глазастая Лек.

Корабль появился внезапно. Просто в небо возник серебристый диск и вот он уже стремительно пошел на посадку, подминая клумбы и красиво постриженные кусты.

Резкий свист смолк и корабль класса «Вентура» застыл на амортизаторах. Настала тишина. Сколько теперь человек глазеет на севший корабль? Наверно многие тысячи. Сенсация случилась. Жди полицию и журналистов!

Лаки подхватил женщин под руки.

— Быстрее!

— А это точно твой корабль? — усомнилась Минг.

— Ну если это не ваш, дорогая Минг, то уж точно — мой!

На краю диска открылась вниз аппарель, удлиняясь в движении и превращаясь в трап с перилами. За люком в шлюзе улыбалась Алетта в облегающем тесно ее фигурку комбинезоне и со знакомым шарфиком на шее.

— Это кто там стоит?!

— Стюард корабля.

Лаки буквально волочил за собой Лек и Минг. От переживаний ноги не идут или от страха?

— Да скорее же!

— Приветствую на борту, капитан. — Алетта четко отдала честь.

— Проводи наших гостей в каюту.

— Слушаюсь, капитан.

Лаки снял очки и Алетта округлила глаза.

— Что с твоими глазами, Лаки?! Аллергия или синяки?!

— Местная мода, не смог устоять. — скромно признался Лаки и поспешил в рубку управления.

Саймон сидел за пультом первого пилота, за пультом второго сидел худощавый парень, стриженый наголо. Эдвард, кажется.

— Привет, пилотам!

— Малыш, я так тебя рад видеть! Демоны стужи! Что ты сделал со своим лицом?! — взревел Саймон медведем.

— Ты отлично посадил кораблик, старик! Про лицо не беспокойся, только чуть глаза подправил. Все можно восстановить обратно. Не будем времени терять…Поднимаемся на сто метров и идем над набережной на север примерно две мили.

— Еще пассажиров возьмем? — встрял второй пилот.

— Вроде того. — Лаки в волнении сжал спинку сиденья до боли в руках.

«Он вернулся на свой корабль! Он снова на коне!»

— Есть кайф, сынок?! — уловил настроение старого друга первый пилот.

— Еще какой! На борту есть оружие?

— Все как ты оставил: пара лазганов, пулемет и литров десять взрывчатки. Ты хочешь немного побомбить этот городок?

— Только его часть! Параллизаторы есть?

— Куда ж им деваться? Хотя был соблазн пустить их в ход, когда девчонки потеряли берега!

Вскрыв отсек в полу кабины, Лаки достал бронежилет, шлем с бронезабралом и лазган. Рассовал по карманам с клапанами запасные обоймы. Револьверы, оставшиеся в карманах куртки давили бока. Нет времени их вынимать.

— Это место, Лаки?

— Да!

Здание фирмы «Райский сад» располагалось посреди парка за высоченным забором. Сверху — квадрат с просторным внутренним двором.

— Садись во двор, Саймон.

— Это против всяких правил, но мне нравиться! Чувствую что больше в систему Тубана нам не летать! — засмеялся Саймон.

Второй пилот смотрел на них с тревогой. В обзорные экраны Лаки с замиранием сердца следил за посадкой. Старый пилот знал свое дело.

— Опустил как яичко в гнездышко! — крякнул старый пилот. — Надеюсь, малыш, ты знаешь, что делаешь?

— Еще бы!

Повесив лазган на грудь, Лаки натянул шлем и взяв в каждую руку по параллизатору, вышел из корабля на потрескавшиеся плиты двора. Во внутренних окнах мелькали белые лица сотрудников. Он вошел в холл здания и сразу уложил спать трех охранников. Четвертому врезал рукояткой в челюсть. Для прояснения мозгов.

— Где лаборатория доктора Вонга?

— Минус третий этаж!

— Он у себя?

— Доктор не ходит на обед, он на месте…Не стреляйте!

— Веди к нему! Без глупостей! Лазган у меня заряжен.

— Все понял, сэр!

Охранник повел его к лифту, но тут звякнул сигнал и из второго лифта вывалилась толпа охранников в броне и с ворчерами. Лаки упал на колено и немедленно начал щелкать с двух рук. Через полминуты никого на ногах не осталось. Удачливый стрелок выругался. Охранник — проводник тоже вырубился.

«Это я ее обездвижил?!»

Без промедления Лаки вошел в лифт и нажал на дисплее минус три. На минус два мигнул свет и погас. Лифт встал, включилось красноватое аварийное освещение и завопила сирена в здании. «Быстро они сообразили!» Он сунул парализаторы в карманы на боках и выстрелил бронебойным в дверь, прижавшись спиной к стене лифта. Двери лифта выбило в коридор, снеся поджидающих его хитрецов — охранников.

В коридоре тоже горел алый тусклый свет и вопила пожарная сигнализация. В ушах гудело. Убедился, что охранникам парализатор не нужен и двинулся дальше.

«Теперь все крыски снизу драпанут по лестнице. А лестница обычно рядом с лифтом.»

Открыв первую же дверь без номера, нашел лестницу и не успев сделать пару шагов вниз, столкнулся с доктором Вонгом. Доктор скакал по ступенькам наверх бодро как козлик, опережая двух лаборантов в зеленых халатах. У доктора был пурпурный халат.

«Императорский цвет амбиций или чтобы брызги крови не было видно?!»

— Привет, доктор Вонг.

Доктор прижался спиной к перилам.

— Кто вы?

— Не важно! Я пришел за эльфийкой что заказывал Ибрагим Гамид. Неужели забыли про заказ?

— Ее давно нет. Ее продали! Давно продали! Это ошибка! — заверещал доктор. Обильный пот выступил на багровой от аварийного света физиономии.

«Врет, скотина! Ишь как глазки к переносице уехали!»

— Тогда я заберу вас вместо девки! — рыкнул Лаки.

— Стойте, я должен проверить! Может это другая продана!

Доктор замахал ручками.

«Проняло забывчивого?»

Лаки двинул стволом лазгана и доктор побрел обратно. Лаборанты оглядывались и их лица не внушали доверия. Потому, едва отворилась дверь с кодовым замком, Лаки достал параллизатор и усыпил обоих. Прямо в дверном проеме. Рухнули как два мешка с бататом.

— Зачем вы так?! — взвизгнул Вонг.

— Не волнуйтесь доктор, они живы, это только на несколько часов. В крайнем случае сменят белье и штаны.

Изнутри лаборатория не походила на бункер. Яркий свет, совсем не аварийный, белые стены и потолок, чистота всюду. Словно здесь люди не ходят, а летают по воздуху.

— У нас проблемы, малыш! — раздалось в наушниках. — Не меньше десятка флайеров кружат вокруг этого дома. У них на подвесках серьезные ракеты.

— Они блефуют. Терпение. Я скоро буду!

Лаборатория доктора Вонга не походила на операционную с фонарями и наборами зловещих острых инструметов или, как ожидалось, склад посуды с загадочными жидкостями, бегающими по прозрачным трубкам.

Удобный стол, удобное кресло и матовые стены. Доктор покосился на Лаки и активировал голографическую клавиатуру. Вспыхнул экран во всю стену напротив.

Замелькали строчки иероглифов, цветные фото, схемы, опять папки.

— Вам повезло, господин в шлеме. Эльфийка Гамида в пятой капсуле уровня Би!

— Где это?

На экране немедленно возникла схема.

— По коридору шестая дверь справа.

«Ага, сейчас побегу!»

— Мне еще нужно заключение по экспертизе крови господина Гамида.

— Нет никакого заключения! — завопил Вонг, брызгая слюной. Руки его затряслись. — Это ошибка! Образец крови утрачен и не было никакой экспертизы!

Лаки нажал на спуск парализатора и доктор обмяк в кресле.

— Почему-тоя вам не верю, доктор?

Доктор не ответил. Таращился с ужасом на Лаки. Чего ж ему еще оставалось?

— Никуда не удирай, хорошо?

Дойдя до комнаты шесть, Лаки обнаружил что она заперта.

— Вот же свинство! И у кого ключ?

Вернулся, обшарил карманы доктора Вонга. Ничего похожего на ключи…Расстегнув бронежилет, вытащил револьверы — ночные трофеи и, вернувшись обратно, двумя выстрелами разворотил замок двери. Удар ногой и проход открыт!

— Лаки, с нами вышел на связь начальник полиции Нанджонга — Дунг Ханг, кажется. Ну у них и имена!? Требует немедленно сдаваться. — сообщил голос Саймона.

— Пошли его просто подальше!

— Я сказал что у нас вынужденная посадка Из-за неисправности двигателя и попросил техническую помощь. Мне не поверили.

— Они не дураки. Но я еще здесь не закончил. Уболтай его Саймон! Мне нужно еще полчаса минимум!

— Попытаюсь, сынок!

В капсуле номер шесть, очень похожей на АКР, на длинном стелаже, Лаки обнаружил спящую обнаженную красавицу. Благородная нежная белизна кожи, совершенные черты лица, белокурые волосы и заостренные ушки. Фигура как у «мисс Мирхата» прошлого года. Все как заказывал. Вот только спящая девушка ничем не походила на маленькую, смугловатую наркоманку Джунг. Ладно лицо и цвет волос! Но фигура, рост?!

«Или меня обманули или доктор Вонг волшебник. Скорее первое, чем второе…Придется и доктора с собой прихватить! Сукин сын много чего знает! И хорошо бы пошарить в файлах местного компа!».

Он просмотрел соседние капсулы. Все пусты, кроме двух, ближе к стене.

В одной спал черный, крупный пес с рыжей мордой, а в другой лежал Лаки собственной персоной…Абсолютная копия! Неприятно оказывается смотреть на себя со стороны…

«Этого не может быть!»

В капсуле спал клон или подделка — вроде эльфийки…

«Ты уверен в том что ты — это ты?» — издевательски осведомился внутренний голос. — «Может ты и сам чья-токопия?»

Пол под ногами чувствительно тряхнуло и погас свет. Аварийный, как не странно не включился. Лаки, покрывшись мурашками, активировал ночное зрение шлема, продолжая разглядывать капсулу с двойником…

— Лаки?!

— Саймон, что там случилось?!

— Малыш, плохо дело! Они разнесли часть крыши ракетами и нас привалило! Птичка отлеталась!

— Мне нужна помощь!

— Нам всем нужна помощь, малыш! Как тут тюрьмы, комфортные?

— Рассчитывай траекторию до Цирцеи и жди меня.

— Лаки, малыш, никто никогда не стартовал в гипер с поверхности планеты. Это строжайше запрещено правилами.

— Правила пишут люди, Саймон! Я уже иду!

«Кого взять?! Эльфийку, пса или свою копию?»

Не долго колебался.

Он вытащил из капсулы эльфийку, подивился что такая легкая, перебросил через правое плечо и вышел в коридор.

Заглянул в кабинет доктора Вонга и взял воняющее дерьмом тельце под мышкой левой рукой. «Потяжелее чем эльфийка будет!»

Когда он поднялся на второй этаж, то хорошенько пропотел и эльфийка на плече уже не казалась легкой, а доктор казался отлитым из стали.

Уронив Вонга на ковер и привалившись плечом к стене, Лаки перевел дух. В холле уже не лежали тела охранников. Кто-тоубрал? Когда?

— Саймон, активируй двигатели, я иду!

— Поспеши, сынок! Я тут вырубил Эдварда. Он запсиховал и совсем потерял голову…

— Печально…

— Опять выходят на связь и велят сдаваться.

— Скажи что согласен и что через пять минут выходим!

— Ты капитан, Лаки. Ты приказываешь — я выполняю!

Печальный голос Саймона Лаки не понравился.

— Прорвемся, старик! Держись, я уже рядом!

На земле, у аппарели, с лазганом наизготовку стояла в легком скафандре без шлема Алетт. Она бросилась к Лаки.

— Кто эти люди?!

— Лучше помоги дотащить!

Лаки оглянулся.

В холле здания мелькали тени. Полиция пошла на штурм?

Они с грузом тел почти добрались до шлюза, когда об обшивку корабля начали с противным визгом рикошетить пули ворчеров.

Свалив свой живой груз на пол, Лаки нажал панель и упав на колено, за несколько секунд, пока закрывался люк, высадил в сторону стрелявших всю обойму.

— На борту? — спросил Саймон.

— Все на борту. Люк задраен. Давай, старик!

— Помогите нам боги! — прорычал старый пилот и пол под ногами провалился.

Алетт поймала Лаки за ногу и вернула обратно.

— Плохой мальчик забыл про магнитные туфли?

Она обняла его и заглянула в глаза.

— Я очень скучала.

— У тебя есть Саймон… — нерешительно протянул Лаки тут же вспомнив во всех подробностях поцелуи и ласки этой девушки. Первый секс и первую женщину мужчины помнят всю жизнь…

— Не правильный ответ. — усмехнулась Алетт.

Тут же включился Саймон.

— Кто эти люди? Малыш, кто эта голая девчонка? Откуда ты ее украл?

Доктор Вонг и спящая эльфийка плавали под потолком шлюзовой кабины…

— Похоже что мы удачно стартовали?

— Мы в гипере, капитан Лаки! — доложила Алетт, отдав честь.

— Спасибо за помощь, стюард!

Переглянувшись, они весело засмеялись.

— Лаки, хватит смешками заниматься! — отозвался Саймон. — Я тебя жду! Срочно!

Алетт подмигнула Лаки.

— Уймись ревнивец! Это только встреча старых друзей! Я невероятно рада, что ты наконец-товернулся! А та старая шлюха с дочкой — кто они?

— Обо всем узнаешь вскоре.

Лаки добрался до рубки, порхая как мотылек.

Саймон сидел в кресле, насупясь.

Доктор Лайза хлопотала, накладывая повязку на голову второго пилота. Увидев Лаки докторша расцвела улыбкой. Глаза засверкали, грудь заволновалась под тугой тканью комбинезона.

— Дон!?

— Что такое?

— Что с твоими глазами?!

«Она обеспокоилась моими глазами…Она еще не видела Лек и эльфийку!»

— Аллергия?!

— Лучше обратите внимание, док на людей в шлюзе. Они в коме. У нас есть свободные АКР?

— Сколько больных? Или раненых?

— Всего двое.

— Я должна их осмотреть.

В Лайза взыграло профессиональное рвение.

«Поспеши, дорогая!»

Проводив ее взглядом, Лаки спустился к полу и ухватился за кресло Саймона.

— Что за хрень здесь случилась?

— Пацан отказался выполнять мои команды и попытался заблокировать бортовой комп.

— Эдвард?

— Вы все преступники! Все! — буркнул пилот, прикладывая руку к голове. — Не хочу иметь с вами ничего общего! Убийцы!

— Тогда ты уволен. — объявил Лаки. — Отдай мне свои туфли и плыви в свой отсек.

— И все?

— В первом же порту выкинем из люка! — рыкнул Саймон. — Пинком под зад!

Пилот молча отстегнул ремни и выбравшись из магнитных туфель, поплыл в двери.

— Это моя вина, Лаки. Я нанял этого чокнутого пацана.

— Но он же прав? Мы преступники? Сколько статей звездного кодекса нарушено нами сегодня?

— Хватит чтобы сесть в имперскую тюрягу на Плутоне лет на десять.

— Плутон?

— Одна из планет Терранской системы. Очень далекая и очень холодная.

— Не люблю холод. — признался Лаки.

— А мне на Хиссаре надоела жарища!

— Желаешь охладиться?

— Холод омолаживает, как говорят на Мирхате!

— Вот это точно сказки! — засмеялся Лаки. Он снял снаряжение и оружие и засунул в к отсек в полу. Закрыл крышку и забравшись в кресло второго пилота облегченного вздохнул.

— Дом, милый, сладкий дом!

— Когда про наши художества узнают в империуме — у меня отберут лицензию, а у тебя корабль и это только для начала.

— Тогда рванем куда подальше! Ага?! Там где нет имперских властей и патрульных корветов! На край Галактики!

— В дикие дали, где даже нет теплых сортиров и ароматного кофе? — усомнился Саймон.

— Разве счастье в теплом сортире? — засмеялся Лаки.

— Поживешь с мое — узнаешь… — хмыкнул Саймон. — Какой у тебя план, сынок? Если нет планов, то срочно начинай их обдумывать! Через трое суток мы выйдем к Цирцее.

Саймон бросил взгляд на монитор, видимо переключив на него внутренние камеры наблюдения.

— Кого ты притащил на борт? Мало было двух бешенных девок, завел еще двух?

Постой, ты спал с обеими или с тремя? Тебя уже заводят старушки мои ровесницы?!

— Со тетушкой Минг я не спал, так что можешь смело к ней подкатывать…Мы не о том говорим. Включай обзорные экраны и не тяни.

Саймон фыркнул.

— Думаешь — я боюсь? Чего? В гипере на экранах одна серость, ты же знаешь!

— При включении двигателей Кирстона образуется энергетическое силовое поле радиусом около полумили.

— Верно, так в теории. Ты будешь меня экзаменовать, сынок?

— Просто включи обзорные экраны.

— Часть датчиков была повреждена при взрыве крыши здания и поэтому я все отключил…

— Саймон, ты боишься.

— Ни черта не боюсь!

Когда включились экраны, старый пилот охнул.

— Ты этого ожидал?!

— Теоретически.

Поврежденными оказались примерно треть датчиков и полусферического изображения не получилось. Серость присутствовала, но только выше крыши здания фирмы «Райский сад». Двор, стены с окнами все на месте…Корабль отправился в гипер вместе со зданием фирмы.

— Мы забрали с собой кусок планеты?! Вместе со зданием?!

— Выходит что так. На Лутанге образовалась приличная котловина правильной формы. Может пруд устроют? Разведут рыбок…

— Подадут жалобу в имперскую безопасность и в имперскую ассоциацию пилотов! — буркнул Саймон.

Лаки активировал камеры у шлюза.

По двору летали люди с в бронежилетах и защитных шлемах. Судя по судорожным движения — живые.

— Мы и полицию прихватили тоже. Или это местный спецназ? Они нам могут устроить проблемы?

— С ворчерами? Конечно нет! А вот если у них есть кумулятивные заряды…

— Но как только мы выйдем в намеченной точке пространства, в вакууме…

— Получиться большой бум! Здание разлетится в дребезги вместе с полицией!

«И вместе с моей копией!»

— А может там кончится за трое суток кислород и все мирно уснут?

— Как рыбки в ведре?

— Вот — вот…Мы же не убийцы, сынок? Хотя Эдвард нас так и назвал.

— Вылезаем и спасаем случайных попутчиков?

— Что же делать? Мы же гуманисты? Надо привлечь экипаж.

Лаки вызвал по связи экипаж и обрисовал ситуацию. В спасатели записались все, включая тетушку Минг.

Летающих в невесомости «попутчиков» обстреливали из парализатора, а потом Лаки и Алетт, закрепленныие тросами к шлюзу, вылавливали их поодиночке. Затем охота на «дичь» переместилась в здание.

Всех выловленных в окрестностях корабля людей складывали в трюме, если можно так сказать. Крепили ремнями ко всем плоскостям. Сняв только оружие и снаряжение.

В трюме возникла дикая вонь. Парализованный человек обычно расслабляется и так сказать, освобождается от шлаков в организме. Четыре десятка человек наложивших в штаны — это мощно…

Время от времени приходилось заходить в эту вонищу и добавлять дозу тем кто начинал шевелится.

— Может выкинем эти мешки с дерьмом за борт? — спросила Алетт, зажав нос пальцами.

— После стольких наших трудов?!

— Это был риторический вопрос, милый!

Кроме полицейских в трюме оказались и сотрудники фирмы, не успевшие сбежать, включая двух лаборантов доктора Вонга.

Одному из них вкатили антидот и он не долго упирался. «Запел» как певчая птичка. С его помощью Лаки выпотрошил комп фирмы «Райский сад».

Все емкости памяти, найденные в здании складировали в каюте курьера. Набралось немало.

«Без доктора Вонга не разобраться…Как заставить этого хитрого маленького слизняка сотрудничать? Он конечно трус, но на одних запугиваниях далеко не уедешь…»

В ту же каюту сам, без посторонней помощи переправил капсулы с псом и двойником. Собак он видел впервые на Рилоне. В поселке у озера за колючей проволокой бродили охранники со здоровенными злобными псинами…Их он завернул в непрозрачный пластик, чтобы никто ничего не разглядел. Пустые капсулы из хранилища Эдвард и Лаки закрепили в коридоре корабля. Капсулы эти были более продвинутыми вариантами АКР. Не хотелось их терять.

Стало тесно и очень не уютно на корабле.

— Смесь склада и борделя! — ворчал Саймон, протискиваясь по коридорам. Механик корабля, которого он постоянно навещал, нос не высовывал из своего отсека. Делал вид что его здесь нет.

Хитрый старый крот!

Лаки не знал что такое крот, а вот выражение понравилось. Ильди — девочка — верит, кажется так говорила…У нее много было забавных словечек… Ночью приснилась свалка на Рилоне…Первый, липкий снег… Форман и Кастор со смехом бросались снежками в друг друга и его не замечали…Проснувшись в пенале, Лаки долго бездумно смотрел в потолок и чувствовал как медленно тает боль в груди. Спал он не больше пяти часов. Время сжималось и истекало между пальцев как вода…

Лаки целенаправленно грабил здание. Его интересовало конечно то что связано с хомопластикой — с технологиями изменения человека. Он обнаружил в здании роботизированный комплекс — операционную и с горечью понял что не разобрать ни затащить в корабль его не сможет. Такой комплекс да на корабль Жаклин!

Первым делом, как только корабль выйдет из гипера, попытаться установить с нею связь!

Лаки сбивался с ног и голодал. Вспоминал о еде, когда желудок начинал болеть. Летал по зданию с ломиком в руке и выламывал двери. Искал что — то, что даст ему еще одну зацепку. Ничего…Кабинет директора фирмы он подробно изучил, даже взломал стенной хитрый сейф, но нашел в нем только секс — игрушки.

— Тебе нужно как следует поспать и поесть. — настаивал Саймон. — И займись своими бабами, в конце концов!

— Что с ними не так?

— Они о чем-тошушукаются и хихикают без повода!

— Их стало много и они развлекаются как умеют.

— Они плетут интриги! Не делай удивленные глаза, сынок. Женский ум — страшная сила! А если не знаешь что делать с девчонками — обработай всех парализатором и загрузи по отсекам.

— Хорошая мысль! Где ты раньше был?

— Только это на время отложит решение проблем. Они очухаются и разозлятся еще больше.

— Время, мой враг.

— Ты еще молод, чтобы так говорить, сынок. Доживи сначала до моих лет!

«Вот заладил одно и тоже! Как древний старец!»

Саймон обожал бурчать. Сейчас его любимой темой стали последствия высадки на Лутанг.

— Теперь мы настоящие террористы, мой мальчик! Нападение на планету империума, похищение заложников! Осталось только работорговлей заняться.

— Рабом был, а вот рабовладельцем — не желаю. Гнусно все это, Саймон…Люди не скот!

— Люди бывают хуже скотов! Поверь старому цинику! Гнусно морочить голову трем женщинам одновременно! Или четырем? Ты так мне ничего и не объяснил. Ты все же нашел свою эльфийку? Ту что лежит в капсуле в медотсеке под надзором Лайзы? Это твоя мамочка? Выглядит очень аппетитно. Извини, если обидел. Я только краешком глаза…

Лаки засмеялся.

— Нет, она не моя мамочка. Она девушка которую превратили за несколько месяцев в существо несуществующей расы. Лайза в курсе. Она только не знает как вывести эльфийку из комы, а поганец Вонг молчит, прикидывается что тронулся умом. Разговаривает сам с собой, причем в трех лицах разными голосами. Жутко забавно!

— Хочу посмотреть. У нас на борту так мало развлечений!

— Поздно. Мы сунули Вонга в АКР и отправили в кому. Пусть побудет консервами.

— Как твоя эльфийка?

— Я не знаю кто она.

— И чем же она отличается от наших девчонок? — не унимался пилот. — Ушками? Какими-тоскрытыми достоинствами? У нее «киска» устроена по иному?

— Пока не знаю. Подозреваю, что доктор Вонг, ее сотворивший, знает людей, которые возможно также сделали и мою мать.

— Ты решил что и твоя мать — такое сконструированное существо?

— Я ничего не знаю, Саймон! И чем больше узнаю, тем меньше понимаю!

— Такова жизнь, не обращай внимания. Пойдем выпьем немного виски? Завтра утром по корабельному времени выйдем из гипера.

— На Цирцею не будем садиться и даже близко не подойдем. Вызовем челноки и перегрузим туда всех парней из трюма. Пусть офицеры ПККБ ими занимаются.

— Отличная идея! Так что насчет виски? У меня остался настоящий «Гленморан»!

Уединиться в рубке им не дали. Объявились все дамы, спроченной группой. На какой только почве объединились?! В рубке сразу стало тесно. Лек и Минг тоже надели комбинезоны как у Алетты и обзавелись магнитными туфлями.

— Выпиваете и без нас? — удивилась Лайза.

— Это не по звездному кодексу, капитан Лаки! — заметила, хмурясь притворно Алетт.

— Кто назначил мальчика капитаном, я просто поражаюсь! — всплеснула руками тетушка Минг и состроила глазки Саймону. Стройная фигура, пышные волосы и умело наложенный макияж. Теперь у Саймона не повернется язык назвать тетушку Минг старой шлюхой. Выглядела она как старшая сестра Лек — максимум!

В глазах дам сверкали молнии и только Лек молча улыбалась Лаки.

Саймон вздохнул тяжело.

— Стюард, посуду в рубку!

— Уже! — доложила Алетт, плавно поднимая пакет с контейнерами для напитков в невесомости.

Она же ловко распределила алкоголь по контейнерам.

— У нас к вам очень много вопросов, мальчики! — сообщила тетушка Минг.

— Тогда первый тост за наших прекрасных девушек! — тут же влез Саймон.

Все дружно присосались к трубочкам…

Алетта быстро сбегала на корабельную кухню и принесла закуски в контейнерах — измельченные бифштексы из молодого буйвола с бататами. Все полученное на орбите еще с Лутанга.

— Милочка! Ты изумительно готовишь мясо! — воскликнула Минг.

— Благодарю вас, тетушка!

Они поцеловались в щечку.

— У меня есть отличная идея, девочки уже в курсе! Ты — ловкий парень — Лаки! Если уж так все в тебя влюблены, то возьми сразу трех жен! Ты же — правоверный, а вам можно! Верно, Саймон — проказник?

— Я не правоверный! — завопил Лаки, сразу проникнувшись жуткой идеей тетушки Минг. — Это было только прикрытие!

— Чепуха! Отговорки! — махнула рукой Минг. — Я видела что он обрезан как положено у правоверных!

— Вау! — воскликнули Лайза и Алетт в один голос. Лек нахмурилась.

— Когда ты это увидела, мама?

— На опознании тела, моя дорогая!

— Какого тела? — изумился Саймон.

Тетушка Минг с удовольствием все изложила. Про то как они с Чонгом были вызваны в полицию и на флайере доставлены в центральное управление, где в холодильнике, на железном столе им показали голого и мертвого Лаки.

— Я все подробно рассмотрела! Лек, милая, он обрезан же?

Лек покраснела и закрыла лицо ладошками.

— Мама!

— Глупости, девочка моя! Алетт и Лайза отличные девчонки и ты с ними будешь как за каменной стеной! Возьмите паршивца в оборот! Не дайте сколькому угрю проскользнуть между пальцев!

Тетушка Минг хлебнула еще виски и захихикала.

«Зачем боги придумали тещу?!» — с отчаянием подумал Лаки.

Воображение нарисовало ему картинку не очень приятную. Жить под руководством трех девушек, которых на него будет постоянно науськивать тетушка Минг. Шлюха — это не профессия, это менталитет!

— Я пойду, отнесу виски механику! — крикнул Лаки, вылетая из рубки на максимальной скорости под заливистый девичий смех.

— Поясните старому дураку… — спросил Саймон.

Дальнейшее отрезало дверной переборкой.

«Ну, тетушка! Ну, змея!»

Нащупав в кармане парализатор, Лаки бросил взгляд на часы — браслет.

Пора навестить трюм! Он успел вовремя.

Один из парней в черном комбинезоне и в закрытом шлеме, распутал ремни на руках и уже расстегивал на ногах.

— Какой ты шустрый, говнюк!

— Лу Кван… — прохрипел полицейский знакомым голосом.

Лаки опустил парализатор.

— Воды и душевую кабину и я сделаю что хочешь! — простонал Ван Чонг, снимая шлем с головы. — Даже вручную вымою эту вонючую комнату! Даже перестираю всех комбезы вручную!

— Чонг! Что за чудесное явление?! Извини что в спешке тебя не узнали.

— Вода, душ и еда! И только в такой последовательности! Умоляю!

Капитан никогда ничего не просил и не умолял. Вот что значит двое суток пролежать в комбинезоне в собственном соку!

«Чем не метод для говнюка Вонга?!»

Лаки отбуксировал Чонга в молекулярный душ в жилом отсеке. Без воды и моющих средств душ отдраивал тело до хруста. В тесном пространстве корабля гигиена всегда на первом месте. Если у механика запотеет подмышка, то в отфильтрованном воздухе это учуют моментально и везде. Теперь был понятен психоз давнего знакомого Филиппа по поводу длинных женских волос. Чонг смешно вертелся в матовом стакане душа, тер себя ладонями, таращился в верхний излучатель. Ждал воды. Грязный комбинезон капитана Лаки, надев перчатки, сбросил в утилизатор и из шкафа вынул новенький, синий как у всего экипажа.

— У тебя шестой размер ноги?

— Да.

Лаки выбрал из ячейки подходящие туфли.

— У вас вода кончилась?

— Ты уже чистый, вылезай!

Вцепившись в дверцу душа, Чонг смотрел на Лаки сверху вниз, его ноги парили под потолком. Спросил с тревогой в голосе:

— Я не воняю?

— Уже нет. Держи, одевайся и обувайся.

— Мы в гипере?

— Верно. Завтра прибываем на место.

— На место?

— На орбиту Цирцеи. Я планировал всех парней из трюма сгрузить на Агрии и лететь дальше, а теперь даже не знаю. Как ты попал в здание «Райского сада»?

— А ты мне поверишь?

— Одевайся и говори убедительнее. Ты же называл меня своим братом.

Чонг смутился.

Смущенный Чонг! Необычайно редкое зрелище! Тем более что Лаки впервые увидел его торс и спину в цветных ярких тату. Драконы, змеи, рыбы и морские волны…или это заросли?

— Красивая картинка. Что она означает?

— Старая традиция, еще с Терры дошла. — нехотя признался Чонг. — Знак принадлежности к триаде.

— А что это такое — триада?

— Древняя мафия…

— Тайная преступная организация?

— Когда-тода, а теперь только рисунок на коже.

Лаки показалось что Чонг выкручивается и не желает говорить полную правду.

Кланы Лутанга тоже был мафией в древнем смысле. Почему же не всем членам клана наносили такое тату?

Может быть такое положено только старшим чинам?

Лаки решил не давить на капитана. В конце концов каждый носит на теле что пожелает.

— Я предлагал тебе в самом начале поступить ко мне на службу. Тогда клан был против, но сейчас старейшины далеко и я повторяю свое предложение.

— Не в моем положении задавать вопросы. Ты хозяин положения…Но все же…Кто ты на самом деле?

Покончив с третьим контейнером бифштекса с бататами Чонг сидел напротив Лаки, зацепившись ногами за стул. Невесомость ему явно была дискомфортна.

«Мне то скрывать особенно нечего…Наемник желает больше знать о нанимателе? Законное желание!»

— Меня зовут Лаки. Я богат и я ищу свое прошлое.

— Прошлое нужно искать? — удивился Чонг. — Мне казалось что ты искал на Лутанге какую-тоособенную женщину.

— Ты посчитал что такой особенной является Лек и свел ее со мной?

— Разве я ошибался?

— Ты прав — она особенная, но искал я не ее. А что скажешь ты?

— Обо мне ты знаешь многое. Я не лгал. Все так и было. Есть конечно и тайная сторона. На Срани нас всех, курсантов с Лутанга завербовало ПККБ. Дракон Тун тоже человек ПККБ. Я в этом убежден!

Через него и некоторых членов госсовета ПККБ контролирует систему Тубана.

Мне приказали взять под охрану Ибрагима Гамида и защищать как собственного ребенка. Ты тоже агент ПККБ? Ты же был на Срани, ты знаешь кучу подробностей! Не могли туда послать непроверенного человека, я считаю. Можешь не отвечать. Я пойму.

— А если я агент более высокого уровня?

— Тогда все понятно мне…Когда началась суета на правом берегу, поступил приказ: переодеть две секции в форму полицейского спецназа и вытащить тебя из здания фирмы, не считаясь ни с чем! Наши боссы были в ярости и недоумении, когда выяснили что корабль севший в особом объекте — твой.

«И кто же им об этом сообщил?!»

— Про каких боссов ты говоришь? Из клана?

— Из тех что наверху…Кланы — часть системы. Народ боится мафии, а не государства. Наши предки знали как управляться с народом. Тайная власть страшнее открытой.

— Эта фирма «Райский сад» — особый объект? Почему?

— Я мало что об этом знаю. Наш клан не имел выхода на правый берег, ты же знаешь? Тут больше догадок. Они работают по особым заказам с самого верха. Если не для ПККБ, то для кого? Для дракона Туна? Для Терры? Имперские безопасники тоже были заказчиками? Для кого то третьего? Я удивился, когда Вонг прибыл лично в твой номер в отеле, да еще желая получить заказ.

«Им был нужен не заказ на эльфийку, а моя кровь. А я не догадался сразу…»

— Вонг был связан с генералом Кьетом?

— Полагаю что так.

— Убийство генерала сошло тебе с рук?

— Я многих прикончил за свою карьеру. И лишь пару человек по собственному моему желанию. Приказ об устранении генерала пришел сверху.

— От кого?

— Приказы приходят без подписи. Это не бюрократия, где каждая бумажка с датой и номером.

— Ты опознал мой труп вместе с Минг.

— Верно, но я догадывался что это только твоя копия — работа особого объекта. Я решил что ты сменил внешность еще раз или покинул планету…

— Привет, мальчики! — в кухню влетела Алетт, а следом улыбающаяся Лек.

— Чонг?! — улыбка Лек моментально увяла.

— Ты взял ее с собой?!

Лаки наслаждался несколько мгновений всеобщим замешательством_.

— Чонг — наш гость. Алетт — стюард корабля.

— Очень приятно, леди. Ваша кухня выше всяких похвал! — выдал натужно Чонг.

Появление Лек сбило его с толку.

— Леди — кухарка! — засмеялась Алетт. — Но мне пора покормить нашего бирюка механика. Секретничайте без нас.

Девушки, забрав еще контейнеры из комбайна, вышли.

— Не ожидал ее здесь увидеть…Что ты хочешь сделать с Лек? Куда ты ее везешь?

— Неверный вопрос, Чонг. Она сама решила покинуть Лутанг. Она вольна поступать как пожелает.

— Пока я старший мужчина в семье — это не так. — тихо, но упрямо ответил Чонг, не глядя в глаза.

— Но она же моя жена?

— Она была женой Лу Квана, а тот, как я понимаю — умер. Она теперь вдова и не вправе собой распоряжаться!

— Хочешь ее продать?

— Купишь? — хмыкнул Чонг.

— Сукин ты сын, капитан Чонг! — взорвался Лаки. — На этом корабле пока еще мои правила! Здесь свободные люди и никто никого не продает!

«Надоели эти сутенеры с Лутанга! Обнаглел, бандит!»

— Как прикажете, босс! Извините, я забылся!

Чонг поднял руки.

«Смирился с ситуацией? Или притворяется?»

— Когда я смогу получить своих ребят, босс?

— Если ты обещаешь их сам помыть, то хоть сейчас.

— А оружие наше?

— Оружие получите завтра обратно.

Высаживайтесь на Цирцее и ждите обратного транспорта.

— Что мне сказать боссам на Лутанге?

— Правду. Ее говорить легко и сладостно. — усмехнулся Лаки.

— Вы пошли на особый объект за эльфийкой?

— Какая разница, если особого объекта больше нет?

— В каком смысле?

Лаки рассказал подробности.

Чонг побелел.

— Это все меняет, господин Лаки.

Обратно на Лутанг мне дороги нет и на Цирцее мне делать нечего. Меня не простят за то что случилось…Вы точно работаете на ПККБ?

— Ни на кого я не работаю! — разозлился Лаки. — Только на себя самого!

— Так не бывает. — усомнился Чонг. — Миры империума поделен между корпорациями и имперцами. Быть вольным художником просто невозможно!

— У меня собственная корпорация и я ее единственный глава.

— Это только слова, господин Лаки. Как название вашей корпорации?

«И почему я его не усыпил?»

Чонг вскинул голову и тут же обмяк, покачиваясь.

Лаки не успел обернуться. Заряд из парализатора влепили в спину.

Он не мог двинуться, даже моргнуть. Чьи-торуки обшарили его карманы, достали парализатор.

«А вот и агент…Кто?.Чей?»

В поле зрения появился механик Хиггинс. Старина Хиггинс…Незаметный и тихий любитель одиночества.

— Удивлен, капитан Лаки? Вижу что да.

Привет вам от бригадира Роты. Она же вам велела носить браслет — токи, а вы не послушались? Побудьте пока здесь. Я навешу старого друга Саймона и быстренько вернусь!

Механик исчез из поля зрения.

В глазах парализованного Чонга светилось недоумение.

«Это не Чонг оказался в дерьме! Это я в дерьме!»

Оставалось только ждать развязки. Хиггинс работает на имперскую безопасность и если он обозначился, значит на Цирцее их будет ждать засада. Корветы патруля, группа захвата и тюрьма на Плутоне? Старик Саймон как в воду глядел! А может и он — безопасник?! Кому можно доверять в этом мире?!

«Я доверил подбор экипажа бывшему алкоголику и вот результат! Меня продают все кому не лень!»

Лаки прокручивал в голове планы спасения и злясь на самого себя. Его доверчивость ему же выйдет боком! Что теперь? Камера в имперской тюрьме, допросы…заключение на неопределенный срок, а может перевербовка? Одно обнадеживает — убивать его не стали, значит нужен живым.

«Пока я жив — побарахтаюсь!» Через несколько мучительных часов ожидания появилась Лайза с инъектором и вкатила в шею порцию антидота.

— Черт возьми, теперь и на кухне воняет дерьмом! Эта антисанитария меня достала!

«Может сама уволится?»

Лаки моргнул, пошевелил челюстью. Пралич еще не отошел, но говорить можно.

— Спасибо, Лайза…Что так долго?!

— Прошло четверть часа, не больше!

— Что с Хиггинсом?

— Откуда мне знать?! — фыркнула докторша. — Шизофрения или паранойя? Экспертиза психиатра покажет. Явился в рубку с парализатором, вырубил Саймона, а Минг огрела его по голове пустой бутылкой.

Теперь по всей рубке плавают осколки стекла. Это же очень опасно для органов дыхания! Идиот Саймон — разве можно проносить стекло на борт! Только вакуум вычистит все как следует! И кто дал этому идиоту механику парализатор?

— Это было дорогое и настоящее пойло!

— Конечно, виски был настоящий. В этом я разбираюсь. Этого отмораживать?

Он не так воняет. — Лайза кивнула на Чонга.

— Раньше из него все вылетело…вколи и ему. А мне надо в душ.

— Очень рекомендую! — поморщила носик Лайза.

Лаки побрел в сторону жилого отсека, но душ уже заняли Алетта с Лек. Их вредная докторша первыми избавила от паралича мышц.

До выхода из гипера оставалось пять часов. Корабль превратился в сумасшедший дом.

Чонг с помощью Лайзы размораживал своих людей, отправлял в душ и переодеваться. Запас комбинезонов кончился. Голые боевики сидели вдоль стены, держась за капсулы, и сосали из трубочек ланч. Алетта и Лек не успевали загружать в кухонный комбайн полуфабрикаты из рефрижератора.

Хиггинса привязали в рубке к креслу и вкатив антидот, попытались допросить. Механик молчал, словно язык прикусил.

— Было б у меня три бамбуковых палочки и маленький ножик… — вздохнул Чонг. — Я бы смог разговорить вашего человека.

— Зачем палочки? — удивился Саймон.

Чонг пояснил.

Саймон выругался, а Хиггинс впервые открыл рот.

— У меня снижен порог чувствительности. Не поможет.

Саймон врезал ему в челюсть.

— Сволочь поганая!

Механик молчал.

— Выбросим его за борт? — предложил Лаки.

— А где я нового механика найду, с такой историей? Кто к нам пойдет на борт после этого? — с раздражением вставил Саймон.

— Никто! — заметил с ехидством пленник. — Вы отлетались, голуби мои!

— Что такое голуби? — спросил Чонг. — Это такое ругательство?

— Надо проверить двигательную установку — особенно тяговые. — сказал Лаки. — Не исключено что этот засланец нам чего-тонавертел в программах.

Корабельный комп протестировал двигатели и ничего не обнаружил. Все системы в норме. Проверку повторили три раза с тем же результатом.

Хиггинса обработали парализатором и отправили в трюм. На его место в отсек отправился Саймон. Лаки занял место первого пилота. На место второго попросился Эдвард.

— Только без художеств, парень. Я не Лаки, не буду по головке гладить! — заметил с угрозой Чонг.

«Что-тоон тут у нас вольготно расположился?»

Лаки покосился на капитана, занявшего место в кресле рядом со вторым пилотом.

Перед выходом из гипера еще раз протестировали все системы. Все в норме, только топлива мало для двигателей Кирстона. Необходима заправка. На Агрии? Нужен ремонт датчикам, нужен осмотр обшивки верхней части корпуса и конечно замена двух опорных стоек. В любом случае ремонт займет не меньше двух недель…

Бросить этот корабль и снять другой? А если имперцы успею все заблокировать? Как будет реагировать ПККБ?

Все началось, когда серость на экранах сменилась чернотой и блеском звезд. Обломки крыши здания плавно отлетели, освободив корабль из плена. Комп тут же сообщил о выходе из строя тяговых двигателей и о блокировке двигателей Кирстона.

Саймон ревел из двигательного отсека про то что он сделает с Хиггинсом, обещания звучали вперемешку с ругательствами.

— Нам нужен специалист по системам. Скорее всего это вирус. — сделал вывод Лаки.

— Нам никто не нужен… — уныло заметил второй пилот. — Нас уже ожидают…

Комп любезно сообщил что на сближение идет имперский крейсер и постоянно запрашивает связь.

Эдвард и Чонг смотрели на Лаки, а Лаки смотрел на экран монитора и ему хотелось что-торазбить. Они вляпались по уши!

Он включил связь и на экране появилась девушка в узком мундирчике стального цвета с воротником — стойкой. Волосы русые, гладко зачесаны назад.

— Рейдер свободных территорий «Рамуш» вас вызывает. Лейтенант Глори на связи. Представьтесь, сэр.

— Курьер класса «Вентура, номер Vx 005732.Следуем на Агрию для ремонта. Первый пилот Саймон Банч. Второй пилот Дон Льюис. Мы не вооружены и у нас проблемы с двигателями. — оттарабанил Лаки, зачем-товспомнив свою старую личность.

«Какие свободные территории? Какой «Рамуш»?!

— Переключаю на капитана.

— Привет, дорогой мальчик! Я тебя заждалась!

На экране Лаки увидел женщин лет сорока в таком же стального цвета мундирчике с золотистыми контрпогонами на плечах, с короткой прической и волевым, скуластным лицом.

— Мы знакомы, сэр…мэм…?

— Лучше так?

Вместо женщины в мундире появилась…Жаклин. Та какой он ее помнил — морщинистая, жилистая старуха в теплом, шерстяном плаще, седая, но с веселыми, пронзительными глазами.

— Это виртуальные образы. Который тебе по вкусу?

Лаки обернулся к Эдварду и Чонгу.

— Парни, у меня конфиденциальная беседа.

— Ты выставляешь нас за дверь? — осведомился Чонг.

— И как можно быстрее! — рявкнул Лаки.

— Жаклин, где ты была?! Я уже начал терять надежду!

— Я соскучилась по своему малышу! — засмеялась старая Жаклин. — Но требовалось время чтобы привести дела в порядок.

— Ты теперь крейсер?

— Я решила, что какого демона?! Все норовят на меня напасть и обстрелять своими погаными ракетами! Трансформация заняла много времени, после того как я ушла в гипер с орбиты беты Ориона. Но я рада что ты в порядке.

— Я не в порядке…Я так и не нашел мать…Потерял Стефанию…Мой корабль поврежден…

— Производим стыковку и тогда уж более подробно поговорим.

— Я думаю что надо спешить. Здесь нас должна ждать засада. Тебе надо срочно уходить, Жаклин. Я только наживка, а охота идет на тебя!

— Я знаю, малыш. Оба патрульных корвета ПККБ я разнесла в пыль еще вчера. Рядом с Цирцеей у них сейчас нет крупных сил. Я вышла на связь с Крейгом Барнаби и пообещала взорвать над Холлифордом кварковую бомбу, если они позволят себе какую-тогадость.

— У тебя есть кварковая бомба?!

Жаклин подмигнула с экрана.

— У меня все есть, малыш! Хватит чтобы почистить до блеска всю систему Цирцеи!

— И что ответил хозяин ПККБ?

— Обещал что будет вести себя вежливо и конструктивно. Я перехватила их сигналы. Они запрашивают срочную помощь у империи. Но у нас есть время.

— Надо забрать моих людей с корабля и еще есть очень важные грузы…

— Я заметила, что ты прихватил с собой с Лутанга кусок недвижимости и превратил в движимость?

— Меня вынудили…Я больше не буду… — пообещал Лаки, внезапно превращаясь в нашалившего мальчишку. — Ты знала что я на Лутанге?!

— После обо всем. Этот сигнал легко декодировать.

Мы стыкуемся и уходим в гипер.

— Вместе с курьером?!

— Он нам пригодится.

…В капитанской каюте крейсера «Рамуш» Лаки блаженствовал с чашкой кофе в руке после душа. Настоящего, горячего, не молекулярного. Наслаждался гравитацией и мягкой, свежей одеждой. Хорошо, что Жаклин не нарядила его в форму экипажа! Этот воротник, наверно, очень натирает шею? Если ты конечно не девушка с грациозной головкой на длинной шее…

Лейтенант Сона Глори сидела напротив с планшетом на сдвинутых коленях и докладывала о размещении груза и людей.

Ближняя девушка Мирабеллы Сона волшебным образом превратилась в офицера корабля. Три десятка бывших охотников на крыс из семьи Гашан, пройдя гипнообучение стали экипажем крейсера. Жаклин время не теряла даром…

«В отличии от меня…»

— Что-тоеще, капитан?

— Лаки, ты ее почти не слушал. — заметила с голографического экрана Жаклин.

— Я все слушал.

Великолепная работа, лейтенант. Я доволен. Можете быть свободны.

— Слушаюсь, сэр!

Когда девушка вышла, Лаки покачал головой.

— Зачем ты нарядила ее в черные латексные штаны?

— Чтобы тебе было приятно смотреть на зад своего лейтенанта, конечно! — засмеялась Жаклин. — Ты, конечно, пресыщенный молодой человек, с гаремом красоток, но и Сона очень даже ничего?

— Какой еще гарем?

— Я скачала все файлы с твоего компа на Вентуре. Ты знаешь что он вел круглосуточную видеосъемку всех помещений?

— Нет…Кто отдал команду?

— Девочка по имени Алетт.

— Она только стюард! У нее нет доступа!

— Наивный мой малыш! Я полагаю что тайный агент на корабле именно она. Хиггинс ввел вирус в двигательные системы, а Алетт внесла изменения в навигационную систему ранее, а теперь и в командные настройки. Она специалист высокого класса.

— Имперская безопасность?!

— Не уверена. Полагаю, она работает на твоих «родственников» с Терры.

— Хиггинс работает на имперцев, Алетт на «родственников», Чонг на ПККБ.Куда же их всех подевать? За борт?

— Какой ты быстрый?! — возмущенно покачала головой Жаклин. — Нельзя разбрасываться людьми. Особенно специалистами высокого класса. Их надо уметь использовать. Ты же использовал трофейные револьверы? Используй этих людей также. Поверни оружие врага против него! Будь мудр и хитер!

— А если она залезет в твою систему?

— Алетт? Исключено. Она уже в АКР, так же как Хиггинс.

— Что я еще не знаю?

— Твою копию на Лутанге заказала я. Доктор Вонг работал на меня в этом деле и я рада что он не пострадал.

— Но зачем?!

— Этот клон необходим мне. Он получит копию твой личности и останется в колонии вместо тебя. Семье нужен глава. Ты выбран мною. Если ты связан своей идеей поиска матери, то твоя смертная копия вполне может заняться колонией на новой планете.

— Личность копировать нельзя! — выдавил, потрясенный до глубины души Лаки.

— А с кем ты тогда сейчас говоришь?

— Почему я об этом ничего не знал?

— Теперь знаешь.

— Мы летим на Саву, к дельте Ориона?

— Умный мальчик.

— Как там дела?

— Просто отлично.

— Мирабелла справилась?

— Забудь о ней. Стефания всеми рулит. Она настоящий огонь — твоя девочка!

— Стефания на Саве?! Что же ты молчала?!

— Старая любовь не ржавеет?! — засмеялась Жаклин. — А если она выберет твоего двойника, а не тебя?

— Почему его?!

— Потому что от него она может иметь детей, а от тебя нет.

Ты стерилен, Лаки, как искусственное существо. А твой клон, созданный на основе человеческой части твоего тела — вполне себе человек.

— О чем ты говоришь?! Я не человек?!

— Наполовину. Вонг это прояснил окончательно.

— Не верю! Я видел в снах мать!

— Сны ни о чем не говорят. Это может быть наведенными воспоминаниями, внушенной информацией. Что в твою голову набили на той дикой планетке хитрецы ПККБ?

— На Срани? Чепуха!

— Не отметай эту мысль. Обдумай ее.

Охота на самом деле ведется за наследием принца Виктора, за кораблем «Глори». Ты — только оружие, подвернувшееся под руку.

— Я не оружие…

— Ты мой малыш. — улыбнулась успокоительно Жаклин. — Я всегда с тобой и рядом. Хочешь продолжить поиски по галактике? Хорошо! Хочешь остаться на Саве с гаремом красавиц — пожалуйста! Я одобрю любой твой выбор. Только поговори для начала с принцем. У него есть очень убедительные доказательства.

— С принцем?

— Его личность также сохранена, как и моя. Принц жив и готов с тобой поделится всем про что знает.

— Его информация устарела на три столетия!

— Это тебе решать.

— Когда?

— Можно хоть сейчас.

— Я должен все подумать.

— Ты устал, понимаю. Подумай, Лаки. Время еще есть.

Экран погас, но Лаки знал что Жаклин отзовется по первому его слову.

Он сжал ладонями виски.

Стефания на Саве…Принц Виктор…Двойник — клон…Я — искусственное существо…

«Слишком много навалилось за один день на мою больную голову…Она что-тоговорила про человеческую часть моего тела? А есть еще и не человеческая?!»

Сидеть долго, уставясь в стену, Лаки не умел и включил экран над столом. Имея капитанский доступ он мог легко наблюдать за всеми уголками корабля, даже за каютами экипажа. Кроме лейтенанта Глори никто ему еще не знаком…А вот пассажиры…

Всех людей с курьера расселили по большим каютам, по пять человек.

Многие, особенно те, кого пришлось прихватить вместе со зданием с Лутанга: сотрудники фирмы и полицейские — принимали душ и ели. Люди Чонга собрались в одной каюте и Чонг им что-товтолковывал. Его напряженно слушали.

Лаки включил звук.

…Это особое задание, очень важное для клана! Все получат вознаграждение и повышение! Мы должны всем показать что парни с Лутанга — крепкие орешки и не всем по зубам! Строгое выполнение моих приказов — первое! Никаких контактов с экипажем корабля и иными людьми — второе!..

«Воодушевляет парней…А что? Правильно! «Боец должен знать свою задачу и верить в то что начальник про все знает и держит в голове хитрый план.» — так говорил чиф Мортон. Он то знал как воздействовать на бойцов…»

Лайза, Лек и тетушка Минг обитали в отдельной каюте.

Тетушка, кутаясь в белоснежный банный халат, что-тоговорила, а девушки, раздетые до трусиков, внимательно слушали.

Экран погас, прежде чем Лаки включил звук.

— Нехорошо подсматривать за девушками, малыш. — строго заметила Жаклин, появляясь на экране.

— Мне про это не говорили! — убедительно соврал Лаки.

— Бедный ребенок, я так мало занималась твоим воспитанием! — вздохнула Жаклин. — Они просто сплетничают. В основном обо мне. Рассчитывают на то что я как твоя родственница помогу им воздействовать на тебя. Только эта дамочка постарше знает про меня. Другим я не представлялась. Эта — Минг — очень боевая. В нашей колонии она будет как рыба в воде.

— Не сомневаюсь. — кисло заметил Лаки.

— Кто из девушек тебе нравиться больше?

— Я хочу увидеть Стефанию. Я по ней скучал.

— А если она уже нашла другого?

— Не поверю никогда!

— Женщины ветреные создания. Сегодня один, а завтра — другой! С чего бы ей хранить тебе верность?

— Ты хочешь меня разозлить? Не выйдет!

— Экий ты стал толстокожий! А про своего друга Саймона не хочешь ничего узнать?

— С кем ты его поселила?

— С Эдвардом, конечно.

— Если он не пронес на борт бутылку-тоспит, наверняка. Он старый пилот и всякого навидался.

Жаклин расхохоталась.

— Ты хорошо его изучил, малыш! Но что с главным вопросом?

— Как ты нашла Стефанию? И где?

— Она вышла со мной на связь с Цирцеи. Я забрала ее с орбиты вместе со смуглой девочкой, тихой и скромной. Еще одна твоя поклонница?

— Нет у меня поклонниц, Жаклин. И честно говоря, эти склоки девичьи меня утомили.

— Избалованное дитя мечтает о покое? Покоя на Саве не дождешься.

— Что сказала Стефания? Как она выбралась из «заповедника Морелли»?

— Меня ее объяснения вполне устроили, а подробности узнаешь от нее.

Долго ты еще будешь тянуть время?

— Хорошо! — Лаки махнул рукой. — Включай принца, пусть изложит свои соображения!

— Повежливее с ним, малыш, ведь он твой предок.

— Я же «искусственное существо»?! Какие предки?

— Твои гены говорят о том что ты его потомок или же при создании тебя были использован генный материал его потомка.

— Это заключение слизняка Вонга? Ты ему веришь?

— Во первых — он ученик Зигмунда Родекера, а во вторых, мы все обязательно перепроверим, как только заработает наша генная лаборатория в колонии. Вонг и его лаборанты как раз будут к месту.

— Вряд ли он обрадуется такой перемене в своей жизни…

— Напрасно ты так думаешь. Перспективы его увлекли, когда я пообещала ему бессмертие.

— Бессмертие? Ему? Серьезно?

— Он создаст своего клона и я перепишу в него его личность.

— Тогда просто будет два Вонга: молодой и старый. Старый умрет, а потом и молодой состариться.

— Верно, но тот, что молодой будет полной копией личности Вонга.

— Быть копией видимо не очень комфортно…Тот, мой двойник…Все будут знать что он моя копия?

— Только ты и я.

— Это обман.

— Тогда останься на Саве и стань подлинным патриархом семьи Гашан.

— Ты всегда будешь меня направлять? Всегда и всюду?

— Извини, мой мальчик. Старуха тебя обидела? Не надо дуться. Твой двойник на Саве будет занят своим делом, а ты своим.

— И какое же у меня дело?

— Покончить с владычеством псевдо — хомо в империуме.

— Я наверно отупел на Лутанге. — признался Лаки. — Какое владычество и каких псевдо людей?

«Может комп перегорел и свихнулся? Я думаю что говорю с Жаклин…А на самом деле? На самом деле я во власти сумасшедшего искина?!»

— Я возвращаюсь опять к своему предложению — поговори с принцем.

— Хорошо! Включай принца. Иначе у меня мозги закипят!

На экране визора возникла вместо Жаклин черная полоса. Она расширилась и Лаки увидел мужчину средних лет, с открытым взглядом, с лицом очень правильных пропорций и потому совершенно не запоминающимся. Седые, короткие волосы и две больших залысины над высоким лбом. На вид лет пятьдесят — шестьдесят. Человек из далекого прошлого, чье сознание осталось в компе корабля…Немного жутковато было смотреть в лицо давно умершего предка. На самом ли деле?

— Я — принц Виктора, ты — Лаки, возможно мой потомок.

— Очень приятно. И как мне вас называть?

— По имени, конечно. — усмехнулся принц. — К чему церемонии между родственниками?

Дакки напрягся. Родственниками?

Те, странные люди на Терре тоже называли себя «родственниками».

— Объем информации очень велик и без гипношлема не обойтись. Надень его и ляг поудобнее. — посоветовал принц. — Я расскажу тебе что случилось три столетия назад и о том что продолжается до сих пор.

В столе открылась ниша в которой Лаки увидел привычный шлем.

— Ты колеблешься?

— Могу ли я доверять вашим словам?

Принц приподнял бровь.

— Если я лжец, то к чему этот вопрос? А если я правдив, тем более, он неуместен.

— Извините… — пробормотал Лаки, надевая шлем.

…Он снял его через несколько часов и запросил у Жаклин ужин.

— Чтобы ты хотел?

— Все равно, на твой вкус.

Лаки поглощал еду, не обращая внимания на вкус. Просто механически двигался, чтобы насытиться. В голове крутилось то что он узнал…

…Двигатели Кирстона изобрели случайно. На Терре двадцать первого века проблема с утилизацией мусора, особенно радиоактивного стояла на первом месте. Установка, генерирующая поля, воздействующие на структуру атомов вещества, вначале посчитали аннигилятором. Фирма, запустившая ее в серию, чудовищно разбогатела, уничтожая миллионы тонн скопившихся отходов цивилизации, прежде чем на ближайшем спутнике Терры обнаружились чудовищные помойки состоящие из того же самого мусора. Установка оказалась телепортатором…

Майкл Кирстон стал самым богатым и влиятельным человеком Терры, монополизировав переброску грузов из одной точки планеты в другую. Не потребовалось много времени для того чтобы выяснить что двигатель Кирстона способен перебрасывать звездные корабли за пределы планетарной системы.

Первыми звездные экспедиции достигли звездного скопления Гиад. Были обнаружены десятки терродобных планет. На которые немедленно направились колонисты.

Перенаселенные города Терры стремительно пустели. Начать жизнь в новых мирах, среди нетронутой природы пожелали очень многие.

У Гаммы Гиад была обнаружена терраподобная планета с атмосферой, материками и морями, с пышной зеленью и полным отсутствие фауны. Единственными обитателями оказались крупные бурые слизни, неспешно пожиравшие флору. Каждый взрослый слизень достигал веса не менее двести фунтов.

Стандартный исследовательский корабль приземлился на планете, провел экспресс — анализ и выяснил что слизни — единственные обитатели планеты.

Примерно через пять суток, во время полета на отдаленный остров пропал флайер с двумя исследователями: Евой Ларсен и Иржи Ковачем.

Их искали, но ничего не нашли. Планету назвали в честь погибших исследователей «Ларкочия».

Новая экспедиция, уже для определения перспектив создания колонии прибыла через десять лет.

Исследователи не поверили своим глазам: на планете имелась примитивная цивиллизация, на уровне родоплеменного строя. Тысячи мелких поселений по всей планете. Дружелюбные, симпатичные аборигены. Ни малейшей враждебности. И самое главное: живые и здоровые Ева Ларсен и Иржи Ковач.

Пропавшие исследователи обзавелись десятком здоровеньких ребятишек и пользовались среди аборигенов огромным авторитетом. Они пояснили, что аборигены жили в пещерах и подземных деревнях, потому первая экспедиция их не обнаружила.

Случилась огромная сенсация! Найдены были братья по разуму. Вопреки мнению скептиков планета не была закрыта для посещений и аборигенам позволили лететь на Терру в качестве туристов. На Ларкочии высадились миссионеры всех религий и сект. Дружелюбные туземцы никому не отказывали. Идея религии и бога для них оказалась новинкой. Появилась и земная колония. Ларкочийцы оказались способными учениками. Через десяток лет у них было свое правительство и даже посольство на Терре. Имелся единственный минус: ларкочийцы и люди не могли иметь общего потомства.

Бурная колонизация галактики продолжилась и про братьев по разуму просто позабыли на целый век.

До того момента как Терранская империя не столкнулась с инопланетянами иного склада.

Из глубин галактики стали появляться эскадры кораблей, кторорые терроризировали заселенные терранами миры. Требовали дань, но не материальную. Они желали получать в качестве дани — людей. Обычно детей, не старше пяти лет.

Сопротивление жестоко подавлялось орбитальными бомбардировками. Астероиды запущенные с орбиты страшнее атомной бомбардировки. Не меньше десятка миров подверглись нападениям, прежде чем империум сообразил что с ним воюют неизвестные гуманоиды. Их прозвали «хищниками». Их боевые скафандры напоминали негуманоидных злобных существ из древних фантастических терранских фильмов.

Вот тогда ряд богатых рудами и ресурсами планет, вроде Рамуша превратились в фабрики по производству оружия. Война в Галактике шла почти четыре десятилетия, поглотив ресурсы и жизни в неимоверных количествах.

Тем не менее терране, сплотившиеся не смотря на разные расы и верования под властью императора Максимиллиана смогли разгромить эскадры противника и выйти к его базам.

Опасный и жестокий враг оказался фейком. Обманкой. Не существовало развитой цивилизации звездных хищников! Базы были, а вот цивилизации не было.

Оказалось что терране воевали сами с собой.

За штурвалами звездных рейдеров и в броне «хищников» сидели потомки терран. Обычные люди с тем же самым геномом и набором ДНК.

Корабли же «хищников» оказались произведены на верфях Терры и иных колониальных миров и приобретены через посредников, через множество вполне легальных компаний и фирм, а личный состав рейдерских флотилий пополнялся за счет захваченных в колониях детей. Детям легче сломать психику и внушить любой бред. Кто тот враг, что заставил терран воевать между собой? Империя усилила разведку во всех направления в поисках злобного и коварного врага. Галактика прочесывалась и просматривалась очень тщательно. Разведовательные корабли уходили все дальше.

А враг оказался очень близко.

Император Александр под давлением военных и перед лицом неопровержимых доказательств вынужден был принять меры и эскадры империума уничтожили все три планеты населенных ларкочийцами. Планеты остались голенькими и стерильными после бомбардировки и огненного шторма, когда кажется сама атмосфера пылает…Кроме своего родного мира они к тому времени колонизировали еще два планеты. Дружелюбные аборигены и оказались тем самым злобным врагом. Первая экспедиция не ошиблась — слизни — нечеловеческий, но очень гибкий разум и одновременно существа способные трансформироваться как угодно, хоть в человека, хоть в любое живое существо близкое по массе.

Бессмертные существа — хамелеоны возможно поставили перед собой амбициозную задачу: встать во главе империи людей и покончить с нею. Нет, они не объявляли человечеству войну и не провозглашали свои цели прямо и откровенно.

Но их враждебные действия были четко обозначены и определены.

Гражданам империи пояснили что за спиной «хищников» стояли ларкочийцы или «псевдо — хомо» как их с тех пор именовали во всех источниках информации. Но люди в разговоре обычно их именовали просто «слизнями». Люди всегда испытывали отвращение к слизнякам и прочим скользким тварям.

Империя людей пережила этот неприятный эпизод и двинулась дальше в глубины галактики. Голоса скептиков потонули в воплях терранских патриотов. Имперская безопасность получила беспрецедентные полномочия по контролю за экономикой других планет. А на самом деле полный контроль за человеческими существами. Безопасность полагала что часть слизней спаслась, прикинувшись людьми. Во избежание паники и психозов до широких слоев населения эта идея не доводилась, но она витала в воздухе, порождая паническую слухи, бессудные расправы над подозрительными личностями и массовые истерии. Лаборатории генного анализа размножались как бактерии, потому что все желали иметь документ подтверждающий их человеческий геном.

Всем проверенным гражданам империи принудительно были имплантированы в тело чипы для идентификации. Всем, в досягаемости безопасности. Империум стремительно разрастался и на некоторые миры вроде системы Тубана махнули рукой, просто ограничив с ними контакты. Некоторые миры, вроде Хиссара и Мурсафии ввели свои собственные системы идентификации. И конечно, сразу же появился черный рынок, на котором продавались индкарты, как подлинные так и поддельные.

Следующий император — Марк внезапно ввел запрет на генетические исследования и трансформации под давлением министерства имперской безопасности, так как предполагалось что слизни попытаются замаскироваться под людей.

Без экспертизы различить человека от псевдо — хомо практически невозможно.

В отличии от человека у псевдо — хомо имелось не 23 пары хромосом в геноме, а в четыре раза больше. Вот и вся разница.

Репрессии коснулись многих известных ученых. Пострадал одним из первых Зигмунд Родекер.

— Он пришел ко мне бледный, в ужасном расстройстве. В его лабораториях, расположившихся в нескольких мирах одновременно прошли обыски и были изъяты все носители информации. Он просил о заступничестве. Уверял о том что смог вплотную подойти к созданию экспресс — теста — компактного анализатора, который позволял бы любому человеку легко и просто, буквально, на коленке, на основе образца крови определить кто перед ним: человек или псевдо — хомо. На следующий день его арестовали. Генерал Макмиллан пояснил мне что есть весомые доказательства связей Родекера с псевдо — хомо. В его лабораториях обнаружили их генный материал. — рассказывал принц. — Я тогда готовился к экспедиции в систему Плеяд. Рассчитывал привлечь в нее людей Родекера. В версию имперской безопасности я не поверил.

Исследования генного материала не преступление. Связи же Родекера с псевдо — хомо ничем убедительно не подтверждались. Как всегда безопасность желая показать свою значимость изобретала врагов и находила их в самых неожиданных местах.

Я поднял этот вопрос на малом имперском совете, но поддержки не получил. О том что Родекер оставил мне образец своего анализатора, я никому не говорил, но через несколько дней после его ареста в моем особняке случился пожар, несмотря на совершеннейшую систему электронного мониторинга. Мой умный дом, обеспечивавший не только полное функционирование всех систем жизнеобеспечения и защиту от несанкционированных вторжений был уничтожен полностью. Было применено оружие, доступное только имперской безопасности или армии.

Я понял что Родекер под пытками выложил все, но почему безопасность решила уничтожить анализатор вместе с моим имуществом? Это же не логично. Если прибор эффективен, то зачем его уничтожать? Направить его в массовое производство и просто раздать всем гражданам империи. Имея его на руках каждый будет уверен в том что он находиться среди людей.

Моя яхта «Глория» была построена на Рамуше и не входила в серию военных кораблей. В ней были использованы все новинки и даже экспериментальные образцы. Она не имела аналогов тогда и не имеет теперь. Систему копирования сознания изобрел Пер Гамбриус — один из величайших умов того времени. Он был родом с Рамуша и провел на нем всю свою жизнь. Он не афишировал свои исследования и о них знал только я.

Во время войны с «хищника» я курировал деятельность предприятий на Рамуше и знал многих ученых и администраторов лично. Я вылетел на Рамуш, взяв только самых доверенных людей, но дожидаясь результатов расследования. Анализатором я проверил их геном на подлинность.

Прибыв на Рамуш я занялся установкой оборудования из лаборатории Гамбриуса на своем корабле.

Напряжение во мне нарастало. Я ощущал необъяснимую тревогу. Я словно опаздывал куда — то…

Не прошло и десяти дней, как на Рамуше началась эпидемия черной ветрянки…

Для корабля уже было заготовлено секретное хранилище среди автоматизированных заводов по производству вооружения.

Я успел туда переместить «Глорию» прежде чем ощутил первые симптомы смертельной болезни…Гамбриус уже умер к тому времени и монтаж системы завершили запрограммированные им дроны.

Я переписал свое сознание в компьютер корабля и приказал дронам погрузить свое тело, находящееся в агонии — в утилизатор. К сожалению, что-топошло не так. Мое сознание погрузилось в сон и пробудилось только сейчас, благодаря Жаклин. Она одна из выживших потомков Гамбриуса, у нее светлая голова и железная воля…Если так еще можно говорить про сознание лишенное тела. Лейтенант Сона ее правнучка, как мне кажется, унаследовала ее лучшие качества.

Проанализировав всю имеющуюся информацию, я пришел к выводу о том что власть на Терре захвачена псевдо — хомо. Скорее всего они еще при моей жизни взяли под контроль министерство имперской безопасности и повернули ситуацию в свою пользу. Возможно и император — один из них или марионетка в их руках. Империум стагнирует. Наука искусственно сдерживается. За последние столетия ничего нового не возникло, а наоборот, деградировалось то что было. Универсальные синтезаторы исключены из оборота. О них в информатории империума вообще нет ни слова. А ведь синтезатор, подобный тому что установлен на моем корабле, легко бы решил многие проблемы новых колоний да и просто густонаселенных миров. Имея доступ к энергии, можно получать все необходимое и на месте. Необходимость в межзвездных перевозках грузов сократилась бы до минимума. Все те же двигатели Кирстона. На многих мирах в ручную выращивают продукты питания как в доимперский период. Клонирование полное под запретом. Клонируются только органы и части тел для замены поврежденных.

А использование рабского труда? Торговля людьми, как животными и вещами? Это отбрасывает нас в незапамятные времена детства человечества!

Если человечество впадает в деменцию, в старческий маразм, то это плохой знак. У такой цивилизации нет будущего!

Согласно заключения доктора Вонга — ты гибрид. В тебе гены и людей и псевдо — хомо. От слизней в тебе твоя удивительная способность к регинерации. Конечно, она имеет предел как и у слизней. Если тело измельчить или сжечь до пепла — регинерация не возможна. Если ты будешь избегать таких ситуаций, то останешься бессмертным.

Гибридность же твоя не позволяет завести потомство от человечески женщин.

Если найдется такая же гибридная женщина, тогда возможно…

Вонг считает тебя творением Родекера. Только великий Зигмунд был способен на такие чудеса. Старик жив до сих пор? Возможно его смерть — инсценировка. Родекер продолжает работать на слизней где-тотайно?

Хотел бы я его встретить и поболтать…Вот почему слизни на Терре называли себя твоими родственниками. Девушка Оли, та старуха, с которой ты говорил, возможно и твой знакомый — Фил…Они определенно слизни. И они не оставили надежду уничтожить мой корабль, мое наследие, чтобы исключить малейшую возможность разоблачения…Мы проверили анализатором всех тех, кто прилетел с тобой на курьерском корабле с Лутанга. Алетта — слизень или псевдо — хомо», как пожелаешь назвать.

Ее не просто так внедрили в команду корабля. И перевербовать ее, вопреки мнению Жаклин не получится. Остается одно из двух: уничтожить или предоставить свободу. Ты должен решить эту проблему. Но если ты проявишь мягкость, то наша колония на Саве окажется под угрозой. Вряд ли слизни дадут мне еще один шанс.

Принц горько усмехнулся.

— Такова действительность во всем ее неприглядном виде.

Понимаю как тебе трудно все принять и понять, но постарайся. Только ты сможешь вытащить человечество из болота, в которое его все больше погружают слизни. Это дело на которое не хватит обычной человеческой жизни. Но ты же не обычный человек. Безусловно, речь теперь не идет об уничтожении всех особей их расы. Те действия империи были вызваны животным страхом и жаждой мести. Почему бы людям и слизням не жить рядом? Галактика огромна и всем хватит места. А если не хватит Галактики, то не беда! Вселенная не имеет границ. Может быть даже гибридные люди, такие как ты раздвинут границы нашей цивилизации до возможностей когда люди сравняться с древними богами? Может создатель именно это и запланировал для нас? Объединить две расы в одну? Хотел бы я увидеть результат…Может быть даже получить бессмертное тело…

Мечты, куда они могут нас завести?!

…Лаки пил кофе и в голове крутились слова принца Виктора.

«Они слишком многого от меня хотят! Разве я — бог?! Спасти человечество от стагнации? А хочет ли человечество спасения? Может ему нравиться впадать в маразм и веселится по-детски? Спаситель человечества! Это я то?»

Спасителем человечества Лаки быть не желал. Он хотел быть самим собой. Летать среди звезд. Изучать иные миры. Он мечтал найти свою мать.

«А если и она гибридное бессмертное существо? Тогда у меня есть шансы ее найти. Чертов Родекер! Где спрятался этот сумасшедший гений? А может имеет смысл заслушать и другую сторону? Что скажет мне Алетт? Что скажут «родственники» с Терры?»

Мысли о том что он, по сути и не человек, а смесь генов по прихоти сумасшедшего ученого задвинул куда подальше.

«Все это только гипотеза! Правдоподобная, верно, но ничем особенным не подкреплена!»

Другая мысль завладела сознанием Лаки: если найти Зигмунда Родекера, то можно найти и свою мать.

В то что он существо «из пробирки» Лаки не верил. Яркие сны в которых была его мать, нежная большеглазая, с эльфийскими ушками, были сильнее всех и всяческих аргументов и доказательств.

«Искал эльфов, а нашел слизней?!» — захихикал внутренний ехидный голос. Лаки загнал его пинками в дальний угол…

Маленькому мальчику нужна мать, чтобы найти защиту и утешение в трудные минуты, а зачем нужна она взрослому мужчине?

Наверно чтобы самому ее защитить и утешить…

Было невыносимо думать о том что ты родился в «пробирке» и твои сны и воспоминания только нечто несуществующее, внушенное через гипношлем.

Нужно было срочно чем-тозаняться.

Лаки вызвал лейтенанта Глори и попросил построить экипаж. Ему тут же представили мундир стального цвета с воротником стойкой и золочеными конрпогончиками. Золотые нашивки на рукавах — знак его власти…Даже фуражка имелась с золотым шитьем.

«А есть ли моя власть здесь? Всем командует Жаклин…Игрушки для мальчика, чтобы не плакал?»

Экипаж построили в коридоре. Три десятка человек. Все не старше двадцати. Поровну девушки и парни. Рослые, не ниже Лаки.

Вопреки ожиданию капитана женский состав экипажа не носил латексные, облегающие брюки. Форма у всех была одинаковой: стального цвета мундир с брюками и берет черного цвета, заломленый направо. Экипаж поедал глазами капитана.

Лаки внезапно ощутил легкий мандраж. Ну не чувствовал он себя капитаном крейсера свободных территорий! Скорее как актер в дешевой постановке старинного спектакля про космические приключения!

Тишина и взгляды в упор.

Лаки махнул рукой и расстегнув мундир, чтоб не давило, уселся на пол, отложив фуражку в сторону.

— Садитесь ребята! Чего стоять истуканами?! Поболтаем?

— Всем сесть! — скомандывала лейтенант Глори и первая уселась рядом с капитаном. Экипаж дружно опустился на пятую точку, на пружинистый светлый пол. Общение получилось простецким, как того хотел Лаки.

Они знали кто он. Знали о его приключениях и он был для них кумиром, как оказалось. Жаклин провела работу среди молодых людей семьи Гашен!

Вопросам не было конца. Ведь никто из экипажа еще не бывал ни на одной планете империума. У Лаки развязался язык и он на миг ощутил себя путешественником древних времен, вернувшимся из дальних странствий в родную деревню. Конечно, молодых людей интересовала не информация о мирах, которые он посетил. Информации в компах корабля море! Их интересовали его эмоции, оценки, его мнение о предмете. Слушали внимательно и возможно даже делали записи на портативные планшетники. У каждого такой имелся в кармане.

Лаки попросил принести себе что-тоосвежить рот после болтовни и конечно всем присутствовавшим, чтобы не скучали.

Быстро появились слабоалкогольные напитки. Встреча экипажа с капитаном превратилась в дружескую вечеринку.

В свою каюту он вернулся порядком навеселе в сопровождении лейтенанта Глори. За спиной остались звуки танцевальной музыки и веселый смех. Молодые люди позабыли про легендарного капитана Лаки и занялись сами собой.

— Я наверно как старик среди них?

— Нет, капитан. Вы не старик! — отчеканила Сона, помогая ему стащить узкий френч.

— А чего ж вы, лейтенант не надели сегодня свои облегающие брючки?

— Чтобы команда не пялилась на мой зад, капитан.

— Так ты для меня их надевала?

— Так точно.

— Тебе идет…

— Спасибо, сэр.

Лаки лег на кровать и закрыл глаза.

Тревожные мысли покинули его и он крепко уснул.

Лейтенант Сона заботливо прикрыла его одеялом и вышла из каюты.

На следующий день, по корабельному времени Лаки в сопровождении своего лейтенанта обошел весь корабль и это заняло немало времени. Экипаж занимался на виртуальных тренажерах, кроме дежурной смены в рубке управления.

Жаклин, конечно могла вести корабль и вести бой одновременно, но дублирующие системы для людей полностью функционировали.

Лаки навестил и своих «гостей». Собственно ради этого и была затеяна капитанская инспекция. Часть корабля где разместили пассажиров, сообщалась с остальными помещениями через заблокированный шлюз и представляла собой герметичный, автономный отсек, который при опасности можно было отсоединить от корабля и даже пилотировать. Об этом его проинформировала Жаклин через бусинку коммуникатора. Весь экипаж имел коммуникаторы и через комп, капитан мог вызвать любого и отдать приказ.

— Пассажиры не выходят из своего отсека?

— Да, сэр. Запрещено внутренними правилами!

Лаки усмехнулся. Жаклин подстраховалась?

Отсеки в которых лежали АКР с Вонгом и Алетт были заблокированы Жаклин и никто не имел к ним доступа. Лаки и не пытался даже туда заглянуть. У него есть много вопросов к «девочке» Алетт и задаст он их ей не здесь, а там где никто не будет слушать и подглядывать!

Мрачный Саймон сидел в каюте и гипнотизировал пустую бутылку из под виски.

Эдвард, натянув шлем эльвизора, лежал на своей узкой койке.

— Привет, малыш. Ого, тебя произвели здесь в офицеры?!

— Бери выше, старина! В капитаны!

— Мои поздравления, сэр! Это надо отметить! Увы, мои запасы подошли к концу! — Саймон понизил голос. — Может вместо парня ко мне поселят Алетт?

— Девушки сейчас проживают отдельно. Таковы правила! — бодро соврал Лаки. — А отметим мое назначение на планете. Через пару дней будем на месте.

— Бар там имеется?! — оживился Саймон, косясь на Сону, стоящую возле двери по стойке смирно. — Это что за штучка в форме?

— Мой заместитель. Лейтенант Глори, Прошу!

— Лейтенант, Саймон Банч, мой давний и самый лучший друг.

Саймон пожал руку девушке и улыбнулся.

— Очень приятно познакомиться с первым пилотом. По расписанию крейсера лейтенант — он же первый пилот?

Сона покраснела слегка.

— Я не пилот, сэр. Копм пилотирует крейсер, а я занимаюсь боевой подготовкой экипажа и администрированием.

— У тебя отличный администатор, сынок! — рассмеялся Саймон, подмигнув Лаки.

Эдвард, сняв шлем визора, переминался с ноги на ногу и глаз не сводил с Соны.

— Эдвард, все нормально?

— Да, сэр…Но только…когда мы вернемся на Цирцею?

— Что такое?

— Вы обещали выкинуть меня с корабля пинком под зад!

— Считай что уже сделано. На курьер ты не вернешься. В новой колонии найдется дело для тебя.

— В новой колонии? Где?

— Все вскоре узнаете. Так мне пора, вы не одни на борту.

— Заходи почаше, сынок!

Чонг и его соседи по каюте были заняты чисткой оружия. Разобранные лазганы и ворчеры масляно поблескивали стальными деталями на узких полосах ткани зеленого цвета.

Все боевики немедленно оказались на ногах, пожирая взглядами Лаки и Сону.

— Как капитан корабля приношу извинения за некоторые неудобства и полагаю что на месте, в новой колонии вам новая служба понравится! — выдал Лаки, косясь на оружие.

«Боеприпасы им не выданы». — сообщила Жаклин в бусинке коммуникатора. — «Получив свое оружие, они успокоились».

«Мудрое решение».

— Благодарим за доверие капитан…

— Капитан Лаки.

— Благодарим за доверие, капитан Лаки, сэр!. Когда мы сможем получить текст нового контракта?»

«Жаклин?!»

«Они же наемники, мой мальчик, а контракт для них на первом месте!»

«Придумай что нибудь!?» — в панике воззвал Лаки.

Что он — юрист, чтобы писать контракты?!

«Ты их наниматель, тебе и думать!»

— Сегодня получите свой контракт. — пообещал Лаки, глядя в непроницаемые глаза Чонга.

— Спасибо, сэр.

«Жаклин, что ты им пообещала?!»

«Очень выгодный конракт на пару лет в новой колонии с правом продления.»

«Зачем нам наемники среди семьи Гашан?»

«На Саве есть и другие поселения. Присутствие опытных боевиков усилит наше влияние и вес.»

«У тебя есть планы на всех?»

«Именно!»

Лаки продолжил инспекцию. К девушкам в каюту он вошел в последнюю очередь.

«Жаклин, ты их предупредила?!»

Лайза, Лек и тетушка Минг встретили его при полном макияже и в вечерних платьях. На столе сервированном на четверых сверкала посуда.

— Капитан не откажется отужинать с нами? — спросила Лек.

Лаки в панике обернулся.

Отдав честь, невозмутимая Сона исчезла за дверью.

«Жаклин!?»

«Не будь букой, мой мальчик. Девушки так старались и так ждали тебя. Проведи с ними вечер. Расслабься.»

«Но я же капитан?!»

«Ты про звездный кодекс, малыш? На твоем кораблем свой кодекс. Капитан имеет право спать с кем угодно если это не угрожает боевому состоянию корабля.»

«Сама придумала?»

— Вы такой загадочный сегодня, капитан Лаки! — улыбнулась помолодевшая и похорошевшая тетушка Минг. — О чем вы так задумались?

— О том есть ли на борту достойное таких прекрасных дам вино! — выпалил Лаки, сдаваясь в виду огромного превосходства сил противника.

К счастью помощь прибыла вовремя. Эдвард и Саймон ввалились без стука. Лицо старого пилота при виде янтарной жидкости в бокалах оживилось.

— Не найдется ли капля жидкого топлива для умирающих от жажды?!

— За топливом — в двигательный отсек! — огрызнулась Лайза.

— Док, не будьте злюкой с товарищами по экипажу! Эдвард!

Второй пилот вышел вперед, скромно поклонился.

— Позвольте несчастным пилотам, заброшенным судьбой в неизведанные дали Галактики, принять участие в вашем парти?!

Почему-тоэто подействовало. Дамы сменили гнев на милость.

За столом стало тесно.

После бокалов виски приступили к ужину. Мясо таяло во рту. Лек не сводила глаз с Лаки. Лайза подчеркнуто общалась только с Эдвардом. Минг подкладывала на тарелку Саймона все новые порции закусок. Тот вяло отбивался и тянулся за бутылкой.

«Пора с ним что-тоделать…Лекарство с Мирхата действовало не долго…»

После ужина компания разделилась на пары и Лаки не успел оглянуться как остался наедине с Лек, а моментально оказалась у него на коленях. Объятия ее были тесными и жаркими и пахла она восхитительно.

«Завтра я увижу Стефанию…Что-тоона скажет…Если узнает…»

— Милый, я так скучала!

— Я тоже…

— Я так тебя люблю!

— Я тоже…

Лаки проснулся на узкой кровати Лек. С трудом выбрался из ее сонных объятий и выскользнул за дверь с ворохом одежды в руках.

В коридоре его ожидала Сона. Она едва покосилась на голого капитана и тот прикрылся комом одежды.

— Сэр, через час по корабельному времени начало подготовки к выходу из гипера. Вы просили напомнить.

— Спасибо, лейтенант. Я буду…Очень скоро…

…Корабль вышел из гипера на орбиту Савы точно в указанное заранее время. В ореоле атмосферы, вполне терранской, шарик планеты казался голубым.

Про планету Лаки набрался информации еще ранее.

Вокруг дельты Ориона вращалось пять планет и только вторая — Сава, была пригодна для людей. Чуть меньше Терры, так что гравитация составляла 0,8 от терранской и привычной. Саву именовали в звездных атласах как «Копи царя Соломона». У Лаки никаких ассоциаций не возникло. Царь Соломон персонаж древних легенд и священных книг. Копи — это шахты. При чем здесь Сава?

Пару столетий назад империум прекратил разработку недр Савы, многочисленные постройки и шахты были законсервированы на третьем континенте, именовавшемся Ромбом Из-за схожести контуров с этой геометрической фигурой? Два более крупных континента, разделенных широким проливом названия не имели… На этих континентах жили поселенцы редкими, малосвязанными между собой общинами. Деградировавшие до родоплеменного строя без связей с империумом, скорее всего. Летательных средств у них не было и в контакт с ними люди семьи Гашан не вступали.

— Пора переименовать нашу семью. Гашан был моим предком и все это касалось Рамуша. Здесь другой мир и название нашей семьи должно быть иным. — сказала Жаклин.

— Почему же? Мне нравится. — пожал плечами Лаки.

Семейство Гашан разместилось в шахтном комплексе в северной части Ромба. Администрации империума на планете не было никакой, а орбитальный охранный комплекс Савы полностью законсервирован. Просто куча старого железа и обесточенных компов, устаревших столетия назад. Жаклин забросила на орбитальный комплекс Савы своих дронов и все привела в порядок. Там даже дежурили периодически ее люди…

Мир Савы империум уже списал в утиль, судя по всему. Лаки это все вполне устраивало.

Конечно, имелись и минусы — на планете Из-за особенностей ее орбиты зима длилась почти шесть лет и лето тоже было таким же по продолжительности. Лаки повезло — он прилетел в самом начале лета.

Когда челнок спустился с орбиты, выходя на посадочную траекторию, его поразили зеленые холмы континента. Сплошной зеленый ковер. Не Ромб, а «Зеленая страна»!

Терранские деревья не выживали в климате Савы, но в летний период пробивались и бешено росли древовидные папоротники. Вырастая до десяти — пятнадцати метров за лето. То что сверху казалось зеленым ковром, в ближайшем рассмотрении оказалось папортниковым лесом.

Папоротники росли даже на камнях и потому для посадки челнока была прорублена в лесу просека. Робот — бульдозер еще ворочал в отдалении стволы поверженных деревьев, когда Лаки вышел из челнока и впервые вдохнул воздух Савы.

Пахло раздавленной зеленью. Если растереть свежую, зеленую почку в пальцах и поднести к носу, то уловишь запах неподдельной свежести, а здесь раскатали гусеничной машиной полгектара нежного, зеленого леса.

Чем-тонапоминало джунгли Аль — Хазни.

Вот только фауны на планете не имелось. Она была нужна как шахта и полным терраформированием здесь не занимались.

За исключением промысловых видов рыб, что прижились в местных водах, богатых планктоном и водорослями — никакой фауны. До прихода людей только планктон в морях планеты можно было отнести к живности.

— Шахтеры привозили с собой разную живность, в сновном домашних питомцев, но ничего из этого не вышло. В местном лесу нет ни хищников, ни птиц, не травоядных.

— А насекомые?

— Если сможешь завести, они все равно не переживут шестилетнюю зиму. — засмеялась Жаклин.

— Отличная новость. В джунглях Аль — Хазни много было живых существ, но радости от них не было людям совсем!

Половина экипажа крейсера прилетела вместе с Лаки и теперь они дружно поспешили по просеке к ржавым сооружениям, прятавшимся в тени леса.

— Добрый день, сэр. Я — Корк, сын Верка. Я провожу вас.

Парнишка в зеленом комбинезоне терялся на фоне папортникового леса. Шлем и забрало в зеленых брызгах. Кудрявый парень и совсем незнакомый…

— Я расчищал полосу, сэр.

Через плечо у Корка висела брезентовая сумка. Там наверно пульт управления бульдозером.

— Привет, Корк. Далеко идти? В этим ржавым штукам?

— Верно, сэр. К сожалению босс не прислала колесного транспорта, придется пешком.

«Босс — это Стефания?!»

Лаки прибавил шагу.

— После полета погулять по земле — одно удовольствие.

На влажноватой рыжей почве четко отпечатались ребристые подошвы башмаков экипажа.

— Ты специалист по роботам?

— Немного, сэр. Здесь на консервации полно старой техники. Разбираемся, приводим в порядок. Работы много. И еще ребят обучаю.

— А почему не взяли в экипаж рейдера?

— Мать Жаклин сказала что я нужен здесь.

«Жаклин по прежнему всем рулит…Если поживу здесь — окончательно озверею под ее руководством!»

— Быстро все растет?

— Очень! Завтра здесь будет уже поросль в пояс высотой.

При приближении ржавое строение приобрело детали. Металлические мощные конструкции в верхней части заплетены чем-товроде лиан только с широкими листьями.

Раздался пронзительный свист. Челнок стартовал на орбиту.

Лаки не обернулся. Что он не видел взлетающих челноков?!

На уровне земли в стене из позеленевшего от времени бетона распахнута дверь из пластитали с полустертой надписью.

— От старых хозяев осталось. — пояснил Корк.

Внутри оказался чистый, серый коридор с полукруглым потолком и с неярким стеновым освещением. Позади загудели негромко сервоприводы, запирая дверь, которая была не уже чем в полметра. По полу застрекотал дрон — уборщик, зачищая за людьми комья почвы.

Люди из экипажа терпеливо стояли у открытого лифта, ожидая капитана.

Лаки вошел первым, а следом погрузилисьвсе, быстро, но без толкотни и шума.

В лифте поместился бы даже десантный трак при нужде. Для семнадцати человек места больше чем достаточно. Едва ощутимо дрогнул пол под ногами, а через пару секунд еще раз.

Двери отворились в короткий, ярко освещенный коридор, в конце которого Лаки увидел перила из пластистали и дальше сумрачное пространство.

— Уже?

— Еще нет, сэр. Это минус первый.

— А нам куда?

— На минус двадцатый.

С минус первого в лифт шагнули двое крепких мужчин со знакомыми обветренными лицами.

«Охотники клана? На кого же им здесь охотиться?»

На минус двадцатом Лаки пропустили вперед, освободив проход.

«Черт возьми! Сколько церемоний!»

— Эй, я не фарфоровая ваза, чтобы меня так опекать! — воскликнул Лаки.

Ему несмело улыбнулись в ответ.

У лифта их ждала стройная девушка в узком оранжевом комбинезоне с тугой косынкой синего цвета на голове.

— Я Софи, я вас провожу сэр.

Экипаж куда-тоиспарился и Лаки последовал за симпатичным проводником с голубыми глазами.

Лаки не стал расспрашивать о местной планировке. Не хотел терять лицо. Явился со звезд новый глава семьи а сам ничего не знает, как турист! Он облизнул пересохшие губы. Сейчас он встретится со Стефанией…Почти год они в разлуке. Хотелось не идти, а бежать. Моментально вымыло из головы всех других женщин.

«Почему она не встретила меня?». Широкий и высокий коридор обложенный прочным, но упругим пластиком не отзывался нашаги. Словно по ковру идем!

Они миновали несколько дверей без номеров или отметок.

— Здесь. Прошу вас, сэр.

— Спасибо, Софи. Приятно было с тобой познакомиться.

— Мне тоже, сэр! — девушка мило улыбнулась и тут же отправилась по своим делам. Лаки оценил сзади ее фигуру и походку и тихо вздохнул.

«Откуда в семье Гашан за два года появилось так много молоденьких, сочных девочек?»

Он протянул руку чтобы постучать в дверь, но она сама, словно испугавшись его жеста, бесшумно скользнула в стену.

В светлой комнате, у большого окна, спиной к нему стояла в белой блузке и черной узкой юбке Стефания. Как при первой их встрече! За окном плыли облака по лазурному небу. «Окно на минус двадцатом?! Панель обзорная…»

Эту спину и этот наклон головы он узнал бы из миллиона!

— Дорогая…

Стефания обернулась и протянула руки, не сходя с места.

Лаки открыл рот и замер, прикипев взглядом к ее животу.

— Ты беременна?!

Тысяча мыслей пронеслась в голове.

«От меня?! Но по срокам не может быть! И я же бесплоден! Солгали?! В чем?! От другого?! От кого?! Почему Жаклин ничего не сказала!»

Сложив руки на круглом, выпирающем животике, Стефания с любопытством и легкой насмешкой наблюдала за Лаки.

— Я все время забываю — какой ты еще мальчишка! — фыркнула Стефания. — Ты даже не обнимешь меня?

Лаки подошел к ней и обнял, старательно дистанцируясь от ее живота.

Запахи ее кожи и ее волос живо напомнили многое из прошлого. Он немедленно ощутил возбуждение. Тело само реагировало на эту восхитительную женщину…

Ее рука скользнула ниже его пояса.

— Я еще возбуждаю тебя, милый?

— Где ты была Стеф?

Она отстранила его мягко, заглянула в глаза.

— Во многих местах, милый. Что то еще?

Лаки покосился на живот Стефании и покачал головой.

Тогда она расстегнула блузку, щелкнула чем-то на пояснице и накладной животик выпал на пол.

— Это не на самом деле. Просто такая имитация беременности. Чтобы ощутить все ее «прелести». Не хочешь поносить?

Лаки перевел дух.

— Стеф! Ты меня напугала!

— Малыш не видел раньше беременных человеческих самок?

Она коротко чмокнула его в губы.

— Этого мало!

— Еще будет время, милый. Расскажи про свои странствия. Где ты был, кого любил…

— Только тебя!

Стефания расхохоталась, показав нежное разовое небо.

— Мальчик научился врать?! Кстати, эта узкоглазость тебе идет.

Они сели на удобный диван и Лаки коротко рассказал о своих приключениях в «заповеднике Морелли», на Цирцее и в трущобах Лутанга.

Она слушала внимательно, накручивая локон на палец и не сводя с него глаз. А ему так хотелось целовать эти сочные губы и соски грудей, что так зовуще распирают тесную блузку… «В ее присутствии я глупею…Или мне так кажется?»

Легкий звон, раздавшийся внезапно, остановил Лаки на полуслове.

— Да? — спросила Стефания.

— Новые данные от шестого разведчика. — сообщил знакомый голос от пульта на столе.

— Выведи на экран, дорогая.

Окно на полстены, что показывало просеку в папортниковом лесу моментально сменилось картинкой с высоты птичьего полета. Ровные квадраты полей, дороги и никаких следов папортниковых зарослей.

— Что это?

— Данные с разведовательной платформы с северного острова.

Там живут люди. Примерно сто тысяч человек в небольших поселениях. Хочу наладить с ними контакт. Как они справляются с папортниками?

— Имперские колонисты?

— В информатории нет данных. Что очень странно. Обычно поселенцев не шифруют. Поэтому сначала разведка, а знакомства потом. Разве не так с девушками? Кого ты привез на Саву, милый?

Лаки рассказал про отряд наемников Чонга и про разгромленную лабораторию фирмы «райский сад».

— Жаклин считает что Вонг согласиться работать здесь.

— Место для исследовательского центра уже готово. У нас слишком мало людей для всего. Рук не хватает, а еще Жаклин забрала самых способных на борт. С Цирцеи я прихватила три сотни человек: инжееров, компьютерщиков и врачей. Для выживания колонии одних АКР не достаточно, милый. Когда примешь дела?

— Вот еще! Я не собираюсь здесь надолго задерживаться!

— Опять бросишь меня и улетишь на другой конец Галактики?

— Я не бросал тебя. Хадсон и его люди выкрали тебя в Киптауне. Как ты оказалась на орбитальной станции в «заповеднике Морелли»?

— Я сказала Хадсону что я агент ПККБ и он передал меня имперцам. Все просто!

— Ты работаешь на ПККБ?

— Работала, как и ты, милый! Я ушла в отставку и теперь работаю на тетушку Жаклин.

— Ты мне никогда не говорила…

— Ты смешной, милый! — засмеялась девушка. — В первый же вечер на Цирцее я подошла к вашей компании в ресторане не просто так. Мне приказали затащить тебя в постель и плотно опекать. Случайных совпадений не бывает.

— Тебе приказали?

— Да. А потом я полюбила тебя, глупый! И ради тебя сделаю все, ты же знаешь!

Но вот только делить тебя с другими девочками я не намерена! Заруби себе на носу!

Лаки потрогал себя за нос.

— То есть? Что это значит?

— Непереводимый цирцеанский фольклор, милый. Так что с твоими планами на будущее?

— Затащить тебя в постель! — хищно сообщил Лаки и немедленно приступил к реализации планов.

— Эй, постель в соседней комнате! — вскрикнула Стефания. А потом уже ее губы были слишком заняты для разговоров. Диван оказался очень удобным и упругим…

Когда дыхание вернулось в норму, а одежда в порядок, Стефания протянула ему на ладони бусинку коммуникатора.

— Жаклин сердиться, что ты забыл это.

— Она меня опекает как мальчишку.

— Ты не прав. Это только нежная забота. Она как мать заботиться о каждом члене семьи Гашан.

Лаки хотел сказать что навязчивая забота может превращается в тиранию и уж радости точно не приносит, но прикусил язык. Некоторые вещи при женщинах точно не следует говорить вслух.

…Всей отделкой помещений подземного города занимались не только дроны с корабля Жаклин, но и люди. Среди специалистов, что привезла с Цирцеи Стефания, оказались отличные дизайнеры.

Бывшие шахты корпорации Дирхафен имели большой потенциал и главное — здесь можно было легко и безопасно пережить грядущую шестилетнюю зиму. В разгаре лета готовиться к зиме — самое разумное дело.

В подземных коридорах обосновались и лаборанты доктора Вонга. Доктор перестал прикидываться сумасшедшим и развил бурную деятельность. Жаклин сделала еще один рейс на орбиту Цирцее и незаметно прихватила оттуда здание фирмы «Райский сад».

Дроны демонтировали оборудование лаборатории, а челноки перевозили на Саву. Но об этом Лаки узнал позднее.

Стефания привлекла его к делу моментально. Проще говоря, превратила в помощника по всем вопросам. В «мальчика на побегушках»? Лаки уже немного жалел о том что отказался стать боссом в подземном городе семьи Гашан. Лучше быть боссом чем помощником босса…В любом случае — кто он: стрелок, немного пилот, водитель трака и еще немного — военный санитар. Не большой выбор для приложения сил и умений!

На фоне бойцов с Лутанга он звезда, а на фоне людей со специальным образованием и опытом?

— Мне двадцать лет и до сих пор нет профессии!

— У тебя все впереди, милый. Гипнообочение у нас уже налажено. Полугодовой курс и ты станешь богаче на профессию. Кем бы ты хотел стать? Нам все профессии нужны!

Лаки задумался. Завершить обучение на пилота только через гипношлем не возможно. Нужна практика дл закрепления навыков. Стать врачом? Еще больше практики…Набить голову знаниями — это не главное. Главное — применить эти знания без ошибок…Отправляться же куда-тов университет на классическое обучение на пару лет, а потом еще лет пять проходить практику стажером? Потратить семь лет чтобы стать врачом средней руки? Слишком затратно по времени!

Лаки все не мог решиться.

Он познакомился с новыми людьми, освоился в подземных коридорах.

Саймона определили в АКР, почистили кровь, подлечили печень и вкололи что-тоантиалкогольное. Старик перестал пить и затосковал. Он теперь жил с Минг, а тетушка с головой включилась в постройку теплиц на минус двенадцатом этаже комплекса. Жаклин ее нахваливала.

«Спелись две тетушки?»

Лек все поняла и отступила. Занималась теплицами вместе с матерью и Лаки с нею больше не встречался, хотя и ощущал чувство вины.

— А не продолжить ли нам мое обучение на пилота?

— Зачем? — вяло ответствовал Саймон.

— Чтобы у меня была профессия.

— Ты богатый человек, зачем тебе профессия? Получай кайф от жизни.

— Скоро наладим флайеры и полетаем. Не хандри, старик!

— Старикам положено хандрить и брюзжать! — ухмыльнулся Саймон. — Когда мы полетаем?

— Ты первым узнаешь.

Больше всего Лаки обрадовался флайерам. В гараже, в верхней части комплекса стояли три машины. Не новые, но в отличном состоянии. Дроны, под присмотром еще одного парня с Цирцеи, по имени Стен, занимались наладкой и проверкой машин, а Лаки увивался рядом, в надежде скорее сесть за штурвал.

Только пилотируя флайер, летящий над поверхностью планеты, можно ощутить скорость, драйв и тот восторг управления летательным аппаратом, который ничем другим не заменить.

Он просыпался рано. Раньше Стефании. Сидел в информатории до завтрака. Стефания не любила готовить и завтрак им приносила от кухонного комбайна Лаиса — бывшая его секретарша с Цирцеи. При Стефании она была как преданная собачонка, готова к любым услугам.

После завтрака Лаки отправлялся в модернизированную капсулу АКР и надев шлем эльзизора, медитировал пару часов.

По уверениям Жаклин при этом производилось считывание его памяти на комп корабля. Сам при этом он ничего не ощущал и только скучал.

В это время Стефания в своем кабинете, просматривала информацию по комплексу и связывалась с людьми, что трудились не покладая рук над перестройкой каменных лабиринтов в комфортабельное жилье для трех тысяч человек. В общем: осуществляла координацию и руководство, то и дело консультируясь с Жаклин.

Чонг со своими людьми обосновался рядом с комплексом, в лагере на папортниках. На высоте пяти — шести метров были устроены настилы, переходы и легкие хижины с навесами от дождя.

Наемники превратились в инструкторов и в лагерь Чонг каждый день направлялись все молодые люди на пару часов для тренировок, а стариков в семействе Гашан, увы, не было.

АКР помогли сократить смертность в семье, а также рождение младенцев в паталогиями, но численность колонии была самой большой головной болью Стефании и Жаклин.

— Мы обязаны обеспечить рост численности и обучение детей всем необходимым знаниям. Иначе колония будет обречена на деградацию и упадок. Все вернется к уровню племени на Рамуше, только в гораздо худших условиях. Стабильное развитие возможно если в поселении не меньше десяти тысяч человек и есть все необходимое для собственного производства оборудования и машин.

— Хуже чем на Рамуше? Невозможно! Там отвратительная, грязная атмосфера и никаких перспектив кроме охоты на крыс и за остатками ценных металлов!

— Охотникам на крыс я нашла работу! — улыбнулась Стефания.

Охотники из семьи превратились в рыболовов. От шахтного комплекса до берега моря мощный трак с прицепом доходил за день по просеке, которая отчаянно пыталась зарасти.

На берегу, на скалах, жили охотники со своими женщинами и детьми. Выходили в море на катерах из пластистали и возвращались с приличным уловом. Косяки рыбные проходили мощные, как течения.

Рыбу морозили в рефрижераторе и на траке привозили в комплекс.

Кухонные комбайны из рыбы могли приготовить что угодно, даже совсем на рыбу не похожее блюдо! Отходы от рыбы перерабатывались в кормовую муку, которую трак возвращал к берегу, для подкормки рыбных косяков.

Стефания считала что на побережье необходимо построить комплекс по переработке рыбы и в бухте создать рыбные фермы, чтобы вывозить оттуда только готовую продукцию без отходов. Пока людей и механизмов для этого не хватало, хотя количество дронов с корабля неуклонно возрастало. Каждый челнок привозил с орбиты пару сотен новеньких. Дронами управляли операторы, назначенные Стефанией. Жаклин с себя эту обязанность сняла, оставив только общий контроль.

Через три недели заработал комплекс доктора Вонга на минус десятом этаже. А еще через пару дней, вернувшись из капсулы АКР Лаки обнаружил Стефанию, любезно болтающую с Джунг. Грациозное создание в узком перламутровом платье, сидящее на диване, с прямой спиной и гладко расчесанными белокурыми волосами ничем не напоминало ту обкуренную латом потаскушку из отеля.

Эльфийка, увидев Лаки, немедленно поднялась на ноги с грацией кошки и вежливо, но с достоинством поклонилась.

— Господин может располагать мною как угодно.

Стефания весело рассмеялась и лукаво прищурилась.

— Она прелесть, милый! Как ты ею будешь располагать?

Располагать прелестной эльфийкой, сконструированной доктором Вонгом Лаки и не планировал. Если честно, то за последние недели он совсем забыл об этом трофее с Лутанга! Заказ эльфийки был только поводом для того чтобы подобраться к генетической лаборатории. А что теперь?

— Почему бы тебе не зачислить девушку в штат и не найти работу по профессии?

Джунг приподняла брови.

— У господина есть для меня работа?

— В теплицах постоянно требуются рабочие руки, дроны там не помогут.

Стефания фыркнула.

— Какие теплицы, милый!? Посмотри на ее нежные руки!

Ничего, дорогая! Лаки конечно, грубиян, но я найду тебе дело. Что ты умеешь?

— Пение, массаж, уход за волосами и кожей, сексуальные услуги. — добросовестно перечислила Джунг.

— Массаж?! Замечательно! Определю тебя в медицинский отдел. Девочки вечно жалуются на боли в пояснице!

— Благодарю вас, госпожа.

Когда Лаиса увела новоявленную массажистку, улыбка сползла с лица Стефании.

— Что это было, Лаки? Зачем тебе это создание?

— Не зачем. Мне нужнобыло выйти на генетиков на Лутанге и первое что пришло в голову я заказал.

— Живую девочку переделать в это высокомерное и утонченное существо?!

— Я сам не ожидал такого. — признался Лаки.

— Ты спал с нею?

— Один раз и мне не понравилось. — быстро признался Лаки.

— Какой же ты козел?! Животное! — бросила Стефания.

— Так получилось, но это все в прошлом.

— Так получилось?! Хорошенькое дело! Рассказывал мне про поиски эльфийской мамы, а сам искал эльфийку для секса? Дорогой, ты как-тоопределись в своих планах и желаниях!

Лаки покосился на дверь.

Назревал скандал, а скандалить Стефания умела и любила.

От выноса мозга Лаки спасла Жаклин.

«Малыш, ты в порядке?»

«Спаси меня!»

«Если только не отправишься немедленно к Вонгу. У него есть для тебя дополнительные тесты.»

«Отлично!»

Лаки изобразил максимальное раскаяние на лице и вклинился, когда Стефания набирала побольше воздуха, что продолжить гневную тираду.

— Милая, меня Жаклин посылает к Вонгу. Я убегаю! Я тебя люблю.

Стефания уклонилась от поцелуя и чувствительно ткнула Лаки кулаком в живот.

— Разговор еще не закончен, сэр! Мы продолжим позднее!

Голос подруги не обещал ничего хорошего, но Лаки уже был на полпути к свободе.

Доктор Вонг принял его как дорогого гостя. Его усадили в мягкое кресло, принесли ароматный кофе. Лаборатория пахла свежим пластиком. За панорамным окном в операционном зале лаборанты в белом суетились вокруг робота — хирурга.

— Господин Лаки! Я так счастлив вас видеть! Так счастлив!

«Быстро он вылечился от своей шизофрении!»

У него взяли кровь из вены и еще кусочек кожи выше локтя. Лаки тянул время и вспомнил о том, о чем тоже позабыл за всеми делами.

— Вы можете убрать это?

— Изменить разрез глаз и форму носа?

— Да, я хочу вернуть свой старый облик.

— Не раньше чем послезавтра, господин Лаки! Мои люди все еще налаживают оборудоваие. Полчаса под местной анестезией и вы вернете свой прежний облик!

— Хорошая новость. Так ловлю вас нас слове, доктор. Послезавтра я буду здесь.

— Все будет выполнено на высшем уровне!

Рассыпаясь в любезностях, Вонг проводил Лаки до двери.

«Жаклин!»

«Да, дорогой?»

«Найди мне срочно дело!»

«Стефания быстрее найдет тебе дело. Ага, ты боишься к ней возвращаться?»

«Ничего я не боюсь…Только вот язык у нее очень острый! Может заманить ее к Вонгу и тоже модернизировать? Язык немного подрезать, бюст увеличить?»

«У нее прекрасная грудь, а ее язык ты сам остришь. Не придирайся к девочке!»

«Я придираюсь? Я только размышляю. Чисто теоретически…»

«Стен заканчивает с флайерами. Если не поторопишься, Саймон первым сядет за штурвал!»

«Спасибо, Жаклин!»

Лаки рванул к лифту. Три флайера простояли на консервации лет пятьдесят, но были вполне пригодны для эксплуатации. Корпорация Дирхафен, закрывая шахту, все тщательно сохранила, словно собиралась вернуться. Шестиместные флайеры живо напомнили Лаки далекий мир Хиссара таком точно флайере его везли на рынок рабов, на продажу.

В салоне пилот и пассажир размещались под прозрачным колпаком, а пассажиры позади по трое вдоль бортов, лицом друг к другу.

Армированный пластик обшивки за годы хранения утратил глянцевость, но не прочность.

Стен и Саймон с компактными тестерами проверяли еще раз электронные схемы одного из флайеров, когда Лаки к ним присоединился.

— Ты вовремя, сынок. Эта птичка готова к полету.

Остаток дня, даже пропустив обед, они с Саймоном тестировали флайеры и летали, наконец — то! Сделали несколько кругов в пределах пятьсот миль. Поверили на форсаже и в перегрузках. Машины отлично слушались управления и все работало идеально. Стен потом принес бутерброды и они сидели на краю взлетной платформы, ели сэндвичи с рыбой, запивали пивом, что варили в баре на минус третьем этаже и любовались закатом.

— Пришлось помахать резаком. — отметил Саймон. — Здесь, на площадке были лианы толщиной в мое бедро! И это выросло всего за год! Если почвы здесь такие плодородные, то в теплицах будет огромный урожай!

— Или все зарастет папоротником. — заметил Стен. — Девчонки в теплицы прожаривают грунт перед использованием высокими частотами, чтобы убить семена и побеги, иначе все труды пропадут.

— Красивые здесь закаты! — отметил Лаки. Небо переливалось на закате всеми оттенками красного и бирюзового. Словно неведомый маляр выплеснул десяток банок с разноцветными красками на голубой холст, но перемешивать поленился.

— Из-за вулкана на южном континенте — мне рассказал Луис — наш метеоролог. — ответил Стен.

— Дрозды здорово на Терре на закате поют. — отметил Саймон, тщательно вытирая губы и руки карманным платком. — А здесь слишком тихо, как ваты в уши набили!

— Что такое дрозды?

— Птицы, конечно. Небольшие, но очень певучие. У Лаки не спрашиваю, а вот что на Цирцее чирикает по вечерам?

Стен озадачился.

— Чирикает?

— Воробьи у вас есть. Я в парках в Холлифорде видел. А вот что-топевучее есть?

— Петухи? — спросил Стен.

Саймон захохотал.

Стефания дулась на него пару дней. Потом оттаяла и жизнь вошла в колею обычную. Особенно после операции, когда Лаки пришлось почти сутки лежать с повязкой на глазах. Обратная пластика век и носа всегда сложнее, как сказал доктор Вонг.

Через неделю, во время очередного полета над бескрайними папортниковыми лесами с Лаки связалась Жаклин.

«Стефания вышла на связь с поселенцами на северном материке. Их лидер — Stephan отказывается вести переговоры с женщиной. Требует мужчину. Начинай свою работу, патриарх Лаки!»

«Что это значит — патриарх?»

«Глава рода мужского пола.»

«Разве я — глава?»

«Ты хочешь чтобы мы послали туда Саймона?»

«А нужны ли нам эти поселенцы? Они далеко. Флайеров не имеют…Заведем с ними торговлю?»

«Лучше торговать чем воевать. Приглядеться к ним все же стоит.»

По подсчетам Жаклин, на северном острове обитало не меньше ста тысяч человек. В основном они жили в маленьких поселках, связанных между собой грунтовыми дорогами. В самом большом поселении, жило максимум двадцать тысяч человек. Там имелся храм с золотыми куполами и несколько административных трехэтажных зданий. У поселенцев имелось много животных. Огромные стада овец и коров паслись по зеленым пастбищам. Те кто жил на побережье, также ловили рыбу.

— Неплохо бы купить у них несколько коров. Натуральное молоко не сравниться с синтетическим. — заметила Стефания. — Однажды, на ферме на Цирцее меня угощали парным молоком! Это было так здорово!

— И где ты будешь пасти коров, милая? На лужайке? Или поставишь в стойло в своем кабинете?

— Остряк! Кровы еще дают навоз — самое лучшее удобрение в мире!

— Я все понял: ты хочешь стать фермершей!

— Просто я очень хозяйственная! — скромно улыбнулась Стефания. — Плевать на коров. Главное сам возвращайся!

На северный остров вылетели на одном флайере. Лаки взял с собой Чонга с тремя бойцами и Лаису, в качестве переводчика. Она знала язык поселенцев — один из языков северного полушария Терры.

За сутки перед вылетом Лаки попытался загрузить себе в память основы этого языка и поразился его красочности. В отличии от интергалакта, один предмет имел много наименований а их язык ругательств был особенно обширен и красочен.

Лаки вел флайер. Лаиса сидела рядом. Боевики переговаривались негромко. Все снаряжены по боевому, только шлемы сняли пока.

— Лаиса, когда ты освоила эту речь? И почему?

— На Цирцее была община этих russki.Рядом с нашим кварталом. В детстве языки лучше учатся, босс.

— Они так и живут на Цирцее?

— Нет. Они улетели почти десять лет назад. Вся община. Возможно даже на Саву. У них появился вождь, который собирался возродить их великий народ в ином мире, без вмешательства иноверцев.

Они очень религиозны, босс. Мужчины не бреют бороды, а женщины прикрывают платками голову и носят длинные юбки.

— Чего же ты не надела длинную юбку?

— Я же не russki,босс.

— Лаиса, хватит меня именовать боссом, словно я вождь племени или важный чиновник на Лутанге. Достаточно имени. Мы ведь достаточно давно знакомы?

— Поселенцы не поймут, если мы не будет вам высказывать уважения и почтения.

— Ага, ты просто сейчас тренируешься?

Лаиса хихикнула.

— Тогда мне не хватает бороды для солидности?

— Вы и так солидно выглядете, босс.

— Вот опять?

— Извините…

Стефания попросила Лаки надеть для визита мундир капитана и прихватить фуражку с золочеными штуковинами.

— У этого племени врожденное почитание людей в форме. Это я вычитала в информатории. — похвасталась подруга при прощании, полируя платком лакированный козырек фуражки.

— Я не люблю ее надевать. — признался Лаки. — Чувствую себя персонажем исторического фильма!

— Зато ты выглядишь в ней внушительно и важно, как офицер из древней истории.

Под мундир по ее же настоянию Лаки надел тонкий бронежилет и теперь, сидя за штурвалом чувствовал себя скованным.

— Зачем мне эта броня? Все равно мне ничего не угрожает.

— Я помню как мне было страшно, когда из морга Лондон — Сити привезли тебя мертвого и холодного. Ты то себя не видел! Не хотела бы еще раз такое пережить!

Стефания вздрогнула и нахмурилась.

— Надевайте бронежилет, мистер и не спорьте!

Почти тысячу миль до побережья северного острова флайер одолел за час. Внизу катились скучные волны, казавшиеся под пасмурным небом серыми.

Длинный мыс, пожалуй даже полуостров, далеко вдавался в море, прикрывая часть побережья от волн. Здесь находилось большое поселение, примерно на пять тысяч человек, как определилила разведывательная платформа.

Разведку для Жаклин на Саве вели постоянно кроме десяти саттелитов на орбите, еще два десятка мобильных платформ с высот не более километра.

Лаки снизился над поселком у берега и сбавил скорость, стараясь разглядеть бухту и лодки в ней. Появление флайера вызвало панику. Люди попрятались в домах, а лодку устремились в открытое море.

Далее потянулась холмистая местность, на которой не стоило сосредотачивать внимание, тем более что все холмы густо покрывали папортниковые леса…

В отличии от их острова, северный остров не прятался под покровом папортникового леса. Папортники росли, но почему они не занимали все пространство? Бороться с порослью молодой было довольно сложно и трудоемко, даже с помощью робота бульдозера. Как справлялись северяне?

Лаки предложил сделать посадочную площадку перед рудным комплексом из пластистали, вспомнив лагерь ПККБ на Срани.

Жаклин отклонила его предложение. Второй синтезатор, смонтированный дронами в поздемелье, работал круглые сутки, обеспечивая подземное поселение в основном пластиком и легкими металлооконструкциями. Ради платформы из пластистали пришлось бы возобновить добычу руды в шахте, как минимум и прекратить производство отделочных материалов на пару месяцев.

— Когда закончи с внутренним ремонтом, тогда вернемся к твоей идее. — сказала Жаклин.

Лаки пожал плечами.

Ремонт подземелий и приведение их в подобие комфортного места обитания грозил никогда не завершиться. Половина семьи Гаша только этим и была занята. Бульдозер тоже не простаивал, катался по просеке от поселка к поселку рыболовов через день. Чтобы просека не зарастала.

У поселенцев на северном острое бульдозеров не было. У них вообще то техники имелось мало. Примитивные грузовики и траки для обработки полей. Как же они боролись с папертниками?

Лаки посадил флайер там где просили местные: на площадке на краю города. Сделав круг над городком, пошел на посадку.

Город под странным названием Спасск строился по строгому плану и представлял собой при виде сверху ровные квадраты кварталов с довольно однотипными строениями.

Вокруг площадки с твердым покрытием столпилось наверно все население городка.

— Чонг, оружие держите в кобурах, но не расслабляйтесь!

— Принято, капитан.!

Когда Лаки откинул прозрачный колпак кабины и опустил аппарель в пассажирском отсеке, грянула дикая музыка. Двадцать мужчин в одинаковых, длинных, белых рубахах, надувая щеки, извлекали из блестящих инструментов ревущий марш.

Толпа загомонила, замахала руками.

Лаки спрыгнул на землю и тут же оказался в объятиях бородатого, плотного мужика. Тот стиснул Лаки, словно хотел захватить в плен.

— Ot vsei dusi privetsnvuem dorogogo gostja! — прогудел бородач, выпуская нехотя помятого Лаки из широких лап.

— Он вас приветствует! — перевела Лаиса, испуганно озираясь по сторонам.

Оркестр дудел, толпа ревела, а к ним уже семенила девица в очень ярком макияже с длинной косой через плечо и цветастом платье до земли.

Девица на дрожащих руках несла металлический поднос с зажаренным до черноты круглым хлебом. Наверхушке, в выемке, торчала серебристая плошка с солью.

— Надо отломить кусок, макнуть в соль и сьесть! — сообщила Лаиса, почти прижимаясь к плечу Лаки.

— Зачем?!

— Местная традиция!

Жесткий хлеб не поддавался, но Лаки все же его осилил. Макнул в солонку и доблестно прожевал под ласковым взглядом местного лидера.

«Такое только с голоду есть! Черт возьми, и выплюнуть некуда!»

Пришлось проглотить этот соленый кусок…

Stepan,чью должность Жаклин затруднилась определить, оказался крупным мужчиной, светловолосым, с заметным брюшком, с синими глазами и орлиным носом. Лет ему было не больше пятидесяти. Ладони широкие заканчивались толстыми пальцами с короткими, тупыми ногтями. Не руки, а экскаваторные ковши!.

Вождь северян возвышался над Лаки на целую голову, к чему тот оказался не готов. Редко встречал таких здоровяков!

Взяв под руку «дорогого гостя», он представил ему местных больших людей: священника в золотой ризе с крестом на груди и с рыжей бородищей, начальника полиции — лысоватого господина с бесцветным лицом, казначея и прочих чиновников поменьше рангом.

Лаки имен совершенно не запомнил. Все мужчины были с бородами, а все женщины с головами покрытыми кусками ткани. Словно правоверные…

Все дружелюбно улыбались ему, но помалкивали.

— Чего ж они молчат? — спросил Лаки у Лаисы, понизив голос.

— Они видимо не знают интергалакта, сэр.

— Невероятно!

Оркестр наконец смолк. Маленькая и очень серьезная девочка лет семи подбежала к Лаки и вручила ему букет цветов — белоснежных лилий.

Лаки улыбнулся и потрепал за румяную щечку насупленную девочку, а букет передал Лаисе.

Никогда в жизни его так не встречали!

Запряженная стразу тремя конями элегантная, открытая повозка была увита лентами и цветами. Вождь северян усадил Лаису и Лаки и сам сел напротив.

В сопровождении всадников в стальных кольчугах и с обнаженными клинками, повозка покатилась по коридору через толпу.

На миг Лаки показалось что толпа на него глазеет как на диковинного зверя, с восторгом и одновременно, с опаской. А вдруг набросится?!

Чонга и его парней усадили во вторую повозку.

Лаки встрепенулся.

— Эй, а как же флайер?

Лаиса перевела его вопрос.

Stepan что-тоуспокоительно прогудел в ответ и положил свою ручищу Лаки на колено.

— Лаиса?!

— Да?

— Он что, решил за мной поухаживать? Скажи ему что я не гей!

— Это он по дружески, не обращай внимания. — хихикнула девушка нервно, потому что другую лапу Stepan положил на ее колено. — За флайером присмотрят — он так сказал.

— Он наверно бисексуал?

Stepan услышав последнее слова, перестал улыбаться и убрал свои лапы. Посмотрел Лаки в глаза и ухмыльнулся.

«Он кое — что знает, а может притворяется что не знает интергалакта?»

Ехали не долго. По улицам также стояла много любопытных. Их сдерживали парни в одинаковых белых рубахах с увесистыми дубинками в руках. Возможно полиция…

Еще больше людей торчало в распахнутых окнах одно и двухэтажных домов, очень безликих, практически одинаковых. Архитектура северян не отличалась разнообразием форм.

«Как им самим не скучно в этом жить?»

На мощеной камнем площади стояла на постаменте статуя. Невысокий дядька с протянутой рукой.

— Кто это? — с просил Лаки, кивая на статую.

— Наверное основатель колонии… — отозвалась Лаиса.

Похоже переводчица и сама не знала, что за фрукт стоит указывая рукой на белоснежный храм с одним большим куполом и четырьмя поменьше вокруг.

Stepan тут же разразился длинной тирадой. Лаиса перевела, что памятник этот основателю учения, что ведет их народ к светлому будущему.

Лаки хотел спросить и как долго они идут к светлому будущему или уже дошли до него, но предпочел оставить свои сомнения при себе.

Поклонение человеку, смертному и конечно, не безгрешному, казалось ему древней дикостью. Как впрочем и религии, последователи которых рассеялись по галактике, каждый из истинно верующих твердо уверен в том что только он избран создателем сущего.

С высоты, из флайера храм не смотрелся таким величественным и тяжеловесным, как с земли.

«Долго они с ним возились, должно быть…Пять куполов? Пяти богам они преклоняются?»

За памятником стояло трехэтажное здание с колоннами и портиком из штукатуренного камня. К нему подъехали повозки и дорогих гостей под руки проводили внутрь. Огромный холл с колоннами, красная дорожка из ткани на мраморном полу. Лаки не успел оглянуться как оказался во главе стола, рядом со Stepan в высоком зале с лепниной на потолке и картинами на стенах. Очень походило на зал театра Ла — Скала. Позолота, бордовые шторы, сверкающие люстры свисающие на цепях с потолка. За длинным столом, ломившмся от блюд и тарелок с едой, от которой разбегались глаза, сидели человек сто. Stepan поднял большой кубок из блестящего металла и произнес речь. Лаиса едва успевала переводить.

«Дружба…мир…сотрудничество… дорогой капитан Льюис…»

В руке Лаки оказался тоже металлический кубок на пол — литра и в нем до краев мерцала водка.

— Мне это пить? Все?!

— Такая традиция… — побледнела Лаиса. Такой же по размеру кубок сунули и ей в руку.

Stepan наконец завершил свою речь и присосался к своему кубку.

Присутствующие дружно завопили что — то, скандируя.

Лаки лихо хлебнул водки и понял что его живым отсюда не выпустят…

— Pervim delom ogurcik! — гудел Stepan,суя в руку Лаки пупырчатый, зеленый корнишон, размером с бычий… язык…

Под огурчик Лаки толкнул ответный спич, раскрыв перспективы сотрудничества поселений во всех областях. Водку пришлось допить и тут подоспели горячие закуски.

Над плечом возник парень с бутылью и долил кубок до краев все той же водкой.

В голове шумело. Лаки напирал на еду. Вокруг чавкали, гремели посудой и хохотали северяне. Лаиса улыбалась и переводила невпопад. Ее язык заплетался, а глаза норовили съехаться к переносице. Потом все смешалось…Stepan обнимал его за шею тяжеленной ручищей и что-товтолковывал, размахивая под носом куском бекона, насаженным на вилку. Лаки ничего не понимал, но только усиленно кивал. Нельзя же обижать хорошего человека! Было ощущение что голова откручивается на резьбе по часовой стрелке и вот рухнет прямо на блюдо…

…Потом в широком кругу под бодрую музыку плясал Stepan,а все окружающие хлопали в ладоши…Потом в круг выскочила Лаиса и тоже чего-товыкаблучивала…

…Потом Лаки выбрался на воздух, в парк что оказался с задней стороны здания…Свежий, ночной воздух не привел его в порядок…Хотелось упасть и зажмуриться изо всех сил…

Возле дерева согнувшись стояла Лаиса и шумно блевала…

— Ой, я сейчас умру… — стонала переводчица между приступами рвоты…

…Потом на стол принесли и поставили на блюде огромного зажаренного зверя…

— Kaban! Kaban! — орали северяне.

…Потом Лаки жевал тугую шкуру этого зверя и все не мог догрызться до сочного мяса…

…Потом еще пил что — то…

…Когда открыл глаза, то понял что напрасно это сделал…

Лаки стиснув зубы переждал приступ головной боли и осторожно приоткрыл правый глаз. Незнакомая комната с высоким белым потолком. Окно за шторой светлеет. Значит утро…

Он под одеялом совсем запотел…Тем более справа и слева по голой женщине…

Их белокурые волосы лезли Лаки в лицо, а руки затекли под весом их голов.

Лаки пошевелил ногами и понял что одежды на нем нет совсем. Женщины тоже были голыми и довольно приятными на первый взгляд…

«Что это было? Я ничего не помню!»

Организм напомнил что надо вставать и поскорее. С трудом освободившись от спящих блондинок, Лаки выбрался из под одеяла и побрел к ближайшей двери. За нею он нашел ванную комнату и унитаз. Приведя себя в порядок и умывшись, он вернулся обратно в комнату, рассчитывая допытать сочных блондинок про то, что между ними вчера случилось. Но блондинок в постели уже не было.

В кресле у окна сидел Stepan в длинном халате, с полотенцем на шее.

Лаки торопливо повязал полотенце свое вокруг бедер.

— Доброго утра.

— Доброго утра, капитан Льюис. — отозвался Stepan почти без акцента. — Идем в баню?

— Куда?!

— В баню. После пира, самое умное — это попариться. Но сначала примите лекарство!

Stepan сдернул с круглого столика белоснежную салфетку.

Лаки немедленно замутило при виде стеклянного графинчика с водкой.

Горячая солянка под рюмку водки сделала чудо. Неприятные ощущения исчезли и пробудился аппетит.

— Сначала попаримся, а еда потом! — заметил Stepan.

— Вы знаете интергалакт, тогда зачем переводчик нам?

— Это секрет, дорогой капитан. Немногие знают о том что знаю я. Но вы же меня не сдадите?

— А где мои люди?

— Переводчица спит в соседней комнате. Слабенькая девочка…Узкоглазые солдаты занимаются странной гимнастикой в парке. Они хорошие воины?

— Да. Лучшие с Лутанга.

— Не заметно…Уж больно хлипкие и худые.

— В баню?!

— Согласен…

В бане Лаки был разве что у веритов. Ожидал чего то подобного и ошибся. Вместо темной и маленькой комнатки, он оказался в большом, ярко освещенном зале с бассейном в полу, обложенном разноцветной плиткой. Парная, обшитая изнутри гладким деревом могла вместить два десятка человек, но приняла только его и Stepanа.

Stepan плеснул на камни воды из деревянного ведерка и напялив на макушку войлочную шапку полез на самый верх, по деревянным полкам.

Лаки остался внизу, потому что даже встать в парной было смертельно опасно для органов дыхания.

Потом пришли два банщика — крепкие мужики в передниках и побили Stepanа и Лаки мягкими, сырыми, горячими вениками. От этого стало еще жарче и Лаки почувствовал себя сосулькой под ярким солнцем. С него текло ручьями.

После парной, когда Лаки еще не пришел в себя, Stepan коварно столкнул его в маленький бассейн с ледяной водой.

Лаки хотел издать вопль ужаса, но вода хлынула в рот и в ноздри.

Потом они лежали на кушетках, а две девицы в одних передниках разминали им тела руками обильно смазанными каким-тодушистым маслом.

Лаки млел в теплом бассейне после всех этих процедур и слушал Stepanа в пол уха.

Лидер северян то и дело прикладывался к потному бокалу с пивом, что заботливо то и дело обновляли им девочки в передниках.

…— Наш народ на Саве наконец-тообрел мир и спокойствие! Здесь нет чуждого нашему духу влияния. Иной образ жизни не смущает неокрепшие умы и не может создать соблазн: сменить истинную духовность на потребительские, жалкие потребности. Зачем нашему человеку сытость и богатство? Ни к чему! Оно его портит!

Покосившись на жирные, волосатые груди Stepanа Лаки подумал что тот перегибает палку в пылу ораторства. Он то сам не от сытости, ни от богатства и не думал отказыватся. Ишь наел жиров, как тот кабан что подавали на стол вчера…

— Мы готовы к сотрудничеству, но только дозированному. Только через проверенных братьев. Которые не соблазняться благами вымирающей терранской, так называемой, «цивилизации»! И мы хотим чтобы вы проявили уважение к нам и не налаживали контакты с простыми парнями и бабами! Они слишком приземленные и слишком податливые. Они не сильны духом и нуждаются в таких как я пастырях! Ты же меня понимаешь, Дон?

В вашей колонии ты — главный и нет у вас тоже всякой идиотской лабуды вроде митингов и всяких собраний без разрешения руководства?

— Никаких выборов и митингов у нас никогда не было. — честно признался Лаки. — Да и зачем?

— Вот это по нашему! Вот за то тебя люблю! Сразу ты мне по душе пришелся!

Stepan опять полез обниматься, а сбежать было некуда.

«Любовь с первого взгляда? Он — точно бисексуал?!»

— Слыхал я что там у вас в ходу такая штука — капсула лечебная. Полежишь в ней часок, другой и организм оздоровляется. А?

— АКР? Для лечения больных и раненых вещь незаменимая. Но разве у вас таких нет?

— В том то и беда! Люди болеют, а средства самые народные в ходу: водка да баня!

Stepan захохотал.

— Поделишься со мной этой штуковиной, так я твой должник по гроб жизни! Чего хочешь проси! Хочешь свою младшенькую подарю?

— Э?

— Дочку младшую любимую отдам за нужный для моего народа предмет! На любые жертвы иду ради своего народа, вот я каков!

Stepanа допил бокал и сграбастал ручищей новый, наполненный до краев. Рыгнул сытно.

— Василису ты видел. Она тебе хлеб — соль подносила вчера. Справная девка, у меня ее казначей для своего сынка — дурака выспрашивает. Только фиг ему! Народу АКР нужнее! По рукам?

— Надо подумать…

— Чего там думать — девка огонь, в самом соку! Не пожалеешь! Или ты женатый?

— Ага! — обрадовался Лаки подсказке.

— Это не беда! У вас у космолетчиков на каждой планете жена есть. Будет и на Саве еще одна! Корабль твой на орбите висит возле станции?

Лаки встрепенулся. Сонливость как рукой сняло.

У северян нет оборудования для слежения за орбитой. Как они заметили крейсер, ведь он на дальней орбите!

— У нас отличные телескопы есть, капитан Льюис. Лучше всяких новомодных фиглей — миглей! Лайнеры к нам не залетают, значит, судя по размерам — крейсер. К нам не нагрянули сразу, челноков много летало. Значит, не имперские власти. Корпорация Дирхафен вернулась по старым следам?

— Корпорация «Рамуш».

— Новенькие? В бумагах деда и отца такой не было.

— Все течет и меняется. Наша корпорация совсем недавно вышла в открытые просторы.

— Перекупили здесь концессию на добычу колтановой руды?

— И ее тоже.

Беседа внезапно превратилась в допрос. Лаки почувствовал совсем не уютно себя.

Но Stepan моментально ощутил настороженность гостя и перешел на нейтральные темы. Секрет борьбы с папоротниками оказался прост. Северяне развели большие стада овец и те подъедали папортниковую поросль, а вещества, содержащиеся в помете животных, почему-тосдерживали рост папортников. Стадо в двести голов очищало за день территорию побольше чем робот — бульдозер.

— Сменяю АКР на сто овец, — тут же предложил Stepan.

Путем простого расчета выяснилась и цена его доченьке.

После бани расслабиться не дали, а повели к столу. Здесь сегодня присутствовали только первые люди колонии. При них Stepan был немногословен и важен. Вручил Лаки проект договора о сотрудничестве на ста листах. Когда только успели столько написать?!

— Для этого нужно время. Все просмотреть и обсудить… — промямлил Лаки. Уж точно он не собирался сейчас подписывать такие пространные бумаги, не посовещавшись с Жаклин и Стефанией.

— Вот и хорошо! Вот и отлично! Бумага должна отлежаться, как говорил наши предки!

В обед северяне не налегали на водку. Так — стопку перед началом, как аперитив.

После обеда Лаки прокатил Stepanа на флайере.

Здоровяк не скрывал восхищения.

— Хороша, птичка! Две сотни овец за нее дам!

— Тысячу! — пошутил Лаки и Stepan тут же согласился.

Пришлось выкручиваться.

В воздухе Stepan стал более откровенным.

— Эти братья — советники мне шагу ступить не дают! Ждут моей смерти как светлого праздника. Прости господи!

Stepan быстро и размашисто перекрестился.

— Поддержи меня, капитан Льюис, а я поддержу тебя! Мужикам настоящим надо держаться вместе! Там у вас бабы всем рулят, я знаю! Ничего хорошего не получиться, когда баба наверху! Одни истерики и сопли!

Лидер северян жестикулировал так, что Лаки опасался за свое здоровье.

Через час в сопровождении бледно — зеленой Лаисы Лаки ходил по залам местного музея. Василиса, дочь Stepanа, была их экскурсоводом.

Под стеклом и в витринах лежали предметы и фото, как в древних Терранские музеях. В одном из них в Милане Лаки побывал, когда вместе с Евой посетил родину человечества.

Василиса тараторила, обстреливая взглядами одного капитана Льюиса. Макияж на ней сегодня вполне умеренный и было ясно что девочка совсем юная.

Тут Лаки узнал много нового, если, конечно, стоило доверять экспонатам и словам.

Колония на северном острове Савы существовала почти сотню стандартолет. Основал ее еще дед Stepanа, по имени Петр. С тех пор численность населения выросла значительно, появились новые поселения.

— Наши предки пришли на Саву, оставив пораженную безверием и извращениями родную землю на Терре! Здесь наш народ обрел мир и покой!

На взгляд Лаки было довольно странно не увидеть в музее никаких следов жизни северян в зимний период. Все таки шесть лет зимы, со снегом, буранами и морозами, должны же оставлять какой-тослед?

Дома северян с узкими окнами и тонкими стенами, вряд ли могли выдержать холод под пятьдесят градусов Цельсия.

— А как же вы переносите зиму? На поверхности же очень холодно.

Василиса запнулась, но быстро нашлась.

— Наш народ любит зиму и не боится морозов!

И девушка тут же торжественно продекламировала стихи:

Лаки усмехнулся. Экая бравада! Шесть лет мерзнуть и заявлять что организму холод полезен! Безумное хвастовство. Человеку такие температуры ничего хорошего не сулят…

— Это ваши стихи?

— Нет, что вы! Это нашего великого поэта. Вы же знаете его имя?

Выслушав имя, Лаки кивнул, чтобы не обижать своего гида. Странные люди, с чего ему знать имя древнего поэта из несуществующей страны?

Василиса перешла к устройству колонии, рассказав о преимуществах управления способом народного совета, в который входили первые люди колонии, включая ее папашу. Только теперь Лаки узнал должность здоровяка — председатель народного совета колонии Савы. Колонисты избирали членов совета, прямым открытым волеизъявлением, а члены совета избирали своего председателя. По странному совпадению и отец и дед Stepanа тоже были председателями. Еще одна местная традиция?

Ужинал Лаки в семейном кругу. Сам председатель, его жена — румяная дородная дама, три дочери, причем две с мужьями — очень скромными мужчинами средних лет. Водку пили рюмочками, аккуратно, причем не простую, а настоянную на ягодах. Отживевшую Лаису поили чаем и откармливали странными жареными листиками из теста — blinami. Обильный стол: пять мясных блюд, салаты с различной заправкой и слабопосоленая рыба, которую северяне поглощали с огромным аппетитом, вместе с кольцами пахучего лука.

Плотная и вкусная кухня северян Лаки понравилась и пришлось расстегнуть тайком верхнюю пуговицу на брюках…

После ужина Stepan закурил трубку с ароматным табаком и повел гостя в кабинет, хвастаться коллекцией холодного оружия, изготовленного в колонии.

Никаких блондинок в постель на ночь больше не подкладывали. Лаки выспался и рано утром вылетел обратно. Не смотря на ранее время их опять провожало все население города.

— Мы очень любим гостей! — признался Stepan. — Прилетайте к нам когда пожелаете, дорогой Льюис! Вы теперь вот здесь!

Здоровяк ткнул кулаком в свою грудь и со слезами на глазах полез обниматься.