Черт, и угораздило же меня попасть в такую передрягу! Могла бы сейчас спать себе спокойненько в своей теплой кроватке, в комфорте и безопасности, но нет, надо было мне пойти за этой чертовой второй бутылкой…

Изо всех сил стараясь выровнять сбившееся от быстрого бега дыхание, я судорожно оглядывалась вокруг. Нужно было найти себе хоть какое-нибудь более или менее подходящее укрытие на случай, если мой преследователь сюда заглянет. Помещение, в котором я находилась, оказалось кухней, о чем говорила его нехитрая обстановка: высокий холодильник у стены, в центре круглый стол со стульями, длинная столешница с раковиной и микроволновкой. Приняв решение за долю секунды, я спряталась за холодильником, пытаясь посильнее вжаться в стену.

Боже, как же мне страшно!

Минуту назад я вломилась сюда, пытаясь скрыться от молодого мужчины, преследующего меня с самого нижнего этажа по лестнице. Он бежал за мной, и бежал очень быстро. Но меня не так просто догнать. Я спортсменка. С шестого класса я занимаюсь легкой атлетикой. Мне даже удалось от него оторваться и скрыться из видимости, но силы были на исходе. Я понимала, что если ничего не предпринять, то скоро он догонит меня. Тут то и пришла мысль спрятаться где-нибудь. Не самая удачная мысль. Но, тем не менее, на одном из этажей я свернула с лестничной клетки, пробежала ещё немного по коридору, и ворвалась в одну из дверей. Так я оказалась здесь. На этой кухне. За этим злосчастным холодильником.

***

Если вы чего-то сильно хотите — желайте этого всей душой, и получите.

Но будьте осторожны в своих желаниях.

Неделю назад, сидя в аэропорту и ожидая свой рейс Алматы — Москва, я страстно желала приключений. Мне хотелось, чтобы поездка в Москву стала незабываемой. Могла ли я тогда предположить, чем это может для меня обернуться? И что эту поездку я действительно никогда не забуду? Но обо всем по порядку.

В один прекрасный сентябрьский день наш тренер, Варвара Васильевна, после тренировки объявила о том, что скоро в Москве состоится открытие нового спортивного комплекса, и компания, ответственная за организацию этого события, любезно выслала три пригласительных билета для наших ребят. Чтобы никому не было обидно, она предложила всем желающим потянуть жребий, и, к моему великому счастью и удивлению, мне в кои-то веки повезло! Вместе со мной короткие спички вытянули мои закадычные друзья, Аленка и Коля, и это было еще большим везением.

Сказать, что я была рада — ничего не сказать. Мы с ребятами уже давненько никуда не выезжали, да ещё и близость осени наводила на меня хандру. Хотелось сменить обстановку, развеяться, отдохнуть. К тому же, я не припомню, когда в последний раз мы ездили куда-то не для того, чтобы соревноваться. Одним словом, я предвкушала эту поездку, как нечто особенное, и с нетерпением ждала дня вылета.

***

— Людка, а Людка! Здорова, что ли! — услышала я голос нашего Коли-шутника. Как-то раз меня угораздило попросить его не обращаться ко мне фразой из знаменитого фильма "Людка, а Людка! Тьфу, деревня!". А Коля, он такой, ему только покажи слабость, будет издеваться потом до конца жизни. Я не отозвалась и не повернула голову, а он продолжал кричать через весь зал аэропорта:

— Ну, Людка! Ты чего, деревня, своих не признаешь, а? — слышался его ехидный голос. Сначала я пыталась делать вид, будто не слышу его. Но он никак не хотел успокоиться, все громче выкрикивая мое имя. С неохотой повернулась к нему и махнула рукой в знак приветствия:

— Привет, привет, только заткнись уже, а? — крикнула я в ответ.

Но Коля как будто даже не обратил внимания на мою грубость:

— Да ладно тебе, Людка! — сказал он, подходя совсем близко и хлопая меня по плечу, — Не обижайся, я ж любя.

— Где Аленка? — спросила я, игнорируя его примирительные словечки, — Я думала, вы вместе приедете.

Выражение лица у Коли сразу изменилось, он передернул плечами:

— Её привезёт новый ухажёр.

— Понятно, — улыбнулась я.

Коля давно и безнадёжно был влюблён в Аленку, и это было понятно всем, кроме неё. Официально они у нас считались просто друзьями. Хоть и назвать их отношения дружбой можно было только с натяжкой. Это было нечто среднее между дружбой и отношениями парня и девушки. Иногда, очень редко, на пьяную голову они целовались. Иногда, в шутку, называли друг друга "муж" и "жена". Но это не мешало им периодически заводить романы "на стороне" и при этом жутко ревновать друг друга. Эти романы были для меня пыткой, если учесть, сколько времени мы проводили втроём. Они постоянно нападали друг на друга, пытаясь уколоть побольнее, а я была как между двух огней.

Алёна чуть было не опоздала на рейс. Мы уже сидели в автобусе, который вот-вот должен был отправиться в сторону самолета, жутко волновались и пытались ей дозвониться, когда она впорхнула внутрь, как всегда шикарная, со счастливой улыбкой на лице. Глаза сверкают как два бриллианта. Едва заметные остатки губной помады на губах и щеках выдают с потрохами, чем она совсем недавно занималась. Коля встретил её ледяным взглядом и даже не поздоровался. Но Аленка все же чмокнула его в нос, не обратив внимания на попытки отбиться с его стороны. Потом принялась обнимать и меня. Мы со смехом повалились на сиденье под осуждающие взгляды других пассажиров. Аленка была веселой, заразительно веселой девчонкой. Рядом с ней невозможно было скучать. Она была из тех людей, которые одним только своим присутствием поблизости заражают других позитивной энергией и хорошим настроением. Еще она очень любила быть в центре внимания, и когда в неё влюблялись, ухаживали, расцветала ещё больше. Вот и сейчас она вся просто светилась. Мне не терпелось узнать, что за ухажёр у неё появился, но при Коле я не посмела начать этот разговор. Не буди лихо, пока оно тихо.

Весь полет Коля был хмурым и молчаливым, лишь изредка отпуская язвительные шуточки в нашу сторону. Впрочем, это его обычное настроение, когда у Алёны появляется кто-то. А вот она как раз болтала не умолкая. По всей видимости, её новый ухажёр был связан с медициной, потому что она в своей болтовне то и дело склонялась к теме здоровья, больниц, медицинской страховки, что на неё не было похоже. В общем, четыре часа пролетели незаметно, и мы прилетели в Москву.

В аэропорту нас встретила очаровательная девушка с табличкой "спортсмены из Казахстана". С нами летели ещё волейболисты, пловцы, баскетболисты, и другие ребята из разных секций. В общей сложности около тридцати человек. Если честно, я не до конца разобралась, какая роль нам отводится в таком событии, как открытие спортивного комплекса. Мы просто гости? Или мы должны будем принимать какое-то участие в этом празднике? По большому счёту, этот вопрос не сильно беспокоил меня. Главное, что не будет соревнований. Хотя нас все же попросили взять с собой амуницию, для какой цели — непонятно. И это, честно говоря, немного настораживало. Но сейчас совсем не хотелось об этом думать.

Нашу группу усадили в небольшой, но комфортабельный автобус и повезли в гостиницу. Я радовалась, как ребёнок, глядя из окна на проплывающие мимо пейзажи легендарного мегаполиса. В Москве я была впервые, и этот город мне понравился с первого взгляда. Он как будто шептал мне: "Люда, я изменю твою жизнь! Я сделаю тебя счастливой!". Может с этим я, конечно, загнула, но именно такие мысли были в тот момент у меня в голове. Аленка же, как только включился роуминг, ушла с головой в смс-переписку, а Коля, как и я, смотрел в окно, только вид у него был хмурый. Так мы и доехали до нашей гостиницы.

Гостиница на самом деле оказалась общежитием, о чем гласила табличка над входом, но, честно говоря, назвать это красивое современное здание общежитием у меня лично язык не поворачивался. Название гостиница как раз подходило больше. Но — общежитие, так общежитие. Это было элегантное пятиэтажное здание, с лоджиями в виде лестницы, обнесённое уютным сквером с молодыми деревцами, клумбами и лавочками на высоких изогнутых ножках.

Внутри тоже все напоминало гостиницу. Ресепшн на входе с двумя приветливыми девушками в униформе, лаунж-зона с мягкими бежевыми диванами и низкими лакированными столиками, разве что пепельниц не хватало.

Девушка, встретившая нас в аэропорту и сопровождающая всю дорогу до гостиницы, попросила нас присесть на диваны, и ввела в курс дела. Через два часа нас ждут в столовой на ужин, это здание через улицу от нашего общежития. Завтра с утра за нами приедет микроавтобус и отвезёт нас в офис компании Балтис, той самой, которая построила спортивный комплекс. Открытие состоится через несколько дней. В офисе компании нам расскажут о новом комплексе, о мероприятиях связанных с его открытием, и о нашем участии в них. Послезавтра компания любезно оплатила для нас и для всех спортсменов, прибывших из других городов и стран, экскурсию по Москве. Я не переставала удивляться гостеприимству этих товарищей. Мало того, что они оплатили нам перелёт, проживание с трехразовым питанием, так ещё и экскурсию предлагают по Москве. Мне не терпелось узнать, чего же они хотят от нас. Ведь в наш век капитализма в альтруизм владельцев крупной коммерческой организации верилось с трудом.

После нас оперативно расселили по комнатам как в самом обычном общежитии, мальчиков налево, девочек направо. Я немножко порадовалась, что грустный Коля не будет портить нам настроение своим хмурым видом.

Комната, в которую заселили нас с Аленкой, была на двух человек, с приличным ремонтом и мебелью. По обе стороны от большого окна стояли кровати, постельное белье лежало поверх покрывал в запечатанных пакетах, прямо как в поездах. В целом, обстановка была приятной и располагающей к отдыху.

Я сразу прыгнула на кровать, она оказалась мягкой и достаточно удобной. А Аленка первым делом бросилась искать розетку, чтобы зарядить свой севший телефон. Потом мы обе принялись вытаскивать одежду из своих чемоданов и раскладывать её в шкаф. Алена достала из своего чемодана и положила в холодильник большой кусок пирога, булочки, пакет с конфетами и ещё какую-то еду, заготовленную её мамой в дорогу. Такая уж у неё была мама, куда бы мы ни отправились с Аленкой на соревнования, первые пару дней в столовую можно было не ходить. Так мы и решили, что на ужин сегодня не пойдём. Вскипятили себе чай и поели с пирогом и булками. Коля, правда, этому решению не обрадовался. Позвонил и высказал нам все, что о нас думает. Но мы знали, что завтра он уже не будет такой сердитый. Завтра ревность его отпустит, и мы получим назад нашего Колю-приколиста.

Мы с Аленкой провели прекрасный вечер, болтая обо всем на свете. Она рассказывала о своём новом бой-френде, который оказался, о ужас, стоматологом. Одно это слово наводило на меня страх. Но, Аленка, похоже, была от него в восторге. Ещё мы строили догадки о том, как пройдёт предстоящий праздник, что нас ждёт в эту неделю, обсуждали московские места, в которых обязательно стоит побывать. И ещё много о чем мы болтали, пока сон не сморил нас.

Проснувшись на следующее утро, первой мыслью было: "О Боже, мы проспали!". Схватила свой телефон, посмотрела на время — без пятнадцати восемь. И вдруг поняла, что мы забыли перевести часы. Разница между Москвой и Алматой в это время года целых два часа. А это значит, что автобус в бизнес-центр ушёл ещё пятнадцать минут назад, и мы рискуем пропустить все самое интересное. На телефоне так же светились семь пропущенных вызовов от Коли. Мог бы и зайти за нами, неужели его обида на Алёнку так сильна?

Кстати о ней. Аленка спала прямо с телефоном в руке. Видимо всю ночь переписывалась со своим стоматологом. Не без труда разбудила её, и заставила быстро собираться. Ровно в десять часов по московскому времени мы уже были в фойе общежития, и пытались выяснить, как нам добраться до офиса компании Балтис. Девушка за стойкой любезно вызвала для нас такси, хоть ехать было не так уж и далеко. Честно говоря, можно было даже дойти пешком. Но мы опаздывали, и поэтому такси оказалось как нельзя кстати.

Спустя ещё полчаса мы с Аленкой вошли в здание очень респектабельного бизнес центра, в котором располагался офис компании Балтис. Узнав, кто мы, девушка на ресепшн связалась с кем-то по телефону, и через минуту к нам спустилась элегантная особа в деловом костюме и с безупречной короткой стрижкой. На её лице светилась вежливая располагающая улыбка, и сама она вся излучала доброжелательность и гостеприимство. Пока мы шли к лифтам, между нами завязался непринуждённый разговор, из которого мы узнали, что её зовут Анна, и она работает в Балтис уже два года. Так же она успела рассказать нам немного о сфере деятельности компании и её масштабах.

Мы поднялись на третий этаж, прошли сквозь уютный буфет с барной стойкой, и Анна повела нас вдоль длинного, широкого коридора. Слева и справа от нас то и дело мелькали массивные деревянные двери с красивыми золотистыми табличками, пока, в какой-то момент одну из стен не сменило огромное витражное стекло. На нем изящным шрифтом было выгравировано название и логотип компании, а по ту сторону располагался огромных размеров кабинет в современном английском стиле. Но моё внимание больше привлекла не его роскошная обстановка, а компания из трёх мужчин, сдержанно обсуждающих что-то за длинным овальным столом, расположенным в центре комнаты за этим стеклом. В особенности заинтересовал один из них, тот, что сидел ко мне лицом.

Не знаю, что именно меня зацепило в нем. Его брутальная мужская красота, острый внимательный взгляд или безупречный внешний вид. Было что-то ещё помимо всего этого. Я не могла себе объяснить, что именно, но оно тянуло меня к нему, словно магнитом, и не позволяло ни на секунду отвести взгляд.

— Какой интересный интерьер, — задумчиво произнесла я, обращаясь к Анне, чтобы как-то объяснить свою остановку, — Это что-то вроде зала для совещаний?

— Это наш малый конференц-зал, — с гордостью сообщила девушка, — Здесь обычно проходят встречи с нашими клиентами, или рядовые совещания.

— Как интересно, — медленно проговорила я, делая шаг по направлению к стеклу, — А кто сейчас там совещается?

— Наши топы, руководители отделов, — ответила Анна, — У них планерка.

Я с неохотой оторвалась от прозрачной стены и оглянулась на девушек. Аленка, к моему дикому смущению, подошла ко мне ближе, и с ухмылкой поглядывала то на меня, то на того самого мужчину за стеклом.

— Я думаю, её интересует конкретно вон тот красавчик, который к нам лицом сидит, — сказала она, не стесняясь, ткнув пальцем в его сторону.

О Боже. Только этого мне не хватало. Я умоляюще посмотрела на Аленку, потом перевела взгляд на Анну и с невинной улыбкой все опровергла:

— Ну что Вы, я просто так спросила. Пойдёмте, лучше, скорее, а то мы и так уже опоздали!

Но Анна не обратила никакого внимания на мои слова, с хитрой улыбкой она посмотрела на Аленку, и заговорщицким тоном сообщила:

— Это наш начальник службы безопасности. Все наши девчонки от него без ума. Ну а что? Он молод, красив, успешен и… не женат, — ненадолго лицо девушки осветилось мечтательной улыбкой, которая погасла уже через мгновение, — Только вот никто пока так и не добился его внимания. Может быть, у него кто-то есть.

— А как зовут-то его? — не унималась Аленка.

Я вздохнула и снова посмотрела на объект теперь уже всеобщего внимания. Он и правда был хорош. Очень хорош. Настолько, что у меня даже сердце забилось чаще.

— Его зовут Руслан. Ой, то есть Руслан Константинович, — снова улыбнулась Анна.

— Как это мило — вслед за ней разулыбалась и Аленка, — Прямо Руслан и Людмила! Ой, а может, он просто нашу Людку ждал? Поэтому и не обращал ни на кого из здешних девушек внимания?

На мой взгляд, шутка вышла неудачная, но, кажется, Анна так не считала, поскольку они с Аленкой тут же весело над этим рассмеялись.

Стало очень неприятно, но я сделала вид, будто их смех меня нисколько не задел. Хоть это и было далеко не так. Ладно Аленка, столько лет общаясь с Колей невозможно не стать хоть чуточку похожей на него. Но Анна то, с виду приличная девушка, а все туда же. Ну и пусть смеются.

Отвернулась от них, и бросила ещё один взгляд на красивого мужчину за стеклом. Да, он мне действительно понравился. И я не видела в этом абсолютно ничего смешного.

Да, возможно, я ничем особенно не выдающаяся девушка, и вряд ли буду интересна ему больше, чем все остальные сходящие тут по нему с ума, как выразилась Анна. Ну и что? Я на это и не претендовала. Я просто смотрела. Ведь это не запрещено.

Тихонько вздохнула и уже собиралась отойти от стекла, чтобы пойти дальше, как вдруг он поднял свой взгляд и посмотрел прямо на меня. От неожиданности я вздрогнула и почувствовала, как лицо заливается краской. Но глаза не отвела, позволив себе насладиться этим невероятным завораживающим зрительным контактом.

— Идём уже, — Аленка сзади потянула меня за локоть, — Хватит на него пялиться! Смутившись больше некуда, я развернулась и быстро зашагала дальше по коридору.

Девушки позади меня снова неприятно рассмеялись. Должно быть, мое поведение со стороны выглядело довольно глупо. Ну и пусть.

Аленка догнала меня и примирительно обняла за плечи, но я сбросила ее руку и зашагала ещё быстрее.

— Люд, ну ты чего, обиделась что ли? — наигранно невинным тоном спросила она и снова засмеялась.

— Не переживайте, Людмила, — услышала я голос Анны, — Вы ещё увидите его сегодня! Он будет выступать на собрании немного позже.

— Очень рада, — пробурчала я себе под нос, едва сдерживаясь, чтобы не послать их обеих куда подальше.

Большой конференц-зал оказался действительно очень большим. Он напоминал мне университетскую аудиторию или зал для заседаний Госдумы человек на пятьсот, и был заполнен примерно на треть. Все внутреннее пространство занимали длинные столы со скамьями, установленные в виде амфитеатра, сверху вниз, а в самом начале красовалась самая настоящая сцена с трибуной, микрофоном, и двумя длинными столами по обе стороны от неё. За этими столами восседали какие-то важные персоны в строгих деловых костюмах, а за трибуной выступал мужчина, ничем не отличающийся от этих самых важных персон. Он говорил о мероприятиях, запланированных на открытие спортивного комплекса и примыкающего к нему стадиона. Но мне не удалось до конца понять, о чем идёт речь. Помешала Аленка, которая с преувеличенным восторгом рассказывала Коле о том, что произошло со мной по дороге на это собрание. Я уже пожалела о том, что не поленилась отыскать глазами нашего друга на самых верхних рядах, и занять свободное место рядом с ним, естественно, притащив за собой хвостом и Аленку.

Она развлекалась вовсю, сильно приукрашивая свой рассказ яркими эпитетами. Особенно уделила внимание размеру моих глаз, когда Руслан Константинович неожиданно посмотрел на меня. Это было откровенное свинство с её стороны, если учесть что она стояла позади, и моих глаз в тот момент вообще видеть не могла.

— Ну и что, что я стояла сзади! — возмутилась она на мое замечание, — Зато в отражении стекла все было очень даже хорошо видно! И твоё разомлевшее лицо во всей красе!

Я не нашлась, что ответить, и лишь позорно покраснела, а Коля вместе с Аленкой жестоко над этим рассмеялись.

Пытаясь не обращать внимания на них обоих, я постаралась сосредоточиться и вникнуть в суть того, о чем говорил мужчина в галстуке там, внизу, но это было не так уж просто. Потому что после того, как они насмеялись вдоволь, Коля начал вслух высказывать предположения о том, как можно было бы устроить нам с Русланом Константиновичем свидание. Уж этого я выдержать никак не могла. До зубного скрежета захотелось как следует подпортить им настроение. Сначала подумала спросить у Аленки, как дела у ее стоматолога, и невзначай упомянуть о том, что они переписывались всю ночь напролёт, тем самым остудив болтливость Коли. Но в последний момент передумала, посчитав это слишком жестоким. И просто решила сказать, что Алена все выдумала, и этот самый Руслан Константинович не вызвал во мне ровным счетом никаких эмоций.

— Тебе просто показалось, Алена, — с напускным безразличием произнесла я, — Мне очень понравился интерьер их малого конференц-зала, поэтому я и остановилась, чтобы получше рассмотреть его. Вот и все!

— Нет, я так не думаю, — нагло ухмылялась подруга, — Ты бы видела своё лицо! Девушка попыталась изобразить смущение и выпучить глаза одновременно.

— Ладно, девочки мои, не ссорьтесь, — бесцеремонно влез Коля, — Я знаю, как легко и просто разрешить ваш спор!

Мы обе посмотрели на него — Аленка с любопытством, а я с недоверием. Чтобы Коля придумал что-то хорошее? Не припомню, когда вообще такое бывало.

— Я правильно понял, что он скоро будет здесь выступать? — прищуров взгляд, уточнил парень.

— Да, — протянула я, предчувствуя недоброе.

— Вот если тебе он абсолютно безразличен, Люда, ты не побоишься обратиться к нему при всех, и, скажем… — тут Коля сделал секундную паузу и изобразил задумчивость, — Пригласишь его на свидание?

— Что?! — шепотом возмутилась я, — Ты с ума сошёл? Я не буду этого делать!

— А не будешь, значит, Алена права, и ты действительно запала на него, — с умным видом изрёк Коля, подняв вверх указательный палец.

— Да что за логика у тебя такая? — я разозлилась не на шутку, — А если он согласится? Я не хочу идти с ним на свидание!

— Не беспокойся, дорогая, маловероятно, что он согласится, — прошептала с ухмылкой Аленка, — Только без обид, но ты же его видела? Наверняка он встречается с такими девушками, — сказала она, сделав акцент на слове "такими".

Какими "такими", она не стала объяснять. И я не спросила. Я спросила о другом, едва сдерживая нахлынувшее чувство обиды.

— Неужели я так плоха? Настолько, что ты заранее знаешь, что он откажется?

— Нет, дорогая, что ты! — быстро спохватилась подруга, — Ты не плоха, ты хороша, очень даже хороша! Но пригласить его на свидание, это то же самое, что пригласить на свидание ну, например, Бреда Пита! И надеяться, что он согласится, понимаешь?

— Понимаю. Но зачем тогда вы заставляете меня это делать? — жалобно спросила я,

— Чтобы выставить посмешищем?

В груди неприятно засвербело. От обиды, и от того, что мужчина, который мне на самом деле действительно очень сильно понравился, так недосягаемо далек.

— А мы тебя и не заставляем, — с невинным видом ответил Коля, — Просто признайся, что он тебе нравится, и всё.

Ну уж нет, такого удовольствия я им не доставлю. Чтобы потом они подкалывали меня всю оставшуюся жизнь, вспоминая эту ситуацию? Ни за что. Ну и приглашу красавчика на свидание, что здесь такого? Откажет, и пусть. От меня не убудет. Скажу, что друзья взяли «на слабо». Так оно и есть по большому счёту.

— Ладно. Как хотите. Мне все равно, позову его на свидание, если вы после этого оставите меня в покое.

— Ого, — присвистнул Коля, — Да ты смелая девчонка!

— Ага, смелая, — усмехнулась Аленка, — Стопудово струсит, когда дело дойдёт.

— Посмотрим, — ответила я, почти с ненавистью посмотрев на неё.

— Посмотрим, — ухмыльнулась подружка.

После того, как я пообещала своим друзьям выставить себя на всеобщее посмешище, они наконец-то немного успокоились и оставили меня в покое. И я в который раз попыталась вслушаться, о чем говорит мужик в галстуке. Но он, как назло, закончил своё выступление, поблагодарив всех присутствующих за внимание. И пригласил на трибуну какую-то женщину, представив ее директором спортивного комплекса и непосредственно самого стадиона, ради которого все здесь собрались. Женщина встала из-за стола и поднялась на сцену. Это была высокая ухоженная брюнетка, деловой костюм и высокие шпильки лишь подчёркивали её статус. Когда она заговорила, первое впечатление красивой и успешной деловой женщины только усилилось. От неё лучами исходила уверенность. Я с грустью подумала о том, что если бы такая, как она пригласила Руслана Константиновича на свидание, он наверняка согласился бы.

— В первую очередь, я хочу поблагодарить всех присутствующих за то, что нашли время приехать в наш город и разделить с нами этот праздник! — громогласно говорила она.

Голос ее звучал гордо, уверенно, она вся будто сияла на своей трибуне. Во время ее выступления все посторонние звуки и голоса в помещении стихли. Видимо не меня одну очаровала эта милая и серьезная дама. Я смотрела на неё, и представляла себя в таком же элегантном деловом костюме, на шпильках, с безупречным макияжем и аккуратным пучком на голове. И все в моем воображаемом образе было идеально, только одна выбившаяся прядь волос у виска добавляла небрежности и сексуальности. В таком виде я не побоялась бы пригласить на свидание и самого Бреда Питта. Только вот Руслан Константинович казался мне намного симпатичнее Бреда Питта. И даже мой воображаемый шикарный образ не успокоил моё волнение, скорее наоборот, оно только усилилось. До меня только сейчас начало доходить, на что я согласилась. И что у меня действительно кишка тонка для такого. А женщина с трибуны все говорила и говорила…

— В нашем спортивном комплексе будут готовить самых лучших спортсменов страны. Это будущие олимпийские чемпионы. И мы намерены найти и отобрать для них самых лучших тренеров на территории всего СНГ. Я уверяю, у каждого из вас есть шанс попасть в нашу команду. Для этого только нужно пройти специальное тестирование и сдать нормативы, — директор комплекса сделала многозначительную паузу в своём выступлении.

Так вот зачем нас всех тут собрали, у них жесткая нехватка кадров. Вот загадка и разрешилась. А деловая дама тем временем продолжила:

— Хотелось бы подчеркнуть, что связав свою судьбу с нами, вы не только получите хорошую и высокооплачиваемую работу, но и внесете свой вклад в большое и благородное дело. Значительную часть прибыли компания направляет на благотворительность. Следовательно, работая у нас, вы тоже будете вносить свой вклад в это благое дело.

На этом моменте я перестала слушать, потому что там внизу открылась дверь, та самая, через которую совсем недавно вошли мы с Аленкой. В дверном проеме появилась сначала Анна, а вслед за ней и сам Руслан Константинович. Не привлекая к себе большого внимания зала, они проследовали к длинному столу и присоединились к остальным сотрудникам компании.

У меня внутри все сжалось. Теперь, когда он был здесь, осуществить задуманное казалось просто невозможным.

Боже мой, здесь столько людей, и он такой классный и такой невозможно далекий!

Между нами целая пропасть. Как я с ним заговорю? Я и слова вымолвить не смогу. Нет. Пусть эти двое издеваются надо мной, сколько хотят, я не буду этого делать. Кстати о них. Аленка и Коля с появлением этой парочки тоже сильно оживились. Они улыбались и подмигивали то мне, то друг другу.

Я сидела ни жива, ни мертва. Аленка наклонилась к моему уху и прошептала:

— Что, сдрейфила?

— Нет, — рявкнула шёпотом в ответ и слегка оттолкнула ее от себя рукой, на что та залилась беззвучным смехом.

Я снова посмотрела на него. Он так выделялся среди всех сидящих за тем столом. Выглядел моложе остальных, и одет был не как все, в костюм, а в обычные джинсы и джемпер. Очень крутые джинсы и джемпер. Может поэтому он казался самым значимым среди них. И самым красивым. Господи, что он обо мне подумает? В какую неловкую ситуацию я его поставлю!

Нет. Я не буду этого делать и точка.

Тщетно пытаясь унять дрожь в коленях, я изо всех сил старалась справиться с нарастающей внутри меня паникой. А тем временем стильная дама в костюме закончила свое выступление и любезно представила уже знакомого нам Руслана Константиновича. Он лично отвечал за безопасность на мероприятии, посвящённом открытию стадиона и, в данный момент, должен был провести с нами инструктаж по технике безопасности. О, как он говорил! Его низкий бархатный голос звучал мягко и властно одновременно, и словно гипнотизировал меня. На удивление, прошла дрожь в коленках, и все волнение куда-то улетучилось. Я просто смотрела и слушала его, получая при этом колоссальное удовольствие.

Он говорил о том, как нужно себя вести на трибунах. Что делать, если начнётся пожар, беспорядки или теракт. Из его уст эти страшные слова уже не были такими страшными. Рядом с ним, казалось, не может произойти ничего плохого.

Заслушавшись, я и не заметила, как его выступление подошло к концу.

— Это, пожалуй, все, о чем я хотел вам рассказать. Если у кого-то есть вопросы, пожалуйста, задавайте, — предложил он, обведя аудиторию своим внимательным взглядом, — Вопросов нет. Отлично, в таком случае передаю микрофон уже хорошо знакомой Вам Анне, чтобы она проинструктировала о дальнейших действиях.

Он уже сделал шаг назад, чтобы сойти с трибуны, как боковым зрением я заметила движение слева от себя. Аленка соскочила со своего места и замахала рукой:

— Подождите! Вообще-то есть один вопрос! — крикнула она так, что все обернулись к нам.

А Руслан Константинович вернулся на трибуну и, пододвинув микрофон к себе, заинтересованно произнёс:

— Я вас слушаю?

Аленка схватила меня за плечо и с силой дёрнула наверх, от шока я даже не воспротивилась ей, и через мгновение уже стояла на ватных ногах с бьющимся где-то в области горла сердцем.

— Моя подруга хотела кое о чем вас спросить! — крикнула Аленка и уселась обратно на своё место, так и оставив меня стоять перед ним и перед всем честным народом, который с неподдельным любопытством глазел в нашу сторону.

Не знаю, какими словами описать чувства, которые я испытывала в тот момент. Думаю, дикий ужас вполне подойдёт. Моё сердце билось все громче, и, казалось, от его стука у меня звенит в ушах. Или это было от волнения.

Господи, что ему сказать? Надо придумать вопрос по теме, о которой только что шла речь. Но какой? Я судорожно пыталась что-то сообразить, но все было тщетно.

Руслан Константинович тем временем смотрел на меня со сдержанным любопытством, ожидая моего вопроса. Пауза затягивалась. Как будто издалека я услышала тихие смешки с обеих сторон. Коля и Алена развлекаются вовсю.

Что ж, если развлекаться, так развлекаться по полной.

В конце концов, через неделю я отсюда уеду, и все забуду все это, как страшный сон. Скорее всего.

Я обвела глазами многочисленные ряды, заполненные зрителями моего предстоящего выступления, после чего вновь посмотрела на мужчину у трибуны. На этот раз посмотрела уверенно, собрала всю волю в кулак и заставила себя улыбнуться.

И, о чудо, он улыбнулся мне в ответ! Это хороший знак, значит, у него есть чувство юмора и в крайнем случае можно будет все перевести в шутку.

Тянуть больше было нельзя. Незаметно сделав глубокий вздох, я улыбнулась ещё шире и начала:

— Заранее хочу извиниться за то, что отклоняюсь от выше озвученной темы, — услышала я свой голос как будто со стороны, — И спросить, могу ли я задать вам вопрос, не касающийся техники безопасности?

— Буду рад на него ответить, — вежливо ответил он.

— Мы с вами уже встречались около часа назад, когда Анна провожала нас с подругой в этот зал, — продолжала я осуществлять в жизнь свою задумку.

Голос мой по-прежнему дрожал, но я тешила себя надеждой, что со стороны этого не было заметно. А он улыбнулся мне ещё раз:

— Да, я вас помню.

Какой же он милый. И доброжелательный. Ох, что сейчас начнётся. Я набрала побольше воздуха в легкие и продолжила:

— Так вот, Анна любезно предоставила нам информацию о том, что вы не женаты. Хоть её об этом никто и не спрашивал, — по зрительному залу пробежал оживленный гул, а брови Руслана Константиновича медленно поползли вверх.

О боги. Что я делаю? Бросив быстрый взгляд на Анну, я заметила что лицо у нее вытянулось и стало похоже на дыню-торпеду. Это просто надо было видеть. Представляю, как она сейчас меня ненавидит. Злорадно усмехнувшись тому, что отомстила хотя бы ей за насмешки, я продолжала:

— Но вся картина вашей личной жизни ей, к сожалению, неизвестна. То есть, она не знает, встречаетесь вы с кем-нибудь или нет. Поэтому, хочу спросить прямо, у вас есть девушка?

Он явно не ожидал такого вопроса сегодня, но его реакция заставила мою симпатию к нему вырасти ещё больше. Удивление на его лице вновь сменилось весёлой улыбкой, хоть с ответом он и не торопился, и я решила сделать ход конем.

— Я понимаю, что Вам неудобно отвечать на столь личный вопрос в присутствии всех этих добрых людей. Но Вы обещали ответить, и если Вы джентльмен, то сдержите обещание. Необязательно делать это при всех, Вы могли бы ответить на мой вопрос только мне. За чашечкой кофе, например… — закончив фразу, я с облегчением выдохнула.

Ну вот и все, я сделала это. Теперь все зависит от него.

— Я правильно понял, Вы приглашаете меня на чашечку кофе? — спросил он точно таким же тоном, каким только что читал лекцию о безопасности.

Только его взгляд и улыбка, адресованные мне, наполняли все моё сердце тёплым чувством надежды.

— Да, правильно, — ответила я и опустила взгляд, — Хочу ещё раз извиниться перед вами за свою наглость, но я вынуждена была спросить.

— Что ж, я с радостью выпью с вами кофе, — услышала я в ответ.

И не поверила своим ушам. Подняла глаза и снова увидела его дружелюбную улыбку. Самую очаровательную улыбку из всех, что я когда-либо видела. Кажется, я даже открыла рот от неожиданности, да только так и не нашлась, что сказать. Лишь продолжала смотреть на него, хлопая глазами.

— Я думаю, мы не будем откладывать это дело в долгий ящик. Предлагаю пойти выпить кофе сразу после собрания, если вы не против, — произнёс он тоном, не терпящим возражений.

— Не против, — ответила я тихо, с трудом веря в реальность происходящего.

— В таком случае, — он обратил свой взгяд в сторону одного из столов у сцены, — Анна, когда закончите, проводите, пожалуйста, юную леди ко мне в кабинет.

— В кабинет? — вырвалось у меня разочарованным тоном.

И я тут же мысленно себя отругала. Ну что я за человек такой? Дай мне палец, я и по локоть руку откусить захочу. Но мысль о том, что свидание в его кабинете свиданием, по сути, и не будет являться, не позволила мне промолчать.

Руслан устремил на меня вопросительный взгляд.

— Просто я думала, что мы сделаем это в какой-нибудь кофейне или хотя бы в местном буфете, — пожав плечами, произнесла я с невинной улыбкой, — Мы видели его по дороге сюда, он очень милый!

И он снова улыбнулся мне:

— Желание леди — закон, — многозначительно произнёс он, и обратился к Анне, — Проводите, пожалуйста, леди на парковку к моему автомобилю, — после чего вернул своё внимание мне и добавил, — Если уж пить кофе, то там, где его умеют готовить. Вы не против, если мы отправимся в одно из таких заведений?

— Не против, — ответила я, подарив ему самую очаровательную улыбку, на которую только была способна.

Помещение зала для конференций компании Балтис взорвалось громом аплодисментов. А я, с пылающими от смущения щеками, упивалась этим триумфом и видом обалдевших лиц своих друзей.

Когда злая Анна привела меня на парковку, Руслан Константинович уже ожидал нас возле черного автомобиля представительского класса. Он вежливо поблагодарил девушку за помощь, после чего любезно открыл мне дверцу пассажирского сидения. Я села внутрь, опираясь на предложенную мне руку, он захлопнул дверь и обошёл машину вокруг, чтобы сесть за руль. Всю дорогу я чувствовала себя настолько неловко, что даже сложно передать словами. Он был явно человеком занятым, в салоне то и дело раздавались сигналы входящих телефонных вызовов, которые он принимал по громкой связи, решая какие-то очень важные и непонятные мне вопросы. Теперь весь мой триумф с выбитым свиданием стал казаться невероятно глупой затеей. Более того, я чувствовала себя самой настоящей выскочкой, отвлекающей серьезного человека от важных дел без веского на то основания. Да еще и совершенно неподходяще одетой выскочкой, с которой ему, скорее всего, будет стыдно появиться в приличном месте.

Одним словом, ехала и тихо ненавидела себя. За то, что не перевела часы, проспала, не привела себя в надлежащий вид, не сделала маломальский макияж. Да ещё и натянула свой дорожный спортивный костюм, в котором вчера прилетела в Москву. Там, в шкафу, в нашей с Аленкой комнате, висело множество прекрасных вещей, платьев, юбок и блузок, в которых я выглядела бы просто очаровательно. Но вместо этого я еду на свидание с самым роскошным мужчиной, из всех, которых мне когда-либо доводилось встречать, не накрашенная и в спортивном костюме. Лучше не придумаешь!

По дороге на парковку попросила Анну подождать меня, пока я зайду в уборную. С каменным лицом она выполнила мою просьбу. Стоя у зеркала там, я попыталась, как смогла, привести себя в порядок. К несчастью моя сумка, где была косметика и много других полезных вещей, так же осталась в общежитии. После перелёта я не успела выложить из неё все лишнее, поэтому на собрание взяла лишь свой смартфон и портмоне, где лежали только деньги, карточки и магнитный ключ от нашего номера. Поэтому я просто распустила волосы, умылась холодной водой и с силой похлопала себя по щекам, чтобы на лице появился румянец. Посмотрела в зеркало — результат удовлетворил меня, насколько это было возможно. Слегка промокнула лицо бумажным полотенцем и вышла из дамской комнаты к ожидающей меня недовольной Анне. Она окатила меня ледяным взглядом и поинтересовалась, бесцеремонно переходя на "ты":

— Ты же не думаешь, что это тебе поможет?

— Ты о чем? — перешла на "ты" и я.

— О том, что ты зря прихорашивалась. Руслан Константинович согласился на свидание с тобой лишь из вежливости. Это же любому понятно, — говорила она, ядовито улыбаясь. — Он просто хорошо воспитан, в отличие от некоторых. И не мог поставить девушку, которая навязывается ему при большом количестве людей, в неловкое положение.

— Зависть — плохое чувство, Анна, — произнесла я надменно, и зашагала дальше. Девушке ничего не оставалось, как проглотить собственный яд и последовать за мной.

Как ни гордилась я своим ответом на её попытку меня задеть, все же ей удалось поселить во мне досадное чувство неуверенности в себе.

***

Машина остановилась на симпатичной узкой улочке у одного из многочисленных стеклянных витражей, с очаровательной вывеской в старинном стиле.

— Ну, пойдём? — с улыбкой предложил Руслан, впервые обратив на меня внимание за все время нашей поездки.

— Пойдем, — ответила я, чувствуя себя полной дурой.

Боже, что я сейчас буду ему говорить?! Зачем только подписалась на эту авантюру? Ненавижу Колю с Аленкой. Ненавижу всем сердцем.

Тем временем, он вышел из машины и открыл мне дверь, галантно предложив свою руку.

Надо же, какой джентльмен. Может быть, я зря парюсь? А на свидание с ним напросилась как раз не зря? Посмотрим…

Мы вошли в уютную кофейню, оформленную в бежево-коричневых тонах, и присели за один из столиков, окружённых мягкими низкими диванами.

Официант подошёл практически сразу, мы сделали заказ, и, после того, как снова остались наедине, Руслан принялся с любопытством изучать меня, пристально разглядывая с ног до головы.

И мое ощущение неловкости тут же вернулось с удвоенной силой. Хотелось сказать что-то, хоть что-нибудь, чтобы завязать разговор, разрядить обстановку, но все мое красноречие куда-то вдруг исчезло без следа.

— Знаешь, — вдруг первым заговорил он, наконец, нарушив эту неловкую паузу, — Не в первый раз девушки предлагают мне продолжить знакомство где-нибудь наедине… Но ты отличилась в этом как никто другой.

Я покраснела, непроизвольно вспомнив обидную фразу Анны о причинах его согласия. Следом по цепочке вспомнились умозаключения Аленки про Бреда Питта и меня, простую смертную, и моя самооценка стремительно полетела вниз, вызывая неприятное чувство досады.

— Скажи честно. Ты согласился выпить со мной кофе из благородства, чтобы не ставить меня неловкое положение перед толпой, да? — с вызовом спросила я, буквально обвинив его в этом, как в страшном преступлении.

— Нет, — посерьёзнев, ответил он, — Я согласился, потому что мне стало любопытно узнать причины такого рвения. Ну, и потому что, ты мне понравилась.

— Как понравилась? — задала я наитупейший вопрос, растерявшись.

— Внешне понравилась, — ответил он, слегка улыбнувшись, — Голос твой и смелость твоя.

Сердце радостно забилось в груди, а кровь ещё сильнее прилила к щекам от смущения. Эх, жаль Аленка этого не слышала!

— Мне очень приятно, — неловко улыбнулась я в ответ.

— Ты, кажется, хотела узнать о моей личной жизни?

Неуверенно кивнула. От счастья у меня вообще память отшибло, чего я там хотела. Он тоже кивнул, и многозначительно произнёс:

— Девушки у меня нет, — ещё и развёл руками.

— Почему? — бестактно поинтересовалась я, забыв про недавнее смущение.

— С моей работой сейчас мне совсем не до девушек, — признался он, небрежно пожав плечами.

— Вот как, значит, — с умным видом ответила я.

Официант принёс наш кофе, десерт к нему, и вновь удалился. Я отхлебнула обжигающий напиток и с удовольствием прикрыла глаза.

— Ммм, как вкусно!

Руслан довольно улыбнулся:

— Я рад, что тебе нравится, — и посмотрел на меня так, что мне стало сложнее дышать.

И что у него за взгляд такой? Просто до мурашек…

Похоже, его вставляло моё смущение, потому что он снова самодовольно заулыбался.

— Я удовлетворил твоё любопытство? — поинтересовался он, приподняв брови.

— Кажется, да, — кивнула я, чувствуя себя полной идиоткой.

— Теперь удовлетвори и ты моё, — попросил он.

Или, скорее, приказал. По крайней мере, его тон не предполагал возможного отказа с моей стороны. Мне так и захотелось ответить ему что-то вроде "Ещё чего, размечтался!", но, решив, что это уже точно будет чересчур, сдержалась и просто вежливо кивнула.

— Что побудило тебя с таким рвением добиваться моего внимания? — задал он абсолютно резонный вопрос.

А я пожалела, что не использовала свой первый вариант ответа. Теперь-то придётся отвечать ему, и позориться по полной программе.

— На самом деле, это все мои друзья, — с трудом выдавила я из себя, с опаской наблюдая за тем, как красивые брови Руслана медленно поползли наверх, — Они как бы бросили мне вызов. Взяли на слабо, в общем.

Он ещё несколько мучительно долгих секунд молчал, глядя на меня совершенно обалдевшим взглядом. Видимо таких идиоток ему в жизни встречать ещё не доводилось, и он пребывал в лёгком шоке.

— А тебе, значит, оказалось не слабо? — наконец, произнёс он.

— Как видишь, — виновато улыбнулась я, в свою очередь, разведя руками.

— А слабо показать мне свою грудь прямо сейчас? — с вызовом спросил он, опасно сощурив глаза.

— Что?! — теперь пришла моя очередь впасть в состояние шока.

Такого мне на первом свидании ещё ни разу не предлагали… Да и вообще, так по-хамски со мной ещё никто и никогда не разговаривал. Разве только Коля со своими дурацкими шуточками… Только вот не похоже было, чтобы Руслан шутил. На его лице не было и тени усмешки, взгляд потяжелел, и буквально физически давил на меня, подчиняя своей воле.

— Я сказал, подними свою кофточку и покажи мне свою грудь, — медленно повторил он своим низким настойчивым голосом, заставляя меня на секунду задержать дыхание, — Или тебе слабо?!

Кожа мгновенно покрылась мурашками, а внизу живота появилась тягучая слабость. Довольно странная реакция моего организма на хамство. Мне что, это понравилось?!

Кажется, и правда понравилось. Жесть. Докатилась. Только показывать ему это я не собиралась. Каким бы красавчиком не был этот Руслан, моя гордость мне была дороже. Нашёлся тут Бредд Пит, понимаешь ли. Наглец. Взял и все испортил.

— Да пошёл ты! — с обидой произнесла я, резко поднявшись со своего стула.

Не посчитав нужным дожидаться ответа, развернулась, и уже почти шагнула, собираясь поскорее уйти, как вдруг меня схватили за руку и рывком остановили.

Я резко обернулась — Руслан стоял рядом, почти вплотную. Наши лица были очень близко, и мне снова стало тяжело дышать.

— Я просто пошутил, — глядя мне в глаза, весело произнес он, — Хотелось узнать, насколько ты отчаянная. Сядь, пожалуйста, на место.

Внутри меня все дрожало от непонятного волнения, а сама я просто негодовала. От того, что он так нагло вёл себя со мной, от реакции собственного тела на его поведение, и вообще на него, а больше всего от того, что я сама себя поставила в это нелепое положение.

Дёрнула руку, высвобождаясь из его захвата, но выполнить его просьбу и не подумала.

— Поскольку мы удовлетворили любопытство друг друга, я, пожалуй, пойду! — отчеканила я, отступая на шаг назад, но меня снова взяли за руку и не позволили осуществить угрозу.

Он снова посмотрел мне в глаза и так очаровательно улыбнулся, что весь бушующий ураган негодования внутри меня стал стремительно куда-то исчезать.

— Ты очень милая, когда злишься, — добил он меня комплиментом, — Пожалуйста, не уходи, побудь со мной ещё. Ты ведь даже не допила свой кофе. Я буду вести себя хорошо, обещаю.

И вот, пожалуйста, кажется, я поплыла. Сама не поняла, как улыбнулась ему в ответ, и по доброй воле вернулась на своё место за столиком.

— Это странно, но я до сих пор не знаю твоего имени, — сказал он своим потрясающим низким голосом.

— Люда. Людмила, — представилась я, продолжая испытывать странное волнение.

— Приятно познакомиться, Людмила, — он протянул руку для рукопожатия, — У тебя очень красивое имя.

Я, задержав дыхание, пожала его руку:

— А мне не нравится моё имя.

— Почему? — искренне удивился он.

— Ну, знаешь, Людка, а Людка, тьфу деревня, — сконфуженно ответила я.

— Что, серьёзно? — рассмеялся он. — Тебя так дразнили в школе?

— Если бы в школе. Меня дразнят так до сих пор, — я грустно вздохнула и сделала глоток потрясающего на вкус кофе.

— Зачем же ты позволяешь? — спросил он, перестав улыбаться.

А мне до невозможности захотелось вернуть на место его улыбку.

— Я не позволяю, меня не спрашивают, — сказала я с грустью.

Руслан наклонился ближе ко мне и абсолютно серьезно спросил:

— Хочешь, я разберусь с твоими обидчиками?

— Спасибо, — ответила я, снова смущаясь, — Я сама как-нибудь справлюсь. — Точно?

— Да, — кивнула я.

— Но если вдруг не справишься, только скажи, — снова улыбнулся он.

— Я справлюсь, — пообещала я.

Наступила неловкая пауза. Я сделала ещё один глоток кофе. Руслан смотрел на меня своим внимательным изучающим взглядом. Что-то было между нами, я это чувствовала. Что-то едва уловимое, не осязаемое, но вполне реальное, сильное и даже опасное. Как… электричество.

Я взяла ложечку и отломила кусочек предложенного нам официантом десерта, отправив его к себе в рот.

— Ммм, — не смогла сдержать я восторженного возгласа, — это очень вкусно. Хочешь попробовать?

— Не откажусь, — на его губах играла лукавая улыбка.

Я отломила ещё кусочек и протянула ложечку Руслану.

— И правда вкусно, — подтвердил он, попробовав десерт из моих рук.

— Ещё? — спросила я, отламывая очередную порцию.

— Давай, — кивнул он.

Мне нравилось кормить его с ложечки. Это было так… интимно. Будто мы с ним очень близки. Он ел и смотрел на меня, не отрываясь. И от этого взгляда моя кожа вновь и вновь покрывалась мурашками.

— Расскажи о себе, — попросила я, чтобы хоть как-то разрядить сгустившуюся между нами атмосферу.

— Что ты хочешь знать? — строго взглянув на меня, спросил он.

— Что угодно, — пожала плечами я, — Ведь я почти ничего о тебе не знаю.

— И все-таки, ты знаешь обо мне больше, чем я о тебе, — справедливо заметил Руслан.

— Это правда, — согласилась я. — Тогда спрашивай ты, о чем хочешь узнать.

— Из какого города ты приехала?

— Из Алматы.

— Из Казахстана? — уточнил он, наблюдая за тем, как я отправила себе в рот последний кусочек десерта.

— Да, — кивнула, наслаждаясь изысканным вкусом.

— Хочешь ещё? — спросил он, указав взглядом на пустую тарелку.

— Нет, спасибо, — вежливо отказалась я.

— Но ведь почти половину съел я. Так не честно.

— Спасибо, я правда больше не хочу, — черт бы ее побрал, эту не к месту возникшую скромность.

— Ну что ж. Тогда расскажи о своём городе. Он большой?

— Довольно большой, население без малого два миллиона человек.

— Большой, — задумчиво повторил Руслан. — Я слышал, он очень красивый?

— Он потрясающий! — с гордостью воскликнула я, — Весь зелёный, цветущий, теплый! В нем много парков, скверов, фонтанов. И очень много цветов! Но самое красивое — это горы! В ясную погоду их всегда хорошо видно. И больше всего, уезжая на соревнования, я всегда скучаю именно по этому потрясающему виду!

— Ты так аппетитно рассказываешь, что мне уже захотелось там побывать, — заявил он с милой улыбкой.

— Я думаю, тебе бы там понравилось. В Алмату невозможно не влюбиться.

— Ты бы устроила мне экскурсию? — спросил он, как мне показалось, не в серьёз.

— Если бы ты приехал, конечно, — ответила я, допивая свой кофе.

— Ну а как тебе Москва? — спросил он, подзывая официанта, — Я закажу ещё по одному? Или, может, ты хочешь чего-то другого?

— Я бы хотела стакан воды, если можно, — скромно ответила я. — Москва большой, красивый город. Но, если честно, я впервые здесь и ещё почти ничего не видела.

— Значит, с меня экскурсия по Москве? — предложил он, заставляя моё сердце забиться чаще.

— Вообще-то, нам завтра уже обещали экскурсию от вашей компании, но если ты настаиваешь, я не откажусь от персональной экскурсии, — ответила я с хитрой улыбкой.

Он улыбнулся в ответ:

— Значит, договорились.

Мы ещё долго болтали с ним обо всем на свете. Я рассказывала ему о своём городе, о своей стране, о наших людях и обычаях. Он слушал с интересом, задавал вопросы, смеялся над моими шутками. И смотрел на меня таким взглядом, от которого у меня сбивалось дыхание, а сердце ускоряло свой обычный ход.

Потом он отвёз меня в общежитие. Оставив машину перед въездом на его территорию, решил проводить до дверей.

Мы шли по чудесному скверу с молодыми деревцами. Погода тоже была чудесной. Осень еще лишь слегка прошлась желтой кистью по окружающему нас пейзажу. Ласково светило солнышко, придавая листве невероятный золотистый оттенок. Птицы пели на удивление звонко, как будто по-весеннему. И воздух был такой свежий и такой пьянящий, что я не могла им надышаться.

Мы шли не спеша, продолжая болтать обо всякой ерунде. И, как бы сильно мне не хотелось, чтобы эта прогулка подольше не заканчивалась, все же этот момент наступил. Пришло время прощаться.

— Ну что ж, прекрасная Людмила, спасибо за то, что украсила мой день, — сказал он, подарив мне свою очаровательную улыбку, — Могу я узнать твой номер телефона?

— Я уже думала, ты не спросишь, — в шутку упрекнула его и продиктовала свой номер.

— До встречи, Людмила, — вкрадчиво произнес он, сохранив мой контакт в своем телефоне.

И, наверное, впервые в жизни моё имя, произнесенное им, показалось мне таким красивым и приятным на слух.

— До встречи, Руслан, — ответила я, расплываясь в улыбке, и уже повернулась, чтобы уйти, как меня внезапно схватили за руку и рывком развернули обратно.

Я не успела ничего понять, как он притянул меня к себе, положив руку на затылок, и накрыл мои губы властным поцелуем. Мощный выброс адреналина стал разгонять мою кровь, заставляя сердце на мгновение остановиться, а потом забиться снова, но уже с бешеной скоростью. Когда наши губы разомкнулись, моя голова все ещё кружилась, а ноги были ватными. Он отпустил меня, и сделал шаг назад, пристально глядя в глаза:

— Вот теперь, пока, — улыбка едва скользнула по его губам, после чего он развернулся и пошёл прочь.

А я стояла и смотрела ему вслед, не веря, что все это произошло со мной на самом деле. Простояв так какое-то время, сделала глубокий вдох. Потом выдох. Губы сами собой растянулись в улыбке, а глаза зажмурились от вдруг нахлынувшего счастья.

Вернувшись в номер, первым делом позвонила маме, рассказала, как мы долетели, как устроились, ответила на миллион вопросов. Потом приняла душ и переоделась, порхая по номеру, словно бабочка, с глупой улыбкой на губах. Одним словом, время идти на ужин подкралось незаметно, напомнив о себе жалобным голодным спазмом в моем желудке.

Столовая при спортивном комплексе оказалась на уровне, как и общежитие. Современный дизайн, новая мебель, персонал в чистой и отглаженной униформе. И еда вкусная и полезная, как будто я попала в ресторан здорового питания.

Мои друзья, невесть где гуляющие все это время, были тут же. Но мне было не интересно, и я даже не пыталась выяснить, где их носило, а вот Аленка, напротив, не успокоилась, пока не вытащила из меня все подробности моего свидания с Русланом. Коля тоже слушал внимательно, хоть и старательно делал вид, будто ему жутко скучно.

Рассказывать им ничего не хотелось, но и молчать было себе дороже, любопытная подруга с азартным энтузиазмом начала выдвигать собственные гипотезы, одна краше другой, о том, как мы с Русланом замечательно проводили время. Пришлось прервать поток её бурной фантазии и в общих чертах разъяснить, как все было на самом деле. Утаив пару деталей, разумеется. Тех деталей, что принадлежат только нам двоим.

Аленке мой рассказ понравился. Ещё больше понравилась моя "счастливая мина", как она выразилась. И практически сразу на меня посыпалась очередная порция смелых предположений о том, как замечательно могут сложиться наши с ним отношения в дальнейшем. Я так и не поняла, издевалась она надо мной, или говорила серьёзно, слушая её восторженный рассказ о том, что очень скоро я обязательно перееду жить к нему в Москву, мы поженимся и нарожаем кучу детишек. Коля отнёсся к её речам скептически. Он считал, что Руслан мне совершенно не подходит, и вообще не понимал, что я в нем нашла.

Я едва слушала их с лёгкой полуулыбкой на губах, а в мыслях была далеко. В голове то и дело возникали моменты сегодняшнего свидания. Его взгляд. Его губы. Прикосновения…

— Люд, ты вообще с нами? — помахала рукой перед моим лицом Аленка, возвращая меня с небес на землю.

— Что? — засмеялась я.

Подруга закатила глаза, и обратилась к Коле:

— Ты посмотри на неё, — сказала она с напускным возмущением, — И так умом никогда не блистала, а теперь совсем ку-ку, крышу снесло.

— Эй, — толкнула я ее в плечо, снова рассмеявшись, — Договоришься сейчас у меня!

— Смех без причины, деточка, — сказала она тоном учительницы, — Признак сама знаешь чего.

— Это у вас без причины, — не растерялась я, — А у меня причина есть, и очень даже серьёзная причина.

— Ладно, причина ты моя. Ты в клуб с нами идёшь сегодня или нет? — наигранно вздохнула подруга.

— В какой клуб? — не поняла я.

Похоже, витая в своих облаках, я пропустила часть их разговора.

— В клуб веселых и находчивых, — подал голос Коля.

— В ночной клуб, конечно, — вздохнула Аленка.

— Сегодня? — спросила я растерянно.

— Нет, через неделю! — снова закатила глаза она. — Конечно, сегодня!

— Нет, сегодня я не пойду, — уверенно завертела головой я.

— Чего так? — спросил Коля в своей насмешливой манере.

А Аленка только недовольно цокнула языком.

— Я хочу выспаться, чтобы завтра быть свежей и отдохнувшей, — ответила я и не смогла сдержать улыбку.

— Я же говорю, она точно того, — Аленка повернулась к Коле и демонстративно покрутила пальцем у виска, после чего вернула мне свой возмущённый взгляд. — Мы в Москве, деточка! Дома отсыпаться будешь! Пошли!

— Может быть, в другой раз, — спокойно возразила я, намеренно раздражая подругу своей сияющей улыбкой.

— У неё же завтра свидание, — вступился за меня Коля. — Это я тебя люблю хоть опухшую и с синяками под глазами. А этот ее Руслан вряд ли такой хороший как я, — заявил он, глядя на Аленку.

Та расплылась в улыбке и даже чмокнула его в щеку. А он от этого ее жеста мгновенно поплыл. Я тихонько порадовалась, что они снова в мире, и этот злосчастный стоматолог перестал отравлять нам троим жизнь.

***

В эту ночь я долго не могла уснуть. Внутри было радостное и волнительное ожидание чего-то волшебного. Как в детстве перед первой в жизни поездкой в летний лагерь.

Да и какой уж тут сон?! Я представляла себе, как завтра мы с Русланом будем гулять по Москве, как он будет рассказывать мне что-то интересное. Представляла, какие вопросы он может мне задать, и продумывала свои ответы них. Представляла, как он вновь поцелует меня, и от этого моё сердце начинало биться чаще и становилось труднее дышать. Словом, когда Аленка под утро вернулась из клуба, я все ещё не спала, мечтательно глазея в потолок.

Но, к счастью, подруга этого не заметила. Она тихонько разделась, залезла под одеяло и уже через несколько минут мирно посапывала в своей кровати. Слушая её дыхание, я немного успокоилась и вскоре, наконец, тоже уснула.

Несмотря на бессонную ночь, проснулась ни свет ни заря, ещё до звонка будильника. Предвкушая отличный день, приняла душ, вскипятила чайник, налила себе чашечку чая с молоком. Аленка все ещё продолжала спать в своей кровати. И я спокойно пила чай, листала ленту в инстаграмме, думая о том, что сегодня я обязательно выложу туда фото с обалденным московским видом. Потом вернулась в ванну и долго укладывала волосы феном и расчёской, тщательно подкручивая концы в сторону лица.

Я подумала о том, что Руслан может позвонить в любой момент, и будет неплохо, если к этому времени я уже буду готова. Поэтому сразу после прически принялась за макияж. Обычно на макияж я трачу не более пятнадцати минут. Наношу дневной крем, потом тушь на ресницы, немного пудры и румян на скулы — на этом все. Но сегодня мне хотелось выглядеть на все сто, поэтому я ещё подвела глаза чёрным карандашом так, чтобы они казались больше.

Пока занималась макияжем, то и дело принималась напевать веселенькую мелодию собственного сочинения. За что Аленка два раза попросила меня заткнуться, а потом кинула в меня подушкой. Я поймала подушку и кинула ей обратно:

— Вставай, засоня, уже скоро девять. На завтрак опаздываем.

— Да ну этот завтрак! — отозвалась она сонным голосом. — Иди без меня.

— Ты не забыла, что сегодня у вас экскурсия по Москве? Сразу после завтрака? — напомнила я ей.

— Ой, и точно. А почему это "у вас"? Ты что не поедешь? — спросила она, поднимаясь с постели.

— Нет, не поеду. Мы с Русланом сегодня встречаемся, — торжественно произнесла я, любуясь своим отражением в зеркале.

— Ах да, точно, — Аленка подошла ко мне, и поцеловала в макушку, — буду готова через пятнадцать минут, без меня не уходи.

После завтрака все уехали на экскурсию по Москве, а я вернулась в номер. Ожидая звонка от Руслана, я не знала чем себя занять, все ходила из угла в угол и гипнотизировала свой телефон.

Ближе к обеду в голове застучала неприятная мысль: "Он не позвонит". Но я старалась гнать ее от себя подальше и все поглядывала на телефон.

Время шло, я сходила в столовую, пообедала в одиночестве, а Руслан все не звонил.

С каждой минутой ожидания беспокойство внутри меня нарастало, в голову поползи неприятные мысли. То и дело вспоминалась фраза Анны о том, что он согласился на свидание со мной только из вежливости.

Потом телефон наконец-то зазвонил, я бросилась к нему как сумасшедшая, но это была всего лишь моя мама. Она соскучилась и хотела узнать как я тут.

Как я тут? Ах, мама, мама, лучше тебе не знать как я тут.

А я, на самом деле, уже чувствовала себя полной идиоткой. Время близилось к шести вечера, и надежды на его звонок уже почти не осталось. Это ж надо быть такой наивной дурёхой! Пропустила экскурсию, осталась ждать его, хожу тут, круги нарезаю вокруг своего телефона, а он! А он наверняка, просто развлекся вчера, и уже позабыл, как меня звали.

Решила выйти в сквер, подышать свежим воздухом, чтобы отвлечься от горьких мыслей. Но, как назло, очень ярко вспомнилось то, как он вчера меня провожал, и на душе стало ещё паршивей. Вот же подонок! Как можно так морочить голову девушке? Ненавижу таких, как он!

Вернулась в номер, смыла макияж, собрала волосы в хвост. На ужин решила не ходить, аппетита не было, да и совсем не хотелось видеть Аленку, а ещё больше не хотелось видеть Колю. Зачем только я рассказала им все? Теперь, когда они узнают, что он меня продинамил, насмешек не избежать.

Переоделась в пижаму и залезла в кровать. Настроение было хуже некуда.

Аленка вернулась ближе к десяти вечера, влетела в номер, как ураган, и с порога закричала:

— Лютик, ты не спишь? Лютик, представляешь, Макс завтра прилетает в Москву! — верещала она с детским восторгом.

— Макс — это тот самый стоматолог? — без энтузиазма поинтересовалась я.

— Ага, — закивала подруга, разуваясь, — Ты не представляешь, Лютик, как я рада!

— А уж Коля-то, поди, как рад, — безучастно отозвалась я.

— Да причем тут Коля, — отмахнулась Аленка, — Ты представляешь, мы с ним будем гулять по Москве! Будем ходить в разные крутые места! Представляешь?! — тараторила она, переодеваясь в домашнюю одежду.

— Представляю, — с болью протянула я в ответ, и сразу попыталась сменить тему, — Кстати, о Москве, как прошла экскурсия?

— Да нормально, — пожала плечами Аленка, — Красная площадь, мавзолей, ГУМ, музей какой-то. Все стандартно. Я уже все это видела.

— Понятно, — вздохнула я.

— Слушай, а ты чего так рано в кровать залезла? — спросила она, садясь на край моей постели, — Ты давно вернулась? Как все прошло?

Я ничего не ответила ей, только опустила глаза, пытаясь побороть собственный стыд.

— Лютик, ты чего? — с тревогой спросила Аленка, — Он что, обидел тебя?

Я только повертела головой в ответ.

— А что тогда случилось?

Красноречиво посмотрела на подругу, готовясь к худшему.

— Ах, Лютик, он что, так и не позвонил?! — осенило ее.

Я кивнула, и в носу неожиданно защипало от совершенно неуместно подступивших слез.

— Моя ты хорошая… — протянула Аленка, крепко обняв меня. — Ну только не вздумай реветь! Может, случилось чего, может работа у него или что-то ещё.

— Или он забыл о моем существовании, — язвительно отозвалась я, всхлипнув.

— Да нет, — сказала с недоверием Аленка, — После такого-то знакомства? Такое не забудешь.

— Или я ему недостаточно сильно понравилась, чтобы ещё раз встречаться со мной, — продолжала я строить депрессивные догадки.

— Знаешь, что я думаю? — спросила Аленка деловитым тоном и сама же ответила на свой вопрос, — Я думаю, что завтра он тебе обязательно позвонит. Извинится, скажет, что был сегодня очень занят, и пригласит куда-нибудь в классное место, чтобы загладить свою вину.

Я не верила своим ушам — Аленка поддерживает меня? И даже не пытается поиздеваться? Это было очень приятно. Улыбнулась ей сквозь слезы:

— Ты думаешь?

— Да я почти уверенна в этом! — воскликнула она.

— Спасибо, — прошептала я, окончательно растрогавшись.

— Да ну ты, брось! — небрежно отозвалась подруга.

На следующий день Руслан так и не позвонил. Я, в принципе, уже была готова к этому, хоть и противное чувство надежды все ещё тлело угольком в моей груди.

Чтобы отвлечься, переключила внимание на происходящее вокруг, с жадностью впитывая в себя новые впечатления. Компания Балтис устроила для нас познавательную экскурсию по спортивному комплексу с подробным описанием всех секций, обучающих методик и прогнозируемых результатов. Все было действительно очень здорово. Залы были просторны и оборудованы по последнему слову техники. Одетый с иголочки молодой человек, сопровождающий нашу группу, очень красиво и грамотно рассказывал о перспективах работы в этом комплексе. Возможно, если бы я была в хорошем расположении духа, я бы даже захотела здесь работать, даже несмотря на то, что работа тренера никогда не привлекала меня.

Но настроение все же было хуже некуда, и я вяло бродила в хвосте группы, сильно не вникая в суть того, что нам рассказывали. Коля тоже был поникший. Наверное, Аленка поставила его в известность о приезде своего Макса. А вот она как раз вся просто светилась от счастья. Постоянно пыталась завести непринуждённый в шутливой форме разговор то со мной, то с Колей. Да только все безуспешно.

По завершении экскурсии нам было предложено подумать до завтра. И всем, кто надумает, приходить на тестирование и сдачу нормативов, которые запланированы на следующие два дня. Таким образом, весь оставшийся день у нас был свободен, что нисколько меня не порадовало. Мы пообедали, а потом Аленка уехала в аэропорт, встречать своего Макса-стоматолога. А Коля собрался съездить к своему двоюродному дяде, который проживал в Москве. И который, по моему подозрению, на самом деле не существует. Скорее всего, наш друг найдёт какой-нибудь бар и банально напьётся. Он всегда так делает, когда Аленка проводит время с кем-то другим.

Я вернулась в наш номер в одиночестве. Когда день перевалил за вторую половину и стрелки часов устремились к отметке под номером три, я уже окончательно потеряла надежду на то, что Руслан все-таки мне позвонит.

Налила себе чашечку горячего чая и села с ним у окна. Чай согревал, приятным теплом разливаясь по всему телу. Снова вспомнилось наше свидание, и внутри все засвербело от обиды. В голове то и дело возникал навязчивый вопрос: "Почему он не позвонил? ”. Но я гнала его от себя, даже не желая строить догадки и придумывать ему оправдания.

В конце концов, я в Москве. И я уже пропустила экскурсию по этому городу благодаря ему. Не хочу ещё и просидеть всю поездку в номере, вздыхая о нем. Онто, скорее всего, уже даже забыл о моем существовании.

Достала свой смартфон и дала голосовую команду:

— Окей, Гугл. Куда пойти, если ты впервые в Москве?

Гугл выдал несметное количество результатов. Я просмотрела лишь первые несколько из них, и все они начинали свои рекомендации с посещения Красной площади.

Что ж, Красная площадь, так Красная площадь.

Погода за окном стремительно портилась, и обещала разразиться грозовым дождём. Но я была решительно настроена провести время с удовольствием и пользой. Привела себя в порядок и вызвала такси. Но не успели мы проехать и полпути, как я попросила водителя развернуть машину обратно. Дождь всё-таки пошёл. И не просто дождь, а самый настоящий ливень, щедро поливая ветровое стекло автомобиля, словно из ведра, и безжалостно отбирая у меня все шансы на такую желанную и долгожданную экскурсию. Машину буквально заливало водой, дворники, без конца мелькающие туда-сюда перед глазами, едва справлялись.

Второй день подряд меня обламывали с прогулкой по легендарному мегаполису. Сначала имел такую наглость нехороший Руслан Константинович, а теперь вот и сама матушка природа. Вот уж не везёт, так не везёт.

Попросила высадить меня у ближайшего к общежитию супермаркета.

Захотелось выпить чего-нибудь алкогольного. А что, ведь Коле это помогает от его хандры по безответной любви, а чем я хуже?

В компактном симпатичном магазинчике нашлось мое любимое красное полусладкое, и счастью моему не было предела. Вслед за вином в корзину отправились штопор, большая коробка шоколадных конфет, пол-литра минеральной воды и мятная жевательная резинка. Без неё никак.

Закупив все необходимое, натянула на голову капюшон и отправилась восвояси. Пока шла, промокла до нитки. Да ещё и путь в общежитие пролегал как раз возле того самого бизнес-центра, в котором мы познакомилась с Русланом. Черт побери, как можно забыть о нем, если все вокруг только напоминает?! Ну ничего, в пакете моем лежало лекарство от этого брутального недуга, и ожидало своего часа.

Добравшись до тёплого и уютного номера, я быстренько нырнула в любимую пижамку, залезла под одеялко, не забыв прихватить с собой бутылочку вина. А так же чайную чашку вместо фужера, ну и, разумеется, конфеты с минеральной водой. Включила на ноутбуке "Достучаться до небес", и жизнь потихоньку стала налаживаться.

Этот фильм невероятным образом действовал на меня, заставляя по-другому чувствовать жизнь, ценить каждый ее миг и наслаждаться простыми вещами. Все проблемы становились какими-то мелкими и неважными, хотелось дышать, петь, танцевать и смеяться. Хоть и последние три желания, возможно, были результатом не только просмотра фильма, но и почти опустевшей бутылки благородного красного напитка. С задумчивым взглядом перевернула бутылку вверх дном, наблюдая, как несколько последних капель сиротливо упали в чашку. Жадным движением отправив их себе в рот, поставила фильм на паузу.

Досматривать его без вина жутко не хотелось. Глянула на время в правом углу монитора, часы показывали половину десятого. Ага, если мне не изменяет память, алкоголь в России можно купить лишь до десяти часов, а иначе, пиши пропало.

***

Девушка на кассе супермаркета смотрела на меня, не скрывая своего осуждения. Что ж, я её прекрасно понимаю. Пьяненькая, в куртке поверх пижамы, покупающая вторую бутылку вина за вечер, я, наверное, производила то ещё впечатление. Но меня это нисколечко не смущало. По крайней мере, на тот момент.

Рассчитавшись, вышла из магазина, держа в руках бесценную бутылку вина, и, пошатываясь, двинулась в сторону общежития. На улице уже давно стемнело. К счастью, дождь уже прекратился, но дул холодный ветер, и было зябко. Натянула капюшон и сильнее запахнула куртку.

Проходя мимо бизнес-центра, на миг остановилась, оглядывая его. На пьяную голову здание казалось мне ещё мощнее и внушительнее. Меня даже затошнило от показного пафоса и роскоши, которыми так и веяло от этого монументального строения. Чего стоили одни только две тачки, подъехавшие к воротам подземного паркинга.

И одна из них, вот же блин, была один в один, как у Руслана.

Напрягла зрение, делая несколько быстрых шагов в их сторону — и внутренности опалило неприятным жаром. За рулём действительно был он, Руслан, чтоб его, Константинович.

Ворота подземного паркинга медленно поползли вверх, пропуская внутрь его автомобиль. А мою душу разбирало яростное желание догнать, и высказать ему все, что я о нем думаю. Да ещё и кинуть кирпичом куда-нибудь в область лобового стекла, чтобы знал, как давать пустые обещания честным и порядочным девушкам.

Будь я трезва в тот момент, конечно, задвинула бы все свои гневные порывы куда подальше, и прошла бы мимо, гордо задрав подбородок. Но мое пьяненькое сознание слишком горячо требовало расправы над негодяем.

Вслед за Русланом второй чёрный автомобиль, больше напоминающий катафалк, тоже въехал в ворота, и они медленно поползли вниз. Слишком медленно.

Сама не поняла, как взяла почти низкий старт и рванула в их сторону, в последний момент проскользнув внутрь. И в следующий миг ворота лязгнули за моей спиной, отрезав путь к отступлению.

Передо мной был тускло-освещённый туннель, ведущий вниз. Несмотря на изрядное опьянение, неприятное чувство страха поселилось внизу моего живота.

Зачем я это делаю?

Повернулась обратно и попыталась найти способ открыть злосчастные ворота, но, похоже, сделать это без специального пульта не представлялось возможным.

Браво, Люда. Молодец.

Что ж, придётся идти вниз.

Маленькими шагами спустилась на минус первый уровень парковки. На глаза попался лифт, но пользоваться им я не рискнула. К счастью, рядом обнаружилась дверь на лестницу, и я без труда смогла продолжить по ней свой путь вниз, логически рассудив, что Руслан, должно быть, всегда паркуется на одном и том же месте.

Где-то на краю моего пьяного сознания билась настойчивая мысль: Люда, опомнись! Что ты делаешь?

Но ноги уверенно продолжали шагать по ступенькам, и даже не думали останавливаться. Да и потом, мне же нужно было как-то отсюда выбираться? А судя по ситуации, Руслан сейчас был единственным, кто мог помочь мне это сделать.

Спустившись на минус третий уровень, я потихоньку приоткрыла дверь с лестницы на парковку и сразу увидела его. Он стоял примерно в двадцати метрах, и о чём-то беседовал с другим мужчиной, который выглядел довольно эксцентрично. Кожаная куртка, бритая голова, мощная челюсть — ну точно головорез какой-то. Жаль только, что их разговора было не разобрать. Нужно было подойти чуть ближе.

Пригнулась и тихо вышла с лестничной клетки, прижимая к груди заветную бутылку вина. Сердце билось так, будто я только что пробежала стометровку. К счастью, меня не заметили, и очень удачно мне удалось спрятаться за одной из машин, припаркованной прямо возле этих двух.

Теперь я слышала их превосходно, затаилась, и вся обратилась в слух.

— Ты уверен, что он точно будет присутствовать на мероприятии? — хрипловатым баском спрашивал лысый.

Меня аж передернуло. Голос оказался прямо под стать его образу.

— Уверен, — ответил Руслан, — Он уже забронировал билеты. Да и соучредители его в пух и прах разнесут, если он проигнорирует это событие. Как-никак, полконтинента съехалось.

— Что с местом? — прохрипел лысый.

— Западная крытая трибуна будет закрыта для гостей. Она как раз расположена напротив ложа для VIP-персон. Идеальное место, — это снова Руслан.

— Проблем с локацией оптики не будет? — и снова лысый.

— Нет, я позабочусь об этом заранее, — Руслан.

— А если кто из твоих бойцов обнаружит? У вас же наверняка предусмотрены по регламенту всякие проверки, обходы? — не унимался лысый.

А я все никак не могла сообразить, о чем там у них идёт речь. Какая ещё оптика? Очки что ли, какие? Но почему он тогда переживает, что их обнаружат?

— Не обнаружит, у меня все под контролем, — ледяным тоном заявил Руслан.

— Учти, что ты сам должен присутствовать, и обеспечить успех операции. А если шеф вдруг передумает, то и работу сделаешь за него сам. И смотри, чтобы никаких неровностей не было, — втирал ему лысый, а Руслан медленно кивал.

Оптика. Так ведь еще называют оружие с соответствующим прицелом для стрельбы по отдаленным мишеням. И будет какая-то важная персона, о чем в самом начале спрашивал лысый…

Божечки… Неужели они планируют заказное убийство?

Нервно усмехнулась себе под нос. Да нет, что за бред! Такое только в фильмах бывает… К тому же Руслан, вообще, начальник охраны. А не бандит какой-то.

— Машину привёз? — донесся до меня голос предмета моих двухдневных страданий.

— Хочу взглянуть.

Лысый открыл багажник своего катафалка и извлёк оттуда длинный плоский чемоданчик. Руслан ловко перехватил его в свои руки, поставил на капот машины и открыл, надавив большими пальцами по обе стороны от металлической ручки. Мои глаза медленно поползли на лоб в то время, как он извлёк оттуда длинную чёрную винтовку с оптическим прицелом и стал придирчиво её разглядывать.

Громкий вздох вырвался из моей груди, и, одновременно из моих ослабевших рук выпала и разбилась вдребезги злосчастная бутылка вина, разрезав тишину ночного паркинга жутким звоном.

Последнее, что я увидела, прежде чем развернуться и броситься оттуда прочь, был яростный взгляд ошарашенных глаз обернувшегося на шум Руслана.

Выбежав на лестничную клетку, я успела пробежать один пролёт вверх, прежде чем услышала, как внизу хлопнула дверь и раздались быстрые шаги погони.

Черт, и угораздило же меня попасть в такую передрягу! Могла бы сейчас спать себе спокойненько в своей теплой кроватке, в комфорте и безопасности, но нет, надо было мне пойти за этой чертовой второй бутылкой…

Изо всех сил стараясь выровнять сбившееся от быстрого бега дыхание, я судорожно оглядывалась вокруг. Нужно было найти себе хоть какое-нибудь более или менее подходящее укрытие на случай, если мой преследователь сюда заглянет. Помещение, в котором я находилась, оказалось кухней, о чем говорила его нехитрая обстановка: высокий холодильник у стены, в центре круглый стол со стульями, длинная столешница с раковиной и микроволновкой. Приняв решение за долю секунды, я спряталась за холодильником, пытаясь посильнее вжаться в стену.

Боже, как же мне страшно!

Минуту назад я вломилась сюда, пытаясь скрыться от молодого мужчины, преследующего меня с самого нижнего этажа по лестнице. Он бежал за мной, и бежал очень быстро. Но меня не так просто догнать. Я спортсменка. С шестого класса я занимаюсь легкой атлетикой. Мне даже удалось от него оторваться и скрыться из видимости, но силы были на исходе. Я понимала, что если ничего не предпринять, то скоро он догонит меня. Тут то и пришла мысль спрятаться где-нибудь. Не самая удачная мысль. Но, тем не менее, на одном из этажей я свернула с лестничной клетки, пробежала ещё немного по коридору, и ворвалась в одну из дверей. Так я оказалась здесь. На этой кухне. За этим злосчастным холодильником.

***

Взгляд упал на окно. С большой неохотой покинув свое укрытие, на цыпочках подошла к нему и выглянула на улицу. Было довольно высоко, пятый или шестой этаж, вполне достаточно, чтобы свернуть себе шею, если вдруг сорвёшься вниз. Но мне сейчас было не до осторожности. Ручка на пластиковой раме легко поддалась, открывая путь к желанной свободе. Я распахнула створку, и в помещение тут же ворвался холодный осенний ветер, пробирая меня до нитки. Поморщилась, застегнула куртку, и высунулась наружу, вертя головой и разглядывая обстановку.

В паре метров справа обнаружился небольшой балкончик с пожарной лестницей, проходящей сквозь него и сквозь ряд его братьев-близнецов по всей высоте здания. Только вот добраться до него не так уж просто. Единственный путь — узенький карниз, сантиметров двадцать, не больше, опоясывающий строение чуть ниже уровня окон. Если аккуратно пройти по нему и забраться на этот балкон… То дальше дело в шляпе. Спуститься вниз по пожарной лестнице для меня уж точно не составит труда.

Ещё раз посмотрела вниз. Страшно. Я ведь с детства боюсь высоты. Но Руслана сейчас боюсь еще сильнее. А того головореза, что был с ним, и подавно… Черт, а ведь жить как хочется!

Давай же, Люда! Смелее. Медлить нельзя.

Представь, что ты идешь по бордюру, и до земли каких-то полшажочка.

Сделала глубокий вдох, потом выдох, и, забравшись на подоконник, осторожно спустила ноги на карниз. Ещё мгновение, и я оказалась по ту сторону окна, стоя пятками на этом ненадежном выступе и держась одной рукой за раму. Надо сделать всего лишь несколько шагов, совсем немного, и я буду в безопасности.

Господи, как же страшно!

Только не смотреть вниз.

Один осторожный шаг вправо. Раму пришлось отпустить. Изо всех сил прижимаясь спиной и ладошками к стене, сделала еще один шажок. Вниз не смотрела, но голова все равно начала кружиться, а в ногах появилась предательская слабость.

Ещё шаг.

Сильный порыв ветра, который, казалось, может сбросить меня с этого карниза как щепку.

Ещё шаг. И ещё.

Осторожный вдох и выдох. Ещё два небольших шага, и я ухватилась правой рукой за перила балкона.

Ещё один шаг, и вот я уже держусь двумя руками за перила. Перелезть через них не составило труда, и я с облегчением вздохнула, присев на корточки на спасительном балконе. Несмотря на холод и порывистый ветер, мне было очень жарко, на лбу выступил пот.

Нервно расхохоталась. Чёрт, а я ведь просто каскадер! Гордость за саму себя, такую смелую и бесстрашную, буквально распирала изнутри.

Отдохнув секунд двадцать, поторопилась спуститься вниз по пожарной лестнице, пока меня не обнаружили.

Через несколько минут я уже бежала по тротуару в сторону своего общежития. Бежала изо всех сил, так быстро, как только могла, лишь изредка переходя на шаг, чтобы отдышаться. До общежития я добралась за считанные минуты, и только оказавшись внутри, наконец, почувствовала себя в безопасности.

— У вас все в порядке? Могу я чем-то помочь? — девушка на ресепшен смотрела на меня с тревогой.

— Спасибо, — ответила я, пытаясь выровнять дыхание. — У меня все хорошо. Просто решила пробежаться перед сном.

Ага, прямо в пижаме. Хорошо хоть без бутылки вернулась, а то точно пришлось бы сгореть со стыда.

Пока поднималась в нашу комнату, адреналин потихоньку начал отпускать, и мое тело начало нещадно колотить. Даже зубы стучали друг о друга, стоило свести их вместе. Представляю, как выглядела со стороны, перепуганная, дрожащая, растрепанная… Хоть бы Аленка все ещё тусила со своим парнем, а иначе расспросов не избежать. А объяснять что-то кому-то сейчас хотелось меньше всего.

Сейчас мне необходимо было прийти, лечь в свою кровать и уснуть. А обо всем, что случилось подумать завтра, чтобы не довести себя до состояния истерики.

Это был отличный план, но ему не суждено было исполниться.

Уж чего, а точнее кого, я никак не ожидала, так это обнаружить под дверями нашей комнаты мирно спящего Колю. Он сидел прямо на полу, уронив голову на грудь, и загораживал собой проход.

— Только этого мне сейчас не хватало, — пробормотала себе под нос, пытаясь сдвинуть его с места, да только тщетно.

Он продолжал сидеть, как ни в чем не бывало.

— Эй, — схватила его за плечи и начала трясти, — Ты чего здесь делаешь? Другого места подрыхнуть не нашлось?!

Он поднял голову, моргнул несколько раз и расплылся в пьяной улыбке.

— Аааа, Лютик, это ты. Привет.

— Привет! — ответила я, недовольно поджав губы. — Давай-ка, приятель, поднимай свой пьяный зад и тащи в свою комнату. Нечего нам тут дверь подпирать.

Коля сделал глаза а-ля кот из Шрека, и жалобно заскулил:

— Лютик, малыш, не гони меня, пожалуйста! Я не хочу быть один. Впусти меня, а?

— Что?! — опешила я. — Ты совсем рехнулся? Проваливай, говорю, отсюда!

— Ну Лююютииик, — заныл он, — Не гони меня, Лютик!

Вдобавок ко всему, встал на колени и вцепился в мою ногу.

— О Боже, — простонала я, закатив глаза. — Еще этого мне не хватало… Если ты надеешься дождаться Аленку, то зря. Она, скорее всего, сегодня не появится.

— Зачем мне Аленка? Я к тебе пришёл. Ты же мой друг? А? — говорил он, дергая меня за штанину.

Я снова закатила глаза и тяжело вздохнула.

— Лютик, я не могу сейчас быть один. Если ты прогонишь меня, я наложу на себя руки, обещаю, — заявил он деловитым тоном. — А тебе потом с этим жить.

А ведь правда, еще сделает какую-нибудь фигню, пьяный ведь в стельку. Вот как его куда-то отпускать? Махнула на него рукой и поднесла к двери магнитный ключ:

— Черт с тобой, заходи.

Коля отцепился от моей ноги и, не поднимаясь на ноги, прямо на четвереньках, заполз в комнату. Оставив возле порога ботинки и куртку, пополз дальше, в сторону Аленкиной кровати.

— Ты что так напился, что даже не можешь на ноги встать? — устало спросила я, снимая с себя сапоги и куртку.

— Могу! Но не хочу, — ответил он тоном капризной девицы и залез в Аленкину кровать прямо в одежде и под одеяло.

Подошла к нему и только покачала головой. Он лежал с закрытыми глазами и пьяной улыбкой на Аленкиной подушке и обнимал ее обеими руками.

— Может, ты чаю хочешь, или воды? — при виде этой щемящей душу картины со мной случился приступ гостеприимства.

— Не, — ответил он коротко, даже не открыв глаза.

Пожала плечами и отправилась к своей кровати. Там был бардак. Одеяло скомкано, под ним ноутбук, коробка и обертки от конфет, чашка и пустая бутылка. Прибралась на скорую руку, ноутбук с чашкой поставила на стол, обёртки и коробку из-под конфет затолкала в урну для бумаг возле письменного стола. Урна была совсем маленькой, коробка влезла туда только наполовину, поэтому бутылку из-под вина пришлось поставить рядом.

Управившись, залезла под одеяло с головой, подобрав под себя ноги. Меня все еще немного потряхивало. Думать о случившемся совсем не хотелось, но мысли без спросу сами лезли в мою голову. Вот тебе и Руслан Константинович, милый очаровашка. Неужели он на самом деле бандит и преступник?! Это просто не укладывалось в голове. Какого черта я вообще сунулась на эту парковку? Что теперь с этим делать? Успел ли он меня разглядеть и узнать? А что если он сейчас придет сюда, и убьет меня прямо во сне? Свидетели ведь никому не нужны.

Может, лучше прямо сейчас позвонить в полицию? И что я там скажу? Что пьяная проникла на закрытую парковку и видела, как один мужик показывал другому большую пушку?

Да они пошлют меня куда подальше. А если и не пошлют, и об этом узнает Руслан с его дружком-головорезом, тогда они меня уж точно грохнут.

Черт. Что делать?

А ведь, оказывается, как хорошо, что он не позвонил мне тогда! Неизвестно, чем могло бы все это закончиться. Еще не хватало влюбиться в какого-то киллера, или кто он там.

Терзала себя этими мыслями еще очень долго, вздрагивая от каждого шороха. Но в какой-то момент сама не поняла, как провалилась в сон.

Спала беспокойно. Снился опасный, пропитанный яростью взгляд темных глаз Руслана, который не сулил мне ничего хорошего.

Утро встретило меня головной болью и гипертрофированным чувством тревоги. Резко подскочив с кровати, отчего боль в голове только усилилась, я оглядела комнату и задержала взгляд на Коле, который мирно дрых на Аленкиной кровати. Похоже, все было в порядке. Никто ночью не пробрался в номер, и не придушил меня подушкой во сне. Чёрт, а может, мне вообще все это приснилось на пьяную голову? Мне ведь всегда под алкоголем снятся особенно яркие и реалистичные сны.

Да нет. Вот же Коля — живое доказательство тому, что всё это происходило на самом деле. Ведь если я очень хорошо помню, откуда он взялся в нашей комнате, значит, и с остальными событиями память меня вряд ли подводит. И вчера вечером я точно видела, как два вполне себе реальных мужика, с одним из которых я ещё пару дней назад целовалась, готовят заказное убийство. Которое, судя по всему, должно будет произойти во время открытия спортивного комплекса, на стадионе.

Мамочки…

И что же мне теперь делать с этой информацией?!

В голове замаячила трусливая мысль по быстренькому вызвать такси и мчать в аэропорт, а там взять билет на ближайший рейс до Алматы, и помахать ручкой древней столице на прощание из иллюминатора.

Но уже спустя секунду я устыдилась этой мысли. Героини горячо любимых мною детективных романов никогда в жизни бы так не поступили. Я ведь не просто так всё это услышала, и что я буду за человек, если узнав о том, что другому человеку грозит опасность, трусливо сбегу, сверкая пятками?

Ещё спустя секунду я уже мечтала, как героически вмешаюсь в ситуацию, спасу невинную жизнь, посажу злодеев за решётку, и проверну всё это очень изящно и ловко, как все те же умные и отважные героини зачитанных мною до дыр детективов…

Вот только как я это проверну? И вдруг вообще я все неправильно поняла?

Пока думала над этим, успела принять душ, привести себя в порядок, и кое-как разбудить Колю, который сначала наотрез отказывался просыпаться. Но я была напориста, как танк, ужасно хотелось кушать, а шататься по территории комплекса одной было как-то стремновато. Чувство опасности все ещё никуда не делось, и мне по-прежнему казалось, что вот-вот появится Руслан или его лысый товарищ, чтобы убрать с дороги случайного и никому не нужного свидетеля их приватного разговора.

Уже в столовой я набрала Аленку, убедиться, что она жива и здорова, ведь на завтраке она тоже не появилась, впрочем, было глупо с моей стороны ждать её так рано. Коля на удивление вел себя вполне прилично, почти не нервничал из-за ее отсутствия. Хоть, может, конечно, просто не подавал вида. Мы с удовольствием уплетали рисовую кашу и обсуждали предстоящее тестирование. Возможность устроиться на тренерскую работу в этот современный и очень престижный спортивный комплекс была весьма заманчивой. Коля так вообще всерьёз загорелся этой идеей. Москва ему нравилась, и он всегда мечтал здесь жить. А я не знала, нужно ли мне это, ведь я, наоборот, никогда не собиралась уезжать из Алматы. Слишком уж была к ней привязана, слишком любила свои горные хребты, и не могла представить себе, как буду без них жить. Каждый раз, приезжая в другой город, я машинально смотрела на горизонт и неосознанно искала взглядом горные вершины, укрытые снежными шапками, и, не найдя, с разочарованием вспоминала, что оставила их дома, за много километров отсюда.

Признаться честно, после встречи с Русланом, в моей душе впервые зародились сомнения на этот счёт. То и дело в голове возникала мысль "А что, если?". Но я гнала её, боясь додумать до конца. Наверное, если бы позволила себе додумать, она наверняка бы перетекла в такие вопросы, как: а что если мы полюбим друг друга? А что если я получу эту работу и перееду жить в Москву? А что если мы сможем встречаться с ним?

Но после вчерашних событий, я, наконец, осознала, насколько была глупа. Хах, собиралась бросить любимый город ради того, чтобы встречаться с головорезом, или кто он там! Который ещё и продинамил меня в итоге. Видимо был очень занят своими тёмными делишками. Ох, Люда, Люда, ну только ты способна вляпаться в нечто подобное.

Разоблачить злоумыленников, сорвать преступление, спасти неведомого мужика, которому грозит опасность меж бровей, и, разумеется, наказать виновных. Я злорадно усмехнулась. Отличный план мести парню за несостоявшееся свидание. Только как его осуществить, этот план? Я понятия не имела. В голове не было ни единой мысли на этот счёт, кроме навязчивого "обратиться в полицию". Но кто мне там поверит? Никаких доказательств-то у меня нет! И как я им объясню, зачем вообще полезла на эту парковку на ночь глядя… Все прозвучит, как полный бред, и они точно отправят меня в психушку. Однако других вариантов у меня пока не было, а оставить все как есть и бездействовать очень уж не хотелось.

— Люд? — Коля помахал рукой перед моим лицом. — Ты вообще меня слушаешь?

— Извини, я задумалась, — отозвалась я, тряхнув головой, чтобы отогнать одолевающие мысли.

— У тебя что-то случилось? Ты с утра какая-то не такая.

— Все нормально, — поморщилась, — Ты доел? Если доел, то пойдём уже.

— Я так и не понял, ты пойдёшь на это тестирование или нет? Что решила?

— Да не знаю, — отмахнулась от него. Ну разве не ясно, что у меня сейчас есть заботы поважнее? — Ещё не решила я.

Коля закатил глаза и раздраженно вздохнул. Видимо, в своих мыслях я действительно пропустила значительную часть его монолога.

По дороге из столовой, друг горделиво молчал, пытаясь тем самым уколоть мою совесть за игнор его пламенной речи. Но не тут-то было. Я настолько была занята мозговым штурмом своих дальнейших действий, что его оскобленного молчания почти не замечала.

Войдя в здание общежития, мы разошлись по разным сторонам, и он даже не попрощался. Надо же, какие мы нежные! Но мне и правда было не до его пустяковых обид.

Открыв дверь своего номера магнитным ключом, я вошла, сняла с себя куртку, повернулась и вздрогнула от неожиданности, едва удержав вскрик.

Как в страшном фильме, на нашем диване, где никого не должно было быть — сидел человек. Несложно догадаться, кто именно. Да, это был Руслан.

Сердце заколотилось, как бешеное, разгоняя кровь по венам до предельной скорости. В первую секунду возникла мысль бежать. Но страх парализовал меня, и я застыла на месте, как вкопанная, во все глаза уставившись на незваного гостя.

А он продолжал совершенно спокойно сидеть на диване в расслабленной позе, и тоже смотрел на меня, словно всё происходящее было в порядке вещей. Его взгляд был внимательным, острым, но, кажется, совсем не враждебным, и я немного успокоилась. Может быть, он пришёл не для того, чтобы убивать меня?

— Привет, Люда, — наконец, нарушил он тишину, поднимаясь с дивана. — Кажется, я напугал тебя. Извини, я не хотел.

— Привет! — ответила я неестественно высоким голосом. — Как ты сюда попал?

— Я же работаю в службе безопасности, ты забыла? У меня есть ключи от всех дверей, — очаровательно улыбнулся мне.

Такая няша. Словно это совсем не он вчера рассматривал снайперскую винтовку с таким видом, будто всю жизнь только этим и занимался.

Я судорожно сглотнула. Пальцы рук предательски задрожали, и я сунула их в карманы своих джинсов.

— Зачем ты пришёл?

Да что такое с моим голосом?! Откуда в нем эти визгливые нотки?!

— Я хотел позвонить тебе, но ты дала мне неправильный номер, — вкрадчиво ответил он. — Почему?

В первую секунду я чуть было не возмутилась. Что ещё за тупая отмазка, как я могла дать ему неправильный номер?! Но почти сразу по внутренностям пробежала неприятная волна. Похоже, что на волне эйфории от нашего крутого свидания, я действительно продиктовала ему свой казахстанский Билайн, в то время, как ещё в самолёте заменила симку на российский МТС.

Браво, Люда! Это ж надо быть такой тупицей! Дать парню не тот номер, а потом исстрадаться и проклинать его за то, что не позвонил. Воистину — только ты на такое способна!

— Ты пришёл, потому что не смог дозвониться? — несмотря на внутреннее самобичевание, с моих губ практически сорвался вздох облегчения. Похоже, он и правда не собирается меня убивать.

Но, как оказалось, я рано радовалась.

— Если честно, нет, — сказал он и сделал шаг в моем направлении, а я инстинктивно подалась назад. — Вчера вечером произошёл один инцидент на парковке офиса компании, свидетелем которого стала девушка, проживающая в этом номере.

Сказав это, он сделал паузу. Видимо, чтобы оценить мою реакцию. Но я-то, хоть и тупица, да только не совсем конченая. Авось пронесёт? Стояла тихонько с умным видом и молчала. Хоть сердце и заходилось настолько неистово, что, казалось, вот-вот вырвется из груди и улетит куда-нибудь к чертовой матери.

Вскоре до него дошло, что палиться я не собираюсь, и тогда прозвучал строгий вопрос в лоб, заставив мою спину в одно мгновение покрыться холодным потом.

— Что ты делала вчера вечером?

Я колебалась с ответом. Он терпеливо ждал. Блин, кажется, я уже итак спалилась со всеми потрохами!

— Я была здесь, смотрела фильм, — кое-как выдавила из себя мерзким голоском, вроде тех, какими разговаривают горе-актёры в дешёвеньких скандальных телешоу.

— Точно? — с нажимом спросил он, начав медленно приближаться ко мне.

— Да, — почти шёпотом ответила я, выпучив глаза и непроизвольно попятившись назад, хоть отступать было уже особо некуда.

В груди снова возникло малодушное желание развернуться и бежать, бежать отсюда, с дикими воплями "Помогите!!!".

Руслан демонстративно перевёл взгляд на пустую бутылку вина, стоящую возле урны, а после резко вернул его на меня.

— Ты же проживаешь здесь не одна? — задумчиво произнёс он, подходя ко мне вплотную. — Твоя соседка вчера была здесь? Как ее зовут? Где она?

Я уже не пятилась назад, потому что было некуда — позади была дверь. Теперь я стояла, упираясь в неё спиной, и смотрела в глаза мужчины, который подошёл ко мне непозволительно близко. Меня всю буквально колотило от страха. Не хватало ещё, впутывать в эту историю Аленку. Кто знает, что у этого Руслана на уме, и кто он вообще такой. Я не переживу, если из-за меня пострадает кто-то из моих друзей.

Набралась смелости, сделала глубокий вдох, и посмотрела на него с вызовом.

— Моя соседка тут ни при чём. Это я та, кого ты ищешь.

В его глазах сверкнули молнии. Или это в моих глазах от страха заискрило? В горле плескалась паника, до боли хотелось зажмуриться, но я храбрилась и продолжала с вызовом смотреть ему в глаза, готовая к чему угодно, и совершенно не представляя, чего ожидать. Но, кажется, он всё ещё не торопился меня убивать.

— Разве мама не учила тебя в детстве, что нехорошо подглядывать, Люда? — опасно сощурив глаза прошипел он мне в лицо.

Я бы может и ответила ему что-то, да язык безвозвратно прилип к небу, не давая никакой возможности заговорить. Что творилось со мной в этот момент, не передать словами. Сердце так и не сбавляло ритм, угрожая разрывом грудной клетки, руки стали дрожать ещё сильнее, да и все тело охватил какой-то дурацкий трепет. Но самым абсурдным во всей этой ситуации было то, что я вдруг залюбовалась его мужской красотой!

Может, это сработала такая защитная реакция организма, чтобы не свихнуться от страха и ужаса перед возможной и очень близкой смертью… Но я, блин, реально любовалась его лицом, как полная и последняя идиотка!

Если он сейчас всё-таки убьёт меня, то смерть моя, несомненно, будет красивой. Нет, кажется, страх определённо перекосил мои мозги, иначе как объяснить эти идиотские мысли?! И этот приступ возбуждения, что в одно мгновение разлился по венам ядовитой отравой…

Точно-точно, моя крыша окончательно съехала, ведь я стояла и пялилась в безумно красивые карие глаза своего предполагаемого убийцы, и все, о чём мечтала в этот момент, это впиться в его аппетитно манящие губы страстным поцелуем.

— Мама учила меня никогда не связываться с типами вроде тебя, — хрипло произнесла я, изо всех сил пытаясь вложить в свой голос презрение. — Поэтому… Не мог бы ты немедленно покинуть моё личное пространство?! А заодно мою комнату, и мою жизнь!

Сказала и замерла в ужасе. Ну Люда, ты даёшь. Кто ж так разговаривает с киллерами, или кто он там?! Теперь же он точно пришьёт тебя, и глазом не моргнёт, за твою дерзость!

Мои опасения подтверждал дикий огонь, вспыхнувший в его глазах. Ну все, дорогая, готовься к смерти.

— Боюсь, уже слишком поздно слушаться маму, крошка, — хищно улыбнулся он, и я не успела опомниться, как его рука схватила меня за шею, а рот впился в мои губы грубым и очень глубоким поцелуем.

Чёрт, чёрт, чёрт!!!

Я только в первое мгновение растерялась, а потом начала отвечать ему… Да так, что он сам, кажется, немного офигел.

Где-то на задворках сознания другая, благоразумная я прыгала с гигантским транспарантом и кричала: "Люда, опомнись!!! Ты ведь целуешься сейчас черт знает с кем!!! С каким-то подозрительным головорезом, который возможно убивал людей, и не исключено даже, что в скором времени убьёт и тебя саму!!!1'

Я даже чуть было не опомнилась от этого голоса, но тут его рука скользнула мне под футболку, накрыла грудь и прямо через тонкую ткань бюстгальтера сдавила сосок так, что я тут же забыла обо всем на свете, выгибаясь от осторого возбуждения. Но этого ему показалось мало, и, в следующее мгновение он раздвинул мои ноги своим коленом, и буквально насадил меня на него, упираясь в самое чувствительное место, которое уже горело огнём, отчаянно ныло и просило прикосновений.

"Сейчас он тебя трахнет, а потом убьёт!" — благим матом орала благоразумная я на задворках сознания, яростно отрывая клочки от своего транспоранта и швыряя их мне в лицо.

"Отвяжись ты! За секс с ним и умереть не жалко!" — а это уже безумная я, которая в этот самый момент активно подставляла шею его жадным горячим поцелуям, отчаянно прижималась изнывающей промежностью к его огромному твердому колену, и мысленно умоляла вдавить его в меня ещё сильнее…

Не сразу поняла, что толкнуло меня в спину, и почему Руслан вдруг остановился и уставился на меня, стараясь унять тяжёлое дыхание, но в первую секунду испытала жестокое разочарование от этого. Сзади что-то опять толкнулось, а потом в дверь заколотили, и знакомый недовольный голос заорал с той стороны:

— Эй! Чё там за фигня?!

Здравомыслие медленно, но верно стало возвращаться, и до меня, наконец, дошло, что это вернулась Аленка, и не может попасть в номер из-за того, что Руслан припечатал меня к двери с внутренней стороны.

Не сговариваясь, мы оба отцепились друг от друга, и отошли в сторону, пропуская девушку внутрь.

— Ой, кажется я не вовремя? — ядовито ухмыльнулась она, поиграв бровями. — Не знала, что у нас гости!

— Ничего, — ответил ей Руслан с вежливой улыбкой. Ну, просто сама невинность! — Я уже ухожу. Проводишь меня?

Последний вопрос был явно адресован мне. Вот только здравомыслие уже успело окончательно завладеть моим разумом, и я, наконец, снова забеспокоилась о своей печальной участи.

— Мне, если честно, особо некогда, — невинно проблеяла я, потихоньку пятясь назад.

— Сам дойдёшь, не маленький.

— Я настаиваю! — с очаровательной улыбкой прорычал он, при этом грубо схватил меня за локоть и потащил за собой к выходу.

Безрезультатно упираясь ногами в пол, обернулась на Аленку, взглядом умоляя о помощи, но та, конечно, ничего не поняла. Стояла, пахабно улыбаясь, как дура, да ещё и махала мне на прощание рукой.

Ну пока, подруга. Даст Бог, свидимся. Надеюсь, что все-таки не на том свете.

Руслан силой выволок меня из номера, прижал спиной к стене и снова поцеловал, властно овладевая моим ртом, жестоко сминая губы. Мое едва прояснившееся сознание мгновенно снова поплыло, но на этот раз, я всё же смогла удержать себя в руках, изо всех сил уперлась ладонями ему в грудь и оттолкнула. Кажется, ему это совсем не понравилось.

— Идём, — прорычал он мне в лицо, и снова схватил за локоть, который я тут же резким рывком выдернула из его руки.

— Никуда я с тобой не пойду!

— Ещё как пойдёшь, — с угрозой произнёс он, снова больно хватая за локоть, и на этот раз освободиться из захвата было уже нереально.

— Не пойду! Отпусти! — но я все же не сдавалась, безуспешно трепыхаясь в его руках, как пойманный в силки мотылёк.

Он остановился и тряхнул меня так, что я непроизвольно притихла. А потом посмотрел в глаза, прожигая насквозь тёмным взглядом.

— Ты жить хочешь?

— Хочу, — пискнула я.

— Тогда заткнись и иди со мной.

Вот теперь мне стало по-настоящему жутко. Одно дело строить собственные домыслы и догадки, и совсем другое — услышать это от него. Значит, я ничего себе не навыдумывала, и все, что я видела там, на парковке, действительно очень серьёзно. Вляпалась по самое не хочу.

Он отпустил мой локоть и взглядом показал мне в сторону выхода:

— Пошла.

На нетвердых ногах зашагала в указанном им направлении, и он шаг в шаг последовал за мной.

Что же делать?! Что же, мать вашу, мне теперь делать?!

Паника с каждой секундой охватывала всё сильнее, мысли метались в голове одна страшнее другой.

Бежать? Так ведь догонит. Звать на помощь? Так ведь тогда точно убьёт. Взгляд метнулся на девушек за стойкой ресепшн, но они меня будто и не замечали, во весь рот улыбаясь своему начальнику службы безопасности. Который на самом деле был киллером, или ещё кем похуже.

— Здравствуйте, Руслан Константинович! — сахарным голоском пропела одна из них.

— Доброе утро, девушки, — любезно отозвался он из-за моей спины.

Ну вот как мне просить их о помощи? Они же млеют от одного взгляда на него? И наверняка примут меня за сумасшедшую, если я скажу им, что этот мужчина хочет меня убить.

Да и потом, он ясно дал понять, что если я попытаюсь сопротивляться, расправа придёт незамедлительно. Нет, если сбегать, то так, чтобы наверняка. У меня есть только одна попытка, и для этого нужен очень подходящий момент.

Оказавшись на улице, он снова взял меня под локоток, протащил через весь сквер, и силой посадил в машину.

— Куда мы едем? — выдавила я из себя, когда он завёл двигатель и выехал с парковки на дорогу.

— Ко мне, — сухо отозвался он.

— Зачем?

Руслан бросил на меня насмешливый взгляд.

— Боишься меня?

— Нет, — с вызовом ответила я, чувствуя, как трясутся поджилки.

— А зря, — добил меня он.

— Почему? — ох уж этот предательский голос, снова зазвенел чересчур высокими нотами.

— Даю тебе шанс, — он снова проигнорировал мой вопрос. — Если сама всё расскажешь, обещаю, не трону. И даже, может, отпущу.

— Что? — ничего не поняла я.

Что ещё я должна ему рассказать? Может, это он должен мне кое-что рассказать? Что вообще сейчас происходит, и с какой целью он везёт меня к себе… домой? Или куда?

— Скажи честно, Монгол тебя ко мне подослал? Нет, он бы не стал работать с кем попало… Тогда кто?!

— Ты о чем? Какой ещё монгол? — нервно переспросила я. — Никто никуда меня не подсылал!

Руслан криво усмехнулся.

— Тогда может, объяснишь, какого черта ты ко мне прицепилась?

— Не прицеплялась я к тебе, что за чушь!

Меня уже потряхивало от его слов. Ещё не хватало, чтобы он принял меня за какую-то вражескую шпионку! Тогда уж точно мне пощады не видать…

— Не прицепилась, говоришь? Сначала настойчиво зазывала на свидание, потом следила за мной… И как я мог не заметить хвост… Ты кто такая, Люда? И что за игру ты ведёшь?

— Не веду я никакую игру! — теперь уже и мой голос подрагивал. — Я уже говорила, что свидание — это все мои друзья настропалили меня. И я не следила за тобой!

— Тогда что ты делала вчера на парковке?

— Это все недоразумение! Я ходила в магазин, и увидела твою машину. Ты обещал позвонить, но не позвонил… Я то думала, что ты просто продинамил меня, и хотела сказать тебе пару ласковых за то, что по твоей милости пропустила экскурсию!

Он метнул на меня недоумевающий взгляд.

— Очень слабая легенда.

— Но это не легенда, это правда! — в сердцах воскликнула я.

— Ладно. Я ведь всё равно всё узнаю, и очень скоро. Если обманула — пеняй на себя.

— Не обманула, — упрямо повторила я.

***

Машина подъехала к одному из роскошных столичных жилых комплексов, впечатляющих своими высоченными элегантными застройками. Руслан вышел из машины, а вот я не спешила. Мысль о том, что он сейчас приведёт меня в свою квартиру, где мы останемся наедине, наводила на меня ужас.

Он галантно открыл дверь с моей стороны и предложил свою руку в помощь. Я предпочла проигнорировать её, и покинула салон самостоятельно.

— Идём, — подхватил он мой многострадальный локоть, который уже изрядно болел от частого применения грубой силы по отношению к нему.

— Я не хочу к тебе домой, — предприняла попытку вырваться, но его стальная хватка стала только ещё сильнее.

— А я не советую тебе меня злить, — предупредил он.

— Отпусти, — прошипела я, на мгновение поддавшись панике, упираясь изо всех сил пятками в землю.

— А ну, пошла! — тихо прорычал Руслан, дёрнув меня за локоть.

— Ты не имеешь права со мной так обращаться! Отпусти, или я закричу!

Он притянул меня ближе к себе, так, что я почувствовала у виска его горячее дыхание. После чего очень тихо заговорил, и его голос прозвучал зловеще:

— Послушай меня, девочка. Ты сейчас не в том положении, чтобы качать свои права. Я ведь могу вырубить тебя прямо здесь, и дальше понести на руках, понимаешь? И мне так будет гораздо проще. Но ты же ведь не хочешь этого?

— Не хочу, — ответила я, судорожно сглотнув.

— Тогда будь умницей, и делай, что тебе говорят.

Кивнула. Черт с ним. Пусть ведёт к себе домой. Лишь бы не причинил вреда.

А там я что-нибудь придумаю. В крайнем случае, сбегу через окно. Мне уже не впервой.

Однако, когда мы очутились в лифте, и он ткнул пальцем в цифру семнадцать, мои надежды на побег начали стремительно таять.

Ещё печальнее стало, когда на нужном этаже оказалась дверь всего одной квартиры, в которую он грубо втолкнул меня и потребовал отдать ему мой сотовый телефон.

— Сиди тихо и будь умницей. А иначе вернусь и накажу.

С этими словами он покинул квартиру, захлопнув за собой тяжёлую дверь.

Спустя ещё мгновение я услышала, как в замочной скважине четыре раза повернулся ключ.

Оставшись одна, я, наконец, смогла перевести дух и успокоиться. В конце концов, если б он хотел меня убить, вряд ли стал бы запирать в своей квартире. Которая, к слову, оказалась очень большой и уютной, несмотря на грубый мужской стиль в интерьере. Похоже, киллеры весьма неплохо зарабатывают, судя по дорогой роскошной мебели из тёмного дерева, стильной бытовой технике известного нашумевшего бренда, один только моноблок от компании Apple размером с небольшой телевизор чего стоил. К нему-то я и бросилась в первую очередь, в надежде выйти в интернет, чтобы связаться с полицией, или хоть кем-то, кто сможет мне помочь. Но, разумеется, компьютер был запаролен. Слишком наивно было полагать, что Руслан, запирая меня в своей квартире, предоставил бы мне такую возможность.

После я бросилась на лоджию, распахнула створку окна и посмотрела вниз. Что сказать, семнадцатый этаж — это очень высоко.

Попробовала кричать.

— Люди добрые! Спасите меня! Кто-нибудь! Помогите! На помощь!

Но почти сразу поняла, что затея бессмысленная, чувствуя себя при этом полной идиоткой.

Спустя ещё минут двадцать моих мытарств по огромной квартире, я окончательно убедилась, что сбежать из неё невозможно, как и найти хоть какое-нибудь захудалое средство связи. Охватило чувство бессилия и паники, я почти готова была заплакать. Но я сильная. И умная. Сдаваться — это не про меня. Рано или поздно Руслан вернётся, и тогда уж я точно найду способ убедить его отпустить меня. Не представляю, как сделаю это, но я сделаю. Он не тронет меня. Я надеюсь. Да нет, я почти в этом уверенна! Только вот, чего же тогда меня так трясёт?!

Потянулись мучительные минуты ожидания. Поначалу я бодро расхаживала из угла в угол, пока не выбилась из сил. После решила исследовать кухню в поисках ножа, ну так, на всякий случай. Только вот, не знаю, может, киллеры режут еду собственным тесаком, который всегда носят с собой за поясом, но ни одного ножа, даже самого малюсенького, на кухне не оказалось. А ведь я искала очень хорошо. С завидным усердием, так сказать. Даже в холодильник заглянула, заодно выудив оттуда и перекусив куском ветчины, вгрызаясь в него зубами, как первобытный человек. Ну а что было делать, ножей-то в этом доме нет.

В итоге стянула вилку и засунула её в задний карман джинсов. Во всяком случае, это лучше, чем ничего.

Вернулась в большую комнату и рухнула на мягкий диван, размером с мою спальню в маминой квартире. До ужаса разбирало желание провести ревизию в шкафах и ящичках, поискать, что интересного там может храниться у киллера, но воспитание не позволяло мне этого сделать.

Вилка, торчащая из заднего кармана, вселяла немного уверенности, но комфорта не добавляла. В итоге я вытащила её и положила рядом, позволив себе немного расслабиться и отдохнуть. В конце концов, я должна быть сильной, когда он вернётся, а не измотанной и уставшей. Прикрыла глаза, но засыпать не собиралась, мысленно не позволяя себе этого сделать. Да и какой может быть сон в такой стрессовой ситуации?

Как оказалось, может. Сама не заметила, как отключилась.

Разбудил меня звук хлопнувшей двери. На удивление, я очень быстро сориентировалась, где нахожусь, и что происходит, подскочила с дивана, попятившись к стене, не забыла и вилку с собой прихватить.

Как раз вовремя, потому что мужчина уже появился в дверном проёме, но к счастью там и остановился, изучая меня напряжённым взглядом. За окном уже стемнело, и, учитывая, что я знала, кто сейчас передо мной, ситуация выглядела довольно зловеще.

— Похоже, что ты не обманула меня, Люда, — наконец, нарушил он тишину, и начал уверенно наступать, заставляя вжаться спиной в стену. — Ты действительно обычная девушка из Алматы, спортсменка. Твои успехи в лёгкой атлетике впечатляют, правда. Ты ведь недавно защитила мастера?

— Лучше не подходи ко мне, — предупредила я, выставив вперёд вилку.

Но он будто и не услышал, продолжал приближаться, с каждый шагом сокращая расстояние между нами, пока оно не стало катастрофически маленьким.

— Не трогай меня, — с угрозой прорычала я, крепче сжимая в руках своё сомнительное оружие.

— А то что? — криво усмехнулся он. — Забьешь меня вилкой насмерть?

Господи, и чего же моё сердце так бешено бьётся? А ноги чего так дрожат? Надо быть уверенней, Люда. Нельзя позволить ему почувствовать во мне слабость.

— Вряд ли это у меня получится, но удар вилкой по яйцам, думаю, тоже очень неприятная штука, — зло прошипела я.

Сказала и сразу пожалела. Он нахмурился, в одно мгновение сократил оставшееся между нами расстояние, и грубо выхватил вилку из моих рук, отшвырнув её в сторону. Я не успела ничего сказать, как мой подбородок оказался захвачен сильной мужской рукой, а в глаза устремился тяжёлый давящий взгляд.

— Какая же ты выскочка… — прорычал он мне в лицо. — Навязалась на мою голову… И что мне теперь с тобой делать?!

— Какая же ты выскочка… — прорычал он мне в лицо. — Навязалась на мою голову… И что мне теперь с тобой делать?!

— Понять и простить, — не растерявшись, пропищала я в ответ. — То есть, отпустить…

Стальная хватка на моем подбородке ослабла, и я оказалась на свободе, непроизвольно растирая пальцами болезненно ноющую кожу в месте захвата.

— Я бы, может, и отпустил… — задумчиво проговорил он. — Да только что-то мне подсказывает, что ты тут же наделаешь глупостей, и наживёшь себе ещё больше неприятностей.

— Не наделаю, обещаю, — с чувством заверила я его, и умоляюще посмотрела в глаза. — Только отпусти. Пожалуйста!

Он поморщился, как от головной боли, и устало вздохнул.

— Ладно, я подумаю над этим. Если будешь хорошо себя вести.

Он развернулся и не спеша пошёл в сторону выхода из комнаты, а я так и осталась стоять, настороженно глядя ему в след, не в силах заставить себя отлипнуть от стены.

— Ты голодная, наверное? — бросил он на ходу. — Пойдём на кухню, я привёз немного еды.

Похоже, он точно не собирался меня убивать, и я могла выдохнуть спокойно. Насколько это позволяла ситуация. По крайней мере, меня собирались накормить, и это уже что-то.

Чувствуя предательскую слабость в ногах, заставила себя отлипнуть от стены, и последовать за ним.

"Немного еды" в его понимании оказался здоровенный пакет с портретом дяденьки в красном фартуке из KFC. На мой удивлённый взгляд, Руслан пожал плечами и заявил:

— Я не знал, что ты любишь, поэтому решил взять острые крылья. Их ведь все любят.

Да уж, просто железная логика. Крылья, может, любят и все, да только Варвара Васильевна меня убьёт, если я наберу ещё хотя бы один килограмм.

— Спасибо за заботу, — пробурчала я, чувствуя, как рот наполняется слюной, а желудок сжимается в голодном спазме.

Ммм, тут ещё и кола имеется. И картошечка фри. Просто адский праздник желудка какой-то. Лучше бы ты пельмени купил, заботливый киллер.

— Приятного аппетита, — ухмыльнулся он, опираясь попой на столешницу кухонного гарнитура, явно не собираясь разделять со мной трапезу.

— А ты? — настороженно поинтересовалась я.

— Я не голоден.

Я снова оглядела привезённую им еду. Даже несмотря на то, что этот человек являлся весьма сомнительной личностью, и вряд ли заслуживал моего смущения, но все же уплетать в одиночку вкусняшки под его пристальным наблюдением мне было бы не очень комфортно.

— Не бойся, еда не отравлена, — ухмыльнулся он, глядя на мои метания.

— Откуда мне знать?

А ведь действительно, откуда?

Он снова вздохнул, присел за стол, взял крыло и с аппетитом принялся его уничтожать.

— Видишь? Все в порядке, можно кушать. — обратился он ко мне в насмешливой манере, покончив с одним крылом, и тут же выудив из корзины второе.

Какой же он… Милый? Очаровательный? Классный? Очень классный… Жаль только, что преступник. Может, даже, убийца. Если б не это, цены б ему не было.

Опустилась на свободный стул, позволив себе насладиться запретным лакомством.

Какое же это было блаженство! Нежное мясо под хрустящей панировкой, обжигающе острое, в сочетании с холодной колой — райское наслаждение! Да, да, Рафаэлло просто отдыхает. Нервно курит в сторонке. Эх, жаль вот только, что все самое вкусное в жизни — обязательно вредно для здоровья.

Поймала на себе изучающий взгляд Руслана, и напряглась. Недоеденное крыло буквально встало поперёк горла.

И зачем так на меня смотреть?!

Подождал бы хоть, пока поем.

— Ешь, не буду тебе мешать, — словно прочитав мои мысли, любезно позволил он, после чего покинул кухню.

Хоть он и ушёл, аппетит мой все равно пропал безвозвратно. Буквально силой заставила себя проглотить ещё несколько крыльев, прежде чем уверенно отодвинуть от себя бумажную корзину.

Теперь, когда базовая потребность организма была утолена, волнение накатило на меня с новой силой.

Что же дальше он намерен делать? Отпустит ли? А если нет, то что?

Нужно было встать, пойти к нему, и спокойно задать свои вопросы. Но моя попа словно намертво приросла к стулу, не желая от него отрываться.

Нужно хотя бы попросить его вернуть мне мой телефон. Вечером будет звонить мама, если уже не позвонила, не хочу заставлять её волноваться. Да и Аленке набрать не мешало бы, а то вдруг потеряет…

Кое-как поднялась, и на свинцовых ногах отправилась в комнату. Сердце гулко билось в груди, я отчаянно трусила. Вдруг откажет?

В большой комнате горел яркий свет. В приоткрытое окно проникал приятный прохладный воздух, принося с собой гулкий шум вечернего мегаполиса.

Он сидел на диване, спиной ко мне. Появилась шальная мысль — а что если огреть его по затылку чем-то тяжёлым? Ключи от квартиры у него наверняка где-то при себе, и, возможно, это мой единственный шанс на спасение? В конце концов, я понятия не имею, что он за человек, но он похитил меня и удерживает здесь силой, а значит может быть способен и на другое, на что-то более страшное…

Нет, кажется, это плохая идея. Лучше попробую для начала все решить мирным путём. Ведь в конце концов, он обещал подумать над тем, чтобы отпустить меня.

Так и было бы, не попались мне на глаза декоративная ваза, стоящая на книжной полке, на расстоянии вытянутой руки от меня.

Боже, что со мной случилось? Это ведь не я. Потому что я не могу ударить живого человека по голове подобной тяжеленной штуковиной. Я даже муху на окне прибить не могу, потому что мне жаль её, несчастную. Она ведь не виновата, что уродилась мухой, и раздражает меня одним лишь своим существованием?

Но мои дрожащие руки уверенно несли сей артефакт к своей жертве, в твёрдом намерении осуществить задуманное. Практически не дыша, я преодолела расстояние в несколько шагов до дивана, и занесла вазу над головой Руслана.

Сердце отбивало нешуточный ритм, секунды шли, а я все никак не могла решиться сделать последний шаг и нанести свой сокрушительный удар. Отчаянно трусила насмерть прибить несчастного…

В какой-то момент, он вдруг резко развернулся, заставив меня вздрогнуть, и вопросительно посмотрел мне в глаза.

— И долго ты собираешься так стоять? — приподняв брови, поинтересовался он будничным тоном.

Я ошалело глядела на него во все глаза, растерянно опустив вниз своё оружие.

— Я видел все твои геройские манипуляции в отражении в окне, — пояснил он на мой немой вопрос.

Мысленно выругалась. Какая же я тупица. Представляю, как он надо мной потешался. Крадущийся тигр, затаившийся дракон в моем исполнении, должно быть, то ещё зрелище.

— А почему сразу не повернулся? Ведь я могла ударить в любой момент!

— Так ударь, — невозмутимо предложил он.

— Но… Ты не боишься? — я не верила своим ушам.

— Не боюсь. Ты ведь сбежать от меня хочешь, не так ли? — с вызовом спросил он. — Так ударь! И путь свободен. Хочешь, я даже развернусь обратно, чтобы не смущать. Да только посильнее бей, чтобы наверняка.

И он действительно развернулся, предоставив в мое распоряжение свой беззащитный затылок.

— Заманчивое предложение, — с тоской проговорила я, осознавая, что не могу этого сделать. — Да только, кажется, у меня для этого слишком кишка тонка.

Озвучив позорное признание, мне ничего не оставалось, как пойти и аккуратно вернуть вазу на место.

Руслан поднялся с дивана и подошёл ко мне.

— А жаль, я уже надеялся повеселиться, — с ухмылкой заявил он.

— Да? — раздраженно отозвалась я. — Вот только мне уже что-то совсем не весело!

— Я понимаю. Ты напугана всем, что сейчас происходит…

— Ничего я не напугана! — перебила его. — Я возмущена!

— Ты напугана, — настойчиво возразил он. — Хоть и пытаешься отчаянно делать вид, будто это не так.

Уставилась на него волчонком, сложив руки на груди. Надо же, какая проницательность.

— Не каждый день, знаешь ли, меня похищают киллеры и держат у себя дома с неизвестной целью, — бросила ему в лицо, как обвинение.

Он улыбнулся.

— Я не киллер.

— А кто?

— Скажем так, я на стороне справедливости, — с загадочным видом ответил он.

— Как Робин Гуд, что ли? — не удержалась я от сарказма. — Убиваешь богатых бизнесменов, чтобы лучше жилось бедным бандитам?

Он весело рассмеялся.

— Нет, Люда. Я никого не убиваю.

Я скептически выгнула бровь. Ну да, конечно. А винтовка с оптикой — это так, для самоутверждения.

— Не веришь? — улыбнулся он.

— Слабая легенда, — вернула я ему его же слова, пожав плечами.

— Это не легенда, это правда. Моя работа заключается в другом.

— В чем же? — с любопытством посмотрела на него.

— Меньше знаешь, лучше спишь, — многозначительно заявил он, а я не смогла скрыть своего разочарования.

— Хорошо! — воскликнула я. — Допустим, все, что я видела, мне показалось, или я не правильно все поняла. Это неудивительно, ведь я была немного пьяна. Или не немного, неважно… Но скажи, зачем же ты тогда держишь меня здесь?! Почему просто не отпустишь?

— В большей степени, для твоего же блага. Чтобы защитить тебя.

Надо же, какие мы благородные.

— От кого?

— В первую очередь от тебя самой. А во вторую — от реально опасных людей. И ещё, я не хочу, чтобы ты сорвала мне операцию.

Вот, последнее уже больше похоже на правду.

— Ты хотел сказать, убийство? — с издёвкой уточнила я.

— Никакого убийства не будет, — заверил меня он.

Да только с трудом в это верилось. Но спорить с ним дальше я не собиралась. Сейчас меня больше волновало другое.

— И как долго ты собираешься держать меня здесь?

— Ты думаешь, я сам в восторге от всего этого? — холодно поинтересовался он. — Сегодня переночуешь у меня, а завтра я отправлю тебя домой, в Алмату, ближайшим рейсом.

Я буквально открыла рот. Он правда собирается вернуть меня в Алмату? Значит, все действительно настолько серьёзно?

— Позвонишь своим друзьям и скажешь что-нибудь… — нахмурившись, говорил он, в одно мгновение превратившись из весёлого парня в сурового мужика, с которым совсем не хотелось спорить или шутить шутки. — У тебя есть родители, братья сестры?

— Только мама… — ответила я, теряясь от резкой перемены в его настроении.

— Значит, скажешь им, что мама заболела, — продолжал он раздавать строгие указания. — Попросишь собрать твои вещи и приготовить сумку, мы завтра заедем и заберём её. Где твой паспорт?

— Там же, в номере…

— Отлично, его тоже заберём завтра. А сейчас иди спать. Спальня в конце коридора направо. Ванна рядом, там есть свежие полотенца, и новые зубные щётки.

— А ты? — осторожно поинтересовалась я.

— А я лягу на диване. Но если хочешь, могу присоединиться? — и от того, что этот вопрос прозвучал ледяным тоном и без тени улыбки, мне стало не по себе.

— Не стоит, — нервно усмехнулась, с опаской глядя на него.

Я все же смогла выпросить у него один звонок маме, пригрозив, что если этого не сделаю, то она уже завтра примчится в Москву первым же рейсом, и тогда ему точно несдобровать. Даже его навороченная винтовка не поможет.

Услышав в трубке родной голос, мне сразу стало значительно легче. И после я со спокойной совестью смогла покорно выполнить все указания Руслана, а именно принять душ, после такого сумасшедшего дня я и сама была не против такой возможности, и лечь спать.

Но тут меня ожидало небольшое разочарование. К моему негодованию, дверь спальни изнутри не запиралась, и этот факт не позволял мне расслабиться и почувствовать себя в безопасности. Решила лечь в постель прямо в своей одежде. Натянула на влажное после душа тело джинсы, футболку, и нырнула под мягкое, ароматно пахнущее свежестью и чистотой одеяло. И вообще его кровать заслуживала всяческих похвал. Она была огромной, высокой и чертовски удобной, только вот находиться в ней одетой казалось мне абсолютным кощунством.

К тому же, было жарко, а идти к Руслану и просить его, чтобы показал, как включается кондиционер, я бы ни за что на свете не стала. Ещё решит, что… Нет, даже думать об этом не хочу.

Проворочалась с полчаса, но сон так и не шёл. В голове носились беспокойные мысли, неверие того, что уже завтра буду дома, и всё это безумие, наконец, закончится. С осознанием этого, внутри неожиданно прострелило ранее незнакомое чувство, похожее на тоску или сожаление. Я ведь больше никогда его не увижу…

Ну и отлично. От таких как он лучше держаться подальше. Только почему-то безумную сторону меня это утверждение нисколечко не успокаивало.

Нет, я так точно не усну. Психанула, стянула с себя джинсы и футболку, бросив их на тумбочку возле кровати, и снова забралась под одеяло, оставшись в одном только нижнем белье. Спать в одежде — это точно не мое.

Да только дело было, кажется, совсем не в одежде.

Телу стало комфортно, но сон все равно не шёл. Все дело в том, что он был где-то здесь, за стеной, и этот факт не позволял мне расслабиться ни на минуту.

Не знаю, сколько я так пролежала, то без конца ворочаясь, то неподвижно глядя в потолок, как вдруг услышала тихие шаги и замерла, перестав, кажется, даже дышать.

Спустя несколько мгновений дверь в спальню бесшумно открылась, и я увидела в темноте широкоплечую фигуру Руслана, который без спроса вошёл в комнату, и остановился у стены напротив моей кровати.

В темноте не было видно его глаз, но я чувствовала — он смотрит на меня.

Зачем он пришёл? Чтобы убить меня? Или… Нет, я не хочу даже думать об этом!

— Почему не спишь? — раздался его хрипловатый голос, и у меня мгновенно пересохло во рту.

— Что-то не спится, — мой собственный голос прозвучал не менее хрипло, чем его.

— Вот и мне не спится.

Боже, зачем он пришёл?!

Натянула одеяло до самой шеи, надо же мне было раздеться до нижнего белья! Лучше бы оставалась одетой. А теперь на мне нет почти никакой защиты.

Он оторвался от стены, и начал медленно приближаться, заставляя меня попятиться назад, сильнее закутываясь в одеяло.

— Что ты делаешь?!

Мой вопрос с нотками паники в голосе повисает в тишине без ответа, а Руслан с потемневшим взглядом подходит, забирается на кровать, продавливая её своей тяжестью, и после недолгой борьбы вырывает одеяло из моих рук.

Меня всю трясёт. С одной стороны, он очень нравится мне, как мужчина, и будит самые дикие желания где-то глубоко внутри, а с другой, все мои системы безопасности бьют тревогу, ведь этот человек, возможно, все же преступник, планирующий убийство живого человека.

Он хватает меня за руку и притягивает к себе, заключая в жесткие тиски объятий, пристально глядя в глаза.

— Боишься меня?

— Да…

— Я ведь сказал, что я хороший парень.

— Как я могу тебе верить? — в моем голосе звучит паника.

— Просто поверь.

Его огромная ладонь властно ложится на мой затылок, а губы захватывают мой рот глубоким поцелуем, от которого моментально ведёт голову.

— Руслан, лучше не надо… — шепчу, едва появляется такая возможность.

— Не бойся…

Мои попытки сопротивляться выглядят довольно жалко. Возможно, потому что сейчас я больше сопротивляюсь не ему, а самой себе.

— Что ты делаешь?

— Хочу тебя… — его шёпот сводит с ума, а руки бессовестно и грубо сминают грудь, запуская внизу моего живота необратимые процессы. — Хочу с того самого дня, когда впервые увидел…

И я хочу… Вопреки здравому смыслу и своей совести, очень хочу его прямо сейчас!

Когда его руки переходят все рамки дозволенности, с моих губ срывается тихий стон. Но призывы рассудка не оставляют попыток вразумить меня, умоляя не сдаваться, ведь я понятия не имею, что за человек передо мной!

Ах, сейчас ведь уже это всё было совершенно неважно! Кто он, кто я, и что будет завтра… Сейчас мы были просто мужчиной и женщиной, которые дико желают друг друга, а всего остального мира вокруг — просто не существовало.

Его пальцы скользили по моей распаленной коже, я выгибалась им навстречу, мысленно умоляя не останавливаться, хватала ртом воздух, не в силах сдерживать участившееся дыхание, с жадностью втягивала в себя роскошный терпкий аромат его кожи.

Ещё никогда и никого я не желала так сильно. Ещё ни один мужчина не сводил меня с ума настолько, чтобы я не задумывалась о завтрашнем дне. А ведь он наступит неизбежно, и я обязательно пожалею обо всем, что произойдёт этой ночью.

Нет, я никогда об этом не пожалею!

И противный голос, словно извне прорвавшийся в мое сознание, ядовито прошептал: "Даже если завтра по его милости умрет человек?!"

Руки сами собой выпрямились и уперлись в его грудь. На мгновение он замер, с непониманием уставившись на меня.

— Пожалуйста, прекрати. Я не хочу этого, — произнесла твёрдо, голос почти не дрожал.

Его лицо исказила неприкрытая злость, взгляд стал свирепым, заставляя меня вновь поддаться панике. Не дав опомнится, с тихим рыком он схватил меня и сжал в своих руках так крепко, что мне показалось, вот-вот все мои рёбра треснут, но уже спустя секунду отпустил, а точнее отшвырнул обратно на кровать, рывком поднялся на ноги, и покинул комнату, громко хлопнув дверью.

А я осталась лежать, не в силах даже пошевелиться. Лишь сердце неистово заходилось в груди так, что его удары отдавались эхом в ушах.

Я думала, в эту ночь уж точно теперь не усну. Когда Руслан ушёл, как дикая подскочила с постели, с остервенением разыскивая в темноте и натягивая на себя свою одежду. После легла поверх одеяла и принялась усиленно гипнотизировать потолок. И сама не поняла, как провалилась в сон…

Проснулась от громкого стука в дверь и моментально подскочила на кровати, принимая сидячее положение.

— Да?

Дверь приоткрылась, и в проёме появился Руслан. Он был в свободных спортивных штанах и обтягивающей красивый мужской торс футболке, на которой прослеживались дорожки пота, словно только что, после пробежки, или занятий спортом. В груди защемило от того, насколько он был хорош… Но тут же мысленно осадила себя, не позволяя в очередной раз поплыть от одного вида его безупречной фигуры.

— Ты уже оделась? Хорошо, — хмуро заметил он, осмотрев меня с ног до головы. — Я в душ, и сразу выезжаем. Можешь пока выпить кофе, он на кухне, на столе.

Не дожидаясь, пока я соображу с ответом, он покинул дверной проем, и, спустя ещё пару минут, я услышала из ванной шум воды.

Протерев ладошками сонные глаза, поднялась с кровати и поплелась на кухню. На столе меня действительно ждал горячий ароматный капучино в большом бумажном стакане и конверт со свежими круассанами. Судя по фирменной упаковке, то и другое было куплено совсем недавно в какой-то весьма недурной кофейне. По-крайней мере на вкус кофе и выпечка оказались просто божественными.

Вот интересно, могут ли киллеры в жизни быть такими милыми и заботливыми? Или он все ещё не теряет надежды уложить меня в постель? Или он никакой и не киллер вовсе? Но даже если и нет, все равно, то, что он делает, явно противозаконно. А иначе, зачем отправлять меня домой, в Алмату?

Когда кофе и круассаны были благополучно уничтожены, Руслан появился на кухне. Теперь у меня почти не осталось сомнений, что надежду на секс он ещё не потерял. А иначе, зачем было приходить сюда в одном только полотенце, обёрнутом вокруг бёдер, и сводить меня с ума своей безупречной фигурой?

Он самодовольно хмыкнул, заметив, как я распустила слюни, и это, к счастью, отрезвило меня, заставив отвернуться и густо покраснеть.

— Ты в душ пойдёшь? — поинтересовался он, наливая себе стакан воды.

— Нет, спасибо, — пробубнила я, увлечённо разглядывая столешницу.

Раздеваться, находясь с ним в одной квартире, я точно больше не стану. Хоть дверь ванны и запирается изнутри, в отличие от спальни, но все же… Что ему стоит отпереть её? Лучше уж не рисковать.

Руслан подошел к микроволновой печи, открыл дверцу, извлек оттуда мой телефон и протянул его мне.

Что? Он все это время был там?

Да уж, оригинальности этого мужчины можно было только подивиться. Хотя, может, и все киллеры такие затейники, откуда ж мне знать?

— Звони своей подружке. Скажешь, что мама заболела, и ты срочно улетаешь. Попроси собрать твою сумку. Мы заедем, зайдём в номер вместе, и заберём её. Никаких разговоров, перешёптываний и объятий. Это понятно?

Понятно, что ж тут непонятного. Кивнула. И сделала все, как он сказал. Аленка приняла все за чистую монету, и пообещала помочь с сумкой.

Спустя пару часов мы были в Шереметьево. Электронный билет на мое имя был уже зарегистрирован, и я лишь подивилась, когда только Руслан успел это провернуть? И откуда взял мои паспортные данные? Снова стало не по себе, и какая-то часть меня даже порадовалась, что скоро я буду дома, в безопасности.

Когда паспортный контроль был пройден, и пришло время прощаться, он протянул мне мою небольшую сумку, которая с лёгкостью вписывалась в рамки ручной клади, и посмотрел в глаза очень долгим и внимательным взглядом.

— Прощай прекрасная Людмила. Береги себя и больше не суй свой любопытный нос не в свои дела.

Я хмыкнула, не сразу найдясь, что ответить.

— Жаль, что ты оказался такой сомнительной личностью, — картинно вздохнула.

Он рассмеялся.

— Жаль, что ты оказалась такой недотрогой!

— А разве если бы это было не так, ты бы передумал сегодня отправлять меня восвояси? — с вызовом поинтересовалась я.

— Конечно же, нет, — улыбнулся он.

— Тогда ты ещё и подонок, — чуя близкую свободу, вконец осмелела я.

Он опасно сощурил глаза и пристально посмотрел на меня.

— У тебя совсем инстинкт самосохранения отсутствует?

— Почему это? — сощурилась и я, передразнивая его. — Ты ведь говорил, что ты — хороший парень? Или ты ещё и врун к тому же?

Он снова рассмеялся.

— Ты чудо, Люда. Я буду скучать по тебе, правда.

Я фыркнула.

— Ты главное позаботься о том, чтобы завтра на стадионе никого не убили. Если ты, конечно, не обманул меня.

— Неужели для тебя это действительно имеет значение? Подумаешь, одним влиятельным засранцем на земле станет меньше. Какое тебе до этого может быть дело?

Я даже задохнулась от возмущения.

— Как это, какое! Это же живой человек! А человеческая жизнь бесценна!

— Боюсь, что не в нашем мире, Люда, — грустно улыбнулся он. — Тебе пора идти.

Он шагнул ко мне, сократив расстояние до минимума, положил тяжёлую ладонь на затылок, и, не давая опомниться, захватил мои губы, с силой втягивая их в себя, отчего по телу моментально прокатился жар. Возмутиться или хотя бы попытаться оттолкнуть его я не успела, он тут же отпустил, развернул меня и слегка подтолкнул в спину.

— Иди, давай.

И я послушно пошла, едва держась на мгновенно ослабевших ногах. Лишь в конце пути позволила себе один раз обернуться и посмотреть назад, но Руслана там уже не было.

Когда сердце после неожиданного поцелуя успокоилось, а голове вернулась способность мыслить трезво, последние сказанные им слова снова зазвучали в моей голове и поселили во мне нешуточный диссонанс.

Зачем только он это сказал? Почему не пообещал как вчера, что кина (то есть убийства) не будет? Неужели он действительно обманул меня, и никакой он не хороший? А я, как наивная дурочка, поверила…

Но, с другой стороны, даже если бы я не поверила, что я могла сделать? Не соглашаться улетать домой? Так он бы снова запер меня у себя дома, или, ещё хуже, избавился бы каким другим способом. Потребовать у него, чтобы пошёл и все рассказал в полиции? Да это просто смешно.

Я ничего не могла сделать. Мне нужно было просто смириться. И постараться забыть. Постараться не думать. Просто поверить в то, что он сказал правду. А если завтра во время открытия комплекса что-то и случится, я обязательно узнаю об этом из новостей.

Но мой неуемный мозг как назло продолжал изводить меня уничижительными мыслями. А что, если этого богатенького бармалея и правда завтра застрелят? Как я смогу дальше жить, зная, что абсолютно ничего не предприняла, чтобы предотвратить это?

Что со мной будет? Не сгрызет ли меня совесть? Как я буду смотреть в глаза своим детям? Которых пока нет, но когда-нибудь они же появятся…

Шум двигателей огромного боинга оглушал, когда я неуверенно поднималась по трапу, заставляя мое бедное сердце колотиться еще неистовее. Скоро я сяду в самолет, и тогда пути назад не будет.

Откуда взялось это дурацкое чувство в груди, будто я совершаю ошибку? Ему не было никаких логических объяснений, но что-то, может интуиция, или сам дьявол, поселившийся в моей голове, упорно твердило мне развернуться и идти обратно, пока еще не слишком поздно.

Я не супер-герой, конечно, и даже не служитель закона, но я ведь человек, да и трусихой никогда не была. Я не могу хотя бы не пытаться что-то сделать. Я просто не прощу себе этого.

— Извините, я не полечу. Только что узнала, что появились неотложные дела здесь, — нервно сообщила двум приветливо улыбающимся стюардессам, встречающим пассажиров у входа в самолёт.

Мозговой штурм — это не простые слова. Это единственный известный мне способ, неоднократно проверенный на деле, решить сложную задачу, или найти выход, на первый взгляд, из безвыходной ситуации. Только вот сейчас этот способ никак не хотел работать, несмотря на мои усилия и попытки напрячь мозги вот уже два часа подряд.

Да ещё и непрекращающийся гогот каких-то иностранцев за стеной никак не давал сосредоточиться.

Решив не выдавать никому своего местонахождения, я не стала сообщать Аленке об изменениях в своих планах. Сняла комнату в ближайшем к стадиону хостеле, и даже отключила телефон для конспирации. Мало ли, какая идея придёт мне в голову, лучше пока побыть здесь инкогнито.

Только вот стоящая идея ко мне так и не пришла. И уснула я в расстроенных чувствах.

Наутро решение тоже не появилось. А время шло и неумолимо приближалось к началу праздника, и я по-прежнему не могла себе позволить ничего не делать. Единственное, что пришло мне в голову — это отправиться туда и действовать по наитию. Импровизировать. Других мыслей попросту не было.

Не зря же я осталась здесь, и вообще, все это увидела?

К полудню я притащилась на стадион, натянув на себя удобные джинсы, толстовку, и тёмные очки, словно это могло мне помочь в конспирации. Не забыла прихватить пригласительный билет, выданный мне ещё в Алмате Варварой Васильевной. Все свои вещи оставила в камере хранения хостела, благоразумно рассудив, что девушка, таскающаяся по трибунам с небольшим баулом в руках, будет выглядеть как минимум странно.

Стадион гудел. Народу было очень много, что несомненно было мне на руку. Вероятность наткнуться на своих друзей, или, ещё хуже, на Руслана, была минимальной. Но я все же без конца нервно оглядывалась по сторонам, опасаясь быть раскрытой раньше времени.

Так, что он там говорил? Западная крытая трибуна, кажется… Осталось только разобраться, где у нас запад. По солнцу я ориентироваться не умела, а значит Гугл мне в помощь. За несколько минут скачала первое попавшееся приложение, определила необходимое направление, и принялась изучать обычную, ничем не примечательную крытую трибуну, расположенную на самом верху. Итак, если планы злоумышленников не изменились, то именно там припрятано оружие.

Не прекращая воровато оглядываться по сторонам, стала пробираться сквозь ряды сидящих и перемещающихся между ними людей, поднимаясь все выше и выше на трибуны. А тем временем внизу начался концерт. Заиграла красивая мелодичная песня, гул на стадионе немного стих, и на поле стали стекаться танцоры в ярких красивых костюмах. Возни на трибунах заметно поубавилось, отчего мои передвижения стали привлекать к себе больше внимания, и это ничуть не добавило мне уверенности.

Еще недавно я была уверенна в том, что далеко не трусиха, но теперь, чувствуя, как от нервного напряжения потеют мои ладошки, уверенности в себе значительно поубавилось.

Музыка приобретала все более агрессивный характер, танцевальное действо на поле разворачивалось в геометрической прогрессии, и было воистину зрелищным. Восторженные взгляды присутствующих теперь были устремлены вниз почти все, без исключения, и я смогла продолжить свой путь, вновь не привлекая к себе излишнего внимания. Крадущийся тигр в действии, чтоб меня.

Казалось, я буду подниматься вечность. Забавно, что за подобное время на тренировках я могла бы преодолеть это расстояние много раз, по ступенькам туда и обратно, а сейчас каждый шаг был равносилен пролету. Похоже, я чересчур себя накрутила. Но, когда, наконец, я приблизилась к цели, поняла, что дело серьёзно. У прохода в крытую трибуну стояли двое сурового вида мужчин в форме, с рациями и дубинками наперевес. И что-то мне подсказывало, стояли они там не просто так.

Испытывать судьбу и пытаться пройти мимо них, я не решилась. Но и сдаваться так просто не спешила. На стадионе, где мы тренировались, у подобных трибун имелся запасной вход с другой стороны, стоило поискать нечто подобное и здесь.

Какое счастье, что людям на трибунах почти всегда не сидится на своих местах. Периодически, то там, то тут, кто-то поднимался или спускался, поэтому мои передвижения не были слишком заметными. По крайней мере, я на это очень надеялась.

Музыка вновь сменила своё направление и на поле вышла девушка в вечернем платье. С первыми ритмичными битами новой композиции она запела невыносимо прекрасную песню, народ на трибунах вновь притих и на время перестал отвлекаться на посторонние вещи. Я и сама, признаться, заслушалась, но предаваться эстетическому наслаждению безупречным вокалом певицы мне было некогда. Нужно было двигаться дальше, и, спустя ещё немного времени, розыскные мероприятия, наконец, принесли свой результат.

Неприметная дверь с торца западной крытой трибуны оказалась не заперта. Не теряя времени, я юркнула внутрь, плотно прикрыв её за собой, и с опаской огляделась вокруг. На первый взгляд ничего особенного. Ровные ряды кресел, более комфортных, чем на открытых площадках, но абсолютно ничем не примечательных. Задумчиво прошлась между ними, скользя пальцами по обшитым плотной тканью спинкам сидений, подошла к панорамному окну, открывающему роскошный вид на поле, где под свечение разноцветных прожекторов на установленную в центре сцену вышел человек в костюме и с бабочкой. Это оказался ведущий. Звуки здесь были чуть приглушеннее, чем под открытым небом, но громкость все равно оставалась довольно приличной. Ведущий поприветствовал всех присутствующих, поблагодарил за то, что мы разделяем с ними этот великий праздник и пригласил на сцену президента компании Балтис для произнесения проникновенной речи. Но послушать эту речь я не успела. Боковым зрением уловив за стеклом движение справа, мгновенно среагировала и увидела невысокого мужчину крепкого телосложения, в джинсовом костюме, бейсболке и тёмных очках, который шёл прямиком к моей крытой трибуне. Так как она находилась в небольшом отдалении от остальных посадочных мест, сомнений не оставалось — он точно идёт сюда.

Паника забилась в горле бешеным пульсом. Судорожно оглянувшись по сторонам, за долю секунды было принято решение, и ещё спустя пару секунд, я опрометью бросилась к крайнему от окна ряду кресел, упала на пол, и закатилась под сидушки. Благо их высота и отсутствие частых опор не помешали мне этого сделать.

Почти в тот же момент, как я замерла в своём укрытии и на время перестала дышать, дверь отворилась, и на фоне шума стадиона до меня отчётливо донеслись тяжёлые мужские шаги. Они были неспешные, как будто даже осторожные, иногда на время прекращались, выдерживая небольшую паузу, а после раздавались снова.

Осторожно, буквально по миллиметру, я перевернулась со спины на бок, и сквозь аккуратные ряды опор сидений перед своими глазами увидела ноги, обутые в тёмные мужские кроссовки. Которые, впрочем, скоро исчезли за каким-то продолговатым препятствием, расположенным под самым первым от окна рядом кресел, и частично закрывающим мне обзор.

С противоположной стороны раздался тихий хлопок, и снова шаги, но уже определенно другого человека. Похоже, сюда вошёл кто-то ещё.

Этот кто-то приблизился к обладателю кроссовок гораздо увереннее первого, и вскоре я уже наблюдала классические мужские туфли и фрагмент строгих брюк, пока они не скрылись из вида за тем же загадочным препятствием.

— Отличный вид открывается отсюда, — произнёс грубый и немного хрипловатый мужской голос. — Почему ты выбрал именно это место?

— Оно идеально подходит для поставленной цели, — отозвался другой, до боли знакомый голос, и мое сердце на мгновение замерло, чтобы после пуститься вскачь. Это был голос Руслана.

— Как же стекло? — прохрипел его собеседник.

— Не проблема. Там внизу лежит стеклорез.

— Что ж, хорошо. Работай, Руслан, не буду тебе мешать, — чёрные кроссовки снова появились в зоне видимости, и я безотрывно стала наблюдать, как их обладатель принялся расхаживать меж рядов. — Мне сообщили, что наш общий друг уже прибыл и скоро будет на месте.

— Не понял. Что значит, работай? — интонация Руслана едва уловимо изменилась, похоже, похоже, он был недоволен словами хриплого. — Я думал, ты сам горишь желанием спустить курок на этого ублюдка?

— Какой курок, о чем ты? — со смешком отозвался хриплый голос. — Я не настолько сентиментален. Мне достаточно будет полюбоваться видом, скажем, отсюда.

Я услышала едва различимый скрип, и одна нога в кроссовке исчезла, из чего можно было сделать вывод, что этот мужчина сел на одно из кресел.

— Ты изначально планировал лишь полюбоваться? — я услышала в голосе Руслана раздражённые ноты. — Мог бы полюбоваться и по ящику, я бы тебе обеспечил доступ к камерам. К чему был тогда весь этот спектакль?

— Спектакль был не напрасно, и в первую очередь для тебя. Хочу посмотреть, каков ты в деле. Только без обид, но уж слишком ты какой-то идеальный, безгрешный, не подкопаешься.

— Так это очередная проверка? Разве я уже не доказывал тебе неоднократно свою верность? Разве до сих пор не заслужил твоё доверие?

— Знаешь, почему я до сих пор жив, здоров и процветаю? — прохрипел владелец кроссовок. — Потому что я никому и никогда не доверяю. А уж тем более талантливым соплякам вроде тебя, словно по волшебству свалившимся на мою голову в самый нужный момент!

— У тебя паранойя, — ровным голосом заметил Руслан.

— Не дерзи, щенок, — голос мужчины в кроссовках опасно понизился. — Ты чего разнервничался так? Разве есть какая-то проблема?

— Нет, — резко ответил Руслан. — Никакой проблемы нет. Я сделаю так, как ты хочешь.

— А я ничего не хочу, ты сам принимаешь решение! — раздался очередной смешок хриплого, после которого они оба замолчали.

Я не до конца понимала смысл их напряжённого диалога, все свои ресурсы бросив на то, чтобы оставаться в неподвижной позе, и ненароком себя чем-нибудь не выдать. Кажется, Руслан и вправду оказался каким-то бандитом, а этот мужик в кроссовках, его боссом, или кем-то вроде того, а иначе, зачем бы Руслану понадобилось доказывать тому свою верность. Если вспомнить разговор, подслушанный мною на парковке, тот лысый мужик упоминал про шефа, который может передумать и Руслану тогда придётся самому делать работу. А под работой подразумевалось, если я все правильно поняла, убийство какого-то влиятельного мужика, неугодного тому самому шефу. Выходит, Руслан все же меня обманул и никакой он не хороший парень, а самый настоящий преступник.

Пока я размышляла, препятствие под первым рядом кресел, что загораживало мне обзор, было вытянуто наружу. Теперь, когда оно попало на свет, я без труда узнала в нем знакомый чемоданчик, в котором лысый привез Руслану винтовку. Но под креслами лежало ещё что-то, объект гораздо меньших размеров, напоминающий молоток или что-то вроде того, который тоже был извлечен мужской рукой, и вскоре я услышала неприятный скрип, словно ножом по стеклу… Стеклорез. Точно.

Меня снова охватила паника. Не для того я притащилась сюда, каждую секунду рискуя своей жизнью, чтобы пролежать спокойненько в укрытии и хладнокровно наблюдать, как будут убивать человека.

Нужно было срочно что-то предпринять. Вот только, что я могу? Надо было хоть ствол липовый в магазине игрушек прикупить, выскочила б сейчас с ним, грозно крикнув: "Не с места! Полиция!", глядишь, и прокатило бы. А что? В фильмах же подобное прокатывает. Но обзавестись липовым оружием я не догадалась, а выскакивать с голыми руками, рассчитывая, что своим красноречием смогу переубедить их убивать человека, я не решилась бы.

Но что-то нужно было делать! Хоть что-нибудь! Ведь я за этим сюда пришла!

Эти двое теперь молчали, и тишина, сопровождаема гулом стадиона и звуками праздника, которые внезапно стали звучать чуть громче, совсем мне не нравилась.

Я могла бы вызвать полицию, но если произнесу хоть звук, меня тут же раскроют, а способ обращения в органы через вотсап был мне неизвестен. Да и времени гуглить уже тоже не было. Вот, если б только оказаться снаружи…

Если бы только я могла оказаться снаружи, то и в полицию звонить было бы не обязательно, вокруг же куча охраны! Позвать кого-нибудь сюда, закричать, привлечь внимание, и у преступников вряд ли получилось бы осуществить свой план. Не станут же они расстреливать всех подряд, в самом деле? Да и патронов у них на это не хватит.

Да, точно. Нужно действовать так. Это мой единственный шанс спасти чью-то жизнь. Господи, я ведь даже не знаю, чью именно! Надеюсь только, что этот человек того заслуживает.

Представила, что я ниндзя. Они ведь умеют передвигаться бесшумно, чем я хуже? По логике эти двое сейчас должны смотреть совершенно в противоположную от меня сторону, так что моя идея имеет все шансы на успех.

Стараясь двигаться бесшумно, выкатилась из-под сидений, и плавно поднялась на четвереньки. Осторожно выглянула из-за спинки ближайшего ко мне кресла: Руслан сосредоточенно орудует с винтовкой, что-то усиленно к ней привинчивая, кажется, прицел, а мужчина в бейсболке сидит в расслабленной позе на одном из кресел, чуть склонив голову набок. Вот и отлично, кажется, им сейчас не до меня.

Доползла до края ряда и замерла в нерешительности. Дальше нужно было двигаться уже по ничем не защищённому от взглядов пространству, и это было довольно страшно. Я вся вспотела от напряжения.

Если мне повезет добраться до выхода незамеченной, то когда я открою дверь, они по-любому это услышат, а потому нужно действовать быстро. Это я умею. Мастер спорта, в конце концов.

Поднялась во весь рост, сделала глубокий вдох, и, не выдыхая, молниеносно преодолела оставшийся участок пути.

Мой план был идеален. И-де-а-лен. И он бы безупречно сработал. Если бы не одно но. Я никак не могла предположить, что дверь окажется заперта.

Так перепугалась, что даже не сразу заметила изнутри щеколду, истерично дёргая ручку без всякого результата, а когда, наконец, до меня дошло, было уже поздно. Сильная мужская рука схватила меня за волосы и отшвырнула назад.

Не знаю, каким чудом я удержалась на ногах и не упала. Восстановив равновесие, непроизвольно попятилась назад. Мужчина в джинсовом костюме стоял напротив меня и отрезал путь к выходу. Он медленно стянул с себя тёмные очки и осмотрел меня с ног до головы холодным, острым, как лезвие, взглядом. От одного этого взгляда у меня пошёл мороз по коже.

— Это что еще за…? — сквозь зубы процедил он, кивнув на меня головой.

Я непроизвольно обернулась, и увидела, как Руслан совершенно спокойно отложил винтовку, и с невозмутимым видом подошёл к нам.

— Ты как здесь оказалась, отчаянная? — хмыкнул он, после короткого беспристрастного осмотра моего лица.

— Так это твоя знакомая? — прохрипел страшный мужчина в джинсе.

Он выглядел гораздо старше Руслана, и казался более опасным, несмотря на свой легкомысленный джинсовый костюм и бейсболку. Складывалось такое ощущение, что этот внешний вид был всего лишь маскировкой, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания.

— Эта девчонка стала свидетельницей нашей встречи с Хасаном, — ни на секунду не задумываясь, сдал меня Руслан, в то время как я стояла рядом ни жива ни мертва.

— Да, он что-то такое мне говорил, — хрипло отозвался этот неприятный тип. — Но ты ведь должен был решить этот вопрос?

— Я пробил её, она обычная девчонка, спортсменка. Прилетела сюда на праздник из соседней страны. Вчера я отправил её домой, посадил на самолёт…

— Пожалел, значит, — заключил хриплый.

— Кто ж знал, что она окажется такой неадекватной, — зло ответил Руслан, стрельнув по мне глазами.

Мое сердце замерло от нехорошего предчувствия. Что-то подсказывало — теперь мне так просто уже не отвертеться.

— Непростительная безответственность с твоей стороны, Руслан, — неприятно растягивая слова, заключил этот мужик, и мне стало ещё больше не по себе. — И то, что она оказалась здесь… Я думал, у тебя все под контролем.

— Я специально снял наблюдение всего на десять минут, чтобы ты смог пройти незамеченным, — возразил Руслан. — Похоже, у девчонки талант оказываться не в то время, не в том месте.

— Талант, говоришь? — скептически усмехнулся его собеседник. — Что если она привела с собой ещё кого-то?

— Исключено. Я слушал её телефон. Она никому не звонила, даже друзьям своим не сообщила, что не улетела домой.

Неприятный мужик нахмурился, снова оглядывая с ног до головы мою дрожащую фигурку, будто оценивая, чего я стою.

— Скажи, милая, зачем ты пришла сюда? — спросил он с обманчивой лаской в голосе.

Я испуганно посмотрела на Руслана, который не сводил с меня своего холодного взгляда. В ответ на мой немой вопрос, его веки медленно опустились вниз и так же медленно поднялись, словно это был кивок, если, конечно, мне не померещилось. В моем испуганном состоянии это неудивительно.

Перевела взгляд обратно на опасного мужчину в джинсовом костюме, который продолжал сканировать меня своим страшным взглядом, и, казалось, видел насквозь.

— Хотела помешать вам убить человека, — ответила на его вопрос, безуспешно пытаясь придать голосу твердость.

— Почему? — с напускным любопытством поинтересовался он, потирая большим пальцем свой темный от щетины подбородок.

— Потому что я знала о месте и времени убийства, и не могла себе позволить ничего не предпринимать, — заявила подрагивающим голосом, как же не вовремя он меня подводил.

Мужчина, похоже, и вправду видел меня как на ладони, он лишь усмехнулся на мои слова, и перевёл свой взгляд на Руслана.

— Теперь понимаю, чего вдруг с тобой случился приступ благородства. Она — само очарование, — его губы растянулись в хищном оскале, отчего неприятное лицо стало ещё более отталкивающим. — И какой у тебя был план?

Последний вопрос прозвучал для меня, и я снова поёжилась под неуютным колючим взглядом преступника. Что-то подсказывало мне, что ни в коем случае нельзя показывать ему свой страх, однако на деле это выходило у меня из рук вон плохо. Да только я не сдавалась. Я никогда не сдавалась. Дерзко вздёрнула подбородок и с презрением посмотрела на него.

— Не было никакого плана. Просто пришла и действовала по ситуации. А потом решила привлечь внимание, вокруг ведь куча народа. И я бы обязательно вам помешала! Если б только дверь не оказалась заперта…

Мужчина красноречиво посмотрел на Руслана.

— А ведь у неё почти получилось, — прищурив глаза, прохрипел он. — Надеюсь, ты сделал выводы, потому что второго такого промаха я тебе не спущу. Давай-ка, исправляй свой косяк.

Минуточку, что значит исправляй свой косяк?! Меня словно насквозь пронзило от страха, и я непроизвольно попятилась назад. Вот только отступать было особо некуда — позади меня был длинный ряд кресел, а спереди с двух сторон наступали мужчины.

— Что, прямо сейчас? — недовольно поинтересовался Руслан.

— А когда, по-твоему?! — рявкнул хриплый, и я поняла — шутки кончились.

— О-кей, — кивнул Руслан, устремив на меня непроницаемый взгляд, от которого в одно мгновение все мои внутренности сковало льдом.

Мужик в джинсовом костюме ленивой походкой направился к первому ряду сидений, оперся на спинку одного из кресел, и принялся наблюдать за разворачивающимся действом. А Руслан продолжал наступать на меня, пока окончательно не загнал в угол.

— Ты же не обидишь меня? — прошептала я, испуганно глядя в его равнодушные глаза.

— Прости, Люда, но ты сама напросилась, — с сожалением произнёс он, заставляясь меня буквально захлебнуться паникой.

Я метнулась было в сторону, но сильная мужская рука схватила меня за шею стальной хваткой, и в следующую секунду сдавила так, что стало нечем дышать. Я ухватилась обеими руками за твёрдое запястье, пытаясь отодрать жестокую руку от своей шеи, но как я не билась, как не пыталась освободиться, все было бесполезно. Он продолжал душить меня, и в какой-то момент я поняла, что все. Это конец.

Воздуха совсем не осталось. Я беспомощно открывала и закрывала рот, издавая страшные хрипы. В глазах стремительно начало темнеть, как вдруг хватка на шее значительно ослабла, и я смогла со свистом втянуть в себя спасительную порцию кислорода. Но уже в следующее мгновение меня безжалостно затянуло в темноту.

В нос ударил какой-то резкий запах, и я вернулась в сознание, как мне показалось, всего спустя несколько минут. Но, оглядевшись вокруг, сразу поняла, что это всего лишь заблуждение моего рассудка. Теперь я была уже совершенно в другом месте, а точнее, в комнате, очень напоминающей своей обстановкой больничную палату. После беглого осмотра убедилась в верности своей догадки — это действительно был медицинский кабинет. Кушетка, на которой я лежала, капельница, игла в моей вене, стеклянный шкаф с различными медикаментами, шприцами, бутыльками и прочими не самыми приятными медицинскими атрибутами. И вдобавок ко всему надо мной с озабоченным видом склонился молодой мужчина в белом халате.

— Здравствуйте! — вежливо поздоровался он с лёгкой улыбкой на губах. — Меня зовут Петр Эдуардович Полянский, я штатный врач компании Балтис. Как вы себя чувствуете?

— Спасибо, кажется, нормально, — растерянно ответила я, пытаясь подняться, но доктор не позволил, удержав за плечо.

— Нет-нет, подниматься не нужно. Вы потеряли сознание во время концерта на стадионе, и будет лучше, если вы еще немного полежите. По крайней мере, хотя бы пока не закончится система.

Я открыла рот от удивления. Значит, я не умерла, а всего лишь потеряла сознание. Но как я здесь оказалась? Где Руслан, и этот страшный мужик в джинсовом костюме? Однако задать эти вопросы вслух я не решилась. К тому же, меня отвлек звук открывшейся двери, не без труда повернув голову, я увидела, как в комнату впорхнула Аленка.

— Здравствуйте! Очнулась уже? — нетерпеливо бросила она доктору и перевела возмущенный взгляд на меня. — Ну и напугала ты меня, мать!

— Алена? — я не могла скрыть своего недоумения. — Что произошло? Как я здесь оказалась? И как ты здесь оказалась?

— Я думала, это ты мне расскажешь! — всплеснула руками подруга. — Позвонил твой Русланчик, сказал, что ты вчера никуда не улетела, а пошла все-таки на концерт. Сказал, что тебе стало плохо, и сейчас ты в медпункте у стадиона. Вот я и прибежала сюда поскорее!

— А где он?

— Кто? — не поняла Алёнка.

— Руслан!

— Откуда мне знать? Могу только предположить, что ему сейчас явно не до тебя, — пожала плечами подруга.

— Почему это? — насторожилась я.

— А ты что, не в курсе? Там такой кипиш на стадионе начался! Концерт прервали, приехала полиция, маски-шоу, чуть ли не спецназ, вывели какого-то чувака, настоящего снайпера, прикинь? Он чуть одного из соучредителей компании не пристрелил прямо во время праздника! Но его вовремя успели остановить, практически за руку схватили.

— Ничего себе… — выдохнула я.

— Ага, — кивнула Аленка. — Так ты по ходу давно уже в отключке, раз все пропустила?

— По ходу… — растерянно отозвалась я. — А почему ты говоришь, что Руслану сейчас не до меня?

— Ну ты че, Лютик? — подруга удивлённо вздёрнула брови. — Он же начальник местной охраны! По-любому у органов к нему возникнет миллион вопросов. Как этот чувак проник на стадион? Как пронёс оружие мимо металлоискателей? Как никто из охраны не заметил этого? Да мало ли! Вообще, не завидую, конечно, я сейчас твоему Руслану.

— Да, ты права… — задумчиво отозвалась я.

Значит. Руслан меня не обманул. Он все-таки хороший парень. И сделал так, чтобы убийство не состоялось. Да ещё и убийцу вовремя схватили, и теперь наверняка ему не избежать ответственности.

И все же, у меня оставалась ещё уйма вопросов. Как ему удалось уговорить этого жуткого мужика взяться за винтовку, ведь он же не хотел? И как он не задушил меня до смерти? Это случайность? Или таков был изначальный план? Наверняка, он не собирался меня убивать. Но злость и негодование на него от этой мысли не уменьшались. Это ведь моя жизнь! А если б он не правильно рассчитал свои действия?!

Конечно, я сама во всем виновата. И сейчас должна злиться не на него, а на себя, да еще и радоваться, что отделалась лёгким испугом. В конце концов, если б он на самом деле оказался плохим парнем, не лежать мне сейчас тут под капельницей…

После того, как система была влита в меня полностью, молодой доктор осмотрел меня, заставил выполнить нехитрые манипуляции с руками и носом, пройтись по ровной линии, понаблюдать глазами за ручкой, после чего заключил, что я в норме, порекомендовал в ближайшее время обязательно показаться своему врачу, и отпустил.

Аленка проводила меня до нашего номера, напоила чаем, уложила в постель, и с виноватым лицом долго решалась спросить, не обижусь ли я, если она уйдёт.

Сегодня была наша последняя ночь в Москве, и ей, конечно же, хотелось провести её со своим любимым стоматологом. Возражать с моей стороны было бы жестоко, и я с доброжелательной улыбкой её отпустила.

В конце концов, разница небольшая, мучиться угрызениями совести рядом с подругой или же в полном одиночестве. Так или иначе, мне предстоит крепко подумать над своим поведением, и сделать выводы.

На следующее утро я проснулась разбитой и несчастной. Едва заставила себя выпить кофе и принять душ. Аленки все ещё не было, но я не собиралась её дожидаться, ведь до отлёта мне необходимо было ещё заскочить в хостел за своими вещами.

Подошла к зеркалу и обнаружила на шее темные следы от чьих-то стальных пальцев. Поёжилась, вновь пропуская сквозь себя все случившееся.

Всю ночь я терзала себя уничижительными мыслями, пытаясь пробудить совесть и чувство ответственности за собственную жизнь, но получилось, если честно, не очень. Как и сделать подобающие выводы, к моему стыду. То, что не стоит совать свой нос в чужие дела, как советовал Руслан, это я, конечно, уяснила. Как и то, что не нужно бегать за парнем, если ты ему не интересна, пусть и для того, чтобы высказать ему пару ласковых или даже послать куда подальше. Бросаться спасать чужие жизни я тоже больше однозначно никогда не буду. По крайней мере, самолично. Человеческая жизнь, конечно, бесценная штука, но и моя собственная жизнь тоже чего-то да стоит. Даже подумать страшно, что было бы с моей мамой, если б со мной случилось что-то плохое… Господи, и чем я только думала! Надо было пойти в полицию, рассказать, что знаю, и дело с концом…

Да, все так. Все правильно.

И успокоиться бы мне на этих мыслях. Если б не одно досадное недоразумение. Как я уже говорила, все вышеперечисленное не вызывало у меня существенного отклика совести. В то время как на каком-то подсознательном уровне я чувствовала себя ужасно виноватой перед Русланом.

До зубного скрежета хотелось позвонить и извиниться, но я не знала даже номер его телефона… А идти разыскивать его в офис компании у меня ни за что теперь не хватило бы смелости.

Да и нужны ли ему мои извинения? Наверняка, ему сейчас не до этого. Сомневаюсь, что он вообще хочет видеть меня после всего, что я натворила…

Последнее умозаключение ранило больше всего. И то, с какой болью отзывалось сердце на мысль о том, что с этим человеком мы больше никогда не увидимся, совсем мне не нравилось.

Что ж, сама виновата. Во всем и кругом виновата только я сама.

Так что, делай свои выводы Люда, подальше прячь ненужные эмоции, и вперёд, собирайся в аэропорт. На этот раз передумать лететь уже не получится.

Бессовестно залезла в Аленкин заранее собранный чемодан, выудила оттуда лёгкий шарфик, чтобы скрыть синяки на шее, и понуро покинула наш номер.

***

Когда я приехала в аэропорт, Аленка и Коля уже находились там. А Аленка была ещё и не одна, а со своим Максом-стоматологом. Как выяснилось, Макс заранее взял билет на наш рейс, чтобы вернуться в Алмату вместе со своей ненаглядной. Ведь он прилетел в Москву только ради неё. Как романтично.

Только почему-то лицо этого парня совсем не светилось романтикой. Скорее наоборот, он был чем-то очень недоволен, и что-то постоянно бурчал на Аленку. В какой-то момент их ссора перешла на повышенные тона, и мы с Колей непроизвольно стали прислушиваться.

— Если б ты соизволила предупредить, что у тебя месячные, я б вообще не прилетал, сэкономил бы время и деньги! — к моему дикому изумлению заявил этот говнюк.

— Да нет у меня никаких месячных, придурок! — не растерялась Аленка, ей-то палец в рот не клади. — Просто я не сплю с парнями через неделю после знакомства! Хотелось сначала убедиться, что у нас все серьёзно! И как видно, не зря!

— Ну, ты и сука! — с ненавистью прошипел ее стоматолог.

Коля каким-то волшебным образом в одно мгновение оказался рядом с ними, и со всего размаху врезал кулаком тому по лицу! Меня тут же охватило чувство гордости за своего друга. Какой же он у нас всё-таки классный! Я бы и сама врезала гаду за такое, да только я же девочка, и драться мне не к лицу. Да и Коля отлично справился со своей задачей, Макс хоть и не упал, но моментально потерялся.

— Ты чего, парень?! С ума сошёл?! — выпучил глаза он.

— Извинись перед девушкой! — сквозь зубы процедил Коля.

Надо же, я никогда раньше не видела его в такой ярости. Я бы и сама под таким взглядом перед кем хочешь извинилась, да и не только. Вот и Макс этот, похоже, решил не рисковать.

— Извини, Ален, я был не прав, — пробормотал он, затравленно глядя на Колю.

— Проваливай отсюда! — отозвалась Аленка, которая, кажется, тоже опешила от Колиной выходки.

Два раза Макса просить не пришлось. Он исчез мгновенно, словно его и не было.

Аленка подошла к Коле и заглянула ему в глаза.

— Спасибо, что вступился…

— Ещё раз увижу рядом с тобой хоть одного придурка, получишь уже ты! — зло отозвался он, глядя на неё волком.

— С чего это вдруг? — с вызовом спросила Аленка.

— Да с того, что я люблю тебя, дура! — эмоционально выпалил он.

Такого никто не ожидал. Я открыла рот, с жадностью изучая реакцию подруги, но та стояла неподвижно, глядя на парня широко распахнутыми глазами.

— Это ты придурок, — наконец, разлепив губы, тихо ответила она. — Потому что я тоже тебя давно люблю.

Моя челюсть упала еще ниже. По ощущениям, так до самых колен. Лицо Коли просто надо было видеть. За одну секунду на нем сменилось столько эмоций! А потом он в один шаг сократил расстояние между ними, обхватил своими ручищами тонкую фигурку моей подруги, и поцеловал так, что мне даже стало неловко, и я отвернулась.

Не то, чтобы я наблюдала эту картину первый раз, но раньше это всегда было лишь по пьяни, а сейчас… Они впервые целовались по-настоящему.

Странное двоякое чувство охватило меня в этот момент. И счастье за своих друзей, и какая-то нестерпимая тоска внутри, и дикое желание увидеть хоть ещё разок Руслана.

Я никак не могла ожидать, что мое желание вдруг сбудется, и очень быстро. Словно по волшебству взгляд зацепился за крепкую мужскую фигуру с роскошным букетом белых роз в руках, что приближалась к нам с противоположного конца зала аэропорта. Я до последнего не верила своим глазам, даже ущипнула себя, чтобы проверить — не сплю ли? Но нет, это действительно был Руслан, и он уверенно приближался ко мне!

— Привет, прекрасная Людмила, — лукаво улыбнулся он, вложив в мои руки цветы, а я забыла, как дышать.

О, Боже! Он здесь, и, кажется, даже не злится на меня! Да ещё и подарил цветы… Зарылась в них носом и вдохнула полной грудью божественный аромат.

— Привет, Руслан, — едва дыша, подняла на него опьяненный взгляд.

Его лицо чуть-чуть помрачнело, он зацепил двумя пальцами мой шарфик на шее и потянул вниз, обнажив следы своей недавней самодеятельности.

— Прости, что причинил боль, — с сожалением произнёс он. — Все должно было выглядеть правдоподобно…

— Я сама виновата, — виновато поджала губы. — Чуть все не испортила, ведь так?

— Не совсем, — снова улыбнулся он. — Совершенно неожиданно твоё появление сыграло мне на руку.

— Как это? — не поняла я.

— После того, как я тебя… Якобы задушил, сомнения моего объекта развеялись, и он решился своими руками устранить своего давнего врага. На что я изначально и рассчитывал. Если бы ты не пришла, скорее всего, вся операция провалилась бы.

— Ух ты, — улыбнулась я. — Значит, злодея теперь посадят за покушение? Но это далеко не единственный его грешок, да?

— Он очень крупная фигура в криминальном бизнесе, Люда, и за свою жизнь сотворил немало тяжких преступлений.

— Почему же его тогда раньше не посадили?

— Доказательств нет. Есть несколько людей среди его же свиты, которые давно были готовы дать против него свидетельские показания, но, разумеется, боялись жестокой расправы. Теперь, когда нашёлся повод закрыть его, думаю, они заговорят.

— Значит, я сослужила тебе хорошую службу? — довольно улыбнулась я.

— Как ни странно, но да, — без тени ответной улыбки сказал он. — Но и все же, с твоей стороны это был очень безответственный поступок, Люда. Ты не представляешь, какой опасности себя подвергла.

— Да я уже поняла, — вздохнула я, непроизвольно коснувшись пальцами своей шеи. — Меня ведь чуть не придушили.

— Это был единственный выход, — строго сообщил он. — Если бы я отказался подчиниться приказу, и объект остался бы на свободе, он все равно достал бы тебя рано или поздно, даже в твоей Алмате. Ты видела его лицо и слышала слишком много.

Отчего-то вспомнился страшный взгляд мужика в джинсовом костюме, и по коже пробежал мороз. Захотелось поскорее забыть все это, как страшный сон.

— А ты значит у нас практически Джеймс Бонд? — с озорной улыбкой поинтересовалась я, желая сменить неприятную тему.

— Не совсем, — уголки его губ, наконец, дёрнулись вверх в ответной улыбке. — Но, как ты уже поняла, я тоже ловлю преступников.

— Да, я помню, — с притворным весельем отозвалась я, — Твоя непростая работа не позволяет тебе даже завести себе девушку!

Он ничего не ответил на это, а лишь загадочно улыбнулся.

— Знаешь, мое задание, не без твоей помощи, успешно выполнено, — вкрадчиво произнёс он, заглянув мне в глаза. — И я думаю, что заслужил небольшой отпуск.

— И? — с любопытством посмотрела я на него. — К чему это ты?

— Кажется, я задолжал тебе экскурсию по Москве.

— Ну, что ж теперь, — горько усмехнулась я, — До вылета остаётся час, вряд ли мы успеем.

— Ты сильно спешишь в Алмату?

— Ну, не то что бы сильно… — протянула я.

— Останься, — безапелляционно потребовал он.

— Что?! — я никак не ожидала такого поворота.

— Один раз ведь ты уже не села на свой самолёт? Что мешает повторить? — ухмыльнулся он.

— Ты что, серьёзно?! — я все ещё не могла поверить в услышанное.

— Серьезней некуда, — кивнул он. — Я не прощу себе, если не сдержу обещание.

Я долго смотрела Руслану в глаза, и не находила ни одной причины, чтобы ему отказать. Напротив, больше всего в жизни мне хотелось сейчас согласиться.

— Почему бы и нет? — хитро прищурив глаза, произнесла я.

Его губы растянулись в довольной улыбке, а я взяла его за руку и подвела к до сих пор страстно целующимся Аленке и Коле, которые, похоже, не замечали ничего вокруг. Их внимание не удалось привлечь даже вежливым покашливанием, поэтому я просто позвала их и громко заявила:

— Ребят, я с вами не полечу.

— Что? — наконец, отозвалась немного раскрасневшаяся Аленка.

— Я остаюсь!

Конец.